Мария Лунёва

Секретарь лорда Демона

© М. Лунёва, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Пролог

Блаженство. Это был прекрасный день для мадам Миллисенты Джакобо. Яркий рассеянный свет совсем не бил по глазам. Он согревал и, казалось, даже ласкал. Приятная слуху музыка. Симпатичное окружение чистых душ. Такое необычное общество для почившей демонес-сы. А именно представительницей этой расы мадам и являлась.

О, да! Хороший день. Запоминающийся.

Умирают ведь, как и рождаются, всего лишь раз. Хотя… бывают случаи. Демонесса вздохнула. Ну да, если дров за жизнь столько наломаешь, что и в нижний мир не примут, то тогда иди – живи снова и исправляй все, что сотворил.

Но мадам Джакобо была в себе уверена. Особого зла не делала. Пакостила, конечно. Но… так. По мелочи. Не воровала, не убивала, много не лгала. Хм… Чужих мужей если и уводила, то ненадолго. На месяц, два… Удовлетворить женское любопытство. А наигравшись, всегда возвращала неверных кобелей обратно в заботливые руки жен. Даже откормленными и приодетыми по последней моде. Со всем багажом.

Эльфы, демоны, оборотни… Двуликих она ценила более всего… Выносливые. Страстные. Ревнивые. Но тупые… Увы!

М-да. Мужчин мадам не особенно уважала. Разве что сына. Демоном ее Инчиро вырос что надо. Красивый как бог, умный, изворотливый и невероятно хитрый. Делец! Его боялись и уважали. Одна беда – не успела она увидеть, как он женится и внуков заделает. Но! Это и жирный плюс. Умерла молодой и привлекательной без этого сомнительного статуса бабушки.

А Инчиро… Бестолковых клуш хватает. Придет время и найдет себе какую-нибудь дочку партнера, или тихую и покладистую особу из финансового отдела своей корпорации, и все будет замечательно. Семья, жена, любовницы и дети. Как и полагается успешному мужчине.

Душа демонессы мечтательно зависла и поплыла дальше в потоке теплого и ласкового света. Ее влекло в высший мир. Туда, где вечный день, где покой и блаженство.

О, она это точно заслужила…

* * *

– Как в пропуске отказано?! – громко возмутилась мадам Джакобо, стоя у высоких кованых врат, красиво и, что важно, богато сверкающих в лучах ласкового солнца. Чистое золото! Демонесса умела распознать благородный металл. – Что вы себе позволяете?! Неслыханно! Мне и вдруг отказано! Сейчас же пропустите меня!

– Велено не пущать, – прилетело ей в ответ ворчливое. Стоящий на вратах молодой тролль важно задрал острый подбородок. – На вас особое распоряжение от самих… – Он кивком указал куда-то верх, явно намекая на богов. – Мест нет! Отказано!

– Что! – фыркнула мадам, встрепенувшись.

Впервые в жизни… Эм… Вернее, после смерти… Ай… Впервые ее куда-либо не пропустили. Она к такому неуважению оказалась совершенно не готова. Перед ней открывались все двери! Всегда! Лучшие рестораны, гостиницы, магазины… А здесь!

– Сейчас же пропустите меня, и пусть мне в лицо скажут, чем я вызвала подобное недовольство.

Демонесса важно выставила вперед грудь.

Тролль мазнул по ней ленивым взглядом, прошелся по фигуре женщины, пожал могучими плечами и без особых эмоций пробубнил:

– На вас не выписали пропуск. Впустить не могу. Ждите.

Демонесса поджала тонкие губы и уперла руку в бок. Вот только забыла, что уже несколько часов, как бестелесна, поэтому кулак зашел куда-то в нее. Что-то зло проворчав, она поменяла позу и сложила руки на груди. Как же ей сейчас не хватало красивого платья и яркого макияжа. Конечно, стоит здесь в белом балахоне бледной молью. Как тут с мужчиной общий язык найти и договориться?

Тролль снова зыркнул на женщину своими красными кровавыми очами, обвел языком длинные выступающие нижние клыки и уткнулся носом в ворох бумаг, лежащий на высоком столике у врат.

«Списки…» – сообразила мадам.

И ее в них по какой-то причине не внесли.

Демонесса тихо закипала от злости, но пыталась держать себя в руках. Хватило ее терпения ненадолго.

– Развели бюрократию! – заворчала женщина, соображая, как пробиться к этим… Теперь уже и она зыркнула куда-то наверх. – И что же мне делать по-вашему?

Дух тролля снова пожал мощными плечами. На нем красовалась белая рубаха, застегнутая снизу на одну большую пуговицу, которая держалась на честном слове и грозилась оторваться и улететь. Это мадам смутило. Ведь дух же! Но вещь явно трещит по швам, натянутая на такую мощную грудь.

Женщина на мгновение забыла о своей главной проблеме и, выставив вперед руку, ущипнула себя. Неожиданно, но у нее получилось. Она даже боль ощутила.

Тролль, наблюдавший за ней, похабно оскалился и залип взглядом в районе ее объемной груди, выгодно проступающей из выреза балахона.

Это приободрило мадам Джакобо и вернуло ей былую веру в свою неотразимость. Она ухватилась за калитку врат, но снова услышала:

– В допуске отказано!

Да чтоб его, морду зеленую!

В это время мимо демонессы скользнула душа расфуфыренной эльфийки и, проведя по ней высокомерным взглядом, презрительно закатив глаза, легко прошла через треклятую золотую калитку и тролля, нависающего над ней. Демонесса поджала губы, чувствуя, как вскипает от праведного гнева. Такого унижения она не испытывала никогда!

– Я за жизнь не совершила ничего, чтобы вот сейчас стоять здесь! Вы! Вы издеваетесь надо мной! – Женщина вошла в раж. – Или дело в моей расе? Боги явно недолюбливают нас – демонов!

И казалось, можно было надавить на ущемление расовых прав, но вот незадача – калитка небесных врат резко расширилась и в нее шумной компанией влетели несколько пожилых демонов с удочками в руках.

– Сезон ранней зимней рыбалки на севере открыт, – прокомментировал происходящее тролль. – Ушли толпой под лед с первым уловом. Но какую огромную щуку они успели выдернуть из лунки… Ммм…

Он печально и даже как-то завистливо вздохнул, явно вспомнив что-то и из своей жизни.

Мадам резко закрыла рот. Щуки! Вечно все портят какие-то сомнительные щуки! А ведь могло получиться. Женщина картинно вздохнула. Доводов у нее более не осталось.

А время шло. Час, день, год? В этом месте сложно было понять. Мимо скользили счастливые души – ведьмы, гномы, эльфы, оборотни и, к ее великой досаде, демоны.

Да и щуки с ними!

А мадам продолжала недовольной одинокой осинкой подпирать врата и думать. Главное, не отчаиваться. Всегда есть выход.

Молодой тролль следил за ней, явно оценив красоту и стройность демонессы. Завитки на ее светлых коротких рогах. Шелковистость темных как смоль волос. Объемную грудь, фигуру… И была бы женщина жива, она бы бросила на этого клыкастого гиганта всю мощь своего обаяния. Окрутила бы, влюбила, соблазнила, а может быть, и совратила, но вынудила бы распахнуть перед ней двери в тот мир счастья и покоя, от которого ее отделял какой-то кованый золотой забор.

Но увы. Она была мертва. И это здорово осложняло ее положение.

– Слушайте, это несерьезно! – Ее терпение в очередной раз дало трещину. – Вы должны знать, что делают в подобных ситуациях как моя. Наверняка были же прецеденты. Такой видный мужчина просто не может оставить даму в беде.

– Ну, – тролль смущенно почесал лысый затылок, – у меня вы первая такая неприкаянная. А у напарника был ведун один. Он, козел такой, помер, а в завещании написал, что все имущество оставляет своим детям, не уточняя их имена. То есть всех детей осчастливить захотел. Дошло до того, что парочка и сюда явилась, вот к этим воротам, требовать золото! И на этом свете нашли!

– И что? – нетерпеливо воскликнула демонесса. – Как все с ним разрешилось? Быстрее суть дела излагайте!

– Дамочка, не орите, – обиженно покосился на нее тролль. – Мне и при жизни хватило таких вот крикунов. Я здесь не просто так поставлен, а за терпение божественное. Боги так и сказали: раз он трех директоров-деспотов выдержал, так и здесь справится. Так что я у них в большом почете!

Задрав нос, он демонстративно отвернулся.

– Боги всемогущие! – взвыла мадам Джакобо.

Вот за это она мужчин и недолюбливала. Слово им не скажи! Сразу обиды, слезы, стенания и побег к мамочкам с вещами.

Женщина закатила глаза к небесам и медленно выдохнула.

– Про ведуна того… Как проблему решали? – произнесла она куда более спокойно и даже капельку сурово.

– Ну-у-у… – Тролль несколько раз моргнул, поморщился. И вроде как оскорбился, но история из него так и рвалась. Как здесь умолчать? – Ладно, – снова повернулся он к демонессе. – Так вот, я и говорю, что все нажитое ведун детям завещал. А у него их как сбежалось! На пятидесятом со счета сбились! И не поймешь, кто правда его, а кто нет. Все некровные родственницы отпрысков предъявили. Даже сюда вот прибегли те, кто раньше его почил, и затребовали, чтобы их доля к внукам перешла. Такое началось! Стали расследовать, что и как. Кто, когда и с кем. Выяснилось, что родные дети и вовсе не родные, а племянники вовсе не племянники, а дети родные… – Привратник вошел в раж, ему так долго хотелось поделиться хоть с кем-нибудь хоть какой-нибудь сплетней, да все никак. Эти же души… мгновение и все. Проскочили и глазом моргнуть не успел. А поговорить-то хочется. Набрав полную грудь воздуха, он продолжил: – Дальше интереснее. На дележ его не такого уж и огромного состояния слетелись и соседки. И три секретарши с малыми заявились. И бухгалтер его сразу с тремя…

– Все, поняла! – резко остановила его мадам. – Теперь к главному. Вот когда он здесь на моем месте стоял без пропуска, что делал?

– Стоял, – тролль пожал плечами.

– Долго?

– Всю смену напарника! – не раздумывая, ответил привратник.

– А потом? – мадам упорно подводила его к главному.

– Всю мою смену, – тролль привычно пожал плечами, пуговица на его рубахе опасно натянулась, но выдержала.

– А потом? – демонесса медленно вскипала.

– А потом опять его смену стоял, – выдал тролль улыбаясь. – Как раз и дети подоспели.

– Сдается мне, это не вы троих директоров вытерпели, а они вас не пережили! – рявкнула душа женщины.

– Не без этого, – тролль счастливо оскалился. – Дальше слушать будете?

– А у меня есть выбор? – приподняла бровь демонесса.

– Не-а, – привратник покачал головой.

Мадам попыталась выдохнуть, но внезапно вспомнила, что мертва. Хотя, ей подумалось, что она вроде как все же тяжело вздыхала вот буквально минуту назад. Или нет? Замерев, она все же набрала полную грудь воздуха и выпустила его через нос. Хм… интересно.

Встрепенувшись, демонесса опять уставилась на своего собеседника.

– Дальше что было? Говори уж, уважаемый, – обречено пробормотал она и подошла к калитке, ближе к стражу.

– А дальше напарник вспомнил, что у нас лежат бланки для подачи жалобы, – наконец, выдал нужную информацию тролль.

Мадам Джакобо радостно возликовала и поцеловала бы эту невыносимую зеленую морду, да решетки врат помешали.

– Замечательно! Три смены вспомнить не могли, но озарило! – душа демонессы просияла. – И как я могу его получить?

– У меня попросить.

Улыбка привратника и вовсе растянулась до ушей, что окончательно убедило мадам Джакобо – тролль этот не зря занимает свое место и надо бы с ним поуважительнее. А то себе дороже!

Тщательно, не торопясь, заполнив жалобную анкету на десять страниц, мадам трясущимися руками опустила перо в чернильницу, парящую перед ее лицом. Справилась! В душе у женщины змеей шевельнулся страх, скручивая трепыхающееся сердце в кольца. И неважно, что мертва, стук в груди она продолжала слышать. И было ей с чего переживать. Больно странным оказался документ. Она покосилась на листы, парящие в воздухе. На них белым гусиным пером мадам Джакобо подробно изложила и свою биографию, и перечень всех деяний, начиная с момента рождения. Вписала списком всех мужчин, с которыми имела связь. Что, как и как долго.

А затем и историю кончины.

Удивительно, но именно этот момент дался ей с трудом. Она не помнила, как именно умерла. Словно стерлось в голове. Болела? Да. До этого был вечер, ужин. Танцы. Прием у четы вампиров. Вино рекой. Молодой ухажер, ревнивый.

Ревность всегда забавляла демонессу. Но тогда она предпочла позлить нового воздыхателя и сбежала от него. Морозная ночь. Карета. И холод. Плащ, который совсем не согревал.

Позже, уже в постели ей стало плохо. Озноб. Лихорадка. И сильное желание пить.

Яркий свет, который совсем не раздражал глаза. И вот она здесь.

От этих воспоминаний снова захотелось пить. Перед ней возникла когтистая рука – тролль протянул ей простой бокал с водой.

Мадам Джакобо почти с любовью взглянула на привратника, с которым уже заканчивала смену. Он казался таким родным. Своим. И где-то в глубине души закрадывалась мысль, почему такой замечательный мужчина не встретился ей при жизни. Смешно, но никто ни разу не приносил ей воду.

Да. Очень смешно.

Она снова покосилась на своего невольного спасителя. Мало того что тролль, так еще и прелесть какой пакостливый. Сердце женщины встрепенулось. Мадам демонесса была почти влюблена.

– А дальше что делать будем? – Она кокетливо поправила призрачную прическу. – Куда отправлять это?

Стопка бумаги, парящая перед ней, слегка покачалась, верхний листок опасно подался вперед, но не упал. Неведомая сила вернула его обратно. А после заполненная жалоба и вовсе беспрепятственно переплыла через кованые врата и аккуратно легла на стол привратника. Вспыхнула алым и замерла.

– Здесь пусть лежит, – отмахнулся мужчина. – Во время пересменки ее заберут.

Женщина кивнула, ни проронив ни слова. Конечно, магией мадам демонессу было не удивить, она и сама, нет-нет, да и щелчком пальцев камин в гостиной зажигала. Но отчего-то действия тролля ее завораживали. Возможно, потому что троллям магия была не положена.

Мадам усмехнулась и вскинула голову. Да нет же. Высокий как шкаф. Светло-зеленая кожа. Лысый. Красноглазый. Клыки на верхнюю губу налегают.

Но была в нем некая загадка.

– Ну, и чего, дамочка, вы так на меня таращитесь, – тролль явно заметил ее интерес. – Магия мне по долгу службы положена. Говорю же, я у богов на хорошем счету.

Легко разгадал он причину недоумения женщины.

Повисла тишина. Мимо через калитку пролетели еще несколько душ. В основном мужчины преклонных лет. Затем возникла пауза… И еще душа – пожилой женщины… из этих… человечек. Мадам Джакобо слегка удивилась. Обычно если люди и появлялись в их мире, то ненадолго. Поработать год, другой… А после – домой. Хотя так было только в корпорации сына. Возможно, в других местах, люди и оставались навсегда. Но о чем это она? У нее сейчас такие проблемы, что не до жалких людишек.

– Так меня пропустят?

Развернувшись, она с надеждой взглянула на привратника.

– А вам что со мной здесь плохо?

Тролль недовольно нахмурился. На его лбу залегла глубокая складка.

А мадам крепко так призадумалась. Плохо ли ей? Хм… Демонесса, нисколько не смущаясь, еще раз прошлась по молодому мужчине цепким оценивающим взглядом.

Высокий, как она любит. Челюсть квадратная, лоб чугунный. Лысина блестит в божественном свете. А очи. М-м-м, как же она любила зеленоглазых. А клыки… Клыки! О-о-о, какую пикантность они способны придавать во время поцелуев. А у него они так выпирают. Мадам Джакобо облизнулась. Тролль вопросительно приподнял густую темно-зеленую бровь.

– А вы, уважаемый, не женаты?

Демонесса хлопнула длинными ресничками, и тролль впервые с момента смерти смутился. Зашелся румянцем. И не на шутку струхнул. Он-то полагал, что чуток разыграет явно богатенькую особу, а она теперь на него смотрит так, что зад потеет.

Словно он девственница, подаренная оркам на мальчишник: еще ничего не случилось, но… предчувствие нехорошее…

Ой, нехорошее!

– Пропустят.

Он сглотнул и отошел от демонессы подальше.

– И когда?

Она плавно скользнула к нему, прижавшись грудью к решетке.

– Скоро, – прохрипел он, отступая к сторожке.

– Значит, у нас есть время?

– Мадам?

Тролль окончательно покраснел.

– Ну, вы мертвы, я – уж не дышу. Но душа ведь помнит! Неужели ты откажешься от маленькой шалости?

Кадык тролля дернулся. Он взмахнул когтистой ладонью, и жалоба исчезла со стола. А спустя мгновение и мадам Джакобо смело через калитку.

Последнее, что она увидела, – это как дух тролля утирает ладонью вспотевший лоб.

Однако…

Преодолев кованую преграду с вензелями, слегка расстроенная демонесса полетела дальше, окутанная теплым густым туманом…

* * *

Где-то рядом раздавались звонкие трели птиц, слышался шум прибоя и крики чаек. Красота!

Мадам вдыхала аромат цветов и чувствовала, что ей непременно здесь понравится. Она найдет для себя небольшой домик, комнат на десять. С террасой, с бассейном. И балконом… Вишневый сад, газоны, клумбы. Кусты гортензии у крыльца. Конюшни. Все, как когда-то было у нее при жизни. Много ей и не надо. Глядишь, и все наладится.

Ну, подумаешь, умерла. С кем не бывает?!

Не в нижний же мир попала! Вот там да. Жара, нищета, голод и нескончаемая работа. А еще, поди, и заработная плата не положена. Ужас! Хуже, наверное, на заводах ее Инчиро рядом с трущобами.

Душу передернуло!

Вот уж действительно – не дай боги туда попасть. Ее сын никогда не отличался особой душевностью. На первый взгляд весельчак и любимец женщин всех возрастов и рас, но стоит заглянуть в глаза, как становится невыносимо холодно и страшно. Мадам Джакобо и не помнила, когда ее милый мальчик с небольшими рожками, еле заметными в волосах, стал таким. Бездушным и жестким. Что вообще она помнила о его детстве? Лишь счета. Сначала за игрушки, потом за учителей… Каких? Да разве интересы и увлечения Инчиро ее когда волновали? Занятая была. Мужчины, светские вечера, танцы, ужины, новые любовники…

Так и жизнь прошла.

Странная тяжесть возникла в груди демонессы. Непонятная. Вина? Да за что и перед кем?

Хмыкнув, женщина вскинула голову.

Нет, она определенно заслужила свое место в высшем мире. Иначе быть просто не может…

– Отказано!

Снова услышав это слово, мадам Джакобо даже не попыталась быть вежливой.

– Я желаю знать по какой причине! Требую, чтобы отказ оформили на бумаге с изложением всех моих деяний, согласно которым мне не выделяют места!

Секретарь божественной канцелярии уставилась на дух демоницы и как-то обреченно вздохнула.

Что совсем не понравилось мадам. Эльфийка! Как же она недолюбливала их. Правильные, заносчивые, высокомерные. Считающие себя венцом творения богов. А по сути… да те же щуки, в лунки которых ныряли и оборотни, и демоны, и все кому не лень. Курицы лживые и продажные. На их фоне даже простые человечки выглядели благочестиво. Они хотя бы имели гордость не стелиться под любого.

Секретарь, даже не подозревая, о чем думает демонесса, потянулась за бумагой и пером…

Время бежало…

Солнце ходило по небесному кругу, спускаясь к горизонту, но не заходя за него. Яркие малиновые птички летали за высоким широким арочным окном. Они садились на выступы стен и трещали без умолку, раздражая. Где-то подальше чайки орали как оголтелые.

Мадам Джакобо бесило все!

– Вы скоро?! – в который раз прикрикнула она на секретаря.

Но женщина даже не шелохнулась, чтобы проявить хоть какое-то уважение. И ушами своими длинными не повела. И присесть не предложила. И кофе нет. И даже стакана с водой! Ей вспомнился тролль. Какой все-таки чудесный мужчина.

Мадам опасно прищурилась. Очень уж хотелось еще раз появиться у врат. Покрасоваться и пококетничать.

Но нет… Она вынуждена была стоять столбом рогатым у этого стола и любоваться, как наглая блеклая эльфийка с большими ушами старательно выводит на бумаге буковки. Медленно так выписывая каждую загогулинку. Демонессу начинало трясти от злости. Вот не зря она презирала этих выскочек. Ни рогов, ни клыков, ни хвостов. И в зверя не оборачиваются, и стихиями не управляют. Лютики свои в горшках выращивают! И выходит даже отказ нормально и, что важно, быстро оформить неспособны!

– Мне долго ждать? – грубее рявкнула она.

– Я бы на вашем месте не торопилась, – наконец, отозвался секретарь. – Потому как если вам не предоставлено место в высшем мире, то оно есть в низшем. А там минута за день. Зачем туда торопиться?

– Мне… – фыркнула мадам. – В низшем! А за что? Пишите быстрее. А то я начинаю верить, что вы не только мертвы, а еще и разлагаетесь. Интересно за какие заслуги вас сюда взяли?

– Проработала несколько сотен лет на них там, – женщина взглядом указала куда-то далеко вниз. – Вот бог загробного мира и повысил, устроив сюда. Но признаюсь, я не особо-то и рада. Работы столько же, а контингент… Скука смертная.

Взяв свечу, она капнула на бумагу воском и от души с размаху припечатала круглую деревяшку.

– Все, – мадам протянула лист с печатью божественной канцелярии. – Ваше письменное уведомление.

Взглянув всего на несколько строчек, демонесса сглотнула.

«Мадам Миллисенте Джакобо отказано в месте в высшем мире, потому что ее сын Инчиро Джакобо своими деяниями достал всех богов. Каждые день и ночь из храмов на него поступают сотни жалоб. Рассматривать их нет уже никаких сил. Раз демонесса Миллисента Джакобо не смогла воспитать как следует единственного отпрыска, то и пусть катится в нижний мир. Там ей и место!»

Подпись и та самая печать.

– И как это понимать? – прокатился женский визг по приемной. – И это вы писали почти сутки?

– Через меня в день проходят десятки досочек из храмов, и практически на каждой третьей девушка, женщина, простите боги, почти бабушки пишут одно и то же – соблазнил, совратил и бросил! Ограбил! Развел с супругом! Я должна была отплатить за их пролитые слезы! Пусть хоть так и хотя бы вам! Вы родили и воспитали этого злодея. Разоренные семьи, обесчещенные дамы, разрушенные из-за измен семьи. Кошмар! Хуже всего, что даже в нижнем мире молятся за здоровье вашего сына. Его даже там видеть не хотят.

Мадам Джакобо выдохнула и вдруг, наверное, впервые устыдилась. Жаль, что только после смерти.

– Нет, не будет вам места в высшем мире! – Секретарь снова ударила печатью по бумаге, вместо того чтобы прокатить ею по воску. – Ну, или ищите способ вразумить и перевоспитать сыночка. Время у вас еще есть.

Способ? Мадам Джакобо непонимающе взглянула на секретаря, но та старательно делала вид, что демонессы уже и в приемной нет. Такое пренебрежение окончательно добило женщину. Какая-то канцелярская мышь поставила ее на место. О, нет! Спустить такое? Проглотить! И оставить эту невзрачную эльфийку в победительницах? Да что она знает о ее жизни?

Ровным счетом ничего!

А туман клубился у ее ног то белея, то серея. Он словно живой ластился к демонессе пытаясь успокоить и вразумить.

Ведь не время для эмоций. Здесь думать надо холодной головой.

И кажется, у тумана получилось, потому как мадам Джакобо выдохнула, распрямила плечи и приказала себе быть спокойной.

Да! Мадам никогда не была глупой женщиной и сейчас отчетливо поняла – здесь ей не помогут.

Нижний мир? Но за что? Что она совершила, чтобы попасть туда? Отняла жизнь? Украла? Нет, иначе не стояла бы здесь перед этой мстительницей, а была бы отправлена сразу туда… в мир скорби и печали. Мук и сожалений.

– Знаете, что, – склонилась демонесса над столом секретаря, – не соблазнились бы на моего Инчиро те, за кого вы так усердно радеете, если бы не хотели. Если бы верными женами были. Хранили очаг и уважали мужей. И те самые мужья не разорились, если бы не были дураками и не брали в жены гулящих дам. Вот и рыдают они в храмах, потому как сами виноваты. А вам, видимо, просто завидно, потому как лично вас никто никогда страстно не желал и не соблазнял. Вот и сидите и после смерти крысой канцелярской в четырех стенах без права на личную жизнь. И не за них вы мстите, а за себя. А самое страшное сейчас для вас то, что здесь, в высшем мире, на правду не обижаются!

Да! Как бы ни старалась быть хладнокровной, но мадам Джакобо не сдержала эмоций, что было совсем уж на нее непохоже. Но и в подобные ситуации она никогда и не попадала. Так что можно было ей простить эту секундную слабость. В конце-то концов, она в этот момент не грешила. Говорила истину, о которой другие предпочитали молчать.

Секретарь божественной канцелярии вскочила, открыла рот и… не смогла выдавить из себя ни звука. Демонесса приподняла бровь, пытаясь сообразить, что с этой эльфийкой происходит. Та краснела, пыжилась и как рыбка аквариумная хлопала тонкими губами.

– Ага! Врать, видимо, здесь возбраняется! – Наконец, до демонессы что-то начало доходить. – Хотели, наверное, сказать, что все – ложь! Что вы не такая! А выходит, права я. Такая! И за сыном моим следите? Подглядываете за очередными его дамами сердца. И хочется оказаться на их месте, вкусить страсти, а не как… Все отчеты, жалобы да прочие нескончаемые бумаги.

Эльфийка стала совсем багровая. В очередной раз распахнув рот, она как рявкнет:

– Да! Сижу здесь с вашими жалобами! Так жизнь прошла, и смерть пройдет. Да не соблазняли, и что? Ваш сын – зло в чистом виде. Чем занимается его корпорация? Он что-то строит? Создает? Он оказывает некие услуги? Нет, нет и нет! Он покупает и разрушает. Дробит прекрасные фирмы на куски, выжимает из них деньги и выбрасывает высушенными до дна. Он жестокий паразит! И чтит он только деньги!

– Не тебе, милочка ушастая, судить моего мальчика, – возмутилась мадам.

– Да, не мне!.. – Секретарь снова тяжело села на свой стул. – Но его осудили! И приговорен он к нижнему миру. Навечно! Только вот возникла там одна проволочка. И вот из-за нее стоите вы здесь передо мной вся такая важная коза рогатая и права качаете! Нет вам места, мадам Джакобо, ни в нижнем, ни в верхнем мире. Вы вообще свою смерть еще не заслужили! Покой так просто не дается! Не выполнили вы кое-что в мире живых.

– И что же это?

Что-то странное опять кольнуло душу демонессы.

Будто догадывалась она, что именно не завершила, а может, и вовсе не начинала. Что за грех тянется за ней как черный шлейф. Кто повинен в том, что не смотрит ее мальчик ласково на окружающий его мир. Нет в его жизни любви. Мягкости. Но услышать это из чужих уст… Наверное, она до сих пор была не готова. Не то чтобы принять или даже смириться, а хотя бы признать, что виновата перед сыном.

– Вы не воспитали своего отпрыска – Инчиро Джакобо… – Эти слова все же сорвались с губ эльфийки. – Позволили ему вырасти бездушным монстром. И вам теперь это исправлять!

– Но я… – попыталась возразить мадам, да только доводов не было.

– Виновна! – провозгласила секретарь.

Снова удар печатью по бумаге. И в тот же миг мадам Джакобо увлекло вихрем густого белого тумана. Мимо океана с чайками, мимо милых домиков с конюшнями, мимо садов и клумб…

Она пролетала над всем этим как дощечка над… Неважно… Пролетала и все тут!

Вот и показались знакомые кованые золотые врата. В этот момент мадам испугалась не на шутку. Куда ее? За что?

Сердце забилось как бешеное, словно она была еще жива. Ее затрясло от ужаса. Не заслужила! Не виновата! Она дала сыну все что могла! Дорогие игрушки! Вещи! Образование! Она тратилась на него не скупясь. Так за что!

И вылетела бы демонесса за калитку как пробка из ее любимого шампанского, но… огромная когтистая ладонь в последний момент обхватила ее за талию и выдернула из белесого вязкого тумана.

Придя немного в себя, мадам испуганно подняла голову. Перед ней стоял все тот же молодой тролль и улыбался, демонстрируя столь соблазнительные клыки.

Глава 1

Земля. Привычный нам мир

– Уволена? – Я стояла и смотрела на Ксению Николаевну, нашего кадровика, и ничего не могла понять. – Как уволена? Но почему я, а не она?

Да, сегодня был не самый спокойный день в нашей небольшой фирме. Накануне, как говорится, из бухгалтерии в народ просочились совсем нерадостные новости. Убытки и немалые. Что и как – только директор и главбух знали, но тревожило нас не одно это. Сокращение. Оно топором висело над нашими шеями уже несколько месяцев и все-таки жахнуло.

Но почему я?

– Вы ничего не напутали?

Я с надеждой взглянула на полную женщину преклонных лет с седой гулькой на голове.

– Нет. – Она покачала головой и поджала губы. – Я вот тоже с утра думаю, а кто же теперь работать-то будет? Ну, эта его… вторая секретарша, – с нажимом произнесла коллега, – и дальше, конечно, будет выполнять свои обязанности: кофе приносить, диван в кабинете телом согревать. Но работать-то кто будет?

Я моргнула и пожала плечами.

По всей видимости, точно не я. И этот факт никак не укладывался в моей голове.

Да как же так? Пахала за двоих, даже кофе этот черный без сахара делала. Планировала рабочий день начальника, организовывала его многочисленные командировки с этой мымрой, которая только числилась в секретарях для отвода глаз жены. Протоколировала за нее все совещания. Общалась с посетителями, отвечала на все звонки. Меня касалась не только работа фирмы, но и личная жизнь босса. Подарки его супруге и детям на все праздники. Разбор корреспонденции. Письма, жалобы, квитанции… Я уже молчу про делопроизводство, о котором любовница шефа и понятия не имела. Да что там… Она даже слово это выговорить не могла.

И вот теперь я смотрела на то, как покачиваются одиночные вздыбленные седые волоски на голове кадровика и пыталась сообразить, как эта расфуфыренная деваха, которая из-за размера губ, каждое второе слово не выговаривает, работать-то будет. Экстренно решать административные и организационные вопросы. Это тебе не открыть кабинет босса со словами: «Масик, а у меня тут вопросик». А тексты?

– Как она будет составлять тексты для выступлений на переговорах, совещаниях и советах акционеров? – Я вопрошающе взглянула на Ксению Николаевну. – Как она собралась готовить квартальные и годовые отчеты?

– А не все ли равно уже? – как-то невесело отмахнулась женщина. – Знаешь, я много где работала и скажу тебе, когда у директора нужды нижней головы становятся важнее нужд верхней, то пора писать заявление и сбегать. Не ждать, пока крейсер пойдет ко дну. И сегодня же я сяду за резюме. А тебе советую быстренько написать по собственному и за то же резюме браться. Поверь, Арина, это правильно. Лучше сейчас, чем потом, когда начнутся авралы. Мы всей компанией идем ко дну. Не с теми босс связался. Когда голову нужно было включать, он ширинку в кабинете расстегивал. А теперь папочка этой фифочки имеет нас со всех сторон.

Немного ошарашенная происходящим, я закивала и пошла собирать вещи со стола. Действовала на автомате. Разум отдельно, а эмоции отдельно…

– Смотри, ничего лишнего не забери!..

Губастая Леночка кружила около моего стола и зорко следила за тем, что я убираю в простой пластиковый контейнер.

Мельком взглянув на нее, я поморщилась, собрала ежедневники, блокноты, бумагу.

– А это что? – Она проворно выдернула черный кожаный планер. – Небось, хочешь забрать список на день Олежика, чтобы я потом новый расписывала.

– Что? – не поняла я, о чем она.

– Ну, этот, как его… – надув губы, эта особа стала все больше походить на утку. Все же накачать такой свисток на лице – тоже определенный талант иметь надо. – Ну эти… ежедневные приписки…

– Что?

Извилины в моей голове сделали стойку, пытаясь разгадать, что же там за приписки.

– Ну, что масик делать должен.

– Планер Олега Ивановича у него в кабинете у ноутбука, – наконец, сообразила я. – Этот мой.

– А не врешь? – Она открыла тетрадь и принялась листать. – А это что?

Ее заинтересовали обведенные красным маркером цифры в календаре.

– Елена, это мой планер. А то, на что вы указываете, вообще личное.

– Личное? – Ее реснички захлопали, словно веера. – Это когда с мужиками, что ли?

Все. Прикрыв глаза, я мысленно обошла стол, выдернула свой планер, подняла руки и с наслаждением сжала ладони на ее худой шее. Сдавила. И так хорошо на душе стало.

– Ой, Ариночка, какие у тебя мужики могут быть? Ты же эта… мыша серая. У тебя небось… эти дома. Коты. Много котов.

– Почему котов?

Я разжала веки и выдохнула.

– А кто еще бывает у старых дев?

Снова выпустив воздух из носа, я обошла стол, аккуратно вытащила из когтистых лап этой особы свою вещь и опустила ее в контейнер.

– Так, – обернувшись к шкафчику, указала я на дверцу, – здесь квартальные отчеты, рядом годовые. Ниже – для налоговой, там же перечень заказчиков. Договоры. Бланки. Списки контактов в ящике. Примерные тексты для совещаний в столе. Все есть в файлах на ноутбуке. Отчетность кое-какая по переговорам – сбоку… – С каждым моим словом глаза Леночки увеличивались, и в какой-то момент мне стало ее совсем жалко. – В общем, делай все, как и всегда. И нормально все будет. А с этим с божьей помощью кто-нибудь да разберется.

Развернувшись, я взяла обеими руками контейнер и двинулась на выход.

В отделе бухгалтерии, мимо которого я прошла, плакали две женщины, видимо, тоже попавшие под сокращение.

* * *

Пройдя через стеклянные двери бизнес-центра, в котором располагалась наша фирма, я поспешила на стоянку, крепко сжимая свое нехитрое имущество. Нет, я не стала оспаривать тот факт, что именно меня отправили под сокращение. О чем-то просить босса… Плакать или сокрушаться… Это не про меня. Я просто гордо забрала свое, и все. Многие бы сказали, что дурочка. Что нужно было стребовать с них по полной.

Но! Это была бы уже не я. Лучше смотреть вперед и не тратить свои нервы на тех, кто того не стоит. Нет, я не была оптимисткой. Скорее бедовой реалисткой. С моим везением я бы по итогу еще и фирме осталась должна.

А оно надо? А оно не надо!

Так что пластиковый контейнер, крыльцо, машина. У меня всегда все было так. Как говорила бабушка – через одно место. Отличница с прекрасным аттестатом, а на специальность, о которой я мечтала, бюджетных мест не оказалось.

Ну, хорошо, я не гордая! Устроилась на подработку, потянула стоимость обучения. Окончила вуз с красным дипломом. Но вот те раз: выяснилось, чтобы устроиться на хорошую работу в крупную фирму, нужен блат. Или, опять-таки бабушкиными словами, – мохнатая лапа. А у меня ни голых, ни мохнатых, вообще никаких лап нет.

Ну, хорошо, повторюсь – я не гордая! Помыкалась, побегала по собеседованиям, много о себе узнала. Например, что для секретаря второй размер груди равно несоответствию занимаемой должности.

Но я же упертая! И мне повезло. В тот момент, когда я пыталась пролезть в личные секретари в нашу фирму, открылась дверь и вошла Фаина Игнатовна – супруга директора. Женщина солидная. Мощная. Росточка богатырского. Она взглянула оценивающе на плоскую меня без выдающегося декольте, покрутила в руках резюме и громогласно объявила:

– Берем!..

И хотя наша первая встреча с боссом не задалась. Он ждал прихода по меньшей мере кого-то модельной внешности, а в кабинет забежала я – мокрая, прилизанная, так как попала под дождь. В закрытой белой кофточке и в черных широких брюках. Да-да со своим вторым размером. Но мы как-то сработались.

И вроде бы наступила в моей жизни светлая полоса спокойствия.

Зарплата хорошая, работа в двух кварталах от дома. Квартиру сняла, съехав от родителей. Машину купила. Не ахти, но все-таки свои колеса. Правда, и здесь появились минусы – мама и бабушка с чего-то решили, что она идеально подходит для того, чтобы возить на дачу рассаду, ведра, тяпки, а с дачи – сумки с огурцами, помидорами, мешки с картошкой.

И стоило только заикнуться, что мне некогда и не до их агрономии, как начинались смертельные обиды. Ну, а если укажешь, что и у младшей неработающей сестры имелось вполне себе хорошее авто с багажником вдвое больше моего, так все – враг семьи.

Как можно брать машину Ульяночки? Она же испачкается. А девочка еще кредит за нее не выплатила. В фитнес-центр на ней катается. Нельзя! Перехватив удобнее коробку, я отчего-то разозлилась. Знала, что как только мать узнает об увольнении, начнутся стенания. Нет, не обо мне переживать родня будет, а о том, кто же теперь кредиты выплатит за Ульяночку.

А то брать она их научилась, подписи на бланках, не читая, почерком своим корявеньким ставить тоже. А отдавать… А вот тут, увы, не далась ей непростая наука.

Наконец, добравшись до своей машины, я с ужасом уставилась на точечную вмятину на водительской двери. Кто-то, открывая свою дверь, впечатал ее углом в мою! И как назло, именно это место не захватывала камера наблюдения.

– Да как же так! – поставила я пластиковый контейнер на капот. – Какого черта!

Слов больше не было. Эмоций тоже…

Оказавшись за рулем, выдохнула. Вряд ли еще что-то страшное может произойти. Наверное, впервые я была рада, что серая офисная мышь. И живу одна, и парня у меня нет. И кота. Во всяком случае, я точно знала, что дома меня не ждет сюрприз. Там только тишина и покой…

Никогда! Никогда не думайте, что хуже быть не может. Поверьте, у высших сил очень большое чувство юмора. Потому как если вы полагаете, что на вашей постели вам не изменят, то это не означает, что рога не наставят кому-то другому, пока вас нет.

Провернув в двери ключ, я с облегчением завалилась домой. Скинула эту уже ненавистную коробку с канцелярией на комод и разулась. На пол упал сначала один ботинок, затем другой.

Но стоило сделать несколько шагов по коридору, как меня напрягли странные звуки из спальни. Это заинтриговало. Нет, в монстров я не верила. Потому как в силу своей жизненной усталости, не завидовала бы тому, кто поселится под моей кроватью и вздумает пугать меня ночью. Приляжет рядом расслабиться и не мешать работающим людям отдыхать.

Но там в моей спальне явно кого-то пытали или…

Прокравшись вперед, я замерла на пороге.

– Ульяна! – У меня глаза увеличились вдвое при виде сестры с каким-то незнакомым мужиком. – Это как понимать?

На моих простынях! На моих подушках какой-то потный волосатый мужик с грязными ногами трется своими муденями о мой любимый плед.

– Эй, – взревела эта накачанная детина, сползшая с моей сестры. – Это ты кто? Что ты делаешь в квартире моей Уляшечки. Пошла отсюда, пока мы заняты, вобла плоская…

И вот на этом месте запас моей стойкости дал течь.

Во-первых, я не плоская – у меня второй!

Во-вторых, я себе не позволяю с грязными ногами лезть на расправленную постель.

А в-третьих, не нужно бесить расстроенную увольнением женщину.

И абсолютно все равно, что в доме благодаря мне у местных кумушек родилось новое сказание о том, как из окна квартиры номер шестьдесят шесть при свете дня вылетели сначала мужские вещи, затем женские. После по лестничным пролетам, тряся бубенцами, летел мужик с воплем: «Там мой телефон, коза бешеная». В следующем акте представления во дворе появилась и вторая участница скандала, стыдливо прикрываясь простыней. Петляя, она босиком неслась к ближайшим девятиэтажкам. Ну, я же не зверь сестру гнать, в чем мать родила. Уж не стала отбирать тряпицу-то. Тем более что жила она с маман рядом.

Добежит, поганка!

И пусть спасибо скажет, что я ее жениху Артурчику ничего не скажу.

* * *

Вечерело… Или более поэтично… Смеркалось.

Немного остыв, я собрала постельное белье с кровати и закинула его в мусорное ведро. Меня буквально мелкой дрожью било от брезгливости. Нет, ну хватило же ума притащить мужика, пока я на работе! Ключи раздобыла где-то. Поганка избалованная!

Пройдя на кухню, я открыла шкаф и достала оттуда заначку красного и бокал. Мне нужно было исключительно в лечебных целях, чтобы восстановить покосившееся душевное равновесие.

Скорее бы закончился этот день.

В животе заурчало. Распахнув холодильник, я тяжело вздохнула и пальцами щелкнула повесившуюся на собственном хвосте серую мышь. Она раскачалась, как маячок, но удержалась на полочке. Хороший все-таки сувенир. Отлично отражает все внутреннее содержание моего холодильника. Хотя наверху сиротливо стояли рыбные консервы, а в специальном отделе покоились завернутые в пакет два ломтика хлеба.

– Ладно, – обреченно пожала я плечами, – с голода на хвосте не повисну. Уже неплохо.

По-хорошему, я должна была закупиться еще на выходных, но не успела, потому что позвонила мама и, не слушая меня, скомандовала явиться с личным автомобилем к подъезду. Им срочно приспичило перевести старые вещи с балкона на дачу.

А то, что у меня пустой холодильник, никого не волновало. Явись, все вытащи на улицу, загрузи и вперед. Ульяна решила установить на балконе велотренажер, так что дело срочное.

Вернулась я с дачи затемно. Пока машину загнала на мойку… В общем, какие продукты? Себя бы до постели донести.

А с утра новая рабочая неделя. И не до магазинов. В итоге передо мной на столе стояла открытая баночка с сардинеллой и два ломаных кусочка черного хлеба. Самое то к бокалу красненького…

Прицеливаясь вилкой в кусочек рыбки, я вздрогнула. В коридоре ожил мой телефон, огласив пространство стандартной мелодией. Первое желание – оглохнуть, пока он не умолкнет – подавила. Вдруг что-то важное. Убрав вилку в сторону, поднялась и поплелась выяснять, кому и что опять от меня нужно.

– Арина, как ты посмела так поступить с Ульяночкой! Девочка час рыдала, рассказывая, как ты ее гнала в одной простыне на улицу, – вырвался из моего телефона громогласный ор.

– Мама, а ничего, что она с мужиком кувыркалась на моей кровати? – попыталась я вставить несколько слов в поток брани.

– А тебе какое дело? Арина, если завидно, что младшая сестра у мужчин популярна, так держи это в себе. Как у тебя духу хватило так ее опозорить?! Пришла домой, услышала сестру, так и выйди погулять. Что ты полезла в комнату? Как ты посмела вмешаться?!

– Мам… – Я была в шоке. – Это моя квартира! Моя постель! Откуда у нее вообще ключи?

– Как откуда? – голос мамы превратился в визг. – Я, конечно, дала. А что, простаивает квартира, пока ты в своем офисе юбки протираешь. А Рустам Сулейманович – владелец фитнес-центра, куда ходит Ульяночка. И он давно в ней заинтересован. А ты! Слов у меня на тебя нет. Жизнь сестре травишь своей завистью к ее успехам. Я еле ее успокоила. Такой позор!..

У меня странно забарабанило сердце, сильно, отдаваясь в ушах. Как-то все, что я услышала сейчас, никак не могло улечься в голове.

– То есть ты дала ключи от моей квартиры, чтобы Уля там с каким-то мужиком изменяла жениху? Мам, ты в своем уме?

– Ой, что тот жених, ни кола ни двора! – фыркнула она. – А здесь – уважаемый человек…

– Которому больше завалить доступную девку негде, кроме как в квартире ее сестры. И часто ты вот так ключи давала?

– Не ори на меня, Арина. Тебе что жалко для счастья сестры хоть немного напрячься? Она из кожи вон лезет, чтобы пробиться наверх. Выйти удачно замуж. Стать кем-то, а не…

– А не секретаршей, да? – договорила я за нее.

– Да хоть бы и так! Тоже мне специальность! И ключи верни, Ульяночка их забыла там у тебя. И еще тут коллекторы письмо прислали… Не пойму, откуда просрочка. Мы все вовремя платили за машину…

У меня резко потемнело перед глазами. Нет, и раньше я выслушивала нечто подобное, но не в таком тоне. Надо же покувыркаться с мужиком помешали деточке. Наверх она лезет… На моем горбу и в сладкую, безбедную жизнь.

– Значит так, мама… – Мой голос стал ледяным, хотя в душе все горело от такой несправедливости. – С этого дня моя квартира – не ваша забота. Это не бордель для одной шалавы. Ключи останутся на моей тумбочке. В гости не зову и не жду. Кредиты платите сами! Пусть Ульяна поработает немного, может, поймет, как оно дается. Хочет и дальше под мужиков заползать – пусть снимает себе квартиру. Со своими дачами и прочим ко мне не лезть. Я вам не частный извоз и не бесплатная рабочая сила. Фразу «Ты есть это будешь зимой» – оставьте при себе, потому что все это уходит на местный рынок, где бабушкой и продается. Все! Лавочка закрыта! Крутитесь, как хотите.

Наверное, остынь сейчас мама и попроси прощения, признай она, что перегнула палку, может, я бы и смягчилась. Но вместо этого из телефона на меня снова закричали:

– Арина, да как ты смеешь так с матерью разговаривать! Чтобы извинилась перед сестрой! И по поводу коллекторов…

– Мам, скажи спасибо, что после сегодняшней выходки я тебя матом не послала, – резко оборвала ее я. – Хотя давно нужно было это сделать.

– Вся в отца! Такая же неблагодарная пиявка…

– Да-да, – снова перебила я ее. – С пеленок только и слышу это. Мой отец был худшим событием в твоей жизни. Изменил, бросил с дочерью на руках, ни копейкой не помог. И ты вынуждена была на работу пойти, чтобы меня прокормить. А вот папа Ульяночки такой хороший был, жаль пропал невесть куда.

– Да, как ты…

– Я все сказала, мама! Вы меня достали! Сами разбирайтесь с коллекторами. Может, Ульяночка и с ними всеми покувыркается, и уважаемые люди ей долги простят.

С этими словами я сбросила звонок и отключила телефон. От эмоций дышать было трудно, грудь сжимало до боли. До колик. В уголках глаз собрались слезинки. Обида душила. Пока я на работе ноги сбиваю, чтобы они кредиты оплачивали, эта маленькая поганка в моей квартире с мужиками зажигает. И даже после такого: она молодец, а я тварь неблагодарная.

Нет, я, еще будучи школьницей, поняла, что мама проецирует на меня всю ненависть к отцу, скопившуюся в ее душе. Я старалась учиться лучше, побеждать на олимпиадах, но, казалось, она от этого презирает меня больше. А младшую дочь, родившуюся во втором браке от мужчины моложе ее, слепо любит. И даже тот факт, что муж исчез, не вернувшись из командировки, ничего не изменил. Потому как мама быстро решила, что с ним случилась беда. Что он непременно вернется когда-нибудь…

Выдохнув, я попыталась успокоиться. В кухне заработал холодильник. В тишине пустой квартиры этот звук казался оглушающим.

На мгновение так захотелось замуж, чтобы прижаться к кому-то большому и сильному и сказать: «Масик, у меня там проблемки. Разберись…»

* * *

Молодой тролль легко смахнул со своего стола сизую дымку и довольно улыбнулся.

– Ну, что? Ты ее нашел? – стоящая рядом с ним демонесса пританцовывала от нетерпения.

– Нашел, красивая, дальше дело за тобой. И помни, у нас всего месяц.

– Справлюсь. – Женщина вздохнула, ощутив дикое облегчение. – Куда же мне деваться. Женится Инчиро… Мамочка все уладит.

Глава 2

Удалив очередную напечатанную строку, я зевнула и покосилась на часы. Шесть вечера. Пережив непонятно как вчерашний день, я решила срочно взяться и за резюме, и за свою жизнь. И если с первым все было более или менее понятно, к счастью, шаблонов в сети хватало, то со вторым пунктом – сплошные вопросы.

Вообще-то, желание изменить все было, а вот конкретики никакой. Сесть на диету? Да и как говорила моя подруга – я из породы гончих. Заняться спортом? Вроде незачем. Погрузиться в творчество и начать рисовать? Так мне в школе пять учительница ИЗО, рыдая, ставила, потому как отличница. А на деле домик, солнышко и травка – это наш уровень. Таланту ноль.

Ну, и как же ее менять, жизнь эту?

Все сводилось к новой работе. Но то ли я морально устала, то ли поменялось во мне что-то, а хотелось неизведанного. Авантюризма. Но какие у секретаря могут быть приключения? Отчет вовремя не сдать и получить выговор. Чтобы напихали словесно и под хвост, и в гриву. Так плавали, знаем, как оно. Ничего нового.

Так я и просидела весь день, решая, то ли с парашютом спрыгнуть, то ли в салон красоты сходить?

И вот теперь вечерком, дописав в резюме, что я активная, коммуникативная и обязательная, сохранила файл и приуныла. По всему выходило, что не зря мне старость с кошками пророчили. Как есть натуральный синий чулок. Какая-то старушка в душе. А так хотелось развернуться…

«Может, и правда с парашютом?» – шепнула душа.

«И в морг с разрывом сердца…» – договорил здравый смысл.

Снова зазвонил телефон. Взглянув на экран, я поморщилась. Мама не прекращала попыток сцедить с меня денег на кредит за машину Улички. А заодно вынудить покаянно упасть перед сестрой на колени и, вручив ключи, пригласить кувыркаться в моей постели с мужиками и дальше. Только вот ничего у нее не выходило.

Я просто перестала отвечать на звонки.

Ну, во-первых, терпение лопнуло, а, во-вторых, мне эту квартиру сдала весьма солидная дама, бывшая коллега. И очень не хотелось, чтобы ей донесли, что здесь притон развели. Исходя из этого, вся родня была окончательно и бесповоротно послана погулять на известную китайскую гору, название которой приличные женщины не произносят….

В общем, дело было вечером, кушать было нечего…

Ну, не кушать, а есть, но все равно нечего. Поэтому посовещавшись со своим кошельком, я все-таки решила начать менять жизнь, но вот только не худеть, а отъесться немного. А чтобы закрепить начинания, была заказана пицца с колбасками.

Спустя полчаса мне на телефон пришло смс, что некий курьер Кирилл спешит ко мне со всех ног с той самой пиццей. Воодушевившись такими новостями, решила привести волосы в порядок и сменить старую футболку на красивый летний топик. Ну, и вместо трико с вытянутыми коленями нацепить шортики… Очнулась уже у зеркала с тушью в руках и открытым ртом. И тут же пришел в голову вопрос, на который я так и не находила ответа. Почему, когда красишь реснички, рот всегда приоткрывается?

Пока размышляла, раздался звонок. Предвкушая встречу с таинственным Кириллом, я поплыла вся такая красивая к двери, распахнула ее и приподняла бровь. Женским оценивающим взглядом скользнула по седовласому дедуле лет шестидесяти с двумя железными передними зубами. Он таращился на меня, не мигая, и тоже слишком радостно улыбался.

Наверное, в этот момент я должна была испытать жуткое разочарование. Укорить себя в невезучести? Но мне стало отчего-то страшно. Буквально мороз по коже прошелся. В улыбке мужика мне чудился звериный оскал, а в глазах – плохо скрываемый голод.

– Вы кто? – выдохнула я дурацкий вопрос.

– Серый волк, – пошутил он, протягивая мне коробку в пакете.

Взяв ее, я сглотнула вязкий ком в горле.

– Ну, чего встала? – усмехнулся он. – Волков не видала?

Я покачала головой.

– А привыкай, молодка. Мы оборотни все такие страшные снаружи, но добрые внутри.

Засмеявшись, он снова продемонстрировал мне железные зубы. А после развернулся и спустился по лестнице на этаж ниже. Так… Вот и сумасшедшие подвалили. Ну, чтобы скучать не вздумала.

Не жизнь, а сюр какой-то.

Захлопнув дверь, я пошла на кухню ставить чайник…

Умяв пиццу в одно лицо, я довольно откинулась на стуле и зевнула. Вкусно, сытно. Сразу и глаза слипаться начинают.

Немного посидев, решила, что я заслужила право полежать несколько часиков на диване перед телевизором. Наверняка найдется с десяток сериалов за последние несколько лет, которые я пропустила. Смяв коробку, впихнула ее в пакет и понесла в ведро. Открыла крышку и скинула в мусор. Что-то цветное привлекло мое внимание. Приклеенное на дно той самой упаковки от пиццы.

Немного подумав, я махнула рукой и отошла. Очередная открытка с пожеланием приятного аппетита.

Добравшись до дивана в комнате, я уселась на него и взяла пульт. Взгляд упал на журнальный столик. Там лежала стопка исписанной бумаги – готовила речь для босса к очередному совещанию.

Это странно разозлило. Все, теперь это не моя забота! Пусть эта со свистком на лице теперь старается и алфавит вспоминает. Буковки своими корявыми ручками выводит. Потом по клавиатуре щелкает, поганя маникюр. Не поленившись, я вскочила на ноги, собрала бумагу и потащила на кухню в ведро…

И снова эта яркая открыточка в пакете из-под пиццы. А вдруг там промокод на скидку? Достав все же картонный квадрат, я с интересом вчиталась.

«Корпорации «ДемонсДипс» срочно требуются работники (личный ассистент, секретарь-референт). Резюме отсылать по электронному адресу… Гарантируем полный соцпакет и высокую заработную плату…»

Более нелепого объявления о найме я еще не видела. Но чем черт не шутит? Может, это происки судьбы. Закрыв крышку мусорного ведра, я вернулась к компьютеру и быстренько скинула свое резюме на тот самый адрес. Ну нет, так нет… Хотя стоило все же пробить, что за корпорация такая странная.

* * *

– Что там? – Демонесса, приподнимаясь на цыпочки, пыталась заглянуть в странный туман на столе у ее ненаглядного зелененького привратника. – Она увидела? Купилась?

– Выбросила, – недовольно пробормотал тролль.

Мадам Джакобо печально вздохнула.

– Хотя… подожди, – привратник склонился ниже. – Нет, все же взяла! Читает! Давай же, человечка, не будь такой въедливой… – шептал он темноволосой девушке, чей образ четко вырисовывался в дымке.

Он ждал. Сработает или нет? Уже много лет со дня смерти тролль так не веселился. Эту красивую даму с забавными темными рожками ему не иначе как сами боги подослали. В награду за службу.

Мужчина покосился с высоты своего роста на темноволосую красотку и усмехнулся сам себе. При жизни жениться не успел. Ему всегда нравились эльфийки, феи… но те от него нос воротили. Тролль же! А тут целая демонесса… Как возможность упустить, коль сама глазки строить начала, а он поначалу аж испугался такому счастью и чуть из рук его не выпустил.

– А там в объявлении все правильно написано? – Демонесса, даже не догадываясь о мыслях тролля, скользнула под его руку и все же изловчилась встать впереди него. – Кто же так пишет? Как топором по бревну!

Вчитавшись в текст объявления, она разве что за сердце не схватилась.

– Женщина, я что мог, то и написал, – рыкнул тролль. – Все по делу. Соцпакет и хорошая заработная плата, что еще о вакансии знать нужно?

– Без понятия? – призналась мадам и передернула плечиками. – Не имела чести работать.

«И слава богам!..» – добавила она про себя.

– Ну, оно и понятно, – хмыкнул тролль, но демонессе отчего-то этот тон не понравился.

– Что понятно? – обернулась она к молодому мужчине.

– Да кто такой красивой работать позволит?

Привратник улыбнулся, продемонстрировав ей свои огромные нижние клыки.

Мадам Джакобо поплыла. Ну, почему она встретила того самого, и вот те на… глубоко мертвой. Это какая-то вселенская несправедливость!

– Все! Отправляет резюме, – возликовал тролль. – Теперь дело за малым – чтобы сынишка твой купился на него.

– Да что я Инчиро не знаю?..

В это время в параллельном мире, восседая на высоком черном кресле босса, высокий темноволосый демон с короткими витыми рогами пересматривал почту. Ему нравились эти технологии, взятые из мира людей. Кроме того, он желал монополизировать их и неплохо навариться на этом. Но пока все его время убивала рабочая рутина.

И свалить ее было не на кого. В темно-карих глазах демона на мгновение вспыхнул и погас красный огонек. Он был зол. От тяжелых мыслей его отвлек звук сообщения. На экране всплыла надпись: «Новое письмо». Развернув его, демон уставился на чье-то резюме. С момента побега его последнего секретаря прошло не больше нескольких часов. Дева была уверена, что нужно будет только ноги раздвигать, а ей вручили еще и папки с отчетами за год для сверки. А на это она была не готова.

– Да бесит! – тихо зарычал Инчиро Джакобо, поглядывая на ту самую папку. – Теперь придется делать самому.

Хотя… Он прошелся взглядом по тому самому резюме. Человечка. Хорошее образование, неплохой стаж работы. Хм… Взгляд демона прошелся по фотографии девушки.

«Мышь серая…» – мелькнуло в его голове.

Зеленоглазая шатенка со вздернутым носиком. Четкие скулы. Волосы собраны в высокий хвост. Застегнутая на все пуговицы блузка. Есть намек на грудь, но какой-то слабый. В общем, и не красавица, и не уродина. Что-то среднестатистическое. Господин Джакобо усмехнулся, заметив тонкую полоску на переносице – она носила очки, возможно только для работы, но все же.

Такой у него еще не было. Интересно будет и на стол уложить, и за отчет усадить.

– Многофункциональная малышка, – хмыкнул он. – Беру, пока не надоешь.

Быстро постучав когтистыми пальцами по клавиатуре, он послал ответ. Приглашение явиться в офис завтра к трем часам. Заодно и выбил пропуск этой особе в его мир.

Пропуск на одно лицо и в один конец.

* * *

Просмотрев первую серию одного из, судя по отзывам, нашумевших корейских сериалов, я приподняла бровь, глядя на титры. И сюжет вроде есть, и эмоции, но только вот я все никак не могла разобраться в героях. Кто Сен? Кто Мин? Кто Кен? И почему До так похож на Тэ? И самое страшное, как я смогла запомнить эти имена?

Зевнув, я решила, что пора все же идти спать.

Нехотя поднявшись с дивана, я отправилась в спальню. Но прежде нужно было выключить ноутбук. Взглянув на экран, я обнаружила одно новое письмо во входящих, развернула и от удивления присела на стул. На мое резюме не просто ответили, а еще и пригласили на собеседование. Но поразило даже не это. А адрес! Центр города, крупное бизнес-здание с закрытыми многоуровневыми парковками.

– Кажется, это действительно шанс изменить жизнь, – пробормотала я, мысленно представляя, какой там будет зарплата.

Но тут же возник вопрос, чего это они персонал не через специальные фирмы ищут, а наклеивая визитки на пиццу. Ради интереса я ввела в поисковик название фирмы, но он не выдал мне ровным счетом ничего. И как это понимать? Фирма-однодневка? Могло быть и так, но тогда бы нанимались мертвые души, а не живые люди.

Немного еще поразмышляв, я решила все же попытать счастье. Никто в таком солидном здании, куда вход строго по пропускам, дешевые розыгрыши устраивать не станет. А метод поиска персонала… Да может, они там все творческие на всю голову! В конце-то концов, метод сработал, и я нашлась.

Кстати о пропуске… Прочитав еще раз письмо, я нашла ссылку и на нужный бланк с кодом. Его необходимо было просто предъявить на экране телефона охраннику при въезде на парковку.

Улыбнувшись, я решила отложить сон и приготовить вещи к собеседованию. Встречают ведь по одежке.

Глава 3

Вырулив на центральную улицу, я вклинилась в правый ряд и прикрутила звук магнитолы. Сбоку сигналил нервный мужик на джипе, впереди дымил мусоровоз. С моим фатальным невезением я ожидаемо не просто угодила в пробку, а еще и заняла лучшее место в ней. Обреченно взглянув на экран телефона, я только вздохнула. Время поджимало. Опоздаю, и сразу же произведу плохое впечатление. Непунктуальная.

Все шло наперекосяк. Все словно играло против меня.

Как будто небеса ополчились.

С утра разбила любимую кружку с рыжим котиком. Потом спалила яичницу. Как назло, это были последние два яйца в доме. Пришлось завтракать просто хлебом. Затем ударила большой палец о двери ванной. Облила кофе блузку с красивым вырезом, которую приготовила с вечера. Именно она выгодно подчеркивала наличие у меня груди. Но, увы. Переодеваясь в более скромную одежду, я порвала колготки, и пришлось натягивать чулки с неудобной резинкой.

Все буквально кричало: опомнись, дурная голова! Какой тебе престижный бизнес-центр? Сиди дома и суши носки.

Но я же упертая. Я же знаки судьбы читать не умею. Поехала. Куда? Сама не знала…

Но даже самые большие пробки не вечны…

Нужное здание и въезд на парковку нашла без труда. Вырулила на бетонную дорожку и остановилась у автомата. Впереди красовался шлагбаум. Зависла. И что делать? Платить? А как и куда? Ничего похожего на окно терминала для оплаты я не заметила. Наконец, мой взгляд зацепился за кнопку вызова охраны. Цокнув, сообразила, что это единственный способ хоть как-то разобраться с проблемой. Открыв окно шире, нажала на красную клавишу и замерла.

– Что у вас? – раздалось грубое из динамика.

– А как проехать? – промямлила я, отчего-то оробев.

Уж больно суровым представился говорящий дядечка.

– Вам куда?

– Корпорация «ДемонсДипс», – ответила я уже бодрее. – Назначено собеседование.

– Секретарша очередная, что ли? – послышалось тихое где-то на заднем плане.

Видимо, охранник в своем помещении был не один. Далее я уловила шуршание бумаги, что удивило. Как бы век технологий, вся информация в системе, а эти все по старинке в журнальчиках оформляют.

– Есть запись, – отчеканил охранник. – Проезжайте.

Что-то подозрительно запиликало, и желто-черный шлагбаум передо мной медленно пополз вверх…

Внутри парковки оказалось необычно темно. Настолько, что мне пришлось включить фары. Я ехала вперед, слегка недоумевая, свет выхватывал лишь серые стены. Проходили минуты, и я медленно начинала паниковать. Это сколько же там этажей вниз, если я все качусь по этим проходам и пока ни одного машиноместа не видать?

За душу куснуло плохое предчувствие.

Не бывает так. Что я парковок не видела? Внутренний голос вопил: «Поворачивай и тикаем!» Только вот места для маневра не было… Меня буквально колотило от страха, когда надо мной внезапно вспыхнула красным арка и я вползла на черепашьих скоростях в чудной зал.

Почему чудной? Да потому что в полумраке по обе стороны красовались самые настоящие кареты. Черные, белые, коричневые. Лакированные, с вензелями. Остановив машину, я открыла рот от удивления. Это что корпорация по проведению праздников? Свадеб? Ну, просто иного применения в наше время каретам я не могла придумать.

Немного отойдя от первого шока, я нашла свободное место и припарковалась. Вышла из машины и хмыкнула. Как же нелепо все это выглядело. Я словно на бал прикатила к графьям. И главное, ни одной машины, кроме моей. Дико как-то. Или это я просто свернула не туда? Пожав плечами, я сделала несколько шагов вперед и снова встала как вкопанная. Приподняв бровь, уставилась на кучу конского… В общем, здесь не только кареты стояли, но и лошадок водили явно без мешка под хвостом.

Покрутившись на месте, я сообразила, что нужно искать выход наверх. Или лифт. Мой взгляд скользил вдоль стен из деревянных панелей и не натыкался ни на что похожее. А время поджимало.

В тишине парковки слышен был только стук каблучков моих черных туфелек. Вся такая красивая, в белой блузке с высоким воротом и жабо, в узкой юбке-карандаш чуть выше колена, я металась по помещению, огибая конские кучи. Вот уж действительно разнообразила жизнь…

– Эй, человечка, – наконец, услышала я голос из мрака. – Тебе сюда.

Мне навстречу вышел тип, при виде которого хотелось идти не сюда, а отсюда. И максимально быстро. Метра два роста в холке, лысый кабан с оттопыренными ушами.

Ну, орк не иначе.

– На собеседование уже ждут. Опоздаешь, дамочка, – горланил он.

Спохватившись, я обежала его бочком и увидела лифт за неприметным поворотом. Спасена!

– Тебе на пятый ярус, – прилетело мне в спину.

Кивнув, я мысленно простила этому орку его чудную внешность и заскочила в обычную на первый взгляд металлическую кабину. Нажала на цифру пять и выдохнула, как только двери сомкнулись.

Хоть и странно, но… чего в жизни не бывает. Тревожило меня сейчас одно – я же в праздниках ничего не смыслю. Если они специализируются на них, то сколько всего изучать придется. Но… Эта мысль быстро оставила меня. Потому как тревожить начало нечто иное. Как только над дверями высветилась цифра «один», дверь распахнулась и в лифт вошло нечто совсем уж не вмещающееся в рамки моего бытия.

Высокий зеленокожий, опять-таки лысый, мужик с внушительными нижними клыками, заходящими на верхнюю губу. Я бы решила, что это аниматор, только вот одет он был в черный костюм, а на пиджаке был бейджик. На нем вычурное имя, о которое язык сломать можно, и должность: «Начальник охраны».

Я моргнула. Мужик мазнул по мне скучающим взглядом и нажал цифру «два».

Лифт тронулся. Я, кажется, тоже. Но только умом.

* * *

– Прибыла? – Демонесса, ухватив молодого тролля за руку, всматривалась в легкую дымку. – Мне уже пора? Все? Мне туда?

– Женщина, не мельтеши, – осадил ее привратник. Его когтистая грубая ладонь легла на талию мадам. – В любви главное – не спешить. Обождем. Пусть поймет, где она. Свыкнется. Примет как данность, что попала в другой мир. Эмоции слягут, вот тогда и появишься ты, красивая, и возьмешь ее в оборот тепленькой. Подготовишь, где нужно подтолкнешь в правильном направлении…

– Боги! – воскликнула мадам Джакобо и прижала ладони к груди. – Как же мы не подумали о ее личном гардеробе? Такой просчет!

– Женщина!.. – Тролль закатил глаза и, улыбнувшись, медленно притянул демонессу к себе. Ему неожиданно понравилось прикасаться к ней. Такая красивая, лощеная. Ну, и пусть, что немного старше. Это даже придавало пикантности. – Не паникуй. Все поправим. Никто не отменял курьерскую службу доставки. Хотя… Было бы лучше, выпиши мы ей некий чек. Пусть побегает по местным магазинам, быстрее освоится.

– Это опасно!.. – Мадам нахмурилась, глядя в затуманенное окно в мир живых. – Вдруг ее какой-нибудь хмырь уведет из-под носа Инчиро до моего прибытия. Лучше доставка из ее мира.

– Послушай мужчину, красивая. Тот гардероб, что у нее остался дома, не годится даже для совращения каторжника после тридцати лет отсидки. Отсыплем ей золота.

– И она купит все то же убожество, – фыркнула демонесса. – Нет! Срочно отпускай меня к ней, иначе ничего не выйдет. Ты даже не представляешь, какие женщины крутились возле моего мальчика. Какие прожженные львицы. А эта…

– А эта именно то, чего твой демон никогда и не видал.

– И что же в ней особенного?

Мадам и не заметила, как в ее голосе появились нотки ревности.

– Эта, несравненная моя, может сказать «нет» и в очень грубой форме.

– Хм… – Мадам Джакобо взглянула вниз. – Пока я вижу лишь перепуганного мышонка. Хотя… Держится она молодцом.

* * *

Вжимаясь в стену лифта, я пыталась убедить себя, что большой зеленый дядя с клыками – это нормально. Он просто переел горошка или облился зеленкой. А клыки… Боги, прибавьте мне фантазии! Какое же счастье я испытала, когда загорелась вожделенная цифра «два» и дверь лифта открылась.

Зеленый вышел…

Но лучше бы вернулся.

Потому как в кабину вошел другой индивидуум. Высокий, даже длинный, синюшный, с чернотой под глазами.

Взглянув на меня, он облизнулся, продемонстрировав клыки, только теперь верхние.

Впервые я поняла, что значит фраза: «Прошел мороз по заду».

– Вам на какой этаж? – как-то сладенько пропел вампирюга.

– Пятый, – с трудом сглотнув вязкий ком, выдавила я из себя.

– Да не потей, человечка, я на диете. Прописали кроличью кровь. Издевательство, но раз надо, так держусь. А ты у нас из какого отдела? Что-то не припомню новых людей в корпорации. Последнюю месяц назад увели.

– Куда? – пропищала я не своим голосом.

– В загс. Куда же еще вас увести можно? – Он снова облизнулся. – За кентавра вроде вышла. Начальник второго транспортного отдела. А так за ней и оборотень бегал, и ведун. Вы же на редкость милые малышки. А я на диете…

Печально вздохнув, он нажал на цифру «три».

И мы тронулись. Лифт вверх, а я окончательно и бесповоротно.

Пока ехали, я внимательно разглядывала вампира. Зад вспотел. По шее и вовсе стекали струйки холодного пота. В животе все подозрительно скрутило. Видимо, от страха. Но дверцы снова открылись и клыкастый, улыбнувшись во весь рот, вышел.

Через секунду я уже скучала не только по тому зеленому, но и по вампиренышу.

На голове зашевелились волосы, приподнимаясь от корней.

Вошли… Вползли две особы. Белая и черная гадюки. Блондинка и брюнетка. С папками в руках. У обеих на бейджиках четко и ясно было выведено известными мне буквами – «бухгалтерия». Немного поразмыслив, я забилась в уголок, чтобы их змеиные хвосты меня не доставали. Вот что передо мной наги – не верила. А что они из бухгалтерии – очень даже. Девушки, не сговариваясь, обернулись на меня и приветливо улыбнулись. Зря. Колени затряслись и перед глазами потемнело. Вампир с его клыками был посрамлен.

– Новенькая? – неожиданно приятным голосом спросила брюнетка.

– Наверное, из пришлых. Я пропуск вчера видела. Новый секретарь, – пробормотала блондинка, видимо, сообразив, что у меня слова в горле застряли.

Я попыталась кивнуть, но куда там.

– Ничего, – прошипела первая. – Привыкнешь. Собеседование уже было?

Я покачала головой.

– Господин Джакобо сегодня не в особом расположении духа. Так что, возможно, сразу в отдел кадров пошлет. Но раз пропуск выписали в один конец, значит, точно принята.

Абзац…

Лифт снова поехал. Я молилась. Сначала думала, что про себя, потом поняла, что вслух. Змеюки странно таращились на меня, подозревая, что я совсем не в себе.

– Может, фельдшера вызовем? – наконец, спросила блондинка у подруги.

– Нет, у него вчера линька началась. Еще и полнолуние. А это все же человечка. Учует ее, как женщину, потом проходу не даст. Да и… линька у него. Кругом шерсть с хвоста сыплется.

Облизнув пересохшие губы, я сообразила, что в обморок лучше не падать. Себе дороже будет. Не знаю, кто там линял, но мне вмиг стало лучше. Лифт замер, и на табло показалась цифра «четыре». Двери медленно разъехались, выпуская из кабинки змеюк.

Я напряглась.

Лифт стоял.

Мне потребовалась секунда, или две, чтобы смекнуть – нужно нажать на цифру «пять», и он поедет. Но я не успела. Прямо перед дверями возник мужчина.

Большой, злой… и рогатый.

– Черт? – пробормотала я, примерно прикидывая, кто передо мной.

Черная бровь мужчины медленно приподнялась.

В голове моментально скользнула мысль: «За черта сейчас придется ответить…»

Повисло молчание. Развернувшись, рогатый молча нажал на цифру «пять» и усмехнулся. Нехорошо так!..

Ой, совсем нехорошо. В его черных очах вдруг полыхнуло пламя. Настоящее. Красное.

– Точно черт – подумала я про себя и… произнесла вслух.

Мужчина сделал шаг вперед и уперся ладонью в стену прямо рядом с моей головой. Склонившись, он поймал меня за подбородок и вынудил смотреть на него. Злющий. Рога черные, блестят. Наполированные, что ли?

– Кто я? – мужской глубокий бас пробрал до костей. – Черт?

Я растерялась. В такой ситуации оказалась впервые. Эта рогатая детина нависала и демонстративно изучала мое лицо. В глазах полыхал этот похабный огонек. Мне чудилось, что в нем просто плещется похоть. Большой палец демоняки скользнул по моей губе. Вздрогнув, я, наконец, пришла в себя и резко схватила его за запястье. Мои ногти впились в смуглую кожу мужчины. Вот не зря для их укрепления коллаген пропила, денег потратила. Пригодилось.

– Понятия не имею, кто ты такой, но судя по виду – хамло рогатое, – процедила я, отводя его наглую конечность в сторону. – Убрал свои лапы от меня, пока я тебе глаза не выцарапала. Еще не хватало, чтобы какой-то олень ко мне приставал!..

– Олень? – Густая черная бровь приподнялась выше. Он отвел взгляд и уставился на мою руку, сжимающую его запястье. – Это уже что-то новенькое. А не страшно тебе Арина Мирославская так меня оскорблять?

На мгновение я растерялась. Он знал мое имя. Откуда? Может, кто-то из отдела кадров? Ну, мало ли кто там еще выписанный пропуск видел?

Сделав глубокий вдох, я сообразила, что отступать нельзя, хотя поджилки тряслись, как у зайца под кустом.

– А чего мне бояться? – произнесла я как можно четче. – Неужто забодаешь?

Этот чертяка замер. Огонек в глазах полыхнул ярче. Хмыкнув, он вырвал руку из моего захвата… Я и пискнуть не успела, как обе мои конечности оказались в его ладони. На губах демона показался злющий оскал, который не сулил мне ничего хорошего. Чуть развернувшись, он свободной рукой немного неуклюже нажал на красную клавишу, и лифт встал.

С ним вместе остановилось и мое сердце. Допрыгалась. Сейчас мне пояснят, кто здесь черт, а кто олень.

– Арина, – мои руки взлетели вверх и оказались прижаты к стене. – Я люблю покорных и на все согласных, молчаливых и покладистых. Ты ведешь себя сейчас очень неправильно, деточка.

Молчать? Может, еще и спиной к нему развернуться и зад для удобства оттопырить?

– А какое мне дело до того, что вы любите? – процедила я, смело задирая подбородок. – Или руки сейчас же мои отпустите, или начну визжать да так, что этот лифт вскрывать начнут. Хочешь, опозорю на всю эту богадельню да так, что потом годами этот случай припоминать будут?

Сильная когтистая ладонь легла на мою тоненькую шейку.

Все! Трындец мне. Но я хотя бы была смелой перед смертью. Если и снасильничают, то мой хладный труп.

– Что же, это будет даже забавно. Таких зверюшек в моей приемной еще не сидело. Ты принята на работу, Арина. Собеседование окончено.

Он склонился так низко, что наши лица были в каких-то миллиметрах друг от друга. Я сглотнула. Он почувствовал это ладонью и победно усмехнулся.

– Приползешь ко мне в постель и месяца не пройдет.

– Все? Помечтал? – выдохнула я. – Боюсь, что не приползу, даже если ты останешься последним чертом в этом мире.

– Арина, у тебя билет в один конец. Мне нужен особенный секретарь со всем спектром услуг, и ты принята. Я Инчиро Джакобо – твой новый начальник…

– Я прекрасно знаю, что входит в обязанности секретаря, а что нет. Так что правая рука в помощь! И нет, на такую работу я не согласна.

– А кто тебя спрашивает? – Он зло улыбнулся. – Хочешь вернуться домой, значит, будешь работать, пока мне не надоешь. Или…

– Или? – повторила я за ним.

– Или ты сейчас вылетишь из здания корпорации, но только в мой мир. А там и вампиры, и оборотни, а сейчас полнолуние. Человечкам выжить здесь весьма проблематично.

Вот в этот момент я окончательно поняла, как попала. По самую макушку. Душу опалило холодом. В ней поднялся страх, а вместе с ним и нечто такое… Вредное.

– Предъявите мне договор о найме, господин Джакобо. Я желаю знать, что входит в соцпакет и какой оклад. Сроки выплаты заработной платы. И чтобы там было прописано крупными буквами, на какой срок я принята, и что после истечения срока контракта мне будет выдан пропуск домой. А также, раз уж вы такой виртуоз, не забудьте сделать после пометку в моей трудовой книжке, что я у вас отработала. И чтобы эта самая запись в моем мире ни у кого вопросов не вызывала!

Мужчина медленно склонил голову набок и призадумался.

– Это все, Арина?

– Нет, конечно, – фыркнула я прямо в его лицо. – Ищите себе давалку на стороне. В обязанности личного секретаря не входит удовлетворение физических нужд начальника. Максимум кофе приготовлю. А начнете приставать, как сейчас, отомщу.

– И как же?

Его ладонь скользнула по моей шее выше, а большой палец вновь коснулся нижней губы.

– Помимо сплетен о вас? – Я закатила глаза, старательно не замечая его действий. – Начнете находить у себя отвратительно подготовленные речи к выступлениям. Коряво составленные договоры. Внезапное наложение встреч важных клиентов. Никто же не сказал, что я должна работать хорошо. Могу ведь и очень плохо. Так подгажу – за голову схватитесь. А потом еще найду ваших конкурентов и…

– Угрозы… Хм… – Демон уважительно кивнул. – Аккуратнее, Арина, это может быть очень опасно.

– Что все-таки забодаете? – съязвила я.

– Нет. – Он поймал мой взгляд. – Мы с тобой поиграем немного в кошки мышки. А потом ты приползешь ко мне в кровать, как и все остальные.

С этими словами он внезапно отстранился и снова нажал красную клавишу.

Лифт поехал. А я, кажется, уже прибыла. Но пока даже не подозревала куда.

Двери разъехались, и демон вышел. Обернувшись, он скользнул по мне взглядом, ухмыльнулся и произнес:

– Тебе в отдел кадров, Арина. Сегодня твой первый рабочий день. Добро пожаловать в корпорацию «ДемонсДипс», где я царь и бог.

– Хамло ты рогатое, – процедила я в ответ, отклеиваясь от стеночки.

Глава 4

– Хм…

Молодой тролль растер ладонью подбородок и взглянул на демонессу. Вопросительно так.

Мадам Джакобо же в некотором оцепенении осмысливала увиденное.

– Нет, ну, я знала, что мой мальчик несколько развязан… – пробормотала она.

– Несколько? – скептически переспросил тролль.

– Нет, но…

Она старалась найти хоть какое-то объяснение столь отвратительному поведению сына.

В голову закралась страшная мысль, а может, действительно, было за что ее в этот мир не пускать. Упустила она где-то Инчиро. Но… Старалась же. Воспитывала, нанимала нянечек. Сколько их было и ни одна больше года не продержалась…

– Все будет несколько сложнее, чем я думал. Такого женить – проще срок в нижнем мире отмотать.

Услышав это, мадам Джакобо подняла голову и испуганно уставилась на своего спасителя.

– Но раз уж взялся, – улыбнулся клыкастый, – женим. Но… – Его ладонь уже привычно легла на талию демонессы. – С тебя свидание, красивая.

«Да хоть два, – мысленно произнесла демонесса. – Лишь бы в нижний мир не отправили».

Да и чего скрывать, ее очень привлекал этот деловитый, умный и хитрый зеленокожий мужчина, так непохожий на смазливых альфонсов, которые всю жизнь ее окружали. Таких у нее точно не было.

Мадам бросила на тролля довольный взгляд и снова склонилась над столом привратника. Туман заклубился, демонстрируя ей напуганную шатенку с огромными глазами цвета молодой листвы.

* * *

Выбравшись из этого треклятого лифта, я выдохнула. Лучше бы пошла пешком по лестнице. Оно оказывается не только для физического здоровья полезно, но и для морального.

Меня продолжало колотить, только я уже не понимала, то ли от страха, то ли от злости. Все проблемы, что были до этого момента, померкли на фоне такого попадания. И, может быть, я бы заподозрила розыгрыш… Ну, чем черт не шутит… Хотя черта лучше больше не поминать. В общем, выйдя из лифта в большой холл с высокими потолками, я подползла к ближайшему окну, оперлась ладонями на подоконник и выглянула наружу… Так вот, ни о каком розыгрыше и речи не шло. Я была невесть где. Замок не замок, но громадная каменная махина стояла прямо на улице и бросала тени от зубчатых башен на выложенные булыжником тротуары.

Там, снаружи, громыхали кареты. Кричали возницы.

С противоположной стороны улицы тесно друг к другу прижимались деревянные двухэтажные строения. На каждом яркая вывеска. «Натуральные меха от оборотней». Хм, звучало жутко. «Готовая одежда. Салон трех фей». «Сладкие эльфийские булочки». «Оркские ткани». «Ведьминские специи»… Торговые ряды. Там дальше за ними – добротные высокие дома с коваными оградами.

Медленно до меня начало доходить, что это некий городок. Не такой, как я привыкла видеть на картинках в учебниках или в исторических фильмах. Скорее это было некое поселение вокруг здания корпорации. Где-то ближе к горизонту виднелись еще домики, но явно скромнее и беднее. За ними возвышалось что-то за каменной оградой с трубами, выпускающими черный дым. Завод, быть может.

– Арина, – внезапно раздалось за моей спиной.

От неожиданности я подпрыгнула и обернулась. Передо мной стояла невысокая, полная женщина с бородавкой на носу. Она улыбалась, демонстрируя щербинку между зубов.

Мой воспаленный мозг принялся методично соображать, кто передо мной на сей раз. Ну, не фея – это точно. На эльфийку тоже не тянет.

Я нахмурилась.

– Вы человек? – не удержалась я от вопроса, просто не найдя в ее внешности каких-либо отклонений.

– Ведьма, – она улыбнулась шире. – Да, мы очень схожи, с той лишь разницей, что…

– Колдовать я не умею, – догадалась я.

– Да… – Женщина кивнула. – Люди лишены магии, но это ничуть не опускает вас в наших глазах. Скажу даже больше, я уже девять лет работаю на эту корпорацию и еще ни один человек, вызванный из вашего мира, не оказался плохим специалистом. Да, некоторые пожелали со временем вернуться домой, но только исключительно потому, что так и не привыкли к нашим реалиям.

– Реалиям? – не сообразила я.

– У вас мир техногенный – автомобили, интернет, сотовая связь. А у нас мир магический – метлы, почтовые голуби и скатерти-самобранки…

– Так они существуют? – оживилась я, потому как не любила готовить.

– Скатерти? Нет. – Ведьма тихо засмеялась. – Даже у нас приходится кашеварить. Но вот служба доставки «Скатерть-самобранка» вполне себе реальна. Рекомендую делать заказы у них. Всегда вкусно и не затратно.

– А-а-а…

Я вновь перевела взгляд на окно.

Что-то не вязалось в ее словах. Мимо замка корпорации пролетел гигантский орел со всадником на спине.

– Я отсылала вам резюме через интернет, – поймала я нужную мысль в голове.

– У господина Джакобо он есть в кабинете. Там небольшая пространственная петля. Я в этом не сильна, но денег на эту блажь через бухгалтерию ушло много. Но мы не о том. Я мадам Эльвира – отдел кадров. В ближайший месяц вы у меня на поруках. Одежда, жилье, женские мелочи… Все это с моей помощью.

– Одежда! – спохватилась я, сообразив, что у меня с собой только лишь сумочка.

– Не переживайте, Арина, все уладим. Но пока позвольте вам провести небольшую экскурсию по нашей корпорации. Вы будете жить здесь в восточной башне на четвертом ярусе. Там прекрасные апартаменты и выдаются они далеко не каждому. Но личному секретарю господина Джакобо положены. Как и многое другое…

Она ловко поймала меня под локоток и повернула в нужном направлении. Я и пискнуть не успела, как экскурсия началась.

* * *

Меня таскали из одного отдела в другой.

Отдел аналитики… Финансовый отдел… Бухгалтерия… Логистический отдел… Отдел закупок в лице низкорослого карлика, видимо, домового. Отдел по работе с клиентами…

Стоило зайти в небольшое уютное помещение, как меня окатили весьма высокомерными взглядами две блондинки с заостренными ушами. Высокие, худющие, скулы острые.

«Эльфийки», – отчего-то решила я.

Как только мадам Эльвира сообщила им, что я новый секретарь господина Джакобо, то высокомерие в их взглядах исчезло, зато появилась неприязнь. Настолько глубокая и неприкрытая, что мне физически стало трудно дышать.

– А что, красивее в том мире не нашлось? – процедила та, которая сидела к нам ближе.

– А что, так переживаешь, что вышибут тебя из постели директора? – облик ведьмы мгновенно преобразился и сделался злым и откровенно страшным, под ее глазами залегла противоестественная тьма, она сетью расползалась по лицу будто капилляры. – Старайся лучше, Кларочка, а то босс все время не в себе. Не отрабатываешь свой хлеб.

Эльфийка фыркнула и задрала подбородок.

«Ага, – сообразила я. – Очередная Леночка на мою голову. Но хоть не вторым секретарем, и то хлеб».

Сделав себе нужную пометочку, что необходимо держаться подальше от отдела работы с клиентами, я потянула мадам Эльвиру к выходу.

Ведьма окатила девиц уничтожающим взглядом и двинулась вслед за мной.

– Арина, вы особо внимания не обращайте на эту… Она уже какой год пытается продвинуться дальше постельной грелки босса, да все никак.

– А потому что любовница – это любовница, – пожала я плечами. – А жена – это уже совершенно другое. Вы не переживайте, я уже с такой особой работала. Пафоса много, а на деле так… Две ноги и уши. Ну, и рабочий орган промеж ног.

– Ну… – Ведьма цокнула языком и обернулась на дверь, за которой остались эльфийки. – В принципе ты права. Умом там никогда не пахло. Но клиенты у нашей корпорации в основном мужчины, а им нравится, когда их облизывают подобные особы.

