Кейт Андерсенн

Числа Мардж

© Андерсенн К., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *

Первое впечатление

Маргарет Никсон живет непримечательной жизнью рядового офисного работника в пригороде Глазго. Но что, если она даст свободу авантюрному настроению всего один раз? Что выйдет из всего лишь одного безумного поступка? Сможет ли она остановиться? И что, если она поверит своему первому впечатлению?..

Всего лишь познакомится с программой защиты свидетелей.

Выражаю благодарность моему старшему брату за неусыпное покровительство, что вдохновило нарисовать главных героев такими, какие они есть.

Эпизод 1

Нельзя сказать, что жизнь Маргарет Никсон существенно отличалась от жизней прочих девушек Пейсли – городка к западу от Глазго. Та же рутинная работа в офисном пчелином улье; тот же стандартный облик а-ля «городской шик» и умеренный, соответствующий любой ситуации макияж; такой же уикенд, начинающийся в двенадцать утра в компании кофе и какого-нибудь фильма под одеялом; съемная квартира пополам с другой девушкой.

Соседку Маргарет звали Сара Брайтон. Вот Сара являла собой интересную личность: кроме того, что само ее имя было созвучно имени известной оперной дивы, стальные глаза Сары сосредоточенно смотрели вдаль из-под идеально загнутых ресниц, она ничего не знала о числе тайных вздохов, работала секретарем судмедэксперта в прокуратуре, никогда не смотрела фэнтези и лучше всех варила латте. Маргарет гордилась такой соседкой и, хоть и ощущала ее бесконечно и прекрасно далекой, всегда была готова напечь порцию своих фирменных блинчиков по первой просьбе мисс Брайтон. Тем более, что ее собственные глаза, волосы и фигура оставались самыми заурядными.

Но однажды случилось нечто невообразимое: взгляд Сары упал не туда, куда следовало, и она влюбилась. Влюбилась глупо, бесповоротно и безнадежно. «Единственным и неповторимым» оказался новый «талантливый» следователь Гарольд Кингстон. Больше никакого кофе по утрам Маргарет не получала, как, впрочем, и запросов на блинчики. Такое положение дел не могло не расстроить мисс Никсон, а потому (после небольшой лавины вопросов) Сара раскололась. В итоге имя Гарольда Кингстона превратилось в яркий образ-завсегдатай гостиной небольшой квартирки на узкой улочке Мэнтон, особенно в рабочие вечера. Маргарет ничего не оставалось, как слушать соседку, на удивление оказавшуюся невероятно сентиментальной.

– Ах, Марджи, ты не представляешь, как он прекрасен и обходителен. Но… – Сара спрятала лицо в отлично ухоженных руках, – меня он совсем не замечает…

– Может, сварить ему кофе? – подала зыбкое предположение Маргарет, выпрямляясь в кресле.

– У него в офисе собственная кофеварка! – всплеснула руками Сара.

Маргарет откинулась на спинку, лихорадочно шевеля мозгами. Пусть этот брюнет был великолепен, но он отнял блистательный разум соседки, великолепный латте по утрам, ее личный вечерний покой и гармонию всего их существования. Это слишком много, как бы он ни был хорош. Как Сэл могла в него влюбиться?.. Выходит, она не идеал.

– Мардж, что мне делать?! – Сара не переставала тихо лить слезы. – Сегодня, передавая запросы по делу Хэйрода, он сказал, что у меня великолепный цвет лица, но уже через час Стелла похвасталась, что Гарри сделал комплимент ее туфлям, на что Пэмми парировала: «А у меня великолепный вкус!» И все мои замки разрушились. Когда миссис Хэйд попросила принести новые запросы, я обнаружила, что ничего не оформила, и один бланк безнадежно испорчен кляксой от слезы… Что я делаю не так?!

У Маргарет не было ни опыта, ни идей на этот счет. Верней, опыт, конечно, был какой-никакой, но безответные влюбленности так и остались для нее загадкой, и втайне девушка радовалась, что в Пейсли ни на кого не наткнулась. Она срочно перевела тему:

– А что за дело?

– Ах, разве это интересно?.. Так, рутина… – махнула Сара рукой, поднимаясь. – Пойду спать, – она обреченно высморкалась в изрядно мокрую салфетку. – А то глаза завтра будут опухшие, и тогда вообще никаких шансов.

Маргарет неслышно вздохнула в потолок. Жизнь становится невыносимой. Если б преподать этому Кингстону, или как его там, урок – как можно так бесстыдно флиртовать с девушками и подавать им надежды! Сердце ее наполнилось праведным гневом. Но как попасть к следователю?.. Хм…

Будничная жизнь редко давала мисс Никсон расслабиться, но стоило сквозь стены дел, важных, скучных и обязательных, прокрасться идее, даже ее заурядные ореховые глаза преображались в нечто привлекательно блестящее.

Если он догадается… репутация Сары Брайтон будет втоптана в невероятные глубины, да и сама Маргарет в стороне не отстоится. Дело, какое-то дело. Такое, с каким ходят к следователям. Какое там дело он передал Саре?.. «Дело Хэйрода»? Вот-вот.

Сара вышла из комнаты в обнимку с полотенцем, направляясь в душ.

– Не представляю, как буду выглядеть завтра, – горестно донеслось из-за приоткрытой двери. Потом она хлопнула, и замок защелкнулся.

Маргарет закусила губу. Ей жутко не нравилось то, что пришло сейчас в голову. Перелопатить бумаги в комнате Сары и найти что-то по Хэйроду.

Сочинить правила совместного проживания никому в голову доселе не приходило, однако девушки по умолчанию уважали право каждой на частную жизнь и не пересекали границ личного пространства.

Но это же для ее блага. Мисс Никсон успокоила себя такой простой формулировкой и на цыпочках отправилась в комнату Сары Брайтон.

Щелкнула выключателем. Ужас какой – как же тут все захламлено. Пустая на две трети коробка «Merci», а ведь только вчера она покоилась в холодильнике запечатанной! Юбки-блузки-колготки наизнанку где попало, постель комком, некогда строгая стопка бумаг веером расползлась по полу. Как это непохоже на щепетильную к нормам, порядкам и уставам Сару! До чего доводят негодяи красавчики! Маргарет почувствовала глубокое желание врезать этому мистеру Кингстону в челюсть одной левой и даже увидела его замедленное падение при этом. Но… а вдруг он даст сдачи?..

Звуки льющейся воды стихли. Маргарет вздрогнула. Если Сара застанет ее здесь… Это все равно что потерять честь. Она поспешно присела над документами. Отравление… вторая степень побоев – муж побил жену, какой ужас. Травма черепа… С чем Саре доводится иметь дело каждый день! Тошнит от одних заголовков. Не сравнить с работой в онлайн-консалтинге. А она считала свою работу нервной. А, вот оно: убийство, Джеймс Хэйрод, двадцать пять лет, застрелен с близкого расстояния. И такое происходит тут, в Пейсли! Быть не может… Подозреваемый Малколм Тимпли, школьный друг жертвы…

Щелкнул замок, Мардж успела лишь выскользнуть из комнаты и пристроиться за дверью холодильника.

– Думаю, что бы съесть на завтрак, – громко объявила жутко изобретательная мисс Никсон.

– Ты ж никогда не думаешь заранее, – донесся безучастный ответ. – Я что, свет не выключила?..

Маргарет крикнула за уже закрытую дверь:

– Ай-ай, будь внимательнее! А то не расплатимся.

Эпизод 2

О, эти будни. Как ни было велико желание Маргарет помочь Саре и как ни напоминал о противной персоне каждый кислый вечер, она не отваживалась. Это слишком безумно. Маргарет Никсон питала надежду, что она еще не настолько безнадежна.

Но когда через несколько дней ей вдруг дали внеочередной выходной и на нелепо зачем-то набранный номер ответила секретарша мистера Кингстона, без проблем записавшая на прием «мисс Льюис» к нему через час, все сложилось как нельзя более благоприятно. Не слишком благо и вряд ли приятно, но чересчур гладко, чтобы не быть так названным. Итак, она уже ступила на этот путь. Все должно хорошо кончиться. Так говорила себе мисс Никсон, натягивая платье и рисуя привычные стрелки на глазах.

Она добралась даже раньше. Удивительно – пробок не случилось. И, нервно роясь в сумке без цели, сидела под дверью с надписью «Следователь Гарольд Кингстон», не до конца в себе и своем плане уверенная. Пыл терял градус, еще чуть-чуть – и мисс Никсон бы сбежала. Но умудренная жизнью секретарша с тщательно замаскированными тональным кремом морщинками вокруг глаз заметила это волнение и произнесла почему-то шепотом:

– Будьте осторожны.

– А… в чем дело? – заинтересованно испугалась Маргарет, отвечая тоже шепотом.

– Не верьте ни единому его слову. Он пользуется своим очарованием и потом, словно паук, вытягивает всю нужную ему информацию, – женщина наклонилась прямо к уху девушки.

Душа мисс Никсон неуютно поежилась, однако бровь скептично приподнялась: отчего секретарша так отзывается о собственном боссе?..

– Мисс Льюис! – позвали ее из-за двери. Так вот секретарша! А то… она обернулась: странная женщина исчезла, как ни бывало.

«Что же, я не дам ему ни возможности, ни информации», – сказала себе липовая мисс Льюис и рассеянно последовала за стройной секретаршей, цокая каблучками. Секретарша, впустив посетительницу в кабинет, тут же вышла.

Он стоял у окна. Действительно: высокий, брюнет, выглядит вполне. Неплохо. Но. Маргарет не забыла. Он Дон Жуан.

Следователь обернулся и расцвел улыбкой:

– О, мисс Льюис! Редкое удовольствие встретить леди с таким блеском в глазах!

– Даже не пытайтесь, – отрезала Мардж, внезапно обретая странную смелость. – Я не поддамся вашему очарованию.

– Хм… – после незначительной паузы ухмыльнулся мистер Кингстон. – А вы, кажется, меня боитесь, – эти слова заставили уже севшую нога на ногу в кресло мисс Никсон едва заметно вздрогнуть. – Раз решили разузнать обо мне заранее.

Усмехнувшись, следователь пристально поглядел на посетительницу.

– Почему вы так решили? – стараясь выглядеть уверенно и поймать локтем подлокотник, глуховато уточнила «мисс Льюис».

– Поверьте, – мистер Кингстон отошел к столу, завершая неуютное сканирование ее лица, – первое впечатление никогда не обманывает. Все, что мы думаем о человеке позднее, подвержено влиянию предрассудков, предубеждений, личного опыта и чужих оценок. И лишь первая минута позволяет судить здраво, – он оперся спиной о высокий стол с пресловутой кофеваркой и смаковал каждое слово лекции, пока не совершил коварный выпад: – И каково же ваше первое впечатление обо мне?.. Впрочем… – у Маргарет и шанса не появилось собраться с мыслями, – оно уже не будет беспристрастным. Вы слишком много узнали обо мне перед приходом сюда. Так что вы боитесь…

Мисс Никсон переживала в своем кресле весьма неприятные минуты: контроль над ситуацией от нее ускользал. Гарольд Кингстон тем временем учтиво поинтересовался:

– Может, я могу позволить себе предложить вам чаю или кофе? Для успокоения.

Тут Маргарет Никсон не выдержала. Она готова было сносить в жизни многое, кроме сомнений в ее способности постоять за себя.

– Благодарю, – и этот гнев спас ее, – у меня есть все, что необходимо для счастья, – сухо отвечала девушка, перекинув другую ногу. – В том числе и тот, кто угостит кофе. Может, перейдем к делу?

– Хм, а вы изменились, – оживился Кингстон. – Из перепуганной девушки, что вошла в этот кабинет, превратились в женщину, умеющую постоять за себя. Хм, – прищурился он, впиваясь в Маргарет взглядом, – что бы это могло значить?..

– Очевидно, вы слишком привыкли доверять первому впечатлению, – ядовито парировала Маргарет, торжествуя. – Итак, о деле.

– Хм, – он слишком много уж хмыкал, – так спешите поговорить о деле.

Но, тем не менее, сел за рабочий стол.

– А вас что, не интересует, что меня привело сюда?

– Говорите, если это так интересует вас, – пожал плечами следователь.

Маргарет Никсон усмехнулась. И как такой самовлюбленный невежа не свалился еще с кресла следователя прокуратуры?

– Не уверена, что в своей работе вы столь же тщательны, как в психологическом анализе, – о, она совершенно забыла в этой авантюре о своей маленькой обычной жизни, – но я пришла поговорить с вами о деле Хэйрода.

– О деле Хэйрода? – скрестив пальцы, Гарольд Кингстон продолжал исследовать глаза Маргарет. Она занервничала.

– Да, помните такое? Двадцать пять лет, был убит.

Кингстон усмехнулся и спросил, растягивая слова:

– И что вас интересует в деле Хэйрода?

– Там… замешан некий мистер Тимпли.

– Да, есть такой тип, – кивнул следователь.

– Этот тип – мой брат, – и тут к Маргарет впервые пришла здравая мысль: ведь наверняка следователь знает все о родственных связях подозреваемого. Она несколько потеряла уверенность, и глаза ее забегали.

– И о чем же вы хотите меня попросить? – невозмутимо спросил Кингстон. Поднял бровь. – Он, конечно же, невиновен?

– Мой брат, разумеется, не самый лучший человек на свете, – Маргарет сжала руками сумочку, пытаясь унять волнение, – но мне хотелось бы, чтоб вы были внимательны к деталям.

Она узнала достаточно. Нужно Саре открыть глаза. Сей индивид не только некомпетентен и самовлюблен, так еще – и правда, как паук – гипнотизирует. Хотя пауки не совсем этим занимаются… Маргарет решительно поднялась.

– Уже собираетесь уходить? – посмотрел Гарольд Кингстон на нее снизу вверх.

– А вы хотите, чтобы я осталась? – враждебно улыбнулась «мисс Льюис».

Следователь снова хмыкнул и, взяв в руки карандаш, уставился на него.

– Сомневаюсь, что вы пришли ко мне сюда из-за дела Хэйрода.

– Это почему же? Почему вы сомневаетесь? – Мисс Никсон поспешно подбоченилась.

– Пытаетесь держать марку, – бросил на нее мельком взгляд мистер Кингстон. – Вы бы не говорили со мной столь кратко, – уставился он снова на карандаш, – если бы Тимпли и вправду был вашим братом.

Мисс Никсон не оставалось ничего, как промолчать, но она сообразила сощуриться надменно.

– Ваше красноречивое молчание это доказывает. Нет, Тимпли вам не брат и даже не возлюбленный. Тот, который предлагает выпить кофе, – коротко засмеялся случайной цитате Кингстон, приводя мисс Никсон в ярость следующим высказыванием: – Я мог бы предположить, но нет. По вашему поведению понятно, что у вас нет никакого возлюбленного, – и он снова впился взглядом в краснеющую от гнева девушку, – и, осмелюсь выдвинуть гипотезу, что никогда и не было.

– Как любопытны ваши суждения, – процедила мисс Никсон, вовремя смекнув, что сцены ни к чему.

– А вы тратите мое время.

– Что ж, я как раз ухожу, – она подошла к двери.

– Завидная стойкость духа, – следователь наблюдал за посетительницей, как кот за мышкой. – Но вы никуда не уйдете, пока не ответите на мой вопрос.

– Я пришла, чтобы поговорить о деле Хэйрода. Сказала что хотела и теперь ухожу, – она дернула ручку двери, но – та оказалась заперта.

Когда Маргарет Никсон злилась, страх и благоразумие куда-то улетучивались. Она обернулась к противнику ледяной фурией.

– Это ваш способ получать желаемое? Не выходит словами – берете силой? Так это слабость, а не сила, мистер Кингстон, – ее слова не произвели большого действия. Она с достоинством уселась на диванчик у входа. – Что ж, я подожду.

– Интересный из вас материал для наблюдений, – сделал вдруг вывод следователь и разомкнул наконец пальцы. – Вы явно не поддаетесь описанию. Ни один из привычных портретов.

Не успела Маргарет возмутиться – Кингстон встал, в пару шагов оказался рядом и, наклонившись, внимательно заглянул ей в глаза; кончики их носов при этом едва не соприкоснулись. Мисс Никсон замерла в пораженном безмолвии, но через мгновение уже отпрянула, оттолкнула нахала. Он со смехом выпрямился, но не отступил.

– Что вы себе позволяете?! – возмутилась девушка. – Еще и смеетесь?! – она хотела вскочить.

Но Гарольд Кингстон стоял все там же и, издевательски засунув руки в карманы, смотрел на нее сверху вниз.

– Вы только доказали свою слабость, прибегая к такой низкой уловке! – топнула Маргарет ногой.

– Мне очень любопытно разгадать цель вашего визита, – был невозмутимый ответ.

– Если вы… сейчас же не откроете дверь, – девушка дрожащей рукой вытащила телефон, – я буду звонить в полицию! – потрясла она им.

– Вот теперь вы доказываете слабость, – улыбнулся Кингстон и учтиво сделал шаг назад. – Не можете уладить дело словами и прибегаете к шантажу.

Маргарет вскочила наконец, вспыхнув. Однако Кингстон все еще стоял близко: пытаясь обойти его, она не удержала равновесия и чуть не свалилась. Он удержал ее за руку, но девушка вырвала запястье в возмущении.

– Позвольте вас предупредить, – отер Кингстон лоб. – Вы обратили на себя мое внимание. А тот, за кем я наблюдаю, никогда не уйдет от меня, – он достал из кармана ключ и повернул его в замке. – Даже если дверь открыта.

Мисс Никсон дернула ручку и стрелой вылетела наружу, проклиная причину своих проблем под хохот следователя.

Эпизод 3

Маргарет Никсон шла быстро. Каблуки проваливались в щели мостовой, и непослушный каштановый локон то и дело выпадал из-за уха. Она поправляла его нетерпеливо, возмущенно, испуганно. Этот мистер Кингстон просверливал до самой души и вовсе не был прекрасным и обходительным, как описывала Сэл. А теперь еще сказал, что она от него не уйдет… Девушка горестно скривилась и прибавила шагу.

– Мисс! Мисс! – вдруг окликнули ее и схватили за рукав. – Мисс Никсон!

Маргарет вздрогнула, выдернула локоть, с опаской оглянулась на нападающего. Вздохнула облегченно: всего лишь парень лет пятнадцати в сером пальтишке.

– Чего вы так испугались? – удивился парень. – У меня для вас письмо – ничего страшного.

– М-мне? Письмо? – Изумление, страх. – В наше-то время? Письмо?.. – Зато загадочно, интригующе. Мисс Никсон осторожно приняла конверт. – И ты так просто согласился?

– Ну, мне заплатили, – довольно сказал парень, приглаживая поросль над верхней губой так серьезно, как будто это были пышные усы.

– И ты честно принес его, хотя тебе заплатили вперед? – несколько удивилась Маргарет, стягивая перчатки.

– Ну, мисс Никсон, – казалось, и вправду обиделся юный посыльный. – Есть ведь такое понятие, как честь, – он, вытянув шею, наблюдал, как девушка уже свободной рукой аккуратно расклеивает конверт. Лицо ее выражало тщетные попытки угадать, кто же мог прислать ей письмо вот так. – А вы тоже из старых времен, да? – полусказал-полуспросил парнишка удовлетворенно.

– Из старых времен?.. – не поняла Мардж. И вздрогнула: пальцы ее вытянули короткую записку: «До скорой встречи, мисс Никсон» – и подмигивающий смайлик. – Но… откуда ты знаешь мое имя?

– Заказчик сказал, – невозмутимо пожал плечами подросток.

Появившееся предчувствие пугало, но бежать от него Мардж не хотела. Взбудораженно схватила парня за плечи:

– Кто он?! Нет, просто отведи меня к нему, слышишь?!

Парень покачал головой:

– Я же сказал вам – мне известно, что такое честь и умение хранить тайну. Казалось, и вы знаете… Вы же из того самого времени.

Маргарет судорожно сглотнула. Сегодня она не будет спать спокойно. Ее придет мучить кошмарами призрак Гарольда Кингстона. Это он или нет? А если он?.. Она дрожащей рукой полезла в сумку:

– Я заплачу тебе.

Странный подросток с кодексом чести теперь потряс за плечо ее:

– Что вы, мисс Маргарет, окститесь! Слово чести не покупается и не продается!

А затем убежал, оставив остолбеневшую девушку с открытыми ртом и сумкой посреди тротуара.

– Мисс! – тронул ее за локоть пожилой прохожий с пышными седыми усами и в пенсне. Маргарет вздрогнула и пришла в себя. – У вас сумка расстегнута, – и усач двинулся дальше.

Мисс Никсон рассеянно щелкнула замком и отправилась вперед. Наверно, это значит, что мистер Кингстон узнал, кто она такая. Что же она наделала! Срочно нужно что-то отрезвляющее. Только не домой, куда скоро вернется Сара с новой историей разбитого сердца. Ну и что, что выходной. Работа и не от такой паники спасает. Маргарет оглянулась по сторонам и поспешила на автобусную остановку.

В этот момент в кабинете следователя Гарольда Кингстона раздался вибровызов. Следователь стоял у окна в пол, задумчиво потирая безупречно выбритый слегка квадратный подбородок и бездумно разглядывая пустую улицу. Он ждал звонка: на второй сигнал он уже ответил.

– Да, Себастиан.

– Я передал записку, Гарри. Девчонка ошарашена в стельку.

– Себастиан, когда я тебя отучу от сленга?

– Это не сленг, а просторечное выражение, Гарри, – усмехнулся паренек в сером пальто.

Следователь хмыкнул с довольной иронией:

– Всюду выкрутишься.

– Учусь у братца, – донеслось в ответ безмятежно.

– Опиши толком ее реакцию, – нахмурив брови и переходя к делу, приказал Кингстон.

– Сначала она была в легком шоке. Ну, понимаешь, короче.

– Ты мне прекращай со своими «короче», Себ, если хочешь помогать в деле.

– Ну, я не настаиваю… – Себ сделал вид, что готов положить трубку. Но Гарри и ухом не повел, зная уловки младшего брата.

– Вот погоди – узнают родители, что ты вовсе не у бабушки на каникулах читаешь книжки по школьной программе, – пригрозил следователь, смеясь одними уголками глаз.

– Короче! – Себ специально сделал паузу, также прекрасно зная Гарри. – К делу. Никсон эта сначала испугалась до жути, потом заинтересовалась, даже на мой монолог о чести и всем таком отреагировала, а когда прочла, требовала, чтоб я ее к тебе привел.

– Привел ко мне? – удивленно поднял брови Гарольд. – Ты не шутишь?

– Нет, Гарри, серьезно. Даже деньги предлагала, так что с тебя пять фунтов, – нагло заявил Себ. – Пришлось снова накивать на честь и смыться. По-моему, ты ее до смерти перепугал, но она шибко хотела нанести ответный ударик.

– Из тебя выйдет неплохой сыщик, Себ, – сдержанно похвалил Кингстон юного помощника. – Если только научишься выражаться соответственно окружению.

– Я и говорю по окружению, – хохотнул Себ.

Кингстон улыбнулся шутке.

– Дуй сюда, окружение, – окоротил он. – Еще поручение есть.

Маргарет никогда не спешила на работу с таким неистовством. Предъявив пропуск турникету, она нажала кнопку лифта. Еще раз. Еще. Что же он не едет?.. Ждать не было сил – девушка ринулась на лестницу, прыгая через ступеньку. Ах нет, на работе стоит вести себя солидно. Мисс Никсон одернула платье и вошла в офис ровной походкой. Людей в нем работало не много, а сегодня и вовсе единственным оператором на звонках сидела София Мартон. Молодая женщина, самостоятельная, обаятельная лишь для близких знакомых – она прожигала свободное время за наушниками и маникюром. Внезапное появление нежданного силуэта в двери вызвало у оператора панику: София чуть не свалилась со стула.

– Привет, – как ни в чем ни бывало, кивнула Маргарет.

Кинув сумочку на рабочий стул на колесиках, включила компьютер и раскрутила шарф.

– Прости, не думала, что напугаю, – мисс Никсон повесила пальто на вешалку и, переместив сумочку на стол, плюхнулась в кресло. Увы, к ее досаде, система совершенно не вовремя загружала обновления.

– Марго! Я думала умру! – засмеялась София, переводя дух. – Но чего ты пришла? Разве ты не выходная?

Маргарет мотнула головой и выдавила улыбку.

– Да вот решила заработать сверхурочные. Ну же, давай, – нервно щелкнула она мышкой, обращаясь к голубому безмятежному экрану, считающему вторую сотню обновлений.

София раскусила вранье:

– Э, подруга, да на тебе лица нет!

У Маргарет дрогнули пальцы.

– Выкладывай, что случилось, – подкатила напарница к героине дня на таком же стуле с колесиками.

Не выдержав, Маргарет Никсон резко крутанула кресло лицом к Софии и выдала ей все под строгим секретом. В облике Софии было что-то вызывающее на откровенность. Рецензия была выдана тут же:

– Все просто, Марго: ты не очаровалась им, а таких это бесит. Может, тебе стоит его разочаровать как-нибудь? Сделать вид, что и ты втюрилась, как все остальные?.. И он потеряет интерес, проверено!

Метод Софии казался ей беспроигрышным.

– Нет, он сказал, что верит в первое впечатление… Он слишком хороший психолог, мне его не обмануть… С моими-то актерскими умениями, – почти расплакалась Маргарет.

– Э-э, – протянула сатирически мисс Мартон, подмигивая сотруднице, – этот Гарольд Кингстон та еще штучка. Да чтоб ему…

– Вот и я о том же! – поспешно перебила Маргарет, предупреждая цветастые выражения, изобретать которые София Мартон была мастер. – Что делать теперь, ума не приложу.

Раздался звонок служебного телефона. Девушки посмотрели друг на друга, и София Мартон, вздохнув, откатила стул к столу, чтобы поднять трубку:

– «Изи-груп», оператор София, чем могу быть полезна?

Через мгновение она прикрыла микрофон рукой и сделала жест Маргарет:

– Это с охраны, там к тебе какой-то паренек. Говорит, письмо, – и тут же умолкла, соображая, что это продолжение истории. – Да, Ронни, сейчас, пусть подождет, – спешно проговорила она в трубку и сбросила вызов. – Марго! – сделала София Мартон круглые глаза.

У Маргарет Никсон перехватило дыхание от волнения. Она тут же сдвинула брови:

– Ну, Кингстон! Я ему покажу! – и встала.

– Верно! – подхватила София, тоже вскакивая. – Идем!

Лифта снова никто не дождался: операционистки синхронно слетели на первый этаж по лестнице, где Себастиан Кингстон приступал ко второй части своей пьесы.

– Вам снова письмо, мисс Никсон, – помахал он конвертом.

Маргарет подбежала к нему:

– И ты снова не скажешь, от кого?

– Мисс, дело чести! – он картинно ударил себя в грудь.

– Потому что он заплатил тебе? – вырвала конверт Маргарет надменно; София всем своим видом выказывала живое участие.

Себастиан с мгновение подумал и решил кивнуть.

– Ну, так вот что, – сообразила девушка. – Ронни, дай мне ручку и бумагу, пожалуйста, – попросила она, не отводя взгляда от паренька. – В следующий раз не бери у него денег, а звони прямо мне, понял? – она черкнула на листке свой номер. – Я заплачу тебе вдвое больше – обещаю, только не работай на него, – отдала Маргарет листок посыльному.

Себ взял его с готовностью и сунул в карман.

– Но, мисс Никсон, уже поздно… Я поклялся тому господину быть его рыцарем и служить верой и правдой до конца своих дней, – вдохновенно возразил Кингстон-младший. – А потому не могу выполнить вашу просьбу.

Мисс Никсон поперхнулась собственным дыханием.

– Что?.. Рыцарем?.. Да…

София поспешила успокоить несчастную жертву:

– Марго, расслабься. Лучше просто выкинем эту бузу, – она забрала конверт и кинула его в мусорный ящик. – И реагировать на подобные провокации не будем. Так и передай Гарольду Кингстону, – вполголоса грозно предупредила она Себа. – Пусть больше не подкатывает. И деньги на посыльных не транжирит – что ему, девать их некуда?..

Себастиану ничего не оставалось, как пожать плечами и уйти. Задание-то он выполнил. А вот чего на это скажет Гарри – уже не его проблема.

Эпизод 4

Спала мисс Никсон плохо. Из-за этого с утра на ее лице вдобавок к общему нездоровому виду объявились по два мешка под глазами. Впрочем, спала она бы еще хуже, знай диалог, случившийся между братьями Кингстонами накануне вечером.

– Достал номер? А ты сообразителен, парень, – Гарри Кингстон вкушал тост за кипой бумаг, беспорядочно покрывавших журнальный столик.

– Ну, еще бы, у тебя ж не просто так себе брат, – Себастиана распирало от собственного «успеха». – Записываешь?

– Сбрось мне СМС-кой, – бросил Гарри, одновременно делая три дела: прижимая плечом к уху айфон, листая подшивку документов правой рукой, а левой зажимая надкусанный бутерброд.

– Ага, – отозвался Себастиан. – Будешь отслеживать?

– Отслежу и припру к стенке, – коротко и устало ответил Гарольд. – Не уверен, что это она. Надо разобраться и не дергаться.

– Ну, окей. Давай.

Так что, когда Маргарет Никсон пыталась навести марафет на и в голове, уже было назначено свидание без ее ведения.

Она всеми силами мысли решила взять себя в руки и убалтывала Сару Брайтон без устали. Впрочем, это отнюдь не отвлекало ее саму от персоны, заставлявшей вздрагивать и вспоминать свое невезение. Мисс Никсон все еще держала себя в руках первую сотню метров пути на работу. Но потом – неизбежное столкновение состоялось.

– Вы! – при виде, как показалось Маргарет, расфуфыренного Кингстона она разозлилась за все сразу. И страх привычно пропал. – Еще скажите, что это случайная встреча!

Гарольд только легко улыбался. О, он знал, такая усмешка – отличное оружие.

– Вам лучше знать, – пожал он плечами.

Маргарет вспыхнула. Что еще за намеки… Этот напыщенный похититель сердец…

– Да вы хоть бы деньги свои пожалели! Сколько выкинули на эти письма! Зачем я вам нужна? – она горела желанием выплеснуть негодование на злодея.

– Слышал, и вы были готовы вложиться.

– О, так он вам уже и доложил! Конечно, вбили парню в голову какие-то принципы о рыцарстве! Такие негодяи, как вы, пользуются наивностью…

Гарольд перебил свою жертву: пусть и тихая улочка – неподходящее место для беседы, которую он затеял.

– Интересно, все так же ли у вас под рукой угощающий кофе? Или я могу предложить выпить чашечку?

Маргарет Никсон хотела громогласно отказать, но вот ее вновь посетила идея. Отомстить транжире и повесе-следователю. Она делано вскинула бровь:

– Что ж… можете.

«Выберу я тебе самый дорогой из меню!» – ехидно подумывала мисс Никсон, входя в роскошное кафе, около которого и состоялась встреча.

Сели. Кингстон, подперев подбородок обеими руками, с интересом смотрел, как девушка вдохновенно выбирает план мести в принесенном меню.

– Эспрессо, – коротко кивнул официантке, даже не заглянув в список.

– А мне, – победно ткнула девушка пальцем, – вот это. «Блэк Айвори».

Гарри хмыкнул в кулак. Мардж нахмурилась и повторила опешившей официантке:

– Да, «Блэк Айвори», пожалуйста.

Тридцать фунтов за чашечку… Месть удалась.

Официантка ушла в шоке от такого редкого заказа.

– Не думал, что вы так любите шикануть, мисс Никсон, – как бы между прочим молвил Кингстон, поправляя салфетку в салфетнице.

– Предпочитаю уж если потратиться, так ради наслаждения, – приосанилась мисс Никсон.

Кингстон снова хмыкнул. Он-то знал, что зерна этого кофе перерабатывает желудок слона, а уж из ферментированного результата, отделенного от нежелательных примесей, получается дорогой сорт напитка «Блэк Айвори». А вот Маргарет Никсон, похоже, и не подозревала, что ей доставит наслаждение.

– Ну, воля ваша, – пожал Кингстон плечами.

– Что вам от меня нужно? – вперила Маргарет в него свои очи цвета грецкого ореха.

– Зачем вы приходили ко мне в офис? – сузил глаза Гарри Кингстон и снова соединил кончики пальцев, как бы гипнотизируя.

– По делу мистера Хэйрода… – кашлянула Маргарет упрямо. – Пусть я и не прямая родственница…

– Дело Хэйрода закрыто три дня назад, – резко сказал Кингстон, не сводя глаз с мисс Никсон.

Маргарет стало дурно, но показать этого она не смела.

– Я не знала… Что с… Тимли? – надо ведь было проявить любопытство.

– Он оправдан. Вашими молитвами, – съязвил Гарри. – И звали его Тимпли. – Маргарет прикусила язык.

Следователя выводила из себя эта девчонка, ведущая непонятную игру. Она слишком наивна, чтоб быть шпионкой, но отчего же иначе после ее ухода в кабинете появился жучок?.. Подкинули? Вполне… Эта растяпа бы и не заметила. Только вот кто тянет к ней ниточки?

– Ваш эспрессо, – принесла заказ официантка, опуская миниатюрную чашечку дымящегося напитка перед Кингстоном. – «Блэк Айвори», – с благоговением поставила вторую для Маргарет.

– Спасибо, – мило улыбнулась девушка в ответ.

Хлебнула этого дорогущего кофе. М-м, что за аромат. И вкус… обычный. Но блаженство на лице изобразила.

– Не думал, что вам понравится кофе из… этого.

– Из чего – этого? – подняла глаза Маргарет, не отстраняясь от чашки.

– Из слоновьих экскрементов, – Гарольд спрятал невольный смех в новом глотке эспрессо.

Маргарет поперхнулась и поспешила вернуть чашку на блюдечко.

– Что?! Да вы врете, конечно, – схватилась она за салфетку.

– Можете проверить, – пожал плечами Кингстон.

Маргарет надула губы и, не сводя со следователя разобиженного взгляда, полезла в сумку за смартфоном. Два клика – и вот доступ к Гуглу. Б-л-э-к Ай-в-о-р-и… Она ойкнула.

Гарольд рассмеялся искристо и кратко.

– И вы… и вы даже не сказали мне?! – поднесла Маргарет Никсон руки к горлу, надеясь, что только что приобретенная осведомленность не произведет на выпитый кофе обратный эффект.

– Что ж, и вы много чего мне не сказали, – взял Гарольд Кингстон свои перчатки со стола и достал два фунта за эспрессо. Маргарет задержала ожидающий взгляд на его портмоне.

– Вы еще не идете? – делано удивился Кингстон, потянувшись за своим пальто. – Вы что же, думали, я стану платить за ваш элитный «Блэк Айвори»?.. – высказал он догадку, которая, в принципе, с самого начала на все сто не была догадкой.

Мисс Никсон была разбита в пух и прах.

– Но… – все стало на места. Этот подлец все рассчитал и вычислил ее план. Хоть бы были еще деньги… Она умрет, но не сознается, что проиграла. Да! Последние две купюры. Ну – повезло. Честь ее не будет валяться на коленях перед мистером Дон Жуаном. Она бросила деньги рядом со злосчастным заказом и вскочила. – Я уже опаздываю, так что бегу. Прощайте!

И, стуча отчаянно все теми же каблучками, зажав в руке смартфон, Маргарет Никсон сердито вылетела в стеклянную дверь на пустынную улицу.

В этот злосчастный момент раздался громчайший выхлоп. И единственный спокойно прогуливавшийся пешеход по другую сторону улицы вдруг нелепо раскинул руки и свалился на проезжую часть. Девушка в первую минуту не поняла, что происходит: в опущенное стекло автомобиля напротив спряталось… дуло настоящего пистолета, а она встретилась в зеркале дальнего вида с глазами водителя, тут же надавившего на газ. Этот холодный взгляд и зловещее выражение лица впечатались в ее память и тут же стерлись. Покрышки громогласно скрипнули об асфальт, автомобиль скрылся за углом. Маргарет Никсон застыла на месте. Пара секунд. А словно вся жизнь. На шум выбежал следователь Гарольд Кингстон, едва успевший натянуть пальто. Он казался взволнованным.

– Вы целы? – схватил он девушку за плечи. – Что произошло?!

Маргарет только могла дрожащей рукой указать на мужчину, запрокинувшегося затылком на асфальт: вокруг его туловища расползалось багровое пятно.

Гарольд Кингстон пробубнил себе что-то под нос в качестве комментария – вряд ли благозвучное – и бросился к жертве. Обыденным жестом проверил пульс на шее и без лишних проволочек достал айфон.

– Да, Брент, это я. На углу Мэнтон и Брайт-сквер. Стреляная рана в грудь. Да, жду.

Мисс Никсон все еще стояла по другую сторону как статуя. Гарольд жестом приказал ей подойти, набирая второй номер.

– Стрельба на Мэнтон и Брайт-сквер. Пострадавший. Верно, скорее.

Маргарет нерешительно потопталась на краю проезжей части. Вокруг начали собираться прохожие: немного, в это время все стоят в пробках по дороге на работу. Очередной визг колес заставил следователя оглянуться. Прямо на мисс Никсон летел черный «Мерседес» на полной скорости.

– Осторожно! – воскликнул следователь и едва успел, в прыжке схватив девушку в охапку, пролететь с ней перед бампером лихача. Пришел в себя на тротуаре, валяющимся с ней в обнимку. Толчок привел Маргарет в адекватное состояние, она резко и возмущенно оттолкнула Кингстона:

– Да что… – и тут увидела унесшийся автомобиль и запнулась.

Гарольд перехватил ее напрягшийся взгляд.

– Ты видела стрелка? – в секунду понял он все.

Маргарет кивнула.

Кингстон бросил взгляд по сторонам. Припаркованный байк перед кофейней. Не обращая внимания на такой пустяк, как ключи (умел справиться и без них, если припечет), он перемахнул ногой через седло:

– Скоро здесь будет полиция, – бросил он мисс Никсон, все еще пытавшейся осмыслить произошедшее. – Дождись их и дай показания.

Он дал газу и сорвался с места вслед за черным «Мерседесом». Еще есть надежда догнать.

Эпизод 5

Маргарет Никсон заваривала себе чай с ромашкой, тщетно стараясь согреть ноги шерстяными носками, протертыми на пальцах. Она чихнула. За окном накрапывал дождь. Неужели заболела? Девушка приложила руку ко лбу. Да нет, не горячий. Просто надо отсидеться. Снова чихнула, и чай едва не разлился. Поджав ноги под себя, Маргарет забралась на диван в обнимку с огромной чашкой. Волосы собрала резинкой на макушке, чтоб не мешали рыться в планшете. Но бесцельное блуждание по его недрам не помогало беспокойным мыслям улечься по местам, отведенным им природой.

Мужчина остался жив. Какое счастье. Но в него стреляли. Какой ужас. А потом пытались проверить свою работу. Неужели настоящий Пейсли – он такой?.. Нервно мотнув головой, Мардж сделала глоток и закашлялась, аж слезы выступили на глазах – горячо.

Полиция забрала ее от кофейни. Опрашивали ужасно долго. Какие-то протоколы, историю повторять пришлось сто раз. Но вспомнить лицо не получилось ни по какому фотороботу, да и номер той черной машины… Ни на что она не оказалась способна. И еще в участке было так жутко холодно… Вот и насморк в результате. Как она завтра работать будет, еще и в первую смену? Сегодня-то прошло мимо. Но ведь за такое не увольняют? На душе похолодело. Да нет, не должны. Все же все мы люди… Мардж мотнула головой. Еще глоток чая.

Нет, больше ни мысли. Где та нормальная серая жизнь?.. Такая работа мозга – это безумие!

Звонок в дверь. Сэл вернулась с работы. Ничего, пусть не ленится – у нее есть ключи. Маргарет Никсон ведь умирает. Нет. Уже умерла. Ну, приехали! Таки пролился чай на свитер… Снова звонок. Вот же!.. Пришлось заставить себя подняться и открыть.

– Ключи надо брать, – пробубнила Маргарет двери и застыла: никакой Сары, а Гарольд Кингстон, видение последних дней.

– Пока мне их никто не давал, – следователь самоуверенно вошел внутрь.

– Что… апчхи!.. вы тут забыли?

Маргарет изо всех сил пыталась сохранять воинственность.

– Ты что, больна? – несколько обеспокоенно осведомился Кингстон. Он был одет теперь в куртку, на лбу пластырь, на тыльной стороне ладони тоже нечто вроде.

– Не… – Маргарет почувствовала, что ей срочно необходима салфетка, дабы избавиться от последствий чиха, потому с оборонительной позиции пришлось ретироваться, прикрывая нос.

– Понятно, – коротко кивнул Кингстон и достал телефон. – Эй, что… у тебя с лицом? – вдруг заметил он упадническое настроение девушки.

О, нет… теперь он еще имеет лишний туз в рукаве, застав ее в таком виде… Мардж спрятала лицо в салфетку. Что еще не так?..

– Хоть иногда бы кремом пользовалась, – бросил следователь, скользнув взглядом по ней от путаного пучка на макушке до дырявых носков, отметив свитер, некогда безукоризненно бежевый.

Да что… кремом?!

– Вы заявились ко мне домой, чтобы дать мне совет пользоваться кремом? – отняла Мардж салфетку от многострадального носа.

Гарольд усмехнулся, уже приложив телефон к уху.

– Не за этим. Себ, – обратился он к трубке, – привези мне капли для носа и крем для лица, – не отводил смеющихся глаз от девушки, забавляясь. Ее волосы смешно торчали в стороны: ничего от самодовольной персоны, которой вчера она хотела показаться. – Ты знаешь куда. Да. Молодец, – следователь завершил разговор, обращаясь к сбитой с толку Мардж Никсон: – Программа защиты свидетелей. Слыхала о такой?

– Программа… защиты свидетелей?..

– Тебе понадобится только удобная и теплая одежда на пару дней. Остальное обговорим позже, времени у нас немного.

Маргарет Никсон чувствовала себя неуютно по куче причин: события дня с выстрелом и падением, простуда, путаница мыслей, странный этот следователь, и желтое пятно от ромашки, и ужасное лицо, с которыми он ее застукал… Но вот так молча делать что прикажут она не собиралась, потому включила оборону позиций:

– Мистер… Кингстон, если у вас такое уж важное дело, что вы не можете оставить меня в покое… объяснитесь, – она села на диван, натянутая как струна. – Иначе я с места не сдвинусь.

Кингстон заскрипел зубами. Мало того, что утром, защищая эту девчонку, он влип в историю с угнанным мотоциклом и гнался за почтенной леди, не справившейся с управлением, в результате чего провел пару часов в больнице, терпя накладывание швов… Так теперь эта замарашка… Ему захотелось плюнуть на вежливость, сгрести непослушную в охапку и выполнить свою задачу. Но сдержался. Лишь презрительно смерил взглядом. Такая недалекая… Маргарет почувствовала его взгляд и обиделась:

– Ну, чего вы придрались к моему лицу! – надулась она убито. Внешность была ее слабым местом. – Хоть дома я могу побыть собой?..

– Собой? – хмыкнул Гарри насмешливо.

– Да, собой! – воскликнула мисс Никсон. – Вовсе мне не доставляют удовольствия крема и тоники, и что? Умереть? – отсутствие понимания в глазах собеседника.

– Ладно, – махнул рукой Кингстон на тему красоты, тем более, что не так уж и ужасно она выглядела в своем… так и липло к языку словечко Себа – «прикиде». – Не за этим я пришел. Полиция проверила камеры и регистраторы на месте преступления, там никакой информации. Ты единственный свидетель, преступник это знает. И что тебе говорит логика?..

Маргарет и раньше подумывала этой логикой, но… пыталась задвинуть ее подальше. В глазах ее забегал страх.

– Потому, – охладил свой пыл Гарольд, заприметив эти огоньки, – ты пока поживешь в другом месте, под присмотром. Давай вперед, – и, заложив руки за спину, он от скуки начал рассматривать ничем не примечательную гостиную.

– А… это очень опасно? – отважилась все же спросить Маргарет.

– Ну что ты, – пришлось Гарольду расцвести улыбкой перед этим ребенком. – Все будет в порядке, не переживай. Я рядом.

– Вы?!

Вот так удар!

– Да, я! – рассердился Гарольд Кингстон. Ни одна девушка так не держалась с ним на расстоянии двух вытянутых рук! Обычно все сразу таяли. – Думаешь, мне самому хочется глазеть на твой облезший нос?

Маргарет с досадой схватилась за указанную часть лица.

– Кремом я мазаться не стану! – мятежно заявила она и убежала к себе в комнату. Гарольд хмыкнул, не в силах сдержать улыбки.

Мисс Никсон все же предпочла бы общество Кингстона обществу того хладнокровного киллера. Пара свитеров, брюки, сапоги…

– А как же моя работа? – высунулась она из спальни.

– Мы договорились с твоим шефом, – отозвался Кингстон, направляясь… к Сариной фотоколлекции на стене!

Маргарет Никсон метнулась вперед из комнаты между ним и стеной, расставив руки, желая защитить свою и чужую тайну.

– Хватит разглядывать! У меня… не убрано, – устыдилась она своей нечаянной грубости. – Пожалуйста, сядьте и сидите, – постаралась Мардж загладить неловкость. – В голове от вас кружится.

– Будете работать удаленно, – ошеломленно закончил фразу следователь, послушно усаживаясь на диван.

Скоро должна вернуться с работы Сара. Препираться Маргарет Никсон оказалось некогда, и через пять минут она покорно спускалась с Гарольдом Кингстоном к его машине, где ждал Себастиан с бандеролью.

– Леди, – сделал он учтивый полупоклон, – ваша посылка, – и незаметно подмигнул брату, передавая Маргарет пакет с лекарством и кремом. Тут же испарился, как и подобает посыльному.

Маргарет насупилась, глядя на Кингстона-старшего, потряхивая полученным пакетом.

– Ладно, не хочешь, не будешь мазаться, – открыл тот дверь автомобиля. – Вперед.

И мисс Никсон села. Гарольд Кингстон бросил ее сумку на заднее сиденье, сел за руль и повернул ключ зажигания. Ехали молча. С другом – без проблем, но с таким человеком молчать оказалось неприятно. Мисс Никсон не выдержала:

– А куда мы едем?

– В тихое место за городом, – уклончиво ответил следователь.

«А он все же неплохо справляется с делами», – отметила Маргарет его сноровку и смекалку. Руки с расслабленной уверенностью лежали на руле, прядь черных волос выбилась на лоб, брови сведены. Девушка поспешно отвела глаза, упрекая себя в неприлично долго задержавшемся взгляде. Но эти пластыри… их ведь не было.

– А что случилось? – кивнула она на руку Кингстона и догадалась: – Это из-за погони на мотоцикле?

– Так, царапина, – равнодушно отмахнулся Кингстон, втайне радуясь, что она наконец поинтересовалась.

– А-а… – протянула Мардж, отвернувшись к стеклу. Говорить не хотелось, усталость дня брала свое, настроение и силы падали в геометрической прогрессии.

Под мерный стук дождя и качку на трассе девушка задремала, уронив голову на собственное плечо. Гарольд Кингстон окинул ее взглядом и, характерно хмыкнув, покачал головой. Хочет она быть собой. Вот что с ней не так. И снова впился глазами в мокрую дорогу.

Эпизод 6

Гарольду Кингстону вставать не хотелось. Этот дом в окрестностях Гленнифер-парка всегда обладал магией подушкового магнетизма. Пахло омлетами миссис Дженкинс. Следователь потянулся. Ах, как хотелось оставить ответственность за бортом и… вот так провести целый день… Но резкий сигнал звонка мгновенно вернул Кингстона в боевой режим. Звонил Себастиан.

– Что произошло, братишка? – взял, как обычно, со второго гудка трубку Гарри. – Не пора ли домой? Каникулы кончаются.

– Бабуля напомнила уже, – раздался беспечный голос Себа. – Как утро началось?..

– Все б замечательно, – зевнул Гарри, потянувшись за рубашкой. – Если б не Никсон. Она хоть никуда не делась?

– Нет, – ответил Себастиан ровно через два мгновения, проверив горящий флажок смартфона Маргарет Никсон на своем ноутбуке. – Она в соседней комнате. Хотя час ее смены уже закончился. Десять тридцать, – прокомментировал он время.

– Что?! – к такой точке времени Гарри готов не был, он поспешил вскочить, натянуть брюки. Так проспать – стыд! Протер слипшиеся глаза. – Что там у нее на квартире?

– Братец, а ты не втрескался? Крем, капли, квартира?

– Я бы надрал тебе уши, да некогда, – отозвался Гарри со смехом, как треск дров в камине. – Продолжай слежку, я должен все знать, понял?

И, кинув айфон на кровать, он уже собранно направился в ванную. Эти защиты свидетелей… Вечное напряжение, зато побег от бумажной рутины. Да, поехал он сюда по собственному желанию. Развеяться у лесов Гленнифер и понаблюдать за Маргарет. Пусть он заинтересовался ею из подозрений, но подозрений становилось все меньше, а интереса все больше. Кингстон предпочитал не думать об этом, чтоб не давать себе слишком очевидных объяснений на этот счет. Но легкая улыбка играла на его губах во время священного процесса бритья.

– Доброе утро, Гарри! – заулыбалась невысокая женщина с кучерявыми короткими волосами и сеткой морщинок вокруг глаз. Миссис Дженкинс – типичный образ провинциальной доброй хозяйки – колдовала у плиты. – Как спалось?

– Миссис Дженкинс, у вас Морфей как у себя дома, – картинно поймал и поцеловал ее руку Гарри.

– Ах, мальчишка! – со смехом замахнулась на него повар деревянной ложкой. – Подлизой был, подлизой и остался.

– Но, миссис Дженкинс, – весело увернулся Гарольд. – Вы ведь знаете, что это профессиональная привычка следователя: не очаруешь – никакой информации.

– Смотри, смотри, не всякая тебя за такое по головке погладит, – усмехнулась домохозяйка, быстро оформляя омлет с беконом на тарелку. – Кстати, и эта девчушка, – вспомнила она и полезла за чем-то рукой на полку, – вот, велела вернуть тебе этот крем.

Гарри со смехом покачал головой. Вот же упрямица. Но… велеЛА?..

– Где она? – вскочил следователь, позабыв об ароматном завтраке.

– В лес пошла воздухом подышать, – проговорила миссис удивленно, провожая взглядом непонимания молодого человека, вдруг сорвавшего куртку с вешалки и бросившегося за дверь. Миссис Дженкинс обладала поразительно прекрасной чертой характера – она умела не спрашивать, не думать и не сплетничать о чужих делах. Потому ее съемные комнаты в Гленнифер-парк были незаменимы для дел следствия прокуратуры Пейсли.

В тот час, когда на кухне творились вкусные чудеса, а кое-как натянувший куртку и забывший застегнуть ее Гарольд Кингстон пытался сориентироваться на опушке соснового леса за домом миссис Дженкинс, избавившаяся чудо-каплями от насморка Маргарет Никсон свернула на укромную тропку с поля, где успела повстречать семью косуль в туманной тишине.

В этот момент следователю и повезло заметить пятно ее чернильной шали на пригорке.

Лес. Сумрак под елями. Осенний легкий холодок и туман. Тропа, зовущая в неизвестность. Маргарет с наслаждением потянула носом воздух и, окунувшись в атмосферу одной из сказок братьев Гримм, разговорилась сама с собой.

– Страшновато тут, – она, поежившись, остановилась, прислушиваясь к удивительной тишине. – Но чего бояться?.. – и решительно возобновила прогулку. – Звери так близко к жилью не водятся… Косули не в счет, конечно. А люди… в такой холод на прогулки по лесу не ходят! – она согрела руки дыханием. – О-о, какая красота! – замерла Мардж за поворотом.

Ели и желтые и багряные лиственники расступились перед стройными, врывающимися в небо соснами. Девушка побежала к ним в восторге, вовсе не глядя под ноги. Под сенью сосен шаги тонули во мшистой тишине, камни зеленью всевозможных хвощей рассыпались между волшебных стволов, теряющихся в бесконечном верху. Вдохновленная Маргарет вдыхала аромат чуда, свернув с тропинки к обрыву; по нему сосны беспорядочно спускались в такую же долину.

– Какая красота! – эта повторенная банальность в тот момент чуда вовсе не звучала банально. – Как же жаль, что телефон не со мной… Нет, это прекрасное нельзя запечатлеть лучше, чем памятью! – Девушка блаженно закрыла глаза. – А почему бы… да, почему бы не спуститься?.. – и, мелко перебирая сапогами по сосновым иглам, устлавшим спуск, от ствола к стволу, сумасшедшая от чистого воздуха Мардж летела вниз. Поскользнувшись, взвизгнула и ухватилась за ветку. – Ух, так и сорваться недолго. Давай, поосторожнее. Когда я еще была так счастлива?..

Но вдруг ее локоть сжала чья-то мертвая хватка. Сжалась в комок и зажмурилась. Медведь?.. Только ничего не произошло. Мисс Никсон несмело приоткрыла один глаз: это был следователь! Кажется, она его позабавила, но, тем не менее, он строго выговорил:

– О чем ты думала?!

– Я… хотела спуститься, – оправдалась Маргарет.

– Я не об этом! Сбежала в лес, телефон не взяла.

– А, это… – успокоилась мисс Никсон. – Но посмотрите вокруг! Любая техника осквернила бы очарование этого леса, – она продолжила спускаться: Кингстону ничего не оставалось, как последовать примеру девушки. – Вы посмотрите только, как здесь сказочно!

Но Гарри Кингстон только лишний раз проверил в кармане наличие айфона.

Маргарет Никсон испытывала жгучую потребность откинуться на эту мягкую перину иголок и мха и заглянуть в небо сквозь сосновые кроны. Она бросила взгляд на следователя, не отступавшего ни на шаг, как тень. Но когда, если не сегодня?.. И какое значение, что подумает он о ней? Она решилась.

– Простите, мистер Кингстон, но… – и она с удовольствием упала навзничь лицом к небу, раскинув руки. – Вот так – другое дело!

– Что… ты делаешь? – испугался на мгновение Кингстон, думая, что она и правда падает. – Нам пора идти.

– Нет, ну немного, не нарушайте это волшебство! – умоляюще протянула Маргарет. – Когда еще случится такой провал во времени?..

Гарольд взглянул на нее: закуталась с головой в шаль, к которой нацеплялись ветки, листья и колючки. Широкий свитер, на брюки странного цвета уже ляпнуло еловой смолой. И этот одухотворенный взгляд…

– Попробуйте тоже! – предложила Мардж. – Удивительно, правда, как небо может умиротворять?

Гарри подумал – ну, а почему бы и нет?.. И опустился осторожно на мягкие иголки. Под головой оказался приятный мшистый камень.

– Когда я вот так прямо перед собой вижу небо… – потянулась Маргарет и уткнулась лицом в шаль, – нет ничего лучше. Нет, вытяните ноги, а то ощущение не то! – скомандовала она следователю, что так и не давал себе расслабиться.

– И часто занимаешься подобными безумствами? – уточнил Кингстон, закладывая руки под голову и с наслаждением дыша полной грудью.

– Безумствами? Не-ет! Моя жизнь спокойна и размеренна, – со смехом прожестикулировала Маргарет над собой. – Течет по заданным направлениям… Я очень благоразумная. Обычно. Но так здорово однажды улизнуть от благоразумия… Какой дом вы хотели бы иметь в идеальной жизни?

Гарольд опешил – в идеальной жизни?

– Я вот думаю, что хижинка в таком лесу – самое оно. Море, я, конечно, тоже люблю очень, и горы, но лес – это такое волшебство, от которого я не смогла бы отказаться, – она закрыла глаза с наслаждением.

Гарольд сел – так удобней было наблюдать. Эта чумазая девчонка была так забавна в своих речах. Она открыла глаза и, поймав его взгляд, смутилась.

– Не смотрите на меня так, – закрылась Маргарет ладонями. О ужас, что бы сказала о ней сейчас Сара Брайтон? Это на нее он лучше бы смотрел…

– Как? – поддел Гарольд, смеясь над ее смущением.

– Ну… так, как вы это делаете, – Маргарет Никсон отняла руки от лица и резко села, чувствуя себя так увереннее. – Я же вас предупредила – не пытайтесь меня очаровывать! – что делать, приходилось идти в наступление.

– А кремом следовало бы пользоваться, – покачал головой Кингстон, словно не слыша гнева подопечной.

Маргарет вспыхнула. Неужели она так страшно выглядит?.. А, плевать – производить впечатление на Гарольда Кингстона ей совсем не надо. Ах, и верно – оно уже произведено… Неужели…

– А… почему вы так верите в первое впечатление? – этот вопрос не давал ей покоя.

Ну, как мило и забавно это выглядело, что Гарольд Кингстон не удержался, усмехнулся и чмокнул Маргарет в щеку.

Она покраснела. В ее голове пронеслась мысль о предательстве по отношению к соседке, но гнева почему-то не было. Маргарет вскочила.

– Наверно… и правда пора идти, – и она побежала вперед по мягким кочкам между сосен.

«Вся спина в ветках», – усмехнулся Гарри и отправился следом.

– О! – воскликнула Маргарет с восторгом, увидев ствол упавшей сосны, легшей на неровном склоне между деревьями, как мостик.

– Ты же не хочешь… – начал было Гарольд, но Маргарет поспешила перебить:

– А когда еще, если не сейчас? – она запрыгнула на ствол, под ногами приятно запружинило. Расставила руки; румянец на щеках горел азартом и вызовом: она должна дойти до следующей сосны!

Гарольд кашлянул и подал руку.

– Нет, я сама дойду! – возразила Маргарет, покачнувшись, но, увидев, что ее готовы поймать, побежала вперед и, врезавшись ладонями в сосну, обняла ее. Гарри рассмеялся. – Видите, все у меня окей! – обиделась в шутку Маргарет и спрыгнула на землю.

– Дай отряхну, – подошел Кингстон.

– Да я сама.

Девушка, вывернув руки, попыталась вытащить прочно застрявшие сучки.

– Все сама и сама, – пожурил Гарольд, принудительно выполняя процесс очистки. – Иногда надо быть скромнее. А если тут в зарослях кто-то тебя поджидает, чтобы уничтожить как свидетеля? И никто в лесу концов не найдет. Не вертись!

– Это правда?.. – похолодела Мардж, испуганно оглядываясь на следователя через плечо.

– Ты что – детективов совсем не смотришь?

– Смотрю, – насупилась Маргарет. – Поэтому вы пошли за мной?

– А ты думала? – хитро прищурился Гарольд, вытаскивая последний крупный сучок и поправляя шаль на ее голове с братской заботой. – Я провалю дело, если с тобой что-то случится.

Мисс Никсон почувствовала неприятный комок в горле. И еще – что выглядит глупо.

– Да не бойся так, – отряхнул ладони Кингстон. – Это я так, припугиваю.

– Припугиваете?! – обернулась Маргарет, краснея. – Кажется, только этим и занимаетесь. Ладно, правы вы – лучше вернуться, – и девушка пошла вперед напролом; тропы в этом лесу уже не водились.

– Знаешь, куда идти? – одернул ее крик Гарольда. – Постой, включу GPS.

– Знаю! – с вызовом воскликнула Мардж Никсон. Уж в ориентировании на местности она чувствовала себя уверенно. – Идите за мной.

Кингстон улыбнулся лишь правым уголком губ и в качестве эксперимента вернул айфон в карман.

– Ну, ты и сумасшедшая, – пошел он вслед за девушкой, мягко прыгающей с камня на камень; шаль на ее плечах приплясывала вязаными кистями, доставая до колен. – Не устаю тебе удивляться.

Маргарет Никсон оглянулась. Следователь добродушно улыбался, глядя под ноги и утопая ботинками в сосновых коврах. Сара, Сара, Сара! Она с досадой ударила себя по лбу.

– Вы не должны, – повторила, как попугай.

– Отчего? – мужчина заложил руки за спину и слегка наклонился ей навстречу, не прекращая улыбаться.

– Просто… не должны, и все, – мотнула девушка головой растерянно.

– Есть причина, запрещающая мне интересоваться тобой?

Она серьезно кивнула. Следователь делано взял себя за подбородок и устремил взор наверх.

– Сначала я принял тебя за шпиона кого-то из недругов, ты даже жучок мне подбросила.

– Жучок?! – округлились глаза Марго. – Ничего я не подкидывала!

– Конечно, ничего. Его подбросили тебе, а у тебя выпал из сумки, наверно. Вероятно, так и было задумано. Ты такая растяпа.

– Но некому было! Я решила все в одно утро! – запротестовала Маргарет. – Разве та женщина… я думала она ваш секретарь…

– Какая женщина?

– Рассказала мне о вас… Точно, она! Наклонилась так, что вполне могла подбросить. Ужас, я и не заметила.

– И это не единственное, чего ты не заметила, – усмехнулся следователь. – Снова замели следы – с такими штучками периодически сталкиваемся. Так что, – вздохнул он со смехом, – шпион из тебя никакой, как и сестра Тимпли. Следовательно, ты пришла на меня посмотреть из-за… кого-то. Подруги? Ну, конечно! Почему я и не должен интересоваться тобой, – разгадал он все. Маргарет Никсон ойкнула и закрыла глаза руками.

– Как… как вы это делаете?..

– Кто бы мог это быть?.. – побарабанил пальцами по подбородку Кингстон.

– Нет-нет, пожалуйста! – замахала Мардж руками. – Не надо, а то Сара не простит… – и она осеклась.

– Сара… Брайтон? – понял Гарольд. – Ну, разумеется, она же твоя соседка и работает у нас в прокуратуре. Вот кому я обязан твоим визитом, – Маргарет отчаянно пряталась в ладонях.

– Стыд какой… Но… она не просила меня! Это я сама выдумала! – начала девушка горячо защищаться. – Такие, как вы, сами виноваты! Даете девушкам надежды, а потом удивляетесь!

– Я?!

– «У вас чудные глаза», «Какой безупречный вкус», – передразнила Мардж.

– Но если это правда?!

– Держите язык за зубами, – засмеялась Маргарет, чувствуя, что берет верх. – Нельзя играть людьми! – добавила она серьезно и строго. И, чувствуя, что это уж слишком, развернулась: – Ну, идемте.

Эпизод 7

Пролезая сквозь травы, Маргарет Никсон уже начала бояться, что сейчас она потеряется и ее честь падет перед GPSом следователя. Ей совершенно не нравилось, что он разгадал ее секрет. Но страха более не внушал. Такого. Большого. Потому что щека еще стыдливо горела. Она ничего не придумала в нужный момент, а теперь уже поздно.

– О, здесь колючки! – вздрогнула она, почувствовав, как трава начала цепляться за сапоги.

– Давай перенесу, – усмехнулся Кингстон, приближаясь.

– Я прекрасно иду, спасибо, – поспешила Мардж сделать шаг вперед. Следователь улыбнулся и хотел поймать девушку, но Маргарет со смехом побежала дальше, лавируя меж камней.

За колючками следовала крапива до плеч, зато за ней – выход из леса и наконец поле.

– Вот видите! – довольно указала на него Маргарет. – Без GPS!

– И как ты собираешься пройти крапиву?

– Просто напрямик, – пожала Мардж плечами, натянув рукава свитера на кулаки. – Мы одеты ведь, ничего страшного.

Кингстон покачал головой и, сунув руки в карманы, двинулся вперед за авантюристкой. Маргарет, подняв руки вверх, стремительно продвигалась вперед, желая убедиться, что не ошиблась с местом.

Взлетев по холму, девушка остановилась; худшие опасения подтвердились – это было не то поле.

– О нет, – опустила она руки в искреннем расстройстве. – Но я… я найду! – обернулась она на Кингстона, оглядывавшего поле критически. – Вон! – завопила девушка с удовлетворением. – Вон, видите? Это дом миссис Дженкинс! – крыша виднелась слева за лиственным перелеском, красиво покрывшимся налетом осени; ему предшествовала еловая поросль.

Кингстон ничего не сказал. Маргарет смутилась его общества и зашагала вперед.

– Куда так спешишь? Разве не хотела погулять? – услышала она сзади.

– А вы… думаете, легко спокойненько гулять рядом с человеком, который вас только что поцеловал? – вдруг неожиданно для самой себя выпалила Маргарет. Кингстон спрятал улыбку и возразил:

– Поцеловал? Это же просто дружеский чмок в щеку!

– О! – обернулась девушка возмущенно. – Просто чмок?! Вот в этом и проблема! – ткнула она в него пальцем.

– Проблема?! – Следователя постоянно ввергала в ступор эта девчонка, которую он никак не мог взять полностью под контроль. Только ему, казалось, это удавалось, как она вновь становилась необъяснимым образом свободна. Заставляла его переступить правила и выйти из себя.

– Ну да, с девушками, – подбоченилась мисс Никсон. – Что они так влюбляются в вас.

– Это проблема тех, кто влюбляется, а не тех, кто влюбляет, – философски заметил Кингстон.

Маргарет опешила.

– Но вы поощряете их!

– Пусть будут умными и не ловятся, – возразил следователь.

У Маргарет Никсон отпала челюсть. Она хотела препираться, но поняла, что это бессмысленно, потому лишь выдохнула:

– Фу, какой вы бесчувственный, – и продолжила путь, задумчиво проводя ладонями по высоким травам.

Гарольд Кингстон не ожидал такого камня в свой огород, потому сердито пнул ногой куст и, прокашлявшись, отправился вслед за своей обличительницей.

Ели встретили путешественников плотным сплетением ветвей.

– И представить такое приключение было невозможно, правда? – обернулась Маргарет уже с прежним детским блеском в глазах и нырнула в ельник. Гарри вздохнул – вполне довольно – и отправился следом. – Мне так жаль, что скоро все вернется на круги своя, – продолжала мисс Никсон вдохновенный монолог.

– Ты совершенно не боишься лазить по таким местам?

– Ну… – оставила за спиной девушка еловую поросль и перешла в лиственный лес, ступая меж камнями и опускаясь к маленькому потоку, преодолеть который смогла без проблем, расставив руки для равновесия, – время змей закончилось, и на мне сапоги, для зверей мы слишком близко к жилью, а бандиты если… Так вы рядом, – покрылась она легким румянцем то ли от признания, то ли от ставшего свободным за перелеском ветерка.

Кингстон приосанился. Наконец хоть какая-то дань восхищения.

– Вот и дом миссис Дженкинс, – просияла Маргарет, указывая на цель их продираний сквозь заросли. Но там что-то изменилось. Черный «Мерседес» стоял у входа. Двое мужчин в черном ломились в дверь. Гарри резко втянул Мардж под полог леса. Она уже все поняла.

– Это… они?

Следователь кивнул. Его мозги лихорадочно работали, придумывая план действий. Машину забрать не выйдет, все придется там оставить…

– Но… миссис Дженкинс! – наблюдала Маргарет, как он спешно вытаскивает айфон и набирает номер. Кивнул ей:

– Мы ничем не можем помочь ей сейчас… Пока уберемся отсюда. Через минуту они будут уже прочесывать лес, – подтолкнул он девушку обратно в заросли. – Надо на трассу.

Маргарет судорожно кивнула, наполняясь ужасом до краев своей души.

– Брент, они здесь. Да, дом миссис Дженкинс, – говорил Кингстон в телефон, прыгая по кочкам за мисс Никсон. – Выясните владельца номера… Высылай отряд. Мардж, не останавливайся! – прикрикнул он на девушку, сунув айфон обратно в карман.

– Но я… уже не могу… – Мардж еле дышала от бега и паники. – Что будет с миссис Дженкинс?!

– Бежим! – толкнул ее следователь настойчиво.

– Вам легко говорить! – впала в истерику девушка. – Вы с таким сталкиваетесь каждый день, не то… что скромный онлайн-консультант! Если из-за меня погибнет человек… – она запустила руки в волосы. – Я не переживу… – слезы были готовы катиться из глаз.

Кингстон схватил ее за плечи и сильно встряхнул.

– Мардж! Никто не погибнет! Миссис Дженкинс – в прошлом жена офицера полиции. Она собаку съела на программе защиты свидетелей, все с ней будет в порядке. Потом я позвоню и ты удостоверишься, хорошо? – заставил он мисс Никсон взглянуть ему в глаза.

Она кивнула. Он неловко вытер ей глаза, надеясь успокоить.

– А сейчас мы должны бежать, надо успеть оторваться, хорошо? – он вытащил снова айфон, что-то ввел на карте и потащил Маргарет за руку вперед.

Она подумала – неужели у него будни все вот такие? И психология действительно нужна в работе, тут не до сантиментов…

Пользуясь навигацией, путники быстро выбрались на трассу.

– Не бойся, – запыхавшись, поднял руку на голосование Гарольд. – Ничего не случится. Мы вернемся в город и обведем их вокруг пальца.

Маргарет села прямо на землю, теребя кисть от шали.

– Я… не очень боюсь… Но это страшно. Такое – там, где я живу.

Наконец их подобрали.

– В Пейсли, – Кингстон показал значок.

Водитель покосился на Маргарет Никсон, утыканную по периметру шали и свитера всевозможными лесными украшениями, словно лесовик.

Кингстон усмехнулся и забрался рядом с ней на заднее сиденье.

– Поехали, – приказал он водителю. – Поскорее, что смотрите? – и улыбнулся Маргарет ехидно: – Снова на оленя похожа, весь салон замусоришь.

– Ну… почему вы говорите мне одни колкости? – возмутилась Маргарет, сама мало довольная своим положением. – Хоть бы раз сказали что-то приятное, как вы это умеете.

– Ты ведь меня предупредила, что не поддаешься очарованию, – развел Гарри руками шутливо.

Мисс Никсон рассмеялась. Следователь был рад отметить, что она отвлеклась от мрачных мыслей, и уставился в окно. Хорошая скорость, при удачном раскладе до города доберутся минут за сорок и тогда…

Его размышления были прерваны горестным воплем Маргарет. Следователь резко обернулся к ней: что еще случилось? Взор девушки был обращен… на ноги.

– Что такое? – не понял Кингстон.

– Мои сапоги… – едва не плакала мисс Никсон. – О нет, посмотрите, какие на них теперь царапины от тех колючек!

Гарольд Кингстон досадливо поморщился. И столько шума из-за такой-то мелочи?

– Ты что, такая материалистка? – с насмешкой сложил он руки на груди. Маргарет подняла на него лицо и с презрением изрекла:

– Что ж, смейтесь. Может, у кого-то пара сапог рассчитана на сутки, а у меня – на весь сезон. А то и на три… О, посмотрите! – с отчаянием открывала она царапину за царапиной на коже. – Как я в них в офис пойду?.. Всего ведь весной купила…

Гарольд хмыкнул и сказал милостиво:

– Ладно, у меня есть знакомый сапожник – отдашь, он тебе закрасит.

Мардж покачала головой:

– Краска сотрется, как только я их помою.

Тот факт, что сапоги моют, несколько удивил следователя.

– А, ладно, – вдруг повеселела Маргарет. – Пусть София и говорит, что я пофигистка, а ну их. Кого интересует моя обувь, в конце концов? – и она уткнулась в стекло, обозревая уносящиеся леса.

Гарольд заставил себя сдержать рот закрытым. Еще немного. Немного, и он будет на своей территории.

Эпизод 8

– А куда мы приехали? – похолодев, спросила Маргарет Никсон; такси остановилось на печально ей знакомой улице Пейсли. Гарольд расплатился, считая монетки, завалявшиеся в кармане на счастье.

– В прокуратуру, ко мне.

Он открыл дверь автомобиля.

– Идем, – наклонился к оробевшей девушке. – Ты же не собиралась домой, надеюсь?..

Мисс Никсон подумала, что, конечно, глупо было бы ответить «да», а потому молча вылезла, смахивая с шали листья.

– Ну-ну, только не в салон! – запротестовал водитель.

– Простите! – извинилась Мардж с досадой. Следователь захлопнул дверь; сердитый таксист уехал.

– Ну-с, – приобнял несерьезно Гарри свой трофей за плечо, – добро пожаловать, мисс Никсон. Кстати, мне сообщили, что миссис Дженкинс в порядке, одного из нападавших взяли, сейчас ведут на допрос. Так что… выбора у тебя нет – придется побыть здесь.

– А… кто сказал, что я против? – посмотрела Маргарет ему в глаза с вызовом.

– Ах да, – усмехнулся Гарри. – Я и забыл, что леди пьет «Блэк Айвори».

«Только б не встретить Сэл… Только б не встретить…» – повторяла Маргарет Никсон сама себе, подчиняясь подталкивающей вперед руке Кингстона.

«Влипла так влипла», – они входили в офис, девушка поежилась от количества взглядов, направленных на них, и его руку на ее плече. «О, нет».

Разумеется, Сара Брайтон не пропустила зрелища. Да, Гарольд Кингстон в столь романтичном виде искателя приключений и со швами на ранах, полученных в борьбе с преступником, в грязных пыльных ботинках шел в офис, сопровождаемый завоевательницей его сердца, что расстраивало каждую, получившую сообщение в чат. Завоевательница сердце не блистала красотой, как заметила Стелла. «И была вся в репехах», – отметила Изабель. А Лиззи добавила, что она неуклюжа. Каждая надеялась, что «завоевательница сердца» – ошибка, но он так покровительственно и нежно держал руку на ее плече… Сара собралась с духом взглянуть на аферистку, каково же было ее удивление и негодование…

– Маргарет?! Маргарет Никсон?!

Мардж с досадой заслонила лицо руками, но было поздно. Сара Брайтон подлетела к ней:

– Да как ты могла?! – и рука ее почти взлетела, чтобы влепить подлой соседке по квартире звонкую пощечину.

– Мисс Брайтон, – вдруг прозвучал голос Гарольда необычайно сладко, заставляя девушку застыть и засверкать глазами, – вы сегодня неподражаемы.

Маргарет Никсон, обратившаяся во внимание, едва не фыркнула, увидев, какое действие произвел столь двусмысленный штамп.

– Мистер… Кингстон, – проворковала Сара тихо, – вы тоже…

У Маргарет весь стыд улетучился: ее распирало от смеха. По руке Гарольда, судорожно сжавшей ее плечо, она поняла, что его тоже.

– Думаю, вы знакомы с мисс Никсон, – сделал следователь неожиданный ход и снял руку с плеча Маргарет. – Она ведь ваша соседка по квартире, не так ли?

– Да… – Сара Брайтон пыталась предугадать, что бы значило все это. Женский коллектив засел тише воды, ниже травы.

– И свидетельница по делу, которое я веду. Видите ли, – продолжал Кингстон как ни в чем ни бывало, – мне нужно заняться бумагами и звонками, а мисс Никсон придется задержаться здесь. Не будете ли вы так любезны присмотреть за ней и сделать ваш фирменный латте, которому я слышал так много похвал?

Нельзя передать, как расцветало лицо мисс Брайтон при этих словах и как темнели у всех остальных сотрудниц прокуратуры.

– Конечно, – еле вымолвила Сара, – почту за честь… помочь.

– Вот и прекрасно, – кивнул ей Кингстон и бодрыми шагами направился в кабинет, пожираемый женскими взглядами.

Что это было, Маргарет Никсон не вполне поняла. Но выглядело эффектно – не признать было невозможно. Потому к провожающим Кингстона Великолепного ее взгляд добавился.

Сара Брайтон перевела глаза на подругу. Теперь в них был лишь восторг, никакого гнева.

– Мардж… что это… сейчас было?.. – она не могла говорить связно от переполняющего ее экстаза.

– Гарольд Кингстон говорил с тобой, – улыбнулась Маргарет. Отчего-то теперь сентиментальность Брайтон ее не раздражала, а скорее смешила.

Сара Брайтон хотела завизжать, но вовремя оглянулась на коллег.

– Идем, идем, – затолкала она Никсон подальше от завистниц в комнату отдыха. – Мистер Кингстон… у-у! Сказал приготовить тебе латте. А я-то думала, Мардж, что ты… – не переставала трещать Сара, уже суетясь у кофейного аппарата, – прости, как я могла подумать! И вообще, что с тобой случилось? – обвела она взглядом жалкий вид Никсон, но, едва та раскрыла рот, продолжала, принимаясь за вспенивание молока: – Впрочем, неважно. Ведь сам Гарольд Кингстон… Ах! – мечтательно сложила ладошки и привстала на носочках.

– Сэл, кофе, – напомнила Маргарет.

– Да, кофе. – Эспрессо улеглось слоями в прозрачный стакан, полный молока, и аромат счастья влетел благоуханием в ноздри мисс Никсон. Жизнь налаживалась. По крайней мере, в отношении латте.

После прекрасного напитка Маргарет Никсон долго ждать не пришлось – ее забрали на опознание. Удивительно, Гарольд Кингстон словно начисто забыл о ней. Девушка немного переживала – встретиться с тем типом, который мог стрелять… Но ее успокоили – опознать требовалось лишь через зеркало. Мисс Никсон оказалась в небольшой комнатке с огромным окном, прямо как в фильмах. Внутри комнаты для допросов Кингстон, довольно сердитый; допрашиваемый молчал, скрестив руки на груди. Маргарет он был незнаком. Так что, увы, угроза ее жизни еще ходила на свободе. И ничто не пролило света на ее местоположение.

Пользуясь этим аргументом, мисс Никсон посоветовали остаться в прокуратуре, вернув в комнату отдыха. Где она в бессилии откинулась на спинку дивана и закрыла глаза.

Тем временем Гарольд Кингстон постукивал пальцами по столу в своем кабинете. Первый допрос не дал ничего. По-прежнему опасно было оставлять мисс Никсон одну. Да и ее соседке лучше не возвращаться в квартиру – мало ли. Он щелкнул пальцами и нажал кнопку.

– Пэм, попроси Сару Брайтон заглянуть ко мне, – и потом усмехнулся. Вот так способ пришел ему в голову – сколько зайцев одним выстрелом.

В дверь к Гарольду тихо постучали.

– Мистер Кингстон?.. – послышался нежный голос, и показалась голова Сары Брайтон.

– Да, мисс Брайтон, – махнул Гарольд рукой, – заходите.

Сара вышла на середину кабинета и остановилась, смущенно сложив руки в замок.

– Вам лучше не уходить сегодня домой, мисс Брайтон, – посмотрел следователь секретарше прямо в глаза, выдерживая паузу для наблюдения за реакцией. Сероглазая девушка довольно мило улыбалась. Но довольно не оригинально. Вот Маргарет бы… Следователь кашлянул. – Раз с этим договорились, теперь следующее, – и он вновь испытующе глянул на Сару. – Я вам нравлюсь, не так ли, мисс Брайтон?

Сара Брайтон не ожидала такого прямого вопроса и покраснела, но не смогла упускать шанс.

– Как вы можете не нравиться, – прошептала она, захлопав ресницами. Но вдруг спросила осторожно: – Это… вам Мардж сказала?..

– При чем здесь мисс Никсон? – ни согласился, ни возразил Гарри. – У меня что, у самого глаз нет? – щеки Сары зарделись счастьем. – В таком случае у меня есть к вам предложение.

– Я согласна! – выпалила Сара, даже не веря своей удаче.

– Согласна на что? – уточнил тот, с насмешкой поднимая брови.

– Да на все! – Восторг девушки был выше растерянности. Но она спохватилась: – То есть… я поддержу любое ваше предложение.

– Даже спрыгнуть с крыши прокуратуры головой вниз? – откровенно рассмеялся Гарольд.

Сара кокетливо захихикала. Кингстон негромко вздохнул и заставил себя продолжить:

– Чтобы вам не было грустно сидеть тут вечером, предлагаю где-то отужинать.

Мисс Брайтон шумно вдохнула ртом.

– Захватите и мисс Никсон с собой, и я возьму друга, – продолжал следователь.

– Это… свидание?!

– Это – ужин. Я пришлю за вами такси в семь тридцать. Только не распространяйтесь об этой встрече, окей?

– О… я понимаю. Вы так великодушны!

– Прекрасно, что понимаете. Ну, возвращайтесь к работе… Даже не дошло, что я смеюсь над ней, – с досадой пробормотал последнее себе под нос Гарольд, когда Сара вышла. – И о таких Маргарет печется.

Набрал все тот же номер из быстрого набора.

– Алло, Брент. Ты сегодня вечером занят? Вот и прекрасно. Нашел для тебя девушку по твоему вкусу. Очаруешь – будет в рот заглядывать.

На том конце раздался смех.

– Гарри, ты знаешь, что не это главное.

– Да, брат. Беда только в том, что она подпала под мое очарование, – рассмеялся Гарольд, расслабленно откинувшись на спинку кресла.

– Это вызов? – Голос Брента звучал беззаботно.

– Нет, скорее, сигнал SOS, – со смехом закончил Кингстон разговор.

А Сара Брайтон тем временем радостно передавала содержание разговора соседке по квартире.

– Что ты сказала, Сара? – Мардж надеялась, что в полудреме ей показалось. – Свидание?..

– Ага, – довольно заявила мисс Брайтон. – Ну кто бы мог подумать, что он вдруг не только заметит меня, но и пригласит на свидание!

Маргарет Никсон была удивлена и несколько шокирована поведением Кингстона. Для него это что – правда игра?..

– Сара, неужели ты веришь, что…

– Мардж, – одернула ее сердито Сара. – Можешь помолчать? Даже если один вечер такой человек, как Гарри, будет рядом…

– Гарри?..

– Ну, мы пока не настолько близки, но… Я не должна упустить шанс, а ты… не проболтайся никому, слышишь? А то девчонки меня живьем съедят за такую популярность. Съезжу в салон навести марафет.

– А работа, Сара?..

– Не волк, в лес не убежит, – отмахнулась Сара весело. – Я ужинаю с Гарольдом Кингстоном! – взвизгнула она. – Такой шанс выпадает раз в жизни! – и выскочила из комнаты отдыха в лучшем расположении духа.

