Ушедший Род. книга 7. Кондотьер

Глава 1

— Борис Васильевич, — говорит секретарь. — Я доложу о вашем присутствии. Подождете?

— Безусловно. — Кивает наставник. Переглядываемся.

— Наши планы, скорее всего, не меняются. Позвоните вашим кураторам, Максим. Все же вы теперь не до конца принадлежите сами себе. Государству вы тоже обязаны.

— Вы правы, — спокойно говорю.

Достаю перегооворник и чуть отхожу в сторону, от явно греющей уши секретаря ректора.

— Матвей? Добрый день.

— Максим, приветствую. У мнея не так много времени, вы же понимаете почему, да?

— Я в связи с этим вопросом и звоню, — соглашаюсь с безопасником. — Какие мои действия?

— А, точно, вы же в Смоленске-2… ну да. Нужно в ратуше получить разрешение на выезд. Ваш же городок закрыли. А, еще одно — постарайтесь не задействовать портальную сеть — очереди будете ждать долго. Перебрасываются войсковые части. Вроде все?

— Спасибо. Но я хотел уточнить про себя как про Род.

— А, это…. пока война вас не касается. Мобилизация не касается совсем, дружины Родов пока что не призывали. Ваша задача просто учиться и никуда не лезть.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Можете потратить еще минуту?

— Минуту, Макс, не больше.

— С чего началось? Вроде ожидали через полгода?

— Сложно сказать. Но мы подозреваем, что та волна арестов людей, с обнаруженными ксеносами, могло спровоцировать почти готовое нападение. Все же османы готовились, и мы это знали. Так что они решили активировать все закладки, думаю. Не бери в голову. Мы готовы, пока все по планам — никаких неожиданностей. Как раз твой Род сыграет свою роль на внеочередном заседании, завтра. Но лично ты можешь быть относительно свободен. Проходящая вторая волна арестов вскрытых агентов влияния турков тебя не касается. Если ты меня про нее вызвал поговорить.

— Нет, я про нее даже не знал. Я хотел уточнить мои действия. Но вы мне уже сказали, что ограничений нет. Спасибо.

— Максим, просто, чтобы вы понимали. Это не только тебя не касается мобилизация. Она пока что у всех дворянских Родов пока не является обязательной. Это не глобальная война. Это планируемый конфликт, который мы ждали и готовились. Причем обе стороны. И обе в него вступили не в самый удачный для себя момент. Так что посмотрим, кто подготовлен лучше. Если что-то пойдет не так, тогда Михаил Александрович издаст отдельный указ, и ты будешь о нем оповещен по переговорнику. Раз сейчас к тебе новость не приходила… Не приходила ведь?

— Нет, не приходила, — подтверждаю.

— Вот. Значит в тебе пока Империя не нуждается на военном фронте. Все, Максим. Больше времени нет. — Отключается.

— Ну что? — спрашивает Кошкин.

— Говорит, что во мне не нуждаются, ни лично, ни как в представителе Рода. Ограничений никаких нет как и у других дворянских родов. Кроме тех, что налагает статус закрытых городов. Надо получать разрешение на выезд в ратуше.

Кошкин кивает.

— Про другие Рода поподробнее скажите, пожалуйста, Максим, — интересуется Кошкин. — Что точно сказал ваш куратор от службы безопасности?

— Сказал, что мобилизация пока что у всех дворянских Родов пока не является обязательной. Это дословно.

— Интересно. — На десяток секунд наставник уходит в себя. — Кажется Михаил Александрович решил задавить слишком самостоятельные Рода.

— Почему? — Удивляюсь. — Какая тут связь?

— Да несложная, по сути, Максим, — почти усмехается Кошкин. — Если подчиненная лично императорскому роду армия конфликт вытянет на себе, то встает вопрос о лояльности и необходимости тех, кто в конфликте не участвовал. А у императора под рукой будет обстрелянная армия. Вам, кстати, беспокоиться не надо. Все-таки вы важная составляющая плана Михаила Александровича. А вот моему Роду нужно озаботиться экспедиционным отрядом. Если вы не будете продлевать контракты ваших наемников, то я бы хотел перекупить их контракты.

— А, то есть вы отряд послать все же хотите?

— Конечно. Лояльные — пошлют отряды, умные нелояльные — тоже. Слишком уверенные нелояльные — этого не сделают. Вот их, как раз, последствия настигнут. Ну а в случае, если армия не справится, тогда отряды пришлют все, и конфликт внутри страны заморозится еще лет на двадцать. Но я думаю, что справятся. Армию император увеличил. Портальная сеть тоже прирастает городами, так что я думаю, государь может позволить себе играть от обороны и выиграть.

— Да, и еще одно, Борис Васильевич, — говорю наставнику. — Нам настоятельно не рекомендовали пользоваться порталами. Матвей сказал, что они перегружены. Будем ждать своей очереди очень долго.

— Вот, о чем я вам и говорил, — отвечает Кошкин. — Император перебрасывает войска, значит, ситуацию он контролирует. Выбрасывайте её из головы, Максим. Скорее всего, в ближайший месяц вас эта история не коснется. Государь не будет пересматривать договоренности с вами. Это не в его стиле.

Киваю.

— Ректор ждет вас! — вклинивается в разговор секретарь.

Заходим в кабинет.

— Борис Васильевич, Максим, доброе утро, — Жанна Аркадьевна рада нас видеть, несмотря на очень усталый вид. — Прошу вас, только недолго. Сами понимаете.

— Понимаем, — согласно кивает Кошкин. — Нам нужно закрыть два контракта.

— Вот жаль, Борис Васильевич, что вы от нас уходите. Максим — понятно, ему учиться надо дальше, здесь, у нас, он только время потеряет, — говорит Жанна Аркадьевна. — А вот вашего предмета лицею крайне неприятно лишаться.

— Я группу довел до экзаменов, сменщика подготовил, не переживайте. Думаю, учебный процесс не прервется, а дела рода меня теперь ждут в столице, — отвечает Кошкин.

— Да, — со вздохом соглашается ректор. — Эта неожиданная война нам все планы попортила. Понимаю. Ваши бумаги подготовлены, амулет тоже. Оставляйте отпечаток. Задолженность лицея вам будет перечислена в течение недели, — обращается к Кошкину, потом переводит взгляд на меня. — А ваша задолженность, Максим, спишется с вашего счета в Имперском банке. Сразу же.

Пожимаю плечами. Кошкин прикладывает руку, подает магию. Бумаги под амулетом на мгновение вспыхивают радужной пленкой. Следующим за ним прикладываю руку я. Получаю закрытый контракт.

Прощаемся с ректором.

— Ну все, Максим, — говорит мне Кошкин на выходе. — У вас есть время до обеда. После обеда вместе пойдем получать разрешение на выезд из города. Вызовите свой дирижабль, пожалуйста, так нам будет проще добраться до Новгорода. Я подозреваю, что билетов на транспортный дирижабль, а тем более на диск, не будет сегодня вообще.

— Хорошо, конечно же вызову, — отвечаю. — Я, по идее, и планировал лететь в столицу на нем. Только вопрос: чего мы так рано в город поедем? До Орши всего полтора-два часа на мобиле.

— Максим, как вы думаете, сколько людей каждый день мотаются из транспортного узла до Смоленска-2? — спрашивает Кошкин.

— Не задавался этим вопросом, — отвечаю.

— Ну так вот я вам скажу, — говорит Кошкин. — Что таких людей очень много. Начиная от курьеров и людей, обеспечивающих грузовые перевозки. И заканчивая теми же самыми военными. Все-таки каждый форт у нас полного списочного состава.

Да. С этой точки зрения людей должно быть прилично. Смоленск-2 хоть и маленький, но все же городок.

— Вот, вы понимаете, — кивает мне Кошкин. — Так что лучше прийти пораньше, думаю, что сегодня разрешением озаботится очень много людей.

— Хорошо, — соглашаюсь с Кошкиным.

Не очень я ожидал это ограничение по времени, но постараюсь успеть. В принципе, дел у меня немного. Всего-то тринадцать родовых клятв выслушать.

Вызываю Первака.

— Утро доброе. Времени мало, так что сразу прошу тебя об одолжении, — говорю в переговорник.

— Максим, все, что угодно, — отвечает парень.

— Первак, нужно собрать все тринадцать человек, кроме Людочки. Тут ты мне не помощник. В парке. У меня крайне ограниченное время, нужно будет провести ритуал. Если кто-то не хочет давать клятву роду, заставлять не надо. Это его выбор. А выбор должен быть добровольным.

— Задачу понял, Максим, — тут же отвечает Первак. — Сколько у меня времени?

— Думаю, что до окончания завтрака. Даже если вкладывать по десять минут в каждого будущего члена Рода, я в парке застряну минимум на два часа, — размышляю вслух. — А после обеда я уже должен быть в городе.

— Почему такая спешка, позволь спросить? — Немного удивляется Первак. — Не подумай, я и так всех оповещу и соберу, но может наша помощь понадобится?

— Так война же, — отвечаю Перваку.

— С кем? — удивляется тот уже сильнее.

— А, вы еще не знаете. Османы объявили нам войну, так что городок сейчас на военном положении также как и лицей, — объясняю. — Но мой боярский род это не сильно касается. Кстати, донеси эту информацию до всех остальных. Вдруг она сможет повлиять на их решения. Пусть лучше знают об этом.

— Хорошо, — произносит Первак. — Все будет сделано.

Отключается.

Двигаюсь в парк. Что ж. Время еще есть, пусть и немного.

Но в парке я все равно оказываюсь не первым. В центре парка меня уже ждут Рогволд и Сергей.

— Доброе утро, ребят. — Здороваюсь первым.

— Приветствуем, Максим. — Ребята переглядываются и здороваются в унисон. — Мы хотим быть первыми принятыми в Род. Примешь нашу присягу? — И тот и другой, уверены в положительном ответе, но все равно, немного волнуются.

— Конечно! — соглашаюсь. — Думаю, антураж нам не нужен?

— Ну как сказать, — со смешком отвечает Рогволд. Потом ловит взгляд Сергея и тут же становится серьезнее. — Макс, неважно это, конечно же. Но вопрос позволишь?

— Давай, время спокойно позволяет.

— Мы будем посылать отряд против османов? — Улыбка парня превращается в оскал. — Если будем посылать — я хочу участвовать.

— Будем, думаю. Если война будет не быстрой, — задумчиво отвечаю. — Но пока наша задача освоить как можно больше из того, что дает лицей.

— Мы, как раз, это уже сделали. Мы форсировали обучение, чтобы была возможность поступить в Академию вместе с тобой, или чуть попозже. Так что можешь на нас рассчитывать.

— Хорошая новость. Я чуть-чуть слышал про порядки там от учителя. Действительно группой несколько легче. Ладно. — Меняю тему. — Кто первый?

— Наверное, я, — смущенно говорит Сергей.

— Он, он. Мы договорились, — Рогволд усмехается.

Киваю.

— Что же, повторяй за мной — Я, Сергей, сын… Какого ты рода?

— Из мещан я, Алексеева сын.

— Хорошо. Повторяй снова: я, Сергей, сын Алексеева, перед лицом предков и силами магии клянусь…

Глава 2

В Оршу мы попадаем очень поздно ночью. И вовсе не от того, что не торопимся. Просто к сожалению, последние события сильно затрудняют выезд из закрытого городка.

Разрешение на выезд подписывают довольно быстро, в ратуше. А благодаря встреченному Степанову, мы получаем разрешение вообще практически мгновенно. Только вот выехать из города не получается. На выезде из города скапливаются огромные пробки.

Форт Смоленска-2 организует пропускную систему, а так как войны все же не очень частое событие, то и наработанных алгоритмов у стражей нет. Кроме того, всего по одной полосе движения в обе стороны, плюс проверка разрешений, плюс желающие. Ну, в общем, вариантов-то и нет.

Но может быть это и к лучшему. Я как раз успеваю переключиться с последних событий на свои потребности.

Более того, пока мы стоим в очереди, за рулем сидит Кошкин, и у меня образуется много времени на дополнительные опыты в созидании разного.

Оценив удобство наруча на руку, создаю практически копию себе на другую руку, только из другого материала. Что туда вложу, пока не знаю, тут еще нужно подумать. Еще создаю последовательно дополнительно два шарика с тем же посылом, и теперь кинетическое оружие у меня вполне неплохое. Полностью подконтрольные шарики в радиусе действия моего Аспекта теперь очень грозное оружие. Раньше не хватало векторов, и двух снарядов все же маловато, для контроля. А вот четыре, скорее всего, смогут остановить почти любое существо или человека. Если не справится пси напрямую. В пределах действия Аспекта, конечно.

Изымаю накопитель из абсолютного щита и все-таки встраиваю его в наруч. Этот амулет со своим порталом банально выгоднее, раз туда не может попасть никто. Надо научиться ставить его быстро, и как амулет последнего шанса наруч внезапно начинает играть новыми красками. А если туда закупить лечебное оборудование, то вообще, получается огромное, доступное только мне пространство, которое можно использовать как идеальный сейф, и как место восстановления, тренировки, и чего только можно там придумать. Тех же големов например. Главное договориться с Хозяином Лабиринта. Да и еще момент. Не понимаю, можно ли выделить мне лично кусок пространства. Не контролирую же этот момент, а существо из Лабиринта не факт что всегда говорит правду. Я его не знаю. Всех его целей тоже. Может же случиться, что прихожу, а ничего, что туда поместил нет, и доступа к этому нет тоже. Будет неприятно. Но некоторые вещи вроде наборов зелий, рационы, может что-нибудь из лечебных крупных систем амулетов — должны же быть такие, имеет смысл туда поместить. Если и исчезнет — не страшно, расходники же.

Кроме того, портал фактически может на неопределенный промежуток времени почти изымать меня из Мира, да еще и с пользой. Трудно это переоценить. Всегда теперь у меня есть место, где восстановиться. Так что единственный накопитель переставляю туда. И заряжаю сразу же достаточно для развертывания портала.

Думаю, что если портал примет стазисный шкаф любого размера, какой удастся достать, то у меня будет что-то вроде не очень удобного, но постоянного хранилища вещей, например. В общем, поле для экспериментов огромно. Дар Хозяина Лабиринта значительно больше, чем просто место тренировки.

Большая часть работы проходит внутри меня, поэтому Кошкин даже не спрашивает, что делаю. Он понимает, что что-то делаю с амулетами. Понимает, что это безопасно, и пока что, этого достаточно. В какой-то момент мы встаем в плотную пробку и наставник позволяет себе отвлечься от дороги. Вождение для него такой же глубокий процесс, как и работа над новым заклинанием, например.

Останавливаемся в конце большой пробки перед Фортом. Кошкин слегка разворачиватся ко мне.

— Максим. На первое время мы остановимся в моем поместье. Дирижабль там есть куда посадить, так что летим сразу туда. Но в ближайшую же неделю нужно будет обязательно снять вам дом в столице. Вы можете, конечно, воспользоваться общежитием в Академии. Только, насколько я помню по своему прошлому, это считается очень непрестижным, а вам эти социальные условности сейчас соблюдать все-таки придется.

— Неожиданно, — удивляюсь. — Но раз нужно, перееду. Я и не собирался жить у вас.

— Да, я понимаю. Но в Академии нет престижных комнат под сдачу. Там все общежитие очень неплохое. Но условности, все-таки есть. Так что выделенными комнатами пользоваться вы сможете только как временным жильем. Оставаться на ночь, например, если задерживаетесь на занятиях. Но небольшие приемы организовывать придется в городе. Иначе вы будете вне общения. Понимаю, что вам сейчас это вроде бы не нужно, но поверьте, многие вещи, нужные для Рода, проще решать через такие вот связи, а не с позиции силы. Но это мы с вами обговорим еще, пока не важно.

— Борис Васильевич, у меня просьба в связи со всем этим. Нужно как-то так подгадать, что бы через три недели вернуться в Смоленск-2. Дело в том, что примерно тогда истечет срок, который у меня запрашивали охотники на свои поиски. Думаю они будут знать через три недели расположение Гнезд. Это дело нельзя откладывать на будущее.

— Хорошо, Максим. Вы правы. Я напомню и поспособствую, если что.

— Как? — удивляюсь.

— Я не только в лицее могу преподавать, Максим, — хмыкает Кошкин. — Для лицея мои компетенции все же избыточны. Да и помочь академикам становиться лучше, за счет контроля своих эмоций и действий — чем не миссия?

— Проще говоря, вы их бесите, но ничего они с вашим назначением сделать не могут?

— Да. — Краем губ усмехается Кошкин.

— Кажется, мне будет интересно учиться. — Качаю головой.

— С вашей скоростью обучения? — уточняет Кошкин. — Интересно. Но, думаю, недолго. Уверен, что вы поймете принципы значительно быстрее среднего студента. А это главное. Не знание формул наизусть. А понимание как, что и когда применять. Формулы и посмотреть можно. Да и в бою используешь все же не их, а наработанные навыки. А вот новое…

— И часто создают новое?

— Нет. Потому что закостенели. Но мы с вами слегка взорвем их спокойную жизнь. — удовлетворенно подводит итог Кошкин. — Не увернутся.

— А Клавдия Сергеевна почему с нами не поехала?

— Она уже давно вернулась в столицу, Максим. Вы невнимательны. Почти сразу, как закрыла контракт. Боевого мага в Академию пригласили с удовольствием. Попробовали бы не пригласить! — Слегка улыбается Кошкин. — У них, конечно же желающих много. Но желающих, кого отмечает государь, и к кому в комплекте прилагаюсь я, все же нет, так что шансов отказать тоже не было. И это особенно приятно. Давно не пользовался административным ресурсом. И я вам, Максим, скажу, что это отдельное удовольствие.

— А каким вы ресурсом пользовались, — удивляюсь. — Вас же вроде пытались вообще в столицу не пустить, и, кажется, почти получилось?

— Здесь вы правы. Но есть нюанс. Тут сошлись несколько факторов, смерть моего драгоценного отца, снятие опалы императора, выполнение мной взятых на себя в споре обязательств — все это образовало смесь, которую разрешило ваше появление. Ну и еще тот момент. Наш Род Кошкиных один из пяти основных покровителей Академии со дня ее основания. Банально, мы платим деньги. И ни разу не пропускали эту добровольно взятую на себя обязанность. Так что в Совете у меня есть и место, и некоторое влияние. Пусть и неоднозначное. — Кошкин неожиданно зло почти улыбается. — Они хотели полноты власти. Что же, не все желания имеют шанс исполниться. Так что у меня, кроме преподавания, будет еще пара интересных задач, Максим.

— Удачи! — замечаю. — Поддержу, если будет надо.

— Нет, нет, Максим. Это только моя небольшая война. Вас она коснется опосредовано, поэтому я и рассказал про различные условности. Что бы вы были готовы к провокациям. Напрямую действовать никто, очевидно не будет, но косвенно…

— К сожалению, ваши недоброжелатели будут не в одиночестве. Боярские Рода уже начали нанимать убийц. Думаю, что-то более тонкое тоже будет применяться.

— Да, поэтому я и счел возможным восстановить себя в Академии. Вам хуже уже точно не сделает, а знакомство с двумя преподавателями может когда и помочь.

— Я в Академию иду с поддержкой своих людей. Они понемногу начнут прибывать в Академию. По мере окончания лицея.

— Это вы хорошо придумали. Хотя там нет такого четкого разделения на группы влияния как здесь, — показывает головой на оставшийся за спиной город. — Все же лояльные лично тебе люди могут потребоваться. Я помню. Да и практику проходить сработанными группами будет гораздо легче. Но это дело будущего, Максим. Сейчас нужно снять дом.

— И поставить защиту, вроде вашей, той что на поместье. — усмехаюсь. — Кажется это будет нелишним.

— Это тоже, — задумчиво говорит Кошкин. — Я помогу вам, можете рассчитывать, конечно же. Попроще защита будет, все же город, но однозначно под ваши потребности подберем.

— Борис Васильевич, — вспоминаю про накопители. — Мне бы приобрести еще три-четыре маленьких накопителя. Хочу немного изменить свои амулеты.

— Прибудем в поместье — я посмотрю, что у меня есть. Три хороших накопителя в том доме может и не найдем, но парочку найдем точно. Для такого запроса нужно ехать в основной дом Кошкиных, когда наследство приму.

— Парочка тоже к месту. — Киваю. — Но если что — куплю, есть же места, не так ли?

— Не так. — отрицательно качает головой маг. — Думаю, что вы опоздали, Максим. Все относительно доступное по цене давно разобрали в связи с войной. Так что дефицит данных материалов сейчас больше обычного. Не особенно рассчитывайте на покупку.

— Да уж, я умудрился не придать этому значения. С другой стороны, я бы и не узнал заранее. Да, и в Пятне, мне бы накопители не помешали бы, а лучше десять. — Вспоминаю схватку с ксеносом. — Обратился бы к государю, но сейчас, насколько я понимаю, нашему императору очень сильно не до этого. Кстати, а почему так переживают? Я уже сталкивался с османскими магами. Я бы не сказал, что они умелее, чем наши, или опытнее. Обычные вроде бы, не так?

— Нет, тут вопрос в другом. — задумывается Кошкин. — Сами по себе маги действительно у них проигрывают нашим по силам и по возможностям, но доступ к нетрадиционным практикам эту разницу часто превращают в ничто. Да и есть у них доступ к северной Африке. А оттуда часто эти очень неоднозначные практики выползают. Так что я бы не стал думать, что война закончится очень быстро. Извините, Максим. Так что рассчитывайте на длинные сроки. Если я буду не прав — только порадуюсь.

Глава 3

Ночной Новгород с высоты птичьего полёта прекрасен. Не видно ни грязи мостовых, ни различий в одежде между богатыми и бедными. Старые дома тоже не бросаются в глаза, зато красивые дворцы освещены магическими светильниками. Залитые светом улицы создают ощущение праздничного города.

По дорогам тянется река мобилей — сверху не разглядеть, извозчики это или что-то иное, видны лишь движущиеся огни.

В центре, на берегу реки отлично заметен магический купол над Кремлём. Он едва переливается радужными отблесками. С высоты это выглядит впечатляюще.

Но мы летим не туда, а чуть в сторону. Уже виден выложенный огнями крест — дирижабль начинает снижаться в сторону поместья Кошкина. Именно туда мы и направляемся. После выгрузки меня и Бориса Васильевича дирижабль не задержится — он отправится дальше по своим делам, ведь Клим уже получил новые контракты, которые я одобрил.

Экипаж работает с энтузиазмом, поскольку все они дали мне клятву служения. Пока лишь как слуги Рода, не как полноценные члены, даже младшие, но с потенциалом роста. И хотя почти все они не маги, шансы войти в состав Рода высоки, особенно учитывая, что они — единственные, кто работает на меня в воздухе.

Что касается мага воздуха из команды Клима, его шансы практически стопроцентные. Пусть и не сразу.

Дирижабль аккуратно садится на подготовленную поляну. Создаётся впечатление, что Кошкин (или его предки) заранее предусмотривали место для такого транспорта. Пространство вокруг озера расчищено идеально — конечно, самолёт или флаер из моего мира здесь бы не приземлились, но дирижабль вписывается как родной.

Выгружаемся. Вещей у меня неожиданно много. Внушительный чемодан оказывается подзабит. Заказанный костюм, обувь, два комплекта формы лицеиста. Всё это занимает немало места. Плюс серебристый сплав, который я не хотел оставлять в Лицее. Где его брать потом — пока неясно. В Академии его может не быть, например, а он мне ещё пригодится: хотя бы для шариков и амулетов. Но, думаю, в столице эту проблему решу. Если здесь чего-то нет, значит, этого нет нигде.

На поле нас встречает Рыжая, в компании Семена, доверенного слуги Кошкина, и его конюшего Кузьмы. И это отлично. Помощь пригодится точно.

— Приветствую, Клавдия Сергеевна! — обращаюсь я к Рыжей, которая, судя по всему, скоро станет лучшей половиной Кошкина.

— На «ты», Максим, мы же дома, — улыбается девушка.

— Как скажешь, Кло. — улыбаюсь.

Кошкин смотрит на неё так, как смотрят на игривых котят — с теплотой и без тени недовольства.

— Ну и ты, Боря, заходи. Обещал же приехать раньше, насколько я помню.

— Извини, — слегка улыбается Борис Васильевич. — Обещал, но пришлось задержаться.

— Да я понимаю, — машет рукой Рыжая. — Пойдёмте, ужин уже ждёт. А то Эльвира Леопольдовна рвёт и мечет. Не показывая вида естественнно, как и положено благовоспитанной даме. Но мы-то знаем.

Бросаю взгляд на Кошкина.

— Ну а что ты хотел, Максим? Ты теперь будешь учиться в Императорской академии. Расширенный курс этикета, знание всех родов империи, их взаимодействий — это тебе пригодится. Никто не научит тебя этому лучше. Так что занятия начнутся с утра, потом поедем оформлять документы, искать дом и прочее.

Тяжело вздыхаю. Не хотелось, конечно. Мне казалось, я уже всё знаю. Но, видимо, наставник прав — этих тонкостей мы с Эльвирой даже не касались. Придётся учить.

— Да еще тебе нужно заказать одежду с вышитым гербом. — добавляет Кошкин. — Ты же себе герб так и не выбрал, имеешь, конечно, право, все же герб это не совсем наше, это больше западное. Но тебя не поймут — как минимум нужен знак боярского рода на одежде.

— Пока не представляю, что на нём должно быть. Хочется, чтобы он что-то значил. Я понимаю, что император подпишет любой, соответствующий геральдике. Это же совершенно неважно для него. Но хотелось бы чтобы он был говорящий.

— Пойдёмте, пойдёмте! — торопит рыжая. — Без вас не садились. Господа почтят нас своим присутствием? — Девушка смотрит на Клима. Причем в эмофоне вполне себе доброжелательное безразличие.

Клим смотрит на меня — чувствую, что у него времени практически в обрез, но отказать хозяйке он не может.

— Нет, Кло, господа летят дальше. — оборачиваюсь к Климу. — Благодарю за службу.

— Будем рады видеть ваш корабль снова, — говорит девушка.

Передаю чемодан конюху и следую с Борисом Васильевичем в главный дом.

У меня есть минут пятнадцать, чтобы разместиться в той же комнате, что и в прошлый раз.

Привожу себя в порядок, раскладываю теликинезом вещи и вешаю их в шкаф. Можно было, конечно, попросить служанку, но не вижу в этом смысла — для меня это в лицее стало привычным делом. Да и быстрее, если уж честно.

Надеваю лицейский мундир. Да, я закончил лицей, но мундир мне сейчас впору, во-первых, а во-вторых, к ношению, если без знаков различия, он разрешен. Почему бы пока не пользоваться?

Спускаюсь вниз, здороваюсь со всеми по старшинству. Замечаю довольное выражение лица Эльвиры.

— Молодец, — говорит она. — Всё-таки какие-то уроки усвоил. Поздоровался почти со всеми исходя из статуса. Допустил небрежность, но мы это разберем завтра.

Вздыхаю. Удивительно вообще-то, думал что нигде не ошибаюсь.

Подают первое блюдо. Все довольно голодны, но при этом соблюдают этикет — за столом ведь Эльвира Леопольдовна. Её боится сам Кошкин. Усмехаюсь, но гдето очень глубоко про себя. Беру пример с наставника.

Все очень аккуратно отрезают маленькие кусочки, разговаривают ни о чём, Кошкин ухаживает за рядом сидящей своей половиной. Мне в этом смысле везёт — я сижу один на противоположном конце стола. Так что и отвечаю только за себя. Эльвира сидит прямо напротив меня. И сама начинает разговор.

— Ну что ж, Максим, экзамен по обращению со столовыми приборами, считайте, вы тоже мне сдали, — чётко замечает Эльвира. — Это приятно. Значит, за те несколько дней, что мы провели вместе, вы взяли достаточно много и еще больше не забыли. Это хорошо. Расскажите мне, молодой человек, какие у вас планы?

Понимаю, что Эльвира Леопольдовна просто поддерживает светскую беседу, хотя при этом принимает у меня экзамен и корректирует своё обучение. Интересная женщина, конечно.

— Конечно, Эльвира Леопольдовна. На утренние часы планов у меня по настоянию наставника нет. Они все зарезервированы под вас. А вот потом мне необходимо найти дом в городе, передать документы в Академию, получить комнату для проживания и тому подобные мелочи. Их вроде бы немного, но всё же прилично. Кроме того, боюсь, что в первые же дни нужно заказать одежду, соответствующую статусу. Как бы я ни хотел этого избежать, тратить время на это придётся.

— Одобряю, Максим. Не переживайте, это не трата времени, а вложение в ваше будущее, — с лёгкой улыбкой замечает Эльвира.

Кошкин и Рыжая с удовольствием наблюдают за нашим разговором. Особенное удовольствие, кажется, они испытывают от того, что их никто не трогает за столом.

— И ваши планы я поддерживаю, — продолжает Эльвира Леопольдовна. — Единственное, к портному я пошла бы в первую очередь, поскольку это всё-таки долгий процесс. Времени, как я понимаю, у вас не так много. Встречают же по одёжке, поэтому на первое же занятие приходить в мундире лицеиста, пусть даже в таком хорошем, как ваш, всё же не совсем правильно. Я так понимаю, с финансами вы не испытываете проблем?

— Не испытываю, — подтверждаю я.

— Поэтому постарайтесь заказать как минимум два комплекта одежды. Как я поняла со слов Клавдии Сергеевны, вы умеете делать артефакты.

— Да, есть такое, — соглашаюсь.

— Про браслеты вы уже знаете, надеюсь?

Киваю в подтверждение.

— Не понимаю почему, но знаю, что кроме ученического браслета, другие носить не стоит.

— Да. Это признак не очень традиционного понимания слова семья и взаимоотношения. Углубляться за столом в эту тему мы, пожалуй, не будем. Наручи, вот как у вас, кстати, носить можно. Вас будут считать ревнителем старины. Это неплохо. А вот перстни вам всё-таки стоит сделать. Не обязательно носить их всегда, но в первые посещения Академии нужно показывать, что полный комплект защитных и атакующих спящих заклинаний у вас есть. Это что-то вроде обычной вежливости. В первые же дни вас оценят, взвесят и поставят в ту социальную страту, из которой потом будет очень сложно выбраться. Поэтому лучше сразу сделать задел на будущее: спокойное поведение, дорогая одежда, хорошие украшения. Я бы ещё посоветовала хороший парфюм, но это как минимум, просто решить. Ваши знания никому в первые дни не интересны, кроме преподавателей, но преподаватели, к сожалению, не имеют решающего слова в студенческом социуме. Они вообще никакого веса там не имеют.

— Я обязательно прислушаюсь к вашим словам, — с уважением говорю женщине.

На самом деле я вроде бы понимаю всё это, но впервые слышу, сведённое воедино.

— Максим, я не знаю, какая у вас личная сила, я всё-таки слабый маг, но знаю точно, что большинства конфликтов можно избежать, просто соответствуя выбранной роли внутри большого социума. Почти все конфликты — это претензия на что-то. Подтвержденная или нет — второй вопрос.

— И снова благодарю вас, Эльвира Леопольдовна.

— Кроме того, Максим, боюсь, вам не стоит идти в Академию до того момента, пока вы не выучите все основные гербы и ключевых игроков Российской Империи. Академия — это не ваш заштатный Лицей, как бы он ни был хорош. С точки зрения столичных снобов — все равно это провинциальное заведение, поэтому вас обязательно будут проверять на прочность. В столичной Академии учатся потомки основных Родов Империи, и на любом курсе, куда бы вы ни попали, обязательно будет один, два или пять человек из боярских или графских семей. У многих родители занимают высокие должности, поэтому хорошей идеей было бы знать, кто за что отвечает. Просто чтобы примерно прогнозировать последствия тех или иных своих решений. Видите, я сознательно не говорю вам, с кем дружить, а с кем нет. Сознательно не говорю, чего-то избегать. Это невозможно, это студенческая жизнь, но прогнозировать последствия вы должны, как взрослый человек.

Неожиданный плотный ликбез вызывает уважение. Я вслушиваюсь практически в каждое слово. Удивительно, не знаешь, где найдешь важные куски пазла. А их мне до сих пор не хватает. Очень я однобоко развиваюсь.

— Обязательно в первые же дни запишитесь на внутреннюю арену. Среди студентов это не является обязательным, но… — Эльвира поправляется. — Раз вашим ментором является Борис Васильевич, я почти уверена, что вы можете показать очень серьёзные результаты для своего возраста. Хорошо бы этим воспользоваться сразу же. Поэтому обязательно запишитесь на учебные поединки. Это вам не будет стоить почти ничего, займёт не так много времени, но при этом сильно сократит число желающих проверить вас на прочность в дуэлях. Многие столкнутся с вами в учебном бою, и этого будет достаточно, чтобы лишний раз не провоцировать конфликты.

— Это прекрасный совет, Эльвира Леопольдовна.

Бросаю взгляд на Кошкина — тот смущённо пожимает плечами.

— Да, Максим, я уже давно учился, забыл. Эльвира Леопольдовна всё правильно сказала. Это очень удобный способ заранее демонстрировать свои возможности. Просто на дуэлях выкладывайтесь на сто процентов, а в учебных поединках лучше не показывать больше шестидесяти. Как говорят: «Умеешь считать до десяти — остановись на шести». В вашем случае я бы сказал — на четырех. Этого достаточно. Никто не ожидает больших результатов, так что даже средние, показанные вами, сократят число желающих потешить своё самолюбие.

Киваю, принимая к сведению слова обоих магов. В принципе, так и прогнозировалось.

Глава 4

А вот утренний Новгород производит несколько более спокойное впечатление. Вообще не очень отличается от того же Смоленска-2. Разве что город побольше и люди сильнее не похожи друг на друга. Думаю, просто за счет того, что это все-таки столица. Здесь можно увидеть и очень бедных людей, которые прехали за счастьем, и тех кого вопрос еды не волнует уже давно.

Едем по белому от снега Новгороду. Улицы, конечно, чистятся, чего я кстати не сильно замечал в Смоленске, но там и погода другая все время стоит. А здесь все-таки зима, причем зима холодная. Дома стоят в снегу, в парках, кроме елок, довольно голо. Но все равно красиво. Да и с утра детей по паркам много. Снеговиков не лепят — не та погода, а вот с горок массово катаются. Забавно. Я такой беззаботной суеты и не видел никогда.

Зиму я чувствую сразу как мы приземляемся в поместье Кошкина. А уж когда с утра переходим из дома ниставника в мобиль, она становится еще более заметной.

Смотрю на мимо проходящих людей за окном мобиля, и вижу довольно много, которые очевидно не чувствуют проблемы с окружающим холодом.

Кстати это имеет смысл уточнить.

— Борис Васильевич, — обращаю внимание Кошкина на легко одетых людей за окном, мимо которых мы медленно проезжаем. — Они же с амулетами, я уверен.

— Кто? А! Вы про обывателей! Конечно, Максим. Обычный амулет комфорта.

— Вы знаете подобное плетение? — уточняю.

— Конечно, — безразлично провожает взглядом обывателей Кошкин. — не подумал, что для вас оно окажется незнакомым. Такое плетение проходят одним из первых в Академии, как пример взаимодействия и преобразования разных стхий. Оно несложное для личного использования магом. Да и к постоянному использованию рекомендовано. Просто при входе в жилой дом, его нужно деактивировать, ну как галоши снять, примерно.

— Покажете?

— Безусловно. Сейчас я сам его на вас наложу. Забыл просто, Максим. Извините. — Кастует средней сложности конструкт.

В ускорении успеваю посмотреть за формированием плетения, и, думаю, смогу его повторить — действительно довольно несложное.

— Домой вернемся — я объясню и покажу.

— А в амулет его можно вложить?

— Конечно, но в амулет конструкт нужен значительно сложнее. Но я вам его тоже покажу, не сложнее абсолютного щита, а с ним вы уже справлялись. Плетение знают практически все армейские маги. Да и обычные пользуются свободно, его описание довольно распространено.

— Оно только зимой действует?

— Не совсем. Плетение создает комфортную температуру вокруг тебя. Недалеко, на десяток сантиметров, не больше. То есть в пустыне тебе будет прохладно, а сейчас вот здесь и сейчас будет тепло. Будет слегка дуть ветерок, если надо. Если не надо, то постарается укрыть тебя от проявлений плохой погоды.

— Какой интересный конструкт.

— Не особенно. Он не уберет дождь, не поможет тебе с сильными ветрами. Но при прочих равных, это очень неплохой городской помощник для комфортного существования.

— Борис Васильевич, — решаю сразу после каста уточнить у наставника совсем другой вопрос.

— Да, Максим?

— Вы знаете что за нами следят? — уточняю у мага.

— Да? — совершенно спокойно уточняет Кошкин. — Не знаю, Максим. Но если честно я не удивлен. Вы все-таки достаточно заметная фигура теперь. Привыкайте. Кто-нибудь следит за вами будет все время. Причем, не обязательно с плохими целями.

Сразу по въезду в Новгород я чувствую на себе внимание со стороны. Даже скорее не на себе, а на той машине на которой мы передвигаемся. Ощущение что нас ждали и наблюдение теперь за нами за нашим мобилем становится совершенно отчетливым. При этом не агрессивным и как я понимаю, вполне себе нейтральным.

Более того, у меня есть ощущение, что те кто за нами наблюдают, даже не скрываются особо, потому что за нашим мобилем пристраивается еще одна машина, совсем неброская. При этом она не меняется и следует по всем улицам в трех-четырех корпусах от нашей.

— Ну да, я тоже не чувствую от них какой-то агрессии. — оставляю для себя точку внимания на соглядатаях и в принципе на некоторое время перестаю о них думать. — Куда мы направляемся? — Спрашиваю наставника. — Надеюсь не в Академию?

— Нет, нет, что вы, Эльвира Леопольдовна была права, сейчас мы едем к нашему портному. Надо заказать вам приличные костюмы. Ваш с бала хоть и дорогой, но он слишком праздничный, в этом нельзя посещать Академию. Будете выглядеть разряженным деревенским с ярмарки. Вам такие ассоциации не нужны, ученик.

— Согласен, — уныло соглашаюсь. Очень уж мне не хочется провести пару часов, пока меня опять будут обмерять и все остальное.

— Да не переживайте вы так, — почти улыбается Кошкин. Он практически сразу, с лица читает мое недовольство. — Там куда мы едем мерки снимут за десяток минут, не больше. Это магазин полуготового платья. Не личный портной.

Выдыхаю. Это я смогу пережить.

Мобиль пересекает несколько красивых мостов над замерзшей рекой.

Мы сворачиваем в центральные районы Новгорода. При этом, слева остается очень дорогой центр. Там стоят практически замки в черте города. Справа же, как раз куда мы сворачиваем, застройка попроще. Но более плотная. Думаю у портного неплохо идут дела, раз находится так близко богатому центру.

Выгружаемся. Здесь нас встречают практически сразу же по деловому. Никаких чаепитий, предложений что-то посмотреть и так далее. Только выслушивает пожелания.

Пожелания в принципе просты, спокойная, серьезная, достаточно приличная одежда, без излишеств. Котороя должна гармонировать с мужскими украшениями серебряного сплава.

Принимающий нас управляющий понимает все с полуслова. Появляется, словно из воздуха, пара помощников. Им действительно хватает пары-тройки минут, чтобы с помощью своих портновских амулетов снять мои размеры.

— Прошу вас подождите здесь. — Сразу же после исчезновения помощников говорит управляющий. — Ваш заказ будет готов буквально за 10 минут. У нас есть подходящие заготовки.

Располагаемся достаточно в уютном уголке созданном специально для ожидания клиентов. На столе, как по волшебству, появляются чайные принадлежности, какие-то небольшие заедки с конфетами мучным, но, кроме самого чая мне ничего сейчас не хотелось бы.

— Отсюда в Академию, — проговаривает Кошкин, — отдаем бумаги, вы подтверждаете свой оттиск магии, и домой. Дня через два, будут готовы и ваши костюмы, — кивает на управляющего, — через них же закажем. Это достаточно приемлемая мастерская, чтобы не привлекать внимания, но и не выделяться.

— То есть нужно будет вернуться в Академию снова?

— Конечно. Вот через пару дней получите комнаты в общежитии. Но если вы думаете, что эти дни проведете в поместье, то передумайте снова — вам еще домик снимать, а это очень небыстрое дело. Но я уверен, мы справимся.

— Думаю да, — подтверждаю. — Может пока покажете плетение для амулета?

— Вообще, могу. — кивает Кошкин. — У меня даже очки есть, — тут же намекает мне не привлекать внимания. Но я помню, у меня тоже есть. Одеваю очки артефакторов. Ну, лучше, когда без них, конечно. Вижу больше.

Наставник качает головой, и зажигает над рукой плетение для амулета комфорта.

— Спрашивайте, что непонятно, Максим.

— Да вроде бы все очевидно. А магистрали разного вида магии я вижу.

— Хорошо, Максим. Изучайте.

Именно этим я и занимаюсь. Не сложно, действительно, да и вообще видно, что собрано это все из конечного числа блоков, так что вычислить их, и посмотреть, как они будут взаимодействовать, задача вполне себе техническая. О чем и говорю Кошкину.

— Знаете, Максим. Вас этому, выделению блоков плетений будут учить в Академии. Там как раз принципы взаимодействий тоже будете проходить. Но вы меня порадовали. Просто самим взглядом на плетения. Не каждый поймет, что во многих есть общие блоки. Вы вот обратили внимание. Это радует, Максим.

— По мне, так это очевидно. — Не принимаю похвалы. — Просто потому, что нам еще в Смоленске же говорили про блоки зарядки, стихийные, да и вы меня когда учили сигнальной паутинке, тоже же оговаривали возможность встраивания разных атакующих техник в конструкт.

— Да. Хорошо, что вы это запомнили, Максим. — серьезно говорит маг. — Значит вам тема интересна.

Киваю.

— Ваш костюм готов. Пожалуйте на примерку. — Тихо появляется управляющий.

Соглашаюсь.

Костюм и вправду делают быстро. При этом, я не могу сказать даже в мелочи, что он сделан не на заказ. На меня садится идеально. Даже с легкой небрежностью сразу. А ведь для такого эффекта пару дней надо провести в новом костюме практически его не снимая.

— Спасибо! — от души благодарю управляющего. — Очень хорошая работа.

Тот принимает похвалы вполне себе достойно. Зная, что они полностью заслужены.

— Не переодевайтесь, Максим. — говорит Кошкин. — В таком виде можно и в Академию.

— Отлично, — соглашаюсь.

Идем на выход из мастерской портного. Больше тут делать нечего.

Выходим на площадь. Людей тут немного, но я на автомате врубаю ускорение на максимум, а вот уже потом начинаю разбираться, что же меня настораживает.

Медленно поворачиваюсь.

В поле моего Аспекта так же медленно для меня, но, наверное, мгновенно для внешнего наблюдателя влетает мобиль. Причем он именно влетает. Практически переворачиваясь. Но с другой стороны в мое же поле влетает грузовая машина. Оба мобиля медленно идут к столкновению.

Причем, даже если мы не будем двигаться, переворачивающаяся машина влетает в грузовую секунды через три, и при этом никого из нас не задевает.

Провожаю взглядом этот аттракцион. Все меня в этой ситуации устраивает, и риски, и то что нас не задевает, и даже то, что такие случайности по-определению редки. Но все равно я скорее всего поверил бы, может быть даже переубеждая себя постоянно, что это случайность. Если бы не одно но. Оба водителя давно и безнадежно мертвы. Там нет никакого ощущения сигнатуры. И не было.

Глава 5

Пропускаю мобили над нашими головами. Кошкин начинает реагировать выстраивая щит. Тут я никак не мешаю. В принципе, это очень быстрая реакция. Даже с учетом ситуации — мгновенная. Я только благодаря ускорению могу так реагировать, а он на голой физике и интуиции. Очень здорово.

На секунду поражаюсь. Но все внимание у меня сейчас на пролетающих надо мной мобилях.

Оба мобиля немного странные, потому что что в в легковом, что в грузовом перевозят точно не людей. Аспектом я чувствую мобили вплоть до каждой гайки, и пусть не на каждую могу обратить внимание, но вот груз на заднем сидении пассажирского, и в маленьком кузове небольшого грузового мобилей чувствую прекрасно.

В легковом на заднем сидении привязаны две бочки литров по сто, а вот грузовой такой жидкостью кузов набит, похоже, полностью. Там таких бочек девять штук.

Кроме того ощущаю щелкающий механический аппарат рядом с бочками. Совершенно одинаковый как в пролетающем одиночном, так и в грузовом мобилях. Причем механические штуки очень похожи на взрыватели, каким его в старых фильмах изображали. Что-то вроде больших часов с наполнением.

Я бросаю практически все точки внимания на обе машины. Буквально отрешаюсь от внешнего. Они сейчас находятся внутри действия моего Аспекта, так что мобили вполне подвластны моим интуитивным действиям. Да и противодействия сознательного нет, так что пока я не сильно нарушаю законы мира — пси будет расходоваться слабо. Но вообще, как раз с этим у меня проблем довольно долго теперь нет и не будет. Ускорение позволяет очень быстро обрабатывать информацию и оба мобиля подсвечиваются моим подсознанием красным, несмотря на то, что один, что второй вроде бы не осознаются опасными.

Спокойно выдираю оба прибора из мобилей. Не вижу никакого движения магии кроме того, которое необходимо для работы в самом мобиле. Все абсолютно на механике.

Машины продолжают свое падение и уже почти касаются земли. Придерживаю что один мобиль, что второй, и вот тут пси начинает расходоваться очень серьезными темпами, благо машины уже касаются земли. Машины становятся нейтральными, но краснеют оба взрывателя.

Переношу импульс с машин вглубь внутри моего поля, и он выстреливает брусчаткой в разные стороны, зато машины аккуратно падают на колеса — я чуть докручиваю их телекинезом.

Механические взрыватели откидываю от машин и слегка отпускаю ускорение. Обе механические машинки одновременно делают щелчок и внутри них загораются яркие звездочки белого огня. Отлично подгадано. С точностью до пары секунд. Сейчас, по идее, несколько бочек точно должны были лопнуть, и вот эти звездочки устроили бы нам тут похохатать. Мы с наставником скорее всего бы выжили., а вот окружающие десятки людей — далеко не все.

Все-таки это поджог. Откинутые взрыватели горят очень весело, фактически прожигая даже камень мостовой, пусть и не глубоко. Да, такие штуки бы точно зажгли.

Резко разворачиваюсь. В сознании появляются два красных вектора. Быстро переношу внимание с машин на толпу. Благо ускорение еще работает почти вполовину от максимального.

Толпа еще ничего не поняла, только начинает реагировать, а вот на конце двух векторов вижу двух спокойных, действующих мужиков. Логично! Запуск машин кто-то был должен контролировать. И мое бессознательное этот момент прекрасно учитывает.

Двое обычных прохожих с совершенно незапоминающейся внешностью, вскидывают револьверы. В одного успеваю ударить молнией, а второго накрывает роль черных ос в исполнении Кошкина. Удивительно, но эти люди совершенно оказываются без защиты. Первый товарищ выстрелить не успевает, как и второй. Его накрывает разряд, и мужика откидывает к стене дома. Кажется я с мощностью перестарался. Но это было сознательно — рассчитывал я на амулет, конечно.

А вот у клиента наставника шансов выжить нет изначально. Рой черных ос его буквально разрывает на части.

Все же ни разу не видел действие заклятий магов по незащищенным целям. Деже когда работал по контрабандистам — там были амулеты почти у всех. Хоть плохонькие, но были.

Активные вектора пропадают из моего восприятия, но еще раз оглядываю толпу. В который раз жалею, что утрачиваю на время дистанцию чувствительности, и прочитать могу очень немногих.

Отпускаю ускорение. Толпа отшатывается от трупов, и вот только сейчас начинают рздаваться крики. И ведь какой момент — вокруг на небольшой площади десятки людей. Идут на обед, или наоборот — с него. Но при взрыве пострадавших было бы очень много.

— Как вы? — тут же разворачивается щит Кошкина. Наставник сначала ставит щит, а потом интересуется моим состоянием.

— Все в порядке. Можно убирать щит. Вокруг прямой опасности нет, разве кто пальнет в мобили.

— Что с ними? — легкий взгляд в сторону мобилей наставника.

— Заминированы, были, — киваю на догорающие механизмы. — Теперь — нет. Но внутри что-то сильно горючее, если я правильно понимаю логику. А те двое, — киваю на трупы, — хотели выстрелить в машины. Уверен, что у них в револьверах зажигательные патроны., а потом уже в нас. Но вы прекрасно среагировали. Мне до такой реакции еще расти.

— Не преуменьшайте свои возможности, Максим, второй-то ваш. А тренировки реакцию поправят, не сомневайтесь.

Киваю, соглашаясь.

— Господа! — от толпы отделяется незаметный, но уже очень знакомый мужик. Именно его внимание, и его сигнатуру я переодически чувствую, пока едем по Новгороду. — Тайная Экспедиция. Воронов. Введите меня в курс дела. — Показывает мне удостоверение. Над ним знакомым образом раскидывает крылья знак Тайной Экспедиции.

Вот приятно. Никаких обвинений. По умолчанию — мы правы, а вот потом — разбирательства. Мне мужик нравится практически сразу.

— Покушение. Неодаренными, с помощью механических взрывателей, — киваю на догоревшие огненные звездочки, — в переполненной чем-то взрывоопасным мобилями. По логике сейчас тут вся площадь бы пылала. Двое, кхм, пострадавших — кураторы аппаратов. В руках револьверы, чем заряжены, уж извините, проверить пока не успели. Мой — не факт что мертв, хотя конечно, мда… Наставника — мертв стопроцентно.

— Да, жаль, что не осталось фигурантов… — задумчиво тянет представитель службы безопасности.

Разворачивается в сторону трупов и тут в паре километров от нас, точно где-то вблизи от центра города, сверкает яркая вспышка, и через пару секунд в уши долбит звуковой волной сильного взрыва. Над крышами встает облако объемного взрыва.

— Ничего себе! — мы даже чуть приседаем. — Что это⁈ — удивляется тайный экспедитор.

— Ответ на вопрос. Это не покушение, это серия террористических актов! Срочно связывайтесь со своими, описывайте пару машин, пусть останавливают все похожие! У вас пара-тройка минут, не больше, до следующего! В машинах механические взрыватели, не дайте кураторам их взвести. Взводят непосредственно перед актом, иначе не подогнать точно время! Внутри мобилей скорее всего сидят трупы! — тут же просчитываю последствия. — Отсюда толпа бы хлынула в ту как раз сторону, и за пяток минут как раз была бы примерно там! Ищите на пересечении дорог! На расстоянии в пять минут бега от взрыва!

— Надо на место взрыва! — почти поддается общей панике безопасник.

— Не до этого! Срочно звони Матвею! Координируйтесь, жертв может быть больше, это не покушение! Это атака! — ору на Воронова. Поворачиваюсь к Кошкину. — Борис Васильевич, карту города есть возможность показать?

— Да, Максим. Вы правы, задачу понял. — разворачивает магией довольно примерную карту города. Слегка извиняясь говорит. — Точнее у меня нет, не было необходимости. — Потом продолжает. — Вот, кругами обозначаю примерный радиус бегущего человека за эти пять минут. Взрыв был, кажется, вот здесь! — ставит красную точку. Опыт преподавателя и визуальное отражение конструктов сейчас помогает идеально. Кошкин слету ловит мою идею. — Вот тут мы. Ставит зеленую.