– А на чем специализируется корпорация? – перевела я тему. – Вы что-то строите или производите? Оказываете услуги?

– Нет, – покачала головой мадам Эльвира. – Господин Джакобо приобретает убыточные предприятия, дробит их и перепродает.

– Разве это выгодно?

Я взглянула на женщину, пытаясь сообразить, в чем там подвох.

– Да, если выкупить за копейки. Никто не знает, как он это делает. Но все боятся господина Инчиро Джакобо, – понизила ведьма голос. – Боятся его внимания. Если он вдруг заинтересуется заводом или иным предприятием, то дела у того резко начинают идти плохо. Он целенаправленно банкротит их, а после выставляет на торги. Схема мутная, сложная. Но…

– Так он что, злодей? – вытаращила я глаза. – Ну, в смысле, нечист на руку?

– Чист, – хмыкнула ведьма. – Там все по закону. Вон наш юридический отдел, – указала она на самую дальнюю дверь прямо по коридору. – Там у нас такие сидят… К договорам не подкопаться. Но да. Назвать господина Инчиро Джакобо добрым ни у кого язык не повернется. Он жесток и циничен. Но о нем лучше лишних разговоров не вести. Себе дороже. Это я тебе сейчас как новенькой сообщила, а дальше молчок.

Я согласно закивала и выдохнула. Ну, точно террариум, только обитатели мифические.

Мадам Эльвира пошла дальше и распахнула ту самую последнюю дверь, за которой скрывалась берлога юристов корпорации. На удивление на меня, возникшую на пороге, уставилось всего четыре пары глаз. Мужских. Первое, что бросилось в глаза, – габариты сидящих. Шкафы трехстворчатые в галстуках. Широченные торсы, плотно обтянутые белыми рубашками. Пуговицы на них из последних сил держались в петлях и, кажется, если прислушаться, то можно было услышать их вопль: «Спасайте, братцы, отрываюсь!»

Не сговариваясь, мужики прошлись по мне изучающим взглядом и оскалились в улыбках. Вампир был посрамлен дважды.

Клыки этих… просто неприлично выступали на нижнюю губу. Жуть!

– Мадам Эльвира, что за чудо вы нам привели, да еще и в полнолуние? – хриплым приятным баритоном поинтересовался мужчина, восседающий за самым большим и широким столом.

Чувствовалось, что именно он здесь главный. Его пуговичкам на рубашке приходилось сложнее всего.

– Так держите себя в руках, господин Сепп. Перед вами новый секретарь господина Джакобо. Работать она у нас будет долго, у нее особенный контракт.

– Из параллельного мира? Человек? – Этот самый Сепп привстал, и рубашка слегка разъехалась сверху. В стане пуговичек таки недосчитались одного бойца. – А долго – это стандартно долго или по-иному?

– Стандартно, – кивнула ведьма, не замечая, как я таращусь на них.

Договора же я еще не видела. Что там за тайны такие.

– Ага, значит, у меня есть минимум три года, чтобы стать женатым вервольфом.

Начальник юридического отдела распрямился, повел могучими плечами, и рубашка окончательно распахнулась. Галстук повис посередине массивного торса оборотня. Пуговички… Увы, осталось две в районе каменного живота и все. Остальных поминай как звали.

– Это значит, Руперт Сепп, что теперь у господина Джакобо новый секретарь, – важно ответила мадам Эльвира, – а дальше в очередь. Там уже в отделе безопасности жужжат. Орки вам в соперники.

Я зыркнула на ведьму, на огроменного бугая и вспомнила того первого зеленого в лифте. Это у него была корявая надпись: «Начальник охраны».

– А кентавры где? – поинтересовалась я, вспомнив, о чем мне после зеленого вампир рассказывал.

– Кто?

Грудная клетка оборотня стала еще шире, а шея толще. Галстук на ней превратился в удавку.

– Кентавры, – повторила я.

– Да сейчас!!! – от возмущения лицо начальника юридического отдела покраснело и сделалось бордовым. – Эти кони и так у Захария невесту увели! Сказал – моей женой будешь!

– Ага…

Кивнув, я выскочила в коридор. Мадам Эльвира за мной.

Ведьма аккуратно прикрыла дверь, схватила меня за руку и с такой скоростью потащила дальше, что я еле успевала передвигать ногами.

– Полнолуние же, – сокрушалась она, но как-то фальшиво. – Как же я забыла. Ох, прости уж, деточка, но придется потерпеть Руперта немножко. Пока не отпустит зверя его. А так приятный он мужчина, спокойный, умный, но не в критические дни. А кентавры, – махнула она рукой, – нормальных там уже разобрали, а те кобели, которые остались, годятся разве что для навоза на грядки, но не в мужья – это точно.

– А зачем меня вообще замуж? – совсем растерявшись, я окончательно упустила логическую нить происходящего.

– Как зачем? – ведьма остановилась и взглянула на меня. – Чтобы в мире нашем осталась. Седьмой секретарь за год, шутка ли! А так будешь замужней, господин Инчиро у себя не гадит, трогать не станет жену сотрудника. И более доступных хватает, только свистни. А я, наконец, прикрою эту вакансию. Я же отдел кадров. А ты решение моей головной боли, Арина. Осталось только замуж выдать. И секретарь готов!

Моргнув, я придурковато улыбнулась.

Нет, вот там в лифте было еще не полное попадалово. Оно наступило прямо сейчас в лице этой ведьмы.

Глава 5

– Что?! – возглас мадам Джакобо сотряс верхний мир. – Это как называется? Это наша невеста! Да как она смеет решать свои проблемы при помощи нашей девочки?!

– Тихо, красивая, – мягко осадил ее тролль. – Это даже лучше. Нет ничего притягательнее, чем игрушка, которую хотят все.

– Так она выберет этого Сеппа! Я знала его при жизни. Обаятельный, мерзавец! Скучный и правильный. Идеален для семьи, только привередлив к женщинам. А тут озверел на глазах при виде нашей Арины! Нет, меня срочно нужно отпускать к ней. Я их там всех…

– Уймись, женщина, – голос привратника стал тверже. – В любви требуется холодная голова. Тебя действительно нужно отправлять туда, но запомни – не вздумай мешать этим ухажерам. Пусть таскаются за ней на виду у твоего Инчиро. Пусть он видит, как эту крепость пытаются взять другие. Сама же займи ее так, чтобы ей думать было некогда о них.

– Чем?

Демонесса развела руками и с мольбой взглянула на своего спасителя.

Где-то в глубине души она понимала – он пусть и моложе, но мудрее и умнее ее. Коварнее. И даже польстило, что такой мужчина решил ей помогать. Значит, разглядел в ней что-то. Что-то помимо банковских счетов и золотых побрякушек. Ведь сейчас у нее не было ничего. Она не могла обеспечить ему красивую беззаботную жизнь. А ведь именно так она и покупала мужчин. И моложе, и старше. И разных рас. Они велись на ее золото. Всегда. Но этот тролль явно не на то купился.

Неужели он оценил ее? Ее душу. И она ему понравилась?!

Демонесса выдохнула и мягко улыбнулась.

– Я сделаю все, как скажешь, – произнесла она ласково. – Главное, чтобы у нас получилось.

– Ну, цену ты слышала – свидание.

Он усмехнулся, довольный ее покорностью.

– Да хоть прогулка в местный загс, – выдала она то ли в шутку, то ли всерьез.

Мадам этого и сама не поняла.

– Годится! – мгновенно отозвался тролль. – Если мой план срабатывает, и твой сын женится на Арине, ты, красивая моя, идешь со мной в загс и говоришь там на все «да».

Он сложил руки на груди, ожидая ее сопротивления. Недовольные возгласы. Возможно, даже оскорбления и попытки поставить его на место. Ведь кто он? Тролль! Там, в той жизни, он работал в порту, не разгибая спины. Помогал матери, устраивал жизнь своим семерым младшим сестрам. Был за отца. Вечерами за большим столом он внимательно слушал их рассказы. О женихах и нарядах. Они бегали к нему, чтобы поплакать, излить свою боль. Он обнимал их, понимая, что не зря живет. Не зря гнет спину. Всех их удачно замуж выдал, а вот для себя пожить не успел. Отмеренный ему срок вышел. Так и умер молодым, не подержав свое дитя на руках. А он так хотел. Мечтал ночами, лежа в холодной постели. Все планировал. Представлял. Но робость… Неуверенность в себе. Все, что ему оставалось, лишь издали смотреть на красивых мадам.

И он смотрел, а подойти и заговорить не решался. Он всего лишь портовый грузчик. Тролль.

Но с этой женщиной было так просто. Легко.

Демонесса же любовалась его огромным торсом и пыталась осмыслить тот факт, что ее наконец-то всерьез позвали замуж. Не расчетливо и не корыстно. Не с целью пролезть в ее завещание или развестись через годик, отхватив от ее состояния приличный кусок. Сейчас у нее не было места даже в этом мире. А он так смотрел на нее. С искренним восторгом. И, наверное, впервые демонесса почувствовала себя по-настоящему красивой. Без макияжа и дорогих одежд. Без всего этого лоска. Но она ощущала себя прекрасной. Желанной.

Мимо проносились души умерших, но ни она, ни привратник не обращали на них никакого внимания.

– Хм… – Мадам Джакобо сделала, наконец, шаг вперед и скользнула в крепкие мужские объятия. – А не смущает, что я старше?

– Разница для меня комфортна, – пожал плечами тролль и стиснул ее тонкую талию ладонями. – А тебя это смущает, прелесть моя?

– Нет, но здесь за день пролетает столько красавиц…

Она все еще пыталась нащупать подвох, поймать его на неискренности.

– Ну, и пусть летят дальше. Ту, что мне нужна, я уже выловил. – Он пожал могучими плечами. – План слушать будешь?

– Конечно. – Ее рука скользнула по его упругой зеленоватой коже. – И слушать, и слушаться тебя во всем.

– Замечательно, – тролль расплылся в довольной ухмылке.

Его ладонь скользнула на ее ягодицы. Время терять он был не намерен. Ему впервые повезло. Крупно повезло!

Он вдруг понял, что все еще может поймать свое счастье за хвост.

Пусть и не в мире живых, но какая уж теперь разница.

* * *

Сидя в кабинете отдела кадров, я трясущейся рукой держала обычную белую чашку и большими глотками допивала крепкий черный чай с молоком. Экскурсия была закончена. Проворная ведьма умудрилась протащить меня еще по двум этажам и продемонстрировать вампирам, гоблинам, мужикам-эльфам… Но когда демонстрация дошла до нагов, мое терпение лопнуло. Я очень выразительно уставилась на эту сваху. Та пожала плечами и заявила, что еще помнит, как одна девочка из моего мира за змея через неделю выскочила. Никто не знает, что он ей тогда на ушко своим раздвоенным языком нашептал, но она уже седьмого змееныша родила. Счастливейший брак!

Нет, ну, после такого заявления я, конечно, прошлась взглядом по высоким мужикам. Оценила их хвосты. Мысленно представила, как ночью на большой постели муж меня страстно сжимает в кольцах, как об кожу трутся чешуйки. Он целует меня, проникая в мой рот раздвоенным языком…

Так быстро я не бежала никогда! Моя бедная крыша дала течь. А перед глазами эти кольца питона вокруг моей талии, и хвостик по бедру пробирается все выше и выше…

Тут и оборотень пределом мечтаний станет. Подумаешь, линяет, ерунда какая…

И вот теперь, после того как меня изловили и дотащили до кабинета мадам Эльвиры, я пила чай и восстанавливала пошатнувшуюся нервную систему.

– И все же, Арина, ты неправа. Ну и пусть змей наполовину, зато какие они страстные, – не унималась ведьма.

Я закашлялась, чай пошел носом.

– Ладно, – смилостивилась вредная женщина. – Женихам я тебя показала. А там кто проворнее окажется. Мне главное, чтобы тебя замуж утащили. А после пока быт наладите, пока притретесь. Года четыре вакансия будет закрыта.

– А контракт же нельзя прерывать, – вдруг вспомнила я слова этого козла рогатого, который Инчиро Джакобо.

– Кто тебе такую чушь сказал? – Она удивленно вскинула брови. – Вернуться в твой мир да пока никак. Следующий пропуск на тебя только через несколько месяцев выбить можно будет. А…

Вдруг она осеклась и как-то свернула тему, а после вытащила стопку обычной бумаги, пролистала до нужной страницы и показала мне.

– Оклад, – услышала я весьма волнительное слово.

Взглянув на цифру в договоре, я снова придурковато улыбнулась. И это все мне! Да еще и каждый месяц! Ой, да за такие деньги можно и забыть, что шеф рогатый, а потенциальный жених с критическими днями.

– Ладно, мадам Эльвира, вы меня купили. А жить-то я где буду?

– В собственных апартаментах. Две комнаты и уборная. Питание в ресторане, можно на заказ. При желании и готовить у себя сможешь, там все предусмотрено. Одежду и прочие расходы господин Джакобо берет на себя. И знаешь, куда мы сейчас пойдем, Арина?

Ее глаза полыхнули приятным зеленым огоньком.

– По магазинам! – счастливо выдохнула я.

Ведьма кивнула.

* * *

Магазины! Я действительно окунулась в иной мир. Шелк, бархат, ситец. Кожа. Меха. Оплата медными и серебряными монетами. За прилавком настоящие феи с крылышками. А ассортимент… На четвертой шелковой белоснежной блузке с глубоким декольте у меня отключился мозг. Все, что я могла, – это щупать, мерить и кивать, когда мадам Эльвира расплачивалась. Я быстро смекнула, что ведьма заинтересована в моем гардеробе, и решила, что коль уж она действует с корыстными целями, то пусть мне на пользу…

Магазин нижнего белья доставил отдельное удовольствие. Я и подумать не могла, что панталоны и чулки могут выглядеть столь эротично. Ночные сорочки… М-м-м… Мои загребущие ручки тянулись ко всему, а если вспоминать, что гуляем за счет рогатого оленя, так и вовсе совесть отключалась.

В какой-то момент я поймала себя на том, что нагребаю пояски чулков. Ну, а что? Важная деталь гардероба.

Когда рядом появился пегий кентавр, уже и не помню. Он просто возник у дверей в очередной магазин, а еще через мгновение мы обвешали его седло многочисленными тряпичными сумками. Уставившись на диковинного мужчину, я хмыкнула. А что? Функционально! Симпатичный, улыбчивый, длинные светлые волосы собраны в высокий хвост. Торс ого-го. Оборотень был посрамлен. Хорош жеребец! Так и подмывало заглянуть под плотную ткань, закрывающую его круп, и проверить, как там все. Ну, под хвостом… Но воспитание не позволило.

А дальше обворожительный коняка умчал нас в обувной ряд. Кожаные туфельки, ботиночки… Я оказалась в раю… На какой срок там контракт? Три года! С полным обеспечением. О, да!

Нужны ли мне лодочки из оленьей кожи? Да что вы спрашиваете? Заворачивайте и белые, и черные. Босоножки? Три пары! Не торгуюсь, гуляю за чужой счет…

Ношу ли я жилетки? Да, с сегодняшнего дня я ношу все… И побольше!

Прижимая к сердцу покупки, я вышла из очередного магазина. Счастливая донельзя. Быстро отыскав нашего сопровождающего, галопом понеслась к нему. Остановившись, с интересом покосилась на кентавра и примерно прикинула, сгодится ли такой в быту? Мужик активно мне подмигивал и всячески демонстрировал, что не против на своем горбу меня в новый дом унести. А что? Не линяет, змеиного хвоста нет, клыков тоже. И рогов. Ну, подумаешь – полуконь. Жаль, конечно, что не котик… Но все одно – живность знакомая и глазу привычная. И вон сколько сумок разом на нем умещается. Не мужик, а сплошная выгода!

– Так, Арина, соберись, – проворчала возникшая рядом мадам Эльвира. – Что же вы человечки на этих кобелей такие падкие?

– Так удобно же, – шепнула я. – Залезла ему на спину и скачи в счастливую семейную жизнь.

– А жеребенка рожать согласная? – усмехнулась она.

Жеребенка? Хм… Приподняв бровь, я уже с меньшим энтузиазмом рассматривала коняку.

– Про размеры их рассказать? Что кобыле хорошо, то простой человечке – смерть, – добила меня ведьма. – А ну, попробуй, выдержи страсть такого. Хорошо, если в порыве нежности по затылку копытом не зарядит!

– Кхм… – уставилась я на нее. – Так была же свадьба недавно…

– Была, – кивнула она. – Но там и невеста – две тебя вширь и полторы в высоту. Такая сама промеж лопаток так приложит, что мужик сложится. Она у нас в логистическом отделе работала, грузчиками заправляла.

Ага. Почесав подбородок указательным пальцем, я решила с экзотикой пока обождать. Как-то боязно стало…

Как прошел день, и не заметила. Но мир вокруг меня резко сделался понятнее. Главное, ни о чем не задумываться и принимать все как есть. Ну, подумаешь, орлы размером с самолет в небе летают. Не гадят же на голову, и ладно. Ну, кареты на дорогах. Вместо лошадей в них впряжены кентавры. Ну, чем не таксист? Зато какие в эльфийских лавках вкусные булочки… М-м-м. А какой запах исходит из мясных лавок орков.

Мне определенно начинало здесь нравиться. Главное, завтра не очнуться и не обнаружить себя в психдиспансере с соответствующим диагнозом. Но пока я активно себя щипала за руку, и все было отлично.

Мадам Эльвира поглядывала на меня и постоянно объясняла, что и как. Кто передо мной, чем отличается от человечек. Встречные мужики заостряли на мне внимание, и очень быстро я убедилась: женщины моей расы здесь – востребованная экзотика.

– И все же не понимаю, чего они смотрят? – не выдержала я, стоило очередному друиду с лосиными рогами вытаращиться на меня.

– Позвольте, отвечу, – встрял в наш разговор груженый кентавр, чье имя я так и не потрудилась узнать. – Человечки – мягкие покладистые, прекрасные хозяйки, чудесно готовят и чтят своих мужей…

Хм… Какое спорное утверждение. И чисто лошадиная наивность. Хотя доля правды в его словах была. И готовить я умела, и хозяйка неплохая. Во всяком случае, не терплю, когда посторонние мужики на мою простыню в грязных носках лезут. Я вспомнила хахаля сестры. Аж передернуло.

– А вы завтра ничем не заняты? – тем временем продолжил коняка.

– А?

Я подняла голову и взглянула в его темные синие глаза. Необычные такие… для лошади.

– Занята она, – мадам Эльвира быстро взяла меня под руку. – А ты, Демар, сначала на дом заработай. На четыре ноги встань, а потом уже подкатывай к девушкам.

– Да я же просто… – как-то смущенно пробормотал он.

– Это как просто? Покатал, помотал да и оставил?

Ведьма зыркнула на него так, что и я присмирела.

– Работаю я, – возмутился кентавр. – И в корпорации. И подрабатываю частным извозом. Все у меня будет! И дом, в том числе.

– Ну, вот как будет, так и заходи ко мне на чай. Тебе жену искать начну. А пока пакеты в руки и поскакал за нами. И желательно молча!

Вот так! Мило улыбнувшись этому Демару, я сообразила, что мадам Эльвира что-то вроде местной свахи. Ну, это когда ты не просишь, а тебя сватают всем и каждому.

Хм… Интересное увлечение для ведьмы.

* * *

День пролетел незаметно. На странный и такой вычурный город опускались первые сумерки. Повеяло легкой прохладой. Воздух… Только сейчас я поняла, что и он необычный. Дышалось так легко, что даже голова кружиться начинала.

Мы с мадам Эльвирой, поглощая мороженое в вафельном стаканчике, шли впереди, а Демар, груженный по самую макушку, плелся следом. Мы не только обвешали все его седло, но еще и в руки выдали бедному мужику шесть пакетов. И в довершение – еще и на шею сумку на длинной лямке повесили.

Можно было сказать, что кентавр в полной мере ощутил себя вьючным животным. И, кажется, остался не рад.

Я же, гордая за свое самообладание, поглощала клубничную сладость и хвалила себя за стойкость духа. Уже ничего в этом мире не должно было меня напугать. Все увидела, все оценила! Руки не тряслись более от страха, и даже наги показались мне милыми, особенно если смотреть на них с очень большого расстояния.

Правильно говорят: хороший шопинг лечит любой стресс.

Мой как рукой сняло!

Мы приближались к настоящему пятиярусному замку с восточной и западной башнями. Переходами, стенами. Позади красовались здания пониже, но выполненные в том же архитектурном стиле. Они явно были частью одного строения. Теперь я внимательно разглядывала место, в котором собиралась жить ближайшие три года. Особенно привлекало внимание центральное большое крыльцо с колоннами и гаргульями по углам. Какими-то мрачноватыми казались крылатые статуи.

– А они тоже существуют? – негромко поинтересовалась я у ведьмы.

– Кто? – не поняла она.

– Гаргульи.

– Ну да, вон же сидят над крыльцом.

– Так то же статуи? – смутилась я.

– Сейчас статуи, под водостоки косят, а как кто попытается в здание без пропуска войти, так мигом оживут.

– Ага… – Я зачем-то кивнула, ощущая, что в животе опять что-то зашевелилось. И это были не бабочки счастья, а скорее метеоризм смертельного ужаса. – А у меня пропуск есть?

– Ну, конечно, вы в их списке. Арина, вы что испугались? – мадам Эльвира вопросительно взглянула на меня.

– Не каждый день видишь живых гаргулий. Естественно, мне не по себе.

Во взгляде ведьмы я разглядела некое сочувствие. Быть может, я была не первая, кого она так водила по местным магазинам и адаптировала к местным реалиям.

– Вы сваха? – сменила я тему. – Это занятие востребованное?

– Я отдел кадров, Арина, но… Да. Ведьмы всегда славились своей женской мудростью, и принято видеть нас лекарями. Аптекарями. Но я выбрала несколько иной путь. И увлечение. Я вижу души. Их сияние. И подбираю пары. А еще горжусь тем, что еще никто из моих подопечных не развелся. Это тешит мою гордость.

Женщина по-доброму улыбнулась, и я взглянула на ее руку. Признаюсь, высматривала кольцо. И оно там было. Тонкое золотое с россыпью красных камней на ободке.

– Да, я замужем, – подтвердила мои догадки мадам. – Уже тридцать лет в браке с друидом. Мой муж – своего рода король племени.

– То есть ваш муж король-олень? – вскинула я бровь.

– Да.

Она кивнула, прикусила губу и задорно рассмеялась.

Я не могла не подхватить веселье. По улице прокатился громкий женский хохот.

– Расскажете? – выдавила я из себя, хватаясь за живот.

– Как-нибудь потом, Арина, а пока тебя бы заселить.

Выдохнув, я расправила плечи и направилась к большому крыльцу замка корпорации. Возле лестниц чуть ли не впритык стояли груженые телеги. Это было странно, потому как для погрузок и прочего всегда используют задние двери.

– Опять эти кобольды все напутали и подъехали не туда, – проворчал за спиной Демар. – Еще и маслом все устряпали. Что за дурацкая манера смазывать колеса этой густой пахучей скользкой дрянью прямо посреди улицы? А ты потом следи, чтобы копытом в эти лужи не угодить и не распластаться на дороге – ноги в раскоряку.

Кентавр поравнялся со мной и остановился. У телег кто-то копошился. Некто маленький. Мне показалось, что мелькнул чешуйчатый хвост. Жуткий такой. Я невольно придвинулась ближе к Демару. Предчувствие какое-то дурное было.

– И правильно, Арина, – кивнул мужчина. – Эти хоть и пугливые, но подлые, что жуть.

– Да кто эти? – не выдержала я.

В этот момент из-под телеги вылезло нечто. Нечто страшное. Какая-то помесь человека с ящерицей размером с собаку.

«Кобольд!» – мелькнуло в голове.

Вдруг эта тварь, разинув рот, понеслась в мою сторону.

Взвизгнув, я отскочила. Нога угодила во что-то жутко скользкое. Будто оказавшись на льду, я взмахнула рукой, попыталась схватиться за ткань, покрывающую тело Демара, но не вышло. Меня развернуло, и я просто проехалась по одежде кентавра рукой.

Он взбрыкнул от неожиданности, издав странный звук.

«Заржал, как конь, что ли?»

Эта была последняя мысль, мелькнувшая в голове.

Удар, затылок опалило болью. Звездочки перед глазами. Яркие такие, красные. Сверкают!

– Демар, замри! – крикнула мадам Эльвира. – Она под тобой. Еще копытом заедешь по ней.

Визг.

– Пошли вон, твари окаянные. Что ты, мелочь чешуйчатая, на людей кидаешься?!

Снова визг, но отдаляющийся.

Я моргнула и попыталась понять, почему так темно и где я. Подул легкий ветерок, и пола ткани распахнулась. Я снова моргнула и осознала, что в мире этом тайн для меня больше не осталось. Да, я лежала прямо под Демаром. Вернее, под его хвостом и о том, что видела сейчас, никому никогда не расскажу.

Но да… Все как у коня. Эта штука… Она болталась прямо над моим лицом. Всего в каких-то сантиметрах от носа. Ветерок стих, и пола ткани опустилась, оставляя меня в легком полумраке. Но теперь это не спасало. Я все равно видела гордость кентавра прямо над собой.

Эту душевную травму не залечит даже шопинг. Никакие магазины и покупки. Ни два и ни три обновленных гардероба. Это останется со мной навсегда. Как я теперь кентаврам в глаза смотреть буду, когда видела такое?

Я словно впала в ступор.

Даже пошевелиться боялась.

– Что у вас здесь происходит? – раздался рядом знакомый глубокий мужской голос.

– А, господин Джакобо, – мадам Эльвира замялась. – Ваш новый секретарь Арина… Она подскользнулась на масле и…

– Понятно!

Послышалась возня. Кто-то просунул руку под ткань и, схватив меня за ворот, выволок из-под коня. Разжав веки, я уставилась на уже известного мне хама.

– Черт… – пробормотала я.

– Демон, – поправил он.

Взгляд рогатого прошелся по моей расстегнувшейся при падении блузке, скользнул ниже на ноги… И я отчетливо ощутила, как проказливый легкий ветерок обдувает мои ягодицы. Юбка! Она задралась на талию.

– Хм… – Мой новый начальник оскалился в улыбке. – Это будет забавнее, чем я думал.

– Изыди, демон, – прохрипела я. – Мне после такого сам черт не страшен. Теперь я видела все!

Господин Джакобо странно хмыкнул. Протянув руку, он резко, даже несколько грубо оттянул воротничок блузки, заглядывая за него. Расстегнулись еще две пуговички, и показался мой простенький недорогой черный лифчик.

– Негусто, – цинично прокомментировал увиденное демон. – Я люблю размер побольше, но на разок и такие сойдут…

Звук пощечины даже для меня оказался неожиданным. Ладонь опалило так, словно я ее обожгла. На щеке босса медленно проступал след от моей руки. Все вокруг замерли. Все, кроме меня. Я же вскипала от ярости. Да как он посмел так себя со мной вести?!

– Вы! – прошипела я змеей. – Не смейте распускать свои конечности. Если вам нужна подстилка, то вы не по адресу. Масики мне не требуются!

Господин Джакобо ошарашенно моргнул, поднял руку и приложил к покрасневшему лицу. У него был такой вид, будто мир перевернулся с ног на голову.

– Да как ты посмела… человечка!

– Легко, – выдохнула я и, одернув подол юбки, с трудом поднялась на ноги. – А еще раз полезете ко мне своими лапами, и коленом промеж ног добавлю. Я личный секретарь, а не девка с трассы. Почувствуйте разницу, господин Джакобо, и запомните ее.

– Это ты зря, Арина. – Он встал и нервно поправил синий строгий галстук. – Нельзя со мной так, девочка. Нельзя!

– Нет, господин Джакобо!.. – Я фыркнула, касаясь ушибленного затылка. Эти красные мурашки все еще сияли перед глазами. – Это со мной так нельзя. Или пробивайте мне пропуск обратно в мой мир, или…

– Или ты будешь работать у меня! – В его черных, как ночь, очах вспыхнуло красное пламя. – Мне еще никто не отказывал!

«Люблю быть первой!..» – шепнула я про себя и мило улыбнулась.

– Арина!!! – раздалось за моей спиной.

Обернувшись, я с ужасом наблюдала забег оборотня. Господин Руперт Сепп несся на меня с напором быка. Распахнутая рубашка без пуговиц. Раздавшаяся вширь грудь. Он перепрыгивал через ступеньки, слетая с крыльца.

– Арина, вы ушиблись?! – пролетело громогласное по улице.

– Мама! – выдохнула я и покосилась на плотную ткань, укрывающую лошадиную часть притихшего кентавра.

Кажется, именно там и было самое безопасное место.

– Арина, с вами все хорошо! Я только что услышал от гаргулий, что вы упали.

Эта детина из юридического отдела подлетела, сграбастала меня в свои лапища, и мяукнуть мне не позволила. Мгновение, и я оказалась на его руках. Взгляд оборотня скользнул по моему лицу и утонул в районе расстегнутого ворота.

– Господин Сепп!.. – рявкнула я на него. – Могу ведь и вам оплеуху залепить.

– А? – Он с трудом оторвался от созерцания моей скромной груди. – Точно… К фельдшеру. Срочно! Вы же головой ударились. А потом напоить теплым чаем с мятой. И в комнату. Устроить удобнее в постели…

– Что? – взвизгнула я, понимая, что меня стремительно куда-то уносят.

На тротуаре у крыльца остались стоять кентавр, ведьма и демон с весьма недобрым видом. Приподняв черную как смоль бровь, он зло поджимал губы. Видимо, вот так женщину у него из-под носа еще не уводили.

Я же… А меня невесть куда утаскивал огромный грозный мужик с шерстью на затылке, во всяком случае, то, чего касалась моя рука, волосами быть никак не могло. Отойдя от первого шока, я проявила любопытство. Ну, точно – мягкая черная шерсть вдоль позвоночника.

Взобравшись на крыльцо, господин Сепп остановился. С крыльца слетела ожившая статуя, обернувшись молодым мужчиной с весьма приятной внешностью. Он галантно распахнул перед нами массивную дверь и замер в ожидании.

Ну, как есть – мужик, в жилетке и странной тряпке, прикрывающей все спереди. И казался бы он обычным, если бы не странного серого оттенка кожа. Я чуть шею не свернула, разглядывая его. Гаргулья подмигнула, и тут мне на ум пришла весьма занятная мысль. А если во время любовных игрищ на постели его перемкнет от вожделения или оргазма, и он окаменеет. Какого веса статуя прижмет тебя к полу, проломив кровать?

Меня передернуло от возникшей в воображении кровавой картины. А тем временем оборотень уже внес меня в большой холл замка корпорации. Дверь медленно закрылась, оставляя гаргулью снаружи. Подальше от моей неуемной фантазии.

– Вы куда меня тащите? – опомнившись, пробормотала я, соображая, что творится нечто недоброе.

– Как куда? Сказал же к фельдшеру, – детина пожала плечами. – Удар головой для человечки весьма опасен. Вы же такие хрупкие, такие нежные. Ранимые. Милашки!..

– Поставьте меня сейчас же на пол! – возмутившись, я недовольно фыркнула в его сторону.

– Нет, – покачал он головой. – Это опасно, а вы такая лапочка…

– Господин Сепп!

– Ну, милашка же… Вы ведь пойдете со мной на свидание?

– Нет!

Я ухватилась за его плечо и попыталась выбраться из этих каменных тисков, но куда там.

– Хорошо, – кивнул он. – А прогуляться в парк? Можно покататься за городом. Сходить в ресторан. А еще…

Оборотень призадумался… и умолк.

Это немного удивляло. Его лицо. Упертое выражение, голубой огонек в глазах. И эта легкость, с которой он держал меня на руках. Все это не вязалось с его речами.

– Вам не тяжело? – полюбопытствовала я, изучая оборотня. – Может, все же отпустите?

– Нет, вы очень легкая, Арина… – Его щеки покрыл милый румянец. – Крошечка!

Кажется, начальник юридического отдела краснел как девица.

Тяжело вздохнув, я крепче ухватилась за мощное плечо. Проще доехать на нем до места назначения, чем сопротивляться.

– И куда ты тащишь нашу милую Арину? – прилетело из-за угла.

Повернув голову, я уставилась на уже знакомого мне зеленокожего бугая из лифта.

– Не вмешивайся, Орхан. Я первый узнал, что она упала. И к фельдшеру понесу ее я!

– Да сейчас, – зеленый грозно двинулся на нас. – Я здесь начальник отдела безопасности и ее сохранность часть моих обязанностей.

– Не выйдет, друг!.. – Оборотень и не думал отступать. – Кто первый увидел, того и малышка!

– Тогда в сторону, волк, это моя добыча!

– Ты что силами со мной помериться хочешь? – Сепп осторожно спустил меня с рук. – А за жизнь не боишься, орк?

Оказавшись на свободе, я бочком отошла к стене. А после развернувшись, скинула туфли и, схватив их в руки, понеслась обратно в сторону двери, ведущей на центральное крыльцо.

И дружный вопль: «Арина!» за спиной придал мне просто фантастическую скорость.

Глава 6

Мой марафон закончился так же внезапно, как и начался. На очередном повороте кто-то поймал меня за руку и втащил в лифт. Сглотнув, я уставилась на серокожего мужчину. Того самого, что нам дверь открывал. Гаргулья! Или гаргул???

– А в камень вы только по желанию обращаетесь? – выдавила я из себя, зорко следя за тряпицей на его бедрах, чтобы там ничего топорщиться не начало.

А то я за себя не ручалась. Тут уже невесть что подозревать начнешь. А этот еще в наряде странном. В истории я была не сильна, но кажется, такую одежду носили воины Древнего Рима. Но это не точно!

В душе медленно нарастала паника.

– В камень я обращаюсь исключительно по желанию, – расплылся в улыбке гаргул. – А вы почему интересуетесь?

– Да так, – облегченно выдохнула я, – для развития кругозора. Спасибо, что… – Я запнулась о собственную мысль. – А вы зачем меня поймали и сюда затащили?

Сделав шаг назад, я вжалась в стену лифта. Видимо, еще не со всеми я на нем прокатилась.

– Боитесь? – подался он вперед.

– А надо, да? – пропищала я, чувствуя, как подгибаются ноги.

– Арина, а вы действительно миленькая, – выдал он. – Жених есть?

– А надо, да? – повторилась я.

– Хм…

Он о чем-то призадумался.

В это время двери лифта распахнулись.

– Гарри, тебя как за смертью посылать! – в кабинку влетела Эльвира и, взяв меня под руку, выволокла из нее.

– Я сработал крайне быстро, мадам. – Гаргул вышел следом. – Старался как для себя. А вы ауру нашу видите?

– Твое, Гарри, от тебя не уйдет, не переживай, – продолжала ворчать ведьма.

– Да что-то долго оно ходит. Арина, а пойдемте со мной в ресторан? Я жених видный.

Обернувшись, я возмущенно открыла рот и поняла, что слов не осталось. Нет, мужчина он был симпатичный. Блондин, волосы до плеч. Глаза голубые, чистые. Фигура ого-го. Но…

– Хочу спать и шоколадку! – выдохнула я. – Вина бутылки три и… Все равно шоколадку!

– Будет, – кивнула мадам Эльвира. – Гарри, свободен.

– Жестокие женщины! – Гаргул развернулся и нажал кнопку вызова лифта. – Арина, мое предложение в силе. Если возникнут проблемы, обращайтесь. Я привратник, и найти меня легко на крыльце.

Я успела только кивнуть, и меня увлекло ведьминской силой вперед…

* * *

– Твоя комната, Арина. – Передо мной, наконец, распахнулась дверь. – Здесь гостиная, спальня и небольшая кухня. Балкон выходит на центральную улицу. Если начнете скучать, можно спуститься в ресторан и…

– Нет! – выдала я. – Хватит с меня впечатлений.

Ведьма улыбнулась и прошла в гостиную.

– Ваша аура яркая, Арина, мужчины на нее падки. Но не будем торопиться, посмотрим, чьи чувства окажутся сильнее.

– Да вы издеваетесь! – взвыла я. – Уже мечтаю встретить старость с тридцатью кошками.

– Тогда сводить вас нужно во второй логистический отдел. – Похоже, мадам Эльвире было не до моих душевных страданий, она строила планы. – Там, помнится, у нас такие оборотни-коты работают. Закачаешься!

– Нет! – взвыла я, но никто меня слушать не пожелал.

– Так, все покупки доставлены… – Ведьма покрутилась и указала на небольшую межкомнатную дверь. – Они в спальне. Забивайте гардеробный шкаф. Обживайтесь, Арина. Завтра ваш новый рабочий день.

– А договор подписать? – спохватилась я.

– И не вздумайте недооценивать коварство господина Джакобо. Все уже было подписано до вашего появления. На том желаю спокойной ночи.

Ведьма вышла, а я осталась с разинутым ртом.

Что? Как? Мама!..

* * *

– Вот, дорогой, она уже зовет маму! – мадам Джакобо указала на легкую дымку. – Ну, милый мой, отправляй меня к ней. Уведут же!

– Не спеши.

Тролль усердно пытался стереть довольную улыбку с лица.

Он не прогадал, выбирая девушку. Попал, как говорится, в самую точку. И даже лучше. Такая кого угодно на колени поставит. Вот и пусть они там попотеют да побегают за ней.

Что может быть притягательнее недоступной женщины?!

Хмыкнув, он сжал в объятиях свою демонессу.

– Отправлю тебя, если пообещаешь кое-что, – шепнул он ей на ушко, любуясь красотой ее небольших обсидиановых рожек.

– Что угодно, – выдохнула мадам.

– Ты не будешь поддаваться эмоциям и настраивать ее против остальных, – начал он.

– Хорошо…

На ее лице хоть и появилась недовольная гримаса, но она кивнула.

– Ты не сдашься и не отступишься, даже если вдруг выяснится что-то неприятное для тебя.

– Ты о чем? – вскинула демонесса голову.

– Ни о чем и обо всем сразу. Просто запомни мои слова. Принимай все происходящее как испытание, которое тебе волею богов необходимо пройти. И помни – я рядом, даже если ты не видишь. Я наблюдаю. И если все будет плохо, вмешаюсь и никогда не оставлю.

– Правда никогда?

В ее голосе появилась несвойственная ранимость.

– Никогда… милашка, – шепнул он, тихо смеясь.

– Ну тебя… – фыркнула женщина.

– И последнее. Надеюсь, ты согласишься.

– Все что угодно, – повторила она.

– Тогда один поцелуй, чтобы скрасить мое ожидание.

Не дожидаясь ответа, тролль поймал демонессу за подбородок и приподнял голову. О, она вовсе не была против. И хотя поцелуй этот был для нее далеко не первым, сердце женщины забилось, как птичка в силках. Первое касание губ, и она пропала. Забылось все, что было до этого мгновения. Стерлись лица десятка мужчин. Не стало прошлого… Будущего… Осталось лишь настоящее. И он… Просто тролль. Привратник, на которого при жизни она бы даже не взглянула, глупая.

Обхватив мужчину за шею, демонесса отвечала на его поцелуй, как умела. А в голове тихо шептал голосок: «Вот он, держи его и никогда не отпускай! Вот оно счастье!»

– Тебе пора, – отстранившись, выдохнул тролль.

– Я ведь вернусь к тебе?

Ее руки сжались сильнее.

– Конечно, я буду с тобой навечно.

– А если у меня не получится? Если я попаду в нижний мир?

– Значит, я пойду следом. Мы все разделим на двоих. Ничего не бойся, красивая. Я всегда буду рядом…

* * *

Стемнело. С любовью развешав все свои новые наряды, я выбрала красивый домашний халатик и отправилась принимать ванну. О, да! Она порадовала размерами. В такой хоть плавай! А если с пенкой? М-м-м. Покрутив вполне привычные, сделанные под старину краны, я убедилась, что есть и холодная, и горячая вода. Правда, душа не оказалось. Но это можно пережить.

Немного понежившись, я попробовала местное густое мыло в бочонке. Запах полевых цветов сразил наповал. В голову закралась вполне житейская мысль: если уж отправят обратно в свой мир – умыкну хоть один глиняный горшочек с ним. Просто не сделать этого – преступление против себя же. С этой мыслью пришла и другая. Я поняла, что на новом месте чувствую себя очень скованно. Как-то все непривычно и вычурно. И знакомо, и в то же время чуждо.

Выбравшись из воды, я оделась и вышла в спальню.

И снова это чувство – дискомфорт. Я не на своем месте. Быть может, нужно относиться к этим апартаментам как к номеру в отеле. Возможно, дело было в том, что я в замке корпорации и мое новое рабочее место этажом выше, но в другом крыле.

В общем, нужно как-то привыкать.

Тяжело вздохнув, я села на кровать. Надо же, мягкая и с балдахином. Рука невольно полезла проверять, во что же я там провалилась. Ха! Три перины, а сверху толстое одеяло. Хм… Такое тяжелое. Возможно, ночами здесь действительно холодно. Да и никакой системы отопления в комнатах я не обнаружила. Хотя пока мне было комфортно.

Пожав плечами, я поднялась и отправилась дальше исследовать новую берлогу.

Гостиная большая, светлая. В нежных лавандовых тонах. Компактный угловой диван, кресла с деревянными ножками. Маленький журнальный столик, на нем диковинный телефон. Ковер явно ручной вязки. Милота! А дальше, что за дверями?

Кухня! Уютная, стены отделаны деревянными панелями. А вот плита вогнала в ступор. Вместо конфорок – каменные круги. Ни розеток, ни выключателей. На кухонном столе масляные лампы.

А свет? Я взглянула на потолок. Нет, ну, люстры имелись, а в них свечи. Только непонятно – настоящие или нет. А как они зажигаются? Неужели магия? Столько вопросов. И одна большая проблема – урчание в пустом животе.

С готовкой разбираться пока не стала. Так и вовсе от голода помру. Нужно иное решение. Вернувшись в гостиную, я покосилась на странноватый телефон, похожий на те, что были еще у моих прапрадедов. С осторожностью приблизилась к нему и сняла трубку.

Пока соображала, что делать дальше, раздался милый голосок:

– Добрый вечер, мадам Мирославская. Говорит хостес. Что вам угодно?

Я приподняла бровь, слегка растерявшись.

– А-м-м. Здравствуйте. Хотела заказать ужин… – произнесла я и затаилась.

А вдруг сработает. Хоть бы, хоть бы… Живот в предвкушении заурчал громче.

– Конечно. Сегодня у нас суп из морепродуктов, печеный картофель с куриной грудкой. Овощной салат. Кофе, чай, свежие соки. Если вас не устраивает, можем приготовить вам блюдо индивидуально…

– Нет-нет!.. – поспешила я с ответом. – Меня все устраивает. Несите!

– Мы рады. Ваш заказ прибудет через десять минут. Приятного аппетита и хорошего вечера.

Все! В телефоне повисла тишина. Пожав плечами, я повесила трубку.

Кажется, жизнь налаживалась.

Еще бы выпить чего. Не для себя хотела, а исключительно для нервных клеток. Подлечить уцелевшие, помянуть безвременно усопшие.

Покрутившись на кухне, я все-таки нашла заветный черный шкафчик под обеденным столом. А там… Ммм…

На моем лице появилась предвкушающая улыбка.

Бокал отыскался в навесном ящичке.

Вот теперь точно жизнь удалась, и нервные клетки погибали не зря.

Сделав несколько глотков, я вышла на небольшой балкон.

Огляделась.

Красота. Словно попала в мир до технического прорыва. Улица освещена фонарями. На дорогах кареты. Справа – таверна, слева – лекарский дом. Чистый воздух, и так легко дышится!..

– Ну, Инчиро-о-о!.. – раздался сверху противный голосок.

Вскинув голову, я обнаружила на балконе этажом выше уже знакомую эльфийку Кларочку в вольном красном халатике, который скорее не прикрывал, а выставлял сомнительные прелести тощей особы. А рядом с ней красовался не кто иной, как мой новый начальник. Белая рубашка расстегнута и выпущена из брюк. Черные как смоль волосы взъерошены. Рога блестят. Я мазнула взглядом по его ногам. Ну, хоть не в носках на простыни лез, не совсем пропащий.

– Я все сказал, – грубовато выдал он и, ухватившись за перила, вгляделся куда-то в даль.

– Ну, Инчиро-о-о, мы уже столько встречаемся…

– Ты меня не поняла, Клара? – процедил он, не глядя на женщину. – Мы не встречаемся, я просто тебя пользую по нечетным дням. Почувствуй разницу и не надоедай. А то замена найдется очень быстро.

– Неужели ты совсем меня не любишь?

Она потянулась и коснулась его плеча.

Он резко скинул ее руку.

– Люблю? Ты в своем уме? Любить можно только золото, а женщины… Да среди вас самые честные девки с улицы красных пионов. Они хотя бы сразу цену называют…

– Не говори так, – фыркнула эльфийка. – У тебя ведь и мама есть…

– Она умерла, – резко оборвал он ее. – И уж кто-кто, а мадам Джакобо знала цену всему. Вот, к примеру, ты, Клара. Пять процентов надбавки к зарплате и делай с тобой что хочешь и как хочешь. Просто и не затратно. За что я тебя и ценю, не люблю переплачивать.

Он зло рассмеялся и обернулся на женщину. Я вспыхнула от стыда и гнева, а она… Она лишь хмурилась и наигранно по-детски поджимала губки. Фальшивая невинность. Боги, как противно. У нее что, совсем нет гордости?

– Ну, Инчиро-о-о!.. – опять заканючила эта деваха, тем самым подтверждая, что таки да – самоуважением там и не пахнет.

– Я никого не люблю, Клара. И никогда не полюблю! Ясно тебе? Жениться не намерен ни на тебе, ни на ком-то ином. А если захочу получить наследника – куплю себе какую-нибудь демонессу, чтобы не мешать кровь. Что тебе во всем этом неясно? Твое дело ноги передо мной шире раздвигать. На коленях в нужной позе стоять. И, кажется, я тебя за это неплохо одариваю.

Оттолкнувшись от перил, он скрылся в комнате, оставляя свою любовницу одну. Лицо эльфийки мгновенно переменилось, стало злым и неприятным.

Приподняв бровь, я тихонечко вернулась к себе, чтобы не быть застуканной при подслушивании. Взяла бутылку, да так и замерла, обдумывая увиденное. Выходит, начальник не просто хам, а еще и откровенный противник брака.

«Вот рядом с кем держаться нужно, – усмехнулась я про себя. – Такой точно на свидание не потащит и серенады петь не начнет».

Стоило этой мысли возникнуть в моей голове, как под балконом раздались странные звуки. Эдакие бурятские напевы под аккомпанемент домбры.

Сглотнув, я прокралась к балкону и выглянула. Не видать. А песня становилась все громче. Кто бы там ни был за акына, он очень старался. Пройдя еще немного вперед, я осторожно взялась за перила и…

– Орхан! – вопли моего начальника рыком пронеслись по округе. – Тебе что, орк, жить надоело?

– Я хотел исполнить песнь любви для несравненной Арины, – прилетело снизу.

Услышав такое, я взглянула вверх на шефа, моргнула и, подняв бутылку, зажатую в ладони, сделала несколько больших глотков…

«Ну! За упокой очередного пучка моих нервных клеток!..»

Глава 7

Первый рабочий день выдался… Я бы, конечно, хотела сказать, что волнительным, но нет. Он вышел опохмелительным. Слишком уж вчера я увлеклась под звуки серенады поминать свои нервные клеточки.

Один бокальчик. Потом ужин принесли. И не просто стряпня домашняя, а все такое изысканное, на красивых тарелочках. Ну как такое дело не отметить?

А теперь…

Лежа в постели, я готова была подушкой запустить в птичку, которая ходила на балконе по перилам. Ну чего так топать лапками?! Чего так орать свое чик-чирик?! В голове же звенит!..

С трудом разлепив веки, я поморщилась. Как ярко светит солнце, будто прожектором в глаза. Сглотнула, видимо, еще ночью соседский кот забегал и нагадил мне в рот, негодник.

Скривившись, я села, выдохнула и, сжав виски, встала на ноги. Подождала несколько секунд, чтобы выровнять баланс.

Кое-как доползла до ванны. Отсутствие душа уже не казалось такой несущественной проблемой. Еле-еле совершив утренние процедуры, добралась до диванчика в гостиной. Упала на него и потянулась к золотистой трубке телефона на высоком держателе.

– Хостес, – раздалось до противного приветливое. – Мадам Мирославская, какое ваше пожелание исполнить?

– Во-первых, мадемуазель… – прохрипела я в ответ. – А, во-вторых, Арина… Меня зовут Арина и мне бы минералки… Много!..

В трубке повисла тишина.

– Заранее прошу прощения за дерзость, возможно, у нас вышло недопонимание…

– Девушка, – перебила я ее, – вчера я попробовала вашего вина, а сегодня у меня воробей на балконе ходит как слон. Минералки мне или пристрелите! Птичку…

– Ага, – хостел как-то с облегчением выдохнула. – Получается, я все правильно поняла. Сейчас поднимусь к вам и поставлю на ноги. Будете у меня как огурчик.

– Спасибо, – с облегчением простонала я. – И вынесите из моей комнаты все бутыли. От греха подальше.

– Ну зачем же, – мне показалось, что на том конце хостес улыбается. – Я просто заменю вино на более качественные сорта. Ждите и не вздумайте шевелиться.

О, я была рада выполнить эту ее рекомендацию…

Через пять минут в мое временное жилище явилась миловидная вампирша средних лет. Глядя в ее бордовые глаза, любуясь клыками сантиметра два длиной, я прямо чувствовала, как исцелюсь без разных там волшебных средств. Ну, а когда она когтистой рукою поставила передо мной бутыль с красной субстанцией, мне окончательно похорошело.

– Арина, – вампирша ухмыльнулась, наблюдая, как я белею от страха. – Меня зовут Камила. И не переживайте вы так – не съем я вас. А это, – указала она взглядом на жидкость, – ведьминское зелье. Весьма ходовое. Похмелин на основе красной рябины. Несколько глотков и дня три пьянеть не будете. Советую также употреблять перед свиданиями, чтобы эти ухари не споили и в храм не уволокли. У них же один брак на уме! Моргнешь, и все – ты замужем. И хорошо, если знаешь, за кем. А то бывали случаи…

Сглотнув, я все же потянулась к бутылке. Немного отпила и замерла. В голове словно кто-то запустил фейерверк из сотни огоньков. Они кружились перед глазами…

– Еще глоточек, – подбодрила меня Камила.

Я послушалась. Фейерверков стало больше. Ух, белые, зеленые, красные! Мир окрасился сначала в голубой цвет, потом в розовый…

Еще глоток…

В голове зазвенело. Камила стала фиолетовой.

По стенам комнаты побежали солнечные зайчики, или не солнечные, но зайчики.

Еще глоток…

Снова вспышка и все встало на свои места. Фейерверки отстрелялись, ушастые грызуны испарились, осталась только обычная вампирша. Красивая, бледная, как смерть, и красноглазая.

– Ядреное у вас пойло! – усмехнулась я и, осторожно поставив бутылку, уставилась на свою гостью.

– Зелье ведьминское, качественное, – кивнула она. – Все. Можно теперь на работу. У вас есть полчаса, чтобы привести себя в порядок и успеть занять рабочий стол. Господин Джакобо ужасно не любит непунктуальных…

* * *

Привести себя в порядок. Ха. Ну, я умылась, причесалась и оделась, а еще подвела помадой губы, так что будем считать, что хотя бы на огородное пугало не походила.

Вот с такой мыслью я ворвалась в приемную директора корпорации «ДемонсДипс». Успеть успела, но радости от этого не прибавилось. Я просто взглянула на свой рабочий стол. Компьютера нет. Навалено бумаги. Какие-то тарелки. В ворохе всего телефон, схожий с тем, что у меня в комнате.

Разворошенные папки, пустые архивные ящички, в которых, по идее, все добро в виде отчетов должно было храниться. И как вишенка на торте прямо посередине стола букет роз. Свежих. Покрутившись, нашла и карточку.

Вынула и развернула: «Несравненной Арине от будущего мужа. Руперт Сепп».

– Да лучше бы ты линял от меня подальше! – пробормотала я в сердцах.

Фыркнув, схватила вазу и осмотрела помещение. Ну, и куда убрать, чтобы не мешала? Мой взгляд упал на большой добротный камин. Скорее декоративный, чем для реального прогрева комнаты. Две колонны, полочка, а над ней…

Портрет.

Огромный. На качественном холсте женщина в пышном бирюзовом платье. Черные как смоль волосы уложены в изящную прическу. Строгие карие глаза. И небольшие рожки. Демонесса. Уж чертихой ее назвать язык не поворачивался. Красивая, статная. Я бы сказала, породистая, хотя к людям эта фраза неприменима. Но вот в ней чувствовалось что-то аристократическое.

Наверное, она была безумно богатой и счастливой…

Улыбнувшись, я внимательнее всмотрелась в лицо дамы.

Она моргнула…

Я моргнула…

Хм, стоило еще немного выпить того самого похмелина. Не отпустило до конца.

Передернув плечами, я установила вазу на камин и уселась за рабочий стол. Поежилась и обернулась. Мысль, что кто-то буравит взглядом мне спину, не отпускала. Дама таращилась на меня с портрета, словно требуя чего-то. Стало не по себе.

Выдохнув, я отвернулась от картины и подняла ближайшую папку. Отчеты отдела по продажам за второй квартал текущего года. Ясно. Потянувшись, взяла еще одну папку. И еще одну.

Ну и завал!

В дверь приемной постучали. Подняв голову, я обнаружила молодого козла…

О, нет-нет… Это я не оскорбила посыльного. Просто он реально был козлом. С копытами, рогами и тряпкой, прикрывающей причиндалы спереди.

– Мадам Мир-р-рославская, – проблеял он.

Я кивнула, не зная, как реагировать на это чудо местной природы.

– Ва-а-ам доставка!

Козлик бочком проскакал до моего стола и вручил коробку.

– И что там? – с опаской уточнила я.

– Не-е-е знаю, – ответил рогатый. – Господин Гарри Гриме-е-ер просил передать, что это должно подсластить вам первый рабочий день.

– Гарри? – пропищала я. – Гаргул?

Козел закивал и, поклонившись, ускакал из приемной. Осталась я, коробка и застывший в дверях босс.

Господин Джакобо взглянул на меня, на цветы, на коробку и нахмурился.

– Только попробуй выскочить замуж и улизнуть с должности, – недобро процедил он.

– Моя личная жизнь вас никоим образом не касается, – задрала я подбородок. – С добрым утром, господин Джакобо! Вам какой кофе черный или с молоком? Я немного разберу на столе и принесу вам список важных звонков. Обозначу, когда у вас встречи и с кем. Позже…

– Пойдешь со мной на обед, – прищурился он.

– Однозначно нет, – покачала я головой. – Во-первых, здесь жуткий бардак, и я должна все прибрать. Во-вторых, это не входит в мои должностные обязанности. Прошу помнить об этом.

В дверь снова постучали. И опять козел, но уже другой. Беленький с бородкой.

– Госпожа Ми-и-ирославская? – проблеял он. – У ме-е-еня вам послание.

– М-м-м? – приподняла я бровь.

– Господин начальник охраны Орха-а-ан просит вас принять его предложение сходить с ним на обе-е-ед.

– Хм… – Я призадумалась, прожигая взглядом дыру в боссе. – А передайте ему, что я подумаю.

Козел кивнул и исчез. Испарился и начальник, громко хлопнув дверью своего кабинета.

Фи! А не нужно было руки свои в лифте распускать. Если ты черт, то прими это как данность и смирись! Вот так!

* * *

Время понеслось как сумасшедшее. Я зарылась с головой в многочисленные бумаги. Папки. Отчеты. Докладные записки…

Какой-то персональный ад.

Ближе к полудню смогла разобрать только две сваленные стопки документации и съесть все конфеты от гаргула.

Со вторым справилась легче.

Мой рогатый босс сидел в кабинете и периодически кого-то вызывал к себе на ковер. И что интересно, заходили туда все бледные как стена, а выходили красные как свекла с абсолютно шальными глазами. Создавалось впечатление, будто они не верили, что выползли живыми. О, демоняка наш даже голоса при этом не повышал.

Вот это я понимаю – деспот, самодур и диктатор.

Усмехнувшись, я взялась за третью стопку бумаг. В приемную постучали. Вскинув голову, я уставилась на очередного козла.

– Госпожа Ми-и-ирославская? – проблеял он.

– Ну, допустим…

Я сложила руки на груди, прикидывая, от кого мне там еще сегодня не прилетало.

Орк отметился, оборотень тоже. И гаргул не оплошал. Даже любопытно стало, что у него.

– Вам до-о-оставка, – курьер проворно проскакал до моего стола.

– Это что? – уставилась я на корзинку, сверху накрытую бумагой.

– Фрукты от господина Де-е-емара, – раскрыли мне секрет.

– Ну, да… – пробурчала я себе под нос. – А коня-то мы забыли.

– Арина, – дверь начальника распахнулась, и показался сам господин Джакобо.

– Да?

Я вскинула голову, разворачивая презент.

Козлик, не будь дурак, с негромким блеяньем поспешил убраться.

Начальник же, не договорив, мазнул взглядом по моему столу, пустой коробке из-под конфет, цветам, фруктам и, кажется, озверел.

– Зайдите в мой кабинет!

Дверь хлопнула. Пожав плечами, я вытащила клубничку и поспешила за ним. Вошла и осмотрелась. Обычная берлога босса. Дубовый угловой стол, три добротных шкафа, широкий кожаный диван, кофейный столик под высоким окном.

– Что вы хотели? – уточнила я, не дожидаясь, пока он соизволит озвучить поручение, и откусила сладкую ягодку.

Демон замер, уставившись на меня.

– Обед, – натурально прорычал он, внимательно следя за моими действиями.

– Заказать сюда или вы спуститесь в ресторан?

Я отправила всю клубнику в рот.

– Ты идешь со мной, – процедил он, сглотнув.

Его кадык заметно дернулся.

– Зачем? – изобразила я полнейшее непонимание на лице. – У меня еще уйма работы, мне не до перерывов.

Глаза босса вспыхнули, как свечки.

– Я сказал, ты идешь со мной.

– А я сказала – это не входит в мои обязанности, – уперлась я рогами в стену. – Я секретарь, а не то, что у вас работало здесь раньше. Хотели получить специалиста – так получите и распишитесь.

Ухмыльнувшись, он развалился в кресле и прошелся по мне масленым взглядом. Нехорошим таким!..

– Свободна, – наконец, смилостивился этот похотливый олень.

Развернувшись, я поспешила к себе. Не нравилась мне его настойчивость. Понятно, что ходок. Но, чтобы настолько неразборчивый?!

Аж взбесило.

Как он там сказал – на разок сгодится. А перебьется. Буду для него непокоренным бастионом…

Я заканчивала разбирать третью стопку сваленных документов, когда его рогатейшество вновь соизволило явить свою персону в приемной.

– Арина!..

Я обернулась.

– Напишите приказ на увольнение вот этого вот.

На мой стол упал лист бумаги, на котором размашистым почерком было выведено только одно имя.

– Увольнение по какой статье, господин Джакобо?

– Можешь указать, что он меня достал.

– Это не статья, – пожала я плечами. – За такое не увольняют.

– А я увольняю! – прошипел он змеем.

– Значит, я оставлю строку, а после вы определитесь, на какую статью потянет его доставание.

– Ты меня не поняла? – Он опасно приблизился и навис надо мной рогатой злющей горой. – Я сказал – уволить. Что хочешь там, то и пиши, но, чтобы к вечеру этого кретина в моей корпорации не было.

Я на мгновение призадумалась. Нет, ну нельзя же вот так просто взять и уволить человека, или кто он там будет.

– А все же, что он сделал? – осторожно поинтересовалась я.

– Не принес мне список фирм, подходящих под мой запрос, – раздалось гневное прямо над моей макушкой.

– И все? – приподняла я бровь.

– А этого мало?

Босс прожигал меня взглядом.

– Возможно, у него есть уважительная причина… – пробормотала я уперто.

Господин Джакобо резко поймал меня за подбородок и, вскинув голову, вынудил смотреть ему прямо в глаза.

– Ты откуда такая бесстрашная взялась, Арина Мирославская? Никто никогда не смел мне перечить!

– С почином вас, господин Джакобо. Это хорошо, когда в жизни происходит что-то новое.

Он оскалился и сильнее сжал мой подбородок. Нагло провел большим пальцем по нижней губе и как-то неопределенно хмыкнул. Сердце забилось как бешеное. Вот допрыгаюсь же сейчас.

Но, нет… Столь же резко отпустив меня, господин Самые крутые рога корпорации отправился обедать.

– Протри пыль с портрета моей матери, – прилетело от него напоследок.

Я покосилась на картину и решила, что сначала уволим нерадивого работника, а после уже смахнем тряпочкой пыль с красивой мадам.

* * *

Никогда этого не любила. Сидела, писала приказ на увольнение, а у самой кошки на душе скреблись. Ну, подумаешь, отчет вовремя не принес, может, там вообще человек болен. Или не человек. Хоть пометки бы ставили, а то поди разбери, кто этот Ландрю Лафилье.

Закончив, я потянулась за бокалом, в котором еще оставался остывший кофе. Выпила залпом и выдохнула. Мерзкий осадочек на душе остался. Чтобы отвлечься, взглянула на портрет над камином…

Взобравшись на шаткий стул, аккуратно протерла раму, докуда смогла достать. Ощущение, что за мной наблюдают, не пропадало. То и дело я косилась на лицо демонессы и все пыталась подловить ее на чем-то. Понимая, что впадаю в маразм, потянулась чуть выше и ойкнула. На светлом дереве остался небольшой кровавый след. Порезалась!..

Отправив палец в рот, я уставилась на мадам. Она на меня. Я моргнула. Она моргнула, после вздохнула и высунулась наружу.

– Ну, наконец-то! Я думала, с ума сойду, пока вы вызволите меня отсюда, Арина!

Кивнув, я сошла со стула, жестко приземлившись на задницу. Крепко зажмурилась, распахнула глаза. Призрак с картины никуда не делся.

– Мама! – выдохнула я.

Дверь в приемную распахнулась, и появился индивидуум с большими ушами.

– Где господин Инчиро, милочка? – выдал он с порога.

Я, еще не отойдя от шока, ткнула в привидение. Эльф взглянул в нужную сторону, свел светлые бровки к переносице, фыркнул и снова уставился на меня.

– Милочка, что ты мне на картинку тычешь? Где наш любимый босс?! Я ему в клювике вкусненькое принес.

Ошарашенно оторвав взгляд от призрака, я уставилась на новоявленное сиропное хамло, которое в этот момент с мерзкой улыбочкой на губах таращилось на мою грудь.

Глава 8

Собрав остатки здравого смысла, я пыталась сообразить, кому сейчас важнее уделить внимание: духу потустороннему или вполне себе материальному ушастому индивидууму. Как ни странно, но решение приняли за меня. Слетев с картины, мадам присела на полочку камина у яркого букета свежих цветов, аромат которых витал по помещению. Расправив подол бирюзового платья и взглянув на меня, она мило прощебетала:

– Ты работай, Арина, работай. Как выдастся минутка свободного времени, так и поговорим.

– Хорошо, – выдавила я из себя.

– Что хорошего? Милочка, вы там алё? Или не алё?

Ушастый, наконец, оторвался от созерцания моих прелестей и недовольно фыркнул. Видимо, они его недостаточно впечатлили. А после и вовсе прошел до моего стола и завалился в кресло для посетителей, водрузив свои ноги в сапогах прямо на заваленную бумагами столешницу! Гад!

Призрак был мгновенно забыт.

Резко поднявшись с пола, я шумно выдохнула и, схватив из угла декоративную кочергу для камина, резко скинула ею со стола лапы этого наглеца.

– Что?

Его глаза увеличились вдвое.

– Только посмей еще раз так сделать, – прошипела я коброй. – Ноги собрал и представился!

Ушастый подобрался и взглянул на меня куда более заинтересованно.

– Новенькая? – задал он совсем идиотский вопрос.

– Ой, можно подумать, он тебя раньше здесь видел. Умеет же быть дураком, когда надо, – прилетело в ответ с камина.

Но ушастый этими самыми ушами даже не повел, что окончательно убедило меня – красивую мадам с картины вижу я одна.

– Жестче с ним, Арина, этот по-иному не умеет, – снова дала дельный совет демонесса.

– А что раньше встречались? – процедила я. – Встал и представился как следует. А то закатилось мне в приемную счастье такое безымянное.

– Ну, допустим, я господин Лафилье.

Эльф и не подумал отрывать свой тощий зад от кресла.

– А-а-а… – расплылась я в хищной улыбке. – Так вот на каких господ я сегодня заявление на увольнение писала. И действительно тут статья не нужна. Достаточно написать – неприятный хмырь столь же неприятной наружности.

– А чего это вы меня оскорбляете?

Его заостренные уши покраснели от негодования.

– А чего это вы свои грязные сапоги на мой рабочий стол складываете? – парировала я.

В комнате повисла тишина. Мы с эльфом прожигали друг друга сердитыми взглядами.

– Ведьма! – шикнул он.

– Хуже! Человечка! – процедила я.

– Что настоящая? – Он подался вперед и снова заглянул в вырез моей блузки. – Говорят, вы горячие штучки.

Я закатила глаза и возвела их к потолку. Нет, ну такого подкатывания я точно не переживу.

– В общем, подписывай, что ознакомлен, и уволен, – ткнула я ему бумагу в нос.

– Не получится, – мадам спорхнула с камина и, пролетев немного, остановилась за спиной ушастого. – Мой Инчиро его раз в месяц стабильно увольняет. Но, по сути, это один из его самых ценных кадров. Он собирает ему данные о компаниях, имеющих финансовые затруднения. Так что заявление можно убрать в стол до следующего раза.

– Ясно, – фыркнув, закинула я бумагу в ящик. – Господина Джакобо в данный момент нет. Он ушел на обед…

– Обед? – нагло перебил меня хмырь. – Сегодня у нас что? Среда. Значит, его ублажает кентавриха из транспортного.

– Кто? – у меня натурально дернулся глаз.

– Поклеп! – Мадам проорала это буквально на ухо эльфу. – Мой мальчик, конечно, не идеал, но не надо приписывать ему лишнее.

От очередного шока меня спасла открывающаяся дверь. На пороге появился шеф, слава богам, один. Мазнув взглядом по мне, он остановился на этом Лафилье.

– А, сработала чуйка… – Его губы жестко изогнулись. – Видимо, Арина уже дописала приказ на увольнение.

– Да за что на этот раз? – соизволил вскочить ушастый.

Демон опасно прищурился, и вся спесь с эльфа мгновенно слетела.

– Я был занят выяснением некоторых деталей касательно компаний по переработке древесины…

– Ты развлекался с кентаврихой из пятого, – приложил его господин Джакобо. – Не забывай, я в курсе всего, что творится в моей корпорации. Так что можешь не выкручиваться. Список на мой стол и пошел вон.

– У моего мальчика всегда был такой властный характер, – почти с умилением выдохнула мадам.

Меня же перекосило.

Шеф с недовольной миной прошел в кабинет, за ним посеменил и эльфийский кролик. Упав на свое кресло, я взглянула на призрак из картины.

Мадам, приподняв бровь, столь же оценивающе косилась на меня.

– Вы по делу? – первым закончилось терпение у меня.

– А ты невозмутимая!.. – Она усмехнулась. – Смелая, со стержнем… То, что мне и нужно.

– Для чего?

Я вопросительно приподняла бровь. Демонесса нервно поправила золотой браслет и слегка прикусила нижнюю губу. Она явно подбирала нужные слова.

– Скажем так, Арина, умерев, я вдруг обнаружила, что здесь в этом мире осталось незаконченным одно весьма деликатное дело.

Сложив руки на груди, я откинулась в кресле.

Задом чуяла – грядет какой-то шухер.

Просто так даже демонессы с того света не возвращаются.

– И что же это за дело? – быстро подвела я ее к сути проблемы.

– Мне срочно необходимо женить сына, или меня отправят в нижний мир, – выпалила она на одном дыхании.

Открыв рот, я указала на закрытую дверь кабинета и в шоке уточнила:

– Его?!

Демонесса печально закивала.

– А нижний мир это, типа, ад?

Она снова кивнула.

– Сочувствую, – прошептала я. – А у вас другого какого-нибудь сына нет?

Мадам покачала головой.

– Да уж… Дело – дрянь. Не представляю, как вы справитесь.

– Не вы, – она мило улыбнулась, – а ты. Собственно, для этого я тебя в этот мир и вызвала…

Угу… Мне потребовалось немного времени, чтобы переварить полученную информацию. А после… приемную сотряс мой смех.

– Вы… – Я ткнула пальцем в нахмурившуюся даму. – Вытащили меня в этот мир, чтобы я женила вот этого вот?

Я указала на темную дубовую дверь.

– Мадам? Я, по-вашему, кто? Великий маг и волшебник? – меня разбирал хохот. – Не представляю, где взять глухую, слепую особу со столь заниженными ожиданиями. Да если бы и нашла, Кларочек вокруг хватает, мне его веревками связать, и на горбу в загс притащить? Или кирпичом по темечку до полной амнезии? Нет, под криминал не подписываюсь!

Демонесса и вовсе сложила руки на груди.

– Мой ответ – нет! – припечатала я ее. – На такие чудеса я неспособна.

– Не говори ерунды, Арина, – фыркнула мадам Джакобо. – Мой мальчик богат и умен…

– Ага-ага, плавали с ним в лифте и знаем, – выдохнула я. – Вам рассказать, как мы с ним первый раз встретились?

Она как-то смутилась и покачала головой.

– Нет и все! – рыкнула я.

Отвернувшись от нее, я взялась за планер. Разговор продолжать не было смысла. Это же нужно было такое придумать! Да какая из меня сваха? Я как девиц под этого рогатого подкладывать буду? Он же их того-с, и все…

Какой жениться?!

Все! Включить полный игнор, и пусть эта мадам ищет другую сказочно наивную дурочку оптимистку. А я со стороны понаблюдаю да повеселюсь. Разогнув блокнот, я нашла карандаш. Нужно было составить график рабочей недели. Все было записано на случайных клочках бумаги. Никакой организации!..

Демонесса проплыла до моего стола и присела на кресло для посетителей. Возвращаться в свой портрет она явно не собиралась.

– Арина, – дверь в кабинет босса распахнулась, являя моему взору злющего демоняку. – Зайди!

Подняв голову, я мысленно, словно дротиками, запустила в него парочкой витиеватых ругательств и довольно просияла.

Господин Джакобо недоуменно прищурился, будто почувствовав, какими фразочками в него прилетело. Между тем, встав и демонстративно не посмотрев на мадам, я отправилась, куда велели.

Зашла, взглянула на смирного ушастого и про себя приложила ругательством и его. Для порядка.

– Что вы хотели, господин Инчиро, – пропела я с рабочей улыбкой на губах.

– Надо же, какая смирная, – подал голос ушастый.

Сделав два шага вперед, я оказалась у его кресла и с силой наступила туфлей на его выставленный ботинок. Как раз острым каблучком на носок. Эльф скривился. Я улыбнулась шире.

– Сходи в юридический отдел и возьми там документ касательно деревоперерабатывающего завода. – Господин Джакобо, не замечал, как стремительно краснеют от боли уши эльфа. – И постарайся не задерживаться.

А вот последнее было произнесено странным тоном.

Взглянув на шефа, я заметила, как сверкнули пламенем его очи. Недобрым таким.

– Да, конечно, вернусь максимально быстро, – развернувшись, я уткнулась носом в нос в призрак мадам Джакобо.

– Ну ты только глянь на моего мальчика, – затараторила она прямо мне в лицо. – Красив, умен. Что еще надо?

Выпучив глаза, я так и двинулась вперед через нее…

«Что еще надо? – мысленно передразнила я. – Как минимум желание этого мальчика жениться – это раз. И наличие хоть какого-то уважения к женщинам – это два! Ну и дуреха, которая подпишется под этого волокиту – это три».

Выйдя из кабинета, я прямиком направилась в волчье логово. Нутром чуяла, сейчас этот с критическими днями опять приставать начнет. Одним букетом за утро не отделаюсь.

Я шла. Каблучки стучали. Призрак за спиной не унимался, расписывая мне все прелестные стороны господина Инчиро Джакобо. Где она их только брала – стороны эти? Вот это фантазия! Послушай ее, так там не демон, а агнец вырисовывался. Эдакий ягненок невинный с рогами.

В какой-то момент мне захотелось отмахнуться от этого комариного визга газеткой. Вот же надоедливый дух. Нет, я все понимаю – кому же в ад охота. Но надо ведь уметь признавать, что есть в жизни задачи невыполнимые. И ее проблема именно из таких.

По-прежнему игнорируя потустороннюю назойливую сущность, я вошла к оборотням.

Мужчины замерли, повели носом и разом уставились на меня голодными глазами. Аж мороз по заду прошелся.

– Вы что не обедали? – вырвалось у меня вместо приветствия.

Мужчины в количестве трех штук покачали головами и, все так же не сговариваясь, зыркнули побитыми болонками на своего начальника. Тот же, расплывшись оскалом доброго волкодава, привстал из своего здоровенного кресла. Рубашка на его груди опасно затрещала, пуговички напряглись, зубами держась за петельки.

– Арина, душа моя, не ожидал. Что же привело тебя ко мне? Ты согласна на свидание? Вечер, ресторан, звуки гитары…

– Мне нужны от вас исключительно документы, господин Сепп, – вернула я его за хвост на землю. – Шеф требует что-то касательно предприятия по деревообработке.

– А это… – Руперт сник. – А я уж думал, прониклась ты ко мне симпатией. Я же видный жених, Арина. И дом свой есть, и должность хорошая. И деньги на счету. Пойдем со мной на свидание, а?

Его взгляд изменился и стал таким… ну, таким… Вот был у меня в детстве мелкий собакен, он так же в глаза смотрел, когда я есть садилась. Каждую ложку, отправленную в рот, этим взором провожал. В итоге еда с тарелки перекочевывала ему в миску.

И этот такой же… зараза блохастая.

– Я подумаю, – процедила я, коря себя за слабость. – А сейчас документы.

– Что значит, подумаю?! – раздалось над моим ухом со спины. Мадам Джакобо забыть о себе не давала. – Тебе зачем этот пушистый бугай? Ты хоть знаешь, сколько шерсти остается после оборотня на простынях? Да они линяют похлеще котов. Замучаешься чистить. А эти их особенные дни! Живи от полнолуния к полнолунию, в ожидании слезных истерик. То у них стенания с воплями – ты меня не любишь. То им кажется, что они недостаточно красивы… То измены мерещатся… То хвост седеет. Это же как ПМС, только мужской и намного хуже…

Глава 9

Вернувшись в приемную, я зорко оглядела пространство. Что-то изменилось. И запах такой… козлиный. Осмотрев пол на наличие специфического горошка, выдохнула. Нет, я ни на что не намекала, но…

Но…

Здесь в кареты впрягают кентавров, а на парковке лежали пахучие кучки… Так что… Стоит смотреть и под ноги тоже…

И все же что-то не так.

– Нет, ну, это дурной тон! – проворчали за моей спиной. – Дарить женщине маки. Какая пошлость!

Мой взгляд метнулся к камину. Да, действительно букетов стало два. Кто-то заботливо пристроил туда еще и маки. Маленький букетик из пяти ярких красивых цветочков.

Мое сердечко дрогнуло.

Стыдно признаться, но никто прежде мне цветы не дарил. Даже ромашек или дачных гладиолусов. Одуванчик разве что, и то дело было в детском садике, так что несчитово.

Пожав плечами, я подошла и вытащила розовую однотонную карточку.

«Моей путеводной луне, Арине. Орхан».

– Ага, а путь тот, освещенный луной, до ближайшего загса, а дальше все! Приплыли, сушите весла! И начнется тяжелая бесправная жизнь жены орка. И хорошо, если это будет старший сын, так обслуживай только его маменьку. Бегай с чайничками, подливай чай и молись, чтобы младшие братья быстрее нашли тех несчастных, что тебя подменят. А Орхан, насколько я помню, единственный сын и пятый ребенок в семье. То есть там еще четыре золовки, которым слово не скажи… Нет, ну надо же при таком раскладе, он еще смеет маки тащить. На что он рассчитывает? На твою неопытность и наивность. Вот уж кому холостяком помереть!

Обернувшись, я подозрительно взглянула на призрак. Ну, ясно-понятно, ей нужно женить сына, только чего она от меня женихов отваживает?

Демонесса всплеснула руками.

– Я, вообще-то, о тебе забочусь, Арина… – Ее взгляд стал таким… подозрительно честным. – Это ведь по моей инициативе ты сюда попала. Жалко будет видеть тебя несчастной. Затюканной. Ты только представь: они за столом сидят, ужинают, беседы ведут, а ты, сноха бесправная, бегаешь между ними, блюда меняешь, чай подливаешь, лепешки подкладываешь. Одной то принеси, второй это подай. А есть сможешь, только когда они из-за стола встанут. И муж твой за тебя не вступится, потому что традиции. Потому как, так и положено. Кстати, хлеб орки едят исключительно домашний. Каждое утро сноха встает с первыми лучами солнца и ставит опару…

– Ладно, все, – недовольно перебила я ее. – Мне и серенады хватило. Но что не так в маках?

– Ну, так, дикий цветок мака – это прямой намек на то, что мужчина желает вступить в интимную связь. И дарить такое незамужней женщине!..

Демонесса всплеснула руками и покачала головой.

– Хм…

Я коснулась яркого красного лепестка.

– Что значит, это твое «хм»? Арина! Ты о чем думаешь?

– Хм… – повторила я и улыбнулась.

Пока я разглядывала неприличный букет, дверь в кабинет начальника распахнулась и на пороге возникло его рогатейшество. Пылающие глаза быстро нашли взглядом обнову. Как-то странно оскалившись, он стремительно подошел к камину…

Через секунду мои красивые маки уже летели с пятого этажа вместе с вазой.

– Вы… – взревела я. – Вы… Варвар! Это были мои цветы, вы не имеете права их выбрасывать!

– Имею, – усмехнулся он. – А будешь вопить и тебя выкину!

– Надорветесь! – прошипела я. – Вот поэтому у вас и нет нормальной женщины. И не будет! Вы же мужлан невоспитанный.

– У меня есть все! – зарычал он.

– Ага-ага, сказала бы я, кто у вас там есть. Но оно и неудивительно, если вы даже чужой женщины букеты выбрасываете, своей ни в жизнь подарить не догадаетесь. Не смейте трогать мои вещи. Эти маки были милы моему сердцу!

Он уставился на меня, а у самого чуть пар носом не пошел.

– Пойдешь со мной на ужин!

– Лучше на диету! Но даже в одном ресторане с вами за разные столики не сяду.

– Я приказываю!

– А я игнорирую! Давиться едой в вашем присутствии не входит в мои должностные обязанности. И вот вам документы.

Я сунула ему в руки все, что отдал мне Сепп.

Отвернувшись, выпучив глаза, я выразительно взглянула на мадам Джакобо. Она задумчиво разглядывала окно, куда улетел красивый букетик. Плюнув на все, я и вовсе пошла на выход из приемной.

– Арина, ты куда собралась? – прилетело мне мужское грубое в спину.

– Поднимать то, что было подарено мне!

– Маки! – рыкнул он.

– Ага! – кивнув, поспешила я к лифту…

Я успела в последний момент, буквально выдернув последний несчастный цветочек из-под колес телеги. Собрав их, улыбнулась. Не то, чтобы я имела какие-то виды на начальника охраны, но… Это же мои первые цветы. Приятно. И пахнут они чудесно.

– А я сижу на крыльце и думаю, откуда это красота такая летит, – раздалось рядом.

Обернувшись, я приветливо кивнула Гарри.

– Жаль, ваза не уцелела, – пожаловалась я ему.

– Не беда, красивая. Зайдите к нашим хозяйственникам, они выдадут новую. Вам понравился мой маленький подарок?

– Очень, – на меня внезапно нахлынуло смущение.

– Нет, ну, это вообще ни в какие ворота, – за спиной возник надоедливый призрак. – Это же натуральный кусок камня. Тебе зачем холодный булыжник в постели, Арина? У него же постоянная температура, как у мрамора. Какая из него постельная грелка? Околеешь, пока он супружеские обязанности выполнит. В кровать в носках и варежках запрыгивать будешь…

Я продолжала улыбаться гаргулу, мысленно доставая из-под подола юбки дробовик. И дня не прошло, а уже захотелось пристрелить как минимум двух демонов.

– Арина! – прогремело с пятого этажа.

Гаргул поднял голову и нахмурился.

– Мне лучше вернуться в приемную, – задумчиво протянула я.

– А если я вас приглашу на ужин? Вы согласитесь? – Гарри взял мою ладонь и, неожиданно подняв ее, коснулся губами костяшек пальцев. Я вздрогнула и тут же поймала себя на мысли, что он действительно холодный. – Вы пойдете со мной на свидание?

– Подумаю над этим, – ответила я максимально размыто. – Я ведь первый день работаю, мне нужно освоиться. Вазу вот найти…

– Конечно… – Он медленно кивнул скорее своим мыслям. – Могу помочь вам в этом. Сводить в город погулять. Показать достопримечательности.

– Я не говорю вам нет, Гарри. Но дайте привыкнуть ко всему.

Он снова кивнул.

– Арина! – прилетело сверху.

Гаргул отпустил мою ладонь, отошел, поклонился и взмахнул непонятно откуда взявшимися крыльями, взлетая на крыльцо. Через мгновение там уже сидела жуткого вида статуя.

– Между прочим, это их истинный облик, – снова комаром над ухом зажужжала мадам. – Оно тебе надо?

– Все, что мне сейчас надо – это ваза, – ответила я.

«И дробовик!» – уточнила про себя.

* * *

Возвращаясь в свои комнаты, – домом назвать номер в здании корпорации у меня пока язык не поворачивался, – я прижимала два букета к груди. И была у меня лишь одна проблема – так и не раздобыла красивой вазы. Та, что уцелела в приемной, мне совсем не приглянулась.

А у меня цветы. Красивые. Правда, один мак все-таки осыпался, но я решила, что в комнате соберу все в один красивый букет. Но вот ставить во что?

Позади меня печальным призраком летела мадам Джакобо. Я продолжала игнорировать ее просьбы, и демонесса, казалось, почти сдалась.

Либо она коварно меняла тактику…

Завернув в коридор, ведущий к лифту, я остановилась и попятилась назад.

Проблем у меня мгновенно прибавилось. Там впереди у кнопки вызова красовались разом Орхан и Сепп. Они, активно жестикулируя, о чем-то спорили. И оказаться сейчас в их компании мне никак не хотелось. Поэтому повернувшись, я дала деру. Должен же быть запасной выход. Та же лестница. Ну, хоть что-нибудь, ведущее на четвертый этаж.

Но ничего не найдя, я вломилась наугад в первое попавшееся помещение. Это оказался склад. Из-за невысокой стойки на меня вопросительно смотрела седовласая женщина ростом с ребенка.

«Гнома, – смекнула я и взглянула на дверь. – Ага, а вот и хозяйственники…»

– Вам что-то необходимо?

Маленькая женщина демонстративно взглянула на настенные часы, жирно намекая, что рабочий день закончился уже пять минут назад.

– Вазу! – выдохнула я. – И лестницу, или что-то, чтобы оказаться этажом ниже.

– А-а-а, уже достали… – Она понимающе улыбнулась. – Слышала сплетни. Оно и ожидаемо.

За спиной странно фыркнула мадам Джакобо, но смолчала, видимо, выговорилась… Или силы копила.

– Может, вы скажете, чего они все за мной таскаются? – взмолилась я, глядя на гному. – Что я им медом мазана?

– Так ведь человечка, – пожала она плечами.

– И что?

Я откровенно не понимала, при чем тут моя раса.

– Все знают, что если человечка полюбит, то мужа любого на руках носить будет. И пылинки сдувать. И всячески ублажать.

У меня приподнялась бровь. Хотелось уточнения, чего это я ублажать оборотня буду? Или детину клыкастую – орка на себе таскать. А не надорвусь ли, сдувая эти пылинки с таких амбалов?

– Тут тайны особой нет, – продолжила женщина. – Орхар – единственный сын, наследник клана. Руперт Сепп – настолько сильный оборотень, что у него на теле и в человеческом виде мех.

– А Гарри? – кажется, я начинала что-то понимать.

Это, выходит, на меня не мухи… ой, то есть не пчелы слетелись, а местный неликвид у женщин.

– А Гарри – гаргул, – мило улыбнулась гнома, демонстрируя ямочки на щеках. – Среди них женщин не бывает. Им сложно в личной жизни счастье найти. Кто же захочет от гаргула рожать? Младенец же от стресса в камень оборачивается и ну-ка разродись.

Я взглянула на мадам Джакобо, та печально вздохнула и кивнула.

– Ты не кисни, девонька, – подбодрила меня женщина, ставя на столик красивую желтую пузатую вазу. – Я столько лет на этом свете живу и еще ни одного идеального мужика не видела. Если не конь, так камень. Не лысый, так меховой. Не серокожий, так зеленокожий…

– Вот зеленокожих прошу не трогать!.. – проворчала мадам Джакобо.

Усмехнувшись, я вставила в вазу свои цветочки и покрутила ее.

– Красота, – закивала гнома. – А мне мой змей на свадьбу последний раз такие и дарил. Я для него три яйца отложила. Высидела их… И даже спасибо за детей не сказал.

Выпучив на нее глаза, я схватила вазу и мысленно навечно вычеркнула из списка потенциальных мужей нагов.

Я еще от мужика не неслась!

Упасите, боги!

* * *

По возвращении меня ждали холодные чужие комнаты. И вроде уже знакомо все, но неуютно как-то. Именно это чувство я и собиралась исправлять. А начну с цветов.

Но сначала принять быстро ванну и переодеться. Через полчаса я уже стояла на кухне и, доедая наспех сделанный бутерброд, осматривала цветы. С высоких пушистых травяных веточек, названия которых я, увы, не знала, осыпались листочки-иголочки. Поэтому запахнув халат, я взглянула на подозрительно притихшего на диване в холе призрака и отправилась на балкон создавать композицию.