Маргарет Никсон задвинулась глубже в диван. Не то, что бы она в обиде, нет. Хоть в Кингстоне и была тонна харизмы, но он беспринципный негодяй. Девушка мотнула головой утвердительно сама себе. Но Сэл… как можно быть такой слепой и глупой?.. Зачем он, вообще, пригласил ее после всего, что еще за финт ушами?.. Мисс Никсон чувствовала, что ее темперамента должно хватить на то, чтоб обвинить в этом следователя прямо в лицо. Она решительно встала. И тут же села. Глупо вот так вмешиваться не в свои дела.

Эпизод 9

Сара Брайтон изо всех сил постаралась выглядеть сногсшибательно, что не удержало судмедэксперта миссис Хэйд от серьезнейшего выговора подчиненной за прогул. Но светящуюся от сумасшедшего счастья девушку ничто не могло пронять.

– А вот и такси, – прокомментировала мисс Брайтон в конце дня, когда дождь уже катился по стеклу над темнеющим и утопающим в огнях городом. – Пошли же! – схватила она Маргарет Никсон за руку.

– А я?.. А я-то тебе на свидании зачем? – не поняла мисс Никсон, приговорившая себя уже ночевать в комнате отдыха, вздрагивая от каждого шороха.

– Ну… сидеть тебе одной я здесь не позволю.

Сара неверно поняла Кингстона, что именно хранить в секрете.

– О чем ты, Сара? – заупрямилась Мардж по вполне понятным причинам. – Зачем мне торчать на чужом свидании?

– Ну… ладно, – решила Сара открыть всю правду. – Это не такое прямо и свидание. Просто ужин. Он придет с другом, должна же и я кого-то взять? Пожалуйста, выручи меня, прошу тебя, Мардж! Это ж самое начало!

– Ты… посмотри, как я одета, – возразила Маргарет Никсон, явно сбитая с толку.

– Да ладно, это ж не ты идешь начинать отношения! И тебе нельзя одной оставаться, – заявила Сара. – В конце концов, ты ценный свидетель, за которым ведется охота. Должна ж я поступать как добропорядочная слуга закона! Можешь посидеть в сторонке, если хочешь, – так приговаривая, она все же вытянула смущенную Маргарет Никсон за собой.

Маргарет теребила свитер и куталась в шаль, судорожно проверяя, не осталось ли в них веток и листьев. Впрочем, Кингстон тоже не в лучшем виде. С доводом о безопасности свидетеля она была согласна, потому что после всего жутко боялась остаться одна на ночь в пустой прокуратуре.

– Все уже оплачено, леди, – улыбнулся услужливо таксист. – Велено только привезти вас на место.

– Оплачено? – удивилась Маргарет. Он что, настолько учтив к Саре?.. Отчего эта мысль ну никак не греет?..

– О, как мило, – заворковала мисс Брайтон.

Ехали недолго: такси остановилось у ярко освещенного уютного ресторанчика. Внутри мерцали свечи и мирно общались посетители за деревянными столиками.

– Леди, – подал девушкам руку высокий молодой человек в плаще и шляпе; другой рукой он держал зонт. – Меня зовут Брент Финчли, я здесь, чтобы встретить вас.

– Все так таинственно, – заломила руки Сара в восхищении. – Вы друг Гарольда?

Назвавшийся Брентом слегка удивленно приподнял брови на такую фамильярность, но широко улыбнулся и кивнул.

– И, думаю, нам лучше побыстрей зайти внутрь, пока дождь окончательно не залил ваши туфельки.

Мардж с досадой посмотрела на свои поцарапанные сапоги. И подумала по ходу – это тот самый Брент, которому Кингстон звонил с места происшествия. Не может быть, все было только вчера…

– А где же мистер Кингстон? – уточнила она.

– Внутри. Он не из тех, кто любит мокнуть, – пустил первую стрелу Брент Финчли, усмехаясь. Но в броне Сары не было дыр.

– Тогда не будем заставлять его ждать! – нетерпеливо переступила она с ноги на ногу.

– Конечно, – через мгновение кивнул Брент и, держа зонтик над прижавшимися друг к другу девушками, ввел их внутрь. Долгая работа в полиции научила Финчли подмечать детали – он сразу понял, за кого предстоит сражаться в этот обещающий быть нескучным вечер.

– Прошу сюда – Финчли помог Саре снять милое розовое пальто, Маргарет молча стянула с плеч шаль, чувствуя себя совершенно не к месту в этом широком свитере и брюках, заправленных в потертые теперь сапоги, абсолютно без макияжа и не ахти с какой прической. Ну, стиль Кингстона ее поддержит, ничего. Ха-ха, стиляги Кингстона.

– Да, Себ, ты меня понял. Пока, – закончил тем временем следователь телефонный разговор и мило заулыбался: – О, мисс Брайтон, мисс Никсон! Какое счастье видеть вас снова! Брент, ты истинный джентльмен сегодня, – подмигнул он незаметно приятелю.

Этого девушки не заметили. Сара в розовых очках от восторга, а Маргарет – пораженная ужасным фактом: Гарольд Кингстон успел переодеться в, наверное, лучший свой костюм, и она единственная теперь являла собой лесное страшило…

– Мисс Никсон, вы хорошо себя чувствуете? – тем временем обратился к ней Гарольд Кингстон. Ему стоило невероятного труда, на самом деле, в течение целого дня ни разу не заглянуть к ней в комнату отдыха, оттого тон следователя был слегка нетерпелив. – Неважно выглядите. Как ваш насморк?

Сара почувствовала себя неловко и с досадой заправила прядь волос за ухо.

– А вы великолепно выглядите, мисс Брайтон, – улучил Финчли момент и попал в цель: девушка расцвела и сердечно поблагодарила:

– О, спасибо, мистер…

– Можно просто Брент, – улыбнулся Финчли во все тридцать два, и завязалась незатейливая беседа. В этот момент Маргарет Никсон колебалась между чувством гнева и надеждой придерживаться правил хорошего тона.

– Капли, должно быть, остались у миссис Дженкинс? – тем временем допытывался следователь. – Заказать тебе еще? – Он потянулся в карман за айфоном.

– Нет! – резко и довольно громко сказала Маргарет; на них оглянулись из-за соседних столиков, а Брент и Сара удивленно прервали завязавшийся разговор. – Я… просто устала, – вложила мисс Никсон все старания остаться вежливой в голос. – Но мне завтра надо работать, так что, наверно, я пойду. – Она встала.

– Но подождите, – запротестовал Брент, – мы же еще даже ничего не заказали, вы только пришли!

Сара потянула Маргарет за рукав умоляюще.

– Я ведь позвал тебя не затем, чтоб любоваться на наряд, – наконец дошла до Кингстона причина ее раздражения по тщательном анализе прочих теоретически вероятных. – Так что не переживай.

– Не переживать?! – вспыхнула все же Маргарет. – Так вы специально все подстроили? Знали, что я приду, и даже не дали возможности переодеться! Посмеяться хотели? Ну что ж, вам удалось!

Гарольд был выведен из строя этой бомбой гнева. Он на самом деле совершенно не подумал об этом. Наоборот – думал расположить, а вышло… Первое впечатление от Маргарет Никсон не шло ни в какое сравнение со вторым, а третье уж и вовсе не в счет.

Брент Финчли отважно попытался спасти ситуацию:

– Ну что вы, вам очень идет.

Мардж метнула злой взгляд на Гарольда и села неохотно.

– Сегодня я плачу, – сделал Брент Финчли широкий жест. – Благодаря вам я хоть выбрался в свет. Так что заказывайте без стеснения, должен же я хоть иногда тратить, а не зарабатывать.

– Значит, вам нужна помощь? – лукаво улыбнулась Сара, прыгая взглядом с меню на лицо Брента. Гарольд по сравнению с его великодушием и обходительностью заметно проигрывал.

– О, мисс Брайтон! Я в ней просто нуждаюсь! – ответил ей смехом Финчли.

Маргарет продолжала дуться, поэтому заказала просто пиццу. Кингстон молча гадал, как вновь повернуть ситуацию себе на пользу. И покачивал бокалом с вином, наблюдая за причудливыми переливами рубинового кьянти на свету. Финчли и Сара Брайтон могли спокойно наслаждаться приятным разговором. Когда темы жизни и профессий были исчерпаны, Брент Финчли сделал ход конем:

– А вы кем работаете, мисс Никсон?

Гарольд насторожился – Финчли полез на чужую территорию.

– Она онлайн-консультант, – буркнул он.

Брент все понял и заулыбался – так он и думал, что эта девушка зацепила его бесчувственного друга.

– Зачем за меня отвечаете, – не познав глубинного подтекста фразы, вмешалась Маргарет с набитым ртом. Наевшись, она начинала себя чувствовать уверенней. – Да вот, за компьютером работаю… О нет! – вдруг вспомнила она с ужасом. – Ведь мой ноутбук и все осталось в том доме!..

– Каком доме? – спросила Сара, аристократично отрезая ножом кусок стейка.

– Ну, где я была по программе защиты.

– Там погром, – покачал головой Брент. – Все ценные вещи разбиты. Боюсь, о ноутбуке стоит забыть.

Маргарет закрыла рот рукой.

– Но… на чем же мне теперь работать?.. Ведь если меня уволят… – В ее глаза прокрался ужас от будущей картины.

– Ну, не переживайте так, – попросил Финчли. – Всегда ведь можно что-то придумать. Сколько ноутов пылится в хранилищах улик – возьмете себе оттуда.

– Но это же улики…

– Ой, прошу вас! – сощурился Брент. – Такая же улика, как Пейсли – Эдинбург.

– Так… можно? – нерешительно подняла брови Маргарет. – Вы мне дадите?

– О, это не по моей части, – замахал рукой Финчли. – Это вот Гарри, – хлопнул он друга по плечу, – складом заведует.

Маргарет Никсон перевела взгляд на Кингстона. Он смотрел на нее и улыбался победно. Все равно к нему вернулась. Девушка вздохнула и выдавила, не глядя на следователя:

– Можно?

– Думаю, в архиве найдется что-нибудь ненужное, – сделал Кингстон одолжение. – Только поискать надо. И настроить… Тебе к шести вставать на смену?

Маргарет кивнула, про себя удивившись, что он помнит такие тонкости.

– Тогда нам придется откланяться, – Гарольд Кингстон решительно встал, с удовлетворением отмечая, что мисс Брайтон от этого существенно не расстроилась. Похлопал Брента по плечу, кивнул Саре. Мардж удивленно подняла глаза:

– Нам?..

– Мы же не можем заставлять друзей прервать такой замечательный ужин только потому, что тебя ждет работа, – возразил Гарольд с искрой в голосе и глазах, которая мисс Никсон не понравилась. – Идем выбирать тебе аппарат, – уже надел он пальто и подал девушке шаль.

У мисс Никсон не оставалось выбора.

Эпизод 10

В прокуратуре было пустынно, только охранник внизу. Хоть в коридорах сразу и загорелся свет, Маргарет Никсон чувствовала себя более чем неуютно, зная, что на всем этаже, кроме них двоих, никого нет. Кингстон повел ее к офису, заявив, что должен взять там ключи.

– Может, я подожду вас здесь? – с надеждой спросила Маргарет, останавливаясь около уже знакомой комнаты отдыха.

Гарольд пожал плечами делано безразлично.

– Можешь, конечно, если не боишься. Я бы оставаться одной не рекомендовал.

– Да ладно вам, – не поверила Маргарет. – В прокуратуру-то кто за мной полезет.

Гарольд снова пожал плечами.

– Как знаешь. Оставлю тебе свет в комнате отдыха, а так электричество следует экономить.

Маргарет спокойно села на диван и стала перелистывать журнал. Как хорошо, что ей можно не идти с этим странным следователем. Но… а если он вдруг прав? Кингстон погасил везде свет и вышел в коридор на лестницу, звеня связкой ключей. Девушка мгновенно отбросила журнал и вслушалась в темноту за своим островком света. А если – пронеслась у нее мысль – а если этот убийца так ужасен, что… В фильмах всякое показывают. Если в Пейсли, оказывается, средь бела дня по улицам расхаживают киллеры, то что им помешает…

Где-то что-то скрипнуло. Маргарет Никсон вскочила и бросилась вслед за Кингстоном.

– Мистер Кингстон! – закричала она, и голос ее разнесся странным эхом по пугающей тишине. Скрип затих. Звяканье ключей тоже. Если… – Мистер Кингстон! Гарольд!.. – казалось, сейчас ужас съест ее изнутри.

– Да? – раздалось безмятежно в ответ издалека, и в коридоре зажегся свет с другого конца. Маргарет увидела у лестницы спокойного Кингстона, который прекрасно предугадал этот момент. Мисс Никсон что есть силы помчалась к нему, но в последнее мгновение опомнилась и замедлила шаг:

– Я… в общем, я… решила все же пойти с вами.

– Испугалась? – усмехнулся Гарри и, приобняв ее покровительственно, двинулся вперед. Маргарет поспешно сняла его руку с талии:

– Да, немного.

Он улыбнулся и вдруг, резко повернувшись к ней, сделал шаг навстречу. Маргарет отступила, насколько позволяла стена коридора, а Кингстон, уверенный в моменте, шагнул еще ближе, заставляя девушку прижаться к стене, и поставил руки с обоих сторон от нее.

– А меня, значит, не испугалась?

Маргарет Никсон постаралась невозмутимо выдержать этот напор.

– Из двух зол выбирают меньшее, кажется…

– Значит, я – меньшее из двух зол? – усмехнулся Гарольд, не отступая.

Маргарет почувствовала, как сердце стало биться сильнее, а в желудке разлилась странная слабость. Нужно действовать: этот человек слишком непредсказуем, он методично рушит ее стену непонятно зачем…

– Гарольд Кингстон, уберите от меня свои руки! – взвизгнула она решительно, зажмурившись, ибо видеть его лицо так близко было невыразимо приятно и страшно одновременно.

– Ты действительно невероятно перепугана, – услышала она его насмешливый голос уже не над самым ухом.

Маргарет Никсон робко открыла один глаз, увидела следователя на безопасном расстоянии, открыла второй глаз и запахнулась покрепче в шаль.

– Я и не отрицала, – буркнула она.

– Теперь, когда ты более или менее в норме, идем в хранилище, – махнул рукой Кингстон как ни в чем не бывало, что несколько покоробило Маргарет.

Он отворил дверь и начал спускаться вниз по лестнице.

– Вы со всеми свидетелями себя так ведете? – спросила Маргарет, кладя руку на перила.

– Нет, не со всеми…

«Ага, только с теми, что женского пола», – пронеслось в голове у Маргарет язвительно.

– …только с особо проблемными, – неожиданно закончил Кингстон.

Обезоруженной девушке пришлось прикусить язык. Гарольд Кингстон отлично знал, как поставить в тупик.

– А еще сказал, что я ему интересна, – пробубнила она обиженно себе под нос, спускаясь с последнего пролета.

– Это не взаимоисключающие понятия.

Услышал таки. Маргарет покраснела.

– Так, что у нас тут?

Следователь открыл ключом дверь, и они оказались на складе, между высоких темных стеллажей с разнообразными предметами. Пока Кингстон искал ноутбуки, Маргарет с жадностью впитывала атмосферу хранилища, позабыв о недавнем конфузе под влиянием новых впечатлений. Здесь собрано столько вещей, и каждая видела свое. Теперь они, словно молчаливые свидетели, стоят тут на полках и взирают на нее с безразличием. Она не из их истории…

– Вот это, думаю, подойдет, – достал Гарольд наконец пакет с одной из полок. – Идем.

– А? – отвлеклась Маргарет от созерцания таинственного сборища улик. – Да, идем, конечно, – спохватилась она и направилась к выходу, пряча взгляд от непонятного следователя. Он заметил ее отрешенность и рассмеялся. – Что еще?!

– Да нет, просто… Ты так похожа на мою младшую сестру!

– У вас есть сестра?

Тогда необъяснимо его гадкое отношение к женщинам…

– Ага. Ей десять лет.

Маргарет Никсон оценила насмешку по достоинству и с видом оскорбленной невинности потопала наверх.

– Только и делаете, что насмехаетесь, – тихо пожаловалась она.

– Ладно тебе, – вернул вдруг ее Гарольд за локоть, заставив посмотреть себе в глаза. – Нет у меня никакой сестры. Только брат.

Маргарет Никсон совершенно была сбита с толку, хотела уйти, но Кингстон все еще крепко держал ее, да и страшно одной в темноте.

– Вам доставляет такое удовольствие дразнить меня? – сощурилась она, глядя следователю в лицо.

– Я заинтригован. Ты очень забавная, говорили тебе такое?

– Нет, – вытянула локоть мисс Никсон из его руки. – И не надо говорить. Мне это не интересно.

– Отчего же?

– Я… не хочу сейчас заводить никаких… таких знакомств, простите, – устало сказала девушка. – Идемте наверх, пожалуйста.

Кингстон не ответил, но вышел вслед за ней и закрыл хранилище. Уже после лестницы, в коридоре он спросил:

– Почему?

– Хотя бы потому, что я вам просто интересна, не более. Для дружбы этого недостаточно, – откровенно сказала Маргарет. – Да и просто дружбы между мужчиной и женщиной не бывает… Все, – закрыла она рот сокрушенно. – Я и так много наболтала.

– У нас полно времени, – с улыбкой возразил Кингстон.

– У вас, может, и да, а мне вставать в пять утра.

– Сейчас только девять. Полчаса хватит, я уверен, – не отступал Кингстон.

– Бросьте! Кто вы вообще такой, чтоб с вами откровенничать!

Они дошли до офиса. Маргарет отобрала у Гарольда ноутбук и закрыла за собой стеклянную дверь в комнате отдыха.

Ее слова ранили следователя, но он скрыл боль за усмешкой и не стал настаивать. Однако включил свет во всем офисе и сел за чей-то стол, не в силах отвести взгляда от стеклянной комнаты, где мисс Никсон, пытаясь сделать вид, что никого не видит, снимала многочисленную пленку с ноутбука. Поставила его на стол, подключила к розетке, сосредоточенно хмуря брови, нажала кнопку включения…

Кингстон усмехнулся в кулак. Взял лист бумаги и склонился над ним.

Маргарет Никсон с досадой поняла, что сама не справится. Система запрашивала пароль… А пойти за помощью было стыдно. В стекло раздался стук. Она оглянулась: там стоял весь из себя дружелюбно улыбающийся Кингстон с листом А4: «Помочь?» – и смайл.

Она вздохнула облегченно и кивнула. Он красноречиво показал на дверь. Девушка отперла.

– Просит пароль…

– Сейчас разберемся. – Кингстон совершенно не подтрунивал, а серьезно закатал рукава и сел на стул напротив компьютера-улики.

Маргарет опустилась на диван, чувствуя себя невероятно уставшей. Она зевнула.

– Скажи мне, что установить, и можешь спать, – распорядился Гарольд.

– Только доступ к Интернету, – снова зевнула Маргарет, снимая сапоги и подтягивая ноги под себя. Сняла шаль с плеч и, накрывшись ею, потерла глаза. – Спасибо.

– Да будет тебе, – махнул Гарри рукой. – Ничего сложного.

Когда он закончил хакерскую деятельность, Маргарет Никсон уже тихо и сладко спала. Следователь зачарованно коснулся рукой ее спутанных волос с улыбкой, но тут же испуганно отдернул ладонь:

– Да что ты со мной сделала, дикая Маргарет?!

Эпизод 11

Утро снова выдалось темным и серым. Мардж Никсон с трудом разомкнула глаза, как обычно, терпеливо втолковывая себе, что работа ждет. Размяла затекшую шею, села, огляделась. Дверь была закрыта; прислонившись к ней спиной, спал Гарольд Кингстон. Девушка невольно расползлась мечтательной улыбкой. Но тут же ударила себя ладонями по вискам, заставляя переключиться на работу. Щелчок мыши – и вот письма, вопросы, клиенты, претензии…

День расцветал незаметно. Мисс Никсон наконец распрямила плечи и вернулась к жизни: Кингстон исчез, в офисе полно народу. Она вздохнула и снова вернулась к работе.

Вот и все. Маргарет потянулась и встала. Что сегодня?.. Бурлящий адреналин в крови начинал ей нравиться. Жизнь уже не была рутиной вовсе.

В рабочем чате щелкнула уведомлением личка. София Мартон.

«Привет! Ты где?!»

Маргарет тихо засмеялась, приготовилась печатать ответ. Но София не ждала.

«Почему мобильный не берешь?! Я уже испереживалась!!! Собралась на этого Кингстона в суд подавать!»

«В суд?!» – не поняла мисс Никсон.

«Конечно! Шантаж, и вообще, похищение, может быть! Где ты теперь? Что случилось?»

Из Софии вечно лился невообразимый поток экспрессии.

«Я в прокуратуре».

«В прокуратуре?! Он что, на тебя дело завел, чтоб поближе держать? Да щас я на него заведу!!!»

«Нет, нет. Я сама свидетель по его делу».

«Этого пришибленного?»

«София! Он не пришибленный!»

Молчание. Мисс Никсон дострочила:

«И, вообще, он очень умный».

София Мартон не отвечала, хотя прочла. Что она там себе настроила против Гарольда? Он, конечно, не мечта, но нормальный вполне человек.

«Слушай, он меня спасал и заботился и, вообще, хороший очень».

В ответ пришел злой смайлик. Маргарет отреагировала знаком вопроса.

«Подруга! – началась тирада. – В общем – ты что, забыла? Он же тебя покорить пытается! Ты решила стать как Сара? Ты тоже влюбилась?»

– Нет! – испуганно ответила Маргарет вслух. Не могло же такого случиться?.. Она ударила себя по лбу, еще и еще раз. Как могла подумать о нем хорошо?.. Он лишь забавляется! Вон как с Сарой вчера гадко…

«Чего молчишь? Неужто таки втрескалась?»

«Софи, – медленно защелкали пальцы Мардж по клавиатуре, – все нормально».

«Марго, возьми ты наконец мобильник».

«Он не у меня… потеряла».

«Из-за него, держу пари».

«Ну… не он причина».

«Смыться не можешь? Из прокуратуры?»

«Нет. И он мне нашел ноутбук».

«Подхалим», – рецензия была краткой.

«Марго, включи серое вещество, у тебя еще осталось?»

Мардж вздохнула и не ответила.

«Я приду и разнесу его».

«Не, не надо, я сама справлюсь!»

«Подруга, не учи меня жить. Держись, я скоро!»

Ну что делать… Мардж выглянула за стекло в поисках ответа. Поглазела на всех этих работающих людей. Сара… кажется, она была довольна. С кем-то увлеченно переписывалась. Может, Брент Финчли… Кажется, он ей понравился вчера. Открытый и искренний малый. Вот повезло. А ей-то?..

Вдруг… показалось или мелькнуло знакомое лицо? Да не может быть! Это та женщина, что нашептала ей навет на Кингстона! Что… подкинула ей жучок – от нее все и завертелось! Ну что за подлость!

Женщина деловито направлялась к выходу. Мисс Никсон без колебаний устремилась следом, намереваясь узнать, кто же и почему шпионил за следователем.

У Гарольда Кингстона день выдался насыщенным, думать о личной жизни времени не оставалось. Если не считать десяти секунд, что понадобились, чтоб прочитать вчерашнее сообщение от Финчли: «Амиго, ты избавлен». Но вот раздался новый звонок.

– Себ, я занят, – кратко ответил Кингстон, готовый нажать кнопку отбоя.

– Ты в курсе, что твоя Маргарет не в здании прокуратуры? – такой вопрос заставил следователя тут же передумать.

– Что?! – воскликнул он.

– Я не зря ошивался тут рядом, – возбужденно докладывал Себастиан. – Она следит за кем-то. Очень неумело.

– Следит? – удивлению Кингстона-старшего не было предела.

– Я сам шпионю за ней и убедился в этом, – сказал Себ, шумно дыша в трубку паром на холодном воздухе. – Женщина, около сорока пяти лет, хорошая фигура, элегантно одетая. Волосы темные.

– Описание слишком размытое, Себ, – оборвал Гарольд брата, уже пялясь в монитор, напряженно следя за горящей движущейся на карте точкой. – Я прикрепил ей к сапогу GPS-датчик, так что вижу, где она.

– Стой! – вдруг воскликнули на том конце. – Преследуемая резко свернула в проулок. – Звук дал знать, что Себ бежит за Маргарет во всю прыть. Гарольд напрягся. – Гарри, машина… Они ее умыкнули! – крикнул Себ в трубку, и связь оборвалась.

Гарольд уронил айфон на стол и побежал к вешалке за пальто. Затем на полдороге к двери вернулся за телефоном и выбежал наружу, на ходу налаживая GPS-слежку.

Таких потрясений и страхов Маргарет Никсон испытывать до того дня не приходилось. Она сидела в машине, несущейся в неизвестном направлении, на заднем сиденье. С одной стороны от нее – внушающий ужасающее почтение качок, в коем она узнала визитера к миссис Дженкинс, ростом до потолка, с другой – эта женщина, втолкнувшая ее внутрь столь неожиданно. Но что еще хуже: за рулем тот самый стрелок с Брайт-сквер!

– Мисс Никсон, это счастье, что вы решили пойти за мной сегодня, – наконец сказала похитительница. – Нам как раз необходимо поговорить.

– Но… – еле смогла протянуть Маргарет, – но… я просто… хотела поблагодарить вас, что вы предупредили меня о натуре следователя, – вдруг нашлась зацепка, и девушка затараторила: – это очень мне помогло! Спасибо вам огромное, от всей души!

– О нем и разговор, – сказала женщина мягко. – Значит, он тебе не понравился?

Маргарет не знала, что ответить, и наконец махнула головой отрицательно.

– В таком случае, – улыбнулась женщина, – ты не откажешься нам помочь.

– А… в чем заключается помощь?..

– Он тебе доверяет. Более того, ты ему нравишься. Ты должна найти и выкрасть все материалы по делу клана Фачелли.

– Выкрасть?!

– О да, ведь это не будет трудно?

Качок свирепо поиграл мускулами.

– Ну… – не будучи в силах отвести от этой демонстрации силы панического взгляда, проговорила Маргарет, – он вовсе не доверяет мне, это вам кажется…

– Он верит в первое впечатление, – возразила женщина веско. – Ты поразила его в первый же раз. Брось, мы хорошо уже его изучили: он лишь флиртовал с девушками, и только о тебе начал заботиться, впервые после разрыва с Лесли.

– После разрыва?.. – Маргарет была ошеломлена. У него все же было что-то серьезное?

– Пару лет назад его невеста стащила материалы дела для друга-адвоката, насколько я помню, – пожала плечами женщина.

Теперь все встало на свои места! Он перестал верить. А теперь… если и правда о ней заботился… От этой реплики мисс Никсон наполнилась внутренней смелостью.

– И вы хотите, чтобы я сделала то же самое? – возмутилась девушка, на миг забыв о качке. Он вдруг спокойно взял ее за запястье и вывернул так, что в глазах у девушки помутилось.

– А ты разве нет? – безмятежно спросили ее.

– Но… почему я? – Маргарет размяла запястье, отмечая, что оно не вполне ее слушается. – Уверена, вы с кражей лучше меня справитесь!

– Марта, не будем церемониться, – свирепо развернулся водитель. Маргарет похолодела. Сейчас он приставит к ее лбу ствол…

– Рокко, не переживай, – остановила его Марта жестом. – Мардж все сделает, верно?

– Я… не умею красть.

– Мы бы могли просто их прикончить, – предложил тот самый киллер. Мисс Никсон вздрогнула.

– Ты знаешь, что от этого улики не исчезнут из архивов, Рокко, – грубо прервала его Марта. – И за него возьмется другой, так что покоя нам не будет. Так что, Мардж? – обернулась она вновь к пленнице с самой обворожительной улыбкой.

– Это… вы стреляли тогда, – продолжая дрожать, сообщила Маргарет водителю.

– Нужен был способ сблизить вас, – пояснила Марта, – чтобы Кингстон и дальше ошивался около тебя.

Таким способом! Мисс Никсон вспомнила и о жучке.

– И жучок мне подложили!

– Ты была столь наивна, что грех было не воспользоваться. Легче проникнуть в кабинет оказалось через тебя, – засмеялась Марта.

– Хвост, – скрутил руль на поворот Рокко.

Марта зло обернулась, глаза Маргарет зажглись надеждой, но качок вдруг сжал ее горло.

– Тони, будь осторожен, – предупредила женщина. – Она нужна нам как заложница.

У мисс Никсон перед глазами пролетела вся жизнь, и последним кадром застыло смеющееся лицо Гарольда. Она должна помочь ему! Поверить… Тем временем Марта набрала номер.

– Мистер Кингстон, счастлива, что вы так скоро нас нашли, – посмотрела она в заднее стекло торжествующе. Маргарет встрепенулась: неужели… Он мчится на выручку?.. – Если вы передадите нам все по Фачелли, девушка останется жива.

Рокко снова резко свернул. И… в лобовое стекло машины влетел мотоцикл. Мысль Маргарет прервалась, ее резко дернуло назад, осыпая осколками.

Эпизод 12

Визг тормозов где-то далеко, двери с обоих боков резко открылись, и зажмурившаяся девушка почувствовала, что больше не зажата бандитами в ловушку.

– Мардж! – услышала она сбоку, и ее затормошили за плечо, а потом стали осторожно вытаскивать наружу. – Мардж! Мардж! Ты жива?..

Она открыла один глаз с опаской. Переживал над ней синеглазый Гарольд Кингстон.

– О, это вы… А они…

– Да, – закивал следователь успокаивающе, кожаной перчаткой стряхивая с нее осколки, – да, Фачелли наконец в наших руках.

Маргарет всхлипнула. Кингстон порывисто прижал ее к себе.

– Как я счастлив, что ты цела.

– Это все… из-за меня… – зарыдала Мардж ему в плечо, сама толком не понимая отчего.

– Нет, нет, – отстранив ее и вытирая слезы рукой уже без перчатки, возразил Гарольд. – Благодаря тебе. Благодаря тебе мы наконец их взяли, я еще детективом за ними гонялся. – Девушка увидела повязанных Марту и Тони. Рокко лежал на руле автомобиля неподвижно. Его вытаскивали врачи.

– Но… – вдруг вздрогнула Маргарет, – в нас же врезался мотоцикл. Что с тем человеком? Он жив?..

– Странно, – прокомментировал тут же осматривающий место аварии Брент Финчли. – Но мотоциклиста нет.

Гарольд нахмурился, продолжая одной рукой надежно обнимать мисс Никсон. Она вовсе не была против. Финчли посмотрел на них с улыбкой:

– Салли тебе привет передает, Мардж, – глянул он на сообщения в телефоне.

– То есть?.. – расширились глаза Маргарет.

– Они вчера очень приятно поужинали, – пояснил Гарольд с улыбкой. Мардж расслабилась – за Сэл можно не волноваться. Она была готова уже расплыться от счастья, но в переулке раздался шум и на место происшествия выскочил Себ.

– Гарри, это я! – восторженно потирая руки, воскликнул парень. – Как я устроил, а? – указал он на мотоцикл.

– Это ты пустил байк? – округлил глаза Брент.

– Ага, – кивнул Себастиан, весьма довольный собой. – Взломал систему Гарри и проследил за ней со смартфона, – кивнул он на Мардж. Она тут же насторожилась. – Действовал уж по ситуации, кажись успешно.

– Проследил?.. – Маргарет поспешно отодвинулась от следователя и покачнулась. Он хотел ее поддержать, но она, нахмурившись, сделала еще шаг в сторону.

– Да, он прикрепил тебе датчик слежения на сапог – неужели не заметила? – пояснил Себ.

У Гарольда на мгновение отнялся язык. Мардж посмотрела на свои ноги. Брент Финчли присел и, сразу заметив устройство, снял его и покрутил в руках.

– Блестяще! – покачал он головой с восхищением. – Мы поймали Фачелли на живца. Идея невероятно проста, Гарри!

– На живца?! – в ужасе воскликнула Мардж. Вот она, вся его забота? Только для поимки мафии? Себу ее реакция понравилась и он, засмеявшись, хлопнул девушку по спине.

– Расслабься! Все ж было под контролем!

– Да кто ты такой? – спросила девушка возмущенно.

– Да, Гарри, что этот герой, что помог нам наконец покончить с остатками клана Фачелли? – присоединился весело к ее вопросу Брент.

– Этот прохвост – мой младший брат Себастиан, – только и мог сказать Кингстон, не сводя взгляда с прячущей глаза Маргарет.

Все-таки брат у него существовал. А что за обманы про рыцарство!

– Ого. – Брент пожал руку парню. – Хорошая работа.

Себастиан просиял. У Брента звякнуло сообщение. Он торопливо достал телефон и, заулыбавшись, поспешил откланяться:

– Ну, я тут буду заканчивать, и мне на встречу пора.

– Так вы… следили за мной? – глухо спросила Мардж.

– Иначе мы б тебя не нашли, – добавил довод Себ.

– Я хотел быть уверен, что смогу быть рядом, если мой свидетель попадет в беду, – взял ладони девушки в свои Кингстон. Она тихо ойкнула. Он оглядел ее вспухшее запястье. Мардж покраснела и спрятала руку за спину. Гарольд засмеялся. – Я же говорил, первое впечатление – самое верное. Себ, – окликнул он брата, занятого осмотром результата столкновения. – Сгоняешь за мазью? Привезешь ко мне в офис.

– Ну… а кто за байк хозяину заплатит? – виновато скривился Себастиан.

Гарольд Кингстон застонал. Еще один угнанный байк.

Кингстон усадил Мардж в автомобиль, пока решал проблемы с владельцем мотоцикла, потом вез ее в офис. Все это время девушка пребывала в полном оцепенении, не в силах оправиться от потрясения. Себ уже ждал у прокуратуры, Гарольд намазал ее запястье мазью, как она ни выдергивала руку. Она хотела и боялась ему верить. Он все время играл роли. Только роли. Она была ему интересна. И ничего более. Ни более, чем загадка черных дыр или Бермудского треугольника занимает ум исследователя. Гарольд, объясняя себе состояние девушки шоком, побоялся оставить ее одну и привел к себе в кабинет через служебную дверь. Секретарша Пэм тихо сообщила, что его ждет посетительница. Кингстон сердито и коротко выругался, усадил Мардж на диван и спросил:

– Кто там?

– Ее зовут мисс Льюис.

– Что? Мисс Льюис? Опять?..

В Маргарет шевельнулся интерес к жизни.

– Так она представилась, – виновато сказала Пэм. – Ждет уже около часа.

– Ну, позови ее, – Кингстон устало приземлился в свое кресло и бросил на Мардж ободряющий взгляд. Она упорно не реагировала.

Неужели первое впечатление ее не обмануло?..

В кабинет влетела София Мартон. Гарольд привстал с так знакомо предупредительной улыбкой.

– О…

– Я без предисловий, – пояснила София с порога, в два шага очутилась возле стола Гарольда и… дала ему звонкую пощечину. Тот от неожиданности так и сел обратно в кресло.

А Пэм в дверях ахнула.

– Пошли, Мардж, – взяла Софи опешившую подругу за руку и дернула за собой. – А вы, уважаемый, перестаньте ухлестывать за моей подругой – прямо вам говорю – а не то врежу еще.

Дверь захлопнулась.

У Маргарет дрожали губы. Все девушки в офисе привстали, глядя на возбужденно жестикулирующую на лестнице Пэм. Такого скандала у следователя еще не было… София ласково обняла мисс Никсон и повела прочь.

– Блинчики и латте вернутся, как ты и хотела, – погладила она подругу по плечу. – А мачо выветрится.

Маргарет всхлипнула. Видимо, Мартон была права. А Фачелли ошиблась.

Кингстон, приложив руку к щеке, гадал, что же он сделал не так. Почему эта девушка снова от него ускользнула. И в чем его подвело первое впечатление.

Второй шанс

Гарольд Кингстон и Маргарет Никсон тщетно пытаются разобраться в своих запутавшихся жизнях. Второй шанс для этого им дает обращение молодого хакера с просьбой найти пропавшую студентку медицинского колледжа.

Выражаю благодарность прототипу Бренту Финчли за навязчивую идею написать историю о времени, в котором мы живем.

Эпизод 1

Гарольда Кингстона вполне можно было назвать успешным мужчиной. Синие глаза под черными бровями казались каждой второй девушке сказочными сапфирами – это раз. Они превращались в безжалостные щелочки в компании сведенных пальцев рук, когда, глядя на свидетеля по другую сторону стола, следователь умело выуживал всю нужную информацию из самых глубин сознания оного; сей талант вызывал уважение у работников прокуратуры и дрожь у преступного элемента – это два. Врожденное чувство стиля и умение сочетать его с непринужденностью придавало дополнительный шарм. Однако младший брат Кингстона Себастиан – тот еще проныра – и довольно прямодушный, но внимательный детектив Брент Финчли знали – инициалы М. Н. своим исчезновением опустошили жизнь Гарольда Кингстона, и ничто из вышеперечисленного уже не имело значения. После рождественских праздников все уголовники Пейсли, казалось, ушли почивать, в бумажной отчетной работе ничего захватывающего не оставалось. И пустота обнимала следователя так крепко, что он второй или третий вечер задумчиво топил в виски.

Себастиан регулярно тренировался в постижении функций всевозможных гаджетов, негласно конкурируя с братом, так что даже из отчего дома в Глазго заметил эту разрушительную тенденцию. Брент Финчли был немедленно извещен и брошен на спасательную операцию. К слову, детективу ради такого срочного дела пришлось перенести свидание с Сарой Брайтон. Со дня на день он собирался сделать девушке серьезное предложение, да все никак не находил дыру в графике, чтоб купить кольцо.

Погода в ночном Пейсли стояла дрянная: со стеклянных голов светящихся неистовым пламенем фонарей, работающих для эффекта на газу, то и дело капали на головы редких прохожих скопившиеся капли мелкого дождя. Настоящий январь.

– Виски, – претенциозно громко заказал и себе Финчли горячительного напитка, довольно приятного для такого вечера. Забрался на барный стул рядом с Гарольдом, успевшим слегка удивиться.

– Привет, Брент! – несколько расслабленно для своей привычной собранной манеры хлопнул Гарри неоднократного напарника по спине и поднял свой стакан: – Рад тебя видеть, дружище! – щурясь, залпом вылил в себя содержимое.

– И я счастлив, – в тон улыбнулся во все тридцать два Брент.

Помолчали. Выпили еще. Кингстон улыбался уже как-то преувеличенно довольно, Брент до уровня пока не дотягивал – пришел-то позже.

– А ведь чертовски мерзкая погода! – рьяно бухнул свой стакан на стол Кингстон. – Так и течет! В ботинки. И жизнь течет… – добавил он уже тише, задумчиво глядя затуманившимся взглядом сквозь барную стойку. – Что делать-то, Брент, а?

– Просто позвони ей, – дал простой совет Финчли, опустошая второй стакан: виски разливалось приятным теплом по недрам, жизнь повернулась своей самой лучшей стороной. Вот теперь он догнал следователя.

– Куда?! – ударил досадливо ладонью по столу Гарольд. – У нее ж теперь ни телефона, ни ноута, ни жука… Не отследишь!

– Ты следователь, – пожал Брент плечами. – Возьмись и выясни.

– Э, старина, – махнул Гарри одной рукой, а второй чуть грустно приобнял друга: – Ничего я не буду выяснять, ты знаешь. Да, Маргарет очень забавная, но она же на все сто права: я только играю в игрушки. Разумеется, ведь преданности и любви не существует. Тогда почему она у меня из головы не выходит? – Следователь покачнулся и поспешно стер улыбкой печаль с лица: – Еще?

Финчли послушно подставил пустую емкость.

– Маргарет не пошла на сделку с Фачелли, помнишь? – всколыхнулись воспоминания детектива.

– Да… – расслабил Кингстон галстук. – Но – серьезно, зачем мне такая головная боль, как девушка? Я уже нахлебался. Пусть мирно живет на Мэнтон и не поминает злым словом.

– Она давно не живет с Салли, – возразил Брент.

– Что?! – голос Гарольда потерял всякую расслабленность. – Когда?!

– Да еще в ноябре, кажется. Сразу после дела Фачелли, ее с работы уволили за неявку. Платить за аренду нечем стало. Сара что-то такое рассказывала.

Гарольд озабоченно нахмурился.

– Куда она переехала?

– Салли не знает, – протянул Финчли, снова потянувшись за бутылкой, но Кингстон его остановил не очень рассчитанным движением, от чего стаканы и источник чудодейственного напитка зазвенели.

– Хватит тебе, приятель. Смотри, на кого уже похож! Идем, – Гарри, хмурясь, засунул руку в карман.

– Что ж, искать ее будешь? – поднялся Брент следом, проигнорировав нападки на свой внешний вид.

– Как ты себе это представляешь?! – рассердился Гарольд, тем не менее направляясь к выходу. – Привет, Мардж, вот мои рука и сердце?.. Ах, не надо?.. Ну, тогда пардон… Чушь собачья! Просто решил проветриться.

Дождик не унимался и не отставал, а алкоголь бродил в мозгах приятелей, постепенно выветриваясь.

– А знаешь, Брент, – вздохнул Гарольд, опираясь на плечо детектива, который передвигался благодаря такой же опоре, – после всего. Ужасно скучно жить. Но звонить никому не буду!

– Тогда займись чем-то, – посоветовал Финчли, хлопая следователя по плечу. – Слушай, кстати, мне тут сосед уже пару дней жужжит про девушку из дома напротив. Пропала, говорит. Звучит глупо, но ты ж можешь поинтересоваться? И парня порадуешь, и меня выручишь, и самому веселей станет, а?

– Делать мне больше нечего!

– Нечего!

– Подсовываешь мне всякую ерунду, – поморщился Гарольд, но возражать не стал.

Эпизод 2

Наведались к соседу немедля, пока идея не остыла. Парнишка лет шестнадцати приоткрыл дверь осторожно. Завидев Брента, уже уверенно стоявшего на ногах благодаря все тому же плечу чуть затуманенного Кингстона, он распахнул дверь.

– О, мистер Финчли! Я так вас ждал, так ждал! – с чрезмерным восторгом затряс паренек руку детектива. – Пожалуйста, заходите скорее! Уже третий вечер пошел, как Лили…

– Вилли, – оборвал его Брент с чуть разъехавшейся улыбкой. – Это Гарри Кингстон, он решил рассмотреть твою просьбу… гм… неофициально.

– Вильям Тернер, – торопливо представился сосед Финчли, кучерявый и худой как щепка.

Кингстон одним глазом составил мнение по новому клиенту. Комплекс неполноценности – парень совершенно не знает, куда деть руки. Безответная тайная влюбленность вся сосредоточилась в тоне голоса и глазах. Некое хаотичное креативное постоянство вкусов доказывает бардак за щуплой спиной Тернера.

– Очень приятно, – зачем-то поклонился Гарри. – Значит, ее зовут Лили? – вошел в квартирку, втягивая за собой намылившегося было улизнуть Брента Финчли.

– Лили Смит, – покраснел Вилли до кончиков ушей и опустил водянисто-голубые, зато огромные глаза, глядевшие из-под толстых линз очков.

Что ж, возможно, из-за этого они и показались огромными. Зато воздыхания налицо. Эта мисс Смит и не догадывается о его существовании, разумеется. Наверняка длинноногая блондинка-звезда его колледжа или еще что-то в этом духе. Укатила на острова покрыться загаром у океана, а парень тревогу бьет. Гарольд поморщился.

– Почему ты решил, что она пропала, а не уехала куда-нибудь? – Гарольд заставил Финчли сесть на заваленный книгами и бумажками диванчик и ухитрился найти расчищенное место сам. Вилли обреченно опустился на стул напротив у захламленного стола.

– Я ж ее каждый день вижу. Вон там она живет, через дорогу, – показал ботаник-неудачник в окно без занавесок со свесившейся сломанной жалюзи внутри. – Там темно уже третий вечер, мистер Финчли! Лили всегда в это время открывает пачку «Lays» и смотрит «Великолепный век».

– Откуда знаешь? – резко поставил Кингстон под вопрос всплывшую подробность.

– Ну, окна-то напротив… Да и не в этом дело! С ней что-то случилось!

– Она могла уехать куда-нибудь, – чуть безразлично повторил Брент негласную версию после пинка от друга локтем в бок.

– У нее не было таких планов! – Вильям хлопнул ладонью себя по колену со всей силы. Должно быть, больней, чем рассчитал, потому что рука после взлета вернулась на место удара, отчаянно его потирая. – Когда она ехала на каникулы домой, то собирала чемоданы два дня и ходила грустная. Но вот – обычный вечер с чипсами, утром быстро собралась в колледж, и все!

Начинало походить на что-то.

– Ты, наверно, даже знаешь, где она учится? – тем не менее с сарказмом спросил Кингстон.

– Еще бы, мы оба в медицинском, – уверенно сказал Вилли. – Только на лекциях мистера Зи и пересекаемся. Она такие вопросы задает умные, я ее очень уважаю. А оказалось вот, что еще и соседи.

Детектив и следователь поперхнулись от удивления: так он не просто воздыхатель-сосед с биноклем, а ее однокашник. Еще лучше.

– Не проще ли позвонить ей? И узнаешь, – поднялся было Кингстон, несколько сердитый нелепостью «дела» и невольным воспоминанием о ситуации с М. Н.

– Телефон выключен, о чем я и говорю! – взмахнул худыми руками Вилли неуклюже.

– Сел, да и дела. А подруги что говорят?

– Что я – слепой, что ли. Не было у нее подруг. Девчонки-то все к моде стремятся, а Лили в ботаны-выскочки зачислили, и кранты.

Даже к ботанам. И парень заниженной самооценкой страдает не больше его самого. А вдруг он сам страдает… Гарольд заскрипел зубами – вспомнился подлый закон первого впечатления.

– Так вы дружили? – приступил он к допросу с нажимом.

– Нет. Все познакомиться не решался. Думаю, она и имени моего не знала.

– Откуда же номер взял?

– Мало ли способов, – пожал юный студент плечами.

– А… – открыл было рот Кингстон.

– Вилли славится своими компьютерными способностями, – пояснил Финчли. – Вся улица его клиентура.

– А-а, – вновь протянул Кингстон первую букву алфавита, на сей раз с пониманием. – Отчего же тебе тогда не пришло в голову найти ее по сигналу мобильника?

– Искал, конечно, – возбужденно продолжал Вилли. – Думаете, я тупой? – эти словечки «тупой», «кранты» не вязались с его внешностью и манерой поведения, кажется он специально внедрял их в свою речь, при этом гордо приосаниваясь. – В том-то все и дело, что сотовый ее дома. Хотя в тот день была общая лекция, телефон у нее был – голову на отсечение даю.

– Вот как? – почесал Гарольд подбородок. Дело влюбленного соседа приобретало интересный оборот.

Эпизод 3

– И вот так…

Симпатичная девушка с золотистыми, собранными в высокий хвост волосами – почти девочка – закусив губу, собиралась закрепить последние локоны на лбу.

– Только не… – Она нахмурила лобик и встряхнула опустевший баллон. – Ну что за невезуха! Кончился! И как я так пойду?! – вопросила она зеркало. – Засмеют!

В двери повернулся ключ, монолог прервался.

– Кто там?! – раздраженно обернулась девушка.

– Мисс Лоуренс, думала, вы уже ушли, – в дверь виновато заглянуло бледное лицо, обрамленное каштановыми волосами.

– Не для того ты получаешь деньги, Никсон, – фыркнула названная мисс Лоуренс, – чтоб нарушать мой покой! Магазины еще закрыты, что мне делать?! – вернувшись к своей проблеме, она в сердцах швырнула баллончик в угол. Тот звякнул по изогнутой ножке кровати и завертелся на месте, умолкая.

Маргарет Никсон – а это была, несомненно, она, пусть с ведром и шваброй да кругами усталости под глазами в придачу, – поняла причину волнений высокомерной студентки: в такой же ступор приходила ее бывшая соседка Сара Брайтон в идентичных случаях. Еще тогда было изобретено средство от подобных бед.

– Кола у тебя есть, Элла? – по-хозяйски заглянула Мардж в холодильник (только красавица Элла Лоуренс во всем общежитии заполучила специальное разрешение иметь этот предмет быта).

– Ты куда лезешь, а? – возмутилась было Элла.

– Вот так, – без лишних слов хотела Мардж притронуться к ее волосам, найдя нужную жидкость, но вдруг, столкнувшись с холодным взглядом хозяйки комнаты, осеклась, потеряла уверенность. – Колу можно… использовать как лак, – тихо пояснила она и поспешно вышла из комнаты, поставив бутылку на туалетный столик в стиле ампир.

Маргарет прислонилась спиной к стене студенческой кухни. Весь этаж уже на лекции, только Элла позволяет себе опаздывать. По странной причуде эта богачка не снимает квартиру, зато ее комната – сама по себе популярное чудо. Где, в придачу к коридорам и двору общежития, Маргарет обязана вытирать пыль с каждой из множества побрякушек, выставленных напоказ. Может, в этом и есть смысл жить в общежитии – блистать так, как не получилось бы на съемной квартире.

Вот так работка досталась. Хотя эксплуатация минувшего месяца на рождественских каникулах в детском лагере в Гленнифере и сон по шесть часов не идет ни в какое сравнение. Правда, там прилагались еда и жилье, а теперь… Впрочем, что жаловаться: комнатка в полуподвале с облупившимися стенами и сломанным отоплением – тоже крыша. Не сравнить с квартирой на Мэнтон, конечно, но тамошнюю ренту не заплатишь без нормальной зарплаты. А после приключений с Кингстоном и нескольких неявок на работу ее легко и быстро поперли.

Маргарет осторожно выглянула из своего укрытия. Дверь открыта – Элла Лоуренс еще не ушла. Мисс Никсон вздохнула, и к горлу подступил комок. Только не сейчас! Беспричинно время от времени подступающие то смех, то слезы пугали. Однако, ведь жизнь сложилась еще не самым прескверным образом! Можно было бы вернуться с позором к родителям, но это уже не первый крах, не первое расстройство, не первое глупое разочарование. И был бы не первый возврат ни с чем. Но в прошлый раз она пообещала, что выстоит во что бы то ни стало. Пообещала себе. А родителям предусмотрительно отсылала каждый день лучезарные смайлы. Как бы ни хотелось рыдать. Пусть хоть они не волнуются.

Вот Элла и застучала шпильками по коридору торопливо.

Мардж Никсон отнюдь не считала себя гением, но никогда не чувствовала, что вписывается в этот мир. Потому постаралась с приездом в Пейсли надеть маску серой повседневности. И долго не выдержала. Этот новый метод борьбы с роковой самобытностью потерпел фиаско. Как и честная искренность в Глазго, по которой проехались жестокой сплетней. Как и старательное следование графикам и правилам в Эдинбурге, после которых безумство не выдержало и прорвалось наружу, погубив все труды. Мир не принимал ее и теперь, когда Кингстон так умело сорвал с нее серую маску и воспользовался, словно наживкой, для поимки бандитов. Воспользовался и забыл, как ненужный элемент. Выкинул в этот жестокий мир. А она еще мечтала, что ему нравится.

Маргарет шмыгнула носом. Где взять силы, она не ведала, но хотя бы своим принципам стоило остаться верной. Новый метод был выдуман пару недель назад, с появлением этой работы и комнаты: закрыть все двери в мир. Девушка наигранно весело взяла ведро, другой рукой вынула из кармана старый кнопочный мобильный и нашлепала «Хороший день!» со смеющимся смайликом. Прятки продолжались, но счастье под маску улыбки не приходило.

Быстрее все убрать – говорила она себе каждый день. А потом в свою пещерку, к какао и сэндвичам из микроволновки, к книгам, сериалам и вязанию. В скорлупу, которая не разобьется. Потому что она никого к ней не подпустит. На этот раз. Она спряталась, а искать никто не придет. Даже он. Тем более он! Неужели больше думать не о чем? Череда безделушек Элли меняется чаще этих бесполезных мыслишек. Впрочем, мысли делают незаметными этажи один за другим.

А на улице уже легче. Сегодня даже пробиваются волшебные лучи света сквозь пушистые тучи-эскимо. В такие минуты кажется, что там, за этими небесными горами, если обогнуть их на крылатом скакуне, живет та сказка, где всем есть место в жизни. Девушка на миг позабыла о работе, паря взглядом на скалах воздушных вершин.

Во дворе раздались одинокие шаги. К массивным ступеням колледжа направлялся быстрой походкой чуть ссутуленный, но представительный мужчина. Сутулость его выглядела скорее не привычкой, а настроением… Мардж выронила метлу и застыла с открытым ртом. Спохватившись, через секунду подхватила ее с асфальта и суетливо поставила кверху ногами – скрыть лицо от неизвестно как материализовавшегося Кингстона.

Гарольд Кингстон, страдая от головной боли после вчерашнего посещения бара и неуемной тоски, не покидавшей его, против ожиданий, эти месяцы, вошел прямо в старинное здание, не обратив внимания на подобие снеговика во дворе. Который судорожно проделал пальцами дыру в щетине метлы, любопытно подглядывая за следователем.

Глупое дело. И чем оно могло помочь?

Боковым зрением он заметил дворника-чудика с поднятой метлой, но принципиально не обратил внимания на эту девушку. Последний раз… это было слишком. Ведь после Лесли Ховард он зарекся доверять кому-либо. Отдаешь сердце, а Лесли только того и надо было – засланная продажным адвокатом О’Рейли, она не собиралась быть честной ни минуты. Доверие – непозволительный риск. И искренности в этом мире нет места. Гарольд мысленно сравнил Маргарет и Лесли. Одна чудная и неуклюжая, другая идеальная и аккуратная.

Непонятный комок в горле.

Потому стоит быть таким, как все вокруг, и хранить сердце при себе. Наивный детектив умер тогда. Теперь есть расчетливый следователь. Маргарет Никсон удалось поколебать этот образ. С какой целью?.. Он почти отдал ей сердце. Но ее безумная подруга привела его в чувство той унизительной пощечиной. Он игрок. Чувства и сердце – излишняя помеха на пути. Все. Все переболит. Дело отвлечет его. А потому он должен раскрыть тайну Лили Смит любым способом.

Эпизод 4

Гарольд ждал. Ждал, когда закончится лекция Лили Смит. Лили, которой нет на этой лекции. Почему никто, кроме влюбленного Вилли, не забил тревогу? А почему, любопытно, ему самому не пришло в голову искать Мардж, когда она исчезла из его поля зрения? Потому что он был уверен, что она в порядке. Да и смысл, собственно? Закрыли ее дело, и она больше не должна иметь значения. Но почему-то имела! В любом случае, он перестал наблюдать за ней, и она исчезла. А хакер не перестал. Если б не Вилли Тернер, так же могло бы произойти с Лили. Впрочем, разве уже не стало?

Где же Мардж теперь – без жилья, без работы? Угрызения совести за ответственность в ее бедственном положении зашевелились где-то глубоко под плотной курткой Гарольда. А ведь только что, при виде девушки с метлой, он еще раз напомнил себе – никаких любовей!

Фу. Стал выражаться просторечно, как Себ.

Двери аудитории распахнулись, выпуская толпу примерных и не очень примерных студентов в белых халатах. Их шум и гам напомнили Гарольду его студенческие годы и вызвали ностальгию по тем временам, когда жизнь была проще, а успех измерялся количеством зачетов автоматом. Но он тряхнул головой и с магической улыбкой двинулся им навстречу. Существование и игра неразделимы в серьезной жизни.

– Посмотрите-ка, девочки, на место Смит уже новичка взяли! – вылетел из компании девушек комментарий.

– Какой симпатичный! – взвизгнул другой девичий голосок.

Кингстон усмехнулся в глубине души – люди всегда так предсказуемы. Только Мардж – нет. Он вновь мотнул головой и, словно пчела на нектар, порхнул к юным медикам.

– Значит, вот какая история моего чудесного зачисления, – подмигнул он явной заводиле общества – златовласой девушке с высоким хвостом и тщательно уложенными локонами. – Я Генри Кенсингтон, – не моргнув глазом он протянул ладонь.

– Элла Лоуренс, – томно опустила та глаза. – Можно просто Элли.

– А я – Вайола Уинсли, – вылезла вперед брюнетка чуть пониже, тоже желая пожать руку симпатичного новичка. Но Элли одним коротким взглядом заставила ее отодвинуться назад.

– Если будут какие-то вопросы, можете решать их через меня, – милостиво взмахнула звезда ресницами.

– Благодарю вас, милая Элли, – галантно поклонился Кингстон. – Значит, кого-то отчислили?

– Не много мы потеряли от исчезновения этой зубрилки, – хмыкнула несравненная студентка. – Ну, разве что профессор Эм расстроился.

– Что поспорить не с кем будет, – поддакнула одна из девушек.

– Она эксперименты делала и спорила с его теориями, – вставила Вайола.

– Кому это понравится, – оставила Элла за собой последнее слово. – Так что в дискуссии с Мертоном не вступай, Генри, и все будет окей.

Маргарет Никсон наблюдала с лестницы. Не смогла сдержать любопытства и позволить следователю спокойно идти своим путем. Он не изменился – флиртует напропалую все так же. Что ж, значит, жизнь его идет хорошо… Все же София была права – мачо нужно лишь завоевать внимание, тем и сыт. Зачем она оставляла себе немного надежды на лучшее?! Да одним пинком спихнуть его с трона! О, она бы сделала так:

– Дорогой! – подскочила бы. – Как я счастлива! Тебя все же зачислили, несмотря на возраст?! А это твои сокурсницы? Какие молоденькие! Познакомишь с женой? – он бы точно сел в лужу! Вот был бы номер!

Девушка, зажмурившись, захихикала в кулак.

– Маргарет Никсон?! – прозвучал над ней знакомый голос.

Отчего всегда так?! Мардж открыла глаз: Гарольд Кингстон, выходец из ночных кошмаров, стоял сейчас прямо перед ней в самой что ни на есть материальной форме с несколько удивленным видом.

– Я… я… – она хотела бежать, но ноги не повиновались. Мардж стиснула кулак. В конце концов! Она же решила исчезнуть и жить тихо! – Гарольд Кингстон, странно видеть вас здесь, – уже довольно жестко выдавила она, решив идти в атаку. – Что тут забыли?

– Вы… как-то тоже не вяжетесь с колледжем, – возразил Кингстон, ощущая счастье, растерянность и раздражение одновременно. – Я здесь по работе.

– Представьте себе – я тоже, – холодно показала Маргарет метлу и развернулась, чтобы уйти.

– Постойте! – воскликнул для самого себя неожиданно Кингстон.

Она оглянулась. Что он еще придумал? Вроде все приключение должно было закончиться успешной поимкой мафии.

Какие отстраненные глаза у нее! С чего он выпалил это «постойте»? Ведь видно – эта девушка не сохнет по нему, как все. Именно эта.

– Я… – и следователь нашелся: – Я обещал вам номер сапожника, – он запустил руку в карман.

Мардж нервно засмеялась, впрочем, невесело.

– У меня уже нет тех сапог, – ответила она с какой-то горечью. – Но спасибо за… заботу, – и медленно, но уверенно направилась вниз по ступеням лестницы, кляня свою судьбу.

Гарольд досадливо стукнул рукой по перилам. И что это было? Какая муха его укусила с дурацким сапожником?! Выдал ведь себя с головой, а она и рада – обдала холодком. Но неужели тогда осенью она лишь притворялась? Ради чего? Ведь прав Финчли – с Фачелли она не связалась, даже рискуя жизнью. Да и снеговик с метлой во дворе явно ее производства. Тогда куда делась та милая детская непосредственность? Будто она больше не хочет, чтоб он ее видел? Как Лили, она просто взяла и исчезла. Поразительное совпадение!

Тяжелые шаги в коридоре вернули его к делу. До встречи с Маргарет он не позволял себе так путаться в мыслях. «Может, все же стоит рискнуть?» – промелькнуло в голове, пока через ступеньку следователь спешил наверх. Теперь предстояло поискать информацию о ботанике у старейших обитателей храма науки.

Весь день Маргарет Никсон был испорчен. Ну зачем, зачем она только пошла за ним?! Сварив себе какао погуще, девушка с ногами забралась в старое широкое кресло, пытаясь абстрагироваться от тревог очередным томиком Жюля Верна.

– И все же, пусть в планшетах книг можно хранить сотни, ничто не сравнится с таинственным запахом страниц… – с наслаждением спрятала Маргарет лицо в книгу. И улетела от своей неудавшейся жизни покорять таинственный остров. Планшет, как и сапоги, пришлось продать в ноябре, чтоб протянуть первое время без работы.

Стук в дверь слабо освещенной древним торшером комнаты заставил Мардж вернуться в мир реальный.

– Стучат?! – сердце девушки забилось тревожной тахикардией. – Кто там может быть? – страх сковал ее: снова нужно с кем-то разговаривать! А вдруг с ним?.. Это невыносимо! – Сделаю вид, что меня нет, – буркнула Мардж себе под нос и уткнулась обратно в роман.

– Никсон, я знаю, что ты там! Открывай немедленно! – разозленный голос горел нетерпением.

«Элла Лоуренс, – наморщила Маргарет нос. – И что сбросило в подвал эту звезду с небес?..»

– Если сейчас же не откроешь, потеряешь работу!

О, это ей подвластно. Делать нечего. Играть с работой сейчас не в ее положении.

– Ты обязана открывать нанимателю! – ворвалась наконец Элли.

– Но не ты мой наниматель, ты просила меня только об уборке комнаты! – возразила Маргарет, настороженная странным упреком.

– Думаешь, я не могу тебя отсюда вышвырнуть?

– Мо… можешь, конечно… – странный поворот! – Но… что я могу сделать для тебя?

– Чтобы сохранить свое место, будешь работать у меня бесплатно, – поставила Элла ультиматум.

На момент Маргарет потеряла дар речи. С таким нахальством нельзя смириться столь легко.

– С чего вдруг?

– Если тебе не нужна эта работа, – развела руками Элла Лоуренс и брезгливо осмотрелась, – и эта комната, то собирай вещи. Пойду поговорю с кем надо, и ты вылетишь.

– Хорошо, хорошо, – устало закивала Маргарет. – Но не понимаю, отчего бы тебе не снять квартиру при такой власти.

– Да ведь только в общежитии можно спрятаться от Черного парня, разве не знаешь?

– Черного парня?..

– Легенда такая – он делает пакости всяким выскочкам. Чтоб не жилось слишком хорошо. Лили Смит вот жила отдельно, выдвигала всякие идейки и пропала. Нет уж, увольте, я остаюсь в общежитии: тут хоть куча людишек рядом.

– Элла, что за чушь? Какая еще легенда? Ты пришла мне рассказывать на ночь страшилки?

– Он леденит кровь одним видом своим! Так что не советую кочевряжиться, лучше делай, что говорю, а то придется встретиться с Черным парнем!

– Ладно… я приду убраться завтра, – кивнула Маргарет обескураженно.

– Отличненько! – потерла руки Элли, довольная удавшимся шантажом. – А то родители хотят, чтоб я вернулась, и не дают денег. Я им покажу, – девушка заметно повеселела. – Кстати, идея с колой хороша! И я подцепила красавчика благодаря этой прическе. Новенький, Генри Кенсингтон! – она возбужденно хлопнула дверью на выходе.

– Ну еще бы, – пробубнила Маргарет, возвращаясь к строкам приключений Сайреса Смита и его друзей.

Только погрузиться в чтение больше не получалось, каждый скрип и шаг в темноте за дверью заставлял впечатлительную девушку вздрагивать, напоминая переживания осени и мафию Фачелли. И – совершенно не к месту – глаза следователя Кингстона.

– Да что я, в самом деле, за развалина такая? – поругала Мардж сама себя. – Просто древнегреческий миф какой-то! Надо пойти и проветриться под фонарями – может, звезды появились? А то, пока тихонько крадутся домой любители клубов, я с ума тут сойду с моим воображением.

Девушка натянула пуховик, сунула ноги в старенькие угги и поспешила покинуть свою келью.

Свежий ветер с легким запахом мороза растормошил ее, и депрессивные нотки настроения развеялись от прикосновения пустынной ночи.

– Мирно и тихо… Что за идея населить Пейсли темными злодеями и черными парнями, – расслабленно проговорила Маргарет, пряча руки в теплые глубокие карманы. – Хотя… была же и мафия. Так, Марго, забудь о нем! Как и он забыл тебя!

Но ее вниманию пришлось сосредоточиться: черная мужская фигура притаилась за кустом, когда-то полным листьев. Маргарет юркнула за ствол дерева, шепча надежды, что осталась незамеченной. Так Черный парень существует?!

Эпизод 5

– Себ, привет, есть минута?

– Братец, я всегда выхожу из аудитории, когда ты звонишь, – раздался насмешливый ответ на том конце. – Английская литература не такой важный предмет, к тому же.

– Ну, как бы там ни было, я тебя не хочу поощрять отлынивать от лекций, – сделал назидательное вступление Кингстон-старший.

– Столь необходимый пролог сделан, пусть я его и пропустил мимо ушей. Что там, Гарри?

– Звоню тебе как специалисту. По какой причине ботаник прогуливает учебу?

– Разве что заболел.

– Исключено. Проверил все больничные записи.

– Семейные проблемы.

– Непохоже. Дома вообще не интересуются, все равно что сирота.

– Устал от нагрузки и впал в депрессию.

– Вряд ли. Понимаешь, это не просто отличник: девушка ставила эксперименты, оккупировала библиотеку, спорила с профессором, вовсю была увлечена делом, продвигала какой-то проект.

Пауза. Потом Себ сделал вывод:

– А мне казалось, ты все еще влюблен в Маргарет.

– Перестань, Себ! – разозлился вдруг Гарри. – Я по делу спрашиваю, а в ином случае не смею отвлекать от литературы.

– Да ладно, что ты как медведь-шатун, – примирительно сказал Себ. – Я других причин не вижу. Что-то случилось?

– Именно это я и должен выяснить, – кивнул Гарольд. – Видимо, ее однокашник Вилли Тернер прав и с ней произошло что-то из ряда вон выходящее, так что…

– Вилли Тернер?! – переспросил Себ. – Ты сказал. – Вилли Тернер, я не ослышался?!

– Да, а что? – голос Гарри зазвучал несколько раздраженно.

– Да то, что если бы ты интересовался хакерландией побольше, то слышал бы о нем! Это же Терви Пей! Все по компилингу…

– Ты забыл, что я теперь уже следователь, а не детектив, – сухо отвечал Гарольд.

– Ах, целый год как, – безмятежно отозвался Кингстон-младший. – Брось, Гарри, что за снобизм?

Гарольд промолчал, но брат читал его как открытую книгу.

– Понимаю, после подставы от Лесли ты сделался чурбаном и ударился в карьеру. И все сложилось даже ничего так, но Мардж начинала тебя было превращать в человека, так чего…

– Себ, марш на урок! – зло оборвал разговор Гарольд и опустил руку с дорогими часами на запястье, все еще сжимая новейшую версию смартфона. Отчего-то на душе стало гадко и снова захотелось заглушить печаль парой-тройкой стаканчиков виски в «Сверкающем шаре». Однако взваленная на него Брентом и этим крякером-хакером Тернером задача требовала внимания. Светлое теплое пятно на сердце от Маргарет следовало отодвинуть. К тому же какое там теплое, если вспомнить ее на лестнице сегодня.

Фактов мало. Известно, что дома у родителей Лили не появлялась: семейные узы у Смитов-старших с ней пропали после самовольного отъезда девушки. Любимый колледж она не посещала уже три дня. Личных трагедий и сторонних увлечений не имела, ее портрет – портрет спокойного и целеустремленного человека. Можно было бы предположить, что сорвалась с места к какой-то подруге, но таковых у нее не было, по всем свидетельствам. К тому же как тогда объяснить телефон, запертый в съемной квартире? Согласно сведениям, собранным у однокурсников и профессоров, Лили имела единственный хоть сколько-то стоящий внимания конфликт – с профессором Мертоном. Да и то по основам химии. Проводила какие-то исследования, что ли. Сначала была любимицей, а потом вдруг раскол. При личной беседе профессор Мертон подозрительно скрытничал и не давал прямых ответов на вопросы. Ученый, конечно, да хоть какое-то подозрение. И безумная идея пришла в голову следователю, копошившемуся в отчетах в офисе. Это, разумеется, дурачество, совершенно непрактично. Особенно учитывая строгое порицание от начальства за самовольное вмешательство в дело Фачелли осенью. Но как сказала Маргарет в том лесу – «А когда, если не сейчас?». Опять Маргарет. Почему-то Гарри не отогнал воспоминания и привычно усмехнулся.

С того самого леса застрял за бумагами безвылазно. Суды, внушительные папки, очные ставки и допросы. Перспектива подышать воздухом неплоха сама по себе. Если Мертону есть что скрывать, это можно узнать через простую открытую слежку.

По окончании рабочего дня Гарольд Кингстон без проволочек подъехал к колледжу и, выяснив, что профессор все еще в здании, остался ждать в машине через дорогу. Ливингстон, конечно, никогда не поощрял личных расследований, требовал держаться устава. Но сейчас просто необходимо отвлечься. А Фачелли… Так Никсон его и втянула, он подозревал ее в намерении разузнать об уликах, и закрутилось. Несколько важнейших пакетов на крупных шишек лежит в хранилище. А у него ключи. Станешь тут осторожничать.

Окончательно стемнело, как и полагается. Уходивших становилось все меньше, гасли окна. В сумерках человек перестал отличаться от человека. Гарри ничего не оставалось, кроме как выбраться из теплого автомобиля и засесть под прикрытием жидких кустиков недалеко от парадных ступеней.

Прошло не так много времени, а колени под брюками уже задеревенели, пальцы, мерзнущие через тонкую подошву блестящих туфлей, начали терять чувствительность. Рукам пришлось чуть лучше – к их услугам оказались и карманы, и подмышки, и дыхательный подогрев. Ступни же деть оказалось некуда. Напарник бы не помешал. Хоть отвлечься на разговор. А то и пересменку устроить. Хотя, увы, не всегда это уместно. Порой приходится мерзнуть в безмолвной солидарности.

От размышлений его оторвал нервный женский окрик:

– Эй! Сейчас вызову полицию!

Гарольд вздрогнул от неожиданности, и заиндевевшие ступни его подвели – он свалился на бок, одновременно изумленно узрев над собой Маргарет Никсон, также пораженную встречей.

– Ма… Мардж? – заикнулся Гарри отчего-то и мысленно проклял себя за это. – Что ты… – с ним такого не случалось со времен зеленой юности и истории с Лесли, а ведь он обещал, что и не случится.

– Я-то тут живу, – насупилась Маргарет, стараясь ронять слова как можно более скупо. – А вот вы…

Чуткий слух Гарольда уловил долгожданный шум у парадной двери, так что он поспешно втянул девушку в свое укрытие. Маргарет не успела даже сообразить, что происходит, как оказалась на заиндевелой земле за голым кустом.

– Тс-с! – зажал ей на мгновение рот рукой Гарри. – Да, это профессор Мертон!

Мардж кивнула и сидела тихо, не понимая, что заставляет ее делать это.

Профессор Мертон медленно вышел во двор, устало спускаясь по ступеням. Ничего особо злодейского в облике. Гарольд внимательно следил, продолжая сжимать локоть Маргарет Никсон.

– В чем вы его подозреваете? – не выдержала Маргарет, завороженно глядя на его ладонь, обхватившую ее предплечье.

– Пропала студентка, – еле слышным шепотом на ухо ответил ей Гарри после минутного колебания. – С ним общалась тесней остальных.

– Лили Смит?..

– Откуда ты знаешь?!

В это время во дворе раздались чужие гулкие шаги. Напарники умолкли, остановился и профессор Мертон.

– Профессор Мертон! – воскликнула черная фигура юношеским срывающимся басом.

– Черный парень! – выдохнула Мардж с ужасом.

– Что за Черный парень? – не понял Гарольд. И потом опомнился. – Тс-с! Не шуми, нас не должны сейчас заметить!

Между тем участники разворачивающегося действа совершенно не заметили шума в кустах.

– Что… тебе нужно? – сделал профессор Мертон шаг назад. Его сутулые плечи, тем не менее, не выдавали страха, и поджарая фигура не напряглась. Словно он ждал и знал подошедшего.

– Я стерегу тебя здесь уже четвертую ночь, – неизвестного действительно вполне можно было окрестить Черным парнем: невысокий, но крепко сбитый, в черной одежде без единого логотипа и такой же кепке и кроссовках.

– С тех самых пор, как… – запнулся профессор с ноткой волнения.

– Как пропала Лили! – нашептал Гарольд Мардж.

Черный парень в несколько шагов приблизился вплотную к профессору и сказал что-то негромко. Профессор слабо вскрикнул. Гарольд подобрался, Маргарет же бессознательно вцепилась в его куртку двумя руками что есть силы.

Однако профессор Мертон остался жив и здоров. Но направился неверными шагами за парнем к дороге. Гарольд осторожно выглянул из кустов. Светлый седан сверкнул фарами и рванул с места. Следователь как пуля вылетел на тротуар.

– Скорее, в машину! – скомандовал он, перебегая дорогу.

– Гарри, вот ты где! – раздался веселый голос с тротуара напротив. – А то я все определяю твое местоположение.

– Себ?!

Взвизгнули тормоза. Все произошло в одну секунду. Там, где только что стоял Гарольд, резко остановился автомобиль с выключенными фарами. Кингстон от удара отлетел на асфальт.

Эпизод 6

– Гарри! – вскричал Себ сорвавшимся голосом и бросился к лежащему без сознания брату всего через мгновение.

– Га… – замерла Мардж, оставшаяся на тротуаре, но в этот момент из автомобиля, ставшего причиной аварии, выскочила молодая женщина и поспешила к пострадавшему мелкими шагами: мешали шпильки и узкая красная юбка до колен.

– Гарольд Кингстон?! – в изумлении воскликнула она. – Быть не может! О, нет! Что же я наделала!

Себастиан, что стоял на коленях возле старшего брата – тот не подавал признаков жизни – поднял пораженно голову.

– Лесли?..

– Себ, это ты?.. О, мальчик, как же ты вырос! Гарри… – женщина, с трудом сохраняя равновесие, присела на корточках над ним. – Гарри, что же делать?.. – Лесли оглянулась по сторонам и заметила Маргарет. – Мисс! Мисс, что же вы стоите?! Вызовите скорую, пожалуйста! Будь прокляты эти фары! – обругала она свой автомобиль. – Давно пора было провериться у механика… Мисс! Что же вы стоите?..

Мардж закусила губу, балансируя между желанием броситься к Кингстону и долгом сделать вид, что они незнакомы. Лесли – его бывшая невеста, а между тем ей, похоже, не все равно, что с ним происходит… Только что Гарольд был так невероятно близко, и вот… Но сейчас не время предаваться печали. Как оперативно он повел себя тогда у кафе на Мэнтон! Мардж засунула руку в карман, решительно настроившись не дать эмоциям взять над собой верх. Так и лучше. Если бы она бросилась к Гарольду, как Себ и Лесли, тоже лишь мило и бесполезно причитала бы над ним сейчас.

– Здравствуйте. Звонит Маргарет Никсон. Авария на улице напротив медицинского колледжа. Парадный вход. Пострадал мужчина. Он без сознания, но открытых ран я не вижу, – отчеканила Мардж, подходя ближе и кладя руку на плечо дрожащему Себу покровительственно. – Да, пожалуйста, – она закончила разговор. – Через несколько минут здесь будет карета скорой помощи, – она вдруг показалась себе невероятно сильной. – Вы ехали на низкой скорости, мисс, верно? Иначе не остановились бы так быстро.

– Да, – отняла салфетку от глаз Лесли, все не отходя от Гарольда. – Я ехала медленно, искала поворот…

– Мардж, что будет?.. – потерял Себастиан выдержку и заглянул ей в глаза, ища поддержки.

– Не переживай, – сказала Маргарет, уверяя в том же и себя. – Врачи разберутся. Толчок был несильным, мистер Кингстон не мог пострадать слишком…

– Вы что, знакомы? – удивилась Лесли.

– Да, Маргарет Никсон – возлюбленная моего брата, – враждебно воскликнул Себ.

Лесли замерла с открытым ртом. Мардж поперхнулась и залилась краской.

– Ну, Себ, – выдохнула она, – ты и сочинитель. Я проходила свидетелем по делу, вот и все.

Себастиан возразил:

– Ты многого не знаешь.

– Гм… сейчас не до этого, – попыталась Мардж заставить Себа замолчать. Ее спасли появившиеся в конце улицы сирена и огни скорой помощи. Внезапная ясность и силы оставили взволнованную девушку; она опустилась на мокрую дорогу рядом с Гарольдом. Он лежал ничком, правой щекой к асфальту; просунула ладонь ему под голову: липко. Маргарет стало дурно, губы задрожали, к горлу подступил комок. Потерять его вот так, сейчас… да лучше б ей оказаться на его месте!

В оцепенении влезла она в скорую вслед за Себом и носилками. Лесли поехала в госпиталь на своей машине.

Ждать было невыносимо. Казалось, время ползет медленнее улитки.

– Зачем вы поехали с нами, Маргарет? – вдруг спросила Лесли.

Теперь, при свете больничных ламп, Мардж смогла рассмотреть ее получше. Юбка-карандаш до верха колена, безупречная белая блузка с аккуратно отглаженными рюшами у самого горла, в ушах лаконичные сережки с камушками, высокий хвост из тщательно подровненных блондинистых волос. Меховой жилет накинут на плечи. Ах, да – и шпильки ее возвышали над всяким, но сейчас Лесли сидела и была лишена этого преимущества. Льдисто-голубые глаза контрастировали с алой помадой даже после частичной утраты макияжа от слез.

– Я же уже говорил… – ощетинился Себ.

– Себ, успокойся, – неожиданно для себя сказала Мардж. – Вы Лесли, верно? Его бывшая невеста?

– Да, – чуть растянула это слово блондинка, прощупывая подвох в глазах мисс Никсон.

– Тогда я вам могу задать точно такой же вопрос – почему вы здесь? Для мистера Кингстона вы остались в прошлом, насколько я знаю, и причем не с лучшей репутацией.

– Все-то она знает! – сдержанно возмутилась Лесли. – Я… я ведь виновница аварии.

– А я – свидетель. И не будем больше об этом, хорошо?

Себ восхищенно показал Мардж большой палец.

– Думаете, я не могу раскаиваться? – тихо проговорила Лесли.

Мардж стало ее жаль. Каждый имеет право на второй, даже на третий шанс. И кто она Гарольду, чтоб ей это запрещать.

– Я ему никто, и вы никто, но мы не могли Себа оставить здесь одного, верно? – улыбнулась она примирительно. В глазах Лесли засветилась благодарность.

Из операционной вышел врач. Все трое вскочили.

– Внутренние органы в порядке, он отделался ушибами и легким сотрясением. Волноваться нет причин.

Девушки облегченно вздохнули.

– Можно к нему? – робко попросила Лесли.

– Пока что мистер Кингстон спит под действием лекарства. Организм крайне истощен, что и стало причиной потери сознания. Вы можете подождать в палате.

– Тогда я останусь! – глаза Лесли загорелись счастьем. Они, видимо, легко начинали излучать свет. Маргарет вздохнула украдкой. И на что она надеялась?..

– Ну, а я домой, – сказала она уверенно. – Себ, ты останешься? – парень смотрел вслед каблукам Лесли.

– С Лесли Ховард?! Да ни за что! Разве проследить, чтоб она не впрыснула в капельницу яд.

– Себ, ну не надо ее так ненавидеть, – потрепала Мардж его по плечу снова. – Тебе далеко до дома?

– Еще бы, – буркнул Кингстон-младший. – Я вообще-то, в Глазго живу, это вот… к Гарри притарабанил с расследованием помочь. И эта прикатила так удачно!..

Мардж снова вздохнула.

– Вряд ли ты к нему попадешь сейчас. А пойдешь в палату, вы с Лесли подеретесь… Похоже, придется ехать ко мне.

Эпизод 7

Себ с ногами сидел в кресле Маргарет, закутанный по самую шею в клетчатый плед, и пытался просверлить дыру в стене пустым взглядом. Маргарет выключила конфорку и подала ему чашку, дымящуюся паром и шоколадно-коричным ароматом.

– Вот, выпей какао, – сказала она тихо и присела рядом. – Сильно испугался?

Себ молча кивнул и прижал чашку к груди, с удовольствием впитывая через плед тепло напитка. Но потом собрался с духом и посмотрел в глаза Маргарет со своего возвышения.

– Настоящий мужчина не может бояться.

Маргарет усмехнулась. Ох уж эти настоящие мужчины.

– Это кто тебя такому научил? Брат?

– Да, конечно. И я сплоховал.

– Ничего ты не сплоховал. Испытывать страх – естественно для любого человека. Ну, а настоящие мужчины… или женщины… готовы смотреть ему в глаза. Вот и все. Ты держался молодцом. Только не стоило так обижать Лесли.

– Нет, стоило. Ты не знаешь эту змею! И вообще, зачем ты ей наболтала, что ты Гарри никто?

У Мардж отвисла челюсть, и она попыталась поймать воздух ртом, ища сил ответить. Развела руками:

– Потому что это так, Себ.

– Нет, это не так. И не рассказывай себе сказок, сестричка, – оживился Себастиан, отставляя какао на стол и вылезая из пледа. – Ты не знаешь, какой пакостной была его жизнь до тебя. Ты не знаешь, насколько он стал счастливее, пока вел с тобой рядом дело Фачелли. И ты не знаешь, чего ему стоили эти три месяца без тебя.

– Себастиан, не строй из себя премудрого! – взгляд ее упал на «Таинственный остров», так и лежащий сиротливо на столе. – Ты не Сайрес Смит! У всех бывают тяжелые месяцы, не только у твоего брата! И я не для того живу на свете, чтобы делать его счастливым на недельку! А мне что ж, счастья не полагается?! Жизнь – это тебе не сказка про красавицу и чудовище! Если б все было так просто, психологи бы прогорели.

