Город, которого нет 2

1. Ведьма на пол ставки

Четыре фигуры сидели за столом едва открывшегося утреннего «Смайла»:

Стройная готесса в чёрном платье с большим красным камнем и египетским анкхом в качестве двух амулетов. Бледная кожа, идеальный готический макияж, подчёркивающий строгость и отчуждённость образа. Она чем-то немного напоминала призрака дамы девятнадцатого века. И добивалась такого сходства она явно специально.

Вторая — девушка со светло-каштановыми растрёпанными волосами, в круглых очках. В старой, сильно поношенной рубашке на размер больше, и таких же порванных не по задумке, а от времени — джинсах.

Третий — наш шеф. Франт в плаще, со шляпой, которую он сейчас положил перед собой в ожидании пиццы. Чёрные, слегка кудрявые волосы и хитрое, лисье выражение лица. Сейчас оно казалось мне особенно лисьим — будто он втихаря посмеивается над всеми нами.

Но я сдержал эмоции. Как минимум, этот тип честно нам платит. И платит очень хорошо. Хоть и после слов убитого неспящего всё это и сильно запахло подставой. Особенно, если та часть, где говорилось про выходные — правда. Хотелось бы насладиться городом не с позиции спешащего куда-то выживальщика.

Будь я здесь один, послал бы его нахрен со всем его временем. Но я чувствую некоторую ответственность за судьбу Риты, да и Мирт казался мне в целом неплохим парнем. Если нас используют, то очень сомневаюсь, что он в доле.

И да, четвёртым был я. В стекле слабо отражался джинсовый чёрный плащ рокера, чёрные джинсы и футболка со «стигматой».

Та ещё компания неформалов. Будто музыкальная группа и их продюсер. Причём продюсером была Эла. Она из всех нас выглядела самой нормальной.

— Вижу, у тебя есть вопросы, Полярис? — послышался мягкий голос Михаила.

— Зачем? — только и спросил я.

— Зачем — что?

— Зачем ты убил последнего? Он был обезврежен. Архивы они уничтожили. Он хотел что-то сказать.

— Конечно, хотел. Формулу посмертного проклятия, полагаю.

— На пятнадцатом эхо не может быть тёмной магии выше первого круга, — холодно заметила Марта. — Я бы смогла отразить атаку на первом. Просто для справки.

— Не в этом случае, — покачал головой Михаил. — Поверьте, вам бы не понравилось то, что бы происходило дальше.

— Живодёров нужно убивать на месте, — зло сказала Эла. — Мне плевать на их мотивы и планы. Это твари, а не люди.

Ну, её поддержка нашего работодателя, не удивляет. Тем более что она действительно полностью искренна в своих словах.

— Многие разделяют и эту точку зрения, — одобрительно кивнул Миша.

А я… всё это пахнет как-то паршиво. Но есть несколько фактов, по которым я пока не буду пороть горячку из-за одних только подозрений, даже непонятно в чём.

Первое — время. Никакого обмана с поддержкой и оплатой пока что я не видел ни разу. Сам бы я, конечно, докопался бы и до суток времени в бонусе. Но не так быстро. Потребовалось бы намного больше циклов.

Второе — беспредельщики, они же живодёры, они же неспящие — в любом случае проблема, в том числе и моя тоже. Моё желание оставить того мужика в живых было вызвано исключительно желанием узнать больше о своём противнике.

Понять мотивацию и цели врага — хороший шаг к победе. Или к тому, чтобы просто закрыть для себя этот вопрос.

Как ни крути, а именно наличие этих ребят стало причиной, по которой я присоединился к этой группе. Иначе просто искал бы более эффективные способы добычи времени в одиночку.

— Ещё вопросы, или перейдём к награде героев? — улыбнулся Михаил.

Улыбки появились и у обеих девушек.

— Для начала, спасибо от лица жителей города, хоть они о своём спасении и не знают. Мы накрыли место где делают яд, и благодаря вам жизни множества людей были спасены.

— Надолго ли? — спросил я.

— До кризиса, как им и полагается, — не смутился Михаил. — В конце Город заберёт их души и унесёт на следующий круг. Это намного гуманнее чем то, что происходило с ними под действием этой дряни.

Здесь он ни в одном слове не солгал. В месте, где смерть была относительно безболезненной, появление чего-то, что вызывает прямо невыносимые муки — явно что-то привнесённое и неестественное.

Что бы эти фанатики там не кричали, светом и добром там даже не пахло.

— Заказ делать будете? — вывела меня из раздумий официантка.

Я взял меню и ради разнообразия заказал гавайскую.

— Вегетарианская, — повторила из под копны нечёсаных волос Эла.

— Морская, — не отводя серьёзного пристального взгляда от Михаила, сказала Марта.

Из нас троих, она дольше всех была в этой группе.

— Забавно, обычно гавайскую берёт Мирт, — улыбнулся шеф. — А мне, пожалуй, мороженое и ещё кофе.

Девушка записала и кивнула, сказав ожидать десять минут.

— Люблю разнообразие, — пожал я плечами.

— В заданных рамках, полагаю? — улыбнулся он. Что именно имелось ввиду я не понял. — Что ж, Полярис. Тебе и Рите отдельное спасибо. Ей я уже передал время. А у вас будет два дня выходных, за счёт отдела. Посвяти время семье, Полярис. Ты ведь за этим сражаешься, верно?

— Как и многие, — натянуто улыбнулся я в ответ. Он будто мысли мои прочитал.

— Ну, решать тебе, — он протянул руку. — Следующий круг до обороны можешь быть свободен.

— А на обороне? — уточнила Эла.

— Как хочешь. Одиночные вылазки неэффективны, но дело твоё.

— Что с Ритой? — задал вопрос я. — Что у неё за болезнь в идеальном Городе?

— Это отдельный вопрос, — помрачнел Михаил. — Боюсь, она действительно больна. Но уже идёт на поправку. С ней моя старая знакомая. Она хороший целитель.

— Сивилла⁈ — Чем нужно заболеть, чтобы попасть к ней на сеа-анс? — на мгновение через ледяные черты готессы проступила Августа.

— Песчаная язва, — с улыбкой ответил шеф.

Девушка осела обратно, побледнела, опустила голову, и вообще будто захотела превратиться в камень.

— С-сожалею, — уронила она едва слышно.

— Я передам ей от вас пожелания, — кивнул он.

— Погоди, это же зараза из прошлого круга? — меня этот ответ не устроил. — Какого хрена?

— Это… ещё один отдельный вопрос, Полярис. Мы подозреваем, что к этому причастен всё тот же враг. Жаль, ты не застал времена, когда никому в голову не приходило охотиться на себе подобных…

— Кто-то ещё заразился?

— Да, в том числе среди простых жителей. Болезнь перешла в этот цикл. Сейчас все, у кого есть способности лекаря, заняты исцелением людей. Заразу нужно сдержать сейчас, или у нас теперь на каждом круге будет сразу два кризиса.

— Есть признаки того, что появятся стиратели? — со страхом в голосе спросила Марта.

— Нет, пока что ничего серьёзного, — покачал головой Михаил. — Ситуация контролируется. Только целителям не позавидуешь.

Такой детальный анализ ситуации и адекватность поведения при угрозе эпидемии определённо вызывают уважение. А вот методы неспящих нравятся мне всё меньше. Может, зря я пытаюсь увидеть двойное дно там, где его нет?

— Вы получите двое суток в награду. Как и все кто принимал участие. Через круг жду вас здесь же.

— А как же с заразой? Мы не можем ничем помочь? — спросила Эла.

— К сожалению, нет… хотя… погоди, для тебя найду работу, если так хочешь. Крысы могут разнести заразу, так что попробуем их отвадить, насколько получится. Остальные свободны. Кстати, остаток сегодняшнего дня тоже ваш.

Михаил проткнул последний кусочек мороженого трубочкой для сока и отправил его в рот.

— Буду рада помочь! — засияла Эла.

— Тогда бери с собой, поешь в машине, — коротко бросил шеф, глядя как к нашему столу ещё только приближается заказанная пицца. — Остальным прошу прощения за спешку. Эта эпидемия очень не вовремя. Они никак не могут простить нам продвижение…

В кафе остались только мы с Мартой.

Мда…

Готесса отложила телефон и принялась нарезать свою пиццу.

— Марта?

Девушка вздрогнула и посмотрела на меня так, будто я собирался на неё наброситься.

— Как тебе удобней, если тебя зовут Мартой или Августой?

— Августа живёт дома. Она не любит наружность, — холодно сказала девушка, вновь собравшись в образец ледяного спокойствия.

— Что-то не так? Ты выглядишь напряжённой.

— Лихорадка. Сухость кожи. Сбивающееся дыхание, слабость, судороги, гнойные нарывы, обезвоживание, воспаление, ломота, головокружение, галлюцинации, — начала быстро отрывисто перечислять Марта. — Искажение восприятия действительности, потеря зрения… медленная и мучительная смерть. Вот что такое песочная язва. Да, новичок, я очень напряжена. Мне страшно. Я не хочу так умирать.

— Да тебя вроде никто и не заставляет, — заметил я. — Или думаешь, Миша не справится?

— Он — справится. Я — не знаю.

Мда, за этим явно что-то скрывается, но она слишком странная чтобы глубоко копать. Или попробовать?

— Она ведь излечима? Сивилла смогла бы?..

— Конечно! — воскликнула девушка — Сильный целитель может излечить всё!.. если эхо позволит.

— На круге с заразой мы с Ритой помнится хорошо так закинулись антибиотиками. Всё равно умирать. На меня болезнь не подействовала.

— Не думаю, что это сработало, но большое количество антивирусных могут помочь. Зависит от эхо. Или если ты умер раньше, чем успел заразиться.

— Такое уже бывало раньше?

— Да. Тогда это привело к приходу стирателей.

— Это плохо?

— Это ужасно.

— Расскажешь?

— Нет. Не говори зло, не слышь зла, не думай о зле, не притягивай зло.

— Как скажешь, — пожал я плечами. — В любом случае, у Михаила всё под контролем.

Последнее я сказал больше, чтобы последить за её реакцией. Но в результате вытащил из неё крупицы откровенности:

— Просто я… не люблю всё, связанное с заразой. Стараюсь не упоминать даже о чём-то таком. Чем больше мы о чём-то думаем — тем больше притягиваем это к себе. Так гласят эзотерические законы. Поэтому об этом нельзя думать и говорить.

— Хорошо, не будем. Кстати, а давно ты уже работаешь с Мишей?

— После того, как мою предшественницу пожрала мёртвая магия.

— Что это?

— Зло, которое убивает душу. Для тех, кому надоело существовать.

— В Городе можно умереть окончательно? — опешил я.

— А почему тогда Мирт с Михеем пересобирают группу, по твоему?

Следующий кусок пиццы едва не застрял у меня в горле.

— Их убила мёртвая магия?

— Не всех. Причины разные. Но многих.

— Какие могут быть причины, чтобы окончательно умереть? — спросил я.

Девушка пожала плечами.

— На этом уровне эхо, пока никаких. Разве что гидра, ей здесь не место. Но общий враг постоянно в поиске новых способов. На высоком есть магия, которая выше законов Города. Разрушение души это и есть окончательная смерть, Полярис.

— Много было тех, кто был до нас?

— Не могу знать. Из тех, с кем я работала, остались лишь Саша и Мирт.

— Тебя тоже набрали после уничтожения группы?

Всё происходящее вдруг резко стало мрачнее. Если раньше казалось, что единственный путь падения — это растерять всё время и стать одним из неписей. А вот так за раз…

Теперь становится понятно, почему сюда никто не спешит. Именно разведка, какой мы по сути и являлись, была тем, кто первой встретит действительно опасные вещи. Обычные пробуждённые рискуют гораздо меньше нас. Противодействие — крупная боевая группа под управлением опытных бойцов. Там тоже никто не идёт в неизвестность. А вот мы… сильно рискуем. Что, если бы меня поймали эти ребята и насильно накормили гидрой?

— Да, — коротко ответила девушка. — С моего набора остался Мирт. Потом перевели Феликса. Его группа была полностью уничтожена беспредельщиками. Затем появился ты, Алекесей, Рита и Эла. Скорее всего, скоро вы тоже умрёте. Бойся циклов высокого эхо.

— Мирт? — удивился я. — Вы пришли вместе?

— Не вместе, но почти в одно время.

— Хорошо его знаешь?

— Не очень. Я ни с кем не общалась. Только с Летой, но она оказалась… — девушка запнулась и быстро поправилась. — Она ушла. Может, съедена чем-то, не знаю. На очень высокой сложности с эхо есть такие создания.

— А Саша?

— О ней я ничего не знаю. Но на сходке она была всегда.

— Что-то не похоже всё это на работу мечты, — заметил я.

— Найди место, где будут платить так же, — равнодушно ответила девушка.

— Зачем тебе время, если тебя может не стать в один миг?

Девушка вздохнула, отправила в рот кусок пиццы. Повисла пауза. Я сам продолжил доедать свою. Всё же здесь она и впрямь очень вкусная. Но вкусы Александры ближе к моим. Сицилийская была интересней, чем простая курица с ананасами.

— Лучше уйти так, чем медленно угасать, сражаясь за секунды, — ответила готесса.

— Почему обязательно так?

Девушка впервые с начала нашего разговора посмотрела на меня, а не на свои колени, или на пиццу.

— Что мешает самой собрать достаточно времени? Вечные же как-то стали вечными?

— Августа хочет смотреть аниме и играть в старые игры вместе с младшими сестрёнкой и братом, — тихо сказала Марта. — Больше ей ничего не нужно. Поэтому меня устраивает эта работа. Что ты хочешь узнать от меня, Полярис? В моих глазах ты мотылёк, который скоро перегорит. Беги отсюда, пока не поздно. Мы с тобой никогда не будем дружить.

— Почему? — последнее прозвучало совсем уж обидно.

— Потому что я дала себе слово больше ни к кому не привязываться, — пояснила готесса. — Возможно, на следующем круге ты умрёшь. Или решишь, что с тебя хватит и просто уйдёшь. Возможно, умру я. Всё бессмысленно. Кроме самого процесса жизни.

— Что ж, твою философию я понял, — сказал я и покончил со своей пиццей, сразу вслед за девушкой. И когда прожевал этот деликатес, продолжил. — Теперь на площадь?

— Если хочешь, — пожала плечами девушка. — Я иду домой.

На часах было десять.

— До кризиса ещё больше пяти часов.

— Да. Успею посмотреть несколько серий до смерти.

Марта поднялась повесила сумочку на плечо.

— Я провожу, — предложил я, и она застыла, как вкопанная.

Блин, точно. Здесь же все скрывают своё место старта.

— До перекрёстка, — сказала она, преодолев ступор. — Не дальше.

— Как скажешь.

Предложение было задумано лишь с одной целью — выведать больше о том, куда я ввязался. То-ли настроение у неё подходящее, то-ли я в принципе переоценил её холодность.

— Туда, — кивнула девушка.

С собой она несла ещё две пиццы. Видимо, для брата и сестры.

— И как часто у вас бывают потери в рядах?

— Периодически, — ответила девушка. — Это работа для тех, кто хочет прожить короткую, но красочную череду перерождений. Или перейти в высшую лигу.

— Высшую лигу?

— Набрать много времени здесь тоже можно, — сказала она.

— Стать вечным?

— Нет. Но время от времени пожить нормально, как человек, ты сможешь.

— Выходные часто?

— Часто, — на лице у девушки появилась слабая улыбка.

— Что скажешь про нашего шефа? Кстати, он у вас, я так понял, бессменный?

Девушка отрывисто кивнула.

— Да.

— Ты его боишься?

— Он никогда не причинял мне вред, если ты об этом, — ответила девушка. — Но как ты понимаешь, преследует свои интересы.

— Ты сказала, что могла бы сдержать того мага в подземелье. Это так?

— Да.

— Миша получается соврал?

— Я не знаю и мне всё равно. Я лишь указала на свои возможности, чтобы он лучше понимал, как меня использовать, — девушка чуть выдохнула и посмотрела на меня из под копны чёрных волос. — Не ищи сложности. Или ты ставишь на кон жизнь здесь, или выживаешь как все. Это выбор.

— Понимаю, — кивнул я. — Сам сделал такой же.

Некоторое время мы просто молча шли. Мне почему-то не приходило в голову больше никаких умных вопросов, хотя ещё недавно казалось, что голову распирает от всего, о чём я хотел её расспросить.

— Почему? — вдруг спросила она, когда я уже начал забывать тему нашей беседы. Не сразу понял, что она имеет в виду мой выбор оставаться в отделе.

— Очевидно же, — пожал я плечами. — У меня есть семья.

— Вот как. Тогда береги свой уровень инкарнации. Ниже третьего их не будет, — строго предупредила готесса.

— Ты уже теряла кого-то?

— Здесь или там?

— В городе, — поправился я. — А «там» — это где?

— В месте, откуда мы с тобой прибыли, третьеуровневый, — хмыкнула готесса. — Так называемый нулевой мир. Так что лучше быть мотыльком здесь, чем человеком там. Поэтому я сейчас накормлю брата с сестрой их любимой пиццей, а потом уйду погибать на оборону в конце круга. Меня устраивает такая цена. А теперь — я пойду. Не следи за мной, иначе буду наводить порчу в начале каждого цикла, даже когда спущусь на второй.

Девушка резко свернула между старых домов вглубь спального района, ныряя в туманное осеннее утро.

— Сентябрь гори-ит!! — зазвонил мой телефон.

Кто там я уже знал.

— Привет полярникам! — послышалось из трубки.

— И тебе привет, Полоскун. Что у тебя сегодня?

— Как это что? И это после того, что мы вчера обсуждали? Ну у тебя стальные нервы, бро!

— Думаешь? — с иронией спросил я.

— Ещё бы! С того момента, как мы нашли под городом те кости великана…

Я вздохнул, порылся в кармане в поисках сдачи с пиццы, а затем поискал глазами ближайший ларёк.

— И что с ними? — устало поинтересовался я.

— Ты был прав… как и твои древние греки. Титаны действительно были заточены под землёй. И скорее всего, один из них находится в городе. То, что мы видели, было младшей особью.

Ого, уже что-то повидать успели?

— Значит, можно ждать нападения титанов? — спросил я.

— У-у, я бы так на твоём месте не шутил! — собеседника на том конце передёрнуло, судя по голосу. — Если такой реально проснётся под городом, нам всем хана. Тут и отряд королевских магов будет бессилен!

— Понял, спасибо за предупреждение.

— Да какое там… ты на чай заходи. Ещё обсудим. Хочу больше почитать по мифологии, за что их вообще низвергли этих титанов.

Я отключил звонок и тяжело вздохнул. Титаны, значит?

Наверное, впервые в Городе я столкнулся с понятием «свободное время». К семье ехать долго. К тому же у меня тут намечается целых два дня для этого.

Тем не менее, это не повод расслабляться — сказал я себе.

Каждая минута должна быть проведена с пользой. На этой работе я очевидно не буду всю свою жизнь в Городе. Я по натуре одиночка, ничего не поделать. Хотя против хорошей компании ничего не имею. Но здесь… всё слишком не чисто.

И тем не менее, это лучший способ заработать много времени на старте пути.

Как говорится, я могу отчитаться за каждый миллион, кроме первого.

2. Обычного не бывает

Прошёлся по маркету в мире с пятнадцатым эхо, которым до сих пор правил монарх. Андрей семнадцатый, кажется…

Маркет был продуктовым, и товары мало чем отличались от знакомых по реальности сентября две тысячи седьмого. Блейзер, энергетики, газировка… Остановился на безобидном чёрном шипучем напитке. Пепси и колы здесь не было — постаралось эхо. Но был некий местный аналог.

Бегло осмотрел, что здесь могло бы пригодиться против титана, но кроме того, что они большие, я не знал ничего. А маркет был совсем небольшим и продуктовым.

С лёгким разочарованием я вышел и направился пешком к месту обороны. Медленно, разглядывая улицы вокруг и выстраивая планы на будущее. Обычно у меня таких возможностей не было.

Итак, имеем Город, который растёт. Имеем таймер до моей смерти в конце каждого круга. Правда, если я сделаю нечто неожиданное и избегу этой участи в последний момент, система мне начислит бонусы и продлит таймер. Ненадолго, но это один из способов зарабатывать. За это поднимается уже вложенное без меня безусловное время.

Имеется Михаил. Крайне мутный тип, который готов сорить временем, чтобы в его сомнительной конторе работали такие, как я. При этом мне никто до Марты не говорил о том, что здесь вообще можно погибнуть окончательно.

Впереди два дня, когда я забью на проблемы всей этой братии и займусь собой. Первый я планировал целиком посвятить семье. Иначе какой вообще тогда смысл у всего этого? А вот второй…

Вопрос в том, насколько высоким будет эхо. К родным я бы хотел идти, когда оно будет минимальным. Чтобы не пришлось обсуждать за столом культ Ктулху или ещё что-нибудь в таком духе.

Если же эхо будет достаточно высоким — на этот счёт у меня был другой план. Куда менее интересный, но возможно очень полезный на будущее.

Я приложил металлическую крышку к металлической декоративной ограде у дома, чуть ударил сверху. Послышался щелчок и шипение.

Местный аналог пепси был с фиолетово-жёлтой этикеткой и… оказался на вкус нифига не аналогом. Что-то со вкусом черники или голубики и ароматом сирени. Хотя в целом, приятное.

Денег оставалось уже не так много. После магазина я зашёл в аптеку и увидел примерно тот же ассортимент, что должен быть в нормальном мире. Было несколько новых названий, видимо что-то связанное с магией. Больше ничего интересного. Как и в прошлой.

Отсюда направился вверх к площади, не сильно спеша и поглядывая по сторонам в поисках подходящей лавочки.

Впереди оставалась небольшая горка с кафе и небольшой торговый центр. Вернее, множество ларьков и мелких магазинов под крышей. Туда я тоже из любопытства решил заскочить.

Там стало понятно, где вооружаются перед боем на сходке. Здесь оказалась сувенирная лавка с железным, но затупленным мечом и арбалетом с запасом стрел.

Эта мысль должна была меня посетить намного раньше, но тем не менее — на лицо парадокс задваивания предметов. Здесь арбалет был только один, но с ним ходил минимум десяток человек. Хотя может, они просто брали их в другом месте.

Но пожалуй намного больше меня заинтересовало другое.

Дротики! Да, игровые, для игры в дартс. У меня на начало круга в кладовке целая коллекция ядов, и думаю, я буду её ещё расширять.

Оружие это достаточно легко прятать и переносить. И оно достаточно опасно против монстров и против людей. Хотя против брони чепуха, конечно. Однако я могу сам наделять её нужными свойствами. Кому мышьяк, а кому что-то парализующее.

Одна беда, деньги были уже на исходе.

Таня в таких случаях просто воровала. Всё равно на следующем круге у пострадавших всё будет как было.

Магазин по большей части был с игрушками. Посетителей не наблюдалось.

Я тихо шепнул формулу молитвы покоя, и без того едва не спящий продавец окончательно уткнулся носом в книгу, которую читал.

Снял со стены игровой набор, затем ещё парочку. Осмотрел магазин на предмет хоть какой-то ещё пользы. Но всё остальное было игрушкой. Хотя…

Я остановился у игрушечного пистолета с пластмассовыми пульками. У меня дома лежит белый порошок, который воспламеняется от тряски и плавит даже металл. И опять же, всякие вещества. Можно будет поэкспериментировать.

После магазина — нашёл уютную лавочку где с водой и пачкой чипсов с луком начал детальное изучение форумов и сайтов посвящённых магии. Времени в запасе было ещё очень много, но ездить куда-то — всё равно слишком долго.

В результате с помощью тонкого маркера на мне появилось множество формул. Их же я сфоткал на память — если сохранится, то будет у меня и на следующем круге базовая руническая защита, удача и так далее.

Здесь меня настигло оповещение аськи.

Тень: привет. сегодня титаны. как дела?

Полярис: знаю. Как раз собирался тебе написать. Буду готовиться к обороне.

Тень: в центре?

Полярис: ага.

Тень: а кто там с тобой в этот раз?

Полярис: я ж не знаю, кого знаешь ты. Но моя группа самоубийц полегла почти полным составом.

Полярис: погоди, а ты часом не вражеский шпион?:D

Тень: больно надо )

Я со вздохом отложил телефон и посмотрел в осеннее небо. Из головы всё никак не выходил разговор с Мартой.

Её взгляд на вещи показался мне немного безысходным.

Лично мне пока всё нравилось. Ну ладно, не совсем всё, можно было обойтись без беспредельщиков хотя бы. Но и награда на кону стоит серьёзная. Лично я будучи на том же месте что и Марта, пока что чувствовал лишь воодушевление.

Полярис: помнится, ты называла этот мир раем…

Тень: ну верну тройку, будет и у меня рай. а ты чем-то недоволен?

Полярис: да нет, просто хотелось пофилософствовать. Интересно как ты видишь место, где мы оказались и почему.

Полярис: ты помнишь, как закончилась твоя жизнь в нулевом мире? До какого всадника дожила?

Тень: тебе больше поговорить не о чём?

Тень: долго я прожила. как закончила я уже говорила.

Полярис: я вообще не помню, чтобы заканчивал. Просто как обычно лёг спать.

Тень: значит, сердечный приступ, или они всё-таки запустили ядерку. Или новый вирус. Сейчас это уже не важно.

Полярис: значит, ты считаешь что переродилась в раю?

Тень: говорят, самоубийцы попадают в ад. Но мне здесь нравится. Так что не думаю. И чем больше эхо, тем меньше это похоже на настоящий ад, откуда мы прибыли.

Тень: нулевой мир…

Полярис: кстати, об этом тоже хотел спросить. Почему нулевой?

Тень: миры с низким эхо похожи… сейчас соображу, как объяснить. Хотя ты всерьёз не воспринимай, это одна из множества городских теорий. Просто я люблю Сивиллу, потому предпочитаю эту.

Тень: но ты ведь не читал ничего из «подлунных миров»?

Тень: давай классику. Девять принцев Амбера, например?

Полярис: читал в детстве.

Тень: отлично. в общем, эхо — это как тени или отражения друг дружки. И если продолжать аналогию, то должен быть и сам Амбер. То есть первый мир.

Полярис: и такой есть? Эхо-1?

Тень: Эхо один — это круг, когда приходят стиратели. Но даже на первом этот мир рай. В общем, есть теория существования нулевого эхо… и нулевой мир. И все эхо как бы тень нулевого мира.

Тень: это не я придумала, если что. просто люблю городские легенды и теории о происхождении Города.

Полярис: продолжай, мне интересно.

Тень: в общем, миры с малым эхо больше похожи друг на друга. это говорит о том, что есть некий центральный источник эхо. Потому что всё сходится к тому, что версия Города с нулевым эхо — это ад, который сгорел в апокалипсисе. Вот как-то так.

Тень: и если так, тогда ты должен помнить, как начался самый первый кризис.

По телу пробежались мурашки. Возникло ощущение, что сейчас в разговоре возникло нечто очень интимное.

Тень: Слушай… так вышло, что я недалеко отсюда. Думаю, стоит ли зайти в гости.

Полярис: ого! Даже ты иногда выбираешься из своих владений?

Тень: Так получилось. Кого ещё видишь на сходке? Кто будет из твоих?

Полярис: Марта, если знаешь такую. И Эла, но её ты не знаешь точно. Она новичок, как и я. Может, Миша к началу подтянется, но это не точно.

Тень: Ясно. Ну, удачи вам в обороне.

Хм. И на кого из трёх она среагировала? Не Эла, она здесь недавно. И скорее Миша, чем замкнутая готесса.

Время на таймере близилось к концу.

Полярис: что скажешь по врагу?

Тень: большие, сильные, неубиваемые даже на низкой сложности. Желательно валить толпой. Уязвимое место — шея и хребет. Удачи [2]

Из тесной маршрутки к метро вышла толпа народа, среди которой я заметил Марту. Готесса сильно выделялась из толпы своим безупречным образом тёмной девы. Впрочем, странные одежды здесь были у многих.

Она заметила меня и решительно направилась вперёд. Вид у неё был недовольный.

Бросил ещё один взгляд на телефон — новых сообщений не поступало.

— Ты вовремя, — приветствовал я её.

На самом деле, она едва не опоздала на кризис. Ещё немного и встречала бы его в соло.

— Мне нужно время не меньше, чем тебе, — холодно сказала готесса. — Я обещала сестре день нарядов.

— Погоди, ты что, переливала им время? Они на втором уровне?

— Нет, — поморщилась она. — Говори тише. У меня нет столько времени. Пока что.

Пока что?

— Эй, смотрите, что это там? — послышался крик одного из собравшихся спящих.

Над городом вдалеке в небо уносился тёмный дым от вспыхнувшего пожара.

Затем из метро повалил народ.

Нахлынула сплошная волна паники. Люди будто лично побывали на встрече с дьяволом и стремились не повторять это любой ценой.

А затем понял — действительно, встретили.

Почему-то начало кризиса пошло из метро.

Чем можно навредить гиганту? По идее, нужно тяжёлое оружие. Могу попробовать подстрелить в глаз, но в успехе этой затеи я сомневался.

Хрень, которая полезла из метро следом за людьми, с тем что я понимал под словом «титан» даже в одном ряду не стояла.

Из под земли полезла фигура лишённого лица гиганта. Тот ползком вылезал из подземки, проявляя нечеловеческие чудеса гибкости.

Затем на безлицей башке разошлась тонкая полоса рта, выходящая далеко за рамки человеческой физиологии. Показались кривые острые зубы в два ряда треугольников.

Тварь принялась охапками захватывать людей и закидывать их себе в пасть, после чего глотала, не жуя.

Послышались выстрелы. Арбалеты, воздушки и самодельный огнестрел.

Следом — визг сирен. К обороне площади присоединялась полиция.

Из второго подземного перехода показалась морда ещё одной твари. Людей здесь было гораздо меньше, но и тварь оказалась проворнее. Кроме того, гигант попытался вытащить своё жуткое тело, но в том месте поворот был слишком узким. Помню то место, когда сам выходил из метро.

Готесса окружилась ворохом амулетов, а в руке сжимала жутковатую куклу.

Рядом с нами на углу площади под статуей кого-то из предков монарха, был ещё один выход метро, и оттуда тоже валила толпа. Мы отошли подальше, чтобы нас не смело.

Я прокручивал в голове мысли, как эту тварь можно завалить. Времени должно выпасть за такое немало!

Как и ожидалось, тварь выскочила и рядом с нами. Раскрылась пасть, а я уже стоял наготове с пламенным коктейлем. Последний. Больше на этом круге у меня получается не осталось ничего.

Худший исход против противника — не иметь способов нанести ему повреждения…

Тварь пошатнулась и замолотила руками в попытках достать хоть кого-то.

Марта резко вонзила в куклу длинную чёрную иглу, и противник пошатнулся снова. Не успев выбраться из широкого прохода, титан повалился на лестницу.

Кто-то умный уже принялся забрасывать его сверху чем под руку подвернётся.

Живучее чудовище погибать не собиралось. Наоборот, существо будто впадало в ярость.

У других выходов творилось примерно то же самое. Оборона шла тяжело. Способы навредить такому противнику вообще мало у кого были.

Народ сбивался в группы, но как раз этого делать по моему мнению и не нужно было. И вскоре это подтвердилось, но совсем не так, как думал я…

Некоторое время титаны бились у выходов из подземки, медленно выползая и сея панику среди простого народа.

Где-то вдалеке над домами показались фигуры других титанов. Более тонких и высоких, метров от шести до восьми.

— Отходим в сторону… — я быстро оценивал обстановку, — туда!

Указал пальцем в сторону полиции. Титан доедал кого-то из первого патруля, но стражи города не сдавались. Рядом остановился белоснежный фургон с синей полосой и надписью «Дозор».

В той стороне чудовищ было меньше всего.

Будь у меня хоть немного больше оружия… но всё осталось в чёртовой канализации.

Ладно, нужно думать о хорошем. Меня при любом раскладе ждёт два дня выходных.

Марта растерялась. Но Михаил так и не порадовал нас своим присутствием в финале цикла, а Мирт и вовсе вылетел до следующего круга.

Титан, на которого я потратил свой последний козырь, был ранен, но пока что даже не планировал умирать. Он наконец вырвался из тесного тоннеля и быстро полез на одних руках в нашу сторону. Ног у титана не было — лишь туловище с головой, ползущие на цепких руках.

И нужно сказать, для таких размеров тварь была необычайно быстра.

Титан рванул к скоплению народа и принялся грызть тех, кто по глупости пытался это«танковать».

А чуть правее…

Мои глаза расширились от удивления, когда я понял, почему крупнейшая группа под памятником почти не отбивалась от противника.

Несколько человек в толпе едва держались на ногах, но это не мешало им пытаться прыгать и кусать других.

Я узнал знакомые алые нарывы и обильно отплёвывавшуюся у людей слизь.

Не может быть!

Это же чёртово заражение чёртовой песчаной язвой!!!

— Бежим! — властно сказал я.

Бросив туда взгляд, Марта буквально побелела и ни секунды не сомневалась.

Что происходило дальше мы уже не смотрели. Сопротивление на площади было обречено. Единственный шанс набрать ещё хоть немного времени для меня было в том, чтобы отсрочить момент своей гибели.

Мы перебежали дорогу, едва не столкнувшись с паникующим водителем. Машина отклонилась в сторону, и над дорогой, перекувыркнувшись вокруг себя, шлёпнулось тело женщины в неестественной позе. Но даже это не помешало ей медленно подняться и на глазах начать мутировать в непонятно что.

— Два кризиса⁈ Как такое может быть?!! — взвыла Марта, утратив всё хвалёное спокойствие.

Точно, она же до смерти боится этой болячки.

Я с силой ухватил паникующую девушку за руку и потащил за собой мимо бегущих в панике местных.

Плана у меня пока что не было — убраться куда-то — разве что это. Хотя от судьбы далеко всё равно не уйдёшь.

Посмотрел на таймер.

Оставалось чуть больеш пяти минут…

Мы добежали до края дома. Обернувшись в последний раз назад, я увидел странную картину, как один из титанов падает на асфальт, рассыпаясь множеством единиц времени. Прикончили его неспящие, а наряд местной полиции… дозора. Времени они, надо полагать, не видели. Но тем не менее, оно охотно впиталось в выживших. Процесс происходил совершенно без их ведома. Прямо как у Риты в мире с культистами.

Интересно, выходит, на следующем круге у нас будет пополнение, или как это работает?

А затем…

Да вы… мать вашу… издеваетесь!

В центре площади, под памятником, размахивал башкой громадный титан, покрытый алыми волдырями песчаной язвы.

— Они заражены? Они все заражены, да? — спросила готесса.

— Можно сказать и так. Или в процессе.

— Так не должно быть… не должно!

— Охотно тебе верю, всё когда-нибудь бывает в первый раз.

Мы пробежали узким переулком и вышли к следующей улице. Людей здесь уже не было. Все разбежались, правда понятия не имею куда — с учётом закрытости города.

— Нужно… нужно убить друг друга до того, как мы заразимся! — в панике сказала Марта.

— Успокойся, — встряхнул я готессу. — Противовирусных возьмём. Если отъедем от них — точно не перенесём с собой заразу.

Хотел бы я сам в это верить.

Впереди была небольшая аптека. Нужно будет на всякий случай в обязательную экипировку добавить набор таблеток.

Внутри никого не было. Время смерти подбиралось уже совсем близко. Вернее, первая точка выхода. А выходить я не намеревался.

Сейчас таймер на моей стороне. Ещё пять минут я — бессмертен.

Аптека оказалась открыта, но торговца уже не было. Я бегло осмотрел всё вокруг в поисках знакомых по какому-нибудь кругу или по прошлой реальности лекарств.

— Вот, держи. — я протянул первую пачку, снятую с прилавка. Затем порылся рядом и нашёл ещё пару пачек — их закинул про запас.

На готессу мой грабёж аптеки впечатления не произвёл. Напротив, она быстро освоилась, открыла холодильник и вынула оттуда две бутылки минералки.

Первая полетела ко мне.

Вскрыл, вытряс на ладонь несколько таблеток. Затем взгляд упал на рекламу леденцов со средством от паразитов. Закинул парочку под язык и остаток бросил обратно готессе.

Где-то вдалеке послышался шум бьющегося стекла и далёкий гул. Не замолкая выли сирены. А я вытащил из сумки верную палку и как следует ударил по стеклу с особо дорогими товарами.

— Держи — протянул я девушке совершенно неожиданный трофей — нормальную маску с фильтром от биологической угрозы.

Да и себе взял такую же.

С секунду подумал над тестовым забегом использования дротиков. Если болезнь ещё и между кругами перекатывается, всякая жалость к заражённым отпадает сама собой.

БАМ!

Часть жилого дома с магазинчиком на первом этаже обвалилась внутрь, погребая под собой прятавшихся там людей. По улице резво полз безликий гигант, но почуяв рядом людей он остановился и принялся медленно разбирать завалы.

Я оглядел магазинчик. Вдалеке виднелся небольшой коридор. Махнув следовать за мной, я прошёл через него на задний двор. Здесь мы выбрались из комнаты. По ту сторону никого не было.

Сверился с таймером.

Пора бы…

Оставалось меньше минуты. Если так, то или здесь накроет весь район, или я погибну при выходе из переулка. Значит, лучший вариант — просто стоять и ждать?

Ещё раз осмотрелся. Ничего опасного не наблюдалось.

Марта вопросительно на меня смотрела, но не задавала вопросов.

Я дал знак молчать и сам замер, глядя на последние секунды своей жизни, отмеренные таймером.

Когда время дошло до пяти секунд я приготовился и на третьей просто резко сорвался с места и прыгнул в сторону.

И ничуть не удивился, когда с крыши прямо на то место где я был приземлился громадный булыжник, грозящий раскрошить мне череп.

Я поднялся, отряхнулся и глянул на таймер. Смена времени произошла. Теперь я должен прожить ешё пять с половиной минут.

Вот как это работает? Если бы я просто сразу от выхода двинул прочь, то и камень бы меня гарантированно не расплющил. Насколько события задаются судьбой и насколько — на неё влияю я сам?

Механику работы навыка понять мне ещё предстоит.

— Бежим, — сказал я и ухватил готессу за рукав.

Мы вышли из переулка. Мимо с визжащими тормозами пролетела неуправляемая машина. Водитель, судя по всему, был заражён. Где-то вдалеке заканчивал разбирать здание мутирующий под воздействием болезни монстр. Пятиметровый гигант выбирал новую цель для разрушений, а из открытой пасти лилась красная слизь.

Два кризиса слились в один.

3. Охотники и добыча

Я дёрнул девушку за руку и мы перебежали улицу.

Пискнуло оповещение в мессенджере. Кто может писать в такой момент?

Тень: где ты? сможешь выйти к реке возле моста влюблённых?

— Где здесь мост влюблённых? — спросил я у Марты.

Та уверенно ткнула пальцем чуть левей и прямо по курсу.

Небо казалось неестественно-стальным. Его заволокло тёмными тяжёлыми тучами, через которые проступали яркие белые пятна, казавшиеся застывшими молниями.

Давящая атмосфера, будто перед дождём, который никак не мог разразиться.

— Сложность растёт, — сказала Марта. — Началось слияние.

— Слияние?

— Параметры меняются. Людей становится меньше, и пласты города сливаются воедино.

— Постой, то есть эхо тоже растёт?

— Да. В финале сложность и эхо будут максимальными для кризиса. Но мы до этого момента не доживём.

— Почему?

— Это время для вечных и их игр с боссами.

А ведь я не так давно задержался до боссов и даже помог одного завалить!

Мы вышли на набережную. Одно из существ — заражённый безногий великан полз по направлению к небольшому мосту. Мост нависал над речушкой и был узким, так что больше чем два человека вместе идти не могли. Ещё и замки на память были обильно увешаны, утяжеляя конструкцию. Городская достопримечательность. Достаточно крепкая для людей, но вот для титана…

Я видел чудовище со спины, где гуманоидное тело из плоти и крови переходило в металлическое нечто со множеством цепей и крючков. Зараза уже перешла и туда, формируя сгустки слизи и на металле.

Затем в голову существу полетел коктейль молотова.

Вспыхнуло пламя и послышался крик Тани:

— Давай, ползи, я здесь!

Девушка специально выманивала на себя монстра. Тот охотно поддавался и передвигался он куда быстрей человека. К счастью, Таня тоже.

Я увидел темноволосую фигурку в чёрно-розовой одежде, изо всех сил уходящую от преследователя. И твари это сильно не понравилось.

Оттолкнувшись руками, монстр попытался нагнать её в рывке. Гигант оттолкнулся от земли и приземлился уже на мосту.

Послышался громкий хлопок.

Стальные тросы не выдержали. Надо полагать, тоже стараниями Тани. Ловушка сработала, и чудовище полетело вниз.

Высота была не особенно большой, метров десять от силы. Для такой громадины — не так много. Речушка была узкой и мелкой. И протекала чуть в стороне от того места, на которую с шумом повалилась тварь.

Таня резко развернулась и быстрыми скользящими шагами направилась к провалу.

Мы с Мартой подошли к обвалу с другой стороны.

Готесса к виду Тани оказалась совершенно равнодушна. Мазнула на пару секунд взглядом, будто отметила что перед ней не заражённый, и сразу же утратила всякий интерес.

Тень заинтересовалась моей спутницей больше. На лице мелькнула лёгкая досада, что я не один, но похоже, друг друга девушки не знали. И это к лучшему.

Таня вынула из сумки бутылку с поджигом и сбросила вниз, на повалившегося титана. Огонь ярко вспыхнул. Существо всё ещё умирать не собиралось и вяло отбивалось от огня.

— Спускайся вниз! — крикнула девушка. — Надо его добить!

Я вытащил таймер. Следующая смерть должна была состояться через минуту.

Откуда на этот раз?

Подходить к чудовищу не хотелось. Получить больше времени — наоборот. Второе желание пересилило первое, и я сошёл с дорожки вниз, на крутой спуск к берегу.

Отсюда хорошо было видно и Таню — та снимала с ног обувь.

Ага, вот и секрет быстрого передвижения. Ролики!

Верней, некие накладки, которые она надевала на кеды.

Земля была влажной, и голову не покидала мысль о том, что я совершаю ошибку.

Таня уже перебиралась через реку на нашу сторону по торчащим из воды камням. Движения были отточенными, будто она так делала уже не раз.

— Держи… те, — сказала она, сбрасывая нам под ноги рюкзак. — Нужен огонь!

Тень подбросила в монстра ещё одну бутылку. Чудовище взвыло и попыталось добраться до нас. В воздухе воняло палёным мясом и кислым запахом болезни. Резко развернувшийся в нашу сторону от противника ветер заставил поморщиться от отвращения.

Марта коротко вскрикнула и юркнула мне за спину от зловонного ветра.

— Горящие не заразны, — бросила Таня.

Я долго не сомневался — вытащил из брошенного рюкзака бутылки с горючим и бросился к великану. Щедро плеснул из двухлитровой баклажки, и на плече чудовища вспыхнуло пламя.

С некоторым запозданием к веселью присоединилась и готесса. Нужно отдать ей должное, несмотря на весь эпический наряд, она быстро смекнула, что от неё требуется и принялась со злобой плескать на чудовище горючей жижей.

— Ещё один! — предупредила Таня. — Не отвлекайтесь!

Девушка была полностью поглощена процессом. А вот я сразу вспомнил о таймере.

Да… это по мою душу.

Второй великан полз прямо по песку. На безликой голове уже прорезался неестественно распахнутый рот. Тварь будто повиновалась неведомому ритму, раз за разом подтягивая тело всё ближе к нам.

— Полярис! — окликнула меня Тень.

Существо резко ускорилось. Я вспомнил свой пока что единственный и самый верный метод уйти от верной смерти в такой ситуации. То есть просто броситься в сторону. Желательно в ту, в которую я бы не додумался броситься, не знай я о таймере.

Но бежать было некуда. По левую руку — узкая, но достаточно глубокая река. По правую — крутой подъём наверх, к улочке. По ней, во влажной земле, мои шансы уйти от чудовища равны нулю.

Позади — девушки.

Звук бьющейся стеклотары. В спину ударило теплым ветром от пламени.

Оно вообще их убивает, или просто отвлекает на время?

Бросил взгляд в сторону торчащих из воды камней. Путь, по которому в узком месте речушки перебежала Таня. Придётся постараться, чтобы не свалиться вниз.

Я бросился назад. Чудовище ещё больше ускорилось и оказалось рядом со мной быстрее, чем я мог подумать. Затем резко развернулось — ухватить меня ему так и не удалось.

Прыжок на следующий камень, и шаг ещё на один.

Оборачиваюсь. Варианта лишь два — я или девушки. Но монстр уже заинтересовался мной, а они достаточно прямолинейны. Чтобы он переключился, я должен резко скрыться у него из поля зрения.

Но я продолжал медленно отступать. И монстр потянул руку к первому камню. Затем ко второму. Длины его рук как раз на это хватало. А я — отступал дальше. Жаль, с собой ничего горючего больше не захватил. Надо было взять что-то у Тани.

Таймер явно прошёл отмеренные мне последние секунды. Значит, решение было верным.

Последовали громкие шлепки огромных рук по камню, а затем — тварь не удержалась и с плеском повалилась в воду.

Неужели повезло?

Вода действовала на существо как-то странно. Не убивала, но будто замедляла и делала движения существа плавными.

Титан, которого пытались спалить девушки, был наконец-то повержен. Девушек и времени видно уже не было. Надеюсь, их не сожрало что-то, пока я был занят.

На таймере было восемь минут до следующей точки. Интересно, эти цифры как-то связаны с этим слиянием версий города к концу круга или они падают рандомно?

Тяжёлые ботинки от КММ — так себе выбор, чтобы бегать по влажной земле с обилием грязи. Путь наверх оказался сложнее чем спуск — я хватался руками за клочки сухой травы и чахлые кустики и всё равно весь измазался в грязи, так что теперь больше походил на бомжа или алкаша.

Перед лицом показалась рука Тани. Я взялся за неё, и увидел между нашими ладонями свет.

— Вот так передаётся время, если что, — улыбнулась девушка, напоминая о том, как я ей передавал час. Тень покраснела. Улыбка сделалась смущённой, и она поспешила отвернуться, якобы внимательно оглядывая окрестности.

Марте было на всё это глубоко плевать. Но она выглядела довольной. Видимо, свою порцию времени за помощь она тоже получила.

— Познакомились уже?

Готесса коротко кивнула.

— Зачем звала? — перешёл я к делу.

— Любых титанов сложно валить в одиночку, — выдала базу Таня. — Я шла к сходке, думала прибиться к отряду нубов, но похоже, на площади жопа.

— Она самая. Два кризиса сразу.

— Да, Марта уже сказала, — кивнула Таня. — Но у меня есть точные данные, что планировался только один. Титаны.

О своём параметре она, само собой, промолчала.

— Ему это скажи, — я кивнул в сторону медленно барахтающегося в крохотной речушке гиганта. Всё его тело было покрыто признаками заражения песчаной язвой.

Размеры монстра позволяли ему своим телом полностью накрыть реку от одного до другого края. Но тем не менее, преграда стала для него неожиданно серьёзной.

— Можно попробовать добить его, — задумалась Таня.

— Не стоит, — покачал я головой и показал на двигавшиеся в нашу сторону фигуры вдалеке по улице.

Пока что им до нас ещё было далеко, но если мы опять спустимся вниз и будем хрен знает сколько пытаться подпалить пятиметрового людоеда — точно попадём в клещи. И по другую сторону твари тоже были. Я видел фигуры титанов, вставших между домами.

Судя по дрожи, разносившейся по земле, ходячие гиганты здесь тоже были.

— Тогда уходим. Попробуем устроить ещё одну-две ловушки. Полярник, сколько времени?

И эта туда же с коверканьем ника…

— У меня ещё минут пять.

Она кивнула.

Грохот приближался. Где-то за домами совсем рядом скрывался ползучий титан.

— Много ещё огня?

— На эту жизнь хватит, — отмахнулась она. — Идём, это близко.

Что именно она искала я не спросил. Таня юркнула между домами в переулок. Мы пошли к северу, рядом с рекой. Место обладало странной атмосферой. Напротив крохотной речушки, перед крутым спуском вниз, располагался ряд домов разного вида.

Часть — ещё девятнадцатый век, наверное, часть — более современные дома, втиснутые между ними. Плюс и те, и другие были будто поросшими грибами от множества пристроек, так же выстроенных на смешении образов — от современных балконов до кустарных деревянных сооружений.

Пройдя так с полминуты, мы столкнулись с заражёнными. Не знаю, как зараза добралась сюда, но несколько живых зомби попытались выйти нам навстречу и перекрыть путь.

Марта шарахнулась в сторону. Таня не задумываясь швырнула коктейль Молотова. И не в противника, а ему под ноги, создавая между нами небольшую огненную преграду.

А затем просто пробежала мимо.

Я ухватил за руку замершую было готессу.

Таня резко свернула в подворотню, узкое пространство едва ли больше чем в полметра между двумя домами, и выскочила по другую сторону.

Здесь проходила дорога, и горела врезавшаяся в столб машина.

Сам столб наклонился и упал, перегородив дорогу. Дальше дорога расходилась на две, и чуть левей находился заезд на заправку.

Вот оно что…

— Решила разнести её? — спросил я.

— Да, для этого мне и нужен был кто-то ещё. Я могу подорвать её дистанционно. Время поделим.

— А как мы заманим его туда?

Девушка помрачнела.

— Можно привлечь внимание и притащить за собой на хвосте.

— Без вариантов. Они быстрее.

— Умеешь ездить на роликах? — спросила она у меня, и я покачал головой.

Затем перевела взгляд на Марту и та повторила отрицательный жест.

— Тогда есть только один вариант. Кто-то должен быть приманкой посмертно.

Готесса промолчала. Видимо, сделала вид, что этой фразы не было, и её она не касалась.

— Я могу, но ты должен пообещать мне вернуть время на следующем круге. Тебе я верю.

— Нет. Я сделаю это. — я посмотрел на время.

Отсчёт был готов закончиться в ближайшую минуту. Это значит, что опасность скоро появится сама собой, хоть её пока и не видно. Сами мы никого сюда не заманим за такое время. А если я выживу — тогда тем более можно рискнуть, таймер будет говорить, когда я уйду на рестарт.

Таня кивнула.

— Кстати, сколько было за того? — спросил я. Время-то мне передали, но точное количество моей доли я так и не узнал.

— Пять часов на нос, — довольно ответила девушка.

Теперь молчаливая покладистость со стороны готессы уже не казалось мне странной.

Минута.

Вдалеке показался ползучий титан — тот самый, что ошивался где-то за домом. Примерно такого же девушки добили под мостом.

И не один, а с компанией.

Пять часов!

— Куда ты? — спросила Таня.

— Сейчас он появится. Готовься взрывать! И дай мне пару бутылок твоей смеси.

— У меня их всего две, — буркнула она, но протянула необходимое.

Я направился прямиком к заправке, но, как и ожидалось — дойти не успел.

— Поляр! — крикнула Тень.

Словно из ниоткуда из-за заправки вдруг встал титан. Один из тех, кто обладал в отличие от других ногами.

Тварь уловила моё приближение и потянулась лапами. Громадная туша нависла над заправкой. Ладонь обрушилась сверху, я понял что будет дальше ещё тогда, когда эта тварь появилась. Помнил, сколько осталось на таймере и смекнул, как именно он может атаковать.

Рука опустилась на бутыль с горючей смесью. Ладонь монстра объяло пламя, и тот попытался от него отмахнуться.

Глянул на время. Сейчас это было критически важно.

Таймер изменился. Ещё тридцать две секунды.

Я резко развернулся и побежал в обратную сторону. Монстр завыл и инстинктивно отдёрнулся. Другие обожжённые тоже замедлялись и принимались бороться с огнём на себе. Инстинктивная реакция — пытаться отмахнуться от него. Но горючая смесь у Тани была на редкость вязкой и прилипчивой.

Миг — и послышался колоссальный взрыв. Именно он и должен был меня прикончить. А так… меня оглушило и отбросило взрывной волной, протащив по асфальту. Одежду и кожу местами протёрло до крови, а заодно счесало часть щеки и кожу на ладонях.

Боль была адской. Но смертью это и не пахло, так что добрый Город не спешил меня забирать, подавляя все негативные ощущения.

— Живой⁈ — голос Тани доходил с огромным эхо и будто откуда-то сильно издалека. Он двоился, складывался и разбивался на отдельные звуки. Видимо, последствия взрыва…

Понял я, что она у меня спрашивает, наверное, раза с третьего. Да и то больше по губам.

— Норм… — с трудом прохрипел я и обернулся в сторону заправки, к которой я так и не дошёл.

— Я его только на неудачу заговорила… — удивлённо сказала Марта. — Ну и тебе на удачу…

— Хренасе у тебя проклятия, — шокировано ответила Таня.

— Твои навыки тоже достойны уважения, — справилась с собой Марта и ответила сдержанным ответным комплиментом.

— Там было много факторов, — сказал я, вспоминая о таймере. — А за бафф спасибо.

Время обновилось. К моей жизни добавилось ещё десять минут. Неплохо, больше чем раньше.

Шум привлёк внимание тварей в округе. Из домов медленно потянулись один за другим зомби-заражённые. Где-то в отдалении оборачивались в нашу сторону гиганты, что своим размером перекрывали дома.

Сколько сейчас вообще в городе осталось живых?

Нестройными рядами живые зомби искали, кого бы выбрать своей мишенью. А впереди в отблесках горящей заправки угадывались зависшие над землёй ярко горящие цифры.

Такую красоту я, признаться, видел впервые.

Это получается так зарабатывают крутые ребята вроде Михаила?

287 369 241 423 120

Обе девушки бросились к числам.

— Это по восемь часов на каждого! — воскликнула Марта.

Я увидел у неё в руках горящий телефон. Она что, уже посчитать успела?

Теперь уже финал меня не интересовал. За эту спонтанную охоту мы заработали внушительную сумму. И у меня есть ещё… девять с лишним минут, чтобы попробовать получить что-то ещё.

Кольцо монстров и заражённых сжималась. Впереди над домами в нашу сторону плелись сразу трое гигантов.

Глянул в другие стороны — нет, твари брали нас в кольцо. Вернее, просто шли на яркий огонь и звук взрыва. И когда казалось бы было уже понятно, что на этом наш славный поход заканчивается, я увидел ещё кое-что.

Троица гигантов дальше по улице, вдруг что-то не поделила между собой и один из монстров вцепился в другого.

Вернее… точно. Заражённый. Заражённый титан жрал своего здорового сородича!

Да ну нафиг!

— Туда! — сказал я и первым бросился в сторону дерущихся фигур.

Если один из них будет повержен — это потенциальный шанс урвать ещё несколько халявных часов!

Я будто оказался в своей стихии, или просто вошёл в раж после того как понял, что стал богаче сперва на пять, а затем ещё на восемь часов.

Так почему бы не получить ЕЩЁ?

Наперерез нам устремились парочка зомби. Координация движений у меня сейчас была лучше, чем у них.

Я увидел возможность, и я к ней шёл.

Ближайшего отпихнул металлической палкой, и тот упал, будто кегля.

Бежать не получалось. Я и шёл-то с трудом. Похоже, рука если не сломана, то сильно ушиблена. Да и голова всё ещё кружилась. Чтобы что-то сказать мне, девушкам приходилось повышать голос.

Но таймер не подвёл. Ровно десять минут у нас заняло обойти ещё один ряд домов через подворотню, перебежать через пустынную дорогу, покрытую телами погибших жителей. Откуда и почему здесь было столько тел мы не знали. Возможно, болезнь — среди тел медленно вставали заражённые.

Мелькнула очень неприятная мысль о том, что наш прекрасный город на следующем круге будет уже не таким прекрасным.

А следом за ним, отвлекая от боли, мелькнула и другая мысль — а что, если неспящие именно этого и добиваются? Пытаются сделать Город невыносимым местом для жизни?

Глупость, конечно. Но действия у них и правда похожие. А на деле… что они хотели сделать, выпустив этот вирус на другом круге? Двойной кризис? Зачем? Не фармить же время, правильно? Они же вроде как против всего этого, или если собирать время себе — то это нормально?

Я мысленно усмехнулся. Двойная мораль меня не удивляла.

Физически усмехнуться не мог. Тело в этом мире было не слишком-то привычно к физическим нагрузкам, так что я уже едва волочил ноги. Да ещё и после того взрыва.

И был вознаграждён. Заражённый, будучи в единственном числе, проиграл. Ему в прямом смысле отгрызли башку и растащили на части. Но время монстры друг у дружки не отбирали.

От выпавших цифр в глазах натурально засветились огоньки.

Время! Самый ценный! Нет — единственный по-настоящему ценный ресурс!

Рядом были ещё два великана, и оба заинтересованно смотрели на нас.

Оба синхронно обернулись и сдвинулись с места.

Победители недолго праздновали победу. От контакта с заражённым собратом, песочная язва уже начала образовываться гнойники на телах гигантов.

Монстры сорвались с места и бросились к нам. А мы — к зависшим впереди бесхозным единицам времени.

Таймер подходил к концу в третий раз.

4. Выходной апокалипсис

Уровень сложности «11»

Уровень эхо «12»

Тип инкарнации: «3»

Критическая точка «2 сут. 8 ч. 42 мин.»

Доступно времени для распределения: 8475

Я подорвался с постели в лучах яркого утреннего рассвета, в своей комнате.

Время — девять утра.

Начался всё тот же день… или не тот же?

За окном была тёплая, почти летняя погода. Сегодня ветер снаружи был более чем уместен — он был приятным и ласковым. На небе не было ни пятнышка — погожий ясный солнечный денёк.

Выудил из кармана плаща телефон и удостоверился, что сегодня вторник. То есть за два дня до того, как начнётся очередной кризис.

Почему-то я воспринял два дня выходных.

И оба дня я проведу в этом круге.

Параметр эхо в двенадцать единиц, как я понял, означал то что мистики в этом мире достаточно, но она не должна бросаться в глаза дальше народных целителей или наведения приворотов.

Итак, свыше двух суток. Плюс выпавшее с босса в том бою, прошлые титаны и вся мелочь. Сумма внушительная.

Пора задуматься о том, как можно её потратить. Менять сложность — бессмысленно. Этот мой параметр был самым бестолковым и имел смысл только если выживать в одиночку.

Менять эхо — значит изменять для себя количество магии и странностей вокруг. Честно говоря, понятия не имею, как это работает на деле. Но если вложить много, то теоретически я должен переноситься на какой-то иной слой Города, где магия и странности становятся нормой вещей.

Зачем это нужно делать? Понятия не имею. Поэтому делать и не буду.

Время до смерти — да, это возможность отмотать события ещё раньше. Заодно проверю, как это работает в разрезе больше чем суток. По аналогии с таймером, календарь должен измениться. А как быть с погодой за окном?

Хорошее поле для экспериментов. Но что мне даст изменение времени? Да, я могу отдохнуть примерно на два с половиной дня больше. Круто, почти отпуск. Дальше что?

Бессмысленно.

Оставался самый неподъемный, незыблемый параметр точки инкарнации.

И на его изменения у меня ещё очень, очень и очень не скоро будет достаточно времени.

Я тяжело вздохнул.

Настроение, впрочем, было хорошим. Впереди был счастливый день, который я проведу вместе со своей семьёй. От одной этой мысли сердце забилось так, что готово было выпрыгнуть из груди.

До этого момента я только и делал, что выживал. И вот теперь я могу просто… расслабиться и насладиться тем, за что всё это время боролся.

Настроение резко поползло вверх, как и летняя погода за окном.

А затем — открыл стол и достал настольный калькулятор.

8475 минут — это 5,88 суток. Так мне сказал калькулятор.

Числа… этим миром правят цифры.

Получается, у меня на руках…

1,6% от года…

Если бы можно было вкладывать время по частям…

Мысль уже давно витала в воздухе. И я был уверен, что ничего не получится. О таком мне пока никто не говорил, так что идея была из серии пальцем в небо.

Однако Город меня удивил.

Тип инкарнации: «3,01»

Да, я попробовал внести в таблицу дробное число, и это сработало!

Я ещё раз перечитал параметры, глянул уменьшившийся порядок цифр… хорошо что ещё шесть тысячных года не вкинул, в часах это тоже немало. Но попробовать я в любом случае должен был.

Теперь по идее мой мир должен стать на одну сотую лучше. В чём это проявится? Посмотрим. Сумма и правда не сильно большая.

Оставил себе хороший запас, на случай если круг не заладится.

Может, и зря так потратился, но полученное знание будет иметь огромную ценность. К тому же, так будет проще собирать на четвёртый уровень.

Что ж, жизнь доказала, что заработать в городе я могу. И если я лучше пойму принцип работы этой характеристики, я смогу получить достаточно времени, чтобы выйти на четвёртый уровень.

А вот насколько это действительно нужно — очень скоро узнаем.

Когда я отвернулся и повернулся к зеркалу обратно, число не исчезло. Оно всё так же радовало глаз, с дорисованным нулём и единицей.

Посмотрел вниз.

Доступно времени для распределения: 4320

Выходит, сработало?

Не произошло ничего. В том плане, что город всё так же стоял за окном. На остановке стояли два человека — кто-то другой, не те трое работяг. Но это скорее следствие изменившегося времени, чем моих манипуляций.

Изменение было слишком малым, чтобы всерьёз на что-то повлиять? Логичный ответ. Хотя Я вообще понятия не имел, как это должно работать и что будет меняться.

Решив на это забить, я принялся осматривать квартиру.

Привычные инструменты — на месте. Включая недавнее. Дротики, яд и прочее было в кладовке. На кухне — прежний набор — чай, рыба в морозилке, пустой холодильник… а, нет, в холодильнике была кастрюля с оладьями от бабушки.

Сложил оружие с боеприпасами в сумку. Места в ней уже не оставалось — пора подумать о хорошем рюкзаке. Тащить это домой к родителям — затея мне не нравилась. Хотя с учётом всех реалий — глупые мысли.

Затем решил потратить часть своего необъятного времени на то, чтобы составить примерное представление о себе на этом круге.

Итак, я студент Академии Оккультных Наук. Особого места на окраине города, куда мог поступить учиться на оккультиста одарённый. Одним из таких и был я. Ученик факультета сомнологии, что бы там не изучали.

Магия в этом мире — называлась оккультизмом и была занятием общеизвестным, обычным, и никаким не особенным. Просмотрев тетради в столе и учебники в шкафу, я понял, что направление колдовства было максимально небоевым.

«Бытовая магия», «Сновидческое целительство», «осознанные сновидения», «Руническое кодирование», «Существа Изнанки»…

Открыл последнее как самое многообещающее.

«Чтобы вступить в контакт с домовым духом рекомендуется оставить на столе в ночь стакан молока и кусок хлеба в качестве подношения…»

Получается, я какой-то специалист по снам и домовикам?

Чтобы не проколоться как с инквизитором в мире Риты, власть которого была почти абсолютной даже в качестве простого студента на эту специальность, я погуглил и кто такие сомнологи в этом мире.

Оказалось — незнакомая на нормальной Земле ниша чего-то среднего между целителем, психоаналитиком и шаманом. Таких специалистов звали, когда нужно было наладить сон, или вылечить некоторые психические расстройства вроде фобий. Ещё сомнологи лечили соматические болезни, возвращали желание жить и в запущенных случаях, могли устраивать сновидческие приключения сомнительного характера.

Последние и было одним из главных мотивов для многих поступающих на эту специальность. Особо прибыльной эту отрасль было не назвать.

Затем немного полистал интернет, чтобы понять, какие в целом у мира где мне предстояло прожить два дня, особенности. Впечатление в целом сложилось приятное. Мир был почти копией Земли времён две тысячи седьмого. Разница была только в добавлении элемента мистики, который уложился здесь как обыденная бытовуха, глобально совсем не повлиявшая на быт.

Несколько объявлений от гадалок, медиумов, ведьм, народных целителей и… да, сомнологов — вот и весь перечень волшебства. Никакого особого вмешательства в ход истории, развитие технологий и дальше по списку, это всё не повлияло.

Меня это более чем устраивало в качестве выходного круга.

На деньгах был изображён мужик в меховой шапке, с золотой булавой и пышными длинными усами, и с забавной фамилией Кошка. Судя по всему, казацкий атаман или что-то вроде того, с датой смерти в тысяча шестьсот втором году. Ну и фиг с ним — форма правления здесь меня не сильно волнует.

Убедившись, что мир максимально обычный, насколько это возможно в рамках текущего эхо, я вышел из дома.

Вооружённый и готовый ко всему.

Путь, как и в прошлый раз, занял примерно час. Но теперь это время уже не казалось мне чем-то запредельным. Я спокойно ехал в трамвае, попутно почитывая конспекты с оккультной академии.

Первое впечатление — сплошная эзотерика, густо приправленная народными поверьями и сказаниями. Одним из обязательных предметов в академии был старославянский и буквица.

Не удивлюсь, если подвох высокого эхо выльется в языческие храмы с деревянными идолами.

И тем не менее, на улицах были те же представители субкультур, да и в целом — никакого старославянского. Видимо, это скорее особенность конкретно моей специальности.

Наконец, я прибыл на конечную.

Сегодня осень казалась особенно золотой.

Дом…

Я попытался разобраться в своих чувствах. К примеру, само здание — оно ведь явно было не из реальности. Мои родители никогда не жили в частном доме, как и дед с бабушкой — разве что в их детстве. У нас была дача, но на неё здание тоже не особенно походило. Там была совсем крохотная хижина, в которой нельзя было зимовать. А здесь — добротный дом.

Но всё в целом — кажется мне знакомым до боли.

Память тела конкретно этого меня в этом мире? Возможно.

Но мне почему-то казалось, что это как минимум, не весь ответ.

Затем позвонил в дверь, дождался, когда дед откроет дверь, и мы вместе пошли внутрь дома.

С прошлого посещения здесь ничего не изменилась. На пороге встречала кошка Мелисса. С кухни пало травяным чаем с липой и яблочными пирожками.

Остаток дня я просто делал то, о чём столько мечтал. Слушал истории о нашей семье от бабушки. Играл с дедом в шахматы… у всех есть те вещи, которые он не успел сделать.

И каждая минута, проведённая здесь, растила внутри меня решимость бороться за этот мир. За свой дом и свою семью. Чем бы ни был город, я получу статус вечного. А потом — будет уже потом. Проблемы решаются по мере их поступления.

Сидя за столом и слушая семейные истории, пока на моих коленях лежала рыжая кошка, я тем не менее не мог не думать о том, что мне делать дальше. Сомнений оставаться или нет в группе Михаила — не стояло. Скорее, вопрос был в том — как получить из этого как можно больше времени.

А ещё — я внимательно слушал всё, что мне говорили близкие. Ловил каждое слово и переспрашивал о малейшей детали. Часть истории нашей семьи я знал, потому мог сверить новую информацию с известной.

Как и все в Городе, они начинали теряться, когда речь заходила о том, где конкретно находится город или другие упомянутые населённые пункты.

Дед был военным и успел поездить по городам вместе с семьёй. Здесь эти вполне конкретные населённые пункты были названы другими. Вообще не существовавшие в моей реальности. Всё, выходящее за пределы города — путалось, забывалось, пропускалось мимо ушей.

Издеваться над близкими расспросами я долго не стал, понял принцип и ладно. Подобные эксперименты я уже проводил в самом начале своего пути. Работало точно так же.

Зато всё, что не было затронуто особенностями Города и его эхо — было в точности таким же, как в реальности.

Ко всему прочему, осмотр дома позволил найти множество любопытных вещей — несколько детских игрушек, в реальности оказавшихся на свалке. Письмо с признанием в любви от девочки, которая нравилась классе в шестом и наша совместная фотка, где мы держались за руки. В нулевом мире у меня таких воспоминаний не было.

Были и другие памятные вещи с тем же смыслом — они будто повторяли реальные сцены, но делали их лучше.

Что же такое на самом деле Город…?

К вечеру с работы вернулись мать и отец. Всё постепенно перешло в тёплые домашние посиделки и ужин. Я никак не мог насмотреться на черты родных людей, которых унесли всадники апокалипсиса. Просто старался выбить в памяти навечно каждую секунду этого вечера.

Помимо того, что мне в этот день захотелось жить так ярко, как никогда прежде, я вынес и кое-какие факты относительно того, как устроены круги в Городе.

Мать работала учителем, так же как и в моей реальности. Отец же был по сути ветеринаром, но в этом мире — друидом. Так называлась здесь почему-то специальность мага, работающего с животными.

Иными словами, всё берётся не просто так. И мои старты в качестве оккультиста или юного инквизитора не просто так. Единственное наводящие на мысли о таком пути — это то, что я с детства увлекался фэнтези про попаданцев.

Комната на втором этаже, которую назвали моей, тоже была мне незнакома и знакома одновременно. Как и всё остальное. Она была заметно больше, чем когда-либо была моя комната в квартире родителей в реальности. Но обставлена именно так, как это делал бы я сам.

На полке неподалёку от кровати нашлась моя коллекция машинок. Когда-то я собирал их, и вроде дошло где-то до пятидесяти штук. У каждой была своя история и… и ещё они в какой-то момент потерялись, все до одной. Может, выкинули, или я сам забыл их где-то.

Но видимо, в этом мире всё было иначе.

А ещё арбалет из лего, набор оставшихся здесь с незапамятных времён тетрадей, знакомая одежда…

В груди было щемящее чувство душевного тепла и любви.

И ведь это… не просто воспоминания.

Меня кольнуло понимание главного факта.

Всё это я могу пережить!

Если откатить время на пару десятков лет, я могу прожить до кризиса жизнь в этом доме со своими близкими. Вот в этом вот раю, где каждая секунда вызывает ворох приятных воспоминаний и чувств.

Всё это может стать моим. Моей жизнью. Не демо-версия на пару суток, как сейчас. А настоящей жизнью!

Кто бы не хотел прожить свою жизнь заново, да ещё и в её идеализированном варианте?

А если к этому добавить уровень инкарнации? Если у меня будет двадцать лет для отката, то сколько я вложу времени в его развитие?

Единственный, кто как я знал, находится на четвёртом — это Мирт. Местный представитель золотой молодёжи, который может сорить деньгами без разбора. Опять-таки, в разрезе пары дней деньги это фантики, которые ничего не стоят. Можно и украсть, если нужно — как делают некоторые.

Но если тебе здесь жить десятки лет, ситуация сильно меняется…

От всех захватывающих перспектив голова кружилась.

В тот момент, когда лёжа в кровати я всерьёз, будто ребёнок, представлял себе как возглавляю магический клан на двадцатом эхо в течении всех доступных мне здесь двадцати с лишним лет, я услышал стук в окно.

Сперва я не придал этому значения, но звук повторился вновь.

Третий камень едва не угодил мне в голову, когда я открыл широкое окно, расположенное над столом.

Я вовремя прикрыл его обратно и затем выглянул вновь.

В свете луны под ночным осенним небом белела фигурка девушки.

Это ещё кто? Подруга детства?

Увидев меня, девчонка принялась махать руками, призывая спуститься к ней.

Накинув оставленную на стуле одежду, я поспешил вниз. Всё равно тратить очень ограниченное время на сон казалось мне кощунством. Только тело подводило — долгий, пусть и очень приятный день, подходил к концу и хотелось спать.

Открыл домой и вышел наружу под свет одинокой серебристой луны.

— Аня? — опешил я, узнавая девушку из театра. — Как ты узнала про это место?

— Секре-ет, — произнесла она, улыбнулась и приложила палец к губам.

Об этом месте не знал никто. Я и сам-то был здесь всего один раз.

— Меня этот ответ не устраивает.

— Я знаю много секретов, — сказала она. — Этот тоже пылился в шкафу среди всей тьмы вещей.

— Что ты здесь делаешь?

— Пришла за долгом. Помнишь, я сказала, что найду тебя сама?

— Тебе нужно время? — уточнил я. — Я могу отдать тебе долг прямо сейчас. Целоваться будем?

Девушка растянулась в странной хитрой улыбке на бледном лице.

— Нет. Пути судьбы сегодня сплетаются в других играх. Я здесь. И сегодня я хочу, чтобы ты составил мне компанию. Это будет твоей платой.

— Я тебе время должен. Время и отдам.

— И это вся твоя благодарность? — она ничуть не смутилась. — Я первая, кого ты встретил здесь. Ой, или вторая? Как тебе твой первый поцелуй в городе?

Она и об этом знает? Недобрый знак…

— Если ты хочешь от меня что-то помимо обещанного, тебе придётся пояснить, почему мне это выгодно.

— Я хочу, чтобы ты пошёл со мной кое-куда.

— Сейчас?

— Почему бы и нет? Или мне следовало явиться попозже, когда ты будешь окружён врагами, или когда обещанные минуты превратятся в последнюю соломинку, за которую ты будешь цепляться, старательно пытаясь спасти свою жизнь? — театрально ответила Анна.

— Звучит, как угроза.

— Звучит, как часть Города, упавшая тебе в руки. Идём, сегодня мой день.

Я застегнул на змейку джинсовый плащ. К ночи стало прохладней.

— Мне захватить с собой оружие? — спросил я.

Девушка на минуту задумалась.

— Нет, полагаю, что нет. Мы закончим гулять до того, как начнётся кризис. Возможно, тебе даже понравится. Но заслуженный выходной отнимать у героя — мне не дозволено.

Последнее она снова произнесла театрально и чуть поклонилась.

Одета она была так же, как в нашу единственную встречу в старом театре. Серая рубашка с чёрной лентой, чёрные короткие шорты, чулки и туфли без каблука.

Девушка склонила голову и пристально посмотрела, будто пыталась залезть прямо в разум.

— Хорошо, что я получу за это?

— Я не могу тебе сказать. Но ты не будешь разочарован.

— Звучит, как лохотрон и ловушка. Ты каким тёмным богам служишь, Луричева?

— Ещё ты получишь много ценной информации. Той, о которой ты не просил, но которая сделает тебя сильнее.

— Этого мало.

— Какие могут быть бонусы зрителю в театре? Твоя оплата — и только. За место в первых рядах.

— Могу я хотя бы узнать, что конкретно от меня требуется? Вдруг в финале меня принесут в жертву?

— В жертву? Хм, — девушка картинно приложила руку к лицу, театрально выражая задумчивость. — Нет. Хотя Нефтис, старшая из дочерей Смерти, которой ты изредка молишься, начинает присматриваться.

— Что? — опешил я.

— Полагаю, под бонусами ты предполагал халявную информацию. Предлагаешь мне выступать бесплатно?

— Если ты знаешь обо мне так много, то знаешь и то, что я могу заплатить тебе достаточно времени.

— Думаешь, формулировка «достаточно» применима? Аха-ха — девушка картинно рассмеялась, прикрывая рот.

При этом глаза у неё совсем не смеялись.

— Аня, ты одна из вечных? — спросил я напрямик.

— Нет. С чего ты взял?

— Ты странная, обитаешь в странных местах, появляешься из ниоткуда и ведёшь себя как таинственный персонаж детектива.

— Я — таинственный персонаж? Мне нравится! Тогда сегодняшняя ночь тебе определённо понравится.

— Достаточно интриги. Переходи к конкретике.

— Её не будет. С этим тебе придётся смириться. Никаких анонсов. Настоящее искусство развернётся у тебя перед носом, Полярис.

— Спасибо, я ещё больше убедился, что ты ведёшь меня на алтарь тёмным богам. Всего доброго, — я развернулся было к дому, но девушка быстро оббежала меня и картинно преградила дорогу двумя руками.

— Хорошо-хорошо. Стой. Ты мне нужен. Одна ночь — и мы в расчёте. И ты прав. Будут бонусы. Может быть даже два.

5. Места, где не живут тараканы

— Я подумаю, когда услышу, какова моя роль.

— Ты должен помочь моему другу.

— Сейчас?

— Завтра возможно будет уже поздно. А у тебя, возможно, появится ценное знакомство. Если не налажаешь. Но это уже зависит от тебя.

— А если налажаю?

— Так мыслят неудачники, Полярис. Никаких «если».

— Я всего лишь пытаюсь выяснить подводные камни. Вдруг я не сработаюсь с твоим… другом?

Анна остановилась. Задумалась. Склонила голову на бок. Она всегда так делала, когда погружалась в размышления.

— Пока не вижу предпосылок. Но мне не нравится твой негативный настрой. Мы идём в гости, а не на войну.

— Будь по твоему, идём, — кивнул я, и девушка одобрительно улыбнулась.

— Отлично, — сказала она уже не глядя и решительно направилась вперёд по тёмной улице ночного города.

Фонари здесь были приглушены так, чтобы прохожий не расшиб себе нос. Тёмный спальный район находился на самой окраине города. Анна быстрым шагом выбирала дорогу, неожиданно пропадая между домами и удивляясь, когда я останавливался в её поисках.

Затем просто взяла меня за руку и потащила за собой вслед.

Тело такой темп долго не выдерживало, особенно с учётом того, что я и так был усталым. Но я старался не подавать виду.

Остановилась она у одинокого фонаря под слегка проржавевшей детской качелей.

Подул сильный ветер, и та со скрипом качнулась в сторону.

Анна расставила руки, закрыла глаза и замерла.

Я подошёл ближе, вопросительно глядя на девушку.

Фонарь замерцал и вдруг погас с едва заметной посмертной вспышкой.

— Разве сегодняшний день не прекрасен? — спросила она.

— О чём ты?

— Я пью Город, а он пьёт Меня. Идеальный баланс, не находишь?

— Пока что я вообще понимаю тебя через слово.

— На это нужно время! — Аня ухватила меня за руку и вновь потащила за собой. — Идём!

Собеседником она была так себе. По большей части она молчала, а дорогу выбирала максимально заковыристую. Мне начало в какой-то момент казаться, что она специально водит меня кругами, чтобы я гарантированно не нашёл путь домой.

Но вот на следующем перекрёстке нас встретил более яркий свет. Два фонаря освещали остановку трамвая, у которой была вывеска с картой города и отметкой «вы здесь».

Дальше начинались поля к западу от города.

