Лекарь Его Величества. Том 2

Глава 1

В зале началась суета. Настолько сильно аристократы оказались не готовы к чрезвычайной ситуации на этом мероприятии.

Кто-то тут же начал убегать, кто-то закричал, кто-то и вовсе застыл на месте.

Так, надо всех успокоить, пока ситуация не вышла из-под контроля. Если начнётся паника, успокоить всех будет сложнее.

Охрана первыми выводила родителей Владимира на улицу, а также остальных гостей, всех по очереди. Но по сравнению с количеством гостей, гвардейцев здесь было в разы меньше. А они старались уделить внимание каждому аристократу.

Никто из охраны точно не успеет сделать объявление, когда оно так нужно!

Я быстро подскочил к микрофону и принялся раздавать чёткие короткие распоряжения.

— Так, все эвакуируйтесь на улицу, дам пропускайте вперёд. Охрана сейчас вызовет спасательную службу, — так было положено по их регламенту, который во всех семьях плюс-минус одинаковый в таких ситуациях. Без паники, она здесь ни к чему. Гвардейцы дома Мавриных не позволят, чтобы с вами что-то случилось!

На всякий случай я выполнил трюк, которому меня обучил Константин Евгеньевич на одном из занятий. А именно активировал психологическую магию и направил её на всех присутствующих, немного их успокаивая. Сильного эффекта ожидать не приходилось, народу собралось очень много, и на всех никаких запасов не хватит.

Но паники удалось избежать. Ко мне прислушались и принялись эвакуироваться по всем правилам в сопровождении охраны. Хотя в идеале это начальник службы безопасности должен был сделать такое заявление.

Как же вовремя я изучил этот приём. Очень пригодился!

— Павел Соловьёв, Владимир, Кирилл Уваров, оставайтесь, — продолжил распоряжаться я.

Владимир — хозяин этого праздника, а потому он должен разбираться с ситуацией вместе со мной. Павел Соловьёв учится на спасателя, и его водная магия явно пригодится для тушения пожара. А Кирилл первым поднял тревогу, и это казалось мне очень подозрительным. Весь вечер его было не видно, а тут именно он заметил возгорание. Я ему не доверял.

Я встретился взглядом с начальником охраны, и тот кивнул. Разрешил мне и друзьям помочь, хотя если бы он принял иное решение, нас бы мигом эвакуировали. Даже согласия бы не спрашивали.

Люди покинули зал довольно оперативно, и я увидел источник возгорания. Горела штора на одном из окон. Сама она загореться точно не могла…

Да и у гвардейцев не получалось потушить огонь! Он очень быстро распространялся, хотя окна по правилам тушения пожаров оставались закрытыми. Водных магов среди охраны не было.

— Павел! — я коротко указал на огонь, и он тут же понял, что надо делать. Активировал свою водную магию и мигом потушил огонь.

Мы действовали очень быстро. Охрана успела использовать только два огнетушителя, находящихся в зале. Но их не хватило. И мы справились раньше, чем они принесли другие из соседних залов.

Всего за пять минут возгорание было ликвидировано. Пострадало две больших шторы. Даже дыма практически не было.

— Так и знал, что позвать вас, Павел, было отличной идеей, — переводя дух, подметил мой неунывающий друг. — Спасибо!

— Рад, что смог помочь, — смущённо ответил тот. — Впервые в жизни я и правда почувствовал себя спасателем.

— А теперь перейдём к возгоранию, — строго сказал я. — Пожарных уже вызвали, и надо бы объяснить им всю эту ситуацию.

Я хотел и сам узнать причину. А с пожарными будет беседовать глава службы безопасности — это его работа. Да и отцу Владимира придётся объясняться перед гостями, почему вечер был испорчен, и его тоже следует ввести в курс дела.

— Зачем пожарных? Всё же разрешилось? — заметно занервничал стоявший рядом Кирилл. — Пожара нет, что людей лишний раз дёргать? Надо отменить их вызов!

Ну уж нет. Обойдётся!

— Они должны зарегистрировать факт возгорания, проверить проводку, убедиться, что здесь теперь безопасно, — удивлённо перечислил Павел. — Почему вы так испугались?

— Мне тоже интересно это узнать, — холодно сказал я. — Тревогу о пожаре поднял именно ты, Кирилл. И ты же стоял рядом со шторой. Возможно, ты видел, что произошло?

Вопрос был провокационным. Я уже почти наверняка был уверен, что он не просто видел, а участвовал в этом. Слишком уж много совпадений.

Да и каким дураком надо быть, чтобы устроить пожар в доме аристократа? Так он может навредить всему своему роду, если Маврины воспримут это как агрессию.

— Да, я случайно её поджёг, — злобно ответил Уваров. — Но я не растерялся и тут же поднял тревогу! И всех спас.

Случайно поджёг, как же! Разумеется, это было сделано специально. Кирилл уже вырос из того возраста, чтобы играть со спичками.

Это была спланированная операция. Чтобы показаться всем героем. Вот только это как раз у него и не получилось.

Вроде бы взрослый парень, а рассуждает как ребёнок! Меня это жутко вымораживает…

— Всех тут спас Николай, он дал конкретные и чёткие указания, а не просто вопил «пожар», — передразнил Уварова Владимир. — И если это ты так обиделся из-за того, что я не принял твой подарок, то ты мелочный и подлый человек!

И снова грубо, но правдиво.

— Я это сделал не специально, и вам не в чем меня обвинить, — отрезал Уваров.

Стоит на своём. Что ж, уже и правда невозможно доказать, специально он сделал это или случайно. Я уверен в первом варианте, но доказательств нет.

Хотя, возможно, пожарные проведут свою экспертизу, и мы сможем узнать точный ответ.

— В любом случае стоит извиниться перед Владимиром. За испорченный конец праздника, — напомнил я. — Даже «случайно» испорченный.

Я специально выделил это слово, чтобы показать ему, что я в это совпадение не верю.

— Приношу свои извинения, — выдавил из себя Кирилл. — Я, пожалуй, пойду.

И снова извинения после пакости. Пора уже Кириллу повзрослеть.

— Ну уж нет, — остановил его я. — Ты останешься. Дождёшься пожарных. И объяснишь им, как произошло возгорание. Во всех подробностях.

— Правильно, а потом уже уйдёшь, — добавил Владимир. — У меня нет больше желания видеть тебя на своём празднике.

Друг говорил тоном, не терпящим возражений. И если бы Кирилл попытался уйти, он бы встретился на выходе с гвардейцами, которые могут его задержать.

В их сторону с намёком и кивнул Владимир. Кирилл прекрасно это понял.

Пожарные появились всего через несколько минут. Кирилл рассказал им какую-то нереальную историю про зажигалку, случайно выпавшую из кармана. Сделали вид, что поверили. Не хотят иметь проблем с аристократом.

Хотя, как мне кажется, от дворянского титула у Кирилла одно название! Зажиточные простолюдины и то умеют себя вести в обществе, в отличие от него.

— Что ж, огонь был потушен весьма оперативно, — осмотревшись, подытожил пожарный. — Здесь есть водник?

— Да, я учусь на спасателя, — скромно кивнул Павел Соловьёв.

Было видно, что он гордится своим сегодняшним поступком.

— Отлично, сменное поколение растёт, — улыбнулся тот. — Ну всё, мы тут закончили.

— А я тоже мечтал стать спасателем, — заявил вездесущий Владимир. — Но учусь на лекаря. К сожалению, я родился именно с такими способностями.

Опять он за своё! Словно сегодня меня все хотят до белого каления довести!

— Лекари тоже своего рода спасатели, — улыбнулся мужчина. — А вообще, мы сейчас практикуем бригады, в составе которых есть лекарь. Для командировок. Так что, если тебе интересно, можешь подойти завтра в наш офис, обсудишь возможность стажировки.

Я понял, о чём он говорил. Многие чрезвычайные ситуации требуют безотлагательного оказания лекарской помощи. И если в бригаде уже имеется лекарь, её работа станет гораздо эффективнее.

— Вы серьёзно⁈ — обрадовался Владимир. — Я с радостью! Я этого предложения всю жизнь ждал!

Правда, сомневаюсь, что отцу Владимира понравится эта идея. Навряд ли друг пройдёт дальше стажировки, ведь ему на роду уготовано совсем иное.

— Тогда будем ждать, — серьёзно кивнул спасатель. — Всего доброго!

После разговора с нами пожарные отправились к главе службы безопасности. И там они задержались на целых полчаса.

— Теперь я пойду, — напомнил о себе Кирилл. — Всем до свидания!

Толком ему никто не ответил, все были погружены в свои мысли.

Интересно, какой будет его следующий шаг? Специально навредит человеку, чтобы доказать, что он хороший лекарь? Раз он уже устроил пожар, чтобы показаться спасателем. Или кем там он хотел показаться…

— Владимир, — позвал я замечтавшегося друга. — Наверное, пора уже пригласить гостей назад.

— Точно, — хлопнул друг себя по лбу, — ещё же торт будет!

Зал снова наполнился людьми, и веселье продолжилось. Неприятный инцидент быстро забылся, и это было хорошо.

Я быстро отыскал в толпе Анастасию. Ещё при начале эвакуации проследил, чтобы она выбралась из зала одной из первых. Всё-таки я чувствовал за неё ответственность, раз пригласил сюда.

— Вы в порядке? — спросил я у неё.

— Да, всё хорошо. Вы так на всех прикрикнули, и всем, наоборот, стало как-то спокойнее, — ответила девушка. — Так что мы просто постояли на улице, никто даже не испугался толком. Пожар уже потушили?

— Да там всего лишь штора загорелась, — отмахнулся я. — Но перестраховаться никогда не помешает.

Особенно когда в деле замешан Кирилл…

— Хорошо, — кивнула Анастасия. — Мы переживали, что праздник уже закончится. Кстати, пока стояла на улице, позвонила отцу. Сказала, что хочу познакомить его со своим другом. В общем, завтра вечером, часов в восемь, он приглашает на ужин. Придёте?

— Конечно, — кивнул я. — Надо же осмотреть этого трудолюбивого пациента. Тем более, меня очень заинтересовал его диагноз.

— Отлично, — обрадовалась девушка.

Остаток вечера прошёл без новых происшествий. Наверное, потому что Кирилл ушёл домой. И шторы поджигать было больше некому.

По окончании я отправил Анастасию на такси до дома, заодно узнав её адрес. Хотел было направиться в общежитие, но решил сам тоже переночевать дома. В последние дни у меня так ни разу и не получилось остаться у родителей.

Мы отлично посидели всей семьёй, а на следующее утро отправились с отцом в магазин, на съёмки рекламы.

Несмотря на то, что приехали мы раньше положенного, магазин был уже открыт.

— Доброе утро, господа! — поздоровался Василий.

Пожилой продавец явно прихорошился, даже усы были тщательно расчёсаны.

— Доброе утро, — поздоровался я. — Василий, а что вы так рано пришли?

— Да волновался что-то, дома не сиделось, — признался тот. — Важный день!

— Это правильно, — похлопал его по плечу отец. — Ну, как я погляжу, выглядит всё вполне прилично.

— Согласен, — кивнул я.

Через минут пятнадцать после нашего приезда к входу подъехало несколько машин, и из одной из них вышли граф Якунин и его сын Евгений. Он выглядел гораздо лучше, чем при нашей первой встрече. Нездоровый цвет кожи ушёл и сменился здоровым румянцем. Да и поднабрать немного успел, значит, стал нормально питаться.

— Доброе утро, ваша Светлость, — хором сказали мы с отцом, наклонив головы.

На самом деле это была большая честь, что граф решил лично участвовать в съёмках рекламы, а не отправил вместо себя своих людей, как обычно поступают в таких случаях.

— Здравствуйте, господа, — поздоровался и Василий, наклонившись гораздо ниже.

Правила этикета, их никто не отменял.

— Здравствуйте, — кивнул граф Якунин. — Ну что, вы уже готовы?

— Да, только объясните нам план действий, — попросил я.

— Тут всё просто. Сейчас подъедет машина с оборудованием для съёмки. Снимем магазин снаружи и изнутри, затем вас двоих и вашего продавца. Затем проведём небольшое интервью, будете отвечать на вопросы. И потом из этого всего сделаем готовый ролик.

Точнее, ролик будут делать в отделе маркетинга. А сам граф приехал больше для того, чтобы пообщаться с нами.

— А интервью зачем? — уточнил я. — Я думал, у нас секунд десять экранного времени. Что за это время можно спросить?

— Это больше для другой рекламы, — ответил граф Якунин. — Буклетов, например. Доверьтесь нам.

— Мой отец знает, что делает, — добавил Евгений. — Да и я потихоньку разбираюсь уже в нашем семейном бизнесе. Это стандартные действия.

— Отлично, — кивнул я. — Рад это слышать.

На самом деле я больше был рад видеть Евгения здоровым, без нависшего над ним депрессивного состояния.

Через несколько минут подъехал съёмочный фургон, и в магазине закипела подготовка. Разгрузка оборудования, настройка света и даже лёгкий грим для нас троих. Чтобы, как объяснили, лицо не блестело в кадре.

Наконец, всё было готово, и съёмки начались. Магазин крупным планом, магазин изнутри, Василий за прилавком, мы с отцом. Всё отсняли в нескольких ракурсах.

— Николай, — шепнул мне отец перед интервью. — Давай ты будешь отвечать на их вопросы. Боюсь сказать что-то не то.

Хоть отец и прикрывался этой фразой, на самом деле ему хотелось, чтобы именно я стал лицом нашей семьи. А почему? Это я уже спрошу у него позже.

Но я хорошо знаю отца и легко прочитал весь подтекст, который прятался за дежурной фразой.

— Ну если к тебе обратятся напрямую, то ты лучше сам отвечай, — улыбнулся я. — А так, я разберусь.

К нам подошла симпатичная молодая девушка и пригласила разместиться в креслах для интервью.

— Добрый день, меня зовут Елизавета, и я собираюсь задать вам несколько вопросов, — вежливо начала она. — Для начала, представьтесь, пожалуйста.

— Николай Аверин, — первым представился я.

— Владимир Аверин, — кивнул отец.

— Значит, отец и сын? Семейный бизнес? — предположила Елизавета.

— Именно, — кивнул я.

— Расскажите подробнее, чем отличается ваш магазин от других магазинов с алхимическими препаратами?

— Прежде всего, у нас отличное качество всех товаров, мы можем это гарантировать, — начал я. — Отец лично следит за поставляемыми настоями и травами, чтобы они были высшего качества.

— Не совсем понимаю, как именно это определяется, — произнесла Елизавета.

— Как известно, алхимические препараты основаны на травах, — начал объяснять я. — Эти травы в принципе растут даже в диких условиях. Однако для изготовления препаратов они выращиваются магическим образом, специально обученными людьми с лицензией. Качество может отличаться от поставщика к поставщику, поэтому мы всегда проверяем, при каких реальных условиях они были выращены, и не было ли добавлено лишних трав на заводе.

Когда отец только искал хороших поставщиков, он потратил на выбор несколько лет. Но в итоге мы работаем только с пятью компаниями из двадцати четырёх, которые в нашем городе поставляют лекарства.

— Но раз эти травы выглядят одинаково, некоторые используют более дешёвый немагический аналог для создания лекарств? — сразу же поняла репортёр.

— Да, обычно их добавляют к магическим в меньшем соотношении, чтобы подделка была не столь явна, — честно ответил я. — Такие травы тоже действуют, но гораздо хуже. Кроме этого, от них большое количество побочных эффектов. Поэтому наш магазин работает только с проверенными поставщиками.

— Какой путь проходит лекарство, прежде чем попасть в магазин? — задала Елизавета следующий вопрос.

— Для начала, концепцию будущего лекарства продумывают в лабораториях, — начал я. — Там лекарство проходит все необходимые тесты. Если оно проходит проверку, его рецепт отправляют уже на заводы. Завод отвечает за производство, и именно на этом моменте может использоваться подмена магически выращенных растений на обычные. После того как завод производит партию товара — тот отправляется в магазины. И мы его уже продаём.

Я раскрыл довольно интересную истину, но не называл, кто конкретно поступает подобным образом. Тем самым потребители задумаются, а другие поставщики не смогут обвинить меня в клевете.

— Отлично, стало гораздо понятнее, — кивнула Елизавета. — Теперь расскажите поподробнее о новой должности в вашем магазине. Я так поняла, вы получили на неё патент?

— Это была идея сына, — решил ответить отец. — Называется она «лекарь-консультант». Суть в том, что до этого все препараты в алхимических магазинах продавались строго по рецептам. Сейчас же лекарь сам может продать препарат, если при осмотре пациента не найдёт у того показаний для обращения за лекарской помощью.

— О, это очень удобно, — подметила репортёр. — Сама пару раз от этого страдала. Особенно, когда и у лекаря побывал, и препарат нужный узнал, а рецепт он выписать забыл. Приходилось тратить своё время на повторный визит.

— Да, в таких ситуациях это тоже пригодится, — кивнул я.

— Какие нововведения у вас планируются в ближайшем будущем, кроме уже перечисленных? — продолжила расспрос Елизавета.

Она держалась уверенно, чувствовался профессионализм.

— Переход на круглосуточный режим работы, — ответил я. — Чтобы пациенты и ночью имели возможность купить нужные препараты.

— Прекрасная идея, — подметила репортёр. — Что ж, теперь давайте чуть подробнее про ваш семейный бизнес.

— Начался он ещё с моего деда, — ответил отец. — Он владел небольшой лавкой с целебными травами. Тогда из них ещё не изготавливались лекарства, но спрос на них был активный. Он сам владел магией растений и прекрасно в них разбирался. И привил любовь к этому моему отцу, а тот уже мне.

— Отличная история, всем понравится, — кивнула Елизавета. — Ну, в принципе, я узнала всё, что хотела. Спасибо за уделённое время.

Репортёр ушла, и к нам подошёл граф Якунин.

— Похоже, мы закончили, — подытожил он. — Приблизительно через неделю запустим мощную рекламу. И ваш магазин разорвётся от покупателей.

— Отлично, — кивнул я. — Будем ждать с нетерпением. Скажите, мы вам точно ничего не должны?

Этот вопрос мы обговорили, когда я вылечил его сына. Но спросить было моментом этикета и вежливости. Он граф, и вполне мог передумать.

— Нет, что вы, — отмахнулся граф Якунин. — Вы сделали для меня гораздо больше, чем я для вас. Евгений наконец-то стал похож сам на себя. Всего доброго!

— До свидания, — поклонился я.

Наш магазин снова опустел. На сегодня мы решили закрыть его на весь день, чтобы была возможность спокойно снимать рекламу.

— И меня сняли, как звезду какую-то, — гордо проговорил Василий. — Сегодня супруге расскажу, не поверит!

— Потом ещё и по телевизору увидит, — улыбнулся я. — Отец, проект с круглосуточной работой магазина нужно запускать в ближайшее время. Ночи со среды на четверг и с воскресенья на понедельник я беру на себя. Но на остальное время нужен ещё один продавец.

— Двое нужны, Николай Владимирович, — сказал Василий. — Сменщик-то мой, Пётр, уволился.

— Когда? — спросил я. — Почему мне об этом неизвестно?

Из-за этой новости придётся пересмотреть наши планы…

— Да вчера, не успел ещё тебе сообщить, — печально ответил отец. — Ему предложили место в сети «Елисеевские», с большой зарплатой и прочими льготами.

— И мне предлагали, лукавить не буду, — добавил Василий. — Только я послал их куда подальше!

Ага, интересная история. Хоть мы и договорились с Елисеевыми о честной конкуренции, методы у них остались спорные. Хотя только вчера я подметил, что они успокоились.

Оказалось, нет. Попытаться переманить наших продавцов — шаг, конечно, не запрещённый, но довольно подлый. Однако здесь всё в рамках закона, не силой же он продавцов переманивает.

— Василий, я очень ценю, что вы остались с нами, — сказал я. — Обещаю, мы вам тоже постараемся поднять зарплату.

— Да куда ж я от вас, столько лет работаю, — отмахнулся продавец. — А по поводу поисков продавцов — сын мой второй, Сергей, работу ищет. Хороший парень, толковый.

— Отличные новости, — кивнул я. — Пусть приходит в среду, я проведу собеседование.

— А я тогда дам объявление о поисках сотрудника в интернете, — предложил отец. — Надо побыстрее найти, чтобы Василий наш не перетрудился.

Отец не просто так переживал. Ведь из-за навалившейся нагрузки был риск, что и Василий уволится.

Конечно, говорил он обратное. Но в жизни всякое случается… Бывает, и самые близкие предают. Я как раз попутно занимаюсь поиском того, кто посмел так подставить будущего меня. И логика подсказывает, ответ надо искать в Лекарской академии.

— Тогда на сегодня предлагаю закончить и расходиться отдыхать, — произнёс я.

Отец и Василий отправились по домам, а я в общежитие. До ужина с отцом Анастасии оставалась пара часов, которые я потратил на скопившиеся мелкие дела. А к восьми уже подъехал на такси к особняку графа Юсупова.

Хотя это даже особняком назвать было сложно. Скорее, целый дворец. Огромное трёхэтажное строение с белыми колоннами. Насколько я знал по истории нашего города, много поколений Меньшиковы и Юсуповы сменяли друг друга на посту князя и, соответственно, губернатора города. В данный момент этот титул был за Меньшиковыми, но Юсуповы явно не растратили своё великолепное наследие.

У входа дежурил швейцар, услужливо открывший двери при моём появлении. Меня встретил слуга и проводил до зала. Да здесь прислуги больше, чем студентов в академии!

Не успел я об этом подумать, как подошёл официант, предложивший мне напиток до начала ужина. И очень удивился моему выбору апельсинового сока.

Спустя пару минут появилась Анастасия, сегодня одетая в интересное платье с шахматным узором.

— Добрый вечер, Николай, рада, что вы пришли! — поприветствовала она. — Ужин начнётся минут через десять, отец заканчивает работу.

— Как его самочувствие? — участливо спросил я.

Его случай меня и вправду заинтересовал.

— Всё так же, — вздохнула девушка. — Лекарь наш так ничего и не говорит. Вся надежда на вас.

В этот момент в гостиную вошёл мужчина, выглядевший довольно молодо. Но внешнее сходство сразу подсказало мне, что передо мной отец Анастасии.

— Отец, познакомься, мой друг, Николай Аверин, — подтвердив мою догадку, представила меня девушка. — А это мой отец, Феликс Юсупов.

— Приятно познакомиться, ваша светлость, — поклонился я.

— Можно без таких формальностей, — кивнул Юсупов. — Рад познакомиться с другом моей дочери. Прошу к столу.

Мы расселись вокруг стола, и нам подали закуски. Тут одними закусками можно наесться на неделю вперёд.

— Я очень рад, что вы пришли, — сказал внезапно Феликс. — Обычно нам с дочерью редко удаётся найти время на обычный семейный ужин. Но сегодня она рассказала про вас, и я просто не мог отказаться.

По первому впечатлению этот человек выглядел доброжелательно.

— Отец, Николай тоже учится на лекаря, только на лечебном факультете, — сказала Анастасия.

— И я попробую разобраться с вашим здоровьем, — предложил я. — Анастасия сказала мне, что вас уже осматривал семейный лекарь, и диагноз он не поставил.

— Да, слишком уж его путают симптомы, — ответил Феликс. — Что ж, раз уж вы ради этого пришли сюда, я позволю себя осмотреть. Но только после ужина.

Было заметно, что предложение помощи Юсупову не очень понравилось.

— Идёт, — кивнул я.

— Расскажите пока, чем занимается ваша семья? — попутно спросил граф Юсупов.

Такой частый вопрос ото всех в аристократическом обществе, что начинает надоедать отвечать. Но манеры и этикет… от них никуда не денешься.

— Мы владеем магазином с алхимическими препаратами, — в который раз ответил я. — «Мастерская зелий Авериных».

— И магазин замечательный, я там была, — добавила с улыбкой Анастасия.

Сегодня у девушки было хорошее настроение.

— Слышал, у вас тот единственный магазин, который не смогли выкупить Елисеевы, — задумчиво сказал Феликс. — И это заслуживает уважения.

— Это наш давний семейный бизнес, и мы не собираемся его продавать, — уверенно ответил я.

— Это правильно, — кивнул граф Юсупов.

За подобными разговорами мы провели ужин, после которого граф разрешил себя осмотреть, как и обещал.

Я включил диагностическую магию и принялся сканировать его тело.

Ага, вот и проблема. Как я и думал, это не сердечное заболевание. Это гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь, или ГЭРБ. Суть заключается в том, что в пищевод забрасывается содержимое желудка, вызывая жжение и боли. Из-за того, что и пищевод, и сердце находятся за грудиной, эти патологии и правда часто путают.

Да и потоки, возникающие при этих двух патологиях, весьма схожи.

— У вас нет проблем с сердцем, — сообщил я. — Проблемы есть с желудком. Между желудком и пищеводом есть орган, который называется «сфинктер». В норме он закрыт вне еды, и пища остаётся в желудке. Но иногда возникает проблема, при которой сфинктер не закрывается до конца. И тогда содержимое из желудка попадает обратно в пищевод. Но уже с соляной кислотой. И возникает жжение.

Эта болезнь очень часто встречается среди всех слоёв общества.

— Вы уверены, что это не сердце? — с волнением спросила Анастасия.

— Абсолютно, — кивнул я. — Просто потоки довольно похожи, как и клиническая картина. Поэтому ваш лекарь и перепутал. Сейчас я распишу лечение, и вы быстро поправитесь.

Судя по лицу Юсупова, он до конца мне не верил. Думаю, это подтолкнёт его сходить в больницу, чтобы узнать третье мнение.

Однако ответил граф совсем иначе:

— Спасибо, Николай, — кивнул граф Юсупов. — Стало легче даже от вашего осмотра.

Разумеется, ведь я всё равно снял часть воспаления в пищеводе с помощью лечебной магии. Иначе не мог, состояние нужно было облегчить. Тем более после еды.

Я расписал графу Юсупову лечение на две недели. Причём особое внимание стоило уделить не только препаратам, но и режиму питания, и специальной диете. Но и препараты пить придётся, а именно — настой тысячелистника.

Закончил расписывать рекомендации и вручил их Феликсу.

— Спасибо, — ещё раз кивнул он. — Честно говоря, не особо рассчитывал на успех этой затеи.

— Рад помочь, — кивнул я.

И в этот момент мы услышали какой-то грохот на кухне…

Глава 2

Я первым отреагировал и сразу же побежал в сторону грохота. Открыв двери, увидел довольно странную, на первый взгляд, картину.

Один из поваров лежал на полу, извиваясь в судорогах. Всё его тело вытянулось в одну линию, а голова запрокинута назад. Лицо было мертвенно-бледным, а на шее заметно набухли вены.

Вокруг него суетилось несколько других поваров и официантов. И один из них как раз схватил ложку и направлялся в сторону пострадавшего.

— Не надо ему ничего совать в рот! — громко крикнул я, привлекая к себе внимание.

Все с каким-то недоумением уставились на меня. Хотя их удивление понятно, я гость в этом доме.

— Я лекарь, и гарантирую, что этим вы ему только навредите, — пояснил я, чтобы всех успокоить. — Разойдитесь, ему нужен свежий воздух.

— Он же задохнётся…– неуверенно проговорил один из официантов.

Распространённое заблуждение.

Я уже понял, что случилось с поваром. Передо мной был классический пример эпилептического припадка. Это сложное заболевание головного мозга, при котором нейроны начинают работать с излишней активностью, что провоцирует подобные приступы.

Когда возникает фаза судорог, одной из самых частых ошибок других людей является попытка запихать что-то в рот. Действительно, дыхание при эпилептическом припадке очень поверхностное, и кажется, будто человек не дышит. Но ему ни в коем случае не следует пытаться разжать челюсти, этим ему можно только сильнее навредить. Можно травмировать слизистую рта или даже сломать зубы. Ведь челюсти при приступе пациенты сжимают изо всех сил.

— Не задохнётся, отойдите от него! — снова прикрикнул я на всех.

Затем направился к повару и принялся оказывать первую помощь. Для начала быстро проверил диагностической магией, точно ли это именно эпилептический припадок. Это было видно и по внешним проявлениям, но лучше дополнительно всё подтвердить.

После того как убедился, я перевернул мужчину на бок и подложил ему под голову свой свёрнутый пиджак. Сейчас главное, что нужно сделать — позволить приступу пройти самостоятельно. И успокоить человека после приступа.

К сожалению, это заболевание не лечится лечебной магией, однако можно попробовать сократить время приступа. Чем я и собирался заняться.

Я активировал лечебную магию и направил её в головной мозг пациента. Стабилизация работы нейронов — сложный процесс, забравший у меня все остатки магической энергии. Но это помогло.

Повар пришёл в себя и открыл глаза.

— Полежите немного, у вас только что был приступ, — мягко сказал я ему. — Вам надо прийти в себя.

Хотя такие пациенты обычно и сами знают, что делать. Ведь этот приступ у него явно не первый. Эпилепсия — это долгое, хроническое заболевание, и такие приступы у пациентов встречаются довольно часто. Если её не лечить.

Мужчина слегка кивнул и остался лежать. А в кухню с запозданием прибежал Феликс Юсупов.

— Что здесь происходит? — грозно спросил он.

— Приступ какой-то у повара новенького, — виновато ответил официант. — Мы хотели ему помочь, но вот молодой человек прибежал и нас отогнал. Сказал, что он лекарь.

— А почему родового лекаря не позвали⁈ — прикрикнул Юсупов.

— Выходной у него, нет его в имении, — ответил официант.

— Бардак! — рассердился Феликс. — А если бы у меня не было в гостях лекаря, который оказался здесь, кстати, по чистой случайности? Вы бы мне тут человека убили?

Строго говоря, повара и официанты явно не были виноваты в случившемся. Если родовой лекарь отсутствовал, то они к этому отношения не имели. И постарались оказать помощь своими силами, хоть и действовали неправильно.

— Николай, что с ним? — обратился Юсупов уже ко мне.

— Эпилептический припадок, — коротко ответил я. — Уже прошёл, но ему надо дать немного времени прийти в себя.

— Нанял нового повара на свою голову, — вздохнул Феликс. — Спасибо, что оказали ему помощь.

Тем временем повар окончательно пришёл в себя и смог сесть.

— Простите меня, господин, — виновато проговорил он. — Такое уже несколько раз бывало, но к лекарям всё некогда сходить было.

— А сходить к ним стоит, — строго сказал я ему. — Иначе эти приступы так и будут повторяться. И если рядом не окажется лекаря, всё может закончиться плачевно.

— Понял, я схожу обязательно, — поклялся повар. — Господин, только не увольняйте меня! Я вас умоляю.

— Позже поговорим, — отрезал Феликс.

Скорее всего, он его всё-таки уволит. Юсупову не захочется, чтобы на его кухне работал проблемный персонал.

— Посетите лекаря в ближайшее время, — сказал я повару, когда окончательно убедился, что он в порядке. — Он пропишет вам настой сирени. Принимайте регулярно, это поможет избежать новых приступов.

Так я намекнул, что если сделает всё сразу, то есть шанс не потерять работу.

— Хорошо, — кивнул он мне. — Спасибо за помощь.

Я вышел из кухни и подошёл к сидящему на диване Юсупову.

— Спасибо ещё раз, Аверин, что вы помогли в такой ситуации, — устало держась руками за виски, проговорил он. — Невероятное везение, что вы оказались рядом в нужный момент.

Подобная ситуация наверняка заставила его посмотреть на меня по-новому. И теперь есть большая вероятность, что он прислушается к моим словам и по поводу своего здоровья.

Но кое-что я всё же добавлю.

— У повара был приступ эпилепсии, — сказал я. — Заболевание это хроническое, но если он начнёт принимать препараты, приступов не будет. И он сможет работать без подобных проблем.

— Я вас услышал, — устало кивнул Юсупов.

Ну, сделал всё, что мог.

— В таком случае, мне уже пора, — заключил я. — Спасибо за прекрасный ужин и приятную беседу.

Я коротко поклонился, соблюдая нормы приличия.

— До свидания, — кивнул мне Феликс.

Анастасии в комнате уже не было, я даже пропустил момент, когда и куда она убежала.

Девушка нагнала меня уже у выхода, куда меня снова проводил один из слуг.

— Вы свободны, — распорядилась она слуге. Тот покорно кивнул и тут же удалился.

— Спасибо за ужин, — повторил я свои слова, обращаясь уже к Анастасии.

— Вам спасибо! — тут же ответила девушка. — Отец очень недоверчивый, но вся эта ситуация с поваром показала ему, насколько вы хороший лекарь. Я уверена, теперь он прислушается к вашим словам! И, возможно, уволит нашего лекаря за неправильный диагноз. С персоналом он довольно строг.

— Это я уже заметил, — улыбнулся я. — Рад, что смог помочь.

— Увидимся в академии, — проговорила девушка. — Наш водитель отвезёт вас куда нужно.

Да уж, в этом доме персонала действительно больше, чем можно себе представить. И хотя личные водители были у всех, количество поваров меня поразило. Не может одна семья столько есть! Наверное, всё дело в том, что при такой высокой должности в доме часто проходят различные встречи и мероприятия.

А вот личный лекарь — довольно частое явление. Помню, как в гостях у Пановых я удивлялся личному хирургу. Странный выбор для семейного лекаря. Здесь же лекарь был лечебником, но не смог поставить правильный диагноз.

А сам я, судя по новым открывшимся воспоминаниям, стану лекарем самого императора. Интересная штука — жизнь…

Водитель довёз меня до общежития, и я сразу отправился спать. Стоило хорошо отдохнуть, чтобы восстановить весь запас в магическом центре. А то сегодняшний день опустошил его полностью.

Утро следующего дня началось не с громкоговорителя, а с конверта, доставленного магической почтой и упавшего прямо мне на лицо. Вот это побудка!

Я с интересом уставился на очередной белый конверт без каких-либо опознавательных знаков. Неужели новая угроза?

Но внутри был загадочный текст: «Вторая буква из самого крупного органа ротовой полости — это на самом деле не буква. Архивы помогут. Внутри найдёшь новую подсказку».

Письмо настолько меня заинтриговало, что весь сон тут же пропал. Итак, передо мной явная загадка. Непонятно кем присланная, и непонятно куда приведёт. Но тем интереснее.

Самый крупный орган ротовой полости — это язык. На это я ответил сразу же. Вторая буква — это «з». Очень похожая на цифру 3.

А вот дальше сложнее. С чем помогут архивы, и что значит «внутри найдёшь новую подсказку»?

Ответ озарил меня через несколько минут. Речь идёт про академию, а точнее — про её корпусы. Раньше у корпусов не было специальных названий, и они просто нумеровались числами. Главный корпус был первым, и так далее.

Для этого мне и нужны архивы! Определить, какой корпус раньше был третьим.

Заинтересовавшись этой загадкой, я сразу же отправился в библиотеку. Время до завтрака ещё было, а любопытство — вещь сильная.

Быстро нашёл нужную книгу и узнал, что третий корпус — это теперь корпус для первых курсов. Тот самый, где мы сдавали анатомию, гистологию и прочие предметы. Значит, следующая подсказка там.

Но в этот корпус я отправлюсь на перерыве. Не знаю, кто и зачем прислал мне эту загадку, но заинтересовать он явно сумел.

За завтраком я встретил бодрого Владимира. Кирилл больше не стал садиться с нами и ел в гордом одиночестве за другим столиком. Точно как ребёнок, который нашкодил и сам же обиделся.

— Доброе утро, дружище! — с привычным энтузиазмом поздоровался Владимир. — Как ты?

— Доброе утро, — улыбнулся я. — Всё отлично, вчера снимали рекламу для магазина. Ты как воскресенье провёл?

— В спорах с отцом, — вздохнул друг. — Я, мол, должен стать серьёзнее и думать про семейные дела, а не про всякие глупости.

— Это ты ему про те бригады рассказал, — догадался я.

— Точно. Ничего, я его дожму, — оптимистично заявил Владимир. — А ещё с Марией погулять успел. Короче, жизнь удалась. Кстати, нам наконец-то назначили дату нашего первого выступления! В субботу открываем сезон, придёшь?

— Приду, — кивнул я. — Такое я не пропущу.

— Отлично, — обрадовался друг. — Волнуюсь, ужас просто. Больше чем перед всеми экзаменами вместе взятыми.

— Уверен, ты справишься, — подбодрил я его. — Произведёшь там фурор.

После завтрака мы направились на занятие по сердечно-сосудистым патологиям.

— Доброе утро, господа! — бодро поздоровался Сергей Александрович. — На этой неделе мы с вами окончательно пройдём первый блок нашего учебного плана. Поэтому в следующий понедельник вас ждёт зачёт.

Однокурсники тут же взволнованно зашептались. Наверное, в каждом учебном заведении слова «зачёт» или «экзамен» вызывают тревогу.

— Зачёт будет по всем пройденным темам, — продолжил преподаватель. — Не сдавшим вычту сразу пятьдесят баллов из рейтинговой системы.

— Сергей Александрович, это же очень много! — выкрикнул Юрий Колесов.

— Зато дополнительная мотивация, — отрезал преподаватель. — Вас все разбаловали, начисляя баллы за всё подряд. А в нашей академии главное — это лекарские знания. И если у вас их недостаточно, вам и не суждено быть лучшими студентами.

Кажется, он сегодня не в настроении. Быть преподавателем в принципе довольно непростое занятие. И, разумеется, их всех учат тому, что эмоции никак не должны отражаться на работе, а тем более вымещаться на студентах.

Но все они люди, и получается такое у них далеко не всегда. Иногда случаются срывы, и с этим ничего не сделаешь.

Пятьдесят баллов — это очень много. За хорошие оценки или заслуги нам начисляли баллов по пять-десять. Поэтому я хорошо понимал возмущение однокурсников. Но Сергей Александрович здесь главный, и они ничего не могли сделать.

Преподаватель перешёл к объяснению новой темы, но из-за новости о зачёте слушали его плохо. Однако он как будто бы этого не замечал, невозмутимо продолжая бубнить про сосуды сердца.

— Николай Аверин, задержитесь, — произнёс он в конце занятия.

Остальные студенты даже на нас не посмотрели, поспешив на перерыв, чтобы во всех красках обсудить предстоящий зачёт.

— Да, Сергей Александрович? — подошёл я к преподавателю.

— Мой подарок всё ещё у вас? — внезапно спросил тот. В его глазах я увидел тот самый огонёк, который бывал, когда он затевал различные споры.

— Да, — кивнул я. — Я, правда, ещё не разобрался, что это.

— Я в вас верю, — невпопад ответил преподаватель. — Но поспешите.

Сказав очередную загадку, он неспешно покинул кабинет. И что это должно значить?

Сразу же появилось подозрение, что он как-то связан с тем письмом, которое пришло ко мне сегодня утром. Вполне в его духе, он постоянно генерирует новые загадки. Для чего — непонятно. Но я выясню.

Пользуясь перерывом, я не пошёл в сквер, а сразу же направился в корпус первых курсов. Знать бы хотя бы примерно, что я ищу!

Я прошёлся по первому этажу корпуса и почти сразу понял, что мне нужно. Весь этаж был украшен различными плакатами с информацией. Чтобы студентам проще было учиться.

В том числе были плакаты с различными частями тела.

Мне нужен с языком!

Плакат я нашёл довольно быстро и достал из его рамки маленький клочок бумажки. Поиски сокровища какие-то!

«Дочь Асклепия укажет, куда путь надо держать. Там ищи то, что поможет при болезнях желудка».

Разумеется, новая загадка. Но азарт уже разыгрался по полной!

И в сквер идти мне всё-таки придётся. Ведь статуя Гигеи стоит именно там.

Время до обеда всё ещё оставалось, поэтому я отправился в сквер. Где, разумеется, встретил Софию.

— Добрый день, Николай! — радостно поздоровалась она. — Опять с вами тут встретилась.

Начинает закрадываться подозрение, что все эти встречи далеко не случайны. Слишком часто для простых совпадений. Но озвучивать это вслух не буду, это как минимум неприлично.

— Добрый день, — кивнул я. — Как ваши дела?

— Отлично! Собирались встретиться здесь с Анастасией, она должна передать кое-какие материалы. Сказала, мне пригодится.

А они всё-таки поладили, это хорошо. При первой встрече чуть не убили друг друга.

— А вот как раз и она! — констатировала София, увидев приближающуюся девушку.

— Добрый день, — кивнула подошедшая Анастасия. — Вот, принесла свои конспекты, должны пригодиться.

— Спасибо большое! — кивнула София. — Ещё как пригодятся!

Пока девушки общались, я невзначай принялся разглядывать статую Гигеи. На первый взгляд, никаких новых подсказок на ней не было. Но мне и не нужно было искать подсказку в самой статуи! Она просто должна указать направление.

Одна рука у богини была вытянута вперёд. И указывала она как раз на тот корпус, где у нас был приём по случаю начала учебного года. Сомнений нет, следующая подсказка — там.

— Дамы, мне нужно идти, — оповестил я разговаривающих о чём-то девушек. — Ещё увидимся.

— Хорошо, — синхронно кивнули они и сразу же обменялись очередной порцией гневных взглядов. Поспешил я с выводами, что они подружились.

Я отправился к нужному корпусу, и около его входа мой взгляд упал на клумбы. Тогда на приёме Софии стало плохо из-за того, что она понюхала растущие цветы. И перед корпусом был разбит целый цветник.

В том числе клумба ромашек. А отвар ромашки назначают при некоторых заболеваниях желудка.

Конечно, там используются не декоративные цветы, а выращенные магическим способом растения, но факт остаётся фактом. Ответ на загадку — ромашки.

И я почти сразу нашёл в клумбе искусственную ромашку, сделанную из бумаги. А развернув — прочитал следующую загадку.

«Там все четыре собрались. И в полночь ждут тебя. Входной билет у тебя уже есть. А для прохода нужно быть лекарем».

Все четыре собрались — речь здесь явно про четыре артефакта, которые украшают площадь перед главным корпусом. Значит, туда нужно явиться в полночь.

Входной билет — наверняка та самая карта с изображением артефактов, которую мне выдал Сергей Александрович. Как я и подозревал, он оказался причастен ко всей этой истории.

Единственное, что пока было не ясно — что значит «быть лекарем для прохода». Ведь я и так лекарь, раз учусь в академии. Но над разгадкой ещё было время подумать.

С такими мыслями я и отправился на обед.

— Николай, у меня есть супер план! — сразу же заявил мне Владимир.

— О чём ты? — всё ещё погружённый в свои мысли, не понял я.

— О зачёте, конечно, — ответил тот. — Я тут разузнал, Сергей Александрович не шутил. За каждый незачёт он отнимет пятьдесят баллов. И из личного рейтинга, и из потокового, и из курсового.

— Как ты это узнал? — усмехнулся я. — Мысли прочитал?

— Свои каналы, — отмахнулся тот. — И это же несправедливо, если мы потеряем столько баллов, верно?

— Я пока что не понял, к чему ты ведёшь, — ответил я.

— К справедливости, — загадочно проговорил тот. — Детали я ещё не продумал, но сдадим мы все. Если ты согласишься помочь.

— Я пока что даже приблизительно не понял, о чём ты говоришь, — сказал я. — Помогу с чем?

— Позже объясню, бежать надо, — ответил Владимир и тут же убежал в неизвестном направлении.

Человек-ураган. Хоть примерно бы сказал, что от меня требуется. А не строил тайные планы по захвату мира, не посвящая меня в них.

Я вздохнул и снова задумался о загадке. Для прохода нужно быть лекарем.

И тут меня осенило. Мне нужно воспользоваться лекарской магией! Видимо, нужно напитать ею ту самую карту. Этому трюку нас обучали на занятиях по общей лекарской магии. И сделать это на площади в полночь.

Остаётся только дождаться полуночи. Становится всё интереснее, что же задумал мой преподаватель по сердечно-сосудистым патологиям?

Ради этого придётся снова пропустить тренировку со Станиславом. Не получается разорваться.

С такими мыслями я отправился на занятие по алхимии. Сергей Станиславович снова решил провести тест, но здесь он не угрожал отниманием баллов, поэтому однокурсники восприняли его спокойно.

После занятия он тоже попросил меня задержаться, совсем как Сергей Александрович утром.

— Николай, у меня замечательные новости! — дождавшись, пока остальные студенты выйдут из класса, заявил он.

— Слушаю, — заинтересованно ответил я.

— Лаборатория «Энциклопедия элементов» провела первый этап тестов. И они подтвердили безопасность препарата, — с восхищением проговорил преподаватель. — Остался второй этап, с контрольной группой. Который займёт две недели.

— Это правда хорошие новости, — кивнул я. — Дождёмся теперь второго этапа.

— А у вас больше нет никаких идей? — с надеждой поинтересовался Сергей Станиславович. — А то мне так понравилось, снова почувствовал себя молодым.

— Идеи есть, времени не хватает, — признался я. — Но я обязательно найду его, для реализации.

— Забыл вам сказать, — вспомнил он. — Если лаборатория сочтёт вашу задумку эффективной, она выкупит её. За очень приличные деньги. Часть пойдёт мне, как научному руководителю, а большая часть вам.

А это может быть ещё одной причиной, почему преподаватель так рвётся написать со мной новую работу. Впрочем, деньги лишними явно не будут. Для моей цели по восстановлению семейного положения и семейного бизнеса они очень нужны.

— Хорошо, понял, — кивнул я. — Буду иметь в виду.

И подумаю над тем, где взять ещё несколько часов в сутках.

После ужина я решил всё же сходить на занятие к Святославу. Время ещё оставалось, а угроза в виде главного некроманта никуда не делась. Да и другие знания на эту тему были мне весьма полезны.

— Добрый вечер, Николай, — мрачно произнёс Святослав. — А я гадал, придёте вы или нет.

— Добрый вечер, — ответил я. — Надо продолжать обучение. Тем более мы договаривались на понедельник.

— Я помню, — кивнул преподаватель. — Но почему-то был уверен, что сегодня вы не придёте.

Иногда складывается такое ощущение, что за мной следит чуть ли не половина академии. Хотя в данном случае это явно не простое совпадение. Возможно, он как-то связан с Сергеем Александровичем и теми загадками.

— Но сегодня мне нужно закончить пораньше, — сказал я. — Дела.

— Я так и думал, — ответил Святослав.

Он точно как-то с этим всем связан! Но выясню я, получается, только в полночь.

— Тогда давайте перейдём к теме, — предложил я.

В этот раз мы успели до конца разобрать сложную тему онкологии и регистрации потоков от онкологических клеток. Очень полезное умение для лекаря! Я смогу помогать людям, не направляя их к другим специалистам.

Ведь когда у пациента подозревается рак, лишний стресс ему точно ни к чему.

Без пяти минут полночь я уже стоял на главной площади. Сейчас всё выяснится.

Я достал карту и напитал её лекарской магией. Этот трюк использовался в жизни очень редко, так как имел мало практических применений.

Иногда лекарской магией напитывали, например, повязки на ранах, чтобы доставить пациента к хирургу. Но это больше подходило для полевых условий и повязок из подручных материалов.

Потому как все бинты, которыми пользовались лекари, уже изначально пропитаны растворами из нужных растений, обеспечивающих заживление и защиту от микробов.

Карта в моих руках засветилась голубым светом. А в следующее мгновение земля между четырьмя статуями задрожала и задвигалась, образуя вход в какой-то туннель.

А я и не знал, что на территории академии есть нечто подобное!

Вниз уходила лестница, освещённая с двух сторон. И я начал по ней спускаться.

Где-то на середине пути сверху раздался шум, и я, подняв голову, заметил, что проход закрылся.

Спустившись, я обнаружил небольшой коридор, который заканчивался дверью. Ещё шаг, и я узнаю, что это за загадки такие.

Я открыл дверь и зашёл в комнату.

— Здравствуй, Николай, — произнёс Сергей Александрович. — Добро пожаловать в тайный клуб!

Глава 3

Я с интересом осмотрел помещение. Это была просторная комната, очень похожая на обычный учебный класс. Небольшое возвышение, на котором обычно стояли преподаватели. И расставленные вокруг стулья.

За столом на подиуме сидели двое незнакомых мне мужчин и Святослав. Вот как чувствовал, что он имеет отношение ко всем этим загадочным историям!

На некоторых стульях сидели студенты, но многие места пустовали. Вокруг на стенах были развешаны плакаты, символизирующие артефакты факультетов. У дальнего угла я также заметил книжные шкафы, заполненные старинными изданиями.

— Ну как вам? — поинтересовался Сергей Александрович. — Нравится?

— Добрый вечер, — запоздало поздоровался я. — Контекст бы не помешал.

Сергей Александрович выглядел донельзя довольным тем, что я разгадал его загадку.

— Вы находитесь в тайном клубе нашей академии, «Тайное братство лекарей», — терпеливо пояснил он. — Клуб существует уже много лет. Совсем недавно я стал одним из его членов из преподавательского состава.

— Для чего он существует? — спросил я.

— Для обмена знаниями. Для постижения сокрытых тайн лекарской магии, — загадочно ответил Сергей Александрович.

— И просто для хорошего времяпрепровождения, — добавил кто-то из студентов.

На лицах учеников расцвели улыбки. Судя по всему, им и правда здесь нравилось.

— В этот клуб попадают только избранные студенты, — продолжил преподаватель. — Для начала, этот студент должен хорошо учиться. Кроме этого, он должен быть талантливым. Когда мы подмечаем подходящие кандидатуры, то рассматриваем их на собраниях.

— Как мы рассматривали и вашу кандидатуру, Сергей Александрович, — добавил один из мужчин, сидящих за столом. Видимо, это кто-то из преподавателей.

— Да, для всех условия равны, — кивнул Сергей Александрович. — И для вступления в клуб нужно собрать хорошие рекомендации. Вам дал рекомендацию один из членов клуба.

Я снова обвёл взглядом сидящих студентов. И только сейчас узнал одного из них, Антона. Это тот самый шестикурсник, вместе с которым я принимал участие в олимпиаде по алхимии.

Он заметил мой взгляд и приветливо помахал мне рукой.

— Если рекомендации получены, и все члены клуба не против, мы начинаем обрабатывать потенциального участника, — продолжил Сергей Александрович. — Мало просто быть умным. Надо быть ещё смелым, уметь стоять на своём и иметь здоровый азарт.

— И для этого вы заключали пари, — догадался я.

— Именно! Это конкретно мой способ отбора, у других он может отличаться, — ответил преподаватель. — Затем я дал вам карту, входной билет. Не потеряйте её ни в коем случае, только так вы можете попасть сюда.

— Понял, — кивнул я. — А зачем нужно было ждать между картой и началом загадок?

— Дополнительный испытательный срок, — ответил Сергей Александрович. — Чтобы точно убедиться, что вы нам подходите. А дальше всё правильно, загадки. Ведь участники клуба должны обладать и логикой. Но тут вы справились на «ура». Так что поздравляю вас, вы теперь член клуба «Тайное братство лекарей».

Студенты и преподаватели дружно зааплодировали.

— Давайте я представлю вам других преподавателей. А со студентами познакомитесь сами, — проговорил он. — Итак, Святослав — декан патологоанатомического факультета, но вы уже знакомы.

— Его брат учится на моём факультете, — кивнул Святослав. Но за этими словами явно читался скрытый подтекст о том, что о моей тайне здесь не знают.

— А это Олег Николаевич и Александр Сергеевич, — представил он остальных преподавателей. — Они у вас не преподают, пока что.

А значит, члены клуба как-то получили разрешение от ректора о допуске этих людей на территорию академии.

— Приятно познакомиться, — кивнул я.

— Что ж, можете пообщаться со студентами. Через тридцать минут начнём, — заключил Сергей Александрович и отошёл к преподавателям.

Голова шла кругом, слишком быстро всё это происходило. Тайный клуб, скрывающийся под землёй у главного корпуса академии. О таком даже слухов никаких не ходило, иначе Владимир давно бы мне это рассказал.

Студенты поднялись со стульев и подошли ко мне. Всего их было девять человек, одного из которых, Антона, я уже знал.

— Здравствуй, Николай, — первым поздоровался он. — Рад, что я не ошибся в вас, и вы смогли сюда попасть.

— Добрый вечер, — кивнул я. — Если честно, пока что голова идёт кругом от происходящего. Не представлял, что такое вообще существует в нашей академии.

— И никто не должен об этом знать, — строго сказал один из студентов. — Меня зовут Тарас. И первое правило лекарского клуба — никому не рассказывать о лекарском клубе.

— Я никому и не собирался рассказывать, — спокойно ответил я. — Но пока что не очень понял, чем конкретно вы тут занимаетесь.

И ещё не принял решение, хочу ли здесь оставаться. Ведь моего согласия никто не спрашивал. И если мне что-то не понравится, то я просто уйду.

— А это и не объяснить в двух словах, — проговорил ещё один студент. — Меня зовут Алексей, кстати. И я здесь самый давний участник. Попал сюда ещё третьекурсником и уже наблюдал несколько сменных поколений. Коротко говоря, здесь мы учимся быть лекарями совсем с другой стороны. Учимся тому, чему невозможно научиться на занятиях.

— Звучит интересно, — ответил я. Затем оглядел студентов и поинтересовался: — А я здесь единственный третьекурсник?

— Да, обычно сюда принимают пятые и шестые курсы, — отозвался Алексей. — На третьем курсе надо быть прямо-таки выдающимся студентом, чтобы попасть сюда. Я смог только благодаря тому, что на третьем курсе выиграл на олимпиаде по алхимии, которую проводили среди всех лекарских академий страны.