Маргарет с досадой отошла к двери, прерывисто дыша. Сзади раздался довольный голос Себа Кингстона.

– Так я и думал. Ты его любишь.

Мардж воинственно обернулась: от горя парня не осталось и следа; он спокойно потягивал остывшее какао:

– Вкусно, спасибо.

– Ты… ты! – она всплеснула руками, не находя слов. – Ну, братцы, два сапога пара!

– Надо тренироваться, – нахмурил нос Себ лукаво. – Должен же я знать, в какие руки братца вверять, и стоишь ли ты того, чтоб пить столько виски.

– Что, прости?!

– Гарольд никогда не выпивал больше одного стакана, даже после предательства Лесли. Если бы не Брент Финчли, не знаю…

– Он что, пил из-за меня?..

– Ну да, о чем я тебе и толкую уже четверть часа! Ты ему сильно нравишься, что бы он там ни говорил и ни делал! Даже если сам не знает этого. Забыть никак не может.

– Нашел тоже, чем заняться, – пораженно села Мардж снова на пол. Внутри расползалось дрожжевым тестом благостное чувство необъяснимого происхождения.

– Ты лучше садись в кресло, – встал Себастиан. – И давай приступим к делу.

– К делу?..

– Ну да, Гарольд ведь не просто так ошивался у колледжа вечером, верно? Очень странно, что Ховард тоже на том же месте оказалась… Еще и с выключенными фарами… Очень странно… – Себастиан покачал головой.

Маргарет вспомнила о слежке в кустах.

– Профессор Мертон и Черный парень!

– Что за субъекты? – Себ Кингстон упивался ролью сыщика, отставляя волнение за старшего брата в сторону. Он знал, что ничем не может помочь ему в больнице, но горел желанием сделать хоть что-то – например, попробовать распутать исчезновение ботаника, по делу которого Гарри звонил утром.

Через полчаса весь периметр стены с грязно-желтыми потеками был обклеен разноцветными стикерами с известными фактами по делу Лили Смит.

* Лили Смит пропала.

* Вилли Тернер сообщил об этом.

* Лили Смит ботаник.

* Профессор Мертон в чем-то с ней не соглашался.

* Вилли Тернер – хакер и тоже ботаник.

* Черный парень – местная легенда.

* Черный парень выслеживает профессора Мертона со дня исчезновения Лили.

* Черный парень увез профессора Мертона.

* Профессор Мертон добровольно последовал за ним.

* Профессор Мертон не хочет говорить о Лили.

* Семья не интересуется Лили Смит.

* У Черного парня есть светлый седан.

Вывод: Черный парень, профессор Мертон и Лили связаны?

Цель: узнать больше о Черном парне.

Источник сообщения: Элла Лоуренс.

План действий:

1. Найти профессора и парня (отследить по мобильному).

2. Устроить им допрос с пристрастием.

– Классный план, – скептично оглядела Мардж импровизированный стенд. – Только маленькая загвоздка для начала: как ты найдешь мобильный номер?..

– Хм, – задумался Себ Кингстон на мгновение. – Будь я Вилли Тернером, без труда… Стой! Он ведь однокашник Лили, а значит, и Элли! Говорю же, надо к ней идти.

– В два часа ночи, – констатировала факт Маргарет. – Ну, разумеется.

– Мардж, мы еще в первую встречу определили – ты из старых времен и понимаешь порывы души! – насупился Себ. – А теперь занудствуешь. Элла – самое важное связующее звено, она знает и профессора, и Вилли Тернера, и Лили, и про Черного парня. Только пять минут – и мы распутаем клубок дальше!

– Себ, я не занудствую. Но тебя провести в общежитие – и так нарушение, а идти наверх…

– У тебя же есть ключи.

– Есть, но… Не хочу видеть, как ты подражаешь Гарольду еще и в умении очаровывания.

– Это не семейное. И Гарри таким не был. Он очень изменился после разрыва с Лесли, поверь.

– Лесли, Лесли… Негоже все валить на Лесли.

– Так что, пошли?

Маргарет поджала губы.

– Обещаешь вести себя прилично?

– Мардж! Я же рыцарь! – ударил Себ себя в грудь со смехом.

Эпизод 8

Знакомый звон будильника. Это продолжение сна или реальность? Маргарет сладко потянулась. Нет, еще несколько минут. Что ей надо перед работой – всего ничего, завтрак можно пропустить. О, нет! Себ что, до сих пор сидит у Эллы?! Мардж вскинула руки и ноги и вскочила, открывая глаза на ходу. Но… что это? Перед ней стоял смеющийся Кингстон-старший с ее звонилкой в руках.

Мардж зажмурилась и затрясла головой, силясь уяснить, спит она или бодрствует.

– Это было… забавно, Мардж. Честное слово. Впрочем, как всегда.

– Но… как… – спешно она пыталась собрать воспоминания прошлой ночи воедино, радуясь попутно, что уснула одетой.

– Не переживай, еще только шесть двадцать девять, а не шесть тридцать одна, – успокоил ее Гарольд, не переставая ухмыляться. – Дверь не заперта была.

– Верно, я ждала Себа, – подтвердила девушка и воскликнула: – Где он?!

– Отправился к Вилли Тернеру. Непоседа эдакий, – усмехнулся следователь и неожиданно для себя покачнулся. Пришлось ухватиться рукой за стену.

– Авария! – окончательно проснулась Мардж и, бросившись к Кингстону, схватила его за рукав. – Почему вы ушли из больницы?! – потянула к креслу. – Садитесь же! Как себя чувствуете?.. Потеряли ведь сознание вчера! Врач сказал, это сотрясение мозга, еще какое-то крайнее истощение, а вы разгуливаете по ночам по улице! – башенные часы за полуподвальным окном пробили полседьмого. – Ну, или по утрам… В любом случае, как так можно?!

Гарольд послушался ее с готовностью. Ему, правда, стало несколько хуже, а с утра казалось, что все пришло в норму. Из больницы не хотели отпускать, в конце концов заставили выпить какую-то таблетку.

– Ты знаешь, – поморщился он, принимая подушку под голову, – там ночью была мисс Ховард.

– Да, знаю, – опустила руки Мардж резко и закашляла, дабы скрыть свое смущение. – Может, хотите чаю?

– Только что-нибудь холодное на лоб, – закрыл глаза Гарольд, совершенно обессилев.

Маргарет тревожно дотронулась ладонью до его лба. Горит…

– О, вот так хорошо, – он придержал ее руку. Маргарет покраснела до корней волос. – У тебя такие холодные руки…

– Мисс… Ховард, – запинаясь, высвободила ладонь Мардж, – очень на вас похожа, – и она открыла шкаф, ища что-то подходящее для компресса. Поза отлично подходила, чтоб обдумывать каждое слово.

– Похожа на меня? – неприятно удивился Гарольд, заставляя себя открыть один глаз.

– Ну… такая стильная, аккуратная, классическая, – пояснила Маргарет, поворачиваясь уже с безупречным выражением лица. Для компресса она нашла серое полотенце. – И все такое…

– Не то что ты, – снова закрыл глаза Гарольд.

Мардж снова закашляла, но понадеялась, что сойдет за простуду.

– Вам лучше уж лечь на кровать, – указала она. Кингстон оперся о подлокотник, приподнялся с трудом и сменил дислокацию. – Все равно мне скоро работать, так что… – она примостила неловко мокрое полотенце ему на лоб.

Лицо Гарольда расплылось в довольной улыбке. И вдруг он промямлил:

– Да, Лесли образчик красоты, но я бы предпочел увидеть рядом тебя…

Мардж замерла. Кингстон сейчас не в том состоянии, чтоб шутки шутить. Хотя кто его знает… Рука безвольно свесилась с кровати, лицо бледное, в голосе никакой искры… Девушка посмотрела на лицо: кажется, следователь безмятежно спал. После таких-то слов! Если учесть, что рассказывал Себ вчера… Может, это истощение из-за нее? Нет, не стоит обольщаться – не такая она важная персона.

Маргарет вздохнула. Взгляд упал на часы. Думать она будет позже. А сейчас – чистить зубы, залпом кофе и к ведру со шваброй…

Редко Маргарет удавалось справиться с уборкой двора, общежития и комнаты Эллы быстрее. К ее радости, Элли была в весьма благодушном и снисходительном настроении сегодня. О ночном знакомстве с Себом Кингстоном звезда не обмолвилась ни словечком. А между тем этот парень наверняка застрял у нее в голове. Так же, впрочем, как и его брат – в голове и комнате Маргарет.

К обеду начал накрапывать мелкий дождик. Серые тучи затянули небо, и поднялся пронизывающий ветер. Самое время заканчивать подметание во дворе и поглядеть, что там поделывает следователь Кингстон.

Он восседал на кровати среди вороха бумаг, их с Себом рабочих схем и других неизвестно где им найденных черновиков, уже испещренных заметками, и пялился в смартфон увлеченно. Видать, дело двигалось.

– О, Мардж, – поприветствовал он девушку весело, – как хорошо, ты вернулась.

– Как… как продвигается дело? – казалось, прежние недопонимания перестали существовать, вот они уже беседуют, как прежде. – Наши записи вам пригодились?

– У вас обоих замечательные дедуктивные способности, – рассмеялся Кингстон. Здесь, в этой полуподвальной каморке, он чувствовал себя так уютно, как будто ему снова десять лет и он уплетает на ароматной маминой кухне горячие оладьи.

– Да нет, это все Себ, – отмахнулась Мардж и позволила себе внимательнее вглядеться в усталое сероватое лицо следователя. – Вы как? Выглядите неважно…

– Все в порядке, – возразил Гарольд, отрываясь от бумаг. – Как ты? Я до вчерашнего вечера был уверен, что ты так же живешь с Сарой на Мэнтон возле той кофейни…

– Нет, уже давно, – покачала головой Маргарет. – Может, чаю?

– Не откажусь, – он как раз собирался вздремнуть перед ее приходом, но упускать такой случай наладить отношения не собирался. – Почему не сказала мне ни слова?

– А что, должна была? – сразу ощетинилась Мардж.

– Ну конечно! – хлопнул вдруг себя по лбу Гарольд Кингстон. – Ты исчезла. Лили хотела исчезнуть. В семье о ней не заботились, друзей не было, проблемы с профессором. И она решила исчезнуть в поисках лучшей жизни, как и ты, – при этих словах Мардж скептично покосилась на свой страшный потолок и стены. Вряд ли жизнь поменялась именно к лучшему. – Поэтому она возвращается на свою квартиру, оставляет там последнюю связь с внешним миром – собственный телефон. Себ проверил по видеокамерам, она возвращалась после лекции домой ненадолго. Кстати, наверняка рента вот-вот истекала?.. – он сделал пометку на одном из листов. – Об одержимом Вилли через дорогу девушка не подозревает. Что же такого произошло, что заставило ее исчезнуть именно в тот день? Что заставило тебя, Мардж?

Следователь словно жонглировал фактами, Мардж увлеклась действом и забыла о личных секретных эмоциях.

– Главное, пожалуй, то, что я лишилась работы, – почесала она нос, – а идти было не к кому.

– Не к кому? – поднял брови Кингстон.

– Ну да, – еще ловилась Мардж. – Родителей уже сколько можно дергать, подруг доить наглости не хватит, а вы… – и тут она запнулась наконец.

– Что я? – заинтересованность Кингстона лучилась из сплетенных пальцев, подпиравших подбородок.

– Ну… ничего.

– Договаривай. Пожалуйста, – добавил он с мягким нажимом. – Что мешало тебе обратиться за помощью ко мне? Ну, Мардж, это же для дела. Чтоб понять Лили.

– А кто вы мне, чтоб к вам бежать? – рассердилась Маргарет Никсон. – Двоюродная бабушка?

Гарольд не ожидал такого сравнения и расхохотался.

– Следовательно, Лили столкнулась с некой проблемой, а «двоюродных бабушек» рядом не оказалось, – Мардж чуть слышно усмехнулась и разлила кипяток по чашкам с заготовленными пакетиками. – Тогда она обрезает все нити и уходит в отчаянии.

– Но зачем ей подкладывать телефон в собственную квартиру? – не поняла Мардж. – Вы же сказали, она не знала про Вилли?.. Тогда почему опасается, что ее станут отслеживать?.. Мне такая мысль в голову вообще не приходила, пусть вы и цепляли на меня жучков.

– Это же для дела! Ты все еще в обиде?

– Ну… Неважно. Я не боялась быть найденной и не заметала следы, как Лили.

Гарольд задумался.

– Судя по показаниям Элли и Вилли, девушка ни с кем не общалась достаточно близко. Лишь научные споры между ней и профессором в последнее время стали острее.

– А вне колледжа?

– Вилли отслеживал всю ее жизнь, забыла? Вплоть до марки чипсов. Вот как полезно иногда иметь фанатов.

Маргарет покачала головой и заглянула в аккуратные схемы Гарольда.

– Тогда остается профессор Мертон, – ткнула она пальцем в бумажку.

Они встретились взглядами.

– Зачем опасаться профессора? – сказали они в один голос.

– Судя по поведению Лили среди однокашников, ей было глубоко наплевать на общественное мнение, – сказал Гарольд после паузы. – Ее заботили факты и правда – иначе б она не препиралась на лекциях. Значит, укрывшись, она собирается вывести Мертона на чистую воду.

– Может, с помощью Черного парня?

– Срочно звоним Себу. Пусть они с Тернером достанут нам информацию с телефона Лили Смит. Не зря она его не уничтожила. Гипотезу стоит проверить.

Маргарет, устроившаяся на табуретке, решительно свела брови и кивнула.

Гарольд уже звонил, нетерпеливо теребя этикетку бумажного пакетика, свисающую с чашки.

– Что там? – Мардж не отрывала от него заинтересованного взгляда.

– Нет сигнала, – нахмурился Гарри. – Что за… – он сбросил вызов и подкинул смартфон на ладони нервно. – Едем к Тернеру. Мне это не нравится.

– Да, конечно, – поднялась Маргарет, бросаясь за курткой. И тут же остановилась: – Нет, стоп!

Гарольд с удивлением обернулся уже у выхода.

– Вы забыли, что у вас сотрясение? За руль я вас не пущу! – обежала девушка следователя и стала между ним и дверью.

– Мардж, – мягко хотел он отвести ее в сторону, но тут осекся, роясь в кармане: – Где мои ключи?..

Эпизод 9

– Неважно, есть ключи или нет – вам за руль нельзя! – сдвинула брови Мардж решительно. – Выйдете отсюда только через мой труп! – от контекста фразы ей стало смешно.

– Это ты их спрятала? – повысил тон Гарольд, начиная переживать. – Маргарет! Отдавай немедленно! Это вовсе не смешно!

– Не брала я ваших ключей, – обиделась Никсон на его реакцию. – Еще не хватало, чтоб в карманах у вас рылась, – она отошла от двери. – Не удерживаю вас более, – отвернулась к мелкому окошку над столом. – У меня вовсе нет причин переживать о вас. Распутывайте свои тайны сами.

Между тем Кингстон действительно был взволнован пропажей. И пропустил мимо ушей ее обиду. Мало того, он резко поспешил к выходу и скрылся в коридоре. Маргарет обернулась, не в силах поверить произошедшему. Затхлый ветерок с лестницы хлопнул распахнутой дверью. У девушки комок подступил к горлу. Закусив губу, она подбежала к двери, звонко защелкнула замок и бросилась на кровать в отчаянии. Минуту назад казалось, что взаимопонимание возможно!

– Все, на этом стоит закончить историю, – сказала Мардж себе, через полчаса садясь на кровати. Материалы по делу превратились в использованные носовые платки и болтались вокруг. – И не ждать никаких чудес. Глупо думать, что когда-нибудь мы могли бы… – девушка горестно заколотила пятками по полу. – В следующий раз, если встретимся, я скажу ему, что думаю. Да, – кивнула она себе. – Пора обрубить этот хвост эмоций. Пойду проветрюсь, что ли, – она заглянула в зеркало у двери. – Лицо что надо! – усмехнулась Мардж невесело. – Как раз чтоб не влипнуть в очередную передрягу!

Вдруг постучали. Маргарет отшатнулась от зеркала.

– Маргарет, это Элла! – донеслось из-за двери. – Себастиан тебя к телефону!

Мардж Никсон бросила взгляд на свой мобильный. Конечно, уже умер. Она нетвердой рукой отперла замок. Снаружи стояла Элли Лоуренс, трепетно держа в руках айфон.

– Вот, – мягко поспешила она его всунуть Маргарет. – Говорит, не может тебе дозвониться.

– Да, Себ, – постаралась Мардж сказать спокойно, жестом приглашая Эллу войти, и закрыла дверь.

– Марджи, наконец-то! Гарри у тебя?

– Нет, – голос девушки стал металлическим против ее воли. – Он ушел. Давно.

У Себа что-то грохотало и гудело.

– Он мне срочно нужен! – прокричал он в трубку. – А его мобильный отключен! Сигнал идет из прокуратуры. Можешь до него добраться побыстрее?

– Себ, – медленно отчеканила Маргарет. – Что случилось?

– Да тут такая история, не поверишь! Дело будет громким! – на той стороне звучал возбужденно юношеский голос. – Но срочно нужен Гарри! Мардж, пусть он мне позвонит! Дело жизни и смерти! Бросаю трубку!

Маргарет отдала Элле айфон машинально. Девушка не сводила с нее взгляда.

– Герой, правда? – восхищенно прокомментировала она звонок Себа. Ох, что-то это напоминает? Сару Брайтон полгода назад. Сара! Сара работает там же. Все просто. Не обязательно ехать в прокуратуру. Достаточно набрать Сэл.

С бьющимся сердцем Мардж подключила свой сотовый на зарядку. Несколько месяцев. Несколько месяцев она не слышала ее голоса. Вот и загрузился.

– Да, герой, – рассеянно ответила Мардж с опозданием. – Все они герои. Алло, Сара? Сара Брайтон? Это Мардж Никсон.

Последовала пауза. Впрочем, совсем недолгая.

– Мардж! – взорвалось в трубке. – Мардж, серьезно, ты?!

– Ну да, – смущенно засмеялась мисс Никсон.

– Куда ты пропала?! Могла бы раньше позвонить. Номер сменила, съехала, работу сменила, а мне одни воспоминания. Не могу не сообщить, – секретарша судмедэксперта понизила голос, – мы с Брентом встречаемся!

– Ты что?! – воскликнула Мардж. – Надо же!

Как этого ей не хватало – она же ни с кем толком не общалась все это время…

– Сэл, как здорово снова тебя услышать!

– Мардж, послушай, давай встретимся после работы. Приходи ко мне, напечешь твоих фирменных блинчиков, я сварю кофейку. Идет?

– С удовольствием! – однако Мардж вспомнила о деле. – Сэл, я тебе по просьбе младшего брата Кингстона звоню. Он в офисе?

– Кингстона? Не думала, что вы общаетесь после… ну, того случая.

– Столкнулись ненароком. Так он там? Передай ему, пусть позвонит брату.

– Передам… Стой, подожди, тут Пэм что-то машет. – Сара отстранилась от микрофона. Мардж напряженно отстукивала ритм по чашке с холодным чаем.

– Элла, хочешь чаю? – предложила она вполголоса своей гостье. Та с любопытством разглядывала сохранившиеся записи по делу.

– Да, – ответила рассеянно. – Так это что, про Лили? И Черный парень есть все-таки?

– Да, про Лили, – буркнула Маргерет, нажимая кнопку электрического чайника. Тем временем Сарин голос вновь зазвучал в телефоне.

– Марджи… – она явно была растеряна. – Пэм говорит, что у Гарольда проблемы. Его заперли в комнате допросов или что-то такое.

– Что? – подскочила Мардж на табуретке. – Кто запер?!

– Пропали какие-то важные улики из хранилища, Ливингстон рвет и мечет, ключи были у Кингстона на хранении. Он клянется, что потерял их, но шеф ничего и слышать не хочет. А он у нас серьезный…

Ключи. Верно.

– Но, Сара, он правда их потерял, – проговорила Мардж в телефон. – Полчаса назад хватился!

– Уверена? Вы что, вместе были?!

– Он… как себя чувствует? – пропустила Маргарет мимо ушей вопрос. – У него ж сотрясение и истощение… Ладно, Сэл, я приеду. Увидимся.

Маргарет отложила телефон, смотря в пустоту. Вот и закончила историю. Только бросить Гарольда сейчас было бы свинством. Верно, еще ведь Себ ждет.

– Элла, позвони Себу, пожалуйста, спроси, что у него там, – распорядилась Мардж. – Может, нужна какая помощь. Я налью чай.

– Хорошо, – спесь давно слетела с Элли. – А знаешь, что я подумала? Ведь про Черного парня нам Лили и рассказывала.

– Что?

– Ну, пугала нас последние пару месяцев. Говорила, видела его то там, то там. Только если подумать, никто больше не видел его, – девушка нажала кнопку вызова из контактов.

Мардж задумалась, доливая кипяток в остывший нетронутый чай. Если Черный парень – выдумка Лили, то кто же увез Мертона?

– Себ? – проговорила нежно Элли. – Как вы там? Что такое?! – свирепо посмотрела она на экран. – Сбросил! Наберу еще раз…

– Нет! – воскликнула Мардж с внезапной мыслью. Она вспомнила восторг Себа: «Мы тут с Вилли такое обнаружили! Дело будет громким!». Дело. Они, похоже, были в засаде. А звонок Элли мог… выдать ребят. И что теперь!

– Элла, на чай времени нет. Беги лови такси скорее! Я звоню Бренту и едем.

– Кому?.. Какое такси? – не поняла Элли.

– Себ попал в беду! – пояснила Мардж, набирая снова Сару.

Эпизод 10

Элли Лоуренс не могла понять, отчего ей нельзя ехать.

– Я не еду к Себу, – устало пояснила Маргарет Никсон. – Туда отправилась полиция.

– Ну, а ты куда едешь-то тогда?

– Мне надо прояснить еще одно дело. Я еду в больницу.

– А я?..

– А ты сиди и жди! Хочешь, можешь поехать в прокуратуру к Саре Брайтон, скажешь, что от меня, – сжалилась Маргарет. – Себ наверняка появится там в первую очередь.

– Хорошо, – обрадованно встрепенулась Элли. Мардж вздохнула. С таких глупостей и начинаются проблемы.

– В госпиталь Александры, – попросила Маргарет таксиста.

Дорогой она пыталась расставить по местам факты пропажи ключей, отодвигая масштабные волнения по поводу Себа Кингстона и Вилли Тернера. Гарольд Кингстон заперт, как преступник. Что может быть нелепее! Нужно прояснить это недоразумение.

Ключи Гарри мог бы потерять у нее в комнате, по дороге или в больнице. Ведь до этого он закрывал машину. Раз ими воспользовались так быстро, значит, это не потеря. А кража. Значит, был злоумышленник, что украл. У нее дома никого не было, кроме их двоих. В такси тоже украсть маловероятно. Впрочем, лучше проверить таксиста. Самой подозрительной остается больница, как и предположил Брент Финчли. Ключи стащили в больнице. Кто?

Увы – кроме Лесли Ховард некому. Учитывая то, о чем упоминала Марта Фачелли… Лесли вполне способна на предательство. Она знала, где работает Гарольд, куда у него имеется доступ… Тогда совпадение ли та авария?.. Что, если Лесли все это провернула всего ради ключей? Она твердила, будто фары неисправны. Стоит проверить, правда ли это. Трудно поверить, что такая аккуратная особа, как Лесли Ховард, могла позволить себе езду со сломанными фарами! И, помнится, она поехала в госпиталь не со всеми, а на своей машине. Со сломанными фарами после такого потрясения? Точно – наврала! Все подстроено.

Что за улики она похитила?.. Наверно, что-то важное, если Гарольда взяли под арест из-за них. Вот бестия!

Мардж теребила собачку на молнии куртки. Сначала Себа, а теперь и ее дернуло проверить себя в амплуа сыщика. Адреналин колотил сердце, а рассудок беспомощно молил о пощаде.

Брент Финчли надеялся провести приятный день. Чего стоило ему устроить этот вечер! Гарольд приклеен к делу и вряд ли бы отвлек, тишина в делах обещала безоблачное протирание штанов. Вот она, посылка с кольцом: пришла наконец разумная мысль – заказать через интернет. Заказанный столик в «Сапорито» приятно томит желудок ожиданием. Задумываясь, почему Сара, а не кто-то еще, он не мог дать себе ответа. Просто она подошла отлично, как недостающий пазл. Все было так просто и естественно, совсем не как у бедняги Кингстона, которого угораздило влюбиться дважды, и оба раза – неудачно. Его, Брента, чувства тесно сотрудничали с рассудком, избавляя от лишних ненужных переживаний.

Брент осторожно раскрыл коробочку с жесткой пружинкой. Да, вполне подходящее. Как он это скажет?..

– Салли, я тут подумал, – нет, слишком бесчувственно. – Сара, ты замечательная девушка… – как-то тоже не то. – Сара Брайтон, ты станешь моей…

Ручка двери с грохотом повернулась. Брент Финчли от неожиданности захлопнул коробочку прямо по пальцу, но безмолвно стоически спрятал руку под стол. Вбежала взволнованная Сара собственной персоной, потрясая телефоном.

– Брент, беда!

Финчли осторожно высвободил палец из футляра, выдавливая кислую улыбку:

– Что стряслось, Сэл? Ты дрожишь как осиновый лист, – от неловкого движения коробочка провалилась под стол. Сара была слишком возбуждена, чтобы это услышать.

– Ливингстон отправил Кингстона в допросник. А его брат что-то расследовал и попался в ловушку. Мардж на линии. И ты спрашиваешь, что стряслось, Бренти?

Брент Финчли вскочил. Кольцо было забыто. Есть вещи более срочные.

– Алло?..

Маргарет Никсон вышла из больницы в расстроенных чувствах. Доступа к записям с камер наблюдения ей никто не дал, хотя она и пригрозила знакомством с полицией. Не поверили. По словам медсестры, правда, Лесли уехала довольно быстро. Так что версия пока не была опровергнута. Но и не подтверждена. Так что бесполезно ее рассказывать в прокуратуре. Доказательств, кроме интуиции, ноль.

Что-то булькнуло. Сообщение. Маргарет остановилась под навесом цветочного магазина; с хмурого неба негостеприимно капало. Девушка натянула капюшон. Номер незнакомый. Еще и ММС. Мардж порыскала по карманам в поисках наушника. Не оказалось. Оглянувшись по сторонам, девушка нажала кнопку «проиграть» и приложила телефон к уху.

Какое-то шуршание.

– …наш заказ? – грубоватый голос, женский, как ей показалось.

– Вы же дали мне отсрочку, – отвечал глухой мужской голос.

Мардж удивленно отняла телефон от уха и посмотрела на экран. Это еще что такое?.. Но диалог продолжался.

– …направили узнать, как движется работа, – первый голос. – Профессор, с нами шутки плохи.

– Я объяснял вашему боссу, что один не могу быстро приготовить такую дозу, – голос профессора еле заметно дрожал.

– Почему не завербовать кого-то из студентов, профессор Мертон? – профессор Мертон! Значит… этот второй – Черный парень? Он же, может быть, Лили?..

Последовала пауза и резкий ответ профессора.

– Ты кто? Мое имя дилерам не было известно!

Запись обрывалась. Мардж стояла все возле тех же цветов, переменившаяся в лице. Вот оно! Профессор Мертон как химик занимается производством наркотиков?! Его лучшая студентка Лили узнает об этом, когда он пытается ее завербовать. Тянет время с ответом. Создав легенду, исчезает. Гарольд предположил, что она из борцов за правду. Потому Лили появляется в обличье Черного парня и пытается заставить Мертона сознаться! Что стало с Лили? Где Себ и Вилли? Они же собирались отследить телефон Мертона? Это наверняка они прислали?.. Значит, нашли Лили? Полиция точно выехала?.. Ехать в прокуратуру без проволочек!

Мардж судорожно начала набирать номер.

– Сара, слушай.!

Эпизод 11

В пустой комнате допросов Гарольду Кингстону не оставалось ничего иного, как поразмышлять над своей жизнью, откинувшись на спинку стула. Вот так насмешка судьбы. Лесли Ховард во второй раз сыграла роль в разрушении его представлений о жизни.

Два с половиной года назад он, молодой, подававший надежды детектив, был покорен ее очарованием. Мир казался прост и полон доверия и любви. Девушка понравилась – значит, это та самая. Не мешкай, скажи ей об этом. Только мечты разбились о камни реальности. Лесли удачно стащила доказательства прокуратуры и помогла адвокату О’Рейли. После хорошей подачки перебралась в Лондон, как он слышал, не оставив следов и зацепок. Тогда лицензия чуть не полетела коту под хвост. Удалось сохранить работу, сбежав в провинцию. Пахал изо всех сил. Решив, что верности люди недостойны, отдался карьере. Чтобы не утонуть в море холода и отчуждения, сам стал акулой. Пошел на повышение. И что?

Пропали улики из хранилища. Как пропали бумаги. Видимо, Лесли снова выполняет задание. Ее появление случайным не бывает. Зачем? Для кого? Теперь не имеет значения. Доказательств не найти. Лесли всегда работает чисто. К тому же Ливингстон отобрал телефон, как только он явился на срочный вызов. На глазах всех работников, некогда боготворивших его. Теперь карьера от одного удара вновь треснула по швам. Странная штука жизнь. Выходит, верность не имеет смысла. Она всегда оборачивается против тебя. Неважно, отдался ты человеку или делу.

Еще остается Мардж. Маргарет Никсон… Которая не укладывается ни в одну схему. Последний разговор… Он был чересчур взволнован потерей ключей. Проклятие, он же нагрубил ей! Ну и хорош. Теперь даже думать о ней нечего. Пусть она и не выходит из головы.

Беда, ведь Себ приехал в Пейсли. И теперь будет свидетелем его позора. Бедные отец с матерью. Не таким они видели будущее старшего сына.

От жизни остались жалкие осколки. Зачем люди обычно существуют?..

Лязг открывающейся двери заставил Гарри поднять голову. На пороге стоял Чарльз Ливингстон, грозный, как туча перед ливнем.

– Что еще за самовольное расследование?!

Гарольд с трудом понял, что речь о деле Лили Смит.

– Почему мои люди отправляются на захват по личному почину?! – гремел Ливингстон. – Разве не приказал я тебе после Фачелли работать только со своими делами?

– Да, сэр, – негромко сказал Кингстон. – Было любительское дело…

– Любительское?! И на любительское дело Брент Финчли выезжает, бросая все, с мигалками и отрядом?! – Гарри вздрогнул. Он не знал об этом. Что успело случиться? – И по любительскому делу накрывает дилерскую шайку?! Из-за любительского дела едва не распрощались с жизнями два юнца и девчонка?!

– Я не понимаю, сэр. Какие жизни?

– Лили Смит, Вильям Тернер! И Себастиан Кингстон! Никто не знаком?

– Себ?! Что с ним? – вскочил Кингстон-старший.

– Ничего, сидит в приемной, – чуть снизил напор Ливингстон. – Лишить бы тебя лицензии за халатность.

Кингстон опустился обратно на стул, понурив голову. Но тут до него дошло:

– Халатность, вы сказали? Значит ли это, что…

– Да, значит. Доказали тебе алиби. Скажи спасибо одной напористой девушке. Привезла больничный лист, нашла таксиста, что вез тебя из больницы к ней домой, и поклялась, что ты не покидал комнаты, так как заперла тебя на ключ в подвале. Теперь по ее показаниям под подозрением Лесли Ховард. Была она в палате, опросили медперсонал. И фары работают, на внешней камере тоже попалась.

Гарольд был поражен до глубины души. Когда он уверен, что Мардж не захочет его больше видеть, она узнает о его беде и приходит на помощь, заставляя самого Ливингстона сменить решение? Невероятно!

В двери появилось лукавое лицо Себа.

– Эй, братец! Зацени-ка, а? – он повернулся к Гарольду щекой, на которой красовался пластырь. – Элли понравилось.

– Что ты… что ты делал там, Себ? – воскликнул Гарри.

– Мы с Вилли решили отследить Мертона самостоятельно – не могли тебе дозвониться, – протиснулся Себ внутрь комнаты. Этот проныра обо всем успел договориться с Ливингстоном. – Далеко же они заехали, в загородный домик. Мы, значит, засели в укрытии, позвонили Мардж. А потом Вилли глядь в окно – а там Лили внутри! И Мертон. И еще парочка типов. Тут у меня телефон как запиликает! Я думал, ну все. Сбежать не успели. Они заперли нас уже втроем, а сами куда-то вышли. Познакомились с Лили. Она рассказала, что узнала про сотрудничество Мертона с дилерами – он требовал от нее помощи – и решила вывести его на чистую воду. Переоделась тем Черным парнем. Стала записывать его признание, да он быстро ее раскусил. Благодаря нашим навыкам с Вилли удалось перебросить запись их разговора на телефон Мардж, мало ли что бы дальше было.

– Брат у тебя хорош, – похлопал парня по плечу с усмешкой Ливингстон и вышел.

– Но скоро появился Брент. Свалка, мы с Вилли заработали чуть боевых шрамов, – продолжал с упоением Себ.

Гарольд слушал рассказ брата с замиранием сердца. И ведь сам разрешил ему заняться расследованием! Во всем виновата таблетка, что ему дали в госпитале утром. Затормозила мозг. Другого объяснения нет.

– А Мардж? Она в порядке?

– О, Гарри, – похлопал Себ брата по плечу. – Она клад, а не девчонка. Ты, пожалуйста, обещай мне, что привезешь ее к нам домой в Глазго. Она здесь, хлопотала о твоем освобождении.

Гарольд Кингстон по необъяснимому внутреннему побуждению вскочил, устремляясь в главный офис. Игнорируя многозначительные взгляды сотрудников и сотрудниц, он искал Мардж повсюду, но тщетно: девушка как испарилась. Гарри почувствовал резкое головокружение и, держась за стенку, добрался до комнаты отдыха. Верно, он же не ел ничего после той таблетки, кроме двух сухих печенек, которые нашел в шкафу у Маргарет. Чему ж удивляться. Она предложила чаю, он хватился ключей. Нагрубил… Гм, это оставим: Мардж своим приходом дала надежду, что все можно исправить. Потом позвонил Ливингстон, приказал срочно явиться…

Кингстон опустился на диван, откинул голову на спинку и закрыл глаза. Карьера – глупая цель. Стоит отказаться от нее и начать все с начала.

Видимо, все же надо ориентироваться на людей. Доверие. Оно правда спасает? Так или не так?.. В любом случае – самый безопасный способ это проверить – Мардж, которая сломала его стену.

На цыпочках зашла Сара Брайтон.

– Вы как? – спросила она негромко. – Может, дать воды?

– Где Мардж? – спросил Гарольд, покачав головой отрицательно.

– Ушла… – тихо ответила Сара.

Из офиса донесся шум. За уборщицей Грей мчался Брент Финчли, едва закончивший работу с допросом Мертона, и требовал доложить, убирала ли она в его кабинете. Сара оглянулась как раз в тот момент, когда миссис Грей отдавала ему квадратную коробочку, которую схоронила в кармане халата.

Сэл прищурила глаз, оценивая незнакомую вещь из имущества Финчли. Он, покраснев, принял футляр, но карманы оказались слишком малы, чтоб спрятать его от греха подальше.

– Что это, Брент? – подошла Брайтон к нему.

Все провалилось, понял Брент. Все вступления…

– Ты… – залился он краской до самых ушей, – ты, Сэл… – из-за рабочих столов заинтересованно приподнялись зрительницы, Сара Брайтон взирала с ангельскими глазами на Финчли, пока не вполне догадываясь. Брент всегда выражался открыто. – Согласишься сегодня вечером пойти со мной в «Сапорито» на ужин? – пробормотал Брент, подавая коробочку.

Сара, наивно ничего не подозревая, открыла футляр и ахнула.

– Брент! – не сдержавшись, взвизгнула она и бросилась ему на шею.

Девушки в офисе восторженно зааплодировали. Брент, весь красный, не поднимая глаз, неловко надел кольцо светящейся девушке на палец.

Гарольд хмыкнул и улыбнулся. Хотя у него счет времени остановился сегодня, жизнь продолжалась. И это обнадеживало. Пока есть жизнь, существуют новые шансы. Вторые, третьи и так далее. А жизнь непрерывна. Пора уволиться и идти домой начинать новую жизнь.

Едва он вышел из душа, ощущая себя заново рожденным, и взялся за приготовление ужина, раздался звонок.

– Гарольд… можете оказать услугу? – проговорил голос Сары Брайтон нерешительно. – Мы идем сегодня в «Сапорито», а я обещала одному человеку встретиться в шесть вечера…

Эпизод 12

Зимние сумерки незаметно упали на мокрый Пейсли, зажигая вереницы мерцающих фонарей вдоль улиц. Ударил легкий морозец, и лужи покрылись хрустящей корочкой. Маргарет Никсон, уткнувшись носом в шарф, медленно приближалась к хорошо знакомой кофейне, где Брайт-сквер пересекается с Мэнтон-стрит. В мыслях зияла пустота. Девушка задумчиво ткнула носком сапога лужу. Та мигом треснула замысловатым узором и в желтом свете фонаря растеклась. Мардж улыбнулась озорно и хрустнула еще одной лужей. Такая простая вещь, а на душе стало легче. Еще одна…

Жизнь в любом случае слишком прекрасна, чтобы остановиться от одного лишь разочарования. Надо идти вперед, не оборачиваясь назад, и призраки прошлого обязательно перестанут казаться страшными. Просто жить. Наслаждаться каждым мгновением. Хрустнула еще раз.

Гарольд… Мысли возвращались к нему снова и снова. Опять лужа. Мардж закусила губу и тщательно надавила на всю поверхность льда, испытывая детское наслаждение. Увы, с Гарольдом все понятно. Нужно забыть его, перебороть свои чувства. Потому что мечтать о нем совершенно нелогично – вы только попробуйте жить бок о бок с человеком, которого ни за что не понять! Романтика романтикой, но без логики и последовательности не выживешь. Надо встретиться с ним и поговорить. Не убегать. А открыто сказать все. Довольно вести себя как школьница. Сегодняшний день показал, как быстро все может измениться: нельзя оттягивать то, что важно. Мардж проводила кафе взглядом.

Но сейчас можно расслабиться. Попить кофе с Сарой, поболтать ни о чем. Как в прежние добрые времена. На нос упала снежинка. Маргарет рассмеялась, хрустнула последней лужей и остановилась перед парадным входом своего бывшего дома. Как вкопанная. У ступеней стоял Гарольд Кингстон. Казалось, он тоже невероятно удивился встрече.

– Маргарет?! – воскликнул он растерянно и радостно.

– Нет, вы простите, конечно… – переступила с ноги на ногу Мардж неуверенно. – Но это уже слишком!

– Что – слишком? – не понял Гарри, столбенея от неожиданной робости. Вот она, перед ним! С чего начинается доверие?..

– Зачем вы ходите за мной? – перешла девушка в наступление. – Куда ни приду, везде вы! Почему? Это не может быть простым совпадением!

– Я… я, вообще-то, пришел по просьбе Сары. Она ждала кого-то. И просила предупредить, что ее нет. Не могла дозвониться.

– Это я к ней иду, – нахмурилась Маргарет.

Латте отменялся таким неприятным способом. Нашла Сара посланца, нечего сказать! Ну да, телефон снова сел, и все же…

– Тогда… – Гарольд говорил все тише. А тем не менее понимал, что если сейчас не найдет повода задержать Маргарет Никсон, то не простит себе никогда. – Вот это она просила передать, – он подал сложенную вчетверо записку, которую Сара передала ему в комнате отдыха.

Маргарет, насупившись, взяла листок самыми кончиками пальцев и развернула.

«Милая Мардж! Прости, что не пришла. Брент сделал мне предложение, представляешь?! Мы обязаны обговорить сегодня все в “Сапорито”, я не могла отказать. Прислала Гарольда. Его уволили, похоже. Кажется, ему очень надо поговорить с кем-то по душам. Будь с ним добра, пожалуйста. Я знаю, ты умеешь это!

Целую, Сара».

Мардж перевела взгляд на Гарольда. Становилось холоднее, он постукивал туфлями друг о друга и съежил плечи, заложив руки в карманы. Редкий снежок странным приветом зимы оседал на его темные волосы.

– Так… вас уволили? – спросила она с сочувствием, скрепя сердце.

– Что? – поднял на нее глаза Кингстон. – Нет, вовсе нет. Это я просто ушел. Надоело сидеть в офисе, знаешь, – сбивчиво пояснял он, сверля взглядом раздавленную Маргарет лужу. – Надо менять что-то в жизни, в конце концов, разве не так? И почему такой вопрос? Сара что-то написала? Она могла неправильно истолковать, конечно…

– Зачем вы придумываете? – перебила его Мардж с болью в голосе. – Почему просто не сказать: «Да, уволили. И мне очень плохо»?

– Кто сказал, что мне плохо?

– Ваши глаза, – отрезала Мардж, сверкнув своими. Она резко развернулась на носках и сделала несколько шагов прочь. Но потом заставила себя оглянуться. Нет, стоит сказать все здесь и сейчас. И вернулась, немало удивив бывшего следователя. – Пожалуй, я лучше сразу все скажу.

Гарольд Кингстон судорожно сглотнул.

– Может, тогда поговорим в кафе? – решился он предложить. – Становится прохладно. Тут как раз рядом есть, – он запнулся. – Помните? – почему-то перешел на официальный тон.

Маргарет Никсон казалось, что сейчас она взорвется от напряжения.

– Мне ненадолго, – сказала она неуверенно. – Всего… пара слов.

– Но мне тоже надо кое-что сказать. Пожалуйста, – он предложил локоть, сам не понимая зачем. Мардж вздрогнула, мельком взглянула на него и приняла руку.

Несколько шагов прошли молча.

– На самом деле я действительно уволился по собственному желанию.

– Вот как.

– Спасибо, что спасала меня сегодня.

– Пустяки. Вы делали в свое время то же самое.

– Не думал, что помнишь.

– Память человека иногда феноменальна.

Наступила неловкая пауза.

– Я… заметил, как ты наступала на лед, – сказал Гарольд. Мардж покраснела. – Это правда весело? – он приблизил носок к поверхности лужи.

– Ну… немного, – промямлила девушка.

Было так уютно идти под легким снегопадом по льдистой мостовой под руку с ним… Гарольд нажал на ледовую корку сильнее, она треснула, вызывая на его лице довольную улыбку. Нет, она ведь обещала себе не поддаваться этому чувству вновь!

Мардж порывистым движением выдернула руку и сразу поскользнулась. Гарри тут же подхватил ее под локти. Взгляды их встретились. На миг оба застыли…

Кингстон неожиданно для себя смутился и отпустил девушку. Но тут же взял за руку и повел за собой. Она подчинялась с мятежно бьющимся сердцем.

– Я не должна идти с вами, – проговорила она еле слышно.

– Почему? – задал Гарольд вопрос. – Почему же старые друзья не могут выпить по чашечке «Блэк Айвори»? – пошутил он, стараясь говорить непринужденно. Маргарет засмеялась и умолкла.

– Потому что мы не друзья, – грустно заключила она и остановилась. Вот оно, кафе. Вот он, момент. – Мы ведь, по правде, никогда ими и не были. Я… да, мне вы очень нравитесь, – горячо заговорила девушка, не смотря на спутника. – Это правда. Но этого недостаточно. Я даже не знаю, как вы относитесь ко мне. Судя по всему, я вам интересна, но только этого тоже недостаточно. Отношения строятся на чем-то большем, чем взаимная симпатия. Понимаете? – она быстро взглянула в его синие глаза. Там отражались свет фонарей и кружащийся снег вечера. И какое-то счастье. Девушка в смятении снова уставилась на свои руки. – Поэтому я хочу, чтобы мы больше не виделись. Мне нелегко видеть вас снова и снова, – Мардж закончила свою речь, не веря, что сказала все это. – Зная, что ничего не выйдет.

– Мардж! Это правда?! – пораженный такими словами, Гарри взял ее руку. – Я и подумать не мог… Ты не перестаешь меня удивлять.

– Может быть, – покачала та головой, чуть не плача.

– Ты слишком много значишь для меня, – вырвалось наконец у Гарольда. – Даже не думай, что я тебя так просто отпущу.

– Да?! – вдруг возмутилась девушка. – Только не сочиняйте! Людьми, которые много значат, не пользуются как игрушками! Сегодня она нужна, а завтра можно забросить в дальний ящик. Сегодня мы вместе распутываем клубки чужих историй, а завтра прощайте навеки. С ними рядом навсегда. Зачем вы снова лжете мне? – горестно воскликнула она. Несколько прохожих обернулось на ссорящуюся парочку перед входом в гостеприимно светящееся огнями кафе.

– Это не ложь, – возразил Гарольд. – Видишь ли, после некоторых событий я не доверяю людям в целом, но и не могу сопротивляться желанию увидеть тебя, – он поражался собственному внезапному порыву искренности. Мардж правда удалось! Что она за волшебница такая?

– Из-за Лесли? Но это ребячество! Себ сказал, что вы наливались виски! Что за способ решать проблемы?! Теперь вот делаете вид, что наплевать на потерю работы. Играете роль крутого сыщика. Маски, маски, одни маски! Вы хоть сами понимаете, кто вы? – Мардж запнулась. Кажется, про себя она тоже не смогла бы ответить на такой вопрос. – Я – нет, – добавила она тихо.

– Напивался? – засмеялся Гарольд громко. – Ну, Себ и сплетник… Мардж, я знаю, что никакой виски не поможет, если ты снова исчезнешь, – добавил он серьезно. – Никакая работа не утешит, и люди снова станут лишь жертвами, свидетелями и подозреваемыми по ту сторону стола. Ты нужна мне. Очень.

– Это что, шантаж? – усмехнулась Мардж, утирая слезы.

– Нет, это обычная правда. Ты заставила меня посмотреть ей в глаза. Маргарет Никсон, я не смогу жить без тебя.

– Жили же, – шмыгнула Маргарет носом неуверенно.

– Безуспешно пытаясь забыть. Ты возвращаешь мне все светлое. Заставляешь вспоминать, что преданность все еще имеет значение. Что никто не должен справляться с проблемами в одиночку.

– В одиночку?.. – расплакалась Мардж. – Я вот… понимаю… Наговорила вам только что, а сама такая же. Сама не знаю, кто я и зачем я…

– Мы оба прятались от самих себя, – мягко взял Гарольд ее за плечи. – Дело Лили Смит дало нам второй шанс. Давай посмотрим, что с ним делать. И сыграем в открытую, – и картинно снова предложил руку, подмигивая.

Маргарет Никсон рассмеялась с недоверием.

– Серьезно? Гарольд Кингстон собирается снять передо мной маску?

– Сразу после шляпы, – усмехнулся Гарольд.

– Ну… вот так достижение! – отмахнувшись от последних надоедливых сомнений, девушка подхватила его локоть, и пара вошла в двери старой кафешки на углу улицы Мэнтон.

Снег падал все с большим вдохновением.

Третье место

Неожиданная смерть старушки в спокойном кафе заставляет Маргарет Никсон сунуть свой нос в новое дело. Влюбленный в нее Гарольд Кингстон не может остаться в стороне и бросается на выручку. Им предстоит столкнуться с главой детективного агентства Шоном Коннерзом и родителями Гарольда.

Выражаю благодарность моим родителям, которые с нетерпением ждали новых глав.

Эпизод 1

– Больше я не заказываю «Блэк Айвори», – засмеялась тихо Маргарет Никсон, с наслаждением вдыхая дымящийся аромат шоколадного макиато с банановым сиропом.

Напротив нее расположилась при полном (и обычном) параде Сара Брайтон, поблескивая новым перстеньком на безымянном пальце. За окошком старой доброй кофейни на Мэнтон кружился редкий снежок, усиливая ощущение уюта и праздничного настроения внутри.

– Ни на что бы не променяла это кафе, – своим естественным мечтательным взглядом обвела Сара его стены под дерево. – Помнишь времена, когда мы вечер каждой пятницы проводили здесь? Бежишь, бывало, потом после закрытия домой по темноте стандартные пятьдесят шагов…

– Фонарь тогда еще не работал, – подтвердила Мардж. – И ты вечно спотыкалась на своих шпильках.

Девушки рассмеялись и дружно отхлебнули горячие напитки.

– Как жаль, что теперь все не так, – покрутила чашку по блюдцу Сара задумчиво. – Ты живешь далеко, я занята построждественским завалом корреспонденции и помолвкой…

– Ты говоришь так, словно ей не рада, – возразила Маргарет, красноречиво кивая на кольцо.

– Нет, что ты, рада! – горячо запротестовала Сара. Ее серые глаза заискрились, отражая пламя маленькой свечи на столе. – Брент – замечательный человек, я и не предполагала, что жизнь подарит мне такого. Только перемены в жизни всегда давались мне с трудом, ты знаешь. Я – не ты, Мардж, не могу постоянно все менять и оставаться стабильной.

Маргарет усмехнулась.

– Твои слова бы да в реальность. На русскую неваляшку я вряд ли похожа.

– Не скажи, Марджи, – сколько перемен, а ты встаешь на ноги после очередного удара гораздо раньше многих.

Подруги помолчали.

– Между прочим, все перемены и забытье нашего третьего места[1] произошли из-за того, что кто-то влюбился совсем не в Финчли, – подколола Маргарет соседку по столу. – Из-за этой персоны мы и разъехались, зато благодаря ей вы с Брентом и познакомились, – она пыталась говорить беззаботно, уже проклиная себя, что упомянула того, кого следовало бы выкинуть из головы.

– Кстати, как там Гарольд? – вспомнила Сара, снова отпивая глоток капучино с ромом.

Мардж безразлично посмотрела на морозный узор раннего утра на окне.

– Не знаю.

– Постой… Это, конечно, гадко с моей стороны, что не спросила раньше, но… разве вы не встретились в тот вечер?

– Встретились! – чувства Маргарет оживились легким гневом. – Он сказал даже, что жить без меня не может, что я напоминаю ему о главном в жизни, – насмешливо покачала она головой.

– Не похоже на него говорить такое.

– Вот именно! А с его репутацией игрока…

– И?..

– И все! – развела широко Мардж руками, едва не опрокинув свой кофе. – Видимо, сказанное касалось только того вечера. Сколько прошло времени? Две недели, дней десять? Он канул в воду, Сэл, будто ничего и не говорил тем вечером. Отдать ему должное – за кофе на сей раз он заплатил, – Мардж яростно принялась глотать доселе едва тронутый макиато.

– Честно говоря, мы с Брентом думали, что вы встречаетесь, – смущенно проговорила Сэл, рассматривая свой французский маникюр. – Прости, я не знала. И что теперь будешь делать?

– Как ты говоришь, – натянуто улыбнулась Мардж, – я стабильна, как русская неваляшка.

– Ну, так я тебя не обзывала, – возразила с улыбкой Сара. – Но, может, у него что-то случилось? Ты позвонить пробовала?

– А он мне дал номер?.. Сэл, я заставила себя ему поверить, поверить, что мой очередной идеал настоящий, а он снова лопнул как мыльный пузырь. Я ему даже сболтнула, что он мне нравится, – призналась Мардж после паузы и прикрыла рот рукой сокрушенно. – Какой стыд. Но ладно, – снова приободрилась она. – Забудем. И будем жить дальше. Верно, Сэл?

– Я восхищена тобой, – ободряюще потрепала по руке Сара Брайтон подругу.

– О, вот это комплимент! – лукаво прищурилась Маргарет. – Теперь весь день пролетаю на крыльях – Сара Брайтон мной восхищается!

– Ладно тебе, – в шутку ткнула ее в плечо Сара, поднимаясь.

– Идем, пора, – взяла Мардж свою сумку. – Тебе к бумажкам, мне – к тряпкам… Разница невелика, а?

Девушки подошли к стойке.

– Но это всегда будет наше третье место, – шепнула Мардж Саре. – У вас прекрасное заведение, – улыбнулась она бодро хозяйке, отсчитывающей сдачу.

– К сожалению, не все так думают, – вздохнула эта высокая блондинка лет под тридцать пять. – Ваша сдача.

– Что вы имеете в виду? – почуяла Маргарет, что день хозяйки не задался с утра.

– За углом выстроили «Старбакс», все туда мчатся, – с досадой оперлась о прилавок ладонями хозяйка. – Ведь куда приятнее пить кофе на ходу, – на ее бейдже значилось: Кэролайн Бэнкс. – Ненавижу их. А я больше ничего не сумею, если разорюсь… И знаю, сюжет слишком похож на «Вам письмо». Говорю вам: конец будет такой же, и Джо Фокса мне не видать.

– Мисс Бэнкс…

– Да просто Кэрри, – махнула она рукой и, улыбнувшись, протянула ладонь Маргарет: – Завалила я вас с утра собственными проблемами.

– Мардж Никсон. Не переживайте. У всех нас их хватает. Порой стоит и высказаться.

– Сара Брайтон. Нам очень нравится ваша кофейня, Кэрри, мы вас не бросим, – с ослепительной улыбкой заверила Сэл.

– Спасибо, – сердечно потрясла Кэрри их руки. – Поддержка мне нужна. Но финал неизбежен. Уже пришлось девушек уволить, и сама справляюсь не так споро. Помяните мое слово: еще несколько месяцев, и все мои клиенты перекочуют в «Старбакс».

В голове у Мардж вдруг блеснула идея. Разумеется, чтобы давить болезненные воспоминания, надо хорошенько себя загружать.

– Кэрри, я могу вам помогать после обеда.

– Что? – не сразу поняла хозяйка. – Нет, Мардж, вы о чем, – воспротивилась она решительно.

– Я хочу сохранить вашу кофейню, – дружелюбно отрезала Мардж. – Или, по крайней мере, насладиться по полной тем временем, что ей осталось.

– Не знаю, удобно ли…

– Знаете, как говорила моя бывшая коллега София, неудобно спать на потолке. Помощь ведь нужна?

Кэрри обезоруженно улыбнулась и развела руками.

– Ну, убедили. Фартук я выдам.

Сара усиленно размышляла все это время, нахмурив лоб.

– Вот что, около пяти часов я тоже присоединюсь, – решила она неожиданно. – Найдется ведь пара фартуков? А то бумажной работой я сыта по горло, надо и передышку себе дать.

– Не знаю, как вас… – за спинами новых помощниц Кэрри что-то грохнуло.

Сэл и Мардж обернулись на звук: пожилая леди, единственная кроме них клиентка этим утром, мирно читавшая газету в правом уголке, упала лицом на стол.

– Что с ней? – воскликнула Мардж.

– Проверю пульс, – подбежала Сара к женщине. – А вы, Кэрри, вызовите скорую.

Кэрри кивнула, ошеломленно берясь за сотовый.

– Как там, Сэл? – обеспокоенно вертелась Маргарет возле бывалого секретаря судмедэксперта.

– Мардж, – прошептала Сара Брайтон. – Кажется, надо вызвать и полицию. Я не медик, но, похоже, эта леди умерла.

Свидетельские показания не заняли много времени, тем более, что по вызову приехал сам Брент Финчли, Сарин жених. Так что девушки опаздывали на работу не смертельно.

– Держитесь, Кэрри, увидимся в пять, – подбодрили они бледную хозяйку кофейни.

Эпизод 2

Однако безымянная кофейня встретила закутанную до подбородка цветным шарфом Мардж закрытыми дверями и темнотой. Ничего не понимая, девушка приложила ладони в грубых рукавицах к стеклам и заглянула внутрь. Мертво. Она поежилась. Не каждый день видишь, как люди умирают, но два дела, в которые ее вовлек в недалеком прошлом Гарольд Кингстон, несколько закалили нервы.

Сзади заскрипел тормозами по влажному от противообледенительного реагента асфальту автомобиль. Маргарет обернулась. Из такси выскочила Сара Брайтон.

– Марджи! – помахала она, быстро расплачиваясь с таксистом. – Я тебе звонила, но ты как всегда!

Маргарет стянула зубами рукавицу и проверила сотовый. Давно помер. Мороз таки.

– Никак не накоплю на нормальный, – смущенно изобразила она смешливую досаду.

– Работа на сегодня отменилась, Кэрри просила передать, – пояснила Сара быстро и четко. – Так что мы пойдем ко мне и займемся тем же самым – я сделаю латте, а ты блинчики, – покачала она пакетом из супермаркета перед лицом подруги довольно и подхватила ее под локоть. – Пошли.

– Отличная идея!

Мардж внутренне захлопала в ладоши. Но на деле одна рука представляла свой локоть в опору Саре, а другая держала равновесие на гололеде.

– Осторожно! А-а! – девушки поскользнулись, мигом взмокли от миллисекунды страха и рассмеялись.

– Тот самый фонарь, – указала Сара. – Уже работает.

– Помню, – кивнула Мардж хмуро, вспоминая недавнюю встречу с Гарольдом на этом самом месте.

Сара открыла дверь ключом.

– Проходи. Как видишь, я ничего не меняла.

– О, Сэл! Как это мило! – зааплодировала воздуху Мардж теперь по-настоящему, оглядываясь вокруг. – И даже коврик тот же!

– А то, – довольно подбоченилась Сара. – Ну, не будем терять времени, – начала хозяйка квартиры разбирать свои покупки. – Я сгораю от желания отведать твоей стряпни.

– Не вся она так хороша, – лукаво подмигнула Маргарет.

Она исчезла в ванной, чтобы помыть руки, откуда донеслись восторги, посвященные все тому же фиалковому запаху мыла. Подпоясалась фартуком.

– Я готова!

– Получай карт-бланш.

Сара развела руками по периметру кухни.

– Отлично, – воодушевилась Мардж, набирая в шкафах нужную посуду.

– Отчего ты пропала так надолго?

– Ну, это, такое, понимаешь… Мне надо было прийти в себя, – покраснела Мардж, вспоминая какао, книгу и стены в потеках в своей пещере отшельника. – Странно, что первая же наша встреча ознаменовалась таким… гм… плохим событием с утра, – посерьезнела кухарка, освобождая белки и желтки от скорлупы. – Стараюсь не думать об этом, а старая леди снова и снова появляется в голове. Сердечный удар? Приступ? Старость? Не возьму в толк, Сэл, как тебе удается не думать о всех этих смертях. Я помню твои бумаги!

– Стараюсь делать вид, что это просто бумаги и они никак не связаны с жизнями. Хотя порой цепляет за живое, – признала Сара. – Вот, например, знаешь, почему сегодня встреча с Кэрри не состоялась?

– Почему? – замерла Мардж на полдороге к плите с нехорошим предчувствием.

– Кэрри забрали в участок. Ее подозревают в этом убийстве. Это убийство, Мардж.

– Что?! Быть не может! – скривилась Маргарет с недоверием.

– Признаю, мне эта версия тоже показалась притянутой за уши. Но пожилую леди отравили. И яд – синильная кислота – был в том кофе, который ей подала Кэрри за минуту до разговора с нами.

– Но это бред, Сэл! – поразмыслив и вылив первую порцию теста на сковородку, возразила Мардж. – С чего Кэрри травить клиентку?

– Я не знаю. Может, чтоб привлечь внимание к кофейне, которая теряет популярность, – предположила Сара, загрузив ингредиенты в кофейную машину. – А может, эта женщина – ее троюродная тетя, от которой Кэрри полагается наследство. Все что угодно, Мардж. Люди способны на что угодно. Мы в отделе насмотрелись.

– Мне она не кажется убийцей, – уверенно заявила Мардж. Она отвернулась от плиты, активно жестикулируя силиконовой лопаткой. – Вспомни, каким искренним тоном она с нами говорила, какие у нее лучистые карие глаза, естественные движения… Нет, Сэл, я не верю. Надо покопаться в этом деле, что-то там не так.

Сара устало покачала головой.

– Марджи, – терпеливо отвечала она, – полиция занимается этим делом, ты там ни к чему.

– Ты прекрасно знаешь, Сэл, – энергично перевернула новый блинчик Маргарет, – что полиция просто делает свою работу. Их цель – закрыть дело, и все. Никто не станет тратить недели, чтобы докопаться до правды. Вспомнить хотя бы невероятное обвинение Гарольда с теми ключами, – девушка сосредоточенно закусила губу. – Кому это надо? Полиция не ради справедливости работает.

Сара нахмурилась.

– Хочешь сказать, что все органы правопорядка делают свое дело спустя рукава?

– Нет, вовсе нет, – поспешила на попятную Мардж, ударяя себя по губам. – Прости, прости, прости! На мне всегда висело проклятие ляпать глупости. Конечно, я не это имела в виду. Но накопать фактов – значит подкинуть основание для более подробного расследования. Ну что нам с тобой стоит повторить опыт Себа и Вилли, скажем?

– Они попали не в лучшую переделку. Я хочу спокойно выйти замуж, а тебе всегда были свойственны безумные идеи, – улыбнулась краешком губ Сэл, наливая латте.

– Потому без твоей рациональной поддержки я – ноль!

– Моей поддержки? – уяснила мисс Брайтон, отставляя чашки. – Нет, Мардж, я в этом не участвую. Конечно, мне бы не хотелось, чтобы Кэрри оказалась убийцей, но выяснять подобные вещи – не моя работа.

– Сэл, от расследования ведь зависит ее жизнь! – пристыдила Мардж подругу, сверкнув глазами.

– Моя тоже – от того, суну я в него свой нос или нет, – спокойно ответила Сэл. – Моя с Брентом. Я не считаю подходящим занятием для невесты вмешиваться в работу будущего мужа и ставить под сомнение его решения сразу же после помолвки. У тебя блин подгорает, – обратила она внимание. – Не обижайся, Мардж, но на вещи надо смотреть трезво. Я не смогу быть твоим напарником, при всей любви к тебе.

Мардж несколько секунд гневно смотрела на уравновешенную подругу, а потом выдохнула, уже дружелюбно:

– Нет слов. Как тебе удается оставаться такой разумной?..

– Работа такая, – засмеялась Сара. – Что там у тебя? Садись.

Мардж перенесла тарелку с блинчиками на столик у дивана, где уже исходилось паром горячее латте.

– Но ведь я могу рассчитывать на какую-то информацию по делу, а? – заискивающе состроила рожицу предприимчивая Мардж.

– Вот же подлабузник, – взъерошила прическу Сара ей шутливо.

– Мое словечко, – засмеялась Мардж довольно. – Договорились. Но должна похвастаться, знаю, один раз твой гомо сапиенс пошатнулся, – подняла она палец, хватая другой рукой блинчик.

– Ой, и не напоминай, – покраснела Сара. – Кстати, – вдруг сообразила она. – Вот и повод встретиться с Кингстоном – тебе пригодится толковый напарник.

Мардж поморщилась.

– Его имя в этих стенах упоминается неприлично часто. Лучше вовсе без напарника, чем с таким, от которого коленки будут трястись.

– Только не с твоей гениальностью! – воспротивилась Сэл, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. – Блинчики, как всегда, объедение. Слушай, переезжай обратно ко мне, а?

– А я похвалю латте, – улыбнулась Мардж, устраиваясь на коричневом диване поудобнее. – Ты знаешь, что я не терплю жить за чужой счет, Сэл. А платить за такое жилье пока не разжилась. Да у меня там не так уж и плохо. На место Мертона пришла новая химичка, гроза всех прогульщиков и взяточников. Как о ней Элли рассказывает – обхохочешься.

– Вот видишь, Мертон тоже казался порядочным, наверно, – выдвинула довод Сара. – Все, все, молчу, – со смехом защитилась она от летящего было в нее снаряда в виде диванной подушки. – Но правда, давай ко мне. Назовем это «в гости». На время твоего расследования.

– Я подумаю, – вскинула голову Маргарет манерно. – Только, – она погрозила жирным от блинчиков пальцем. – Если не будешь меня больше третировать именем Кингстона.

– Да я только один раз упомянула, – пожала плечами Сара, вставая и опуская шторы. Затем она нырнула в шкаф и достала пару полотенец и постельное белье. – Вот. А завтра принесешь свое. Каждый вечер будешь отчитываться о расследовании. Мобильный чтоб был заряжен! – предупредила она серьезно.

– Есть, шеф! – захохотала Мардж, салютуя ладонью. – А с вас – утренний кофе!

Эпизод 3

В своей прежней комнате Мардж не могла уснуть. С некоторых пор засыпание стало даваться ей плохо, а в голове крутились и крутились мысли. Странные, бесполезные, словно она сделалась воздушным шариком – полным и пустым одновременно. Сегодня, ворочаясь, думала о Кэрри. Это невозможно, нутром чувствовала Мардж… Некое первое впечатление. Гарольд. Да, он научил ее приему первого впечатления. Зачем он сказал ей тогда, что она много для него значит? Когда человек много значит, о нем вспоминают чаще и не пропадают из виду. Может, он имел в виду, просто что она ему нужна как некий далекий приятель? Мардж заставляла себя перевернуть эту страницу, но каждая мелочь напоминала о лопнувших надеждах. Однако она давно решила не думать о том, чего изменить не в силах. Потому еще более важно заняться делом Кэрри, чтоб заполнить ум чем-то другим. Дав себе такую установку, Мардж не заметила, как уснула. Утром, разумеется, сон пришел и уходить не собирался, пришлось на работу идти вместе с ним.

Зевая, Маргарет Никсон закончила протирать пыль на туалетном столике Эллы Лоуренс. Последнее время звездная болезнь Элли вдруг улетучилась, и на лекции она стала убегать пораньше. У них с Себом шло своеобразное соревнование по успеваемости.

– Ну, зимы осталось совсем немного, она должна у тебя быть волшебной. Несмотря ни на что, Марго, – приободрила Никсон себя перед зеркалом в витом обрамлении. – Ведь зима – такое сказочное время года, верно? Впрочем, точно не в Пейсли. Дай пять! – она подняла правую ладонь и звонко хлопнула по ней пальцами левой. – Вот и договорились, – улыбнулась девушка жизнерадостно, чувствуя, как прощается со сном. – Теперь надо сосредоточиться на деле Кэрри.

Бульканье в кармане.

– О! Сообщение, – показала зеркалу Маргарет указательный палец весело и полезла в карман. – Говорят, что профессиональный вор умеет двумя пальцами незаметно выудить из кармана что угодно. Мне до этого навыка далеко. От Сары! Молодчина, Сэл! «Мэрайя Гудвин» – ого, ну и фамилия! Я бы тоже от такой не отказалась. «Адрес Мьюс-Лейн, 6/12». Хм. Уже что-то. Начать с разговора с соседями, вроде бы так делается…

Весьма кстати на стене у Элли висела карта Пейсли. Маргарет пальцем отыскала Мьюс-Лейн. На той стороне Уайт-Карт Уотер. Интересно, что делала пожилая леди рано утром так далеко от дома в кофейне? Пила кофе, разумеется, но зачем так далеко? Верно, стоит составить портрет Мэрайи Гудвин. Почувствовав себя важным сыщиком, девушка высоко подняла голову, взяла со столика тряпку, отсалютовала отражению и отправилась мыть полы медицинского колледжа.

Из-за мокрой погоды уборка затянулась дольше обычного, так что Маргарет выбралась с сумкой вещей первой необходимости из своей полуподвальной каморки ближе к началу ранних зимних сумерек. Во всяком случае, когда она добралась до Мьюс-Лейн, небо уже посерело от встречи с вечером. Дом номер шесть оказался трехэтажным многоквартирным стареньким строением. Маргарет шумно выпустила воздух, поправляя сумку на плече. Ничего, главное – быть честной и не ляпать не подумав. С первым все в порядке, по поводу второго – держать ухо востро.

Девушка нажала звонок квартиры одиннадцать. Ближайшие соседи. Никого. Еще раз. На пятом гудке домофона отозвался недовольный голос непонятно кого.

– Кто там?

– Добрый вечер, меня зовут Маргарет Никсон, – произнесла девушка заранее подготовленные слова. – Я по поводу Мэрайи Гудвин, вашей соседки…

– Не знаю ничего, – буркнул голос и отключил домофон.

Маргарет вздохнула. Вот же люди! Но не стоит отчаиваться. Еще целых десять кнопок. В десятой и девятой никого не оказалось дома. В восьмой объявили, что наверху вечно невообразимо кашляли и шаркали тапочками, так что они только рады тишине, и плевать, что с ней случилось теперь. Маргарет что-то им отпарировала в ответ, и там отключились. Ну вот. Стоило держать язык за зубами. Повезло на номере семь: пожилой женский голос оживился, заслышав имя Мэрайи.

– О, простите, я только сняла макияж, милочка, и никак не могу пригласить вас. Бедная мисс Гудвин, я уже слышала. Но чем, собственно, я могу быть вам полезна?

– Собственно… – растерялась Маргарет. Так далеко диалог она не продумала. Ей казалось, пройдя в квартиру и увидев жильца, она на ходу придумает, что сказать, но такая ситуация…

За дверью сказали:

– Какая радость, я успела у нее попросить номер Белинды Симпсон.

– А что…

– Девушка из социальной службы. Она такая талантливая и всегда улыбается, знаете, я тоже ведь собираюсь подать заявление, с уборкой и покупками становится тяжеловато справляться самой…

– Белинда Симпсон приходила к мисс Гудвин? – обрадованно перебила Маргарет.

– Да, – тут голос пожилой леди сделал паузу. – А зачем она вам?

– Я расследую смерть мисс Гудвин и пытаюсь разузнать о ней побольше, – с готовностью пояснила мисс Никсон домофону.

– А, ну тогда все в порядке, думала, вы тоже хотите Белинду забрать… Ну, Мэрайя вечно где-то пропадала, – выдал голос с досадой. – Поговорить бы по душам, знаете, за чашечкой полуденного чая! Даже в воскресенье Мэрайи дома было не удержать. Я ее спрашиваю: «Ты куда?», а она: «В церковь». Подумать только! В аббатство, представьте! Время – полдень! Служба-то кончается в это время! Каждое воскресенье! И ведь атеистка.

– Каждое? – Маргарет этот факт показался важным. Впрочем, очевидно, что он был важным. – А во сколько?

– Около часу, думаю… Так вам давать номер? Мне маску снимать пора, так я бы поболтала с вами охотно.

– Да, пожалуйста.

Мардж и не верила неожиданной удаче. Полчаса пребывания на Мьюс-Лейн – и у нее уже столько подробностей о Мэрайе Гудвин!

Маргарет поспешила усесться на лавочке автобусной остановки под неоновой вывеской, чтоб занести в блокнот добытые факты. «Я точно из старых времен», – вспомнила она выражение Себа и усмехнулась. Посмотрели они бы с Гарри сейчас на нее. Впрочем, смотрели, когда решали загадку Лили Смит. Итак:

а) М. Гудвин вела активный образ жизни;

б) тем не менее пользовалась услугами соцработника Белинды Симпсон;

в) Мэрайя Гудвин каждое воскресенье примерно в два часа посещала аббатство Пейсли;

г) чем-то болела – кашляла.

Маргарет задумалась. Несоответствие какое-то – в той квартире сказали, наверху постоянно кашляли и шумели тапочками, а эта леди – что Мэрайи вечно не было дома… Хм. Конечно, Белинда Симпсон может это прояснить. Может, она кашляла и шаркала тапками? Мардж засмеялась. Вряд ли это входит в компетенцию соцработников.

Подъехал автобус. Время застрять в темноте незнакомого района не лучшее, так что звонок придется отложить до прибытия.

Маргарет Никсон уселась у окна. Зачем убивать пожилых?.. Нет, конечно, вообще – зачем людей убивать, но пожилых?.. Чем они-то мешают? В голове щелкнуло. Конечно! Завещание! Имелось оно у Мэрайи? Любопытно бы в него заглянуть. Да только нотариусов пруд пруди, даже в таком небольшом городке, как Пейсли.

Маргарет прислонилась лбом к окну, перебирая пальцами по стеклу. Вчерашний снег сменился сегодня оттепелью, влажные следы снаружи создавали эффект иллюзии из огней машин, вывесок, окон, фонарей и светофоров. Какая она странная – жизнь. Вот ты живешь и видишь все это. Но раз – и тебя больше нет. А жизнь… спокойно продолжается, даже не замечая твоего отсутствия. Девушка вздохнула.

Едва сойдя на остановке, она набрала номер Белинды.

– Алло! – вскоре ответил чуть усталый голос.

Сегодня дело приходится иметь с одними голосами.

– Добрый вечер, это Белинда Симпсон?

– Да, а кто это?

– Меня зовут Маргарет. Я звоню вам по поводу Мэрайи Симпсон.

– О, подождите минутку… – было слышно поспешное перемещение, и голос скоро отозвался расстроенно. – Бедная мисс Гудвин. Но я уже рассказала все полиции. Это так ужасно!

– Да, понимаю, но некоторые факты остались невыясненными, – решила обойти Мардж вопрос своей компетенции. – Возможно, мы могли бы встретиться?

– Я не знаю, – задумалась Белинда. – Не думаю. Сейчас я должна находиться при пациенте непрерывно… И вообще…

– Но сейчас я могу задать несколько вопросов? – не могла Маргарет упустить шанс.

– Да, да, пожалуйста, – рассеянно согласилась сиделка. – Такая трагедия. Она была самой милой старушкой из тех, с кем мне приходилось сталкиваться. Бывает, знаете, придираются, что переложил не на место подушку или купил молоко не той жирности… Ну, все такое, а мисс Гудвин была само очарование, – в голосе звучали слезы. – Помогу чем могу.

– Я так поняла, она редко бывала дома? – уточнила Маргарет, вышагивая по парку недалеко от кофейни Кэрри.

– Я бы не сказала, что вы! Наоборот, всегда, когда я приходила, около десяти утра, она еще лежала в постели, а потом вставала и надевала старенький халат…

– Во сколько вы уходили?

– По-разному. Обычно около двух-трех часов. Покупки, уборка, готовка. Стандарт. А поговорить с мисс Гудвин было одно удовольствие – начитанная, разум в полном порядке.

– Она кашляла, да? – проверке подверглись теперь слова жильцов восьмой квартиры.

– О да, у нее были и астма, и аллергия, да полный букет. Только лекарства она покупала всегда сама. Знаете, – с грустью засмеялась Белинда, – она, как ребенок, ненавидела свои капли. Добавляла их в чай или кофе, говаривала, что так не заметно, что они горькие.

Капли в кофе! Отравлены были капли, а не кофе! Вот так просто! А вдруг сахар?

– Кофе она пила с сахаром?

– Нет, она вообще не ела сахар, а что?

Значит, капли! Конечно!

– Да просто так. Что-то еще?

– Я говорила офицеру, что она была веселой оптимисткой и мухи не обижала. Прекрасная пациентка.

– И она никуда не ходила? Может, по воскресеньям?

– В воскресенье я не работаю. Мисс Гудвин рассказывала, что читает книжки, когда меня нет. Да и куда ей ходить-то? Я ведь все приносила.

– Лекарства, например. Вы сказали, что не покупали их.

– Верно… Не знаю. Может, кто приносил, но она никогда не рассказывала, чтоб кто-то еще к ней ходил. Может, доставка.

– А завещание у нее было?

– Точно, один раз все же она собиралась уходить, я еще ее подвозила. Она говорила, что к нотариусу. Где-то на Уолтер-роуд. Простите, мне пора, – и неожиданно Белинда положила трубку.

Мардж постучала телефоном по подбородку. Почему Мэрайя говорила соседке одно, а Белинде – другое?

Почему воскресенье прикрывалось книгами, а тапочки и кашель – выходами?.. Зачем атеистке каждое воскресенье ездить в церковь? Еще и так далеко. Потом – если синильная кислота была в каплях, то кто подменил их? Девушка потрясла головой. Нужно все записать. Нелегкая она, работа детектива. Впрочем, исследования кофе будет достаточно, чтоб оправдать Кэрри. Как только выяснится, что в нем были капли, будет ясно, что яд в каплях, а не в кофе.

В приподнятом настроении она вприпрыжку отправилась из парка домой к Сэл.

Эпизод 4

– Итак? – Сара Брайтон поставила перед «блудной дочерью» тарелку горячих спагетти. – Видимо, у тебя уже что-то есть.

Маргарет скинула куртку и бросила сумку под вешалку.

– М-м! – шумно выразила она восхищение запахом еды. – Конечно, я накопала информации, – засунула порцию за щеку и продолжила: – И абова хваи…

– Прожуй, пожалуйста, я ничего не поняла.

Сара расположилась в кресле и снимала с ногтей лак ватным тампоном.

– Говорю, этого хватит, чтоб выпустили Кэрри! – объявила Мардж, вытирая салфеткой губы увлеченно.

Сара подняла брови, глядя на подругу, сомневаясь, что такое возможно.

– Да-да, и не смотри так. Мэрайя Гудвин была отравлена синильной кислотой вовсе не через кофе, а через капли, которые она принимала. У нее была привычка капать капли в напитки. Кто-то ей подлил эту кислоту в капли, в кофейне она налила их в кофе Кэрри и отравилась. Достаточно провести экспертизу, что в кофе содержались и капли, и тогда моя версия доказана, Кэрри свободна. Вуа-ля! – довольно развела Мардж ложкой и вилкой и снова принялась за спагетти. – Дело на одну трубку![2]

Сара задумалась. Она хорошо знала, что Брент ответственно относится к работе, и размышляла, действительно ли он мог упустить такой момент и как быть в таком случае.

– Звучит неплохо… Но не думала ли ты, что полиция должна была отработать эту версию? – спросила она в конце концов, когда Мардж уже мыла тарелку.

– Сомневаюсь, что они знали про привычку Мэрайи пить капли с кофе. Какой разумный человек сделает такое?

– Ты запивала таблетку чаем, – с улыбкой возразила Сэл.

– Я же не разумный человек, – отмела Мардж довод, с наслаждением плюхаясь в кресло напротив. – У меня дежавю, – потянулась она в нем сладко и свесила ноги через подлокотник. – Про кофе Белинда Симпсон, социальный работник, случайно упомянула.

– Я думаю, что при исследовании кофе должны были выявить и компоненты капель, кроме синильной кислоты и кофе, – привела Сара веский довод. – Честно говоря, твоя версия маловероятна, к тому же это лишь предположение… Но я попрошу Брента, чтоб он выслушал тебя.

– Отлично! Во сколько мне приехать?

– Встретимся лучше за ужином.

– Ну-у, нет! Это дело, и говорить я хочу по делу. А к вам в «Сапорито» всякие мне незачем.

– Я тебе дам номер, сама договаривайся, – скривилась Сара ребячеству соседки.

– Ладно, не проблема. Хотя я совершенно не люблю телефонные звонки, но дело есть дело.

– Ох, ты заладила – дело, дело, дело… Голова уже болит!

– Это не от меня, а от ацетона, – показала язык Мардж.

По северному шоссе в темноте ночи к Глазго приближался автомобиль, один из немногих в этот поздний час на трассе. На заднем сиденье дремали мужчина и женщина возраста, который принято называть уважаемым, с умиротворенным и усталым выражением на аристократических лицах. Спереди развалился юный Себ Кингстон, углубившийся в синеватое свечение смартфона; вел машину его старший брат Гарольд, в недавнем прошлом – следователь прокуратуры Пейсли.

– Невероятно отстал за эти дни, – негромко изрек Себастиан. – Если бы дедушке не стало лучше, я бы совершенно потерял все шансы обойти Элли в этом триместре.

Гарольд зевнул и оглянулся на спящих родителей.

– Ты своим блогом всем уши прожужжал, это не дело жизни и смерти. Мама совсем измоталась, – отметил он складку на лбу женщины, пальцы ее изредка подергивались легкой нервной дрожью. – Заботься о ней. Ей было бы спокойней перевезти дедушку в Глазго из той глуши. Хотя я и понимаю его упрямство, – вздохнул Гарольд Кингстон, усталым взглядом вглядываясь в дорожную разметку. – Жизнь на природе совсем не та, что в городе, – в памяти всплыл лес в Гленнифер-парк и Маргарет, укутанная в лиловую шаль, завороженно смотрящая в небо.

– Когда представишь Мардж родителям? – коварно прочитал мысли Себ. Гарольд чуть вильнул от неожиданности. Пассажиров тряхнуло.

– Чего вдруг вспомнил?

– Ты всегда, как о ней думаешь, глаза мечтательные становятся, – пожал Себ плечами.

– Мы с ней друзья, и пока не более.

– Ну да, – протянул Себ иронично. – Конечно. Но посмотри-ка мне прямо в глаза: значит, она тебе вовсе не нравится?

Гарри оторвался от дороги на мгновение, чтобы метнуть в Себа уничтожающий взгляд.

– Будешь много знать, скоро состаришься. Да, она мне симпатична, – тщательно взвесил Гарольд каждое слово ответа и включил дворники: на лобовое стекло налипал мелкий снежок.

– Кто она, сынок? – совершенно неожиданно подключилась к разговору мама с заднего сиденья.

Гарольд снова вильнул, на этот раз сильнее.

– Мама… ты не спишь?

– Свидетельница по старому делу, в Пейсли, – быстро пояснил Себ и показал брату язык, прикрывшись от матери ладонью. – У них там такая каша заварилась. Не удивлюсь, если она тебя и видеть не захочет, брат.

– Это еще почему? – саркастично поднял брови Гарольд, всеми усилиями пытаясь сохранить невозмутимый вид.

– Как ее зовут? – доброжелательно уточнила мама.

– Маргарет Никсон, – снова ответил Себ за брата, с удовольствием отмечая, что Гарри начинает злиться, а это случалось нечасто и делало достижение значимым. – Мы ведь уехали в ночь после того, как она тебя вытащила? И ничего ей не сказал?.. В дедушкиной дыре застряли на две недели…

– Все я сказал, – вспыхнул Гарри.

– Себ, – в тот же момент одернула сына миссис Кингстон.

– Мам, это правда дыра, ты сама говорила дедушке, – возразил Себастиан, – и тут нет никакого неуважения к нему. Ты сказал, что уедешь?