После сегодняшнего сумасшедшего дня мне нужно было на что-то отвлечься.

Усевшись прямо на пол, я поставила перед собой вазу и разложила оба букета. Подол халатика постоянно мешался, поэтому я задрала его повыше. На других балконах никого не было, а на улице тепло. Чего бы и воздухом не подышать…

Букет получался – просто загляденье.

Покрутив вазу, я просияла от умиления.

Первый подаренный мужчинами букет.

Во всей этой ситуации обижало лишь одно. Им неинтересна была я как личность, они просто клюнули на расу, опираясь на сплетни, которые о нас, человечках, ходят.

Это сильно удешевляло их ухаживания.

Но все равно – этот букет навсегда останется в памяти.

Вскинув голову, я вдруг забыла, как дышать. Сверху с балкона на меня в упор, не мигая, смотрел не кто иной, как Инчиро Джакобо. Смотрел так, что в горле пересохло. Сообразив, что сижу в одном халате с открытыми ногами, я подскочила, чуть не перевернув вазу. Схватила ее в руки в последний момент и забежала в комнату.

Сердце билось как сумасшедшее.

И чего, спрашивается, переживать? Ну, подумаешь, не в блузке и юбке я перед ним предстала. Домашний халат тоже одежда. И видывал он девиц куда более обнаженных. Край, что он мог подсечь, – это цвет моих трусиков. Но почему тогда меня так смутил этот взгляд его огненных очей. Что я там такого разглядела, что теперь стою, а колени подгибаются?

Глава 10

Задернув плотную шторку, я опустилась в теплую ванну и сложила ноги на бортик. Так хотелось расслабиться в конце этого суматошного дня, выпить красненького, поорать песни… Но…

Уединение не состоялось. За шторкой, удобно устроившись на столике для полотенец, восседало неуемное приведение, которое с чего-то решило, что я должна узнать всю историю ее жизни и, похоже, смерти… И ее совсем не интересовало, надо мне это или нет!

– Ты не представляешь, Арина, какого мужчину я встретила у врат в высший мир! Молодой, умный, внимательный. Стою рядом с ним, а у самой сердце в бешеном ритме заходится и в дрожь бросает.

– Вы мертвы, – процедила я, залпом осушив бокал.

– Это детали, – отмахнулась мадам Джакобо. – Мне просто необходимо попасть в тот мир… На кону моя личная жизнь!

Тяжело вздохнув, я положила мокрую вязаную мочалку себе на лоб. По лицу медленно потекли теплые струи. От этой приставучей особы уже голова раскалывалась.

Привязалась же! И послать ее некуда, везде, похоже, уже была… и отовсюду возвращалась. Даже с того света!

– А почему вас никто другой не видит? Идите к нашей ведьме в отдел кадров, – похоже, нашла я дельное решение проблемы. – Она за день мне такую личную жизнь организовала – по стенкам уже ползать начинаю. А я, между прочим, в своем мире неликвид.

– Глупости не говори!

Через ширму просунулась призрачная голова.

Не ожидая такого, я резко села и запустила в нее мочалкой. Голова исчезла.

– Мадам! Вы… Не пугайте так! Я еще к лошадям и козлу не привыкла, а тут призрак.

– Ну, что ты, Арина. Козлики – милые посыльные…

– Вообще-то, я о вашем сыне, а не о курьерах, – оборвала я ее на полуслове. – Так почему только мне выпала сомнительная честь лицезреть вашу персону?

«Очень душную и надоедливую…» – добавила про себя.

– Твоя кровь оказалась на раме. Мы хоть никогда не были близки с Инчиро, но мальчик посчитал нужным повесить в приемной мой портрет. И он всегда следит, чтобы на нем не скапливалась пыль. А в раме столько заноз… Это был маленький подстроенный мной обряд призыва. Поэтому только ты и видишь.

Мне показалось, что она улыбнулась.

А вот мне все это милым не показалось. Нет, вот свою маман я бы никогда и нигде портретиком не порадовала, потому что ее и так было более чем достаточно в моей жизни. Даже с перебором.

Вечно на меня свои проблемы взваливала. И расхлебывай их за ней большой деревянной ложкой.

– Хм…

Я усмехнулась.

– И что значит, этот звук? – раздалось из-за ширмы.

– Наверное, вас настолько не хватало сыну, что он был согласен и на портрет. Лишь бы не забывать, как вы выглядите, – не удержалась я.

Она замолчала. И если в первое мгновение я обрадовалась, то затем ощутила легкое чувство вины.

Не знаю, что на меня нашло. Никогда не была грубиянкой, но как сюда попала, будто перещелкнуло. Или изнутри шлюзы некие прорвались. И рвануло наружу все то, что годами копилось.

Я сказала то, что думаю, но не стоило. Мне бы со своей жизнью разобраться. У самой семья – сплошные дебри.

Но и мадам Джакобо тоже интересная особа. Вспомнила, что сыном заниматься нужно, когда уже кони двинула. А впустили бы ее в тот мир, и не пошевелилась бы.

Быть может, и мысль о счастье сына в голове не мелькнула.

Эгоистка! И почему она решила, что я должна ей помогать? С чего?..

* * *

Четыре часа ночи. За окном предрассветная зорька. Птички поют. Возницы зычно матюкаются… Ну, то есть эти… коняки. Все нормальные люди спят. Все, кроме меня!

– Ой, Арина, я одно время встречалась с директором театра. Такой уважаемый вампир был. Эстет! Кровь пил только из бокала и непременно приправленную вином и водой. Он организовывал мне выступления. Какие арии я исполняла! Вот оцени…

Комнату наполнили дивные звуки, демоны его знают, на каком языке.

Натурально зарычав, я плотнее натянула на голову подушку.

Я бы ее прибила, эту мадам… Непременно бы отправила к троллю зелененькому еще на этапе, когда она в изложении истории своей жизни встречалась с темным эльфом. И он любил ее ножки целовать, и в борделях кутить за ее счет. Но…

Эта невыносимая демонесса была уже непоправимо мертва. Будто назло не дожила до моего прибытия сюда.

Пение прекратилось, но обрадоваться я не успела…

– А вот еще… О, с этим я дебютировала. Арина, послушай!

И снова эти прелестные арии за два часа до подъема. Конечно, чем же мне еще заняться на рассвете? Ну не спать же перед работой!

– Ладно! – взвыла я, потеряв всякое терпение. – Если я попытаюсь найти кого-нибудь вашему Инчиро, чтобы у него рога отвалились, вы от меня отстанете?

Мадам петь прекратила и просияла.

Ясно! Это она специально меня мариновала, а теперь взяла тепленькой.

– Вот в аду вам и место, – не выдержала я.

– Если откажешь в помощи, попавшей в беду, окажешься там рано или поздно сама, девочка. Я тебя сюда выдернула. Работой хорошей на три года обеспечила. Все тебе привилегии. От тебя требуется всего лишь немного побыть свахой. Меня заверили, что ты именно та, кто может решить мою деликатную проблемку.

Я покачала головой и тяжело вздохнула.

– Как же вы упустили-то его? Где были, когда он рос вот таким вот черствым грубияном? Почему не научили элементарному уважению?

Она опустила голову.

«Стыдно, – наконец, сообразила я. – Видимо, и сама понимает, что вина на ней».

– У вас есть хоть какой-то план действий, мадам Джакобо? Не могу же я просто в приемной устроить отбор невест. Это должна быть какая-то очень особенная девушка, чтобы его сердце дрогнуло.

– Мы ее найдем! – Она хитро улыбнулась. – Только помоги мне, Арина.

– Ладно, считайте, вы меня уломали, а сейчас исчезните и дайте выспаться.

– Конечно-конечно… Спокойной ночи.

Вспорхнув к потолку, она буквально растворилась у меня на глазах.

Жуть какая… потусторонняя.

* * *

Утро добрым не бывает!

А если и бывает, то, скорее всего, потому что вы еще не ложились спать. В моих ушах стоял трезвон. Рядом на прикроватной тумбочке уже несколько минут матом орал будильник. Протянув руку, я нечаянно уронила его, и теперь он надрывал свои шестеренки где-то под кроватью.

– Арина, вставай, – присоединился к нему еще один голос.

Я поковырялась в памяти, пытаясь вычленить, кому же он принадлежит.

«Камила – хостес!»

Убрав край одеяла с лица, я взглянула на нее. Вампирша улыбалась, демонстрируя клыки. В руках она держала поднос с бокалом, в котором плескалось уже знакомое зелье.

– Ваш сосед пожаловался на звук и попросил проверить, все ли у вас в порядке, – прокомментировала она свое внезапное появление в моей комнате.

– Он только от похмелья? – простонала я, глядя на ведьминское пойло. – Я уснуть смогла только два часа назад.

– Бессонница? – женщина вопросительно приподняла тонкую черную бровь.

– Нет, надоедливый призрак, – широко зевнув, я уперлась лбом в подушку.

Тело ныло, мозг штормило. И хотелось только одного – сладко спать.

– Не только. – Камила сочувственно вздохнула. – Зелье помогает от всего. Но от потусторонних духов, увы, не спасает. Это вам к демонам надо.

– О, нет! – Я с трудом села, убирая спутавшиеся волосы с лица. – Демонов в моей жизни и так много.

Вампирша протянула мне спасительный бокал…

Через несколько минут, умывшись и причесавшись, я чувствовала себя уже значительно лучше. Зевнув, я сообразила, что в комнате все же подозрительно тихо. Интересно, куда это мадам девалась? Неужто соизволила отойти в мир иной с концами. Как-то мне в это мало верилось.

Выйдя в комнату, я услышала странные звуки снаружи. Повинуясь любопытству, выскользнула на балкон и перегнулась через перила.

На крыльце замка что-то происходило.

Несколько огромных косматых бугаев с шипастыми дубинками пытались пробиться в здание. На их пути стеною встали гаргулы. Среди мужчин я легко нашла и Гарри. Он не просто оборонялся, а вязал по рукам и ногам детину на голову выше него и раза в два шире.

Силен, конечно!

Уважения у меня к нему прибавилось.

– Мы все равно до тебя доберемся, проклятый Инчиро Джакобо! Не смей трогать наш завод! Чтобы тебя смерть прибрала, мерзавец! – орали нападающие.

Мне стало не по себе. Подняв взгляд, я заметила, что босс тоже стоит на балконе. Но смотрел он не на этих космачей, а на меня…

Смутившись, я ойкнула и заскочила к себе. Нет, ну угораздило же выбежать туда в одной короткой ночной сорочке.

Позорище.

– Все? Ты проснулась, – раздалось рядом.

– А я так надеялась, что вас амнистировали и впустили уже в рай, – обернулась я на демонессу. – Слушайте, а может, вам богам арии спеть, вот как мне. Вдруг поможет?!

– Я уже напела на шанс для исправления. Так что не стоит недооценивать меня, девочка, – улыбнулась она мне как-то очень нехорошо. – Одевайся и на работу. Я там тебе, пока ты спала, вещички перевесила. Отобрала все лучшее. И не забудь про каблучки. Женщина должна быть неотразимой…

– Вы же дух, – проворчала я, шагая к гардеробу.

– И что? Полтергейсты тоже не материальные товарищи, а погромы устраивают.

– Ага, – кивнула я своим мыслям. – Значит, несите мне сладкий черный кофе. И еще заправьте постель.

– Арина!!! – возмутилось привидение.

– Кофе и постель! – скомандовала я. – И в приемной пошуршите. Там такой бедлам…

* * *

Отхлебнув кофе, я старательно все переписывала с обрывков бумаги в планер. За моей спиной с ворчанием работала мадам Джакобо, переставляя папки согласно годам. Со стороны это, наверное, выглядело забавно – летающий архив, но по мне так все замечательно.

Я уже и рада была, что оцарапалась о раму картины – такого ценного помощника приобрела.

– Арина, – дверь в кабинет шефа открылась, являя его демонячество. – Найдите мне протокол с последнего совещания глав отделов. Он должен был быть на столе.

– Да, господин Джакобо.

Я махнула рукой, привлекая внимание своей помощницы.

Демон, заприметив парящую в воздухе папку, замер и подозрительно прищурился.

– А это… – отмахнулась я. – Сущность пристала, вот я ее и пристроила к работам.

– Сущность? – демон почесал голову между рогами. – Опасная ты женщина, Арина. Но ладно, главное, что ей платить не нужно.

Я закивала. Мадам Джакобо заскрипела зубами, но смолчала…

Найдя среди хлама нужный протокол, я отправилась к шефу на ковер. Он стоял у окна и смотрел на улицу. Мне вспомнился утренний инцидент на крыльце здания корпорации. Видимо, врагов у господина директора действительно много.

Обернувшись, демон кивком приказал оставить бумаги на столе. Мое внимание привлекла небольшая рамка, стоящая у органайзера с карандашами. Я легко узнала в изящной акварельной миниатюре – демонессу. На ней она была еще очень молода и ласково улыбалась.

– Ваша матушка? – непонятно зачем спросила я.

– Да, – ответил он прямо за моей спиной. Обернувшись, я чуть не уткнулась в его мощную грудь носом. – В тот год она родила меня. Говорят, внешне мы похожи.

– Да, наверное, – пробормотала смущенно.

Усмехнувшись, демон поймал прядку моих волос и пропустил ее через пальцы.

– Несравненная Миллисента Джакобо, красивая всеми желанная женщина и просто отвратительная мать.

– Но вы ее любили?

Я осторожно сделала шаг в сторону, чтобы увеличить расстояние между нами.

– А разве сын не должен любить ту, которая дала ему жизнь? – Он внимательно следил за моими передвижениями. – А ты и правда любишь цветы?

Резко сменил он тему.

– Это имеет для вас какое-то значение? – что-то тревожно зазвенело в душе.

Нет, возможно, это просто живот от голода урчал, но все равно стало как-то неспокойно.

– Да, имеет, – кивнул он. – Розы? Орхидеи? Камелии?..

– Ромашки, – брякнула я и поспешила на выход.

Не понравились мне его расспросы. Еще не хватало, чтобы он снова приставать начал.

Выскочив из кабинета, я натолкнулась на слегка растерянный взгляд сидящей на моем кресле мадам. Она явно все слышала, и что-то ее сильно задело.

– После обеда пойду в наш отдел кадров за консультацией, – пробормотала я, оборачиваясь на закрытую дверь кабинета его рогатейшества. – Она здесь за местную сваху. Расспрошу у нее о невестах. Узнаю, где их вообще искать. Может, и получится ему кого-нибудь подобрать, не переживайте.

Она лишь кивнула в ответ.

Глава 11

Вернувшись с обеда, я обнаружила, что стопка папок разобрана, но самой мадам Джакобо нет. Исчез куда-то призрак неугомонный. Заглянув в кабинет шефа, я обнаружила – и его нет на месте.

Зато пахло козлиным духом. А на столе в вазе красовался необычный букет из обычных ромашек. Вроде и цветы самые простые – полевые, а такая композиция. Маки были посрамлены.

Я снова покосилась на дверь в кабинет начальника.

Неужто это его способ извиниться за наше знакомство? Хм… Ну, нет… Скорее способ подкатить и забраться под юбку. Умасливает, черт такой… Фыркнув, я переставила вазу на камин. На такие дешевые трюки не куплюсь. Присев в свое кресло, я покосилась на портрет мадам. Вроде как обещала заняться ее проблемой. Угораздило же. Но спать хорошо я любила, ванну тоже предпочитала принимать одна. Так что, если не женю ее чертенка великовозрастного, вызову экзорциста.

Вот с такими мыслями я поплелась в наш отдел кадров.

* * *

Мадам Эльвира в строгом сером платье обнаружилась там, где ей и положено быть – в своем кабинете, заставленном шкафами, в которых покоились обычные картонные папки в неприлично большом количестве.

– Арина, – услышав мои шаги, ведьма подняла голову. – А я все жду тебя в гости с новостями и никак. Рассказывай, как устроилась?

Улыбнувшись, я скользнула на свободный стул рядом с ней, поставила локоть на стол и уперлась в него подбородком.

– Ага, – мадам Эльвира мою позу оценила. – Говори!

– Не знаю, что вы сделали, что эти трое теперь к моему заду как банные листы пристали, но исправляйте. Первый линяет, у второго традиции, маменька и четыре сестры, а третий – холодный как мрамор и от него не ребенка, а статуэтку рожать нужно. Не годится!

Ведьма тихо засмеялась. Встала и поставила передо мной красивый фарфоровый чайник и чашечку на блюдце. Затем со знанием дела разлила крепкий черный напиток и придвинула ближе ко мне.

– Начнем с того, Арина, что я с тобой совершенно ничего не делала. Все сделалось в тот момент, когда ты перешла через пропускной пункт.

– А конкретнее?

Я отпила немного горячего чая и зажмурилась от удовольствия.

В нос ударил густой и приятный аромат мяты.

– А конкретнее, – охотно подыграла мне ведьма, – с тебя снялся венец безбрачия, потому как с магией твоего мира в наш, ну никак нельзя.

Услышав это, я так и замерла с бокалом в руках. Нахмурилась. Нет, когда-то я слышала уже нечто подобное, но никогда не воспринимала всерьез подобные бабушкины сказки.

Какой еще венец? Какая магия?

Моргнув, я взглянула на ведьму перед собой, она словно давала мне время прийти к неким мыслям самостоятельно.

– Ладно, – медленно кивнула я. – Если есть вы, то чего бы не существовать магии и венцу этому. Но откуда он на мне?

Женщина вздохнула, поднялась и, подойдя к высокому окну, открыла раму, впуская в небольшое помещение свежий воздух. На горизонте собирались тучи. Грянул гром.

– Не откуда Арина, а почему… – Мадам Эльвира повернулась. В ее глазах вспыхнул и погас зеленый огонек. – О венце безбрачия известно было еще нашим предкам. Я говорю – нашим, потому что я, как и ты, родилась не в этом мире. Правда попала я сюда иным путем. Но сейчас мы не о том. Так вот, раньше если хозяйственная, симпатичная девушка долго не могла найти жениха, то родня всерьез начинала говорить о порче. Сглаз, проклятие… Да как угодно. И чаще всего это и был тот самый венец.

Я села ровнее и сложила руки на груди. Что-то в ее словах меня задело. Я, конечно, не красивая, но и не уродина. И вполне было бы логично, если бы хоть какой-то жених у меня все же появился.

Вот только я даже на свидание никогда не ходила.

– Кто меня проклял? – спросила я, прямо глядя на ведьму. – Кто и зачем?

Она как-то неопределенно пожала плечами.

– Вы знаете, – прищурилась я. – Говорите. Меня особо никогда не щадили словесно. Я толстокожая.

Она развела руками.

– Ты сама сейчас ответила на свой вопрос, Арина. Тебя никогда не жалели. Понимаешь, почти всегда венец идет от близкого родственника. Мать или бабушка. Реже тетя… Слова, Арина, материальны. Они способны обидеть, ранить и даже убить. У твоей мамы наверняка не сложилась личная жизнь. Она, скорее всего, много плохого говорила о папе, когда ты была еще девочкой…

– Ну, почему же девочкой? Я вообще всю жизнь расплачиваюсь за то, что он мерзавец. Компенсирую матери его предательство. И при этом я была, есть и останусь навечно для нее плохой. Просто по определению. Плохой и по гроб жизни обязанной.

Выпалила я и язык прикусила. Никогда я еще никому не жаловалась. Накапливала все в себе и молча терпела.

– Вот и корень твоей беды, Арина. Ты умница, красавица, но, увы, глубоко несчастна внутри. У тебя закреплен в подсознании страх, что мужчина – предатель, что из-за него придется страдать. Рассчитываться за его ошибки. Ты не веришь в свое счастье. Не знаешь, какое оно. Не видела. На тебя смотрят, но обходят стороной – отталкиваешь. Одиночество давит, и магия материнского слова становится все материальнее. Венец безбрачия крепчает, укореняясь в душе и впиваясь шипами в сердце.

В комнате повисла тишина. Сходила, называется, узнала, откуда невест для демоняки брать. Выдохнув, я покосилась на мадам Эльвиру.

– То есть вот это они бегают за мной, потому что понравилась, а не вы там что-то наколдовали?

– Ну, у тебя еще есть сомнения? И скажу я тебе насчет линяющих и каменных. Так вот, если ты, девочка, найдешь мужчину без изъяна, приведи его сюда – хоть посмотрю, как он выглядит. Мой, как вспылит, так рогами все дверные проемы собирает.

Я усмехнулась, представив картину.

– Но ты ведь пришла не про себя узнать?

– Нет. – Я допила чай и поставила чашечку на блюдце. – Хотела спросить, если срочно нужно женить мужчину прескверного характера, то где искать невесту?

Ведьма просияла и потерла ладони.

– Ни слова больше, Арина! Ищи первую любовь или иди по классике – дочери маминых подруг. Это срабатывает почти всегда.

– И даже не спросите, кого я собираюсь женить?

– О, Арина, меньше знаю, лучше сплю, но понаблюдать за тобой будет забавно.

* * *

– Имена, мадам, – грозно рыкнула я, глядя на растерянный невесть откуда вернувшийся дух демонессы. – Мне нужна вся информация! С кем, когда и во сколько лет?!

Постучав карандашом по столу, я сдвинула брови к переносице.

– Да, не знаю я… – Она растерянно пожала призрачными плечиками. – У Инчиро никогда не было недостатка в женщинах…

– Боги! – закатила я очи к потолку. – Вы что даже не удосужились узнать, кто был первой любовью вашего сына? Даже моя маманя и та знает, что это был Митька из первого подъезда, который в меня гнилыми дачными помидорами в третьем классе кидался. Собственно, вот как помидором по голове мне попал, так и разлюбила. Все чувства враз вышибло. А ну, вспоминайте, давайте!

Мадам лишь вздохнула и скисла еще больше. Нет, ну она мне так все начинания на поприще свахи загубит. Нельзя же быть настолько отстраненной от отпрыска родительницей?! В какой-то момент мне ее даже жалко стало. Странное чувство. Но вот как представлю: умерла бы, а потом выяснилось, что при живом сыне я и матерью настоящей так и не стала – тоска берет за сердце.

– Поделом мне, видимо, – только и смогла пробормотать демонесса. – Я и не видела, что у него на столе мой портрет. Мы никогда толком не общались. Сначала он попросил денег на эту корпорацию, потом я у него брала. В последние годы Инчиро полностью содержал меня. Иногда я посещала корпоративные вечера в этом замке, но не заходила в его кабинет. Да и сюда в приемную… Что мне было здесь делать?

Демонесса поднялась и пролетела по помещению, замерла у ромашек и скривилась.

– Даже за женщиной ухаживать не умеет, – прошептала она с неким сожалением. – Он ведь был таким послушным милым мальчиком. Все какие-то рисунки пытался мне показать. Нянечки говорили, что у него красиво выходит. Творческим растет. Куда все это делось? В кого он вырос? И ведь так непохож на своего отца. Тот был и гулякой, и игроком. Все, что я хотела, – это чтобы Инчиро вырос другим.

– Вот только не говорите, что вы ему этот… – Я покрутила мысли в голове. – А… Венец безбрачия навели.

– Что? – удивленно посмотрела она на меня.

Почесав кончик носа, я пыталась обдумать собственное предположение. Но не сходилось. Они, похоже, и не общались толком, чтобы там словами от загса отвадить.

– Да я сегодня узнала, что меня собственная маменька магически подпортила, – призналась я, улыбнувшись. – Вот думаю, а не вы ли причина столь пренебрежительного отношения вашего сына к дамам?

Ей мои слова вот совсем не понравились. В ее глазах вспыхнул и погас красный огонек, совсем как у ее Инчиро. Все же сын очень походил на мать. И не только внешностью.

– Так, мы отвлеклись, – спохватилась я и снова взяла карандаш в руку. – Или вспоминайте кто у него там первая любовь, или список мне дочурок ваших лучших подруг!

– Да какие подруги?

Мадам так забавно захлопала ресничками, что меня перекосило.

– Беда, – вздохнула я, чувствуя, что мы просто ходим по кругу. – В конце-то концов, это вам нижний мир светит или мне?

Демонесса взлетела к потолку и замерла там, покачиваясь и раздражая меня еще больше. В кабинете стало тихо, только муха на окне тоскливо жужжала, силясь найти лазейку и оказаться на воле.

В коридорах послышались шаги. Громкие такие, четкие. Дверь в приемную отворилась, и вошел грозный рогатый шеф.

– О, господин Джакобо!.. – спохватилась я. – А как звали девушку, с которой у вас случилась первая любовь?

– Сара, дочь кухарки, – выпалил он и встал столбом. – Чего? Что за вопросы, Арина?

Вот таким я его еще не видела. Стоит и карасем рот открывает. Ага, привык, что ему дамочки в глазки заглядывают и лишнее словечко вымолвить не могут.

Демон опасно прищурился. Он явно пыжился сообразить, о чем вообще у него выведывают и для чего.

Я лишь широко улыбнулась. Нет, ну, может, и бестактно, зато сработало.

– Арина, – демон снова полыхнул взглядом. – Я вам цветы подарил.

– Да, – закивала я. – Ромашки. Спасибо.

– И все?

Он явно удивился.

– А что-то еще? – невинно приподняла я бровь.

Он снова растерялся. Нет, ну, а что он за ромашки хотел? Не целовать же его в обе щеки за букет!

– Ладно. Мне нужен Орхан, вызови его.

Кивнув на винтажный телефон, раздосадованный демон скрылся в своем кабинете, хлопнув дверью.

Я же перевела взгляд на потолок. Мадам заметно потемнела лицом.

– Кухарки!!! – фыркнула она. – Что папашу тянуло на этих стряпух, что сына!

– Ну, так путь к сердцу мужчины лежит через что? – миленько так уточнила я.

– Через постель, – фыркнула она.

– Нет, – поморщилась я, – вообще-то, через желудок! Не с той философией вы жили. А эта Сара, видимо, таскала от маменьки очень вкусные булочки.

Тихо засмеявшись, я записала на листок первую кандидатуру на роль жены нашего угрюмо-похотливого демоняки.

– И я все еще жду имена дочерей ваших подруг, – напомнила я, поднимая трубку.

– Хостес, – раздался знакомый приятный голосок Камилы.

– Господин Джакобо вызывает Орхана.

– Эээ. К оркам, да? Арина, – промямлила вампирша. – Я еще не обедала, только собралась. Может, вы сами пригласите его? Если, конечно, вам не затруднительно.

– Конечно. – Ну, как я могла отказать ей после того, как она у моей кровати с ведьминским пойлом стояла? – Приятного аппетита.

Сбросив звонок, я поднялась. Призрак так и покачивался потусторонним маячком над моей головой.

– Думайте пока, – фыркнула я в сторону люстры. – Чтобы имена были!

Скомандовала и гордо отправилась в логово орков.

Без задней мысли, так сказать… А зря!

* * *

И только очутившись в отделе внутренней и внешней безопасности нашей корпорации, я сообразила, что не стоило мне сюда соваться такой молодой, красивой и непростительно незамужней.

Их было с дюжину. Здоровых, зеленых, клыкастых.

Они разом подняли головы и просияли. Жутко так, с поволокой в глазах. Правда, те, у кого на безымянных пальцах имелись кольца, опомнились и принялись дальше копошиться в бумагах, но таких оказалось всего четверо.

– Ой, как приятно вас видеть у нас!.. – раздалось сбоку.

– Проходите, Арина…

– А хотите черный чай…

– Кофе…

– А на свидание…

– В ресторан…

– Только вы и я…

– С мамой готов познакомить хоть сейчас…

– А я старший сын, после меня еще трое…

Сглотнув, я начала тактическое отступление спиной к двери. Как-то это я не подумала. И разом вспомнилось, что Камила же в ресторане через три столика от меня обедала. Вот коза вампирская!

Еще шаг назад. Я уперлась во что-то огромное и горячее. Тяжелые ладони скользнули по моей талии и сжались так, что сердце екнуло.

– Попалась, малышка, – раздалось надо мной. – Зря я тогда еще в лифте знакомство не начал. Ну ничего, мы это упущение исправим. Правда ведь, Арина?

Я сглотнула…

«Помогите!»

Глава 12

И глазом не успела моргнуть, как меня утащили в кабинет. Маленький, тесный. Хлопнула дверь. Я обернулась. Все… Побег невозможен. Вдоль позвоночника пробежались мурашки. Что-то мне подсказывало, что сейчас легко не будет.

Да, как же я так подставилась то?

Орхан медленно наступал, натурально загоняя меня в угол. Яркие зеленые глаза орка хищно блестели. Смущали и, казалось, раздевали меня. Не спеша и настойчиво расстегивая взглядом пуговички на блузке.

Зеленокожий мужчина улыбнулся, а у меня вспотели ладони. Теперь я точно знала, что чувствует муха, попав в сети к пауку.

– Расслабься, Арина, – уголки его губ приподнялись выше. – Не бойся меня, красавица. Не обижу. Люблю я малышек таких сладеньких. Да все как-то мимо. Не волнуйся. Обещаю, если что, женюсь.

Его глаза снова опасно сверкнули.

– Вас вызывает господин Джакобо, – пропищала я, сообразив, что этот огромный орк встал так, что дверь находилась за его спиной.

– Ммм… – разочарованно протянул он. – А я уж подумал, что ты просто в гости зашла. Я ждал. Очень ждал и надеялся. Тебе понравились цветы?

– Маки?! – выдохнула я, заливаясь краской смущения.

– Да, они. Это весьма символичные цветы для моего народа. У них… сакральное значение. – Орхан размял плечи, отчего рубашка на его груди опасно натянулась. Не как у оборотня, но было за что взгляду зацепиться. – А что ты, такая красивая, делаешь сегодня вечером?

Он уверенно шагнул вперед, и я невольно отступила.

Чего я вообще приперлась сюда? Почему Камила просто не соединила меня с этим отделом по телефону?

«Потому что не захотела напоминать о себе лишний раз, – смекнула я. – Вот же… Гадство!»

– Господин Орхан… – мой голос дрогнул. – Вас ждет директор.

– Угу, – кивнул он и снова сделал шаг ко мне.

Такой здоровый, зеленый, клыкастый… И до одури сексуальный. Ух! Уйти бы отсюда целой и в нижнем белье!

Да как же я так встряла, а?

– Ужин, Арина. Ты и я. Во сколько мне за тобой зайти? – Похоже, этот орк отступать не желал.

Открыв рот, я сообразила, что совсем не умею отшивать мужчин. Тем более таких напористых.

Покосившись на дверь за его спиной, мысленно взмолилась всем богам, чтобы выручили. А орк все приближался, тесня меня к стене.

– Если не хочешь в ресторан, то я с удовольствием приглашу тебя к себе… – Он весьма недвусмысленно приподнял бровь, а у меня во рту пересохло. – Непринужденная обстановка. Узнаем друг друга ближе. Ты и я…

Хлопок. Я резко моргнула, вздрогнув. Дверь распахнулась, являя нам злого большого рогатого спасителя.

– Орхан, мне что тебе особое приглашение в свой кабинет выписывать? – рявкнул он да так, что пространство задрожало. – Где отчет по поводу утреннего инцидента.

Стремительно обойдя орка, господин Джакобо вдруг странно склонился, и в следующее мгновение я оказалась висящей на его плече.

– И еще… Здесь тебе ловить нечего, – добавил он, по-хозяйски пригладив мой зад ладонью. – Увижу рядом – буду зол!

С этими словами босс вышел из кабинета. Огромными глазами я взирала на недовольного и слегка озадаченного начальника отдела безопасности.

Но дверь закрылась, оставляя его внутри.

– Я тебе, Арина, сказал вызвать Орхана, а не идти сюда самой, – гневно зашипел демон.

– Ааа…

Похоже, мне отказал речевой центр.

Я просто представила, как выгляжу сейчас со стороны. Висящая такая на демонском огромном плече кверху задом в короткой юбке и чулках…

– Господин Джакобо, немедленно поставьте меня на пол!

Вставшая перед глазами картинка мгновенно помогла отойти от первого шока.

– Зачем? – В его голосе я уловила что-то такое… ехидненькое. – Вернуть к орку в кабинет?

– Нет! – выпалила я, не задумываясь. – Туда я больше не сунусь, даже если прикажете. А то чихнуть не успеешь, как окажешься замужем и счастливо беременной тройней. Но… отпустите. Это неприлично!

– Зато быстро, – остановился он у лифта и нажал кнопку вызова.

– Вы невыносимы! – проворчала я, пытаясь спуститься.

Суетилась, крутилась, но куда там. Демон крепко удерживал меня в своих ручищах.

– Да откуда в вас столько силы?! – психанула я, поняв, что все мои попытки тщетны.

– Буду считать это за комплимент, Арина, – отозвался он. – К оркам ходить запрещаю. К оборотням тоже… И вообще…

– А с чего это? – опершись рукой о его плечо, я попыталась выровнять положение тела, чтобы не болтаться мешком.

– С того, что хочу, – коротко ответил он, входя в кабинку лифта.

Двери закрылись. Я продолжала болтаться на демоне.

– Господин Джакобо, – фыркнула я, ударив его кулаком по спине. – Вы переходите границы дозволенного. Мне не нравится, когда меня лапают всякие там. Вы часом женщиной не ошиблись?

Молчание. Вот как стоял, гад рогатый, так и продолжил.

Натурально зарычав, я снова приложилась о его спину. Даже не вздрогнул.

– Черт, – ругнулась я.

И тут же получила ладонью по заду.

– Прекратите! – взвизгнула я. – Не имеете права!

– С чего это? – лениво поинтересовался он.

– А с того, – прошипела я. – Такие вольности я только мужу позволю. А вы мимо, господин Джакобо. Не путайте работу и личное.

– То есть я на тебе жениться должен? – в его голосе зазвенели недовольные нотки.

Я представила его в роли мужа и ужаснулась.

– Только через мой труп, лежащий на пороге в загс, – вырвалось у меня. – Лучше уж при таком раскладе остаться старой девой с тридцатью котами.

– И чем же я плох?

Спросив, он сильнее стиснул мои бедра.

Я смолчала. Что вообще можно ответить на такой вопрос?

– Арина. – Господин Джакобо, наконец, соизволил поставить меня на ноги.

Одернув юбку, я отвернулась от него.

– И все же? Чем я плох? – не унимался демон.

– Я работаю вашим секретарем, – произнесла я как можно четче. – Разговаривать с вами о личном не обязана.

– Хм… – странно усмехнулся он.

Лифт остановился, и двери разъехались. Не теряя ни секунды, я вышла из него и направилась в сторону приемной.

– Я убью всех! – раздалось громкое сбоку.

Повернув голову, я заметила, что на меня бежит здоровенная косматая детина.

– Где он? Я его убью! Убью!!!

Меня толкнули. Отлетев к стене, я приложилась о нее спиной, но устояла. Подняв взгляд, поняла, что прямо надо мной остановился какой-то сумасшедший со здоровым тесаком в руках.

– Арина! – Господин Джакобо вышел из лифта и остановился. – Ты еще кто такой? – без тени страха поинтересовался он у полоумного.

– Я? – Космач затряс головой. – Ты, демонская твоя морда, даже не поинтересовался, кого разоряешь? Чей завод пытаешься пустить с молотка!

– А-а-а, – господин Джакобо цинично оскалился. – Берендей. Но не помню, как там тебя по батюшке. И что же ты здесь делаешь? Разве я тебя звал?

Взгляд босса метнулся в мою сторону. И наверное, нечесаный детина заметила это, потому как в следующее мгновение меня схватили за запястье и с силой дернули.

– Твоя девка, демон? – Из пасти берендея жутко воняло. – А хотя бы мою помнишь? Что ты напел ей, что она побежала под тебя стелиться? Разорвала помолвку.

Господин Джакобо пожал плечами.

– Не помню, чтобы спал с медведицами в последние месяцы. Может, путаешь? Наверное, она под Лафилье легла. Эльф-то все поприятнее медведя будет.

Босс тихо засмеялся. А мне стало жутко не по себе. Уже и как-то жалко этого берендея. Невесту увели, бизнес отжимают… Еще и смеются в лицо. Вот сейчас господин Инчиро Джакобо вполне соответствовал тому, что о нем рассказывают.

Милый, добрый рогатый демон – это все не про него.

Детина зарычал и резко притянул меня к себе ближе, выпустил на мгновение, но лишь чтобы удобнее схватить за волосы. Жалость мгновенно улетучилась. Ну, мало ли какие у него неприятности в жизни, не срываться же теперь на ни в чем не повинной мне.

Я сглотнула. У моего носа появился широкий тесак. В его зеркальной поверхности отчетливо отражалось мое испуганное лицо.

– Ты, демон, разрушил мою жизнь, – шипел над ухом берендей. – Меня опозорил. Всю общину оставил без дохода. А за это я твою девку заберу. Человечка? Мне понравится! Она тебе потом расскажет, что я с ней делал и сколько раз. Если, конечно, сумеет от меня к тебе доползти.

У меня душа похолодела, а господин Джакобо лишь лениво усмехнулся.

– А силенок на нее хватит? – Ему кажется было действительно весело. – А вдруг не справишься, берендей? Такой конфуз выйдет. Она вернется, а рассказать и нечего. Что мне потом за тебя отрабатывать придется? Возвращать девушке веру в мужиков.

Он хохотал.

Я тряслась, струхнув по-настоящему. Под кожу медленно заползал, растекаясь, ледяной ужас. Рядом мелькнул призрак. Мадам Джакобо зависла над сыном и прижала ладони к груди.

– Не волнуйся, Арина, мой мальчик сейчас что-нибудь придумает. Он тебя в обиду не даст.

Поверила ли я ей? Нет.

– Отпустите меня, – взмолилась я. – Я для него ничего не значу. Он вообще никем и ничем не дорожит.

Босс явно меня услышал. Улыбка сошла с его губ и обнажился привычный оскал.

– Ну, вот и проверим: дорожит или нет.

Мужик, намотав на кулак мои волосы, потащил к окну. Я запиналась о собственные ноги. Дрожала как осиновый листок и молилась непонятно кому.

– Ты заплатишь мне демон, или я твою девку выкину! – горланил он. – А? Неси мне документы на мой завод. Расписку, что отказываешься от сделки отчуждения.

Ответом ему был очередной злой смех.

– Девку в обмен на завод? – Господин Джакобо приподнял бровь. – Я что, по-твоему, идиот? Да можете вдвоем в то окно сигать. Помашу рукой на прощание.

Что-то в моей душе надломилось. У носа снова замаячил огромный тесак. Косматый мужик, не церемонясь, дергал меня за волосы, причиняя боль. Проступили слезинки и медленно скатились с ресниц.

Демон как-то странно взглянул на меня. В его темных глазах вспыхнул и погас опасный красный огонек.

– Думаешь, не сделаю? – Берендей потащил меня дальше и буквально уложил плашмя на подоконник.

Я в ужасе вскрикнула. В голове пронеслась мысль: «Вот сейчас умру». Ладони вспотели. Я силилась поднять руки, чтобы за что-нибудь ухватиться. Но из-за паники не выходило. Только и могла, что ногами болтать в воздухе.

Что-то тяжелое опустилось на мою спину.

Вниз, на выложенный булыжником тротуар, полетел тесак.

Мужской рык откуда-то снаружи. Меня рывком скинули с подоконника. Оказавшись на полу, я подняла затуманенный слезами взгляд и успела увидеть, как косматого детину скрутили гаргулы, выдернув из окна. Я была спасена, но вместо радости ощутила еще больший страх.

– Арина, – господин Джакобо сделал по направлению ко мне несколько шагов, но я остановила его, вытянув руку.

Он с такой легкостью согласился на расправу надо мной. Конечно, где секретарша, а где нажива с продажи завода. И ведь не упрекнешь его ни в чем. Он мне никто.

– Арина, – попыталась вмешаться демонесса, – мой мальчик говорил несерьезно. Он видел за окном стражников.

Но я лишь покачала головой.

Никого и ничего он там не видел.

Поднявшись, как древняя старушка, я не придумала ничего лучше, как пойти в сторону дамской комнаты. За моей спиной слышались громкие тяжелые шаги, но я предпочла их не замечать. Меня трясло от пережитого. На такое я не подписывалась, устраиваясь сюда.

Да и кем нужно быть, чтобы не помнить: ты ли чужую невесту увел или это твой ручной эльф ушастый под себя ее подложил.

– Арина, не нужно так на все реагировать, – мадам Джакобо летела за мной следом. – Тебе действительно ничего не угрожало.

Толкнув дверь в уборную, я влетела туда и задвинула небольшой изящный засов. Но от навязчивого общества меня это не спасло. Голова демонессы тут же просунулась через дверь.

– Мой мальчик за тебя переживал, – вещала она. – Я это видела.

– Видели? – хрипло спросила я. – А то, что говорил этот косматый, не слышали? А как смеялся господин Инчиро? – Меня понесло. – Чем занимается ваш сын? Скупает за грошовые долги предприятия, попавшие во временные неприятности, и, уничтожая их, перепродает? Он ничего не создает. Не помогает. Он зарабатывает, разрушая человеческие судьбы. Что будет на месте того завода? Новый? Или он сольет его в угоду конкурентам? Отхватит большой кусок земли, и на что его пустит? Вы же слышали – там целый род этих медведей. Что ему стоит им помочь? Сохранить рабочие места, войти в долю предприятия. Это ведь тоже несет выгоду, но тут нужно потерпеть. Вложиться. А это не про него. Потому что мама не научила ничему доброму, – припечатала я ее.

Она вроде и хотела мне ответить, да слов не нашлось. Влетев в дамскую комнату, призрак опустился на изящную раковину.

Шмыгнув носом, я стерла набежавшие на глаза слезы. Страх потихоньку отступал.

– Я учила его не рисковать деньгами, – тихо пробормотала она. – Учила быть выше остальных, потому как сама смотрела на всех свысока. Покупала наряды, украшение, любовь. Показывала, насколько важно золото. И он вырос с этими ценностями.

– С холодным черствым сердцем он у вас вырос, а не с ценностями, – рыкнула я, сгоняя ее с раковины.

Открыв воду, я умылась, пытаясь привести себя в порядок.

В дверь тихо постучали. Протерев лицо полотенчиком, я поспешила на выход.

Отворила засов и тут же оказалась в тесных жарких мужских объятиях. От того, кто меня обнимал, исходил приятный сладковато-пряный запах корицы.

Глава 13

Я застыла. Тяжелая ладонь скользнула по моей спине вверх, вызывая мурашки вдоль позвоночника. Ткань блузки не спасала от смущающих прикосновений.

Облизнув вмиг пересохшие губы, странно робея, я подняла голову и встретилась с пристальным слегка колючим взглядом демона.

Инчиро Джакобо!

Хлопнув ресницами, я напомнила себе: это мой босс, и он всего несколько минут назад, смеясь, позволял выбросить меня из окна косматому безумцу.

Но этот запах. Странно, что раньше я не замечала его. Такой неожиданно приятный. Немного сладкий. Совсем не подходящий для демона. Продавив ком, вставший в горле, я собрала всю свою гордость в кулак и попыталась отстраниться.

Но мои храбрые потуги остались незамеченными.

– Арина… – голос начальника звучал вкрадчиво. – А с чего ты взяла, что я ничем и никем не дорожу?

– Отпустите меня! – выдохнула я, упираясь ему в грудь ладонями.

– Нет! – Объятия стали крепче. – Я хочу услышать ответ. С чего ты решила, что я дам тебя в обиду? Откуда такие мысли возникли?

– С того, что завод в обмен на девку даже звучит смешно, – напомнила я ему его же фразочку.

– Ну, да, – не стал он отпираться и только недоуменно пожал плечами. – Зачем мне вообще что-то отдавать? И завод мой, и ты моя. Я вообще жадный.

Его фраза возмутила.

– Я не ваша!

– Моя, – криво усмехнулся он. – В этом здании все мое и все мои, пока я не решу иначе. Я только одного не понял, почему ты так испугалась? За окном ведь всегда гаргулы.

Его голос звучал так искренне, а огромная ладонь продолжала успокаивающе скользить по спине. Это нервировало, потому как внизу живота становилось тяжело и горячо. Странные ощущения, раздражающие. И ладно бы я так на Орхана или Сеппа реагировала. А лучше на Гарри. Но не на босса же.

И в этот момент так некстати вспомнилось, с каким пренебрежением он отзывался о невесте берендея.

В последние месяцы с медведицами он, видите ли, не спал.

– Господин Джакобо, отойдите от меня на шаг. Я не являюсь женщиной очередного владельца предприятия или завода, так что не нужно распускать руки. Выгоды от этого никакой.

Он хмыкнул и сделал шаг вперед. Я снова оказалась внутри дамской комнаты, только уже прижатой к стене. Босс действительно убрал руку с моей спины, но лишь для того, чтобы, обхватив пальцами мой подбородок, поднять голову и вынудить смотреть в его глаза.

При этом я заметила, как белой тенью под потолком металась его маменька, охая от поведения своего сыночка.

– Арина… – голос господина Инчиро приобрел бархатистые нотки. – Может, уже начнем дружить и прекратим воевать друг с другом? Это утомляет. Тебя что не устраивает, девочка? Я тебе должность дал, оклад большой назначил, комнаты в лучшем крыле выделил. Хостес к твоим услугам. Что ты все фыркаешь на меня?

Взгляд черных как ночь глаз прожигал.

– Нет, Арина, я любить себя не принуждаю, но не лезь ко мне во враги. Тебе там делать нечего, – продолжил он, воспользовавшись моей растерянностью. – И убери сырость с глаз, тебе ничего не угрожало. Я очень надеялся, что он действительно скинет тебя в окно, а там мгновенно поймают. Но вышло даже лучше.

– А о моих чувствах при этом вы подумали? – выдохнула я, смущаясь от его близости. – Каково мне было в тот момент висеть на подоконнике? Я ведь и вправду решила, что все – последние мгновения жизни.

Он склонил голову набок. Ни тени раскаяния! Он действительно не понимал.

– Как можно быть таким бездушным? – прорвало меня. – Таким жестоким. Каменным. Вы себе не противны?

Схватив его за запястье, я отвела руку от своего лица и, двигаясь бочком, высвободилась из его объятий.

Господин Инчиро продолжал странно на меня смотреть. Не мигая. Словно в душу вглядывался.

– Арина!!! – дальний коридор сотряс вопль оборотня.

Похоже, сюда на всех парах несся господин Сепп.

– Да когда его уже отпустит? – малодушно выдохнула я.

– Просто скажи ему «нет», и все, – грубо рявкнул босс.

– Я же не вы, – запустила я ему шпильку в больное место и на всякий случай отошла еще на шаг. – Закончатся эти его странные дни и сам остынет. Зачем же жестоко по его самолюбию проходиться?

– Выходит, его самолюбие ты щадишь, а по моему и прокатиться можно? Ты не ответила на первый мой вопрос, Арина. – Он снова ловко поймал меня за руку. – Почему ты думаешь, что я никем и ничем не дорожу?

Я откровенно не понимала, что в этой фразе его так задело. Его рука сжималась на моем плече. От нее исходило такое странное тепло. И запах. Казалось, корицей пропитано все пространство. Теплый аромат, сладкий и приятный. Ну, не может демон так благоухать.

– А разве я не права, господин Джакобо? Разве вам хоть что-то, кроме золота, дорого?

Я подняла на него взгляд и утонула в черных омутах его глаз. Мне чудилось, что они бездонны.

Где-то там конем топал оборотень, а я таращилась на этого бездушного демона.

– Называй Инчиро. Раз уж я чуть не стал твоим палачом, то тебе можно.

– Ну, нет уж!.. – Вот теперь уже я встала в позу. – Вы начали этот разговор, и я хочу знать, господин Инчиро, а что еще, кроме золота, вам дорого? Вы хоть кого-то любили в этой жизни?

Он вздохнул и выпустил из захвата мое плечо.

– Я любил мать, правда, безответно, – его губы искривила жесткая ухмылка. – Именно она и научила меня правде жизни – женщина в мужчине любит только его деньги.

– Ой ли?

Я весьма недвусмысленно взглянула на призрак, притаившийся на потолке.

Мадам Джакобо прекрасно слышала слова своего сына.

– Да, Арина, теперь мне интересно, за что можно купить тебя. – Демон, оставив меня, вышел из уборной и обернулся: – Что мне нужно тебе предложить, чтобы получить твое тело?

Я закатила глаза.

– Арина!!! – нашел, наконец, Сепп нужный поворот. – Арина, я слышал про нападение…

Оборотень появился в коридоре и лосем понесся на меня. Мгновение, и я оказалась на его руках.

– Руперт, немедленно опустите меня! – взмолилась я, глядя на вмиг обозлившегося демона.

– Вам нужно успокоиться, – запротестовал наш мохнатый юрист.

– Так я уже спокойна.

– Может, тогда чашечку черного кофе? – приподнял он густую темную бровь. – Он вас взбодрит.

– Ну, кофе можно, – приобняла я оборотня за плечи. – Но все же хватит меня носить на руках.

– А мне нравится, – засмеялся перевертыш и понес меня в сторону приемной.

Обернувшись, я заметила, как полыхают глаза демона, как сжимаются в кулаки и разжимаются его ладони.

Кажется, босс был действительно зол.

Ну ничего, ему полезно.

* * *

В кабинете было тихо. За дубовым тяжелым столом с поникшими плечами сидел демон. Его взгляд, устремленный в одну точку, ничего не выражал. В нем царил холод. Тот, что с детских лет выстуживал его душу. А еще одиночество, которое казалось ему таким естественным.

Время тянулось медленно, принося мужчине дополнительные терзания.

Чего он ждал? Или кого? Сам не понимал. Быть может, новый день.

Ведь прошедший у него совсем не задался. Он скривился и невольно коснулся ладонью груди, в том месте, где билось сердце.

Растерянность.

Его душу оплетало тревожно-сладкое чувство. Новое для него. Непонятное. Мысленно он вернулся к моменту, когда в холле этот проклятый медведь схватил девушку. Сердце забилось быстрее. Ладони вспотели. Он ведь тоже испугался, но виду не подал. Это ведь слабость.

Но… Она ему не поверила. Заплакала, думая, что он даст ее в обиду.

«Я для него ничего не значу. Он вообще никем и ничем не дорожит…» – эта фраза не давала ему покоя.

Злила и делала слабым. Уязвимым.

Потому как она была лживая.

Дверь тихо приоткрылась. Он вскинул голову, но не увидел своего бестелесного вечернего гостя.

Призрак демонессы скользнул в неуютное помещение. Она никогда не была здесь при жизни. Не считала нужным. Ей и мысль эта не закрадывалась в голову. Сейчас же она, облетев комнату, опустилась на единственное кресло для посетителей.

Поежилась. Ее взгляд прошелся по окну, занавешенному темной шторой, по столу, массивному и грубому. Шкаф, папки… Ни цветка на подоконнике, ни картин по стенам. Ничего, что придало бы помещению хоть толику уюта. Лишь небольшой портрет.

На нем она. Еще молодая. Сколько было Инчиро в тот год? К своему стыду, она не помнила. И это причиняло ей боль. Стыд и обида на себя же. У нее был сын. Мальчик, о котором она не знала ровным счетом ничего.

Ее одинокий и забытый Инчиро.

Он сидел сейчас прямо перед ней.

Сильный, красивый и абсолютно пустой.

– Что вам всем не хватает, мама? – выдохнул он, глядя на портрет. – Я же из кожи вон лез, чтобы ты, наконец, осознала, как я важен тебе. Я всю эту корпорацию создал ради тебя. Чтобы обеспечить всем. Я хотел купить себе счастье быть сыном. Но тебя больше нет… Ты так и не поняла…

На его скулах заиграли желваки.

Демон злился, отчего в его глазах, так похожих на ее, разгоралось неистовое пламя.

– А теперь появилась она… Я ничем и никем не дорожу, по ее мнению. Это ложь! – Он с силой ударил кулаком по столу. – Я бы никогда не позволил обидеть ее. Я хотел спасти…

Поставив на стол локти, он закрыл лицо ладонями.

– Одними цветами ее не купишь. Ромашки! Дурак! Да какой женщине понравятся они? Она посмеялась, а я купился. Мама, что же вам нужно, чтобы и я оказался любим? Что? Что я делаю не так? Ты говорила – золото отворяет любые женские сердца. Ты говорила – только обеспеченный властью мужчина достоин, чтобы его любили. Но это ложь!!! – его рык эхом отразился от стен. – Все ложь!!! Ни одна меня не любила. Они продавались, а я покупал. Но это не любовь… Совсем не любовь!

Запустив пятерню в волосы, он умолк.

Демонесса же, сидя напротив него, тихо плакала, понимая, насколько глубокую рану нанесла сыну. Как жестоко с ним обошлась.

И уже неважно стало, попадет она в нижний мир или нет. Ее мальчик оказался в беде.

– Ты будешь счастлив, Инчиро, – прошептала она, протягивая к нему руку. – Мамочка позаботится об этом. Я покажу ей тебя настоящего. Ничего, пока будет тебе невесту искать, влюбится. Мама все сделает, милый. Мама тебя теперь не оставит.

Она осторожно коснулась призрачной рукой его темных густых волос.

Демон замер, но головы не поднял.

– Никто не любит ромашки, – прошептал он. – Нужно было дарить розы. Какой же я идиот. Я потеряю ее, не успев даже вступить в борьбу. И никакое золото меня не спасет…

* * *

Смеркалось. Кое-как отделавшись от Сеппа, я по лестнице добралась в свои комнаты и плотно прикрыла за собой дверь. Что ни день, то какие-то приключения. Скинув туфли, я блаженно размяла пальчики на ступнях.

Резко стало легче.

Направившись на кухню, я жалела об одном – оставила букет с ромашками в приемной. И вроде ничего страшного, но… Я не помнила, была ли в вазе вода или нет. А вдруг они засохнут!..

Помаявшись, я все же надела на ноги босоножки без каблука и решила вернуться на рабочее место. Ну, подумаешь, за окном стемнело, не в соседний же район ехать.

В общем, пока шла, все находила доводы своему незапланированному путешествию. И не зря. В приемной было темно и тихо. Прокравшись к камину, я проверила свои догадки. Ваза действительно оказалась без воды.

Забрав с полки, я прижала ее к груди и тут же вскрикнула, услышав за спиной громкий скрип. Обернулась и выдохнула.

Дверь в кабинет босса открылась и на пороге показался взъерошенный господин Инчиро. Он приподнял бровь, явно не ожидая меня здесь увидеть.

– Цветы… – Я показала ему вазу. – Забыла их. Переживала, что букет завянет за ночь, вот и вернулась…

– Ты и правда любишь… ромашки?

На его лице появилось выражение полного недоверия.

– Да, красивые ведь, хоть и простые. А еще стоят долго. И запах приятный.

– А розы? Орхидеи? – допытывался он.

– Все цветы красивые, господин Инчиро, но вы спросили о любимых. Ромашки, они росли у нашего подъезда. Это словно что-то из детства, теплое и хорошее. А розы всего лишь красивый цветок. Любоваться приятно, но сердце не трогает.

Он кивнул. Вид у демона был какой-то потерянный, что ли. На себя непохож.

– У вас что-то случилось? – решила все же проявить я любопытство.

– Нет. Но, кажется, я нашел свою ромашку.

Его странное бормотание показалось мне немного смешным. Демон выглядел необычно рассеянным. И потому совсем не грозным.

– Может, поужинаешь со мной, Арина?

– Я думаю, в этом здании предостаточно женщин, готовых в любой момент составить вам компанию, господин Джакобо. И поужинать, и много больше. А я ваш личный секретарь.

– Значит, нет?

Он, похоже, расстроился. Даже совестно стало за отказ.

Но я быстро себе напомнила, что за мужчина стоит сейчас передо мной. И минутная слабость отнюдь не отменяют его свинский нрав.

– Нет. И спокойной ночи, – с этими пожеланиями я развернулась и направилась в сторону выхода.

– Я дорожу тобой, Арина, – прилетело мне в спину. – Это неправда, что мне никто не важен. Это ложь!

Обернувшись, я лишь пожала плечами.

И чего его так зациклило на этой фразе? Что она ему покоя не дает?

За спиной босса мелькнул силуэт призрака. Смекнув, что могу попасться на глаза приставучей демонессы, я поспешила к себе. Конечно, захочет – найдет, но хоть какая-то минутка без ее жужжания над ухом.

Глава 14

Утро выдалось ранним, светлым и шумным. Под окнами горланили возницы. Кудахтали курицы и вопила какая-то баба. Сообразив спросонья, где я, поморщилась. Что они там говорили о хороших комнатах с выходом на дорогу? Да ужас же!

Потянувшись, я села, покосилась на часы. Час до начала рабочего дня. Уже неплохо.

Широко зевнула, прикрывая ладонью рот, и замерла, внимательно прислушиваясь. Призрак мадам Джакобо пропал. С вечера ее не видела и не слышала. Может, впустили ее в верхний мир, и все?

Свобода… мне. Хоть бы… хоть бы…

Довольно улыбнувшись, я встала, доплелась до кресла в зале и, упав в него, подняла трубку телефона.

– Хостес, – радостно сообщила Камила. – Что вам угодно, Арина?

– Кофе, – пробормотала я, разминая затекшую со сна шею. – Черный с сахаром.

– И все?

В ее вопросе я почувствовала какой-то подвох, но предпочла не заметить его.

– И все, – закивала я сама себе.

– Хорошо, ждите, – недоверчиво протянула она. – К вам поднимется работник ресторана.

Повесив трубку, я зевнула и поплелась в ванную комнату приводить себя в порядок…

Кофе оказался слишком уж сладким, но жаловаться я не стала. Сама не уточнила, сколько кусочков сахара класть.

Стоя с чашечкой этого напитка у гардеробного шкафа, я решала, что сегодня надеть. Вот раньше было хорошо – две белые блузки и две черные юбки. Никаких терзаний по поводу внешнего вида… А сейчас…

Сделав глоток, я хищно улыбнулась. Да уж лучше такие проблемы, чем решать, с каких денег гасить кредиты сестры или как избежать роли дачного грузчика для матери.

Чем дольше я об этом размышляла, тем меньше мне хотелось возвращаться в свой мир к разбитому корыту с венцом безбрачия в анамнезе.

С балкона донесся слабый шум. Будто в косяк двери постучал кто-то. Смутившись, я решила проверить, мало ли с какой стороны здесь гостей ждать можно. Выйдя на небольшую площадку, я весело засмеялась. Прямо передо мной на перилах гордым орлом сидел Гарри, важно расправив крылья.

– Несравненная Арина, – пафосно воскликнул он, – я вчера не успел утешить вас, был занят берендеем. Но позвольте сегодня вручить вам небольшой презент.

– А зачем так торжественно-то? – смутилась я, глядя на красиво завернутое пирожное в его протянутой руке. – Это мне?

– Да, прекрасная из человечек. К вашему, – повел он носом, – кофе. Судя по аромату, ты заказала его в нашем ресторане. – Он изменил тон и поморщился: – Лучше его покупать в кофейне напротив.

Обернувшись, гаргул ткнул пальцем в небольшое одноэтажное здание внизу за его спиной.

Кивнув, я приняла к сведению. Кофе был откровенно невкусным и горьким.

Мое внимание вновь вернулось к мужчине. Вблизи его крылья оказались кожистыми, как у летучей мыши, плотными и отчего-то блескучими. В них, немного ослепляя, играли солнечные блики.

– Ты на работе? – перевела я взгляд на мужчину.

– Да, я почти всегда на смене. Семьи нет, дом пустой…

– Ничего… – Мне вдруг стало жаль, что такой хороший мужчина и никем не занят. – А в мой мир вам совсем нельзя?

Он покачал головой и вздохнул.

– Тогда почему вы приглашаете на работу так мало женщин моей расы?

Он снова пожал плечами.

– За пирожное спасибо. И за то, что спас меня вчера, тоже.

Мой взгляд отчего-то невольно метнулся на балкон босса. Натолкнувшись на пристальный взгляд демона, я внутренне напряглась.

– Тебе ничего не угрожало, – Гарри, кажется, и не замечал, что за нами наблюдают. – За окнами всегда стража. Не я, так кто-нибудь другой тебя бы поймал.

– Угу…

От смущения у меня порозовели щеки.

– Ну, я полетел, не буду отнимать твое время, красавица. Надеюсь, еще сегодня тебя увижу.

Я попыталась что-то пробормотать в ответ, но слова не шли.

Не заметив моего состояния, Гарри взмахнул крыльями и взлетел куда-то под крышу.

Я вновь невольно покосилась на начальника. Господин Инчиро не сводил с меня глаз, пристально рассматривая.

Поежившись, я заскочила в комнату и поспешила к зеркалу проверить, все ли у меня там с одеждой прилично. Но в отражении на меня глазела темноволосая ненакрашенная девушка в длинном халатике.

Вид – хоть сейчас в монашки.

Это успокоило.

– Арина, ты почему еще не одета? – раздалось из моего гардероба.

Опасливо заглянув в него, я уставилась на деятельного призрака.

– Мадам, я уж и не ждала вас… А снова вы приперлись.

– Сделаю вид, что этого не слышала, – отмахнулась она от меня, как от мухи. – Сегодня наденешь чулочки, юбку-карандаш с разрезом и вот эту кофточку.

Мои шмотки проплыли в воздухе. Закатив глаза к потолку, я подавила желание спорить. Себе дороже. Как начнет арии завывать в три ночи – я ж с балкона выйду к гаргулам.

– Мадам, может, вы уже отойдете в мир иной с концами?

Тяжело вздохнув, я отправилась с пирожным и кофе на кухню.

– Обязательно, Арина, но только после свадьбы своего мальчика. Я вчера вечером все хорошо осмыслила. Нам с тобой нужно найти его положительные стороны и понять, какие девушки ему нравятся.

– Что тут понимать? – пробурчала я, ставя чашку в раковину. – Продажные!

– А вот и нет, – зазвенело над моим ухом. – Где там лист бумаги, на который ты записала его первую любовь. Нужно к ней приглядеться. На что он там купился? Начинаем, Арина, небольшое любовное расследование.

Выдохнув, я со злости вгрызлась в пирожное. Хоть что-то покусаю.

* * *

Заказав себе приличный кофе из кофейни напротив здания корпорации, я с видом ужаленного в филей бульдога заполняла еженедельник господина Инчиро и всячески не замечала расположившегося напротив ушастого паразита по имени Ландрю Лафилье.

Эльф изводил меня одним видом своей приторно-сладкой физиономии. Он без спроса брал папки, лез в них, вытаскивал наброски для речи на собрании руководителей отделов, ворошил собранные по датам протоколы.

– Арина, вышвырни его отсюда, – шипела над моим ухом мадам Джакобо. – Сил нет его терпеть. Как-то при жизни он мне совсем иным казался.

Вот и нашли мы с ней грань соприкосновения – общей оказалась жуткая нелюбовь к эльфам, а конкретно к одному представителю этой расы.

Изнеженная ручонка с маникюром потянулась к очередной папке.

– А ну, не трожь, – рявкнула я, не выдержав. – Может, подождете господина Инчиро в другом месте?

– А он для тебя, человеченька, уже Инчиро, м? – Уши этого противного типа качнулись вперед. – Быстро же ты сдала крепость.

– Пошел вон, – прошипела я, вставая с кресла.

– Арина?! – раздалось со стороны дверей. – А-а-а, Лафилье. Я вижу, ты потерпел фиаско и был послан.

Вошедший в приемную господин Инчиро, усмехнулся и направился к своему кабинету.

– Да что вы, босс… – Этот противный напомаженный кроль, наконец, оторвал свой тощий зад от кресла для посетителей. – Вас можно поздравить с новой победой?

– Ты о чем? – обернулся демон.

– Ну как, очередная любовница, но теперь человечка. Задорого обошлась?

У меня в этот момент желваки на скулах от злости заходили. Эльфеныш поганый!..

– Пошел вон! – процедил господин Инчиро. – Уволен!

Ушастый замер с разинутым ртом. Я же, сжимая ладони в кулаки, следила за мужчинами. Ярость отчего-то парализовала.

– Ой… – Лафилье по-дурацки заморгал. – Неужели наговорил на несравненную Арину? Прошу прощения, не хотел оскорбить красавицу. Но она вас Инчиро назвала, я и подумал…

– Ты не там и не о том думать должен!.. – Глаза демона вспыхнули пожаром. – Я тебе за что плачу?

– За гениальные идеи, – нашелся эльфеныш. – А еще за интуицию и за умение добыть информацию. Я узнал, что кое-кто ищет площадку для нового ипподрома. Если завод по деревопереработке исчезнет, то там вполне могут появиться новые конюшни для кентавров. Район там подходящий и не трущобы, и не элитные дома по соседству.

Демон просиял оскалом. Жутким таким.

– Еще раз твой язык коснется Арины, я тебя удушу, – медленно проговорил он. – Она никоим образом тебя не касается. Если меня нет, чтобы и духу твоего в приемной не было. Пошел в мой кабинет и об ипподроме подробнее.

Подлый подлиза мышью проскочил вперед демона и скрылся за дверями. Господин Инчиро, странно взглянув на меня, запустил руку в карман. Там явно что-то лежало, потому как ткань выпирала. Но поджав губы, он так ничего и не вынул, а, развернувшись, ушел вслед за эльфенышем.

Это немного озадачило.

– Избавились, – выдохнула надо мной госпожа Джакобо. – Отвадить бы этого паразита от моего сына. Сколько раз он его уволить порывался, а этот без мыла и обратно. Инчиро его через дверь выкидывает, а этот в окно обратно лезет.

Я промолчала, так как была уверена, что хотел бы босс избавиться от этого склизкого типа, давно бы уже дал ему пинка под тощий зад.

– Чем мы там занимались? – вернулась я к нашим делам.

– Искали Сару, дочь кухарки, – простонала демонесса. – Только где же мы ее найдем-то теперь? Столько лет прошло. И дом тот продан, и прислуга распущена…

– Без паники!

Я призадумалась.

И вправду, где ее найти, Сару эту?

– А она какой расы? – покосилась я на мадам.

– Гнома, – как-то неуверенно пробормотал призрак. – Мать, во всяком случае, точно мелкоросликом была.

– Ага, – снова подвисла я. – Может, какое агентство есть для найма поваров? Или как-то еще разведать?..

На меня сверху слетело привидение и разместилось на сложенных папках. Фыркнув, я согнала эту потустороннюю певунью, как муху, взмахом ежедневника.

– Уважительней, человечка!.. – перебралась мадам в кресло.

– Нечего тут, – проворчала я, поглядывая на дверь, за которой ушастый вещал боссу об очередной махинации.

Нет, ну, додуматься же, вместо завода, который дает целой общине рабочие места, строить ипподром для кентавров.

– Есть у меня один источник информации, – тем временем мадам накручивала темный локон на палец. – Думаю, не откажет. Жди меня здесь, я скоро.

Взметнувшись, демонесса устремилась прямиком в портрет, только призрачный подол платья всколыхнулся.

* * *

Снова туман. Душа демонессы зябко поежилась. Теперь ей было неприятно находиться в этом потоке почивших с миром существ. И можно было бы повернуть и вернуться в приемную сына, но она не имела на это права.

Хватит. Всю жизнь думала только о себе. И к чему это привело? Душа женщины померкла, словно перестала светиться изнутри. Ее терзала боль и обида. Но не за себя, а за сына.

Как она могла так с ним поступать? За что обрекла мальчика на одиночество? Неудивительно, что его считали за монстра. Злодей.

Нет. Просто он не умел иначе. Не научили.

Она не научила – если уж быть совсем справедливыми.

Впереди показались знакомые ворота, но теперь она уже не спешила к калитке. Знала – недостойна высшего мира.

Но это более не заботило.

Увидев своего тролля, демонесса сжала прутья и улыбнулась. Он ее заметил, нахмурился и подошел ближе.

– Быстро ты обернулась, женщина. – Когтистая рука потянулась к ней и коснулась лица. – А у меня для тебя новости. Боги смилостивились, и тебе разрешен вход. Ты можешь остаться здесь со мной, прямо сейчас…

– Я не могу… – мягко оборвала она его на полуслове. – Понимаешь… Я не могу бросить его теперь. Ты не представляешь, как несчастен мой мальчик. Умоляю, помоги мне еще немного.

– Раньше тебя его судьба не особо заботила, – усмехнулся тролль.

– То было раньше, милый, – не отступала она. – Но я его мама, и пора бы мне вспомнить об этом. Пусть поздно, но я еще могу подарить ему счастье. Но без тебя никак.

Тролль просиял и кивнул. Черты его лица разгладились, делая моложе, чем он был.

– Все для тебя, любовь моя!.. – Казалось, он был даже счастлив узнать, что она не покинула сына. – Говори, что тебе нужно.

Глава 15

– Мадам Джакобо, не хочу вас расстраивать, но вы спятили! – рычала я, стоя на выложенном мелким булыжником тротуаре и провожая взглядом удобную двухместную карету. – Но что еще хуже, кажется, и я с вами тронулась умом. Вам чего в корпорации женщин мало было? Куда вас на другой конец этого городка потащило? И почему я должна была плестись с вами?

– Ой, Арина, брюзжишь как бабка, где твой дух авантюризма?

Призрак, замерев рядом со мной, кокетливо поправлял прическу.

– Авантюризма? – приподняла я бровь. – Вам сообщить, во сколько мне завтра вставать? Уже закат, я толком не поужинала и, вместо того, чтобы идти в комнату и, приняв ванну, упасть на мягкий матрас кроватки, я торчу здесь с вами.

– Эмм, девушка, да я не против вашей кроватки, но почему вы на меня кричите? – вздрогнув, я обернулась и сообразила, что за моей спиной стоит наг и, прикусив клыками нижнюю губу, придурковато лыбится.

Моргнув, я перевела взгляд на демонессу, хихикающую в кулак.

«Да черт ее побрал бы! – простонала я мысленно. – Эту приставучую, кроме меня, ведь никто не видит. Выходит, красуюсь я здесь, как дура, на тротуаре и ору на воздух».

Наг продолжал стоять и лыбиться.

– Простите, – пробормотала я смущенно. – Нервы. Отработала и, вместо отдыха, поплелась вот искать одну гному. А оно мне вообще не надо… В общем, спускаю пар, возмущаясь в никуда.

– А-а-а, – мужчина подошел ближе. – Ну, если вы здесь уже стоите и нужна вам гнома, то путь ваш дальнейший лежит в одну из этих таверн.

– В «Ужаленный поросенок», – кивнула я.

– Замечательное место. И там чудесный эль, – закивал наг. – Позвольте мне пригласить вас туда и угостить. Признаюсь, встретить такую красивую человечку на наших улицах большая редкость. Я не могу не воспользоваться моментом и не познакомиться с вами.

– Еще один! – в сердцах фыркнула мадам и подлетела к змеелюду ближе. – Вам что она всем, медом помазана?

Я в ответ мило улыбнулась мужчине и приказала себе не смотреть на черный чешуйчатый хвост. А в голове яркой картинкой вспыхнули жалобы завхоза – высиживаешь им яйца, а уважения никакого.

Представила себя на кладке белых крупных наговских яиц, и знакомиться разом расхотелось. Нет, не доросла я еще до такой великой любви.

– Боюсь, я здесь все же больше по делам, – под впечатлением от своей фантазии попыталась я мило отказать незнакомцу.

– Жаль, – кажется, огорчился он, но настаивать не стал…

Через каких-то десять минут я уже сидела в «Ужаленном поросенке» и ждала заказанное фирменное блюдо – «Свиные ребрышки под медом».

– Мы не объедаться сюда пришли, – вопила надо мной бестелесная субстанция, которую я старательно не замечала.

Я следила за невысокой, полной девушкой примерно моего возраста, может, чуть старше, которая расхаживала с большим подносом по залу.

Вокруг галдел народ. На небольшой сцене играл скрипач. И не абы как, а задорно и весело.

Наконец, гнома поравнялась с моим столом.

– Простите, вы Сара? – остановила я ее.

– Да.

Она с напряженным интересом осмотрела меня, пытаясь признать.

– Мы незнакомы, – помогла я ей. – Но у меня к вам разговор.

– Простите, некогда…

Ее взгляд стал еще подозрительней.

– А так? – выложила я на стол десять монет.

– Возможно, найду несколько минут. – Она скользнула за мой стол. – Что у вас?

– Господин Инчиро Джакобо. Вам это имя знакомо?

– Шутишь, человечка? Да его здесь каждая собака знает. А моя мамка у них в доме работала. На эту напыщенную жадную рогатую тварь, которая шубы ценила дороже слуг.

– Это она обо мне? – Мадам возмущенной гарпией зависла над моим плечом. – Да как она смеет?! Я назначала приличный оклад…

– Что прямо так и дороже? – усмехнулась я.

– А то! – Гнома поморщилась. – Ей что слуги, что мебель. Все одно. Ни больничных, ни выходных. Жадная на оплату. Всё наряды новые примеряла, да любовников таскала. Молоденьких. А те все как на подбор – продажные угодники. Ей в лицо комплименты, а как она отвернется, так в ее карман за деньгами лезут и других пощупать норовят. Все вокруг смеялись, что рога у нее не потому, что демонесса. А оттого, что изменяют ей же прямо на ее постели. Только она одна этого не замечала.

– Ну, а Инчиро?

Я покосилась на демонессу. У той разве что пар носом не шел от таких комплиментов.

– Сын ее? Он добрым был. Хорошим. Мать любил очень. Постоянно картины ей рисовал. Красивые. Глаз не отвести. Все показать ей пытался. Я думала, он художником вырастет. Талантливый же. Животных обожал. У нас на кухне кошка жила. Однажды она окотилась, но котят не приняла. И мы с ним вместе их выхаживали. Кормили из соломинки. Пока его мамаша не узнала и не велела избавиться от животных. Он так плакал, когда котят в мешок складывали!..

– Утопили? – дрогнуло у меня сердце.

– Ей и ему сказали, что да. А так забрала их одна из поварих. Но Инчиро тогда сильно изменился, перестал к нам на кухню забегать. В комнате закрывался. А через месяц моя мама уволилась.

– Я совсем не помню этого. – Мадам медленно осела на стол. – Да он рисовал, но я считала это занятие глупым и неприбыльным. А котята… Не помню…

– Вы знаете, что он был в вас влюблен? – зачем-то призналась я гноме.

– Инчиро? В меня? – Она захохотала. – Серьезно? Вот это подфартило! Так, может, мне завалиться к нему и попроситься на работу в ресторан в замке? Может, вспыхнут былые чувства?..

Я приподняла бровь.

Гномочка оказалась весьма предприимчивой.

– Спроси ее про Инчиро, может, она еще что-то расскажет? – дрожащим голосом шепнула демонесса.

На ней лица не было.

– А что еще из детства господина Джакобо вы помните? – нехотя поинтересовалась я у девушки, не сводя взгляда с расстроенной демонессы.

– Да что там помнить? – Гнома забавно надула щеки. – Физически слабым был… Тюфяк. Школу закрытую посещал. Ну, для богатеньких. Там ему периодически по рогам стучали. Мать этого не замечала. А на его жалобы все твердила, что слабаки счастья недостойны. Таскала учителей. Ну, и вырос он воротилой бизнеса. Тварью бездушной, как и маманя его. Но если он меня помнит, то это же чудесно! Такими, как он, пользоваться нужно. Может, мне в корпорации местечко найдется потеплее. Или, глядишь, в любовницы к нему пролезу. Пусть, как и его мамаша, платит за любовь.

Мне стало не по себе от ее слов. Просто я видела босса несколько с другой стороны.

Поморщившись, я кивнула гноме и поднялась. Подвинув ей монеты, пошла на выход. Ребрышек под медом разом расхотелось.

За мной поникшей эфирной массой летела пристыженная демонесса. Такую правду о себе еще и переварить нужно. Не каждый день узнаешь, что для окружающих ты рогатая бездушная тварь, которой изменяли направо и налево и любили исключительно по тарифу с оплатой в золоте.

* * *

Спалось мне просто отвратительно. Ворочаясь с боку на бок, я все не могла отделаться от навязчивого сна. В нем я видела, как по просторному дому из комнаты в комнату словно загнанный зверь бегает бедная женщина в огромной шубе, а вслед за демонессой летят… картины. Пейзажи, портреты. И куда бы она ни взглянула, всюду видела своего маленького сына с милыми рожками. Он улыбался ей, держа в руке мокрый холщевый мешок, с которого ручьем стекала вода. Кто-то в нем копошился, жутко мяукая.

Страх от происходящего заставлял мое сердце биться быстрее. При этом я испытывала жалость и к матери, и к ее ребенку. Но ничем не могла им помочь…

Проснувшись еще до рассвета, с открытыми глазами я просто лежала, наблюдая за тенями на потолке. Рядом на небольшом стуле у дверей на балкон сидело притихшее привидение. Заблудшая душа. Мадам демонесса не заметила моего пробуждения. Мне показалось, что по ее призрачным щекам скатываются крупные слезы.

Ей было еще хуже, чем мне сейчас.

Я вдруг представила, каково это – умереть и внезапно узнать, что ты разрушила жизнь своему ребенку. Искалечила его до такой степени, что в нем и души-то не осталось.

Сердце зачерствело. И все считают его монстром. Полагают, что искренних чувств он недостоин. А вот использовать его в своих целях, обогатиться за его счет, пролезть к нему в постель и стрясти за то золотых монет – это в порядке вещей, это не зазорно, ведь он злодей.

Бесчувственный демон, не способный любить.

Мой взгляд остановился на красивом букетике ромашек.

Таких простых и искренних. Ярких и чистых…

Нет, неправда это. Там в глубине души живет еще тот мальчишка, который мечтает о похвале своей мамы. Рисующий красивые пейзажи и любящий котят.

Есть он. Жив. Просто спрятался за ледяной броней, потому как не хочет, чтобы ему делали больно. Боится быть отвергнутым и ненужным.

– Все можно поправить, – зачем-то шепнула я.

В тишине комнаты мой голос показался странно громким.

– Все, что я хочу, – счастья для него, Арина. Уже неважно верхний мир или нижний. Мне нигде не будет покоя, пока я не увижу, как он улыбается. Но теперь все это зависит только от тебя.

Тяжело взлетев со стула, она устремилась на балкон и растаяла как дымка.

Поежившись, я поднялась и пошла на кухню.

* * *

В коридорах было необычно тихо. Да, я понимала, что слишком рано иду на работу, но все же… странно.

Войдя в приемную, я заметила, что кабинет господина Инчиро уже открыт и он с кем-то разговаривает.

Особо не прислушиваясь, я села в свое кресло и покрутилась. Взгляд скользнул по красивому портрету мадам Миллисенты Джакобо. Повинуясь любопытству, я поднялась и подошла ближе. Я вглядывалась в полотно, рассматривала детали, ища подпись художника.

И я ее нашла. В нижнем углу у волана бирюзового платья…

«Инчиро Джакобо…»

Улыбнувшись, я поразилась, насколько же талантливый этот мужчина. Нет, я не была экспертом в живописи. Но когда красиво, тогда красиво.

Демонесса выглядела словно живая. Чувственный изгиб губ намекал на улыбку. Блеск в глазах показывал, насколько она была жизнерадостной, молодой, полной сил… Ослепительно прекрасной и холодной.

Он писал ее с любовью. Такой, какой видел.

– Арина! – раздалось за моей спиной. Обернувшись, я увидела, как из кабинета босса вышел господин Сепп. – Вы сегодня необычно рано.

– Да, – кивнула я, – плохо спалось. Наверное, это акклиматизация.

Нашлась я с ходу. Подумаешь, слукавила. Ну не признаваться же в собственных кошмарах. Вернувшись за свой стол, я заметила на краю у папок с поквартальными отчетами на красивой золотой тарелочке пирожное – корзиночка с клубничками. От одного взгляда на него текли слюнки.

– Это от вас? – спросила я, указывая на шедевр кондитерского искусства.

– Э-э-э…

Сепп нахмурился, явно смутившись.

– Спасибо, – не стала я вгонять оборотня в краску. – Мне очень приятно. Люблю пирожные.

– Правда? – Он приподнял густую бровь. – А чем еще вас можно порадовать?

Вот теперь смутилась я.

Вслед за оборотнем в приемной показался и сам босс. Господин Инчиро выглядел хмурым. Размяв шею, он потер рукой черный рог, будто бы он у него чесался. Взглянул на меня, на пирожное, на Сеппа и еще больше помрачнел.

– Так что еще вам можно подарить, чтобы вы просияли? – не унимался наш мохнатый юрист.

– Ничего, – четко произнесла я.

– Совсем-совсем? – допытывался он.

– Ага, – кивнула я.

Внимание оборотня вдруг стало каким-то душным и лишним. Нет, он продолжал быть милым и обаятельным. Но я все отчетливее понимала – не мое. Этот чудесный мужчина будет прекрасным мужем, но точно не моим.

– На свидание все еще не согласная? – подался он чуть вперед.

В черных глазах перевертыша плясали смешинки.

– Не-а, – покачала я головой.

– Жаль! Знаю я одну кондитерскую, там такие тортики пекут. М-м-м…

– Нельзя играть так низко, – картинно возмутилась я. – Но все же даже ради тортика – нет. Но за пирожное – спасибо.

Подняв тарелочку с корзиночкой, я показала ее ему.

– Увы, но это не от меня, – вздохнул он и, обернувшись на босса, кивнул ему и вышел из приемной.

Удивленно моргнув, я уставилась на рогатое начальство.

На его лице заходили желваки. Злился, но молчал.

– От вас? – как-то неуверенно уточнила я.

Ну просто больше не от кого было.

Он ничего не ответил, просто развернулся, зашел в свой кабинет и хлопнул дверью.

Ну и как вообще разговаривать со столь невозможным типом?

Ну и характер.

Демон просто в демонском обличье.

Пожав плечами, я подняла трубку и заказала себе черный кофе из кофейни напротив. А после с удовольствием слопала пирожное, закусив клубничкой.

И нет, поперек горла она мне не встала. Даже не поперхнулась.

Доев, я облизала пальчики и, повернувшись, зыркнула на портрет. Мадам не появлялась. Знать бы, что означала эта ее последняя фраза. Что вообще может зависеть от меня?

Отставив тарелочку, я лишь тяжело вздохнула. Мог бы и два пирожных подарить. Была бы несказанно благодарной.

Глава 16

Дело приближалось к полудню. Чудесное время для любого работающего человека. Ты бодрый, активный и радостный от мысли – скоро обед и можно будет вырваться из душного кабинета навстречу всему тому гастрономическому разнообразию, которое могут предложить тебе столовая, кафе, ресторан. Да хотя бы палатка на тротуаре у дороги. Именно в это время даже пирожки с картошкой и беляши невесть с чем, приправленные луком и перцем, становятся необычайно привлекательными и вкусными. А если с чаем… Ммм!..

Борщ, харчо, суп с фрикадельками. И сразу во рту собираются слюнки. И все это именно в обед. Дома оно уже не выглядит столь возбуждающе аппетитно.

Ужин – это совсем иная история.

Вот и я сейчас сидела, лениво крутила в руках примитивную перьевую ручку и принюхивалась, будто мой нос мог уловить, что же там сегодня в ресторане за блюдо дня.

А работать… Нет, пирожное в начале трудового дня не способствует рабочей активности.

Жалела я сейчас только об одном – ну нет в этом мире компьютеров. А так бы пасьянс «Косынку» раскинула, чтобы время убить.

Мой ленивый взгляд то и дело возвращался к картине. На душе тихо ворочалась легкая тревога. Куда мадам на рассвете упорхнула?

Ну не на небеса же отметку делать, что все еще в бега не подалась. Интересно, а как там все после смерти?

Я села ровнее. Даже дурочкой себя на мгновение ощутила. И как я у нее еще не расспросила, что там и как?

Такое упущение!..

И вот говорят же: не вспоминай лихо, пока оно тихо.

Демонесса на картине вздрогнула и моргнула. Подол платья встрепенулся и… Да…

– Арина, – раздалось на всю приемную, – я тут немного подумала за утро и у меня родился новый план.

Из картины вылетело переполошенное привидение и ринулось ко мне.

Я сглотнула, смекнув, что ничего хорошего для меня она там не нарожала.

– Сразу нет, – выпалила я, опережая ее. – По тавернам шляться более не намерена.

– Зачем таверна?

Мадам Джакобо уселась на край моего рабочего стола. Схватив папку, я замахнулась на нее как на муху. Мадам, не будь дурой, вспомнила, как я не люблю подобные вольности и перелетела на кресло для посетителей.

– В таверну не нужно.

Она деловито расправила подол прозрачного бирюзового платья.

– Так, – сложила я руки на груди. – А куда надо?

– Да так… – Она передернула изящными плечиками. – Здесь недалеко…

– И что? – зашипела я не хуже нага.

– Ну-у-у, была у меня одна подруга… – Она деловито положила ногу на ногу. – Мы с ней в театре выступали. Даже однажды в одной постановке задействованы оказались… Но не о том я… – Она осеклась, заметив, как я зверею. – Так вот, была у Мади прелестная дочурка. Ну, как была? Еще есть. Немного младше моего Инчиро. Они были так дружны. Мади часто приходила в наш дом и всегда брала с собой… Э-э-э… – Демонесса запнулась, явно вспоминая имя дочери подруги. – В общем, мы даже шутили порой, что из них получится чудесная пара. И они обручились. Вот она-то точно может много чего про моего сына хорошего рассказать. Да и про меня. Это не какая-то дочь кухарки. А подруга. Лучшая подруга, – уточнила она.

Я недобро поморщилась. Но все же. Во всей этой ситуации я не понимала только одного – зачем мне выслушивать о том, какой он там был, мой босс во младенчестве.

Как-то логика моя никак не могла увязать этот момент со всем происходящим.

Но, возможно, это нужно было не мне, а самой мадам. Чтобы душу свою успокоить… или упокоить. Тут уж как мне повезет.

– Ладно, – нехотя согласилась я. – Но вы что мне предлагаете просто вломиться в дом к неизвестной женщине и устроить вечер воспоминаний?

– Эм…

Она странно моргнула, удивленно как-то.

Видимо, эту часть плана она еще не продумала, даже более того – она о ней и не подозревала.

Дверь напротив моего стола открылась и на пороге возник взъерошенный босс. Погладив черный блестящий рог, он покосился на меня.

Стало как-то не по себе. Ну, это неприятно, когда на тебя с любопытством таращится демон.