— Тут, — пальцем показывает на пересечение улиц безопасник. — Наше представительство.

— Подходит под следующую цель. Как и эти две точки! — показываю точки на пересечении окружностей. Безопасник кивает и не прерываясь докладывает в переговорник.

— Имперский Банк и Площадь Побед, там море ресторанов. — слегка бледнеет. — народу — тьма.

— Сразу же доложите, что мобили сопровождают наблюдатели, и нужно нейтрализовывать и их сразу же.

Мужик кивает и быстро проговаривает и это.

Безопасники, кажется, сразу же принимают мои слова к действию, так как в городе становится слышно перестрелку, и даже не одну. Но пока что ни одного взрыва.

Экспедитор отключается от переговорника.

— Сейчас будет помощь, — успевает сказать, как на город почти мгновенно падает знакомое ощущение чугунной плиты. Сердитой такой плиты. Кажется Матвей сразу же заходит с козырей.

Михаил Александрович, Император Всероссийский показывает свою силу. И она вполне себе ужасающа.

Город накрывает волной сердитого спокойствия. В которой я просто понимаю, что нет места другой воле, кроме Императорской. Как минимум для обычных людей. Скорее всего, маги должны почувствовать эту волну — вон как ежится Кошкин, а вот обыватели ничего не замечают. Просто переходят от паники к взвешенному состоянию. Ничего удивительного. Просто по щелчку пальцев. Хоп, и все снова никуда не бегут.

— Надо же, — слегка поводит плечами наставник. — Но в этой ситуации оправдано, кажется. Но ему припомнят.

— Ничего, смотря как подадут, — не соглашаюсь я.

Наваждение проходит. Но к нам почти сразу подходит смугловатый парень.

— Я один из нападавших. Должен сдаться в руки службы безопасности. — смотрит на Воронова. — Арестуйте меня.

Да, кажется государя несколько разозлили неизвестные. Хотя какие они неизвестные — вполне себе турки. Даже если бы я не понял бы этого чуть раньше, позже бы по внешнему виду догадался.

Взрывов в Новгороде, кажется получается избежать, по крайней мере вроде пока ничего не взрывается.

— Борис Васильевич, предлагаю доехать до места взрыва. Мобиль рядом, а там наша помощь к месту будет. Народу там пострадало, скорее всего, очень много. А у нас хотя бы стазис.

— Думаете? — соглашается со мной наставник. — Поедемте.

— Оцепление перед вот этими машинами тоже поставьте, пожалуйста, — обращаюсь к безопаснику.

Тот принимает к сведению.

— Поедемте, — обращаюсь к наставнику. — Думаю, мы лишними не будем.

Глава 6

— Хотя нет, постойте. — Останавливаю наставника.

Перевожу взгляд на подошедшего османа. Что-то мне кажется в нем сильно странным. Неочевидным, но странным.

Прислушиваюсь к себе и понимаю, что разум турка абсолютно открыт. Он как будто готов рассказать вообще все что он знает, все что было в его жизни, все что спросят — никаких барьеров.

Зря я думаю, что Михаил Александрович был раздражен. Он, похоже, был в ярости — чтобы сломать естественные защиты даже у простых людей нужно много усилий. Защита, пусть и минимальная, все же у всех изначально существует, как и понимание своих границ. И у магов и у обычных людей. А тут турка словно вывернули наизнанку. Он жаждет ответить на любой вопрос. Практически сам хочет делиться секретами.

Страшно.

Но его соратники пытались меня убить только что.

— У вас есть место куда вы должны были отойти в случае успеха? — уточняю, отслеживая разум турка в поле.

— Да, конечно! — радостно и с готовностью сообщает мне мужик. — Конечно же у нас есть место. В случае успеха акции, мы все должны были отойти к складам. Там нас ждет мобиль.

— А потом куда? — Чувствую, что мы нападаем на какой-то нужный мне след.

— Потом мы едем за город, там нас заберет дирижабль, присланный из дома. — С энтузиазмом говорит турок. — Все предусмотрено, эфенди, не переживайте, мы все успеем.

Переглядываясь с безопасником.

— Вы успеете собрать людей?

Безопасник немного растеряно качает головой.

— Скорее всего нет. С тем уровнем паники, который был, с теми повреждениями в городе, большая часть наших людей в Новгороде заняты, и мы не успеем.

— Через сколько вы должны быть на месте отхода? — уточняю у турка.

— После акции, у нас не больше пятнадцати минут на отступление и потом за город. Корабль будет минут через сорок. Мы успеваем эфенди. — Турок явно принимает меня за кого-то другого.

— Понятно. Сможете что-нибудь организовать? — спрашиваю у безопасника.

— Даже армию не успеем за это время. Она сейчас переброшена большей частью к границам. Здесь только части, поддерживающие порядок. Жандармерия тоже не успеет. Да и десять человек корпуса сейчас тоже не организуются — их маловато. Час-два — безусловно, мы будем. Раньше? Сомневаюсь.

— Спасибо за честность, — говорю безопаснику. — С Матвеем поговорите, пожалуйста.

Обращаюсь опять к турку.

— Где вы должны собраться?

— Не переживайте, эфенди, конечно же я покажу вам место. Это в пятнадцати минутах от нового города. Вот в этом лесочке, — парень показывает прямо на карту Кошкина, которую тот еще до сих пор не убирает. — Там есть прекрасные поляны, мы репетировали отход туда. Никто в это время в ту сторону не идет, риски задержаться в городе минимальны. Так что эфенди поторопитесь, и вас заберут.

Кажется мужик сознанием принимает меня за кого-то из турецкого начальства. По крайней мере именно этим легко объясняется его практически рабская преданность, желание услужить и обращение. Интересно как работал Михаил Александрович конечно, но это дело будущего. Я еще успею на это посмотреть.

Быстро прикидываю свои возможности. На самом деле, я сейчас очень эффективен, если против людей. Причем, даже заезжать никуда не надо. Накопителей нет, это минус, но есть портал, на всякий случай. Только лучше его не светить, конечно же.

А так…«Скрыт» вообще хорош. В нем, на максимуме на меня вообще не обращают внимание люди. Поддерживать же его могу долго.

Плюс амулет невидимости, тоже еще живой.

Атаки против людей все рабочие.

— Борис Васильевич, мы, судя по карте, на прямой дороге к вашему поместью. Турок говорит, что их будут забирать вот тут, — показываю место вслед за османом. — это же рядом с поместьем. Если они правильно рассчитали, то мы сможем там быть за полчаса, не больше.

— Сюда, Максим, я напомню, мы ехали полтора.

— По пробкам и с Семеном за рулем, да. Но туда я поведу, можно? Я пробовал — не пилот, конечно, но все же быстрее штатного водителя. Мы-то соблюдать очередность передвижения точно не будем. Нам нужно возвращаться. Просто на всякий случай, там же Клавдия Сергеевна.

— Да уж. — задумчиво говорит Кошкин. — Клавдия Сергеевна, в непосредственной близости… Да, нам нужно возвращаться.

Проходит вызов.

— Максим, это Матвей. Да, приветствую, извини, быстро, так как сам понимаешь. — нервно говорит в переговорник безопасник. — У меня просьба к твоему учителю, но напрямую мне его просить нельзя. Передашь?

— Конечно. — тут же соглашаюсь.

— Зная его репутацию, задержать или вообще остановить турков он сможет даже один. Тем более это в непосредственной близости от его поместья. Нужно не упустить, лучше задержать на четверть часа турок. Или хотя бы не дать уйти дирижаблю. Никто с классической школой с этим не справится, защита кораблей их проигнорирует, а нужное число магов мы соберем за час. А вот вашему учителю будет несложно взломать их защиту. У него довольно специфический опыт. Попросите его нам помочь, пожалуйста.

— Это неожиданно, но, — смотрю на слегка кивающего наставника, — он согласен. Мы поможем.

— Ему нужно хотя бы задержать, если сможете взять хоть кого-то живым вообще хорошо. Но пусть не рискует. Нужно — уничтожает. Главное не упустить корабль. Мы мобилизуем армейских магов, но раньше часа никто подойти туда не сможет.

— Мы хотели оказать помощь раненым.

— Максим, не до этого. К месту взрыва сейчас спешат все. Постарайтесь не дать уйти дирижаблю. Есть шанс, что это последний из «Теней» который работает на нашем направлении. Другой в окрестностях Новгорода просто бы не смог появиться. Там будет не больше десяти человек. Скорее всего даже меньше. Мне докладывают о еще трех предотвращенных взрывах. Не в такой же конфигурации, что у вас, но похожее. Ваше описание автомобилей с мертвецами прекрасно помогло.Так что ушло не больше десяти человек, те, кто были на периферии. Скорее всего их там будет меньше. Правда они будут все вооружены.

— Как проехать к месту встречи? — спрашиваю турка.

Тот радостно начинает объяснять, но главное, считываю абсолютно четкий образ поляны и как туда доехать из Новгорода.

Причем к поляне можно именно доехать на мобиле. Туда подходит проселочная, но все же дорога. Удивительная наглость у людей которые это планируют, и ведь у них практически все получается. Более того, как говорит турок, они несколько раз планировали отходы из города. То есть уже не первый день работают, но видимо с местными не контактируют вообще, так что Тайная служба о них и не знала.

А что, это тоже вариант. Нет контакта, нет возможности провала. Соответственно можно быть спокойным за сохранение секретности.

Прощаемся с нашим куратором.

Почти добегаем до ждущего нас мобиля.

— Семен, на заднее сидение! — Кошкин категоричен. Слуга удивляется, но без звука пересаживается. Какой-то намек на эмоцию появляется, когда за руль сажусь я. Только ждать чего-либо я не хочу и мобиль срывается в сторону поместья наставника.

Турки довольно точно вычисляют трафик транспорта в столице и мне практически не попадаются машины. Но даже те, что попадаются, на практически пустых улицах легко обходятся и на скорость влияют мало. Мчимся мы почти не притормаживая.

Новгород мы пролетаем очень быстро, минут за десять. Мы пролетаем за это время почти то же расстояние, которое с Семеном проехали с утра за целый час.

Снова себя ловлю на удовольствии от ощущения полета. Все же, не хватает мне чего-то такого. И несмотря на серьезность ситуации, на некоторое время я почти отключаюсь, и не обращаю внимание на действия наставника.

Кошкин же, сразу же вызывает Рыжую, как только мы садимся в мобиль. Рассказывает ей о происшедшем, до чего-то договаривается. Я не обращаю внимания, и когда вижу на перекрестке Клавдию рядом с лошадью, успеваю удивиться.

Притормаживаю.

Семен выскакивает из мобиля, и на почти ходу внутрь заскакивает Рыжая, одетая в армейскую форму и полыхающая азартом.

Тут я отчетливо понимаю, почему Кошкин сразу же сообщает своей ненаглядной о месте где можно подраться. Если бы он скрыл эту возможность, она бы ему не простила бы, скорее всего.

— Ну вот, а то без меня развлекаться! — с радостью в голосе говорит Рыжая.

— Нет, что ты, милая, — слегка улыбается Кошкин. — Как видишь. на эту вечеринку тебя пригласили.

— Это ты молодец, Борь. — серьезно говорит Рыжая. — Я засиделась в поместье.

— Вижу, и это прекрасно. Нет ничего лучше, чем уютная скука дома, — слегка усмехается наставник. — Жаль, что это удовольствие тебе, милая, доступно не в полной мере. Успокой меня, скажи что ты готова, и амулеты ты все взяла?

— Защитный, лечебный, невидимости, — перечисляет Рыжая. — Борь, я взрослая девочка. Не беспокойся. Лучше скажи чего ожидать.

— Десяток-полтора неодаренных с огнестрелом. — влезаю в разговор. — Что прибудет на дирижабле — неизвестно. Но, скорее всего, как минимум один сильный маг будет.

— Почему вы так решили? — уточняет Кошкин.

— Дирижаблей с активной маскировкой мало. Вряд ли капитаном там будет неодаренный. Это престижно, так что скорее всего за место небольшая конкурентная война всегда идет.

— Может вы и правы. — соглашается наставник. — Скоро узнаем, насколько.

По проселочной дороге ползем уже не так резво, но все равно, довольно быстро упираемся в брошеннные мобили. Очевидно, что мы здесь уже не первые.

Активируем амулеты невидимости и вылезаем в лес.

— Борис Васильевич, у меня только просьба будет, — говорю я в воздух.

— Да, Максим, — спокойно говорит Кошкин. — Делитесь.

— У нас задача кого-нибудь, по возможности, оставить в живых, поэтому давайте пока сначала посмотрим как они собираются эвакуироваться, что за дирижабль, откуда может быть дирижабль врагов под Новгородом? В том смысле, что некоторое время просто наблюдаем, хорошо?

— Конечно, Максим. — пожимает плечами наставник.

Выходим из леса.

На поляне обнаруживаем десяток человек. Не все смогли видимо выбраться из Новгорода, но даже десяток человек это много. Если не уничтожать, а именно попытаться взять пленника.

Аккуратно идем в сторону ожидающих людей. В принципе, вообще непонятно чего они ожидают, потому что на небе нет ни одного дирижабля. Времени, чтобы любому кораблю спуститься, нужно минут пятнадцать, наверное, не меньше, а назначенное время вот-вот уже настает. Но ожидающие совершенно спокойно себя чувствуют.

«Скрыт» на максимуме. Сигнатуры Рыжей и Кошкина, судя по моему ощущению, обходят группу турков с разных сторон. Я же стараюсь добраться до османов поближе. Наконец группа попадает в мой диаметр двадцати метров.

Понимаю, что тут нет ни одного мага. Зато винтовок у них две на каждого. Видимо, брались для вновь прибывших. Все турки здесь абсолютно не одаренные. И очень беспечные — ни охранения не выставить, ни за подходами проследить.

Пробираюсь во внутреннюю часть лагеря. Турецкого я не знаю, но тут и знать особенно нечего. Просто расслаблено сидят, ждут. Подхватываю общее настроение и сажусь на траву. И так сижу минут пять, пока над головой, чуть ли не в десятке метров сверху, сплетаются из лучей света знакомые обводы «Тени».

Глава 7

Из воздуха сгущается корабль.

Похоже, турки всё-таки пытаются доработать систему. Раньше дирижабль в оптическом диапазоне был заметен. Пусть даже как облако, но всё равно. А теперь его почти не видно.

Дирижабль даже невидимый, я всё-таки успеваю почувствовать краем своего поля. Так что я не сильно удивлён его появлению. А вот тому, что я его не вижу, а только чувствую — удивлен.

Турки встают на ноги, машут и радостно кричат. Совершенно ничего не боятся. Очевидно, что такие рейсы, являются уже обыденностью. И это прямо нехорошо.

С такой маскировкой корабли наша пограничная стража отследить точно не сможет. Корабль неторопливо зависает в воздухе, а потом аккуратно касается земли.

Встречающие сразу бегут к кораблю. Видно, что схема уже отработана не в первый раз: ловят причальные канаты и вбивают их в землю, фиксируя небольшой, в принципе, дирижабль.

Корабль точно той же серии, что и мой. Но выглядит как-то попроще, что ли. Словно те, кто дорабатывали систему, снаружи особенно ничего не делали.

Наконец, корабль останавливается, неторопливо открывается аппарель, и из корабля спокойно выходит турецкий маг. Несколько секунд он осматривается, а потом, видимо обирает свое внимание и силу из дирижабля, а я тут же понимаю разницу между классами магов.

На внешний мир буквально падает воля Повелителя воздуха. До этого момента, видимо, скованная контролем корабля.

Маг перестает сдерживаться. И тут же обнаруживает Кошкина и Рыжую. Мгновенно, не затрачивая усилий. Просто по возмущениям в контроле поля. И никакая невидимость тут не помогает. Меня он тоже пытается обнаружить, но «скрыт» против людей работает идеально. Векторы чужой атаки в моем сознании хаотично двигаются, и никак не сходятся на мне. То есть маг понимает, что я тут где-то есть, но не может сконцентрироваться на моем присутствии.

Если Повелителей огня и воды я более или менее чувствовал, как они используют стихии, то с воздухом это моя первая встреча. И не сказать бы, что она приятная…

Повелитель воздуха буквально за мгновение понимает, где находятся Рыжая и Кошкин.

Тут же, не успев сделать и шага с аппарели, маг вбивает в защиту Кошкина и Рыжей огромные снопы молний.

Внутри его контролируемого объёма начинают появляться маленькие смерчики. Маг орёт что-то на турецком языке.

Встречающие турки на секунду впадают в ступор и резко бросаются все врассыпную.

В первыхе же секунды Повелитель лишает доступа воздуха Кошкина и Рыжую. Чувствую, как за мгновение, вокруг Рыжей образуется безвоздушное пространство. Да, до них не долетают молнии, но при этом вдохнуть по идее им нечем.

Кошкин как раз к этому более-менее готов. У него десяток сантиметров контролируемого пространства вокруг тела. Так что эта проблема наименьшая, что заботит наставника. Он сразу же атакует турецкого мага. Я заечаю и веретено, и черных ос, и какие-то странные чуть ли не разрывы пространства — учитель пулеметом за секунды взвинчивает темп боя до диких величин.

Только маг Воздуха к этому готов. Он легко переключается на повышенный темп. Скорость — это его конек.

Тут как раз понимаю разницу, между условно регулируемой дуэлью, и боем насмерть, в котором нет правил, а один противник очевидно все же сильнее другого.

Рыжая не может сделать вдоха, у неё такого бонуса, как контролируемое пространство еще нет. Рвусь в сторону девушки. Успеваю. Моё контролируемое пространство касается упавшей девчонки, и дает ей наконец сделать вдох. Маг, очевидно, опытный, подлавливает её как раз в момент выдоха. Так что, в принципе, всё сделано абсолютно верно. Рассчитано даже. Что ужасает. Бой идет едва ли секунд десять.

А маг еще не резвится в полную силу — за ним корабль, и он старается его сохранить.

Формирую «ужас». Под ускорением, примерно, с десяток. Все наполняю и магией и пси. Кажется тут вопрос о том, выживем ли мы, а не о захватить языка.

Запускаю в сторону мага. Уже почти попадаю, но вражеский маг почти играюче успевает уйти от моих конструктов. Он почти не уступает мне в скорости. Но все же, совсем чуть чуть — уступает.

— Увернись ты от этого! — думаю я и запускаю в него сразу четыре моих смертельно опасных шарика. Запускаю их по разным траекториям, но всё равно со сверхзвуковой скоростью.

Как бы маг не был бы быстр, но скорость звука опередить он не успевает. Мага с громким хлопком сносит с ног и протаскивает по полю в сторону дирижабля.

Кошкин не прекращает бомбардировать Повелителя воздуха своими осами и другими техниками, названия которых я даже близко не знаю, но которые выглядят и чувствуются совершенно нестандартно. Ощущение, что вроде бы просты, но в тоже время при взгляде на их невозможность что-то замирает внутри.

— Рыжая! — кричу, — Уходи из зоны мага! Ты ему не соперница, займись лучше разбегающимися турками! Не упусти корабль!

Рыжая отмахивается и снова атакует. Из её рук вылетают огненные змеи в сторону упавшего Повелителя воздуха. Думаю, она решает, что добьет этим Повелителя. Только чётко вижу, что мои снаряды щит не пробили. Если урон и нанесли, то очень косвенный. Маг дико силен. Так что и ее змеи просто будут приняты на щит. Ну, в общем так и получается.

Не переставая, наставник бомбардирует своими техниками. Повелитель Воздуха отмахивается от него, встает, но при этом не успевает реагировать на Рыжую.

Я прекрасно понимаю, что делает наставник. Он отвлекает на себя внимание, чтобы Рыжая могла уйти из зоны действия.

— Кло, уходи! — ору на девушку.

Наставник уже, наверное, полминуты сопротивляется держит на себе очевидно превосходящего его мага. Все же почти Повелитель и Повелитель, это все-таки сильно разные классы. Полноценный Повелитель Воздуха все же цель за пределами его умений. Хотя у него есть небольшое преимущество — эти десять сантиметров пространства, которые он контролирует вокруг своего тела. Это на самом деле позволяет ему не только выдерживать удары Повелителя воздуха, но и контратаковать в ответ. Он связывает турецкого мага боем, давая возможность Рыжей отойти.

— Уходи! Это не твой уровень! — кричу я, атакуя мага со своей стороны.

Клавдия зло отмахивается, с двух рук формирует свою страшную технику: птицу, которые сжигает все, до чего дотронется.

Вот только Повелитель Воздуха крайне неудобный для неё противник. Рыжая сильна, но именно с этим видом магов её техника довольно безобидна. Маг, почти не отвлекаясь от боя с Кошкиным, лишает технику доступа воздуха, после чего огненная птица вспыхивает и падает безобидными искрами.

Скорее всего, если бы Рыжая понимала, что сейчас будет, она бы смогла нивелировать эту опасность, сделать так, чтобы птица пересекла безвоздушное пространство, но не в этот раз.

— Уходи! — снова ору я. Не прерывая поток молний ни на миг. — Уходи из действия мага! Мы с Кошкиным справимся.

— Если Боря погибнет, я тебя с пеплом смешаю! — Зло кричит девчонка. Бросает на меня такой же злобный взгляд, и наконец отбегает. Становится намного легче. Прикрывать Рыжую было сложно. Бегу к магу.

Всё это занимает не больше нескольких секунд. Маг нас всё равно пытается атаковать обоих. Он прекращает попытки понять где я и атакует апо площади. А мой объем он понимает легко — это то, что ему не подчиняется. Несложно вычислить.

Вокруг собираются маленькие смерчи, из которых бьют молнии. Но они вязнут в моём контролируемом пространстве. Да и пока когда рыжая выбегает, её щит в принципе справляется с этой нагрузкой.

Кошкин ускоряется и увеличивает скорость еще.

Турецкий маг понимает, что я рвусь к нему, и словно отрезает пространство вокруг. Ему все равно на то, что он не знает, где я точно. Хватает примерного знания. Воздух вокруг моего поля концентрируется. Становится прочностью, наверное, как железо, я всё вижу, но не могу даже двигаться. Меня просто не пропускает объём, который контролирует турок.

Но я чувствую чувствую свои металлические снаряды. Это дает надежду.

Кроме того, я ж помню эти триста метров, которые контролировал не так давно. Помню это ощущение.

Начинаю уменьшать контролируемый объём. В то же время тонкими струйками сознания стараюсь пройти, протиснуться, между осознанием и волей Повелителя Воздуха. Получается так себе, но направление на снаряды я чувствую, и даже ограниченно управлять ими могу.

Я ускоряюсь немного быстрее, чем турецкий маг. И в этом тоже есть определённая надежда. А вот как раз наставник, проигрывает по скорости, но его чудовищная интуиция выручает его почти всё время. Атаки Повелителя он сбивает, или они вязнут в защите наставника.

Турок что-то кричит прямо в аппарель.

Корабль начинает дергаться, вырывая причальные тросы из земли, и начинает подниматься. Я пока не дотягиваюсь ни до корабля, ни до Повелителя воздуха.

Дирижабль начинает запускать свою систему маскировки. Но запускается именно старая.

Корабль покрывается легким туманом и начинает взлетать. Намного медленнее, и рыская из стороны в сторону. Кажется что для управления именнно этим кораблем, что для запуска системы маскировки нужен именно маг такой силы.Объясняет как раз то, что мы не чувствовали мага, пока корабль не полностью останавливается.

Это радует. Не может быть у османов столько Повелителей, которые согласились бы работать без поддержки армии.

Да и кораблей таких, скорее всего тоже, получается, что немного.

Дирижабль местами становится похожим на небольшое облако. И это облако становится всё больше и больше. Корабль отрывается от земли, начинает подниматься, но меня эта история беспокоит меньше, чем воздушник. Черт с ним, с кораблем. Нам бы выжить.

Кошкин начинают сдавать. Довольно заметно. Новые атаки начинают сбивать наставника с ног.

Турецкий маг слегка даже приподнимается в воздух, чтобы лучше было видно врага. И невидимость уже давно не работает. Ни у наставника, ни у Рыжей.

Учителя хватает только на оборону от вот кастов турка, а тот вполне забавляется.

— Твоя женщина? — с диким акцентом смеется, показывая на падающую под щитами Рыжую. — Моя будет!

Уцелевшие османы, а их уцелело не так чтобы сильно много, залпами перегружают щит Клавдии. Вряд ли им что-либо светило бы в другое время, но сейчас, после ударов воздушника, Рыжая может только обороняться. В атаке она себя тоже выжимает. Да и воздушник, кажется о ней все же не забывает. Девчонку кидает по полю небольшим смерчем. Пусть и не сильно, но Рыжая может только защищаться.

— Ну что, русские, вы меня даже почти достали, — смеётся Повелитель воздуха. — Но не судьба, кисмет.

Корабль тоже начинает подниматься все быстрее.

Глава 8

Корабль поднимается за спиной воздушного мага. Тот довольно осматривает поле боя и картинно хлопает в ладоши.

Кошкин покачивается и падает без сознания.

— Где ты? Я знаю, что ты здесь. — Турецкий маг с диким акцентом закручивает вокруг меня смерть.

— Я знаю, знаю, что ты здесь. Хоть и не вижу тебя. Выходи, русский! — В этот момент он почти рядом со мной. Практически там, где мне нужно. Рядом с моими снарядами.

Шарики выстреливают так же, с громким хлопком, и маг, закрутившись, снова валится на землю. Только теперь точно там, где мне нужно. Силой мага не взять. Все чувствует, техники обходит.

Почти могу его коснуться Аспектом, но мне не хватает сил преодолеть сгущённый воздух вокруг меня. Всего пара шагов ведь.

Корабль поднимается всё выше и выше. Я сжимаю зубы от досады. Ничего сделать не могу.

И в этот момент нос корабля буквально исчезает, осыпаясь прахом. Огромный кусок пламени вспыхавает и забирает с собой в ничто неверное треть рабочего объема дирижабля.

Я замираю, не верю своим глазам. Воздушник тоже замирает. Только не замирают турки, которые открывают дикий огонь по Рыжей.

И кажется, достают.

Два десятка чёрных ос решают проблему выживших турков. Воздушник совершенно не прикрывает своих соплеменников. Корабль на секунду замирает, а затем, словно подбитый раненый левиафан, медленно начинает падать на землю.

— Что вы сделали⁈ — кричит турок. И вскакивает на ноги.

Теперь как раз хватает расстояния, тонкие потоки воли формируют над ним техники «сдвига».

Меня хватает на четыре конструкта. Но подсознание прекрасно просчитывает наиболее вероятные варианты, куда он постарается взлететь.

Еле успеваю поставить их — только на это хватает ускорения. Маг видит, что происходит с его кораблём, и мгновенно подлетает вверх, напарываясь на «сдвиги» и разрезая себя на куски.

— Повезло, — усмехаюсь. — Как он там говорил? Кисмет? — Смеюсь в голос.

Пару шагов к Кошкину. Понимаю, что он просто без сознания. Нормально. Бегу к Рыжей.

Корабль за моей спиной втыкается в землю. Я чувствую десяток смертей. Скорее всего, всей команды.

Как это — я чувствую? На секунду останавливаюсь.

Я расширяю свои границы на сотню метров. Рывком расширяю, и даже не сразу осознаю это.

И только гаснущие сигнатуры дают понять, что восприятие все же изменяется так, как я хочу.

Я расширяю своё поле восприятия благодаряя магу, кажется. Его давлению. Пусть оно не настолько плотное, как в двадцати метрах, но оно теперь у меня есть. Думаю это получается именно из-за противостояния Повелителю. Его попыткам меня смять, вместе с контролируемым пространством. Но не вышло.

Бегу к Рыжей. Та сидит на поле. В неё попадает несколько выстрелов, пара из них — ну очень нехороши. Пузырится кровь на губах.

— Макс, — сплевывает.

— Что?

— Что с Борей⁈

— Сотрясение. Без сознания. Нормально. Ты похуже, кажется.

— Он жив. — Прикрывает глаза Рыжая. — Он жив.

— Так, — слегка касаюсь девчонки. — Нахрен ненужные мысли, не отключаемся. Почему не срабатывает амулет? — спрашиваю я.

— Как не срабатывает? Срабатывает, — говорит Кло. — Вот просто херово! Не успевает меня лечить, энергии не хватает. Вся выложилась. Я пуста до звона. В последнюю атаку. Иначе стационарные щиты бы не пробила.

— Накопители есть? — спрашиваю.

— Накопители есть, — она раскрывает свою руку. — Что толку? Накопители есть, но амулет не справляется. — С остановившимся взглядом говорит Рыжая.

— Стоп! У нас есть стазис и минимальный набор. Протянем. — Бахаю стандартное лечение. Благо, оно не сильно сложное.

— Нет, этого мало. Даже рана не затянулась. — Ощупывает грудь, пузырится кровь, показывает на лёгкие. — У меня ещё минуты три, потом легкое схлопнется.

— Так, секунду.

В своё время Ольга мне показывала Большое лечение. Быстро, буквально за мгновения формирую именно его.

— Если ты сейчас в меня чем-то большим бахнешь, сдохну просто так. У меня сил нет, чтобы это поддерживать. И у тебя нет.

— Давай сюда накопители! — вырываю их из руки девушки. — Ладно, стазис! — накладываю стазис, — авось дотянем.

Девчонка замирает мгновенно.

Открываю дверь в свой кусок пространства.

— Максимальное ускорение! — Сажусь и начинаю заряжать накопители. За час местного времени в принципе хватает, чтобы накопитель зарядился хотя бы на стандартную треть. Хотя здесь, конечно, кристалл явно больше стандарта.

— Всё мирно, спокойно, пока есть возможность. — Выхожу из своего пространства. Убираю портал. — Формирую Большое лечение.

Вкладываю накопитель Рыжей в руку.

— Ну, начнём, помолясь.

Снимаю стазис.

Рыжая только пытается что-то спросить, как я в неё вбиваю технику Большого лечения. Девчонку аж выгибает. Новые накопители она не выбрасывает.

Дырки на теле тут же начинают затягиваться, выплевывая металлические куски патронов. Тело словно их выдавливает наружу.

— Без обезболивающего что ли? — Сквозь зубы, говорит рыжая.

— Скорее всего, и без обезболивающего заклинания. Я их не знаю.

— Ты чёртов коновал! — ржёт сквозь боль Рыжая.

Ржёт девчонка. Но пена с её губ уходит, кажется, опасность немного минует. Не сказать бы, что исчезает, но минует.

— Всё, Макс, молодец. Не знаю, чем ты меня приложил, но вроде как Большим лечением, хоть ты и не целитель. Но сработало хорошо. — Выдыхает рыжая. — Кажется, спокойно протяну полчаса, а там и наши должны подойти.

Я понимаю, что весь наш бой занимает всего-то минут пять, не больше. За пять минут три десятка человек превращаются в фарш. Мы же выжимаем себя до пустоты в груди.

Сажусь рядом с Рыжей. Выдыхаю. На секунду мир останавливается вокруг меня.

— Иди, проверил меня, проверяй Борю. — Кло слегка ударяет меня в плечо. — Или я сейчас сама встану и пойду.

— Да сиди. — Еле поднимаюсь, трясущимся шагом иду в сторону Кошкина.

Принципиально хватает нескольких десятков шагов, чтобы он попал в моё увеличившееся теперь поле. В принципе, вроде ровная сигнатура. Просто без сознания. Сейчас решим. Подхожу к Кошкину.

Тонкие струйки крови из-за ушей всё-таки говорят о том, что это было, скорее всего, связано с давлением, ли чем-то ещё таким. Кажется, Кошкину нам придётся теперь заращивать свои барабанные перепонки. Хорошо, хоть головной мозг цел. Проблему показала бы сигнатура, а остальное всё приложится. Хлопаю наставнику по щекам. Кошкин почти сразу же приходит в себя, встаёт на изготовку.

— Нет. Сиди. — останавливаю наставника. — От того мага остались куски мяса. Нам же они не очень нужны?

— Нет, нам не нужны. А вот специальная служба тайной экспедиции их тоже исследовать будет.

— Да богов ради. Им тут и так есть что исследовать, — киваю на груду металлолома, в которую превратился дирижабль.

— Даа, — тянет Кошкин. — Делаа.

Кажется, все же уши у него тоже в порядке. Хотя бы относительном.

— Ну да, — говорю. — Махина не смогла сопротивляться ярости твоей женщины. Это она её сбила. Смогла ей не дать уйти.

— Где Кло?

— Да вон сидит она, раненая. Стараемся не двигаться, пока наши не придут. Они же обещают в течение получаса явиться. Вот ждем. — Помогаю встать на ноги наставнику.

Тот опирается на меня, и мы ковыляем. Идём обратно.

— Вот привёл тебе твоего. — Киваю Рыжей.

— Кто ещё кого привёл? — усмехается наставник.

Быстро кидает свою диагностику.

— Так, милая. Сейчас в больничку. Внутренние повреждения решаемые, конечно, но лучше бы тебе попасть туда побыстрее.

— Да я, собственно, и не против, — смягчается Рыжая. — Вот только ты здесь где-нибудь видишь карету скорой помощи?

— Нет.

— И я не вижу. — усмехается.

— А она есть, — говорю, показывая на горизонт. Оттуда быстро приближается очень узнаваемая фигура диска. Кажется, это кавалерия.

— Как всегда вовремя, — усмехаюсь.

— Да-да, — поддерживает Кошкин.

На поляну буквально через минуту садится диск, откуда мгновенно высыпается десяток черномундирников при поддержке двух магов. Ни одного из магов я не знаю, и по силам они точно слабее, чем Повелитель воздуха.

Незнакомый безопасник подбегают ко мне.

— Помогите загрузиться в диск и отправляйте в целительскую! Это быстро, это срочно! — говорю экспедитору.

— Я с ней поеду! — говорит Кошкин. — Допрашивайте его, — усмехается. — Он, тут лучше всех всё знает.

Не можем сдержаться, смеёмся все втроём. Напряжение отпускает.

Черномундирник смотрит на нас с недоумением, потом кивает, говорит:

— Не вопрос. Грузитесь. — Зовёт. — Иванов! Клименчук! Сюда быстро, помогите девушке дойти до диска. Еще проводите господ магов в целительскую, задачу поняли?

— Так точно. — рапортуют двое.

— Ну всё, давай, Макс. Можете сразу отсюда ехать в моё имение. Дома теперь уже только завтра смотреть будем. Да и костюмчик не мешало бы поменять, — поджимает губы наставник. — Всё, — едва сдерживая смех, говорит Кошкин. Слегка машет рукой.

Рыжая, поддерживаемая сотрудниками тайной экспедиции, грузится в диск. Наставник следом.

— Рассказывайте, что здесь было. Хотя, конечно, многое уже сразу понятно.— кивает на остатки дирижабля. — Чего он только не взорвался?

Диск тут же поднимается в небо и улетает.

— Корабль, я так понимаю, сохранить не смогли.

— Ну мы бы и не смогли изначально. У него капитаном — Повелитель воздуха был.

— Да не может быть! Повелители стихий вообще плохо работают с техникой.

— Ну вот как есть. Система маскировки активная. Корабль не видно в десяти метрах. Абсолютно прозрачный. Система маскировки сделана на базе каких-то техник воздуха, потому что без Повелителя воздуха на борту эта система не функционировала.

— Это важно, — говорит этот безопасник. — Потому что это говорит о том, что таких кораблей у них немного.

— Вот и я о том же. Я думаю, что все Повелители воздуха у вас на пересчёт. Вряд ли они их штампуют как те же тарелки.

— Ну да, ну да. У них с Повелителями похуже, чем у нас. Ну вот, соответственно…

— Это хорошая новость.

— Да, ещё из хороших что-нибудь есть? — уточняет безопасник.

— Только то, что из турок не ушел ни один. — говорю.

— Ну что, ни одного? Корабль грохнулся всё-таки с пятидесяти метров.

— Так что я думаю, что большая часть машинерии должна сохраниться. — уточняю.

— Это хорошие новости говоришь? А плохих…

— Да плохих нет! Как видите, втроём приняли бой против Повелителя воздуха и вроде как его выиграли.

— Да вы что? Удивительно, как вы смогли. Очень неприятный противник. Быстрый и мощный.

— Да, тоже так подумали. Было сложно. Но как есть.

— Понятно, — говорит безопасник. — Ладно, надеюсь, что с этого корабля мы всё-таки чего-то получим.

Надеюсь, только нам не забудьте выплатить какие-нибудь премии. Всё-таки я не сильно богатый товарищ. А мы и делали за вас вашу работу.

— Да, будут тебе премии. Будут.

— Да нет, в деньгах-то я особо не нуждаюсь. Просто чем-то вас озаботить всё-таки надо. А то действительно обидно. Мы чуть не сдохли здесь, а вы приехали к самому шапочному разбору.

— Ну, извини, быстрее не могли. Мы реально собрали всех, кто может держать оружие и может атаковать мага. — говорит безопасник. — Только мы бы и не помогли. Не против Повелителя. Как его турки заставили то на корабль то сесть, да без гарема, и кучи слуг? Аскет, не иначе.

— Да, я понимаю, вопрос не в этом.

— Да, не в этом. — Соглашается со мной безопасник.

Глава 9

— И правда, это не самое важное. Важное — то, что такие системы у них вообще есть, — говорит безопасник.

— Надеюсь, что управляющая машинерия осталась цела, — смотрю я с лёгким сомнением на груду металлолома. С другой стороны, именно те конструкты, которые я помнил по своему дирижаблю, вроде как угадываются внутри этой мешанины. Возросшая чувствительность помогает это ощутить. Так что шансы на то, что безопасник сможет обнаружить там работающую систему маскировки, в общем, большие. Хотя, конечно, добираться до кристаллов безопасникам не один день.

— Расскажи, что у вас происходило, раз уж твой учитель, тебя оставил за старшего, — уточняет безопасник.

— Имеет право, ему и его невесте сейчас целитель важнее, чем ваш интерес, — Пожимая плечами, отвечаю я. — Он Повелителя Воздуха минуту сдерживал.

— Как это? Маг второго класса Кошкин сдерживал Повелителя воздуха больше минуты? — переспрашивает безопасник.

— В общем и целом — да. Конечно маг был немножко ограничен необходимостью прикрывать дирижабль, но при этом всё равно сдерживал.

— Это выглядит…неожиданно, — замолкает безопасник. Формулировку подбирает довольно нейтральную.

— Ну да. Неожиданно. — Усмехаюсь. — Это вообще нереально. Давайте так и будем считать.

— Не возражаю.

— Ну вот. Мы подобрались к уцелевшим туркам и ждали дирижабль, который должен был их забрать. Корабль появился прямо над нами. Мага мы не почувствовали. Никто из нас не почувствовал присутствие сильного мага, а должны были.

— То есть Повелитель скрывался?

— Нет, зачем ему? Мне кажется турецкий маг до последнего контролировал корабль. То есть вся система маскировки, и вот эта вот система, когда в оптическом диапазоне корабля вообще не видно, очень сильно завязана на ранги мага. Причём именно на Повелителя воздуха. Иначе я не нахожу просто причины, почему этого мага вообще смогли посадить в корабль, выполняющий столь очевидно опасный рейс. Так-то хотя бы можно объяснить его присутствие на борту — без него маскировка не сработала бы.

— Положим, — с легким недоверием говорит без. — Тело мага мы сможем обнаружить? — кивает на дирижабль.

— Там? Нет. — Качаю головой. Показываю рукой немного в сторону. — Вон там он кусками лежит. Соберете паззл — будет вам труп.

Тянет меня что-то на черный юмор. Кажется, это от досады на себя. Все. Хватит, нужно прекращать это. Эликсиры и накопители нужно срочно запасать в своем пространстве.

— Кусками? Чем это вы его?

— Э, нет. Тайна Рода. И моего и моего учителя, извините. Только факт — вон там можно его найти. А как он туда попал, мы акцентировать не будем.

— Ваше право. — недовольно говорит безопасник. — Что было дальше?

— Дирижабль выпустил причальные канаты, сел. К нему моментом бросились турки — словно не в первый раз. Бросились припарковывать. Его очень быстро прикрепили. Думаю, они сюда прилетали не в первый и не во второй раз.

— Да, мы тоже так думаем. С первого раза подобную операцию в Новгороде провернуть было бы очень сложно.

— Вот именно, — продолжаю. — Дирижабль остановился, открылась аппарель, и оттуда вышел турецкий маг. И вот только в этот момент он снял свой контроль с корабля. Мы его мгновенно почувствовали, он нас тут же почувствовал, в общем он атаковал сразу. И успешно.

— Ну да, Повелитель воздуха мог вас отследить вне зависимости от того, как вы смогли спрятаться.

— Потом как раз был момент, пока я вытаскивал Рыжую… Тьфу ты… Клавдию Сергеевну, и вот там как раз Кошкин на себя отвлекал турецкого мага, и не давал турецкому магу нас уничтожить окончательно, — объясняю я. — Только после того как вывели Клавдию Сергеевну из боя, собственно, мы вдвоём попытались остановить турка.

— И как, получилось?

— Ну… не очень, если честно. То есть если бы за ним дирижабля бы не было — он бы нас уничтожил практически наверняка. Фактически, только необходимость прикрывать дирижабль сковывала его руки очень сильно. Но всё-таки… да нет, мы его и не уничтожили, на самом деле.

— Как это?

— Ну дирижабль… он смог позволить дирижаблю подняться. Фактически мы отпускали уже корабль. Тем более что Рыжая была под обстрелом уцелевших турков, держала щит и тоже отвлекаться не могла. Перед этим она в бою сильно выложилась. Но именно Рыжая, в каком-то смысле, ценой своей жизни, смогла атаковать корабль. Пробить стандартные щиты, и именно она уронила дирижабль на землю. И после этого, вытянув все накопители, осталась без щитов против огнестрела. Дальше просто — корабль упал, маг отвлекся, мы его поймали в ловушку. Ничего интересного, право слово.

— Удивительная история. Если бы это были не вы, если бы меня не было бы распоряжения на ваш счет, я бы вам просто не поверил.

— Да история, как история, — машу рукой. — А вот то, что вы не очень торопились, все же не хорошо.

— Извини, Рысев, кавалерия прибыла как смогла.

— Был шанс, что вы даже отомстить бы не смогли. — Качаю головой.

Безопасник пожимает плечами.

— Кисмет? — усмехаюсь на его жест, — так говорил турок.

— Что? А, ну да, кисмет, — соглашается безопасник. — Судьба.

— Тогда позвольте откланятся, — говорю безопаснику. — Если что, на приз я претендую, также как и Борис Васильевич. Надеюсь на вас в разделе этих остатков.

— Не берите в голову, Максим, нас интересует только система маскировки. Если найдем, оценочную обязательно заплатим. Нам не до мелочей.

— Опять же скажу. Вопрос не в деньгах. Я бы лучше услугами бы взял. Вы мне немного должны. Это была ваша работа.

— Немного — должны, — соглашается без. — Найдем маскировочный амулет — будем должны много. Но вообще, Максим, какие счеты? Мы к вам вообще с постоянно включенным режимом благоприятствования. Подозреваю, что если вы начнете косить жителей Новгорода пачками, то сначала вас прикроют, потом будут искать пригрешения погибших, и только в третью очередь рассмотрят вариант, что вы слегка сошли с ума. И то, чувствую, не факт что рассмотрят сразу.

Усмехаюсь.

— Ну вот и не выключайте. Ладно. Я вам тут совершенно не нужен.

— Это так. Если что, у меня есть контакты.

— Ну вот и отлично. — прощаюсь с безопасником.

Неторопливо иду к мобилю. По моим ощущениям этот путь у меня занимает почти полчаса, при том что вначале боя до поля я добирался по тем же ощущениям минут пять. Время пролетает незаметно.

Добираюсь до мобиля. Решаю не ехать в поместье Кошкина. Последний бой показывает, что я преступно небрежен в организации своей безопасности. Разворачиваюсь и опять еду в Новгород. В любом случае, в банке мне должны подсказать торговую улицу. Справлюсь я и без наставника. Пусть лечится с Рыжей.

Но сначала — за новым костюмом.

Собственно, дорога в этот раз занимает не больше времени, чем в прошлый раз. Видимо, движение перекрыто до сих пор. Так что за двадцать минут добираюсь практически до той же точки, с которой стартовали с наставником.

На площади уже убирают мобили со взрывчаткой. Трупов тоже уже не осталось. Так что почти ничего не напоминает о том, что происходило здесь несколько часов назад. Небольшие рытвины в стенах и мостовой — не в счет.

Стучусь в ателье, из которого вышел недавно.

— И снова здравствуйте! — Меня опять встречает тот же самый управляющий. Оглядывает меня внимательно, но чуть смеющимся взглядом. — Вы за новым платьем?

— Да, я за новым костюмом, — демонстративно оглядываю себя.

— Быстро вы. Обычно наши клиенты носят наши вещи значительно дольше.

— Обстоятельства, — развожу руками.

— Ничего, под вас у меня еще есть пара заготовок. Посидите, подождите здесь.

— Жду. — соглашаюсь.

С костюмами мне помогают очень быстро. На всякий случай заказываю сразу три комплекта разной одежды. На различные случаи, и прошу отнести выбранное в мобиль.

Просьба совершенно не удивляет, а вот просьба порекомендовать алхимические мастерские — удивляет.

— Да, конечно, помогу. — Управляющий задумывается. — Через пару домов от нас есть магазин, но они торгуют только готовыми составами. Любое нестандартное желание нужно заказывать. Но в черте Новгорода вы таких мастерских не найдете.

— Нет, нет, меня устраивает. — Соглашаюсь, получаю рекомендацию и уже через полчаса забиваю багажник мобиля составами на любые случаи жизни. Пусть лучше будет, чем понадобится, а нет.

У них же интересуюсь и про кристаллы.

— Нет, Максим. почти все мастерские работают на износ, и все равно не хватает. Многоразовых накопителей нет, и в ближайшее время — только по записи. Могу дать контакт.

— Нет, спасибо. Раз нет многоразовых, что скажете об одноразовых?

— Бытовые-то? Этих много. В любой мастерской мобилей их много. Приезжайте, да забирайте.

А вот это мне интересно. Почему-то не задавался идеей, что кристаллы могут быть одноразовыми, а ведь для моих целей это вообще не важно, даже размер не важен. Просто потому, что с собой я возить их не собираюсь. А внутри моего пространства места совсем немало.

Закупаюсь и ими, причем сразу на пятьдесят золотых. За одноразовые — это много.

Но кроме всего вот этого просто вхожу во вкус покупок.

В одиночку прохожу по большинству торговых лавок улицы. От мебельной, до продуктовой. Особенно сложным было запихнуть стазисный шкаф в мобиль. Но продавцы справились. Очень уж они от него избавиться хотели.

Заезжаю в уже почти мною обжитое тупиковое место, где практически нет окон и быстро открываю под самыми тяжелыми покупками портал. Уже сильно навострился.

А следом за покупками ныряю и сам.

Не удивительно, но неодушевленные предметы в портал прекрасно заходят, если я их касаюсь, а вот живые, даже например мыши — уже нет. При этом, если не касаюсь, то действительно, проходят мимо. Ну, в какой-то степени это даже логично. Ведь одежда, амулеты — все это прекрасно проходило изначально. Но удивительно, что ограничений все же нет. Как бы действительно не дойти до абсурда.

Я все же проверяю слова Хозяина лабиринта.

Арена после нескольких приступов покупательской активности, становится похожей в месте моего появления на свалку. Или цыганский табор. Это даже поближе по смыслу.

Но за то, — оглядываюсь, — кажется, я собрал ответы на любые придуманные мной вызовы.

Даже диван приволок. Что, конечно, излишество,

— Привет, Максим. — как обычно раздается сзади меня.

Разворачиваюсь.

— Что по поводу моей просьбы? — уточняет Хозяин лабиринта.

— Скоро, скоро. Пока видишь…

— Да, вижу, ты решил скупить все барахолки в твоем окружении?

— Почти. Решил сделать запасы. Еды, магии, и всякого такого.

— Хорошая идея, но все же это все как-то странно, — Хозяин оглядывает ряды вещей. — но это не так важно. Но у меня вопрос, ты учиться как собираешься?

Глава 10

— Учиться всегда хочу. Я бы про твои големы, например, узнал. — говорю.

— Да я тебе покажу, это не секрет. — Спокойно кивает Хозяин Лабиринта. — Правда не уверен, что ты сможешь сейчас их хоть как-то воспроизвести.

— Здорово, хоть посмотреть. А то, раз третий уже предлагаешь, не меньше. Заинтересовал-то еще тогда. Но сегодня времени много пока что. Только не сильно вход в Новгороде сейчас замаскирован. Но в полутьме особо не обнаружишь, конечно. А там сейчас сумерки уже. Но времени именно сейчас много. Я хотел восстановиться. Все ж учиться я буду немного позже. Сейчас на учебу не так много времени остается. Но пользоваться ареной буду, скорее всего, каждый день, может и по паре часов на обучение выделим. Все равно время тут быстрее.

— Это как сам решишь. — голем Хозяина показывает рукой на груды вещей. — А этот тебе зачем? Все барахло. Мне интересно.

— Да, понимаешь, я последний месяц умудряюсь совершенно случайно попадать в неприятные для себя ситуации. Вот и решил сейчас предусмотреть хоть что-то, поэтому вот решил сделать запасы по лечению…

— А еще запасы по всему-всему, что может пригодиться, — усмехается голем. — Ну, это не неожиданность, скорее даже ты молодец! Интересно придумал использовать это пространство, ничем не хуже охраняемого сейфа.

— Ты против? — уточняю пока могу у создателя этого места. — Как у создателя Лабиринта хочу спросить. Я могу быть спокоен за эти вещи? — обвожу рукой купленное. — Не хотелось бы, при очередном появлении, обнаружить, что все исчезло.

— Я не создатель, — усмехается голем. — Я что-то вроде администратора, тех сотен осколков миров. Некоторые величиной с комнату, другие — с замок. Их число постоянно меняется, осколки становятся недоступны, некоторые срастаются, некоторые просто исчезают, и их число постепенно уменьшается, тут ты переживаешь правильно. Но размер этого осколка приличный, и посещается он довольно часто, поэтому, судя по моим наблюдениям, он дольше будет существовать. И я совершенно не против. Мне это, скорее, безразлично. Ну а вещи тут никто не тронет. Если только случайный посетитель. Но это вряд-ли. Я такого не наблюдал.

Вздыхаю — буду верить голему, что уж тут. Более точной информации все равно не получить.

— Хмм. — тянет Хозяин. — А давай-ка я тебе немного еще помогу.

Появляются два одинаковых парня.

— Вот. Они и поохраняют — тем кто их победит, твои побрякушки будут неинтересны, а от остального, в том числе и от мигрирующих зверей, они этот осколок прикроют. Да и если вдруг что, здесь тебя встретят целители. Они, конечно, будут работать не так хорошо, как люди. Но первую помощь, как минимум, оказать тебе смогут. Смогут также найти правильный набор из твоих эликсиров. Слепки у этих ребят качественные.

— Слепки? — слегка удивляюсь.

— Да, это что-то вроде образа, с заинтересовавших меня магов стараюсь снимать из образы. Для големов. Иначе откуда бы у меня столько их было и разных?

— И с меня?