Посмотрел в сторону стоявших здесь домов, тускло освещённых редкими фонарями. Этот район города был ближе всех к стандартной пост-советской застройке. Прямо по курсу возвышалась шестнадцатиэтажка, за которой светилось янтарное поле.

За прошедший час мы передвинулись от одной окраины города в другую. И поход заканчиваться не планировал.

— Стоп, — остановила меня девушка, хотя я и так стоял. — Здесь ждём.

— Чего? — спросил я без надежды на ответ.

— Трамвай.

Я с сомнением посмотрел в сторону шестнарика, затем перевёл взгляд на рельсы, которые уходили куда-то в сторону желтизны. Затем вопросительно посмотрел на Аню.

Вынул телефон.

— В… — я посмотрел на экран, — два часа ночи?

— Запоминай первый бонус, Полярис. В городе чудеса всегда происходят по расписанию.

Любопытство дало приток сил, и я шагнул дальше по рельсам. Если всё так, как на карте, то трамвай должен появляться из поля. Я думал, здесь у них заканчивается круг или что-то подобное, но рельсы просто шли мимо дома в янтарь.

За спиной послышался стук туфель Анны.

Я поравнялся с домом и прошёл мимо подъезда, разрисованного кораблями с репродукцией Айвазовского.

А затем — меня едва не ослепило — то, что видели мы с Ритой как слегка подсвеченное поле, здесь буквально горело ярким янтарным светом, так что луна терялась на его фоне.

Поле простиралось во все стороны, куда я только мог посмотреть, и где-то вдали сливалось с мраком, становясь ничем.

От увиденной странной, величественной и захватывающей картины я застыл и так жадно глядел на окрестности, что очнулся лишь когда вдалеке послышался одинокий звон хорошо знакомого мне вида транспорта.

Послышался стук колёс трамвая по старым линиям. Я увидел, как блеснули провода свежей вспышкой, а ржавые рельсы задрожали, будто по ним передвигалось что-то тяжёлое.

— Когда-то давно, — начала Анна, — когда пробуждённые ещё не освоили всех троллейбусных и трамвайных линий, нас было мало, и миром правили аномалии. В те времена один трамвай заблудился и потерялся на много лет. Говорят, иногда в ночь его можно встретить даже сейчас. Как одно из множества тайных Чудес города.

Из ниоткуда выскочил красно-жёлтый советский вагон со слегка облупившейся краской. Он с шумом подпрыгнул на кочке и со скрипом начал останавливаться на пустой остановке.

Анна вновь потянула меня за собой, а затем мы уже вместе побежали к вагону. Но транспорт терпеливо ждал своих единственных пассажиров.

Больше я никого внутри не увидел. На водительском сидении вроде было пусто, но сказать уверенно я не мог.

Мы вошли внутрь. Пассажиров не наблюдалось. Мы действительно были одни.

Анна решительно шагнула в сторону водителя.

Дверь к нему была открыта, будто приглашая войти.

— Полярис, есть чем заплатить за проезд?

В голосе девушки мне почудилась издёвка. Какой-то подвох в этой просьбе точно был, и стояло за этим нечто большее, чем кажется.

Водитель повернул лицо, изъеденное временем и рассмеялся беззубым ртом.

Двери во всём вагоне с неестественным шумом захлопнулись, и, звякнув, трамвай тронулся с места по мрачным улицам ночного Города.

Я обернулся назад и шокировано застыл.

Вагон больше не был пустым.

Несколько мест занимали покрытые паутиной скелеты в одежде. Пустые глазницы внимательно смотрели на меня под странный шум, будто где-то громко рассыпались кости.

Обернулся к Анне, но обнаружил, что её рядом больше нет.

Та-ак…

Не брать с собой оружие, говорите?

Я сильно разозлился на себя прежнего, что не потратил время и не настоял на том, чтобы взять с собой пару коктейлей и пистолет… ну или хотя бы верную палку.

— Подойди-ка сюда, добрый молодец, — произнёс жуткий водитель.

Свет в трамвае вдруг погас, вспыхнул вновь и опять погас — теперь уже надолго. Главным источником освещения стала приборная панель у водителя.

— Давай с тобой поступим так, паренёк. Задай мне такой вопрос, какой не задавал ещё никто за все те круги, что я странствую от первого дня основания Города.

— Вопрос?

Послышался писк и на потолке кабины захлопали крылья свисающих вниз летучих мышей.

Трамвай подпрыгнул на рельсах, так что я сам едва устоял, благодаря тому, что держался за поручень.

— Если задашь, отвезу тебя, куда скажешь. А если нет… будешь ездить с нами вечно.

В погасшем на пару секунд свете мигнули образы сидящих в трамвае покрытых паутиной скелетов. Одежда, кстати, тоже на них была не современная, а где-то тех времён, когда этот древний трамвай должен был сойти с заводского конвейера.

Вот же подстава!

Чёрт бы побрал эту дуру!

Пара заданных вопросов не стоят такой цены!

По щеке скатилась капля пота под стук бешено колотящегося сердца.

— У тебя три попытки, — с ехидцей проговорил водитель.

— С-сколько звёзд на небе?

В ответ послышался новый смех и шум тарахтящий костей.

Так, соберись! — сказал я себе.

Нужно мыслить оригинальнее. А ещё лучше — удариться в какой-нибудь треш.

— Сколько костей в теле собаки?

Снова смех.

— Двести девяносто две, студент, — усмехнулся водитель.

Я крепче схватился за поручень и попытался восстановить дыхание. Атмосфера действовала на мозги. Особенно после недавнего разговора с Мартой о том, что смерть может быть очень даже конечной…

— Последняя попытка, — улыбнулся старик беззубым ртом.

— Почему тараканы не живут в трамвайных поручнях?

Новой вспышки зловещего хохота не последовало.

Напротив, вагон погрузился в тишину, я слышал лишь стук металлических колёс по рельсам.

— Хм, ты знаешь, — нарушил паузу водитель, — такой вопрос мне действительно ещё никто не задавал. Так и быть, я отвезу тебя, куда тебе нужно. Называй место.

Трамвай снова с шумом чуть подпрыгнул, а свет моргнул и включился вновь.

Никакого склепа в вагоне больше не было. Лишь пустые сиденья в тёплом электрическом свете позднего трамвая, рассекающего ночную мглу города.

— На улицу Несбывшегося, — послышался равнодушный голос Анны, будто ничего только что не произошло.

— Ты где была?

Девушка пожала плечами.

— Что? Это не ответ!

— Выпала из поля твоего зрения. Так бывает, — ответила она и отвернулась. Затем шлепнулась на свободное сидение у окна.

Я присел рядом с ней.

— Теперь ещё раз. Какого хрена только что произошло?

— Туда не попасть иным способом, — нехотя сказала Аня. — Постановка невозможна без толики чуда, а герою для развития нужна опасность.

— А если бы я остался здесь ездить вечно?

— Значит, твоя история была бы не такой интересной, — парировала она.

— Ты издеваешься?

— Нисколько. Трагедия — часть жанрового разнообразия жизни.

Я посмотрел за окно в попытке понять, куда конкретно меня сейчас завозят. Знание города пока что оставляло желать лучшего. За окном угадывались темнеющие дома, но чувствовалась некая зловещая неестественность происходящего.

Фонари. Точно, на улицах не было фонарей, хотя по всему городу они активно горели, пусть и приглушались на ночь.

А затем я поймал себя на том, что и свет в домах не горит — вообще. Не поверю, что в городе нет полуночников, любящих скроллить анонимные форумы в три часа ночи.

Затем послышалось тарахтение колёс и скрежет.

Трамвай будто разгонялся до неестественных для общественного транспорта скоростей.

Я посмотрел в сторону водительского стекла и увидел, что мы… несёмся в белый туман. Прямо на нашем пути было облако, в котором обрывались блестящие под лунным светом рельсы.

Свет снова погас.

Отблески луны прочертили очертания окон.

А затем, звуки стихли.

Я прильнул к окну, пытаясь понять, что происходит снаружи.

Трамвай окружили облака. Слишком белые, будто они слабо подсвечивались изнутри. Я вспомнил, что подобное явление видел на границах Города.

Сердце забилось ещё чаще, когда я подумал, что мы выехали за его пределы.

Долгие десять секунд я видел под расступившимися клубами белого пара рядом с трамвайной линией зеркальную поверхность, которую принял за воду, но до конца в природе этого явления был не уверен.

Долгие десять секунд — время будто замедлилось.

А затем, как натянутая струна, бросилось бежать дальше — мы вынырнули из белого облака на улицу. Облака расступились и исчезли, будто их и не было. Трамвай начал замедляться. Впереди в свете фар показалась далёкая трамвайная остановка.

Скрип.

— Приехали, — сообщила Анна и направилась к выходу.

Девушка юркнула в раскрывшуюся дверь, и я прошёл следом за ней на остановку.

Водитель с насмешкой смотрел мне вслед.

Нужно сказать, место было явно не самым благополучным. Скамейка была проломана посередине. Крыша будто чем-то снесена напрочь. Вокруг — битое стекло. В домах — ни единого огонька света.

— Знал бы, что ты позовёшь в такое место, ты бы меня никакой наградой не заманила.

— Тебе не нравится девушка или место свидания? — улыбнулась Анна.

Впрочем, некое напряжение чувствовалось даже от неё.

— И то, и другое. В девушке должна быть изюминка, а не мешок сухофруктов.

— Бука, — коротко резюмировала она. — Дальше трамвайных путей нет.

— Да их и здесь давно не использовали, — сказал я, глядя на рельсы.

Я подсветил перед собой фонариком и увидел ржавые рельсы, через которые пробивался сухостой. Целый, будто только что здесь не промчался трамвай.

На это Анна ничего не ответила.

— Кстати, если что, за подставу с трамваем я тебя ещё не простил.

— На обиженных балконы падают. Здесь как раз аварийный район.

— Вот, ещё и в дебри какие-то завела. И куда я среди ночи пошёл с маньячкой?

— Действительно, куда? Где твой здравый смысл, парень? — Анна посмотрела на меня с деланным равнодушием, но в уголках губ и в глазах прятались смешинки.

Или это место не так опасно, как я думаю, или меня реально привели на жертвоприношение.

— Что это вообще за трущобы? Здесь ведь никто не живёт? — спросил я, кивая на чёрные окна в домах.

— Живут, — ответила Аня. — Но немногие, тут ты прав. Большинство домов здесь заброшены.

— Разве Город не идеальное место? Откуда заброшки?

— А разве ты никогда не мечтал побродить по городу-призраку? — ответила она вопросом на вопрос.

— При чём здесь это?

— О-о! — потянула она. — Это напрямую взаимосвязано, Полярис. Как по твоему, на что похож Город?

Я задумался, но лучшей формулировки чем та, какую собрал для себя в уме, не нашёл.

— На смесь воспоминаний, фантазий и снов?

— Ага! Хорошие слова! Да, он берёт кирпичики для себя из твоего подсознания. Но собирает их не бездумно, как может показаться. А лишь те, которые несут отпечаток положительных эмоций.

— В Городе много людей. Получается, он берёт это ото всех?

— Да, и смешивает, как художник краски. То, что духовно сделано для тебя, вроде твоего дома, будет в основном из твоих красок. Но в целом — Город соткан из сновидений и грёз.

— Твоё сравнение тоже красивое.

— Оно не моё. Так говорит Сивилла.

— Ясно. Так что с этим местом? Его создала чья-то фантазия о заброшенном районе?

— Не совсем так. Скорее, он результат одного сломавшегося давным-давно кризиса. Но знающие люди нашли способы сюда попадать.

— Как твой трамвай, понял. Кстати, обратно так же?

— А ты позволишь себя заманить внутрь?

— Нет, конечно.

— Тогда увидишь. Скорее всего, нам укажут дорогу обратно.

— Укажут?

— Не задавай бессмысленных вопросов. Ответы не бывают бесплатны, а на этот ты увидишь его сам. Зачем сотрясать воздух?

— Чтобы скрасить путь по ночному городу в неизвестном направлении. Нам далеко?

— Не очень. Скоро будем на месте. Дальше ты сам по себе, но думаю, ты и сам разберёшься, что делать. Вопрос долга, наверное, будем считать уплаченным.

— О, уже? Значит я могу идти домой?

— Иди, — кивнула Анна. — Выхода отсюда не знаю даже я.

— Получается, я пленник?

— Нет, конечно. Разве что на этот круг. Но если ты спросишь, думаю путь отсюда тебе покажут и так.

— Ты хотела, чтобы я помог твоему другу… — напомнил я.

— И я сказала правду. Я всегда говорю правду. Идеальная пьеса строится так, чтобы даже зная правду, зритель ходил вокруг неё, пока не случится кульминация в сюжете. Она и сорвёт все маски и укажет, кто есть кто. Ждём?

— Не особо, — поморщился я. — Но если мне заплатят, то вопрос обсуждаем.

— Тебе нужно время? — спросила Анна с любопытством. — Когда будешь просить, не прогадай. Хорошо подумай, что хочешь получить взамен на свою помощь.

Я молча кивнул. Туман в её словах начал малость поднадоедать.

На часах было четыре. Точки выхода на следующий круг на таймере не было. Можно ли сказать, что мне ничего не грозит? На самом деле, нет, если учесть что пытки в Городе никто не отменял. Надо бы, что ли, цианидом в зубе обзавестись, как у шпионов в фильмах.

Тропинка уходила вглубь района. Где-то спустя минут пять я впервые увидел среди домов признаки присутствия в этом месте кого-то живого. Это был тусклый электрический свет, и алая точка тлеющей сигареты. Угадывался лишь едва различимый темнеющий силуэт, говорящий, что огонёк не просто завис в пустоте.

Здание с незнакомцем было достаточно далеко — оно выступало над двухэтажными домами на параллельной улице.

Анна по сторонам не сильно смотрела. Она шла уверенной походкой человека, который прекрасно знал дорогу и не интересовался ничем кроме неё.

Вскоре впереди показались высокие чёрные трубы фабрики. С виду — ещё одно покинутое строение — ни единого источника света. Но тем не менее, производство будто шло полным ходом.

От этого вида становилось ещё больше не по себе.

Но к счастью, нам туда было не нужно. Здесь Анна резко свернула налево, вглубь района.

Здесь пытаться запомнить путь стало сложнее. Освещение ещё встречалось, но его было так мало, что можно сказать, почти и не было. По этой причине однотипные в своём разнообразии старые дома со множеством кустарных пристроек, становились подобны тёмному лабиринту.

Однако блуждания здесь быстро закончились. Анна прошла мимо мусорных контейнеров в сторону особенно обильной застройки — там дома пристройками буквально срослись друг с другом, что выглядело уже не как строительные потуги амбициозных алкашей, а скорее работа первых нейросетей, которые любили путать геометрию и сращивать разные элементы друг с другом там, где это не нужно.

Нужный нам дом был именно таким. Наверное, самое странное жильё, какое я когда-либо видел. Если бы дом был живым кустарником, а пристройки — ветвями, получилось бы как-то так. В смешении окон, углов, изгибов, балконов и крыш не угадывалось вообще никакой логики.

По той же схеме, дом оплетала неживая реальность города. Провода шли к дому под разными углами и по большей части с хаотичными мотками кабелей. Хуже, чем коллекция проводных наушников в одном кармане.

Кондиционеры и антенны — а их было значительно больше, чем нужно для счастья целому общежитию — тоже были почти везде. Первые — так точно, всех видов и форм, где надо, и где точно их не ожидаешь увидеть. С антеннами чуть лучше — их было штук пять, все громадные и ради разнообразия не где попало, а строго на крыше.

Крыша, впрочем, у дома была понятием весьма растяжимым.

— Пришли, — позволила себе улыбнуться Анна и вместо стука громко произнесла. — Ханичка, открывай! Это Луричева!

В этот момент я только-только осознал, что передо мной дверь этого странного места. Несмотря на широкую арку метра в два с половиной, деревянная дверь всё равно с трудом читалась именно как дверь. С тусклым огоньком по ту сторону, который был прикрыт бежевой занавеской в окошке на двери и рядом с другим архитектурным хаосом, она казалась лишь одной из множества обманок.

В ответ на слова Ани я услышал, как заворочалось нечто огромное где-то в недрах.

Я поднял глаза наверх и увидел над дверью то, что принял поначалу за нелепо втиснутый элемент украшения. ЭТО напоминало тёмно-серую каменную гаргулью, изображавшую неведомую зубастую тварь с пустыми глазницами и рядом острых непропорциональных зубов.

Но тварь была очень даже живой. Каменные глаза вспыхнули белым, будто два фонаря, а над входом показалась серая рука с шестью пальцами, которые росли как попало, будто корень растения.

Существо свело смотрящие в разные стороны глаза и мазнуло по нам безумным взглядом. Вблизи я смог рассмотреть множество цепей, местами грубо обмазанных цементом, которые сдерживали тварь по рукам и ногам.

— Ну что, идём! Познакомлю тебя с парочкой самых странных вечных этого мира.

6. Дом, в котором живет пламя

По ту сторону нас никто не встречал.

Внутри царил полумрак. Освещение давали приглушённые электрические лампы с абажуром. Обстановка… странная. Будто хижину ведьмы скрестили с обильно заставленным особняком Плюшкина и с советской общагой.

От первого — обилие высушенных растений, развешанных на стенах, старинные пузырьки с непонятным содержимым, непонятно как растущие почти без света растения и в целом мистическая атмосфера.

От второго — высота потолков и антураж века так девятнадцатого, суровые портреты, чёрно-белое фото в рамке и деревянные лестницы прямо по курсу от двери.

От третьего — обилие ящиков, советской утвари, банки с консервацией, забитая одеждой открытая вешалка и в целом атмосфера намекала на то, что у этого дома очень богатая история.

Я пошёл следом и оказался на уютной, хотя и слегка захламлённой кухне. Старая газовая плита, холодильник «Саратов», столы с облупившейся краской. На столе красный плакат с… это что, Брежнев?

Вдалеке раковина, над которой располагался куда более современный бойлер с подходившими к нему окрашенными грубой потемневшей краской трубами. Над головой же, под высоким потолком где-то трёх с половиной метров, были натянуты верёвки с висящими на них полотенцах и прихваченными деревянными прищепками вязанками трав.

За столом сидела девушка со светло-русыми распущенными волосами. В свете горящей за её спиной настольной лампы они казались будто налитыми золотом, смешанным с осенней грустью.

Девушка подняла милое лицо, отрываясь от книги, которую сжимала в руках. Взгляд её чистых лазурных глаз пробежался по Анне и остановился на мне.

— Привет, странник городских троп, — мягко улыбнулась она. — Зачем ты здесь?

— Все вопросы к ней, — я кивнул в сторону Анны.

— Как там Рута? Что-то удалось сделать?

— Я всего лишь рассказала ей сказку, — пожала плечами девушка. — Ты — её результат?

Она снова перевела взгляд на меня.

— Пока что я сам не знаю, о чём речь, — пожал я плечами.

— Знаю, — кивнула она после короткой паузы.

— Кому и как я могу помочь?

— Помочь? Да, наверное, так тоже можно сказать. История сама находит элементы мозаики. Я лишь их проводник. Героем этой истории можешь быть ты, идущий за полярной звездой.

— Си, давай сегодня без туманных пророчеств. Я нашла прецедент.

— Подожди одиннадцать минут, — сказала девушка. — И угощай гостя липовым чаем с вереском, ромашкой и мятой.

— Значит, ждём, — пояснила Анна ещё раз для меня.

Затем она решительно прошла мимо девушки. Глаза странной красавицы снова вернулись к книге и быстро забегали по строчкам. Моя спутница открыла старые створки шкафчика, прикрученного на границе её доступа.

На полке оказался советский фарфоровый чайный сервиз. С большими белыми кругами на красном фоне. Вот только достать его она уже не могла.

Аня потянулась к нему, привстала на носочки, открывая великолепный вид на джинсовые серые шорты с заниженной талией.

До нужного места ей не хватало каких-то пары сантиметров, но тем не менее, они были для неё непреодолимы. Смирившись с этим, она обернулась на кухню и зацепилась взглядом за небольшой табурет.

Но я оказался быстрее — и подошёл к ней, помогая снять с полки две чашки. Аня благодарно кивнула, забрала свою и добавила:

— Спасибо. Возьми ещё мёд. Ждать, значит ждать.

Мёд нашёлся на полке ещё выше. Здесь уже у меня возник вопрос, на кого рассчитывали те, кто прибивал их так высоко от пола.

— Акация. Который прозрачный, — добавила Анна.

Пришлось уже мне подняться на носки, но роста всё же хватило.

Затем, уже оборачиваясь, поймал белый луч из-за плотно прикрытого тяжёлыми красными занавесками окна. Из любопытства чуть отодвинул и замер с удивлением глядя на зимнее утро в заснеженном саду.

Сейчас не может быть ни того, ни другого.

Посмотрел на Анну. Та уже открыла маленький кран самовара и разливала по чашкам травяной чай.

Я поставил пол литровую банку мёда перед ней. Та сразу открыла и положила одну ложку себе и посмотрела на меня. Я кивнул.

Светловолосая с шумом перелистнула страницу.

«Легенда о зимнем Волке»

Послышался вой и цоканье лап по паркету.

Я нервно обернулся ко входу, готовясь встретить какую-то хтонь, но это оказался всего лишь светло-рыжий длинношерстный пёс. Бросив на нас с Анной заинтересованный и будто человеческий, пронзительный взгляд, он прошёл мимо.

Синеокая не глядя протянула левую руку и погладила собаку за ухом. Пёс сразу повеселел и присел рядом с хозяйкой. Та, в свою очередь, потянулась за своей чашкой чая правой, взяла за ушко и сделала медленный глоток, смакуя напиток.

Да, книга при этом продолжала висеть в воздухе все эти долгие секунд восемь.

Затем она, будто так и задумывалось, поставила чашку обратно и вновь взяла книгу в руку. Снова перелистнула страницу. Левой же всё это время продолжала чесать собаку.

Создалась странная, немного гнетущая пауза. Анна выглядела напряжённой. Совсем не как во время нашего путешествия по городу, где она позволяла себе вести себя покровительственно, словно старший товарищ. Здесь же из нас двоих намного спокойней был я. А незнакомка с собакой — и вовсе как человек, погружённый в очень интересную книгу. Окружающий мир её интересовал слабо.

— Ждём-ждём, просто ждём, — повторила Аня.

— От того что ты констатировала это трижды, время не станет течь иначе, — не глядя сказала синеокая.

— Ну Сивил-ла-а!

— Выброс, — коротко ответила она.

Я же застыл, втрое внимательней изучая незнакомку. Значит, это и есть та самая легендарная Сивилла, «которая знает всё»?

Одета она была тоже немного странно. Но из-за пёстрого колорита самого дома, заставленного разнообразной утварью, это не так бросалось в глаза. Однако пройдись она в городе в тёмно-бирюзовом платье с золотыми листьями и несколькими амулетами на шее, подумал бы, что это косплей на какого-то персонажа.

Я снял свой джинсовый плащ. Вообще-то стоило сделать это прямо на пороге, но тогда мы только пришли с холодной улицы. Однако сейчас мне вдруг сделалось жарко.

Затем отхлебнул горячего чаю, собрался с мыслями, посмотрел на Сивиллу и хотел было начать расспросы, но в этот момент где-то наверху послышался звук колокольчиков.

Обе девушки синхронно встали и не сговариваясь пошли к выходу.

Отхлебнув напоследок ещё чаю, я пошёл за ними.

Мы вышли из кухни, свернули на лестницу и поднялись на второй этаж.

Здесь перед нами раскрылся небольшой коридор с красным длинным ковром. Тут было ещё мрачнее. На стенах горели старые лампы, и их яркость постоянно менялась, будто это было не электричество, а огонь.

Девушки встали у одной из дверей, которая ничем не отличалась от любой другой.

— Так. Я первая, Полярис. Потом ты, — сказала Анна.

— Это что, приём у гадалки?

Шутку почему-то никто не оценил. Анна вернулась к своей прежней нейтральности, а Сивилла… ну, она просто читала.

Дверь со скрипом отворилась, и беловолосая скрылась внутри.

Похоже, там было ещё темнее, потому увидеть, что за дверью, мне было не суждено.

Подозрительно….

— Вы ведь меня здесь не в жертву приносить будете?

— Она так боялась повлиять на путь, что привела тебя не готовым, — ответила Сивилла, не отвлекаясь от книги.

— Не готовым к чему?

— Не знаю, — пожала плечами она. — Я просто рассказчик.

— Расскажешь одну сказку мне?

Девушка подняла глаза от книги и посмотрела на меня двумя звёздными сапфирами своих глаз.

— Ты хочешь услышать историю? О чём?

— Если ты знаешь всё, как говорят в городе, то скажи, как стать вечным?

— Ты не знаешь истории этого мира. Не знаешь, кто ты такой. Но уже так любишь город, что хочешь стать его частью?

— Прости, я не очень тебя понимаю, — похоже, передо мной один из тех персонажей, что говорит загадками. И до её всезнания мне не добраться никак. Всё равно ничего не пойму.

Однако я оказался прав только наполовину.

— Ох… прости. Я привыкла говорить с другими, как будто они медиумы, как и я. Сказки о силе — это правильно. Один мой коллега так назвал свою книгу, когда тропа сновидений показала ему вершину Стены.

— Одна моя подруга с ума сходит от твоих книг. Что-то про девушку по имени Ласка. А другая восхищается тобой как чародеем. Ничего странного, что я задал такой вопрос. Но если ты знаешь, почему мы здесь, зачем, и что это за мир — тоже буду благодарен за ответы или хоть намёки на них.

— Хорошо. Свою сказку ты напишешь сам своим выбором.

— Опять туманные фразы. Можно понятней? — прямо спросил я. Девушка похоже, к некоторой доли фамильярности относилась с пониманием.

— Понятней? М-м… просто представь, что ты пишешь историю прямо сейчас. Как бы ты хотел, чтобы поступил персонаж по имени Полярис? О каком герое ты хотел бы прочесть?

Понятней не стало. Но видимо, спрашивать бесполезно.

Я посмотрел в сторону лестницы. Над ней было большое окно в которое был виден ночной осенний город. Никакой снежной зимы под утренним солнцем.

Дверь распахнулась, и из комнаты вышла сильно задумчивая Анна.

Не обращая внимания на нас, она прошла мимо. Затем спохватилась и коротко бросила.

— Полярник, иди.

Заинтригованный, я вошёл внутрь.

В нос ударил сильный запах благовоний и эфирных масел. Я узнал известные сандал и ладан, но на деле запахов было куда больше.

Под потолком от этого собирались целые пахучие облака.

И не мудрено — ведь повсюду была расставлена хренова туча аромаламп, кадильниц и палочек. От такой концентрации, как говорится, хоть топор вешай.

Освещалось всё это множеством восковых свечей и большим камином. Слишком большим для такой комнаты.

А рядом с ним, в отблесках от камина и свечей, в инвалидном кресле сидела девушка. Длинные волосы были заплетены в тугую чёрную косу, закинутую вперёд и спускающуюся до талии.

В девушке угадывались цыганские корни. И вместе с тем присутствовала некая аристократичность и властность. Да и цветастые пледы и подушки, которые в обилии украшали стоящую справа от входа двуспальную кровать под балдахином были в цыганской стилистике.

На этом нормальное заканчивалось.

Её пристально смотрящие на меня глаза не были человеческими. Вместо зрачков там танцевало пламя.

Огонь то и дело вспыхивал под чёрным строгим платьем огненными разводами разных форм, будто по телу девушки плясали огненные росчерки. Но хуже всего выглядели руки. Они натурально горели, и со светящихся ногтей на пол падала светящаяся жидкость, будто расплавленный металл.

— Кто ты? — спросила она, так и не дождавшись от меня ни слова. А я — слишком засмотрелся.

— Полярис. Пришёл тебе помогать, я так понял.

— А моё имя — Рута. — ответила она и спросила с легкой снисходительной улыбкой.- И чем же ты можешь мне помочь?

— Хороший вопрос. Понятия не имею! Меня сюда притащила Анна. Разве она не рассказывала тебе обо мне?

— Нет. Она получила то, что хотела. А зачем ты здесь?

— Я не знаю. Может, скажешь, что с тобой? И подумаем вместе, как тебе помочь.

Ответ отчасти я увидел и сам. Девушка будто плавилась и горела изнутри.

Чем тут я могу помогать — ума не приложу.

Девушка с видимым усилием поправила руку на подлокотнике.

— Ты в моей комнате, парень. Коснись зеркала.

— Что? — не понял я.

— Посмотри в зеркало, — повторила она. — Свой круг я встречаю здесь.

Постойте-ка.

Зеркало.

Я ведь тоже смотрю свои параметры на зеркале.

Но прежде, чем я сложил два и два, передо мной возникли параметры.

И всё сразу же стало ясно.

Уровень сложности «22»

Уровень эхо «68»

Тип инкарнации: «0»

Критическая точка «2 сут. 8 ч. 10 мин.»

Доступно времени для распределения: «115 лет, 8 мес., 7 сут. 3 ч. 22 мин.»

На красивом лице девушки показалась улыбка. Хищная, будто у настоящей нечисти.

Я на один миг оказался в одном помещении с запредельным чудовищем откуда-то из глубин расплавленного моря магмы. Она буквально вспыхнула — огни проступили сквозь одежду, а выражение лица было такое, словно она меня готова то ли убить, то ли изнасиловать.

Судя по тому, что у красавицы прорезались треугольные зубы в улыбке, я понял, что скорее первое…

Однако впечатление оказалось обманчиво.

— Тип инкарнации! Как такое возможно?

Теперь механизм настройки стал ясен. Приходя в гости к кому-то, в зеркале ты всегда видишь только свои параметры, но цифры будут связаны с его владельцем!

Всё так просто?

— Тебе нужно повысить инкарнацию? — понял я.

— Что ты хочешь взамен, пробуждённый Полярис⁈

Это что, тот момент, когда я должен был загадывать желание? А я думал, тогда, с Сивиллой?

— Мне нужна постоянная сила, которая будет переходить между всеми видами эхо.

— Такой силы нет, — отрезала Рута. И по уверенности в голосе было понятно, что действительно нет, и я прошу о невозможном.

— Тогда то, что будет сохраняться и адаптироваться на как можно большем из них. Ну или тогда поясни пределы твоих возможностей. А то меня никто не предупредил.

— Я могу только усилить то, что есть в тебе самом.

— И что это может быть, если не секрет?

— Это глубоко интимный процесс. Исход я знать не могу. Дай мне руку и сядь рядом.

— Зачем? — подозрительно спросил я. После того момента, когда через человеческие черты проступило нечто иное, я чувствовал себя в её присутствии уже не так уверенно.

Но Рута пояснила:

— Артефакт, — её руки потянулись к столику слева.

В общем количестве пёстрых вещей вокруг в тусклом освещении из свечей я не обратил на него внимания.

Однако под синим покрывалом оказался хрустальный шар.

При виде своей хозяйки внутри зажёгся огонь.

И этот свет отразился в моих глазах пламенем ослепляющей жадности.

— Этого недостаточно.

— Что? — удивилась Рута.

— Недостаточно. Хотя, мой бонус, я думаю, не будет для тебя обременительным.

— Поясни, — девушка напряглась и прижала к себе руки, то ли прикрываясь, то ли наоборот хватаясь за раскалившуюся докрасна молнию на одежде.

Стоп. Вы мне что, предлагаете переспасть с огненным элементалем каким-то? А это не пожароопасно?

Но нет, Рута просто поправила одежду, чтобы спрятать оголившиеся разломы на коже, из которых сияло пламя.

В комнате становилось всё жарче.

— Ещё меня интересуют ответы, — сказал я. — Простые ответы о мире, в котором мы живём.

Мою просьбу она восприняла ни разу не с облегчением. Напротив, теперь её напряжение было уже очевидным.

— Я не смогу ответить тебе на все вопросы.

— Причина?

— Клятвы.

— Понятно…

Я кивнул.

— Хорошо, меня устраивает. Тогда начнём? Кто ты на самом деле.

— Клятва, — покачала она головой.

— Что находится за пределами Города?

— Клятва.

— Что такое на самом деле эхо?

— Степень искажения реальности от нулевого мира.

О как.

— Как ты получила нулевой уровень инкарнации?

— Клятва.

— Что значит нулевой уровень?

— Что я монстр.

Мы встретились взглядами.

— Какой?

— Я была воплощена, как стиратель.

Я сел за стол, но протягивать руки не спешил.

Её глаза казались вблизи ещё более жуткими. Просто чернота, в которой горит вечное пламя. Без зрачков и в постоянном движении.

— Что такое уровень инкарнации?

— Насколько глубоко ты интегрирован в Город.

— Что это значит?

— Друзья, родственники, возлюбленные, питомцы — все точки привязки — это корни.

— Значит ноль означает…

— Что я для Города — монстр, — закончила за меня Рута. — У тебя ещё много вопросов?

— А их количество ограничено?

— Да… Нет… Не мной… — она сама сомневалась в правильности своего ответа.

— У тебя ещё достаточно времени в запасе.

Она покачала головой. Но объяснять свою спешку не стала. Лишь указала, что акция щедрости не безгранична.

— Кто такие неспящие или беспредельщики?

— Враг.

Фух. Аж от души отлегло. А я-то думал, — с сарказмом подумал я, но озвучивать мысль не стал.

— Подробности будут?

— Фанатики, ненавидящие счастливых людей. Демоны, жаждущие своих и чужих страданий. Безумцы, плюющие в душу Богу. Это не мои ответы. Я слышала их от разных людей. Какой ещё ответ ты от меня хочешь?

— Как ты получила всё это время?

— Вопрос не корректен, не находишь?

— Просто ищу способ стать вечным.

— Вечных не существует.

— Да, все имеют срок смерти. Но я бы хотел его как следует растянуть.

— Продавай свой параметр. Хотя я бы этого делать не стала.

— Почему? И почему ты просто не обратилась к другому пробуждённому с ним? Такие ведь есть на сходках.

— Мне нет туда дороги.

— В центр? — спросил я и сам озвучил свою догадку. — Нет… ты не можешь покинуть эту улицу.

Девушка кивнула.

— Почему? А… из-за высокого эхо. Моё эхо на этом круге — тринадцать.

— Нет. Но причину сказать не могу. Положи руки.

Я коснулся гладкой поверхности прозрачного камня. При этом я пристально глядел за девушкой, чтобы быть готовым к сюрпризам.

Но та лишь положила свои руки поверх моих.

Прикрыла глаза.

Подняла их вверх.

Вытянулась, насколько это позволяло ей инвалидное кресло.

Резко подалась влево, так что я отшатнулся и едва не опрокинул на неё стол от внезапности такого манёвра. Но как оказалось, зря.

Она лишь сорвала покрывало с ещё одного зеркала. Высокого, до самого потолка и старинного, будто века эдак семнадцатого.

Тряпица с шуршанием упала на землю. Девушка посмотрела в зеркало, в котором отражался я.

Под слоем пыли была будто подсвеченная фиалковым надпись.

Уровень могущества: 6.

Доступно времени для распределения: 4320

— Это твой параметр?

— Да.

— Всего один?

— Да. У меня нулевой уровень инкарнации.

— Ясно. Сколько стоит повышение на единицу?

— Две тысячи восемьсот восемьдесят. Двое суток.

— Дорого…

— Для всего нужно время, Полярис. Время — самый ценный ресурс. За него отдают жизни. Ты можешь взять у себя взаймы, вернувшись на уровень назад в инкарнации, — предложила девушка.

Звучит, как отличная идея. Конечно, именно так я и сделаю. Особенно после того, сколько раз мне почти каждый более-менее опытный человек говорил ни в коем случае этого не допускать.

Затем, на случай, если появятся ещё какие-то подгоняемые жадностью и жаждой силы сомнения, вспомнил своих знакомых со вторым уровнем инкарнации. Таню, которая шарахается от каждой тени. Элу, которая живёт как городской Маугли в окружении зверей.

— Не вариант, — отрезал я.

— Твоё право. Но я оставлю за тобой право прийти сюда и попросить об изменении параметра вновь.

Я с сожалением кивнул.

Мда, знал бы, не стал экспериментировать с инкарнацией… Впрочем, на единицу поднять этот параметр я могу.

Девушка с трудом встала и недвусмысленно подошла к первому зеркалу. Ноги её при этом чуть подсветились, будто раскалённый металл, а проступившие вены светились даже сквозь ткань. Действие явно причиняло ей боль.

— Это должен сделать я? Окей, не проблема. Сколько вбить?

— Переводи на четвёртый.

Я зарисовал ноль и пальцем написал четвёрку.

— Отвернись. Нужно разорвать контакт. Пять секунд.

Я не очень понял, но посмотрел в сторону. А когда вновь обернулся к зеркалу… ничего не изменилось.

— Почему… — прошептала она себе под нос.

В голосе девушки послышался такой шок и обречённость, что меня проняло. Серьёзно так прошибло сочувствием. Так наверное выглядит человек, который выиграл миллиард, а затем узнаёт, что все деньги фальшивы.

— Свет мой… позволь изменить отражение, — прошептала Рута и коснулась зеркала, оставляя светящиеся разводы горящей субстанции. После чего бросила требовательный взгляд на меня.

Стоимость повышения 0 — 1 = 1000 лет.

— Тысяча лет? — опешил я от таких расценок.

— Много… — растерянно сказала Рута. — Слишком много.

Сжала зубы. Облизнула пересохшие губы. Нервно сжала и разжала кулаки.

— Много, — повторила она, — но я могу собрать нужную сумму.

7. Идеальный день

— Похоже, мы в одинаковой ситуации.

— Похоже, что так, — девушка слабо улыбнулась. — Дорого, но не невозможно. Хотя, ты можешь поднять хотя бы один пункт.

— Так и сделаю, — кивнул я.

— Дальше цена будет расти. С семи до восьми — три дня. С восьми до девяти — шесть. Десять — неделя.

Действительно — дорого, но мне вполне по силам заработать это время.

— Шесть — это много?

— Чуть выше стандарта. Может проявляться предчувствие и усиленная интуиция.

— Как это работает? Есть точная механика?

— Как и все параметры, он будет принудительно подтягивать реальность до этого уровня. Как именно это проявится, может знать только Город.

— Сюда есть дорога кроме трамвая?

— Вот, возьми, — она протянула один из валяющихся на тумбочке амулетов. Что-то самодельное, вроде намотки цветастых ниток с бусинками. Выглядит то ли по-женски, то ли по-шамански.

— Захочешь снова оказаться тут — просто надень и иди.

— Куда?

— Не важно. Только учти, что он одноразовый. В следующий раз я дам тебе другой.

— Понял. Хотя я не факт, что смогу прийти сюда вновь.

— Почему? — в потеплевшем от надежды голосе девушки послышался страх.

А мне стало на душе немного паршиво. Может, из-за вида инвалидной коляски и того, что сейчас я откровенно играл на её чувствах.

Но это было необходимо.

— Я состою в боевой группе. Могу просто не дожить. У нас, похоже, большая текучка кадров, — и ведь не соврал ни в едином слове. — В наших общих интересах, чтобы я выжил. Если ты займёшь мне немного времени и повысишь параметр, тогда у меня будет больше шансов дожить.

— Откуда мне знать, что ты сдержишь слово и вернёшься тогда, а не уйдёшь, получив своё?

— Аня знает, где меня найти, — так себе аргумент, но другого у меня не было.

Пылающая Рута задумчиво замерла. Даже пламя в её глазах стало будто чуть спокойней, а покрытые светящимися от огня вены почти погасли, сделав её похожей на простую болезненную девушку.

— Я дам тебе малую часть силы. Она повысит твои шансы. Но не лишит мотивации вернуться сюда. Скажем, от твоей семёрки до десяти единиц.

— Понял. Это приемлемо, — согласился я, понимая что и так выторговал больше, чем думал. Вложи я всё заработанное как недавно в эксперимент с дробными числами, всё равно не поднял бы и одного. — Сколько могущества у тебя самой и о каком максимуме ты слышала?

— Тридцать два, — ответила она. — А максимум — мне известно число пятьдесят.

— Это чисто боевой параметр?

— Это связь с силой. Я не знаю, какой именно будет связь у тебя. Я уже говорила об этом.

— Сколько потребуется, чтобы перейти на двадцатый?

— А ты дотошный… До двадцати — месяц. До тридцати — сезон. Дальше год…

— Не дотошный. Я просто хочу жить.

— Может, начнём?

Я кивнул. Девушка протянула руки, давая понять, что я должен взяться за них.

— Может быть больно, — предупредила она.

А затем…

С силой сжал зубы и вжался в стул. Чувство было такое, будто я поймал в обе руки раскалённые угли. Накатил жар изнутри — будто пламя выжигало каждую клетку тела. Температура подскочила до предела, который вообще способен испытывать человек.

Впервые в Городе мне было настолько больно.

Я попытался отдёрнуть руки, но ничего не вышло. Рута держала меня за запястья с необычайной силой. Словно меня ухватила каменная статуя или механизм. В глазах девушки отражалось пламя, и никаких эмоций.

Мелькнула предательская мысль, что я сильно облажался, и этот огонь сейчас выжжет мне душу.

Раскалённые светящиеся вены Руты проступили ещё сильнее, а из ладоней будто расплавленный металл полился. Боль исчезла — я вообще перестал чувствовать руки, будто их не было. Но невыносимый жар внутри всё ещё не отпускал.

А затем я всё же не выдержал и заорал во всю глотку…

…

Я проснулся от собственного крика. И первое, что подумал — меня таки прикончили.

Однако это была не моя квартира, в которой я стартовал, а семейный дом, где я и должен был провести эту ночь, мирно посапывая в кровати.

По всему выходило, что именно это я и делал. Просто спал в своей комнате в родительском доме, а не шлялся по ночам в сомнительной компании.

Боли не было.

Посмотрел на руки — ни единой царапины.

Сказал бы, что это всё мне приснилось, но на левой руке нашёлся знакомый цветастый браслет.

Значит, я всё-таки сегодня отдавал долги Анне и брал новые у Руты. Цыганки с нулевой инкарнацией. В некоем тайном месте, куда проникнуть можно только с помощью этого предмета…

Попытка у меня будет только одна. Так что проверять не будем. Сперва нужно собрать столько времени, сколько я ей задолжал. Целых шестнадцать дней… надеюсь, оно того стоило!

Секунд двадцать я тупил, глядя на подозрительный предмет. Затем снял и положил на подушку.

Подошёл к окну и открыл его, чтобы впустить свежий утренний воздух.

На часах было семь. Снаружи было относительно сухо и свежо. Погода не по-осеннему тёплая.

Снизу слышались шаги. Кто-то спешил наверх.

Я насторожился, но зря. Быстро же я отвык от мирной жизни.

На пороге стоял дед, а из-за его спины, с первого этажа шёл запах жарящихся сырников.

— Доброго утра, внук. У тебя ведь сегодня занятия в академии?

— Да… — я с трудом припомнил расписание. — В девять… или десять.

— Умывайся. Успеем сделать зарядку до завтрака.

* * *

Уходить из дома не хотелось. Несмотря на все особенности Города, я едва не заблудился в том уюте, что он порождает. В какой-то момент этим утром я забылся, что происходит вокруг на самом деле, будто я и правда студент-старшекурсник.

Но именно это и придало мне решимости сражаться за этот мир и стать вечным. Вернуть себе всё, что отнял тот другой мир, о котором здесь предпочитают молчать.

Однако чтобы не только выжить, но и получить определённый успех — нужно шевелиться. И не пренебрегать никакими способами стать сильнее и получить больше времени.

Я получил силу, но не умение пользоваться. И если первое получить было сложно — второе лежало почти под рукой и бесплатно.

Ну ладно — не под рукой, а в часе езды отсюда.

По рельсам грохотал трамвай. Я ехал с той же полной химии сумкой — на всякий случай. За спиной болталась ещё одна — взял дома свой старый зелёный рюкзак, совершенно не подходивший к плащу, ну да и хрен с ним.

Стало теперь понятно, почему я в этом мире переехал в крохотную квартирку. Оттуда до академии можно было дойти пешком.

Около своего дома я вышел и собрал с собой несколько тетрадей согласно расписанию. Затем переложил всё опасное в рюкзак. Оставил только баллончик, бутыль с кислотой и белый порошок.

На последний у меня были большие планы. Я взял игрушечный пистолет и попробовал пластиковую пульку обмокнуть в порошок, а потом выстрелил. Идея была в том, чтобы получить в прямом смысле огнестрел, но увы. Не сработало. Механизм с силой ударил по пульке и порошок разгорелся прямо внутри игрушки. Только и успел что отбросить её.

Жаль. С другой стороны, принцип теперь я понимаю лучше. Нужно поискать пистолет с резиновыми липучками, чтобы механизм бил по пластиковой стрелке, а к липучке можно закрепить порошок.

Но это уже в другой раз. Нужно будет прошвырнуться по магазинам с игрушками.

На сегодня же просто засыпаю его в резиновые воздушные шарики. Получится что-то вроде мини-гранаты, которая детонирует от удара о любую поверхность. Буду бросать так.

За пояс сунул настоящий пистолет — без него вообще больше никуда и никогда!

Ну и четыре коктейля в сумку.

Сущие мелочи.

Даже место для книг остаётся.

По пути я, как прилежный студент, штудировал… вернее, пока просто знакомился с базовой теорией своей профессии в этом мире.

По большей части в первой взятой с собой книжке оказалась известная в реальности теория осознанных снов. Даже фамилии изучавших явление во многом совпадали с реальными. Может даже и все — я темой не сильно увлекался, так что знал только пару общих фактов.

Другая книжка — сборник медицинских терминов и статей о фазах сна, работе мозга и всё в таком духе.

Вот третья, последняя из тех, которые я взял, была чуть интересней. Здесь были около-шаманские практики выхода из тела и упоминались даже поединки сновидцев и техники внетелесных путешествий на практике.

Здесь уже вволю разгулялось эхо, поскольку там с помощью медитации можно было общаться с иномирными сущностями и даже тусить в каких-то астральных мирах. В общем, хоть немного прикладная тема.

В конце концов, если окажется, что предметы этой специальности для меня бессмысленны, но само качество обучения на нужном уровне — схожу когда забросит в версию города с боевой магией.

— О, Полярник! А я уж думал, ты пропал безвести! Где вчера был?

Я обернулся. Полоскун. Выходит, мы учимся вместе? Хорошо, будет больше знакомых лиц.

— Да так… хроническая лень воспалилась, — отмахнулся я.

— Узнаю своего друга! — улыбнулся он. — Если есть что-то интересней учёбы, тебя днём с огнём не сыскать!

Он шутливо хлопнул меня по плечу.

— Что там? Есть что-то интересненькое?

Ха, обычно это он меня уведомлял о странностях вокруг него.

— Как тебе идея о том, что мы живём в череде бесконечных повторений одного и того же отрезка времени с незначительными изменениями?

— Это что-то из «Харухи»? Звучит прикольно. Жаль, такие вещи недоказуемы. Или нет, вот. Был фильм про сны, которые похожи как две капли воды на реальность, и чувак в них заблудился. И вот тут стоит дилемма, убить себя и проснуться, если это и правда сон, или это всё реально и смерть будет настоящей?

— Могу тебя заверить, если ты умрёшь, то просто начнёшь всё заново, — улыбнулся я.

— Типа перерождения? Помнишь, я тебе рассказывал о вере, что все мы — одно существо, которое просто перерождается во всех нас по очереди? Так вот…

Мы вышли за поворот, и я наконец впервые увидел своё учебное заведение.

Чёрт… как же это до безумия, космически красиво!

Высокое здание с башенками было ещё одним образцом советской архитектуры, которую сильно пожевало эхо, сделав большую часть помещений стеклянными.

Я замер, как вкопанный. Никогда не был высоким ценителем архитектуры, но это место произвело впечатление даже на меня.

Вспоминая всё, что я слышал о том, как возникали те или иные участки города — кусочки внешнего вида нового места брались из тех спящих, которые связаны с ним.

Отсюда сразу вопрос. Это я настолько крут, что моё идеальное учебное заведение выглядит восьмым чудом если не света, то Города точно?

Или… есть и другие спящие, которые ходят сюда на занятия.

Кто бы это мог быть?

Взгляд опустился с массивных стеклянных окон от пола до потолка, на каменный серый вход, который украшали клумбы с редкими цветами. Растения доживали свои последние дни при резко снижающейся температуре.

Никто из людей не казался мне знакомым. Я прислушивался к своим чувствам, и при виде некоторых из них в душе возникало тепло. Наверное, я их должен был знать. Возможно, мы даже дружили.

Я позволил другу себя вести. Сам больше глазел по сторонам, то на девушек, которые были одна краше другой, то на само здание, то на множество украшавшей здание изнутри растительности. Будто, блин, в дендрарии или кафе.

Кафе, кстати, тоже было. И ароматно пахло свежей выпечкой так, что даже сытный завтрак дома не помог пройти мимо.

Поднявшись по спиральной лестнице на четвёртый, мы оказались в широкой лекционной аудитории. Две стены отсутствовали — вместо них было сплошное толстое стекло. Вид на город — отдельный вид искусства.

— Напомни, что у нас первое сегодня? — спросил я у друга. Он сразу потащился в сторону задних рядов.

— Шутишь? Изнанка же! Это ж вроде твой любимый предмет, ты говорил?

Любимый? Тоже неспроста, наверное.

Полоскун, к моей радости, совсем в конец аудитории идти не стал, а занял место чуть выше середины. Ряды возвышались один над другим, так что лектора будет видно прекрасно.

Я открыл сумку и, жуя прикупленную слойку с грибами, начал искать тетрадь с чем-то, содержащим это слово.

Ничего. То-то мне показалось странным.

Бросил взгляд в сторону соседки справа от нас. Перед ней лежала книга «Искусство сновидения. Учебник по сновидческой безопасности для старших курсов. К. Кастанеда.»

Сновидческая безопасность, искусство сновидения… Есть первое.

Вытащил и начал листать — моим почерком описывались способы выхода из тела в осознанном сне. Полезное умение, конечно, но боевого применения пока не вижу. Хотя, его у моей специализации в принципе не было.

Внезапно послышался шум. Я обернулся назад и увидел, как студенты один за другим встают со своих мест, приветствуя учителя.

Мы с Полоскуном тоже встали, с некоторым запозданием, и затем снова повалились на место.

Я взглянул с вниз на подошедшего к столу на подиуме преподавателю. Мужик среднего роста непримечательной внешности. Полноватый, в очках. Вместо ожидаемого костюма — байкерская куртка. На голове — чёрная бандана.

— Доброе утро адепты! Сегодня мне снился сон, что кто-то вылетит за то, что до сих пор не освоил базовое сновидческое зрение. Так что начнём с традиционно с него. Анастасия, как насчёт вас?

Так, что за зрение?

Я пролистнул тетрадь до финала, но такие интересные штуки я бы запомнил. Тем более, в конец я посмотрел сразу.

— Полоскун, о чём он?

— Брось, шутки над забывчивой Настей — это уже баян.

Я поморщился и подыскал аргумент, в который он поверит.

— Слушай, я серьёзно. Я… выпил вчера крепко. Вообще башка не соображает.

— Да ладно? По тебе не похоже. Ну, это ж практика. Смещаешь зрение на что-то призрачное и будешь в изнанке.

Что-то призрачное?

— А где я тебе его возьму?

— Блин, ты что, не сновидец?

— Д-да, я всё покажу.

Анастасия была очередным представителем субкультуры эмо. Только палилась меньше Тани. И ещё яро увлекалась аниме, судя по сумке с Наруто. И ещё по совместительству, была местной отверженной.

Что странно, с учётом всех особенностей города. И по моему опыту общения с той же травимой на втором Таней, или Элой, которая спит где попало и шатается со стаей зверей.

Второй уровень инкарнации? Кажется, на нём начинаются проблемы с личной жизнью. Уже на третьем все мне обещали в академии идеальный день.

Отметил девушку, как того, с кем стоит обязательно пообщаться, я принялся наблюдать за её действиями.

На этот раз она, похоже, свой урок выучила.

Она встала и… похоже, что просто смотрела пристально в одну точку.

Я проследил за её взглядом и уткнулся в пустое место позади учительского стола. Затем начал внимательно вглядываться в эту пустоту. По идее, я, вернее тот я, который по сценарию жил в этом мире, умел это делать.

Получилось!

Почти с первого раза. Техника была очень проста — просто расфокусировать зрение… И затем я залип на резко выросшие в яркости цвета. Место стало ещё более совершенным, теперь мир вокруг меня будто дышал, находился в постоянном движении.

— Слюну вытри, — усмехнулся Полоскун. — Теперь верю, что ты вчера перепил до провалов в памяти.

— Очень хорошо! — учитель остался доволен — Что ты видишь?

— Маленького кодама, — сообщила она.

Охренеть! Мать вашу, да здесь есть духи!

Этой штукой можно управлять? Призывать по своей воле?

— Это мой спрайт, — пояснил наставник и развеял видение. — Но он относится к теме нашего сегодняшнего урока. Сегодня мы продолжим изучать набор базовых навыков боевого сновидца. И следующим на очереди будет призрачная плеть. В случае появления в сновидениях летунов — это станет вашим первым оружием. Пока вы не овладеете хотя бы тремя правилами безопасности, к переходу на изнанку вас не допустят.

Я нихренашечки не понял.

Кроме одного.

Сегодня меня будут учить практическому применению какой-то магии, которая как минимум поможет разбираться с такими же «спрайтами».

Я прикинул — если такой вот вечный, как Рута… хотя нет, она плохой пример. Как Михаил, например. То он в таком универе успевает отучиться несколько кругов подряд, с каждым новым эхо бешено расширяя свой арсенал знаний!

Такими темпами мне схватывая то там, то там по кусочку, до них ещё очень долго шагать.

А учитывая то, что сейчас расцвет свободных интернетов, до того как заполонили спецслужбы и надзор, найти можно было при желании всё, что угодно. В том числе и самоучитель по магии.

Да что там, если жить здесь сотни лет подряд, можно научиться в совершенстве фехтовать и вышивать крестиком.

Или есть какие-то ограничения, или вечные должны быть всезнающими гениями.

— Полярский! — воскликнул преподаватель, выводя меня из размышлений.

— Ээ…

— Спускайся. Плетью бить будешь, — подсказал Полоскун. Видимо, не впервой я так туплю на занятиях.

— Светлова, Конев, и… пусть будет Морозова.

Ага, значит он просто вызвал случайных жертв на практику. Ну, практиковать я только за.

— Это самый простой навык. Светлова, что есть главное оружие сновидца?

— Воля, — отчеканила высокая блондинка с миловидными чертами лица.

— Верно. Потому сперва нужно её иметь и уметь применить. Сперва собирается воля в ленту и переносится на цель в нужном формате. Разумеется, в фокусе зрения.

Я тоже воспользовался новоприобретённым навыком и увидел перед нами четырёх небольших духов.

Тот, что был напротив девушки, стал на глазах увеличиваться, превращаясь в лысого пса с гипертрофированными зубами. Как он только кушает, бедолага.

Девушка побледнела, но не растерялась. Перед собачкой пробежался алый росчерк, и та со скулёжем отшатнулась назад, но сразу пришла в себя и вновь бросилась на неё.

Добежать не успела — учитель дематериализовал спрайта.

Боевая способность нахаляву? Дайте две!

— Хорошо, Конев, как развеять чужого спрайта?

— Нужно держать в голове чёткую картину, что существо исчезает.

— А главное правило какое?

— Не испытывать чувств.

— Верно. Здесь так же. Воля не должна быть эмоцией. Она должна быть холодной. Не изнанка управляет вами, а вы ею!

Стоящий перед ним дух обернулся летучим змеем, напоминавшем пучеглазую змейку из третьих героев.

Затем вспышка синего огненного шара, и существо загорелось. Но несмотря на это, оно продолжило полёт, и я увидел, как между тем, что назвали спрайтом, и темноволосым студентом с фамилией Конев, возникла полупрозрачная линия, по которой в сторону зелёной крылатой змейки потек холодный белый свет.

Студент попробовал атаковать второй раз, но совладать с эмоциями не смог, и пламя вышло рассеянным. Оно прошло мимо, не причинив духу вреда.

Наставник развеял и это существо.

Я бросил взгляд на преподавателя. Похоже, результат его не разочаровал и не удивил. Примерно такого он и ожидал. Создавалось ощущение, что на основе нас будут разбираться основные ошибки или что-то в таком духе.

С учётом того, что всю эту красоту я видел только специальным сновидческим зрением, его можно было понять. Здесь действительно наглядность рулит, и пробовать нужно самому.

— Полярский, — преподаватель обратился ко мне третьим. — Напомните, как работает этот тип спрайтов?

— Он превращается в то, чего жертва боится? — предположил я.

— В то, что самое страшное есть в твоей памяти, — поморщился препод. — Напомните, как называется этот тип?

— Ээ… оборотни?

— Метаморфы! — он покачал головой. — Ладно, попробуйте с духом.

Мне почему-то от слова «метаморфы» и «самое страшное» сделалось действительно не по себе. Тут, как говорился, «видел я некоторое дерьмо», которого лучше здесь никому бы не видеть.

Но было поздно.

8. Лабиринт, который зовется домом

Я взглянул на светящийся комочек астральным зрением. Тот повернулся ко мне. Задрожал всем телом и повернул набок треугольную мордочку. А затем белое тельце резко ринулось в мою сторону, превращаясь в лишённого торса ползучего титана-людоеда.

Ну, спасибо что не тот босс, которого я чудом добил после того, как об него убился целый рейд…

Закон сохранения массы на спрайтов видимо не распространялся, потому под крики аудитории из крохотного духа начала вырастать пятиметровая тварь, которая не факт, что вообще поместится в аудитории.

Сосредоточиться и изо всей силы ударить волей, но без эмоций. Как я понял, используется в первую очередь фантазия.

Я представил и изо всех сил пожелал, чтобы громадную хреновину сожгло — помню, что огонь для них самое то. А перед тем хорошо бы окатить его водой. Знаю что звучит глупо, но сначала паралич, затем урон. Даже если часть сил потрачена будет на высушивание тела…

А-а, о чём я думаю — это же просто моя фантазия. Я могу представить вообще что угодно!

Тварь окатило белым горючим порошком. Эффект этого вещества я помнил, потому живо представил, как громадина выгорает до основания.

Пшшшш….

— Надо же… у вас получилось… — потянул ошарашенный таким поворотом учитель. — Какой у вас потенциал, могу я спросить?

Десятка, ага, — хмыкнул я про себя. На деле же просто пожал плечами — сам не знал.

— Возможно, из вас выйдет серьёзный сновидец. Если после окончания обучения захотите в аспирантуру — обсудим этот вопрос.

По залу прокатились шепотки.

— Садитесь! — приказал он, а затем добавил уже мне в спину. — Любопытные, к слову, вам встречались существа во снах.

Под взглядами всей аудитории я прошёлся наверх, к своему месту рядом с другом.

— Ну ты дал! Что это было за чувырло такое? Ты где с ним повстречаться успел, что спрайт его выдал?

— Где-где, во сне, понятно же.

— Да ну тебя, — почему-то обиделся друг.

Я краем глаза посматривал на аудиторию. Здесь нас было чуть меньше сотни. То есть лекция велась сразу где-то на три группы. Какова вероятность, что кто-то сейчас меня опознал как спящего?

Та эмочка, к слову, и бровью не повела — что-то старательно чертила в тетради.

— Я правда не знаю, — сказал я.

— А где ты научился так хреначить плетью?

Как по мне, на плеть способность не походила совсем.

Принцип работы простой — очень сильно хотеть нанести урон, представить в деталях, но не испытывать эмоций.

Остаток лекции я, как полагается прилежному студенту, внимательно слушал учителя. Мужик был реально крут, не читал нудотень, а очень доходчиво объяснял на понятных примерах, периодически демонстрируя на практике всё, что говорил.

Профессор Нелин, так его называли.

За оставшийся час лекции я примерно понял что, за зверь эта изнанка и как с ней работать, в общих чертах. Если вкратце — некая альтернативная форма нашего мира. Сон наяву, показывающий обратную сторону всего вокруг. У зрения похоже было ещё очень много применений. Если развивать навык, можно видеть дурные намерения, скрытую угрозу, след людей и так далее.

Место это было своеобразное и довольно опасное. Поэтому нам полноценно туда ходить и не позволяли. Младшие курсы вообще изучали теорию, а на моём потоке готовились к практике. Пока ещё только готовились.

У меня столько времени изучить весь возможный материал тупо не будет.

Смогу ли я на другом круге так же расфокусировать зрение, чтобы видеть этот мир? И какое у этого может быть практическое применение помимо борьбы с какими-нибудь духами?

Я изучил расписание. Едва лекция закончилась, как я сразу же расспросил, что ожидается на следующих двух парах.

— Ты так себя ведёшь, будто заделался задротом, кайфующим от учёбы.

— Ну, ты же поступал сюда по своей воле, верно? — спросил я.

— Да нифига, меня мать загнала. Там было «у тебя будет высшее образование и точка. Какое — можешь выбрать сам». Вот я и выбрал. «Будешь спать и создавать гарем спрайтов богатым сомнофилам» — говорили они. А какой с меня создатель? Я к выпуску не смогу наверное доделать первую тульпу…

— Ты так и не сказал, что дальше?

— М-м… Ведическое право. Ты на нём обычно спишь. А затем Радуга.

— Прости, что?

— Профессор Радуга. Так ты не шутил про память? Слушай, может, это порча или сглаз? Скажи, ты же не пытался опять подкатить к той ведьме?

— Понятия не имею, о чём ты.

— Значит, пытался… боги, Полярник, да за тобой столько девчонок бегает, а ты вечно ищешь проблемы на задницу.

Ну, я и правда не знал, о чём он. Но про «столько девчонок» мне нравится. Ещё одна грань твоей идеальности, Город?

Даже невольно осмотрел зал и поймал пару заинтересованных женских взглядов.

— В таком случае на праве я тебя покину, — предупредил я.

— А, воспаление лени?

— Прогуляться хочу. На третьей буду.

Подозреваемая на роль спящей после завершения урока как в воду канула. Народ с шумом разбегался по своим делам. Следующее занятие должно было пройти в этой же аудитории, но меня сейчас интересовало другое.

Случайно прикупив несколько видов пирожков в столовой и большую бутылку черничной колы, я направился в библиотеку. Куда идти мне примерно подсказали, и вскоре я вышел к большому двухэтажному залу, доверху заполненному книгами.

Место было как бы стержнем академии и не имело окон. Здесь свет всегда горел за счёт электрических ламп. По всему залу — множество столов. Под стенами — бесконечные ряды книг и лестницы. Ну и неизменная бабка библиотекарша.

« Мельхиоровый Рай 11: Объятия водного бога» за авторством Сивиллы.

— Как поживает Ласка? — припомнил я имя главной героини.

— Стерва-богиня душу её мучит… девочка и так уже настрадалась… сколько можно? — женщина подняла на меня глаза и удивлённо посмотрела. — А вам что нужно?

— Где можно почитать о сновидческом зрении?

— Шестая секция. Дойдёте до конца зала и направо отсчитайте шестой пролёт. Там целый раздел об этом.

— Спасибо, — я благодарно кивнул.

Найти нужное оказалось не сложно. Выбрать — куда сложней. Библиотека впечатляла, будто и впрямь магическая академия из сказок.

Пробежался по корешкам. Попробуем проштудировать коротко каждую и найти конкретные рабочие схемы.

Особенно важной была тема возможного получения способностей за счёт ритуалов или каких-нибудь трав. Чего-то, что можно найти на каждом круге.

Хотя, чего это я, в самом деле:

Полярис: Августа, что ты знаешь о магии сновидений. Где она работает, как часто бывает полезна, плюсы и минусы и вот это вот всё.

Девушка ответила не сразу. Пока она написала, я успел пролистать пять книг. Четыре содержали общие данные. В пятой — тоже, но меня заинтересовали разделы с развитием способности.

Пролистал и понял, что отсутствие эмоций во время применения плети на изнанке — это только первый шаг обучения. Профессионалы наоборот, вкладывали эмоции в свои действия. Но делали это мудрёным способом, и благодаря тренировки концентрации мысли.

Девушка ответила, когда я изучал состав аяуаски в шестой книге. Якобы ещё один способ гарантированно перейти на изнанку, да только пять десятков видов ингредиентов как-то сводили желание экспериментировать на нет.

Августа: ну блин, сегодня же выходной! (＞ｍ＜)

Полярис: это не работа, а личная просьба. Будь другом!

Августа: охохоюшки, вот что с тобой делать? В общем, сны есть везде, как и изнанка. Вопрос только в уровне эхо и в том, как это будет работать. Ближе к единице не работает ничего, сам знаешь.

Августа: Полезна бывает, смотря что именно изучать. Обычно это саммон, разведка через сновидения. Главный минус — магия снов ппц какая долгая. У нас времени нет столько разбазаривать попусту.

Полярис: А в бою?

Августа: Только призраки, всякие астральные сущности, лярвы… короче, всё нематериальное ╮( ˘ ､ ˘ )╭

Августа: Это не атакующая магия, а саммон и разведка. Я же говорю.

Августа:¯\_(ツ)_/¯

Полярис: у меня способности из этого мира перейдут?

Августа: способности управлять снами — думаю да. Они не привязаны конкретно к городу. Так что на изнанке ты вольная птица. За реал не скажу. Изучай то, что не привязано к телу. Тело может измениться. Разум иногда тоже. С тобой остаётся душа и память.

Полярис: Тело и разум… из-за эхо?

Августа: Есть эхо, где можно стать эльфийкой или кошко-девочкой.

Полярис: Понял. Обойдёмся без кошкодевочек. То есть у меня может быть некая особая мутация связанная с миром, которая не перенесётся в другие?

Августа: Конечно. Важно изучать свою личность в начале круга.

Августа: Всё. Мы будем есть вкусняшки и смотреть все аниме, уникальные для этого эхо! (✯◡✯)

Интересный способ наслаждаться вечностью — просто тратить всё доступное время попусту. Не думаю, что у неё совсем нет амбиций. А вот веры в свои силы явно не хватает.

Отложил телефон и углубился в текст.

Расфокусировать зрение таким образом может любой человек, но никакой изнанки он от этого не увидит. Значит, это не техника или ритуал. Скорее всего, способность привязана к телу, а значит будет потеряна. Тогда большая часть знаний отсюда станет для меня бесполезной.

Именно поэтому нужно было отыскать способ застолбить за собой эту силу. Если, конечно, такой способ здесь имеется.

Идею с травами пришлось отмести. Я конечно не эксперт, но более чем уверен, что все нужные травы будут водиться далеко не в каждом мире. Слишком большой список, чтобы собрать весь.

Ритуалы — об этом ничего не было сказано. Были техники перехода сюда через сон. Этому была посвящена третья пара. Так что на неё я тоже схожу. Но сны — слишком узкоспециализированный навык. Боевое применение ему я не вижу.

В следующей книге были описаны разные способы усиления. Артефакты — да. Они есть, но едва ли кто-то поделится просто так. Вещь очень редкая. Техники — тоже да. Но это многолетние тренировки. Многолетние — это ещё со школы. Химикаты или травы — и здесь да. И тоже большое жирное «но» — хрен это соберёшь в другом круге.

И последнее. Заключение контрактов с призрачными сущностями.

Вспомнились тетради с описанием всяких домовых с лешими, которые я отбросил как особенность конкретно этого эхо. Но оказывается, с таким существом и ему подобными можно было заключить контракт, и он будет как бы связан с тобой.

Делать так я пока не планировал, но способ интересный, и узнать о нём я хотел поподробней.

За этим пришлось идти в другую секцию громадной библиотеки — в раздел с обитателями изнанки и астральных миров. В общем, всей этой братией домовых.

— Чё встала, лохушка ссаная? Давай вытряхивай всё, что есть и чтобы завтра было остальное!

— Слу, братан, а может натурой с неё взять?

— Ну бери, если хочешь, хренов изврат. Мне деньги нужны.

— А чё сразу изврат-то?

— Да ты бы и собаку…

Дослушивать сей увлекательный диалог я не стал. Вышел из-за книжного ряда с верной палкой и готовностью применить оружие. Последнее, конечно, максимально не рекомендуется.

Реакция чисто инстинктивная. Наверное, я почувствовал себя хищником в этом мире, пусть пока ещё и небольшим.

Почувствовали и они. Двое отморозков и неприятного вида дамочка бросились бежать, едва меня завидели. Даже не представляю, что их так напугало — выглядел я не таким уж и страшным.

На полу осталась полусидя дрожать моя недавняя знакомая, Настя.

Та обернулась на меня затравленным взглядом, будто ожидая удара.

— Тише, ты чего? Те психи уже свалили. Ты им что, денег должна?

— П-прости…

— За что? — удивился я. — Не думала обратиться куда-то в полицию? Это тянет на уголовку.

— Н-нет… я не хочу никому мешать. Будет ведь хуже… — она всхлипнула.

И вот ведь какое дело, помочь я ей не могу в принципе никак. Даже если предположить, что я найду всех троих и учиню кровавую расправу, всё равно на следующем круге всё будет ровно то же самое.

Неестественный сценарий. В идеальном городе такого быть не может до кризиса.

— Ты пробуждённая? — спросил я напрямик.

— Ч-что? — она растерялась. — Н-нет, прости, не знаю…

А ведь девчонка на самом деле красивая, даже очень. Только наоборот старается не выделяться, если не считать эмовской символики, которая сводила все её попытки на нет.

Значит, нет? Хотя будь она спящей, просто прикончила бы обоих и собрала время. И плевать на все здешние законы — кризис на носу.

— Я… спасибо, что помог… если я чем-то могу отплатить… спасибо, — тем временем девчонка начала приходить в себя.

Она начала поспешно собирать рассыпанные вещи обратно в сумку и порывисто встала.

— Один вопрос, и мы в рассчёте.

Настя кивнула.

— Если бы ты знала, что будешь проживать этот день по кругу, как в «дне сурка», что бы ты делала?

Задумалась. Вынырнула из образа жертвы и на время нырнула в образ отличницы.

— Заключила контракт со слабым духом стража и привязала на день на охрану.

Ответ был на удивление конструктивным и даже походил на нормальную рекомендацию.

— И где такого взять?

Она вытащила из сумки помятый лист бумаги и протянула мне.

— Сп-пасибо, — бросила она и вдруг бросилась бежать прочь.

Я так и остался стоять посреди коридора.

Что вообще только что произошло?

Развернул лист, увидел сложный рисунок из множества прямых и волнистых линий, спиралей и иероглифов. Японских, если это не какой-то выкрутас эхо.

Послышались редкие хлопки.

Я резко повернулся на звук и увидел направлявшегося в мою сторону незнакомца.

— И чему хлопаем? — спросил я, держа левую руку на пистолете. Мало ли, вдруг неспящий.

— Я смотрю эту сцену уже раз двадцатый, но так она ещё не заканчивалась. Полагаю, среди разумных в академии пополнение?

— Ты пробуждённый?

Вопрос чисто условный. И так очевидно, кто он.

Забавно вышло, я подозревал в том, что порбуждённая — Анастасия. Но настоящий вышел на меня сам.

— Если ты о том, не из тех ли я отбитых, которые стреляют по всем подряд, то нет. Вот и на тебя смотрю — вроде адекват. Решил заглянуть в гости.

— Как ты понял, кто я? — спросил я.

Выглядел парень неприметно. Длинная чёлка практически закрывала лицо. Непонятно, как он вообще из-за неё что-то видит. В остальном — максимально неприметная внешность. Едва заметная щетина, обычный черный свитер с капюшоном и голубые джинсы.

— Это было не сложно. Если каждый день живёшь заново, только дегенерат бы не выучил каждую секунду. Та троица уже двадцатый раз к ней подкатывает. Если бы ты не пришёл, тот полноватый тип начал бы её лапать под смех товарищей, а девчонка начала бы слёзно умолять. Но до дела не дойдёт. Деньги им всё же нужнее.

— С каких пор в городе есть такие сюжеты?

— Видимо, кому-то они доставляют.

— В смысле? — не понял я.

— Идеальная жизнь — понятие очень растяжимое, новичок. Что, если в Городе проснётся маньяк, которому, ну скажем, нравится человечина в вяленом виде. Как ему реализовывать такие фантазии? Или ещё проще. Вот конкретно ты, никогда не хотел быть тем самым героем, который спасёт даму в беде?

— Почему ты решил, что я новичок?

— А почему ты полез защищать эту дуру? Ты же понимаешь, что ты никак не повлияешь на её судьбу? — парень иронично усмехнулся в сторону, куда побежала девчонка. — Сегодня она в безопасности. Завтра, если оно однажды наступит, может и нет. Не первый раз они эту тему поднимают. Хотя, может потому и не будут?

— Я пришёл на аномальный сценарий, — сказал я и признался. — Решил, что она спящая.

— Нормальный спящий бы не дал себя так чморить ходячим минутам.

Я кивнул.

— Тоже об этом подумал… А ты, выходит, по мою душу?

— Ага, — согласился этот тип. — Просто хотел убедиться, что мы не будем друг другу гадить и сможем мирно сосуществовать.

— С чего бы мне… хотя да, понимаю, — кивнул я. — Говоришь, двадцатый раз здесь?

— Конкретно в этом месте и в это время — да. А глобально нет, я здесь намного дольше.

Как минимум, он прожил здесь уже где-то с месяц. Хотя пробудился он не так давно. По идее, примерно в то же время, что и я, вместе с этим районом. Максимум раза в два дольше, чем я.

Наверняка у этого парня есть оружие или другой козырь в рукаве. Но если он мирный — то лучше и впрямь просто сосуществовать.

— Как мне тебя называть?

— Зови Меттью. Мэтт. Хотя так-то я Ваня, хах! Но здесь у многих клички. А мне всегда нравился этот персонаж. Инквизиция, две тысячи второго года выхода. Даже по меркам этого мира — совсем старина. Игра дрянь, но в детстве в душу очень запало. Даже на время перепроходил её.

— Полярис, — кивнул я. — Я за мир. Но буду рад, если объяснишь, что здесь к чему в академии.

— Идём, — махнул он рукой. — Расскажу, что знаю, по пути.

9. Дружеская беседа

Я пошёл за новым знакомым. Время до конца пары ещё оставалось, а затем был большой перерыв.

Во время урока людей в кофейне на первом этаже почти не было. Он купил себе кофе со сладкой слойкой. Я взял чай и такую же слойку с корицей.

— Хорошо, что хочешь знать? — спросил он, когда мы уселись.

— Как много пробуждённых здесь учится?

— Я знаю троих, кто иногда посещает это место. Но это от эхо зависит. Здесь имеет смысл появляться на магическом круге. Особенно, когда есть что-то практически полезное. Ты ведь тоже сюда за этим?

Я кивнул.

— Выходит, мы с тобой — это пять. А учится здесь…

— Около пяти тысяч. Но если зачастишь сюда, скоро будешь знать здесь каждую рожу.

— Остальные опасны?

— Нет. Обычные скучные люди. Ходят на сходку перед кризисом. Так и живём.

— А ты — нет?

— Только на низком эхо и в технических мирах. А так предпочту общество боевых магов. Опыт показывает, они живут дольше кучки выживальщиков-любителей.

— Сейчас здесь не очень практичная боевая магия, — заметил я.

— Так сейчас и не кризис, — пожал он плечами. — Завтра пойду. Смотря что нас ждёт. У меня есть оповеститель. Завтра будет намёк на тип монстров. Если призраки или кошмары какие-нибудь, лучше останусь здесь. Время с мобов и время с неписей.

Подход здесь тоже был предельно понятен. Только холодный рассчёт. Жителей города он считан НПС и не особо ценил их жизнь. Его подход я не разделял, но понять мог.

Безжалостная эффективность.

— Это ты с академии столько выручаешь каждый раз времени?

— А это уже личное, братан. Где я беру время — не твоё дело.

— Просто выясняю обстановку, — небрежно пожал я плечами.

Мутный тип. Что-то в нём меня настораживало. И если хорошенько подумать, я даже знаю, что именно. Слишком потребительский подход ко всему вокруг. С другой стороны, не мне его винить. Разве я сам — не такой же? Нас различает только мотивация.

— Что с беспредельщиками? Или неспящими, я уже путаюсь в этой терминологии.

— Здесь та же фигня, братан. Куча боевых магов — так себе противник для них. Это шакалы, нападают толпой на одного и гасят. Куда им против тех, кто сам кому хочешь наподдаст?

Парень сделал глоток кофе и зажмурился от удовольствия, будто сытый кот. Затем хлопнул по заднице мимо проходящую первокурсницу.

Та испуганно вскрикнула и отшатнулась, из-за чего столкнулась с прилавком. Благо, никто не пострадал.

— О, а эту я не помню. Или забыл? — Мэтт с улыбкой смотрел вслед перепуганной девушке средней наружности. — А… так о чём я?

— О беспредельщиках.

— Да. Знаешь, я беру от жизни всё и на хрену вертел все эти расшаркивания и мораль. Но даже у меня есть принципы. Беспредельщики — злобная падаль. Только если задумал вербовать меня куда-то против них, я сразу пасс.

— А в этом есть смысл? Пытаться их одолеть? Откуда они берутся, как вербуют к себе?

— Эт ты нашёл у кого спросить, братан! Не-е, я понятия не имею, как это у них там всё работает. И знать не хочу. Я там, где их нет, этого мне достаточно.

— Случаи нападения на академию были?

— Бывало. Они ж беспредельщики, делают что хотят и плевали даже на здравый смысл. Мусор, что тут скажешь? Пару раз нападали на эхо ниже десяти и устраивали геноцид мобов. Наверное, пытались так нас поубивать. Они ж без тормозов совсем. А потом при мне напали как-то на двадцатом…

— И?

— Их ученики академии просто как кур разделали. Плюс потом псионик на допросе немного сломал чёт в голове у кого-то из них. Кажется, кто-то из профессоров. Они это тут умеют на высоком эхо. Попадёшься в лапы псионику — сразу делай харакири, или быть тебе овощем, как редис. С тех пор больше стараются не заходить сюда без нужды. Тем более, что место тихое. Наших здесь совсем мало, охотиться не на кого, а неписи злые.

