Ю Ёнгван

Волшебный магазин Токкэби

Original title:

The Rainbow Goblin Store

by Yoo Yeong-Gwang

На русском языке публикуется впервые

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© 2023 by (Yoo Yeong-Gwang)

Originally published by Clayhouse Inc.

All rights reserved. No part of this book may be used or reproduced in any manner whatever without written permission except in the case of brief quotations embodied in critical articles or reviews.

Russian Translation Copyright © 2024 by Mann, Ivanov and Ferber

Russian edition is published by arrangement with Clayhouse Inc., through BC Agency, Seoul

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2025

* * *

Постарайся стать радугой в чьем-то облаке.

Майя Энджелоу

Пролог

«Вж-ж-ж… хр-р-р…»

«Ну вот, опять трещит». Сэрин покрутила ручку старого радио, каких уже не найдешь в наше время, в конце концов не выдержала и ударила по нему, чтобы наладить звук.

«Со следующей недели по всей стране ожидаются дожди из-за влияния высокого атмосферного давления в северной части Тихого океана…» – послышался голос ведущего прогноза погоды: радио почему-то снова заработало.

Сэрин чуть было не выбросила прибор, который, казалось, находился на последнем издыхании. Наконец долгожданный дождь! А с ним откроется и магазин, где можно продать свои несчастья.

Глава 1. Странные слухи

Старый заброшенный дом в городке Рэйнбоу.

Однажды об этом месте начали ходить необычные слухи: якобы можно отправить в ветхий дом письмо с историей о себе, и через некоторое время на твой адрес придет таинственный билет. А дальше – полный абсурд. Говорят, что если в самый первый день сезона дождей пойти с этим билетом в ту развалюху, то можно изменить свою жизнь, как захочешь.

– Чушь какая-то!

– Да кто вообще в такое верит?

Поначалу это и были лишь байки, придуманные, казалось, в шутку, но шаг за шагом слухи разошлись повсюду, словно у них были ноги. А со временем еще и обросли подробностями.

Пусть детали и отличались слегка друг от друга, суть оставалась одна.

– Честное слово! Я видел его собственными глазами!

Те, кто якобы туда попадал, рассказывали о встрече с кем-то вроде людей, а вроде и не совсем. Сами эти создания именовали себя токкэби[1]. Более того, словно заранее сговорившись, очевидцы утверждали, что лично побывали в таинственном и удивительном месте, где эти самые токкэби живут.

– Да ты надо мной смеешься, что ли?

Конечно, далеко не все верили в такие истории, но было немало и таких, кто, как Сэрин, ими очень даже интересовался. Многие при очередном рассказе про токкэби и тайные билеты лишь усмехались, но Сэрин эти истории занимали настолько, что она могла даже отложить в сторону ложку, когда ела. Поэтому Сэрин и устроилась сейчас в самом дальнем углу библиотеки с томиком «Тайны магазинчика токкэби», забронировать который совсем непросто!

Начнем с того, что уже обложка книги была необычной. Даже при беглом осмотре становилось заметно, что в издательстве не пожалели сил для ее создания: в зависимости от света и угла зрения она затейливо переливалась разными цветами. Сэрин долго крутила ее во все стороны. Взгляд так и тянулся к слогану: «Мы наконец раскроем вам правду», а рядом крупными красными буквами было написано «Бестселлер». Даже у таких людей, как Сэрин, которые отгораживались от чтения забором, эта книга одним своим видом вызывала желание взять ее в руки.

Она вышла совсем недавно, но была уже изрядно потрепана – чем не доказательство популярности! Немного успокоившись, Сэрин аккуратно ее открыла.

«Фу, а это еще что такое?»

Сразу на оборотной стороне обложки была фотография криво улыбающегося автора. Кто-то пририсовал ему жирным черным маркером очки и закрасил несколько зубов, поэтому разглядеть настоящее лицо не получалось.

Страницы оказались в не менее плачевном состоянии. На каждой без исключения виднелись всевозможные каракули или в спешке записанные номера телефонов, счетов и тому подобного. В лучшем случае строки были подчеркнуты карандашом. Местами попадалось нечто желтое и засохшее. Сэрин строго пообещала себе не обращать на все это внимания. В конце концов, значение имеет лишь содержание.

К счастью, книга увлекала уже с первых страниц. В первой части читателя ждала короткая история о том, как автор оказался в магазине токкэби. Ничуть не стесняясь, он вспоминал о своем постыдном прошлом, как долгое время обретался на самом дне общества, то выходя из тюрьмы, то попадая в нее снова.

«Ах, он такой же жалкий, как и я…»

Автор бесстрастно повествовал, что после выхода из тюрьмы он твердо решил начать жизнь с чистого листа, но, как бы ни пытался найти работу, его нигде не принимали, и это, конечно же, были тяжелые времена, как физически, так и морально.

Но однажды главный герой случайно подобрал газету в поисках объявления о работе и наткнулся на странную рекламу: «Пришлите нам свою историю». Через некоторое время он из желания пожаловаться на жизнь излил душу в письме и отправил его в указанное место. И каково было удивление героя, когда в ответ вместе с билетом его пригласили в странный магазин.

«А вдруг и я тоже смогу получить билет?»

Сэрин начала сравнивать нынешнюю себя и свою ситуацию с историей автора, но вскоре бросила. Так просто и не сравнить, да это и не так важно.

Незаметно для себя Сэрин добралась до середины книги. В следующей главе автор описывал особенности токкэби, которых он встретил, а также примерные размеры их магазина. К книге даже прилагалась карта местности, из-за которой казалось, будто листаешь какой-то путеводитель. Карта была настолько детально прорисована, что непременно пригодилась бы, окажись читатель в том месте. Понемногу глаза Сэрин начали слипаться, и она задремала. Виной всему была окутавшая ее вялая послеполуденная сонливость. Сэрин с трудом открыла глаза и широко зевнула: «А-а-а».