– Речь шла о другом, да и не знал я этого тогда еще, – резко перестроился Гарри в левый ряд, словно желая скоростью излечить раздражение. – Мы просто выпили кофе в дружественной атмосфере.

– После чего ты исчез, не сказав ни слова, на две недели и даже не вспомнил о ней. Как она это истолкует, а? Такая девушка, Гарри!

– Не нашел другого времени поговорить, – процедил Гарри, вцепившись в руль.

– Гарри, но почему ты ничего не говорил? – положила мама руку ему на плечо успокаивающе. – Давно она тебе нравится?

Гарольд Кингстон слегка покраснел, скрывая смущение в подсветке приборной доски. С клиентами он умел обращаться блестяще, безжалостно достигая нужного эффекта, но собственная мать – это не клиент.

– Мама, все слишком неопределенно, мы только выпили кофе.

Бесит, когда вырывают признание, которое ты еще сам себе не сделал. И когда ты обязан сохранять спокойствие.

Себастиан оторвался от смартфона.

– Я попросил Элли передать ей, что мы ездили срочно к дедушке, но она ответила, что Маргарет переехала.

– Переехала?!

Миссис Кингстон с тревогой и радостью следила за сыном. Раз волнуется, то это не «просто кофе».

– В смысле, она работает, но ночует где-то в другом месте.

– А кем она работает? – поинтересовалась мама.

Гарольд взглянул на Себа, взывая о помощи и грозя возмездием одновременно.

– Временно в медицинском колледже, – выдал Себ подходящее сочетание слов, снова уткнувшись в свой гаджет.

– А чем занимается? – не отступала мама без тени подозрений о щекотливости темы.

– Мардж… – подумал Себ и ответил: – Подготавливает путь для профессоров, можно так сказать. Я уже говорил Гарри, чтоб он привез ее к вам в Глазго в гости.

– Пока не время, – пробубнил Гарольд.

– И что ты о ней думаешь, сын?

Оказывается, папа тоже не спал.

Гарольд скрипнул зубами. Родители давно сетовали, что он не женат, переживали, что Лесли Ховард испортила его жизнь навеки. Но от симпатии до свадьбы далеко, как на оленях до луны, Мардж сказала то же самое.

– Она… не такая, как прочие, папа, – сказал он. – И пока на этом все.

Родители зашушукались. Гарольд глазел на темную дорогу сквозь начавшийся снегопад, и казалось ему, что он сидит на горячих углях вместо кожаного кресла. Себ безмятежно строчил свой блог.

– Погода портится, – сказал Гарольд на всякий случай. Он ненавидел говорить о «погоде в Амстердаме зимой», но выбора не было. Люди говорят о погоде, когда больше не знают, что сказать.

– Мы заедем к тебе в гости на пару дней, Гарри, – объявил папа.

Тот едва не затормозил.

– Ты ведь не против, дорогой? – уточнила мама.

– Ну… Почему же против. Бабушка вас как раз увидеть хотела, – выдавил Гарри. Бабушка, по счастью, жила в пригороде Пейсли.

– Мы зайдем к ней в гости, – кивнула мама. – У тебя хватит одеял и чашек или нам заехать по пути в ИКЕА?

Себ издал вопль ликования. Два лишних дня каникул в Пейсли, еще и у Гарри дома всей семьей! Это предвещает невиданное веселье.

Утро у Маргарет не заладилось. Горя желанием встретиться с Брентом с самого утра, она попыталась договориться с начальником выйти на работу попозже, но он отчитал ее за такую просьбу и сказал, что нужно еще заменить миссис Ларкин в холле колледжа, чем окончательно испортил мисс Никсон настроение. Брент Финчли позвонил ей сам, когда она занималась именно драеньем холла. И огорошил ужасной новостью: никаких капель в кофе не было, как и пузырьков в сумке мисс Гудвин. Кроме того, при просмотре завещания Мэрайи Гудвин оказалось, что у нее не так уж мало сбережений, и половину она завещала самой Кэролайн Бэнкс, владелице ее любимой кофейни! Мардж при этом известии уронила швабру и встретилась глазами с шефом, седовласым педантом, похожим на жердь, что испепелял ее из-под толстых линз очков за болтовню на работе. Тогда же она от страху упустила телефон в ведро с грязной водой и… капут.

Конечно, это мотив для Кэрри: чтоб сберечь кафе, ей нужны были эти деньги… Но откуда ей знать? А если знала? А если она правда виновна?..

Утро было безнадежно испорчено.

Эпизод 5

Маргарет уселась по-турецки на скрипучей кровати в своей комнатушке, накрыв плечи одеялом так же, как Гарольд какие-то две недели назад. Она чувствовала, что просто нужно написать все на бумаге, все свои подозрения и догадки изложить в схему, чтобы понять, с какого конца подступиться к клубку, что запутывался все сильнее.

«Мэрайя Гудвин, 68 лет. Милая и чуть странная, вроде сидит на месте, но не факт. Что знаем:

а). Кофейня Кэрри. Раннее посещение, завещание неспроста? Может, была постоянным клиентом?

б). Отравление, по моей версии, каплями, вместо них убийца подсунул пузырек. Где пузырек? Почему его нет в сумке? Одноразовый? Тогда искать в мусоре в кофейне. Убийца должен был в таком случае знать о ее привычке пить капли с кофе и чаем. Белинда Симпсон отпадает, иначе она бы про такой факт не заговорила. И иметь доступ к вещам покойной. Какой-то другой постоянный клиент кофейни мог бы заметить привычку Мэрайи, но как насчет доступа? Узнать, как она покупала лекарства и какие. У Белинды.

в). Белинда Симпсон, похоже, не имеет отношения. Знакомые к Мэрайе не приходили. Убийца мог быть среди тех, с кем она встречалась вне дома, если верны слова соседки.

г). Одно из таких мест – аббатство. Встречи каждое воскресенье. С кем встречалась атеистка в древнем аббатстве? С убийцей или кем-то еще?

Что сделать:

а) добыть мусор из кофейни и найти пузырек (как он выглядит?);

б) узнать у Белинды, какие лекарства пила Мэрайя, и все же, может, она знает, как и где их покупали;

в) посетить аббатство.

Мардж Никсон удовлетворенно обвела схему взглядом. Так гораздо понятнее. Она встала и включила чайник. Проверила беднягу-телефон: тот сох в разобранном виде на полотенце.

– Мало надежды на выздоровление, – махнула Мардж рукой. – С чего же начать? Лекарства и Белинда – самое легкое, но без телефона не справиться… Отправлюсь в аббатство. Вроде как это одна из самых больших достопримечательностей, а я ни разу там не побывала! Что ж, быть детективом увлекательно! Правда, если Гарольд решит позвонить… – она бросила взгляд на жалкие запчасти Нокии. – Эх, кого я обманываю – кто станет мне звонить?..

– Телефон все еще отключен, – вполголоса сообщил Гарольд Себастиану, в который раз откладывая смартфон с досадой и нарастающей тревогой.

Из кухни неслись ароматы жареного цыпленка и свежих овощей: миссис Кингстон не понадобилось много времени на отдых после двухнедельной заботы о свалившемся с внезапной пневмонией отце, и она с энтузиазмом принялась за готовку и уборку: журнальный столик, прежнее рабочее место Кингстона, еще неубранное после увольнения (о котором родителям пока не было известно), за считанные минуты превратилось в идеальный предмет интерьера. Мистер Кингстон-самый-старший в халате читал газету, наслаждаясь свежесваренным кофе со сливками.

– Ты ж видел, какой у нее мобильник, – также тихо сказал Себастиан. – Он мог сесть, вряд ли что случилось. Элли говорила, что она ходит на работу как всегда. Ты ведь помнишь, какую Мардж ведет спокойную жизнь.

– Да, но ей свойственны безумства время от времени. В любом случае, я должен встретиться с Мардж прежде, чем мама и папа решат самостоятельно наводить справки о ней в колледже. А они настроены твердо, как видишь. Кто просил тебя, Себ? – меньше всего Гарольду хотелось, чтоб в только-только начинающиеся отношения вмешались жаждущие заполучить невестку родители. – Вот расскажу им про твою Элли.

– Никакая она не моя, нас связывают чисто деловые отношения, – возразил Себ, – и ма об этом знает. А тебе, брат, был нужен этот пинок под пятую точку, сам знаешь.

– Па! – возопил Гарри злорадно. – Почему Себу можно такие словечки говорить, а меня всегда ругали?

– Какие? – выглянули родители из кухни.

– «Пинок под пятую точку», – пожаловался Гарольд, поглядывая на Себастиана.

– Дома он так не говорит, – нахмурился отец, складывая газету.

Гарольд затаился в предвкушении возмездия. Сейчас Себу достанется!

– Себастиан? – строго посмотрел Кингстон-самый-старший на младшего сына. Себастиан съежился за подушками дивана.

– Просто я всегда говорю, что естественное выражение мыслей… – начал из укрытия юный философ.

– Молодому человеку пристало следить за своей речью, – наставительно пояснил отец, ожидая согласия. – Молодежь вокруг – не пример.

Себу ничего не оставалось, только кивнуть покорно. Кингстон-самый-старший отхлебнул кофе, задерживая взгляд для пущего эффекта, и снова развернул свою газету.

– Будешь плести интриги, я на тебя управу найду, – торжествующе шепнул Гарольд, легонько ударяя брата подушкой.

– Ах, война? – беззлобно отпарировал удар тем же оружием Себастиан; подушка плашмя огрела Гарри по лицу. Он возмутился и, схватив подушку крепче, опустил ее на макушку Себа.

Братья вскочили, смеясь, и завязался подушечный бой. Миссис Кингстон переглянулась с мужем довольно. После того, как его первая невеста раскрыла свои мерзкие карты, Гарольд впервые снова ведет себя как мальчишка.

– Эта девушка, Маргарет, здорово изменила нашего Гарри, – озарилось улыбкой лицо матери. – Скорее бы ее увидеть.

– Может, завтра. Он стесняется, посмотрим на нее сами, если что, – кивнул Кингстон-самый-старший. – Сегодня проведем время в городе семьей, как планировали.

Маргарет Никсон вышла из автобуса. Смеркалось, маленькие кучки грязного снега на газонах напоминали о снегопаде прошлой ночи; подмороженные тротуары тихо строили козни против прохожих. Над девушкой высилась громада старинного аббатства Пейсли. Одними размерами и архитектурой внушая благоговение.

Мардж, невольно затаив дыхание, вошла в его массивную дверь и очутилась в прохладном полумраке, полном достоинства. Колеблющиеся огоньки свечей под его высокими сводами, хранившими тайны веков, привели девушку в восторг и вдохновенное настроение. Она тихо брела по залу, пока не увидела священнослужителя в черной сутане, со сложенными на груди руками застывшего перед картиной.

– Добрый вечер, – робко поздоровалась Маргарет, и голос ее эхом отозвался меж стен.

– Здравствуй, дитя мое, – обернулся пожилой священник. – Чем могу тебе помочь?

– Я… ищу одну женщину, она приходила сюда каждое воскресенье. Не на службу, – поспешила добавить девушка в ответ на недоумение на лице священника.

– Даже не на службу приходят множество туристов, – возразил он.

– Ее звали Мэрайя Гудвин, – почти без надежды уточнила Мардж Никсон.

– Мэрайя Гудвин? – медленно переспросил священник, и лицо его озарилось воспоминанием. – Да, ее я помню. Но… ведь ее убили, вы знали? Мир ее праху, – он перекрестился. – Из газет я и узнал имя той пожилой женщины.

Маргарет обрадовалась. По коридору прошла группа из четырех поздних посетителей. Девушка подождала, пока они выйдут из зала, и спросила:

– Она с кем-то встречалась, насколько я знаю. Это так?

Священник рассмеялся негромко и поправил очки.

– Дитя, это странно называть встречей. Она навещала могилу принцессы Марджори. С завидным постоянством. Эта славная женщина приносила ей цветы.

Могилу? У Маргарет опустились руки, но все же она спросила:

– Где найти эту могилу?

Священник согласился показать.

Маргарет осталась одна в прохладной усыпальнице. Какой интерес Мэрайе Гудвин таскаться сюда с цветами каждое воскресенье? Впрочем, у пожилых обычно куча причуд. Даже у нее они есть, а она вполне еще молода.

Венок из цветов увядал. Мардж сняла рукавицы и коснулась их пальцами, вновь задумавшись о бренности жизни. Нет в ней ничего вечного… И девушка почувствовала, что нащупала в венке бумагу. Цветок-оригами! В этот момент на ее руку неожиданно легла мужская холодная ладонь.

– Полагаю, это мое, – прозвучал над ухом голос.

Маргарет вздрогнула и сжала ладонь в кулак вместе с бумагой. Видимо, это продвижение к разгадке тайны, раз встала преграда.

– Что именно? – постаралась она ликвидировать дрожь в голосе. – Венок, кажется, принадлежит теперь этой принцессе… Марджори, – девушке удалось отодвинуться, но при слабом освещении она не смогла как следует разглядеть высокую мощную фигуру незнакомца со светлой шевелюрой.

– Вы знаете что, – тихо сказал тот несколько угрожающе.

Маргарет подумала: самое время побледнеть и… бежать! Резко оттолкнув мужчину, она сломя голову понеслась к выходу. Тот быстро сориентировался и побежал за ней, игнорируя религиозную степенность здания. В коридоре кучкой стояла все та же поздняя группа посетителей, созерцая лепку на стенах. Маргарет, топая уггами, постаралась проскользнуть мимо, но внезапно высокая женщина с массивными серьгами и в меховой шубе развернулась к одному из спутников с проспектиком в руках, и девушка сбила ее с ног.

– Что это творится?! – ахнула возмущенно женщина.

– Мама! – бросились к ней двое молодых людей. – Ты в порядке?!

– Вы отдаете себе отчет?! – грозно двинулся на Мардж, что отряхивала разбитую коленку, представительный мужчина средних лет, четвертый и последний член туристической группы. – Вы в старинной церкви!

Однако преследователь хотя и замедлил шаг, уже появился в конце коридора, не привлекая к себе особого внимания и пряча руки в карманы. Что в них может скрываться?..

– Простите, – выдохнула Маргарет и что есть духу рванула к выходу, оставив мужчину и женщину в гневе.

У нее не было времени на церемонии – вероятно, незнакомец мог оказаться убийцей Мэрайи. Девушка выбежала на улицу; успело стемнеть, и свет фонарей блестел на заиндевевших тротуарах. На третьем десятке шагов Маргарет поскользнулась и, падая, сильно подвернула ногу. В глазах на мгновение потемнело.

Эпизод 6

– Мардж!

Гарольд Кингстон не сразу поверил глазам своим, когда его дражайшая возлюбленная вылетела из полумрака аббатства и метко сбила с ног миссис Кингстон. Однако, переглянувшись с Себом, убедился, что не видение. Ужас в глазах Маргарет и высокий незнакомец со скрытыми в карманах руками, державший ее взглядом на мушке, заставили Гарри забыть о семейной прогулке и сломя голову броситься за девушкой к выходу, кивком давая Себу указание действовать по ситуации при выдумке объяснения родителям.

Маргарет сидела на аллее под луной, поджав под себя ногу, странным взглядом скользя по кованой оградке.

– Мардж!

– А?.. – туманными глазами взглянула на него и вскочила, пытаясь не обращать внимание на боль. Так ей не показалось – это он и Себ были с той парой. – Мне надо бежать, прости! – высокий мужчина уже выходил из дверей аббатства.

– Скорей в машину, – мгновенно Гарольд схватил Маргарет за запястье и потащил к парковке, на ходу вытаскивая ключи. Марджи, хромая и не в силах объять происходящее умом, просто следовала за мужчиной. Во второй ладони она сжимала бумажный цветок с могилы принцессы Марджори.

– Стойте! – закричал незнакомец, развивая довольно приличную скорость, но Гарольд уже включил зажигание, а Маргарет пыталась дрожащей рукой защелкнуть ремень безопасности.

– Быстрее, пожалуйста!

– И во что ты только вляпалась уже? – Гарри выруливал с парковки на проезжую часть и прозвучал несколько раздраженно. – Ничего, отрываться от погони входит в мои умения, сейчас увидишь класс, – подмигнул он перепуганной девушке, наполняясь уверенностью.

Кингстон сосредоточенно сделал несколько резких поворотов на дороге, свернул в переулок, проехал пару кварталов в противоположном направлении и затормозил у обочины. Оглянулся – хвоста нет.

– А теперь рассказывай, – отцепил он ремень и повернулся к Маргарет.

– Что… рассказывать? – Маргарет еще не опомнилась от испуга и черпала мужество в его твердом взгляде. – Я… я взяла кое-что, – она сжала кулак сильнее, – а он сказал, что это его.

– Что-о?! – шуточно поразился Гарольд. – Маргарет Никсон! Ты же не воришка! Вот, стоило тебя оставить всего на две недели, – хлопнул он себя по колену с досадой. – Глаз не спущу больше!

– А с какой стати тебя это волнует? – враждебно заявила Маргарет.

– В смысле? Ты о чем? Снова дуешься? Себ предсказывал, что так будет. Но мне казалось, в кафе мы тогда все прояснили.

– И что же мы прояснили, интересно? – сложила Мардж руки на груди сердито.

– Послушай, Мардж, я виноват перед тобой, конечно, что не позвонил. Меня не было в Пейсли, уехать пришлось ночью, позже не было связи, но…

– Ты не виноват. Вовсе нет. Мы просто выпили кофе и расстались приятелями, – пожала девушка плечами примирительно и взялась за ручку двери.

– Что еще за приятели? – нахмурился Гарольд, кнопкой блокируя дверь к неудовольствию девушки. – Такой формулировки не было, Мардж, не выдумывай.

– А чего же ты от меня тогда хочешь? Зачем постоянно появляешься?

Гарольд посмотрел ей прямо в глаза. Не думал он, что так скоро произнесет эти слова, но у деда понял, что рано или поздно это сделает. Мы никогда не знаем, что ждет нас завтра. Эта девчонка с самого начала странным образом действовала ему на мозги. Выйдет рано.

– Я хочу, чтобы мы встречались, Маргарет, – гадал, какой эффект произведет это признание.

– Встре… чаться? – еле произнесла Маргарет. – Это… как-то… – у нее в горле запершило.

– Ты кое-что мне должна, Мардж. Мое сердце, – с искорками смеха в глазах протянул Гарольд ладонь. – Ты его забрала, увы, так что я тебя не смогу отпустить.

Маргарет вздохнула.

– То, что ты мастер на красивые речи, я знала еще в первую встречу. Но слова и дело – не одно и то же, Гарольд.

Он только поднял брови.

– Когда люди… больше чем приятели, им нужно постоянно видеть, слышать друг друга. Ты такой потребности не испытываешь, как я погляжу. Да и что ты сделал такого? Спас меня, ну да. Хотя я и провернула потом то же самое, следовательно, мы квиты. Только жизнь состоит из мелочей, а не подвигов, Гарольд! Капли, мазь, крем… Но ведь и я поделилась кроватью, подушкой и пледом. Так что ничего я не должна. Да и сердце мое ты похитил тоже, Гарольд Кингстон, в чем я уже глупо раскололась, но руку я тебе не отдам. И как я могу согласиться, чтоб ты был рядом всю жизнь, если мелочи для тебя ничего не значат?..

– Я и не просил руки. Жениться и встречаться – совершенно разные вещи.

– Вот как! А разве люди встречаются не для того, чтобы позже пожениться? И вообще, я не встречаюсь с теми, кого близко не знаю.

Конечно, она права. Но он и в роли парня себя не представлял пока, не то что мужа…

– Тогда мы должны лучше узнать друг друга. Можем назвать это так.

– Боюсь, что основное о тебе я уже знаю. И это меня не устраивает.

Гарольд проглотил пилюлю с трудом.

– Ты окончательно решила?

Маргарет запнулась. Где-то сердце бормотало: «Что ты творишь?». Кингстон удовлетворенно поймал паузу. В этот момент по стеклу со стороны Маргарет легонько постучали. Девушка подскочила и подвинулась к Гарольду. Он опустил стекло. В окно заглянул высокий блондин.

– Простите, что прерываю, но, мисс, мне чрезвычайно важно получить мой цветок обратно, – с мягкой улыбкой он требовательно протянул ладонь.

Вокруг молча сыпал снег тонкой крупой. У Маргарет отвисла челюсть. Ее недавний преследователь! Гарольд быстрым взглядом окинул незнакомца: неотлипающим хвостом может быть только профи.

– Частник? – коротко спросил он, снимая блокировку с дверей.

– Сыскное агентство Глазго «Коннерз и Ко», – пояснил тот. – Ваша девушка случайно прихватила послание моего местного агента. Ну же, мисс.

Маргарет почувствовала: только что ее разоблачили.

– Марджи, отдай ему, – сказал Гарри тихо. – Он ведь прав, верно? Не создавай себе проблем.

Девушка скривила губы и раскрыла мокрую ладонь.

– Благодарю, – кивнул тот, забирая трофей. – Доброго вечера.

– Но мне нужно вас спросить кое о чем, – опомнилась Мардж, вылезая на улицу. – Стойте. Это важно.

– Мардж! – позвал Гарольд из машины.

– Мне надо идти, я прошу прощения, – помахала девушка ему смущенно, пытаясь сохранять равновесие на ушибленной ноге. – Спасибо и… прощайте.

– Спятила? – Гарольд выбежал за ней и схватил девушку за руку. – Что бы важное ни случилось, решать будем вместе. Не обсуждается! Забудь про руки и сердца, обговорим позднее. Подождите, милейший!

Блондин оглянулся, понял, что за ним идут, и нырнул в зеленоватый «Опель». Но Кингстон в два счета оказался рядом, открыв дверь и сунувшись на сиденье:

– Не пытайтесь ускользнуть. Моя девушка не собирается с вас спускать шкуру. Надеюсь, во всяком случае, – он бросил взгляд на глаза Мардж, полные азарта. Так выглядят люди, схватившие тайну за хвост – это прекрасно было известно бывшему следователю. Он даже подумал, а не вернуться ли в участок. Но бюрократия всегда количеством превосходит загадки.

У Мардж жутко болела подвернутая нога. Тем не менее, глядя во внешне спокойное лицо блондина и улавливая в глазах его нотки беспокойства, девушка чувствовала, что забывает про боль. К тому же нечего Гарольду знать о ее лишней слабости. Еще решит понести ее на руках… Они временно на одной стороне. Одни мучения с ним. Блондин перевел напряженный взгляд с Гарольда на Мардж и спросил:

– Чем могу быть полезен?

– Вы сказали, что это ваш цветок? Что это? Сообщение от агента? – постаралась Маргарет собраться с мыслями. – Думаю, это та женщина, что положила венок на гроб в воскресенье. А в понедельник ее убили. Я пытаюсь раскрыть причину ее смерти.

Взрыв бомбы на расстоянии пары футов не произвел бы на мужчин в зеленом «Опеле» такого эффекта.

Эпизод 7

Странная троица расположилась на холодных стульях за обледеневшим столиком перед освещенными окнами «Макдоналдса». Девушка в больших рукавицах грела руки о чай в большом бумажном стакане, не сводя глаз с высокого блондина в черном, с трудом уложившего одну длинную ногу на другую под низким столом. Между ними расположился брюнет в клетчатом шарфе под темно-синим пальто из тонкого драпа. В одной руке он держал кофейный стаканчик, а другой вцепился в торец стола. Он переводил взгляд с девушки на блондина и с блондина на девушку.

– Как вы понимаете, – ковырял пластиковой вилкой салат блондин, – я не могу выдавать вам информацию клиентов.

– Как вы понимаете, – в тон ему ответил Гарри, – когда дело касается убийства, вам не стоит рисковать лицензией.

– Я не знал даже имени агента. Мы работали в анонимном режиме. Сомневаюсь, что могу вам помочь. К делу это не может иметь отношения.

Маргарет опустила глаза и отпила чаю. А что, если этот венок и правда никак не связан со смертью Мэрайи?..

Однако Гарольд Кингстон не понаслышке знал, что в такие минуты слабина ни к чему. «Куй железо, пока горячо» – поговорка как нельзя лучше характеризует эту стороны работы следователя.

– Давайте начнем с того, что представимся друг другу, – примирительно предложил он. – Я Гарольд Кингстон, моя девушка – Маргарет Никсон.

Она неодобрительно покосилась на него, но спорить с формулировкой в присутствии важного свидетеля сочла нецелесообразным. А вообще, приятно слышать, что ты принадлежишь кому-то. Только вот… хочешь ли сам этого?

– Шон Коннерз, – неохотно ответил блондин.

– Вы специалист, Шон, – по привычке пустил в ход шарм Гарольд. – К слежке не прикопаешься.

– В штате агентства мы держим профессионалов, – расплылся Коннерз в улыбке.

– А что ж Мэрайя Гудвин? – напряженно уточнила Мардж и получила втык в колено от Гарольда: Шон Коннерз снова посерьезнел и насторожился.

– Повторюсь, я не знаю, о ком речь. Несколько агентов числятся еще со времен моего дяди: он умер полгода назад, и я унаследовал агентство. Пейслийский – один из них. Все, что мне о нем известно – это время и место, где забрать рапорт и куда положить новое задание. Она пожелала сохранять анонимность. Ясно вам?

Гарольд почесал подбородок, положив вторую ладонь на ладонь готовой вскипеть Маргарет.

– В какой-то мере вы правы, Коннерз. Но и смерть вероятного агента не стоит игнорировать. В таком случае выслушаем Марджи, ее версия ведь не секретна? – мужчины посмотрели на девушку. – И как специалисты разберемся все вместе, – следователь завершил речь поощрительными хлопками по спинам собеседников.

– Разумно, – согласился Шон.

Мардж почувствовала себя несколько неуверенно перед двумя специалистами сыскного дела. Но ничего не оставалось, кроме как изложить рвущуюся наружу версию.

– Я тут… схему нарисовала, – достала она из сумки скомканный листок с каракулями, сделанными дома. – Вот.

– Тогда рассказывай, – сказал Гарольд, и она послушалась.

– Ты уверена, что не нужно в больницу, милая? – заботливо поддерживая жену под локоть, Кингстон-самый-старший вывел ее из дверей аббатства под снежный вечер.

– Нет, – отмахнулась миссис Кингстон. – Меня больше интересует, куда умчался Гарри за той паршивкой.

– Отвратительное поведение, – согласился отец. – Себ, никогда не уподобляйся такой молодежи, понятно?

Себ стрелял глазами по сторонам. Вот же ситуация! Умеет Гарри подставить! Разве после того, как Маргарет наградили титулом «паршивки», можно говорить, что это была она? Срочно нужна легенда. Впрочем…

– А потом вы спрашиваете, откуда я набрался непотребных слов, – подмигнул юноша матери. – Хотел бы я сам знать, где Гарри, еще и с машиной. Но вы ж его знаете: зря сыновним долгом он пренебрегать не станет. Наверно, что-то серьезное. Думаю, он скоро позвонит. Может, пока заскочим в «Макдоналдс»? Тут есть недалеко.

Мистер и миссис Кингстон переглянулись и кивнули. Зябко и снег кругом, а на такси ехать одним не хочется.

– Вот оно что, – кивнул Коннерз, выслушав историю возбужденной Маргарет. Гарольд задумчиво барабанил пальцем по торцу стола. Странная Маргарет девушка, с какого бока ни посмотри – странная. Столь бесшабашно впутаться в дело об убийстве. – Но ее смерть точно не связана с делом. Мы лишь проверяли человека с сайта знакомств.

Блуждающий взгляд Гарольда засек на той стороне улицы подозрительно знакомую троицу, направляющуюся прямо к «Макдоналдсу». Представить родителям Мардж теперь никак нельзя! Он вскочил и схватил девушку за руку, заставляя подняться.

– Спасибо, Шон, подождите нас, если можно, в машине, – и потянул Маргарет за собой.

– Что? – не поняла она, сердито выдергивая руку. – Хочешь идти – иди, но я…

Похоже, отец с матерью его заметили. Направляются прямо к ним с тротуара. Сейчас начнутся знакомства… И Мардж им выдаст, что дала ему отворот поворот. Они ее узнают из аббатства, и тогда вообще превратится в нежелательный элемент.

– Простите, Шон, нам срочно в туалет, – ослепительно улыбнулся Гарри детективу и, поймав упирающуюся девушку за плечи, втолкнул в боковой вход в светящееся здание – единственный путь к отступлению.

– Гарольд! Какой еще туалет! – сопротивлялась она в возмущении, оглядываясь по сторонам и тормозя изо всех сил.

– Там мои родители, – шепнул он ей на ухо. – Понимаешь, что они подумают, увидев нас вместе?

– В мужской?! Ты спятил?! – решительно вцепилась в притолоку Мардж. – Коннерз почти открыл нам карты, а ты…

– Но и не в женский, – растерянно заметил Гарольд свою семью в дверях. – Для инвалидов сойдет, – в последнюю минуту он запихнул Маргерет внутрь, протиснулся сам и защелкнул замок.

– Ты что?!

Но он накрыл ей рот ладонью.

– Ты же понимаешь, что перекрикиваться в туалете странно? – пояснил тихо.

– Гарольд Кингстон, – негромко заявила Маргарет. – Объяснись! Что все это значит? Почему я прячусь в туалете вместо того, чтобы брать показания у Коннерза?

– Шон Коннерз, детективное агентство в Глазго, – показал Гарольд ей визитку из кармана. – Кстати, насчет показаний, – он с досадой стукнул по поручню. – К чему тебе было лезть в это дело с кафе, а? Мардж, ничем иным ты не могла себя занять?

– А что тебе не нравится? – скрестила Мардж руки на груди воинственно.

– Мне не нравится, что ты подвергаешься опасности, еще и в мое отсутствие, – терпеливо пояснил Кингстон. – Меня это волновало, волнует и будет волновать, понятно? Я и сам этому не больно рад, но факт есть факт, и от него мне бежать некуда. У деда я все обдумал и решил, что раз тебе так важно четко знать уровень наших отношений, то – давай встречаться.

– Я… – закусила Мардж губу. – Не собиралась ни с кем встречаться… Так что твои родители мне теперь не страшны, – неожиданно повернулась она к двери.

– Нет, – оттащил Гарольд ее за руку снова. Огляделся, опустил крышку на унитазе и приказал коротко: – Сядь и послушай. Не бойся, дарить поцелуй сейчас не в моих намерениях, – он усмехнулся.

Маргарет покраснела. Ну да, промелькнула такая мысль, но что же тут еще подумаешь, с его-то репутацией?

– Мы провели две недели у моего деда, маминого отца. Он подхватил воспаление легких, и мама сильно переволновалась. Она, – Гарольд поморщился и с раздражением потер лоб, – как и все матери, мечтает меня женить. Себ наговорил про тебя с три короба, и теперь родители, воодушевившись, приехали в Пейсли, чтоб увидеть мою «девушку». Если мы скажем, что между нами ничего нет, понимаешь, какой для нее это будет удар?

Маргарет прищурилась. Впрочем, ежу понятно, что это не ложь.

– Хочешь сказать… – подумала она вслух, – что поэтому предложил мне встречаться?

О, и как прокомментировать такую подлость?..

– Ты бы хоть иногда думала головой, – пристыдил ее Гарольд. – Тебя расстраивает неопределенность наших отношений, разве не так? – он прислонился спиной к стене. – И меня не устроит, если от этого ты сбежишь.

Негодяй. Снова читает как раскрытую книгу. Маргарет хмыкнула в ответ на его циничную прямоту.

– То есть ты хочешь держать меня рядом, но без всяких обещаний и чтоб никто не видел? Весело!

– А ты чего хочешь? Сама призналась, что нравлюсь, а встречаться отказалась?

– Я… не знаю, – залилась краской Мардж, – не знаю тебя.

– И ты – для меня загадка, – спрятал Гарольд нос в шарф. Помолчали.

– И что нам тогда делать? – грустно брякнула Мардж, откидываясь на стену.

Кнопка смыва не замедлила отозваться грохотом воды под крышкой. Мардж с ужасом подскочила и оказалась нос к носу с также переменившимся в лице Гарольдом. Через мгновение они хохотали, но тут же прикрыли рты, вспоминая, что место неподходящее. Мардж смутилась и подперла стену рядом с этим странным обаятельным мужчиной, глядя в пустоту. В самом деле, что делать, если сердцами уже поменялись, а руки отдать не хотят?..

– У меня есть идея, – подал голос Гарольд. – Но тебе вряд ли понравится.

– Почему ты так решил? Говори.

– Клин выбивают клином. Познакомимся лучше.

Мардж вспыхнула и толкнула его. Но вынуждена была признать:

– А вообще, ты прав. По моей практике, стоит познакомиться лучше, и человек перестает нравиться.

– По твоему опыту?

– Ну… – девушка смутилась и закашляла. Кто дернул говорить такое? – В общем, ты молодец, – стукнула его по плечу. – Идея хорошая, – и отодвинулась подальше.

– Тогда – как насчет двух дней в Гленнифер-парк у миссис Дженкинс, в нашем лесу?

Мардж состроила ему нахмуренную гримасу.

– Что еще за супер романтический план? Играть надо по правилам, мистер Дон Жуан! – погрозила ему пальцем. – Я ведь рабочий человек, между прочим.

– Что же, ты заболеть не можешь?

Маргарет внезапно вспомнила про ногу. Как-то правдоподобно болит.

– А дело Кэрри? Я не собираюсь на него плюнуть, как все, – ткнула Маргарет ему в грудь пальцем гневно.

– Дело не в этом, – возразил Гарольд, морщась. – Еще немного – и мои родители появятся в колледже в поисках тебя. Что ты им скажешь? Вдобавок ко всему это мою маму ты сбила сегодня с ног в аббатстве.

Маргарет прикрыла ладошкой рот.

– Я поговорю с Брентом. То, что ты накопала – немаловажные сведения. Пусть он проверит. Попрошу встречу с Кэрри. Возьмем у нее ключи и осмотрим кафе в поисках пузырька. И потом уедем. Довольна?

– Гарольд Кингстон, – цокнула Маргарет языком. – И почему мне хочется броситься тебе на шею и поколотить одновременно?

Гарольд засмеялся и похлопал девушку по плечу.

– А про руки и сердца поговорим в кафе Кэрри Бэнкс и нигде больше.

В глазах Маргарет промелькнули восхищение и восторг, но она попыталась их безуспешно скрыть. Гарри усмехнулся, одной рукой обнял ее за плечо, а другой достал телефон.

– Выдам Себу стратегию, надо ж нам выйти отсюда.

Маргарет Никсон потерла кончик носа. Правильно ли она сделала, что согласилась? Следует ли так верить первому впечатлению и второму шансу?

Эпизод 8

Сара Брайтон начинала нервничать. Уже начало десятого, а Мардж не объявилась. Мало того, что не объявилась, так еще и телефон, как всегда, в отключке. Девушка в волнении который раз меряла шагами гостиную по периметру. Если с ней что-нибудь случилось… Она, Сара, сама толкнула ее к самоличному расследованию. Как она могла?.. Вот ведь Мардж, непоседа безумная! Пытаясь успокоиться, мисс Брайтон расположилась в кресле и нервно начала корректировать маникюр пилочкой. На девятом ногте она не выдержала и набрала Брента Финчли.

Надо же было Гарольду приспичить именно сегодня! Брент Финчли считался редким флегматиком, встречал любую гадость философски. Но согласитесь, когда вы несколько недель куковали на рабочем и личном фронтах с раннего утра до полночи, и вдруг выдается свободный вечерок, чтоб наконец лечь спать пораньше, обнимая дружественную подушку, а кто-то насильно вас пробуждает резким звонком телефона… Встретить философски такой факт даже флегматику нелегко. А этот псих, едва объявившись после неожиданного увольнения и исчезновения на недели, сразу требует неотложного свидания с обвиняемой в убийстве!

Второй звонила Салли, едва детектив успел облачиться в первые попавшиеся джинсы.

– Да, Салли, – устало поднял трубку Финчли, выискивая второй носок среди разбросанных по комнате бумаг, нестираной одежды и упаковок от пиццы.

– Бренти? Все в порядке? – почувствовала она непривычное напряжение в голосе будущего мужа.

– Скажи мне, когда уже эти двое между собой разберутся и перестанут пудрить мне мозги? – простонал Брент отчасти от нарушенного сна, отчасти – от невозможности найти несчастный носок в вечном беспорядке своего жилища.

– Ты о ком? – уточнила Сара, уже догадываясь, и провела пальцем по окну, наблюдая за рьяно кружащимся снегом. – Неужели Кингстон появился?

– Появился, появился, – вздохнул Финчли, усаживаясь на кровати и отчаиваясь в поисках. – И требует свидания с Кэролайн Бэнкс.

– Значит, они встретились с Мардж, – сделала вывод Сара Брайтон, чуть успокаиваясь за сохранность подруги. – Хорошо, а то она до сих пор не вернулась, я начала переживать.

– С чего ему еще вцепиться в Бэнкс, – согласился Брент. – Они никак не объяснятся меж собой, и мне вечно расхлебывать кашу. В итоге – на ночь глядя я еду в тюрьму.

Сара помолчала, не отнимая руки от окна. Вечерняя метель разошлась вовсю, смешавшись в заговоре с ветром и неожиданным морозом.

– Бренти, будь осторожен, – попросила она. – Погода не очень. Хочешь, я поеду с тобой?

– Дорогая моя, – расплылся Финчли в улыбке и тут же обнаружил носок за коробкой от старой посылки. – Спасибо тебе за заботу. У тебя тоже был трудный день. Отдыхай, я справлюсь сам.

– Ну, вот и все, – удовлетворенно сообщил Гарри, отнимая телефон от покрасневшего уха.

Они с Мардж теперь уже выбрались из укрытия и расположились на уютных красных диванчиках в закутке «Макдоналдса». Родителям и Себу было сказано, что срочное дело заставляет Гарольда отлучиться, за что он приносит самые искренние извинения. Так что, вероятно, дома он появится только завтра. Расщедрившийся вдруг на информацию Шон Коннерз прислал ник девушки, материал на которую собирала Мэрайя. Ник передали Вилли Тернеру для проверки IP-адреса, места проживания, имени и так далее. Теперь даже встреча с Кэролайн Бэнкс устроилась.

– Можем ехать, – встал Кингстон.

Почувствовав, что дело наконец попало в надежные руки, Маргарет отмечала, как нападает усталость и отекает нога. А кроме того – болит. Шок и так продлился довольно долго. Она поспешила отвлечься от мыслей и поднялась вслед за спутником. Скривилась и схватилась за стол – встать на правую ногу вдруг показалось изощренной пыткой.

– Что такое? – мгновенно озаботился этой гримасой Гарольд.

– Я… ну… это, – замялась Мардж. – Мне, наверно, не стоит ехать, – и она с трудом аккуратно опустилась на диван. Вот уедет Гарольд, тогда она сама со своими проблемами разберется. С ним для Кэрри открылись ворота надежды.

– Это еще что такое? – сел обратно и Гарри. – Что это твой азарт как рукой сняло?

– Ну…

Он внимательно посмотрел в глаза девушки, быстро прокручивая события в голове, и рука быстро потянулась к ее лодыжке сквозь мягкий сапог. Мардж вскрикнула от боли и неожиданности и испуганно уставилась на мужчину.

– Все понятно, мисс, – сделал он вывод и глянул на часы. – Успеем заехать в больницу. Подняться сможешь?

– Я не… – Мардж попыталась изобрести любую отговорку. – Ну, я не могу идти. Я… чуть посижу и вызову такси, домой поеду.

Гарольд усмехнулся, шмыгнул носом, бросил взгляд по сторонам и неожиданно обхватил девушку рукой, поднял и перекинул через плечо. Она завизжала было, но осеклась: взгляды вечерних любителей фаст-фуда приковались к их дуэту, а кто-то поспешил включить камеру. Маргарет зажмурилась.

– Гарольд, – ударила она тихо его по спине, – ты что творишь?!

– Ты же не можешь идти, сама сказала, – ухмыльнулся тот в ответ. Лицо Мардж не видела, но могла поклясться, что ухмыльнулся!

– Тебе что… совсем плевать на общественное мнение? – прикрыла она лицо ладонями на всякий случай, но на новом его шаге вскрикнула от страха и вцепилась в его пальто.

– Два года только этим и занимаюсь, – усмехнулся мужчина, выходя на улицу.

Снегопад усилился, и ветер выл по углам. Гарольд покрепче ухватил Мардж под коленями.

– Пусти! – заколотила она снова его кулаками по спине.

– Не брыкайся, скользко, – отрезал Гарри. – Никуда не пущу, сама знаешь. Тебя только пусти – и вот результат.

На ходу он достал ключи и снял блокировку с припаркованного чуть дальше по улице автомобиля. Фары мгновенно отозвались оранжевым подмигиванием.

– Нет, ну серьезно… – пробубнила Мардж себе под нос.

Кингстон открыл заднюю дверцу и бережно опустил свою ношу на сиденье. Заботливо уложил ноги с тротуара внутрь. Пристегнул. Мардж, совершенно обескураженная, только и могла что смотреть на него во все глаза.

– И выкинь глупости про приятелей из головы, – похлопал он ее по коленям. – Придумала тоже. Приятели. Ха! – и звонко захлопнул дверь, приводя девушку в еще большую, абсолютную растерянность.

Сел впереди, пристегнулся не спеша. Повернул ключ. Мотор упорно не хотел заводиться, но с третьего раза сдался под настойчивостью водителя.

– Похолодало-то как, – прокомментировал Гарольд, глянув в зеркало. Там отражались насупленные брови Маргарет. – Марджи, выше нос, – подмигнул Гарри беззаботно. – Я тебя везу на рентген, а не на ампутацию. Пока, по крайней мере, – и засмеялся, выруливая на дорогу.

Мардж изобразила едкий смех, пытаясь поймать собственные мысли. Мисс Никсон подворачивала ногу не впервые, но на сей раз боль вырвалась из-под контроля и причиняла сильнейшие неприятности, заставляя порой закусывать губу, чтоб не застонать. Гарольду приходилось постоянно включать дворники, начинающие замерзать, и вглядываться в дорогу сквозь снегопад. Так что путь проделали молча. Приехали все к тому же госпиталю Александры, где на первом этаже теплились одинокие огоньки отделения скорой помощи.

– Может, все же не стоит, – робко попыталась возразить последний раз Мардж, когда Гарольд открыл дверь и взвалил ее на руки.

– Стоит, Мардж, стоит, – теперь его лицо оказалось так близко, что щеки девушки порозовели. Он это заметил и слегка подбросил. – Держись-ка за плечо, а то свалишься. В таких случаях рентген просто необходим.

Осторожно ступая по гололеду с драгоценной ношей на руках, мужчина направился ко входу в отделение.

Все же Сара приехала к тюрьме. Брент уже был там, зло постукивая ботинками в холодном пустом коридоре. Гарольд Кингстон позволял себе задерживаться и не отвечал на звонки. Появление невесты несколько приободрило детектива в ожидании своего друга, уверенного, что по делу Бэнкс всплыли важные сведения.

– Может, кофе? – указал он Саре на автомат.

– Гипс?! – воскликнула Маргарет. – У меня что, перелом?! Но откуда?!

Она сидела на низенькой софе в операционной, ошеломленная диагнозом. Гарольд покровительственно погладил ее по голове.

– Очевидно, вы уже не первый раз подворачивали ногу, мисс? – любезно уточнил врач. – Раз четвертый-пятый?

– Как вы угадали?! – выдохнула Мардж, пораженная.

Гарри спрятал в кулак улыбку. Как он любил это простодушие. Доктор улыбнулся открыто.

– Вот тут на снимке видно незажившие надрывы связок. А в кости трещина, как видите. Увы, на месяц придется забыть об активной жизни.

Гарольд потер лоб. Неожиданно, но зато с гипсом Маргарет не испарится, по крайней мере, как она это умеет.

– Насколько все серьезно? – спросил он. Все же перелом – не шутка.

– Посмотрим через неделю, – отвечал врач уклончиво.

– Но я… У меня столько дел, – возразила девушка. Тот развел руками. – Значит, точно?

– Точно, – усмехнулся врач.

– Ну, что ж… – попыталась Мардж посмотреть на ситуацию с оптимизмом. – Никогда ничего не ломала. Гордилась этим.

– Теперь будете гордиться, что сломали, – пошутил врач. – Мисс Уиннсберг!

Вошла медсестра, а вторая уже была здесь. У стола они начали какие-то приготовления. Мардж поежилась, но любопытство пересилило – она никогда не видела, как накладывают гипс, предстояло хоть такое удовольствие.

– Вы постоянно проживаете в Пейсли? – уточнил доктор у девушки. – Или нужен стационар?

– Стационар, пожалуйста, – быстро ответил Гарольд, нащупывая в кармане уже энный вибровызов от Брента. – Дома за ней некому присматривать.

Мардж посмотрела на него с приподнятой бровью. Чуть недовольно, чуть умиленно. Гарольд подмигнул девушке ободряюще, потом наклонился и поцеловал в лоб, от чего лицо Маргарет снова стало пунцовым.

– Сейчас я должен встретиться с Кэрри, – сказал он ей, – а после заеду и привезу все необходимое. Позаботьтесь о ней, пожалуйста, доктор.

– Она же в госпитале, не переживайте, – кивнул врач с улыбкой.

Кингстон вышел из операционной, и дверь затворилась. Маргарет полностью отвлеклась от созерцания занимательного процесса накладывания гипса.

Эпизод 9

Причем гипс наложили самый настоящий. Доктор Уиттерс принес глубочайшие извинения за недостаток рабочих материалов и необходимость пользоваться методами «по старинке».

Маргарет лежала в палате в гордом одиночестве. Неожиданно получив кучу времени на размышления. В ближайшем поле видения возвышалась утяжеленная лодыжка в гипсе до колена на куче подушек. Госпиталь Александры явно не блистал современным оборудованием.

Упорядочивания требовали прошлое Мэрайи и ее, Мардж, собственное будущее. То, что Мэрайя оказалась агентом, лишь доказывало, какую рискованную жизнь она вела. И как много у пожилой леди могло быть врагов за всю историю. А не одна-единственная Кэрри Бэнкс. К сожалению, на этом имеющаяся информация исчерпывалась. Остальное зависело от хакерских способностей Тернера и мыслительных – Кингстона.

А теперь тема пощекотливее. Гарольд Кинстон. И его сумасбродное предложение встречаться. Впрочем, о чем-то таком она как раз и мечтала, разве не так?.. Но почему-то конкретная фраза выбила Мардж из колеи. Итак, следовало принять решение: собирается ли она строить серьезные отношения с Гарольдом. К счастью, Гленнифер-парк отпал без особых усилий с ее стороны. Иначе в тех прелестных лесах она совсем по уши влюбилась бы, а решение принять должен рассудок…

За окном в свете единственного высокого оранжевого фонаря неистово танцевал снег. Разыгралась зима к своему концу. Будто бы знает, что до следующего восхождения на престол теперь ждать год.

От неразрешимых вопросов куда легче отвлекаться, чем сосредотачиваться на них.

Где-то снаружи загремела нетерпеливо сигналами скорая помощь. Маргарет вздрогнула. Погода нехорошая, но ведь Гарри опытный водитель. Конечно, ему скорая помощь не пригодится; девушка тряхнула головой, прогоняя видение его, лежащего на дороге без движения.

Попробовала переменить позу, но гипс ненавязчиво напомнил о себе. Сирена затихла прямо под окнами. Верно – ведь это отделение скорой помощи. Веселая у них работка… Хорошо, что не втемяшилось в голову учиться на медика. Кстати, о медиках. А кто же предупредит на работе о ее отсутствии? Все вышло, как Гарри и хотел – больничный.

Маргарет весело улыбнулась. Еще и не с такими уж огромными потерями. Кость-то срастется, с чего бы ей упрямиться. Главное, чтобы снова из-за детективных приключений не уволили. А телефон-то! Лежит там в каморке расчлененный, а вовсе не в досягаемых пределах в состоянии боевой готовности! Эх. Да и пределы досягаемости значительно сузились. Однако необходимо до кого-то с телефоном добраться. Мардж села и спустила обе – легкую и тяжелую – ноги с кровати, взглядом ища подходящий способ передвижения. Удобно, что выдали широкую рубашку длиной ниже колен. А вот… что делать с предметами гигиены?.. Страшно даже представить себя неумытой и непричесанной. Точно надо к телефону – еще звонить Саре за помощью.

Наконец взгляд девушки привлекла табуретка. Она подвинула ее поближе здоровой ногой и руками. Встала коленом сломанной ноги.

– О, на пяти ногах я даже более или менее! – усмехнулась Мардж сама себе.

Руками пришлось опереться об импровизированные ходунки, ими их и переставлять. Таким темпом, нога-стул-колено, нога-стул-колено изобретательница добралась до двери и открыла ее. В конце пустынного коридора молоденькая медсестра возбужденно обсуждала что-то с пожилым охранником, облокотившимся о стойку регистратуры. Они были столь увлечены разговором, что даже грохочущее четырьмя ножками табурета передвижение Маргарет Никсон не сразу привлекло их внимание.

– Мисс? – наконец заметила медсестра сгорбленную пациентку. – У вас все в порядке?

– Вообще… – с трудом переводя дух от непривычной деятельности, Мардж доковыляла до цели под удивленными взглядами потревоженных собеседников. – Вот я и на месте, – улыбнулась им девушка, хватаясь за стойку. – Вообще, мне надо позвонить. Мой телефон остался дома.

– Ваш опекун, – ласково улыбнулась дежурная, но фраза привела Маргарет в секундное замешательство, – сказал, что быстро вернется и все устроит для вас. Я бы попросила вас не покидать палаты.

Вот ведь, будто это тюрьма. Опекун? Ха!

– Вы же понимаете, – с напором ответила Мардж, – что на работе надо предупредить как можно раньше, что меня не будет! И еще я должна попросить подругу привезти некоторые вещи, раз уж я здесь.

Медсестра неохотно потянулась к телефону.

– Имейте в виду, – сообщила она Мардж, – говорить будете только по громкой связи. Меня предупредили о ваших возможных попытках к бегству.

– К бегству? – прыснула Маргарет, чуть обиженная. – И кто же? Мой дражайший опекун?

– Он заботится о вас, – уклончиво и любезно улыбнулась медсестра, положив мобильный на стойку и разрешая пациентке набрать номер.

Негодяй. Это еще что такое?! Ведет себя так, как будто имеет на нее какие-то права. Между прочим, если она примет решение, так даже парализованная от него сбежит! Это очко явно не в его пользу…

Педант-шеф, разумеется, не был в восторге, обвинив Маргарет Никсон в халатности, злонамеренности и всех возможных смертных грехах. Медсестра с сочувствием посмотрела на упавшую духом Мардж и сказала в трубку:

– Сэр, если вам нужно подтверждение, наведайтесь в отделение скорой помощи госпиталя Александры, – и сбросила вызов.

Теперь точно уволят – подумалось Мардж.

– Какие люди жестокие, – с пониманием покачала медсестра головой.

– Да что там, – криво улыбнулась Маргарет, переминаясь с ноги на колено, начавшее ныть от неожиданной нагрузки. – Все не так плохо.

– Видели б вы парня, которого привезли на скорой, – возразил охранник. – Так крепко отделали, что не скоро на ноги встанет.

Маргарет шмыгнула носом. Такие мерзопакостные истории были ей не по сердцу. Но все же стало не по себе.

– Как это случилось? – спросила она, тем не менее, чтоб поддержать разговор.

– Если б кто знал, – отвечал мужчина. – Его обнаружили на проезжей части у пустыря: видать, дополз из последних сил к дороге.

Из операционной вышла суровая сестра Уиннсберг, в руках она несла грязноватую куртку. Вероятно, пострадавшего.

– Занеси-ка в журнал его, Альма, – обратилась она к дежурной, роясь в карманах и извлекая оттуда портмоне. – Милочка, а вы что здесь делаете? – обратила суровая женщина внимание и на Маргарет. – Вам нужно лежать, а не… – она критически оглядела пациентку и табуретку, – а не расхаживать на сомнительных приспособлениях. Ваш опекун настоятельно просил приглядывать за вами.

– Да знаю я, – с досадой отвечала Мардж. – Я только позвонить, – и она повертела перед лицом женщины телефоном медсестры как доказательством.

– Давайте, только быстро, – позволила та, обращая теперь взор на регистрационный журнал и содержимое кошелька. – Альма, привезла бы ей коляску, что ли. Так, пиши для начала, – остановила сестра Уиннсберг младшую сотрудницу, готовую выполнить приказ немедленно. – Вот и удостоверение… Шон Коннерз…

Маргарет едва не уронила телефон, над которым колдовала, пытаясь вспомнить номер Сары.

– Шон Коннерз?! – воскликнула она, отвлекая сестер от монотонной записи. – Вы сказали, Шон Коннерз? Это его побили?..

– А вы его знаете, что ли? – подняла брови сестра Уиннсберг. Альма и рта не осмеливалась раскрыть в присутствии старшей коллеги.

– Ну да, конечно знаю, – сердце Маргарет затрепетало от странного совпадения. В последнее время она переставала верить в совпадения. – Из-за него я тут и с ногой, в общем-то, – пробормотала она. – Ну, это не имеет значения! – замахала она руками и пошатнулась на своей табуретке.

– Так, – поймала больную старшая медсестра, не выпуская из рук документы Шона. – Альма, привези кресло. А вы, дорогая, слишком активны. Здесь не место для треволнений. Позвонили уже?

– Нет еще, – притихла Мардж, невольно подчиняясь, и вдруг наконец вспомнила последнюю цифру номера Сэл. – Сильно его?..

– Вполне стандартно. Ребра сломаны, небольшое внутреннее и внешние кровотечения… Но не так и страшно, – заметила сестра страх пациентки. – Трудились не профессионалы, к счастью. Позвоните уже из палаты, не отвлекайте нас от работы.

– А в его вещах, – блеснула у Маргарет догадка, – не было такой желтой лилии из бумаги?

– Желтой лилии? – подняла бровь старшая, пока Альма помогала Мардж переместиться в кресло на колесиках. Порылась в бумажнике Шона. – Вот это, может? – извлекла она мятый клочок бумаги. – Откуда тебе знать содержимое его карманов…

– Да, да! – сияя, протянула Мардж руку.

– Здесь написано, – не моргнув глазом проигнорировала ее жест медсестра, – «Окончательная информация на пустыре за восьмым километром Пейсли-роуд. М. Г.». Странная записка, но она и объясняет, что этот М. Г. его отделал.

– Вовсе нет, – оживленно возразила Маргарет. – М. Г. нет в живых уже несколько дней.

Охранник, Альма и сестра Уиннсберг как-то странно посмотрели на девушку с зажегшимся взглядом в инвалидной коляске. Пальцы загипсованной ноги уже посинели.

– Альма, вези мисс в палату, – приказала старшая сестра, – ей пора лечь. Прослушаешь ее звонок, забирай телефон и возвращайся. А вы, мисс, оставайтесь в постели, будьте так добры.

Альма послушно взялась за ручки, и Мардж покатилась назад к кровати с подушками против своей воли, оглядываясь на стойку, где оставались вещи Шона Коннерза.

– Я хотела бы поговорить с Шоном Коннерзом, – сказала она Альме уже в палате.

– Ложитесь, – посуровела Альма, взбивая подушки и укладывая на них ногу Маргарет. – И не вздумайте больше вставать.

– Ну, а в туалет как же? – невинно сострила мисс Никсон.

– В туалет можно, конечно. Вы ведь не в тюрьме.

– Оно и видно, – пробормотала Мардж.

– Звоните уже, – устало присела Альма на табурет и заправила за ухо отросшую челку.

– Верно, – улыбнулась Мардж. – Звоню. Уже забыла.

Под бдительным надзором Альмы она набрала номер и, постукивая здоровой пяткой по койке, ждала ответа, вперив взгляд в идеально белый потолок. Зачем в больницах все белое? Цветное было бы веселее.

– Алло, Сэл?

Наконец Сара взяла трубку!

– Марджи, ты? – услышала она за помехами голос Сары Брайтон. – Как ты себя чувствуешь?

– Да… в общем, ничего, – Мардж похлопала ладонью по гипсу. – В гипс меня заковали, Сэл! Гарольд собственной персоной отдал приказ!

Альма сделала знак: громкая связь. Нет, ну в самом деле! Мардж поджала губы и подчеркнуто послушно нажала кнопку динамика.

– …Гарри сказал, – тем временем отвечала Сэл. – Ты еще столько на ней проходила, Мардж – разве можно так?

– Я же не знала… Подожди, а где он тебе умудрился сказать?

– Мы сейчас втроем все в тюрьме.

Глаза Альмы испуганно округлились, и она зыркнула на Маргарет – то пресечь попытки к бегству, то кого-то нет в живых, то кто-то в тюрьме.

– Они поехали допросить кое-кого, – пояснила Мардж, давясь смехом. – Тут медсестра Альма слушает наш разговор. Гарольд всем, похоже, сказал, что я опасный преступник, и велел стрелять при попытке к бегству, – девушка веселилась от души, созерцая вытягивающееся лицо Альмы и ловя паузу со стороны Сэл. – А тут еще тюрьма. Сэл! – и она разразилась хохотом.

– Мардж, не пугай людей, – рассмеялась Сара. – Боюсь, из-за метели мы тут надолго застряли. Дорогу замело, такси не ездят.

– Как замело? – поразилась Мардж и выглянула в окно. Снег сыпал как сумасшедший. Если снег может сойти с ума, конечно.

– Гарри сейчас беседует с мисс Бэ, – помеха шуршанием скрыла часть фразы.

– Алло? – переспросила Маргарет.

– Алло! Марджи!

– Да, да, я слышу!

– Алло! Ал… – связь оборвалась.

– Застряли в тюрьме… – проговорила Мардж. – Сидеть мне без зубной щетки, значит…

Альма молча забрала телефон.

– Не забывайте, что вам нельзя вставать, – напомнила она, открывая дверь. – Разве что в туалет, – улыбнулась преувеличенно вежливо и, выключив свет, тихо затворила за собой дверь.

Маргарет осталась одна. Глядя на дрожащий безумный танец разыгравшейся снежной бури в оранжевом свете фонаря, она задавала себе вопрос. Кто напал на Шона Коннерза?

Эпизод 10

Интересно, сколько же теперь времени? Маргарет Никсон, лишенная любых связей с общественностью и пространством, изучала на стене суетливые тени от метели в пятне света фонаря. Сна ни в одном глазу. Вот ведь несправедливость. Вечно он лезет не в свое время. Впрочем, блаженные грядущие каникулы даже ногу в гипсе наполняли невероятной легкостью. А Гарольд-то мог бы и позвонить на номер Альмы, хоть по телефону проведать, раз дорогу замело…

Любопытно, связано ли нападение на Шона Коннерза с делом Мэрайи? Если так подумать – на месте встречи из записки его поджидали (причем явно не усопшая пожилая леди, мир ее праху), значит, записку писали эти самые негодяи, а не мисс Гудвин. Но информация передана тем же способом, что и всегда: в таком случае – опять же, как и отравитель – бандиты знали о привычках Мэрайи и ее деятельности. Тогда нападал тот, кто и убил. Что за тайна у интернет-подруги, что ради этого жизнь уже второго человека могла оборваться? Видимо, дело хотели остановить во что бы то ни стало. Наверно, у Коннерза была некая изобличительная информация. Но сам он об этом не знал, похоже… Однако он мог видеть убийцу своими глазами!

Наверное, это судьба – сломать ногу именно сегодня. Стоит поговорить с ним. Немедленно. Главное, чтоб сам детектив был в говорибельном состоянии. И чтобы не попасться на глаза сестре Уиннсберг. Или Альме.

Переставляя табуретку осторожно, будто вазу из китайского фарфора, Мардж чувствовала себя медвежатником. Тихо приоткрыла дверь и просунула голову в щель. Справа, слева… Чисто! Теперь пошире. Табурет, колено, нога. Табурет, колено, нога… Дверь. Осторожный поворот ручки. Пусто. Закрыли. Табурет, колено, нога… Просто счастье, что сейчас ночной час и коридор пуст.

Шон Коннерз открыл глаза, различая перед собой туманный свет. Это свет в тоннеле комы?.. Вряд ли. Вот девичье лицо склонено над ним. Кажется, там такого не бывает. Блондин шевельнулся, и его пронзила боль в животе и ребрах. Верно. Воспоминания возвращаются. Пустырь из записки и две тени. Неожиданное нападение. Он с трудом заставил себя доползти до дороги…

– Мистер Коннерз? – изрекло лицо девушки громким шепотом. – Вы как, приходите в себя?

– Видимо, – негромко ответил и он. Губы слушались с легким отставанием от мысли, но радовало ощущение неповрежденного лица. Спас рост выше среднего. А когда он корчился на снегу, то инстинктивно прикрывал руками голову. – Если вы реальны, то и я возвращаюсь.

– Конечно, я реальная, – тихо засмеялась девушка. – Невероятная встреча, правда? Я же Мардж Никсон. Ну, которая украла записку вашего агента.

Объем информации великоват. Мардж Никсон. Записка агента. «Макдоналдс». Приставучий брюнет со следовательским опытом. Маргарет Никсон.

– А! – вспомнил. – Но вы тут как? – похоже, зрение вернулось – в приглушенном освещении он правда разглядел знакомые черты в пациентке на табурете у его изголовья.

– Ногу сломала, – пояснила та, показывая вниз. Вот так дела. – Но как я слышала, вам пришлось много хуже, – добавила Маргарет сочувственно.

– Ну, это ненадолго, – с радостью блондин вновь почувствовал остроту мысли. – Глядишь, поправлюсь скорее вашей ноги.

– Это мы еще посмотрим, – приняла Мардж шутовской вызов. Она любила принимать вызовы. – Я-то хоть уже хожу!

Шон Коннерз поднял брови, стараясь безболезненно повернуть шею. Негодяи, похоже, и позвонки какие-то зацепили, раз на ней корсет.

– На табуретке.

Коннерз рассмеялся.

– Только, – приложила Мардж палец к губам, – это секрет. На самом деле мне не разрешали покидать палату.

– Понял, – Шон поднял правую руку – кажется, ей не сильно досталось, всего-то ладонь перевязана – и закрыл рот на воображаемый замок. – Держите ключ.

С улыбкой понимания Маргарет приняла невидимый «ключик» и опустила в карман больничной рубахи. Наступила пауза.

– Насколько знаю, – нарушил ее Шон, – сломанную ногу надо держать вверху, а не внизу, – указал он в сторону, где должен был скрываться гипс.

– А? Ну да, – согласилась эта странно смешная девушка и оглянулась по сторонам. – Но поднять ее некуда…

– Кладите на кровать, – похлопал Шон Коннерз по своей постели. Мардж согласилась, что идея хороша, и последовала его совету. – Но что возле меня делает девушка Гарольда Кингстона? Должен признать, ему повезло, – посмотрел он в приятно разрумянившееся лицо гостьи, оказавшееся чуть ближе.

– Ну… я вовсе ему не девушка, – смутилась Маргарет комплименту. – Это довольно запутанная история…

– Вижу, вы любите запутанные истории, – подмигнул Коннерз. – Но сомневаюсь, что польстились на такого парня, как я, – указал он на белое одеяло и бинты.

– Ну, и я все ж не красавица, – постучала Мардж с заливистым смехом по гипсу. Неожиданный ответ. – Должна признать, я тут по эгоистическим соображениям, – она потупилась и потеребила свой бинт пальцами. – Кто на вас напал, мистер Коннерз? – собралась она с духом и выпалила свой вопрос ему в лицо.

– Если бы мне знать, – засмеялся Шон, наблюдая за ней. Хотел для уверенности приподняться на подушках, но резкая боль заставила его и так побледневшее лицо скривиться. – Простите, – принес он извинения испугавшейся девушке. – Я еще далековат от цели обогнать вас с выздоровлением.

На лице Маргарет отразилась тревога, когда она заметила, как храбрится этот длинный блондин.

– Наверно, мне не стоило так сразу вас беспокоить, мистер Коннерз, я просто не могла удержать свое любопытство, – извиняясь, она сняла свой гипс с его кровати, тоже закусывая губу от неприятно болезненных ощущений. – Я п-пойду.

– На это будет забавно посмотреть, – слабым голосом пошутил Коннерз. – Но в любом случае нам с вами надо просто пережить эти худшие пару дней. За разговорами они пролетят быстро, – он вяло снова похлопал по одеялу, приглашая Маргарет не спешить. – Говорите.

Мардж с готовностью заулыбалась и, кряхтя, водворила гипс на место.

– Я думаю, что смерть Мэрайи Гудвин и нападение на вас связаны.

– Ах, верно… – почесал висок Коннерз. – Отравленный агент. Вылетело из головы.

– Говорят, частичная амнезия бывает при сотрясении, – кивнула Мардж. – Можете радоваться, что это не симуляция. Я расскажу снова, если хотите.

– Не надо, – предупредил ее пыл Коннерз с тихим смехом насчет радости отсутствию симуляции. – И, пожалуйста, называйте меня просто Шоном. А то ощущать себя президентом при смерти не так уж и приятно.

Маргарет прыснула. Не думала она, что сыщик – такой шутник.

– Излагай свои мысли, Мардж.

– В общем, я думаю так: Мэрайя Гудвин раскрыла что-то неожиданное, преступник это узнал и сделал все, чтоб она замолчала навеки. Откуда-то он разведал, что она передает тебе записки в аббатстве и подложил свою, чтобы разделаться и с тобой.

– Раз меня пригласили на рандеву, они ошибочно полагают, что это что-то, раскрытое Мэрайей, знаю и я, – подхватил Коннерз задумчиво. – Если б не шум остановившегося автомобиля, я бы так легко не отделался.

– Не настолько легко! – пожурила Мардж его выпендреж. – Похоже, преступник знал многое о Мэрайе. Капли и бумажная лилия в аббатстве… Расскажи мне, что за дело вы вели с ней, – попросила Мардж частного сыщика, облокачиваясь локтями о здоровое колено.

– Девушку, о которой мы получили заказ разузнать, зовут Белинда Симпсон, – выдал Шон Коннерз.

У Маргарет пропал дар речи.

– Соцработник Белинда Симпсон?! Но… нет, это кажется невероятным! – воскликнула она через мгновение, ударяя ладонями по кровати. – Зачем тогда она мне сама рассказала про то, как Мэрайя пила капли? Хладнокровный убийца, которым был тот, кто отравил мисс Гудвин, так поступать не стал бы. Хотя все возможности у нее были, конечно… И все же лекарства-то покупала не она… – девушка задумалась снова.

– Горячая речь, Мардж, – засмеялся легко Шон. – Ты права, и Белинду проверили досконально; я знаю каждый шаг, мелочь из жизни, черту характера. Она чиста как младенец. Мэрайя описала ее портрет лучше обыкновенного.

Маргарет облегченно вздохнула.

– Получается, вот почему показания соседей так противоречили друг другу – она изображала немощную старушку, чтоб Белинда приходила к ней как соцработник… А до ее появления бегала по другим заданиям, потому и не пила чай с той пожилой леди… Только вот зачем она ходила на кофе на Мэнтон по утрам, я не понимаю.

– Мэнтон? Подожди-ка, она упоминала его в позапрошлом отчете…

– Кафе? – встрепенулась Маргарет.

– Говорила, что там столкнулась с заказчиком. Узнала его по фото, которое он прислал Белинде. Белинда рассказала ей про переписку, как я понимаю.

Глаза Маргарет зажглись интересом.

– Потом она постоянно посещала кафе… А что, если это тот заказчик?.. – вдруг предположила она с испугом от догадки.

– Мардж, у меня такое впечатление, что ты прячешь тузы в рукаве. Давай-ка, выкладывай, что еще ты знаешь, – потребовал Коннерз, сводя брови сосредоточенно.

Дверь палаты вдруг открылась. Сестра Уиннсберг, из-за плеча которой выглядывала испуганная Альма, всплеснула руками:

– Нашлась! Успели! Не зря сказали за вами смотреть во все глаза!

Взгляды сестер теперь не предвещали бедняге Мардж даже наличия табуретки возле кровати.

– Да перестаньте, я же не в тюрьме, в конце концов! Что о себе вообразил этот «опекун», чтоб приказывать вам меня контролировать! – рассердилась Мардж, хватаясь за одеяло Коннерза, наблюдавшего сцену с интересом.

– Опекун? – уточнил он.

– Да, Кингстон назвался моим опекуном и теперь творит что хочет!

Мардж твердо настроилась бороться с сестрой Уиннсберг до последнего вздоха и пустить в ход гипс, если придется. Так еще ее права не попирали! У них с Шоном тут такой жизненно важный разговор…

– Вы же знаете, – с энтузиазмом вступился Коннерз, – что за нарушение прав пациента вас могут привлечь к суду?..

Медсестры остановились. Они думали, что раскрыли криминальный секрет пациентки, а он на ее стороне?

Эпизод 11

– Счастье мое, что у меня нет опекуна, – засмеялся Шон и тут же был вынужден остановиться из-за режущей в животе боли. Мардж с тревогой наклонилась к нему.

– Все в порядке? Может, позвать врача?

– Нет, – выдавил он мученическую улыбку. – Я обойдусь, а тебе зачем лишние проблемы?

– Спасибо за помощь, – подмигнула Маргарет довольно и села прямо. – Прямо будто я ребенок, что еще за опекунство такое…

– Все в твоих руках, – заметил Коннерз.

– Не знаю, – покачала Маргарет головой растерянно. – Он ведет себя то как собственник, то забывает вообще о моем существовании, то издевается. И предлагает встречаться между всем прочим! Еще прячет от родителей. Я совершенно не понимаю! – взъерошила девушка волосы. – Вот ты – мужчина, Шон, как это понимать, скажи?

– Большинство людей пытаются обойти стороной все непонятное, – ушел сыщик от ответа. – Но тебя это, наоборот, привлекает.

Маргарет подняла глаза в недоумении.

– Нет, ну ты как в воду глядишь! – рассмеялась она удивленно.

– Люблю этим заниматься. И тоже не обхожу трудности, – пожал Коннерз собеседнице руку нарочито серьезно.

Удивительно, как люди порой быстро сходятся.

Брент Финчли храпит вовсю. Вот тюлень! Надо будет предупредить Сару, с кем она соединяет свою судьбу. Ха, это было бы забавно. Метель разошлась не на шутку. С удовольствием врубив обогрев своей машины на полную, Гарольд Кингстон прильнул лбом к стеклу и выглянул наружу. Погода совсем озверела. Мардж же вообразит, что он снова о ней забыл. Воображала ведь такая, каких свет не видывал! Мужчина улыбнулся. Его воображала.

Как бы там ни было, Брент теперь посапывал. В машине Финчли спать разместили Сару. Крякнул айфон. Вилли скинул новое сообщение. Вероятно, по таинственному клиенту Коннерза. Белинда Симпсон – вряд ли простое совпадение. Полиция даже не рассматривала ее причастность. Однако стоило проверить и ее друга-заказчика на слежку. Просто так в детективное агентство не обращаются. «Уолтер Блэк, 37 лет. Владелец здания на углу Брайт-сквер, где строится Старбакс».

Одни совпадения. Невероятно. Кэролайн Бэнкс упомянула его среди своих постоянных утренних клиентов. Рассматривая как недруга, хозяйка кофейни его хорошо запомнила. Последний месяц он неизменно встречался с неизвестным ей субъектом. Мэрайя Гудвин же появилась неделю назад и всегда занимала соседний столик. Теперь оказывается, что агент Мэрайя работала на Блэка. Хм. Гарольд откинул голову на подушку сиденья и протянул ноги к теплому ветерку обогревателя. Нехорошее предчувствие. Надо проветриться.

Точно – кроме всего прочего, нужно встретиться с родителями и хоть выпить вместе кофе. И желательно побыстрее добраться до Мардж, пока она ничего не учудила. Хотя, конечно, он попросил персонал повнимательней за ней присматривать.

Притворил дверь за собой тихо, сунул нос в шарф, поднял воротник.

Итак. Рассмотрим факты. Уолтер встречает на сайте знакомств девушку. Решает собрать на нее информацию. Больше смахивает на поиски особого специалиста, чем спутника жизни. Впрочем, встречаться – не значит жениться… Видимо, все же значит. Но к делу. Мэрайя Симпсон получает дело. Месяц назад. Месяц назад к ней начинает приходить Белинда. Старушка таким уникальным способом приступает к расследованию. Неизвестно, что она выясняет о Белинде. Но неделю назад агентка начинает следить за Блэком. Не для передачи данных. Так как в личный контакт не вступает, наоборот, по словам Кэрри, читает газету и использует другие методы маскировки. Слежка по личным соображениям.

Бр-р, ну и ветер дует. А снег просто грозит превратить его в снеговика. Следует пробежаться. В конце концов Мэрайя Гудвин умирает в кафе. Именно в этот день Блэк не явился, что ввергло Кэрри в расстроенные чувства. Словно знал. Словно соседствуя с ним, Гудвин узнала что-то убийственное. Но аккуратная старушка должна была где-то хранить эту информацию…

Бренту стоит лично проверить личность Блэка и поискать пузырек от синильной кислоты в кафе. Маргарет права – если его нет в сумке, то искать в мусоре, на столе, на полу. Кажется, скоро Кэрри выйдет на свободу. И им предстоит решающий разговор в кофейне. Все же, как бы побыстрее добраться до госпиталя Александры.

Обман зрения или… Снегоочиститель. А, вот и транспорт!

– …но никто не имеет права столь ограничивать свободу другого!

– Если бы не эта нога, – вперила Мардж недружелюбный взгляд в гипс, – я бы давно убралась отсюда! – глаза ее все еще горели гневом на медсестер, подговоренных Гарольдом. – Если он так ведет себя сейчас, представь, что будет, если я соглашусь встречаться!

Коннерз молча постукивал пальцами по одеялу.

– Со сломанной ногой вовсе не обязательно лежать в больнице, – изрек он. – Как мне ни жаль тебя отпускать… тебе ничто не мешает вызвать такси и отправиться домой. С костылями справишься.

– Думаю, могла бы, – согласилась Маргарет Никсон. – Но он найдет меня и на дне морском и заставит делать по-своему… – такое неумное покровительство раздражало ее свободолюбивую непоседливую сущность.

Коннерз сжал губы. Девушка ему понравилась, так что предупредить вмешательство Кингстона он вовсе не был против.

– Я бронировал комнату в отеле, – наконец решил предложить. – И ею не воспользуюсь, как видишь. В кармане куртки должен быть ключ, – кивнул на вешалку.

– Ты серьезно? – захлопала Маргарет в ладоши. – Но… а это удобно? – смутилась она своего бурного восторга и полного доверия Шона.

– А почему нет? Зачем номеру пустовать. В отеле, конечно, на костылях не блеск… – он задумался на мгновение. – Но можно пригласить сиделку или соцработника. А завтра, как снег расчистят немного, поедешь к родителям.

– Как насчет Белинды Симпсон? – загорелся в глазах Мардж огонек; последнюю фразу она уже пропустила мимо ушей.

– А голова у тебя варит, Мардж! – одобрил Шон, щелкая пальцами по ее гипсу довольно. – Я проспонсирую, а ты войдешь в доверие и вытянешь недостающую информацию – вдруг ты права, пусть расскажет про своего интернет-друга. Дай пять! – они хлопнулись ладонями. – Единственное, что грустно – лишаться твоего общества.

– Ты обещал быстро выздороветь, – поднялась Мардж, снова берясь за табуретку.

Себ Кингстон проснулся от третьего подряд сигнала мессенджера. Первый его разбудил, второй – прокрался в дремоту, третий заставил разлепить глаза. Наяривал Вилли Тернер, или Терви Пей, как был известен этот студент среди хакеров.

– Здорово, – первое. – Выйди на связь, – второе. – Ты что, спишь? – третье. Разумеется, удивительно, что люди спят в три утра.

– Сек, – быстро отписал Себ и тихонько вылез из-под одеяла.

На диване в опасной близости спали родители, не дождавшиеся Гарольда. Не стоило их будить. Не по пустякам же Вилли пишет ночью. Себастиан на цыпочках прокрался в туалет, утеплившись халатом отца, и повернул замок в дверной ручке. И тогда набрал Вилли.

– Здоров, Терви! Ты чего?

– Себ, ну ты дрыхнешь! – раздался возбужденный голос хакера. – Когда такое творится!

– Поясни, братан, – поудобнее устроился Себ на мохнатом коврике. – Что творится? У Гарри и Мардж, конечно?

– Про Мардж не знаю, запрос делал твой брат. Найти юзера по нику на дейтинге. Тут как раз минуту назад имя невесты твоего брата упомянули.

– Чего-о?! – удивился даже Себастиан. Он ждал момента, когда ему в руки попадет тайна, толкнувшая Маргарет прямо в объятия мамы раньше времени. – А подробней? Я не в курсе.

– Много он не рассказывал, – пояснил Тернер; слышно было, как парень барабанит по клавиатуре. – Сначала дал ник, говорит, узнай, как зовут девушку. Я узнал. Белинда Симпсон, соцработник. Он удивился, но запросил еще и имя ее парня с сайта. Парень, конечно, приложил усилия зашифриться, но – ты знаешь – это только добавило азарта. Через двадцать минут – вуаля – Уолтер Блэк, 37 лет. Строит «Старбакс» на Брайт-сквер. Гарольд в ответ прислал большой палец и все. Ну, а я решил влезть в переписку, что ж там такое.

– Пролог понял, – кивнул Себ. По поведению Гарольда и Маргарет понятно, что там не обычные дейтинговые бирюльки. – И что там, кроме имени Марджи?

– Если коротко – девушка Блэка написала, что едет на срочную работу на сутки, а он в гневе. Я так понял из контекста, что он запрещал Белинде работать несколько последних дней, потому что старушку, за которой она присматривала, кокнули.

– Имя? – Себ вставил наушник и открыл приложение блокнота.

– Мэрайя Гудвин. Проверил – ее отравили в кофейне на Мэнтон-стрит.

– Мэнтон! – воскликнул Себ. – На пересечении с Брайт-сквер?

– Именно, недалеко от того самого «Старбакса». У Белинды фотка со старушкой на странице, милые обе вполне. Она Блэку писала, что никогда не было у нее такой пациентки прекрасной, как ужасно, что ее отравили, и бла-бла-бла. Так вот, после того случая Блэк уговорил ее не брать пациентов. Говорит, якобы переживает. И подыскал спокойное место. Она все спрашивала, когда, а он просил подождать. Но сейчас Белинда написала, что личная просьба от начальства уже во второй раз, отказывать нельзя, к тому же клиент настаивал именно на ее кандидатуре, она уже собралась и идет пешком. Блэк начал спрашивать – кто и куда. Оказывается, отель «Хэшли», к мисс М. Никсон. Понимаешь?

Себастиан почесал затылок.

– Странно все это, Терви! А что Гарри сказал?

– Я ему дозвониться не могу – он из зоны доступа пропал. Звонил Бренту Финчли, оказалось, они допрашивали подозреваемую в убийстве Гудвин, дорогу замело. И Гарольд уехал к Маргарет в госпиталь на снегоочистителе.

– Маргарет в госпитале?

– По ходу, уже нет.

– Ладно, брат, надо действовать. Приедешь?

– Я бы рад, но такси не ходят. Улицу нашу совсем замело, у Лили на подоконнике сантиметров пятнадцать снега.

– Маргарет как-то добралась, и нам надо, – отрезал Себастиан. – А она вообще не здорова, раз была в госпитале.

– Ногу сломала.

– Весело. Нехорошо пахнет дело. Так что, Терви, подрывайся от своего аппарата и дуй в отель по сугробам. Я скоро.

Себ сбросил вызов. Как увязать факты – пока не понятно, но раз Гарольд не в курсе, долг защищать Маргарет переходит к нему. Отпер замок и воровато выглянул из уборной. Перед ним стояли ожидающие объяснений посуровевшие родители.

Эпизод 12

Сильный ночной снегопад превратился в легко падающие с темного неба, чуть просветлевшего на востоке, снежинки.

– Давай руку, дорогая, – изящно помог супруге перебраться через сугроб Кингстон-самый-старший. Себ тем временем, забывая о дороге, вчитывался в смс-ки от Вилли Тернера, пикавшие одна за другой.

«Снова переписываются. Остаюсь дома».

– Кто бы, вообще, сомневался! – фыркнул Себ.

«Кидаю тебе файлом».

«– Ты на месте?

– Да, все в порядке, не стоило переживать, Билл.

– А пациентка?

– Уснула, я ей дала пакетик успокаивающего, что ты прислал на ресепшен. Спасибо. Она тут такую ерунду болтала.

– Беспокойная, значит?

– Расспрашивала меня о тебе, ты ей кажешься подозрительным типом))

– Это еще почему?!

– Ну, я сама не разобралась. Ведь сам знаешь, пациенты бывают со сдвигами…

– Я весь внимание.

– Вначале говорили о парнях, она сетовала на проблемы в отношениях (Себ хихикнул), говорила, а не стоит ли с кем-то через Интернет лучше познакомиться, чем в реальной жизни. Спросила, не имею ли я опыта в этой части.

– И ты ей про нас рассказала? Бел, милая, ты очень добра.

– Ну, что ты! Я же серьезно!

– Люблю тебя. И что дальше?

– Я упомянула, и она сразу стала выспрашивать про тебя. Как мы познакомились, что я о тебе знаю. Потом сказала, что знала Мэрайю Гудвин и будто она была агентом-сыщиком, представляешь?! Якобы ты нанял ее, чтобы следить за мной. Кажется, это бред. Все ведь не так, правда?

– Конечно, нет, Бел! Я беспокоюсь о тебе рядом с таким пациентом. Ты же не веришь ее словам?

– Еще она считает, что потом Мэрайя стала следить за тобой и ты ее отравил…

– Что за чепуха! Я больше не желаю подвергать тебя сомнениям. Давай наконец встретимся, Бел. Я приеду.