— Сам-то ты здесь наверное уже тоже универсальный мозголом?

— Ну, кое-что умею, — он улыбнулся. — Но я так, развлекаюсь. Что ещё делать здесь?

— Никогда не думал, зачем это всё вообще? Что мы здесь делаем в этом мире?

— В Городе? Эх, нуб… забей, работает — и не трогай. Лучше одногрупниц своих поизучай. По идее там должны быть все типажи, которые тебе имеют шанс зайти. А потом обменяемся охотничьими угодьями, а?

— Я подумаю, — соврал я, чтобы он отстал.

Причём даже не от того, что этот мутный тип развлекается подобным образом, а что это был одновременно и камень в мой огород. Ведь подытоживая всё вышесказанное — это я тот извращенец, чья больная фантазия создала Настю, а у меня — комплекс героя-спасателя.

Может ли это быть правдой?

Мирт тоже говорил, что просто плыть по течению сюжета круга Города — самое большое удовольствие. Если брать местные красоты, обилие милых девушек, одна другой краше, действительно интересные занятия с крутыми наставниками. Друзья. Я пока не разобрался с этим, но дружил я не только с Полоскуном. Мне многие приветливо махали рукой или здоровались.

Да, это именно так выглядит идеальный университет во времена две тысячи седьмого с небольшим налётом сказочности. Даже странная архитектура была с одной стороны фэнтезийной, с другой — укладывалась в границы советского футуризма, пусть и несколько авангардного.

Ладно, самоанализ оставим для вечных, у кого в запасе десятки лет. Меня пока что интересует лишь практическая сторона вопроса.

— Что с обучением? Много бывает полезного?

— Чем выше эхо — тем полезнее. Но сам понимаешь, что работает у ребёнка на пятидесятом, — божественное чудо на пятом.

— А качество?

— Сам подумай. Ты выбирал в каждой жизни то, что считал самым интересным и перспективным из доступного. Если тебе интересен материал, то Город найдёт для тебя лучших. Но за пару дней они тебе суть не передадут. В каждом круге своя система и правила.

Я кивнул. У меня на этот счёт был аргумент в виде Августы.

В этот момент раздался звонок. Он здесь был знаком ещё по моему универу в другом мире. Точно такой же.

— О, время. Слушай, у тебя есть ещё вопросы? Я в целом, уже узнал что хотел.

— Пока никаких, — я пожал плечами. Ничего интересного он мне больше рассказать не мог.

— Как мне тебя найти, если что? — спросил я.

— Третий курс. Факультет суггестологии и гипноза… а, короче, ищи что-нибудь подобное в списке. Если так буду нужен, пробежишься в конце концов по разным аудиториям. Расписание знаешь, где висит.

Я кивнул.

И даже с радостью распрощался с этим типом. Чем-то он мне не нравился, хотя лично мне ничего плохого не сделал. И уж точно он не на стороне врага.

Откусил кусок божественно хрустящей слойки и за короткий миг переосознал своё отношение к еде в этом мире. Может, Таня была права и стоит притащить домой какую-то вкусную хавку. Пусть с неё каждый раз начинается день. А ещё бы лучше с самой Тани…

Воздушный вкус отлично оттенял фруктовый чай.

Был ряд моментов, о которых следовало подумать детально.

Начнём с оговорки. Он назвал свой факультет. Для спящих эта информация бессмысленна вне этого круга. На следующем факультет вполне может стать чем угодно, хоть финансами или правом. Но если ты привык считать факультет своим и обитаешь здесь уже с пару недель, то отвечать так — это привычка.

Значит, он здесь намного дольше меня и сидит тут уже как минимум, не меньше тридцати кругов, а на деле думаю больше. Не вечный, конечно, но получается тип серьёзней, чем хотелось бы. Плюс оттирается рядом с боевыми магами. Уверен, даже ведя журналы со списком одногруппниц, он краем уха слышал достаточно, чтобы закидать меня чем нибудь.

За этими мыслями я не заметил, как прозвенел звонок вновь и народ начал собираться на третью пару. На неё я решил сходить — не то чтобы мне была так уж полезна способность видеть осознанные сны в чисто практическом смысле. Я здесь ещё толком ни разу не спал, несмотря на многочисленные пробуждения.

Но глобально — запас карман не тянет, верно?

На пару я явился с небольшим опозданием. К счастью, лектор тоже запаздывал и вошёл буквально через пару секунд после меня.

Профессор Радуга… В общем, эта строго гетеросексуальная и суровая русская фамилия принадлежала двухметровому шкафу с мощными мышцами и ясным взглядом ледяных глаз сверхчеловека. Всё это с короткой стрижкой светлых волос, чёрная строгая футболка и обещания научить нас выходить из тела в течении трёх занятий.

Звучало это неплохо, но у меня этих дней не было, тем более, что их не было вообще ни у кого — кризис наступит раньше.

Урок был классным. На этот раз я забил на всякое налаживание дружеских связей и сел на третью парту, чтобы хорошо видеть лектора и доску.

— Самый простой способ входа в осознанный сон — непрямой. Но именно с него нужно начинать новичку. Непрямые методы делаются на пробуждении. Засыпаете, спите с расчётом, чтобы встать на пару часов раньше, чем вы встаёте обычно. Затем нужно проснуться. Умыться, выпить кофе. И затем — снова идти спать. После этого делаем техники, которые мы разбирали на прошлом занятии.

Прошлом?

Вытащил тетрадь. Полистал. Убедился в том, что там есть минимум пять техник входа в осознанный сон в так называемом пограничном состоянии. Проскользнуть на изнанку нужно было на границе между сном и явью. Тогда получится управлять сновидением и оставаться осознанным в нём.

Вырвал лист с описанием техники.

Ещё один вопрос по механике. Текст поменяется в следующем круге или нет? Записанные номера, например, не менялись, как и наличие рыбы в холодильнике. Но переписывать было некогда. Профессор продолжал рассказ и переходил к прямым техникам, которые были намного сложнее и делались на входе в обычный сон.

Когда прозвенел звонок, никто и не подумал вставать и уходить. Тёзка моего шефа заканчивал лекцию ответом на многочисленные вопросы по механике процесса.

Неужели во мне всё это время пропадал отличник? Охотно верю, что я бы мог здесь учиться ремеслу сновидца.

На этом моё обучение на сегодня закончилось.

— Мирт? Что ты здесь делаешь?

На пороге стоял блондин и глава нашей странной группы пробуждённых.

— Как — что? За тобой пришёл. Разговор есть.

— О чём?

— Не здесь. Идём.

— Вообще-то сейчас мой выходной. Заслуженный. На сверхурочные мы не договаривались.

— Это не работа. Это… — парень замялся. — Это личное.

— Личное у нас с тобой?

— Да. Если хочешь, я заплачу тебе временем за… ээ… твоё время.

Было видно, что он не привык действовать вот так. Что-то сильно взволновало его.

— Хочу узнать обо всём, что случилось после того, как меня вырубили, — признался он.

— Это допрос?

— Это попытка хоть как-то восполнить то, что я должен был сделать там, — туманно ответил он. — Я уже вызвал такси. Машина скоро должна быть.

— А зачем? Тебе стоило сперва спросить, а не вызывать машину.

— Я посмотрел твоё расписание.

— Я вообще мог сюда не приходить. У меня могут быть свои планы. И мне интересен последний урок.

— Тебе интересно толкование сновидений? — в лоб спросил он.

— Может, я хочу гулять по городу и наслаждаться видом.

— Отлично. Тогда тебе понравится мой дом. И я заплачу, — повторил он. — Прошу как друг.

В машине особо не общались. Просто сели, оба на заднее сидение. Мирт замолчал, будто не хотел говорить при водителе, хотя кому какое дело…

— Как Рита? — начал разговор я.

— Уже нормально. В этом круге встретитесь на обороне.

— А в целом та история?

— С заразой? Над этим работают.

— Кто работает?

— Другой отдел.

Забавно слышать «отдел», когда речь идёт о группе случайных людей с уровнем организации не выше чем у нас. Сюда попадали отнюдь не герои или люди с военной подготовкой.

— Какой?

— Ликвидаторы последствий.

— Что, всё настолько плохо?

— Если честно… да, Поляр, всё дерьмово. Зараза распространяется. Её с трудом сдерживают. Один район на грани вымирания. А это… очень, очень плохо. Миша сказал, что если ликвидаторы не справятся за этот круг, могут прийти стиратели.

— Те самые, о которых все боятся говорить? Может хоть ты скажешь? Только без отмазок типа «не хочу даже думать о таком».

— Думать да, не хочу, — подтвердил Мирт. — Но если в двух словах, стиратели приходят тогда, когда умирает часть Города. Они приходят, чтобы удалить повреждённый участок, прежде чем угроза распространится дальше.

— Звучит, будто они иммунитет Города.

— В каком-то смысле. Но на деле это значит, что часть пробуждённых могут навсегда уйти с ними. Те, кто в искажённом месте — с гарантией. А речь идёт о большом спальном районе. Однако часто с собой они прихватывают и других.

— Кто такие стиратели?

— Они… приходят с уровнем сложности от пятидесяти и эхом не выше единицы. Когда ни у кого не будут работать магия, кроме самих стирателей.

— Как они выглядят?

— Я с ними не встречался, — покачал головой Мирт. — Нам обычно говорят сидеть дома и не отсвечивать, пока стиратели не выберут свою жертву. Лучше лишний раз не попадаться им на глаза, тогда глядишь и пройдёт беда мимо… ладно, давай не будем. Ральф заверил, что этого не случится и ситуация не так критична как в прошлый раз.

— Кто такой Ральф?

— Глава ликвидаторов последствий.

— Ещё один вечный?

— Угу, — кивнул Мирт. — Ладно, давай сменим тему.

— А как гидра попала в канализацию? — задал я следующий вопрос.

Мирт смерил меня долгим мрачным взглядом.

— Этот поворот? — уточнил водитель.

— Да, — кивнул Мирт, и машина начала замедляться.

Мы свернули на крохотную улочку между частными домами. Вернее, особняками, рассчитанными на огромные семьи.

— У тебя большая семья? — почему-то спросил я, глядя на величественное трёхэтажное строение, занимавшее практически весь участок.

Я вышел вслед за Миртом и увидел названия улицы.

Улыбнулся.

Миртовая 9

— Вот и всё, мы на месте. Прости, о чём ты спрашивал?

— Семья говорю, большая?

— Нет. Не очень. Но когда-то была.

— Погоди, ты на каком уровне…

— Четвёртый, дело не в этом, — сразу пояснил Мирт. — Это было очень давно. Я этого практически не застал даже до Города.

Он отворил массивные металлические ворота. По другую сторону оказался добродушный пёс, зачем-то сидящий на цепи.

— Каждый раз, когда прохожу мимо него, вспоминаю, что я больше не там, где его уже нет.

— Этот пёс был для тебя важен?

— И остаётся важен. Я рос с ним с детства.

Он приступил к открытию дома.

— Внушительный особняк полагается на четвёртом, — оценил я.

— Мои предки считали своим долгом каждое поколение достраивать его, потому жилых помещений там меньше, чем кажется. Внутри это настоящий лабиринт. Даже настоящие катакомбы есть. На высоком эхо оттуда нечисть иногда валит.

— Тебя послушать, так это не сильно отличается от третьего.

— Отличается, конечно. Но у каждого по-своему. Сейчас сделаю нам кофе и расскажешь.

— Да в общем-то нечего рассказывать. Был бой, мы их с горем пополам запинали. В последний момент один из них попытался как-то оправдаться, но появился шеф и прикончил его раньше. Вот и вся история. Жду свои четыре часа.

— Маловато на такую сумму, дружище, — улыбнулся Мирт. — Сейчас я тебе покажу один семейный артефакт и потом вернёмся к этому.

— Жертвенный кинжал?

— Хах! На этом круге вроде бы нет культистов! — улыбнулся он. — Нет, это вообще не боевая штука. Хочу увидеть всё твоими глазами.

— Э-эй, полегче. Я согласия на такую хрень не давал, хоть ты мне сутки выложи!

— Хорошо, что ты хочешь? Если бы не хотел ничего, то просто развернулся бы.

— Только если узнаю, на кой хрен тебе это нужно.

Парень замялся.

Кофейный аппарат пискнул, и Мирт протянул мне напиток со вкусом персика. Было даже лучше, чем в студенческой столовой, с лёгким ароматом, который ещё долго стоял во рту.

Мирт вытащил из нычки под плитой, среди сковородок, пачку сигарет и закурил. Запоздало приоткрыл окно и замахал рукой, разгоняя дым.

Запахло смесью сигарет и осенней сырости.

— То, что ты описываешь, уже бывало. Тогда пропала почти вся прошлая группа, после того, как пообщалась с пленными под присмотром псионика. Меня тогда там не было. Не знаю, может, Бог отвёл. Может… наоборот. А скорее всего, я себя просто накручиваю. Но мне хочется удостовериться.

— В чём? Думаешь, Михаил — крыса?

— Не говори так… хотя да, если говорить прямым текстом, я сам об этом подумал.

— Или может, у них какая-нибудь промывающая мозги словесная формула, от которой только окончательная смерть.

— Здесь это называют «выход из круга»… — Мирт хлебнул персиковый кофе. — Идём. Недалеко, в теплицу.

Теплицей была крытая стеклом утеплённая веранда, с подогреваемым полом.

— В реальности здесь была мастерская. И никакого пола с подогревом. Дубак был страшный. Приходилось сидеть с буржуйкой в прихожей, а остальную часть дома просто завесить коврами, чтобы не дуло.

— А твои близкие?

— Здесь или там? Сейчас — в театре каком-то. Там… — он многозначительно ткнул пальцем вниз. — Ну, о том что Там, Здесь принято не говорить.

Сейчас место казалось райским. Сад в отличии от особняка, был совсем небольшим, но очень красиво обустроен. Сейчас часть растений окрасилась в бордовые и алые наряды, и пейзаж за окном немного напоминал фэнтези про иные миры.

— Хотя… — продолжил Мирт, — если тебе хочется выпить, то можно и обсудить. Самая крепкая дружба это та, где обмениваются тем, что было Там.

— Погоди-ка… ты уже пьян, верно?

— Мне казалось, я протрезвел. Жаль, на этом эхо не растёт собачий корень…

— Я так сделок не заключаю. Завтра скажешь, что хочешь время обратно.

— Прям ещё больше захотелось выпить. Откуда такое недоверие к миру? Тебя что, тоже до Города успело пожевать?

— Как и всех, — осторожно ответил я.

— Как и у тех, кто был инициирован в спящие из высоких слоёв эхо, а не самозародился, как ты или я.

— Самозародился? Высокие слои? Давай по порядку.

— Это я так цену набиваю, если ты не понял. Все ответы после него.

Он указал на закрытое старой военной драпировкой зеркало времён века так восемнадцатого.

Я с удивлением посмотрел на него.

Тот сперва нахмурился, а затем стукнул себя по голове ладонью.

— Точно, ты же не знаешь.

— Хочешь мои параметры?

— Это место что, похоже на мою спальню? — спросил Мирт. — Нет, зеркало позволяет увидеть твоими глазами, что произошло там на самом деле после моей смерти.

— Окей, надеюсь кровью подписывать ничего не надо?

Скрывать было нечего, он и так вроде свой, информацию никто не засекречивал, да и работаем мы на добровольных началах. Захочу — в любой момент могу послать всех нахрен.

— Вообще, надо, — ухмыльнулся Мирт. — Полагается коснуться правой рукой, с собственной кровью. Но на самом деле достаточно просто слюны. Плюнь на ладонь и всё.

Что я и сделал.

— Теперь просто думай о том моменте. Он показывает только реальные воспоминания.

10. Клекот

Когда я открыл глаза и оторвал руку от зеркала, Мирт был задумчив.

— Грубовато как-то сработано, — наконец, сказал он.

— Я тоже возмутился. Ну да ты видел тогда. Шеф потом сказал, что он бы нас прикончил сильномогучим колдунством.

— То есть он объяснял своё поведение?

Я снова коснулся зеркала и вспомнил разговор в кафе.

— Наверное, я действительно зря бью тревогу, — задумчиво сказал Мирт.

— Знаешь… я стараюсь судить людей по мотивам, — сказал я. — Зачем Мише вообще это всё? Спонсировать нас, нубов? Видно, что он при всём нас ценит. И пока наше финансирование не утверждено, ещё и спонсирует из своего кармана.

— Уже утверждено, — отмахнулся Мирт. — Но вечные зарабатывают достаточно, пару десятков кругов он может нас кормить не сильно просаживаясь по времени.

— Ты в организации дольше меня. По мне, так пока меня всё устраивает. Да, у Миши явно есть свои тайные тайны и секретные секреты. Но это не всегда плохо. Вдруг это всё для победы над беспредельщиками?

— Мне просто кажется, что не только они не хотят с нами говорить, но и с нашей стороны особой склонности к переговорам не наблюдается.

— Недавно я говорил с одним типом в своей академии. И он поведал, как эти придурки по фану отстреливали учеников. Я тоже думаю, что они что-то скрывают и что у них есть серьёзные мотивы так делать. Пару раз я слышал их переговоры между собой. Так говорят разумные люди, а не психопаты. Но при этом общее поведение неадекватно.

— Неожиданная точка зрения. Тогда зачем им это?

— Ну, пока это пальцем в небо, просто догадка, — начал я. — Скорее всего, у них какой-нибудь двинутый культ. Здесь же полно тёмных богов? Вот они и приносят в жертву сородичей.

— Хм. Это вписывается в то, что у них есть организация, но при этом они не считаются ни с чьей жизнью.

— Да. Скорее всего люди для них ничто, а мы с тобой — потенциальная жертва их говнобогу.

— И как это согласуется с тем, что об этом никому нельзя знать? — спросил Мирт.

— Да, здесь дырка в теории.

— Хм. Может, они пустотники?

— Кто?

— Одна очень плохая сила на высоких эхо. Они поклоняются страданиям других, а имя их бога срабатывает как заклинание и промывает мозги. Можно заразиться мёртвой магией только услышав его.

— Хренасе у них там убер-оружие! Ну, это похоже на правду. Может, твои коллеги заразились этой стихией и за это их убили? Это лечится?

— Нет. Не лечится. Так что ты прав. Знаешь, твоя теория мне нравится… — Мирт на миг умолк, взял флягу с коньяком и сделал пару глотков с горла. — Она очень хорошо ложится. Значит, они служат этой гадости. Всё вроде бы укладывается. Хотя…

— Что тебя смущает?

— Ну… такие серьёзные озарения не приходят вот так просто.

— Почему просто? За дружеской беседой. А как ещё им к тебе приходить?

— Может, ты и прав. А что ты сам? Что думаешь о Городе? Ты ведь провёл здесь уже некоторое время.

— Это то место, за которое стоит сражаться, — сказал я. — Я собираюсь стать одним из вечных.

— Значит, ты уже успел проникнуться, — улыбнулся Мирт.

— Да. Моя жизнь снова обрела смысл. В реальности я ничего не мог поделать. Здесь я могу сделать многое. Сейчас у меня столько мотивации, что я ни секунды не сомневаюсь, что приду к своему статусу.

— Смерть всегда приходит внезапно…

— К чему ты это сейчас?

— Вспомнил одну девушку из прошлого состава. Тоже всё говорила, что любит Город и станет Вечной. Все проходят через этот этап. Те, кто не хотят вернуть прошлое, не оказываются здесь…

Мирт присел на подоконник и вновь потянулся к бутылке.

— Знаешь, наверное я просто устал, Полярис. Извини, что выдернул с учёбы. Ты ведь ещё только познаёшь этот мир, а я тебе всё перепортил, выходит.

— Да нет, было интересно узнать тебя получше.

— Взаимно, — отсалютовал парень. — Теперь я вроде обещал тебе ответы. Что ты хотел узнать?

— Сам же упомянул. Что про передачу времени на высоком эхо, самозарождение и всё прочее?

— А-а… ну да. Здесь всё просто. Вообще-то предполагается, что мы начинаем с тройки. Вместе с ростом города всегда появляется сколько-то жителей и парочка новых пробуждённых. Так, как ты или я. Просто однажды ты понимаешь, что ты очнулся в странном месте, похожем на собранного из твоих фантазий, снов и памяти франкенштейна.

— И?

— Будешь пить? Или сделать тебе ещё кофе?

— Давай кофе. Спать сегодня я не собираюсь.

— Как знаешь. В любой момент вызову тебе такси, если что. Денег жопой жуй, и в конце цикла всё равно обновятся.

Я кивнул.

Мы вернулись на кухню в полумрак стремительно темнеющего неба. Мирт запалил лампы на вытяжке над плитой. Кухня озарилась слабым тёплым светом.

— Город, он ведь не видит разницы между твоими фантазиями, желаниями и снами. Просто подбирает всё так, чтобы оно красиво ложилось. Новые районы часто полны дыр.

— Каких?

— Ну, странные здания, выбивающиеся из нормы, аномалии, необычные явления. Потом, когда по району побегают разные пробуждённые, Город использует их, чтобы дорисовать и приравнять к остальной части себя.

— Это кто-то исследует?

— Да… люди говорят. Посиди несколько кругов в центре на обороне и ещё не такое услышишь. Многие строят теории, ведут наблюдения. Само собой, цифр нет, просто слухи, которые похожи на правду.

— Спасибо, — поблагодарил я, хватая вторую чашку кофе.

Снова персиковый. Но всё такой же безупречно вкусный. Я заметил пакет с корицей и высыпал щепотку ещё и её.

— А те, кому передают время в эхо?

— Выходят на второй уровень. На самом деле, это не норма. Скорее всего, так у создателей этого мира не задумывалось, но практика так распространилась, что это тоже считают обычным делом. У них с памятью беда — они помнят свою жизнь в Городе, а не так, как мы с тобой. Без памяти о нулевом мире.

— А…

— Твоя семья тоже так. Они не помнят, что жили когда-то в другом мире.

— Тогда насколько они реальны, а не созданы моей фантазией?

— Этот вопрос каждый решает сам для себя.

— И точного ответа нет? Теории, намёки? — настаивал я.

— Ну, есть два факта. Один в пользу реальности, другой нет. С какого начать?

— Да пофиг.

— В Городе очень много тех, кто вообще не рождался в том мире. Город создаёт вокруг тебя тех, кого никогда не было, но кого бы ты хотел видеть.

— То есть уникальные только для Города?

— Иногда даже только под конкретный круг или эхо. Например, был как-то давно один круг, где у каждого был брат или сестра близнец, полная копия. Давно правда. Это мне ещё мой предшественник рассказывал.

— Тогда в чём может быть хороший факт, после такого?

— В том, что твои близкие в точности помнят то, что ты не можешь знать. Детали их биографии, которые никогда не меняются. Разве что декорации под эхо. Город не мог взять их только из твоей памяти, иначе у них были бы большие пробелы в тех местах их истории и характера, о которых ты не знал. Значит, они не могли быть воссозданы из твоей памяти и фантазий. Как минимум, должно быть ещё что-то. Может, душа?

* * *

Мы распрощались под утро. Настроение у Мирта постепенно оттаивало, и в конце он уже вполне спокойно и даже с удовольствием обсуждал разнообразные теории относительно Города.

Но конструктивного дальше было всё меньше.

Затем я покинул его дом и часам к семи утра был у себя.

Выложил всё ненужное, вроде учебников. Собрал полный боевой набор. Скрафтил несколько коктейлей Молотова по рецепту Тани на будущее.

На занятия я не пошёл, решив, что больше пользы будет от исследования интернета, и потратил ещё пару часов на то, чтобы почитать форумы на тему магических формул с даром сновидца. По всему выходило, что если будет налёт злых духов, я буду асом. Но реальность оказалась чуть более суровой.

Полярис: Привет, Тань, что у нас по врагам?

Тень: летуны. какие-то птицы. хочешь будем обороняться вместе?

Полярис: а ты не хочешь на оборону? Там больше времени. В прошлый раз с титанами помнишь, как было?

Тень: помню и не пойду. Ба-а-ака:Р

Время ещё оставалось. Вспомнился совет той же Тани приобрести себе на утро что-то съестное. Желудок требовал пищи. Глупо конечно о таком думать — через несколько часов мне умирать. Но и самое главное я уже сделал. Оставалось лишь добраться до центра и героически погибнуть, собрав как можно больше времени.

Было около одиннадцати. Полоскун мне так и не позвонил. И не удивительно — если припомнить, он каждый раз ссылался на какой-то интересный разговор вчера. А я вчера был с Миртом.

Напротив дома, через дорогу и трамвайные линии, сидела бабушка, продававшая пирожки. Дальше за ней — магазин.

Сделав над собой усилие, я вышел из дома и прошёлся до маркета взять парочку пирожков. К ним кефир, топлёное молоко, местный аналог «Сникерса» — «Буревей», зелёную пачку чипсов со вкусом лука, местную черничную колу и не менее интересный аналог фанты на основе морошки.

Затем продолжил детальное изучение интернета на предмет всего, что могло бы быть полезно. Особенно против птиц. С трудом смог откопать рабочие формулы из рун и старательно обрисовывал себе всё тело ручкой.

Да, это работало, хоть и не безупречно. Сайт был посвящён чёрной и рунической магии и был выполнен в мрачных цветах. Видов рун было много — часть из них требовали определённого опыта, времени и аккуратности, какими я не обладал. Глифы Арахны, тауматургия, какая-то теневязь… Потому больше поставил на простые скандинавские руны, парочку их которых я уже узнавал и пользовался. Начинаю привыкать…

Здесь, с этим уровнем эхо, они делали ощутимо удачливее, быстрее и сильнее. Затем наспех прочитал сопутствующие ритуалы. Собрал подобие алтаря из чёрной футболки и табуретов. Исписал тело бафами. Подумал про атаку и нарисовал с пару десятков проклятий на нарезанных листах А4.

Будет сразу эксперимент, что из этого работает на практике, а что без толку.

Затем — заранее вышел в полном вооружении и направился по известному пути через трамвай и метро, где как всегда встретил Александру, поигрывающую топором.

Она приветливо мне кивнула, но даже подходить не стала. Лишь странно улыбалась и перебрасывала рукоять топора то в одну то в другую руку.

Мы вышли вместе на площади у памятника. На этот раз — лысый старик с пронзительным взглядом. Некий Кроули.

Вся компания была уже в сборе. Марта, изрядно пожёваный Мирт, Рита, Эла, Феликс. Лёха в образе панка с зелёным ирокезом и мотыгой в руках.

— Вы уже в курсе что у нас сегодня? — спросил я вместо приветствия.

— Летуны? — уточнила Рита.

— Ага, — кивнул я. — Как ты?

— Как за час до смерти, — криво улыбнулась она.

— Но ты выздоровела?

— Ага. Боже, я теперь на кругах с этой заразой буду просто пускать себе пулю в лоб!

Марта согласно закивала.

— Если бы не друзья Миши, быть бы мне на каждом круге заражённой.

— И много таких, как ты?

— Очень. Целый район оцеплён. Помнишь, где мы познакомились? Вот там я и живу. Пробуждённых кого нашли, лечат. Но крутых колдунов на целый спальный район у них нет…

— Как бы стирателей не накликать, — мрачно сказала Марта.

Я обернулся по сторонам в поиска Михаила. Но начальства не было. Зато были новые лица. Группа из целых пяти человек. Видимо, самоорганизовавшиеся новички, недавно узнавшие про сходку.

Домохозяйка. Женщине было где-то за пятьдесят. Наверное, самая стараяй из перерождающихся. Хотя как бы странно не звучало, молодёжь вокруг за счёт множества кругов была гораздо старше её.

Я впервые задумался о простой казалось бы вещи — а откуда остальные пришли сюда? По разговору с Миртом я так понял, что он застал апокалипсис. Таня тоже, по некоторым оговоркам. Тогда не удивительно, что у неё такие навыки выживания. Она могла научиться крафтить коктейли Молотова и работать с химикатами ещё там.

Поэтому Рита никогда не будет похожа на Таню или Августу. Она жила до этого момента в раю и теперь угодила в ад. Мы же наоборот, оказались из ада в раю. Всё познаётся в сравнении.

У нормальных людей крыша едет значительно раньше. Для нас же этот мир — шанс.

Ладно, я ушёл в дебри.

Я к тому, что если она была жива во времена апокалипсиса, то там она должна была быть уже совсем древней старухой. Вот кому есть смысл фармить время — полтина лет в запасе за круг. Не то что у меня, чуть за двадцать.

— Кто знает, как всё пришло к летунам? — спросил я. — Просто интересно. У меня же был отпуск. Я даже новости не смотрел.

Приятно, что на этот раз все всё знают и не нужно ничего говорить, вызывая подозрения.

— Сбежали из лаборатории в соседнем городе, — бросил Мирт.

— А у нас есть соседний город?

— Нет, это миф. По сути — вылетели из тумана на границе и принялись жрать всё, что видят. Хороший кризис. Старая добрая нечисть, которую можно просто валить и не париться.

Слух оповестил нас о том, что враг уже здесь.

Птичий клекот разлетелся по площади. Шум от сотен крыльев.

Глаза сообщили, что враг — больше, чем просто птицы.

Рядом с нами будто клякса упавшая с неба, оказалось это. Тело принадлежало будто пернатой крысе, только с птичьими лапами. Тонкие длинные ручки дистрофика, сжимали копьё с красным каменным наконечником. На спине вместо башки громоздились алые свечи. Но самое мерзкое — это башка, которая росла из под горба и была будто перевёрнута.

Тварь сходу побежала на меня, хотя как она меня видела с таким строением тела — вопрос. Даже то, что оно в столб не врезалось — чудо.

Тем не менее, существо выбрало меня своей целью.

Но моё время ещё не настало. Я бросил в чудовище отравленный дротик. Надо же проверить, а тут все возможности.

Попал — в такую тушу вообще не попасть трудно. Но результата не было. Даже дротик так и остался торчать в монстре. Или слишком мало яда, или у него иммунитет.

Достал другой и бросил снова. Затем легко ушёл от неловкой атаки копьём.

Бросил третий и получил внезапную ответку. Тварь изогнулась, изломанная башка резко выстрелила и птичий клюв сомкнулся у меня на плече. Но поймать не успел — я дёрнулся в последний момент в сторону. Итогом стал порванный плащ, а я сам запутался в рванине и упал на асфальт.

А в горле чудовища остался торчать отравленный кухонный нож.

И то, и другое я смог сделать лишь благодаря рунам. Я действительно был и быстрее, и сильнее, и удачливее. Да и страх начинал притупляться — не первый бой всё-таки.

Монстр поднял длинную шею вверх и перевёрнутым клювом принялся громко кричать, но звук плохо проходил через пробитое горло. Тварь сделала ещё пару шагов ко мне, выронила копьё, протянула руку и упала на землю.

Я поднялся. Нож мне сейчас не поможет, а на следующем круге вернётся. Копьё против летающего противника куда лучше.

Кстати, соображалось тоже значительно быстрее и лучше.

6 — 1 — 3 — 8

О, а ты не дешёвый оказывается. Хотя я уже начал привыкать к другому порядку цифр.

Протянул руку и впитал время.

И едва не погиб от взмаха когтистой лапой ещё одного урода.

Тварь походила на лысую пантеру с парой лап, когтистой парой антропоморфных конечностей и маленькой парой тоненьких человеческих ручек. Плюс к этому громадные вороньи крылья и воронья башка с длинным острым клювом.

Порез был небольшим, но мне почему-то сделалось сразу худо. Яд?

Не стал размениваться по пустякам и швырнул в хрень коктейль — но та вовремя вспорхнула в небо.

Я обернулся и принялся отступать к метро. Многие уже бросали позиции и шли туда. Ещё несколько человек отбивались у памятника — тот тоже хоть немного прикрывал сверху, но это всё равно было гиблое место.

С неба падали крылатые силуэты. Несколько птиц уносили от площади кричащих людей. Раздавались звуки выстрелов и бесконечный птичий клекот.

Затем я увидел, как стремительно увеличивается тёмное пятно тени рядом со мной, бросил туда запакованный в воздушный шарик белый горючий порошок.

Полыхнуло знатно. Громадная птица заверещала и попыталась сбить с себя пламя. Я вынул бутыль с керосином и швырнул в сторону крылатой нечисти. Огонь вспыхнул ярче, а тварь попыталась взлететь, но видимо огонь уже успел повредить крылья.

5 — 3 — 9 — 9

О, ещё чуть больше!

Следующего прикончить я не успел. Меня кто-то подхватил за ногу. Это был огромный гриф, который даже показался нормальным, пока сверху на меня не обернулся приделанный к птичьей шее человеческий череп.

Я выхватил пистолет и выстрелил в тварь — попасть удалось налету лишь с третьего раза даже в упор, после чего последовало долгое и очень неприятное падение на асфальт.

Чёртова птица тоже выжила и разворачивалась на второй заход, а я пытался встать.

Шум в голове. Выцветшие цвета. Тупая боль в затылке.

Как-то глупо в этот раз вышло… — подумал я.

— Поляр, держи. Это святая вода. Полей раны, птицы прокляты.

Я расфокусировал зрение как учил профессор Нелин на первом уроке. Это сделало мир намного красочнее. От того места на боку, где меня поцарапал шестилапый вороно-тигр, вверх тянулись клубы чёрного дыма. Зрение изнанки оказалось полезнее, чем я думал.

Мелькнула догадка, хотя прежде я никогда не видел, как выглядят проклятия в призрачном зрении. Но как-то сразу понял, что это именно оно.

Открыл бутылку и вылил на рану.

Темнота начала расходиться и исчезать. А я почти сразу же почувствовал себя лучше.

— Отходим, дружище, ты увлёкся, — рядом оказался Мирт. Он помог мне встать. Затем протянул руку и собрал время с дохлого летуна, и мы вместе устремились к метро.

11. Время. Много! Еще больше!!

Ещё одна птица встретила нас почти у входа. Двухметровая чёрная полу-курица-пол-усова с постоянно дёргавшейся башкой. В неё и влетел небольшой камешек, слегка отвлекая от нас.

Птица обернулась и издала протяжный крякающий звук. После чего получила камешком по морде снова. А вслед за этим — в тело вошла длинная стрела спортивного лука.

Мы с Миртом тоже не упустили момент — он ударил длинным охотничьим ножом, а я — вылил склянку с кислотой. Тварь вновь закрякала и не удержалась на лапах. Громадная туша свалилась вниз и пронеслась по лестнице ко входу к метро.

Мы ринулись следом за чудовищем. Но птица благополучно свернула себе шею, судя по горящим цифрам над головой.

Время!

Не моё… девушки уже делили четыре числа между двумя.

— Рита, у тебя рогатка? — удивился я.

— В детстве я хорошо стреляла. Вот навык остался и пригодился.

Я порылся в сумке и вытащил три самые маленькие шарика с белым порошком.

— Попробуй это, — сказал я. — А вообще надо подумать, как тебе оружие прокачать.

Девушка кивнула, заложила один из шариков сразу и приготовилась сбивать ближайшего летуна.

Затем посмотрел на болезненно сжавшего зубы Мирта. Расфокусировав глаза на призрачное зрение. Увидел ту же проблему, что была у меня. Протянул ему бутылку со святой водой.

— Полей рану. Ты проклят.

— Чёртов хаархус! — выругался Мирт.

— Кто?

— Не важно, птица.

— Такие уже здесь были?

— Некоторые.

В следующий момент на лестницу спланировал ещё один хаархус. Проклинающая птица с торсом лысого тигра и вороньей башкой.

Тварь с шумом присела на площадке между двух лестниц и сразу же получила прямо по морде шариком с белым порошком.

Голову монстра охватило белое пламя, монстр коротко вскрикнул и сразу же повалился трупом на лестницу. Подъехал по инерции к самым ногами, а затем из него в сторону девушки пронеслись четыре числа.

— Охренеть! Мой инквизитор, ты лучший! Где взять ещё?

— Купил в аптеке.

— Это где такие аптеки у нас? — удивилась она.

Наконец-то у меня появилась возможность взглянуть на время. До смерти ещё оставалось чуть больше двух минут. Можно и дальше продолжать быть героем.

Только смущает один момент — то, что я не должен был умереть наверху — включало то, что меня вытащил Мирт?

— Спасибо, — сказал я другу. — Хотя я бы сам выбрался.

— Ты какого вообще полез как берсерк?

— Я знаю, что делаю. У меня ещё время в запасе.

— А, точно, — чуть улыбнулся Мирт. — Завидую твоему навыку!

— ОНИ ЗДЕСЬ!!! — раздался разносимый эхо голос по подземке.

А за ним — крики и яростный клекот.

— Эстусы, — зло бросил Мирт. — Очень плохо. Поляр, у тебя ж есть ещё огонь?

— Задохнёмся же в закрытом помещении. Хотя как знаешь, мне больше времени будет.

— На упреждение! — крикнул Мирт, и я понял, что этих тварей он реально побаивается.

На вид они были куда лучше хтони снаружи. Тело мускулистого качка, но ростом — от метра двадцать до метр сорок. Руки и ноги переходили в птичьи лапы и крылья соответственно. Башка — на мощной шее один большой костяной клюв с торчащими оттуда зубами, а над ним, прям в костной части, блестели два маленьких хищных глаза.

Я бросил бутылку коктейля под ноги чудовищам, но те побежали через него. Липучая, благодаря пенопласту, смесь осталась гореть на лапах. Но птицы даже тогда продолжали бежать.

Сходу врезались в строй собравшихся людей. И вот тогда я сразу понял, что так напугало Мирта. Твари орудовали мощными руками-крыльями так, что просто ломали черепа и оставляли вмятины на металле.

Отколовшиеся от строя люди быстро стали добычей пернатых качков. Те просто выхватывали по одному и набрасывались толпой жрать заживо прямо на месте.

Короткий вскрик, и Город дарил покой, забирая на следующий круг.

В один момент с хлопком взорвалось несколько ламп. В последнем отблеске света я увидел что-то чёрное. А затем прыгающую как заправский циркач вокруг этого существа Сашу.

Девушка махала любимым топором, пытаясь кого-то поразить, но я никак не мог уловить образ противника.

Группа быстро отступала под боем лезущих сверху крылатых монстров. Удержать все выходы из этой подземки нет смысла даже пытаться.

Я поднял и сжал покрепче каменное копьё, позаимствованное у летуна. Моё время тоже начинало подступать, и очень скоро придётся что-то сделать или лишиться головы.

Одновременно с этим с неба на лестницу спикировали новые действующие лица — несколько чёрных птиц с руками и крыльями отдельно. И в руках они несли мерцающие косы.

Что это, мать вашу, за птицы? Какие ещё там могли делать опыты в соседнем городе, которого нет?

В любом случае, противник и так побеждал, а подкрепления к нему не заканчивались. Чтобы одолеть столько, нас должно быть раз в пять больше!

Не жалея сил, я швырял весь арсенал из сумки. Коктейли, кислота — в ход пошло всё. Вновь вспомнил о дротиках с ядом и начал бросаться ими в птиц. Против пернатых качков работало неплохо, хоть и требовалось попасть минимум раза три.

Идея с оружием была неплохой, особенно если боезапас мне вернётся на следующем круге. А вот яд — явно подкачал. Нужно искать что-то убойней. Руны оказались приобретением куда большим. Ну и за призрачное зрение спасибо.

Когда к бою присоединились косари, времени на размышления у меня уже не было. Это были высокие левитирующие существа с костяным птичьем черепом, скрытым под чёрным балахоном тощим телом и длинными косами.

Александра почти сразу лишилась оружия — птица оказалась проворнее и подсекла её. Коса срезала деревянную рукоять и топорище повалилось на каменный мол.

Над головой у девушки мелькнул шарик белого порошка, разбившийся о костяную голову с клювом. Алекса же не задумываясь подхватила трофейную двухметровую косу.

Таймер пересёк минутный рубеж.

— Отступаем! — бросил Мирт. Если бы он этого не сделал, я бы сам это сказал через пару секунд.

Место для такой обороны было дерьмовым. Да, падать нам на голову птицы не могли, но подземный переход здесь соединял шесть выходов из метро. Нужно было отступать дальше.

В подземку?

Да, именно туда Мирт и двинулся.

Это в свою очередь означало идти в сторону эстусов. Ещё и часть пути была перекрыта моим пламенем. Кто ж знал, как говорится.

Но путь оставался. По команде наша небольшая группа атаковала пернатых качков. Один попытался прорваться силой, но оказался рядом со мной, и в лицо ему угодила кислота.

На ходу собирая выпавшее время, мы обогнули мраморные колонны. Вход вниз был уже совсем близко. Но именно в этот момент наступила моя точка выхода.

Зная об этом, я заранее приготовился сделать на последней секунде что-нибудь такое, чего бы точно не сделал без таймера. Эта тактика оказалась вполне рабочей.

Я был в центре перепуганной толпы выживших со сходки, когда время пришло. Мы подходили к эскалатору в этот момент. За три секунды до финала я разогнался, прыгнул вниз и поехал по гладкой поверхности рядом со светильниками.

Оглянулся назад — и увидел, как нечто чёрное падает на идущих рядом со мной и мгновенно перемалывает в кровавые ошмётки.

Затем тварь сходу бросилась и за мной, пока другие выжившие безуспешно пытались забрасывать её и обстреливать.

Выхватываю пистолет.

Выстрел назад в сторону приближавшейся твари. Даже руны не в силах остановить накатывающий адреналин, а знание о том, что смерть это не конец — ничего не может сделать с животными инстинктами самосохранения.

Вскрываю склянку с кислотой и бросаю вслед за собой. Скользящая чёрная тварь окрашивается алыми подпалинами, где перья были проедены до плоти.

Бросаю бутылку керосина и зажжёную зажигалку ей вслед. Вспышка пламени. Тварь продолжает ехать прямо за мной.

Затем я вылетел и вновь болезненно приземлился на каменную плитку.

Здесь меня уже ждали остальные выжившие.

Мирт, Рита, Марта, Лёха в образе панка. Александра, размахивающая косой будто тем же топором дровосека. У её ног над трупом безголового летуна вверх поднимались светящиеся цифры.

Время…

На таймере — сорок шесть секунд. Почему так мало?

— Где Эла с её читерным навыком? — зло спросила Рита.

— Её сожрали первой, — ответил Мирт. — Пыталась управлять птицами, но те сожрали её быстрей.

— Не повезло… — покачал головой Алексей.

Чёрная тварь вылетела следом за мной с лестницы.

Мгла стремительно вылетела на станцию и рухнула на пол. Чернота растеклась по полу большой кляксой, из которой начали появляться другие летуны и не только — среди них были мутировавшие в птиц тела людей.

Марта натянула тетиву спортивного лука, и первая стрела пробила голову пернатого качка. Чиркнуло белое пламя — Рита прикончила ещё одного проклинателя.

Однако слегка поредевшая и подуменьшившаяся чёрная тварь почему-то считала главной целью именно меня. Таймер отсчитывал последние секунды. Чернота приблизилась, и я разглядел месиво из множества птиц, сшитых воедино, будто лоскутник из игры.

Тварь потянула ко мне сложенную из четырёх клювов лапу. Я использовал последний козырь — швырнул сумку с остатками горючки и поджег. Затем в средоточие птиц влетел шарик с порошком, и тварь охватило белое пламя.

— Держи! — крикнул я девушке, отдавая остатки шариков с засыпанным порошком.

У меня было ещё где-то тридцать секунд. Я бросился в атаку. Всадил смазанное моим ядом копьё летуна в тварь. Надавил. Пошёл на резкое сближение, прибил ударом верной железной палки и сдобрил пинком.

После чего резко бросился в сторону — тридцать секунд своё отмотали, и где-то здесь меня должны были прикончить.

В том месте, где я только что стоял, образовался сгусток выгоревшего камня с рытвиной. Тварь применила какую то способность. И осознав, что промазала, двинулась на меня.

Таймер:

До выклёвывания глаз: 00:00:13

Серьёзно? Столько точек выхода в одном месте⁈

Оружия больше не осталось. Тварь обстреливали и били со всех сторон. Другие сражались с наступавшими птицами. Сражались дерьмово — на моих глазах двое эстусов атаковали Марту — в лицо и со спины. Причём второй сразу принялся жрать тело.

Лёха пытался высвободить руку из клюва монстра. Мирт палил из пистолета, попутно орудуя ножом. Плюс оставалось ещё несколько незнакомых людей со сходки.

Сумка полыхнула ярче — оставшаяся пластиковая бутылка с горючим вспыхнула, и пламя охватило часть тела летуна.

Тот сбросил с себя часть горящей чёрной плоти, и та разлетелась на трёх небольших объятых пламенем птиц. Второй раз чудовище занесло надо мной лапу. И второй раз — промазало.

Конечно же, я за секунду до смерти резко прыгнул назад — вниз с платформы.

Рельса больно врезалась в спину. Но никакого напряжения или спешащего поезда по плану не было.

Таймер. Минута?

Существо нависло надо мной с платформы. Сшитое из птиц тело рассыпалось на глазах. Остальные тоже пытались хоть немного навредить птицам перед смертью. Ещё хоть немного времени захватить с собой на тот свет.

В призрачном зрении существо выглядело намного красочней. Не просто чёрнота, а тьма, в которой мерцали тысячи маленьких светящихся янтарных нитей.

Может, если их повредить, можно ослабить эту хреновину. Только вот мне воевать уже нечем. Даже верная палка осталась где-то там.

И будто подсказывая мне ответ, Рита разрядила почти в упор рогаткой шар из белого порошка.

Атаковавшее её чудовище было очень похоже на то, что я встретил на площади — тварь с изогнутой под странным углом перевёрнутой мордой.

И с копьём в руках.

Костяное копьё с наконечником из красного камня выпало из рук птицы, покатилось по платформе и свалилось вниз.

Прыжок к нему, и оружие оказалось у меня в руках. Чудовище тоже подалось вперёд — доживавший последнее монстр сшитый из множества живых птиц шмякнулся на рельсы. Пара тварей вырвались из тела чудовища при этом и ринулись ко мне.

Время есть. Не убьют!

С разгона вогнал копьё в главную тварь и пытаюсь нанести как можно больше урона.

За мной на рельсы прыгает раненый Мирт и вгоняет трофейный костяной клинок другого летуна. С платформы слетает один из косарей. В полёте ему в голову вгоняет косу разъяренная Александра.

Звук падения — вниз слезла Рита и принялась отступать в тоннель. Вспышка белого пламени и падение единиц времени.

Мелкие летуны впились в ноги. Но я и так понимал, что дальше мне уже не пройти. Время было на исходе, и дальше бежать я уже не мог из-за ран. Тварь резко ударила ногой, отфутболивая Мирта.

Уфф…

Послышался хруст и короткий вскрик. Его поймал ещё один громадный чёрный монстр из множества летунов. От тела чудовища оторвались птичье головы, удлинились и принялись раздирать на части, но город уже забрал его душу.

К нему под ноги бросилась Алекса и с разворота срезала обе косой. Но монстр просто перестроил тела птиц внутри себя и ответил — из черноты вышли двое мускулистых эстусов. Первый перехватил косу и вырвал из рук девушки. Второй попытался поймать, но та ловко перекувыркнулась под его широкими ногами, ещё и оставила порез на ноге, подрезав сухожилия.

Первый ринулся к ней, но девушка ловко ушла от смертельных объятий, оставив нож в его шее.

К Алексе потекли светящиеся числа. Он потянула руку, чтобы вернуть застрявшее оружие, и в этот момент из её живота вырвалась морда зубастого гуся-мутанта.

С многоголосым кряканьем тварь отбросила тело девушки, и его тут же поймал один из косарей. Чернильный монстр пошёл на меня.

А слева, со стороны платформы — показалась фигура третьего.

Я едва успел встать, когда убивший Мирта с Алексой монстр ухватил меня когтистой лапой.

Вот и конец…

Снимаю с пояса последний шарик из белого порошка и забрасываю его в голодные рты. Со всей полагающейся инерцией.

Счёт для меня пошёл на секунды. Их у меня оставалось ровно пять.

Первая — стоящий на пути у меня монстр прожаривается изнутри белым пламенем. Вторая — белое пламя перекидывается на руку. Третья — сбрасываю горящий плащ, рукавом которого я наносил удар. Всё равно больно, будто поймал горсть раскалённых углей. Четвёртая — боли нет… я повторяю себе это в голове. Я не тело. Тело возродится на следующем круге. Пятая — я забираю время.

35 — 10 — 27 — 44 — 20 — 60 — 34

Столько времени за раз я ещё не получал в лут.

Шестая секунда.

Думаю о том, сколько продержится Рита, как последняя выжившая в группе.

…

Утро.

Привет, новый круг.

Я проснулся от ощущения тяжести на груди. Открыл глаза и получил шершавым языком по лбу.

Открыл глаза. Закрыл. Открыл снова.

Не может быть…

— Таумиэль? — с замиранием сердца я посмотрел на кошку, погибшую в разгар апокалипсиса.

Та же внешность абиссинского, смешанного с дворовым — с характерным для этой породы вытянутым носом. Её нельзя не узнать. Плюс повадки.

Я свистнул, и зверёк подскочил к лицу, пытаясь понять откуда взялся этот странный звук. Она всегда странно реагировала на свист, будто собака.

В своё время этот зверёк в другом мире спас мне жизнь. Я нашёл её котёнком сбитой на дороге. Услышал её писк и остановился в поисках источника звука — и разминулся с гнавшим на бешеной скорости психопатом с выключенными фарами посреди ночи.

За это она и получила своё имя.

Аномалия, которая защищает от других аномалий.

Город вернул её.

Глаза заслезились от радости. Всё же мы вместе прошли последние времена старого мира, почти до самого финала.

А ещё — это означало, что я могу сделать ещё больше.

Если город возвращает близких, то что будет дальше? На четвёртом уровне инкарнации? Пятом? Шестом? Сколько их всего? Это значит, что однажды я познакомлюсь, например, со своими прадедами? А как насчёт их инициации и временных парадоксов, если они откатят время до моего рождения?

Погладив кошку, я приподнялся и посмотрел в зеркало.

Посмотрел на список и брови медленно поползли на лоб.

Мир полосат, и на каждую радость найдётся щепотка неприятностей. Что, мать его, не так с этим уровнем сложности?

Стоп…

Стоп-стоп-стоп, погодите-ка.

А что с эхо⁈

«Они приходят со сложностью за пятьдесят и первым уровнем эхо…»

Да, там красовалась единица. В последний раз так было, по словам старших товарищей, когда в город наведались некие стиратели, о которых все так боятся говорить.

А внизу, под списком параметров, горел мрачный вердикт, которого все так панически боялись, что даже говорить не хотели.

Зеркало сообщало:

«Баланс был нарушен. В Город вышли стиратели.»

12. Стиратели

Уровень сложности «51»

Уровень эхо «1»

Тип инкарнации: «3,01»

Критическая точка «14 ч. 21 мин.»

Доступно времени для распределения: 1680

Я трижды перечитал всё, чтобы удостовериться, что это не ошибка или что-то в этом роде. Но именно ошибкой упорно продолжал считать.

Пятьдесят один… какой до этого был максимальный?

Мне однажды выпадал четырнадцатый.

Ещё я видел сложность у Руты. Двадцать два.

А сейчас… это получается, твари будут настолько сильными, что у меня нет шансов? Хрен там — с такой сложностью и времени должно выпадать — вагон и тележка!

Хоть бы только белый порошок откатился…

Ещё — рекордно низкое эхо. На этом уровне никакой магии быть не может.

Я даже впервые задумался над тем, чтобы повысить его сейчас самостоятельно за трофейное время. Час за единицу, но после пятой по словам Ани должно быть дороже. Насколько? И что мне даст пять-десять единиц?

Пять часов… три сотни минут, и у меня будет пятое эхо. Стоит ли оно того? Говорят, я должен сидеть дома и ждать, пока смерть пройдёт мимо меня.

А она пройдёт? Сам я в том районе, который был заражён песчаной язвой, не живу. Но совсем рядом — родители.

Подумав, потратил три сотни и таки поднял эхо. Узнал, что свыше пяти цена резко растёт до десяти часов. Теоретически поднимаемо, но я даже не был уверен что это поможет. Никогда прежде эхо не поднимал и принцип реализации этой харакреристики я не знал.

Теперь, ещё один момент. Я сразу внимания не обратил, но почему у меня не сутки? Михаил решил не начислять нам время?

Открыл шкаф, вытащил джинсовый плащ и достал из кармана мобильный. Зашёл в «аську», прочитал сообщение:

Мирт: Сегодня у всех выходной. У тебя тоже.

Послано сутки назад. Значит, он не знал, когда я очнусь. И ещё — время было не таким, как должно. По идее, нас спонсировали временем, чтобы мы провели полноценный рабочий день, выполняя задания Михаила.

Четырнадцать часов были скорее всего, моим личным трофеем за прошлый тур. Я ведь перед смертью успел забрать время с мини босса, плюс несколько раз избежал смерти, за что тоже начислялись бонусные очки.

Значит, нас кормить временем не собирались на этом круге вообще.

Что происходит? Это как-то связано? С чем?

Кошка сонно зевнула и побрела из комнаты, мяукая на ходу.

Я на миг выпал из мрачных мыслей и вернулся в реальность.

На часах — три ночи. В окно моросил осенний дождь. Таумиэль не понимала, с чего вдруг её хозяин с бешеными глазами бегает по квартире в три часа ночи.

Но что-то в эту ночь было сильно не так.

Надеюсь, это не я сломал город, когда ввёл дробное число. Но не может же конец света наступить из-за одной кошки, верно?

— Тау, ты давно здесь живёшь? — обратился я к зверьку.

— Мау?

Кошка повернула голову и внимательно посмотрела на хозяина.

Я поёжился от холода и принялся быстро одеваться. Что именно я буду делать этой ночью я ещё не знал, но что-то мне подсказывает, эти четырнадцать часов будут полны неожиданностей.

Взял телефон и отправил сообщение Тане. Просто чтобы удостовериться:

Полярис: Кто у нас сегодня враг?

Тень: 0

Полярис: стиратели?

Ответа не было.

Я задумчиво хмыкнул.

Отправил сообщение Августе и Рите с одинаковым содержанием:

Полярис: доброго времени:3

Была у меня такая нехорошая мысль, что вокруг меня происходит что-то особенное и ни хрена не нормальное.

Подошёл к окну и выглянул наружу — фонари были почти погашены. На улице — ни души. Три часа ночи плюс дождь, плюс изначально не самое оживлённое место по ночам.

Ничего удивительного. Но на душе… как-то не очень.

Впрочем, перекрывающий это фактор сидел у входа в комнату и смотрел на меня своими прекрасными янтарными глазами.

Как же я чертовски рад тебя видеть Таумиэль!

Что дальше, попробуем воскресить всех знакомых кошек и собак? Ну, я не против. А если серьёзней — это говорит о том, насколько важной характеристикой является инкарнация, раз даже одна сотая этого параметра может внести измения в жизнь.

Ответов не было. Беспокойство нарастало. И всё так же не пробивалось через пелену радости от понимания, что именно я прокачал и во что вложил своё время.

Я… могу изменить всю свою жизнь! Не просто прожить её заново здесь, но стать всем, чем пожелаю. Всё, чего я хочу — вот здесь, приди и возьми. Только получи время!

На что ещё способен этот параметр?

Поднял Тау и станцевал с ней на руках.

Вижу цель — не вижу препятствий. Я выиграю эту игру и соберу всё время этого мира муахаха! Хотя ладно, обойдусь пока и просто статусом вечного.

Далее — проверка. С этого нужно начинать каждый день, независимо от происходящего.

Я проверил все схроны в доме — комната, стол, крохотная кладовка у входа.

На кухне появился кошачий корм. В холодильнике всё так же была рыба и теперь купленные на прошлом круге вещи. Пирожки, кусок торта — да-а, Таня была права — это была отличная идея один раз сходить, и теперь Город сам копирует мне это на каждом круге.

В кладовой меня ждало куда большее разочарование.

То, о чём в своё время меня предупреждали — на низком эхо почти все чудеса стали мусором. Белый порошок больше не воспламенялся вообще. Даже повышение эхо ему не помогло. Хотя я не знал, работает ли параметр на предметы вообще.

Туда же всё магическое или хоть немного странное. Большая часть настоек из аптеки превратилась в набор банок с краской. Нашлось копьё летуна — но теперь оно было сделано из тонкого шеста с приделанным к нему из пенопласта муляжом наконечника с пластиковым кристаллом.

Здесь же нашлось место для костюма аниме персонажа. Рядом — плакат с анимешными лицами и подпись на японском.

Затем рейд по книгам. В этом мире я был… поваром. Старшекурсником института общественного питания. Нет, я не против — в таком городе и без магии хочется жить долго и счастливо на простой мирной работе. Но чем мне обороняться?

Девушки всё ещё не отвечали. На часах было три тридцать. Впервые задумался о том, что пока я дома, время течёт немного иначе. Будто так же, но успеваю я при этом сделать намного больше.

Пистолет — на месте. Правда, осталось всего две пули. Всё равно возьму с собой — аргумент, как ни как. Вдруг заберу с собой хоть одного пятьдесят первого?

Итого из оружия — два патрона в обойме, верная железная палка, кухонный нож, баллончик, четыре коктейля, банка керосина, банка спирта, две банки с известной здесь кислотой и банка с надписью «яд».

Упаковал всё в сумку, попутно накормив кота. Сел пить чай с пирогом и листать «аську».

Полярис: Мирт, какого хрена происходит? Будешь игнорить — уволюсь.

Мирт: Почему ты так рано проснулся?

Полярис: охренеть предъявы. А ты чего?

Мирт: Завалил таки один из каардов?

Полярис: так называлась эта тварь?

Мирт: малое ядро заражающегося каард, если точно.

Полярис: большой тогда какой?

Мирт: поверь, ты не хочешь этого знать)

Полярис: Ок. Так что, у нас стиратели?

Мирт: Если честно, сам не знаю, что делать. Мне тоже полагается спать и проснуться за пару минут до финала. Но я сидеть и ждать смерти точно не буду.

Полярис: я тоже не собираюсь сидеть и ждать, если что.

Мирт: уговорил. Называй адрес — вызову тебе такси.

Ага, ещё чего.

Полярис: Сам вызову. Лучше просвети, что творится.

Мирт: Метро «стылая круча».

Значит, не домой.

Открыл карту города в интернете — увидел ближайшую станцию от его дома. Она же была крайней с северной части города. Дальше по идее должен располагаться лес, за которым не было уже ничего.

Там же в интернете нарыл номер такси и вызвал машину к нужному месту.

Человек, ожидавший меня внизу, был первым человеком на этом круге.

Водитель — полноватый мужик за пятьдесят с залысинами. Всю дорогу он слушал шансон, плюс салон был сильно прокурен. Но сам водитель не проронил ни слова.

Дороги в городе были пусты. За всё время мы лишь пару раз издали видели другие машины. С учётом размеров города, это была аномалия даже для ночи.

Я молча смотрел на осенние тучи. И даже через мутное окно понял, что с ним сегодня не всё в порядке.

Не рановато ли? До кризиса ещё пол дня.

Мирт ждал меня у самого входа в метро. Подземка в это время не работала, и спуск вниз был закрыт. Он обернулся на остановившуюся машину и удостоверился, что из неё выхожу я.

Я рассчитался с таксистом. Друг в это время поглядывал то вперёд, то на меня.

— Что происходит? — спросил я сходу. Затем посмотрел в небо. Прогремел гром. Но я хорошо помню, что его в это время в городе быть не должно. — Кризис начался раньше срока?

— У стирателей есть своя голова на плечах.

— Поэтому уровень сложности такой запредельный?

— Пятьдесят один, — кивнул Мирт. — У всех на этом круге так.

— А что это за круг? Чем он особенный?

— Это наше поражение и первая крупная победа беспредельщиков. Хотя теперь наверное, этих тварей стоит называть террористами.

— Что случилось-то?

— Сейчас сам всё увидишь. Я тоже только проснулся и иду туда.

— Куда?

— В заражённый район. Который был захвачен песчаной язвой.

— Значит, другой отдел не смог остановить эпидемию?

— Эта дрянь устойчива даже на первом эхо, хотя ты прекрасно знаешь, что в той жизни такой заразы никогда не было.

— Чего мы здесь ждём?

— Я хочу их увидеть.

— Кого?

— Стирателей.

— Кто они? — спросил я, окончательно теряясь.

— Сверхсильные твари, которых ничто не берёт. Когда какая-то часть Города перестаёт соответствовать его сути, она отсекается. Идём.

Мирт двинулся вперёд по улице вдоль шоссе. По карте оно должно было выходить на окружную и на трассу от города, но в реальности дорога просто упиралась в туман. Он здесь начал сгущаться уже спустя десять минут пути быстрым шагом.

Разговор он продолжил сам, когда мы поравнялись со старым зданием советской постройки, в котором установили широкие современные окна и, судя по объявлению, сдавали в аренду.

Дверь оказалась не заперта. Мирт зашёл внутрь и закрыл за мной замок.

Внутри было темно и пусто. Голые зацементированные стены и заляпанная белой краской железная лестница говорили о том, что здесь проходил ремонт.

— Я хочу увидеть, как они появляются. А затем, если хочешь, пойдём в мёртвый район. Увидишь, чем грозит, когда один из отделов не справляется со своей задачей.

— Это так же, как когда в городе появился порт?

— Нет, тогда был ход Города. В тот день победили мы, отодвинув кризис. Как зародился порт я не знаю. Но… Миша говорил, что вклад каждого важен. Хотя, это такой общий дешёвый лозунг.

— Время тоже откатится на утро?

— Нет. Рубежное время кризиса никогда не отматывается назад. Это уже наша победа и её не отнять.

— Погоди, победа над кем? Монстрами? Беспредельщиками? Кто такие стиратели?

— Ох, ну и каша у тебя в голове… Ладно, есть монстры. Всё, что приходит на кризис. Это просто один из видов кризисов, наряду с той же заразой или катаклизмом. Если мы сумеем пережить кризис и завалить боссов, время продлевается до следующего. Но чаще мы проигрываем и не происходит ничего.

— А стиратели?

— Они появляются только когда что-то идёт не так. В прошлый раз это было ещё до меня. Слышал про несбывшуюся улицу?

Стоп. Так называлась улица, куда приезжали мы с Аней на том трамвае.

Вот всё и становится на свои места…

Я кивнул.

— Хорошо, ты понял суть. Тогда её наши вечные смогли отвоевать, но к городу у неё теперь вход только через изнанку.

— Изнанку? — спросил я о новом термине. Хотя для меня он был не совсем новым — уже слышал о ней в универе. Но лучше пусть рассказывает.

— А-а… долго объяснять, — махнул он рукой. — Что-то вроде сновиденного города. Его другая версия. Хотя я наверное тебя ещё больше запутал.

— Нет-нет, продолжай, — заверил я его.

— Да в общем-то это всё. Там свои механики, главное, что так просто туда не попасть. Так вот, сегодня будет происходить то же самое.

— Из-за той заразы?

— В тот раз был прорыв огненных тварей. Они захватили часть района и дальше по непонятной причине начали раз за разом проявляться в новом мире. Ну, по мере эхо, конечно, но это была стабильная проблема на каждом круге. Как сейчас стала эта зараза. Когда мы несколько кругов подряд ничего с этим сделать не смогли, пришли они.

— Стиратели?

— Да. Это сложно объяснить словами, сам всё увидишь. Это цитата, если что — мне так мой предшественник говорил. Это и то, что они не атакуют первыми, если видят жёлтый цвет.

— Почему?

— Мне так говорили, — пожал плечами Мирт. — Так что вот, — он подошёл к батарее и поднял сумку. Я её не заметил среди хлама и удивлённно спросил:

— Ты что, готовился специально к этому моменту?

— Что? А, нет, с сумкой это фокус. Потом научу как нибудь.

— Мы не будем им пытаться помешать отрезать часть города?

— Вечные будут. У них есть способы себя защитить. В прошлый раз они отвоевали ведь Несбывшуюся. Правда, она теперь зависла где-то между Городом и…

Слова Мирта застряли у него в горле.

Тот, кто рассказывал ему про этих существ, был прав на все сто. Это просто ощущаешь, но едва ли сможешь описать.

Тело пронзил озноб и чувство неконтролируемого страха от встречи с иррациональным. Я ощутил липкий ужас, почувствовал как моментально одеревенели ноги, ощутил запах хвои и палой листвы, и лишь после этого — увидел сгорбленную фигуру в красном балахоне.

Разглядеть фигуру твари было нельзя. Но на горбатой спине просматривались острые изогнутые шипы, проступающие на манер иголок ежа.

Существо медленно прошло мимо. Остановилось напротив Мирта. Я увидел как в прохладе ночи изо рта существа потянулась струйка тёплого пара. Тварь выдохнула и едва заметно повернулась в мою сторону.

Я замер, в обнимку с жёлтой тряпкой. Существо издало низкий вздох с едва заметным оттенком усталого рычания.

Затем стиратель продолжил свой неспешный путь по улице.

— Наверное, за такого кучу времени можно выбить, — задумчиво сказал я, когда существо скрылось.

— Эту тварь разве что группе вечных завалить под силу.

— Ну а вдруг? — улыбнулся я.

— Ты псих, — констатировал Мирт. — Да, друг, я думаю так же. Но пока даже не подойду ни к одному. Так что собираем информацию.

— Куда они идут?

— В заражённый район. Я предлагаю пойти за ними на расстоянии. Посмотрим, что удастся сделать старшим товарищам.

— Напомни, почему всё это делается с таким пафосом? Почему простые спящие не в теме?

— Все в теме, кому надо, — отмахнулся Мирт. — Они не атакуют первыми тех, кто носит жёлтые одежды. Так что надевай балахон. Хорошо что делал один про запас.

— Мы не будем атаковать?

— Пока — просто смотрим, разведываем.

— А как остальные? Те, кто не в курсе, что происходит?

— Если сами не набросятся и не будут приближаться — будут живы. Будет обычный мёртвый круг без заработка. Разве что у беспредельщиков ничего не меняется.

Вот теперь два и два начинает складываться. Мы, в смысле все спящие, проиграли потому что не смогли сдержать заразу, и теперь пришли стиратели за мёртвым районом.

А поскольку в распространении заразы из одного круга в другие причина — наш извечный враг, то это можно назвать их победой. Террористической, поскольку от этого пострадало много людей, в том числе мирных местных жителей.

— Технически, беспредельщики такие же пробуждённые, как и мы, — заметил я. — То есть им от уничтожения района никакой пользы.

— Не знаю, — честно признался Мирт. — Технически да, и как мы они могут собирать время на нас и на других людях. Зараза с массовым мором — это хороший способ собрать урожай чужих жизней. Правда, ещё попробуй найди каждого заражённого вовремя.

— Логично. Охотиться на нас имеет смысл ближе к началу кризиса. Времени не так много, — задумался я.

— А тут можно собрать урожай не привлекая внимания и заранее. Может, даже ездят с бригадой скорой и добивают, — зло бросил Мирт.

— Но я всё равно не понимаю, зачем всё это. Борьба с монстрами в союзе с другими всё равно выгоднее. Сходку ведь не зря придумали, командная работа рулит. Монстров хватит на всех.

— Может, они и тех и тех, а на судьбу района им плевать. Всегда есть те, кто будет пахать, чтобы это исправить, вот пусть и пашут.

Голос Мирта стал совсем мрачным и злым.

— Если они сектанты тёмных стихий, то всё это может быть выгодно. Например, если им ещё какой-нибудь тёмный идол шлёт свою анти-прану или как там это у них называется.

— Гаввах. Пища Неназываемой, — буркнул Мирт.

— Что?

— Забей. Просто идеология одного культа, подходящего под описание.

Закутавшись в жёлтые тряпки, мы вышли из помещения обратно на улицу. Стиратель уже ушёл. Мирт старался держаться подальше, чтобы не попадать под эффект от присутствия существа.

— У стирателей есть ареал, — пояснил он. — Это что-то вроде ауры, на котором… ну, ты чувствовал, что происходит.

— Промывка мозгов?

— Да, можно и так сказать. Издали это не работает. Жаль, снайперки нет.

— Почему так?

— В городе не на каждом эхо можно такое достать. Отец может заказать, но ждать всё равно надо.

— Сколько ты уже здесь?

— Сутки.

— Так мало?

— На дольше уходить нет смысла. Первое эхо. Здесь можно тренировать только физические навыки и базовую медитацию. И оплачивать всё придётся из своего кармана.

— И ты без плана на выгоду вложил время в то, чтобы просто поглазеть?

— Не просто… ох, совсем не просто…

13. Нежелательное

— Тогда в чём план?

— Если получится завалить кого-то, это будет большой помощью вечным и всему городу. Может, даже удастся отстоять район. Там ведь просто времени не хватило, чтобы его спасти. Обидно, блин!

— Вечные не могли спонсировать по такому важному поводу? — неодобрительно спросил я.

— Последнее время раз за разом выпадало слишком маленькое эхо для массовых исцелений такой сильной хвори. А по одиночке отлавливать и лечить заражённых и чистить их дома в заражённом районе… у нас нет столько целителей. Задача требует или больше времени, или больше эхо для серьёзных средств.

— А повысить эхо лекарям?

— Там нужно эхо под полтину и несколько лекарей. А там цена резко поднимается каждые десять пунктов.

— Долго идти в тот район?

— Не очень. Мы идём след в след.

— Что с местными? Уже половина седьмого, кто-то должен выйти из дома.

— Час фир. Они подсознательно избегают столкновения со стирателями. Сам город им психику бережёт.

— Обычно монстрам это не мешает.

— Стиратели не просто монстры. Они достаточно разумны и на фоне беспредельщиков ребята очень мирные.

— Мирные? — в памяти было свежо от воспоминание о виденном только что чудовище.

— Они не убивают ради времени или ради забавы, — пояснил Мирт.

— Но ведь в финале круга всё равно придёт смерть? У всех есть критическая точка.

— Я… не знаю, — Мирт замедлил шаг и удивлённо посмотрел на меня.

— Что, ты об этом не думал?

— Я просто помню слова своего предшественника на этом посту. Он как-то не говорил, что в финале.

— Но ведь та штука нас заметила? — с сомнением спросил я. — Или у них зрение расплывается от жёлтого цвета?

— Понятия не имею, — отрезал Мирт. — Так, смотри. Умеешь пользоваться, надеюсь?

— Велосипедом? — хмыкнул я.

У дома, рядом с которым мы проходили, были припаркованы два вела, привязанные цепью с замком к стволу дерева. При этом замок оказался не закрыт.

— Интересное стечение обстоятельств.

— Единственный фокус, который работает на единице, — пояснил Мирт. — По крайней мере из известных мне.

— Ага. И как он работает?

— На основе веры, воли… и толики удачи. Садись.

Я уселся на дешёвый и сильно побитый жизнью велосипед, но относительно современный. У Мирта был почти такой же, только другой фирмы. Обе мне были не знакомы.

— Смотри. Ты должен быть уверен в чём-то и иметь намерение это взять. Всю дорогу, когда ты меня не отвлекал, я думал о том, что где-то здесь точно есть велосипеды, и что мы с тобой их возьмём. Обычно их забирают в дома, а не привязывают цепью на ночь к столбу у дома.

— Да, это странно. Если город берёт такие вещи из памяти, то в две тысячи седьмом это было безопасно разве что в сравнении с апокалипсисом.

Мирт странно посмотрел на меня.

— Кажется, ты единственный, кто не боится говорить о прошлом.

— Благодаря тому, что я о нём помню, я стараюсь каждую секунду здесь прожить с толком, — ответил я. Хотя в общем-то я тоже не сильно стремился к таким разговорам. — Там у нас шансов не было. Здесь — каким бы ни был этот путь, я его пройду.

— Хорошие слова, Полярис! — улыбнулся Мирт. — Вот с такой волей и нужно подходить к делу. Просто думай также и о простых вещах. Попробуй притянуть к нам… не знаю. Красный грузовик.

— Просто думать о нём?

— Представляй себя, проезжающим рядом с грузовиком. Будь уверен, что он с гарантией встретится тебе на пути. Смотри на мир глазами человека, который встретится с ним. Работает везде, но на маленьком эхо может быть долго.

Я представил нужное и продолжил крутить педали. Частные дома и старые постройки этажей до четырёх максимум, которые преобладали тут, постепенно сменялись хрущевками.

Район, который нам предстояло потерять, состоял из них и из серых девятиэтажек.

То, что с этим местом что-то не так, чувствовалось в воздухе. Физически — пахло болезнью. На серых девятиэтажках советской постройки были налеплены сгустки бордово-коричневой слизи. Из-за стенок домов раздавался кашель.

— Теперь помедленней. И смотри куда едешь, — предупредил Мирт.

Я глянул под колёса и увидел помимо осенних луж сгустки слизи и валяющееся среди них тело. Вокруг красочно летали мухи, а вдалеке каркали вороны.

— Понимаю, почему стиратели заволновались, — поморщился я.

— Ты на небо посмотри, — бросил Мирт.

Да-а…

Небо стало неестественно зелёным, какой рисуют на артах про массовый мор.

— А с ним-то что не так?

— Не знаю, может, песчаная язва так влияет. Может, район готовится отделиться от города.

А затем я ощутил их.

Стиратель был рядом. По крайней мере, один из них. Пусть я его и не видел, но тошнотворное ощущение слабости перед чем-то могущественным чувствовалось явственно.

Беспричинный страх, тяжесть в животе, ватные ноги…

Мы не сговариваясь остановились и слезли с велосипедов. Затем друг стал оборачиваться, но я его опередил:

— Туда, — предложил я, кивнув на ближайшую девятиэтажку.

Если ститарель так близко, то его должно быть видно из окна.

Мы пересекли улицу и открыли подъезд.

— Надень маску на всякий случай, — бросил он и сам полез в рюкзак, прежде чем зайти в дом.

Затем протянул мне брызгалку, сильно пахшую спиртом, так что сразу нос пробивало. У него самого была такая же. Протянул резиновые перчатки и пачку антибиотиков.

Я готовился совсем не к заразе, потому у меня был лишь спирт и маска, которые всегда валялись в сумке с некоторых пор.

Быстрый забег наверх. Открытый выход на крышу. Короткий путь на другую сторону вот мы смотрим вниз, изучая местность.

Мирт достал из рюкзака бинокль и стал осматривать улицу. Затем ткнул меня локтем в бок и передал его мне, указывая на алую фигурку, идущую по улице прочь от нас.

Сверху сгорбленная фигура в алом балахоне с шипами на спине казалась странной и не подходящей окружавшей её постсоветской действительности.

— Он идёт куда-то в конкретное место? — спросил я, возвращая бинокль.

— Наверное. Но здесь нет площади или чего-то примечательного. Обычный спальный район на окраине.

— Много пробуждённых пострадало? Что будет с теми, кто здесь жил?

— В прошлый раз — ничего хорошего, — поморщился Мирт, но вдаваться в подробности не стал.

Быстрый спуск вниз, после чего мы продолжили путь по замершему спящему городу.

— Попробуем проследить за ним, — сказал Мирт.

Я кивнул.

— Что ещё ты о них знаешь? Может, есть уязвимости? Или какая у них сила?

— Разная. В тот раз была тема с огнём. Огненные черви, саламандры, спятившие маги-культисты и массовые пожары.

Точно, на несбывшейся улице было много сгоревших домов.

— Я знал, что один из них выйдет на «стылой», и что они все идут сюда, — продолжил Мирт. — Но не больше.

— Михаил знает, что ты здесь?

— Нет. По идее никто кроме вечных здесь на лут не рассчитывает.

— Стиратели настолько сильны?

— Ну, небольшая группа вечных может завалить одного-двоих. Так что убиваемо, но с очень большим трудом.

— Сколько их всего?

— В тот раз было шесть. В этот — понятия не имею.

Некоторое время мы шли в полном молчании. Хватало воя ветра сырой осени и чихающе-кашляющих людей.

Чем глубже мы входили в заражённый район, тем больше я проникся мыслью, что нормальный человек не способен совершить такое с другими людьми. Болезнь здесь была не результатом кризиса или монстром — её сделали люди. Просто злые люди которые почему-то ненавидят всех остальных.

Здравый смысл отказывался верить в такую мотивацию.

Я, конечно, не дипломированный психолог, но знаю, что может быть просто большая беда с головой, которая делает из человека маньяка против его воли. Но я не могу поверить в целую организацию, живущую по принципам бешенных маньяков.

Диктатура? Принуждение? Возможно, но в городе нельзя угрожать смертью, вопрос пыток тоже можно обойти, если страха перед смертью нет. Город даже боль по возможности старается забирать.

Тогда банальный подкуп по всем канонам капитализма? Тоже не катит. С их подходом я очень сомневаюсь, что среди беспредельщиков много вечных. Прожить, убивая пробуждённых и мирных людей — можно. Но сколотить капитал — не думаю. Нас слишком мало, а за обычных, ничем не одержимых людей, времени дают крохи.

— Чувствуешь? — остановился Мирт.

Затормозил и встал на одну ногу.

— Да, — кивнул я.

Неприятное ощущение от приближения к стирателю стало немного иным. К нему подключились эмоции. Появилась нервозность. Взгляд становился бегающим и дёрганным. Всё время хотелось что-то покрутить в руках или как минимум не стоять на месте.

Будто сейчас случится что-то гарантированно очень плохое, и тебе никуда от этого не деться. Только ждать, считая секунды.

— Туда, — теперь Мирт сам придумал, куда идти, и мы поспешили к очередной девятиэтажке.

Хотя нет, не совсем очередной.

— Действительно, в этом районе если что и считать центром, то звёздную крепость.

— Крепость? — не понял я.

— Да. Здесь пять девятиэтажек создают кольцо со внутренним двориком. Не весть какая достопримечательность, но остальное здесь вообще одинаковое.

Я бы с Миртом поспорил. Не знаю, где он жил раньше, но здешний спальный район был не однообразным. Намётанный глаз жителя именно такого, уже очертил круглосуточный магазин, уютный киоск, разную степень ухоженности домов, обилие тех же разнообразных пристроек.

Место было живым. Сейчас, конечно, скорее умирающим — мрачная атмосфера и наросты, перекрывающие нарисованный на боку дома советский рисунок. Вместо парня и девушки, стоящих плечом к плечу, серп и молот сжимала некая налипшая бурая субстанция.