— Вообще, Сергей Александрович предлагал ещё одну кандидатуру с вашего курса, — сказал Антон. — Какой-то новичок из Московской академии.

Я сразу понял, о ком он говорил. Эти подозрения родились у меня сразу же, как только я узнал о смысле тех пари. Кирилл Уваров. С ним Сергей Александрович тоже проводил эти споры. Да и в других областях Кирилл старался быть выдающимся и узнаваемым.

— Но он не прошёл? — спросил я.

— Где-то застопорился. Такое часто бывает, — ответил Антон. — Сам Сергей Александрович тоже заканчивал нашу академию, и когда учился, был членом клуба. Поэтому он и смог сюда попасть уже в качестве преподавателя.

Слишком много новой информации. Нельзя за один вечер вываливать такое.

— А как часто у вас встречи? — поинтересовался я.

— Один-два раза в неделю, когда как, — сказал Алексей. — Чаще нельзя, если начнёт проседать учёба — из клуба можно вылететь.

— Такое уже бывало с некоторыми студентами, — добавил Тарас. — И им специально стирали память. Олег Николаевич — преподаватель с потока психологии.

— Но декан у них другой, — удивился я.

— Да, но для попадания в клуб положение в академии не столь важно. Главное, что Олег Николаевич более сильный менталист. И прекрасно владеет навыками стирания воспоминаний, — проговорил Алексей.

Интересное уточнение. Всё это время я был уверен, что самым сильным менталистом в академии является Константин Евгеньевич. Который преподавал мне дополнительные занятия. И было бы гораздо проще, если бы здесь был он, так как он в курсе моей тайны.

Новому преподавателю с потока психологов я не доверял. А ведь он тоже легко мог увидеть, что я пользуюсь этой магией. Придётся взять у Константина Евгеньевича дополнительный урок, чтобы научиться блокировать свою магию от других психологов.

По-хорошему надо было сделать это уже давно, но слишком уж много тем, которые хотелось рассмотреть на занятиях.

— Николай, вы чего замолчали? — вдруг спросил Антон. — Мы не слишком вас загрузили?

— Нет, просто пытаюсь всё это осмыслить, — ответил я. — Вообще, идея с дополнительным клубом звучит очень здорово. Я очень ценю знания, причём любые.

— Но никто не должен о нём знать, — повторил Тарас. — Второе правило лекарского клуба…

— Да все поняли уже! — оборвал его Алексей. — Новенький явно не из тех, кто будет болтать об этом. А вот ты сам после вступления чуть не вылетел из клуба, когда проболтался своему другу. Ему пришлось стирать память, а ты сам остался с очень большим трудом.

Остальные студенты дружно рассмеялись, глядя, как Тарас заливается краской.

— Господа, думаю, вы уже познакомились, — громко объявил Сергей Александрович. — Рассаживайтесь, мы начнём.

Я уселся на свободный стул и с интересом начал слушать преподавателя. С каждой минутой становилось всё интереснее, что именно подразумевают они под «тайным знанием лекарей».

— Как именно вы попадаете в клуб? — спросил Сергей Александрович.

— Напитываем карту лекарской магией, — ответил Алексей. — И открывается проход.

— Именно, — кивнул преподаватель. — Этому навыку вы обучались на занятиях по общей лекарской магии. Но там вам наверняка сказали, что он практически всегда бесполезен.

Все дружно закивали. Так и было, я сам это вспомнил, когда пытался сюда попасть.

— Так вот, на самом деле это не так, — таинственно заявил Сергей Александрович. — Лекарской магией можно напитать любой предмет. А в некоторых предметах она хранится довольно долгое время. Такие предметы называются сосуды, и их можно использовать как батарейку.

— И если в какой-то момент лекарская магия закончилась, а подпитаться не у кого, использовать эти сосуды, — сказал я.

— Точно! Николай, всегда поражало, как быстро вы схватываете! — довольно кивнул Сергей Александрович. — Вроде бы только вступили, а уже с ходу вникли в наше сегодняшнее занятие. Хорошим сосудом является вещь с изображением наших артефактов. Например, ваш входной билет — это прекрасный сосуд. И этим предметом может быть что угодно. Брошь, подвеска, кольцо.

Я вспомнил, что многие лекари любят прикалывать брошь с изображением того же Кадуцея на белые халаты. Раньше никогда не понимал, для чего это.

— Но чаще всего лекари пользуются этими сосудами неосознанно, — продолжил Сергей Александрович. — Так как в академиях этому не учат. Точно неизвестно почему, но это считается запрещёнными знаниями. А мы с вами научимся делать это сознательно.

Кажется, я начал понимать, в чём смысл этого клуба. Мы будем изучать действительно полезные вещи, которые по каким-либо причинам нам не преподают в рамках академии.

И видимо, эти вещи будут связаны не только с лечебным потоком. Иначе для чего здесь Святослав и тот преподаватель с психологического факультета? Я уверен, что и студенты здесь не только с лечебного.

Всё интереснее!

Мы принялись изучать напитывание артефактов, а затем извлечение магии из предмета. Оказалось это очень непростым занятием, потому что, как объяснил Сергей Александрович, здесь требуется практика.

А я попутно думал, что в сутках теперь станет ещё меньше времени. Нужно совмещать саму академию, семейный бизнес, тайный клуб, обучение ещё двум ветвям лекарской магии, написание научных работ. И оставлять время для решения проблем Владимира, который продуцирует их быстрее, чем вообще может течь время.

— На сегодня, пожалуй, завершим, — подытожил Сергей Александрович через пару часов тренировок. — Дату следующей встречи вам вышлют, как обычно, магической почтой. Не забывайте выходить по одному!

— Это дополнительная мера предосторожности, — шепнул мне Антон. — Вообще, надо быть как можно более осторожным. И так вход в клуб прямо перед главным корпусом. Так что приходится скрываться.

— Понял, — кивнул я.

Студенты по очереди принялись покидать клуб. Я решил уйти последним, чтобы была возможность ещё раз здесь осмотреться.

— Николай, а вы подойдите ненадолго ко мне, — вдруг сказал Олег Николаевич.

Неужели он уже смог понять, что у меня открыта ещё и психологическая ветвь магии? Нет, это вряд ли. Я ей не пользовался и не активировал во время занятия.

— Слушаю, — подошёл я к Олегу Николаевичу.

— Уверен, вы ещё не совсем поняли, чем именно мы здесь занимаемся, — мягко сказал он. — Но одно правило вы должны уяснить уже на первом занятии. Про этот клуб не должен знать никто. Ни родные, ни друзья. Ни другие преподаватели. Вообще никто.

— Это я уже понял, — кивнул я. — Я никому ничего не расскажу.

— Если вы нарушите это правило, мне придётся стереть вам память, — добавил он. — Не люблю это делать, но такие здесь правила. Вам ещё многое предстоит узнать об этом месте, но узнавать вы будете постепенно.

— Хорошо, — снова кивнул я.

— Тогда можете идти, — заключил Олег Николаевич.

Остальные студенты как раз успели выйти. Я снова поднялся по лестнице и активировал свою карту-ключ. Проход сразу же открылся.

Всё-таки Олег Николаевич прав. Вопросов у меня осталось гораздо больше, чем ответов. Как давно этот клуб вообще существует? Кто его придумал, кто его основал? И для чего изначально он был создан?

Ответы на эти вопросы я узнаю постепенно, так мне сказали сразу несколько человек. Поэтому пока что лучшая тактика — ждать следующего собрания.

Я вернулся в общежитие, но из-за обилия событий уснуть сразу не смог. Поэтому засел за учебник алхимии и решил подумать над темой следующей научной работы. Вообще, тема была заготовлена уже давно. Я планировал придумать аналог препарата от похмелья.

«Антипохмелин», который продавался в алхимических магазинах, изготавливался из сока лайма и имбиря. И стоил довольно дорого. Ведь эти растения выращивались только заграницей. В Российской империи даже в магических заповедниках не удалось создать подходящие для них условия.

В итоге ещё пару часов я думал над аналогами. И пришёл к одной мысли. При правильных пропорциях настойки зверобоя и одуванчика должен получиться такой же эффект. Но эта научная работа будет гораздо сложнее, и её явно придётся писать несколько недель.

Удовлетворённый результатом, я, наконец, отправился спать. Очень долгий и богатый на события день, а силы надо восстанавливать.

Утром следующего дня на меня в коридоре налетел Владимир.

— Я всё придумал, — заявил он. — Сейчас в столовой общий сбор!

— Общий сбор кого? — устало спросил я. — Хватит уже твоих загадок.

— Общий сбор всех однокурсников. За исключением нескольких человек, которые отказались участвовать в нашей схеме, — ответил он. — Пойдём, все уже ждут.

Мы спустились в столовую, где сегодня действительно собрался весь третий курс лечебного потока.

— Господа, — торжественно начал Владимир. — Все мы согласны, что нельзя терять баллы из-за какого-то зачёта! Нас тут же обгонят другие потоки, и мы будем в самом конце рейтинговой таблицы.

Все согласно закивали, не перебивая нашего оратора.

— И поэтому я продумал специальную схему, — гордо сообщил друг. — Называется она «конвейер».

— Давай уже подробности, — сказал я ему. — А то весь завтрак пропустим с твоим выступлением.

— Завтрак — это святое! — тут же отреагировал Владимир. — Я быстро. Шаг первый — раздобыть копии билетов, которые будут на зачёте. Он уже выполнен, билеты у меня.

— Ничего себе! — выкрикнул кто-то из однокурсников.

— Ну так! — снова гордо ответил друг. — Шаг второй, написать черновики ответов. Всем обязательно использовать синие чернила! Шаг третий, первыми идут отвечать наши отличники. Это Николай Аверин, Юрий Колесов и Андрей Демидов.

Я сразу же подметил, что Кирилла он не назвал, хотя он тоже являлся отличником. Скорее всего, его изначально не приглашали, хотя это и неудивительно. После всех его поступков доверие к нему сильно подпорчено.

Кстати, среди собравшихся присутствовал и Максим Елисеев. И заинтересованно слушал все инструкции. Надо за ним присматривать, хотя ему нет смысла сдавать эту схему преподавателю. Вряд ли он сам успеет подготовиться к зачёту.

— Отличники громко и чётко докладывают номер билета. Ну и отвечают, — продолжил Владимир. — Следующие входящие проносят ответы в рукаве. Дело в шляпе!

Однокурсники бурно заобсуждали услышанное. Кажется, эту схему Владимир рассказал сегодня впервые.

Я тоже задумался, стоит ли принимать в этом участие. И быстро решил, что подставлять однокурсников не стану. Я ничего не теряю, пойду и отвечу на свой билет, как обычно. И однокурсникам помогу, и сам сдам своими силами. Я списывание никогда не признавал ни на каких экзаменах и зачётах.

— Ну как тебе? — подскочил ко мне друг. — Гениальный план?

— Гениальный, — усмехнулся я. — Но в следующий раз лучше посоветуйся предварительно со мной. Не люблю, когда ставят перед фактом.

— Извини, — тут же сконфузился друг. — Я об этом не подумал. Но ты поможешь?

— Помогу, — кивнул я. — Но черновики пишите без меня. На это у меня точно нет времени.

— Разумеется, напишем сами, — тут же ответил Владимир. — Кстати, Кирилла я даже не приглашал участвовать. Поэтому от него лучше держать это в секрете.

— Я так и подумал, — ответил я. — Главное, чтобы остальные не проболтались.

— Точно, всех предупрежу! — засуетился друг и убежал к остальным однокурсникам.

Я спокойно взял себе еду и устроился за одним из столиков. Завтрак всё равно никто не отменял.

Кирилла, кстати, на нём видно не было. Оно и к лучшему.

После завтрака я спокойно отправился на занятие по микробиологии. Ещё одна сфера, на которую не хватало времени, а очень хотелось уделить ей больше внимания. Василий Иванович уже пытался несколько раз намекнуть, что ему хотелось бы пообщаться со мной отдельно. Да и мне хотелось, честно говоря, ведь это полезно и для алхимического магазина. Но пока что я банально не успевал.

После микробиологии отправился на обед, а затем на занятие по общей лекарской магии. После вчерашней встречи клуба это занятие показалось мне ещё скучнее. Действительно, мы проходили самые банальные вещи, а что-то действительно полезное нам не рассказывали.

В который раз Дмитрий Романович поведал нам о восполнении магического запаса в центре. Правильный сон, режим питания, отдых, спорт. Всё это мы изучили ещё на втором курсе, а сейчас начался бесконечный цикл этих повторений.

После занятий я пошёл к Константину Евгеньевичу, декану психологического факультета.

— Добрый день, Николай, — поздоровался преподаватель. — Какую тему хотите обсудить?

— Уж скорее добрый вечер, — кивнул я. — Мне нужно научиться скрывать психологическую магию от других. Психологов, разумеется. Ведь меня могут вычислить точно так же, как это сделали вы.

— Это маловероятно, но лучше обезопасить вас, — подтвердил преподаватель. — Просто не все психологи активируют свою магию в обычных условиях. Это скорее моя привычка. Но вы правы, если кто-то ещё это сделает, он сможет заметить наличие у вас второй ветви.

— Об этом я и подумал, — сказал я. — Но ведь это можно как-то скрывать?

— Можно, но вы, как обычно, выбрали одну из самых сложных тем, — усмехнулся Константин Евгеньевич. — За одно занятие точно не разберём.

Другого ответа я и не ожидал. Почему-то на всех занятиях я выбираю самые сложные темы. Ведь простые мне понятны интуитивно благодаря моим воспоминаниям и открывшимся навыкам.

— Ничего, будем разбирать сколько нужно, — ответил я.

— Тогда начнём. Вам нужно научиться применять психологическую магию обособленно, — проговорил преподаватель. — Чтобы остальные психологи даже не видели изменений в психологическом фоне пациента. Обычно вы сразу начинали работу с эмоциями, без предварительной подготовки. А то, чему хотите научиться вы, называется маскировка.

— И как её делать? — заинтересованно спросил я.

— Перед любым вмешательством в эмоции другого человека вы образуете психологический коридор, — ответил Константин Евгеньевич. — В этом коридоре вы и будете работать. Для остальных вы создаёте занавес из дымки того же цвета, что и была у человека. И даёте ей команду рассеиваться постепенно, как если бы пациент сам проживал эти эмоции.

Звучало довольно сложно. Не просто работать с эмоциями, а создавать ещё кучу дополнительных условий, чтобы никто этого не увидел.

— Этим почти никогда не пользуются, — добавил преподаватель. — Иногда полезно, если, например, у пациента в семье есть психолог, а он решает обратиться за помощью к другому. Сложная тема, её даже нет в базовой программе.

— Я понял, — кивнул я.

— Тогда приступим к тренировкам, — заключил Константин Евгеньевич.

Следующие несколько часов я тренировался создавать тот самый психологический коридор. Это оказалось очень затратным процессом, и на пару попыток я снова истратил почти весь запас магического центра.

— На сегодня хватит, — заключил Константин Евгеньевич. — Продолжим в четверг.

— Хорошо, — кивнул я. — Всего доброго!

Уже около полуночи я вернулся в общежитие. Предстояло ещё заняться домашним заданием на завтра. Да уж, здоровый сон студентам-медикам только снится.

Но мне и до домашнего задания было не суждено добраться. Возле комнаты меня уже поджидал Владимир.

— У меня дежавю, — усмехнулся я. — И сейчас ты скажешь…

— У меня проблемы, — закончил Владимир. — Да-да, можешь надо мной прикалываться, но не сейчас. Проблема и правда важная, и срочная, и трудная.

— И других у тебя не бывает, — вздохнул я. — Что на этот раз, снова верблюд?

— Да нет, — махнул рукой друг. — Дело в другом. В общем, Мария… Она хотела мне понравиться. А я дурак. И теперь…

— Давай уже конкретно, — перебил я его. — Что случилось?

— У неё язык раздвоился, — выпалил Владимир. — Как у змеи…

Глава 4

Как обычно, Владимир произнёс то, чего я меньше всего ожидал услышать. Хотя почему? Последнее время он постоянно преподносит мне сюрпризы! Мне уже начинает казаться, что его кто-то проклял!

— В каком смысле «раздвоился»? — переспросил я.

— В общем, по глупости своей я как-то упомянул в разговоре с Марией, что мне очень нравится пирсинг. Носа, ушей, языка — чего угодно. Я сказал и забыл тут же, а она, видимо, запомнила, — торопливо начал пояснять друг. — А на мой день рождения она проколола себе язык.

Довольно смелый поступок для девушки из богатой аристократической семьи. Для них абсолютно не свойственны такие поступки.

Граф Чернов в любом случае бы это не одобрил. Скорее всего, он не знает… А как узнает, девушку поведут к хирургам сращивать всё обратно.

Я вспомнил, что на дне рождения Владимира Мария со мной ни разу не поговорила. Скорее всего, дело было именно в проколе. При пирсинге языка люди начинают шепелявить из-за того, что язык распухает. Да и болевые ощущения могут оставаться довольно долго.

Но вот как в данном случае получился змеиный язык — я пока что не понял. Мария явно добивалась иного результата.

Существует один из видов модификации тела, когда язык специально разделяют на две части — называется он «сплит языка». Делают это некоторые хирурги, для них это довольно просто. Но это совсем другая процедура.

— Почему к лекарю сразу не пошла? — спросил я у Владимира.

— Она боится, что отец узнает, и тогда ей не сдобровать, — вздохнул тот. — Закрылась у себя в комнате и плачет. Может, ты сможешь её как-то уговорить? А то она даже свою сестру Софию не пускает.

— Ладно, пойдём, — кивнул я. Девушке надо было помочь, а затем отправить к хирургам. Если действительно произошло раздвоение языка, хирурги легко смогут его залечить. Пока не прошло слишком много времени.

Мы отправились в общежитие четвёртого курса, объяснив их коменданту, что мы к Марии Черновой. Дойдя до двери, Владимир осторожно постучал.

— Уходите! — прошепелявила Мария за дверью.

— Мария, это я, Николай. Разрешите осмотреть вас, — произнёс я. — Пока ещё есть время, всё можно исправить.

За дверью воцарилось молчание. Я уже подумал, что меня девушка тоже не пустит, но через минуту дверь аккуратно приоткрылась.

Владимир шагнул было внутрь, но я его тут же остановил.

— Давай лучше я сам, — сказал я другу. — Вряд ли она хочет тебе сейчас показываться.

Тот кивнул и отошёл от двери. А я зашёл в комнату.

Девушка сидела на кровати, обняв колени руками и отвернувшись от меня.

— Мария, что произошло? — спросил я, осторожно присаживаясь рядом.

— Пирсинг сделала. Не знаю, он как-то зацепился, а потом стало очень больно, — с трудом ответила она. — Я и смотреть-то боюсь. Показала Владимиру, а он сказал, что у меня язык как у змеи. Вот и спряталась тут ото всех.

Реакция вполне понятна. Но благо в нашем мире есть магия, и большинство ран легко заживить в короткий срок.

— Давайте я посмотрю, — повторил я. — Узнаю, что можно сделать.

Мария повернула опухшее от слёз лицо и открыла рот.

А, вот в чём дело. Пирсинг был сделан крайне неудачным образом и располагался слишком близко к кончику. Каким-то образом она умудрилась им обо что-то зацепиться и действительно разорвать его на две части. В итоге кончик языка оказался практически разделён надвое, как змеиный.

Само украшение было буквально в паре миллиметров от кончика. И это было хорошо, если бы девушка его проглотила, проблем было бы гораздо больше. Такое украшение могло застрять в любом отделе пищеварительного тракта. И пришлось бы его доставать хирургическим путём.

Учитывая то, сколько сосудов и нервов питают язык, рана это довольно-таки кровавая и болезненная. Удивлён, что Мария запросто теряет такое количество крови, но отказывается идти к лекарю.

Я задумался. Сама Мария призналась, что даже не рассматривала в зеркале полученную травму. А Владимиру показала только один раз. Поэтому, если я сейчас всё исправлю хирургической магией, врать особо не придётся. Скажу другу, что ему просто показалось.

— Разрешите вам помочь? — спросил я у Марии.

Та пару мгновений с сомнением смотрела на меня, но затем кивнула.

— Отлично, — улыбнулся я. — Можете закрыть глаза, но рот оставляйте открытым. Я быстро.

Первым делом я аккуратно снял злополучное украшение. Я собирался зарастить язык целиком, а значит, никакого пирсинга не будет. Зря только делала.

— Больно, — прошепелявила она.

— Придётся потерпеть. Всего минуту, — попросил я.

Затем активировал хирургическую магию и зарастил все порванные ткани. Как же девушке повезло, что это произошло сегодня! Если бы она медлила, заживала бы такая рана гораздо дольше. Ведь её уже невозможно было бы срастить лекарским путём.

После окончания хирургических манипуляций я активировал диагностическую магию, чтобы оценить общее состояние девушки. Анемия вследствие кровопотери, как и ожидалось. Однако не настолько сильная, как я думал.

Женщины в принципе переносят кровопотерю легче мужчин. Это связано с наличием у них менструаций. Организм приспосабливается терять определённое количество крови и восполняет её быстрее, чем у мужчин.

Однако я всё равно пропишу девушке отвар ягод черноплодной рябины для скорейшего восстановления.

— Всё, — проговорил я. — Как самочувствие?

Мария открыла глаза и пару мгновений прислушивалась к ощущениям.

— Ничего не болит, — наконец сказала она. — Как же хорошо! И говорить стала нормально!

— Никакого змеиного языка у вас не было, — произнёс я заранее подготовленную легенду. — Но немного вы его надорвали пирсингом. Мне удалось залечить повреждения лечебной магией, а само украшение пришлось достать.

— Ну вот, а его так больно было делать! — вздохнула Мария. — Хотя сегодня было гораздо больнее!

— Вам нужно было сразу обратиться к лекарям, а не прятаться здесь, — строго сказал я. — Ведёте себя как ребёнок.

В следующий раз меня может рядом не быть, поэтому Мария должна понимать, как поступать в дальнейшем. Все мы сами несём ответственность за своё здоровье.

— Я очень сильно стеснялась, — сконфуженно ответила она. — Так хотела порадовать Владимира, а в итоге только напугала его. И он сразу что-то про змей начал мне говорить.

— Он просто испугался за вас, — дипломатично произнёс я. — Кстати, вот рецепт на отвар ягод черноплодной рябины. Пропейте десять дней для восстановления. По-хорошему это и после самого пирсинга должны были посоветовать, но что-то мне подсказывает, что не стали.

Пирсерами, то есть людьми, которые делают пирсинг, в Российской империи работали лекари. Официальными пирсерами. А именно хирурги. Они легко могли разъединить ткани в нужном месте и хорошо знали, где это делать.

Девушка же, скорее всего, отправилась в какую-то странную компанию, где ей просто проткнули язык иголкой. Видимо, сделала это ради анонимности. В официальных клиниках спрашивают документы.

Хорошо, что ничего не занесли из инфекций! Но этот момент я тщательно проверил диагностической магией, признаков инфекционных заболеваний не было.

— Пропью, спасибо большое, — ответила она.

— Я пойду, там за дверью стоит Владимир, он тоже хочет с вами поговорить, — заключил я, выходя из комнаты.

Друг с волнением переминался с ноги на ногу.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил он.

— Всё вылечил. Не было там никакого змеиного языка, просто небольшой надрыв, — ответил я. — Поговори с ней, а я пошёл спать.

— Спасибо, дружище! — с облегчением произнёс Владимир и скрылся в комнате Марии.

Видимо, поверил.

Я же, наконец, отправился спать. Лечебные манипуляции с языком лишили меня остатков лекарских сил. И нужно было их срочно восстанавливать.

На следующий день после всех занятий я отправился в магазин. Эти дни я был настолько загружен делами внутри академии, что даже не интересовался, как идут дела в семейном бизнесе. Поэтому специально с утра позвонил отцу и попросил меня дождаться.

Кроме того, уже подходило время заново напитывать зомби-стража, которого я создал возле нашего дома. От Ивана всё также не было никаких вестей, но это явное затишье перед бурей. Поэтому я планировал заехать и напитать стража утром. Ведь сегодня должна была пройти первая официальная ночная смена магазина.

За прилавком в этот раз я увидел молодую копию Василия. Это, видимо, тот самый его сын, которого он предлагал на должность продавца.

— Добрый день, господин Аверин, — встрепенулся молодой мужчина. — Меня зовут Сергей, я сын Василия.

— Добрый день, — кивнул я. — Не знал, что вас уже взяли на работу. Думал, вы будете брать ночные смены.

— Ночные тоже, но сегодня вот день взял, — отозвался Сергей. — Бате тоже отдыхать надо. Ваш отец, господин, ожидает в кабинете.

Первое впечатление парень произвёл положительное. Вежлив и учтив с начальством. Посмотрим, как справится со всем остальным.

— Хорошо, — улыбнулся я. — И разрешаю не называть меня господином в каждом предложении. Николай Владимирович, мне так достаточно.

— Понял, прошу прощения, — тут же отозвался Сергей.

Было видно, что он ещё очень волнуется. Но это к лучшему. Не хотелось бы увидеть здесь разгильдяя, которому совершенно не нужна эта работа.

И отзывался он о своём отце с большим теплом.

— Здравствуй, — войдя в кабинет, поздоровался я со своим отцом.

— Привет, Николай! — радостно ответил он. — Ну что, познакомился уже с Сергеем?

— Да, только вот познакомился, — ответил я. — Давно он вышел?

— Сегодня первый день, — отозвался отец. — Извини, что не предупредил. Подумал, что ты и сам сегодня не придёшь на работу, вот и не стал тревожить.

— Всё в порядке, — отозвался я.

— Мне надо с тобой поговорить, — заявил отец. — Я думаю об этом уже довольно долго и всё больше укрепляюсь в своём решении.

— Слушаю, — присел я напротив отца.

— Я думаю, пора официально передать наш семейный бизнес тебе, — заявил отец. — А я буду числиться простым лекарем-консультантом. Ты уже и так довольно долго принимаешь решения самостоятельно, и все они очень и очень удачные. Я не хочу тебе мешать.

Это было очень серьёзное решение! И для меня оно стало настоящей неожиданностью.

— Отец… Ты уверен? — переспросил я.

В моих открывшихся воспоминаниях, кстати, про магазин ничего не было. Странно.

А судя по обрывочным картинкам, во время ритуала переноса произошло нечто такое, что заставило все пойти не по плану. И теперь я могу рассчитывать лишь на некоторые воспоминания, а полную картину придётся восстановить самому.

— Я долго об этом думал, — кивнул он. — И решил, что так будет лучше.

— А как же Андрей? — спросил я. — Он же старше, уже пятый курс.

Обычно бизнес переходил старшим детям в дворянских семьях. Но случались и исключения, если другие показывали особый талант в ведении дел.

— Он никогда особо не интересовался этими делами, — с разочарованием ответил отец. — Несомненно, он всё ещё тоже владелец нашего семейного бизнеса. Но управление — это не для него.

Да уж, владение частью бизнеса — это тоже не для него. Я вспомнил, как он умудрился переписать секте некромантов свою часть. И к чему это в итоге привело?

Но надеюсь, что тот случай заставил брата набраться ума.

— Это большая честь для меня, — проговорил я. — Согласен.

— Отлично, — обрадовался отец. — Завтра же подготовлю все документы.

— А второго продавца нашли? — вспомнив ещё одну проблему, спросил я.

А без второго мы не сможем полноценно работать по ночам.

— Пока нет, — ответил он. — Всё ещё в процессе. Надо расширять персонал, можно и консультирующего лекаря ещё одного найти.

— Разберёмся, — сказал я. — Всех найдём. А пока мы с Сергеем прикроем ночные смены.

— Спасибо тебе, сын, — с чувством проговорил отец. — Что бы я без тебя делал!

Он отправился отдыхать, а я засел в кабинете с бумажной работой. Новые поставки и прочие документы требовали моего пристального внимания.

При закупке препаратов мы всё так же пользовались скидкой графа Щербатова. И это очень выручало, экономия получилась внушительной.

Если мой первый препарат пройдёт все проверки, деньги я получу ещё и за него. Их тоже можно будет направить на улучшение работы магазина.

— Господин… То есть Николай Владимирович, — входя ко мне в кабинет, робко произнёс Сергей. — Там покупатель новый. Поможете?

— Конечно, — поднимаясь из-за стола, кивнул я.

В торговом зале оказалось довольно много покупателей. Но Сергей сразу указал мне на пожилого мужчину, стоявшего отдельно ото всех. На вид ему было уже лет восемьдесят, волосы были полностью седыми. Однако лицо было гладко выбрито, и выглядел он прилично.

— Добрый день, — поздоровался я с ним. — Чем могу помочь?

— Здравствуйте, молодой человек, — вежливо отозвался покупатель. — Надеюсь, хотя бы вы сможете. Старый я уже стал.

От этого, к сожалению, алхимических препаратов не существует. Старение — неотъемлемая часть нашей жизни.

— Какие конкретно жалобы? — осторожно спросил я.

— Забывать стал часто. Сам не замечаю, но супруга заволновалась, — поделился он. — Пошёл к лекарям в поликлинику, но те только рукой махнули. Мол, старый уже, чего ты хочешь? Иди себе домой.

Не очень этичное, но довольно-таки частое явление. Лекарям стало лень разбираться с диагнозом этого мужчины, и его просто отправили домой.

Я активировал диагностическую магию и просканировал потоки покупателя. Как я и думал, начальная стадия старческой деменции.

Это заболевание головного мозга, которое встречается у людей старше шестидесяти пяти лет. Проявляется в виде снижения памяти, внимания, концентрации. Со временем может прогрессировать и сильно ухудшать качество жизни.

Оно не является вариантом нормы, как думают некоторые люди. Хоть и встречается оно у пожилых людей, это всё равно заболевание.

Болезнь эта неизлечима, однако можно существенно замедлить её прогрессирование. Для этого нужно ежедневно употреблять настой укропа и фасоли.

Я нашёл нужный препарат и показал покупателю.

— Каждое утро надо выпивать по чайной ложке, — объяснил я. — Не пропускать, так что оставьте где-нибудь на видном месте. Это должно помочь.

— Спасибо, молодой человек, — обрадовался мужчина. — Остались ещё добрые люди на свете!

Он купил сразу несколько пузырьков препарата и довольный ушёл домой.

Работа шла своим чередом. Покупателей было довольно много, и мне то и дело приходилось заниматься различными клиническими случаями. В восемь вечера Сергей ушёл домой, и началось моё первое ночное дежурство.

Около одиннадцати в магазине появился довольно необычный посетитель.

— Доброй ночи, молодой человек, — поздоровался мужчина. Его лицо казалось мне смутно знакомым, хотя я никак не мог понять, где именно я его видел.

— Здравствуйте, — кивнул я. — Чем могу помочь?

— Несколько препаратов для работы надо купить, — проговорил он. — Вот список.

Я быстро пробежался глазами по списку. Отвар чаги, отвар чистотела, раствор ромашки. Явный набор хирургических препаратов.

Внимательно посмотрев на покупателя, я его узнал. Это был отец Юрия Колесова, Василий Иванович. Известный хирург нашего города.

— Вижу, вы меня узнали, молодой человек, — хитро прищурившись, произнёс Василий Иванович. — Вы учитесь с моим сыном. Он много о вас рассказывал.

— Узнал, — кивнул я. — Вы один из лучших хирургов.

— Я себя таковым не считаю, но мне приятны ваши слова, — сдержанно улыбнулся он.

— Разрешите поинтересоваться, почему вы сами покупаете препараты? — спросил я. — Ведь хирургам их закупает больница.

Насколько мне известно.

— В идеальном мире да, — усмехнулся тот. — Но под конец месяца новые закупки ещё не поступили, а кое-что уже закончилось. Всегда сложно рассчитать, что конкретно из препаратов понадобится на целое отделение в следующем месяце.

Я быстро собрал ему все препараты по списку.

— Раз уж вы меня узнали, и я вас знаю, у меня есть для вас предложение, — сказал вдруг Василий Иванович.

А сегодня прямо-таки день сюрпризов! Но надеюсь, что и этот будет хорошим.

— Слушаю, — заинтересованно ответил я.

— Я хочу предложить вам прочитать на моём отделении лекцию, — заявил хирург. — Я предлагал своему сыну, но он наотрез отказался. А я считаю, среди пациентов нужно проводить такие мероприятия.

— Но может же прочитать кто-то из персонала? — уточнил я.

Непонятно, зачем для подобного нужен лекарь. Хотя лекарь-студент как раз мог и подойти для этой задачи.

— Не хочется их нагружать дополнительными делами, — ответил Василий Иванович. — Да и вам это может оказаться гораздо полезнее.

— А на какую тему?

— Можете выбрать самостоятельно, какая вам больше понравится, — сказал он. — Актуальную, разумеется.

Предложение было довольно внезапным, но я решил не отказываться. Я и так уделял хирургии очень мало времени, и эту ветвь до сих пор не начал улучшать. А хирург как будто почувствовал это, раз пришёл с таким предложением.

— Я согласен, — кивнул я. — Когда будет лекция?

— В следующий понедельник в семь вечера, — ответил Василий Иванович. — Запишите мой номер телефона и до воскресенья пришлите мне вашу тему.

Мы обменялись номерами, и хирург ушёл. Довольно необычный эпизод, всё-таки странно, что он именно мне это предложил.

Возможно, наличие хирургической ветви магии тоже как-то чувствуется среди других хирургов? Особенно опытных.

Не хотелось бы, чтобы о моём особенном даре знало много людей. Так недолго и подопытным стать.

Остаток ночи прошёл в спокойном рабочем режиме. Покупателей, на удивление, было довольно много. Что ещё раз подтвердило правильность моего решения сделать круглосуточный режим работы.

С утра перед академией я заехал домой и подпитал своего стража лекарской магией. После чего отправился в общежитие, прямиком на завтрак.

После ночи без сна было довольно трудно, но куда деваться. Хочется охватить все сферы жизни, а не тратить всё время только на учёбу.

— Доброе утро! — помахал рукой Владимир. — Ну что, как дела?

— Не выспался, а так всё хорошо, — усмехнулся я. — Поговорил с Марией?

— Да, извинился десять раз за свои галлюцинации, — признался друг. — Ну правда показалось, что язык у неё змеиным стал.

Ему не показалось, но разубеждать его я не стану. Иначе придётся рассказать про мои другие ветви магии, а я пока этого не хотел. Сделаю это позже… когда сам разберусь в своём даре.

В голове постоянно вертелась неприятная мысль, что где-то среди моего окружения есть предатель. Предаст он меня не скоро, но факт остаётся фактом. А я пока ещё не представлял, как мне его вычислить.

— Главное, что вы помирились, — сказал я другу. — На твоё выступление она придёт?

— А как же! — гордо ответил Владимир. — Уже в субботу! Ты, главное, сам не забудь.

— Да не забуду я, — успокоил я друга.

К нашему столику подошёл Юрий Колесов.

— Доброе утро, — поздоровался он. — Слышал, мой отец в итоге вам, Николай, навязал эту идею с лекцией?

— Да, — кивнул я. — Правда, не навязывал. Я сам согласился.

— Ох, очень спорное решение, — усмехнулся Юрий. — Мой отец обожает обучение и всё, что с ним связано. И теперь решил ещё и пациентов обучать.

По мне, это хорошее дело. Так они наделают меньше глупостей.

— Это никогда не бывает лишним, — возразил я. — Если они будут иметь хотя бы базовые представления об основных заболеваниях, жить лекарям станет гораздо проще.

— В любом случае, я в этом участвовать не захотел, — признался однокурсник. — Так что спасибо, что согласились вы. У нас в понедельник и так зачёт, не представляю, как вы всё успеваете!

— Не сплю, — усмехнулся я.

И это было шуткой лишь отчасти. Сегодня ночью, например, я действительно не спал.

Перед занятием по алхимии я забежал в свою комнату и обнаружил там конверт. Новое приглашение на собрание тайного клуба. Видимо, пришло сегодня ночью, пока я был в магазине.

«Четверг, полночь» — прочитал я на бумажке. Отлично, собрание клуба я всё-таки не пропустил.

И сегодня мне тоже придётся пожертвовать сном. По крайней мере, существенной его частью.

После занятия по алхимии я пожертвовал ещё и обедом, и час мне удалось немного поспать. Самочувствие улучшилось, а магический запас в центре немного восстановился.

После вечерних занятий по общей лекарской магии я отправился к Константину Евгеньевичу.

— Добрый вечер, Николай, — поздоровался он, когда я вошёл в кабинет. — Ну что, продолжим тему вторника?

— Добрый вечер, — кивнул я. — Да, нужно изучить эту технику до конца.

— Пробовали тренироваться самостоятельно? — поинтересовался преподаватель.

Сегодня он выглядел крайне спокойным. И его состояние меня немного заражало. Позволило успокоиться после бесконечной гонки.

— Времени не хватило, — признался я. — Но суть я помню — коридор и псевдоэмоциональное облако.

— Тогда приступайте, — кивнул Константин Евгеньевич.

Мы потратили несколько часов на занятие, и под конец я овладел этой техникой.

— Вы очень быстро учитесь, Николай, — произнёс Константин Евгеньевич. — Это не может не радовать.

— Мне это нужно самому, и я планирую использовать все эти техники на практике, — спокойно ответил я. — Поэтому это в моих интересах.

— Разумеется, — преподаватель, казалось, хотел ещё что-то сказать, но передумал. Вместо этого он добавил: — Увидимся во вторник!

— Всего доброго, — кивнул я, покидая кабинет.

До полуночи оставалось ещё чуть больше часа. Я решил потратить это время на дальнейшее продумывание концепции препарата от похмелья.

В голове уже зарождались новые идеи. Например, я задумался о создании нового препарата от старческой деменции. Кто знает, может, мне удастся подобрать такое сочетание трав, что заболевание станет возможно излечить!

Ближе к полуночи я отправился на площадь и совсем некстати столкнулся возле входа в общежитие с Кириллом. После дня рождения Владимира я практически перестал его видеть. Он больше не пытался стать нашим другом и не таскался везде за мной. И надо же ему было именно сейчас оказаться именно здесь!

— Добрый вечер, Николай, — как ни в чём не бывало поздоровался Кирилл. — Куда направляешься?

— По делам, — спокойно ответил я. — А ты?

— А я тебя жду, — внезапно заявил он. — Знаю же, что у тебя всегда найдутся ночные дела. Так что тебя проще поймать на улице, а не в общежитии.

— Что тебе нужно? — спросил я. Резко, но я не хотел опаздывать на собрание тайного клуба.

— Очень важная вещь нужна, — ответил Уваров. — Можешь провести меня в клуб?

Глава 5

Так, стоп. Он что, знает о тайном клубе? Этого не может быть, отбор туда он не прошёл, а участники не могли ему ничего рассказать.

— В какой клуб? — уточнил я, делая вид, что ничего не понимаю.

— Я узнал, что в Санкт-Петербурге есть закрытый ночной клуб, называется «Пульс ночи», — поделился Уваров. — И туда ходят многие студенты. Но клуб закрытый, и туда можно попасть только по приглашениям.

Фух! Он всё-таки не про наш тайный клуб, это радует. А то его вопрос был крайне подозрительным.

Но с чего он вообще решил, что у меня есть доступ в какой-то закрытый ночной клуб? Я не похож на студента, который постоянно ходит в подобные заведения.

Будь у меня больше времени, может бы и сходил… но пока совсем не до этого.

— Я первый раз о таком слышу, и у меня нет никаких приглашений, — честно ответил я.

— Значит, ты не такой крутой, как я думал, — заявил Кирилл. — Ведь в это место ходят все.

Так… он уже явно перегибает палку. Надо с этим что-то делать.

— Значит, я не такой крутой, как ты думал, — с явным сарказмом повторил я его слова. — Иди, ищи других, которые туда ходят. Вряд ли найдёшь их среди студентов нашей академии. Мы здесь учимся быть лекарями, а не ночными тусовщиками.

И это было правдой. Учёба в академии была сложная, и жили здесь в основном отпрыски аристократов, которые не могли халатно относиться к обучению, ведь это может сказаться на репутации семьи.

Среди моих знакомых никто по таким местам не ходил, а вот про других сказать не могу. Но не будет же Кирилл ходить и спрашивать про клуб у каждого встречного!

— Обязательно найду, — заходя в общежитие, заявил Кирилл.

Продолжает вести себя как обиженный ребёнок. Ещё и с клубом каким-то пристал. Как будто у студентов лекарской академии действительно есть время ходить по развлекательным ночным заведениям!

Я выждал некоторое время, чтобы убедиться, что Кирилл действительно ушёл в общежитие и не будет меня преследовать. А затем отправился на площадь.

Все члены нашего «Тайного братства лекарей» были уже на месте.

— Доброй ночи, Николай, — подошёл ко мне Алексей. — Ну что, уложилось в голове всё после предыдущего посещения клуба?

— Доброй ночи, — кивнул я. — Да, постепенно укладывается. Новых членов не прибавилось?

Я надеялся, что хотя бы сюда Кирилл не доберётся.

— Новички у нас появляются очень редко, — серьёзно ответил он. — Здесь собираются действительно выдающиеся студенты. Которым, кроме всего прочего, можно доверить различные тайны лекарской магии. Вы знаете, что мы используем в практике только процентов десять от её потенциала?

Это было мне давно известно. Лекарскую магию используют ну очень ограниченно, неизвестно по какой причине. Студентам никогда не раскрывался весь её потенциал и возможности.

Не знаю, с чем это связано. Возможно, за шесть лет просто невозможно обучить студентов всему, и поэтому учебную программу сократили до минимума.

— Да, — сказал я. — Поэтому мне очень нравится вся идея этого тайного клуба. Цель любого лекаря — стать сильнее и помочь как можно большему числу людей.

По этой причине мы и становимся лекарями. Чтобы помогать людям.

Существует легенда, что лекарский потенциал открывается только у тех детей, которые чисты сердцем и со всей искренностью готовы посвятить себя помощи другим. Но насколько она правдива — неизвестно, поскольку дети вырастают разными… и многие забывают об истинной цели ради выгоды.

— Мы здесь учимся не только этому, — добавил Алексей. — Но обо всём вы узнаете постепенно.

На подиум вышел один из двух мужчин, не являющихся преподавателями, Александр Сергеевич.

— Добро пожаловать на очередной сбор «Тайного братства лекарей», — громко проговорил он. — Сегодняшний сбор проведу я и расскажу вам о своей личной технике использования лекарской магии. Надеюсь, запасы в магическом центре у всех имеются, методика моя довольно сложная.

А с запасами у меня проблема из-за постоянной нехватки сна. Я думал об этом уже довольно много, и так дальше продолжаться не может.

Мне просто-таки необходимо создать ещё один алхимический препарат с бодрящим эффектом. Насколько я знаю, в современной алхимии нет ничего и близко на него похожего.

Но с моим постоянным недосыпом мне скоро не будет хватать энергии на все сферы жизни. Учитывая и то, что теперь я стану официальным владельцем семейного бизнеса, ко всему в придачу.

— Господа, вы же знаете, что лечебники могут не только диагностировать болезни, но и лечить их? — тем временем продолжил Александр Сергеевич.

Все закивали. Хотя обычно лечебные способности появляются только с большим стажем работы. У меня они открыты только благодаря моему перерождению в теле самого себя, со всем накопленным опытом.

— Они используют для этого запасы энергии из магического центра, — продолжил Александр Сергеевич. — Но энергия в магическом центре есть у всех лекарей, с любого факультета.

— И значит, мы все можем применять их? — спросил Тарас. — Даже факультет патологоанатомов?

Видимо, он как раз с этого факультета, раз спрашивает. Я постепенно начинал понимать, куда клонит Александр Сергеевич. Он собирается обучить нас какому-то навыку исцеления, который доступен лекарям с любой ветвью лекарской магии! Звучит очень интересно.

А если учитывать, что у меня открыты все четыре ветви магии, я смогу прокачать этот авторский навык для себя лично. Ещё раз убеждаюсь, что не зря я попал в этот тайный клуб.

— Да, применять мою личную технику может абсолютно любой лекарь, — подтвердил Александр Сергеевич. — В этом вся её фишка.

Я заметил, что мужчину с интересом слушали не только собравшиеся студенты, но и остальные преподаватели. Это была тоже интересная особенность этого клуба, здесь учились все. Независимо от возраста, навыков или положения.

— Но зачем другим факультетам эта методика? — снова спросил Тарас. — Если я буду патологоанатомом, то мне не нужно будет лечить живых людей.

— В жизни бывает всякое, — мрачно ответил ему Святослав. — Поэтому чем больше вы будете знать и уметь, тем для вас же лучше.

Со своим деканом Тарас больше не стал спорить, лишь покорно кивнул и приготовился слушать.

— Я назвал свою технику «Эхо здравия», — убедившись, что все его слушают, продолжил Александр Сергеевич. — Как я уже сказал, она подходит всем. Хотя психологи, например, освоят её быстрее. Суть заключается в том, что лекарь не лечит болезнь напрямую, а проецирует на пациента воспоминания о его идеальном состоянии здоровья. И это активирует внутренние регенеративные силы пациента.

Звучит очень впечатляюще. Сложно поверить, что такую сложную технику продумал один человек. Интересно, кто вообще этот Александр Сергеевич? Толком мне не объяснили, работает ли он в академии, или он просто какой-то лекарь из города.

— А почему вы сказали, что эта техника будет проще даваться психологам? — спросил Антон.

— Я до этого ещё дойду, — загадочно ответил Александр Сергеевич. — Итак, сначала о самой технике. Лекарь прикасается к пациенту и считывает с него информацию о тех моментах жизни, когда пациент был здоровым и полным сил. Я назвал эти моменты «здоровые эхо». А затем он проецирует эти здоровые эхо обратно в тело пациента.

— И организм начинает самоисцеляться, основываясь как раз на этих здоровых эхо? — предположил я. — Причём подходит эта техника, судя по всему, ко всем заболеваниям. Может подойти даже к онкологии.

— Да, но не всё так просто, — признался Александр Сергеевич. — Чем тяжелее заболевание, тем больше времени понадобится организму. Также это зависит и от сил лекаря, если он вложил мало лекарских сил, то серьёзные болезни он не сможет излечить.

Интересное дополнение. Проще говоря, онкологию так излечить очень сложно. С этим навыком пациенту может потребоваться не один год, даже если проводить его будет сильный лекарь.

А моя цель — стать именно таким лекарем.

— Как вы уже поняли, «Эхо здравия» не обеспечивает мгновенного исцеления, — подтвердил мои мысли Александр Сергеевич. — Организму требуется время, чтобы самоисцелиться. Кроме того, этот мой авторский навык сильно истощает самого лекаря. Поэтому я и уточнил о запасах магического центра. Лекарь сам проживает эти моменты из жизни пациента, и после такой техники он может лишиться всех сил.

Очень много нюансов, эту технику явно нужно доработать. Но сама суть её довольно интересна и при должной модернизации очень пригодится.

— На мёртвых это тоже не работает, — снова раздался мрачный голос Святослава. — У мёртвых нет воспоминаний.

— Это так, — кивнул Александр Сергеевич. — Кроме того, суть моей авторской техники ещё и в психосоматическом эффекте. «Эхо здравия» оказывает положительное влияние на психику пациента, снимая стресс и повышая настроение.

— А побочные эффекты у этой техники есть? — поинтересовался кто-то из студентов.

Я отметил, что и обстановка на этих собраниях гораздо расслабленнее и непринуждённее, чем на обычных занятиях. Здесь не нужно было поднимать руку и ждать разрешения задать вопрос. Собрания проходили в форме обычного общения.

— Я рассчитал, что если переборщить с моей техникой, можно вызвать у пациента ностальгию, — ответил Александр Сергеевич. — Воспоминания о тех конкретных моментах жизни, где состояние здоровья было идеальным. И если в те моменты с ним происходили какие-то неприятные события, это может быть весьма болезненно.

— Но вы так и не объяснили, почему эта техника будет легче даваться психологам, — напомнил Антон.

— Я как раз собирался к этому перейти, — спешно сказал Александр Сергеевич и продолжил размеренным тоном. — Дело в том, что основа мой авторской техники заключается в личных отношениях лекаря и пациента. Чем лучше один знает другого, тем легче ему уловить «здоровые эхо». Если у лекаря сильно развита эмпатия, то техника также будет даваться ему проще.

Теперь я понял, о чём он говорил. Сильно развитая эмпатия как раз у лекарей с потока психологов. Интересным моментом являлось и то, что технику проще использовать на хорошо знакомых людях. Хоть в лекарском деле и принято негласное правило, что родственников лечить нельзя, этой техникой они бы лечились проще всего.

— Теперь давайте тренироваться, — подытожил Александр Сергеевич.

Мы разбились на пары и начали пробовать технику под чутким руководством мужчины. У каждого студента нашлись какие-то незначительные проблемы в здоровье. Даже банальные царапины. И задачей второго было эту проблему устранить.

Что оказалось весьма непросто для некоторых участников клуба. Я заметил, что и Сергей Александрович, и Святослав наравне с остальными тренируют эту технику.

Я оказался в паре с Алексеем, у которого как раз было несколько царапин для заживления. И мне удалось с ними справиться довольно быстро.

— Прекрасный результат, молодой человек, — удовлетворительно кивнул Александр Сергеевич. — Теперь меняйтесь.

— Николай, а что вам вылечить? — спросил Алексей. — И как у вас получилось так быстро?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Это же от тяжести болезни зависит. Вот, у меня тоже пара царапин, потренируйтесь на них.

— Никогда бы не подумал, что существует такая техника, — восхищённо проговорил Алексей, пока готовился к своей тренировке. — Ведь обычно сращиванием ткани занимаются только хирурги!

И ещё одним преимуществом этой техники было то, что хирурги могут срастить ткани, которые были разъединены только определённое количество времени. Если правильно овладеть «Эхом здравия», это будет полезно во многих областях.

Интересно, почему Александр Сергеевич решил оставить эту технику в тайном клубе… Сомневаюсь, что из-за её сложности. Скорее всего, если сделать её неправильно, побочные эффекты могут быть довольно серьёзными.

Тренировки продлились до трёх часов ночи. Далеко не у всех членов нашего клуба получилось осуществить эту технику, но Александр Сергеевич заверил всех, что это абсолютно нормально. Но никаких побочек я не увидел.

После собрания мы разошлись, как обычно, покидая наш тайный клуб по очереди. В этот раз я ушёл одним из первых, для сна снова оставалось катастрофически мало времени. Всё больше убеждался, что мне нужен алхимический препарат для прибавления энергии.

Утро пятницы началось по привычной схеме — с Владимира, делящегося новостями.

— У нас после завтрака опять будет собрание в общем зале, — уминая яичницу, заявил он. — Дмитрий Романович снова хочет сообщить о каких-то нововведениях.

— Мы ещё и месяца не учимся на третьем курсе. А нововведений уже было выше крыши, — ответил я. — Сначала эта рейтинговая система, затем переэкзаменовка. Что же на этот раз?

— Скажет, что все, кроме тебя, не достойны быть лекарями, и отчислит их, — пошутил Владимир. — А если серьёзно, что-то там будет про новые предметы. Якобы они пересматривают программу обучения. И на нас решили поставить все эксперименты!

— Интересно, какие именно предметы они хотят добавить? — задумался я.

Навряд ли что-то кардинально изменится. Обычно маги не трогают ту систему, что работает. А вот добавить к ней новые предметы спокойно могут.

— Сейчас узнаем, — беспечно махнул рукой друг. — Меня вот больше волнует моё завтрашнее выступление. Я даже уговорил отца прийти посмотреть!

— Значит, на капустник придёт сам граф Маврин? — удивился я. — А ты остальным-то сказал? Надо всех предупредить, вообще-то, это требует определённой подготовки.

— Я об этом не подумал, — почесав затылок, сконфуженно признался Владимир. — Ну, сегодня на генеральной репетиции скажу!

— Нашёл время, — усмехнулся я. — Ты бы ещё на самом выступлении сказал: «Смотрите, а там сидит один из самых уважаемых людей города, давайте помашем ему рукой!»

— Ты мой лучший друг, но за твои шутки тебя убить иногда хочется, — фыркнул Владимир. — Пойдём на собрание.

Мы снова, уже который раз за этот учебный год, собрались в большом зале. На этот раз собрание проводилось только для лечебного факультета третьего курса. Поэтому других преподавателей не было, на подиуме ожидал только Дмитрий Романович.

— Доброе утро, господа студенты! — бодро начал он, когда все расселись.

В который раз подметил, что ораторское искусство у него было развито очень сильно. Сбой я наблюдал только один раз, на олимпиаде по алхимии, когда я настолько смутил его своим вопросом, что он не знал, чего ответить.

В остальных ситуациях он говорил всегда уверенно, громко и чётко.

— Наше руководство выслало новые указания по учебному плану, — продолжил декан. — И поручило вводить эти новшества с нынешнего третьего курса. В качестве эксперимента.

— Мы им кролики подопытные, что ли? — недовольно выкрикнул кто-то из студентов.

— Я понимаю ваше недовольство, но лично ничего не могу сделать, — ответил Дмитрий Романович. — Кроме того, если говорить конкретно об этих нововведениях, то я их поддерживаю. Мы уже не один год пытались внести эти изменения в учебный план, но постоянно получали отказы.

Интригующее начало. Все студенты затихли, с интересом ловя каждое слово.