– Ты правда хочешь встретиться?! Эй, ты где? Серьезно? Едешь?»

Себ прочел переписку до конца.

– Невероятно! – воскликнул он и поскользнулся. Смартфон при этом вылетел из его окоченевших пальцев и нырнул в сугроб. – Только не это! – Себастиан привстал на колени и запустил руки в сугроб по самые плечи, пытаясь нашарить телефон.

– Что делаешь, Себ? – обернулась миссис Кингстон. – Разве мы не спешим в Хэшли?

– Телефон уронил! – горестно объявил Кингстон-младший. – Ситуация усложняется! Звоните в полицию, достаньте Гарри любым способом! В номер Мардж едет отравитель, а она со сломанной ногой и под действием уже какой-то бяки!

– О… о чем ты?! – схватилась за сердце миссис Кингстон.

– Себ, ты всегда был чересчур импульсивен, – вмешался отец, взирая на ползающего все еще на четвереньках сына сверху. – Еще пятнадцать минут назад ты ничего не знал об этом деле и тут вдруг выходишь на след убийцы?

– Папа, нет времени объяснять! – вскочил Себ и запустил ладонь в карман его куртки. – Я тогда сам позвоню, а ты поищи мой айфон. Вот и связь появилась! Алло!

Маргарет открыла глаза. Сплошной туман. Воспоминания удалились в какой-то далекий туннель, в голове шумело. Что происходит? Вдруг четко увиделось, как она семилетняя болеет пневмонией, а мама отпаивает горькими порошками. Точно. Во рту и сейчас такая же горечь.

– Мардж, – слышит она осторожный голос над собой, но это определенно не мама. – Ты меня слышишь?

Голос говорит шепотом. Кто же это? Маргарет вовсю пялится на собеседницу, а картинка все не складывается.

– Мама! – другой голос, вызывающий какую-то странную приятную дрожь внутри. – Она пришла в себя?

– Гарри, сын, потише. Позови лучше Альму или доктора Уиттерса.

– Да я ни за что не отойду теперь от нее! – кто-то берет ее за руку двумя теплыми ладонями.

Гарри? Что же смутно знакомо в его голосе и имени?..

– Себ! Гони за доктором!

– Гарри?.. – бормочет Мардж тревожащее ее имя. – А-а! – память проясняется. Поле за лесом, и она пробирается через крапиву, и сзади кто-то еще. Щека горит. – А я ведь нашла дорогу, да?

– Она бредит, – испуганно говорит голос Гарри, ладони его вздрагивают нервной судорогой, одну он быстро прикладывает к ее лбу. Горячо… – Ух, переломал бы ноги этому Шону!

– Ему уже переломали ребра, – спокойно звучит голос его мамы в ответ. – Успокойся. Так бывает от передозировки барбитуратами – следователю стоило бы знать, – голос ее звучит легко и шутливо.

– Как и Белинде Симпсон, – мрачно парирует Гарольд. – Соцработнику следует лучше разбираться в лекарствах.

Следователь. Ведь вроде он уволился. Или его уволили… Этот вопрос так и остался невыясненным. Маргарет жмурится. Белинда Симпсон.

– А что… с Белиндой? – промямлила она с трудом. – Как я здесь?.. – язык заплетается, ум за сознание цепляется с трудом, она ерзает, но одна нога оказывается тяжелой и начинает отзываться тупой болью в лодыжке.

Новое воспоминание. Гипс. Аббатство. Погоня. Отравление старушки. Желтый цветок.

– Наша непоседа пришла в себя? – слышит она веселый голос доктора. – Господин опекун сработал блестяще!

Она вспомнила. И в глазах прояснилось. Мардж села, пошатнувшись, но Гарри подставил плечо.

– Опекун! – слабо воскликнула она и попыталась отстраниться от опоры. – Нет, ну как можно было! Ты хоть знал, что мне пережить пришлось тут из-за тебя?

Все расхохотались.

– Точно пришла в себя, – смеялся Гарольд, не выпуская ее руки.

– А что после было, ты помнишь?

Себ стоял, боком опираясь о стену и деловито сложив руки на груди.

– М-м… – повела головой Маргарет неуверенно, и снова была вынуждена откинуться на плечо «опекуна».

– Сунулась ты в самое пекло, – пожурил Себастиан ее мягко. – Белинда рассказала своему дружку из Интернета, куда она едет, и ему это жутко не понравилось – ее уже пыталась нанять соседка Мэрайи Гудвин…

– А, та старушка с бигуди в волосах! – вспомнила Маргарет, вяло поднимая палец.

– Ей, как и тебе, тоже прислали барбитурат в упаковке обычных капель от астмы (они с Мэрайей заказывали лекарства в одной аптеке, а племянник Блэка неплохой фармацевт и химик, он-то и помог подделать доставку), и приход соцработника сорвался – у женщины было слабое сердце, ее срочно забрала скорая, хорошо, дома были внуки.

– Вот и доказательство, что Мэрайе он тоже что-то подсунул! Раз родственнички есть в аптеке! – встрепенулась Мардж Никсон, сердито блистая глазами.

Миссис Кингстон пристально наблюдала за девушкой и неслышно вздыхала то и дело. Вовсе не такую проблемную вертихвостку она мечтала видеть в невестках, когда ехала в Пейсли. Но старший сын делал вид, что не замечает вздохов матери. Хотя обычно Гарри был послушным мальчиком.

– Какой негодяй! – тем временем комментировала Маргарет, не подозревая о подобных подводных камнях. – Зачем травить старушек Белинды? И как он меня разгадал-то?..

– Узнал номер телефона заказчика – ну, чтоб остановить, наверное – и когда он совпал с номером Шона Коннерза, которому Блэк уже раньше звонил в агентство, решил, что ты тоже агент. Ведь Шон мог связать убийство Мэрайи с его заказом, как, в общем-то, и случилось. Благодаря тебе и болтушке Белинде у нас есть доказательства из переписки, что именно Уолтер Блэк прислал для тебя фальшивые лекарства.

– А по поводу отравления Мэрайи Гудвин – она докопалась, зачем Блэку понадобилась Белинда. Брент пару часов назад смог добраться в город и провел допрос Блэка, – вступил в разговор и Гарольд.

– Так, а зачем ему была нужна Белинда? – глаза Мардж горели интересом, когда она повернулась к Гарольду, но больная тут же порозовела – границы ее личного пространства нарушались присутствием его лица. Пришлось опустить глаза и промямлить: – Все же он отравил Мэрайю, я была права?

– Уолтер Блэк затеял большую игру с акциями и собирался ввести своего человека в дом к одному старому магнату. Белинда оказалась подходящей пешкой в игре – соцработник с отличными рекомендациями, неисправимый романтик, не склонна обращать внимание на мелочи. Она практически сразу влюбилась в друга по переписке и была слепо готова для него на все. Предполагалось, что сиделка магната вот-вот уволится, Блэк хотел иметь Белинду в запасе. Для пущей уверенности в кандидатуре установил за ней слежку на несколько недель. Однако все пошло не так. Мэрайя подружилась с простодушной Белиндой и, узнав об их переписке, решила, что «Билл», как он представился девушке, ведет себя крайне подозрительно. Она провела разведку и вышла на Блэка в кафе.

– И он забеспокоился?..

– Белинда присылала ему фото с Мэрайей, – снова заговорил Себастиан с удовольствием.

Доктор Уиттерс давно присел на край свободной койки и не отвлекался от рассказа. В щели двери можно было заметить раскрасневшееся от любопытства лицо Альмы.

– Конечно, было странно увидеть старушку совсем не в постели, а мирно попивающей кофе вдалеке от дома изо дня в день, будто из ниоткуда появилась привычка. В то же время смена Белинды сместилась на час позже по требованию клиента. Уолтер сопоставил факты. О деле мог догадаться только агент. Когда он звонил Шону, тот сболтнул однажды – тот еще профессионал – что агент приносит по воскресеньям отчет в аббатство. Блэк поспешил в аббатство в воскресенье и выследил Мэрайю. Затем выпытал у Шона, что новые данные получит не раньше среды, отравил агентку, используя капли – Бел и ему разболтала, как мисс Гудвин принимала лекарства, – подменил лилию в аббатстве, подкупил бомжей на пустыре…

– Можешь не продолжать, – остановил его Гарольд, заметив, как от возбуждения Мардж начинает прерывисто и с явным трудом дышать. – И так дальше понятно. Мардж стоит отдохнуть.

Доктор встал и испытующе посмотрел на больную.

– Да-с, доставили вы нам хлопот, мисс Никсон. Ну, ничего, – успокоил он отразившееся на лице девушки волнение, когда Гарольд заботливо опустил ее голову на подушки, – до конца недельки отдохнете, и побочный эффект пройдет.

Маргарет застонала.

– Ужасно быть больной в такое время.

– Все уже закончилось, милая, теперь как раз и время, – возразила миссис Кингстон и встала. – Пойдемте, мальчики, Мардж надо поспать.

Себ и Гарри послушно последовали ее примеру.

– А между тем, – сказал Себ на прощание, – это уже третья история, куда вы влипаете вдвоем, ребята, а разруливаю все вечно я! – миссис Кингстон легко подтолкнула младшего сына. – Чего? – возмутился он шутливо. – Правда же.

– Только не вздумай исчезнуть из моего поля зрения! – у выхода обернулся Гарольд к девушке. Он пытался шутить, но в глазах мелькал тревожный огонек.

– И почему это? – сложила она руки на груди с недовольством, тоже непонятно, притворным или настоящим.

– Да потому… да потому… – рассердившись, растерял слова Гарольд. Похоже, он готов сказать эти слова? Только не так нелепо! – Мы договорились обсудить это в кафе Кэрри, вообще-то, – приосанился бывший следователь деловито. – В понедельник она собирается снова открыть двери.

– Мардж сейчас только по кафе ездить, – с укоризной сказала миссис Кингстон, кивая на загипсованную ногу.

– Разве у меня нет машины? Привезу.

Маргарет прикрыла глаза, сделав вид, что уснула. Что еще это значит – «привезу»?.. А от машины нести захочет?.. Срочно достать костыли!

Понедельник. Нелюбимый день недели для рабочего люда с самой школы. После легендарной метели в ночь на четверг снег сыпал и в пятницу, и в выходные мелкими порциями, так что сегодня Пейсли наконец празднично сверкал снегами под ясным небом. Легкий свежий запах мороза просачивался в открытую форточку старой кофейни на Мэнтон-стрит, смешивался с ароматом свежесваренного кофе, ванили и пахучей выпечки и наполнял уютную залу неким предвкушением чуда. Широкие окна пропускали амбициозный солнечный свет на бревенчатые стены и деревянный пол, где он пытался устроить пляску со случайной тенью.

За стойкой, как и неделю назад, хлопотала светловолосая Кэролайн Бэнкс. Она со смешинкой поглядывала на расположившихся в уголке дорогих гостей – Гарольда Кингстона, который сегодня просто блистал, как солнце на снегу, и Мардж Никсон, которой понадобилось два стула – один для себя, а второй для гипса. Они только что получили свой кофе. В нем не было никакого цианида.

Гарольд волновался. Сегодня Мардж должна уяснить, что он серьезен в своих намерениях к ней. Он сам понял это лишь той треклятой ночью со среды на четверг. Но Мардж обладала суперспособностью выскальзывать из рук, так что сделать все требовалось умело.

Маргарет была смущена. Она помнила, что Гарри обещал ей серьезный разговор про «руки и сердца» у Кэрри, и боялась. Боялась, что все изменится. С другой стороны, ответить решительным отказом у нее больше духу не хватало. Все эти дни в госпитале она сравнивала отношение к ней Гарри и Шона, который в пятницу уже встал с постели и сам притащился ее навестить. Гарри всячески опекал, а Шон давал полную свободу. Кингстон перечил, а Коннерз из кожи вон лез, чтоб удовлетворять ее просьбы. Так, мисс Марго, куда это вас понесло? Что, вы обязаны нравиться всем мужчинам вокруг, что ли? Вы в своем уме? Ну… ну, вот Бренту Финчли она явно не нравится – никакой информацией делиться не хотел. Логично, впрочем, ведь у него-то есть невеста! Что за мысли?.. Маргарет постучала кулаком по лбу.

– Тебе снова плохо? – встревожился Гарри, оставляя в покое салфетку, которую мусолил в течение пары минут молчания.

– Нет, – расцвела голливудской улыбкой Мардж, где-то спинным мозгом сокрушаясь, отчего же ей так не повезло с серым веществом. – Все в порядке, – она наколола вилкой пирожное. – Как твои родители?

– Уехали в субботу. Ты ярко запечатлелась в их памяти.

– О да, уверена, трудно забыть, как я была сногсшибательна в первое знакомство! – чуть нервно рассмеялась Маргарет.

– Ты всегда сногсшибательна, – поднял в тост чашку Гарольд. – Это мне в тебе и нравится.

– Но твоим папе с мамой, кажется, нет, – утопила Мардж смятение в глотке капучино. Кажется, начинается!

Звякнул колокольчик на двери. Новые посетители. Молодые люди обернулись на нарушителей спокойствия. Гарри с досадой, Мардж – с временным облегчением. Пришел… Шон Коннерз!

– О, вот вы где, ребята! – махнул он рукой Гарри и Мардж. – Двойной американо, пожалуйста, – по ходу заказал он у Кэрри напиток и подвинул стул в угол наших друзей. – Не помешал? – спросил невинно, пряча длинные ноги под стол.

– Нет, – с радостью успокоила Мардж.

– Нет, – пришлось Гарри недовольно согласиться.

– Вот и замечательно! Я к чему – теперь мне в Пейсли нужен агент. А ты, Мардж, здорово себя показала в деле Белинды. Не хочешь бросить свой колледж и присоединиться к сыскному агентству «Коннерз и Ко»?

Мардж опешила. Гарольд с трудом проглотил свой глоток кофе.

– И речи быть не может, – посмотрел он на Маргарет. – Ты же не… – и осекся. Если он постоянно будет возражать, Мардж все станет делать по-своему.

– Меня, наверно, уже уволили, – нервно засмеялась Маргарет. – И жить на что-то надо…

Шон засветился торжествующей улыбкой. Кингстон перехватил этот взгляд и почувствовал, как внутри закипает котел раздражения. А когда человек горит, ему нелегко оставаться хладнокровным и принимать трезвые решения.

– Но не знаю, – продолжала говорить Мардж, уставившись в стол. Она подразнила Гарольда, что доставило удовольствие, конечно, но все же… – Мне… мне надо подумать. Я действительно люблю приключения, но… Кажется, у меня вряд ли получится…

– Ты же любишь загадки, – подмигнул блондин с надеждой. – Как ты блестяще справилась! И храбрости тебе не занимать! – подначивал он ее.

Если Мардж откажется, его шансы заполучить ее крупно понизятся.

Появилась Кэрри Бэнкс и поставила перед Коннерзом большую кружку американо.

– Кстати, – заговорщицки наклонилась вперед Маргарет. – Как вы думаете, отчего же Мэрайя Гудвин завещала часть состояния Кэрри? – пауза была также нужна для обдумывания предложения. Кэролайн уже говорила ей, что наследство – полнейший сюрприз, но своевременный – обновить интерьер в кафе и нанять персонал. А «Старбакс», вероятно, закроют, если Блэк и там напортачил.

– Есть вещи, которые должны остаться загадкой, – сделал Шон изящный жест.

– Кэролайн – внучка старого друга Мэрайи, – пожал плечами Гарольд, откидываясь на спинку удобного стула. – Так Мэрайя хотела заплатить по старым счетам.

– Серьезно? – удивились Шон и Мардж. Гарри промолчал многозначительно. Потом расхохотался.

– Первое объяснение, что пришло в голову. Загадки – это хорошо, но от вас, Шон, у Мардж уже уйма неприятностей, – ослабил неожиданно Гарольд натиск врага. – Гипс и барбитураты – это вам не шуточки!

– Я ведь уже принес свои извинения, – воинственно отвечал Шон.

– Все это ничего страшного! – остановила отчаянно перепалку Маргарет. – Я сама виновата. Шон, мне придется отказаться в пользу мытья полов. Прости, но трупы, яды, преступления… Бр-р! От них аж дрожь по телу!

– Тогда… тогда ты можешь быть секретарем в агентстве, – придумал Шон. – И делать бумажную работу, не подвергаясь опасностям.

– А это идея! – обрадовалась Маргарет. Она скучала по офисной работе. – Но ты… серьезно? Тебе правда нужен секретарь?

– Давно планирую ввести в работу – в бумагах сплошной беспорядок, – не моргнув глазом, соврал Шон. Впрочем, в бумагах действительно был совершенный бедлам. – И ты сможешь заниматься работой даже на больничном, – кивнул он на гипс.

Маргарет задумалась на мгновение. Гарольд в это время усиленно пережевывал остатки своего торта, переживая поворот сюжета.

– Я согласна! – вскинула она голову. – Думаю, тогда я смогу снова жить с Сарой… Зарплаты будет ведь хватать?

– Да, конечно, – кивнул Шон, принимаясь за американо. – Осталось найти агента и…

– Вы его уже нашли, – отер уголки губ салфеткой Гарри Кингстон. – Вот сертификат и лицензия детектива, – порылся он во внутреннем кармане пальто и извлек документы. – Как раз собирался искать работу – вынужденный отпуск затянулся.

Шон Коннерз потерял дар речи. Маргарет Никсон метнула на следователя немного восторженный взгляд. Все же работать с Гарри было интересно. И в отличие от Коннерза рядом с ним все опасности казались мелочами.

– Думаю… – уставился Коннерз в документы невидящим взглядом. А что оставалось делать?.. – Думаю, мы сработаемся, Гарольд Кингстон и Маргарет Никсон.

– Что ж, за «Коннерз и Ко», – победоносно поднял Гарольд Кингстон пустую чашку.

Наступающая легкой капелью с сосулек за окном весна обещала насыщенную жизнь.

Экзамен АБС (ассоциации британских сыщиков)

Бонус от Гарольда Кингстона.

«Живи, сохраняя покой. Придет весна, и цветы распустятся сами». Такова китайская пословица.

Терпения мне не хватало всю юность. Терпения подождать цветов. Я хватал бутоны и пожинал разочарования. В конце концов, махнув рукой на весну, цветы и бутоны, я с головой погрузился в безжалостную пургу жизни. Из наивного детектива-опера превратился в расчетливого следователя прокуратуры.

Тогда и появилась Мардж Никсон. О, я был уверен на все сто: сердце мое подобно айсбергу и полно вечного холода. Однако талант этой девчонки в том, чтобы топить лед и творить весну. Вначале она меня зацепила, во время первого общего дела я ею увлекся, после разгадки второго – признался себе, что влюблен, а в процессе третьего – что на всю жизнь. Честно и без шуток сказать об этом ей смелости не хватило. Она же призналась мне. Что я забрал ее сердце. А руку не получу. Ибо ее моя персона не устраивает, и все такое. Скажешь тут честно. Лучше уж отшутиться.

В конце концов мы попали в штат детективного агентства Коннерза. Шона Коннерза, который явно положил глаз на Маргарет. И я понял – морозы прошли, наклевываются бутоны. Я же готов снова принять их за цветы.

Коннерз снял маленький офис 4013 на Бридж-авеню для нашего «филиала» и укатил в Глазго заполнять бумаги.

Парковаться здесь – форменное мучение. Теперь я частный детектив. Бр-р. Вот уж не думал. Разумеется, сдать экзамен АБС после стольких лет работы в органах не составило проблем.

Маргарет лицензия не нужна – она лишь секретарь. Коннерз завлек ее хорошей зарплатой. Я не мог так просто отдать свою девушку сопернику, потому и взялся за столь малоперспективное дело как частный детективный сыск.

Вот и она, дверь 4013. Я кашлянул и постучал. Сейчас увижу Мардж.

Неравномерный стук каблуков – совсем недавно сняла гипс и сразу на каблуки! – и щелканье замка.

На счастливое выражение лица набежала тучка при виде меня.

– О… привет, – и, сникнув, посторонилась. – Я думала, это Шон.

Ну, конечно. Шон, милый Шон. Мой температурный баланс поколебался.

– Увы, придется тебе довольствоваться обществом частного детектива Гарольда Кингстона, – безразлично пожал я плечами и затворил дверь, ища взглядом кофейный автомат. Увы, растяпа Шон не догадался его поставить.

– Ты сдал экзамен? – умница, уловила скрытый посыл фразы, даже оживилась. – Поздравляю, – вот это слово уже прозвучало уныло, совсем не соответственно ситуации.

– У тебя такой вид, будто ты выпила «Блэк Айвори», – пошутил я с каменным лицом.

Отсылка к нашему знакомству – она пыталась разорить мой карман самым дорогим кофе, не догадываясь, что зерна его прежде проходят обработку в желудочно-кишечном тракте слона.

Маргарет подняла на меня свои зеленые глаза с немым упреком. Гром и молния, как же ей идет это бордовое платье.

– Для тебя-то это первый день, полный будущих чудес, а я здесь торчу уже неделю и все жду обещанных инструкций от Шона, – посетовала она, крутя в пальцах ручку. – О чудесах и приключениях молчу. Их нет.

Да, вот так выражается Мардж Никсон. Негодяй-блондин, наш работодатель, ты – причина ее расстройства.

– Он мне платит, конечно, но ведь я ничего не делаю! – ее отчаянию не было предела, а между тем это мечта половины земного шара – получать деньги и ничего не делать.

Пора ставить палки ему в колеса. Хотя это не метод – если настроить Марджи против Шона, она уйдет с работы, и я потеряю шанс навести мосты: презренную лицензию АБС не для того делал.

– Работы в частном сыске сейчас мало, – зевнул я, плюхаясь на диванчик. – Коннерз просто не захотел тебе сообщать об этом заранее. От нас ожидается всего быть на месте и ждать указаний. За то нам и платят. Приключения – дело случайное.

– Все же я не понимаю… – начала было Маргарет, но осеклась, встретившись со мной взглядом. Ага, видимо, еще не испарились в ней чувства, в которых она мне призналась в снегопад? Внутри меня птицей затрепетала радость.

– Гленнифер-парк наверняка сейчас чудесен, – подмигнул я девушке в бордовом платье, которую давно считал своей.

Осталось лишь убедить в этом ее. В тамошних лесах я в первый и единственный раз поцеловал ее. В щеку – тоже мне достижение. Но это не помешало Маргарет отчитать меня за легкомыслие. Все же мы собирались вновь побывать там. В теории.

– Пожалуйста, – покраснела Мардж тем не менее. – Не начинай.

– Отчего же? – невинно возразил я. – Ты обещала съездить туда со мной.

– Ты силой вырвал у меня согласие! – засверкали ее глаза. Гневно ли? Не думаю. Потому продолжил:

– Помню, в ответ ты хотела меня обнять и поколотить.

– Гарольд, ты просто невыносим! – цвет ее щек приближался к цвету платья. – Неужели мне придется подвергаться твоим словесным нападкам каждый день? Просто потому, что однажды я сболтнула тебе, что ты мне нравишься?

– Вовсе не однажды.

– Ну… а ты вообще ничего не сказал!

Опять двадцать пять. Даже предлагал встречаться. Предложение с негодованием было отвергнуто.

– Нравиться и любить – разные вещи! И когда я сломала ногу, дело было решено – никуда не едем!

– Дело решено не было, – отрезал я, мастерски скрыв возмущение за нахмуренными бровями. – Ты просто воспользовалась прикрытием Шона, когда мы договаривались обговорить наши отношения. Это трусость, Маргарет.

В точку. Она вскочила, и ранее сломанная нога подвернулась с каблука. Я предусмотрительно оказался рядом и подхватил.

– Это все слишком сложно… – освободилась она смущенно. – Я не знаю, что для тебя шутка, а что серьезно…

Она облокотилась о стол. Я – о стену, где должен был бы стоять кофейный автомат. Посмотрел в ее влажные глаза. Она – в мои. Момент истины настал.

– Послушай, что я тебе скажу…

В двери офиса повернулся ключ. Мы вздрогнули.

– Ну и пробки в Пейсли! – ввалился жердь Коннерз.

Тьфу ты. Это снова был бутон.

– …экзамен АБС оказался легкотней, – умело окончил я фразу. Интересно, китайцам удается сохранять покой в ожидании весны?

Четвертая лапа

В детективное агентство «Коннерз и Ко» обращается пожилая леди с заявлением о пропаже кота. Шон Коннерз, желая угодить Маргарет, отправляет на дело сыщика. Разве мог он знать, что это дело заставит Маргарет Никсон от него отдалиться? Что на него набросится ее старая подруга? И что Гарольд Кингстон, даже попав в отчаянное положение, сделает Мардж важное предложение?

Эпизод 1

Когда Маргарет Никсон вспоминала эту историю, то приходила к выводу, что началось все с зубной боли. Да, простой зубной боли. Хотя когда она у вас первая, простой вы ее вовсе не считаете. Мисс Никсон стояла перед зеркалом маленького санузла и интенсивно гоняла глоток воды за правой щекой. Дернуло же на прошлой неделе пойти в китайский ресторанчик! Курицы в кисло-сладком соусе захотелось… Волокна в зубах застряли намертво. Может, это просто зубы разошлись и меж ними трещина? А вовсе никакая не дыра в зубе? Да, да, ничего иного быть не должно. А ведь она даже не знает приличных стоматологов в Пейсли, если вдруг все же…

В офисе требовательно зазвонил телефон. Мардж торопливо сплюнула, бросила на свое отражение краткий недовольный взгляд – будете вы хорошо выглядеть, когда все сознание сосредоточено на зубном дискомфорте – и взволнованно поспешила ответить.

– Добрый день! Вы позвонили в детективное агентство «Коннерз и Ко», Маргарет Никсон у телефона. Чем могу быть полезна?

– Это Чарли, – отозвался в трубке плачущий женский голос. – Мой Чарли пропал, и в полиции мне отказываются помочь! Увидела ваш номер на объявлении, вот и решила, что…

Маргарет сделала краткий вдох, присела за стол и взяла остро отточенный карандаш, раскрыла блокнот. Наконец пахнет работой! Коннерз до сих пор не нашел ни одного дела, заплатил в прошлом месяце кругленькую сумму, только вот за что? Вызывает сей факт в голове странные сомнения и чувство жуткого неудобства, но шеф держится безупречно, с ним легко и просто, не рушить же все вопросом глупых подозрений.

– Мисс… или миссис… как вас называть? – уточнила девушка.

– Миссис Кирк, – казалось, миссис Кирк на том конце шумно утерла нос, и Маргарет он представился красным и мясистым.

– Миссис Кирк, в какое время это случилось? – сделала Мардж первую заметку в блокноте.

В тот момент в дверь постучали. Кингстон пришел: изо дня в день отравляет ее тихое офисное существование. То предлагает «Блэк Айвори», то расписывает, как прекрасен Гленнифер-парк в марте; неужели сложно поговорить о чем-нибудь другом?.. То, что Шон быстро вернулся из Глазго – чистая удача. Однако же дни проходят в напряженном молчании, и тихих домашних вечеров еле хватает, чтобы снимать дневной стресс. Мардж включила громкую связь и подбежала к двери на цыпочках, открыла и приложила палец к губам, кивая на телефон.

– Вчера днем, пока мы гуляли в парке, – рыдала тем временем миссис Кирк. – С ним бывало, что он терялся, но до темноты всегда находился! Я отвернулась, заговорилась с миссис Эпплтон – всего на несколько минут, уверяю вас! Мы обсуждали с ней меню к Дню святого Патрика, для нашего клуба, мы отвечаем за сладкий стол…

Гарольд Кингстон плюхнулся на свой диван в углу, закинув ногу на ногу, и характерно сцепил руки в замок перед лицом, опираясь локтями о колени. Слушает.

– Возраст и приметы, – шепнул он Мардж.

Да, и в нем детективная жилка задрожала. Скучал, наверное, по загадкам.

– Миссис Кирк, – перебила Маргарет клиентку, тактично дождавшись паузы в перечислении предполагаемых блюд, а также достоинств миссис Эпплтон, которую, оказывается, звали звучным именем Розамунд, – сколько Чарли лет?

– Пять лет и три месяца, – с готовностью всхлипнула миссис Кирк, снова шмыгая своим мясистым носом. – Он один у меня и был! Радость моя ненаглядная! Люди – зло, и если бы не Чарли… Он не мог уйти, мисс, уверяю вас! Это чей-то злой умысел, быть иначе не может! Вот миссис Эпплтон, например…

– Назовите его приметы, – сказала Мардж, подгоняемая жестами Кингстона. Разумеется, сколько еще мог уважающий себя мужчина, в прошлом следователь прокуратуры, а теперь сдавший экзамен частный сыщик, слушать муру про несовершенство мира и заслуги миссис Эпплтон?

– Ну, как… – миссис Кирк сделала паузу, собираясь с мыслями. Маргарет сосредоточенно чертила карандашом в блокноте узоры. Скорее, по привычке. – Он у меня крупненький, я бы даже сказала, высокий. До чего носиться любит, а прыгать со стола на диван, с дивана на кресло! – Мардж и Гарри недоуменно переглянулись. Такие вещи ребенку позволять?.. – Не остановишь. Приходится наказывать и без рыбки оставлять. Любит-то ее как… Вот однажды…

– Цвет волос? Глаз?

– Глаза зеленые, а волос черный, что ночь, от носа до хвоста, только вот белый галстучек носит, и носочки белые есть.

При чем тут гардероб? Мардж мотнула головой. Странная эта миссис Кирк, а таким обычно и податься некуда. Но родители что ж?

– А родители?

– Чьи родители?

– Ну, Чарли. Как их зовут? Может, он к ним пошел?

– Мисс, что за вопросы-то. Разве такое упомнишь. Ну, сейчас посмотрю в паспорте.

Маргарет поперхнулась. Такое упомнишь? Гарольд последние несколько фраз не издавал ни звука и теперь вдруг расхохотался во весь голос. Мардж срочно убрала звук в динамике.

– Простите, миссис Кирк, тут у нашего сотрудника… э-э… приступ астмы, – извинилась девушка в трубку, а сама осуждающе свела брови и поджала губу. – Так родители Чарли…

– Мать Жоржетта Шарм Сибири… – смех Гарольда снова взорвал помещение офиса.

Мардж поперхнулась еще раз, на этот раз тоже прорывающимся хохотом. Как она не поняла сразу?!

– Мисс… то есть миссис Кирк… откуда у вас Чарли? Он… что, животное?

– Боже мой, с выставки, конечно! Котик мой, он же моя жизнь! Умоляю, найдите его, мисс! Мне ведь и обратиться больше не к кому…

– Да, конечно, понимаю, – с сочувствием в голосе говорила Мардж, пытаясь унять веселье и злостно сверля Гарольда взглядом. Карандаш продолжал порхать по белому листу. Смешно вышло, конечно, да сами виноваты, что не так поняли. А бедная женщина умирает от беспокойства. – Я передам ваш запрос начальству и перезвоню, хорошо, миссис Кирк? Джоан Кирк? Хорошо. Да, разумеется, до свидания, – она тихо положила трубку, снова явственно ощущая больной зуб и неосознанно дотрагиваясь до него языком. Больно-то как. Всего лишь вдохнула ртом, а болит до самой кости.

– Что случилось? – заметил Гарольд, как увеличилась ее щека.

– Ерунда.

Мардж Никсон постеснялась говорить о подобных вещах человеку, с которым у нее столь странные отношения.

– Зуб болит?

Ну, в самом деле – его в юридическом учили мысли читать, что ли? Светит как рентгеном, неловко ведь!

– Я тебе рожи строю, противный сильно, – парировала она и показала свинку, оттянув нижние веки вниз, а кончик носа вверх. Старалась от души, чтоб насолить, а он только рассмеялся.

– Ах ты, Мардж, дитё неразумное! – положил ладонь ей на голову и взлохматил волосы.

– Что творишь?! – завизжала Мардж. Достичь естественного объема так нелегко, а легкая электризация – и пряди обвисают, как уши спаниеля. – Прическа! – и метнулась к туалету со спасительным зеркалом.

Между тем в двери повернулся ключ и вошел Шон Коннерз, директор детективного агентства, маленьким филиалом которого они являлись.

– Всем доброго утра! – жизнерадостно воскликнул он и помахал рукой. Наткнулся глазами только на Кингстона и поморщился. – А где Мардж?

– С ней случилась авария, – тут же сострил Гарольд, строя разбитую мину. Нельзя упускать момента подколоть умницу Шона. За его влюбленность в ничего не подозревающую Мардж.

– Авария?! – брови Шона подскочили кверху, он едва не выронил портфель, с которым с недавних пор был неразлучен.

– Шон, все в порядке! – выглянула Маргарет и помахала рукой. Гарольд заинтересовался птичками, что пели за окном. Шон вздохнул с облегчением. – Не слушай его, – снова глянула в зеркало, болезненно перекосившись и трогая щеку. Можно потерпеть.

Гарольд нахмурился, заметив это движение сквозь приоткрытую дверь. Сколько она еще будет его стесняться? Будто первый день знакомы. А с Шоном болтает с такой умилительной простотой, словно он Санта Клаус с мешком подарков.

– У нас наконец есть заказ! – показалась из санузла Маргарет, победно улыбаясь.

Шон и Гарри сидели в разных углах, скрестив неприязненные взгляды. Странная работа выпала. Меж двух огней. Зато квартиру нормальную можно снимать. И это уже великий плюс. Наладится и остальное, только надо потерпеть еще немного.

– Заказ? – переместил Гарри взгляд на нее.

Всегда перечил ей, что за тип. А ей казалось, что влюблена в него. Впрочем, злодей до сих пор нередко доводит до слабости в ногах…

– Ты что, серьезно? Кота Чарли отправишься искать?

– Кот? – переспросил Шон Коннерз, отставляя портфель и эмоции в сторону. – О чем вы?

– У некой миссис Джоан Кирк потерялся черный котик, – облокотился Гарри о стол деловито и изложил суть дела язвительно. – Пяти… – он заглянул в записи Мардж и увидел злую рожу в галстуке. Наверно, рисовала его. Повеселел, – лет и трех месяцев от роду, с белым галстучком…

– Гарольд! – воскликнула Мардж с укоризной, незаметно захлопывая блокнот. – Какая разница! Она расстроена, у нее никого больше нет, и никто этого Чарли не ищет, а нам все равно делать нечего!

Глаза Гарольда сузились. Она что – всерьез? Не шутит? Хочет кота искать? Мардж всегда была чуточку из другого мира.

Шон постучал пальцами по столу. Высокий блондин знал, что он – хозяин положения. Бесспорно, к нему Мардж и взывала.

– Мардж… – проговорил Шон. – Я бы поддержал тебя, ты знаешь, но… не дело это серьезного детективного агентства – искать пропавших животных.

– Но, Шон! Мы не можем быть такими бессердечными к миссис Кирк!

– Мы должны заботиться о репутации агентства. В Глазго мы хорошо развернулись и не можем себе позволить… – эти глаза цвета ореха светились такой мольбой, что Коннерзу сделалось неудобно отказать. – Хотя мы можем ей перезвонить и сказать кое-что, – блондин Шон подошел к телефону, а брюнет Гарольд уселся на свой диван, снова закинул ногу на ногу и безразлично скрестил руки на груди.

– Миссис Кирк? – голос Шона бодро зазвучал в трубку. – Вам звонит Шон Коннерз, директор детективного агентства… Да, именно «Коннерз и Ко». Вынужден огорчить, обычно мы не расследуем подобные дела… Да, миссис Кирк, но есть и хорошая новость. Один сотрудник проникся вашей историей, – Мардж благодарно сжала руки, – и потому мы выделим детектива для неофициального расследования, – Шон Коннерз победоносно взглянул на Гарольда.

Один-один. Только его единица ку-уда круче. Подмигнул брюнету-мозгоклюю. Пусть попляшет. Шон положил трубку.

– А мы отправимся на обед. Согласна, Маргарет?

Она замерла на мгновение, а потом с радостной улыбкой кивнула.

Эпизод 2

Маргарет застыла в напряженном ожидании, теребя пальцами ручки сумочки. Паршивое утро, а день еще хуже – визит к стоматологу. Но узнать, что там с зубом, придется рано или поздно – прав Коннерз, каков смысл себя мучать, чтобы потом прийти к тому же финалу, а то и худшему. Не то чтобы она боялась стоматолога… Просто категорически не хотелось видеть дополнительных людей. Снова. Мардж начинала подозревать, что у нее какое-нибудь биполярное расстройство. Порой проходила тесты по состоянию психики, но ничего страшного обнаружить не удалось. А вообще, чего еще было ждать от утра – Кингстон твердо намерен выбить у нее почву из-под ног, Шон держится все более подозрительно мило, кошатница миссис Кирк звонила несколько раз с уточнениями по поводу своего Чарлика, так что уже захотелось сочувствовать Гарри (который отправился туда-не-знаю-куда искать кошака), но это ни к чему, потому что она совершенно ровно к нему дышит. Верно?.. Верно! Кроме того, сегодня тональный крем как-то неровно лег на кончик носа, который у нее «облезший», как уж ни крути. Какая тут уверенность в себе?..

Спасибо Шону, после полудня таки влез в душу по своему обыкновению и, выпытав суть проблемы, уговорил отвезти к стоматологу – дескать, ему нужны здоровые работники, и нет в этом ничего неудобного. Закрыл офис, позвонил Кингстону, сказал, что они ушли обедать… И снова теряйся в догадках, зачем он так заботится. Из дружбы ведь? Просто из дружбы, определенно…

Маргарет с опаской поглядела в его сторону. Высокий блондин заканчивал формальности у стойки администратора. Любопытно, отчего его присутствие не вызывает дрожи в коленках, как в случае с Гарольдом вечно происходит?.. Хотя Шон вполне себе симпатичный, одевается с умеренным вкусом (пусть и не настолько с иголочки, как Гарольд), правильные черты лица, довольно мужественные (такие лица обычно в глаза не бросаются, как пишут в книгах, то ли дело идеал Кингстон), относится к ней со стабильной заботой и уважением. Наверно, дело в том, что ее всегда привлекали мужчины с темными волосами. Как Гарри. Девушка спешно похлопала себя по вискам – этот образ вечно не дает покоя, и одна дрожь от него!

Мягкий скрежет бормашины за дверью кабинета как-то не снимал стресс от слова «совсем».

– Мисс Никсон, – подошла, ослепительно улыбаясь, молоденькая администраторша с гладкозачесанными в пучок русыми волосами, идеально шелковистыми и блестящими. Пользуется разрекламированным Head&Shoulders, наверное. Шон, засовывая аккуратный бумажник в аккуратный карман аккуратного костюма (иногда эта его аккуратность раздражала Мардж. Вот оно, отличие! Вероятно, во всяком случае), сверкал всеми тридцатью двумя зубами рядом с ней. – Доктор О’Рейли примет вас через несколько минут, как только закончит с предыдущей пациенткой. Ожидайте, пожалуйста. Вам что-нибудь нужно? – девушка услужливо наклонилась к Мардж.

Маргарет смутилась собственных мыслей и, крепче вцепившись в сумочку, мотнула головой с вымученной улыбкой. Сейчас ей больше всего хотелось испариться и не думать о реальности. Проклятый зуб! Если б не он, можно было бы валяться на кроватке у окна в своей старой доброй комнатке на Мэнтон, под одеялом читать книжку в милой и ничем не докучающей, кроме лишних калорий, компании чая и печенек…

– Нервничаешь? – присел Шон Коннерз рядом, дружески похлопав ее по плечу. Еще и эти мужчины. Скинуть руку неудобно – все-таки человек помогает – а как этот жест истолковать, непонятно. – Ты же не на гильотину отправляешься, в самом деле, Мардж.

Девушка медленно моргнула и перевела глаза на светящийся экран с рекламой мобильного приложения клиники.

– Просто я первый раз у стоматолога. – Слабая отмазка.

– Действительно первый раз? – удивился Шон. – Эге, да тебя можно похвалить, сохранить зубы в наше время непросто! Признавайся, чистишь их каждый вечер? – лукаво ткнул он ее локтем в бок.

– И утро, – отозвалась Мардж автоматически, уклоняясь от удара.

– Ну, я тебе расскажу, как это выглядит, – с готовностью предложил Шон Коннерз.

Мардж мило улыбнулась и кивнула дружелюбно. Глядя, как он что-то ободрительно рассказывает, девушка думала, как же жаль, что он не догадывается, как ей хочется, чтоб он замолчал. Хотя без поддержки Шона ей тут пришлось бы туго, и помогает он по собственному желанию, так что та еще из нее эгоистка… Но иногда этот человек умеет быть таким нудным и предсказуемым донельзя, а еще он не умеет ее читать, как Гарольд, и в переделках на Кингстона можно стопроцентно положиться, а Шон по сравнению с ним просто милый мальчик… Интересно, сколько ему лет? Подняла на него глаза. Да нет, не настолько юный… Маргарет вновь тряхнула головой – что за мысли?

– …ну, местная анестезия – это не настолько страшно! – возразил Шон ее взгляду. Как всегда, не прочел ее мыслей. А объяснять их слишком трудоемко…

– Что? Местная анестезия?! – вздрогнула Маргарет, когда до нее дошел смысл его слов. – А куда укол делают?

Дверь распахнулась, выпуская предыдущую пациентку. Маргарет медленно встала с видом приговоренного к повешению.

– Выше нос, – шепнул Шон.

И вдруг девушка встретилась взглядом с вышедшей из кабинета молодой женщиной с коротко остриженными кудряшками, что держалась за щеку. Та застыла в изумлении.

– Марго? Это же Марго Никсон, глаза меня не обманывают?! – воскликнула женщина, шамкая слабоподвижной челюстью.

Маргарет потребовалось больше времени, чтобы предположить, кто эта неожиданная встречная:

– София Мартон?! – Маргарет чувствовала себя пораженной, причем непонятно, в хорошем или плохом смысле. Это как когда на вас падает сугроб и вы не знаете, радоваться или плакать.

Да, они работали вместе, и София была отличной коллегой, вот только со временем начала слишком лезть в ее личную жизнь…

– Но это… – даже находчивая София растерялась. И вот уже разразилась восклицаниями: – Подруга, что это значит – пропала с телефона, из всех сетей, из жизни?

Шон поднял брови и подвинулся к Мардж чуть ближе, чтобы защитить в крайнем случае.

– Я… это… пароль забыла… – присочинила Маргарет. На деле она просто лишилась любого гаджета кроме старой «Нокии», а на работе держалась от соцсетей подальше. – Даже от почты.

– Мисс Маргарет Никсон, – позвали из кабинета. Администраторша кашлянула, ненавязчиво поторапливая пациентку.

– Да, – Маргарет сделала нерешительный шаг вперед и беспомощно оглянулась.

– Я подожду, – мгновенно приняла мисс Мартон решение.

– Но удобно ли…

– Знаешь ли, неудобно спать на потолке, – Софи в своем репертуаре. Махнула рукой. – Отпустить невидимку Марго вот так просто – не дождешься!

Мардж кивнула, встретилась глазами с Шоном, улыбнулась ему, стараясь выразить благодарность. А потом ступила к неизбежному – в кабинет – и Шон придержал дверь за ней. Вот он ее затворил. Все. Назад дороги нет.

Обернувшись, блондин встретился с пристальным взглядом пары сверкающих глаз.

– И это давно? – скрестила София Мартон руки на груди.

– Что – давно? – не понял мужчина.

– Ну, давно вы влюбились в мою подругу?

Коннерз поперхнулся от неожиданной наглости.

– Да нет, – успокоила его Софи, легко ударяя кулаком в плечо, – это не обвинение. Вы неплохо смотритесь. И Мардж с вами мила и сдержанна, сумасшедшей не кажется хоть. Хороший признак. Так что я на вашей стороне. Только смотрите, – хмурясь, подняла она палец, – Мардж только с виду такая крутая, а на деле тот еще нежный цветочек. Так что не вздумайте ей плюнуть в душу, понятно? А то будете иметь дело со мной! Один уже отхватил, – и она демонстративно потерла ладонь о ладонь.

– Но я вовсе…

– Знаю, знаю, – махнула девушка рукой, – вам не обязательно мне признаваться, я ей не скажу ничего. Говорю, я на вашей стороне. Вы – не из красавчиков, вам можно.

Не из красавчиков?! Милый комплимент.

– Помогайте ей, прямо как сейчас, Марго постепенно влюбится, она очень романтичная. Вы, кстати, вообще кто?

– Ну… я ее начальник, – Шон чувствовал себя совершенно сбитым с толку.

– О, ого! – присвистнула мисс Мартон, усаживаясь наконец на скамейку и хлопая по сиденью рядом – дескать, и ты садись. – Недурно Марго устроилась! Впрочем, позвольте угадаю: на работе Марго обычно сидит тише мыши, так что вряд ли бы у вас взгляд на нее упал. Следовательно, она где-то начудила, вы пригляделись к ней, и по ходу работа нашлась.

– Вам бы да в Шерлоки Холмсы, – усмехнулся Шон, закидывая ногу на ногу. Он наконец пришел в себя от столь неожиданного натиска и вернул себе хладнокровие. Или попытался, во всяком случае.

– Да ну, это Марго любитель тайн и детективов. В могилу себя ими сведет. Стойте, – резко повернулась София вполооборота к собеседнику, – вы-то хоть не сыщик?

Шон неопределенно покачал головой. София Мартон строго на него уставилась.

– Сыскное агентство Коннерз и Ко, – протянул он девушке визитку, доставая ее небрежным жестом из нагрудного кармана.

– Ну, нет! – почти вскричала София, вглядевшись в нее. – И это ее новая работа?.. Имейте в виду, Марго переживает каждую мелочь как извержение вулкана! Да я с вами вообще забыла про анестезию! – приложила она вновь руку к щеке, болезненно морща лоб.

– Смею заверить, ее эффект уже совершенно незаметен, – улыбнулся Шон, радуясь, что может подколоть болтливую незнакомку с излишне длинным носом.

– Молчите, я буду думать, – насупившись, София демонстративно повернулась к Коннерзу спиной и засунула карточку в сумку.

Шон Коннерз достал смартфон и проверил почту. Пусто. Ничего, кроме двух уведомлений о новых видео на канале японской кухни в Ютубе. Дядино наследство вовсе не так прибыльно и романтично, как хотелось думать. Не так авантюрно, как в детстве, когда он зачитывался «Кратким курсом юного шпиона и сыщика». Блондин вздохнул. Зато все это привело его сюда, в Пейсли, где он наконец пережил нешуточное приключение, нашел применение своим умениям и вместе с Мардж раскрыл свое самостоятельное дело. Ну, и Кингстон тоже примешался. Мардж действительно очень мила, и непонятно зачем хочется ее держать поближе.

– Конечно, выглядишь ты понадежнее пройдохи Кингстона, – развернулась резко к нему эта странная женщина с ворохом волос яркого неизвестного цвета, – но все равно, интуиция мне подсказывает, что с такой работой доведешь ты ее до ручки.

– Кингстона? – Что за необъяснимое совпадение?

– Надеюсь, ее чувства выветрились, – кивнула София Мартон, что-то прикидывая в уме. И вдруг снова совершила резкий поворот: – Стой, ты его знаешь? Бабника Гарольда Кингстона?

– Он работает на меня, – пожал Шон плечами уже не столь безразлично. Кингстон оставался основным звеном, мешавшим ему обратить на себя внимание Мардж. У нее были чувства к нему?! Выглядело все наоборот, что, если… А все же здорово эта Мартон его прихватила – «бабник».

– Ну, прелесть какая! – взмахнула София руками. – И давно? Сговорились вы там, что ли…

Администраторша уже долгое время косилась на эту парочку с укоризной. Двое клиентов, ждущих своей очереди у соседнего кабинета, делали вид полного увлечения айпадами. Шон понимал: нужно срочно менять ситуацию – истеричка явно не собирается уходить без Маргарет.

– Странно, что вы принимаете столь близко к сердцу жизнь Маргарет, учитывая, что вы давно не виделись. Вы близкие подруги?

– Что? Нет, – махнула рукой чуть удивившаяся Софи. – Мы работали вместе, но из-за этого вашего Кингстона жизнь Марго полетела под откос, вот и потерялись.

Ага. Значит, Кингстон что-то в жизни Маргарет накосячил. А еще его смел корить за барбитураты.

– Позвольте спросить, мисс Мартон, вы о всех своих коллегах так печетесь?

– О тех, кто в этом нуждается, – уже полностью развернулась к сыщику София.

– Но ведь все нуждаются в заботе, – и бровью не повел Шон, продолжая беседу в самом миролюбивом тоне.

– Ты меня сейчас что, защищаться пытаешься заставить? – поразилась София. – Ну уж нетушки, не выйдет! Предупреждаю – я уведу у тебя Мардж, если эта работа на нее будет плохо влиять, так и знай! – молодая женщина вскочила со скамьи и расположилась у стены, ясно давая понять, что разговор окончен.

Мардж Никсон вышла из кабинета, и ей не хотелось ни с чем разбираться после того, как сверло стоматолога провалилось в нерв и заставило душу упасть ниже пяток, а страх забраться куда-то в район поджелудочной железы. В общем, моральные силы ее оставили, потому она без сопротивления позволила Софии Мартон подхватить себя под локоть.

Поднялся и Шон Коннерз; заметив выражение ее лица, легко дотронулся до плеча:

– Как дела, Мардж?

– Хорошо, – усмехнулась девушка, хотя ей совсем не хотелось смеяться.

– Ну, на такое «хорошо» «плохо» тебе не бывает! – подмигнул Шон, показывая большой палец. – Это радует. Идем, сказали, что через полчаса тебе уже можно будет пообедать.

– Никуда она с вами не идет, господин сыщик, – влезла в разговор София, оттягивая Маргарет в сторону. – Я уж о ней позабочусь.

– Вот уж не думаю.

– Софи, ты что, – укорила подругу Мардж. – Я ведь на работе.

– Ага, значит, трапезничество с начальником – это уже работа? – воинственный взгляд адресовался Коннерзу.

Маргарет немного опешила. Что за конфликт тут успел разыграться?.. Софи снова кашу заварила? О, как же она ненавидит конфликты! Сил решать их нет совсем, и чью сторону занять, непонятно… Сердце забилось где-то в горле. Неожиданно зазвонил телефон в сумочке. В кои веки телефонный звонок прозвучал сказочной мелодией: вот и спасение. Вообще-то, по телефону говорить она ненавидела.

– Прошу прощения, – с торжествующей улыбкой продемонстрировала девушка мигающий экранчик своей старой «Нокии» обоим.

Звонила Элла Лоуренс.

– Мардж, ну наконец-то! – прозвучало так, будто не могла дозвониться целую вечность. Однако голос у Эллы был расстроеннее некуда. – Ты не знаешь, что там у Себа?

– У Себа? – искренне удивилась Маргарет, усиленно не замечая странного напряжения между Шоном и Софи. С чего бы этим двоим ссориться? Они же только познакомились.

– Ну да, телефон у него не работает, и на инсте уже целый день не появляется, – капризно жаловалась Элли. Впрочем, она всхлипывала. Себ, похоже, пошел по стопам старшего брата. – А мне он так нужен! Сейчас!

Элла Лоуренс привыкла все получать по мановению волшебной палочки.

– Элли, мне жаль, но я не…

– Ты же можешь позвонить его брату и узнать? – это не звучало как вопрос. – Вы ведь дружите. Мардж, дело жизни и смерти. Буду ждать звонка! Люблю тебя! – Элли бросила трубку, полагая, что этого достаточно.

Миленько. Дружите. Точнее не бывает. Счастье, что у нее так и нет его номера. И ничего Элле она не обещала. Но на душе стало еще противнее.

Эпизод 3

Когда Шон спросил, чего она, Мардж, хочет, готовый предоставить ей выходной… Маргарет Никсон растерялась совершенно. Все было иначе, когда они попали зимой в больницу и думали про Мэрайю Гудвин. Именно тогда с Шоном было легко и просто. А теперь… что-то в нем изменилось. Вот так всегда. Чем дальше ты от людей, тем легче! Шон стал относиться к ней трепетно. И это… жуть как неудобно. Под пристальным взглядом Софи Мартон Мардж поспешила ляпнуть, что никаких выходных не надо, она возвращается в офис и будет работать как обычно, и не надо никакого обеда, и спасибо за заботу. И да, спасибо Софии за предложение, но сейчас никак – работа есть работа. Шон казался слегка разочарованным, а София потухла на мгновение, но вот – уже предложила подвезти ее на такси до офиса. Коннерз как-то странно дернулся, но потом мягко улыбнулся, вызвал им такси и, усадив на заднее сиденье, пожелал приятного дня обеим.

– Ну, рассказывай, – не терпящим возражений тоном сказала Софи, едва машина тронулась.

– Что… рассказывать?

Ох, не нравилась Маргарет эта ситуация, и с Шоном так глупо получилось. Приключение с зубом… а ведь идти туда еще в субботу снова, сейчас просто чем-то залатали дыру и вложили лекарство, чтобы убить нерв. Ужасает, что цена нормального самочувствия – жизнь этого маленького нерва. Хотя, может, одним нервом станет меньше и жить станет полегче?.. Улыбка от мысли появилась на лице против воли. Опасность крупно разболтаться и расчувствоваться под напором Софи невероятно велика! Хотя бы не было пробок в дороге.

– Кто все-таки – Коннерз или Кингстон? – устремила София на бывшую коллегу прямой взгляд с левого бока. – Улыбаешься-то!

– О чем ты, – заглянула Маргарет в экран «Нокии», на котором звякнуло новое сообщение. Снова Элли. «Позвонила?» Чтоб тебя. – С чего мне выбирать между ними?

– Коннерз влюблен в тебя, а ты – в следователя, – напирала мисс Мартон.

Настучала ответ: «У меня нет его номера».

– А вот следователь – темная лошадка, – продолжала Софи.

Куда уж темнее, даже контакта с ним нет, и не писал ничего.

– Ох, не говори! – воскликнула Мардж горячо. – Он мне, правда, предлагал встречаться, а я отказалась. А потом… – она осеклась.

Софи! Снова влезла в душу.

– Моя девочка! – хлопнула Софи в ладоши, широко раскрывая глаза и хлопнув ресницами. Довольно эффектно, как успела заметить Маргарет. Наверно, снова накладные. – Да я горжусь тобой! Вот это прогресс – дала ему отпор сама!

– Какой там прогресс, – не согласилась Мардж Никсон, – я ни разу ни с кем не встречалась, так что, – она усмехнулась, – скорее, это движение по накатанной.

– Тогда начни встречаться с Коннерзом, – подмигнула Софи. – Он будет счастлив.

– Чего?! – поперхнулась Маргарет от предложения. – Он… он не предлагал мне ничего, – пожала она плечами безразлично и уставилась в правое окно, стараясь не чувствовать плеча Софи, которая уселась посередине вместо своей левой стороны.

– Это вопрос времени. Маленький шаг навстречу, и все склеится. Напиши ему, как он был мил с тобой сегодня, завяжется разговор и…

– Не понимаю, зачем, – нахмурившись, обернулась Маргарет. – Я буду встречаться только с тем, за кого собираюсь замуж, – она засунула вновь вибрирующий мобильник в сумку. Элли так просто не сдается. – И ничего я ему не нравлюсь, – буркнула, снова отворачиваясь к окну. Хотелось бы верить.

– Еще как нравишься, – лукаво возразила мисс Мартон. – Кто за такси заплатил, а?

– Просто… джентльменский жест, – поежилась Маргарет.

– Ой, дорогая, да у меня глаз наметан, поверь, – сощурилась София Мартон. – А ты всегда была старомодной. В наше время…

Снова смс-ка.

– Прости, – сделала вид, что корреспонденция очень важная, и, достав «Нокию», уткнулась в нее носом. Вся жизнь фарс, что ли?.. «Так узнай» – гласило первое сообщение. «Миссия выполнима» и смайл. Издевается этот избалованный ребенок. – Похоже, мне надо позвонить, а то меня в покое не оставят.

– А что там? – невинно заглянула в экран София.

– Проблемы у одной молодой особы, – почти отрезала Маргарет Никсон. – Водитель, остановитесь, пожалуйста!

– Мы почти на месте, – возразил таксист, сворачивая с главной улицы в переулок.

– Ты чего, Маргарет? – поддержала его София.

– Мне нужно позвонить, и удобнее будет на улице. Я пройдусь квартал, – Мардж чувствовала, что прет, как бык на красный свет, и от того исполнилась внутреннего достоинства. – Спасибо, – бросила она водителю, вылезая за Софией на тротуар. – Ну, пока, подруга, прости, но, – она покрутила телефоном с натянутой улыбкой, – работа есть работа.

– Ладно, – рассмеялась Софи Мартон. – Иди уже, звони.

Мардж выдохнула с облегчением.

– Только с одним условием, – подняла Софи палец. Маргарет чуть вздрогнула и посмотрела на бывшую коллегу. София отобрала у Мардж «Нокию» и быстро застучала по кнопкам. Приложила к уху. – Мой номер. Вечером сходим куда-нибудь. По рукам?

– Ты… шантажистка, – пошутила Мардж с тяжелым сердцем.

– Обещаешь? – у Софи заиграла в сумке песня Стинга.

– А у меня есть выход?

– Конечно нет. Марго, и знаю я тебя, не уходи от ответа – обещаешь или нет?

– Ну… обещаю, – пожала девушка мартоновскую руку.

Странно, что порой к нам привязываются люди, которые нам совершенно не нужны, а вот кто нужен, тот привязываться совсем не спешит. И отказать этим первым никогда не бывает удобно… Маргарет тряхнула головой и приняла обратно телефон. Нажала пару кнопок, приложила к уху, кивнула Софии с улыбкой и деловой походкой отправилась восвояси.

– Пока. Да, алло!

Едва завернув за угол, воровато оглянулась. Софи Мартон не видно. Девушка отняла телефон от уха, нажала кнопку выключения, дождалась, пока дрогнул и погас экран, ловко сунула в сумочку и… рассмеялась с облегчением, поднимая лицо к небу.

– А идите вы на все четыре стороны, – непоследовательно заключила, закинула сумку на плечо и зашагала вперед.

День выдался пасмурный, но теплый. Мардж засунула руки в карманы распахнутого пальто, слегка запрокинула голову, наслаждаясь легким ветерком, раздувающим полы прелестного платья (подходящее капиталовложение первой зарплаты!), и стуком собственных каблучков. Небо слало короткие письма в будущее обрывками белых рвущихся облаков на фоне серого полотна, в нем носились птицы. В конце стремящейся к горизонту улицы полотно собиралось живописными клубками из мощной ваты.

«Как любимое мороженое старика у Эдгара По», – подумалось Маргарет, от этой мысли улыбка расцвела на лице шире. Она обожала вот такое настроение. Когда одной яркой эмоцией будто стираются дни отчаяния и внезапно на душе становится так легко. Только… обычно это ненадолго. А потом реальность снова вызывает на неравный бой. Но воспользоваться шансом побыть счастливой нужно на полную.

И Мардж резко передумала. Включила «Нокию» и позвонила Шону, сказав, что все же возьмет выходной до конца дня. Элли отписала: «Прости, точно не сейчас».

После таких волевых действий мисс Никсон почувствовала себя совершенно крутым перцем и отправилась в парк. Она давно хотела посмотреть на озеро и сходить в зоопарк, и вот этот день всеобщих свобод настал! Но только пока девушка добралась и перекусила в милом кафе под романтичной вывеской «Ровантри», с неудовольствием замечая, каким инородным предметом ощущается временная пломба во рту… подобрались коварные мартовские сумерки.

Зоопарк закрылся, облака стали таять. Люди начали расходиться из парка. Что ж, это вполне устраивало Мардж. Она устроилась на берегу озера и стала глядеть, как отблески зажегшихся фонарей колеблются на его поверхности. Мысли из головы улетучивались, настроение приобретало нейтральный оттенок. В носу становилось мокро то ли от подкравшегося холода, то ли от нового биполярного падения. Вероятно, похоже чувствуют себя люди, мечтающие напиться или уже осушившие пару банок пива. Счастья как не бывало.

Она смотрела в пустое черное небо, небрежно скинув туфли и подобрав ноги под себя. А рядом ни души.

– Софи всегда была сплетницей. Сдалось ей снова в мою личную жизнь влезать? Но если она права? И Шон правда ко мне неровно дышит?.. С чего еще ему платить мне за работу, которой нет?.. Возить к врачу?.. Платить за такси?.. Теперь я ему должна до конца своей жизни, и если что, даже отшить его будет неловко… Как же неудобно жить с людьми! Надо взять и уволиться, и разорвать этот заколдованный круг. Но я только начала. Что скажут?.. А, неважно что скажут. Но на что жить? Чем платить за квартиру? Снова съезжать и дергать Сэл… – Мардж коротко расхохоталась и смахнула слезинку с ресниц. – Тихо, сейчас тушь потечет… У меня и так уже вещей немного. В следующий раз не буду покупать столько платьев и тратить первую зарплату на радостях. Половину… нет, три четвертых отложу сразу же! Эх, Мардж, Мардж, нельзя так! Когда научишься не трусить и смотреть проблемам в лицо, не сбегая?

Она опустила глаза, словно в поисках ответа, и увидела кошачий силуэт, то ли направляющийся по своим делам, то ли гуляющий без оных.

– Эй, котик! Кис-кис! Может, ты… Чарли? Чарли! Чарли! Кис-кис! – кот остановился, внимательно оценил девушку взглядом и запрыгнул в два прыжка на скамейку, позволив почесать себе за ушком. Маргарет засмеялась. – И даже на кличку отзываешься. Но ты не кот миссис Кирк, потому что ты рыжий. Несправедливо, правда? Был бы черный в белых носках – и жизнь изменилась бы в мгновение ока. Попал бы на ужин с рыбкой и прыгал бы с дивана на стол… Я себя чувствую такой же потерянной в жизни, как ты. Как будто я тоже рыжая, и ничего больше… Вечно все складывается не как у людей. Вот скажи, Чарлик, что я должна делать? Бежать от проблем? Или стойко выдержать их натиск? М, Чарли? – Чарли лишь помурлыкивал в ответ, а вода в озере тихо плескалась от дуновений легкого ветра. – Конечно, лучше выдержать, только вот уж не знаю как… Исчезать вечно нельзя, правда?

Чарли махнул хвостом, выгнул спину и, соскочив с лавки, побежал по аллее прочь.

– Ушел… – вздохнула Мардж. – Ты-то не потерян и знаешь, куда идешь, где бы ты ни был. Гуляешь сам по себе, и это так удобно! А у нас, людей, так не выходит. И какая тебе разница, что у какой-то миссис Кирк другой Чарли живет райской жизнью… Верно! Миссис Кирк! – Маргарет внимательно провела большим пальцем по тыльной стороне фаланг остальных. – У этого Чарлика холка пустая, а у родовитого наверняка есть чип. Если бы он попал в приют, его бы просканировали и вернули хозяйке – тут без сомнений. Раз нет, значит, не нашли. Где может быть домашний кот, чтоб не попасться службам на глаза? Подумаем… На дереве?.. Ну, не сутки же. Он должен быть… Как все просто. Где-то в доме. Может, подвал?.. Готова держать пари! Девять против одного! Надо проверить подвал дома миссис Кирк!

Мардж не могла ждать. С горем пополам она засунула закоченевшие ноги в туфли и помчалась на остановку автобуса.

Только вот как пробраться внутрь? Маргарет в нерешительности остановилась на лестнице к двери двухэтажного дома. Ладно. Попробуем для начала позвонить в домофон миссис Кирк. Зажегся свет: из дома кто-то выходил. Маргарет посторонилась, и тут у нее родилась гениальная мысль.

– Простите, а вы живете тут?

Обернувшаяся фигура оказалась… Гарольдом Кингстоном! Впрочем, пора перестать удивляться. Это у Мардж получалось с трудом.

– О… – Мардж нервно хихикнула. – Это… ты?

– Что ты здесь делаешь? – голос Гарольда не был похож на приветливый.

– Я… подумала, что стоит в подвале поискать… Кота, я имею в виду.

– Я только что оттуда, – Гарольд опустил руку в карман и легко сбежал вниз по ступенькам. Мардж пришлось посторониться. – Как прошел обед? – сощурившись, он обернулся.

– Никак, – Маргарет пожала плечами и спустилась следом. – Мы не ели, если это тебя интересует.

– Странно, но не интересует.

– Меня еда тоже не интересовала, – снова нервно пошутила Мардж. – Поэтому Шон отвез меня к стоматологу.

– Я рад, – Гарольд подошел к машине, – что вы так хорошо провели время, – он был подчеркнуто сух. – Остановку найдешь, думаю.

– Эй, Гарольд! – рассердилась Мардж. – Ты чего такой надутый?

– С чего бы мне «быть надутым»? – передразнил он, сделав недовольно-невинное лицо.

– Слушай, сколько тебе лет, а? – Маргарет вдруг почувствовала, что просто обязана на него наехать. – Сколько?

Он щелкнул ключом, снимая блокировку.

– Нет, серьезно, – подбежала девушка к двери и встала у мужчины на пути. – Скажи, сколько, а я скажу, сколько мне. Все честно.

– Мисс Никсон, вы ведете себя в крайней степени странно, – он ее взял за плечи и, слегка притянув к себе, принюхался. Отстранил. – Хотя абсолютно трезвы. То, что вам двадцать шесть, я знаю давно. – Он открыл дверцу и сел. – Советую отправляться домой.

– Выглядишь не моложе тридцати, а ведешь себя как пятнадцатилетний! – воскликнула Мардж обиженно. Еще и за такие манипуляции с принюхиванием.

– Прости? – Гарольд опустил стекло.

– Ты следишь за собой, значит, выглядишь моложе, чем есть. Голосую за тридцать пять! Нет, восемь! – Мардж решила накинуть побольше из мести. – Обижаешься, когда меня кто-то приглашает на обед – разве это не по-детски? Бесит! – она топнула ногой. – Я сейчас такая голодная и несчастная, что даже бы пошла с тобой куда-нибудь и наверняка бы разоткровенничалась, но ты меня прогоняешь, даже ничего не сказав о Чарли? И пусть уже ночь, тебе все равно, что бросаешь меня в таком районе?

– С чего мне не должно быть все равно? – возразил Гарольд, заводя мотор. – Я не звал тебя сюда, к тому же район центральный.

– Не-ет, – положила Маргарет пальцы на край опущенного стекла. – Тебе не все равно, потому что ты дуешься, а про сердце ты признавался, что…

Но Гарольд нажал кнопку, и стекло поползло вверх. Девушка ойкнула и, отдернув руки, отпрыгнула. Он зажег фары и тронулся с места. Маргарет уныло опустила нос, исподлобья глядя, как свет его автомобиля растворяется в сплошное пятно перед затуманившимися глазами. Что она только что сделала? Устроила сцену! Хотелось сесть на мостовую и разрыдаться, как в корейском сериале.

К дому подъехал белый хэтчбек с шашечками такси. Маргарет зажмурилась. Худощавый пассажир расплатился и вышел, направляясь к дому.

– Такси! – вдруг решила она срочно направиться домой…

Эпизод 4

Подоткнув под себя ноги, Маргарет Никсон с привычно стянутыми в хохлатый пучок волосами сидела на диване и угрюмо потягивала чай. Взор ее был направлен на темное окно, за которым огнями светился вечер, а по стеклу, дрожа, сбегали струйки неожиданного дождя. Маргарет Никсон смотрела на них, и ей нравилось мечтать, что это начинается стихийное бедствие: возможно, оно слегка изменило бы ее непонятную жизнь.

Хлопнула дверь. Мардж подскочила от неожиданности, едва не облившись чаем. Сердито проверила леггинсы и длинный свитер – повезло, сухо. Вот так всегда! Только размечтаешься уединиться… Сара-то хвастала, что сегодня идет с Брентом на мегаожидаемое свидание.

– Привет, – появилась Сара у чайника, безрадостно разматывая шелковый шарф. Кнопка щелкнула, и электрический чайник напыщенно зашипел. Еще теплый.

– Привет, – буркнула и Мардж, поднимаясь с дивана осторожно, чтоб с чаем ничего не случилось. Самое время исчезнуть в свою маленькую комнату. – Думала, у вас с Брентом свидание, – не удержалась и пустила стрелу с ничего не выражающим выражением лица.

– Я тоже думала. – Сара оказалась совсем не в духе.

Редко с ее матовых губ слетал такой недовольный тон. Она вытянула руку перед собой, растопырив пальцы, и задумчиво глядела на кольцо. Маргарет, вцепившись в свою чашку, словно в спасательный круг, почему-то не могла сдвинуться с места и наблюдала за соседкой. Сара Брайтон вздохнула тяжко и оставила кольцо в покое, переместив взгляд на окно, в которое недавно пялилась Маргарет.

– Все… хорошо, Сэл? – совесть не давала мисс Никсон исчезнуть.

– Нет! – воскликнула Сара, всплескивая руками и ударяя по кухонной тумбе ладонями со всего размаху. – Знаешь, с меня хватит! – вот так, маленький знак внимания, и человек готов излиться океаном чувств. – Это кольцо – точно ошибка, – обратилась она к своему пальцу и стала стаскивать упомянутое украшение.

– Сэл, ты чего вдруг? – воскликнула Мардж, отставляя чашку на столик с зеркалом у стены и спеша к подруге. – Давай присядем, и ты расскажи по порядку, что случилось! Вы поругались?

Сара всхлипнула и покачала головой отрицательно; по ее щеке скатились несколько слез, оставляя на стойком макияже светлые полоски. Она позволила Маргарет усадить себя в кресло. Мардж села на диван, снова подсунув ноги под себя, и, стащив резинку с макушки, терпеливо стала ждать пояснений. Волосы ее временно рассыпались пышной копной, которую так здорово было бы иметь всегда.

– Мы планировали этот вечер месяц назад, ты знаешь, – уставилась Сара на свой французский маникюр. – Мы оба – занятые люди, и я не имею ничего против. Это нормально, что мы редко проводим время вместе. Но уговор есть уговор! Это дата – два месяца со дня обручения. Разве не стоило отставить все дела?

– А он что? – выразила Мардж свою заинтересованность.

– Едва мы сели за столик, раздался звонок, и он сорвался с места, – сквозь зубы процедила Сара. Вцепившись в подлокотники кресла, она добавила: – Наша помолвка была ошибкой, я за него не выйду.

Она рывком стащила кольцо и положила на край столика для бумаг. Маргарет боялась издать хоть звук в воцарившейся напряженной тишине. Но вот за окном раздался сигнал чьего-то автомобиля и характерный скрип тормозов. Подруги вздрогнули.

– Разве Брент не хороший? – попыталась Мардж наконец привести аргумент.

– Хороший, – согласилась Сэл, – и еще какой хороший. Но он любит свою работу больше, чем меня, Марджи, а это плохой фундамент для создания семьи. Быть мне старой девой, – усмехнулась она невесело.

– Мне тоже, – охотно разделила повод ее грусти Мардж.

– А у тебя что? – спросила Сэл.

– А у меня вообще жениха нет, – засмеялась Маргарет чуть натянуто и начала плести: – Так что, Сэл, сделаемся мы старыми девами, состаримся в этой квартирке, будем работать с утра до вечера, ходить в кафе Кэрри на пирожные и потом дома есть блинчики и пить латте. С годами мы начнем вязать длинные шарфы и заведем по кошке, чтоб уже наверняка не было одиноко. Ты поседеешь красиво, останешься настоящей леди с безупречной осанкой и манерами, которая холодна и царственна с любым поклонником.

– А ты? – засмеялась Сэл.

– А я… Боюсь, с каждым годом я буду выкидывать все более странные штуки и постепенно сойду с ума. Ты, наверное, сразу этого не поймешь, но однажды мы расстанемся, потому что меня придется поместить в лечебницу. Мое сердце не выдержит расставания, и я перед смертью вырву из тебя обещание развеять мой прах над ручьем в Гленнифер-парке…

– Перестань! – расхохоталась Сара. – Ты и раньше сбежать можешь, такая уж ты.

– Из больницы? – Мардж сделала невинное лицо и тоже рассмеялась от души. Обстановка разрядилась. – Но по правде, сегодня я как раз думала о побеге… – погрустнела Маргарет и украдкой глянула на Сэл. Она слушала. – Понимаешь… видела Софи, свою старую коллегу. А я была с Коннерзом. Она мне сказала, что Шон влюблен в меня. Я тоже думала об этом, и, наверное, она права…

– Почему бы ему и не быть влюбленным в тебя? – спросила Сара. – Ты себя недооцениваешь, Марджи.

– Но я против! Это усложняет все… – возразила Мардж горячо.

– Согласись, это его воля – быть или не быть влюбленным. А какая твоя?

– Моя?.. – задумалась Мардж на мгновение. – Он милый, правда. Но никакого огонька я не чувствую, понимаешь?

– Огонек… ничего не решает, – вздохнула Сэл, поднимаясь.

– Прости, – осеклась Мардж. – Я не хотела.

– Все нормально. Я погорячилась, конечно, но… намерена тщательно пересмотреть эту помолвку, – девушка достала из шкафа чашку, вложила пакетик и заварила чай. – Хочешь чаю? – Мардж покачала головой отрицательно. – Если он будет срываться из дома по каждому звонку о кошачьих следах в подвале… – Сэл подошла к двери своей комнаты.

– Кошачьих следах? В подвале?.. – насторожилась Мардж.

– Да уж, Кингстон звонил ему. А Кингстон – это не официальная работа. Марджи, прости, я пойду к себе, мне надо подумать. – Сэл закрылась у себя.

Маргарет уставилась на блестящий алмазик на сиротливо брошенном кольце. Кошачий след в подвале. Гарольд был только в одном подвале и искал только одну кошку. А теперь зовет детектива полиции на помощь… Что там случилось в подвале миссис Кирк?..

Маргарет представила рожу Гарольда и поежилась. Противный тип! Никуда она не поедет! Девушка плюхнулась лицом на диванную подушку. Лежать так было неудобно. Она выпрямилась. Нет, загадка щекочет ноздри. А если он подумает, что она к нему примчалась вся такая влюбленная! Подумает же! И снова станет издеваться! Маргарет снова упала на диван, теперь пялясь в потолок. Если бы был повод… Стоп. Она опять села. Ведь Элли звонила весь день! Пора выполнить просьбу юной несчастной и достать номер Себа. Из комнаты с зарядки зазвонил телефон. Песенка Синатры в полифонии. Маргарет по привычке сделала несколько танцевальных движений, прежде чем подбежать и посмотреть, кто звонит. София Мартон. Ох, она же обещала!

Гарольд Кингстон и Брент Финчли поднялись на второй этаж дома, где жила миссис Кирк, и остановились перед дверью с надписью у звонка «Алисия Вэйн».

– И почему ты меня позвал, – покачал головой Брент в последний раз.

– Зачем мне звать полицию, если у меня друг – детектив, – серьезно сказал Гарольд. – И потом… разве не хочешь вспомнить старые добрые времена? – состроил он таинственную физиономию.

– Что ж, давай, валяй, как в старые добрые времена, – рассмеялся Финчли и нажал на звонок.

Сейчас ему лучше было сосредоточиться на настоящем, чем думать о Сариной грядущей мести. Она ничего не сказала, но это не значит, что ничего не подумала. Ее взгляд красноречиво обещал вендетту. Здесь же и сейчас был Гарольд со своей кошкой, которую, по-видимому, украли.

Дверь открыла длинноволосая брюнетка в белом шелковом халате. Она удивилась, увидев посетителей, и на секунду в глазах ее промелькнуло смятение. Однако, быстро справилась с изумлением, поправила полы халата и улыбнулась Кингстону:

– О, это снова вы?

– Видите ли, мисс Вэйн, я не смог прожить без вашей улыбки и двух часов, – сверкнул зубами Кингстон, протискиваясь в дверь. Алисия Вэйн потеряла дар речи, и на ее щеках проступил легкий румянец. – Рассказал о нашем знакомстве приятелю, ему тоже захотелось на вас полюбоваться.

– Но вы же не серьезно… – начала Алисия, наблюдая, как и Брент просачивается в коридор, а дверь за ним закрывается. Девушка изобразила улыбку: – Вы же не всерьез решили сюда ворваться?

– Конечно, всерьез, – сказал Брент, доставая из нагрудного кармана удостоверение. – Мы пришли насчет кота.

– Какого кота? – Алисия побледнела при виде значка.

– Вы говорили, что видели его во дворе сегодня, – напомнил Гарольд. – Кот миссис Кирк, вашей соседки.

– Да, – оживилась мисс Вэйн, но голос ее предательски подрагивал. – Я же вам сказала, что видела его, погладила, как вам подсказал наш дорогой собачник Морли, который все видит и слышит. Потому что я люблю котов, а у самой у меня нет, так что не упускаю момента…

– Хватит, мисс Вэйн, не советую шутить с полицией, – нахмурился Финчли. – Хищение чужого имущества карается законом. А кот – тоже имущество.

– Не понимаю, какое хищение, – горячо возразила Алисия. – Не знаю я ничего больше!

– Соседи показали, что видели, как вы несли его в подвал, – сурово сказал Кингстон.

– Не несла я! – вскричала Алисия. – Он сам бежал за мной, купился на лаком… – девушка закусила губу.

Кингстон и Финчли переглянулись торжествующе. Девушка опустила голову и сглотнула.

– Это еще не значит, что я его украла, – промямлила она.

– Мисс Вэйн, вы только ухудшаете положение, в которое сами себя поставили, – сказал Кингстон слегка доверительным тоном. – Кот миссис Кирк, Чарли, он ведь у вас в подвале?

Алисия спрятала лицо в руках и задрожала всем телом.

– Днем вы подтвердили, что приласкали Чарли у дома, и раз службы поиска домашних животных не нашли его, я решил проверить подвал – излюбленное место котов для пряток, – добивал Кингстон мисс Вэйн безжалостными фактами. – У миссис Кирк было пусто, зато рядом оказался ваш. И к двери вели следы кота, и изнутри раздавалось что-то вроде мяуканья. Хотя вы сами сказали, что кота у вас нет. Препираться бесполезно, понимаете?

Алисия отняла руки от лица. Щеки ее пылали.

– Следов не осталось, не врите… – и она снова поняла, что ее поймали. – Ну, хорошо, да, это я взяла его! – выкрикнула мисс Вэйн в лицо мужчинам. – Я бы подержала его взаперти – я же не живодер – а потом отдала бы в хорошие руки. Мне представилась такая возможность отомстить!

Брент Финчли передернул плечами. Женщина, в которой живет желание мести, выглядит устрашающе. Надо сразу после этого дела купить цветов и пойти к Саре домой мириться.

– Странный способ мстить, – заметил Кингстон.

– Это единственное существо, которое Кирк ценит! – запальчиво пояснила Алисия. – На остальных ей плевать. – Девушка стиснула зубы и посмотрела в окно. – Я писатель, да будет вам известно, – эта фраза будто адресовалась окну. – Не то чтобы известный… Вернее, совсем уж не известный, – брюнетка гордо вскинула голову и посмотрела на своих непрошеных гостей. – Но это пока. Что бы там ни говорил Эндрю.

– Кто такой Эндрю?

– Мой бывший муж. Но не мешайте его сюда, его нет уже! В смысле… он мне больше не муж, и я снова мисс Вэйн, а не миссис Эндрю Харрис. Он узнал на собственном опыте, что значит вставать у меня на пути! Посмел назвать меня бумагомарателем! – Алисия Вэйн была похожа на вдохновленную фурию. Мужчины были вынуждены сглотнуть – ее горящие глаза завораживали опасным блеском. – Как я могла упустить возможность отомстить Кирк, когда ее котяра с таким доверием шел прямо мне навстречу и терся о мои собственные сапоги? Писатели не такой хилый народ, как кажется, мистер Кингстон. Джоан Кирк осмелилась обливать грязью на форумах мое творчество! Она еще узнает, кому объявляет войну. Вы только послушайте, что она накорябала вчера… – Алисия была готова метнуться к заваленному бумажным хламом письменному столу в единственной комнате.

– И вы… выследили ее, чтобы отомстить? – с надеждой на отрицательный ответ спросил Финчли.

– Она моя соседка сверху, а вдобавок ко всем несправедливостям мой работодатель, – пожала плечами Алисия, останавливаясь. И воскликнула: – Если бы я могла зарабатывать продажами книг, то давно бы бросила это рабство! Она мнит себя китайским императором – то тут не так расставила статуэтки, то пыль в углу оставила! И потом снисходительно: «Чего же ждать от графоманки». Из-за таких как она я проигрываю конкурс за конкурсом… И остаюсь… неизвестным бумагомарателем… Но это временно, – она снова вздернула подбородок. – Временно. Что бы там они ни думали все, – в больших глазах девушки блестело много слез, но она мужественно удерживалась от плача. – Эндрю даже не платит алименты… Моя месть по мне же и отрикошетила, – грустно засмеялась Алисия. – Но я не жалею ни на минуту! – она протянула вперед запястья все с тем же горящим взором и таким достоинством, будто это она пришла произвести арест. – Я все равно отомстила ей, о, это чувство ни с чем не сравнимо!

Гарольд и Брент переглянулись. Кингстон мягко дотронулся до рук мисс Вэйн и опустил их.

– Давайте договоримся, Алисия: если вы отдадите кота, мы не станем говорить миссис Кирк, где именно в подвале его нашли.

Алисия вздрогнула и подняла глаза. В них порхнул огонь нечаянной радости.

– Вы… серьезно, мистер Кингстон?! – в этой детской радости она была похожа на Мардж. Кингстон расплылся в улыбке, а Алисия неожиданно подскочила на месте, пылко положив руки на плечи сыщика, и поцеловала его в щеку. – Вы невероятный человек!

Гарольд закашлялся. Мисс Вэйн уже возбужденно искала в ящике старого комода ключ от подвала. Квартира вся как на ладони. Где хлам соседствует с изящным макбуком и брендовыми платьями.

Брент Финчли улыбнулся снисходительно и заметил Алисии:

– Если вы так себя вели и в замужестве, то вашего мужа можно понять.