Если бы не эта мрачность и обилие намёков на тяжкую хворь вокруг нас, здесь было бы очень даже уютно. Это была серость, залитая жизнью множества разных людей.

Мы пробежались наверх по лестнице. Лифт не работал, и это был уже второй на сегодня такой дом, а тело — совершенно не тренированным. Во времена апокалипсиса заниматься спортом было вынужденной необходимостью для выживания, независимо от желаний. Сейчас же обнуление на новом круге не позволит даже начать.

Наверху был ответ, почему лифт не работает. Кабина застряла на последнем, а весь механизм был облеплен слизью.

Мирт опрыскал спиртом металлическую лестницу, затем ещё тщательней облил спиртом ручку, и начал подниматься наверх.

Лицо вспотело от резины на респираторе. Мелькнула мысль о том, что зараза может войти и через контакт со слизистой глаза. Или через любую царапину на теле, которую я мог попросту не заметить.

Так, в сторону ипохондрию, паранойю и прочую гадость!

Мирт был уже у края дома и смотрел вниз с биноклем.

Я встал рядом и посмотрел на внутренний дворик.

— Пятеро, на одного меньше, — не глядя сказал друг.

— «Нашего» видишь?

— Они все на одну шкуру, Поляр. На.

Он протянул мне бинокль и я посмотрел вниз.

Внутренний дворик был частично парком, частично — детской площадкой. В геометрическом центре была большая площадь, отведённая под детское футбольное поле. Вокруг лавочки. Левее — качели и песочница. За ней — сложная советская конструкция для игр детей. В более позднее время такое перестали делать.

По правую сторону от площадки — простенькие спортивные тренажёры с облупившейся краской, но всё ещё рабочие. Брусья, дуга для лазанья на руках и ещё много всего в том же духе.

С наступлением осени всё это было покрыто рыжими листьями и затоплено лужами. Но пятёрку очень странных футболистов в красном балахоне с проступающими из спины шипами это не сильно смущало.

Они стояли в форме пятиконечной звезды, как и само здание вокруг нас. Стояли и смотрели в пол, практически без движений.

По телу пробежались мурашки.

— Что они делают? — спросил я.

— Наверное, ритуал.

— Ритуал на первом эхо?

— Понятия не имею, — ответил Мирт. — Скорее всего, они…

Тишину осеннего денька нарушили звуки выстрелов.

Сработали снайперы. Немаленькая такая бригада, которая попыталась накрыть всю пятёрку разом.

Но застрелить удалось лишь одного. Все остальные моментально пришли в движение.

Каждый из четвёрки оставшихся на ногах действовал по своему — один поднял руку и перед ним возник рыжеватый силовой барьер. Второй с невероятной скоростью отскочил с траектории летящей пули. Третий — поймал пулю головой, но остался стоять, будто так и задумывалось. Четвёртый — просто исчез.

Выстрелы послышались снова. Я заметил блик на противоположной от нас части крыши и увидел там несколько тёмных фигур. Снова забрал бинокль у Мирта и увидел троих незнакомцев.

Судя по тому, что на нас они внимания не обращали — это и были вечные. Часть из них.

Рассмотреть я никого не успел — один из четвёрки стирателей оказался прямо рядом с ними и сперва отправил полетать стрелка, затем длинными когтями пробил живот второго и бросился к третьему.

Прогремела трель автоматического оружия. Монстр запнулся и сбился с ритма. Но едва выстрелы стихли, всё равно подскочил к жертве, выбил оружие, поймал и с невероятной силой швырнул с дома.

Затем Мирт выдернул бинокль и посмотрел в другую сторону. Там тоже начинался бой — стиратель с невероятной скоростью когтями взбирался по стене.

Сверху сразу четверо стрелков пытались расстрелять тварь, но та умудрялась ловко уклоняться от всех пуль, перепрыгивая с окна на окно, и прячась за балконами.

За очередным она скрылась, залезая внутрь дома. А затем стиратель вдруг выскочил из окна уже девятого этажа, да так, что сходу отправил в полёт одного из стрелков.

В этот момент веселье началось и внизу. Из арки на двоих оставшихся стирателей шло человек десять.

Звуки пальбы. Две красные мантии, бросившиеся в стороны друг от друга. Невероятная скорость и ловкость оставляла лишь красный шлейф за собой. Миг — и оба чудовища уже скрылись с линии огня.

Ещё пара стрелков на крыше, не принадлежащих к первым двум группам, принялась обходить их сверху, на ходу поливая пулями.

Что было понятно сразу — для нас с Миртом этот бой — нечто за пределами возможностей. Да и вечные, нужно сказать, сильно сдавали.

Идущие снизу частично сменили оружие — половина взяла в руки оружие ближнего боя. Парочка оставшихся внизу стирателей тоже выскользнула навстречу. Тварь покрупнее ударила в наступавших на него людей тонкими щупальцами, выскочившими у него из груди.

Первого он буквально разорвал пополам. Ещё двоих пробил насквозь. Четвёртого упустил, и тот в последний момент прыгнул к нему в объятья. Вечный обхватил стирателя двумя руками и продолжил сжимать, даже когда его в спину пробило сразу три щупальца.

А затем прогрохотал взрыв, и от обоих остались лишь отдельные части тела и рытвина на футбольном поле.

Посыпалось время. Много времени! Мирт был прав — если завалить одного из стирателей — улов будет колоссальным.

Но это ли на самом деле было его целью?

— Миша, — тихо сказал Мирт.

Я осмотрел детальнее наступавших и теперь увидел среди атакующих чёрный плащ Михаила, его тёмные вьющиеся волосы, собранные в короткий хвост. Шляпу он свою где-то забыл.

Из атакующей группы осталось пятеро, включая шефа…

Битва на крыше шла с переменным успехом. Пока мы смотрели вниз, группы как-то прикончили одного из стирателей, а затем прикончили их самих. Только несколько светящихся чисел осталось.

Выживший стиратель, ловкач, спрыгнул с девятиэтажки и как ни в чём не бывало направился к футбольному полю по центру двора.

Пятёрка живых вечных приготовилась к последней битве на смерть.

Если спрашивать моё мнение, я бы однозначно ставил на стирателей.

Этого не изменит даже четвёртая появившаяся на сцене фигура — один из укрывшихся на крыше стрелков вновь обнаружил себя выстрелом.

Попытка сбить стирателя с барьером вновь провалилась. Тварь создала полупрозрачное препятствие. Её напарник громко и злобно зарычал. Вторая пуля предназначалась ему, но ловкач специально подставился и картинно проглотил её. Проблемы это стирателю никакой не доставило.

Затем алая мантия бросилась наверх к последнему снайперу.

Пятёрка с Михаилом в тот же миг атаковала существо. Оно в ответ переместило барьер, а затем будто швырнуло его, отбросив спящего метра на три в лужу.

Уклонилась от атаки вечной девчонки с ятаганом, после чего подсекла её ногой и… мелькнула вспышка. За миг тело девушки обуглилось и осыпалось прахом.

Надеюсь, не навсегда.

Тварь взметнула руку вверх и за ней в воздухе из ничего возникло лезвие серпа.

Но применить способность существо не смогло — Михаил не разменивался по пустякам и как следует ударил стирателя по морде кулаком.

Как я и предполагал, рукопашный бой выучить и подготовить для него своё тело вечный успевает за свой долгий круг.

Наверху тем временем тварь почти добралась до снайпера, но тот спрыгнул с дома на заранее подготовленном планере. Следующий выстрел раздался уже в воздухе.

Хороший план. Красивый.

Но увы…

Монстр вдруг резко оттолкнулся от дома и совершил невероятный прыжок прямо на дельтаплан.

Винтовка полетела вниз. Раздались выстрелы из пистолета, но довольно быстро его выбили из рук, а затем обе фигуры рухнули вниз.

Итого, четверо пробуждённых на двоих живых стирателей. Расклад, увы, совсем не в пользу вечных.

Я посмотрел на сосредоточенное лицо боевого товарища и уже знал, что он хочет мне сказать.

— Мы должны им помочь! — предложил Мирт способ самоубийства.

14. Спонтанное чудо

— Чем?

— Отвлечём на себя. Как минимум, твари потратят время. У наших есть шанс завалить эту парочку! — пояснил друг.

— Уверен, что это хорошая идея? — спросил я.

Куда там против таких ребят мне с моими коктейлями и кислотой. Не попаду ведь.

Мирт дожидаться ответа не стал, а бросился к лестнице. Он почти спрыгнул на лестничную клетку и едва ли не бегом бросился вниз. Счёт шёл на секунды.

У него.

А у меня?

Я глянул на таймер. До пяти часов вечера времени ещё было полно, и моей смертью нигде даже не пахло.

Поэтому я поспешил вниз за Миртом, с трудом пытаясь догнать.

Путь с девятого был долгим. Непозволительно долгим, когда речь идёт о таких вещах. По мне, так было бы лучше попробовать подстрелить кого-то сверху. Хотя, не мне с моими двумя патронами говорить об этом. Из пистолета на таком расстоянии попасть совсем не просто.

Но мы успели к концу представления.

В живых уже осталось трое вечных.

Упавший стиратель-ловкач поднимался, указывая следующим на Михаила. Затем перечеркнул шею большим пальцем, намекая на скорый конец нашего шефа.

И он действительно наступил очень быстро.

Однако не так, как все думали.

Когда это случилось, мы только открыли двери подъезда, выходящие во внутренний дворик. Так что всё произошло буквально у нас на глазах.

Послышались новые выстрелы, и всё поле боя накрыл залп. Один из вечных падает, но в последний момент успевает вытащить запал у гранаты. Ещё один суицид забирает с собой ловкача. От взрыва простой ловкостью не ускользнуть, если ты в его эпицентре.

Последнего стирателя отшвырнуло взрывной волной куда-то в густой кустарник. Однако теперь главным действующим лицом были не монстры.

Через арку в район входила крупная группа вооружённых людей.

На поле боя остаётся лишь Михаил, впитывающий в себя время — и его товарищ — прикладывавший пистолет к затылку нашего шефа.

Мирт не говоря ни слова поднял оружие и выстрелил. Мимо. Но он не сдался и бросился бежать в центр площадки. Самая глупая его затея, которая обернулась именно тем, чего я опасался.

Михаил обернулся на звук выстрела Мирта и вовремя, чтобы увидеть пистолет недавнего боевого товарища.

— Ральф? Ты…

Выстрел.

Незнакомец нажал на спуск, вынося нашему шефу мозг.

Затем прозвучал далёкий хлопок, и ещё одна пуля вошла в висок Мирта.

Стрелки наверху не зевали. Беспредельщики появились ровно тогда, когда исход стал понятен и преимущество было за ними. Но они не помогали ни стирателям, ни нам.

Чудо, что мы ни с кем из них не пересеклись, когда были наверху. Видимо, ушли точно вовремя.

Эх, приятель…

Мирт лежал в луже крови на выходе из подъезда. Начинаю привыкать к такому виду. Завтра проснусь в своей кровати, а этот парень, живой и здоровый, будет звать в гости или на работу.

А ещё, судя по траектории пули, видеть меня, ещё не успевшего совершить роковую ошибку и выйти из подъезда, они не могли.

Время — по прежнему полно.

Вот что будет, если я сейчас выскочу отсюда и побегу берсерком на того хрена?

Нет, делать так я, конечно же, не буду. Почему-то я был уверен, что таких чудес этот параметр не делает. Сейчас экспериментировать в любом случае не буду.

Последний оставшийся в живых подошёл к горе выпавшего со стирателя времени и бросился бежать. Беспредельщики, расстрелявшие в последний момент последних пробуждённых, мирно шли мимо предателя… Это отдельная пища для размышлений.

Над Михаилом вверх всплыли числа. Всего около сотни. Не так и много, на самом деле.

Не теряя больше времени попусту, я поднялся на уровень четвёртого этажа. Зашёл за угол, чтобы никто не смог меня увидеть, просто идя по ступеням, и присел на холодный цементный пол.

Наверх — нельзя. Наружу — тоже. Будут ли они проверять подъезд? Это было бы логичным. Спрятаться здесь негде. Затрофеить кого-то? Ну, я могу. Получу пару часов максимум.

Никуда не годится.

Квартира… забраться бы в одну из них. Но как? Какое из моих умений позволяет выполнить такую задачу?

Попробовал призрачное зрение. Без толку. Да и чем бы оно мне помогло?

Техники осознанных сновидений… тоже вряд ли это сильно поможет.

Ещё и дышать в маске было адски неудобно. Ладно ходить, но для бега эта штука явно предназначена не была.

Запоздало облил спиртом перчатки и опрыскал как мог спину и задницу. Понял, что это бесполезно и просто снял измазанный в алой слизи плащ.

Кстати, может это решение — прикинуться мёртвым? С учётом всей этой хрени с болезнью труп, лежащий посреди пролёта, никого не удивит. Или даже не труп, а просто заражённый. Какова вероятность, что они бахнут контрольный на всякий случай?

А затем меня осенило.

Я полез в сумку и достал склянку с концентрированной кислотой. Старая добрая химия работала на любом эхо. Осталось только выбрать замок — какой-то максимально убогий и выступающий.

Нашёл такой уже на пятом этаже. Пшикнул на дверь, прислонил ухо и попытался угадать, есть ли хозяева.

В ответ — тишина. Позвонил в дверь — звонок не работал. Осторожно постучал — никого.

Аккуратно тоненькой струйкой вылил содержимое колбы на старый доходяжный замок. Затем, как заправский вор, надавил на дверь. Кажется, удалось.

Ещё поживём!

Быстрый осмотр помещения — людьми здесь не пахло. Зря переживал. Квартира давно не использовалась и даже была чистой, без следов слизи на стенах.

Паутина, дешёвый ремонт, скорее всего стандартный со сдачи дома в советские времена.

Закрыл за собой дверь. Прикрыл, вернее — замку пришла крышка.

Быстро прошёлся по дому. Рисковать и подходить к окнам не стал.

Не смотря на бедность, было чисто. Будто хозяева просто навели здесь уборку и уехали.

Здесь я позволил себе немного расслабиться. Зашёл в дальнюю комнату с плотно закрытой занавеской и прилёг на старую пружинную кровать, застеленную покрывалом с ручной вышивкой.

Позволил себе немного прилечь, но старался оставаться в максимальной концентрации, чтобы услышать, если кто-то войдёт внутрь.

Ломиться в каждую дверь они не станут. Слишком долго и слишком опасно. В большинстве квартир — зараза и заражённые. Есть нехилый такой риск подхватить песчаную язву. Оно им надо?

С другой стороны, могут просто пойти в целях фарма времени на людях.

Самое лучшее решение сейчас — просто обождать.

Если ворвутся — коктейль и два патрона. Заберу хоть какое-то время с них, а потом хоть потоп.

Как я оказался снова на лестничной клетке — ума не приложу.

Только понял, что кто-то приближается, и я стою у него на пути. Дёрнулся в сторону и увидел как мимо моего этажа пробежало двое вооружённых людей в куда более адекватной происходящему экипировке.

Однако оба мужика в костюме биологической защиты прошли мимо моего этажа. Второй бегло бросил взгляд на пролёт и спустя две секунды уже догонял товарища.

Расчёты оказались верны оба — враг действительно выслал проверку и действительно не стал проверять двери каждой квартиры.

Впрочем, никто не мешает им сделать это на обратном пути, когда они поймут, что меня нет.

Всё упирается в то, видели ли они меня. Если нет, то эта проверка — уже дежурная перестраховка и дотошно обыскивать квартиры они не будут.

Затем я запоздало осознал, что работает призрачное зрение. Цвета вокруг стали ярче, чем полагалось в реальности. Появилось больше оттенков, которых не было раньше, а вокруг предметов было едва заметное свечение.

Вот и результат поднятого мной эхо. Однозначно, это был очень правильный ход.

Значит, я на изнанке. Осознанный сон.

Выходит, я уснул?

Не знаю, передался ли мне навык через прослушивание лекции, или дело в другом… хотя, там же говорилось о том, что ключ во внимании. Я ведь пытался изо всех сил оставаться начеку и слышать все звуки вокруг, чтобы не пропустить, если скрипнет входная дверь.

Я шагнул дальше, к окнам, идущим мимо лестницы. Смог легко пролететь через закрытое окно и оказаться снаружи.

Горячая фаза затихла. Чего бы не добивались беспредельщики, они этого добились. Пробуждённые погибли все. Но тогда получается, они в союзе со стирателями? Или скорее, это нейтралитет — едва ли со стирателями можно договориться.

Тогда многое в их мотивации становится понятно. Но в чём смысл? Им же так же не выгодно сокращение ареала охоты.

Я осмотрел с изнанки тело Михаила. Время с него, само собой, уже забрал кто-то из врагов. Но сейчас никого здесь не было.

Сколько уже времени прошло с боя? Час?

Во сне оно течёт иначе.

Пользуясь своей нематериальностью, я обошёл поле боя. Изучил ямы и рытвины вокруг футбольного поля. Оценил надругательство и вандализм над детской площадкой.

Попробовал коснуться тела Михаила на случай, если у меня есть волшебная способность вселяться в тела. Что ж — не на этом эхо точно.

Делать было особо нечего, потому я продолжил осмотр и прогулку. Ещё раз, уже во сне, начал обдумывать, как действовать дальше.

А главное, как использовать всю полученную информацию?

Мирт будет точно счастлив всё это увидать в своём зеркале!

Может, у навыка, который работает даже на первом эхо, таки есть будущее?

Очередная мысль запнулась о куст давно отцветшей и пожелтевшей розы.

Среди цветов в клумбе всё так же валялось тело отлетевшего от взрыва гранаты стирателя.

Времени не было. Уже собрали и бросили здесь? Скорее всего. Зачем им труп монстра?

А затем «труп» вдруг захрипел, будто в горячке, и из-за скрытого балахоном тела послышалось:

— В…вр…время…

Пробуждение было резким. Мне будто не хватало дыхания. Тело морозило а сердце бешено колотилось.

Сколько я проспал?

Взял телефон.

14:37

Фух. Ещё не конец света.

Беспредельщики должны были уже уйти.

Но так ли это?

Я осторожно отодвинул занавеску. Тело ломило, а голова кружилась. Как бы не признаки, что я подхватил ту заразу… Это был бы очень глупый конец. Впрочем, в апокалипсисе многие ушли так же, в эпидемию.

Во внутреннем дворике — ни души.

Сжал покрепче пистолет и вышел из квартиры. Никто меня по ту сторону не ждал. И внизу тоже было пусто. Здравый смысл подсказывал, что стоять здесь без дела враги бы не стали. Не сторожить же им от призраков заражённый дом, верно?

Тело Мирта тоже никто не трогал — оно так и лежало на лестнице у входа в подъезд со стороны внутреннего двора. Я достал из его вещей бинокль и ещё раз внимательно осмотрел крышу. Осмотрел улицу, особенно другие входы в дома, арку и ряды окон по лестнице.

Посмотрел на время, убедился, что умирать пока рано.

Затем ноги уже сами понесли меня к тому месту, которое я видел в коротком сне.

Быстро пересёк дорожку перед домом, прошёлся через детскую площадку. Едва не упал, когда запнулся о забытый кем-то из детей игрушечный красный грузовик. Пластик громко треснул, а я нервно обернулся. Вроде всё тихо… Тогда я взял себя в руки и продолжил путь.

Вступил в грязь от размытой под клумбой земли. Труп стирателя должен быть где-то здесь.

Со стороны дохлую тварь было не заметно. Мелькнула даже надежда, что никто просто не обратил на неё внимание. Но это вряд ли — падает времени со стирателей достаточно, чтобы сильно хотеть поиметь с них лут.

Конечно, за телом должны были следить и забрать всё, что можно забрать.

Или нет?

Да. Тело было здесь, как и осознанном сне. Времени рядом не было. Того, что можно использовать — тоже. Или…

Изнутри твари послышался сдавленный хрип.

А что, если тварь всё ещё жива?

Да, оно точно дышит! Грудь едва заметно вздымалась туда-сюда. Монстр был жив, хоть и пребывал на последнем издыхании.

Ну это просто праздник какой-то!

Привет, халявное время! — обрадовался я и достал из сумки нож.

Тварь оставалась неподвижна, едва переводя дыхание.

Стало как-то не по себе. Глупости, какие могут быть муки совести, это даже не человек, и смерти в этом мире нет.

Ведь так?

Может, застрелить? Пуль жалко. Поджечь? Да ну, что я, изверг какой-то?

Рука не поднималась.

А затем через кашель откуда-то из под балахона наружу показалась человеческая голова.

Сперва я подумал, что это очередной мутант, который пытается меня так смутить, но затем вдруг понял, что жуткий облик этих тварей — всего лишь костюм. Странный балахон, под которым скрывалась девушка.

Не человек. Но всё же ближе к людям, чем к тому, что изображал жуткий костюм.

Всё страньше и страньше…

Короткие волосы, маленькая аккуратная грудь… и да, самое главное. Белая кожа. Не светлая, а белая будто бумага. И такие же белые короткие растрёпанные волосы. Вообще ни одного цвета.

Кроме красного цвета её глаз.

Она распахнула их совершенно неожиданно для меня.

Я отшатнулся в ожидании атаки и едва не выстрелил. Но как оказалось, это была агония. Забирать к себе Город её не спешил, и бедняга на своей шкуре ощутила процесс медленного, болезненного и неизбежного угасания.

В глазах стоял ужас. Как у вполне реального живого существа, которое отчаянно не желает умирать.

На лице появилась жутковатая улыбка.

— Вот… — я с трудом разобрал слова — … так…

Дыхание стало резко замедляться.

Существо провалялось здесь как минимум весь тот час, что я спал. Наверное, стиратель думала, что сможет исцелиться, но почему-то не вышло.

Возможно, она сумела скрыться от врага своими силами, но теперь отводить взгляд существо больше не может.

И… это всё ещё целая гора времени. Один выстрел или взмах ножом — и я богат. За социально одобряемый геройский поступок — уничтожение желавшей отобрать у нас район хреновины.

Нет, такой термин никак не подходил перепуганной девчонке, с животным ужасом ожидающей смерти.

Ну, а что я могу сделать, даже если бы хотел помочь?

Можно даже не делать ничего — и так сама скоро уйдёт в мир иной, оставив мне кучу времени.

Я присел рядом с девчонкой и положил голову ей на лоб.

«Идиот» — констатировал разум.

«Всё правильно» — одобряла совесть.

«Мне нужны ответы» — вынес вердикт я сам.

Час времени из неприкосновенного запаса улетел к девушке, за миг до того, как она потеряла сознание.

Потеряла сознание, но, блин, и не думала умирать!

— Да ну нахрен, — бросил я и принялся освобождать обнажённое чудо из бутафорской шкуры монстра.

На улице всё ещё не было ни души. Город будто вымер. Небо то и дело скрывали тяжёлые осенние тучи.

Как бы я очень сильно не пожалел об этом.

Но с другой стороны, эти стиратели ведь убиваемы. А мне просто нужно поговорить по душам.

И ещё кое что.

Рута.

Цыганка с нулём в параметре инкарнации.

Минус первый уровень монстра — теперь это укладывается в то, что я видел. Если все монстры носят минус первый, то теоретически, его уровень можно поднять.

Но как, если у них в городе нет дома? Значит, нет и своего зеркала. Нет стартовой точки.

Район, который почти уничтожил кризис с огненными монстрами. Огненные стиратели, пришедшие карать огнём и мечом, забирая у горожан один из районов.

Девушка, в которой живёт пламя…

Всё выстроилось в стройную теорию, которую мне ужасно хотелось проверить!

Я взвалил её себе на плечо. Стиратель оказалась очень лёгкой. Проблем доставить её к себе не будет. Местных на улице по прежнему не видно. Может, и на меня внимания не обратят? Лишь бы на входе меня не ждал неприятный сюрприз…

Домой мы добрались под самый кризис.

Я сбросил рюкзак, который всё равно ко мне вернётся на следующем цикле, и закрепил белую девушку за спиной. Сел на велосипед и направился по пустым от людей и машин улицам.

В голову лезла куча глобальных мыслей и опасений. Где-то на середине пути я подумал, что нужно было забрать с собой шкуру монстра, но затем напомнил себе, что она как раз лёгонькой не была, и хрен бы я её дотащил.

Стиратель в сознание не приходила. Я же подумал, что хорошо бы для неё разыскать наручники или просто связать. Враг как ни как. И живой запас времени, мда…

Пару раз в дороге останавливался ещё для сверки таймера. На этом круге это будет последнее, что я сделаю. Получится ли как-то привязать её к какому-то дому я не знал. Но по идее, если моя теория верна, Рута появилась в городе точно так же.

Я оставил велосипед рядом с домом и направился в подъезд.

Теперь, жильё. Нет, селить у себя непонятно что я не стану. В других квартирах в доме жильцы уже есть. Я с ними не знакомился, но не звонить же мне в каждую квартиру, чтобы узнать, где никого нет, и ломать её?

Что вообще можно расценивать, как дом с точки зрения Города?

Вспомнился тот бомж у моста. Сомневаюсь, что он живёт в уютных апартаментах.

Посмотрел на таймер — оставалось совсем немного до финала круга.

Ладно, я трачу драгоценное время на пустые споры с самим собой!

Поднял девушку на руки и потащил к себе домой. Вскрыл квартиру, ногой пнул дверь и услышал приветственный «мяв» на входе. Захлопнул вход за собой и потащил её к себе в комнату. Нет, не за тем, о чём можно было подумать.

Сам был настолько погружён в мысли обо всём произошедшем, что даже не осознавал, что девушка всё это время была полностью голой.

Уложил к себе на кровать, взял за руку и коснулся её рукой зеркала.

Сердце забилось чаще.

Если моя теория верна…

Степень акцессии 1

Доступно времени для распределения: 1116

— ДА!!

Я от радости едва ли не подпрыгнул на одном месте.

Только вот… что это такое?

Врубаю комп — вот уж чем лучше всего заняться за считанные минуты до смерти. Правда, последние секунды пока что на последние совсем не похожи. Откуда может прийти угроза за оставшиеся время — вопрос.

Вбиваю в поисковик незнакомое слово и получаю описание его значения — какой-то юридический термин, означающий, грубо говоря, присоединение. Ориентироваться на это я бы не стал. Мда, что на самом деле может делать этот параметр — можно только гадать.

Очень надеюсь, что это что-то хорошее…

Попробовал нарисовать пару нолей, и по итогу поменял параметр на пять. Значит, цена — где-то две сотни минут. Не так и много. Но другой возможности сделать это у меня может и не быть.

На следующем круге узнаем, что конкретно я себе улучшил и чем это мне грозит. О плохих параметрах я вроде бы не слышал. Хотя — сложность поднимать, например, не хотелось бы.

На этой мысли время и подошло к концу. Избежать смерти на этом уровне сложности было действительно невозможно.

Ровно в срок я вдруг неожиданно закашлялся, почувствовал слабость, сильно сдавило сердце и потемнело в глазах. Наверное, самая скучная смерть из тех, что у меня были.

Что ж, на этом круге я сделал всё, что мог. Остаётся верить, что вложение в будущее выгоднее, чем получение кучи времени здесь и сейчас от смерти этой девчонки.

Лишь бы только Город не сделал её какой-нибудь горничной или вроде того, как в дешёвом аниме…

15. Скрытые таланты

Утро.

Очередное.

Девять часов. Какого дня? Меня откатило на сутки или раньше?

Нежно глажу и чухаю спящую на груди кошку. Таумиэль зевает и поуютней устраивается, распластавшись всем телом.

Сегодня будет самый сложный подъём за все круги.

Но — надо. Время — это сама жизнь.

Уровень сложности «8»

Уровень эхо «12»

Тип инкарнации: «3, 01»

Критическая точка «32 ч. 59 мин.»

Доступно времени для распределения: 116

Можно выдохнуть с облегчением. Страшные ужасы на этом кругу будут строго ограничены параметром сложности.

Эхо — в том замечательном виде, когда Город максимально напоминает реальность, но имеет незначительные отличия и рабочую магию.

Время — намекает на то, что работе быть.

И действительно, открыв шкаф и вынув плащ, я нашёл в кармане телефон и убедился, что там присутствует сообщение от Мирта.

Мирт: Сбор в двенадцать в «Смайле». Будет Миша. Есть дело.

Отвечать я не стал — ответ подразумевался и сам.

Конечно, я буду.

Теперь вопрос. Что изменилось с новым навыком?

Очевидных изменений не было, а название было слишком расплывчато, чтобы ему верить. Но, как и с добавлением крох времени в тип инкарнации, я не сомневался что эффект есть. Тем более у меня этот параметр равнялся единице. То есть повышение в пять раз.

Главное, чтобы это оказался не аналог уровня сложности и я сам себе не вырыл могилу.

До встречи было три часа. Дорога займёт где-то час, так что два. Ещё я бы хотел заглянуть в местные аптеки и магазины. Остаётся ещё меньше. В начале своего пути я за этот период успевал уже начать фармить время.

Итак. Пистолет заменил самострел современного дизайна. Такой пружинный арбалет, стреляющий металлическими болтами. Болтов было у меня два. Видимо, огнестрел в этой версии эхо не изобрели.

В каморке — большая часть вещей были рабочими. Белый порошок, кислоты и прочее. Наспех собрал рюкзак со всем арсеналом и выставил у порога.

Оставалось ещё два важных дела. Покормить Таумиэль и изучить документы.

На двенадцатом эхо я должен был попасть во что-то связанное с магией. Куда именно — тут уж в зависимости от того, куда именно занесло.

Итак, я студент национального университета прикладной парапсихологии, метафизики и пространственного эфира. «НУПМЭ». Звучит гордо. Наверное.

Удостоверение — пластиковая карта.

Предметы для изучения — нумерология, ритуалистика, рунология, психокинетика… е-е, дайте две! Теперь понимаю, почему Мирт говорил, что плыть по течению станет для меня самым большим удовольствием.

Не соврал. Это я его не так понял.

Хотя, если вспомнить того спящего, который устроил из своей группы в универе личный гарем — некоторые очень даже сочетают приятное с полезным.

Соблазн послать к чертям все эти сборы и сходить в своё учебное заведение, был слишком большим.

Хотя, время сейчас я живу не за свой счёт. Своё я всё вложил в развитие. Мог бы сэкономить на неизвестном улучшении. То есть нет, конечно же я этого не мог…

Закинул с собой пару конспектов. Факультет трансреалистики, что бы это ни было. Изучу по дороге в трамвае.

Этап следующий. Руны. Если они работают на этом эхо, то нельзя пренебрегать их усилением. Потому я снова нашёл сайт, посвящённый им, и нарисовал ручкой на себе несколько символов. В этом мире было даже проще — существовали официальные правительственные списки зарегистрированных рунических узоров с расшифровкой и отзывами.

Отлично — всё работало замечательно. Я вновь стал чуть быстрее, сильнее и удачливее.

Хорошо. Едем дальше.

Вспомнилась Настя. Интересно, как там она в этом круге?

А вместе с ней вспомнилась и формула призыва мелкого злого духа себе в услужение. Преступно не попробовать это в новом круге с подходящим для этого эхо.

В описании упоминалось, что в жертву духу необходимо принести зонт, причём обязательно старый. Вроде бы один даже был где-то дома.

Поискал лист с описанием работы заклинания. И — успех! То, что передала мне девчонка в универе, оставалось со мной и здесь.

Полез искать по дому зонт. Если Город собирает хлам в доме из воспоминаний, то что-то такое точно должно было быть.

Довольно быстро действительно отыскал в кладовке длинный бордовый зонт со сломанной спицей и сильно растрёпанными краями. Да, почти такой же, как я помню! Затем… окропить это дело кровью и присыпать землёй… где я вам кладбищенскую найду?

Плюнул и поставил зонт у порога. Возьму с собой, может где-то буду мимо идти. Может, после собрания именно этим я и займусь. Этим и ещё кое-чем, намеченным раньше.

На этом набор обязательных утренних мероприятий закончился. Я надел плащ, сумку, запихнул сверху верную палку и вышел из квартиры с зонтом. Развернулся, вставил ключ и провернул до второго щелчка, закрывая дверь. Снова развернулся к узкой лестнице, и…

— Джи-и-и-и-и… — произнесла беловолосая белокожая стиратель, ткнув указательным пальцем мне в щёку.

Мгновенной смерти и мучительной боли не случилось. Разум вроде бы тоже был под моим контролем. Но готовиться стоило всё равно к худшему. Просто на всякий случай.

На лице беловолосой растянулась широкая и немного безумная улыбка.

Широко раскрытые глаза смотрели в упор на меня.

Создавалось ощущение, что у девчонки тихая истерика или паника.

— Ну, привет, — поздоровался я.

Девчонка отскочила к стене и присела, обняв ноги.

Я подошёл — и она вжалась в колени. Задрожала. Подняла на меня перепуганные глаза.

— Эй, всё в порядке. Если бы я хотел тебя прикончить — уже бы сделал это на прошлом круге. Ты как здесь оказалась?

— Хи… хихи… М-м! — она продемонстрировала мне красный язык и вдруг бросилась бежать вниз по лестнице.

Какого… хрена… — произнёс я про себя. Она что, крышей поехала?

Ну, по крайней мере, она не агрессивна.

Ах да. Ещё кое-что. Опять я не заметил самого главного. На прошлом круге она щеголяла костюмом Евы. Сейчас же на ней был затасканный светло-серый свитер, больше размера на два, и такие же слишком большие для неё джинсы, перетянутые как попало двумя поясами.

Чудо ждало меня на первом этаже перед входом. Она стояла на последней ступени лестницы, сжавшись, будто её будут бить. Увидев меня — присела и бросилась вниз по лестнице.

Вниз… то есть в подвал. Раньше в моём доме там был он. Сейчас же там оказалась, помимо технического помещения, ещё и жилая квартира, в которую свет попадал через узкие щели окон под потолком.

Беловолосая влетела в комнату на четвереньках, открывая дверь головой.

Послышался стук. Закрывать дверь никто не стал.

Я последовал за ней, надеясь, что это не хитрая ловушка.

Ну, я был прав наполовину.

— Джи-и-и! — произнесла беловолосая, устроив засаду у входа в квартиру и ткнув меня пальцем в щёку. Опять.

Затем она рассмеялась и бросилась бежать по полу на четвереньках куда-то во мрак.

Нашарив выключатель, я добавил немного света в это мрачное место.

А место и впрямь не походило на милый уютный дом. По сути — просто старый паркет, голые бетонные стены, советская батарея и единственный аксессуар квартиры — старинное массивное зеркало два метра высотой и метр шириной.

Артефакт резко выбивался из окружения. Вернее, его отсутствия.

Наверное, входит в базовый набор.

Отопительный сезон в Городе уже начался, потому с температурой всё было в порядке. Да и белокожей были не чужды простые физические радости — она замерла прямо рядом с батареей. Наверное, там же она и спала.

Осмотрелся — ещё в доме была крохотная и ванна. Древняя, видимо осталась едва ли не со времён постройки. Кухни не было. Вообще-то в доме был проведен газ, но видимо конкретно в этой квартире не полагалось. Так что вопрос, что она здесь ест, остаётся открытым.

Лишь бы не человечину.

Конечно же, больше всего меня заинтересовало зеркало. Коснувшись его, я увидел её параметры в своём наборе:

Уровень сложности «1»

Уровень эхо «12»

Тип инкарнации: «0»

Критическая точка «30 ч. 22 мин.»

Доступно времени для распределения: 0

Ноль. Я был прав, она стала нулёвкой, как Рута.

Выходит то, что я провернул, не новость для Города.

Время — почти как у меня. Никаких миллионов минут со старта. Сложность? Оставим пока эту тему…

— А теперь давай ты. Посмотрим, сколько акцессии считается высоким показателем.

Степень акцессии: 42

Мда… — я шумно выдохнул и покачал головой. Мне так этот навык ещё не скоро удастся прокачать.

— У тебя есть имя? — спросил я. — Я Полярис, а ты?

— Ха-га! Хихик… — она скачкообразными движениями подскочила ко мне и ткнула пальцем в живот. — Джи-и-и!

У неё что-то с головой? Это какой-то параметр, откат, недостаток времени?

Рута была намного более адекватной. У неё даже собственные желания были, а эта будто с лишней хромосомой в геноме.

— Джи? — странным дрожащим от страха голосом повторила белокожая.

Вблизи её красные глаза тоже заметно подрагивали, словно она была в панике. На глазах будто собирались, но никак не начинали течь слёзы.

Ещё и эта безумная лёгкая улыбочка, какой место на лице у обитателя дурдома за крепкими стенами.

— Ты понимаешь, что я говорю?

— Джи?

— Ты знаешь, кто ты?

— Джи-и?

— Ты не собираешься нападать на меня или других людей?

Вместо ответа девчонка резко подалась вперёд, встала передо мной на колени, схватила за бедро и не сильно укусила над коленом.

А затем вдруг вся сжалась, будто я буду её бить, и в два прыжка отскочила назад к своей батарее.

— Так, ментов на тебя звать не будут, а вот санитаров — могут. И твой дом — нифига не похож на дом нормального человека.

Я наконец отлип от зеркала и прошёлся по помещению. Мда, матрас ей какой-нибудь поискать или вещей дать? У неё же получается, кроме этого свитера и штанов больше ничего нет. Даже ноги босые. Где она это добыла — уже большой вопрос. Вещи явно ей не по размеру.

Белая девочка присела поджав под себя ноги и подняла руки вверх. Вниз свисали рукава рваного свитера. К ногам прилипли кусочки каменной крошки и пыли, но они всё равно выглядели нежными, будто у ребёнка, который всю жизнь ходил по коврам.

— Ху-у? — она склонила голову.

Мелькнула мысль, может, это какой-то язык иномирцев?

Но напоминало больше то, что у неё большие беды с головой. Очень не хотелось бы, чтобы это было так.

Будто смесь маленького ребёнка, мелкого зверька и немножко — хтонической нечисти. Глаза у неё смотрели на меня, как на исчадие ада, пришедшее по её душу. Но похоже, этот затравленный и перепуганный взгляд вообще не покидал её лицо. Хотя, сейчас он казался немного удивлённым.

— Слушай… — начал я. — На случай, если ты хоть немного меня понимаешь, но не можешь говорить, поясню как вижу всё со своей стороны. Хотя… понять бы, помнишь ли ты меня вообще, или для тебя это первый круг нулёвкой…

Девчонка выпрямилась по струнке. Жуткая улыбка стала нормальной.

А затем — она кивнула. Немного странно это у неё вышло, будто чихнувший зверёк. Но какой-то жест определённо был.

— Так вот, — продолжил я. — Шёл я как-то по улице и увидел умирающего котёнка. Я знал, что кроме меня никто этого котёнка больше не подберёт — просто физически некому. Лично мне котёнок ничего не сделал, ни плохого, ни хорошего.

Здесь она опустила одну руку и посмотрела на меня чуть подсвеченными, неестественно-алыми глазами.

— Но если выбирать между тем, жить ему или умереть, а кроме меня выбирать больше некому, то я бы выбрал, чтобы он жил. Хоть бы и потому, что у меня со Смертью давние счёты, — я тяжело вздохнул и закончил. — Так вот. Ты — этот котёнок. Понятно?

Девчонка замотала головой накрест. То есть сначала в согласии, а затем резко — в отрицании.

Мда… тяжёлый случай.

— Подними руку если ты поняла хоть что-то из того что я сказал.

— И…и-и? — произнесла она и широко улыбнулась, обнажив треугольные зубы, имевшие мало общего с человеческими.

Склонила голову набок, стала выглядеть немного смущённый, а затем с заметным запозданием, резко вытянула правую руку вверх. Будто примерная первоклассница…

— Значит, понимаешь, но через задницу. Хорошо. Это уже лучше, чем ничего. Ты помнишь, кто ты?

Отрицательное мотание головой.

— Понимаешь, где ты находишься?

Отрицание.

— Кто я такой? Кем ты меня видишь?

Сложный вопрос. Девушка засмущалась, не зная, как выразить свои мысли. Затем будто зависла, согнула спину и осунулась, как будто её собираются ругать.

— Слушай, а ты что-то о себе помнишь?

Отрицательно.

— Хм. Такой вопрос. Ты… умирала когда нибудь?

Согласие.

Девчонка часто закивала головой.

— Сколько раз?

Она показала один палец.

Ага, мы даже основы математики знаем. Здорово!

Один — это значит, что она в прошлой жизни как-то ещё была в сознании и запомнила момент смерти? Так или иначе, её память стирателя исчезла, так что самого интересного, ответов, я от неё не добьюсь. Хотя если будет время, можно заходить к ней изредка.

Город же о ней позаботится, да?

Мелькнуло воспоминание о Руте. У неё были проблемы с ногами. Она их только какой-то магией реанимирует на короткое время. А у этой могут быть… беды с головой. Может, у всех нулёвок есть что-то такое. Логично, если учесть что на первом уровне Город уже не кажется столь дружелюбным.

Так, соберись, Полярис. Там тебе самому умирать через… вот чёрт, я уже опаздываю на встречу!

Вот и вышел заранее. Прогулялся, блин, по аптекам!

— Так, чудо красноокое, мне нужно идти. Так что скажу самое главное. Лично я не против с тобой дружить, но там снаружи, я думаю, есть много тех, кто захочет тебя пустить на время. И если я не вернусь через сутки, то знай, что завтра в три часа будет конец света.

— У-у? — она повернула голову набок.

— Пока не знаю, какой именно. Террористы, эпидемия, вторжение инопланетян — может быть всё что угодно. А затем — всё начнётся заново. На следующем круге выясним, даёт ли тебе Город какой нибудь бонус или нет. Где я живу ты похоже знаешь. Но постоянно быть здесь я не могу. Тоже выживать как-то надо.

Кивок.

Ну, хорошо. С самым главным разобрались.

— Тогда удачи. Постарайся не спалить дом или что-то в этом роде.

Она неуверенно кивнула. Будто с трудом переваривала сказанное. И глупо улыбнулась, демонстрируя неровные, но идеально белые треугольные зубы.

— А… последнее. Вряд ли ты понимаешь, но что такое акцессия?

В ответ она подняла руки в молитвенном жесте, ещё шире улыбнулась и резко развела их в стороны, поднимая к потолку.

— Ничего не понял, — признал я.

Красноокая сразу погрустнела и прикрыла рот кулаком.

— Расширение, я понял, спасибо интернетам.

Девушка горячо закивала и приободрилась.

Я же наоборот, осознал, что ответ на этот вопрос мне придётся искать не здесь.

Но как бы разузнать о навыке поподробнее, чтобы понять, что он действительно делает, так чтобы не привлечь к этому лишнего внимания и вопросы.

Отлично. Личные цели намечены. Теперь можно заняться всем остальным.

16. Черный и белый

Трамвай загрохотал по рельсам, унося меня прочь от дома и красноокой странности.

Стараясь ни тратить ни одной лишней минуты, я принялся штудировать конспекты, как полагается приличному студенту.

Первым в списке был коспект по сомнологии. Поскольку мои выходные проходили за изучением этой специальности, то хотелось знать, насколько знания одного мира согласуются с другим.

Сам мир за окном выглядел не похожим на прежний. Там помнится, был дух изучения нового. Чувствовалась лёгкость в воздухе. А здесь — атмосфера была другой. Тоже приятной — некоего спокойствия и умиротворения. Но всё же не так.

Первые страницы конспекта показали, что знания о снах здесь были куда более поверхностными. Не зря в той версии академии были десятки предметов, связанных со снами и сновиденным миром, а здесь лишь один. Однако направление примерно было тем же, правила здесь подтверждали известные там.

Так… а как насчёт навыков оттуда?

Я сосредоточился и расфокусировал зрение.

Да-а! Оно! Цвета начали становиться ярче вместе с размытием контуров фигур едущих в трамвае людей. В тетради — ни слова об этом. Как и о сущностях, которые якобы можно призывать и вселять в предметы.

Вообще, иномирные сущности если и упоминались, то только в негативном ключе.

Зато было намного больше практической информации. С конкретикой и без расплывчатых фраз. Затем я перешёл к метафизике и ещё больше воспрял духом. Здесь конкретно пояснялись техники, вроде той о которой мне тогда рассказывал Мирт. Например, базовая около-псионика, позволяющая снизить заметность.

Да, мелочь. Но это техника, которую можно было выучить за оставшиеся полчаса трамвайного пути.

В пиццерию, почему-то выбранную временным штабом, я вошёл последним.

Мирт посмотрел на меня с недовольством. Михаил — устало. Феликс, Эла с Мартой — равнодушно. Лёха и Рита — с радостью.

— Полярис, — улыбнулся наш шеф. — А я уж думал у нас потери в строю.

— Не поверишь, котёнка подобрал, а он немного больной оказался. Пришлось возиться. Так-то веришь, даже заранее вышел, — улыбнулся я ему в ответ.

— Живые существа, принесённые в дом, обычно не переходят в новую жизнь, — сообщила Марта. — Остаётся в одном случае из десяти.

— Ну, это не так много. Круги быстро сменяют друг дружку. А дружба остаётся надолго.

— Будешь спасать свою кошку десять раз подряд? — уточнила готесса.

— Если надо, то буду. Хотя думаю, мне повезёт куда раньше. Только не факт, что подряд. Или это важно?

— Да нет, — пожала плечами Марта.

К столу уже приближалась знакомая официантка с пиццей. Морская для Августы, вегетарианская для Элы, гавайская для Мирта… а затем я встретился с пронзительным взглядом Александры и заказал сицилийскую. Две, чего уж там.

Задержался ненадолго взглядом на купюрах. На этом круге были религиозные символы, причём религию я не узнал. Только сейчас в голове сложилось, что в окна трамвая я видел сегодня столько культовых сооружений.

— Тогда в двух словах повторюсь для опоздавших, — сказал Михаил. Негатива у него впрочем не было никакого, просто констатация факта. — У нас большая хорошая новость. После последних событий со вспышкой болезни и истории с гидрой, начальство выделяет нам бюджет. Каждый теперь будет стартовать с двумя днями в запасе.

— То есть ничего не меняется? — уточнил я.

— Для меня меняется, — улыбнулся Миша. — Меньше нагрузки на мой карман. Кроме того, есть идея создать ещё пару групп, подобных нашей.

— Это из-за активности беспредельщиков? — снова уточнил я.

— Именно. Мне удалось донести до вечных нашей сходки, что лучше бороться с проблемами до их появления.

Здесь он улыбнулся и я понял, что не смотря на усталость, он доволен.

Доволен? Его же убил предатель! Почему он не ищет предателя? Почему не расстроен что потерял время за ловкача?

— В общем, скоро у нас будет больше коллег. Может даже подниму вопрос о вашем обучении и повышении количества дней в круге. Но… нужно работать. Нужны результаты.

Чем же он так доволен, если всё по идее пошло по дерьмовому сценарию?

Включил телефон, набрал в поисковике карту города и поискал район, за который шла борьба.

Раньше он назывался Пролетарским. Сейчас пришлось напрячь память, найти метро, где мы встретились с Миртом, и от него проложить по памяти путь в нужное место.

Ага, Храмовый. На этом круге у нас уклон в религию, понятно.

Плевать на название — главное что район был, а значит всё таки его отстояли. Я молчаливо порадовался за наших. Теперь понятна радость Миши. Он лично может и проиграл, но благодаря ему в том числе победила его фракция. Может быть даже именно это событие послужило стимулом к нашему расширению.

— Теперь перейдём к нашему заданию, — произнёс Михаил, когда на столе оказалась последняя пицца.

Лёха заказал охотничью. В отличии от остальных он всегда брал новую.

Я — получил свою сицилийскую. Ну, или не совсем я. Алекса даже спрашивать не стала. Как будто не могло существовать реальности, в которой эта пицца может достаться не ей.

— Некоторые люди, пришедшие на сходку, жаловались на массовое снижение когнитивных способностей первоуровневых.

— То есть неписи стали тупить типа? — уточнил Лёха.

Сегодня у него был образ махрового гопника в хрестоматийных синих адидасах с полосками. Рядом с нами он превращал всю группу со стороны в косплейную вечеринку субкультур. Буквально, каждого по одному.

— Да, именно, — кивнул Михаил. — Вспышки были кратковременными, и восстанавливались. Причём это случалось в разное время и длилось разные промежутки. Наша разведка уже попала в одном таком. Действительно, люди начинают странно себя вести.

— Есть нападения? — спросил Мирт.

— Нет, по крайней мере, пока. Люди просто зависают, странно реагируют и тупят. Будто резкое снижение интеллекта и деградация. Потом всё восстанавливается.

— Снижение интеллекта — это магия разума, — сообщила Марта.

— Не пустота? — уточнил Михаил.

— Пустота бы вызывала агрессию или наружу или на себя. Ты смотрел статистику суицидов? Знаешь как там распространен алкоголизм или наркомания? Случаи нервных срывов с неадекватными действиями?

— Только снижение интеллекта. Принципиальных изменений в мотивации не наблюдается.

— Тогда точно не она.

— Что нужно, чтобы понять как это делается?

— Оказаться в таком месте, — пояснила Марта. — Воздействие судя по описанию должно наблюдаться по области. Твои информаторы вместе со всеми не поглупели?

— Нет.

— Значит, активатор одноразовый, а не постоянное излучение. Нужна информация по прошлым случаям. Тогда назову конкретные заклинания.

— А если это не магия? — спросил Мирт. — Беспредельщики уже использовали наркотики для убийства людей. Почему бы не распылять их теперь в воздухе?

— Хорошая мысль, — кивнул Михаил. — Сможешь проверить как-то эту версию?

— Да, не проблема. Давай координаты.

— С этим пока проблема. Конкретно сейчас никто о таком не говорит. Вспышки аномалии наблюдаются в случайное время и в случайном месте, — сказал наш шеф. — Так что задача у вас пока простая — не отходить от телефона и интернета, и следить за сообщениями. Я скажу Мирту, когда что-то появится. И тогда всем нужно будет оказаться там, где это случилось.

Мирт важно кивнул. А Александра помотала головой.

— Тебе я сам вызову. Если кому-то нужны деньги — говорите, — заверил друг.

— Если будет нужно, в следующий раз у вас будет больше дней в круге. Явление наблюдается уже с десять дней, — сказал Михаил. — Ещё вопросы или идеи будут?

— Как заражённый район? — спросил я, поскольку больше никто задавать вопросы не спешил.

— Требуется много работы и восстановления, — помрачнел шеф. — Сейчас эхо хорошее. Местный культ очень круто продвинул медицину, так что мы аккуратно направили местные власти на странную эпидемию и сейчас их жителей района официально лечат сами неписи.

— То есть проблема решена? — удивился я. — Так просто?

— Да, одних суток не хватило до мира, где умеют лечить эту заразу! У нас самих просто нет столько целителей.

Я вдруг оценил масштаб всей созданной пробуждёнными бюрократической машины. Помимо наших групп и содержания противодействия, кто-то должен оплачивать временем работу вот таких вот бригад ликвидации.

Заплатить пару дней кому-то для вечного ничтожные расходы. А вот содержание группы лекарей это уже затратно. При этом никакого налога здесь не было. В условиях города контроль и принуждение не могут работать, и любое начинание приходится делать только на основании добровольной договорённости.

— Тогда это здорово.

— Брр больше никогда не хочу так болеть… и вообще не хочу болеть! — буркнула Рита, поглощающая сырную пиццу.

— Если на этом всё, то я пока пойду, — сказал Миша. — Ещё есть работа на сегодня.

Выглядит таким довольным…

Наверное, обо всём случившимся во время прихода стирателей сначала переговорю с Миртом. Он вроде свой, всё понимает, но имеет принципы от которых не отступается.

Затем он поспешно встал и вышел из-за стола. Как раз в тот момент, когда Феликсу наконец принесли добавку мороженного.

— Тогда я тоже домой? — осведомилась Рита. — Раз нужно просто ждать?

Мирт подумал, после чего кивнул.

— Да, просто будь на связи. Я пока не знаю чем нам помогут твои способности с этой задачей. Марта, с тебя подробный доклад, что на этом круге можно использовать.

— В сети?

Парень кивнул.

Марта первой встала и медленно направилась к выходу.

С ней мне тоже хотелось поговорить, и желательно не в сети.

— Подожди, Полярис, — остановил меня Мирт, когда я собрался было уходить следом за готессой. — Нужно поговорить.

— Мне с тобой тоже, но сейчас есть срочное дело. Я тебе напишу и приеду на такси куда скажешь.

— Сориентируй по времени.

— М-м… — я прикинул. — Пусть будет от часа до трёх. Пока не скажу точно.

— Давай, — Мирт махнул рукой, после чего вынул телефон и сел обратно за стол.

Я вышел из кафе в пасмурную осень.

Среди рыжей листвы и светлых домов ещё виднелась одинокая фигурка сильно спешащей прочь по улицам девушки.

Я поспешил за ней, но всё равно едва не потерял на повороте. Где именно она живёт я не знал, и хорошо бы она не подумала, что я за ней шпионю. Я планировал догнать её сразу у выхода, кто ж знал что она будет спешить отсюда домой, будто за ней черти гонятся?

Наконец, на перекрёстке осмотрелся. Девушки нигде не было.

Вот же… не удивлюсь, если она нарочно прячется. Даже не конкретно от меня, а просто заметив слежку.

Однако вскоре я увидел фигуру остановившейся готессы, присевшей рядом с одним из домов под облысевшим осенним деревом.

Несмотря на спешку, она остановилась, чтобы собрать листьев осенних клёнов.

— Марта! — крикнул я и увидел, как она подавила первую инстинктивную реакцию «бей или беги».

Она мрачно посмотрела на меня. Будто из глубин арктической стужи.

— Полярис. Значит, это ты преследовал меня. Что будет дальше? На этом уровне эхо я слабей тебя.

— Обидно слышать такую чушь после того, как мы с тобой вроде бы мирно побеседовали не так давно.

— Я никому не верю. И ты не исключение. Что тебе нужно?

— Помочь тебе, может? — улыбнулся я.

— Помочь? Мне? Чем⁇ — удивилась она.

— Мы уже говорили об этом. Или ты забыла весь тот круг?

— Нет… не забыла, — вздохнула она. — Да, меня можно подкупить так. Но пока что ни у тебя ни у меня нет столько времени.

— А что, если мне просто понравилось твоё общество?

— Общаться любит Августа. Напиши ей в сети.

— Я просто новичок, который ищет мудрости у старшего товарища. Не будь такой чёрствой. Почему я просто не могу с тобой подружиться?

— Мои друзья плохо заканчивают, Полярис, — снова вздохнула и отвернулась девушка.

— Меня не так просто убить, — улыбнулся я.

— Быстро прогрессирующие новички, получившие пару удачных параметров, как правило заканчивают ещё хуже.

— Хочешь поговорить об этом? — улыбнулся я.

— Не очень. Что тебе нужно?

— Мне просто показалось, что ты не сильно довольна своей нынешней жизнью. Ещё и эти разговоры о том, как заканчивают новички…

— У всех есть потолок в развитии.

— Нет никакого потолка, Марта. Всё зависит только от тебя.

— От стартового набора параметров, — возразила она.

— А если их количество можно расширить?

— Да, для этого я однажды накоплю времени и перейду на четвертый уровень инкарнации… или ты о другом?

Девушка пристально посмотрела мне в глаза, прижимая к чёрному платью рыжие листья.

— Да, именно про уровень инкарнации. Давай дружить, Марта? Разве вместе выживать не интересней? Ты тоже можешь положиться на меня, если что.

— Стоп. Ты что, подкатываешь? Ко мне? — ещё больше удивилась девушка.

— Просто думаю, что мы можем быть друг другу полезны.

— Я и так готова ответить на любой твой вопрос по своей специальности. Или ты хочешь меня завербовать в какую-то подпольную организацию? Тогда мой ответ — нет.

— Скажи, Марта, есть ли где-то список существующих характеристик? Может, даже у тебя в голове?

— Нет, я бы всё это не запомнила. Их сотни. Но книга характеристик действительно существует. Это тебе нужно?

— Да, — признался я. — Где эта книга и как получить к ней доступ?

— На анонимном форуме мелькал список, — задумалась девушка. — Никто палить данные не станет, но анонимно выведать что-то можно. Смотря насколько большая у тебя экзотика… По идее большая часть у меня есть.

— Понятно.

— Слушай… ты действительно знаешь, как получить новую характеристику?

— Скорее думаю, почему никто не делится своими. Сделали бы рынок и всё такое. Только потому, что никто не хочет палить своё место жительства? Подумал, что было бы интересно организовать клуб, где можно было бы обмениваться возможностями.

— А-а… — поникла Марта. — Тогда понятно. Ну, вербуй дальше. Я тебе здесь ничем не могу помочь.

Ага, значит если я предложу повышение и у неё будут на него деньги — сделку мы с ней заключим.

— Можешь. Мне нужен список, чтобы знать насколько ценен тот или иной навык для обмена.

— Теперь всё понятно. Хорошо, я поищу в загрузках. Я себе точно его где-то копировала.

— Буду очень тебе благодарен, если вышлешь.

— Можно было просто написать в «аську» Августе, — мрачно сказала готесса. — Если это всё, я домой.

— Проводить? — улыбнулся я.

— Попытка засчитана, — криво улыбнулась она в ответ. — Не ходи за мной.

На самом деле, этот разговор, конечно, был затеян не только ради этого. Нужно было сперва проверить почву. Марта действительно мне нужна, но как друг, который будет действовать в моих интересах, а не просто в интересах сходки или Михаила.

В частности, говорить о красноокой я точно просто так с кем попало не буду. Слишком много рисков, начиная с того что она — ходячее время и заканчивая тем что она фактически наш враг, ужасный стиратель.

Поэтому истинная цель была в том, чтобы постепенно подточить её и направить в нужную сторону. И нашим разговором я был доволен. По реакции стало понятно, что если я открою пару своих секретов, она будет рада ими воспользоваться. Это уже минимум — хотя бы не побежит закладывать Михаилу сразу.

Что ж, до беседы за чашкой чая со слойкой у нас не дошло, а значит и времени я сэкономил прилично. Ещё даже час не прошёл.

Полярис: я свободен. Ты где?

Мирт: ещё в Смайле. Тебя уже отшили? )

Полярис: Кто?

Мирт: да брось, Марта миленькая. Для любителей холодной, благородной красоты ))

Мирт: давай, жду. Нужно обсудить прошлый круг.

17. Плетение

Я вошёл в кафе. Помимо Мирта за столом ещё почему-то была Александра.

Хотя нет, понятно почему. Доедала вторую «сицилийскую».

— Поражаюсь вместимости её желудка. Это третья пицца, если считать твою.

— Может, у неё есть характеристика «голод»? — в шутку предположил я.

— Регулируемая чувствительность, — буркнула сама Александра. — Совершенно бесполезный параметр, даже если его максимально развить.

— То есть ты ощущаешь вкусы сильнее других людей? — удивился я.

— Да любое чувство. Или опустить до нуля. У этой способности цена в секундах и числовой код.

— Спасибо, буду знать. Я думал, такие вещи здесь предпочитают скрывать.

— Ну попробуй применить это против меня. Как видишь, меня даже пытками не запугать.

— Идеальное умение для боевика — не чувствовать боли, — подвёл я итог. Звучит как огромные перспективы.

— Хочешь пригласить меня в гости? — ощерилась в улыбке Алекса.

— Может и приглашу, — пожал я плечами.

Действительно, до чего неудобная система. Взять чужую характеристику — значило показать своё самое уязвимое место. С полным стиранием я пока, слава всему добру и свету, не сталкивался. Но стоит один раз среди таких людей оказаться крысе — и быть беде.

Банально, вернуться раньше во времени, и устроить пожар. Как это сработает? Таню беспредельщики загоняли именно так — проследив до дома и устроив ей смерть на старте каждого круга.

Когда её время закончилось, она сползла на второй уровень. И в этот момент изменилась её точка старта. Теперь она начинает какой-то отверженной. Но как минимум, у неё где -то должно быть зеркало.

В случае травли, это можно назвать вторым шансом. Понятно, почему она настолько осторожна и вообще старается избегать людей.

— Полярис, ты тут? — вернул меня на землю Мирт. — Садись. Будешь что-то?

— Просто чай, — улыбнулся я. — Внимательно тебя слушаю, если за этим столом нет секретов.

— Ей по барабану, — отмахнулся Мирт.

— Ты не прав. У меня сейчас есть свой интерес в вашей беседе. Но я бы могла забыть о том, что сейчас будет обсуждаться, если на этом столе появится сицилийская…

— Как в тебя столько влезает? — поморщился парень.

— Я закажу, — поднял я руки. — Заодно возьму себе свой чай. Я не оставлю тебя перед стихийным бедствием.

Девушка с топором довольно улыбнулась.

— И томатный сок!

Обязательно, — ответил я про себя, подходя к прилавку.

— Такой вопрос, а можно перца накинуть раз в пять больше? Девушка очень любит вашу сицилийскую.

Парень равнодушно ткнул перчаткой в сторону написанной от руки на бумажке надписи с ценниками «дополнительные добавки:…»

— Замечательно. А ещё томатный сок и зелёный чай, — улыбнулся я и протянул купюру с изображением монастыря.

На миг залюбовался деньгами — в этой версии города они чем-то напоминали по яркости детскую «монополию», а прорисованны храмы были довольно искусно и стильно.

Прямо хотелось разглядывать, но официант забрал купюру и насыпал горсть сдачи дырявых монет. Затем на прилавке появилась прозрачная чашка чая и и высокий стакан с густым томатным соком. А ещё на прилавке была тарелка с пакетиками чёрного перца. Не чили, конечно, но тоже безусловно очень вкусно. Думаю, сок с ними будет только вкуснее.

— Ну как, что обсудим? — спросил я, возвращаясь к столу. Сам я не решался начать, так как не знал насколько открыто можно говорить при любительнице остренького.

— Ты долго прожил после меня?

— Некоторое время, — уклончиво ответил я.

— Значит, долго. Должен был многое видеть.

— Приятель, ты извини но скажу как есть — когда тебя снял снайпер прямо на выходе из здания, я просто свалил нахрен оттуда.

— Свалил? — недоверчиво уточнил Мирт.

— Предлагаешь бежать под пули против хрен знает скольки беспредельщиков? Они меня ещё потом по дому искали. Пришлось целый час ныкаться в одной из квартир.

— Хм… — задумался Мирт. — Значит, ничего нового мы не узнали?

— Кое-что узнали. В конце я успел увидеть, как нашему шефу боевой товарищ пускает пулю в затылок.

— Ваша пицца, — с жизнерадостной улыбкой поставила заказ официантка перед Александрой её вожделенное яство.

— Кто? — спросил Мирт, как только она отошла от стола.

Я краем глаза наблюдал за тем, как блондинка уходит за прилавок, с любопытством поглядывая в сторону Алексы. Ну да, тут даже о стандартной порции сицилийской легенды складывают. Может тянуть на подвиг.

— Я не знаю имён. Каштановые волосы чуть выше плеч, щетина, строгий синеватый плащ… очки ещё. На школьного учителя был похож. Лет сорок на вид.

— Ральф… — скрипнул зубами Мирт. — С-собака…

— Выглядишь злым но не удивлённым. Имя вроде знакомое.

— Этот козёл сам себе на уме. Теперь я уже не сомневаюсь, что он шпионит на врага.

— Погоди, он же вечный, так? У Беспредельщиков есть вечные?

— Да, приятель, кто-то эту мразь спонсирует… — начал было Мирт, но его грубо перебила Александра.

— Великие забытые боги подлунных миров! Да чем больше её ешь, тем она круче!

Девушка откусила ещё один кусок. Выдохнула. Помотала рукой у рта, затем подхватила томатный сок, сдобренный щедрой порцией чёрного перца.

Пара глотков.

Алекса отставила стакан. Из её глаз текли слёзы — то-ли от счастья, то ли от запредельной остроты.

— Охренительнейше! — счастливо вынесла вердикт она и впилась в следующий кусок.

Где-то за прилавком незнакомая блондинка-официантка замерла с открытым ртом, а парень протянул левую руку к ней за проспоренными деньгами.

— Вот и отлично, — ответил я Мирту. — Это всё, что ты хотел обсудить? Что тебе удалось выяснить о прошлом круге?

— Миша сказал, что со стороны города мы отстояли район и победили. Хотя фактически, победили беспредельщики.

— Пришли, когда вечные уже передрались с монстрами и потом добили выживших. И район не потеряли, и нам насолили.

— Да, получается так.

В этот момент «ойкнула» аська на телефоне Мирта и он на миг исчез в экране.

— Тогда на этом всё. Пойду и я чтоль. На пары наверное уже не успею, но пороюсь в библиотеке универа.

— Всё есть в интернете, — отмахнулся Мирт. — Но если хочешь, дело твоё.

— Если есть что-то ещё, говори прямо. Планов у меня пока нет. Я думал, мы сразу куда-то отправимся.

— Ну, здесь полный рандом. Район может появиться в любое…

Снова прозвучал сигнал. Мирт посмотрел на экран.

— Девятый, — улыбнулся парень.

— Девятый что?

— Район. На девять часов от центра города если смотреть на север. У них же часто меняются названия, потому их так называют. Ну или по названию на низком эхо. В этом круге он называется… — он потыкал в сенсорный экран. — Ильичёвкой.

— И что там? То, что мы ждём?

— Да. Сообщили о резком падении интеллекта людей. Сейчас оповещу всех. Зря только расходились, могли бы просто посидеть ещё три часа.

Я врубил свой телефон и вбил нужный район. Зашёл в раздел с фото. Увидел возвышающиеся дома — вперемешку сталинки и новостройки. Плюс общая черта для любого района города — обилие кустарных пристроек, разнообразие хлама и зелени на балконах, узкие чистые улочки.

В отличии от того заражённого района, этот выглядел более зажиточным и более старым. Такой же спальный, но выше уровнем, ближе к среднему классу.

— Добрый день. Машину на сейчас, любую к кафе Смайл в центре. Адрес… — Мирт оторвался от телефона. — Кто-то видел название улицы в этом эхо?

— Шолнешная, — с полным ртом сказала Александра.

— Солнечная двадцать три. Едем на Ильичёвку… например, к «глобусу».

* * *

Вживую район походил на то, что я видел. Смесь сталинок с новостроями. Почти как в моём, только там новостроев было мало, больше хрущёвки.

Место было укрыто густым туманом. Настолько, что я даже задумался о том, чтобы полезть за респиратором. Привычка из прошлого, которое для этого мира ещё только будущее — всегда носить с собой маску, и вне дома лучше не снимать.

Но экология города была другой. И туман — был просто обычным туманом.

— Здесь топовая закусочная, — заметила Александра, поглаживая выпирающий живот.

— Тебе ещё мало? — удивился я.

— Веди, — легко согласился Мирт. — Не ждать же остальных на улице.

— А я, ты знаешь, постоял бы. Люблю туман, когда он ничем не травит.

Стоять под мокрым небом, впрочем, пришлось всем. Александра забыла упомянуть, что закусочная — это киоск с надписью «Карт⬯шкА».

Там Мирт приобрёл девушке запечёный бутерброд с сыром и ветчиной. А меня кольнуло ностальгией. В подобном, сам в глубоком детстве покупал такие. Наверное, возьму и себе.

— Мальчик или девочка? — спросила добродушная полная продавщица, поглядывая на живот Алексы.

— Пиш-ша! — с полным ртом ответила девушка.

— Ты как тот дикий кот, который с голодухи может жрать, пока не помрёт от переедания, — заметил Мирт. — А если сейчас рейд беспредельщиков?

— Ну поем и пойду убивать, — не увидела никакой проблемы девушка.

Из её сумки торчала рукоять верного топора дровосека.

— Пока что не вижу никаких аномалий, — заметил я, забирая запечёный бутер.

— Одна у тебя, кстати, под носом, — ухмыльнулся Мирт. — Глянь вон туда. Всё думал, когда ты сам догадаешься. Ты же впервые здесь?

— Да, — кивнул я и посмотрел на главную достопримечательность района, которую прекрасно было видно и отсюда.

Глобус. Часть конструкции высокого здания поздней советской постройки. Некогда здесь был планетарий, а сейчас — кинотеатр с небольшим торговым центром.

Об этом я прочитал в интернете ещё пока мы сюда ехали.

Да, доходило до меня долго.

Огромный земной шар, который был частью конструкции, изображал что-то отдалённо напоминающее знакомые континенты. Ключевое слово — отдалённо.

Австралия соединялась с Антарктидой. Ещё один хвостик ледяного континента почти касался Огненной Земли в Южной Америке. Карта Европы — вообще неузнаваема. Средиземье с Чёрным и Каспийским морем были единым целым, часть Турции отсутствовала, а Грузия с Азербайджаном, Арменией и частью России с Кавказом, в общем, неподалёку от гор — были крупным архипелагом…

Хотя, там вообще узнать что-то знакомое было так сложно, что все эти названия казались неуместны.

— А Город наш где? — спросил я у Мирта.

— Этого никто толком не знает. Можем только по архитектуре судить, что где-то в границах бывшего союза.

— В интернете есть подробные карты мира?

— Да, на некоторых эхо, как повезёт. Но на них нет навигации и отметки где мы. Чаще нет. Но здесь она всегда, если так интересно. На высоком эхо бывает забавная экзотика.

— Миша сказал, что нам здесь конкретно искать? Кто сообщил? Есть ли свидетели.

— Сейчас узнаю, — ответил Мирт и принялся вбивать новое сообщение. — Мы приехали на границу эпицентра. По идее, нужно идти дальше вглубь района.

— На выходе из города?

— Чуть ближе.

— Эффект усиливается к эпицентру?

— Да, — кивнул Мирт. — Он говорит, что активность в самом разгаре, мы наверное просто далеко стоим.

— Я пройдусь, если не против, — сказал я.

— Как хочешь. Только будь на связи и поглядывай в аську. Я напишу, когда остальные соберутся.

Хрустящий горячий хлеб с расплавленным сыром показался вкуснее пиццы. Ну или я просто успел проголодаться.

Телефон проснулся ещё до того, как я успел скрыться из виду Мирта с Алексой. Я обернулся — друг продолжал копаться в телефоне, а девушка доедала бутер.

Августа Всеведущая: Хвали меня. Восхищайся мной. Поклоняйся мне!

Августа Всеведущая: Нашла я твой список. (︶︹︺)

Полярис: Отлично. Хвалю и восхищаюсь. Можешь высылать.

Августа Всеведущая: Тебе какой параметр нужен? Я найду (^_~)

Я улыбнулся.

Ага, так я тебе и сказал. Вдруг такие способности выделяются или отсутствуют в списке?

Августа Всеведущая: Да там их много, замучаешься. Но святая Августа всё сделает. В конце концов, это моя работа (◕‿◕✿)

Полярис: это личное, а не работа, так что я всё что нужно найду сам.

Августа Всеведущая: ну, как скажешь… Хотя мне правда не сложно. Я люблю копаться.

— Я заметил, — ответил я вслух.

Затем девушка начала копировать список, а у меня — отвисать челюсть от понимания что возможно стоило всё же согласиться.

Параметров там было свыше сотни.

Августа Всеведущая: передумаешь — пиши, буду рада помочь. Особенно если пообещаешь не преследовать Марту. (_'')

Будто я за ней бегаю.

Новое сообщение сбило с чтения списка, но я вернулся обратно и принялся искать. Степень акцессии и могущество…

Полярис: Ок, больше писать не буду. Удачи в самостоятельном решении всех проблем:3

Августа Всеведущая: ну подожди

Августа Всеведущая: Т_Т

Августа Всеведущая: просто ей страшно. И она боится привязываться. Почти все спящие, с кем она общалась раньше — уже не здесь.

Полярис: Всё когда-нибудь меняется. И твоя жизнь тоже. Но ничего не изменится, если продолжать делать то же самое, что привело тебя в ту точку где ты сейчас.

Августа Всеведущая: ты прав… ┐('～` )┌

Августа Всеведущая: Прости (シ_ _)シ

Я пролистал вверх нашу переписку и снова начал листать списки.

Среди такого количества навыков я ничего так просто не найду.

Ладно, чёрт с ним. Потом займусь.

— О, а вот и остальные начинают подтягиваться, — сказал Мирт и я обернулся в сторону выходящей из такси Элы.

Спустя ещё минут десять приехала Рита.

— Полярни-ик! — радостно бросилась мне в объятья рыжая. — Спасибо за те огненные шары! Они перенеслись со мной! Город их сохранил, и теперь у меня есть крутейший боезапас для рогатки!

Хм. Нужно будет проверить количество. По идее, у меня должно белого порошка стать меньше.

В любом случае, однажды я куплю его снова. Обычно здесь всё рано или поздно повторяется.

— Не хватает Лёхи с Феликсом, — сказал я.

— Вообще-то я уже здесь, — тихо произнёс парень в длинном шарфе.

Как всегда незаметен.

— Отписал в форумном общем чате, что опоздает, — произнесла Рита. — И Марты нет.

— Марты сегодня не будет. У неё другая задача, — ответил Мирт. — А Алексею отписывайте адреса, где мы будем. Пусть догоняет, как хочет.

— На него это не похоже, — заметил я. — Скорее всего, есть причина.

— Причина всегда есть… хотя от него всё равно здесь будет не много толку, — согласился друг.

— Что конкретно мы ищем?

— Странности. Любые. Скорее всего связанные с людьми.

— Помочь? — в следующий миг воскликнула Рита, выдёргивая ворох листовок у паренька, стоявшего на перекрёстке. Он перепуганно отступил назад, не понимая, что от него хотят.

А я вспомнил, что девушка когда мы познакомились, со своей подругой занималась именно этим. Раздавала листовки на рынке.

Рита весело улыбнулась, а её пламенные волосы поймали луч солнечного света. Тот пробился через густые тяжёлые тучи осеннего неба, заставив их залиться яркой краской.

Затем она подскочила к мужику лет пятидесяти, протянула листовку с ослепляющей улыбкой, не оставляя ему ни единого шанса пройти мимо.

Вот это у неё таланты, впечатляет.

Мужик залился краской и взял в руки листовку.

Я подошёл к окаменевшему от внезапности происходящего пареньку и вытянул одну из них.

Эмо в твоём сердце! — гласил заголовок — « True till Death»

Затем рисунки крестов на руках и что-то о трезвости.

Далее следовал список из пунктов об историческом прошлом музыки и субкультуры эмо. В финале — адрес форума в интернетах. Видимо, самоделка. Уж не знаю на что он рассчитывал, раздавая это, если это личная инициатива… хотя, может, и коммерческий проект и у него действительно оплачиваемая работа.

В любом случае…

Я заржал. Вот уж кто точно главная целевая аудитория. Хотя, мужик так сиял от встречи с солнечным ангелом в виде Риты, что может и правда заинтересуется.

Тем не менее, именно этот метод оказался действенным.

Рита так и не взглянула, что именно она раздаёт. Следующими её жертвами стала женщина за тридцать с коляской, старушка, отмечающий конец рабочего дня пьяный заводчанин, и что удивительно, парень лет тринадцати в розовой футболке со значками. Вот на нём реклама может даже и сработает.

Всё это время мы продвигались по улице следом за ней. Мне почему-то не хотелось дёргать мимо проходящих людей с вопросами в духе тестов на интеллект. Да и остальные социальной активностью не страдали.

Однако, когда мы миновали одну улочку, из-за поворота вышел он. Мужик в деловом костюме, с часами, и выпирающей в районе живота, солидностью.

Получив письмо счастья из рук рыжего ангелочка он счастливо заулыбался, понюхал полученную листовку, а затем начал медленно запихивать себе в рот, жадно поглядывая на Риту.

Затем он что-то попытался ей шепнуть на ухо и обнять, но та ловко ушла из захвата и испуганно отскочила к самой трассе.

— Ты такая хорошая! Иди, иди сюда. Иди, будет хорошо!

— Ублюдок, — бросил Мирт и хотел было вмешаться, но я его остановил.

— Нет, подожди. Он ей не соперник.

Действительно, мужик был неповоротливым и едва не путался в своих ногах. А Рита явно что-то задумала, потому как отступала от врага к дороге нарочито медленно.

В последний момент налитые кровью и похотью глазки остановились на рыжей бестии и мужик рванул в её сторону. Ещё и руки протянул, будто зомбак.

Но большой любви было не суждено состояться. На пути у толстяка возник бездушный разлучник — железный столб.

Послышался звонкий звук удара. Кость встретилась с металлом, и металл победил. Нападающий повалился на асфальт.

— Он был странный, — сказала Рита нам. — Об этом же говорили, Мирт?

Тот замялся.

— Может он под чем-то? Или просто пьян?

— Ну… вариант, — согласилась рыжая.

Я пересилил себя, и встал на пути у женщины за пятьдесят, с сохранившейся хорошей фигурой и усталостью на лице.

— Прошу прощения, вы не подскажете, который час? — спросил я первое, что мне пришло в голову. Хотя нет, первым было про библиотеку, но лучше пусть так.

— Э-э… — женщина задумалась и почесала голову. Вспомнила, что на правой руке носит тонкий браслет женских часов. Посмотрела на время… и подняла ко мне жалобный взгляд.

— Что-то не так? — уточнил я.

— Стрелки… я не понимаю… В сутках же двадцать четыре часа, так почему там двенадцать? Это же неправильно, да? Меня обманули? Не может быть, они же из Швейцарии, настоящее золото!

— Всё в порядке, — поспешил я заверить бедную женщину. — Так и задумано. В Швейцарии в сутках всего двенадцать часов, вы не знали?

— Да? А как так?

— Ну, сейчас там ещё ночь. Часовые пояса, сами понимаете…

— Да, да… спасибо вам большое!

Женщина поспешила дальше по улице, счастливо поглаживая часы.

Результат, как говорится, на лицо.

Следующему я уже задавал более глубокомысленные вопросы.

— Почему тараканы не живут в поручнях трамвая?

Усатый мужик долго думал, затем посмотрел на меня с неприязнью:

— Во! — сказал он и протянул мне под нос дулю.

Связи между моими словами и реакцией усатого — ноль.

— Значит, началось, — сказал Мирт. — Теперь попробуем найти эпицентр аномалии.