– Арина, с вами все хорошо?

Его взгляд стал еще более подозрительным.

– Да, – кивнула я. – А почему вы интересуетесь?

– Ну, – обвел он взглядом темных глаз приемную. – Здесь, кроме вас, никого нет.

– И?

Я поежилась, предчувствуя подставу.

– Здесь никого нет, – повторил он, – но я слышу ваш голос. Вы очень эмоционально с кем-то ругаетесь, Арина. Вот я и вышел проверить, все ли с вами в порядке.

Теперь ртом хлопала я. Что ему сказать-то?

Разведя руками, я покосилась на демонессу. Та вообще делала вид, что ее нет.

Вроде как кресло пустое, а я попросту сошла с ума.

– Так вроде не ругалась, – попыталась я хоть как-то оправдать свое кажущееся безумие.

– Последнее, что я услышал – вы хотите к кому-то вломиться в дом. – В глазах демона проскользнуло любопытство. – Не находите это необычным?

До меня дошло, что в приемной пусто и тихо, а значит, часть моих слов к нему через дверь в кабинет долетает.

– Я вижу призрака, господин Инчиро, – зыркнула я на притихшую мадам. – Очень приставучего и вредного.

– Ага, – кивнул он. – Того, что работает и оплату не требует?

– Угу, – теперь болванчиком закивала я.

– Тогда не спугните, такие работники нынче на вес золото.

Он улыбнулся. Его лицо преобразилось. Демон стал вмиг таким милым, таким… заразой, в общем.

– А если хотите вломиться к кому-то в дом, то лучше придумайте для этого легенду поубедительней. Чтобы вопросов не возникало.

Он, конечно, пошутил, но я ухватилась за его слова.

– Например? Если мне нужно узнать об одной умершей мадам от ее подруги, то как это сделать?

– Мадам богатой была и известной? – спросил он, а сам невольно поднял взгляд на портрет матери.

– Да, господин Инчиро. Она была именно такой.

– Тогда прикиньтесь журналисткой или биографом, – немного подумав, ответил он. – Не знаю, что у вас происходит, Арина, но, если что, не молчите. Я помогу.

– Спасибо! – просияла я. – За совет и за пирожное.

Он развернулся, чтобы уйти в кабинет, но снова замер на пороге. Взглянул на меня. В его темных очах разгорелся красный огонек.

– Вам оно понравилось?

– Конечно.

Впрочем, я уже пожалела, что вспомнила о выпечке.

– Я рад. Никогда никому еще такого не покупал. Странно даже.

Он замолчал, но продолжал смотреть на меня. Повисла какая-то неловкая пауза. Тяжелая и немного неприятная. Словно и было, что нам друг другу сказать, да только никто не решался.

– Я нашла подпись на портрете вашей матушки, – зачем-то брякнула я первое, что в голову пришло. – Вы красиво рисуете.

Он растерялся. Я увидела это по глазам. Взгляд демона метнулся на меня, на картину, на дверь. Будто он опасался, что кто-то еще меня услышит.

– Нет, это… просто баловство. Она умерла так внезапно, и на меня что-то нашло… Я просто запомнил ее такой…

Он терялся в словах. С мужчины словно ледяная маска слетела. А там и испуг, и смущение…

В итоге он просто отвернулся и позорно сбежал в свой кабинет. Я же осталась сидеть с вопрошающим видом.

«Это что сейчас было?»

С таким же лицом протирала своим призрачным задом кресло и, собственно, сама демонова мать.

– Нет, мы непременно должны посетить Мади и узнать, почему Инчиро разорвал помолвку с… Люсьей.

– С кем? – шепнула я.

– Люсья… Да… Кажется, так звали его невесту.

– Ну, вы и… мамаша, – процедила я, поднимаясь.

– Ты куда? – испугалась мадам.

– Работа работой, а обед – это святое! – выдала я и направилась прямиком в ресторан.

* * *

Нет, мадам свою идею не оставила. Проев дыру в моей голове, она таки вынудила отправляться на поиски этой самой подруги.

Зачем? Вот вопрос, на который я не находила ответа.

То ли ей нужно было выяснить, почему Инчиро расстался со своей невестой – дочерью ее лучшей подруги. То ли ей просто нужно было услышать о себе хоть что-нибудь хорошее.

А я… А меня угораздило вляпаться в этот неприкаянный дух и его семейные трагедии.

Но чего ради хорошей работы не сделаешь?

Так что я шла и страдала, страдала и шла.

На парковку, к слову, маршировала. Искать местный транспорт.

Во всей этой ситуации была только одна положительная сторона – город посмотрю. Районы для состоятельных фей, эльфов, демонов, оборотней, орков. В общем, кого угодно, только не людей.

Спустившись в лифте на парковку, я зябко поежилась. Металлические двери закрылись, и кабинка поднялась вверх, оставляя меня в этом жутком месте.

Вокруг царил полумрак. Пахло навозом и свежим деревом. А главное, тут царила тишина. Можно было сказать, что мертвая. Ни звука. Страшно-о-о, аж живот сводит.

– Здесь же должен быть охранник, – неуверенно шепнула я, вспомнив, как блуждала по прибытии. – Где кого искать?

Обернувшись, я уставилась на демонессу. Та, кажется, и вовсе была здесь впервые. Столько недоумения читалось в ее взгляде. Это уверенности мне не прибавило.

– Возвращаемся, – скомандовала я. – Выйдем через главное крыльцо. Там гаргулы…

– Это ты про своего Гарри? – Лицо мадам выражало крайнее недовольство. – Нет, сейчас найдем свободного кентавра.

– Что? – Я сглотнула. – Вы хотели сказать, карету?

– Зачем карету? И одного скакуна будет достаточно.

Улыбнувшись, я представила себя верхом на четвероногом мужике с конским хвостом в заднице и направилась к лифту. Кое-что в этой жизни должно остаться неизведанным. И неиспробованным!

– Арина, – полетела вслед за мной демонесса. – Вечер. На дорогах затор из повозок всех мастей. А кентавр – это самый простой и верный способ добраться куда надо. В конце-то концов, не в бедный же район едем, где одна карета в день проезжает и та почтовая, а в престижные кварталы.

Может, кто ее и слушал, только не я. Не собираюсь я на горбе сомнительного жеребца никуда скакать.

Нажав на кнопку вызова лифта, я сложила руки на груди. Чего вообще я эту мадам Джакобо слушала? Она же что жить, что помереть нормально не смогла.

– Арина, всего-то пройтись вперед, там наверняка кто-то есть, – жужжала демонесса над ухом.

– Изыйди! – рявкнула я и боязливо оглянулась.

Мне показалось, что я слышу шаги.

Вдоль позвоночника пробежались мурашки. Перед глазами всплыл список ужастиков, которые я хоть раз когда-либо смотрела. Вот там как раз маньяки орудуют на парковках. Прячутся со своими огромными ножами в тени и ждут таких растяп, как я.

На руках приподнялись волоски. Торчу здесь в полумраке с сомнительным призраком. Как осинка на пригорке.

Убивай, кто хочешь! Грабь, сколько влезет! Насилуй, кому не лень!.. Мама!

Я накрутила себя до такой степени, что руки затряслись. А этот демонов лифт все не ехал.

– Да что так нервничать? – фыркнула демонесса, и это было последней точкой.

– А не полетели бы вы отсюда подальше, посмотреть есть ли тут хоть одна живая душа, – рявкнула я на нее. – Вы же дух бестелесный, вот и слетайте на разведку, вместо того чтобы меня здесь изводить. И без вас жутко.

– Ну и найду я этого начальника парковки, – возмутилась она. – Не проблема.

Взметнувшись, дух исчез где-то во мраке.

А через несколько мгновений я уже жалела о своей несдержанности. Теперь я и вовсе осталась одна.

Поежившись, я сделала шаг от лифта и снова шмыгнула обратно. Здесь хоть какой-то свет был.

Поджав губы и задержав дыхание, я вслушивалась в пространство и ждала звуков приближающейся кабинки лифта. Но вместо этого мне грезились шаги. Все ближе и ближе.

Затылок пробило потом.

Это все мнительность. За спиной никто не приближается. Это я себе придумываю…

– Арина… – раздалось интимное над ухом.

Завизжав от страха, я обернулась и оказалась в чьих-то крепких объятиях.

Хватая ртом воздух, я смотрела на мужчину, с трудом признавая его в этих потемках. Квадратное лицо, тяжелый подбородок, зеленоватый оттенок кожи… И выступающие нижние клыки.

– Чего кричим? – мило поинтересовался Орхан, убрав ладонью прядь волос, упавшую мне на лицо. – А испуганная, Арина, ты такая милая!.. Так и поцеловал бы. Разочек. Интересно, ты бы сильно сопротивлялась?

Я продавила вязкий ком в горле, ощущая, как трясутся колени, и совсем не от вожделения.

– Что? – откуда-то сверху слетела мадам Джакобо. – Да что же это такое? Что делается? Только отвернешься, и ее уже нагло лапают!

Сглотнув, я схватилась за ткань пиджака орка на груди и, кажется, забыла, как вообще разговаривают. В голове крутилась только одна мысль: «Мне бы в туалет, а то описаюсь со страху…»

И главное, не произнести это сейчас вслух.

За спиной наконец-то разъехались двери лифта. Но уже как бы и не нужно было. Я таращилась на орка и мысленно пинала свой язык, который отказывался шевелиться.

Орхан приподнял густую бровь и вдруг нахмурился. Его объятия стали крепче.

– Арина, девочка, ты и вправду испугалась? Меня?

Я закивала и тут же покачала головой.

– Да отомри ты уже, – шипело на меня сверху привидение. – Будешь так висеть на нем – в загс уволочет.

– Не хочу, – наконец, выдавила я из себя.

– Чего ты не хочешь? – не понял орк.

Я хлопнула ресницами. Мужчина по-доброму улыбнулся.

– Хорошенькая ты. Взгляд чистый. Давно я таких женщин не видел. Уже начал забывать, что такое женская невинность. Ты сюда зачем спустилась, крошечка?

– Мне в город надо… – натолкнул он меня, наконец, на нужную мысль. – А здесь темно и страшно. И совсем никого нет.

– Есть, просто нужно пройти немного вперед, – отпустил он меня, но только чтобы развернуть и обнять за плечи. – Пойдем, сокровище, отведу тебя в наш второй транспортный. Подберем тебе извозчика понадежнее. Жаль, что я тебя не впечатлил. Но может, там, в твоем мире, у тебя осталась непростительно свободная подруга, готовая выдержать натиск орской любви?

Я призадумалась, затем тряхнула головой и выдохнула. Нет, я замучаюсь здесь всех женить!!! Я же секретарь, а не сваха!

Глава 17

– Нет. – Я попыталась отойти в сторону и тут же уперлась спиной орку в мощную грудь. – Но вы же несерьезно?

– А что не так?

На меня огромными лошадиными глазами таращился Демар.

В этот момент на него крепили вполне себе такое обычное седло. Для меня.

– Да нет…

Я попыталась выскользнуть из смущающих объятий Орхана, но куда там.

Орк пользовался моментом на полную катушку.

– Арина, я довезу вас очень быстро и без проблем, – невинно хлопал длиннющими ресничками кентавр. – Не переживайте. Если страшно, можете обнять меня за плечи…

– А вот это исключено! – рявкнула мадам Джакобо над его головой.

Сжав челюсть, я покосилась на демонессу. Вот всегда так. Кому-то очень надо, а Арине страдать.

– Так, ну, это уже смешно, – резко подняв за талию, орк потащил мое бренное тельце к кентавру. – Что у вас, у человечек, за проблемы с седлами? Последняя здесь мне чуть ли не на спине лежала и ногами дрыгала – чтоб на горб мужику… да ни в жизнь!

– Ага, – закивал Демар. – Зато потом Роксар ее так покатал, что через две недели замуж за него выскочила, а через одиннадцать месяцев уже и жеребеночка родили…

– Через сколько? – пропищала я, цепляясь за плечи вдруг ставшего таким привлекательным орка. – Нет уж! Никуда мне не нужно ехать. Я передумала. Отпустите меня обратно в приемную. Я к господину Инчиро хочу. Он меня точно не любит!

Все замерли и странно уставились на бедную меня. А я как представила себя через одиннадцать месяцев с завернутым в пеленочки жеребеночком на руках, так хоть плачь.

Верните мне мой венец безбрачия обратно. Оказывается, не порча то была, а спасение.

– Арина, ну, в самом деле… – Демар обиженно надул губы. – Что я с вами сделаю? Посидите на мне немного, поулыбаетесь. А я вас быстро куда надо довезу. А если карету брать – это такие заторы. Ругань. Пьянь между ног ползающая и на опохмел денежку клянчащая. Оно вам нужно? Вы же разумная женщина!

– Ну или выходи за меня замуж, – внес свое предложение Орхан. – И я прямо сейчас же пойду к господину Инчиро писать за тебя заявление на увольнение. Женщине орка работать не положено.

Я замерла и покосилась на недовольную демонессу. Она, казалось, уже мысленно прокляла всех этих ухажеров. К слову, они и мне поперек горла встали.

Ну и удружила мадам Эльвира. Хотя, чего взять с ведьмы, а тем более со свахи…

* * *

Все! Больше я ни подо что не подпишусь! Никуда не поеду! Вообще! А карета – мое все.

Вцепившись мертвой хваткой в Демара, я обнимала его как родного. А еще охотно поверила, что моя предшественница разродилась через годик. Я вот чувствовала, что тоже от страху что-то не то сейчас сделаю.

Перед лицом мелькали чужие конские хвосты. Со всех сторон нас бранью покрывали возницы повозок, застрявших в банальных пробках. Бедная мадам Джакобо еле поспевала за нами, туманной дымкой огибая все препятствия. Порой ее относило прямо в кареты. Из некоторых она стрелою вылетала натурально пунцовая.

А мы все скакали и скакали.

Мой бедный зад. Я не чувствовала уже ничего, что ниже поясницы. Отбила напрочь. А мне же завтра на работу ползти.

Я же помру, вставая с постели… если вообще в нее попаду.

Зажмурившись, я вздрогнула всем телом, когда нас нагнал очередной жеребец. Он попытался подрезать Демара, за что тот ему на скаку отвесил кулаком по крупу.

Я завизжала, сплюнула залетевшую в рот муху и повторила все те слова, которыми нас наградил извозчик продуктовой телеги минуту назад. Не снижая скорости, оба кентавра обернулись и смерили меня уважительными взглядами.

– Жена? – на ходу прокричал Демару тот, что пытался нас обогнть.

– Отказала! – ответил мой скакун.

– Плохо настаивал!

Взгляд чужака стал более тяжелым.

– Да на хвосту я ваш местный загс вертела! – рявкнула я. – Но! Демар, пусть пыль глотает.

– Арина, где твои манеры? – простонала надо мной мадам Джакобо, летя призрачной чайкой следом.

– Их я тоже после такого путешествия на хвосте вертела, – шикнула я, но уже куда тише. – Чего вам в аду не сидится? Всяко там получше, чем мне сейчас здесь!

Ответом мне было возмущенное молчание.

Склонившись ниже, я крепче обняла Демара. Сделала вдох и поморщилась. Мужчина, как и положено любой живой твари на двух или четырех ногах, имел свой запах. И не скажу, что он был неприятным. Наверное, нашлись бы те, кто оценил. Но мне в этот момент в голову пришла совсем уж нелепая мысль.

«А корица приятнее будет. От босса пахло умопомрачительно, и этого у него не отнять…»

Мы все мчались по загруженной широкой дороге, выскакивая на тротуар и разгоняя честной люд. Элитные коттеджи сменяли друг друга. Красивые черепичные крыши, дымоходы каминов, кованые ограды и ворота. Сначала дорогие дома. Потом попроще. Наконец, на нас глазницами окон уставились простые одноэтажные домики.

Ничего здесь уже не кричало ни о богатстве, ни о статусе их владельцев.

– Арина, – заволновалась надо мной мадам Джакобо, – этот конь явно перепутал адрес.

– А мы что проехали нужный особняк? – тихо поинтересовалась я у нее.

– Не знаю, – пожала она плечами. – Я никогда не была у Мади в гостях. Она всегда приходила сама.

Неопределенно цокнув, я сжала руку Демара сильнее и громко поинтересовалась:

– А мы точно скачем по нужному адресу?

Спросила, но сама каким-то шестым чувством понимала, что да. Не заплутали.

– Конечно, – ответил он, замедляя бег. – Вон тот дом. Третий с конца. С синей облупившейся крышей.

Я быстро нашла нужную хибару. Достатком от нее не несло, скорее покосившаяся открытая калитка жирно намекала на бедность.

Приподняв бровь, я покосилась на растерянную мадам. Не уверена, могут ли бледнеть призраки, но вот этот, который развевался по ветру рядом со мной, стал сейчас белее простыни.

Демар остановился у забора и обернулся ко мне.

– Арина, а вам вообще сюда зачем? Что вы потеряли в этой части города? Всего в пяти минутах пешего хода отсюда начинаются трущобы.

Примерно сопоставив все, что услышала от мадам демонессы, со словами Демара, я решительно… вывалилась из седла кентавра прямо на тротуар. Приземление вышло жестким.

Демар на мгновение растерялся, затем крутанулся и принялся поднимать меня.

– Арина, что же вы? – кудахтал он как квочка. – Как вы так?

– Мои ноги! – взвыла я. – Они теперь никогда не соединятся. Так и останутся колесом. Больно!

Бедные мои нижние конечности не просто затекли, а стали какими-то деревянными.

– Арина… – Демар неуклюже наклонился и поднял меня на руки. – Вам нужно чаще ездить верхом. Я готов катать вас на себе каждый вечер столько, сколько пожелаете. Хотите в седле, а можно и вот так, на руках. Да, надо было сразу вот так и везти.

Он тихо засмеялся. Нет, ну, хороший же мужик! Жаль, что только наполовину. Потому что с задней частью его тела я, увы, смириться не могла. Ну, не представляла я уютного семейного вечера с конем на диване. Не мое это.

– Демар, поставь сейчас же туда, где взял, и помоги расходиться, – мило прощебетала я со зверским выражением на лице.

– Нечестно это, – тяжело вздохнул он. – Я тоже мужчина хоть куда! Но на нас только кентаврихи и смотрят. А другие нет. А что в нас не так? Работаем, как лошади. Только и успеваем, что подковы менять. Зарабатываем хорошо. Мяса не едим. Даже в этом плюс, прокормить легко. Три морковки на завтрак и счастью нет предела. Но нет же! И не смотрите!..

Мне его так жалко стало. Ну, чисто по-женски. Захотелось по голове погладить, обнять и заверить, что все не так…

Вот мы, бабы, дуры, стоит мужику слезу пустить, так все – поплыли.

– А как же та человечка, что в корпорацию пришла до меня? – напомнила я ему. – Зато вас выбирают именно те, кто искренне любят. А не так… на поматросить и бросить.

– Она одна и была, кто взглянул без пренебрежения. – Демар снова печально вздохнул. – А мне всю жизнь нравились ведьмы и человечки. Я еще жеребенком был, когда одну девушку из ваших увидел. Она так красиво в седле держалась. Такая стройная. Грациозная. И ножки эти, такие необычные, изящные. С тех пор на кентаврих и не смотрю. Хочу, чтобы как в мечтах, усадить свою красавицу на спину и домой привезти. Все бы для нее сделал, вывернулся бы наизнанку, но счастливой была бы.

Его признание было таким трогательным, что язык не повернулся съязвить.

– Не понимаю, почему у вас так мало простых людей. В моем мире многие просто обожают лошадей, и от кентавров были бы в восторге. Я в этом уверена. Но как же их доставить сюда?

Он пожал плечами.

– На каждую нужен пропуск, Арина. Пришлые ведь. Иной мир, иные традиции. У нас все на магии работает, у вас на… На чем-то там в общем. Не приветствует правительственная верхушка нововведения, которые вы несете с собой. Только таким денежным воротилам, как господин Джакобо, это и подвластно. Ну, пропуск выписать. Он сколько угодно их пробивать может.

– Угу…

Какая-то неясная мысль шевельнулась в моей голове. Даже не мысль, а скорее идея, сырая и неоформленная. Но все потом…

Я обернулась на притихшую мадам Джакобо. Она совсем не обращала на нас внимания, а, зависнув над калиткой, кого-то высматривала в доме. Ее губы тихо шевелились, но я не слышала слов.

– Ладно, Демар, отпускай. Я потом подумаю, где вам всем невест брать. Не переживай – я тебя быстренько женю. И моргнуть не успеет, как морковку килограммами выращивать начнет. А пока у меня здесь дела.

Он сжал меня на мгновение крепче, словно наслаждаясь моментом, а после выпустил из своих рук. Оказавшись на своих двоих, я пошатнулась. Как же ныли колени!..

– Обратно еду на руках, – выдохнула я малодушно.

– Так плохо?

Демар, казалось, расстроился еще больше.

Сжав его плечо, я отошла от мужчины и направилась к калитке…

Кажется, наше прибытие было замечено жильцами, потому как не успела я ударить железным кольцом по двери, как она отворилась. На пороге показалась женщина средних лет. Моложавая, ухоженная, с хитрым прищуром лисьих глаз.

И именно ее взгляд настораживал и отталкивал.

«Двуличная, – шепнул мне внутренний голос. – Лживая…»

– Вы Мади? – как-то неуверенно поинтересовалась я.

– Да, это она, – шепнула сверху мадам Джакобо.

Услышав ее, я не стала дожидаться ответа хозяйки дома, а поперла на нее с нахрапом, брать горяченькой.

– Меня зовут Арина Мирославская, я известный в своем мире журналист. Была приглашена корпорацией «ДемонсДипс». Моей целью является обширная статья, посвященная жизни и смерти мадам Миллисенты Джакобо. Это будет в своем роде ее биография с воспоминанием близких и друзей. А вы, мадам Мади, были заявлены как лучшая подруга безвременно покинувшей нас.

Она хлопнула ресницами, молча переваривая все то, что я ей наговорила.

Я улыбалась и ждала. По глазам ее видела – не упустит она эту возможность напомнить о себе.

Что-то мне подсказывало, что передо мной обычная прилипала, которая живет за чужой счет, ковриком стелясь перед тем, кто ее со своей кормушки кормит, и плюет в спину, когда тот отворачивается.

– Ну, конечно… – Мади растянула губы так, что казалось, ее лисья морда треснет от натуги. – Мы были с ней такими давнишними подругами. Всегда душа в душу. Бывало, даже мужчин делили. Вы заходите. Заходите. Не обращайте внимание на столь стесненные жилищные условия. Этот дом принадлежал моей бабушке. Она была известной танцовщицей. Мы оборотни всегда славились особенной артистичностью. Как она меня любила!.. Своему мастерству учила. Вот я и живу здесь в память о ней. Все не могу уговорить себя оставить этот дом, который пропитан ее духом, и перебраться в более престижный район.

Я скривилась. Надо же, первое впечатление ошибочным не оказалось. Как есть – двуличная особа.

Вот не знаю насчет бабушкиного духа, а что дом пропитан парами чего покрепче – это факт.

Кислый запах затхлости – первое, что я ощутила, войдя в эту хибару.

Бардак – это второе, что бросилось в глаза. Он скрывался в мелочах. Слой сбивающейся в хлопья пыли на большом подоконнике. Грязные стаканы на низком столике. Липкие круглые пятна на нем же. Серый палас на полу, и это был явно не его естественный цвет. Я бы сказала, что некогда он был голубым. Но это не точно.

Старая мебель, видимо, еще оставшаяся от той самой бабушки.

Нет, богатой эта женщина точно не была.

– Очередной обман, – шепнула за моей спиной мадам Джакобо. – Мади всегда хвастала достатком. Большой дом, постоянно новые украшения. Богатые ухажеры. А что же получается?

Я взглянула на растерянную демонессу. Она, казалось, не верила своим глазам.

– Арина, я тебя прошу расспросить ее о нашей дружбе. Я хочу знать все. Вся жизнь – сплошной обман. Как же так?..

Жалость. Да, я сочувствовала ей. Уж не знаю почему, но, сдается мне, счастья она не знала. Ни дружбы, ни любви. Ничего. Сплошные иллюзии и фальшь.

– Присаживайтесь, – вернула мое внимание хозяйка дома. – А у вас в вашем мире крупное издательство?

Ее глаза заблестели. Как пиранья она почуяла жертву и, кажется, была готова уложить меня на тарелочку и употребить в своих целях.

– Конечно. – Я аккуратно присела в кресло, не без основания опасаясь во что-нибудь вляпаться. – Господин Инчиро разве нанял бы кого ни попадя? Он желает видеть биографию матушки в лучшем виде. Редко встретишь сына, который так печется о памяти матери.

– Это да…

Мади присела напротив и словно по привычке протянула руку вниз, схватила бутыль, но вовремя опомнившись, взглянула на меня.

Я улыбнулась и прищурилась.

Вино осталось стоять на полу у кофейного столика.

– Что же конкретно вас интересует, мадам Мирославская? Какая часть жизни Миллисенты?

Я откинулась на спинку кресла. Похоже, чая мне в этом доме не предложат. Возможно, за его полным отсутствием. Ну и ладно, я не гордая.

– Как вы познакомились? – задала я самый простой вопрос.

– В театре… – Мади мечтательно улыбнулась. – О, мой путь туда был сложен. В отличие от некоторых я пробивалась на сцену, используя свой талант. Дар, что достался от бабушки. Ни под кого не стелилась и не подкупала нужных людей. Все исключительно сама. И вот когда я вышла, наконец, на сцену, оказалось, что мне отведена не главная роль в спектакле. Миллисента на тот момент крутила шашни с директором театра и все лучшие роли доставались, конечно, ей. Остальные своей игрой должны были вытягивать ее. Она была красивой женщиной, но увы… таланта никакого. Но вы поймите… – Она засуетилась. – Милли прекрасно знала об этом и поэтому крутила шашни с директором. Покупала его благосклонность. Это в творческом мире в порядке вещей.

– Ах ты ж тварь! – прошипел надо мной призрак. – Да когда я пришла, ты играла третье дерево в правом ряду и спала с декоратором.

Я поджала губы. Вот если бы сама не слышала арии в четыре утра, усомнилась бы. А так…

– Мадам ведь прекрасно пела.

Я внимательно следила за этой Мади.

– Да как все, – отмахнулась она, смеясь. – О, однажды мне пришлось даже петь за нее, стоя за кулисами. Она совершенно не вытягивала свою партию. Но была заявлена в ведущих актерах. К тому же в тот сезон ее сын отвалил некоторую сумму на ремонт фасада театра, так что снимать ее с роли не было никакой возможности.

– Да я же заболела из-за тебя тогда, курица ты лживая! – воскликнула демонесса. – С тобой же по ресторанам болталась, тебя от вампиров отбивала, выскочив на улицу без шубки.

– То есть подругами вы не были? – задала я вполне уместный вопрос.

– Были, конечно. С Милли нельзя не дружить. Как же. Но, признаться, я порой тяготилась такой дружбой. Она требовала, чтобы я являлась по первому зову. После и дочь разглядела. Моя Люсья – поразительной красоты девочка. В меня пошла. Вот Инчиро ее и заприметил. Я так переживала, когда Милли заговорила о помолвке между ними. Люсья в подушку рыдала. Сын же у Милли жестокий, наглый, черствый. Жадный. Люсья, помню, попросила у него шубку из новой коллекции. Они встречались, и он вполне мог сделать ей приятное. Но нет… Указал ей на излишнюю расточительность. А потом нелегкая принесла его сюда. Как он орал, что мы якобы обманывали его мать и тянули из нее деньги. Это такая глупость.

– Я же твоей дочери учебу оплатила. Ты тогда плакалась, что тебя обокрал любовник. Я же тебя в лучшие рестораны водила, мужчин своих уступала, чтобы ты не хандрила! – призрак демонессы натурально чернел от злости. – Это же ты стала таскать к нам свою недалекую дочь и подсовывать ее под Инчиро. Все ты…

– Так почему они не поженились? – прикинулась я дурочкой. – Неужели, потому что вы не желаете покидать родовое гнездо?

Я обвела убогую гостиную рукой.

Мади картинно вздохнула. Так фальшиво, что я окончательно убедилась – играть ей третье дерево слева и не более того.

– Да, вы представляете! Обвинил нас невесть в чем и разорвал помолвку, а Люсья уже платье сшила. Как моя девочка страдала! Он ее сердечко в грязь втоптал. А после и за меня взялся. Запретил появляться в их доме. Мне пришлось отдалиться от Милли. Он так жесток. Невыносимый мужлан! Хотя, что еще ждать от сына афериста и той, которая всего в жизни через мужиков добивалась. Странно, что он вам указал на меня. Наверное, решил, что я начну обелять эту особу. Но знаете, вы можете сделать из моего рассказа такую сенсацию! Разоблачить эту семейку. Пусть попробуют закрыть нам рот деньгами! Все местные крупные издания подхватят новость. Первые страницы нам обеспечены…

– Ох и сдохнешь же ты, тварь! – шипела над моей головой мадам Миллисента. – Я же не поленюсь и выйду к вратам тебя встретить. Все тебе там припомнят. Все! И не сомневайся. Я же тебя сестрой считала! Ругалась, когда тебе ролей не давали. Девочку твою всегда с нами в салоны брала. Подарки ей делала. А ты передо мной богатейку с временными трудностями корчила. Дурила! На деньги разводила!

В ее голосе кипели обида и боль. Ох, не то она ожидала здесь услышать.

– Инчиро отвадил вас от матери, – не выдержала я. – Ясно. Но, пожалуй, я услышала даже больше, чем хотела.

Я поднялась и, не попрощавшись, двинулась на выход.

– А что вы еще хотели услышать от меня? Миллисента была лживой и продажной. Ничего не любила, кроме себя. Даже на сына чихать хотела. Отвратительная актриса, женщина и мать. Надеюсь, она попала в нижний мир, где ей и место!

Я не стала слушать дальше, хлопнула дверью и направилась к калитке, за которой нас ждал Демар.

Глава 18

Демар крепко сжимал меня в объятиях и стремительно мчался по городским улочкам, огибая раскидистые деревья на тротуарах, обгоняя кареты, которые ползли со скоростью черепах по выложенной плоским камнем дороге. То и дело нам вслед прилетала отборная брань, но кентавр никак не реагировал на нее, словно и не слышал. Обнимая его за плечи, я тихо улыбалась. В таком положении поездка мне нравилась куда больше, хотя первые минуты я и опасалась, что мужчина меня уронит или заденет моими ногами кого-то.

Но нет.

Демар оказался сильным, крепким и выносливым. А еще жутко обаятельным. Как-то начинало забываться, что вторая половина его тела не вполне привычна для обычной девушки. Перед глазами мелькали здания – жилые дома, небольшие магазинчики, цветочные лавки и уютные кофейни.

Этот мир все больше завораживал. Притягивал, раскрываясь в мелочах.

И в голову закралась мысль – а не спросить ли у господина Инчиро, как можно привести сюда девушек с земли. И в первую очередь для этого милого кентавра, который так крепко и бережно держал меня в объятиях.

Увлеченная поездкой, я не сразу заметила, что мадам Джакобо пропала. После того как мы покинули дом этой двуличной Мади, она не проронила ни слова. В ее глазах я видела подступившие слезы обиды.

Она не заслужила такого отношения к себе со стороны этой лисы. Мне все больше казалось, что эту добрую и безобидную, по сути, женщину саму когда-то изломали. Не показали, как любить и как дружить. Такие простые и естественные чувства она старалась купить и не скупилась на цену.

* * *

Туман. Теплый… Ласковый. Он тянулся к демонессе, пытаясь оплести ее руки, поддержать и довести куда надо. Она плакала. Тихо и беззвучно. Пыталась вспомнить счастливые моменты своей жизни, такой недолгой и скоротечной.

Детство. Какое оно было?

Над головой женщины вспыхивали живые картины. На них маленькая черноволосая девочка с милыми черными рожками из-за угла наблюдала, как ее мама наряжается, как наносит румяна на лицо, делает прическу, подбирает платье…

Она снова уходила. Впрочем, как и всегда.

Прижимая детскую книжку к груди, малышка с грустью в темных глазах провожала ее взглядом. Такую красивую маму. Холодную и чужую.

В ее глазах стояли слезы.

Одиночество. В доме полном прислуги она ощущала только страх.

Страх, что никто ее не любит. Что она не нужна. И если вдруг исчезнет, то о ней никто и не вспомнит.

Картинка сменилась. Девочка с книжкой исчезла. Вместо нее на том же самом месте стояла девушка и смотрела отрешенным взглядом на красивый лакированный гроб. Рядом с ним сидел отец с тем же холодом в глазах. Для него все это было в обузу. Где-то его ждала любовница, а может, и не одна.

Девушка с изящными рогами вошла в комнату. Лед и одиночество царили в ее душе. Мужчина протянул ей лист бумаги и улыбнулся. Завещание. Теперь она была состоятельна и свободна.

Туман встрепенулся и стыдливо стер эту картину. Исчез мужчина. Пропал гроб. А в том месте теперь стояла молодая красивая черноволосая женщина и со смятением в глазах разглядывала своего новорожденного сына. Он лежал в кроватке и, издавая забавные звуки, болтал руками в тряпичных варежках. Демонесса испытывала страх перед ним. Потому как не знала, что делать. Как любить? За ее спиной появилась полная служанка, и женщина тихо отошла, позволяя ей взять младенца на руки. Она же позорно сбежала, закрывая свое сердце. Испугалась. Чего и сама до сих пор не понимала.

Слезы стекали по ее призрачным щекам. А она все шла вперед. Брела к тому, кто мог ее обнять и утешить.

Впереди показались знакомые врата. Остановившись возле них, она вдруг отшатнулась. Зачем она этому мужчине? Не умеющая любить. Не способная обнять собственного ребенка.

Не место ей в этом мире. Она отчетливо поняла это. Сюда попадают после жизни. А у нее ее и не было. Все плясала да пела. Сорила деньгами и не замечала, как сын смотрит на нее из-за угла, как она когда-то на собственную мать.

Как он держит в руках свои рисунки, сминая их от боли одиночества. Как боится стать ненужным и лишним. Он повторял ее судьбу. Шаг в шаг.

Развернувшись демонесса, медленно побрела от врат. Ничего не вернуть и не исправить. И самое страшное – ее Инчиро когда-нибудь окажется здесь. Обернется и поймет, что не было в его жизни ничего. Ни тепла, ни объятий ребенка, ни любимой женщины. Лишь золотые монеты. Такие ценные там и бесполезные здесь.

Она опустила голову ниже, не замечая, как перед вратами появился тот, к кому она так стремилась. Тролль оставил свой пост и шел к ней стремительно, словно чувствовал ее боль.

Догнал. Огромные сильные мозолистые ладони обхватили женщину и прижали к широкой груди. Он не проронил ни слова, только стиснул сильнее. Согревая и утешая.

– Я бы отдала все золото, – прошептала демонесса, – чтобы вернуть хотя бы час жизни. Чтобы успеть прийти к Инчиро, обнять и сказать, что люблю. Что видела его картины. Что гордилась его талантом. Что он важен для меня. Так важен!..

Она разрыдалась. Впервые мадам Джакобо плакала не напоказ, а потому что по-настоящему было больно. Страшно было за сына и от понимания, что она ничего не может изменить.

Слишком поздно она все поняла.

– Не отчаивайся, – шепнул он в ее волосы. – Не оставляй его сейчас. Ты нужна этим двоим. Он не слышит и не видит тебя, но есть она. Покажи этой девушке, какой твой сын. Мягко подтолкни в его объятия. Возле него крутится тот, кто по-настоящему зол. Но он не видит этого. Твой сын уязвим, а Арина – его спасение. Она чувствует сердцем. И без тебя им никак.

– Зачем я тебе такая? – шепнула демонесса, обнимая его руку.

– А зачем я тебе такой? Грузчик из порта. Ни большого дома, ни золота…

– Затем, что ты способен любить. С тобой так тепло, – призналась она. – С тобой не страшно. И только в твоих руках я чувствую себя все еще живой.

– Все это я могу сказать и тебе, – тихо выдохнул он. – С тобой я снова вспомнил, что значит быть живым. Любить и желать. Я умер так давно, что позабыл тепло прикосновений, Миллисента. Ты согрела меня. Но тебе нужно вернуться и помочь этим двоим.

– Да. – Она кивнула и прикрыла глаза. – Ради сына. Я хочу, чтобы мой мальчик улыбался. Чтобы был по-настоящему счастлив.

* * *

К замку корпорации я подъезжала с полным фурором – на крыльце красовались сразу все. Ну, что Гарри на своем боевом посту, оно понятно. Но, что забыли Орхан и господин Сепп на улице у круглых глиняных кадок с цветами? Вопрос!

Стоило нам подъехать к первым ступенькам, как в нашу с Демаром сторону уставились все. Как ждали.

– Вот засада, – проворчала я и зыркнула на главный вход.

Словно нарочно там показался и господин Инчиро.

– Арина, а может, все же прогуляемся еще? – не замечая соперников на мое бренное тельце, прощебетал Демар. – Я такие парки знаю! Ночь, луна, журчание воды…

Гаргул спикировал с крыльца на тротуар и замер там, таращась на нас.

– Или в хорошее уличное кафе? Вы когда-нибудь пробовали пирог из сладкой свеклы? Это такая вкуснотища!.. – продолжал кентавр соблазнять сомнительными деликатесами.

Орхан и Руперт, не сговариваясь, двинулись ближе к Гарри.

– А еще за городом в тридцати минутах легкого галопа отсюда есть старые конюшни. Можно поучить вас ездить верхом. Прямо сейчас. Работники там и живут и за деньги не откажут.

Господин Инчиро, прищурившись, направился прямиком к нам.

– Демар, – шепнула я, наблюдая за боссом, – поставь-ка меня на землю.

– А зачем? – не понял он.

– В таком положении кричать на других удобнее, – пробормотала я, предчувствуя неприятности.

Кентавр моргнул. Осмотрелся, забавно приподнял бровь и медленно поставил меня на ноги. Одернул на мне юбку. Теперь и ему стало резко не до прогулки под луной.

– А чего это они все? – шепнул он.

– Жениться хотят.

– На вас?

Его голос стал тише.

– Не думаю, что им принципиально. Подозреваю, что сгодиться любая человечка.

– Ну, нет, – поморщился он. – За прошлой девушкой так не бегали.

– Уверен? – покосилась я на мужчин.

– Зуб даю. На нее только наш кентавр и претендовал. Она ему при знакомстве с перепугу промеж глаз зарядила кулаком. У него чуть ноги в разные стороны не разъехались. Вот он и ошалел в тот момент от любви…

Господин Инчиро приближался.

– И за что же она его так?

Я начинала нервничать сильнее.

– Испугалась. Он за стойкой был. Она думала простой мужик. А потом он вышел к ней…

– А-а-а… – Я понимающе кивнула. – Я в лифте чуть дух не испустила, когда увидела сначала орка, потом вампира и нагов в довесок. Интересно, чего такой он злой?

Меня тихо начинало трясти.

– Да он всегда такой. – Демар пожал могучими плечами. – А он того… Тоже жениться вздумал?

Я одарила кентавра таким взглядом, что он понятливо закивал. Вот уж чего мне для счастья не хватало, так это поползновений со стороны прямого начальника.

– Арина! – пробасил босс, неминуемо надвигаясь на ни в чем не повинных нас. – Где вы ходите в столь поздний час?

Я впала в легкий ступор. Да я подобные вопросы только от матери и слышала, и то во времена первых прыщей на носу.

– Что? – аж переспросила я от удивления.

– Где вас носит так поздно? – повторил он.

– Каталась, – подтвердила я очевидное.

– Почему не в седле? – одарил он Демара свирепым взглядом.

– Да ноги потом не съезжаются обратно, – выпалила я, не подумав.

– Что?

Теперь в легкий ступор впал он.

– Ноги, – указала я на юбку, – не сходятся.

Он моргнул и снова беспомощно уставился на Демара.

– Совершенно не умеет держаться в седле, – пояснил кентавр. – Ноги после непродолжительной прогулки затекли настолько, что пришлось расхаживаться. Вот я и принес обратно на руках.

В этот момент у меня появилось неприятное ощущение, что мы оправдываемся. Только вот непонятно, за что. Я положенное время отработала. А чем заняты мои вечера – не забота босса.

Я тяжело даже как-то сурово вздохнула и прищурилась.

– А откуда вы вообще узнали, что меня нет, господин Джакобо?

Невольно я взглянула на троицу, истуканами замершую на крыльце. Причем гаргул даже окаменел до степени изваяния. Видимо, чтобы слиться с колоннами.

– Сдали! – выдохнула зло. – Орхан! Он меня в транспортный провожал. А Сепп там с какого боку? Это еще что такое?

Мой недовольный взгляд прошелся по троице и вернулся к боссу. Я очень желала услышать от него ответ.

Но демон вдруг растерялся, видимо, смекнул, что ведет себя как ревнивая девица.

Он набрал полную грудь воздуха и сделался таким трогательно-беспомощным, словно умолял меня придумать что-нибудь за него. А я… А у меня вековая память сработала, мы же женщины из поколения в поколение придумываем оправдания своим мужикам.

– Вам, наверное, требовался какой-то важный отчет?

Но он покачал головой.

– Арина… Я просто… Испугался. Ну, куда вы на ночь глядя отправились. Никого ведь не знаете здесь…

Он слегка покраснел.

Это казалось таким нелепо-милым. Кажется, ему было стыдно признаваться в собственных переживаниях.

– Ну, я по делам знакомого духа, – улыбнулась я ему. – А вот сейчас иду в комнату. Если вам ничего не нужно, то мне пора.

– Я провожу, – выдал он.

Э-э-э, как бы и отказаться. Но как, если нам ехать в одном лифте. Типа, я сама по себе, да и он отдельное пространство в кабинке занимает? Детский сад, штаны на лямках.

– Спасибо, – согласилась я и обернулась к Демару. – И тебе спасибо за виртуозные скачки. Это было познавательно и интересно.

Кентавр просиял.

Со странным смятением я двинулась к центральному входу в замок, остро чувствуя, что господин Инчиро идет следом. Миновав крыльцо, я тихо шепнула Орхану:

– Сдавало!

И сделала лицо кирпичом.

Глава 19

Холл встретил нас тишиной и приглушенным светом. От стен отражалось эхо наших громких шагов. Может быть, это нервы, но спину прошибло потом. Такое лихорадочное чувство, когда рядом мужчина – привлекательный, красивый, умный, а ты молоденькая девица, втрескавшаяся в этого идола с первого взгляда.

Казалось бы, и мне давно не шашнадцать, и господин Инчиро не герой моих грез, но это ощущение внезапной влюбленности не отпускало. Как-то неправильно я сейчас реагировала на демона, зажимавшего меня в лифте в день моего прибытия.

Такая вот нелепость. Глупая. Неуместная.

Я вообще сейчас не могла сообразить, а влюблялась ли я хоть когда-нибудь? Разве что только в героя любимого бабушкиного сериала лет эдак в восемь или девять. Кек.

Собственно, о лифтах. Пока я судорожно вспоминала, залетал ли ко мне в гости в этой жизни амур, мы завернули за угол и стремительно приближались к стальным дверям. Наверное, стоило спросить, откуда вообще в этом мире современные инородные лифты, но у меня будто язык к небу прилип. Я вообще сейчас могла только глупо краснеть и придурковато улыбаться. Прямо ощущала, как уголки моих губ без веления мозга разъезжаются к ушам. Ужас!..

Я приказала себе собраться.

Но в ответ лишь моргнула. Хорошо хоть «гы-гы-гы» не выдала.

Мне стало совсем неспокойно. Еще и эти бабочки, порхающие в животе. Или это я просто в туалет не сбегала? Видимо, уловив в каком направлении скачут мои шальные мысли, кишки недвусмысленно скрутило, жирно намекая, что никакая это не любовь и не проказы мочевого, а просто кому-то пора есть.

На душе полегчало.

Двери лифта распахнулись и на меня лавиной поползли работницы бухгалтерии. Забыв, что там логово нагов, я трусливо отшатнулась к боссу. Он хоть и рогат, но все-таки двуногий.

Во главе процессии ползущих была главбух. Дама в самом расцвете сил, лет эдак под пятьдесят. Видно, что цветочки там увяли, но ягодки так и прут. Сама такая – кровь с молоком. Под первым подбородком авторитетно проглядывается второй. На руках золотые браслеты. Зеленая чешуя на хвосте, выглядывающем из-под длинной черной юбки, – аж блестит. На плечах узкий красный стильный пиджак, застегнутый на единственную пуговицу. Эта самая большая деревянная лакированная пуговка доблестно удерживала в плену декольте главное достоинство дамы – грудь.

Поравнявшись с нами, главбух одарила меня строжайшим взглядом. Я сглотнула и, струхнув при виде раздвоенного языка, вообще прилипла к демону. Тот, сообразив, что у меня нервные клетки ходят под себя от ужаса, приобнял меня за талию.

– Господин Джакобо, приятного вечера, – выдала главная финансовая гадюка.

Да какой там. Питонша в юбке!

– И вам…

Инчиро безразлично кивнул.

Нагиня снова прошлась по мне высокомерным взором, поморщилась, будто я кусок лимона на ее зубах, и поползла дальше.

– Инфаркт получить можно, – не удержалась и прошептала я. – К такому на трезвую голову не привыкнешь.

– Рад, что демонов ты боишься меньше нагов, – так же без особых эмоций в голосе ответил босс.

Вот только его рука на моей талии стала тяжелее и словно горячее…

Двери лифта сомкнулись, отделяя нас на короткое время от остального мира. И вроде такая просторная кабинка, но мои ощущения стали острее. Губы пересохли. Я спиной чувствовала взгляд мужчины. Он стоял на шаг от меня. Да, руку свою отпустил, но легче мне не стало. Там, где он только что касался меня, буквально горело. Будто демон опалил прикосновением кожу.

Сделав глубокий вдох, я вдруг осознала новую проблему. У меня не просто язык в узел завязался – мысли через уши вылетели. А в голове ветер и перекати-поле. Время бежало. Цифры на табло сменяли друг друга, а мы хранили молчание, как два партизана на нейтральной полосе.

И это здорово начинало тяготить.

О чем говорят с мужчиной? О природе и погоде? Вроде как – какие кентавры в вашем городе жирные, какие наги длинные!.. Или считается ли, что гаргул принял душ, если его в виде статуи накрыло ливнем?

Призадумавшись, я решила, что таки да, наверняка они, как и памятники, страдают от произвола птиц, тогда – дождь у них за помывку.

Вот может нормальный человек в состоянии легкого стресса думать о таких вещах? Я – да!

В голове снова зазвучало это придурковатое: «Гы-гы-гы…»

Но ладно я, дурочка, мужиками не лапанная и по кроватям не тасканная, а господин Инчиро чего молчит? Сам же позвал в ресторан. Мне же в таком напряжении ни один кусок мяса в рот не полезет.

За спиной послышался странный звук. Он вроде как горло прочистил. Не оборачиваясь, я напряглась, сильно, аж мышцы шеи свело. Прошло мгновение, другое… Молчит, чертяка такой.

Издевается, что ли?..

Но тут в нашу непростую ситуацию решили вмешаться третьи силы. Мой живот жалобно заурчал, да так громко, словно я какого-то монстра проглотила, и он визжит из недр моего кишечника. Я замерла, не зная, как от стыда телепортироваться из этой кабинки в свою комнату, желательно сразу на кровать и под одеяло.

Запылали щеки, мозг окончательно отключился, делая вид, что он вообще не с нами. Я замерла истуканом.

– Вы голодны, Арина? – раздалось негромкое за спиной. – Плохо пообедали?

– Не-ет… – выдавила я из себя. – Но да, проголодалась от быстрой езды. Волнительно это было как-то… И страшно в первые мгновения…

«Медаль мне! – пронеслось в голове. – Я выдала нечто членораздельное! У-и-и!»

– М-м-м, – промычали за моим плечом, и снова тишина.

«Ну, спроси еще что-нибудь, – взмолилась я мысленно. – Это же невыносимо!»

Но господин Инчиро хранил молчание.

Наконец, двери в этой камере пыток нервных клеток разъехались, выпуская нас к ресторану. И стоило нам выйти, как в нашу сторону метнулся… Я моргнула. Демар вмиг стал красавцем в моих глазах со всеми его четырьмя копытами, потому как сегодня гостей встречал тот, кого я еще не видела – рогатый, бородатый, верх от мужика, низ от козла. И даже хвост из штанов торчал.

Плотно сомкнув веки, я порылась в памяти и нашла этому нужное название – сатир.

А пока я соображала, эта бородатая козлиная рожа меня заприметила. И без того узкие глазки прищурились еще больше. Я прямо нутром почувствовала – сейчас начнется.

И этот копытный не оплошал: обслюнявив меня взглядом, он, не стесняясь, облизнулся, демонстративно провел языком по губам. Противно донельзя! Мне мгновенно поплохело.

Ну, и… козел!.. Да простят меня милые животные.

Господин Инчиро, ничего не замечая, спокойно шел ко входу.

Немного отойдя от первого шока, я смекнула, что на бородатом похотливом мужике, который радостно скакал к нам, самый настоящий смокинг и под длинным, похожим на мочалку пучком волос на подбородке, прилеплена бабочка.

Ну, ты глянь, копытное на стиле!..

Вот бывает так, что негативно настроен к незнакомцу с первого взгляда. Так и сейчас. У мерзкого эльфеныша появился конкурент.

– Господин Джакобо, – проблеял швейцар, – а я сегодня из отпуска вышел и сразу сюда. Так расстроился, что на мою прежнюю должность хостеса поставили совсем молоденькую без опыта женщину. Так неосмотрительно со стороны управляющего!..

Так! Это он сейчас Камилу нагло подсиживает? Мою золотую вампирочку, способную без намеков нарисоваться у постели страждущего с ведьминским похмелином в руках. Теперь прищурилась я.

Изживу, козлятина ты такая!..

– М-м-м?

Господин Инчиро, казалось, слушает его вполуха.

– Да, – копытный тяжело вздохнул напоказ. – Все должны сидеть на своем месте, иначе бардак. Но женщина-хостес, еще и вампирка… Ой, это уже, конечно…

– Может, лучше дверь поспешите открыть, – рявкнула я на него, обрывая эти жалкие попытки усесться меховой задницей на чужое рабочее место.

Терпеть такое?!

– Э-э-э…

Козел уставился на меня, словно впервые увидел говорящую бабу.

– Бэ-э-э, – передразнила я его. – Дверь. Вы же вроде для этого сюда поставлены. Хотя, как по мне, лишняя должность. Руки есть у всех, за ручку дернуть в состоянии каждый.

Харя с бородой выражение сменила. О, кто-то изволил гневаться.

– У вас новая женщина, господин Джакобо? Любите вы разнообразие. Человечек не припомню. Надолго ли ее хватит? Говорят, слабенькие они здоровьем. Не каждая демона выдержит.

– Не переживай, – глумливо усмехнулась я, – еще и тебя сожру и не подавлюсь. Камила прекрасный сотрудник. И цены ей нет. Держит язык за зубами, появляется, когда нужна, и исчезает так же без шума. И уж точно за спиной не подсиживает коллег…

Глаза козла расширились, ноздри раздулись. Я прямо видела, как он желает рявкнуть: «Да кто ты такая?», а не может. В его глазах сейчас я женщина босса – смотреть можно, трогать нет. Ни языком, ни руками.

Что ж представлюсь, пока бедолагу не разорвало.

– Личный секретарь господина Джакобо Арина Мирославская, которую он на свою голову выцепил из иного мира и еще и договор оформил на три года. Так что сомкнул челюсти, улыбнулся и молча открыл дверь. Еще один намек, соединяющий в одном предложении меня и чью-нибудь постель, и в человечке проснется ведьма. Очень злая и мстительная.

Козел хлопнул глазами и, наконец, ускакал в сторону входной двери. Остановился и распахнул ее.

– Не любишь сатиров? – словно невзначай уточнил господин Инчиро.

– Ненавижу козлов, а какой они там расы – дело десятое. Вот так нагло клеветать на Камилу не позволю. Она чудесно справляется со своими обязанностями.

– Значит, продлю ее контракт, – выдал демон и умолк.

Зато я просияла. Доброе дело сделала! Надо будет предупредить вампирочку, что этот пушистозадый под нее копает.

Как ни странно, но напряжение между нами немного ослабло. Так приятно стало, что босс, не задумываясь, принял мою сторону! Много ли нам женщинам надо? Не проигнорировали, прислушались, и все… Поплыли.

Я так точно…

Наш столик оказался чуть подальше от остальных. Завтракая и обедая здесь, я никогда его не замечала. Словно на отшибе. С одной стороны это было удобно, а с другой… Вот как прокаженных отсадили.

Я невольно скривилась. Господин Инчиро сел, взглянул на мое кислое лицо и резко поднялся, протянул руку и выдвинул мне стул.

Я приподняла бровь.

Это еще что? И как понимать? Хм…

Пожав плечами, я села. Рядом разместился босс.

Легкий дискомфорт никуда не делся.

– Вы до такой степени интроверт? – не удержалась я от вопроса.

Любопытство пересилило смущение.

Он не понял, вскинул голову и уставился на меня. На переносице демона залегли складочки.

– Ты о чем, Арина?

– Стол находится на приличном расстоянии от остальных. Как на отшибе.

– Я владелец корпорации, мне не по статусу сидеть в общем зале, – пояснил он.

– Тогда почему бы не сделать отдельную кабинку?

Я быстро припомнила, как обедал мой прежний начальник. Всегда ездил в рестораны с отдельными помещениями.

Ответа от господина Инчиро не последовало, он просто взял меню и открыл его. Я сделала так же. Пролистала две страницы и нахмурилась.

– Для вас готовят отдельно, сегодня на обед этого точно не было.

Повернув меню, я указала на супы.

– Да, – кивнул он. – На моем столе всегда другие блюда.

– Они ваши любимые? – тут же выпалила я и ужаснулась: то слова выдавить из себя не могла, то теперь не заткнуть.

– Нет, – достался мне непонимающий взгляд демона.

Моргнув, я снова перевернула страницы. Пюре из сладкого картофеля… Тушеные почки кролика с овощами… Икра… Стейк мраморного лосося… На рисунке сбоку кто-то изобразил на тарелочке нечто сиротливое, маленькое, красненькое… Видимо, тот лосось еще мальком много болел.

Живот протестующе заурчал.

– Ясно, здесь сплошь деликатесы, – сообразила я, что к чему, но мне всего этого совсем не хотелось.

Я была голодна. Так что, поднявшись, прошлась до ближайшего пустого столика и цапнула меню оттуда. Вернулась.

– Арина, все это куда вкуснее, – запротестовал босс.

– Нет, – покачала я головой, – мне чего посущественнее. А икру я потом по корочке размажу, когда борщеца тарелочку приговорю.

Снова пролистав несколько страниц, я довольно растянула губы в улыбке. И борщ, и котлеты, и вполне себе обычная толченая картошечка.

– У вас явно были повара из моего мира, – подметила я.

– Да, – кивнул демон, – и сейчас есть.

– Вот и славно. Почки кролика, свинки или курочки – это я вам оставляю. А мне нормальной еды и побольше. Женщина хочет есть!

* * *

Немного утолив первый голод, я не могла спокойно смотреть на босса. Это какая-то гастрономическая пытка. Да, он заказал себе эти самые почки на каком-то фиговом листочке с плевком сметаны сверху.

Деликатес? Да избавьте от такого яства, боги!

И бедный Инчиро, жадно глазея на мой борщ, давился вот этим. Как? Ну, как здоровый рогатый мужик может наесться досыта этим?

Три почки от какого-то кролика-мутанта, корочка хлеба с зеленью и икоркой и нечто дурно пахнущее, схожее с отрыжкой осьминога.

Да при виде всего этого даже у меня аппетит пропадал, а он еще и ел.

Но это выбор начальника, и не мое дело, конечно.

Не мое…

Приговорив тарелку борщеца с чесночными пампушками, я придвинула к себе тарелочку с вареным рисом и тефтелями под красным соусом.

Какой аромат!..

Мой взгляд снова скользнул на фиговый листок господина Инчиро.

Не мое дело…

Да, блин!

– Так! Хватит, сил моих нет на это смотреть, – рявкнула я. Он вскинул голову и непонимающе взглянул на меня. – Вы когда нормально ели в последний раз?

И снова этот вопрос в глазах голодающего.

– Вы меня простите, господин Инчиро, но это не еда для мужчины.

– А… для кого же она?

Он принялся рассматривать последнюю почку на тарелке, перекатывая ее вилкой с места на место.

– Она для тощей бабы на жесткой диете, чтобы при виде еды тошнить начинало. Дайте сюда свое особое меню.

Я схватила папку и принялась листать, ища что-нибудь хоть отдаленно напоминающее нормальную пищу.

Ага… Как же. То, что у него, самым адекватным оказалось.

– Вы что, любимого кота повара голыми руками придушили, что он вам такой списочек блюд оформил? – снова не сдержалась я.

– Нет, – смутился демоняка, – оно дублирует меню лучшего ресторана города.

Я закатила очи кверху, высматривая под потолком госпожу Джакобо. Сдается мне, я знаю, чьи уши торчали у истоков этой проблемы.

– Господин Инчиро, понимаете, – выдохнула я, – в ресторан нормальные люди… и демоны, и кони, и козлы, и кто здесь еще имеется, не суть… Так вот, дорогие рестораны посещают лишь по особенным случаям. И идут туда не жрать, уж простите за грубость, а выгуливать дорогие платья и костюмы, украшение, и что там еще есть, что указывает на статусность человека. Поэтому и меню там особенное, чтобы и захотел забыть, а никак. И с содроганием вспоминаешь, как заказывал себе эту отрыжку морского гада и давился ею с улыбкой на лице, чтобы другие видели, как дорого-богато ты живешь. И как тебе невероятно вкусно. А в остальные дни они едят нормальную сытную пищу. Неудивительно, что вы вечно злой. Я бы тоже озверела, сидя на такой диете.

– Но… Я ем это с детства… – Он, кажется, пропустил мимо ушей мою откровенную грубость и уловил суть. – Дома всегда готовили так…

Я снова уставилась на потолок. Вот появится эта маманя года – придушу.

Ну, как так можно издеваться над мужиком?

Хотя она, видимо, сама всю жизнь по ресторанам да на диете.

О себе позаботилась, а о сыне и не подумала.

Вздохнув, я поняла, что нужно брать этого рогатенького в свои заботливые руки. А то на почках кролика совсем озвереет и закошмарит весь этот мир.

Отбросив деликатесное меню, я раскрыла свое и нажала на колокольчик для вызова официанта.

Моргнула, и вот передо мной уже стоит вампирочка, счастливо скалясь клыками.

– Что вам угодно? – склонилась вежливо девушка.

Демон непонимающе таращился на меня.

– Так! Господину Джакобо принести рассольник, бутерброды с рыбным паштетом, картофельное пюре с запеченными домашними колбасками. И салат… Что там у вас посвежее и вкуснее сейчас?

– Из этого меню? – вампирочка выглядела слегка испуганной.

– Да, – кивнула я. – Из нормального. Где еда, а не… это!

Я ткнула пальцем в тарелку босса.

– А, ну если из вашего, то рекомендую печеночный салат. Очень удачный сегодня.

– Отлично! – Я закрыла меню. – Несите, будем откармливать нашего уважаемого начальника. А эту отрыжку омара унесите и скормите котам. Хотя нет. Животинок жалко! Просто в утиль, и все.

– С радостью, – вырвалось у вампирочки.

Спохватившись, она вдруг побледнела и уставилась на господина Джакобо.

– Видите, – победно хмыкнула я, – даже на кухне понимают, что это ваше ресторанное меню – не еда, а натуральная отрава.

Официантка сглотнула и поспешила убраться с наших глаз долой.

Демон же смотрел на меня не отрываясь. Наверное, решал выкинуть за наглость или премией наградить.

Я же, отправив ложечку с рисом в рот, прожевала и улыбнулась ему.

– Эта статусность, она так важна для вас? Демонстрация состояния? Все ведь и так знают, что вы богаты. Зачем же доводить все до крайностей? Ваша матушка была женщиной наверняка веселой и беззаботной. Она соблюдала фигуру, и все это… – Я постучала указательным пальцем по его меню: – Ей на пользу. Или не во вред. Но вам необязательно следовать ее правилам жизни. Вы сидите отдельно словно прокаженный, как зверь на постаменте. Если вам нужно уединение, сделайте кабинку. Всем необязательно смотреть, как вы гоняете почки по тарелке. Они и так понимают, что вы богаты и можете это себе позволить. Вредите себе, и только.

– Ты дерзишь, Арина, – спокойно произнес он.

– Знаю, – пожала я плечами, – можете уволить. У меня там четыре потенциальных жениха. Не пропаду.

– Выйдешь за кого-нибудь из них?

Его взгляд мгновенно стал колючим.

– Нет. – Я съела еще одну ложку нежнейшего риса. – Попрошу помощи. Но вы меня не уволите, а простите. Как только попробуете их рассольник да картошечку. Еще и премию выпишете за старания и неравнодушие к вашей персоне.

Он вдруг тихо рассмеялся…

Через несколько минут довольный демон уплетал наваристый густой суп. И за ушами у него трещало, и рога от удовольствия распрямлялись. Казалось, он забыл даже про меня. Работал ложкой, будто у него сейчас все отберут.

– Вот закончится мой контракт, приглашу вас к себе и накормлю своим красным кислым борщом. Он у меня отлично получается, – пробормотала я, глядя на его довольное лицо.

Господин Инчиро замер, не донеся ложку до рта, и уставился на меня.

– Ты умеешь готовить?

Сдается мне, он и правда удивился. Хотя, наверное, его окружали женщины, которые и борщ от рассольника не отличат. Что-то типа той Кларочки ушастой.

– Конечно, – кивнула я. – Все из обычного меню и даже больше. Мой муж бы точно не голодал.

Он усмехнулся и призадумался. Подзавис, но потом моргнул и принялся есть дальше. Жадно и с большим аппетитом.

Глава 20

Ужин прошел спокойно. Босс внезапно утратил ко мне всякий интерес – он просто ел. Будто за всю жизнь отъедался. Я же смотрела на него с умилением и мысленно перебирала в голове блюда, которыми могла бы побаловать этого рогатенького. А что?

Вот такой вот, сосредоточенный на своей тарелке и без холодного цинизма в глазах, он казался мне привлекательным.

Темные очи с красными огоньками в зрачках. Тонкие твердые губы. Волевой подбородок…

Заметив, что я его разглядываю, демоняка внезапно обезоруживающе улыбнулся, и мое бедное сердечко пропустило удар. Я различила едва заметные ямочки на его щеках.

– Арина, ты и правда умеешь готовить? – в который раз поинтересовался он.

Я снова кивнула.

– А если попрошу поджарить мне кусок мяса?

В его взгляде появился явный интерес.

– Сначала пропишите этот пункт в нашем с вами договоре. Ну, или женитесь. Потому как моя стряпня только для любимого мужа. Так что довольствуйтесь поварихами на кухне ресторана. Они прекрасные мастера своего дела.

Он замер и подозрительно призадумался. Знать бы еще, о чем.

Но, не проронив ни слова более, демон продолжил есть.

Его фирменное меню сиротливо лежало сбоку на столе, сдается мне, более никому не нужное.

– Я пожарю вам беляши, – вдруг брякнула я непонятно с чего. – Все мужчины их любят.

– И многим ты их уже жарила, Арина?

Он снова замер с ложкой в руке.

– Вы будете первым. В моем мире у меня как-то не задалось с мужчинами, вроде все при мне, но все мимо. Ведьма Эльвира сказала – это потому, что на мне был венец безбрачия, что-то вроде материнского проклятия. Зная свою мать, я склонна этому верить.

– Нельзя так, – его голос стал резким. – Нужно любить ту, которая дала тебе жизнь, Арина, и неважно, какая она. Без нее не было бы и тебя.

– А вы любили?

Он кивнул.

Разговор сошел на нет.

Допивая свой цветочный чай, я с удивлением отметила, что с господином Инчиро приятно даже помолчать.

Надо же каким обманчивым было мое первое мнение о нем!.. Хотя он вел себя тогда, как последний козел этой корпорации. Я прищурилась. А может, это он манеру своего поведения сменил? А чего это? Как интересно…

– Вы не спите с секретаршами! – выдала я.

Он поперхнулся и закашлялся, затем уставился на меня покрасневшими глазами.

– Что?

Мда, рогатенького диктатора, оказывается, не так уж сложно и шокировать.

– Вспомнила нашу первую встречу. Вот сижу и думаю, почему тогда вы повели себя как сатир недобитый, а сейчас…

Я не договорила, не сумев подобрать правильные слова.

– А сейчас я какой? – допытывался он.

– Не знаю, я бы сказала мило-обходительный, если это вообще применимо к вам. Вы и правда не позволили бы тому сумасшедшему выкинуть меня из окна?

– Я пытался спасти, Арина, – подался он чуть вперед. – Знал, что там гаргулы, и с ними тебе ничего не угрожало. А дальше сам бы справился.

– Впредь буду знать, что если вы советуете вышвырнуть меня в окно, то…

– Впредь не будет, я усилил охрану, – резко оборвал он меня. – Внутри здания тебе ничего не грозит.

– А-а-а, так вот к чему были эти сегодняшние расспросы о том, где меня по ночам носит.

– Именно, Арина, защитить я могу только здесь.

Я вновь кивнула и засекла, что к нам несется на всех парах ушастый эльф. Лафилье тоже заметил меня и демонстративно поморщился.

– У-у-у… – Я встала. – Кажется, мне резко пора. Причина моей будущей язвы желудка и двенадцатиперстной кишки разом спешит к нашему столику. Советую все доесть быстрее.

– Ландрю?

Господин Инчиро быстро заметил причину моего острого недовольства.

– Да, – скривилась я. – У меня до сих пор лежит заявление на его увольнение, там только даты не хватает и подписи. Подсунуть его вам, что ли, под шумок и избавиться от этого мерзавца?

– Он хороший работник, – возразил босс.

– Сказала бы я, кто он, да неприлично дамам выражаться. А прилично о нем, ну, никак… – Я печально вздохнула. – Совсем никак. Приятно было с вами поужинать, господин Инчиро. А этого ушастого борщом не угощать. Отрыжку моллюска пусть ему принесут, ту, которую вы есть не стали.

Гадко улыбнувшись, я поспешила убраться куда подальше.

* * *

Комната встретила меня тишиной. Мадам Джакобо так и не объявилась. Это тревожило. Возникла мысль – быстренько добыть спиритическую доску или на худой конец кровью забацать круг призыва. Останавливало одно – вдруг еще кто неприятный явится. Мало ли их там – мамаш с неустроенными сынками. И придется открывать бюро брачных услуг для безвременно почивших свекровей.

Меня аж передернуло.

Приняв ванну, я выпила чашечку кофе и вдруг ощутила острую ностальгию по простому телевизору. Любила его очень. Включишь, он трындит без умолку и квартира наполняется звуками, создавая обманную иллюзию, что ты не одинок.

Упав в кресло, я взглянула на телефон, приподняла бровь и сняла трубку.

– Хостес, – раздался знакомый приятный голос.

– Камила, только не упади! Сейчас я тебе такое расскажу!.. Встретила я сегодня у ресторана одного козла…

– Сатира? – уточнила она заинтересованно.

– Козла, Камила, козла, но с внешностью сатира. И вот слушай, что было дальше…

Через полтора часа, довольная донельзя я вышла на балкон.

– Да, Сепп, мне нужна полная информация на эти конюшни.

Подняв голову, я увидела Инчиро, он держал телефон в руках за высокую стойку и казался крайне недовольным.

– Мне конкуренты на этот ипподром не нужны. Задави этих конюхов со всеми их хромыми клячами.

Он повернул голову и заметил меня.

Сглотнув, я поспешила вернуться в комнату. Что-то рановато я этого демона в белые и пушистые записала.

Ничего и никуда там не делось.

Вся скотская натура на месте.

* * *

Утром на столе в приемной меня ждал сюрприз. Цветная коробка, перевязанная пышным ядовито-розовым бантом. И, судя по зверскому выражению лица господина Инчиро, застывшего на входе в кабинет, презент был явно не от него.

Я вошла. Демон нахохлился еще больше. Прищурился, ноздри раздул. Казалось, у него даже рога больше стали. Сев в свое кресло, я покосилась на коробку, задумалась.

В дверном проеме напротив задышали громче. Кто-то явно с кровати встал не с той ноги или свалился с нее носом вниз.

– Да открывай уже, Арина! – внезапно взорвался демон. – Я же сказал им не донимать тебя более. Кто это такой смелый нашелся?

От удивления у меня бровь приподнялась. Это что еще за рогатый ПМС?

– Господин Джакобо, я сама способна отвадить от себя нежелательных ухажеров, – как можно спокойнее произнесла я в ответ. – Вас они вообще заботить не должны. И…

– Открой коробку, Арина! – зарычал на меня в ответ демон. – Не тяни. Кто посмел меня ослушаться?!

Пожав плечами, я дернула за розовый бант. Кажется, вчерашний борщ кому-то впрок не пошел. Несварение у босса с утра, что ли?!

Сняв верхнюю часть коробки, я уставилась на корзину с фруктами.

– М-м-м. Как мило! – пожала я плечами и потянулась за карточкой.

Но ее выдернули прямо у меня из рук. Развернув, господин Инчиро громко прочитал:

– «Прости, что так вышло, моя луна. Я – не Сдавало…» Это от кого? Имя?

На меня в упор смотрели черными как угольки очами, в которых явно разгоралось пламя. Я улыбнулась. Орхан. Вот хитрый орк. Сдать его? Да ни за что!

– Арина? – шипел Инчиро.

– Господин Джакобо, моя личная жизнь вас не должна касаться до тех пор, пока она не мешает работе. Считайте, что это простые извинения.

– Фрукты! – недовольно фыркнул демон. – Извиняться драгоценностями принято.

– А с чего вы взяли, что я возьму дорогую вещь из рук постороннего мужчины? – Его фраза привела меня в недоумение. – Драгоценностями расплачиваются с теми, кто собой торгует. А я, простите, подобных услуг никому не оказываю. Вам бы, Инчиро, научиться определять, кто перед вами: Кларочки или все же порядочные женщины, которым фрукты и цветы как раз и положено дарить, чтобы не оскорбить еще более. И хватит прожигать меня взглядом. Я ваш секретарь, а не любимая женщина. Не жена и даже не невеста. Так что не суйте нос под мое одеяло.

Я вдруг обиделась. Казалось бы, ну что реагировать так на его слова? Но… Он будто меня к девицам легкого поведения приравнял.

Схватив яблоко, я откусила от него кусок и демонстративно уткнулась в бумаги на столе. Господин Инчиро нависал надо мной гневной статуей и молчал. Да так пронзительно, что у меня затылок зачесался.

– Это доклад о конюшнях на северо-западе города. Подчеркни все самое главное оттуда, у меня нет времени читать всю эту воду, – выдало, наконец, рогатое начальство и гордо удалилось в свой кабинет.

И вот спрашивается, что это вообще было?

У демонов что, тоже, как и у оборотней, случаются те самые дни?

Какое ему дело до того, кто и что мне дарит?

Чем ему эта коробка вообще помешала?

Я снова откусила от яблока. Сладкое, сочное. Ладно прощен орк. В конце-то концов, он начальник охраны и должен был ответить боссу на вопрос, куда меня кентавры умчали.

В общем, съев еще парочку клубничек, я полностью реабилитировала в своих глазах Орхана. Хороший мужчина и вкус у него отменный. И знает, как сделать женщине приятно.

Жаль, что орк. Нет, то, что он зеленый и с клыками, я могла пережить, а вот свекровь и энное количество наглых золовок – нет. Ему не такая, как я, нужна, а гром-баба. Чтобы при виде нее любимая мама мужа срочно вспоминала, что дома утюг не выключила, а сестренки являлись в гости исключительно по звонку и с целью облегчить быт и жизнь любимой жене брата. А традиции… Деву ей из моего мира. Она его новым обучит.

Хмыкнув, я почистила мандарин и принялась читать. Текст явно писал любитель лирических отступлений. Я буквально поплыла по волнам чьих-то размышлений и все время напоминала себе, что это важный доклад.

На второй странице я не выдержала и вернулась на первый лист. Прошлась по нему взглядом и в верхнем углу нашла искомое – Ландрю Лафилье.

Так вот за кем авторство. Это мгновенно насторожило. Я села ровнее. Теперь каждая буква текста казалась мне подозрительной. Въедливо вчитываясь в каждую строку, я жестоко зачеркивала все, что не несло в себе хоть какой-нибудь информации, затем возвращалась и снова проходилась по тексту. Опять скрывала чернилами целые предложения. Мне казалось, что этот ушастый подлец желает нечто спрятать за словами.

Потратив на эти записки хитро сделанного философа целых полтора часа, я выписала на лист бумаги все, что считала значимым. Вышло немного.

Перечитав, усмехнулась.

Та-а-ак! Поморщилась. Выходило, что конюшнями владели несколько кентавров-энтузиастов. Они искали спонсоров для своих лошадок среди таких же увлеченных нелюдей. Учили верховой езде детей. В общем, мирные доброжелательные копытные, которые решили, что комбинированный ипподром для них прекрасный вариант для дальнейшего развития. И для обучения, и для скачек. И для содержания их любимцев, потому как сейчас конюшни в плачевном состоянии. Кентаврам не хватало финансирования.

Хм… все было вроде и понятно. Ребята хотели получить деньжат и построить на своей территории ипподром. Господин Инчиро желал воздвигнуть его на месте разорившегося деревообрабатывающего завода… В голове крутилась некая мысль.

Все покоя не давала фраза Инчиро – давить эти конюшни. Зачем? А не проще ли помочь им, вступив в долю. И завод цел, и лошадки при деле. Может, оно финансово не так выгодно, но зато по совести.

Откинувшись на спинку кресла, я призадумалась и отложила лист бумаги. Прошлась взглядом по столу. Ведь где-то здесь есть документы касательно того самого завода, за который так жилы рвут медведи. Так, может, и там не все так безнадежно?

Не доверяла я ушастому Лафилье. Мне вдруг показалось, что все зло идет от него.

Женская интуиция просто вопила, требуя дать разочек эльфенышу лопатой по горбу, и прикопать где-нибудь в лесочке.

* * *

– Арина, ты закончила? – пока я пыталась разобрать оставшийся завал на столе, передо мной возник господин Инчиро.

– Угу, – промычав, я не глядя протянула ему лист. – Одного не понимаю, зачем вам этот завод медведей, если проще договориться с кентаврами?

Мне не ответили, но лист забрали. Так и не найдя искомое, я нахмурилась.

– Да был же он где-то…

– Что ты потеряла? – демон продолжал нависать сверху.

– Документы об этом заводе. Неужели там все настолько плохо, что только под снос его?

– Ты мне что, хочешь предложить дровосеком стать?

Мне показалось, что я уловила в его голосе смех.

– Я вам предлагаю и рыбку съесть, и получить глубокое удовлетворение… – пробормотала я расстроено.

Доклад действительно исчез. Но я своими глазами его видела. Еще отложила в сторонку, решив, что нужен будет. Вот гадство! Кто-то явно приделал ему ноги.

– Что? – Босс приподнял бровь. – Я не против удовлетворения, Арина, особенно вместе с тобой. Но поясни, о чем ты конкретно?

Я недовольно прищурилась.

– Стройте ипподром с кентаврами. Спонсируйте их лошадок. Помогите медведям решить вопрос с заводом. Сколько вообще таких предприятий в этом регионе?

– Их два, Арина, но меня это не касается. Я получаю выгоду не созидая. – Он нахмурился и недовольно уперся рукой в стол. – И плевать на чужие трудности. Не могут справиться – пусть не лезут в бизнес.

– Да перестаньте, – отмахнулась я от его слов. – Неужели вам самому не приятно помочь животным? И это я не о кентаврах. Там же конюшни. Лошадки. Вы любите животных, я знаю.

Он странно усмехнулся и нагнулся ниже.

– И откуда же ты такая осведомленная?

Его глаза опасно полыхнули.

Я и опомниться не успела, как мужская ладонь поймала меня за подбородок.

– Господин Инчиро, – выдохнула я, слегка испугавшись.

– Ты ведешь себя странно, Арина. – Его большой палец скользнул по моей губе. – Но интересно, на что ты готова, чтобы заставить меня призадуматься об этих лошадях? Не к тем ли кентаврам ты ночью с Демаром прогуливалась?

Я смутилась. Вот совсем не ожидала такого поворота.

– Сами мне дали этот доклад от ушастого. Он, знаете ли, наводит на определенные мысли.

– М-м-м, – Он склонился ниже. – Правда?

– Честное пионерское! – хлопнула я ресничками и улыбнулась.

А у самой, казалось, сердце сейчас просто выпрыгнет из груди. Демон был близко. Слишком. Я ощущала запах корицы. Такой притягательно приятный.

Его палец снова прошелся по моей губе, лаская. И надо было его оттолкнуть. Надо. Я это понимала, но пошевелиться не могла. Будто завороженная.

– Так куда ты ездила, Арина?

Его губы изогнулись.

– По делам, – выдохнула я, играя с ним в гляделки. – И вашей корпорации они не касаются.

– Ммм, – уперевшись локтем в стол, босс придвинулся еще ближе.

Нас разделяли несколько сантиметров. Казалось, чуть подайся вперед, и наши губы соприкоснутся.

– А кого они касаются?

Огонек в глазах демона перерастал в пламя. Я усмехнулась, понимая, какую игру он ведет. Вот только бьющееся в истерике сердце не мешало здраво мыслить голове.

– Господин Инчиро, а вы правда верите, что я сейчас вам так и выложила все свои секреты? – Моя бровь приподнялась. – Поцеловать не осмелитесь. А давление не срабатывает. Ничего я вам не расскажу. А доклад почитайте. Он весьма любопытный, если вылить из него всю воду.

– Думаешь, не осмелюсь, Арина? Правда?

Я закивала и попыталась отстраниться.

Но меня резко дернуло вперед. Горячие сухие губы потерлись о мои. От столь оглушающих чувств я впала в легкое оцепенение.

Он воспользовался этим. Мужская ладонь легла на затылок, не позволяя отстраниться. Язык прошелся по моей нижней губе и скользнул в рот.

Меня окутало ароматом корицы. Теплым, ласковым. Из груди вырвался вздох. Инчиро расценил его как приглашение. Его движения стали медленнее и нежнее. Такие сладкие прикосновения!..

Одурманивающие.

Сжав ткань его пиджака на плечах, я с трудом уговаривала себя оттолкнуть демона. Это ведь все не всерьез. Он просто пользуется женщинами. Он не мой мужчина и никогда им не будет.

Но это было так сладко.

Так нежно…

Его язык ласкал мой. Играл и призывал отвечать. И я невольно повторяла за ним. Инчиро приподнял меня и потянул на себя. Грубовато и резко. Не почувствовав сопротивления, он явно был намерен разложить меня на столе. И эта мысль мгновенно отрезвила.

Дернувшись, я отпрянула и подалась назад. Зашла за кресло и уставившись на демона, попыталась выровнять дыхание.

Что это вообще сейчас было? Да как так-то!

– Не смейте! – прошептала я охрипшим голосом. – Никогда больше не смейте этого делать, господин Джакобо. Нравится вам разрушать свою жизнь – ваше право. Не хотите впустить в свой мир хоть что-то хорошее – не стану мешать. Но меня не трогайте. Я не ваша игрушка и никогда ею не стану.

– Арина…

Он запустил пятерню в темные, густые волосы, кажется, действительно не понимая, что и сказать.

– Я ездила в город по своим делам. Вас они не касаются. Доклад прочитан, основные мысли я выписала. А сейчас пойду-ка я пообедаю. Надеюсь, подобных… – Я не знала, как назвать то, что сейчас произошло… – Я не продаюсь, Инчиро. Ваше золото и положение мне неинтересны. Я из тех, кто верит в сказки про любовь и ждет ее.

– А если не дождешься?

Он как-то горько усмехнулся.

– Дождусь, – прикрыв глаза, кивнула я. – Уверена в этом. И вам желаю жить в мире со своей душой, Инчиро. Вы ведь действительно любили животных. Найдите в себе смелость вспомнить об этом.

Он опустил взгляд на мой стол. Хмыкнул. Забрав бумаги, развернулся и молча ушел.

Проследив за ним, я обернулась к портрету госпожи Джакобо. Она смотрела на меня безжизненными холодными глазами.

Призрак не появился.

Глава 21

Дверь закрылась, отрезая его от нее. Демон ошеломленно уставился на свой стол. С его лица сошла маска циника, а под ней оказался растерянный и даже слегка напуганный произошедшим мужчина.

Он не думал целовать.

Но… Впервые эмоции в его душе всколыхнулись с такой силой, что волной смыли голос разума.

Ее вкус!..

Демон поднял руку, касаясь подушечками пальцев своих губ. Скольких он целовал до нее? И не вспомнит. Чувствовал ли что-нибудь? Нет.

Пройдя вперед, мужчина оперся руками о подоконник и выглянул в окно. Его растерянный взгляд скользил по прохожим на тротуарах. Женщины, дети, работяги, спешащие на обед…

В голове демона бродили странные мысли. Он впервые задумался о семье.

Так внезапно даже для него.

– Арина…

Негромко произнеся ее имя, он улыбнулся.

Нет, не так, как обычно. Не зло и не жестоко. Он узнал, что такое нежность.

Сердце забилось быстрее. Он ощутил желание. Не просто захотел очередную женщину, чью внешность и не запомнит, а имя не спросит. О, теперь ему нужна была именно та, которая так испуганно смотрела на него несколько минут назад. Своими чистыми, невинными глазами.

Он хотел ее. И не на раз, а навсегда. Уложить в свою постель и не выпускать оттуда никогда.

Уголки его губ опасно дернулись.

– Кажется, я окончательно попался, мама…

Повернув голову, он взглянул на небольшой портрет на своем столе.

Демон и не подозревал, что та, к кому он обращался, сидела в этот момент в его кресле.

Госпожа Джакобо, прикрыв глаза, впервые за всю жизнь молилась богам… Не с просьбой и не с требованием. С благодарностью.

Ее Инчиро мог любить.

Как и любая мать, она испытывала счастье. Ее мальчик встретил достойную женщину.

– Ничего, сынок, все не зря. Я уже и в нижний мир готова, лишь бы тебя согрели и обняли. Об одном жалею, милый, что никогда не возьму на руки ваших детей. Не обниму и не прижму к груди. Как же глупо я жизнь растратила. Вернуться бы хотя бы на мгновение в тот день, когда ты появился на свет. Я бы подняла тебя на руки и пообещала, что всегда буду любить. Хранила бы все твои рисунки и всячески поддерживала, вместо того чтобы забивать твою голову той шелухой, что затмевала мой разум. А еще жаль, что я не смогу познакомить тебя с тем, кого полюбила сама. Знать бы при жизни, в какой порт заглянуть. В какой момент обернуться и поймать взгляд того самого. Единственного для тебя…

Демон стоял у окна и молчал. Ему казалось, что он ощущает присутствие матери. Глупость, но он не мог отделаться от этого чувства. Будто она снова была рядом. Он сделал вдох. Его обоняния коснулся легкий аромат ее любимых духов.

– Это труднее всего, Инчиро, смотреть душой. Это больно.

– Почему ты не научила меня ухаживать за женщиной, мама? – прошептал демон, опустив плечи.

– Потому что никто никогда не ухаживал за мной, родной. Я и сама не знала, каково это, когда любят тебя, а не золото на твоем банковском счете. Мужчины позволяли мне купить себя, я и оплачивала. На ночь, на неделю, реже на год.

– Знать бы с какой стороны к ней подступиться, – выдохнул он.

Нет, сын не слышал мать, но ему так хотелось с ней поговорить. Хоть раз. О том, что так заботит его. Спросить совета и получить ответ. Поддержку.

– Не переживай, сынок, я найду с какой стороны. Главное, не оплошай и гоняй от нее этих прихвостней. А мама придумает, как вас свести вместе. Я теперь тоже не одна. Как же жаль, что я не смогу подержать на руках твоего ребенка!..

Эта мысль не давала ей покоя и отравляла душу болью.

Она когда-то так радовалась, что никто не успел назвать ее этим страшным словом «бабушка». А теперь плакать хотелось от осознания, что это самое лучшее слово после слова «мама».

– Может, снова позвать ее в ресторан? – спросил демон у пустоты.

– Не пойдет, отмахнется и сбежит, – ответила его мать. – Ее сердце такое же одинокое, как и твое, просто она не показывает этого. Здесь нужно нечто обнажающее душу.

– Да, откажет, – согласился он, не слыша ее. – Зря поцеловал. Только напугал. Но какие сладкие ее губы, мама. Я словно впервые женщины коснулся.

– Настоящей впервые, сынок. Остальные не любовь тебе дарили, а за золото похоть удовлетворяли. Это разные вещи, милый.

Он закивал.

Она взглянула на портрет и вдруг встрепенулась. Обернулась на календарь на его столе и просияла.

– Конечно!

Призрак взлетел к потолку да так резво, что стопка бумаг слетела на пол. Поднять их она, увы, не могла. Ее питала Арина и только рядом с ней она была способна соприкасаться с материей. Но ничего.

Инчиро удивленно проследил за полетом документов.

– Соберешь, сынок. Мама порой бывает неаккуратной. И не переживай. В ресторан она с тобой может быть и не пойдет, но я точно знаю, куда вас отправить. Это хорошее место, тихое и ни одного кентавра по дорожкам не скачет. Сейчас я к ней. Насяду и стребую свое. Главное, не оплошай. Разгляди в этом свой шанс. Ох, жаль, что ты меня не слышишь! И записку тебе не передашь. Не положено.

Призрак засуетился под потолком, заметался, окрыленный собственной гениальной идеей. Демон же присел и принялся собирать разбросанную бумагу. Его внимание привлекли скрепленные листы.

Отчет о деревообрабатывающем заводе. Именно его искала Арина. Нет, он ни в чем ее не подозревал, хотя порой девушка и казалась ему странной. Но было что-то в ее словах, что зацепило.

Поднявшись, он забрал и ту выдержку из доклада, которую она сделала сегодня.