— Нет. Ни с тебя, ни с кого из менталистов. С тобой вообще не получилось, а с них — только поверхностный образ снять можно. Его для боевого голема недостаточно. Сразу скажу, это у тебя делать не получится, скорее всего. Ресурсы сознания нужны слишком серьезные. Если бы не возможности этого места, и не мои изначальные способности, ничего бы и не получалось. Да и вообще, это не сознания, это только базовые, ну скажем, схемы.

Кивает на этих ребят.

— Заодно тебе первые касты целительские покажут — некоторые я тут видел неоднократно.

— Интересная штука.

— Вообще-то, очень. Вот смотри.

Перед галемом Хозяина Лабиринта появляется очень тонкий и сложный конструкт. Даже по первому взгляду очевидно, что он состоит из десятков различных отдельных подсистем. Причем, каждая из них не менее сложна, чем тот же «абсолютный щит». Я ведь именно им сейчас меряю сложность создания каста.

— Вот примерно так выглядит автономный голем человека. — с какой-то даже гордостью говорит Хозяин Лабиринта. — Сам составлял. Эта система конструктов рабочая.

— Что значит составлял? — уточняю, предполагая результат. Ольга же говорила, что целители не совсем те же конструкты используют, что обычные маги.

— Перекладывал свои возможности, — подтверждает Хозяин мои мысли, — на стандартизацию конструктов. Оставлю тебе эту информацию, система очень сложная получилась. Если… Точнее, когда я уйду, информация тебе останется.

— И вот такое ты создаешь каждый раз для боя?

— Нет, что ты. Это самый сложный вариант. Воплотив такой, можно получить почти идеального помощника со сложными алгоритмами существования. Для боев использую копии существенно проще. Да и мы про тебя говорим, а не про меня.

— Ты по-другому создаешь эти куклы, да?

— Да. Я же не человек. Так что став Хозяином Лабиринта, с одной стороны, я очень сильно расширил свои личные возможности, с другой, потерял другое, не менее важное, став пленником этого места. — Тут же отвечает на повисший в воздухе вопрос. — Жалею, несмотря на опыт.

Киваю.

— Тогда чем мне эта система будет полезна? — для иллюстрации передвигаю конструкт «абсолютного щита» к самой простой, на глаз, части голема. — Эту структуру я в ближайшие годы не повторю. Вот этот щит, я скажем, могу создать за секунды, если вброшу все внимание. Но тут сложность порядка на два превышает мои возможности.

— Это так. — соглашается Хозяин Лабиринта. — Я тебе это показал, больше для иллюстрации. Другое дело, что кое-какие вещи можно упростить. — голем показывает руками. — Вот эти эти конструкты, — подсвечивает несколько сложных моментов, — отвечает в основном за самостоятельное поведение. Если мы их убираем и заменяем более простым для прямого руководства — голем становится проще в несколько раз.

Соглашаюсь, но все равно пока что довольно тяжело воспроизводим.

— Вот эти куски, — продолжает свою импровизированную лекцию, — являются общими для двух десятков структур. В общем, для двух десятков моделей это скелет. Если сможешь повторить этот базис, — повторяет только что подсвеченное рядом, рисуя уже намного более простую структуру в воздухе. — То что-то простое, под личным управлением, создать сможешь.

— Слушай. У меня сразу вопрос. — смотрю на систему конструктов. Показываю на очевидные отдельные структуры. — А по очереди это все повторить возможно? Ну то есть не сразу воплощать, как принято с магическими конструктами, а, скажем, сначала воплотить скелет, потом общее тело, потом алгоритмы поведения, ну как-то так?

— Понятия не имею. — С легким недоумением смотрит на конструкт голем Хозяина. — Пробуй, эксперементируй. — Находится он. — У меня такой цели не было. По отдельности, я части воплощал, но они совершенно нестойкие оказываются. Разрушаются быстро. Так то мне проще воплотить основу, вложить туда слепок, и все. Они существуют некоторое время, обычно достаточное для боя.

— А если воплощать вообще, в носителе. Постепенно создавая части голема?

— Я не делал, — равнодушно говорит голем. — Это костыли, как по мне. Но ты можешь попробовать, но все равно придется пересчитывать систему.

— А с магией? Ты же на арене создавал магов и животных с магическими атаками.

— С магией просто, она не големов. Источники я создавать не умею. А вот перенаправить потоки, которые у меня тут есть — я могу.

— Тогда вопрос, мне в городе рассказывали, что существовало такое явление, как Гон. Из Пятна вырывались твари, и некоторые очень напоминали твоих големов. После уничтожения — расплывались грязью.

— Нет, это не я их создавал, — быстро открещивается Хозяин Лабиринта. — Я же говорил, что среди осколков есть разное. Некоторые аномалии именно это и делают — пока есть энергия, создают копии попавших в них существ. Я оттуда идею големов и почерпнул. Исследовал много, так что это, — показывает рукой на схемы висящие в воздухе, — успешная попытка повторить природный процесс.

— А слепки.?

— А слепки, это талант нашего народа. Мы раньше, до уничтожения нашего мира прекрасно работали со своими сознаниями.

Хозяин Лабиринта словно задумывается.

— Знаешь, меня был один, в каком-то смысле, ученик, он быстро научился создавать голема под прямым своим руководством. Там, правда, была другая ситуация. И магии у него было ну намного больше, чем у тебя. Ты все-таки слабосилок. Но есть момент, я точно понимаю, что тогда, воля воплощенная магией заменяла ему просто огромную часть структуры. Я тогда тоже не очень понимал, что создаю, но он смог повторить.В общем-то, ты мог бы это понять даже по своей артефактике. Ведь ты же нормальный артефакт сделать сейчас пока не можешь. С расчетами, с пониманием материала, с выстраиванием связй и всего остального. Ты все это заменяешь своим волевым усилием. Так, ведь?

— Так, — соглашаюсь. — То есть, получается, если я найду, предположим, тот же самый материал, который хорошо меня воспринимает, можно попробовать воплотить голема волевым усилием?

— Думаю, да. Только не знаю, как ты будешь в него встраивать алгоритмы поведения. Это ведь самое сложное в данной системе. Но я буду с интересом следить за твоими экспериментами.

Ставлю себе мысленную галочку. Похоже, этот сплав придется закупать десятками килограммов. С другой стороны это и логично, мне все равно придется делать артефакты на продажу. В любом случае придется закупать.

— Спасибо.

— Да не за что, — отчетливо пожимает плечами Хозяин. — Вот, эту схему я тебе оставлю. Будешь по ней сравнивать с тем, что у тебя получается. Я уверен, что это возможно для тебя. Просто потому, что видел, что человек это уже делал. — кукла рассыпается песком.

Ну что ж, я уже рад. На самом деле, я фактически получаю минимальный медицинский персонал для себя, готовую схему с подсказками, которые можно выучить. И огромное пространство под склад, где получится многое хранить. И довольно безопасно. Ну и если научусь создавать големов, даже под прямым управлением, мои взможности приобретут некоторую другую грань.

— Знаешь, — вдруг снова появляется голем. — Вот попробуй с этого начать.

Формирует намного более простую систему. Она всего раза в три сложнее щита. То есть с тренировками — довольно быстро смогу пользоваться.

— Что это?

— Вот такую как универсал, ты скорее всего сможешь осилить. Получится что-то вроде зверька, который умеет делать только одну вещь — прыгать на цель. Даже атаковать не умеет. Тут простая схема. Задаешь цель, она туда прыгает. Ее отбивают, а она, все равно прыгает. Действий немного, инстинктов здесь тоже нет. Повторяет действия, пока по нему не попадут и не разрушат. Шарик, внешне похожий на меховой. На нем принципы посторения схем движения хорошо отрабатывать. Да и вообще, это предельно упрощенный вариант схемы голема. Может с нее можно начать изыскания?

— Знаешь, это полезно, — киваю. — С него и начну.

Кукла снова рассыпается. И я не чувствую больше внимания этой сущности. Скорее всего, разговор мы заканчиваем.

Полезно, если что. Слежу за двумя оставшимися куклами, которые начинают разбирать груды купленных вещей. Киваю сам себе. Пусть их. Я, пожалуй, на некоторое время просто усну — восстановиться совсем не помешает. А вот потом, с новыми силами вернусь в Новгород. Как раз проясниться состояние что Рыжей, что наставника.

Глава 11

Из портала я выхожу неожиданно высоко и холодно. Падаю, но тут же собираюсь. Становится почти смешно. Кажется, у меня украли мобиль, пока я отдыхал в своем пространстве. Усмехаюсь. Тут же разгоняю пси по телу, и легкий морозец перестает быть проблемой.

С полицией я поговорю завтра, это очевидно, сейчас искать представителя стражи вот совсем не время. Поздняя ночь, или слишком раннее утро — в зависимости от точки зрения.

Задумываюсь на секунду. Мобиль пока не сильно важен — я вроде недалеко отъехал от торговой улицы. Можно просто не откладывать дела на завтра, и продолжить небольшой покупательский забег. Так что надо проверить, вдруг работает лавка артефактора? Ньямаль-то покупать все равно придется. Почему бы и не сейчас? После сна в своем пространстве, чувствую себя превосходно. И прогуляться по ночному, пусть и холодному Новгороду совсем не прочь.

Город утопает в желтоватом свете фонарей. В столице на центральных улочках совершенно не экономят, и идти по заснеженному городу одно удовольствие.

Поскрипывает снег, дома в темноте вообще кажутся стенами средневекового города, и Новгород воспринимается более волшебным, что ли, чем он есть на самом деле.

Иду на торговую улицу. Ателье и лавка эликсиров, например, отлично работают. Так что и шансы на открытую артефактную мастерскую вполне приличные.

На улице никого нет, но это и не удивительно в такое время ночи. А вот то, что торговая улица все равно работает, я все-таки не ожидаю.

Нахожу вывеску с нарисованными жезлом и кольцом. Похоже, то, что мне нужно. Жаль ни одной надписи на улице нет. Но не страшно. Просто проверю. Толкаю… и да, лавка работает. Правда, никакого колокольчика над входом не слышу. Дверь открывается практически бесшумно. Захожу в плохо освещенное помещение. Лампы по стенам горят через две на третью, так что сидящий парень за стойкой работает почти в темноте. Хотя нет. Сейчас он просто спит головой на сложенных руках.

Тихо подхожу ближе, и пока раздумываю, стоит ли его будить — он просыпается сам. Словно что-то услышав.

— Что вы хотели? — парень поднимает голову и почти сразу фокусируясь на мне. Быстро. Может и некрепко спал.

— Я к вам с несколько нестандартными вопросами для столь позднего времени. — Киваю молодому продавцу.

— Наша лавка может предложить любые возможные артефакты и услуги ремонта таковых в любое время дня и ночи. Не смущайтесь, что вас интересует? — барабанит заученный текст продавец.

— Вы знаете, мне нужен ньямаль. — озадачиваю парня.

— Сколько вам нужно? Десять грамм или больше? — неозадачивается продавец. Совершенно не удивляется моему запросу. Видимо в таких количествах этот материал берут часто.

— Не знаю. Килограмм десять, наверное. Может больше…

— Простите, сколько?

— Я не знаю его цену, поэтому так сказал. Минимально примерно столько. Может быть, даже побольше будет нужно.

— Вы знаете, сплав поступает к нам только из Северной Африки через двух посредников, так что у всех в городе цена будет примерно такая же. На оптовую закупку в десять килограмм, я смогу предложить скидку всего в пять золотых.

Хм. Что же будет за цена, раз скидка в пять золотых — маленькая. И парень не разочаровывает.

— Знаете, килограмм ньямаля будет стоить вам сто восемьдесят золотых, но если вам нужно десять, то мы вам предложим его за сто семьдесят пять.

— Хм. Знаете, наверное все-таки я остановлюсь сначала на килограмме. — задумываюсь. — Мне пока его будет достаточно.

— Конечно! Но это же не самый лучший материал для создания артефактов. Он слишком капризный, изменять можно только в определенных температурных режимах. Может быть вы лучше возьмете золото? Мы можем вам предложить различный выбор с различной чистотой.

— Нет это излишне. Мне нужен сплав. Кстати, — решаю поинтересоваться. — Можете предложить мне накопители?

— Ой, вы знаете, — мрачнеет парень, — в ближайшие полгода хороших накопителей я вам предложить не смогу, разве только в изделиях. В изделиях — пожалуйста, но там цена кусается. От ста пятидесяти за настроенный амулет.

— Хм. Мне армейский амулет стоил всего двадцать золотых.

— А, это ручная работа. И в армейских обычно используют стандартные плетения и дешевые накопители на три-четыре цикла. Им зачем другие? Заменил — и снова работает.

— Да, наверное. — соглашаюсь. — Но в изделиях, думаю, не нужно. А вот килограмм ньямаля давайте я у вас возьму.

Удивляется парень.

— За сто восемьдесят золотых?

— Вы же принимаете чеки имперского банка? — уточняю.

— Конечно, мы принимаем чеки имперского банка, мы принимаем оплату, с браслета ученика Академии. Мы принимаем наличные, мы принимаем на обмен. — Продолжает перечислять.

— Нет, стоп! стоп! — Мне хватает чека имперского банка. — Этого достаточно. — Достаю чековую книжку, выписываю чек. Бумажек у меня осталось очень мало. Но тут столица, думаю завтра с Кошкиным не сложно будет по пути зайти и пополнить. Последнее время чеки выручают часто.

Забираю свой килограмм ньямаля.

— Что-нибудь еще? Может вас интересует какие-то другие специфические материалы? — продавец становится до приторности приветливым. Вздыхаю. Ну, в общем, понятно.

— Наверное нет. Единственное, — задумываюсь. — Не порекомендуете какие-нибудь другие материалы, кроме кристаллов, которые накапливают магию? Что бы работали сравнимо с накопителями.

— Вы знаете, а нет. Неплохо накапливают магию только кости магических зверей, но там есть определенные сложности с их обработкой. Вам это лучше уточнить у шаманов или знахарей. Они часто с этим имеют дело. Все остальные материалы, к сожалению, магически либо нейтральные, либо нестабильные. Другое дело, что в качестве накопителя могут выступать совершенно различные драгоценные камни. Но это вы наверняка знаете.

— На всякий случай просветите меня.

— В принципе, — парень кивает. — в таком качестве могут выступать различные драгоценные камни, если они правильно обработаны. В основном, корунды конечно — сапфиры, рубины. Различные алмазы, но там все сложно — все очень сильно зависит от обработки. Очень неплохо запасает энергию природный хрусталь, но он, к сожалению, нестоек, поэтому из него накопители почти не делают. Ну и, собственно говоря, несколько видов кристаллов накопителей, которые добывают у нас в Империи. Те которые за Камнем добывают — те похуже, там одноразовые накопители чаще всего попадаются, но вам наверное они и не нужны.

Поощряюще киваю парню.

— То что добывают в Остляндии — получше, но все очень сильно зависит от друзы. Иногда бывает, что мы обнаруживаем неплохие кристаллы в обычном материале. Но это не часто конечно же.

— Нет, здесь вы правы, мне нужен нормальный накопитель. Желательно штук пять. Жаль, что вы не можете мне такие предоставить. — С грустью вспоминаю не обнесенный мной домик убийц в Смоленске-2. Там же лежали штуки три накопителей. Кто же знал, что они станут такими дефицитными.

— Вы же можете подождать? Через полгода, не позже, война закончится и снова накопители станут доступны и с хорошим выбором.

— Ну да, я понимаю, что чуть-чуть опоздал, — с сожалением развожу руками. — Спасибо за справку.

— Не за что, нам было очень приятно вам помочь даже в такой малости. Но если вы вдруг хотите заказать десять килограмм, то их будут везти примерно неделю. За таким количеством отправим отдельно дирижабль.

— То есть у вас больше нету? — осеняет догадка.

— Нет, у нас больше нет. Килограмм, это все что было у нас и то… — парень замолкает, а я понимаю что он хочет сказать поэтому продолжаю:

— И то вы его не могли продать довольно долго?

— Ну да, — смущаясь говорит парень. — Это все-таки не очень популярный материал среди артефакторов. Хотя и изделия из него на мой взгляд неоправданно дорогие.

— Почему?

— Сложность обработки, как я и говорил. Мало кто берется за его использование. И всего одно место откуда его привозят. А из плюсов — только лучший отклик на целительскую и ментальную магии. Нет, конечно иногда это важно. Но в среднем…

— Если они одни производят — его цена та, которую объявляют. — Пожимаю плечами.

Важно, что я получаю материал для эксперимента на сегодняшний вечер. Когда доберусь до поместья Кошкина, ньямаль нужно будет перекинуть к себе в пространство. Кто бы знал, что он такой дефицитный?

Выхожу из мастерской.

Гостиницу выхожу быстро, и это неудивительно. Небольшая, зеленого цвета стены, два этажа. Аккуратная такая. Даже квартала пройти не приходится.

За стойкой тоже дремлет парень. Думаю, это как раз администратор и есть. Ночной портье такой. Усмехаюсь. Точно также тихо подхожу к парню.

— Доброй ночи, — здороваюсь.

Портье спокойно поднимает голову с рук, на которых только что спал.

— Добрый вечер, наша гостиница к вашим услугам! Мы готовы предоставить усталому путнику ночлег и отличный континентальный завтрак! — глаза портье все-таки сходятся на мне.

— Что угодно господину магу? — удивляет меня пониманием парень.

— Вы знаете, мне нужно нужен номер до позднего утра или до обеда. Да, пожалуйста, с едой, без еды, как получится.

— Конечно же. Где вы оставили багаж?

— Я без багажа, нужно только заночевать.

Парень вообще не удивляется.

— Ваши ключи. Второй этаж, направо.

— Спасибо! Насекомые, громкие соседи? — уточняю у парня, хотя на самом деле я и так вижу, что громких соседей совершенно точно нет. Все постояльцы в гостиницы, а здесь не так много занятых сейчас номеров, спокойно спят.

— Нет, что вы, у нас приличная гостиница, — спокойно говорит портье. — Спокойной ночи. Располагайтесь, никто вас не потревожит.

— Отлично! — забираю ключи от номера и ухожу.

Я, к сожалению, уже полностью выспавшийся, поэтому отдохнуть в номере с одной стороны все-таки тянет, а вот с другой стороны я немножко хотел бы поэкспериментировать с ньямалем. Еще пару шариков бы сделать, например.

Иду на компромисс. Собственно, в номере ставлю ставлю портал и ухожу в свою импровизированную мастерскую.

Спустя пару часов внутреннего времени, два слитых резерва и несколько разрушенных одноразовых накопителей, в спокойном режиме получаю еще два неразрушимых шарика к своим четырем.

Решаю немножко похулиганить. Ведь никто не запрещает пробовать — не получится, получу разрушенный материал, не более того. Получится — решу свою небольшую проблему. Ведь если есть другие материалы-накопители, значит их может быть и не один.

Беру маленький, размером с ноготь кусочек сплава и формулирую желание получить накопитель. Характеристики вкладываю из своего ощущения лучшего кристалла, что у меня есть. С легким пополнением энергии и с легким забором по запросу.

И вот именно это волевое усилие меня почти убивает.

Глава 12

Материал невероятно сопротивляется. Долго. Настолько, что почти забрасываю идею. Но и без результата оставаться не хочу. Даже если результатом будет разрушение куска этого сплава. Собственно, примерно этого и ожидаю в качестве одного из двух результатов. Либо потеря всех магических свойств, как происходит при неправильном нагреве, либо изменение сплава под мои нужды. Только поэтому давлю. Не происходит ни первого ни второго.

Резкое изменение ситуации не успеваю поймать даже в ускорении.

Сплав сдается, и из меня почти мгновенно вытягивает всю магию, которая есть.

И процесс не прекращается. Он становится почти неуправляемым и начинает тянуть жизненную силу. Пси с трудом справляется с резким изменением потока. Хорошо еще, перед экспериментом обеспечил доступ к паре десятков одноразовых кристаллов. Как знал, что подобное может случиться. Но именно благодаря ускорению и ограниченной все же скорости процесса, магию удается вытягивать разом из половины кристаллов. Это сильно перегружает разум. На время я просто отключаюсь от всех раздражителей. Для меня опять остается только поток магии и заготовка. Я не могу ее бросить — ощущение как с шариками, только плотнее. Словно материал постепенно становится частью меня.

И вот интересное дело, сбившийся в начале происшествия источник почти сразу же начинает работать в ритме. На грани возможного, но поддерживая ровно тот ритм, что позволяет перекачивать именно этот поток магии.

Про пси не забываю, так что в заготовку вливается сложная смесь. Но с пси проще — этой энергии я могу и прокачать, и найти в момент очень много.

Постепенно процесс становится все более контролируемым. Да, если честно, он и не был никогда неконтролируемым — на грани, да, но даже на грани он был вполне осознаваем. Прямо-таки на краю.

Понимаю, что сам в этом виноват, в общем-то. В формулировке как раз было «идеальное» — ну вот идеальное для меня и получается.

Десяток накопителей разрушаются в пыль. Примерно так же, как когда амулет выкачивает свой накопитель до донышка. В пыль.

Второй десяток успеваю подключить к процессу спокойно — амулеты чуть отличаются друг от друга, и рассыпаются по очереди, что радует. Начинаю немного беспокоится, что и их не хватит, когда металл на глазах сереет, и чуть теплеет.

Изначально сформированная небольшая пластинка с ноготь большого пальца быстро по ощущениям становится похожа не на черную дыру, куда просто проваливается магия, а получает некоторую упругость что-ли. Начинает вести себя именно как обычный накопитель.

Вздыхаю свободнее, но качать магию с пси не перестаю. Что же — это неплохой способ понять что у меня получается. Только теперь это довольно безопасно.

Чуть снижаю плотность. Отвлекаюсь. Выпиваю параллельно зелье для источника, и зелье для восстановления. Все же тело работает в предельных режимах.

Наконец, спустя, наверное половину приобретенных одноразовых кристаллов, сопротивление накопителя увеличивается и процесс напитки магией постепенно замедляется, пока не останавливается полностью.

Выдыхаю.

Пластинка сплава полностью теряет свой первоначальный блеск, и становится похожа больше на кольцо наследника. Разве что, чуть тяжелее.

Проявляю артефакт. Ну да, цвет и фактура очень близки. Как близнецы-братья. Цвет похож, отличается вес, и кольцо, все-таки, чуть другое на ощупь, так что процесс создания обоих артефактов, думаю, не одинаков. Но, кажется, похож.

Кажется, загадка довольно приличного функционала кольца и его почти полная непроницаемость для моего взгляда получает объяснение. Этот артефакт формировали похожим волевым методом, а не классической артефакторикой.

Разобраться бы еще, почему сплав изменил цвет и фактуру, но, видимо, не в этот раз, и, думаю, не мне — мне не хватает знаний. А вот у Кошкина при случае спрошу. Да и для повторного эксперимента, пожалуй, мне нужно набраться сил. Хотя плюсы очевидны — я решаю свою проблему в накопителях. Пусть и не сразу. Но с учетом моего пространства, и немного другого течения времени, скорее всего, решу к поступлению. Или совсем чуть позже — мне их нужно немного. А так, эксперимент вполне удачен. Даже более чем.

Вываливаюсь из портала поздним утром. Неожиданно много времени занимает мой эксперимент, но я доволен. Успеваю и отдохнуть, и восстановиться, и даже получить важный опыт.

— Борис Васильевич, доброе утро. — вызываю наставника. — Как у вас дела после вчерашнего?

— Спасибо Максим, все хорошо. — Кошкин вполне бодр, несмотря на вчерашний бой.

— Как Клавдия Васильевна? — Немного волнуюсь. Теоретически все должно быть в норме, но я же не целитель.

— Тоже нормально, хорошо. Вы все вовремя сделали. Вы молодец. — Коротко, но от души гворит наставник. — Клавдия мне рассказала.

— Славно! У нас сегодня планы какие-то есть? — Уточняю. Все же ситуация близкая к форс-мажору.

— Да, Максим. Мы с вами во второй половине дня обязательно должны посетить Академию, и снять дом.

— Хорошо, — соглашаюсь.

— Вы же не в поместье, верно? — уточняет учитель. — Меня бы Семен поставил в известность.

— Нет, я в гостинице «Изумрудная», там же, на торговой улице.

— Хорошо. — Наставник чуть задумывается. — Через пару часов подъезжайте к Большому Целительскому дому. В столице он один такой. Любой извозчик вас туда привезет, просто скажите — куда. Там меня вызовите, я выйду.

— А Клавдию Сергеевну сегодня не выпишут? — Косвенно хочу понять серьезность ранений.

— Нет, сегодня не выпустят. Повреждения довольно серьезные. Несмотря на то, что ее починили. — Слегка усмехается наставник, причем, мне кажется, что это скорее нервное, чем реальная веселость. — Запретили выходить, сказали будут наблюдать сутки.

— Значит что-то сложное было, но прекрасно, что мы все успели. — делаю для себя вывод.

— Да, все так и есть.

— Отлично Борис Васильевич, я буду. — Отключаюсь.

Так, у меня есть примерно пара часов, хорошо.

— Матвей, доброе утро! — вызываю безопасника. К сожалению, никакого другого безопасника в Новороде я не знаю, а вопрос интересный.

— Доброе, как у вас дела, Максим? Что вас интересует? У нас очень ограничено время.

— Да я понимаю, вежливость просто.

— Со мной можете теперь ее пропускать, по крайней мере, до конца войны. Вежливость это излишество в моих условиях — времени не хватает даже поспать.

— Хорошо. Тогда вопрос. Мне нужно достать довольно много ньямаля. Сможете поспособствовать?

— Насколько большую партию?

— Я не знаю, килограмм десять-пятнадцать для начала.

— Но это прям задачка, — удивляется Матвей.

— Я оплачу партию. — уточняю.

— Да не в этом дело. Максим, просто действительно довольно много материала. У нас в запасниках не уверен, что есть. Но, думаю, достанем.

— Хорошо, а в какие сроки?

— К сожалению, сейчас очень сложно сказать, потому что границы перекрыты, большую часть стандартных торговых путей с Египтом на данный момент контролирует Османская империя, но я передам. Вашу закупку обязательно сделают в первую очередь.

— Я благодарю вас. Сроки сейчас спрашивать бессмысленно, наверное?

— Да, — соглашается. — Еще что-нибудь, Максим?

— Нет, Матвей только это. Больше, в принципе, пока что мне ничего не нужно.

Замечательно эту проблему я временно решил, но похоже поставки данного материала у нас под большой угрозой, так что есть у меня некоторые вопросы.

— Вильгельм Генрихович, приветствую вас.

— А племяшка. Что случилось, что вспомнил старого больного Кощея? — усмехается знакомый голос.

— Вы говорили, что у вас есть связи в Новгороде?

— Ну, в каком-то смысле. Связи. Ладно, парень, давай рассказывай.

— Да особо ничего не случилось. Мне нужен сопровождающий в Новгороде, по возможности, в ближайшие пару часов.

— Сопровождающего Новгороде я тебе дам безусловно, где ты находишься?

— Я в гостинице «Изумрудной». Это торговая улица.

— Так, я здесь недалеко нахожусь. Подожди я сейчас к тебе приду, там мы обговорим пару моментов.

— Жду, — удивляюсь. Отключаюсь.

Это странно, но принципе, дяде Вилли я сейчас был бы рад.

Оглядываю комнату. Ничего не забыл. Спокойно выхожу, спускаюсь вниз, отдаю ключи.

— Где у вас можно здесь посидеть, подождать? У меня тут встреча назначена, — спрашиваю портье внизу.

— У нас не давно? Есть кофейня, пожалуйста. Там вчера появилось новое блюдо — кофе по-военному.

— Это как? — удивляюсь.

— Это то же самое, что кофе по-турецки, только со сливками.

— Закажу, — улыбаюсь.

Вхожу в соседнее помещение. Очень милые аккуратные столики, всего штук пять. Ко мне мгновенно подбегает девушка официантка.

— Доброе утро! Завтраком накормите? — улыбаюсь официантке.

— Конечно! У нас прекрасный континентальный завтрак.

— Давайте, и кофе.

— По-военному? — деловито переспрашивает девушка.

— Ну, давайте так. — Тяну я. — Что вы могли бы рекомендовать?

— Смотря какой у вас день предстоит. Если суматошный, то одно, если спокойный — то другое. Но вообще — континентальный затрак вполне подойдет.

— Несите его.

Яичницу действительно приносят очень быстро. Яйца интересным образом зажарены. Будто желток находится внутри белка. Вариант пашот, только на тарелке. Интересно, как они этого добились?

С удовольствием отламываю хрустящую будочку. Кажется, день-то налаживается! Уминаю завтрак буквально за пару минут.

— Максим, доброе утро! — За столик присаживается неприлично молодой Кощей.

Мне как раз приносят чашечку кофе.

— И мне, дорогая, такое же. — Кощей показывает на чашечку кофе.

Девушка тут же убегает за второй чашкой.

— Смотрю, патриотично вы, как-то. — усмехаюсь. — Доброе утро.

— Да второй день уже. В столице кофе по-военному везде уже есть.

— Почему по-военному?

— Не знаю, может облачко взбитых сливок какие ассоциации дает? Потому что кофе по-турецки это было раньше. Просто накрывается белой шапкой взбитых сливок.

— Может и так, — соглашаюсь. — Не знал.

— Не знаю кому-то пришла такая в голову мысль. Но хорошо. По-военному, так по-военному. Максим, ты хотел сопровождающего, сейчас придет парень. Зовут Степаном, немногословен, но все приказания исполнят в точности.

— Хорошо. — удивляюсь. — Спасибо. Надеюсь, это было не сложно?

— Нет конечно. Он охранять тебя сможет, если что. А то вдруг что случится?

— Да что со мной может случиться в столице?

— Ну не скажи. Мне он в качестве подчиненного достался по случаю.

— Но он же не вещь? — удивляюсь.

— Ну, как сказать, как сказать, — усмехается Кощей. — Ладно, Максим. Что ты хотел-то кроме сопровождения.

— Да мне ньямаль нужен. Боюсь, что сейчас из-за войны будет сложно с ним.

— Хорошо. А много нужно? Сто грамм, двести…

— Килограмм десять наверное может быть двадцать.

— Много. Быстро не найдем. Хорошо, и об этом сейчас подумаем. Но я не поэтому с тобой хотел встретиться. Хорошо, что ты сам на связь вышел. Я ведь по твоему тогдашнему вопросу про недруга тоже немного накопал. Не так, как хотелось бы. Но все же.

Глава 13

— Хм. Да, столько найти сейчас в Новгороде — нужно постараться. А зачем тебе сопровождающий?

— Да хочу все лавки артефактов обойти. Ночью был в лавке артефактора, здесь, на торговой улице, так мне сказали что у других ньямаль будет по такой же цене. То есть, есть и другие в Новгороде. Хотя, конечно же, я и не ожидаю, что в столице только один артефактор. Я хочу набрать запас. Мне он нужен для экспериментов.

— Ты стал артефактором, Максим? — удивляется Кощей. — Молодец.

— Ну как артефактором? В каком-то смысле, да, артефакты у меня получаются. Но, в основном, работая с ньямалем. — уточняю.

— Специфический материал. — Кивает Кощей. — Хотя, конечно, я мог бы догадаться сразу. Все же ньямаль особо больше никому не нужен.

— Если вам будет что-нибудь нужно специфическое, скажите — я сделаю.

— Да мне, в общем-то ничего не нужно. — Усмехается Кощей. — Хотя если вдруг у тебя будет что-нибудь специфическое для армии, я бы выкупил. У меня сын офицером. Его, конечно, снабжают хорошо, но от какого-нибудь хорошего артефакта я бы не отказался. Передал бы ему. Он сейчас как раз в войска собирается. Снабжение у них неплохое, но если есть возможность его улучшить, я всегда «за», все же война, сам понимаешь.

— Понимаю, — Соглашаюсь с Кощеем. — А знаете, кое-чем я ему могу прямо сейчас помочь. — Вытаскиваю булавку из костюма. — Отдайте ему, тут щит. Защитит на пять минут практически от всего. А если зарядить накопитель нормально, — критически осматриваю булавку. — То может быть и значительно дольше. И не нужно выкупать, что вы. Это подарок.

— Благодарю. Конечно же я возьму. — Говорит Кощей. — Ну и я к тебе тоже не без подарка. Тебе же ещё интересна история с твоим недображелателем?

— Безусловно, рассказывайте! — Нетерпеливо спрашиваю у дядюшки. — Конечно же мне бы хочется знать побольше о человеке, который не один раз уже засылал убийц по мою душу.

— Знаешь, Максим, из минусов этой информации, это то что ты его в ближайшее время не достанешь никак. На нем армейские поставки, коней на переправе не меняют, к сожалению. Так что он сейчас нужен государству. Я сомневаюсь, что тот же император сейчас разрешит хоть как-то его тронуть. Даже с доказательствами.

— Я это прекрасно понимаю. Личные проблемы между Родами и интересы государства это разные вещи.

— Вот, что-то именно такое, я и хотел от тебя услышать. — Так вот, я узнал, что у твоего недоброжелателя, мага не из последних, была сестра и тоже магичка. С детства они видимо, конкурировали, но даже во взрослом возрасте они очень друг друга не любили. Не очень известно с чем это было связано. То ли с тем, что у них только общий отец, а матери разные, то ли еще что-то было свое в прошлом, из-за чего они враждовали. Но факт остается фактом. Со своей сестрой он враждовал. Не до убийств, по мелочи, но все равно.

Кощей прерывается на принесенный кофе.

— Спасибо, милая. — Благодарит официантку.

— Те есть, вы предполагаете…

— Подожди, это не все. Сестра уехала из дома сразу после смерти отца, и вышла замуж согласия старшего брата не спрашивая. Но на тот момент, формально он уже был главой Рода, и разрешеняе на брак не давал. При этом, по слухам, вышла замуж второй или третьей женой кому-то не из наших имперских магов. Господин Самойлов был уже в немалых чинах, и такая свадьба сестры довольно сильно ударила по его репутации. В том смысле, он свой Род не может держать в руках. Дело, естественно, он замял, чего-то это ему стоило, но сестра уехала в Сибирь. И данных по ее браку в наших архивах нет. То есть, с точки зрения Империи она не замужем и сейчас. И, опять же, данных о ее смерти тоже нет. — Кощей поднимает на меня взгляд. — Удивительно, правда? Баронский на тот момент Род. Сейчас графский. Глава Рода — министерский работник с хорошей карьерой. Вроде бы все данные должны быть прозрачны как слеза, однако нет.

— Удивительно, — вздыхаю я. — Что-то мне подсказывает, что город я сейчас услышу знакомый.

— В Тобольск она уехала. Не знаю, знакомый он тебе, или нет. Но в Сибири почти восемнадцать лет назад собственно имперских магических центров-то и немного. Мангазея, Тобольск да Иркутск. В Тобольске ее следы исчезают. Но в Сибири я тебе не помощник, потому что шаманы меня точно не любят, есть у нас ними определенные разногласия. В общем, судя по намёкам, тебе в Тобольск.

— Да я это и сам понимаю, — вздыхаю.

— Вот, вот. Но еще один интересный момент, если вдруг, как ты предполагаешь, являешься его родственником через сестру. Но если ты ему приходишься племянником, то фактически входишь в его Род. Так что, по идее, он должен иметь на тебя влияние. Кроме того, по срокам, тебе может быть лет восемнадцать, как раз первое совершеннолетие. Так что если вдруг причина именно в наследстве, то тут очень неочевидный клубок противоречий. С точки зрения закона Империи, твое возможное наследство — это собственность всего Рода. С другой стороны, у нас в Империи есть несколько анклавов, которые плевать хотели на эту часть закона. В частности, Тобольский. И если наследство имеет отношение к Тобольским дворянам, возникает некая коллизия, которую очень сложно преодолеть. И тут твоя смерть действительно была бы к месту. Так что, все же — в Тобольск.

— Да я и не против, дядюшка Вилли. — усмехаюсь. — Да и в Тобольск я хочу съездить, если честно. Сейчас разберёмся с Академией, и буду что-то эту сторону думать. Слишком много путей туда ведет. Надо ехать.

— Там я тебя подстраховать не смогу.

— Да, я и не рассчитываю. — Удивляюсь.

Кощей кивает головой. В кафетерий при гостинице входит высокий серьезный мужик лет сорока.

— Но вернемся к сегодняшнему дню. Вот как раз твой сопровождающий пришел. Вот с этим господином пройдешься по лавкам. Он тебяи будет сегодня сопровождать. В случае чего и защитит, если вдруг будет нужда. А то что-то неспокойно у нас в Новгороде последнее время.

— Здорово. — довольно отмечаю я, вопрос только, Вильгельм Генрихович, вы не знаете где в аренду можно мобиль взять?

— А что случилось? У меня мобиль угнали ночью. Он из-за закутка, где я его припарковал исчез.

— Воспользуйся пока мобилем моего сотрудника, он тебя отвезет. — обращается к пришедшему. — подгонишь Степа?

Мужик кивает и тут же выходит.

— Ну вот, видишь — проблема решена. А твой мы поищем. Не дергай городовых, они люди занятые последние дни.

— Хорошо, дядя Вилли. Вы сами спросите наведете справки?

— Да-да, именно, наведу справки.

Ну вот и хорошо, я вроде о защите-то и не просил, но пусть будет.

В фоне сопровождающей выглядит очень ровно, совершенно безэмоциональным. Для него это просто работа, которую он делает. И делать он собирается хорошо, что меня полностью устраивает.

— Не забывай своего дядю Вилли. Мы тут небольшой административный дом неподалеку занимаем. Спросишь меня — тебе любой покажет. А сам дом покажет Степа, как придет. Здесь недалеко, так что заходи. Собственно именно из-за этого, я так быстро к тебе дошел. Наверное соскучился, племянник.

— Спасибо дядя Вилли, — легко усмехаюсь.

— За амулет спасибо, передам сыну.

— Да не за что, — говорю.

— Я откланяюсь. — Кощей оставляет на столе несколько монет. — Рад был тебя видеть. Если что, тут же набирай. Для тебя я всее время свободен.

Прощаемся.

Как раз, возвращается Степан.

Со Степаном ходить по лавкам артефакторов, оказывается крайне удобным. И выгодным. Мало того, что у него есть свой мобиль, на котором мы спокойно можем это делать, так еще и торговаться мне в лавах не приходится. После тихого разговора с продавцом, или с владельцем, практически все делают очень приличную скидку почти в два десятка золотых на килограмм сплава. А это очень много, получается. Исходя из слов ночного продавца.

За руль Степан меня не пускает, но при этом очень быстро объезжаем пять лавок артефакторов, и один маленький склад. Лавок вроде бы в Новгороде и побольше. Только тех, у кого можно закупить именно материал, по немногочисленным словам Степы, всего несколько.

В общем поездка удается крайне полезной, сплава по всем лавкам я выгребаю почти пять килограмм. И это отлично, так как теперь могу приступать к экспериментам.

Немного странное ценообразование, конечно же, вызывает вопросы. Особенно кто же такой дядя Вилли? Но не воспользоваться этим я не могу.

— К Центральному дому целителей можем подъехать?

Сопровождающий спокойно кивает.

Вообще за весь путь я практически не слышу от него ни единого слова.Он просто выполняют свою работу, которую ему поручили. Я даже мог бы забыть о том, что он сейчас есть рядом, если бы он не был за рулем. Идеальная тень.

Степан останавливает мобиль около Дома целителей.

— Борис Васильевич, я подъехал. — вызываю учителя.

— Спускаюсь, Максим. — В голосе учителя практически нет беспокойства, что радует.

Встречаю Кошкина у входа. Наставник на секунду останавливается. Окидывает немного оценивающим взглядом моего сопровождающего.

— Максим, у меня внезапный вопрос. Это кто? Или у тебя проблема?

— Ну почему проблема? — Удивляюсь я. — Это сотрудник моего дяди. Выделил его в сопровождение и охрану. Он меня возит сегодня. У меня наш мобиль ночью исчез.

— Интересный у тебя дядя. А все его сотрудники работают в Ночной Гильдии?

— Почему в Ночной Гильдии? — начинаю складывать одно к одному. С другой стороны — работа на безопасников. Но вообще-то, кому оно когда мешало?

— У твоего сопровождающего знак на воротнике. Он не сильно заметный, но тем кто знает, тому да.

Фон Степана становится отличным от постоянного скучного внимания. Мужик слегка веселится.

— Причем, — продолжает Кошкин, — твой сопровождающий не скрывает свой знак, значит он не является тем кто работает по основным специальностям Гильдии, он, скорее, является представителем ее боевого крыла. Так что боевой маг или просто боевик. Но я бы поставил на мага. Я думаю так. Я прав? — обращается к сопровождающему.

Степан слегка кивает.

Немного смущаюсь.

— Борис Васильевич, я, к сожалению, не знаю, кем работает мой дядя и чем он занимается. Но точно знаю, что ему могу доверять.

— Ммне этого достаточно Максим, главное, что нам сейчас не надо разбираться в новых проблемах.

Садимся в мобиль.

— В Академию, — ровно приказывает Кошкин.

Степан воспринимает тон наставника абсолютно естественно, как будто так и надо.

— Максим, пока едем, ответь мне на серьезный вопрос. — оборачивается ко мне непривычно довольный Кошкин.

— Да, Борис Васильевич, внимательно слушаю.

Кошкин серьезно кивает.

— Шафером на моей свадьбе будешь?

Глава 14

— Борис Васильевич, я, конечно, рад за вас и безусловно готов быть вашим шафером, — говорю, немного растерянно оглядываясь. Предложение меня откровенно удивляет. — Но я не умею ничего такого. Никогда даже не был на свадьбе. Не знаю, что с этим надо делать. Учитывайте это, пожалуйста.

— Вам ничего не нужно будет делать, Максим, — с лёгкой усмешкой говорит Кошкин. — Я прекрасно отдаю себе отчет в ваших способностях. Не беспокойтесь. За свадьбу будет отвечать организатор и ведущий. Вам нужно будет только кольца подать вовремя.

— Вы уже знаете, кто будет ведущим свадьбы?

— Нет, пока не знаем. Свадьба, скорее всего, будет небольшая, приём человек на сто пятьдесят. Но об этом поговорим чуть попозже, когда я смогу вступить во владение особняком. Сейчас меня интересует, если честно, только принципиальное согласие.

— Принципиально, конечно, я за. Даже сопротивляться не буду, — киваю, искренне улыбаясь. — Очень рад за вас, и за Клавдию Сергеевну.

— Хорошо, Максим.

— А почему такое спешное решение? — интересуюсь.

— Да как-то… не нравится мне её желание быть на острие атаки, — задумывчиво отзывается наставник. — Думаю, замужество сможет её немного переключить.

— Уверен, что так. — Чуть усмехаюсь про себя.

Степан уверенно ведёт мобиль в сторону Академии. По мелькающим пейзажам я понимаю: проезжаем мимо Кремля, едем в другой конец города.

— Академия не рядом с Кремлём? — удивляюсь.

— Нет, — отвечает учитель. — Михаил Александрович не очень любит магические возмущения рядом с собой. Да и как вы себе это представляете? Десятки студентов-магов, которые отрабатывают практики… Как часто, по-вашему, будут подрываться императорские охранники по тревоге? Нет, конечно. Академия находится на другом конце города. Отсюда до неё — далековато.

Мы проезжаем через каналы, обходим Кремль стороной, пересекаем пару мостов,. В какой-то момент далеко впереди мелькает отблеск знакомого стационарного щита — точно такого же, как и над Кремлём.

— Ну да, это и есть Академия, — кивает Кошкин. — Тоже под щитом. Исходя из общей опасности в Новгороде, решили так сделать. Щит подняли сразу после недавних событий. До сих пор его не сняли.

— Второй день висит, так же как над Кремлём? Не расточительно?

— Так же, — кивает Борис Васильевич. — А что вы хотели? У Академии много учеников. А проштрафившихся студентов всегда в достатке. Вот и заряжают стационарные накопители. Это стандартное наказание. Так что магия — не проблема Академии. А вот то, что Академия входит в первую пятёрку целей любой вражеской атаки — безусловно проблема, так что особые меры защиты вполне оправданы.

Мы проезжаем ещё немного. Впереди дорога выпрямляется и ведёт нас практически к стенам Академии. Судя по скорости, ехать остаётся минут пять.

— Вы спокойно отреагировали на моего сопровождающего, — констатирую я.

— Знаете Максим, я не пересекаюсь с Ночной Гильдией, просто исходя из своего положения в обществе, я про эту сторону жизни Новгорода немного знаю. Так что резко реагировать не считаю нужным.

Сопровождающий тоже ведёт себя спокойно, не проявляя ни беспокойства, ни настороженности. Его скорее забавляет мое отношение. Словно он знает что-то важное, но не скажет. В общем и не надо, улыбаюсь про себя. Сам спрошу у Кощея.

Подъезжаем к Академии. Модуль плавно останавливается.

Степан, приподнимая брови, оглядывается на Кошкина.

— Да, подожди здесь, — отвечает Кошкин на невысказанный вопрос.

Мужик согласно кивает. Интересный товарищ.

— Мы ненадолго: провожать нас не надо, в Академии твоему поднадзорному точно ничего не грозит. — Наставник считает необходимым поставить Степу в известность.

Степан снова кивает и остаётся на месте.

— Пойдёмте, Максим.

— Бумаги там нужны какие-то?

— Да нет, — еле заметно отрицательно покачивает головой Кошкин. — Достаточно вас и вашего отпечатка магии отпечатка. Документы я уже передал в Академию несколько дней назад.

— Пойдёмте, — Кошкин выходит первым.

Академия сразу производит странное впечатление. В отличие от лицея, здесь совершенно не соблюдают этажность в городе. Сколько этажей у здания — понять невозможно: одним зрением вижу шесть, другим — вроде семь. Главное здание меняет свои габариты в зависимости от того, как на него смотреть.

— Замечаете? — усмехается Кошкин. — Здесь тренировались курсы строителей и исследователей аномалий. На одном этаже. В результате появился исчезающий этаж. Изнутри Академии он всегда есть, а вот снаружи — то есть, то нет. Причем, это не иллюзия. Его действительно иногда нет.

Ощущение действительно странное, неприятное, но знакомое. Мысленно пожимаю плечами: бывали вещи и похуже — в изломанных пространствах Гнёзд из прошлой жизни встречались куда сильнее раздражающие восприятие штуки.

Мы идём к зданию Академии. Территория здесь явно гораздо больше, чем у лицея: я насчитываю больше десятка корпусов, которые уходят за границу города. Мои сто метров поля покрывают лишь небольшое пространство перед Академией, но все равно, некотроые сигнатуры студентов и ощущения конструктов в него попадают.

Это первое место, кроме Пятна, где я чувствую сразу настолько много разных магических структур. Даже в столице магия так в глаза не бросается. В городе к ней отношение более… утилитарное, что ли.

Проходим через небольшой парк. Ворота в Академию практически сразу отзываются защитным заклинанием. Похожим на те, что я помню по разрушенному дому и в императорском дворце.

Щупы защиты касаются моего ученического браслета, места, где должна быть печать, и вообще проходят по десятку точек на теле, словно сверяя что-то с образцом и тут же отдёргиваются. Всё происходит за долю секунды — замечаю это только благодаря постоянной работе ускорения. Я вообще его последние дни стараюсь не убирать. На минимуме, но работает все время. Тренировка, опять же.

Парк тоже пронизан нитями заклинаний. Некоторые уходят глубоко под землю — скорее всего, это связано с ирригацией или защитой. Серые нити переплетаются с голубыми, от которых пахнет водной магией, именно так «пахло» от Повелителя Воды, которого я видел рядом с Императором.

Внутри парка огромное количество спящих заклинаний. Ощущение, будто весь парк — это поле боя, только спящее. С земли атаковать Академию, думаю, бесполезно. Я видел атаку на поместье Кошкина, так вот здесь заклинаний значительно больше. Другое дело, у Бориса Васильевича скорее все-таки конструкты созданы им самим и под свои нужды. А здесь вся спящая магия, скорее всего, стандартная.

Кроме плотного ковра конструктов, почти на каждом дереве висит что-то вроде следящего заклинания. Почти везде ощущается рассеянное, но настойчивое внимание. Территория Академии полностью находится под магическим наблюдением. И это правильно. Десятки студентов предоставлены сами себе, и при этом у каждого есть неотчуждаемый без негатора арсенал. Так что, что-то из наблюдения и должно быть. Я бы еще и не удивился постоянно дежурящей на территории Академии смене боевых магов.

С удовольствием отмечаю, что на территории Академии существенно теплее, чем за воротами. Более того, по дорожкам студенты ходят без тяжелой верхней одежды. Пока идем, решаю проверить предположение и отхожу на шаг не газон. И да, газоны действительно живут в соответствии с природной погодой. Тепло только на дорожках.

Студенты сидят на лавочках, переговариваются, иногда даже спорят прямо на улице. На некоторых даже обращаю внимание. Спорят, не соглашаясь, но в фоне вполне сдержано. Им удобно — предмет спора, или исследования, те же несколько конструктов, висят перед ними в воздухе. Навык визуализации заклинаний тут осваивают многие — никого, кроме меня, картина не удивляет.

Внутри Академии, правда, какое-то напряженное внимание чувствуется со всех сторон. Не к нам, а, скорее, друг к другу. Каждый студент очень собран. Этим заведение мне довольно сильно напоминает мою учебку, где постоянно ждали подвоха от сокурсников. Каждый от каждого. Там это быстро способствовало освоению «скрыта» и щитов. А что здесь? Не очевидно.

— В Академии не принято нападать друг на друга без объявления, — говорит Кошкин. Он обращает внимание на мое напряженное внимание. Я словно заряжаюсь состоянием от этого места. — Это просто неприлично.

Я слегка расслабляюсь, но полностью отпускать ситуацию не хочу.

Мы подходим к корпусу — к тому самому с исчезающим этажом.

Поднимаемся на второй этаж.

— Борис Васильевич! — встречает нас секретарша. Тут же узнает моего наставника. — Геннадий Егорович не может принять вас. Его нет на месте.

— Нет, Геннадий Егорович меня обязан принять. — Спокойно возражает Кошкин. — Вне зависимости от его желания и возможностей, Алла Петровна. И да, здравствуйте.

Я тоже здороваюсь с сухопарой женщиной лет за шестьдесят. Та просто не обращает на меня внимания. А вот в фоне, с удивлением чувствую, что она боится. Причем и Кошкина, и своего ректора. Он, кстати, тоже в соседней комнате — чувствую-то я сигнатуры замечательно. Вся Академия для псионика совершенно прозрачна.

Что там происходило при последней встрече двух магов я не знаю, но кажется, условностями арены они себя не утруждали.

— Он не может отказать, — повторяет Кошкин. — Алла Петровна, посмотрите в документы, мое прошение было было подано в установленные сроки, зафиксировано императорскими служащими, ректор не может меня не принять. Или, хотя бы ректорат обязан предоставить документальное заключение. Сроки сегодня истекают. У вас нет вариантов, иначе я буду вынужден обратиться в императорскую службу контроля при Министерстве всеобщего образования.

Алла Петровна морщится, словно съедает лимон за минуту.

— Ждите, — бросает, и тут же ныряет в дверь к ректору

Из-за двери не слышно ни звука.

— Они вас не ожидали, Борис Васильевич?