– Ах, сэр, – отмахнулась Алисия, накидывая плащ прямо поверх халата и открывая дверь, – душа писателя легка и романтична и не подлежит заточению в клетку, – взгляд ее посуровел. – Мой муж совершенно не хотел этого понимать, и я его возненавидела. – Она тряхнула головой и просияла улыбкой мужчинам, легонько подталкивая их локтями: – Идемте же!

Эпизод 5

Возле четырехэтажного ничем не примечательного дома, где кипели события весь этот день и вечер, мигнув аварийками, остановилось такси. Из него вылезли четыре молодые особы. Самой юной, казалось, не больше семнадцати. Ее белокурые локоны ложились на подсвеченное фарами красное пальто аккуратными волнами; она обреченно сжимала в руках маленькую изящную сумочку и испуганно оглядывалась по сторонам. Вторая блондинка была выше и старше, ступала осторожно и держалась элегантно. Выглядела она как человек, точно определившийся, что делать со своей жизнью. Третья девушка – шатенка в бордовом платье, выглядывавшем из-под распахнутого пальто, и в сапогах на плоской подошве явно из другой оперы – чувствовала себя неуютно и то и дело украдкой поглядывала на спутниц. Замыкала шествие старшая из всех – по-спортивному подтянутая София Мартон, не смущавшаяся, казалось, ни в какой ситуации.

– Это должно быть здесь, – указала Мардж Никсон на дом, на лестничной площадке которого тут же зажегся свет.

– О! – воскликнула Элла Лоуренс. – Ты что, обладаешь телепатией?

– Спасибо, – тем временем расплатилась с таксистом Сара Брайтон.

– Итак, – хлопнула в ладоши Софи Мартон и натянула перчатки туже на руки. – Проверим, что за магия собрала нас тут всех вместе.

Она сделала первый шаг в тот же миг, как входная дверь распахнулась и на тротуар, придерживая норовивший распахнуться плащ, вылетела высокая брюнетка с развевающимися до пояса волосами. Из-под плаща виднелись халат и голые ноги, на ногах – кроссовки.

Девушки застыли на то самое мгновение, в которое в не успевшую закрыться дверь вырвался известный им всем Гарольд Кингстон в темных джинсах и расстегнутой парке с меховым воротником.

– Кингстон! – тихо воскликнули Элла, Мардж и Сара. Софи нахмурилась.

– Алисия, стой! – несомненно, драматичное восклицание адресовалось брюнетке. Одним прыжком он перемахнул три ступеньки и обвил ее руками, прижав к себе. Беглянка была вынуждена остановиться.

Девушки невольно отступили в тень еще голого дерева. Таксист тем временем с головой ушел в свой счетчик и радио. Гарольд что-то шептал Алисии на ухо в эти напряженные секунды. Умилительно.

Маргарет почувствовала, как у нее свело что-то в груди, а язык камнем застревает в горле.

– Вот и расставили точки над «i», – раздался у нее над ухом голос Софи: несколько более жесткий, чем обычно.

В дверях дома появилась еще одна фигура.

– Брент! – вздрогнула Сэл и засунула руки в карманы.

Элла не сказала ничего.

– Мисс Вэйн! – окликнул Брент Финчли. – Советую вам…

Алисия Вэйн улучила момент: Гарольд отвлекся на голос детектива, а девушка, быстро запустив правую руку в карман, вдруг ею и ударила Кингстона по левой стороне лица со всей силы. Он охнул от неожиданности и схватился за щеку, брюнетка вырвалась, в несколько прыжков преодолела расстояние до проезжей части и вовремя вскочила в трогающееся такси. Автомобиль дернулся, затормозив, но, видимо, Алисия что-то сказала шоферу, потому что он тут же с визгом рванул к фонарям улицы.

– Проклятье, Гарри! – подбежал Брент к приятелю. – Зачем ты только пытался…

– Ну и силища… – усмехнулся Кингстон, не отнимая ладони от скулы и осторожно двигая челюстью. – Точно, писатели – нехилый народ… Бегство – признание вины. Хотел удержать ее от глупости.

– И так знаешь, что она виновата! – кивнул Брент. – Полиция уже едет. Прихлопнула собственного мужа у себя в подвале, – присвистнул он. – В приступе ненависти или писательского безумия.

– И привела туда полицейского детектива похвастаться? – скептично поднял бровь Гарольд. – В одном халате? Зная, что будет убегать? Не мели чепухи, Брент, она ведь невиновна. Только те…

Его прервал стук каблуков. Мужчины обернулись к тротуару. Молодая женщина с короткой стрижкой довольно быстро шла прямо к ним, решительно сдвинув брови. Знакомое лицо… Гарольд прищурился, не отнимая руку от лица: становилось липко и онемевшую щеку охватывала режущая боль. Из темноты раздался крик:

– Перестань, Софи! – из тени дерева выбежала… Мардж Никсон и поспешила вдогонку за женщиной.

– А вот и не перестану! Сам заслужил! – та остановилась в футе от мужчин и неожиданно размахнулась рукой прямо перед лицом Гарольда. И он вдруг вспомнил: эта та стерва, которая…

Мардж прыгнула вперед, сбив подругу в сторону, и врезалась в Кингстона. Оба свалились на асфальт. Одна рука Гарольда осталась прижата к щеке, другая невольно обвила девушку за талию. Их глаза встретились. Он попытался привести мысли в порядок. Маргарет, откуда…

– Ой, прошу прощения, – сконфуженно отпихнула Мардж пошевелившегося было мужчину и поспешила подняться, жмурясь от снова ноющей лодыжки и странного привкуса во рту. Это что… такое? Тут она заметила кровь, сочащуюся из-под его ладони, когда он поднялся на ноги и отряхнул куртку. – Ты ранен?

Гарольд только скривился, слегка отнимая руку от скулы. Маргарет почувствовала, как ее начинает тошнить. Где-то она читала, что это признак сотрясения мозга.

– Тоже мне, рана, – фыркнула Софи, – рассеченная скула.

– Эта мисс Вэйн еще та штучка, – подал руку ему Брент, помогая подняться. – В кармане держала кастет. Так, на всякий случай. И ты еще сомневаешься, Гарри?

– Она разбила тебе лицо кастетом? – рассеянно спросила Мардж, рыская по карманам в поисках бумажных платков. Может, оно и к лучшему, что брюнетка дала ему хука. Она б тоже не против… В глазах темнеет, руки не слушаются, во рту явно вкус крови… Главное, чтоб он не заметил, что она еле стоит. – На вот… – протянула ему открытую пачку.

Гарольд Кингстон сердито дернул бумажный платок.

– Ты что здесь, вообще, делаешь? – буркнул он, инстинктивно поворачиваясь к девушке здоровой стороной. – Хоть в курсе, сколько времени?

– А… я… – смешалась Маргарет, пытаясь привести психические процессы в порядок. – А ты чего тут?

Наступление – лучшая оборона!

– Расследую исчезновение кота, – едко бросил Гарольд, глядя на полностью красную салфетку.

– Ну, а разве я тоже не занимаюсь тем же самым? – воодушевилась Мардж Никсон возможностью объяснить свое присутствие, подавая ему следующий платок.

Она ступила в сторону и ойкнула – ранее сломанная лодыжка болит больше обычного. Неужто снова подвернула? Только этого не хватало! Мардж сглотнула с отвращением. Надо бы ретироваться, пока не поздно. Смерть близка!

– Мистер Кингстон! – тем временем робко дернули Гарольда за рукав. Перед ним предстала вновь смутно знакомая юная особа с тщательно сделанной прической. – Мистер Кингстон! – настойчивее повторила она.

– Чего тебе? – несколько раздраженно спросил тот. Вдали зазвучала полицейская сирена.

– Наконец-то, – сказал Брент, глядя на часы.

– Я по поводу вашего брата, – продолжила Элла, кусая губы. – Где я могу его найти?

– Брата? – Гарольд искренне удивился и расхохотался. – Зачем тебе понадобился этот прохвост?

– Как можно так говорить о Себе! – воскликнула Элла. На ее пальто заплясали отблески огней полицейских мигалок. Она вздрогнула и обернулась.

– Идем отсюда, – решительно взяла Маргарет за руку София Мартон, жмурясь от синих и красных огней.

– Хватит, София! – крикнула Мардж, вырывая руку. – Сколько можно влезать в мою жизнь?! – от всплеска эмоций, сирены и мельтешащих красным и синим мигалок потемнело в глазах. Отличный конец жизни!

– Всем стоять! – раздался решительный приказ. Из машины выскочил дежурный отряд. Гарольд и Брент поморщились. Девушки вздрогнули и невольно подняли руки вверх.

– Будет вам уже, – со спокойным голосом выступил еще кто-то из тени дерева. – Как в кино.

– Сэл? – удивился Финчли.

– Я всего лишь хочу вернуть кольцо этому человеку, – пояснила Сара полиции и как ни в чем не бывало направилась к Финчли, заложив руки в карманы приталенного серого пальто.

Брент Финчли, только собиравшийся прекратить спектакль, лишился дара речи. А Гарольд Кингстон смотрел на обессиленно прикрывшую глаза Маргарет со странным чувством смешавшихся гнева и радости.

Эпизод 6

Гарольд Кингстон и Маргарет Никсон сидели с насупленными минами в полицейской машине и глядели на стоящую перед ними аптечку.

– Дернуло меня тебя спасать, – чтобы хоть что-нибудь сказать, наконец первой протянула руку к ящичку с красным крестом Маргарет. – Теперь, наверное, сотрясение мозга, – она задержалась с выбором нужного предмета.

– Какое еще сотрясение мозга? – безжалостно рассмеялся Гарольд. Эта девчонка теперь еще и ипохондрик. – Твоя голова и близко асфальта не касалась. Умеешь выдумывать!

– Да? – обиделась Маргарет и забыла про аптечку. – А от чего тогда тошнит, по-твоему? И в глазах мутится? Можно получить сотрясение, и не ударяясь головой, не рассказывай тут! Я читала! Я уже молчу про подвернутую снова ногу! Все ты! – она была готова ткнуть его в плечо, но вернула выпрямленную руку на колени в последний момент. Хорошо, он не смотрел в ее сторону и вроде не заметил.

– Тебя никто не просил приезжать, – возразил Кингстон, придирчиво разглядывая скулу в зеркало. – А от стоматологического лекарства привкус всегда странный, потому и тошнит.

– Конечно, никто не просил, но я ведь тоже в детективном агентстве работаю! – рассердилась девушка. И тут встрепенулась, уразумев последнее утверждение: – Так это от лекарства? – вздох облегчения вырвался из груди.

Гарольд только как-то странно крякнул, отложил зеркало, встал и присел возле ног Мардж. Видно плоховато, но темная какая-то у него щека… Стоп, с чего это ей его рассматривать?.. Как же нервируют эти мигалки, хочется моргать не переставая.

– Та самая? – спросил он, касаясь щиколотки. – О правильной обуви хоть сейчас позаботилась. Шпильки сломанным ногам на пользу не идут.

– Тебе что за дело, – фыркнула Маргарет, уткнувшись взором в решетку, отделявшую салон от лобового стекла, и вырывая ногу. Только сыщик все равно снова ухватил ее обратно чуть выше лодыжки и придирчиво осмотрел.

– Такое, я с тобой работаю, – пожал он плечами. – Думаешь, не замечаю грубые нарушения ПТБ?

– Какого еще ПТБ?

– Правил техники безопасности, неуч, – взъерошил Гарольд лохматую шевелюру девушки. – Как всегда, не причесывалась?

Маргарет вспыхнула и вскочила, но тут же села, отвернувшись напыщенно.

– Ничего страшного с твоей ногой не случилось, – сел снова Гарольд и наклонился к аптечке, выискивая что-то. – Опухла просто от неоправданной нагрузки и болит на погоду – на завтра дождь обещают.

– Такое бывает, что ли? – недоверчиво покосилась на него Мардж.

– Сломанные кости всегда предсказывают погоду, – сказал Кингстон то ли в шутку, то ли всерьез. По-прежнему тщательно прятал от нее разбитую скулу.

– Покажи, – не выдержало ее любопытство паузы.

– Хочешь зашить? – обернулся он к ней резко.

Мигающий свет мигалок теперь падал прямо ему в лицо, и глаза горели синее обычного. А левая щека была какая-то странно поникшая и в потеках, и будто рваная… Маргарет зажмурилась, и по телу невольно прошла дрожь.

– А говорила «покажи», – усмехнулся Кингстон.

Он отвернулся и принялся за осторожные манипуляции с лицом. Мардж сделалось неудобно. Софию и Эллу отослали сразу, Брент показал удостоверение и, забрав Сару, исчез, а Гарольда забрали как свидетеля. Она собиралась уйти, но пошатнулась, и он тогда подхватил ее локоть и сказал офицеру, что она едет с ними. Странный. Свидетель чего? Пока еще не давал показаний, полицейские пошли осматривать подвал. Вроде убили кого-то… Страх какой, она уже думает об убийствах как о чем-то обыденном! Вспомнила брюнетку, и неприятно как-то сделалось.

– А кто она? – спросила как бы просто так.

– Алисия? – уточнил Гарольд, оборачиваясь. Маргарет сделала вид, что осматривает стену напротив. Кингстон усмехнулся. – Зачем тебе?

– Просто интересно, – ушла Мардж от ответа. Пауза. – Странно она была одета, – добавила на всякий случай. И понизила голос: – Она кого-то убила?

– Замечательное логическое заключение, – покачал Кингстон головой. И все.

На тротуаре светились непрекращающие вращаться огни мигалки. Шофер спокойно что-то читал за решеткой, отделявшей салон. Как ему удается не обращать на эти блики внимания? Тут любой нормальный человек с ума сойдет и признается в чем угодно.

– Ну, ты называл ее по имени, наверное, она твоя знакомая? – как коротило узнать, на самом-то деле, хотя тона и удалось придерживаться безмятежного!

– А как поживает твой Шон? – вдруг спросил Кингстон.

– Ты… да при чем тут Шон? – рассердилась Маргарет. – Мой?.. Ведешь себя глупо.

– Не более глупо, чем ты, – криво улыбнулся Гарольд и посмотрел на нее. На скуле осталось только несколько тонких красных полос, уже не страшных. Сыщик достал бесцветные пластыри и аккуратно заклеил каждую, косясь в зеркало. Она ведет себя глупо?.. Ах, да. Типа…

– Придумал еще, конечно. Не ревную я, – отвернулась Маргарет, не в силах спрятать расползающуюся довольную улыбку. – С чего бы.

– И мне не с чего, – прозвучал ответ. – А про Шона я спросил не «твой», а «наш», слушать надо внимательнее. Ему следовало бы узнать, куда привел нас потерянный кот.

Неприятно, что не ревнует. Хотя… может, врет все же?.. Наверняка. Он точно сказал «твой Шон». Мардж взглянула на сотрудника с прищуром. Тот пялился в смартфон. Потерянный кот? Верно!

– Ты скажешь снова что-нибудь нелестное про меня, но… что тут случилось? И как это связано с котом?.. – вечно желание знать тайны перевешивает смущение, в которое ее вводит этот субъект!

– Это именно то, что нам надо узнать, – поднял палец Гарольд иронично и глянул на нее, сверкнув огоньками в глазах. Изверг. Но отчего-то приятно снова слышать этот беззаботный тон. – Да, Шон, – обратился он уже к трубке, прижатой к правому уху. – Догадываюсь, что вытаскиваю из-под одеяла, но ваш кот принес на хвосте дело…

Брент Финчли сидел у себя в кабинете за рабочим столом, уронив руки на колени. За освещенным окном царила ночь, лишь где-то горел одинокий фонарь. Он ожидал от Сары чего-угодно, но не ТАКОЙ мести. «После сегодняшнего я подумала еще раз над твоим предложением. Твоя работа не годится для человека, желающего создать семью. Прости, но лучше разорвать отношения сейчас, чем разбить всю свою жизнь». Он повертел в руке кольцо задумчиво. Возможно, она и права?.. Потому что сейчас он обязан отодвинуть все личные неудачи и работать над новым делом. Финчли вздохнул, одернул натянутый с холода свитер и поднялся.

Элла Лоуренс и Софи Мартон стояли на обочине в ожидании такси.

– Совершенно не советую тебе думать об этом Себе Кингстоне, – заявила София. – Они с братцем – те еще сердцееды. Будешь потом выглядеть смешно, как Мардж.

– А по-моему, это ты выглядишь смешно, – враждебно выпалила Элла. – А мы… Смотри! Это ведь тот самый таксист, что привез нас, я помню номер! – зажегся зеленый, и машина начала приближаться.

– Верно, – воодушевилась было потерявшая на момент пыл мисс Мартон, вытягивая руку. – И который увез ту брюнетку! Посмотрим-ка… – и она подбежала к дверце останавливающегося автомобиля с шашечкой, – …что нам это даст.

Эпизод 7

– Ты понимаешь ведь, залог ничего не решает, – прищурился детектив; лицо его носило следы ужасной усталости в виде синяков под глазами и припухших век.

Брент Финчли и Гарольд Кингстон сидели в кафе на Мэнтон-стрит в ожидании заказа. Владелица кафе, Кэрри Бэнкс, полноватая улыбчивая блондинка среднего возраста, с подозрением посматривала на ранних клиентов, приготавливая черный ристретто и двойной американо. Уж кто это, она знала отлично. Особенно кто такой Кингстон. Человек, к которому неравнодушна Маргарет Никсон, как бы та ни пыталась это скрыть. И который неравнодушен к ней. Так трогательно. И так расстраивает, что они строят из себя недотрог. Оба.

– Брент, перестань. – Гарольд выглядел не лучше. Кроме всего прочего, на его левой щеке красовались три пластыря. Похоже, оба друга не спали целую ночь. – Это глупо, сам знаешь. Ну, какой я соучастник? Я ее первый раз в жизни в тот день увидел!

– Знаю, что глупо, – развел Брент руками. – И Ливингстон знает, но у него и так на тебя зуб, сам знаешь, какую свинью ты ему подложил, когда уволился.

За окном серел начинающийся рассвет ранней весны. Скоро кафе Кэролайн будет открываться после рассвета. Американо вздулся пенкой в бумажном стакане; кофемашина закончила работу.

– Я представления не имею, где Алисия и кто убил ее мужа, но явно не она. Это и ежу понятно, Брент!

– Ваш кофе, – постаралась мисс Бэнкс сделать вид, что ничего не слышала, поставив перед мужчинами поднос со стаканами навынос и двумя кексами. – Сладкое за счет заведения.

– Спасибо, мисс Бэнкс, – кивнул Брент Финчли между делом.

– Мы всегда приходим к вам, – выдавил комплимент Гарольд, как зубную пасту из тюбика, – где еще бы нас так радушно приняли? – и брюнет улыбнулся, скорее, по привычке.

– Вы постоянные клиенты и желанные гости, – блеснула такой же фирменной улыбкой Кэролайн в ответ и вернулась за стойку. Там она вытащила из кармана телефон и отыскала номер Маргарет Никсон, другой своей постоянной клиентки. Похоже, у ее жениха неприятности, ей стоит знать.

– Не скажи, – тем временем горячо включился Брент в атаку. – Отчего ты так уверен, что не она?

– Зачем человеку такая сцена? – устало вернулся к цепи заключений Кингстон. – Зачем ей было идти в подвал с нами, зная, что подумаем на нее? В халате, кроссовках и плаще?

– Она прирожденная актриса, если ты не заметил! – Брент даже наклонился вперед, яростно доказывая свою версию. – Неужто тебя, великого Кингстона, эта брюнеточка обвела вокруг пальца?

– Никакого пальца, – осерчав, Кингстон несколько повысил голос. – Это чистая логика, – следователь, переквалифицировавшийся в сыщика, также был не в лучшем настроении. Прошлой ночью ему собственными руками пришлось передать Маргарет Никсон сопернику Коннерзу, срочно вызванному на место происшествия. Потому как Финчли намекнул, что ему придется поехать в участок. Не посвящать же в это Маргарет. Влип так влип. – Кроме того, дело в коте.

– Снова будешь про кота втирать? – сегодня их беседу явно нельзя было назвать дружелюбной. – К чему здесь ваш кот…

Гарольду кот тоже не нравился, но он явно стал важной уликой в настоящий момент.

– Когда перед звонком тебе я проверял подвал, внутри был кот. Когда мы с Алисией вернулись туда, кота не было.

– Она могла его деть куда угодно, – возразил Финчли, цокая из-за горячего напитка.

– Вот и нет. После того, как я вышел из подвала, я сел в машину и объехал квартал вокруг. По… по неважно каким причинам. Это заняло не больше пяти минут. Остальное время до твоего приезда я дежурил у входа в машине. Из дома никто не выходил. А кот исчез. Что это тебе говорит?

– Мы бы его заметили у Алисии в квартире… Летающий кот какой-то, – Брент поморщился и отпил крепкого кофе, глядя в окно на пустую улицу, где одним глазом запоздало подмигивал ночной фонарь.

– Смешно, что… – начал Гарольд примирительно, но Финчли воскликнул:

– Смотри-ка, кто идет?

Гарольд выглянул в окно. В свете раннего утра и фонаря к кафе бежала растрепанная девушка. Маргарет. Какого она здесь делает?

Запыхавшаяся мисс Никсон вломилась в двери кофейни. Кэролайн Бэнкс встретила ее взглядом и кивнула многозначительно в сторону мужчин у окна.

– Так это вы позвали ее, мисс Бэнкс, – понял Гарольд. – Привет, Маргарет, какими судьбами? Не думал, что ты так быстро выспишься, – он ничего не мог с собой поделать – кроме досады на глупый условный арест он досадовал на присутствие Шона. – Неужели вчера не удалось?

Маргарет Никсон быстро подошла к нему и вскинула левую руку.

– Повернись правой щекой, не хочу по больному месту бить, хотя и следовало бы, – воскликнула девушка, пылая румянцем с мороза и от быстрого бега.

Кингстон удивился, но через секунду уже выполнил ее просьбу. Финчли сдвинул брови, но ничего не сказал.

Маргарет растерялась – она не думала, что правда до того дойдет. Так что она повертела ладонью перед собой и сказала негромко:

– Лучше обману твои ожидания, – и уже увереннее: – Подвинься, я тоже хочу кофе. Кэрри! Сделаешь мне капучино, как обычно? – сев, девушка положила руки на стол и обратилась к Финчли: – Брент, выкладывай, что он там натворил со своей Алисией? Убил кого-то, что ли?

Брент Финчли смутился от такой постановки вопроса.

– Я бы не так выразился…

Гарольд заулыбался непонятно от чего и тоже облокотился на стол, подражая мисс Никсон с преувеличенным шутовством.

– Да, Бренти, укажи, в чем ты там меня обвиняешь? – и между делом Кингстон положил руку на плечо Маргарет. Она покосилась на него недовольно и состроила предупредительно страшную рожицу. Гарольд руку убрал, но блаженное довольство наевшегося сливок кота с его лица не пропало.

– Не советую тебе просто защищать Алисию Вэйн, вот и все, – вздохнул детектив устало. – Сам себе яму копаешь. Пока ее не найдем, ты тоже под подозрением, ничего я не поделаю. Я твой друг, но и…

– Он может попасть в тюрьму из-за этой Алисии? – воскликнула Мардж. – Они что, знакомы? – она вопросительно уставилась на Гарольда.

– Хотел бы верить, что нет, – сделал то же самое Брент.

– Да нет… – пробормотала Мардж, не отводя взгляда от Гарольда. – Это ведь неправда, верно, Гарри?

– Ты сам знаешь, – ответил Кингстон. – И не путай Мардж. Мы с Алисией не были знакомы.

– А зачем тогда обнимал ее? – против воли недовольно вырвалось у Маргарет.

– О, значит, ты ревнуешь? – поднял бровь Гарольд.

– Мы уже обсуждали это, – надулась Мардж и отвернулась.

– Ребята, перестаньте, а, – зло бросил Финчли, отодвигая стул. – Еще поцелуйтесь тут, – Маргарет импульсивно прикрыла губы рукой и покраснела. – Простите, мисс Никсон. Гарри, тебе советую не утаивать ничего, если правда что-то знаешь. А если нет… В любом случае, чем быстрее найдем мисс Вэйн, тем для тебя лучше, – Финчли встал и порылся в кармане в поисках денег.

– Ну да, а как только найдешь, упечешь ее за решетку.

Гарольд не отреагировал на слово «поцелуйтесь» таким смятением, как Мардж Никсон. Она с возмущением посмотрела на толстокожего пройдоху. Она-то хороша, примчалась, едва почистив многострадальные зубы, на помощь, без всяких макияжей, в джинсах и свитере, а он все про красотку Алисию… Да, красотку: она рассмотрела ее ноги и шикарные волосы. Гарольд тем временем снова положил руку ей на плечо по-хозяйски, приводя мысли мисс Никсон в полный беспорядок.

– Ты сам знаешь процедуру, – пожал плечами Финчли. – Мисс Бэнкс, сколько стоит этот проклятый ристретто?

Гарольд потер подбородок. Не брился утром, глупо щеголять щетиной, когда Маргарет рядом. Но когда она рядом, все перестает казаться бессмысленным, и вроде как даже смеяться хочется без повода, и сам себе начинаешь казаться неубиваемым. Он не заметил, как сжал ее плечо крепче и придвинул к себе.

До Маргарет дошла причина злости Финчли.

– Да сними же руку, – зашипела она на этого недалекого Кингстона, раздражавшего друга все больше столь простым жестом. – Сэл ведь расторгла помолвку.

Сбросив столь приятное бремя, подбежала к Финчли, уже вводившего пин-код у кассы, коснулась его рукава.

– Мистер Финчли… мне очень жаль по поводу Сары… Она… конечно, человек серьезный и, может, так быстро не передумает… – звучало не слишком ободряюще, но не врать же. – Но она вас любит, это точно! Вчера заперлась в душе и плакала там часа два, наверное…

Финчли мягко посмотрел на Мардж. Добрая девушка досталась Гарольду. Искренняя и добрая.

– Я знаю, – просто сказал он.

– Тогда… что же вы? – не поняла Мардж.

Гарольд встал за спиной Маргарет – вот так Сара – и вслушивался, засунув руки в карманы. Легкие ритмы Эда Ширана ласкали ухо. Да только… если умница Сэл так поступила, кто знает, чего ждать от Мардж?

Финчли отошел от стойки.

– Вряд ли и можно назвать наши отношения «любовью», – сказал детектив ровно. – Это, скорее, обоюдный договор. Но претензия Сары не в этом.

Мардж не знала что и сказать. Зачем встречаться и – о, ужас! – обручаться с той, которую вроде и не любишь? Какой еще договор?.. Гарольд подметил эту мысль в ее глазах, усмехнулся и подошел к стойке мисс Бэнкс, где Мардж уже ждал горячий капучино. Поманил Кэролайн, чтобы что-то ей сказать.

– Проблема в моей работе, – пожал Брент плечами на молчаливый вопрос. – Она – моя жизнь, а Сара права: это неподходящая черта для будущего семьянина.

– Но… – Мардж хотелось плакать. – Неужели ничего нельзя сделать?..

– Сара достойна того, кто будет любить ее больше работы, – усмехнулся Финчли и застегнул молнию на куртке под подбородок. – Хорошего дня, мисс Никсон. Гарри, – кивнул другу, полностью занятого размешиванием корицы в капучино Маргарет.

На мостовую Мэнтон из-под тучи скользнул первый луч рассвета.

Эпизод 8

– Заболела? Когда? – удивился Шон Коннерз, опускаясь в пустующее кресло Маргарет Никсон. Новый весенний день заспанным солнцем лился в окно офиса 4013 на Бридж-авеню.

Гарольд Кингстон, вальяжно развалившийся на красном диванчике позади него, деловито глянул на свои ногти:

– Вчера она… упала и нехорошо себя чувствует.

– Я ведь провожал ее вчера… – почесал блондин Коннерз лоб. – Но не заметил ничего подозрительного, кроме обычной рассеянности.

– Ну, ты же знаешь, Мардж – девушка амбициозная, при чужих не признается, – спокойно продолжал проверять состояние своего маникюра частный сыщик с лицензией АБС, тайно празднуя маленькую победу над соперником. Конечно же, Коннерз вовсе не расцвел счастьем.

– А вы, хочешь сказать, близки? – постарался глава детективного агентства скрыть негодование и постучал легонько карандашом Мардж по столешнице. Без нее в офисе тихо и неуютно. А ведь она только начала работать и так быстро заполнила пустоту?.. Когда он успел к ней привыкнуть?

Гарольд Кингстон пожал плечами.

– Сейчас она спит в моей постели, если тебя это интересует, – не без торжества сообщил он.

Шон ничего не сказал. Только желваки заиграли под скулами. Эта битва проиграна с треском. Битва, но не война. Тем более, что сейчас Кингстон не в самом завидном положении.

– И как она отнеслась к твоему обвинению в соучастии? – спросил блондин ядовито.

– Примчалась меня защищать перед полицией, как только узнала, – брюнет даже не соврал.

А вот бедняге Шону пришлось заткнуться на эту тему. Знал бы Гарольд, что за козырь у него, Коннерза, в рукаве, так бы не блефовал направо и налево. Сказать или нет?.. Придется. Раз взялись за это дело, придется довести до конца.

– А ведь кота так и не нашли, – проговорил Шон в сторону двери. – С таким простым заданием ты не справился.

– Ну, прости уж, – развел руками Гарри досадливо. – С Алисией составлял заговор, некогда было, – откровенно издевался.

Интересно, что Маргарет думает по поводу Алисии? Стоит покопать в эту сторону. Что ж, можно и пойти тузом.

– Ты знаешь Софию Мартон? – спросил Коннерз вдруг.

– Мартон? – переспросил сыщик. – Мартон, Мартон…

– Бывшая коллега Маргарет.

– А! – сразу вспомнил Кингстон, прикладывая невольно руку к свежим пластырям. После душа, бритья и кофе он чувствовал себя обновленным. – Такая кудрявая стерва?

– Четкое определение, – усмехнулся Коннерз. Хоть в чем-то они согласны. – Так вот, с этой дамочкой повезло мне встретиться утром. Она заявила, что может знать, где найти мисс Алисию Вэйн.

Брови Гарольда поползли кверху. Вот такого он не ожидал.

– Так какого… мы тут сидим?

– Дело в том, что, – смаковал Шон каждое слово, наслаждаясь каждым мгновением напряжения собеседника, – она отказывается говорить.

– Что у нее с Алисией? – прищурил правый глаз Кингстон. – Они знакомы, хочешь сказать?

– Не уверен, – покачал головой блондин, посерьезнев.

– Покрывать подозреваемую – соучастие. Давай мы ее…

– Мартон не то чтобы знает место. Она узнала номер таксиста, который вез Алисию.

– Ты передал информацию? Что узнали? Куда ее отвезли?

– У меня нет этой информации, – раздраженно ответил Шон. – Она не сказала.

Да, беда в том, что сумасшедшая Мартон поставила условие – она поспособствует, если Шон найдет для Маргарет работу в другом месте и будет ухаживать как следует. Странная подруга. Хотя раз Маргарет после нового дела снова вынуждена оставаться в постели… Шон поморщился. Еще и не своей, что за шутки… То, может, Мартон и права. Для нее опасны криминальные приключения. И Гарольд Кингстон тоже. Разволновалась, наверное… Но как тогда он будет с ней видеться?.. Говорят, настоящая любовь не эгоистична. А кто сказал, что это вообще любовь?.. Так что он может себе позволить пожадничать. Вэйн найдут и без пособничества Мартон. Заодно Кингстон помучается. Надо было думать, прежде чем открывать ему карты. Впрочем, это все, чтобы проверить реакцию насчет Алисии.

– Встретился с ней и ничего не узнал? Что ж ты за детектив тогда? – возмутился Гарольд, поднимаясь с дивана рывком.

– Зачем мне это нужно? – возразил Шон, спокойно леденя брюнета взглядом.

– А ты не законопослушный гражданин? – уточнил с сомнением Гарольд, снимая с вешалки черную куртку. – Вот закончим с этим делом, и посмотрю, стоит ли Мардж работать на тебя. Одному радуюсь – что не пустил ее одну. Салют, – Гарольд положил ладонь на ручку двери.

Шон Коннерз почувствовал себя крайне уязвленным. Вскочив, он догнал Гарри в два прыжка, рванул за локоть, заставляя обернуться, и схватил за отвороты воротника. Кингстон спокойно посмотрел в водянистые глаза соперника, в которых сейчас плясала ярость.

– Я попал в точку? – сощурился брюнет.

Сейчас он, Кингстон, на коне, и никто его оттуда не сбросит, пока Маргарет там… в его холостяцкой квартире. Хоть для такого трюка и пришлось воспользоваться хлорметиазолом Кэролайн. Первое впечатление не подвело – Бэнкс действительно страдала от бессонницы, депрессии и зачатков алкогольной зависимости, а потому чудодейственных капелек было у нее достаточно.

– Ты… только посмей обидеть Маргарет, – прошипел Шон, но потом понял, что злость его бесполезна и смешна, и отпустил куртку Кингстона.

– Я давно это знал, – поправил одежду Гарольд. – Ей с тобой работать небезопасно, – он повернул ручку двери и вышел на этаж.

Маргарет Никсон сразу почувствовала себя ужасно. Голова мутная, во рту сушит, в носу першит, а руки и ноги как ватные. Вдобавок ко всему… лежит она тут, не понятно где, на кровати незнакомой, накрытая одеялом… Тоже не своим… Явно не в своей мелкой комнатке на Мэнтон! Что происходит? Мардж села. В голове чуть закружилось. И вдруг содрогнулась чихом. Все же Гарольд наврал. Что это, как не сотрясение? Отчего еще так гадко себя чувствовать? Только чихи к чему?.. Девушка откинула одеяло и опустила ноги вниз. Не удержалась и чихнула снова. Жить стало легче. Носками пошарила по полу в поисках тапок, оглядывая стены небольшой комнаты с одним окном. Голые и чистого оттенка слоновой кости. Невысокий гардероб и тумбочка из темного дерева. Ночник. Ничего лишнего. Тапок не нашлось, увы. Логично. Маргарет на цыпочках подошла к окну. Как высоко! Это какой этаж?.. Пятнадцатый какой-нибудь?.. Весь Пейсли как на ладони… Солнце светит, и старый город так и лучится таинственностью. Вон музей, а вон обсерватория Котс, и даже фонтан в Гарденс видно! Невероятно. Что же случилось? Как она сюда попала?

Услышала хлопанье двери и шаги за стеной. Первым желанием было спрятаться под одеялом, но Мардж взяла себя в руки – все равно придется узнать, где она и что произошло. Лучше сразу. Она толкнула свою дверь. И снова чихнула.

– Выспалась? – в кресле открывшейся взору комнаты развалился Гарольд Кингстон, в таком виде, в каком она последний раз видела его в Гленнифер-парке: свитер делал его образ уютным и мягким вместо подтянутого и собранного, как обычно. На коленях Гарольда лежала книга, за журнальным столиком светился добрым газовым пламенем камин. Но сейчас… оценить эти достоинства было сложно. – Не замерзла? Чихаешь тут.

Маргарет Никсон застыла на пороге в спальню, зажимая нос. Почему в памяти такой ужасающий провал?..

– Я… как я здесь оказалась?

– Видимо, все же я ошибся, – пожал Гарольд плечами, захлопывая книжку. – Кажется, у тебя есть небольшое сотрясение.

– Я говорила! – воодушевилась Маргарет. И покачнулась, но тут же облокотилась о притолоку. Чего в носу-то так щекочет? Правда простудилась? – А… почему же я здесь-то?

– Видишь ли, ты отключилась в кафе, вламываться в твою квартиру и пугать мисс Брайтон поутру мне не хотелось, так что взял такси и привез тебя сюда.

Маргарет потопталась на месте, поджимая пальцы ног неловко. Вот как-то и хорошо, и неудобно…

– Может, я поеду тогда… Прости за…

– Какое «поеду»? – поднялся Гарольд и отложил книгу на журнальный столик. «Почему мы ошибаемся» – из любопытства пробежала мисс Никсон глазами по названию на белой с красным обложке. Психология – кто бы сомневался. Кингстон уже оказался рядом, взял ее за плечи и заботливо усадил на теплое еще кресло. – Сиди и отдыхай. В таком состоянии необходим полный покой. Шон и дал тебе выходной, – подумал коротко и добавил: – Небольшой отпуск.

– Вот почему, стоит тебе появиться, я теряю работу? – беззлобно подняла Маргарет лицо в его сторону, невольно потянувшись рукой к книжке.

– Нет, – заметил маневр Кингстон и отобрал книгу. – Никакого чтения. Это вредно в твоем состоянии. Сиди и смотри на огонь, – он набросил на нее маленький плед и укутал до самых ног. – А я приготовлю нам поесть.

– Ты не должен… – смутилась Маргарет, вынужденная послушаться. Гостиная объединялась с кухней таким же образом, как и у них Сарой на Мэнтон. Студия.

– Ты забыла, как приняла меня в своей каморке уборщицы? – уточнил Гарольд уже от холодильника.

Маргарет обернулась и села вполоборота, чтобы наблюдать за мужчиной. Стыдно признаться – этого ей хотелось больше, чем смотреть на огонь в камине. Поудобнее перетянула плед до самых плеч. Да, тогда он пришел к ней после аварии, и она поила его чаем с печеньем… А потом они вместе решали загадку Лили Смит и… поссорились.

– Мы ведь не поругаемся снова? – вздрогнула Мардж невольно, устремив взгляд на Кингстона, занятого нарезкой яблок. Странно его видеть за таким… банальным занятием. Реальность сейчас кажется нереальной. И еще этот камин… Правда, она предпочла бы настоящий. – Почему у тебя тихий такой камин? – спросила Мардж, уже переключившись мыслями с риторического вопроса на волшебство момента. – Трескучий гораздо лучше.

Гарольд сбросил яблоки с доски в приготовленную пластиковую миску.

– Дрова смотрелись бы глупо на линолеуме, – отвечал он, довольный ее мечтательными нотками в голосе. Как он любит ее такую – открытую и неколючую. Такой Мардж бывает с ним все реже.

– Ничуть, – возразила Маргарет, заворачиваясь в плед и вставая. – Можно было бы вот тут поставить корзину или железную сетку, и стиль бы не нарушился…

Она подошла ближе к камину и протянула руки к приятному теплу, лижущему пламенем стеклянную дверцу. Небольшая полка у стены, вот это кресло со столиком, на котором вперемешку лежат бумаги и книги, диванчик, камин, стол с двумя стульями и шкафчик в углу. Минимализм во всей красе.

– Твоя квартира похожа на тебя.

Гарольд знал, что один из лучших способов разговорить Мардж – заинтересованно слушать. Поэтому взбивание планируемого бисквита он предусмотрительно отложил как слишком громкое занятие. Принялся за приготовление грудки цыпленка. О да, сегодня нужно возместить несостоявшуюся поездку в Гленнифер-парк. И сегодня он непременно ей скажет важные слова. Что жизни без нее не мыслит.

– Такая же… – продолжала Мардж свою медленную мысль про похожесть квартиры и хозяина, щелкая пальцами и оглядывая каждый немногочисленный уголок в поисках нужного слова: – …идеальная, – она испугалась выбранной характеристики и прикрыла рот ладошками, глядя на мужчину, отставившего готовку и облокотившегося о барную стойку, которая их разделяла, который наблюдал за ней с повышенным вниманием. На губах его блуждала такая легкая улыбка. – Но, – поспешно добавила Мардж, – не обольщайся, пожалуйста… Безупречная, вот. Но, – наконец под этим испытывающим взглядом, от которого трудно было оторваться, мысли начали прибегать быстрее, – в ней так мало жизни.

Гарольд вернулся к нарезке грудки на тонкие слайсы.

– Помочь тебе? – предложила Маргарет. Честно говоря, ей не особо хотелось, но ведь женщина должна быть хозяйственной. Так говорила мама.

– Отдыхай, – к ее счастью, отозвался Гарольд. – Значит, мало жизни? По-твоему, во мне мало жизни? – Это что-то новенькое.

– Вспомни хоть Гленнифер, – Мардж уселась на высокий стул за стойкой.

– О, его я не забываю, – усмехнулся Гарольд и поставил сковородку на сенсорную плиту. Как-то нехорошо усмехнулся. Мардж покраснела. Можно подумать… Ничего там такого судьбоносного не случилось.

– Ты доказал, что тебя красоты природы не волнуют, – рванула она сползший плед на правое плечо. И вообще, неудобно в нем сидеть и слишком тепло. – Я думаю, что все же пойду, – она перенесла вес на ноги, но Гарольд обернулся:

– Жаль… На ужин планировалась картошка, сбитая в пюре с молоком, и цыпленок, – и посмотрел ей в глаза своим пресловутым гипнотизирующим взглядом.

Ох, какое меню… Маргарет сглотнула и потупилась.

– Не знаю, уместно ли…

– И бисквит с яблоками, – продолжал Кингстон с упоением. – С хрустящей корочкой.

Мардж нервно засмеялась, села на высокий стул у кухонного стола.

– Уговорил, – вынуждена была она признаться. Как тут устоять?..

– Кто иначе все это съест, – засмеялся Гарольд своим трещащим смехом. Словно вместо камина. Да, он в своем репертуаре. Даже сердиться на наглость не хочется.

Мужчина положил подготовленные кусочки цыпленка на разогретую сковороду и развернулся к кухонному комбайну. Разбил яйца и взбивал до пены. Затем сахарный песок… Маргарет уже немного расслабилась и, подперев подбородок руками, наблюдала за его манипуляциями. Не догадалась бы даже, что Гарри может сготовить что-то большее, чем яичница. Тем временем он ловко тряхнул сковородкой, и кусочки мяса перевернулись на лету, распространяя умопомрачительный или, лучше сказать, слюноизвлекательный запах. Больше Гарольд не обращал на гостью внимания, полностью уходя головой в готовку. На самом деле – он не желал ее спугнуть неудачным замечанием. Ведь готовые схемы на Маргарет не работали, она – сплошное минное поле.

Маргарет нарушила затянувшуюся паузу первой. Ведь внезапно вспомнила:

– Стой! А что же с… этой Алисией? Тебя правда считают соучастником? И…

Раздался протяжный звонок домофона.

Эпизод 9

Гарольд распахнул дверь. И почему он не удивился, что в такой неподходящий момент непонятным ветром принесло его дражайшего братца?

Себ Кингстон ввалился с опущенными плечами и руками в карманы. При виде Маргарет, напряженно уставившейся на него и кутающейся в плед, паренек подскочил.

– Так это… Я вам помешал, ребята?! – в глазах Себастиана притаилось отчаяние.

Гарольд был бы рад сказать «да» и выпроводить брата, да только его привычно неунывающий характер сегодня явно где-то потерялся.

– Не помешал. Заходи и садись, – протолкнул он несчастного в комнату и захлопнул дверь. – Как раз к ужину. Мардж уже нервничать начинала, что мы все одни, – и подмигнул девушке.

– Да, Себ, – вскочила Маргарет со стула, игнорируя насмешливое замечание, и перед глазами поплыло. Девушка была вынуждена схватиться за барную стойку.

– Что с тобой? – Себ подхватил Мардж под локоть, пока Гарри орудовал с прихваткой, противнем и духовкой.

– Ничего страшного, – улыбнулась девушка устало. – Легкое сотрясение мозга. Всего лишь.

– Всего лишь?! – ужаснулся Себ. – Гарри, что тут вообще у вас происходит? Откуда у Мардж сотрясение? Почему она не в больнице? А у тебя что со щекой? Куда вы уже вляпались, ребята? И почему…

Гарольд не успел придумать достойного и изворотливого ответа, ибо Маргарет поспешила брякнуть:

– Гарольд впутался в историю с убийством, – Гарольд хмыкнул. Он впутался. Кто его на поиски Чарли отрядил, спрашивается?.. – Себ, ты знаешь Алисию Вэйн? – быстро добавила девушка.

– А вот это интересно, – хлопнул Себ в ладоши. – Прямо жизнь в меня обратно вдохнули, – его глаза засветились азартным блеском. – С этого места поподробнее.

– Кстати, – подал голос Гарольд, отвлекаясь от готовки и прожигая братца взглядом. – С чего это ты в Пейсли объявился, а? – бывший следователь характерно прищурился.

– Да брось, выходные же завтра, – махнул рукой Себ и увлек Мардж к камину на диван. – Рассказывай, Марджи, что там за проблемы у моего братца.

Гарольд покачал головой и проверил картошку в кастрюле. Это блюдо обожала их мать: научилась рецепту у старой подруги из России и готовила в моменты вдохновения. Осталось хорошо взбить с маслом и молоком. Самое дело для взведенных нервов. Вот как могла Мардж оживиться, стоило братцу припереться. И Себ хорош – экспроприировал ее сразу. Нет, пора завязывать. Он скоро начнет ревновать Маргарет к городским воробьям.

– Вот так дела… – Мардж закончила рассказ, прерывая его недовольными поглядываниями в сторону яростного источника шума, и Себ продолжил: – А я-то думал, у меня проблемы.

– Кстати, – ткнула его в бок Маргарет, – что у тебя приключилось? Элли меня вчера весь день терроризировала, что связь с тобой потеряла.

– А ты при чем?

– Считала, что мы с твоим братом на короткой ноге. Но у меня… – Маргарет замялась, – даже его номера нет.

Гарольд поднял брови, но ничего не сказал.

– Так в чем проблема?

– Я тебя спросила, прохвост.

– Ну, понимаешь… – Себ замялся, словно думая, говорить или нет.

– Эй, молодежь! – Кингстон сам не понял, зачем он раскомандовался, обрывая их секретничанье, – давайте-ка, оформляйте тарелки.

Маргарет и не догадывалась, что ее так легко покорить вкуснятиной. Пюре из картофеля и жареный цыпленок с откупоренной банкой оливок… Говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. А она тогда кто?.. Хорошо, что Себ пришел. Не нужно с Гарольдом щетиниться. А ей и не хотелось. Только вести себя слишком мягко было страшно. Бокал белого вина… великолепно дополнял картину.

– Ты не объедайся, – подмигнул Себ девушке, полностью расплывшейся по креслу от удовольствия, – еще у Гарри печется фирменный бисквит с яблоками. Верно, братец? Не его ли я запах слышу?

– У тебя нюх, как у ищейки, – дернул за нос брата Кингстон, смеясь. – Марджи, чай или кофе?

– «Блэк Айвори» у тебя ведь нет? – от расслабления, а может, немного и вина, Маргарет почувствовала себя внезапно как дома. Не здесь дома и не там дома, а… как в далеком-далеком дома, которое утекло много лет назад в вечность. – Тогда… – она шмыгнула носом от этой грустной мысли, – тогда чай. С молоком, пожалуй. Только без сахара.

– Самое лучшее дело к бисквиту, – согласился Себ, пережевывая с наслаждением последний кусочек цыпленка.

Гарольд промелькнул в сторону духовки, по пути успев прикоснуться к плечу Мардж так тепло и так по-дружески, что ей захотелось завалиться на ЕГО плечо, закрыть глаза, и пусть на душе будет спокойно. Но Гарри разрезал бисквит на столе. И пахло божественно.

– Кажется, Себ, – начал Гарри оптимистично, решив отбросить свои негативные чувства в отношении этих двоих, ведь оба ему были дороги. Оба – его семья. Насчет него так было всю жизнь. Насчет нее это решено. Давно. И навсегда. Позволять эмоциям выходить из-под контроля он больше не собирается. Это глупо. – Кажется, ты собирался рассказать историю своего явления в Пейсли, – по ходу Гарольд ловко выкладывал на тарелки пахучий корицей и яблоками бисквит, рассыпающийся трещинами по ломкой корочке сверху, а чайник делал свое чайное дело.

– Ну… – Себ вдруг покраснел до кончиков ушей. – Я завалил экзамен! – выпалил он и уставился на огонь газового камина.

Маргарет, не поняв, устремила взгляд на паренька. И от того такая печаль?.. Хотя она в его возрасте, пожалуй… еще бы и разревелась.

– Какой? – только и спросил Гарольд, подходя к столику и расставляя блюдца с бисквитом.

– Литературу, – вздохнул Себ. – Надо было куда-то сбежать, чтоб родители остыли.

– Да… – промычал Кингстон-старший, – не завидую тебе. Удивительно, как они мне до сих пор не позвонили.

– Какие у вас строгие родители, а, – покрутила Мардж блюдце, принюхиваясь к дивному аромату. – Говорите так, будто убьют.

– Только ты бы мамины нервы пожалел, несчастный, – покачал Гарольд головой. – Она ведь после смерти деда…

– Мамины нервы – стальные, когда дело касается оценок, – прервал брата Себ с легкой обидой. – Вспомни хоть свои порки.

Гарри пороли? Представить трудно. А он знай себе посмеивается.

– Теперь твоя очередь, братец, отдуваться. Ладно, оставайся на ночь. Но завтра – домой, – теперь на столике появился и чайник.

– Я знал. До сегодня кантовался у бабушки, телефон выключил… Но и бабуля начала подозревать неладное, не зря она мистеру Кингстону-самому-старшему ближайшая родня, так что я пожаловал к тебе.

– Может, встретишься с Элли? – подала Мардж голос. – Она хотела…

– Эй, она ведет себя так, словно я ей что-то должен! – взорвался Себастиан вдруг. – Общались, ну и общались. Пару дней выключенного телефона – и в розыск?

– Это проблема всех Кингстонов, наверное, – вздохнула Маргарет с грустной улыбкой, протягивая руку за чашкой чая. – «Общение – это просто общение».

– Чай изымается за лжесвидетельство, – пошутил Гарольд и отдернул чашку. Мардж удивилась, а он рассмеялся. – Ты бы еще Себу другое порассказала, как мы…

– И, вообще, – надулась Маргарет, отбирая свой чай. Что он там хотел рассказать про «нас»? – Тебе пришлось дать подписку о невыезде в связи с подозреваемым соучастием, а ты шутишь, как в цирке.

Гарольд посерьезнел и сел.

– У тебя сотрясение, как я могу тебя волновать.

– Мы должны всегда говорить друг другу правду, – возразила Мардж безапелляционно. Гарольд как-то странно посмотрел на нее, а потом спросил как бы между прочим:

– Ты это и Шону говорила?

– А ты – Алисии? – подняла Мардж бровь воинственно.

– Не говорил, – серьезно покачал Гарри головой, не сводя с нее взгляда.

– Я тоже не говорила, – улыбнулась Мардж с облегчением. И добавила через силу: – Никому. Только тебе. Говорю.

– Тогда договорились, – протянул Гарольд девушке руку. Она подумала с мгновение и вложила свою ладонь в его.

– Ну, теперь я могу быть спокоен за вас, ребята, а? – закончил свой кусок бисквита Себастиан. – А то затянулась лирическая часть момента как-то.

Маргарет поспешно вытянула руку и кашлянула, отпивая чай.

– Итак?.. – выжидающе глянула она на Гарольда. – Не хочешь нам ничего рассказать?

– Ладно, – хлопнул Гарри себя по колену. – Уговорила. Вот временная схема, – он достал с нижней полки журнального столика сложенный листок и карандаш. Камин за его спиной ровно полыхал.

Вся троица, отставив чашки, склонилась над планом.

19.14. – Проверка подвала мс. Дж. Кирк. При осмотре замечено мяуканье в соседнем подвале, принадлежащем А. Вэйн, и кошачьи следы у входа.

19.30. – Г. К. выходит во двор и делает круг по кварталу.

– И, по ходу, динамит присутствие М.Н., – хохотнула Мардж. – Такое во временные схемы не вписывают?

– Ты тоже там была? – спросил Себ.

– Да, хотела справиться…

– Как поживает кот, – легонько щелкнул ее по носу Гарольд. – Смотрим дальше.

19.36. – Г. К. возвращается на пост и звонит Б. Ф.

19.59. – Г. К. и Б. Ф. посещают квартиру А. Вэйн.

20.13. – в подвале А. Вэйн найден труп ее бывшего мужа, Эндрю Харриса. Череп проломлен каминной кочергой с правой стороны. Кота не обнаружено.

– Раз с правой стороны, убийца – левша? – вспомнила Мардж свой опыт детективного чтения. – И, похоже, не планировал убивать этого Эндрю? Раз воспользовался тем, что было под рукой?

– А Алисия – правша, – прикоснулся Гарольд к пластырю с торжествующей улыбкой. – Конечно, этого уже достаточно! – его лицо просветлело.

– Не понимаю, зачем так радоваться, – буркнула Мардж.

– Невинного человека обвинили, ревнивая моя барышня! – возмутился Гарольд. – Что ты мне говорила, когда посадили Кэролайн Бэнкс?

– А при чем здесь кот? – вставил Себ. – А то я что-то не в теме. И вот думаю, что если Эндрю уже был мертв, когда ты приходил, то кот точно должен был наследить по всему подвалу.

– В том и мое удивление, что ни одного следа. Кот мяукал так, словно изнывал от одиночества, скребся в дверь. Не думаю, что кто-то живой был внутри, – покачал головой Кингстон-старший. – Это значит, что убийца Харриса сделал свое дело между 19.30 и 19.36, когда меня у входа не было.

– Но я была, – возразила Мардж. – Я еще несколько минут там… – она вспомнила, чем занималась. Истерику звездам устраивала. И тут яркое воспоминание… Такси! – Туда же подъезжало такси и высадило пассажира! Я что… видела убийцу?..

– Такси? – оживились братья Кингстоны.

– Да, я на нем и отправилась домой. Но кто-то приехал и вошел в жилой блок. Такой… высокий мужчина.

– У тебя остался чек? Или номер? – спросил Себастиан. – Надо проверить… – Мардж опустила руки к карманам. – Наверняка в сумочке. Я никогда чеки сразу не выкидываю, – девушка побежала к спальне, где остались ее вещи.

– А выйти… – посмотрел Себ на схему, – он вполне мог, пока вы были у Алисии. Между 19.59 и 20.13. Позвони Бренту, чтоб проверить камеры наблюдения.

– Меня беспокоит еще один момент, – потер Гарольд подбородок. – Коннерз сказал, будто София Мартон что-то знает по поводу местонахождения Алисии.

– Что? – удивилась Мардж, появляясь снова в салоне и вываливая на стол кучу мятых чеков. – Она не может ее знать. Откуда?.. Хотя… Алисия ведь впрыгнула в такси, которым мы приехали…

– Вот так удача! – воскликнул Гарольд. – Тогда ищи и второй чек.

– Платила и заказывала Сара, и чек она не брала, – покачала Мардж головой. И задумалась – что-то не сходилось: – Но зачем Софии в это дело вообще соваться?.. Она что, вот так просто взяла и запомнила номер таксиста?.. В тот вечер они ушли вместе с Элли…

Себастиан включил свой телефон.

– Нашла первое такси? – спросил он Мардж с нетерпением. И тут к нему прорвался звонок среди множества сигналов сообщений. – Снова… – простонал Себ, глядя на экран. – Сколько можно названивать?

Мардж строго посмотрела на паренька.

– Отвечай, – прошипела она.

Эпизод 10

Над Пейсли расцветал чуть угрюмый мартовский рассвет. Огни вокруг роскошного квартирного блока гасли один за другим и растворялись в небытии ночи.

Мардж Никсон не понимала, что на нее нашло – проснуться так рано. Братья предоставили ей удобную постель и даже пижаму. Девушка хихикнула – оказывается, это невероятно приятно – надеть чужую одежду. Да и не вполне чужую, но… Вчера как-то туманно окончилось: прямо как в книге. Потом она проснулась ночью, нашла пижаму на кровати, сбегала по темноте в душ (а то чувствовать себя грязной – то еще удовольствие), а потом снова вдруг жутко устала и еле доковыляла до кровати.

Девушка осторожно приоткрыла дверь: Кингстоны оба спали. Гарольд на диване, укутавшийся в ее вчерашний плед, а ноги не влезли ни под плед, ни на диван и торчат через подлокотник в брендовых носках. Почему-то захотелось пощекотать ему пятки. Но тогда существует опасность, что ее… м-м… друг проснется. И придется с ним говорить, и снова думать, как не сесть в лужу и не дать эмоциям захлестнуть себя. Мардж мотнула головой.

Себастиан спал в самом неудобном положении – скорчившись в кресле. Но выглядел так, словно видит сладкие сны.

Камин послушно продолжал гореть газом. Замечательное тихое уютное утро.

На кухонном столе – вожделенные остатки бисквита. Мардж неслышно прошмыгнула в кухонную часть студии и нажала кнопку чайника. Холодный яблочный бисквит с молочным чаем… Лучшая мечта из представляемых. Да, Гарольд и в готовке не промах. Во всем такой замечательный, что аж поежиться хочется! Кроме… одной вещи. Она не знает, готова ли доверить ему свою жизнь.

На окно липли крупные капли тихо плачущего дождя. Маргарет постучала пальцами по столу. А почему не доверить? Пусть у нее уже проблемы с доверием, но, если ничего не поменять, то вся жизнь пройдет в страхе. Этот человек знает ее и понимает, и с ним рядом хорошо и даже порой уютно. Если бы преодолеть этот психический барьер, тогда… Девушка зевнула и потянулась сладко. Безупречной сказки в жизни обычно не бывает. Что значит – жди подвоха.

Что было вчера после ужина?.. Почему она не помнит?.. Себу позвонила Элли, а потом – дыра.

Чайник щелкнул, захлебываясь кипятком. Мардж вздрогнула, залила пакетик и полезла в холодильник за молоком.

– А на меня кипяток остался? – шепнул вдруг голос над ухом. Маргарет чуть не выронила молочный пакет.

– Себ! – укоризненно, но с облегчением крикнула она шепотом, узрев взъерошенного сонного паренька. – Ты чего так рано? Суббота ведь.

– Не спится, – почесал Себастиан затылок, доставая и себе кружку из настенного шкафа. – И бисквита захотелось. Вдруг ты весь съешь.

– Вот же, – тихо засмеялась Мардж, шуточно пихая парня локтем. Кипяток весело булькнулся во вторую чашку.

– Ты знаешь, что вчера вечером Гарри уходил на дело? – спросил Себастиан, уплетая бисквит за обе щеки, крошки на стол сыпались одна за одной.

– Вчера?.. – Маргарет нахмурила лоб, подставляя парню блюдце, одновременно снова возвращаясь к терзающему ее вопросу – что было во вчерашней дыре?..

– Ну, тебя же рано сморило, – напомнил Себастиан. – Едва Элли позвонила. Мардж, ты бы врачу показалась. Не похоже это на обычное легкое сотрясение.

– Сегодня как раз иду, – рассеянно кивнула Мардж.

К стоматологу. С Шоном. Невероятное везение. Вчера Гарольд ее от работы отмазал, интересно, что он вообще сказал Коннерзу, учитывая их отношения. И как посмотреть в глаза Шону?.. И не увидеть там ничего пугающего. Еще кусочек бисквита…

– Странно, – снова нахмурилась мисс Никсон, – мне просто хотелось спать. Никакой тошноты. Разве не должно тошнить, когда сотрясение мозга?

– Да, больше похоже на снотворное, – согласился Себ, взгромоздившись на высокий стул с ногами.

Мардж насупилась. Ее сморило первый раз после кафе. Кэрри… Нет, она не из тех, кто что-то подмешивает – это мы уже проходили. Даже смешно. Но тогда…

– И Гарольд не хочет к врачу везти, – учуяла она подвох. Он мог… что-то мешал в ее чашке… но зачем бы ему?.. В голове не укладывается, разве есть у нее причины не доверять Кингстону?.. Опять?

– Так хочешь знать про дело или нет? – нетерпеливо спросил Себастиан, замахав рукой у нее перед глазами и потягивая чай.

Маргарет вздрогнула. Как неудобно иметь столько вещей для размышления.

– Конечно, – мотнула она головой, отмечая, что та не кружится, не болит, и, вообще, чувствует она себя вполне сносно. Никакого сотрясения.

– Вчера сцапали Алисию Вэйн, – объявил Себ, с удовольствием наблюдая за действием сенсации.

Маргарет Никсон и предположить не могла, что случилось вчера вечером. А случилось вот что.

– Себ, – голос Элли плакал в трубке. – Где ты?

Себастиан посмотрел на брата: взгляд того был прочно прикован к Мардж Никсон. Девушка вдруг растеряла энтузиазм и стала клевать носом над кучкой чеков. Ни с того ни с сего! Себ поднял брови; Гарри пожал плечами в ответ на его взгляд и подхватил Мардж на руки.

– Себ, – повторила Элли истерично.

Повезло же связаться. И Марджи хороша – «Поднимай!». Кстати, о Мардж и всем сразу. Она может все же пригодиться.

– Эл, у тебя есть номер такси, на котором укатила Алисия? – решил рубануть парень с плеча, взмочалив свои светлые волосы.

– Есть, – вдруг ответила студентка, все так же хлюпая носом. – Себ, кажется, я даже знаю, где она!

– Да ты что! – вскочил Себастиан и столкнулся взглядом с Гарольдом, что тихо затворил дверь спальни за собой. – Говори адрес! Гарри, натягивай куртку, ноги в руки! Едем на дело!

Шон Коннерз был не уверен. Да только ноги сами привели его в съемные квартиры на Мейн Роуд. Туда, где, судя по полученным данным, проживала мисс София Мартон. Фанфарон Кингстон выразился как никогда метко – кудрявая стерва. Однако… укрывательство свидетеля может лишить лицензии. И он должен победить эту Мартон. Внутри, за будто картонной стеной слышались обрывки женского разговора. Палец потянулся к дверному звонку.

– Спокойно, я открою, – услышал он голос мисс Мартон.

Она не одна. Блондин немного занервничал. Ему не хватало напора, каким мог похвастаться Кингстон. Кингстон. Чтоб его!

Повернулся ключ в замке. Шон сглотнул. Оказаться лицом к лицу с этой женщиной…

– Вы! – воскликнула София, узрев Коннерза, и хотела было захлопнуть дверь. Но Шон вовремя выставил ногу.

– Нам нужно поговорить, – сказал глава детективного агентства с нажимом.

– Это вам надо, – отрезала Софи, – а мне не…

Обоих отвлек звук раздвигающихся дверей лифта. Шон Коннерз продолжал держать ногу в двери, хотя мисс Мартон попыталась воспользоваться шансом вытолкнуть надоедливого блондина вон.

На лестничную площадку вышли… небезызвестные мисс Мартон лица. Высокий темноволосый и пониже да помладше, почти копия брюнета, только волосы светлые. София Мартон свела брови. Шон обернулся. Мисс Мартон в последний раз хотела избавиться от ноги блондина между косяком и дверью, да только Коннерз держался крепко.

– Добрый вечер, – поздоровался Гарольд Кингстон сразу с обоими как ни в чем ни бывало. – Давно не виделись, мисс Мартон, – и дотронулся до левой щеки, по которой однажды та ударила. Сейчас там красовался пластырь.

– Как же, – фыркнула та, складывая руки на груди. – И суток не прошло. И что вам, троим лбам, нужно от беззащитной девушки?

– Вы знаете: у вас на лице это написано, – безмятежно ответил Гарольд Кингстон, с ленцой облокачиваясь о стену.

– Вы же не хотите оказаться за решеткой, – добавил Себ, копируя вальяжность брата у стены напротив.

Шону показалось, он заметил смутное движение в квартире. «Я открою». Верно.

– Кто там внутри? – уточнил он на всякий случай.

– Алисия Вэйн, – ответил Гарольд с полным спокойствием.

Коннерз почувствовал себя неловко. Как до него не дошло… Блондин нахмурился.

– Только не забудь про ногу, – напомнил Кингстон как бы невзначай. – Мисс Мартон, вы знали, что мисс Вэйн обвиняется в убийстве первой степени?

Мисс Мартон этого не знала. Или надеялась, что ей сойдет с рук. Женщины иногда бывают потрясающе глупы и безрассудны. Как, впрочем, и мужчины. Она лишь хотела выручить слабовольную Маргарет, которая точно запуталась между этих мужчин. А потом оказалось, что помощь нужна и Алисии.

– Мисс Вэйн, – Гарольд даже не отошел от стены, повысив голос, – вам лучше выйти. Успокойтесь, у меня есть доказательства, что не вы убили мужа. Но побег – не лучший выход из ситуации.

За спиной мисс Мартон раздались несмелые шаги. Показалась Алисия Вэйн, одетая в уже приличную одежду, позаимствованную у Софи, с волосами, скромно заплетенными с свободную косу. Выбора у нее не было, и писательница это понимала. Но по привычке предпочла извлечь наибольшую выгоду из сложившейся ситуации.

– Гарри? – выглянула она на площадку, и в казавшихся лиловыми глазах у нее стояли слезы. Затем брюнетка мягко отстранила Софи Мартон и вдруг бросилась Кингстону на шею: – Я знала, что ты не бросишь меня! – и зарыдала на плече мужчины.

Софи, Себ и Шон воззрились на Гарольда не самыми дружественными взглядами. А что он может сделать? Излишняя целомудренность в один миг может загубить целое дело.

– Алисия, – тепло, чуть ли не нежно, отстранил Гарольд плачущую девушку, – вам не идут слезы. Перестаньте расстраиваться, я на вашей стороне.

– Обещаешь? – подняла Алисия заплаканное лицо. – Что бы ни случилось?

– Что бы ни случилось. Идемте. Себ, ты с нами?

Софи Мартон звонко цокнула языком. Коннерз чувствовал себя летающим вниз головой на далеких задворках мира. София пнула его ботинок, и наконец Шон убрал ногу.

– И вы хотите, чтоб Мардж с ним работала, – с укоризной покачала головой Софи, собираясь закрыть дверь. Лифт поехал вниз, увозя Кингстонов и мисс Вэйн.

– И что прикажете делать? – спросил Шон как бы между делом. Хороша же эта стерва, а ведь ее вполне есть за что арестовать. Она же, вместо того чтобы мучиться совестью, ему упреки шлет. – Вы, вообще, в курсе, что можете отправиться вслед за мисс Вэйн? – он снова вставил ботинок в дверь.

– Обувь испортите, – заметила Софи жестко. – Будете мне лапшу на уши вешать.

– Позвонить в полицию? – Шон с готовностью достал сотовый.

– Чего вы хотите? – чужим голосом спросила мисс Мартон, открывая дверь пошире.

Коннерз усмехнулся:

– Вот так бы сразу.

– Алисию взяли в квартире Софии Мартон, – пояснил Себ деловито. – Элли сказала, что София приказала шоферу ехать туда, где он высадил Алисию, и там же расплатилась.

– София? – удивилась Мардж громко и тут же захлопнула рот ладонью: Гарольд все еще спал.

– Гарольд присутствовал на допросе всю ночь, вернулся под утро, – кивнул Себ на брата. – Я-то причапал почти сразу, как доставили ее в участок.

Мардж покачала головой и прихлебнула чаю.

– Значит, мы ничего не узнаем, пока он не проснется.

– Но кое-что так даже очень, – отставил Себ чашку и поднял палец. – Убитый, Эндрю Харрис – он же тот, кого привез таксист в 19.34, если судить по твоему чеку. Тот, кого ты видела перед домом миссис Кирк.

– Я видела того, кого убили?! – ей сделалось дурно. А что, она обычная женщина, не супергерой вовсе.

– Но дело не в том, – Себ сбегал на цыпочках к журнальному столику у дивана, где все еще дремал его старший брат. – Посмотри на схему, – парень расправил листок и положил между чашками. Они склонились над вчерашними временными промежутками. – Эндрю приехал, грубо говоря, в 19.34 – твой чек в 19.35. В 19.36 Гарольд уже был у дома. Никто не появлялся аж до 19.59, когда они поднялись с Брентом к Алисии. До обнаружения трупа прошло 14 минут. Медэксперт осматривал тело в 20.31 и сказал, что Харрис был мертв на тот момент не меньше получаса.

Маргарет подсчитала что-то на пальцах.

– Но тогда… убийца не мог успеть приехать на встречу с Харрисом, поговорить с ним, рассердиться не на жизнь, а на смерть, схватить кочергу и убить, а затем еще и сбежать. У него просто не было времени! От силы – пара минут на все про все!

– А еще и забрать кота, – добавил Себ. – Глянь-ка, – он достал смартфон и показал Мардж фото. – Я успел сделать в участке фотку подвала. Найдешь что-то интересное?

Мисс Никсон всмотрелась со всей силой своей сосредоточенности, так старательно, как только могла. В подвале у Алисии оказалось более чем уютно: ковер, стол с кучей безделушек, книжные полки и шкафы. Если бы только не красноватое пятно на полу у темного камина. У древесного цвета панелей брызги… В желудке неприятно заныло.

– Вот тут, – увеличил снимок Себ и указал пальцем.

У стены – слабый след. Отпечаток. Красноватый. Отпечаток… кошачьей лапы!

– О! – воскликнула Мардж. – Чарли таки был там! – она попыталась увеличить изображение еще, но это был предел.

– След чуть смазан, – забрал Себ телефон, – но мы с Брентом думаем, что могли быть и другие. В общем, кот точно исчез после убийства.

– И, – подхватила Мардж, – если бы он просто сбежал, то следы вели бы к двери. А раз их нет… кота унес убийца. Ему нужно было еще время поймать Чарли. Убийца… – Маргарет задохнулась от азарта предположения, – должен был быть внутри, когда Харрис пришел. Может, даже ждал на месте?

– И не мог не остаться внутри, где-то там, когда Гарри и Брент вошли с Алисией! – кивнул Себ. – Сногсшибательная теорийка, правда?

– Невероятно.

Мардж посмотрела в окно. Рассвело окончательно. Девушка зевнула и поерзала на стуле. Голова плыла от всех этих ребусов. Очень занимательно, но… это не задачки в учебнике. Это человеческие жизни.

– Значит, Алисию должны отпустить, – вдруг поняла мисс Никсон. И почему-то сей факт ей не очень понравился. – Зачем Гарри сидел на допросе с ней? – вдруг подумала она вслух. – Ведь он больше не работает в государственных органах.

Себ странно начал жевать губу.

– Марджи, ты не надумывай себе ничего дурного, – замялся паренек. – У Гарольда к тебе всегда было и будет невероятно особенное отношение. Что бы кто там ни говорил.

– Та-ак… – потянула Мардж, одновременно делая второе открытие: временная пломба начала разваливаться в крошку, от чего вкус бисквита ухудшался в разы. – Есть что-то, что я должна знать?

– Это… просто эта Алисия – проныра! Тебе Мартон наверняка наябедничает, что она на Гарри вешалась, так что…

– А он что? – напряглась Маргарет.

– Он просто подыграл. К тому же Гарольду хочется вернуться к работе следователя, я думаю. Да и…

– И потом он сидел на допросе всю ночь! – вскочила Маргарет в гневе.

– Нет, Марджи, это не… – схватил Себ ее за руку.

– Себ, ты не понимаешь, – выдернула Мардж рукав пижамы из его пальцев. – Вот скажи, тебе нравится Элли?

– Элли? – скривился Себ. – Ты шутишь?

– А ты ей – да! И ты крутишь ею как хочешь, даже не задумываясь о ее чувствах! Гарри такой же. Для него все шутка, игра. Подыграл одной, потом другой. А мне он тоже подыгрывает?.. Да как можно с таким человеком строить что-то серьезное?!

– Странные вы, женщины! – вскипел Себ. – Вон, Брента тоже его невеста бросила из-за какой-то там прагматики. Ты для него – серьезное! Просто прими это, слышишь? Надо воспринимать человека таким, какой он есть, не пытаясь менять!

– Я и не пытаюсь менять, – Мардж была настроена сердито, не заметив, что они разбудили Гарольда, и тот сел на диване, протирая глаза. – Просто Гарольд мне не подходит, что бы там я ни чувствовала, понятно? Как и Брент – Сэл!

Кингстон-старший обратил серьезное внимание на перепалку и свел брови настороженно.

– По-моему, если любишь – то уже любишь без вопросов, – вскочил Себ, чтобы было удобнее доказывать, – а если не любишь…

– А если не любишь, то нечего подыгрывать, – закончила Маргарет, столкнулась с Гарри взглядом, испугалась, отставила чашку со звоном и метнулась в спальню. Подорвавшийся с дивана Гарольд поцеловал лбом захлопнутую дверь. Мардж повернула замок в ручке и плюхнулась на кровать.

– Маргарет, открой! – затряс Гарри дверь. – Поговорим!

– Катись отсюда! – кинула Маргарет в дверь подушкой.

Почему? Почему ей нравится этот тип, который флиртует со всеми напропалую?! И не видит в том ничего плохого? Даже если и относится к ней «серьезно»?

– Мардж! – дверь сотрясалась от кулаков обоих Кингстонов.

Мардж упала носом во вторую подушку в отчаянии. А что она для него? Наверное, забавное существо, к которому он привязан. Как миссис Кирк к Чарли. И все. Как она могла надеяться на большее? Как только могла?.. Маргарет заколотила кулаками по кровати.

– Оставьте меня в покое! – кинула в дверь второй подушкой.

– Неси отвертку, – услышала она указания Гарольда.

Стало холодно. Пора смываться. Какую на них взять управу? Ведь уломают сейчас и остаться, и быть милой, и… любить того, кого нельзя. Маргарет поспешила набрать номер Шона Коннерза.

Эпизод 11

Шон Коннерз ликовал. Он сам не мог точно себе ответить, на что ему эта победа над Кингстоном, но… Мардж была столь милой и забавной, что с ней хотелось проводить время. А Кингстон мнил себя супергероем. И ему хотелось насолить. Вот и все.

Но когда у нее появилась проблема, она позвонила ему, Шону. Ему!

За выражение лица Гарольда, когда он забирал Мардж из его апартаментов, и полжизни не жалко отдать.

– Мистер Коннерз, – позвал врач. Блондин поспешно поднялся со скамьи, одергивая куртку.

– Подожди тут, Маргарет, хорошо? – попросил он свою спутницу, которая все еще сидела, уставившись в никуда, придерживая сумочку. Он сразу понял, что с ней что-то не так. Так что после стоматолога повез ее в обследование. Удивительно, но Мардж не противилась не капли.

Девушка кивнула. Выглядела она такой потерянной, что хотелось обнять ее и заверить, что все будет хорошо.

Маргарет не знала куда и спрятаться. Мало того, что едва от Кингстонов ноги унесла, так снова стало шатать из стороны в сторону; мало того, что сердце отказывается принять факт, что с Гарольдом нет ничего постоянного, так еще и зуб намучали. Теперь снова тошнит, а состояние такое, словно били палками несколько суток подряд. Тут согласишься на все что угодно. Хотя совестно использовать Шона. Вот бы он был просто другом. Или братом. Тогда жизнь была бы чуть проще. Но нет – смотрит, как на пирожное.

– Мистер Коннерз, – сказал врач, просматривая заключение лабораторного исследования. – Не могу сказать наверняка, но, похоже, ваша девушка приняла хлорметиазол около полутора суток назад.

– Хлорметиазол? – вот так новость.

– Да, его используют при лечении алкоголизма. И судя по всему, вчера она также употребила некоторое количество спиртного, что усилило эффект. Ничего опасного, хотя в других пропорциях это и могло привести к летальному исходу.

– К летальному исходу? – Шон сжал металлический подлокотник. – Хотите сказать, ее хотели отравить?

– Нет, конечно, – рассмеялся врач в пушистые усы и поправил очки на широком носу. – Иначе дали бы другую дозу, причем сразу с алкоголем. Вы уверены, что она не лечится от зависимости?

Шон отмел это предположение сразу. Без сомнения, Маргарет даже не знает, что такое хлорметиазол. Для этого она слишком наивна. Но кто?.. И зачем?.. Перед глазами всплыло торжествующее лицо Гарольда: «Она спит на моей кровати, если тебя это интересует». Кингстон?.. И еще выдвигал ему упреки по поводу барбитуратов!

Коннерз снова сжал подлокотники, потом хлопнул по ним и поднялся.

– Спасибо, доктор, – кивком поблагодарил он врача. – Сотрясения нет, это точно?

– Она здорова как бык, – усмехнулся тот. – Нервная система расшатана, а в остальном все в порядке. Берегите ее от стрессов.

Права была София Мартон. В проницательности этой женщине не откажешь.

Гарольд Кингстон хотел бы рвать на себе волосы. Где это видано, чтобы близкий человек, может, самый близкий в мире, запирался от него в его собственной спальне? Чтобы он был вынужден расковыривать замок отверткой?.. Чтобы… В него тут же, едва дверь открылась, метали подушками и чем еще угодно, а потом снова запирались? И так два раза, а потом… звонок в дверь и – Шон Коннерз собственной желтоволосой персоной, благоухающей новым ароматом от Брокарда, заявляющий, что пришел забрать Маргарет Никсон. И она сама, вылетающая из спальни, и хватающая его под руку. А лицо так и пылает!

Себ слинял сразу.

Пусть только Мардж теперь заикнется, что ничего нет у них с Коннерзом. Как она там сказала вчера? «Мы должны всегда говорить друг другу правду». Хороша вертихвостка! И какая же это правда? Конечно, он рассчитал дозу алкоголя, чтобы хлорметиазол не дал о себе знать, но, может, это было сказано лишь под влиянием градусов?.. Чего она от него хочет? Вчера он чувствовал себя на коне: наконец пусть и хитростью подстроенное, пусть и Себом подпорченное, но у них было свидание. А сегодня… все рассыпалось в прах. Даже еще хуже.

Кингстон поднял подушку с пола и швырнул в сторону кровати с такой силой, что та сплющилась о стену и отскочила на добрых пару футов к окну. Та же участь постигла вторую.

А он устроился ради нее в это дурацкое агентство! Сдал экзамен АБС. Жизнь изменил, если угодно! Котов беглых ищет.

Мужчина взъерошил волосы в досаде и опустился на диван со сбитым пледом. Камин полыхал огоньком так безмятежно, словно ничего вокруг не изменилось.

Зазвенел мобильный. Гарри позволил себе выругаться под нос и схватил трубку.

– Алло!

– Это Коннерз. Как продвигаются поиски кота?

Поиски кота его не интересуют. Коннерз – тем более.

– Сегодня суббота.

– Напоминаю, что клиенты ждут от нас круглосуточной активности.

И этот мошенник положил трубку. Вот так просто.

Кингстон взвыл, вскочил, пнул диван и бросился в ванную.

– Он так и сказал? – все равно, пусть и не хотелось говорить о Гарольде, Маргарет удивилась.

Шон сидел напротив. Редкие теплые волны кондиционера доносили приятные цитрусовые нотки его одеколона. С корицей. Темные глаза выражали заинтересованность, и взгляд был устремлен на нее. Почти просто дружественный. Но увы… Ничего в ней не екало.

Они ожидали завтрак. Коннерз заказал яичницу с беконом. Маргарет есть не хотелось, но блондин уговорил ее не отказываться от пищи, ибо «необходимо заботиться о своем здоровье», неважно, что происходит вокруг. Он не рассказал ничего, когда вышел от врача, но Мардж поняла по его лицу – Гарольд снова бессовестно ее надул. Она знала. Правда, снотворное – то только у Кэрри, в капучино. Даже проверять не хотелось. Она отказалась от Гленнифер-парка. А он все сделал по-своему, опоил ее и привез к себе. Дрожь брала. Как он еще смеет ей нравиться до болей в желудке?!

– Так и сказал, – кивнул Шон тем временем.

– Бедная миссис Кирк. – Мардж не собиралась делиться с хорошим блондином сердечными печалями.

– Маргарет, не расстраивайся так сильно, – прикоснулся Шон к ее пальцам, теребящим скатерть. – Мне жаль, что тебе приходится работать с ним бок о бок. Может… хочешь перевестись в Глазго?

– Нет, – поспешно ответила мисс Никсон, отдергивая руку. – Не собираюсь я менять свою жизнь из-за одного-разъединственного человека, иначе можно всю жизнь пробегать. – Это она решила тогда, в парке, разговаривая с рыжим котом. Бегать она больше не станет. – Но это совсем не должно тебя заботить, Шон.

– Как это не должно? – возмутился Шон. – Да я…

Вот это момент прояснить отношения. Маргарет чувствовала себя так, словно все в мире перестало иметь значение и сейчас могла сделать и сказать что угодно.

– Потому что я хочу, чтобы между нами все осталось так, как есть, Шон, – сказала девушка жестко. – А излишняя откровенность все испортит. Мне и так неудобно, что я тебя потревожила сегодня такой странной просьбой.

– Да ты… что, – Шон почувствовал жестокий удар ниже пояса, но вовсе не собирался показывать этого. В конце концов, ему и не нужна горячая влюбленность. Привязанность рождается из дружбы – он просто будет рядом, ему и самому этого будет достаточно. Пока. – Ничего не было странного. Без помощи ты бы с ним не справилась. Всегда рад помочь, – и подмигнул весело. Да. Хорошо и великодушно получилось.

– Спасибо, – кивнула Мардж серьезно, но улыбнулась слегка.

– Не переживай, мне тоже нравятся наши отношения такими, какие они есть, – протянул Шон руку через стол и слегка пожал ее ладонь. Ведь правда нравятся? Правда. – По этому поводу вообще волноваться не смей. А что касается Кингстона…

– Он явится на работу в понедельник, – перебила Мардж, – верно?

Официантка принесла заказ. Овсянка пахла божественно, несмотря на свою банальность. И вареное яйцо с цельнозерновым тостом. Маргарет с удивлением отметила, что съест все и еще останется голодной.

– Поэтому давай мы займемся котом, хорошо? – предложила она, по привычке обтирая ложку предложенной салфеткой.

Коннерз рассмеялся, глядя на маневр:

– Держу пари, они чистые!

– На всякий случай, – повеселела и Мардж. Пока есть важные дела, жизнь будет иметь смысл.

Шон принялся за свою яичницу, с энтузиазмом орудуя ножом и вилкой.

– Кот… странная история получилась. Что скажешь?