18. Ложный исток

На нас ничего не действовало. По крайней мере, пока.

Я старался максимально осознанно подходить ко всему, что делаю, и следить за своими мыслями и действиями, отслеживая малейшие проявления бед с головой.

Но ни на меня, ни на моих спутников аномалия не работала.

Эффект скорее всего произошёл одноразово где-то недалеко. Облучило всех, кто был в зоне поражения. Мы в этой зоне не находились — сообщили об аномалии раньше. Чтобы попасть под действие, нужно было оказаться здесь в момент срабатывания.

Иными словами, мы всякий раз будем свидетелями последствий, если будем выезжать вот так. Но это нам и не нужно. Даже в таком случае, нужно не испытывать себя, а быть на расстоянии, которое защитит от эффекта. Иначе мы просто ничего не поймём, даже если увидим.

Допросы людей ни к чему не приводили. Но так мы смогли как следует познакомиться с самим воздействием.

Аномалия действительно резко снижала интеллект.

Люди путались в элементарных вопросах, не могли посчитать простейшие примеры уровня первого класса, тупили или деградировали иным образом.

Да, эффект почему-то немного различался. Кто-то выглядел клиническим идиотом, кто-то только дебилом. У каждого второго — расстройства из аутистического спектра. У каждого третьего — возврат в детство. Запредельная клиническая инфантильность и абсолютное доверие любой чуши, что мы несли — у каждого поголовно.

Ну, за редкими исключениями, которые проявляли враждебность или социофобию. Были и такие.

Сперва было немного смешно, когда люди с умным видом кивали про нашествие гигантских котят из портала. Затем — как-то не очень. Даже я бы сказал, жутко.

Впрочем, меня спасала ментальная броня из знаний о том, что это всего лишь круг.

Ровно до тех пор, пока Мирт не сказал:

— Как бы они на следующем круге дурачками не остались. Потеряем район…

— А они могут? — удивился я.

— Да кто бы знал, дружище, кто бы знал… С песчаной язвой же как-то почти вышло. Хотя это сильная и крайне опасная хворь… знаешь, я как-то умирал от чумы и от какой-то магической экзотики. Оба раза проснулся в своей кровати здоровым как бык. И с язвой этой в городе уже знакомы. Механика та же.

— То есть это нечто, сделанное именно беспредельщиками?

— Ага.

— А ещё они распространяли убойный галлюциногенный яд под видом наркотика, приволокли на низкое эхо магическое чудовище из фэнтезийной версии города, способствовали потере района… и вот теперь, предположительно, пытаются превратить людей в идиотов. Зачем?

— Ты у меня спрашиваешь? — удивился Мирт. — К чему ты это?

— Сам пытаюсь понять. За этим должна прослеживаться единая цель. Давай на минуту представим, что им нужно. В истории с гидрой, нападении на вечных с целью помочь стирателям уничтожить район. И сейчас. Во всех трёх случаях страдали не мы, якобы их главные враги, а мирное население. Или сам город.

— Ну, они фанатики и террористы… — растерянно кивнул друг, ещё не уловив мою мысль.

— Создаётся впечатление, что мы немного промахнулись с их целью. Они ненавидят не нас, а… людей в целом?

Вспомнилась ещё история того мутного любителя гаремов в универе. Зачем нападать на учебное заведение и убивать всех подряд? Я тогда подумал, что они просто не считаются с жертвами, чтобы убить больше спящих.

Но эта история очень хорошо сюда вписывается.

— Может это даже и не они, — пожал плечами Мирт. — Не все аномалии сводятся туда.

— Ты сам в это веришь?

Он промолчал.

Мы продолжили бродить по району ещё минут пять. За это время случилось пара аварий на дороге, и сюда уже спешили стражи порядка и скорая. Люди тупили, бродили по странным траекториям, сталкивались с предметами.

— Если так подумать, может они ненавидят вообще Город в принципе? — предположил Мирт, решив продолжить разговор.

— Возможно, — кивнул я. — Тоже пришёл к этому выводу. Или они хотят принести этот мир в жертву условному тёмному богу. Пока что о причинах мы ничего не можем сказать. Но то, что они стараются уничтожить не только нас, но и вообще всё живое — очень вероятно.

— А может, они просто фармят время? — предположила Рита. — Зачем долго думать, если можно убивать всех подряд кроме своих? Мирных, пробуждённых, монстров — всех.

Хм, а ведь в эту теорию тоже вписывается то, что противник будет стремиться прийти как раз ровно к финалу разборок, а не устроить бой до того, как придут стиратели. Тогда бы район гарантированно исчез.

Так выходит, с этой точки зрения победа целиком за ними — собрали время со всех при минимальном личном участии, и район цел.

И всё же, что-то в этой истории меня смущало. Будто была ещё какая-то важная деталь, но я пока не понимал, какая.

— Мирт, их бы проверить на каких-нибудь магических детекторах, — предложил я. — Если эффект был одноразовым, то это некое излучение, и должно было что-то остаться.

— Магия разума, хм… Сильная псионика может такое устроить.

Он снова включил телефон и принялся быстро печатать на сенсорном экране. Затем продемонстрировал экран телефона с перепиской мне.

Августа Всеведущая: с такими признаками круг сужается. Ключ деменции, похищение разума, врата аутизма и психофагия.

Мирт: в чём различия? И что из этого можно сделать одноразовым артефактом?

Августа Всеведущая: любой из них при наличии хорошего камня ¯\_(ツ)_/¯

Августа Всеведущая: ключ и врата — заклятие четвёртого ранга. Запуск возможен только с эхо выше ну хотя бы тридцати-сорока, а лучше за полсотни. Похищение и психофагия — активные ауры, которые можно в виде артефакта сделать одноразовым импульсным всплеском.

Августа Всеведущая: И там и там нужен или сильный маг разума, или сильный артефакт, сделанный таким магом. Так что если у этой аномалии магическая природа, они как-то протащили сюда то, чего быть здесь не может.

Мирт: Знакомо.

Августа Всеведущая: это если дело в магии. Есть ещё паразиты и химия. Интересно?

Мирт: Нет. Только если эффект мог проявляться как вспышка а затем исчезнуть без следа.

— А у магии нет следа? — спросил я у друга.

— Есть, — кивнул он. — Да только на этом эхо ты его замучаешься искать. Вот если б эхо ещё чуть повыше.

— Кстати, я ещё никогда не бывала на эхо за двадцать, — вмешалась Рита. — Оно настолько редкое?

— Оно неравномерное и не подстраивается под тебя, — бросил нехотя Мирт. — Давайте…

— О, Алексей! — обрадовалась Рита и замахала рукой навстречу опаздывающему.

Выглядел он на этот раз намного лучше. Что не забыла упомянуть рыжая:

— У, ты опять сменил личину, да?

— Нет, этот навык меняется только в начале круга. Просто было время одеться.

Теперь он выглядел неприметным работягой, не привлекающим внимания.

Ну, если не считать биту с гвоздями за спиной, конечно.

— Ты где был? Сказали же, ждать сигнал! — вспыхнул Мирт.

— Да ладно, так вышло, — развёл он руками. — Чё ты…

— Причина будет?

— Да личное, — отмахнулся Лёха.

— Ты не охренел? А если бы на нас напали эти ублюдки? Такой товарищ хуже крысы…

— Э-э, братан, полегче, — парень был на разборки явно не настроен. В отличии от Мирта, вытащившего охотничий нож.

В этот момент я окончательно осознал, что происходит какая-то хрень. В нормальном состоянии Мирт бы даже не стал затевать конфликт. Мы здесь тем более вроде как не рабы, а оплачиваемые добровольцы.

Двенадцатое эхо… по идее здесь это должно работать, особенно с учётом религиозного уклона этого круга.

— Да обретёшь ты Покой в объятиях Её, — скороговоркой повторил я молитву, которую услышал давным-давно в роли инквизитора культа Трибунала.

Сработало.

Я резко подался вперёд, вставая на пути друга и касаясь его левой рукой.

Мирт замер. Хотел было оттолкнуть меня, но затем застыл с открытым ртом.

Упал на колени, замотал головой.

— Чё это он… — совсем растерялся Лёха.

— Забудь. Ему кто-то воздействовал на голову, так что он не отвечал за себя, — пояснил я.

— Стоп, значит здесь рядом враг? Ещё и какой-то менталист? — воскликнула Рита. — Чем занимается инквизиция на этом круге⁈

Точно, на том же круге где я был инквизитором, я её и встретил. Существование такой организации как части системы правосудия была для неё естественной нормой.

— Если кто-то почувствует себя странно или ощущает агрессивные наклонности, говорите. Могу повторить молитву.

— Блин… Поляр, спасибо. Кажется… сам не знаю, что на меня нашло… Лёха, извини. С меня пиво. Да хоть целую поляну тебе накрою.

— Да ладно, чё ты, с кем не бывает…

— А действительно, почему с нами всё в норме? — спросила Рита. — Если это нападение, то почему только на тебя и так слабо?

— С умом у меня всё в порядке. Скорее, это попытка влиять на желания, — пояснил Мирт. — Феликс, сможешь отследить направление атаки?

— Если это была именно атака… — всё ещё сомневалась Рита.

Беловолосый парень взялся руками за два конца шарфа и прикрыл глаза.

В этот момент кое-то ощутил и я. На мгновение цвета вокруг стали значительно ярче. В душе расцвела беспричинная радость. Я будто потерялся в потоке сплошного счастья. Понимал, что такое просто так быть не может, но делать ничего и не хотелось.

Странная аномалия оборвалась сама собой. И первое, что я понял — мне крупно повезло. Судя по тому, что Эла бегала на четвереньках рядом с дворовым псом, а Рита с покрасневшим лицом сидела поодаль от всех, вжавшись спиной в дом.

У остальных приступ тоже начал проходить один за другим.

Идеальное время, чтобы напасть.

Но если враг и был, он не спешил выходить к нам.

— Да, та ещё хрень, — первым выразил общее мнение Лёха.

— Это точно магия разума, — проговорил Мирт, потирая голову.

— А я же ничего странного не делала, правда? — с опаской спросила Рита.

— Хм, воздействие индивидуально, — задумчиво произнёс Мирт. — И кратковременно. Больше похоже на подобное воздействие, а не направленное.

— Туда, — раздался голос Феликса, и парень сам побрёл в указанном направлении, будто в полудрёме.

Мирт, не говоря ни слова, направился за ним, а там и все остальные.

Я же вытащил телефон и открыл аську:

Августа Всеведущая: если у всех разное, и никто вас не добивает, то это не прямое, а побочное действие.

Августа Всеведущая: слушай, а может, это источник?

Полярис: Что?

Августа Всеведущая: не знаешь о них? Ну, это очень редкое явление на таком эхо, но теоретически может быть.

Полярис: к сути. Что это?

Августа Всеведущая: Иногда они появляются в местах сильного всплеска маны через один или несколько кругов. Предсказать появление источника сложно. Но если это он, то вам повезло.

Полярис: чем же?

Августа Всеведущая: а ты разве не мечтаешь о силе?

Полярис:???

Полярис: не издевайся.

Августа Всеведущая: даже не начинала. (￣ε￣＠)

Августа Всеведущая: Просто здесь нужна драматическая пауза.

Августа Всеведущая: источники это природная аномалия. Считается, что каждый увидевший такую получает подарок. Смотря как ты его коснёшься.

Хотел было спросить подробности, но в этот момент оказалось, что мы уже пришли на место.

Вперёд уходила пустынная улочка с пожелтевшими деревьями. Потрескавшийся асфальт был засыпан оранжевой листвой, и на всю эту красоту падали изумрудные отблески, делавшие пейзаж вокруг немного сказочным.

А в конце улицы виднелся и источник — тёмно-зелёного холодного оттенка полупрозрачный кристалл.

— Источник? — удивлённо спросила Эла.

— Похоже на то. Неужели хоть на этот раз не эти утырки…

После жутковатой картины по пути сюда такая резкая смена поведения показалась мне слишком быстрой.

— Значит, те люди на следующем круге придут в себя? — уточнил я.

— Да, конечно. Это явление хорошо исследовано, — сказал Мирт. — Но на таком низком эхо я встречаю источник впервые. Кстати, на высоком эхо его обычно охраняют элементали или энергеты.

Я кивнул, приготовившись к внезапному бою. Однако камень никем не охранялся. Он просто сиял между двумя девятиэтажками новостроя. Прямо пробивая песочницу на детской площадке.

Величественная конструкция из соцветия полупрозрачных кристаллов. Один большой в центре и множество камней поменьше вокруг.

Мирт улыбнулся и потянулся к уникальному явлению рукой, но в этот момент прозвучало оповещение на телефон. Он резко опустил руку, посмотрел на послание и помрачнел.

Сделал шаг назад и протянул левую руку, преграждая путь.

— Не приближайтесь! Это не источник! — крикнул он.

Атаковать нас несмотря на близкое к панике настроение у Мирта, никто не стал. Камень всё так же возвышался над нами метров на пять, маня к себе изумрудным свечением.

— Это ловушка, — тихо сказал Мирт, но услышал каждый. — Камень ничего не даёт, а пожирает разум. Навсегда.

— Как? На все круги? — опешил я.

— Да откуда только они взяли эту штуку? — спросил друг сам у себя, продолжая правой рукой чатиться с кем-то.

— Просвети и нас, — сказал я Мирту, и тот снова протянул мне свой телефон.

Михаил: новички вас опередили).

Михаил: стоп.

Михаил: приказ отойти от этой дряни!

Михаил: это анамезит. плетение. он питается памятью.

Михаил: камешек с шестидесятого эхо!

Михаил: его ещё ложным истоком зовут.

Михаил: надеюсь, все целы.

Михаил: на сегодня все свободны.

Михаил: потом напишу, что нужно дальше.

Последние две строчки он дописывал, уже когда телефон был у меня в руках.

— Кажется, нам пора по домам, — подытожил я.

— Какой по домам, Поляр! Ты-то хоть…

Я молча протянул ему его телефон.

— Тьфу ты… — сплюнул Мирт.

— А с этой штукой-то что делать? — спросил Лёха, указывая на зелёный камень.

Мирт начал набирать новое сообщение. Я же подошёл чуть ближе к диковинной штуке, пытаясь понять, что это такое.

С виду — обычный камень. Если бы в прошлые разы этот камень где-то всплывал, об этом бы кто-нибудь знал. Проникнуть в сердце аномалии очень просто. Достаточно войти после первого выброса силы.

Главный вопрос, насколько устойчива эта штука. Если она будет и на следующем круге, это может стать проблемой.

Как теоретически можно было бы эту штуку разрушить? В голове рисуется только большая гора взрывчатки.

— Миша говорит, что сюда уже идёт группа ликвидации последствий. У нас массовый стихийный прорыв в шести районах.

— Прорыв чего? — уточнил я.

— Стихии разума. Таких камешков вслед за нашим появилось ещё несколько. Уже пятеро пробуждённых пострадало. Не знаю, смогут ли вылечить вообще. У всех полный спектр от лёгкой дислексии до овоща.

— Не пойму, они всегда были так агрессивны, или это мне повезло проснуться в Городе в такой момент.

— Это тебе повезло, — подтвердил Мирт. — Раньше их считали группой маргиналов. Просто шайкой не стоящих внимания бандитов. Как плеер киллеры и гриферы в играх.

— Ясно. Так что, расходимся?

— Если у кого-то есть идеи получше… или просто идеи о том, что это всё значит — можете начинать делиться, — с нотками усталости в голосе сказал Мирт.

— Что произошло я уже примерно понял, — ответил я. — Теперь хорошо бы понять, зачем это произошло.

— Стихийные порывы, — пожал плечами Мирт. — Изредка случается. Иногда в них намёки на то, что будет на следующем круге. Иногда нет… в любом случае, так бывает, если на высоком эхо мана чрезмерно скапливается в одном месте Поэтому на низком эхо они и не появляются.

— Сразу в нескольких местах Города? И оттуда выпала похожая на источник хреновина?

— Ну да, если подумать, то ты прав, — задумчиво согласился Мирт.

— Я домой. Пишите новости в общий чат.

— Да, если бы это имело смысл, Миша бы сказал, что мы должны уничтожить этот камень. Повезло, что не мы первые его обнаружили… Спасибо, Полярис. Это ты тогда заронил сомнения.

— Тебя остановило сообщение от шефа, — покачал я головой.

Третий выброс энергии кристалла случился, когда мы уже уходили из зоны поражения. На этот раз меня вдруг охватила беспричинная паника. Но поскольку остальным тоже очевидно перепало, я понял что эмоции не мои и взял себя в руки.

Удивительно, но я остался единственным, кто стоял на своих ногах.

Меня что, обошло стороной в этот раз?

Мирт стоял, сжав зубы и схватившись рукой за столб так, что побелели костяшки пальцев. Рита просто упала без чувств и смотрела в небо. Эла… зачем-то грызла за ухо бегавшую за ней собаку. Собака вроде бы даже была не против.

— Что-то происходит, — тихо сказал я скорее сам себе, чем кому-то из пребывавших под давлением силы камня товарищей. — Все эти события связаны. Неспящие к чему-то готовятся.

19. Внезапности

То, что это не совсем оружие, было понятно по тому, что на нас так никто и не напал. Хотя со всей группы я в тот момент был единственной боевой единицей.

— Боже, что я делал?

Мирт первым пришёл в себя, потирая голову.

— Мочился не снимая штанов, — ответствовал я.

Парень вздрогнул и перепуганно схватился за промежность.

— Это не смешно, Полярис!

— Врагов здесь нет, — пожал я плечами. — Это явление не разумно.

— Это явление выпадает из схемы. Обычно всплеск был лишь один, никаких камней никто не видел и вообще… никогда не возникало сразу несколько таких сразу.

— Всё когда-нибудь бывает в первый раз, — пожал я плечами.

— Ладно, нас только подключили к этому делу. Мише виднее, что делать и как нас использовать.

— Ох… голова… — встала, потирая ушиб Рита. — Полярис, мог бы и уложить девушку на лавочку.

— Ты что, как можно? На лавочке отдыхало высокое начальство!

Мирт тяжело вздохнул и помотал головой.

— Всем по домам. Ну или куда хотите. Завтра в любом случае встретимся у метро. Но следите за чатом. Возможно, опять скажут выдвигаться куда-то.

— Мирт, у нас мало инфы. Эта история свалилась как снег на голову, — серьёзно сказал я. — Если ты хочешь разобраться, что здесь к чему… нужно думать комплексно.

— О чём ты?

— Да уже говорил. Нужно понять, на кой хрен это им было нужно.

— Это стихийное бедствие… массовое.

— Ты сам в это не веришь.

— Не верю, — признал Мирт.

— Проблему нужно решать как-то глобально. Не противодействуя точечно, а выяснив, чего они хотят, пусть даже и массовых жертвоприношений. Когда поймём мотивацию, поймём и что делать.

— Мотивация… ты же сам сказал, что они просто ненавидят всё живое или служат тёмному богу? Есть даже подходящее божество, которое желает чужих страданий просто ради самого факта страданий.

— Это варианты. Нужно изучать дальше. Зло ради зла — это тоже стратегия, в конце концов.

— Хорошо, что ты предлагаешь сейчас?

— Я? — удивился я. — Пока ничего. Я уже сказал, что мне недостаточно информации.

— Какую информацию ты хочешь услышать?

— Когда это явление впервые зафиксировали? Подробное описание контактов с аномалией. Описание этих камней, раз уж они известны — сильные и слабые стороны, где были замечены… Ещё наверное, карту мест где они появлялись и что тогда происходило.

— Кем ты был в прошлой жизни, Полярис? — как-то иначе на меня взглянул Мирт.

— Я думал, разговоры об этом в Городе табу, — я криво усмехнулся. — Выживал, как и многие в последние времена старого мира.

— Просто ты похож на детектива или вроде того.

— На того, кто собирается выжить, — поправил я друга. — В Городе я могу свободно ходить по улицам. Не носить респиратор. Смотреть на счастливые семьи и общаться со своими близкими. Блин, да здесь до сих пор дети в школы ходят! Я просто понимаю, что благополучие Города — это моё собственное благополучие.

Мирт буравил меня взглядом, и я принял вызов, посмотрев в ответ.

Он понимает, о чём я, — осознал я. Понимает, как и все те, кто появился здесь на третьем уровне инкарнации, как я. Ну или как те, кто опустился на уровень ниже с него. Как мрачная и малость безумная Марта или такой же параноик Таня.

— А кризис? — нарушила паузу рыжая Рита. — Этот мир стоит того, чтобы каждый день-два проходить через такое? Вы ведь обычные люди, как и я?

— Просто мы видели некоторое дерьмо, — бросил я. — Поверь, есть такие миры, которые лучше не посещать.

— Значит, нулевой мир хуже, чем кризис? — спросила Рита.

— Давай не будем продолжать этот разговор, — остановил её Мирт.

— Мне просто любопытно. Я пытаюсь понять, кто я. Была ли я в нулевом мире и оказалась тут, или всегда была только порождением Города?

— О чём ты? — уточнил я. — И что за терминология?

— Теория Хостера, — поморщился Мирт. — Интернет-легенда, достаточно устойчивая в эхо.

— Подробности будут?

— Сам почитай или спроси у Августы, — фыркнул Мирт. — Байка-страшилка для таких как Рита. А я пойду. Есть пара дел, раз уж выдалось время.

— Понял. Тогда скидывай всю инфу, что найдёшь. Можно даже в общий чат на форуме. Пока что только собираем информацию и думаем. Если это дело рук человека, то во всей этой аномалии должна прослеживаться чёткая воля и направление.

— Сделаю, — кивнул Мирт. — Всё, расходитесь. Но будьте на связи и мониторьте чат.

Мы распрощались. Лёха с Элой направились к ближайшему метро. Феликс как всегда исчез, будто его и не было.

Я набрал в телефоне карту города и начал думать, куда я хочу сюда попасть. Наверное, всё-таки домой. Раз уж появилось время, займусь тестами моих возможностей и изучением магии.

— Полярис! — догнала меня Рита, стоило мне дойти до дороги.

— Разве нам по пути?

— Не будь букой! Я просто хотела поговорить. Помнишь, ты мне обещал провести время за чашечкой кофе?

Я кивнул. Раз обещал — то обещал.

— Ну, говори, я не против.

— Ты куда сейчас?

— Домой.

— А ты где живёшь?

Я улыбнулся.

— А, ну да, секретность и все дела, — закатила глаза Рита. — Вдруг я вломлюсь к тебе ночью в дом и разобью тебе зеркало?

— Хм, а это как-то вредит? Я не в курсе, если честно.

— Не знаю. Я много чего не знаю, Полярис. А ответы никто не даёт.

— Прям как я на первых кругах.

— Нет, не так. У вас с Миртом общее прошлое. А я — инициирована с высокого эхо. Я даже не знаю, существовала ли я в нулевом мире.

— Ты бы такого прошлого не хотела.

— Тем не менее. Как знать, перед тобой равная тебе или просто чуть прокачанный непись?

— Я не называю людей неписями.

— Хорошо, первоуровневые.

— Тоже не совсем то, но хрен с тобой. Что тебе нужно, Рита?

— Бука! Я просто хотела расспросить тебя о том мире, который вы все называете «миром ДО».

— Я не хочу об этом говорить.

— Бука в квадрате! Жалко что-ли? Ладно Мирт, но мы же с тобой вроде как ближе?

— Слушай, я же не пытаюсь копаться в твоём прошлом, верно?

— В семь лет соседский мальчик обманул меня и заставил раздеться, заплатив за это горстью листьев лопуха. Он сказал, что это эльфийские деньги и за них меня пропустят в мир фей. Достаточно стыдно в обмен на твои секреты?

— Рита… — я поджал губы. Как бы выразиться… — Я не против поговорить, но не о том, что ты, слава нашему Городу, никогда не увидишь.

— Хорошо… — потянула она. Затем её взгляд остановился на киоске с кофе на вынос. Он был как раз неподалёку от остановки маршруток, как раз для ожидающих транспорт. Туда она меня и потянула.

— Маккофе! — жизнерадостно заказала она и вскоре получила стакан кипятка и пакетик.

— Два, — бросил я. Последний раз пил я этот напиток ещё до апокалипсиса, и что-то кольнуло ностальгией. Затем обернулся к Рите. — Ну, слушаю.

— Ты усмирил Мирта тогда молитвой Трибуналу? — начала она. — Разве боги моего мира работают на другом круге?

Интересно, я наверное выгляжу так же, когда задаю много вопросов старшим пробуждённым?

— Как повезёт. За этим к Августе. Она точно скажет что и где работает.

— Понятно… — задумчиво потянула девушка. — А я бы смогла овладеть этой способностью?

— Попробуй. Нужно протянуть руку в сторону цели или произнести молитву. «Да обретёшь ты покой…»

— Знаю! Почему это у тебя так работает?

— А может не работать?

— Нет ничего, что можно от меня скрыть, — прошептала девушка.

Ничего не произошло.

— Вот видишь?

— Вижу, то есть нет, — кивнул я. — Если там должен был быть какой-то эффект, то его не было. Что это за навык?

— Молитва, — поправила девушка. — Обращение к всевидящему божеству Трибунала. Подвальному Владыке. Как со Всепрощающей, к которой обращался ты. Дай угадаю, ты этого не знал, инквизитор?

— Ты уже знаешь, что я не инквизитор.

— А зря. В моём мире они герои, что защищают мир от мрака. Знаю, что в других мирах инквизиция могла быть плохой. Но у нас вот так… моя мать была старшей жрицей Подвального Владыки. У неё был свой приход в церкви святого Влада. И я всю жизнь жила с этим. Гордилась. А теперь думаю… может в мире, где не было инквизиторов, могло никогда не быть и меня?

Я тяжело вздохнул.

— Во-первых, какая теперь разница? Никакого «нулевого мира» больше нет. И я не особо хочу о нём слышать. Мирт, как видишь, тоже. Давай просто сделаем Город раем? Он в общем-то и так рай, но очень скоро он будет нашим.

— Нашим? — заинтересовалась девушка. — Звучит интересно!

— Я не знаю твоих теорий, может кто-то уже доходил до этого без меня… Город расширяется. Недавно появился портовый район с кусочком моря. При этом местные сходки ещё только на первых стадиях самоорганизации. Думаю, мы с тобой последние в списке первых людей нового мира, у котороых будет и время, и пространство помимо города.

— Это же теория библиотекарей! — удивилась Рита. — Организации, которая появилась здесь до нас. Брось, Полярис, ты совсем не интересовался тем, как устроен мир?

Вот чем она занималась, как пробудилась. Изучала сеть в разных эхо на предмет таких вот идей.

— Мне хватило понимания, что нужно получить как можно больше времени.

— Звучит скучно.

— Прагматично, — пожал плечами я. — Стану вечным — займусь и такими вопросами. Не всё сразу. Тем более, что с нашей работой тайны нас и так сами найдут. Где прочитать про эти теории?

— Скрытый раздел пробуждённых на анонимном форуме.

— О, звучит интересно.

— Я скину ссылку, — обрадовалась она.

— Спасибо… — начал было я, а девушка сразу вытащила телефон и с молниеносной скоростью вбила сообщение.

Ойкнуло оповещение на телефоне.

Я кивнул, и раз уж вытащил — вбил в поиск карту. Всемогущий интернет подсказал, что неподалёку ездит автобус. Старая маршрутка где-то раз в часа полтора ездит отсюда в сторону моего дома. Только садиться в транспорт к дому рядом с Ритой не хотелось. Не то, чтобы я ей не доверял, скорее начинал проникаться здешними негласными правилами.

— Ладно… в общем, я с тобой вроде как дольше всех знакома, — продолжила девушка тем временем. — Вот подумала… а почему бы нам не обменяться навыками? Мы ведь от этого оба станем сильнее!

Забавно, я ведь сам совсем недавно об этом думал.

И при этом согласиться я, увы, на такое не мог.

Так она и впрямь решит, что я стараюсь от неё держаться подальше. Но светить уровнем инкарнации мне пока рановато. Править личное эхо это одноразовая акция. На следующем круге оно обнуляется. То же самое со сложностью.

Первые два навыка у меня были что называется бросовыми и падали со старта у каждого третьего. На прокачку инкарнации ей не хватит времени, а изменять время до смерти — то это далеко не самое полезное свойство критической точки.

На меня работал сам факт наличия этой характеристики и возможности её нарушать внезапными действиями. Простое вкладывание времени в неё лишь отсрочит первую точку выхода. Для всех остальных он будет одноразовым, тем более и таймера моего у неё нет.

Так что ей от меня никакой пользы, лишь ненужная информация. А мне… даже если бы какая польза и была, у меня нет свободного времени. Всё вложено.

— Понятно… ладно, прости что навязываюсь, Полярис. Просто… мне страшно. На меня в один момент свалилось всё это. Нет, спасибо, что я теперь знаю правду о мире вокруг и об этой временной петле. Но сейчас я будто одна в целом мире. Я же не могу рассказать маме, что я сражаюсь с чудовищами во временной петле…

— Дело не в этом, просто сейчас такой обмен характеристиками между нами бессмысленен. И у меня нет ни капли свободного времени, чтобы прокачать твои. Это не нужно нам обоим сейчас. Позже — может и обменяемся. Или даже я сделаю тебе пару интересных предложений по усилению.

— Поняла, а-а… — потянула она но я её перебил.

— А ты слишком много думаешь. Ты бессмертна, Рита. И ты никогда по-настоящему не потеряешь тех, кто тебе дорог. Это самое главное. В городе ты не можешь быть одинока. У тебя есть семья и друзья. Просто поверь тому, кто гораздо старше, чем кажется.

— Я постараюсь… спасибо, Полярис.

— Знаешь что ещё… подумай об этом всём с другой стороны. Ты тот, у кого потенциально есть власть создать для себя рай и жить в нём.

* * *

Сел в маршрутку. Уткнулся в телефон и начал рыться в поисках всех упомянутых терминов.

Очень быстро нашёл скрытый раздел и тему с обсуждением теорий устройства города.

Удивился, как много людей обсуждают это. Пробуждённых было больше, чем я думал. При том что сидели здесь ведь явно не все.

Выходит, минимум половина спящих не связаны со сходками и выживают сами по себе.

Ну, с моими наблюдениями это вполне согласуется. Домик на несбывшейся улице, Таня. Та девчонка из храма, с которой дружен Лёха…

Что касается теорий… ну, их было много, но объединяло их одно общее свойство — все до одной были полностью бездоказательны. Домыслы, догадки, наблюдения. Порой очень интересные и реалистичные, но все как одна базировались на том, что мне было уже известно.

За редкими исключениями относительно упоминания прошлого Города или другой информации с конкретикой.

Теория Хостера-Олега, двух давно потерявшихся спящих, была на мой вкус, одной из достаточно разумных.

Её ещё называли звёздной, потому как на неё автора вдохновила теория космических фильтров. Суть её состояла в том, что Город бесконечно расширяется. И если взять его за основу то, что замедления или финала этому процессу не видно, то это может продолжаться до того, пока город не станет занимать целую планету.

Ну, или он будет расширяться вообще вечно. В любом случае мы сейчас находимся в авангарде спящих, и когда речь встанет о целом мире, мы будем в нём в числе первых — то есть самых крутых, о чём уже намекалось в комментариях под главным постом.

Абстрактные фантазии, конечно, но основанные на вполне логичных фактах. На меня это, впрочем, никак не влияет, так что я просто удовлетворил любопытство.

Были и другие теории. Почитать было интересно, и я позволил себе немного убить время за городскими легендами с форума. В конце концов, объяснить феномен, в котором мы оказались, нельзя каким-то банальным похищением пришельцев. Разве что совсем уж с нечеловеческим мышлением, мотивы которых понять невозможно.

Остановилась маршрутка на конечной за минут пять ходьбы от дома.

Осенью темнеет рано.

Я поймал себя на том, что впервые возвращаюсь домой вот так, как домой. Чтобы спать, а не просто на временное место пребывания. В конце концов, меня там ждут.

То, что пришлось немного пройтись по осеннему городу — только на руку. Благодаря этому я наконец нашёл время и силы проведать местные аптеки и магазины.

Кое-что я прикупил, но совсем не то, что хотел. Здесь в аптеках продавали в основном настои трав, компрессы, и в том числе бутылки со святой водой. Собственно, последнее я и взял. Странно, что не в храме, но на нежить и проклятия пригодится.

Затем, подумав, взял немного еды — пару детских сырков, йогурт, одноразовую посуду и пакет сметаны.

В подъезде никого не было. Всё тот же узкий вход и узкая лестница. Странным образом поделённый древний купеческий дом, где пахло сыростью и стариной.

Беловолосая будто специально ждала моего возвращения. Но зачем — не понимала даже она сама.

Увидев меня, она вытянулась, уткнулась взглядом и… всё.

— Что? — спросил я.

Красноглазка чуть подняла голову и кивнула, после чего побежала вниз, в свой подвал.

С моего прошлого появления здесь прошло не так много времени. Девушка где-то обзавелась двумя пледами. Грязными и пыльными до жути — так что как бы не с помойки.

Тем более что сама её комната выглядела относительно прилично. Просто пустующее помещение.

Единственный предмет мебели всё так же возвышался у стены под углом градусов в пять.

Дверь была распахнута. Свет — горел, значит базовые навыки общения с техникой присутствуют.

— Ты что-то от меня хочешь? — спросил я. — Поговорить я не против, но боюсь ни черта не понимаю. Нужно придумать какой-то способ коммуникации с тобой, что ли?

Девушка повернула голову на бок, будто ящерица.

— Блин… я даже не знаю, насколько ты разумна. Скажи, сколько будет два плюс три?

Пять пальцев. Сразу.

Хорошо.

— Кто ты?

Отрицательно мотает белой копной волос, что лезут ей в глаза и скрывают белоснежное лицо.

— Я надеюсь ты соседей так не встречаешь?

Отрицание.

— Ты можешь меня ощущать?

Кивок.

— Как?

Задумчиво поворачивает голову. Разводит руками.

— Можешь как-то обозначить свои цели?

Девушка ткнула пальцем себе в грудь, затем тем же указательным пальцем коснулась своего виска и развела руками.

— Не помнишь?

Кивок.

— Ладно, держи, — я протянул ей пакет с творожными сырками, сметаной и клубничным йогуртом. Царский ужин по меркам голодного студента, которым был Полярис.

Брать она не стала. Будто дикий зверёк, она боялась подойти ко мне.

Я подтолкнул пакет по гладкому паркетному полу, и свёрток заскользил к ней. Здесь она таки его развернула, вытащила сырок, обнюхала, после чего начала разворачивать. Вцепилась зубами. Просияла.

Ну точно, дикий зверёк.

— Сметану вскрывай и выдавливай сверху, — сказал я. — Ну, я сам так до апокалипсиса иногда ел. Сытно, вкусно, полезно для желудка. Хотя… мы всё равно столько не проживём.

Девушка закивала и принялась делать сказанное.

— Ты ведь знаешь, что скоро будет кризис, верно?

Она закивала.

— И ты умрёшь. Мы оба умрём, — сказал я.

Отрицание.

— Ты не умрёшь?

Кивает.

— Почему?

Останавливается, прекращает есть, думает, разводит руками. Продолжает жадно поглощать детский сырок с изюмом. Теперь — под покровом сметаны.

— Ясно, — покачал я головой. — Ну, заглядывай если что.

Покинув её комнату, я отправился к себе.

У входа меня уже ждал самый верный друг, которого мне вернул Город.

Настроение сразу скакнуло на максимальную отметку.

Мы не только повоюем, но ещё и победим!

Погладив хвостатый оберег, я прошёлся на кухню и вскрыл пачку корма.

Затем прошёлся к компу и врубил. Пока тот запускал систему «Doors», местной версией винды, я прокручивал в голове наш недавний диалог с Ритой.

— Нет ничего, что бы ты мог от меня скрыть… — произнёс я задумчиво, ткнув пальцем в кровать.

Ничего не произошло, но я вспомнил, что на старой советской кровати, в нижней части остался чудом сохранившийся чек со всей подробной информацией об изготовителе и изделии согласно ГОСТу.

Навёл палец на монитор, и в голове пронеслось очень смутное воспоминание, как мы с дедом забирали его вместе из магазина. А инструкцию и вложенный в неё техлист закинул в макулатуру в кладовке.

Можно считать, что это работает, или как? Навык был странный. Но раз работает Покой то и другая речёвка из того же фендома тоже должна срабатывать.

Это я такой крутой, или работает могущество Руты?

Сходил за чаем с закусками, сел за запустившийся комп и открыл «qip».

Вскоре я открыл все нужные ресурсы с компа, скачал список навыков, открыл в местном текстовом редакторе. Функция поиска по слову там, к огромному счастью, была.

Итак, наконец-то я узнаю, чем меня одарила природа на старте, и что на самом деле я смог изменить у Руты и красноглазки.

Поехали!

20. Дама в беде

Уровень сложности

Архетип: порядок. Ранг: дерево. Редкость: обычный. Надёжность: низкая. Влияние: изменчивое. Стабильность: нет.

Характеристика определяет, насколько тяжёлым будет начало прохождения кризиса и силу противников.

Примечание: показатель группы будет считаться по среднему значению параметра.

Уровень эхо

Архетип: эхо. Ранг: медь. Редкость: необычный. Надёжность: средняя. Влияние: только на цель. Стабильность: нет.

Характеристика определяет значение эхо на текущем круге.

Примечание: параметр эхо будет изменён только для цели.

Тип инкарнации

Архетип: эхо. Ранг: золото. Редкость: эпическая. Надёжность: выше среднего. Влияние: весь Город. Стабильность: постоянная.

Характеристика определяет стартовые условия инкарнации.

Примечание: параметр меняет точку привязки и окружение цели.

Критическая точка

Архетип: время. Ранг: серебро. Редкость: эпическая. Надёжность: выше среднего. Влияние: только на цель. Стабильность: нет.

Характеристика определяет количество времени до смерти цели.

Примечание: нарушение точки выхода ведёт к компенсации, равной разнице между предыдущей и новой точкой выхода.

Навыки Руты и красноглазки я искал дольше. Упоминание о них тоже нашлось, но был один важный нюанс. Это были навыки с монстров.

Во всяком случае, так было подписано.

Видимо кто-то или мог видеть их, или принуждал разумных монстров активировать для них зеркала. Мысль, что так можно, мне как-то в голову ещё не приходила. Но сам факт что такой список был — уже говорит о многом.

Уровень могущества

Архетип: магия. Ранг: золото. Редкость: легендарная. Надёжность: безусловная. Влияние: только на цель. Стабильность: постоянная.

Характеристика определяет уровень мистического дара цели.

Примечание: параметр могущества будет скорректирован согласно параметров текущего круга.

Степень акцессии

Архетип: хаос. Ранг: серебро. Редкость: легендарный. Надёжность: низкая. Влияние: только на цель. Стабильность: случайная.

Характеристика определяет степень случайных бонусов к другим характеристикам согласно принципам их работы.

Примечание: может вносить непредвиденные коррективы в работу других характеристик. Зависит от эмоционального состояния пользователя.

С могуществом было всё просто. Я правильно сделал, что поднял этот параметр. И обязательно буду поднимать его снова, как наберу достаточно времени и загляну на огонёк к Руте.

А вот акцессия так и осталась мутной. Что за бонусы и когда они должны начисляться? Слишком много случайного. Но потенциал должен быть не хуже.

Обе способности от нулёвки дают легендарную способность. Видимо, это их фишка. Есть ли вообще леги у обычных спящих?

У меня же расклад был неоднозначным. Один навык который есть у каждого второго если не чаще. Второй — может у каждого третьего. И два эпика. Один — местная имба, другой — хороший боевой навык.

Все обозначения в таблице были, к счастью, нормально подписаны.

Архетип — как я понял, стихия. Общее направление задействованных сил.

Ранг — сила влияния на реальность.

Редкость — обозначает сколько копий вашей способности есть у других спящих.

Надёжность — насколько можно полагаться на функционал навыка. Чем она выше, тем с большей гарантией изменения характеристики себя проявит предсказуемым образом.

Влияние — направление влияния характеристики (на источник изменения, на Город, прочее)

Стабильность — насколько стабильно и предсказуемо проявляется изменение характеристики.

Информация была для меня бесценной. И многое вставало на свои места.

Когда после изменения акцессии я пару раз будто преодолевал предел. Получается, навык случайным образом увеличивает одну из других характеристик… когда… когда что?

Дальше пробел. Непредвиденные коррективы… В общем, как я понял — это некое случайное усиление которое работает как попало и когда ему захочется. Но самое главное в этом то, что это в принципе работает на меня.

Речь ведь шла только про бонусы…?

Насколько перспективно её прокачивать?

Я припомнил самые подозрительные моменты. Эпических сражений ещё не успело произойти. Случайное улучшение характеристики… чтобы что? Всё упиралось в механику работы этого усиления.

Так, а что на своём сорок втором делала красноглазка?

Акцессия — фактически удача, которая проявляется через свойства других навыков. Каков шанс, что её оглушило и отбросила в цветник именно для того, чтобы её потом нашёл я и вытащил? То есть та же акцессия спасла ей жизнь?

Я начал копать форум дальше. Выделил другие моды этого же архетипа. Почитал всё, что было у них по способам активации. Быстро выявил общую закономерность.

Это было не сложно — все моды хаоса как-то касались ярких эмоций или желаний. И обычно проявлялись, как искажение чего-то. Например, на глаза попалась характеристика, по смыслу очень напоминающая способность Лёхи с личной историей. Навык тоже был хаотическим, только надёжность и стабильность повыше его. Но и ранг пониже.

Значит, скорее всего это будет как-то связано с эмоциями. Тогда по идее навык должен ярко выделяться в бою…

С этим я пошёл на кухню — делать вторую порцию чая и думать.

Однако мысли о мировом господстве за кормлением Таумиэль прервало оповещение.

Я беззвучно выругался. Никогда не любил, когда мои планы нарушали. И очередное собрание на ночь глядя уже совсем не вписывалось. Я только начинал понимать, каким потенциалом развития обладаю, и тут опять…

Однако это оказался не Мирт.

Тень: Привет. Есть минутка?

После стирателей мы общались впервые. Должно быть, она только пробудилась в этом круге.

Большие буквы? Она всегда вспоминала о грамотности, когда нервничала.

Полярис: что-то серьёзное случилось?

Тень: Да, случилось. Дерьмо случилось, провидец ты наш…

Полярис:?

Тень: Не успела я накопить времени к сроку. Даже с твоими бонусами.

Полярис: Давай по порядку.

Тень: Я просчиталась. Думала, что успею накопить, но это не так просто делать, не привлекая внимания ловцов.

Порярис: Неспящие? Они тебя убили?

Тень: Лучше бы просто убили.

Тень: Да лучше бы изнасиловали или сожрали. Всё что угодно лучше!

Я начал набирать успокаивающее сообщение в стиле «дыши глубже и называй адрес», но она меня опередила, сама продолжив:

Тень: Они узнали, где я живу, Полярис.

Тень: Т_Т

Тень: Не забывай меня и поминай добрым словом…

Полярис: Стоп. Это ещё не конец, слышишь? Где ты сейчас?

Тень: Сегодня я ушла. Завтра они просто уничтожат меня до того, как я осознаю себя в этом теле.

Полярис: Где ты сейчас?

Тень: А где я должна быть?

Полярис: У меня дома!

Я отложил телефон и глубоко задумался. В этой истории было очень много вопросов, но Таня сейчас не в себе, чтобы о них думать. Обычно она куда более хладнокровна.

Ждать пришлось не долго. Звонок в дверь раздался через минут пятнадцать. Значит, она была где-то в моих окрестностях. Что и неудивительно, стартовали мы достаточно близко друг от друга.

На всякий случай я всё равно глянул в глазок — вдруг у неё прямо сейчас к виску приставлен пистолет беспредельщика. Но нет. Там была только заплаканная девушка с обречённым взглядом на лице.

— Заходи, садись и рассказывай… — я открыл дверь и встретил слегка шатающуюся эмочку с розовыми значками, в клетчатой кофте и чёрных джинсах с блестящими от металла двумя ремнями.

— Ой! У тебя кошка! — на лице у девушки возникло удивление, которое позволило ей самую малость сменить тон с обречённого на просто жалостливый.

— Таумиэль, — представил я свой живой оберег.

— Красивая. Она стабильна?

— Имеешь ввиду, будет ли со мной в следующем круге?

Она кивнула в ответ.

— Да. Теперь рассказывай, как ты умудрилась столкнуться с беспредельщиками на круге, где ты за всё время написала мне лишь «минус один».

— Мне было не до того. Я рискнула. И проиграла. Я пришла попрощаться.

— От тебя пахнет водкой.

— А почему не томатным соком?

— Потому что палёной водкой, — повторил я. — Садись, будем пить чай. Ты ела что-то? У меня тут только закуски к чаю.

— Зачем?..

— Будешь слушать мудрые советы и внимать. А я умничать и спасать тебе жизнь. Не бесплатно, само собой.

— Ну вот, а я уже было поверила, что ты прекрасный принц, сделаешь мне скидку шестьдесят процентов…

— Если предположить что я святой мученик, то у меня всё равно столько нет.

— Эй, это была шутка! Я не стану тебя умолять или что-то такое. Это была хорошая жизнь. Я увидела маму с папой в последний раз. Намного лучше, чем умирать одиночкой в последние дни всей этой библейской жести… у тебя есть выпить, Полярис?

— Тебе и так достаточно.

— Окей, я готова. Слушать мудрого спасителя. Потому что на самом деле я уже обречена. Это барахтанье, покуда не закончится всё накопленное мной время.

Крышка чайника запрыгала, а из носика вверх потянулась тонкая струйка пара. Я достал две чашки — с анимешным остроносым Кайдзи и с абстрактным бирюзово-белым узором. Насыпал чёрный чай со вкусом маракуи и залил сверху кипятком. Затем вынул из холодильника купленный кусок пирога и поставил на стол чай.

Таня всё это время сидела, отстранённо глядя на Таумиэль. Та осторожно выглядывала из-за угла, опасаясь незнакомого человека.

— Окей, на что ты готова, чтобы получить шанс пожить ещё немного?

— На всё? — с вопросом ответила Тень.

— Сперва пара вопросов. Надеюсь, у нас нет секретов после того, как мы обменялись характеристиками?

— Обменялись? Просто назвали сдуру. Ты всё равно не знаешь, где моё зеркало.

— Ты сама меня к нему отведёшь.

— С какой стати?

— Тебе там вроде терять нечего, и ты готова довериться кому угодно?

— Не кому угодно.

— Я уже однажды тебя вытащил, — напомнил я.

— Хорошо, — сказала Таня после паузы. — Нужно тебя провести?

— Каковы шансы попасть к тебе до конца цикла и успеть порисовать у тебя на зеркале?

— Не думаю, что они будут ждать моего возвращения в засаде, — задумалась девушка. — Это был рейд. Они не только за мной пришли.

— Откуда ты знаешь?

— Удалось задать правильные вопросы одной нелюди, — зло бросила она.

— Ладно. Тогда второй вопрос. Чем ты готова заплатить за шанс? Заметь, только шанс. У меня есть теория, как тебе помочь. Но это только теория, гарантий не даю.

— На сколько процентов ты оцениваешь свою теорию? — пьяно посмотрела на меня девушка, но мне что-то подсказывало, что она уже начала трезветь.

— Шестьдесят, — сказал я. — Зависит от того, сколько у нас времени.

— Ого. Это больше, чем я думала. Своей попытке убежать и качаться я верила процентов на семь-восемь.

На самом деле, шестьдесят здесь было очень скверной попыткой считать вероятности. Возможно сработает мой навык. Возможно — их микс. И даже двойной микс. Но каждая из этих вероятностей была не выше тридцати.

— Сколько у тебя времени?

— Чуть больше четырёх месяцев.

Я приподнял брови от удивления. Откуда столько так быстро? Вроде из нас двоих хорошая работа у меня!

— Где собрала столько? — поразился я. Выходит, она заработала больше, чем я на сходке. А ещё так радовался копеечным с такого ракурса подачкам от Михаила.

— Ты же знаешь, на что я собирала.

— Знаю. Но я спрашивал не это.

— Хорошо. Я выполняла… некоторую работу.

— Какую?

— Закрытая информация.

— Кем, зачем и от кого?

— Полярис!.. Анонимные чаты. Работала с одним вечным. Работа в основном исследования аномалий, шпионаж и немного общения с людьми. Ничего такого, что было бы тебе интересно и ничего такого, чего стоило бы стыдиться. Обычная работа. Но есть правила. Если тебе нужно время — бери.

— Нет. Время понадобится тебе для изменения параметров. Мне нужно будет намного больше.

— Долг?

— Своего рода.

— Обозначай цену сразу.

— Мне нужна вся ты.

— Ого, — покраснела девушка.

— Как специалист, — пояснил я. — Сегодня я тебе помогаю потому, что мне нужны будут те, кому я могу доверять. Подумываю в будущем о своей небольшой группе. Пока без конкретики. Просто, когда придёт время, ты станешь её частью. Зря я, что ли, тебя спасаю второй раз?

На самом деле, конечно, правда была не столь драматична. Просто мне больше нечего было с неё взять. Вешать на неё долги — не хотелось. Тем более что с меня ничего не убудет, разве что вечер за книжкой о магии пропущу.

Другой причиной, о которой я умолчал, был, конечно, эксперимент. Не каждый день тебе в руки попадается подопытный с мешком времени.

— Хм. Как эти смешные группы на сходке, в которой ты состоишь? — уточнила Таня.

— Говорю же, пока без конкретики. Просто объединение характеристик это очевидный способ усиления. Я думаю на ход вперёд, и однажды группа станет этапом развития. Для меня и всех, кто в ней будет.

— Мои характеристики не очень-то ценны.

Как минимум, знания о будущих монстрах на круге мне точно пригодится.

— Зато ты сама — верный боевой товарищ. Когда можно идти к тебе?

— Я думаю… уже можно. Но для перестраховки можем ещё посидеть и выпить… Голова кружится и огоньки… кругом.

— Пей и закусывай, — я поставил перед ней крепкий чай. Горький, чтоб гарантированно пробрало.

— Уже заинтригована. Видишь как руки дрожат?

— От пьянства они дрожат, Таня. Теперь понятно, как ты скатилась с третьего.

— Я вообще не пью… — девушка икнула, покраснела и замотала головой, будто продрогла.

Я закрыл форточку, налил себе чай и облокотился о стол рядом с раковиной.

— Просто я… не хочу уходить. Я впервые со времён апокалипсиса почувствовала себя живой здесь. В кругу семьи. Мне есть ради чего сражаться. Но видимо я где-то сильно согрешила, Полярис. Может, так мне и надо, раз я трижды не сумела их удержать?..

— В прошлый раз тебя тоже навели с такого тайного задания?

— Нет. Тогда я просто стреляла нечисть, как все. И просыпалась каждый новый цикл дома с родителями. Деревянный дом с видом на поля. Самая окраина Города с окнами на поля. Четыре утра. Я просыпаюсь и иду по тёмному спящему дому. Из-за одной из дверей слышен храп отца. Об ноги трётся голодный Аластор. Он такой серый, мраморный. Метис британца с русским голубым…

— Мы ещё обязательно с ним познакомимся и вернём тебе твою жизнь. Верь в лучшее. Не могла же тебя так судьба сунуть в город, чтобы ты вот так просто сдалась перед лицом каких-то агрессивных маргиналов.

— Спасибо, что помогаешь… — потянула девушка сонно.

Ну нет, спать ей точно рано.

— Я ещё не начинал. Допивай чай, нужно познакомить тебя кое с кем.

— С кем⁈ — с Тани мигом слетела и сонливость, и опьянение.

— Успокойся. Считай, что с ещё одной кошкой. То есть не совсем кошкой, но суть та же. Чуть побольше разве что и форма немного другая.

— Ладно, хорошо, я уже решила тебе довериться. Хуже всё равно уже не будет, верно?

— Неверно. Всегда может быть хуже. Странно это слышать от того, кто видел конец времён.

Я прошёлся в комнату, быстро собрал весь свой боевой набор с полной химикатов сумкой и прочим оружием. Но когда вернулся на кухню — увидел, что алкоголь она у меня всё же нашла. К счастью, сделать с ним успела совсем немногое.

— Идём, — сказал я и, ухватив её за руку, решительно направился к выходу, под недоумевающим взглядом Таумиэль.

Так, держась за руки, мы спустились по узкой лестнице на первый этаж. Там я удержал Таню от выхода на улицу и направился ниже, в подвал.

— Подвал? — удивлённо спросила Таня.

— Да. Домовым тебя сдам. Пытать будем.

Я постучался и вошёл. Дверь была как всегда не заперта.

Красноглазка ютилась под батареей, обернувшись пледами. Хотя в целом в помещении было тепло.

— Кто это? — Таня полезла было на пояс за оружием, но я резко её остановил.

— Зверушка.

— Ты издеваешься? Кто… стоп, — гнев сменился на удивление, затем любопытство и закончила она уже совсем другим тоном. — Это что, монстр?

Красноглазка яростно замотала головой в отрицании.

— Не называй других монстрами, Таня, это не культурно. Познакомься с…

Только имени её я не знал.

— … Как тебя зовут? — спросил я у красноглазки. Надеялся, что та напишет, но наверное слишком много от неё хотел. Она вообще не поняла, что я спрашивал.

— С-серьёзно? Ты даже имени её не знаешь? Что это вообще такое?

— Тише. А то не будет тебе никакого спасения, а мне придётся помогать беспредельщикам.

— Ты шутишь?

— А ты как думала, узнать мои тайны и всё? Я тебе тоже сейчас в каком-то смысле доверился. Ты первая, кто узнает об этой тайне. И дальше ты или со мной, или не очень. Поэтому я сказал, что пытаться тебя спасти буду лишь под клятву в верности. Если ты со мной, то со мной до конца.

21. Путь детских грез

Девушка некоторое время молчала, обдумывая сказанное.

— Если я по итогу буду уже дважды обязана тебе жизнью, это справедливо. Жизнь за жизнь, да?

— Джи-и? — повернула на бок голову беловолосая белокожая красноглазая девушка, улыбаясь и обнажая неровные треугольные зубы.

— Знакомься. Это Таня. Таня, это одна тайна, которая живёт в моём подвале. Теперь ты тоже посвящена в эту тайну. И лучше бы тебе о ней не распространяться.

— Ну что ты. Моя жизнь теперь принадлежит тебе. Будет, если ты действительно…

— Да-да, не повторяй. Знакомьтесь уже и идём дальше.

— Она идёт с нами?

Я кивнул.

— Джи-и?..

— Нам очень нужно помочь нашей подруге. Ты же не против коснуться её зеркала?

Красноглазка неуверенно кивнула. Было видно, что предложение вызывает у неё страх.

— Что у неё за навыки? — поняла Таня.

— Степень акцессии, — сказал я, внимательно глядя девушке в глаза.

Удивление. Растерянность. Настороженность.

— Архетип хаос. Редкость легендарная, — добавил я. — Вызывает спонтанное увеличение других характеристик… правда как и когда не совсем понятно. Вроде как активатором должны служить сильные переживания, но это не точно.

— Да уж, нервов у меня сейчас с головой… Откуда у неё это? — она с опасением посмотрела на безымянную красноглазку.

Та снова склонила голову на бок и осторожно улыбнулась. Я просто многозначительно промолчал.

— Хорошо, идём. Я проведу вас, — приняла решение Таня.

Было уже совсем поздно, когда мы покинули мой дом и направились пешком в то место, которое она называла домом.

По обе стороны от нас возвышались темнеющие громады старинных зданий моего района, и всё чаще среди них мелькали более поздние хрущёвки и девятиэтажки.

— Что-то чувствуешь? — остановилась резко Таня, так что я чуть не влетел ей в спину. Девушка умела ходить очень быстро.

— Имеешь в виду угрозу? У меня нет таких навыков. Просто наслаждаюсь вечером и запахом осенней листвы. Вспомнилось детство…

— Да, я понимаю, — действительно с глубоким пониманием во взгляде сказала Таня. — Тех времён больше нет. Но нам дали второй шанс. Если не мне, то у тебя он ещё точно есть. Возможно, я была не права, когда выбрала путь одиночки.

— Скоро судьба всё решит. Помни про обещание.

Девушка кивнула.

— Я тоже люблю гулять. Порой кажется, что я зависла между мирами. Мне страшно. Я знаю, что я настоящая. Но я уже потерялась, это ад — их бесконечно терять, или рай — находить снова?

— К чему ты это? — спросил я, думая, насколько она успела протрезветь.

— Даже если я выживу каким-то чудом, я очень устала. Но окончательной смерти боюсь ещё больше. Есть теория… вернее уже доказанный факт, что за второй инкарнацией Город даёт последний шанс. Подняться заново от первого уровня, если кто-то снова поверит в меня. Как ты тогда.

— Хочешь сказать, все местные — когда-то были такими же как мы? — спросил я.

Рита была бы счастлива это слышать.

— Не знаю все ли, но, думаю, некоторые действительно такие. Те, чья связь с Городом очень слаба. Которых поддерживает косвенная дружба с кем-то. Или просто примелькавшийся образ, который не хочется упускать.

— Ты будто заранее к этому склоняешь вселенную.

— О чём ты?

— Недавно научился одному трюку. Думай о красном грузовике — и он появится. Правда, у меня он появился в виде детской игрушки. Пожарной машинки, забытой в песочнице. А ты…

— Можешь не продолжать. Теория позитивного мышления и здесь меня нашла. Полярис, ты, кажется, забыл, что я эмо.

Я рассмеялся, и она подхватила мой смех.

Вот и хорошо. Уже начинают прорастать корни надежды.

Вскоре мы вышли к высокому дому. Вернее, двум сросшимся девятиэтажкам. Между двумя домами над аркой строился ряд балконов и чердак.

Именно туда и шагнула Таня.

Девушка хлебнула из прихваченной тайком из моего дома бутылки водки.

Я неодобрительно посмотрел на неё.

— Прости. Это для храбрости. Как бы ты сам себя чувствовал, если бы знал, что можешь быть стёрт? Даже в твоём плане есть ещё сорок процентов. Для меня они равны тем же шестидесяти или больше. Доверие — это мина на которой я подрывалась слишком часто.

— Ну, в моём случае рандом будет зависеть не от меня, а от срабатывания двух способностей. Вернее, достаточно чтобы сработала первая. Вторая — это уже перестраховка.

— С первой я поняла. Ты хочешь поднять мою акцессию. А вторая? Если ты про свою инкарнацию, то у меня недостаточно времени.

— Скоро сама всё увидишь.

Мы двинулись в дом. За нами, постоянно оглядываясь и пригибаясь будто в сердце логова противника, шла красноглазка.

В подъезде стандартной девятиэтажки мы все трое расслабились. Обстановка была обыденной и ничто не выбивалось.

Дойдя до девятого этажа, Таня вскрыла ключом квартиру и пригласила войти.

Внутри оказалась странная комната, скорее нежилая, чем жилая. Окна не было, только бетонный проём там где оно задумывалось. Коридор с бетонными стенами. На полу — несколько пледов, покрывающих бетонное покрытие.

Прямо напротив входа — туалет с ржавой ванной раннего советского образца и таким же ржавым умывальником с краном. Без двери. Дальше — комната — единственная жилая и с «окном». Размер — ну может метра два от силы. А за ним — балкон, заваленный каким-то хламом. Само собой, без двери.

— Такое чувство, будто Город не знал, как ещё тебе насолить. Чем ты заслужила такую берлогу?

— Ты не прав, Полярис. В этом месте есть своё очарование.

Я прошёл следом за ней — у входа стояла пара пакетов с мусором. Судя по всему — что-то от крафта.

Комната с голыми стенами была украшена плакатами. Результат эхо, потому как большая их часть были пропагандой Церкви Полуночи — главенствующего культа этого круга.

Дальше был стол, на котором вперемешку валялись инструменты, бутыльки с непонятным содержимым. На грязном протёртом стуле — «поваренная книга анархиста». Поверх неё — какой-то военный учебник по взрывчатым веществам.

Там же рядом, миниатюрная электропечь. На ней — жир от приготовления какой-то пищи. Здесь же стойка с инструментами, над ней — посуда. По левую руку от входа — спальный мешок в окружении пледов.

В качестве освещения — с наступившей слишком рано ночью боролась сорокаваттная лампочка накаливания.

— То есть, тебе нравится?

Таня улыбнулась.

— Когда-то давно, в прошлой жизни… в нулевом мире… наша семья жила на девятом, под самой крышей. Вечный ремонт и аварийное состояние, сколько ни чини из-за прогнивших перекрытий. Знаешь, память будто вспышками выдаёт отдельные кадры из далёкого прошлого. Буквально секунда, но она как будто застыла в памяти, вместе с теми эмоциями, что испытывались тогда.

Я кивнул.

Девушка подошла к окну и посмотрела на огни ночного Города.

— Когда я была ещё совсем мелкой, соседи из квартиры напротив съехали. Мне запомнился подслушанный разговор о том, что теперь её будут использовать как склад, и потом никто на моей памяти ни разу туда не пришёл.

— И?

— У меня была странная фантазия всё детство, что я нашла тайный путь в ту квартиру через балкон и устроила там свою тайную базу. Помню, как на новый год сидела рядом с окном, смотрела на окна балкона квартиры-склада и представляла, как оборудую там свою тайную базу повстанцев.

— Почему именно повстанцев? — меня почему-то заинтересовала её история. Тем более, что чувствовалось, как глубоко она провалилась в прошлое. В одну из тех сокровенных вещей, которыми не делятся.

— Ну, я всегда очень любила свободу. Наверное, ещё с детского сада, где нужно было стоять в углу, потому что кто-то так сказал в наказание непонятно за что. Или есть неприятную еду, к которой я не привыкла и не любила. У нас строго было со всем этим. А я… дух противоречия, наверное, вот.

Девушка на несколько секунд затихла, подбирая слова. Затем продолжила:

— В общем, я с детства очень резко воспринимала любые ограничения, а наказания как личное унижение. Никогда не понимала, как может один человек указывать другому что делать. Что-то внутри закипает и хочется сделать наоборот, независимо от приказа… — затем спохватилась, решив, что я могу её неверно понять, и поправилась. — Ну, не считая случаев, когда ты добровольно подчиняешься, или приказов командира в бою.

— Тяжело же тебе наверно пришлось с такими установками.

— Да… есть такое. В общем, сначала я увлекалась восстаниями, потом играла в пиратов. Любимая сказка — Робин Гуд. Мультик детства про лиса Сильвана. Не помню как назывался сам мультик, но песня до сих пор играет в голове… — поделилась она и даже напела. — « Сильван вызов бросило зло… снова в битву, снова седло…»

— К чему это ты всё?

— А… прости. Говорят же, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Эх… Я о том, что Город собрал эту квартиру-склад такой, какой я её себе тогда представляла. Это же тайное убежище повстанца, борющегося с властью! По крайней мере глазами маленькой Тани. Так что для меня в этом месте много шарма и обаяния.

Я снова посмотрел на стены, внимательней приглядываясь к плакатам. Нет, там была не просто политическая пропаганда. Там были газетные выдержки, связанные с Церковью Полуночи. На плакатах — «смерть подлунной ереси» и «Церковь Полуночи — религия смерти!»

— Чем тебе эти церковники напакостили?

— Понятия не имею, — криво усмехнулась девушка. — Это место строилось из фантазий травимого в школе ребёнка. А эхо меняет сюжет под текущую власть в Городе. Перед началом апокалипсиса я была обычной офисной мышью и уже не думала о таком. Наверное, я была сломлена ещё до начала конца… Да, по газетным заметкам можно выявлять гнилые места правителей каждой версии Города.

— И как, сильно помогло?

— Иногда помогает, зависит от сюжета. В этом круге, например, власть церковников в целом безобидная. Супружеские измены, пьяные драки, азартные игры — ни о чём, как для политики. Но бывают циклы, где описан и фашизм, и тайное мировое правительство, и глобалисты-сатанисты и масоны-пустотники. На любой вкус…

— И чем помогает знание их грехов?

— Ну, я могу точно сказать, на каком цикле лучше держаться подальше или валить любого представителя власти, а на каких полиция жизнь положит, пытаясь защитить тебя и твои права. Всё зависит от эхо.

— Ладно, где твоё зеркало?

— Прошу в ванную, — чуть улыбнулась Таня.

Зеркало было над умывальником. Старое и слегка треснутое в левом верхнем углу.

— Ткни пальцем, — я повернулся к красноглазке.

Она подняла вверх указательный палец. Настороженно посмотрела Таню, после чего продемонстрировала, что речь она таки понимает.

Степень акцессии 1

Доступно времени для распределения: 203 815 мин.

Мда… Как она там сказала, четыре месяца с лишним? Что ж там за задания у неё такие?

— Сколько ты готова пожертвовать на опыты?

— Давай весь план. Я умнее, чем ты думаешь.

— Сам себя не похвалишь — никто не похвалит.

— Просто констатация истины. Сколько нужно, чтобы сработало, хотя бы скажи!

— Знал бы — сказал. У меня сейчас пять. У самой красноглазки акцессия в сорок две единицы. Вкидывай. Единица стоит две сотни. По крайней мере у меня так. Остальное оставь для смены инкарнации.

— У меня нет столько времени, я же говорила.

— А никто и не говорил, что мы будем давать тебе третью, — загадочно улыбнулся я.

— Полярис… я люблю интриги и всё такое. Но я очень хочу жить, даже если по мне не видно. Понимаю, что хочется сделать эффектный жест, но я его всё равно не восприму сейчас. Если всё получится, я немного прорыдаюсь от избытка чувств, переосознаю случившееся и приму новую реальность.

— Ого завернула! Ладно. В инкарнацию можно вводить дробные числа.

— Нельзя, — помрачнела девушка. — Это так не работает.

— Спорим?

— Ты меня дёрнул ради этого? — в голосе Тани была обида и боль. — Не на ком больше опыты было ставить?

Я подавил первое желание возмутиться таким обвинениям и спокойно ответил:

— Таумиэль.

— При чём тут твоя кошка?

— Мой уровень инкарнации сейчас — три и одна сотая. И это не просто кошка с улицы. Город вернул мне её из прошлой жизни. Нулевого мира, как некоторые его здесь зовут.

— Это невозможно! — снова воскликнула девушка и сама себя остановила. — Или… возможно? Для этого тебе акцессия?

— Проблема в том, что я не знаю, на каком конкретно уровне начинается переход в другую точку. Возможно, достаточно будет поднять и на одну сотую или одну десятую. Сотая вернула Тау, это всё, что я знаю.

— Она была важна для тебя.

— Очень.

— Значит тебе немного не хватало до неё. Ценники у Города все в процентах эмоциональной привязки…

— Рад, что ты начала думать головой. Акцессия — на случай, если не сработает. Она работает как удача, судя по всему. Я надеюсь, что она поможет перенести тебе точку старта. Точка у тебя имеет шанс смениться и при половине, а акцессия, я надеюсь, сработает на повышение так как для тебя это вопрос выживания и эмоций. Технически должно работать так. Хотя акцессия — перестраховка. Возможно сработало бы и без неё.

— Тогда мои шансы возрастают, — огонёк надежды вернулся в глаза девушки.

— О как. Интересно, почему?

— Есть такая характеристика, тоже дорогая и редкая, но доступней, чем твоя. Вариативность инкарнации. Она смещает точку инкарнации на другую такую же, соответственно тому же уровню, что есть.

— Смена точки привязки?

— Да. Другой район, другой набор окружения. Но уровень тот же.

— Почему сама не обратилась к ним?

— Цена, плюс оплата услуг — полгода, — пожала она плечами. — Ты со скидками выгоднее.

— Как-то это потребительски прозвучало.

— Просто не верится, что у меня есть шанс. Хорошо, начнём.

Девушка дописала в акцессии десятку.

— Отвернись, — сказала она и сама сделала так же. А когда мы повернулись обратно, тысяча восемьсот минут списались со счёта.

Затем она дописала вместо десяти — одиннадцать. На этот раз со счёта списалось уже тысяча минут.

— Так я и знала, здесь лестница, — сказала девушка, но не сильно этим расстроилась.

— Лестница?

— Каждая ступень стоит дороже. Наверное, после двадцати каждая единица уже будет стоить тысяч десять. Смотря какая схема.

Я кивнул. С такими навыками я был уже знаком — все мои кроме времени, были такими.

— Хорошо, ещё будешь?

— Одиннадцать. Есть машины на высоком эхо, которые считают его священным…

Я посчитал на калькуляторе с телефона нужное количество и сказал:

— Лучше подними до пятнадцати, всё равно это будут тысячные доли.

— Хорошо.

— Тогда продолжим, — сказал я и коснулся зеркала.

Уровень сложности «9»

Уровень эхо «12»

Тип инкарнации: «2»

Критическая точка «14 ч. 18 мин.»

Доступно времени для распределения: 201 015 мин.

Я потянулся к зеркалу и дописал вместо нуля «2,38»

Остальное сделало зеркало — в остатке вышло «1287». Небольшой запас времени на всякий случай.

Тип инкарнации: «2,38»

— Не может быть… это правда возможно! — завороженно глядела она на эти цифры.

Таня перевела на меня неверящий взгляд, будто собиралась прямо сейчас расцеловать меня за спасённую жизнь.

— Стоп. Результат будет в следующем цикле.

— В следующем? — удивилась и чуть испугалась девушка. — Как так?

— Ну вот так, — пожал я плечами. — Тау появилась в доме на следующем. Всё начнётся с рестарта круга.

— А как узнать, сработала ли акцессия?

— Тем более не скажу. Красноглазка, ты знаешь?

Она свесила голову на бок.

— Джи-и?..

— Полярис, кто она? — наконец спросила Таня.

— Я не знаю, — сказал я. — Но она на моём попечительстве. Буду изучать. Нужно время. Во всех смыслах этого слова.

Девушка кивнула.

— Теперь рассказывай, как ты за такой короткий срок заработала столько и что там у тебя за задания?

— Будешь осуждать?

— Буду спрашивать, как вкатиться. Если эту подработку можно совмещать с работой на сходку, я только за.

— Можно и совместить, — задумалась Таня. — В основном, это задачи, связанные с людьми и эх. Благодаря знаниям из других эхо можно добывать реликвии, артефакты и всякие полезные вещи.

— То есть ты грабишь людей?

— Они этого даже не вспомнят, Полярис. Представь себе картину, начинается, например, вот этот круг. А в местный собор должны привезти священный артефакт культа Церкви Полуночи. Условный грааль с особыми свойствами. И я его изымаю в пользу бедной себя.

Взгляд упал на валявшийся среди инструментов, склянок и мелких предметов серебряный кубок с лазурными сапфирами.

— А все эти ребята на следующем круге даже не знают, что когда-то им обладали, — продолжила Таня. — Потому что пришла условная вера в Трибунал, или культ Мортис, или эльфийские боги, или буддизм, или советский атеизм… Так что, можно сказать, я краду лишь кусочек сказки.

— И что ты потом с этим делаешь?

— Продаю, конечно.

— Ни разу не видел тебя на сходочном рынке. Или ты на другую сходку ходишь?

— Пф! Я эмо и социофобка, Полярис! Только через интернет и никак иначе!

— А доставка?

— На указанный адрес. Сейчас покажу, если хочешь. Заодно нужно бы таймер настроить. На втором мои крутые часы с таймером отобрали, приходится самой следить за временем с телефоном.

— Хорошо, у нас ещё есть время до рассвета, давай проведём его с толком. Но потом Красноглазку нужно будет доставить домой, пока на улице ещё нет людей.

22. Секреты оккультной торговли

Таня открыла ноут, облепленный анархистскими наклейками.

Эмочка с очень интересными и неожиданными тайнами.

На обоине мелькнуло что-то про свободу на фоне пшеничного поля и заваленный документами рабочий стол. Два клика по лазурному лису, клик по закладке и перед нами развернулся чёрно-зелёный экран.

На нём на манер торгового магазина с аукционом висели объявления о продаже необычных предметов.

Список всего подряд с описанием свойств, указанием версии круга, где было найдено, требования по работе и минимальное эхо проявления.

— Смотри, — начала Таня. — Вот здесь сортировка по культурам и минимальным эхо. Есть фильтр по цене. Всё во времени, естественно.

Затем клацнула по вкладке «мои лоты» в правом верхнем углу рядом с настройками аккаунта.

Лот 68. Чаша очищающего истока.

Продавец: незримАя Тенbка

Тип: охранные обереги

Лор: церковь полуночи

Минимальное эхо проявления: 6–10 (ниже 10 требует веру)

Свойства: защищает от болезней, паразитов, воздействий магии гаруспиков, влияния на разум, частично подавляет воздействия мёртвой магии.

Эхо доставки: 7–20

Девушка кликнула по лоту и я увидел четырёх заявителей, предлагавших время за покупку.

— Вот тут галочка, она по умолчанию включена. Чтобы автоматически выбирать лучшую цену, — пояснила девушка. — Но при желании продать кому-то конкретному, можно подтвердить сделку с другим и остальные автоматически отменяются. Чат тоже есть, можно написать любому торговцу или покупателю.

— Выглядит удобно. А как передаётся предмет и время?

— Как договоритесь. На всех уровнях эхо есть аналоги обычной курьерской службы. Можно доставлять самому или использовать магических слуг. Для этого видишь, есть в конце графа «эхо доставки». Это значит что товар отправится не раньше чем на круге с указанным стартовым эхо без изменений.

Сказав это, девушка подняла с заваленного стола священную чашу, и сняла с вершины холодильника квадрокоптер.

— С каких пор в две тысячи седьмом используются такие технологии? — удивился я.

— Я собрала его сама из стабильных материалов, — сказала Таня. — По гайду технического эхо в инете. Но нейросетей здесь ещё не изобрели, так что адрес он ищет кристаллом-поисковиком на магии. Отсюда минимальное эхо в семь единиц.

— А верхний порог зачем?

— У него нет средств самозащиты и маскировки. За двадцатым его просто сожрёт какой-нибудь дракон.

Я бросил взгляд на список покупателей. Их было четверо. Двое предлагали сумму в тысячу. Ещё двое предлагали 950 и 810 от заявленных 800 минимальных. Затем глянул на имена и с удивлением увидел среди них знакомое.

— Кому будешь продавать? — спросил я.

— Да пофиг. Одному из тех, кто предлагает больше.

— Тогда отправь Августе Всеведущей.

— Твоя знакомая?

— Твоя тоже. Помнишь бой с титанами?

— А-а, окей. Вообще, рекомендуется писать самому, может кто-то из тройки готов накинуть ещё времени. Особенно если добавить скрин с предложениями. Но я не люблю это всё.

Грубо привязав завёрнутый в пакет серебряный кубок, девушка подтвердила заказ Августы. Затем запустила моторчик и устройство вылетело в окно.

— Камень его направит куда надо, лишь бы долетел, — сказала девушка.

— Выглядит не очень надёжно.

— Надёжней, чем кажется. На первом уровне инкарнации никто не ворует, а спящие так морочиться не будут ради перехвата посылок. Хотя случается всякое, конечно.

— И кто тогда несёт убытки?

— Как повезёт и как договоришься. У меня ни разу не воровали, но отследить коптер на низком эхо ночью — это нужна большая удача. Здесь нет магии слежения, а у кого есть нужная техника, не будет интересоваться мелочью вроде меня.

— А как ты узнаёшь, что нужно брать и где? Есть осведомители?

— Только те, которых ты здесь видишь, — она развела руками, охватывая вырезки из газет и плакаты. — Здесь всегда мелькают намётки.

— Не будешь скучать по этому месту, когда точка привязки изменится?

— Она в любом случае будет взята из моих фантазий и воспоминаний. Обычно общее направление сохраняется без использования специальных характеристик.

— То есть у тебя останется эта стенка с вырезками из газет?

— В каком-то формате — да. На третьем уровне у папы рядом с домом гараж, в котором я собирала всякое. Ещё и мастерская была с базовыми материалами для крафта, эх…

— Скоро всё вернётся, — пообещал я.

— Угу, после смерти… — кивнула девушка.

— Как тебе пришлют время за товар?

— Тоже как договоришься. Перевод зачисляется только после перехода на другой цикл, потому об оплате ты узнаешь или до, или после доставки, а не по факту получения. В этом главный подводный камень, но на деле обман бывает крайне редко.

— А как же физический контакт?

Девушка покраснела.

— Нет, целовать всех клиентов не нужно. Контакт нужен только для того, кто ниже второго уровня. Думаешь о нужном человеке — лучше иметь фиксацию на фото, но сойдёт и имя. Помечаешь имя на зеркале и пишешь сколько передаёшь. Всё. Лишь бы адресат тоже был пробуждённым.

— Ого, всё делает сам Город?

Хотя, чего это я удивляюсь. Наш шеф регулярно всей группе начисляет дни.

— С личной встречей всё сложно. Были случаи, когда беспредельщики так народ выманивали, или даже банальные грабители. Идёшь к такому покупателю на стрелку, а тебя там с твоим товаром ждут.

— Понятно.

— Не всё так плохо. Когда речь идёт о том, что делаю я, никакого риска на этом этапе. На сайте есть рейтинг, есть отзывы к профилю. Просто требуй полную предоплату для нулевых аккаунтов и никаких личных встреч. А, ещё конкретные заказы лучше не брать. Если говорят — стащи вот такой предмет вот оттуда — только если рейтинг успешных сделок за сотню и нет хрени в комментах. Да и то… думать надо.

— А кто админы сайта?

— Какой-то вечный. Только вечный со специальной характеристикой мог бы такое проворачивать. Тем более, что сайт работает на любом времени. Но на каждом новом круге его нужно запускать вручную.

— Дай-ка, посмотрю что тут ещё есть, — сказал я и девушка уступила место перед ноутом мне.

Быстро разобравшись с интерфейсом, я приступил к изучению сайта.

Вскоре брови резко поползли вверх.

Больше я не был удивлён, как Тане удалось так быстро заработать столько времени.

Предметы были жесть какими дорогими, но и свойства впечатляли. Совсем не то что на стихийном рынке сходки!

Самый дорогой лот — зеркало ужаса. Хозяин отдавал его за тысячу лет. Таня при виде моего офигевания загадочно улыбнулась. Предмет был на фото — эпическим громадным зеркалом со сложным узором и резьбой, сделанной явно не людьми.