— Ожидали, ожидали Максим. Просто они заинтересованы в том, чтобы я спор не выиграл, поэтому тянут до последнего. Но у меня в запасе еще очень много времени. Нам с вами повезло, поэтому тянуть они больше они не могут, иначе спор будет выигран нами автоматически. Клятва произносилась при свидетелях. В общем, им невыгодно и мелочиться. Думаю эта ситуация — перегиб на местах, не более того.

— Хорошо, — спокойно устраиваюсь на стуле.

— Сомневаюсь, что ректор пойдет на хоть какие-то нарушения. — слегка усмехается наставник. — Максим, даже не переживайте, на вас это никак не должно отразиться. Ваше участие в этом перфомансе заканчивается, как только вы становитесь студентом этого богами забытого заведения.

— Проходите! — недовольно выныривает из двери Алла Петровна. — Ректор вас ожидает.

Иду вслед за наставником.

В кабинете нас встречает неприятного вида худощавый дядька. Возраст его примерно такой же как и у Кошкина. Для ректора такого заведения крайне небольшой. Дядька сидит за массивным тяжёлым столом, но при нашем появлении поднимается. Улыбается криво, почти насмешливо:

— Борис, ты всё-таки решил вернуться? Нашёл в себе силы?

— Если на совести ничего не лежит, — спокойно парирует Кошкин, — почему бы и не вернуться? Привет тебе, Гена.

— Значит, смог выполнить условия своего… гейса? — снова кривится ректор.

Глава 15

— Смог, смог, — кивает Кошкин. Добавляет. — Гена…

Проходим в кабинет, и за нами закрывается дверь.

Ректор садится сам, жестом приглашая присесть на стулья напротив. Сцепляет руки под подбородком, словно бы отгораживаясь, и внимательно смотрит на наставника.

Мужик откровенно боится Кошкина. Мне это в поле прекрасно видно. Внешне же что один, что второй совершенно спокойны.

Тихо сажусь в кресло рядом. Интересно.

Мой же наставник состояние ректора точно понимает, и учителя это откровенно забавляет. Думаю, что тут играет прошлое. Словно бы эти двое заканчивают давным давно начатый разговор. И, судя по реакции окружающих, начало разговора не было мирным.

Ректор на самом деле боится, но в то же время, с ноткой обреченности. То есть несмотря на последствия, будет стоять на своем.

Наставник прекрасно чувствует страх ректора. Но так… отстраненно. Потому что сам предмет разговора ему на самом деле безразличен. Разве что, кроме момента, когда Геннадий говорит об исполнении гейса. Тут внимание Кошкина к разговору резко возрастает.

Мысли Кошкина окрашены легким беспокойством за Рыжую. И их личными взаимоотношениями. Вопрос Академии для него вторичен. Это заметно.

— Ты, поди, еще и восстановиться хочешь? — хмурится ректор.

— Да, хочу, — спокойно соглашается Кошкин. Демонстративно оглядывается. — И ведь никого рядом, Гена. Представляешь? Ни жандармов, ни подготовленных свидетелей. Впрочем, на самом деле, опустим это. Дело прошлое, и не нужное.

— Хм. Это угроза? — внутренне беспокоится ректор.

— Где? — слегка удивляется Кошкин. Потирает переносицу. — Нет, конечно. Так, неправильно мы как-то начали. Давай снова…

— Но место ректора теперь не вакантно, ты же понимаешь? — настаивает Геннадий.

— Ген, ты меня, наверное, неправильно понял. Мне место ректора даже в страшном сне больше не нужно. На мне сейчас Род повиснет, и вообще не до карьеры будет. А вот место преподавателя — заберу.

— Совсем не нужно? — снова уточняет Гена.

В фоне прекрасно видно, как в приемной, отчаянно трусящая секретарша создает какую-то непонятную суету. За пару минут, вряд ли больше, там образуется группа из трех человек. Один очень сильно удивленный, это скорее всего девушка, и двое обычных магов. Вот от этих ощущения несколько иные. Они скорее ожидающие такие, словно ребята готовы к неприятностям. Видимо, это что-то вроде группы поддержки.

— Совсем-совсем. Пять лет назад я был молодой и глупый. Сейчас я все еще молодой, но уже немного умнее, — слегка усмехается Кошкин. — И становление ректором этого заведения меня больше не привлекает.

— Почему? Позволь поинтересоваться, — тоже с легкой дозой яда спрашивает Геннадий.

Учитель слегка, но как-то грустно, улыбается.

— Ген, ты когда последний раз в бою был?

Ректор слегка морщится.

— Причем здесь это, Борь?

— Тогда ещё один вопрос: а когда ты в последний раз занимался магией для удовольствия? Потому что хотелось. Потому что придумал что-то новое, а? — снова уточняет Кошкин.

Геннадий Егорович жует губами.

— Да времени не хватает… — внезапно оправдывается.

— Вот, и я про это. Сейчас говоришь — времени не хватает. Потом — жизнь прошла. Ген, я на место ректора не пойду даже если будешь настаивать. А уж бороться за него — тем более из разряда невозможного. — Оборачивается ко мне. — У меня есть ученик. Познакомься — Максим. Сдал экзамен, твоим, между прочим, преподавателям. Так что даже оспорить не сможешь. Результаты экзаменов уже направлены в Министерство. Так что тут я прикрылся. Нет, Ген, ты меня восстановишь. И парня возьмёшь. И гейс мне закроешь.

— Судя по бумагам, он о магии узнал только полгода назад, — замечает ректор.

— Значит, всё-таки бумаги ты его смотрел! — чуть усмехается Кошкин.

Геннадий Егорович бросает на меня взгляд.

— Смотрел, — признаёт ректор.

— Тогда в связи с чем это странное представление у дверей?

— Кто знает? А вдруг бы ты сдался? — пожимает плечами ректор.

— Я тогда не сдался, когда ты был сильнее меня на ступень. И сейчас не сдамся — мы как минимум сравнялись. А может быть, я уже и перегнал тебя. В силе магии — как минимум мы равны, а в опыте — я тебя уже превосхожу с большим отрывом, Ген.

Кошкин явно получает удовольствие от лёгкого хождения по грани, но границ не переходит. Ректор может быть неприятным противником, если вдруг что. Да и просто потом в его силах с запасом доставить мне неприятностей. И наставник это понимает.

— Ну попытаться я все же должен был.

— Действительно. Но, знаешь, Гена, мы каждый пошли своим путём. Тогда было — тогда. Сейчас — это сейчас. Мне нет дела до власти. Перегорел. Менять образование — тоже не хочу, перегорел опять же. Хотите учиться по-старому — ваше право. Никого в светлое будущее я больше не тяну.

— Повзрослел ты, Борь, — кивает ректор.

— Может быть. Но скорее — поумнел. Сейчас я сам выбираю себе учеников. Надо сказать, если бы не обстоятельства, я бы здесь оказался немного раньше. Но рад, что всё сложилось как сложилось.

— Ладно, ты прав. Парня твоего я смотрел. — Ректор лезат в стопку бумаги и достает папку. Открывает. — Результаты у преподавателей уточнял. И даже с каждым поговорил, чтобы понять, как сдавался экзамен.

Ректор поворачивается ко мне:

— Максим?

— Да, добрый день, — отвечаю. Разговор у наставника с ректором начинается как-то вдруг, и поздороваться я не успел.

— Добрый-добрый. Ты, в самом деле, создаёшь артефакты волевым способом?

— Да, создаю, — соглашаюсь. — Я пока не очень понимаю, почему это так удивляет людей, но да — могу.

— Почему удивляет? А тебе твой наставник не сказал? — Чему то улыбается ректор.

Обмениваемся с Кошкиным взглядами.

— Ну, теперь уж сказал «а» говори «б», — вздыхает Борис Васильевич. — Я не хотел говорить, пока он не наработает навык. А сейчас уже не важно.

— Не ожидал от тебя такой терпеливости, — ректор переводит взгляд на меня. — На моей памяти ты второй артефактор, который может это делать. Первый уже давно не с нами — о нём остались только исторические данные. Именно поэтому сейчас артефакторы знают, что это возможно, вот только никто не может повторить. Либо не находят свой материал, либо… хотя подожди-ка. У меня в записях было: ты тоже работаешь с ньямалем?

— Да, — подтверждаю.

— Вот и твой предшественник работал только с ним. Может быть, всё-таки дело в металле, а не в пути? Но даже несмотря на это, артефакты из ньямаля никто до тебя повторить не смог. Сейчас — может быть.

— Существуют артефакты из ньямаля? — удивляюсь.

— Ну а ты думаешь, почему они такие дорогие? Конечно. Их немного осталось. Сейчас с ним работает очень мало мастеров, потому что стандартным способом артефакты из ньямаля почти не получаются. Известно порядка сотни настоящих артефактов — это то, что оставил твой предшественник. Остальное — жалкие поделки. Так что да, добро пожаловать в Академию.

— Интересный подход, — удивляюсь.

— Ничего интересного. Но то, что ты второй, кто работает с этим материалом, говорит именно об этом.

— А почему он такой дорогой тогда?

— Потому что, теоретически, исходя из выкладок, для артефактов этот материал подходит лучше всего. Исходя из проводимости, и существующих артефактов. Только вот работать с ним ни у кого не получается толком. Кроме того он лучше серебра проводит магию. В амулетах каналы из ньямаля позволяют создавать напряжения в нужных зонах почти без потерь. Это материал с идеальной проводимостью магии. Проблема в том, что почти никто не может его заставить работать именно как основу под артефакт. Точнее не мог.

Информация неожиданная. Я задумываюсь. Все пси-активные материалы, с которыми сталкивался раньше, были в Гнёздах — кости, металл. Остальные — довольно пассивны. А тут… несколько сотен лет торговли?

— Понятно. Спасибо. — Задумываюсь.

— Да ничего, обращайся. Просто твоё присутствие здесь у многих вызывало неприятие. Из-за желания твоего учителя, в своё время, занять пост ректора. Пока мы не поговорили, твоё обучение и амбиции Бориса были на разных весах.

— Ген, давай сразу один момент обсудим, — вклинивается Кошкин. — Моему ученику нужны будут ежемесячные каникулы. Не знаю, по сколько дней. По десять, может. Он должен иметь возможность уезжать.

— Ничего сложного, Борь. В наше время нельзя было. Но сейчас — модульная система. Ты в лицее должен был это почувствовать. Сдал модуль — гуляй. Хоть годами не появляйся. Главное — своевременная оплата.

— Интересно. Многие пользуются? — удивляется наставник.

— Да нет, большая часть старается выучиться побыстрее. Всё-таки образование у нас недешёвое, и привязана оплата к годам, а не к модулям, — усмехается ректор.

— Я бы хотел пару моментов уточнить, — говорю.

— Да? — с заметным удивлением поворачивается ко мне ректор.

— Скорее всего, в ближайшие полтора года со мной будут поступать ещё члены моего Рода. Порядка двенадцати человек. Есть какие-то ограничения?

— Нет. Платите — учитесь. Обычно рода посылают одного-двух на обучение, а дальше учат сами. Подожди, у тебя в Роду уже двенадцать магов?

— Больше. Но двенадцать — те, кто будет учиться здесь. Остальные — возможно, позже, но это не факт.

— Так, минуту… — ректор сверяется с документом. — Парень, который полгода назад узнал о магии, до этого ничем не отличался, и даже…хм, это будет слишком грубо. В общем, ничем не примечательный — становится во главе Рода, в котором больше двенадцати магов?

— Нет. Со мной — тринадцать. Сейчас чуть больше, потому что в наёмном контракте ещё один человек. Плюс ребята, которые обслуживают дирижабль. — Считаю вслух. — Я, итого четырнадцать. Скорее всего, ещё человек пять примем.

— Отстал ты, Ген. Отстал. Не следишь за Императором. Ты ничего не слышал про Род Рысевых?

— Нет. — С легким раздражением говорит ректор.

— Над же, и ни одного скандала не было? — наталкивает на нужную мысль. — Здесь, в Столице? Связанного с Императором?

— Кроме того, что он прогнул Думу под себя — нет. — Ректор вдруг замирает. — Стоп. Так ты тот самый — основатель боярского Рода?

— Да.

— А вот это, конечно, неожиданно. Но, если честно, ты меня удивил, Боря, дважды. Сначала — полным отсутствием карьерных амбиций. Потом — этим, — ректор качает головой. — И вы, молодой человек… тоже. — переходит на «вы» незаметно для себя ректор. — Но я очень рад, что вы будете здесь учиться. Это неожиданно, но с интересом буду следить за вашим ростом.

Ректор слегка расслабляется и откидывается в кресле.

— Ладно, хрен с тобой, Борис. Если я тебя оставлю преподавателем теормагии — чему будешь учить студентов?

— Я буду учить их по стандартной программе. Всё, что считаю нужным добавить — будет факультативом. Но на факультативе я настаиваю.

— Ради богов, — ректор расслабляется. — Не вижу препятствий. Должность преподавателя теории — твоя. Забирай себе четвёртый, пятый, шестой курсы.

— А что, на первых курсах теперь её нет?

— Есть, но у нас там другой преподаватель. Он всё плакался, что не успевает, — усмехается Геннадий Егорович. — Теперь будет счастлив.

Я чуть удивляюсь такому идеальному повороту.

— У меня, как ты видишь, работы только прибавляется, — ректор откидывается в кресле, бросая рукой в сторону стола, заваленного бумагами. — Да, Борис, ни разу за последние четыре года я не смог позволить себе то, о чём ты говорил. Ни боёв, ни дуэлей, даже учебную дуэль — и ту себе не могу позволить. У меня банально нет времени.

— Ничего, Ген. Я тебя подтяну, — предвкушающе говорит Кошкин. — И никуда ты от меня не денешься. А то как-то даже стыдно — бывший противник, и такой слабый. Так не должно быть, Ген.

Глава 16

— Всё, времени больше совсем нет, Борь. — неожиданно с легким сожалением реагирует ректор. — Обратись к секретарю, она вызовет проректора. Хотя, скорее всего, уже вызвала. — Снова встает из-за стола. — Борь, я ожидал разного от нашей встречи, но не такого. Рад что ошибся.

— Ошибки бывают разные, тут ты прав, — философски замечает Кошкин. — Просигнализируй своим, что мы выходим, и нет необходимости караулить нужный момент.

— Уже, — смущенно признает существование сигнальной сети ректор.

А я то думаю, почему две спокойных, на все готовых сигнатуры, так же спокойно снимаются с места и уходят обратно на первый этаж несколько минут назад. Не заметил сигнальной проводки. С другой стороны, в той мешанине магических нитей в стенах можно спрятать многое, почему нет?

А вот удивленная девушка — остается. Скорее всего, это та самая проректор и есть.

Встаем и прощаемся. Приёмная встречает нас тишиной. Проректор сама поднимается нам навстречу.

— Борис… Васильевич, здравствуйте, — с небольшой паузой перед отчеством приветствует наставника красивая женщина в строгом костюме. Похоже это тоже знакомая Кошкина. Это неудивительно.

— Марина… Леонидовна, — с лёгкой полуулыбкой отвечает наставник. Чувствуется, что здесь он почти как дома. — Вы уже проректор, растёте.

Девушка чуть-чуть улыбается в ответ:

— Да, Борис Васильевич, я уже проректор, помогаю Геннадию Егоровичу в его тяжёлой работе.

— Это прекрасный рост. Поздравляю с этим. — Усмехается наставник. Думаю за этой встречей стоит несколько больше, чем оба человека готовы сейчас показывать. Но можно догадаться, так как в фоне дамы очевидная симпатия, легкое чувство вины, и небольшое удивление. Тем более проректор примерно возраста Кошкина, так что учились, получается, они примерно в одно время. Не очевидно, но похоже на то.

А вот учитель спокойно расстается с мелькнувшим сожалением при виде барышни. На смену быстро мелькнувшей эмоции тут же приходит доброе такое безразличие.

— Пойдемте? — слегка вопросительно уточняет дама. Теперь она приглашает уже всех.

— Конечно, — следует за ней Кошкин. Я иду за наставником.

— Сначала новому ученику следует зарегистрироваться в охранной системе Академии. Постольку поскольку ученик поступает к нам не в составе большой группы, то и регистрироваться ему придётся в кабинете охраны.

Проходим на первый этаж как раз к тем самым товарищам со спокойными сигнатурами. По пути я обращаю внимание насколько зачарованы стены Академии. Например, идем по коридорам заведения, но при этом не встретили ни одного светильника. Проследив за плетениями понимаю, что слегка светится потолок. Сейчас он выравнивает свет до обычного дневного, и это почти не заметно. Только если приглядываться очевидно. А ведь в этом конструкте должны присутствовать и анализ освещения и его плавная регулировка по всей длине этажа. И это просто одна из мелочей.

Тоже самое касается отопления, например. Некоторые куски плетений в стенах я узнаю — а они как раз похожи на тот конструкт обогрева, который я в свое время запоминал.

Двери, опять же, раскрываются либо при приближении, либо при касании проректора. Мы, когда шли сюда, открывали сами. То есть, тоже мелочь про пункт свой-чужой, но мелочь говорящая.

То есть, Академия, ну или как минимум главный корпус, больше похожа на один цельный артефакт, наверняка с возможностью доработки. Просто потому, что некоторые плетения отличаются и по стилю и по глубине залегания. То есть делали в другое время.

Доходим до комнат охраны. Система пропускает нас без звука. Те же охранники на наше присутствие практически не реагируют — провожают нас равнодушными взглядами. У них свои задачи, которые они выполняют.

Пятёрка магов находится спокойном, но постоянно ожидающем состоянии. Словно они пожарные, в ожидании работы.

Как раз узнаю пару сигнатур, которые сопровождали проректора пять минут назад.

В общем, как я и думал, в Академии существует группа быстрого реагирования. Но это и логично, очень много магов, очень они молодые, сильные и взрывные. Для их контроля нужна сопоставимая сила, это нормально.

Проходим ещё буквально пару кабинетов вглубь здания, подходим к большой колонне, пронизанной тысячами нитей конструктов. Судя по тому, что я успеваю увидеть, к этой колонне подходят далеко не все нити в Академии, так что основным управляющим артефактом это не назвать — так, терминал, не более.

— Приложите сюда свой ученический браслет, — указывает проректор на углубление.

Прикладываю. Происходит примерно то же самое, что и в воротах Академии — меня буквально сканирует тонкими нитями охранной системы. После чего сканирует Кошкина. К чему-то подобному я как раз и готов, занимает процедура меньше секунды, но в ускорении уловить это успеваю.

— Ну всё, теперь вам в целительскую, — указывает нам направление проректор. — Вам, Максим, в целительскую. — Уточняет. — А вам, Борис… не знаю, вы же здесь теперь преподаватель, наверное. Представьте свой план обучения на ближайшем собрании преподавателей, мы его утвердим, и выделим кабинет. Там и начнете работать.

— Мой старый — занят? — спокойно уточняет наставник.

— Конечно. — Подтверждает проректор. Улыбается. — Вы ожидали иного?

Кошкин слегка покачивает головой.

— В целительскую Максима проводите? — Спрашивает Марина Леонидовна.

— Провожу, провожу, Марина, даже не сомневайтесь, — с улыбкой кивает наставник. — Если она не сменила своего местоположения.

— Не сменила, Борис. — Тоже переходит на личный тон проректор. — Всё осталось, как было при тебе. Я вас тогда оставлю. Система охраны теперь пропустит.

— Безусловно, госпожа проректор. — Улыбается Кошкин. — Ещё увидимся.

Проектор кивает и очень быстро уходит.

— Ну что, Максим, пойдёмте ставить вам печать. Без печати студентам в государственных заведениях — никуда.

Пожимаю плечами.

Печать ожидаемо ставят за пару минут.

Собственно, я уже переживал подобное, просто сейчас точнее настраиваю похожий конструкт у себя между лопатками. Точно также создаю ложные точки контакта, контролируемые мной. Но сейчас мне это сделать намного проще — опыта больше, и точек внимания больше.

Медицинскому целителю, что работает в академии, на меня сейчас глубоко наплевать. Дел и без меня, похоже много — поле показывает, что стационар на самом деле сейчас переполнен. Заняты все койки, то есть порядка двадцати человек, которых целитель поставить на ноги сразу не может. А это говорит о серьёзных повреждениях. Обычно целители с большей частью травм справляются чуть ли не на коленке и сразу. Вряд ли целитель в Академии не может сделать Высшее исцеление или ещё что-нибудь той же сложности. Значит, скорее всего, у людей на койках есть какие-то хитрые повреждения. Не обязательно телесные, но может быть какие-то тонкие повреждения, которые вылечить Высшим исцелением, например, невозможно.

Может быть, еще сил у неё не хватает на всех, кто на койках. Пациентов которым нужно серьезно помочь, значительно больше, чем сил целительницы. Косвенно об этом говорит тот факт, что сейчас ещё даже не поздний вечер, а она практически измотана.

Вообще, если прикинуть, двадцать человек, которые сейчас лежат в стационаре — это примерно от трёх до пяти процентов всех учащихся в Академии. Довольно много, так то. Большой процент — каждый двадцатый получается. Всё-таки не зря озаботился своей личной безопасностью. Хотя, может быть, это последствия неудачных экспериментов… Посмотрим, но выяснять сейчас этого не буду. Целитель выглядит уж слишком неконтактной на данный момент. Дел, похоже, хватает и без меня.

Девушка вообще не удивляется нашему появлению. Слегка удивляется разве что появлению Кошкина. Видимо, она его тоже некоторым образом знает.

Наставник остаётся у двери. Целитель жестами показывает садиться, снять рубаху.

— Садись, садись, студент! — дублирует словами, когда уже берет жезл.

— Не в первый раз уже, — киваю.

— Ну да, не в первый, вижу. — Соглашается целитель. Отработанным и даже каким-то уставшим движением ставит мне печать. Всё занимает буквально пару минут, что, в общем-то, и хорошо.

— Всё, проваливай. Я очень надеюсь тебя не увидеть в ближайшее время. Хотя, конечно, надежда — глупое чувство. — Пессимистически вздыхает барышня.

Быстро одеваюсь и выхожу.

— А часто здесь так? Девушка-то устала. — интересуюсь, шагая рядом с наставником. Выходим из целительского крыла.

— Не знаю, — говорит Кошкин. — При мне целители работали посменно, их было двое. Так что не знаю, с чем связано присутствие всего лишь одного целителя в приёмном покое.

— Нет, их на самом деле двое. Просто вы же помните, что я могу ощущать пространство довольно далеко?

— Да, конечно. Хороший навык, на самом деле. — Кивает учитель.

— Так вот, там больше двадцати человек в стационаре. Второй как раз с ними, — уточняю.

— Интересно, — бросает на меня быстрый взгляд Кошкин. Но интересно ему не число учеников. — Даже сквозь стены?

— Даже сквозь стены, — пожимаю плечами.

— Не знаю, что здесь происходит. В моё время такого наплыва посетителей в крыле не было. Обычно три, ну пять человек, это предел. Чаще всего неконтролируемые дуэли или излишнее любопытство.

— А пострадавших от взрывов сюда не могли привести? — приходит мне определённая мысль.

Кошкин задумывается.

— В принципе, могли, если их там настолько много, что переполнены больницы. Здесь всё-таки очень хорошие целители всегда работали, поэтому вполне может быть это и не студенты вовсе.

— Хм, а уточните, что за неконтролируемые дуэли и причем тут излишнее любопытство? — интересуюсь.

— Студенты же. Подавай им тайну. Договариваются о дуэли в полночь где-нибудь в неожиданном месте, и вот. Группа реагирования не успевает к началу, и получается разное. А ведь есть и дуэльный кодекс, и дуэльные арены… Нет, в голове у студентов часто слишком затейливые представления о чести и достоинстве. А так как печати Академии отличаются от лицейских, они дают больше свободы студентам, то и повреждения могут быть самыми неожиданными. Ну а книжники лежат…

— А почему книжники?

— Ну, потому что основные эксперименты, приводящие к странным серьёзным травмам, которые быстро не лечатся, проводят, в основном, студенты углубленного теормага, исследователи аномалий и, иногда артефакторы, но значительно реже. Все — книжники. Все занимаются переложением идей на язык конструктов, совмещением нескольких стихий или понятий. Иногда это приводит к неожиданным результатам. Как вы могли видеть по этажу в этом здании.

— Кстати да, на этот этаж я хочу посмотреть, — усмехаюсь, вспоминая увиденное.

— Посмотрите еще. Уверен, что лаборатории так и не переносили. Там они и находятся. Вот у этих товарищей результаты бывают иногда очень непредсказуемые, часто сложно вылечиваемые стандартными средствами, — хмурится Кошкин. — Ладно, Максим, предлагаю двигаться дальше. Нужно закрепить выделенное вам жильё в общежитии, оно собственно рядом, — указывает направление Кошкин. — А потом в город, посмотрим адреса, что мне дали для вас.

Общежитие сильно удивляет — три комнаты: спальня, гостиная и рабочий кабинет. То есть фактически тот же набор, за который я в лицее доплачивал, здесь предоставляется просто так, по умолчанию.

— Неплохо тут живут студенты, — присвистываю я, осматривая комнаты.

— Это правда, император не экономит на будущих магах. Но почему нельзя остановиться только на этом жилье? Сами догадаетесь? Даю подсказку, вашим вассалам — можно. Давайте, попробуем, — с легкой полуулыбкой предлагает Кошкин.

Глава 17

— Конечно, наставник, — соглашаюсь. Ну а почему бы и не проверить свои догадки?

— Ну, смотрите, Максим, — не дожидается моих слов Кошкин. — Для начала, кто учится в Академии? А кто учился в нашем лицее?

— У нас, в основном учились дети из боковых ветвей и, соответственно, слабые маги из различных слоёв населения.

— Всё правильно.

— Кто учится в Академии? — продолжаю я размышлять. — Она одна на Империю. И дает что-то вроде углубленного образования.

— На самом деле их две, но вы правы, Максим, мало кто получает предложение посещать Тобольскую Академию. И те, кто там учился, о ней не говорят. Так что да, из размышлений вы ее правильно вычеркнули. Еще учтите, что большая часть мещан или крестьян идут по военному направлению — просто исходя из долгов к концу обучения, а там свои контракты.

— Хорошо, — киваю на слова Кошкина и продолжаю. — То, в общем, из всех лицеев остается не такая уж и большая выборка.

— Давайте, делайте следующий шаг. Кто учится здесь?

— Ну, получается, что дети дворян, дети из сильных Родов, или очень богатых людей — разгадываю я несложную загадку. Тем более это вроде бы даже загадкой не было никогда, а подразумевалось ценой за год обучения.

— Правильно, еще можете добавить талантливых целителей, это тоже отслеживает Империя, но вы об этом знать не можете, — кивает Кошкин. — А теперь сделаем ещё один шаг. Наш лицей в Смоленске-2 всем хорош, кроме одного — он глубоко провинциален.

— А здесь у нас Академия, — подхватываю, — которая находится рядом с Императором, и это столица. То есть, здесь в том числе учатся наследники влиятельных Родов Империи.

— И какие мы выводы из этого делаем?

— Какие?

— Жить в общежитии можно. Оставаться ночевать, девушку сюда водить, например, если она у тебя из студентов появится, или работать в этом месте, если удобно — никто даже полслова не скажет. Но что делают все наследники хоть сколько-нибудь влиятельных Родов? Всегда на дни рождения, на большие праздники и вообще в произвольном формате… — Задает вопрос Кошкин. И сам на него отвечает. — Да, устраивают приёмы. Это является неочевидным маркером. Можно этого не делать, но и относится к вам как к равному — тоже не будут. В лучшем случае, как к полезному дворянину, несмотря на весь ваш статус. Конечно же, этот маркер — один из множества, но с остальными вас обязательно подтянет Эльвира Леопольдовна. Она отслеживает в том числе и их изменения во времени. А устроить приём в трёх комнатах? Ну, сами понимаете, Максим…

С сомнением оглядываю помещение.

— Да, соответственно, вам нужно место. Потому что приёмы вам устраивать придётся. Вы можете это игнорировать. Никто вам ничего не скажет, но относиться будут как к мещанину. Это практически невозможно изменить, — серьёзно говорит Кошкин. — Можно быть очень сильным магом, но при этом практически не взаимодействовать с обществом, в этом ничего плохого нет, но если вы хотели бы оставить себе больше степеней свободы, больше выборов — то стоит учитывать сложившиеся традиции.

— Я понимаю, если уж пришёл в их общество, то постараться хотя бы узнать его устав.

— Да, да, хорошо сказали, именно так. Не обязаны его уставу следовать. Но если у вас цели чуть большие, чем личное самосовершенствование… И даже оно может быть усложнено, но мы этого коснёмся чуть позже.

— Как это? Каким? Что от меня может не зависеть? — удивлённо приподнимаю брови.

— Все Пятна находится под контролем сильных Родов. В некоторых появляются странные ресурсы, которых нет больше нигде. И иногда именно эти ресурсы могут быть важны для вашего личного роста, — пристально смотрит на меня Кошкин. — Ну и, соответственно, сами понимаете, как-то придётся договариваться. Можно за деньги, но некоторые вещи за деньги вообще не купишь.

— Например, какие?

— Ну вот, например, есть небольшой старый Род, у которого очень маленькое Пятно, вообще мизерное. Там всего километра четыре оно в диаметре. Ни одной аномалии, очень красивый кусочек чуждого леса. Только вот в этом Пятне, почти в центре, растут три яблони. На них каждые десять лет созревает по паре яблок.

— То есть шесть фруктов в десятилетие?

— Смешно, Максим. Но да, шесть…фруктов. Яблоко омолаживает на двадцать лет, применять можно один раз. Как ты думаешь, дружат с этим Родом?

— Я думаю, сначала должны были попытаться отобрать пятно, — скептически хмыкаю.

— Это ты прав, отобрать хотели. Но, как ты понимаешь, они озаботились тем, что в случае, если погибает последний член Рода, эти яблони не достаются никому.

— Ну да, это логично. Я бы тоже так сделал, — киваю, оценив предусмотрительность семьи.

— Ну вот именно поэтому они себя чувствуют достаточно уверенно. Потом будет нужно, расскажу тебе про них более предметно, но сейчас пока это не важно.

— И что, сильно омолаживает?

— Омолаживает. На уровне великих целителей, но только один раз. — слегка усмехается наставник. — С учётом того, что к великим целителям очередь стоит на годы вперёд, сам понимаешь, старые главы Родов готовы на многое, чтобы получить такое яблочко. Другое дело, что яблок мало, и от болезней они не спасают — они только омолаживают организм.

— То есть это внешний эффект?

— Не совсем внешний. В основном, как я понимаю, омолаживается каркас и мышечная ткань, кожа, вот это вот всё.

— А более серьёзные вещи? — интересуюсь. Все же силу некоторых эликсиров я узнал на себе, почему бы не существовать подобным ресурсам?

— Это всё-таки к великим лекарям. Они практически со всем могут справиться. Некоторые из них живут уже очень-очень давно.

— Интересно, действительно интересно, — задумчиво произношу я.

— Но это просто мелочь, — улыбается Кошкин. — Я рассказал это просто как пример. А ведь есть ещё и просто социальные связи. Вы основали боярский Род. С точки зрения силы вы заявили о себе сразу же очень серьёзно, и по-хорошему это бы неплохо так и поддерживать. Другой человек так заявить о себе попросту не сможет. Так что совершенно небольшие средства, которые можно вложить в приёмы, могут дать вам всё-таки больше возможностей в самом обществе. — аккуратно подбирает слова Кошкин.

— Я понял, Борис Васильевич. На самом деле, эта часть жизни абсолютно не актуальна была.

— К сожалению, Максим, в ближайшее время она будет уже актуальна. Потому что в первый же месяц от вас будут ждать каких-то действий, — покачивает рукой наставник. — Вы ничего не делаете, соответственно — мещанин. Это становится вашей визитной карточкой, мнение сложно изменить.

— Хорошо, я понял, Борис Васильевич. — киваю я. — Просто не думал, что мне придётся с этим столкнуться так рано. А устроить прием в общественном месте, например. В том же ресторане?

— Как раз к вопросу о маркерах. Будут считать, что вы хотите делать вид, но не являетесь. Понимаете разницу?

— Да, безусловно. Но я и не являюсь, — хмыкаю. — Но идею я понял, наставник. Благодарю.

— Ну, для этого я и нужен большей частью, чтобы эти неочевидные моменты вам помочь увидеть. Не только в магии, но и в жизни. — слегка улыбается маг. — Ну, я вам скажу сразу, что если мы не найдём приемлемый вариант жилья в ближайшее время. То, в принципе, вы сможете воспользоваться моей родовой городской усадьбой. Поскольку вы мой ученик, это никем не будет порицаться. Только мне нужно вступить во владение. Это небыстрый процесс.

Выходим из Академии и садимся в поджидающий нас мобиль.

— Сегодня нужно посмотреть на три адреса. К сожалению, делегировать мы никому не можем. Да и это быстро. Хорошо?

— Конечно. А почему три адреса?

— К сожалению, в том квартале, где было бы идеальным иметь свой дом, сейчас сдаются в аренду всего три адреса. И ни одного не продаются. Было бы больше — я бы слугу отправил сначала взглянуть, а так — мы сами справимся и не будем затягивать.

Кошкин даёт несколько указаний Степану, и мы двигаемся, в сторону того самого богатого района. От Академии он оказывается относительно недалеко.

Проезжаем практически дворцы, почти все за невысокими или ажурными заборами. Везде есть парки, той или иной степени ухоженности. Везде дома стоят вглубь от дороги.

Попадаются усадьбы по виду и нежилые совсем.

— Извините, Борис Васильевич, здесь могут быть заброшенные дома? — интересуюсь я, разглядывая очередной тёмный особняк.

— Нет, Максим, заброшенных домов здесь не может быть в принципе. Как только представители Рода знают, что они здесь не появятся, то дом консервируется с помощью магов. И усадьба очень долгое время может стоять сама по себе, — уточняет наставник.

— Спрашиваю, потому что здесь во многих домах практически никого нет.

— Это бывает. Влиятельные рода обычно сидят в своих вотчинах. Здесь у них либо представители, либо когда собирается Боярская дума, собираются какие-то министерские совещания или каникулы, например. Только тогда они здесь появляются. Всё-таки вотчина — это более укреплённые земли, чем усадьбы внутри города. Здесь всё-таки есть определённые рамки, за которые нельзя заходить. Вот у себя на земле можно творить всё что угодно, поэтому там представители старых Родов себя чувствуют свободно — там каждый камень будет биться за них. Вы могли это увидеть у меня в поместье. И то, я совсем недолго зачаровывал территорию, меня ещё и не было несколько лет. А представьте Рода, которые на своей земле живут сотни лет и больше. Что там у них на территории — только они сами и знают.

— Понятно. Поэтому здесь много так вроде как покинутых домов, — оглядываю пустые особняки.

Да, — соглашается Кошкин.

Первый же адрес сильно разочаровывает.

— Вот этот мы, наверное, даже смотреть не будем, — морщится наставник.

На самом деле дом очень похож просто на небольшой гостевой домик. То есть это одноэтажный трёх-четырёхкомнатный дом, очень милый, но для моих целей вообще не подходящий.

— Скорее всего, кто-то из владельцев соседних усадеб выделил участок в арендное владение, — усмехается Кошкин. — Кстати, о маркерах, такой способ заработать на грани приличий — это же родовая земля, этот лен делиться не может. Но вот так обходят ограничения, это тоже способ подзаработать. Едем дальше.

Интересно, но в какой-то момент… Хм… Разминаю руки и стараюсь запомнить место, которое проезжаем.

Объезжаем все три предложенных дома для жилья, и все три не подходят под мои цели. Жаль, конечно, но они либо маленькие, либо крайне неудобные.

— Довезёте меня до канцелярии? — спрашивает слегка расстроенный наставник. Видимо он все же рассчитывал на этот район.

— Да, конечно, — киваю, и мой провожатый тут же меняет маршрут. — Борис Васильевич, а я же могу подойти к этому вопросу формально? Не так ли? Не все же Рода, кто присутствуют в Академии, имеют дома в этом районе? Здесь их не так чтобы много. А с жильцами студенческого возраста я вообще видел только четыре по всему пути.

— Да, скорее всего, вы правы, так и придется поступить. Я наведу справки. Хотелось, чтобы ваше жилье решало сразу несколько проблем. Но раз не получилось, подойдем к вопросу чуть более формально, как вы и предлагаете.

Степан почти уже выезжает из этого района. Повторяю мысленно путь — вполне смогу потом найти нужный мне перекрёсток. И вернуться. Просто потому, что один из домов, совершенно пустой, внезапно пробуждает моё кольцо наследника.

Глава 18

Со Степаном прощаюсь у гостиницы около богатого района. Мужик вообще не задаёт вопросов — не нужен, вот и славно. Тут же уезжает. На меня ему примерно наплевать — главное — точно выполнить порученное, а здесь к нему вопросов никаких. Он выполняет всё очень точно, даже с инициативой. Примерно так я считываю фон у сопровождающего. И меня такое отношение устраивает полностью.

Никакую гостиницу я, конечно же, не оплачиваю. Захожу за угол, и по пути погружаюсь в скрыт, да и невидимость с амулета накидываю заодно. Благо до того дома мне пройти недалеко.

Проверяю, что у меня с собой — оказывается, практически всё, ничего лишнего, но в то же время весь комплект защиты при себе. Переночевать же, как показывает прошлая ночь, спокойно могу у себя внутри пространства. Там, кстати, возможно и выспаться — никто не побеспокоит.

До нужного перекрёстка добираюсь очень быстро. Квартал, конечно, большой, но у меня нет цели посмотреть архитектуру и разные шпили. Моя цель, как показывает поле, вполне безжизненна и пуста. В нужном доме точно никого нет — буквально его обшариваю Аспектом. Множество активных конструктов, но в основном на первом этаже и снаружи. Остальной дом словно скользкий в поле. Не могу ухватиться. Скорее всего, это как раз из-за консервации, о которой говорил наставник. Вся поверхность дома словно в тонкой плёнке.

Ладно. Посмотрим, что с этим можно сделать.

Главный вход встречает меня паутиной сигналок, причём поставленных совершенно разными людьми. Так что идти через главную дверь, кажется так себе мысль. Пока это не сто́ит делать. Любая суета около дома меня только отвлечёт от цели, а значит, постараюсь не провоцировать. Обхожу поместье по кругу. Точнее, даже не дохожу до конца — небольшое дерево довольно удобно растёт рядом с оградой. Та, конечно, низкая, да и перелезть через неё не составляет проблемы, но сигналки… касаясь ограды точно задену защиту дома. Пока могу этого не делать — постараюсь и не делать. Так что — дерево, несложный прыжок, и я на территории поместья.

Подхожу к зданию. Три высоких этажа, огромные окна — думаю, в самой усадьбе должно быть светло и легко днём. Гармоничный такой дом, в виде небольшого дворца. Кажется, владельцы не экономили. Ни на стройке, ни на защите. Вокруг десятки спящих конструктов. Нет их только на главной дороге от ворот до входа в усадьбу. Тоже в чём-то логично. Добрый гость по газону не пойдёт.

Но я и не гость. — усмехаюсь про себя. Правда, кто я, пока непонятно.

Кольцо уже давно проявляется на пальце. Оно словно меня тянет внутрь. Чуть-чуть, но ощутимо.

Иду не спеша и внимательно осматриваюсь вокруг. Ловушки дома не так страшны. Есть у меня некоторое подозрение, что они на меня и не сработают. А вот по поводу сюрпризов разных гостей я уже не уверен. Кроме защиты дома, вижу десятки чужих сигналок и ловушек… Кто-то заботится о том, чтобы сюда нельзя было зайти, или нельзя было нормально выйти.

Аккуратно обхожу то, что вижу. Почти все конструкты положены так, что пройти банально не могу, не потревожив сигнальные нити вокруг дома. Да ещё и в несколько слоёв — видно, что техника выполнения совсем разная, ну отличатся конструкты друг от друга.

Неприятно, но в принципе ожидаемо. Обхожу там, где могу, вокруг здания. Грустно, но свободны от чужих конструктов только третий этаж и крыша. На уровне второго этажа вокруг дома тоже есть сигналка, а вот выше — то ли не добрались, то ли посчитали излишним — непонятно. Но там, кроме консервации, и нет ничего.

Вокруг дома свободное пространство, самое близкое дерево метрах в двадцати, так что трюк с деревом повторить не получится.

Ладно, не проходят простые решения, пойдём сложным путём. Фиксирую десяток точек внимания на земле так, чтобы не задеть паутинки магических линий. Конечно, магия для пси прозрачна, но на всякий случай.

Начинаю поднимать себя телекинезом. Технику в прошлой жизни использовал внутри помещения, да и сильнее я был на пару ступеней тогда, что уж там. Фиксировать себя по шести точкам на пространственных осях проще, чем только опираться на землю — здесь я словно выстраиваю пирамиду, на которой балансирую сам. Неприятно и сложно.

Сил тратится очень много, но на это можно не обращать внимания — на одного человека у меня кристаллов на долгие годы практики. Но всё равно, никаких мне полётов в обозримом будущем. Не раньше, чем стану псионом B-класса.

Медленно поднимаюсь в воздух. Опускаюсь на крышу. Плёнка спокойно пропускает меня. Ну это и подразумевалось. Вряд ли консервация дома будет опасна для внезапно вернувшихся хозяев. С крыши, конечно, в дом залезть будет сложно, а вот чердака вполне. Аккуратно телекинезом поднимаю защёлку.

Сомневаюсь, что хозяева дома хоть раз появлялись на чердаке. Пыльно. Пусто. Зачем он нужен, не совсем понятно, потому что здесь нет ничего, кроме слоя пыли.

Аккуратно иду по чердаку. Ищу вход внутрь дома. Темновато, так что зажигаю небольшой светляк.

Кольцо внезапно сжимается, а рядом появляется силуэт старика. Похоже, обращаться к магии не стоило — кроме сигнальной сети, видимо, что-то ещё реагирует на меня.

— Здравствуй, гость! — старикан чётко смотрит на меня. Ни скрыт, ни невидимость его не смущают.

Делаю пару шагов в сторону, но мерцающая фигура поворачивается вслед за мной.

— Ты поздороваешься или как? — спрашивает старик.

— Добрый день, — говорю, не снимая скрыта и невидимости.

— Ну вот, уже хорошо. Я вижу, что кольцо Наследника тебя приняло, — с сомнением говорит призрак. — Значит, скоро в Роду будет хозяин. Скоро возьмёшь на себя обязательства Рода?

— Пока не возьму, я даже не знаю, что за Род, — отвечаю. Присаживаюсь на балку. Наблюдать за призрачной фигурой так удобнее, а она вроде бы не агрессивна. Кроме того, совершенно не ощущается полем, словно проецируемое изображение, не более того. Сигнатуры нет совершенно.

— Но кольцо на тебе!

— Оно меня само позвало. — пожимаю плечами.

— Значит, точно приняло. Это хорошо. Гостевой доступ тебе предоставлен. В кабинеты не заходи, везде активирована защита. Доберись до управляющего кристалла, подтверди право принятия Рода кровью. Гостевой доступ предоставлен на три часа. Не успеешь — будет активирована защита, а доступ обнулен. Следующая попытка через месяц.

Выдав эту, без сомнения, важную информацию, старикан исчезает.

— Эй, эй, подожди, мужик, ты куда? — Удивляюсь. Вот вроде и признаки диалога показывал, а вроде и запись. Хорошо, теперь хоть можно спокойно идти вниз — вряд ли это был розыгрыш для неожиданных гостей.

Иду дальше по чердаку. Найденный люк отпираю телекинезом. Снимаю защёлку изнутри дома. В магическом зрении не вижу никаких сигналок или каких-то других плетений. Похоже, старикан действительно освобождает мне путь.

В стенах меня сопровождает лёгкое, буквально на грани фона оживление контуров. Всё-таки за моим движением следят. Что же, это нормально, вообще-то. Причём ни невидимость, ни скрыт, похоже, дому не мешают. С другой стороны, за мной могут следить опосредованно — ну там, давление на пол, перемещающийся объём воздуха, да ещё с десяток параметров. Просто люди такой развитой паранойей не обладают, а вот охранной системе усадьбы — по определению полезно.

Прохожу по тёмным коридорам. Не встречаю ни одного портрета. Это меня хотя бы на что-то могло натолкнуть. Но в кабинеты попросило приведение не соваться, а в коридорах довольно пусто. Коридоры на третьем максимально утилитарные. Очень дорогая обивка, но не более того. Комнат немного, но это было понятно по внешнему виду дома. Второй этаж должен быть чуть побольше, а первый этаж и того больше. Но именно на первом должны быть разные нежилые помещения, и мне, похоже, нужно искать именно дорогу к подвалу, раз об этом говорил старик.

Аккуратно опускаюсь по найденной лестнице на второй этаж.

Спокойно иду по коридору. Темно, слегка подсвечиваю себе магией путь. Всё равно, до ощущаемых мной полем десятков конструктов ещё далековато. Так что спокойно прохожу по тёмному этажу. В ровном свете светлячка оставленные хозяевами вещи бросают довольно причудливые тени. Словно живые, они сопровождают меня всю дорогу. На первом этаже оставлено довольно много всякой мелочи — и стулья не у стен, и столики с комплектами кресел встречаются в центре пространств. Разные стойки, просто оставленные коробки — в темноте понять, мимо чего я прохожу довольно сложно, а светлячок не даёт достаточно света, чтобы осветить стены. Ориентируюсь только на восприятие. Оно не обманывает, конечно, но всё же не совпадает с той картинкой, которую рисует воображение.

Огромные пространства. Думаю, когда оживает дом, здесь фантастически красиво. По крайней мере, выхваченные светом куски стен на это намекают.

Наконец, добираюсь до спуска в подвальные помещения. Всё, как я и подозревал — десятки наложенных друг на друга сигнальных нитей, настороженные ловушки, и всё это не имеет никакого отношения к охранной системе дома. Я прослеживаю за нитями — они даже не соприкасаются. Да и ставили их человека три разных — слишком оно всё отличается.

Прикидываю, смогу ли я пролезть — и спокойно отбрасываю эту мысль. Даже начинать не стоит. Пройти через это месиво попросту невозможно.

Проходит всего минут двадцать из выделенных мне трёх часов.

Запоминаю расположение магических линий и ловушек. Даётся сложно, но это всё же не конструкт — здесь всё более прямолинейно.

Вызываю портал.

— Максимальное ускорение. — выхожу на песок Арены.

Накидываю запомненное в натуральную величину прямо в пространстве Лабиринта.

— Уважаемый Хозяин Лабиринта, есть ли у вас в обучении что-нибудь по взлому ловушек? — задаю вопрос в воздух.

Сзади опять появляется голем. Я уже не удивляюсь.

— Есть кое-что. Какие конкретно ловушки тебя интересуют? — спрашивает он.

Киваю на нарисованную схему того, что я запомнил на этаже.

— Вот здесь несколько десятков ловушек, как я понимаю. Они все перекрывают друг друга, все магические. Техномагических я не видел. Может быть, просто не нашёл или не отследил. Ещё десятка полтора сигналок. Не знаю, спровоцируют ли они что-то, если задеть. Что мне можно с этим сделать? — интересуюсь я.

— С этим? — хмурится голем. — С этим ничего особо не сделаешь, можешь только активировать их и уйти, или плюнуть и уйти, или просто уйти. Смотря что тебе ближе.

— Нет, мне необходимо попасть в другую сторону, — решительно отвечаю я.

— Да, неожиданное желание. Но хорошо. Что ты от меня хочешь?

— Есть ли возможности вскрыть эту систему безопасности?

— К сожалению, ты не знаешь, какие здесь модули используются, какие настройки. Поэтому именно как систему безопасности ты её вскрыть не можешь. Её можно только обмануть, потому что, видишь, они все перекрывают друг друга. Это ставили мастера своего дела, — объясняет голем, осматривая нарисованную систему. — У меня, конечно, есть похожие наработки. Ну и наблюдал я много, но ты должен учитывать, что ко мне всё-таки попадают маги не совсем той специализации. Теоретически, сколько у тебя времени на это? — спрашивает голем.

— Не больше двух часов реального времени, то есть около десяти часов нашего, — говорю я.

— Ну что могу сказать. — разводит руками голем. — Научиться чему-то путному ты здесь не сможешь. Просто никак. Научиться взламывать магические ловушки за десять часов — это из разряда невозможного. Извини, если ты что-то другое хотел от меня услышать.

Глава 19

В принципе, если подумать, это даже логично. Маги, которые попадают в лабиринт, они всё-таки бо́льшую часть времени такими делами не занимаются. Здесь же, в общем-то, сдают экзамены и получают какую-то специализацию. То есть сильные маги здесь бывают довольно редко, и я сомневаюсь, что такие занимаются именно взломом ловушек, в принципе даже нет такой идеи. Да и не думаю, что есть какие-то экзамены по взлому магических структур…

— Ну да, понимаю, — бормочу я, расхаживая по арене. Автоматически мну в руках кусок серебряного сплава.

— Я тебе могу предложить только то, что придумал сам, — говорит голем. — Но оно совершенно непохоже на то, что ты здесь сейчас нарисовал. То есть, я создаю ловушки или ставлю сигналку не настолько заметные. Да и принцип другой.

— Так она и незаметна, просто я её вижу «другим» зрением, — возражаю я.

— Ну, скажем, в очках артефактора это же тоже увидеть можно, — пожимает плечами голем.

— Не знаю, у меня их нет с собой, — отвечаю.

— Ну вот, а взломщики всегда что-нибудь подобное имеют при себе. Это же логично. Поэтому всё-таки, здесь рассчитано либо на человека, не ожидающего подобного в коридоре. То есть на хозяина, и тогда все заинтересованные будут знать о его присутствии. Ну и, соответственно, ловушки тоже настроены именно на пришедшего возможного хозяина. В обычном зрении там какие-либо признаки есть?

— Нет, — отвечаю. — Там даже пыли нет. Чистый пустой коридор. Темноватый, но не более того.

— Ну вот, то есть здесь либо на хозяина, либо, если на других взломщиков, то там должна быть какая-нибудь структура, которая не позволяет работать только с внешними линиями сигналки. Я бы поставил что-нибудь на неизвлекаемость, чтобы нельзя было снять первый слой этой паутины, не потревожив следующий, — показывает рукой голем. — Ну а густо так, чтобы не было возможности хоть как-то обойти.

Осматриваю нарисованную схему. Ну, вообще голем прав, все линии и слои сигналок соединены между собой.

— Видишь, здесь ставили трое магов, — голем поворачивает схему. — Все трое перекрывают возможные векторы движения практически любого человека: худого, тонкого, высокого, низкого. Без разницы. Здесь, кажется, даже собаку не пропустишь. Слишком маленькие расстояния. Этот слой полностью запитан от следующего, а тот от третьего. Накопители же вообще в конце коридора. И, несмотря на три разных почерка магов, думаю, работали они на одного и того же человека — всё запитано от тех же линий накопителя. Не знаю, какие здесь ловушки, ты их не срисовал, но я почти уверен, что активация первого же слоя приведёт к атаке.

— Да, я тоже в этом практически уверен, — киваю я. — Иначе смысла городить всю историю нет.

— Так что рассчитывать на взлом, я думаю, не имеет смысла. Тебе нужно рассчитывать либо на обход…

— Там не получится обойти, это коридор спуска в подвал. То есть, соответственно, копать — тоже не прокопать, — слегка вздыхаю.

— Хм, но в этом случае идея плюнуть и забыть становится не такой уж глупой.