— У вас в учебную программу добавляется новый предмет, — проговорил декан. — Он называется «основы магических заболеваний».

— Дмитрий Романович, в чём его суть? — подняв руку, спросил Юрий Колесов.

— Среди всех лекарей уже давно отмечено, что в практике стало появляться всё больше нетипичных заболеваний, — начал объяснять декан. — А именно — заболеваний, связанных с магическими особенностями. И лечить их нужно по-другому.

Я сразу понял, о чём он говорит. Это специфические болезни у людей с другими магическими способностями. Маги воды, огня и так далее. Ведь магических направлений существует великое множество.

Видимо, всемирная ассоциация лекарей отметила, что эти магические способности могут оказывать повреждающее действие на организм носителя. Я тоже об этом задумывался, но почему-то в академии мы проходили только типичные заболевания.

Теперь же это решили исправить.

— Дмитрий Романович, почему именно с нас решили это начать? — заныл Максим Елисеев. — То анатомию заставили пересдавать, то это. Жить-то когда?

— Не ко мне вопросы, — поднял руки декан. — Я просто передаю информацию. Новый предмет появится у вас в расписании уже со следующей недели, так что внимательно следите за этим. На сегодня всё, до обеда можете быть свободны.

Студенты гурьбой повалили из зала, бурно обсуждая очередные новости.

— Николай, задержитесь, пожалуйста, — попросил меня декан.

Мы дождались, пока все остальные покинут зал, и Дмитрий Романович заговорил.

— Вы же ещё не забыли про второй этап олимпиады по общему лекарскому делу? — спросил он.

Если честно, это совсем вылетело из головы. Слишком много всего сразу происходило в моей жизни. Так что вот этим деталям с олимпиады в голове просто не хватало места.

— Про поездку в Москву? — уточнил я.

— Именно, — кивнул декан. — Наконец-то определились с датами. Поездка будет на следующих выходных. В пятницу вечером уедете ночным поездом, а в воскресенье утром вернётесь.

— Хорошо, — ответил я. — Регламент второго этапа уже прислали?

— Они делают из этого какую-то тайну, — помотал головой Дмитрий Романович. — Не могу даже представить, что именно они задумали. Мне не прислали совершенно никакой информации.

— Это странно, — подметил я. — Участникам же нужно знать, к чему конкретно готовиться.

— Думаю, это сделано специально, — признался декан. — Уверен, участникам из Московской лекарской академии известны все детали. А от других это решили скрыть.

— Не очень-то честные условия, — хмыкнул я. — Ну ничего, я уверен, что справлюсь.

— Я в вас не сомневаюсь, Николай, — улыбнулся декан. — Сегодня вышлю вам магической почтой билеты. Если будет время — просто пройдитесь перед олимпиадой по всем основам.

— Хорошо, — кивнул я.

После собрания и разговора с деканом я отправился в сквер. Очередной раз мои мысли нуждались в проветривании, чтобы всё встало на свои места.

Пора уже какого-нибудь ассистента заводить, чтобы он напоминал мне про все предстоящие дела! Ну, или хотя бы напоминалки в телефоне поставить…

И в очередной раз «по случайному совпадению», в которое я уже не верил, меня тут же нагнала София.

На самом деле, я уже всегда ожидал встречи с ней в этом месте. После общения с этой девушкой на душе становилось гораздо легче.

Возможно, дело в её психологической магии. Или же она мне просто нравилась.

— Добрый день, Николай, — радостно поздоровалась она. — Слышала свежие новости, про новый предмет на вашем курсе.

— Добрый день. Быстро же слухи распространяются, — усмехнулся я. — Должны ввести с понедельника.

— По-моему, это здорово, — поделилась своим мнением София. — Если этих заболеваний сейчас действительно много, их нужно уметь лечить.

— Это правда, — кивнул я. — Студенты в основном недовольны тем фактом, что именно на наш курс многое свалилось. Впервые введена рейтинговая система, потом эта переэкзаменовка, теперь ещё и новый предмет.

— Представляю, — ответила девушка. — А у меня новости, в Москву на олимпиаду поеду на следующих выходных.

Удивительное совпадение! Она как будто бы специально умудрилась это подстроить, хоть это и маловероятно.

— Я тоже, — ответил я. — На второй этап олимпиады по общему лекарскому делу.

— Значит, мы поедем в Московскую лекарскую академию вместе? — обрадовалась София. — Я так рада, а то страшно было в другой город ехать. Да и академия новая, я бы там точно потерялась.

— Не забудьте взять запас препаратов от бронхиальной астмы, — вспомнив день нашего знакомства, напомнил я. — Чтобы не пришлось в Москве искать магазины.

Хотя ради любопытства я бы хотел посетить несколько. Посмотреть, какие там цены, и какие товары есть в ассортименте. Это может быть полезным для нашего семейного бизнеса.

— Не забуду, — пообещала София. — Кстати, лично с моей олимпиадой есть интересный нюанс. Константин Евгеньевич сказал, что нам даже не прислали её регламент. Я понятия не имею, к чему мне готовиться.

Такая же ситуация, как и с олимпиадой по общему лекарскому делу. Кажется, Московская академия решила максимально обеспечить победу именно своих студентов.

— С моей олимпиадой всё так же, регламента нет, — ответил я. — Придётся готовиться к неизвестному.

— Мы справимся, — бодро заявила девушка. Победим там всех!

— Ещё как, — улыбнулся я.

Мы разошлись по общежитиям, так как уже наступило время обеда. За обедом я задумался ещё и о том, что в тайном клубе не было ни одной девушки. Их в академии и так учится немного, но видимо, отбор для тайного клуба не прошёл никто.

После обеда прошло занятие по алхимии, на котором большинство однокурсников продолжали шёпотом обсуждать новости о новом предмете. Тему Сергея Станиславовича, похоже, слушал только я и ещё пара отличников.

Я специально задержался в классе после занятия, чтобы обсудить очень важную для меня тему.

— Николай, у вас появилась новая идея для научной работы? — сразу же обрадованно спросил преподаватель.

— Задумка появилась. Но, признаться, наработки по ней я ещё не сделал, — честно ответил я. — Подумал, может быть, вы сможете что-нибудь подсказать?

— А что за идея? — заинтересованно спросил Сергей Станиславович.

— Нужно создать алхимический препарат, который будет оказывать бодрящий и тонизирующий эффект, — поделился я. — Очень актуально для многих студентов, особенно из лекарской академии.

— И для вас в первую очередь, — лукаво улыбнулся преподаватель. — Я не осуждаю, просто прекрасно понимаю, насколько много у вас всевозможных дел. Ведь, насколько мне известно, вы ещё и занимаетесь семейным бизнесом. Многие студенты и с банальной учёбой в академии не справляются.

И это он ещё не знает про миллионы дополнительных занятий и проблем.

— Да, для меня в первую очередь, — кивнул я. — Поэтому меня и заинтересовала эта тема. Я думал взять за основу корневище элеутерококка, а также кофейные листья и шиповник.

— Ну вот, а говорите, что нет никаких наработок, — подметил Сергей Станиславович. — Но, как я понимаю, пропорции не рассчитаны?

— Пропорции не рассчитаны, и взаимодействие этих трав тоже не продумано, — ответил я. — Пока что это всё на фоне идеи.

— Так давайте начнём реализовывать её сегодня же, — предложил преподаватель.

Неожиданно! Но чем раньше я этим займусь, тем лучше. Пока препарат пройдёт проверку в лаборатории, минует две недели. Так что сильно тянуть нельзя, мне он нужен уже в ближайшее время.

Только из-за этого мне снова придётся пропустить тренировку у Святослава. Но дело того стоит.

— Давайте, — кивнул я.

Мы засели за теоретическую часть, анализируя возможное взаимодействие этих трав друг с другом. Необходимо было предварительно рассчитать и передозировку, и побочные эффекты.

— Не уверен, будут ли сохраняться полезные свойства элеутерококка в жидком виде, — спустя два часа работы сказал преподаватель. — У меня в лаборатории есть несколько образцов, давайте проведём ряд экспериментов.

Во время прошлой работы мы тоже делали часть исследований в лаборатории, поэтому предложение звучало вполне разумно.

— Хорошо, — кивнул я. — Проверим, сохраняет ли корневище элеутерококка тонизирующий эффект при нагревании его экстракта.

Мы перешли в лабораторию и стали готовить всё для предстоящего эксперимента.

Специальная колба, горелка, жидкий экстракт растения.

— Сейчас проверим, — торжественно произнёс Сергей Станиславович, поджигая горелку.

И как только ему это удалось, колба взорвалась.

Глава 6

Сергей Станиславович упал в обморок, а на столе начался небольшой пожар. Вот это мы проверили препарат!

Я быстро принялся разбираться с возникшей проблемой. Прежде всего погасил возгорание специально приготовленной водой, которая всегда стояла в ведре под столом. Как раз для таких случаев.

Так, теперь испарения. Ничего токсичного в этих парах нет, мы использовали абсолютно обычные ингредиенты. Но всё же я открыл окна для проветривания, чтобы пустить в лабораторию свежий воздух.

Теперь надо заняться преподавателем. Когда произошёл взрыв, он стоял как раз в эпицентре, наклонившись к горелке довольно близко. Из-за этого его лицо теперь было покрыто многочисленными порезами от разбившегося стекла, и из них сочилась кровь. Картина, мягко говоря, не очень.

К тому же он находился без сознания. Что спровоцировало обморок — до конца непонятно. Слишком сильная концентрация алхимических ингредиентов, банальное оглушение от взрыва или испуг? С этим разберусь во вторую очередь, сначала займусь его порезами.

Если каждый из них залечивать хирургической магией, это займёт слишком много времени. Поэтому я решил воспользоваться так вовремя изученным навыком с тайного клуба — эхом здравия.

Сергея Станиславовича я знал довольно долго, да и психологическая лекарская магия у меня присутствует, так что должно получиться.

Я сфокусировался на преподавателе и считал момент из его жизни, когда у него ещё не было приобретённых травм. Строго говоря, этот момент был буквально десять минут назад. А затем спроецировал это состояние на Сергея Станиславовича.

В следующие минуты тело преподавателя начало самостоятельно залечивать порезы, «выплёвывая» на пол мельчайшие осколки разбитой стеклянной колбы. А спустя минут пять он пришёл в себя, будучи полностью здоровым.

Метод работает!

— Что произошло? — растерянно спросил он.

И этим вопросом он заставил меня напрячься. Это амнезия после произошедшего инцидента или из-за применённого мной навыка? Наверняка Александр Сергеевич не изучил ещё все возможные побочные эффекты. Если мы заставляем тело пациента проживать момент благополучия внешнего, что происходит с его воспоминаниями?

— Колба взорвалась, — осторожно напомнил я, следя за реакцией Сергея Станиславовича.

— Точно! — хлопнул он рукой по лбу. Я тут же выдохнул, дело явно не в применённом мной методе. — И я, наверное, потерял сознание?

— Да, я оказал вам первую помощь, — кивнул я, решив умолчать о микропорезах на его лице. Ведь тогда преподаватель закономерно спросит, как я его вылечил. А ни один из моих навыков не должен быть раскрыт.

— Спасибо, Николай, — с благодарностью проговорил Сергей Станиславович. — Наверное, проблема как раз таки в листьях элеутерококка. Я заказывал партию по очень большой скидке для нашей лаборатории, и, кажется, они оказались бракованными.

Преподаватель посмотрел на разбросанные по полу листья.

— И вызвали взрыв? — удивился я. — Это вообще возможно?

— Видимо, да, — пожал плечами преподаватель. — В других своих ингредиентах я уверен.

— А где именно вы заказывали листья элеутерококка? — уточнил я. — Если они поставляют настолько бракованные партии, надо принять меры!

Ведь от этих листьев могут пострадать и другие студенты.

— Вы правы… — Сергей Станиславович замялся, как будто не хотел мне что-то говорить. Но спустя пару мгновений он всё-таки решился. — Академия предоставляет бюджет разным кафедрам на закупку необходимого. А сами преподаватели зарабатывают мало. Особенно такие, как я.

Не нравится мне, куда он клонит. Кажется, сейчас опять окажусь посвящённым в какую-нибудь мутную схему.

— В каком смысле «такие, как вы»? — спросил я.

— Целевики, — выдавил из себя Сергей Станиславович. — Такие же, как вы, например. Только раньше наша лекарская академия выдавала целевые направления самостоятельно. То есть поступаешь сюда, а затем обязан отработать здесь же преподавателем.

А наш преподаватель по алхимии оказался полным секретов! Я и не знал, что существовали целевые направления в академию. Наверное, это сделали для того, чтобы заполнить преподавательскую нишу.

И выдавали эти целевые направления явно обнищавшим аристократичным родам… Таким же, как и мой. Иначе родители могли бы позволить себе платное обучение.

— И к чему вы ведёте? — подтолкнул я его к сути дела.

— Да вы и сами, наверное, всё поняли, — махнул рукой Сергей Станиславович. — Выделенную часть бюджета я забрал на свои нужды, а в лабораторию закупил препараты по очень большим скидкам. Не все, клянусь! Но самые неходовые позиции. Алхимия сейчас мало кому интересна, и я был уверен, что никто и не заметит…

Преподаватель неохотно признавался, но особого выбора у него не было — произошедшее нужно было пояснить, чтобы я не пошёл разбираться к начальству Сергея Станиславовича, тогда они бы узнали куда ушли средства… а для учителя такой расклад гораздо хуже, чем рассказать мне.

— Зачем же вы сегодня согласились проводить эти эксперименты, если знали, что препарат некачественный? — прямо спросил я.

— Мы же с вами не собирались употреблять его внутрь! — воскликнул преподаватель. — Лишь кое-что проверить. А я был уверен, что на тестах не скажется качество моего ингредиента.

Я покачал головой, не зная, что сказать.

— Вы теперь доложите о случившемся в ректорат? — с тоской в голосе уточнил Сергей Станиславович.

Мне это было не нужно. Уверен, после произошедшего преподаватель заменит препараты на более качественные.

— Нет, — твёрдо ответил я. — Но сама ситуация очень и очень неприятна.

Он подверг риску и себя, и меня. А если бы взрыв был больше? Или пары оказались бы токсичными? Да мало ли что могло произойти!

— Приношу свои искренние извинения. И я очень надеюсь, что вы захотите и дальше продолжать со мной работу над вашими научными работами.

Сергей Станиславович выглядел обречённо. Но он явно сделал выводы.

— На сегодня точно всё, — сказал я. — Здесь всё надо тщательно проветрить, да и поздно уже. А в следующий раз я принесу ингредиенты сам, чтобы быть уверенным в их качестве.

— Хорошо, — вздохнул Сергей Станиславович.

Я отправился в общежитие, по пути размышляя о новой информации. Ещё в тот раз, когда преподаватель упоминал про денежное вознаграждение за подобные научные работы, я заподозрил неладное. А теперь мои догадки только подтвердились. Для Сергея Станиславовича в приоритете деньги. А не научный интерес, как я думал изначально.

Но без научного руководителя такие работы я писать не могу. Таковы правила. А значит, мне выгоднее закрыть глаза на некоторые грехи Сергея Станиславовича. Ведь другого преподавателя по алхимии в академии нет.

По пути в общежитие я вновь посетил отдел библиотеки для некромантов, чтобы взять новую партию книг. Вечер пятницы был идеальным временем для подобных посещений. Желающих почитать книги не было, и я беспрепятственно взял всё, что мне нужно.

И отправился спать. Это был первый здоровый восьмичасовой сон за всю эту долгую неделю.

Утро субботы выдалось странно шумным. По всей территории академии что-то красили, подметали дорожки и приводили всё в порядок. Словно объявили какой-то общий субботник, о котором мне ничего не было известно. Казалось, что трудится абсолютно весь обслуживающий персонал нашей академии.

Я отправился на завтрак и решил узнать, что происходит, у самого надёжного информатора.

— Доброе утро! — поздоровался я с Владимиром. — А что все так суетятся?

— А то ты не знаешь, — вздохнул друг. — Я же говорил тебе про отца. И это ты мне посоветовал поставить в известность руководителя капустника, Сергея Александровича.

Который тоже успевает быть во всех местах сразу. И преподаватель, и руководитель капустника, и член тайного клуба.

— Так значит, вся эта подготовка из-за твоего отца? — догадался я.

— И не только, — Владимир изобразил вселенскую грусть. — Приедет мой отец, приедет граф Чернов, приедет граф Елисеев. Планируется какое-то великое схождение всех будущих родственников!

— Оу, тогда удачи, друг, — проговорил я.

После выступления у них, скорее всего, будет какой-нибудь совместный ужин. Всё-таки между ними заключены договоры о помолвке, хоть свадьбы и отложились на несколько лет. И им положено появляться в свете.

Графа Елисеева я не видел с момента нашего последнего разговора. А после него он уже успел предпринять ещё один шаг — переманить одного из наших продавцов. Будет интересно посмотреть, как он поведёт себя при нашей встречи.

— Спасибо, — в третий раз вздохнул Владимир. — Я вот теперь весь на нервах. Мало того, что это моё первое выступление, так ещё и шумиху такую подняли вокруг этого всего. А ведь капустник — просто юмористический коллектив людей. Мы там для того, чтобы посмеяться, а не чтобы показать графам Санкт-Петербурга какое-то великое представление.

— Я думаю, все это прекрасно понимают, — успокоил я его. — И за этим и идут. В жизни бывает полезным, когда есть немного юмора.

— Надеюсь, — кивнул друг. — Ладно, я побежал, у нас весь день расписан на подготовку. В шесть вечера, не забудь!

Он подскочил, чуть не опрокинув стол, и тут же умчался.

Я спокойно доел и отправился делать привычные рутинные дела. Домашнее задание, если точнее. В воскресенье мне снова предстояло заступать в магазине на сутки. И на этот период у меня были большие планы по просмотру всей документации и составлению дальнейшего плана работы алхимического магазина. Уверен, отец уже подготовил все документы, и в ближайшее время я стану его официальным представителем.

Много от этого не поменяется, я так и буду продолжать придумывать различные нововведения и организовывать работу. Просто теперь и исполнять всё я буду самостоятельно, без одобрения отца.

Закончив с домашним заданием, я уделил ещё час на самостоятельную работу над своим бодрящим алхимическим препаратом. На удивление, много информации об элеутерококке я нашёл как раз во взятых накануне книгах патологоанатомов.

Оказалось, что некроманты пытались использовать корневище элеутерококка для воскрешения мёртвых. Считалось, что бодрящее свойство этого растения может обмануть смерть, и если влить специальный раствор только что умершему человеку в рот, то он вернётся к жизни.

Такие эксперименты провалились, но читать об этом было довольно интересно. Я нашёл и используемые пропорции, и побочные эффекты. Не пожалел, что вчера зашёл за новыми книгами в библиотеку.

После обеда я решил немного прогуляться. И на этот раз встретил в своём излюбленном сквере Анастасию, которая явно меня поджидала.

— Добрый день! — подбежала она ко мне. — А я вот не знала, встречу вас сегодня здесь или нет. София сказала, что вы часто здесь гуляете, по будням. Но удача мне улыбнулась, и сегодня вы тоже здесь!

— Добрый день, — с трудом я вставил слова в её непрерывный монолог. — Я тоже очень рад вас видеть. Как самочувствие у вашего отца?

— Так я за это и хотела отблагодарить, — всплеснула руками девушка. — Он недоверчив, но всё-таки обратился к другим лекарям. И оказалось, что ваш диагноз правильный! И лечение расписано идеально. Он передавал огромное спасибо и спрашивал, чем он может отблагодарить.

— «Спасибо» мне достаточно, — улыбнулся я. — Пусть лечится и следит за своим здоровьем. А повар как?

— Он тоже сходил к лекарям, и те тоже подтвердили правильность вашего назначенного лечения, — ответила Анастасия. — И так как у отца было прекрасное настроение, он решил его не увольнять. Так что всё хорошо закончилось! А вот лекаря личного уволили.

— Стоило ожидать, — задумчиво произнёс я. — Если он перепутал два диагноза, его квалификация довольно сомнительна.

— Но жалко, давно у нас работал, — вздохнула девушка. — Теперь вот нового отец ищет. Кстати, вы сегодня идёте на капустник?

— У меня там друг выступает, так что выбора нет, — усмехнулся я. — Он мне этим капустником все уши прожужжал.

— Пойдёмте вместе! — выпалила Анастасия и тут же залилась краской. — То есть… Я…

— Я сам хотел вас пригласить, — успокоил я девушку. — Вы согласитесь пойти со мной?

— Да, — тут же приняла правила игры Анастасия. — Встретимся у моего общежития?

— Договорились, — улыбнулся я.

— Ох, так это ведь уже через два часа! — спохватилась вдруг девушка. — До встречи!

Она тут же убежала в сторону общежитий. Видимо, прихорашиваться.

Я ещё немного прогулялся по скверу, думая обо всём сразу. А затем тоже отправился в общежитие, переодеться перед капустником.

Примерно без пятнадцати шесть я подошёл к общежитию шестых курсов. Анастасия уже ждала меня на улице, на этот раз в ярко-голубом платье, более простого фасона. Это и понятно, мы ведь не на званый приём собираемся.

Забавно, что она явно не из тех девушек, которые всегда и везде опаздывают. Как раз наоборот, уже второй раз это она дожидается меня.

Впрочем, сама Анастасия относилась к этому максимально спокойно. Думаю, тут всё дело в мужском воспитании. Она рассказывала ещё при первых встречах, что её мать умерла очень рано, и воспитывал её отец. Отсюда и любовь к фехтованию, и пунктуальность.

— Прекрасно выглядите! — сделал я комплимент девушке.

— Спасибо, — смущённо ответила она.

Мы отправились в торжественный зал, где сегодня должен был пройти капустник. К приезду графов руководство академии расстаралось. Зал был тщательно украшен, а полы блестели как зеркала.

Для почётных гостей экстренно собрали что-то вроде вип-ложа, и все три графа уже сидели там. А кроме них ещё и сёстры Черновы, а также Максим Елисеев. Последний сидел рядом с Софией и выглядел очень довольным.

Мы прошли на обычные места, поближе к сцене. Вообще, зрителей собралось очень много. Повезло, что мы пришли чуть пораньше, потому как вскоре мест уже стало не хватать. Словно в театре, а не на студенческой постановке.

Наконец, все расселись, и в зале погас свет. На сцене торжественно поднялся занавес, и вышел Сергей Александрович. Сегодня он сам сиял, как свежевымытый пол, и нарядился в классический костюм с галстуком-бабочкой.

— Здравствуйте, господа! — торжественно произнёс он в микрофон. — Рады приветствовать вас всех на первом выступлении капустника в этом году!

Зрители тут же принялись аплодировать, и Сергею Александровичу пришлось выждать пару минут, чтобы продолжить речь.

— Все мы старались и надеемся, что вам понравится, — наконец сказал он. — Встречайте первую сценку, которая называется «Спонтанная ария».

Он ушёл за кулисы, а на сцене началась суета по подготовке реквизита. Был вынесен стол, какие-то склянки, пара стульев.

Затем на сцену вышел Владимир, незнакомая девушка с белыми волосами и ещё один молодой человек. На последнем были наклеены самодельные усы.

— Представьте, если бы алхимия у нас в мире была более продвинутой, — проговорил этот парень в микрофон. — Если бы мы лечились зельями, а не обычными алхимическими травяными препаратами. И если бы у этих зелий были разные эффекты…

— Мы вот это представили, — продолжил Владимир. — И решили вам показать. Представляем вам урок алхимии в альтернативной истории!

Зрители снова стали громко аплодировать, и пришлось снова выждать пару минут перед началом сценки.

Мой друг явно нервничал, но старался держаться очень даже уверенно. В один момент он поймал взглядом меня, и я подбадривающе ему улыбнулся. А заодно использовал новую технику Константина Евгеньевича и с помощью психологического коридора немного успокоил волнение друга.

— Итак, Анна, — обратился парень с наклеенными усами к девушке. — Ваша задача на сегодня — продемонстрировать зелье от обычной простуды. Пожалуйста, не повторяйте прошлых ошибок, когда вы перепутали дозировку, и наш лаборант три дня светился в темноте!

В зале раздался смех, и несколько людей снова захлопали.

— Ну Сергей Станиславович! — капризно отозвалась девушка. — Я не специально же. И я перед ним извинялась, даже на свидание сходила в качестве искупления своей вины.

— И об этом мы с вами ещё отдельно поговорим, — строго сказал парень, чем вызвал новую бурю смеха среди зрителей.

— Представляю вам свою новую разработку, — гордо произнесла Анна. — «Бальзам бодрости», излечит любую простуду. Побочных эффектов минимум.

— Меня уже настораживает этот минимум, — буркнул актёр, играющий Сергея Станиславовича.

Я отметил, что играл он его очень похоже. В капустнике участвовали действительно талантливые ребята.

А ещё я задумался над тем, возможно ли действительно развить уровень алхимии в нашем мире до таких масштабов. Ведь сейчас она находилась на уровне обычных лекарственных препаратов. Но наука не стоит на месте, и, возможно, когда-нибудь мы научимся разрабатывать целые зелья…

К чему всегда стремились все лекари мира. И взятая мной книга для некромантов эту идею только ещё раз подтвердила.

— Кто у нас сегодня доброволец? — тем временем вопрошал актёр. — А, Владимир! Напомните, вы подписали отказ от претензий?

— Да, отказ от претензий, завещание, всё написал, — с тяжёлым вздохом отозвался со сцены мой друг. — Но я же не болею, зачем мне зелье от простуды?

— От прогулов! — заявил актёр.

На этом моменте и я уже не выдержал и засмеялся вместе со всеми. Настолько идеально подходила моему другу эта комическая роль.

— Это ради науки, Владимир, — заявила со сцены Анна. — Просто выпейте! Это же для капустника. Зрители собрались, все ждут, — на этих словах девушка обвела рукой весь зал.

— Хорошо… Ради науки и капустника я это сделаю, — собравшись с духом, заявил Владимир.

Анна поднесла ему какую-то пробирку с оранжевой жидкостью. Наверное, в качестве реквизита использовали апельсиновый сок.

Однако мой друг играл просто великолепно. Прежнее волнение в нём абсолютно не чувствовалось.

Он взял пробирку и залпом проглотил содержимое, словно действительно выпил какое-то зелье.

— Ну, как ощущения? — спрятавшись за стул, спросила Анна.

— Я чувствую волну внутри! — внезапно пропел Владимир, широко раскинув руки, как оперный певец. — Я не могу перестать петь!

— Анна, что это такое? — испуганно спросил парень, играющий Сергея Станиславовича. — Я просил зелье от простуды, а не для оперной карьеры!

Девушка засуетилась, перебирая руками стоявший на столе реквизит.

— Но я взяла правильную склянку! — ответила она.

— Мой голос рвётся в небеса! — продолжал петь Владимир. Кстати, пел он вполне неплохо.

И я бы совсем не удивился, если бы похожая ситуация произошла с ним и в реальной жизни. Это как раз в его стиле, постоянно попадать в какие-то неприятности.

Парень с наклеенными усами тем временем тоже подошёл к столу и деловито осмотрел пробирки.

— Вот оно в чём дело! — воскликнул он. — Вы дали ему не «бальзам бодрости», а «усилитель харизмы» с побочным эффектом оперного голоса. Я готовил это зелье для своего выступления перед ректором.

— Теперь я тенор, полный красоты! — спел Владимир, обращаясь к зрителям.

— Это всего на пару часов, — заявил актёр, играющий Сергея Станиславовича. — Зато вы, Владимир, теперь звезда капустника. Верно я говорю?

Зрители снова принялись аплодировать, а кто-то выкрикнул «ещё какая!»

— Всегда проверяйте препараты перед их использованием, — добавила Анна.

— И поаплодируйте нам! — спел Владимир.

Зрительный зал просто взорвался хохотом, хлопками и одобрительными криками. Краем глаза я заметил, что даже граф Маврин, отец Владимира, улыбнулся прошедшей сценке.

Занавес на сцене опустился, начались приготовления к следующему выступлению.

Дальше показали ещё несколько сценок, но Владимир в них уже не участвовал. Затем спели несколько песен, и капустник был завершён.

— Ох, я насмеялась на месяц вперёд, — поделилась со мной Анастасия. — Очень рада, что пришла! Особенно в такой хорошей компании.

— Я тоже, — улыбнулся я. — Надо дождаться Владимира и поздравить его с дебютом. Кроме того, правила приличия требуют поздороваться со знакомыми мне людьми. Пойдёмте, я вас представлю.

Девушка взяла меня под руку, и мы прошли к графам в их «вип-ложе».

— Доброго вечера, господа, — поклонился я им. — Здравствуйте, София, Мария, Максим. Это моя спутница Анастасия Юсупова. Господин Маврин, поздравляю с дебютом вашего сына.

— Спасибо большое, Николай, — кивнул граф Маврин. — Признаться, я и сам не ожидал от него таких талантов.

— Мы как раз дожидаемся его, чтобы всем вместе отправиться в ресторан, где забронирован большой стол для наших семей, — подчеркнув голосом слово «наших», заявил граф Чернов. А он, несмотря на наш разговор, совсем не изменился. И видимо, не изменил мнения обо мне.

— Да, Николай, там заказано на определённое количество мест…– попытался как-то сгладить ситуацию отец Владимира. Он относился ко мне нормально.

— Всё в порядке, — кивнул я. — Я просто подошёл поздороваться.

Как раз на этом моменте к нашей компании подбежал и сам Владимир.

— С премьерой тебя, — улыбнулся я другу. — Играл просто великолепно!

— Поздравляю вас, Владимир, — добавила стоявшая до этого молча Анастасия.

— Спасибо! Слушайте, пойдёмте с нами отмечать? — предложил счастливый друг.

— В другой раз, у нас дела, — дипломатично ответил я, красноречиво взглянув на графа Чернова. Тот отвернулся, сделав вид, что он вообще не знает о чём речь.

Граф Елисеев вообще старался казаться максимально незаметным на протяжении всего разговора. До сих пор боится меня после того диалога? Сильно я тогда нагнал на него страху, раз всё ещё сторонится.

Хотя недостаточно сильно, раз он всё равно провернул этот не самый красивый ход — переманил одного из наших продавцов и практически забрал себе другого.

Я снова вежливо поклонился всем, и мы с Анастасией ушли. Не стану портить вечер Владимиру, друг и правда выглядит счастливым.

Мы ещё немного прогулялись с девушкой, после чего я отвёл её в общежитие, а сам отправился в свою комнату. В которой меня поджидал сюрприз, новое письмо, доставленное магической почтой.

«Николай, жду вас сегодня в полночь, в месте сбора тайного клуба. Это срочно».

Странно, мне говорили, что клуб собирается максимум один-два раза в неделю, а это уже третий раз. Ещё более странно, что туда как будто бы зовут только меня. Кому и зачем я понадобился?

Время уже как раз подходило к полуночи, поэтому я сразу же отправился туда.

В общей комнате почти никого не было. Меня ждал только Олег Николаевич, психолог.

Это становилось всё более подозрительно. Он узнал мой секрет про ещё одну ветвь лекарской магии и решил поговорить об этом лично?

Но дело оказалось совсем в другом.

— Николай, — угрожающе произнёс Олег Николаевич. — Мне сообщили, что вы проболтались о существовании нашего тайного клуба.

— Что? — удивлённо переспросил я.

— И поэтому я вынужден, — словно не слыша меня, продолжал он, — стереть вам память.

Глава 7

Я не ослышался, мне хотят стереть память? Олег Николаевич выглядел весьма серьёзным, он явно не шутил.

— Раз уж вы всё равно собрались стирать мне память, я могу узнать, что произошло? — спокойно поинтересовался я.

Не хотелось уходить из тайного клуба, а потому надо разобраться, что же произошло.

— Да, — кивнул мужчина. — Мне доложили, что вы рассказали о нашем тайном клубе другому вашему однокурснику. Который, кстати, тоже был одним из возможных участников, но не прошёл отбор.

— Кирилл Уваров? — догадался я.

Вечно от него одни проблемы!

— Именно. И он просил вас провести его в клуб, — поведал Олег Николаевич.

Так, ситуация становится более-менее ясной. Кто-то услышал наш разговор с Кириллом, который состоялся перед вторым моим посещением тайного клуба. И решил интерпретировать его по-своему. Возможно, не дослушал до конца. Ведь в начале разговора он действительно говорил про клуб, даже я подумал, что он про наше тайное собрание.

А возможно, этот человек дослушал, но решил меня подставить.

Ведь где-то по академии ходит мой будущий предатель. Кто знает, может, в этот раз он решил действовать наверняка. Ведь в прошлой жизни я не посещал тайный клуб, так как у меня не было достаточного количества знаний. Я стал ярко выделяться уже после академии, но из-за возвращения части памяти это произошло гораздо раньше.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове вихрем. Так, теперь надо разобраться, кто именно меня подставил.

А перед этим убедить Олега Николаевича, что я никому не рассказывал о нашем секрете.

— Кирилл Уваров действительно просил провести меня в клуб, — ответил я, смотря собеседнику в глаза. — Но он говорил о ночном клубе, «Пульс ночи». По словам Кирилла, это закрытый ночной клуб, где развлекаются многие студенты нашего города.

— Почему я должен вам верить? — спустя паузу спросил Олег Николаевич.

Вопрос был резонный. Любой на моём месте придумал бы отговорку.

— Как минимум потому, что смысла врать у меня нет. Как и нет смысла раскрывать существование «Тайного братства лекарей» сразу после его вступления, — начал перечислять я. — Кроме того, мои слова легко можно проверить. Поинтересоваться у самого Кирилла. Как я понимаю, этого вы не сделали.

— Нет, — покачал головой мужчина. — Я не проверял данные. Поверил сразу.

Он стал задумчивым. Возможно, мне удастся отложить стирание памяти до проверки информации.

— Потому что не доверяете мне, — спокойно сказал я, сохраняя зрительный контакт. — Ведь я новый участник этого клуба. И ещё не успел заслужить вашего доверия.

— И дело даже не только в этом, — Олег Николаевич не выдержал и отвёл взгляд. Это была маленькая победа, значит, и в споре я победил уже заочно. — Я просто чувствую в вас что-то. Не могу объяснить, что именно, но это мне не нравится.

А вот это уже интересно. Олег Николаевич — один из лучших психологов города, об этом мне говорили другие участники клуба. Он может чувствовать мою психологическую магию?

Это похоже на правду. Недавно я заподозрил то же самое, когда разговаривал с Колесовым Василием Ивановичем, лучшим хирургом города. Он тоже словно знал, что во мне присутствует хирургическая магия.

Есть ли способ ощущать просто присутствие магии, даже если человек ею не пользуется? Мне нужно срочно это узнать.

— В любом случае, это странное решение — сразу же заманивать меня сюда и пытаться стереть память, — холодно проговорил я. — Даже не проверив, действительно ли утекла информация. Могу узнать, кто именно решил так меня подставить?

— Я не знаю, — помедлив, ответил Олег Николаевич. — Мне подбросили записку. Анонимную.

— Вы серьёзно? Вы устроили всё это из-за записки? — я не поверил своим ушам.

Такого от преподавателя я не ожидал. Думал, что сведения передал как минимум доверенный человек.

— Пожалуй, я поспешил. Только сейчас я начал понимать, что у вас действительно нет никакого смысла сразу же после вступления болтать про клуб. Приношу вам свои искренние извинения, — произнёс Олег Николаевич. — Возможно, кто-то просто решил подшутить. Я проверю информацию и сообщу вам о результатах.

Нет, я так не думаю. Кто-то пытался меня подставить. И кто-то узнал, что Олег Николаевич относится ко мне недоверчиво. И провернул всё это.

Осталось выяснить, кто.

Главное, чтобы недоброжелатели не подкинули ему липовых доказательств, иначе мне в самом деле память сотрут.

— Я рад, что мы всё прояснили, и моя память останется при мне. Пока что, по крайней мере, — вслух произнёс я.

Я покинул помещение тайного клуба, размышляя о случившемся. Подставить меня решил явно кто-то из клуба. Значит, круг подозреваемых сужается до девяти студентов и трёх преподавателей. Точнее, двух преподавателей и одного Александра Сергеевича, таинственного участника, о котором я не знал практически ничего.

И я обязательно придумаю, как вычислить того, кто решил меня подставить. Это не останется безнаказанным.

Наконец, я добрался до своей комнаты и отправился высыпаться перед предстоящим суточным дежурством.

Утром в воскресенье я отправился в магазин. За прилавком снова стоял Сергей, сын Василия.

— Доброго утра, Николай Владимирович, — бодро поздоровался он. — Сегодня снова дневную смену себе взял, чтобы отца разгрузить. Так что день с вами отработаю.

— Доброе утро, — кивнул я. — Хорошие новости, Василию тоже нужно отдыхать.

— Вас там господин Аверин дожидается, — доложил мне Сергей. — В кабинете.

— Спасибо, — я отправился в кабинет, где меня ждал отец.

Он выглядел чересчур довольным, а в руках держал какие-то бумаги.

— Всё готово! — вместо приветствия заявил он. — Я подготовил все документы, и с сегодняшнего дня ты, сынок, являешься официальным владельцем «Мастерской зелий Авериных».

— Быстро же ты, — удивился я. — Я думал, на оформление всех бумаг дней десять уйдёт. Но я тебя не подведу.

— Я не сомневаюсь, — искренне отозвался отец. — А я поработаю у тебя обычным лекарем-консультантом. Совсем на пенсию уходить не хочу, скучно мне будет.

Обычно лекари работают до конца жизни. Очень редко бывает так, что они не могут продолжать лечить людей из-за собственного здоровья. По закону маги могут уйти на пенсию в шестьдесят пять, но мало кто вообще пользуется этой возможностью.

— Договорились, — улыбнулся я.

— Кстати, совсем забыл сказать, — спохватился отец уже перед уходом. — Сегодня придёт кандидат на должность лекаря-консультанта. Проведёшь ему собеседование?

— Теперь это моя работа, — усмехнулся я. — А что за кандидат?

— Какой-то лекарь на пенсии, — пожал плечами отец. — Мы с ним только по телефону разговаривали. Очень заинтересовался работой в нашем магазине.

Отец ушёл домой, а я закончил с кое-какими документами в кабинете и вышел в торговый зал. Утро воскресенья было очень тихим, и посетителей пока что было мало.

— Николай Владимирович, можно у вас кое-что спросить? — произнёс вдруг Сергей.

— Конечно, — кивнул я. — Вы ведь только начали работать, вопросы неизбежны.

— Я хотел попросить у вас провести мне что-то вроде экскурсии по ассортименту, — старательно выговорил Сергей.

— А ваш отец не рассказал вам, где какие препараты лежат? — удивился я. — Как же вы тогда торгуете?

— Нет-нет, — замахал руками продавец. — Он мне всё объяснил. Просто… Очень поверхностно, что ли. Мне бы хотелось чуть поподробнее понимать, чем и для чего я торгую.

Кажется, я понял, о чём он меня просил. Провести мини-лекцию по алхимии. И это может быть полезно. Понятное дело, что консультирующим лекарем может работать только человек с лекарской магией. Но если мои продавцы тоже начнут лучше разбираться в алхимических препаратах, магазину это пойдёт на пользу.

И я рад, что Сергей сам проявил такую инициативу. Видимо, я в нём всё-таки не ошибся, и это действительно ответственный работник.

— Тогда начнём, — улыбнулся я и подвёл Сергея к первому шкафчику. — Здесь у нас находятся противомикробные препараты. Я стараюсь отбирать препараты именно от тех инфекций, которые наиболее распространены в нашем городе.

— Это я знаю, — кивнул продавец. — Отец рассказывал мне, что вы часто сидите в кабинете за книгами, тщательно составляя списки закупок. Не знал, что это настолько сложно.

— Но интересно, — усмехнулся я. — Дальше у нас шкафчик с алхимическими препаратами от простуды.

— Разве это не инфекция? — приятно удивил меня Сергей своими знаниями. — Зачем для этого отдельный шкафчик?

— Вы как будто бы тоже учились в лекарской академии, — похвалил его я. — Дело в том, что простудой пациенты болеют гораздо чаще. Кроме того, в первом шкафчике были конкретно препараты, убивающие микробов. А здесь есть и лекарства для облегчения самочувствия, например, вот отвар шалфея, помогающий при кашле.

— Я понял, — закивал продавец. — Тогда это очень удобно.

— Далее у нас располагаются шкафчики по системам, — продолжил я экскурсию. — Препараты для болезней пищеварительной системы, сердечно-сосудистой системы и так далее.

— И в некоторых шкафчиках сами травы повторяются, — подметил Сергей. — Значит, помогают от разных болезней.

— Так и есть, — я подошёл к следующему шкафчику. — Здесь препараты, которые используют психологи. Успокаивающие сборы, снотворные препараты. Для улучшения психического самочувствия пациентов.

— Пока что я отметил, что это самые неходовые позиции в ассортименте, — произнёс продавец. — Их покупают реже всего, насколько я заметил. Хотя, возможно, после рекламы это изменится.

Важное замечание. Я всё больше радовался, что мы приняли на работу такого ответственного продавца. Мало просто продавать, важно ещё подмечать такие детали.

Значит, идея с реализацией препаратов для психологов пока что себя не окупила. Дело, скорее всего, как раз таки в неосведомлённости специалистов. София упоминала, что подобные препараты сложно найти в алхимических магазинах. И специалисты пока что просто не узнали, что у нас всё это есть в наличии.

— А вот здесь товары для некромантов, — под конец экскурсии подошёл я к последнему шкафчику.

Сразу же вспомнилась одна из наших первых встреч со Святославом. Когда он пришёл в наш магазин со списком препаратов, часть из которых была проверкой. Ощущение, будто это было уже очень и очень давно.

— Николай Владимирович! — вдруг вывел меня из воспоминаний внезапный оклик Сергея. — Простите меня. Я совсем забыл, только не увольняйте!

Что успело произойти за те доли секунды, пока я задумался?

— Что такое? — спросил я.

— Я совсем забыл отдать вам заявку, — схватился за голову Сергей. — Этой ночью я дежурил, и пришёл какой-то мужчина. Он заявил, что хочет закупиться у нас очень большим количеством препаратов для некромантов. Отдал список и сообщил, что придёт за ними в среду. А я забыл вам его отдать!

— Успокойтесь, вы же сейчас вспомнили, а не в среду с утра, — успокоил я продавца. — Всё в порядке, не буду я вас увольнять. Давайте список.

— Сейчас, — Сергей бросился к прилавку и достал оттуда свёрнутый лист бумаги. — Мне так неудобно, отвлёк вас с этой экскурсией, а про важное дело такое забыл.

— Всё в порядке, — повторил я, забирая у него лист. — Я пойду в кабинет, изучу список.

— Хорошо. Если придёт кто-то по части консультирующего лекаря — я вас позову, — отозвался Сергей.

Я ушёл в кабинет и открыл список. Итак, препараты для некромантов. Почему-то мне с самого начала не понравилась эта история. И я решил разобраться с ней в уединении.

И сразу же достал тот самый список, который для примера мне оставил Святослав. Ну конечно! Беладонна, мёртвый корень, настойка плюща… Почти все препараты из этого списка нельзя продавать без разрешения.

Это мне объяснял Святослав, и этот урок я запомнил очень хорошо. Кроме того, с тех пор как начал изучать свою патологоанатомическую ветвь магии, я и сам стал лучше разбираться во всём этом. И совсем недавно читал про древние исследования некромантов, основанные на корневище элеутерококка. Который тоже был в списке.

И как-то всё это подозрительно.

— Николай Владимирович, — заглянул в кабинет Сергей. — Там пришёл мужчина на собеседование.

— Хорошо, — я задержал продавца, чтобы ещё кое-что спросить. — А как выглядел тот мужчина, который принёс список?

— Обычно, — растерянно ответил продавец. — В плаще чёрном, высокий. Ничего особенного не заметил.

Интуиция мне подсказывает, что это кто-то из того общества некромантов. Или сам верховный некромант Иван.

— В среду придёт? — переспросил я.

— Да, наверное, ближе к вечеру, — кивнул Сергей. — Николай Владимирович, я что-то не так сделал? Я подумал, что оптовые закупки — это, наоборот, хорошо для магазина.

— Нет, всё так, — задумчиво ответил я. — Зовите мужчину на собеседование.

Сергей тут же исчез за дверью, а через минуту в кабинет зашёл пожилой мужчина, с густыми белыми усами и бородой. Похож на волшебника из какой-нибудь детской сказки.

— Добрый день, — удивительно бодрым голосом произнёс он. — Меня зовут Павел Алексеевич, и пусть вас не удивляет мой внешний вид, мне всего-то семьдесят лет.

Интересное начало знакомства. Это пока что наш единственный кандидат на должность, и ему нужно дать шанс.

— Расскажите немного о себе, — попросил я.

— Учился в нашей Санкт-Петербургской лекарской академии много лет назад, — с серьёзным лицом начал рассказывать Павел Алексеевич. — На лечебном факультете. Затем работал в больнице. Затем вышел на пенсию, и стало скучно.

— И всё? — спросил я, когда он замолчал.

— И решил поработать у вас, — весело закончил соискатель. — Может, встречу тут себе какую-нибудь бойкую старушку.

Да уж, такого от собеседования я точно не ожидал. Было непонятно, говорит ли он серьёзно или шутит.

— Николай Владимирович, — в кабинет снова заглянул Сергей. — Там покупательница пришла, как раз по вашей части.

— А вот сейчас и проверим вас сразу на практическом этапе, — произнёс я, обращаясь к Павлу Алексеевичу. — Пойдёмте, покажете мне, как сможете работать с покупателем.

— Хорошо, — он довольно бодро для своих лет вскочил со стула и первым вышел в торговый зал.

Посетительницей оказалась женщина лет шестидесяти, которая явно была из числа скандальных покупателей. Такие люди есть в любой сфере, а уж в лекарской и подавно.

Люди, приходящие в поликлинику или в магазин ради скандалов. И к таким людям нужно иметь определённый подход, особенно если им действительно нужна помощь.

— Приступайте, — сказал я, вставая в стороне.

Первым делом я активировал диагностическую магию, чтобы определить, что с пациенткой. Оказалась простуда, в лёгкой форме. В принципе, с этим не обязательно было идти к лекарям. Если бы заболевание было серьёзным, я сразу бы почувствовал соответствующие потоки и отправил её в поликлинику.

Павел Алексеевич тем временем уверенным шагом подошёл к покупательнице.

— Чем могу помочь? — вежливо спросил он.

— Почему я так долго должна ждать⁈ — сразу же воскликнула она. Я был прав, сразу видно очень скандальных посетителей.

— Вы ждали момента судьбы, — внезапно ответил мой кандидат на должность. — Сама судьба привела вас в магазин, ко мне. Я лекарь-консультант, и я помогу вам.

— Эм…– у покупательницы в голове началась загрузка. Она явно не ожидала такого и теперь просто не могла найтись с ответом.

А этот Павел Алексеевич неплохо справляется!

— Что вас беспокоит? — участливо повторил свой вопрос он.

— Горло першит, и насморк, — наконец ответила женщина. — Простыла, видимо. К лекарям идти неохота, там такие очереди отстоять придётся!

Забавно наблюдать, как быстро она снизила тон. Теперь выглядела абсолютно обычной клиенткой, хотя буквально пару минут назад пыталась взглядом сжечь весь магазин!

— Разрешите, я кое-что проверю? — вежливо произнёс Павел Алексеевич, выставляя вперёд правую ладонь.

Так, пока что всё правильно. Опросить, затем проверить диагностической магией.

— Что ж, у вас действительно лёгкая простуда, — заключил после осмотра он. — Возьмите вот этот сбор из трав шалфея, зверобоя и мяты.

Он подошёл к одному из шкафчиков и тут же нашёл нужный препарат. Всё правильно, я бы посоветовал то же самое. Значит, в препаратах соискатель на должность тоже разбирается.

— По одной ложке три раза в день пять дней пейте, — продолжил Павел Алексеевич. — И всё пройдёт, обещаю вам.

— А если не пройдёт? — внезапно кокетливо спросила покупательница.

— Придёте снова сюда, — улыбнулся он.

— Тогда беру, — кивнула женщина и отправилась к Сергею оплачивать покупку.

Гордый Павел Алексеевич же подошёл ко мне с видом победителя.

— Ну что, как я справился? — почесав бороду, спросил он.

— Неплохо, — кивнул я. — Я готов вас взять на испытательный срок. Пока что будете работать в присутствии меня или моего отца. Как только мы поймём, что вы нам точно подходите — оформим в штат.

— Договорились, — самодовольно улыбнулся он.

— И постарайтесь поменьше флиртовать с покупательницами, — заметив, как женщина подмигнула ему, выходя из магазина, добавил я.

— Постараюсь, — усмехнулся Павел Алексеевич. — Но тут уж ничего не обещаю.

Я оставил его в зале, поручив Сергею коротко провести ему экскурсию. Вовремя же я провёл её самому продавцу!

А сам вернулся в свой кабинет. Мне не давал покоя этот список и связь списка с Иваном. И ждать до среды я не хотел.

Поэтому решил быстро съездить в академию и проконсультироваться со Святославом.

— Я отъезжаю буквально на час, — сообщил я Сергею и Павлу Алексеевичу. — Если что — сразу звоните мне. Скоро вернусь.

— Хорошо, — почти хором отозвались они.

Я поймал такси и добрался до академии. Первым делом забежал к себе в комнату, чтобы захватить ту книгу патологоанатомов, где упоминался элеутерококк.

А затем сразу же направился в их корпус. Где предсказуемо встретил Святослава.

— Николай! — удивлённо, но как обычно мрачно воскликнул он. — Давно же я вас не видел. С понедельника.

— Да нет, вы и потом меня видели, — ответил я, намекая на встречи в тайном клубе.

— А, ну да… Но это не стоит обсуждать за пределами нашей компании, даже если вокруг никого нет, — поспешно заявил Святослав.

— И не собирался, я по другому вопросу, — заверил я его. — Помните ваш список-проверку?

— С которым я тогда пришёл в алхимический магазин вашей семьи, — кивнул тот. — Помню, конечно.

— Недавно к нам пришёл посетитель с подобной заявкой, — сказал я. — Самого посетителя я не обслуживал, увижу его в среду. Но список он оставил. Взглянете?

— Конечно, — согласно кивнул Святослав.

Я отдал ему список, и он принялся за чтение.

— Почти все препараты нельзя продавать без разрешения ассоциации патологоанатомов, — заключил он, закончив чтение.

— А если это покупает верховный некромант? — задал я резонный вопрос.

— Вы думаете, что это он? — не видел лицо преподавателя в этот момент, но уверен, что оно побледнело.

— Почти уверен. Он много говорил мне о каких-то своих планах. Пытался завлечь к себе. Потом затих, а теперь я получаю вот этот список, — сопоставил я факты. — Так что он явно имеет к этому отношение. Но мой вопрос в другом, для чего всё это может понадобиться?

— А у вас уже есть какие-то догадки? — вопросом на вопрос ответил Святослав.

— Догадок нет. Но недавно я находил в одной книге интересные факты про элеутерококк, — ответил я. — И про то, как его раньше пытались использовать. И по одному этому факту я могу быть уверен, что ничего хорошего из этого точно не планируется.

— Вы правы, — кивнул он. — Можете дать мне время на размышления? Я оставлю список у вас, только зафиксирую себе содержимое. Мне надо подумать.

— Хорошо, — сказал я. — Завтра вечером приду к вам на занятия. Надеюсь уже получить ответ.

Святослав переписал себе пункты из списка, и я отправился назад в магазин. Интуиция подсказывала мне, что я поступил правильно. Если бы я спросил у него завтра, потребовалось бы ещё время для размышлений. А чем раньше я узнаю, для чего всё это вообще нужно, тем раньше придумаю, что на это ответить.

Разумеется, до конца Святославу я тоже всё ещё не доверял. Но тут мне приходилось так поступать. Сам я не смогу узнать всей правды.

Я снова поймал такси и вернулся в наш алхимический магазин. Отсутствовал я в итоге меньше часа, и ничего необычного произойти не успело.

Дальше день пошёл по спокойному сценарию. Я отправлял нашего немолодого нового лекаря-консультанта к покупателям, а сам проверял его знания и квалификацию. Ошибок он не совершал, всё выполнял довольно чётко.

Сергей тоже радовал, работал с каким-то удвоенным азартом и довольно часто задавал мне какие-то уточняющие вопросы. А ведь команда — это одна из главных вещей в любом деле.

И если я соберу окружение из ответственных работников, качество работы нашего алхимического магазина ещё сильнее улучшится.

Примерно за час до ухода Сергея и начала моей ночной смены мне внезапно позвонил человек, звонка от которого я ожидал, наверное, меньше всего. Граф Панов из Гатчины.

— Добрый вечер, — проговорил я, взяв трубку. — Слушаю.

— Николай, это Аристарх Александрович, — представился граф. Он явно нервничал. — Извините меня за столь поздний звонок.

— Что-то случилось? — сразу понял я по его встревоженному тону.

— Да, — он помолчал, но затем собрался с мыслями. — Вы не могли бы приехать к нам прямо сейчас?

— Что произошло? — повторил я вопрос.

— Светлана заболела, — проговорил граф Панов. — Она отказывается ехать в больницу и требует, чтобы приехали именно вы.

Глава 8

Сегодня мне точно не удастся спокойно подежурить, весь день что-то происходит.

— К вашему личному лекарю обращались? — спросил я.