Лот 1. Зеркало ужаса.

Продавец: Огнегривка.

Тип: пространственные артефакты

Лор: культ дочерей Смерти, культ Мисы Зеркальной

Минимальное эхо проявления: 2

Свойства: позволяет посещать другие миры.

Эхо доставки: от 2

Стоимость: 1000 лет.

— Что там за зеркало в такую цену?

— Купи и узнаешь, — иронично улыбнулась Таня. — Его продают сколько я себя помню. Вечный лот!

— Если он правда может открывать порталы в иные миры, возможно там нет кризисов и можно сбежать отсюда, — задумался я.

— А зачем убегать, если у тебя есть тысяча лет? — усмехнулась девушка. — Подними инкарнацию и живи по кругу. Сомневаюсь, что там лучше, чем здесь.

— Это может быть дорогой к силе. Тот, кто заработал тысячу, может оставить себе ещё пару лет и потом разнести кризис, набив ещё больше времени. Здесь скорее вопрос, зачем его продают…

— Готова поспорить, она его выставила, чтобы её ник был на главной. В любом случае, это не наша тайна. Чёрт с ним, с зеркалом. Вот я на эту штуку пускаю слюнки ещё с того момента как впервые увидела кругов сорок назад.

Лот 14. Слеза теней.

Продавец: старик Хоттабыч.

Тип: боевые артефакты

Лор: любая тьма

Минимальное эхо проявления: 2

Свойства: блокирует все магические эффекты и останавливает действие способностей в радиусе 3 метров. Развивается вместе с владельцем.

Эхо доставки: 2–7 или 80–110

Стоимость: 5 лет.

— После зеркала кажется, что совсем немного, — вздохнула девушка.

— А зачем он тебе? Для высоких эхо? Как по мне, дороговато за ножик с антимагией. Огнестрел всё равно тащит.

— На высоком эхо он часто бывает бесполезен. Если там конечно, не появляются лазерганы и прочее. Но с этой штукой ходила Последняя Ласка из «Мельхиорового рая»!

Я закатил глаза, но говорить ничего не стал. Любая попытка воззвать к разуму тут уже не сработает. Сейчас бы покупать дорогие артефакты за то, что ими мог обладать книжный персонаж…

— Напомни, как буду что-то продавать, заплатить Сивилле за рекламу.

Что-то мне подсказывает, цена так взвинчена из-за истории артефакта, а не реальной пользы.

— Ладно, сейчас сделаю чай. Твоя… кхм… подруга пьёт чай?

— Понятия не имею. Детские сырки с йогуртом трескает за милую душу.

— Значит, попробуем, — решила Таня. — Ой… оу… красиво… что это?

Я как раз просматривал лот с какой-то серебристой брошкой с бриллиантом, которая во времени стоила гораздо дешевле, чем стоила бы деньгами. Но относилось это не к ней.

Обернувшись, я увидел, как красноглазка с увлечением рисует.

Делала она это цветными карандашами, которые нашла где-то здесь. Причём левая и правая рука действовали независимо друг от друга, рисуя две разные части картины.

Ещё три карандаша торчали у неё из зубов. Вокруг рта — цветные пятна и щепки. Точилки она не нашла, ножом пользоваться не умеет или не решилась, потому не парясь разгрызала и стачивала их своими треугольными зубами.

Сама же картина…

Я встал и медленно подошёл к тому рисунку. Полотном послужили советские бумажные обои, потому поверх картины проступали абстрактные узоры. Однако через них пробивалась очень умело нарисованная улица современного города. В центре — мама с дочкой, мужик с собакой, школьник, уставившийся в телефон.

— Ты… рисуешь этот мир? — удивился я.

Красноглазка повернулась ко мне. Карандаши выпали изо рта. Девушка улыбнулась, но ответа не дала.

Какая-то деталь в рисунке никак не давала покоя. Я невольно сравнил черты её самой с мамой или с её дочкой на картине, но у обеих был естественный цвет волос. Светло-каштановый у матери и тёмно-русый у дочери. Никаких красных глаз или белых волос. Хотя, внешне сходство в чём-то было.

Но смущало меня не это.

Фон.

Теперь понял.

— Где ты видела зелёные деревья? — спросил я.

Время года было поздней весной или ранним летом. Как стиратель она сюда попала не так давно, а её параметры рестарта я видел. Она не могла видеть в Городе такое время года.

— Ха-а… — издала она странный довольный звук, расплылась в улыбке и свесила голову на бок.

— Ничего, что она тут всё изрисовала?

— Да пусть — отмахнулась Таня. — Интересно, будет ли меняться под эхо или сотрётся. Так ты мне скажешь, что это вообще такое? Как её зовут?

— Я зову красноглазкой. А ты как хочешь.

— Так нельзя. Нужно имя. Может, я её назову?

Тем временем, объект обсуждения развернулся к противоположной стене и принялась за новую картину.

— М-м-м… Может, Герда? Как в сказке? Та тоже была вроде светленькой. Или Ирис, как магистра Призраков в книге. Не, Фрея, как богиню! А зубки — как у Грельки из аниме…

Дальше я следить за гениальной мыслью Тани не стал, углубившись в изучение артефактов. Вернее, уже даже не их, а просто разной мелочёвки и крафта. Эти стоили уже более адекватно — десять минут, двадцать, час…

Выбор был достаточно большим. И зарабатывать через этот сайт можно было не только на аукционе.

Кажется, вопрос с пулями решить можно проще, чем я думал. Но в то же время дороже — ценник кусался, будто патроны были из чистого золота. Всё же всё это продавалось за часы и минуты… Ещё много всякой химии для любителей, готовый крафт тех же коктейлей Молотова.

— Смотри-ка, а здесь люди и крафтом зарабатывают. И даже перепродают найденное в других эхо.

— Да, так тоже можно, если хочешь весь круг бегать по городу и работать за минуты. На мелочах ты далеко не уедешь, а серьёзный крафт — это нужна уже хорошая подготовка и знания.

— Обучиться по интернету не вариант?

— А у тебя есть время, чтобы учиться? — улыбнулась Таня.

Действительно, всё снова упиралось во время. Купить себе патроны в пистолет за время или провести время за изучением той же магии. Я уже был студентом вуза, который становится магической академией на высоком эхо. Просто ходи на занятия и чему-то да научишься.

В любом случае потребуется тот же ресурс. Как ни крути, а всё сводится к тому, как стать сильнее, чтобы добыть его ещё больше.

Плати время, чтобы заработать время…

Таня вынула кипятильник из небольшой алюминиевой кастрюльки и начала разливать чай по чашкам.

— Сахара и конфет нету. В детстве я верила, что крутые революционеры не едят конфеты. Но есть такое, хочешь?

Она поставила передо мной зелёную консервную банку с белой полосой по центру и подписью «SPINACH».

— Силу бафает? — усмехнулся я.

— На самом деле да, — сдержанно улыбнулась девушка. — Стены пробивать не будешь, но часа на три процентов на двадцать поднимется.

— Тогда лучше давай возьмём с собой на кризис.

— Не выйдет. Работает только здесь. Бонус мне для обороны, наверное.

— И часто такие вещи бывают на старте?

— Что-нибудь всегда есть. Ты становишься частью Города, и чем больше у тебя будет уровень инкарнации, тем глубже будет связь. Вспомни вещи, в которые ты верил в глубоком детстве больше всего. Если это не противоречит общей концепции Города, есть шанс что оно найдёт своё отражение. Но сильными они редко бывают.

Значит, поищем — отметил я про себя. Сделал глоток чая — стандартный чёрный из дешёвых сортов и без сахара.

— Почему, кстати, не последовала своему же совету и не накупила себе тортов?

— У меня они плохо задерживаются. Не та инкарнация.

— Погоди, это влияет и на то, что можно перенести с собой в другой круг?

— Как сказать… Самая распространённая теория в том, что переходит то, что соответствует кругу и личности. А твоё окружение на круге — это напрямую следствие инкарнации. На второй… сам видишь. Каша из ярких детских фантазий. Не ели крутые повстанцы тортики. Вот строганина или вяленое мясо может сохраниться. Или солдатский сухпай.

— Интересные у тебя фантазии. С каких пор девочки грезят революциями?

— Защитная реакция, наверное, — пожала плечами девушка. — Реальность всё равно эти мечты оставила позади. Вот и получается, что Город сделал меня эмочкой в счастливой семье, а как инкарнация снизилась, он перенёс меня в эту квартиру.

— Да уж, от дома девушки в кедах и чёрно-розовой рубашке со значками ожидаешь другое.

— Посмотрим, что тебе выдаст мир, когда сам спустишься на двойку.

— Спасибо, не собираюсь.

Я чуть улыбнулся, сделал ещё глоток чая и хотел приступить к продолжению изучения торгового сайта, но меня прервал звук оповещения.

Уже подозревая, что может там быть, я открыл аську с телефона и к своему удивлению увидел сообщение не от Мирта, а сразу от Михаила.

Михаил: Привет, Полярис. У нас срочный сбор. Есть новая инфа. Всё очень плохо.

Вот так ни здрасте ни до свидания.

Но ехать надо. Любопытство как минимум не даст отсидеться. Да и шеф бы лично кипиш не поднимал бы просто так.

— Мне нужно ехать, — сообщил я Тане.

— Работа?

— Она самая.

Девушка вздохнула.

— Дело твоё, Полярис. Но… будь осторожен.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Просто я осторожная и не люблю людей, — ответила она, отводя глаза в сторону. — Одиночка по жизни.

— Хочешь помочь — можешь показать свои статы. Хочу знать, что нас ждёт на этом круге.

— Кстати, а с ней что? — спросила Тень, бросив взгляд на красноглазку. — Она останется тут?

— Ха-а… хихик! — бурчала себе что-то под нос странность, двумя руками разрисовывая стены берлоги Тани.

— Нет. Сначала отведу её домой, — ответил я со вздохом. — Что бы там у них не стряслось, подождут. Мы в ответе за тех, кого приручили…

23. Сущий кошмар

Уровень эхо «12»

Тип кризиса: «69»

Точка невозврата «14 ч. 21 мин.»

Доступно времени для распределения: 1287

— Доволен? — осведомилась Тень, глядя в зеркало.

— Буду, когда пояснишь про тип кризиса. Шестьдесят девять — это что?

— Не то, что обычно думают. Шестёрка это биологические существа. Девятка — кристаллические.

— А вместе?

— Сейчас, мне этот тип ещё не попадался, — ответила Тень, вытащила с полки у зеркала потрёпанный блокнот и пролистнула. — Биосиликаты. Ну, как я и сказала, название говорящее.

— А что они делают?

— Да откуда ж мне знать. Их встречали до меня единожды. Тогда это была аномалия. Здесь написано, что каменные постройки оживали и жрали людей. Убить живой дом невозможно. На высокой сложности ожил асфальт и всё. Но я бы на это не ориентировалась. Всего одна встреча — это мало, чтобы утверждать то же самое. У этого код был шестьсот девяносто четыре.

— Третье число?

— Да, оно появляется на третьей инкарнации и указывает на подтип. Шанс что будет то же самое — один к девяти.

Я кивнул. Стало понятней.

— Спасибо. Что будешь делать сейчас?

— Нужно собрать вещи для переезда. Артефакты, крафт и ещё по мелочи.

— В этом есть смысл?

— В прошлый раз эхо перенесло со мной всё, что было в момент, когда мне сняли уровень. Может, и сейчас я очнусь с тем же, с чем погибну.

— Тогда удачи. Не задерживайся сильно и уходи подальше. Вдруг кто-то придёт по твою душу снова?

— На этом круге вряд ли. Удачи, Полярис. И… ещё раз спасибо. Если это сработает, я…

— Будешь в моей команде, — закончил я.

— Хорошо. Только без Вечной Саши и других надзирателей.

Вечной Саши?

— Погоди-ка… — начал было я, но тут послышался звонок.

Мирт?

— Ладно, к этой теме мы обязательно ещё вернёмся, — пообещал я и вышел.

Затем принял звонок и услышал:

— Ты уже едешь? Такси, я надеюсь?

— Не, пешком.

— ЧТО⁈ Полярис, я…

— Перенервничал? — перебил я.

— Здесь полная жопа! Нам нужны все!

— Ты для этого мне звонил? Время видел?

— А? Не… нет. Хотел сказать, чтобы ты по пути купил где-то фольгу. Пару рулонов.

— Зачем?

— Узнаешь! Приезжай. Ждём только тебя и Лёху.

И сбросил вызов.

Ну, меня им придётся подождать, если так нужен. Спасать друзей — задача более приоритетная, чем работа. А вот на кой хрен ему фольга… реально интересно.

Домой шли быстро. Занимался рассвет и на улицах появлялись первые люди. Белокожих среди них не было, так что вопросы к красноглазке могут возникнуть. Хотя… скажу, что это косплей.

Я пересёк улицу, где мы познакомились с Таней, затем прошёлся через подворотни ставшим уже привычным маршрутом и оказался у своего дома.

Прямо перед нами из него вышел какой-то мужик в форме рабочего. На меня он внимания не обратил и пошёл дальше по своим делам.

Мы с красноглазкой подождали, пока он отойдёт и нырнули внутрь.

— Всё, домой, — сказал я ей.

— Ха-а… — она захлопала кулаками. Между пальцами были зажаты цветные карандаши из дома Тани.

— Да, пойди порисуй на стенах, раз так понравилось.

Красноглазка закивала, затем почему-то присела и направилась в сторону полуподвальной квартиры в позе Голлума.

Дома наспех сыпанул корм для Тау, а затем принялся собирать всё, что могло пригодиться мне в бою.

Параллельно на телефоне нашёл службу такси и отправил вызов. Вскоре последовал ответный, и я назвал адрес Смайла. Он в этом эхо всё так же находился на Солнечной.

Вызвал машину, спешно погрузил в рюкзак, который взял из родительского дома, два коктейля Молотова, две бутылки керосина, серную и соляную кислоту, щёлочь, старую добрую водку. Несколько шариков с белым порошком в кармашек.

Что из этого мне пригодится против биосиликатов — понятия не имею. Но что-то подсказывает, если они из камня, то им будет плевать на это всё.

Как и на кухонный нож с арматурой. Но пусть лучше будет.

Теперь фольга…

Машина меня уже ждала на улице. Коричневая, почти чёрная лада. Водитель — хмурый мужик чуть старше меня.

— По пути ещё нужно будет заехать в маркет. Любой по дороге.

— Плюс плата за простой, — невозмутимо сказал водитель.

За всё время этого круга я не удосужился серьёзно изучить текущее эхо. Потому в пути включил телефон и залез в интернет.

Итак, на этот раз у нас теократия. На удивление адекватная — никакие другие религии не преследовались, кроме откровенно злых. Суть Церкви Полуночи заключалась в том, что существует некое очень злое зло и антибог, желающий всем этого самого зла. Всё, что этим абсолютным злом не является — следовательно добро. Поэтому если какая-то вера не предполагает вредить другим людям, то она была разрешена.

В остальном, местные верили в последний бой, типа рагнарока, когда это самое злое зло придёт всех мучить. Вот и вся суть религии.

Не слышь зла, не смотри на зло, не говори со злом — так гласил их девиз.

Плюс набор разных святых, проповедующих этот путь и сражавшихся со злом в этом и иных мирах.

Что до остального, мир был похож на нулевой времён две тысячи седьмого. Даже несмотря на относительно высокое эхо.

Расплатившись с водителем, я вышел из машины прямо перед «Смайлом», где меня уже ждал мой отдел полным составом.

— О, Полярис! — первым приветствовал меня Лёха с искренней тёплой улыбкой. Наконец-то последним прибыл не он.

— Всем привет, — улыбнулся я.

— Ну и что тебя так задержало? — осведомился Мирт.

— Великие дела, конечно же, — ответил я. — Что случилось? Начинали бы без меня, потом ввели б в курс дела.

— Всё в порядке, мы не так уж и спешим, — сладко улыбнулся наш шеф. Раздражённым я видел нашего мецената, только когда речь заходила про беспредельщиков.

— Ты всегда говоришь так, а потом приходят стиратели, — позволил себе проявить недовольство руководством Мирт. Но слава богам, успокоился.

Эта черта его характера поначалу показалась мне сильно отталкивающей. Однако вскоре я понял, что он не пытается так командовать, а скорее вечно находится в рамках ответственности и болеет за результат дела.

Именно поэтому он и сейчас позволял себе спорить с кем угодно, если считал, что так правильно.

— Раз все в сборе, коротко обрисую суть, — приступил Михаил сразу к делу, проигнорировав замечание Мирта. — Ложные истоки с проклятием — это существо типа «плетение». Вернее, это скорее разумная форма аномалии. На нашем эхо они не обитают. Такое воплощается лишь от пятидесяти.

— Как стиратели? — спросила Марта.

— В этот раз мы не позволили стирателям провести свой ритуал и никто не пострадал, — улыбнулся Михаил. — Но с ними первое эхо. А на высоком эхо это не так страшно. Там есть магия третьего круга. Правда, Марта?

— Плетение снимается одним кастом. Рекомендуется магия хаоса и пустоты. Она дестабилизирует форму.

— Всё так, — кивнул Михаил. — На этом эхо справиться с ними будет чуть сложнее, но наши люди в исследовательском отделе разработали способ уничтожать их. Марта, ритуал проведёшь ты.

— Магия хаоса?

— Пустота.

Девушка скривилась.

— Это застывшее заклинание, так что проблем у такого опытного мага как ты не возникнет, — добавил наш шеф, но Марта не Эла и от простой похвалы не растает.

— Значит, плетений здесь быть не должно… — задумался Мирт вслух. — Тот же почерк. Как с гидрой. То, чему на этом эхо не место.

— Именно. Но сейчас таких штук уже пятнадцать, — подтвердил Михаил.

— Это кризис или ещё нет? — уточнил Лёха.

— Для нас — да, — кивнул шеф. — Нужно убрать эту гадость и как можно скорее, пока не пострадало ещё больше людей.

— Это работа противодействия или ликвидации последствий, — вставила Марта.

— Всё так, — мягко повторил Миша. — Но у нас не так много тех, кто способен работать с магией такого рода.

— А на следующем круге это не исчезает? — предприняла последнюю попытку откосить от личного участия Марта.

— Гидра же не исчезла, — сказал Мирт. — И песчанка задержалась.

Упоминание страшной болезни сразу переключило готессу с расспросов на растерянность и тревогу. Да и Риту упоминание об этой болячке передёрнуло.

— Не так давно мы столкнулись со стирателями, — напомнил Михаил. Его мягкий голос обволакивал, словно кисель. — Чудом нам удалось их прибить даже несмотря на предательство, раньше чем пришёл враг… Но они нашли наше слабое место!

Голосом опытного рассказчика, он менял интонацию и добавлял ровно столько эмоций, сколько было необходимо, чтобы выделить фразу и вызвать сопереживание.

— Люди… — потянул он. — Массовое уничтожение и страдания людей — это триггер для стирателей. И они не могут пройти мимо него. Не стоит относиться к ним, как к разумной силе со своей волей. Это просто ответная реакция на события в городе.

— Что конкретно они такое? — спросил я, не особенно надеясь на ответ. Прежде все стремились уйти от разговора о них.

Но Миша меня приятно удивил:

— Специальные разумные монстры, задача которых стереть пораженный участок. Можешь считать их иммунной системой Города. С помощью них он избавляется от участков, которые создают угрозу для других.

— Тогда зачем с ними воевать?

— А мы и не воюем с ними, — мягко ответил шеф. — Мы могли спасти район. Пришло высокое эхо, есть выходы на другие планы и сильная магия лечения. Город действует с запозданием.

— А зачем стиратели забирают пробужденных? — спросила Рита.

— Только тех, кто связан с забираемой землёй.

— Уничтожение зеркала?

— Зеркало просто предмет, оно восстановится с кругом. Лишь бы было чему восстанавливаться. Сотрут тех, чей старт привязан к региону.

— Это уже реально какой-то терроризм,- заметил Мирт — они ведь ничего не получают с этого. А последствия катастрофические даже для них! Это самоубийство!

— Для тех неспящих, что живут в стираемой области — да, — кивнул Михаил. — Но это фанатики. У них аллергия на здравый смысл.

— Нас не так много, но постараемся справиться. Нам ждать сопротивления или сюрпризов?

— Пятнадцать плетений они не защитят, их всё ещё гораздо меньше, чем нас. Так что сомневаюсь что они будут это делать. Но всё может быть, — сказал шеф. — Однако влияние на людей должно быть подавлено. Так что задействуем всех, кто есть. Иначе стиратели придут забирать сразу несколько районов города.

— Постой, а сколько их тогда будет? — дрожащим голосом спросил Мирт.

Михаил посмотрел ему в глаза и после короткой паузы ответил.

— Да, мы не сможем прикрыть сразу несколько областей. Максимум два, да и то не точно. Мы в прошлый раз были на грани от поражения, отбив лишь одну область.

У меня от этих новостей не дрогнул ни один мускул.

Слова нашего шефа о стирателях не сильно соответствовали тому, что я видел сам. Красноглазка на тупого исполнителя не сильно была похожа. Хотя что конкретно она такое, я так и не понял.

Задать этот вопрос я мог лишь Руте. Она была такой же нулёвкой, и была причина, почему так сильно хотела прокачать инкарнацию. Но срок в тысячу лет — это слишком, даже для вечного.

А перебравшись на первую, она что, станет неписем? Или пробуждённым со второй или третьей? Как именно это работает?

— Мы выходим немедленно, — сказал Мирт. — Давай координаты.

— Пятый район. Там два прорыва. Закроете их — дам следующие. А пока пойду, поищу с коллегами тех, кто это делает… Удачи!

— И тебе! — ответил Мирт.

Михаил встал, надел шляпу и поспешил в дождливую осень.

Почти сразу на телефон Мирту пришли три метки геолокации. Он положил его на стол, давая нам самим изучить их. Две вели к зафиксированным местам аномалии, куда-то в спальный район. Причём район, в котором я уже успел немного побродить.

В тех местах жил Полоскун, и там же находилась стройка, на которой мы с ним и Таней оборонялись от рыб.

Метки были, правда, в других местах района, но по большей части он везде был примерно таким же, наполовину занятым промзонами.

Третья метка была значительно ближе к нам. Нужно было пересечь мост, где мы с Таней и Мартой сражались с ползучими титанами, а затем уйти влево, в сторону четвёртого района. Эта метка была нам совсем не по пути — две другие точки находились в пешей доступности друг от друга, так что можно было вызвать такси. А вот к третьей нужно будет идти отдельно… или звать сразу на два адреса.

Эта метка была подписана просто «для Марты». Находилась же она на месте, подписанным как «четвёртое городское кладбище».

Увидев эту метку, сама Марта очень глубоко и тяжело вздохнула.

— Это будет худшее третье сентября за последние кругов двадцать… — едва слышно сказала она и встала, так и не покончив с политой терияки японской пиццей.

— О, если не хочешь, то я доем, — обрадовался Лёха, забирая половину её пиццы с собой.

— Можешь и мою взять, — добавил мрачный Мирт, протягивая два куска гавайской. А затем меня коснулся ледяной взгляд Александры, так и не успевшей развести меня на сицилийскую.

Снаружи было раннее влажное утро. Как, впрочем, и все третьи сентября на моей памяти. Город утопал в осенней сырости и густом тумане. Не к месту, но я в который раз поразился тем, насколько это место красиво. Если бы я был художником, я бы наверное рисовал здесь пейзажи почти с каждым местом. Впрочем, никто и не мешает мне им стать. Накоплю на возвращение в детство и пойду в художку, почему бы и нет?

В сущности, без сумасшедших беспредельщиков здесь даже с учётом кризиса настоящий рай.

— Такси? — напомнила Рита.

— Нет, — удивил её Мирт, да и всех остальных, кроме Марты.

— Мы вроде спешили, — заметила рыжая, которой идти по сырости пешком совсем не хотелось.

Она будто вообще не замечала, насколько прекрасен мир вокруг неё.

— Нельзя, — ответил он, — так, Марта?

— Да, — бросила нехотя она. — Это часть ритуала. Душа водителя может пострадать.

— А это опасно? — спросил Лёха. — Для нас тоже?

— Так нужно, — с ещё большей неохотой ответила готесса.

— А что такое ты собираешься там делать? — спросил уже я.

— Мёртвая магия, — коротко бросила девушка и резко ускорила шаг, чтобы никто больше не задавал ей неприятных вопросов.

Путь пешком к мосту занял двенадцать минут. Рита пару раз пыталась завести разговор, но никто её начинания не поддержал, кроме Лёхи. По итогу у них завязалась беседа на тему музыки, в которой парень действительно многое понимал. В ход пошла специфическая музыкальная терминология и названия групп, о которых я даже не знал.

Я же воспользовался этим для того, чтобы всё-таки догнать Марту и продолжить допрос. Главное, сделать это правильно, чтобы не разозлить её окончательно.

— Значит, кладбищенские ритуалы здесь в порядке вещей? Вспоминаются последние слова того святоши. Марта, мы что, злодеи?

— Не нравится — уходи, — холодно бросила она не глядя.

— Почему не нравится? Говорят, на тёмной стороне лучше кормят.

Посмотрел на лицо готессы и улыбнулся. Она тоже глазами улыбалась, но изо всех сил сдерживалась, чтобы не нарушать образ.

Я вдруг подумал, что из Марты и Августы, настоящая она именно вторая.

— Не бери в голову. Я видела очень много разных сектантов.

— Например паладинов света?

Закапал знакомый дождь, который я видел из окна в своих первых циклах в этом мире. Я припомнил, что как раз взял с собой старый тёмно-вишнёвый зонт.

— В том числе и их, — спокойно ответила девушка. — Пантеон чёрного солнца, к примеру, очень любит называть себя светом и защитником человечества. А ещё — кровавые жертвоприношения, чтобы создавать ангелоидов. Одержимых хаосом псевдоангелов.

— Псевдо?

— Да. Гибридная стихия астерналь… хотя ты же ничего в этом не понимаешь. В общем, смесь света с магией хаоса. Его ещё называют ложным светом.

— И как, этот культ похож на главное божество беспредельщиков?

— Не так сильно, как культ Неназываемой. Культ Чёрного Солнца — это искажённое добро, которое только притворяется им. Не дай себя обмануть.

— Значит, тебя это не смутило?

— Не важно, как выглядит монстр, Полярис. Важно, насколько ты веришь в себя и свой ответ. Помнишь наш прошлый разговор?

— Конечно.

— Тогда ты помнишь, что главное. То, во что ты веришь сам.

— Ты сказала, что этот культ подходит меньше. В чём сомнения?

— Чёрное солнце — это карающий свет. Но беспредельщики не устраивают судов и никого не карают. Они будто ненавидят и нас, и даже простых жителей этого города. Жестокость — да. Но ненависти эти культисты не культивировали и пытки им не интересны, по крайней мере сами по себе. Впрочем, это может быть и третий культ.

— Если бы можно было взять хоть одного из них в плен и как следует допросить с псиоником…

— Здесь стой, — остановилась Марта. — Не переходи черту.

Сперва я не понял, о чём она. Прозвучало очень многозначительно. Но затем проследил за её взглядом и увидел на асфальте нарисованную мелом полосу.

— Я иду с тобой, — заявил я.

— Оставь девушку в покое, — послышался голос догоняющего нас Мирта.

Через дорогу было старое кладбище, скрытое за домами относительно близко к центру города.

Его огораживал высокая каменная стена, лишь ржавые металлические ворота были решетчатыми, открывая вид на погост за рядами могил.

— Мне нужно кладбище для ритуала, — сказал я чистую правду.

Марта посмотрела на нашего лидера, затем на меня. На лице у него читалось удивление.

— Занялся некромантией? — спросил Мирт.

Я нажал на кнопку и свернул зонт, превращая в трость.

— Наверное, магией духов. Пока что я понятия не имею, как это называется.

— Такой ритуал действительно есть, — на этот раз сдержать улыбку Марте не удалось. — Если так, пусть идёт. Наши цели разнятся, сбоя не будет.

— Ну иди, Поляр. Тогда наверное, удачи, что бы ты там ни задумал.

Готесса продолжила путь, и я поспешил вновь раскрыть зонт над ней.

— Откуда ты узнал про каса-обакэ? — спросила она.

— Куда ты меня сейчас послала?

— Понятно. Значит, ты не пытаешься запечатать в своём зонте злого духа?

— Нет, именно это я и собираюсь сделать. В инструкции нужна кладбищенская земля. А тут такая удача подвернулась.

— Я бы не называла это удачей, Полярис, — мрачно ответила готесса. — Я ведьма, и сегодня я пришла собирать скорбь.

— Помощь нужна?

— Да, тебе… впрочем, ты сам скоро всё поймёшь. Только не говори потом, что тебя не предупреждали.

— Тебе эта работа сильно не понравилась, да.

— По своей воле я бы никогда не пошла на контакт с этой силой. Если Миша прямо об этом говорит, значит наверху паника.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что он обещал мне не отдавать этого приказа без критической необходимости.

— И ты ему веришь, не задавая вопросов?

— Мирт не понимает, что это такое. Никто, кроме тебя, не заходил со мной так далеко. Но Михаил знает, с чем я имею дело и чем платят за эту силу. Скоро и ты поймёшь, если не струсишь. Кстати, постарайся воспользоваться сбором и заключить контракт с самым сильным духом.

— Может, будет пара советов?

— Советы от семпая по чёрной магии. Звучит почти романтично. Откуда ты узнал про запечатывание духа в зонт?

— Школа сновидцев на недавнем выходном круге.

— Да, хороший был мир, — с тоской произнесла Марта. — То, что ты делаешь, это раздел магии изнанки. Очень неожиданный выбор для боевика.

— Я пока ещё ничего не выбирал. Просто пробую всё, до чего могу дотянуться.

— Тогда главный совет, который я могу тебе дать, будет такой. Не относись к этому как к набору навыков в игре. Это главная ошибка, которую допускает большинство. Зеркала сбивают нас числами и навыками, но каждая магическая сила в городе оставляет свой след на заклинателе.

— Хочешь сказать, что продавать душу дьяволу не стоит?

— Определённо не стоит, — снова слабо улыбнулась Марта.

— Тебе идёт улыбка.

Она сразу сделала серьезный вид, но проступивший на щеках румянец всё равно её выдавал.

— Просто отдавая предпочтение любой запредельной стихии, ты связываешь себя с ней, — продолжила она, будто пропустила мои слова мимо ушей. — На тебе остаётся отпечаток этой силы. Поэтому, если тебя интересует магия, лучше начать со стихий порядка. Это стандартные пять — огонь, вода, земля, воздух и пространственный эфир. Они не накладывают отпечаток и не влияют на твоё развитие как мага.

— А изнанка насколько опасна?

— Самая безобидная из запредельных стихий. Так что призыв духа почти безопасен.

— Почти?

— А вдруг вы не договоритесь и зонтик тебя убьёт?.. так, здесь мы всё же разделимся. Отголоски ты и так почувствуешь. А ты иди в сторону свежих могил. Просто в другую часть кладбища. Там есть дерево. Попробуй призвать своего духа там.

Затем, не дожидаясь ответа, она развернулась и направилась налево от меня.

Но спустя пять шагов остановилась, повернулась в пол оборота и добавила:

— Прости за всё, что будет происходить дальше, Полярис.

24. Кладбищенские истории

Я кивнул.

Вспомнился Вий. Хорошо хоть, что мне вокруг кого-то ходить не нужно.

Итак, приступим.

Сложил старый зонт. Как и требовалось в ритуале, он был очень старым с виду — порванные распускающиеся края, сбитый наконечник. Вроде по описанию подходит.

Далее нужно было найти место. Нет, не на могиле. Нужна была просто кладбищенская земля. Затем символы на незнакомом языке. Некстати пришла мысль о том, что это могла быть ловушка, и я сейчас как раз продаю кому-нибудь душу.

Но с другой стороны, это заклинание мне дал буквально Город.

Затем… самая неприятная часть. Я вынул кухонный нож и провёл по руке. На старый зонт капнула свежая кровь. Нет, не жертва, а привязка ко мне, как к хозяину. Так писалось в пояснениях к заклинанию.

Дальше всё зависело от повышенного параметра могущества и в теории способной его бафнуть акцессией.

Помня об этом, я постарался максимально сосредоточиться и сфокусировал взгляд, используя зрение изнанки.

И в этот момент началось…

Увы, не моё колдовство.

Громко зашумела листва на дереве, под которым я стоял. Послышалось карканье воронов и шум крыльев. Небо стало резко темнеть от накативших с разных сторон тёмных туч.

Они будто сбивались в стаи над кладбищем и наливались свинцом, а затем и чернильной мглой.

Я почувствовал сильную тоску. Она накатила, будто волна, и дальше начала захватывать меня с головой.

Начали всплывать самые неприятные события из нулевого мира. То, о чём всеми силами стремишься забыть и не всмпоминать никогда. Уход близких, шествие всадников сраного апокалипсиса, затем череда смертей вокруг от мора, человеческой жадности и жестокости.

И собственное бессилие. Как сказали бы в сейчас в Городе — бессилие нулевого эхо.

Когда небо окончательно заволокло тьмой, я опустил глаза к земле, которая оставалась такой же светлой, как под луной. Аномалия рисовала следы от листьев, будто сверху падала тень. Но надо мной не было ничего, кроме черноты.

Опустил глаза к земле и увидел всех, кого отнял нулевой мир. В виде тел, которые клевали вороны.

— Прочь! — вырвалось у меня, и вместе с криком я применил астральную плеть.

Это произошло будто само собой, словно сейчас я был тем собой, который прожил целую жизнь как сновидец.

Навык сработал. Прозвучал гром и шелест крыльев. Вороны разлетелись в стороны.

А затем сквозь гром, шум ветра и карканье птиц, я услышал далёкое пение. И далеко не сразу узнал в нём голос Марты.

Боги… почему я никогда раньше не замечал, насколько у неё красивый голос? И чем громче становилось пение, тем больше в нём слышались двоящиеся нотки, которые не может издавать человек. Скорее, хорошая компьютерная обработка.

Заслушавшись пением, я едва не пропустил момент, когда вороны решили облететь меня со спины и отомстить за то, что я их согнал.

Следующая астральная плеть успела вовремя, сбив сразу несколько тел мне под ноги. Ещё один сумел увернуться и пролетел рядом с лицом, едва не врезавшись клювом в глаз.

Обошлось. Я развернулся и махнул зажатой в руке стальной арматуриной. Не помню, в какой момент я вообще её выхватил, но работала она не хуже магии изнанки.

Затем снова короткая пауза, в которой я наслаждался пением. Все звуки будто исчезли. Заподозрив это, я постучал тонфу по стволу дерева и ничего не услышал. Красивая и в то же время жуткая песня подходила к кульминации. Двоящийся голос продолжал исполнять ритуальную песню, от которой волосы становились дыбом.

Это сочетание прекрасного с жутким закончилось, сменившись жутью кромешной. Голос Марты снова утонул в шелесте крыльев. Чернота, до этого зависшая над нами будто туча, начала обрушиваться на землю.

Будто дождь из сотен тысяч вороньих тел.

Во рту встало давящее чувство, что происходит что-то ужасное. Непоправимое, что навсегда разделит жизнь на «до» и «после». Так же я себя чувствовал, когда впервые осознал, что потерял то, что терять нельзя было ни при каких обстоятельствах. Людей, без которых жизнь начинает терять свой смысл.

В последний момент я прикрыл левой рукой глаза, чтобы ни одна птица не лишила меня зрения. А правой — нашарил деревянную рукоять.

Щелчок, и между мной и потоком птиц раскрылся зонт.

По идее, защититься им от ворон, как щитом, было невозможно. Птицы должны были легко пробивать на лету его клювами, однако это работало.

И как только я это осознал, понял что никаких ворон рядом нет.

Более того, я почему-то сижу в луже, держа перед собой раскрытый зонт так, будто дождь идёт не с неба, а сбоку.

Надо мной ярко светило солнце. Дождь подходил к концу.

Закрыл зонт.

Отдышался. Медленный вдох-выдох.

И чё это только что сейчас было? Это точно не сороковое эхо?

Посмотрел на старый зонт на предмет чего-то необычного. Снова открыл и закрыл.

Не сработало?

Похоже на то.

Не хватило могущества?

Впрочем, я ведь должен был заключать контракты с духами или что-то вроде того. А я вообще ничего такого не видел. Отбивался от долбаных ворон.

Ладно, чёрт с ним. Лучше расспросить Марту, какой путь развития в магии мне лучше выбрать, и какие они вообще бывают.

По пути к выходу из кладбища я повстречался с готессой.

Вид у неё был… потрёпанный и будто нетрезвый. Девушка шаталась и хваталась за надгробные камни, чтобы не упасть. Идеально уложенные волосы были растрёпаны, а одежда порвана.

— А-а, Полярис. Не сбежал… — сорванным голосом заметила она. — Значит, решимость больше, чем страх.

— А чего мне бояться? Я знаю, что это наведённое состояние и галлюцинации.

— Цепляешься за рационализм? — криво усмехнулась Марта. — Такой свежий и неиспорченный ложной надеждой этого мира.

— Прозвучало как-то не очень. И почему ложной? Ты ведь вернула тех, кого любила?

— Да… и продолжаю платить по счетам.

— Твой ритуал так тяжело тебе дался… Может, нужна помощь?

— Мне? Нет… я сама могу себе помочь. Мы всё ещё делаем очень важное дело, Полярис. Лучше думай об этом. Помоги этому городу. Михаил бы не стал просить о таком без нужды.

— Что такое эта мёртвая магия?

— Помнишь то тёмное божество, имя которого нельзя называть? Это часть её силы.

— Ты говорила, на этом уровне эхо её нет.

— Теперь есть. Город идеально подходит для этой силы. Здесь слишком много боли прячется на сердце у каждого. Знаешь, что объединяет всех пробуждённых?

— Ну?

— Жажда жить. Все, кто имел на старте третий уровень инкарнации, как ты и я, страстно хотят жить той жизнью, которую у них отобрали. Каждый из пробуждённых имеет на душе сильное чувство сожаления и желания всё вернуть.

— Даже неспящие?

Готесса задумалась.

— Технически должны, если они пробуждённые. Но если их вербуют из нпс, то может, и нет. Вот для них мир пробуждённых тот ещё ад.

Девушка дошла до меня — передвигалась она медленно и через силу. Затем вдруг оступилась, но я оказался рядом и успел поймать её.

— Жажда жить! — повторила она, хватаясь мне за шею и оставляя поцелуй на щеке. Затем мы на пару очень долгих секунд застыли друг перед другом. И в конце третьей секунды она вдруг резко дёрнулась и со всей силы ударила кулаком по одному из надгробий.

Нет, суперсилы ей не отсыпали, и на неподвижном камне остался кровавый след.

— Хик… Та-ак, тихо. Марта-Августа. Не забывайте дышать, — выдавила она из себя, присев на землю.

— Молитва покоя тебе поможет? — спросил я. Хотел применить без спроса, но вдруг чем-то помешаю её ритуалу?

— Точно… Ты нравишься дочери Смерти. Попробуй, — с трудом выдавила она из себя.

Резко повернулась ко мне, всплеснула руками и крепко обняла. Плечи Марты задрожали. Девушка рыдала.

— Спаси меня. Спаси меня, Полярис!

— Да обретёшь ты покой в объятиях её, — повторил я скороговорку.

Морщины на лице девушки разгладились. Она застыла. С пол минуты просто сидела и тупила в одну точку, едва не роняя слюну. Затем медленно и с видимым трудом поднялась.

— Спасибо… Из тебя выйдет сильный маг, Полярис. Не уходи в боевики. У нас уже есть одна Саша.

Я же отметил то, как крут навык могущества.

У меня будет ещё одна аудиенция у Руты. И к ней я должен собрать как можно больше времени на прокачку этой характеристики.

— Рад помочь, Марта. Что с тобой было?

— Мёртвая магия берёт свою плату частичками души. Это самый чёрный раздел колдовства, в который лучше не заходить. Прости, я могу себя вести сейчас неадекватно. Кто бы ещё знал, что у меня в голове творится…

— Может в награду расскажешь, что ты делала?

— Сила отчаяния очень велика в Городе. Каждый пробуждённый в начале своего пути обладает очень высокой решимостью и волей. А сильная воля в нулевом мире рождалась ты помнишь как. Через боль, кровь и слёзы.

— Ты собирала эту силу?

— На этом месте собирается природный источник этой стихии. Если приманить к себе чужую боль, можно запечатать её в камни.

Она протянула в дрожащей руке чёрно-лиловые кристаллы.

Волосы поднялись дыбом, а я ощутил запредельный ужас, будто только что разом начал проживать худшие моменты из жизни и визуализировать страхи.

Я снова взял себя в руки лишь тем, что повторял про себя, что это не мои настоящие чувства. Это только действие тёмной магии.

— Зачем нужны эти камни?

— Мёртвая магия пожирает другую силу и гарантированно оскверняет исток. В том числе разрушает плетение. Это чисто магический конструкт. Ему не место в этом эхо.

— Они уже третий раз проворачивают трюк с тем, чтобы засунуть сюда то, чего не должно быть в этом мире.

— Я не знаю таких способов. Эхо ключевая характеристика временной петли. Её нельзя обойти. Рискну предположить, что это использование уникальной характеристики.

— Почему ты так думаешь?

— Сейчас я ничего не думаю, Полярис. Прости, Мне нужно время прийти в себя. Ты мне уже очень помог. Жалкое зрелище, да? Прости, что видишь меня такой.

— Я тоже ощущал там запредельный страх, так что понимаю тебя.

— Не понимаешь. Твоя воля сейчас сильнее моей, поэтому тебе легче сопротивляться. А меня выворачивает наизнанку, будто кусочки души и эмоций перемешались в хаос. Я вообще не отдаю отчёт своим действиям в такие моменты… но Неф помогла.

— Кто?

— Ты не знаешь как зовут богиню Нефтис, которая тебе дала эту силу?

— Я просто выучил речёвку, — пожал я плечами.

— Нет. Если бы этот бог тебя не мог принять, ты бы не получил эту молитву. Так это работает. Город не выдаёт роли, которые ты не можешь сыграть. Он — гениальный режиссёр и постановщик этого спектакля.

— Фу, Луричевой запахло.

— Действительно, плохое сравнение… — понимающе сказала Марта.

— Вы знакомы?

— У нас был один учитель.

Мы остановились у выхода из кладбища. Здесь девушка замерла и полезла в сумку на поясе.

— Мне нужно полторы минуты, — произнесла она.

Открыла сумку. Присела на надгробный камень. Выложила рядом набор инструментов и принялась чинить внешний вид.

Делала она это с таким профессионализмом и скоростью, что я понял — полторы минуты это очень точное время.

За него она с молниеносной скоростью зашила свой костюм, обрызгала его водой с лёгким ароматом сирени и почистила от пыли. За последние тридцать секунд нанесла макияж, что чудесным образом полностью скрыл синяки под глазами и прочие признаки истощения.

Из кладбища выходила идеальная готичная Марта с холодным выражением лица. Будто ничего там не произошло, не было песни и истерики девушки.

— Кстати, забыла спросить. Как твой дух?

— Понятия не имею. Похоже, ничего не вышло. Контрактов я ни с кем не заключал.

— Порой достаточно желания и решимости. Но сейчас дух в любом случае спит. Главное, чтобы он перенёсся вместе с тобой в следующий круг.

Она коснулась ворот кладбища, но ноги её подвели, и она чуть не упала.

— Слабость… скоро пройдёт, — пояснила она. — Главное, чтобы с головой было всё в порядке.

Она слабо улыбнулась. Ворота за ней приоткрылись — внутрь вошла ещё одна старая знакомая.

— Привет, Лея, — улыбнулся я ещё одной мрачной красавице.

— Полярис, — она посмотрела на меня, затем на Марту. Девушка ей ответила таким же взглядом и затем — коротко кивнула.

Затем вечная пошла дальше вглубь кладбища, а готесса потянула меня за ворота.

— Вы долго, — с ноткой недовольства бросил Мирт.

— Как получилось, — я развёл руками и ответил за нас обоих.

— Мне нужно немного побыть наедине со своими мыслями, — тихо сказала Марта. — Я пойду вперёд.

— А далеко? — с тоской спросила Рита. — Может, всё же такси?

— Нет необходимости, — ответил Мирт и кивнул в сторону крытого навеса с лавочкой, на котором стояла газель, покрашенная в белый и с номером семь. — Да и не приедет сюда никто.

Это была конечная у этого маршрута, и водитель ждал на остановке свой выезд по графику. Людей здесь кроме нас не было. Место вообще не сильно пользовалось популярностью.

Мы разместилсь всей толпой внутри. Я сел поближе к водительскому сидению и принялся изучать карту маршрута.

Второй конец его заканчивался как раз рядом с одной из двух аномалий.

— Почему ты сказал, что сюда никто не приедет? — спросил я у Мирта.

— Это одна из аномалий. Место выпадает из поля зрения первоуровневых. Они начинают путать адреса, блуждать и тупить.

— И много таких есть?

— Хватает. У Марты расспроси, раз уж вы теперь дружите.

Готесса покраснела и натянула наушники, чтобы не слышать наш разговор. Вскоре из них раздалось мрачное пение «…эти дети играют в проклятия, и желают остаться во снах…».

— Интересные у тебя вкусы на девушек, должен сказать, — шепнул Мирт.

— Что обсуждаете? — едва не свалилась нам на голову Рита. — Мне тоже интересно!

— Причину, по которой ты с нами в группе, — ответил я, но она ничуть не смутилась.

— Потому что наш шеф разглядел мой талант и гений, всё же и так очевидно!

На следующей остановке вошло сразу человек двадцать, плотно забив маршрутку. Здесь был крупный рынок, а через дорогу — клиника. Место было людным.

Причём, судя по обилию инструментов и материалов, рынок был строительным.

Разговор стих сам собой, как утонули в шуме людей песни «Otto Dix» в наушниках Марты.

Не желая тратить время попусту, залез в интернет и стал изучать всё, что там есть про магию изнанки.

Изнанкой назывался мир снов и видений. Туда же уходили всякие шаманы, и там обитали разнообразные духи. Начиная от неупокоенных призраков и заканчивая всякими лешими и домовыми.

Стихия считалась относительно безопасной и настолько же безобидной. Здесь уже был шанс налажать и создать себе проблемы, в отличие от простых формул обычных стихий. Но не так, как с мёртвой магией Марты.

Как различать стандартные и запредельные виды магии? Просто — одни были общеизвестными и понятными, другие — какой-то неведомой хтонью. Скорее всего угадаешь.

В целом, это был относительно мирный путь развития саммонера всяких духов и вселения их в предметы и не только.

Если Марта не солгала, то выходит, пути развития зависят от изначальной предрасположенности. Согласно идеальности Города, он сам подбирает лучшие направления.

Меня рамки саммонера специфических мобов поддержки не устраивали категорически. Хорошо бы глянуть, есть ли что-то у изнанки поинтересней оживления зонтиков. В противном случае будем или искать лайфхаки для нестандартного развития, или уходить в сторону другой магии.

То, что я буду идти по пути мага, я уже не сомневался. Но с учётом специфики Города хотелось бы сочетание сильного урона с тактическими навыками типа скрытности.

С первым похоже, здесь всё хорошо только в противостоянии с духами, а скрытность возможно есть смысл заменить или продублировать предсказаниями.

Предсказателей среди сновидцев было ожидаемо много, но становиться одним из них не хотелось…

Народ во время пути постепенно рассасывался, и на последней остановке снова появились пустые места. Но это была уже окраина четвёртого района.

Мы вышли из маршрутки под свет солнца. Кризис тоже уже приближался. Хорошо, что я взял с собой всё вооружение.

— По карте должно быть где-то там, — указал зажатым в руке телефоном Мирт.

— Простите, вы не подскажете, который час?

— Так без пяти двенадцать, девочка, — ответила Рите улыбчивая старушка, идущая мимо нас.

— Вроде пока всё нормально, — резюмировал Лёха.

— Наверное, будет ближе к эпицентру, — ответил Мирт и устремился в сторону сросшихся девятиэтажек.

25. (Не) добрая воля

Прямо под ними была арка и дорога.

За ними — раскрывался вид на утопающий в осенней листве детский сад за забором. Мимо проезжала машина. В отдалении слышались смеющиеся голоса детей.

Первые признаки чего-то недоброго начались, стоило нам углубиться в район. Они проявились в том, что всё чаще нам стали попадаться люди, бессмысленно уставившиеся в небо.

Неприятно вспомнился один из моих первых кризисов, где с этого начиналось превращение в монстров.

Но нападать никто на нас не спешил. Мы прошли мимо дома и свернули в другую арку. На этот раз пешеходную, уводящую по лестнице на холм за домом.

Там находилась небольшая аллея и там же — яркой холодной зеленью отливал зависший над землёй кристалл.

— Оно? — спросил Мирт, хотя ответ был и так очевиден.

— Да… Мёртвая магия сожрёт это, но место будет на некоторое время проклято, — ответила Марта.

— Тогда делай. А мы покараулим пока. Скажешь, если что нужно.

Мирт отошёл, достал сигарету и нервно закурил. Лёха принялся обходить аллею дальше, а Рита осталась задумчиво смотреть на плетение.

— Я правильно понял, что проклятием заденет людей? — спросил я.

— Да.

— И тебя это устраивает?

— Беспредельщики ставят наш рай на путь разрушения. Для меня это недопустимо. К тому же, заражение пустоты в небольших дозах может проходить самостоятельно. Опасность перенести духовную травму на следующий круг — минимальна.

Невольно вспоминаешь слова тех фанатиков о том, что настоящее зло здесь мы. После кладбищенских ритуалов — охотно верю. Хотя они от этого бо́льшими святошами тоже не кажутся.

— Сейчас приготовься, я буду выпускать эту мерзость.

Она швырнула в плетение чёрно-лиловый камень. Послышался демонический крик, но похоже услышал его только я. Марта смотрела, казалось бы равнодушно, но затем я увидел слёзы на её щеках.

— Всё в порядке, — сдерживая истерику, сказала Марта. — Это не настоящая боль и не настоящая память.

Затем слёзы всё-таки прорвались, и девушка разрыдалась.

Я прижал её к себе и начал шептать молитву покоя.

— Спасибо, — едва слышно сказала она.

Плетение стало мерцать, а зеленоватый зависший камень — покрываться пятнами чего-то напоминавшего мазут.

— Сволочи! Нелюди! Вы что наделали⁈ — возмутился какой-то мужик, входящий в арку. Само собой, он даже не знал, что такое плетение, потому его возглас звучал ещё более зловещим.

Мужик взял с земли увесистый камень и побежал с ним в нашу сторону.

Его технично перехватил Лёха и повалил на лестницу.

— Они одержимы аномалией, — жёстко сказал Мирт. — Не щадите их. Возродятся.

В следующий момент с окон балконов над аркой вниз посыпались ножи и увесистый хлам. Мы отступили подальше, пока никто не пострадал. А в арку вбежал ещё один крупный мужик и ещё более крупная тётка с граблями.

— Оно защищает себя, — тихо пояснила Марта. — Помоги мне встать, Полярис.

Готесса вытащила из кармана тряпчаную куклу и длинную иглу.

— Помни, что это всё во благо, — шепнула она и пронзила иглой куклу.

Женщина споткнулась и растянулась на лестнице.

В арку тем временем входила очень злая бабка, и мальчик лет десяти, с трудом удерживающий на поводке крупную овчарку. Псина, походу, была уже бешеной и ничего не соображала.

Марта занесла руку для нового удара иглой по кукле, когда я остановил её.

— Хватит. Плетение уже уничтожено.

Девушка остановилась и со странным выражением лица посмотрела на меня. Будто впервые видела.

Зелёный зависший камень окончательно почернел и рассыпался прахом. Собака странно тявкнула и застыла на месте, а затем развернулась и побежала к своему маленькому хозяину. Старуха тоже остановилась, будто забыла, зачем сюда вообще пришла.

— В следующий раз их будет больше, — сказала Марта так, чтобы её услышала вся группа. — Сейчас плетение не знало, что я буду с ним делать. Следующее будет знать.

— Это в десяти минутах ходьбы отсюда, — мрачно сказал Мирт. — Так что скоро узнаем. Будьте наготове.

— Начальник, а тебя не смущает бить мирное население? Я-то сейчас могу разбить лицо любому, но бить стариков и детей… — Лёха не закончил фразу, но все и так поняли его чувства.

— Иногда о них нужно думать, просто как о мобах, — сжал зубы Мирт. — Можешь винить беспредельщиков. Но у нас нет другого выхода. Или позволишь им себя убить?

— Те святоши были убеждены, что мы здесь самое злое зло, — не удержался я от усмешки.

— Это дерьмовое сравнение, Полярис, — сказао Мирт. — Лично я всегда поступаю по совести. Так я решил, когда пробудился в Городе и пока что не нарушал это правило. А то, что страдают мирные люди, поверь, мне самому неприятно.

— Просто не спешите их убивать, — сказал я. — Молитва Трибуналу работает. Часть я смогу успокоить словом.

— Решил пойти по пути жреца? — удивился Мирт. — Хорошо, если их будет не больше трёх за раз, будем их просто сдерживать. Хотя тут… место увидеть надо.

Дорога заняла не десять минут, а почти в два раза больше.

Таймер в этот раз был достаточно красноречив:

Шмяк через 03:04:27

— Если повезёт, успеем взять дополнительное задание.

— Ещё одна точка? — уточнила Рита.

— Да, Миша сказал, что в этом районе только что ещё один прорыв зафиксировали. Туда придётся пройтись чуть дальше, но как раз к началу кризиса должны успеть.

Осенний день после первого плетения резко испортился. Будто самому Городу не нравилось то, что мы делаем. Но я понимал, что именно его мы и защищали.

Сомнения посеять врагу удалось. Но в то же время я верил своим глазам, которые давали понять, кто здесь настоящее зло.

Второй камень застрял на ржавой детской площадке. Здесь был небольшой пустырь рядом со сгоревшим домом, и площадка тоже сильно пострадала, что для меня было даже к лучшему.

По крайней мере, рядом с таким местом не должно было быть людей.

Однако нас там ждали.

Несколько человек из местных. Самые обычные люди разного пола и возраста. Плетение согнало тех, до кого смогло дотянуться.

— Ну что, многих успеешь накрыть покоем? — спросил Мирт.

— Просто не спешите их валить.

Увидев нас, люди стали один за другим оборачиваться и готовиться к бою.

Вместе с этим на нас обрушился поток проклятий и брани. Каждый кричал что-то своё и в чём-то обвинял, но все как один хотели над нами расправы.

— Пф, моралфаги, — буркнула Саша, перехватывая поудобней топор.

Я принялся читать «покой», выводя противников из боя одного за другим.

А ещё я специально себя эмоционально раскачивал, повышая шанс активации акцессии. Спонтанное повышение уровня могущества мне бы сейчас очень не помешало.

Разделяющее нас расстояние вдруг за мгновения наполнилось бирюзовой светящейся дымкой, будто узоры контактов на платах, что разделились на пучок лучей, пронизывая одного из зомбированных камнем. Человека четыре упало на землю, ещё шестеро — осели на колени, безвольно уставившись в одну точку.

Оставшиеся, ещё четверо, как-то смогли уклониться от этого и успели добежать к нам. Саша вырубила первого обухом топора, затем второго ударила ногой в живот. Затем подскочила к третьему и вырубила его ловким ударом рукоятью по спине.

Последнего вырубил Мирт. Чем именно я не успел заметить.

— Боюсь спросить, как ты это сделал, — обернулся ко мне лидер группы.

— Марта говорит, что меня любит Нефтис.

— Значит всё-таки жрец…?

— Нет. Я просто решил стать универсалом, — улыбнулся я.

На самом деле, конечно, пока что я ещё сам не знал, куда вообще можно и нужно развиваться. Имелось лишь общее представление, чего бы хотелось достигнуть, но без конкретики.

— Приступай, — кивнул Мирт на проржавевшую детскую площадку, заросшую сухостоем.

Саша поигрывала топором. Лёха что-то бесшумно напевал, скорее всего подсознательно. Рита старалась не выказывать страх, но ей тоже от происходящего сильно не по себе.

Марта нервничала. Было видно, с какой неохотой она идёт к камню и как тянет каждую секунду до активации чар.

Влажный осенний ветер всколыхнул желтеющую траву.

Ведьма подняла левую руку, расставила пальцы с зажатым лиловым камешком. После чего резко бросила камень в плетение, и то начало покрываться разломами, как было и с первым.

Ярость аномальной силы превзошла себя. Буквально отовсюду нас окружил полный злобы крик. Послышались звуки бьющихся окон. Люди в домах брали в руки оружие и прыгали к нам. Те, у кого спрыгнуть и выжить было без шансов, пытались швырять в нас предметы. Но мы заблаговременно отошли от них подальше. Уже знали, что будет после начала уничтожения аномалии.

Из мыслей меня вывело жжение в области лёгких. Мне будто не хватало воздуха. Я понял, что не могу надышаться, словно кислорода вокруг меня почти не осталось. В теле чувствовалась слабость, а голова закружилась

Я попробовал повторить фокус с массовым покоем, но ничего не вышло.

Значит, сыграло могущество, помноженное на акцессию.

Начинаю понимать, как этим пользоваться. Не очень удобно и без гарантий, но я могу пользоваться навыком временного усиления характеристик. В случае с могуществом получается почти имба.

Однако… откат. Ничем иным, кроме как откатом от навыка свою слабость и сонливость я объяснить не мог.

— Держи, — протянула мне готесса энергетик.

Я с удивлением посмотрел на неё.

— Пока эхо слишком малое для эликсиров, это будет работать лучше всего. У тебя магическое истощение. Не удивительно после того трюка! Как ты это сделал?

— Чудо? — предположил я. — Ты говорила, воля влияет на работу всего этого. Лучше скажи… когда это пройдёт?

— Быстро. Выпей святой воды, если носишь с собой. Если решил дружить с культом Трибунала, рекомендую узнать про Дафну оттуда. Для массовой магии хорошо бы иметь больше запасов маны.

— Значит магам как в играх здесь нужна мана?

— Можно сказать и так. Хотя разная сила требует разного.

Сама девушка достала из сумки таблетки и закинула их в рот. Затем протянула пачку мне.

— Будешь немного овощем, но дольше протянешь.

— Нет, спасибо, пока в суп не спешу, — отказался я.

— Не хочешь быть овощем — пойдёшь как мясо. Это не последнее плетение на сегодня.

— Справились. Здесь окраина и людей совсем мало, — довольно сказал Мирт. — Третью точку потянем точно.

Марта посмотрела в не по времени тёмное небо.

Цвета вокруг нас казались мрачными и выцветшими. Город не походил на себя. Он был разным, но никогда не таким тоскливым и мрачным.

— Смерть идёт за нами, — тихо сказала ведьма. — Чувствуешь её дыхание?

— Такая работа, — пожал плечами Мирт.

Тяжёлая атмосфера… лично я её ощущал в полной мере.

Проходя мимо домов прочь от заброшенной площадки, я чувствовал на себе взгляды людей в них. Будто нас провожали, сверля глазами спину и скрываясь за плотными занавесками.

Застрял взглядом на тёмно-синих шторах. Показалось, что как только я задержал на них взгляд, они были резко задёрнуты.

Но ведь до плетения ещё далеко. Они не должны быть под контролем.

С шумом расправила крылья стайка голубей. Эла с их помощью начала разведывать окрестности.

До таймера оставалось совсем немного, когда мы вышли к третьему плетению.

Оно находилось в центре крупной транспортной развязки троллейбусных и трамвайных линий, рядом с которыми расцвёл крупный рынок, окруженный множеством домов.

Камень находился в самом центре, окружённый трамвайной линией.

— Ля, чё делают! — поразился Лёха, тыкая пальцем в сторону рынка.

Я присмотрелся и снова ощутил привкус лёгкой тревоги. Чувство неправильности всего происходящего.

Все люди были заняты. Очень серьёзно заняты полной бессмысленной фигнёй. Все вместе они совершали какие-то рандомные действия, имитируя бурную активность.

Торговец рыбой поднимал с прилавка рыбину, ронял её обратно и так по кругу. Рядом толстая тётка двумя ложками доставала из огромного ведра квашеную капусту и жевала. Покупатель что-то рассказывал без остановки махая пальцем над прилавком по одной и той же траектории.

— Они под действием плетения, — бросил Мирт. — Прикончим третье и будем молодцы.

— Впереди ещё кризис, — напомнил Лёха.

— Как у вас хватает сил терпеть всё это раз за разом по новой… — выдохнула Рита. Нервы у неё уже понемногу сдавали.

— Попроси у Марты таблетки, — предложил я.

— Ты же сможешь, если что жахнуть их той инквизиторской штукой ещё раз, да? — спросила рыжая.

— Смогу, — кивнул я, не уточняя что с существованием у этого навыка неожиданного отката, я потом и сам лягу рядом с успокоенными.

Но нападать люди на нас не спешили. Посматривали с интересом, параллельно своим повторяющимся бессмысленным действиям, но не более.

— Это может быть ловушка, — предупредила Марта, протягивая блистер таблеток Рите.

— Плевать, это уже почти кризис, — отмахнулся Мирт.

Как оказалось, не плевать. Потому что здесь нас ждала больше, чем просто аномалия.

— Сво-олочь, — протянула дрожащим от ненависти голосом Эла. — Мирт, здесь на крыше кто-то с оружием.

Поняв, что он замечен, неизвестный выстрелил.

Пуля выбила искру под ногами у Мирта. После чего послышался женский голос.

— Стоять на месте! Вы окружены, твари!

— Враг, — бросил Мирт очевидное.

Из переулков и из домов выходили люди с оружием. Беспредельщики, судя по тому, что нормальные люди раньше кризиса в лицо такими вещами не тычут.

Лидер группы встал рядом с Сашей. Та тоже сжимала топор и скалилась, не выказывая никакого страха перед врагом или смертью. Третьим встал Лёха, прижимая поближе к сердцу биту с гвоздями.

Последнее место заняли мы с Ритой. Манёвр, который мы продумывали заранее с целью прикрыть своими телами наш шанс выстоять — Элу.

— Что-то новое, они не стреляют в нас сразу, как видят, — заметил Лёха.

— Значит, задумали что-то похуже, — бросил Мирт.

— Проверить яд гидры, например, — предположил я.

— О, такой вариант тоже рассматривался, Полярис, — произнес лидер группы неспящих.

Это была девушка. Она откинула капюшон, давая нам возможность насмотреться на себя.

— Значит, не сдохла? Получается, гидра только промывает мозги, да? — с вызовом спросил Мирт.

Только после этого я вспомнил несчастную наркоманку, которая разносила закладки с гидрой и решила в итоге закончить так же, как и её клиенты.

Выходит, гидра не убивает.

А не признал я её по причине того, что сейчас она выглядела куда более здоровой и упитанной.

— Промывает? — девушка смаковала слово, да и момент в общем-то, тоже. — Это очень правильный термин, но он неправильно понимается. Правильно было бы проводить аналогию с холодным очищающим душем.

— Что тебе нужно от нас?

Пока время затягивалось, я подумал о том, как в случае чего можно будет быстро покончить с собой, чтобы не попасть в руки к врагу. Причём оставлять остальных тоже было бы неправильно. Интересно, у Саши или Мирта есть с собой граната?

— Мои коллеги говорят, что вас полагается убивать на месте, но… я помню, что ты в той жизни проявил ко мне человечность, и хочу сама убедиться, что вы эгоистичные выродки.

— Чудовище говорит нам о том, что монстры здесь мы? — усмехнулся Мирт. — Вот только это вы всю дорогу охотились на нас и были рады убивать мирных людей, которые здесь вообще не причём.

— Причём. Конечно же, спящие тоже причём. Их нужно в любом случае правильно пробудить. И тогда они сделают свой выбор сами, — сказала она. — Но сегодня ваша очередь принимать решения.

— Давай без прелюдий, что тебе нужно? — зло бросил Мирт.

— Опусти оружие, слуга лжи. Вы пройдёте с нами и увидите кое-что. После этого сами решите, умереть или присоединиться к нам. Это вопрос к каждому из вас. Не ждите, пока за вас решит назначенный выродком Михаилом хозяин.

Ага, на то, что Мирт согласится она даже не надеется.

— Лен, пусть они оружие бросят. Потом все переговоры, — сказал нашей знакомой один из беспредельщиков, высокий лысый мужик бандитской внешности. — И друидке лучше завязать рот и глаза…

Дальше его слова заглушил птичий клекот и хлопки крыльев. Идею с завязыванием глаз Эла не оценила, и вся живность вокруг нас возжелала уничтожить наших противников.

С криками с неба спикировала стая голубей, воробьёв и ворон. Из-за домов выбегали бродячие псы и дворовые кошки, а из подвалов полезли полчища крыс.

Враг долго не гадал насчёт источника своих неприятностей.

— Я же говорил, их нужно валить сразу, как видишь! — послышался злой голос лысого.

После этого заговорило оружие.

26. Незримая угроза

Мимо пролетел топор, врезаясь лысому в лоб. Саша ломаными движениями бросилась в сторону врага.

Я отпрыгнул к ближайшей металлической урне, хватая за шиворот Риту.

— Владыка крови ала шанских земель! — выкрикнул ритуальную фразу Мирт, и погибший беспредельщик рывком вырвал из своего лба топор Саши и рубанул им по голове бывшего товарища.

Седая девушка, бывшая наркоманка, а ныне неспящий, отскочила и вынула пистолет. Но прежде, чем она выстрелила, с неба спикировала крупная ворона и выбила оружие у неё из рук.

Я тоже не оставался в стороне — самое убойное оружие у меня сейчас — шарики с белым порошком. Их я и зашвырнул сразу горсть в толпу, больше чтобы посеять хаос. Боль прошила правое плечо, и я почувствовал как по боку течёт кровь.

В отблесках яркого пламени из рогатки ещё один шар послала Рита, сжигая голову нападавшему, так что остались лишь части черепа. За что тут же поплатилась пулей в голову.

Следующая пуля полагалась Марте, но она оказалась быстрей.

Ведьма выполнила свой долг, швыряя в третье плетение последний камень с мёртвой магией. А вместе с тем начались и все интересные эффекты.

Вспышка чёрно-лилового пламени. Вязкого и неестественно медленного. Волна ужаса, который ударил и по нам, и по противнику. Но мы-то о таком эффекте знали. А на меня он подействовал в наименьшей степени.

Александра сорвалась с места и бросилась на врага с голыми руками. Следом с ножом в руках, с пылающими ненавистью глазами бросилась Эла. Она была берсерком скорее по духу, чем сути, но к счастью, основную работу за неё выполняли животные.

Именно поэтому она стала главной целью врага и погибла второй. Бежавшие рядом с ней звери потерю застреленной хозяйки восприняли очень болезненно. Часть псов принялась выть, но остальные звери с ещё большим остервенением принялись рвать врага.

Я знал, что в ближайшие секунды точно не погибну. Силы были примерно равны. Их было больше, но Эла и мёртвая магия Марты чуть-чуть исправили этот счёт, и теперь победить стало немного реальней.

Вот только все эти размышления оказались излишни. Следующее слово сказал сам Город.

Где-то на его окраине, в доме Тани на зеркале дошёл до нуля таймер точки невозврата.

Прогремел мощный удар камня по земле. Поднялся столб пыли и каменной крошки, а к нашим ногам полетели капли крови расплющенного существа.

Кризис не стал дожидаться окончания наших разборок.

Ещё две пули пробили шею Лёхи. Он погиб мгновенно и повалился на землю. Больше прикрытия у Марты не оставалось.

Кто нас атакует я не увидел. Но в любом случае, стоять здесь было нельзя.

— За мной! — крикнул я. Не знаю, жив ли там Мирт, но кто-то отдать этот приказ должен был.

Увидел я только Марту, которая тупила под воздействием своей же атаки. Ухватил её за руку и потащил за собой, будто куклу.

Внезапного нападения чудовищ не ждал никто. Не было понятно откуда они взялись — будто прямо здесь и заспавнились специально для нас.

Я нырнул в переулок, силой втянул за собой растерянную Марту.

Затем увидел, как следом за мной залетает Мирт вместе с Ритой.

Я не успел как следует удивиться чуду, как сверху обрушилось что-то тяжёлое, поднимая новый столб пыли.

Мы бросились бежать прочь по узкому переулку, но увы, недолго.

Внезапно прямо перед нами, преграждая путь, из ниоткуда появился биосиликат.

Существо напоминало грубую карикатуру на гуманоида, имело человеческие ноги, руки и обнажённый торс. И никакой башки — лицо чудовища красовалось у него на груди.

Размер у твари был где-то под два с половиной метра. Серая каменная кожа и витые мышцы давали понять, что один удар таких ладоней по нам гарантирует смерть.

Монстр обрушил удары на землю, но мы вовремя остановились.

Мирт направил левую руку на существо и запустил огненную стрелу.

Существо издало странный звук, напоминающий смесь крика гоблина и громкого стачивания камней друг об друга. Человеческое горло на подобное в принципе не способно.

Но сильного вреда это твари не нанесло.

Тогда я попробовал накинуть покой, и это сработало. Тварь повалилась, перекрывая собой путь. Но Мирт не задумываясь запрыгнул прямо на её тело и побежал вперёд по чудовищу.

За ним побежала Рита и мы с Мартой. Последнюю, к счастью, водить за руку уже было не нужно. Она постепенно приходила в себя.

Дальше шла развилка, и Мирт свернул налево. Остальные пошли за ним, всё равно дорог здесь никто не знал. И вскоре вышли в небольшой внутренний дворик.

Ещё один появился за спиной у Риты. Точно так же будто из ниоткуда, не издавая ни единого звука, монстр просто проявился и попытался её убить. Но я успел скороговоркой прочесть молитву.

— Что это за твари⁈ — воскликнула девушка.

— Я читала о них, — холодно сказала Марта. — Это недвижимые. Они невидимы, когда неподвижны.

— Рита, ты как? — спросил я. — Тебе же при мне пуля в лоб попала?

— Чудо, — улыбнулась девушка.

— Рад, что ты привыкаешь, — криво улыбнулся я.

— Коэффициент Рационализации, — вдруг ответила рыжая.

— Потом обсудите навыки, — буркнул Мирт. — Кризис только начался. И кто-то из тех уродов ещё жив. Девчонка точно целее всех.

— Они что, пытались с нами поговорить? — спросил я.

— Возможно… — с выдохом сказал он. — Но чёртова друидка всё испортила!

— Если бы они мне предложили надеть на голову мешок и связать, я поступил бы точно так же, — встал я на сторону погибшей девушки.

— Столько смертей, Полярис… стольких унесли стиратели и пустотники из-за этой вражды… Любая информация о них — бесценна. Они впервые вышли на диалог с нами.

— Тем не менее, говорить можно и без мешка на голове, — заметил я. — Кто им мешает соврать и вколоть тебе в спину ту же гидру? Лучше скажи, какого хрена среди них была та наркоманка? Разве гидра не должна сводить с ума.

— Должа! — кивнул Мирт и задумался. — Да, меня тоже это удивило. Они видимо гидрой промывают мозги. Нужно сказать об этом Мише.

Он выхватил телефон и принялся молниеносно набирать сообщение начальству.

— Той девчонке было реально плохо от этой дряни. Я такого ужаса в глазах человека давно не видел. Такое не сыграешь. В тот момент даже мелькнула мысль добить её из жалости.

— Тогда тем более странно, что она перешла на их сторону.

— Откуда взялась инфа, что гидра именно убивает?

— Вроде как несколько пробуждённых остались после неё овощами. Но я сам свечку не держал. Слова Миши.

Я припомнил наш разговор перед стирателями. Он тоже не доверял шефу.

— Вы бы это потом обсудили, — вмешалась Рита. — Тут это…

Она красноречиво обернулась к другой узкой улочке между домами. С той стороны горел фонарь, и по стене шла искажённая тень лишённого головы существа.

Ходили они бесшумно, при этом медленно и основательно. Но во время движения они были видимыми. Название существа говорило само за себя.

Мы долго стояли на одном месте, а эти существа предпочитают терпеливо ждать, а не проявлять инициативу. Но видимо кризис подгонял их.

— Тэпир кир! — прорычала Марта и вонзила иглу в куклу. Но в последний момент рука соскочила и игла уколола ей палец.

Безголовая серо-зелёная каменная статуя резко развернулась в её сторону и бросилась бежать к ведьме.

Мирт скороговоркой выпалил формулу огненной стрелы, но та просто разбилась о каменную морду на груди монстра. Тогда Мирт сам прыгнул на него всем телом, чтобы прикрыть ведьму, но тварь этого даже не заметила. Весил безголовый наверное килограмм триста.

Я добавил шариком с белым порошком, и второй такой шарик из рогатки Риты ударился в грудь чудовища.

Остались заметные подпалины, и по телу врага пронеслась сеть мелких трещинок.

Но не успел я обрадоваться тому, что это хоть как-то работает, как Мирт закричал:

— Ещё один!

Недвижимый бесшумно и незаметно, тем более как для такой громадной махины, успел зайти нам в тыл и теснил с другой стороны.

Следующий шар порошка я швырнул ему в грудь. Тварь пошатнулась и встала на одно колено.

А боеприпасов-то у меня не так и много…

Воспользовавшись заминкой, я вынул бутыль с керосином и принялся поливать камень. Вспышка зажигалки. Монстр слишком долго вставал. Теперь его охватило пламя, но сильно хуже ему я этим явно не сделал.

Лицо на груди каменного чудовища начало болезненно морщиться, и откуда-то изнутри стал раздаваться тот странный звук, напоминавший смесь крика и скрежета камня.

— Твой дом — ПУСТОТА! — Крикнула Марта и бросила ещё один камень с тёмно-лиловой силой. Видимо, припасла на всякий случай для себя ещё один.

Чудовище захрипело и повалилось на асфальт.

А следом за ним скрутило и саму Марту. Она осела на землю и закрыла лицо руками. Вид у неё был совершенно неадекватный — глаза были красными от слёз, а руки изодраны её же ногтями. Прямо сейчас она сдирала ногтями кожу, а плечи её сотрясались в рыданиях.

Зрелище расплаты за использование мёртвой магии чем-то напоминало ту разносчицу гидры, когда она сожрала свой яд.

Но мучаться долго ей не пришлось. Враг ждать, пока она придёт в себя не стал. И второй биосиликат обрушил всю мощь своих каменных рук на неё.

Рита вскрикнула и всё-таки утратила контроль над собой. Бросилась бежать прочь в оставшийся свободным переулок.

Мирт выругался и побежал следом за ней.

— Уходим, Полярис! — крикнул он.

Я находу зацепил время с убитого Мартой монстра. Потом верну на следующем круге.

Времени за недвижимых падало прилично. По три-четыре часа — чуть меньше, чем за титана.

— Здесь недалеко есть заправка. Можем её подорвать и сорвать немного времени, — предложил Мирт.

— Идёт… — начал я и услышал громкий вскрик, после чего — мощный удар камня по земле.

Девушка возвращалась назад.

— Чудо не помогло? — раздражённо спросил Мирт. — Куда бежишь без приказа?

— Комба не работает! — разревелась девушка. — Я должна быть раздавлена-а!

— Ты про свою характеристику?

— Лезем в окно, — прервал нас Мирт.

Чуть выше находилось одинокое и частично разбитое окно внутрь здания слева от нас.

— Иеро асмо фиеро! — скороговоркой выпалил Мирт и высадил деревянную раму огненной стрелой.

— Я последний, — сказал я, глядя на таймер. Если я в ближайшие пару минут должен выжить, значит и они тем более успеют.

Подожжённый мной биосиликат медленно гнался за нами. Попутно он продолжал гореть, потому отблески языков пламени осветили мрачный переулок.

С другой стороны следом за лезущей в разбитое окно Ритой неотвратимо шёл новый.

Мирт нетерпеливо и отнюдь не ласково начал толкать рыжую руками под задницу, мотивируя поскорее забраться внутрь.

Я достал из сумки бутылки с кислотой и щёлочью. Надвигающиеся враги не сильно пугали. Смерть здесь будет мгновенной, а вот поэкспериментировать стоит — пригодится на будущее.

Плеснул кислотой. Понял, что это тоже монстру не нравится. Но сильного урона нанести не получилось. Уже без особой надежды брызнул щёлочью. С примерно тем же эффектом, только жидкость ещё зашипела и запузырилась. Хотя это скорее от реакции с остатками кислоты.

Следующей рука взяла бутылку водки, и её я просто швырнул во врага. Стекло разбилось, а остатки пламени разгорелись с новой силой. Монстр издал тот же странный болезненный звук и продолжил наступать.

— Полярис!

Я недооценил другого — тот был уже совсем близко.

Приём был уже почти фирменным — я подпалил сумку, успевшую пропитаться натёкшим горючим, и бросил на раненого монстра, надеясь всё-таки добить. И не иначе как акцессия помогла — сумка зацепилась ремешком за изгиб безголового тела, так что от источника пламени тварь так просто не избавится.

Мирт уже скрылся за окном. Я прыгнул за ним следом. Вот только от адреналина совсем позабыл о ранении в плече. Оно же про меня не забыло — рука ослабла и не смогла удержаться.

Подтягиваться на одной руке в этом теле я был не способен. К счастью, по ту сторону были Мирт с Ритой, которые сами ухватили меня за руку и принялись затаскивать внутрь.

Однако когда я уже почти поверил в своё спасение, почувствовал резкий удар и дикую боль в позвоночнике.

Я даже не сразу понял, что уже нахожусь внутри дома. Вернее, склада — помещение было просторным, пыльным и заставленным какими-то стройматериалами.

Попытался встать, но ничего не вышло. Тело вообще отказывалось повиноваться. Я только и мог, что безвольно смотреть на то, что происходило внутри.

Здесь нас уже ждали. У порога валялся обожжённый труп беспредельщика с застывшим над ним временем. Увидел силуэт девушки. Рита попыталась её задеть, но та лишь ухватила её за волоса и пинком швырнула к двери.

В этот момент дверь провалилась внутрь вместе с частью стены, погребая под собой и девушку.