— Не могу, мне нужно попасть туда. Это шанс узнать, что случилось с моими родственниками, или хотя бы кто я такой. Потому что пока я только приближаюсь, но нормальных данных почти не получается добыть.

— Сочувствую, но тогда только входить, не переживая за последствия. Обмануть систему за десяток часов ты не сможешь. Ничего другого не придумаешь.

— Обманывать — это как? — настораживаюсь я.

— В смысле, как? Если ловушки призна́ют тебя за своего и пропустят или вообще не заметят. Наверняка у этих конструктов должен быть код свой — чужой.

— Интересная идея. Но да, это вряд ли.

— Так, давай подытожим, у тебя, скорее всего, возможности пробовать войти несколько раз нет, и ты не хочешь, чтобы тебя обнаружили?

— Пробовать — нет. Думаю, попыток не будет. А вот на обнаружение уже, в принципе, наплевать. От людей, если их будет слишком много, я совершенно спокойно скроюсь. А если их будет немного, то они не сильно страшны. Слишком цель за этими ловушками для меня важна.

— Вряд ли ловушки настроены так, чтобы уничтожить весь дом. Ведь тем, кто их ставил, нужен подвал, я так понимаю, — уточняет голем.

— Я тоже так думаю.

— Ну и чего ты тогда думаешь? Отойди подальше, спровоцируй срабатывание всего остального, который там есть, потом дальше пройдёшь. Всё равно быстро никто не появится, — говорит голем.

— Ну да, скорее всего, придётся так и делать. Хотел избежать обнаружения по возможности. Но раз другого пути не вижу — пойду напролом.

Забираю с собой кусок ньямаля и вываливаюсь в обычный мир.

Отхожу метров на двадцать в коридоре. Запускаю абсолютный щит. Аккуратно завожу телекинезом сплав в линии сигналок.

Наблюдаю за присутствием магии во всех нитях сигналок.

Сплав серебра спокойно проходит внутрь паутины, не нарушая ничего. Касается сигнальных нитей и… проходит сквозь них. Неожиданно. Задумываюсь.

В принципе, когда ректор говорил об идеальной проводимости магии этого материала, я как-то не подумал, что можно использовать это так.

Вытягиваю кусок сплава в тонкий шнур длиной в полметра. Провожу концы между лучами. Ничего не происходит. Луч проскакивает сквозь материал, но прерываться даже не думает. Он его словно бы не замечает.

Вроде бы неудача, но это меня наталкивает на мысль.

Встраиваю в получившийся длинный, тонкий провод своё желание, чтобы магия предпочитала именно этот материал. На удивление, это не до конца чёткое пожелание ложится на материал, как будто он для этого и создан. Совершенно без сопротивления.

Пробую постепенно прервать линию получившимся артефактом, вводя его аккуратно на всю длину, а потом изгибая в пространстве. Магия послушно уходит в этот провод.

Следующие такие же тонкие нити делаю с пожеланием ускорить течение магии в нитях раза в два. И даже такое неточное желание легко ложится на материал.

Соответственно, прикидываю размеры, чтобы провода было примерно в два раза больше, чем расстояния от точек прерывания. Сомневаюсь я, что у магов мысль дошла до датчиков срабатывания. Ну не меряют здесь скорость магии — она просто есть. Так что точность со временем вряд ли важна, а вот непрерывность линии — думаю, да.

Пробую и с нитями — и всё прекрасно получается. Магия послушно и даже как-то легко течёт сквозь сплав, позволяя изгибать провод в любых направлениях. Что же, отлично.

Завожу ещё четыре таких артефакта и фактически формирую вход.

Преодолеваю весь комплекс ловушек, не заставив сработать ни единой линии.

Оборачиваюсь и аккуратно сматываю все сляпанные артефакты. Я пока не очень понимаю, что создал. Вот только появляется подозрение, что подобные эффекты применимы в несколько более сложном контексте. Кроме меня, вряд ли бы кто-нибудь такую штуку смог сделать. Усмехаюсь. А ведь получившиеся нити-артефакты, по идее, неплохая основа для какого-то артефакта защиты. Как громоотвод. То есть я сейчас фактически создал основу негатора, например. Причём практически любого размера, было бы столько сплава, сколько у меня есть. И это как минимум. А так — защита, автоматическая зарядка накопителей — и это только то, что приходит навскидку сразу.

Качаю головой. Очередные гвозди очередным микроскопом. Ладно. Двигаюсь дальше.

Если дальше что-то есть, то боюсь, этого я просто не вижу. Весь коридор слегка светится в «зрении». Система защиты поместья поддерживается в активном виде. Это и понятно: рядом магические конструкты, и не контролируемые домом. Они же постоянно фонят магией.

Ну вот, перехожу в другую сторону и выдыхаю. Всё-таки моя смешная схема сработала. Покачиваю головой. Надо же, сам в это не верил. На коленке же собрано. Сворачиваю провода в клубок.

Мне кажется, эти штуки ещё каким-то образом пригодятся. Единственный минус — моя магия тоже пытается идти сквозь этот материал, создавая такой небольшой локальный неприятный эффект пиявки, хотя на негатор и не похоже.

Интересно, приходит мысль, а это значит, в практически безмагическом мире можно создать сеть на большую площадь из этого материала. И внутри сети она будет втягивать в себя, если сделать направляющие внутри сети, она будет создавать повышенный фон, постоянный в нужной зоне. Это тоже крайне интересное свойство. Но мне сейчас опять-таки не до него. Снова вызываю Арену.

— Слушай, Хозяин Лабиринта, — обращаюсь к сущности. — Я у тебя здесь небольшой артефакт оставлю, немного опасный, как мне кажется. Точно не сильный, но всё-таки, если у тебя вре́менное повышение фона будет раза в два, в конкретном месте. Тебе очень важно это будет? Это может сказаться на твоей стабильности?

Снова появляется голем.

— Что-то интересное ты изобрёл, — с лёгким недоумением смотрит на меня. Я чувствую направленное внимание.

— Сам удивляюсь, на коленке сляпал, — пожимаю плечами.

— Нет, не будет. Это интересно посмотреть. Но довольно точно могу сказать, что не будет никак сказываться на стабильности. У меня в десятках кусков миров есть такие, где магия сильнее, где магия слабее. Есть и где магия течёт неравномерно. Я с этим знаю, как справляться.

— Хорошо, тогда я это брошу здесь, — скидываю клубок на арену.

Голем дотрагивается до клубка верёвок и тут же рассыпается.

— Неожиданный поворот, — удивляюсь я.

Рядом появляется ещё один голем, точно такой же.

— Ну почему неожиданный? Плетение нарушается, и магическая кукла тут же разрушается. Это нормально, — говорит он. — Основы артефакторики. Я, собственно, это и хотел проверить. Быстрая реакция на материал. Перехватить управление не получается пока. Ты иди, иди, поэкспериментируй, не переживай, никакие твои вещи не пропадут.

Киваю и выхожу из своего пространства. Я уже начал называть этот кусок арены именно своим. Привыкаю.

Коридор с уклоном вниз, спокойно прохожу.

Фактически система защиты реагирует на кольцо наследника всего один раз и, удовлетворившись результатом, пропускает дальше.

Фактически коридор небольшой. С четырьмя закрытыми кабинетами, на всех те же самые конструкты, про которые предупреждал призрачный старикан. За очередным поворотом упираюсь в тупик с единственной доступной мне дверью.

Конструктов ни на ручке, ни по периметру нет, но есть конструкты рядом с замками. В принципе логично. Подношу руку. Ещё одна секундная проверка, и дверь словно на мгновение вспыхивает в другом зрении и тут же открывается. Кажется, мне сюда.

Захожу в абсолютно белую комнату с небольшой колонной посередине. Дверь сразу же после прохода закрывается за мной. Снова появляется призрачный старикан.

— Приложите руку к колонне, — ожидаемо говорит он.

Глава 20

Осматриваюсь.

Я захожу в совершенно белую комнату. Здесь непонятно, где стены переходят в пол или в потолок, и даже дверь, которая закрылась только что за мной, встаёт на своё место как кусочек пазла. Никаких щелей между стенами и дверью я тоже не вижу.

Такое у меня создаётся ощущение, что нахожусь совершенно в белом свете. Опять же нет источников света, как будто бы светится всё вокруг и со всех сторон. То есть нет ни теней, нет ничего, за что может зацепиться взгляд, кроме стоя́щего рядом призрака деда и колонны. Ощущение, что я стою в матовом светящемся облаке.

— Положите свою руку на колонну, — повторяет призрак.

Собственно, я за этим сюда и шёл, получается. Кольцо аккуратно тянет именно к этой колонне. Кладу руку.

— Я успел? Я не слишком следил за временем. Я успеваю обратно вернуться?

— Нет, ты уже не успеваешь, извини.

— Совершенно не следил за временем, видимо, — пожимаю я плечами.

— Гостевого доступа тебе вполне хватило. Совсем не так, как предыдущие попытки.

— У меня не было предыдущих попыток, — удивляюсь я.

— Я знаю, это не ты был, но всё равно человек с кольцом друга семьи пытался прорваться сюда, — поясняет старикан.

— И как?

— Как видишь, система пока работает, магия пока есть, у него не получилось, — спокойно отвечает старикан.

То есть всё-таки он, кажется, думающий, только всё равно его сигнатуры я не чувствую рядом.

— Слушай, а ты где вообще находишься? — в лоб спрашиваю призрака.

— Здесь, с тобой нахожусь.

— Не, не, здесь со мной находится твоё изображение, это точно, это я понял. А сам-то ты где находишься? — уточняю я.

— А этого я тебе не скажу, — усмехается старикан. — Мне даже такое псевдосуществование вполне себе дорого. Станешь главой Рода, сам расскажу, но не раньше.

— Как интересно всё, — удивляюсь я.

— Ладно, ты будешь долго медлить? Прикладывай уже руку.

В принципе, да, действительно, прикладываю руку к колонне. На ней очень удачно, словно вдавлена человеческая ладонь. Вот как раз на это место и прикладываю. На секунду всю руку словно пронизывает магическими нитями.

— Всё, можешь убирать, — говорит старикан.

— Я так даже укол не почувствовал.

— А почему ты должен почувствовать? Это же моя… Зачем наследника пугать такими вещами? — словно бы смеётся старик. — Ну что, наследник, я поздравляю тебя, ты теперь зафиксирован в системе как исполняющий обязанности главы Рода, в качестве местоблюстителя главы.

— Подожди, ты же говорил, что когда я стану главой Рода… тогда тебе всё расскажу, — возражаю я.

— Я тебя не обманывал. Обманывать я не могу — технически. Сейчас главой Рода ты стать не можешь, потому что глава Рода жив. Он пропал без вести, по моим данным, порядка пятнадцати лет и шести месяцев назад. Но он точно жив. Будут нужны точные данные — сообщу точно.

Духа вообще почувствовать не могу, поэтому приходится ориентироваться на мимику. А ведь это изображение, и он этого не скрывает — то есть картинка может быть любая. При этом существо явно думает, это раз, и может манипулировать правдой — это два. Ну посмотрим. Пока агрессивных действий в мою сторону за ним замечено не было.

— Интересно, — медленно говорю. — Я являюсь его…

— Да, ты являешься прямым наследником, единственным его ребёнком, — кивает старикан.

— А моя мама? — спрашиваю я, затаив дыхание.

— Здесь я ничего не могу тебе сказать. Она была из другого Рода, ко мне не присоединена. Жива ли она или нет, я не знаю. Извини, тут вряд ли…

— Так, тогда у меня вопрос. Я могу использовать родовой дом?

— Вообще, конечно, можешь, если хочешь. Просто, насколько я знаю человеческую юриспруденцию, наследником тебя не призна́ют, и дом постараются отобрать. То есть с магической точки зрения для рода ты Слово главы, и Род нуждается в тебе, в твоих разрешениях. За пятнадцать лет накопилось очень много того, чему нужно дать ход. Но официального признания ты сейчас не добьёшься. Дом, я бы на твоём месте пока не использовал.

— Почему?

— Как я уже сказал, твоя мама не была подключена к моей системе. Данных на неё у меня нет. Я не знаю, как связаны Игорр Высоков, твой отец и глава Младшей ветви Рода Тобольских князей, и твоя мама. При этом — ты точно его сын. И единственный потомок, теперь зафиксированный в системе и принятый магией. Так что советов дать не могу. Но уверен, что данные нашей системы имперскими чиновниками не будут приняты во внимание. Только думаю, что если бы они были связаны официальным браком — я бы об этом знал, как минимум по косвенным данным.

— То есть я бастард? — не сильно удивляясь, фиксирую я.

В общем, эта идея лежит на поверхности. И сейчас она для признания в Империи уже роли не играет — я уже основатель боярского Рода. Но вот с вопросом собственности и исчезновения Рода это не поможет. Но дух слегка удивляет.

— Для Тобольского княжества — нет. Там не имеют значения имперские условности. Но туда тебе ещё попасть надо.

— А что там попадать? Город известен, я видел — там крупный порт, — интересуюсь.

— Город — это не княжество. Это общий с Империей город. Княжество не там, — спокойно говорит призрак.

— А где? — уточняю.

— А вот это я не могу сказать, — отрицательно качает головой дух. — Туда не все могут попасть. Тот, вроде как друг дома, пытался. Но от личной силы эта возможность уже давно не зависит.

— И что ты мне можешь посоветовать?

— Ничего. Я об этой части жизни Рода не имею права распространяться. Это прямой запрет моих создателей. Возможно, сможешь найти ответы в рабочем кабинете, но я бы не стал и на это рассчитывать.

— Но ведь домом я пользоваться не могу, — с лёгкой досадой говорю вслух.

— Ну почему? Можешь, — педантично повторяет призрак. — Просто я бы тебе не советовал. И кабинет не в этом доме.

— А где? — удивляюсь.

— В кабинете. Это сложно объяснить. В другом месте, — слегка запинается дух.

Всё интереснее и интереснее. Так. Ладно.

— Ну да. А ты вообще кто?

— Я вообще в каком-то смысле дух-хранитель Рода Игорревых, — продолжает старикан.

— Так, давай начнём сначала, дух-хранитель рода Игорревых. В каком смысле, и почему Игоревых?

— По имени основателя Рода.

— Что я у тебя клещами это вытаскиваю? Расскажи, пожалуйста, что за Род и почему всё в таком запущенном состоянии? Ну и на закуску — в каком смысле — дух-хранитель? Я о существовании таковых в Имперских Родах не слышал, — удивляюсь.

Призрак разводит руками.

— Начну с конца, наверное. Я вообще только про двух таких знаю. Может быть, есть ещё, но не уверен. Этой информации у меня нет.

— Ты что-то вроде искусственного интеллекта?

— Что это такое? Я не искусственный, вполне живой, — очень слегка, но вроде как обижается старикан. — Просто дух с памятью жившего человека.

— Уже интересно. А какого?

— Наследник, может, перейдём в рабочий кабинет? Тебе там удобнее будет, — убеждает дух. — Да и оттуда сможешь спокойно вернуться, куда тебе будет нужно.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Куда пойдём?

— Приложи снова руку к колонне и позволь кольцу донести до тебя информацию.

Прикладываю руку к колонне. Замечаю, что в разум мягко, но настойчиво стучится тот же самый запрос, который я уже наблюдал в первое моё использование имперского телепорта.

«Перемещение активировано. Задайте точку?» — получаю я оформленную короткую и холодную мысль.

Похоже на то, будто я сам вспоминаю эти слова. Но свой разум контролирую хорошо, и чужую мысль на поверхности разума от своей я отличаю. Эта как раз не очень человеческая. Хотя смысл оформлен максимально чётко, потому появляется такое ощущение неестественности.

Вокруг колонны в воздухе разворачивается схематическая карта с парой десятков точек.

— Это что? — уточняю у старикана, уже догадываясь об ответе.

— Смотря, что ты видишь, — флегматично замечает дух. — Судя по запросу к системе, кольцо должно было развернуть тебе транспортную карту. Выбирай четвёртый номер. Он точно тебе доступен.

— Я так понимаю, это карта телепортов? — уточняю.

— Да, карта телепортов. Но тебе доступны не все, — соглашается старик.

— А карта телепортов каких? Которые доступны нашему Роду или вообще карта телепортов Империи? — уточняю.

— Все телепорты Империи доступны нам. Мы одни из создателей. Не на главных ролях, безусловно. На главных ролях князь Тобольский и его отец — граф Высоков, но мы одни из. А я — так один из инициаторов этого проекта.

— Ты? Каким образом?

— Я один из создателей, точнее не я, а мой прототип, — спокойно замечает дух.

— В каком смысле?

— Сложная история. В каком-то смысле мой разум был дублирован на нескольких хранителей семьи. Насколько я знаю, он был дублирован минимум дважды. То есть технически мы, конечно, не являемся тем человеком, с которого снимали копию, но мы думаем так же, действуем так же, за исключением тела, конечно. Развитие копии почти останавливается. Всё-таки мы духи и развиваемся, после получения разума, значительно медленнее, нежели люди.

— Так, то есть ты сейчас копия создателя телепорта? И тебе доступна его память?

— Да, за исключением технических моментов, которые являются тайной князей. Поэтому, как устроены телепорты я тебе рассказать не могу. Могу только строить догадки и теории, но не факт, что они рабочие. У меня просто нет доступа к памяти прототипа с определённого момента. Но предлагаю разговоры продолжить в другом месте, — говорит призрак. — Твоё время, как у гостя закончилось и твой статус обнулился, вернуться через дом ты уже не сможешь, а новый статус нужно подтвердить в кабинете основателя. Это недолго. Собственно, такая же процедура, как и здесь — безболезненная. Потом сможешь пользоваться любыми доступными тебе платформами.

— Как это сделать?

— Всё так же — мысленно произнеси номер. Можешь вслух — это неважно, потом подтверди намерение. Всё, больше ничего от тебя зависеть не будет, — спокойно даёт инструктаж призрак.

— Хорошо, — соглашаюсь.

Мысленно произношу «четыре». Карта тут же разворачивается четвёртым номером и предлагает подтвердить. Удивляюсь продуманности. Подтверждаю. Карта мгновенно пропадает.

«До перемещения остаётся три, две, одна…»

Глава 21

Вокруг меня на секунду возникает стена хаоса. Она полностью закрывает обзор со всех сторон. Свое восприятие я успеваю свернуть до момента перемещения.

На секунду оказываюсь внутриочерченного «возможным»

Точно такая же белая комната, как и та, из которой я только что переместился. То, что переместился, уже чувствую Аспектом. Сейчас восприятие показывает вокруг плотный камень на расстоянии метров двадцати вокруг. Только небольшой коридор с той же стороны, откуда я пришел, ведет куда-то вверх.

Рядом появляется призрак деда.

— Давайте пройдем в кабинет главы Рода. — вежливо предлагает он.

— Давайте, — соглашаюсь. — Где я нахожусь?

— Я не могу вам сказать. — не говорит призрак.

— Нет, я понимаю, что это место где-то внутри горы, я это уже чувствую, но где конкретно — пока не понимаю.

— Удивительно, — говорит призрак. Но внешне совершенно не удивляется. — Ваше восприятие и чувство пространства делают вам честь.

Дверь открывается при моем приближении совершенно самостоятельно. В этот раз не нужно никуда прикладывать руку.

Очень похожий коридор. Разве что, немного по-другому оформлен. Здесь, очевидно, что коридор каким-то образом вырубали в породе, потом обрабатывали и стены представляют собой отполированный камень. Немного прохладно, но не более того. Видно, что здесь поддерживается оптимальная для человека температура.

— Прошу вас наверх, — приглашает дух.

Ну, собственно, никуда здесь не свернуть. Только прямо пройти и можно. По мере продвижения наверх коридор немного изгибается, подводя постепенно к поверхности горы. Через десяток-другой метров коридора уже чувствую, что меня от открытого пространства отделяет несколько десятков, а потом все меньше и меньше метров породы.

— Мы пришли, — через одну минуту констатирует очевидное призрак. — Приложите свою руку еще и сюда. — показывает.

Прикладываю руку на вход и здесь происходит то же самое, что происходило, когда я в первый раз приложил к колонне руку. Также на секунду руку окутывает магией.

— Вы зарегистрированы в системе, и ваш статус подтвержден. — Спустя пару секунд говорит призрак.

— Все, мне больше никуда не надо?

— Нет, все, этого достаточно. — соглашается призрачный дед. — Незачем делать несколько раз одну и ту же работу. Повторная проверка, это минимальный тест на свободу передвижения. Сюда вас переносит все равно только одного, так что если вы были под контролем, то здесь его точно нет.

— Нет, не был. — отрицательно качаю головой.

— Хорошо. Я и не сомневался. — старик соглашается. — Проходите в кабинет, пожалуйста.

Проснувшиеся конструкты системы безопасности в стенах тут же засыпают вновь. Их я вижу с самого своего появления в этом месте. Но активных действий они не совершали, но был готов ко всему. А теперь систему можно спокойно совсем игнорировать.

Открывается дверь. Кабинет из нескольких комнат, насколько я могу ощутить своим аспектом. Видимо, здесь глава Рода иногда и оставался ночевать, поскольку есть спальня.

Но в основном это именно рабочий кабинет с видом на горы. Так что мое предположение, что кабинет находится где-то в горах, оказывается верным.

Из окна открывается прекрасный вид на заснеженные пики. В то же время ни давление, ни температура не отличается от столичного. Так что думаю, что сами помещения абсолютно изолированы и выхода, кроме как из окна, скорее всего, в горы нет. Мне сейчас и не нужно.

— Вы говорили, что я смогу потом переместиться, куда я захочу?

— Да это правда. В пределах портальной сети — куда вы захотите.

— Но ведь тогда логи перемещения будут доступны имперским служащим? — уточняю.

— Нет, не обязательно. Если дадите такой приказ, ваши логи будут заменены на те, которые вы захотите. — призрак спокойно разъясняет мои возможности.

— Интересно, то есть у меня мастер-ключ.

— Да, в каком-то смысле у вас мастер ключ-кольцо наследника. — соглашается дед. — Кольцо настроено на вас, в системе же ему присвоен почти максимальный статус. Люди, которые могут оспорить ваше распоряжение — это князь Тобольский и император. У них полный доступ.

— Так, понятно. То есть отсюда я выйти могу порталом куда угодно.

— Да, все правильно поняли, господин. — Призрак становится крайне официальным.

— Продолжайте в предыдущем стиле общения, мне так удобнее, всё-таки вы значительно меня старше.

— Да как скажешь, — тут же говорит старикан. — Как зовут-то тебя, наследник?

— Зови Максимом, я привык.

— Как это? Это не твое имя? — удивляется призрак.

— Не знаю. Я помню только последние полгода из своей жизни.

— Ну мне ты ограничено дееспособным не кажешься. — с легкой тревогой говорит призрак.

— Я и не являюсь таковым. Давай тогда введем пару новых данных. Ты, я так понимаю, особенно за внешними событиями не следишь?

— Это правда. Я же дух, не человек. Мне и следить-то нечем. Разве что какого-нибудь человека обязать в будущем мне рассказывать, что происходит, как глава делал. Я все же анализирую быстрее и не устаю. Так что функции администратора и секретаря я у главы все время выполнял.

— Вот и хорошо. Тогда давай начнем сначала. Род Игоревых — это младший род княжеского рода князей Тобольских. Правильно?

— Да, это так.

— А почему он такой маленький? Можешь рассказать хоть что-нибудь про этот Род?

— Да здесь особо рассказывать нечего. Наш князь усыновил Игорра, когда ещё не был князем, но уже был бароном. И поскольку Игорр уже был взрослым ребенком, а у князя был свой ребенок на подходе, то Игорра выделили в свой младший род. Без права наследования, естественно. Но главе это и неинтересно. Он исследователь и, в общем-то, очень и очень хороший артефактор. Но вы это знаете. Вы же, я так понимаю, нити магии тоже видите?

— Да, вижу.

— Вот именно эта редчайшая особенность позволила главе стать отличным артефактором. В группе с князем Тобольским и графом Высоковым, отцом князя, они доработали портальную сеть так, что теперь платформы перемещения ставят в почти все крупные города.

— Видеть магию — это редкость, но все же известная особенность?

— Да, во время войн, лет двести-триста назад, всех Видящих извели под корень. И тогда их было немного, но во время войн видеть ловушки и атаки — большое преимущество над противником. Так что они были одними из первых целей для уничтожения. В новой истории вы второй, кто мне теперь известен, с такой особенностью магического зрения.

— А очки артефакторов?

— Они показывают, к сожалению, далеко не все. — уточняет старик.

Но это я и сам знаю, по опыту.

— Ладно. Тогда давай тебе немного о себе расскажу. Чтобы ты скорректировал советы, раз уж ты секретарь и администратор. В общем, я основатель своего боярского Рода и во мне заинтересован император. Благодаря Рысевым император сейчас контролирует боярскую Думу, и пока у Рода нет наследников, моя жизнь для Михаила Александровича важна.

— Михаил Александрович ещё у власти?

— А что ему будет? Я так понимаю, что он целитель неслабый. Он сам себя ещё и лечит.

— Ну да, и дочки у него тоже целительницы и менталисты. Те ещё девочки. Аккуратнее с ними. В своё время Игорр от них побегал.

— Интересно. — принимаю к сведению. — В общем, я бы просто хотел сказать такую вещь. Я закрыл вопрос с личной безопасностью. Убить меня сейчас очень сложно. Кроме того, я невыгоден императору в качестве подсудимого, или хоть как-то ограниченного правами субъекта. Так что я думаю, дом все-таки использовать смогу и отобрать у меня никто его не посмеет.

— В собственности Рода не только дом. Здесь и счета, и арендные площадки, от которых поступает плата, доли заводов. Сейчас некоторые производства без подписи главы работают, например. На честном слове — и ни о каком нормальном развитии речи не идет, — рассказывает призрак. И тут же предвосхищает мой вопрос. — Все документы здесь есть.

— Хорошо. — соглашаюсь. — Но сначала я аннулирую доступ нашему «другу семьи», который прорывался в комнату управления. Это возможно сделать?

— Конечно, твои решения сейчас — решения главы. Вот здесь за столом управляющий амулет. Кольцо — это ключ. — откидывается панель, под которой обнаруживаю выдавленный отпечаток руки, как на колонне.

— Это первое. — кладу руку.

В голове возникает набор из десятка различных понятий, которые постепенно складываются в привычную мне табличку. Мое подсознание, стимулированное зельями, само начинает адаптировать входящую информацию в привычный вид так — сети.

Выбираю нужный пункт.

Активных колец всего три, — мое, главы и «друга семьи». Кольцо Главы, правда, активно, но не функционально. А вот кольцо «друга семьи» предлагает выбор.

— Вариантов влияния на носителя кольца не предусмотрено? — усмехаюсь, вспоминая одну хорошую сказку.

— Нет, конечно! — удивляется призрак. — задачи у ключей другие.

— Ну да, ну да, — выбираю из выпавших вариантов — «аннулировать доступ». Собственно, и вариантов там только два и было — расширить и аннулировать. — Интересно, зачем нашему «другу», управляющий доступ к телепортам?

— «Друг семьи» все равно бы не смог попасть сюда в управляющий центр, — говорит призрак. — А доступ нужен, чтобы влиять, видимо, на сеть, деньги, опять же. Да и нарушить, в принципе, функционирование сети может. Уровень доступа у нас, конечно, поменьше, чем императорский, но всё-таки влияние на сеть мы имеем. Внезапно усложнившаяся возможность перемещения может не очень хорошо сказаться на военных действиях. Ведь император начал войну? Я правильно понимаю?

— Как ты это понял?

— По загруженности сети. И начал ее, судя по всему, с турками. Это направление особенно загружено сейчас. По всей границе.

— Все так. Уже неделю примерно. — подтверждаю слова призрачного деда. — Доступ убрал, продолжаем. Второе. Я сейчас, конечно, занят делами своего боярского Рода. Набираю людей, закрываю обязательные мероприятия. Но это ненадолго. Прятаться больше смысла нет. Так что о существовании Рода заявлять я буду.

— Тогда я все же посоветовал бы сначала попробовать в Тобольске получить документы. С ними тебе будет проще. Может, на территорию княжества ты не попадешь, но нужные документы получить ты, по идее, сможешь. Да и с домом здесь вопрос юридической коллизии, не более того. Дом принадлежит Главе напрямую, он не мертв, значит, в права наследования ты вступить не сможешь, но использовать, как замещающий главу Рода, скорее всего, можешь.

— Хорошо. Так и сделаю, после просмотра срочных документов. С чего начнем?

Глава 22

Заканчиваю с документами.

На самом деле, даже немного обидно. Документов, оказывается, не так много, но действительно, без магической подписи главы или исполняющего обязанности финансовая жизнь Рода останавливается. Остается только накопление средств на счетах. Хорошо еще в Роду никого кроме Игорра на данный момент и нет. Ну в Империи. Были слуги, была охрана, но все это было выведено, судя по дукументам на сторонние структуры. После же исчезновения главы все доработали до конца контрактов, законсервировали дом и отбыли. С одной стороны — хорошо, так как нет долгов вроде бы никаких. С другой стороны — на мне внезапно, с разницей в месяц, виснут два Рода. Оба не самые простые и на разных стадиях своего существования.

При этом, данных, даже косвенных, связанных с княжеством просто нет. В кабинете только имперские бумаги.

Ладно, будем исходить из имперского существования пока.

— Хорошо, — говорю, — с этим мы закончили. Теперь расскажи мне, что же произошло с моим отцом и где потеряна с ним связь.

— Мне сложно сказать, — говорит призрек. — Я могу только подозревать по косвенным данным. Это точно была исследовательская экспедиция в Египет. В центре пустыни обнаружили что-то связанное с аномалиями Пятен. Экспедиция стандартная. Игорр часто организовывал такие как исследователь, как взломщик защит — ну это понятно почему, да и как артефактор. Они исследовали природу рассеянных частей чужого мира.

— Чем-то отличалась от предыдущих?

— Нет. Экспедиция стандартная, поэтому его исчезновение очень странное, по большому счету. Потом были посланы несколько экспедиций туда же и одна тоже где-то там исчезла. Точнее, я знаю только о двух последующих, но скорее всего, их было больше. Первую собрали спасательную и сразу же — и она исчезла. Я принимал участие в ее формировании. Правда, всего лишь советами, у меня сего лишь уточняли место, где я потерял связь с главой Рода, но все же. Поэтому я знаю.

— А вторая как?

— Вторая вернулась ни с чем. Там люди вообще были готовы ко всему. Духи говорят, что люди исчезли. Они живы, но духи туда идти боятся. И не нашли места, исчезло все, как и не было. Но про всех одно сказали определенно — они живы.

— Так, — тяну. — И что было дальше? У него же вроде есть сюзерен.

— Кирилл Высоков? — кивает головой Призрак. — Да, есть. Может быть он поможет, или уже пытался — я не знаю. После второй экспедиции со мной не связывались и я вне этих данных. Но я уверен, что если бы он мог, он бы тоже пришел на помощь. А вот про спасательную экспедицию потом мне давали один раз отчет. Что были еще попытки — это предположение. Я экстраполировал на будущее. Там потеряна точка входа в нужный район.

— Что-то мне это напоминает. Прямо сильно напоминает, — задумчиво говорю старикану. — С такими вещами я сталкивался, и не так давно даже Императору рассказывал, но сроки не бьются вообще. Разница в полтора десятка лет.

— О чем ты? — с тревогой спрашивает дух дома.

— Да, есть у меня определенный опыт. Некоторые вещи, которые ты мне сейчас рассказываешь, в этот опыт слишком плотно укладывается. Слишком много уже совпадений. В общем, буду готовиться, и об этом подумаю.

— Я могу чем-то помочь?

— Не думаю. Хотя, вот вопрос, сколько по инстанциям мои распоряжения будут проходить, что сейчас сделал? По расконсервации счетов и деятельности?

— Стандартно — неделя, ну, может, дней десять. Если бы у нас был поверенный, который эти документы принес в имперскую канцелярию, то скорее всего очень быстро прошло бы — может за день. А так — стандарное прошение, стандарные сроки.

— Отлично! Дом в столице пока тогда не расконсервируем. Поставь на паранойю, если есть такой режим. Пускать только меня. Возможно?

— Конечно. — кивает призрак. — Чужие следилки уничтожать?

— А ты можешь? — удивляюсь.

— После прямого приказа главы Рода? Безусловно! — кивает дух дома.

— Уничтожай. И вокруг дома тоже.

— Сделано. — Тут же говорит призрак. — Дому будут нужны накопители. Но не раньше чем через месяц. К этому времени счета будут разблокированы.

— Хорошо. Тех средств, что у нас сейчас есть на счетах по документам, хватит на подготовку маленькой армии, — прикидываю.

— Позволь пару соображений. — говорит старикан.

— Давай, ты же советчик. — соглашаюсь.

— Тогда позволю себе заметить, что если ваш боярский Род будет субсидироваться за счет средств второго вашего Рода, могут возникнуть вопросы о несостоятельности.

— Нет, не будут. Я вообще не хотел бы, по-возможности, смешивать. Дом — возьму в аренду у Игорревых, как счета разблокируют. Про то, что я боярин Рысев и в то же время дворянин Игоррев…

— Виконт, хотя в Империи этот титул бессмысленен. Он не используется. Князь для общения с имперцами дал Игорру титул графа. Соответственно, вы — виконт.

— Секунду, что значит — для общения с имперцами? Уточни пожалуйста. В княжестве — принято что-то другое? — цепляюсь за оговорку духа. Нет, он точно живой — только живые могут совершать ошибки. Если это, конечно, ошибка. Сложно без ощущения сигнатуры — совсем разучился.

— Я не могу сказать…– беспокоится дух. — Только в княжестве титулами не пользуются.

— Мне сразу стало в два раза интереснее. — усмехаюсь. — Но ладно. О том, что я един в двух лицах, в Империи будут знать не так что бы много людей. Наш добрый «друг дома», это же граф Самойлов, так?

— Он сейчас уже граф? Быстро, — удивляется призрак. — Но да, кольцо было выдано барону Самойлову, Николаю Александровичу, двадцать лет назад. Второе кольцо «друга» выдавалось его сестре, Самойловой Марии Александровне, восемнадцать с половиной лет назад, но оно уничтожено. По косвенным данным пять с половиной лет назад. Если нужно точная дата — я обращусь к логам.

— Нет, точная дата не нужна пока что, — качаю головой. Прислушиваюсь к себе. Не каждый день узнаешь имя своей матери, а скорее всего, и дату ее смерти. — Но, возможно, потом понадобится, так что поищи и пусть будет рядом. А ты знаешь, где это произошло?

— Очень примерно. Недалеко от неактивированного узла телепорта в бывших германских княжествах. Он в сети проходит под двадцать седьмым номером. — говорит дух.

— Активировать узел возможно?

— Конечно. — соглашается дух. — Он был подготовлен для работы еще до исчезновения главы. Выберете номер двадцать семь, и, после проверки возможности, тебя перенесет.

— Добавь в свои данные. С очень большим шансом Мария Александровна была моей матерью.

— О. — на секунду замолкает дух. — Мои соболезнования. Почему ты так решил?

— Я себя обнаружил как раз в германских княжествах чуть больше полугода назад. Мне сказали, что не меньше трех лет до того по моему разуму прошелся менталист, и там мало что осталось.

— Ты не производишь впечатления сумасшедшего. Я уже сегодня это говорил.

— Я и не такой, — пожимаю плечами. — Но это случайность. Как раз не меньше трех — четырех лет жил почти инстинктами. Как раз как парень с поврежденным разумом. По срокам — почти бьется, но поскольку я жил на улице — думаю, что сроки могут очень сильно не совпадать у разных наблюдателей. Проверить можно, если телепорт приведет меня именно в тот город.

— Принято. Как же ты выжил? — удивляется дух.

— А я не знаю. Пока жил — все время находился рядом с кольцом, но добраться до него не мог из-за разума. Там только зов и слышал, думаю.

— Видимо, Мария Александровна постаралась тебя спрятать после исчезновения главы. Но она знала где кольцо и попыталась попасть к месту хранения к моменту четырнадцатилетия. Тогда можно было бы без вреда кольцо инициировать.

— Я, скорее всего, не был тогда магом. — Уточняю. — Возможно что-нибудь с разумом, или какие другие сложности — не знаю. Воспоминания почти отсутствуют.

— Тем более. Часто магия пробуждается как раз в период лет с четырнадцати. — соглашается старикан. — Но кольцо наследника даже в этом случае не причинило бы вреда.

— Значит барон. Что же, не ошибся, получается. — Киваю. — Мой добрый «друг» минимум три раза подсылал убийц по мою душу. Может быть четыре, но там прямые связи не прослеживаются.

— Вы вот вот вступили бы в наследство. До этого момента — кольцо «друга семьи» вроде как давало определенные преференции, — спокойно замечает призрак. — Он мог рассчитывать на перехват управления Родом. Про то, что весь функционал может активировать только кровный родственник, или князь, никто никогда не распространялся. Но у Самойлова в любом случае ничего бы не получилось. И никакие взломщики не помогли бы — я же не магический конструкт или сложный сейф. Про меня знают только члены семьи. Всё.

— А император? Думаю, «друг семьи» очень рассчитывал на свою сегодняшнюю близость к трону.

— Даже император не может. Мы не его дворяне, и ему особенно ничем не обязаны. Как говорится, вассал моего вассала — не мой вассал. И имперские законы к нам не до конца применимы. Но об этом мало кто знает — закрытый договор нашего князя с Его Величеством.

— Мда. Ну его потраченные ресурсы, его и проблемы. Вообще не мое дело, — соглашаюсь. — Возвращаясь к теме — получется, что знать обо мне будут человека два-три. То есть граф, еще расскажу учителю и я. Ну, может, советник графа, если таковой есть. Немного. Но и немало.

— А почему вы не хотите этот вопрос инициировать?

— Если честно, только потому, что род Игорревых все же пока не ощущается, как мой. А Рысев — это то, что я создал сам. Так что обязательные вещи я сделаю, но вот принять пока не могу. Я все же свой Род ощущаю намного более близким. Да и момент мифа тоже нужно учитывать, сын известного Рода ставший боярином или мещанин, основавший Род и ставший боярином — это очень разные фигуры. Но пока я не очень понимаю, какой миф использовать, а срочных действий, получается, совершать не надо, опять же. Тем более, что тут глава есть, просто пропал. Но этот вопрос я надеюсь решить. Раз не мертв, значит шансы вернуть есть. Найдем. Ну а по вопросу средств, знаешь, старик, мне есть что предложить Роду Игорревых, в качестве адекватного обмена на деньги, если они мне быстро понадобятся.

— Безусловно. — соглашается призрак. — Моя задача — предупредить.

— Но и скрываться смысла никакого больше нет. Так что Род выводим из спячки. Дом в столице только после аренды мною его у меня же — превращаем в жилой, с наймом нужного персонала и всего остального необходимого. После получения мной информации из Смоленска-2, а это как раз к моменту расконсервации счетов Рода, то есть дней уже через семь, начнем планировать и спасательную экспедицию.

— Позволь я добавлю. — просит призрак.

— Давай.

— Если сейчас началась война с османами, в Египет ты даже обходными путями не попадешь. Это направление полностью раньше контролировалось Портой.

— Да. Этот момент я упускаю из виду, но это решаемый вопрос, если честно. Ничего не откладываем, действуем по озвученному плану. А я, пожалуй, возвращаюсь в столицу. На территории поместья есть чужаки?

— Да. Появились на границах. Никаких действий не предпринимают. На территорию не заходят. Чего-то ждут.

— Вот и отлично. Я в путь.

Глава 23

— Так, тогда у меня вопрос к тебе. — задумываюсь я. — Ты можешь со мной связываться каким-то другим образом? Или мне нужно всё время появляться там, где есть дом?

— Нет, теперь, после регистрации твоего кольца в системе, ты можешь просто меня вызывать и удалённо давать задания, если это необходимо. Более того, распоряжения я могу выполнять даже исходя из устного указания.

— Хорошо, — встаю из-за стола. — Сюда я тоже могу попасть в любой момент?

— Конечно, все телепорты Рода для тебя открыты, — снова соглашается дух.

Спускаюсь к телепорту. Документы оставляю на столе. Ничего отсюда забирать я не собираюсь. Да и нет здесь ничего, кроме купчей на дома, а они сейчас мне ничем не помогут.

Захожу в комнату платформы перемещения.

— Ну что, попробуем тогда, сначала двадцать седьмой проверить, потом уже в столицу. — говорю я. — Хотя я и уверен почти полностью, но всё же.

— Конечно, — соглашается со мной дух дома. — По твоему слову. Минуту подожди, проверю возможность активировать платформу на той стороне.

На несколько секунд замирает.

— В дом я попасть не могу. Он недоступен. А вот платформа функционирует. Активируем?

— Да, конечно, — соглашаюсь я.

— Только захвати аварийный накопитель. На всякий случай. После настройки прошло много лет — на ответный импульс там магии хватило, на отчёт про общее состояние платформы — тоже. На перемещение тоже точно хватит, а вот если ты соберёшься пользоваться этой платформой ещё и обратно, то лучше иметь аварийный кристалл.

— Хорошо, а сколько там энергии в системе — платформа не даёт понять? — удивляюсь.

— Телепорт делали упрощённый. — разводит руками дух. — Там урезанный функционал, иначе пришлось бы ставить очень дорогой управляющий кристалл, так что о состоянии всего на той стороне, кроме самой комнаты — я могу только догадываться.

— Хорошо, — повторяю. — Где взять?

На эти слова открывается ниша рядом с дверью входа. В ней лежат три больших заряженных кристалла. Нестандартных, крупного размера.

— Сколько я могу взять отсюда?

— Возьми один, его будет достаточно на пять-шесть перемещений, потом, когда у меня будет туда доступ — смогу напоминать по необходимости, — соглашается дух дома.

Забираю.

Становлюсь на платформу, мысленно выбираю двадцать седьмой телепорт.

«До перемещения три… два…» — слышу уже знакомые слова.

Секунда дезориентации.

Оказываюсь в другом месте. Это совершенно очевидно, потому что Аспектом чувствую породу вокруг. И да, я опять же нахожусь где-то на глубине метров десяти. Намного меньше расстояние до поверхности, чем в той комнате, где я находился до того.

Вокруг очевидно менее плотная порода, чем в горах. Так что перемещение точно проходит успешно.

Здесь я ощущаю на поверхности есть какие-то части строения. Частично цепляю стены, но говорить о целостности дома пока рано.

Рядом появляется старик.

— Поменяй аварийные кристаллы. — Открывается ниша также рядом с предполагаемой дверью. — Один оставь здесь, остальные возьми на зарядку.

— Хорошо, — Соглашаюсь.

Внутри открывшейся ячейки меняю три кристалла на принесённый с собой. Кристаллы мутные, скорее всего, полупустые или уже пустые и тоже похожей нестандартной формы. Кажется, с зарядкой будут небольшие проблемы — слишком узнаваемые накопители. С другой стороны, можно постараться зарядить самому. На секунду останавливаюсь и проверяю это возможность. И, слегка разочаровываюсь. Плотность кристаллов соотносима с моим хорошим накопителем, который отдал Кощею. А вот объём — в разы больше, если не на порядки. Так что сам я, кажется, на зарядку такого кристалла потрачу много времени. Ладно, пока не спешу. Посмотрим.

Дверь спокойно открывается, я поднимаюсь по похожему коридору, как и в первых двух случаях. Только здесь я успеваю сделать шагов десять от силы, потому что Аспект показывает заваленный выход. И да, скоро упираюсь в насыпь, которая, судя по Аспекту, ближе к поверхности переходит в спёкшуюся метровую корку. Насыпь, да и корка особой проблемы для меня не представляет. Несколько метров гравия телекинезом спокойно убираю в сторону. На каменный спёкшийся щит пси уходит значительно больше, но сам на сам принцип — не влияет. Спокойно его приподнимаю и выхожу в развалины.

Да, ближе к поверхности уже уверен, что это то же самое здание, в котором я-прежний, прожил года три-четыре. Я даже узнаю некоторые места.

Рядом со зданием никого нет, поэтому напугать никого не боюсь и спокойно обхожу развалины.

Выкапываюсь я у дальней стены здания. Там, где находится огромная куча щебня. Её я и оставлю как прикрытие, когда буду уходить — щебень прекрасно замаскирует вход.

— Старик, я могу поставить запрет на телепорт? Что бы им пользоваться только я мог? — уточняю у духа. Уверен, что он меня сейчас слышит.

— Конечно. Он и так может использоваться только носителем кольца, не беспокойся. — мгновенно появляется дух. Он тут же понимает мои опасения. Здание разрушено полностью, и в стенах нет даже минимальных остатков системы защиты. — Да и не полноценная здесь платформа. Тут только ответная часть, управляющего контура вообще нет.

Осматриваюсь. Здесь пока ещё ночь, думаю около трёх-четырёх часов утра, но место абсолютно узнаваемо. Именно здесь я был с Клаусом в своё время, и именно здесь я находил кольцо. Чтобы точнее удостовериться, дохожу до места, где был спрятан тайник. Нажимаю плиту. Плита также мягко поднимается из пола. Снова закрываю тайник.

— Да, здесь, я и был… Так что заноси информацию о Марии Александровне в проверенную, — с лёгким странным чувством грусти обхожу дом.

— Занёс. Мои соболезнования, еще раз, — соглашается призрак. — Интересно, а почему развалины?

— Пять назад, говорят, что здесь был большой бой между магами, в результате которого был уничтожен дом. Странно только, что защита на доме не помогла моей матери. Даже то, что я видел в коридорах особняка — помогло бы противостоять множеству людей.

— Ничего странного, Максим, — говорит старик. Потом поправляется. — Извини. Но дом точно не успели интегрировать в общую систему защиты. Я его не помню. А стандартная — всё же не то. К ней взломщики относительно несложно подбирают ключи. Да и кроме того, если здесь были оба носителя кольца «друга семьи», то защита могла включиться лишь тогда, когда начали разрушать строение. Или вообще, например, не включиться. Мы уже этого не узнаём.

— И не надо, — соглашаюсь со стариканом. — Хорошо, я убедился. Магии хватит в аварийном накопителе для телепорта?

— Да, конечно, — говорит старик. — Ты же кристалл заменил.

— Слушай, вопрос, — слегка удивляюсь. — Почему в кабинете кристаллы, заряженные под завязку, а здесь — почти пустые?

— Там есть возможность зарядки. Просто очень медленно. У духа на договоре сил мало, на поддержку ещё хватает, а вот на полноценную зарядку — уже нет. Здесь никто такой возможности вообще не предусматривал.

— Духа? — уточняю.

— Да, Игорр много с шаманами работал. Так что некоторые важные решения — это сплав магии не только с технологией, но и шаманистикой. Но тебе это должно быть пока не особенно важно.

— Да как сказать. — Здесь же вспоминаю Доржата. Вопросы, вопросы.

Снова поднимаю каменный щит, спускаюсь в подвал и засыпаю вход снаружи телекинезом. Гравий отлично скроет все неровности, а вокруг всё равно никого нет, чтобы услышать лишнее. Опять спускаюсь в комнату телепорта.

— В столицу какой номер? — уточняю у духа дома.

— Третий, — мгновенно отвечает старик. — Столица же. Первая десятка зарезервирована за личными переходами основателей сети. Первый — императорский, естественно, туда тебе хода нет, точнее — можешь, конечно, но я подозреваю, тебе там сильно удивятся. Второй — за домом Высоковых, но он тоже под сохранением. Я проверил уже.

— Хорошо, тогда номер три — родовой дом в столице. Посмотрим, что там за товарищи вокруг наблюдают.

Перемещение опять же проходит за мгновения. Через пару секунд выхожу в своём поместье, точнее, в том, которое я могу посчитать через некоторое время своим. Уменьшаю плотность Аспекта. Тем более что мне сейчас это не очень нужно, поскольку рядом при входе в подвал и в доме я не чувствую ни одной сигнатуры. Кстати, следилок и ловушек, которые раньше были при входе в подвал, тоже не чувствую.

Раскидываю своё восприятие на сотню метров в каждую сторону, пусть и не полную, но всё-таки. Это позволяет захватить пятёрку людей, которые спокойно готовятся к штурму, и наблюдателей по разным сторонам поместья. Интересно.

Ребята сосредоточены, «чувствую», что они проверяют снаряжение, готовят артефакты, да и первые магические нити к системе защиты они уже подключили.

— Старик, — спрашиваю, вызывая старикана. — А этот «друг семьи» в курсе, что кольцо прекратило свою деятельность?

— Нет, конечно, кто бы ему об этом сказал? — пожимает плечами старикан.

— Тогда я не понимаю, к чему готовятся эти товарищи. — размышляю. — Нелогично.

— Какие? Наблюдателей я вижу.

— За границей поместья вполне себе состоявшаяся пятёрка. Вроде как пытается идти на территорию. К системе защиты уже подключились. Только если они рассчитывают на появление кольца «друга семьи» эти приготовления бессмысленны.

— А, эти. Они к обманке подключились. Стандартная система защиты здесь только для отвлечения внимания. Игорр свой дом неплохо защитил. А магии у нас здесь с запасом. Только я думаю, что они не к штурму готовятся, а к выходящей группе людей.

— Почему?

— Запросы к системе безопасности именно про наблюдение за происходящим на территории дома, а не про вход. — уточняет старик.

— Да? Про меня система отчёт посылала?

— Нет, ты же ещё не выходил из комнаты. — отрицательно качает головой старик.

— Заблокировать можешь?

— Да. Безусловно.

— Тогда блокируй, даже если чего уловит. — Ухожу глубоко в скрыт. И сразу набрасываю невидимость. — Думаешь, пойдут на штурм?

— Это было бы глупо. Поместье будет защищаться. Даже стандартной защиты хватит на звезду магов средней руки. А она вообще только для отвлечения поставлена. Такими силами поместье не взять.

— Но с тех пор как они здесь были, они же наверняка успели проверить систему защиты, — уточняю.

— Они проверили спящую стандартную. — соглашается старик. — Во время активации меняется доступ, да и управлять я теперь буду напрямую. Так что нет, даже не открывая козырей, с этой группой я справлюсь точно.

Смотрю на товарищей, которые собираются атаковать. Их сигнатуры. Расстояние, конечно, приличное — но, в принципе, общий фон улавливаю. Маги абсолютно уверены в своих силах. Никаких переживаний. Спокойно собираются делать своё дело.

— Старик, мне стоит помочь в обороне поместья, если вдруг?

— Зачем? — Удивляется дух. — Не пойдут они на штурм. Не идиоты. Если же я ошибся, и бой будет такой, с чем я не смогу справиться, то подвергать опасности наследника уж точно не стоит. Не переживай, Игорр хорошо защитил этот дом.

Глава 24

Идиоты или не идиоты — это второй вопрос. Чего-то же они здесь ждут?

— Слушай, старик, а ты можешь импульсы от системы наблюдения передать в систему защиты несколько позже, чем я реально пройду? — спрашиваю я.

— Да, конечно, это даже несложно. Проще было бы вообще не подавать, конечно, но и так могу. — соглашается призрак.

— Тогда сделаю так. Я сейчас хотел бы посмотреть на этих товарищей. Вдруг чего интересного узнаю. А ты пока импульсы притормози, я скажу, когда запустить.

— Тебе это будет безопасно, Максим? — Беспокоится дед.