— У нас был семейный хирург, но мы его уволили из-за… неподобающего поведения, — ответил граф Панов.

Точно, помню я этого семейного хирурга. До сих пор удивляюсь, что именно хирурга пригласили на роль родового лекаря, обычно на такие должности берут лечебников. А если вспомнить, как он тогда явился ко мне на осмотр пьяный, всё окончательно становится на свои места.

— На что конкретно она жалуется? — уточнил я.

— Сложно сказать, — проговорил Аристарх Александрович. — На всё сразу. Очень переживаю за неё. Я бы не стал вас беспокоить, если бы она просто согласилась поехать в клинику. Но она упёртая!

Я снова вспомнил наше знакомство. Тогда Светлана убежала из дома гулять со своей подругой, не поставив в известность отца. И это могло бы закончиться плачевно, не окажись рядом с ними меня и Владимира.

Так что да, в упёртости этой девушки я не сомневался. Как не сомневался и в искренних чувствах её отца, который тогда в порыве благодарности чуть ли не весь город Гатчина мне предлагал.

Отказать графу Панову я не мог. Как минимум потому, что не могу сидеть спокойно, зная, что кому-то требуется моя помощь. Не в моих это принципах.

— Я приеду, — отозвался я в трубку. — Сейчас разберусь с кое-какими моментами и вызову такси.

Раз смертельной угрозы для Светланы нет, то я могу сперва с чистой совестью закончить свои дела.

— Я отправлю за вами нашего водителя! — тут же воскликнул граф Панов. — Куда ему подъехать?

Я назвал адрес нашего магазина и закончил разговор. Так, теперь нужно разобраться с делами магазина.

Я вышел в торговый зал, к Сергею и Павлу Алексеевичу.

— У меня возникли срочные непредвиденные дела, — сообщил я. — Сергей, я вынужден попросить вас задержаться в магазине и отработать часть ночной смены до моего возвращения. Понимаю, что вы уже вторые сутки без сна, и доплачу в соответствующем размере.

— Без проблем, Николай Владимирович, — кивнул Сергей. — Деньги мне всегда нужны, дома двое детишек. А поспать и потом успею. Всё в порядке.

— Отлично, — выдохнул я.

Сергей запросто мог отказаться, ведь его смена заканчивается в восемь. И я был рад, что он всё-таки согласился помочь.

— Павел Алексеевич, вы в восемь можете идти домой, — обратился я к нему. — Придёте завтра к открытию магазина, вас продолжит обучать мой отец.

— Понял, Николай Владимирович, — отозвался Павел Алексеевич. — Всё будет исполнено.

Раздав указания, я вернулся в свой кабинет, и в этот момент у меня снова начал звонить телефон. На этот раз это был Колесов Василий Иванович, хирург. Точно, а ведь я так и не выбрал тему для завтрашней лекции! Со всеми этими событиями это совершенно вылетело из головы.

Последнее время я из-за насыщенности жизни стал забывать некоторые вещи, и думаю, стоит пропить в ближайшее время отвар для улучшения памяти. Он делается из шалфея, розмарина и женьшеня.

В нашей лавке такой имелся, а потому я взял себе один флакон. Буду добавлять по несколько капель в питьё в течение месяца. А потом можно будет оценить результат.

— Доброго вечера, Николай Владимирович, — поздоровался хирург, когда я взял трубку. — Звоню вам по поводу завтрашней лекции.

Судя по интонации, он уже был готов к тому, что я откажусь от предложения в последний момент. Но у меня не было явных на то причин.

— Добрый вечер, — отозвался я. — А я как раз собирался прислать вам тему.

— А я уж подумал, что вы забыли совсем, — нервно усмехнулся Василий Иванович в трубку. — О чём будете рассказывать?

— Про желчнокаменную болезнь, — отозвался я. — Тема очень полезная, затрагивает сферы и хирургии, и лечебного дела. Расскажу про правильное питание и правильный образ жизни.

— Отлично, Николай, — обрадовался хирург. — Тема очень актуальная, и пациентам будет полезно это послушать. Да я и сам приду, послушаю. Тогда жду вас завтра в семь вечера. Адрес пришлю СМС-сообщением.

— Договорились, — коротко ответил я.

Так, в списке дел появилась ещё и лекция. Я мог бы сейчас отказаться, но не хотел этого делать. Это интересный опыт, поэтому я её проведу.

Просто нужно экстренно найти ещё пару часов в сутках для всех дел. Жаль, что артефакты остановки и уж тем более изменения времени крайне дорогие и не продаются в лавках мастеров. Их оборот строго регулируется законом, а сведения о каждом покупателе отправляются в имперскую канцелярию. Учитывая, что во всей империи есть не более пятидесяти настолько богатых людей, чтобы покупать столь редкие артефакты.

Я вышел из здания магазина и сразу же заметил поджидающий меня автомобиль. Именно на нём мы с графом Пановым ездили в Гатчинскую больницу, когда со мной хотели разорвать договор о целевом обучении.

До особняка Пановых мы добрались менее чем за час. Повезло, что дороги были свободными, и нигде не пришлось стоять в пробках. Тратить лишнее время сейчас абсолютно не хотелось.

Дворецкий дождался меня у входа и проводил в знакомую мне гостиную. Где находился сам Аристарх Александрович.

— Николай, я так рад, что вы всё-таки приехали! — воскликнул он. — Помогите моей дочери, прошу вас! Я не прощу себя, если с ней что-то случится. Я…

Видимо, граф уже чересчур перенервничал. А иначе он бы просто вызвал врача на дом, коих в Гатчинской больнице полно. Но нет… он позвал именно того, кому доверяет по опыту.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — мягко прервал я его речь. — Где мне найти Светлану?

— Она в своей комнате, — отозвался граф Панов. — Вас проводят. А я буду ждать здесь.

Что-то зачастил я быть частным лекарем для богатых семей. Граф Якунин с его сыном Евгением, граф Юсупов, теперь Пановы. Однако я был этому только рад, ведь действительно мог помочь другим людям. Набраться опыта и параллельно увеличивать объём своего магического центра. Статус и материальное положение пациентов меня интересовали в последнюю очередь.

Дворецкий проводил меня до комнаты Светланы, и, предварительно постучавшись, я зашёл к девушке.

— Николай, здравствуйте, — раздался слабый голос с дивана. — Я так рада, что вы всё-таки смогли прийти!

Девушка едва смогла найти силы на лёгкую улыбку и то сделала это скорее ради приличия.

— Добрый вечер, — кивнул я. — Почему вы отказываетесь ехать к лекарям?

— Мы одна из самых богатых семей города, — отозвалась Светлана. — Если я просто пойду к лекарю, это событие сразу же обрастёт слухами. А мне бы не хотелось, чтобы некоторые недоброжелатели узнали о моём недомогании.

— Понял, — вздохнул я.

Именно по этой причине богатые семьи и заводили себе личных лекарей. А менее состоятельные аристократы предпочитали обращаться в частные заведения.

Лекарская тайна существует, и любой лекарь не имеет права распространяться о заболеваниях пациентов. Но видимо, это работало далеко не всегда. И знатные семьи просто не могли так рисковать. Да и к тому же всегда был риск, что для распространения слухов хватит одного появления в частной клинике, ведь их могут распускать и другие пациенты.

— Рассказывайте, что вас беспокоит, — проговорил я.

— Постоянно чувствую усталость, — начала перечислять Светлана. — И постоянно хочу спать. Даже малейшие действия начали требовать очень больших усилий. Волосы очень сильно выпадают, ногти стали слабыми. Стыдно даже в свет выходить. Да я и перестала, честно говоря.

Пока я слушал девушку, одновременно проводил предварительный осмотр. И отметил, что и кожа у неё стала странно бледной. При нашей первой встрече такого точно не было.

Теперь окончательно стало понятно, почему Светлана отказалась посещать лекарей. Девушке было очень неуютно говорить о своих симптомах. Ведь они напрямую касались её внешности. А для аристократки признать, что её внешность стала хуже — это ужасно.

Второй причиной стала вражда с соседями. Пановым не нужно, чтобы они узнали о болезни, ведь это можно использовать против графского рода. Как минимум повод для того, чтобы испортить репутацию они найдут.

Мне она могла довериться, потому что такое впечатление сложилось после инцидента в парке. Ведь тогда я фактически спас ей жизнь.

— Давно это появилось? — задал я следующий вопрос.

— Около месяца, — чуть подумав, ответила она. — А, и ещё постоянно хочется есть мел.

— Мел? — переспросил я.

— Да. Ну, обычный мел. Это странно, знаю, — грустно усмехнулась Светлана.

Что ж, действительно необычный симптом. Не будь у меня диагностической магии, я бы и вовсе мог заподозрить, что девушка беременна.

При беременности часто появляются необычные вкусовые пристрастия, да и все остальные симптомы тоже могут сопровождать на первых сроках.

Я выставил правую руку вперёд и активировал диагностическую магию. Ага, вот в чём дело. Железодефицитная анемия. Но как она так быстро развилась — большой вопрос.

Это состояние, при котором в организме наблюдается недостаток железа, что приводит к кислородному голоданию тканей. Железо образует в организме гемоглобин — соединение, переносящее кислород к тканям. Мало железа — значит, мало гемоглобина. А следовательно, и кислорода переносится меньше. Отсюда и все вышеперечисленные симптомы, усталость, головокружение, бледность кожи.

Осталось определить причину возникновения анемии. Других патологических потоков от девушки я не ощущал, значит, сопутствующих заболеваний не было. В том числе и кровопотери.

— А вы, случайно, не сидите на какой-либо диете? — спросил я, закончив сканирование.

— Как вы узнали? — испуганно спросила Светлана.

Понятно, причина на поверхности. Как я и думал, девушка сама спровоцировала у себя развитие железодефицитной анемии. И, возможно, догадывалась об этом. Поэтому отказалась посещать клинику.

— Какая у вас диета? — проигнорировав её вопрос, проговорил я.

— Я перестала есть мясо, — призналась Светлана. — Вычитала в одной книге, что настоящие аристократки не должны есть мясо, это грубо.

Как же много проблем из-за подобных предубеждений! Как-то слышал, что девушка с трещиной в ноге сняла гипс и надела на бал каблуки. Ведь прийти без них считалось неприличным! А нагрузку на повреждённую конечность оказывать нельзя ни в коем случае. В итоге трещина превратилась в закрытый перелом, а вдобавок девушка травмировала себе связки. И лечение затянулось на долгое время.

— Мы же не в девятнадцатом веке живём, а в двадцать первом! — возмутился я. — Что значит «грубо»?

— Ну, невежливо, — пискнула девушка. — И тон кожи без него становится белее.

Стереотип про бледную кожу и вовсе пришёл к нам из Европы.

— Разумеется, белее, ведь возникает железодефицитная анемия, — вздохнул я. — Светлана, нельзя так поступать с собственным организмом. У вас развилась нехватка железа, что привело к анемии. Если бы вы запустили это состояние, вы могли бы довести себя до комы!

Такое осложнение железодефицитной анемии бывает нечасто, но в данном случае пациентку лучше припугнуть. Чтобы больше не экспериментировала над собственным здоровьем.

— Я поняла, снова начну есть мясо, — испуганно отозвалась она. — И мне станет лучше?

— Да, такое заболевание в первую очередь лечится диетой, — кивнул я. — В вашем случае это добавление в рацион красного мяса, печени, а также шпината. И обязательно фруктов и ягод.

— А я всегда старалась как можно меньше мяса есть ещё до диеты, — призналась Светлана.

Это я уже понял, ведь железодефицитная анемия не возникает внезапно. Это хроническое заболевание, которое развивается постепенно. И симптомы могли присутствовать уже давно, просто девушка не обращала на них внимания.

А я не обратил внимания при прошлой встрече, потому что не сканирую диагностической магией всех подряд. Так никаких запасов не хватит.

— Также пропьёте месяц настойку крапивы и одуванчика, — выписывая рецепт, добавил я. — Чтобы организм быстрее восстановился.

— Поняла, — кивнула девушка. — Спасибо вам большое, Николай. Вы снова меня спасли.

— Поправляйтесь, — улыбнулся я, покидая комнату.

Граф Панов всё так же ожидал меня в гостиной, нервно расхаживая из угла в угол.

— Ну, что с ней? — накинулся он на меня, стоило мне лишь появиться в его поле зрения. — Она будет жить?

— Будет, конечно, — удивился я такой формулировке. — Я дал ей все рекомендации и прописал лечение. С ней всё будет в порядке. Диагноз я сообщать не могу, так как она уже совершеннолетняя. Можете спросить у неё самостоятельно.

— С ней всё будет хорошо, — то ли спрашивая, то ли утверждая, проговорил граф Панов, приземляясь на диван. — Николай, я снова ваш должник!

— С ней всё будет хорошо — на случай, если это всё-таки был вопрос, повторил я. — Мне ничего не нужно, главное, чтобы она была здорова. Здоровье пациентов — лучшая награда для лекаря.

— Я ожидал, что вы так скажете, — проговорил Аристарх Александрович. — Но я уже заранее придумал, как вас отблагодарить. Для меня это правда очень важно. Я подарю вам Захара.

И этот день становится всё более и более непредсказуемым! Теперь граф Панов собрался дарить мне какого-то… мужчину?

— Вы выглядите удивлённым, — расхохотался Панов. Кажется, он воспрянул духом, и к нему вернулось хорошее настроение. — Не ожидали такого?

— Я пока что не очень понял, что вы имеете в виду, — осторожно отозвался я.

— На то и был расчёт, — кивнул граф Панов. — Захар — это сын нашего дворецкого. По правилам аристократических семей я содержал его до восемнадцатилетия. После этого он год должен отработать на меня без зарплаты. И на этот период я передаю его вам. Если за год вы с ним сработаетесь, то он останется в вашей семье.

Сложно привыкнуть к подобным правилам жизни аристократов. К простолюдинам всё равно относятся свысока, каким бы хорошим ни был человек. Такова жизнь, таковы правила общества.

Но закон регулирует многие моменты, чтобы аристократы не перегибали палку. Это прописано в уложении о правах простолюдинов, которое приняли ещё триста лет назад из-за массовых возмущений граждан.

Хотя называть человека «подарком» всё равно странно. И как минимум нужно узнать мнение Захара на этот счёт. Если парень откажется, я не стану его забирать.

— А его отец, ваш дворецкий, не будет против? — осторожно спросил я.

Хоть мнение дворецкого тут явно не учитывалось, мне всё равно важно это знать.

— Любому отцу хочется, чтобы сын работал в достойной семье, — спокойно ответил граф Панов. — А вас я считаю достойным человеком. Так вы согласны?

— Если согласится сам Захар.

— На этот счёт не переживайте. Он тоже хочет найти достойную работу, я уже с ним переговорил. У себя бы его оставил, но у меня и так слуг гораздо больше, чем нужно.

— Тогда и я согласен на ваше предложение, — немного подумав, кивнул я.

Давно задумывался о персонале для нашего рода. В нашем семейном доме не водилось ни слуг, ни водителей. Никого не было. А моя семья заслуживает хорошей жизни.

— Отлично, — обрадовался Аристарх Александрович. — Мой водитель отвезёт вас куда нужно. А Захар приедет завтра, в ваше имение. Спасибо вам ещё раз.

«И мы снова в расчёте», — прочитал я между строк. Граф Панов очень не любил быть обязанным и испытал явное облегчение от того, что я согласился на его предложение.

Снова сел в автомобиль и поехал обратно в магазин. В итоге вся эта суматоха отняла у меня часа три, не больше.

Даже не сильно пришлось задерживать Сергея.

По пути я позвонил отцу и вкратце, без лишних подробностей, рассказал про нашего первого слугу. Отец очень удивился, но лишних вопросов не задавал, сказал, что всё понял.

Отлично, план по возвращении статуса семье Авериных тоже пришёл в действие.

Я вернулся в магазин и отпустил Сергея домой. Началось моё ночное дежурство. Посетителей было не очень много, и потому я смог набросать себе план лекции по хирургии и решить ряд других текущих вопросов.

Заодно закупил сам у себя набор ингредиентов для создания энергетического препарата. Нужно было продолжать научную работу, чтобы скорее создать необходимый препарат.

Он становится всё нужнее.

Утром я передал смену отцу и отправился в академию. Как раз успел на завтрак.

— Доброе утро, звезда капустника! — поприветствовал я друга. — Ещё раз поздравляю с дебютом.

— Спасибо, — радостно кивнул тот. — Зря ты с нами не пошёл в ресторан, отметили бы всё вместе.

Да уж, в компании было минимум три человека, которые ненавидят меня всем сердцем. Вряд ли моё присутствие разрядило бы там обстановку и добавило веселья.

— Не смог, дела были, — улыбнулся я. — Но потом обязательно отметим вдвоём.

— С тобой вдвоём опасно куда-то выходить, вечно что-то случается, — заявил друг.

— А я думал, это ты вечный магнит для проблем, — в тон ему удивлённо ответил я, чем вызвал у Владимира приступ смеха.

— Знаешь, что мне тут Кирилл заявил? — отсмеявшись, вдруг спросил Владимир. — Не могу ли я провести его в клуб «Пульс ночи».

— Он меня тоже спрашивал, — кивнул я. — И я впервые узнал, что такое заведение в принципе существует. Не думал, что он будет опрашивать студентов, чтобы узнать, как туда попасть.

— Я у него поинтересовался, зачем ему это вообще нужно, — понизив голос, произнёс Владимир. — Он сказал, что до него дошли какие-то слухи. Якобы в этом клубе тайный сбор студентов для обмена опытом. Бред какой-то, обычный развлекательный клуб для богатых аристократов.

Ага, это интересно. Всё-таки частично Олег Николаевич был прав. Слухи про тайный клуб просочились в академию, но просочились, видимо, в очень малом количестве. Так что до Кирилла информация дошла в очень исковерканном виде. И он почему-то решил, что речь идёт именно про этот клуб.

Надо будет обязательно обсудить этот момент с участниками клуба. Если утечка информации всё-таки есть — нужно её прекратить.

Хотя… Не покидает ощущение, что и это может быть частью подставы. Кто-то подбросил Олегу Николаевичу записку, что источником слухов являюсь я. Этот кто-то может и сам порождать эти слухи, чтобы сбить всех со следа. И надо его вычислить.

— Эй, ты заснул? — вывел меня из размышлений Владимир. — Что молчишь?

— Задумался просто, — встряхнул головой я. — Да, и правда бред.

— Да я уже не об этом, — гневно замахал руками Владимир. — Я говорил тебе, что завтра с утра уже стоит новый предмет в расписании. «Магические заболевания» его обозвали, или как-то так.

— А преподаватель кто? — поинтересовался я.

— Этого не знаю, кто-то новый, — с готовностью поделился друг. — Завтра и узнаем.

— Резонно, — кивнул я. — Ну что, пойдём на занятие по сердечно-сосудистым патологиям? Сегодня как раз тот самый зачёт.

— Ага, — невесело кивнул Владимир. — Пойдём. Будем воплощать в жизнь мою схему.

Схема «конвейера» оказалась очень даже рабочей, и зачёт сдали все. Тем самым значительно повысив наш рейтинг.

После занятия, обеда и фехтования я отправился в одну из районных больниц, читать свою лекцию по хирургии.

На самом деле ожидал, что Колесов работает в Мариинской больнице «для бедных». Это ироничное название носила одна из крупнейших частных больниц города, расположенная на Литейном проспекте.

Но Василий Иванович работал в обычной областной больнице, совершенно ничем не выдающейся.

Я поднялся на этаж, выделенный под хирургию, и сразу же увидел самого Василия Ивановича. Который явно поджидал меня.

— Добрый день, Николай, — поприветствовал меня он. — Вот, собрал всех пациентов в холле. Есть несколько человек, которым я действительно удалял желчный пузырь из-за камней.

— Добрый день, — кивнул я. — Значит, аудитория подобрана целевая.

— Ещё бы, — улыбнулся хирург. — И больным не так скучно лежать, и для общего просвещения полезно. Я ещё и нескольких коллег из новичков сюда согнал, пусть тоже послушают. Так что можете начинать.

Я вышел в центр холла и приготовился читать лекцию.

— Добрый день, — громко начал я. — Меня зовут Николай Аверин, и сегодня я расскажу вам про желчнокаменную болезнь. Это заболевание может отнестись и к хирургии, и к лечебному делу в зависимости от его стадии. Я посчитал, что всем полезно будет узнать про него поподробнее.

— Особенно тем, кому вообще удалили желчный пузырь, — пробурчал какой-то дедушка, сидящий в первом ряду.

Видимо, один из тех пациентов, которых оперировал Колесов.

— Желчнокаменная болезнь — это образование камней в желчном пузыре или желчных протоках, — продолжил я. — Эти камни формируются из самой желчи, когда нарушается её баланс. Причинами этого часто является неправильное питание, избыток жирной пищи, малоподвижный образ жизни, а также некоторые другие заболевания.

Пациенты больше не перебивали и слушали с заметным интересом. Отлично, значит, тему я подобрал верно и рассказывал не слишком завуалированно.

— Симптомами такого заболевания являются боли в правом боку, которая обычно может появляться как раз после употребления жирной, острой, жареной пищи или алкоголя, — продолжил я.

— То есть после любого праздника, — пошутил кто-то из пациентов.

— Ага, — кивнул я. — Также симптомами являются тошнота, иногда рвота. Итак, при подобных симптомах пациент обращается к лекарю. И тот ставит окончательный диагноз диагностической магией.

— И почему-то одним ничего не режут, а другим органы удаляют, — снова пробурчал тот пациент.

— Я это сейчас объясню, — терпеливо проговорил я. — Дело в том, что если камни небольшие и не причиняют сильного дискомфорта, то это лечат лечебники. Назначают диету, настои из бессмертника и мяты и наблюдают. Но если камни большие или причиняют сильный дискомфорт — то пациента отправляют уже к хирургам.

— И удаляют желчный пузырь, — просто-таки с удивительной настойчивостью прокричал тот самый пациент.

— И удаляют желчный пузырь, — подтвердил я. — Своей лекцией я хотел донести до всех важность правильного питания. Ведь неправильное питание может привести к появлению многих заболеваний, в том числе и этого.

Лекция продолжалась около часа, но больше меня не перебивали. Я привёл несколько примеров неправильного питания, которые всплыли в памяти из числа моих пациентов из будущего, и подробно объяснил о последствиях болезни.

Когда всё закончилось, пациенты и несколько других лекарей зааплодировали мне.

— Блестящая лекция, молодой человек, — заявил Василий Иванович, подходя ко мне. — Рад, что поручил это именно вам. Я не ошибся.

— Ваш сын упоминал, что вы ему тоже предлагали, — улыбнулся я.

— О, этот оболтус и близко бы не рассказал тему так подробно и вместе с тем доступно, — махнул рукой хирург. — И я буду рад, если вы согласитесь продолжить наше сотрудничество. И периодически читать подобные лекции.

— С радостью, — кивнул я. — Но сейчас я очень спешу, поэтому мне нужно идти.

Я развернулся к выходу.

— Подождите, — Василий Иванович задержал меня и собрался что-то сказать. Но как будто бы передумал.

— Что такое? — уточнил я.

— Всего вам доброго! — улыбнулся он.

Я попрощался с хирургом и покинул здание больницы с твёрдой уверенностью, что ему тоже что-то известно. Почти наверняка уверен, что он почувствовал во мне хирургическую магию. Но пока ни он, ни я в этом не признаёмся.

На самом деле это неплохо. Мне как раз не хватало преподавателя именно по этой ветви магии, и если он согласится, было бы здорово научиться ею владеть. Но пока что это просто планы на будущее.

После прочитанной лекции я, повинуясь подсказке интуиции, проверил объём своего магического центра. И понял, что он немного возрос. И повлияла на это как раз прочитанная мною лекция.

Интересно, выходит, что обычная передача лекарских знаний тоже может прокачать магический центр. В книгах это не упоминалось.

Теперь становится понятным, как его увеличивают преподаватели из академии. Ведь с пациентами они не взаимодействуют. А повышают свой уровень, передавая знания студентам.

И это ещё один повод не отказываться от подготовки этих лекций.

Я собирался ненадолго забежать в комнату и отправиться на занятие со Святославом. Тем более, он обещал рассказать мне свои догадки по списку.

Но планы резко изменились. Ведь, зайдя в свою комнату, я встретил неожиданного гостя.

А точнее, гостью. На моей кровати спала незнакомая молодая женщина!

Глава 9

Я в недоумении уставился на спящую женщину. Этот день закончит, наконец, преподносить сюрпризы?

Уже второй день, точнее. Просто из-за отсутствия сна у меня два дня слились в один. Так, не время об этом думать, у меня тут, вообще-то, спящая незнакомка в кровати!

Женщина была очень красивой. Одна из самых красивых женщин, которых я вообще встречал. У неё были светлые очень длинные волосы, беспорядочно разбросанные по подушке, и точёная фигура.

Я подошёл к гостье, намереваясь её разбудить. Но она успела первой открыть глаза и, уставившись на меня, приготовилась кричать.

— Вы кто? — первым спросил я, чтобы взять ситуацию под контроль.

— Это вы кто? — выдохнула она, передумав кричать. — И что делаете в моей комнате?

— Это моя комната, — сообщил ей я. — И именно вас я хотел спросить, что вы тут делаете?

— Молодой человек, не издевайтесь надо мной, — заявила она. Затем встала и обошла комнату. Которая была заполнена моими вещами. — Вы решили пошутить?

На всякий случай я активировал психологическую магию, чтобы проверить её состояние. А то вела себя эта незнакомка как сумасшедшая.

Но никаких признаков психических заболеваний я не обнаружил. Только страх, в совсем незначительном количестве. Даже испуг, можно сказать.

— Это моя комната, — снова повторил я. — Комната студента лекарской академии третьего курса.

— Как же так вышло… — наконец, осмотревшись и поверив мне, растерянно проговорила она. — Ой, как неудобно-то. Я такая рассеянная.

Щёки девушки покраснели от стыда.

— Мне тоже интересно, как так вышло, — усмехнулся я. — Откуда в моей комнате спящая незнакомка, расскажете?

— Ой, а я даже не представилась. Всё моя рассеянность, — всплеснула она руками. — Некрасова Варвара Александровна. Новая преподавательница по лекарской этике у факультета психологии.

Лекарская этика — это предмет, изучающий этические дилеммы применения психологической магии. Насколько оправданы эти действия, когда можно или нельзя их применять, и прочее.

Этика в принципе присутствует в жизни любого лекаря. Но мы разбираем подобные вопросы на других занятиях, а психологи изучают это отдельным предметом. Ведь многие считают, что менять что-то в сознании человека неэтично.

Я относился к этому так, что если я помогаю человеку — я это делаю. Облегчаю состояние, помогаю справиться со стрессом. Но в более масштабной практике знания этики психологам необходимы.

— И как вы оказались в моей комнате? — поинтересовался я.

— Всё мой брат. Вот говорила же, что потеряюсь, — ответила Варвара Александровна. — А нет, говорит, иди в комнату, пока заселяйся. А я отнесу наши документы в главный корпус. Ну и вот что из этого вышло.

Хоть я и проверил состояние женщины психологической магией, до сих пор она казалась мне слегка не в себе. Говорила нескончаемым потоком, и я никак не мог уловить связи в её словах.

Возможно, на это влияли и вторые сутки без сна. И я уже в принципе с трудом понимал человеческую речь.

— Какой брат? — спросил я. Сейчас ещё и брат её ко мне в комнату заявится?

— Некрасов Виктор Александрович, — ответила она таким тоном, словно я спрашивал само собой разумеющееся. — Преподаватель по магическим заболеваниям для лечебного факультета. Он пошёл относить документы, а меня отправил в общежитие для шестого курса. Нам временно выделили там две комнаты, пока мы не найдём жильё.

Так, хоть что-то начало проясняться. Кажется, эта Варвара Александровна перепутала общежития. Видимо, она действительно очень рассеянна. Но как тогда её взяли на эту должность? Отбор преподавателей в академию довольно строгий. Скорее всего, в Варваре Александровне есть что-то особенное, раз на это закрыли глаза.

— А в саму комнату вы как попали? — уточнил я.

— Ну, я запомнила номер комнаты. А ключ потеряла. А у вашего коменданта внизу висят запасные. А самого его не было, — будничным тоном пояснила она. — Вот я и взяла ключ и пришла сюда. Так устала, что сразу же вырубилась. А тут вы.

— Вы сами вломились в мою комнату и ещё умудряетесь винить в этом меня, — спокойно сказал я. — Поразительная способность.

— Ох, я просто от нервов. Разумеется, это я виновата, — закивала Варвара Александровна. — А точнее, виноват мой брат, знал же, что я обязательно вляпаюсь в какую-нибудь историю.

— Давайте я провожу вас до общежития шестого курса, — вздохнул я. — А ключ мы вернём коменданту.

— Ох, спасибо вам, загадочный молодой студент, — обрадовалась женщина. — А могу я узнать имя того, в чьей кровати я проснулась?

Ну и формулировка! Надеюсь, своему брату, то есть моему будущему преподавателю по магическим заболеваниям, она будет это рассказывать не в таком контексте.

— Николай Аверин, — представился я, подхватывая её чемодан. Который я запоздало заметил в углу комнаты. Хорошо, что она ещё и вещи не начала прямо тут распаковывать!

Чемодан оказался довольно тяжёлым. Как она вообще умудрилась дотащить его одна?

— Вы простите меня, Николай Аверин, — щебетала Варвара Александровна, пока мы спускались по лестнице. — Я просто очень рассеянная. Брат всегда за мной присматривает. Я вовсе не хотела вас пугать.

— Ничего, — кивнул я. — Главное, что мы разобрались.

— Могу ли я вас попросить, больше никому не рассказывать об этом инциденте? — смущённо спросила она.

— Конечно. Не в моих принципах порочить чью-либо репутацию.

— Спасибо! Это очень важно… А то если ректор узнает, может и не проверить, что я просто ошиблась.

И тогда Варвару Александровну уволят. Но я не собирался доводить до такого.

Вернул ключ в будку коменданта, который снова где-то отсутствовал. Но меня это не удивляло, даже, наоборот, порадовало. Наверное, он прислушался к моим советам и начал тщательнее следить за режимом питания. А то однажды он чуть не довёл себя до комы!

Плюс так точно никто посторонний не узнает о произошедшем с Варварой Александровной. Разве что по камерам в коридорах посмотрят… но, как мне известно, записи с них смотрят только в крайних случаях, и если нет запроса, то их стирают через две недели. Говорят, так обходится дешевле их обслуживание.

Возле общежития шестого курса по дорожке метался молодой мужчина, внешне очень похожий на Варвару. Сразу догадался, что это и есть её брат.

— Варя! — бросился он к ней. — Я просто дал тебе задание заселиться в комнату. Сама же ныла, что устала и хочешь отдохнуть! И что в итоге? Прихожу в общежитие, тебя нет и даже не было! Ты где была?

— У Николая, — заявила Варвара Александровна.

У брата от удивления чуть челюсть на землю не упала. Молодец, Варвара, умеете же вы подать информацию! При том, что сама просила меня не распространяться… Но, видимо, брат — не тот человек, кому она будет врать.

— Добрый вечер, — сглаживая ситуацию, поздоровался я. — Ваша сестра перепутала корпус и оказалась в моей комнате. И я решил проводить её до нужного общежития.

— О, это на неё похоже, — заметно успокоился брат, но тень недоверия всё равно осталась на его лице. — Спасибо вам, молодой человек. Я так понимаю, вы здесь учитесь?

— Да, третий курс лечебного факультета, — кивнул я.

— О, значит, у вас я буду вести занятия по магическим заболеваниям, — проговорил он. — Некрасов Виктор Александрович, новый преподаватель.

— Я уже всё рассказала, — заявила Варвара. — И я снова хочу спать! Пойдём в комнату!

Да, характер у новой преподавательницы явно несладкий.

— Увидимся на занятиях, — кивнул мне Виктор и, подхватив чемодан своей сестры, скрылся с ней в общежитии.

Интересная парочка. Увидев Варвару, Владимир бы наверняка произнёс что-то вроде «я отдал ей своё сердце», настолько она была привлекательна. А уж увидев её спящей на собственной кровати…

Я усмехнулся своим мыслям и отправился к Святославу. Пока был в своей комнате, специально осмотрел всё на предмет новых писем от тайного клуба, но их не было. Значит, и собрания сегодня не будет. И можно потратить время на тренировку по патологоанатомической ветви магии.

— Николай, здравствуйте, — мрачно произнёс Святослав. — Я ждал вас.

— Добрый вечер, — кивнул я. — Смогли узнать, для чего могут потребоваться все эти препараты?

— Нет, сожалею, — покачал он головой. — Но это явно неспроста. Просто так некроманты такие заказы не делают.

— Значит, просто продам ему только то, что могу продавать, — заключил я, забирая список. — Давно хотел спросить, а что стало с вашим братом?

— Вы думаете, это как-то связано? — в голосе Святослава послышался страх. — Нет, такого не может быть…

— Вы о чём? — спросил я.

— Надеюсь, это только мои догадки, — загадочно ответил Святослав. — Николай, я вынужден отменить сегодняшнее занятие. Мне надо кое-что узнать. Как только я узнаю, сразу же вам расскажу.

— Без проблем, — кивнул я.

Скорее всего, он заранее так и планировал. Но пусть лучше так, чем новая угроза от некромантов.

И снова какие-то тайны. В другой день я настоял бы, чтобы Святослав рассказал мне всё прямо сейчас. Но сегодня ресурсов на это у меня нет. Дежурство в магазине, лечение Светланы Пановой, лекция, а под конец дня — ещё и незнакомка в кровати.

Мне срочно нужен отдых, поэтому я просто попрощался и отправился в общежитие отсыпаться.

Утром следующего дня Владимир гордо сообщал мне новости, которые я и так уже знал.

— Нашего нового преподавателя зовут Некрасов Виктор Александрович, — уплетая завтрак, рассказал он. — Он приехал с сестрой, которая тоже будет преподавать, но у психологов. Говорят, она просто нереальная красотка!

— Угу, — кивнул я.

— Ты не удивлён, — разочарованно констатировал друг. — Уже кто-то рассказал?

— Нет, просто видел их вчера, показывал общежитие шестого курса, — ответил я, умалчивая про детали этой встречи.

Лучше такого моему другу не знать, кровь ещё носом пойдёт, как в японских мультфильмах. Да и я обещал Варваре не распространяться.

— Нечестно, я в нашей дружбе отвечаю за сплетни! — надулся друг. — И то, что они из Московской академии к нам перевелись, знаешь?

— Нет, — покачал я головой. — Эту сплетню можешь рассказать ты.

— Точнее, они изначально хотели устроиться на работу именно туда. Ну, после этого нового приказа от организации лекарей, — воспрянув духом, зашептал Владимир. — Но что-то им там не понравилось, и они приехали сюда.

Интересное уточнение. К этой Московской академии у меня давно уже появился ряд вопросов. В выходные к ним надо ехать на олимпиаду, а они умалчивают её регламент. И не только мне, у Софии такая же проблема.

А теперь и два преподавателя, по какой-то причине решившие работать у нас, а не в Москве. Всё интереснее и интереснее.

Ещё одна проблема в копилку. Копилка уже сама по швам трещит.

— Интересно, — задумчиво ответил я. — Что им там могло не понравиться?

— Если там все студенты такие же, как Кирилл Уваров, я бы и сам оттуда сбежал, — заявил Владимир. — У нас-то все душки.

— Да, дело наверняка в этом, — усмехнулся я.

Мы доели и отправились на первое занятие по магическим заболеваниям. Виктор Александрович уже ждал всех в аудитории. Увидев меня, он слегка кивнул, как давнему знакомому.

— А ты и сестру его видел? — зашептал Владимир. — Ну как она, красотка?

— Красотка, — подтвердил я. — Но не стоит об этом шептаться перед её братом. А ещё у тебя Мария есть.

— Ох уж эта семейная жизнь, — со страдальческим лицом произнёс друг. — Прощайте, мои холостяцкие будни.

Аудитория тем временем заполнялась остальными студентами. На первое занятие по магическим заболеваниям пришли абсолютно все. Всем было интересно послушать новое занятие.

— Доброе утро, уважаемые студенты, — начал занятие Виктор. — Меня зовут Некрасов Виктор Александрович, и я ваш новый преподаватель по магическим заболеваниям. Предмет новый, поэтому каких-то проверенных схем преподавания не существует. Я сам создавал учебный план.

— Этот предмет будет у нас до конца шестого курса? — подняв руку, спросил Юрий Колесов.

— Думаю да, — кивнул Виктор Александрович. — Но пока что его ввели только вам, лечебному факультету третьего курса. Так что этот год буду усиленно заниматься лишь с вами.

— Как-то не вдохновляюще это звучит, — тут же буркнул Владимир. — Читаю между строк «у вас будут контрольные и проверочные на каждом занятии, потому что мне нечем больше заняться».

— У тебя всегда есть гениальный план, как сдать зачёт, — вспомнив вчерашний по сердечно-сосудистым патологиям, усмехнулся я.

— Начнём мы с очень обширной темы, — продолжал тем временем Виктор Александрович. — Со специфических болезней стихийников.

Интересная тема. Я уже давно задумывался о том, что у стихийников могут появляться специфические заболевания. А у меня даже в семье есть человек с такой магией, моя мать. Она владеет магией огня, которая уже очень ослабла из-за того, что мать её почти не применяет.

Да и изначально дар у матери был слабый из-за того, что в её семье не поддерживались правила сочетания браком людей с одинаковой магией. Если бы её дед, тоже владелец огненной магии, женился бы на такой же женщине, то магия осталась сильной. Но он выбрал себе в жёны владелицу магии воздуха.

И так работает с любым направлением магии. Что-то подобное я обсуждал в день встречи с графами Мавриным и Черновым.

— Начнём с магов огня, — словно прочитав мои мысли, продолжил Виктор Александрович. — Как вы думаете, какое заболевание может развиться у подобных магов?

— Лихорадка, — подняв руку, тут же ответил я.

— Верно, — удовлетворённо кивнул Виктор Александрович. — Самое распространённое заболевание у владельцев огненной магии — это лихорадка.

— Но ведь лихорадка — это обычный симптом множества заболеваний, — удивлённо возразил Юрий Колесов. — В том числе и инфекционных.

— Так и есть, но сейчас мы говорим про специфическую лихорадку, — объяснил преподаватель. — Она возникает у владельцев огненной магии при чрезмерном её накоплении.

О подобной проблеме я знал. Даже моя мать хоть и владеет очень слабой магией огня, но пользуется ею редко, чтобы не накапливать в организме. Ранее это не объяснялось с лекарской точки зрения, она просто говорила, что иначе телу становится горячо.

Теперь интересно послушать это с точки зрения заболевания. Мне уже нравится этот предмет!

— Симптомами этой специфической лихорадки является длительная не сбиваемая температура, — рассказал Виктор Александрович. — Кожа становится горячей на ощупь, а иногда покрывается волдырями, как при ожогах. Глаза тоже могут приобрести оранжевый оттенок. А при запущенных случаях человек может самовоспламениться.

— Опасно быть стихийником! — выкрикнул кто-то из студентов.

— Ещё как, — подтвердил преподаватель. — Ранее эти знания просто передавались между владельцами различной магии, а теперь это наконец-то классифицировали как заболевание. А теперь подумайте, что будет, если маг огня, наоборот, потратит слишком много огня?

— Сильное охлаждение организма? — предположил Юрий Колесов.

— Не совсем. Будет синдром тлеющего угля, — ответил Виктор Александрович. — Если маг огня, наоборот, выбрасывает слишком много огня, то человек начинает тлеть. Как сгоревший уголь. Кожа станет бледной и сухой, начнёт шелушиться. Пациенту станет холодно, даже если укрыть его. Он словно начнёт высыхать.

Такого вживую я не наблюдал. Мать всегда пользовалась очень ограниченным количеством магии. Да у неё и не было в организме таких обширных запасов.

— Как это лечить? — спросил кто-то из студентов.

— К этому мы и переходим, — кивнул преподаватель. — Итак, начнём с лихорадки. Со стихиями всегда проще всего бороться противоположной стихией. В данном случае это означает, что пациента нужно обложить смоченными в холодной воде полотенцами, а лучше льдом. Кроме того, нужно дать такому человеку огненный кристалл, чтобы он выпустил туда все излишки магии. Либо же можно применить магию в быту, если пациент будет в состоянии это сделать.

— Только вопрос, где взять такой кристалл в условиях больницы? — спросил я. — Такого ведь не предусмотрено.

— Это хороший вопрос, — ответил Виктор Александрович. — Пока что не предусмотрено, но организация лекарей уже работает над этим. По их проекту, в оснащении любых лечебных учреждений появится всё необходимое. В том числе и подобные кристаллы.

Но пока проект воплотится в жизнь, пройдёт немало времени. Я тут же задумался, что подобные кристаллы надо закупить и в ассортимент нашего семейного магазина.

— Ну и наконец, настойка морозника, — добавил преподаватель. — По одной ложке три раза в день десять дней.

И снова я сделал себе пометку для предстоящих закупок. Настойка морозника у нас продавалась, но в очень малом количестве. Так как особо не пользовалась спросом, и её не покупали.

— Теперь про лечение противоположного состояния, — проговорил Виктор Александрович. — Тут вы сможете догадаться, какой основной принцип.

— Дать стихийнику источник огня, — сказал я.

— Именно, — кивнул преподаватель. — В таком случае магу огня нужен любой источник пламени. Зажигалка, свеча, спичка, что угодно, искусственно создающее огонь. Он впитает в себя эту силу. Можно дать ему кристалл, уже напитанный другим магом огня, если такой есть в наличии. Согреть пациента, обеспечив ему комфортную температуру. И давать ему настойку розмарина по одной ложке три раза в день.

Мы ещё какое-то время обсуждали заболевания владельцев стихии огня, и на этом занятие было закончено.

— Ну вроде неплохо, по крайней мере, объясняет он понятно, — поделился своим мнением Владимир, пока мы выходили из аудитории. — А ещё я думаю…

— Ваше занятие уже закончилось? — прервал нас голос Варвары, которая неведомым образом оказалась возле нашего корпуса.

— Да, только что, — поспешно ответил я. У Владимира уже отвисла челюсть, прямо как у Виктора Александровича вчера вечером. Но по другой причине.

Варвара Александровна выглядела ещё шикарнее, чем вчера. Она была одета в красную обтягивающую юбку и белую рубашку. Которую не соизволила застегнуть на верхние пуговицы, из-за чего мой друг рисковал заработать косоглазие.

— И как справился мой брат? — не обращая на Владимира никакого внимания, спросила она у меня.

Она говорила негромко, чтобы не привлекать внимание других студентов. Обычно такое не принято спрашивать у нас.

— Прекрасно, — пожал я плечами. — Занятия он ведёт очень интересно.

— Это у нас семейное, — гордо проворковала Варвара. — Мы умеем удивлять.

И, подмигнув мне, она скрылась в учебном корпусе.

— Это что сейчас было? — накинулся на меня друг. — Что-то между вами есть?

— Да ничего нет, спокойно, — осадил я его. — Чего ты так завёлся?

— У тебя от меня сплошные тайны, — заявил друг. — И я нутром чую, не рассказал ты мне какие-то детали вашей встречи. Иначе она бы так себя не вела. Рассказывай, мы же друзья!

— Ничего, — пожал я плечами, решив не рассказывать тайну, о которой пообещал молчать, чтобы не портить репутацию Варваре.

— Она явно на тебя запала. Я такие вещи нутром чую! Ладно, побежал я по делам!

Владимир умчался в неизвестном направлении, оставив меня в одиночестве переваривать его заявление.

Правда, в одиночестве я простоял недолго, потому что на меня налетел мой брат Андрей.

— И чего это ты новостями не делишься? Брат, называется! — с ходу спросил он.

А всё моё близкое окружение сегодня решило бунтовать. Не удивлюсь, если сейчас ещё и отец позвонит и спросит, чего это я не делюсь новостями.

— Привет, — первым делом кивнул я. — Ты о чём?

— Ты теперь владелец семейного бизнеса, это раз, — начал загибать пальцы брат. — Только что общался с самой красивой женщиной в мире, это два.

— Мы с тобой не так часто видимся, чтобы я успевал всё рассказать, — возразил я. — А это просто новая преподавательница в нашей академии, её брат преподаёт у нас магические заболевания.

— Да, слышал, что вас нагрузили новым предметом, — кивнул Андрей. — Ну всё равно, столько всего происходит, а я не знаю! А эта красотка тоже у вас преподаёт?

— Нет, у психологов, — ответил я. — Этику.

— Мне бы такую преподавательницу, — мечтательно протянул Андрей.

Ох, ещё один. Ему бы с Владимиром подружиться, жизненные ценности очень схожи.

— Кстати, поздравляю с назначением! — спохватился брат. — Мне отец рассказал, и я сразу же отправился тебя искать.

— Спасибо, — кивнул я. — Приложу все силы, чтобы наш магазин стал ещё лучше.

— В этом я и не сомневаюсь, — улыбнулся брат. — И уж точно не станешь отдавать магазин какой-то группе чокнутых некромантов. Ладно, побежал я, удачи!

Я сходил на обед, а после — на урок по алхимии. После занятий решил не идти на тренировку по психологической магии, а продолжить научную работу с Сергеем Станиславовичем. Над своим будущим энергетическим препаратом.

Тем более, ингредиенты для лабораторных исследований я принёс свои, в которых был уверен.

Сергей Станиславович явно испытывал неловкость после того инцидента, но вслух мы его больше не обсуждали. Зато работа закипела с удвоенной силой, и за вечер мы практически закончили все исследования.

— Ещё один вечер плотной работы, и тоже можно будет отправлять в лабораторию, — подытожил Сергей Станиславович.

— Вот они удивятся. Решат, что мы решили их завалить подобными работами с ног до головы, — усмехнулся я.

Закончили мы ближе к часу ночи, и, выйдя на улицу, я удовлетворённо вдохнул прохладный ночной воздух полной грудью. Появилось прекрасное чувство, что несмотря на общую загруженность и обилие всевозможных проблем, я делаю всё правильно. Так, как и надо. Чтобы достигнуть своей цели.

— Николай, — вдруг раздался из темноты голос Святослава. Опять он начал меня подкарауливать!

— Что случилось? — спросил я у декана.

— Я понял, что задумал Иван, — трагичным голосом оповестил меня Святослав, подойдя ближе. — Он хочет стать личом.

Глава 10

Расслабленное настроение тут же улетучилось, потому как хорошего должно быть понемногу. Поговорка прекрасно работает в жизни.

— Вы уверены? — переспросил я. — Он намерен провести ритуал и пожертвовать своей жизнью ради перерождения в лича?

— Уверен, — кивнул Святослав. — Иван всегда был одержим бессмертием. Всегда был одержим контролем. И теперь, наконец, решился на подобный ритуал. Хоть он и является строго запрещённым.

— Кажется, вам уже пора рассказать все тайны, которые вы умалчивали всё это время, — заявил я. — Их скопилось немало. Это важно для безопасности не меня одного… Неизвестно, сколько людей пострадает после такого обращения.

Было известно, что ритуал обращения в лича запретили, когда достоверно выяснилось, что после этого некроманты теряют рассудок.

— Хорошо, — помедлив, кивнул Святослав. — Но не в академии. Пойдёмте в «Некрополис».

Некрополис… Какое знакомое название. По сути, именно с этого кафе начались все мои приключения, связанные с некромантами.

Мой брат тогда чуть не попал в секту, связавшись не с теми людьми. Какие у них там были цели? Общение с духами за деньги, да. Тревожить души давно упокоившихся людей.

Хотя это и запрещено. Разрешается призвать душу только что умершего человека, чтобы родные могли с ним проститься. В законах империи даже строго определённые сроки установлены.

После той истории начались проблемы с братом Святослава, Ярославом. И Святослав вызвал главного некроманта, который должен был с ним разобраться. Ивана.

И начались проблемы уже с Иваном. Интересно, все некроманты такие проблемные?

Мы с деканом патологоанатомического факультета дошли до того самого кафе и уселись за столик. Народу вокруг было довольно много, и я удивился подобному месту для разговора.

— Людей здесь много, но каждый занят своими проблемами, — словно прочитав мои мысли, проговорил Святослав. — Так что нас никто не подслушает.

— Тогда рассказывайте, — ответил я. — Всё с самого начала. Про вас, про Ивана, про то, как вы сами могли стать верховным некромантом.

Тогда, возможно, я смогу помочь предотвратить беду.

— Это будет длинная история, — вздохнул он. — Итак, мы с Иваном учились вместе в этой же лекарской академии, на одном курсе. Разумеется, на патологоанатомическом факультете. И были лучшими студентами академии. Оба состояли в тайном клубе.

— Значит, в этом кафе можно вслух говорить об этом клубе, — усмехнулся я. — Ну я и так догадывался, что вы в нём состояли, ещё будучи студентом. Как, впрочем, и остальные его члены. Продолжайте.

— Мы были влюблены в своё направление лекарского дела, — продолжил Святослав. — И понимали саму суть не просто как ответвление лекарской магии, а как что-то большее. Что-то, что может кардинально изменить мир. Но разница была в том, что я при этом строго придерживался установленных правил, а Ивану было на эти правила всё равно.

— И всё-таки его потом выбрали на пост главного некроманта? — удивлённо спросил я.

Такое могло произойти, только если о тёмном прошлом Ярослава никто не знал.

— Сейчас до этого дойду, — проговорил Святослав. — Существует главный совет патологоанатомов и главный совет некромантов. Они отвечают за разные вещи, в детали лучше не вдаваться. После окончания академии мы работали вместе, и нас быстро заметили. Мне предложили место в совете патологоанатомов, а Ивану — в совете некромантов.

Я слушал с большим интересом. Одной большой тайной сегодня станет меньше. А после нам предстоит придумать план, что делать с Иваном.

— Мы добились руководящих должностей в наших советах, — рассказывал дальше Святослав. — И на Ивана это очень сильно повлияло. Он стал больше изучать запретные темы некромантии, стал пытаться приручить саму смерть. Совет патологоанатомов замечал всё это и предложил мне занять его место.

Видимо, не нашлось в городе некроманта сильнее Святослава, чтобы сдвинуть его. Наверняка совет пытался, но результатов не достиг.

— Но вы отказались, — заключил я. — Почему?

— Я внезапно понял, что такая власть не приведёт ни к чему хорошему, — грустно пояснил он. — Что это большое искушение. Я отказался от этого поста, и мой отказ не приняли. Меня убрали и из совета патологоанатомов.

Теперь понятно: Святослав не захотел брать на себя такую ответственность.

— И вы оказались в академии, начали преподавать? — догадался я.

Вот как, оказывается, всё было на самом деле. Слухов вокруг всего этого ходит много, но не все из них просто слухи. Святослав и в самом деле один из самых могущественных некромантов в городе. И ему действительно предлагали место в совете. Но жизнь его резко изменилась после этого.

— Я действительно стал преподавать. Мы перестали общаться с Иваном, я как-то потерял его из виду.

— Зачем вы согласились сдать вашего брата Ивану? — спросил я. — Если знали, какой он.

— Это правила, — объяснил Святослав. — Я всегда старался придерживаться установленных правил, это мой принцип. Мой брат всегда восхищался Иваном, но его не взяли в совет некромантов. И он решил устроить им диверсию. Собрав вокруг себя последователей и превратив их в какую-то секту. Мне пришлось отдать его совету некромантов.

Жестоко, но я его понимаю. У каждого человека есть какой-то определённый кодекс, по которому он живёт. Ведь жить без этого кодекса — значит не жить вовсе. Тем более, он не позволил, чтобы из-за его брата пострадали другие люди.

И у Святослава это было строгое следование правилам. В этом они и не сошлись с Иваном.

— Я рассчитывал на справедливый суд над своим братом. Он это заслужил, — холодно проговорил Святослав. — Но я ошибся. Не понял вовремя, что Иван окончательно стал другим человеком. Он одержим идеей бессмертия. И хочет использовать для этого моего брата.

— В качестве жертвы? — понял я.

Для становления личом некромант должен провести особый ритуал. И чаще всего там нужно принести человеческую жертву. Я знаю это благодаря тем книгам по некромантии, которые находил в библиотеке.

— Да, так и есть, — подтвердил Святослав. — А вы, Николай, его очень заинтересовали. Он любит умных людей, а в вас он видит потенциал. Поэтому и не оставляет попыток получить вас в команду.

— Зря только мечтает, — усмехнулся я. — Препараты тоже нужны ему для ритуала?

— Большая часть, — подтвердил он.

Я думаю, он обратился именно в мой магазин, чтобы показать свои намерения. Вряд ли у верховного некроманта есть проблемы с добычей этих препаратов. Нет, основной его целью было показать мне, что он собирается сделать. И видимо, впечатлить меня этим. По сути, он ничем не рисковал, ведь спрос на препараты не является нарушением закона.

Только он просчитался, меня это не впечатлило.

— Надо прервать ритуал в процессе, — сказал я, дослушав историю Святослава. — Это будет самым удачным моментом.

Это было самым логичным решением. До ритуала с Иваном справиться будет очень и очень тяжело. Ведь он будет находиться на пике своих сил, полностью сосредоточенным.

После ритуала тем более не вариант, ведь Иван уже станет личом.

Именно во время этого ритуала он будет уязвим. Будет находиться между жизнью и смертью. И только так мы сможем его остановить. Хотя даже тогда это будет чрезвычайно сложно сделать.