– Ладно, взгляну, что ты там накопала, – буркнул он себе под нос. – Лошадей я действительно люблю.

Он, казалось, удивлялся сам себе.

* * *

Сняв халатик с крючка, я продела руки в рукава и взглянула в зеркало. Улыбнулась.

Стыдно признаться, но сегодня у меня случился настоящий поцелуй. Все, что было до этого, не шло ни в какое сравнение с лаской Инчиро.

Вот кто бы мне сказал, что я впервые почувствую настоящее желание в объятиях демона – посоветовала бы обратиться в местный психдиспансер.

Но факт остается фактом. От воспоминаний у меня щеки вспыхнули. Какие же сладкие его губы!.. Твердые, сухие, но сколько же нежности они могут подарить. Я до сих пор ощущала вкус этого мужчины. Сладкий.

Так неожиданно и немного нелепо.

Прикрыв глаза, я сделала вдох полной грудью.

И волнительно, и страшно. Босс ведь. К тому же один из главных злодеев бизнеса этого мира. Угораздило же меня!..

Я вспомнила, с каким аппетитом он уплетал борщ, и тихо засмеялась. Нет, до мирового зла ему, ой, как далеко. Жаль, что я для него, скорее всего, недоступная игрушка. Получит, поиграет, сломает и бросит.

Конечно, я понимала это, но какая-то часть моей души желала рискнуть, другая же до дрожи боялась боли, которая придет после.

Выдохнув, я снова взглянула на себя в зеркало и вздрогнула всем телом.

– Госпожа Джакобо, вы моего инфаркта добиваетесь? – прорычала я отражению, которое вдруг стремительно преобразилось в облик демонессы.

И почему в нашем мире считается, что нечисть не отражается в зеркалах? Вот же оно, вот!..

– Ой, тебя доведешь, – фыркнула Джакобо в ответ. – У меня случилось настоящее горе, Арина.

– Еще одно? – Я скептически приподняла бровь. – Вы решили помереть дважды? Или узнали, что вас похоронили не в том платье? О, ужас, не в самой элитной части кладбища?

Она по пояс вылезла из зеркала и возмущенно уставилась на меня, всем своим видом демонстрируя, что оскорблена до глубины души.

– Что? – сдулась я. – Что может случиться такого ужасного у призрака? Нимб лопатой с головы сбили?

Взгляд демонессы стал более осуждающим.

Я развела руками. Ну, правда, сил уже не было всем сочувствовать. Меня бы кто пожалел.

– Да говорите уже, – не стерпела я. – Что вы здесь паузу по Станиславскому держите?..

– По кому? – не поняла она.

– Какая разница?! – рявкнула я на неупокоенную неугомонную душу. – Излагайте…

– Сорок дней, – выдала она. – А он даже на кладбище не собирается.

– Помянуть? – Я вмиг успокоилась. – Нехорошо, конечно. Не знала, что и у вас есть эти традиции.

– Конечно, есть, Арина. На сороковой день душа окончательно уходит в иной мир и уже не возвращается.

– А вы как же? – Я ощутила легкую панику. – А с вами как?

– Отсрочка, – выдохнула она. – Но это ладно. Напомни ему, я тебя очень прошу. Пусть приедет на мою могилу и помянет. Может, там наверху поймут, что не совсем пропащий мальчик мой.

Завязав халат, я кивнула.

На мгновение я себя представила на месте Инчиро. Да, с матерью у нас всегда были нездоровые отношения. И дурой нужно было быть, чтобы не понимать – я для нее дочь нелюбимая. Но несмотря на это, я всегда пыталась ей помочь. Втайне надеясь, что когда-нибудь она поймет, насколько я важна для нее.

Когда-нибудь она обнимет меня и скажет, что любит, и как неправа была, срывая на мне злобу на отца.

А вдруг это произойдет уже после ее смерти, и никто не сможет ей помочь, как я мадам Джакобо.

– А люди? Они попадают в ваш верхний мир?

– Да, – демонесса пожала плечами, не догадываясь, о чем я думаю.

– А вы можете похлопотать там за одного человека, – нужная мысль окончательно сформировалась в голове, вынырнув из тумана страха, в котором и родилась.

Мадам выпорхнула из настенного зеркала и опустилась на край ванны, расправляя призрачные складки красивого вечернего платья.

– Ну… Я в очень близких отношениях с привратником небес. Более того, в него влюблена. А у него есть разные бланки, которые попадают прямо в небесную канцелярию, а далее к богам. Так что, наверное, могу замолвить словечко за тебя, Арина.

– Не за меня, – покачала я головой, – за мою мать. Я не хочу, чтобы после смерти она попала в вашу ситуацию. Пусть боги знают, что я прощаю ее за все и люблю, несмотря ни на что.

Демонесса поменялась в лице. Видимо, не ожидала подобной просьбы с моей стороны. Она призадумалась. А потом медленно кивнула и тут же покачала головой.

– Нет, Арина. Если ей суждено так же, как мне, подпирать забор в высший мир, то и пусть. Это, знаешь ли, полезно. На себе проверила.

Я нахмурилась. Такой ответ мне совсем не понравился.

– Она – моя мама. И я не желаю, чтобы она призраком неприкаянным скиталась невесть где.

– Ничего, это не смертельно, – хихикнула демонесса. – Но хорошо, если тебе будет от этого легче, отправлю я богам нужную бумагу. Но чтобы завтра ты отвезла моего сына на кладбище и поскорбела немного у моей могилы.

– Я? – опешив, не могла сообразить я. – Да он и сам прекрасно справится.

– Арина! И ты оставишь в такой сложный момент моего мальчика одного? Кто-то должен его поддержать.

– Да он и так неплохо держится, – упиралась я. – Напомню ему о дате. Пристыжу, что и цветочка не отвез на могилу. Но я-то ему зачем в компанию?

– Или едешь с ним, или про свою мать забудь, – выдала она и скрестила руки на груди.

Вот так. Нет, ну, я тоже хороша. Минутная слабость и я вручила в руки этой рогатой неупокоенной стерве оружие против себя же. Вот же…

– Ну ни стыда ни совести, – фыркнула я недовольно. – Хорошо, считайте – уговорили. Но если он откажется…

– Никаких если, – подлетела она к потолку. – Чтобы завтра вместе поехали поминать меня. Цветы – красные розы. И поставьте на мою могилу что-нибудь красивое. Чтобы говорило о том, что там похоронена талантливая актриса…

– Могу только палкой красиво на земле написать: «Гадом буду не забуду, ее арии в четыре утра», – опустила я ее с небес на землю. – И двух ромашек хватит.

– Розы! – возмутилась она. – Непременно бордовые….

Закатив глаза, я вышла в комнату, хлопнув дверью.

Эту особу и могила не исправит.

Глава 22

Утром я была доведена до того состояния, когда сам черт не страшен. А что уж там босс-демон.

Да, мадам Джакобо осталась верна себе и устроила мне вечер воспоминаний. Боги, как хорошо, что в этом мире не существует фотоальбомов! Меня всю ночь заставляли бы их пересматривать. А так сидела с закрытыми глазами, кивала, дремала, много материлась и слушала арии. Но для себя уяснила одно – ненавижу оперу! Ненавижу лютой нелюбовью. Арр просто на нее!

В приемную я ворвалась с утра пораньше. Пройдя мимо своего стола, чуть ли не пинком открыла дверь в кабинет босса.

Несчастный демон оказался на месте с чашечкой ароматного кофе. Уставившись на меня, он недоуменно моргнул.

– Арина?

– Вы вообще спите? – выдала я. – Во сколько бы я ни заявилась, вы уже на месте.

– Рано встаю, – растерялся он. – А тебе что-то здесь нужно? В кабинете.

– Конечно!

Я смело вошла и нагло сняла трубку телефона.

– Хостес, – раздался тонкий голосок Камилы. – Что вам угодно, господин Джакобо?

– Это Арина и мне много черного кофе. Можно с тремя каплями коньяка.

Вампиресса что-то промычала в ответ, и я положила трубку. Демон уважительно приподнял бровь и отпил из своего бокала.

– Так что тебе здесь нужно в такую рань, девочка?

– Я вам не девочка!.. – Меня аж перекосило от такого обращения. – И нужны мне конкретно вы.

– Я? – Он откинулся на спинку своего огромного кресла и усмехнулся. – Ладно, допустим, я весь твой, Арина. И что же ты со мной собралась делать?

Я передернула плечами. В сон клонило жутко. А виновницы моих ночных посиделок и след простыл. Дрыхнет поди там в небесах на плече своего тролля.

– Арина, с тобой все хорошо? Ты какая-то бледная!..

Инчиро отставил кружечку и подался вперед, рассматривая мои мешки под глазами.

– Выживу, – фыркнула я. – Как вернемся, так сразу спать.

– Со мной? – уточнил он.

– Конечно, с вами вернусь.

– Я про спать, Арина. Если что, повторяю: я весь твой.

В ответ я зевнула.

Хотелось сказать все, что я думаю о нем и о его матери, но было откровенно страшно. Призрак демонессы ведь вернется и кто его знает, что у нее там еще в репертуаре имеется.

– Нет, спать мы не будем, но вы едете со мной, – выдала я.

– Куда, если не секрет?

Он сложил руки на груди.

– На кладбище…

Я сжала и разжала веки – все не могла взбодриться.

За спиной послышались шаги. В кабинет быстренько вошла Камила и, приветливо всем улыбнувшись, оставила на столе поднос. Чашка обалденно пахнущего кофе и булочка, посыпанная сахарной пудрой.

– Там не коньяк, а несколько капель чудесного зелья.

– Взбодрит? – оживилась я.

– На несколько часов хватит, – кивнула она и исчезла так же быстро, как и появилась.

– Цены этой вампирочке нет! – Я мешком упала в кресло напротив босса. – Собирайтесь.

Он склонил голову набок и, призадумавшись, повернулся к окну.

Повисло молчание…

Шум в голове усилился.

Я прикрыла глаза. Всего на секундочку… Одно мгновение…

– Арина, какое кладбище? Давай-ка я тебя лучше в кроватку отнесу, – раздалось надо мной, совсем близко.

– В мою? – промычала я, силясь скинуть оковы дремоты.

– Нет. В мою, – тихо рассмеялись над самым ухом.

Разодрав глаза, я уставилась на босса, присевшего на корточки рядом с моим креслом.

– Ты чем всю ночь занималась? И не говори, что спала.

– Да какой там, господин Инчиро! Арии слушала. И вы забыли, что сегодня сорок дней со дня смерти вашей матушки.

«Чтобы ее ссаными тряпками в нижний мир гнали!» – добавила я про себя.

Демон вмиг стал серьезнее. Повернул голову и уставился на портрет своей еще молодой матушки.

– Я и забыл, – тихо признался он.

– Да, поэтому собираемся и на кладбище. Нужно еще цветы купить…

– Бордовые розы, – кивнул он, – как она любила.

– Ну нет! – Я выпрямилась, внутри меня очнулось нечто пакостное и мстительное. – На могилу розы – это как-то вульгарно. Гвоздики нужны, самое оно. А лучше мои любимые ромашки. Или букет полевых цветов. Сухостой там, чтобы стояло подольше.

– Точно?

Он с сомнением взглянул на меня.

– Ну, конечно, – изобразила я на лице саму честность. – Розы к вечеру увянут. А сухостой долго простоит. Нужно еще придумать, во что букет поставить.

– Вазу хрустальную, – предложил он.

– Побойтесь богов, господин Инчиро! Ее сопрут быстрее, чем увянут розы. Нет… – Я потерла глаза ладонями и призадумалась. – Купим по дороге еще кофе в высоких стаканах. А в них потом цветы.

Демон бестолково хлопнул густыми ресницами. Никогда не понимала, зачем мужикам такая роскошь. И подкрашивать ничего не нужно.

– Арина, цветы в стаканчики? Это даже звучит как-то странно.

– Странный, господин Инчиро, здесь вы, – подняла я указательный палец вверх, – а я опытная в этих делах. Моя бабуля моими руками трех подруг с почестями в мир иной отправила. Так что не спорьте. Лучше заказывайте карету, на кентавре не поскачу, если только на ручках…

– Карету так карету, – поднялся он. – Но лучше бы я тебя в постель отнес. Она у меня широкая и мягкая.

– Боюсь, что я затеряюсь там среди Кларочек и Манечек, или кто там у вас еще. Предпочитаю остаться для вас в этом плане тайной.

– Я могу и распрощаться со всеми остальными, – внезапно предложил он.

– Не стою я таких жертв, поверьте.

Сев ровнее, я отпила из своего бокала кофе и подняла булочку.

– И все же Камила – это прелесть, а не вампир, – счастливо вздохнула я.

Тихо усмехнувшись, Инчиро поднял трубку и приказал подвезти к центральному крыльцу карету.

* * *

Карета не спеша катилась по выложенной камнем дороге, то и дело останавливаясь на перекрестках. Возница что-то выкрикивал, грубо ругаясь. Ему столь же нелестно отвечали.

Я зевала и не знала, куда себя деть. В местном транспорте я была не сильна. Но отчего-то мне казалось, что те кареты, что я видела во время поездки с Демаром, имели два диванчика. А у нас только один, на котором было, ну, очень тесно рядом со здоровым рогатым демоном.

А так хотелось сладко зевнуть и пристроить куда-нибудь голову. Прикрыть… глаза…

Карету трясло, меня укачивало…

То и дело я пыталась сделать из босса подушку, но в последний момент разум просыпался и призывал меня к порядку.

Инчиро терпел и делал вид, что все нормально.

– Пру-у-у! – раздалось снаружи.

Карета медленно сбавила ход и остановилась.

– А-а-а?

Я попыталась выглянуть в окно, чтобы понять, в чем дело.

– Отдыхай, Арина, – раздалось надо мной, и тяжелая ладонь бережно откинула меня на мягкую спинку дивана. – Куплю цветы и вернусь.

– Я с вами, – вмиг отпустила меня дремота, – а то мало ли чего вы там возьмете.

Вскинув голову, я уставилась на мужчину.

– Ну, тебе же смог букет купить, – улыбнулся демон.

И снова эти едва заметные ямочки на его щеках. Они обезоруживали.

Кивнув, я вздохнула и тут же зевнула.

Как же хотелось спать!..

Инчиро вышел. Гаргул на крыше кареты пошевелился, кажется, встал и сменил положение. Я ошарашенно икнула.

Вот уж не думала, что эта статуя не украшение, а живой мужик.

– И свихнуться недолго, – проворчала я недовольно.

Глаза снова закрывались… Внутри царил полумрак. Плотная шторка на окне почти не пропускала свет. Тихо.

Я снова зевнула, глаза заслезились и закрылись.

Как же тихо… Хорошо… Подушки не хватает, ну и ладно.

Хлопнула дверь. Диванчик прогнулся. В воздухе появился сладкий цветочный запах. Сильный такой. Тряхнув головой, я разлепила веки.

– Это что?

Мой голос слегка охрип.

– Сухостой. – Инчиро пристроил огромный веник на пол. – Сказали, что стоять будет до следующего года.

– Угу, – хищно усмехнулась я. – Красивый…

О, да… Таким только дорожки подметать. Лепота. Я была отомщена.

А то розы ей бордовые…

Пусть сначала научится слышать слово «нет». Мне вот вообще это кладбище сейчас не улыбалось. Босс и один мог поехать и купить красивые цветы.

А так… Я мщу, и мстя моя жестока и страшна.

А если еще мне ночь в опере устроит, и вовсе посоветую Инчиро на ее могиле семена одуванчиков высадить. Чтобы все там заросло. Так-то!

Демон удобно устроился на диванчике, чуть сдвинув меня. Карета тронулась. И снова это монотонное движение. Меня качало в разные стороны. Сдерживать зевоту стало просто невозможно.

Я боролась со сном и проигрывала.

– Сколько до кладбища ехать? – выдохнула я из последних сил.

Веки стали тяжелыми, а в глаза словно песка насыпали.

– Два часа, Арина, – тихо ответил Инчиро. – Долго.

Он сдвинулся и сел вполоборота. Горячие руки обхватили меня за плечи и потянули вперед.

Я и сообразить ничего не успела, как уже лежала на мужской груди.

– Поспи немного, девочка… – Низкий глубокий голос убаюкивал. – Тебе нужен отдых…

Замычав, я попыталась отстраниться, но он не позволил. Сжал сильнее. Тяжелая ладонь прошлась по спине вдоль позвоночника, вызывая холодные мурашки. Я передернула плечами, но осталась на месте. Да, нужно было запротестовать. Сказать, что я не такая. Сесть ровно и принять гордый вид. Сражаться с собой. Проявить стойкость и что-то там еще… М-м-м…

Но Инчиро был таким горячим и неожиданно уютным. Сама не заметила, как обняла его за талию и устроилась удобнее.

Запах корицы.

Такой одурманивающий!..

– Это нехорошо, – только и смогла проворчать я.

Мозг отключался. И так сладко стало. Мягко и тепло.

– Могу поспорить, – тихо засмеялся он. – По мне, так это очень хорошо.

Его пальцы зарылись в мои волосы. Демон пригладил их. А я окончательно разомлела.

– Только разбудить не забудьте, – прошептала я, ускользая куда-то в туман небытия.

– Да ни за что, – выдохнул Инчиро. – С места не сдвинусь, пока ты будешь спать, моя девочка.

Его ладонь опустилась на мой затылок. Под щекой отчаянно билось сердце мужчины и, казалось, оно просто вырвется из оков грудной клетки. Голова моя медленно приподнималась каждый раз, как демон делал вдох. Я же, скользя на границе сна и яви, улыбалась.

Мне было так хорошо!..

– Арина, а ты бы вышла за меня замуж? – послышалось где-то там.

И близко, и далеко. И возможно, во сне. Я уже ничего не понимала.

– Такие, как вы, не смотрят всерьез на таких, как я, – промычала я нечленораздельно. – Мы из разных миров.

– Смотрят. – Он, кажется, усмехнулся. – Так вышла бы?

– Вы бы изменяли, и это разбило бы мне сердце. Нет. Не вышла бы, даже любя. Слишком много боли.

– Я бы любил и ни на кого больше не смотрел.

Да. Это определенно был сон. Странный и нежный.

Меня обнимали и гладили по голове. Разве в реальности такое могло случиться? Нет. Сон. Хороший. Жаль, что после придется возвращаться в холодную действительность.

– Арина…

– Нет, такого не бывает. Всегда есть девки, готовые ради золота на все. Верности я бы не дождалась, а без нее счастья нет.

– А я бы хотел счастья. Как сейчас. Чтобы эта карета никогда не останавливалась, Арина. И зачем другие, когда есть та самая…

Нас тряхнуло на ухабе. Что-то промычав, я обняла демона крепче и, наконец, погрузилась в крепкий сон.

Глава 23

Чужое размеренное дыхание и тихий стук под моим ухом. Удар, еще один… Такой безмятежный. Я невольно улыбнулась, не размыкая глаз.

Сердце.

Нет, не мое. Отчего-то я прислушивалась к нему. Словно его биение было важным.

Странно.

Слышала ли я когда-нибудь, как бьется сердце другого человека? Нет, демона. Но разве это важно, когда ритм один на двоих? Наверное, нет. Как же хорошо мне сейчас было!

Снаружи заржала лошадь. Недовольно заворчал возница. И снова стало тихо. Только птицы пели вдалеке. Ветер шумно играл в кронах деревьев.

Открыв глаза, я приподнялась и взглянула на демона. Он спал. Откинулся на стенку кареты и забавно сопел. Черты лица разгладились. Уголки губ опустились. Он выглядел молодым и таким ранимым. Красивым. И даже рога не портили внешность.

Разглядев как следует демона, я не удержалась и провела ладонью по ткани его рубашки, добралась до распахнутого ворота. Первые пуговички расстегнулись, и показались темные волоски. На вид мягкие.

Проказливо ухмыльнувшись, я коснулась их пальчиками. А нет, жесткие, но такие приятные. Никогда до этого не интересовалась внешностью мужчин.

А сейчас, когда под тобой спит такой экземпляр… Не удержаться. Но… Я тяжело вздохнула. Хорош, но не про меня.

Здесь ничего светлого мне не светит.

Влюблюсь, разочаруюсь, буду пить, чтобы заглушить боль. Потом сгребу осколки разбитого сердца и заживу дальше, прячась от мужиков в темных уголках. Чтобы никогда больше не испытывать мук несчастной любви.

Оно мне надо? Я тяжело вздохнула.

А Инчиро продолжал дремать. И плевать он хотел на мои душевные терзания.

Замерев, я решала – обратно лечь на этого шикарного мужчину или отстраниться и сесть ровно. А лучше и вовсе его разбудить. Потому что нечего здесь соблазнять своей доступностью. А то моргну и все – пуговички на рубашке расстегнутся. А там потрогала, пощупала, куснула, лизнула… и до надругалась недалеко.

Нужно проявить бдительность. Хотя признаться, я бы еще подремала. Но приличия, чтоб их! Да и не одни мы. Каменюка охранник на крыше. Но тот ладно, что еще делать статуе кроме как стоять. А вот возница явно был недоволен.

Нужно было кентавров запрягать. Хотя какая разница?

Я попыталась отстраниться от Инчиро, но он, внезапно что-то пробурчав, притянул меня обратно к себе и сжал сильнее. Под моим ухом снова забилось сердце, но уже не так спокойно и размеренно. Ритм набирал обороты.

– Так вы не спите? – спросила я скорее наобум.

– Отдыхаю, – лениво отозвался Инчиро. – Не помню, чтобы я когда-нибудь спал в таком положении.

– Спина затекла? – ляпнула я первое, что в голову взбрело, а сама, краснея, соображала, понял ли он, что я его трогала, или все же не сообразил.

– Нет. – Он открыл глаза и улыбнулся. – Как ни странно, я действительно немного поспал. И даже сон приснился.

– Хороший?

Удивительно, но с таким заспанным и слегка растрепанным демоном мне было легко говорить. Он не казался ни наглым, ни высокомерным. Рогатая зевающая милаха.

– Уже не помню, но да… Хороший сон. Светлый. Меня там ласкали.

Я сглотнула. Упс! В следующий раз руки нужно держать при себе и не распускать.

– Карета стоит, – как бы между прочим подметила я, настойчиво стремясь увести разговор.

– Да мы приехали, Арина, но выходить наружу совсем не хочется. Что нам делать среди могил. Да и дождь там собирается. Разве мы хотим мокнуть? Лучше достать плед и, укрывшись, поспать еще немного вместе.

– Нельзя так, – изобразила я из себя дурочку, совсем не понимающую намеков. – Нужно помянуть вашу маму. Дата для нее важная. Да и для вас тоже.

Я снова попыталась отстраниться. Но вместо этого демон сел, и я подлетела, чуть не приложившись макушкой о потолок кареты, и неожиданно оказалась на мужских коленях.

– Эмм…

Все мои жалкие потуги переползти на диван нагло не заметили.

Босс откинулся на спинку и притянул меня к своей груди. Стиснул. Носом зарылся в волосы и зевнул. После, подняв руку, постучал по оконцу вознице.

– Сколько стоим?

Его голос резко сделался грубым и холодным.

– Без малого два часа, господин Джакобо, – ответили снаружи.

– А не плохо мы с тобой, Арина, расслабились, – просиял он. – Непременно надо повторить.

Мне становилось неуютно. Я отчетливо пятой точкой чувствовала, что начальство не только проснулось, но и возбудилось. Нет, ну, приятно, конечно, что у него в штанах все на меня растет и увеличивается, но как-то это… Не настраивает на деловой рабочий лад. А тем более на скорбный. Все же на кладбище приехали, а у него такое безобразие колом в брюках. Неудобно как-то перед мертвыми.

– Может, отпустите? Я как бы на ваших руках, господин Инчиро, – жирно намекнула я на неформальные отношения.

Ну, про руки я слегка сгладила, сидела-то точно не на них, а на кое-чем куда менее приличном.

– Не-а, – расправил демон плечи, – меня все устраивает, девочка.

– И не называйте меня так!.. – возмутилась я такому обращению. – Я вам не девочка. И не деточка, и не куколка, и как вы там еще своих особ называете. Я, господин Джакобо, ваш личный секретарь, и только.

– Угу, – промычал он. – Никогда я еще не называл женщину девочкой. И уж тем более никогда не скажу так той, которая свое тело мне за монеты продает. А ты, Арина, именно что девочка. Стройная, легкая, глаза невинные. Другая бы уже в мои штаны обеими руками забралась, а ты нервничаешь, елозишь, мило краснеешь. Ну, как тебя еще называть после этого?

– Никак, – фыркнула я, ощущая, как действительно пылают щеки. – Уж лучше молчите. А еще лучше – пойдемте отнесем этот чудесный букет, – указала я на веник, – на могилу вашей матушки. Она его определенно заслужила.

«Хотя я бы и вовсе у дворника метлу отобрала и ее в землю вместо цветов воткнула…» – ехидно добавила про себя.

Это ведь из-за нее я вляпалась в такую срамную передрягу. Мало того что на мужике дрыхла без задних ног, так еще его же облапала, а теперь на его же стояке восседаю как на горном пике.

Стыдоба!

– Господин Инчиро, может, все же пойдем, а то как-то…

Я окончательно растерялась.

Подо мной нечто пикантное дрогнуло и, кажется, еще немного подросло.

У меня не то, что шея, грудь пылала. Лицо так и вовсе горело от стыда.

А этому хоть бы хны.

– Господин Инчиро…

– Арина, ты что девственница?

Спросил, а сам лыбится, рогатая зараза.

Услышав такое, я замерла на его достоинстве верхом. В горле пересохло так, что и ком вставший не продавишь. Выпучив глаза, я открыла рот, но слова не шли.

Что тут ответишь-то?

Да, девственница? Засмеет.

Нет, спала с командой футболистов и пожарных разом? Врать не умею. Раскусит.

Рот закрыла. Мысль возникла в голове, я снова разжала челюсть, но извилины мозга дали сбой.

Так я и сидела карасем, хлопая губами.

– О, как!.. – сдается мне, босс все понял сам. – Интересно, я найду у тебя хоть один изъян, красивая моя?

Ни слова не говоря, я попыталась слезть с его большого желания, но тяжелые мужские руки быстро вернули меня назад и усадили так, что теперь это торчало промеж моих бедер.

– Да отпустите уже! – взмолилась я, доведенная до крайней степени смущения. – Уймите свой… свое… Боги, верните меня обратно домой!

– Да сейчас! – демон громко засмеялся. – Арина, я же тебя во всех мирах найду. У нас контракт на три года. А если ты еще немного поелозишь на мне, то он автоматически продлится на десять, а то и на двадцать лет.

– Господин Инчиро, – опасно прищурилась я. – Мы в карете не одни! – Я указала на крышу, украшенную живой статуей. – А еще, нас ждет могила вашей матушки. Сейчас же наводите порядок в своих штанах. Уймите все, что у вас там шевелится, берите цветы и пойдем.

– Арина, раз уж ты посидела на моем беспорядке в штанах, то называй уж по имени. Просто Инчиро.

– Нет, должна быть субординация, – заупрямилась я.

– Так не прошу же котиком звать, а по имени.

– Котиком?!

Я оценивающе взглянула на эту ухмыляющуюся физиономию.

– Лучше промолчи, Арина, думаю, мне не понравится то, что ты сейчас выдашь, – скривился демон.

– Ну, почему же? – Я снова попыталась привстать, но не вышло. – Вполне себе кот. Холеный, наглый и…

Горячие пальцы мужчины легли на мои губы и слегка надавили.

– Тс-с-с, понял я. Понял. Не злись. – Он крепче обнял меня за плечи. – Сейчас пойдем. Дай только успокоиться.

– Отпустите меня и легче станет, – попыталась сыграть я на ситуации.

– Не хочу, – мгновенно нахмурился он. – Никого никогда по-настоящему не обнимал. Ты неожиданно горячая. Мягкая. Волосы так приятно пахнут кофе. Посиди еще немного, прошу.

Все. Я замерла истуканом и не понимала, как себя вести дальше. Что вообще делают женщины в таких ситуациях?

«Дают или бьют…» – ехидненько подсказал внутренний голос.

Меня странно затрясло. Потихоньку подкатывала истерика.

– Не обижу я тебя, Арина, – тихо выдохнул Инчиро мне на ушко. – За знакомство в лифте прости. Не нужно было так с тобой себя вести. Я потом это понял. Не бойся меня, девочка.

– Не надо.

Я сжалась.

Ласковым этот мужчина пугал меня даже больше. Я терялась.

– Арина…

Его губы коснулись моего виска. Обжигающая ладонь поползла вдоль позвоночника, вынуждая прогибаться.

– Пойдемте на кладбище, – взмолилась я. – Нам еще два часа назад ехать.

– Да, и эта мысль меня греет. Еще два часа в тесной карете с тобой.

– Ну, пожалуйста, – просяще взглянула я на него.

– Я просто хочу, чтобы ты поняла, Арина. У тебя на одного ухажера больше, чем ты думаешь. И я вырву Сеппу хвост, а Орхану выбью клыки, если кто из них посмеет перейти мне дорогу. И я найду способ понравиться тебе.

– Зачем? – пропищала я, хватаясь за его руки.

Он поджал губы и опустил взгляд.

– Затем, что другим интересная, да? – догадалась сама. – Все к вам в штаны лезут, а я нет. Дело мужской кобелиной чести – добить ту, что другим не дается? Это подло, господин Джакобо. Я была о вас лучшего мнения.

– Не приписывай мне того, чего нет, девочка.

– Не называйте меня так вульгарно!

– А я нежно называю, – рявкнул он. – Мне нравится, как это звучит. Потому что ты моя. Ты моя чистая нетронутая девочка.

Сверху вздрогнула каменная статуя, напоминая о себе.

– Пошли все вон!!! – рявкнул демон. – Чтобы не видел и не слышал никого!

Его глаза вмиг вспыхнули красным пламенем. Жутким таким. Здесь невольно икать начнешь от страха.

Гаргул мгновенно слетел с кареты, возница, о котором я и забыла, спрыгнул на землю. Теперь мы точно остались наедине.

– Что со мной не так, Арина? Ты принимаешь их букеты. Улыбаешься им. Но не мне…

Он уставился на меня в упор, требуя ответа.

– Да, но я не сижу на их коленях в тесной карете. Мне неинтересны важные даты в их календаре. Но… – Я возмущенно всплеснула руками. – Я ваш секретарь, а не любовница. Девок у вас в замке и без меня хватает. Пока мне все отделы показали – со счета сбилась, кто у вас и где. Одно удивляет, как у вас на всех внимания хватает. И после этого вы ждете, что я отнесусь к вам серьезно? Извините, Инчиро, но вы кобель рогатый! И даже сейчас со мной ведете себя как… Быстро сотрите свой стояк и пересадите меня на диван рядом.

Выдала и ошалела от своей смелости.

Вот это меня прорвало! Высказалась на славу.

Он моргнул. Задрал подбородок. Шумно выдохнул через нос и демонстративно сильнее сжал руки, притягивая меня к своей груди.

– Не отпущу, Арина. Ты же меня оттолкнешь и к себе больше не подпустишь. Откажешься сходить в ресторан и будешь смеяться каждый раз, когда я попытаюсь подарить тебе букет. Их цветы ты в вазу на балкон ставила. А мой… Ромашки. Я тоже, дурак, повелся. Розы нужно женщине дарить. Мама всегда говорила, что только они вправе называться цветами. А все остальное – цветущий сорняк, недостойный женщины. Нет, никуда я тебя не отпущу, больше возможности ты мне не предоставишь подступиться.

Я как-то разом остыла. Выдохнула. Ну, чего в самом деле брыкаться так упрямо. Он же даже руки не распускает. Позволил выспаться. До низостей не опустился.

– Ничего ваша матушка не понимала, уж поверьте. Розы – это, конечно, красиво, но душу не каждой женщины трогает. Ваш букет был милым. И…

Я вздохнула, не зная, что еще сказать. Совсем.

– Интересно, это путешествие можно назвать свиданием? – негромко спросил он.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Никогда не ходила на свиданки. Как-то не звали. Я не трофей для мужчины, Инчиро. Я обычная женщина. Простая, понимаете. И сейчас я не представляю, как себя с вами вести.

– Главное, даже не вздумай увольняться.

– Ага, не дождетесь! Вы хорошо мне платите.

– Ну хоть где-то я у тебя молодец, – улыбнулся он. – И все же это можно назвать свиданием?

– Не-а, я не хочу на своем первом свидании оказаться на кладбище. Избавьте меня от этого.

– Тогда я могу тебя пригласить куда-нибудь в другое место? – спросил он.

– Но вы мой босс, – напомнила я ему. – И у нас сугубо профессиональные отношения.

– Извини, Арина, но на работу у меня так не стоит, как на тебя, – выдал он усмехнувшись. – Не вовремя матушка умерла. Мне бы сейчас ее помощь не помешала. Уж она знала, как мужчине добиваться женщины.

– За золото меня не купишь, Инчиро. И за розы тоже. Я в принципе не продаюсь. И нужен мне мужчина, который любить меня будет, а не просто хотеть. Да и я вам в действительности не нужна. Это у вас так… Блажь и стремление к новизне. Поиграете и бросите.

– А ты проверь… – Его губы коснулись моих волос. – Дай шанс. Всего один.

– Проблема в том, господин Джакобо, что сердце у меня тоже одно, – сглотнув, прошептала я. – Разобьете, я же потом не соберу осколков. Зачем мне это? Нет у нас будущего, мы из разных вселенных.

– Не говори то, чего не знаешь, Арина. Просто дай шанс, и я не подведу.

– Давайте уже сходим к могиле вашей матушки, а то нехорошо как-то…

– Ну, это хотя бы не твердое «нет», – хмыкнул он. – Ладно, будь по-твоему.

Он, наконец, разжал руки и позволил мне подняться с его колен.

Глава 24

Следуя за высоким демоном вдоль аккуратных рядов однотипных могил, я все вспоминала готические романы, в которых описывались массивные каменные надгробия, заросшие мхом и бурьяном. На них непременно восседали черные вороны и издавали свое мрачное «Кру».

В моем представлении именно так и должно было выглядеть кладбище общины самых настоящих демонов.

Мрак, сырость и аура безнадежности…

Но…

Нет.

Совсем нет.

Не-а.

И даже ворон нет.

Ни одной.

Я везде посмотрела.

Зато летали голуби. Обгаживали почем зря красивые статуи женщин из белого мрамора. Справа фонтаны, слева – аллейка с родными в доску березами. Под ногами вымощенная светлым гладким камнем тропинка.

Вокруг аромат цветов.

Клумбы, куда ни глянь.

Могилы загляденье. Низкие изящные оградки все в одном стиле. Резные надгробия. Кадки с живыми цветами.

Чистота, красота, травинка к травинке.

Ну разве что пони по небу не летают и воздух радугами не портят.

– Чтобы я так померла! – не выдержала моя душа этой красоты. – А кому продаться нужно, чтобы после смерти оказаться здесь? Не кладбище, а курорт какой-то. Не хватает только элитного бюро ритуальных услуг.

– Оно дальше по тропинке, – отозвался Инчиро как-то больно уж мрачно.

Его настроение стремительно ухудшалось. Стоило нам выйти из кареты, и этот демоняка снова сделался угрюмым мужланом. Все же какой он сложный и непонятный. А главное, какой настоящий? Где маска, а где истинное лицо Инчиро Джакобо? Поди разбери этого рогатого!

– И на будущее, Арина, я потерял мать, потому что не мог следить за ней и контролировать, но с тобой все будет иначе. Даже не вздумай больше уехать в ночь непонятно с кем и не поставив меня в известность. И думать не желаю о твоей кончине ни в каком варианте…

Услышав такое, я состряпала недоуменное лицо, затем скривилась и, не удержавшись, показала ему в спину язык.

В этот момент он обернулся.

У бедного демоняки, кажется, шок случился.

– И что это значит?

Черная бровь возмущенно приподнялась.

– Как что? – усмехнувшись, пожала я плечами. – Где хочу, там и хожу. С кем хочу, с тем и…

– Не продолжай лучше, – рыкнул он, – мне это не понравится.

– А меня это должно заботить, Инчиро? Не забывайтесь. Вы мне босс, а не маменька. Хотя даже мать не позволяла себе после моего совершеннолетия заглядывать под мое одеяло. Собственно, вот как стукнуло восемнадцать, в тот день я и съехала от нее. И вдруг вы, весь такой красивый, задвигаете мне подобные речи. Нет, ну, ладно бы еще муж, поняла бы. Но… босс…

– Сама первая начала, – буркнул он уязвленно.

– Что? – Моему возмущению не было предела. – Когда это?

– Да сейчас! Думаешь, Арина, мне легко слышать о том, что ты на кладбище собралась?

– Да здесь просто нереально красиво. Кто на моем месте не соберется? Хоть после смерти отдохнуть с комфортом под березками!

– И слышать не желаю, – проворчал он. – Да где же ее хоронили?

Демон резко остановился. Чуть не налетев на его спину, я успела схватить босса за рукав. Обернувшись, он тут же обнял меня за талию и притянул к себе.

– Что вы делаете? – пискнула я, прижатая к боку мужчины.

– Руки распускаю, но заботит меня сейчас совсем иное. Я не помню, где могила матери. Они все такие похожие.

– Что? – Вскинув голову, я свела на переносице брови. – Да как так-то? Вы куда смотрели, когда ее хоронили?

– Меня не было… – нехотя сознался он.

– Как? – Кажется, я достигла вершины возмущения. – И где вы прохлаждались в это время?

Он поджал губы и не торопился с ответом.

– Уму непостижимо! – негодовала я. – Нет, ну как так можно? У вас что десяток матерей, что вы вот так можете легко не проводить ее в последний путь?

– Я пил… – пробурчал он, озираясь. – Это оказалось ударом для меня. Я… Я так старался провернуть сделку, чтобы выкупить матери театр, в котором она тогда выступала. Но… Она взяла и… умерла.

Я тяжело вздохнула. Слов просто не было.

– Знаете, Инчиро, я за всю свою жизнь слова хорошего от матери не услышала. В родном доме обязана была за все платить трудом. И хорошего вспомнить нечего. Но я бы никогда не позволила себе не явиться на похороны мамы. Но вы же…

– А что я? – Мне достался ну очень колючий взгляд. – Я не мог поверить, что ее больше нет. Что последнее, что останется в памяти, это ее мертвое лицо в гробу. Я… рисовал портрет. Хотел запечатлеть ее, пока память свежа. Чтобы никогда не забывать. Я любил свою мать, Арина. Несмотря на то что она не замечала моего существования. Не интересовалась мною, как сыном. Но я любил ее и не готов был видеть единственного родного человека в деревянном коробе. Слышать, как заколачивают гвозди в ее гроб. Стук комьев земли о крышку. Уходить, зная, что она навсегда останется в могиле. Я не готов был тогда и, признаться, не уверен, что смогу сейчас.

– Сможете. – Я обняла его за талию. – Она в лучшем мире и наверняка наблюдает за вами.

– Сомневаюсь…

– Зря, Инчиро. Я в этом уверена. Вся шелуха, которая кажется важной здесь, в лучшем мире спадает, обнажая душу, и все встает на свои места. Вашей матушке важно знать, что вы любите ее. На самом деле мертвым могила не нужна, она для живых. Чтобы было куда прийти и вспомнить о родном любимом человеке. Снова хотя бы в мыслях побыть с ним. Рассказать о чем-то важном, поделиться секретом или спросить совета. Ощутить ту радость, что чувствовал рядом с ним. Тепло…

В спину внезапно ударил непонятно откуда налетевший сильный порыв ветра. Я умолкла, дернулась и невольно обернулась. Взгляд зацепился за одно из надгробий. Оно выделялось среди остальных тем, что вместо камня на могиле стояла статуя женщины, возводящей руки к небесам. Нет, она не молилась. Слишком уж хорошо я знала эту позу.

Насмотрелась этой ночью вдоволь.

– Ну конечно. И здесь верна себе, – промычала я себе под нос. – Инчиро, кажется, я нашла, куда нам нести замечательный букет.

Демон сначала взглянул на меня, а затем осмотрелся вокруг.

– Статуя, – подсказала я ему. – Женщина, исполняющая партию в опере.

Закатив глаза к небесам, я невоспитанно ткнула пальцем в нужную сторону.

– Ну да, – смутился босс, – кажется, что-то такое я требовал в бюро ритуальных услуг. Эти упыри пытались мне навязать стандартный булыжник.

– Как можно?! – картинно ужаснулась я.

А про себя добавила: «Тогда бы она точно во плоти спустилась с небес и стребовала бы эту скульптуру. Стрясла бы просто с товарищей упырей, замучив бедолаг до полусмерти!»

* * *

Постояв немного у весьма недурственной статуи, Инчиро как-то неуклюже пристроил веник к могиле и нахмурился. Вздохнул и осмотрелся. Его явно интересовали соседние холмики за низкими оградками. И я прекрасно понимала почему.

Чисто, цветов много, бурьяна нет, ну и тропинки натоптаны.

Мадам Джакобо не могла бы похвалиться там на небесах, что к ее могиле не заросла дорожка.

Еще как заросла! Бурьян мне по щиколотку.

Ну и толку с той скульптуры? Чтобы голуби не скучали и клали на нее в полете? Только и всего.

Босс нахмурился еще больше и потер рукою правый рог, зыркнул за оградки спереди.

Да. Там и скамеечка аккуратная, чтобы присесть можно было, и цветочки прямо на холмике высажены. Кого бы там ни похоронили, а сразу видно – семьей любим и обласкан даже после кончины.

Похоже, эта мысль пришла на ум не только мне.

Демон стоял весьма недовольный.

– Голову оторву! – наконец, выдал он.

– Кому?

После такого заявления у меня мигом вспотела шея.

Нет, ну как бы ясно, что не мне. Но чем черт не шутит. А вдруг зол, что я его сюда притащила.

– Я заплатил за то, чтобы здесь все содержали в порядке, – прорычал он. – Вернемся, свяжусь с кем надо и пусть учат как правильно за могилами ухаживать.

– Даже знать не хочу, как будет происходить обучение… – Я устало вздохнула. – Но пусть в процессе лавку поставят. А то ноги затекают стоять.

Он зло усмехнулся.

– Закопают разок заживо, и вмиг учеными сделаются.

– Я этого не слышала!..

Пробормотав, я отошла подальше от скульптуры, исполняющей оперную арию мадам и с тоской взглянула на карету. Там тепло, мягко и комары, зараза, не кусают. Хлопнув себя по руке, я размазала проклятого кровососа. Я, конечно, понимаю, какой пронзительный момент сейчас случился. Сын, наконец, посетил могилу маменьки.

Но, я эту маменьку всю ночь слушала. От ее завывания у меня нервный тик. И я по этой рогатой особе ни разу не соскучилась. Тогда к чему мне стоять здесь и кормить кровью местных крылатых пищащих тварей? Вопрос интересный, но ответа на него, увы, не будет.

Очередной порыв ветра, словно издеваясь, ударил в лицо, приподнимая волоски на коже. На горизонт стремительно набегали черные грозовые тучи. И ничего, кроме холодного шквального ливня, они не предвещали. А нам еще два часа в замок корпорации тащиться. А у меня с собой ничего теплого нет.

Моих плеч коснулось нечто мягкое. Обернувшись, с удивлением обнаружила, что Инчиро снял свой пиджак и набросил на меня.

– Погода портится, – как-то смущенно выдал он. – Замерзнешь и заболеешь.

Я смутилась, но пиджачок не вернула.

Гордость – это, конечно, хорошо, но тепло лучше.

– Пойдем, Арина, в карету, не вижу смысла находиться здесь и дальше. Это место пустое и матери здесь нет. Статую прикажу убрать, выглядит она безвкусно и нелепо. Лучше красивое надгробие, а рядом высадить куст ее любимых роз. О чем я только думал, требуя поставить этот кусок мрамора.

Я не ответила, чувствуя, что Инчиро скорее разговаривает сам с собой. Но предложение вернуться в карету было встречено мною на ура.

И за ручку поддерживать не пришлось – сама по дорожке добежала до возницы. На крыше восседала все та же статуя и печально взирала на горизонт. О том, что умыться дождевой водицей все же придется, гаргул догадался, и эта перспектива его явно не радовала.

Не дожидаясь босса, я потянула на себя ручку двери и, впорхнув внутрь кареты, рухнула на мягкий диванчик и вытянула ноги.

– Блаженство, – тихо выдохнула я, ощущая, как гудят стопы.

Надеюсь, работать мне сегодня не придется и по возвращении можно будет подняться в комнату. А там ванна и постель.

А еще ужин с доставкой. М-м-м…

В животе приятно заурчало.

Дверь повторно отворилась, и показался демон. Утробные позывы моего кишечника он услышал и нахмурился.

– Ты завтракала?

Бровь демона приподнялась.

Я отмахнулась.

– Главное, что поужинаю.

– Тебя можно пригласить?

Инчиро аккуратно пристроился рядом, чуть сдвинув меня.

– Нет, я планирую ужин в постели, – мечтательно пробормотала я, прикрывая глаза.

– Вот теперь желание присоединиться возросло в сто крат, – раздалось надо мной в ответ.

– Увы, господин Джакобо, в постели со мной дозволено будет ужинать только супругу, если таковой когда-нибудь найдется.

– Хорошо, наберусь наглости и спрошу. Ты выйдешь за меня замуж, Арина?

– Не смешно, – проворчала я, приоткрыв один глаз. – И, Инчиро, осторожнее с такими шутками, а то какая-нибудь особа возьмет и согласится. А потом крутитесь ужом, чтобы объяснить, что вы не то имели в виду.

– Я всегда, Арина, знаю, что я имею в виду. Это предложение руки и сердца.

– Руки у меня свои есть и чужое сердце тоже не надобно.

Меня снова потянуло в сон.

– И какова причина отказа? – не унимался босс.

– А я уже раз десять говорила вам – ходоки приличных женщин не интересуют. Это когда за деньги замуж выходишь, не волнует, с кем отжигает владелец кошелька, если, конечно, поток финансов стабилен. А когда по любви, то верность в большом почете. А это уж точно не про вас.

– Любовниц не будет, Арина.

– Не смешите, Инчиро!.. – Не удержавшись, я зевнула. – Не того полета вы мужчина, чтобы одним гнездом довольствоваться. Вам свои яйца в разные подкладывать интересно.

– Хм… – Босс нервно завозился рядом. – Спорное утверждение.

Вдалеке прогремел гром и потянуло сыростью.

Свернув разговор, демон обнял меня за плечи и притянул к себе.

Он молчал и явно что-то обдумывал. Я же, укутавшись в его пиджак, устроилась удобнее.

Мысль, что без зазрения совести можно проспать два часа рабочего времени, грела и доставляла удовольствие.

Глава 25

Поспать не получилось. Буквально через полчаса нас накрыло дождем. Ливень был такой силы, что казалось – кто-то просто ведра с водой выливает без остановки на карету.

Ветер. Я никогда прежде не видела порывы такой силы. Нас раскачивало в разные стороны. Мне казалось, в дверь кто-то бьет тараном. Но и это не все. В какой-то момент по крыше забило. На землю – в грязь и черные лужи – летели огромные с подушечку моего большого пальца градины.

Окончательно растеряв всю сонливость, я жалась к Инчиро, пытаясь и вовсе забраться ему на руки. Град усиливался.

Снаружи заржала наша несчастная лошадка.

Не выдержав, возница открыл оконце.

– Господин Джакобо, не доедем, – пытался он перекричать непогоду. – Это опасно. Нужно сворачивать с дороги и быстрее.

– Так сворачивай! – рявкнул демон. – Где ближайший трактир?

– Несколько минут, – уже спокойнее ответил мужичок. – Дотянем, если сильнее не посыпет. Зашибет животину.

От мысли, что скоро окажусь в безопасности, меня отпустило, но ненадолго.

Скрип, скрежет и громкий удар. Прямо за нами, там, где мы проехали секунду назад, рухнуло огромное дерево, слегка зацепив карету ветвями.

Наша бедная лошадка обезумела вконец. Заржав, она понеслась сильнее.

С крыши спорхнул гаргул и рванул вперед. Он явно намеревался оседлать бедняжку… А я уже…

Уже сидела верхом на боссе и жалась к нему, ошалев от страха. Мужские ладони поползли по моей спине и замерли пониже поясницы. Возмутилась ли я? Да щаз! Пусть обнимает, как ему угодно, лишь бы спас от этого ужаса.

– Арина, сейчас доедем до трактира, снимем комнату с кроватью, – шептал босс мне на ухо.

– Две комнаты, – пропищала я в ответ. – И поесть бы.

От дикого стресса желудок орал как мартовский кот на дереве. Как госпожа Джакобо арии у моей кровати. Как… Ну понятно как.

– Двух может не оказаться, – выдохнули мне на ушко.

– Я не гордая и в зале посижу. Пережду, – закивала я в ответ.

– Но можно и полежать на мягкой постели…

– Лежите, Инчиро. Конечно лежите. Я только за.

– Арина…

– Мне обед и больше ничего не надо.

После этого заявления снова взревел дурниной мой живот.

Град усиливался. На землю падали ледяные снаряды размером с голубиное яйцо. Ветер врывался в окно, бросая в нас тяжелую, мокрую занавеску.

Я взвизгнула, карабкаясь выше, видимо, демону на шею. Он стаскивал меня обратно, что бешеную кошку.

Возница что-то орал то ли лошади, то ли гаргулу.

Кишечник требовал еды. Мяса от стресса! И бутылку красного успокоительного. А после можно и постель. И черт с ним – с рогатым боссом.

– Арина! – Инчиро повалил меня на диванчик и прикрыл собой. – Успокойся, девочка. Это град, и только. Что же ты трусишка такая?..

– Хочу в трактир, – взмолилась я. – Согласна на все, лишь бы крыша над головой и безопасно.

Снова треск и грохот. Карету опасно качнуло. Возница драл глотку. Такую отборную ругань, что он выдавал, только записывать для потомков.

– Мы же не умрем? – пропищала я. – Это стремно умирать девственницей.

– Могу решить твою проблему прямо здесь и сейчас, – засмеялся демон.

– Ага, чтобы потом спасатели, убрав с кареты дерево, обнаружили два трупа. А главное, вас на мне с голым задом, как говорится, в процессе. Вот уж не нужна мне такая слава.

Его грудная клетка заходила ходуном. Я натурально седела со страху, а этот вредный демон веселился.

Сжавшись, я уткнулась в его плечо носом и клятвенно пообещала отыграться на злодеюке, как только представится такая возможность.

Минуты тянулись как часы. Я уже и мыслей своих не слышала в этой какофонии урагана. Ветви над нами трещали. По крыше грохотало. Ветер бросал в окно брызги грязной холодной воды. Я дрожала, ища у несносного босса хоть немного тепла.

Мое тело било мелкой дрожью.

– Да, Арина, – негромко выдохнул надо мной Инчиро, – будет и комната, и толстое одеяло, и горячий чай с лимоном, и я рядом, охраняющий твой покой. Ничего страшного, если ты еще немного девственницей поживешь.

– Скоро уже? – жалобно выдохнула я, прижимаясь к нему.

– Не переживай, девочка. Все не так страшно, как кажется.

Словно пытаясь с ним поспорить, над нами пронесся раскат грома да такой, что я завизжала.

– Уже почти приехали, Арина. – Горячий поцелуй обжег мой висок. – Еще немного. Не бойся так. Я же совершенно не знаю, как тебя успокоить.

Легкие поцелуи покрывали мои волосы, лоб… Спускались ниже. Замерев в уголке губ, Инчиро шумно выдохнул, не решаясь продолжить.

Дрожа от страха, я нашла в себе силы немного отстраниться. В ответ руки мужчины сомкнулись сильнее. Снова порыв ветра. Карета заходила ходуном. Раскат грома, и тут же ослепительная вспышка. Лошадь несло.

Я старалась не расплакаться. Вернусь в замок, умерщвлю призрак этой взбалмошной женщины повторно. Дались ей поминки?! Несносная певичка…

* * *

В это же время в высшем мире.

– Дорогой, а мы не слишком увлеклись? – мадам демонесса с некой жалостью заглядывала в туманную дымку на столе привратника. – Еще прихватит сердечко. Человечка ведь. А они такие слабенькие.

– Нет, душа моя, в самый раз, – радостно оскалился тролль и взмахнул рукой, усиливая ветер. – Ничего так не сближает, как стихийное бедствие. Сейчас перепугаются, сроднятся. А в трактире все уже схвачено.

– И надолго непогода? – мадам Джакобо приподняла бровь.

– Сутки, не меньше, – потерев ладони, тролль хлопнул в них.

Над каретой громыхнуло так, что ворона с ближайшей ветки упала в тихом обмороке…

* * *

– Что значит остался всего один номер?

Мой голос дрожал и от холода, и от злости. Продрогла до костей. Вымокла до нитки. Но скорее пунцовой я была от стыда, потому что, когда карета остановилась, Инчиро вышел первым. А как только я попыталась спрыгнуть на землю, он подхватил меня на руки.

И вот теперь не отпускал, старательно не замечая моего сопротивления и откровенно красных щек.

– Простите, – вампир за стойкой блеял что козлик. – Непогода. Экипажи останавливаются… Все разобрали за час. Остался только номер для молодоженов. Мы готовы вам, господин Джакобо, сделать большую скидку.

– Ну, что вы, – опасно оскалился демон, – меня как раз все и устраивает. Принесите меню и чего-нибудь выпить.

– Вина?

Нижняя челюсть вампира мелко затряслась.

– Водки, – выдохнула я.

– А нет ее…

Вампир из бледного стремительно сделался синюшным.

– Плохо, – вырвался из моей груди вздох. – Значит, вина и мяса.

– С кровью? – казалось, вампиреныш, который нас оформлял, находился на грани обморока.

– Нет, средней прожарки, – поджала я губы. – Надеюсь, этот ливень скоро закончится.

– По прогнозам только к утру, – выдал он и выпучил глаза.

– Замечательно! – Инчиро радостно стиснул мое несчастное мокрое тельце. – Показывай номер.

Меня понесли на верхний этаж. На нас оборачивались прочие посетители трактира. Многие узнавали демона…

И вот тут начиналось интересное. Мужчины глазели на меня с неким похотливым интересом. Оценивающе так. Женщины же, напротив, высокомерно-снисходительно. И это задевало.

– Инчиро, а вы и раньше своих девок на руках таскали? – не выдержала я. – А ну, немедленно отпустите. Мне, конечно, страшно, но гордость превыше.

– Что не так? – приподнял он бровь.

– Да на меня таращатся, как на дешевую давалку. А оно мне надо?

Хмыкнув, он осмотрелся и тут же натолкнулся на двух пожилых орчанок. У них прямо на зеленых физиономиях было написано: «Фи, продажную использовать несут!..»

– Угу. – Демон помрачнел. – А ты, Арина, запоминай, кто к тебе без уважения. Выйдешь за меня замуж – вместе развлекаться будем. Поганить им жизнь. Это весело. Я тебя научу.

Его услышали, и через несколько секунд коридор трактира опустел. Остался босс, я и бедный, бледный как смерть вампиреныш.

– Во-о-от, – выдавил он, запинаясь у двери. – Лучший номер. Обед б-будет… И ужин-н…

– Открывай, – подсказал ему Инчиро.

– А д-да… – Паренек замялся.

Ключи в его руках затряслись. Не с первой попытки, но он все же отворил номер и жестом пригласил нас войти.

– М-мясо и вино, – закивал он как болванчик.

– Да, – кивнул Инчиро, – а после этого не тревожить. И еще, следите за сплетнями, молодой человек. Это… – Я подлетела в его руках. – Моя будущая жена. Если мне что-то не понравится, я вас всех удавлю. Ясно?

Вампиреныш закивал и через мгновение исчез. Как будто в воздухе растворился.

– Допрыгаетесь, Инчиро, – покачала я головой, – действительно жениться вынудят.

Он усмехнулся, подошел к большой кровати и резким движением отпустил меня. Я ухнула и оказалась на мягкой перине.

– Нет, Арина, допрыгаешься ты. Силком за себя замуж выдам. А то что-то расслабился, расчувствовался. Хватку теряю.

Фыркнув, я села ровнее и шмыгнула потекшим носом. Только не это! Блузка на спине мокрая. Волосы влажные. Еще не хватало простудиться!..

И стоило этой мысли сформироваться в голове, как я громко чихнула. Один раз… Второй…

Демон замер и с подозрением уставился на меня.

Я попыталась улыбнуться и снова разразилась чихом.

– Приехали, – недовольно рыкнул босс. – Ну, прямо как моя мать: малейший сквознячок – и лихорадка. Так и умерла…

Он умолк и испуганно взглянул на меня. Побледнел.

– Что? – не поняла я. – Ну простыла, пройдет к утру.

– Пройдет… – Он медленно кивнул и направился к двери. – Конечно пройдет…

– Инчиро, вы куда? – не поняла я.

– Искать врача, Арина. Немедленно лекаря сюда!

Дверь хлопнула, и я осталась одна.

Растерянная, растрепанная, с начинающимся насморком. Сгоняла по-быстрому на кладбище, называется. Пошла на поводу у рогатой особы. Себя на тот свет своей безалаберностью отправила, и меня за собой тянет.

Вражина! И спасу от нее нет!

Может, мадам Эльвире пожаловаться? Она же ведьма. Проведет обряд экзорцизма, или еще чего, и отправит эту неугомонную к троллю на веки вечные. Пусть ему арии поет до скончания времен.

Осмотревшись, я нашла дверь в ванную. Вдруг там найдется халат какой-нибудь, чтобы переодеться и просушить блузку. Волосы полотенцем не мешало бы вытереть. Капли стекают…

Прокатились налегке! Зла не хватает.

* * *

В это же время в высшем мире

Тролль недоуменно таращился в легкую дымку. Там в мире живых красивая молодая женщина утирала ладонью потекший нос и чихала без остановки. Как-то неопределенно цокнув, он почесал лысый затылок. Рядом с ним стояла демонесса и бестолково хлопала ресницами. Она терпеливо ждала, когда же он ей все объяснит, только вот слов, подходящих, тролль не находил.

Он совсем не так распланировал этот вечер для двоих. Номер для молодоженов. Свечи. Сосед-скрипач, готовящийся к выступлению и исполняющий им романтические мелодии за стенкой весь вечер. Вкусный ужин. В трактире погаснет свет из-за разряда молнии, который разрядит все магические светильники. Им разожгут камин, и они наконец сблизятся. Но нигде ни в одном пункте не значилась простуда с насморком и дерущим горлом.

– Умоляю, скажи, что все по плану? – взмолилась демонесса.

– Прелесть моя, по плану, но точно не моему, – выдохнул тролль. – Это уже совсем иные силы вмешались.

– Иные? – испуганно вытаращилась на него она.

Он пожал плечами и бросил быстрый взгляд наверх, жирно намекая, что боги тоже любят поиграть.

Глава 26

Уперевшись в вычурную явно металлическую раковину, я пыталась сохранить равновесие. Пока переодевалась, развешивала мокрую блузку и юбку, завязывала крепко халат, мое состояние заметно ухудшилось. Появился озноб. Меня мелко трясло от холода. В глазах потемнело. Шатало. Пытаясь схватиться за стену, отчего-то промахивалась. Нос потек, в глазах появилась резь. Они слезились, вызывая дополнительный дискомфорт.

Нет, я и раньше, бывало, подхватывала простуду, но чтобы настолько быстро и сильно? Никогда.

– Арина, – раздалось громкое из комнаты. – Арина, где ты?

– Не кричи, больно же, – прохрипела я, пытаясь отцепиться от раковины.

Но уже не могла, чувствовала, разожму руки и мешком упаду на пол.

– Арина, – уже тише произнесли со спины. – Боги, да как так-то?!

Инчиро мягко подхватил меня на руки. Я не сопротивлялась, лишь доверчиво жалась к этому огромному теплому мужчине.

– Холодно, – пожаловалась я. – Глазам больно…

– Ты горячая, девочка! – в голосе демона слышался страх. – В трактире нет лекаря. И непогода только усиливается. Мне не довезти тебя до замка. Мы попали в западню.

– Дай мне пить, – попросила я охрипшим голосом.

– Конечно… – Меня опустили на мягкий матрас. Нависнув сверху, Инчиро вглядывался в мое лицо. – Ничего, справлюсь сам. Все хорошо будет.

Склонившись, он коснулся губами моего лба. Присел рядом и без церемоний принялся развязывать поясок на халате. Мда, завязывала я его намного дольше.

Освободив от одежды и оставив только трусики, босс устроил меня удобнее на постели и прикрыл толстым одеялом.

Я закашлялась.

В дверь постучали.

– Входи, – рявкнул демон.

Прищурившись, я разглядела уже знакомого вампиреныша.

– Нашел хоть кого-нибудь? – глухо спросил босс.

– Нет, господин Джакобо. Но я взял на себя смелость и принес теплый чай в графине, тертую малину, лимон и имбирь. Еще перетряс кухню и отыскал немного подходящего для горла жира. Он уменьшит боль при глотании. Потом пробежался по постояльцам с детьми. У одной женщины оказалась ведьминская мазь, она ею натирает дочь во время жара. Она с приятным ароматом, помогающим глубже дышать. Еще есть таз и ткань для обтирания.

Вампиреныш умолк и опасливо взглянул на Инчиро.

– Тебя как зовут? – поинтересовался тот, окинув взором тележку, которую юноша оставил в коридоре.

– Зорен-н-н… – выдавил из себя паренек.

– Спасибо тебе, Зорен, если нужна будет более оплачиваемая работа, приезжай в центральное здание корпорации. Считай, что ты уже принят. – Вампир смущенно улыбнулся, но по глазам было видно – удивлен и очень рад. – Закатывай все, что нашел.

Инчиро тяжело выдохнул. Паренек смело вкатил тележку и замялся.

– Я могу найти женщин, которые будут ухаживать за вашей невестой… – начал было он.

– А вот в этом нет необходимости, – остановил его босс. – На это я и сам способен.

– Но болезнь совсем не красит женщину…

Зорен как-то трусливо поджал губы – он явно чувствовал себя дискомфортно рядом с демоном.

Инчиро странно хмыкнул и взглянул на меня. Я представляла, как сейчас выгляжу с потекшим носом и воспаленными глазами.

– Ну не знаю, Зорен, – прищурился демон, – по-моему, как была красавица, так и осталась. Разве нет?

Он, усмехнувшись, взглянул на вампира. Тот закивал болванчиком и попятился к двери.

– Если вам больше ничего не нужно, господин Инчиро…

– Иди, ты и так сделал больше, чем я ожидал.

Вампир последний раз кивнул и натурально сбежал.

Мы остались вдвоем. Босс так и сидел в мокрой рубашке и брюках. И, кажется, даже не замечал этого. Его хмурый взгляд скользил по тележке.

– Думаю, начнем мы, Арина, с чая, а там, как пойдет. Главное, дождаться, пока ливень хоть немного стихнет, чтобы успеть добраться до замка.

За окном оглушающе загрохотало. Создавалось впечатление, что гроза никуда не намерена уходить.

Не обращая внимания на жирные намеки непогоды, Инчиро поднялся, налил теплого чая в бокал и добавил туда немного имбиря и лимона. Снова присел рядом со мной на постель и помог приподняться. Смущенно стягивая на груди одеяло, я не знала, куда себя деть. Не провалиться бы через пол от стыда.

– Маленькими глоточками и сколько сможешь, – неожиданно ласково пробормотал Инчиро.

– Вы совсем не обязаны за мной ухаживать…

Мне стало немного стыдно за свою беспомощность.

Огромная мужская ладонь легонько коснулась лба. Он не ответил. Просто сидел и молчал, думал о чем-то своем, пока я медленно пила чай. Тело ломило и ужасно хотелось укутаться в одеяло и закрыть глаза.

За окном как из ведра поливал дождь. Сверкала яркими вспышками молния.

– Вы не переоделись, – мой взгляд снова упал на его влажную одежду. – Там в ванной есть мужской халат.

– Угу.

Он кивнул и не сдвинулся с места.

– Инчиро, вы меня слышите?

Я поставила пустой бокал на прикроватную тумбу.

– Слышу, Арина, и мне не нравится, что ты выкаешь. Коробит от этого.

– Это этика…

– Да плевать мне, что это. Просто перестань, и все.

– Но это настраивает на рабочие отношения, – настаивала я сиплым голосом.

– Вертел я те отношения, – выдохнул он устало. – Еще раз прошу – прекрати. Нет, так напишу указ и обязую обращаться к себе на «ты». Я устал от всего, понимаешь. Смысла карабкаться больше нет. И вдруг появляешься ты и переворачиваешь мою жизнь в считаные дни. Лежишь здесь с красным носом и важно мне выкаешь… – Он хмыкнул. – Кстати о носе.

Он поводил рукой над тележкой и взял небольшой резной деревянный бочонок. Открыл его, немного повозившись с плотной крышкой. Поднес к лицу и, сделав глубокий вдох, поморщился и чихнул.

Вид огромного чихающего рогатого демона позабавил.

– Это так ужасно? – не удержалась я.

– Для больных девочек самое оно, – выдал он и, зачерпнув густую белую массу пальцем, поднес к моему носу.

Запах оказался неожиданно освежающим. Дышать сразу же стало легче.

– А мне нравится, – пробормотала я и зевнула. – Если не сложно, то намажьте ее на платочек и оставьте рядом с подушкой.

– Не выкай, Арина, – достался мне ну очень суровый взгляд. – Считай, что это приказ.

Улыбнувшись, я кивнула и прикрыла глаза.

Инчиро завозился, чем снова привлек мое внимание. Вытащив из кармана платок, он нахмурился, сообразив, что даже он влажный. Быстро сориентировавшись, босс оторвал полоску от ткани для обтирания и макнул ей в бочонок с мазью. После пристроил его рядом со мной на матрасе.

Потом поднялся и принялся медленно расстегивать пуговички на рубашке. Одну за другой. Сглотнув, я вдруг поняла, что не могу оторвать взгляд от раздевающегося мужчины.

Нет, честно старалась не пялиться так откровенно, но это было сильнее меня. Полы рубашки разошлись, и я впервые в жизни увидела вживую настоящие кубики пресса на мужском торсе.

И не два, не четыре, а целых шесть!

Широкая грудная клетка, четкий рельеф мускул навеивали неприличные фантазии.

Хлюпая носом, я вдруг поймала себя на мысли, что это, видимо, лечебная терапия свыше. Чтобы помирать от воспаления не так печально было.

Подумала и чихнула.

Этим и привлекла внимание демона. Он поймал мой заинтригованный взгляд и усмехнулся. Боги, как я под кровать в этот момент от стыда не провалилась?! Лицо вспыхнуло, в и без того больном горле пересохло. Я закашлялась, не справившись с ситуацией.

– Арина, – в голосе босса звучали нотки тревоги, – чая?

Подскочив, он присел рядом с кроватью на корточки и протянул мне, несчастной соблазненной девственнице, бокал.

Мгновенно захотелось в нем утопиться.

Но я послушно сделала несколько глотков и отстранилась.

Взгляд снова прикипел к расстегнутой рубашке.

– В ванной черный халат висит, – пробурчала я, желая сплавить босса, чтобы не провоцировал. – Накиньте его быстрее, чтобы не заболеть самому.

«Сгинь, демоняка, со своими кубиками хоть на мгновение, дай сердце усмирить и фантазию угомонить!..» – вопил мой внутренний голос.

– Успею переодеться, – выдал этот несносный тип и стянул с плеч рубашку, размял шею, поиграл мышцами груди, чертяка рогатая.

Закрыв глаза, я сделала вид, что все. Совсем все… реанимационным действиям не подлежу.

– Бедная моя девочка, – проворковали надо мной. – Сейчас натру тебе шею и грудь. И станет легче.

Нет, я все же решила отменить свою кончину и распахнула глаза.

– Не надо!.. – прохрипела испуганно.

– Что значит, не надо, Арина? – Его лицо мгновенно стало суровым. – Я не стану ждать сильного жара. Разотру тебя всю и под одеяло. В идеале тебе бы поспать.

– Это просто простуда, – попыталась отвертеться я от провокационных процедур.

– Арина, я мать вот так же потерял. Не уследил. Это вечно была просто простуда. Дважды я одну и ту же ошибку не совершаю.

– Я сама себя разотру, – продолжала упрямиться я, страшась его прикосновений.

– Ты сначала бокал с чаем ровно удержи. У тебя руки трясутся, девочка моя, – припечатал меня босс. – И хватит страдать глупостями.

Поднявшись, он отошел от кровати на шаг и, откинув рубашку на спинку ближайшего кресла, ухватился за ремень брюк.

Мои глаза стали в два раза больше.

– Господин Инчиро, валите в ванну и переодевайтесь там! – просипела я возмущенно.

Он хмыкнул и резким движением выдернул ремень.

– Да твою же! – выдохнула я и зажмурилась.

– Сердце мое, ты как дитя, – тихо засмеялся он. – Успокойся, Арина, все прикрыто даже больше, чем нужно.

Разжав веки, я обнаружила на нем обтягивающие подштанники длиною чуть выше колен.

Сглотнув, я обреченно выдохнула. Как же я так влипла с этим кладбищем?

В горле запершило. Я закашлялась, в голове зашумело. Так больно стало. Сильные заботливые руки приобняли меня и помогли сесть ровнее.

Глаза заслезились сильнее.

– Упрямица, – шепнул Инчиро. – Но именно это мне в тебе и нравится. Не даешь расслабиться и поверить в себя.

Я и моргнуть не успела, как одеяло сползло ниже. Горячие пальцы коснулись ложбинки между грудей.

Босс выполнил обещанное – с усердием натер меня пахучей ведьминской мазью.

Шея, грудь, спина…

– Здесь все, – шепнул он и мягко надавил на плечи, заставляя откинуться на подушку. – Еще ложечку жира нужно принять, чтобы кашель так не душил. Но сначала стопы.

Подняв на мне одеяло выше, он освободил мои ноги.

– Может, не надо? – пропищала я.

Ответом мне был строгий взгляд. Процедуры продолжились.

– Как ледышки, – пробормотал Инчиро. – Согреть тебя нужно, снежная моя красавица.

Замерев, я вдруг поймала себя на мысли, что меня впервые в жизни по-настоящему лечат. Даже будучи ребенком, я не получала столько внимания и заботы. Обычно мама начинала ругаться на меня за то, что я заболела. Обвинять, что ходила на улице без шапки или что не просушила сапоги. Что лезу в школе к больным. И вообще, специально организовала себе больничный. А дальше мне просто выдавали лекарства и приказывали не показываться, чтобы не заразить остальных.

И сейчас я совсем не понимала, как принять заботу, которую выказывал Инчиро. Мне было не по себе находиться в такой момент в центре его внимания. Это вызывало волну протеста в душе.

Простуда – такой пустяк. К чему все это? Поболит и пройдет…

– Готово! – Ноги были укутаны, и одеяло подсунуто под них. – Остался жир. Он противный, но потерпи.

Перед моим лицом появилась ложечка с чем-то жутко пахучим.

– Это обязательно?

Я жалобно взглянула на демона.

– Да, – кивнул он.

Обреченно вздохнув, я подчинилась.

– Ну вот, ты умеешь быть послушной малышкой, – просиял Инчиро. – Спать хочешь?

Я покачала головой.

– Значит, тебя нужно чем-то развлечь… – Приложив ладонь к моему лбу, босс поморщился. – Горячая, – выдохнул он. – А ну-ка, двинься.

Меня аккуратно спустили немного ниже. А затем Инчиро перекинул через меня ногу и забрался на постель. Пока я соображала, что и как, он уже лежал рядом, согнув руку в локте и подперев ладонью щеку.

– Уже бы подъезжали к замку… – пробормотала я смущенно.

– Нет, – покачал он головой. – Но половину пути преодолели бы.

– Прости, что вынудила тебя ехать на кладбище…

Мне стало действительно стыдно.

– Спасибо, что вытащила меня из скорлупы и заставила приехать туда. Взглянуть, где она нашла последнее пристанище. Мама была неоднозначной личностью, любила жизнь и все развлечения, которые она предоставляла. Театр, опера, цветы, поклонники… Драгоценности, лучшие рестораны и море обожания…

Я поджала губы. Признаться, мадам Джакобо впустую промотала отведенные ей годы, за что теперь и расплачивается.

– Вам тоже кажется все это важным? – шепнула я, кутаясь в одеяло. – Золото, женщины, власть?

– Мне уже ничего не кажется, Арина. Пока жива была она, я действительно стремился ко всему этому. А когда ее не стало… – Он умолк и пожал плечами. – В первые сутки, как разлетелась весть, что ее больше нет, я получал много писем, были и звонки.

– Тебе сочувствовали, это нормально, – произнесла я хрипло.

– В том-то и дело, что нет, – покачал он головой. – Всех интересовало, в каком зале пройдет прощание? Будет ли бесплатный стол? Кто еще приглашен? Статус вечера? А не дадут ли бесплатное представление в театре? Их вообще не заботила ни мама, ни то, как она умерла. Мучилась или нет? Как я переживаю ее потерю, у меня ведь только она и была. Нет, их заботили лишь дармовые омары и возможность блеснуть среди знаменитостей. Одна лишь мадам Эльвира и посочувствовала. Она супруга одного из акционеров корпорации. Пришла в мой кабинет и, не спрашивая, взяла на себя все вопросы похорон. Разогнала всю эту шоблу и организовала вечер в театре для тех, для кого имя моей матушки было не пустым звуком. Гостей собралось до обидного мало. И вот теперь, Арина, я и сам не знаю, что мне важно. Просто жил, как умел, пока не зашел в лифт и не натолкнулся в нем на одну испуганную малышку…

– Даже не вздумайте подкатывать, господин Джакобо, – вяло предостерегла я его.

– Арина, я уже с тобой в одной постели, – тихо засмеялся он и, обняв, притянул к себе.

Что-то ярко вспыхнуло за окном, раздался оглушающий хлопок и магические лампочки натурально взорвались, осыпавшись искрами на пол.

Испугавшись, я вскрикнула, и сама прижалась к огромному мужскому телу.

– Кажется, в здание угодила молния, – шепнул Инчиро озабочено. – И это просто отвратительная новость.

* * *

Молния! Мой мозг словно скинул оцепенение. Мысли дикими кентаврами понеслись вскачь. Перед глазами вспыхнуло зарево, затем пепелище…

– Пожар, – выдохнула я испуганно. – Он может быть от молнии.

Мою попытку сорваться с места мгновенно пресекли.

– Спокойно, – выдохнул Инчиро, спеленав меня одеялом. – На крыше установлена магическая защита. Главное, чтобы котельная продолжала работать и котлы не вышли из строя. Иначе да, беда. Но пока тепло, и звука взрыва не было…

Он не договорил – снаружи загрохотало так, что стекла затряслись. Кто-то закричал, началась суматоха. Гудение. Шаги в коридоре.

– Ну, а теперь можно паниковать? – пропищала я. – Хотя бы халат накинуть…

– Нет, Арина, паниковать не нужно, – тяжело вздохнул босс. – Главное, чтобы ближе к ночи не грянуло похолодание и…

– Инчиро, а не мог бы ты умолкнуть? – немного грубо попросила я его прикрыть рот. – У меня такое чувство, что кто-то там наверху тебя внимательно слушает.

– Хм, – демон усмехнулся. – Наверное, действительно стоит промолчать.

В комнате повисла тишина, которая нервировала еще больше. Что там происходит? Горим или нет? Как быть, если котлы не починят и станет холодно?

Потянувшись, я взяла платок и утерла нос. Нервы сдавали.

– Успокойся! – Перегнувшись через меня, Инчиро взял бокал с чаем и протянул его мне. – Даже если вслед за ураганом придут кратковременные холода – ничего страшного. Нам выдадут еще одно одеяло и разожгут камин. Ты любишь живой огонь?

Вопрос показался мне с подвохом. Я прямо чуяла некую подставу.

– Затрудняюсь с ответом, – выдохнула я и чихнула.

Мне вдруг представилось, если я отвечу, что люблю, вспыхнет стена напротив.

– У тебя просто выдался плохой день… – Теплые мужские губы коснулись моей макушки. – Не переживай. Если что, я вынесу тебя в этом самом одеяле. Не оставлю ни за что.

Странно, но его слова меня успокоили, и я немного расслабилась. Сделав глоток чая, я опустилась на подушку. Огромные руки снова стиснули меня в объятия.

Мы молчали. Мне было так странно хорошо.

За окном молнии, вопли, легкий аромат дыма… В коридоре бегают, суетятся… А мы лежим. Идиллия!

– И все же там что-то горит, – выдохнула я уже куда спокойнее.

– Котел, – так же лениво отозвался Инчиро. – Погода не улучшается, и, судя по звуку, дождь опять пошел с градом. Арина, пожалуйста, впусти под одеяло. Становится холодно.

Нет, ну конечно, это неприлично. И фыркнуть хотелось, и гонор показать. Но ему ведь холодно, а он до этого молчал.

Сердце дрогнуло и… поплыло.

Молча приподняв край одеяла, я пригласила его и мгновенно опомнилась, стоило его горячим ладоням коснуться моего живота.

– Я же не одета, то есть раздета! А ну, вон! – вскрикнула я и закашлялась.

Сильно и больно.

Тиски рук сжались сильнее, меня усадили и погладили успокаивающе по спине. Стоило распрямиться, как передо мной появился бокал.

– Пей, скромница моя, мужчинами не пуганная, – засмеялся Инчиро. – Это же какого ты обо мне мнения, что подумала, будто я больную малышку соблазнять начну? Я только обниму, Арина, и не дам замерзнуть.

– Честно? – покосилась я на него, не в силах уступить. – Мне нужно надеть халат.

– Он неудобный, – покачал демон головой. – Не паникуй, я даже подглядывать не стану, только щупать.

Он снова улыбнулся и на щеках показались эти милые ямочки.

Вот же демон, а!

Меня бросило в жар. И болезнь здесь была совсем ни при чем.

– Может, блузку надеть?..

– Арина!.. – его голос стал серьезным. – Я тебя только растер. Ляг и успокойся. И твоя, и моя одежда влажные.

Я снова оказалась на подушке. Только вот теперь под моим одеялом находился чертовски красивый рогатый мужик в одних подштанниках.

А я… А я утирала раскисший нос платком.

Все у меня через одно место.

Да что же я невезучая такая?

Шмыгнув носом, я выдохнула и притихла. Запах паленого развеивался. В комнате становилось заметно холоднее. И почему-то темнее. А ведь сейчас день.

Я невольно взглянула в окно. Тучи на небе казались пугающе черными. По стеклу бил мелкий град. Порывы ветра и вовсе пугали до дрожи.

Инчиро тесно прижался ко мне и не двигался. Его дыхание разбивалось о мои волосы. Осмелев, я пристроила свои озябшие ноги к его. Он не сопротивлялся. Даже не пискнул, что ему неприятно. Грел, как мог.

Я тихо погружалась в сон.

– Как так получилось, Арина, что у тебя нет мужа или жениха?

Его тихий вопрос оказался неожиданным.

Встрепенувшись, я моргнула и призадумалась.

Говорить о венце безбрачия мне показалось глупым. Да и… Признаться, маму я все же любила и не желала очернять ее в глазах кого-либо. Это было мое право и мое решение. А ей, как говорится, Бог судья.

Но отвечать что-то было нужно.

– Училась, потом работала… – пробормотала я, прикрывая нос. – Не до того было…

– Может, ждала кого-то особенного? – не унимался он.

Я же снова напряглась. Терпеть не могу разговоры на подобные темы. Ну кого я там ждала?

Принц не нужен, а за лошадь – я сама.

– Нет.

Я уткнулась носом в подушку, всем видом показывая, что тема закрыта.

Но, видимо, плохо я демонстрировала.

– Ты красивая, умная, серьезная. Неужели там не было ухажеров?

– Господин Джакобо, вам это зачем знать? – не выдержала я.

– Выясняю, есть ли у меня серьезные соперники, – хмыкнул он.

– Сепп, Орхан, Демар. Этих мало?

– Это несерьезные… – Немного поменяв положение, он мягко перекинул через меня ногу, прижимая к матрасу. – С ними я справлюсь. Мне нужно знать, ждет ли тебя кто-нибудь там. В твоей параллели. Хочешь ли ты к нему вернуться?

– Может, о погоде поговорим? – простонала я. – Эта болтовня не имеет смысла. Я – синий офисный чулок, вы – волокита с толпой баб в анамнезе. Интерес потеряете очень быстро. Галочку просто поставите у себя в блокнотике, мол, Арина под вами была, и пойдете дальше искать непокоренных…

Он замер. Слышно было только глубокое дыхание.

Снаружи загрохотало. Засверкало. Гром, молнии, словно небеса взбесились.

– Этого не будет, – наконец, выдохнул он. – Ты не понимаешь разницы, но я ее осознаю. Женщин не будет. Измен не будет. Я умею быть верным, Арина, потому как, по сути, однолюб.

– Просто до этого не любили? – хмыкнула я.

– Да, – сказал он серьезно. – Никогда.

Его руки сжались сильнее.

Слов у меня не осталось. Да и у него, похоже, тоже.

Мы просто лежали в полумраке комнаты, и каждый думал о своем.

Глава 27

Тепло. Что-то коснулось моего лба. Так приятно!.. Я улыбнулась и тут же поняла, что сплю. Вернее, уже проснулась. Тяжелый вязкий сон отступал, возвращая меня в реальность.

Снова прикосновение. Открыв глаза, я зажмурилась. Резь никуда не делась.

– Тихо, моя девочка, – раздалось надо мной. – Сейчас протру.

Влажная тряпица легла на веки.

– Что это? – прохрипела я севшим голосом.

– Чай. А точнее, заварка. Мне сказали, что она помогает. У тебя жар, Арина.

– Я спала?

Тряпица исчезла с глаз. Осмотревшись, я сообразила, что мы все еще в трактире, и за окном темно. Вечер или, может быть, уже ночь.

– Да, ты уснула. А после началась горячка.

Инчиро стер дорожки капелек, скатившихся на виски.

– И давно?

Повернув голову, я заметила в полумраке комнаты камин, в нем весело трещал огонь. На прикроватной тумбочке стоял деревянный таз, рядом два бокала.

– Давно, Арина. Сейчас уже легче. Я обтирал тебя. Очень пригодилась мазь. Нашли еще у одной семьи из постояльцев ведьминскую травку. Слава богам, она помогла.

Инчиро выдохнул. Устало. В нем что-то изменилось. Неуловимое, но заметное. Исчезли надменность и высокомерие. В подштанниках, с зажатой тряпкой в руках, с морщинками в уголках глаз. Такой простой и понятный.

– Прости, – шепнула я. – Ты измучился со мной.

– Главное, что ты больше не горишь!.. – Он склонился и бережно протер мне шею. – Зато теперь знаю, что брать с собой, когда соберусь в новое путешествие с тобой. Аптечку.

Он тихо засмеялся.

Я усмехнулась и прикрыла глаза. Чувствовала я себя ужасно. Болело все тело. Ломило. По горлу словно наждачной бумагой прошлись. Нос щипал, и я была уверена, что под ним уже появились красные язвочки.

– Выгляжу ужасно, – пожаловалась я, впервые в жизни позволив себе расслабиться.

– Нет. – Склонившись, Инчиро приобнял меня за плечи и помог лечь на подушку повыше. – Выглядишь, как и всегда – красавицей.

– Не обманывай.

– И в мыслях не было! – Он отвел волосы, налипшие на мою щеку. – Нужно немного выпить чая. Раз ты не спишь, значит, будем отпаиваться. Чай с малиной.

Мне помогли сесть и вручили кружку. Придерживая одеяло, я неспешно делала маленькие глоточки и щурилась от удовольствия. Инчиро сидел рядом, уперевшись в колено локтем и поставив подбородок на ладонь. Демон молча наблюдал за мной.

Все же удивительный мужчина. Я представила на его месте других.

Сепп бы в панике бестолково метался со мною на руках и тщетно искал доктора. Орхан, скорее всего, счел, что болезнь даму не красит и позволил бы мне пострадать от температуры в одиночестве. Демар? Скакал бы по кругу вокруг кровати и, вообще, не место коню в спальне больного.

Оставался Гарри. Вот с ним я не была уверена. Наверное, повел бы себя как Инчиро.

– Ты выглядишь задумчивой, Арина, – тихо произнес босс.

– Гаргулам сложно с женщинами. Почему?

Зачем спросила, сама не поняла, но демон опасно прищурился.

Вопрос ему явно не понравился.

– Люди снаружи, расчетливые жестокие камни внутри, – пожал он плечами. – Идеальные стражи, палачи и убийцы. Поэтому они у меня и служат. Ни тени жалости или сострадания.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь.

Его слова совсем не вязались с образом Гарри.

– Скорее приуменьшаю, но советую не доверять им.

– Но ты ведь доверяешь! – попыталась я подловить его.

– Нет, Арина, я очень хорошо им плачу, за золото покупая преданность. При этом слежу, чтобы кто другой не назначил большую цену.

Возразить мне было нечем. Внутреннюю кухню охраны замка я еще не изучила, да и сил на спор совсем не было. Я продолжала пить вкусный, сладкий, малиновый чай. Повернув голову, я уставилась в окно. Было не понять, идет там дождь или нет. Темно, хоть глаз выколи.

Внезапно небо на горизонте разрезала яркая вспышка.

Вздрогнув, я моргнула и отвернулась. Ветер завывал, со свистом протискиваясь в оконные щели. Но в комнате было достаточно тепло. Огонь трещал в камине, отбрасывая на пол забавные отсветы.

– Как думаешь, до утра погода успокоится? – шепнула я, допивая чай.

– Надеюсь, что да, но гроза не уходит, меняется только интенсивность дождя.

Взяв бокал, Инчиро поставил его на тумбу и мягко уложил меня на подушку. Нависая сверху, он вглядывался в мое лицо, будто ища там что-то. Это дико смущало.

Облизав пересохшие губы, я не знала, куда себя деть. Щеки пылали, выдавая мое смятение.

Улыбнувшись, демон забрался на кровать и лег рядом, обнимая. В его движениях не было ни робости, ни неуверенности. Горячие ладони обхватили меня за талию и потянули вверх. Я уже лежала на демоне. Под моими ладонями громко билось его сердце. Согнув ногу в колене, Инчиро одной рукой обнимал меня, а вторую закинул себе за голову.