– Мы с Себом пришли к выводу… – Мардж замялась. О Кингстоне-младшем тоже думать не хотелось, на то он и Кингстон. – В общем, скорее всего, кота забрал убийца. И должен был он остаться в подвале, когда нагрянула полиция. В крайнем случае прятаться в доме.

– Убийцу и так ищет полиция, – рассудил Шон. – Лучше нам будет с ней сотрудничать. Что думаешь?

Он ее спрашивает, что она думает. Уже второй раз за две минуты. Вроде это должно радовать, потому что Гарольд почти никогда не спрашивает, а оттого бесит ее до предела, но… почему-то и излишнее советование Шона не радует. Будто сам не знает, будто ему нужна ее указка. Ну, и сотрудничать с полицией или нет – это же вообще риторический вопрос! У него будто своих принципов нет. До чего женское сердце необъяснимо, а.

– Согласна. – Шон ждал ответа. Почему-то, хоть рядом с ним и удобно, а вот стены каменной вообще не чувствуется. Быть ему другом до конца веков. Увы, Шон. Увы, сваха Софи.

Завибрировал телефон. Пришло сообщение. Маргарет скосила глаза и чуть не поперхнулась. Высветился номер, подписанный «Гарри» со смайликами сердечек с обоих сторон. Опоили, еще и в телефон влезли?! А вписали-то как сентиментально! Да она никого так не сохраняет в контакты…

Мардж выразила свои забушевавшие негативные чувства только легким поднятием бровей и яростным движением челюстей.

– Что-то важное? – спросил Шон.

– Так, от оператора, – отодвинула Маргарет телефон. Но понимала, что не сможет долго игнорировать его. Слишком любопытно, что Гарри с сердечками мог написать после утреннего. И это противное любопытство даже гнев не мог победить. – Тогда как, пойдем в полицию?

Шон Коннерз задумчиво посмотрел на Мардж. Каким огнем она светится? Эта девушка – настоящая. Всегда.

София Мартон сейчас бы его поколотила. Она повторила столько раз, что расследования вредят Мардж. И вот – лишние доказательства из лаборатории. Да и посмотреть на нее – так ей лучше под одеяло и спать. Только идти девушке наперекор совсем не хочется. Не будет он ей мешать, пусть сама решает.

– Так и сделаем, – сказал Шон, торопливо дожевывая яичницу.

Маргарет сунула телефон в сумку. Казалось, он прожжет в скатерти дыру своей смс-кой. Она потерпит. Иначе ответит ему, не удержится.

По дороге написала Кэрри Бэнкс. «Что-то было в моем капучино?»

Ответ не заставил себя ждать. «Марджи, он сказал, что это для твоего блага. Все ведь в порядке?»

Для ее блага. Сердце Мардж забилось, как та «Нокия» в звонке. А еще захотелось кого-то поколотить. На звонок Кэрри она не ответила. Только отписала: «В порядке».

Брент Финчли смотрел на этих двоих из агентства уставшими глазами. Допросы до ночи – из этой девицы Вэйн вытащить информацию было совсем не просто. Она ломалась так, будто и правда была убийцей. Гарольд с такими умел обращаться обманчивым обаянием, но и ему пришлось попотеть. Эх, если б он не ушел из прокуратуры… То от Ливингстона бы меньше шишей доставалось на его бедную голову. Зато некогда думать про Салли. Это совершенно нормально – ведь всего полтора суток назад они планировали свадьбу, а теперь друг другу никто. Вчера Сэл взяла выходной, а сегодня суббота. Не видеться сейчас – даже к лучшему. Дрянь, суббота, а он сидит на работе! Вместо того, чтобы отоспаться или затянуть Кингстона в бар.

– Агент Коннерз, криминальное расследование – не повод допускать к делу любителей, – покосился детектив на Маргарет. Этой девушке, хоть и милой, следует порой поменьше совать свой нос куда не надо. К тому же существует такая вещь, как устав. И сейчас он слишком утомлен, чтобы обсуждать… вообще что-либо.

– Лицензия делает из меня любителя? – возразил Коннерз, делая вид, что не замечает взгляда.

– И я не любитель! – возразила Маргарет на упрек. – Я ведь работаю в детективном агентстве!

– Секретарем, – отрезал Финчли. Этот Гарри с его звонками и уговорами, чтобы Маргарет ни в коем случае не давать впутаться. – Простите, мисс Никсон, но…

– Да вы даже Себу показали фотки места преступления! – воскликнула мисс Никсон. – А он вообще несовершеннолетний!

Шон Коннерз поелозил на стуле.

– Мардж, а может, и правда воспользуешься выходным и восстановишь силы? – предложил он несмело.

– Может, – буркнула Маргарет. Ей действительно хотелось зарыться в одеяло и не казать носа наружу. Но увы, это будет малодушием, которого ей не хотелось показывать ни в каком случае. Хотелось, чтобы Коннерз заставил ее вернуться домой. Гарольд бы сделал именно так. Негодяйский Гарольд! Но теперь такая пилюля – ее отправляют домой не из заботы. А, дескать, ничего она не соображает, пусть не суется. Коннерз мог бы вступиться, а не… Что творится в голове. Сплошные противоречия. – Только позвоните и все расскажите, как только узнаете что-нибудь новенькое.

– Про кота, – вставил Брент. – А не про убийцу.

– А вы не думали, что кота забрал убийца? Это самое реалистичное предположение.

Неужели они еще до этого не дошли?

– Мисс Никсон, вам лучше отправиться домой, – заявил Брент.

Негодяй. Наглец. Все они, мужчины, такие! Думают, женщины ничего не замечают. А если и замечают, должны притворяться, что не заметили. Мисс Никсон поднялась, откидывая подбородок гордо.

– Всего хорошего, – кивнула она холодно.

Смс-ка просто гласила: «В дело о коте не впутывайся». И вы туда же, Гарри с сердечками?.. Впрочем, от вас такое ожидалось в первую очередь.

Маргарет тряхнула хвостом, чтобы он воинственно закачался, затянула пояс пальто потуже и решительно направилась в сторону остановки.

Эпизод 12

Да, она глупая. Наивная. Легковерная. Порой безрассудная. До нее долго доходит. Логика хромает. Женщина, одним словом. В конце концов, кому это мешает – женщин на Земле куча, и та еще с оси от такого факта не сдвинулась. Но это не делает ее, Мардж, совсем уж беспомощной.

Она будет осторожна. Но просто так выпереть себя из дела не даст.

Мерно трясясь в автобусе, Маргарет откинула короткую прядь за ухо и вынула телефон.

«Благодарю за заботу», – ирония лишь в тоне. А в тексте ответ звучит вежливо. Все в рамках этикета. Словно ей все равно.

Зачем-то держала телефон в руках. Старую «Нокию». Замок Крукстон сиротливо проплыл за окном. Когда-то в нем кипела жизнь. А теперь неприкаянно бродят туристы. Все преходяще. Отношения – тоже. Время непременно разводит в стороны. Разводит – чтоб его! – разводит! Лучше ни с кем не сближаться, тогда и разрыв болеть не будет. Мардж протерла стекло и уставилась на дорогу. Супермаркет «Лидл». О, распродажа итальянских продуктов. Надо прикупить тортеллини в морозилку.

Снова звук сообщения. Ага!

Маргарет поспешно разблокировала экран. «Это не забота, а приказ». Издевается?.. Маргарет фыркнула.

«Нет у тебя надо мной власти». И, конечно, это случилось. Закончились деньги на счету. Сообщение не отправилось. Хотелось выбросить «Нокию» прямо сквозь стекло в сторону Крукстона и забыть обо всем. Она так зла! Она влюбилась в того, кто по-настоящему любить не умеет! И какая разница, что у нее теперь есть его номер.

Маргарет нажала на контакт: «удалить». Удалить? Точно?.. Всегда успеет. Девушка вздохнула и убрала телефон в сумку.

Вот она, остановка. За тем поворотом – дом миссис Кирк. И Алисии Вэйн. И подвал, где прятали кота. И убили Эндрю Харриса.

Полиции не видно. Итак. Мардж встала под деревом, прислонившись к нему спиной, и, порывшись в сумке, извлекла старый чек, кошелек и ручку.

– Итак, – девушка начала делать пометки на чистой стороне чека. – Предположительно, убийца ждал Харриса внутри. Как он мог попасть внутрь? Или он дожидался у кого-то дома, или… или он живет в этом же доме! – Маргарет глянула на самый обычный фасад и поежилась. – Хорошо. Зачем Эндрю пришел в подвал своей бывшей жены?.. Сказала ли Алисия полиции об этом? Или она сама не знает? Как он вошел? У него был ключ?.. Даже если и так, лично я бы на месте Алисии поменяла замок. Бывшего надо выпирать из жизни полностью и навсегда. Попляшем от этого предположения. Открыла ему не Алисия. Ключ не подходил. Тогда кто? Кто-то, у кого был доступ к подвалу Алисии.

Щеки ее раскраснелись от выводов, промозглый ветерок копошился в волосах и метал короткие локоны на лицо.

– Перестань, – бросила Мардж ветру, снова заправляя локоны за уши безжалостно. – Что же. Заиметь доступ к ее подвалу можно было или получив ключ от нее лично, или сделав слепок незаметно. Поставлю на «лично». Смысл там встречаться с третьим лицом в месте, где тебя быть не должно?.. Разве что там было нечто ценное. Да, – почесала затылок Маргарет тыльной стороной шариковой ручки. – Слишком много «если». Но… если убийца прятался в подвале, когда вошли Брент и Кингстон с Алисией, то… куда он делся до приезда полиции? Мы же стояли снаружи. А полиция уж точно обыскала там все.

Дверь подъезда отворилась, выпуская пожилого мужчину с собакой. Маргарет долго не колебалась. Сунула чек, кошелек и ручку в сумку и метнулась к двери.

– Добрый день! – кивнула собачнику приветливо. Тот улыбнулся в ответ и придержал дверь.

Отлично. Теперь кто его знает… Вдруг с осмотром места преступления повезет. Он мог спрятаться только в доме.

И – тот еще вопрос – зачем убийце забирать кота? Вот самое интересное. Допустим, убийца и Харрис встретились. Разговор. И тут они ссорятся. Убийца замахивается кочергой. Харрис падает от удара. Нужно действовать быстро. Очень быстро. А он забирает кота. Ловит, еще и вытирает следы, вместо того чтобы сбежать. Совершенно непоследовательно! Зачем? Ответ только один: кот – улика. Или… может… кот для убийцы почему-то важен?..

Да. Гарольд упоминал. Подвал миссис Кирк рядом с подвалом Алисии. Миссис Кирк?.. «Этот котик для меня – все!» Это… в высшей мере странно.

Бессознательно Маргарет сменила направление и поспешила по ступеням наверх. Миссис Кирк не звонила после убийства. После заявления тогда трезвонила весь день. Но больше… Хотя опять же. Маргарет самой не было в офисе ни в пятницу, ни сегодня. Какой Шон беспечный. На что ему такой секретарь?.. Эх, это вопрос решенный.

Глупо идти одной. Маргарет схватилась за телефон. Кому из них звонить? Разве что Финчли. Да, лучший выбор при данном раскладе.

Беда, деньги ведь закончились. Девушка остановилась между вторым и третьим этажами, гадая, как же поступить.

– …ценная информация, – услышала она за одной из дверей чем-то знакомый голос, и замок щелкнул. Дверь открылась. Маргарет инстинктивно начала подниматься.

– Я не забуду, Гарри, – проворковал медовый голосок снизу.

Мисс Никсон обернулась с быстротой молнии. Из квартиры Алисии Вэйн вышел Гарольд Кингстон собственной персоной. Маргарет показалось, что у нее волосы дыбом встали. Он сглотнула комок гнева и направилась наверх как можно быстрее.

Дверь внизу захлопнулась, а на лестнице раздались торопливые шаги через ступеньку. Маргарет обернулась. И вдруг… оказалась прижата к стене на лестничном пролете. Напряженный Кингстон стоял напротив, крепко держа ее за плечи, и смотрел ей в глаза испытывающе.

– И что вы тут делаете, моя дражайшая мисс Никсон? – обманчиво мягким голосом вопросил он, не отрывая глаз от разноцветного взора любимой девушки.

У Мардж затряслись поджилки, подогнулись колени, и вообще… Он никогда не позволял себе такого. Даже тогда, в прокуратуре… Все было не так. Но и она даже тогда на него так не злилась. Поэтому нашла в себе силы спросить едко:

– Сколько раз ты такое уже проделывал с девушками?

Гарольд отстранился в некоторой досаде, все же не убирая рук.

– Проклятие, Мардж, ты что, никак не можешь поверить?

– Во что? – хотелось сложить руки на груди и смотреть свысока так и надменно. Но не получалось. Ни то, ни другое.

Сказать или сделать? Еще никогда ему так не хотелось кого-то поцеловать. Нет. Ее поцеловать. Кингстон наклонился ближе к лицу Мардж и… уперся носом в ее горячую ладонь. От неожиданности ослабил хватку, и Мардж воспользовалась моментом и выскользнула из ловушки. Побежала по лестнице вниз. Обернулась.

– Вот уж не думала, мистер Кингстон, что однажды буду свидетелем того, как вы зажимаете девушек на лестничной площадке! – щеки ее пылали. – Как на вас похоже!

– Не свидетелем, – усмехнулся Гарольд, пытаясь вернуть себе чувство собственного достоинства, – а участником событий. Сколько ты будешь сбегать, Мардж? – бросил он ей вслед провокационно. Ей, которая уже спустилась на целый пролет. – Обвинять меня в бессердечии, когда сама не лучше?

– Не лучше?! – воскликнула Мардж и взбежала наверх, снова попадаясь на крючок. Никогда не научится. – Я не травлю людей снотворным, не флиртую с кем попало, не…

– Не флиртуешь? – Гарольд почувствовал, что это конец его самообладанию, и, спустившись на несколько ступеней, схватил ее за плечи собственнически. – А то, что Шон тебя увозит из моей квартиры – это как понимать?

– Мы с Шоном – друзья, и не более, – жестко ответила Мардж, чувствуя, как тонет в его глазах. Нельзя так. Нельзя. Жить с тем, кто не способен на преданность, нельзя. Нельзя любить того, кто…

– А со мной? – взгляд Гарольда прожигал насквозь. – Со мной сколько ты будешь придуриваться?

Маргарет смешалась. Она не придуривается. Она… осторожничает. И пытается не поддаться чувствам.

Внизу на лестнице раздались шаги. Так некстати. Маргарет попыталась высвободиться из его хватки. Гарольд Кингстон покачал головой.

– Не отпущу. Пока не ответишь наконец. Здесь и сейчас. Выйдешь ты за меня или нет?

У Мардж подкосились ноги.

– Ты… ты не спрашивал об этом раньше.

А если он не будет ее любить вечно? Какие тому есть гарантии? Что то невероятное чувство, которое она испытывает, когда он рядом, не исчезнет? Это ли то, ради чего сломя голову бросаются в омут?

– Спрашиваю сейчас, – он не отпускал. Не переставал смотреть. И она жалела, что выставила ладонь минуту назад. Жалела и ненавидела себя за то, что жалеет. – Я больше не потерплю игр, Мардж. Если да – то да, если нет – то нет.

Слова, которые имеют такое значение. Навеки.

Шаги на лестнице затихли. Слишком близко. Маргарет и Гарольд посмотрели вниз. С площадки второго этажа на них взирал Брент Финчли с усмешкой.

– Наш пострел везде поспел, – прокомментировал он происходящее с внезапной иронией. – Не пропустите скромного госслужащего?

– Я… – Мардж мечтала выкрутиться, – ситуация неподходящая…

– Подходящее не бывает, – заметил Гарольд жестко. Брент кашлянул. – Ты идешь к миссис Кирк? – спросил Гарольд, сдвигаясь вместе с Маргарет в сторону, чтобы освободить проход. Но не давая ей сбежать. Не сегодня. – Она вернула кота, между прочим.

– Как?! – воскликнула Маргарет помимо воли. Ее догадка верна? Убийца – миссис Кирк? Как он умудряется всегда быть впереди?

– Мне ее даже жаль, – кивнул Брент.

– Ей следовало сразу признаться, сама виновата, – пожал Гарольд плечами.

– Как она достала ключ? – непонимающе вопросила Мардж. Проклятое женское любопытство.

– Ключ был у Эндрю Харриса, – ответил Гарольд. Тоном, средним между пояснением старшего напарника и смешком издевающегося брата. – Который собирался обчистить бывшую жену. А миссис Кирк лишь спустилась в подвал за джемом и увидела следы Чарли. Потом услышала и вошла. Харрису не нужен был свидетель. Миссис Кирк убила случайно, защищаясь.

– Некогда мне с вами, – отправился Брент выше по ступеням. – Желаю счастья в личной жизни и… все такое.

– Какой личной жизни… – пробормотала Маргарет.

В голове все плавало. Коты, миссис Кирк, убийства… Двойное предательство мистера Харриса по отношению к Алисии.

– Я жду ответа, Мардж, – встряхнул ее Гарольд. – Отсутствие мгновенного «нет» лично мне нравится.

– Бедная миссис Кирк… Бедная Алисия… – промямлила Мардж, не в силах переключиться с жизней недавних ближних на свою. – Негодяй Харрис! – сжала она кулаки. – Ведь все из-за него!

– Не из-за него, – позволил Гарольд себе вольность и заправил тот непослушно выбивающийся на глаза локон ей за ухо. – А из-за их собственных глупых порывов и решений.

– Я боюсь, такое и со мной случится, – вдруг защекотало в носу у Маргарет.

– Все зависит от твоего решения сейчас, – пожал Гарольд плечами, словно ему было все равно. А как ему не все равно!

– А вдруг ты станешь, как Эндрю Харрис? – прозвучало, как ядерный взрыв. Гарольд Кингстон отшатнулся, отпуская девушку. – Что я тогда буду делать? – она чувствовала себя совершенно раздавленной.

– Та-ак… – протянул Гарольд с внезапно нахлынувшим ливнем горечи. – Вот, значит, какого ты обо мне мнения.

И сразу стал как-то ниже. Мардж стушевалась. Ей сделалось стыдно, неудобно и… пожелалось никогда не принимать никаких решений.

– Прости, я… не умею верить, – и, желая сказать что-то еще, но боясь, что скажет не то, махнула рукой и побежала вниз со всей возможной скоростью.

Бренту Финчли больше всего на свете хотелось выпить чего-нибудь крепкого. Смотреть на эту женщину, в слезах прижимающую к себе черного огромного кота с белой манишкой, и понимать, что она отправится в тюрьму на долгий срок, который отнимет у нее последние свежие годы – это… гадкая сторона работы детектива. Если бы Алисия Вэйн не украла кота. Если бы Джоан Кирк была добрее к своей домработнице и не пыталась утвердить свою заниженную самооценку за чужой счет. Тогда вероломный Эндрю Харрис был бы жив. И кто знает, хорошо это или плохо. Кингстон удивительно легко согласился составить компанию в баре. Кажется, с Маргарет у него не вышло. В который раз.

Может, у них с Сарой эта размолвка – тоже еще не конец?..

В кафе Кэролайн Бэнкс на Мэнтон-стрит горела только одна лампа, выхватывая из вечерних сумерек столик, заставленный сладостями и кофе.

– Я решила отказаться от него, – с тяжелым вздохом заявила Элли Лоуренс, понурив голову. Сэл Брайтон похлопала юную девушку по плечу понимающе.

– Сосредоточься на учебе, это поможет, – кивнула Маргарет Никсон, рассеянно размешивая пенку в своем капучино. Не слишком веря в собственные слова. Если бы в кофе снова было снотворное… Тогда, может быть… она бы отважилась. Почему ей так хочется плакать?

Кэролайн Бэнкс посматривала на своих посетительниц. Что она могла сказать? У них, счастливиц, хотя бы есть эти самые романы. А на нее никто даже не смотрит, уже два года как одна. Что может быть ужаснее для женщины?.. И она молча глотала двойную порцию латте.

– Думаете, всегда нужно быть такими рассудительными? – вдруг подняла голову Сара Брайтон.

Девушки встрепенулись.

Кэролайн вздохнула. Да если бы кто-нибудь да бы… Она бы засунула рассудок подальше.

Элли посмотрела на Мардж, Мардж – на Сэл, Сэл – на Элли. Очередь вздохов утонула в кофе. А лампа лила свет на их согбенные фигуры как ни в чем ни бывало.

Звякнул колокольчик. Девушки, как по команде, обернулись на посетителя. «Мы закрыты», – хотела сказать Кэрри, но ее подруги вдруг воскликнули в один голос:

– Софи?!

София Мартон улыбалась. Изо всех сил. Она знала, как это обидно, больно и неприятно – оставаться одной. Но ни одна живая душа знать об этом не должна. Надо делать вид, что это единственное счастье в жизни. И тогда оно придет. Вероятно.

– Так и знала, что застану вас здесь в депрессняке, – бодро подшагала она к столу и плюхнулась на стул. – София Мартон, – протянула блондинке постарше ладонь.

– Кэрри Бэнкс, – улыбнулась Кэролайн чуть грустно.

– Можно и мне чего-нибудь? – прищурилась София. Кэролайн встала. – На твой вкус, – махнула Софи рукой.

Глянула на Мардж. Была одна милая недотепа под ее опекой, а теперь трое. Коннерз тоже не прошел конкурс. Этот блондинчик был готов продать ее… ради работы. Стоило с ним пообщаться тем вечером – все и вылезло. Скользкий тип. Перевелись настоящие мужчины.

– Сыграем в бридж? – вытащила мисс Мартон из сумки потрепанные карты. – Вам надо взбодриться, девчонки. Не все потеряно, жизнь только начинается! – и она начала тасовать колоду, не дожидаясь согласия. Знала – согласятся, никуда не денутся.

Снова череда вздохов.

У Мардж вдруг звякнул телефон. Гарри с сердечками. Девушки заметили и хмыкнули синхронно. Маргарет покраснела.

– Я…

– Читай, – сказала Элли голосом, не терпящим возражений. Это она умела.

– Удали, – посоветовала София. Сэл и Кэрри промолчали.

Маргарет стянула «Нокию» со стола и приблизила к носу. Чтобы никто не прочел. Мало ли… Сердечки все заметили. Чтоб этих Кингстонов…

Смс-ка была короткая. «Прощай, Мардж». Что это значит? Перед глазами возник мост над рекой и… Она закашлялась, и вдруг сделалось невыносимо жарко.

Маргарет вскочила, толкнув стол и расплескав все кофе разом. Сейчас она видела только его сникшие плечи и разочарованное «Вот какого ты мнения обо мне!». Нет. Свести счеты с жизнью – не в духе Кингстона. Она это знала. Просто знала. Откуда – неизвестно. Но он слишком сильный для этого. А вот уехать и испариться навсегда… Навсегда из ее жизни. Он сможет.

Ничто больше не имело значения. Сейчас она поняла. Что не хочет себе представлять жизни без Гарольда Кингстона. Конечно, это возможно. Но она не хочет.

– Элли! – план нарисовался сам собой. – У тебя ведь есть номер того хакера из колледжа?

– Вилли? – недоуменно спросила Элла.

– Да, – кивнула Мардж. – Пусть срочно мне найдет, где находится телефон с этим номером.

Будь что будет. Она найдет его и… скажет «да».

– Мардж, – схватила София за руку подругу, в волнении рассыпав карты. Это ведь не то, что она подумала?.. – Ты же не станешь принимать необдуманных решений?

– Софи, – повернулась Мардж к ней твердо. – Кажется…

Элла уже вполголоса диктовала Вилли Тернеру номер. Сара смотрела на Мардж, как на эпическую героиню, Кэрри – как на ту, что достойна подражания.

– …нет, точно. Я все обдумала. Я решила выйти замуж.

И глаза ее безумно сверкнули.

Пятый лишний

Лето Маргарет Никсон тянется безнадежно долго – кажется, отвергнутый ею Гарольд Кингстон растворился в воздухе. По наущению подруг девушка решает прекратить его поиски, развеяться и проведать родителей в Глазго. Те, желая сделать для дочери что-нибудь приятное, находят для нее место на каякинг-туре вместе с сыном их новых «замечательных знакомых». Маргарет скрепя сердце решает открыться новым впечатлениям. Кто же этот таинственный сын? И что, если один из участников тура на реке Клайд покажется лишним?

Эпизод 1

– Да, ты права… Я все еще вздрагиваю, когда мне кажется, что на улице вижу его лицо, а потом понимаю, что ошиблась, да это было бы и невозможно – столкнуться в Глазго, даже если есть шанс один из ста, что он живет здесь, но… признаться, жутко по нему скучаю, Сэл, – Маргарет Никсон накрутила на палец локон своих темно-каштановых волос; другой рукой она прижимала к уху новенький смартфон. – Ну, ты понимаешь.

Никто бы не понял Мардж лучше: да, с тех пор, как детектив Финчли получил от ворот поворот, Сара и Брент не разговаривали. Сталкивались нередко, ведь малыш Пейсли – не Глазго. Отворачивались и делали вид, что не только помолвлены не были, но даже имен друг друга не знали никогда. В душе Сара все еще отчаянно ждала этих столкновений, ведь в сердце женщин живет вера в чудо – что именно в этот раз все сложится иначе. Правда, Сэл была особой более, куда более здравомыслящей, чем Мардж Никсон: она имела причины для разрыва, а жизнь такой быть и должна – не слишком сладкой. Тем не менее она сказала:

– Понимаю, Марджи. Тебе надо заняться чем-нибудь.

– Чем, интересно?.. Кто меня заставил взять отпуск и сюда тащиться?..

– Кажется, это был Коннерз, твой шеф?

Мардж умолкла. Шон Коннерз – еще одна загвоздка жизни. Всегда безупречно вежливый и предупредительный, истый джентльмен, верный друг, которому она запретила даже думать о чем-либо большем. И которого этот факт совершенно не оттолкнул. Тот, кто буквально переселился в Пейсли с тех пор, как она согласилась работать секретарем в его агентстве. Тот, кто всегда готов подставить локоть поддержки и… тот, кто заметил ее нервозность и депрессию и насильно отправил в отпуск.

– Он только дал отпуск. А на Глазго настояли вы с Элли, милая моя.

– Должны же друзья действовать сообща.

– Друзья? – хмыкнула Мардж. Это Коннерз-то?

– В любом случае, Мардж, дома сидеть не годится. Купи тур путешествий какой-нибудь, в конце концов. И…

Смартфон неожиданно завибрировал, и что-то булькнуло.

– Ой, подожди, – воскликнула Мардж, отнимая трубку от уха. – Что такое?.. «София Мартон машет вам, помашите в ответ»? Что за глупость! – с досадой смахнула она пальцем кружок мессенджера, а тот назойливо цеплялся к боку экрана и не исчезал. – Сущее наказание! И где теперь мой разговор?.. Все пропало… Сэл, Сэл, ты тут?

– Да, я тут, – рассмеялась Сара Брайтон по ту сторону. – Что, у тебя мессенджер? Откуда? В твоей старой Нокии не было таких благ.

– Я не сказала? Родители мне телефон купили.

– Что ты говоришь! Ты ведь только два дня как приехала.

– Ну, так им много времени не понадобилось. Едва увидели этот, по их словам, «прошлый век», как на следующий день мама за ужином преподнесла мне коробочку с бантиком, а папа толкнул приветственную речь. И – вуаля! – новая жизнь. Еще кто из нас прошлый век… Лично мне змейка нравилась…

– Ты там не ворчи, Мардж. Я тебе тоже говорила, и девчонки, что надо в ногу со временем идти.

– Да, а теперь я не только идти, а еще и вам всем махать должна, – усмехнулась Мардж в трубку, а пальцем поводила по оконному стеклу. За ним кипел жизнью Глазго. Светофоры, и пешеходы, и зонты, и гудки, и тормоза, и визг шин, и мигание реклам, и завывание сирен. – Ладно, я просто брюзжу. Настроение гадкое, как и всегда.

Лето готовилось стать осенью.

– Мардж, внеси в жизнь новую струю, рекомендую. Ой, – резко понизила голос Сара, – Хэйд идет. Бросаю трубку.

Маргарет рассмеялась. Миссис Хэйд – судмедэксперт и за болтовню на рабочем месте не жалует. Хотя Сара и не так уж часто себе это позволяет.

– Внести в жизнь новую струю? Ха, кто бы говорил… – сказала Маргарет окну. – Сама сидит в офисе, как гриб. Интересно, отвлечет ли какое-либо путешествие от мыслей о тебе, Гарри? Существует ли, вообще, что-то такое?..

Она не слышала, что дверь сзади отворилась.

– Итак, его зовут Гарри?

Маргарет вздрогнула всем телом и подскочила, оглядываясь.

– Мама! – воскликнула она со священным ужасом. Мама, наверное, родилась со суперспособностью подкрадываться незаметно и слышать что не следует. Стоит в дверном проеме: низенькая, изящная и непреклонная. – Ты… о чем?

– Доча, давай присядем, – похлопала миссис Никсон по кровати. Здесь когда-то Маргарет пряталась от жизни под одеялом, и это спасало. Теперь нет.

Маргарет колебалась. Она специально не рассказывала родителям. Зачем им волноваться. И о расследованиях тоже. Одно дело сказать, что ты работаешь секретарем в детективном агентстве «Коннерз и Ко», и совсем другое – что тебя несколько раз чуть не убрали с дороги всякие злодеи. И – тем более! – о Гарольде. Ведь он… красавчик, а о таких родители предостерегали всегда. Да и она сама была против…

Но под убедительным взглядом матери послушалась и присела на край кровати.

– Мегги, мы же не слепые, – погладила мама ее по спине. И если бы не эта не любимая Мардж форма имени, наверное, она бы тотчас разрыдалась у мамы на плече и рассказала все – все про то, какая ужасная штука эта жизнь. Именно из-за простецкого «Мегги» сдержалась. – Ты сама не своя. А теперь я понимаю, почему. Влюбилась? Кто он? Как это вышло? Ты же знаешь – мы с папой всегда хотим помочь…

Такое это дело – родители. Они всегда на твоей стороне, но если они тебя считают «Мегги», ты «Мегги» для них на всю жизнь и останешься. Маргарет не хотелось слишком откровенничать.

– Мам, – она покачала головой. – Это уже в прошлом. Он мне нравился, очень. И даже сделал предложил встречаться, но я… отказалась. И…

– Почему? – миссис Никсон, как и дочь, терпением не отличалась. Это семейное – перебивать.

– Потому что… – Мардж облизнула губы. Она балансировала на границе откровенности и скрытности. – Потому что мы друг друга не знали как следует. Я не самая умная, но встречаться с тем, о ком ничего не знаешь – все же сумасшествие.

Миссис Никсон кивнула.

– Абсолютно правильное решение.

Нельзя прыгать в омут с размаху. Особенно – не предупредив родителей.

– Ну, и… Он обиделся, но потом предложил мне, вообще, замуж… Я была сбита с толку.

– Еще бы! – воскликнула миссис Никсон. Этот «Гарри» ей уже не нравился. Выглядит чересчур импульсивным. Дочери нужна надежная партия.

– Я думала потом махнуть на все рукой, позвонить и сказать, что согласна… – На лице миссис Никсон отразилось отчаяние. – Только он пропал. Номер сменил, с квартиры съехал, с работы уволился…

Миссис Никсон погладила дочь по спине снова. Она, конечно, не такого счастья своей единственной дочери желала. И хорошо, что все закончилось так.

– Если бы ты была ему действительно нужна, он бы так не сделал, – заявила миссис Никсон уверенно.

– Правда? – усомнилась Маргарет. Она уже сожалела, что выложила маме больше, чем планировала.

– Конечно, – еще более твердым тоном добавила мама. Мамы должны спасать дочек и склеивать их сердца. – Уж как я изводила твоего отца в свое время…

Эту историю Маргарет слышала, и не раз. Мама была той еще фифой. А папа держался крепко. Может, она и права… Маргарет фифой не была никогда. Она была всего лишь собой. И раз Гарольд за нее не стал сражаться… наверное, ему правда хотелось лишь забавы. А когда она ранила его чувства отказом, то решил прекратить игру – уже не весело. Мысли Мардж улетели вдаль, пока мама с наслаждением пересказывала деяния прошлого. Хотя и ей забава понравилась, надо признать. Она была бы не против продолжить. Совсем не против… Маргарет затрясла головой – еще чего!

Зазвонил телефон. Мамин.

– О, это папа! – встрепенулась миссис Никсон радостно. – Да, дорогой?.. – она слушала мгновение, и вот лицо уже озарилось: – Это же замечательно! Именно то что нужно! Ты их поблагодарил?.. Немедленно звони и благодари!.. Да, так надо! Говорю тебе!.. Это шикарный подарок. Сейчас же скажу Марджи. Целую!

С горящими глазами она воззрилась на ничего не подозревающую дочь.

– Мы недавно познакомились с совершенно потрясающими людьми… У них есть сын чуть постарше тебя…

Маргарет нахмурилась. Сватовство всегда выводило ее из себя. Особенно теперь. А мама пыталась такие номера откалывать все чаще. Даже папа в это дело начинал ввязываться.

– Мама, я… – попыталась она воспротивиться.

– Даже не говори ничего, – потребовала миссис Никсон. – Он отправляется в каякинг-тур по Клайду, и у них в последний момент освободилось место. Думаю, это то, что тебе нужно сейчас больше всего, доча.

Хм. Каякинг-тур?.. Не то ли это, что «внесет в жизнь новую струю»?

– По Клайду? – уточнила Маргарет, потирая кончик носа задумчиво.

– Да, – закивала мама с энтузиазмом. – До самого Эдинбурга. Подробностей я не знаю, но ведь это и к лучшему, верно?

Да. Чем непредсказуемее будущее, тем менее интересно прошлое. Маргарет знала, в кого уродилась такой авантюристкой.

– Хорошо, – согласилась она наконец. – Почему бы нет. А когда отплывать?

– Завтра! Собирайся, поедем за покупками. Ведь у тебя нет неопреновых ботинок?

Совсем не на это собиралась Маргарет тратить свою зарплату. Но… приключения трат стоят. Постепенно загорающийся азарт даже прогнал из ее сердца тоску по шуткам Гарольда Кингстона.

– Нет, ма… Я не против ехать, совсем не против, – твердил Гарольд Кингстон блютуз-наушнику. Он пробирался сквозь городские пробки к водному клубу. – Но сватать меня не надо. Что?.. Я рад, что у ваших знакомых прекрасная дочь, но свою личную жизнь я устрою сам…

Заскрипел зубами. Мать что-то сострила по поводу Мардж Никсон. Он едва не нажал на газ вместо тормоза перед серебристым капотом впередистоящего «Ниссана».

– Ма, – отчеканил Гарри, – кладу трубку.

Это отвратительно. Вызвали его срочно домой, прикрываясь маминым сердцем, теперь отправляют в каякинг-тур. Каякинг-тур – это хорошо, разумеется. Размяться никогда не мешает. Только прочить ему девиц зачем? Он сам может найти сколько угодно, если захочет.

А так он и сделает. Чтобы в его жизнь не лезли. Пригласит себе пару на тур сам. В конце концов, пора оставить Маргарет Никсон в прошлом.

Гарольд резко нажал на тормоз, машина с противным визгом вздрогнула и едва не затанцевала на месте: прямо перед его бампером дорогу перебегала симпатичная блондинка, но нелепо взмахнула руками с перепугу, споткнулась о бордюр и плюхнулась на асфальт.

Эпизод 2

Мардж счастливо зажмурилась, зябко запуская кулачки в карманы бирюзовой спортивной жилетки. Холодное утро. Уже совсем осеннее. Неужели возможно поверить, что скоро выйдет солнце, будет тепло и она весело полетит по водам Клайда, что безмятежно ползут под этим деревянным мостом в легком тумане утра?

Маргарет приехала на место сплава первой.

Будет ли весело?.. Ее била дрожь, когда думалось, что она будет грести, а сзади будет сидеть неизвестный сын «совершенно потрясающих людей».

– Надеюсь, он умеет управлять каяком, потому что я – нет, – поведала Мардж реке, мечтательно облокачиваясь о поручни моста. Волшебство утра обволакивало, и в подобный момент ничто не пугало.

За лесной посадкой из-за поворота дороги донеслись звуки мотора, и вскоре в облачке пыли показались два автомобиля. Едут!

Маргарет потерла вспотевшие ладошки друг о друга и встала на изготовку, чтобы встретить прибывших безупречной вежливостью. Легкий ветерок примешал к запаху реки, леса и утра выхлопы бензина.

Первый автомобиль остановился, водитель возился с ключом, а его спутница тут же открыла дверцу, демонстрируя идеальные длинные ноги в коротких шортах. Настолько идеальные, что Маргарет сделалось несколько стыдно за свои. Затем молодая женщина выбралась наружу, с наслаждением разминая ноги и ежась от утренней прохлады. Ее блестящие идеально прямые волосы покорно лежали вдоль спины, лишь наполовину прикрытой спортивным топом.

– Вилли, ну и холод! – воскликнула она своему водителю, и Мардж показалось, что в ее голосе звучит нечто знакомое.

– Марни?.. – проговорила Мардж, приглядываясь. Быть этого не может, неужели вот эта картинка из глянцевого журнала ходила с ней раньше в одну школу?

Шатенка вздрогнула и наконец заинтересовалась фигурой Маргарет.

– Дорогая, мы с Хэлом на базу, – прокричал из салона «Вилли».

– Да, да, дорогой, – рассеянно махнула рукой Марни Шелз – в этом более не было сомнений. Она всегда была модной штучкой и превратилась бы именно в такой модельный образчик гламура. – Только постой, я возьму свитшот! – и, не дав Вилли тронуться с места, нырнула на миг в салон. Маргарет посматривала на нее с некоторой завистью. Не вполне завистью, конечно. Разве можно завидовать девушке из «Космополитена»? Она же не вполне настоящая. Но выглядит «Космополитен» красиво.

Из второй машины грациозно выскользнула блондинка, не менее прекрасная дева. С формами, в отличие от худой длинной Марни, но такая утонченная и нежная, что… Маргарет укрепилась в уверенности: она – скорее олень, чем девушка.

– Лидия, – представилась блондинка, протягивая руку. Как она так быстро оказалась рядом, Маргарет не знала.

– Мардж, – улыбнулась она неловко в ответ. Волосы Лидии были заплетены в две толстые косы, кончики волос выкрашены в русалочий розовый будто небрежными мазками кисти. Короткое хлопковое платье в белый цветочек на васильковом фоне. Сама нежность. – Красивое платье.

– Спасибо, – улыбнулась Лидия с готовностью. – Я тоже в восторге. Не удержалась от того, чтоб надеть его сразу… Хотя тут прохладно, – Лидия обняла себя за плечи и попрыгала на месте. В голосе проступал еле заметный акцент: девушка смягчала согласные, а окончания выделяла слишком старательно. Затем подлетела к перилам моста и уставилась в ряску на дне вдохновенно.

«Эльф», – усмехнулась Маргарет ассоциации и прониклась к Лидии безоговорочной симпатией.

– Маргарет Никсон, такова ли правда жизни?! – подскочила наконец и Марни Шелз, хватая ладонь Мардж и потрясая ею. – Значит, та загадочная незнакомка, что отважилась плыть на одинарке, – ты? Вот уж новость! Лиди, мы с Мегги учились в одной школе, – защебетала Марни блондинке, все еще сжимая руку Мардж с такой горячностью, будто они лучшие подруги на века. Мардж в мучениях сопоставляла за и против таинственного слова «одинарка». А как же сын замечательных людей, который даже пусть пялится на ее спину, но умеет управлять каяком? – Какая Мегги была зубрилка не передать… – тем временем продолжала Марни.

Лидия засмеялась, прикрываясь ладошкой.

Маргарет вытянула свою руку как можно осторожнее.

– Значит, мне полагается одинарный каяк?

– Ну да, – пожала Марни плечами. – Хал плывет с Лидией, а мы с Вилли. Мы каждый год плаваем в годовщину свадьбы, – с гордостью продемонстрировала она кольцо.

У Маргарет что-то не укладывалось в голове. Она не знала, отказаться ли. Спрашивать ли про этого таинственного сына. Признаться ли, что ей страшно до жутиков. И старательно делала вид, что так оно и должно было быть.

– …сейчас вот они привезут инвентарь, и – вжух! – сразу в путь! – бодро сообщила Марни, облокачиваясь о перила. – Уровень реки низкий, конечно… но прорвемся. Ты ведь, Лидия, первый раз на Клайде?

– Да, – кивнула Лидия немного застенчиво.

– Лидия – подружка Хала, – сочла Марни нужным пояснить. – Она приехала из Восточной Европы, и он не смог устоять перед ее красотой и утонченностью, – и Марни Шелз хихикнула. Впрочем, теперь она была не Шелз.

Лидия покраснела и, смущаясь, сделала вид, что осматривает окрестности. Вздрогнула на миг и напряглась, но потом вздохнула облегченно.

Да. Мардж не достанется сын замечательных людей. Впрочем, больно был нужен. И имя странное – Хал.

Марни хмыкнула довольно, наблюдая за Лидией.

– Хотя, по-моему, у него какая-то душераздирающая история. Мы познакомились в начале лета в клубе, парень хоть куда, а что-то его гложет. Ну, знаешь, как оно у таких бывает… А что ты, Никсон, все еще Никсон?

Маргарет больно кольнуло в груди. Могла бы не быть… В голове отчеканились слова детской сказки:

– Чей это город с башней у ворот?

– Владеет им король Дроздобород.

А если б ты была его женой,

То был бы твой.

– Да, – улыбнулась она лучезарно. – А ты теперь кто?

– Дункан, – с наслаждением произнесла Марни. – Не прелесть ли? Совершенно аристократично, Мегги.

Да. А она лишь Мегги Никсон. Маргарет вздохнула, притворяясь, что зевает. Повисла пауза. Марни проверяла новейший айфон, сосредоточенно поджав темно-бордовые губы.

– Едут! – вдруг обрадованно указала Лидия в сторону вновь показавшегося облачка пыли.

Приключение начиналось. Грузовик вез три каяка: два больших красных и один синий, поменьше. Одинарка. В тон ее жилетке и неопреновым ботинкам. Хоть что-то…

Грузовик остановился, вслед за водителем с базы выскочили двое. Вилли Дункан и Хал. Когда последний вдруг обернулся, чтобы что-то крикнуть Лидии насчет весел, сердце Маргарет ухнуло в бездну. Эта загорелая физиономия принадлежала Гарольду Кингстону.

Он тоже ее заметил. И глаза его странно сверкнули. Всего на миг. А потом, к ужасу Мардж, Гарри направился в их сторону, оставив Вилли и водителя одних тащить каяки. По-кошачьи мягкой походкой, уверенно и с какой-то хищной улыбкой…

Маргарет отступила назад и споткнулась о камушек. Марни подхватила ее локоть и зашептала:

– Это и есть Хал. Хорош, правда? Повезло Лидии, вот уж повезло… Не Вилли, конечно, но… Не вешай нос, Мег, мы и тебе кого-то найдем.

Теперь Маргарет начало знобить и трясти. Ведь Хал – это от Гарольд! От Гарри, того самого, что она безуспешно искала полгода? И это он – сын той «замечательной семьи»? Откуда родители… Что за махинация? Совпадение невозможно. Его рук дело? Но тогда что здесь делает Лидия? Они вместе? Когда всего полгода назад он уверял, что жить без Мардж не может?.. Ха. Права была она, что отказала. Хотел унизить ее? Не выйдет, Гарольд Кингстон. Мардж сдвинула брови.

Гарольд подошел к девушкам и шутовски поклонился.

– Хал! – расплылась в улыбке Марни. – Представь, эта сорвиголова для одинарки – моя старая школьная подруга Мегги!

– Мегги? – переспросил Кингстон слегка рассеянно, с преувеличенным интересом разглядывая платьице Лидии. – Отлично выглядишь, Лиди.

Маргарет хотелось кусать губы, локти, колени… Что угодно. Но только не стоять перед ним и не растягивать вежливую улыбку. Почему судьба должна была распорядиться вот так?.. Почему он вообще должен ее беспокоить? Конечно, ей далеко до эльфа Лидии. Но фальшь она ненавидела. Карты на стол. Была не была. Хуже не будет.

– Это же надо, какая встреча, Гарольд Кингстон, – она сделала подобие реверанса, придерживая полы воображаемого платья.

Тот поднял брови, Марни и Лидия воззрились на нее с нескрываемым изумлением.

– Вы знакомы?

Мардж раскрыла рот было, не зная точно еще, что скажет, но Кингстон опередил, холодно поясняя:

– Пересекались пару раз в Пейсли. Действительно, неожиданно. Мегги. Идем, Лиди. Пора отплывать. Марни, и тебя Вилли ждет.

Девушки удовлетворились объяснением, Лидия приняла поданную руку и, оглядываясь на Мардж со странным подозрением, отправилась за героем Кингстоном. Марни толкнула локтем старую знакомую в бок:

– А что ж молчала?.. Эх, подружка, надо тебе поднатореть… Такого парня упустила! Ты все та же, Мегги, – и взъерошила Маргарет волосы, как ребенку. А затем помчалась помогать мужу.

Мардж не могла сдвинуться с места. Плыть с ним?.. Пять дней? «Мегги»? Она топнула по пыльной дороге с яростью и охнула: сквозь неопреновые ботинки острые камушки чувствовались особенно больно.

Он хотел ей утереть нос. И обманом завлек сюда, чтобы продемонстрировать, что она упустила?..

Маргарет схватила рюкзак из пыли. Она уезжает сейчас же. Не будет ему подыгрывать. Этому бессердечному… зачем она решила сказать «да»?!

Прилагая все силы, чтоб не разреветься, она сосредоточенно продела руки в лямки, затягивая их поудобнее. Сделала шаг и столкнулась с ним нос к носу.

– Мегги? – повторил он суровым тоном, повторяя эту отвратительную форму ее имени как попугай. – Что значит весь этот маскарад?

Маргарет опешила. И он еще обвиняет… ее?

– Маскарад? – переспросила она еле лепечущим голосом.

– Сговорилась с моими родителями? Посмеяться?

– Я?!

Да это же все он…

– Так вот, не надейся, – дернул Гарольд ремень на лямке, который она безуспешно пыталась затянуть. Рюкзак больно впился в левое плечо. – Я прекрасно живу. И собираюсь замечательно провести время, вне зависимости от того, что ты станешь делать.

И, отвернувшись, зашагал обратно к каякам. Остался ее одинарный, синенький.

– И не собиралась, – пробубнила Мардж с досадой, что, как всегда, ответ вовремя не пришел. Дернула рюкзак, едва не воя. Ремешок подался с трудом. – Изверг… Посмотрим, точно ли ты проведешь время замечательно?.. Я тебе малину подпорчу… И ты увидишь, что унижать меня нечего, я тоже прекрасно живу…

– Мегги! – помахала Марни рукой. – Идешь?

Лидия смотрела на нее внимательно своими ясными светлыми глазами. Гарольд Великолепный в своих светлых шортах и черной футболке сталкивал в воду их каяк, в котором она грациозно расположилась.

Мардж сцепила зубы. А затем расцвела улыбкой.

– Иду, Марни, разумеется! – и потрусила с моста. – Прости, задумалась! – махнула она рукой с извинениями.

– Вилли, – протянул руку второй мужчина их маленькой группы. – Марни сказала, что вы учились вместе?

Маргарет кивнула. Сразу видно любителя спорта. Волосы уже влажные, каштановые и вьющиеся. Лицо открытое, располагающее. Что он нашел в гламуре Марни Шелз?..

– Приятно познакомиться, – не покривив душой, пожала его крепкую ладонь Маргарет. – Мардж.

Кингстон и Лидия уже покачивались на воде Клайда. Лидия с легким беспокойством держалась за борт каяка и всматривалась в неглубокую воду. Маргарет едва не фыркнула, отворачиваясь.

– Мегги, еще не поздно передумать! – весело крикнул Кингстон. – Мы все поймем.

Маргарет, сопя, схватила нос своего каяка и потащила к воде.

– Весло, – протянул ей Вилли забытый инструмент. – Умеешь?

Мардж кивнула. Это не должно быть сложно. Совершенно не должно… Но Кингстону она отравит жизнь, хотя бы ради этого утопиться стоит.

– Подожди, рюкзак! – крикнула Марни, хватая подругу за плечо. – Рюкзак отдай на базу, в лодку бери только то, что пригодится во время плавания.

Маргарет поспешно стаскивала с себя рюкзак, пока Вилли придерживал ее каяк. Кингстон с Лидией скользили по реке. И она видела его спину, под футболкой отчетливо играли мышцы, когда он вскидывал весло… И вскидывал отнюдь не в ее честь.

Хотелось под одеяло и рыдать. Но бойцы так не делают.

Эпизод 3

Как у него получалось скользить по воде так просто?.. Маргарет отважно махала веслом не переставая, но почти стояла на месте. Правда, потом оказалось, что махала не той стороной лопасти. Это настолько элементарно, а у нее мозгов не хватило… Быть ей «Мегги» до гроба, как бы она ни пыталась казаться «Мардж» или «Марго».

Правда, к чести Вилли Дункана, он не выпускал синий каяк из поля зрения. К явной досаде Марни, мечтавшей птицей лететь вперед. Но что с того, если в результате Гарольд и Лидия были предоставлены друг другу в столь романтичной обстановке, как сплав по реке среди полей и солнца?

Маргарет злилась, но больше не была в состоянии видеть в Лидии родственную душу. Теперь каждый ее смех, каждая реплика, каждый вздох – все казалось тщательно продуманной тактикой против конкурентки.

Солнце разошлось и палило. Ветер порой ополчался и дул в лицо. Воздуха не хватало, чтобы бороться с ними двумя, да еще и с собственными чувствами. К полудню Маргарет пожелала никогда не ввязываться в каякинг-туры, а к концу дня, после пары крушений на поваленных в воду древесных стволах – вовсе не рождаться на свет.

Гарольд был уже на месте стоянки. Скинул футболку и щеголял тем, какой натренированный. Разжигал костер, а Лидия разбирала вещи, которые привезли с базы.

Вилли помог Мардж втащить каяк на берег. Больше ей не было нужно ничего. Только доплестись до лагеря, где принять горизонтальное положение и – пожалуйста! – никаких Кингстонов в радиусе километра.

– Мегги, – между тем, хлопнула Марни ее по плечу увесисто, – идем картошку готовить.

– Какую картошку? – ужаснулась Маргарет планам на ее исстрадавшуюся личность.

– Запекать в костре будем. Надо фольгой обернуть. Это женский удел, а парни поставят палатки.

Заворачивать картошку в фольгу? Вместе с Марни и негодяйкой Лидией? Пока Гарольд ставит палатку, в которой она будет спать?

А оказалось хуже. Палатку она должна была делить с Лидией. Уже забирал бы Гарольд к себе своего эльфа, так нет: твердо решил ее мучить всеми возможными способами.

Раскалывалась голова, отваливались руки, коленки горели без причины, словно костер был прямо возле них, язык еле поворачивался, а мозг работать отказывался.

Плачевное зрелище для доказательства «я прекрасно живу».

Лидия и Марни весело болтали о видах, которые встречались по дороге, об упругости воды под веслом и средствах защиты от клещей и солнца, а Мардж все мрачнела.

– Лиди, переоденься в сухое, заболеешь! – крикнул Гарольд из угла лагеря, где они с Вилли устанавливали его одноместную палатку.

«Ах, Лиди, я этого не перенесу! – от себя язвительно добавила Маргарет. – Она и не промокла ведь. Это я… два раза утонула, и волосы сосульками висят».

– Что ты там бормочешь, Мегги? – уточнила Марни. Мардж похолодела: она же не говорила вслух?

– Она всегда была немного не в себе, – оповестил Гарольд весь лагерь.

– А, ну, это правда, – рассмеялась Марни в ответ.

Это было слишком… Маргарет в сердцах метнула неупакованную картофелину. Гарольду прилетело между лопаток. Захохотала зловеще. Даже не надеялась, что так метко попадет. Хоть спина у него – и самое широкое место.

– Не разбрасывайся провизией, – проворчал он в ответ, потирая место ушиба.

– Захочу – и буду! Еда входит в счет, который я оплатила! Лиди, – сказала она в тон шутливо, – следи за своим парнем. Я издевательств не переношу, а поизмывался он в свое время надо мной сполна.

Лидия кивнула медленно.

– Похоже, у тебя с Халом есть счеты. Надеюсь, ты его не убьешь, – улыбнулась она мягко.

Мила до неприличия. Даже придраться не к чему. Несправедливо… Будь это Лесли Ховардс или Алисия Вэйн – другое дело… Вот же, вспомнить, так у него вечно какие-нибудь красотки. А она страдает сбоку. Не бывать тому!

– Ты тоже берегись, – постаралась Мардж засмеяться.

Лидия задрожала и выронила из рук картофелину; та покатилась по утоптанной земле.

– Что случилось? – спросила Марни, успев подхватить утерянную провизию.

– Я… мне немного дурно, – призналась Лидия. А в Мардж забурлило раздражение. На сплав, на Кингстона, на его нежную маргаритку, на себя… – Наверное, перегрелась…

Кингстон оказался рядом в два шага.

– Отдохнешь в палатке? – приобнял он вдруг обмякшую девушку. Она покачала головой.

– Посижу над рекой… На воду посмотрю…

И поплелась вниз, туда, где остались каяки. Маргарет надулась и швырнула упакованную картошку в мешок к остальным.

– Мардж! – взорвался Гарольд. – Что ты ей наговорила?

– Правду, только правду, и ничего кроме правды, – поднялась Маргарет с земли медленно, чтобы прищуриться и посмотреть ему в глаза. – Надо было поздоровее кого искать, Кингстон.

– Много ты знаешь! У нее сердце золотое и…

– Мне тоже когда-то так говорили. Но все это забывается со временем, как я погляжу.

Марни и Вилли, раскрыв рты, слушали их перебранку. Только обоим спорщикам было наплевать.

Гарольд сухо рассмеялся.

– И это ты мне говоришь?..

– Знаешь, что я тебя полгода искала? – уперла Маргарет руки в бока, не обращая внимания, что от прохладного воздуха тело в мокрой одежде покрылось гусиной кожей. – Собиралась поверить, между прочим. А ты исчез, как безответственный мальчишка!

– Что ж, вот и нашла, – холодно пожал Гарольд плечами, складывая руки на груди. – Во что ты собиралась поверить?

– Уже неважно, – покачала Мардж головой. – Теперь я вижу, что мой первый ответ был правильным.

Она поджала губы, чтоб не разрыдаться, и сделала шаг в сторону. В кусты. В лес. Да куда угодно, хоть пешком в Глазго. Подальше.

Он схватил ее повыше локтя и заставил обернуться.

– Что значит «неважно»? Раз приехала – не выкручивайся.

Маргарет безуспешно попыталась выдернуть локоть.

– Если бы я знала, куда еду! Но ты же у нас не предупреждаешь о своих «сюрпризах»!

– «Если бы знала»? Только не говори, что наша встреча – не твоих рук дело!

– Гарольд Кингстон, играть людьми – ваше увлечение. Не мое, – отважно хмыкнула Маргарет, довольная тем, как держится. – Я – вне вашей игры.

Гарольд внезапно отпустил ее. Маргарет повела плечами с достоинством и отправилась в кусты восвояси.

Он следом не бросился.

Гарольд Кингстон молча строгал самодельный вертел. «Его игра». Как она смела сказать такое. С Лидией он был предельно честен. Она хотела уехать из города, он предложил сыграть роль его девушки. Она согласилась, когда он подвез ее в больницу после случайной встречи на переходе. Лидия больше с ним не разлучалась с того самого момента.

Но если не Мардж подстроила эту встречу, а он склонен ей поверить… Как и всегда, впрочем… То кто? Не надо владеть лицензией сыщика, чтобы понять: родители. Его и ее. Где-то спелись. Решили, что знают, что для них лучше.

Нож соскочил мимо ветки, едва не впившись в загорелое колено Кингстона.

А ведь это и вправду лучше.

– Хал, – тихо подошел Вилли. – Не знаю, что происходит, но… не думаешь, что девушкам бы пора вернуться?

Гарольд очнулся от мыслей и посмотрел на приятеля ничего не понимающим взглядом.

– Что, прости?

– Ну, ни Лидия, ни Мегги не вернулись.

– Мардж. Зови ее Мардж.

Мегги ей не шло. А ему расхотелось над ней смеяться. Он ужасно скучал. И увидеть даже сердитую ее мордашку, даже получить выговор и картошкой по спине… Это была Маргарет, которую он не видел полгода и почти привык к тому. Теперь долго не сможет привыкнуть снова.

– Как – не вернулись? – наконец до него дошел смысл слов Вилли, и Кингстон вскочил, отбрасывая вертел.

– Ну… – пробормотала Марни, – Мегги… то есть Мардж обиделась, еще понятно… Но вот Лидия – уже час прошел. На берегу ее нет. А она чувствовала себя плохо.

Дунканы выглядели донельзя растерянными и встревоженными. За Лидию было действительно тревожно. Хотя за Мардж… Гарольд волновался больше. Она хотела поверить… Хотела! Грудь распирало ликованием.

Но он ответствен за Лидию. Нехорошее странное предчувствие кольнуло Кингстона в самое сердце.

Сумерки упали неожиданно. Когда Маргарет, совершенно продрогшая и убитая, шмыгнула носом и ударила ногой по воде, она заметила, что сказочный свет вечера давно уплыл за горизонт. А она осталась один на один с темнеющей рекой, по бокам которой то ли от ветра, то ли от движения неведомых зверей колышутся густые кусты.

Маргарет потерла собственные плечи, ежась.

– Как бы там ни было… Мардж… тебе придется вернуться.

Она всхлипнула. Да ни за что!

– Не будь ребенком, – сказала сама себе как можно тверже. – А завтра с утра соберешь вещи и уедешь вместе с вещами на базу, и как-нибудь уж до Глазго… доберемся.

Выдумал тоже. Откуда только берутся такие бессердечные?..

Над рекой раздались голоса. Поспешно проплывала небольшая флотилия запоздавших путешественников.

– Эй, красотка! – помахали ей рукой развязно.

Маргарет поспешно и стыдливо скрылась в прибрежных кустах. В какой стороне лагерь?.. Вместе с писклявыми комарами незаметно подкралась легкая паника.

– Спокойно, – проборматала Мардж. – Просто пойду вверх по течению. Это же так просто.

И она натянуто рассмеялась. Казалось, что по-настоящему уже никогда не получится. Течение реки было быстрым и холодным, ступни утонули в противном иле. Мардж упрямо двигалась вперед. Так было легче не думать о превратностях судьбы. Ведь гнев – пустое чувство и ничего не стоит.

– Мардж! – громкое радостное восклицание заставило ее вздрогнуть, подскочить и свалиться на мягкое место. – Мардж! – из кустов напролом мчался Кингстон с взволнованным лицом.

– Что… происходит? – пробормотала Маргарет, силясь сохранить невозмутимое лицо после падения в грязь. Она встала и деловито отряхнулась, словно это могло помочь.

Кингстон налетел на нее и стал ощупывать руки и ноги, не обращая внимания на грязь.

– Ты цела?

– Что ты делаешь? – с возмущением вырвалась Мардж. – Конечно, цела. Сесть в речной ил – это не мировая катастрофа…

– Какое счастье, – выдохнул Кингстон. Лоб его, казалось, подернут испариной.

Маргарет подняла брови. Снова ее представление о мире и их отношениях в частности разрушалось в пух и прах.

– Может, объяснишься?.. – потребовала она, чувствуя, как булькающими пузырьками внутри закипает ярость. – С чего вдруг…

Кингстон словно опомнился и тряхнул головой.

– Ты права… Речной ил – твой обычный удел. Ничего страшного, – он снова издевался. Безжалостно и профессионально.

Маргарет обиженно поджала губы.

– Конечно, обычный… И больше тебя не касается. Совершенно. Вот.

– Уточню: ты собиралась объясниться – значит, касается.

– И я уточню: собиралась я не объясниться, а поверить. Что за чушь! Хорошо, что не поверила. А вот отчего-то мое падение в ил тебя испугало. Так что сам и объясняйся.

Гарольд Кингстон прищурился, складывая руки на груди.

– Когда ты стала такой острой на язык?

– Когда до меня дошло, что искренней с тобой быть нельзя.

– А ты была?

Маргарет пожала плечами, стараясь попутно не думать, что, должно быть, вышеупомянутый ил теперь на ней по всей площади кляксами висит.

– Это ты у нас психолог, сам и решай.

И она сделала шаг вперед. Выше по реке.

Гарольд схватил ее за плечо. Маргарет вывернулась, но снова не удержалась и едва не рухнула обратно в ил. Кингстон подхватил ее за талию и дернул к себе. На миг. Их взгляды встретились. Момент истины?

– Ты можешь хоть иногда быть честным? – дрожа и замирая одновременно, прошептала Маргарет.

– Я честен как никогда, – пробормотал Гарольд, рассматривая ее чумазое лицо, как впервые. – Похоже, с тобой быть другим невозможно.

И поцеловал. У Мардж подкосились колени, и она забыла о всей своей ярости и решительности. Кингстон уже отпустил ее, весьма довольный собой, а она все стояла, хлопая глазами, как старая кукла.

Кингстон усмехнулся.

– Пожалуй, была, – резюмировал он, брезгливо отирая со щеки ил.

Маргарет задохнулась от возмущения.

– Пойдем, Никсон, – схватил он ее ладонь своей лапищей и потянул к кустам. – Тут есть тропинка. Надеюсь, Марни и Вилли повезло так же, как и мне. И Лидия уже в лагере.

Лидия! Маргарет сделалось жарко до самых ушей, но руку вырвать так и не удалось. Лягаться тоже не помогло. Кингстон только хмыкал и шел уверенно. Ему легко: он-то в кроссовках.

Эпизод 4

Только Лидия так и не нашлась. Мобильный сигнал отсутствовал, о 999 мечтать и не стоило. Стемнело. Сделалось совершенно не до шуток. Вся четверка просто пялилась в костер, этот единственный островок света во вдруг ставшей враждебной темноте. И Гарольд без всякого пафоса вытащил из рюкзака и накинул на плечи Маргарет собственную легкую парку, а она без лишних слов в нее закуталась. Тревога витала в воздухе вместе с комарами.

– Ну, не смыло же ее волной, – пробормотала Марни, прижимаясь к Вилли, словно в поисках защиты от неведомых страхов.

Вилли Дункан покачал головой и отмахнулся рукой от жужжания насекомых перед носом. Разумеется нет. Течение здесь слабое, да и глубина… так себе, на этом отрезке разве что по пояс; дождей летом, считай, не было.

– Сомневаюсь, чтоб она пошла в лес, – отмел Гарольд напрашивающийся довод. – Лидия боялась леса.

– Не лодочники же ее умыкнули! – взмахнула руками Мардж.

– Какие лодочники? – насторожилась вся троица разом.

– Ну, или каячники… Вы не видели разве? Проплывали мимо…

– А вдруг… – зловещим голосом заговорила Марни, прищуриваясь, – вдруг ее убили?..

Маргарет передернуло. Гарольд стучал пальцами по подбородку, вглядываясь в пламя огня. Вилли пожурил жену:

– Марни, не лучшее время для ночных страшилок!

– А что, я серьезно… – возразила Марни. – У Мег… – она посмотрела на суровое лицо Кингстона напротив и поспешно исправилась: – Мардж и мотив был, и время.

Маргарет поперхнулась от неожиданности. Все вдруг воззрились на нее особенно серьезными взглядами.

– Вы… вы что?.. – отодвинулась Маргарет на краешек бревна, нервно засмеявшись. – Да и зачем мне убивать Лидию?

Марни цокнула языком.

– У тебя явно были виды на Хала, а я все не догоняла, в чем же дело… Вот и мотив.

Вилли задумался и ничего не сказал, только изучал перепуганное лицо Мардж отнюдь не дружелюбно. Мисс Никсон в панике обернулась к Гарольду, который смотрел на нее, казалось, с таким же осуждением.

– Ты… что же, тоже так считаешь?..

Кингстон не ответил, даже не моргнул. Он, вообще, глядел будто мимо и ничуть ее, Мардж, судьбой не заботился. Маргарет сглотнула и попыталась сбивчиво защититься:

– Почему… почему… вообще, ее убить должны? Как можно говорить о таких вещах?.. Наверное заблудилась просто… Я тоже думала, что заблудилась, пока… – она запнулась, вспоминая, что было потом, и краснея.

– У реки не заблудишься, – возразил Вилли Дункан, помешивая длинной палкой огонь. – Достаточно идти вниз или вверх по течению.

Это та мысль, что и ей тогда пришла в голову. Маргарет ощутила спиной склизкие холодные стены угла, в который ее загнали. Стоп, еще немного, и она сама поверит в подобную чушь.

– Но тела… тела-то нет… Отчего вы думаете, что она мертвая?..

Смерть в городе – одно. Но смерть в лесу… Во время отдыха, когда рядом – покров ночи и недружелюбные лица тех, кто должен был бы быть совсем другим, а еще вас объявляют виновной…

Маргарет вскочила, и парка Кингстона свалилась с ее плеч.

– Я не верю! А если это и правда, то разве можно говорить о смерти так спокойно?.. Лидия… убита? Нужны доказательства… Точно нужны!

– Успокойся и сядь, – чужим голосом сказал Кингстон. – Никто тебя не подозревает. Кто тут виноват, так это я.

Марни и Вилли вздрогнули. Мардж потеряла дар речи и опустилась на бревно.

– Я думал только о себе. А ведь теперь… пожалуй, это имеет смысл, Марни.

– Но зачем… – пробормотала Марни, – тебе ее убивать? Лидия – милая…

Вилли нахмурил брови, пытаясь понять, о чем речь.

– Хочешь сказать, ты мог подозревать, что что-то случится? – высказала догадку Маргарет. Она-то знала, что болтовня Марни – абсурд.

– Не факт, что смерть… – процедил Гарольд отчужденно. – Очень надеюсь, что нет, – голос его вернулся к жизни, брови сошлись на переносице, Кингстон хлопнул себя по коленям и обратился к растерянному приятелю: – Вилли.

– Что?.. Да?.. – встрепенулся спортсмен, отвечая невпопад.

– Отплыви немного вверх по течению. Там был сигнал. Вызывай полицию немедля.

Вилли кивнул еще прежде, чем понял. Поспешил вниз.

– Я с тобой! – взвизгнула Марни, бросив тревожный взгляд на Гарольда и Мардж.

– Маргарет… – Гарольд посмотрел на нее решительно, хотя на миг в его глазах промелькнуло что-то кроме дела. На миг Маргарет вспомнила поцелуй и покраснела. Что это было?.. И точно было? И к чему?.. – Посмотри вещи Лидии. Может, найдешь какой-то дневник, фотографии, что-то еще… Мардж? – он встряхнул девушку за плечо.

Маргарет очнулась и поспешила кивнуть. Нечего мечтать, когда… Ее пронзила дрожь.

– Она ведь… живая?

– Будем надеяться, – согласился Гарольд невесело.

Мардж сделалось его жаль. Все же Лидия была его девушкой, даже пусть и подставной… Она похлопала мужчину по плечу.

– Все образуется, – постаралась она улыбнуться. – В конце концов, нам не впервой ведь разгадывать загадки? Ну как сюда мог кто-то забраться? Смешно. Мы бродили по лесу. Наверняка бы услышали или заметили. Может, она, вообще, просто уснула где-то под деревом, а Марни и Вилли не заметили?.. Мы найдем твою девушку… Хал.

И она заставила себя не погрустнеть.

– Она не моя девушка, – мотнул Гарольд головой. – Но приехала сюда под мою ответственность. И я… сплоховал.

– Не твоя девушка?!

– Может, ты и права… – он благодарно накрыл ее ладонь на своем плече.

Отчаянный вопль Марни Дункан эту надежду развеял.

Гарольд и Маргарет вскочили, он все еще держал ее руку, она прижалась поближе. Что за дьявольский лес?..

– Стой здесь, – прошептал Гарольд, сжав и опустив ее ладонь. – Я на разведку…

– Я с тобой, – решительно перебила Маргарет, хватаясь за его руку вновь. – Знаешь же…

– Хал! – крикнул Вилли не своим голосом, и, к облегчению героев, молодые супруги показались на тропинке. Совершенно перепуганные. – Все три каяка разом дали течь.

Наступившую тишину нарушало безмятежное потрескивание костра и отдаленный плеск реки. Им не было страшно совершенно.

– Что значит… дали течь? – переспросила наконец Мардж, не замечая, что сжимает пальцы Гарольда добела да и вовсе висит на его плече.

– Их продырявили, если говорить точнее, – проговорил Вилли. Он был совершенно сбит с толку, хотя и пытался сохранять мужественный вид.

– Она не спит под деревом, – невпопад сказал Кингстон, обращаясь к Мардж. Впрочем, она в это тоже уже не верила.

Маргарет взволнованно кивнула. Марни даже не скрывала паники, хотя и не могла пока прийти в себя от шока. Гарольд застыл в раздумьях. А между тем…

– Тогда я посмотрю ее дневники и все такое, да? – с преувеличенным, несколько неуместным энтузиазмом предложила Мардж.

Гарольд очнулся. Уголки губ дрогнули, а наметившаяся складка на лбу пролегла еще глубже.

– Да, – кивнул он. – Марни, помоги Мардж. Она скажет, что делать. Вилли. Нам надо прочесать территорию вокруг лагеря. И сторожить будем всю ночь.

Вилли принял собранный вид: он был готов поддержать чужую инициативу.

– Утром приедут с базы. Тогда и позвоним в полицию?

– Да, – согласился Кингстон.

Маргарет взяла волю в кулак. До утра она должна держаться, а не впадать в панику или думать, обманул ли Гарри, сказав «Лидия не моя девушка». Сейчас имеет значение только, что случилось с девушкой-эльфом и угрожает ли им что-то.

– Марни, – взяла она за руку бывшую школьную «подругу». – Идем искать ответы на загадки.

Марни Дункан сделала несколько шагов по инерции, обозревая происходящее отвлеченным взглядом, и лишь когда Мардж вытащила из палатки рюкзак Лидии, глаза ее вернулись к обычному прищуру. Марни едко прокомментировала:

– Мегги Никсон… у тебя вид заправского преступника.

Маргарет отвлеклась от возни с застежками и посмотрела на Марни с немым вопросом. Та махнула головой как можно более непринужденно и заложила пальцы в края кармашков на брюках, в которые успела переодеться перед ночной прохладой.

– Уничтожаешь улики?

– Наоборот, ищу, – жестко отбрила Маргарет после короткой паузы. Сколько можно позволять себя унижать?.. И, не удержавшись, добавила деловито: – Так что, скорее, у меня вид сыщика. Я работаю в детективном агентстве, к твоему сведению.

– Детективном… агентстве? – если бы это было возможно, челюсть Марни отвалилась бы.

– Частном, – едва ли не безразлично пожала Мардж плечами, расстегивая рюкзак. – С Кингстоном на пару мы раскрыли не одно дело.

Ей понравилось, как это прозвучало. И не слишком пафосно, и близко к правде. Так, буднично.

– Конечно, Хал там всех за пояс заткнул, – то ли спросила, то ли сказала Марни, присаживаясь на землю рядом с Мардж.

Маргарет повела бровями. Она бы и сама им восхитилась, но не… после… всего. До сих пор замирает сердце и дрожат коленки. Маргарет решила ответить более или менее нейтрально, воздерживаясь от желания облить грязью, так что она отчеканила:

– Хал-нахал он, но голова работает четко, потому босс и терпел… В общем, не волнуйся, Марни, профессионалы за работой.

– И что ты там хочешь найти?.. – уточнила Марни Дункан, подпирая щеку и глядя, как Маргарет гордо роется в рюкзаке.

– Ищу улики, я же сказала.

– Какие?

– Дневник, например… наверняка все прояснит.

– Почему ты уверена, что Лидия вела дневник?

Маргарет почувствовала себя в тупике. Гарольд был уверен, не она. А уж его чутью она доверяет. Так что права сомневаться нет.

– Ну… она же романтичная натура?.. Наверняка что-то должно быть, – в конце концов Маргарет пришла в голову разумная мысль: просто вытряхнуть содержимое рюкзака на землю.

– Постой, тут ничего не видно, Мег, – Марни не смогла скрыть любопытства и потянула лямку рюкзака, а за ней и Маргарет к костру.

Девушки вывернули рюкзак на траву и начали увлеченно копаться в куче барахла. Стандартный набор: зеркальце без пылинки и трещинки, сухие и мокрые салфетки, куча мелкой и в большинстве своем непочатой косметики, идеально чистый гребешок, смена нераспечатанного белья с этикетками.

– Будто жизнь только что купила, – пробормотала Мардж себе под нос.

Две легкие широкие футболки, хлопчатобумажные и акриловые пушистые носки, короткие шорты, два платья, схожих с сегодняшним – и все новое, сложенное еще в фабричную упаковку.

Этот эльф из глаз Лидии просто не вязался, ну никак, с тем, что было в рюкзаке.

– Это все ее вещи? – уточнила Маргарет у Марни Дункан, что углубилась в изучение бирки на толстовке.

– Это не настоящий Хелли Хансен, – заявила она вместо ответа и отложила находку. – Но подделка качественная.

Мардж со сведенными бровями ждала ответа. Марни заметила это и пожала плечами. Запах костра выстреливал за ее спиной искрами в тревожную темноту.

– Откуда мне знать.

Но Маргарет уже отвлеклась. Она что-то нащупала под подкладкой.

– Что-то есть! – воскликнула она и обнаружила незаметный внутренний кармашек. Оттуда извлекла маленький потрепанный блокнот и потрясла им перед носом Марни с победным криком. – Дневник, я же говорила!

Марни Дункан выхватила из рук Маргарет записную книжку, и из нее выпала страница. Маргарет подняла ее в тот же момент, как Марни заглянула внутрь дневника. Обе издали неудовлетворенный возглас.

– «Восточная Европа»… – хлопнула себя Мардж по лбу. Это все объясняло.

– Это кириллица, – авторитетно заявила Марни.

– Знаю, что не китайские иероглифы, – огрызнулась Маргарет. И добавила разочарованно: – Нам не прочесть.

В кустах что-то треснуло и хрустнуло. Девушки вскочили и прижались друг к другу, роняя свои находки. Что таил темный лес, кроме исчезнувшей русской иммигрантки и продырявленных каяков?..

Эпизод 5

– …и часа в три ночи сменишь меня, – закончил Гарольд Кингстон давать указания кивающему, как болванчик, Дункану. Даже немного раздражало, но Вилли с самого начала был скорее спортсменом, а вот тайны и загадки, да даже судоку стремился обходить стороной. Чего же удивительного, что исчезновение Лидии и поврежденные каяки, некий невидимый враг заставляли его чрезмерно нервничать, а этого он не переносил.

– Это вы! – завопила Марни и бросилась Вилли на шею едва не со слезами. Гарольду хотелось поморщиться: Марни он находил несколько слащавой. Вилли заключил ее в объятия в духе «никому не отдам».

Перепуганная Маргарет стояла у костра, сжимая в кулаке какую-то бумажку, и изо всех сил пыталась казаться спокойной. Быстро опустила взгляд на огонь, а затем присела, чтобы поднять что-то с земли. Коленки у нее явно обгорели за день. Красные, как и щеки.

Кингстон нашел нужным сообщить в пустоту:

– Я подежурю, а вы все можете идти спать. Утром будем действовать.

Вилли, не переставая обнимать дрожащую жену, отправился к палатке. Маргарет не сдвинулась с места. Она с головой погрузилась в рассматривание какой-то старенькой книжицы.

– Мег, не корчи из себя детектива, – ядовито крикнула Марни перед тем, как залезть в палатку. – Это тебе не задачки по физике.

Маргарет дернулась и поджала губы.

– Хотя ты и в физике хороша не была, уж я-то знаю, – ответила Марни сама себе и зачехлила молнию.

Маргарет сгорбилась еще больше, и плечи ее задрожали. Все еще в своей несуразной синей жилетке и этих шортах. Уже мурашками и волдырями от комариных укусов покрылась.

Гарольд подобрал свою парку, что так и лежала сиротливо у бревна, где упала.

– Накинь, – протянул ее Маргарет, не глядя. – И иди спать.

– Издеваешься? – был ответ. Кингстон посмотрел на нее. Просто удивительно, как он мог влюбиться в ту, что умела выглядеть лесным чудовищем и первой красавицей одновременно. Даже на щеке сажа. Это помимо остальной грязи.

Он поднял брови.

– Спать там одной, когда неизвестно кто бродит вокруг? – ткнула она пальцем в сторону их с Лидией палатки.

Гарольд ухмыльнулся.

– Только вот не надо, – скривилась Маргарет, – таких улыбочек. Это всего лишь значит, что я испытываю естественный страх перед ночью. И вовсе не значит, что я жажду провести время с тобой. Просто нет выбора.

– «Естественный страх перед ночью», – не удержался Гарольд, чтоб не поддразнить ее.

Маргарет фыркнула и вернулась к рассматриванию блокнота. Кингстон присел на бревно и заглянул ей через плечо – что там? Похоже на рюкзак Лидии.

– Выходит, нашла дневник?

Значит, попытка занять девушек чем-нибудь – не пальцем в небо?

– Ты уже выучил русский? – подняла Маргарет бровь, тыча ему в самое лицо выцветшим блокнотом.

– Русский? – удивился Гарольд, инстинктивно отклоняясь и выхватывая дневник. – Мамина подруга – русская, пару слов знаю… – он пробежался глазами по странице. – Лидия тоже? – напрашивался вывод.

– А ты не знал? – саркастично переспросила Маргарет и дернула зло из его руки парку, которую он так и держал. Накрыла плечи, ежась.

– Так и заболеть недолго, – пожурил Кингстон мягко. Ее ревность грела сердце, только что теперь с ней делать, он совершенно не знал. Добиваться ему уже надоело – выматывало невероятно. Но и отпустить, особенно теперь, снова… он бы не смог. Просто пусть всегда будет где-то неподалеку.

Маргарет хмыкнула.

– Как всегда, мастерски избегаешь ответов. Только проблема никуда не денется, Гарольд Кингстон – Лидия-то и вправду исчезла, – развела она руками.

Костер потрескивал слишком дружественно. Она сидела слишком близко. И смотрела на него таким далеким и близким взглядом одновременно. Что хотелось забыть обо всем, отодвинуть всю жизнь подальше, и пусть подождут. А ее – прижать еще ближе и не отпускать. Больше никогда и ни за что, даже если она будет этого настойчиво требовать. Но жизнь есть жизнь, и ответственность есть ответственность.

– Я не знал, – отодвинулся Гарольд на безопасное расстояние и ответил честно. – В число твоих талантов входит владение русским?

Маргарет нервно засмеялась.

– У меня нет талантов. Тем более таких.

– Тогда находка ничего не дает, – вынужден был признать Гарольд.

– А вот и нет, – возразила Маргарет живо и неловко подвинулась чуть ближе, чтобы выхватить блокнот из его рук. – Смотри, – ткнула она в числа, надписанные на верху каждой страницы, – это даты ее записей.

– И что? – заинтересовался Гарольд, следя за ее пальцем и одновременно с наслаждением вдыхая аромат дыма, реки и трав, которым пропитались ее волосы.

– В самом начале она писала едва раз в неделю, а иногда вообще пару раз в месяц. А последние несколько дней – постоянно, даже с указанием времени, видишь?

– И?

– Не знаю, – призналась Маргарет, – но мне кажется, это должно быть важно…

Гарольд улыбнулся. Ее непосредственность во всей красе. Хотя в этой теории что-то и есть.

– Ты вела дневник когда-нибудь?

Маргарет потупила взгляд и отодвинулась по бревну.

– Что за личные вопросы?..

– Ну, когда человеку хочется писать дневник?

– Когда… когда ему грустно или радостно, но одиноко, я думаю… Если он не педант, конечно. Но Лидия им точно не была.

– Откуда такая уверенность, Мардж?

– Да педант ни за что бы не надел платье в цветочек в каяк! – воскликнула Маргарет. – Она – романтик, это сразу видно! И явно ей последнее время было более одиноко, чем раньше, вот. Как ты мог так плохо знать свою девушку?..

– Я тебе уже говорил, что она мне не девушка, – ее непонятливость Гарольда немного сердила. – Я никому после тебя этого и не предлагал.

Он больше не будет ходить вокруг да около. Довольно.

Маргарет не поверила.

– Но тогда…

– Родители мне навязали какую-то дочь своих знакомых. Это был протест с моей стороны и не более, понятно? Лидия хотела уехать из города, а мне была нужна подставная девушка. Откуда же я знал, что этой дочерью окажешься ты.

Маргарет застыла с раскрытым ртом, продолжая таращиться на Гарольда. Отблески пламени плясали на ее лице, и это было забавное зрелище, несмотря на всю мрачность обстановки. Там, где оказывалась Маргарет, мрак сгуститься не был способен.

Он поправил парку, сползшую с ее плеча. Она очнулась от собственных мыслей.

– Мне сказали то же самое! «Сын отличных знакомых». Так это они провернули!..

Он понял это уже давно, а до нее только дошло. Глупенькая. Сидит и переживает о такой ерунде.

– Когда наши родители познакомиться-то успели?..

– Думаю, это все мои устроили. Решили… м-м… сделать глупым детям «счастье». Знаешь, родителям иногда кажется, что они лучше знают, что нам нужно.

«Может, иногда это и так», – подумал Кингстон уже про себя.

– Но ведь твоя мама терпеть меня не могла! – возразила Маргарет.

Гарольд засмеялся и потрепал ее по всклокоченным волосам. Несмышленое создание, совсем не разбирается в людях.

– Я бы так не сказал.

Они смотрели на огонь в молчании. Ну, какое значение имел факт знакомства родителей? А тем не менее он казался едва ли не решающим.