— Да, я тоже об этом думал, — кивнул он. — Ритуал планируется тринадцатого октября.

Ну разумеется, именно тринадцатого. Многие называют это число чёртовой дюжиной и бояться его. А некроманты, наоборот, считают счастливым.

Значит, тринадцатого октября Иван попытается стать личом. А я ему помешаю. Как минимум ради Ярослава, ведь какие бы поступки он не совершил, смерти он не заслуживает.

— Понял, — проговорил я. — Спасибо, что всё рассказали. Я помешаю ему.

— Я с вами, Николай, — решительно сказал Святослав. — Я долго прятался от этой проблемы, но мне нужно её решить.

— Хороший настрой, — улыбнулся я. — Но пока что надо просто подождать.

Святослав кивнул.

Я вскоре покинул кафе и направился в свою комнату. Надеюсь, больше спящих незнакомок я в ней не найду, сильно устал.

Святослав рассказал правду, я был в этом уверен. Ему больше нечего скрывать. А значит, моей семье от Ивана ничего не угрожает.

Но стража я всё-таки оставлю, пока всё это не закончится. Мне спокойнее, когда моя семья под защитой.

Защитить семью — одна из моих главных целей. Особенно защитить её в будущем, когда меня предадут. В прошлый раз я не смог, но в этот всё должно получиться. Иного выбора у меня нет.

С такими мыслями я и отправился спать.

Утро среды началось вполне обычно. Никаких посетителей или новых писем. Даже странно, учитывая все последние события.

Хотя это и хорошо, есть время разобраться с текущими проблемами.

Я спустился в столовую и взял себе завтрак. Сырники со сметаной, чай с лимоном, пирожок с яблоком. Идеальное тихое начало дня, который в дальнейшем явно не будет таким же спокойным. Уж к этому я привык.

Через пару минут появился Владимир, сегодня сам похожий на ходячего зомби. Мешки под глазами, торчащие во все стороны волосы, наспех заправленная рубашка.

— Бурная ночь? — поинтересовался я, красноречиво обводя его взглядом.

— Ага, ещё какая, — буркнул друг. — Над уроками сидел полночи. С капустником понабрал кучу хвостов, и теперь надо всё сдавать.

— Хорошее дело, — усмехнулся я. — Учёба превыше всего. Помочь с чем-то надо?

— Конспекты по алхимии сможешь одолжить? — широко зевнул Владимир, пытаясь нащупать на столе сахарницу.

— Могу, конечно, — я заметил, что вместо сахара друг схватил такую же баночку, но с солью. — Владимир, ты…

— Да, да, надо серьёзнее относиться к учёбе, не начинай, — ворчливо перебил друг, размешивая соль в стакане с кофе. Затем с предвкушением сделал большой глоток, и его лицо исказилось в гримасе.

— Ты соль вместо сахара насыпал, — договорил я. — Но ты это уже и сам понял опытным путём.

Вот только с моим другом такое может случиться! Вляпываться в разные ситуации — это у него в крови. От таких мелочей до серьёзных проблем, вроде той дуэли из-за Екатерины. Никогда не забуду, как он прибежал ко мне в комнату и заявил, что у него в комнате верблюд.

— Этот день уже не сможет стать хуже, — отплёвываясь, подытожил Владимир. — Самый кошмарный день в истории Владимира Маврина, вот увидишь.

— Не драматизируй, — улыбнулся я. — Ещё только утро.

— Ещё и в расписании снова поставили занятие по магическим заболеваниям, — оповестил друг, заменив себе кофе. — Говорят, уже конец сентября, и надо быстро нагнать программу. Да даже программы никакой нет, Виктор Александрович сам упоминал!

— Ну, видимо, снова организация лекарей так решила, — предположил я.

Сам я не имел ничего против. Занятие мне понравилось, и не терпелось узнать про специфические заболевания других стихийников.

Я отправился в корпус один, так как Владимиру «нужно было прийти в себя после всех душевных потрясений». Ничего. Всё равно успеет ровно к началу занятий, как всегда.

Возле корпуса снова стояла Варвара Александровна. Она так каждый раз своего брата караулить будет?

— Николай! — замахала она мне рукой, привлекая внимание абсолютно всех однокурсников, которые шли в этот момент на занятие. Здравствуйте, новые слухи.

— Доброе утро, — кивнул я, подходя к экстравагантной преподавательнице.

— У вас занятие с моим братом? — будничным тоном спросила она.

Хоть я и проверял Варвару Александровну психологической магией и знал, что её психическое состояние в полном порядке, вопросы продолжали меня настораживать.

— Да, магические заболевания, — ответил я. — А вы пришли его навестить?

— О, мне он надоел ещё в детстве, чтобы его навещать, — заявила Варвара Александровна. — Он должен вынести мне мой любимый зелёный чай. Без него я не могу читать свои лекции.

В этот момент из здания как раз появился Виктор Александрович с каким-то пакетом. Прекрасно, а то я уже и не знал, что в следующую секунду выкинет эта новая преподавательница.

— Варя, что ты делаешь? — строгим голосом спросил её брат.

— Жду свой чай, — легкомысленно отмахнулась она. — И развлекаю себя беседой.

— Мне уже пора в аудиторию, — заявил я, не желая присутствовать при очередных семейных разборках. — Всего доброго, Варвара Александровна.

— Увидимся! — помахала она мне рукой.

Ведёт она себя как-то странно. Внимание от преподавательницы я явно не ожидал, и оно мне было не нужно. Я вздохнул и ушёл в здание.

Виктор Александрович догнал меня уже на лестнице.

— Николай, — остановил он меня. — Я хотел сказать. В общем, не обращайте внимания на мою сестру. В смысле… Не воспринимайте всё, что она говорит, всерьёз. Она довольно избалованная. И…

— Всё в порядке, — перебил я его. — Я и не обращаю.

Видимо, уже и брат Варвары понял, что её поведение крайне неуместно.

— Просто у неё было очень трудное детство, — зачем-то попытался оправдаться Виктор Александрович. — Точнее, у нас. Родители погибли рано, и нам пришлось самим справляться с этой жизнью.

Что ж, это объясняет, как Варвара Александровна в принципе стала преподавателем. Обычно женщин на таких должностях нет.

— Всё в порядке, — повторил я. — Пойдёмте на занятие?

— Да, — с явным облегчением кивнул Виктор Александрович. — Сегодня буду рассказывать про заболевания магов воздуха.

После занятия и обеда я отправился в магазин, заступать на вторую ночную смену. Сегодня должен был прийти Иван за препаратами по своему списку. И он явно не случайно выбрал именно среду. Он хочет встретиться со мной.

План на этот случай уже тоже готов. Раньше времени я не буду говорить ему, что его замысел раскрыт. В продаже откажу, так как нет специального разрешения.

А дальше буду смотреть по ситуации.

В магазине меня поджидали отец, желающий передать смену, Павел Алексеевич и Василий.

— Добрый день, — поздоровался я со всеми. А затем добавил: — Василий, давно вас не было видно!

— Да, сынок многие смены мои забрал, — с гордостью отозвался продавец. — Я и отдохнуть хорошо успел!

— Как справляется наш новичок? — поинтересовался я у отца, имея в виду Павла Алексеевича.

— Сдружился с Василием, сегодня весь день что-то обсуждали, — усмехнулся отец. — А вообще, очень неплохо. Тестирую его на новых покупателях, и справляется он отлично.

— Хорошие новости, — кивнул я. — Но пусть пока ещё побудет стажёром. Хочу сам отработать с ним несколько смен, чтобы точно убедиться, что он нам подходит.

— Теперь ты принимаешь решения, — кивнул отец. — Кстати, хотел сказать, что завтра запускают рекламу.

— Отлично, надеюсь, это положительно скажется на продажах, — ответил я.

Отец отправился домой, а я засел в кабинете, велев звать меня по необходимости. Итак, завтра запускается реклама. Это должно отразиться на количестве клиентов, поэтому срочно нужно заниматься новыми заявками на препараты.

Договор с графом Щербатовым всё ещё был в силе, и это также значительно улучшало финансовую ситуацию. Я принял решение поднять заработные платы продавцам, чтобы точно исключить их переход в сеть Елисеевских магазинов.

Совсем забыл спросить у отца, прижился ли у них Захар! Надо будет навестить родителей при первой возможности. Заодно и стража подпитаю новой порцией энергии.

— Николай Владимирович, — отвлёк меня от всех размышлений Василий. — Там пришёл какой-то мужчина в чёрном плаще. И просит вас.

Иван. Явился, как я и предполагал.

— Сейчас выйду, — кивнул я.

Подхватил его список и отправился в торговый зал.

— Здравствуйте, Николай Аверин, — невозмутимо произнёс верховный некромант. — Вам передали мой список?

— Добрый вечер, — кивнул я. — Передали. К сожалению, большую часть препаратов я не могу продать без специального разрешения совета патологоанатомов.

— Верно, — внезапно усмехнулся Иван. — Кто-то подсказал?

— Я должен знать основные правила, раз занимаюсь таким бизнесом, — спокойно ответил я. — Несколько позиций я могу продать и уже отложил их для вас.

— Прекрасно, я их возьму, — расплылся в улыбке Иван. — Как вы вообще поживаете? Не передумали насчёт своего решения?

Я вспомнил нашу предыдущую встречу. Он подослал человека к моей сестре, чтобы передать для меня записку. Затем на моих глазах Иван убил одного из своих последователей. А теперь, как ни в чём не бывало, спрашивает, не передумал ли я.

— Не передумал, — отрезал я. — И никогда не передумаю.

— Не будьте так категоричны, — заявил верховный некромант. — Скоро ваше мнение может измениться. Когда вы увидите, на что мы способны.

Намекает на предстоящий ритуал. Он действительно считает, что если я увижу всё это, то сразу же присоединюсь к ним? Он настолько глуп или настолько хитёр? Возможно, за всем этим кроется что-то ещё.

— Сомневаюсь, — закончил я наш разговор. — Оплатить можете на кассе.

Иван расплатился за парочку препаратов из списка и покинул наш магазин.

— Странный он покупатель, — решил поделиться своим мнением Василий. — Аура зловещая. Не понравился он мне.

Если даже простолюдин почувствовал что-то неладное, значит, аура у Ивана действительно очень сильная. Впрочем, как и рассказывал Святослав.

— Покупатель есть покупатель, — вслух ответил я. — Если ещё будут приходить посетители с какими-нибудь списками — сообщайте мне.

В восемь вечера я отпустил Василия и Павла Алексеевича домой, и началось моё ночное дежурство. Которое, впрочем, прошло весьма спокойно. Никаких проблем, кроме очередного отсутствия сна, не возникло.

Утром я передал смену отцу с Василием и отправился в общежитие.

День прошёл по обычному сценарию: завтрак, занятие по общему лекарскому делу, обед, занятие по микробиологии. Вечером я решил отправиться к Константину Евгеньевичу на очередную тренировку психологической магии.

Ведь тренировки других ветвей лекарской магии никто не отменял. Мне нужно стать сильнее, чтобы быть готовым ко всему в моей предстоящей жизни.

— Николай, добрый вечер! — радостно поприветствовал меня Константин Евгеньевич. — А я уже думал, что вы больше ко мне не придёте. Вы пропустили занятие во вторник.

— Были дела, — пояснил я. — Но тренировки прекращать я не намерен.

— Рад это слышать, — улыбнулся Константин Евгеньевич. — Было бы жаль потерять такого способного ученика.

А я ведь до сих пор не знаю его скрытые мотивы. Просто отложил эту проблему на потом, потому как сейчас она не казалась мне особо важной на фоне всего остального.

Вместе с тем я не смогу вспомнить, кто и из-за чего именно меня предаст. Да, я стану личным лекарем императора. Возможно, кто-то просто захочет занять моё место и решит предать. Но как именно?

Что, если на это повлияет наличие у меня всех ветвей лекарской магии? Вдруг об этом кто-то узнает и воспользуется этим знанием в корыстных целях.

Нельзя отрицать такую возможность. Так что надо быть ещё более осторожным со всеми, кто в курсе моей тайны.

Но это не отменит того, что мне нужен учитель по каждому из направлений. Сам я не справлюсь.

— Вы что-то притихли, — вернул меня в реальность Константин Евгеньевич. — Всё в порядке?

— Да, просто задумался, — кивнул я. — Какая сегодня тема?

— О, я подобрал очень интересную тему. Её изучают уже на шестом курсе, и она довольно сложная. Но вы, как мне кажется, уже к ней готовы, — заявил преподаватель. — Называется она «Эмпатический резонанс».

— Тоже основана на эмоциях? — догадался я. — Я думал, с ними мы уже разобрались.

— С основами — да, — ответил Константин Евгеньевич. — А это продвинутый уровень. Способность не просто понимать чужие эмоции и изменять их. Но и настраиваться на них, создавая тонкую связь. Так вы научитесь влиять на эмоции ещё более деликатно.

— Давно хотел задать один вопрос, — вспомнил я. — Не нужно ли мне дополнительно проходить этику? Раз я влияю на эмоции других людей.

— Наша обворожительная Варвара Александровна натолкнула вас на подобные размышления? — улыбнулся преподаватель. — Признаюсь, я сам, когда её увидел, захотел стать студентом и посетить все её занятия.

Таких подробностей я точно знать не хотел!

— Дело именно в правильности моего подхода, — сказал я. — Я хочу помогать людям и делать им лучше. Но всё-таки задумался, а этично ли без разрешения людей облегчать их страдания?

— На этот вопрос вам никто не даст точного ответа, — задумчиво проговорил Константин Евгеньевич. — Вам придётся решить эту дилемму самому.

И я уже решил. Я буду помогать людям так, как считаю нужным. Всё, что облегчает их страдания, является правильным.

— Вернёмся к эмпатическому резонансу, — предложил я. — Значит, эта техника позволяет лучше контактировать с пациентом?

— Именно. Рад, что вы поняли, — закивал преподаватель. — Но эта техника имеет и ряд подводных камней. Вам нужно тщательно отгораживаться от чужих эмоций, чтобы не забрать себе чужую боль или чужие страдания.

Эмоциональное выгорание — частая проблема среди психологов, я это знаю. Никогда не нужно проецировать чужие переживания на себя, это может плохо закончиться.

— Я понял, — ответил я. — Приступим к технике?

За следующие несколько часов мы разобрали эмпатический резонанс. Техника оказалась не такой уж и трудной, создавать психологический коридор было в разы сложнее.

Я чувствовал, как мой магический запас расширяется с каждым новым приобретённым знанием. Приятное чувство.

Закончив занятие, я вышел на улицу и отправился к Святославу. Время ещё было, тренировку патологоанатомической магии тоже никто не отменял.

— Как прошла встреча с Иваном? — мрачно поинтересовался декан, стоило мне появиться в его кабинете. Он, в отличие от Константина Евгеньевича, вовсе не выглядел удивлённым, словно ждал меня.

— Снова пригласил меня присоединиться к ним, — спокойно ответил я. — И я снова отказался.

— Настырный, — усмехнулся Святослав. — Вы пришли на новую тренировку?

— Да, — кивнул я. — Надо становиться сильнее, чтобы в любой момент дать отпор.

— Тогда приступим, — просто сказал декан.

Ещё несколько часов я потратил на тренировку некротической ветви магии. Вторые сутки без сна, а день всё равно получился очень даже продуктивным.

После всего этого я, наконец, отправился в общежитие. Но и в этот раз меня поджидал неожиданный гость. Хотя нет, этот гость весьма обычный.

— Привет, — поздоровался я с Владимиром, подпирающим мою дверь. — Что случилось, снова верблюд?

— Надо поговорить, — заявил мой друг. Выглядел он на этот раз необычайно серьёзным.

— Заходи, — пригласил я его внутрь.

Владимир прошёл в комнату и уселся на стул. Пару мгновений он просто смотрел на меня задумчивым взглядом.

— Я не совсем дурак, Николай, — заявил он. — И я твой лучший друг.

— Знаю, — ответил я. — К чему ты это?

— К тому, что я думал, между нами нет секретов! — выпалил Владимир. — Но они у тебя, оказывается, есть! Можешь не придуряться, я всё знаю.

Глава 11

Итак, очередной человек, который узнал какой-то из моих секретов. При том я бы не сказал, что плохо шифруюсь! Как раз наоборот, действую аккуратно — насколько это вообще возможно.

— О чём ты говоришь? — спокойно поинтересовался я.

Владимир никак не мог узнать о моём уникальном даре. И он как раз был одним из тех, кому я доверял на все сто процентов. Но пока не хотел рассказывать…

— О тебе и Варваре Александровне, — ответил Владимир. — Я узнал, что она выходила из твоей комнаты. Вас видел Юрий Колесов! А ты меня уверял, что между вами ничего нет. А сам…

Понятно. Колесов увидел нас в тот вечер, когда Варвара Александровна по ошибке пришла в мою комнату. И, разумеется, решил рассказать об этом, используя как свежую сплетню.

Надо будет обязательно с ним поговорить, чтобы подобные ситуации больше не повторялись. В конце концов, это моё личное дело, и его это никак не касается. Он увидел то, в чём сам не разобрался — и это ещё не повод трещать об увиденном на всю академию.

Тем более, если эти слухи дойдут до руководства, дело примет серьёзный оборот. Отношения между студентами и преподавателями строго запрещены, это прописано в правилах академии. И если до ректората дойдут подобные слухи, то и Варвару Александровну уволят, и меня отчислят.

Но Владимир мой друг, и ему я расскажу правду. Изначально я не стал ничего говорить, чтобы не портить репутацию новой преподавательницы. Но если и сейчас не расскажу — репутация будет испорчена ещё сильнее.

— Она действительно выходила из моей комнаты, — проговорил я. — Я не рассказывал тебе, чтобы ты ничего лишнего не надумал, но в итоге ты и без этого смог справиться с задачей, — слегка усмехнулся я. — В день приезда она перепутала корпусы общежитий и оказалась у меня. Вот и всё.

— Не делай из меня дурака, — недоверчиво пробурчал друг. Хотя я его знаю, он уже начинал мне верить. — Как она ключи раздобыла?

— Взяла в будке коменданта, — ответил я. — Сам комендант отсутствовал на рабочем месте. Я вернулся к себе и обнаружил её. И решил проводить до нужного корпуса.

— Поэтому она и говорила с тобой как с давним знакомым, — задумчиво сказал Владимир. — Это правда?

— Если бы у меня был роман с преподавательницей, ты бы первым об этом узнал, — улыбнулся я.

И это было правдой. Я не всё могу рассказать своему другу, во многом чтобы защитить его. Ненужная информация легко может навредить близким мне людям.

Но при этом я ему доверял. И он это знал.

— Прости, что так налетел на тебя, — стыдливо проговорил Владимир. — Сам не знаю, что на меня нашло.

— Главное, что мы разобрались, — примирительно сказал я. — А теперь я, пожалуй, навещу Юрия. Чтобы он не распускал подобные слухи по академии. Это может плохо закончиться.

Владимир ушёл к себе, а я сходил и завязал серьёзный разговор с Юрием. Больше подобного я допускать не собирался.

Для надёжности нагнал на него небольшое количество страха, чтобы Колесов точно сдержал своё обещание — признался всем, что это всё он придумал. И больше не лез в мои дела.

Разочаровал он меня, до этого инцидента я относился к нему очень хорошо.

После разговора, окончательно вымотанный я отправился спать.

Утром в пятницу проснулся очень рано, за полтора часа до общего подъёма. Довольно странно, учитывая мой накопившийся хронический недосып. Но чувствовал я себя удивительно бодрым и полным сил.

Поэтому решил потратить время на небольшую прогулку до завтрака. Давно уже не ходил в сквер.

Несмотря на ранний час, я оказался там не один. В сквере уже прогуливалась София Чернова. Со своей потрясающей способностью оказываться там именно тогда, когда и я приходил в сквер.

Совпадения, скорее всего, но слишком уж часто они происходят. А значит, вероятность того, что это реально совпадения, уменьшается с каждым разом.

— Доброе утро, Николай! — первой поздоровалась она, помахав мне рукой. — Смотрю, вам тоже не спится?

— Доброе утро, — кивнул я. — Да, проснулся пораньше и решил немного прогуляться.

— И снова мы с вами тут встретились, — улыбнулась девушка. — Волнуетесь перед завтрашней олимпиадой?

Со всеми происходящими событиями я удивлён, что вообще помню про эту олимпиаду. Хотя ехать предстояло уже завтра, на подготовку времени у меня не было. И регламент не прислали, поэтому что конкретно там ожидает, неизвестно. Буду разбираться уже на месте, общее лекарское дело я знаю хорошо.

— Нет, — пожал плечами я. — А вы?

— А я ужасно волнуюсь, — призналась София. — Но мне стало спокойнее, когда я узнала, что с нами поедет Варвара Александровна. Это наша новая преподавательница по лекарской этике.

Да уж, Варвару Александровну я уже знаю. И знаю довольно хорошо. Но незачем ещё и Софии об этом сообщать. Гораздо интереснее, зачем новая преподавательница собралась ехать в Москву, не на свою олимпиаду?

София говорила мне, что олимпиада у неё по общей психологии. Логичнее было бы, если в качестве сопровождающего поехал Константин Евгеньевич.

— Зачем? — спросил я у Софии.

— Я точно не знаю, — девушка понизила голос, почти переходя на шёпот. — Но слухи об этом есть. Говорят, что она разбирается не только в лекарской этике. Вы, наверное, знаете, что многие психологи выбирают себе юридическую карьеру.

Я об этом слышал. В юристы идут люди с разными магическими способностями. Например, обладающие способностями создавать магические документы.

Или не обладающие никакими способностями, если вспомнить того юриста, который пытался отобрать у моего брата часть нашего семейного бизнеса.

Но и психологи могут найти себя в этой сфере. Ведь они умеют читать эмоции других людей, а продвинутые психологи читают ещё и мысли. Незаменимая способность для юридического дела, а в особенности — для адвокатской практики. Можно сразу понять, кто врёт, а кто говорит правду.

— Знаю, — кивнул я. — А при чём тут это?

— Говорят, — продолжила шёпотом София, — что это основная причина, почему Варвару Александровну приняли преподавать в нашу академию. Женщин в преподаватели почти не берут. Но раньше она работала как раз адвокатом, и юрист она великолепный. И она должна решить какие-то проблемы нашей академии.

Проблемы нашей академии, интересно… И для этого она должна поехать в Москву. Не связано ли это со всеми остальными проблемами, возникшими с Московской академией? Да хотя бы с тем, что они отказались присылать регламент на олимпиады.

Интуиция мне подсказывает, что связано.

— Но это просто сплетни, — поспешно добавила София Чернова. — Так что точно я не знаю. Просто будет спокойнее, если со мной поедет преподаватель.

— Понятно, — задумчиво ответил я.

— Вам билеты уже прислали магической почтой? — явно пытаясь перевести тему, спросила София.

— Да, седьмой поезд, в три часа ночи отходит от вокзала, а в семь прибывает в Москву, — ответил я. — Третье купе в первом вагоне.

— У меня второе купе в том же поезде, — радостно отозвалась девушка. — Ну и у Варвары Александровны тоже. Сможете прийти к нам в гости!

Поезда в Российской империи всегда являлись чем-то вроде произведений искусства. Вопрос транспорта всегда стоял очень остро, ведь территория нашей империи была просто огромной. И поезда всегда были и, наверное, будут самым надёжным и популярным источником передвижения.

Сами поезда выглядели просто великолепно. Корпус локомотива зачастую украшали, придавая ему вид какого-либо существа. Например, делали облицовку в виде какой-нибудь сказочной птицы.

Вагоны строго делились: для простолюдинов и для аристократов. В вагонах для обычных людей были установлены жёсткие кожаные сиденья или скамьи в зависимости от дальности следования поезда. Никакого разделения на купе не существовало, в вагоне все ехали вместе.

Для багажа были оборудованы полки, располагающиеся над головами у пассажиров. Питание предусмотрено не было, и люди приносили еду с собой. Поэтому запах в таких вагонах всегда был одинаковый: пахло пылью, курицей и иногда варёными яйцами.

Вагоны для аристократов отличались просто разительно. Во-первых, они были строго разделены на купе, независимо от дальности следования. В купе мог путешествовать как один человек, так и целая семья. Подселить в купе к одному аристократу другого никто не имел право. Ведь всегда могло оказаться, что это представители враждующих родов.

Бывали исключения, когда пассажиры давали своё личное согласие. Как и в этом случае, когда в купе к Софии продали билет и Варваре Александровне. Но мне также было выделено отдельное купе, ведь ехать в одном помещении с незамужними дамами — это не по правилам этикета.

Во-вторых, каждое купе было произведением искусства. Убранство там было лучше, чем в некоторых аристократических домах. Лучше чем в моём доме, это уж точно.

Бархатные сидения, столы из дерева. Всегда хорошая еда, которую готовили отличные повара. Телевизор в каждом купе и библиотека в каждом вагоне для развлечения аристократов.

Отдельно ещё существовали продвинутые вип-вагоны. Для важных персон, например, для князей. В подобных я не бывал ни разу, но знал, что там одному пассажиру выделялось чуть ли не половина вагона.

Такие люди занимали не одно купе, а несколько, которые представляли собой мини-покои. Там были и спальни, и кабинеты, и всевозможные привилегии. А ещё в таких вагонах существовала магическая почта, которой активно пользовались аристократы для своих нужд. Например, если они всерьёз опасались есть еду, приготовленную в поезде, они могли через магическую почту заказывать блюда у личных поваров.

— Николай, всё в порядке? — осторожно поинтересовалась София, тронув меня за локоть. — Вы как-то надолго замолчали. Мне пора бежать на завтрак.

— Да, всё в порядке, просто задумался, — кивнул я. — Увидимся!

Мы разошлись по общежитиям, ведь приём пищи — святое время для студентов.

В столовой я взял себе порцию хлопьев с молоком, булочку с джемом и апельсиновый сок. И не успел сунуть в рот даже первую ложку, как на меня налетел Владимир.

— Я такое узнал! — с ходу воскликнул он.

— Да когда ж ты успеваешь-то! — привычно усмехнулся я. — Во сне тебе эти сплетни снятся, что ли?

— Да если бы, — отмахнулся друг. — Короче, Варвара Александровна не так уж и проста, как кажется.

— Надеюсь, не очередная сплетня про наши с ней якобы отношения, — проговорил я, красноречиво взглянув на Юрия Колесова. Тот сразу же перехватил мой взгляд и поёжился. Надеюсь, он уже опроверг свою же сплетню.

Хотя я не сомневаюсь, что Юрий сделает так, как я сказал. Всё-таки разговор я провёл с ним достаточно серьёзный.

— Нет, про ваши отношения все уже знают, — проговорил Владимир. — Ой, ну то есть знают, что нет никаких отношений. Суть в другом, Варвара Александровна, оказывается, ранее работала адвокатом. Активно применяя свою психологическую магию.

Виктор Александрович, её брат, упоминал о том, что они рано потеряли родителей. Видимо, для того, чтобы держаться на плаву, им обоим пришлось довольно рано начать работать. Это объясняет то, что несмотря на молодой возраст, Варвара Александровна уже успела поработать юристом, да ещё и сделать себе неплохую карьеру в этой области, как выяснилось.

— Знаю, что это практикуется, — вслух ответил я. Разочаровывать друга и говорить, что София уже успела с утра мне это рассказать, я точно не собирался.

— Ну так вот, — довольно продолжил Владимир. — И наняли её, чтобы она защитила нашу академию от нападок Московской академии. Которая собираются конкретно нас прижать.

— Как именно? — поинтересовался я.

— Деталей я не знаю, — признался Владимир. — Помнишь, ты сам упоминал, что они не выслали вам какие-то штуки для олимпиады. Но это всё мелочи. Кажется, конфликт там более крупный. Раз наше руководство даже юриста наняло в штат.

— При этом замаскировав юриста под обычного преподавателя, — задумчиво добавил я. — Интересно.

— Вот именно! — активно закивал друг. — Это всё очень странно, и я намерен узнать всю эту историю до конца!

— Я в тебе не сомневаюсь, — усмехнулся я. — Ты-то точно узнаешь.

Мы доели и отправились на занятия. Пятница прошла без каких-либо происшествий.

Вечером я отправился к Сергею Станиславовичу, заканчивать работу над энергетическим препаратом.

— Николай, у меня потрясающие новости! — радостно оповестил меня преподаватель, стоило мне появиться в его кабинете. — «Энциклопедия элементов» закончила все тесты. Они признали ваш препарат и уже планируют его запуск в производство.

— И правда, отличная новость, — кивнул я. — В магазинах появится ещё один препарат от давления.

— А работа будет опубликована в общем доступе, — добавил Сергей Станиславович. — Чтобы все лекари могли ознакомиться и назначать препарат. А, и лаборатория прислала деньги магической почтой. Два конверта, мне и вам.

Наверное, этому факту преподаватель и радовался больше всего. Не могу его винить, ему надо кормить семью. Поэтому-то он так и радовался каждой научной работе, которую писал со мной.

Я взял со стола свой конверт и заглянул внутрь. Приличная сумма. Очень приличная.

Часть из этого пойдёт на дальнейшее развитие магазина, а часть — на семью. Обустройство особняка, слуг и прочие вещи. Это поручу отцу, ведь ещё и на эту задачу времени у меня точно не хватит.

— Я пришёл закончить нашу работу над энергетическим препаратом, — убирая конверт, сказал я. — Там осталось не так уж много, и надеюсь, мы завершим её за сегодня.

— Я только за, — отозвался Сергей Станиславович. — Если закончим сегодня, уже завтра её отправлю на тесты. А новую тему вы ещё не придумали?

А он явно вошёл во вкус. Вот только с такой скоростью я идеи точно не генерирую. Несколько наработок ещё есть, но пока что лучше сделать перерыв и обратить внимание на другие сферы жизни.

— Пока нет, — отозвался я. — Если придумаю — снова приду к вам.

Мы принялись за работу, и спустя три часа она была закончена. Теперь остаётся дождаться окончания всех проверок, и, наконец, энергетический препарат тоже появится в продаже.

И я смогу проще переносить свои бесконечные сутки без сна. А это было моей изначальной целью. И надо будет проверить, как это скажется на здоровье. Ведь если я в теории могу сам себя вылечить, другие потребители так не смогут. А потому нужно будет расписать рекомендации по применению.

Когда мы закончили, было уже около полуночи. Что ж, идти спать не имеет смысла, поезд уже через три часа.

Поэтому я снова засел в своей комнате за книгами. Любое свободное время у студента — это зубрёжка и выполнение домашних заданий. А в моём случае это изучение всевозможных книг обо всех направлениях магии. Или изучение микробиологии и алхимии для улучшения ассортимента нашего магазина.

Время за книгами пролетело незаметно и познавательно. Часа в два ночи я собрал минимум вещей для поездки и на такси отправился на Николаевский вокзал.

Вокзал этот назывался в честь одного из наших прошлых императоров, Николая Первого. Именно он впервые приказал построить железную дорогу между Санкт-Петербургом и Москвой.

Сам вокзал был огромным зданием, практически культурным музеем нашего города. Он тоже делился на две незримые половины, согласно социальной иерархии.

Такое деление наблюдалось во многих местах, но обычно я не обращал на это внимание. Например, наш семейный магазин могли посещать и аристократы, и простолюдины. Как и многие другие магазины.

Сеть магазинов «Елисеевские» придерживалась другой позиции, и их магазины строго делились. Одни для аристократов, другие для простолюдинов.

Какой-то перегородки, разделяющей вокзал на две части, не было. Просто инстинктивно было понятно, где поезда ожидают простолюдины, а где аристократы.

Первые располагались по правую сторону просторного холла, где в ряд были выставлены деревянные скамейки. Вдоль стены стояли многочисленные ларьки и точки быстрого питания.

С левой стороны холла была зона ожидания для аристократов. Мягкие диваны, персональное обслуживание. Рабочие кабинеты для деловых встреч.

На втором этаже вокзала располагался вип-зал, точно так же как и вип-вагоны, используемые для очень важных гостей.

София и Варвара Александровна уже ожидали меня на одном из диванов. Преподавательница была одета в брючный костюм ярко-жёлтого цвета, подходивший к её светлым волосам.

София выглядела не хуже, одетая в дорожное платье зелёного цвета. Вообще, я заметил, что зелёный был у неё любимым цветом, видимо, из-за его ассоциации со спокойствием и умиротворённостью.

— Добрый вечер, дамы, — слегка поклонился я.

— Добрый вечер, Николай, — первой ответила София, одаривая меня улыбкой.

— Добрый вечер, — вторила ей Варвара Александровна, одаривая меня загадочным прищуренным взглядом. — Меня отправили в качестве вашего сопровождающего, так что я буду за вами следить.

— Я считал, вас отправили сопровождать именно Софию, — подметил я. — Но не меня.

— Официально — да, — кивнула преподавательница. — Но присматривать я стану за вами двумя. О, на наш поезд объявлена посадка, пойдёмте!

Мы прошли проверку билетов и разошлись по купе. Как только поезд тронулся, я разложился на диване, намереваясь отдохнуть несколько часов. Но планам не суждено было сбыться, поскольку ко мне в купе заявилась Варвара Александровна.

— Ой, Николай, извините! — воскликнула она. — Я не знала, что вы собрались спать.

А ещё у неё странная привычка врываться в помещения, в которых нахожусь я. И правда, очень рассеянная и странноватая для преподавательницы.

— Что-то случилось? — поинтересовался я.

— Да, я хотела с вами поговорить, — кивнула она. — Но если я не вовремя…

— Давайте поговорим, — ответил я.

Между сном и каким-либо интересным разговором мой выбор всегда очевиден. Поспать можно когда-нибудь потом. Сказал бы в «следующей жизни», но учитывая мою ситуацию, даже так сказать было нельзя. Ведь следующая жизнь уже идёт, а выспаться всё равно не получается.

Варвара Александровна нерешительно присела на диван рядом со мной и пару минут молчала.

— Еду принесут утром, — наконец произнесла она.

— Я знаю, — удивлённо ответил я. — Но вряд ли вы пришли сообщить мне именно об этом.

— Вы правы, не об этом. Просто я не знаю, как перейти к главному, — призналась она. — Мой брат наверняка сейчас сказал бы, что я слишком легкомысленная. Но мне нужно с кем-то поговорить, слишком тяжело держать это внутри! И я подумала, что вы захотите меня выслушать.

Она решила рассказать, что работает в нашей академии юристом? В таком случае снова придётся строить удивлённое лицо в ответ на эту историю.

— Меня не просто так взяли в преподавательский состав, — решилась Варвара Александровна. — Моя главная задача — представлять юридические интересы академии. Разумеется, академия сотрудничает и с другими юристами, без этого никак. Но я должна быть своего рода тайным агентом.

— Зачем? — спросил я. — У академии какие-то проблемы?

— Да, — подтвердила она. — Я не могу рассказать, какие именно. Но меня не просто так послали с вами на олимпиаду. Я должна кое-что выяснить.

До конца она мне не доверяет, и это понятно. В конце концов, я для неё совершенно незнакомый человек. Просто сейчас, насколько я успел понять по её психологической ауре, она очень сильно встревожена.

Сизая дымка тревоги явно виднелась над её головой, когда я проверил её психологической магией. Убирать я её не стану. Как минимум потому, что она сама владеет психологической магией и легко догадается, что это сделал я.

А также она преподаёт лекарскую этику и вдобавок может прочитать мне лекцию, что неэтично лезть в эмоции другого человека.

Не думаю, что она пришла именно для того, чтобы с кем-то поговорить. Скорее всего, в её словах кроется предупреждение — быть осторожным в делах с Московской академией. И я это учту.

— Если понадобится какая-то помощь — говорите, — проговорил я.

— Вы очень добры, Николай, — улыбнулась Варвара Александровна. — Мне просто надо было выговориться. Спасибо, что выслушали.

Она встала и покинула моё купе. Да уж, теперь заснуть точно не получится.

Голова уже была занята размышлениями обо всей этой ситуации. Что всё-таки происходит? Конкуренция между Московской и Петербургской академией существовала всегда. Это абсолютно нормальное явление.

Но в этом году, кажется, конкуренция перешла на совсем иной уровень. Я считал, что Московская академия как-то пытается закрыть нашу. Наверное, чтобы увеличить приток студентов в свои стены.

Но закрыть академию не так-то просто. Надо выяснить, в чём конкретно заключается их план. И ради этой цели, наверное, и послали Варвару Александровну.

И я помогу ей узнать, что происходит. Во-первых, потому что в принципе не могу остаться в стороне, когда женщине нужна помощь. А помощь ей нужна, я понял это по её состоянию.

А во-вторых, потому что наша академия мне нравилась. И я не допущу её закрытия. У многих аристократов, обучающихся там, семьи в Санкт-Петербурге. И переезжать в Москву им бессмысленно.

Через минут десять после ухода Варвары Александровны в купе раздался стук, и после моего разрешения ко мне заглянула проводница.

— Доброй ночи! — затараторила она. — Господин, я прошу прощения за то, что прерываю ваш отдых. Но срочно нужен лекарь! Во всём поезде лекарей нет, кроме вас.

В соседнем купе ехала Варвара Александровна, но она была психологом. Обычно при покупке билетов на поезд там есть графа, где можно указать, является ли пассажир лекарем. Видимо, в моём билете и указали эту информацию.

— Я студент лекарской академии, но я могу помочь, — с готовностью ответил я. — Что случилось?

— Там м-мужчина, — запинаясь, проговорила она. — Он надолго закрылся в туалете. Пассажиры начали жаловаться, и я пошла проверять, что случилось. Ведь по новому закону в ваших вагонах в туалете можно находиться не более пятнадцати минут, и я…

— Давайте уже к сути дела, — перебил её я.

— Мужчина утверждает, что у него вместо мочи идёт кровь, — выпалила она. — И что сейчас он умрёт от кровопотери!

Глава 12

Наличие крови в моче называется гематурией. Она может быть разной степени интенсивности. Иногда крови настолько много, что возникает именно такое ощущение, как будто она идёт вместо мочи.

Иногда гематурия может протекать безболезненно, но чаще всего сопровождается сильной болью внизу живота.

Причины могут быть самыми разными, включая заболевания почек и мочевыводящих путей. У мужчин это также может быть связано с заболеванием простаты.

Я прокрутил всё это в голове за пару секунд, чтобы набросать план действий.

— Пойдёмте, — первым выходя из купе, сказал я проводнице.

Мы подошли к туалетам в конце вагона, и она указала мне на запертую дверь.

— Он мне так и не открыл, — призналась женщина.

— Мужчина, я лекарь, откройте мне дверь, чтобы я смог вам помочь, — решительно постучав в дверь, заявил я.

— Я скоро умру, вы ничем мне не поможете! — раздался голос с той стороны.

Я отчётливо почувствовал его страх, переходящий в панику.

Страх — очень интересное явление. Это чувство отключает разумное мышление человека и активирует его инстинкты. Никто никогда не может предсказать, как именно он проявит себя в определённой ситуации.

Но закономерность в реакциях всё же есть. Это связано с психотипом человека. Благодаря занятиям с Константином Евгеньевичем я научился насылать эмоции на человека и заменять одни эмоции другими. Но пока силы были развиты недостаточно, провернуть такое я мог только на людях со слабым характером.

Такие люди, испытывая страх, инстинктивно замирали. Эта реакция называется «замри».

У людей с сильным характером инстинктивно возникает реакция «бей». Такие люди в ответ на стресс и страх испытывают гнев, с его помощью защищая себя.

У некоторых людей в ответ на страх возникает реакция «беги». Избегание любой опасности, чтобы опять-таки обезопасить себя.

Все люди, на которых я специально нагонял страх, отвечали на него реакцией «замри» или «беги». Очень сильно пугались и слушались беспрекословно моих дальнейших указаний.

Но я не знаю, как поведёт себя этот мужчина. Да и к тому же я не могу активировать свою психологическую магию через закрытую дверь. Пока что мои навыки можно применять, только видя пациента перед собой.

Так что нужно успокоить его словами.

— Как вас зовут? — спросил я через дверь.

Важно установить контакт с пациентом, а для этого первый шаг — называть его по имени. Ему будет проще слушать меня, если я не буду обращаться к нему просто «мужчина».

— Филипп Фёдорович, — чуть помедлив, ответил мужчина.

Контакт установлен, уже хорошо.

— Филипп Фёдорович, вы не умрёте, — спокойно проговорил я. — Я помогу вам. Всё, что вам сейчас нужно сделать — это открыть мне дверь.

— Вы точно лекарь? — снова чуть помедлив, спросил он.

— Точно, врать о таком было бы глупо, — заверил его я.

За дверью воцарилось молчание, а через пару мгновений раздался звук открытия двери. Конечно, изначально можно было взять универсальный ключ и открыть дверь самостоятельно. Но это бы морально травмировало и напугало пациента. Я же смог установить с ним доверительный контакт и немного успокоить.

Мужчине на вид лет сорок. Бледный, испуганный, но, тем не менее, старающийся держаться достойно. На унитазе поезда были ещё видны брызги крови.

— Вы сможете пройти до вашего купе, Филипп Фёдорович? — мягко спросил я. — Там вы сможете прилечь, и я окажу вам всю необходимую помощь.

— Боль сильная, — поморщился он. — Постараюсь.

Поддерживаемый мной, он добрался до своего купе. Благо оно оказалось недалеко от туалетов.

Испуганная проводница метнулась за нами, не зная, что ей делать.

— Я здесь разберусь, — сказал я ей. — Лучше оставьте нас наедине.

Я помог мужчине прилечь на диван и тут же активировал диагностическую магию. Жизненные потоки считались моментально. Ага, вот и проблема: камни в мочевом пузыре.

Мочекаменная болезнь — одно из частых заболеваний мочеполовой системы. Камни в мочевом пузыре могут быть первичными, которые в нём же и образовались, или вторичными, которые образовались в почках и мочеточниках и спустились в мочевой пузырь.

Часто камни возникают из-за каких-либо других заболеваний. У мужчин, например, из-за аденомы простаты. Что как раз и произошло в этом случае.

Симптомом такого заболевания прежде всего является боль. Она тянущая и интенсивная, и усиливается во время мочеиспускания. Это возникает из-за того, что во время мочеиспускания камень начинает двигаться, травмируя стенки мочевого пузыря и мочеиспускательного канала, если он уже попал туда.

От этого возникает и следующий симптом — гематурия, то есть кровь в моче. Если камень больших размеров, то он может вовсе перекрыть мочеиспускательный канал, и тогда возникает задержка мочеиспускания.

В случае с Филиппом камень как раз попал в мочеиспускательный канал. Но был небольшого размера, поэтому острой задержки не произошло. А вот травматизация стенок канала случилась довольно сильная.

Лечение мочекаменной болезни может быть либо консервативное, либо хирургическое. Хирурги легко решают эту проблему, просто прооперировав пациента и достав камни.

Если же размеры их небольшие, то их растворяют алхимическими препаратами, и они в виде песка выходят естественным путём. В любом случае также назначается отвар чаги, чтобы избежать вторичного инфицирования.

Хирургической магией вылечить пациента сейчас не смогу. Как минимум потому, что эту ветвь магии я до сих пор не прокачал. И потому что мы в поезде, а не в больнице. А значит, надо воздействовать лекарской магией, которая развита у меня довольно хорошо.

Такой трюк мне предстояло сделать впервые. Лечебная магия была довольно сильной благодаря перенесённому опыту прошлого «меня». Именно по этой причине я умел лечить самой магией, а ведь это навык только продвинутых лекарей. И сейчас я намеревался воздействовать этой магией как ударной волной, чтобы размельчить камень.

В виде песка он всё равно должен выйти при мочеиспускании. Это будет неприятно, но придётся Филиппу это пережить. Обезболивающих поблизости нет.

Я активировал лекарскую магию и раздробил все имеющиеся камни. И подлечил все повреждения, которые камни уже успели нанести. Не вылечил до конца, на это бы не хватило магического запаса. Остатки надо будет лечить организму самостоятельно.

Ещё можно было бы попробовать тот метод, которому нас обучал Александр Сергеевич в тайном клубе. Но здесь тоже есть нюансы, метод специфический, и мной до конца ещё не проверен. Рисковать я не стал.

— Стало как будто бы легче, — произнёс Филипп Фёдорович. — Вы всё вылечили?

— Не совсем, — отозвался я. — У вас имеется хроническое заболевание, называющееся аденомой простаты. С ним лучше встать на учёт в любом лечебном учреждении, чтобы лекарь мог его контролировать. Оно хроническое и полностью не лечится.

— Об этом я знаю, уже стою на учёте, — кивнул он. — А как это связано с кровью?

— Из-за аденомы простаты в мочевом пузыре образовались камни, — объяснил я. — И эти камни начали травмировать стенки мочевыводящих путей. Сейчас я эти камни раздробил до состояния песка, который выйдет при следующем мочеиспускании. Это будет неприятно, но далеко не так, как было только что.

— И крови больше не будет? — спросил мужчина.

Кажется, больше всего его напугало именно это. Гематофобия — патологический страх крови. Даже сейчас при мыслях об этом у него снова поднимался уровень тревоги.

На то, чтобы избавить его ещё и от психологической проблемы, сил уже нет. Этим ему придётся заниматься самостоятельно.

— Крови больше не будет, — заверил его я. — Я бы ещё посоветовал вам посетить психолога, чтобы разобраться с вашей боязнью крови.

— Давно пора, — согласился Филипп Фёдорович. — А мне всё некогда здоровьем заниматься.

— Очень зря, здоровье у человека только одно, — серьёзно сказал я и достал из кармана блокнот с ручкой, затем сделал несколько записей. — Вот здесь я также написал препараты, которые стоит принимать. Отвар из тысячелистника и полевого хвоща вы, наверное, и так принимаете. Здесь ещё отвар чаги.

— Всё понятно, — кивнул мужчина. — Спасибо вам. Я испугался, что умираю.

Он пожал мне руку, и я отправился в своё купе. Не знаю, какие из рекомендаций он в итоге выполнит, но жизни его ничего теперь не угрожает. Я сделал всё, что в моих силах.

До прибытия в Москву оставалось два часа, и их я всё-таки выделил на сон. Чтобы хоть как-то восстановить силы.

В семь утра наш поезд прибыл на Николаевский вокзал Москвы. Это был прямо-таки брат-близнец нашего вокзала, их строили идентичными.

Зато и заблудиться было невозможно. Олимпиада начиналась и у меня, и у Софии в девять, и мы решили сразу же отправиться в Московскую академию.

Разница с Петербургской лекарской академией была заметна сразу. Московская занимала огромный район, гораздо больший по площади, чем все наши корпусы. Все здания выглядели более величественными, большими и роскошными.

— Нам куда идти? — озираясь по сторонам, растерянно спросила София.

— Мне в корпус лечебного факультета, а вам в корпус психологического, — ответил я. — Тут везде указатели, не заблудимся.

— Мне нужно отойти по некоторым делам, — торопливо сказала Варвара Александровна. — Я потом найду вас.

Не дожидаясь ответа, она тут же куда-то убежала. Сомнений быть не может, пошла выяснять что-то по своей основной миссии.

— Ох, ещё и Варвара Александровна ушла, — расстроилась София. — Я и так нервничаю.

— Всё в порядке, я вас провожу, — успокаивающе сказал я. — Время ещё есть, так что доведу до вашего корпуса, а затем уже отправлюсь на свою олимпиаду. И договоримся, где встретимся после.

Поплутав по территории, мы отыскали корпус психологов, и я довёл девушку до самых дверей. Договорились после олимпиады встретиться как раз напротив этого корпуса. А затем я отправился в здание лечебного факультета, которое заприметил ещё по дороге.

Участников олимпиады по общему лекарскому делу было всего десять человек. Несколько представителей из других городов Российской империи, где тоже находились лекарские академии. И сразу трое участников от Московской академии.

Уже это было странным, ведь заявлялось по одному участнику от каждого учебного учреждения, а их в империи было гораздо больше. Но на этом странности только начались.

— Господа, всем доброе утро! — громко произнёс мужчина в строгом костюме. — Меня зовут Вадим Петрович Старцев, и сегодня у вас пройдёт второй этап олимпиады по общему лекарскому делу.

Участники громко зааплодировали, и мужчина выждал несколько мгновений.

— Суть этого этапа очень проста, — продолжил Вадим Петрович, когда аплодисменты стихли. — Каждый из вас получит по одному пациенту. Нужно правильно определить его диагноз и расписать лечение. Предупреждаю, вам может попасться как обычное, так и магическое заболевание.

На этот раз никаких аплодисментов не раздалось. Все участники выглядели шокированными. Все, кроме участников от Московской академии.

— Как это связано с общим лекарским делом? — подняв руку, спросил я. — Такие задания приемлемы, например, для олимпиады по сердечно-сосудистым заболеваниям. Или любым в этом роде. А на общем лекарском деле мы изучаем общие принципы лекарской магии, способы её передачи и прочее.

— И лично у нас в академии магических заболеваний в принципе не было, — добавил один из участников. — Приказ недавно вышел, и нам даже преподавателя ещё не нашли.

Стало ясно, что в знаниях о магических заболеваниях и будет преимущество у москвичей.

— А у нас этот предмет ввели только для третьих курсов, я же уже на шестом, — проговорил третий участник.

Что ж, вся эта олимпиада с самого начала казалась мне подозрительной. Но такого я точно не ожидал. Прийти на один предмет и выяснить, что требуют от тебя совершенно других знаний!

Да вообще вся суть задания очень походила на один из выпускных экзаменов из лекарской академии!

— Регламент установлен не мною, — заявил Вадим Петрович. — Это необязательное мероприятие, и если вы не хотите участвовать — то спокойно можете покинуть олимпиаду. Грамоту за участие вам всё равно вручат.

Уж не на это ли он и рассчитывал с самого начала? Что-то подсказывает мне, что именно так всё и было.

— Что полагается за первое место? — снова поинтересовался я.

Обычное дело для таких олимпиад. Например, победителей на олимпиаде по алхимии отправляют на стажировку в лабораторию на осенних каникулах. Это обычно делается для того, чтобы ещё больше стимулировать студентов на обучение.

— Победителю мы и расскажем, — отрезал Вадим Петрович. — Ещё вопросы будут?

— Будут, — усмехнулся я. — Я требую пересмотра регламента олимпиады. Вы не можете предоставлять нам клинические случаи с магическими заболеваниями. Закон об обязательности этого предмета ввели буквально неделю назад. И если студенты Московской академии до этого изучали данную тему тайно…

— Эй, что вы хотите сказать? — возмутился один из студентов, как раз из Московской академии.

— Если студенты у вас изучали эту тему внеурочно в качестве дополнительного предмета, то это не даёт им право диктовать такие условия для остальных участников олимпиады, — не обращая на него внимания, договорил я. — Можете предоставлять своим студентам каких угодно пациентов, но для всех остальных приемлемы только обычные заболевания.

— Вы не можете диктовать условия проведения олимпиады, — заявил Вадим Петрович.

С одной стороны, он был прав. А с другой… я не собирался сдаваться.

— Могу доложить в организацию лекарей о ваших условиях, — парировал я. — Давайте не будем доводить до такого.

В таком случае всю олимпиаду вовсе могут посчитать недействительной.

— Мне надо переговорить с начальством, — после короткого размышления заявил он. — Олимпиада откладывается на пятнадцать минут!

Он поспешно вышел куда-то в другое помещение. Интересно, с кем он там пошёл разговаривать? Наверное, с администрацией академии. Что ж, пускай, им всё равно придётся согласиться на это. Ведь я ручался за свои слова.

И если Министерство Магического Образования обратит внимание на этот случай, то олимпиаду всё равно придётся проводить заново. Но уже под их контролем.

За свою репутацию москвичи боятся очень сильно, это я понял уже давно.

— Спасибо вам, что решили восстановить справедливость, — подошёл ко мне один из участников. — Мы все подумали о том же, но никто не решился так в открытую это заявлять.

— Все меня поддержали, этого достаточно, — улыбнулся я. — Думаю, они согласятся на такие поправки в регламенте.

Вернее, у них всё равно нет особого выбора. Министерство Магического Образования диктует строгие условия для проведения подобных мероприятий. И москвичи могут отказаться только в том случае, если у администрации есть связи в самом Министерстве. А так ли это, мы скоро узнаем.

— Странно, что они в принципе придумали такое задание, — произнёс студент. — На первом этапе у нас просто был тест и демонстрация практического навыка.

— Как и у нас, — подтвердил я. — Вероятно, они пытаются нас завалить.

Но для чего? Сомневаюсь, что дело только в репутации. Скорее всего, дело в чём-то ещё. И не исключено, что виной тому может стать постоянное соперничество наших учебных заведений.

— Чтобы победил кто-то из их академии, — шёпотом добавил собеседник. — И это происходит не только с этой олимпиадой. Московская академия что-то задумала.

В этот момент к нам вернулся Вадим Петрович, и наш разговор резко прервался.

— Мы обсудили условия олимпиады, и в качестве клинических случаев будут использоваться только пациенты с обычными заболеваниями, — заявил мужчина. — Но нам требуется дополнительное время, чтобы подобрать нужное количество пациентов. Пока что вы все можете быть свободны, встречаемся здесь же в одиннадцать утра.

После этого выступления он покинул комнату. А я заметил, как зашептались между собой участники из Московской академии. Наверняка недовольны новым поворотом событий.

Я разговаривать ни с кем не хотел и вышел немного прогуляться.