– Что ты делаешь? – задала я самый банальный и дурацкий вопрос, на который была способна.

– Лежу, – зевнул он. – Уже ночь, и я устал.

– Но… – упершись ладонями в его грудь, я поняла, куда устремлен его взгляд.

Да, одеяло сползло, выставив мои сомнительные прелести.

– Инчиро, – пробормотала я, не понимая, как прикрыться.

– Я все уже и посмотрел, и обтер, Арина, – вспыхнул в его глазах проказливый огонек. – Только на вкус не попробовал.

– Перестань…

Я пыталась сообразить, как вернуть свое прикрытие.

Но Инчиро, потянувшись рукой, сам натянул на меня толстое одеяло, позволяя скрыться под ним. Но это не особо спасло. Я лежала на нем, тесно соприкасаясь с его телом. Ощущая жар, идущий от его кожи.

Как же дико это смущало.

– Если бы не болезнь, Арина, я бы тебя из этой постели девственницей не выпустил. Но у тебя насморк и сильный кашель, воспаленные глаза. Так что не бойся меня и не стесняйся. Засыпай. Надеюсь, утром тебе станет хоть немного легче. Мы вернемся в замок, и я вызову лекаря. Все у нас с тобой пока хорошо. Тепло и уютно.

Его ладонь прошлась вдоль моего позвоночника.

Зевнув, я положила голову на его грудь и прикрыла глаза.

– Это самая странная ночь в моей жизни, – выдохнула я, расслабляясь.

– Поверь, в моей тоже, – раздалось тихое в ответ.

* * *

Под моей щекой что-то тихо, но методично стучало. Приятный и успокаивающий звук. Сердце. Медленно освобождаясь из оков сна, я ощутила нечто твердое, но горячее рядом. Потянулась и обняла крепче. Меня сжали в ответ.

Приятно.

Да что там. Так хорошо мне не было никогда. Перекинув ногу через эту восхитительную преграду, я устроилась удобнее. Провела рукой по чему-то гладкому и натолкнулась ладонью на нечто странное и выступающее. Оно дернулось.

В голове зашевелились мысли, закрутились, заворочались.

Открыв глаза, я не увидела ровным счетом ничего. В комнате темно, хоть глаз выколи. Призадумавшись, я снова коснулась этого нечто, выступающего из подштанников…

И тут до меня дошло… Так дошло, что аж в горле пересохло.

Ткнув в мужское демонячее достоинство еще раз пальчиком, я убрала руку.

Срамота! Разволновалась, аж потом пробило.

Пить захотелось от избытка эмоций. Какая все же пикантная штука. Любопытная. Растет и шевелится.

Хмм…

Попробовав повернуться на спину, я смекнула, что нахожусь просто в тисках. Меня так крепко обнимали, что, казалось, раздавят. Но, между тем, Инчиро спал. В темноте я пыталась рассмотреть его лицо, но видела лишь очертания.

Огонь в камине погас.

Под одеялом было тепло, но в комнате прохладно. Это я поняла, стоило только высунуть ногу.

Снаружи громко барабанил ливень по карнизу. Улучшаться погода никак не желала, что вводило меня в уныние. Я представила, во что завтра превратятся дороги. Ужас!

Полежав немного, я осторожно отцепила от себя мужские руки и, повернувшись, попыталась сесть.

Вышло не сразу. Тело казалось необычно тяжелым и вялым. Руки не слушались, ноги не двигались. Поясницу ломило.

И все же я оказалась на краешке кровати. Где-то на тумбочке должен был оставаться чай. Уже наверняка холодный. Я прищурилась, пытаясь хоть что-то разглядеть.

За окном грянул гром с такой силой, что я голову в плечи втянула. Следом молния. Этой вспышки хватило, чтобы я определила, где бокал. Потянулась за ним, но, видимо, промахнулась. Толкнула что-то.

Раздался глухой удар по полу и короткий всплеск.

– Вот же!.. – испуганно выдохнула я.

Опрокинула кружку. Растяпа.

– Арина! – На мои плечи легли тяжелые ладони. – Что такое?

– Чай, – растерянно указала я куда-то на пол. – Ничего не видно, а на ощупь не вышло.

– Огонь погас. – Инчиро легонько потянул меня назад, прижимая спиной к своей груди. – Почему меня не разбудила? Я же демон, для меня что свет, что тьма.

– Ты все видишь? – испуганно прикрыла я грудь.

– Да, – тихо засмеялся он. – Зря признался.

Сухие теплые губы коснулись моего виска. Я вдруг осознала, что он сел так, чтобы я оказалась между его бедер. Его руки скользили по моим плечам, лаская.

– Я пить хочу, – выдохнула я, краснея. – Горло болит.

– Конечно.

Отпустив, он накинул на меня одеяло и поднялся.

В тусклом свете, который все же проникал сквозь окно, я видела очертания его широкой спины, рук, бедер.

Вспомнилась та штука, которую случайно потрогала. Пить захотелось сильнее.

Инчиро прошел к столу. Послышались шорохи. Что-то громыхнуло.

– Ты правда все видишь? – шепнула я, наблюдая за ним.

Услышав меня, он обернулся. В темноте его глаза горели, словно у кота. Красным ярким огоньком. Наверное, это могло напугать, но меня позабавило.

– Вижу, девочка моя. Чай холодный, а как разогреть, не знаю. Можно сходить за новым.

– Не нужно, – остановила я его. – Мне заметно лучше. Ломает немного.

– Это после жара.

Он отвернулся.

Послышался звук льющейся воды. Размешав содержимое стакана, демон вернулся и вручил мне его в руки.

Пока пила, Инчиро снова забрался за мою спину и обнял. Его ладони скользнули по моему животу и замерли там. Теплое дыхание демона разбивалось о мое плечо. Я кожей чувствовала легкие прикосновения губ. И, к своему ужасу, не могла сказать, что мне это не нравилось. Интриговало и возбуждало. Никогда еще такого со мной не было.

И главное, перед кем я готова была капитулировать? Бабник и ходок. Ужас!..

– Пей, Арина, – выдохнул он мне на ушко. – И возвращаемся под одеяло.

Это звучало так, словно он обещал мне все что угодно, но точно не сон.

Трясущимися руками, я поднесла чашку к губам и отпила немного. Закашлялась. Бокал опасно наклонился, но Инчиро его удержал, сжав мою ладонь.

– Тихо, девочка, спокойно, – легкий поцелуй обжег затылок. – Не спеши. Ты такая слабенькая.

Все! Можете нести тряпку. Я растеклась доступной лужицей.

Нет, понимала, что нельзя так, но… Целуйте меня, целуйте…

Я принялась пить дальше. Руки тряслись, внизу живота полыхало. Колени не держали.

Готова девочка к разврату.

За окном снова прогремел гром, будто кто-то огромным молотом бил по крыше. Вздрогнув, я постаралась поставить кружку на тумбочку. Инчиро мягко забрал ее из моих рук и пристроил куда-то в темноту.

– Ложись, трусишка моя.

Опрокинув меня на спину, он навис сверху.

В полумраке его рога красиво переливались темно-синим. Так завораживающе!..

– Если я тебя поцелую, ты оттолкнешь, Арина?

Я оказалась не готова к такому вопросу.

Облизав губы, я странно сжалась. И хотелось, и боялась…

Чего? Разочарования.

Утром все это покажется сном. Мы уедем в замок, а там Кларочки…

– Я не буду одной из, Инчиро, – выдохнула я, понимая, что буду жалеть об этом отказе всю оставшуюся жизнь. – Лучше стану единственной, той, кто сказал тебе нет. Так ты хотя бы какое-то время будешь меня помнить.

Как же обидно мне было в этот момент! Словно обделили. Показали, как может быть тепло и хорошо рядом с мужчиной, но только не мой он. И никогда им не станет.

– Мне нравится твой ответ, – усмехнулся он. – Ничего, я продолжу осаду, потому что уже видел приз, Арина. И я не только про твое тело. Ты нужна мне вся, потому что я, кажется, впервые в жизни по-настоящему влюбился. Я тебя получу, девочка, для себя и навсегда.

Глава 28

Повернувшись на живот, я обняла подушку и уткнулась в нее лицом. При этом попыталась натянуть толстое одеяло повыше. Замерзала. Рядом что-то позвякивало. Голоса, отдаленные. Звук закрывающейся двери.

Снова шум. Непонятный, но страшно мешающий спать.

Матрас рядом со мной продавился и на поясницу легла тяжелая ладонь. Что-то невнятно промычав, я плотнее обхватила подушку.

Сверху раздался смешок и матрас уже приподнялся.

Я старательно продолжала спать. Но при этом улавливала звуки в комнате. Мой мозг лениво пытался догадаться, что происходило вокруг кровати.

– Арина, – произнес кто-то рядом, – нужно вставать. Дождь закончился. Но надолго ли? Нужно успеть добраться до замка.

– Вы поезжайте, а я потом сама, – промычала я, не желая вставать.

Чего ради мне подрываться? Я болею, хочу спать… И вообще, идите все лесом дальним.

– Арина!

А вот это было сказано уже более требовательно.

Но меня так просто не возьмешь.

– У-м-м, – промычала я в ответ.

– Соня моя, неприлично голенькая. Я же сейчас начну тебя сам одевать.

– М-м-м!..

Высунув руку из-под одеяла, я скрутила фигу и быстро затащила ее обратно.

Холодно, аж жуть.

– М-да, – хохотнули сверху. – Вот, наверное, этим ты меня и привлекла. Женщина с прекрасным характером. Ну, я предупредил. Так что теперь не обижайся, прелестница моя заспанная. Ты болеешь, и я не могу тебя оставить здесь.

Зло выдохнув, я крепче ухватилась за одеяло. Но оно вдруг исчезло. Вытянув руку, я пыталась найти, куда оно упало. Не вышло. Зато меня ухватили за талию и перевернули. Прямо с подушкой, которая теперь лежала на мне сверху. И пока я соображала, что к чему, исчезла и она.

Завозившись, я приоткрыла глаза. Больно и режет.

– Сейчас, – надо мной склонился Инчиро. – Протру заваркой. Терпи.

Он действительно опустил на мои веки нечто теплое и мягкое, подержал немного и вытер.

Смотреть стало легче.

Снова открыв глаза, я уставилась на босса.

– Нужно возвращаться, – улыбнулся он. – Пока есть возможность. За ночь ничего не починили. В помещениях холодно, магические светильники не работают. Я не могу позволить тебе остаться здесь и дальше без должного лечения.

И пока я соображала, что и как, наглый демон присел на постель и, усмехнувшись, окинул жадным взглядом мое тело. И было в его глазах нечто такое, отчего и пожилые прожженные матроны покраснели бы. Страсть и желание. Вот уж не думала, что когда-нибудь увижу эти чувства на лице мужчины, смотрящего на меня.

Руки сами накрыли грудь. Демон мое смущение оценил.

– Одеваемся?

Он провокационно приподнял черную бровь.

– Сама! – выдохнула я хрипло.

– Нет, самой можно было несколько минут назад. А теперь только я.

Сглотнув, я заметила, что он уже в штанах, но еще без рубашки. В такой-то холод.

– Ты не мерзнешь? – зачем-то спросила я.

– Мерзну, – кивнул он. – Как раз одевался, когда ты зашевелилась.

Потянувшись, босс взял уже сухую рубашку. Продел руки в рукава и принялся медленно застегивать маленькие пуговички. Отчего-то эти его действия заворожили.

Будто происходило нечто интимное. И ведь понимала – нельзя таращиться, но разве что рот не разевала. Инчиро принялся продевать в петли пуговички на манжетах, меня аж передернуло от возбуждения. Мурашки поползли по коже, приподнимая волоски.

Что за мужик – сплошной секс с рогами!..

– Ты же мерзнешь! – Он заметил мое состояние, но, слава богам, оценил по-своему. – Прости, я заигрался.

Мне мгновенно вернули одеяло, под которым я и затаилась. Фантазировать о боссе под одеялом оказалось спокойнее. Да и лежать, прикрывая стратегические места, было как-то неуютно.

И белье на мне – не мечта извращенца. Серенькое с кошачьими лапками. Я же когда его покупала, не думала, что светить задом буду перед таким мужиком.

Да и вообще, не готовилась к постельным утехам. А тут такое событие и такой трусатый конфуз. Даже стыдно за столь неэротичный вид.

И пока я прикидывала, как смотрюсь со стороны, Инчиро оделся и встал.

И он встал, и у него встал, судя по оттопыренной ткани в районе ширинки.

Куда я смотрю! Что за срамота!

Да, как мне не стыдно прикидывать, сколько там сантиметров! Ай-ай! Кошмар! Такая большая девочка, а такие пошлые мысли в голове.

– Поднимайся, Арина, и пей чай, – босс указал на тумбочку, где уже стоял бокал. – Я принесу твои вещи. Помогу одеться. И будем думать…

Он умолк и взглянул в окно. Нет, солнышка там не наблюдалось и ясного неба тоже. И даже белых легких облаков не было.

Над нами нависали, как и вчера, тяжелые, свинцовые тучи. Ветер завывал в щелях. Кроны деревьев шатались в разные стороны.

– А выезжать сейчас действительно безопасно? – усомнилась я в его решении быстрее вернуться в замок.

– Если карета увязнет, то тебя на руках доставит домой наш охранник из гаргулов. Ты болеешь, Арина, к вечеру жар вернется. Болезнь проявит себя сильнее. А у меня только немного мази и чай. И тот холодный, потому что котельную разнесло взрывом. Снаружи холодно и стены остывают. Ты замерзнешь, пойдут осложнения…

Он словно заставил себя умолкнуть. Постоял немного и покачал головой.

– Нет, ты должна быть там, где есть лекарь и нужные отвары. Так что мы едем в замок.

Пожав плечами, я села и взяла бокал. Чай действительно оказался холодным.

Инчиро сходил в ванную и принес мои вещи. Аккуратно сложил рядом и снова призадумался.

– Мой пиджак сверху и заверну тебя в одеяло. Чтобы теплее было. Я надеюсь, боги смилостивятся, и мы проскочим по этой грязи. И больше я тобой так не рискую. Поездка неблизкая, и я к ней совершенно не подготовился.

– И что? Если придется еще куда-нибудь поехать, действительно возьмешь аптечку?

Я тихо засмеялась, чувствуя жуткую боль в горле.

– Нет, Арина, я прихвачу с собой, помимо охранника, еще и лекаря. Он теперь тенью за тобой ходить будет и вслушиваться в каждый чих, который ты издашь. Мать я потерял, тебя же буду беречь.

Я вопросительно приподняла бровь.

Но демон уставился в окно, думая о чем-то своем.

* * *

Выглядывая из одеяла, я просто горела со стыда. Все постояльцы трактира, кажется, выскочили из своих комнат, чтобы поглазеть, как сам великий Инчиро Джакобо, разоритель компаний и совратитель всего, что не прибито к стенам, несет на руках своего секретаря.

И не просто тащит, как мешок с картошкой, а бережно, предварительно ее утеплив.

Еще и слух пошел, что он всю ночь ее лечил, бедняжку.

Откуда я об этом знала?

Да они прямо за нашими спинами шептались.

И слушая все это, я была готова пешком до замка бежать. А вот боссу все нипочем. Он пропускал шепотки мимо ушей. Шагал себе и шагал.

Тащил на себе меня и даже не потел.

Перед нами расшаркивался персонал. В руки гаргулу, что следовал за нами по пятам, сгружались какие-то корзинки. Мужик с каменным выражением кивал и сгребал все.

И вот дверь перед нами отворилась, мы вышли на улицу. Осмотревшись, я повыше натянула одеяло на нос.

Вчера еще было лето, а сегодня непонятно что. Траву и землю покрывал тонкий слой белой изморози. У дороги лежало поваленное дерево. Огромные изогнутые корни, небольшая воронка. Чуть поодаль – упавшая толстая ветка. Тропинки заледеневшие, усыпанные почерневшей листвой.

На небе черные тучи. Где-то вдалеке громыхало.

Подул ветер, пробирая до костей даже через одеяло.

Я поежилась и крепче обхватила за шею Инчиро.

– Ты мерзнешь, – вырвалось у меня.

– В карете накидано одеял, – ответил он и покрутил головой.

Рядом остановился гаргул, чем привлек его внимание.

– Данис, поедешь рядом с возницей и накинь на себя что-нибудь. В такую погоду и мрамор закоченеет.

– Да, господин Джакобо, – кивнул мужчина и, поймав мой взгляд, улыбнулся. – В корзинках еды в избытке. Их поставить вам, чтобы мадам Мирославская смогла перекусить?

– А что там?

Инчиро взглянул на то, что гаргул держал в руках.

– Сладости, сдоба. И паренек всунул горшочек с бульоном, сказал, долго останется теплым.

– Бульон нам, остальное можете оставить себе. Перекусите с возницей, – кивнул демон.

Из-за угла со стороны конюшен послышался шум. Лошадиное ржание. На заснеженной глинистой дороге появилась наша карета.

Она ехала тяжело. Колеса увязали в грязи.

– Мы точно доберемся? – шепнула я неуверенно.

– Ты точно, – ответил Инчиро, взглянув на меня. – Остальное неважно.

– Нет, если это настолько опасно…

– Я не буду это обсуждать, Арина. Ты горячая даже сейчас. Рисковать твоим здоровьем не собираюсь. Нужно будет, вот так на руках отнесу, но через несколько часов ты должна лежать в теплой постели под присмотром лекаря.

Тон его был столь суровым, что я прекратила все споры. Просто сидела на его руках и рассматривала красивое волевое лицо. Широкие скулы, немного впалые щеки. Губы. Тонкие. Инчиро постоянно их поджимал. Но я знала, что они могут быть нежными и ласковыми.

Поймав себя на этой мысли, я тряхнула головой.

Не нравилось мне то, как быстро бьется сердце в его присутствии, как становится горячо внизу живота.

И как мне будет тяжело, когда в его кабинет уже завтра войдет очередная девица и дверь захлопнется.

Стоило представить этот момент, как душу опалило болью, почти физической.

Жар ударил в лицо и стало тяжело дышать.

Ревность? Да это была она.

Какое ужасное чувство.

Ослепляющее, невыносимое…

Перед нами остановилась карета, гаргул услужливо распахнул дверь и, забравшись на лесенку, Инчиро усадил меня на холодный диванчик. Завернувшись плотнее в одеяло, я отодвинулась подальше и, поджав ноги, затихла.

Дав указания, босс забрался следом. Сел и попытался взять меня на руки.

– Не нужно, – выдохнула я сухо. – Эта странная ночь закончилась. Мы едем в реальность, Инчиро. Там я ваш секретарь – синий офисный чулок. А вы – бабник с толпой любовниц. На этом все!

– М-м-м… – Он жестко усмехнулся. – Нет, Арина. Мы едем в замок. Пока я отнесу тебя в твои комнаты, потому что вечером мне нужно будет отлучиться в город. Да и состояние моей спальни не такое, чтобы сейчас для тебя сгодилось.

– Любовницы по шкафам распиханы? – зачем-то съязвила я.

Наверное, это была попытка защитить свое бедное сердце.

– Нет, но там реальный бардак. Я не люблю, когда в спальню заходят чужие, и уж тем более трогают что-либо. Так что остаток дня и вечер ты в своем номере. А как вернусь, заберу к себе.

– Нет…

– А я не спрашиваю. Ты моя, Арина. Ночью я еще был готов ждать и медленно завоевывать. Но сейчас – нет.

– А что случилось с утра? – вопросительно приподняла я бровь.

Он улыбнулся. Странно так. Необычно мягко.

– Я проснулся, Арина, не один. Рядом лежала самая красивая женщина, какую я только мог представить, и обнимала меня. Знаешь, это лучше любого купленного секса. Тепло и хочется еще немного просто полежать. Я не согласен больше на пустую постель. В моей должна быть ты. Любовниц у меня было действительно много, но ни одна не дарила тепло. Только возможность немного унять похоть, не более.

Карета тронулась. Тяжело. Ветер ворвался в окно, пытаясь добраться до меня. Взяв с противоположного диванчика толстое одеяло, Инчиро, как мог, расправил его. Накинул на себя, а после резко просунул руку под мои колени и усадил сверху, прикрыл свободным краем одеяла и сжал.

– А если я против? – поинтересовалась я, возвращаясь к нашему разговору.

– Сиди на моей кровати и возмущайся. Я выслушаю, пока буду снимать рубашку.

– Ну, нет…

– Арина… – Мужская рука пробралась через одеяло и, обхватив мой подбородок, вынудила взглянуть на демона. – У меня несколько часов, чтобы убедить тебя, и терять время я не намерен.

Склонившись, он коснулся моих губ. Сделав вдох, я ощутила умопомрачительный запах корицы.

Глава 29

Первый же мой чих напрочь убил весь романтический настрой Инчиро. Рассмеявшись, он обнял меня и крепче прижал к себе.

Карета медленно катилась по размытой дороге. Теплее не становилось. Промозглый ветер сильными порывами врезался в двери и, проникая через окошко, трепал влажные, так и не просохшие за ночь шторки.

Кутаясь в одеяло, я пыталась устроиться удобнее на коленях демона. Он молчал, укачивая меня как ребенка. Думал о чем-то своем. Временами хмурился и поджимал губы. В темных глазах то вспыхивал, то гас красный кошачий огонек.

Зевнув, я уткнулась носом в его грудь.

Вроде и хотелось о чем-то поговорить, но нужная мысль все никак не приходила в голову. Казалось даже странным – так хорошо рядом с этим сложным мужчиной, но при этом и увлечений общих нет.

Я же толком ничего о нем не знала.

– Говорят, ты отъявленный злодей, – зачем-то пробормотала я.

– Есть такое, – кивнул он в ответ. – Мать научила никого не щадить. Ни от кого не зависеть и давить тех, кто пытается встать у тебя на пути. Все это делает меня злодеем в глазах окружающих. И спорить с этим бессмысленно.

– Выходит, если сделаю что-то не так, ты и меня растопчешь?

Мне стало немного не по себе от его слов.

– Хм… – Он сделал вид, что задумался. – Я бы не прочь тебя потоптать, Арина. Но, нет. Бизнес есть бизнес.

– Мне он не нравится, этот твой бизнес. Лучше бы вложился в конюшни и ипподром. Я читала все отчеты. Совсем необязательно давить конкурента. Можно и объединиться.

– Заполняй планер, красавица, а остальное решу сам.

– То есть не мое бабское дело? – уточнила я.

– Иногда я думаю, а случайно ли я нашел твое резюме, или мне его кто-то подкинул.

– Конечно подкинули, – зловредно улыбнулась я. – Боги! Как кару за все гнусные деяния. Считай, я твоя совесть. Меня не заткнуть и не запугать, но можно разозлить и снова потерять.

Надо мной тихо засмеялись. Теплые губы коснулись моей макушки.

– Ты это что-то, Арина. Раз нужны тебе эти лошади с ипподромом то, так тому и быть. Вечером свяжусь с Лафилье и скажу, пусть выходит с ними на связь. Помогу я этим кентаврам с их конюшнями.

– Правда?

Я оживилась и взглянула на Инчиро.

– Ну не за просто так, конечно, – иронично изогнулись уголки его губ.

– А что ты с них потребуешь? – нахмурившись, пыталась сообразить я, что он задумал.

Но голова кружилась, в висках стучало, и мысли совсем не шевелились.

– С них ничего, а с тебя свидание и ужин, – выдал демон.

– И все? – слишком уж поспешно выпалила я.

– Ага, продешевил, значит, – босс откинулся на спинку сиденья. – На свидание уже и так согласна. Что же. Тогда ты выходишь за меня замуж… Скажем, завтра.

– О, как! – Я чихнула в край одеяла. И тут же замерла, услышав громовой раскат. Кажется, гроза пыталась угнаться за нами. – Не получится. Я выйду за тебя, Инчиро, только в одном случае…

Я замолчала, позволяя ему додумать дальше самому.

– Если ты окажешься беременной? Да это я быстро, только подпусти, – выдал он.

Хлопнув ресничками, я вернула на место отъехавшую вниз челюсть.

– Все? Помечтал? – выдохнула я, борясь с желанием подправить кое-кому корону, съехавшую на рога. – Выйду, если буду уверена, что ты меня действительно любишь. А не выбрал из отряда своих потаскух наименее затертую. И вообще, гарем сначала разгони. Еще не хватало в коридорах лбами стукаться с любовницами мужа. Я понимаю, у тебя рога, но мне их заиметь совсем не хочется. А то будет союз демона с оленихой.

Он хмыкнул и покачал головой.

– Как же мне его разогнать, Арина? Принимал на работу я в первую очередь за навыки и опыт. А дальше просто пользовался желанием сотрудниц получить сверх оклада.

– Ходок! Потаскун и бабник! – скривилась я. – Да после таких слов даже рядом с загсом с тобой не пройду.

– Никуда ты не денешься! – Руки Инчиро сжались на моей талии сильнее. – Мне, кроме тебя, уже никто не нужен. Завтра будешь обживаться в моем крыле. А там и брак оформим…

– Угу, – хмыкнула я. – Мечтать не вредно, господин Джакобо.

Остаток пути ехали молча. Он думал о своем, я – о своем. Возница слушал раскаты над нашими головами и много бранился. А гаргул просто молчал и по привычке изображал статую, которая периодически жевала пирожки.

Мой же бульон так и остался нетронутым. Есть не хотела. А вот спать очень даже…

* * *

– Арина…

Меня легонько тряхнули. Распахнув глаза, я сообразила, что карета остановилась и Инчиро уже выбрался из нее со мной на руках. С крыши центрального крыльца мгновенно вспорхнули три гаргула. В одном из них я узнала Гарри. Он недовольно смотрел на нас. Отчего-то показалось, что даже злился.

Дверь открылась и к нам навстречу полетела Кларочка. Словно поджидала нашего прибытия. Увидев меня на руках босса, она встала как вкопанная и оттопырила пухлые губы. Немного подумав, опять было, двинулась в нашу сторону, но Гарри поймал ее за руку и оттащил с пути Инчиро, склонился и что-то быстро проговорил ей на ухо.

Эльфийка кривилась и недовольно сопела.

Не удержавшись, я зевнула и тут же чихнула.

– Лекаря в комнаты мадам Мирославской, – скомандовал босс.

С каменным выражением лица он прошел через крыльцо, не заметив свою любовницу, и двинулся дальше. В холле засуетился народ, вываливая из кабинетов. Все глазели на меня, словно я диковинная зверушка.

Остановившись у лифта, Инчиро нажал на клавишу и взглянул на меня.

– Мне нужно уехать на встречу. Она запланированная, думаю, ты о ней знаешь… – Я закивала, действительно вспоминая о собрании. – К тебе придет лекарь. Осмотрит. Все, что назначит, чтобы выпила и не протестовала. Эту ночь спишь у себя, завтра поговорим как следует. Пока ехали, я подумал над твоими словами. Если тебе не нравится наличие в корпорации некоторых женщин, значит, я переведу их в другие филиалы или уволю. Твое «да» мне куда ценнее нескольких сотрудниц. Но все это завтра, а сейчас лечиться.

Улыбнувшись, он крепче перехватил меня и вошел в лифт.

* * *

Лифт медленно полз верх, отсчитывая этажи. Цифры сменяли друг друга, словно приближая меня к концу прекрасной сказки длиною в одну ночь. Там я была красивой и желанной женщиной. Быть может, даже единственно любимой. В небольшом номере трактира у дороги. Ночь, гроза и жаркие объятия, и даже болезнь, не омрачали тех часов тихого счастья. Уже и не верилось, что они действительно были.

Все возвращалось на круги своя.

Глубоко вздохнув, я прижалась лицом к плечу Инчиро.

– Теперь я снова твой секретарь, – вырвалось у меня.

Ну не смогла я скрыть нотки сожаления. Накатила вдруг такая грусть, что сердце защемило.

– Ты моя любимая женщина, Арина, – ровно произнес он. – Никогда не думал, что скажу такие слова. Я в принципе всегда был против брака. Не считал нужным обременять себя семьей. Не думал о детях. Пока не вошел в этот самый лифт… – Он тихо засмеялся. – Теперь у меня есть даже любимые цветы. Ромашки.

Над нашими головами вспыхнула цифра пять. Двери распахнулись и на нас с удивлением уставились двое мужчин с симпатичными ветвистыми рогами на голове. Подождав, пока мы выйдем, один из них – солидный пожилой мужчина – кивнул Инчиро и вошел в кабинку.

Мы же пошли дальше по коридору.

– Может, сразу унести тебя к себе? – задумчиво протянул босс. – Потом разгребут мой бардак…

– Нет! – резко я оборвала его рассуждения и шмыгнула носом. – Хочу к себе. Устала и не помешает выспаться.

– Если вернусь со встречи раньше, заберу тебя, – пробормотал он.

– Не думаю…

– Я не спрашиваю, Арина. Ты забыла, я же злодей!.. – Он хмыкнул. – Украду тебя для себя и…

– Господин Джакобо, как я рад вашему возвращению! – прервал его радостный возглас последнего, кого я бы сейчас желала видеть. – А кто это у вас? Неужто Арина? Что же, отдаю должное. Эта женщина смогла добиться куда большего, чем остальные. Не помню, чтобы вы кого-то таскали…

– Довольно! – резко одернул его босс. – Следи за языком, а то укорочу.

Эльф смиренно захлопнул рот, но мерзкое выражение с рожи не убрал. Все, что он не договорил, я считала с нее.

– У нас немного провисло дело о банкротстве деревообрабатывающего завода… – оскалившись, пропел он. – Еще вчера ждал вас для новых указаний.

– Заморозь пока там все, – выдал Инчиро, продолжая идти со мной на руках по коридору.

– К-как заморозить? – запнулся эльф от неожиданности. – Но ипподром…

– Пойду на слияние с конкурентами… – пояснил демон.

– С-слияние? Поглощение вы имели в виду?

Лафилье бестолково хлопал ресницами, быстро передвигая ногами, пытаясь не отстать от нас.

– Я всегда имею в виду то, что говорю, – недовольно рыкнул босс. – Делай, что сказано. Ипподром будет на территории конюшен кентавров. На этом пока все. Не до тебя сейчас.

Вот теперь не удержалась я и, дождавшись, когда Лафилье посмотрит на меня, поиграла бровями, жирно намекая, кто приложил руку к такому решению Инчиро. Так и подмывало показать этому ушастому язык. Но я же девочка большая и воспитанная, поэтому развернула ладонь и показала ему средний палец.

Видимо, этот жест здесь был хорошо известен, потому как гаденыш позеленел от злости. Чтобы добить его, я обняла Инчиро за шею. Выкуси, паршивец скользкий!..

Глаз эльфеныша дернулся. Он открывал рот, желая что-то спросить, но, видимо, не находил нужных слов, хлопал губищами, как костлявый лещ.

Все же мерзкий тип!

– А позвольте узнать, господин Джакобо, почему такие изменения в планах? – наконец, родил он вопрос.

– Арина хочет помочь тем кентавровским лошадкам, – спокойно выдал Инчиро.

– Что? – Лафилье уронил челюсть и схватился за сердце. – Это прибыль! Чистая! Убрать убыточный завод, и на такой огромной территории построить ипподром с конюшнями. Кентавры не выдержат конкуренции и будут вынуждены продать нам свои земли…

– Лафилье, я тебе уже сказал, Арина не желает вредить тем лошадям. Это мой ей подарок. Иди готовь весь пакет документов. Утром хочу внимательнее прочесть, что там и как.

Вот после этих слов эльфеныш отстал от нас на шаг. Мне достался такой красноречивый, полный ненависти взгляд, будто я у него деньги из кармана вытащила.

Это показалось подозрительным. Шмыгнув, я громко чихнула. Меня тут же ласково поцеловали в висок. Довольная донельзя я победно зыркнула на Лафилье, самодовольно просияв.

Развернувшись, эльф громко зашагал от нас прочь.

– Терпеть его не могу! – выдохнула я с чувством. – Такой слизняк скользкий.

– И в этом его ценность… – Инчиро даже не оглянулся на озлобленного эльфа. – Он видит прибыль в мелочах. По сути, он прав, мы могли бы раздавить кентавров и отжать их территории. Но этого ты мне не простишь.

– Нет, деньги можно заработать и более достойным способом, – важно кивнула я. – Не желаю, чтобы про тебя говорили плохо. И вообще, золото – это средство, а не цель. На тот свет ты его не заберешь, так что нечего душу грязью пачкать богатства ради.

– А жил бы под мостом, обратила бы на меня внимание? – вдруг спросил он, поймав мой взгляд.

– Был бы ты простым сотрудником корпорации, уже бы встречались, – не задумываясь, ответила я. – Именно твое положение и сдерживает.

Он задумчиво кивнул и остановился у дверей в мои комнаты.

Пока я соображала, где у меня ключ, в коридоре послышалось громкое цоканье каблучков. К нам спешила Камила и неизвестный мне молодой мужчина с довольно забавной косматой шевелюрой. Непонятно было то ли это волосы, а то ли шерсть.

– Лекарь, – шепнул Инчиро. – Он обладает и нужными знаниями, и целительской магией. Быстро тебя на ноги поставит. А мне нужно идти, опаздываю. Пока будешь лечиться, подумай как следует над моими словами, Арина. Я тебя не отпущу и не отступлюсь. Ты моя.

Глава 30

Солнце медленно склонялось к горизонту. Я бестолково лежала в постели, обнимая подушку, и смотрела в окно. Температура спала, нос хоть и был заложен, но из него хоть не лило, как из Ниагарского водопада. Горло першило. Протянув руку, я взяла стакан с голубым ведьминским отваром и сделала глоток. Все же с лекарствами здесь проще, не нужно обносить аптеку.

Выдали литр голубенького, и все. Как огурчик! Даже ломота пропала.

Экономно и эффективно, а в моем случае еще и бесплатно.

Сделав один глоток, я отставила бокал.

Вытерла специальным влажным платочком глаза. Очередное чудо магического мира. Резь уменьшилась.

Сев на кровати, я просунула ноги в тапочки и зевнула. За день так выспалась, что уже и лежать лень.

Дальше действовала на автомате. Выйдя из спальни, направилась прямиком на кухню. Замечательная Камила оставила мне суп и зеленый чай.

Что же, я с радостью поела.

И снова давящая тишина. Мир вокруг тревожно замер. Нехорошее предчувствие давило. Я не могла найти ему объяснения и лучше от этого не становилось. Взяв из холодильного шкафа шоколадную конфету, я отправила ее в рот и вернулась в спальню, оттуда, завернувшись в плед, вышла на балкон. Поежилась от холода. Изо рта вырвалось облачко пара.

На улице лишь зеленые кроны деревьев намекали на то, что сейчас лето. А так… Тротуары покрылись изморозью. Мальчишки бегали в курточках и кепках. Женщины в пальтишках.

Небо хмурое, тучи тяжелые.

Гаргулы сидели на крыше. Нахохлились. Головы белой покрылись наледью.

Вот действительно незавидная работа.

Один из них вдруг вспорхнул, пролетел перед окнами пятого этажа, заглядывая в них, а после устремился ко мне. Странная траектория полета, но все же. Может, там мозг подморозило?

А нет. Это был Гарри. Наверное, заметил меня и свернул.

Приземлившись на мой балкон, он спрятал крылья и распрямился. Мой взгляд упал на тряпицу, болтающуюся на его бедрах.

– Вы что и зимой, и летом в одной форме? – не удержала я любопытства.

– Гаргулы не мерзнут, Арина. И жарко нам не бывает, – мило улыбнулся он. – Долго ты спала.

– Откуда знаешь, что я делала? – вопросительно приподняла я бровь.

– Подглядывал, – честно сознался он. – Ты когда спишь – донельзя милая.

– Заглядывал в окна, выходит?

– Угу, – кивнул он. – И делаю так часто. Каюсь. Но что же мне делать, если женщина, от которой я без ума, на меня и не смотрит.

– Гарри, прекрати!.. – смутившись, опустила я взгляд.

– Почему? Я пытался действовать мягко. Не заходил далеко. Был тактичным и вежливым. Обходительным… – Его рука опустилась на мое плечо и сжала его через ткань одеяла. А нужно было просто увезти тебя на день. Ты ведь теперь с ним, да? – В его голосе звенела обида. – Он же через неделю отошлет тебя в один из отделов с глаз долой. У него женщин было – считать неприлично. Он к конкурентам пробирается через постель их любовниц. Арина! Я прошу, не верь ему.

– Гарри…

– Подожди. Выслушай. – Его ладонь на моем плече сжалась сильнее. – Он верным не будет никогда. Вернувшись, первое, что он сделал, оставив тебя в комнате, это вызвал к себе Клару. В спальню. Она и сейчас там.

Его слова пожаром страха отозвались в душе. И хотелось крикнуть, что ложь, но…

– Ты специально так говоришь? – шепнула я, понимая, что сердце сжимается с болью. – Зачем?

– Пытаюсь оградить тебя от разочарования. Ты не первая, кто сопротивлялся ему, но итог всегда один. Инчиро Джакобо поиграет и выбросит. Разбитую и сломленную.

Прикусив губу, я плотнее закуталась в плед. Не знала, что и думать. Не верить? Рискнуть. А вдруг он действительно пытается оградить.

– Дай мне шанс, Арина, я не хуже его. Но буду верным и преданным. Смогу сделать счастливой. Было бы у меня больше времени…

Сверху раздался странный шум, словно что-то уронили. Вскинув голову, я уставилась на окна Инчиро. Он ведь сказал, что уедет. Вернулся? Или действительно все это время был у себя, а мне лгал?

– Сама посмотри на него, – с этими словами Гарри подхватил меня на руки и взлетел.

Испугавшись, я обхватила его за шею. Он пролетел немного и замер у окна с темными серыми шторами. Я забыла, как дышать.

Инчиро действительно был у себя. Стоял у дивана. Рядом опрокинутый столик. А еще Кларочка, висящая на его шее. Он хватал ее за руки…

Мы явно застали прелюдию. А через несколько минут там было бы и вовсе жарко.

Гарри взмахнул крыльями, и Инчиро заметил его. Повернул голову и уставился на нас. Столько злости было в его взгляде. Ненависти.

Моргнув, я тихо шепнула:

– Верни меня на балкон.

Челюсть мелко дрожала, а в глазах щипало от подкативших слез.

Нет, не таким я представляла завершение этого дня.

Счастья не случилось. Гарри послушно спустился и поставил меня на ноги.

– Арина, лучше так и сейчас. Он не пара тебе. Не с ним…

– Я все поняла… – Подняв руку, я приложила к его губам: – Все поняла. Спасибо за заботу. Пойду прилягу.

– Арина…

– Не сейчас, Гарри…

Развернувшись, я вернулась в спальню и закрыла за собой дверь.

Видеть никого не хотела.

Упав на кровать, накрылась с головой и затихла. Кто-то тихо стучался с балкона. Спустя несколько минут кто-то забарабанил в дверь. Настойчиво и зло.

Я же просто лежала, понимая, что меня предали в очередной раз.

Была синим чулком, им и останусь.

Потому что так спокойнее и привычнее. Так не больно.

Нет разочарования, слез, упреков.

Сердце не кровоточит и… напиться не хочется.

Все стихло. И на балконе, и в коридоре. Обняв подушку, я уткнулась в нее носом. Как я могла поверить этому ходоку?

Знала ведь, какой он. Слышала от всех. Видела сама его любовниц!

Какая я глупая и доверчивая.

Так обидно и больно! Неужели я влюбилась в него? В собственного босса?

А как не влюбиться?

Память услужливо подкидывала мне моменты этой ночи. Сколько нежности было в этом демоне. Какими ласковыми казались руки. Губы…

Входная дверь тихо щелкнула, и послышались шаги. Я застыла истуканом под одеялом. Матрас прогнулся и на мою спину опустилась тяжелая рука.

– Что бы я сейчас ни сказал, ты не поверишь… – Голос Инчиро заметно дрожал. – Объясняться бесполезно.

Демон злился и даже не скрывал этого.

– Завтра, Арина, у тебя будет много работы. Начнется чистка кадров. Надеюсь, ты успела попрощаться с гаргулом. Он под увольнение идет вторым, после нашего специалиста из отдела по работе с клиентами.

Он увольняет Гарри…

– Чем же гаргул провинился? – процедила я из-под одеяла. – Тем, что случайно пролетел мимо твоих окон? Тогда и меня увольняйте, господин Джакобо. Это я услышала шум из ваших комнат. Могу и по собственному написать… Да и напишу…

Да, уволиться! Это решение казалось мне единственно верным.

– Ты, конечно, можешь написать все что угодно, Арина, но у нас с тобой контракт на три года.

– Расторгнем, – выдохнула я, комкая простыню во вспотевших ладонях.

Я остро чувствовала этого мужчину. Его присутствие. Жар, исходивший от крепкого бедра, соприкасающегося с моим.

– Расторгни, Арина, я только за. Но перед этим прочти внимательно. Ты останешься мне должна столько, что еще лет тридцать придется работать за бесплатно. Или сразу выходи за меня замуж…

– Нет, – прошептала я.

В комнате воцарилась тишина. Его рука так и лежала на моей спине поверх одеяла. Он медленно поглаживал меня пальцами.

– Многое, что говорят обо мне, Арина, правда. Где-то преувеличенная, но все же. Там в комнате ты все поняла не так. Я вернулся, а она стояла у дверей. На новость о своем увольнении она отреагировала вот так. Решила доказать мне, что может быть еще интересной. Этот гаргул…

– Он здесь ни при чем, – выдавила я из себя и зажмурилась.

– Уверен, что при чем… – Ладонь на моей спине замерла. – Знаешь, в чем я действительно хорош, девочка? Умею получать то, что желаю. Если понимаю, что могу добиться успеха, то меня уже не остановить. Я видел интерес в твоих глазах. Смущение. Слышал, как громко бьется сердце в груди. Знаю, насколько мягкие и нежные у тебя губы. Как податливо тело. Ты тихо стонала, когда я сжимал тебя в объятиях… Я добьюсь тебя снова, Арина. У меня есть на это три года.

Мне так хотелось в этот момент сказать что-нибудь обидное. Чтобы и ему было так же плохо. Но слова не шли. Крепче прижавшись к подушке, я зажмурилась.

– Думал, ты будешь кричать и обзывать меня. Плакать и кидаться вещами. Был готов к этому, но не к молчанию. Обзови меня мерзавцем и накинься с кулаками, чтобы я смог обнять тебя и успокоить.

Нет. Я была настолько опустошена увиденным, что сил на столь яркие эмоции не осталось.

– Уйди, – шепнула я, борясь с подступающими слезами. – Убирайтесь, господин Джакобо. Из комнаты и из моей жизни.

– Нет. – Он немного сдвинул одеяло и коснулся моих волос. – Это уже невозможно, Арина.

– Уйди, – повторила я.

– Не раньше, чем ты поймешь, что увиденное тобой – постановка. Умелая и мерзкая, – спокойно ответил он на мой выпад.

Я молчала, не желая верить. Я видела то, что было. Слышала слова Гарри. А ему обманывать нет причины.

Из зала долетело эхо цоканья каблучков. Оно приближалось.

– Господин Джакобо, – голос появившейся в спальне вампирочки звучал приветливо. – Арине необходимо выпить укрепляющего отвара, чтобы завтра с утра и следов болезни не осталось. Если позволите, я помогу ей. А вас ожидают в переговорной.

Инчиро нехотя поднялся с моей постели, но уходить не спешил.

– Не переживайте. – Камила поймала его взгляд. Демон моргнул и чуть пошатнулся. – Я позабочусь о нашей больной, – прощебетала вампиресса. – Все будет в лучшем виде.

Шмыгнув носом, я мысленно просила его уйти, потому как разговор давался мне все сложнее. Инчиро постоял еще немного и двинулся к двери.

– Посиди с ней, Камила, – обернулся он. – Ей действительно плохо. И уведоми гаргула Гарри Гримера об увольнении. Пусть сдает дела и выметается.

Вот после этого демон удалился, оставляя меня с вампирессой.

– Между вами случилось нечто плохое? – осторожно поинтересовалась она.

Поставив поднос на столик, девушка откупорила хрустальный графин с ярким салатовым содержимым. Аккуратно налила зелье в небольшой стакан и повернулась ко мне.

Убрав одеяло с лица, я села. Она смотрела на меня выпытывающе. Словно ждала откровений. Только я совсем не хотела сейчас выворачивать душу.

– Что бы там ни было, это поможет, – протянула она мне стакан.

– Что в нем?

Я покрутила зелье в руках.

– Укрепляющее, – вампиресса пожала плечами. – Хорошая штука. Забористая.

Кивнув ей, я сделала несколько глотков и почувствовала ужасную слабость. Моргнув несколько раз, снова уставилась на Камилу.

– А еще там капелька моей крови… – Она, словно извиняясь, пожала плечами и показала большой палец с маленькой ранкой. – Чтобы сейчас ни произошло между вами и господином Джакобо, оно причинило вам боль. Вызвало бурю плохих эмоций. Я чувствую их. Так что простите меня, Арина, но это я вынудила его уйти. Делегации нет, но он не вспомнит об этом через минуту. Такова моя сила. Правда, это секрет. Как и вы, он просто ляжет спать, чтобы успокоиться. Простите меня за эту вольность, но вы мне нравитесь. Редко здесь встретишь кого-то хорошего. Завтра будет новый день, эмоции улягутся, и вы во всем разберетесь. А пока спите и выздоравливайте. И не держите на меня зла. Чего еще ждать от сильного вампира, кроме коварства?

Она улыбнулась и поймала мой взгляд. В глазах плескалась кровь.

Голова мгновенно закружилась, и я безропотно опустилась на подушку.

Глава 31

– Да как они смеют! Отпустите меня всего на час. Да я их… Я им…

У врат в высший мир было неспокойно. У стола привратника в гневе пританцовывала белоснежная душа демонессы, посылая в адрес обидчиков своего сына такие эпитеты, что и в нижнем мире темные бы заслушались, а может, что-то и законспектировали за ней.

– Любовь моя, не переживай так, – пытался успокоить госпожу Джакобо тролль. – От нас уже ничего не зависит. Когда играют боги, лучше отойти в сторону и не мешать.

– Что? Играть с моим сыном? – душа взвилась вверх, но была поймана за ноги и возвращена на место. – А ну, показывай свои бланки, я буду жалобу писать! Как они смеют причинять боль моему мальчику?! Эта блудная девка… Там же явная подстава. Отпусти меня к ним, я все расскажу Арине. Ты глянь, еще и этот тащится к ней, булыжник бесстыжий… А вдруг она выберет его! Мне срочно нужно вернуться!

Привратник странно улыбнулся, но тут же придал своему лицу строгий вид. На мгновение его лик изменился, сделавшись более человеческим, что ли. Но демонесса не заметила этого. Ей было не до своего избранника.

– Требую, оставить моего мальчика в покое. Он, наконец, влюбился, замелькало и его счастье. И такое. Дайте мне тело, любое. Я только туда и обратно. Патлы повыдираю некоторым. Арина должна все узнать. Мой Инчиро не при делах. Его подставили! Ты же видел.

Душа постоянно подлетала вверх и опускалась обратно к белой дымке на столе.

– А если она его не простит? – всплеснула она руками от бессилия. – Я должна все взять в свои руки!

– Но, любимая, тогда тебя не пустят в высший мир.

Тролль попытался ее приобнять.

– Я ради счастья сына сама в нижний спущусь! Своими ногами. Лишь бы он вернул эту девочку и согрелся наконец рядом с ней. Дайте мне тело, хоть собаки уличной. Покусаю эту гадюку ушастую. Выдра блудливая, а не эльфийка!

Услышав эти слова, привратник улыбнулся шире и прижал женщину к своей груди. Его взгляд упал на стол. Там в легкой дымке было видно, как пробуждается молодая женщина.

* * *

Может, утро вечера и мудренее, но я этого не заметила. Проснулась с трудом. Выпила чашечку кофе. Еще одну. Потом подумала, а не съесть ли мне несколько ложечек этого крепкого напитка? Но решила, что нет.

Идти на работу совсем не хотелось. И страшно, и переживательно.

Я совершенно не представляла, как буду сидеть в приемной рядом с Инчиро.

Что ему говорить? Как на него реагировать?

Часть меня желала лопатой пройтись по затылку этого демона, чтобы помнил, как голову морочить приличным нежным женщинам. А вторая часть пыталась найти ему оправдания. Проскользнула даже мысль, что я сама виновата, вот согласилась бы на интим с ним и не позвал бы он свою Кларочку.

Правда, как только это посетило мою голову, желание взяться за садовый копательный инвентарь возросло.

Только самоедства не хватало.

Он кобель, а я виноватая?! Ноги не раздвинула перед бедненьким демонякой. У него стояло, а я, бесстыжая, не давала. Тьфу!

Разозлившись, я натянула черную водолазку с высоким горлом. Темную юбку длиною в пол. И высокие ботинки на шнуровке. Взглянула на себя в зеркало.

Как есть, наисильнейший строгий офисный чулочек. Эдакий антистояк во плоти. Разрушитель мужской потенции.

То, что надо. Пусть еще раз взглянет на меня и отстанет, а я сгребу кусочки своего разбитого сердечка и, потягивая винцо, буду складывать вечерком из него пазлик. Чем не развлечение для старой девы?

Вот с такой кашей в голове я добралась до своего рабочего стола. Упала в кресло и закрыла лицо ладонями. Выдохнула.

– Выпей это, – услышав голос Инчиро, я вздрогнула и убрала руки.

Передо мной стоял бокал с очередной ведьминской бормотухой. На сей раз фиолетовой.

– Успокоительное. В то же время оно бодрит… – Босс сел в кресло для посетителей. – Я все думаю, почему не сгреб вчера тебя в охапку и не утащил в свою комнату? Зачем ушел? Не понимаю.

– Я попросила, – прошептала я, не желая раскрывать маленькую, но очень страшную тайну Камилы, из-за которой ее могли и с работы вышвырнуть.

Никому рядом не нужен вампир, способный заставить тебя выйти с работы через окно или подписать контракт, о котором ты и не вспомнишь.

– Видимо, после выпил лишнего, раз не помню этого… – Инчиро усмехнулся. – Сегодня у тебя загруженное утро. Список, кого нужно уволить.

Он положил передо мной лист. Признаться, думала, что там будет предостаточно имен, но нет. И десятка не наберется.

– Так скромно? – не удержалась я.

– Кого вспомнил, – босс виновато пожал плечами. – Пойдешь сегодня со мной ужинать?

Я взглянула на него. Демон сидел, улыбался. Глаза такие пронзительно-невинные. Ямочки эти проклятые на щеках.

Мое сердце дрогнуло, но память услужливо подкинула картинку в окне, где он с этой стервой ушастой зажимается.

– Нет, не пойду. Ни сегодня, ни завтра. Простите, господин Джакобо, но или увольняйте меня и отправляйте в мой мир…

– Сразу нет, – резко перебил он меня.

– Значит, оставьте в покое и дайте нормально работать, – закончила я.

– Увы, Арина. Но и это невозможно.

Он склонил голову набок и странно усмехнулся. Было в его взгляде нечто такое, что заставляло краснеть.

Я вертела в руках список на увольнение, а сама хотела просто провалиться сквозь пол. К счастью, в кабинете Инчиро зазвонил телефон и, поднявшись, он ушел к себе.

Выдохнув, я достала чистые листы бумаги и перьевую ручку. Разложила перед собой шаблон приказа и прикусила нижнюю губу.

– Не меня там увольняешь, красавица? – раздалось со стороны двери. Вскинув голову, я уставилась на обалденный куст азалий в белоснежном горшке, – Видел, что букеты тебе дарили, но они быстро увядали. А я решил себя увековечить живым цветком.

– Гарри, я буду поливать его каждый день. Обещаю… – Я не могла не поддаться на обаяние этого гаргула. – И нет, тебя в расстрельном списке нет.

Я показала ему бумагу.

Кивнув, он пошел ко мне, неся цветок перед собой.

Пристроив азалию на стол, я улыбнулась гаргулу.

– Нарываешься, – шепнула, указав на дверь Инчиро. – Он зол.

Гарри обернулся в сторону кабинета и усмехнулся. В его взгляде мелькнуло что-то неуловимо холодное. Расчетливое.

– Это уже неважно, Арина. – Он сел на кресло передо мной. – Устроился я сюда не просто так, а чтобы приобрести необходимый стаж. Гаргулы всегда считались элитой. Лучшие воины. Охранники. Я рассчитывал занять место Орхана, но орк слишком крепко держится за свой теплый стул. Сместить его хлопотно. Проще найти новое место работы и должность выше. В иной компании. Что я и сделал. Здесь меня удерживаешь только ты, красавица. Я все еще приглашаю на свидание. Одно. Поверь, я сумею показать себя.

Я сидела, смотрела на его идеально красивое гладкое лицо и пыталась понять, о чем он мне толкует. Помещение наполнил сладкий цветочный аромат, источаемый азалией. Слишком сильный для одного кустика. Но такой притягательный, что, не удержавшись, я склонилась над раскрывшимся бутоном и сделала глубокий вдох.

Голова слегка закружилась. Мысли затуманились. Какой же приятный аромат.

Я сделала еще один вдох.

Гарри тихо засмеялся. Моргнув, я уставилась на него. Подавшись вперед, он протянул руку и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

– Ты очень красивая, Арина, – выдохнул он. – Когда я увидел тебя, растерянную и немного напуганную, сразу решил – хочу, чтобы стала моей.

Кажется, я начинала краснеть. В голове сохранялся легкий туман, мешающий думать. Гаргул улыбался. И все же он действительно красивый. Спокойный. Не волокита, и отряд Кларочек не держит при себе. Заботливый и способный удивить. Я еще помнила сладкие подарочки, которые он приносил на балкон.

Так что же я потеряю, если схожу с этим чудесным мужчиной на свидание? Ровным счетом – ничего!

Словно считав мои мысли, он снова коснулся моей щеки. От его кожи исходил холод. Неприятный. Будто действительно от камня.

– Гаргулы никогда не живут в бедности, Арина. Мы карьеристы. Всегда при должностях и золоте. Ты ни в чем не будешь нуждаться. Я одарю тебя всем…

Я слушала его, приоткрыв рот. Вдыхала аромат азалии и не понимала, как я могла до сих пор в него не влюбиться. Хорош. Обаятелен. Взгляд скользил по фигуре мужчины. Крепкий, широкоплечий, рельеф груди словно из мрамора выточен. Высокий. Густые волосы и такие холодные глаза.

Гарри приподнял бровь. Мое сердце пропустило удар.

– Я зайду за тобой вечером, Арина. Ты ведь не откажешь?

Его голос пленял.

Хлопнув ресничками как дурочка, я закивала. А у самой во рту пересохло от волнения.

– Отведу тебя в ресторан. Поужинаем и поговорим.

– О чем? – выдохнула я и потерла нос.

Насморк до конца не прошел. Платок лежал в столе, и его нужно было достать. Но как-то неудобно было при Гарри. Стыдно.

Не выдержав, я чихнула в ладони.

– Арина, аккуратнее, – гаргул поморщился.

– Прости, я все еще болею.

– Да, простуда, – кивнул он. – Сходи в лекарскую лавку и приобрети что-нибудь.

– Да, – закивала я пристыженно.

Как-то неуютно стало. Гарри явно не любил, когда кто-то рядом сопливил. Тут и гадать не нужно, мой нос его не впечатлил.

– Цветок сильно пахнет. Аромат сильный. Он и раздражает, – призналась я и попыталась отставить горшок.

– Не обижай меня, Арина, – Гарри вернул азалию на место. – Я так старался, выбирая ее. Просто прогуляйся к фельдшеру и все. Не ходи так. Красный нос портит твою внешность. И сделай это до вечера. Нас ждет ужин и серьезный разговор.

Я закивала и смутилась еще больше – как-то не могла припомнить момент, когда дала согласие на свидание.

А между тем гаргул поднялся и быстро вышел из приемной, словно боялся поймать здесь заразу. Из кабинета Инчиро доносился тихий голос. Он все еще разговаривал с кем-то по телефону.

Запах азалии забивался в нос. Сладкий, приятный. Но голова от него тяжелела. Взяв горшок, я убрала его на каминную полку под портрет госпожи Джакобо.

Взглянула на нее. Хмыкнула. Что-то призрака было не видать. Неужто все? Отлетела душа в иной мир. Но сомнения брали, с такой никакие черти не совладают. Демонесса же.

Так что все подозрительно.

Я вернулась в свое кресло и взялась за перьевую ручку. Перечитала список девиц и вдруг стало их жалко. За что увольнять?

А смысл это делать? Если Инчиро пожелает, новых наймет. Красивее и доступнее. А этих, выходит, поматросил и бросил.

Нет. Некрасиво как-то. Девушки, ну, кроме Кларочки, чем передо мной виноваты? Да и эльфийка эта… Симпатией я к ней, конечно, не прониклась, но отчасти понимала ее действия. Она существовала здесь припеваючи, скакала на боссе, все его нужды удовлетворяла…

От этой мысли я поморщилась. Как-то неприятно было представлять ее и Инчиро. Больно и муторно на душе становилось.

Вот ее лахудру ушастую уволю, а остальные…

А других я не знала и нарисовать в голове картинку с их участием не могла. Выходит, амнистированы. Главное, чтобы на глаза мне не попадались.

С этими мыслями я аккуратно написала от руки первый приказ на увольнение.

Свидание с Гарри – это одно, а убрать с дороги ту, что висла на моем демоне, – другое.

Я опять застыла на месте. Что значит моем? Он мне изменил! Предал с другой и…

Я поморщилась. Аромат азалии мешал думать, дурманил голову.

Так я на свидание иду с гаргулом или страдаю от измены? Сама уже ничего не понимала. Я поднялась и прошла до окна, распахнув раму. В помещение ворвался свежий влажный воздух.

– Не стой там, Арина!.. – раздалось за спиной. – Ты еще болеешь.

На мои плечи опустились горячие ладони. Я дернулась, но никто меня не отпустил. Шмыгнула носом, и тут же передо мной появился платок. В отличие от Гарри, Инчиро не смотрел брезгливо, не пытался отстраниться и не кривился.

Чихнув в платок, я отошла от босса и задумалась. С чего я вообще мужчин сравниваю?

Внутренний голосок пищал, что происходит нечто неладное. Но я никак не могла понять что.

– Всего один лист?

Инчиро подошел к моему столу.

– Я подумала, ничего вам не помешает нанять на работу новых доступных красавиц. Так чего ломать жизнь этим? – хмыкнула я и снова чихнула.

Взгляд метнулся к цветку. Босс проследил за мной и прищурился.

– Кажется, не все меня поняли с первого раза! – подойдя к полке, он взял цветок и, выйдя из приемной, впихнул его в руки первой, кто попался на его пути.

– Мне? Азалия?

Кларочка от неожиданности аж рот открыла.

– С увольнением, приказ на столе. Ознакомься и убирайся с глаз моих, – рыкнул демон и вернулся в свой кабинет.

Хлопнула дверь.

Глава 32

Дело подходило к вечеру, а я сидела на кровати и смотрела в собственный открытый шкаф. Нет, меня не терзал вопрос, что надеть. Скорее, зачем наряжаться? Ради чего? Это свидание – прямо как кость в горле. Совсем не хотелось плестись куда-либо. Да и не соглашалась я на него. Просто Гарри решил, что идем, а я, как дура, все этот цветок обнюхивала. Все мозги запахом обволокло.

Но деваться было некуда. Так что, приняв душ, я обреченно уселась на покрывало и глядела на шмотки. Нужно было что-то скромное. Не намекающее на разврат. Чтобы орало – вот сидит девственница, потенциальная хозяйка сорока кошек.

Покусав губу, я вздохнула. Никуда не деться, нужно собираться. Время поджимало.

Через пять минут, стоя у зеркала, я придирчиво разглядывала свое отражение. Синяя прямая юбка до колена, белая блузка с голубым галстучком. Волосы, собранные в высокий хвост.

В общем, то, что надо. Стандартный синий чулок.

Обувшись в черные туфельки на низком каблуке и накинув легкий плащ, я направилась к двери, прихватив маленькую сумочку. Выходя из комнаты, оглянулась. Зачем, поняла уже в коридоре. Высматривала мадам Джакобо. Радость, что дух исчез, угасла и появилась тревога за нее. А вдруг ее действительно в нижний мир отправили?!

Как-то не хотелось для демонессы такой участи.

Спускаясь на лифте, я придумывала поводы отказаться от ресторана, но металлические двери разъехались и передо мной возник красивый букет роз. Гарри оглядел меня с ног до головы и довольно улыбнулся.

– Это мне в тебе и нравится, – проворковал гаргул, – скромность и красота.

Вручив цветы, он приобнял меня за талию и повел вперед.

От мужчины приятно пахло азалией. Тот же запах, что витал сегодня в приемной.

Отметив это, я невольно поморщилась.

– Надеюсь, эти розы порадуют тебя не меньше утреннего подарка. Ты забрала куст в комнату?

– Э-э-э, конечно, – прикусив язык, соврала я, чтобы не расстраивать его. – Он так сильно пахнет.

– Угу…

Гарри довольно закивал, и более ничего не сказал.

Мы вышли на главное крыльцо. При этом наткнулись на сослуживцев гаргула. Они казались недовольными. Кривились, но молчали. Спустившись по ступенькам, Гарри довел меня до кареты и открыл дверь. Забравшись внутрь, я быстро села на середину диванчика, чтобы он не пристроился рядом, а вынужденно сел напротив.

Моя уловка удалась.

Ехали молча. Между нами вдруг появилось легкое напряжение. Или, может, я сама его для себя придумала, потому как Гарри просто смотрел в окно и беседы вести не желал.

Я снова оценивающе прошлась по нему взглядом. Да, все же красив. И лицом, и фигурой зацепить способен.

– Почему ты до сих пор не женат? – не выдержала я.

– Тебя ждал, Арина.

Он сладко улыбнулся.

Смутившись, я взглянула в его глаза. Холодные и совсем неласковые.

Я отвернулась и уставилась в окно.

И снова молчание. Оно давило, но я терпела.

Гарри оторвался от окна и прищурился.

– Между тобой и Инчиро Джакобо что-то было?

Услышав такой прямой и бестактный вопрос, я аж подскочила от возмущения.

– Нет, конечно! Нас застала непогода. К тому же я сильно заболела…

– Ну, да, – закивал он, – спать в одной постели с больной никто не станет.

Эти его слова обидели. Вдруг захотелось рассмеяться и сказать, что еще как станет и для любящего мужчины насморк его женщины не преграда, но осеклась. Вдруг до меня дошло, что я сама только что чуть не произнесла. А ведь и правда. Если женщина безразлична или нужна как грелка, станет ли такой высокомерный блудливый демон, как Инчиро, сидеть и намешивать чай с малиной, утирать ей нос, растирать шею и грудь, запаривать среди ночи травки, а главное, обнимать, прижимать к себе и согревать? Шептать смущающие словечки, уверять, что красный нос совсем не портит?..

– А если бы на его месте был ты, Гарри, что бы сделал?

– М-м-м? – Он слегка растерялся. – Нашел бы врача.

– Там его не было, – быстро ответила я, ожидая развитие мысли.

– Но работники же были, – пожал он плечами. – Заплатил, и пусть сидят над тобой ночь напролет.

– А сам? – допытывалась я.

– Арина, мужчина не должен видеть свою женщину в неподобающем виде. Она – украшение для него. А простуда, увы, обезображивает. Ты же сходила в лекарскую лавку?

Вот в этот момент я окончательно уверовала, что мне нет места рядом с этим мужчиной. Но он до этого так красиво ухаживал. И подарки были, и цветы. И беседы.

– Что изменилось? Почему ты поспешил?

– Со свиданием? – подался он вперед. – Не нравится внимание, которое Инчиро Джакобо вдруг стал проявлять. Сепп, Орхан и тем более Демар мне не соперники. Тем более что оборотня уже отпустило, и он не настолько хочет жениться, чтобы рискнуть работой.

– А ты настолько?

Я приблизилась к нему и поморщилась. Эта цветочная вонь лезла в нос, благо он и без того был заложен. Первый раз в жизни я радовалась насморку.

– А я уже нашел новое место работы и должность поинтереснее, чем у Орхана. Но вот появилась загвоздка, владелец корпорации не любит, чтобы его работники отвлекались на личную жизнь. Поэтому основное требование к кандидату – наличие жены. Я сказал, что помолвлен, так что наша свадьба – дело нескольких дней. Я рад, что тебе сегодня так понравилась азалия и ее несравненный аромат.

Кивнув, я откинулась на спинку диванчика. Мне решительно не нравилось все, что я сейчас слышала. В голове прокручивалось то, что произошло накануне. Случайно ли он оказался у окна Инчиро? Нет, демона это не обеляло, он обнимался с этой лахудрой. Но то, что я это увидела…

– Ты узнал, что тебе нужна жена не сегодня и не вчера? – задала я наводящий вопрос.

– Нет, – отмахнулся он. – Несколько дней уже думаю над этой проблемой. Абы кто ведь не подойдет. Нужна такая, чтобы и держать себя умела. И с образованием. Ну, и красота. Это важно. У гаргулов не бывает женщин. От нас рождаются исключительно сыновья. Поэтому мы всегда берем жен особенных рас. Эльфиек, ведьм, реже демонесс. Но человечка. Это такая редкость. Ты особенная, Арина. Мне все завидовать будут. Все при тебе. Манеры, умение держать себя…

Я невольно стиснула челюсти. А вдруг он сейчас откроет мне рот и начнет проверять зубы, как породистой лошади.

Идти с ним в ресторан и продолжать разговор окончательно расхотелось, но деваться было уже некуда.

* * *

В ресторан я входила как на эшафот. Будто это меня сейчас как утку разделают и на ужин подадут. И как я умудряюсь так в мужиков вляпываться? Предупреждали же меня, что гаргулы – расчетливые куски гранита.

А я что?

Уши развесила, режим дурочки включила и… И все, слушаю теперь, какой отличной мебелью буду в жизни завтрашнего новоиспеченного начальника.

Тьфу… Вот зачем иду к этому столику? Надо придумать повод и свалить, пока еще не окольцованная.

– Арина, ты будешь со мной счастлива, – распиналась эта каменюка. – Я изменять никогда не буду. Жена – это уже затратно, а любовницу содержать – разориться можно. И главное – зачем? Мы, гаргулы, в этом плане экономные, сразу женился на красавице, и все. Одна женщина – одна статья затрат.

Мне поплохело. Да что вы говорите! Я-то думала, что рога женам не наставляют, потому что любят их всей душой, а оказывается, ходить налево весьма затратно. Интересно, а если какая ушлая дама даром даст? Это выходит, и сэкономил, и побаловался. Выгодно. Прибыльно! Наверное, в этом случае супруга должна будет его еще и похвалить, бережливого такого.

Сев за стол, я схватила меню. Полистала, приценилась, поморщилась, взглянула на этого мраморного скрягу, цокнула языком в задумчивости и чихнула.

– Арина, делай это тише, – тут же прилетело от Гарри. – Женщина не должна демонстрировать на людях, что нездорова.

– А ты когда меня приглашал, знал, что я больна? – не выдержала я.

Ненадолго же меня хватило.

– Я сказал сходить в лавку, – развел он руками. – Заказывай что-нибудь из овощей.

– А почему из них? – недоуменно уставилась я на мужчину. – Я мясо люблю…

– Мясо будем есть дома, – осадил он меня, – а здесь оно чересчур дорого. Да и женщина как лань, должна питаться морковью, зеленью…

– Гарри, ты во мне олениху увидел? – прошипела я предостерегающе.

Тихо закипая, аки чайник, я могла взорваться в любую секунду.

Зеленью? Нормально так. Я для того перлась сюда, чтобы травку пожевать? Мне что, дома салат не жуется?

– Женщина должна есть мало и не выказывать большой аппетит.

Не замечая моего состояния, гаргул раскрыл меню, вчитался, скривился.

Есть мне окончательно расхотелось. Встать бы и уйти, но столько народу… Скандалисткой себя выставить – то еще удовольствие. Я негромко шмыгнула носом, за что удостоилась сурового взгляда.

– Я буду воду, и все, – закрыв меню, я отложила его в сторону.

– Наверное, да. Ты болеешь, а лечебное голодание полезно, – закивал Гарри. – А мне куриное филе на свекольной подушечке и печеный картофель.

Улыбнувшись, он закивал сам себе.

Кусок ты булыжника! Харя самодовольная…

Не тех упырями называют, ой, не тех!

– Азалия встала мне в хорошую сумму, но оно того стоило. Главное результат, – бормотал он, совсем не обращая на меня внимания. – Нужно обсудить свадьбу. Предлагаю просто сходить в храм и поставить подписи в книге регистраций. Ужин устроить дома со всеми вытекающими. А дальше я могу спокойно приступать к новой работе. Осталось решить, что делать с тобой. С одной стороны, должность у тебя, Арина, престижная и платят нормально. С другой, могут поползти слухи о тебе и Джакобо. Это ударит по моей репутации…

Кто бы знал степень моего офигевания от происходящего. Меня просто парализовало от наплыва эмоций. Не знала, то ли его обматерить, то ли в рожу ему чихнуть. А таким приличным казался… Ой, каким замечательным выставлял себя!.. Выгодно отличался от остальных. Воспитанный, невозмутимый, вежливый. А он… продуманный! Статуя меркантильная!

К нам подошел официант, принял заказ, сочувственно взглянул на меня и удалился.

Гарри откинулся на спинку стула и принялся придирчиво меня разглядывать. Будто я реально предмет, эдакое украшение интерьера.

– Нет, – покачал он головой, приняв какое-то решение. – Делиться тобою не хочу ни с кем. Дома сидеть будешь. Надеюсь, с ребенком получится быстро. Обычно женщина может выносить только одного сына гаргула, на вторую беременность сил уже не хватает…

– Гарри, – подалась я вперед, – ты ничего не попутал? Напомни, когда я тебе «да» сказала? Да я после этого свидания с тобой даже здороваться перестану. Это если отсюда живым уйдешь… А ты рискуешь. Ой, как рискуешь. Я просто еще не поняла, как тебя стукнуть побольнее. Дело времени. Поверь, ум у меня пытливый, найду способ по твою душу стаю голубей призвать.

Он забавно моргнул и приподнял бровь. Столько непонимания было сейчас в его глазах. Прямо как у меня за последние полчаса.

– Арина, а та азалия где? – выдавил он из себя.

Ответить я не успела, у входа в ресторан поднялась странная шумиха – мужские громкие голоса, женский визг.

– Где они? Где?!

Открыв рот от удивления, я наблюдала за взбешенной Кларочкой прижимающий к груди тот самый горшок.

– Вот тебе и эльфийка, – выдохнула я, неспособная уже что-либо понимать. – И внешность, и образование. И считай, увел у самого Инчиро Джаккобо. Гарри, рожа твоя наглая, ты что меня приворожить пытался? Эта цветочная вонь… Да если бы у меня нос заложен не был, я сейчас, вот как она, к тебе в объятия рвалась?

Гаргул сглотнул и поднялся. Ясное дело – дар речи потерял.

А его новая возлюбленная тщедушными плечиками пыталась сдвинуть со своего пути огромных охранников. Рвалась к любви своей, не жалея сил. Как взъяренная львица – отбить свое! Молодец!

– Иди выручай будущую жену, – вдруг рассмеялась я и покачала головой. – Все при ней. А главное, хоть сейчас в храм. Она и водичку попьет в ресторане, и травку пожует. И показать не стыдно. Красивая эльфийка. Свезло тебе. Давай, каменюка бесстыжая, лови момент.

Вот надо отдать Гарри должное – дураком он не был. Мгновение на раздумия, и он кинулся в сторону охранников и своей почти жены.

Я же, накинув плащ, отправилась на выход. Кажется, легко отделалась, но урок уяснила.

Глава 33

Сойдя с большого красивого крыльца, украшенного резными колоннами, я тяжело вздохнула. Тротуар, выложенный мелким гладким булыжником, блестел от влаги. Кое-где уже собирались небольшие лужи. Стоило подуть ветру, как на них появлялась рябь, отлично заметная в свете уличных масляных ламп.

Прохладно. Поежившись, я протянула ладонь, и в первые мгновения не поняла, почему на нее не попадают капли дождя.

– Не та погода, чтобы больной по улице гулять, – раздалось за спиной.

Подняв голову, я сообразила, что надо мной большой, немного диковинный зонт в руке промокшего, уставшего и понурого, Инчиро Джакобо.

– Но зонт? – указала я вверх. – Ты мокрый.

– Купил несколько минут назад, – растерянно пожал он плечами. – Не успел взять свой. Я в аптечную лавку пошел тебе за травами, а когда возвращался, увидел, как ты уезжаешь с Гримером. И вроде нельзя влезать в твою личную жизнь, но…

– Влезай, – перебила я его. – У меня просто не вечер, а фестиваль сюра. Представляешь, эта каменная рожа хотела меня приворожить. Или что там с цветком этим? И смешно, и хочется взять в руки топор…

– Цветок! – Инчиро кивнул. – Ну, конечно, я как запах услышал, так действовал на интуиции. Меня этими кустами не раз травили. Неудачно. Но мерзкий аромат память сохранила.

– Бедненький!.. – искренне посочувствовала ему я. – Кстати, твоя любовница – почти жена Гарри. Ему надо, он должность новую нашел и увольняется…

Я не договорила, громко чихнув. Передо мной тут же появился синий слегка влажный мужской платок. Подойдя ближе, Инчиро сам аккуратно утер мне нос. После общения с гаргулом это было так трогательно и, я бы сказала, показательно.

– А нет у меня любовниц, Арина. Уже недели две – точно. И мне сейчас все равно, кто увольняется. У меня жизнь рушится…

– Не драматизируйте, господин Джакобо. Лучше покажите, где ваша карета. Я замерзла и голодна. Мне там в ресторане дозволили водичку заказать, назвав это лечебным голоданием.

– Нет, он не уволится. Выкину с позором!.. – прошипел неожиданно зло босс.

– Не надо. Там уже карма в виде Кларочки. И это на всю долгую жизнь. Я есть хочу, Инчиро, но в этот ресторан больше ни ногой.

– Предлагаю вернуться домой и сделать заказ у нас…

В его взгляде появилось нечто такое… Скрытая надежда, что ли?..

Я снова чихнула и тут же оказалась в крепких и теплых мужских объятиях. Распахнув плащ, Инчиро укутал меня, прижимая к своей груди плотнее.

– Где карета? – повторила я свой вопрос.

Меня начинало трясти от холода.

– Здесь она, моя девочка. Я за вами всю дорогу ехал, только не знал, как вмешаться, чтобы окончательно тебя от себя не отворотить. Чтобы не сделать хуже.

Прикрыв глаза, я почувствовала легкое головокружение. Ухватившись за рубашку Инчиро, я повисла на нем и тут же ощутила, как меня поднимают на руки.

– Я не для того сидел над тобой всю ночь с влажной тряпкой и малиновым чаем, чтобы ты сейчас здесь под дождем мерзла, – грозно произнес мужчина. – Не вылечилась. Не выспалась. Отшлепать бы тебя…

Да разве я была против теплого пледа и сытного бульона? Несите меня к ним!

Рядом послышался грохот колес, и дверь перед нами распахнулась. Занеся аккуратно внутрь, Инчиро усадил меня на мягкий диванчик и устроился рядом. Ударил по окошку для возницы, и карета тронулась.

В этот момент я испытала такое облегчение!..

Прикрыв глаза, я прижалась к своему демону. И словно не возвращались мы еще домой из трактира. Все тот же дождь и ветер.

Как же мне хотелось стереть из памяти события вчерашнего вечера!

– Если бы не Кларочка, могло бы у нас получиться, – тихо выдохнула я.

– Я только вернулся домой, Арина. Открыл дверь, снова не заперев ее, и прошел в зал. Она вошла следом, принялась расспрашивать о тебе. Напоминать, какой безотказной была… Я не люблю говорить о женщинах плохо, тем более в присутствии другой женщины. Но в тот момент, когда ты нас увидела, я убирал ее руки от себя и объяснял, что теперь в ней не нуждаюсь.

Его рука легла на мое бедро и, обхватив мою ладонь, сжала ее.

Шмыгая носом, я молчала и даже думать ни о чем не хотела. Мне было неожиданно хорошо. Спокойно. Тепло. Слабо зевнув, я уткнулась носом в его плечо.

Так вот и ехали обратно. В тишине с кучей неразрешенных проблем. Меня укачивало и клонило в сон. Инчиро продолжал сжимать мою ладонь и смотреть в окно.

Дождь усиливался. От колес проезжающих рядом карет отскакивали брызги. Где-то залаяла собака, и следом раздалось шипение кота – грозное, предупреждающее непутевого пса не подходить.

В животе заурчало.

Услышав этот утробный звук, Инчиро хмыкнул.

– Хочу бульона, – мечтательно протянула я. – И твоего вчерашнего чая.

– Будет. – Его улыбка стала шире. – Как насчет теплой постели?

Я насупилась.

– Твоей… В твоей комнате, – подмигнул босс. – А я рядом. Поговорим. Но сначала, конечно, поужинаем. Тебя обогреем, зельями напоим. Так как?

– Инчиро, если ты мне изменишь…

– Зачем, Арина? Женщин у меня было много, да только лиц не помню. Я устал от всего. Хочу простого счастья. Семьи, детей. Уюта и женской ласки. Не за золото, а просто потому, что любим. Это много, понимаю. Но…

– Начнем с бульона, – кивнула я. – А там, как пойдет.

* * *

Под слегка ошарашенным взглядом все тех же гаргулов, сидящих на крыльце, меня на руках занесли в замок. Чувствовала я себя при этом слегка нелепо. Как бы ушла с одним, а принес другой.

Прямо нарасхват. Правда, гаргулы-охранники мое возвращение приветствовали куда более теплыми улыбками.

Инчиро, не обращая ни на кого внимания, прошел ресепшен. Из-за высокой стойки выглянула Камила.

– Вам что-нибудь нужно, господин Джакобо? – громко прокричала она нам вдогонку.

– Да, для Арины хороший лечебный бульон. Мне стейк средней прожарки. Хотя, – взглянул он на меня, – может, и тебе что-то посущественнее?

Я пожала плечами, не в силах ничего придумать.

– Корзинку со свежими фруктами? – подсказала вампиресса. – Очень полезно для ослабленного организма.

– Да, – кивнул Инчиро, не дожидаясь, пока я сама до чего-нибудь додумаюсь. – Неси.

И мы пошли дальше.

Лифт. Отчет цифр. Опять мой этаж и ставшая уже такой родной дверь.

Ключ доставать не пришлось. Инчиро открыл сам.

– Даже не спрашиваю, как так, – прокомментировала я это безобразие.

– Ты закрылась от меня. Больная. Я должен был удостовериться, что с тобой все хорошо.

– Ну, ладно, но теперь ключ отдай.

– И не подумаю, – нагло заявил он, направляясь в мою спальню.

Приземлившись на кровать, я попробовала сесть. Не дали. Мужская ладонь припечатала меня к подушке. Моргнув, я попыталась сообразить, что задумал этот демоняка. Гадать долго не пришлось.

На пол упала одна моя туфля, за ней вторая… Мужские руки скользнули по щиколотке, потом погладили колено и двинулись выше.

– Инчиро! – прошипела я, сообразив, что меня не просто лапают, а раздевают.

– Умм?

Он поднял на меня невинный взгляд, а его пальчики тем временем цепляли резинку чулка, стаскивая его с бедра.

– Прекрати! – выдохнула я через нос и прищурилась.

– Арина, прелесть моя, тебе нужен отдых и покой. Я лишь помогаю тебе скинуть с себя лишнее.

Чулок отправился к туфлям, пока я хлопала ртом, ошалевая от наглости некоторых.

К слову, второго чулка я тоже лишилась очень быстро… И юбки… И…

– Хватит! – Взвизгнув, схватилась я за полы блузки. – Не наглей, Инчиро!

Демон тихо засмеялся, отчего у меня на руках приподнялись волоски.

– Арина, – шепнул босс, склоняясь надо мной, – это неудобная вещь, чтобы спать.

– А я буду спать? – пропищала я как-то недоверчиво.

– Конечно, но не сразу… – Он уперся коленом в матрас. – Мы же еще не ужинали.

Его пальцы ухватили ткань блузки и потянули.

– Я переоденусь сама, а тебе, демон ты искуситель, «да» я еще не сказала.

– Ну так скажи.

Улыбка наглеца была просто запредельной.

– Может, тебе прямо сейчас невинность подарить? – съязвила я в ответ.

– Хм… – приподнял он бровь. – А вопрос с подвохом?

В этот момент в дверь постучали, и Инчиро ничего не осталось, как оставить в покое мою блузку и выйти из спальни. Не теряя времени, я схватила лежащий на стуле халат и понеслась переодеваться в ванную комнату.

Не знаю зачем, но я включила воду. Естественно, предварительно закрыв дверь на щеколду. Сердце колотилось как бешеное. Ладони потели. Я впервые оказалась в такой щекотливой ситуации.

И злость на этого демона куда-то испарилась. Но мозги-то на месте. Я ведь понимала, что все это может у него быть временным увлечением. Или все же нет?..

Боги, как же мне не хватало опыта отношений!

В дверь тихо постучали.

– Арина, бульон и фрукты. Выходи быстрее. Остывает.

Я выдохнула. Выходит, спасена. Хоть на короткое время, но все же. Там, может, поговорить удастся. О чем? Да какая разница. Главное, чтобы отвлечь его от постели.

Да, боялась. И ничего зазорного в этом не видела.

Но стук в дверь повторился. Дальше сидеть в ванной комнате смысла не было. Так что, быстро сняв блузку, надев халат и завязав пояс на узел, я вышла.

В спальне Инчиро не обнаружилось.

– Арина!..

Его голос звучал из кухни, и я поспешила к нему…

Ужин действительно порадовал. Наверное, я была жутко голодна, потому как, съев бульон, покосилась недобро на нетронутый стейк Инчиро. И он отдал его мне. Сам же, поднявшись, пошел в зал и быстро вернулся. В его руках я заметила небольшой тряпичный мешочек.

– Травы, что я заказал для тебя еще вчера в аптечной лавке.

«Лекарство…» – вспомнила я.

И снова это странное чувство на душе. Некой нужности. Гарри бы никогда не додумался до этого. Каменюка гадская.

Съев стейк, я откинулась на спинку стула и счастливо вздохнула.

– Женщина с хорошим аппетитом – это просто находка, – раздалось надо мной.

Склонившись, Инчиро быстро поцеловал меня в висок, не давая опомниться. Я смолчала.

Передо мной появился стакан.

– Выпить все! – скомандовал босс и занялся приготовлением чая.

Улыбнувшись, я поймала себя на мысли – этот мужчина совсем непохож на того бесчувственного демона, который вошел в лифт со мной в день прибытия.

– Ты изменился, – шепнула я неуверенно. – Какой-то другой…

– Возможно… – Он замер. – Я стараюсь, Арина. С недавних пор пустые комнаты пугают. После смерти мамы что-то надломилось внутри. Я не сразу это осознал. Просто раньше жил ради нее. Следил, чтобы рядом не крутились сомнительные мужчины, чтобы деньги на ее счету в банке не заканчивались. Чтобы не болела. Но все же она ушла… Быстро. Я бы ничего не смог сделать. Одиночество – это страшно, Арина, особенно когда ты влюблен. А я определенно люблю тебя. И отпускать не намерен. Ты станешь моей, просто я еще не понял, как подступиться к твоему сердцу. Но поверь, я работаю над решением этой проблемы.

Подняв бокал, я сделала один глоток особенного ведьминского зелья.

Признаваться ему, что вот это самое лекарство и есть тот самый ключик, не стала. Я и так достаюсь ему слишком уж легко.

Глава 34

Меня натурально развезло. Сидя за столом, я клевала носом в кружку с недопитым зельем и ощущала, как мир плывет вокруг меня. В голове штормило и очень тянуло на приключения.

– Оно что с алк…

Язык странно заплелся во рту, и я не смогла выговорить это коварное слово.

– Арина?!

Инчиро забавно прищурился…

Хотя мне сейчас все казалось таким забавным…

– Арина, что за странная реакция? – Бокал, стоящий передо мной, исчез, зато появилась премилая демонская физиономия. – О-ля-ля! – Босс засмеялся. – Нет, ну никогда моя злодейская душа не была так близка к подлому злодеянию. А не совратить ли мне тебя? М-м-м? Воспользоваться беспомощностью, закинуть на плечо и унести к себе? На огромную постель. Медленно тебя раздеть, покрывая поцелуем каждый сантиметр кожи…

– Женись сначала, – наверное, из вредности пробормотала я, отчего-то переживая за этого умопомрачительного мужика.

Может ведь и не добраться до своей комнаты.

Кто там еще кого в итоге разденет.

В общем, говорила я одно, а думала совсем о другом.

А в реальности и вовсе неприлично зевала, чувствуя, как меня начинает качать из стороны в сторону.

– Арина… – Инчиро присел рядом на корточки. – Взгляни-ка на меня.

– Не могу, – прошептала я одними губами. – Кажется, я все…

Меня куда-то потащило. На глазах выступили слезы… С чего бы вдруг? Заваливаясь на демона, я пыталась поймать угол стола, но он, зараза такая, ускользал, здорово меня подставляя. Пока обдумывала эту странность, оказалась на руках мужчины и вцепилась в выступающую из его густой шевелюры черную прелесть.

– И даже рога тебе идут! – промычала я обиженно. – И почему ты не страшный и не кривозубый?

– Странный вопрос… – Инчиро продолжал тихо посмеиваться. – Даже не знаю, как тебе на него ответить, моя пьяненькая прелесть. Сейчас я перечитаю инструкцию, кажется, я не все знаю об этом чудо-средстве на основе перца…

– А-а-а… – Я хотела ударить себя по лбу, но промахнулась и врезала по боссу. – Так это водка с перцем, что ли?! Какая стыдоба!.. Я же совсем не пью… Ну, почти. Вино не в счет! Это благородный напиток… И… И…

Мысль непонятно куда вылетела из головы.

– Это не спиртное, Арина. Я бы никогда не стал тебя спаивать, но эффект схож. С этим не поспоришь. Но и ничего. Сейчас я тебя раздену. Оботру…

Я и моргнуть не успела, как вдруг оказалась в спальне.