— Скорее всего, да. Если вдруг будет, какая опасность, то как минимум успею сбежать от неё. Не переживай. Если там нет магов уровня повелителя или высших магов, то почти уверен, что смогу со всем справиться.

— Прописанные варианты поведения не позволяют вам не верить. Но опыт моего реципиента говорит, что лишняя самоуверенность частенько бывает очень опасной. — настойчиво всё же говорит дух дома. Впрямую запретить он не может, но на своём видении старается настоять.

— Да, он прав, но в моём случае это всё-таки оправдано. — соглашаюсь со стариканом.

— Хорошо, я буду рядом. Постарайтесь хотя бы тогда не выходить за границы поместья, здесь я вас смогу прикрыть. Можете говорить вслух, я вас услышу, пока на вас кольцо.

— А вот это ценю. — Тут же отвечаю деду.

Выхожу из комнаты перемещения, поднимаюсь вверх по коридору.

Коридор, который перегораживали ловушки и сигналки сейчас пуст. Это было понятно ещё когда я находился на платформе. А вот сейчас вживую вижу следы срабатывания охранной системы.

Стены подкопчённые, местами слегка размокшие, концентрические следы ударов молнии. Так что некоторое время назад здесь в коридорах было очень неуютно.

Снова накидываю невидимость и скрыт поглубже. Спокойно под ними прохожу по первому этажу и аккуратно выхожу с чёрного хода. Подгадываю момент, когда не чувствую направленного внимания наблюдателя в эту сторону.

Обхожу дом и иду по парку в сторону магов. Как я и рассчитываю, маги меня совершенно не видят и не замечают. Да и Общее впечатление от них всё же попроще, чем от тех монстров, которых я уже встречал. Эти люди точно не находятся на уровне великих магов или Повелителей стихий. Нет этой узнаваемой тяжести рядом с ними.

Просто обычные, хорошо сработавшиеся профессионалы.

— Давай через минуту, — говорю тихо, почти про себя.

— Сделаю, — отвечает старик.

Подхожу к подготовившимся магам.

Они здесь находятся уже больше часа, если исходить из того, что некоторое время я потратил на подтверждение территории и на развалины. Так что ко всему подготовиться они уже успели.

— Внимание! Объект на первом этаже. Приготовиться, — слышу спокойную и равнодушную команду. — Проверить переговорники. Всё отключить. Нас здесь нет. Режим молчания. Атака по команде.

— Готов, — отвечает один.

— Готов, — отвечает второй и с паузой приходят ответы и от остальных.

Все дают главному отчёт о готовности и замолкают. Даже это говорит о том, что ребята — профессионалы. Вот только из-за этого, здесь я не смогу найти ничего, никакой информации. Это всё, что я от этих товарищей добиваюсь. Видимо, сами действия уже давно проработаны, и нужды в их обсуждении нет никакой.

Маги рассредоточиваются и маскируются заранее и, в принципе, если не ориентироваться по сигнатурам, то и незаметно. Несмотря на это, невидимостью никто из них не пользуется. На самом деле, это, видимо, редкие амулеты.

А вот рельефом группа пользуется виртуозно. Просто я точно помню немного другой ландшафт, да и сигнатуры, опять же.

Недовольно отхожу обратно в дом. Ладно, если уж ловить на живца, то будем ловить на живца. Снимаю невидимость и скрыт.

— Максим, что ты задумал? — с некоторым беспокойством уточняет старикан.

— Да мне надо понять, что эти люди всё-таки здесь делают, какая у них цель. Ведь не просто также они сюда пришли. Не переживай. Меня действительно очень сложно убить, а их намерения нужно хотя бы попытаться понять. Ты мне лучше скажи, на каком расстоянии ты сможешь гарантированно справиться с этими людьми, с учётом того, что точно среди них нет мага уровня повелителя или высшего мага? Этого ощущения нет, думаю — стандартная армейская пятёрка.

— Без разницы, на любом расстоянии внутри границ. Если обычные маги — хотя бы метр — два внутрь. Территория поместья — частная собственность, принадлежит только Игорру. Так что в случае нападения на территории поместья, никаких юридических ограничений по применению любых средств защиты не существует.

— Интересно, а разве в империи на самозащиту есть ограничения? — удивляюсь. Ничего такого не встречал в выдержках законов.

— Только сословные. Но да, ты прав, Максим. У магов в любом случае ограничений на самозащиту немного. Но, в случае поместья — к тебе даже вопросов не будет.

— Хорошо, учту, — киваю. — Но на вопрос ответь, где гарантированно уничтожишь любого из этих магов?

— Я не знаю, смотря какие они по уровню и стихии. На великих или повелителей защита поместья не рассчитана. Но раз уровень средний, то гарантированно всё же в любом месте поместья. Их число значения не имеет. Малый отряд — любой, а большой в столице вряд ли на штурм пойдёт. В поместье защита немного избыточна. Игорр долго её настраивал, чтобы ограничить её применение оградой. Конечно же, я сейчас говорю не об обманке. Та — стандартные конструкты.

— Учту и это. Хорошо.

Снова выхожу из дома. В сигнатурах что наблюдателя за этой стороной поместья, что притаившейся пятёрки — спокойная уверенность и внимание. Иду, словно бы не замечая магов. Где-то метров за пять до ограды все они прекрасным образом уже помещаются в поле действия моего Аспекта. Даже без особого напряжения.

Спокойно подхожу к границе владения, никто не нападает, маги себя тоже не проявляют.

Выхожу за ворота поместья. «Вижу» размеченную ловушку, но всё равно вхожу в её контур. Прервать-то внутри моего восприятия я могу что угодно, и этот конструкт я вполне себе ощущаю.

— Начали, — следует команда главного.

Ловушка активируется, и со стороны засады вылетают магические конструкты. Маги очень плотно перекрывают мне все возможные пути отхода и защиты.

Некоторые конструкты я узнаю, некоторые нет, но даже те, что я узнаю, шансов увернуться, с их точки зрения, не оставляют.

Ускорение прекрасно даёт мне возможность рассмотреть атаку магов. Удивительная скорость. Я такую даже в поединке между Кошкиным и турецким магом не видел. Каждый из магов, не прерываясь, взрывается каскадом из десятка похожих, но всё же разных конструктов. Основой большинства конструктов служит уже знакомая мне структура парализации, некоторые — в основе своей имеют сон. Но все сделаны так, чтобы гарантированно пройти сквозь армейский, или даже офицерский щит. Всё это нелетальное.

Нити ловушки рву сразу, а вот конструкты — перенаправляю. Внутри моего пространства это вообще не проблема.

Щиты нападающих отлично справляются с их конструктами. В отличие от меня-студента, нападающие обеспечены щитами от как раз таких конструктов. Кажется, Степанов упоминал про полицейский вариант — видимо, они. А вот у наблюдателя щитов нет, так что некоторые конструкты прекрасно влетают в него.

Щиты, конечно, отличные, только как они могут помочь против глифов, да ещё сформированных в непосредственной близости от тел магов?

«Ужас» прекрасно влетает каждому из пяти засадников. И сразу же, там же в четверых, влетает «сон», накаченный пси и магией пополам. Этих ребят теперь будет сложно разбудить, в том числе и мне.

На секунду осматриваюсь в ожидании внимания. Но нет. Наша скоротечная и почти бесшумная схватка проходит незаметно. Раскидываю своё ощущение как можно дальше, истончая его до предела. На секунду дотягиваюсь чуть ли не до другого конца поместья, до соседних улиц и перекрёстков. Накрываю огромную для меня площадь. Десятки сигнатур. Но нет, никто нашим боем не интересуется, включая и трёх других наблюдателей за домом. Видимо, у каждого свой сектор наблюдения. Что же — мне легче.

Возвращаюсь к полному контролю поля. Прошло всего-то пара секунд.

Командир пятёрки ещё в состоянии ужаса, но постепенно приходит в себя. В его разуме появляются искры осознания. Как-то сильно быстро. Нет, мне это не нужно. Телекинезом притягиваю его поближе.

— Заказ? — уточняю я, глядя в глаза. Мужик почти приходит в себя. Он практически в пограничном уже состоянии между своим осознанием и ужасом. Впечатываю ему ещё глиф, только ослабленный.

Чувство разума хорошо, но внешние проявления тоже лучше бы наблюдать — разум в глазах уже почти появляется.

Мне не нужно слышать его ответы. Я вполне их могу прочитать по сигнатуре.

«Да.»

— Непосредственный начальник? — спрашиваю.

Вижу неуверенность мага.

— Мне не нужны твои ответы, по большому счёту. Я и так знаю, мне нужно только подтверждение для себя. Вы должны были меня убить?

Здесь маг даже пытается кивнуть, хотя больше и непроизвольно.

— Просто должны были убить?

Удивляет отрицательный ответ.

— Не просто? Нападение? Нет. Имитировать? Ограбление? Да. — Интересно, но всё же ожидаемо. Значит, заказчик не хочет, чтобы его связывали с моей смертью. Ну тут даже вопросов нет. Заказчика-то я довольно точно знаю.

— Заказчик — граф Самойлов? Неуверенный какой-то ответ. Его советник или порученец? Прямой приказ? Да. — задумываюсь. На секунду, не больше, упускаю контроль за магом. Отвлекаюсь на ответ.

Тот же мгновенно, даже в этом сумрачном состоянии, давит на что-то внутри челюсти и тут же начинает умирать. Прямо на глазах.

— Надо же, как строго всё у них, — удивляюсь.

— Закинь на территорию поместья, пожалуйста, пока он не умер. — предлагает появившийся старикан.

Пожимаю плечами. Для меня этот маг уже бесполезен, даже если его в стазис сейчас закатать. Да и опасны они все для меня — моя сила в том, что почти никто не знает, как я атакую, и чем. А здесь профессионалы. Два и два сложат.

У мужика уже пена, а разум начинает распадаться, как у умирающего в муках. Не повезло.

Закидываю командира пятёрки в поместье.

Тело мгновенно размазывается в воздухе вместе с амулетами и одеждой. На мгновение в поместье я успеваю увидеть сигнатуру духа дома. Он словно бы успевает поглотить душу мага.

— Ты сожрал душу? — тут же уточняю у старикана.

— Ты что! Душа неразрушима. Я забрал все наносные оболочки разума. — Даже не пытается отнекиваться старик. — Я же не человек, а ваши людские оболочки помогают нам, духам, расти. Вам-то они после смерти вообще не нужны. У меня запрет на прямое убийство, если ты переживаешь. Но защищать поместье я обязан. Это условия контракта.

— Ну, выглядишь ты как человек. Старый человек.

— Это не я. Я формы не имею. Это мой прототип. Человек, с которого снимали образ разума. Сам-то я понимаю, что я не он. Но действую так же. А благо семьи — это и моё благо, так как разумом я тебе, получается, прадед. Пусть и не родной. Снимали образ с деда князя, когда он ещё был жив. Если захочешь, расскажу потом.

Вместе, и почти одновременно осознают себя и остальные маги. Смысла с ними воевать я не вижу. Нового они мне ничего не скажут, а заказ постараются отработать. Закидываю их туда же, на территорию поместья. Да и наблюдателя тоже. Мало ли что успел увидеть или услышать ненужного. Вся история занимает считаные минуты, причём вместе с допросом.

Несколько смазанных росчерков — и это, похоже, всё, что остаётся от группы.

Глава 25

Осматриваюсь в поисках любой гостиницы. В принципе, мне нужен просто небольшой номер. Приличная гостиница и портал решат на ближайшее время любые мои проблемы с жильём. Даже гостиница не очень нужна, но без неё, появление человека в каком-нибудь тупиковом проулке вполне может привлечь ненужное внимание… Не хотелось бы.

В Новгороде пока что слишком раннее утро для визитов и вопросов, и до более или менее приличного времени ещё часа два. Так что при хорошем ускорении и быстром решении вопроса с гостиницей, я ещё и выспаться успею.

Захожу в первую попавшуюся освещённую дверь, похожую на нужное заведение, в соседнем с богатым районом квартале. Приятные, со вкусом подобранные цвета интерьера, удобные кресла, приглушённые звуки, вообще уютный холл — всё говорит о хорошем уровне заведения. Гостиница в торговом квартале даже неблизко к этой вроде бы неприметной двери.

— Доброе утро, — здоровается со мной улыбчивая дама в возрасте. Женщина за стойкой словно меня ждала всю ночь — настолько доброжелательная. — Чего бы вы хотели, молодой человек?

— Добрый день, номер, на одного, пока на день, — отвечаю даме.

— Что же, — обворожительно улыбается женщина. — Такие услуги мы тоже предоставляем. Два золотых за ночь. Завтрак — в любое удобное вам время. — Называет довольно высокую цену.

Киваю соглашаясь.

— Прошу за мной, — плавно, и как-то интересно, что ли, выплывает из-за стойки дама.

Прохожу за женщиной. По пути не встречаем никого. Очень тихое место. Мне даже начинает нравиться. Коридор, которым мы следуем, это впечатление только поддерживает.

— Прошу вас. — Открывает дверь в номер дама. — Вот ваш ключ. Если что-то понадобится — на столе амулет связи со мной. Услуги нашего Дома, включая завтрак, в каталоге там же. По вашему вызову всё будет предоставлено моментально.

Женщина снова улыбается как доброму знакомому, и исчезает, оставляя меня один на один с небольшим, но неожиданно уютным номером.

Хмыкаю. Запираю дверь и ставлю портал. Выспаться всё же нужно. С остальным разберусь чуть позже.

— Доброе утро, Борис Васильевич, — вызываю Кошкина часа через два, по внешнему времени.

На Арене я успеваю и успокоиться после ночного столкновения, и выспаться после него. Что, в общем, и было главной целью.

— Доброе утро, Максим. У вас что-то случилось?

— Нет, наоборот. Хотел поинтересоваться, как Рыжая? Точнее, Клавдия Сергеевна?

— Да ладно, Максим, я же знаю, как её зовут, — кажется, слегка улыбается наставник. — Она и сама не против. Рыжая в порядке, её сегодня выпишут. Если хотите, приезжайте во второй половине дня к целительской.

— Обязательно буду, Борис Васильевич. — подтверждаю.

— Это хорошо. Пока что мне нечем вас порадовать по поводу дома. Но приём, по поводу знакомства с группой вы можете провести у меня в городской усадьбе. Я вчера всё же вступил в наследство. Там, конечно, требуется некоторая подготовка — всё же дом стоял закрытым два года, но всё же относительно небольшая.

— Благодарю, Борис Васильевич. Кстати, скорее всего, я решил проблему с домом, но это тоже будет не сразу. Арендный договор смогу оформить только дней через пять-семь.

— Это хорошая новость, Максим. Где вы нашли дом, если не секрет? — мне-то нанятый специалист достойных вариантов пока не предоставлял.

— Вот в том же районе, в старом городе, там, где мы с вами ездили вчера днём. — отвечаю Кошкину. — Удачно сложились обстоятельства.

— Рад за вас, договор, наверное, стоит моему поверенному показать, на всякий случай.

— Не переживайте, Борис Васильевич, там особые условия, меня обманывать с ним точно не будут. — усмехаюсь. — Я чуть позже вам расскажу.

— Как скажете, Максим, как скажете. — На секунду задумывается. — Вы решили жить отдельно, я правильно понимаю?

— Не задумывался, но вообще, мне находиться в столице пока удобнее, Борис Васильевич.

— Я бы поостерёгся в связи с последними событиями, но вы взрослый человек, и в вашей безопасности я уверен. Да и обучение вы начнёте уже на следующей неделе. А на территории Академии внешние претензии Родов друг к другу традиционно прекращают действие на время обучения. Соблюдается формально, но подсылов от боярских Родов, вы там можете вообще не ждать. Всё — проще. Вы вообще готовы к обучению?

— Конечно! — уверяю наставника.

— Я вступаю в должность профессора на следующей неделе. Найдёте себе группу тогда в тот же срок.

— Да, Борис Васильевич.

— И Максим, у меня к вам небольшая просьба. Заявите городовому о пропаже мобиля. Эту вещь найти будет несложно. Но для этого нужно хотя бы озаботиться заявлением. И ещё, Эльвира Леопольдовна уже спрашивала о времени проведения дополнительных уроков. Я сообщу ей, что вы проживаете теперь в столице. Когда вы сможете вступить в пользование арендованным домом?

— Сразу после договора, думаю. Нанять персонал не должно стать сложной задачей.

— Значит, через неделю ждите в гости Эльвиру Леопольдовну, — явно усмехается по переговорнику Кошкин. Я надеюсь, вы ей предоставите гостевую комнату, если будет необходимо. Так-то она в Новом городе как раз и живёт, но места для занятий у неё нет. Да и ваше обучение она взяла только потому, что является другом нашей семьи.

— Хорошо, Борис Васильевич, я вас понял. Как только, так сразу сообщу.

— До встречи, Максим.

— До встречи.

Прощаюсь с наставником.

Тут же вызываю дядю Вилли, раз уж он собирался помочь с мобилем.

— Доброе утро, Вильгельм Генрихович.

— Привет, Максим. Ну да, неплохое утро! — здоровается Кощей. — Если ты по поводу своего мобиля, то он нашёлся.

— Да ладно? Так быстро? И где? — удивляюсь.

— Он оказался на общей стоянке. Все брошенные мобили, после позавчерашних событий, Служба Безопасности отгоняет на общее поле, соответственно, и твой тоже. Стоял бесхозный, — объясняет дядя Вилли.

— Ну да, понимаю. И как его забрать? — интересуюсь.

— Приезжаешь, оформляешь, забираешь. Но не сейчас. Сейчас мои люди твой мобиль уже забрали. Слишком у Тайной Экспедиции с этими машинами прибавилось проблем. Тебя бы заметное время продержали, — деловито говорит Кощей.

— А что случилось? — настораживаюсь.

— Трупы из мобилей исчезли, — мрачно сообщает он.

— В каком смысле?

— В прямом. Их в морг отвезли, и из морга все эти привезённые мертвецы ночью исчезли. Так что полиция сейчас сильно возбуждена, и я решил избавить тебя от необходимости с ними общаться. Хотя, если честно, ситуация мне очень не нравится, — озабоченно продолжает дядя Вилли.

— Почему? — уточняю.

— Мне это напоминает очень неприятные моменты из моего прошлого. Думаю, что и жандармам это напоминает, или очень скоро напомнит что-то похожее, — отвечает Кощей.

— В каком смысле?

— Максим, ты совершенно точно никогда этого не касался, но лет тридцать назад в войне против Российской Империи участвовали германские некроманты, и у них в качестве ударных частей были довольно разные существа. Некоторые из них были вполне себе мёртвыми до определённого момента, а потом они поднимались и шли выполнять нужную задачу, — серьёзно рассказывает дядя Вилли.

— Но ведь маги же их наверняка проверяли? — недоумеваю.

— Обязательно. Только вот до определённого момента они полностью мертвы. Мы… В смысле, германские некроманты часто такие подарки на поле боя оставляли. Просто ситуация, по дошедшей до меня информации, очень напоминает ту историю. Маги жандармерии, уверен, придут к тем же выводам. Вряд ли есть другое объяснение картинке, которую получили дознаватели: трупы встали и сами ушли из морга. Причём они постарались избежать там всего наблюдения, — мрачно объясняет Кощей.

— А вы откуда знаете подробности? — осторожно интересуюсь.

— Так сложилось, Максим, что на данный момент в Империи я чуть ли не единственный, кто может проконсультировать по этому вопросу. Тайная Экспедиция об этом знает, так что с ними я уже общался. А я, как ты помнишь, их консультирую. Другое дело, что жандармы ведут своё расследование, и тут нужно чуть подождать. Я надеюсь всё же, что выводы будут другие, просто пока готовимся к самому неприятному. Не катастрофа, конечно, даже не близко, но здесь план внутри плана, кажется. Я, в общем, к чему… Максим, если я прав, то эти твари довольно опасны и плохо уязвимы почти ко всему, кроме огня. Имей это в виду. Если увидишь нетипичное угрожающее поведение группы людей — сначала бей огнём, а потом разбирайся. Последствия близкого контакта с такими существами крайне… неприятны. — Предупреждающе говорит Кощей.

— Учту, дядя Вилли, — серьёзно киваю.

— Так, а куда доставить твой мобиль? — уже более лёгким тоном спрашивает дядя Вилли.

— А я не знаю. Даже не посмотрел название гостиницы. Сейчас, — смущённо признаюсь я, открывая толстый справочник на столе. Читаю название. — «Покой Сердца». Странное название для гостиницы.

— Естественно, это, в общем-то, и не гостиница, — с явным весельем усмехается Кощей. — Ты там?

— Да, на ночь снимал у них комнату, — несколько рассеянно отвечаю. Все же новости так себе.

— Хорошее, правильное дело для юноши. Жди, Степан подгонит мобиль. Через полчаса будет. И завтраки у них попробуй, повар там отменный — как в лучших ресторанах. Хотя нет, ты же ещё не завтракал? — добродушно советует дядя Вилли.

— Нет.

— Вот после завтрака и подгонит. Не буду лишать тебя этого удовольствия, — с явным подтекстом говорит Кощей.

* * *

— … Подготовленная группа и наблюдатель просто исчезли. Маячки — не фиксируются. Группа выключила опознавательные сигналы перед операцией — это предусматривается внутренними инструкциями при начале. Только поэтому мы можем с уверенностью сказать, что контакт у звезды с кем-то был. Вот только ни описания цели, ни доклада самой группы у нас нет. Нет и последующего контакта ни с кем из звезды. Группа и наблюдатель словно растворились. Нет следов крови или следов боя. Проявитель показывает остаточные следы присутствия членов звёзды. Остатки сильных эмоций. Но на месте они словно исчезли. Ещё показывает остаточные и очень лёгкие следы ещё одного человека. С уверенностью сказать о совпадении этих отпечатков с данными в нашем архиве мы не можем. Но точно могу сказать, что этот человек контактировал с командиром группы на расстоянии примерно полутора метров. Для магического боя — явно избыточно.

Пожилой, сухой как жердь дядька, не поднимая глаз от пола, монотонно бубнит отчёт. По виску стекает капля пота, но он старается не делать резких движений.

— Трое остальных наблюдателей ничего не видели. Но с их позиций ни главный вход, ни главные ворота не просматриваются. Мы послали стандартный квадр наблюдения — большая группа привлекла бы внимание. После потери сигнала наблюдателя второй был на месте меньше чем через три минуты. Никого не обнаружил. Больше главный вход и ворота из вида не выпускали вплоть до появления группы с городовым. За такое небольшое время территорию зачистить не смогли бы. Полиция дело заводить отказалась, даже вашим именем. Говорит: обращайтесь в жандармерию — территория княжества Тобольского их епархия. Доклад окончен.

— Нехорошо сработали. — Уставший, и словно бы погасший где-то внутри рыжий толстяк раскуривает сигару. — Плохо даже. Заместителя подготовил?

— Д-да. — соглашается старик.

— Семью не трону, — вздыхает рыжий. — И тебя жалко терять. Но делом же ты занимался от начала и до конца?

— Да. — старик почти с гордостью поднимает голову. — И дело я сделал хорошо.

— Нет. — качает головой толстяк. Щёлкает пальцами. — Хорошо — это когда результат есть… — добавляет он мгновенно взметнувшемуся гудящему факелу на месте старика. — А когда результата нет, а средства использованы — кто-то должен за это отвечать.

Глава 26

Вызванный официант заходит после тихого стука, почти как привидение.

— Простите, сударь… вы один? — слегка удивляется.

— Судя по всему, да, — отзываюсь, не поднимая глаз от каталога, который решаю пролистать, ожидая завтрак.

Теперь понятно, почему Кощей улыбался, говоря по переговорнику.

Сам усмехаюсь, перелистывая страницы каталога. Действительно, забавно я ошибся. Но, может, и к лучшему — по большому счёту мне без разницы, где находиться. Любое место мне вполне себе подходит, а здесь ещё и комфортно. Никакого навязчивого сервиса. Всё крайне прилично.

Первые же картинки с едой быстро сменяются изображениями красивых и со вкусом одетых барышень. Еда на страницах выглядит так, что хочется заказать всё и сразу. Появившиеся же барышни на страницах каталога со вкусом одеты и красивы. Только ценник под картинкой прямо говорит о роде заведения. Но сам факт, что всё это в одном каталоге услуг, говорит о многом.

Встретив первую такую картинку — удивляюсь, а вот посмотрев остальные, понимаю, куда меня занесло.

Гостиница оказывается не борделем, конечно же, слишком всё направлено не комфорт отдельного гостя, но чем-то вроде дома свиданий. А может, даже похоже на некоторый вариант японского дома гейш. Всё же упор, очевидно, на хорошей компании, а не на физиологии. На каждой картинке указаны темы, в которых разбираются дамы, их образование и даже, что особенно убивает, сословный статус. Испытываю несколько смешанные чувства по этому поводу, но в чужой монастырь со своим уставом…

Вообще, рядом с богатым кварталом, да и неподалёку от студентов — крайне полезное заведение. Мысленно пожимаю плечами. Эту сторону жизни тоже нужно уже постепенно раскрывать, а то владение телом, конечно, хорошо, но полностью уходить в аскезу как-то не планирую.

Мыслями возвращаюсь к официанту.

— У вас там что-то испортится?

— Н-нет, конечно, — поспешно отвечает он. — Просто… это завтрак на двоих. Иногда даже просят разделить на три, если не уверены в себе. Я лишь… удивился. Позвольте?

— Позволяю, — киваю и откладываю каталог.

Официант начинает расставлять блюда. Колпаки на еде простые, стальные, с аккуратными ручками. Без драконих голов, без инкрустаций. Но блестят как зеркало.

— Итак, — начинает парень своё представление. А это оказывается почти ритуал. — первое: яичница по-генуэзски.

Снимает первый колпак, и мне в нос ударяет вкусный запах вроде бы простой яичницы из трёх желтков. Сверху — тонкие кольца обжаренного лука, чуть вяленые томаты и щепотка крупной серой соли. Никакой алхимии, но пахнет… как-то неправильно хорошо.

— Второе, — продолжает официант, — поджаренный хлеб с тушёной говядиной и яйцом пашот. Снизу — подушка из сливочной каши. Хлеб — собственной выпечки, ферментированный на ячменном солоде.

Снимает второй колпак.

По поджаренной корке хлеба медленно вытекает желток, затекая в мясо, а потом в кашу.

Третий колпак тоже слегка удивляет, но уже десертом.

— Печёные яблоки с творожным кремом, обжаренными грецкими орехами и чуть-чуть… — он понижает голос, — … чуть-чуть карамельного соуса. Домашнего.

На тарелке лежат именно обещанные две запечёные половины яблока. Внутри обещанный крем и орехи.

Неожиданно всё вместе создаёт интересный комплекс запахов — это, кажется, тоже предусмотрено. И, что удивительно, совершенно без магии. Не вижу ни одного конструкта.

Официант сдержанно кланяется и исчезает за дверью. Похоже, предусмотрены малейшие желания посетителя.

Вообще, удивляюсь — ни разу в такое заведение не попадаю ни в этой, ни в прошлой жизни. Хотя, если уж совсем честно, после кафешки в Смоленске-2 впечатлить едой меня довольно сложно. Но настроение точно поднимают.

Откидываюсь в кресле. Что ж, раз есть время до обеда, вызываю своего возможного начальника службы безопасности. Думаю, за последние несколько дней Обломов уже должен был провести переговоры хоть с кем-нибудь из своих контактов.

— Приветствую, Глеб Викторович.

— Доброе утро, господин Рысев. — Первый, взятый мной со стороны на службу словно ожидает моего вызова.

— Я бы хотел узнать, как у нас продвигаются переговоры и в какой стадии всё находится.

— Я провёл переговоры практически со всеми, кто, по моему мнению, важен для нового Рода. И переговоры относительно успешные. Есть только одна небольшая сложность.

— С чем? — удивляюсь.

— Техническая, Максим. Я без ног, а почти все мои контакты собрались в Новгороде.

— А в чём сложность? — удивляюсь.

— Билетов на транспортный дирижабль на ближайшую неделю нет. Жду. — спокойно отвечает мужик.

— Почему меня не вызывали? — уточняю. — Это же смешно.

— Вызывал, вчера. И вызвал бы ещё попозже и сегодня. — продолжает безопасник. — Но вы были недоступны, Максим. Не страшно. Временные рамки, которые вы мне поставили, не нарушены, сроки я, неожиданно для себя, даже сократил.

Хм. Да.

— Каким образом так получилось? — интересуюсь.

— Большая часть моих контактов собрались в свободный отряд. Как раз на этой неделе, сразу после объявления войны. Иррегулярам сейчас будет шанс заработать.

— Вас не позвали, — удивляюсь.

— Позвали, — усмехается безопасник. — Откуда бы я, иначе это узнал? Но я уже работаю на вас, так что мои знакомые отложили выход на биржу наёмников, пока не поговорят со мной. И с вами, понятное дело, по результату.

— Так. Давайте подробнее, пожалуйста. Мы же обсуждали возможность найма в том числе и инвалидов. Как с этим стыкуется отряд? — удивляюсь. И тут же уточняю. — Мне просто интересно.

— У отряда всегда есть тыловые части. Плюс внутренние функции, вроде поваров, каптёра, просто персонала. Лучше взять туда своих, пусть и ограниченно дееспособных, чем в таком деле набирать со стороны. Мои знакомые именно так и поступили. В этом, кстати, тоже некоторая сложность.

— Давайте, вываливайте всё и сразу. Будем решать. — слегка усмехаюсь. — Или нет.

— Отряд несколько больше, чем мы обсуждали, это раз. Дорога — это два. Ваше присутствие. Три. Вроде бы всё. Прежде чем вы примете решение, позволю себе заметить, что приобрести отряд, который уже спаянный общей прошлой историей нам было бы предпочтительней, чем набирать людей по отдельности. В отряде есть даже три мага, как раз заявленных специализаций — огневик и два строителя, магов Земли.

— Отлично. Насколько больше получился отряд? — прерываю рекламную паузу. Где-то я согласен с Обломовым — сформированный отряд даже лучше. Тем более я этого человека просил именно в расчёте на его связи. Так что, то, что при объявлении войны, бывшие военные оперативно собирают отряд, и не забывают своих же пострадавших — характеризует их с правильной стороны.

— Примерно в два раза… — чуть помолчав, с лёгкой опаской отвечает Обломов.

— Подходит. — тут же перебиваю его. Поясняю. — У нас немного расширился пул задач. И если напрямую в боевых действиях мы участвовать, надеюсь, не будем, то мне неожиданно требуется подготовка дальнего рейда сквозь воюющие стороны. Попутно можем выполнять и другие функции. Ну и известный вам дирижабль задействуем.

— Тогда только разговор напрямую с вами, — с облегчением говорит безопасник. — Неделю ещё отряд может спокойно ожидать. Они находятся в столице, в пригороде. Там у одного из членов отряда таверна.

— Замечательно. Тогда, наверное, даже лучше будет, если я с ними как раз в столице и переговорю. — Удивляюсь такому замечательному совпадению.

— Да, это было бы отлично, — соглашается Обломов. — Только, как я уже говорил, скорее всего, без меня — выбраться из Орши я сейчас, в связи с войной, оперативно не могу.

— Можете. — Отметаю возражения. — Телепортом идите, это обоснованные транспортные расходы. Будете в столице сегодня. Когда сможете организовать встречу?

— Да хоть этим же днем, — воодушевлённо говорит мой безопасник. — Большая часть отряда почти всё время находится на месте.

— Отлично, — подхватываю. — Сегодня это вообще идеально. Сколько вам нужно времени, чтобы подготовить?

— Около двух-трёх часов. — прикидывает Обломов. — Плюс дорога. Но это можно совместить. Тогда я их ориентирую примерно через четыре часа?

— Давайте. Даже давайте через пять. Я как раз со своими делами закончу. — уточняю.

— Будет сделано. — соглашается безопасник. — Вы не пожалеете.

— Надеюсь. — киваю контакту. — Вы свои проблемы решили? — уточняю на всякий случай.

— В тот же день, — подтверждает Обломов. — В целительскую школу в Смоленске-2 отправился сразу же.

— Отлично. Тогда жду вас в столице. Организовывайте. — отключаюсь.

Собираюсь. По идее, Степан, посланник Кощея уже должен быть уже здесь. Вместе с мобилем.

Выхожу из номера. Интересно. Аспектом я чувствую почти два десятка людей рядом. А вот лично — словно нахожусь на этаже в одиночестве. Очень тщательно создаётся такое ощущение. Меня это подкупает.

На выходе меня встречает всё та же доброжелательная дама.

— Вам всё понравилось? — уточняет у меня. Причём с интересом. Женщине действительно важна эта информация — я это отслеживаю по сигнатуре.

— Да, благодарю, — киваю.

— Ждём вас у нас в гостях снова! — И на этот раз дама вполне совершенно откровенна. Действительно, ждёт.

— Не буду отказываться. Всё возможно, — соглашаюсь. Странное место, но настроение после него очень неплохое.

Выхожу на улицу. На выходе меня уже встречает знакомый мобиль Кошкина, за рулём которого сидит Степан.

— Доброе утро, — здороваюсь. — В центральный дом целителей. Минут за двадцать доберёмся?

— За десять, — кивает. — Утро — никого на дорогах.

— Прекрасно. Тогда нам туда.

Глава 27

Со Степаном прощаюсь около главного корпуса Дома Целителей. В принципе он свою работу сделал и порученное дядей Вилли исполнил полностью. Мобиль вернул, и даже довёз, куда я попросил. Так что, видимо, сделал даже больше.

Через десяток минут рядом с огромным зданием Дома Целителей появляется и наставник. Он как раз таки берёт извозчика. Узнаю его по сигнатуре. Кошкин свой мобиль тоже узнает и практически сразу же как отпускает извозчика, стучится ко мне в стекло.

— Максим, доброе утро ещё раз. — Садится в машину. — Вы неожиданно быстро смогли вернуть мобиль.

— Да, повезло, — соглашаюсь с Кошкиным. — Это служба безопасности его отогнала он на свою стоянку как бесхозный. У них сейчас аврал — трупы опять же, пропали. Тех, что были в тех, взрывающихся машинах. Поэтому все бесхозные мобили просто и незатейливо отгоняли на спецстоянку.

— Там нашли? Это хорошо, — Соглашается со мной Кошкин. — Вы с нами вернётесь в поместье?

— В поместье? — переспрашиваю. — Нет, я ещё в городе останусь, у меня ещё дела.

— Удивительно быстро вы этими делами в Новгороде озаботились, — усмехается наставник. — Ну ничего, если что — имейте в виду, что в поместье вам всегда рады.

— Да, я знаю, — улыбаюсь. В моё ощущение попадает знакомая сигнатура Рыжей. — Борис Васильевич, минута-две. Думаю надо идти встречать. Клавдия Сергеевна скоро будет на улице.

— Вы, Максим, даже в безопасном месте окружение просматриваете? — уточняет наставник.

— Да, могу только заглушить, но не отключить, — киваю.

— Это хороший навык, Максим, — серьёзно соглашается Кошкин. — И не заглушайте. Снаружи ваше сканирование незаметно, а вы всё время готовы, если что.

Выходим из мобиля.

Из ворот дома целителей появляется Рыжая. Судя по её самоощущению, чувствует себя она отлично. Всё, мы ждём.

Девушка рада видеть как наставника, так и меня. Скорее всего, была бы рада только Кошкину больше, но любопытство, видимо, всё же не в последнюю очередь влияет на девушку. Думаю, из-за него Кошкин и предложил встретить мне тоже. По крайней мере, ощущение говорит об этом чувстве. Просто радости там меньше.

— Боря, здравствуй! И тебе, Макс, моя большая с кисточкой благодарность! — Рыжая выпархивает из целительского корпуса. — Так. Какие планы?

— В поместье, — слегка пожимает плечами наставник.

— Нет! — не даёт вставить ни слова больше Кошкину. — Я три дня провалялась, хочу на ручки и платьишко. — смеётся боевая магиня.

Кошкин вздыхает.

— Правильно вздыхаешь! — усмехается Рыжая. — У целителей ещё и кормили отвратно. — нет, дорогой, сейчас ты меня ведёшь кафешку. У целителей, конечно, было неплохо, но кормят у них отвратительно. Сейчас ты меня ведёшь завтракать, а потом платьишко, обувь и на ручки, — корректирует планы магиня. — У нас сегодня на завтрак была овсяная каша на воде и что-то непонятное на вкус в качестве питья. Заказать там, опять же, ничего нельзя. Говорят, для выздоровления полезно. Эликсиры, понимаете ли, с этим усваиваются лучше. Может быть, но жрать хочется неимоверно.

Наставник в поисках поддержки немного беспомощно смотрит на меня.

— А я что? Я ничего! — смеюсь. — Я во всём Новгороде только ресторан у Дома Свиданий знаю. Только он действительно хорош.

— Быстрый ты! — усмехается Рыжая.

— Не в этом смысле, — поддерживаю шутку. — Я по ночному времени перепутал с гостиницей. Забавно было. Тут рядом, минут десять на мобиле.

— Хороший ресторан? — уточняет Рыжая.

— Очень, — киваю. — Говорят, что там повар — один из лучших в городе.

— Так, милый, ты что скажешь? — уточняет рыжая магиня.

— Не знаю. Я не планировал задерживаться в Новгороде. Только ты серьёзно хочешь пойти в Дом Свиданий? Это же крайне не одобряют в обществе. Ты же почти замужем. — Бросает взгляд на меня. — Максим, это действительно забавно, но не вовремя.

— Милый, я хочу есть. Это раз, и, не забывай, я боевой армейский маг, — хохочет Рыжая. — всё это неодобрение мне уже давно ниже пряжки! Пусть и вспоминаю я об этом редко. Это два. Да и пойду я туда со своим женихом! Но, повод для сплетен — отличный, конечно!

Кошкин не может сдержать улыбку.

— Зато подумай, как перекосит твоих недоброжелателей, а Михаил Александрович, например, точно посмеётся этому анекдоту. А до него обязательно донесут.

— Да, ты права, — уже не сдерживаясь, а даже с некоторым предвкушением говорит Кошкин. — Веди, Максим. — И очень слегка подмигивает одним глазом, чтобы не заметила Рыжая. Ну, в общем, понятно. Вряд ли он не в курсе про место, но сознаваться в этом не будет даже под страхом немедленной и ужасной смерти.

— Замечательно! Так, меня ещё никогда не компрометировали! — с удовольствием смеётся в мобиле Рыжая.

Наставник бросает на меня весёлый взгляд.

Ну а я что? А я ничего, — смеюсь про себя.

— Едем!

С утра я не замечаю, но, оказывается, рядом с этой неприметной дверью в «Покой Сердца» есть небольшой вроде как ресторанчик. Но вход всё равно, судя по всему, один.

Заходим в дверь. Рыжая с огромным интересом и удовольствием осматривается внутри Дома Свиданий.

— Добрый день. — здоровается всё та же администратор. При этом ни взглядом, ни словом не даёт понять о том, что я здесь уже был. Видимо, необходимость сохранения конфиденциальности у них прошита в крови.

— Нам нужен ресторан, — говорю девушке.

— Да, конечно, у нас вход в ресторан с этой стороны. — показывает дама. — Позвольте, я вас провожу.

Провожает в довольно большой зал. Но я это понимаю исключительно Аспектом, как и то, что тут есть посетители. Сам же зал оформлен таким образом, чтобы создавалось впечатление небольшого, почти пустого уютного места, с отдельными зонами. Которые, в свою очередь, хоть и не являются закрытыми кабинками, но чётко отделяют посетителей друг от друга, не позволяя смешиваться компаниям, да и просто определить — есть ли кто рядом, является довольно затруднительно. Всё во имя конфиденциальности. Мне это место всё больше и больше нравится.

— Чем всё закончилось-то? — интересуется Рыжая, когда мы устроились за столиком. — Мы победили?

— Победили, — усмехаюсь. — В принципе, ты всё основное же видела.

— Да, но не до конца, Максим. В моём состоянии, знаешь ли, присматриваться особо и не получалось, — усмехается.

Наставник только кивает. Но он-то конца битвы вообще не застал.

— А что с кораблём?

Кошкин тоже на меня смотрит с интересом.

— А корабль вы, Клавдия Сергеевна, раздолбали в хлам. Если там что-то и осталось, то безопасники мне обязательно скажут. Но трёх дней, которые прошли с тех пор, несколько маловато для разбора той горы хлама, в которую превратился дирижабль.

— Да так им и надо, этим туркам, — усмехается Рыжая. — Вообще, не жалко.

— Согласен, — киваю. — Этим, правда, ты спасла нам жизнь, — продолжаю.

— Хоть так поучаствовала, — посмеивается Рыжая.

— Да нет, ты зря, — снова говорю о бое. — Если бы не твоя атака по дирижаблю — мы бы там все и легли. Именно на неё отвлёкся вражеский маг, и только это позволило его победить. По большому счёту всё же он был сильнее нас всех вместе взятых.

Рыжая вопросительно смотрит на Кошкина, но тот подтверждающе кивает.

— Так и есть, дорогая. Маг был не из нашей весовой категории. Скорее всего, судя по силе, Повелитель, но теперь мы этого уже не узнаём. Из начинающих, конечно.

— То есть мы втроём укатали Повелителя? — довольно удивляется Рыжая.

— Да. И не просто повелителя, а, скорее всего, Воздуха. Потому что в конце боя он даже летал.

— Втроём укатали Повелителя Воздуха. А вот это здорово, — с гордостью говорит Рыжая. — Хорошая команда из вас, мальчики, получилась. Молодцы.

— Да ладно, без тебя ничего бы не получилось, — ещё раз говорю. — Он не ожидал того твоего удара по кораблю — мы-то уже не доставали. Повезло.

— Повезло — не повезло, это неважно. Важно, что укатали, — рассуждает Рыжая. — Тогда значит, Борь, на переговоры со службой безопасности пригласи меня — у меня есть к ним некоторые вопросы. Всё же работа эта была не наша, и риск оказался непропорционален просьбе, не находишь?

Рыжая на секунду злится на безопасников. Но почти мгновенно перестаёт.

Приносят приветственные напитки от заведения.

И все три — разные. Мне попадается что-то вроде морса или сока. Выделить вкус — не получается, но общее ощущение лесной свежести эта штука передаёт. Заодно понимаю, что на обед оставаться не очень хочу. В сигнатурах что наставника, что Рыжей любопытство постепенно исчезает.

— А что с магом, пленили? — Рыжая спрашивает у Кошкина.

— А я не знаю. — Улыбается наставник. — С магом разбирался вот он, — указывает на меня. — Я конца боя уже не видел.

— «Разбирался» — слишком сильно сказано. Маг попался в подготовленную ловушку, которую мне дал время создать Борис Васильевич, а отвлекла мага уже ты. Так что, «Разбирались» мы всё. — покачиваю головой. — В общем, безопасники его по кускам собирали по полю. Не знаю, собрали или нет. Не интересовался вообще.

— Понятно. Значит, победили, но по очкам. — констатирует магиня.

— Мы живы, — говорю. — Это самый главный результат.

— В общем-то, да, — соглашается Рыжая, — и заявили о тебе, кстати. Если ты думаешь, что история о бое с турецким магом далеко не уйдёт — то передумай. Уверен, что мои бывшие сослуживцы уже бой разбирают — мы в своё время за описанием любых таких боёв охотились. Безы это знают, и уже описание условно «продали» армейцам. Понятно что, баш на баш, но точно уже ушло. Да и повлиять ты, если бы и мог, то только в первые часы, имей в виду.

— Да? Неприятно. Хорошо, там только догадки и не больше. Их же на месте не было, — без удовольствия соглашаюсь с магиней.

— Угу, а «проявителей» ни у кого нет, да-да. Максим, просто прими к сведению. Это теперь открытая информация, в том числе и твоим недругам.

Киваю. Действительно, неприятно, но даже «проявитель» всё же не даст обо мне слишком много информации — магам её воспринимать особенно нечем. Очки показывают маловато. Куда-то взлетел, на что-то напоролся… Зыбко всё. Но сделать какие-то выводы из увиденного они всё же смогут. Так что принимать к сведению этот обмен надо. Тем более именно армейцы как раз приходили за моей головой последние два или даже три раза, если брать в расчёт полубандитов.

Кошкин тоже кивает в знак согласия.

— Ладно, мальчики, — усмехается Клавдия Сергеевна, — после обеда — платьишко!

— Ой, я не смогу! — чуть фальшиво отвечаю на невысказанный вопрос Рыжей. — У меня ещё встреча по делам Рода, и перенести её не получится! — говорю, кстати, чистую правду, что и считывается магами. На самом деле, времени проходит уже прилично, и хоть я не опаздываю, но пора уже выдвигаться. Пара часов запаса — это нормально.

— Предатель, — одними губами произносит Кошкин.

Рыжая подмигивает, она согласна, что она вполне согласна с тем, что моё присутствие далее будет слегка излишне. Понимаем друг друга с полуслова. Забавно. Да и чувствует она себя отлично, так что нужды в моём присутствии нет никакой.

— Кстати, я уже почти на неё опаздываю! — чуть картинно говорю.

Рыжая слегка улыбается, хотя про себя покатывается со смеху, с лёгким оттенком благодарности. Как и наставник, кстати говоря.

— Так что я, всё же, откланиваюсь. — улыбаюсь обоим молодожёнам.

Прощаемся.

Ухожу посмеиваясь.

Тут же ловлю извозчика. Благо рядом с богатым районом это проблемой не является. Называю адрес — известную мне таверну в пригороде.

— Уверен, что вам туда, молодой человек? Там сейчас небезопасно, — оглядывается на меня водитель мобиля.

— Почему? — удивляюсь.

— Военные стоят. Свободный отряд, — пожимает плечами.

— Да, да, мне как раз к ним и надо. — соглашаюсь. — А вы откуда знаете?

— Я живу там недалеко. Случайность. Но послушайте пожившего человека — не нужно вам идти с ними. У свободных отрядов очень большая текучка, я это точно знаю.

Кажется, водитель меня принимает за домашнего искателя приключений. Какой-то разговорчивый извозчик мне попадается.

— Среди магов так тем более. — продолжает.

— Спасибо за предупреждение. Я учту ваше мнение, — улыбаясь, говорю мужику. Надо же, как работает интуиция.

— Ну-ну. Молодой, смелый и глупый. Такое ощущение, что у них несколько жизней, — бормочет себе под нос мужик, но по адресу везёт.

Ехать, в общем-то, далеко, но всё равно получается, что я приеду немного раньше, чем договорился с Обломовым. Может быть, это и к лучшему.

Глава 28

— Всё, парень, дальше не поеду, — объявляет мне водитель. — Вон видишь огненные вспышки, вот там и стоят, вот там твоя таверна.

— Что значит не поеду? — удивляюсь.

— Да не дай бог они меня задержат! — возмущается водитель. — У меня единственный аппарат, и он меня кормит. А эти вояки сегодня здесь, а завтра их нету. Кому жаловаться? У нас все их краем уже неделю обходят.

— А что, бывали эксцессы? — уточняю. Хорошо мне местный попадается — можно расспросить слегка.

— Нет, но то ж вояки из свободного отряда! — машет рукой водитель. — Им на законы наплевать! У нас все так говорят, ну а что — сегодня он здесь, а завтра уже на границе — где ты на него управу найдёшь?

— Слушай, ты не части, по делу скажи, монетку добавлю, — давлю на две больные точки мужика. — Были ли с этими наёмниками проблемы у местных. Любые.

— С этими? — переспрашивает. — С этими не было. Но у нас в деревне Петрович из наёмников, по старости ушёл, он всем и рассказал. А кому верить, как не ему? Он сам из них же был по молодости.

— Здесь жильё какое-то рядом есть? — Решаю проверить.

— Нет, это таверна для грузовых мобилей или для караванов. Час до города — как раз удобно располагается, что б в столице те, кто на дальняк, не искали на ночь глядя приключений. А тут удобно — встал, переночевал, наутро в столицу с новыми силами. Для дальних перевозок тут место. Наши туда подрабатывать ходят, а сейчас с этими военными — какая подработка? Вот уж неделю по домам сидят.

— То есть ты сейчас опасаешься не по факту, а по принципу как бы чего не вышло? — констатирую.

— Ну а чего? Правильный принцип. Тут и одного раза за глаза хватит, — бурчит мужик.

— Так, мужик, — качаю головой, — давай добрасывай меня до прямой видимости этих товарищей и потом можешь сваливать. Иначе просто денег не заплачу.

Водитель что-то ворчит себе под нос, но машину трогает с места, и мобиль проезжает ещё метров сто пятьдесят. Впереди, ещё метрах в двухстах, действительно за зарослями вижу огненные всполохи, но, судя по всему, довольно-таки контролируемые. На полпути обнаруживаю первых вояк. Секрет из двух человек. И нас они точно замечают. По сигнатуре очевидно. А вот их, если не знать — особенно и не увидеть.

— Всё, — говорит водитель, — здесь выходи. Вон их пост.

Мобиль останавливает практически рядом с секретом. Метрах в пятидесяти, за поворотом мы как раз видим пост наёмников. Он не перегораживает дорогу, военные там вроде бы без оружия — ничего такого, но небольшой навес и ещё пару человек прекрасно видно.

— Вот ты говорил в пределах видимости, — повторяет водила. Качает головой. — Дальше не поеду. Я не хочу с ними иметь ничего общего.

— Пойдёт. — Выхожу, плачу мужику за поездку. Иду пешком.

В принципе, может быть даже это и к лучшему. Потому что позволяет оценить, что своей бывшие военные не теряют времени зря. Время, пока они ожидают либо найма, либо дальнейших действий, они посвящают какой-то подготовке. Более того, если бы не моё ощущение сигнатуры, я точно не увидел бы ещё одного секрета. То есть Подступы к таверне вроде как охраняют сразу с трёх точек. Одна заметная, и две — нет.

Водитель разворачивается чуть ли не на месте. Словно он участник гонок. И быстро уезжает в обратную сторону.

За поворотом открывается вид на небольшое поле, на котором бойцы перебегают и изображают какие-то действия. Над головами пролетают огненные всполохи. Собственно, часть и прорывается вверх над деревьями. Это понятно — изображают обстрел. Хорошо.

Интересно, если что. Я останавливаюсь и смотрю.

По полю проходит земляная волна, и военные члены отряда своевременно замечают и успевают рассыпаться, избежав атаки земляного мага. Замечательно, то есть их ещё натаскивают и на такие вещи. Качаю головой. Действуют слаженно и заученно.

Вижу, как ко мне приближается, наверное, часовой, если брать военную терминологию. Совсем молодой парень, лет шестнадцати, в тёмно-серой форме без знаков различия.

— Добрый день, господин путник, что вы здесь забыли? — спрашивает он вежливо.

— Разве нельзя остановиться, посмотреть? — удивляюсь.

— Остановиться посмотреть можно, конечно же, но вы сейчас находитесь на месте расположения отряда, у нас тут проходят опасные тренировки. По возможности позвольте вас проводить за территорию расположения, чтобы гарантировать вашу безопасность.

Слушаю парня с удовольствием, так как они завернули так, чтобы и вроде бы не нарушать имперских законов — это всё-таки имперский тракт, соответственно, императорская собственность, — и в то же время всё-таки не допустить каких-то жертв среди соседнего населения. Молодцы, что тут сказать.

— Да я собственно к вам по делу, — говорю парню. — Надо меня проводить к командованию.

— Представьтесь, — кивает боец.