— Николай! — сразу же поймала меня на улице Варвара Александровна. — Как олимпиада, уже всё?

— Нет, начало отложили на час, — удивлённо ответил я. — Всё в порядке?

Выглядела женщина очень взволнованно, потому я и задал этот вопрос.

— Не совсем, — она сделала два вдоха и выдоха, чтобы успокоиться. — Дело в том, что Московская академия пытается завалить всех участников из других академий. Но это ещё не всё. Таким образом, они пытаются показать слабость образования в других лекарских заведениях. А в нас, то есть в Петербургской академии, они видят самую большую угрозу. Поэтому они подали иск, и поэтому…

— Варвара Александровна, — я мягко тронул женщину за плечо, чтобы она успокоилась, — зачем им всё это?

— Они хотят упразднить все лекарские академии, — чуть успокоившись, произнесла она. — Сделать их филиалами Московской. Понимаете?

То, о чём она говорила, было очень странно. Пока непонятно, чем конкретно это грозило всей системе лекарского образования.

Программа обучения у всех одна, но каждая академия всё равно имеет собственные фишки в преподавании.

Изначально я думал, что Московская академия настроена только против нашей, но дело оказалось куда масштабнее.

И скорее всего, дело здесь в материальной выгоде. Руководство сможет стать ещё богаче, чем сейчас. Так я предполагал.

— А зачем им всё это? — спросил я у Варвары Александровны.

Может, у неё на этот счёт есть другое мнение.

— Вот этого не знаю, — призналась она. — Но мне всё это не нравится. Они подали иск на нашу академию. Я не могу разглашать суть.

— А сами вы разве не пытались изначально устроиться именно в эту академию? — спросил я.

— А вы как догадались? — удивилась Варвара Александровна. — Впрочем, неважно. Не совсем так, мы с братом с самого начала хотели именно в вашу академию. А в Московскую ездили на разведку. Я не могу разглашать детали.

Женщина слегка смутилась.

— Понятно, — кивнул я. — Мне пора возвращаться на олимпиаду.

— Я вам не сказала! — спохватилась она. — Всё моя рассеянность. Вам не нужно туда идти. Всё равно вы не сможете её выиграть. Только подтвердите, что наша академия не в состоянии дать достойное образование. Я уже предупредила Софию, и она ждёт нас в ресторанчике неподалёку. А я…

— Всё равно буду участвовать, — прервал я её. — Мне плевать на все их условия. Я смогу показать, что образование у нас самое достойное.

Не дожидаясь больше возражений, я развернулся и ушёл назад в корпус. Кое-что во всей этой ситуации начало, наконец, проясняться.

Но непонятно, зачем в принципе Московская академия всё это задумала. Неужто только ради денег и контроля над обучением будущих лекарей?

Ответ на этот вопрос в следующую же секунду мне услужливо подсказало новое всплывшее воспоминание. После того случая в приюте Красного креста я больше не испытывал подобного и даже уже решил, что вспомнил всё, что можно.

Но оказалось, нет. В моём воспоминании и заключался ответ на мучивший меня вопрос. В конце этого учебного года сам император Российской империи, Николай Третий, должен объявить о лучшей лекарской академии империи. И этой академии будет осуществляться всевозможная поддержка.

В моём воспоминании лучшей стала Московская академия. Но в этот раз она словно решила действовать более агрессивно. Как будто чувствует в нас более сильную угрозу, чем в моём прошлом проживании этой жизни.

Это, кстати, объясняет её желание упразднить остальные академии по всей империи. Тогда априори лучшей станут они сами, а точнее, их главный филиал в Москве. Сложные интриги… Видимо, обещали настолько большую финансовую поддержку, что москвичи пошли на подобные меры.

Но ничего у них не выйдет. По крайней мере, не со мной. Варвара Александровна решила, что лучшим вариантом будет вообще не принимать участия в олимпиадах. Якобы если мы не будем участвовать, то и не покажем некачественное образование.

Но я с этим не согласен, это было бы признаком трусости. А я выступлю. И выиграю.

— Господа, все пациенты найдены, так что снова могу объявить о начале олимпиады, — проговорил Вадим Петрович. — Отвечать вы будете по одному. Я буду вызывать вас по своему списку, вы получаете пациента и у вас десять минут на диагностику, установку диагноза и определение лечения. Всё понятно?

Все дружно закивали, и олимпиада началась.

Первыми отвечать позвали трёх студентов из Московской академии. Ну разумеется, это явно не просто так. Их наверняка проинформировали заранее о диагнозах.

Но на это я уже никак не повлияю, поэтому остаётся просто ждать своей очереди.

Ждать пришлось долго, меня вызвали последним.

Вместе с Вадимом Петровичем я зашёл в другую комнату, где меня ожидала молодая женщина.

— Ваше время пошло, начинайте, — произнёс Вадим Петрович.

Я подошёл к женщине и сел напротив неё, на специально отведённый для участника олимпиады стул.

— Добрый день, — кивнул я. — Как вас зовут?

— Вы правда будете тратить время на подобные вопросы? — тут же влез Вадим Петрович.

— Вы правда будете мне мешать таким образом? — парировал я. — У меня есть десять минут, вы сами сказали. И за это время я могу делать всё, что захочу.

Вадим Петрович кинул на меня какой-то злобный взгляд, но больше ничего не сказал.

— Татьяна Сергеевна, — тихим голосом, полным смущения, представилась женщина.

— Я сейчас просканирую вас диагностической магией, — проговорил я. — Вы ничего не почувствуете, не волнуйтесь.

Она кивнула, и я вытянул вперёд правую ладонь. Просканировал всё её тело, от головы до ног, и не нашёл ни одного патологического потока.

Стоп, как такое может быть?

— Что вас беспокоит? — решил поинтересоваться я.

Возможно, что-то упускаю?

— Суставы часто болят, — Татьяна отвечала как-то странно, будто механически. — Иногда повышается температура. Иногда голова болит. Тошнит.

Перечисляет все симптомы, которые ей придут в голову. При этом положение у неё спокойное, цвет лица в норме, никакой температуры нет.

Может, это ипохондрия? Один такой случай уже был в моей практике.

Пока она продолжала перечислять свои якобы «симптомы», я активировал психологическую магию и проверил женщину. Нет, тоже ничего. Разве что какое-то сильное волнение. Но это может быть и из-за неловкости. Не все любят, когда их осматривают студенты лекари.

Я ещё раз активировал диагностическую магию и более тщательно просканировал пациентку.

Этого не может быть… Она совершенно здорова!

Глава 13

Удивился я здоровью женщины не просто так. Нам чётко озвучили задание, нужно установить диагноз и расписать лечение. А мне попалась абсолютно здоровая пациентка.

Это явно была проверка. Многие лекари говорят, что абсолютно здоровых людей не бывает. И всегда можно найти какое-то, пусть даже незначительно, заболевание.

Но я с этим согласен не был. И передо мной сидит доказательство именно моей точки зрения, женщина здорова. Я не чувствую ни одного патологического потока. Даже самого незначительного.

И зачем-то она попыталась меня запутать, озвучивая явно несуществующие симптомы. Видимо, и волнение у неё было именно из-за этого, ей дали такое задание — обмануть студента на олимпиаде.

— Николай, вы уже готовы озвучить диагноз? — поинтересовался Вадим Петрович.

— Готов, — кивнул я. — Пациентка абсолютно здорова.

— Вот как? — вскинул он брови. — Вы утверждаете, что все симптомы, которые она перечислила — это показатели здорового человека?

А он решил до конца стоять на своём, интересно.

— Я утверждаю, что все эти симптомы женщина придумала, — спокойно сказал я. — Правда, не знаю, зачем.

— Вы не можете это утверждать, — заявил Вадим Петрович. — Вы же не умеете читать мысли.

Вообще-то, умею, но не будем сейчас об этом. Я решил провернуть другой трюк, чтобы завалить меня точно не получилось.

А именно: кратковременно усилил волнение пациентки. Это было для неё абсолютно безвредно, так как одновременно с этим я с помощью психологической магии обеспечил ей постепенное успокоение. То есть она будет переживать гораздо сильнее, а затем успокоится.

Она здесь, скорее всего, ни при чём, и незачем мне оставлять её в таком состоянии.

— Молодой человек прав, я всё придумала, — не в силах больше справиться с волнением, выпалила она. — Мужчина из вашей администрации велел мне придумать всевозможные жалобы. Якобы это должно было запутать студента. Но я больше не могу врать!

— Всё в порядке, — успокоил я её. — Вы всё сделали правильно.

А затем повернулся к Вадиму Петровичу.

— Как я и сказал, Татьяна Сергеевна абсолютно здорова, — констатировал я. — Если от меня требуется что-то ещё, могу дать несколько советов по здоровому образу жизни.

— Нет, больше ничего не требуется, — сквозь зубы проговорил мужчина. — Ответ абсолютно верный. Возвращайтесь в зал и ожидайте результатов.

Я коротко поклонился женщине и покинул комнату.

Примерно через двадцать минут организатор олимпиады снова вышел в общую комнату для оглашения результатов.

— Господа, олимпиаду придётся провести в два этапа, — заявил он. — По результатам первого этапа сразу три человека набрали одинаковое, максимальное количество баллов. Это студенты Московской академии, Тараканов Илья и Петров Антон. И студент из Петербургской академии, Аверин Николай.

Третьего студента из Московской академии решили, видимо, слить. Но это и неважно. Уверен, если бы я не прошёл первый этап, то никакого второго бы не существовало. Просто выбрали бы одного из трёх победителей, и всё. А я спутал им все планы.

— Так как изначально по регламенту олимпиады такой ситуации не было предусмотрено, объявляется двухчасовой перерыв, — сказал Вадим Петрович. — Для сбора нашей комиссии и проработки дальнейших заданий. Остальные участники могут быть свободны, грамоты за участие вы можете получить у моего помощника.

Он тут же вышел из комнаты, а студенты из Московской академии устремились за ним. Что ж, если я хочу выиграть в этой олимпиаде, на втором этапе мне нужно превзойти их. Даже если они будут осведомлены о задании заранее.

Ко мне подошёл тот студент, с которым мы разговаривали перед олимпиадой.

— Поздравляю вас с прохождением на второй этап, — проговорил он. — Но мне кажется, что вам не дадут победить так просто.

— «Просто» ничего не бывает, — усмехнулся я. — Могу я поинтересоваться, какое у вас было заболевание?

— Сахарный диабет, — ответил он. — Запутался в лечении, мы ещё не проходили подобных заболеваний в академии. Я только на четвёртом курсе, а такие заболевания изучаются на пятом. А у вас какое?

— У меня была здоровая пациентка, — решил сказать правду я. — Такая своеобразная проверка.

— Нечестно с их стороны. Если бы такое досталось мне — я бы запаниковал и не смог поставить правильный диагноз, — признался студент. — Даже рад, что не прошёл дальше. Не представляю, что они попросят сделать на втором этапе. Но вам желаю удачи!

— Спасибо, — кивнул я.

Перерыв решил использовать, чтобы дойти до ресторана, где меня дожидались София и Варвара Александровна. Да и пообедать уже не помешало бы, завтракал я ещё в поезде, а значит — довольно давно.

Я быстро нашёл нужное заведение, а в нём и столик, за которым сидели взволнованные женщины.

— Николай, ну как всё прошло? — сразу же накинулись они на меня.

— Объявили о втором этапе, будет через два часа, — ответил я. — Пока что есть время пообедать.

Собеседницы уставились на меня с изумлением.

— У вас ещё и аппетит есть? — почти хором спросили они.

— Обед по расписанию, — пожал я плечами, просматривая меню.

— Николай, — осторожно начала Варвара Александровна. — Может, лучше отказаться от второго этапа? Зачем вам это, только лишний раз нервы себе трепать.

«И мне» — читался в её словах скрытый подтекст. Она всерьёз за меня волновалась.

— Я должен победить на олимпиаде. Это испортит все планы Московской академии. И будет больше времени придумать, что делать дальше, — ответил я.

— Ох, не знаю, как вы сохраняете спокойствие, — проговорила София. — Я со своей олимпиады и сама бы сбежала, но меня Варвара Александровна забрала. Нам там просто невыполнимое задание озвучили! Только позориться зря.

— Вы всё сделали правильно, вам нечего лишний раз волноваться, — ответил я. — Для молодой женщины стресс — это очень вредно.

Ко мне подошёл официант, и я заказал солянку и винегрет. За прошедшие сутки поспал всего пару часов и сейчас потратил довольно много энергии, сканируя женщину. Поэтому силы надо было срочно восстановить.

— Если вы правда сможете победить, это действительно повлияет на их планы, — задумчиво проговорила Варвара Александровна, когда я приступил к еде. — Как минимум они не смогут объявить о некачественности нашего образования. Учитывая и ваши другие заслуги, это очень хороший ход. А если мне ещё и удастся разобраться с их иском, ситуация кардинально улучшится.

— На это и рассчитываю, — кивнул я. — Главное, чтобы олимпиада не затянулась слишком надолго. Обратный поезд у нас уже в семь вечера.

И я, скорее всего, не успею пройтись по алхимическим магазинам, как собирался заранее. Но это мелочи, для этого можно и отдельную поездку потом будет устроить.

— Вам меня не обязательно ждать здесь, — добавил я. — Погуляйте по городу, пока выдалась такая возможность.

— Ну нет, я точно вас дождусь, — тут же заявила София. — Этот город мне уже совсем не нравится.

— Я тоже дождусь, — кивнула Варвара Александровна. — У меня ещё кое-какие дела, но потом вернусь сюда.

— Хорошо, — пожал я плечами. — Тогда я пошёл на второй этап.

— Удачи! — хором крикнули дамы.

Я коротко им поклонился и отправился назад в корпус. Уже складывается ощущение, что эта олимпиада будет длиться целую вечность.

На этот раз нас собралось четверо: трое участников и заметно нервничавший Вадим Петрович.

— Итак, мы посовещались и продумали задания для второго этапа, — заявил он. — Вам также будет предоставлен пациент и пять склянок с различными настойками без этикеток. Вам нужно будет установить диагноз и выбрать подходящий препарат для лечения из имеющихся.

«Врагу не сдаётся наш гордый 'Варяг», как поётся в песне, посвящённой великой Русско-Японской войне. И я не сдамся, даже несмотря на то, что условия второго этапа ещё сложнее, чем первого.

Но тут они просчитались. Ведь алхимию я знаю превосходно, это всегда был мой любимый предмет. Да и работа в алхимическом магазине не прошла бесследно. Так что я легко узнаю нужную настойку по цвету, запаху, консистенции.

Мне достался пациент с хроническим гастритом. И из предложенных настоек я легко выбрал настойку из мяты, корня солодки и укропа. А затем рассказал и про другие настойки, которые могут помочь в лечении этого диагноза. И дал рекомендации по питанию.

В общем, победа во втором этапе олимпиады оказалась за мной. Как не прискорбно было это провозглашать Вадиму Петровичу.

— Поздравляю вас, Николай, — выдавил он из себя. — Вы стали победителем олимпиады по общему лекарскому делу, проводимой среди всей Российской империи. И получаете доступ к тайной библиотеке вашего города, длительностью на год!

Неожиданно! Подобные места есть в каждом крупном городе нашей Российской империи. Это не просто обычные библиотеки, подобные тем, что в академии. Это совершенно другой уровень.

Доступ в такие места был строго по пропускам. Так что далеко не все аристократы могли в неё попасть. Там хранилось колоссальное количество старых изданий, книг, статей. Древние болезни, рецепты запрещённых алхимических препаратов.

Я знал об этой библиотеке, но даже и не думал, что смогу туда когда-нибудь попасть.

Но радовало меня не только это, но и сам факт победы на олимпиаде. Сколько бы мне не пытались вставлять палки в колёса, я всё равно добился своего. И очень помог своей академии.

Получив специальный магический пропуск и грамоту за первое место, я снова вернулся в ресторан. София и Варвара Александровна ждали меня за тем же столиком.

— Первое место, — объявил я, как только подошёл к ним.

— Поздравляю! — первой отреагировала София. — Николай, это чудесно!

— Вы серьёзно? — не поверила Варвара Александровна. — Я была уверена, что Московская академия ни за что не отдаст победу участнику из другого города.

— Серьёзно, — кивнул я и продемонстрировал диплом. — У них не было выхода.

— Тогда тоже присоединяюсь к поздравлению, — проговорила женщина. — Это очень здорово!

— Может, отметим? — спросила София. — Я бы с радостью съела какой-нибудь десерт!

— Не успеем, поезд уже через час, — взглянув на часы, сказал я. — Олимпиада затянулась на весь день.

— Ну потом отметим, уже в родном городе, — не унималась девушка. — Обязательно!

София и Варвара Александровна собрались, и мы отправились на вокзал. В итоге поездка вышла совсем не такой, как я представлял. Вместо участия в олимпиаде и прогулке по городу я оказался вплетён в целую сеть каких-то интриг. Из которых вышел победителем.

Ещё и с доступом в тайную библиотеку Санкт-Петербурга, куда мне уже не терпелось попасть.

Кстати, в воспоминаниях об этом ничего не было. Наверное, потому что в первом варианте моей жизни я и не участвовал в подобных мероприятиях. Забавно проживать свою же жизнь повторно, но по другому сценарию.

Обратная дорога прошла без приключений, и уже в одиннадцать вечера мы были в Санкт-Петербурге. На следующий день мне снова предстояло сутки дежурить в магазине, а потому я добрался до общежития и сразу же отправился спать.

Утром в воскресенье пошёл в наш магазин. В планах было проэкзаменовать Павла Алексеевича, чтобы окончательно утвердить его в штат сотрудников. А следовательно, и внести корректировки в расписании.

Кроме того, я отметил себе несколько дополнительных позиций для закупок, когда сидел за книгами перед поездом.

Так что дел накопилось много, и пора было их решать.

— Доброе утро, Николай Владимирович! — бодро поздоровался Сергей, когда я появился в магазине. — Покупателей стало в разы больше после рекламы. Надо срочно закупать новые препараты, раскупают всё очень хорошо. И без рецептов многие стали приходить, у вашего отца вчера было много работы.

— Павел Алексеевич, а вы ему вчера не помогли? — нахмурился я.

— Выходной он мне вчера дал, Николай Владимирович, — оправдался тот. — Я пока стажируюсь, каждый день сюда прихожу. Подустал немного.

— Понял, — кивнул я. — Сегодня я проведу вам экзамен, и если всё пройдёт хорошо — окончательно оформим вас как сотрудника. И составлю график уже с учётом ваших смен.

— Отлично, — обрадовался тот. — Я готов!

Сергей показал мне список всех недостающих позиций, и я устремился в кабинет, оформлять новый заказ.

— Николай Владимирович, — заглянул ко мне в кабинет продавец. — Там женщина пришла, без рецепта. Её Павлу Алексеевичу принять?

— Пусть принимает, а я посмотрю, — вставая из-за стола, распорядился я. — Зачту ему это за экзамен, если всё сделает правильно.

Я вышел в торговый зал и принялся наблюдать за новым лекарем-консультантом. Подход к покупателям у него отличался, к каждому он старался найти нужные слова и действия.

Так что в его навыках работы с людьми я не сомневался.

— Добрый день, прекрасная леди, — поздоровался Павел Алексеевич с посетительницей. — Что вас беспокоит?

— Добрый день, — явно с трудом кивнула она. — Голова очень сильно болит. Мучаюсь от этого уже не первый месяц. Лекари все руками разводят, говорят, что я абсолютно здорова. А мне уже сил нет терпеть!

Интересный случай! Одновременно с Павлом Алексеевичем я тоже активировал диагностическую магию и просканировал женщину. На этот раз патологический импульс удалось поймать не сразу, а только через несколько минут. Наверное, в этом причина того, что ей не могли поставить правильный диагноз.

Мигрень. Заболевание, проявляющееся приступами головной боли. Причины до сих пор не выявили. Как не нашли и способы лечения. Провоцировать подобные головные боли может стресс, физическое напряжение или голод. Головные боли при таких приступах обычно давящие и захватывают одну половину головы. Каждый приступ проявляет себя по-разному.

Для лечения применяют обезболивающие настои. Таких препаратов в ассортименте имелось несколько. Самый популярный — настойка из коры белой ивы. Кроме неё применяют настойку розмарина, душицы и перечной мяты.

Но в случае с мигренью я обычно предпочитал настойку из травы пиретрума.

Я прокрутил всё это в голове и принялся наблюдать за действиями стажёра.

На постановку диагноза у него ушло больше времени, чем у меня.

— У вас мигрень, — спустя некоторое время констатировал Павел Алексеевич. — Это форма первичной головной боли. Заболевание довольно сложное, наверное, поэтому его не смогли вам диагностировать в поликлинике.

— Да у них там такие очереди, что я их понимаю, — слабо улыбнулась женщина. — Можно как-то убрать эту мигрень?

— Можно принимать во время приступов специальный препарат для снятия головных болей, — ответил Павел Алексеевич. — Заболевание вылечить нельзя, но приступы убрать можно. Возьмите настойку из травы пиретрума, принимать при приступах два раза в день.

— Точно поможет? — с надеждой спросила посетительница.

— Да, — серьёзно кивнул он. — При головных болях это лучшее средство.

Женщина с благодарностью кивнула и отправилась на кассу, а Павел Алексеевич гордо устремился ко мне.

— Вы справились на «отлично», — констатировал я. — С сегодняшнего дня официально принимаю вас в ряды наших сотрудников. Оформлю приказ и поставлю вас в расписание.

— Спасибо, — обрадовался он. — Хотя признаюсь, на старости лет было интересно побыть стажёром. И это помогало флиртовать с милыми старушками.

До сих пор не всегда понимаю, когда он шутит, а когда говорит серьёзно.

— Тогда сегодня отработаете уже первый день в качестве лекаря-консультанта, — распорядился я. — Я как раз решу все организационные вопросы.

Я оставил его в зале, а сам отправился в кабинет, готовить приказ о новом назначении. И заниматься расписанием.

Решил, что лекарь-консультант будет работать только в дневное время. На ночные смены персонала пока не хватает, так что по ночам пусть работает только продавец. За исключением тех смен, которые я оставил себе. Ведь я выполняю сразу две эти роли. А вот нагружать ночными дежурствами отца или пожилого мужчину мне не хочется.

И в идеале нам всё ещё не хватает обычного продавца в штат. Пока что на объявления никто не откликался, но теперь, после запуска рекламы, я надеялся, что ситуация изменится.

Внезапно мне в голову пришла ещё одна идея. Почему бы не открыть собственную лабораторию на базе нашего магазина? Такое редко практиковалось, так как в основном производством и разработкой лекарств занимались отдельные организации.

И это был другой вид бизнеса, как у отца Кирилла Уварова, например.

Но моих знаний может хватить на некоторые экспериментальные разработки. А затем также смогу отправлять работу в лицензированное учреждение для всех проверок. Надо будет об этом подумать.

Так как я принял в штат Павла Алексеевича и поставил ему сегодня первую смену, день у меня неожиданно освободился. И я решил провести его с семьёй. Там тоже накопились дела: передать конверт с частью денег, подпитать стража, да и просто увидеть родных.

Дома меня ожидал сюрприз, на террасе помимо отца сидел и мой старший брат, Андрей.

— Николай, рад тебя видеть! — первым заметил меня он. — А я вот решил родных навестить, а то совсем времени ни на что нет.

— Привет, Андрей, — улыбнулся я. — Та же история, дел много накопилось. Вот выбрался на пару часов.

— Сынок, здравствуй! — поздоровался отец. — Спасибо тебе за Захара. Он взял большую часть работы по дому, и жить стало ощутимо легче.

— Рад, если так, — кивнул я. — Ему год не надо платить, но я надеюсь, что и потом он у нас приживётся.

Я прошёл на террасу и сел рядом с ними.

— Отец, я заработал денег на одном из проектов, часть из них привёз вам, — проговорил я, протягивая конверт. — На нашу семью. Распорядись ими самостоятельно, на ремонт в особняке, на новых слуг — неважно.

— Спасибо, сын, — растрогался отец. — Не знаю, что бы мы без тебя делали.

— Заставили бы в итоге меня работать в магазине и заниматься семейным бизнесом, хотя это абсолютно точно не для меня, — усмехнулся Андрей, стоящий рядом.

Говорил он это не просто так. Во всех аристократических семьях было принято, что дело семьи наследует именно старший ребёнок. Да я и сам удивился, когда отец в итоге принял решение передать наш магазин мне.

Но Андрею никогда не были интересны семейные дела. В детстве я много времени проводил в нашей семейной лавке, в то время как брат предпочитал гулять с друзьями и развлекаться. Отец много раз пытался показать ему, насколько важно заниматься нашим делом, но всё было бесполезно.

Однако отец продолжал свои попытки. Он накопил достаточное количество денег, чтобы брату хватило на обучение в академии. В надежде, что там он полюбит алхимию и после академии займёт место отца. Но у Андрея пробудилась патологоанатомическая ветвь магии, а не лечебная, более для него подходящая.

Алхимию он так и не полюбил, все эти препараты и настойки казались ему скучными. И отец понял, что Андрей просто не предназначен для нашего семейного дела.

И я с ним согласен, пусть брат идёт своим путём. А магазином буду заниматься я, мне это нравится.

— Ты чего замолчал? — вывел меня из размышлений голос брата. — Опять думаешь о своих великих делах?

— Что-то вроде того, — усмехнулся я.

Мы ещё некоторое время посидели на террасе, делясь новостями. Затем отец и брат ушли в дом, а я задержался и подпитал стража.

Интересно получается, у моего брата как раз некротическая магия, а он не смог почувствовать его присутствия. То ли я настолько хорошо сумел его скрыть, то ли у Андрея недостаточно сильная магия.

Захара родители решили назначить дворецким. И с его появлением в доме стало даже как-то уютнее. Он взял на себя довольно много разных обязанностей, но со всеми справлялся.

Мы прекрасно посидели всей семьёй, и к восьми вечера я уехал назад в магазин. Андрей тоже не стал задерживаться дома, заявив, что у него ещё полно дел.

Ночное дежурство прошло довольно быстро, так как покупателей действительно стало больше. Это одновременно и выматывало, и не давало заскучать.

Утром я передал смену Василию и отправился в академию.

— Доброе утро, гроза московских олимпиад! — налетел на меня Владимир, когда я завтракал. — Ну что, рассказывай, как Москва?

— Я только академию там и видел, — усмехнулся я. — Ничего особенного, студенты и преподаватели.

— Слышал, ты там всех уделал и занял первое место, — сообщил друг. — Поздравляю!

— Спасибо, — кивнул я. — София уже доложила?

— У нас вчера был совместный обед, Маврины, Черновые, Елисеевы, — рассказал Владимир. — И София только и делала, что восхищалась тобой. Странно, что Максим ещё на дуэль тебя за это не вызвал.

— Один раз уже вызывал, ничем хорошим это для него не закончилось, — усмехнулся я.

Владимир собирался ещё что-то сказать, но внезапно к нашему столику подошёл Кирилл Уваров. Давно я его не видел.

— Нам надо срочно поговорить, — заявил он мне. — Давай выйдем.

Глава 14

Хм, интересно… Всё, что касалось Кирилла, ничем хорошим обычно не заканчивалось. Скоро его имя у меня начнёт ассоциироваться со словом «беда»!

О чём он собрался поговорить на этот раз? Сейчас и узнаем.

— Давай выйдем, — кивнул я.

— Николай, может, мне пойти с тобой? — настороженно спросил Владимир. — Проследить, чтобы этот… не спалил ничего больше.

Так друг напомнил мне случай на своём дне рождения, когда Кирилл умудрился поджечь шторы и устроить пожар.

Я тоже уверился, что от этого человека можно ожидать чего угодно. И стоит быть готовым к любой пакости.

— Не надо, — улыбнулся я. — Справлюсь.

Мы с Кириллом вышли на улицу и остановились возле общежития. Людей вокруг не было, и никто бы не смог нас подслушать.

— О чём ты хотел поговорить? — сразу спросил я.

Не хотелось растягивать разговор, у меня имелись и более важные дела.

— Меня обманули! — выпалил Уваров. — Я смог достать пропуск в «Пульс ночи». И побывал там в субботу вечером. И знаешь, что?

А, так он всё с этим клубом носится. Так, и что же ему там не понравилось?

— Слишком громкая музыка? — предположил я.

— Да при чём здесь музыка? — возмутился Кирилл. Выглядел он очень рассерженным. — Это просто какой-то ночной клуб для богатых детишек аристократов! Они там просто развлекаются. Понимаешь?

— Эм, нет, — ответил я. — Что не так-то? Ты изначально хотел попасть в этот клуб, и ты попал в этот клуб. И в чём суть твоих возмущений?

— Не прикидывайся, всё ты понял, — проговорил Уваров. — Мне сказали, что существует тайный клуб для обмена опытом. Для получения новых знаний. Для прокачки лекарских навыков, в конце концов. А в итоге я попал на какую-то вечеринку.

Значит, Владимир оказался прав. Кириллу в искажённом виде дошла информация о существовании тайного клуба. И он почему-то решил, что это обязательно должен быть известный клуб с закрытым посещением.

И оказался очень разочарован, когда не получил того, чего хотел.

Утечка информации о тайном клубе всё же произошла. Пока непонятно, кто источник слухов, но, похоже, я смогу выяснить это прямо сейчас.

— Во-первых, сбавь тон, — велел я. — Так можешь разговаривать с кем угодно, но не со мной. Во-вторых, не понимаю сути твоих претензий. Кто-то тебе что-то сказал, вот с ним и разбирайся. При чём здесь я? — пожал плечами.

— Мне сказали, что ты тоже состоишь в этом клубе, — уже гораздо более спокойным тоном ответил Кирилл. — И что все вопросы надо уточнять у тебя. И что ты и рассказал этому человеку про это место. И что…

— Кто тебе это сказал? — перебив его, в лоб спросил я.

— Он представился Алексеем, — растерянно проговорил Уваров. — Студент, кажется, шестикурсник. С короткими чёрными волосами, а под правым глазом у него родинка.

Довольно подробное описание. Что ж, это действительно был Алексей, член тайного клуба. Который не догадался даже назваться другим именем.

Пока всё звучит слишком просто… И это меня смущает, Кирилл легко выдал Алексея. Хотя наверняка Алексей не стал уточнять, что не стоит распространяться, чтобы распускать слухи. И, возможно, забыл добавить, что не стоит хотя бы выдавать источник. Это в случае, если Кирилл не врёт.

На Алексея я и думал изначально. Как он сам сказал, он состоит в этом клубе дольше всех нынешних участников. И наверняка считает себя выше нас всех по уровню.

А тут появился я, и с первой попытки у меня получилось овладеть «Эхом здравия». Что не получилось у самого Алексея.

Хотя зависть — не совсем та мотивация, ради которой предают общество, в котором состоят долгие годы. Там явно дело в чём-то ещё.

Да и вообще, он изначально был настроен как-то враждебно. Хоть и пытался это скрыть, общаясь со мной волне дружелюбно.

Напрямую говорить о существовании тайного клуба он не решился. Просто забросал Уварова намёками, которые тот понял совсем не так. Специально упомянул моё имя, чтобы все подозрения пали на меня. А для пущего эффекта ещё и отправил Олегу Николаевичу записку, что я распускаю эти слухи. Пока в моей голове сложилась такая картина произошедшего.

Алексей подстраховался со всех сторон, только Кирилл оказался неподходящим инструментом его плана. Даже забавно вышло.

— Кирилл, — спокойно проговорил я. — Я вообще не понимаю, откуда у тебя изначально взялась такая открытая неприязнь ко мне. Но это сейчас неважно. Важно, что я понятия не имею, о чём ты говоришь. Какой клуб, какие тайные знания? Я ничего такого не знаю и уж тем более не рассказывал об этом какому-то Алексею.

Можно было бы снова воспользоваться психологической магией и внушить Кириллу ещё и страх, но я не стал этого делать. Лучше постараюсь убедить его словами. Будет очень подозрительно, если Кирилл ни с того ни с сего начнёт испытывать страх. Да и в случае с ним нельзя знать наверняка, какая будет реакция.

— А почему же он тогда назвал твоё имя? — поинтересовался Уваров.

— Видимо, хотел, чтобы у тебя возник со мной конфликт, — пожал я плечами. — Меня многие знают, после побед на разных олимпиадах особенно. Может, это шутка неудачная, а может, попытка совершить какую-то подлость.

Кирилл несколько мгновений помолчал, внимательно вглядываясь мне в глаза.

— Ладно, — наконец проговорил он. — Извини, если мой тон показался грубым. Мне пора.

Он тут же развернулся и скрылся в общежитии. Ох, вот вряд ли он мне поверил. Практически уверен, что наоборот, не поверил. Но это пока что неважно.

Сейчас важно разобраться с самим Алексеем. Пока информация о клубе не просочилась дальше, и тайна не стала явной.

Я забежал к себе в комнату за учебниками и как раз увидел новый конверт, доставленный магической почтой. Ага, собрание тайного клуба сегодня. Очень вовремя, будем решать случившийся конфликт на месте.

Подхватив всё необходимое, я отправился на занятие по сердечно-сосудистым заболеваниям.

После зачёта, который мы сдавали придуманным Владимиром способом «конвейера», Сергей Александрович стал относиться к нам с большим уважением. Ещё бы, вся группа сдала зачёт просто превосходно, повысив и личные рейтинги, и рейтинг третьего курса.

Ко мне он вообще старался лишний раз не обращаться, лишь иногда кидал в мою сторону заговорщические взгляды. Чувствовалось, как ему нравилось иметь какую-то тайну и разделять её со мной.

В обед мне неожиданно позвонил Василий Иванович Колесов.

— Добрый день, Николай, — бодро проговорил он в трубку. — Готовы прочитать ещё одну лекцию?

Недавно я узнал, что чтение этих лекций кроме всего прочего ещё и прокачивает мой магический центр. Так что, разумеется, был согласен.

— Добрый день, готов, — ответил я. — Когда?

— В этот четверг, тоже в семь вечера, — ответил хирург. — Тему снова выбирайте сами. И ещё попрошу вас после лекции ничего не планировать, мне нужно с вами поговорить.

— Хорошо, — коротко ответил я.

Поговорить Василий Иванович пытался уже давно. Каждый раз он как будто бы собирался что-то сказать, но затем умолкал. Так что такое заявление было очень интересным.

Остаётся дождаться четверга. Почти наверняка уверен, что Колесов тоже каким-то образом догадался о наличии у меня ещё одной ветви магии. Если он предложит мне стать моим учителем — я не буду отказываться. Была уже пара моментов, когда эта магия могла мне пригодиться. Так что развить ещё и её — очень важное дело.

Но если я всё-таки прав, каким же образом он узнал мою тайну? Неужели остальные ветви магии как-то могут чувствовать опытные лекари? Пока что в литературе я не находил этому подтверждений.

Да тот же Константин Евгеньевич говорил, что создание персонального психологического коридора является достаточной маскировкой.

Думаю, ответ на этот вопрос я смогу найти в библиотеке, доступ в которую получил благодаря победе на олимпиаде. Осталось только выбрать время, чтобы её посетить.

После занятия по алхимии отправился на тренировку к Святославу. Тренировки патологоанатомической магии продолжались, я хотел в совершенстве овладеть всеми ветвями.

После нескольких часов упражнений мы разошлись, чтобы потом снова встретиться уже на собрании тайного клуба.

Наступал момент истины. Когда я зашёл в помещение, все остальные уже собрались.

Решительным шагом я вышел на постамент, где заседали преподаватели и взрослые члены клуба.

— У меня есть небольшое объявление, — громко сказал я. — Я знаю, что среди нас есть один человек, который распускает слухи о существовании «Тайного братства лекарей». Более того, в этом он решил обвинить меня, что привело к некоторым последствиям.

Я красноречиво посмотрел на Олега Николаевича, напоминая ему о том инциденте, когда он чуть не стёр мне память.

Все члены клуба выглядели удивлёнными, даже шокированными. Алексей тоже весьма мастерски изображал удивление.

— Слухи об этом дошли и до меня, — решил поддержать меня Олег Николаевич. — Кто-то решил подложить мне записку, обвиняя во всём Николая Аверина.

— И сегодня я узнал, кто является источником всех этих сплетен, — добавил я. — У этого человека всё ещё есть шанс признаться самому.

Я решил дать Алексею шанс, хотя практически на сто процентов был уверен, что сам он не признается. Так и произошло.

Участники клуба переглянулись между собой, но признания не последовало. Остальные преподаватели в принципе не вмешивались в происходящее, наблюдая за всем этим с интересом.

— Что ж, видимо, признания не последует, — выждав некоторое время, заключил я. — Тогда скажу сам. Алексей.

Он подскочил со стула с огромной скоростью, не успел я даже до конца произнести его имя.

— Это ложь! — воскликнул он. — Я здесь самый давний член клуба! А вы, Николай, здесь без году неделя. И смеете обвинять меня в подобных вещах? Да я же сам вам объяснял все правила о неразглашении?

Пока он говорил всю эту тираду, я создал психологический коридор и активировал психологическую магию. И увидел в нём страх… много страха. Он был почти в панике.

— Если это ложь, Алексей, то откуда в вас столько страха? — спросил Олег Николаевич. Видимо, он тоже проверил это своей психологической магией.

Я решил не рисковать и не воздействовать на эмоциональный фон самостоятельно. Пока что не был уверен, точно ли этого не заметит Олег Николаевич, который владел психологической магией очень хорошо.

— Разумеется, я испугался, ведь меня совершенно безосновательно обвиняют в том, чего я не делал, — заявил Алексей. — Да любой бы испугался!

Даже подготовил логичное объяснение. Но вот своих эмоций он унять не смог.

Именно поэтому в следующую секунду я услышал его мысли: «Чёрт, меня раскрыли». Мысли я пока что умел слушать только у психологически нестабильных людей. Которые находятся на грани отчаяния или просто в нестабильном состоянии.

Не знаю, как работало это у Олега Николаевича, но уверен, сейчас он тоже смог прочитать эту мысль.

— Алексей, вы лжёте, — прозвучал голос Олега Николаевича. — Или вы забыли, что я владею психологической ветвью лекарской магии?

Всё-таки прочитал. Алексей теперь не скрывал своих эмоций и выглядел действительно напуганным.

— Я не хотел, — пролепетал он. — Просто я тут уже так давно… А этот Николай пришёл и начал тут же делать успехи. А мне многие из пройденных техник так и не дались. Хотя я тут дольше всех! Я попал в тайный клуб ещё на третьем курсе. Я…

Ведёт себя как ребёнок! Даже хуже Кирилла, который в отличие от Алексея хотя бы умеет признавать свои ошибки.

— Довольно, — перебил его Олег Николаевич. — Вы просто позавидовали Николаю. И если бы всё осталось на уровне ваших отношений, то и решали бы вы проблему вдвоём. Но вместо этого вы распустили слухи о тайном клубе. И вы знаете, что за это будет.

— Пожалуйста, не стирайте мне память, — Алексей сделал нечто немыслимое для аристократа. А именно: упал на колени. — Пожалуйста. Я не говорил никому ничего конкретного. Вы же простили Тараса. Вы не стали его выгонять. Не выгоняйте меня.

— Алексей, вы не просто случайно рассказали что-то про тайный клуб, — заявил я. — А намеренно пытались меня подставить. В любой другой ситуации я бы вызвал вас на дуэль. Но это происшествие гораздо серьёзнее.

— Да вы даже до конца не понимаете, о чём говорите! — выпалил он. — Я был здесь лучшим, пока не появились вы. И теперь вам достанется древнейший артефакт лекарей!

Так и знал, что дело тут не только в банальной зависти. Замешан ещё какой-то артефакт, про который я слышу впервые.

— Какой артефакт? — поинтересовался я.

— Видите, он даже не знает об артефакте! — решил использовать это как аргумент в свою защиту Алексей. — А уж тем более он недостоин им пользоваться.

— Алексей говорит о камертоне, — спокойно проговорил Олег Николаевич. — Этот артефакт давно хранится в нашем тайном клубе. И мы каждый год разрешаем пользоваться им самому достойному студенту. Я объясню вам это позже, Николай. Это всё равно не было поводом предавать наше тайное общество.

Олег Николаевич подошёл к Алексею почти вплотную и выставил правую руку. Интересный навык — стирание памяти. Надо будет спросить у Константина Евгеньевича, владеет ли он чем-то подобным.

Спустя пять минут Олег Николаевич закончил. Алексей выглядел очень растерянным, как будто не понимал, где находится и что происходит.

— Я провожу его домой, — объявил Олег Николаевич. — Он проспится и завтра не будет ничего помнить. Не забывайте правила, с ним теперь могут общаться только знакомые ему помимо клуба люди.

Логичное уточнение. Если я подойду к нему на улице и скажу «привет», он вообще не поймёт, кто я и откуда его знаю.

После их ухода в клубе повисла очень напряжённая тишина. Неприятная ситуация, неприятна она для всех. Да и видеть последствия подобного проступка тоже было непросто.

— Ну что ж, — произнёс Александр Сергеевич. — В очередной раз эта история будет служить вам примером, что «Тайное братство лекарей» — это не просто развлечение. И надо серьёзно относиться к этой тайне.

— И оно не просто так называется братством, — мрачно добавил Святослав. — Вы должны быть горой друг за друга. Доверять друг другу. Иначе в этом клубе не будет никакого смысла.

— Сегодняшнее занятие всё равно проведём, — проговорил Александр Сергеевич. — Продолжим изучать мою авторскую технику, «Эхо здравия».

Занятие действительно продолжилось, хоть тяжёлая атмосфера никуда и не делась.

Когда все уже расходились, я подошёл к Сергею Александровичу.

— Алексей успел сообщить о тайном клубе Кириллу Уварову, — сказал я. — Но не напрямую, а только намёками. Насколько я знаю, вы рассматривали его кандидатуру.

— Да, было такое, — подтвердил преподаватель. — Но он не подошёл по некоторым параметрам. Я вас понял, но Кирилл не станет для нас проблемой.

— Хорошо, — кивнул я.

После всех этих событий я вернулся в свою комнату. Итак, одна из проблем была решена. Предатель в тайном клубе найден и наказан.

Меня не покидало ощущение, что с Кириллом тоже всё не так просто. Слишком странными казались все его поступки. И если в случае с Алексеем я верил, что причиной тому была банальная зависть и желание получить какой-то артефакт, то здесь крылось что-то другое.

Поэтому продолжу держаться начеку и следить за ним.

С такими мыслями я и лёг спать.

На следующее утро после завтрака я отправился на занятие по магическим заболеваниям. По какой-то новой сложившейся традиции возле корпуса меня уже поджидала Варвара Александровна.

— Николай, доброе утро! — воскликнула она. — Вы были правы. Ваше выступление на олимпиаде повлияло на всю ситуацию гораздо больше, чем можно было предположить. Прошение Московской академии о назначении нас их филиалом отклонено.

— Доброе утро, прекрасные новости, — кивнул я.

Однако тоже не стоит забывать, что Московская академия просто так в покое не оставит. Скоро стоит ждать их новый ход.

— Кроме того, иск они тоже отозвали, — радостно поделилась Варвара Александровна. — Ситуация более-менее стабилизировалась, и всё благодаря вам. Хоть какое-то время побуду просто обычной преподавательницей.

Интуиция подсказывает, что это будет очень недолгий период затишья.

Да и обычной Варвара точно не будет. Даже внешний вид её был необычен, она предпочитала одеваться в очень яркие наряды, выделяясь на спокойном фоне академии.

— Спасибо вам, — одарив меня каким-то загадочным взглядом, добавила она. — Я в вас не ошиблась. Ох, у меня же сейчас занятие, а я время трачу, — спохватилась она и поспешно удалилась.

Рассеянности ей не занимать, конечно. Но новости были хорошими, проблема между академиями вряд ли решены, но по крайней мере отсрочены на какое-то время.

— Таким взглядом на мужчину может смотреть только влюблённая женщина, — с видом знатока сообщил появившийся рядом Владимир. — Я-то в этом разбираюсь. Пойдём на общее лекарское дело?

— У нас магические заболевания сейчас, мой разбирающийся друг, — усмехнулся я.

— Серьёзно⁈ — воскликнул Владимир. — А зачем я тогда вчера домашку по общему лекарскому делал? Вот блин!

Он хлопнул себя по лбу и убежал назад к общежитию.

Я же спокойно отправился в аудиторию на занятие.

— Доброе утро, господа! — начал Виктор Александрович. — Сегодня для урока я выбрал очень интересную тему. Решил ненадолго приостановить изучение болезней у магов-стихийников и поговорить о наших заболеваниях, то есть лекарских.

А это и правда интересная тема! Наша магия работает так же, как у всех магов. Существует магический центр, в нём заключён и источник энергии. А уж в зависимости от способностей каждый маг использует эту магию по-разному.

И лекарская магия тоже может приводить к различным заболеваниям. А если учесть, что я владею сразу четырьмя направлениями этой магией, то заболеваний у меня теоретически может возникнуть в четыре раза больше.

— Поэтому сегодня мы… — Виктор Александрович недоговорил, так как в этот момент дверь в аудиторию открылась с длинным протяжным скрипом. И в дверях появился Владимир.

— Эм… Извините за опоздание, — произнёс он, осознав, что взгляды всех присутствующих устремились на него. — Я тетрадку забыл.

— Маврин, — вздохнул Виктор Александрович. — Сегодня я провожу у вас третье занятие, и на два из них вы умудрились опоздать. И каждый раз вас выдаёт этот ужасный скрип двери. Если уж хотите незаметно входить в аудиторию, распорядитесь, чтобы дверь смазал обслуживающий персонал.

— Хорошо, — легко кивнул друг. Который, как обычно, не понял ни сарказма, ни того, что его отчитали за опоздание.

Виктор Александрович ещё раз тяжело вздохнул, но всё-таки вернулся к занятию.

— Итак, для начала я расскажу про общие заболевания для всех лекарей, — проговорил он. — Это очень важно для вас всех, так как может случиться с любым. Итак, первое — это эмоциональное истощение. Или выгорание.

— Такое может случиться с любым, даже не владеющим магией, — подняв руку, сказал один из студентов.

— Верно. Но обычно в других случаях этим занимаются психологи. А я решил рассказать это вам, чтобы вы были к такому готовы, — ответил Виктор Александрович. — Лекари подвержены этому гораздо чаще остальных. Ведь наша профессия гораздо важнее остальных, и ответственности гораздо больше. Итак, проявляться эмоциональное выгорание может постоянным чувством усталости, ощущением внутренней пустоты. Лекарю требуется больше усилий для использования своей магии, а магический запас ощущается пустым.

Не самое приятное состояние. Но выгореть действительно может любой лекарь. Работа лекарем означает постоянное сражение за жизни пациентов, постоянная нехватка времени. Ощущение, что помочь всем всё равно невозможно.

А вслед за этим состоянием приходит цинизм.

— Если лекарь долгое время испытывает подобные проблемы, то дальше они могут перерасти в цинизм, — словно прочитав мои мысли, продолжил Виктор Александрович. — И он присущ практически всем опытным лекарям. У них развивается чёрствость, равнодушие к пациентам и своей работе. И начинают они выполнять её механически.

— Но все эти состояния всё равно могут вылечить только психологи, верно? — подняв руку, спросил я.

— Даже психологи не всегда могут, — признался Виктор Александрович. — Поэтому я и решил ввести эту тему. Если вы почувствуете, что у вас возникают подобные состояния, сразу же примите меры. А именно, обратитесь к психологам. Или вы рискуете запустить это состояние до такой степени, что и психологи вам не помогут.

Мы ещё какое-то время обсуждали различные заболевания лекарей, а также способы их лечения. Тема оказалась такой обширной, что разобрать её за одно занятие мы не успели.

За обедом Владимир, следуя своей традиции, делился новостями.

— Я уже договорился, и петли этой двери обязательно смажут, — сообщил он. — И больше никто не будет замечать, когда я опаздываю!

— Так, может, ты опаздывать не будешь? — усмехнулся я. — Это было бы гораздо проще.

— Да вообще не проще, я ничего не успеваю, — надулся он. — Ещё и бал этот в выходные!

— Какой бал? — удивился я.

— Осенний, — выпучил глаза Владимир. — Традиционный в нашей академии. Ты забыл?

Традиционный осенний бал проводился в нашей академии каждый год. Это было красочное мероприятие, совпадающее с порой золотой осени. Обычно готовилась целая программа с танцами и выступлениями.

И я действительно про него совсем забыл, на фоне всего остального какой-то бал казался сущей мелочью.

— Ага, — кивнул я. — Забыл. А ты там выступаешь?

— Да, капустнику поручили показать там одну сценку, представляешь? — гордо ответил друг. — А ещё Мария заставляет меня классические танцы учить, чтобы не позориться. Справлялся же до этого, со своим знанием вальса. Так что уж точно не до учёбы. А ты кого пригласишь? Варвару Александровну?

— Как ты себе вообще это представляешь? — вздохнул я. — Я пока не знаю, пойду ли туда вообще.

— Ну уж нет, только не вздумай меня там бросать, — возмутился Владимир. — Иначе моё сердце не выдержит.

— Твоё сердце и не такое переживало, — усмехнулся я. — Я подумаю об этом. Пойдём на алхимию.

Как только я появился в кабинете алхимии, меня сразу же подозвал к себе Сергей Станиславович.

— Николай, у нас проблемы, — с ходу заявил он. — Одна из лабораторий заявила, что мы украли их разработку.

Глава 15

Новая проблема прилетела совершенно с неожиданной стороны.

— Давайте обсудим это после занятия, — предложил я. — Без лишних свидетелей.

— Хорошо, — кивнул Сергей Станиславович.

Он провёл урок по алхимии, а после него, дождавшись, когда все выйдут, принялся рассказывать мне суть проблемы.

— Речь идёт именно про ваш энергетический препарат, — пояснил он. — Оказалось, что нечто подобное разрабатывали в частной лаборатории «Коды здоровья». И прислали они свою разработку практически одновременно с нами.

— Значит, нам одновременно пришла в голову одинаковая идея, — удивлённо сказал я. — При чём здесь кража?

— Они уверяют, что подобные разработки настолько сложные, что их не мог придумать студент, — пояснил Сергей Станиславович. — А значит, что мы каким-то образом украли идею у них.

— Это бред какой-то, — прямо сказал я. — Я продумал идею, мы написали и отправили работу. Да как бы мы вообще могли украсть чужую идею? Я про эту лабораторию-то первый раз слышу.

— «Энциклопедия элементов» придерживается того же мнения, — проговорил Сергей Станиславович. — Но дополнительную проверку они всё равно вынуждены провести, чтобы разобраться в этом деле.

Хоть один день в академии пройдёт спокойно? Каждый раз то попытки стереть мне память, то обвинения в кражах.

— Что будет означать эта дополнительная проверка? — уточнил я.

— Специальная группа из лаборатории приедет с нами побеседовать, — объяснил Сергей Станиславович. — Точно не знаю когда. Они расспросят вас, как вам пришла в голову такая идея. Проверят, точно ли это придумали вы. Да и всё, в общем-то.

— Не очень приятная процедура, — подметил я. — Мы разрабатываем препарат, а нам в ответ устраивают подобные проверки.

— Согласен с вами, — кивнул преподаватель. — Но тут мы ничего сделать не можем. Я сообщу, когда они назначат дату этой проверки. И до этого момента все тесты нового препарата приостановлены.

А это ещё более плохая новость. Энергетический препарат нужен мне уже в ближайшее время. Но из-за какой-то другой лаборатории и жалобы его выпуск откладывается.

На следующий день после занятия по микробиологии я снова забежал к Сергею Станиславовичу и выяснил, что проверка приедет в пятницу. Что ж, в данном случае мне точно нечего скрывать. Неудивительно, что студент лекарской академии, испытывающий вечный недосып, захотел придумать нечто подобное.

На руку мне должно сыграть и то, что один проект перед этим лаборатория уже одобрила. А значит, они в курсе, что потенциал к подобным разработкам у меня есть.

Но всё равно это снова заставило меня задуматься о собственной лаборатории на базе нашего магазина, где я смогу экспериментировать без проблем.

На выходе из корпуса натолкнулся на Анастасию.

— Николай, давно вас не видела, — улыбнулась она. — Как прошла ваша олимпиада?

— Первое место, — ответил я. — У вас какие новости?

— С отцом всё хорошо, — решив, что я спрашиваю именно об этом, поспешно сказала она. — Я хотела спросить… Идёте ли вы на осенний бал?

Максимально аккуратный намёк. Что ж, видимых причин туда не идти у меня нет. Снова поддержу друга, да и просто хоть немного отдохну от ежедневных проблем.

— Как раз хотел вас пригласить, — произнёс я именно то, что она так хотела услышать.

— С радостью, — расцвела девушка. — Это мой последний осенний бал в академии. Даже грустно.

Точно, ведь она учится на шестом курсе. Часто стал забывать, что сам я на третьем. Так как имеющиеся благодаря воспоминаниям знания явно превосходили даже программу всей академии.

— Думаю, в вашей жизни будет ещё много балов и вечеров, — поддержал её я.

— Да, но это будет уже не то, — улыбнулась Анастасия. — Ладно, мне пора на занятия. До субботы!

После занятий я отправился в магазин на очередную смену.

— Николай Владимирович, добрый день, — поприветствовал меня Василий. — К вам там на собеседование молодой человек пришёл. На должность продавца. Возле кабинета ждёт.

— Добрый день, Василий, — кивнул я. — Спасибо, сейчас с ним поговорю.