– Обтереть… – Само слово мне понравилось. – А потом соблазнить?

– Хм… – Демон остановился и призадумался. Склонился, и я очутилась в постели. – Нет, Арина, понимаешь, с репутацией, известной тебе, мне пользоваться моментом ну никак нельзя. С утра я буду негодяем, мерзавцем и, одни боги знают, кем еще. Так что нет. Только развяжу этот узелок… – Он отчаянно сражался с пояском моего халата. – Вот так… – Поверженная деталь одежды полетела на пол. – И… И помоги мне моя выдержка…

Инчиро тяжело вздохнул, рассматривая меня с тихим восторгом…

– Жениться? – медленно протянул он. – Пожалуй, хоть сейчас. Интересно, а жрец посчитает твое согласие за действительное, когда ты в таком состоянии?…Да куда он денется, отсыплю золотых монет. Много монет… – продолжал рассуждать босс, облизывая меня взглядом. – Знала бы ты, Арина, как я сейчас захотел оказаться женатым на тебе мужчиной…

«Умм…» – мысленно промурчала я.

Такая каша в голове… Рога Инчиро двоились. Я захихикала.

– И?

Он забавно приподнял черную бровь.

– Ты как олень, – выдала я, – рога ветвятся.

Сболтнула и подумала – обидится. А вдруг. Но с другой стороны – олень не козел…

– Видела бы ты себя, Арина… – Тяжело вздохнув, Инчиро поднял меня на руки и куда-то потащил. – Это безобразие пора прекращать. Сейчас отнесу тебя в ванную…

– Не надо! – спохватилась я. – Положи обратно.

– Арина, тебе плохо, – перед моими глазами снова появилось его озабоченное лицо.

– Мне очень хорошо, – запротестовала я. – И голова прошла, и горло не болит. Верни меня в халат…

– В постель? – уточнил он.

– И туда тоже… – кивнула я и громко икнула.

– Воды? – мгновенно предложил он.

Я кивнула и опять икнула. И опять. И снова… Хлопнула в ладоши перед собой, чтобы напугать. Но снова икнула… И беспомощно уставилась на озадаченного Инчиро.

– А знаешь, такую я готов любить тебя вечность.

– Икающую? – пробормотала я, радуясь, что мы снова вернулись в спальню.

Ну, хоть водных процедур не будет.

– Искреннюю, – выдохнул демон, крутясь на месте. – Где у тебя полотенца?

– Там… – показала я куда-то в сторону.

– Ясно!

Мгновение, и я снова на кровати, сверху одеяло.

Инчиро где-то что-то искал.

Стучали дверцы шкафа, ящички.

Зевнув, я икнула…

Босс вышел. Зашумела вода.

– Сядь, Арина, и выпей. Икота так просто не пройдет.

Нахмурившись, я сообразила, что он успел вернуться. Стоит, смотрит на меня. Стакан протягивает. Я попыталась взять его. Не вышло.

– Это уже не кажется мне забавным. – Инчиро нахмурился. – Надо было спросить, как зелье действует на людей. Я матушке его заказывал несколько раз, но не помню, чтобы ее вот так штормило.

Обняв меня, он поднес воду к моим губам. Я сделала глоток, затем другой. Поняла, что горло пересохло и осушила весь стакан.

Немного отпустило.

Во всяком случае, когда легла, рогов у демона было всего два. Зрение прояснялось.

– Можно еще? – прохрипела я, смекнув, что мне так помогло.

Босс кивнул и скрылся на кухне. На сей раз его не было чуточку дольше. Он возился там непонятно с чем, опять рыская по ящикам.

– Вот так будет лучше, – вернулся он с графином, полным воды. – Похоже, тебя нужно отпоить.

Присев рядом на матрас, Инчиро помог мне подняться повыше и поправил подушку.

– Ладно, жениться на тебе буду завтра. А сейчас приведем в порядок, а потом…

– Соблазнишь? – сделала я предложение.

– Хм… Да, – кивнул он. – Определенно будет иметь место соблазнение одной малышки. Но пока вода…

* * *

– Я сколько раз пила этот травяной сбор. Нет там подобного эффекта! – мадам Джакобо бегала кругами вокруг стола привратника, руками разгоняя легкий дымок, чтобы лучше было видно, что там происходит в мире живых в комнате ее сыночка. – Да что же это! Боги, он что, решил проявить благородство! Надо ее тепленькую брать, пока пьяненькая. Утром же не дастся! Пустите меня уже туда! Пустите!..

Тролль, стоящий за ее спиной, забавно приподнял бровь. Его откровенно веселило поведение любимой, но он не разделял ее панического настроя. По его мнению, раз боги решили поиграть, то и нечего влезать в их партию. Они лучше знают, как тасовать карты в колоде судеб.

– Дорогая, а тебе туда зачем? У кровати рядом с подсвечником стоять? – сдерживая улыбку, уточнил он. – Сын тебя не слышит…

– Зато Арина прекрасно меня слышит! И видит!.. – Ему достался весьма недобрый взгляд. – Скажу ей, чтобы все делала сама, а то от этого… – Она снова взглянула в дымок. – Ой, какого же лопуха я вырастила! И это, по-вашему мнению, зло мирового масштаба. Кого он там соблазнял? Так и знала, что наговаривают все на моего сыночка! Он же невинен, как…

– Инчиро Джакобо даже до служительниц храма добирался, – осадил ее привратник. – Просто, душа моя, в этот раз ему не тело женщины нужно, а ее сердце. Любовь. А влюбляться ему еще не доводилось. Это тебе не жрице юбки задрать и на алтаре ее разложить. Он идет по тонкому льду и как стратег прекрасно это понимает.

– Да что он там понимает?! Четыре утра уже… – не унималась демонесса.

Ей уже вообще все равно было, куда ее там зашлют – верхний мир, нижний… Ай, пустое! А вот семейное счастье Инчиро имело огромное значение. Первостепенное! В ее голове все отчетливее мелькала мысль: с кем бы договориться, чтобы просуществовать здесь, вот на этом посту привратника, до того момента, как появится ее внук или внучка? Тревожило ее сильно это событие. Нет, в Арине она была уверена. Из человечки получится прекрасная мама, но сын… Инчиро мог повторить ее ошибки воспитания. И по сему выходит, она должна проследить и направить его в нужную сторону. Да куда же она раньше смотрела! Вырастила растяпу, способного только блудницу совратить.

Ух, как зла она сейчас была. Арина – девушка видная. Моргни – уведут.

А он… Да сколько раз уже потерять мог. Непутевый…

– Милая, ты красная, как омар, – шепнул ей на ушко тролль. – Все он делает правильно. Как мужчина тебе говорю. Не спешит, не суетится. Заботу выказывает. Вспомни, какая жизнь у нее была. Все на себе тащила, и бабушку, и маму, и сестру. И проблемы их. Да Арина и болеть не умеет. А тут такая опека. Она растает и поймет, что лучшего мужчину ей не сыскать.

Мадам притихла и всмотрелась в стелящийся по столу туман. Ее сын, морща лоб, внимательно читал рукописную инструкцию, прилагающуюся к травяному сбору. Искал в тексте противопоказания и возможные побочные эффекты, но, видимо, ничего не находил. Оттого настроение его не улучшалось, хотя он старательно скрывал злость от той, которая, качаясь, сидела рядом с ним на стуле. Девушку клонило в сон. Она цеплялась за столешницу, чтобы просто не скатиться на пол. Но демон следил, пытаясь сообразить, как улучшить ее состояние. Уж больно быстро она теряла связь с реальностью.

– Откуда только Инчиро знает, как за больными ухаживать? – пробормотала мадам Джакобо и прикусила язык.

– Так за тобой и ухаживал, – не смолчал тролль. – Сколько он ночей над тобой просидел, когда ты с гулянок из театра больная возвращалась? М?

Женщина смутилась и опустила голову. Да, было. Что скрывать? Плохая из нее была мать. Отвратительная.

– В кого он такой? – прошептала она. – Ведь всегда за спиной моей стоял. Я знала, что стоит сыну намекнуть, и он все мои проблемы решит вмиг. И финансовые, и личные. Я ведь толком и не помню его ребенком. Только взрослым, сильным и суровым. Всегда стоящим рядом и готовым поддержать. Но в кого он такой? Почему он вырос таким?

– Наверное, потому что так сильно любил мать? – столь же негромко ответил ей привратник. – Любил, несмотря ни на что, и пытался добиться простой похвалы.

– Хм…

Демонесса встрепенулась и снова заглянула в туман.

Там ее сын нес в постель красивую женщину с густыми каштановыми волосами. Она лукаво щурилась и внимательно разглядывала его.

– Мне кажется, дальше нам подглядывать не стоит.

Над столом появилась огромная ладонь тролля.

– Что? Я мать! Я обязана все проконтролировать! Хотя бы до того, как он снизойдет до чего-нибудь…

– Дорогая… – привратник слегка приобнял ее, отстраняя от стола.

– Нет! Я мама! Мне нужно знать все…

– Родная…

– И слушать ничего не желаю!

– Милая…

– Нет, и все!

– Там уже и халат распахнут, – тролль намекающе взглядом указал на туман.

Заглянув туда, демонесса отпрянула.

– Фух… – Она помахала ладонью перед раскрасневшимся лицом. – У меня таки будут внуки. Ха… Слушай, дорогой, а вам здесь еще один привратник не нужен? Я согласна поработать…

– А это тебе зачем? – приподнял мужчина бровь.

– Надо! – выдвинула она подбородок вперед.

Тролль, засмеявшись, крепко обнял свою неугомонную деятельную демонессу. Как же скучно он жил до встречи с ней!..

– Разберемся с твоим сыном и решим, что и как. Но в любом случае я при своей должности, а значит, допуск к столу у тебя есть.

– Уже что-то… – пробормотала она, обласканная своим мужчиной.

Глава 35

Держа в руках стакан с водой, я пыталась сообразить, что это вообще было? Стыд в сторонке ждал своего часа. Не до него сейчас. Потому как припомнить бы все, что я успела наговорить этому демоняке за ночь.

А что близился рассвет и так понятно. За окном полумрак, и на горизонте светлая полоса намечается.

– Может, это из-за той азалии, которую булыжник притащил? – сделала я очередное предположение причины своего теперь уже похмелья. – Ну не могло же меня от ромашки лекарственной так развезти!

– Хм… Возможно, это действительно побочный эффект приворотного зелья, – согласился Инчиро.

Правда, он и с предыдущими моими теориями соглашался. И, вообще, похоже, ему все равно было, что это меня так по матрасу расплющило. Главное, отпоил водичкой, и я пришла в себя.

Но то ему, а мне нет. Я хотела знать, из-за кого или чего мне позориться пришлось.

– Арина, тебе нужно спать, – склонившись надо мной, Инчиро поправлял одеяло.

– Обязательно, – кивнула я, укладываясь удобнее, но тут же снова села и сжала стакан. – Нет, как ему в голову пришло пытаться меня приворожить?! Он что, в мозг укушенный – подобное вытворять?

Да, я не успокаивалась. Опьянение схлынуло и проснулся мой дотошный здравый рассудок, которому нужно было знать, за что он пострадал.

– Ну, положим, идея отличная, – потер демон подбородок. – Я все думаю, как сам до этого не дошел. Всего-то потратить немного золота и принести очередные ромашки…

– Вот только попробуй! – Я ухватила его за рубашку и потянула на себя. – Не приведи боги, я найду хоть один признак собственного нелогичного поведения, Инчиро Джакобо. Я тебя со свету изведу и плевать, какое ты там зло во плоти. Мировое или нет! Ты еще меня в гневе не видал!

Выслушав мои угрозы, демон усмехнулся. Кажется, его ни чуточки не проняло.

– Арина, прелесть моя, ты уже в моей постели, а дальше только терпение и длительная осада. Но ничего – справлюсь и без ведьминских приблуд.

– Ну-ну, – усмехнулась я, чувствуя, что меня отпускает, – пять утра, а ты еще в рубашке. Какой-то никакой из тебя соблазнитель.

Я фыркнула и зыркнула на него. Нависает надо мной, ухмыляется. Забрав стакан из моих рук, Инчиро, не глядя, поставил его на стол рядом с пустым графином. Уголки его губ дернулись вверх и на щеках появились милые ямочки. А в глазах такая томная поволока!.. Аж копчик потеет. Вот гад же!

Сердце пропустило удар.

Кто меня за язык дернул? В голове мысли панически разбегались, ища виновного.

– Арина, выходит, тебе уже значительно лучше? – Темная бровь мужчины приподнялась. – И простуды не видно. Помогло зелье?

– Да, можно спать, – натянув одеяло на подбородок, я плюхнулась на подушку, делая вид, что не я тут только что про соблазнение прямым текстом говорила.

– Да, – важно закивал он, ставя колено на матрас, – спать. Определенно, именно этим я сейчас с тобой и буду заниматься. Рубашка тебе моя помешала? Могу снять.

– Не надо! – выдохнула я, сообразив, что кто-то близко к сердцу принял мою подколку. – И так все хорошо.

– Ну как же?.. – В глазах демоняки рогатой появился опасный красный огонек. – На чистую простыню к обнаженной женщине и в рубашке? Я слишком воспитан для этого.

Разогнувшись, он так и застыл одной ногой на матрасе. Внимательно прошелся по мне взглядом и медленно расстегнул первую пуговичку, за ней вторую… третью, обнажая гладкую мускулистую грудь.

Сглотнув вязкий ком в горле, я затаила дыхание. Как-то это было слишком для скромной девственницы в моем лице. Но Инчиро, кажется, забавляла сама ситуация, потому как, распахнув полы, он не снял рубашку, а взялся за манжеты, растягивая стриптиз.

– У тебя совесть есть? – шепнула я пересохшими губами.

– Нет и никогда не было, – пожал он плечами. – Вся моя совесть сосредоточена в тебе. И в нашей семье по-иному не будет. Я гад, Арина. Гадом был и останусь. С той лишь разницей, что гад я, влюбленный в тебя. Поэтому в некоторых вопросах – жалко лошадок, берендеев или кого там еще, про кого прознаешь, – хорошо, пойду на компромисс, но не в убыток себе. А так, если в общем, то совесть – это нечто для меня лишнее и вредное.

Вот после этих слов рубашка поползла с его плеч до странного медленно. Меня без зазрения этой самой несуществующей у него совести соблазняли.

Держите меня, невинную офисную скромницу, семеро. Какие кубики пресса, линии живота, уходящие под резинку его брюк! А рельеф груди!.. Какие гаргулы? Куда я там поглядывала? Лучший образец мужчины возвышался сейчас надо мной, поигрывая мышцами.

– Ну ты и мерзавец, – шепнула я и провела кончиком языка по пересохшим губам.

Он проследил за этим действием и опасно прищурился.

– Я мерзавец, Арина? Или одна малышка под одеялком, облизывающая ротик? Ну кто при возбужденном мужчине такое вытворяет? Опасно!

Я цокнула, фыркнула и, завернувшись в одеяло плотнее, повернулась к нему спиной.

– Вот так, да?! – пролетел по комнате тяжелый демонский смех. – Как думаешь, Арина, а в постель к женщине в брюках ложиться? В смысле воспитания… Или не стоит проявлять такое невежество?

Я смолчала. Послышался лязг бляшки ремня. Шуршание, и матрас продавился сильнее. А после… тишина. Давящая. Наполненная моим ожиданием.

Девственница внутри меня уже который раз за эту ночь вспотела и покрылась мурашками. Она все готовилась, готовилась, готовилась перевоплотиться в опытную женщину, а этот… Даром что демон!

– Ну, и гад же ты, Инчиро Джакобо!

Обернувшись, я привстала и, с силой надавив на плечи сидящего на кровати мужчины, повалила его спиной на подушку. И пока он забавно моргал, оседлала, не забыв подтащить одеяло и каким-то чудом прикрыться им.

– Арина!

На его лице было столько удивления.

– Да достал ты меня, соблазнитель фиговый! Я так и помру в целомудрии, окруженная котами. Ты что забыл, с какой стороны к женщине подходить?

– Вообще-то, я желал, чтобы, не торопясь и красиво… – выдал он.

– Утро уже, – кивнула я на окно. – Или ты не знаешь, что с приличными девушками делают?

– Да вот в том-то и дело, – снова он засмеялся и принялся отбирать у меня одеяло. – Приличных сначала в храм ведут, кошечка ты моя фыркающая. А все остальное после записи в книге регистраций браков.

– Какой каменный век!.. – выдохнула я. – И на брак я еще согласие не давала.

– Хм… Оно мне и не нужно, – выдал он, поиграв бровями.

– В смысле?

Я напряглась и тут же смекнула, что упустила одеяло и теперь светила перед ним всеми своими прелестями.

– Я уже обо всем договорился, – его взгляд скользил от шеи и ниже. – И даже заплатил. Всего пятьдесят золотых, и ты моя по закону.

– Что?!

У меня волосы на затылке встали дыбом.

– А что ты хотела, прелесть моя?!

Он резко приподнялся, и я полетела вниз. Моргнула и оказалась под демоном.

– Инчиро?

Кажется, в моем голосе прорезался испуг.

– Лавка лекаря в двух шагах от местного храма. Я никогда не говорил, что хороший и милый парень, Арина. Нет. Но я влюбился. В малышку, что топала каблучками в моей приемной. Я спать не мог, все думал, как подступиться. Как обратить твой взгляд на себя? И казалось бы, все само получилось. Так удачно. Но я расслабился, и меня мгновенно обыграли. И ты отвергла. Значит, мне нужно было возвращать тебя мягко, но при этом быть уверенным, что никакой гаргул или орк не встанет у меня на пути. Так что ты уже несколько часов как Арина Джакобо и торопиться с твоим соблазнением мне ни к чему. Ты уже моя. Только моя! И твое «да» услышать приятно, но никакой силы оно не имеет. Ты моя жена.

Он усмехнулся и склонил голову набок, спокойно дожидаясь момента, когда я начну его… убивать!

– Повтори, кто я?

От возмущения у меня начался нервный тик. Глаз так и дергался. Как это получается? И без невесты? Да не… Ну невозможно такое.

– Обманываешь, да? – попыталась я уличить его во лжи. – Как без моей подписи? Без клятв? Это невозможно…

– Возможно, если ты владелец крупной корпорации. – Он жестко усмехнулся. – И подпись есть, а клятвы… Будет торжество, там и поклянемся друг другу в любви и верности. Но официально все уже сделано.

– Как ты вообще до такого додумался? Ах, ты, демонская твоя физиономия, – не удержавшись, я схватила его за рога. – Ты хоть представляешь, какую я тебе сейчас истерику закачу? Да я тебя по этой комнате, как зайца загоняю!

– Ммм… – Инчиро, словно не замечая, за что его схватили, чуть отстранился и уставился на мою грудь. – А я не против, если ты сейчас голенькая за мной погоняешься. Это будет весьма любопытно. Хотя просто продолжай поглаживать мои рога, и я весь твой. Нет ничего более возбуждающего, чем подобные ласки.

Хлопнув ресницами, я быстренько разжала ладони.

– Жестокая женщина, – прошептал Инчиро и, склонившись, поймал губами мочку моего уха. – Можешь закатывать свою истерику, любовь моя. Поколоти меня. Обзови. Кто же против? Я знал, на что шел, и предвидел, как ты будешь рада таким новостям. Решение взвешенное. Все имеет цену, Арина. А счастье особенно дорого обходится. Но я заплачу за него сполна. Так что давай, я готов. Кричи и ругайся, грозись расправой. Я знаю, что виноват. Отрывайся, детка. Заслужил…

Поцеловав меня в шею, он снова приподнялся на руках и выжидающе уставился. Я же, глядя на его такое серьезное сосредоточенное лицо, поняла, что злости-то нет. Возмущение – да, но гнева – ни капельки.

И вдруг до меня дошло – этот мужчина теперь мой. От кончиков рогов до пяток. Вот прямо весь… И мой. Там, наверное, и бумажка о праве собственности какая-нибудь прилагается.

– Интересно, а у ведьм есть зелье, которое защищает от измен? – выдохнула я и, подняв руку, медленно провела пальчиками по его гладкой груди.

– Не интересовался, – прищурился Инчиро, – но тебе оно и не нужно. Ты мне сегодня свиданием с гаргулом окончательно отбила все желание даже смотреть в другую сторону. Ведь пока я, отвернувшись, буду разглядывать другую, тебя уведут из-под самого носа. Много их, желающих, на мою женщину. Так что свое бы сохранить и следить, чтобы твоя голова налево не повернулась. А стоит мне тебя разочаровать, так и случится. Я ревнивый, Арина. Очень. Собственник. И нет, не дурак так подставляться. Пусть это и не романтично звучит, но прыгая по чужим кроватям, можно пропустить момент, когда твою займут. И даже больше – не впустят потом в нее обратно. А это для меня страшнее всего – потерять тебя. Так что измен, клянусь, никогда не будет.

Приподняв бровь, я делала вид, что обдумываю его слова. Сама же без зазрения совести лапала этого потрясающего демона. Мои шаловливые ручки прошлись по его плечам, ощупали упругость мышц. Вернулись к груди, очертили круг там и спустились ниже. А что? Я девственница! Мне вот все это в новинку. Я, может, ловлю момент и самообразованием занимаюсь.

Тем более что Инчиро и не возражал. Даже когда я пальчиками его кубики пресса пересчитала. Целых шесть получилось.

Взгляд скользнул ниже. Щеки вспыхнули пунцовым цветом. Потому что из его нижнего белья прямо из-под резинки выглядывало кое-что, готовое со мной познакомиться.

– Арина, ты краснеешь, – тихо засмеялся Инчиро. – Серьезно?

– Отстань, – нервно пробурчала я, пытаясь отвести взгляд.

Но куда бы я ни посмотрела – всюду упругие мужские мускулы.

– Никогда не думал, что влюблюсь в невинную скромницу, – прошептал он надо мной.

Сев ровнее, Инчиро и вовсе скинул на пол одеяло, хоть как-то и где-то еще прикрывающее меня. Его взгляд мгновенно изменился, стал жадным и обжигающим. Пальчики на моих стопах невольно поджались. Он продолжал изучать мое тело, я же сгорала от неуверенности в себе. Вдруг он сейчас разочаруется и оттолкнет.

– Я думал, ты действительно устроишь мне скандал, Арина, когда признаюсь, что за спиной сделал тебя своей. Переживал и не знал, хватит ли духа покаяться. А ты так спокойна…

– Тебе кажется. Я все еще хочу оттаскать тебя за рога, – проворчала я, продолжая заливаться краской. – И вообще, уже утро… Почти.

– Действительно, – тихо рассмеялся он и сжал меня за талию. – Я разрешаю тебе делать с моими рогами все, что тебе вздумается, даже подскажу, как лучше по ним ладонью водить. А пока и правда рассвет близится…

Заведя руки за спину, он резко поднял меня и усадил на себя. Прижал к груди. Его пальцы, зарывшись в волосах, чуть дернули, вынуждая поднять голову. На губах демона блуждала улыбка. В глазах огонь и ни намека на нежность. В них пылала страсть.

Склонившись, он провел языком по моей нижней губе и, не встретив сопротивления, впился в жарком поцелуе. Неистовом. Голодном. Схватившись за его плечи, я пыталась удержаться, стискивая ногами его бедра. Подо мной что-то пульсировало и увеличивалось, приподнималось и терлось.

Простонав, я подняла руки и обхватила его рога. Сама не знаю, как так вышло, но они манили меня. Такие гладкие, скользкие. Инчиро издал странный звук. То ли стон, то ли рык.

И в этот момент все поменялось.

Я оказалась на спине, а надо мной возвышался грозный мужчина. Он не спрашивал – просто брал ту, которую считал своей. Я плавилась в его руках. Он целовал и покусывал, шептал такое, отчего горели кончики ушей. И ласкал. Руками и губами.

Комнату наполняли наши стоны. Громкие и протяжные. Приоткрыв один глаз, я убедилась, что шторы на окнах задернуты. Просто вспомнилось, что летают там всякие.

Вспомнилось и тут же забылось.

Неважно. Все неважно.

Запустив руки в его волосы, я сжимала их и пропускала сквозь пальцы мягкие локоны. Прогибалась в спине и ждала. Чего? Его! Мужчину, который сделает меня женщиной. Покажет, что такое настоящая страсть, а не возня на простынях.

Вспомнилась и забылась сестра. Не до нее сейчас.

Застонав, я коснулась губами его плеча. Чуть соленый вкус кожи взбудоражил. Не удержавшись, куснула. Тело пробила мелкая дрожь. Ладонь Инчиро спускалась все ниже. Наконец, уместившись между моих ног, он отстранился и сел. Подтянул меня на свои бедра.

Это был тот краткий миг, когда я попыталась прийти в себя и сбросить сети страсти, но не успела. Мгновенная боль и пик счастья. Вскрикнув, я выгнулась сильнее. Низ живота словно огнем опалило. Мышцы бедер сжимались, приводя меня в неистовый экстаз. Мысли… Их не было. Простонав, я скомкала простыню, потянув ее на себя.

Инчиро навалился, что-то шептал и двигался в бешеном ритме. Казалось, он сходил с ума. Целовал мое лицо и все повторял, что любит. Словно заведенный. Я же продолжала витать где-то там, под небесами. Тело сотрясала волна удовольствия.

Глухо рыкнув, ко мне присоединился и мой демон. Опустившись сверху, он прижал меня к постели. Его мелко трясло. А запах… Корица. Я так явственно ее ощущала.

Улыбнувшись, я нашла в себе силы и, подняв руку, положила ее своему мужчине на затылок, прижимая ближе к себе.

– Я уже несколько раз за эту ночь признался тебе в своих чувствах, Арина, – тихо прошептал он, – и все надеюсь услышать в ответ, что ты испытываешь ко мне. На многое не рассчитываю, но…

– Я люблю тебя, – выдохнула я в ответ. – Просто тебя страшно любить, Инчиро. Сердце у меня одно, и ты легко можешь разбить его вдребезги.

– Глупенькая, – сжал он меня, – у меня же, кроме тебя, и нет ничего. Ничего, что приносило бы хоть толику счастья. Люби меня, Арина, и я для тебя мир переверну. Только целуй и обнимай, говори, что нужен. Я хочу тепла. Мне не хватало его всю жизнь. Умоляю – люби меня. Люби!

Глава 36

Нежась в постели, я уговаривала себя не просыпаться, а полежать еще немного. Тело необычно сладко ныло. Повернувшись на бок, я зевнула и обняла подушку крепче. Хорошо. И на работу не нужно.

Или нужно?

В голове активнее зашевелились мысли. Выходной или нет? Ну если бы проспала, то Камила наверняка разбудила бы. Эта вампиресса самым для меня непостижимым образом знала, сплю я или нет. Наверное, какая-то особенность расы. Но раз телефон молчит, значит, рано еще.

Успокоив себя, я зарылась носом в подушку. Как приятно она пахла. Корицей. Запах Инчиро. Это показалось подозрительным. Но, повернувшись на живот, я продолжила спать.

Слух улавливал легкий шум. Негромкий звон бокалов. Бормотание. Шаги.

Поморщившись, я все же приоткрыла один глаз и уставилась на серую стену. Странный цвет, помнится, в моей комнате был другой. И снова посторонний шум на кухне.

Приподнявшись на локтях, я вспомнила, что не у себя в спальне.

События ночи накрыли с головой. Смутившись, я заглянула под одеяло. Ни клочка одежды на мне.

Вот в чем родилась, в том и лежу. Стыдоба…

Проведя взглядом по всем поверхностям в комнате, я заприметила только мужскую рубашку, висящую на спинке стула. Вредничать сейчас было не место и не время, так что, встав, я быстро пробежалась к ней и накинула на плечи. Тщательно застегнула на все пуговички и подогнула рукава. Длина прикрывала бедра и зад, все же Инчиро был значительно выше меня. Вернувшись к кровати, я откинула одеяло и уставилась на красное пятно. Смутившись, потянула ткань на себя. Стыдно вдруг стало.

Как бы, пока жила рядом с родителями эдаким синим чулком, страшной старшей сестрой, меня вопрос моей невинности никогда не волновал. Ну, не смотрели на меня парни. Если и появлялся кто, мама быстро отшивала ухажера и устраивала скандал.

Все мое личное время было занято их с бабушкой проблемами. Дачей, картошкой, рассадой. И боги знают, чем еще.

Сейчас же я отчетливо понимала, что в моем возрасте быть до сих пор нетронутой уже не признак чистоты, а что-то немного неестественное. Опять вспомнилась ведьма мадам Эльвира и ее слова о венце безбрачия. Как-то неприятно стало. Скомкав простыню, я утащила ее в ванную с глаз долой. Чтобы не напоминала лишний раз о моем несовершенстве.

Помявшись немного в коридоре, я все же пошла на кухню.

Инчиро обнаружился там. Демон стоял у плиты с раскаленным камнем и что-то на нем пытался готовить. В сковороде что-то страшно шипело и стрелялось жиром.

– А у нас в квартирах газ, а у вас? – переделанной строчкой из одного детского стишка поприветствовала я его.

– А у нас перебой с магией, и мои кривые руки. Кажется, я не справляюсь с нашим завтраком, Арина… – Повернувшись, он улыбнулся, да так, что у меня сердце ухнуло и пропустило парочку ударов. – А про ваш газ я читал. Все хочу посмотреть твой мир, много у вас чего интересного имеется. Может, вместе и прокатимся.

– Решил избавиться от меня? – пошутила я. – Быстро и кардинально.

Он замер и опасно прищурился. Покачал головой.

– Хм… Не дождешься, мадам Джакобо. Но ты и правду можешь там от меня ускользнуть. А жаль, мне было бы интересно взглянуть, как ты жила. Да и дорогие сердцу вещи наверняка там оставила. Я думал, что захочешь все собрать и перевезти сюда.

Он отвернулся и продолжил что-то жарить. Подойдя ближе, я заглянула в сковороду. Яичница.

– Жестокий ты демон, – выдохнула я и, отодвинув его в сторону, принялась спасать несчастные яйца. – За что же ты так с ними?

– Не готовил никогда, – расстроенно покаялся Инчиро. – Хотел сделать тебе приятное.

– М-м-м, – расплылась я в улыбке. – В следующий раз заказывай готовое и делай вид, что все сам. Исключительно сам! А я буду верить и ни капли не сомневаться в твоих способностях.

– Такая мысль была, – обнял он меня за талию и прижался сзади. – Но решил, что справлюсь с такой простой задачей.

– Завтрак приготовить – это тебе не завод разорить, – философски заявила я. – Тут с чувством нужно подходить. Со всей ответственностью.

– Все, умываю руки…

Склонившись, он поцеловал меня в шею.

Его ладони медленно поползли вверх и нашли пуговички рубашки. Одна расстегнулась, вторая…

– Что ты делаешь? – возмутилась я, ощутив, как мужская рука пробралась на живот и замерла там.

– Пользуюсь моментом, – выдохнул он мне на ушко. Горячее дыхание мужчины разбилось о мою кожу, вызывая мурашки. – Ты ведь перенесешь ко мне свои вещи? Или я должен сделать что-то еще, чтобы склонить тебя к обоюдной любви?

– Обоюдной? – хитро улыбнулась я. – Это когда ты любишь меня, и я люблю себя?

– Согласен даже на такой вариант, – не поддался он на провокацию. – Могу сам перетащить весь твой гардероб и начать с трусиков. Маленьких гладких клочков ткани, которые прикрывают…

– Нет, – влезла я в его эротические фантазии, – сама все перенесу. Попрошу Камилу, она мне выделит кого-нибудь в помощники. Сегодня ведь не выходной. – Я поморщилась, сообразив, что должна быть не здесь, а в приемной. – У тебя, кстати, важный звонок запланирован. А вечером – совещание с начальником отдела логистики.

– Как хорошо, когда за тебя все помнят другие, – засмеялся Инчиро. – Я назначаю тебе выходной…

– Как щедро…

– В любое время, как захочешь, – договорил он. – Лучше исполняй роль супруги. В постели мне тебя приятнее видеть, чем за рабочим столом.

– О, как! – Я отставила сковороду. – То есть ты меня мягко увольняешь? В приемной я тебя не удовлетворяю?

– Ты меня везде удовлетворяешь, красивая. И нет, не увольняю и не думал даже. Лучше тебя мне на должность личного секретаря никого не найти.

– То-то же! – пригрозила я ему лопаточкой и принялась выкладывать яичницу на тарелки.

Несмотря на все мои страхи, с ним оказалось разговаривать, да и просто находиться рядом, даже легче, чем до проведенной вместе ночи.

* * *

Утро прошло замечательно. Инчиро проявлял чудеса тактики и гибкости. Вот только надолго его не хватило, и уже ближе к обеду меня, немного потискав, несли в мою же комнату за вещами. А то, смотри-ка, непорядок – одеться мне оказалось не во что.

Так что срочно собирать одежку, и все к нему в шкаф. Там мне даже полочки выделили и вешалки.

А чтобы я нигде по пути туда или обратно не заплутала, решили проводить. Вернее, оттащить. В одеялке. Хорошо хоть по пути нам никто не попался, а то стыдоба на всю мою голову.

Оказавшись в своей спальне, я все же выбралась из объятий демона и деловито открыла свой гардероб. Душу все равно грызла некая неуверенность. А надолго ли хватит его любви. Правду ли он сказал о браке?

А вдруг это злая шутка. Конечно, умом я понимала, что такие мужчины так по-дурацки не шутят. Но сердце, привыкшее к сплошным разочарованиям, тревожилось и все искало подвох.

– Все долго собирать, – пробормотала я, медленно передвигая вешалки, – можно ведь просто взять парочку вещей, на первое время. Самое необходимое. А остальное…

– Нет!.. – голос Инчиро оказался неожиданно жестким. – Все по сумкам и ко мне, а там думать будем. Я подыскиваю нам дом. Возможно, тебе понравится тот, в котором жила мама, хотя я его не особенно люблю – холодный он и слишком большой.

– Не хочу ничего холодного, – пробормотала я, доставая белую блузку. – А с вещами все равно возня.

Я попыталась закрыть дверь шкафа, но Инчиро удержал ее рукой.

– Вот поэтому я и пошел с тобой. Так и знал, что начнешь сомневаться и пойдешь на попятную.

Он отодвинул меня в сторону, сгреб в охапку висящие вещи и сбросил их на кровать. Порылся внизу и вытащил всего одну пустую сумку. Нахмурился.

– Свяжусь с Камилой и велю купить чемоданы. Еще она найдет двух-трех девушек из обслуги замка, и они все сложат. Тебе нужно будет просто указать пальцем, откуда и что брать. Но, Арина, я твое «нет» не услышу. Будет так, как сказал я.

– Но…

Я все же предприняла последнюю попытку потянуть время.

– Сегодня вечером из храма принесут свидетельство о заключении брака. Если ты еще не поняла, то я был серьезен, рассказывая о совершенной маленькой подлости. Я не проигрываю и всегда иду до конца. «Нет» я не принимаю.

– Деспот, – выдохнула я.

Инчиро внезапно обнял меня со спины и притянул к своей груди.

– Да, влюбленный в тебя демон. Ты ничего не знаешь о наших расах. Иначе бежала бы от меня, только заметив первые намеки моего искреннего интереса. Мужчины-демоны собственники, однолюбы и деспоты. Если уж мы находим ту самую женщину, то до конца своих дней носим ее на руках, оберегаем и опекаем. Даже наши демонессы стараются обратить на себя взор мужчин иных рас. Так что привыкай, Арина, меня будет очень много в твоей жизни. Потому что я люблю тебя.

Смутившись, я не знала, куда себя деть. Инчиро же, не теряя времени, отвел в сторону мои волосы и добрался до шеи. Легкие поцелуи оставляли на моей коже приятный горячий след.

– У тебя важный разговор, – прошептала я, чувствуя, как его руки скользят по моему животу.

– Возможно, – выдохнул он. – Еще успеваю.

Поцелуи сместились выше. Инчиро настойчиво искал мои губы.

– Не начинай то, что быстро не завершишь, – вредничала я.

– Не перечь мужу, женщина! – не остался он в долгу.

– Буду перечить! Нам нужно в приемную, раз уж чемодана нет. Прослежу, чтобы ты занялся делами.

– Какой у меня суровый личный секретарь, – тихо рассмеялся он. – Одевайся. – Отодвинувшись, он легонько шлепнул меня пониже спины. – Чтобы не поддаваться искушению, я пойду в кабинет и свяжусь там с Камилой. А ты приводи себя в порядок и приходи. Мне будет спокойнее видеть тебя рядом. Работать сегодня не обязательно. Хотя у тебя на неделю вперед все расписано.

– Да. – Я выдернула из кучи черную прямую юбку. – В делах я дотошная душнила. План совещания с начальником логистического отдела у тебя на столе. Там же выдержки из его отчета.

– Труженица, – тихо засмеялся Инчиро и неспешно, разок обернувшись, вышел из комнаты, оставляя меня одну. – Хочу напомнить – «нет» я не принимаю, Арина, – прокричал он из зала, – так и знай.

Пожав плечами, я отправилась в ванную комнату одеваться.

* * *

В приемной было ожидаемо пусто. На моем столе бардак, хотя я хорошо помнила, что оставляла все в порядке. На кипе бумаг валялся смятый доклад об ипподроме. На нем мои пометки. Смутившись, я покосилась на дверь в кабинет Инчиро. Подошла ближе и услышала голоса. Тяжелый, гневный моего демона и визжащий – слизняка эльфеныша Ландрю Лафилье.

– Это такая выгодная сделка!.. Завод берендеев убыточен. Их давно нагнули конкуренты. Но территория там огромная, хватит и на ипподром, и на конюшни. Это выгодный бизнес. Зачем отдавать все этим кентаврам? Можно же поднажать еще немного и их землю заполучить. Почти задаром. Чистая прибыль! Там сборище любителей…

– Ты меня не слышал, Лафилье? – процедил Инчиро. – Я сказал – сворачиваем все.

– Но почему?

Казалось, эльфеныш сейчас расплачется от злости и бессилия.

– Я что должен сейчас еще и объяснять свои решения? – рявкнул босс. – Ты забыл, где твое место? Мы не партнеры. Я приказываю – ты исполняешь. Деревообрабатывающий завод не трогать, я хочу более детально изучить ситуацию берендеев. Конюшни кентавров не трогать. Они получат от меня дополнительную финансовую помощь для развития. На этом – свободен!

Услышав это, я отпрянула от двери и быстро вернулась за свой стол. Упала в кресло и скучающе уставилась на портрет мадам Миллисенты Джакобо.

Из кабинета выскочил ушастый с пунцовым лицом. Взглянув на меня, он злобно сверкнул крысиными очами.

– Решила у меня на пути встать?! – тихо прошипел он, поравнявшись со столом. – Еще пожалеешь, человечка.

Смотря ему в спину, я приподняла бровь.

Надо же, какие мы грозные! Аж испугалась, хоть описаться мне на этом месте.

Глава 37

Бросив на меня весьма красноречивый, многообещающий взгляд, Инчиро с бумагами, которые я приготовила для него, удалился на совещание. Дверь в малый зал закрылась, и что-то там негромко грохнулось. Я очень сильно понадеялась, что не начальники отделов корпорации упали в обморок от переживаний.

Поднявшись из кресла, я подошла к окну. Следов недавних заморозков не осталось. Ни наледи на тротуарах, ни красивых рогатых и ушастых дам в шикарных пальтишках не наблюдалось. Но погода не улучшилась. Все тот же мелкий дождь, лужи на дорогах, грязь под ногами спешащих по своим делам прохожих. Медленно разгорались уличные фонари, работающие, на непонятных мне потоках магии. Чудеса! И весьма полезные.

Дребезжа, проехала красивая лакированная карета, запряженная парой примечательных мускулистых рыжеволосых кентавров в расшитых красных жилетках. Удивительно, но я все меньше видела в этих мужчинах коней, и все больше… Хм… В общем, в чем-то я понимала ту даму, которая за такого замуж выскочила. Хорошие они ребята, трудолюбивые, воспитанные, ну, когда не на дорогах, конечно.

А фигуры… М-м-м, загляденье. Так что…

Мой взгляд скользнул выше, на здание местной кофейни. Оттуда летящей походкой выскочил мужчина с двумя бумажными свертками в руках.

«Оборотень!» – с ходу определила я.

Да, его сдала все та же летящая походка. Просто так грациозно, в прыжках, почти планируя, могут преодолевать лужи только они.

Вслед за ним на улице показались две мадамы. Встали у ручейка, оглянулись – нет ли желающих их на руках на тот берег перенести. Эльфийки! Кто же еще?! Демонессы бы за шиворот спасителя остановили. Вампирессы бы обошли, там через пять шагов уже сухое место. Ну, а с другими расами их не спутаешь.

А дождь все накрапывал. По стеклу медленно стекали капельки воды.

И такое уныние накатывало.

И все же я как-то незаметно для себя полюбила этот мир. С его забавными, необычными обитателями, интересными традициями, а главное, модой. Словно меня с головой окунули в прошлое моего мира. Прически. Пальто с меховыми воротничками. Скромные платья…

Взгляд зацепился за женщину. Из-под ее кардигана кокетливо выглядывала юбка – черная в белый мелкий горошек.

Нет. Определенно, если бы я и вернулась в квартиру, то только, чтобы забрать книги, любимую посуду, кое-что из привычных вещей.

Ну и фотографии. А после, не теряя ни минуты в том наполненном серостью и смогом мире, сюда. К родным сердцу булыжным тротуарам, каретам, кентаврам, гаргулам на крыше замка.

Хм… Хотя нет, лучше к демонам. Оно как-то приятнее будет.

Я улыбнулась.

За закрытыми дверями была тишина. Изредка до меня доносилось недовольное рычание Инчиро.

Сложный он. Со мной ласковый, а как отвернусь – такое драконище являет себя миру.

Где он настоящий? Наверное, везде. Просто многогранен и, понимает, кто перед ним.

И мадам Миллисенты не видно давно. Боязно за нее.

Нет, конечно, я понимала, что она уже умерла, но, оказывается, и это не самое страшное, что может с демонессой случиться. Закралась мысль сходить в какой-нибудь местный храм и свечку, или что там у них, поставить за душу ее. Может, там сверху засчитается ей в карму. Не такая уж она и плохая, чтобы в нижний мир угодить. Я бы даже сказала, что ей высший полагается. Сама она любви не видела, чтобы сына в ней растить.

Да и Инчиро хорошим ведь вырос, пусть для своих, но теплым и надежным.

Не тянул он на мировое зло. Что-то там сверху напутали.

Некачественный злодей у них вышел. Халтурный.

В животе заурчало. Подкрадывалось время ужина, и что-то мне подсказывало, что Инчиро еще не скоро отправится в ресторан. Так что я решила пойти туда одна.

Собрав на столе бумаги, на всякий случай убрала их в ящик в столе и закрыла на ключик. Не понравилось мне то, в каком состоянии я нашла документацию утром. Кто-то явно рылся в отчетах и непонятно что искал. Это и настораживало, и неимоверно раздражало.

К лифту шла в задумчивости. Что-то тревожило, а причину понять не могла.

– Что-то ты, Арина, нерадостная, – раздался знакомый голос за спиной.

Обернувшись, я сообразила, что уже не одна, а в компании Орхана и Сеппа. Они улыбались и внимательно меня разглядывали.

– Бледная! Значит, правду говорили, что больную тебя босс обратно привез, – прищурился Сепп. – Обыграл меня наш демон. Опять красивая женщина и мимо нас, друг!

– Тут как посмотреть…

Орхан обошел меня, и я оказалась между двух мужчин. Такой маленькой себя вмиг ощутила. А эти два шкафа – зеленый и пушистый – стоят, лыбятся, угнетают своей харизмой.

– Что надо сразу говорите? – не выдержала я давления. – Нечего тут нависать надо мной.

– Ну, Арина, чего сразу так-то. Мы, может, за общее дело.

В отличие от Орхара Сепп умел быть подлизой. Юрист все-таки.

– Говорите, – выдохнула я обреченно.

Двери лифта открылись, и меня в них натурально внесли.

– Куда? – Орхан склонился ниже. – Ресторан или твои бывшие апартаменты?

– Ага, – кивнула я, – уже донесли, что и вещи перетащили.

– Я же начальник охраны, – напоказ схватился он за сердце. – И должен знать все!

– А я юрист, поэтому не просто должен, а обязан знать все! Тем более новую хозяйку корпорации в лицо. Супруга господина Инчиро Джакобо по закону имеет право на половину его состояния. Если нет брачного договора. А он отказался составлять его, заявив, что ты обидеться на это можешь. Так что все там по любви, и мое кровоточащее сердце спокойно.

Орхан закивал и нажал на клавишу один.

– Едем, значит, в ресторан, красивая новая хозяйка, обсуждать наше с Сеппом счастливое будущее. Мы-то до сих пор холосты. А ты можешь достать для нас, по большому блату, по человечке из своего мира.

– Угу, – кивнула я, все еще обдумывая слова оборотня о брачном договоре. – То есть собрались поиметь с дружбы со мной свою выгоду, – пробормотала я слегка растерянно.

– Ага, – не сговариваясь, закивали они.

Лбины иномирные.

* * *

Двери лифта распахнулись, и меня под рученьки вывели оттуда и потащили вперед. Ну, как потащили? Повели под конвоем, чтобы деру не дала. Акция у мужчин, похоже, была спланированная, и взяли они меня тепленькой. Пока молодка не сообразила, какой счастливый билетик вытащила, вступив ногой в такой выгодный брак. Пока не окрылилась. Гонору не нарастила. Хотя куда еще растить? И так хоть отбавляй.

В общем, вели меня обсудить дело за тарелочкой борща с пампушками.

С одной стороны, здоровенный Сепп. С другой – клыкастый зеленокожий Орхан. И посередине я – вся такая маленькая.

И что характерно, иду же и мысленно прикидываю, какие барышни этим шкафам бы подошли. И ладно оборотень – ему просто страстную любительницу собачек найти, и готово. Но орк…

Кто согласится на зеленокожего мужика с прицепом в виде маман и трех сестер? Или сколько у него их там. При том, что традиции у этой расы просто туши свет… Хм… Да такую, как я, и надо. Чтобы она всю семью новому порядку обучила. Например: сноха – это золото. Береги ее и храни.

А что… Неплохо. Осталось отыскать гром-бабу обыкновенного подвида.

Пока соображала, что и как, меня уже занесли в зал ресторана и усадили за дальний столик. Сепп вручил меню, и они с Орханом устроились напротив, зорко взирая на маленькую меня.

– Проще можно? – фыркнула я, глядя на них. – Вы меня пугаете. Смотрите, как орлы на червячка.

– Не преувеличивай, – откинулся Орхан на спинку стула. – Ты заказывай, Арина, и кушай. Сытая женщина всегда добрее.

– Ко мне это не относится, – пробормотала я и все же открыла папочку.

Пролистала. Но при этом кожей чувствовала их пристальное внимание.

– Или заказывайте себе тоже что-нибудь, или говорите. Но не томите. Что вы там удумали? Четко и по делу!

Закрыв меню, я уставилась на мужиков.

– А мы уже все сказали, – развел Сепп руками. – Хотим невест, и не абы каких, а чтобы как ты – красивых, умных, образованных.

– Обворожительных, сводящих с ума…

– Не переигрывай, Орхан, – остановила я орка. – Но мысль уловила. И как же я вам их достану?

– Что будете заказывать? – рядом с нами появился официант, отвлекая от внезапно нарисовавшейся проблемы.

– Борщ, пампушки и салат овощной, – перечислила я, не сводя с женихов взгляда. – А этим – мяса и побольше.

– Жареного? – уточнил паренек.

– А они сырое едят? – опасно ощерилась я.

– Нет, – подался Сепп вперед, – но куснуть можем.

– Ага, – закивал Орхан.

– Хорошо. – Официант что-то черкнул в своем блокноте и повторил заказ: – Борщ, пампушки, овощной салат и мясо ягненка с кровью.

– Именно, – снова улыбнулась я.

Он отошел. Я же, тяжело вздохнув, напомнила свой вопрос:

– Как я вам невест добуду?

– Ты же личный секретарь и любимая жена господина Инчиро Джакобо, – медленно произнес Орхан. – У него этот замок стоит на точке входа в ваш мир, и не случайно. У него есть допуск к вашим специалистам и разрешение на найм подобных работников.

– Мне кажется, у нас в корпорации уже есть одна сваха. И это мадам Эльвира…

– Во-о-от, – протянул Сепп, – и мы о ней вспомнили. Вместе вы будете прекрасным дуэтом. Она подбирает девушку, а ты через своего замечательного мужа, нашего любимого босса господина Джакобо, вытаскиваешь ее в наш мир.

Мужики, не сговариваясь, потерли ладони в предвкушении.

Сидят. Довольные. Глаза блестят в предвкушении. Стульчики под ними скрепят от тяжести, и непонятно почему не ломаются. Пуговички на рубашке Сеппа орут от натуги, удерживаясь в петельках. Орхан по нижним клыкам, нет-нет, да кончиком языка проведет от волнения.

– И долго вы это планировали? – прищурившись, зыркнула я на них устрашающе.

– Как нам дали понять, что на тебя лучше не смотреть, так и прикинули, что и как, – сдал всю контору Сепп. – С нами еще Демар. И я, и Орхан, Арина, работаем в этой корпорации уже более десяти лет. Я еще щенком сюда устроился на подработку, чтобы учебу было с чего оплачивать. Орхан уже тоже здесь крутился. Босса мы успели изучить, поэтому я совсем не удивился, когда вечером он зашел ко мне в комнаты и сказал, что женился задним числом. И имя невесты спрашивать не пришлось…

– А какое лицо у него было, когда он понял, что ты с гаргулом укатила! – Орхан ухмыльнулся. – Никогда не видел, чтобы босс терял самообладание. Хорошо ты его зацепила. Влюблен он по уши…

– И поэтому выполнит любое твое желание. Хочет дорогая жена нескольких подруг из своего мира – пожалуйста. Выпишет им пропуск, – закивал оборотень. – А заодно и избавится от потенциальных холостых конкурентов. Чтобы спокойнее было. И вообще, ему же лучше, чтобы в замке ни одного холостого мужика не осталось. Чтобы на его Арину никто не смотрел.

Ай, молодцы! Вот прямо гордость за них взяла. Но так просто я все оставлять не желала. Нет, конечно, мне и самой интересно было осчастливить парочку дамочек.

Сестра есть неприкаянная. Гадина, конечно, но для кентавра сойдет. Или для оборотня. Ей же волосатые гамадрилы вечно нравились. Но, нет. Сеппа ей не отдам. Жалко мужика. И Орхана тоже. Хотя-а-а… Вот сестричка моя и смогла бы его маман перевоспитать. Да она бы у нее по струнке ходила…

Короче, есть над чем подумать, но пока нужно позаботиться о себе любимой.

– Допустим, я соглашусь, но какую выгоду поимею?

Мужчины переглянулись и кивнули друг другу. Кажется, и эту сторону вопроса они затрагивали и обсуждали. Умные, заразы.

– А что ты хочешь, Арина? – вперед ожидаемо подался Сепп, вытягивая перед собой раскрытые ладони.

Казалось бы, простой жест, а подкупил.

– Хм… А что вы можете предложить? – ответила я вопросом на вопрос.

– Я один из лучших юристов. Мои услуги стоят много золота, но для той, кто подарил мне счастье, готов оказывать их в случае необходимости бесплатно.

Я перевела взгляд на Орхана.

– Защита. Верность и преданность, – не думая, выдал он.

– Дружба, одним словом, – подытожила я. – А что, неплохо. Считайте, что и уговаривать не придется. Берите в оборот мадам Эльвиру и невесты у вас в кармане.

Они мгновенно просияли.

– Мы в тебе не сомневались, – выдал Сепп. – От Демара… Он готов катать тебя на руках в любое время суток и по любым направлениям.

– Заметано, – закивала я. – И где там борщ и мясо?

Повернув голову в поисках официанта, я натолкнулась взглядом на сидящего за соседним столиком ушастого Лафилье.

Этот гад противно ухмылялся, явно подслушав весь разговор. Оскалившись, эльфийская морда поднялась и вальяжно пошла на выход.

Гаденыш вездесру… вездесущий!

Глава 38

Расправившись с ужином, я отправилась в комнаты. По привычке дошла до своих дверей. Опомнилась. И уже куда увереннее поднялась на этаж выше. Замерла у апартаментов Инчиро, робея и краснея. А вдруг закрыто, а у меня и ключа нет! Да и как к нему и без него.

Нет, конечно, я понимала, что там уже и вещи мои, и жена как бы… Но ох уж эта неуверенность в себе.

В общем, стою как дура на коврике за дверью. И ни туды ни сюды. И так обидно за себя стало. Ну, что еще нужно? Мне уже и в любви признались, и на себе меня женили. А я все мнусь.

Потянувшись, я дернула за ручку. Закрыто.

И как теперь быть? Инчиро на совещании. Не вламываться же к нему с воплем: «Впусти к себе жить, окаянный. Мочи нет как в туалет хочу!!!» Ну, или как-то так. Раздуваю из мухи слона, конечно, но чувства были именно такие. Да что же все так нелепо?! Собравшись уходить, я услышала, как поворачивается ключ. Обернулась и встретилась взглядом с Камилой.

– Ой, Арина! А я все тебя жду! – просияла она. – Девушки убирались в комнатах. Теперь здесь красота. Мы немного замешкались – господин Джакобо редко кого запускает к себе. Так что даже не знали, что у него и как. – Протянув руку, она ухватила меня за запястье и затащила внутрь. – Вот твой личный ключ. Я все еще на «ты», пока не привыкла, но обязательно буду проявлять…

– Не надо! – резко оборвала я ее. – Ничего там проявлять не нужно. Ты с зельем над моей кроватью стояла, когда я от похмелья погибала. Я тебе здоровьем обязана. Так что была Ариной и останусь ею.

– Вот и славненько! – Она радостно улыбнулась. – Мне с тобой с самого начала так легко. Но оставляю тебя. Господин Джакобо приказал проследить, чтобы была еда в холодильных шкафах. Намекнул, что ты умеешь готовить. Кажется, он рассчитывает на сюрприз от тебя. Кулинарный…

– Сделаем, – пожала я плечами. – Несложно.

– Отлично…

Ключи упали на ближайшую тумбу и, вампирессы не стало. Ее просто вымело в коридор.

Хлопнув ресницами, я осталась одна. Хмыкнула и пошла на кухню. Сюрприз так сюрприз.

Зная, чем мой демон питался всю жизнь, мудрить не стала. Остановилась на простом омлете с домашними колбасками и томатами. Ему определенно понравится. Да и я не откажусь, хоть и была сыта.

Вытащив все необходимое, взглянула на этот странный магический камень, заменяющий плиту. Взмахнула над ним рукой, вроде посинел. Подняла ладонь выше – жар усилился.

Ага, ясненько-понятненько.

Подумав немного, я изменила планы и вытащила еще картофель. Пожарю и его…

Сидя на стуле у окна, я чистила клубни и рассматривала, что там внизу на улице делается. Мимо изредка пролетали гаргулы и старательно делали вид, что не замечают меня. Я отвечала им тем же. Хотя вот одна каменюка все же привлекла мое внимание. Из здания вышел Гарри и направился к стоящей у крыльца карете. Красивый, одетый с иголочки. Он шел уверенно, размашистыми шагами. Эдакий хозяин жизни, а следом семенила, огибая лужи, Кларочка, прижимая к груди куст азалии. Она спешила и, кажется, пыталась остановить, возможно, уже мужа. Но гаргул не реагировал.

Дойдя до кареты, он выдвинул ступеньки и, открыв дверь, забрался внутрь. Ни разу не обернувшись при этом. Кларочке же пришлось прямиком через лужу бежать к нему и самой карабкаться внутрь.

– Вот это боги меня уберегли! – прошептала я, даже жалея эльфийку. Такого мужика не заслуживал никто. – В тихом омуте жирные черти водятся. А ведь каким приличным и внимательным казался!.. Ужас!

Оставив картофель, я соскочила со стула и, порывшись в холодильном шкафу, достала овощей.

Салат еще сделаю. Надо моего демона баловать. Раз уж мне так с мужиком подфартило. А то бегала бы сейчас собаченькой с кустом за этим каменным болваном.

Феее…

Дело пошло веселее. С такой любовью я не готовила никогда.

Через полчаса на столе красовалась сковорода с картошечкой, омлет на тарелке и, собственно, простой дачный салат – огурцы с помидорами. Но это для нас простой, а здесь экзотический…

Стемнело, а Инчиро все не было.

Слоняясь без дела по комнатам, я открывала все двери подряд и заглядывала внутрь. Зал, три спальни, большая ванная комната. И еще помещение. Засунув свой нос туда, я как-то растерялась даже. Комната, обставленная картинами. Некоторые были завершены, но большинство – нет. Здесь мой демон рисовал. Судя по тому, как все было небрежно свалено в кучу – это и есть тот самый бардак, который Инчиро не желал мне показывать.

Пройдясь по маленькой студии, я попыталась навести здесь хоть какой-то порядок. Расставляла картины, любуясь ими.

Он действительно талантлив. И так жаль, что никто не видит насколько.

Вытащив очередной холст, я замерла.

Подняла его и забыла, как дышать. Я смотрела на себя. И даже момент этот помнила. Балкон, я в халатике сижу и составляю букет. Выглядывает обнаженное бедро. Немного видна грудь. Вроде и ничего такого, но… Я такой красивой себе показалась. Волосы мягкой копной лежат на плечах. Большие выразительные глаза. Столько невинности в них и страсти!.. И чем дольше смотрела, тем отчетливее понимала – вовсе я не дурнушка. Не хуже сестры. Совсем не хуже…

– Ты ее нашла, – теплые руки опустились на мои плечи. – Арина, я наблюдаю за тобой уже минуту. Что ты так пристально разглядываешь?

Не оборачиваясь, я сделала шажок назад и прижалась к груди Инчиро.

– Ты видишь меня такой? Красивой? – шепнула я, радуясь, что он, наконец, пришел.

– Да. Это тот самый момент, когда я понял, что влюблен. Окончательно и бесповоротно. Безнадежно. Ты так улыбалась, разглядывая цветы. Подол халата медленно сползал с твоего бедра, обнажая кожу. Так невинно и невыносимо сексуально. Я стоял столбом и смотрел, не в силах отвести взгляда. А когда зашел в комнату, то принялся рисовать. Боялся, что из памяти исчезнут детали, но нет. Этот образ и сейчас стоит перед глазами. Но чем это так вкусно пахнет?

Я улыбнулась. Выходит, все правильно Камила поняла – кто-то очень ждал кулинарного подарка. Инчиро принюхался и зыркнул в сторону коридора. На кухне он, похоже, еще не был.

– Арина? У нас нечто вкусное, а то в ресторан я еще не заходил?

Я продолжала рассматривать картину. Она определенно мне нравилась.

– Может, ее куда-нибудь повесить? – протянула я задумчиво. – В коридор, например…

– Чтобы все пялились на мою жену?! – О голоде кто-то мгновенно забыл. – Ни за что! Она останется здесь!

– Не-а, – покачав головой, цокнула я. – Можно в спальню. И от посторонних глаз подальше, и мне на радость. Я никогда себе даже на фотографиях не нравилась. Ни одной рамке в квартире. А тут такое… Все же ты меня слегка приукрасил…

– Приуменьшил, – пробормотал он и потянулся, чтобы забрать у меня полотно. – Про спальню подумаю. Но не дальше той комнаты.

– Вредный демон, – фыркнув, отдала я ему картину и пошла дальше изучать содержимое его студии. – А меня здесь больше нет?

Инчиро тяжело вздохнул, приставил мой портрет к стеночке и тоскливо покосился в сторону кухни.

– А на ужин что? Арина?

– Картошка, – ответила я, не задумываясь. – А что еще есть завершенное? Почему ты так много картин бросаешь недописанными? Инчиро!

– Да кому они интересны?

Он растерянно развел руками.

– Мне! Тебе! Разве это мало?

Убрав очередную раму, я снова натолкнулась на свое изображение. Смешной набросок, где я сижу в кресле вразвалочку и с важным, даже каким-то диктаторским видом, перебираю документы. Строгая белая блузка, черная юбка. Нога на ногу и мои любимые красные туфли. Такая вся из себя мадам! Куда бы деваться!

– Это шедевр! – Мой веселый смех прокатился по комнате. – Ты должен ее дописать. Вот здесь я себя точно узнаю! И в приемную ее, чтобы все сразу видели, какая я властная и важная. Вот!

– Ну не знаю, – приподнял Инчиро бровь. – Ты мне здесь кажешься невероятно красивой и недоступной.

Он подошел ко мне и мельком взглянул на изображение.

– Это почему?

Я задумчиво всмотрелась в набросок.

– А потому что в эти моменты я стоял в дверном проеме своего кабинета и не сводил с тебя глаз. Все ждал, когда же обратишь внимание. А тебе было все равно – существую я или нет. Моя жестокая Арина. Я стою, влюбленным взглядом ее рассматриваю, а она в бумажках роется.

Уголки его губ дрогнули и приподнялись.

– Хм… Если ты ее не завершишь, я смертельно обижусь, – встала я в позу. – И вообще, такой талант нужно развивать…

– Арина, он не прокормит…

– Надо будет, сама тебя кормить буду, а ты рисуй, – заявила я и, развернувшись, потащила эту картину к той первой.

Кажется, если здесь хорошо порыться – можно и на целую галерею накопать. На выставку!

– Нет. Все же добывать золото буду я, а вот кормить картошкой, которая так пахнет, позволю тебе. Где мой ужин, женщина? Я голоден!

– На кухне, – пожав плечами, указала я на дверь.

– Ясно…

Инчиро внезапно присел, обхватил меня за бедра, и я оказалась перекинутой через его плечо.

– Ты что делаешь? – испуганно взвизгнув, вцепилась я в ткань его рубашки на спине. – Поставь на место!

– Обязательно, – с любовью погладили меня по заду. – Но не здесь, а на кухне. Мужчина хочет твоей стряпни, женщина!

– Ладно, неси, – смилостивилась я, за что получила шлепок. – Ай!

Засмеявшись, Инчиро, наконец, покинул свою мастерскую.

* * *

Оказывается, это так приятно, когда кто-то с большим аппетитом ест то, что ты приготовила. Казалось бы, жареная картошка с яйцами, а столько удовольствия на лице моего демона.

Съев свою порцию, он покосился на разделочный стол.

– Добавки? – уточнила я, хотя и так было понятно – не наелся.

– А есть?

Его глаза натурально загорелись красными огоньками.

Вместо ответа, я поднялась и выложила на его тарелку все, что еще оставалось, включая салат.

Вернулась и поставила перед ним.

На кухне снова повисла тишина. Легкая и расслабляющая.

Я смотрела, как Инчиро стремительно уничтожает картофель, и улыбалась. Наверное, нужно было что-то спросить. Завести беседу. Дома у матери никогда не молчали во время ужина. Все какие-то сплетни мусолили, сестру хвалили, меня чихвостили.

Я вдруг поймала себя на мысли, что никогда не любила сидеть за одним столом с кем-то. Все время убегала со своей тарелкой в комнату, делая вид, что там очень важные дела. А сейчас приятно и нет даже мысли уединиться.

– Ты странно смотришь…

Инчиро оторвался от еды и приподнял бровь.

– Наслаждаюсь моментом. Никто раньше с таким удовольствием не поглощал мою стряпню. Мать вообще говорила, что у меня руки кривые. То недосол, то пересол, то поперчить забыла. Что бы ни делала – все не то и не так.

– Очень вкусно! – Инчиро проткнул вилкой помидор и отправил в рот. Прожевал. – Ноги моей в ресторане больше не будет. Ничего лучше в жизни не ел.

Я усмехнулась. Мало же ему для счастья нужно.

Мой демон продолжал рассматривать меня, будто хотел что-то спросить или сказать.

– Что? – не выдержала я.

– В трактире ночью, когда ты металась в бреду, я слышал обрывки фраз. Разговор с матерью. Ты ругалась с ней. Обвиняла в том, что не нашла своего счастья.

Поджав губы, я уже и пожалела, что рот открыла.

– И много я там чего бормотала?

– Достаточно, чтобы обнять тебя и крепко прижать к себе. А еще постоянно повторять, что я тебя люблю и ты нужна мне.

Я окончательно растерялась.

– Ты ведь не хочешь возвращаться в свой мир, правда? Знаю, это эгоизм, но я боялся, что тоска по семье возьмет верх и ты уйдешь. Сначала погостить, потом на год, а после не вернешься. Наши миры разные и…

– Я не исчезну, Инчиро. А семья… Что бы ни было, а я люблю их, но нет. Даже на день. Да что там… И в гости не поеду. Разве что разок – в квартиру забрать личные вещи. И то можно с тобой.

Он кивнул. Черты его лица смягчились. Кажется, мой демон серьезно опасался, что его покинут.

* * *

Ополаскивая посуду в весьма занимательной раковине, словно вырезанной из странного, все того же голубого камня, я забавлялась тем, что пыталась найти, откуда же вытекает вода. Дело в том, что она просто сочилась через стенки симпатичными струйками, четко попадая на тарелку. И неважно, выше я ее подниму или ниже опущу.

Этакий фонтанчик с навыками снайпера.

Да, понимала, что магия и все дела, но менее занимательным это не становилось. К слову, в моих апартаментах такого аттракциона не было. Там все стандартно.

– Несправедливо, – наконец фыркнула я и нахмурилась. – А почему в моей кухне такого не было?

Инчиро, изучающий некий документ, поднял голову и сдвинул брови, задумался.

– Потому что у тебя комнаты были оборудованы специально для выписанных сотрудников. Предыдущие работники плохо адаптировались к магии. Тяжело им это давалось, поэтому там все как в твоем мире. Для удобства и уюта, – пояснил он. – Посуду можно просто оставлять в раковине. Она очистится сама.

– Это не столь интересно, – пробурчала я и продолжила забаву.

За спиной послышался смешок.

Обернувшись, я прищурилась, но не успела ничего сказать. Пространство наполнил просто зубодробящий звон. Словно кто-то невидимый поднес к твоему уху колокольчик и как дал жару.

– Инчиро, – взвизгнула я, приседая. – Что это?

– Сирена. – Он спокойно поднялся со стула и отбросил бумаги. – Оставайся в комнате. Я выйду и выясню, что и как.

Закивав, я схватилась за столешницу и поднялась. Звук не стихал.

Мой демон, выглянув на улицу, тяжело выдохнул и двинулся в сторону дверей.

Страх нарастал, а вместе с ним и паника. Прошла минута. Может быть, две. И все стихло. С улицы до меня доносился гам голосов. Выглянув, я заметила, что вокруг замка летают переполошенные гаргулы. Они заглядывали в окна, будто что-то ища. На крыльцо вываливал народ. Все задирали головы.

И от этого спокойнее мне не становилось.

Раз они там, то и мне, наверное, нужно хватать все самое ценное, то есть себя, и бежать из замка, сверкая пятками.

И только эта мысль укрепилась в голове, как зазвонил телефон. Подпрыгнув от неожиданности, я понеслась в зал. По дороге свернула не туда, залетела в спальню. Развернулась и уже спокойнее пошла на звон. Успела. Схватив длинную металлическую вычурную трубку, поднесла ее к уху.

– Камила? – спросила, дрожа от волнения.

– Нет, мадам Мирославская, – пропищали каким-то дурным голосом в ответ. – Сообщаем, что проводится эвакуация персонала. Вам необходимо спуститься на первый ярус парковки…

– Может, на крыльцо? – перебила я.

– Нет, – взвизгнули в ответ то ли мужским, то ли писклявым детским голосом. – На парковку. Эвакуация с улицы производиться не будет. Нечего создавать затор. В замке пожар…

– Пожар! – завопила я сиреной.

Все. Больше мне ничего говорить не нужно было.

Бросив трубку, я понеслась к дверям.

Парковка так парковка.

Не принципиально.

Открыв дверь, я выбежала в огромный холл. Здесь было пусто. За окном пролетел гаргул, заглянул внутрь и помчался дальше. Даже остановить его жестом не успела.

Цокнув от досады, я заспешила к лифту, но, протянув руку к клавише вызова, вспомнила, что нельзя им пользоваться во время пожара. И пусть здесь электричества вроде как и нет, но кто его знает, на чем их магия работает. А вдруг и ее перемкнет, и останусь я в кабинке одна. Не-а… Я на такое не подписывалась.

Отступив, я направилась к лестничным пролетам.

Шум внизу нарастал. Были слышны крики. Женские преимущественно. Шипящие. Скорее всего, наги из бухгалтерии расползались. Странно, но это меня слегка успокоило. Я не одна. Там еще народ трясется.

Схватившись за перила, я побежала по ступенькам вниз. Хотела нагнать хоть кого-нибудь, но не срослось. Они ушли в другую сторону от меня.

Благополучно добравшись до первого этажа, я натолкнулась на жуткий сюрприз – высокие арочные двери, ведущие в холл с центральным выходом, оказались заперты.

Паника… Все то, что было до этого момента, представлялось теперь легкой нервозностью. Ударив в дверь, я различила гам голосов. Да в такой суматохе никто меня не услышит.

Но все равно я ударила снова. Ничего.

Покрутившись, я заметила, что за спиной, в конце коридора направо, подсвечена настенными светильниками еще одна дверь. Что же. Хоть какая-то надежда на хорошее.

Побежала к ней. Толкнула. Она легко поддалась.

Небольшое пространство и еще один лестничный пролет, ведущий вниз. Уж точно на парковку. Больше просто некуда.

Счастью моему не было предела. Ура!

Наконец я выбежала в огромное темное помещение с высокими потолками и обнаружила, к своему ужасу, что здесь вообще никого нет. Что за эвакуация странная?! Тихо, как в склепе. И только вдалеке яркий свет. А так потемки. Ну и что было делать? Конечно, я пошла туда.

Внутри все уже тряслось от страха. В голове блуждали мысли, одна дурней другой…

Задохнусь же… И тут меня осенило.

А запаха-то и нет. Совсем!

Разве при пожаре так бывает? Где дым? Вонь гари?

Я остановилась и призадумалась. Конечно, возможно, здесь есть какая-то магическая приблуда, устраняющая все это. Но зачем тогда эвакуация, если огня нет?

Пока соображала, позади послышался знакомый шум. Карета. Ехала она сама по себе. Ни лошади, ни кентавра.

Приподняв бровь, я рассматривала эту странную диковину. Поравнявшись со мной, кто-то невидимый открыл дверь. Не успела я отшатнуться, как что-то пахучее брызнуло в лицо. Мгновение, и перед глазами расплылись черные круги. Я медленно опустилась на пол, так ничего и не сообразив.

Глава 39

В голове гудело. Я слышала крики. Даже вопли. Тьма резко рассеялась, сменившись на полумрак. Дым. Глубоко вдохнув, я закашлялась.

Меня мелко затрясло от дикого ужаса. Я всегда боялась огня. Селилась не выше третьего этажа, и все из-за панического страха перед пожаром.

Найдя в себе силы, я приподнялась на локтях и, мало что соображая, выглянула в окно. Первый и второй этаж правого крыла замка пылали словно факел. Огонь жадно облизывал стены. Вокруг метались гаргулы. Вот почему я ничего не видела. Окна не туда выходили. Сейчас же вся страшная картина предстала взору. Жуть какая!

Я кашляла и постоянно моргала.

– Да, думал, ты сгоришь там, – рявкнул кто-то рядом знакомым голосом. – В здании понатыканы противопожарные гномовские штучки. Ни дыма, ни запаха в первые минуты. Ты бы в аккурат выбежала на огонь. Но боги тебя любят, проклятая человечка. Ты вышла совсем с другой стороны.

Повернув голову, я пыталась рассмотреть во мраке кареты говорившего. Знала ведь голос и очень хорошо, но сообразить ничего не могла. Паника при полуобморочном состоянии не способствовала здравомыслию.

– Любят тебя боги, да не совсем. Успел перехватить. Чисто случайно. Ничего. Добью сам, а может, и хорошо, что так вышло. Выгоду с тебя поимею по полной. Не сдохла, так сама себе виновата.

Не успела я и рта раскрыть, как в лицо снова брызнули чем-то жутко вонючим.

Упав на диванчик, я тяжело задышала, ловя ртом воздух как рыба. В голове каша из мыслей.

– Очень надеюсь, что господин Джакобо сдохнет, побежав тебя спасать. Такая удача будет! Драма, как любила его мамаша. Так вас и похоронят вдвоем на мою радость. А я тебя просто как собачонку вышвырну в твой мир. Скули там по своему Инчиро. Он, кстати, не знает, что именно я был последним тайным любовником его мамаши. Решил подобраться ближе к нему с той стороны, но эта дура взяла и померла… А такие планы были! Я мог бы стать ему папой…

Тесное пространство кареты наполнилось тупым хихиканьем.

Мое сознание уплывало. Но я все еще могла слышать этот мерзкий голос. Ничего, кроме жуткой неприязни, он во мне не вызывал…

Запах дыма усиливался… Перед глазами стоял объятый пламенем замок… Нет… Инчиро не паникер… Его гаргулы проверят окна… Сам он не полезет… Он не я… Не поддается эмоциям…

Это была последняя мысль…

* * *

Толчок. Боль под ребрами. Знакомый шум. Рев моторов автомобилей. Ветер. Звук сигнала. Мужские крики. Все такое привычное. А главное, воздух. Едкий. Родные выхлопные газы.

Снова сигнал автомобиля. Пробка, не иначе.

С трудом разлепив глаза, я уставилась перед собой. Грязный бетонный пол. Холодный до ужаса. Вместо окон, залепленные полиэтиленовой пленкой проемы. Стройка. Да нет. Стены выровнены и окрашены в бледный голубой цвет. Ремонтные работы. Выходит, здесь, скорее всего, пусто.

Я попыталась приподняться и глухо застонала от боли. Тело закоченело и не разгибалось. Холодно. Меня мелко трясло. Волоски на коже стояли дыбом.

– О, очнулась? – присел кто-то рядом.

Начищенные лакированные туфли с острыми носами, белые узенькие штанишки…

– Лафилье, – выдохнула я. – Ну кто же еще?

– Господин Лафилье! – высокомерно заявил он. – А ты думала, я так просто позволю тебе разрушить все то, что создавал столько лет? Два выгодных проекта. Они бы озолотили меня. Да, я купался бы в прибыли… Но нет. Этот рогатый дурак решил влюбиться. И в кого? Человечка! Ни кожи ни рожи.

– Ты себя, ушастый, давно в зеркало видел? – проворчала я, пытаясь размять ноги. – Вот уж действительно, кто урод.

За свою несдержанность я получила очередной удар в спину. Но это, как ни странно, меня взбодрило, а вернее, разозлило и прибавило сил.

– Ты, крысеныш, видимо, на подсосе у корпорации, да? Крошки собираешь со стола босса. Зад ему нализываешь и красивые отчеты подсовываешь. Думаешь, их не читают? Ошибаешься, я там красиво все почеркала. Так что умойся. Ни завода тебе, ни ипподрома.

– Тварь!

Еще один удар.

Зашипев, я выдохнула сквозь зубы.

– Много о себе мнишь, Ариночка. Лучше будь со мной поласковей, а то и здесь не оставлю тебя в живых. А так поползаешь еще немного на четвереньках передо мной. У меня большие планы на твой вонючий мирок. Золота здесь раздобыть легко. Осталось отжать у Джакобо эту часть здания. И будет у меня все, как у него.

Оставив меня в покое, он прошелся по пустому холлу. Покрутился, как полоумный. На его лице расплылась такая счастливая улыбка, что стало понятно – точно дурак.

– Здесь все как в его замке. Точка перехода междумирья. Нет… Не такое же! Лучше! Много лучше. Двенадцать этажей, парковка в несколько ярусов. И не кареты с этими вонючими недолюдьми с копытами. А машины. Красивые. Из металла. А какая у них скорость. О, да! Я много читал про этот мир. Буду здесь королем! Набью золотом карманы. Женщины! Свой ресторан! Поклонение. Они упадут к моим ногам…

– Рестораны или женщины? – зачем-то уточнила я.

Просто его слова казались мне потоком бреда.

Он закрыл рот и взглянул на меня.

– А карманы от золота не порвутся? Нет? А вообще, не хранят у нас золото в одежде. Для этого банки есть. И еще налоговая. Да. Эти везде прибыль учуют и за данью придут. Да и таких мамкиных нагибаторов у нас каждый третий. Беги-ка ты, ушастый, пока не поздно, в свой милый уютный мирок, пока тебя здесь не сожрали акулы пострашнее Инчиро.

– Ты!.. – выдохнул он со свистом. – Я все знаю об этом мире. Все! Здесь разбогатеть легче простого. Достаточно купить акции…

– Херакции, – засмеялась я. – Интернетное ты ушастое лапушье. Пока не поздно, лучше верни меня туда, где взял, и исчезни по-тихому. Может, тогда уши тебе твои и не оторвут.

Его лицо исказила злобная гримаса. Даже показалось, что уши оттопырились и еще сильнее заострились. Но меня было уже не остановить. Так пробивало на смех, что приходилось губы выпячивать трубочкой, чтобы сдержаться.

Вот лопух!

Это же надо. Провели дурачью интернет, и все. Готов будущий миллиардер. Всего-то акции купить и делов-то! А мы тут корячимся всем миром зачем-то. На работу ходим, а порой и не на одну. Здоровье гробим, копейки считаем. А оказывается… Акции скупать нужно было!

Эх… Где же ты, милок, был, когда я кредиты за сестру гасила?!

Ульянка вспомнилась. Я прищурилась. Не к добру это. Совсем не к добру!

– Что ты лыбишься, человечка? – Лафилье устал глазеть на мою довольную физиономию. – Решила, что раз я не из твоего мира, так ничего не пойму? Я часами переписывался с нужными людьми. Выяснял, что такое криптовалюта, как ее покупать. Какие инвестиции выгоднее. Четыреста! – Его глаза загорелись, как у полоумного. – Четыреста процентов прибыли за квартал! Нужно только сделать правильные инвестиции…

– Во что? – не удержалась я. – В крипту, наверное? А в какую?

Он моргнул. Что-то там завертелось в его голове, закрутилось.

– Да так я тебе и сказал, в какую! – нашелся, наконец, ушастый. – Думаешь, возьму и приведу тебя туда? Решила на моем горбу в мир больших денег пролезть? Не выйдет! Там нужно выложить хорошую сумму, а у тебя ничего нет. Ты… Ты нищенка!

Он выплюнул это смешное слово так, словно оно должно было стрелой вонзиться в мое сердце и убить на месте.

Цокнув, я склонила голову набок.

Кажись, наш хитровыделанный эльф угодил в пирамиду и свистит теперь, аки соловей, о своем великом счастье.

Я вздохнула, даже жалко его стало немного. Зло он, конечно, но какое-то несчастное. Непутевое, что ли.

– Может, мне тебя в первую очередь женить? – вырвалось у меня. – А вот за то, что замок поджег, жену выбрать соответствующую. Как моя Ульянка. Чтобы с тоской вспоминал и Инчиро, и корпорацию.

– Что? – Он явно не ожидал ничего подобного. – Да чтобы я и человечка, как ты. Фу-у-у…

– Ну, такая, как я, тебе, милейшая эльфийская рожа, не грозит, а вот…

Да что же мне все сестра в голову лезет.

Заговорена я на нее, что ли?

И вот эта последняя мысль мне очень не понравилась. Может, мамочка и здесь поднагадила? Она же Уличку боготворила. Все переживала, что я замуж, не дай бог, выйду, и некому будет ее косяки подчищать.

Я поморщилась, зевнула. В животе заурчало. И теплее мне не становилось.

Поежился и Лафилье.

– Лучше бы ты прогнозы гидрометцентра изучал, – съехидничала я, растирая озябшие икры. – У нас – это не у вас. Здесь в это время года еще холодно, особенно ночами. Ты же продумал где остановишься?

– Конечно! – Он высокомерно задрал нос. – В отеле.

– Ага. – Я кивнула. – А паспорт ты где раздобыл?

– Купил, – фыркнул лопоухий и вытащил из кармана знакомый документ.

Раскрыл и сунул мне в нос.

Нет, ну, здесь уже выпячивай губы трубочкой или нет, а хохот не удержать.

– Да что же с тобой делать, Лафилье? Тебя же сейчас ненавидеть нереально. Только жалеть! У тебя ума не хватило открыть любую картинку в интернете с паспортами и сравнить? Халтура. В первом же отеле мгновенно под ручки к доблестным полицейским отправят. Ты в курсе, что за подделку паспорта – уголовная ответственность и статья?

– Не ври, – прорычал он. – Я проверял – все так же. Да и в фильмах про это показывали.

– Ага-ага, а еще в фильмах вы эльфы живете вечно. Стреляете из лука и охмуряете великих королей. А на деле – дрищ с острыми ушами и без мозгов.

– Ты!.. – прошипел он.

В этот момент порывом ветра отогнуло полиэтилен на окне, и в пустое просторное помещение ворвался холодный поток воздуха. Он пронесся по полу, разгоняя мелкий мусор, и исчез где-то на лестничных проемах.

– Так, Лафилье. У меня вопрос. А в отель ты со мной поедешь? Если да, то я согласна. Тебя арестуют, и я заявлю о похищении. Мою личность проверят и отпустят. А тебе дополнительную статью пришьют. Потом пробьют по базам. Поймут, что ты вообще никто из ниоткуда, и все висяки за все года на тебе будут. Сядешь лет на… дцать. А в тюрьме чего только нет. И бесплатное питание, и медицина. И книг, говорят, много. А вот с интернетом беда. Не купить тебе тогда твои акции криптовалютные… Ай-ай…

Высказалась и улыбнулась. Допустим, мне невыгодно было, чтобы повязали ушастого местные. Я Инчиро ждала и была уверена, что он быстро просечет, где я могу быть, и проверит. И, конечно, первое место, куда он заявится – квартира, адрес которой я указала в договоре.

Эльфеныш-гаденыш завис, призадумался, в жиденькие волосенки пятерню запустил и почесал макушку бестолковой головы.

Даже за себя стыдно стало. Это же надо было вот этому в руки угодить. Нет, все моя паническая боязнь пожаров. Нужно будет с этим что-то делать. Но пока разберемся с бедовым а-ля злодеем.

– Лафилье, ты вообще как в своем-то мире сумел такую должность занять? Хотя наши разводилы, видимо, до вас еще массово не добрались. Выдергивают единичных лопушков без всяких пропусков с золотишком в карманах. Выжимают по полной. И путь-дорога вам после этого прямиком в дурку. Потому как вопль: «Я потомственный эльф, помощник демона в огромной корпорации, но меня ограбили инфоразводилы и похитили все мое золото», до добра не доведет. А до нехорошего диагноза вполне.

Нахмурился. Губы поджал. Взглянул на свой паспорт внимательнее. Видимо, сомнения грызли.

– Может, ко мне поедем? – предложила я. – В квартиру. Там и интернет. И возможность заказать еду.

– А паспорт? – прищурился он. – У тебя есть там паспорт?

– Конечно нет. Он остался в комнате в замке…

– А у кого-нибудь ты можешь его достать? Но без шуток.

Он вынул из кармана нож. Как бы пошло и глупо это ни выглядело, но сердце мое дрогнуло. Такой слизняк ведь и прирежет.

– В интернете могу найти статью о том, как отличить фальшивку от оригинала, – сообразила я. – Но у нас нет машины…

– Есть. Пока ты в койке босса кувыркалась, я учился ею управлять!

– Ты… – Вот теперь шипела я. – Надеюсь, ты ее не поцарапал? И где она?

– Да под карету замаскировал, только без коней, и выехал сюда. У тебя же, как у жены Инчиро Джакобо, теперь свободный проход через портал. У тебя и нескольких сопровождающих.

– Ну, ты и… контрацептив штопаный, – проворчала я, с трудом поднимаясь. Перед глазами все еще расплывались темные круги. – Поехали ко мне домой. Аренда у меня на год. Оплатила я наперед. Ключи запасные в бардачке были…

Глава 40

Спускаясь по пустой лестнице здания, я невольно вслушивалась в тишину. Слышны были лишь шаги идущего за спиной Лафилье.

Боялась ли я его? Скорее опасалась. Нож – это, конечно, не игрушка, но и не огнестрел.

Убежать бы, но меня так шатало из стороны в сторону, что скорее – уползать впору. Сил не хватит. Перед глазами туман. От холода трясло. А еще за руль садиться…

– Ландрю, а ты случаем, права водительские купить не умудрился? – поинтересовалась я с тихой надеждой.

Уже дошла до той грани, что готова была его на водительское сиденье посадить.

– Что купить?

По интонации я поняла – он даже не в курсе, что так просто на машине у нас рассекать нельзя.

– Документ, позволяющий тебе назвать себя водителем и сесть за руль, – объяснила я, тяжело вздыхая.

Молчание. Соображал поди, что к чему. Ирод. Нет, ну, кто так людей похищает? Дилетант! Вот бы меня сейчас на мягкое заднее сиденье. Теплым одеялом прикрыть. Можно сочным яблочком рот мне заткнуть, чтобы похрустела, пока везли. Мечты!

Оступившись, я слегка присела, чуть не навернувшись вниз головой.

– Ты чем мне в лицо брызгал, нелюдь ушастый? – огрызнулась я, смекая, откуда у моего головокружительного состояния ноги растут.

– Наговский яд, – пробурчал он. – Взял с собой, чтобы охранника у портала вырубить, если тот поймет, что мой пропуск поддельный.

Я снова протяжно выдохнула.

– Все у тебя, Лафилье, липовое. И паспорт, и пропуск, и будущее. Это же надо добровольно в нашу клоаку податься и еще радоваться этому. Здесь, Ландрю, без бумажки, ты букашка. Запомни это некрасивое, но правдивое выражение. Вызубри и запиши, желательно на лбу. Здесь на все нужно разрешение. Все подтверждать документом. И еще – теперь ты никто. Ни паспорта, ни диплома, ни стажа. И, насколько я понимаю, назад тебе, горемычный, никак. Ну, и дурак же ты!

Выдохнув, я прижалась плечом к стене. Картинка перед глазами плыла. Лестницы троились.

– Заборная штука!.. – шепнула я. – Надо бы с нагами дружить. А то, как куснут ненароком.