— Максим, — представляюсь. — Представь меня, и по возможности проведи по тыловой части.

— В каком смысле по тыловой части? — удивляется парень.

— Уточни у своего начальника разрешение и проведи меня по тыловой части, — даю распоряжение и на руке формирую конструкт «праха».

Не так уж на многое я способен в плане просто для вида, но конструкт смотрится довольно впечатляюще. Чего, собственно, и добиваюсь.

Парень мгновенно хватается за переговорник. Хм, деньги в отряде есть, раз встречающий снабжён и переговорником в том числе.

Тут же докладывает по амулету. Не сильно обращаю внимание, хотя и не услышать тут невозможно.

Больше наблюдаю за перемещением бойцов на поле, те вроде бы как раз условно добираются до одного из магов. В то же время слышу, как парень меня рекомендует как неопознанного мага по имени Максим. Видимо, Глеб заранее уточнил отряду, кого они ждут. Потому что распоряжения, которые получает парень, довольно короткие. Тут же откладывает переговорник и, несмотря на мой внешний вид — я не сильно старше его, — говорит почтительно:

— Поступил приказ. Куда прикажете?

— Я уже сказал — не тянись. Пойдём, проведёшь по тыловой части. Хочу посмотреть, как вы устроились.

— Сейчас сделаем, — кивает парень.

Иду за своим провожатым. Приближаюсь к таверне. Собственно, судя по Аспекту, вокруг таверны и на поле, находятся человек сто. Подсчитать точнее сложно, да мне это и не нужно совсем. Всё равно в конечном счёте узнаю.

Во дворе таверны довольно много народа заняты делом. Кто-то копается во внутренностях подвески мобиля. Кто-то занимается правкой непонятных мне железок. Десяток человек под навесом разбирает и собирает карабины. То есть ребята вполне вооружены, но на посту стоят без оружия — молодцы, законов не нарушают.

Вижу и отрядного кожевенника, тот поправляет кожаные куртки. Повар, и пара человек ему в помощь, что чистят овощи. Рубят дрова, чинят крышу сарая, в общем, со стороны большого двора таверна больше напоминает муравейник, в котором все сосредоточенно занимаются своим делом. Праздных людей не вижу вообще.

Чуть поодаль стоит и работает походная кухня — то есть отряд озаботился и этим в том числе. В ней дурманяще пахнет, судя по всему, гречневой кашей с мясом. Я даже слюну глотаю — наверное, зря я не пообедал. Хотя, может, и не зря — как раз с ними и пообедаю.

— Как вас кормят? — спрашиваю парня.

— Да, но это простая солдатская пища, вам не подойдёт, господин маг, — отвечает он почтительно.

— Я тебя умоляю! Ерунда какая, — смеюсь, — если готово, то я бы попробовал.

Парень подбегает к повару, который чистит лук рядом со своими помощниками, видимо, что-то на ужин готовит. Повар выслушивает его слова, откладывает дела и с трудом забирается на ступени полевой кухни. Накладывает две миски каши.

Только тут замечаю, что, например, у повара нет ноги и он с протезом, да и у большинства окружающих меня тыловых членов отряда существует некоторая неестественность. При этом всё вполне серьёзно и спокойно работают без каких-либо скидок.

Вообще ни разу не ошибаюсь — действительно получаю разваристую гречку с мясом и баклажку сладкого чая.

— Только, господин маг, посуду надо будет вернуть, — предупреждает повар.

— Да это понятно. Пойдём посмотрим, как вы здесь ещё устроились, — киваю. В каше мяса очень и очень прилично. Так что точно — отряд проблем с финансами не испытывает.

— Нормально устроились, — рассказывает провожатый, тоже подъедая свою порцию. Видимо, общего обеда ему не хватило, а тут за компанию он себе немножко добавил. Ну что ж, тоже правильно, одобряю. — Отлично устроились. Таверна, конечно, не рассчитана на такое количество людей, но мы спим в две смены, и хозяин таверны тоже наш сослуживец.

— Ты разве служишь? — улыбаюсь.

— Нет, — поправляется он. — Меня отец с собой взял, чтобы набираться опыта перед действительной армейской службой.

Правильное дело, удивляюсь, но в принципе понимаю. Сам-то я в армии практически не служил — ни в этой жизни, ни в той. Но к учебке и армейским порядкам более-менее был приспособлен. Да и Хрипенок в своё время, в казарме устраивал что-то похожее на армейский распорядок. Так что, как бы то ни было, плохо или хорошо, но оценить могу. И пока моя оценка совершенно замечательная, потому что нормально всё предусмотрели для расположения сотни человек. Исходя из места и возможностей, конечно.

Прикидываю — когда уйдут бойцы, владельцу таверны достанется несколько каменных, хорошо сделанных навесов, дополнительное место из-под плаца под стоянку, да и вообще, кажется, после ухода он только расширится. То есть все изменения под наёмников ему скорее в плюс.

Думаю, что кухня таверны тоже сбивается с ног. Похоже, сотня человек — это довольно много. Поэтому и вынесли вторую кухню в таком полевом варианте на улицу для тех, кому хочется есть, но в то же время нет возможности именно сейчас поесть в таверне.

Поскольку сейчас не время военных действий, наверное, такое послабление должно быть вполне адекватным.

В общем, прохожу по лагерю, оцениваю. Жильё стоит немножко поодаль. Даже сделали небольшой палаточный лагерь на поле — видимо, для тех, кто не в дозоре и на кого не хватает мест в самой таверне. Вижу ещё пару секретов, кроме тех, что обнаружил ранее. На грани чувствительности моего Аспекта, но всё же. Без него — не заметил бы.

Пока отыскиваю пять секретов: два на подходах к таверне мне встретились по пути. Два с другой стороны, на границе Аспекта и один на противоположной стороне от поля, на котором идёт сейчас отработка каких-то военных манёвров. Наверняка есть ещё один, который со стороны поля, но дотуда я уже не дотягиваюсь Аспектом. Киваю сам себе.

То есть если по два человека в секрете, то минимум десять-пятнадцать человек несут дозорную службу. Если брать тех, кто тренируется на поле, и тех, кто сейчас спит, то получаем три смены бойцов, около восьмидесяти человек. Плюс тыл. Нет, народу чуть больше, чем я думал ранее. Обломов мне немного преуменьшил. Точнее, сказал количество именно боевой части отряда в семьдесят-восемьдесят человек. Но плюс костяк, плюс тыл — получаю отряд в сто двадцать-сто пятьдесят человек. Нет, по идее всем им работу найти не проблема. Только хутор две трети спокойно заберёт. Но с остальными нужно чуть-чуть подумать. Отказываться от такого усиления для Рода даже не подумаю. А если принять то, что через несколько лет у меня в Роду будет ещё два десятка магов, а некоторых, может быть, получится научить и псионике, то, в общем-то, приобретение этого отряда — хорошее вложение. А здоровье и всякие проблемы мы им поправим — это просто вопрос денег, а не возможностей. То есть — решаемый.

Доедаю кашу, относим железную миску. Народ на меня посматривает с любопытством, но в то же время с расспросами не лезут. Видят рядом со мной знакомого им парня — значит, всё как положено.

— Ну что, боец, веди меня тогда к начальству, если кто сейчас есть в расположении, — говорю.

— Есть, всё есть — и глава отряда, и замы, и тактический штаб даже у нас присутствует, всё как у больших, — смеётся парень.

— Ну да, вы же взяли армейскую структуру. Вы же армейцы, — усмехаюсь.

Иду за парнем. Центральный зал уже освобождён от постояльцев, убрано несколько столов, чтобы было удобно разговаривать. Никаких пьяных выкриков, никакого нарушения порядка, нет даже запаха алкоголя — то есть таверна, наверное, сейчас испытывает некоторые трудности в финансовом плане, но при этом я не вижу ни одной сигнатуры, в которой бы я прочитал разочарование или какую-то обиду. Все вокруг очень заинтересованы. И не только во мне, народ вокруг, кажется, в предвкушении, что их жизнь сейчас меняется к лучшему. Пусть и с риском. Но его они уже привыкают за время службы ощущать рядом, и, кажется, рады вернуться к этому ощущению. Им всем вокруг глубоко всё равно на результат переговоров, потому что если не одно, то другое сработает точно.

Война же, — мысленно пожимаю плечами. — В общем, это логично. Народ в себе достаточно уверенный, спокойный.

Как-то так расшифровываю общее витающее настроение вокруг.

— Дядя Олаф, это маг Максим, — представляет меня парень мужику, который встаёт из-за стола.

— Иди, Лёшка, сейчас пока не понадобишься. — Слегка закатывает глаза вставший мужик. — Там должен подъехать Глеб, он уже вызывал — встретишь его и сразу к нам сюда ведёшь, — распоряжается Олаф.

Тут же переключается на меня и одевает самую дружелюбную улыбку. Ну, как он её понимает. Всё же на лице этого медведеподобного мужика улыбка больше похожа на оскал. Остальные сидящие за столом мужики похожи на этого, как под копирку. Кроме одного — тот и ощущается по-другому, более плотно, что ли, и выглядит менее сильным физически, хотя и ненамного. Но по возрасту тоже под пятьдесят. Может, чуть меньше.

Ощущаю плотное такое покалывание, словно рокот камней. Кажется, это как раз маг Земли, второй из отряда. Он тоже поднимается на ноги, приветствуя меня. За ним из-за стола встают и остальные.

— Приветствую, — говорит мужик, которого провожатый назвал дядей Олафом, и показывает мне на стул за их столом, за которым присутствуют четверо человек, а ещё несколько сидят поодаль.

Глава 29

— Ну, и вам не хворать, — здороваюсь с четырьмя огромными мужиками.

— Олаф, — представляется первый.

— Дмитрий, Михаил, — представляются мужики по краям.

— Виталий, — завершает представление последний, от которого как раз и ощущается рокот камней. В принципе, и так понятно, что он как раз является магом.

— Максим, — представляюсь в ответ.

— Нас попросили… — начинает Олаф, затем делает паузу. — Ну, наверное, понемногу начну рассказ про наш отряд, потому что всё равно, пока Глеба нет, обсуждать не имеет смысла. Ни вы нам, ни мы вам особо пока не доверяем.

Киваю.

— Тем более с аристократами мы уже работали, — продолжает он.

Мужики слегка морщатся и ухмыляются одновременно.

— Поэтому давайте сначала просто про себя расскажем. — начинает Олаф.

В дверь общего зала относительно неторопливо заходит Обломов.

— Добрый день всей честной компании! — с удовольствием здоровается Глеб.

— И тебе, Глеб, — тут же отвечает Олаф, и кивают мужики рядом.

Оборачиваюсь. Глеб очень доволен, видимо, тем, что добрался достаточно быстро.

— Я спешу! — ковыляет он от двери. Если бы я не знал, что у него нет обеих ног, я бы даже и не подумал, что Обломов сейчас именно ковыляет. Такая расхлябанная немножко, но довольно уверенная походка пенсионера с палочкой. — Спешу, спешу, — усмехается Обломов. — Так, приветствую.

Протягиваем всё друг другу руки. Жмём.

— Это мои заместители. По военной части, — представляет Олаф, кивая головой в сторону Михаила. — И по снабжению — Кивает в сторону Дмитрия.

Указывает на Виталия.

— Ну и, соответственно, глава наших отрядных магов — Виталий.

Ещё раз представляются, но уже более детально, члены отряда.

— Ну а Глеба вы и так знаете. Предполагалось, что он будет нашим безопасником. Пока что не сложилось.

— Не переживай, может, ещё сложится, — усмехается Обломов.

— Глеб Викторович, что вы рассказывали господам обо мне? — интересуюсь я.

— Будешь смеяться, Максим, а ничего, — отвечает он. — Рассказал, что ты набираешь отряд с потенциалом вхождения в Род. Есть относительно не пыльная, но в то же время довольно опасная работёнка, и что основная работа будет не на войне, а внутри страны.

Благодарно киваю Глебу. На все слова Обломова Олаф тоже соглашается, да и сигнатуры в принципе говорят об одном и том же.

— У меня только что вопрос возник, — уточняю.

— Да?

— У вас глава магов не маг огня?

— Нет, — смеётся Виталий. — Горяч он больно задачи ставить, — двусмысленно говорит.

— Хорошо, — улыбаюсь лёгкой шутке. — Тогда рассказывайте про отряд.

— Наш отряд, общая численность… — начинает рассказывать Олаф, но тут приносят напитки, в том числе и какое-то вино, судя по запаху. Но я выбираю ягодный морс и, кажется, очень сильно попадаю в мироощущение этих ребят, потому что вино не выбрал никто из них. Видимо, любой алкоголь является всё-таки не одобряемым в походе. Чему я, в общем-то, удивляюсь.

— Глеб, — обращается к нему кто-то из отряда.

— Нет, Олаф, я завязал. Вот благодаря ему и завязал, — указывает на меня Глеб. — Максим выдал денег, дал направление к целителю. Я всё, больше не пью, — смеётся он.

— А со второй своей проблемой?

— Вторую проблему мы тоже постепенно решим. Он предлагал. Просто сейчас мне нужно быть на ногах. Да, я это объяснил Максиму тоже. Я сейчас не могу выпасть на месяц, пока будут идти основные события, так что через месяц будем решать, — довольно проговаривает Глеб.

— Поздравляю, — говорит Олаф.

— У меня небольшой вопрос. У вас довольно много людей с проблемами. В отряде нет целителя?

Олаф слегка морщится.

— Да, к сожалению, с отрядным целителем нам не повезло. Армия в своё время некоторых из нас только заштопал. Империя вылечила только то, что было важно в моменте. Только то, что было обязательно, а со всем остальным поставила в очередь. Очередь огромная, к сожалению, надолго. Не каждый доживёт.

— Целителей мало, — пожимает плечами Виталий. — Великих целителей и того меньше.

— А у вас есть то, что нужно получить внимание именно великого целителя?

— Да нет, просто обычный целитель мало что сможет. Заниматься выращиванием костей — долгая, кропотливая работа, не каждый потянет. То есть, скажем, ему, — кивает на Глеба, — ноги мы могли бы восстановить, сбросились и предлагали.

Глеб кивает.

— Но он отказался. Но на все одиннадцать человек с похожими проблемами мы эти деньги не смогли бы собрать. Другие вопросы, конечно, решаются более простыми способами, но опять же — что комплекс эликсиров, что время целителей стоят дорого. Если на разовое посещение набрать из общей кассы отряда вполне себе возможно — то на постоянное наблюдение и лечение всем, к сожалению, нет.

— В этом смысле я бы хотел сразу отметить, что у меня в роду есть один целитель с очень хорошим потенциалом — девушка с довольно обширной практикой. Сейчас она ещё не окончила академию, но при этом уже сейчас считается подающей надежды целительницей. И есть хорошая знакомая девушка, которая ради практики может кое-что посмотреть. При этом у неё как раз опыт очень специфический. Опыт работы в собственном отряде, но это пока мы откладываем. Она согласится вас наблюдать, если вы будете членом моего рода, она мне немного должна, но не только по этой причине. Пока что мы это не обсуждаем. Просто говорю, что есть такая возможность.

— Хорошо, — кивает глава отряда.

— Едем дальше.

— Наш отряд — общей численностью в сто восемнадцать человек. Боевая группа — шестьдесят пять человек и три мага, двадцать новиков и тридцать человек обслуживающего персонала. И в обслуживающем персонале, как вы уже правильно заметили, одиннадцать человек с некоторыми проблемами, но служить эти проблемы не мешают. В крайнем случае их подстрахуют новички и люди, которые не будут заниматься основной службой.

— Хорошо, я понял, — киваю. Пока откладываю. — Дальше.

— Так, ну дальше так дальше. Тебе слово, Вить, — слегка отстраняется Олаф.

— Трое магов, двое — боевые маги. С участием в боевых действиях. Один молодой, необстрелянный. Это мой сын, тоже маг земли. К сожалению, на обучение в Академии средств не хватает, но у него полностью пройден курс армейского мага. В своё время я как раз занимался натаскиванием поступившей молодёжи, когда отряд находился в боевом развёртывании. Поэтому весь курс прошёл полностью и готов к дальнейшей службе.

— Секундочку, я правильно понимаю, вы имеете возможность обучить армейского мага или это касается только мага земли?

— Нет, могу обучить любого. Я как раз участвовал в натаскивании ребят практически любого направления. У нас не было только воздушных, но теоретически их я понимаю, как с ними работать, — констатирует Виталий.

— Хорошо, тогда у меня к вам будет отдельное предложение чуть-чуть позже.

— Хорошо, но я только вместе с отрядом. Это всё внутри отряда.

Соглашаюсь.

— Давайте продолжать. Какие задачи вы выполняли в армии?

— Горлохватов у нас нет, — пожимает плечами Михаил, — так что только те задачи, что выполняет стандартная армия. Только атака, защита, сопровождение, патруль. Могут быть длительные рейды по тылам, но тут нужно обеспечение, и мы точно не сможем это делать незаметно. Нет специалистов у нас таких… ну, кроме Глеба.

— Кроме Глеба, — соглашаясь, усмехается Олаф.

Ну, ценность ребят для меня немножко падает, но не сильно, прямо скажем.

— А в охране что? Где вы служили? Что охраняли?

— Мы служили на границе. В ведении нашего отряда было два перевала в Фергане. Фактически большая часть наших задач — охрана территории, выявление и собственно бои с контрабандистами, в том числе с контрабандистами-магами. Там тоже такие встречаются, так что отсюда и боевой опыт.

Этими словами как раз наоборот ценность отряда резко повышается, поскольку горные, непростые условия местности всё-таки являются чуть ли не идеальным переложением для таких же непростых условий, но уже в Пятне.

— Так-то мы, конечно, не егеря, но некоторые их функции, конечно, выполняли. Так что преследование, поиск контрабандистов на территории, охрана объектов, засечных черт — вот эти вот все вещи мы, безусловно, делаем и делаем хорошо.

— Хорошо, — добавляю.

— Давайте так: маги, — перехватывает слово Виталий, — что Олег, что я, поддерживали отряды и в рейдах, и в защите. Да и любой маг Земли на самом деле очень и очень хорошо себя чувствует в защите своей территории. На своём месте, я бы сказал.

— Хорошо. — соглашаюсь.

— Ну, наверное, примерно про отряд-то и всё. Так что нам теперь бы хотелось по вас послушать — что у вас будет за наём, на какое время и что за история с возможностью стать частью Рода.

— Ну, давайте про меня послушаем тогда, — говорю, кидая взгляд на Глеба. Тот заранее доволен. — Давайте тогда и про меня поговорим. В общем, смотрите, какая история: Род у меня молодой. И людей я набираю скорее на пожизненное служение. Если вам это не подходит, мы, скорее всего, с вами не договоримся. Действительно, теоретически я могу сделать ваш боевой отряд частью своего рода, приняв его как младшую семью. Может быть, даже как боевое крыло. Но для этого мне нужно будет многое сделать. Мне нужна будет клятва верности, естественно. Без неё, просто на условиях отряда, я с вами работать не буду. И ещё одно — клятва верности будет магическая, нарушить вы её не сможете.

— У нас магов всего трое…

— Я понимаю, но у меня есть подозрение, что ограничение на клятву только магом я смогу обойти.

Вспоминаю нашу взаимную клятву с Кощеем, когда я в неё неосознанно вложил довольно много пси.

Думаю, что именно из-за этого она смогла сформировать ответ и у Кощея. Может быть, потому, что у него раньше были магические способности или была возможность их обрести, она подтянула что-то в нём. В общем, это требует некоторых экспериментов.

— В общем, посмотрим. Результат, мне кажется, получится обеспечить, — уверенно говорю бойцам.

Тем более что уверен, есть у меня в пси-разделе техники обеспечивающие сохранение договора. В крайнем случае придётся вскрывать очередной слой кристалла памяти, поскольку ощущение, что это существует, есть, а вот в памяти пока у меня, как раз этих техник нет.

— Так что вам придётся учитывать свою лояльность. Второе — Род на данный момент состоит из меня одного. Остальные — просто члены рода. Но у меня сейчас в Роду порядка почти дюжины магов, один целитель, пятеро обычных людей и один слабый воздушник. Но проблема может быть ещё в том, что весь Род — это я один. Никто из тех людей, кто входит в мой новообразованный род, не является наследником и не может представлять меня и не может меня заменять. То есть если вдруг, что со мной случится, то начнутся некоторые проблемы.

— Это не совсем так, Максим, — тут же добавляет Глеб. — С точки зрения закона всё так, но с точки зрения практики применимости — не совсем. Если есть младший род, то шансы у него уйти под чью-нибудь другую руку — не прямых врагов, конечно же, а людей нейтральных родов — очень большие.

— Отлично, тогда ещё момент. У меня, скорее всего, конфликт с родственником. Он представитель другого Рода и занимает весомую должность при дворе. Но конфликт личный.

— Это не проблема. — Пожимает плечами Олаф. — У любого аристо так. Есть правила войн Родов, и все их соблюдают. К ним мы готовы.

— Хорошо, тогда вопрос к Виталию. — обращаюсь к магу. — Дело в том, что дюжина магов в моём Роду — это молодые ребята от шестнадцати до восемнадцати лет. Они все сейчас учатся в магическом лицее, и все показывают очень хорошие результаты, но при этом они все будут учиться в Академии. В то же время я хотел бы им дать максимально полную практическую подготовку. Дать им армейское магическое образование. Я так понимаю, что вы можете с этим помочь.

— Да, мне никто не запрещал работать наставником. Просто в обычной жизни наши навыки мало применимы, так что имперская безопасность спокойно смотрит на то, что маги после выслуги лет начинают заниматься обучением. Просто потому, что далеко не каждому это нужно. Есть определённые закрытые разделы, но до них можно спокойно добраться и самостоятельным обучением, а натолкнуть я смогу. А зачем вам? У вас же будет Академия.

— Вы знаете, я тут видел, как может иногда работать армейский маг, и меня это, прямо скажем, впечатлило.

Виталий откидывается, довольный.

— Это вы у нас видели?

— Нет, нет, не у вас. У меня есть знакомая боевой маг — увидел в её исполнении.

— Интересно, — понятно соглашается Виталий. — В общем, могу это сделать. Но у меня тоже будет условие — я хочу того же образования для моего сына.

— Конечно. Не вижу препятствий. Только есть определённая сложность — они должны будут проходить обучение в Академии. Соответственно, я бы не хотел, чтобы процесс затягивался, а поэтому нужно будет это как-то совмещать — часть времени, там, условно говоря, пару-тройку недель, чтобы они занимались у вас, и с каким-то перерывом занимались в Академии. Это возможно будет сделать?

— Да, в принципе, не проблема. Когда армейцев натаскивают, там тоже вся информация идёт блоками. Там мало теории на самом деле. В основном совершенно практическая работа с определённым набором конструктов, которые применить в той или иной ситуации. Ну и, соответственно, как их облегчить, как подстроить под себя. Вот и всё. Большая часть в этом. Стандартный курс армейского мага небольшой. Но первый месяц нужен полностью. Там самое сложное — именно настроить силу, настроить себя на стихию, с которой ты взаимодействуешь лучше всего, чтобы её чувствовать. Чем чаще ты работаешь, тем более виртуозно у тебя получаются нужные конструкты.

— Ну да, ну да, слышал я такое: «Я не боюсь того, кто знает десять тысяч приёмов, но боюсь того, кто десять тысяч раз повторил один».

— Ну да, хорошо сказано, именно так. У нас ограниченное количество конструктов, но их мы доводим до автоматизма. Поэтому я и говорю, что в обычной жизни нам скорее нужен контроль, чем применение магии. Именно поэтому очень мало инструкторов находят себя в гражданке.

— Понимаю, — соглашаюсь. Нет, ну действительно понимаю.

— Максим, — прерывает меня Олаф. — Скажите, каким образом вы можете сделать младший Род из нашего отряда? Это не доступно ни обычным Родам, ни, тем более, новообразованным.

— Вы не говорили? — спрашиваю Глеба.

Тот отрицательно качает головой.

— Сейчас мы вернёмся к этому. Пока считайте, что это возможно. Давайте мы сначала всё-таки определим мои потребности. Хорошо?

Олаф недовольно кивает, это я чётко считываю по сигнатуре.

— В общем, мне нужно будет две вещи. Первая — мне нужна будет группа людей, которые помогут мне с рейдом в тылах воюющей армии. По большому счёту, вряд ли мы встретим боевые части, потому что это действительно очень глубокий тыл. Это вообще другая страна. Вопрос пересечения границы оставьте на моей совести, есть возможность. Нужны будут люди для такого рейда. Рейд будет опасен, но не в плане взаимодействия с чужими военными, а скорее в плане свойств местности. Это первая часть. И второе — мне нужны будут люди, чтобы охранять очень большую границу, чтобы создать и охранять родовое… пока что родовой хутор, но я надеюсь вырастить его до родового поместья, а может быть, и до небольшой деревеньки, судя по количеству ваших людей. На границе императорского Пятна в Смоленской области.

— А в смысле — на границе Пятна? Это же только у боярских Родов такая привилегия и служба!

— Да, это так. Это и ответ на ваш вопрос. У меня боярский новообразованный Род.

— Вы Рысев? — тут же уточняет Олаф.

— Вы про меня что-то знаете?

— Да, про вас много кто знает. — Тут же удивляется. Отношение ко мне у военных меняется прямо на глазах. — Глеб, ты чего ничего не сказал?

— Я хотел сделать вам сюрприз, — довольно говорит мой уже настоящий безопасник.

Нейтральности у людей, кто слышал про боярский Род, больше не остаётся. Они теперь именно хотят стать частью этого образования и не упустить предложение. Кажется, даже начинают относиться как к шансу, выпадающему раз в жизни.

— Собственно,теперь, я так понимаю, мы договоримся, — констатирую я.

— Да, — констатирует и Олаф. — Я уверен, что да. Условия мы ещё обсудим, но я абсолютно уверен, что договоримся.

— Я немного удивлён вашей готовности, — уточняю.

— Понимаете, Максим, образование дворянского рода было одной из целей нашего участия в военных действиях. Причём целью главной. Многие вещи недоступны нам по сословному признаку. Тут не только дело в налогах, но и в тех же очередях к целителям, в тех же вопросах юридических разбирательств, например.

— У вас есть проблемы с судами?

— Нет, нет. У многих из нас есть спорные вопросы, которые разбираются в суде. Вот и личный статус меняет, естественно, статус разбирательства. Но однозначно это никак не за один день, и вас не коснётся — тут вопрос в принципиальном подходе.

— Максим, я прослежу, — тут же говорит Глеб.

— Конечно, проследите. — соглашаюсь с безопасником.

Эта часть меня не очень заботит. Перед присягой всё равно всплывёт. А вот находить такую незримую часть, как раз и есть работа Обломова в том числе.

— Хорошо, тогда так. Вы все проходите сначала собеседование с Глебом, а потом клятву со мной. Время на обсуждение вам дать?

Глава 30

Понятное дело, что с вояками я договариваюсь — пока, конечно, на пару лет, но с потенциалом хождения в Род. За то время, пока я их проглядывал после общения с Обломовым, не вижу резкого несогласия со своими словами и временной клятвой. И отношение ко мне у всех вполне позитивное. Тем более до всех доводится, к какому Роду они будут принадлежать в потенциале. Так что почему бы и нет. У большинства по сигнатуре я считываю некоторую неуверенность, но это можно понять, поскольку я, с их точки зрения, слишком молод. Ну и пусть. Не страшно.

Конечно же, за эти сутки устаю жутко. На каждого человека выделяю по пять минут, но даже так это занимает почти половину суток — четырнадцать часов с лишним. Так что остаюсь на пару внешних часов прямо в той же таверне. Успеваю выспаться на Арене. С утра оттуда же беру извозчика, чтобы добраться до центра Новгорода.

До первого учебного дня в Академии остаётся всего-то пару дней. Так что сегодня сниму отель поближе к заведению. А дней через пять, буду пользоваться уже снятым домом. Сейчас спокойно еду через весь город.

Сначала даже не понимаю, что цепляет моё внимание при въезде в Новгород. Поэтому несколько раз оборачиваюсь, а потом понимаю. С удивлением вижу мужика, который точно не маг, но довольно-таки легко одет и в то же время по холоду ровно идёт сквозь спешащих обывателей. Походка рваная, но я бы, наверное, даже на него не обратил внимание — ну выпил и выпил. Вот только сигнатура у него не ощущается вообще. Ну нет там разума, но мужик идёт вполне себе сознательно, чётко по дороге.

— Притормози-ка на пару минут, — прошу водителя, а сам внимательно прислушиваюсь к Аспекту.

То, что идёт, даже на голема не похоже. Скорее на куклу. Но тоже нету ни магических возмущений, ничего. Просто идёт тело человеческое, но при этом сердце не бьётся и сигнатуры нет. Своего разума в нём не ощущаю.

Аспектом лучше я не увижу, разве что только поближе подъехать, посмотреть своими глазами.

— Так, подожди меня здесь, — даю деньги водителю. — Я буквально на пару минут.

До мужика, который идёт сквозь толпу, всего метров пятьдесят. Ситуация мне не нравится, но в то же время, зацепиться пока не за что. Быстро выхожу из мобиля и перехожу через дорогу.

Приближаюсь к заинтересовавшей меня фигуре. Внешне — абсолютно человек. Ничего необычного не вижу. Единственное, что немного неровно идёт, дёрганными движениями. Но с утра это, в общем-то, не сильно удивляет. Мало ли чем человек заправился с вечера или с ночи. Идёт — значит, куда-то надо. Люди спокойно обтекают его. Внимание особо он не привлекает. Быстро подхожу, осматриваю.

Действительно, магических возмущений нет, но тонкие нити магии смерти ровно того же цвета, которые создают конструкт «праха», проходят через весь его организм. Заметны небольшие утолщения — вроде небольших конструктов, как лицейская печать, например. Конечно же, думаю, с другим функционалом.

То есть по факту, это не очень живой товарищ с программой и запасом тёмной магии внутри.

Его глаза не двигаются, мутные, то есть моё мнение, что это всё-таки мертвец, подтверждается. Тело спокойно идёт на меня. Встаю на его пути, но мертвец быстро огибает препятствие и идёт дальше. То есть у него есть определённая задача и некоторый алгоритм поведения, причём довольно сложный, раз он постарался обогнуть меня. Достаю переговорник.

— Матвей, приветствую.

— Максим, утро доброе, хотя и не очень, — откликается он усталым голосом. — У меня очень много работы. Что случилось? Если у тебя что-то срочное, то давай, если нет, давай лучше другой раз.

— Не знаю насчёт срочного или нет, скорее срочное для вас. Я тут одного из ваших потерянных мертвецов, кажется, нашёл.

— Так, где? — тон мгновенно меняется на деловой. — Я даже не буду задавать вопрос, откуда ты про них знаешь. Неважно.

— По главному тракту идёт мертвец. Идёт в сторону, если не ошибаюсь, Новгородского Кремля. Идти ему ещё минут пятнадцать-двадцать, если я правильно понимаю. Иду вслед за мертвецом, какую-то задачу он должен выполнить именно там или где-то поблизости, по крайней мере, направление такое.

— Так ты можешь его остановить?

— А зачем останавливать? — пожимаю плечами. — Остановить-то я могу в любой момент. Вопросов-то нет. Это вообще несложно, но зачем? Наверное, всё-таки было бы правильнее понять, куда этот товарищ двигается. Вряд ли он один.

— Да, наверно, ты прав, — соглашается Матвей. — Как ты его определил?

— Внешне он не сильно отличается от работяги, который выпил ночью. То есть неуверенная походка, странная одёжка, но это допустимо, и вряд ли кто обратит внимание. Единственно, что сейчас по холоду это всё-таки немного заметно. Но он совершенно неразумен, это неочевидно, но все же, глаз мутный, на раздражители не реагирует. Давайте попробуем всё-таки отследить и другие дороги. Возможно, по ним двигаются ещё несколько таких же интересных людей. Если что, его я пока преследую.

— Так следуй за ними, пришлю сейчас тебе кого-нибудь из наших, — решает он. — Ты где примерно территориально?

— Вот сейчас прошёл булочную Макеева.

— Да, знаю такую.

— Двигаемся со скоростью пешехода. Может, чуть быстрей.

— Будет сейчас, пять минут, — говорит Матвей.

— Ну смотрите, пока его я контролирую, — отключаюсь от переговорника.

Машу рукой своему извозчику, показываю, что он ехал за мной.

Тот кивает, разворачивается и неторопливо едет вслед.

Снова вызываю Матвея.

— Чтобы вашему было понятнее. За мной едет извозчик медленно по центральной дороге. Можете по нему ориентироваться.

— Хорошо, поняли, сейчас будем.

Иду вслед за мертвецом. Тот переставляет ноги как метроном. Ритм абсолютно не сбивается. Очень необычно чувствуется в Аспекте. Первое время это не бросается в глаза, а вот сейчас, похоже, уже могу отличить это псевдосущество от общего фона. Чуть-чуть отличается, и если обращать на это внимание, сразу начинаю хорошо различать неровность.Думаю, именно на это я и обращаю внимание сразу, просто не осознаю. А вот теперь могу и в Аспекте таких видеть.

Раскидываю как можно шире свое восприятие, стараясь растянуть его на все доступные мне пока метров триста.

Попадают всего две улицы. Десятки, а то и сотни работяг идут по делам и, кроме них, ещё всего два таких же колебания.

— Что такое, Максим? — снова вызываю Матвея. — Наш сотрудник тебя уже нашёл?

— Нет, но тут есть один момент, который вам тоже будет важен. По соседним улицам идут ещё два таких же товарища. Я их ещё не вижу, но я знаю, что они там идут. В общем, некоторым образом я их чувствую. Расстояние около трёхсот метров, не больше.

— Так, Максим, по соседним улицам?

— Да, они сужаются как раз к Кремлю. Моё подозрение, что всё же Кремль является конечной точкой, скорее подтверждается, чем нет. Попробуйте найти магов. Я один, вряд ли справлюсь, если там будет очень много таких существ. Мне говорили, что они довольно активные. А я могу контролировать очень небольшое расстояние.

— Хорошо, я тебя понял, найдём мы магов, — вздыхает он. — Но, как и в прошлый раз, очень быстро мы вряд ли это сможем сделать.

— Хорошо, я вас понял, — отключаюсь.

— Борис Васильевич, — тут же набираю наставника. — Вы не в городе, случайно?

— Мы в городе… случайно, — отвечает он спокойно.

— Клавдия Сергеевна вместе с вами?

— И это тоже так, — отвечает наставник.

— У нас проблема опять.

— Уточните, Максим, у нас или у кого-то ещё? — с усталостью в голосе интересуется он.

— У кого-то ещё, нас она не то чтобы касается, но в каком-то смысле она и наша, наверное.

— Рассказывай, — вздыхает Борис.

— Я сейчас иду за трупом.

— В смысле «иду за трупом»?

— В прямом смысле. Поднятый некромантом труп. Внутри много тёмного цвета магии. Он идёт в сторону Новгородского Кремля. По соседним улицам идут ещё двое. Я думаю, что их несколько больше чем двое. Просто это те, которых я вижу. До Кремля ещё минут пятнадцать, не больше, в таком темпе. Матвея из службы безопасности я предупредил, они найдут магов. Вот только нужно найти именно магов огня, и их надо найти очень быстро. Поэтому подстрахуете? — спрашиваю.

— Максим, это всё-таки не наша работа, — не соглашается Кошкин.

— Подстрахуем, подстрахуем, — слышу голос Рыжей. — Там как раз огонь нужен. Тебе же сказали.

— Да, там нужен огненный маг, потому что трупы иммунны практически ко всем стихиям.

— Ну вот, Максим сказал, что огонь нужен. Нам здесь до Кремля-то рядом… Да и я разомнусь прямо под стенами Кремля, когда еще получится так развлечься? Говори ему, что мы будем! — радуется Рыжая, и я это слышу.

— Максим, когда вы к нам будете вызывать с хорошими новостями? Похвастаться чем-нибудь, например? Чтобы мы помогли просто сказать, что вы молодец, а не участвовать в ваших ненужных, прямо-таки хлопотах. Будем, конечно, минут десять, — Кошкин отключается.

Ну что ж, один маг огня у нас будет.

Продолжаю идти за трупом. Поднятый не меняет направление, так что в каком-то смысле эти десять минут для меня оказываются спокойной прогулкой.

— Максим? — перехватывает меня буквально через пару минут невзрачный серый человек в цивильной одежде.

— Всё так. Служба? — человек кивает.

Тут же пытается прощупать ментальной магией, но упирается в мой щит.

— Не, не надо было, я это чувствую, — морщусь. — Мне неприятно.

— Сказали на всякий случай проверить, — не раскаивается невзрачный.

— Проверил?

— Проверил. Диспозицию расскажите.

— Видишь мужика, за которым идём? — показываю мужика метрах в пятнадцати.

— Да, уже давно вижу, — соглашается безопасник.

— Ну вот, двое таких же сейчас идёт по соседним улицам. Ну примерно таких же, скорее всего. Я не знаю, как они внешне выглядят, но идут они примерно с той же скоростью с разницей примерно метров пятьдесят. Улицы сужаются у Кремля. Вот и вся диспозиция. Это мёртвый товарищ, сердце не бьётся, глаза не двигаются. Если хочешь, можешь его обойти — он тебя даже не заметит.

— Сейчас, тогда подожди, — быстро выбегает вперёд мужик. Действительно, обходит мертвяка и спокойно тоже встаёт, так же как и я, на пути идущего трупа. Тот так же обходит его рваными движениями.

— Да, согласен. Скорее всего, мёртв. Но не пахнет, — осматривает его внимательно. — Кажется, один из тех, кто у нас пропал.

— Ну вот и я про тоже. Собственно, именно это я Матвею и сказал, — киваю. — Мой знакомый контакт сказал, что мертвяки очень плохо поддаются воздействию практически любой магии, кроме огненной. Маг огня у нас будет минут через десять у Кремля.

— Так это уже очень хорошая информация, — оживляется он. — Мы пока нашли только двух воздушников и водяного. К Его Величеству обращаться не хочется, так-то там у него Повелитель Огня есть один в Кремле.

— И не надо. Попробуйте их просто предупредить, потому что есть у меня подозрение, что эти товарищи — только отвлекающий момент. Не может быть, чтобы эти мертвяки были основным нападением. Что вообще должно произойти сейчас в Кремле? Может быть, есть какие-то зацепки?

— Михаил Александрович должен выступать через полчаса, там как раз награждение.

— Может быть, к этому пытаются что-то придумать?

— Вы знаете, очень может быть, — раздумывает, пока достаёт переговорник, неприметный.

— Награждение магов?

— Нет. Награждение выпускников военных лицеев. Они отсюда уходят на границу, на войну.

— Вход наверняка свободный.

— Конечно, там же будут родственники этих ребят.

— Вот и представьте, что вот в это всё врывается толпа неупокоенных.

— Нет, не сходится. Их встретят на подступах, — не соглашается безопасник.

— Согласен, встретят, если их десять существ, — качаю головой. — А если их будет сто? Вы не знаете, сколько у вас человек пропало. Вы знаете, что у вас пропали только те, что сидели в машинах, но вы не знаете, сколько их доставили в город. Может быть, их здесь больше. И вот это всё совершенно спокойно при правильном управлении, может вылиться в беспорядки. А вот эти товарищи будут, скажем, отвлекающими.

— Я об этом должен сообщить! — говорит безопасник уже в переговорник.

— Обязательно, — соглашаюсь. — Просто слишком мало их здесь. Всего трое. Предположим, по соседним улицам пройдёт ещё четверо — пятеро, ну будет их десять. Это ни о чём. Их там расстреляют, задержат или ещё что с ними сделают. А вот представьте, что ещё где-нибудь тридцать или больше уже на территории Кремля.

— Там негде спрятаться. Маги проверяют.

— Да? А вот вы лично, как менталист, чего-нибудь чувствуете в этом существе? — прищуриваюсь. — Нет? Так я и думал. Они для магов, пока двигаться не начнут, совершенно невидимы. А под Кремлём, например, канализация точно есть… Теперь как вам ситуация?

Глава 31

Безопасник быстро и эмоционально проговаривает что-то в переговорник. Я немного переключаюсь — труп увеличивает скорость. Кажется, мы приближаемся к конечной точке. Идти за ним ещё получается, но уже периодически переходя на бег.

— Мы у Кремля, у главного входа. — Вызывает меня по переговорнику Рыжая. — Только около входа что-то сегодня происходит, не всех пускают, — слышу её голос в динамике наставника.

— Да, там должно происходить мероприятие с участием Михаила Александровича. — соглашаюсь.

— Пока кроме этого, ничего рядом странного. — спокойно описывает. — Короче, ждём тебя.

— Я в трёх минутах, где-то в пяти минутах, не больше, — отвечаю. — Скорее всего, меньше. Скоро буду.

Мой поднадзорный увеличивает скорость, и его двое других товарищей тоже.

— Что у вас там происходит? — уточняю у безопасника. Тот как раз прекращает разговор.

— Да мне говорят, что под новгородским кремлём нет канализации, в том виде, в котором вы имели ввиду, Максим. Зато есть система катакомб и ходов. Официально всего два, но неофициально там их… очень много, — безопасник хочет сказать немного по-другому, но ловит себя на слове. — Из хорошего — точек выхода в Кремле всего две. Снаружи Кремля еще две известных. Но катакомбы постоянно контролируются и нами, да и находятся на территории, где император не сдерживает свои возможности.

— Ну да, ну да. Поэтому и выбрали для атаки тварей, которых ни менталисты, ни маги просто не видят. — Соглашаюсь с безопасником. — Может на стенах Кремля хоть защита какая от некромантов есть?

— Была, — кивает безопасник. Года два назад обновили, почти везде, кроме основного корпуса строений. Боюсь в новой эта часть сигнализации не работает.

— Откуда знаете? — удивляюсь.

— Тайная Экспедиция была очень сильно против изменения конфигурации защиты. Но время мирное — финансисты продавили, слишком большие расходы, говорили они. Да и некромантов никто не видел уже лет двадцать. Мы все в курсе — обсуждали. Не так часто мы проигрываем в таких делах.

— Да? А сейчас? — усмехаюсь. Киваю на идущий перед нами труп.

— А сейчас кто-то пойдет под арест, — вздыхает безопасник. — Только будет это уже после сегодняшнего дня.

— Понятно. — Киваю.

Мертвяк почему-то замедляется рядом со стенами Кремля.

Вижу и наставника, и Рыжую.

— Военные с огнемётами спустились в катакомбы, с ними маги воды — ходы подтоплены, так что маги воды, если вдруг, смогут как минимум заметить и может быть даже приостановить мертвяков.

— Это хорошее дело, но мало — киваю. — Ладно, я к входу — если будут изменения, — киваю на остановившихся мертвых, — тут же вызывайте.

Метров за сто мертвецу словно включают другую программу, и он встаёт на месте. Находит лавочку у набережной, словно просто обычный гуляющий подвыпивший житель. Второй находит лавочку у набережной, еще один опирается на дом, словно уставший прохожий. Если бы мы их не вели сильно заранее, то выглядело бы даже вполне невинно. Просто прохожие. Стоят, никому не мешают.

В общем, все мертвяки собираются к входу, но к нему не приближаются. С соседних улиц подходят еще, и, судя по всему, насколько хватает моего восприятия, таких существ здесь вокруг около пятнадцати. И вот сейчас, когда вижу их рядом и, так сказать, активированными, замечаю и общий, в каком-то смысле рисуок управляющих конструктов. Не то, что бы их можно близко рассмотреть, но как установлены печати, как сформированы нити этого цвета в телах — все очень похоже. Тут надо понять — это специфика поднятых, или специфика конкретного мастера — может помочь в будущем. Но пока откладываю.

В принципе, пока ничего серьёзного, но если они ударят все сразу, то какую-то панику вызвать могут. Для отвлекающего удара идеально. Отсюда до Кремля меньше минуты бега, а Кощей говорил, что они могут быть очень шустрыми. Так что, уверен, атака будет координироваться. С другой стороны, именно сейчас за трупешниками точно не наблюдают — иначе бы нас уже срисовали.

Быстро здороваюсь с наставником и Рыжей. Идем к входу.

— Выступление должно быть уже через двадцать пять минут. Уверен, что вся история к этому появлению императора и привязана, — встречает меня у ворот сам Матвей. — Пойдемте.

— Да, мы тоже уже уверены, — переглядываюсь с наставником.

Идем за безопасником. На входе нас даже не пытаются задерживать.

— Насколько далеко можете отследить этих ходячих мертвецов? — интересуется он.

— До ста — ста пятидесяти метров, или трёхсот метров в каждую сторону, примерно. И кстати, да, земля не является препятствием. Я их найду внизу, если они там есть.

— Очень нам поможете, Максим. Новгородский Кремль не такой, чтобы сильно большой. За три прохода, за пятнадцать минут мы с вами спокойно обойдём всё, а этих сожгут на подступах. — кивает на выявленные трупы вдалеке, Матвей. — Повелитель Огня предупрежден. Но кроме него, оперативно, магов Огня не нашли, так что на вас вся надежда, Клавдия Сергеевна. Маги Огня тут будут, но значительно позже начала выступления. Сейчас военных поддерживают водники и воздушники.

— Откуда вы меня знаете⁈ — удивляется Рыжая.

— Мы с вами, кстати здесь же, мельком пересекались, когда вы сопровождали Максима не так давно.

— А отложить выступление? — уточняю.

— На пять минут, не больше. Уже сделано. — соглашается со мной Матвей.

— Ну хоть так. Четверть часа у нас есть. — киваю. — И трупов больше моих трех. Тут уже около пятнадцати в окрестностях. — Показываю направления. — И их пока никто не контролирует, иначе уже срисовали бы ваших наблюдателей. Имеет смысл послать засады на высокие точки в Кремль. Уверен, что кукловод будет в одной из башен, выходящих на площадь. — Киваю на стройные ряды выпускников, уже стоящих на плацу и ожидающих императора.

По краям площади ждут их родственники, и просто приглашенные. Людей очень много. Но мертвяков, по крайней мере куда я дотягиваюсь — нет. О чем сообщаю Матвею.

— Хорошо. Сейчас мы пройдем ко входам… минуту. — к нему приходит вызов. Пару секунд слушает. — Вы оказались правы — кладка в тоннелях почти везде разрушена. Заложенные ходы от реки и из города — открыты. И мы об этом не знали.

Пожимаю плечами.

— Это очевидно. Раз нельзя…а нет, не только. — мы подходим к одному из недавно отремонтированных зданий. — Матвей, сколько зданий ремонтировалось одновременно с этим? — указываю на часть свежепокрашенной стены. Внутри нее, видимо, раньше была казарма. По крайней мере сейчас там много небольших клетушек, под настилом в которых лежат тела. Которые постепенно пробуждаются.

— Еще Арсенал, а что? — удивляется менталист.

— Думаю, там тоже самое, — уточняю. — Сейчас пол там понемногу ломается. В этом здании и, думаю, в Арсенале, примерно по десятку-другому таких же существ. Пока что лежат под настилом. Проверяем?

— Обязательно. Сколько у нас времени?

— Понятия не имею. Я ж не некромант, но они пока чувствуются слабее тех, что на улице остались. Примерно вполовину.

— Быстро к Арсеналу. Клавдия Сергеевна, останьтесь пожалуйста здесь, хорошо? — просит безопасник.

— Я-то останусь, — ругается магиня, — но у меня к вам несколько неприятнейших вопросов.

— Все что угодно, несравненная! Но как только снимем проблему! — прижимает руки к груди Матвей.

Удивляюсь. И ведь он сейчас вполне честен, что и улавливает Рыжая.

— Ладно, отложу, — почти улыбается.

— Я подстрахую Клавдию, — говорит наставник и остается тут.

Киваю и быстро бегу за безопасником.

— Вы чтото еще чувствуете? — уточняет, пока мы быстро пересекаем плац по краю, пробираясь сквозь толпу приглашенных.

— Нет! — повышаю голос. — Рядом никого. Кроме тех, что обнаружили и кого предполагаем! Там столько же. — Стараюсь говорить максимально расплывчато, поскольку люди на нас внимание обращают. Все ж мы довольно заметны и волнуемся несколько больше остальных.

— Там сколько? — поддерживает мою игру Матвей.

— Примерно так же! — отвечаю. — Кстати, с Арсеналом можно немного позже разобраться — там на существах чего-то много навалено в мешках. Они быстро не сдвинутся.

Мы как раз доходим до здания и я неплохо «вижу» его внутри. Матвей на меня бросает косой взгляд. Открывает дверь и заглядывает внутрь.

— Цемент. Для ремонта. — усмехается. — Вообще — втык бы строителям, но сейчас они нас выручают.

— Возвращаемся. Начнем с тех? Вроде пока на территории Кремля других мертвяков нет. Или дожидаемся начала нападения? — уточняю у безопасника. Он как раз раздает указания другим группам по переговорнику, я это слышу по обрывкам фраз.

— Ждем. Военные заняли позиции у обоих выходов, эти закладки мы контролируем, те кто на выходе будут остановлены дежурной сменой — их мы тоже усилили. Нужно понять — кто координатор. Ждем гостей на башнях.

* * *

завтра до обеда будет еще…

Глава 32

Оглядываюсь. В принципе, всего две башни, которые выходят и на главные ворота, и на центральную площадь. Так что если ждать кого-нибудь, то только в них.

— наблюдатель будет только в этих башнях, Матвей. — обращаюсь к безопаснику.

— Скорее всего, мы на это же рассчитываем, — соглашается он. — Но не можем поставить наблюдателей в башню. Если хоть кого будет видно, координатор туда даже не поднимется. Но мы отслеживаем всех, кто может туда пойти.

— А если у него амулет невидимости будет? — уточняю.

— Это тоже, — кивает Матвей.

— Хорошо. Может быть, нам поближе подойти? — Прикидываю расстояние. В принципе, успеваю, если вдруг буду нужен Рыжей. Но лучше поближе к ним, в принципе, оттуда башни тоже достаю. Воздействовать уже не смогу, но предупредить — ещё легко.

— Давайте, Максим, — согласен безопасник.

Идём ближе к Рыжей и к наставнику. Расстояния действительно хватает на то, чтобы на краю чувствительности, но всё-таки контролировать и обе башни в том числе. Ждём.

В принципе, пяти минут оказывается с запасом. Почти сразу один гость из числа приглашённых, начинает пробираться поближе к башням.

— Видите? — указываю Матвею.

— Видим, видим, контролируем, — подтверждает безопасник.

Отслеживаю сигнатуру. В общем, отсюда видно плохо, но несколько секунд, пока этот товарищ был относительно близко, замечаю всё-таки, что его, условно, «вибрация» тоже сильно похожа на тех существ, которых он контролирует.

— Матвей, у меня есть хорошая новость.

— Да, Максим?

— Скорее всего, некромантов я смогу отличать. Мне, конечно, лучше их посмотреть больше, чем одного, но тот, которого я сейчас вижу, немножко отличается от обычного человека. Несильно, почти незаметно, но если знать, куда смотреть, то да.

— Хорошая новость. На всякий случай нужно будет по Новгороду пройтись.

— Я тоже так думаю, — соглашаюсь.

Отслеживаю сигнатуру некроманта. Тут вполне себе обычный разумный. Никаких сюрпризов. Очевидно, что он как раз живой, а не является неразумной тварью, как все его куклы. Неторопливо, но целенаправленно некромант заходит в башню и начинает подниматься наверх.