— Он мне немного рассказал о себе, пока вас ждал, — проговорил продавец. — Жалко парня. Да вы и сами сейчас всё поймёте.

Я прошёл к кабинету, возле которого меня ожидал кандидат на должность продавца. Это был молодой парень немногим старше меня. Одетый очень просто, я бы сказал, даже бедно для простолюдина. И с огромным уродливым шрамом, проходящим через всё лицо.

Шрамы в нашем мире можно было встретить очень и очень редко. Хирурги мастерски сращивали ткани, не оставляя никаких следов. Шрам мог остаться, если пациент не обратился сразу же за медицинской помощью, и драгоценное время было упущено. Но даже в таких случаях благодаря различным бинтам, примочкам и мазям можно было добиться хорошего заживления.

Здесь же было такое ощущение, что молодой человек получил рану и абсолютно ничего с ней не делал несколько месяцев. И сейчас сформировавшийся келоидный рубец был настолько большим, что исправить его было невозможно.

Проблема в том, что такое лицо может оттолкнуть покупателей. Каким бы добрым и обходительным не оказался этот кандидат, выглядит он очень… Устрашающе.

Эти мысли вихрем пронеслись у меня в голове, но собеседование я всё-таки решил провести.

— Добрый день, — поздоровался я. — Меня зовут Николай Аверин, я владелец этого магазина. Вы пришли устраиваться на должность продавца?

— Здравствуйте, — встрепенулся он. — Да, хоть и мало надежд, что возьмёте. Сам знаю, выгляжу не очень презентабельно.

— Давайте пройдём в мой кабинет, там расскажете о себе, — предложил я, открывая дверь.

Я занял место за столом, а молодой человек расположился на стуле напротив. До сих пор непривычно быть в роли начальника, проводя собеседования. Мне всего двадцать с небольшим лет, и все сотрудники были меня старше. Но всё-таки я теперь главный владелец семейного бизнеса, и к подобному приходилось привыкать.

— Представьтесь для начала, — проговорил я.

— Егор Бондарев, тридцать лет, — ответил он. — Опыта работы в магазинах нет. На стройке работал, и только. Но зарплата там мизерная, а у меня ребёнок недавно маленький родился. Вот, ищу способ семью прокормить.

Рассказывая всё это, он не жаловался. А просто спокойным тоном констатировал факты, объясняя, зачем решил поменять место работы. Это мне в нём понравилось.

— Шрам тоже на стройке получили? — спросил я.

— Нет, это с детства, — мрачно усмехнулся Егор. — Батька пьяный на мамку с ножом накинулся, а я защитил. Как мог. Батя наутро извиняться принялся, и матушка простила его. А меня к лекарям вести побоялась, чтобы до полиции дело не дошло. Дома лечила как могла, вот и долечилась.

Тогда всё становится понятнее. Простолюдинам в принципе сложнее в плане лекарской помощи, им доступны только общие поликлиники и больницы, где всегда огромные очереди. Там нехватка кадров встречается чаще всего, ведь лекари предпочитают более престижные места работы.

Вспомнить хотя бы мою Гатчинскую больницу. Где настолько не хватало персонала, что при экстренной ситуации пришлось задействовать студентов.

Василий прав, история жизни у этого Егора довольно трудная. Я это прекрасно понимаю, и в этом заключается сложная дилемма.

Брать или не брать его на работу? Пока из аргументов «за» только и есть его тяжёлое положение. А остальные аргументы против — отсутствие опыта работы, да и внешний вид.

— Образование есть? — задал я следующий вопрос.

Для простолюдинов существовали обычные школы, а кроме этого специальные учебные заведения — техникумы. Именно там они обучались на те простые профессии, которыми и занимались в будущем.

— Даже в школу не ходил, — признался Егор. — Работал с малых лет, чтобы семье помогать. Я знаю, Николай Владимирович, что пока что вы не видите причин брать меня на работу. И не хочу, чтобы вы взяли только из жалости, не нужно мне это.

— Тогда попробуйте убедить меня в том, что вас стоит взять продавцом, — спокойно предложил ему я.

— Я учусь быстро, — тут же ответил Егор. — Так-то я способный, любую работу вмиг осваиваю. И работать много готов, не отлыниваю никогда.

— Почему решили прийти именно в алхимический магазин? — спросил я. — Я понял, что вам нужна более высокая заработная плата и официальное трудоустройство. Но выбор всё равно странный, мы же не мягкими игрушками торгуем.

— Люблю я травки всякие, с детства ещё, — сказал Егор. — С малых лет в свободную минутку часто помогал одному алхимику. Добрый он был и постоянно говорил, что, мол, способность у меня к этому делу. А тут увидел ваше объявление, да и подумал, может, знак какой свыше. Хочу, чтобы сын мой батей гордился, не как я своим. Вот и пришёл.

Я ненадолго замолчал, обдумывая его слова. Почему-то мне хотелось принять его на работу. Хоть я и понимал, что обучать его предстоит долго. Но раз он пришёл и хочет изменить свою жизнь, почему бы не дать ему шанс? Тем более, со шрамом я могу попробовать разобраться, чтобы он не отпугивал посетителей.

Кандидатов сейчас немного, и особого выбора на должность продавца нет. Ждать мне не хотелось, когда пришёл человек, готовый много работать и обучаться. Тем более, оклад продавца куда ниже, чем у лекаря, и на это место не так много желающих. Точнее, пока всего один.

Я часто думал о том, в чём же заключается истинное предназначение лекарей. Всегда ли в лечении людей? Недавно убедился, что не только в этом. Ведь если магический запас прокачивался при чтении лекций, значит, суть лекарского дела ещё и в передаче знаний.

Для себя я всё это объединил для помощи людям. Любой лекарь должен за свою жизнь помочь как можно большему количеству людей. И это не всегда означает вылечить человека от простуды.

Ещё я думал о его шраме. Понятное дело, сейчас в бесплатных больницах ему точно ничего не могут сделать с подобным рубцом. Но может ли это исправить хирургическая магия в целом? И если я прокачаю навыки до необходимого уровня, смогу ли это исправить?

— В любом случае спасибо, что хотя бы провели собеседование, — приняв моё молчание за отказ, проговорил Егор.

— Я согласен принять вас на работу, — решительно ответил я. — Разумеется, для начала будет испытательный срок или стажировка. Я выделю вам время на обучение, но сразу предупреждаю, время это не безграничное. И обучаться нужно быстро. Надо будет даже сутки сидеть в магазине, впитывая новые знания.

— Вы… правда? — не поверил он. — Возьмёте меня? Вы не шутите?

— Не шучу, — кивнул я. — Но с озвученными условиями.

— Я готов! — тут же воскликнул Егор. — Правда, готов. Спасибо вам, я вас не подведу! Могу хоть сегодня приступать!

— Проходите в торговый зал, сегодня и начнём, — кивнул я.

Обрадованный Егор тут же покинул кабинет. Что ж, если он с такой же резвостью будет исполнять все поручения, я не пожалею о своём решении.

И штат будет полностью укомплектован. Трое консультирующих лекарей и трое продавцов. Хватит и на дневные, и на ночные смены.

Я известил отца о новом сотруднике, а затем тоже вышел в зал. Как оказалось, пока я отсутствовал, роль учителя уже взял на себя Василий. И сейчас объяснял новенькому все принципы работы.

Егор слушал очень внимательно и часто задавал уточняющие вопросы. Думаю, пока что они справятся.

День в магазине пролетел довольно быстро. Я занимался бумажной работой, периодически выходя в зал принять нуждающихся во мне покупателей, а Василий вовсю обучал Егора. Вопреки моим опасениям, внешний вид нового продавца никого не отпугивал. По крайней мере, из взрослых. А дети и так ходят в алхимические магазины очень редко.

На ночь Егор тоже остался в магазине, и обучал его уже я. Схватывал он всё и правда быстро и за день уже успел более-менее запомнить расположение всех препаратов. Для человека, впервые работающего в магазине — очень неплохо!

Утром я передал смену Сергею и отправился в академию.

После завтрака у нас снова было занятие по магическим заболеваниям. Видимо, для того, чтобы быстрее нагнать программу, нам ставили их теперь дважды в неделю.

— Доброе утро, господа! — бодро, как обычно, начал Виктор Александрович. — Сегодня я продолжу рассказывать вам про заболевания стихийных магов. У нас осталось ещё два блока, это заболевания магов воды и магов земли. После этого будет первый зачёт, оценка которого сильно повлияет на баллы рейтинга.

В этот момент дверь в аудиторию приоткрылась, и в кабинет юркнул Владимир. Точно, он же рассказывал, что озаботился смазыванием петель.

Виктор Александрович этого даже не заметил, но мой друг не был бы самим собой, если бы с ним ничего не произошло.

— Виктор Александрович, а я распорядился насчёт петель! — громко выкрикнул он, привлекая к себе всеобщее внимание.

— Маврин, — вздохнул преподаватель. — Я имел в виду, что это поможет вам оставаться незамеченным во время ваших бесконечных опозданий. Чтобы я не штрафовал вас на очки рейтинга.

— А меня за опоздания штрафуют на очки рейтинга? — искренне изумился Владимир. — А я-то думал, почему их меньше становится!

— Садитесь на место, — махнул рукой Виктор Александрович.

Видимо, решил, что тут бесполезно вести дальнейший диалог. Владимир тут же уселся рядом со мной и принял позу отличника.

— Сегодня у нас тема — заболевания магов воды, — продолжил преподаватель. — И для одного из заболеваний я нашёл вам клинический пример. Этот пациент обратился в клинику нашей академии и любезно разрешил не только рассказать его историю, но и поучаствовать в нашем занятии.

Мнения на этот счёт у всех пациентов очень противоречивые. Любой человек хочет, чтобы его лечил достойный, умный, образованный лекарь. Но такими лекари не рождаются, а становятся в процессе обучения.

А для того, чтобы обучиться, студенту необходимо видеть живые примеры и реальные клинические случаи. Только по книгам невозможно понять лекарское дело! И вот тут-то и возникает диссонанс у пациентов, почти никому из них не хочется быть демонстрацией для студента.

Я их прекрасно понимаю, когда ты чем-то болеешь, меньше всего желаешь стать чем-то вроде учебного пособия. Хочется просто вылечиться поскорее, и всё.

Но и студентов понять можно. Если мы не будем взаимодействовать с живыми людьми в процессе обучения, то как нам работать с ними после окончания академии?

Поэтому очень хорошо, что некоторые пациенты всё-таки соглашаются на это.

Дверь снова открылась, и в аудиторию протиснулся сам пациент. Именно протиснулся, по-другому описать это было невозможно.

Он был практически целиком в форме шара. Раздутые отёчные руки и ноги, огромный круглый живот и такое же лицо. Подобные отёки случались, например, при почечной или печёночной недостаточности, но не в таком объёме.

Двигался пациент довольно медленно, часто останавливался, чтобы перевести дух.

— Господа, это Ростов Андрей Михайлович, маг-водник, — представил нам пациента Виктор Александрович. — Обратился в клинику две недели назад, с жалобами на отёки во всём теле. Сейчас ему уже подобрана терапия, и он находится у нас на лечении. Для начала можете задать ему несколько вопросов.

— Добрый день, — тут же проговорил Владимир. — А кем вы работаете?

Кто о чём, а мой друг всё о своих грёзах насчёт спасателей. Я помню, как ему даже предлагали стажироваться в качестве лекаря-спасателя, но с тех пор он не поднимал эту тему, и я понял, что отец ему запретил.

В аристократических семьях редко у кого есть право выбора.

Но интересоваться всем этим он не перестал, и теперь явно хотел услышать, что новый пациент также работает спасателем.

Но маги, владеющие водной стихией, работают не только в этой сфере.

— Я занимаюсь сельским хозяйством, — тяжело отдуваясь, ответил Андрей Михайлович. — Владею одной фермерской компанией, выращивающей овощи. Магия воды очень в этом помогает.

А вот и подтверждение моих мыслей. Сельское хозяйство, многие гидроманты работают и там.

Но вообще, Владимир задал верный вопрос. Я уже прокрутил в голове всю логическую цепочку. Как я уже понял, во всех заболеваниях стихийных магов действует один и тот же принцип. Если стихию долго не выпускать — она начинает вредить организму.

У магов огня развивается лихорадка, у магов воздуха — специфическая эмфизема лёгких, то есть нарушение их строения из-за излишков воздуха. А у магов воды, видимо, специфическая форма водянки, то есть скопление жидкости в тканях и органах.

Значит, Андрей Михайлович тоже по какой-то причине не использовал свою магию долгое время.

— Когда начались первые симптомы? — спросил я.

— Точно не скажу, может, с месяц назад, — ответил пациент. — Отпуск решил себе устроить, ездил с семьёй на юг. Думал, там какую-то заразу подхватил. Сначала понемногу руки-ноги отекали, так из-за жары подумал. Вернулся, а раздуваться не прекратил. Ну и вот, это сейчас я ещё двигаться могу, а то первую неделю вообще лежал пластом.

— А в отпуске вы не пользовались своей магией, верно? — уточнил Юрий Колесов. Видимо, тоже начал понимать принцип работы подобных магических заболеваний.

— Так конечно, зачем же мне она в отпуске-то? — пожал плечами Андрей Михайлович. — Там и так море, да и отдохнуть мне от этого всего хотелось.

— Господа, вы задаёте правильные вопросы, — кивнул Виктор Александрович. — Вижу, многие уже стали догадываться, что причина заболевания именно в неиспользовании магии. Она скопилась в организме у пациента, и случилась водянка. Можете подойти и посмотреть поближе, как выглядят такие отёки.

Все студенты тут же поспешили рассмотреть Андрея Михайловича. В принципе, отёки не очень отличались от таковых при обычных заболеваниях.

Кожа была холодной на ощупь, очень сильно натянутой и блестящей.

— Можете даже потыкать их, как лекари делают, — любезно предложил Андрей Михайлович. — Не знаю, зачем, но они пальцем на ноги нажимали и следили за чем-то.

Таким образом, лекари проверяют характер отёков. Они могут быть плотными и мягкими. Если отёк мягкий, то как только лекарь убирает палец, ямка исчезает. А если плотный — ямка после нажатия пальцем остаётся на какое-то время.

Было действительно очень любезно то, что пациент предложил нам ещё и проверить данный симптом. Такие детали лучше всего запоминаются на практике.

В данном случае отёки были мягкими, я проверил это лично.

— Ну что ж, — проговорил Виктор Александрович, когда все снова расселись по местам. — Теперь давайте поговорим про лечение? Какова тактика, как вы думаете?

— Отёки нужно сгонять постепенно, — ответил Юрий Колесов. — Чтобы не развилось осложнений.

— А тактика консервативная, думаю, подойдут настойки из листьев толокнянки и плодов фенхеля, они обладают мочегонным эффектом, — добавил я.

Сгонять отёки очень быстро нельзя, так как с выходом лишней жидкости падает и давление человека. И можно вызвать гипотензию, то есть резкое снижение артериального давления.

— Всё верно, — довольно кивнул Виктор Александрович. — Повезло мне со студентами, самому почти ничего объяснять не надо. Именно поэтому Андрей Михайлович и находится сейчас в нашей клиники, постепенно сгоняя отёки.

— Учитесь хорошо и станьте хорошими лекарями, — на прощание пожелал нам пациент и ушёл.

Мы пообсуждали другие заболевания магов воды, уже без клинических примеров, и тоже разошлись.

На обеде я вспомнил, что снова не отправил тему лекции Василию Ивановичу. Поэтому спешно набрал СМС-сообщение с первой темой, которая пришла в голову — язва желудка. Хоть лекция и будет уже через несколько часов, лучше сообщить тему заранее.

После занятия по фехтованию я снова отправился в больницу. В этот раз прочитанная мною лекция дала мне даже больший запас энергии, чем предыдущая. То ли навык чтения как-то прокачался, то ли это зависело от темы и количества слушателей.

— Прекрасная лекция, Николай, — подошёл ко мне Василий Иванович. — Рад, что вы снова согласились.

— Мне и самому интересно, — кивнул я. — Вы собирались о чём-то поговорить?

— Да, уже давно… — он замялся, подбирая слова. — Не знаю, как точно это сказать. Но я чувствую в вас присутствие хирургической магии. Не знаю, как это возможно. Ведь вы учитесь на лечебном факультете, вместе с моим сыном. И если я ошибаюсь, то прошу прощения.

Появилась возможность сказать ему, что ему показалось. Так я сохраню свой секрет от ещё одного человека.

Но я уже давно решил, что от него скрывать этого не буду. Мне нужен преподаватель и по этой ветви лекарской магии, а Колесов Василий Иванович подходит как нельзя лучше. Тем более, он может подсказать, как скрыть это от окружающих.

— Вы не ошиблись, — спокойно произнёс я. — Так уж вышло, что у меня имеются сразу две ветви лекарской магии. Лечебная и хирургическая. Но я предпочитаю это скрывать ото всех.

— Я понимаю, конечно, понимаю, — закивал хирург. — Обещаю, никто от меня не узнает вашей тайны.

Хотелось ему верить. Но практика показывает, что чем больше людей знают твой секрет, тем выше вероятность, что он просочится наружу.

— Как вы это узнали? — поинтересовался я.

Это было важно знать, так как таким же образом могут узнать и остальные лекари. А я этого пока что не хотел.

— Почувствовал, — ответил Василий Иванович. — Если вы думаете, что так могут все лекари — то нет. Так могут только опытные лекари, которые всю жизнь посвятили себя одной отрасли лекарского дела. Такой опытный хирург, как я, чувствует другого хирурга за версту.

Это всё-таки не отменяет того, что другие лекари тоже смогут почувствовать во мне эту магию.

— Я был бы очень рад, если бы вы согласились стать моим учителем, — сказал я. — Помогли научиться управлять хирургической магией. Чтобы я в будущем смог помочь большему количеству пациентов.

— С радостью, — улыбнулся Василий Иванович. — Я…

Он хотел что-то добавить, но его прервал подбежавший к нам молодой хирург.

— Василий Иванович, там проблема, — взволнованно заявил он. — Я такого никогда не видел. Мы с таким никогда работали!

— Что случилось? — спокойно спросил Колесов. — Доложите чётко.

— Там у пациента червь завёлся! — выкрикнул тот.

Василий Иванович развернулся ко мне с самым невозмутимым видом.

— Ну что, — произнёс он, — приступим к обучению уже сегодня?

Глава 16

Червь у пациента? Ни за что в жизни не хочу такое пропускать!

— Приступим, — тут же ответил я. — Что надо делать?

— Пока просто осмотрим пациента и определим, что с ним конкретно произошло, — ответил Василий Иванович.

Он говорил так спокойно, словно не на операцию собирался, а выйти в магазин за хлебом.

Мы прошли в палату, где нас уже ожидал пациент. Мужчина лет сорока, одетый в простую рабочую одежду. Скорее всего, обычный фермер.

— Пациент обратился к лекарю с жалобами на зуд в анальном отверстии, — начал пояснять тот самый хирург, который прибежал к нам. — А также на слабость, отсутствие аппетита, проблемы со стулом. При диагностике лекарь обнаружил наличие паразита. И отправил к нам.

— И что же вас так удивило? — уточнил Василий Иванович. — Мы и раньше работали с такими заболеваниями. Обычная операция по извлечению паразита, а затем восстановительное лечение. Почему вы сказали, что никогда такого не видели?

— Дело в размерах червя, — пролепетал тот. — Сейчас сами всё поймёте.

Пациент сидел совершенно безучастно и смотрел в одну точку. Такое чувство, словно он внутренне готовился к самому плохому исходу из возможных.

— Добрый вечер, — сказал ему Колесов. — Меня зовут Василий Иванович, и я хирург. Расскажите, что вас сейчас беспокоит.

— Я его чувствую, — как безумец ответил тот. — Я чувствую его внутри. Это из-за моей сферы деятельности. Как я могу оставить детей без отца…

А он на грани между паникой и безумием. Пока Колесов опрашивал пациента, я заглянул в его психологическое состояние. И ужаснулся цвету его настроения. Это уже был не серый цвет депрессии, а какой-то бурый цвет отчаяния.

Я создал психологический коридор и немного развеял это состояние. Кардинально убрать я его не мог, оно было настолько запущенным, что пришлось бы потратить чуть ли не все запасы магического центра. А сейчас я этого сделать не мог, нужно было помочь ему хирургической магией. Но хоть какого-то успокоения добиться у меня получилось.

— Николай, — обратился ко мне хирург. — Просканируйте его диагностической магией и скажите, что видите.

Сам он взял историю болезни, переданную лекарями-лечебниками. Видимо, таким образом он хочет проверить мои навыки.

Я активировал диагностическую магию и просканировал жизненные потоки.

Патологический поток, означающий наличие паразита, я уловил почти сразу же. Но вот о его размерах я судить не мог, о чём и сообщил Колесову.

— Тогда давайте перейдём к осмотру, — спокойно ответил он. — Никита Антипович, откройте, пожалуйста, рот.

Распоряжение показалось мне странным. Если у пациента действительно червь, то располагается он, судя по полученным потокам, в кишечнике. Да и жалобы пациента указывают, что искать его надо, так сказать, с другой стороны.

Но через минуту я понял, в чём дело. И что так напугало того самого хирурга, прибежавшего за помощью.

Кончик червя, самый хвостик, можно было наблюдать прикреплённым к глотке. Зрелище не из самых приятных, о таком я даже в книгах не читал. Теперь понятно, почему он сказал, что никогда не видел такого раньше.

— Мана-цепень, — проговорил Василий Иванович. — Я был уверен, что их уже не осталось. Никита Антипович, мы вам поможем, можете не сомневаться. Вадим, распорядитесь, чтобы готовили операционную.

Прибежавший к нам за помощью хирург тут же отправился выполнять распоряжение. Хотя возникло такое ощущение, что ему страшно даже наедине с пациентом оставаться.

Я ещё раз проверил состояние Никиты и убедился, что оно значительно улучшилось. Хотя после лечения ему всё же потребуется помощь психолога, такое состояние не проходит за один сеанс.

Странно, что мыслей его я не слышал. Думал, эта способность работает, когда состояние максимально подавленное, но, видимо, есть и другие условия. Пора бы уже разобрать эту тему с Константином Евгеньевичем или разыскать в книгах. Чтение мыслей — беспроигрышный козырь, особенно во время помощи пациентам. Зачастую о самом главном они стыдятся или опасаются сказать лекарю.

Василий Иванович отозвал меня в коридор, чтобы поговорить без присутствия пациента.

— Итак, наше первое занятие будет очень запоминающимся, — произнёс он. — Я сам сталкивался с подобным только один раз в жизни, будучи совсем молодым хирургом. Уже тогда мой наставник уверял, что мана-цепни на грани вымирания, и больше я с этим не столкнусь. Но очевидно, он ошибся.

— Расскажите чуть подробнее, что это за червь? — попросил я.

Очевидно, это не обычный паразит, а магический. Знаю, что раньше в нашем мире существовали разные подтипы таких паразитов. Однако Всемирная организация лекарей позаботилась о том, чтобы они все канули в Лету. И мы даже особо не изучали их в академии, разве что на первых курсах на уроках по истории лекарского дела.

Подобное решение до сих пор считали спорным. Истребление магических паразитов смогло уничтожить и заболевания, которые они приносили. Но при этом нарушило магическую экосистему. И никто не знал, чем это может аукнуться в будущем.

— Мана-цепни — это черви, которые питаются магическими силами, — начал рассказывать Василий Иванович. — Они присасываются к кишечнику мага и вырастают до огромных размеров, питаясь магией этого пациента. Обычно человек так и отмечает первые симптомы, ещё до всех физиологических проблем у него начинает пропадать магия.

— Но Никита Антипович явно не маг, — удивился я. — А простолюдин, работающий на ферме.

— Верно подмечено, — кивнул хирург. — В этом и проблема. Каким-то образом он умудрился подцепить считающегося почти вымершим паразита, а этому самому паразиту нечем было в нём питаться. И тогда он встроился в его пищеварительную систему. И начал паразитировать, подстраиваясь под тело носителя. Он питается не только пищей, которую ест этот человек, мана-цепень поглощает его эмоции и силы.

Это объясняет увиденное мною психологическое состояние. Но многие жалобы мне непонятны.

— Откуда взялся зуд? — уточнил я.

— Скорее всего, мана-цепень пытался покинуть носителя, — ответил Василий Иванович. — Но не получилось, так как он частично уже соединился с его организмом.

Звучит всё это не очень воодушевляюще, так что я понимаю, почему Василий Иванович вывел меня для этого разговора в коридор.

— И какая тактика лечения? — уточнил я. — Как мы будем доставать червя?

— Будем вскрывать весь пищеварительный тракт, отдел за отделом, — пояснил хирург. — И отделять червя от организма пациента. Операция долгая, но уже на ней вы многому сможете научиться. Сейчас дойдите до медсестёр, вам выдадут хирургический костюм. Переодевайтесь, мойтесь — и в операционную.

«Мыться» в мире хирургов вовсе не означало целиком принимать душ. Таким термином обозначали специальную обработку рук. Руки обеззараживают очень тщательно, используя раствор чаги и другие антисептики.

Выполнив все указания, я отправился в операционную. Никиту Антиповича уже ввели в наркоз, и лекарь-анестезиолог бдительно следил за его состоянием.

В анестезиологи шли лекари-лечебники, которые могли наблюдать за пациентом всю операцию с помощью диагностической магии. Для общей анестезии использовалась закись азота вместе с кислородом. Пациенту давали подышать газом, и он довольно быстро погружался в сон.

— Приступим, — проговорил Василий Иванович, подходя к операционному столу. — Начнём с верхних отделов пищеварительного тракта.

Удивительно, какое влияние было у Колесова в этой больнице. Он легко взял с собой неизвестного стажёра на операцию, а ему никто и слова не сказал. Это говорило о многом. Значит, в решениях этого хирурга здесь никто не сомневается, и он заслужил подобное отношение за годы прилежной работы.

Операция затянулась часа на два. Отдел за отделом Василий Иванович вскрывал пациента, отделял часть червя, а затем сращивал ткани. Сохранить червя целиком не вышло бы из-за его огромных размеров. Почти десять метров!

Но части всё равно были запакованы для последующей передачи в бюро магии. Им предстояло заняться этим вопросом и решить, какие меры принять.

— Операция прошла успешно, — закончив с последним отделом, выдохнул Василий Иванович. Выглядел он очень вымотанным, но довольным собой.

Мы снова помылись и переоделись, а после сели с ним в его кабинете немного отдохнуть.

— Хоть я и удалил всего червя, пациент будет наблюдаться в больнице довольно долго, — проговорил он. — В течение месяца ему нужно пить настойку корня девясила высокого, и его регулярно будет наблюдать лекарь.

Настойка корня девясила высокого назначалась при любых гельминтозах. То есть заболеваниях, вызываемых червями. Но до этого момента я считал, что речь идёт только про обычных червей, а не магических.

— Разве девясил — подходящий выбор в случае с мана-цепнем? — решил уточнить я. — Всё-таки это не обычный паразит.

— Да, но и девясил ведь не обычный, а выращенный магическим способом, — ответил хирург. — Так что да, подходящий.

Мы ещё какое-то время обсуждали проведённую операцию, и на этом моё первое занятие с наставником по хирургии было закончено.

Я не стал просить хирурга принести клятву о неразглашении. Он уже показал весь свой интерес, когда провёл меня в операционную. Василий Иванович создавал впечатление человека, которому можно довериться.

Время было уже позднее, поэтому я сразу отправился в общежитие. На другие занятия не осталось и магического запаса, ведь я всё-таки поработал с психологическим состоянием пациента.

Психологи всегда работали только в частном порядке, и их услуги не предоставлялись в обычных больницах. А я не был уверен, что у фермера хватит на это средств. Так что сделал всё, что в моих силах.

В пятницу после занятий я отправился к Сергею Станиславовичу в алхимическую лабораторию. Сегодня ожидалась проверка, а кроме того, я решил сделать давно задуманный проект.

Я уже не раз отмечал, что из-за обилия всех событий моя память оказалась перегружена. И я частенько умудрялся забывать какие-то вещи. Поэтому заранее взял в собственном алхимическом магазине корень шалфея, розмарин и женьшень и сделал себе отвар для улучшения памяти.

Они продавались и в готовых видах, но я всё-таки решил приготовить его самостоятельно, рассчитав все ингредиенты так, как надо именно мне. Что ж, теперь с памятью проблем быть не должно.

Инспектор из лаборатории приехал уже ближе к семи вечера.

— Добрый вечер, — поздоровался он. — Меня зовут Артём Евгеньевич, я являюсь представителем лаборатории «Энциклопедия элементов» и приехал провести проверку по одному делу.

— Добрый вечер, — кивнул я. — Меня предупреждал мой научный руководитель.

— Хотя мы и уверены, что это какая-то чушь, — решил добавить Сергей Станиславович. — Николай Аверин — отличный студент, он делал успехи в алхимии с первого курса. Да он даже победил на олимпиаде, будучи всего лишь третьекурсником. И на осенних каникулах у него планируется стажировка в вашей же лаборатории.

Преподаватель выглядел очень возмущённым. Мне он рассказывал обо всей этой ситуации довольно спокойно, и я подумал, что его это не сильно задевает. Но видимо, за эти дни он успел себя накрутить, распереживался, что лаборатория не примет у нас новых идей, и он лишится мощного источника дополнительного заработка.

— Я прекрасно осведомлён обо всём этом, — поспешил сказать Артём Евгеньевич. — Но по факту предъявления претензии мы обязаны провести проверку. Итак, Николай, как именно вам пришла в голову эта идея?

— Как и любому студенту лекарской академии, мне часто приходится недосыпать, — пожал я плечами. — А это может сказываться на моей успеваемости. Поэтому я задумался о разработке энергетического препарата, помогающего сохранять бодрость.

— Насколько я знаю, ваша семья владеет алхимическим магазином, — проговорил инспектор. — Так может ли такое быть, что вы, не имея других идей, украли идею из другой лаборатории, чтобы заработать денег на ваш семейный бизнес?

А вот это уже прозвучало как прямое обвинение.

— Не может ли такого быть, что эта сторонняя лаборатория, не имея собственных идей, украла идею обычного студента? — холодно парировал я. — Я не прослеживаю логику в ваших словах. Та лаборатория зарабатывает исключительно этим. А мой семейный магазин с моими научными разработками никак не связан.

— Уверяю вас, это обычные вопросы для протокола, — хмыкнул инспектор. — У ваших конкурентов мы спрашивали то же самое. Нам важно понять, что факт кражи отсутствовал с двух сторон. И разумеется, к лаборатории доверия больше, так как у них больше защищённых проектов.

— По вашей логике, они могли украсть чуть ли не все эти идеи, — спокойно ответил я.

— После таких проверок неудивительно, что у студентов вообще редко возникает интерес к научной работе, — добавил Сергей Станиславович. — Это первый студент за несколько лет, у которого появился научный интерес!

Вообще, научный интерес ещё появлялся у Кирилла Уварова, но там всё закончилось ещё на этапе разработки. Так, стоп. А уж не он ли всё это подстроил?

Я давно задумывался, что его действия очень странные. И за ними лежит какая-то сильная мотивация, а возможно, и не одна. Он упоминал, что его родители владеют крупной алхимической лабораторией в Москве. Возможно, мои разработки как-то могли им помешать, и они через Кирилла устроили эту диверсию…

Пока что это просто теория, но зная Кирилла, всё могло действительно быть так.

Правда, все его действия это не объясняло.

— Николай, вы сможете по памяти повторить формулу вашего препарата, точные пропорции растений? — спросил Артём Евгеньевич.

Вот это уже логичный вопрос. Если работа была украдена, воспроизвести всё это по памяти довольно сложно.

Но я в подробностях изложил все компоненты, условия их обработки, дозировки и прочие тонкости своего препарата. Ведь я их и придумал.

— Погодите! — вдруг сказал инспектор. — Вы написали в научной работе, что элеутерококк следует нагревать для раскрытия всех эффектов?

— Именно, — кивнул я. — Вы не читали работу?

— Читал, просто только сейчас я вдруг обратил на это внимание… — признался Артём Евгеньевич. — В таком случае, вы действительно не крали работу. И другая лаборатория ничего не украла. Они не указывали этот момент в своих заключениях. А значит, их технология отличается. И наша задача просто определить, какой из вариантов лучше!

Бинго! Так и хочется воскликнуть. Вот новость-то! Оказывается, студент и его преподаватель ничего не крали.

А ведь этой проверки можно было избежать, если бы проверяющие внимательнее изучили предоставленную им документацию.

— Рад, что мы разобрались, — сухо сказал я. — Правда, вам не мешало бы принести нам извинения за всё сказанное ранее.

— Разумеется, наша лаборатория приносит вам свои извинения, — тут же смягчился инспектор. — Надеюсь, что это не повлияет на вашу стажировку. Нам стоило внимательнее изучать все материалы.

— Надеюсь, впредь вы будете внимательнее, — заявил Сергей Станиславович. — Именно поэтому я и пошёл работать обычным преподавателем, а не в какую-нибудь лабораторию.

Артём Евгеньевич попрощался с нами и поспешно ушёл.

— Рад, что всё это закончилось, — выдохнул Сергей Станиславович. — Что думаете насчёт стажировки, Николай?

— Пока что всё равно на неё собираюсь, — ответил я. — Глупо отказываться от такой возможности из-за этого инцидента.

— Я рад, что вы так считаете, — кивнул преподаватель. — Это будет полезный опыт.

После проверки я отправился в корпус патологоанатомов и снова посветил вечер тренировкам именно этой ветви магии. Такой выбор я сделал не просто так. Близилось тринадцатое октября, день проведения ритуала. И нужно было максимально подготовиться к этому дню.

Я уточнял у Святослава, почему мы просто не сообщим в нужную инстанцию о планируемом Иваном ритуале. Но тут было много подводных камней. Иван является высшим некромантом, и сам себе является главной инстанцией. Кроме этого, доказательств планируемого ритуала у нас не было.

Тот список — очень косвенная улика. С таким в имперскую канцелярию не пойдёшь. Там только у виска покрутят и назначат проверку… дай боги, через месяц. Ведь у высших органов власти полно и других дел, с которыми надо разобраться в первую очередь. А уж по мере свободного времени они будут проверять догадки обычного студента.

А внезапная срочная проверка может только разозлить некроманта, и его действия в этом случае будут непредсказуемыми. Лучше пусть будет уверен, что всё идёт по его плану.

У Святослава был и ещё один повод разобраться с этим самостоятельно. И это его брат, Ярослав. Кто знает, что с ним будет, если передать ситуацию другим. Святослав хотел наверняка помочь своему брату.

И я его прекрасно понимал. Мой брат тоже вполне способен учудить подобное. И в таком случае я бы тоже его защищал, что бы он ни сделал. Ведь он мой брат.

Наступила суббота, день бала. Первую половину дня я по традиции потратил на домашние задания, чтение литературы и прочие скучные занятия студента.

Изначально думал съездить в тайную библиотеку, куда мечтал попасть всю неделю. Но на это нужно планировать целый день, мне явно не хватит пары часов. Поэтому это мероприятие снова пришлось перенести.

К шести вечера я зашёл за Анастасией в общежитие, и мы направились в корпус, где проходили все приёмы. Помнится, на прошлом моя спутница, София, умудрилась забыть о своей бронхиальной астме и испытала сильный приступ. В этот раз, интересно, обойдётся без подобных приключений? Что-то я сомневаюсь…

— О чём думаете, Николай? — поправляя складки золотистого платья, спросила Анастасия, пока мы направлялись в корпус.

— Обо всём понемногу, — ответил я. — Прекрасно выглядите. Очень подходящее платье для подобного вечера.

— Спасибо, — кокетливо улыбнулась она. — Только для осеннего бала его и приобретала.

За такими разговорами мы и добрались до нужного корпуса. В этот раз зал украсили в цвета осени. Оранжевые скатерти, жёлтые плакаты, композиции из осенних листьев.

Многие из студенток тоже разоделись в наряды цветов золотой осени. Пестрили красные, золотые, оранжевые платья.

На отдельном постаменте, как обычно, расположился преподавательский состав. Среди мужчин-преподавателей ярким пятном выделялась Варвара Александровна, которая вопреки всей логике предпочла платье ярко-зелёного цвета. Что смотрелось даже немного странно на фоне всей картины.

— Николай, Анастасия, наконец-то пришли! — воскликнул откуда-то сбоку Владимир. — Николай, нам надо срочно поговорить!

Я ожидал подвоха, но не в самом же начале вечера…

— Добрый вечер, — присела в реверансе Анастасия. — Пойду, поздороваюсь с Софией и Марией.

Девушка поспешно удалилась, оставляя нас наедине.

— Опять волнуешься перед выступлением? — спросил я у друга.

— Это да, но я сейчас о другом, — отмахнулся он. — Я тут недавно задумался о детях.

Если бы я в этот момент что-то пил, то наверняка бы подавился от такого заявления.

— В каком смысле? — осторожно поинтересовался я.

— Ну как, мы с Марией вместе, и всё хорошо, — серьёзным тоном начал рассуждать Владимир. — Мы помолвлены, а значит, поженимся. И потом будут дети.

— Логично, — кивнул я. — И что тебя тревожит, друг мой?

— У меня светлые волосы, у Марии рыжие. Какие будут у детей? — выпалил он.

Проблема гораздо менее серьёзная, чем я было подумал. Строго говоря, проблемы вообще нет, но мой друг, как обычно, решил создать её на ровном месте.

— Мы же проходили генетику на первых курсах, — вздохнул я. — Включая правила наследования магии, а также наследование признаков внешности.

Скучные занятия были, на самом деле. Особенно, что касалось наследования признаков внешности. Каждое занятие решали однотипные задачи: у отца голубые глаза, у матери карие. Какие глаза могут быть у их сына?

— Да не помню я, что мы такое проходили! — воскликнул друг. — Ты можешь ответить?

— Либо рыжие, либо светлые, — сказал я. — Вероятность пятьдесят на пятьдесят.

— Так я и думал, — схватился он за голову. — Могут быть рыжие!

— А в чём проблема-то? — всё ещё не понимал я очередную трагедию друга.

— Если будут рыжие — мне не поверят, что это мой сын! — трагически ответил Владимир.

Эх, щелбан ему, что ли, зарядить. Да вряд ли уже поможет, друга не переделать.

— Поверь мне, если это будет твой сын, то это и без волос всем будет понятно, — заверил я друга. — Так что не переживай. Лучше готовься к своему выступлению.

— Эх, ладно, — кивнул друг. — Мы открываем программу, так что я пошёл.

Я же направился к нашей разношёрстной компании, по понятным причинам состоящей из сестёр Черновых, меня, Анастасии и Максима Елисеева. Последний участник нашего круга вынужденно проводил время с нами, так как по правилам он теперь должен был сопровождать Софию на всех мероприятиях.

И как бы она ни уверяла меня в том, что их отношения становятся лучше, взглядами она меня одаривала весьма красноречивыми.

Начался первый этап осеннего бала — всевозможные выступления. Команда Владимира снова показала забавную сценку про учёбу в академии, затем потянулись разные песни, вступительные слова руководства академии и прочие обязательные атрибуты.

После официальной части осеннего бала началась основная, а именно танцы.

— Николай, мы можем немного прогуляться? — после нескольких танцев спросила Анастасия. — В зале становится очень душно, хочу немного подышать.

Хотя наверняка она просто хотела побыть со мной наедине.

— Конечно, — кивнул я, выводя девушку на улицу.

Мы принялись неспешно прогуливаться по тихим улочкам, болтая на разные темы. В какой-то момент девушка отлучилась в дамскую комнату, и я остался ждать её на улице.

И тут же заметил женскую фигуру, маячившую на соседней дорожке. София.

— Николай! — тут же подбежала она ко мне. — Вот это совпадение, вы тоже решили прогуляться.

Ну, с меня хватит. Это и раньше с натяжкой можно было назвать совпадениями, а здесь уже точно невозможно.

— Рассказывайте, — вздохнул я. — Как именно вы всегда определяете, что я здесь?

Глава 17

— Не понимаю, о чём вы говорите, — прощебетала София. — Мы же на осеннем балу. Я захотела прогуляться и случайно вас встретила.

Да, я бы поверил, если бы это случилось в первый раз. Но такое происходило регулярно. А на этом вечере вообще сложилось впечатление, что она следила за мной и Анастасией.

— Вы прекрасно знаете, о чём я говорю, — сухо ответил я. — Каждый раз, когда я сюда прихожу, вы тоже оказываетесь здесь. Каждый раз говорите мне, что это случайно. Если сейчас не скажете, что происходит — то и нашу дружбу придётся прекратить.

Мне бы этого не хотелось… точно так же, как не хотелось дальше осознавать, что за мной следят.

— Я скажу, — вздохнула София. Затем полезла в дамскую сумочку и достала какой-то странный предмет.

Это была полупрозрачная золотая сфера, внутри которой находился странный камень.

— Что это? — принимая в руки эту сферу, спросил я.

— Око преследования, — ответила она. — Артефакт. Он закрепляется за определённым человеком и местом. Внутрь нужно положить какую-то основу этого места. В данном случае я положила отколотый кусочек статуи Гигеи.

Ещё и к вандализму прибегла!

— А как закрепляется человек? — уточнил я, готовясь к любому ответу.

Кто знает, может, София успела взять мои волосы или что-то в этом духе. А их можно и для артефактов посерьёзнее использовать.

— Просто запоминает того, кто к нему прикоснулся. Помимо хозяина, — поспешно ответила девушка.

Она стыдливо смотрела в пол, явно понимая, как её действия выглядят со стороны.

— Не помню, чтобы я прикасался к этой сфере, — всё ещё рассматривая артефакт, проговорил я.

— Ещё на первом вечере, когда искали в сумочке препарат от приступа астмы, — ответила София. — Тогда око запомнило вашу энергию. А потом я закрепила его за сквером, так как там самая удобная обстановка для случайных встреч. Око даёт мне знать, когда вы на этом месте или собираетесь туда прийти.

Теперь становится ясно, как она успевала оказаться тут даже раньше меня. Например, в то утро, когда я решил прогуляться до завтрака.

— Теперь главный вопрос — зачем вам всё это? — спросил я.

— А вы не понимаете? — вопросом на вопрос ответила девушка. — Хотела проводить с вами больше времени. Хотела… Быть с вами, хоть и не могу.

Догадывался об этом уже давно. Девушка часто давала мне недвусмысленные намёки и одаривала красноречивыми взглядами. Но слежка — это уже перебор!

— София, вы помолвлены с Максимом Елисеевым, — проговорил я. — Я и так помог вам отсрочить свадьбу до окончания учёбы.

— И я очень вам благодарна! — воскликнула она. — Но за эти годы он останется не тем человеком, с кем бы я хотела быть.

Ох, как же всё сложно с этими Черновыми. Понимаю, о чём говорит София, но помочь ей более ничем не могу. Это дело её семьи, а не моё. Если вмешаюсь, то возникнет новый конфликт с главой рода, а мне этого не надо.

— Я понимаю вас, — мягко сказал я. — Поэтому не буду злиться за ваш поступок. Но камень из сферы вы отдадите мне и полностью уберёте мою привязку к этому артефакту. Откуда он вообще у вас взялся?

— Подарок на совершеннолетие от отца, — призналась София. — Он подарил нам с Марией по одному редкому артефакту. Не знаю, какой у неё, а мне достался этот. Несколько лет считала его бесполезным, пока не встретила вас.

Артефактов в нашем мире осталось довольно мало. И стоили они огромных денег. Это весомый довод не забирать его, ведь если пропажа вскроется — а обычно в аристократических домах все артефакты наперечёт — у меня могут быть проблемы с Черновыми, такие дорогие вещи не забирают просто так.

Если бы око преследования ничего не стоило, без раздумий бы отобрал «игрушку», но в данном случае, даже если София отдаст его по доброй воле, ко мне могут быть неприятные вопросы со стороны её семьи, они обязательно попробуют забрать вещь назад. А потому достаточно будет разорвать связь, чтобы девушка более за мной не следила.

Стоило Софии передать мне камень, как артефакт потух, и она с разочарованием убрала его в свою сумочку, ещё раз извинившись передо мной. Тем временем в сквере появилась Анастасия.

— София, вы тоже решили прогуляться? — слегка напряжённо спросила она.

Ещё бы, отошла от своего кавалера на десять минут, а он уже с другой дамой.

— Мне просто нехорошо стало, духота вызывает приступы астмы, — поспешно ответила София. — Но мне уже пора, а то мой спутник меня потеряет.

С этими словами она быстро убежала назад в корпус.

— Давайте тоже возвращаться, — предложил я Анастасии.

— На улице становиться прохладно. Хорошо, — согласилась она.

Мы вернулись и протанцевали ещё немного. А далее объявили королевский вальс, танец с дамой, которую кавалер не сопровождает.

Анастасию с моего позволения пригласил какой-то шестикурсник. Я глянул на своих друзей, но они просто поменялись парами. Владимир танцевал с Софией, а Максим с Марией.

И тут мой взгляд упал на Варвару Александровну. Не знаю, кто точно из преподавателей её сопровождал, но сейчас она стояла одна и смотрела прямо на меня. Что ж, почему бы и нет. Слухов и без этого хватает, так что своей репутации я не наврежу.

— Разрешите пригласить вас, — подошёл я к ней и протянул руку.

— Я думала, уже и не дождусь, — кокетливо ответила женщина, отвечая на моё приглашение.

Мы вышли в центр зала и закружились в ритме вальса.

— Должна сказать, подобный вечер — это именно то, что мне было нужно, — сказала Варвара Александровна. — Хоть ненадолго забыть обо всех проблемах.

— Согласен, для того они и нужны, — ответил я. — Если не секрет, почему такой выбор цвета платья? Все дамы оделись в цвета золотой осени.

— А вы очень внимательны, — кокетливо прищурившись, улыбнулась она. — Мне не нравится осень, ведь вся природа словно умирает. Я люблю весну, когда все растения оживают. Так что это протест.

— Не знал, что в вашем духе протесты, — усмехнулся я. — Вы же психолог, преподаватель лекарской этики.

— О, вы ещё многое обо мне не знаете, — отозвалась Варвара Александровна. — Но, надеюсь, узнаете. Со временем.

К чему были эти загадочные намёки — я уже спрашивать не стал. Связи с преподавателями в мои планы не входили.

А после того, как танец завершился, вернулся к Анастасии.

Остаток вечера прошёл на удивление спокойно. Даже ни разу не наткнулся на Кирилла!

После бала я проводил Анастасию и вернулся в общежитие. И увидел знакомый конверт с приглашением в тайный клуб.

Забавно, я думал в субботу, после бального вечера никто точно не захочет собираться.

На удивление, пришли почти все члены клуба. Большинство были в парадных костюмах, ведь попали сюда сразу после бала. Правда, из преподавателей на этот раз был только Александр Сергеевич. Который, видимо, нас и собрал.

— Наверное, у вас вызвал недоумение сбор нашего тайного клуба в субботу вечером, — начал Александр Сергеевич. — Но мы посчитали, что это очень важно. Недавно я получил информацию, что в одной из больниц оказался пациент, заражённый магическим паразитом.

Ого, быстро же до него дошла эта информация. Я поймал себя на мысли, что до сих пор не знаю, где именно он работает. А такое быстрое выяснение этого факта наталкивало на мысль, что Александр Сергеевич как-то связан с министерством здравоохранения. Туда обязательно сообщают обо всех магических и редких болезнях.

Ведь речь идёт, скорее всего, именно о том мана-черве, которого удалял Василий Иванович.

— Магических паразитов ведь уже давно нет, — встревоженно сказал Антон. — Их извели ещё давно, и больше они не опасны.

— Все так думали, — кивнул Александр Сергеевич. — Но это оказалось неправдой. Раз случился эпизод заражения мана-цепнем, то, возможно, сохранились и другие паразиты. И я решил сыграть на опережение, рассказав вам об их разновидностях.

Это полезно, я и сам собирался разыскать подобную информацию. Правда, кое-что мне непонятно…

— Если эти магические паразиты действительно сохранились, разве их не добавят в обычную программу обучения? — уточнил я.

— Это сложно, — вздохнул Александр Сергеевич. — Магические заболевания существовали долго, но только недавно их включили в программу обучения. Не знаю, сколько потребуется времени для других нововведений. Кроме того, в клубе есть и старшие курсы, а шестикурсники уже выпускаются через год. И просто-напросто не успеют ничего изучить, если новые темы появятся в программе.

— Всё равно не понимаю, зачем было собираться именно сегодня, — буркнул один из студентов. — Сегодня бал, и у меня, может, планы были.

— Со следующей недели я временно не смогу здесь появляться, — пояснил Александр Сергеевич. — Буду занят на работе.

Всё-таки я прав, и он как-то связан с министерством. Разумеется, там появится куча работы, связанной с обнаружением мана-цепня. Уверен, что и пациента — Никиту Антиповича, не раз ещё допросят, в подробностях узнавая обстоятельства заражения.

Если сложить знания, получаемые в тайном клубе, и все четыре прокаченные ветви лекарского дела, я стану действительно хорошим лекарем.

А это всё ещё является моей основной целью. Это, а также и благополучие семьи. А уж далее наваливаются «побочные квесты» в виде прерывания ритуала по становлению личом, борьба с Московской академией, нарушение планов Кирилла. Не считая выяснения личности того, кто меня предаст в будущем. Скучать не приходится!

— Я постараюсь быстро рассказать сегодняшнюю тему, — примирительно добавил Александр Сергеевич. — Итак, существует, точнее — существовало пять основных групп магических паразитов. Первые — это мана-истощающие паразиты. Как и найденный мана-цепень, к примеру. Они выбирают себе мага, встраиваются в их организм и питаются его магической энергией.

— А простолюдинов они не трогают? — уточнил Антон.

Хороший вопрос. Как я и сам убедился, очень даже трогают.

— Если такой паразит попадёт в тело простолюдина, то он либо погибнет без пищи, либо приспособится к новым условиям, — пояснил Александр Сергеевич. — Следующая группа — это ментальные паразиты. Они питаются разумом, эмоциями, вызывают изменения в психоэмоциональном фоне. Таких паразитов нужно в первую очередь знать психологам, ведь именно к ним придут пациенты с такими симптомами.

Классификация не особо точная. Ведь в случае с Никитой Антиповичем был именно мана-паразит, но у простолюдина он вызвал как раз-таки нарушения психоэмоционального фона. С этим нужно будет подробнее разобраться самостоятельно.

— Дальше, физические деграданты, — продолжал Александр Сергеевич. — Тут всё понятно, они осуществляют разложение органов. Язвы, некрозы, атрофию тканей. Очень опасны, могут паразитировать и у магов, и у простолюдинов.

— Удалять этих паразитов можно только хирургически? — решил спросить я. — Или консервативно, с помощью девясила?

— Вижу, вы хорошо разбираетесь в алхимии, — улыбнулся Александр Сергеевич. — В основном хирургически, да. Но вам нужно всем знать признаки заражения этим паразитом, чтобы вовремя отправить пациента к хирургам.

Моё первое же занятие по хирургии оказалось связано с таким паразитом. Это удачно, я по крайней мере знал, что такое бывает и что с этим делать. Но патологические импульсы, которые я регистрировал, были такими же, как и у обычного паразита. Только опыт Василия Ивановича помог установить, что этот червь был магическим.

А это дополнительная проблема. Можно почувствовать паразита, но нельзя быть уверенным, какой он.

Это тоже придётся искать в дополнительной литературе, ведь сейчас задать этот вопрос я не могу. Иначе придётся рассказать, что я присутствовал на той операции. А подставлять этим Колесова намерений у меня не было.

Мы обсудили самых частых представителей, а также основные симптомы, и собрание тайного клуба было окончено.

— Николай, — подошёл ко мне Антон после клуба. — Вы встречались с Алексеем после всего этого?

— Нет, это же запрещено, — удивился я. — Я не был с ним знаком, к тому же он на шестом курсе, так что мы не пересекаемся.

— А я с ним общаюсь довольно хорошо, — вздохнул Антон. — И из-за этого мне как-то не по себе. Знаю, что таковы правила нашего клуба. Но как будто его обманываю.

— Вы его не обманываете, — возразил я. — Просто скрываете наличие этого места.

Такое проходим все мы, не рассказывая о нём своим друзьям.

— Знаю, просто он же здесь был. А теперь ничего не помнит, — объяснил тот. — Не знаю, как-то это странно.

— Понимаю, о чём вы, — кивнул я. — Но здесь уже ничего не сделаешь. Он сам так поступил, и только его действия привели к такому результату.

Антон собирался ещё что-то сказать, но передумал. Как обычно, мы покинули комнату клуба по одному и разошлись по общежитиям.

На следующий день я с самого утра отправился в магазин. Там и засел за документами. Накопилась довольно внушительная сумма, которую планировал потратить на магазин. Теперь передо мной стоял вопрос, открывать частную лабораторию или второй филиал?

И то, и то было одинаково важным. Я планировал работать над собственными проектами гораздо больше, чем делал это в настоящий момент. Тем более учёба в академии не навсегда, а разработки хотелось продолжать и после её окончания. С другой стороны, учиться мне ещё четыре года. И пока что можно продолжать работу на уровне лаборатории в академии.

Так что я решил открыть второй филиал и принялся просматривать подходящие здания в других районах. Это будет непросто, ведь с персоналом у нас по-прежнему проблемы. Когда у меня будет два филиала, я не смогу уже выполнять роль и консультирующего лекаря, и ночного продавца. Нужны ещё люди, и много.