Внутрь помещения входил недвижимый.

Всё, это конец. Теперь все пути были точно отрезаны. А я так и вовсе не мог даже пошевелиться.

Девчонка бросилась к Мирту.

— У нас общий враг, дура! — попытался воззвать к её здравому смыслу Мирт, на что та ответила:

— Ты ничего не знаешь о том, кто наш враг, тварь! Мы будем вас убивать, пока не изведём под корень!

— Что мы вам сделали? Я просто пытаюсь разобраться!! — прорычал Мирт. Союзников у него не было. Меня он наверное уже мёртвым счёл, а Рита погибла у него на глазах.

Неспящая же подняла пистолет и направила ему в лоб.

— Если ты действительно хочешь знать правду… — она задумалась. — На следующем круге будет слишком большое эхо. Жду тебя через один на этом же месте. Время я сообщу тебе позже.

А затем прозвучал выстрел и тело Мирта повалилось на пол склада.

Девчонка протянула руку, собрала жалкие сорок минут с Мирта. О том, что отсюда ей уже не сбежать она знала. Враг был повсюду вокруг дома, и нормального способа уничтожать этих тварей мы так и не нашли.

Потому она подняла пистолет, приставила к виску и ещё раз нажала на спуск. Вверх над её телом взлетели двадцать три минуты. Но забрать их я не мог — тело всё ещё отказывалось шевелиться.

Откуда-то внутри начал подниматься липкий страх из прошлого — что всё так и останется, и я навеки заперт теперь в теле, которое способно только отстранённо наблюдать за миром вокруг.

Однако биосиликаты оказались гуманней. Монстр не обманулся моим обездвиженным видом и обрушил сверху всю мощь трёхсоткилограмового тела…

27. Мир полуорков

Уровень сложности «7»

Уровень эхо «31»

Тип инкарнации: «3, 01»

Критическая точка «33 ч. 10 мин.»

Доступно времени для распределения: 516

Меня разбудил всполошенный отчаянный мяу существа, столкнувшегося с неизведанным. Хотя полагаю, в этом мире это не такое уж неизведанное, а самая что ни на есть обыденность.

Поднялся, посмотрел в зеркало. Увидел рекордно большое эхо и понял, что будет весело.

Сперва я вообще было решил, что это опять какой-то ивент или вроде того.

Хотелось написать Тане, но потом подумал, что у неё вряд ли есть столько времени сейчас, чтобы быть здесь.

Остаётся надеяться только на то, что у нас всё вышло.

Тридцать один…

— Иеро, асмо, фиеро, — произнёс я и швырнул в открытое окно файербол размером с теннисный мячик.

Затем всё же уделил внимание Таумиэль и отправился к окну в коридоре, через которое в дом проникла пёстрая ящерица с синими крыльями.

Мозгов волшебному существу однако это не прибавило, потому как теперь животинка как последняя муха билась башкой о стекло.

— Благодарю за бдительность, ксенос уничтожен. Курсант Тау приставлена к награде.

Шуршание кошачьего корма с таким запахом, что я бы и сам в него вгрызся.

Попутно я поглядывал на анимешные и музыкальные плакаты, которые здесь шевелились в лучших традициях Гарри Поттера.

Затем начал дежурный осмотр дома. То, с чего начинается каждый цикл.

Вкладывать время ни во что я не стал. Будем копить на могущество. Плюс часть времени надо будет передать Марте.

Итак, весь набор химикатов и инструментов был на месте. Изменилась только недо-тонфу. Там где всегда была арматура, теперь был меч с гардой в виде крылатой кошки.

Насколько мои химикаты будут полезны на этом уровне — понятия не имею. На вид они не поменялись, тут наверное будет летать боевая магия… Хотя, смотря что за кризис будет.

Беглый осмотр документов сообщил, что я всё так же учусь в академии. На этот раз она так прямо и называлась «Академия магических искусств имени В. И. Ленина». Факультет запредельных стихий. Программа бакалавриата «Магия астрально-изнанческих проекций и шаманистики»

Сейчас бы туда заглянуть, хоть одним глазком…

Свалить с работы хотелось как никогда сильно.

Прозвучало оповещение в чате, и я уже с чаем вернулся к компу. Да, техника здесь тоже была, хотя за принципы её работы говорить не берусь — в системном блоке маленьким солнышком горел какой-то кристалл.

Августа Всеведущая:

Возрадуйтесь, друзья мои! ＼(＾▽＾)／

Августа Всеведущая:

Докладываю по текущему кругу: мы в фентезийном раю! Проверьте уши и цвет кожи, может быть весело ⁽(ଘ(ˊᵕˋ)ଓ))

Августа Всеведущая:

Доступны практически все виды магии по третий круг. Третий — с натяжкой, его здесь кастуют только крутые ребята. А вот второй — умеет применять любой выпускник магических вузов.

Некромантия вне закона, но втихаря используется. Этически неприемлемо вроде как. Хаос и демоны никого при этом не смущают. За мёртвую магию — уголовка. Остальное безлимит.

В такой день идеально можно заниматься прокачкой и изучать магию! Например, сидя дома под уютным пледом и глядя на капли дождя за окном.

｡^‿^｡

Но Августушка здесь и всегда рада помочь 3

Мирт:

Через час собираемся в Смайле. Есть новости.

Августа Всеведущая:

Удачи вам там! Жду фоточки с посиделок:3

Мирт:

Ты идёшь с нами, боевой проклинатель. Давай без сцен.

Августа Всеведущая:

(╥﹏╥)

(ಥ﹏ಥ)

(ﾉ´･ω･)ﾉ ﾐ ┸—┸

Августа Всеведущая:

Кстати, ты знал, что в этом эхо существует профсоюз ведьм, и ты нарушаешь мои права?

Последнее появилось уже после смайлов и даже звучало логично. Но Мирт не впечатлился и просто проигнорировал это.

Что ж, новости после прошлого круга и впрямь было бы интересно посмотреть. И времени у меня впереди — полтора дня. Ещё успею насмотреться на волшебный мир.

Клинок запихнул за пояс. Ножны для него тоже нашлись. Алхимию — упаковал в большой удобный рюкзак. Туда же добавил ничуть не изменившийся кухонный нож. Получил по голове от зонтика.

Предмет свалился с верхней полки и деревянной рукоятью огрел меня по макушке. А когда упал на пол — самовольно раскрылся и вылетел в коридор.

Это ещё что за хрень?

Алый зонтик был неестественно выгнут — вместо рукояти теперь была живая птичья лапа с тремя пальцами.

Предмет мелко затрясся и слегка закрылся, после чего развернулся и продемонстрировал мне крупный глаз.

— Значит, у меня всё-таки получилось?

Таумиэль зашипела и попятилась на кухню.

Я протянул руку к неказистому монстру и приказал:

— Ко мне!

Существо несколько секунд потупило, окинуло меня плавающим взглядом, затем будто делая одолжение, в два прыжка единственной лапы добралось до меня и начало будто принюхиваться отсутствующим носом.

— Прыгай в руку и превращайся в нормальный зонт.

Тварюшка отрицательно помотала «головой» и отпрыгнула на шаг назад.

— Ты вроде должен мне подчиняться. Но если ты бесполезен, лучше будет от тебя избавиться.

Зонт застыл. Единственный глаз опасливо забегал, а затем затрясся и… оно что — плачет?

Я скривился.

— Надеюсь, от тебя вообще есть хоть какая-то польза.

Зонт принялся активно кивать, будто от этого зависела его жизнь. Впрочем, чего там, и правда зависела.

Протянул руку с раскрытой ладонью.

Существо явно нехотя, маленькими прыжками добралось до меня, затем натужно присело и запрыгнуло мне в руку. Теперь зонт выглядел так же, как и должен был — просто старым зонтом.

Мда…

Выйти из дома мне так просто не дали.

Закрыв дверь квартиры и спустившись на первый, я едва не свалился на пол под весом красноглазки.

— И-и-и! — потянула она, обнимая меня. Я едва вообще на ногах устоял. Но ей этого оказалось мало, потому она не отпуская меня ни на секунду, приблизила своё лицо к моему, ткнула пальцем в правую щёку и многомудро произнесла. — Джи-и-и-и!

— Что тебе нужно? — спросил я, отстраняя ужасного стирателя.

Красноглазка рывком встала, схватила меня двумя руками за руки и потянула в подвал.

Я сопротивлялся как мог — лениво и неохотно. И вскоре оказался взаперти в полуподвальной комнате под сдачу. Хотя сдавать её теперь можно разве что под музей или галерею…

— Ты где взяла столько краски? — спросил я, глядя на изрисованные от пола до потолка стены.

Где она взяла столько времени — отдельный вопрос.

Пол был превращён в светлые улочки с пробивающейся травой. Вокруг — смесь сказочных домиков со стандартными девятиэтажками. Люди в современной одежде, машины, животные… детализация и реализм были потрясающими.

— У тебя красиво получается, — отметил я. А сам подумал — на кой чёрт стирателям умение рисовать?

Или больше — откуда у неё это всё в голове? За окном совсем другой пейзаж. Где она могла его увидеть?

— Где ты взяла краски?

Непонимание. Красноглазка склонила голову. На светло-серой коже белые волосы казались снежными. Красные глаза — ненормальными, но в них не было никакого зла.

Кто такие всё же эти стиратели?

— А, кажется, понял. Правда где ты это натырила — тоже вопрос.

Взгляд зацепился за несколько баночек с краской, художественной и технической разных видов.

— Будешь сегодня тихо себя вести, или тебе нужно теперь искать места для покраски?

Она довольно закивала.

— Ладно, иди обратно, что-нибудь придумаем.

И сам покинул её жилище. С мыслью о том, как это невинное существо переживает финалы кризиса.

Эх, не вовремя я первый раз встретил Руту. Тогда я ещё был совсем не готов к этой встрече.

Ну, решение этого вопроса тоже целиком зависит от меня. Нужно найти способ заработать много времени. Пора переходить к торговле моим навыком, но как…?

Больше всего заинтересовалась Эла. Но там я тоже пообещал всё сделать бесплатно. Можно попробовать выставить услугу на аукцион, но это личная встреча и шанс рассекречивания.

У кого может быть много времени и большое желание с ним расстаться?

Несмотря на высокое эхо, мир казался нормальным целых пятнадцать минут. Ровно до того момента, как со звоном появился трамвай и из него вышла внушительных размеров орчиха.

После этого шутка про уши и цвет кожи уже шуткой не казалась.

В салоне трамвая двое клыкастых подростков горячо обсуждали какую-то игру, а у окна стояла эффектная эльфийка с православным крестиком и платком.

Невольно рука сама потянулась к уху.

Но кажется, меня эта участь миновала, и я остался человеком. Даже немного обидно. Интересно, как будет с остальными?

Двери закрылись, и трамвай поскользил дальше по рельсам.

Я с интересом включил телефон и принялся за поиски информации о том, как этот мир докатился до такой жизни.

Информации было много, но понятного — почти ничего. В новостях пестрели названия незнакомых стран, имена королей и неизвестных политиков. Хотелось то и дело посмотреть в окно и убедиться, что речь идёт об этом мире.

На то, чтобы понять хотя бы общую суть, ушли все сорок минут езды до метро.

К концу этого срока я смог разобраться только в том, что в этом мире существовали мифические существа, согласно народным поверьям. Эльфы, тролли, великаны, лешие, домовые, русалки — полный набор. И люди, как без них.

Дальше всё шло примерно, как в нулевом мире — две мировые войны и затишье, в которое все верили, что общество стало цивилизованным и глобальные вооружённые конфликты себя исчерпали.

Сытые счастливые времена, которые продлятся ещё так недолго, если в этом мире тоже будет третья мировая и вся прочая библейская жесть.

И самое интересное, что больше всего отличало нулевой мир и тридцать первое эхо — было обнаружение под Антарктидой входа в Подземье, где располагался ещё один магический мир, чьим солнцем было ядро Земли.

Да, звучит как жесть из самых безумных теорий заговоров, но планета здесь была полой и населённой подземными существами. Так что к политике между странами Надземья добавлялась политика с подземными жителями.

Вот такая вот вырисовывалась история.

В метро я сунул в автомат жетон — несколько купленных в первый раз до сих пор грели карман. В это время мимо меня прошёл… мм… да, коренной обитатель Земли — псоглавец.

Парень с собачьей башкой посмотрел на меня с равнодушием и уставился в свой телефон. Подумаешь, было бы на что тут смотреть…

Вагон в это время оказался достаточно полным, и я смог ещё немного поизучать существ вокруг.

Люди всё-таки составляли большинство жителей Города, но эльфы, орки и полуорки тоже встречались. Реже — дворфы. На следующей станции в вагон валилось несколько гоблинов и орк в спортивных штанах, кожаной куртке и кепке.

На третьей станции — явилась Саша.

Её эхо этого мира будто и не коснулось. Она тоже была человеком и одевалась один в один так же. Даже топор на плече никуда не делся.

Другие пассажиры на неё не обращали никакого внимания. Будто не замечали её. От чего куда бы она не подалась, её кто-то задевал.

Большинство столкновений с кем-то она избегала, будто водный поток. Но один раз её всё же едва не сбил с ног толстый мужик. Собственно, животом.

За что получил ощутимый толчок и едва не упал. Но судя по тому, какое удивление проступило у него на лице, он понятия не имел, что перед ним кто-то вообще стоял.

Александра юркнула поближе ко мне и повесила топор на поручень.

— Мир бренных тел не знает, что канет в Лету спустя полтора суток, — прошипела она и посмотрела на меня.

— Тебя сложно не заметить, — хмыкнул я.

— Уровень заметности минус три, — бросила она и посмотрела на меня. — У них впереди долгая интересная жизнь, а я — листочек в потоке реальностей.

Жёлтые глаза смотрели в мои. У Александры они были не просто неестественного цвета, но вроде и радужка была меньше, чем положено людям.

— Колле-ега, — протянула она хриплым зловещим голосом. — Интересно, как долго я буду тебя помнить?

— Тебе что-то конкретное нужно? — спросил я напрямик. А то создавалось ощущение, будто она издевается.

— Конкретное… а ты не охренел? — спросила она скривившись. — Наслаждайся мудростью моей, йопта!

— Понял, закажу сегодня лучше гавайскую пиццу.

Бровь девушки с топором задёргалась.

— Сицилийскую.

— Я подумаю, если будешь отыгрывать роль «няши», если уж так подписалась.

Вагон затормозил. Мы приближались к станции. НИИ Магической Химерологии. Здесь выходило много людей, и я позволил потоку себя унести к выходу. Алекса последовала за мной, снимая топор с поручня и закидывая обратно себе на плечо.

Теперь я уже знал куда идти, так что сразу направился к нужному выходу.

Саша шла у меня за спиной, насвистывая какую-то мелодию. Общаться с сумасшедшей меня не тянуло, да и её социальная активность волновала мало. Стоило выйти на улицу, так она ещё и подбрасывать свой топор начала.

Но люди просто шли мимо, не замечая безумную девушку, даже когда топор пролетал в считанных сантиметрах от их лиц.

— Грустная у тебя способность, — заметил я.

— С хера ли? — грубо переспросила Саша.

— Общение с людьми — часть шарма Города. Без него мне было бы плевать, и я бы так не рвал задницу ради времени.

— А разве то, что они живут, где-то там, даже если не замечают тебя, не насыщает твоё сердце радостью, коллега?

— Насыщает, — ответил я её словами. — Но тогда это была бы грустная история. Пусть и с хорошим концом.

— А ты уже знаешь конец этой сказки?

— Он будет таким, каким мы его напишем.

— О-о. За базаром ты не следишь. А ведь у слов есть последствия.

— Вообще сейчас не понял, о чём ты. Но если будешь говорить загадками, пиццы не будет.

В ответ она как-то очень зловеще улыбнулась.

— Посмотрим, как ты умеешь держать слово, Полярис.

Затем картинно рассмеялась и свернула за угол к кафе.

Я увидел светящуюся вывеску пиццерии с улыбающейся рожицей. На пороге уже курил в ожидании Мирт.

— Мы последние?

— Нет, ещё Лёха и Марта. Но шефа всё равно ещё нет, так что не парься.

Александра встала у входа, бросила на меня странный взгляд и зашла внутрь, громко хлопнув дверью.

— Пытался общаться? — понимающе спросил парень.

— Это едва ли можно назвать общением.

— Забей, она просто отбитая. Как и Эла, походу. Ты единственный адекват в нашей команде…

— Правда? А как же Лёха?

— Он простой и не особо замотивированный. Работает только ради времени.

— Я бы тоже не стал работать бесплатно.

— Но ты хотя бы интересуешься тем, что делаешь. А для него это всё развлекаловка. Захочет — свалит. Были у нас уже такие.

— А что скажешь про остальных?

Он смерил меня долгим взглядом.

— Это худший сбор аномальщиков из тех трёх, что были при мне, приятель.

— О как. И не стыдно тебе людей заманивать в такую организацию?

— Ну вот, на тебе всё и держится. Вот исчезну я где-то, и кто останется за старшего?

— Марта? — улыбнулся я. — Она здесь самая старшая.

— Самая старшая Саша, но потом Марта, да. Только она уже давно выгорела, и ей ничего не интересно. Рита дура, а Эла походу та же бешеная Саша. Вот только ты и остался.

— С чего вдруг ты провалился в такой мрачняк? Помирать собрался?

— Да просто… работаешь тут, всего себя отдаёшь, защищая мир… а всё только хуже и хуже.

— А раньше такого не было?

— Всё становится только хуже, приятель. Ты видел, они уже не боятся и на сходку нападать, и отстреливать наших ищеек. Строят подпольные лаборатории у нас под носом и всё такое… А тут первый за много кругов потенциальный контакт.

— Что будешь делать на следующем цикле?

Мирт вздрогнул.

— Значит, я был прав. Ты не погиб тогда. Времени я не видел.

— Ты пойдёшь?

Он сделал долгую паузу, будто именно сейчас и принимал это решение.

— Не знаю, Поляр… они ведь вместо ответов могут предложить мне закинуться гидрой. Или помочь ею закинуться принудительно. Вот подумал… может хочешь пойти со мной?

28. За ароматом уюта

Видя, что я не спешу отвечать, Мирт вытащил из кармана сигарету и закурил. Затем немного закашлялся и зачем-то пояснил:

— В этом возрасте я ещё не курил, так что теперь каждый раз, как первый. Зато действительно успокаивает… не успеваешь привыкнуть, смерть приходит быстрее.

— Я тоже курил одно время. Правда, кальяны, зато по два-три в день. Как раз примерно в этом возрасте. До апокалипсиса у меня было много друзей.

— Да? Значит и здесь должно быть, если хорошо изучишь свой лор.

— Для меня они все новые люди.

— Ну, не все. Поищи, важные люди из нулевого мира тоже могли перенестись сюда. Особенно, если они успели там умереть.

— А это имеет значение?

— Говорят, имеет… — потянул Мирт и затянулся. — Ладно, это всё лирика. Я хотел сказать, что это не приказ. Это личное. Я предлагаю тебе сходить со мной, как с другом. Убьём друг друга в конце концов, если что.

— Чтобы убить себя, лучше заранее приобрести цианид или мышьяк какой-нибудь. Что-то убойное. Засыпать в капсулу и держать во рту.

Мирт усмехнулся, полез в карман и вытащил жмень таблеток с коричневым содержимым.

— По виду напоминает гидру.

— Не, — отмахнулся он. — Это травы. Но эффект тот же. Быстро и безболезненно. Хочешь?

— А давай, — протянул я руку. Хорошо бы никогда не пригодилось, но мало ли, как обернётся всё.

— Так что?

— Михаил знает?

— Нет. Если узнает, тогда на место встречи придёт боевая группа противодействия.

— Может, оно и к лучшему?

— Я хочу знать. Миша, конечно, пока ни разу нас не кидал. Работа сложная, но отношение к людям не свинское. Я успел поработать на дерьмовое начальство в том мире, так что умею ценить нормальное. Но каждый раз, когда мы оказываемся близки к разгадке, происходит какая-то хрень. Вон, как у вас, когда главного сектанта просто прикончили, едва только он заговорил.

— Это действительно может быть совпадением. А они действительно могут просто нести сектантский бред. Хочешь поставить на кон жизнь?

— Понял, ты идею не одобряешь.

— Ты ещё кому-то это предлагал?

— Саша и Эла сразу минус. Марте это не нужно, да и не ладим мы с ней, как ты понял. Рита и Лёха… не знаю. Думаешь, стоит?

— С учётом того, какого мнения ты про когнитивные способности Риты, не думаю. А Лёха может и согласится. За плату — точно.

— Во завернул. Ты не психоаналитиком был в той жизни, не?

— Выживал, как все. Вот, воздухом до сих пор надышаться не могу. Свободно ходить по улицам, не боясь что тебя заразят, отравят или похитят, уже чудо.

— Да, ты прав. Глупо рисковать всем этим и схлопотать окончательную смерть. Спасибо, Полярис. Ты напомнил мне о главном. Я начал привыкать к этому миру и забывать о том, как может быть плохо на самом деле.

Я хлопнул его по плечу. Парень просветлел, видимо мои слова и правда задели внутри нужные струны.

— Если идти туда, — сказал я после небольшой паузы уже серьёзно. — То не вдвоём, а хоть небольшой группой. Обязательно кого-то в прикрытие. В идеале — свой снайпер, который будет посматривать. Плюс условный знак на случай если нужно будет тебя выручать.

— Беспредельщиков полагается убивать на месте. Кому это можно доверить?

— Хм… предположим, я могу взять одного специалиста, но это в крайнем случае. И тебе придётся его вооружить. Ты говорил, что можешь достать через отца нормальное оружие?

— Не на каждом эхо, — уточнил Мирт.

— Подумай, кому ты доверяешь и кто решит сходить на переговоры с тобой. Армия не нужна, но пара опытных человек бы не помешала. Не нужно рисковать собой на ровном месте. Давай сделаем это адекватно.

— Ты прав, Полярис. Спасибо. О, а вот и наше начальство.

Михаил нас заметил и приветливо помахал рукой. Шёл он вместе с Мартой. Та выглядела недовольной, хоть и пыталась спрятаться за отстранённостью.

Под звон колокольчиков мы вошли в кафе и направились к нашему столику в углу. На обитых алой кожей диванах сидела скучающая Рита и глядящая блестящими глазами на Михаила Эла.

Любительница животных в этом эхо стала обладательницей острых эльфийских ушей, а каштановые волосы стали светло-русыми. Она даже причёску изменила так, чтобы подчеркнуть эльфийскую кровь.

Лёха уже заказал себе бокал пива и наслаждался новым днём. Феликс жевал мороженое. Ну, ничего необычного, если не считать того, что у нашего музыканта выпирали клыки и бугрящиеся мышцы.

Не орк, но, наверное, полукровка.

Марта тоже оказалась эльфийкой, только волосы оставались чёрными, и ничего в своём образе она не меняла. Лишь прошествовала к столу и уселась напротив Лёхи. Чтобы наверняка платье никто не отсидел.

Саша сидела так же, как всегда, повернув спинку стула к столу и положив на неё руки.

Прозвучал звонок. Что-то японское. Миша молниеносно выхватил телефон, включил и начал быстро просматривать новое сообщение. Оно видимо было длинным, потому что пришлось листать.

Он на автомате дальше дошёл к столу и сел рядом с Мартой.

Мы с Миртом взялись за стулья, чтобы подтащить их к слишком маленькому для нашей компании столу. Но в этот момент случилось ещё одно важное для некоторых событие.

К столу направилась официантка, сжимая в руке три папки с меню.

— О, Полярис, солнышко, какая радость, что ты наконец пришёл! — губы Александры растянулись в счастливой детской улыбке. Она картинно прижала руки к груди, как примерная анимешная девочка, и окатила меня взглядом, полным обожания.

Мирт с круглыми глазами посмотрел на меня. Марта отвлеклась от изучения своих ногтей. Брови Риты удивлённо поползли вверх.

— Я так скучала по тебе, братик! — продолжила Саша. — Вот, садись, сюда, я специально грела для тебя место!

Она слезла со стула и грубо пнула его ногой в мою сторону, а сама левой уже поворачивала спинкой к столу следующий.

— Садись, Полярчик, — она умилённо улыбнулась и часто заморгала.

— Переигрываешь.

— Я просто так хотела продолжить нашу занимательную беседу, начатую в метро! Ты садись, а я нам выберу покушать, солнышко. Ты же хотел нашу любимую? — спросила сияющая теплотой Саша, после чего взглянула на меня исподлобья фирменным взглядом матёрого уголовника. — НАШУ ЛЮБИМУЮ, ДА?

— Полярис, что ты с ней сделал? — наконец подобрал отвисшую челюсть Мирт.

— Кормить нужно правильно, — ответил я и повернулся к бешеной фурии. — Хрен с тобой, попытка засчитана.

— Гавайскую, — бросил Мирт официантке.

— Охотничью! — громко сказал Лёха.

— Морская, — холодно сказала Марта, поправляя чёрные перчатки.

— Вегетарианскую, — шепнула Эла.

— Четыре сыра! — объявила Рита.

— И две сицилийские, — закончил я. — С томатным соком. В одну из них насыпьте тройную порцию острого перца. А лучше, засыпьте им её всю!

— Так, ещё раз здравствуйте, — с вечной улыбкой сказал Михаил. — Спасибо за проделанную работу в прошлый раз. За третье плетение, закрытое под нападением врага, полагается премия. Каждому будет начислено двенадцать часов свободными. Сами решайте, как их потратить.

Он сделал паузу, чтобы взять заказанный эспрессо и булку с корицей.

— Что с остальными? Нам ждать стирателей?

— Пока нет, — ответил Михаил. — На этот раз мы сработали вовремя.

— Удалось выяснить, как они протаскивают тварей из других эхо?

— Напрямую нет, но мы проверяем возможности. Скорее всего, у них появился человек с уникальной способностью.

— А может, они просто переливают часть своего времени монстрам? — спросил я и, видя непонимание на лицах, пояснил. — Ну, можно же дать времени нпс. Почему нельзя мобу?

— Это интересный вариант, — произнёс Миша. — Спасибо, Полярис.

— Только я не знаю, как будет вести себя тварь с высокого эхо на низком. Предметы ведь меняются под круг, так что и она должна бы стать каким-нибудь безобидным вараном.

— Мы проверим и эту версию.

Я кивнул. Но очень скоро эту версию проверю и я сам, как только будет низкое эхо — на своём зонте.

— Что дальше? Если у них есть способ перебрасывать сюда монстров из высокого эхо… я не знаю, чем мы можем им помешать, — растерялся Мирт.

— Значит, придётся воевать как на прошлом круге, — ответил Михаил. На этот раз без своей вечной улыбки.

— Воевать? Смысл, они всё равно возродятся?

— Есть способы. Гидра… — медленно ответил шеф. — Или мёртвая магия. Или тёмные боги. Или Фатум. Или яд ляпуса. Или стиратели. Таких способов не так мало.

— Восемь проклятий Города, — тихо произнесла Марта.

— Уже девять, — покачал головой Михаил. — Плюс гидра.

— А разве гидра убивает? — снова спросил я. — Мы тут недавно встречали одну девушку, которая после неё нашлась в рядах беспредельщиков.

— Наслышан, — Миша бросил взгляд на Мирта. — Но, как минимум, она может это делать. Двое пробуждённых до сих пор встречают рассвет овощами. Мы их поддерживаем но уже не верим в чудесное выздоровление. Но возможно в правильной дозировке гидра действительно работает как способ промывки мозгов.

— Что у нас будет за задача на этот круг?

— Та же, что и в прошлый раз, — сказал шеф. — Закрывать плетения.

— Сколько на этот раз? — уточнил Мирт.

— Пока — нисколько, — ответил Миша. — Но аналитики уверены, что они снова попытаются сделать это. Они от прошлой попытки ничего не потеряли, а нам — превозмогать пришлось…

— Каждый круг их успокаивать теперь перед кризисом? — воскликнул наш рейд-лидер, но наткнулся на холодный взгляд начальства.

— Мы ищем решение, — с нажимом сказал он. — Если понадобится — мы снабдим вас временем.

— Как всегда на этой работе, — буркнул Мирт.

— Когда начнётся — я передам координаты, — продолжил Михаил. — На этом всё. У вас… — он посмотрел на наручные часы. — Полторы минуты. Вопросы есть?

Снова лисья улыбка.

— Если никаких, я пошёл, — он начал было подниматься, но тут я спросил:

— Если это открытая война, то почему нам не начать пробуждать и вооружать первоуровневых? Я так понял, у нас нехватка кадров. Так в чём проблема?

— Это гуманность, — проснулась Рита. — Меня тоже никто не спрашивал, хочу ли я становиться пробудждённой!

— В том числе и гуманность, — уклончиво ответил Миша. — Но если ты хочешь кого-то пробудить, никто тебе не запретит. Дерзай. С Маргаритой удачно вышло.

— Нет. Мы могли бы это делать массово, и получить армию против беспредельщиков.

— Нельзя, — ответил шеф. И как мне показалось, с искренним сожалением.

— Почему? — настаивал я.

— Обычно пробуждённые таким образом не сильно рады своей участи. Твоя подруга — редкое исключение…

— Ничего не исключение! — вспыхнула Рита. — Меня выдернули из моей уютной мирной жизни, где Город сам меня возрождал в раннем детстве, как Вечных!

— … Вот и ответ, — усмехнулся Михаил.

— Ни за что не поверю, что это делается из чистого гуманизма, — не поверил я.

Но Миша лишь пожал плечами.

— Мне пора. Нужно к сенсорам. Будем искать прорывы. Стиратели нам пока не угрожают, но ситуация критическая. Удачи.

Он отошёл от нас к барной стойке, заплатил за кофе с булкой. Затем снова обернулся к нам:

— Да, чуть не забыл. Если переживём это безумие, у нас появится стабильный офис. Будет весело! — и вышел из пиццерии, на прощание помахав рукой.

— Вы всё слышали, — устало сказал Мирт. — Все свободны, мониторьте чаты.

— Блин, и вот зачем было нас собирать? Что такого он не мог нам сказать по сети, чтобы собирать? — возмутилась Рита.

Но поддержки даже от главного домоседа в виде Марты не дождалась.

Готесса что-то перед собранием успела с Михаилом обсудить.

Я решительно встал и начал упаковывать свою половину сицилийской пиццы.

Саша с тревогой проследила за моими действиями, не вынимая изо рта кусок своей. Марта тоже засобиралась. Только Лёха заказал ещё пива.

— Ты куда, Поляр? Может, здесь подождём? — предложила рыжая. — Это ведь как в прошлый раз, в любой момент может произойти.

— Начнётся — приеду, — отрезал я. — Лишнего времени не бывает.

И набрал на телефоне службу такси.

Марта поспешно прошмыгнула мимо меня и пешком ушла по улицам осеннего Города. Она жила где-то недалеко отсюда, так что быстро могла вернуться.

Ну а я — действительно не собирался зря тратить время.

— Академия имени Ленина, — бросил я водителю.

— О, студент? — спросил с улыбкой добродушный полноватый водитель. — Помню, когда-то и меня вела дорога магии, пока старое проклятие не поразило колено. Я, правда, не в Ленинский поступал, а в НИИ. Владимир Ильич был великим микомантом. Но я магом огня хотел быть. Стихийником. Вот, выходишь так перед бабами в пылающей мантии…

Машина медленно покатилась в сторону академии, а я от всей души просил богов судьбы, чтобы беспредельщики подождали со своими планами до следующего круга. Им высокое эхо явно не в тему.

В этой версии Города моё учебное заведение выглядело ещё лучше. Самый натуральный Хогвартс в советском футуристичном стиле с обилием окон и растительности.

Первая пара уже заканчивалась, но пропустил я пока ещё не так много.

Поднялся к расписанию, нашёл указанную на студенческом группу, узнал что следующее занятие — лекция по сталкингу. И плевать, что я понятия не имею, что это такое. Узнаем.

Затем, если успею, третьей парой стоял «практикум», а вместо кабинета был описан некий внешний стадион. По пути сюда я его не видел ни на этом, ни на прошлом круге, когда я был здесь.

Что ж, надеюсь, меня и правда не побеспокоят.

Я мог послушать ещё минут десять лекции, но смысла в этом уже не видел. Потому я заранее отправился в сторону нужного кабинета, попутно поглядывая в окна.

Стадион нашёлся. Он находился правее от входа за стеной, потому я его и не видел раньше. Значит, мне сюда.

По пути к кабинету услышал женский смех, который сменился стоном.

— Тише, дура… а хотя пофиг. Я слышу тебя, пробуждёный. Или ты из тех, кому нравится смотреть?

Я поморщился.

На лавочке за небольшой смотровой площадкой с большим окном Мэтт лапал полуголую первокурсницу.

— Кто из нас извращенец, если ты решил устроить представление посреди коридора на этаже учебного корпуса.

— А, это ты, Полярис, — облегчённо вздохнул парень. Полуголая первокурсница выглядела как помешанная нимфоманка. — В это время здесь не проходит ни один непись, так что это очевидно. Что тебе нужно?

— Лекция вон в той аудитории, — я кивнул на дверь справа от него.

— А-а… да, точно. Ну тогда садись. Слушай, а хочешь Лихолесову? Она недавно к нам перевелась, с портового района. Классная! И не против, — он широко улыбнулся.

— Чем ты ей так мозги промыл?

— О, моё любимое. То, что делает игру ещё интересней. Магия разума третьего ранга, ложная память. Наша красавица уверена, что именно об этом она и мечтала всю жизнь. А затем отчудит что-нибудь ещё безумное. Я думаю, перед кризисом. И встретит переход в новую жизнь безболезненно. Просто маленькая история, о том, как она сошла с ума и прожила одну из тысяч жизней чуть более интересно.

Третий ранг — уровень местной магической элиты, — припомнил я слова Августы. То есть он использует нечто настолько сильное для своих игр? Получается, этот менталист не так прост.

— Тебе настолько нечем заняться? — снисходительно спросил я.

— Мне весело, — пожал плечами парень. — И полезно. Чем драматичнее будет разыгрываться эта история, тем интересней будет. Чем больше будет людских эмоций, тем лучше.

— Напомни, как называется этот вид извращений?

— Вседозволенность, — ничуть не смутился Мэтт. — И фарм могущества.

29. Учиться и еще раз учиться

— А вот с этого места поподробней.

— Это уже то, о чём не говорят, — хитро улыбнулся Мэтт. Информация, которая будет стоить чего-то равного.

— Могу предложить в обмен контакт человека, который может решить вопрос с переходом на следующий уровень инкарнации. Интересует?

— Допустим. А где гарантии, что не солжёшь?

— Там же, где и мои о том, что ты сам не начнёшь нести чушь, вроде культивации через оргии с псионической магией.

— Это параметр, — ответил он. — Индекс вторичного эхо. Он платит за нарушение сценария.

— Это как?

— Если ты собираешься делать что-то, что сильно не вписывается в сценарий круга, например массовое убийство неписей с пытками, ты идёшь ко мне. Я перевожу твоё время в буст. Это такой экономический множитель времени.

— То есть ты просто умножаешь прибыль времени за убийство неписей?

— Фу, как грубо. Это только одна из возможностей. Лично я предпочитаю магию разума и театральные представления. Положительные, отрицательные, любые эмоции. Это интереснее смерти… и не привлекает внимания ментов до наступления кризиса.

— А за свой навык ты берёшь процент?

— Само собой. Но это всё равно получается выгодно.

— И часто к тебе обращаются?

— А тебе оно знать зачем?

— Пара друзей, десятки клиентов, или ты известная личность и к тебе пробужденные в очереди выстраиваются?

— Скорее между первым и вторым.

— Значит, самому своего бафа на весёлую жизнь не хватает?

— Эт чё, допрос? Никто не застрахован от сухого сезона.

— Не слышал этот термин. Что за сезон такой?

— А, это когда много раз подряд хреновое эхо ставится, без магии и нормального врага. Никогда не живи только на одном источнике дохода. Если одно перестанет нести минуты, останется что-то другое.

— Спасибо за совет.

— Ага. Могу ещё дать парочку бонусом. Например, не отказываться от даров жизни и учиться ею наслаждаться, — он сунул руку под и без того висящую на одной пуговице рубашку девушки. — Как только накоплю на четвёрку, обращусь. А сейчас зазвонит звонок.

Раздался звон. Послышался топот ног множества студентов, и вскоре открылась дверь в аудиторию. Я на миг отвлёкся на неё, а когда повернулся, обратно, увидел первокурсницу с безумным взглядом, вливающуюся в поток студентов из соседней аудитории. А Мэтта и вовсе не было видно.

Отойдя к стене, чтобы выпустить выходящих студентов, я вновь погрузился в телефон. Нашёл знакомый уже форум магов с рунами и сохранил несколько. Чтобы потом не искать и набить себе бафов в свободное время.

Затем вошёл в аудиторию и выбрал уютное место рядом с окном, у батареи. Не перед лицом у преподавателя, но и чтобы нормально всё слышать. Достал забранную с собой половинку пиццы и закинул на батарею, чтобы немного нагреть.

Начал чертить бафы, повышая себе силу, скорость, удачу, и добавляя ума. Разницы не почувствовал, так что даже не скажу, сработало или нет. Но раньше вроде бы работало.

Начал гуглить, что такое сталкинг, который мне предстоит сейчас изучать, но был остановлен дружеским воплем.

— Полярник! Я уж думал ты сегодня весь день проспишь!

— И я рад тебя видеть, Полоскун.

— Йо, приятель! — поздоровался ещё один смутно знакомый и с виду приятный тип. Ещё один потенциальный друг. И где-то рядом нарисовались ещё люди.

Мелькали заинтересованные взгляды девушек и уважительные — мужчин.

Как там говорилось — Город создаёт идеалистичную картину из воспоминаний, фантазий и снов. Моим «сценарием» была магическая академия и статус местного альфача.

Когда знаешь механику и причины происходящего, становится уже не так интересно. Хотя, девушек в моём вкусе здесь было прямо-таки зашкаливающее количество.

Мелькнуло вспышкой воспоминание и осознание, что это были немного изменившиеся девушки, которые нравились мне в разное время, ещё в школьные годы. Может быть даже они же, только повзрослевшие до старшекурсниц.

Ещё одна внешне была копией одной певицы с чукотского края, которая станет популярна в далёком от этой реальности будущем в нулевом мире. Никогда не страдал тягой к знаменитостям, но тут что-то прям зацепило. Ещё и пела она реально классно.

И вот, она одна из моих одногруппниц.

Чем дольше я присматривался к людям, тем больше путался в теориях о том, что, откуда и зачем достал город. В одной аудитории собрались адаптированные по возрасту, эхо и предыстории, мои друзья и знакомые из нулевого мира. Незнакомые, но оставившие след в моей памяти люди.

И вместе с ними — ходячие наборы штампов того, что я мог бы посчитать интересным. Несколько девчонок были адаптированным архетипом, образом тех девушек, которые могли бы мне понравиться, но которых я не встречал в реальности. Знаменитости? Ну, кроме певицы пока не нашёл.

Образы откуда-то ещё? Пожалуй, да. Одно из мест на галёрке заняла вылитая героиня одной анимешки четырнадцатого года. Рицу, кажется. Что-то про общежития и студентов. Девушка читала книгу, не замечая ничего вокруг.

Ещё о нескольких девушках я мог сходу сказать, что они могут быть хорошими друзьями или быть полезными в чём-то.

Про мужчин можно было сказать примерно то же самое.

Всё вместе создавало ощущение того, что я прямо сейчас проживаю своё лучшее время и что мне интересно буквально всё вокруг.

Снял пиццу с батареи и принялся за трапезу. Как раз к тому моменту как в аудитории появился преподаватель. Но лекция ещё не начиналась — он, вернее, она, отвечал на вопросы стоящих рядом с ним учеников.

Стоял шум, так что разобрать разговор было нельзя.

Мне эта идеальность сейчас казалась совсем не в радость. В то, что Город вытащил из нулевого мира мои школьные влюблённости я верю. В певицу в городе тоже верю, хоть это и чересчур. Но вот эту вот Рицу Кавай Город бы не смог взять нигде. Такого человека никогда не существовало в реальности!

Тогда откуда взялась моя семья? Из моей памяти?

Мирт говорил, что доказательством их реальности служит то, что они помнят всё, чего не мог знать связанный с ними пробуждённый, но должны были знать и они. Но ведь эту информацию не так сложно дорисовать! Такие технологии были уже во времена апокалипсиса. Так что не исключено, что я вообще сейчас в симуляции.

Нужно будет в следующий раз обязательно поговорить с дедом и бабушкой, расспросить об их молодости и попробовать найти признаки работы нейросети и грубой склейки моих воспоминаний и домыслов. Хотя, я уже их расспрашивал понемногу — эхо влияет, как ни крути…

В следующий раз поищу явные противоречия и буду более дотошным.

От мыслей об этом сердце забилось чаще. Ответ на эти вопросы буквально означал, являются ли мои родители — в самом деле моими родителями, или они как эта Рицу — неведомым образом созданная из моих воспоминаний девчонка.

— Изнанка не прощает ошибок! — произнёс преподаватель, давая понять что урок начался.

Я осмотрел сегодняшнего лектора и убедился, что и его не избежала участь стать украшением для моего взора. На вид ей было где-то около сорока, короткие тёмно-русые волосы и магическая мантия, надетая поверх рубашки и шорт.

В академии сновидцев, помнится, преподаватели были мужчинами, все как один — крутыми специалистами в своей области. Или это влияние одной сотой инкарнации?

Удивительно, насколько сильно меняется мир.

Нет, эта способность определённо намного больше, чем все говорят.

— На прошлом уроке вы сами всё видели, и недавний случай с оказавшейся в больнице ученице — только лишнее тому доказательство. Поэтому начать меня просили сегодня с повторения техники безопасности. Хотя, мой предмет и есть эта система безопасности. Только подчинив свой разум, вы станете безупречны.

Затем раздался писк неведомой твари, хлопки крыльев и одна из девчонок с потока с криком отскочила в сторону.

Я вовремя переключил зрение на призрачное, и увидел тянущуюся к преподавателю нить. Похоже, ручной дух или магия.

— Сейчас вы стали уязвимы, Цветаева, — произнесла лектор, — потому как отдали своё внимание не мне, а вашему телефону. Чудеса на Изнанке происходят, когда вы их не видите. И ничего не могут вам сделать, если вы видите, как творится колдовство. Енотов, напомните нам правила защиты разума от влияния Изнанки?

Полоскун подорвался с выражением обречённости.

— Мы слушаем, — настаивала преподаватель.

— Контролировать мысли, контролировать эмоции, контролировать… ээ… — он с мольбой бросил взгляд в мою сторону, но мне-то откуда это знать?

— Желания? — предположил я пальцем в небо.

— Верно, Полярский, — послышался голос преподавателя.

Неплохо, я это почти шепнул.

— Вот поэтому, не зная правил, вы будете продолжать отправляться в клинику, а мне вас спасать. Я каждый урок начинаю с этого правила. Думаете, мне делать больше нечего? — вспылила она.

Прошлась по лекторской трибуне за преподавательским столом. Подняла указку к доске. Вернее как оказалось, не указку, а самую натуральную волшебную палочку.

Ею она подняла сгусток меловой крошки, который взлетел вверх и нарисовал реалистичную схему строения тела человека с чакрами и аурой.

— Садитесь. Поясню ещё раз, почему это так важно. Все знают об эффекте наблюдателя и примерно представляют себе принцип работы магии судьбы. Вы загадываете себе будущее. Затем, если соблюдать все принципы, не сомневаться и не бояться неудачи, отказаться от эмоций и желания, спустя время вы получаете его воплощение.

Она вздохнула и наконец села за стол.

— Так вот, как уже было неоднократно сказано, на изнанке этот эффект не имеет задержки. И ваш страх может в прямом смысле создать вашей же силой чудовище, которое вас будет жрать. Поэтому пользуйтесь медитациями или чистите разум травами, или используйте техники сталкинга. О последнем мы и будем говорить на этом предмете.

Звучало интересно. Я посмотрел на преподавателя, но её внешность скорее отвлекала от рассказываемой информации.

— Вы должны научиться следить за собой. Контролировать каждую мысль и направлять её в нужное русло. Сегодня у вас будет первая практика перехода, и она не зря поставлена именно после этого занятия. Те, кто освоит базовые техники контроля мыслей, имеют меньше шансов следующими отъехать на больничную койку.

— Полоскун, а что там за переход на третьем? — обратился я к другу.

— Ты с дуба рухнул? Ты ж его ждал… ещё с прошлого года.

— Мне интересно, что ты об этом думаешь, — улыбнулся я.

— Смещение слоёв реальности, стандартное направление стихий с пространственными аспектами.

А-а, спасибо, стало намного понятнее.

Нихрена не понятнее!

— Итак, начнём с базовых способов, — продолжила преподаватель. — Самый простой из них — чтения молитв и мантр. Хотя на самом деле текст и конфессия не важны. Суть этого способа в том, чтобы прокручивать по кругу определённую мысль. Это может быть хоть строчка из песни или цитата из звёздных войн. Ваша задача — просто перекрыть поток мыслей так, чтобы они не навредили вам же. Помним первое правило: нельзя думать о плохом…

Полярис: Что такое смещение слоёв реальности? Ты так умеешь?

Августа Всеведущая: О_О

Августа Всеведущая: Ты где это нашёл?

Полярис: значит, что-то интересное?

Августа Всеведущая: это база, есть где-то у трети направлений магии. У запредельных в основном. Но это продвинутый уровень.

Полярис: у тебя есть такая?

Августа Всеведущая: да, я могу ходить в Тень, как Феликс. Но мне это дороже обходится и лучше делать на эхо от тридцати пяти. На этом, думаю, тоже смогу если будет нужно. А что?

Полярис: да так, услышал про одну такую технику.

Августа Всеведущая: хочешь узнать, нужно ли это тебе? Бери на вырост. Постарайся запомнить, но практиковать тебе такое рановато. Это способность не новичка, а минимум мага среднего уровня. Какая стихия? (º_º)?

Полярис: изнанка.

Августа Всеведущая: у изнанки оно странное. (◔_◔)

Августа Всеведущая: но они все полезны. Только помни что на той стороне намного опасней

Полярис: той стороне?

Августа Всеведущая: Агась:3 Потом покажу, если будет высокое эхо. Или лучше Феликсу напиши. Это его профиль.

Полярис: спасибо

Августа Всеведущая:(づ｡◕‿‿◕｡)づ

Насколько холодной и отстранённой была Марта, настолько тёплой и понимающей была её интернет-версия.

— … Полярский!

Я посмотрел вниз на преподавателя.

— Повторите, что я только что сказала?

— Речёвку нужно менять и проявлять осознанность, — шепнул Полоскун.

— Вопрос был не к вам, Енотов. Но раз мой предмет вам не очень интересен, спускайтесь. Мне как раз нужен был доброволец для демонстрации.

Друг виновато поджал губы.

Суровая она, — хмыкнул я про себя. Но особых эмоций по этому поводу не испытал. Наверное сказывается знания об истинном положении вещей в этом мире и своём статусе пробуждённого в нём. Так что всё происходящее я воспринимал, как часть урока и если меня вызывали сейчас к доске, то это исключительно для моего обучения.

Так и оказалось.

— Сейчас я буду повышать концентрацию изнанки. А вы можете опробовать те методы, о которых я упоминала пятью минутами ранее.

Я запомнил только повторение формул, ну да и фиг с ним. Важнее понять, что она будет делать.

Преподаватель на первый взгляд ничего делать и не стала. А вот я сразу активировал призрачное зрение и увидел, как пространство вокруг нас на глазах становится ярче, объекты приобретают свечение, а затем и вовсе вокруг начали появляться вещи, которых там быть не должно.

Цветы на столах, полупрозрачные растения, мелких копошащихся существ…

Затем в поле зрения попали глаза преподавателя. Женщина смотрела в упор прямо на меня и была сильно удивлена. Видимо, я уже сделал больше, чем от меня ожидалось. Хм, я должен был паниковать? Угрозы я пока что…

Стоило мне подумать эту мысль, как слева от меня появился полупрозрачный молот, который обрушился на мою голову.

Но главное — вовремя заметить. В последний момент я вспомнил работающую со всем призрачную «плеть» и, махнув левой рукой, представил, что из неё появляется змей со стальными зубами и перебивает рукоять молота.

— Старый приём воинов-сновидцев, — задумчиво произнесла преподаватель. — Впечатляющие навыки. Вы практикуетесь вне основной программы?

Ну и что мне ей на это ответить?

— Да так, интересовался осознанными сновидениями, — уклонился я от прямого ответа.

— Пожалуй, вы действительно знакомы с основами. Позвольте спросить, откуда вам известна эта техника?

— Приснилась, — я пожал плечами. Не говорить же, что из другого эхо.

Если подумать, там этот параметр был значительно ниже, но я тоже был студентом-старшекурсником. Значит навык должен быть не совсем нубский, а скорее специфический. Хотя направление здесь одно, то была академия магии снов, а здесь это называлось магия изнанки и была связана с призывами духов и вот этим вот таинственным смещением…

Как там поживает мой зонтик?

— У вас большой талант, — в голосе женщины я уловил нотки заинтересованности. Да и улыбка на лице говорила о том же. Скорее всего, правда, это относилось не ко мне, а к моей обеспеченной могуществом силы.

Вот что могущество с людьми делает!

Но самое главное — как она смогла повысить параметр эхо вокруг нас? Ведь она абсолютно точно не пробуждённая!

— А что вы будете делать с этим? — спросила она, и разум наполнили ложные чувства. Будто мелькающие образы духов, разыгрывающих некие сцены. Отовсюду послышались стоны боли. Кто-то заорал от ужаса.

Я перевёл взгляд на собравшихся вокруг студентов. Никто никуда не бежал, все с интересом смотрели на происходящее действо. Здесь кстати, призрачное зрение было заметно невооружённым взглядом — это были разные оттенки фиалкового.

Образы стали отчётливей, и я начал их узнавать. Это были части кошмаров, снившихся мне ещё во времена апокалипсиса в нулевом мире. Помню, как засыпал там, в безысходности, и даже во сне не находил покоя. В последний раз мне как раз снились очень похожие бандиты с ножами. Помнится, они были склонны к садизму и пыткам жертв.

В тот раз я проснулся в холодном поту.

А вот вечно голодные рейдеры, готовые продать родную мать за копейку, не то что родину, не говоря уж о таких абстрактных понятиях, как совесть.

Но эти сны — были частью другой реальности, в которой я жил. Мой кошмар был моей реальностью. Лишь сны были шансом ненадолго сбежать. Даже такие кошмарные, как эти.

Меня невозможно этим испугать в новом мире.

30. Проявление сути

Дальше шли вовсе какие-то монстры. Вот их я сейчас точно не боялся — видели, знаем. Может даже в этом цикле сами увидите, смотря что там за кризис будет.

Я сумел выполнить главное условие для работы плети — сохранил холодный ум. Дальше оставалось дело за техникой. Представить то, что в моей фантазии может победить эту дрянь. И представить, что ты это делаешь.

Жаль, в реальности так не работает. Этот трюк предназначен для осознанных снов и наносит урон только узкому числу противников — всяческим духам.

Но если можно вот так повышать эхо в заданном месте… мой боевой потенциал возрастает в разы!

Эта способность просто обязана быть моей.

Ну, фантазировать я умею…

Из моих рукавов выпрыгнули белые котята всевластия и принялись устраивать кровавые разборки.

А что, эффектно, а форма на самом деле не важна. Если это работает так же, как плеть, то я мог представить что угодно. Мой сон, что хочу то и делаю.

…Или не только мой.

Она сделала какой-то жест рукой, и иллюзия начала рассыпаться. Как моя, так и её.

Я сглотнул. От напряжения и… от радости.

Как же здорово было иметь дело с такой магией! В этом эхо она может вот так вторгаться? Как низко по эхо я смогу повторить такой приём?

А ещё мелькнула глупая мысль, что Мэтт был прав только наполовину. Город действительно подбирает то, что сделает нас счастливыми. Но именно поэтому, мои преподаватели в прошлый раз были суровыми мужиками, которые не ставили себе задачу мне нравиться. Потому что больше всего я хотел, чтобы мне дали силу!

— Хороший образец того, на что способен талантливый маг изнанки! — объявила лектор. — Может, поделитесь, какой техникой вы смогли сохранить сознание?

В аудитории стояла кромешная тишина. Все смотрели на меня… с непониманием, удивлением и восхищением.

И ведь не поймут, если я честно скажу, что уже видел ад своими глазами. Спасибо за напоминание о том, почему если есть кто-то, желающий навредить Городу, я должен надрать им задницу!

— Полагаю, дело в том, что у меня стальные яйца, — пожал я плечами.

Ну а что, всё равно через день они об этом забудут и никогда больше не вспомнят?

Аудитория разразилась смехом, преподаватель хотела что-то спросить, но так и замерла.

— Спасибо, — бросил я и направился к своей сумке и упаковке от пиццы.

Быстро взбежал вверх, пока собирались остальные. Я хотел на этом перерыве ещё заскочить в библиотеку или просто погуглить, что есть в интернете обо всех этих техниках.

— Ну ты дал, Полярис! Я аж охренел. Дружище, что это было?

— Чудо, — буркнул я. — Кстати, как её звать-то?

— Шутишь? Или издеваешься?

— Нет, у меня провалы в памяти после той магии, — соврал я.

— Маруслава Лакомчева, профессор боевой ритуалистики. Ты понимаешь, чей боевой навык ты отбил своей змей. И… боевые котята? Серьёзно?

— Полярский! Я вас не отпускала! — с большим запозданием опомнилась лектор. И затем уже без нажима добавила. — Хочу задать вам пару вопросов.

— Оу. Возможно я опоздаю, — я шутливо подмигнул другу.

— Даже не думай. Она из древнего гиперборейского рода!

Будто мне это о чём-то говорит.

Я хлопнул его по плечу, и развернулся к Маруславе.

— Слушаю? — спросил я, спускаясь вниз к профессору боевой ритуалистики.

— Как вы это сделали? — спросила она сходу.

— Что именно? Плеть?

— Плеть? Я знакома с этой техникой. Она очень ограниченного применения. А вот откуда её знает будущий маг изнанки?

— Разве изнанка не близка миру снов?

— Фактически, это одно явление. Но почему оно сработало в моём поле?

— А вот это уже хороший вопрос, — улыбнулся я. — А можно мне эту технику в знак признания?

— Воплощение? Вы не осилите.

— Мне везёт в обучении, — заверил я.

Почему-то я не сомневался, что могущество затащит. Ну, или по крайней мере подведёт достаточно близко.

— Начнём с того, что это второй шаг другой техники. Смещения, которым ты будешь овладевать через… — она посмотрела на время, — тридцать восемь минут.

Точно! Сейчас ведь большая перемена, и у меня есть немного времени для факультатива.

— Достаточно будет просто рассказать мне, что делать.

— А вы наглый, студент Полярский, — бросила она и вдруг перешла на «ты». — В чём твой фокус? Как ты устоял в «воззвании».

— Я не знаю, как называлась та штука, но это ведь были персонажи из моих снов. А что делать в снах я хорошо знаю. Как уже говорил, увлекаюсь сновидениями.

— Ты применил плеть против моего молота, — напомнила она.

— Он был явно не материальный. Светился, был полупрозрачным. Чем не сон?

— Ты не испугался смерти. Так не бывает!

— Как умер, так и воскресну. Бывает.

— Ты… ты ведь сейчас говоришь с уверенностью религиозного фанатика. Откуда тебе знать, что на той стороне что-то есть?

— Ну, более внятных ответов от меня будет сложно добиться, но готов содействовать за рассказ о технике.

Она вновь смерила меня долгим пристальным взглядом.

— Полярский, в поле двух магов изнанки перехватывает управление над ареалом тот маг, который обладает большим даром. Но ты — студент. Или ты гений, каких на наш мир пара сотен, включая эльфов и ариан. Или ты знаешь какой-то трюк. В противном случае, мне нужно сообщить о тебе в надзор.

Ну вот, началось…

— Да сообщай куда хочешь, — перешёл и я на «ты» — Я ничего не скажу, если не получу технику.

Она выждала пару секунд, что-то взвешивая в голове.

— Идём, — она ухватила меня за рукав и потащила в подсобное помещение за аудиторией.

Там оказалось довольно просторно, хотя и слегка захламлено. В основном — странными артефактами, книгами и обилием полочек, которые тянулись до самого потолка. А они здесь были метра четыре, не меньше.

— Проходи и садись, — строго сказала Маруслава, а затем полезла наверх за чем-то над головой.

Предлагать свою помощь я не стал. Открывающийся вид стоил того, чтобы потратить на него немного времени. Фигура у неё была наверное в топе знакомых мне обитательниц Города. Хоть внешне она и совсем не мой типаж, но чем-то взгляд сильно цепляет.

Может быть даже какой-нибудь встроенной магией, повышающей обаяние или ещё какой-то магический аналог косметики у здешних боевых магов. Ну, или всему виной подчёркивавщие фигуру шортики.

— Самый простой способ воплощения — напрямую вкладывать ману в пространство вокруг тебя. Определение ареала помнишь?

Я покачал головой.

— Не позорься! Расстояние, равное твоему телу вместе с аурой в высоту.

Ага-ага, я так и понял. А размер ауры у нас какой?

— Зона действия — три ареала. Чтобы расширить — нужны будут артефакты. Ну, это и так очевидно. Проблема в том, что у тебя нет столько власти над реальностью. Поэтому применять воплощение можно только из изнанки.

— Спасибо. А как входить в изнанку?

Она поставила предмет, который сняла с полки на стол и села по другую сторону. Затем толкнула артефакт — он напоминал маятник, что начал качаться взад-вперёд над подставкой.

— Ты — порождение запределья, захватившее тело студента Полярского? — спросила она.

— Лол, серьёзно?

— Отвечай на вопрос!

— Нет, конечно!

— Это правда, — расслабилась Маруслава.

— Значит, это детектор лжи? Круто, — оценил я. — А техника будет?

— Ты невыносим, Полярский! Как ты сломал моё воплощение?

— Я уже говорил. Техника мне приснилась…

Маятник замер.

Ага, вот как это работает…

Маруслава толкнула его пальцем и посмотрела на меня осуждающе.

— Научил один крутой сновидец.

— Правда. Как ты сломал мою технику?

— Я знаю, как бить духов. Я вижу духов. Что я должен был сделать, сплясать по этому поводу?

Маятник не останавливался. Она пристально смотрела на него, так что даже меня уже не замечала.

— Почему ты не дрожал от страха?

— Потому что я уже видел всё это. А оружие для мира сновидений у меня было.

— Ты… снова не лжёшь. Почему ты не боишься смерти?

— Потому что я знаю, что смерти — нет, — сказал я, глядя ей в глаза.

И чёртов маятник не думал останавливаться.

Повисла долгая пауза, в которой лишь он отсчитывал ритмичные щелчки, будто метроном.

— Почему ты считаешь, что смерти нет?

— Этот ответ будет вам очень дорого стоить, Маруслава Лакомчева. А я ещё технику перехода не получил.

— Всё просто. Нужно успокоить мысли и эмоции. Погрузиться в транс. Сместить свою точку сборки и…

— Как?

— Как ты собрался этим пользоваться, если не знаешь базы? Это первый курс, студент!.. Просто точкой твоего внимания должен стать ты сам. В медитации ты уходишь в себя таким же образом. Нужно добиться этого состояния. Поэтому вас и учат четыре года медитировать и практиковать йогу.

— Хорошо, что дальше?

— Переходишь с ощущений тела на ощущения пространства вокруг. Изучаешь своё поле в ауре, затем свой ареал. И когда станешь ощущать мир, привноси в него изнанку. Если ты знаком с техниками сновидцев, то можешь просто представлять, что находишься во сне. Обращай внимание на все признаки изнанки, которые видишь.

— Какие например?

— Ну… это сложно объяснить без практики. Через… уже двадцать минут начинается практикум. Почему бы не узнать всё на нём?

— Ты спросила у меня, почему смерти нет. И твой артефакт сказал, что я не лгу. Хочешь знать, почему?

— Кто ты такой?

— Тот, кто записан в журнале группы. Друзья зовут меня Полярис.

— Как у тебя может быть больше дар, чем у меня?

— Это вопрос с тем же ответом что и у того, почему я знаю, что смерти нет. И спрашиваю в ответ о том, что ты и так преподаёшь студентам.

Овладеть обоими навыками и как можно скорей — возможность, которую нельзя упустить!

Она встала из-за стола, подошла ко мне.

— Садись.

— Сижу.

— На пол. В позу лотоса.

Пол был на удивление тёплым. Сказывался мягкий ковёр и паркетное покрытие.

— Снимай рубашку.

Оп-па.

Она бросила это будничным тоном и принялась снимать свою. Где-то на этом месте я начал понемногу охреневать, но финал этого действа был не столь интересен.

— Отвернись и погружайся в медитацию! — бросила она и сама повторила манипуляцию.

— Я один раз покажу. Так будет проще всего. Не смей открывать глаза и оборачиваться.

Она коснулась моей спины чем-то вроде маркера и принялась что-то рисовать.

Жаль, с эхо почти гарантированно сотрётся.

— Почему тебя так заинтересовал ответ? — не удержался я. — Кстати, я могу быть просто психом, который несёт чушь, в которую верят.

— Если бы не селенитский маятник и твоя сила, я бы так и подумала. Но в силу определённых обстоятельств мне очень важно знать, что находится на той стороне.

— Тебе грозит смерть?

— Фатум, — бросила она и пояснила. — Смертельное проклятие. Боги… я об этом рассказываю студенту, безумие…

— Этот фатум уничтожает душу? — спросил я.

— Он отправляет её к богине Смерти.

— С ней я ещё не сталкивался.

— Ещё бы ты сталкивался с древними богами!

— Ну, бывало… видел одного издали.

Маятник не подвёл.

Жаль, нельзя было обернуться и посмотреть на её удивлённое лицо.

— Кто же ты на самом деле такой, Полярский…

— Я тот, кто я есть, ждущий технику смещения и воплощения.

Она прорычала что-то неразборчивое, и я почувствовал, как она касается меня обнажённой спиной.

— Теперь смотри внимательно. Истинным зрением.

Ага, здесь это так называется. Я расфокусировал взгляд и увидел, что комната преобразилась. Корешки некоторых книг были подсвечены золотом, цвета стали ярче, местами виднелись видимые только в этом спектре призрачные растения.

— Поддерживать легче, если ты уже там, — пояснила она. — Теперь попробуй изменять изнанку. Если хочешь повысить её влияние, старайся концентрироваться на призрачном. Это сделает его реальней. Нужно вернуться назад — игнорируй изнанку, конценентрируйся на том, что реально. Главное правило ты знаешь. Никаких чрезмерных эмоций. Они повлияют на результат, а негативные создадут проблемы.

— На начальном уровне тебе придётся совершать механические действия в реальности. То есть идти в любом направлении. Желательно туда, где ты не был. Или учись относиться к окружению так, будто видишь его впервые. Так я сама училась.

— А воплощение?

— Это следующий шаг. Когда ты научишься полноценно переходить на изнанку, начни тренироваться обходиться без действий. Так, как мы это сделали сейчас. Почти та же техника, но ты не входишь в изнанку, а грубо берёшь её силу в реальность.

Я попробовал сделать сказанное, и у меня получилось. Не сразу, но и это её впечатлило. Начал смотреть на светящиеся растения, подмечая, что с каждым мгновением мир становится чуть больше похожим на кадр из сна и чуть меньше реальным.

— Ты действительно быстро учишься, — с завистью произнесла она. — Призвать силу сразу сложнее, когда ничего не видишь, поэтому начинается техника с истинного зрения. Хорошо, что ему мне тебя учить не нужно.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я и начал подниматься.

Краем глаза увидел нечто прекрасное, но Маруслава неуловимым кошачьим движением нацепила на себя мантию. Я успел разглядеть светящуюся татуировку на её спине.

Затем повернулся к висевшему у входа зеркалу и заметил точно такой же узор и на моей спине.

— Этому учить не буду, — буркнула Маруслава. — Мне нужны ответы.

— Без некоторых знаний живётся легче.

— Не существует таких знаний.

— Скорее всего ты решишь, что я сумасшедший.

— Я передала тебе технику. Теперь хочу получить обещанное.

— Что, если я скажу, что завтра этот мир погибнет? Все, включая тебя и меня.

— Ты несёшь бр… ты не лжёшь, — она посмотрела на меня теперь уже с ужасом.

— Я проходил через это уже много раз, поэтому и не боюсь смерти, вот и весь ответ.

— Но… как?

— Вот так.

— Это не ответ! — вспылила она и аж поднялась от возмущения.

Ну да, не ответ. Так, метафизическая месть всяким туманным сущностям, которые не любят говорить прямо. Ну, я так теперь тоже могу. Хотя, с кем я играюсь тут… время трачу.

— Что будет после смерти? — спросила она настойчиво. — И откуда ты это всё знаешь? Ты помнишь свои прошлые жизни?

— В этом мире был фильм «день сурка»? Или может, тебе понятен термин, «временная петля».

— Что? Н-не может быть. Это…

— Не то, что ты ожидада услышать? Ну, всё так, только ещё существует эффект эхо. Поэтому каждый раз мир умирает по-разному. И мы в этом играем каждый раз разную роль. Теперь всё, конец истории.

Селенитский маятник продолжал колыхаться из стороны в сторону.

— Ты как-то обманул мой артефакт, — сказала она.

— Ну вот, начинается… — тяжело вздохнул я. — Не верь, мне-то что. Я пошёл на следующую пару.

— Сядь! — она чуть повысила голос. — Следующую пару у вас веду я! И она начнётся, когда я скажу!

— Тогда говори, что тебе ещё от меня нужно.

— Если всё так, как ты говоришь, как я могу сохранить память? Как это делаешь ты? Это ведь достойная плата за технику воплощения и смещения?

— Я пробуждённый. Это особая способность.

— Как её получить?

— Это не дар, а проклятие, Маруслава. Для таких, как вы.

— А для тебя нет?

— А я видел по-настоящему страшное место. И не хочу в него вернуться, если мир решит вдруг разрушиться.

— Как завтра?

— Нет, кризис это окончание каждого круга.

— Я хочу всё знать!

— Завтра мы все умрём, а затем ты проснёшься в детской коляске или в роддоме, я не знаю, если честно. Что-то в этом духе. И проживёшь заново всю свою жизнь, только в немножко других условиях. Вера, школы магии, мировоззрение, общество. Все декорации.

— А ты?

— А у меня будет максимум два дня. Это плата за знания. Твоя жизнь превратится в один сплошной кошмар.

— Вот как… и ты снова не лжёшь… если артефакт исправен, конечно. Ты можешь это сделать?

— Да, могу. Но я ещё не встречал тех, кто бы благодарил за такое. Гораздо лучше просто спокойно жить, поверь.

— Возможно, такой возможности у меня больше не представится никогда. Я хочу знать правду! Я всю жизнь ищу ответ на вопрос, в чём смысл этой жизни.

— Получать удовольствие, — усмехнулся я. — Поверь, это самый лучший совет.

— Хорошо… я подумаю. Как я могу с тобой связаться?

— Вот моя аська, пиши, — я включил телефон и переписал на листе цифры.

— А просто позвонить нельзя?

Я подумал.

— Номер оставить тоже могу, но ближе к концу света я могу быть занят.

— Мне не нравится уверенность, с какой ты это говоришь…

Молча пожал плечами. Ну а что тут ещё скажешь? Мне это самому не нравилось, и что дальше?

— Ненавижу не понимать… — сказала она как-то с нотками вселенской печали. — Если ты меня обманул, и завтра не будет никакого апокалипсиса, я убью тебя. И плевать, что меня потом посадят. Мне в любом случае осталось недолго.

Я подошёл к ней ближе. Маруслава сидела на столе, пристально глядя на меня, как на неведомое опасное существо. И в то же время было в этом взгляде ещё что-то.

— Сам был таким лет двадцать назад.

— Двадцать лет назад ты был ребёнком, — заметила она но неуверенною

— Временные петли, — хмыкнул я. — Верить или нет — твоё дело.

— Ты задел меня за две самые важные струны, Полярский. Я не хочу умереть, и я хочу знать, как устроен этот мир.

— Думай, делай правильный выбор, и не звони, — улыбнулся я. — А я наверное прогуляю следующую пару. Прогуляюсь в библиотеку.

— Я могу отменить следующую пару, студент, — сказала она и положила руку мне на ворот растёгнутой рубашки. — Если ты покажешь мне доказательства того, о чём говоришь, я могу тебе дать ещё больше.

Открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент прозвенели сразу два звонка. Первый говорил о конце большого перерыва, а второй — о новом сообщении на телефоне.

Какой же я молодец, что потребовал все техники здесь и сейчас, — подумал я, глядя на новое непрочитанное сообщение.

Мирт: началось.

31. Ведьмин смех

Мирт: четвёртый район, на границе с третьим.

Мирт: высылаю геометку

Мирт: бери такси сразу туда.

Ответа от меня никто не ждал.

— Не получится, — покачал я головой. — Работа…

Маруслава посмотрела на телефон в моих руках и удивлённо спросила:

— Работа? Ты же говорил, что завтра — конец света и мы все умрём?

— Ну да. Как это отменяет то, что нужно работать? — удивился я.

— Но…

— Наш мир в опасности. Кто-то должен его спасать. Не от кризиса в конце этого круга, а от тех, кто хочет… я даже не знаю чего, но попутно очень старается отправить всех в небытие.

Она скосила взгляд на артефакт.

Я вышел из кабинета и затем из аудитории. Поднялся к библиотеке и взял книгу по основам магии изнанки. Затем вызвал такси и вскоре уже ехал в нужное место, продолжая въезжать в полученные способности.

Попутно начал пробовать переход. Чем машина не способ передвижения? Концентрироваться на том, чего нет, действительно было не так уж просто.

Но вскоре мне удалось зацепиться взглядом за признаки активного применения магии в городе и лица некоторых жителей города — зелёные, остроухие, пушистые — на любой вкус.

Для меня это было вполне себе странность и конфликта в голове не возникло насчёт того, что от этого можно отталкиваться для навыка смещения.

Это сработало, давая понять, что заклинание смотрит на мир через мою призму восприятия. Важно, чтобы странностью это считал я. Возможно, в этой хитрости и состоит путь перехода этой способности на второй уровень, с воплощением силы.

Когда среди фентезийных пейзажей начали проступать странные образы светящихся змей, летающих в небе, я решил завязывать и пожалеть водителя.

Под «изнанкой» подразумевалось нечто вроде мира духов, который ещё называли обратной стороной реальности. Отсюда и взялся термин. Другим её именем была призрачная магия, в первую очередь потому, что она имела дело с эфемерными существами.

Зонт, оживший в другом цикле — тому подтверждение. И главное преимущество в том, что духи переходят в новый круг, пусть и с поправкой на эхо. Следом шло пространство сновидения, второй слой изнанки. Дальше он, согласно книге, граничил с магией астрала, следующей ступенью бытия в сторону света.

Книга изобиловала странными формулировками и была написана явно не для простого обывателя. Сухой научный язык, как и подобает учебнику.

— Приехали, — сообщил водитель.

Я посмотрел на ряды новостроек и чистые улочки. А ещё — обилие сосен. В этом круге район назывался «первых магистров». Он выглядел новым, будто место совсем недавно появилось под этим солнцем. Но это было обманчивое впечатление. Место было одним из старейших в Городе.

В условленном месте у памятника боевому магу с посохом, уже собралась большая часть группы.

Очень мрачная Марта, от которой буквально веяло чем-то недобрым. Нервный, но решительный Мирт. Сонная и скучающая Рита. Лёха… теперь он был крупным двухметровым полуорком с выпирающими клыками и внешностью матёрого уголовника из тёмного фентези.

Впрочем, добродушная улыбка всё равно выдавала его истинную суть.

— Полярис! — первой приветствовала меня Рита, махая руками.

Мирт коротко кивнул. Я приблизился к компании. Увидел, как в мою сторону побежала рыжеволосая бестия и… столкнулся с чем-то тяжёлым.

— Свет моей тёмной души, какое безграничное счастье поёт соловьём в моём сердце, когда я тебя вижу, Полярис! — было произнесено мне в ухо с крепкими объятиями.

Закинутый за спину топор остановился в сантиметре от моего носа.

— Мур-нян? — проворковала бешеная Саша.

— Какого… хрена? — выдавил я из себя.

За спиной у Александры на пол дороги ко мне, бежавшая, чтобы сделать примерно то же самое, замерла Рита.

— Ты не рад видеть свою ламповую няшу? — с милой улыбкой и ледяным тоном спросила фурия.

А тем временем, разгадка крылась прямо за спиной Риты — Мирт едва сдерживая смех указывал куда-то вправо от него. А справа у нас…

«Пицца на камнях!»

— Ты теперь всегда будешь пытаться вымогать у меня еду? А если я из принципа ничего покупать не стану?

— Значит, я недостаточно «няша» по-твоему? Мне нужно стараться больше?

В этом не было ничего милого. Буквально каждое слово было сказано с ироничной усмешкой и звучало из её уст будто угроза.

— Мирт, ты не мог её сам накормить? — спросил я, отстраняясь от девушки.

— Я уже успел пострадать, пока ты сюда тащился. Теперь это твоя забота.

— С чего бы она моя? — возмутился я.

— Иногда хорошо быть нищебродом, — улыбнулся Лёха.

С сицилийской пиццей были знакомы и здесь. В небольшом киоске с пиццей на вынос. Уже традиционно попросил принимавшего заказ работника не жалеть острого перца.

— Даю с условием, что ты будешь вести себя адекватно. Мы тут вроде как мир спасаем.

Видимой реакции не последовало, в фокусе внимания Александры мог быть только один объект, и я проигрывал в конкуренции с куском пиццы.

— Эла, — первой заметил девушку Мирт. — Ох, чёрт… надеюсь, это к лучшему. Что ж у меня блин за группа такая…

Начать, наверное, стоит с того, что приехала девушка верхом на лошади. Со шлейфом птиц над головой и двумя бежавшими неподалёку собаками.

— А без этого было никак? — возмутился Мирт.

— На этом круге я похоже буду сильнее обычного, — гордо сообщила Эла. — Пусть только попробуют явиться живодёры, они все станут собачьим кормом! Да, Черноушка?

Она протянула руку вниз и крупная собака встала на задние лапы, всеми силами пытаясь дотянуться до сидящей на лошади хозяйки.

— Ты привлекаешь много внимания. И ты нас задержала, — напомнил Мирт.

— Ну… я могу их попросить отойти, но… — быстро растеряла свой пыл девушка.

— Пусть будут, — ответил Мирт после некоторой паузы.

— Всё равно сбегут после каста мёртвой магии, — холодно констатировала Марта.

— Окей, Мирт, мы в сборе, — сказал я. — Теперь объясняй, почему ты меня выдернул с важного урока?

— Всё как раньше. Резкое снижение интеллекта. Только теперь их ещё и на грусть пробивает, порой с самовредительством. Ты прав, времени мало. Расскажу по дороге.

Он направился в сторону аллеи с новыми домами, окружёнными зеленью. Пахло полузабытым ароматом хвои и свежести. Людей на улицах почти не было, да и движение почти отсутствовало.

— Здесь всегда было так тихо? — спросил я на всякий случай.

— Да. Раньше этот район соседствовал со стёртым, а сейчас он упирается в поле и ездить здесь некуда. Плюс часть жителей тоже оказалась стёрта. Раньше здесь было очень людно. Однажды наладится. Насчёт задачи — похоже на то, что людей хотят довести до психоза, чтобы неписи сами друг друга поубивали.

— Почему они просто не пойдут фармить монстров с такими технологиями? — спросил Лёха.

— Нелюди, — зло бросила Эла.

— Похоже на то, — с сожалением сказал Мирт. — Я пытаюсь понять их мотивацию с того момента, как эта чума появилась в Городе, но так толком никуда и не продвинулся.

— Чудовища, которые нужны только чтобы усложнять жизнь… Какая мотивация может быть у убогих? — поддержала друидку готесса.

К беспредельщикам большинство нормальных пробуждённых испытывало ненависть. Только Рита ещё не успела проникнуться, да Лёха по жизни добрая душа.

— Людоедка права, это тупые дегенераты, — выразила общее мнение проще Саша.

— Эй, я не ем людей! Я вообще мясо не ем!! — запротестовала Эла, но кто там её слушал. Только Мирт махнул рукой, выражая «просто забей».

Я на время выпал из их бессмысленных споров и осмотрел обстановку. Никто не мешает им устроить засаду. Судя по обилию птиц в небе, показала нам Эла далеко не всех, кто с ней пришёл. Её сила впечатляла, особенно на фоне того, что у большинства способности таких очевидных эффектов не имели.

А главное, она сама едва ли отдаёт себе отчёт в том, насколько сильна. Она вообще о таких вещах не задумывается. Для неё это всё — обременительное и неприятное занятие, и она бы с радостью просто общалась бы с животными, если бы неспящие оставили её в покое.

В этом эхо активно используется магия, так что враг засаду может устроить с невидимостями или другими сильномогучими колдунствами. Всё остальное заметят птицы.

Тем временем, странности уже были.

— Я отойду, — бросил я и поспешил к женщине, которая с тряпкой пыталась отмыть столб перед одним из домов.

Всё бы хорошо, если бы она это не делала стоя на коленях в испачканном в грязи вечерним платьем. Настолько странная одежда для уборки вряд ли может быть особенностью эхо.

— Добрый день. Могу я задать пару вопросов?

Женщина перепуганно посмотрела на меня:

— Простите, у меня здесь грязно. Видите, уборка…

— Почему вы убираете в платье на улице? Это такие общественные работы?

— Ой. Как же так⁈ — в ужасе всплеснула руками женщина. — Мне же теперь нужно опять всё стирать! Ох, как я от всего этого устала…

— Стоп. Зачем вы пытаетесь отмыть столб?

— Грязь это наш враг. Как жаль, что не все это понимают! Всё должно быть идеально чисто! Ты же мне не станешь мешать? Помог бы лучше! Разве ты не видишь этот мусор повсюду?