– Придется все им объяснить, – наконец, вымолвила Маргарет.

– Что объяснить? – лукаво уточнил Гарольд.

– Что… – Мардж запнулась, – что они ошиблись.

– А если не поверят? Родители у меня довольно упрямые. У тебя, похоже, тоже.

Маргарет шмыгнула носом. Чего он ждет? Чтобы она сама все улаживала? Как всегда. Так нечестно! Она вскинула голову и посмотрела ему в глаза с вызовом.

– Тогда я… – Ну, почему, почему, отблески огня в них плещутся так красиво и заставляют смотреть и смотреть?.. – Я… ничего не буду делать. Решай… сам, – сорвался ее голос на полушепот.

– И я тоже, – кивнул Гарольд, бессознательно наклоняясь к ней все ближе.

В палатке Дунканов всхрапнул Вилли и нарушил волшебство момента. Маргарет вздрогнула и отпрянула, а Гарольд зевнул в собственную ладонь, которую поднял было, чтоб притянуть ее к себе.

– По крайней мере, – сообщил он мстительно, – теперь ты чмок поцелуем не обзовешь.

Маргарет дернулась и вспыхнула в цвет обгоревших щек и коленок. Ей вспомнился Гленнифер, их первое дело. Его нахальство, ее поцарапанные сапоги. Всю эту их странную историю, в которой они так были похожи на детей, ни за что не желавших вырасти. Маргарет хрюкнула от прорывающегося смеха.

– Ох, Гарри, ты не изменился… – ткнула она его в плечо. Сказать, что он был ошеломлен – не сказать ничего. Сидел картонной куклой, не мог поверить, что она смеется, а не сердится. От этого ей сделалось еще веселее. – И я, признаться… – коварно понизила Мардж Никсон голос, но вдруг у нее вырвалось: – Жутко скучала…

Она сказала это! И замерла. Сделалось стыдно. Она, которая никогда не собиралась признаваться мужчине первой. Хотя он ведь в чем-то там ей уже признавался, верно?.. Да и сказать «я скучала» – это не признаться в любви. Впрочем, теперь от себя можно ждать чего угодно…

– Я тоже скучал, – дотронулся Гарри до ее щеки с некой ранее невиданной в нем нежностью, – очень.

Они снова смотрели друг на друга в свете костра. И не хотелось ни говорить, ни двигаться. Просто наслаждаться странным единением душ в молчании этой странной ночи.

– Сейчас Вилли опять всхрапнёт, – совсем некстати пришло Маргарет в голову, но что поделаешь с этими мыслями: она фыркнула, а потом смех прорвался наружу.

Кингстон последовал ее примеру.

– Ты тоже не изменилась, – захохотал он, а затем приложил палец к губам, пытаясь унять веселье: – Дунканы спят.

– Они решат, что мы сошли с ума…

– И совсем несерьезны…

– А ведь с Лидией что-то случилось… – она с трогательным доверием положила голову ему на плечо. – У тебя совсем никаких идей, Гарри?

– Говоришь, ей было одиноко… – он приобнял ее. – Наверное. Я думаю…

– Расскажи, как вы встретились?

– Я едва не сбил ее на переходе.

– Что?! – Маргарет едва не подскочила. – Ты?!

– А что такого?

– Ну-у, я думала, ты внимателен на дороге…

– С каждым водителем случаются аварии, даже с самыми осторожными, – поучительно щелкнул Гарольд ее по носу – больно хотелось. – К тому же, – он сузил глаза, – меня отвлекали мысли кое о ком.

– О ком же?

– А вот не скажу.

Мардж поджала губы, но осталась довольна. Она почти была уверена, что поняла о ком.

– Ну и не надо… Так что там с Лидией?

– Отодвинься. Ты меня отвлекаешь.

– Так кто меня обнимает?

– А кто голову на плечо мне положил?

Мардж надула губы и отодвинулась. Гарольд снова тихо рассмеялся.

– Я совершенно счастлив тебя видеть снова, дикая Маргарет… Но нам и вправду лучше подумать о деле.

– Между прочим, я давно об этом толкую, – отчаянно пытаясь скрыть удовольствие от его признания, сообщила Мардж. – Да и посмотри-ка на набор ее вещей…

– Все новое, – кивнул Гарольд. Он это и подозревал. Лидия бежала, бежала от кого-то или чего-то, иначе бы не согласилась на предложение незнакомца отправиться в совместный отпуск.

– Словно она пыталась убежать от прошлого, – Мардж изложила его вывод вслух. – Но дневник оставила… В потайном кармашке. Так ведь не поступают, когда хотят забыть все.

– И на пустом месте не исчезают, – подтвердил Гарольд, постукивая корешком снова поднятого блокнота по собственной ладони.

– Давай запишем снова все, что нам известно? – предложила Мардж. – Я мигом, – и она побежала в свою палатку. Гарри усмехнулся: и куда делся «естественный страх перед ночью»?

А между тем голова продолжала работать по делу Лидии. Она пряталась, нервничала, сбежала, а теперь… исчезла. Это пахло чем-то слишком тревожным.

Эпизод 6

Вилли Дункан проспал. Он никогда не принадлежал к чересчур впечатлительным личностям. Потому ничто не помешало ему выспаться в тишине ночного леса.

– Вставай! – толкнула Марни его в бок коленом, осторожно промокая уголки глаз тампоном перед зеркальцем. – Уже рассвело, ты вообще не дежурил. Забыл, что случилось?

– Проспал, – виновато признал Вилли и потянулся; палатка задрожала.

– Осторожней! – воскликнула Марни недовольно. – Не хватало, чтоб ты колышки из земли вырвал.

У жены с утра было прескверное настроение. Так бывало всегда, когда случалось непредвиденное.

– Не беспокойся, скоро приедет водитель с базы, и все будет хорошо, – похлопал ее по плечу Вилли, приподнимаясь на локте. Затем расстегнул спальник.

– Уже ничто не будет хорошо, – надула губы Марни. – Отдых испорчен, сам знаешь. Я теперь дальше не поплыву, пока не выяснят, что случилось. Вляпались…

Плечи ее задрожали, и Вилли вздохнул.

– Ладно, пойдем, – расстегнул он палатку и выглянул наружу.

Костер едва тлел задыхающимися углями. Мардж и Хал спали, привалившись боком друг к другу, а головами – к бревну.

– Все в порядке, – позвал жену Вилли, махнув рукой. – Марни, все живы и здоровы.

– Я и не сомневалась, – высунула голову Марни из палатки.

Далеко заливалась песней утренняя пташка. Вчерашние происшествия больше не казались пугающими. Хотя дыры в каяках… не могли появиться случайно.

– Идем, умоемся, – направился Вилли к реке, захватывая полотенце.

Марни Дункан подошла к спящим. Мардж улыбалась во сне. Ей было явно уютно на плече Хала. Марни Дункан хмыкнула: ну и пусть. Ей все равно. Пусть Мардж Никсон, раз ей так хочется, и будет счастливой. Чем она ее бесила со школьной скамьи? Кто его знает. Наверное, потому что она вечно была какая-то другая, непонятная.

Рядом с Маргарет валялся дневник Лидии и лист бумаги, покрытый ошметками золы. Марни подняла его и отряхнула. Список был на английском.

1. Лидия – одинокая русская иммигрантка.

2. Пыталась исчезнуть.

3. Чего-то постоянно боялась.

4. Дневник сохранила в отличие от остальных вещей.

Из пункта 2 и 3 следовала стрелка с выводами:

Ее преследовали?

От пункта 4 отходило утверждение:

Сентиментальность исключает личную трагедию.

Внизу дописано:

Политическое преследование?

У Марни в горле встал комок. Ну, да, то, что она слышала о России последнее время… Работало на версию Мардж. Слишком страшно! Марни Дункан уронила листок и почувствовала внутреннюю дрожь. Политика – это трясина, в которую она никогда бы не хотела ступить. Особенно… русская политика.

Маргарет пошевелилась во сне и застонала. Марни опомнилась. И толкнула ее ногой легонько.

– Эй, Никсон! – позвала она не слишком вежливо.

Маргарет дернулась и, хлопая глазами, резко села. Ее захлестнул испуг, она завертела головой по сторонам и еще ближе придвинулась к просыпающемуся Кингстону. Затем увидела Марни, нависающую сверху, и вздохнула с облегчением.

– Ах, это ты, Марни…

– Что… что это? – ткнула Марни пальцем в листок, зацепившийся за жесткую травинку.

Маргарет поспешно встала на четвереньки, чтобы до него дотянуться. Схватила и стала складывать в бессчетное количество раз.

– Это… это расследование. Зачем ты читала?

– Ты всерьез… что ли? – нервно рассмеялась Марни. – Это же… смешно!

– О чем вы? – прокряхтел Гарольд, держась за поясницу и вставая.

– Да вот, Хал, что за ерунду она написала! – обличающе показала Марни пальцем в листик Маргарет.

Кингстон поднял брови и властным жестом потребовал у Мардж отдать страничку. Маргарет вздохнула и протянула скомканный в бесконечное количество сложений листок.

– Я думал, ты уснула, – зевая, устроился он у бревна поудобнее.

– В отличие от некоторых я думала над делом, – пробубнила Мардж, смущенно косясь на не собиравшуюся уходить Марни.

Гарольд развернул записи Маргарет и пробежался глазами. Расхохотался, но коротко, а потом прервался так же внезапно, как начал.

– Маргарет, не суйся в это дело.

– Но…

– Воображение ни к чему, когда нет фактов. А в твои обязанности их узнавать не входит.

– Будто в твои входит!

– Может быть, – уклончиво отвечал Кингстон, поднимаясь с земли. Подал Маргарет руку: – Вставай, умывайся, будь в обычном отпуске. Больше от тебя ничего не требуется.

Мардж задержала его руку в своей, пытаясь пригвоздить взглядом… да хоть к вон той самой сосне!

– И не смотри так, – дотронулся указательным пальцем до ее лба Гарольд. – Это отключает голову. А она нам сейчас нужна.

Маргарет презрительно сощурилась, тут же выдергивая ладонь.

– Интересно, так же ты говорил с Лесли Ховард? Готова держать пари, что нет.

– Лесли, в отличие от кое-кого, с ответом на предложение встречаться не кочевряжилась, – парировал Гарольд и зашагал к своей палатке в дальнем углу лагеря.

Маргарет стояла, глотая ртом воздух. Ах, вот вы как? Камень в ее огород, еще и столь публично? Покосилась на Марни Дункан; та показательно хмыкнула и вразвалочку отправилась к реке.

– Смешно вам? – пробормотала Мардж, сцепив зубы. – Я вам докажу, что со мной стоит считаться…

Сплавлялись в угрюмом и тревожном молчании. Кингстон вызвался вернуться с полицией на место исчезновения Лидии. Остальным он приказал возвращаться домой: будет надо – с ними свяжутся. Его авторитет был признан единогласно. Разве что представитель базы смотрел на отдыхающих с недоверчивым недовольством – три каяка оказались основательно испорчены.

Дунканы предложили подвезли Мардж. Уже открыв дверцу, она обернулась на Кингстона, занятого разговором с начальником базы. И это все?..

– Минуту, – решилась она и крикнула в салон. А потом подбежала к Кингстону и дернула его за рукав.

– Что? – повернулся он к ней, делая вид, что не понимает.

– Это… что… ты ничего не хочешь мне сказать?.. – промямлила Маргарет.

Гарольд поднял брови. Затем с усталым вздохом повторил:

– Только одно: не лезь в это дело. Здесь не Пейсли и не агентство Коннерза.

Маргарет насупилась.

– Но я не это имела в виду. Я о… о нас.

– А что я должен сказать? Это ты вроде как мечтала объясниться, но ничего связного…

Маргарет больно ударила его в плечо.

– Не объясниться, а поверить, сколько раз повторять!

– Во что? – невинно уточнил Гарольд.

– Все надо объяснять сто раз? Ты мне казался умным, Кингстон. Поверить кому, а не во что. Тебе.

– И как успехи?

– Я не могу решить…

– Послушай, Марго, – посмотрел Кингстон ей прямо в глаза, и взгляд у него был твердый донельзя. И серьезный. – Ты когда разберешься, тогда и приходи. У меня, знаешь ли, в жизни и другие дела есть.

Маргарет встряхнуло от возмущения. От ярости. От… бессилия.

– Вот как? – проговорила она, и ей показалось, что она случайно проглотила собственное сердце.

Гарольд Кингстон пожал плечами.

– А теперь прости, я должен подумать. И – повторяю – не думай даже расследовать что бы там ни было про Лидию. Знаю – говорить тебе что-либо бесполезно, но в Глазго тебя спасти от какой-нибудь русской разведки будет затруднительно, я могу и не успеть.

Сколько же в его тоне было издевки, высокомерия, снисходительности! Мардж поджала губы и вздернула нос кверху.

– Вам не к чему спешить, мистер Кингстон. Я вас беспокоить не собираюсь.

А она думала тогда, у костра… Он же сказал «я скучал». А еще на берегу… Маргарет прикрыла рукой губы резко и отвесила ему неожиданно звонкую пощечину.

– Вы совершенно не изменились, вот!

Он поймал ее руку, не стирая с лица стальную улыбку.

– Поцелуй служил лишь образовательным целям, Марго. Теперь ты знаешь, что это такое, верно? Голова – мое сокровище, и я не собираюсь ее терять.

Она размахнулась было второй рукой, но он лишь поймал ее ладонь, развернул грубо к машине Дунканов и толкнул в плечи.

– И давай без глупостей, Мардж Никсон.

Грубиян… Наглец…

Марни Дункан хихикнула.

– Не забудьте пристегнуться, – совершенно без надобности напомнил Вилли и завел мотор, едва Кингстон захлопнул дверцу.

Как и следовало ожидать, полиция не нашла ничего. Такое случается ежегодно: люди пропадают без вести. Испорченные каяки – не ключ. Как и нераспакованные вещи.

Полиция не делает свою работу плохо. Просто работы слишком много, и дела без зацепок только отвлекают от тех, у которых есть перспектива. А кто такая Лидия? Никто даже не знал ее фамилии. Да что там – даже фотографии с ней сделать никто из группы не догадался. И тем более – он, ее подставной парень. Был настолько занят «местью» «коварной» Маргарет, что и не замечал, что с Лидией что-то не так. А ведь следовало бы.

В день их встречи она дрожала как осиновый лист. В больнице не назвала полного имени. Только «Лидия». Свой адрес не дала, когда он предложил поездку. Сказала, что сама доберется до места встречи – ничем не примечательного торгового центра. Багажа, кроме рюкзака, никакого. Лидия или заранее придумала, как не оставить следов, или… случайностей не бывает. Подумала.

Придумала ли она и свое исчезновение, в таком случае?.. Или она бежала, согласно версии Маргарет, и ее настигли? Оставленный дневник говорит в защиту второй версии. Однако голословно тут утверждать ничего нельзя. И начать стоит с поиска информации о ее личности.

Остается дневник. Расшифровать кириллицу могла бы помочь приятельница матери миссис Грейсон. Та самая, что научила их готовить пюре из картофеля.

Маргарет вытряхнула из кармана сложенный листок. Тот, что выпал из дневника Лидии. Смотрела на него почти со злостью. Впрочем, злиться на Лидию нет смысла. И даже, вероятно, на Гарри. Злиться надо на саму себя, что проворонила то время, когда он увивался за нею. И чувствовала себя настолько на коне, что отвергала его снова и снова. А теперь… он снова закрылся от нее и лишь играет. Как разбудить в нем его прежнего?.. Того, с которым она смеялась у костра. Того, что готовил ей бисквит с яблоками. Того, что спасал ее из аббатства от Коннерза…

Маргарет вздохнула. Стоит ли… будить? Он посмеялся над ее теорией. Перед всеми. Он унизил ее при Дунканах. Конечно, и она с пощечинами перегнула палку. И все же…

Почему жизнь такая сложная? В книгах и фильмах все намного проще. А в жизни никогда не знаешь, правильно ты поступил или нет.

Дверь приоткрылась. Заглянула мама, одновременно постукивая кулаком просительно.

– Как ты, Мег?

«Мег». У нее никогда не хватало духа сказать маме, что не выносит это глупое сокращение. Ей казалось, мама сама должна догадаться.

– Неплохо, – кивнула Маргарет, выжимая улыбку. Вполне естественную.

Мама скользнула в комнату и присела на краешек кровати.

– Какая жалость, что так испорчен отдых. А ведь могла ты пострадать…

– Мама, – засмеялась Маргарет и уселась рядом, обнимая ее. – Ну, какое пострадать. Лидия… ну, все было странно с самого начала.

– Как подумаю, что самолично тебя отправила туда… – приложила руку к сердцу миссис Никсон и покачала головой.

– Мамуль, нельзя знать заранее.

Миссис Никсон слишком долго не переживала. Заговорщицки она шепнула.

– Ну, а как тебе Кингстон понравился?

Мягкость Маргарет как смыло. Она выпрямилась и отстранилась.

– Мама! Как вы вообще могли… Меня с ним свести! Вы его хоть видели?..

– На фотографии, – поспешно ответила миссис Никсон, поглаживая Маргарет по спине. – Очень симпатичный. Да и семья у него хорошая. Неужели не понравился?..

Маргарет дернула подбородком. Нет смысла сердиться на родителей. Они хотели как лучше. Примирительно она спросила:

– Как вы вообще… с Кингстонами познакомились-то?

– Они арендовали сад рядом с нашим, – простодушно пожала плечами миссис Никсон. – Они сразу нам с папой понравились.

Она оглянулась на дверь. Ну, конечно, папа уже тоже был тут же, подслушивал, как всегда, не объявив о своем появлении.

Маргарет изобразила еще одну улыбку для него. Нет, она любила родителей, очень, но всему ведь есть предел…

– Такие образованные, интеллигентные, вежливые, – продолжала мама нахваливать Кингстонов. Что ж, понятно, откуда у Гарольда и Себа склонность к махинациям. Яблочко от яблони недалеко падает. Не просто ведь так они арендовали участок рядом с Никсонами… Надо было провести определенную разведывательную операцию.

– Несколько высокомерные, – добавил папа, присаживаясь в кресло напротив и закидывая ногу на ногу.

– Но, учитывая их достаток, это объяснимо, – поспешила мама включиться в защиту Кингстонов. – Так что если он тебе показался тоже чуть заносчивым… Мегги, может, это исправимо? Он был бы замечательной партией! А дружба между семьями, которая уже зародилась, много бы значила в браке…

Маргарет сдерживалась с ответом. Высказать правду – не слишком ли это расстроит родителей?..

– Мы пригласили их в гости в субботу, – сказал папа.

Тогда сердце Мардж окончательно упало.

– Что?!

Мобильник звякнул. Потом еще раз, а затем – целая череда звяканий.

– Дорогая, не отвлекаем, – отреагировала мама тут же и встала, целуя дочь в лоб. – Познакомишься с его родителями и братом, может, что изменится. А нет – не беда. Найдем что-то другое.

Почему обязательно надо искать?

– В любом случае, это приятели семьи, и слово держать мы должны. – Папа всегда был человеком долга, это правда. – Так что на пять вечера – никаких планов, пожалуйста.

Родители оставили Мардж одну в совершенно мятежном настроении. Ей казалось, что нормально и спокойно дышать она уже не сможет.

А Гарольд решит, что она его добивается!

Смартфон снова взорвался трелью.

– Ну, что там, – пробубнила Маргарет и крякнула от неожиданности: она оказалась добавлена в группу «Кафе пяти дам». Конечно же, администратором – София Мартон. Участники – старые добрые Сэл, Кэрри и Элли. Ну, и она. Пять дам. Это ж надо?..

И что там уже происходило! В основном переписывались Элли и Софи. Маргарет вздохнула: она все же из старых времен: групповые чаты – это слишком.

Взгляд ее упал на листок. И пришла невероятная мысль. Она настрочила:

«Всем привет! Девочки, у кого-то есть знакомые, что говорят по-русски?»

Эпизод 7

«О, Марго появилась в сети!» – не замедлила с ответом вездесущая Софи.

Маргарет поморщилась.

«А ты разве не сплавляешься?» – уточнила Элли.

И все им объясняй. Мардж подумала и напечатала:

«Что же, я не могу писать из каяка?»

«И связь ловит?!» – Элли удивилась.

«Кое-где».

Она ведь не врала. Это факт. Кое-где связь на Клайде ловит. Кое-где – нет.

«А чем вызван вопрос?» – это снова Мартон. Любит косточки перемывать. Вместо того, чтоб по существу.

«У нас у одной девочки мама с Украины, – написала Элли. – Подойдет?».

Подойдет ли?.. Маргарет постучала по подбородку. Ну, чем попытка не пытка.

«Давай».

«А что надо?»

«Чую, Марго снова ввязалась в расследования», – прокомментировала Софи с дьявольским сиреневым смайликом.

И все-то она чует. Хоть бы ей кто позвонил на работу, что ли. Маргарет не могла объяснить, почему настолько ее нервирует Софи. По сути, внимание всегда приятно. Но не такое… когда человек решает за тебя, что тебе лучше.

«Надо перевести кое-что».

«Кидай сюда, я ей покажу», – предложила Элли.

И Маргарет решилась. Надо ведь использовать свойства современной техники. Разровняла листик из дневника Лидии и сфотографировала. Посмотрим, кто кого, Гарольд Кингстон.

Отправить. Фьюи!

У миссис Грейсон всегда пахло пирожками. Наверное, это тоже русский обычай. Имя у нее было странное – Свитлана, но мать сократила ее имя до Сладкая[3].

– Сладкая! – с порога раскрыла миссис Кингстон объятия.

– Эбби! – с не меньшим восторгом бросилась в них миссис Грейсон, источая запахи дорогих духов. – Гарик, мальчик, как ты вырос! – не преминула она взъерошить волосы Гарольда, к его возмущению. – Эбби, вот скажи, когда дети успевают, а?.. Ведь только недавно под стол ходил… Впрочем, что это я, проходите! Только разуйся, Гарик, не забывай… Да, вот тапочки… Ну и лапища у тебя… Тогда вот эти… Вы ведь голодные? Даже не смейте мне притворяться, будто вы с обеда!

– Тетя Лана, мы… – попытался вставить Гарольд, но схлопотал от матери звонкий шлепок по предплечью.

– Даже не смей, знаешь же, что отказ в их культуре – оскорбление, – прошипела она в ухо. – Хочешь услугу, так веди себя соответственно… – и улыбнулась сладчайше: – Конечно, дорогая. Мы твои гости.

Большей радости, кажется, в жизни миссис Грейсон и не бывало. И Кингстону-среднему скрепя сердце пришлось согласиться на огромную порцию того, что они называли домашними пельменями.

…Гарольд Кингстон гордился своим терпением, но, по-видимому, не в каждой ситуации можно проверить его уровень по-настоящему. Миссис Кингстон и миссис Грейсон перемыли косточки соседям, папильоткам, рецептам и еще пес знает чему. Уже начало вечереть, и он потерял надежду на помощь с дневником, когда наконец мать смилостивилась.

– Сладкая, у Гарри к тебе есть просьба.

– Вопрос?! Ко мне?! – обрадовалась миссис Грейсон несказанно, даже пригладила волосы и с готовностью уселась прямее. – Говори, Гарик, конечно, я помогу, с удовольствием.

– В общем… – Кингстон-средний кашлянул, собираясь с мыслями – все стоило обставить как можно проще. Давать понять сплетнице, что она помогает следствию, он не собирался. Если версия Мардж действительна… лучше ей знать поменьше. – У меня тут дневник, – он вытащил полинялый блокнот из кармана портфеля.

– Дневник? – заинтересовалась миссис Грейсон и привстала. Миссис Кингстон тоже попыталась незаметно заглянуть в сумку сына.

– Да… Но он на русском. А мне непременно надо знать, что там, – протянул Гарольд блокнот миссис Грейсон. – Прочтете нам?

Миссис Грейсон взяла дневник и водрузила на нос очки, доселе болтавшиеся на цепочке на груди. Затем сощурилась и укоризненно покачала головой, поглядывая на молодого человека.

– Читать чужие дневники, Гарик…

– Знаю, – согласился он. – Но это поможет понять одну девушку.

– Девушку? – оживилась миссис Грейсон. – Ох, сынок, раз это твоей девушки, и все, чтоб завоевать ее сердце…

Эбби Кингстон вперила взгляд в сына, начавшего отнекиваться:

– Нет, вовсе не моей девушки!

– Да понимаю я, понимаю, – с готовностью согласилась миссис Грейсон, – это секрет.

– Гарольд? – вопросительно произнесла миссис Кингстон, поднимая бровь многозначительно. – Что за девушка?.. Откуда? Ты же был на сплаве с Мардж?

– Мама! – воскликнул Гарольд. – Об этом сюрпризе разговор вообще отдельный!

– Я знаю, что говорю, – возразила спокойно миссис Кингстон. – А ты – нет.

– Я уж сам решу, с кем мне быть и как… – Гарольд осекся, уронив взгляд на заинтересованное лицо миссис Грейсон.

– Но про субботу не забудь, мы идем к Никсонам, – сурово напомнила миссис Кингстон, не переставая сверлить сына глазами.

– Она тебе долгое время не нравилась, – пробурчал Гарри вполголоса. И заставил себя вернуться к деловому тону: – Это по работе, тетя Лана. Она пропала в лесу вчера, и мы даже не знаем ее полного имени. Ни занятий, ни адреса – ничего.

Миссис Грейсон торжественно кивнула, поправляя очки указательным пальцем и наполняясь достоинством.

– Да я в лепешку ради такого дела… – Перелистнула страницы и умолкла.

– По какой работе? – насторожилась миссис Кингстон. – Ты же сейчас без работы.

– Мама… – Кингстон стиснул зубы. – Ты обещала не вмешиваться.

– Если я не вмешаюсь, то кто…

– Всю жизнь так нельзя! Так что там, тетя Лана?

– Вот что… скажу вам… – важно протянула миссис Грейсон, гордая доверенной ей миссией. – Она точно не русская.

– Ничего не понятно? – с разочарованием протянул Гарольд.

– Понятно, но… окончания неверные, падежи не соблюдены, в общем… не русская, и все.

– Не русская… – ошеломленно пробормотал Гарольд. Тогда зачем все это?.. Для конспирации? Записи трехгодичной давности? – А что она пишет?

– Странные вещи, Гарик… Весьма странные.

– Привет, Мардж, – в трубке быстро зазвенел торжественный голос Элли Лоуренс. – Майра говорит, что ее мама не может разобраться как следует, о чем эта страница. Много ошибок, предложения построены так, что фиг поймешь…

– Секунду…

Маргарет оглянулась на папу, как раз разрезавшего слегка пережаренный стейк. Мама застыла с кувшином в руке, сверля взглядом дочь, нарушившую этикет поведения за столом.

– Простите, – Мардж промокнула губы салфеткой и встала из-за стола. – Я на минуту. – И как можно быстрее ретировалась наверх по лестнице.

– Мегги, сначала поесть! – бросила мама вслед упрек.

– Да, Элли, – проговорила Маргарет в трубку, плотно затворив дверь своей комнаты и усевшись за стол. – Я готова записывать, – она схватила карандаш и подвинула к себе практично сохраненную картонку от колгот.

– Записывать нечего, – нетерпеливо возразила Элли. – У меня, между прочим, не так много времени, мисс Никсон, с вами трепаться.

Маргарет нахмурилась и постучала кончиком карандаша по картонке. Телефон неприятно прилип к уху. Видимо, у Элли очередной приступ тщеславия.

– Но о чем страница, ты хоть можешь сказать, Элла?

– Могу… В общем, могу тебе сообщить набор слов, который мне дала Майра. Ее мама в какой-то момент разозлилась и отказалась читать дальше.

Мардж вздохнула. Что может такого быть в дневнике эльфа, чтоб чья-то мама рассердилась?..

– Хоть что-то. Давай.

– Фонд, бездомные, следить, благотворительность, депортировали, внутренние дела, предложили, расовый, сведения, дискриминация, низкий… – диктовала Элли так быстро, что Маргарет едва успевала отрывать карандаш от окончаний. – Все, у меня урок начинается.

– Стой! Это все? – потребовала Маргарет ответа.

– Все, все, – буркнула Элли в трубку и отключилась.

Замечательно. Добывать сведения через нее – это как бежать под обстрелом.

Маргарет положила телефон экраном вниз и взялась за картонку обеими руками, вчитываясь в странный набор слов.

Итак, Лидия – не русская. В таком случае ее россказни про восточноевропейские корни – не обязательно настоящие. Хотя акцент был, это факт. Но его можно подделать. Да и корни, если они есть – еще ничего не значат. Политическое преследование теперь кажется маловероятным, можно вздохнуть спокойно.

«Фонд, бездомные, следить…» Что за причудливый набор слов!.. Словно это не дневник, а…

– …Ну, вы сами посудите, – воззвала к общественности миссис Грейсон, – кто пишет в дневнике через раз слова «шпион», «убийство», «заговор», «русофобия»… – она склонилась над свежими записями, вчитываясь. Гарольд сглотнул, переваривая информацию и пельмени. Миссис Кингстон сложила руки на груди. – Больше на репортаж было бы похоже. Но язык настолько ломаный, что ничего не понятно.

– Сладкая, тогда лучше дальше не читать. Гарри большой мальчик, справится сам, – посмотрела миссис Кингстон на сына с легким осуждением.

– Но я хочу! – возразила миссис Грейсон. – Кстати, не о нашумевшем ли это…

– Как ты говоришь: будешь много знать – скоро состаришься, – отмела возражения миссис Кингстон и забрала дневник Лидии из рук подруги. – А у тебя и так… крем против морщин какой используешь?

Незаметно она сунула Гарольду блокнот в бок. Тот принял его и незаметно опустил в портфель. Миссис Грейсон действительно лучше не впутываться. Да и матери, и ему самому. И вообще, кому бы то ни было. Неужели Лидия писала об убийстве британского шпиона из России полугодичной давности? Возможно ли такое, что она сунулась дальше, чем было безопасно?.. И потому шифровалась кириллицей, чтобы хоть немного себя обезопасить? Но каков смысл, если ты пишешь о России, писать по-русски?

Если эта кириллица и правда – лишь шифр для журналистских заметок, то специально ли Лидия оставила дневник на виду и исчезла по плану, зная, что из-за русофобии его обойдут стороной? Или она скрывалась, не зная, что делать с полученной информацией (которой было явно много в последнее время, если вспомнить количество записей по датам), и ее в неожиданный момент сцапали? Лодочники… та компания, которую она видела… если она не могла уйти через лес, то остаются только они. Мардж пронзила дрожь – удовольствия ли, страха ли… Так действуют загадки.

В дверь постучали. Маргарет сунула картонку в щель ящика в момент, когда миссис Никсон открыла дверь.

– Мег, что это за важный звонок, что ты забыла про еду?

Маргарет кивнула и встала. Надо узнать, что это была за компания. Вдруг повезло и они что-то видели. Или Лидия, и вовсе, поплыла с ними. Придется спрашивать у Дунканов контакты турбазы.

– Кто же звонил? – допытывалась мама, поправляя тарелку Маргарет заботливо.

– Так… подруга…

Миссис Никсон вздохнула.

– А я-то думала, может, он решил проведать…

«Я бы тоже непротив», – невольно подумала Маргарет.

А вот судя по взгляду папы, он что-то заподозрил.

Гарольд сидел в незаведенной машине и постукивал носком ботинка по педали в задумчивости. Лидия – скандальная журналистка?.. Этот факт многое расставил бы по местам: ее бегство из города, страхи, набор нераспакованных вещей, манеру выражаться и играть выбранную роль. Но практически не проливает света на дело.

Скажем так: писала кириллицей она или для конспирации, или для собственного развития. Учитывая характер записей – делаем вывод в пользу конспирации. Настал момент, когда она перестала чувствовать себя в безопасности. И решила исчезнуть с горизонта. Потому приняла предложение случайного человека и отправилась в путешествие. Где пропала без следа.

Если по собственной воле – что ж, он бросит это дело. Если ей помогли… действительно ли его долг – вмешаться?

О смерти шпиона писали многие, слишком многие, чтобы идентифицировать ее личность. И слишком многие, чтобы эта тема сама по себе была опасна.

Маргарет говорила о группе, что плыла вниз по течению. Не могли ли они видеть Лидию?..

Миссис Кингстон послала подруге последний воздушный поцелуй и спустилась на тротуар. Гарольд поспешил выйти и открыть перед ней заднюю дверь.

– И во что же ты вляпался, мой дорогой сын, – ровным тоном поинтересовалась она. – Политика? Сожги этот блокнот немедленно и перестань совать свой нос в то, что – не твоя работа.

Эпизод 8

Маргарет, нервно поправляя сумку на плече, стояла на повороте грунтовой дороги. Отсюда до базы можно было добраться пешком или на случайной попутке. Обидно. Особенно после язвительного голоска Марни. Который заставлял потерять веру в необходимость собственного существования. А еще ее шуточки по поводу ее «жалких вешаний» на Хала…

Маргарет поддала носком ботинка начинающий жухнуть куст. А впрочем… можно и забыть о Марни, когда вокруг лес и такие яркие лучи солнца, еще косые и утренние, ласковые. Маргарет зажмурилась и подставила лицо свежему воздуху, растворяясь в мире вокруг, впитывая его в себя.

Лидия – журналистка, которая пропала. Вот бы те ребята на лодках просто были ее друзьями, которые повезли ее в новую жизнь…

Шум мотора вдалеке заставил Маргарет подобраться и прислушаться. Кажется, едет сюда. Она встала на изготовку, чтобы вовремя махнуть рукой. Идти километры до базы не хотелось, каким бы утро прекрасным ни было.

Попасться в историю политики и журналистики – тоже. Мардж колебалась, вглядываясь в лобовое стекло приближающегося автомобиля. И вдруг издала восклицание.

Автомобиль резко затормозил, обдавая ее облаком пыли. Губы Маргарет задрожали. Она была готова даже к встрече с федеральными службами. Но никак не с…

Гарольд Кингстон молча перегнулся через пассажирское сиденье и открыл дверь.

– Залезай, – приказал он тоном, не допускающим возражений.

Маргарет не посмела ослушаться. Впрочем… самой себе можно было признаться, что в данной ситуации это было то, чего ей хотелось больше всего.

– Итак, – сказал Гарольд.

– Итак… – обреченно повторила Маргарет, даже не заметив, когда начала прижимать сумочку к груди.

– Мне следовало ожидать, – побарабанил он пальцами по рычагу коробки передач. – Но, Мардж, на базе-то что тебе делать?

– Лодочники, – тихо пояснила Маргарет, разглядывая свои коленки.

– Лодочники, – подтвердил Гарольд и плавно нажал на газ. – Я тоже о них подумал.

А смысл ссориться с Мардж, если он знал, что она будет поступать по-своему?..

– Ты… не сердишься? – удивилась Маргарет.

– Сержусь, – согласился Кингстон, старательно огибая ухабы. – На себя в основном.

Маргарет умолкла, не понимая полета его мысли до конца. Потом встрепенулась. Не терпелось поделиться изысканиями.

– Лидия – журналистка, представляешь? Если бы мы знали, что…

– Что?! – в ужасе воскликнул Гарольд и пропустил яму; их крепко протрясло. Вырулив на обочину, он выключил мотор и повернулся к Маргарет: – Журналистка?..

Как она узнала?

Маргарет поджала губы смущенно и кивнула. Порылась в сумочке и протянула ему листочек из блокнота и картонку с переводом.

– В дневнике были ее исследования, а не излияния…

Гарольд пробежал глазами по разбросанным по картонке словам. Если Мардж влипнет в эту политическую историю… У него перехватило дыхание.

– Ты что? – удивилась Маргарет, заметив, как побледнел Кингстон.

– Во что мы ввязались… – пробормотал он. Попытался сфокусировать взгляд на записях Маргарет. Здесь нет ничего о политике. Только о фондах. Вероятно, это та статья о благотворительных организациях, что сливают информацию о бездомных нелегалах. Он нахмурил брови. Помнил что-то такое.

Отбросил картонку Мардж на колени и снял смартфон с приборной доски.

Маргарет следила за его действиями напряженно. Он что-то знал. Он… достал и прочел дневник?.. С помощью подруги своей матери?..

– Что было в дневнике? – спросила она осторожно, больше не обращая внимания на прелестный свет утра и его пыльные лучи.

– Есть! – воскликнул Гарольд, потрясая смартфоном. – Ее звали Ева Спурри.

– Кого?

– Нашу Лидию, – Кингстон показал Мардж экран. «Благотворительные фонды работают на миграционные службы?» Под статьей у подписи красовалось фото Лидии. С ее эльфийским взглядом.

– Как… как ты понял? – восхитилась Маргарет.

– Вспомнил эту статью по твоим заметкам, – пожал Гарольд плечами и снова завел машину. – Только… Мардж, я тебя очень прошу: я сам узнаю про лодочников. Про Лидию… то есть Еву. Не вмешивайся.

– Ты же знаешь, что мне тоже интересно, – взбунтовалась Мардж. – К тому же… вы меня дружно высмеяли.

– Высмеяли?

– Ну, да… – теперь, когда память освежилась, откровенничать не хотелось. – Так что не проси. Да и почему я должна слушать тебя?

– Потому что я волнуюсь о тебе.

– Волнуешься?

– Я говорил тебе это сто раз, – вздохнул Гарольд, качая головой.

– Да нет, не говорил, – подобралась Мардж, растягивая слова. Значит, он в самом деле…

– Брось, Мардж, – раздраженно заявил Кингстон, – а как еще объяснить тот факт, что я каждый раз бросаюсь тебе на помощь?

– Бросаться можно и просто так, – с вредной улыбкой возразила Маргарет. – А вот сказать эти три слова – меняет дело.

Гарольд вздохнул и повел бровями.

– Что ж… Пусть так. Я волнуюсь о тебе. Этого достаточно, чтобы ты перестала добывать информацию о Лидии?

– Ты тоже думаешь, что она нарыла что-то кардинально важное?.. И поэтому…

– И поэтому я не хочу, чтобы ты ввязывалась.

– А я о тебе волноваться не могу, что ли?.. – всплеснула руками Маргарет, понимая наконец его логику. – «Ты не суйся, я боюсь за тебя, а вот я буду, и ты за меня не бойся». Несправедливо, не кажется тебе?

– Ты… за меня волнуешься? – проговорил недоверчиво Гарольд.

– Конечно… – с достоинством согласилась Маргарет. Она хотела упомянуть много чего, но в итоге сказала: – А то мои родители решат, что я целенаправленно убираю гостей на субботу.

Гарольд покосился на нее. Бедовая девчонка. Все для нее – забава…

– Это политика, Мардж… Мы не станем рисковать.

– Если она исчезла по своей воле, я не против… Или если ее приравняли к политическому преступнику… Но если… если ей нужна помощь, а мы останемся в стороне?..

Гарольд потер подбородок. Она только что высказала его мысли.

– Приехали, – констатировал он факт, выруливая на маленький паркинг.

– Пожалуйста, позволь мне участвовать… – взмолилась Мардж, строя глазки кота из «Шрека».

– Только говорить буду я, – устало предупредил Гарольд.

Мардж выскочила на асфальт, хлопая в ладоши. Сейчас она бы даже сказала… что любит его. Но ведь он не спрашивал.

Гарольд размашистой походкой направился к зданию. Маргарет, «исполнившись духа», засеменила за ним, по-прежнему по-детски прижимая к себе сумку.

Их автомобиль полз по лесной дороге дальше. Лодочников, которых видела Маргарет на том отрезке полтора суток назад, оказалось несложно найти. Гарольду указали геоточку, где их ждала остановка на маршруте.

– Мы теряем столько времени… – задумчиво теребя ручку сумки и отстраненно глядя на тянущиеся к окнам деревья, сказала Маргарет.

– Такова уж следственная работа… – отозвался Кингстон, лениво облокотившись о стекло. Дорога раскрепощала, нервы отдыхали. Природа. Обладает исцеляющим действием.

Маргарет исподлобья посмотрела на него. И невольно улыбнулась – таким счастливым он казался сейчас.

– Что смеешься? – уточнил Кингстон, даже не скосив взгляда, якобы сосредоточенный только на дороге.

– Ты выглядишь счастливым, – просто ответила Мардж.

– А от чего мне быть несчастным?.. Путешествие, дело, загадка, природа, девушка, которую я… – он запнулся от неожиданности. Что может намолоть еще его язык?

– Которую ты что? – заинтересовалась Маргарет.

Автомобиль подскочил на кочке.

– А ты как думаешь?

– Ой, перестань… С этими своими штучками… – отшутилась Мардж. – Это нечестно. Послушай… я тут подумала… Если Лидия… ну, или Ева правда решила сбежать, кто же испортил каяки? Не носила же она под платьем дрель.

Гарольд расхохотался. Дрель под платьем – это же надо такое придумать!

– Что? – сконфузилась Маргарет.

– В нашем каяке болтался металлический штырь. Если стукнуть камнем, ерундовое дело. Лидия как раз спрашивала о его назначении… – он запнулся.

– И какое его назначение?

– Так, мусор, случайно кем-то забытый…

Лидия предстала в совершенно ином свете. Не Лидия. Ева Спурри, молодая журналистка. Которая явно отправилась на отдых с собственным планом.

Маргарет посмотрела на умолкнувшего Гарольда. Что ж. Пусть думает. Ему надо. Хотя ей хотелось бы поболтать, поумничать, повыпендриваться, определенно. С ним так замечательно это выходило. Смогла ли она от этого отказаться?.. Навсегда? Просто из никому не известных банальных практических соображений.

Смартфон замигал и взорвался звонком. Мардж и Гарольд вздрогнули.

– Подай мне наушник, пожалуйста, – попросил Гарольд, указывая на бардачок между сиденьями.

Маргарет с готовностью закопалась во всякой мелочи бардачка и извлекла блютуз-наушник.

– Держи, – протянула ему, Гарольд воткнул его в ухо и принял вызов, кивнув ей вместо «спасибо».

– Да, – и после ответа его брови сомкнулись серьезно и сосредоточенно. Маргарет закрыла было крышку, но рассеянный взгляд наткнулся на аккуратно сложенный листок бумаги. Ее почерк?.. Она украдкой отогнула уголок. Дело Лили Смит! Мардж тихо засмеялась. Кингстон! А он, оказывается, сентиментален… Интересно, он перечитывал?..

И у нее пикнуло сообщение. Маргарет прикрыла крышку бардачка. Пусть лежит где лежит. Сообщение было от Коннерза.

«Как проходит отпуск?» И подмигивающий смайлик.

Эпизод 9

– Конечно, сержант, я с вами свяжусь, – отрапортовал Гарольд телефону.

– Что за сержант? – рассеянно уточнила Маргарет. Она кратко отписала Шону, что замечательно, а он начал жаловаться, как грустно без нее в Пейсли. Неужели это значило то, чего ей так не хотелось?.. И в ответ на молчание завалил рассказами о каких-то безделицах. Создавалось впечатление, что он терпел, сколько мог, а теперь его прорвало. Она была вежлива, и не более. Так к чему…

– Тебе сообщение пришло, – заметил Гарольд, когда Шон написал очередную околесицу со смайликами. И заглянул через ее плечо. Экран не выключился. И сдал Маргарет с потрохами. – Как мило, – тут же сделался металлическим его голос.

– Ты не сказал, что за сержант звонил, – постаралась сделать безмятежный вид Маргарет, пряча телефон в сумку. А тот продолжал пикать новыми сообщениями.

– Тебе ведь не до того.

– Прекрати! Что я… что я могу сделать-то? Самой неудобно, – обиженно отвернулась Маргарет к окну.

– Поговорить, – чуть смягчился голос Кингстона. – Для тебя это не должно быть сложно.

– Я говорила, – Мардж едва не всхлипнула. Но не на такую тему и не перед Кингстоном. – И он сказал, что ничего ему от меня не надо. Я же не могу подвергать его слова сомнению! Тем более, что он – мой босс…

– Сомневаюсь, что ничего ему не надо, – пробубнил Гарольд, раздраженно вытаскивая наушник из уха и бросая на приборную панель. – Мужчинам надо давать понимать конкретно, понимаешь, Мардж?

Она кивнула, прикусив губу. Ей было жалко потерять дружбу Шона. Он был так предупредителен. Всегда. И ради кого, спрашивается?.. Разве не надо ценить тех, кто не стыдится ценить нас?.. Те, кому мы правда нужны, не сдаются и не забывают. А Гарольд?.. Достаточно ли сохраненной им записки и случайной встречи?

Но она не сможет полюбить того, кто заглядывает ей в рот. Глупая женщина.

– Звонили из полиции, – счел возможным наконец сообщить Гарольд. – Они тоже узнали, что Лидия – это Ева Спурри.

– Как же?! – взорвалась Маргарет. Она не сможет себя уважать и останется «Мегги» за такое легкомысленное волнение. – Разве полиция не отказалась от дела?..

– Сержант решил проверить больницу, в которую я отвозил Лидию. На записи камеры попалось ее лицо. Пробили по базе и нашли.

– Теперь они заинтересованы ее найти, да?

– Не знаю… Но, полагаю, если бы это был и вправду, политический вопрос, они бы принимали особые меры. А так…

– Все версии отпадают, – ошеломленно выдохнула Маргарет.

– Так что будем добывать новые факты, – кивнул Гарольд на показавшийся мостик и лагерь с беседками и кострищем. – Скоро наша компания должна приплыть сюда, и мы их опросим.

Автомобиль затормозил по чуть влажной траве. Речка булькала под мостом на перекатах, а ветер шептал в длинных ветвях ив.

Маргарет взбежала на мостик, чтобы испить эту романтику души до конца.

Гарольд, усмехаясь, заблокировал двери и пошел к ней. Что-то ему это напоминает?.. Тогда между ними не было ничего. И так много всего между ними не было. Так много того, что мешает теперь.

Но разве какие бы то ни было разногласия могут разбить то, что есть? То, что выжило среди всех непонятных перепитий в течение этого года?

Он тихо подошел и встал сзади, поставив на перила руки по обе стороны от нее. Маргарет замерла, вглядываясь в плавник на реке, вокруг которого бурлило пеной течение. Что это значит?

– Маргарет, поговори с ним, – попросил Гарольд. Почти в ухо. – Я устал бороться с несуществующим врагом. Их и так много между нами.

Кончики ушей Маргарет порозовели – она знала это.

– Бороться? – повторила она эхом. – Уж не хочешь ли ты сказать мне что-то важное, Гарольд Кингстон?

– А ты хочешь что-то услышать?

– Зависит от того, что такое это что-то, – по лицу Маргарет расползалась улыбка.

– Самое важное я сказал, – он убрал руку и облокотился о перила рядом. – Сделаешь?

– Что я ему скажу?.. – смутилась Маргарет. Будто она так хотела, чтоб сейчас, вот тут, ей снова сделали предложение. Точно ли хватило бы смелости принять?.. Лучше пусть… пока еще не сейчас. – Он же… имеет право мне писать. Как и любой другой… Я не знаю…

– Можешь сказать, что встречаешься со мной. Я разрешаю.

Маргарет икнула. Он что, всерьез?.. Встречаться?.. На это она бы отважилась согласиться… Но было ли это предложение или шутка?

– Зато это решит твою проблему, – пожал плечами Кингстон. – А знать ему правду не обязательно.

– Какой ты… жестокий… – выдохнула Маргарет. И к Шону, и к ней.

– Иногда логика кажется жестокой… Смотри! Не наша ли это компания плывет?..

Из-за поворота реки показались два каяка. А потом еще три. С желтыми веслами. Они горланили один из последних хитов. Которые Мардж почти ненавидела.

– Да… – она отошла от мостика.

– Скажешь? – взял Кингстон ее за локоть.

– Я поговорю… – осторожно согласилась Маргарет. – Когда вернусь. Но что я ему уже там скажу – дело мое.

Кингстон не подал и виду, что он думает на этот счет.

Туристы швартовались к берегу шумной гурьбой. Доплывали новые каяки.

– Смотрите! – один из парней ткнул в сторону Маргарет. – Это ж та красотка, что сбежала от нас тогда на берегу!

Они узнали и захохотали. Маргарет захотелось испариться. Она зажмурилась, но на ее плечо успокаивающим теплом опустилась ладонь Кингстона.

– Вот вы, ребята, и признались, – грозно отозвался он.

– Э-э. в чем? – запнулся шутник в синих шортах, переглядываясь с приятелями.

– Именно вас мы и ищем. И теперь – никаких сомнений, – Кингстон говорил так авторитетно, что с молодежи блеск юмора чуть осыпался. – В тот вечер, когда вы видели… эту мисс, были ли еще какие встречи?

Совсем юная девчонка с длинными волосами и в купальнике подбежала к ним.

– Что у вас тут, мужики?

– Да так…

– А по какому праву вы спрашиваете ваще? – вдруг рассердился парень в синих шортах.

– Ведется официальное расследование, – еще более посуровел голос Гарольда. – Пропал человек. Итак, видели ли вы кого-то в тот вечер?

– Эй, ребят, – сказала девчонка. – Хорош кочевряжиться. Да, видели. Девушка в светлом платье, розовые волосы. Она?

Гарольд и Маргарет кивнули. Куда подевалась Ева Спурри? Неужели они прямо сейчас узнают?

– Дафна, – протянул разочарованно парень в синих шортах. – Сразу и заложила. Она же просила!

– Я видела, как она тебя околдовала! – возразила враждебно Дафна. – Ничего хорошего из таких людей не выходит!

– Так что с ней было? – поторопила Маргарет.

– Она уселась на наш каяк, – отвечала Дафна, мстительно поглядывая на заметно разочарованных дружков. – И мы ее довезли до нашей стоянки. Переночевала с нами.

– А потом? – поднял бровь Гарольд.

Итак, каяки продырявила она. Ева Спурри ушла осознанно. Обведя их всех вокруг пальца.

– Утром она доплыла с нами до моста Молдсли. И поцеловала напоследок… вот, его! – с укоризной ткнула Дафна пальцем в разозленного парня в синих шортах.

– Мост Молдсли?.. – повторила Маргарет. – Зачем бы?.. – она обернулась на Гарольда в поисках ответа.

Он уже искал что-то в смартфоне. Молодые люди утихли, впечатленные его грозным видом. Гарольд издал победный клич. Все вздрогнули. Он спрятал смартфон в карман, блистая довольной улыбкой.

– Спасибо, – изысканно поклонился он Дафне. – И вам, молодые люди, советую быть повежливее с представителями власти, – подмигнул он парню в синих шортах. Тот помрачнел.

– Вы нам ничего не предъявили.

– А вы не требовали, – весело отозвался Гарольд и отправился к машине. – Идем, Марджи.

– Вы что, с девушкой выезжаете на дела?.. – насмешливо выкрикнул друг парня в синих шортах.

– Мы не встречаемся, о, нет, – мечтательно закатил глаза Кингстон, облокачиваясь на открытую дверцу. – Молодые люди, это не значило бы ничего… Мы лишь принадлежим друг другу и вот-вот друг другу в этом признаемся.

Маргарет показалось, что ее хватил удар и все вокруг взорвалось искрами. Она ошеломленно уселась на пассажирское сиденье и пристегнулась. Поправила сумку на коленях. И как сквозь сон видела, что Дафна заломила руки в умилении. А потом дала парню в синих шортах затрещину:

– Учись, идиот!

Гарольд включил зажигание. Автомобиль уютно задрожал и затарахтел.

– Теперь мы поедем в Карлюк, – негромко объявил Кингстон, давая задний ход и не стирая довольной улыбки с физиономии. – Маленький городок возле моста Молдсли. Там мы и настигнем дражайшую мисс Спурри. Больше ей некуда было податься.

– Ничего не понимаю, – прошептала Маргарет, пытаясь вспомнить, как надо дышать.

– Ты о чем?

– Принадлежим друг другу? – она собиралась спрашивать про Еву Спурри, а брякнула совсем не то.

– А ты что ж, не согласна? – несколько лукаво уточнил Гарольд.

– Точнее не выразишься, – кивнула Мардж, наконец успокаиваясь. Все еще шутит, но, пожалуй, прав. Только… – Но раз Ева сбежала по собственной воле, точно ли нам следует ее искать?

Эпизод 10

– Да, она сбежала сама, уже никаких сомнений, – согласился Гарольд и с видимым удовольствием прибавил скорости: они наконец выбрались на асфальт после нещадной тряски. – И совершила акт вандализма.

– Тебе так хочется ее покарать? – скривилась Маргарет. Не сказать, чтобы она испытывала к Еве Спурри самые теплые чувства, но та имеет право делать что хочет, а что выше этого – существует полиция.

– Она притворялась самым отвратительным образом, – попытался оправдать свой азарт Гарольд. – Не выношу лгунов.

Маргарет хмыкнула.

– Сам такой.

– Что-о?!

– Признай, просто тебе обидно, что ты ее не раскусил с самого начала. Ведь мы же договорились – если она сама сбежала и ей не нужна помощь, мы ее оставим в покое. Кажется, она явно знала, что делала, как ты и сказал.

– Мардж Никсон, отчего ты настолько великодушна?

– Оттого, что это не мое дело, Гарольд Кингстон. И не твое тоже. Тебе нравится обводить людей вокруг пальца, но ты не выносишь, когда они проделывают такое с тобой.

– Конечно, за испорченный инвентарь платила не ты. Ты же гость.

– С вас содрали плату?!

Гарольд кивнул со снисходительной улыбкой:

– Кто-то должен покрывать убытки, глупенькая.

– А почему вы мне не сказали?.. Я тоже… – она расстегнула молнию сумки и стала шарить в ней рукой.

– Перестань, Мардж, – махнул он рукой предупреждающе. – Ничего ты не должна.

– Но я…

– Просто прими чужие добрые намерения, ладно?

– Ну, спасибо…

Он нажал на газ, обгоняя очередную улитку по встречной полосе. Автомобиль довольно загудел, и их приятно вжало в сиденье. Унылое скопище кучевых облаков, усталая зелень жидких лесков и полей, одиночные серые жалкие домики, а душа поет. Что поделаешь, таков факт, убегай от него или нет – он рад присутствию Мардж, какой бы наивной врединой она ни была.

Вредина не преминула отозваться:

– Но все же… не лучше ли оставить это дело?

– Я думал, ты не привыкла отступать.

– Но иногда упрямство не к месту. Должна ведь у нее была быть какая-то причина? Почему ты так просто списываешь все на злой умысел? Зачем Еве Спурри было чинить неприятности незнакомым людям?

– Люди совершают много необдуманных поступков, – поджал губы Гарольд. Слова Мардж несколько отрезвили его, и он снова потерял самообладание: только посчитаешь ее ребенком, она начинает говорить мудрые вещи; положишься, как на взрослую, и выкинет очередную глупость.

– Гарри, ты же не можешь так думать на самом деле! – воскликнула Маргарет.

– Ну, хорошо, что ты предлагаешь? – повернулся к ней Гарольд напряженно.

– Смотри за дорогой! – ойкнула Мардж, съеживаясь и впиваясь пальцами в ремень безопасности: встречный автомобиль едва не вынырнул на их полосу.

– Я и смотрю! Ты говорила, что нельзя остаться в стороне, если ей нужна помощь. Ты уверена, что у Евы Спурри все в порядке?

Маргарет была в замешательстве.

– Только что ты хотел ее наказать, а теперь беспокоишься? Ты противоречишь сам себе, Гарольд Кингстон!

Он знал. Уже почувствовал. И сам себе за это сделался противен.

Ему не хотелось отступать, ведь поиски были единственной возможностью провести время с ней. Ужин в субботу не в счет. Там Мардж не будет собой. А здесь… Как же низко он пал. Вместо того, чтобы сосредоточиться на расследовании, которое, как верно заметила мать, даже не в его компетенции было, он, как мальчишка, пошел на поводу чувств и сделал чужую жизнь игрой. Но что делать, если присутствие дикой Маргарет выбивало из него остатки разума?.. Если бы она согласилась… тогда… было ли бы все по-иному? Или нужно выбрать – Мардж или рассудок, и это навсегда?

– Прости, я забыла, – между тем съязвила Маргарет в ответ на его напряженное молчание. – Она была твоей девушкой, пусть и один день… Ты не можешь не беспокоиться. Мог не скрывать, я-то понимаю. Хорошо, что я не стала твоей девушкой, одной заботой меньше, – она запнулась: ведь он сам говорил, что волнуется, и… она незаслуженно наговорила ему только что гадостей. Сознательно. Почему он так на нее действует?..

Глубокая морщина пролегла на лбу Гарольда.

– Не забудь передать это Шону.

Мардж задохнулась от возмущения. И хотела ответить под стать. Почему им нравится колоть друг друга, когда они… ну, как он сказал, «принадлежат друг другу»? И ничего не могут сделать. Мардж затеребила ручку сумки, гадая, какую парфянскую стрелу приготовить.

– Маргарет, давай помолчим, – попросил Кингстон, не отрывая взгляда от дороги.

И, кажется, это была мудрая мысль.

В Карлюке было серо и неуютно. Если бы не старинные домики тут и там, Маргарет совсем бы приуныла. Она не знала, что их ждет, не знала, куда идет и что вообще дальше. Просто доверилась ему. Даже не отдавая себе в том отчета. Ему можно довериться – вот оно.

Гарольд затормозил возле обшарпанного двухэтажного домика с гордой красной вывеской «Каледонский бар и Галерея». На дверях значилось: «2,50 за пинту».

– Давай перекусим, – кивнул он на заведение и отстегнул ремень безопасности.

Маргарет повиновалась. Отчего она сделалась тихой?.. От того ли, что ей казалось, будто ему нужно время, чтобы вернуть себе почву под ногами?..

Внутренний интерьер бара оставлял желать лучшего, на вкус Маргарет. Зато несколько кресел были клетчатыми, поистине шотландскими. Старые огромные фотографии и вестерновские вывески на стенах в безвкусных рамках стыковались плотно одна к другой.

Гарольд сделал заказ и присоединился к Маргарет. Столик у стены напротив представлял собой грубую имитацию бочки из-под эля, а над ним висел настенный телевизор; крутили канал поп-музыки. Маргарет вздохнула и попыталась завести разговор на отвлеченную тему: молчание ее тяготило. Она наклонилась вперед и сообщила вполголоса:

– Кажется, владелец не полностью освоил понятие эклектики.

Гарольд словно только сейчас обратил на нее внимание и поднял брови.

– Он делает вид, что это старый добрый паб, – пояснила Мардж, – но не может не отдать дань современности. И, похоже, он не мог решить, что выбрать, и попросту смешал все в кучу. Эклектика же – это все в кучу, но в гармонии.

Гарольд усмехнулся ее оценке и закинул ногу на ногу, облокачиваясь на спинку кресла. Его, кажется, атмосфера совершенно не занимала.

– Ну, не дуйся, – попросила Маргарет, заглядывая ему в глаза.

– Я и не дуюсь, – кажется, удивился Гарольд. – Неужели так выглядит?

– В точности, – подтвердила Маргарет, уверенно кивая.

Клип на телевизоре сменился; и вот – на экране Мэгги о’Рэйли и ее бессмертное «Если ты оставишь меня сейчас». Глаза Мардж зажглись: она любила эту песню.

– Дело в том… – начал Гарольд, но, увидев ее отстраненность, прервал свою речь.

– Да? – безмятежно отозвалась Маргарет, покачиваясь в такт мелодии. Потом спохватилась: – Прости. Я ужасно легкомысленная…

– Есть такое, – легко засмеялся Кингстон. – Но, Мардж. Я не хочу, чтобы мы говорили друг другу то, о чем потом жалеем.

– Я тоже, – с горячностью подтвердила Маргарет. И сникла: – Только не знаю, что делать… Обычно я веду себя прилично, а здесь…

– Тебе хочется уколоть побольнее? – подсказал Кингстон.

Мардж вздохнула, не в силах подтвердить это вслух.

– Но я на самом деле не хочу! – воскликнула она в отчаянии. – На самом деле я… отношусь к тебе совсем не плохо… Совсем. Правда…

– Мы должны вести себя как взрослые люди.

– Ваш заказ! – объявила полная молодая женщина за стойкой.

– Момент, – вскочил Кингстон, чтобы забрать.

Маргарет засмотрелась на клип, отстраненно повторяя слова песни:

Непросто встретить ту любовь, что нас нашла.

Давай объединимся, чтоб ее спасти.

Мы зашли слишком далеко, чтоб все оставить так

Неужто бросим нас на полпути?

Гарольд присел напротив нее с подносом, полным картошки фри, салата и несколькими гамбургерами.

– «Когда наступит завтра, мы будем сожалеть обо всем, что наговорим теперь», – еле слышно закончила Мардж куплет, посмотрев на него.

– И правда, – согласился он. А затем протянул ей вилку: – Держи.

Мардж пожевала губу.

– Гарольд, – позвала она. Он поднял на нее глаза, отвлекаясь от маневра «Как-Ухватить-Гамбургер». – Наверное, я согласна.

– На что? – он едва не выронил все содержимое своего ланча.

– Признаться. Объясниться. Поверить… Как уж тебе будет угодно. Не знаю, почему и как, я не знаю, что будет потом, но… Шон не имеет значения. А ты имеешь. Я не хочу с тобой ссориться. Это невыносимо. Пожалуйста, давай будем правда принадлежать друг другу. Если для этого надо встречаться, – она сжала губы, – я согласна попробовать.

Гарольд поперхнулся и закашлялся. Маргарет смутилась и подала ему стакан воды.

– Спасибо, – весь красный, прохрипел он в ответ и спрятался за стакан. Потом сделал несколько вдохов и выдохов, словно проверяя, пришла ли в порядок дыхательная система.

Маргарет ждала ответа, сама краснея.

– Мардж… – проговорил Гарольд, покачивая стаканом и наблюдая, как в нем переливается вода. Мэгги Рейли отпела свое; включился современный хит, волшебство исчезло.

– Если ты не хочешь… – поспешно вставила Маргарет, сгорая от волнения, – так и скажи. Я пойму. Я была жуткой врединой, предложение могло потерять силу.

– Ну как ты не понимаешь… Такие важные заявления не делаются в подобных местах! – воскликнул Гарольд.

Мардж казалось, все кончено, якобиты разбиты.

– Тогда… – вскочила она, едва не опрокидывая пакет с картошкой фри себе на колени, – тогда я пойду искать станцию. Тут должен быть поезд до Глазго, насколько я помню.

– Да подожди, – рассмеялся Гарольд, хватая ее за руку. – Конечно, все в силе. Ты что же, сомневалась?..

Маргарет упала на клетчатое кресло.

– Времена меняются, кто знал… То есть… теперь все решено? – дрожащими губами прошелестела она.

– Ах ты, моя милая сомневающаяся вредина, – поднес ее руку к губам Гарольд шутливо и весело. – Конечно, все решено, и пути назад нет.

И рассмеялся. Легко и беззаботно. У Мардж вдруг отлегло от сердца: решено так решено, самое страшное – решить, а потом уже живи и радуйся.

– Что ж, раз пути назад нет… – пробормотала она. – Не могу поверить, что сказала такое… Это все Мэгги Рейли.

– Конечно, – отсалютовал стаканом Гарольд, улыбаясь от уха до уха и продолжая держать руку Маргарет. – Что ж, если я кому-то должен быть обязан своим счастьем, пусть это будет уроженка Глазго.

– Ну, ты не спеши так, – мягко вытянула руку Маргарет из его ладони и запустила ее в пакет с картошкой фри. Захрумкала с аппетитом. – Не такое уж я счастье.

– Это я решу сам, – пожал плечами Гарольд. – Хотя и я не подарок, знаешь ведь.

– Самоуверенный, чуточку самовлюбленный, изворотливый махинатор, – дала Маргарет оценку с готовностью.

Но теперь все это не имело значения. Хотя ничего особенного не произошло – они начали принадлежать друг другу намного раньше – но теперь это было можно.

Эпизод 11

Гарольд и Маргарет устроились на двойной скамейке игровой площадки и потягивали кофе из бумажных стаканчиков. Мамы и бабушки и копошащиеся в песочнице дети – вот основной контингент этого единственного «гуляльного» места, который им удалось найти здесь, в маленьком городке Карлюк.

На столе между ними лежала картонка Маргарет.

– В общем, я думаю… – проговорила мисс Никсон, – что она сбежала не просто так, не просто чтоб тебя позлить.

– Меня уже ничто не злит, – возразил мягко Гарольд. – Моя стрессоустойчивость на порядок поднялась, – улыбнулся он ей почти ласково.

Маргарет хмыкнула довольно: она чувствовала то же самое.

– Интересно, как долго это продержится…

– Ты права, – сосредоточился Кингстон на плане. – Я согласен. Все это точно как-то связано с дневником, но как – остается загадкой. Ты права и в том, что, видимо, разумнее оставить эту загадку. Нет смысла дальше лезть в нее. Лидия была на моей ответственности в некотором роде, теперь я знаю, что с ней ничего ужасного не случилось. По моей вине, по крайней мере.

– Интересно, куда она отправилась отсюда, – подумала Маргарет вслух. – Грустное место – Карлюк, как по мне.

– Она могла… – Гарольд задумался, а потом поднял палец торжествующе: – Конечно, она же не просто так сюда отправилась! Значит, Ева Спурри отправилась на железнодорожную станцию.

– Мы же только предполагаем, что она пошла сюда.

– Больше некуда. Ну, конечно! Все сходится! Смотри… Она расследует всякие дела. Свои выводы записывает на русском. Безопасности ли, забавы ли ради… Ведь подумай – русских у нас особо не жалуют, наоборот, сторонятся. Если кто случайно найдет этот блокнот – скорее, выбросит, чем начнет расшифровывать. Это дает ей дополнительную защиту.

– Мне даже не пришло бы в голову выбросить…

– Потому что мы искали ее, была важна каждая зацепка, а дневник – все, что у нас было.

– Но если она планировала исчезнуть, зачем оставила записи?

– Подожди, оставим это на потом… Итак, последние записи Евы знаешь о чем?

– Кое-кто мне так и не сподобился сказать.

– Об убийстве русского шпиона на службе Британии.

Мардж закрыла рот ладонями.

– Гарри, ведь это… опасная тема!

– И ты еще станешь удивляться, почему я тебя просил держаться от дела подальше?

– Ой ли, ты просил меня еще до того, как прочел дневник, – прищурилась Маргарет.

– Ну… ты меня поймала… – рассмеялся Гарольд. – Я ж тебя знаю.

– Что я и так влезу?

– Именно… Но если бы знал и о страничке, то бы приехал и отобрал ее. Тогда бы ты ничего не нашла о Еве Спурри и была бы в безопасности.

– А ты остался бы без предложения, – фыркнула Мардж.

– Я бы не отстал так просто, поверь, – отшутился Гарольд. – Тем более у меня открывалась возможность реванша в субботу.

– В общем, она расследовала то дело про… шпиона?..

– Точно утверждать нельзя… Но убийству полгода. Горячая пора прошла. А Ева пишет теперь. И после этих исследований готовит исчезновение.

– Словно нашла что-то, испугалась и захотела забыть. Почему же тогда просто не сжечь дневник?

– Возможно, она хотела оставить эти сведения кому-то другому?

– Снять с себя ответственность и положиться на кого-нибудь другого?.. Но ведь дневник на русском, вероятность так мала.

– Не забывай – у нее было мало времени, чтобы все переписать. Последняя запись датирована днем перед сплавом. Она решила бежать, положившись на случай, а тут я. Ева действовала не раздумывая и бросила дневник вместе с вещами. Если бы ее искали, то пытались бы расшифровать записи, исследования стали бы достоянием общества. Если нет – дневник бы просто был утерян.

– А она была бы уже далеко… – проговорила Маргарет, подпирая щеку рукой.

– Неужели там были еще и подробности? Мама оборвала миссис Грейсон в чтении, и, пожалуй, к счастью.

– Дядя, – дернул Кингстона за рукав мальчик лет трех. – Подвинься. Моя машинка.

Кингстон посторонился, и мальчик залез под стол, чтобы достать свою игрушку.

– Джонни! – позвала его встревоженно бабушка. – Иди сюда!

Джонни пыхтел под столом: машинка зацепилась за джинсы Гарольда. Он наклонился ему помочь. А Маргарет увидела кое-что за его спиной. Знакомые мигалки.

Через площадку прямо к ним шел мужчина в полицейской форме. Сердце у нее ухнуло и прыгнуло два раза.

– Значит, вы не знаете, что в дневнике? – повторил вопрос сержант, взвешивая на ладони блокнотик Евы Спурри.

Гарольд и Маргарет сидели напротив него в участке. Мардж теребила свою сумку и отчаянно делала вид, что ей вовсе не страшно. Хотя в воображении ее уже изощренно убивали за пособничество политическим преступникам.

– Мы узнали ее имя по выпавшей странице, – сказал Гарольд. – Дневник же читать слишком долго без… знания русского, сами понимаете.

Сержант постучал блокнотом по столу, хмурясь.

– При заявлении вы мне о нем не говорили, – возразил он.

– Забыл, сами знаете, как бывает, исчезновение, стресс… Все такое…

– Смотрю, вы быстро нашли девушке замену, – усмехнулся сержант, указывая на Маргарет.

– Ох, это долгая история, – засмеялся Кингстон, хлопая Мардж по плечу. Она подпрыгнула на стуле от неожиданности и натянуто улыбнулась.

– А зачем отправились сюда? Я проверил и вас, Кингстон, – вы однажды работали в полиции и попались на афере. – При этих словах лицо Кингстона приняло кислое выражение. Маргарет вспомнила историю с Лесли и подавила смешок. – Так что следил за вами. Сначала вы ездили на реку. А потом – в Карлюк.

– А что, Еву Спурри кто-то ищет? – поинтересовалась Мардж невинно: ее защитник был временно выведен из строя, и смелости прибавилось.

– Есть иск на ее имя за нарушение неприкосновенности частной жизни, – отчеканил сержант, не обращая внимания на девушку, а все сверля взглядом Кингстона.

Вот она – причина бегства! Ева копала, ее поймали и пригрозили…

– Как жаль, – вздохнула Маргарет притворно. – Она казалась такой милой, хоть и знала я ее всего несколько часов… А разве это не профессия журналистов – вмешиваться в частную жизнь?

– Есть вещи, которые… В общем, вы уверены, что вам больше нечего мне сообщить?

– Сержант, – реабилитировался Кингстон, поймав красноречивый взгляд Мардж, – да разве я бы сообщал об исчезновении Евы Спурри, если бы желал ей помочь? Ее имя мы узнали только сегодня утром… Когда ехали к реке, немного посидеть над водой – отдых оказался ведь сорван, сами понимаете. А когда проголодались, поехали в Карлюк. В Каледонский бар, можете проверить.

– Прошу вас не покидать города, – махнул сержант рукой устало.

– У нас слишком важное мероприятие в субботу, чтобы мы уехали из Глазго, – подмигнул Кингстон Маргарет.

А все же хорошо, что они не поехали на вокзал искать следы Евы Спурри. Так что кроме слухов и домыслов им и сообщать-то нечего. Перед некоторыми загадками благоразумнее отступать.

– Может, оно и к лучшему, что дневник забрали, – улыбнулась Мардж Гарольду, когда он затормозил возле ее дома. – Надеюсь, Ева Спурри не придет к тебе за ним.

– Сомневаюсь, что она на это рассчитывала, – усмехнулся Кингстон. – Хотя как ты говоришь, если б не она, я не получил бы предложения… Это так романтично, Марджи! Постой, – остановил он покрасневшую вмиг девушку, взявшуюся за ручку.

– Что?

Кингстон сделал неопределенный знак рукой и вылез наружу. Маргарет непонимающе следила, как он обходит машину. Молодой человек распахнул дверцу перед ней и протянул руку.

– Прошу вас, миледи…

– Гарри! – воскликнула Маргарет, оглядываясь по сторонам. – Ты с ума сошел?.. А если кто увидит?

– У меня есть даже позволение родителей обоих сторон, что тебя беспокоит? – засмеялся Гарольд и потянул ее ладонь на себя. Мардж выскочила на тротуар.

В ее сумке звякнуло сообщение.

– Бедный Шон Коннерз, – вздохнул Кингстон. Мардж засмеялась.

Эпизод 12

В квартирке Никсонов кипели приготовления. Суббота! Важнейший день. Нельзя было осрамиться перед великими Кингстонами.

– Мегги! – крикнула миссис Никсон из салона. – Ты ведь следишь за лимонным пирогом?

«Мегги», конечно, просто мечтала, паря в облаках. Могла ли она когда-то думать, что понятие «встречаться» и «принадлежать» – это не только не страшно, но и восхитительно?

– Мегги?!

– Да, мама! – спохватилась Мардж. – Слежу!

И поспешила заглянуть в духовку.

Папа обычно такой суеты благоразумно избегал где-нибудь в безопасном месте.

Кингстоны были пунктуальны. Еще немного, и у Мардж сложится впечатление, что ее избранник – королевских кровей.

– Добрый вечер, – мама трогательно сложила руки в замок поверх идеально белого, гостевого фартука и слегка поклонилась. Словно и вправду принимала королевскую семью.

– Добро пожаловать, – широко улыбнулся вернувшийся папа.

– Добрый вечер, – Кингстон-самый-старший добродушно поднял брови и протянул руку мистеру Никсону для рукопожатия. – Джон… Эвелин, – кивнул он маме.

– Эвелин, дорогая, – благоухая дорогими духами, миссис Кингстон чмокнула миссис Никсон в щеку. – Джон… Мардж, – многозначительно улыбнулась дочери Никсонов.

– Здравствуйте, миссис Кингстон, мистер Кингстон, – Маргарет едва не присела в реверансе. А потом не сдержалась и воскликнула: – Себ!

Себастиан Кингстон, возмужавший за полгода и до сих пор галантно державшийся за спинами родителей, наконец понял, куда попал.

– Мардж! – бросился он девушке на шею, и она с радостью ответила на объятия. Миссис Никсон кашлянула и обменялась взглядами с мужем.

– Не тот, – весьма заметно с отчаянием прошептала она.

Себастиан отстранился и заявил родителям:

– Ну, могли бы и сказать, что мы идем в гости к Мардж, а не на смотрины!

Миссис Кингстон закатила глаза. Мистер Кингстон-старший пожурил сына:

– Себастиан, где твои манеры? Здесь люди, которые старше тебя. А ты даже не представился. Джон, Эвелин, простите нашего младшего сына. Он бывает весьма несдержан.

– Прошу прощения, – с искренним до смешного раскаянием расшаркался Себ. – Меня зовут Себастиан Кингстон.

Ему отвесили довольно строгие взгляды. Но родители Мардж заулыбались.

Мистер Никсон возразил:

– Ну что вы, это нашей Маргарет… следовало бы быть повежливее.

– А где же ваш старший сын? – уточнила миссис Никсон.

– Припарковывает автомобиль, – ответил мистер Кингстон-старший. – А, вот и он.

Гарольд вошел как к себе домой. Почтительно раскланялся со всеми, а Мардж поцеловал руку.

– Дорогие родители… – заявил он торжественно, не выпуская ее ладони, – у нас для вас важная новость.

Мардж жутко смутилась. Но он держал ее крепко. И все было решено. Раньше, чем они признали.

– Мы с Мардж решили покориться вашей воле, – с удрученным видом паясничал Гарольд. И добавил уже серьезно: – И начать встречаться.

Воцарилась тишина. А Себ взорвался аплодисментами в бурном восторге.

– Ну, наконец!

– Себастиан! – не могла не одернуть его миссис Кингстон.

Запах лимонного пирога причудливо смешивался с ароматами жареной грудинки. А пустые стаканы на столе застыли в недоумении.

Мистер и миссис Никсон чувствовали себя так, словно только что крепко продули в вист.

– Сыновья у нас – шуты, – вздохнул мистер Кингстон-старший. – Уж простите.

– То есть… это как… – миссис Никсон села на стул, поддерживаемая мужем.

– Мама, – бросилась к ней Мардж, – папа… Простите, что не рассказала. Я не знала как. Но Гарри… словом, это и есть он. И я не знала, как…

Эвелин Никсон охнула и прикрыла рот ладонью. Тот, о котором она просила дочь забыть. Это же надо какой конфуз!

– Маргарет! – поднял бровь папа.

Мардж смешалась. Гарольд появился рядом вовремя, чтобы приобнять ее и спасти:

– Это я виноват, мистер Никсон. Я слишком намучал ее.

– В каждом доме полно своих скелетов, – примирительно засмеялся мистер Кингстон-старший. – И хорошо все, что хорошо кончается. Я слышу дивный запах, Эбби.

– Эвелин, сколько же ты всего наготовила! – подключилась к спасению плана миссис Кингстон, подходя к столу. – Помочь тебе чем-нибудь?

– Думаю, мы с Мегги справимся, – попыталась миссис Никсон взять себя в руки.

Женщины оглянулись на виновников замешательства. Маргарет и Гарольд слишком мило смотрелись рядышком.

– Предоставим голубков самим себе, – улыбнулась миссис Кингстон. – Иногда им нужна твердая рука, а уж как они уверены, что все знают!

– Молодежь, – согласился мистер Никсон сокрушенно.

Себ хмыкнул. Он уже облюбовал себе кресло и с интересом разглядывал стены комнаты. А посмотреть было на что: и старые семейные фото, и детские рисунки, и маленькие симпатичные картины.

– Спасибо вам, – пробормотала Мардж, обращаясь к Кингстонам-старшим. – Я имею в виду… Ведь если б не ваша затея, мы бы не встретились больше, наверное.

– Гарри иногда мнит себя слишком мудрым, дорогая, – улыбнулась миссис Кингстон. – Тебе это знать пригодится.

Гарольд сделал вид, что пристально рассматривает статуэтку на камине.

Себастиан захохотал.

– Вот и конец тебе пришел, братец!

Мистер и миссис Никсон почувствовали, что должны вступиться.

– Мегги вечно мечтает, – вставила миссис Никсон. – Надеюсь, пирог из-за этого не подгорел.

Настал черед Маргарет смутиться.

– Я знаю, миссис Никсон, – сказал Гарольд. – И согласен на подгоревшие пироги, – после краткого раздумья добавил: – Иногда.

Никто бы из присутствующих, вероятно, и не подумал, что этот обед будет таким семейным.

– А как же то происшествие на реке Клайд с той девушкой? – спросил Себ, уплетая за обе щеки лимонный кекс, что вовсе не подгорел.

На лице миссис Кингстон появилась легкая тень.

– Все для нее закончилось благополучно, – уверенно отвечал Гарольд, осторожно делая глоток горячего чая из чашки старинного фарфора, которым миссис Никсон весьма гордилась.

– Наверное, мы еще услышим о Еве Спурри, – не удержалась Мардж, чтобы не добавить свой комментарий. И посмотрела на Гарольда как-то по-особенному: почему-то здесь он был ей самым родным. Как так бывает?..

– Ева Спурри? – едва не поперхнулся Себ чаем. – Ты сказала – Ева Спурри?

Миссис Кингстон молча похлопала его по спине. А мистер Кингстон отпустил очередной взгляд воспитательного назначения.

– Папа, ну скажи! – ответил на это Себастиан.

– Кто такая Ева Спурри? – осторожно спросил мистер Никсон. Миссис Никсон пока вступать в разговор не отваживалась.

– Уже услышали. Это молодая журналистка, Джон, – ответил мистер Кингстон-старший. – В четверг она выпустила громкую статью.

– Что за статья? – заинтересовалась Мардж, приникая к столу и затаив дыхание.

– Очередная версия по поводу отравления ****.

Миссис Никсон охнула.

– Шпиона? – уточнила она.

Мистер Кингстон-старший кивнул серьезно.

– Ну, и славно, Гарри, что ты стал встречаться не с ней, а с Мардж, – невозмутимо заметила миссис Кингстон, отрезая себе еще один кусочек пирога.

– Я тоже так думаю, – счастливо улыбнулся Гарольд своей дикой Маргарет.

Миссис Никсон расцвела, увидев эту улыбку, и забыла о шпионе, Еве Спурри и всем остальном. Когда так улыбаются, вопросов не остается.

– Гарри… может, еще чаю? – радушно потянулась она за чайником.

Примечания

1

Третье место (англ. the third place) – часть городского пространства, которая не связана с домом («первое место») или с работой («второе место»). Третье место находится близко, в шаговой доступности от дома или работы. Находясь в таком месте, человек чувствует себя комфортно. Сюда можно прийти в любое время.

2

«Дело на одну трубку» – Мардж цитирует слова Шерлока Холмса из рассказа А. К. Дойла «Пестрая лента».

3

От английского sweetie – сладкая, дорогая, милая.

Content

Кейт Андерсенн
Числа Мардж

Первое впечатление

Эпизод 1

Эпизод 2

Эпизод 3

Эпизод 4

Эпизод 5

Эпизод 6

Эпизод 7

Эпизод 8

Эпизод 9

Эпизод 10

Эпизод 11

Эпизод 12

Второй шанс

Эпизод 1

Эпизод 2

Эпизод 3

Эпизод 4

Эпизод 5

Эпизод 6

Эпизод 7

Эпизод 8

Эпизод 9

Эпизод 10

Эпизод 11

Эпизод 12

Третье место

Эпизод 1

Эпизод 2

Эпизод 3

Эпизод 4

Эпизод 5

Эпизод 6

Эпизод 7

Эпизод 8

Эпизод 9

Эпизод 10

Эпизод 11

Эпизод 12

Экзамен АБС (ассоциации британских сыщиков)

Четвертая лапа

Эпизод 1

Эпизод 2

Эпизод 3

Эпизод 4

Эпизод 5

Эпизод 6

Эпизод 7

Эпизод 8

Эпизод 9

Эпизод 10

Эпизод 11

Эпизод 12

Пятый лишний

Эпизод 1

Эпизод 2

Эпизод 3

Эпизод 4

Эпизод 5

Эпизод 6

Эпизод 7

Эпизод 8

Эпизод 9

Эпизод 10

Эпизод 11

Эпизод 12

Примечания