— Господин, — постучал ко мне в кабинет Егор. — Там женщине консультирующий лекарь требуется.

— Сейчас выйду, — ответил я, откладывая все дела.

Егор за эти несколько дней успел освоиться и уже довольно хорошо выполнял свою работу. Ко мне и к отцу он обращался исключительно «господин», как бы мы его не пытались переучить. Всё-таки такое обращение принято для слуг в семьях аристократов, а не в магазине.

Я вышел в торговый зал и подошёл к покупательнице. Молодая женщина, лет тридцати, явно аристократка. Лицо её было заплаканное, и выглядела она очень напуганно.

— Добрый день, — подошёл я к ней. — Чем могу помочь?

— Выручайте, — всхлипнула она. — Меня и так теперь засмеют, и слухи поползут. Так что к лекарям я ни ногой, даже к платным. Ой, стыд-то какой!

По манере общения она почему-то напомнила мне Варвару Александровну. Такой же бессвязный поток речи, в которой было трудно уловить смысл.

— Что произошло? — повторил я свой вопрос.

— Я же говорю, на маникюр пошла, а мне отказали! — торопливо ответила она. — И мне сказали, что не могут маникюр мне сделать. И что я…– она снова всхлипнула, но всё же договорила, — заразная.

Так, разговаривать с ней сейчас очень трудно. В такие моменты я очень радовался наличию у себя других ветвей лекарской магии.

Активировал психологическую и развеял её красноватую дымку тревоги. Женщина успокоилась и перестала всхлипывать.

Затем я активировал диагностическую магию и начал сканировать покупательницу. Патологический поток удалось уловить далеко не сразу, лишь спустя пару минут я поймал его в районе пальца пациентки.

Бородавка. Частое заболевание, вызываемое вирусами. Нам ещё предстояло проходить их на микробиологии, но я уже знал о них, так как закупал подходящие препараты в магазин.

Вообще, это частое заболевание и довольно неприятное. Бородавки склонны к быстрому распространению и быстрому росту. При травмировании они могут кровоточить, изменять форму, цвет и становиться болезненными.

Тут сыграли свою роль несколько факторов. Во-первых, женщину накрутили в маникюрном салоне. Заболевание действительно заразное и может передаваться бытовым способом, то есть через предметы. Правда, если они настолько испугались, вопрос уже к ним, насколько в этом салоне хорошо стерилизуют инструменты.

Вирус попадает в повреждённый кожный покров. Если при выполнении маникюра травмировали кутикулу, то туда легко мог попасть вирус. А если использовали необработанный инструмент…

Это частая слабая сторона в маникюрных салонах. Инструменты должны проходить тщательную очистку, для этого существуют специальные приборы.

Обработка эта происходит в несколько этапов. Стоит оборудование довольно дорого, и некоторые салоны предпочитают его не покупать. А просто протирать инструменты отваром чаги или спиртом, и всё. Этого не всегда достаточно.

Таким образом, можно заразиться не только бородавками. Можно получить и грибок ногтей, и даже панариций — гнойное воспаление пальцев.

Второй фактор — женщина явно аристократка. Я уже подмечал, что женщинам подобного круга в принципе страшно болеть. Любое посещение лекарей может привести к распространению слухов. Поэтому она и прибежала в наш магазин. Поход в алхимический магазин объяснить куда проще, чем поход в поликлинику.

Ещё хорошо, что она не попыталась заняться самолечением. Иначе сделала бы себе только хуже, бородавка могла бы переродиться в злокачественное образование. Если бы она, например, попыталась её как-то срезать или выдавить.

— У вас бородавка, — пояснил я женщине. Она уже почти совсем успокоилась и слушала внимательно. — Вирусное заболевание.

Но раз в маникюре женщине отказали, значит, заразилась она не в этом салоне. Возможно, в предыдущем, ведь женщины ходят на эти процедуры как минимум раз в месяц.

— Так это в салоне меня и заразили в прошлый раз! — внезапно гневно воскликнула женщина. — Это точно, в другие места я не хожу. Ну я им устрою!

Она развернулась и собралась куда-то бежать.

— Подождите, — остановил я её. — Я же вам ещё не прописал лечение.

Если она захочет разобраться с этим салоном — это её право. Это даже похвально, чтобы не возникало подобных случаев. Но моя главная задача всё-таки помочь пациентке.

— Точно, — спохватилась она. — А я и забыла!

Ну точно копия Варвары Александровны, такая же рассеянная.

— Мазь на основе чистотела, — протянул я ей флакон. — Повезло, что образование ещё совсем маленькое, и вы вовремя сюда пришли. Иначе пришлось бы удалять хирургически. А так пройдёт сама, наносить мазь три раза в день пять дней.

— А шрама не будет? — взволнованно спросила она. — Мне нельзя шрамы.

Хороший вопрос. Шрам мог бы появиться, если использовать обычный чистотел, не выращенный магическим образом. Такой способ лечения часто используют простолюдины, и это как раз приводит к появлению шрамов.

Здесь же в мази чистотел, который выращивают магическим образом. И такой препарат не вызывает побочных эффектов.

— Не будет, — заверил её я. — Только самолечением не занимайтесь.

Женщина купила нужную мазь и убежала. Видимо, разбираться с маникюрным салоном.

Остаток рабочего дня прошёл спокойно. Много клиентов, много дополнительных задач — работа кипела.

К вечеру я выделил себе час и уже успел посмотреть парочку зданий для будущего второго филиала. Пока что ничего подходящего не нашлось, но это и не было срочной задачей.

Утром в понедельник я вернулся в академию. Уже с нетерпением ожидал окончания всех проверок и появления, наконец, моего энергетического препарата. А пока приходилось спасаться кофе.

— Ну что, какие новости? — спросил за завтраком неунывающий Владимир.

— Что-то новое, обычно новости ты мне рассказываешь, — усмехнулся я.

— Я тебе рассказываю скандалы, интриги, расследования, — важно ответил друг. — А тебя спрашиваю про скучные каждодневные события.

— Собираюсь открывать второй филиал магазина, — поделился с ним я. — Ищу подходящие здания.

— Да я не об этом! — тут же замахал руками друг.

Так и думал, он хочет услышать что-то конкретное. И, кажется, догадываюсь что.

— Давай ты сразу скажешь, о чём ты, — предложил я. — А то мы так весь день просидим.

— Я про твой танец с Варварой Александровной! — воскликнул он чуть ли не на всю столовую. — Ты уверял меня, что между вами ничего нет.

— Так ведь и нет, — спокойно ответил я. — Это был королевский вальс, и нужно было пригласить другую даму. А вы поменялись дамами с Максимом, что мне оставалось делать?

— И так просто она согласилась? — прищурился друг. — Это странно.

Так и продолжит меня подозревать в отношениях с преподавательницей? Уверен, он не отстанет.

— Да, просто согласилась, — кивнул я. — Ей тоже хотелось потанцевать.

— Всё равно странно, — заявил Владимир. — Ну да ладно. Поживём увидим.

Что же он увидеть-то собрался? Мне и самому интересно.

Я решил ничего не отвечать, продолжив пить свой кофе. Аппетита с утра почему-то не было, поэтому я решил сегодня обойтись без завтрака. Такое бывало довольно редко, обычно свой режим я соблюдал строго.

После завтрака мы отправились на занятие по сердечно-сосудистым заболеваниям. Сергей Александрович выглядел сегодня неважно. Лицо его было бледным, и читал лекцию он сидя, а не стоя, как обычно.

— Сегодня закончим раньше, — спустя всего минут сорок от начала занятия заявил он. — Все свободны.

Радостные студенты гурьбой повалили из аудитории, а я, заподозрив неладное, направился к преподавателю.

— С вами всё в порядке? — уточнил я.

— Нет, не всё, — выдавил он из себя. — Я сейчас…

В следующую секунду он прикрыл рот руками и ринулся вон из аудитории.

Глава 18

Видимо, преподавателю стало плохо!

Как раз напротив аудитории располагались туалетные комнаты, куда и убежал преподаватель. Пришлось последовать за ним. Сергея Александровича вырвало в раковину, и он осел прямо на полу.

Я же подбежал к нему и активировал диагностическую магию. Вообще, лекарь умеет сканировать и собственное тело, выявляя заболевания. Но когда сам лекарь болеет, или болеет кто-то из его семьи, лекарские навыки словно отключаются. И человек начинает рассуждать, думать, действовать как… обычный человек.

Сам много раз наблюдал это на практике, поэтому понимаю, о чём говорю. Так что преподавателем занялся я.

Ага, пищевая токсикоинфекция. Или отравление, как принято в обиходе.

Это инфекция, вызванная употреблением некачественной пищи. Такая пища может содержать патологические микроорганизмы. Проявляется это заболевание обычно внезапно, через несколько часов после отравления. Тошнота, рвота, диарея, боли в животе, иногда повышение температуры.

С лечением всё, на самом деле, просто. Активированный уголь, то есть уголь, обработанный магическим образом — первая и главная линия защиты. Он является сорбентом и собирает по организму все токсины. А кроме него следует пить больше воды и соблюдать постельный режим.

Но для начала я всё равно потратил немного лечебной магии, облегчая состояние Сергея Александровича. Пищевая токсикоинфекция — это очень быстрое заболевание, проходит за один-три дня, так что скоро ему станет лучше.

— Что вы съели? — спросил я, когда ему стало лучше.

Это важный вопрос, ведь если некачественный продукт питания появился, например, в столовой, возможны и другие случаи заболевания.

К счастью, тут обошлось.

— Да колбасу в холодильнике нашёл, — смущённо признался преподаватель. — Долго там пролежала. А мне её жалко стало, вот я и на завтрак…

Для преподавателя лекарской академии — очень глупое решение. Как раз в таких продуктах и начинают размножаться патологические микроорганизмы.

— Давайте до дома вас провожу, — вздохнул я, помогая преподавателю подняться.

Сергей Александрович жил не в общежитии, а на съёмной квартире. Он тоже был в нашей академии новым преподавателем, и собственного жилья у него ещё не появилось.

Я вызвал такси и довёз его до дома. Подробно расписал все предписания, хотя преподаватель мог сделать это и сам. Посмотрев на мою схему, он лишь улыбнулся и одобрительно кивнул. Ему было приятно получить помощь от студента.

Я же решил сбегать в ближайший алхимический магазин за лекарством. И им оказался, разумеется, Елисеевский. Хотя тут ничего удивительного, им удалось выкупить практически все другие подобные магазины, кроме нашего. И во всём Санкт-Петербурге осталась только их сеть, и одна наша лавка.

Заодно я использовал эту ситуацию, чтобы сравнить ещё один филиал Елисеевского с нашей «Мастерской зелий Авериных». Пока что посещал только их главный магазин на Невском и не знал, как обстоят дела в других.

Ассортимент оказался очень скудным. Сразу было видно, другими филиалами граф Елисеев занимается очень неохотно и не продумывает необходимые для продажи препараты. Не было ни стеллажа для некромантов, ни стеллажа для психологов. Я вскользь просмотрел противомикробные препараты и отметил, что они были закуплены совершенно бессистемно.

— Добрый день, — поздоровался я с угрюмым продавцом за прилавком. — Могу я приобрести активированный уголь?

— Рецепт от лекаря, — даже не поздоровавшись, буркнул продавец.

Точно, я и забыл, что в магазинах требуют рецепты от лекарей, а без рецепта ничего не продают.

Я отошёл от прилавка и сам для себя быстро написал рецепт. И вернулся к окошку уже с ним.

— О, вы лекарь? — внезапно спросил продавец. — Прошу прощения, я не понял этого сразу. Лекарям у нас предоставляется скидка в пять процентов.

— Хорошо, — кивнул я.

Пока продавец искал на стеллажах нужный препарат, я отметил для себя, что ещё не продумывал систему скидок в своём магазине. Раньше любая скидка отразилась бы на выручке и потопила бы магазин. Но сейчас ситуация улучшилась, и можно было бы продумать подобные скидки для пенсионеров, например.

— Можно вопрос? — пробив товар, внезапно спросил продавец. — Вы же Николай Аверин? Владелец «Мастерской зелий Авериных»?

Ого, интересно, как он меня узнал…

— Да, — коротко ответил я.

— А у вас в магазине случайно нет вакансий? — смущённо уточнил продавец. — Надоело здесь работать, отношение скотское, относятся как к рабам.

Зато платят больше, учитывая, что они переманили одного из наших продавцов. А передо мной сейчас открылся интересный выбор. Я могу отплатить Елисеевым тем же, переманив одного из их продавцов к нам. Тем более, что вакансии у нас есть. А с учётом планов по открытию второго филиала — вакансий много.

Но мне изначально не понравился этот продавец. Его работа с людьми оставляет желать лучшего. Да у меня Егор, у которого нет опыта работы, справляется гораздо лучше!

— Нет, — ответил я. — У меня полный штат сотрудников.

— Жаль, — вздохнул продавец. — Если что-то изменится — вы знаете, где я.

Я забрал уголь и вернулся к Сергею Александровичу, который мучился от нового приступа рвоты. Это нужно перетерпеть, таким образом организм избавлялся от всех токсинов.

Я посидел с ним ещё некоторое время, напомнил позвонить в администрацию академии и доложить о своём состоянии, а после отправился в академию.

После обеда и урока по фехтованию отправился к Василию Ивановичу. Мы договорились сегодня на второе занятие.

— Добрый вечер, Николай, — подкручивая седой ус, поздоровался Василий Иванович. — Как настрой?

— Добрый вечер, — кивнул я. — Боевой, готов к новым знаниям.

— Так отвык учить молодёжь, — усмехнулся хирург. — Так что буду учиться делать это заново. Итак, как вы думаете, что важнее всего для хирурга?

Интересный подход он решил применить. Совсем не тот, как на занятиях у Святослава или Константина Евгеньевича.

— Наверное, знания анатомии, — предположил я. — Чтобы абсолютно безошибочно представлять, где какой орган, сосуд или нерв.

— Вы ответили абсолютно верно, но это касается знаний хирурга, — ответил Василий Иванович. — А что важнее всего для хирурга как для лекаря?

Вопрос философский, и он заставил меня задуматься. На других тренировках мы такое даже не обсуждали. Возможно, речь идёт об одной из заповедей лекаря?

— Не навредить? — спросил я.

— В точку! — обрадовался Колесов. — Хирург не должен навредить своему пациенту. А нам сделать это непросто, ведь всегда можно удалить что-то лишнее.

К юмору хирургов мне тоже ещё предстоит привыкнуть.

— В моей голове начало наших занятий звучало лучше, — признался Василий Иванович, заметив мою реакцию. — Итак, пробовали ли вы уже как-то применять свои навыки?

Случаев, когда я её применял, было всего три. В одном я самостоятельно вылечил своё ножевое ранение в особняке у Пановых, в другом — помог Марии, а в третьем зарастил порез на руке сыну графа Якунина.

Второй случай я рассказывать точно не буду, не самая приятная история для молодой аристократки.

Ещё был случай, когда хирургическая магия тоже пригодилась бы, но я пользовался техникой «Эхо здравия». О чём тоже не стоит рассказывать, ведь это авторская техника члена тайного клуба. Который, возможно, работает в министерстве здравоохранения.

— Один раз самостоятельно вылечил свой порез, — вслух ответил я.

Сложно отвечать на вопрос, обходя при этом все свои тайны.

— Отлично, — кивнул Василий Иванович. — Значит, общее представление об этой магии у вас имеется. Мы владеем исключительной способностью разъединять на какое-то время и сращивать обратно любые ткани. Живые ткани организма человека.

— Но если не уложиться в определённый срок, то ткани срастить уже не получится, — сказал я. — И тогда они заживают как обычная рана.

Вспомнил своего нового продавца, Егора. Из-за отсутствия качественной лекарской помощи он получил на всю жизнь уродливый шрам через всё лицо. Надо обязательно обсудить этот случай на одном из занятий, чтобы узнать, могу ли я как-то это исправить.

— Да, всё так, — снова поправляя усы, ответил Колесов. — Тогда мы просто используем алхимические препараты и повязки. С препаратами, как я понял, у вас нет проблем.

— Я люблю алхимию и владею алхимическим магазином, — кивнул я.

— Это прекрасно. Что ж, я решил, что лучшее обучение воплощается в практике, — проговорил Василий Иванович.

Это практически дословно девиз нашей академии. Хотя он её и заканчивал, так что ничего удивительного.

— А как это будет со стороны выглядеть? — уточнил я. — Вы меня кем-то представите?

— Да, скажу что вы студент хирургического факультета, и я ваш наставник, — пожал плечами Василий Иванович. — Поэтому я буду брать вас на все операции. Но сегодня у нас их не предвидится, поэтому…

В этот момент дверь в кабинет хирурга распахнулась, и вбежал Вадим — тот самый хирург, запаниковавший в прошлый раз из-за мана-цепня.

— Василий Иванович, там к нам поступил пациент с острым аппендицитом, — доложил он. — Его уже готовят к операции. Мне самому, или…

— Я прооперирую, — прервал его Колесов. — У меня как раз занятие с моим подопечным. Знакомьтесь, Николай Аверин, студент хирургического факультета.

— Вадим, первый год работаю хирургом, — кивнул парень. — Очень приятно с вами познакомиться.

По нему было видно, что опыта ещё мало, раз он уже второй раз прибегает с вопросами.

— Взаимно, — кивнул я.

Обрадованный отсутствием необходимости проводить операцию, Вадим тут же куда-то убежал. Складывалось впечатление, что он в принципе не в восторге от своей работы, но лекарское направление не выбирают.

— Целевик, закреплён за нашей больницей на пять лет, — заметив мой взгляд, пояснил Василий Иванович. — Балбес тот ещё! Стараюсь сделать из него человека.

— Я тоже целевик, — поделился я. — Из Гатчинской больницы.

— Целевик целевику рознь, — заявил Колесов. — У вас огромный потенциал, а Вадим избегает любого контакта с лекарским делом. Но не будем болтать, пора готовиться к операции.

Итак, аппендэктомия — операция по удалению воспалившегося червеобразного отростка кишки, аппендикса.

Теорию я знал. Это самое частое хирургическое заболевание, лечится оно только хирургическим путём. Причины развития аппендицита до сих пор точно неизвестны, на этот счёт хирурги спорят до сих пор.

Симптомы — боль в правой части живота, тошнота, рвота, повышение температуры. Патологический поток, характерный для этого заболевания, я тоже знал. Хотя эту тему в академии мы будем проходить на четвёртом курсе, знания на этот счёт у меня открылись из моей прошлой жизни.

Я снова переоделся в хирургический костюм, помылся и направился в операционную. Пациентом оказался мужчина лет сорока, довольно полный и грузный. Его уже ввели в наркоз, и анестезиолог, как обычно, дежурил рядом.

— Итак, начнём как раз с анатомии, — проговорил Василий Иванович. — Где располагается аппендикс?

— С правой стороны живота, на стыке тонкого и толстого кишечника, — ответил я. — Это самое распространённое положение. Но случаются и атипичные расположения, например, в левой части живота или под печенью.

— И боль тогда начинается в этой области, — кивнул хирург. — Верно. У нас с вами типичное расположение отростка. Итак, сейчас я размечу вам нужное место, и вы попробуете разъединить кожу и подкожную жировую клетчатку.

Василий Иванович сразу же решил пустить меня в бой. И дал довольно сложное задание. Теоретически я знал, как направлять хирургическую магию в руки и как разъединять ткани. Но практически ткани я ещё не разделял.

А здесь всё осложнялось тем, что Колесов сказал мне делать это послойно.

Василий Иванович сделал разметку, а я активировал нужную магию. И осторожно, стараясь выпускать самый минимум, провёл рукой по нужному месту.

— Отлично, Николай, первый слой разъединили! — подбодрил меня хирург. — Теперь подкожную жировую клетчатку.

Я сосредоточился и разъединил второй слой. Это оказалось ещё труднее, ведь пациент был полным, и подкожной жировой клетчатки было много.

— Ювелирно, — восхитился Колесов. — Теперь я займусь остальными слоями, а вы мне их перечислите.

— Мышцы, разделяющие прослойки соединительной ткани, и серозная оболочка, брюшина, — перечислил я.

Колесов как раз закончил делать доступ к этому времени.

— Отлично, — кивнул он. — Теперь укажите мне на сам аппендикс.

А вот это оказалось ещё более сложным заданием. Брюшная полость выглядела совсем не так, как на всех картинках в учебниках анатомии. Но в итоге я справился и с этой задачей.

— Теперь отделяем воспалённый аппендикс и заращиваем ткани органа, — кивнув, проговорил Василий Иванович.

Он продемонстрировал свои действия, заняло это от силы минуты две. Что ж, хирургические операции довольно быстрые.

— Я срощу все нижние слои, а вы — подкожную жировую клетчатку и кожу, — под конец сказал хирург. Он выполнил свою часть и передал эстафету мне.

Сращивать мне показалось проще, чем разъединять. Возможно потому, что это мне уже приходилось делать.

— Операция прошла успешно, — довольно кивнул Василий Иванович. — Теперь пациент несколько дней будет наблюдаться в нашей больнице, а потом его выпишут.

Мы снова помылись и встретились в кабинете Колесова.

— Хорошее сегодня выдалось занятие, — заключил он. — Хоть операция и внеплановая, но я смог оценить ваши знания и имеющиеся навыки.

— Не передумали меня учить? — усмехнулся я.

— Только ещё сильнее захотел, — в тон мне шутливо ответил хирург. — Не часто встречаются талантливые ученики. Но на сегодня, думаю, всё.

Я попрощался с Василием Ивановичем и отправился в общежитие. Собрания тайного клуба сегодня не было, и я со спокойной совестью отправился спать.

Утро вторника началось с обычных занятий по магическим заболеваниям. Мы продолжили разбирать заболевания стихийников, в этот раз затронув магов земли.

— С магами земли всё гораздо сложнее, чем с остальными, — начал занятие Виктор Александрович. — Их мы будем разбирать два занятия. А после них, напоминаю, зачёт.

— Одни зачёты кругом, — вздохнул Владимир, который сегодня не опоздал. — А жить-то когда?

— Магические заболевания магов земли очень завязаны на том, какой подтип магии у носителя, — проигнорировав моего друга, продолжил преподаватель. — Подобно нашей лекарской магии, у них существует несколько направлений. Магия камня, магия глины и почвы, магия растений и магия песка.

С магами растений я был знаком. Некоторые из них как раз занимались выращиванием растений для алхимических препаратов. Маги камня часто руководили стройками. С магами песка я вообще ни разу не встречался, даже не знаю, где можно применять такую магию.

— Начнём с магов камней, — проговорил Виктор Александрович. — Существует очень опасное заболевание, связанное с их магией. Каменная хворь. Если маг долго не выпускает подобную магию, она кристаллизуется внутри человека, откладываясь в опорно-двигательном аппарате. На костях и суставах. Они становятся тяжёлыми, тугоподвижными.

Как и при любом немагическом заболевании суставов, например, ревматоидном артрите. Только по клинической картине весьма сложно отличить одно от другого.

— По лечению это, во-первых, выпуск излишек энергии в соответствующий кристалл, а во-вторых, специальные препараты для суставов, — сказал преподаватель.

— Сабельник болотный подходит? — отмечая этот момент себе в конспект, уточнил я.

— Да, — кивнул Виктор Александрович. — И ещё почки берёзы.

Я пометил, что следует дозаказать эти препараты в алхимический магазин.

— Теперь про магов песка, — продолжал преподаватель. — Самое опасное заболевание у них связано со зрением. Это песчаная слепота, вызванная отложением песка в глазах. Опять-таки, если они не выпускают свою магию.

В принципе, одинаковый принцип для всех стихийных магий. Если не выпускать её — она начинает разрушать организм.

Заболевания органов чувств, а именно глаз и ушей, нам тоже предстояло пройти только на четвёртом курсе. Однако нужные препараты для глаз я знал. Настойка травы очанки в виде глазных капель и отвар черники для улучшения зрения.

— Принцип тот же, — подтвердил мои мысли Виктор Александрович. — Выпуск лишней энергии и алхимические препараты.

У меня возникло новое воспоминание, что со всеми этими болезнями мне придётся ещё не раз столкнуться. В прошлой жизни подобный курс тоже ввели в академию, и это очень пригодилось в последующей практике в Гатчинской больнице.

Интересно, а полученный опыт как-то позволит мне быстрее продвигаться по карьерной лестнице? И что будет, если я просто откажусь от перспективы становления лекарем императора?

Возможно, это спасло бы мне жизнь, но это было бы побегом. А я не привык бежать от трудностей, это не в моих принципах. Я привык их решать.

Поэтому я стану лекарем императора и вычислю своего предателя. И перепишу эту часть истории своего предыдущего «я».

Мы ещё пообсуждали болезни магов земли, и занятие было закончено.

По пути в общежитие я неожиданно встретил Сергея Александровича.

— Добрый день, — удивлённо поздоровался я. — Я думал, вы возьмёте отгулы на несколько дней.

— Собирался, — кивнул преподаватель. — Но мне стало гораздо лучше, поэтому решил много не пропускать. Занятия сами себя не проведут.

Значит, ему помогло ещё и моё лечение лекарской магией. Это хорошо, значит, мои навыки очень неплохие. Обычно только продвинутые лекари умеют лечить таким образом. Если я и дальше буду её развивать…

— Рад, что вам лучше, — кивнул я.

— Я вчера так и не сказал вам спасибо, — произнёс Сергей Александрович. — А вы столько для меня сделали.

— Рад, что смог вам помочь, — кивнул я. — Берегите себя, и осторожнее с колбасой.

— Теперь ещё месяц к ней не притронусь ни в каком виде, — усмехнулся преподаватель.

Он ушёл в корпус, а на меня налетел Владимир. Выглядел он как после пробежки, светлые волосы торчали во все стороны, а щёки раскраснелись. Впрочем, он выглядел так почти постоянно.

— Что у тебя за новые секреты, теперь уже с другим преподавателем? — возмущённо спросил он.

— Да нет никаких секретов, — отмахнулся я. — Давай, заподозри меня ещё непонятно в чём.

— Просто спросил, — примирительно вскинул руки Владимир. — Я вот что подумал, у меня сегодня вечером наконец-то нет никаких репетиций и планов.

— Кроме домашнего задания, разумеется, — не стал упускать возможность подколоть друга я.

— Ты ужасный друг, — надулся он. — Короче, давай прогуляемся вечером? Хочу посмотреть, как разводят Большой Петровский мост.

Разводные мосты — это была одна из гордостей Санкт-Петербурга. Они существовали ещё с девятнадцатого века, и каждый из них был отдельным произведением искусства.

Любой уважающий себя петербуржец хотя бы раз в жизни наблюдал за разведением мостов, зрелище это действительно очень красивое.

А Большой Петровский мост — это первый из разводных мостов в нашем городе. Он соединяет Петровский и Крестовский острова.

Предложение друга довольно внезапное, я планировал сегодня новую тренировку по психологической магии. Но с другой стороны, когда-нибудь надо и отдыхать.

— Давай прогуляемся, — кивнул я. — Тебя нельзя одного отпускать, а то ещё свалишься прямо с моста.

— А так тебя скину, — фыркнул друг. — Встречаемся возле общежития в полночь.

В принципе, времени на всё хватит. После обеда было занятие по алхимии, на котором Сергей Станиславович рассказал мне, что наша формула признана более совершенной. Правда, комиссия ещё усомнилась, не подойдёт ли корень гуараны лучше элеутерококка. Но тут мой выбор оказался оправдан ещё и тем, что элеутерококк гораздо проще вырастить. Гуарана — это лиана, и растёт она лучше в тропическом климате. Выращивание её в наших условиях невозможно.

Так что осталось только дождаться завершения всех проверок, и новый препарат тоже будет доступен в алхимических магазинах.

После я всё-таки сходил на короткое занятие по психологии, а к полуночи подошёл к общежитию.

Владимир уже ожидал меня снаружи.

— Ты где это был? — прищурился он.

— По делам ходил, — уклончиво ответил я.

— Знаю я твои дела, — усмехнулся друг. — Ладно, пойдём. Мост разводят в час ночи, пока что просто прогуляемся.

Мы неспешно пошли по ночным улицам Санкт-Петербурга, делясь последними новостями.

Я делился рассказами о магазине, Владимир — о своём любимом капустнике.

— И тогда мне сказали, что я рождён для этой роли! — возмущённо поделился он. — Роли глупого студента. А я вот совсем не такой, я же очень умный, и…

Как раз в этот момент мы проходили по одному переулку, и к нам навстречу внезапно выскочил мужчина, одетый во всё чёрное.

— С дороги! — проорал он, толкая моего друга прямо в стеклянную витрину рядом стоящего магазина.

Стекло разбилось вдребезги, и друг упал.

Заорала сигнализация, и мужчина принялся убегать со всех ног. Так, стоп, он что-то украл там?

Я собрался было бежать за ним, но сначала надо было проверить Владимира.

— Ты как? — напряжённо вглядываясь в темноту витрины, спросил я.

— Ммм, кажется, я снова влип, — простонал он.

Я подошёл к нему поближе и понял, что вся его рука в крови. Он порезался об осколки стекла, и порезы были нешуточные. Владимир теряет много крови, а залечить такое можно только хирургической магией. Если не справлюсь в течение двух минут, друг и вовсе может умереть!

А ещё сирена не смолкает! Сейчас приедет полиция, а тут двое неизвестных, рядом с разбитой витриной.

Глава 19

Владимиру срочно требовалась помощь, а потому мне пришлось действовать очень быстро.

— Я сейчас тебе помогу, — сообщил другу. — Не пугайся и не задавай лишних вопросов. Всё потом.

Я тут же активировал хирургическую магию и залечил все порезы. Эхом здравия в этот раз пользоваться не стал. Друг был в сознании, и потом наверняка спросит, что это была за техника. А я лучше раскрою свои собственные тайны, чем тайны клуба.

Через минуту все раны были залечены, а ткани соединены.

— Как… Как ты это сделал? — рассматривая свою руку, прошептал друг.

Владимир не был глупцом и понимал, что подобное колдовство — чистая аномалия для моего лекарского направления.

— Я же сказал, все вопросы потом, — отрезал я. — Сейчас отсюда надо уходить.

Настоящего вора я не успел бы поймать, ведь пришлось оказывать помощь Владимиру. И он успел убежать, а мы вдвоём остались. И сейчас не лучший момент объяснять всё это полиции.

Тем более, район это неблагополучный, а вора они найдут быстро. Почти все, кто идёт в полицию, обладают магией отслеживания. Все об этом знают, а потому на кражи люди решаются только в самые отчаянные времена.

Но это не отменяет того факта, что нам придётся участвовать в допросе, когда сотрудники полиции здесь появятся. И мы застрянем минимум на час до выяснения обстоятельств.

Мы поспешно ушли с того переулка и в итоге добрались до Малой Невки. Куда и собирались изначально, к разводному мосту.

Там Владимир бухнулся прямо на землю и заявил:

— Рассказывай!

Пора уже и лучшему другу поведать свой секрет. Тем более, в нём я уверен куда больше, чем в некоторых из своих преподавателей.

Возможно, вскоре я смогу поведать о нём всему миру. Но это будет только тогда, когда за мной будет достаточно силы, чтобы противостоять тем, кто захочет ставить на мне свои эксперименты.

Если сейчас я вдруг исчезну, придётся затыкать лишь мою семью. А вот в дальнейшем, когда я обрасту множеством связей с аристократами, это будет сделать не так просто. Примерно такую тактику и подкидывали мне собственные воспоминания из жизни в будущем.

— В общем, у меня больше одной ветви магии, — приземляясь рядом, сообщил я.

— Как это? — не понял друг.

— У меня открыты все четыре ветви лекарской магии, — решил сказать ему правду я. — Но этого никто не должен знать. Я доверяю тебе, потому что ты мой друг. Если об этом узнают остальные, последствия могут быть очень печальными, не хочу до такого доводить.

Пару минут Владимир молча смотрел на реку, переваривая информацию. Наверняка понимал, что я имею в виду.

Стоит хотя бы вспомнить историю Игоря Рязанцева, у которого в шестнадцать лет открылся уникальный дар. Судя по слухам, этот парень одним своим словом мог подчинить целую армию. Но вместо того, чтобы встать возле императора, Рязанцев исчез. И что стало с его даром и ним самим — до сих пор никто не знает.

Хотя ходят и другие слухи. Говорят, что среди артефакторов императора есть те, кто способен вовсе забирать у человека дары. Но ни в прошлом, ни в будущем мне это проверять не приходилось.

В общем, касательно раскрытия уникального таланта всё было слишком противоречиво, и я попросту не хотел рисковать ни собой, ни своими близкими.

— А так разве бывает? — наконец спросил Владимир.

— Бывает, хоть и очень редко, — кивнул я. — История знает случаи, когда у лекаря было открыто два направления магии. Но у меня открылись все четыре, причём совсем недавно.

— Значит, и психологическая? — уточнил Владимир. — И даже… Патологоанатомическая?

— И хирургическая, — подтвердил я. — Все четыре.

Другу снова понадобилось несколько минут на переваривание информации.

— И никто, кроме меня, не знает? — задал он следующий вопрос.

— Знает пара преподавателей, которые помогают мне учиться ей пользоваться, — ответил я. — Каждый из них думает, что у меня два направления магии, лечебная и их соответственно. Кто именно эти люди — говорить не буду.

— Так вот где ты по вечерам пропадаешь? — внезапно обрадовался друг. — А я к тебе пару раз заходил, а тебя не было. Думал, ты от меня отношения всё-таки скрываешь, вот и спрашивал постоянно об этом.

Я не выдержал и рассмеялся. Владимир пару секунд удивлённо на меня смотрел, а затем и его накрыл приступ смеха.

— Я раскрыл тебе чуть ли не главный секрет в своей жизни, а ты переживаешь, не скрыл ли я отношения с девушкой, — закончив смеяться, проговорил я.

— Нет, я понимаю, насколько это важно, — поспешно заявил друг. — И я обещаю, что никому не раскрою твоей тайны. Просто рад, что она оказалась не такой, как я думал.

— А я рад, что всё тебе рассказал, — улыбнулся я.

На душе и правда стало легче.

— И мне потребовалось разрезать руку стеклом, чтобы ты наконец собрался, — усмехнулся Владимир. — Слушай, только пообещай не ковыряться у меня в голове своими приёмчиками.

— Хорошо, — умолчав о том, что я это не раз уже делал, кивнул я.

В этот момент пришло время разведения моста, и мы с удовольствием стали наблюдать.

Больше мы ни о чём не разговаривали, думая каждый о своём. Было спокойно, я правда был рад, что наконец открыл секрет своему самому близкому другу. В том, что он его никому не расскажет, я не сомневался. Уже не раз убеждался, что ему можно доверять.

Конечно, некоторые секреты я буду вынужден навсегда оставить при себе. Как, например, тот, что я проживаю свою же жизнь второй раз. Об этом точно никому знать не стоит.

На обратном пути мы прошли недалеко от того переулка и убедились, что вора всё-таки задержали. Это хорошо, не хотелось бы, чтобы из-за нас он ушёл безнаказанным.

Мы вернулись в общежитие и разошлись по своим комнатам.

Утро среды началось не с побудки через громкоговоритель, а с внезапного звонка графа Щербатова.

— Доброго утра, Николай, — поздоровался он. — Боюсь, у меня не самые хорошие новости.

— Доброе утро, — ответил я. — Слушаю.

— Я вынужден продать свой завод, — вздохнул граф. — Тот, с которым у вас налажены поставки алхимических препаратов.

И правда, не самые лучшие новости! Все наши продажи завязаны на контракте с этим заводом. Я был готов к тому, что граф однажды всё-таки отменит свою скидку, но разрыв договора в мои планы не входил.

— Почему, если не секрет? — поинтересовался я. — Неприбыльный бизнес?

— Дело не в этом, — ответил граф Щербатов. — Мы с семьёй покидаем город. И я распродаю здесь всё своё наследие. Считаю вас своим другом, и никогда не забуду, что вы спасли мне жизнь. Именно поэтому и решил предупредить вас заранее.

И тут мне в голову пришла одна идея. Я бы сказал, безумная. Но засевшая настолько крепко, что я тут же спросил:

— А за сколько хотите его продать?

— Вы думаете его купить? — удивился граф Щербатов.

— Пока только думаю.

Ведь это мне явно не по карману.

— Хотя что мне удивляться, вы очень предприимчивый молодой человек. Что ж, такие вещи лучше обсуждать при личной встрече. Давайте я сегодня вечером заеду к вам в магазин, и мы об этом поговорим. Ведь, насколько мне известно, вы теперь являетесь главным в вашем бизнесе.

А слухи быстро распространяются.

— Хорошо, вечером буду ждать вас, — коротко ответил я.

После этого звонка спать уже не хотелось, и я засел за планирование. Итак, у меня отложена некая сумма. Которую я изначально хотел потратить на второй филиал. Но приобретение собственного завода алхимических препаратов повернёт весь бизнес совсем в другую сторону! Я смогу приобретать их для своего магазина по себестоимости. Рассчитывая, конечно же, все затраты.

Однако своих средств мне хватит разве что на первый взнос по кредиту. И банк навряд ли выдаст мне нужную ссуду без поручителей.

В воспоминаниях ничего про завод не было. Наверное, эта жизнь всё-таки пошла по другому сценарию. И спасение графа Щербатова в той аварии сыграло в этом не последнюю роль.

Аргументы против этого решения тоже имелись. Как минимум совмещать учёбу и всё прочее и с магазином, и с заводом будет трудно. Но это уже можно решить по факту, пока что мы даже не обсудили с графом условия.

После всех занятий я сразу же поехал в магазин. И сходу меня ждали свежие новости.

— Господин, — нерешительно обратился ко мне Егор. — Вас там женщина молодая ждёт. Говорит, что была у вас в воскресенье. Я сообщил, во сколько вы будете, и она решила дождаться.

Я почему-то сразу понял, что речь идёт про ту женщину из маникюрного салона. Не подошло что-то в лечении? Это вряд ли, все назначения были правильными.

— А где она? — осмотрев торговый зал и не увидев её, уточнил я.

— Возле кабинета, — смущённо ответил Егор. — Она дама знатная, сразу видно. Но в кабинет я её пускать не решился, без вас-то. Вынес ей стул и кофе сделал.

С одной стороны, правильное решение. В кабинете важные документы, и пускать туда посторонних точно не стоило. С другой стороны, понравилось ли самой аристократке, что её так оставили в коридоре?

Я кивнул стажёру и поспешил к ней. Опасения оказались напрасными, выглядела она очень довольной, спокойно распивая кофе.

— Николай! — воскликнула она, едва не выплеснув кофе, когда я подошёл. — А я к вам!

— Мне уже сказали, — кивнул я. — Проходите в кабинет.

Я запустил женщину внутрь и сел за рабочий стол.

— О чём вы хотели поговорить? — спросил я.

— Я пришла поблагодарить вас! — заявила женщина и продемонстрировала мне палец, на котором ранее была бородавка. — Всё прошло! Ещё завтра один день осталось помазать, строго по рекомендациям.

— Рад, что смог вам помочь, — кивнул я.

Правда, ради этого не стоило дожидаться меня в магазине столько времени.

— Так это ещё не всё! — воскликнула женщина. Импульсивности в ней было даже больше, чем у Варвары Александровны. — Это перевернуло мне всю жизнь!

И я точно так же не мог понять, о чём она вообще говорит.

— В каком плане? — спокойно спросил я.

— Я думала разнести этот салон в порошок. И подала на них в суд. А потом решила купить себе свой, — заявила женщина. — Муж оказался не против, сказал, хоть делом займусь. А я решила, что лучше всё делать качественно, чем бесконечно искать другой салон для красивого маникюра.

Интересный подход! Обычно в аристократических семьях мужчины не особо приветствуют такую деятельность своих жён. Но тут, видимо, было исключение.

На самом деле, отличное решение, но есть подводный камень.

— Суд будет иметь смысл, если они ещё кого-то заразили, — подметил я. — У вас уже всё прошло.

— А они заразили! — закивала женщина. — Так что дело ими уже заведомо проиграно. Но вы сможете письменно подтвердить, что я действительно обращалась к вам с такой проблемой?

— Смогу, — кивнул я. — Так как я консультирующий лекарь, то это будет официальный документ от нашего магазина. Правда, ранее мне казалось, что вы хотите скрыть этот случай.

— Справедливость важнее! — воскликнула она. — Несколько пострадавших, плюс специальная экспертиза, и они закроются.

— И вам не страшно после всей этой истории самой открывать такой же бизнес? — поинтересовался я.

— Конечно, нет, ведь это будет совершенно другой салон, — заявила женщина. — Я уже занимаюсь закупкой всего оборудования и прочим. У меня будет самый безопасный салон! И я докажу это всему городу!

От обилия эмоций она даже подскочила со стула и начала расхаживать по кабинету. Выглядела в этот момент даже слегка безумно.

— Инструменты будут проходить все этапы очистки. Будет кофе-машина. Я смогу придумывать свои дизайны, — невпопад перечисляла она. — Открытие уже через неделю!

— За такой короткий срок столько перемен? — удивился я.

— А как же! Я не привыкла долго ждать, — капризно ответила женщина. — Так вот, через неделю у меня открытие, и я решила подарить вам три сертификата на бесплатный маникюр в моём салоне. В качестве благодарности за всё, что вы для меня сделали.

Интересный подарок, особенно для мужчины…

— Три сертификата на маникюр? — переспросил я.

— Ну да, — как ни в чём не бывало кивнула она. — Подарите кому-нибудь. Маме, девушке, кому угодно. Уверяю вас, в моём салоне всё будет безопасно, можете сами в этом убедиться. Ведь вы приглашены на открытие. А, ещё вас могут вызвать в суд, чтобы подтвердить, что я к вам действительно обращалась. Одна знакомая, такая дура, самолечением занималась, теперь вот к хирургам придётся идти шрам удалять.

Второй раз в жизни у меня возникло ощущение, что от обилия информации сейчас взорвётся мозг. Первый раз это было оправдано в приюте красного креста, когда я начал вспоминать свою прошлую жизнь. Сейчас вот второй раз…

— Стоп, — остановил я словесный поток. — Спасибо за приглашение и за подарки. В суд я приду, если будет возможность. А теперь дайте мне десять минут сделать вам нужный документ.

Женщина прекратила свой поток речи, правда, ходить из стороны в сторону не перестала. Что ж, если так она ведёт себя и дома, неудивительно, что её муж обрадовался идеи с салоном. Такая болтовня безумно утомляет.

— Как вас зовут? — заполняя документ, уточнил я.

— Акулова Мария Александровна, — на это раз кокетливо ответила женщина. — Для вас теперь можно просто Маша.

— Мне для документа, — уточнил я, чтобы не подумала, что я флиртую с замужней женщиной.

Наконец, нужный документ был заполнен, и я отдал его Марии Александровне.

— Вот три сертификата и приглашение на открытие, — протянула она мне несколько ярких карточек. — Буду ждать!

На этом она, наконец, покинула мой кабинет. И я спокойно выдохнул.

Безопасный маникюр — на самом деле хорошая идея. Думаю, я схожу на это открытие, если у меня получится. И если смогу убедиться в безопасности этого салона, подарю сертификаты своим женщинам. Маме, Анастасии и… кому-нибудь ещё.

Сертификаты были распечатаны на небольших прямоугольниках и раскрашены в яркие цвета. Впрочем, приглашение было точно таким же.

— К вам можно? — заглянул ко мне в кабинет граф Щербатов. — А то у вас была посетительница, и я решил подождать.

— Конечно, не знал, что вы уже пришли, — убирая полученные карточки, ответил я.

Граф прошёл в кабинет и уселся на стул.

— Итак, уже обдумали своё же предложение? — поинтересовался он.

— Да, обдумал, — кивнул я. — Пока что я от него не отказываюсь. Но нужно поговорить об условиях.

Я назвал графу ту сумму, которой располагал. Разумеется, я понимал, что для покупки завода этого не хватит. Так и оказалось, сумма, названная им, была больше раз в пять.

— Этой суммы мне хватит для первоначального взноса на кредит, — добавил я. — Но на это мне потребуется несколько дней. Вы можете мне их предоставить?

— Максимум неделю, — ответил Борис Петрович. — Большим количеством времени я не располагаю.

— Этого хватит, — кивнул я. — Спасибо.

— Это последнее, что я могу для вас сделать, — пожал плечами граф Щербатов. — Ещё раз напоминаю, вы спасли мне жизнь. И я буду рад, если хоть один из заводов достанется достойному человеку.

Что ж, это хороший ответ. Думаю, недели мне хватит на оформление кредита. А в поручители возьму своего отца. Императорский банк наверняка такое одобрит.

— Кстати, покупкой завода интересовался и ваш прямой конкурент, граф Елисеев, — добавил Борис Петрович. — Но я отказался. Хотите знать, почему?

— Да, это довольно любопытно, — отозвался я. — Ведь он наверняка предложил большие деньги за него.

— Дело не в деньгах, — поправляя пиджак, заявил граф Щербатов. — Я знаю, что они изменят всё производство. Начнут экономить на всём, и в результате на прилавках появятся некачественные лекарства.

Достойный ответ.

— У вашего завода заключены договоры с другими магазинами? — поинтересовался я. Это был логичный вопрос, ведь в самом Санкт-Петербурге осталась только сеть Елисеевских и мы. Думаю, такой бизнес не был бы прибыльным, учитывая нашу скидку.

— По всей области, — ответил Борис Петрович. — Завод такой один на весь город, и поэтому недостатка в клиентах нет. Кстати, Елисеевы всё-таки не решились пока что поднимать цены.

Я отметил это, когда недавно посещал один из магазинов. Тогда я об этом не задумался, но теперь мне стало ясно и кое-что ещё. Отношение продавца ко мне обуславливалось тем, что я забрёл в филиал для простолюдинов. Ведь у Елисеевых магазины строго делятся на две категории по сословиям.

Поэтому-то продавец так удивился, осознав, что я аристократ. Успешно возвращающий статус своей семье, кстати.

— Рад это слышать, — ответил я. — Я всегда поддерживаю здоровую конкуренцию.

— В эту субботу я провожу приём в честь своего отъезда, — резко сменил тему граф Щербатов, видимо, вспомнив об этом только сейчас. — Официально приглашаю на него всю вашу семью.

Нашу семью уже давно не звали на приёмы в полном составе. Это будет отличная возможность показать, что Аверины ещё имеют статус. Правда, в субботу я собирался посетить тайную библиотеку. Но это может подождать, семейные дела важнее.

— Обязательно придём, — улыбнулся я. — Надеюсь, к этому времени я уже смогу разобраться с денежным вопросом.

Хотя мы и обсудили все темы, уходить он не спешил. Видимо, хотел обсудить ещё что-то. Я просканировал его психологическое состояние и увидел слегка фиолетовую дымку. Цвет грусти.

— Вам жаль уезжать из Санкт-Петербурга? — спросил я.

— Ещё как, — подтвердил Борис Петрович. — Сами понимаете, что это значит для аристократа, всю жизнь прожившего в этом городе. Да вся история моего рода в этом городе.

— В новом городе можно начать новую историю, — поддержал его я.

Он благодарно улыбнулся, но ничего не ответил.

— Мне пора, — заявил он. — До встречи в субботу, в шесть вечера!

— Всего доброго, — кивнул я.

После его ухода я решил позвонить отцу. Старался держать его в курсе всех событий, связанных с магазином. Я сообщил про необходимость взять кредит, и мы договорились о посещении филиала банка в пятницу.

Кроме того, стоило сообщить о приглашении на приём.

Последнее удивило его особенно сильно. Он тут же побежал рассказывать семье и пообещал также сказать моему брату. Всё-таки приглашение для всей семьи, и Андрею тоже желательно там присутствовать.

Остаток дня и ночь прошли полностью в работе. В четверг утром я сдал смену и отправился в академию.

— Граф Щербатов покидает город со своей семьёй, — поделился со мной за завтраком Владимир. — Говорят, что он получит титул князя в Ростове. Правда, не знаю, насколько слухи правдивы.

Это объясняет, зачем он распродаёт свой бизнес. Он мог оставить управляющих и контролировать свои дела из другого города. Но князю по закону не положено заниматься некоторыми видами бизнеса. Князья сами принимают законы, и всё сделано так, чтобы они не могли принимать их в угоду своей выгоде. Поэтому они занимаются другими прибыльными делами.

— То, что он покидает город, я уже знаю, — кивнул я. — Пригласил всю нашу семью на прощальный приём в субботу. Может быть, там и скажет причины такого отъезда.

— Нас тоже пригласили! — радостно заявил друг. — Отлично, наконец-то вашу семью начали замечать в высшем свете.

Это можно было бы посчитать за оскорбление, если бы я не так хорошо знал своего друга. Он говорил без какого-либо злого умысла.

— Отлично, значит, увидимся там, — ответил я.

— И Черновых позвали, и Елисеевых, — перечислял Владимир. — Там вообще все будут.

Обычно такие сборы обязательно заканчиваются каким-нибудь происшествием. Но таковы правила в нашем мире, граф Щербатов просто не мог не позвать всех этих людей.

— Будет весело, — усмехнулся я.

После завтрака мы отправились на занятие по магическим заболеваниям. На этот раз я проконтролировал, чтобы мой друг тоже пришёл вовремя. Мы окончательно прошли все болезни стихийников, и Виктор Александрович ещё раз напомнил нам про зачёт на следующей неделе.

После всех уроков я отправился к Константину Евгеньевичу на очередное занятие. Владимир встретил меня в коридоре и заговорщически приложил указательный палец к губам. Мол, знает, куда я направился.

— Добрый вечер! — поздоровался преподаватель. — На занятие?

— Добрый вечер, конечно, — кивнул я. — Надо продолжать развивать эту магию. Тем более, уже не раз она мне пригождалась в жизни.

Один раз с её помощью даже пришлось лечить депрессию сына графа Якунина. Тогда мои навыки были ещё далеки от тех, которые были сейчас.

— Какую тему хотели бы разобрать? — поинтересовался Константин Евгеньевич, когда я вошёл в аудиторию. — Мы с вами идём очень быстрым темпом, и скоро вы пройдёте уже весь начальный курс.

— Хочу обсудить чтение мыслей, — ответил я. — Психологи ведь и такое умеют?

Константин Евгеньевич резко изменился в лице и отшатнулся от меня, как от призрака.

— В чём дело? — не понял я.

— Чтение мыслей… Этот навык есть только у очень способных психологов, далеко не у всех, — прошептал он. — Вы хотите сказать, что у вас он тоже имеется?

Отпираться смысла не было. Если честно, не думал, что эта способность — такая уж редкость. Уверен, что у того же Олега Николаевича из тайного клуба, она есть.

— Да, — кивнул я. — Но я могу читать мысли только у сильно подавленных, разбитых людей. И то не всегда. А ещё не умею ставить фильтр и в большой толпе иногда слышу чужие мысли.

Иногда это приводит к хорошему исходу, как с тем молодым человеком, которому я помог на скамейке, пока гулял с Анастасией. Но иногда это доставляло определённые неудобства.

— Я не обладаю таким навыком, — признался преподаватель. — И не смогу вас ему обучить. Но то, что вы сказали… Это значит, я в вас не ошибся!

— Может быть, уже пора пояснить мне, что это значит? — спросил я.

— Пора, — выдохнул Константин Евгеньевич. — Существует пророчество об избранном лекаре. Это личное пророчество нашего рода, мои предки умели предсказывать будущее.

Не знал, что в нашем мире кто-то ещё верит в пророчества. Хотя, психологи очень даже могут.

— В этом пророчестве говорится, — продолжил преподаватель, — что появится уникальный маг. И что силы его будут велики, он переплюнет всех других лекарей.

Говорил он всё это слегка завывающим голосом, даже жутковатым.

— И вы считаете, что это обо мне? — спросил я.

— Да я теперь в этом абсолютно уверен! — воскликнул преподаватель. — Подумал я об этом ещё в день нашего знакомства.

— Поэтому и согласились на дополнительные занятия, — догадался я.

Хотя бы одной тайной в моей жизни станет меньше. Конечно, у преподавателя могли быть и другие мотивы, и я почему-то уверен, что это не единственный.

— Именно поэтому! — ответил Константин Евгеньевич. — Я ведь верю в это пророчество. Его оставили мои предки.

— Даже если это и правда, во что лично я не верю, это не обязательно обо мне, — сказал я.

А точнее, почти наверняка не обо мне. Мои силы больше связаны с моей жизнью, точнее, второй жизнью. С другой стороны, если пророчество всё-таки существует, оно могло и это предвидеть.

— Это точно о вас, — не хотел слушать никаких возражений преподаватель. — Я почувствовал это с самого начала.

— И что же этот избранный лекарь должен сделать, согласно вашему пророчеству? — с интересом спросил я.

— Как я рад, что вы задали этот вопрос, — снова перешёл на завывающий тон преподаватель. — Вы должны избавить наш род от родового проклятия.

От авторов:

Дорогие читатели, благодарим вас за интерес к истории никлая Аверина. Отдельное спасибо за ваши лайки, награды и комментарии, которые дают нам хороший пинок и дальше работать без выходных.

Продолжение мы уже выложили здесь:

https://author.today/reader/458375/4265869

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Лекарь Его Величества. Том 2

Content

Лекарь Его Величества. Том 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Nota bene