Я огляделся вокруг. Вообще-то район был пока что самым чистым в Городе. Я бы даже сказал, образцово-показательным. Тем более, что постройки были новенькими и даже не успели пострадать от граффити.

— Выяснил что-то интересное? — без особой надежды спросил Мирт.

— Эффект есть, — ответил я и в общих чертах поведал смысл короткого разговора с местной.

— Это называется руминации, — пояснила Марта. — Псионика делает их разум примитивней и зацикливает на одной мысли,

— У тебя фольга с собой? — вмешался Мирт.

— Да, тебе зачем?

— Шапочку тебе сделаем.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. Кстати запоминай, пригодится.

Он сам вынул из рюкзака моток фольги, кое-как обмотал голову, затем снял и принялся маркером рисовать на ней руны.

Ну ладно, в свойства рун я верю. Теперь это уже не кажется глупостью.

Я протянул свой рулон Марте, и та в пару движений сделала куда более изящный головной убор и с более сложным узором из символов. Видимо, опыт сказывается.

— Это защита от магии разума, — пояснила готесса. — Версия для нищебродов.

— А где берут версию для нормальных людей? — спросил я.

— Нормальная — это артефакт с аука, — пояснила она. — Недавно купила такой от болезней, так что больше никакой песчанки.

— От тех вспышек потери контроля над телом это защищает, — добавил Мирт. — Так что обойдёмся. У нас пока не такой бюджет. Хотя на следующем круге может появится свой офис.

Мы остановились перед крупным зданием торгового центра. Людей внутри было достаточно много, что плохо. Беспредельщикам на потери плевать, наличие толпы в их планах никак не повлияет на действия. А вот плетение, если оно такое же как в прошлом круге, может обратить их против нас.

Плюс крытое место отрезало нас от животных Элы и крылатого присмотра из под небес.

— Почему они делают это перед кризисом? — задумался я.

— Большинство исполнителей имеют не так много времени, — ответил Мирт. — Хотя говорят, попытки были.

— Давно?

— Когда я только пробудился. Их перебили вечные.

— Сейчас у них больше сил. Плюс те вечные, Ральф и Олег. Ещё была какая-то Лорелея.

— В среднем по палате времени у них всё ещё меньше, чем у наших. Три сходки развивались ещё до неспящих. Но такими темпами, может и снова попробуют, кто знает.

Мрачный расклад.

— А сколько вечных на нашей стороне?

— Тех, кто участвует активно в борьбе с неспящими — около десяти человек. Ещё где-то дважды по столько же — нейтральных, которые или помогают изредка, или продают свои услуги, или держится в стороне от всех.

— Откуда столько нейтралов и не желающих вступать к вам, если проблема актуальна для каждого?

Парень пожал плечами.

Марта отошла в сторону, присела на деревянную скамейку, вынула из кармана колоду карт и принялась раскладывать их. Я с любопытством подошёл поближе.

— Смерть и перевёрнутая башня. Десятка мечей… — проговорила она и с тревогой посмотрела на меня. — Перевёрнутое колесо фортуны…

— Что-то не так? — понял я по её голосу.

— Предчувствие. Мне не нравится это место.

— Тем не менее, здесь есть плетение, — сказал Мирт и кивнул в сторону бегущего на четвереньках бородатого мужика в костюме. — Ну или в магическом две тысячи седьмом были квадроберы.

Действительно, по окружавшим нас людям можно было подумать, что мы на экскурсии в дурдоме. Прилично выглядящий подросток возрастом как Феликс копался в мусорке. Его мать в это время задумчиво ковырялась в носу. Симпатичная девушка в рваном платье ходила по декоративной оградке, расставив руки в стороны для баланса.

Хотя всё это меркло на фоне крупной тётки, которая увлечённо грызла свои ногти… на ногах.

Но это самые яркие кадры. Большинство всё же больше просто тупило на одном месте.

Агрессии никто не проявлял. По крайней мере пока что.

— А это не может быть опять засада? — предположила Рита.

— Запросто, — кивнул Мирт.

— Тогда может не будем идти дальше внутрь?

Лидер группы посмотрел на Марту. Та отрицательно покачала головой.

— Выходим. Я напишу Мише, пусть высылает спецов, — сказал он и развернулся к выходу из торгового центра.

Меня такое решение очень порадовало. В первую очередь тем, что никто не собирается нас пускать на убой. А в способностях Марты я нисколько не сомневался.

Сам он начал набирать сообщение шефу и очень вовремя. Стоило ему нажать на отправку, как телефон вылетел у него из рук.

Когда враг понял, что заходить дальше в ловушку мы не собираемся, то перешёл в наступление. По нам открыли огонь со внутренних балкончиков второго этажа.

Среди участников оказался полноценный боевой маг огня, который обрушил вниз целый огненный столб. Но он оказался как раз самым неэффективным — долетев к нам, он начал темнеть и впитываться в руку Марты.

Красивое зрелище. В отличии от всего остального.

Автоматическое оружие убило Риту, и затем две пули полетели в Лёху. Но его громадное тренированное тело это выдержало. Великан пошатнулся. По плечу потекли струйки крови. Но сдаваться он не собирался.

Левой, здоровой рукой он запустил дубину в одного из нападавших и, к моему удивлению, чётко попал в лоб неспящему. Причём — зашиб насмерть.

Затем ещё одна пуля задела Мирта, но не сильно, и он повалился на пол. А затем — вспышка боли, и я сам не сразу понял, что оказался следующим.

Они что, специально стреляли нам по ногам⁈

Болезненная встреча подбородка с полом стала для меня неожиданностью. Но в той бойне было вообще очень много неодижанного.

Следующим в бой вступил мой зонт. Я как-то совсем про него забыл, но он про меня — нет. Предмет выскользнул из рук и пробил горло ничего не подозревающего врага.

Затем зонт раскрылся, поливая кровью подходящих ко мне противников, и принял на себя несколько пуль. Они ему в общем-то были по боку — подумаешь, пара новых дырок!

Зонт поднырнул под второго противника и поддел изогнутой ручкой его за ногу. Враг растянулся на полу.

Остальные беспредельщики стали заметно осторожней.

Послышались выстрелы. Скорее всего раненый Мирт отстреливался.

— Кончай ведьму! — послышался командный рык одного из нападавших.

Я приподнялся. Нога болела и истекала кровью. Пуля попало куда-то рядом с коленом и задела кость. Рядом лежал Мирт с тем же ранением, но отстреливался.

Послышался болезненный вскрик готессы. Поражение казалось вопросом времени. Место для засады было выбрано идеально. Мы были у них как на ладони. В таких условиях промахнуться невозможно.

Затем похолодел при мысли о том, зачем это могло быть им нужно.

Убивать нас бессмысленно, как и нам их. А вот обезвредить и накормить гидрой — легко. В это был их поганый план!

Только вот очень злую ведьму они в нём не учли.

Несколько пуль пронзили живот Марты. Девушка болезненно взвизгнула, а затем визг перешёл в хохот. Она так и погибла, с широкой улыбкой, когда ещё несколько пуль пробили ей лоб и шею.

А затем все поняли, почему именно она улыбалась.

Три камня с заключённой в них силой мёртвой магии разбились, создавая мощный выброс и накрывая всё поле боя, включая нас, врага и оставшихся первоуровневых.

32. Осенний парк

Меня окатило волной неконтролируемого ужаса.

Тело одеревенело. Я не мог произнести ни единого звука. Едва не забыл, как дышать.

Перед глазами замерцали образы худших воспоминаний из нулевого мира. Беспомощность мира, в котором один человек не способен изменить всё. Мир, полный несправедливости и окончательно сошедший с ума в апокалипсисе.

Мир, который скатывался в безумие. Созданный самими же людьми вирус, забравший миллионы жизней по всей планете. Кровопролитные войны. Наступивший вслед за этим голод. Серия стихийных бедствий по всему миру — цунами, наводнения, землетрясения. Даже грёбаные нашествия насекомых.

Верующие вспоминали про библейские пророчества и всадников апокалипсиса. За это время почти каждый на этой планете познакомился с болью потерь, жестокостью и несправедливостью.

То, что я сейчас во временной петле неведомого Города — вполне вписывается в порядок набирающих оборотов событий, которые начались ещё там. Тогда даже в рептилоидов всерьёз многие начали верить.

Опыт встречи с тёмной стороной жизни научил меня в том числе и бороться с паническими атаками. Тогда ими страдала треть планеты, так что основные действия знал даже ребёнок.

Сосредоточился на дыхании и выровнял его. На ощущениях в теле. В голове начал считать от ста к нулю, отнимая за раз по три числа. Главное переключить мозг. Далее должен был быть ещё комплекс действий, но хватило и этого.

Способность трезво мыслить быстро восстанавливалась. Более того, тьма из жутких образов начала развеиваться, и я снова осознал себя с болью в ноге на выходе из торгового центра.

Я в себя пришёл первым. Если не считать Сашу, которая в самом начале боя бросила топор и побежала забирать, тем самым оказалась дальше всех от эпицентра магической дряни.

Вид у неё, правда, был так себе. Она была сильно изранена, вся одежда обильно пропитана кровью, а топор с шумом волочила за собой по земле.

Она медленно направилась к нашей группе, походя срубив голову одному неспящему, стоявшему на коленях в прострации.

— Кто… жив? — послышался хриплый голос Мирта.

Парень протирал глаза и пытался нас рассмотреть.

— Что есть музыка жизни? — философски спросила Саша, замахнулась и метнула оружие в сторону лидера группы.

Топор разминулся с его головой где-то в пол метра и врезался в голову поднимавшегося с земли врага.

— Тишина, брат! — ответила она сама себе и весело пританцовывая, направилась к нам.

Причём делала так она очень зря — обилие ран и следов от пуль заставляли её скорее ковылять.

— А я сегодня герой и большой молодец! — похвасталась Рита. — Минус три! Не зря меня Миша уговаривал остаться после того случая с песчанкой!

Я посмотрел в её сторону. Она выглядела наверное самой здоровой и самой чистой из нас, но неподалёку от неё валялось тело с выжженой дырой вместо головы.

Знакомые шарики с белым песочком делали своё дело.

— Тебя же убили в самом начале, вместе с Лёхой? — спросил я. — Навык?

— Агась! — радостно ответила Рита. — На этом круге я умру только лишившись головы.

— Погоди, то есть твой навык… не позволяет умереть тебе ни от чего другого?

Рыжая красавица с веснушками печально улыбнулась.

— Это связка навыков. Миша говорил, что мне очень с ними повезло. Коэффициент рационализации, — она пристально посмотрела мне в глаза. — Я могу повысить влияние другой характеристики на реальность. В моём случае, я не могу умереть ни от чего, кроме описанного в условиях третьей характерристики.

— Это же чит!

— Вот и я о том же, — согласно кивнул Мирт.

Он снял с плеча сумку, немного порылся и достал белую картонную коробку. Покрутил в руках, затем бросил мне и полез за второй такой же.

«Жгут-хирург. ГоФарм ТМ»

Глянул на инструкцию с обратной стороны упаковки. Там для особо одарённых было в картинках описано, как повесить пластырь себе на руку.

— Он не лечит, но позволит ещё пару часов побегать, — предупредил Мирт.

Следом за ним я тоже намотал себе такой на ногу. По ней пробежал холодок. По-моему одним пластырем здесь не отделаешься. Но вроде встать на ногу… почти могу.

От попытки ходить бедро пронзила острая боль, но затем быстро стихла. Мда, сильно не походишь, но хромать можно и такой дикой боли нет.

Ещё две таких пачки полетели Саше.

Та без лишних слов и стеснения начала клеить один на боку и второй на висящую плетью левую руку.

— Нам хоть удалось закрыть плетение? — спросила Рита.

— Каким образом, если они прикончили ведьму? — огрызнулся Мирт. Затем взял в себя в руки и пояснил. — Та волна пустоты спасла нам жизнь, но без специалиста и мёртвой магии мы эту хрень не закроем.

— Ты успел отправить сообщение Мише? — спросил я.

Мирт с тоской посмотрел на разбитый телефон.

— Нажать вроде успел, но точно сказать не могу… — ответил он, а затем просиял. — Точно, Рита, у тебя же есть его номер?

— Что написать?

— Я сам, — Мирт выхватил телефон у неё из рук и принялся листать контакты. Остановился на нужном, сходу начал набирать сообщение. Замер. Обернулся к девушке. — Что с сетью?

— Не знаю, неделю назад пополняла… а счета переходят из круга в круг?

Неделю — это значит, когда она ещё не была спящей.

Мирт обернулся ко мне.

— Полярник, проверь сеть!

— Ни интернета, ни звонков, — сказал я, глядя на иконку перечёркнутой связи.

— Нужно уходить, — встревоженно сказал Мирт. Бросил взгляд на стеклянную дверь торгового центра, сильно пострадавшую от пуль и частично осыпавшуюся. — Только не здесь. Идём к служебному выходу, там должен быть парк.

Туда мы и направились. Предварительно, конечно, собрав время с нападавших.

— Трое, — похвасталась Рита. — Мой рекорд!

— Ха, пятеро, — криво улыбнулась Саша.

— На первом месте всё равно будет мой зонтик, — сказал я, поднимая первый созданный мной артефакт с окровавленного пола.

Зонт подниматься не захотел, а вдруг отскочил где-то метра на полтора от меня, раскрылся и принялся труситься, будто мокрая собака, окропляя меня дождём из крови врагов.

— Нехилый такой зонтик, — одобрил Мирт. — Интересное направление ты себе выбрал.

— Пока нравится, — согласно кивнул я и требовательно протянул руку артефакту.

Видя, что никакого негатива это не вызвало, зонт решил подчиниться, перекувыркнулся, закрылся, и изогнутая рукоять оказалась у меня в руках.

— Кру-уть! Хочу так же! — восхитилась Рита.

— Пф! Дилетанты… — фыркнула Александра, выдернула свой топор из погибшего врага и подошла к лавочке. На ней, бережно завёрнутая в чёрно-лиловую клетчатую рубашку, была коробка с остатками острой пиццы.

Из зала мы прошли вправо, где находился крупный супермаркет. Ни охраны, ни работников не наблюдалось. Под воздействием плетения работать вообще было невозможно, а всплеск пустоты должен был всех обратить в паническое бегство.

— Здесь рядом с мясным отделом есть выход на склад. А с него — на стоянку маркета. За ним — парк.

Саша вынула кусок пиццы и, нисколько не смущаясь окровавленных тел, принялась есть на ходу. За что удостоилась от Риты взгляда полного отвращения и непонимания.

Мирта не удивляло уже ничего. Он бодро похромал мимо рядов, когда я его остановил.

— Погоди, дай пару минут.

— Зачем?

— Это пока самый крупный маркет, который я видел. И здесь строительный отдел. Хочешь идти — вперёд, а я сначала по рядам.

Я ожидал бурных споров с его стороны, но он только устало кивнул.

— Только быстрее.

Если б я ещё сам знал, что можно взять в таком месте. Сюда бы сейчас Таню…

Я закинул в сумку крупный баллон с газом. Если сохранится — будет у меня небольшая взрывчатка. Попутно прихватил детский пистолет со стрелами на липучке. Достаточно современный, поддерживающий автозаряд на девять стрел.

Наконец-то взял себе нормальный серьёзный нож, а то всё бегаю с кухонным, как нуб. Плюс добавил балончик, шокер, набор мелочёвки для крафта — скорее всего сильно мне это уже не понадобится, но пусть будет.

Особая полезность — газовая горелка. Скорее всего будет долго стоять у меня в кладовке, но в нужный момент, типа кризиса с кровожадными пеньками — она станет козырем.

Сгрёб несколько зажигалок, которые поддерживали огонь зажжённым, чтобы бросать их в облитого горючкой противника. Хороший водяной пистолет — об этом я тоже успел подумать — заливать керосин и поливать врагов. Против неразумной нечисти — самое то. А огонь уже доказал свою универсальность.

Утащил бы и больше, если б не ограничение по времени, да и по весу тоже.

Всё это я погрузил в большой рюкзак, который взял там же.

Побродил бы и дольше, тем более что Рита тоже решила воспользоваться шансом. Правда в основном она копировала мои действия и брала всё то же самое. Но подставлять группу я точно не буду.

Снаружи начинался закат. В его отблесках золотой осенний лес слева от нас казался настоящим чудом света. Очередной раз поразился, насколько Город красив.

— Где мы сейчас? — спросила Рита.

— Державинский парк, — ответил Мирт не глядя. — Он почти заброшенный. Будет легче укрыться от погони, да и мы их услышим издали. Дальше начинается уже третий район. Самая слабонаселённая его часть, хоть и старая. Там есть холм и вышка мобильной связи. Телефон точно словит, если они не весь город накрыли.

— У нас он назывался «Плачущим Покоем» в честь Нефтис, — добавила Рита, но её никто не поддержал. Поэтому она продолжила общаться сама с собой. — В детстве я тут бывала с мамой. Она оставляла меня с бабушкой по папе здесь. Потом мама с отцом поссорились, и я её больше тоже не видела. Мама её ведьмой называла, но думаю, это она со зла. Бабушка Люба точно не практиковала. Разве что блинчики с маслом…

Замолчала она тоже сама, хотя было видно, как сильно сдерживается Мирт, чтобы не одёрнуть её.

Едва мы зашли в парк, как говорить расхотелось всем.

Мы застыли на границе между городскими пейзажами асфальтовых улиц и чем-то древним и могущественным. Именно такое впечатление оставляли ряды тридцатиметровых каштанов и идеальная желтизна устилающего землю ковра из листьев.

Пышные кроны закрывали собой небеса. Лишь изредка лучи уходящего солнечного света падали на землю меж ветвей, создавая световые столбы и заставляя листья светиться.

Или нет. Эхо… местные каштаны могут излучать свечение?

— Идём, за тем кустарником будет аллея, — сообщил Мирт.

Я обернулся к девушкам. Алекса будто зависла, глядя вверх на янтарные кроны. Рита же щёлкнула телефоном, делая фото.

Между нами и дорогой лежал небольшой овраг у пересохшего ручья и покосившийся ствол, ставший мостом на ту сторону. Я пытался найти в этом месте что-то отталкивающее, но так ничего и не вышло. Даже банального мусора не было.

Отдельным испытанием стал кустарник. Им оказалась ежевика, с обилием острых колючек, цеплявшихся за одежду и сумки.

— Маленькие хрупкие огоньки жизни… — потянула Саша и улыбнулась. Затем на полуслове захрипела и закашлялась, сплюнула. Громко прочистила горло. На янтарных листьях расплылось кровавое пятно.

— Ты сама доходяга, — бросил я. — Мирт, у тебя есть ещё один волшебный пластырь?

— Последний, — нехотя признался он, полез в задний карман штанов и вытащил помятую упаковку. — Но это тебе не тарийский оживитель. Он просто подавляет симптомы и останавливает кровотечение, а не творит чудеса.

Я протянул пластырь Саше.

Она удивлённо посмотрела на меня, но задавать вопросов не стала. Задрала рубашку и наложила его чуть выше первого. Левая рука у неё, к слову, тоже снова была в строю.

Спортивное тело дополняло множество старых шрамов. Что вызывало отдельный вопрос — где она их умудрилась заработать, если Город такие вещи исцеляет в начале каждого круга?

— Так что сказать-то хотела? — спросил я.

— Что мы не одни в этом лесу, — снова улыбнулась она.

— Нас преследуют? — сразу собрался Мирт.

— Ходячее времечко само идёт к нам. Как прекрасен этот вечер в лучах заходящего солнца!

— У меня снаряды с порошком закончились. Поляр, есть ещё? — ноющим тоном спросила Рита, хватая меня за рукав.

Я вынул из сумки свои заготовки и добавил сверху коктейль Молотова по рецепту Тани.

— Зажигалки у тебя есть, пользуйся.

Девушка благодарно кивнула и приготовила рогатку.

— Ты их чувствуешь? Знаешь, где они?

— Конечно, — ещё шире улыбнулась Саша. — Индекс восприятия. Я даже запах их чувствую. Чую запах их страха. Маленькие смешные мотыльки, летящие к смерти.

— Сколько их?

— Семеро, — она перехватила топор поудобней.

Мы вышли на длинную аллею. Она была практически полностью скрыта под насыпью листьев. А через просвет в кронах каштанов я увидел стремительно темнеюшее небо.

Державинская аллея была длинной. Медленно зажглись огни редких фонарей, освещавших путь между двумя районами города.

— Они близко? — спросил Мирт.

— В десяти минутах от нас, но они блуждают, чтобы обойти яму и кустарник. У них нет искателя или он слабый.

— Тогда поспешим. Дальше будет хорошее место для обороны, холм и вышка связи.

— Интернет уже работает, — сообщила Рита.

Мирт в тот же миг выхватил телефон у неё из рук и стал писать Михаилу прямо на ходу.

Рита насупилась, но продолжала идти.

— Отправил метку, — сообщил он. — Миша в курсе. Нас будет ждать подкрепление.

— Храбрый лидер испугался семи часов? Боишься устать считать их минутки?

— Если они не идиоты, то тоже здесь не одни, — раздражённо пояснил Мирт. — Миша сказал, что ты будешь слушать мои приказы.

— У-у, сильная лидера! Боюсь-боюсь. Страшна!

Послышался треск ветвей. Рита резко обернулась, готовя рогатку.

Просто собака…

— Жаль, что Эла выпала, — с грустью сказала рыжая.

— О как сурова жизнь, в которой был предан забвению талант здравомыслия! — продолжила Саша. — Ибо не мог он помыслить, что на прямой линии очень сложно упустить цель.

Я хмыкнул. А ведь действительно.

— Мирт, нужно сворачивать с аллеи! — расшифровал я для него посыл Александры.

— Знаю, нельзя, — отрезал он. — Я знаю этот парк. Мы с тобой ранены. Эта убивашка сама сдохнет раньше, чем мы пройдём его. И до врага она тоже не добежит. Там вне аллеи — сплошной кустарник.

— Забьёмся, падладинчик? Да не смотри так, где я твои хотелки…

— В сторону! — крикнул я. Успел, в основном благодаря тому, что разглядывал Александру, когда она вдруг прервалась на полуслове и отскочила в кустарник.

Затем прогрохотал выстрел, но ни в кого попасть враг не смог.

Мы разбежались в разные стороны — Мирт следом за Сашей, а я — с Ритой.

Враг выпустил ещё несколько пуль наугад. Значит, патронов у них хватает. Боевой магии пока вроде не видно.

Посмотрел через аллею на ту сторону и увидел, как Мирт машет вперёд, вдоль дороги.

— Уходим, — сказал я Рите.

— Куда?

— Не знаю. Пока прямо, там посмотрим.

Позади слышались шаги преследователей. Они тоже опасались выходить на открытое пространство.

Мирт периодически стрелял в сторону врага. Вряд ли намеревался действительно попасть в кого-то на бегу, но по крайней мере они будут опасаться подставляться.

— Сможешь ещё раз умереть и воскреснуть? — спросил я.

— Чего? Не хочу я умирать. Это больно, знаешь ли.

— Не так, как в нулевом мире.

Девушка осеклась.

— Прости, забыла, что я просто оживший непись второго уровня… — сказала она с грустью, под которой пряталась попытка меня уколоть.

— Не говори ерунды.

— Что? Вы ведь так нас называете?

— Ты сейчас пытаешься ссору устроить, я правильно понял?

— Прости, — Рита всплеснула руками. — Хочешь обменяемся навыками?

— А так можно?

— Нет. Вроде. Но я не хочу быть вечно умирающим лебедем. Я вообще не так себе представляла будущее.

— Как видишь, будущее ещё нужно заслужить. Его ни у кого в Городе пока что нет за пределами третьего сентября две тысячи седьмого года.

— Да… хм. Ты прав. Под таким углом я ещё не смотрела. Действительно, нас бы всё равно съел кризис. Старая Маргарита умерла, когда в Городе пробудился древний бог воды и стёр её дом с лица Земли. Мне нужно подумать об этом.

Я пожал плечами.

За спиной хрустнула ветка.

Рита обернулась с натянутой рогаткой.

Тишина секунд пять. Затем поднялся резкий ветер, и листва зашелестела с новой силой. Гром и где-то вверху над нами мелькает молния. Тот самый дождь, который всегда идёт здесь в ночь со второго на третье.

— Как работает твоя связка навыков?

— Так не честно. Ты ведь узнал об этом моём навыке, но не рассказал о своём.

— Эхо. Я могу менять эхо, — выдал я безобидный секрет.

— Значит, ещё один прирождённый маг… — с тоской сказала девушка. — Как же вам всем везёт! Почему только у меня этот дурацкий тип точки⁈

— А что с ним не так?

— Мой второй навык — коэффициент рационализации. Он позволяет фиксировать другие нестабильные характеристики. У меня такая только одна — тип критической точки. То, как я умру.

— То есть она как-то это бафает?

— Да. Меня Миша научил, когда я болела и хотела уйти из группы. Рассказал, что я избранная и могу спасти много жизней…

— Прям так и сказал?

— Ну, почти так. Про навык. Достаточно ввести напротив него цифру три и вложить время, и она «заморозит» другой навык на вложенное время. В случае с типом критической точки, за сто единиц я получаю временный иммунитет от всего, что не указано в критической точке.

— Звучит как отличная комба.

— У этой характеристики комба почти с любой, как я поняла. Даже время ожидания, совершенно бесполезный навык до первой угрозы жизни, с коэффициентом становится крутым, если правильно применить. Но с проклятой точкой я теперь вот такая зомбачка.

— Я видел, как тебе пуля пробила голову. Характеристики тебя что, воскрешают?

— Нет. Просто реальность будет выкручиваться, чтобы оставить меня живой. Затем откат в размере времени ожидания и новая смерть. После каждого перезапуска таймера ожидания вероятность погибнуть указанным образом повышается.

— И сколько сейчас у тебя ожидание?

— Мне причинят боль через… — она на минуту задержалась у осенней лужи. Я проследил за её взглядом и увидел у её отражения на груди светящийся таймер. — Четыре минуты и десять секунд.

— А затем таймер перезапустится?

— А затем появится смерть. Что-то, что в этом эхо отрубит мне голову. Реальность как бы перестраивается так, чтобы я умерла в положенный мне срок, но строго определённым образом. Если ей это не удаётся, тогда перезапускается таймер ожидания боли и начинается новый виток.

— Потому что ты уже прошла точку выхода, — понял я.

— Да, Миша говорил так же. Что это?

— Время смерти, очевидно же. В общем, хорошие навыки, радуйся.

— Понимаешь, если бы у меня было вот это твоё эхо, с которым треть пробуждённых бегает, я бы стала шикарным магом! Только представь, если «заморозить» коефициентом эхо, например в текущем цикле. У меня же всегда будет тридцать первое эхо за сто минут!

Где-то вдали послышались звуки шагов. Теперь уже точно.

33. Точка доверия

— Готовься, — сказал я вполголоса и приложил палец к губам.

Снял сумку и принялся доставать запасы горючки. Вскрыл крышку, начал поливать всё вокруг. Рита, нужно отдать ей должное, принялась делать то же самое со своими бутылками.

— Идём. По пути лей остальное. Когда подойдут — у нас обоих есть огненый навык.

Она понятливо кивнула. Мы поспешили мимо густо насаженных деревьев и кустарника. Света становилось всё меньше — фонари сюда практически не доставали. Да и половина из них не горела вовсе.

Где-то в отдалении шёл бой.

— Стоп, здесь, — остановился я и резко присел.

Выглянул из-за дерева. Увидел как по нашему следу идут трое — все в плащах. Парень лет двадцати, усатый мужик за тридцать и фигура в плаще с капюшоном.

Люди. Никак не привыкну к этому, хоть и казалось бы, сам из ещё более мрачных мест. Жизнь в будущем, которое, я надеюсь, никогда не сбудется, будет стоить гораздо меньше, чем здесь. Но лично я всё равно испытываю отвращение к убийству людей.

Но здесь у нас смерти нет. Огонь окончательную не несёт точно, а боль пройдёт гораздо быстрей, чем в реальности. Город заботится о нас и похоже не понимает, что некоторые здесь натуральные вандалы.

Этими мыслями я успокоил совесть и начал тихо читать:

— Иеро асмо фиеро…

В последний момент сложил руку пистолетом и направил под ноги беспредельщикам, достигшим подготовленного места.

Пламя вспыхнуло, окрашивая парк. Даже высокая влажность не помешала огню начать быстро распространяться по осыпавшимся листьям.

Я развернулся и бросился бежать дальше.

— Стой, Поляр, время! — возмутилась Рита.

— Всех не задело. На открытом пространстве тебя расстреляют.

— Нас двое. Можем справиться.

— С огнём, в который ты собираешься прыгать?

Она замолкла.

— Лучше доживём до монстров и заработаем больше.

Послышались выстрелы. Теперь уже где-то совсем рядом. Я ускорился. Рита на миг остановилась и выпустила из рогатки огненный шар белого порошка.

Пламя вспыхнуло с новой силой, подхватывая горючку, которую мы разливали за собой.

Здесь парк был особенно густым, и рассмотреть ничего было невозможно.

Проверять мы снова не стали — ещё немного и лес сменил величественный вид памятника. Высокий старик с волосами, зачёсанными на манер семнадцатого или начала восемнадцатого века. Одежда тоже соответствует той эпохе. Некий мундир с наградами.

Он стоял на постаменте рядом со своим вечным металлическим спутником — котом. Зверь и хозяин смотрели друг на друга так реалистично, что хотелось пожать руку тому, кто отлил это изваяние.

Но сам парк был сильно запущен. Статуя была покрыта осенней листвой, а кое-где и голубиным помётом, что немного портило вид.

Янтарные каштаны сменились незнакомыми деревьями с красной листвой. Здесь преобладали алые цвета, от чего место казалось вырванным из некоего фэнтези.

Я обернулся к Рите и увидел, как она прячет в сумку фляжку с чем-то алкогольным. Всё сразу встало на свои места — и её воинственность, и разговорчивость.

— Ты что, пьяна?

— Полярис, я обычная студентка, а не выживальщик из нулевого мира! И у меня не железные нервы!

Затем демонстративно снова открыла крышку и сделала ещё глоток.

В этот момент с другой стороны от статуи я увидел свет и затем появившуюся фигуру Мирта.

Он сильно хромал, но продолжал упрямо идти, сжимая пистолет.

— Где Саша?

— Завалила двоих, потом поймала пулю. За неё можешь не переживать.

— Сколько их всего? Саша говорила что семь.

— Восемь. Восьмой маг с навыком скрытия. Я его завалил. Вы как?

— Как видишь, костры жжём, — я кивнул в сторону поднимающегося зарева.

— Кто-то остался?

— Думаю, да.

— Да, мы, — произнесла наша недавняя знакомая.

Поседевшая бывшая наркоманка, с которой мы уже имели радость общаться. С ней вместе был сильно обожжёный мужик с подпаленной бородой и одеждой. Третий — парень лет двадцати с охотничьим ружьём.

Они шли в нашу сторону, держа в прицеле пистолета и ружья. Только бородач сжимал в руках нож.

— Ты говорила, у нас встреча на следующем кругу, — заметил Мирт с усмешкой.

— Кто знал, что нам достанется одна точка? — пожала она плечами.

— Лена, задача обезвредить, — напомнил бородач.

— Может, поговорим? — предложил Мирт. — Скажи, чего вы добиваетесь? Почему вы всех ненавидите? Кому вы служите?

— Они тебя даже не поймут, — фыркнул мужик в сторону девчонки. — Понабирают нубов…

— Подожди. Они ведь правда не понимают!

— Наивная девка, — скривился бородач и повторил. — Они и не поймут.

— Полярис. Мирт. Они вас обманывают. Вот. Вы должны съесть это. И тогда всё сразу поймёте!

Она достала из заднего кармана джинс целофановый пакетик с зелёными шариками внутри.

— Гидра? Серьезно? — фыркнул я, не выдержав этого идиотизма.

— Я знаю, что у вас врут, что это яд. Но это не так. Гидра открывает глаза на правду. Она страшная, но ты сразу всё поймёшь. Мирт, ты же ищешь правду! Она вся здесь!

— Полярник прав, никто из нас не станет жрать эту дрянь. Придётся говорить словами.

— Да ты охренел, тебе шанс дали, падаль! — зло бросил бородач. — Жри гидру и делай свой выбор осознанно.

— Хорошо! — воскликнула неспящая. — Я могу показать сама. Без гидры.

— Лена… — зло начал мужик. А затем вдруг выхватил пистолет из её рук девчонки и хотел было сходу выстрелить в Мирта. Но я его опередил, швырнув зонтик.

Злонравный артефакт подскочил и вонзился в бедро бородача. Но затем тот его вырвал и отбросил далеко в кусты. Однако в этот момент к нему уже подскочил Мирт и выбил оружие из рук.

Затем он получил мощный удар в челюсть и отлетел на асфальт.

Мимо пролетел шар из рогатки — Рита не подвела, и белое пламя растеклось по груди могучего воина. Тот заорал от боли и затем повалился на асфальт, разгоняя ворох осенних листьев.

Третий попытался выстрелить в меня, но я скороговоркой выпалил молитву Нефтис.

Парень вздрогнул, взгляд его потух, а ружьё выпало из рук.

Затем послышался крик рыжей. Я обернулся, но было уже поздно.

Неспящая решила, что самая опасная здесь она и отомстила за товарища мощным ударом локтём в нос. Рита болезненно вскрикнула, подалась назад, оступилась и упала ровно на скрытый под листьями декоративный заборчик.

Секундная паника в глазах девушки сменилась облегчением. Короткий вскрик оборвался почти мгновенно. Красную кровь было не увидать среди красной листвы. Город забрал её в следующий круг.

Неспящую это зрелище не сильно тронуло. Более того, она выхватила оружие из рук рыжей и натянула рогатку в мою сторону.

— Стой, Лена! — назвал её по имени Мирт. — Полярис!

— Я тоже не против поговорить, — кивнул я. — Если только не о пользе для организма психоактивных фекалий гидры.

БАМ!

Прозвучавший выстрел был мне хочешь хорошо знаком, и я сразу почувствовал, как запахло неприятностями. Хотя, в тот момент я ещё не понимал, какими именно.

Пуля пробила череп зачарованного молитвой парня и вылетела с обратной стороне в облаке алых брызг. Алое на алом.

— Миша, нет! СТОЙ!! — Мирт вскинул руки.

БАМ!!

Тело Лены с дырой между глаз повалилось на асфальт. Из последних сил она потянулась рукой в сторону Мирта. Я увидел на ладони девушки написанные маркером цифры. Но разобрать не успел.

— Мирт. Полярис. Рад, что вы живы… — начал было шеф, но…

— КАКОГО ХРЕНА⁈ Миша, мы взяли их в плен! Один обездвижен жреческой хренью, другая готова сотрудничать! Мы могли узнать, что им надо и чего они добиваются! Мы…

— Тихо, тихо. Так было нужно, — улыбнулся лисьей улыбкой шеф.

— Дежавю, — с полуулыбкой вставил я.

— Так было нужно⁈ — вспыхнул Мирт. — Думаешь, я умоюсь этой хренью и всё?

— Ещё я думаю, что герои заслужили оплачиваемый отпуск и выплату премии.

— Ты что, пытаешься меня купить? Миш, я вожу для тебя рейды уже больше почти сотни кругов! Раньше от меня не было никаких тайн! Мне начинает казаться, что ты специально пытаешься от нас скрывать правду.

— Что, например? — ничуть не смутился Михаил.

— Что им от нас нужно? Зачем они вредят Городу?

— Потому что они — зло во плоти, — голос шефа похолодел. — Они убивают твоих коллег пробуждённых. Подставляют нас под стирателей. Устраивают геноцид местных. Забирают у людей их мечты. О каких переговорах ты говоришь, Мирт? Думаешь, мы бы так не сделали, если бы могли?

— Эта девушка хотела!

— Чего, накормить тебя гидрой? Знаешь, сколько людей навсегда повредились рассудком из-за плетений? Скольких они убили накормив гидрой? Мы с тобой знакомы действительно очень давно, Мирт. Ты мой друг и однажды дорастёшь сражаться со мной плечом к плечу. Думаешь, если бы был способ мирно сосуществовать с ними, мы бы на него не пошли?

— Тогда зачем ты убил их? Даже пленника, которого успокоил Полярис!

— Не мы это начали, Мирт. И закончится это, только когда мы прикончим их верхушку, идейных вдохновителей. Возможно, даже используя их методы. Средоточия пустоты не мы первые начали применять. Они чудовища в телах людей.

— Позволь нам самим решать, кто здесь чудовища!

— Он прав, — кивнул я. — А ты уходишь от ответа на конкретные вопросы. В чём причина этого конфликта? Им не нужно время и плевать на жизни людей, но они явно ненавидят нас. Просто за то, что мы есть.

— А что не устраивает тебя, Полярис? — мягко спросил Михаил.

— Мы на одной стороне. Мне в этом городе жить долго и счастливо с семьёй. С буйными маньяками над душой это так себе сочетается, — сказал я. — Но использовать нас в тёмную — это хрень. Я так не играю. Не хочу потом оказаться разменной монетой в чужой войне.

— Ты сомневаешься в целях нашего отдела? — спросил Михаил.

— Честно? Мне в целом пофиг, но чем больше таких вот попыток что-то от нас скрыть, тем больше я начинаю сомневаться, что это не одна большая подстава.

— Хорошо, мы обсудим это потом…

— Когда потом⁈ — снова вспылил мой напарник. — Ты так уже не первый раз говоришь, уходишь от ответов, темнишь… а теперь ещё и вот это.

— Да не могу я, мать вашу, Мирт! — добавил немного злости Михаил. — Говорю всё, что могу, а остальное — для вашего, для нашего, для общего блага! Иногда знание само по себе опасно, так тебе понятно? Считай это секретной информацией…

— Миш… ты пытаешься отделаться от меня очередной туманной фразой про секретность? Или считаешь меня крысой, которая не стоит доверия? Ты за трепло меня держишь⁈

— Есть вещи, само знание о которых играет врагу на руку. Мирт, магия… — начал было терпеливо объяснять Михаил но его прервал отдалённый скрежет и колокольный звон.

Он тревожно обернулся, а Мирт продолжил:

— Миш, мы уже дважды почти полностью потеряли состав. А сколько таких было до меня? Мы имеем право знать, ради чего всё это. Мы рискуем нарваться на окончательную больше, чем любой на сходке, включая противодействие. Я хочу знать, что им от нас нужно.

— Истребить нас до последнего и уничтожить Город. Клянусь именем Мортис. Им не нужны территории, законы, раздел зон влияния. Они просто хотят нас…

Шеф затих, замер и прислушался.

Снял шляпу и приложил к груди.

— Нужно уходить. Мне это не нравится, — сказал Миша. — Бездна! Вот чего они добивались…

Я тоже ощутил, что происходит что-то недоброе. Активировал призрачное зрелище, и чувство превратилось в уверенность.

На изнанке красный парк выглядел умирающим, покрытым тёмно-лиловыми облаками знакомой энергии. Той самой силы, которую использовала Марта.

Вдалеке послышался двоящийся звериный рык.

— Порождения пустоты, — произнёс Михаил. — Они дождались гибели своих и спустили стихийных зверей… Им нужен я.

— Это стихийные звери? — побледнел Мирт. — Но как? Здесь же слишком низкое эхо?

— Как и гидра с плетениями, и песчанка, — усмехнулся Михаил. — Я не знаю, что им позволило найти столько козырей за короткий срок. Но мы работаем ради нашего выживания. Будем искать способы решить эту проблему.

Мирт поднял с земли ружьё убитого неспящего и пошёл за Михаилом. Я же вытащил из рук Лены рогатку Риты. К ней у меня ещё полно боеприпасов, а против монстров она ой как хороша.

За парком был небольшой мост над железнодорожными путями. А там районы пятиэтажек вперемешку с частными домами.

Всё это время где-то за спиной слышалась возня пока невидимых существ — рык, тяжёлое дыхание и прочая жуть из фильмов ужасов.

— Почему ты решил, что они выманивают тебя? — спросил Мирт, когда мы достигли моста и Миша замедлился.

— Они открыли охоту на вечных сходки. Устраивают ловушки, натравливают своих пешек, а когда мы приходим выручать своих подопечных, случается вот это.

— Так ты знал, что это ловушка? — удивился Мирт.

— Предполагал — это второй случай.

— А первый?

— Пол часа назад мне сообщили о смерти Вечного Станниса. Враг смог принести с девяностого эхо пустотного сущего, — сказал Михаил. — Он был хорошим воином и другом.

— Соболезную… — сказал Мирт.

— Он боролся за наш мир, как и вы, — кивнул он, а я чуть улыбнулся.

А ведь он прирождённый манипулятор, и Мирт ведётся. Сам он — его полная противоположность. Слишком простодушен и прямолинеен.

— Что такое пустотные звери и как их убивать? — задал я вопрос по существу.

— Смотря какой ранг. Если первый, то есть шанс справиться. Если второй, то шансов уже мало. Если третий… такую тварь победить в принципе нереально. Чем бить… жаль, что здесь нет Марты. А вы просто стойте и смотрите.

Они походили на смесь хорька с кабаном. Только с лишними глазами и шерстью дикообраза. Тварь была чёрно-серого окраса с лиловыми отметинами на шерсти. Плюс тело твари двоилось, словно контуры чудовища находились в постоянном движении.

— Второй, — произнёс Михаил мрачно. — Шансы небольшие, но есть. Держитесь за спиной.

Я активировал призрачное зрение. Здесь твари представляли собой чёрные пятна выжженого пространства.

— Мирт, к чему они вообще уязвимы?

Михаил поднял пистолет. Он у него был нестандартным, исписанным сияющими зелёными рунами. И стрелявший также, с зелёным огнём.

Тварь заверещала жутким двоящимся голосом и прижалась к земле. А двое её сородичей бросились к нам со всех ног.

Михаил продолжил стрелять. Вторая пуля прилетела в другое чудовище, и то дёрнулось. Но погибать оно не собиралось. Как и первое — то уже пришло в себя и угрожающе чесало копытом по осенней листве.

Левой рукой он швырнул в сторону чудовищ два мешочка, и там где они приземлились, во всполохе зелёного пламени появились два скелета с косами в чёрных рваных плащах.

Охренеть, настоящая некромантия!

Ближайший к нам монстр взвизгнул. Его неприятный рёв разнёсся над постом, на котором мы приняли бой.

Двое других же, как оказалось, решили изменить тактику. Первый выпустил несколько шипов в нашу сторону. Целью стал Мирт, но тот был готов. А вот третий решил выбрать своей целью меня.

Для этого он с разгона перепрыгнул через Мишу с его нежитью. И пока тот отстреливал третьего полухорька-полукабана, оказалась передо мной.

Адреналин в крови подскочил. Время будто замедлилось. Я выстрелил из рогатки Риты. Почти в упор, так что даже без опыта я угодил ему прямо в харю. Вот только имба-оружие на этот раз не сработало.

По телу твари посыпались искры белого пламени, но оно даже не замедлилось.

Только вместо морды у хорька теперь была сплошная чернота, как та, что за Городом.

Так… нужно вспомнить Маруславу. Более странной хрени я ещё здесь не видел, так что должно получиться легко.

Закрыл глаза и шагнул в сторону. Призрачное зрение всё ещё работало, и похоже, я так могу даже с закрытыми глазами ориентироваться до какой-то степени.

А когда я вновь их открыл, пусть и прошла всего пара секунд, я уже был на изнанке.

Спасибо за аванс, Рута.

Шаг второй. Насытить пространство своей маной. То есть волей. Представить, что всё вокруг — продолжение меня. Этот мост, осенние листья, влажный ветер с каплями дождя…

Чудовище шагнуло ко мне. Сейчас я отчётливо видел его в свете луны — та будто фонарём высвечивала противника.

— Р-р-р… — тварь издала низкий рык, как бык пару раз ударила лапой по земле, а затем сорвалась с места в мою сторону.

Я активировал плеть и представил её в виде цепи с обилием крючков и колючек.

Действовал я по наитию, но по механике, если я правильно понял те лекции, то после воплощения пространство вокруг становится как бы моим, и на него действует плеть.

Сработало!

Чёрный зверь взревел вновь и затряс головой. Изменение формы тоже сработало, и вырваться из оков у него не получалось так просто.

От ярости тварь по всему телу начала пылать чёрно-лиловым огнём. По телу прокатилась дрожь. Я вспомнил о том, как находился рядом с силой Марты и потому не удивился такому же эффекту. Тварь вызывала страх с помощью ментального воздействия.

Я ударил чудовище снова. А услышав болезненный рык — снова и снова.

На четвёртой плети монстр вырвалися и бросился обратно, где встретился с пистолетом Михаила.

Тот выглядел слегка потрёпанным и малость безумным, но действовал при этом максимально эффективно.

— Кажется, справились… — осторожно сказал я.

— Три пустотных схрааля. Это было сложно, но закончилось быстро, — с улыбкой сказал Михаил и подобрал с земли упавшую шляпу.

Я посмотрел на Мирта. Тот оттряхивался от пыли. Как-то его сражение с чудовищем у меня выпало из вида.

— Впечатляющий результат, Полярис, — с улыбкой сказал шеф. — Я рассчитывал только на себя, но ты очень быстро развиваешься. Значит, ты выбрал этот путь развития? Неожиданно, но очень хорошо.

— Просто берусь за любые пути к силе, — честно ответил я.

— Правильно. Теперь двигаем дальше.

— Погоди, Миша. Если ты не начнёшь отвечать на вопросы, я просто уйду из отдела. Пусть там Марта командует, или Саша, ещё лучше.

— Успокойся. На твой разум влияет мёртвая магия, — холодно сказал шеф. — В своё время ты всё узнаешь, но, честно говоря, лучше бы и никогда не узнал. У меня нет того, что тебе нужно. У меня есть много времени и некоторые привилегии на сходке. Но если ты хочешь покинуть нас… мне жаль это слышать.

— Нет. Я такого не говорил, — пошёл на попятную Мирт.

— Просто ты сам страдаешь недоверием, мой друг. Пустота омрачила твой разум, но это пройдёт. Уровень заражения пока ещё не критичен.

— Миш, хватит нести чушь! Я не идиот! Это третий раз, когда ты появляешься в последний момент чтобы убить свидетелей, готовых говорить!

Я помнил только о двух, третий, видимо, был до меня.

— Я не хочу обсуждать это по десятому кругу… Что ты от меня хочешь услышать?

— Правду!

— Какую?

— Не притворяйся идиотом! Что им нужно от нас⁈

Мирт перешёл на крик. Я нахмурился — это было второе знамение бури. Некстати вспомнился тот случай, когда он попал под действие плетения и срывался на Лёхе.

Эти зверушки тоже сильно били по мозгам.

С другой стороны, я был солидарен с Миртом. Меня напрягало лишь место и время.

— Мирт, давай это отложим до того момента, как выйдем куда-то в цивилизацию, — сказал я. — Чувствую себя как при кризисе…

— Нет. Если ты нормально не объяснишь свои действия, это будет точка…

— Может, не хрен пойми где это обсуждать будем? — уже настойчивей сказал я.

— Да… — кивнул Михаил. — Только сперва нужно закончить с третьим монстром.

И направил пистолет на Мирта.

— Миш, ты…

БАМ!

Мирт упал в кучу листьев, с горящей зелёным пламенем дырой в голове.

А затем резко попытался встать, находу изменяясь и превращаясь в третьего схрааля. Тварь в лохмотьях одежды Мирта попыталась уклониться от пули и даже смогла преодолеть разделявшее их с Михаилом расстояние.

БАМ!! БАМ!!

Сперва два выстрела зелёного пламени, а затем финальный штрих в виде пылающего зелёным огнём мертвеца. Нежить появилась прямо перед чудовищем уже с выставленным вперёд клинком.

Тварь налетела на оружие. Застыла. Повалилась на землю, глядя в небо остекленевшими глазами.

А затем чёрно-фиолетовые разводы чего-то тягучего, словно нефть, начали выливаться из его тела. На асфальте снова лежал Мирт, только с ржавым клинком в сердце.

Михаил спрятал длинный чёрно-зелёный пистолет в кобуру, а затем прикрыл её плащом.

Лидер рейд группы так и погиб с удивлением и непониманием на лице.

— Наконец-то немного спокойствия… — тяжело вздохнул Михаил и чуть улыбнулся. — Идём, Полярис. Сегодня славное утро. Пройдёмся отсюда пешком до центра?

34. Невероятности

— Спокойствия? Зачем ты его убил? — спросил я, натянув рогатку Риты ему в область груди. Опыт общения с этим оружием говорил, что убойной силы хватит и так, но попасть легче.

— Схрааль захватил его тело.

— Хочешь сказать, он был одержим?

— Ты видел, как погиб третий схрааль?

Я покачал головой.

— У Мирта нет урона против проклятых. Он физически неспособен одолеть такого врага на текущем уровне развития. Так что он захватил тело. Забирай время со второго. Ты честно его заслужил.

Я подошёл к сияющему облачку над дохлым чудовищем. Попытался вглядеться в цифры, но их было аномально много.

— Там где-то сутки, — с усмешкой сказал Михаил, втягивая такое же облачко с тела Мирта.

Действительно, с него не могло бы выпасть столько времени. За людей Город платил очень скупо, мотивируя сражаться с кризисом, а не друг с другом. Значит, его посчитали за монстра.

Тогда может быть он и прав…

— Маги изнанки редки. Но город всегда даёт выбор из наиболее подходящего… Теперь идём, здесь оставаться опасно.

Мы направились в сторону ночной окраины города. Частные домики были подсвечены уютными фонарями. Было слегка прохладно, во многом из-за сырости и обилия луж. Дождь, идущий в ночь со второго на третье закончился.

— Я просто брался за всё подряд, — честно ответил я.

— Город сам выбирает лучшее решение, главное его слушать, — с улыбкой сказал Михаил и с наслаждением начал любоваться красотой осенней улочки.

— Эту специальность я начал изучать в своём универе.

— Понял. В случае, если эхо будет от двадцати до семидесяти, я начислю тебе на день больше.

— Зачем?

— Для учёбы, конечно. Для мага изнанки могут быть подработки за отдельную плату, если интересует. В будущем.

— Как у Марты? Таскать пустоту?

— В каком-то смысле, но по твоему профилю. Достаточно стать хорошим специалистом в своей области. Если захочешь, помогу потом встать на путь аниматурга.

— Это твоё направление развития?

— Да. Я тоже ещё не достиг его финала. Город технически существует не так долго если смотреть по перспективам развития. Вы с Ритой, можно сказать, запрыгнули в последний вагон первого поезда.

— С оговоркой, что мир вообще устоит. Пока что выглядит так, будто они нас рвут, а не наоборот.

— Подобные кризисы уже бывали. И мы проходили через них. Многие думают о том, как нам победить.

— Как насчёт моей идеи с передачей времени монстрам?

— На следующем эхо узнаем. Одна моя подруга с товарищами отловила единорога. Если следующее эхо будет низким, узнаем. Ниже двадцать первого они не появляются.

— Кстати, если уж для тебя важно моё образование, может просветишь, как здесь вообще качаются, помимо набивания времени?

Михаил посмотрел на часы.

— Можно, пока идём. Качаются по-разному, в зависимости от архетипа.

— Это вроде класса?

— Да, хотя он скорее назначается за соответствие условиям и является не достижением, а просто отметкой о направлении развития. Так что сам выбирай, что развивать. Удиви Город, хах!

— Я пока что изучаю заклинания, молитвы и изнанку. Что есть ещё?

— Изнанка, как и все запредельные стихии ревнива, так что здесь ты вряд ли сможешь сочетать эту силу с другой. Разве что астрал, с ним изнанка в союзе. Изучай классическую магию. Это целых девять стихий, которые можно сочетать с изнанкой.

— Это какие?

— Стандартные четыре, плюс эфир, чистая мана, псионика и магия крови. Эти силы нейтральны и им плевать на наличие других. Плюс свет или тьма — на выбор. Друг с другом они редко сочетаются, но выбрать одну из них можно. Этого более чем достаточно.

— А боги?

— Здесь осторожней. Знакомые тебе официальные религии нулевого мира безопасны все. А про все остальные культы сначала гугли, а потом думай.

— Трибунал, например? — я припомнил мир Риты.

— Одна из ветвей культов дочерей Смерти, — одобрительно кивнул Миша. — Ознакомься с их историей и идеологией, может расхотеться.

— Плохие ребята?

— С серой моралью, я бы сказал. Очень странный культ, как и все по этой ветви. Но бывает и похуже, так что сам думай. Просто поизучай, в чём суть их веры, иначе потом могут быть проблемы. Это для всех сил справедливо.

— Понял. Спорт, навыки?

— Развивать тело имеет смысл, когда в запасе есть несколько лет. Но выбирай те навыки, которые требуют техники, а не физических возможностей. Мастер фехтования свой талант перенесёт, а тяжелоатлет — только память о тренировках. Навыки… да, это сильно, но тоже требует времени. Как появится лишнее, стоит записаться в тир и на боевую магию в высоком эхо.

— Это всё?

— Нет… — потянул Михаил и задумался. — Конечно, есть и другие. Крафт, например, или артефакторика, ритуалы. Но тут сам думай. Их много. Если есть конкретные вопросы по существу — спрашивай. Сейчас я ведь просто тешу твоё любопытство, верно?

— Хорошо, спрошу так. Чем мне ещё стоит заняться для развития, по-твоему? Например, обмен навыками?

— Не рекомендую, если не доверяешь человеку, как себе. Никогда не знаешь, кого на свою сторону переманят неспящие. Тогда ошибка одного может стать смертью всей связки.

— Почему мы не защищаем таких?

— Тех, кто доходит до сходки, бывает, и защищаем. А остальных… мы не можем отвечать за тех, кто даже не знает о нашем существовании, как и мы о них.

— То есть, если я или мой друг будет под осадой каждый круг убиваться, но пошлёт весточку с просьбой о помощи, ему помогут?

— А чем, по твоему, занимается противодействие? — улыбнулся Михаил, но затем помрачнел и добавил. — Правда, сейчас они охотятся уже на малые группы и используют порождений пустоты.

— Кстати об этом. Почему ты уходишь от ответов Мирта? Ты же видишь, что у него нервы сдают. У кого бы на его месте не сдавали?

— Я понимаю, — отмахнулся Миша. — Я, пожалуй, очень мягкий руководитель. Мне бы хотелось видеть наш отдел сплочённой группой друзей. Но на деле мы каждый круг готовимся к выживанию и сражаемся с монстрами, а параллельно теперь ещё и исправляем последствия диверсий сумасшедших фанатиков. Есть вещи, которые я не могу рассказать, потому что не имею такого права.

— Тогда ты мог бы просто дать ему возможность узнать правду самостоятельно.

— Нераспространение этой информации в интересах Города, — отрезал Михаил. — И давай эту тему закроем. Я уже достаточно друзей потерял из-за их промывки мозгов.

— А если просто нормально объяснить почему ты не можешь рассказать правду?

— В Городе много суеверий, связанных с информацией. Есть тёмное божество, имя которого призывает мёртвую магию. А есть трансерфинг и сила мысли.

— Звучит знакомо…

— Не знаю насчёт нулевого мира, но в Городе все эти вещи действительно работают. Если ты во что-то веришь, то оно где-то есть. Не может не быть, потому как Город создаёт себя из твоих мыслей. Поэтому получается, что если ты во что-то веришь или знаешь какую-то информацию, это действительно может воплотиться — Город использует это как ресурс для своего роста.

— И что, такие случаи были? Знания меняют мир? Как теория наблюдателя в квантовой физике?

— У меня другое направление, Полярис. С подробностями сам разбирайся. Город можно познавать очень разными способами, в том числе и с точки зрения науки.

— Почему бы всё это не объяснить Мирту?

— Он это знает. Причина его настойчивости мне не понятна… но ты прав, на следующем круге я поговорю с ним… и с Мартой заодно.

— А что с Мартой не так? — спросил я.

— Говорят, отлынивает от работы.

— Я так понял, они в отделе дольше всех?

— Дольше всех, наверное, Саша, — задумался Миша. — А потом они… так, здесь постой минут пять, сейчас вернусь.

Я с удивлением осмотрелся вокруг. На часах было два часа ночи. Мы стояли под обычным частным домом, разве что достаточно большим и напоминающим хаотичные строения со множеством пристроек.

Затем увидел темнеющую вывеску и присветил телефоном.

«Сувенирная лавка „Нагваль“»

— Видишь надпись? — удивился шеф.

Я кивнул.

— Тогда в принципе можешь зайти со мной.

Миша открыл скрипящую деревянную дверь.

Внутри за высоким забором с живой изгородью был участок подстать названию. С одной стороны он был неухоженным, с длинной травой и заросшим газоном. С другой — среди всего этого были расставлены множество ламп со свечой-таблеткой внутри.

От этого мрачное и заброшенное строение внутри приобретало совсем другой вид — чего-то таинственного и величественного.

Среди тусклого света от множества свечей попадались и другие украшения — перья, вазы, ковры, статуэтки. Некие непонятные деревянные штуковины мутного назначения, вроде переплетённых веников, узорных щитов из веточек и другой сувенирщины.

Сам дом был тоже открыт.

Над дверью висели колокольчики, которые оповестили о нашем появлении.

Я осмотрелся — внутри тоже царил полумрак. Здесь его поддерживали антикварные лампы. Но света было достаточно, чтобы оценить, где я оказался.

Напоминало действительно обычную сувенирную лавку, может с оттенком эзотерического магазина. Тихо играла фоновая музыка в индейском стиле. Все стены были заставлены стеллажами, картинами или странными поделками в стиле тех же индейцев или шаманской тематики.

— Эй, Леший! Ты там жив? — спросил Михаил.

— Сейчас-сейчас, — послышалось из дальней части магазина, а затем то, что я принял за груду наваленных на диван вещей, зашевелилось, и я увидел лицо мужика с проседью в волосах. Наверное, лет шестидесяти с лишним.

— Это артефакты? — на всякий случай уточнил я.

— Зависит от эхо, — ответил Миша.

— А торговец из наших?

— Самый старый пробуждённый Города из тех, кто видел апокалипсис.

— А, это ты, Миша… проходи, проходи… — послышался кряхтящий голос и кашель.

В помещении царствовал сильный запах благовоний. Хоть Сашин топор вешай.

— Ты за микстурой? Как жена?

— Спасибо, отлично, — бросил Михаил в сторону.

— А это кто? — Продолжил хозяин лавки, кивнув в мою сторону. — Твой ученик?

— Пока нет, — покачал шеф головой. — Скорее, он по твоей части.

— Пропил свою жизнь и отыгрывается в новой? Ха! Значит, его коснулась изнанка?

— Да. Что насчёт маски? — перевёл тему к делу Михаил.

— А-а, точно. Забыл совсем. Сейчас, сейчас… обожди чуток. Башка не соображает.

Он достал из под прилавка бутылку с рыжеватой жидкостью и надписью на… хинди, наверное. Пахла она так насыщено, будто там было ещё одно благовоние. Что-то индийское. Сделал пару глотков и помотал головой.

— Ага, припомнил твою маску, точно. Старая разбилась. Сейчас, сейчас… — и направился в дальний конец магазина.

Миша тем временем вытащил с прилавка две бутылки с газировкой, на которой изображалась незнакомая ягода и вообще неопознаваемый язык надписи.

Затем протянул оба мне, на выбор.

Выбор без выбора. Ни прочесть, ни понять я ничего не мог. Но на одной были изображены какие-то фиолетовые ягоды в окружении фиалковых цветов, а на другой — некое фиолетовое облако со множеством дисков.

Поскольку второе даже не походило на пищу, я выбрал первый.

— Цена у всего во времени, так?

Шеф кивнул.

— Может, посоветуешь, что взять себе на память начинающему магу?

— Хм, — задумался он. — Времени у тебя сейчас около суток в запасе. Возьми накопитель. А если решил связаться с религиями, поищи символ веры. На этом эхо выбор должен быть большим.

В этот момент появился старик с маской чумного доктора и старомодной стеклянной фляжкой с зелёной жидкостью.

Я бросил взгляд на разложенные символы веры. К счастью, они были подписаны, как раз для таких, как я.

Нужное нашлось не сразу. Цепочка с символом кошачьего глаза и подписью «Герб Подвального Владыки, культ Трибунала».

— Нет ничего, что можно от меня скрыть, — прошептал я фразу, которой со мной поделилась Рита.

Где-то на улице послышалось яростное мяуканье дерущихся котов.

А я понял, что сделан амулет был нифига не из серебра, а из простой нержавейки. Важно это или нет для свойств артефакта я не знал.

— Идём, Полярис! — послышался голос шефа.

— Подожди, я ещё…

— А, точно, накопитель. Леший, подберёшь хороший?

— Насколько хороший? — Улыбнулся торговец и посмотрел на меня с огоньками жадности во взгляде.

— А какие есть? — спросил я.

— Для новичка, — уточнил Миша. — Только давай быстрее, мы немного спешим.

— Хм, значит, новичок-изнанщик…

БАМ!

От резкого удара мы едва все не упали на пол. С потолка посыпалась штукатурка. Электрические лампы замерцали и начали гаснуть одна за другой. К счастью, здесь были ещё и маслянные, плюс свечи. Так что темно не стало.

— Это ещё чего такое? — нахмурился торговец и подошёл к окошку.

Я выглянул сам, но ничего не увидел.

Михаил вытащил из внутреннего кармана хрустальный цветок, и его бутон быстро стал наполняться чёрно-лиловым.

— С-сука, — впервые на моей памяти Михаил выматерился. — Леший, тащи всё, что есть против пустотников.

— Мать честная! — в сердцах воскликнул уже не пытающийся косить под шамана торговец. — Кто?

— Второй цвет пока не вижу. Но по пути сюда на нас напали схраали.

— Семёрка. Осколки пустоты… — задумчиво сказал он. — А сейчас получается у нас тут семь два, умертвия.

Михаил посмотрел на него и кивнул.

— Это упрощает дело. Полярис, ты упоминал Трибунал. Знаешь любую версию покоя Нефтис или касания Дафны?

— «Да обретёшь ты покой» — сказал я часть фразы.

— Годится. Если надумаешь идти в религию, изучи «карающий покой». Он хорошо комбится с «плетью». В ближний бой не лезь — только издали.

Я кивнул.

— Всё, что есть от покойников, — сообщил торговец, выкладывающий на прилавок набор боевого священника. Святая вода в пластиковой таре, серебряный кинжал, массивный крест на цепи.

Михаил взял только воду и встал у входа с пистолетом в левой руке.

Я на миг засмотрелся его оружием. Оно было сделано будто под существо метров трёх. В руках у Миши оно смотрелось слегка футуристично из-за этого и из-за мерцающей внутри оружия зелени.

В полной тишине раздалось пиликанье «аськи». И хорошо, если бы одно. Но они посыпались как из рога изобилия.

Два любопытных взгляда обратились ко мне.

Тень: ПОЛУЧИЛОСЬ!!!!!!!!!11111111

Тень: У ТЕБЯ ПОЛУЧИЛОСЬ!!!

Тень: Ты хренов гений! У тебя реально получилось!

Тень: Или у нас. У меня. Не знаю.

Тень: ааааааааа

Тень:*жЫвой*

Тень: у меня новый домик))))

Тень: ты как? привет.

Полярис: рад, что сработало ). Надеюсь, новый дом лучше.

Тень: ага. я забрала всё что можно с собой и оно перешло. но теперь база революционера стала уютной:3

Тень: ты же зайдёшь в гости?

Полярис: да, скинь потом адрес. я на этом цикле возможно уже всё.

Тень: ты занят? сорян, не спросила.

Полярис: да так, умираю понемножку. знаешь что такое умертвие?

Тень: 72.

Тень: пустотная нежить. эти твари могут выпить душу. против них одна тактика — сдохнуть раньше чем оно тебя найдёт.

Тень: хорошо, что его не может быть на этом эхо )

Полярис: а это не кризис?

Тень: нет конечн ) сегодня у нас вроде что-то магическое. какая-то пятёрка… ща скажу точно.

— Впервые вижу, чтобы новичок перед нападением умертвий чатился с девушкой, хехе, — сально улыбнулся старик.

— Благо незнающих, — усмехнулся Миша. — Он просто с ними ещё не встречался.

— Всё бывает в первый раз, — не глядя ответил я им.

Таня не отвечала секунд двадцать. Затем появилось куцее:

Тень: бля…

Тень: Полярис, скажи что ты что-то знаешь. Что происходит?

Полярис: Что не так?

Тень: Всё изменилось.

Тень: Вообще всё.

Тень: Я такое впервые вижу

Тень: Не слышала даже.

Тень: так. пауза на успокоение и холодную воду. сколько у тебя до смерти?

Я вытащил медальон с часами…

Дыхание перехватило а сердце ускорило ритм.

finita est comoedia: 00:03:01

Но как⁈

Я следил за таймером. Я, блин, всегда за ним слежу! И до этого момента смерть у меня должна была наступить во время кризиса!

Более того. Фраза тоже изменилась!

До этого было написано на русском «финита ля комедия».

— Что-то не так? — понял Миша.

— Данные в характеристиках могут меняться самостоятельно?

— Смотря какие. Таймеры…

— Нет, не так выразился, — поправился я. — Например, способность Риты знать свою смерть. Она может сама поменяться?

— Только если это задумано сценарием.

— А появление пустотных тварей может быть изменением сценария?

Повисла пауза. Шеф и торговец задумались.

— Держи пока, — сказал наконец старик, протянув на верёвке простой кусок прозрачного камня. — Это кварц. Не новичковский, но проверенно рабочий. Сдаётся мне, ты с ним совладаешь.

— Как его использовать? — спросил я, понятия не имея, что это и зачем оно нужно.

— А никак. Носи на шее, а там сами с ним разберётесь. Денег не надо, подарок.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я.

Выглядел подарок невзрачно — обломок камня, обмотанный бечевкой и всё. Но другие амулеты такого типа на той же витрине выглядели дорого. Наверное вещь ценная.

Знать бы ещё, зачем оно мне…

Где-то в отдалении послышался вой и новый удар сотряс здание. Он был чуть слабее первого, но пыль с потолка всё равно посыпалась.

— Сентябрь горит!… — запел мобильный.

Да какого хрена?

Номер не определился, значит такого контакта у меня нет.

— Да?

Нечеловеческий вой послышался ещё ближе. Удар повторился и с дальней полки упало что-то стеклянное. Пол украсили тысячи крохотных осколков стекла.

— Полярский! — послышался голос, который я даже не сразу узнал. — Это то, о чём ты говорил? Это конец? Мы… умрём⁈ Я согласна! Слышишь? Я согла…

В динамике послышался грохот и вой, но не такой как здесь. Затем послышались звуки борьбы и взрыв, явно техногенного характера.

А затем из динамиков раздался крик:

— НАЗОВИ АДРЕС! ТЫ ОБЕЩАЛ МНЕ!!

Затем снова грохот и звонок прервался.

А затем дверь в помещение была сорвана с петель и полетела в Мишу. Он едва успел уклониться и выстрелить, но мимо.

Я оказался в паре метров от темнеющей фигуры мертвеца на поздних стадиях разложения. Лицо его изменено — показалась искажённая нечеловеческая кость и вытянутая челюсть на манер птичьего клюва. А в глазах горели чёрно-лиловые огни.

Ну привет тебе, тварь, которая может привести к окончательной смерти. Ещё один круг приближался к концу.

Эпилог

Миртовый чай

Таймер когнитивного искажения «48:00:00» + «05:00:00»

Уровень влияния эхо «9»

Коэффициент таланта: «5»

Индекс успеха «?» = «6 — 10»

Количество сохранений: 1

Свободного времени: 53 841 мин

Мирт стоял перед зеркалом в своём родовом гнезде и смотрел на параметры его нового круга.

Ничего необычного он не увидел. Таймер отсчитывал время до того момента, когда он узнает о том, когда произойдёт кризис.

Он считался одним из самых нестабильных таймеров, потому как ему могли рассказать о кризисе раньше, чем он задуман. Так что по нему очень сложно было узнать точно, когда начинается кризис.

Сюда он добавил пять часов. Столько потребуется, чтобы совершить задуманное. Если это займёт больше — значит, он впервые опоздает на работу. Но скорее всего, если он не закончит с этим раньше, то будет мёртв.

Уровень влияния эхо был почти тем же, что и обычный распространённый уровень эхо, но с особенностью. Он увеличивал влияние эхо на его окружение. Это повышало вероятность, что он будет связан со спецификой эхо города. К примеру, если в городе будет тайное общество, уникальное для этого эхо, скорее всего они будут на его стороне и на стороне его окружения.

Коэффициент таланта — банальный бонус к профильному навыку.

Индекс успеха был шифром. Цифра от одного до семи и бонус. Каждая цифра давала сильный бонус к какой-то сфере его жизни. До четвёртого ранга ему были доступны только первые четыре, теперь — уже шесть. Бонус плюс десять к шестому означал, что на этом цикле ему будет сопутствовать успех в умственной деятельности.

Думать точно придётся много. И подмечать… многое.

И наконец последний параметр, полученный за четвёртый ранг инкарнации. Навык, который изменил его жизнь на «до» и «после» и заставивший его поверить в то, что если Город игра, то он её главный герой.

Количество сохранений было дорогим — одна жизнь стоила год. Вторая — уже два года и так далее. Больше у него никогда не было. Теперь в момент смерти время для него остановится и у него появится выбор — стандартное перерождение или повторение круга заново.

Да, это касалось всего Города, потому навык и стоил так дорого. По мнению самого Мирта — ещё и дёшево. С учётом того, что он уже дважды спасал его от окончательной смерти.

Круг начинался заново. Причём знали об этом лишь те, чья инкарнация была не ниже четвёртого ранга.

Никто об этом его секрете не знал. Кроме одного всезнающего человека.

Теперь, если всё пойдёт по самому худшему сценарию, он всё равно возродится, просто этот круг начнётся заново.

Наспех собрав всё необходимое, он оделся в неизменную форму, вооружился, взял дневник.

Снаружи уже ждало такси.

Уже выходя из дома, он отточенными движениями набрал в интернете карту города и нашёл четвёртый район.

— Проспект Тридцать Пятого Съезда КПСС, — прочитал он с телефона и увеличил номер подходящего здания. — Дом сорок первый.

Затем протянул водителю деньги. После того, как новичок вычислил тип кризиса по валюте, у Мирта завелась привычка рассматривать деньги.

С сотни рублей вдаль смотрел профиль Ленина.

Вот и определились с сеттингом. Лена говорила, что эхо будет маленьким.

Уже без особого интереса пролистал в машине дневник. Полезный артефакт напоминал, чем он якобы занимался в последнее время. Хотя до его пробуждения в городе вообще не существует никакого Мирта. Это одна из защит, которые установил Город, когда беспредельщики впервые о себе заявили, начав убивать их спящие копии.

Тогда проблема была решена этим глобальным изменением в Городе, после истории с несбывшейся улицей.

Мирту нравилась легенда об этом, она веяла чем-то священным, хоть сам он и не был сильно верующим. Скорее агностиком.

Она рассказывала о том, что когда пробуждённый впервые обнулил другого пробуждённого, Город растерялся и не знал, что делать. Он просто не предполагал, что такое может произойти. С тех пор пробуждённых не существует до старта, есть лишь информация о них. О фактически несуществующих людях.

Об этом не любят говорить, и Мирт понимал почему. Минус один в вечно борющихся теориях являются ли воскрешённые Городом близкие реальными, или это воссозданная им копия.

Когда он оказался на месте, в запасе ещё было много времени. Четыре часа до начала его работы и два до времени встречи.

Цифра «50» могла означать только одно — время, когда ему нужно было быть в оговоренном месте.

Мирт до последнего надеялся, что шеф найдёт объяснение своему поведению или хотя бы поговорит по-человечески. Но произошедшее стало для него последней каплей.

Точкой в доверии.

Ему уже почти в открытую говорили, что ответов не будет.

Тем временем, эта война с беспредельщиками уже отняла слишком много жизней. Слишком многие вышли из круга против своей воли из-за их действий.

Пусть они террористы, пусть сатанисты или ещё какие чудовища, но ему нужен был ответ. Он слишком далеко заблудился в поисках правды и вопреки всему верил, что даже с такими чудовищами можно договориться.

Ну, или пусть они попытаются его принести в жертву на алтаре какой-нибудь нечисти. Тогда он просто откатит время и пройдёт круг заново, вообще не приезжая на место встречи.

Но это на крайний случай. Ещё у него была капсула с цианидом. С ней всё намного проще. У мёртвого душу не отберёшь. Такая капсула контрится только полным подчинением.

На месте встречи в лучах восходящего солнца ранним утром на старой детской площадке его ждала седая красавица в белой рубашке и пионерском галстуке.

— Ты пришёл без цветов? — спросила она вместо приветствия.

— Могу развернуться и уйти, — буркнул он.

— Ладно. Я просто хотела немного сгладить наш путь. Я уже поняла, что нас демонизируют среди вас. Хотя настоящие демоны здесь вы.

— Слова, — отмахнулся Мирт. — Конкретика будет? Или мне ждать спецотряд в засаде?

— Нет никакого спецотряда. Я честна перед тобой. Ты хотел знать правду. Я пришла, чтобы рассказать тебе её.

— Без гидры и прочей дряни.

— Без. Такой, какой я увидела её на посвящении. Его обязательно проходят трезвым. Иначе выбор не имеет смысла. Идём со мной.

— Куда? — спросил Мирт, уверенный что ему не ответят.

— На край.

— Куда? — повторил он с непониманием.

— К границам Города. Если хочешь, можешь сам выбрать место входа. У тебя ведь есть карта?

— Конечно, — кивнул Мирт и быстро открыл её, после чего нашёл нужный район, приблизил и уткнулся в конец карты. Дальше начинались поля, но они уже не отмечались на карте.

— Идём, — она потянулась к Мирту и взяла под руку. — Я покажу тебе то, понимание чего заставило меня тогда на самом деле кричать. Это настоящая причина, а вовсе не гидра.

Мимо прошла мать с дочкой детсадовского возраста. Мирт улыбнулся, но в глазах своей спутницы увидел отвращение.

— Значит, всё же пустотники? — неуклюже попытался завести разговор Мирт. — Это единственная секта, которая ненавидит понятие любви, в том числе и семейной.

— Вы на пустотников похожи больше, — не согласилась Лена. — Живёте только личными эмоциями и плевать хотели на остальных.

— Я всю жизнь поступал по совести, — покачал головой Мирт. — Бывало, я ошибался, но когда я имел выбор, всегда делал его в сторону добра.

Она рассмеялась.

— Столько пафоса! Прямо как Вечный Олег во время речи. Слышал бы он сейчас, как один из вас говорит о совести и добре, его бы удар хватил.

— Что с тобой случилось после той ночи? Ты погибла?

— Да. Но переродилась в новом мире, и вскоре со мной связались.

— Значит, тебя завербовали после употребления гидры?

— Дело не в гидре, совсем не в гидре… — с сожалением выдохнула девушка.

Почему-то недавняя тощая наркоманка в этой жизни казалась ему очень привлекательной. Пожалуй, это даже стало одной из причин его опрометчивого решения начать свою игру в расследовании дела о беспредельщиках.

Лилия до того как кинуть их часто говорила, что красота его однажды погубит. Тогда он тоже был готов ради неё бросить работу. Но она не брала с собой спутников на этом пути и, наверное, давно мертва окончательно.

У неё даже имя начинается на ту же букву. Даже не верится, что в первую встречу он счёл её неприятной.

Они миновали последнюю пару домов и шагнули в золотое поле. Утреннее небо было ясным. Погода — ещё летней. Граница сезонов. Красиво…

— Вот мы и на краю мира. Хорошее место для свидания.

— Ромео и Джульетта из враждующих кланов, — неожиданно поддержала его Лена и мягко улыбнулась. — Спасибо, что поверил мне и пошёл со мной. Я не верю, что вы такие чудовища, какими вас рисуют. Вы просто не ведаете, что творите. Вас используют.

После этой фразы из-за последнего дома никто не выпрыгнул. Они по прежнему были одни.

Мирт повертел под языком капсулу с цианидом. Мелькнула глупая мысль, что её надо бы куда-нибудь незаметно деть, если они будут целоваться.

Глупость, конечно.

— Жаль, это место только выглядит романтично. Нутро у этой заразы гнилое, — мрачно продолжила Лена. — Мы с тобой ещё не дошли. Ты хочешь дойти со мной до границы между жизнью и смертью?

Она взяла его руку в свои, крепко сжала и подняла к своей груди.

Их окружили стелющиеся по земле облака. Небо казалось безграничным, если не считать черноты справа. Почему она так похожа на Лилию?..

— Я хочу знать правду, — почти прошептал он.

— Тогда не отворачивайся, — ответила девушка и потянула его за собой дальше во мрак. Мимо всё более густых порывов облаков, мимо серых грозовых туч, спустившихся к янтарным колосьям. К самой границе между Городом и окружающей его Чернотой.

В Черноту.

И за её пределы…

Большое спасибо за время, подаренное Городу!

Третий том вот тут: https://author.today/work/443742

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Город, которого нет 2

Content

Город, которого нет 2

1. Ведьма на пол ставки

2. Обычного не бывает

3. Охотники и добыча

4. Выходной апокалипсис

5. Места, где не живут тараканы

6. Дом, в котором живет пламя

7. Идеальный день

8. Лабиринт, который зовется домом

9. Дружеская беседа

10. Клекот

11. Время. Много! Еще больше!!

12. Стиратели

13. Нежелательное

14. Спонтанное чудо

15. Скрытые таланты

16. Черный и белый

17. Плетение

18. Ложный исток

19. Внезапности

20. Дама в беде

21. Путь детских грез

22. Секреты оккультной торговли

23. Сущий кошмар

24. Кладбищенские истории

25. (Не) добрая воля

26. Незримая угроза

27. Мир полуорков

28. За ароматом уюта

29. Учиться и еще раз учиться

30. Проявление сути

31. Ведьмин смех

32. Осенний парк

33. Точка доверия

34. Невероятности

Эпилог Миртовый чай

Nota bene