– Я куплю акции. Сделаю выгодные инвестиции, – прошипели над самым моим ухом.

Лафилье мое состояние особенно не заботило. Впрочем, это и не удивляло. Самовлюбленный ушастый болван!

Я, как могла, крепкими словами мысленно проходилась по этому эльфенышу. Гнида редкостная.

– Ты меня сейчас не слушал? Да, Лафилье? Я же тебе сказала: без бумажки ты здесь никто. Ты не то, чтобы акции, в соседний регион не уедешь. Билет не продадут. Как сделку заключать собрался? Личность свою при покупке подтверждать? Без паспортных данных договор заключать? Тебя же, убогого, даже не облапошат без документа.

– Врешь! – рыкнул он и подтолкнул вперед. – Все врешь. С золотом я везде король!

Он полез в сильно оттопыренный карман пиджака и вытащил слиток размером чуть меньше его ладони. Желтый. Какие-то символы нанесены сверху. Их я разобрать не сумела, потому как ошалела от такого способа переносить драгметаллы. Дикость, не иначе.

– Килограмм золота высшей пробы! – похвастал ушастый. – И если бы ты не сунула свой нос в дела с деревообрабатывающим заводом, то я получил бы от их прямых конкурентов еще два таких. Ты так и не поняла, дура, зачем мне нужно было разорить берендеев. Заказ на них был. А так у меня только три килограмма. Но и это много. На все хватит.

– Угу, – усмехнулась я и пошла дальше.

Кандидат в смертнички. За такое в первой же подворотне порешат. Голову и за меньшее отрывают. А тут аж кило.

Сил на препирания не осталось. Сам все поймет. Если успеет.

Машина действительно оказалась у входа. Грязная. В разводах. На стеклах полукруг от дворников, а остальное просто черно.

– Лафилье, ты где на ней рассекал?

Я в ужасе обошла свое авто.

Даже с дачи в дождь я возвращалась много чище.

– Ну, и свинота же ты, эльф!

– Хватит меня оскорблять! – взвизгнул он. – По городу катался. Ну и…

Он не договорил, да мне и не нужно было. Двери оказались открыты. Ключи в зажигании. Все же как отличаются наши миры. Привык, что все время замок под присмотром гаргулов. Все охраняется. Никто ничего не сопрет и не угонит.

Ой, научит его порядку здешняя действительность.

Гад все-таки он. Уже и не отомстишь. Сам себя наказал по полной.

Сев за руль, я завела двигатель.

– Я сам могу управлять, – нарисовался рядом ушастый с важным видом.

– Не можешь, потому что не знаешь адреса. Это раз. Не имеешь прав. Это два. Никогда не двигался в потоке автомобилей. Это три. Не знаешь правил дорожного движения и знаков. Это четыре… Мне продолжать?

Я снисходительно взглянула на него.

Губки недовольно выпятил. Видимо, совсем все не так ему представлялось. Да, человечки слабенькие. Но реальность их жесткая и суровая.

– Добро пожаловать в мой мир, Лафилье. Здесь не живут, а выживают. Как много страшных слов ждет тебя впереди. У-у-у!.. – провыла я и кивнула ему на пассажирское сиденье.

Ножичек из его рук исчез. И похоже, кто-то совсем забыл, что похитил меня. Даже обидно стало. А я-то на спасение рассчитывала. Героическое. Эх… Все не как у людей.

А тем временем задора в глазах эльфеныша поубавилось. Появился легкий страх и неуверенность. А когда мы выехали на оживленную дорогу, так и вовсе голову в плечи втянул. Испугался, заморыш.

– Нравится? – съехидничала я, останавливаясь специально возле здорового и пахучего мусоровоза.

Глаза Лафилье все увеличивались и увеличивались.

– А сходи, скажи мужику, который за рулем сидит, что он болван и просто инвестировать нужно. В акции! – пробрало меня на смех. – Повесели народ.

Нижняя челюсть ушастого задрожала.

– Но там все по-другому было. Мне рассказывали много. Просто нужно выйти на моих друзей, и они заберут меня отсюда. Это… Это какое-то неправильное место.

– Не хамил бы ты. Крупный промышленный город. К твоему сведению, с хорошими зарплатами и благоприятной криминальной обстановкой. А плохо ты еще не видел. Но ничего, выйдешь на своих инфодрузей, и они тебе покажут.

Оскалившись, я не переставала над ним издеваться. Действие распыленного наговского яда уменьшалось, и во мне просыпалась стерва, каких еще этот мир не видывал.

Ничего, будет у этого лопоухого незабываемая экскурсия. Специально по самым красивым местам города прокачу, начиная с заброшенной промзоны.

– Как я и говорила, Лафилье, добро пожаловать в мой мир! Пусть земля тебе будет… Хотя это потом. А пока наслаждайся поездкой.

* * *

Что ж, поездка выдалась на славу. Лафилье был под сильным впечатлением. Особенно его поразил местный рынок. Это тебе не изысканная кофейня с булочками напротив замка. Там все было пропитано духом чебуреков и пирожков. Жирных, с некой загадочной горчинкой, которую им придавало никогда не меняемое масло.

Я честно предлагала эльфу угоститься, но он лишь качал головой, крепко вцепившись в ручку двери машины. Наверное, боялся, что его жертва возьмет, да и выпнет своего похитителя на растерзание судьбе. Ну или пирожков…

Но как я могла? Это же негостеприимно! Да и жаль дрища.

Сдохнет же, вкусив местных деликатесов. А мне потом отвечай за истребление редкой расы ушастых. Я же не знаю, может, у них в том мире эльфы занесены в Красную книгу и охраняются законом. Просто иных причин, почему этот тупень занимал такую почетную должность, как помощник владельца корпорации, я не знала.

Да был бы злодеем злодейским – куда ни шло. А так – лопух иномирный.

Конечно, были в моей голове выражения и покрепче, но я сдерживалась. Ему и так несладко теперь в этой жизни. Побежал за лучшим будущим и вот так сел в лужу. Прямо задом в самое глубокое место.

Хотя гордость брала за наших разводил!

В итоге, когда я притормозила у подъезда родной пятиэтажки, в голове навязчиво крутился вопрос: а кто кого похитил? Потому как взгляд у Лафилье был такой несчастный!..

В общем, загрустил злодей.

– Кило золота мне на лапу, и я разрешу тебе пожить у себя месяц. А нет, выбегаю из машины и ору: «Помогите, насилуют!..»

Моя милая улыбка превратилась в оскал.

– Ну, ты и стерва, – пролепетал он и полез в карман.

Дрожащей рукой вытащил слиток золота и протянул мне.

– Лафилье, ну ты совсем? – Я снисходительно приподняла бровь. – А я что с ним делать буду? Ну, разве что в тюрьму присяду за мошенничество и черт знает что еще. Какие статьи пришьют…

– А-а-а…

Уши эльфа сникли и загнулись.

Сейчас он напоминал щенка овчарки.

– К слитку, мой неуважаемый иномирный друг, должен, нет, просто обязан, прилагаться сертификат. Именно в нем и будет информация, подтверждающая его происхождение. Там же номер слитка, ну, само собой, уникальный. Проба, масса… У тебя такой есть?

Лафилье покачал головой, тряся ушами.

– И не будет, – припечатала я его. – А значит, никаких законных сделок с золотом. И все потому, что паспорт у тебя, Лафилье, липовый. Никакие кассовые документы ты оформить не сможешь. В общем, спрячешь золотишко под подушку и никому не скажешь. А то тебе за него господа бандиты голову откусят. Отнимут и через черные рынки прогонят.

– А если я сам через рынки? – в его голосе прорезалась умирающая надежда на что-то светлое и хорошее.

– А кому ты там нужен, Лафилье? Кто к своей кормушке подпустит какого-то ушастого чужака, за спиной которого никого сильного и власть имеющего нет. Это там за тобой Инчиро стоял и почему-то тебя терпел. Хотя да, слизняк ты знатный. Чуешь подранков и хорошо задом во все стороны крутишь. Думаю, Инчиро это понимал и использовал. Ну, хотя бы, потому что его корпорация убытки не терпела, а показывала только прирост капитала. Но здесь, эльф, и без тебя хитрожопых хватает. Не туда ты сунулся. Совсем не туда.

Он так трогательно моргнул, что сердце защемило. С детства щенка хотела. А тут такой экземпляр.

– Гад ты, – выдохнула я, сокрушаясь. – Меня никогда никто не спасал. Я же рассчитывала, что Инчиро тебе морду-то начистит. Я вся такая в слезах, челка назад, бегу в его объятия. Дальше все по классике – поцелуи, признания, вынос твоего бездыханного тела… А теперь что? Ну, как я тебя, задохлика облапошенного, моими, пусть будет, соплеменниками ему на растерзание отдам? Всю жизнь мне испоганил! Романтику убил. А такой шанс был. Внукам бы рассказывала, как их дедушка меня из лап злодея вытащил. Ирод ты, Лафилье. Ладно, пойдем посмотрим, что с моей квартиркой. Вылезай из машины.

На мгновение показалось, что он сейчас, сокрушаясь, начнет извиняться и биться лбом о бардачок. Но ушастый втянул голову в плечи и шустренько открыл дверь. Вытащил свою тушку наружу и тут же запрыгнул обратно в салон.

– Там кто-то есть под лавкой!..

Его голосок скатывался к истеричным ноткам.

– Бомж? – Я пожала плечами и выглянула. – А нет. Сосед с первого этажа. Его просто периодически выгоняют из дома, и он там спит. Под лавкой. Утром протрезвеет и поползет к жене. Та остынет и впустит. Вылезай, говорю. Есть хочу, да и все тело ломит после твоего яда.

– Он нага, – пробурчал эльф в ответ.

– Поговори мне еще!.. – прикрикнула на него. – Ничего у тебя своего нет. Все уворованное. Даже яд и тот нагов.

Нет, конечно, я издевалась. Но у Лафилье губки задрожали. Явно он не так мой мир представлял. Разбились его розовые очки за одну поездку. Еще бы.

Закрыв машину, я бодрым шагом пошла в подъезд. Следом семенил заморыш. Пугливо озирался.

Во я его застращала!

– А чего ты боишься, у тебя же нож, – поддела я его.

– А у ваших бандитов что? – пропищал он, всматриваясь в полумрак подъезда.

– Скажем так, они очень поржут, увидев твое грозное оружие.

– Ты поэтому не испугалась, да?

– Ага, – закивала я. – Если бы не яд и не головная боль – прямо там попинала. Но тебе видишь как повезло.

Сглотнув, убогий посеменил следом.

А меня зло брало. Вот какими глазами я на Инчиро смотреть буду, когда он придет? Стыдно за такое похищение. Еще доказывай, что не сама ушла. Извиняйся, что спасение не состоялось. Восстанавливай порушенную демонскую гордость. Все через одно место.

Подойдя к двери, я вытащила ключи, которые, на мое счастье, в свое время были оставлены в бардачке. Беспечность оказалась удачей. Провернула их в замке и потянула дверь на себя.

– Не двигаться! – проорал кто-то мне в лицо Ульянкиным голосом.

Сестра стояла в коридоре, держа скалку как биту.

– Арина! – взвизгнула она. – Ты вернулась! Какое счастье!

Ее челюсть задрожала. Моя бровь вопросительно приподнялась.

– Сначала дай поесть, – выдохнула я, задом чувствуя, что меня ждут новые потрясения.

– И мне, – высунулся из-за моей спины Лафилье.

Сестра закивала как болванчик и опустила скалку. Я же внимательнее осмотрелась. На вешалке исчезли мои вещи, зато висели ее. И обувь чужая. Хотя вот тапочки мои… Причем любимые. Мелочовка на тумбе. И общий бардак.

– Ульянка, я же забрала у вас ключи. Это как понимать? – рявкнула я на всю квартиру.

Она испуганно втянула голову в плечи, что было с ней впервые. Исчезли гонор и высокомерие.

– А ну, отвечай! – дожимала я.

– А может, сначала борща? – пропищала она, покусывая губы. – Я как раз учусь его готовить. Вроде неплохо выходит.

– Ты и борщ? – У меня аж глаз дернулся. – Слышишь, Лафилье, а ты часом миры не попутал? Может, это какой-то параллельный, а не мой?

– Нет, – затряс он ушами, мотая головой. – Все верно.

– Ага. – Я снова взглянула на Ульянку. Она рассматривала эльфеныша и, кажется, смутно начинала догадываться, что с ним все очень не так. – Может, тогда тебе чем-то тяжелым по голове прилетело? Ты никогда не готовила.

– Ну, да… – Она сделала шаг вперед, изучая уши своего гостя. – Но есть-то хочется. Неделю посидела на доставке. Заработала гастрит, и деньги закончились. Теперь вот постигаю тайны высокой кухни и, знаешь, мне нравится. Думаю, и чего на повара не училась?! А что с его внешностью?

Она подошла еще ближе, явно исследуя одежку лопоухого.

– Арина, а ты что снова на фирму по устройству праздников работаешь? Вроде писала, что в корпорацию крупную приняли. Ничего себе такой у него грим и накладные уши. Как настоящие!

– Вообще-то, я эльф. Чистокровный, – уязвленно брякнул Лафилье.

– Ага-ага… – Она закивала. – Тогда я принцесса фей!

– Человечка, да какая из тебя фея? – фыркнул этот убогий.

Ульянка прищурилась и снова подняла биту.

– Тихо, сестра, он реально эльф, причем с весьма поганым характером. Туповат, но агрессивен. Видишь, украл меня, бедолага… – Я засмеялась и, разувшись, влезла в любимые тапочки. – Давай свой борщ. Попробую хоть раз твоей стряпни. Ты так и не сказала, что с тобой случилось и почему мамочка не сбивает ноженьки, чтобы тебя прокормить? И откуда у тебя ключи от квартиры?

– Что значит настоящий?

Она как будто меня не слышала.

– Ульяна! То и значит. Я пришла домой, а его оккупировали наглые особы. Задабривай, пока я тобой не закусила.

Ее проняло. Вздрогнув, она осторожно отошла от Лафилье и направилась на кухню. Я за ней. Последний испуганным кроликом семенил эльф. Увидев обеденный стол, он запрыгнул за него и примерно сложил лапки. Типа, не он здесь злодей. Бросив на него презрительный взгляд, я заняла второй свободный стул. Осмотрелась. И вроде все знакомое, родное, но словно чужое. Прожитое и забытое. Моя любимая тарелка с золотой каемочкой. Бокал с котенком. Набор для специй, за которым я так тщательно ухаживала. Ценила.

А теперь никаких эмоций вообще.

Чужое.

– Ты насовсем? – Взяв половник, Ульянка обернулась ко мне. – Не уедешь же больше, правда? Мы письмо получили от тебя. Ну, то из корпорации. В нем, что ты больше в наш город не приедешь и вообще знать нас больше не хочешь.

– У-у-у? – удивленно кивнула я.

Немного подумав, я решила, что это дело рук Инчиро, чтобы родные не искали. Ой, подлец, любимый, конечно, но все же.

– Я рада, что ты вернулась, Арина. Ты же меня не выгонишь? Я обещаю, проблем не будет. Никаких мужиков!.. – Она, смутившись, покосилась на Лафилье. – Работу ищу нормальную. Чтобы платили стабильно и не копейки. Мою карту заблокировали. Все, что там было, в счет погашения кредита ушло…

– С мамой и бабушкой что? – оборвала я ее рассказ.

Признаться, я не узнавала сестру родную. Где все? Спесь? Самовлюбленность? Важность?

Это что за побитая жизнью собачонка здесь стоит и борщ мне наливает?

– Нормально все с ними. Живут.

– И? Мне что клещами все из тебя тянуть? – теряла я терпение.

Словно пытаясь задобрить, сестра поставила передо мной тарелку и положила кусочек хлеба.

– Сначала нормально все было. А потом появились коллекторы. Припугнули маму. Она начала орать на меня, ну, так, как на тебя всегда. Требовать, чтобы я зарабатывать начала. Выяснилось, что не только у меня долги, но и у нее. Потом какие-то бомжи забрались на нашу дачу и спалили ее. Бабушка стала кричать, чтобы мы восстановили дом. Она орала на маму, мама на меня… Я продолжала работать фитнес-тренером, пока туда не заявилась жена, ну, того… Ты помнишь, мы здесь… Вот оказалось у него трое детей и… Эта мегера оттаскала меня за волосы прямо в зале при всех. Обозвала так, что уволили. Подрываю репутацию заведению, по их словам. Мать узнала, что я без работы, – выставила за дверь. Я попыталась снять квартиру, но основную карту заблокировали. И тогда я вспомнила про твое жилье. Вызвала спасателей. Сказала, что ключи остались в комоде. Назвала твое имя. Старшая по дому подтвердила, что видела меня, мол, сестра ее снимает. В общем, уломала мужиков. Они через балкон вошли, достали из тумбы ключи и открыли. Ты всегда их в одно и то же место пихала. Потом хозяйка позвонила, я сказала, что ты по работе уехала, а квартиру терять не хотела. Оставила меня за ней присмотреть. Ну она поругалась сначала, потом приехала, посмотрела все. У меня аккуратно было. Разрешила жить. Теперь ищу работу. Мать достает. Требует денег, чтобы ее долги гасила. Бабушка со своей дачей покоя не дает. Ну с каких шишей я ей новый дом отстрою. Все твердит, что картошки зимой не будет – все вымрем с голоду, как мамонты. Арина, я тебя очень прошу, не бросай меня. Знаю, какой я была, но теперь я в твоей шкуре, и мне в ней не нравится. Очень!..

Хм… Однако. Как здесь быстро все изменилось. С одной стороны, вот он шанс отыграться на сестре за все года мучений. С другой, лежачих не бьют. Да и, как выяснилось, маменька и ее не пощадила в угоду своего комфорта. Нет Арины – паши Ульяна.

– А мне борща можно? – подал голос Лафилье. – И нужно было деньги инвестировать…

– Так я и инвестировала… – В ее голосе прорезались злость и раздражение. – Вот результат! Вляпалась по самое не хочу с этими инвестициями. А так красиво пели. Четыреста процентов дохода. Никаких рисков. Вы ничего не теряете, зато столько приобретете. Геморрой лишь приобрела! На все четыреста процентов!

Перед умником с легким ударом о стол поставили тарелку и вручили ложку.

Эльф странно моргнул, и его уши окончательно обвисли. Совсем как у спаниеля.

Глава 41

Ну, что сказать? Ульянка явно прогрессировала. Вот до чего людей проблемы в жизни из-за отсутствия мозгов доводят – они борщи начинают варить вкусные. Доедая свою порцию, я поглядывала на ушастого. Тот активно махал ложкой, как веслом, и прерывался, лишь чтобы хлебушка откусить.

Ульянка стояла у разделочного стола и все разглядывала его. Щурилась. Видимо, еще не решив, верить своим глазам или нет.

– Да настоящий он, – не выдержала я. – Эльф. Но не такой, как в фильмах показывают, а так. Мелкая пакость в дрищовой обертке.

Лафилье от поедания борща оторвался и зыркнул на меня.

– Я хотя бы при золоте, – деловито достал он слиток, – а ты…

– А я при муже, который меня точно найдет. А тебе после уши оторвет!

– Да отстань ты от моих ушей, человечка! – Он бросил слиток на стол. – Что ты к ним пристала? Я красив для своей расы. У меня отбоя в женщинах не было.

– О! – Уля подошла к нам и сцапала золотишко. – Красиво, но палевно, – тут же выдала она. – А документы к нему есть? Я как-то прикупить хотела через приложение. Не столько, конечно. Меньше намного. Но не рискнула.

– Нет никаких документов, – пробурчал Лафилье и сник.

– Плохо. – Она покрутила маленький кирпичик в руках. – Арина, а что с ним делать?

Я пожала плечами в ответ и отложила ложку. Возможно, и существовал какой-нибудь способ легализовать его, но я о нем не знала.

В дверь постучали. Громко, даже как-то зло.

Встрепенувшись, Лафилье схватил… нет, не золото, а кусок хлеба. Ишь, быстро поумнел и понял, что в его ситуации теперь важнее.

– Сухарики! – съязвила я. – Сухарики бегом суши. За тобой, кажись, пришли.

– Да нет, соседка молодой щавель обещала. Она меня подкармливает. Бабушка сверху. Добрая такая…

Улька отдала слиток ушастому и отправилась открывать.

Хмыкнув, я покачала головой. Меня местные бабушки никогда ничем не угощали. Положа руку на сердце, сестра всегда умела расположить к себе людей. Была в ней некая природная хитрость. Эта способность нравиться сразу всем. Может, потому мать так долбила именно меня? Улька просто умела сглаживать углы и ускользать от ее взора. Вешать на окружающих свои проблемы и оставаться лапушкой.

И только когда меня не стало в их жизни, она попала под раздачу.

Квартиру сотряс визг сестрицы. Пулей залетев на кухню, она схватила скалку и встала в стойку.

Лафилье, сграбастав золото, сунул его в карман и полез под стол, не забыв тарелку. Доесть свой борщ он предпочел там.

И только я сидела как сидела, открыв рот и выглядывая в коридор.

Первым на пороге кухни возник Инчиро.

Большой. Злой. Рогатый.

Глаза как факелы – пылают натуральным пламенем.

За его спиной обозначился не менее грозный Орхан.

Зеленый. Широкий, как шкаф. И клыкастый.

А вот за ним… Я приподняла бровь.

– Вот, милый, – верещал Гарри, – видишь, этот мерзавец Лафилье ее похитил. Он всегда был слизняком. Меня использовал, а теперь и за нашу девочку взялся. Нож! У него нож! И он им ей угрожал. Вытягивай его из-под стола, сынок.

Моргнув, я сообразила, что речь гаргула уж больно знакомая. Того и жди – арии выть начнет.

– Мадам Джакобо?! – выдохнула я, удивленно таращась на Гарри. – А вы там как? Насовсем или во временную аренду мужика взяли?

* * *

Полчаса назад

Парковка замка корпорации «ДемонсДипс»

– Что значит пропала?! – огромное помещение сотрясал громкий ор демона. – Она должна была оставаться в комнате! Ищите!

– Господин Джакобо, успокойтесь. Пламя отсекли сразу. Двери закрылись автоматически. Противодымные артефакты сработали – даже запаха не было. Она жива. – Орхан старался говорить как можно спокойнее, хотя сам был крайне взволнован. – Арина вышла, или ее выманили…

– Найди ее немедленно, орк, – процедил Инчиро. – Кому нужна моя женщина?

– Гарри Гримеру? – осторожно ответил Орхан. – Его уже ведут сюда. Из своих источников я знаю, что новая должность в корпорации наших прямых конкурентов ему не досталась, а здесь работу он потерял. Возможно, это месть.

На парковке стало тихо. Инчиро тяжело вздохнул и сделал несколько шагов вперед, остановился и обернулся к орку. Все, кто находился рядом, старательно буравили взглядами пол. Они еще никогда не видели, чтобы их босс так выходил из себя. Сейчас он как никогда походил на своих предков – истинных демонов из низшего мира. Рога его увеличились и заострились. В черных очах горело искрящееся пламя. Кожа слегка покраснела.

Послышались громкие шаги. Со стороны лифта гаргулы вели под руки Гарри. Он откровенно ничего не понимал, стремительно бледнея.

– Ты? – процедил Инчиро, глядя на него в упор.

– Не знаю, что произошло, но я не при делах, – выдохнул гаргул.

– Арина? Где она? – Верхние клыки демона резко увеличились и теперь находили на нижнюю губу. – Где моя жена?

Гаргул замотал головой.

– Видел последний раз в ресторане. Я бы ее не тронул. Никогда. Мне это невыгодно. Она бы могла помочь мне вернуться. Мы не расстались врагами.

Инчиро тихо зарычал.

– Где моя жена?!

От громкого вопля разлетелось по всем углам раскатистое эхо.

– Тихо, сынок, не время для паники, – вдруг пропищал переменившийся в лице Гарри. – Я тебе сколько раз говорила, Инчиро: главное, держать эмоции в кулаке. Мужчина не должен истерить. Арина наша у Лафилье! Срочно! Просто немедленно в ее мир, спасать из его лап нашу девочку!

Все разом отошли от Гарри, как от прокаженного. Даже гаргулы и те шарахнулись. Демон же замер на несколько секунд изваянием. Затем склонил голову. Мускулы на его щеке дернулись, приподнимая уголок рта.

– Мама?! – Он, казалось, сам не верил в то, что произнес. – Это ты?

– Боги, Инчиро! Ну, конечно же, я… Или тебе исполнить арию?

– Не надо! – рявкнул он испуганно. – Арии потом. Где Арина? И как?

– Неважно как… – Гаргул кокетливо отмахнулся, улыбаясь Орхану. – Бери своего начальника охраны и срочно в мир Арины. Уточни сразу ее прежний адресок.

Развернувшись, мадам Джакобо в теле несчастного гаргула, виляя бедрами, направилась в сторону лифта.

* * *

А тем временем на небесах у врат разгоралось целое сражение. Огромный тролль сдерживал небесных стражей, не позволяя им приблизиться к раскрытому порталу в мир живых и вернуть оттуда одну больно хитрую и настырную душу.

Что же поделать, если любимой нужно спасти невестку? Только стоять за нее горой, даже если за это и его самого отправят в нижний мир. Главное, что уйдет он туда со своей демонессой.

Вот потому и стоял тролль несокрушимой скалой, переча даже воле богов.

Ему было за кого биться.

* * *

Через полчаса на пороге все той же кухни

– Я? Нет, я ненадолго. В общем, я здесь совсем нелегально. Как бы… – Мадам Джакобо замялась, глядя на Лафилье, сидящего мышонком под столом. – Как бы туда и обратно. А ты все жрешь?! – внезапно рявкнула она. – Как был мелким проходимцем, так и остался. Как вспомню, что за тебя сына просила, стыд берет. Но ничего, теперь ты точно доигрался.

Я моргнула и подняла взгляд на Инчиро. Он просто стоял статуей и молчал. Кожа красная, взгляд лютый… Наверное, раньше я бы испугалась, сейчас сердце сжалось. Боялся за меня. Переживал настолько, что эмоции скрыть не смог.

– Арина, – дрожащим голоском шепнула Улька, – а это кто? И почему они с рогами и клыками?

Сестра, казалось, и вовсе не дышала. Сжимала свое грозное оружие и таращилась на Орхана во все глаза. Еще бы… Я и сама помнила свою первую реакцию на него. Огромный зеленый клыкастый бугай. Просто мороз по коже от затылка до копчика пробирает.

– Знакомься, Ульяна, начальник охраны Орхан, – звучно объявила я. А что? Раз ее орк интересовал больше всех, то с него я и начала. – Дальше у нас Гарри. Он горгул, а в его теле – моя неугомонная свекровь. К сожалению, уже покойная. Но она с этим не согласна, поэтому пытается все еще лезть в дела живых и изводить их ариями в четыре утра. И мой любимый муж Инчиро. Тот, кого я, собственно, и жду.

Я специально сделала акцент на словах «любимый» и «жду». Уж больно мне не нравилось, как выглядел мой демон. Представляю, как он испугался, когда не нашел меня в комнате. Сколько мыслей прошло через его голову.

– Муж? – повторила Ульянка, разглядывая Инчиро.

Она забавно открыла рот и хлопала ресничками.

– А он… – запнувшись, сглотнула она, – не человек, да?

Какая прозорливая. Ага, небось, подумала, рога там потому выросли, что я наставила. Я хмыкнула, но все же вернула себе важный вид.

– Нет, мой Инчиро – демон. Самый настоящий.

Мне было забавно наблюдать за ней.

– Ага… – Сестра скалочку-то опустила, прищурилась, чего-то там соображая или просчитывая. – Раз муж, значит, как бы родственник, – сделала она интересное умозаключение. – Ладно. Верю. Во всяком случае, он уж лучше этого…

Кивком она указала под стол и снова всем напомнила об эльфеныше.

– Даже не сравнивай, – нахмурилась я. – Этот – сплошное недоразумение.

Напряжение на кухне спадало. Это прямо на физическом уровне чувствовалось. Орхан заулыбался и прошелся таким раздевающим взглядом по моей сестричке, что впору под пол проваливаться. А ей хоть бы хны. Она бывалая. Орк с любопытством разглядел личико. Задержался в районе ее груди, затем оценил ножки. А глазеть там было на что: Ульянка стояла в домашних шортиках. Я прямо видела, как разгорается в глазах орка нешуточный такой интерес.

Лафилье пустую тарелочку поставил на пол и сжался в комочек с хлебушком в руках. Воробушек хренов!

И только Инчиро не двигался.

– Так, Арина. Что за дела? Мы тебя спасать пришли. – Гарри, то есть мадам Джакобо уперла руки в боки. – А ты чем занимаешься?

Эм… Интересный, конечно, вопрос. Как-то даже неудобно перед собравшимися стало. Как бы дева должна быть в беде, а она борщ уплетает. Неудобно вышло, как ни крути. Но чего уж…

– Сижу и жду Инчиро, – пожала я плечами. – Назад ведь сама не могу уйти. Не знаю, что и как. А горе-похититель мне не помощник. У него свои проблемы. И большие. Я ему немного про свой мир рассказала. По району прокатила. Так он тоже теперь назад очень хочет. Да, Лафилье? Потряси ушками, гадость ты наша несчастная.

Эльфеныш робко кивнул и подполз ближе к моему стулу.

– Арина, что ты за женщина такая? – Наконец, отмер муж. – То есть спасать уже не надо?

– Что значит не надо? – У меня от возмущения пар носом пошел. – Еще как надо! Я назад хочу! К тебе! И вообще, мог бы уже обнять и поцеловать! Или это тоже самой нужно делать? Хотя… Я не гордая… Могу и сама. Да что могу? Хочу!

Поднявшись, я скользнула к своему демону и обняла его за талию. Он дрогнул и, расслабившись, прижал меня к себе, уткнулся носом в мои волосы и сделал глубокий вдох. Я ощутила, как бешено колотится его сердце. Запах корицы усилился, становясь все притягательнее. Мне так хорошо в этот момент стало. Накрыло пониманием. Пришел! Значит, и правда нужна. Не врал о своей любви. Взаимно все у нас и по-настоящему. Не играл он.

– Испугался? – тихо шепнула я, проведя ладонью по его скуле. Прищурился довольно, принимая ласку. – Прости, но я с детства боюсь огня и пожаров. До ужаса. Вот и сглупила. Попалась как дурочка на развод.

– Чуть с ума не сошел, – хрипло ответил он. – А тут еще и мама…

– Бедненький!.. – Потянувшись, я поцеловала его, куда достала – в подбородок. – Да, мама… Давно ее не видно было. Где же вы пропадали, мадам Джакобо? И почему сейчас в таком непотребном виде? Раньше в изумрудном платье щеголяли, а теперь в мужике ходите?

Я повернулась к Гарри. Гаргул кокетливо улыбнулся.

– А мне запретили больше вмешиваться в ваши отношения, – прощебетала она. – Но разве я могла просто наблюдать, когда этот эльф достал нож! Когда угрожал расправой! А ты шаталась, бледная…

– Мда, яд нагов – штука мерзкая, – закивала я, вспоминая, как меня штормило. Вырубило так, что думала – все, уже не встану. Околела от холода. Есть хотелось – хоть рыдай. А голова болела…

– Ему не жить! – прошипел Инчиро. – Удавлю!

– Зачем? – Я быстренько положила руку ему на грудь. – Не надо. Пусть живет… Здесь… Узнает много интересного. Кредит, ипотека, коллекторы…

– Брр… – Ульянку аж передернуло. – А можно мне с вами? Вот туда, откуда вы пришли. Арина, не оставляй меня. Прошу. Я же не выгребу сама! Ты знаешь маму. Она до меня доберется, когда ее окончательно прижмет. Умоляю. Забери! Согласна на любые условия. Вот прямо любые…

– Брак со мной? – нашелся Орхан и добавил: – Холост, богат и при должности.

– А-а-а… – забавно моргнула она.

Потом еще раз. И снова. После закрыла рот и призадумалась. Услышала чавканье. Взглянула под стол. Поморщилась.

– А есть другие варианты? – наконец, выдала она, тяжело вздыхая. – К серьезным отношениям не готова. До брака не дозрела…

На кухне стало тихо. Вроде и было друг другу что сказать. Но… Я уже совсем ничего не понимала. Куда Ульку брать и стоит ли? Орхан еще – ушлаган. Неважно на ком, лишь бы жениться. Так уж и отдала я свою сестру на растерзание его сестрицам. Ага. Сейчас! Держи карман шире. Инчиро еще стоит столбом. Кто его знает, о чем он там думает.

Ну и…

– Дорогие мои, я тут как бы ненадолго… – дала о себе знать последняя, но не по значимости, проблема. – Так что уже решайтесь на что-нибудь. А мне бы сына обнять… – Демонесса встрепенулась. – А ведь точно!

Меня мгновенно куда-то смело в сторону, и офигевший Инчиро уже обнимал гаргула. Если Гарри там, где-то глубоко внутри, то представляю, как он сейчас рыдает от унижения и беспомощности.

– Мама!..

Мой демон, казалось, не понимал, что делать.

– Я просто хочу, чтобы ты знал, сынок, я очень тебя люблю и горжусь тобой. – Лицо Гарри словно расплылось и приобрело легкоузнаваемые женские черты призрака.

Теперь я отчетливо видела мадам Джакобо.

– Мама, – вздрогнул Инчиро, – я тебя тоже очень люблю. И мне жаль, что я недосмотрел… Допустил эту болезнь и дал тебе уйти…

– Не надо, сынок. – Она накрыла пальцами его рот. – Не смей себя хоть в чем-то упрекать. Ты лучшее, что было в моей жизни. Я знаю, как ты заботился обо мне. Я все это видела, но мне не хватало духу раскрыть свое сердце. Как же я жалею, что не обнимала тебя и не говорила, насколько прекрасны твои картины. Не хвалила. У меня было все, но я не понимала этого. И Арина – мой тебе последний подарок. Как же я рада, что тебе хватило духу полюбить. А за меня не переживай! Я наконец встретила свою любовь там… – подняла она голову вверх.

– Мама! – рявкнул Инчиро и закатил глаза от бессилия. – Да как ты успеваешь мужиков цеплять? Ты хотя бы в высший мир попала или прямо у ворот и…

– Ну, да, – пожала она плечиками, – мой ненаглядный – привратник. И сейчас он держит для меня портал.

– Боги!.. – взмолился Инчиро. – Дайте этой женщине ума угомониться. Пусть уже успокоится. Замуж ее, и пусть учится, – взглянул он на стол, – борщи варить! Мама, мне теперь переживать, что ты всех проходимцев на небесах соберешь? Если боги меня слышат, то молю – уже выдайте ей того самого. Смилостивитесь надо мной!

– Сынок, он не такой!.. – возмущенно фыркнула мадам.

– Миллисента! – Вдруг потолок прямо над нашими глазами завертелся белой дымкой, и через нее просунулась жуткая морда тролля. – Ты не могла бы поспешить! Я сдерживать стражу вечно не могу!

Улька вскрикнула и отпрыгнула к Орхану. Тот, воспользовавшись моментом, сграбастал ее в объятия, успев погладить по пышному заду.

– А, – аж хлопнула в ладоши от радости мадам, – познакомьтесь…

– Женщина! – Клыкастый мужик самого грозного вида, который можно себе представить, оборвал ее на полуслове. – А ну назад, пока нас в нижний мир не отправили навечно! Хватит там вечер откровений устраивать. Я тебя на сколько в мир живых отправил? Время!

– Я его одобряю, – выдохнул Инчиро. – Вот теперь то, что надо.

Смутившись, мадам снова обняла его и поцеловала в щеку.

– Помни, что мама всегда с тобой и любит тебя. Горжусь, милый, и прошу… Живи не как учила я, а как ты хочешь сам. Ты свое счастье заслуживаешь.

– Женщина! Где твоя совесть! – взревел тролль. На мгновение показались чьи-то руки, пытающиеся его затащить в дымку, но он легко отбился. – А ну, обратно!

– Я спешу, милый. Спешу, – пискляво рявкнул Гарри. – Помни, сынок, мама всегда с тобой. И прости… Просто знай, я рядом. И еще… Жалею, что так и не дождалась внуков. Боги, какой бы бабушкой я могла стать! Я бы водила их в театры и на выставки… И непременно развивала их актерские таланты. – Гарри, то есть мадам Джакобо, схватилась за сердце. – У моих внуков они просто обязаны проявиться!

– Женщина, – взревели с потолка, – я же сейчас сам за тобой спущусь. Не зли, красивая!

– Мама!.. – Инчиро как-то виновато взглянул наверх. – Знаешь, вот если он от тебя откажется из-за твоей ветрености, тогда я сам явлюсь на небеса проверить, не спуталась ли ты там с очередным проходимцем! И тогда точно никаких внуков не будет.

– А ну, ко мне, – гаркнул тролль. – Я и так нарушил все законы. Не усложняй наше положение!

Мадам Джакобо виновато улыбнулась и провела ладонью по щеке Инчиро.

– Ты вырос достойным мужчиной. Моя гордость. Мой сынок! Будь счастлив и радуй меня.

Тело Гарри обмякло. Он мешком опустился на пол.

Светлая душа красивой черноволосой женщины взметнулась вверх, послав нам воздушный поцелуй на прощание. Она исчезла где-то там. В клубящемся тумане.

– Спасибо, Арина, – послышалось словно издалека, – и прости за то, что порой изводила. Я не со зла, а для пользы дела…

Воронка закружилась и стремительно сжалась, полностью исчезая.

Вот так просто и быстро.

Я даже не успела ничего толком сообразить.

– Хм… – выдохнула я и вдруг поняла весьма занятную вещь. – Мне будет ее не хватать. Она умела держать в тонусе и выводить на чувства. И ее упорству можно даже позавидовать.

– То есть ты знала? – Инчиро поймал мой взгляд. – Все это время ты знала, что она рядом?

– Да она меня к тебе и притащила, – пожала я плечами. – Заявила: или я ищу тебе жену, или она изведет меня с этого света своими ариями. Надавила на жалость, потом на совесть. В итоге я под ее дудочку гопак плясала. Но все равно я, кажется, буду скучать. Хороший же был полтергейст в приемной. Полезный.

– Ну, мама… – Инчиро покачал головой. – Я всего мог от нее ожидать, но что она с того света вернется… Это сильно даже для нее. Очень надеюсь, что этот тролль не даст ей сорваться с крючка. Ну нельзя же быть настолько ветреной.

Гаргул, слабо застонав, пошевелился. Поднял голову и взглянул на нас слегка затуманенным взором.

– Арина, – прошептал он хрипло. – А где я?

– В нижнем мире, – зловеще выдохнула я и поиграла бровями.

– Что? – Его глаза расширились. – Нет!

Он тряхнул головой и вскочил. Покрутился на месте, на мгновение задержал взгляд на ножках сестры. Это слегка привело его в чувства. Зыркнул под стол на притихшего Лафилье, а после бросился к окну. Вздрогнул и обернулся.

– Может, и этого здесь забыть? – Инчиро пакостливо ухмыльнулся. – Он мне тоже хорошо так крови попил.

– Даже не думай! – нахмурившись, шагнула я к нему и обняла, прижимаясь к широкой груди. – К нему Кларочка пристроилась, мне будет спокойнее, если твоя…

– Все понял, – резко оборвал меня Инчиро. – Возвращаем его обратно. А вот Лафилье… – Он отпустил меня и присел, заглядывая под стол. – Терпел я тебя сначала из-за матери. Знал, что ты таскаешься за ней. И да. Так мне было спокойнее – я видел, что за проходимец с ней рядом. Очередной волокита и никчемный альфонс, но хотя бы находящийся у меня на поводке. А после ее смерти мне стало немного не до тебя. Ползал где-то рядом, и ладно. Зря! Нужно было давить тебя, гнида, не жалея. Сейчас ты вернешь мне то, что забрал, и останешься здесь. Если хотя бы попытаешься вернуться – не жилец! Тебе ясно?!

Инчиро протянул руку, и побледневший Лафилье, дрожа, полез в карман. Вытащил слитки и положил на ладонь демона. Тот быстренько перекинул их Орхану. Орк поймал и спрятал где-то в нагрудном кармане куртки.

Сестрица за всем этим внимательно проследила и прищурилась. Начальник охраны моего мужа в ее глазах явно сделался привлекательнее.

– Арина права, – жестко произнес Инчиро, вновь возвращая к себе наше внимание. – Я пропажу заметил, но времени не было тебя прижать. Недооценивал ты меня, Лафилье. Не стоило так самоуверенно играть. Но ладно уж. Этот мир тебя добьет. Мне и мараться не придется. Ты сам себя загонишь в западню.

Он улыбнулся так жутко, что мне даже жаль стало эльфеныша. Но я быстро стряхнула с себя это чувство. Он его недостоин. Сам во всем виноват.

Но жалок, ой, жалок!

Тоже мне злодей. И внукам рассказать будет стыдно. Разве что приукрасить немного.

Тяжело вздохнув, я покосилась на свой набор для специй.

В голову снова пришла очередная интересная мысль. У них, видимо, от стресса случился день открытых дверей. Все приходят и приходят. Мысли эти умные.

– Инчиро, раз уж я здесь, может, соберу свои вещи, чтобы уже точно не возвращаться больше. Так… По мелочи немного. Или по времени совсем никак?

Он поднял голову и взглянул на меня. Улыбнулся. Так тепло и хорошо.

– Раз возвращаться больше и не думаешь, то хоть все отсюда выноси…

– И меня… – пропищала Ульянка откуда-то из тесных объятий Орхана. – Меня вынести с собой не забудь. Не бросай, сестренка. Умоляю! Я не знаю, что за чертовщина здесь творится. Что это за мужик каменным изваянием в окне завис… – Она пальчиком указала на Гарри. – Но я с тобой, куда бы ты ни пошла.

Я крепко так призадумалась. С одной стороны, ну никогда между нами не было теплых сестринских чувств. С другой, я и не слышала, чтобы она хоть раз вот так нормально меня о чем-то просила. Изменилась Ульяна, и сильно. Или я никогда не желала видеть в ней хоть что-то хорошее? А может, и все сразу?.. Но как бы там ни было…

– Да ты не переживай, красивая, – с придыханием произнес орк. – Арина не возьмет, так я унесу.

– Орхан! – рявкнула я на него. – Не морочь голову. Хоть имя для начала у нее спроси! Тебе что, вообще любая сгодится? Лишь бы человечка?

– Почему это? – Орк аж сильнее позеленел от возмущения. – Красивая девушка. Стройная. И…

– Лапы с задницы моей сестры убрал! – уперла я руки в боки. – Я ее сначала Сеппу представлю. А потом грызитесь за нее, пока она кого-то третьего не выберет.

– Чего это? – Орк вздумал обижаться. – Ты обещала нам невест.

– Невест, а не родную сестру! – фыркнув, уставилась я на Инчиро. – Скажи ему, милый. Чего он твою новую родственницу лапает? И вообще, будешь вот так каждую зажимать, никто на тебя не клюнет.

– Я же не каждую.

Орхан руки все же поднял повыше.

Улька заинтересованно хлопала ресничками и, кажется, мотала на ус.

– Орхан, отпусти девочку, – поднялся Инчиро. – Гример, я позволю тебе вернуться, но работу ты потерял. И мое уважение тоже. Слишком скользкий даже для гаргула. Мне рядом такие не нужны. Хотя на тебя у меня были хорошие планы. Но свой выбор ты сделал сам. Терпеливее нужно быть, и тогда все придет. Арина, собирай вещи. Время у нас есть. Сестру забирай. И быстрее, девочки. Быстрее.

Взяв чистую тарелку, мой демон подошел к плите и, заглянув в кастрюлю, плотоядно улыбнулся.

Через минуту они с Орханом уже уплетали борщ, не обращая на нас внимания.

Ульянка сгребала шмотки в сумки. Я тоже металась по комнате, вспоминая, что у меня и где.

Гарри задумчиво подпирал подоконник и поглядывал на опустевшую кастрюлю.

И только Лафилье тихонько ронял слезы под столом, давя на жалость.

Песель недоделанный.

Глава 42

Через десять минут мы с Ульянкой вытащили из комнаты аж четыре сумки, непонятно вообще с чем. Ужас, сколько у меня, оказывается, имелось очень важного барахла, без которого, ну никак нельзя. Что-то же должно пылиться в шкафах на самых верхних полках! Фотографии, открытки, валентинки со школы. Журналы по шитью… Нет, я, конечно, шить не умела, но вдруг соберусь научиться. С этой же целью собирались и схемы вышивки.

А книги!

Книги! Аж целая сумка. Сверху еще романчики Ульянки в мягком переплете. Немного так. Одна серия… В общем, штук пятьдесят. Но сумки-то хозяйственные, клетчатые. Они и не то выдержат.

Приподняв бровь, Инчиро моргнул, оценивая масштабы переезда. В какой-то момент мне показалось, что он сейчас скажет: «Дорогая, может, я лучше переберусь к тебе?» Но нет, демон мужественно кивнул и приказал Орхану взять наше собранное впопыхах имущество.

Орк размял шею, расправил плечи и взвалил на себя сразу все четыре сумки: две на плечи и две в руки.

Ульянка аж рот открыла, глядя на него. А там и мускулы бугрились, и вообще – силища. Похоже, ее уже не смущали ни клыки, ни зеленый оттенок кожи.

– У него четыре сестры и мама, – шепнула я ей.

– Своя мама не съела, чужая – подавится, – философски заявила Ульянка и опустила взгляд на крепкий зад орка.

Выдохнула и просияла.

Закатив глаза, я обернулась к Инчиро. Вот только в поле моего внимания попал несчастный, всеми забытый злодеюшка эльфийских кровей. Он сиротливо выглядывал из кухни, держась за косяк двери. Глазки на мокром месте. Сам бледный. Ушки висят.

Ну, дрогнуло у меня сердце. Чего уж! Да, жалостливые мы, женщины. Знаю, что мерзавец. И смерти мне желал, и выкрал. И отравил. Но… Заплаканная моська делала свое черное дело.

– Инчиро… – тихонько скользнула я к мужу. – Может, заберем его? Лафилье?

Он лишь покачал головой. И сделал это с таким выражением лица, что я от досады губу прикусила.

– Ну, пожалуйста, милый. Прошу. Пропадет ведь дурень. Сгинет…

– На улице обсудим, Арина, – склонившись, выдохнул он мне на ухо. – Не здесь и не при нем.

– Но…

– Я все сказал.

Я тяжело вздохнула и отвернулась. Осталось на душе это гадливое чувство нелепой вины. Вроде я здесь жертва, но… Хоть самой плачь.

Открыв дверь, Орхан первым вышел в коридор, за ним шмыгнула Ульянка прямо в тапочках и домашних шортах. Она даже переодеться от волнения забыла. Следом покинул мое бывшее жилище Гарри. Гаргул немного пришел в себя и теперь демонстрировал свою невозмутимость. Мол, он не проиграл, а лишь разок шмякнулся мордой в грязь. Ну с кем не бывает?!

– Пойдем, Арина.

Инчиро обнял меня за талию и повел вперед.

За спиной послышались сдавленные рыдания, просто добивая. Я попыталась обернуться, но мой демон не позволил. Вывел в коридор и захлопнул дверь. Протянул мне ключи.

– Запри это недоразумение. За ним придут через час. О том, что он проник в этот мир без пропуска, уже известно. Дальше будет арест и разбирательство. Естественно, у нас. И не нужно быть такой жалостливой, малышка. Там некому сострадать. Он всю жизнь вот так паразитировал на других, выводя на эмоции. Не стоит он того.

Забрав у него ключи, я поднялась на носочки и поцеловала этого злодея в губы.

– Я люблю тебя, Инчиро Джакобо, – шепнула я, заметив, как вспыхнул огонек в его глазах. – И я буду жалостливой. А ты смирись и прими это как данность.

– Уже принял, – прижал он меня ближе к себе, – но попрошу отчеты читать реже, а то я растеряю всю свою репутацию.

– Главное, без измен, – фыркнула я на него.

– Я однолюб, Арина, так что отдуваться тебе за всех. Пойдем. Ты очень бледная, и мне это не нравится. Три дня из постели не выпущу.

– Ммм, какие угрозы! – Я положила ладонь на его грудь. – Ты правда за меня испугался?

– Не задавай глупых вопросов! – Чуть склонившись, он рывком поднял меня на руки. – А ты, значит, была уверена, что я за тобой приду?

– Конечно, господин Джакобо, – обняла я его за шею. – Вы так настойчиво заманивали меня в свою постель, что просто бы не смогли простить мне исчезновения.

– Ты не человечка, Арина, а ведьма.

Ухмыльнувшись, он шагнул к лестничной площадке…

На улице нас уже ждали. Ульянка на заднем сиденье моей машины. Орхан, запихивающий две сумки в багажник. И Гарри… Мда… Гаргул сидел на крыше и держал в руках еще две сумки с таким видом, словно его туда насильно отправили. Хотя, судя по выражению лица орка, так оно и было. Захлопнув багажник, он зверем зыркнул на каменяку и запрыгнул к сестре. Я, естественно, за руль, а Инчиро рядом, пристроив руку на мое бедро.

Заведя мотор, я пожала плечами. Подумаешь, мужик с сумками на крыше. Ноги его свисают, закрывая мне обзор. Ерунда какая…

– Арина?

Муж взглянул на меня.

Снова пожав плечами, я отпустила руль и указала пальцем наверх.

– Все в порядке, – рука Инчиро сжала мое колено. – Его не увидят. За Лафилье приехали раньше.

Он кивнул на странных мужчин, стоящих чуть поодаль от подъезда.

– Поехали домой, милая.

Кивнув, я мягко надавила ногой на педаль…

Знакомая парковка. Столпившийся народ. Кентавры, наги, гномы.

Сестра, прижавшая нос к окну и с интересом наблюдающая за происходящим. Орхан, незаметно обнимающий ее.

И такое чувство теплое на душе разлилось, будто действительно теперь я дома.

– Замок сильно пострадал? – негромко шепнула я.

– Нет, сработала защита, – покачал головой Инчиро. – Быстро все восстановим.

Мимо нас прогарцевал кентавр. Отпрянув, Ульянка вцепилась в Орхана как в родного. Закатив очи к потолку, я остановилась и заглушила мотор. Сверху спрыгнул гаргул и, гордо поставив сумки на пол, пригладил растрепавшиеся волосы, оглянулся на нас, стряхнул с плеча помет меткой птички и удалился.

– Больше я от тебя ни на шаг, – выдохнула я и, откинувшись на спинку кресла, улыбнулась. – Прибыли!

Вот и закончилось мое маленькое приключение. Или еще нет?

– Прибыли, моя хорошая, это когда я тебя до постели донесу, – усмехнулся Инчиро и, открыв дверь, выбрался из машины.

О, значит, еще не все!

* * *

Густая дымка развеялась, являя светлую душу демонессы. Виновато втянув голову в плечи, она взглянула на грозного тролля, легко отбивающегося от стражей верхнего мира. Они тщетно пытались скрутить нарушителя порядка, только вот ничего у них не выходило. Так и висели на его руках, словно дети на карусели.

Висели и хлопали ресницами, с какой-то надеждой взирая на мадам Джакобо.

Тролль, узрев ее перед собой, стряхнул с себя стражников и вовсе сложил руки на груди.

– Я тебя, женщина, зачем туда отпустил?

Его грозный бас разлетелся по всей округе, пугая вновь прибывшие души, которые не без любопытства на доли мгновения останавливались в воротах, желая рассмотреть, что же там происходит.

Смерть смертью, а любопытство никто не отменял.

В результате у забора образовался маленький затор.

– Милый, я только на несколько минуток задержалась, – пролепетала демонесса, кокетливо покрутив на пальце прядку волос.

– Я тебя зачем туда отправил, любовь моя? А ну-ка, повтори мои слова, – на тролля ее томный взгляд не произвел нужного эффекта.

– Сказать Инчиро, где Арина, – опустив голову, как нашкодившее дитя, она выдохнула.

– А ты что сделала? Ммм?

Тролль прищурился.

Стражи за его спиной важно закивали. Скрутить привратника им не удалось, так хоть к совести негодницу призвать.

– Ну как я могла оставить сына в такой момент?! – Мадам всплеснула руками. – Он же никогда не бывал в подобных ситуациях. Я должна была все проконтролировать.

– Мда. Поучаствовать в приключении, ты хотела сказать? – закивал тролль. – А о последствиях кто будет думать? Миллисента…

– Это мой сын, милый, – вздохнула она. – Я умерла, не успев сказать ему так много. Я никогда не проводила с ним время. Не путешествовала. Да и просто по-настоящему по душам поговорить хотелось. Я всю вину беру на себя, слышите, – взглянула она на стражей. – Он ни в чем не виноват. Все я! И если бы была возможность все вернуть, то я поступила бы так же. Хоть несколько минут с сыном. Пусть в чужом теле, но… Это мое решение и вся вина на мне!

– Женщина, – покачал тролль головой, – да кто тебя одну оставит?! Иди сюда, обниму.

Она виновато улыбнулась и скользнула в его теплые объятия. Прижалась к мощной груди и зажмурилась, вспоминая те крохи счастья, которые она успела вырвать после смерти. Ее первое и последнее приключение с сыном.

– Как жаль, что нельзя отмотать жизнь назад, милый!.. – прошептала она. – Я бы крепко обняла Инчиро, взяла бы его за руку и повела искать тот самый мост, под которым ты жил. И все бы у нас было хорошо. Жаль, что осознание истинных ценностей жизни приходит так поздно. Что теперь с нами будет?

– Суд. – Он пригладил ее волосы. – Мы нарушили много законов, и теперь отвечать перед богами.

– Нижний мир? – Она и сама понимала, что за наказание последует. – Я буду просить для тебя снисхождения.

– Нет, – обхватив ее лицо, заставил он взглянуть на него. – Вместе, значит, все на двоих: и счастье, и горе. Что бы ни было, а я последую за тобой, куда бы ни сослали.

– Я так и не спросила твое имя, – слегка покраснела она. – Это так глупо – любить мужчину, не зная его имени.

– Трояр, – слегка смутился он. – Меня уже очень давно никто не называл по имени. И, красивая, умер я задолго до твоего рождения. Не было бы у нас счастья в мире живых.

– Будет здесь, – шепнула она. – И в низшем мире можно быть счастливыми. Главное, что вместе. И прости, Траяр, из-за меня тебе теперь туго придется. Как ни крути, а моя вина. И только моя. Прости, я обещаю, что всегда буду заботиться о тебе. Окружу уютом и теплом. Никогда не стану прежней. Клянусь.

Он улыбнулся и сжал ее крепче, такую маленькую в его огромных руках. Да, он был младше ее, когда его жизнь оборвалась. Но время, проведенное здесь, у этих врат, несоизмеримо большее, чем вся ее жизнь.

Его тяжелый взгляд скользнул по стражникам.

Нет, он понимал, что делает. Знал, что придется держать ответ за свои действия. Но суд его не страшил. Такой, как он, выживет везде. Другого он опасался – что, получив от него помощь, его такая красивая и нежная демонесса отвернется и не пожелает более даже смотреть в его сторону.

А она обнимала. Успокаивала и обещала то, на что он и не рассчитывал. Будет заботиться. Окружит теплом…

– Я тебя любить буду, – выдохнул он ей на ушко. – Ничего не бойся. Через все преграды перенесу на руках, только обнимай меня вот так и смотри в мои глаза, улыбаясь.

За его спиной толпились стражники, опасаясь напомнить о себе. Шутка ли, тролля-привратника одолеть. Над их головами медленно раскручивалась мерцающая золотыми всполохами туманная воронка, ведущая на суд богов.

Тролль поднял голову и усмехнулся. Он не боялся. Слишком сложную жизнь прожил, осознавал, что проступок их на слишком уж суровую кару не тянет. Но спуститься в нижний мир все же придется. Ничего, пристроятся там где-нибудь. Спину гнуть ему не привыкать, главное, есть ради кого.

– Все будет хорошо.

Он рывком поднял свою демонессу и усадил как дите на руку.

Настолько была ощутима разница в их росте. Но теперь она возвышалась над ним, неловко краснея и цепляясь ладонями за его плечи. Такая изящная и хрупкая.

– Не бойся, красивая, – снова улыбнулся ей тролль, – со мной нигде не пропадешь. Веришь?

– Верю, – шепнула она. – Верю и люблю. За тобой хоть под мост.

Он моргнул и сделал шаг вперед к своему, скорее всего, уже бывшему рабочему месту.

– Взгляни на них еще раз, – кивком указал он на туманное оконце в мир живых. – Твой сын счастлив. Да и девочка нашла наконец свое место в этой жизни.

– Оно того стоило, – прошептала Миллисента. – Ни о чем не жалею.

– И правильно, а теперь пойдем. Не будем и дальше смущать нашу стражу.

Он снова поднял голову и взглянул туда, где их уже ждали строгие судьи.

За все нужно платить, и за любовь тоже. Она обходится значительно дороже остальных чувств.

* * *

Дверь в комнату захлопнулась с тихим стуком, но оглянуться мне никто не позволил. Обхватив за бедра, Инчиро поднял меня и прижал к стене, закидывая мои ноги на свою талию. За окном пролетел гаргул. Недовольно заворчав, демон щелкнул, и шторы задернулись.

Его внимание мгновенно вернулось ко мне. Мужские ладони прошлись по ягодицам и поползли выше. На губах мужа блуждала предвкушающая улыбка, от которой бросало в жар.

Облизнув нижнюю губу, я пробежалась пальчиками по его груди и скользнула за ворот рубашки. Инчиро проследил за моими действиями и сглотнул. Его кадык дернулся.

Не удержавшись, я подалась вперед и провела губами по его щеке к уху. Уж не знаю, что на меня нашло. Наверное, так сказывался пережитый стресс.

Просто, как представлю, что могла бы остаться в том мире, аж зад сжимается от ужаса.

Прижав меня теснее, Инчиро повернул голову и поймал мои шаловливые губы. Его язык проворно скользнул в рот, прошелся по зубам, приласкал небо и сплелся с моим. В этот момент мысли окончательно покинули задурманенную голову. Слова улетучились, и остались лишь голые эмоции.

Страсть, желание… и страх.

Ужас от мысли, что могла потерять его. Пальцы сжались, стискивая ткань рубашки. Рванув, я выпустила пуговички из петель и распахнула ее. Провела ноготочками по бронзовой коже демона.

С его уст сорвался сдавленный рык… Это последнее, что уловил мой мозг, а дальше я просто отдалась во власть его рук.

Легкие укусы, шлепок. Мягкая кровать. Белые простыни. Пламя в глазах мужа. Моя одежда, летящая на пол. Твердость его живота. Снова шлепок и тяжесть мужского тела.

Перед моими глазами плясали тени на узкой светлой полоске на потолке. Не сдерживая стоны, я закинула ноги на талию Инчиро. И снова его тихий рык. Откровенные признания, от которых жаром смущения заливало не только лицо, но и шею.

Тихое: «Я люблю тебя».

И мое сердце пропустило удар.

Толчок. Инчиро наполнил меня собою без остатка. Прогнувшись, я сильнее сжала его плечи. Внизу живота разгоралось безумное пламя, требуя выхода. Я тихо молила своего демона, сама до конца не понимая, о чем.

Его размеренные, ошеломляющие движения сводили с ума. В какой-то момент я потеряла связь с реальностью, застонав не сдерживая себя. Мне вторил громкий мужской рык.

Наши тела обмякли. Тени перед глазами становились четче. На улице совсем стемнело.

На город опустилась ночь.

Через узкую полоску не до конца задернутых штор я видела яркие звезды на небе. Медленно перебирая прядки волос нависшего надо мной Инчиро, я довольно улыбалась.

Он не двигался, удерживая свой вес на локтях.

Зевнув, я потерлась щекой о его плечо.

– Я сегодня испугался как никогда, Арина, – тихо пробормотал он, повернув ко мне голову. – Сначала решил, что ты погибла в огне. Но тебя не нашли. И тогда пришел иной страх: ты меня бросила. Стало так горько, и в то же время я испытал дикое облегчение…

– Потому что я ушла?

Мое сердце дрогнуло.

– Нет. – Он перекатился на бок и притянул меня к себе. – Я осознал – пусть сбежала, но главное, что здоровая и живая. Но знаешь, в те мгновения жизнь потеряла все краски. Мне говорят об ущербе, а в душе разливается пустота и безразличие. Прошу, никогда не покидай меня, Арина, кажется, без тебя мне совсем ничего не нужно.

Потянувшись, он зарылся носом в мои волосы и сделал глубокий вдох.

– И я испугалась, – обняв его за талию, расслабилась в его объятиях я. – Но верила, что ты меня найдешь и вернешь. И за это спасибо нужно сказать Гарри…

– То есть маме, – хмыкнул мой демон.

– Нет, – провела я ладонью по его бедру, – именно гаргулу. Его отношение во время нашего свидания, да и до него. Как брезгливо он морщился, слыша, как хлюпает мой нос. Я тогда невольно вас сравнила. А после, очнувшись на полу того здания, точно знала – найдешь и вернешь. Потому что мужчина, с таким трепетом ухаживающий за больной женщиной, просто не может быть к ней равнодушным. Я ждала тебя, Инчиро, и не сомневалась в твоих чувствах.

Довольно что-то пробормотав, он сжал меня сильнее.

На улице загрохотало. Послышались далекие голоса.

Вспоминая события этого дня, тихо улыбаясь, я слушала размеренное дыхание Инчиро. Он тоже молча лежал и смотрел в окно. Тишина, воцарившаяся в комнате, совсем не казалась тяжелой или угнетающей. Скорее наоборот, приносила покой и умиротворение.

– Я хочу дом, – шепнул Инчиро мне в волосы, – с кухней и большой гостиной. С камином. Чтобы напротив стоял мягкий диван, на котором поместились бы не только я и ты, но и наши будущие дети. Представь вечера, которые мы могли бы проводить на нем.

– Укутавшись пледом, – продолжила я. – И еще кота. В каждом доме непременно должен быть кот. Большой и пушистый.

– Можно два, – засмеялся мой демон. – Ты права, Арина, я люблю животных. В детстве на кухне у нас были котята, но…

– Их забрал один из работников, а тебе сказали – утопили, – перебила я его. – Твоя мама очень переживала за этот свой поступок.

Он сначала хмыкнул, а потом тихо рассмеялся.

– Я рад это узнать, Арина. Пусть через столько лет, но рад.

Прикрыв глаза, я снова зевнула.

– Это был суматошный день. И хорошо, что он, наконец, подошел к концу. Завтра с вас, господин Инчиро, выходной.

– Ну, нет!.. – Его дыхание разбилось о мои волосы. – Как бы не так, Арина. Ты теперь и личный секретарь, и жена. Так что работы только прибавится. С тебя утренний поцелуй, затем завтрак, еще хочу борщ на обед. После…

– Муж, да ты эксплуататор! – Подняв голову, я заметила проказливую улыбку на его губах. – А чем же займешься ты?

– Да, как всегда: разорю того, обдеру этого… – Я было открыла рот, чтобы возразить, но он поспешил добавить: – Ни одна лошадь не пострадает, обещаю. Еще пущу по миру тех, кто желал руками Лафилье убрать с пути завод берендеев. Не обещаю, что медведи останутся при своем имуществе, но предприятие их будет стоять и приносить прибыль… Мне. Вернее, нам. В общем, есть чем заняться…

– Злодей, – выдохнула я.

– Да. – Его улыбка стала шире. – Но любящий тебя.

– Тогда ладно, – кивнув, я опрокинула его на спину и удобно устроилась на его груди. – Мне нужно будет подключение к интернету и список возможных вакансий.

– Зачем?

Его ладони легли на мой зад.

– Буду творить свои злодеяния. Но об этом завтра. И вообще, ты же не хочешь, чтобы в приемной толпились неженатые оборотни и орки.

– Ага… – Потянувшись, Инчиро взял одеяло и укрыл им нас. – Нет, не хочу. Они меня нервируют. Все, что надо, предоставлю, но…

– Обо всем завтра, – снова зевнула я и обняла его. – Сейчас спать.

Я скорее почувствовала его смешок. Закрыв глаза, я, наконец, ощутила то самое счастье, о котором так любят рассуждать люди. Тихое и безмятежное. Наполненное теплотой и светом. А еще ароматом корицы.

– Орхана и Сеппа женишь первыми, – шепнул Инчиро.

– Угу, – промычала я, проваливаясь в сон.

Глава 43

На поверхности высоких золотых колон, уходивших куда-то в небо, играл тысячами бликов солнечный свет. Он ослеплял и не давал сразу рассмотреть возвышающуюся впереди огромную трибуну. С нее на странную пару смотрели сотни глаз.

Люди, наги, оборотни, вампиры, тролли… Столько рас, что перечислить сложно. На каждом из присяжных – белый балахон и маска безразличия.

В зал вереницей заводили светлые и темные души, проходило немного времени, и их под конвоем отправляли в следующее помещение.

Куда и зачем, демонесса не понимала. И сколько бы ни прислушивалась – не могла различить ни слова, хотя и видела, как открываются рты присяжных, как жестикулирует прокурор и угрюмо бубнит адвокат. К слову, один на всех. Лысеющий гном даже не смотрел на тех, кого защищает, не оборачивался к ним. И этот факт надежды на хорошее в сердце мадам Джакобо не добавлял.

Она наивно сжимала руку своего Трояра и мысленно готовилась к тому, чтобы защищать его так, как совсем недавно он защитил ее. Душу женщины терзало глубокое чувство вины перед ним. Подвела! Все ее легкомыслие и нежелание думать о последствиях. Словно бабочка, полетать бы да покрасоваться. На приключение ее потянуло, а то бы сын сам не справился. А теперь что? Ладно демонесса уже смирилась, что пропащая, но что же каждый раз она тащит за собой на дно в пропасть неприятностей тех, кого любит?

Кто-то толкнул ее легонько в спину. Обернувшись, мадам уставилась на сурового конвоира. Он недовольно морщился, поглядывая на ее тролля.

На талию демонессы тут же легла тяжелая и теплая рука ее любимого.

– Еще раз прикоснешься к ней – руки переломаю, – ровно произнес он, не оборачиваясь к стражнику.

Тот оскалился, но, спустя мгновение, отвел глаза.

Впрочем, мадам уже заметила, что их пара привлекает уж больно много внимания. Но при этом она искренне не понимала почему. Ее мужчина – высокий и крепкий. Тонкие губы, ровные, аккуратные нижние клыки. Знали бы эти дамочки на трибунах, как сладко ее Траяр целует, обзавидовались бы.

Взгляд демонессы внимательнее прошелся по троллю. Ну красив же. Высокий лоб говорил об уме, развитая мускулатура рук – о силе. Идеален. А что кожа зеленая, так тролль же. Наверняка его ее рожки забавляют.

Следующая мысль, что пришла в ее голову, огорчила. Просто она представила, какие у них могли бы быть дети. Полукровки. Наверняка мальчишки унаследовали бы мощь отца, а девочки… На глаза женщины навернулись слезы. Жаль, что только сейчас, после смерти, в шаге от божьего суда она осознала, что хотела бы иметь дочь.

Зачем жила, спрашивается? Столько лет промотала зря.

Огорчение сменила злость. На себя, конечно. Сама во всем виновата.

По огромному залу пролетел звон. Стоящего впереди них мужчину-нага подхватили за руки и поволокли к таинственному выходу. Его мощный чешуйчатый хвост извивался и сворачивался в кольца. Он вырывался и, кажется, кричал, но мадам Джакобо не слышала ровным счетом ничего.

Ее потянули вперед. Вздрогнув, она подняла взгляд на своего мужчину.

– Я люблю тебя, Трояр, – выдохнула она, наверное, от страха, что не представится ей больше возможности поговорить с ним. – Прости, что подвела. Я не хотела зла. Прости меня…

Он улыбнулся. Так тепло и ласково, что ее сердце пропустило удар.

– Трояр из рода Даварков, тебе была дана возможность служить богам, расти и когда-нибудь занять место в Высшем Совете. Ты был хорошим привратником, но оступился…

Этот странный голос оглушил демонессу.

Покрутив головой, она уставилась на обвинителя. Высокий эльф даже не скрывал злобы.

– Расскажи нам, кто заставил тебя сойти с тропы служителя. Кто очернил твои помыслы и задурманил разум?

– Никогда не любила эльфов, – не удержалась мадам. – Ну, гадкие же слизни.

Она вроде и шептала, только вот слова ее разлетались по залу подобно сирене оповещения.

– Что?! – Обвинитель схватился за сердце. – Да как ты смеешь?

– А что? – демонесса пожала плечиками. – Имею право на свое мнение.

Тролль тяжело выдохнул и улыбнулся.

– Я влюбился, господин небесный прокурор. Такое случается и с живыми, и с мертвыми.

По залу снова прошлись раздражающие шепотки.

Прокурор молчал, пафосно выдерживая паузу. Взгляд демонессы сместился на адвоката. Кажется, гном утомился, потому как, сложив руки перед собой, карлик сладко дремал.

Приподняв бровь, мадам хотела было ткнуть его пальцем в бок. Но что-то помешало. Жалость… Нет, сострадание. Она покосилась на присяжных, на судью, смотрящего в никуда. На гадкого эльфа. И не стала тревожить поверхностный сон гнома. Пусть отдохнет. У него вон еще сколько дел – за ней и ее троллем стояло немало душ, ожидая своей очереди. Может, кому-то из них он и способен будет помочь, но, видимо, не им.

– Любовь! – продолжил тем временем свой спектакль небесный прокурор. – У привратника нет права на это чувство. Лишь долг! Служение! Променять его на такую глупость как… любовь!

Он скривился и с брезгливостью вздернул подбородок.

– Кхм… – раздалось из ниоткуда громкое покашливание.

Над судьей появилась сверкающая дымка. Она переливалась золотыми сполохами, мягко превращаясь в высокие врата. Они распахнулись, и прямо в воздух грациозно скользнула черноволосая красноглазая девушка в длинном алом одеянии. Красивая и утонченная.

– Камила, – удивленно шепнула демонесса, но ее слова никто не услышал.

Никто, кроме богини Любви. Улыбнувшись, она подмигнула своей невольной подельнице.

На трибунах притихли. Присяжные приняли важный вид. Гном всхрапнул и тут же получил дружеский толчок от одного из конвоиров. Встрепенувшись, карлик поднял голову, забавно проморгался, глядя на богиню, и вскочил. Обернулся и уставился на тролля с демонессой, видимо, пытаясь сообразить, кто они такие и в чем, собственно, их обвиняют.

Но никаких признаков понимания на его лице так и не отразилось, потому он, поджав губы, отошел от своего стола на шажок в сторону стражи, пытаясь с ними слиться и стать в тех рядах за своего.

Но богиня Любви совсем на него не смотрела. Ее интересовал тот, кто посмел так невежливо высказаться: господин небесный прокурор.

Светлокожий эльф стал еще бледнее. Зато его уши покраснели и обвисли, как у щенка. Он силился выжать из себя добродушную улыбку, правда, получалось не очень. Присутствующим в этот момент казалось, что прокурору срочно нужно было выбежать по нужде. Гримаса на его лице наводила мысли о туалете и таком страшном недуге, как запор.

Та, что совсем недавно выдавала себя за простую вампиршу, заботливый хостес, всегда успевающий всем помочь и подбодрить, хищно улыбнулась.

– Прокурор, не могли бы вы повторить при мне последнюю, так небрежно брошенную вами фразу? – Ее глаза натурально сверкнули пламенем, алым и яростным. – Мне показалось, вы назвали любовь глупостью.

Эльф пошел красными пятнами. Его глазки забегали, ища спасения. Но кто же пойдет против богини?! Присяжные заерзали на местах, опасаясь попасть под гнев бессмертной.

– Молчишь? – богиня окатила эльфа презрением. – Любовь – это глупость… Кхм… А чего же ты ночами, лежа в своей холодной постели, взываешь ко мне и просишь согреть твое черствое сердце? Нет. Не дорос ты еще до настоящей любви. И в наказание за твое высокомерие, пренебрежение и двуличие я оставлю тебя при этой должности еще на два столетия. Разбирайся в чужих грехах, коли собственных в упор не видишь. Может, и прозреешь когда-нибудь.

Как только она произнесла эту фразу, над эльфом появилась маленькая грозовая туча и как дала разрядом молнии прямо в темечко. Прокурор закатил очи и разинул рот.

На трибунах и вовсе повисла гробовая тишина. Испугалась и демонесса. Она обхватила руку своего тролля и прижалась к нему. Знала, что он не даст ее в обиду.

Богиня заметила ее жест и просияла.

– Я не ошиблась, мой дорогой привратник. Тебе нравится женщина, которую я приберегла для тебя?

– Да, богиня. – Тролль уважительно склонил голову. – Она лучшее, что я мог бы пожелать для себя.

– И никогда не забывай об этом! – Изящные ножки Камилы коснулись мраморного пола. – Ты достоин любви.

Она прошлась вперед. Присяжные тихо зашептались. Один жест, и конвоиры отпрянули от пары. Окончательно затерялся среди них и гном. С небес полился мягкий алый свет. Он не слепил и не казался раздражающим. Теплый и ласковый, словно последние закатные лучики солнца.

– Я слышала твои мольбы, Трояр из рода Даварков. Помню каждую просьбу из тех, которые ты так и не решился озвучить. Ты все о сестрах хлопотал, об их судьбе заботился. А ночами мечтал.

Выражение ее лица стало добрым и ласковым.

Народ с трибун подался вперед. Гул нарастал, а Камилу все это только забавляло.

– Они не слышат, – пояснила она, глядя на демонессу. – У этих существ свое наказание – вечно рыться в чужом грязном белье, бесконечно осуждать, выслушивая все новые и новые истории жизней, и не быть способными прекратить это. Многие из них здесь уже не одну сотню лет. День и ночь на одном и том же месте, все те же лица соседей. Вы ведь сталкивались с такими, мадам Джакобо? Сплетники, которые клевещут новостей ради.

Демонесса кивнула, вспоминая свое окружение с самого раннего детства. Завистники, ждущие, когда она оступится, чтобы понести треп о ней. Крики отца, каждый раз, как ему доносили о малейшей ее провинности. Порой придуманной кем-то.

– Я знаю, как тяжело тебе было. А еще говорят: счастье в золоте, – покачала богиня головой. – Так ли это? В чем счастье, скажи?

– В любви, – шепнула мадам Джакобо. – И только в ней.

– Ты можешь попросить меня, но только об одной вещи. Только одна просьба. Говори.

Демонесса на мгновение смутилась. Взглянула на своего тролля и выдохнула. Черты ее лица разгладились, а уголки губ приподнялись.

– Это легко, – кивнула она и прошептала: – Счастья для тех, кого я люблю.

– Хорошо, – Камила кивнула, – а лично для тебя?

Демонесса снова призадумалась. В голове было столько мыслей, но она не могла ухватиться хоть за одну из них. Но нужно было отвечать, поэтому она слегка смущенно шепнула:

– Быть рядом с Трояром. У нас не было счастья при жизни, позволь нам…

– Нет!

Богиня взмахнула рукой, призывая ее замолчать. Еще один взмах, и их понесло куда-то ввысь. Под ногами остался огромный зал с трибунами. Несчастный небесный прокурор. Судья, смотрящий словно в никуда. И гном, ползающий среди конвоиров.

Богиня же вниз не смотрела.

– Я кое-что придумала для вас двоих… Миров много, и есть у меня выход в один. Вам понравится. Только одно условие – вы никому и никогда не скажете, как попали туда. Живите, сколько вам отведено, и любите друг друга. А я за вами прослежу…

Впереди снова закрутился густой туман. В его центре расширялась воронка, через которую виднелись аккуратные деревянные домики с черепичными крышами, огороды и бегающие по сельской дороге псы. Следом неслась детвора, весело визжа.

– Здесь вы сможете найти себя, – обернулась богиня. – Еще одна жизнь. Вы ее заслужили. У каждого свой путь к счастью, и не всегда он прост и легок. Удачи вам. И не забывайте про меня.

Камила засмеялась и снова взмахнула рукой, отправляя тролля с демонессой в сельские дебри, где со дня на день уже ждали нового кузнеца с женой. Поговаривали, что она умна, образованна и вполне может занять место учителя в небольшой деревенской школе.

Эпилог

Год спустя

– Милая, я голоден. С утра из кузни не выходил, – заглянув на кухню, Трояр едва сдержал смех.

Его любимая жена, сжав в руке нож, опасно нависала над несчастной растерзанной курицей. Та лежала, раскинув ноги и беспомощно свесив голову с разделочной доски. Ждала своего часа, бедняжка, и уже сама готова была отправиться в печь, но никак.

– Ага. А чем ты занята, Миллисента? Я так понимаю, это наш ужин?

Тролль рисковать не стал и решил мягко зайти со стороны.

Его демонесса нрава была крутого. Но красивая-а-а!

Трояр зажмурился от счастья, глядя на нее. Стоит в ярком голубом платье, белый передничек подвязан. Волосы уложены. Как же он мечтал хоть когда-нибудь увидеть на своей кухне такую вот прелесть!..

Да и боги с ним, с ужином. Сам приготовить способен.

– Миллисента, отомри!

– Я не могу, Трояр. – Она повернулась к нему, едва сдерживая слезы. – У меня рука не поднимается вонзить в нее нож. Я уговариваю себя, а никак. Еще и малышка толкается. Наша доченька явно против такого зверства.

Отбросив орудие пытки для курицы, она, всхлипнув, бросилась в объятия мужа. Знала, что и утешит, и бранить за нерасторопность не станет. И вообще, поцелует и решит все ее проблемы.

– Правда пинается?

Тролль обнял ее и положил руку на довольно внушительный живот своей любимой.

Под ней тут же почувствовался легкий толчок. Вздрогнув, мужчина прижал к себе свое сокровище.

– Ничего, – прошептал он, уткнувшись в мягкие волосы демонессы, – не можешь и не нужно. Сколько раз говорил: мясо буду разделывать я, а ты – все остальное.

– Я, правда, не могу. Внутри все сжимается, когда я к этой курице нож подношу. Я никудышная жена…

– Лучшая, – поцеловал он ее в висок. – Самая прекрасная. И не смей наговаривать на себя. Там за калиткой уже ребятня твоя собралась. Говорят, вы постановку к празднику задумали.

Он улыбнулся. Знал, что сейчас и ужин будет забыт, и слезы высохнут, и курица отойдет на второй план.

– О, да! – Миллисента отстранилась от него и трогательно прижала ладони к груди. – У нас будет спектакль. Я уже и пьесу написала и роли раздала. Ученики в восторге. Мы еще прослушивания устроили. Какие же у них дивные голоса. Так что еще и хору быть. И вообще… Трояр, я так счастлива! Ты не представляешь!

– Ну, почему же, – засмеялся он, – еще как представляю.

Чуть сдвинув жену, деревенский кузнец в три счета расправился с птицей. Отправив куски мяса в котелок, залил водой и поставил в печь, не забыв присолить.

– Говори, где вам городить сцену. И что еще нужно будет?

– Я знала, что ты поможешь! Как же я тебя люблю!

Подскочив к троллю, демонесса запечатлела на его губах жаркий поцелуй.

– Родишь, – зашептал он, сжимая ее в объятиях, – я тебе еще одного малыша заделаю.

– Да хоть двух! – прощебетала она в ответ. – Только рожать будешь сам.

Захохотав, Трояр покачал головой.

* * *

Тем временем в замке корпорации «ДемонсДипс»

– Нет, погоди, вот эта брюнеточка, – нависая надо мной, Демар заглядывал в монитор, в нетерпении топоча копытами по полу. – В ее анкете написано, что она любит лошадей.

– Сырыми или в бешбармаке? – съехидничала Ульянка, выглядывая из-за Орхана.

В руках орк держал два белоснежных платья на плечиках.

– Арина, я тебя прошу, поговори со своей сестрой, – причитал он. – Моя бедная мама присылает уже шестое платье. Пожалей ее, нам еще букет выбирать. Сестры с ног сбились, составляя меню на торжество.

– Ну… – Я пожала плечами, вчитываясь в анкету девушки-ветеринара. На новые конюшни нам требовались разносторонние работники. – Ты можешь просто не жениться на ней. Я тебе сразу сказала: Ульянка не подарок.

– Исключено! – Орхан мгновенно набычился. – Ладно, попрошу маму выслать еще несколько вариантов.

– Я не хочу платье, – пропела сестрица за его спиной. – Просто смирись с тем, что на мне будет брючный костюм.

– Женщина, у нас есть традиции!..

Орк зверел на глазах.

– Вертела я их на хвосте! – Наша новоиспеченная невеста демонстративно рассматривала свой маникюр. – Хочу костюм и точка. Но если ты настаиваешь на платье, то оно должно быть золотым.

По приемной пронесся тяжелый вздох жениха.

– Вот если бы я тебя не любил, то… – Начальника охраны мелко затрясло. – Я поехал к маме, будем это обсуждать. Золотое платье… Такого у орков еще не было.

Он вышел из приемной, утаскивая наряды.

– Ульяна? – потребовала я ответа.

– Достало, Арин! – Она обошла нашего кентавра и упала в кресло. – Его родственники лезут в каждую дыру, и это мы еще не поженились. Еще не хватало, чтобы свекровь решала, каким будет мое платье и так далее. Я подожду, пока до Орхана дойдет просто дать мне каталог с нарядами. Он должен четко понимать: мама – это мама, а жена – это жена. И решить, чье мнение в семье весомее.

Доля здравого смысла в ее словах была. У орков жесткие обычаи, но коли брак межрасовый, то пусть берет в расчет, что и традиции людей соблюдать придется.

– Ой, смотри, какая она серьезная!.. – Демар снова гарцевал у моего стола. – Приглашай ее, Арина, не тяни.

– Уймись, копытный, – осадила я его.

– Ну нет, – надулся он. – Там Сепп уже вовсю нашу новенькую обхаживает, а я все жду!

– Никого я там еще не обхаживаю! – На входе возник наш юрист, за его спиной опять замаячил Орхан с платьями. Похоже, решил опросить всех. – Я к ней уже дважды волком на стрижку бегал. Хвост начесывает, за ушами чешет, а дальше дело с места не сдвигается.

Я открыла рот, даже не зная, что этому шкафу на такое ответить. Сегодня на нем была модная шелковая белая рубашка, пуговички которой совсем поникли, повыскакивав из петель.

– А чего ты хотел? Что она с тобой в зверином обличье еще должна была сделать? В носик поцеловать, или под тот самый хвост заглянуть? На колокольчиках укладку навести? – пришла мне на помощь Ульянка. – Ты перекинуться, лохматенький, не пробовал? А после – на свидание пригласить. Там дева в полном недоумении: бегает на стрижки каждый день, уже всего вычесала, подшерстка не осталось, а толку нет.

Сепп замер и призадумался.

– Арина, не отвлекайся на них, одобряй анкету. Уведут же девушку, а она лошадей любит, – нетерпеливо пританцовывал на месте Демар.

Как только этот конь ушлый до пятого этажа замка добрался? В лифт свою тушу протиснул?

Устало вздохнув, я покосилась на дверь в кабинет мужа. Она оказалась открытой, а на пороге застыл мой демон. Прищурился, глядя на все творящееся безобразие.

– У вас ровно десять секунд, чтобы убраться из моей приемной, иначе брачное агентство будет закрыто! – прорычал он, заметив, что мне нехорошо. – Оставьте мою жену в покое хоть на день! Или уволю!

Его рык сработал, и через узкий дверной проем вынесло всех, в том числе и Демара, и Орхана с платьями. Осталась одна невозмутимая Ульянка. Сестра подняла лежащую перед ней папку и открыла.

– Уводил бы ты ее в комнату, Инчиро, – ровно произнесла она, достав отчет из логистического отдела. – Она уже несколько минут морщится явно от боли в пояснице. Начнутся схватки – на руках нести придется.

– У меня еще не срок, – возмутилась я, но все же из кресла встала, чтобы размяться.

Прошлась до окна и тут же ощутила, как муж обнимает со спины. Его ладони скользнули по животу и замерли. Откинувшись на его грудь, я прикрыла глаза.

На улице моросил мелкий дождик. Капли дорожками стекали по стеклу. Из кофейни выбежали девушки-эльфийки и притормозили у небольшой лужицы. За их спинами показалась вампирша. Усмехнувшись, она спокойно перепрыгнула воду и подняла голову, безошибочно отыскав меня в окне. Подняла руку и показала пакет.

Мое настроение резко подскочило вверх.

– Да, я сказал Камиле купить твоих любимых пончиков, – шепнул мне на ушко Инчиро. – И она, как всегда, не подвела.

Прикрыв глаза, я ощутила странную тянущую боль в пояснице. Она то появлялась, то исчезала.

– Думаю, Ульяне пора занять мое место в приемной, – шепнула я, морщась, и, нажав на клавишу, все же одобрила анкету девушки. – А мне хочется прилечь.

Инчиро нахмурился.

Снова взглянув в окно, я уже не увидела нашу вампиршу.

– Рожать тебе хочется, Арина, – раздался ее голос за спиной.

Вздрогнув, я обернулась. Нет, я никогда не привыкну к странностям этой женщины. Там их столько, что хоть перечень заводи. Вот как можно было так быстро преодолеть такое расстояние?!

– Ты меня слышишь? – приподняла она бровь. – Кажется, не понимаешь. Тогда вот так.

Она щелкнула пальцами, и по моим ногам побежала жидкость.

– У нее воды отошли! – взвизгнула Ульянка, подскакивая с места. – Племянник – молодчина! Правильно, нечего там задерживаться!

В общей суматохе никто не смотрел на Камилу. Никто, кроме меня. Просияв, она помахала мне рукой.

– Ты будешь чудесной мамой. – Ее облик изменился: девушка в алом платье вспорхнула над полом и стала будто эфемерной. – Больше мне здесь делать нечего. Пончики получишь через четыре часа. Обещаю. Все пройдет легко и быстро. Удачи, Арина.

Она исчезла.

Подхватив меня на руки, Инчиро выбежал в коридор. Ну, а я… А я с тоской взглянула на бумажный пакет из кофейни, оставленный на столе, и улыбнулась. Ничего, потом их съем. Рождение сына важнее.

Content

Мария Лунёва
Секретарь лорда Демона

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Эпилог