— Максим, — вызывает меня безопасник, оставленный снаружи кремля, наблюдать за отвлекающим ударом. — Наши мертвые товарищи активизировались.

— Помощь нужна?

— Да нет, всех гражданских уже убрали, так что пусть нападают — охрана справится. Просто ставлю в известность.

— Отлично.

Наблюдаю за некросом. Поднимается на этаж, а на втором этаже к нему очень быстро подбегает ещё пара человек. Скорее всего, там происходит схватка, отсюда я чувствую плохо, почти на грани. Только вспышки активности. От некроса можно и ненависть «прочитать». Как всё заканчивается — сигнатура некроса начинает распадаться. Причём довольно похоже на смерть от яда недавнего вояки.

— Матвей, что происходит? Мне кажется, что он принял какой-то яд, — говорю. — Он, кажется, умирает.

Матвей тут же начинает вызывать подчинённых.

А вот куклы распадаться не спешат, скорее у них происходит что-то с контролем, так как они начинают произвольно дёргаться, пока внутри помещения.

— У нас проблема! Некромант погиб. Твари без поводка, похоже. Что сейчас произойдёт, я даже представить не могу!

Из-за дверей разносится тихий, но какой-то утробный рёв.

— Внутрь! — кричу и выношу дверь телекинезом.

Забегаем внутрь помещения. Мертвяки мгновенно замечают живых и тут же, толкаясь и сталкиваясь, меняют направление и атакуют нас, отталкивая друг друга.

Наставник мгновенно раскидывает тварей тараном, но помогает это мало — они буквально в воздухе переворачиваются, и чуть ли не по стенам мгновенно, перепрыгивая друг друга рвутся к нам. Ни секунды на раскачку.

Благо в моём поле задержать я могу кого угодно, в том числе и их. Останавливаю существ метров за десять до нас в очень живописных позах. Некоторых — в воздухе.

Твари атакуют почти в тишине, от них только исходит очень внутренний такой, слегка инфернальный рык. Я даже не уверен, что это звук. Но если это оружие — то оно довольно эффективно даже для магов. Правда, только на близком расстоянии. Что Рыжая, что менталист с наставником на секунду замирают.

— Жги! — практически приказываю Рыжей.

— Делаю! — тут же приходит в себя Рыжая. — Мне приказа не нужно!

У мертвецов после жеста Рыжей взрываются колени. Вся толпа падает на пол, но целенаправленно двигаться не перестают. Пытаются подтягиваться на руках. Почти бросают себя на нас. Пусть и безуспешно.

— Жги полностью, — повторяю Рыжей. — Давай быстрее, у нас, оказывается, уже куча работы.

Выбиваю остекление с обратной стороны помещения, чтобы дым уходил в сторону от плаца.

Пока что на площади царит совершенное спокойствие и ожидание императора. У нас тут, оказывается, тихая война.

Никто не замечает ни того, что здесь десяток — полтора тварей пытаются перебраться друг через друга и горят при этом, попадая в моё поле, замирают, превращаются в пепел. Не замечает ни этого, ни того, что внизу, в катакомбах тоже, кажется, идёт жестокая рубка.

Отсюда вижу, как там десятки тварей пытаются атаковать, резко перепрыгивают от стены к стене в катакомбах, а люди, что понятно по сигнатурам, постепенно отступают. Благо вроде бы никого пока не убили. Видимо, маги всё-таки как-то контролируют эту историю.

— Что случилось, Макс?

— Внизу атакуют по нескольким ходам. Там жёсткая рубка идёт.

Рыжая на несколько мгновений поднимает температуру внутри помещения так, что мы успеваем слегка это почувствовать, а вся органика внутри превращается в пепел.

— Всё, здесь закончили! Побежали, похоже, мы еле успеваем.

Выбегаем, быстро ставлю на место дверь, и бежим через Арсенал к выходу.

— Матвей, — бросаю безопаснику, — предупреди военных, что мы идём на помощь. На центральный выход из катакомб в Кремль.

— Предупрежу. А что с тварями в арсенале?

— В арсенале всё более-менее нормально. Лежат. Дёргаются. А что на входе?

— На входе всех положили, убить не получается, но все под контролем, — кивает Матвей.

Пробегаем мимо Арсенала. Внутри так и дёргаются под мешками с цементом твари. Чувствуют. Ими тоже нужно будет заняться, но не в первую очередь.

— Уже хорошо.

Пробегаем по Кремлю. Гвардейцы предупреждены, да и видят нас с Матвеем и пускают нас без звука.

— Добрый день, Михаил Александрович. — Пробегаем мимо императора.

Оба его Повелителя Стихий тщательно следят за нашими действиями.

— Помощь нужна? — в спину громко спрашивает император.

На секунду замедляюсь.

— Если только координация, а то только я их вижу отчётливо.

— Будет, — усмехается император и машет рукой продолжать движение. Матвей остаётся с ним.

Секунда, и у меня появляется ощущение, что я включился в большую сеть, в которой сам являюсь датчиком движения.

Тут же раскидываю метки по тварям, которых я вижу, включая тех, что теперь я могу «увидеть» и снаружи Кремля. Я словно начинаю видеть весь Кремль полностью. Быстро раскидываю метки тут же по увиденным тварям, и, мне кажется, это довольно сильно помогает тем магам и обычным воякам, которые включены Михаилом Александровичем в эту общую сеть. По крайней мере, их действия сразу становятся более продуманными.

— Макс, что это такое? — спрашивает Рыжая

— Михаил Александрович нас в общую сеть включил. Зелёные — это друзья, красные — враги. Довольно очевидно. — уточняю.

— Красных меток, я смотрю, внизу — до луны. — присвистывает магиня.

— Ну да, работать… тебе не переработать. — соглашаюсь на бегу.

— А вот эти, бело-розовые, что?

— А это те, что освободиться не могут, в Арсенале лежат. — тут же сообщаю.

— Хорошая штука, жалко, что у нас такого в войсках нету.

— Я думаю, этого нигде нет. Это приветственный подарок от императора. Сомневаюсь, что кто-то ещё сможет такое придумать.

Быстро спускаемся в катакомбы.

Открываем одну дверь, потом вторую. За второй уже слышны и крики, и постоянные выстрелы. Но крики совершенно неистеричные. Ощущение, что это, скорее, команды. Всё по делу, никакой паники. Люди решают задачу, а не орут от страха. Хотя, судя по первым секундам моего знакомства с этими существами в боевой форме — вполне могли бы.

Быстро спускаемся. Обращаюсь к первому же попавшемуся военному, который похож на того, кто отдаёт приказы.

— Куда воевать, расскажете?

— Вы кто?

— Ваша поддержка, с огненным магом.

— Это хорошо, нас уже предупредили, — кивает он. — Маги воды сейчас держат их примерно на месте, но твари плохо поддаются воздействию. Мы пытаемся отстреливать конечности, чтобы они не продвигались, но через минуту-другую они прирастают назад, и очень быстро. Да и тварей всё больше.

— Прекрасно понимаю, — киваю головой. — Решим.

— На магов воды выведете? И нам, наверное, нужен ещё маг воздуха. Иначе мы здесь задохнёмся все.

— Вот воздуха, — кивает на немножко потерянного парня. — Он пока не у дел.

— За мной, — киваю парню. Тот слегка приободряется и следует за нашей командой.

Довольно спокойно подходим к переднему краю. Тут работает один маг, второй уже отдыхает, и меняются вояки с карабинами. Организовали грамотную карусель.

— Вы кто? Что случилось?

— Ваша поддержка. — сразу же начинаю раздавать распоряжения. Удивляюсь, что меня слушают без вопросов, но, видимо, это последствие звонка Матвея, а наставник просто наблюдает и контролирует. Ну и пусть. Вроде получается неплохо.

— Борис Васильевич, на пару секунд задержите в проходе?

— Дистанция? — тут же уточняет наставник.

— Метров сорок, вот как сейчас, — показываю рукой.

— Сделаю.

— Рыжая, ты жжёшь, как обычно, но по команде. — Магиня кивает. — Маги воды отводите как можно больше воды от тварей — тоже по команде. Сможете ещё и воздух осушить — будет замечательно. Ты, — обращаюсь к воздушнику, — помогаешь осушать и отводишь дым от нас, чтобы мы здесь не задохнулись, — обращаюсь к работающим магам.

— А нам что делать? — тут же спрашивает военный.

— А вам — контролировать, чтобы никто не прорвался. Если кто прорывается, то точно так же отстреливаете конечности. Ну, то есть, привычная уже работа. И не сильно беспокойтесь — в десяти метрах я их в любом случае остановлю. Не отвлекайтесь на их внешний вид или какую-то опасность. Просто не хотелось бы до этого доводить. Ну как, по команде, готовы?

— Да, — идут отчёты.

— Начали! Наставник! — даю отмашку.

Кошкин запускает в проход сложную технику — получается что-то вроде мелкой ячеистой сетки, через которую начинают продавливать мертвяки других мертвяков.

— Так дольше держать могу, — спокойно уточняет маг.

Зрелище мерзкое, но действительно даёт нам десятки секунд на дальнейшее.

— Вода!

Вода почти мгновенно собирается в шар и уходит в нашу сторону. Более того, вода среди копошившихся мертвецов резко появляется каплями в воздухе и падает вниз, после чего сразу же отходит по стенам к основному шару. Думаю, что там, где сейчас мертвецы, сухость примерно такая же, как в пустыне.

— А вот теперь моя очередь, — зло улыбается Рыжая.

— Давай! — усмехаюсь.

Кло хлопает в ладоши.

Гудящее синее пламя появляется в десятках метров перед нами и занимает практически полностью весь коридор. Что там внутри происходит, я не вижу, но ощущаю, как останавливаются и начинают быстро разрушаться все эти тонкие структуры чёрного цвета магии, тонкие нити магии некроса. Из огня успевает высунуться только одна обожжённая рука, по которой тут же стреляют вояки, и рука буквально влетает обратно в пламя. Воздушник тоже не стоит на месте, так что мы не чувствуем вообще никакого запаха, только свежесть.

Видимо, каким-то образом он отводит то, что образуется в этом синем пламени, наружу.

— Замечательно сработали.

Падает огонь, оставляя чёрную закопчённую кишку катакомб.

— Неплохо! — соглашается вояка, указывая на толстый слой серого пепла на полу.

— Боюсь, что вам придётся проверить все выходы. Вроде все, но убедиться надо.

Военный кивает.

— Проверим, — соглашается. — Спасибо за помощь.

Разворачиваемся и поднимаемся наверх. На входе нас встречает Матвей.

— Мне уже доложили. Отлично сработано, Максим. В Арсенале всё так же — они пытаются выбраться, но не могут.

— Может, их уничтожить? — предлагает Рыжая. Как раз проходим мимо.

— Если вас это не затруднит, — кивает безопасник.

— Максим? — спрашивает Рыжая.

Убираю дверь арсенала телекинезом. Быстро заходим в здание.

Рыжая опять хлопает в ладоши, и синее пламя выбивается из-под настила перед нами и по всему помещению. Десяток секунд, и сгорают не только мертвецы, но и мешки с прокалённым теперь цементом, и вся органика, что здесь есть.

— Кажется, вам придётся делать здесь ремонт заново.

— Да, это было понятно с самого начала, — усмехается безопасник. — Ничего. Стены целы, полы из камня положим, новые.

Кучи прогорелого цемента мягко оседают на пол. Кажется, теперь они смешаны с пеплом из настила и остатков мертвецов.

— Ну всё, осталось только одна группа, которая на входе. — уточняю.

Спокойно уже выходим из арсенала.

На удивление, народ на главной площади вообще не замечает ничего. Мы проходим по периметру, чтобы не прерывать речь императора. Успеваю заметить, как Михаил Александрович слегка нам подмигивает. Его поле до сих пор чувствую, и он, видимо, в курсе, где и что происходит тоже.

Как-то удачно мои способности состыковываются его возможностями. И это притом, что я только на внешние наваждения ориентируюсь, в разум его не пускал. Удивительная точность.

У входа тоже ничего необычного. Единственное, что усиленный наряд охраны беззвучно отстреливает конечности, контролирует и не пускает изнутри кремля любопытствующих зевак. Нас пропускают без звука.

Проходим мимо охраны. Как только хоть одно из существ начинает двигаться, охрана тут же беззвучно отстреливают мертвякам конечности. Похоже, для них это уже превратилось в некий вид спорта. По крайней мере, слова: «Ставлю пятёрку, что попаду с одного выстрела», — я уже слышу. Действительно, попадает.

Здесь ситуация с мертвяками ещё проще. Они находятся в полуразобранном виде, то есть руки-ноги отстрелили до такого момента, чтобы тела особо двигаться не могли. Но вижу, как рука подтягивается к телу и начинает прирастать, что ей сделать не даёт очередной выстрел. Кажется, охрана на входе очень творчески относится к своему заданию.

— Ваш выход, Клавдия Сергеевна. — говорю магине.

Подходит Матвей.

— Клавдия Сергеевна, можно вас попросить — парочку оставьте для изучения, а то у нас давно не было материала.

— Да, это даже не проблема, — хлопает в ладоши. Почти все мертвяки тут же загораются. — Забирайте. Только аккуратнее, ради богов. Мерзкие они какие-то.

— Они, говорят, очень небезопасные сами по себе. — добавляю.

— Да, мы знаем, архивы уже подняли. — соглашается безопасник.

— Замечательно! Спасибо вам огромное, Клавдия Сергеевна, что оставили парочку существ на изучение, — радуется Матвей.

— У меня к вам несколько вопросов! — слегка злобно разворачивается к нему Рыжая. Наставник даже делает шаг в сторону. Думаю, он знает про такое настроение своей барышни.

Но Матвей, кажется, тоже не зря свою должность занимает:

— Клавдия Сергеевна, церемония бракосочетания в Главном Храме Всех Богов в любой удобный для вас день, по вашему выбору. Только предупредите за пару дней.

— Так, у меня больше нет вопросов! — довольно говорит Рыжая.

— Максим, — тут же обращается ко мне безопасник. — В денежном выражении, то, что мы вытащили из дирижабля, стоит немного, но сама помощь неоценима. Да и сегодня, и тогда, раньше, в общем… было принято решение полностью освободить вас и ваших родовых магов на ближайшие три года от платы за Академию. Сколько магов от Рода эти три года будет учиться, столько и будет. Вы не ограничены. Но только три года, уж извините.

Я ставлю себе пометку поговорить с теми, кто остался в лицее. Кажется, им нужно очень сильно ускорить своё обучение.

— Это малая часть того, чем мы можем отплатить. Ваша помощь на самом деле очень заметна, — Матвей опережает наши желания.

И ведь довольно неплохо попадает. Рыжая точно довольна.

Глава 33

Матвея кто-то вызывает по переговорнику. Тот мгновенно уходит в разговор. Оборачиваюсь к Рыжей:

— Клавдия Сергеевна, я так понимаю, что Матвей предложил что-то очень нужное, не просветите?

— Да, конечно, — отмахивается девушка. — Бракосочетание в главном храме — это потяжелее, чем медальку на грудь повесить. Очередь расписана даже не на годы, поэтому то, что я ещё и могу выбирать день, чтобы свадьба у нас была, например, солнечной? Это вообще неоценимо, за небольшое, в принципе, дело.

— Довольно сложное дело, — чуть-чуть насмехается наставник. — Рискнуть жизнью два раза всего-то — совсем нестрашно. Постоять на краю — ерунда какая.

— Боря, не нуди! — смеётся рыжая. — Я этим всего лишь за зарплату занималась на границе, и ничего — нормально всё прошло.

— Извиняюсь, — вклинивается в наш разговор Матвей. — Его Величество приглашает вас к себе.

— Сейчас? — удивляется Рыжая. — Я же не одета, и дворцовых манер особо пока не учила с Эльвирой Леопольдовной.

— Не переживайте, Его Величество лично хотел бы вас поблагодарить. Это рабочий визит, не более того. — успокаивает Матвей.

— Ладно, — перехватывая инициативу, немного удивляюсь, конечно. Но не подчиниться императорскому желанию… наверное, можно, только дураков здесь что-то не находится. Смотрю на наставника — тот чуть пожимает плечами.

— Конечно, мы полностью в распоряжении Его Величества, — говорит Кошкин.

Матвей кивает и приглашает пойти за ним обратно за стены Кремля.

После выступления императора несколько сотен выпускников армейских училищ ровными рядами маршируют с площади. Родственники их радостно приветствуют, машут руками — идет вполне обычная жизнь. Нашу схватку с мертвыми, присутствующие на площади даже не заметили.

К оставленным мертвецам тоже уже бегут военные, а другие, из усиления, пока перекрывают обычный выход из Кремля приглашенным. Незачем плодить слухи.

Нас пропускают обратно тут же. Как и в первый раз.

Быстро ныряем в основное здание и проходим по коридору. Действительно, попадаем в небольшую приёмную комнату.

Вроде бы рабочий визит, но всё равно место устроено так — или может быть, императору так было нужно — чтобы гости чувствовали себя как дома. На столе стоят уже четыре чайных комплекта, паром исходит чай, и принесли все те же печенья, как и в прошлый раз. Невероятно вкусные, которые, наверное, делают специально для императора.

Матвей приглашает нас в кабинет и застывает изваянием около окна.

В кабинете уже сидит император.

— Проходите, проходите, садитесь, — машет рукой Михаил Александрович, изображая доброго дедушку. Так же, как он это делал, когда принимал нас с Прозоровской.

— Ваше Величество, — склоняю голову.

— Ваше Величество, — здоровается Кошкин.

Рыжая совершает немного неуклюжий реверанс, хотя с её грацией военного мага — даже такой реверанс вполне себе прекрасен.

— Садитесь, садитесь, — ещё раз повторяет император.

Располагаемся рядом со столом.

— Вкратце расскажите, как ситуация выглядит с вашей стороны. Матвей мне уже доложил, но я хотел бы видеть это вашими глазами.

Кошкин, по старшинству, отдает разговор мне:

— Максим, слово тебе, ты начал эту историю, мы были тобой приглашены.

Киваю, но слегка удивляюсь:

— Матвей нас попросил выручить. Собственно, здесь ничего такого. Я в город ехал и заметил не совсем стандартного человека.

— Как заметил? — тут же уточняет император.

— Я ощущаю людей в некотором радиусе от себя, как это делает, наверное, любой маг на определённом уровне развития. Просто у меня такой талант, который позволяет это делать несмотря на то что на уровень Повелителя или Великого мага я точно в ближайшее время не попаду. Думаю, что-то родовое.

— Ну да, ну да, продолжай, — кивает император, показывая нам на чашки.

Незаметный служащий быстро тут же разливает вкусно пахнущий чай по чашкам. Судя по всему, это не просто чай, а с травами — запах очень бодрящий. Улыбаюсь про себя. У императора очень хорошие организаторы — чаепитие сейчас очень кстати. После боя и всего этого происшествия у меня просыпается аппетит, И вот как раз печенюшки я цепляю с удовольствием.

Рыжая вообще смущается только первые пару минут, а потом нагребает себе их с царского стола.

Император только по-доброму усмехается. Хотя, конечно, менталист его уровня может изобразить любую эмоцию, которую захочет. Более того, он её даже почувствует, если ему надо, по своему желанию. Ну что же, значит, император сейчас желает быть добродушным дедушкой. Мысленно пожимаю плечами — у всех свои развлечения.

— В общем, почувствовал я неправильное и попросил остановить извозчика, которого брал из пригорода.

— Откуда вы возвращались? — интересуется Михаил Александрович.

— Я ездил по делам Рода. Мой Род сегодня набрал себе сложившуюся команду из военных. Так что в ближайшее время я смогу полностью взять под контроль тот хутор, который вы мне выделили, и смогу выделить отряд для участия в войне, если будет необходимо по призыву.

— Ну да, пока что мы без тебя справимся, — усмехается император. — А ты продолжай.

— Вот собственно, здесь и всё. Вышел от извозчика, там обошёл вокруг человека, понял, что он вообще не живой. Не двигались глаза, мутные. Меня предупреждали, что существует вероятность таких ходячих трупов.

— Кто тебя предупреждал? — уточняет император.

— Господин Коштев. Он в каком-то смысле опекает меня с того момента, когда нашёл…

— Господин Коштев… — император поднимает глаза на Матвея.

— Это Кощей, — тут же уточняет безопасник.

Император довольно кивает, только я успеваю почувствовать небольшую эмоцию недовольства в общем фоне. Стараюсь не лезть более плотно к его сигнатуре и мысленно буквально бью себя по рукам, потому что боюсь, что император прекрасно почувствует это.

— Ну вот, он предупреждал вчера с утра, что существуют такие вещи. К сожалению, я не очень подкован, но в лицее нам говорили — некромантов в своё время уничтожали и очень плотно за этим следили. Нам даже показывали заклинание «праха» — я его, кстати, выучил — ну и цвет магии их тоже давали понять.

— Максим, а ты всё время находишься в очках артефакторов? — красноречиво указывает на меня император. Очков у меня при себе точно нет.

— Нет, я вижу магию. — спокойно говорю.

Император откидывается в кресле и обменивается с Матвеем значительным взглядом. Матвей довольно кивает — видимо, эта версия уже была на повестке дня, и то, что она подтвердилась, безопасника радует.

По большому счёту, мне теперь уже скрывать особо нечего. Не от этих людей.

— Ну собственно, увидел нити магии, — теперь уже более свободно рассказываю, — внутри мертвеца именно того цвета, про который нам говорили, когда шла речь о некромантах. С учётом прошлой информации, что пропали трупы, я тут же вызвал Матвея. Он выделил своего человека, и мы сопровождали этого ходячего мертвеца вплоть до Кремля и нашли ещё парочку по пути. Дальше вы, наверное, знаете — несколько трупов в недавно отремонтированных зданиях под полом, ещё здесь полтора десятка в таком же здании Арсенала. Делал ремонт одна и та же группа людей. В обоих зданиях были сняты защиты от старой защиты от некроса. Так-то я был уверен, что в старое время, раз некроманты были врагами, такая защита должна существовать.

— Да, такая защита и существовала, только теперь её поставить никто не может, — спокойно констатирует император.

— Ну а дальше вы, наверное, знаете — был незаметный бой в первом здании, там Клавдия Сергеевна прекрасно всех выжгла, потом была небольшая стычка внизу в катакомбах… Клавдия Сергеевна, может, вы расскажете? — переключаю внимание императора на Рыжую.

— Да, там было поинтереснее — народу побольше. В связке с магами воды и воздуха прекрасно сработали, они мне замечательно осушили материал, ну а дальше всё просто — синее пламя, как на учениях, выжгло там всё до камня.

— Благодарю, — кивает Михаил Александрович. — Я впечатлён, не каждый маг огня может выдать эту технику.

— Ну да, у меня получается, — тут же смущается Рыжая.

Император прячет довольную улыбку.

— Так, дальше что? — опять обращается ко мне.

— Дальше, — отвечаю, — выжгли трупы в Арсенале. Они там были придавлены мешками с цементом, поэтому выбраться вовремя не смогли, так что их мы оставили на потом. Ну и последними сожгли тех, кто должны были отвлекать внимание.

— Хорошая история, — говорит император. — Главное — вовремя произошедшая. Матвей, ваши прогнозы, если бы Максим не вмешался?

Очевидно, это он говорит уже для нас всех.

— Если бы Клавдия Сергеевна и Максим не вмешались — море крови, скандал. Вы бы, безусловно, выжили, но почти все выпускники военных лицеев и их родственники погибли бы. По нашим примерным данным — к сожалению, полных данных мы собрать не можем, потому что уважаемая Клавдия Сергеевна жжёт до состояния пепла…

Рыжая довольно усмехается.

— Так вот, по нашим примерным данным, было больше сотни ходячих мертвецов. Класс второй — упыри. Неразумные, но в то же время скорость и ловкость у них выше человеческой. Так что без жертв не просто не обошлось бы — там, скорее всего, все бы и полегли, чтобы вас защитить. Да и Повелители Огня и Воды наверняка использовали бы что-то площадное — иначе было бы сложно.

— Мага взяли? — уточняет император.

Видимо, эту часть ему Матвей доложить не успел. Матвей слегка хмурится.

— Взяли, но он принял яд и совершил самоубийство. Труп развеяли — личем не поднимется. Описание составили, сейчас выясняем — как он попал на мероприятие. Выясним — сегодня случайных людей быть не могло.

— Ну хоть это хорошо. Понимаете, — обращается к нам ко всем. — Вы сегодня спасли больше трёх сотен очень нужных Империи жизней, это не считая их родственников. Ваш вклад сложно оценить каким-то образом.

— Да, случайно получилось, Ваше Величество. — Слегка пожимаю плечами.

Вижу, что наставник не очень со мной согласен, но, например, Кло вполне хватает самого факта веселья внутри столичного кремля. Думаю, что мало кто из магов может этим похвастаться.

— Неважно, случайно или не случайно — не в этом дело. Я не люблю героизма в рядах армии, потому что любой героизм — недосмотр планирования, но в данном случае всем вам троим Империя благодарна, и вы будете представлены к высшему военному ордену.

— И я? — удивляется рыжая.

— Но почему нет? Военные ордена не выбирают пол награждаемых.

— К военному ордену? — удивляется Кошкин. — Я же не на службе.

— Да, вы не на службе, но вы совершили военный подвиг, поэтому орден будет военный. И да, вы с ним получите ещё больше зависти и недоброжелателей. Всё как ты любишь, Борис.

Наставник слегка улыбается. А внутренне довольно ухмыляется, потому что насквозь гражданский преподаватель будет теперь щеголять с военной наградой, и это будет просто огромной тряпкой для быка, для его завистников. А позлить своих противников Кошкин, очевидно, любит.

— Боярский род я вам организовать, конечно же, не дам, — усмехается император, — хотя подвиг этого и достоин.

Наставник позволяет отразиться на лице равнодушию.

— А вам, Максим, что я могу сказать? Очень рад, что в моей Империи появился такой боярин, который оправдывает своими действиями саму идею. Вы просили налоговые льготы — мы пойдём вам навстречу и дадим вам те десять лет, которые вы спрашивали в первый раз. Сможете их использовать.

— Матвей, не тянись, — переключается на безопасника император. — Знать о том, что у нас действует некромант, ты с одной стороны, конечно, должен был. Просто обязан. С другой же стороны — не было даже предположения, что они остались. То есть теперь, конечно, тебе нужно это принимать во внимание.

— Мы уже с Максимом договорились — он каким-то образом их чувствует. Правда, Максим? — тут же добавляет Матвей.

— Да, есть подозрение, что я именно некромантов, скорее всего, смогу отличить от других людей. Есть там небольшая специфика, но это могло быть характеристикой конкретно этого мага. Я, пока не увижу второго или похожего человека, не могу сказать наверняка.

— Пробуйте, Максим. В своё время нам некроманты именно этим крови и попили — их отличить от обычного человека магам очень сложно. Если честно, считалось, что нельзя. Их и не видит никто, разве что целители, но только очень близко. Мы считали, что некроманты Западной Европы были уничтожены. В свое время мы тщательно их искали.

— Ваше Величество, — уточняет Матвей, — боюсь, что сотня единообразно поднятых трупов говорит о том, что у наших противников есть школа.

— Да уж, я бы не догадался, конечно, — усмехается император. — Протокол существует, поднимай архивы, создавай летучие отряды, все как тогда. Будем искать.

— Да, Ваше Величество.

Император снова обращается к нам:

— Сегодняшний день дважды удачный. Мало того что вы не дали осуществить довольно опасную акцию, так ведь ещё сколько вы спасли людей на полях сражений, которые вот-вот уже воспоследуют. Второй раз такая история у них, конечно же, не пройдёт. Получается, если это турки, они засветили такой козырь зря — противодействие ему у нас есть, пусть и старое. Теперь мы будем готовы. Так что Империя еще оценит ваш вклад в это дело, господа и дама, — улыбается опять же император.

Глава 34

Выхожу из Кремля после разговора с императором несколько озадаченным. Про ордена знаю слишком немного, чтобы понимать, нужной или не очень вещью одаривает император.

— Борис Васильевич, а ордена — это настолько важная вещь? — задаю не дающий мне покоя вопрос. — Зачем они нам, ну помимо знака отличия? Нет, я понимаю, дареному коню, и все такое… Но все же, это лишняя головная боль, или все же нужное что-то?

— Скорее, это не вещь — сам орден — это просто знак того, что ты являешься членом ордена с определенным статутом. А вот сам статут — штука интересная. В Империи орденов-то много было. Государственных — тоже. Но порядок худо-бедно в гражданской службе навели, и теперь есть свои ордена у сословий, и направлений деятельности, за выдающиеся достижения в области, как-то более-менее стало понятно. А вот на военной службе как было все не очень прозрачно, так и осталось.

— Борь, — уточняет Рыжая, — на самом деле все не так, для военных понятно что, скажем орден, положенный драгунам, пехота не получит никогда, и тут даже дело не в сословиях, хотя и в них тоже. В кавалерии, и даже в такой переходной, как драгуны, в основном дворянские дети служат, а в пехоте — дворяне только офицеры. Но и по полкам разные отличия, во Втором Императорском, скажем, дворяне служивые, а Первый Смоленский — дворяне Родовые. Так что и ордена у них разные — все просто же.

— Вот я про это и говорю, — кивает, усмехаясь, Кошкин. — После понимания — какой орден можно будет только сказать, головная боль это, или важный дар. Пока — неясно.

Хмыкаю.

— Я, кстати, не понимаю, как Его Величество, сможет представить к одному ордену трех человек — ученика, насквозь гражданского преподавателя из старого Рода и бывшего армейского мага. Это в любом случае довольно спорное решение… — задумывается наставник.

— Думаю, нам всем вообще из военных подходит только один, в котором нет разделения по сословиям или занятиям, — с легким удивлением прикидывает Кло. — Но нам его дать — огромный скандал. К высший ордену Империи представляют на поле битвы, за исключительную доблесть и героизм, проявленные в бою. Подвиг должен быть зафиксирован минимум тремя полковниками, да еще один из которых должен быть членом ордена. В Ордена Щита и Меча ограниченное число людей — двадцать три человека, не больше. Генералом Ордена является сам император, так что члены ордена имеют слишком много свободы. В частности, право на разбор даже уголовных преступлений только членами ордена, что почти всегда означает оправдание, пусть на один раз, и с возвратом знаков Ордена. Право личного обращения к государю. По дуэлям там тоже тонкости есть. Но этот единственный из военных, который учитывает только личный подвиг без учета истории человека, — уточняет Рыжая. — Хотя там нижние степени есть, которые не совсем орден. Так что посмотрим на решение императора, конечно, но с остальными вообще ясности нет.

— Щит и Меч? — задумывается Кошкин. — А что? Действительно подходит, почему нет? Там ныне и здравствуют то человек десять всего, так что место есть…

— Борь — на поле битвы! — смеется Рыжая. — Нет, ну ты что! Неважно, дождемся — узнаем!

Соглашаюсь.

Выходим из Кремля, и прямо на выходе меня догоняет Матвей.

— Максим, подождите. — переводит дух. — Я к вам лично хочу обратиться.

Останавливаемся.

Переглядываюсь с наставником, кажется, сейчас будет просьба. И мне она не понравится. Что тут же и подтверждается.

— У меня просьба. Помогите осуществить поиск некромантов по городу! — просит Матвей.

— Вы думаете, у нас получится? — удивляюсь.

— Мне очень хотелось бы на это надеяться. У вас хотя бы какая-то зацепка есть — у нас вообще ничего. Я вам выделю того же самого безопасника и группу захвата. Никита, вы же познакомились?

— Да нет, не до того было.

— В общем, с Никитой. Попробуйте объехать город. Я понимаю, что это очень сложно, долго, и мы хватаемся за соломинку, но не хотелось бы ещё одного повторения чего-либо похожего. Безусловно, по своим каналам мы сейчас работаем над выявлением таких людей, только там аналитическая работа. А тут попробуйте проехаться — вдруг найдете? А?

— Матвей, город объезжать — месяцы. Давайте подумаем, без чего некромант не может?

— Довольно точно он не может без материала, то бишь умерших — рано или поздно ему требуются трупы или их души. С душами всё просто — мы бы об этом знали.

— Значит, соответственно, только трупы. Мертвецы — это кладбища и морги. Думаю, что нам достаточно будет просто объехать и то и другое, чтобы понять, есть ли несоответствия в Новгороде.

— Да, Максим, и ещё не забудьте старые захоронения. Если вы вдруг будете мимо их проезжать, то было бы неплохо их тоже проверить.

— Безусловно. — соглашаюсь. — Но я все же не уверен, что-то, что я увидел характерно именно для некромантов. Но попробую, хорошо.

Что ж, раз надо проверить — попробуем проверить. Ничего, съезжу с Никитой — невелика проблема. Придётся потерять день. Хорошо еще, что и моргов, и кладбищ ограниченное количество. Соглашаюсь с Матвеем.

— Максим, мы, пожалуй, тебе компанию не составим, — усмехается наставник.

Вижу, что и Кло поддерживает своего мужчину.

Соглашаюсь с ними. Раз Матвей предоставляет группу захвата, то их подстраховка точно без надобности.

Остаюсь при входе в Кремль, и уже предупреждённый Матвеем его подчинённый прогоняет мобиль.

— Прокатимся? — выходит из подъехавшей машины Никита.

Еще и шутит, — вздыхаю про себя. Сажусь в мобиль.

Убиваем полдня ни на что. Ездим с недавним знакомым по оговоренным местам. Даже и не знал, что у нас их здесь столько. В некотором отдалении группа захвата сопровождает наш мобиль всю дорогу. Только бесполезно. Убиваем на проезд рядом с моргами и кладбищами полдня. Слишком много сигнатур. Столица же, тут на каждой улице сотни людей, а то и тысячи. Найти иголку в стоге сена проще. Глаз замыливается очень быстро. Постоянно нужно сравнивать с памятью, так что скоро эту отличительную особенность выучиваю железно, но вот просматривать такое число людей получается все хуже и хуже. Устаю морально.

— Нет, — в конечном итоге говорю Никите, — так мы ничего не добьёмся. Нужно подойти к задаче более глобально. Я на сегодня исчезаю. Буду завтра с утра. И завтра либо продолжу этот бессмысленный труд, либо всё-таки найду решение.

Прощаюсь с безопасником недалеко от своего будущего дома.

Никита, в общем-то, согласен с бессмысленностью поисков силами одного мага. Это очевидно. В то же время предложить что-нибудь более актуальное он не может, а вот у меня чёткое ощущение, что мы действуем не так. В прошлый раз был же предложен шаманам способ обнаружения ксеносов. Деньги за амулеты я до сих пор получаю — охота на заражённых в самом разгаре. Как-то шаманы находят же возможность тренировать своих духов без меня?

Но сейчас времени на уточнение возможности поиска некромантов или хотя бы живых мертвецов силами шаманов немного, но всё равно эту идею подкидываю Матвею по переговорнику.

Но уверен, что в отличие от проблемы заражённых, отыскать это сложно уловимое отличие под силу и магу — благо тут не вопрос пси. Просто отличие и в рисунке, и в токе магии по телу одаренного смертью от обычного человека столь мало, что в очках артефактора особенно на него не посмотришь. Думаю это пока он не в бою. Все же в бою-то я его почти и не наблюдал. Поэтому — арена, ускорение и поиск. Может, хоть идея появится. Так-то понятно, что лучше отправить на поиски некромантов десяток специально обученных людей с амулетами, чем одного недоученного мага.

Перехожу в кабинет главы Рода. А потом оттуда — сразу на Арену.

И вот тут у меня появляется неприятный, но стимулирующий опыт — плетение с цветом магии некросов именно на сплав накладываться не хочет. Оно просто поглощается материалом.

То есть идея сравнивать это отличие со всеми встречными становится несостоятельной, как и идея просто волевого посыла — искать именно таких людей. Материал вроде воспринимает мысль, но полностью поглощает сам импульс, окрашенный в такой цвет магии. При этом любые другие магические амулеты получаются с пугающей лёгкостью.

Отвлекаюсь немного от проблемы, как только понимаю, что обсуждаю её сам с собой уже не в первый раз — хожу по кругу.

Что же, в этом случае можно попробовать побиться головой о твёрдые поверхности, но я в своё время пользовался возможностью отвлечься на примерно такую же по сложности задачу. Мозг зачастую предлагает решение именно когда на проблему машут рукой. Так что отвлекаюсь на разбор конструкта голема. Задача по сложности — похожая. Да и последние несколько дней, когда прихожу на Арену, выделяю ей хоть немного времени.

Работа так же поглощает меня с головой.

— Этот кусок плетения повторяется в твоём конструкте уже не в первый и даже не в пятнадцатый раз. Причём расположен совершенно несимметрично. Зачем он? — спрашиваю у Хозяина Лабиринта.

— Макс, к сожалению, я тебе напрямую не скажу, за что отвечают блоки, потому что вот эта часть, — подсвечивает он кусок конструкта целиком, — отвечает за характер, например. И этот блок всегда является индивидуальным. Он сам выстраивается, когда вытаскиваешь матрицу.

— Вот смотри, я учу, как ты мне и говоришь поэтапно. Примерно равными кусками конструкта, но смотри — вот эти одинаковые — это блоки, кажется, которыми конструкт сшивается воедино. Не будет ли проще разобрать сначала те блоки, которые неодинаковые?

— Пробуй. — картинно пожимает плечами голем. — Я-то не ограничен возможностями физического разума. Мне кажется — проще так. Но ты можешь попробовать по-другому, кто запретит? Например, как я тебе уже говорил, вот этот блок, отвечающий за матрицу характера, можно выбросить, если ты будешь голема использовать напрямую. Но он у тебя будет деревянный совершенно, и делать сможет только простые вещи, но если встроить вот эти две области, — подсвечивает неожиданно похожие на недавно виденные печати куски конструкта, — то даже без характера, голем будет способен на некоторые намного более сложные действия — как опишешь внутри этих управляющих областей.

Смотрю на то, что подсвечивает Хозяин Лабиринта, и меня буквально озаряет общим с предыдущей моей задачей.

Глава 35

Озарение приходит не одно, а несколько сразу. Они идут словно друг за другом, взрываясь в разуме.

Самое главное — что голема не обязательно собирать целиком. Более того, совершенно необязательно делать его костяк из металла, как я собирался. Зачем? Можно же пойти с другой стороны. Раз весь конструкт голема разбирается на блоки, в металле воплотить не основу вещи-куклы, а основу голема-заклинания. Поступить не как кукольник, а как артефактор. Ведь в принципе управляющие блоки конструкта — очень похожи по сложности на отдельные плетения, которые я вставляю в артефакт. И имея просто россыпь буквально мизерных шариков, можно этот конструкт голема собирать из частей в любом месте. Если есть соединяющие все между собой блоки, а они, получается, есть.

— Покажи еще пару других видов големов! — хрипло, боясь спугнуть мысль, прошу Хозяина Лабиринта.

Тот спокойно выстраивает еще пару существ. В этот раз — животных. Посложнее и попроще, для сравнения. И понимаю я это по конструктам, которые Хозяин вешает рядом с куклами.

— Выдели сшивающие блоки! — прошу его снова, узнав в одном из конструктов точно такой же сшивающий блок, как и в первом големе.

Хозяин Лабиринта подсвечивает и оба новых плетения.

— Так и есть! — радуюсь догадке.

Получается, голем может быть любого объёма, сложности и формы просто потому, что эти блоки можно воплотить в ньямале здесь, на Арене, а использовать — в том виде какой нужен под задачу, строя там, снаружи, нужное тело. В сплаве можно воплотить не целый конструкт, что для меня было бы довольно сложным пока что, а только блоки, части заклинания. При этом получается, что вид куклы определяют именно эти одинаковые блоки. Как суставы, как косточки скелета. Они как раз выстраиваются в разных големах по-разному, определяя, сколько и чего можно добавить между ними.

Быстро разбираю конструкт простейшего голема, без больших по объему блоков поведения на составные части и тут же вбиваю их серебряный сплав. Мне нужно сейчас только подтвердить самому себе принцип, не больше. Получается полтора десятка небольших кусочков с вложенными неполноценными плетениями, из которых семь — как раз эти сшивающие блоки.

Располагаю, постоянно сверяясь с подсвеченным идеалом, блоки в нужном порядке, благо телекинезом я могу держать и значительно большее число модулей. Добавляю к ним в нужных же местах остальные части плетения. Пускаю по получившемуся конструкту магию, пополам с пси.

На пару секунд получившиеся конструкция замирает и тут же из песка арены создает тело простейшему голему.

Выдыхаю. Он, конечно, сам не двигается, да и едва стоит, но принцип — подтверждает. Этот способ создания куклы тоже работоспособен.

Мне теперь совершенно необязательно собирать целиком и сразу конструкт. Достаточно помнить расположение одинаковых блоков, скрепляющих все плетение воедино. Моя магия работает с этим сплавом, словно для неё нет разницы энергетическая или материальная основа у конструкта.

То есть, теперь я могу создать конструкт голема вообще любой сложности, воплощая его частями здесь на арене. А потом собирая там, во внешнем мире основное тело кукле из песка, глины и воды на месте, просто нарастив его поверх этого сборного артефакта.

— Неожиданно, — ходит вокруг голема Хозяин Лабиринта. — Хорошее решение, Максим.

Само понимание этого меня слегка ошеломляет просто потому, что я могу создать любое существо любого размера. Понятно, что у магов наверняка против подобных хитрецов, как я, найдется противодействие, но до него ещё догадаться надо. А так, уничтожая любую часть тела моего голема, маг особенно ничего не добьется. Если не уничтожить управляющее звено, то голем просто создаст утерянную конечность, часть тела, да хоть голову в любом порядке, пока есть магия. А шарик я могу сделать совсем маленьким. Хоть не больше двух-трёх булавочных головок. Все же я уже умещал конструкт абсолютного щита в небольшом амулете, а части конструкта по отдельности все же полегче в исполнении.

От потенциала этой идеи у меня дух захватывает. Фактически здесь сложность будет только в питании — все ограничения будут только в магии и всё. А с учётом того, что такие же пластинки из ньямаля я могу зарядить и магией и пси, то уверен, что подобные големы станут очень интересным моим оружием.

Но это потом. Сейчас я только проверяю концепцию, так что тут же переключаюсь на другую. Не менее важную.

Почти одновременно с предыдущей, приходит простая идея. Раз не могу в качестве образца использовать плетение магии Смерти, то можно искать людей не по наличию вот конкретно этого участка в их сигнатуре, а хотя бы по принципиальной возможности присутствия ее там. Ведь в сигнатуре любого человека эта часть либо отсутствует, либо занята магической частью. Мне вообще неважно, так или по-другому, главное — что бы первой ступенью проверки становилось наличие участка, а второй — отличие от всего остального спектра магии. А там тот ли рисунок, другой ли — не так важно. Всё выборка будет меньше. И увернуться от проверки нельзя — это в основе человека. Не скрыть и не утаить. Это в поверхностном, так сказать, слепке человека.

Да, амулет получается очень переусложненным и, скорее всего, очень затратным в плане магии. Просто потому, что придётся делать легкое сканирование практически каждого человека на наличие этого участка, и так по всему спектру. Но при этом решает именно сейчас проблему, да и таких амулетов я могу наделать хоть сколько. Технически — простое же желание.

Еще пара минут — кольцо из сплава создается чуть ли не само по себе. Формулирую идею, и действительно, амулет создать получается.

Будет работать или нет — пока непонятно, но у нас есть две фигуры поднятых мертвецов, у которых такой участок присутствует, и на них можно проверить хотя бы реакцию, по сравнению с обычными людьми. Как минимум так.

Тут же выхожу с арены. Свою первую идею я запоминаю и вернусь к ней скоро, но эту, вторую, нужно проверить сейчас.

— Матвей? — вызываю знакомого безопасника.

— Да, — отвечает мне очень сонный голос.

— Кажется, я придумал амулет, который может нам помочь. — Понимаю, что, скорее всего, вызываю его очень не вовремя. Но ситуация вроде бы располагает.

— Максим, правильно, что меня вызвал, несмотря на время. — мгновенно просыпается Матвей.

— Извините, не отследил. Но я думаю, что это срочно.

— Так и есть. Сейчас же к тебе отправляю Никиту. Где тебя искать?

Понимаю, что я сейчас нахожусь непонятно где. Но знаю, где я смогу находиться через пять минут.

— Тогда скажите ему быть в том месте, где он меня высадил сегодня с утра. Я лучше не объясню.

— Не проблема, он там будет через десять минут. — Уверенно говорит Матвей.

— Так быстро? — удивляюсь.

— Максим, ты время видел? Сейчас на дорогах никого. Конечно, он там будет через десять минут. Ну хорошо, через пятнадцать — пять минут ему на то, чтобы проснуться. — отключается безопасник.

Быстро собираюсь и перемещаюсь в Новгород. Поднимаюсь из подвала и под «скрытом» выхожу с территории усадьбы.

Делаю пару шагов за ворота. Тут же оборачиваюсь. Возникает чувство, будто кто-то наблюдает за выходом, или даже за мной, чего, по идее, быть не может. Тревожности никакой нет — совсем не чувствую опасности. Да и наблюдатели за домом куда-то делись еще в тот самый день, когда у них пропал один такой и еще группа захвата. Да и никого рядом я не ощущаю. Ровно десяток секунд.

Опять дежавю, хотя, на этот раз, хорошее.

— Доброй ночи, — здороваюсь с появившимся с шаманской тропы.

— И тебе доброй, Максим! — отвечает Доржат.

— Какими судьбами, как ты меня нашёл?

— Так духи на тебя тропу и помогали открывать. Сначала не понимали, куда идти, но потом нашли тебя в Новгороде. После — ты исчез. Но мы остались в местных лесах. Ждать. Ну и как только тебя узнали в городе, сразу открыл тропу к тебе. — объясняет, несколько путанно шаман. Но в общем, я и раньше был уверен, что духи как-то меня определяют. Ладно, это вроде бы не очень важно.

— Ты недалеко, получается, уже был, — говорю. — А зачем ты меня искал? Можно же по переговорнику вызвать?

— Да, мог бы. Но лучше лично, да все равно… — Доржат на секунду задумывается. — Ты когда в путь пойдешь, мне с тобой быть надо.

— Так. А вот это неожиданно, — удивляюсь. — Ни в какое путешествие я идти пока не собираюсь.

— Бывает, — равнодушно пожимает плечами Доржат. — Но я хочу, чтобы ты меня с собой взял. Потому и пришел. По переговорнику ты также удивился бы и потом не взял. А так — скорее всего, возьмешь.

— Интересно, скорее всего ты прав, — снова соглашаюсь с шаманом. — Но я не понимаю ни твоей цели, ни моего интереса. Я даже не понимаю про что ты сейчас. Но я тебе уже говорил.

— Моя цель простая — служу княжеству, и этот твой поход для него важен. Не знаю почему. Важно, чтобы у тебя получилось. Но духи точнее не говорят, их и так иногда понять сложно, — внезапно улыбается Доржат. — Но просят. А я, раз могу — делаю. Так возьмешь?

— Возьму. Хотя аргументация слабая совсем. Но я тебя знаю — бесполезным ты никак не будешь. — пожимаю плечами.

— Поэтому и послали меня. — кивает, соглашаясь шаман.

— Вот только я никуда пока не собираюсь. Да и ближайший поход, который я еще только буду готовить, тоже не прямо завтра. Да и Тобольска он касается постольку-поскольку. Хотя то, что мой отец к нему отношение, и не самое простое имеет — уже знаю.

— Поделишься? — уточняет шаман.

— Игорр Высоков мне отец, ну а я, соответственно, из Рода Игоррева. Младшего у вашего князя.

— Да, тогда точно я тебе пригожусь. — кивает шаман. — Теперь слова духов понятнее стали.

— Так, давай для меня, все же, разжуй. Мне пока ничего не понятно, — неприятно удивляюсь словам шамана.

— Ты же за отцом пойдешь?

Я киваю.

— Только не быстро и не сразу. Там сейчас война, так что спокойно подготовим экспедицию, спокойно дойдем и постараемся выручить. Я как начну — обязательно к тебе обращусь, мне нужны люди, что в предыдущих попытках поиска участвовали.

— Они у тебя есть. Я участвовал в двух. — кивает шаман. — И слабые духи отказываются туда идти. Так что теперь понятно, почему я. Так у тебя шансов больше найти Игорра.

— Ладно. Это со скрипом принимаю. Почему ты думаешь, что мы отправимся скоро? Я собирался подготовить экспедицию, с учетом прошлых, опираясь на их опыт, так чтобы не сорвалось. И я не думал, что это что-то срочное.

— Готовь, как считаешь нужным. Духи говорят, что если я буду — шансы вернуться с успехом будут больше, только это. Никак тебя не ограничивают. Сколько нужно, и как нужно — так и готовь, — снова уходит от ответа шаман. — А я просто буду тут рядом.

— Ладно. — Принимаю ответ. Сейчас ничего более понятно и не скажет ведь. — Тогда еще вопрос. Слушай, ответь мне, пожалуйста, у нас тут проблема нарисовалась. Совсем экспедиции не касается. Дело в том, что у нас враги появились в виде мёртвых, поднятых некромантом трупов, живых мертвецов, так сказать.

— Живых мертвецов? — уточняет шаман.

— Да. Есть ли возможность у духов их узнать? Или хотя бы самих некромантов?

— Нет. — Довольно категорично отвечает Доржат. — Точнее, если брать одержимых черными духами — то да, наши духи точно найдут. Но если ты спрашиваешь именно о поднятых, без разума, просто кукол — то нет. Духи это не видят. Как стол, мобиль или фонарь. Они их не отличат от любой другой магической поделки. Слишком мы разные. Я понял, про что ты говоришь, Макс. Мы сталкивались с таким много лет назад. Уничтожить мы их помочь можем. Если сам шаман видит, то и его духи видят. Но найти — нет, не сможем. Такое… использование послесмертия очень неправильное, мы не принимаем.

— Да, грустно, — говорю. — Жалко, что в этом поиске вы не помощники, было бы проще. Тогда тем более нужно быстрее проверять мой амулет. — говорю почти про себя. Странно, но я немного разочарован. Кажется, на шаманов я некоторые надежды возлагал.

— Так что ты скажешь, Максим? — спрашивает шаман.

— В каком смысле, что я скажу? — удивляюсь.

— О просьбе, чтобы я тебя сопровождал.

— А разве могу быть против? Сопровождай, конечно. Я буду только рад твоему присутствию. Твои способности в путешествии — точно пригодятся.

— Духи сказали, что скоро, я буду рядом с городом. И если вдруг почувствую кого-нибудь, кого боятся духи, расскажу. Вдруг это будет твоя проблема. Когда отправишься — приду. — Шаман делает шаг в тень и тут же уходит на свою тропу. Успеваю заметить, как быстро исчезает из моего поля зрения его сигнатура. Каждый раз — интересно.

Спокойно киваю ему вслед.

Немного неожиданно, потому что я планировал данное путешествие не в ближайшее время. Очевидно, позже, но если духи говорят, может быть, они что-то знают такое, что не знаю я. Про мои же дела причем, — усмехаюсь, но спорить не буду. Вполне возможно, что он прав.

Буквально через пару минут наблюдаю бешено, по меркам местных, выруливающий из-за поворота, несущийся мобиль.

Content

Ушедший Род. книга 7. Кондотьер

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35