Во второй части книги автор подробно рассказал о той мечте, которую выбрал, и как она сбылась. Он хотел стать известным писателем, и ему удалось заключить договор с ведущим издательством сразу после того, как он закончил рукопись «Тайны магазинчика токкэби». В дальнейшем успехе книги можно было убедиться, просто взглянув на обложку. Казалось бы, на этом рассказ можно было и закончить, но в конце читателя ждало еще приложение.

Вот оно! Можно сказать, только ради него Сэрин и взяла эту книгу. Сон как рукой сняло. В приложении давались подробные советы по отправке своей истории в магазин токкэби. Автор встречался с людьми, побывавшими там, а затем написал этот раздел, добавив к нему собственный опыт. Он с уверенностью заявлял, что этому можно верить.

«Где там была моя ручка?» Сэрин отметила в маленьком блокноте то, на что нужно обратить внимание при написании и отправке своей истории, а также пункты, которые желательно в ней упомянуть. Автор утверждал, что лучше всего представить свою ситуацию честно, без приукрашиваний и многословности. Он также предостерегал – хотите верьте, хотите нет, – что токкэби легко видят людей насквозь, поэтому сразу же почуют неправду. И, приводя различные доводы, он логически объяснил, что сама ситуация, в которую попал человек, куда важнее красоты изложения.

«Можно ли вообще в такое поверить?» А завершалась книга напутствием: если читатель этой книги попал в тяжелую ситуацию, ему стоит рискнуть – ведь благодаря магазину токкэби можно изменить свою жизнь, когда уже опускаются руки.

На следующем уроке Сэрин никак не могла сосредоточиться. И отвлекало её вовсе не то, что у учителя под мышкой была огромная дыра в современном ханбоке[2] на все сезоны, и даже не то, что прикрывавшие его лысину на макушке отдельные пряди волос с висков сползли и трепыхались. Дело было в книге, которую она прочла, вместо того чтобы поесть во время обеденного перерыва. И хотя учитель брызгал слюной и объяснял что-то с таким жаром, будто с минуты на минуту изрисует мелом всю доску, Сэрин занимали лишь мысли о магазине токкэби.

«Какие еще токкэби?» – Сэрин тряхнула головой, пытаясь отбросить эти фантазии, но это не избавило ее от путаных размышлений, а, наоборот, привлекло внимание учителя.

– Ким Сэрин, сосредоточься!

Сэрин спохватилась, почувствовав на себе взгляд учителя, и быстро извинилась.

– Простите…

С недовольным выражением лица учитель пригладил растрепавшиеся волосы с висков, поправил очки в золотой оправе и продолжил урок. Но мел постоянно ломался, и учитель, проворчав, что теперь ничего не делается как следует, с силой раздавил его о доску.

Сэрин, чувствуя себя виноватой, опустила покрасневшее лицо. Ни у кого это особого интереса не вызвало, и лишь несколько одноклассников скользнули по ней взглядом. Сэрин к этому привыкла.

Вернувшись домой, Сэрин включила небольшую настольную лампу, как обычно настроила нужную частоту на старом радиоприемнике и поймала любимую музыкальную волну. Некогда отполированный, красный, со временем он стал похож цветом на кухонные резиновые перчатки. Несмотря на свою древность, играл приемник довольно сносно. Однако возраст, видимо, все-таки сказывался, и в последнее время он оживал лишь после нескольких оплеух. «Вечно ты как в последний раз!» Но выбросить это почти антикварное радио Сэрин не могла по очень важной причине: оно было единственной вещью, унаследованной от покойного отца. У нее совсем не осталось воспоминаний о папе: он погиб в результате несчастного случая, когда Сэрин была еще совсем маленькой. Мама несколько раз пыталась избавиться от радио, но дочь уговорила ее не делать этого, пообещав, что будет им пользоваться. Радио было ее единственным другом, с которым можно было поговорить по душам, и еще одним членом семьи.

Когда часы пробили десять, из динамика послышалась вступительная заставка любимой программы Сэрин. «Всем здравствуйте, сегодня ваш вечер скрасит…» – голос ведущего, как всегда, был низким и мягким. При других обстоятельствах Сэрин прильнула бы к радио и сосредоточилась, но только не сегодня. Девушка развернула на столе бумагу для писем, которую купила по дороге домой, подперла подбородок и погрузилась в размышления. Ручка Сэрин крутилась и рисовала круги над ее пальцами, но постоянно падала на стол. «Итак, настало время рубрики чтения ваших историй…»

Писать Сэрин никогда особо не умела. Она несколько раз отправляла свои истории и на это радиошоу, но каждый раз безрезультатно. Когда мысли «а вдруг» превратились в «ну вот», девушка поняла, что лучше всего просто отказаться от этой затеи. Наконец рассеянно слушавшая радио Сэрин собралась с духом и выпрямилась.

На настольном календаре четко был обведен день предстоящего экзамена, но сегодня Сэрин решила ненадолго о нем забыть. Она попыталась сосредоточиться на написании истории жизни. Заглянув в записи, сделанные днем в блокноте, Сэрин покопалась в памяти. «Писать максимально честно, говорите?»

В голове одно за другим начали всплывать воспоминания. О том, что она живет вдвоем с мамой. О том, как у них в доме внезапно случился пожар и как они живут на полуподвальном этаже, куда едва проникает солнечный свет. О том, что ей приходится донашивать за кем-то старую школьную форму, потому что у них нет денег на новую. О том, что у нее есть старшая сестра, но в прошлом году она сбежала из дома и перестала выходить на связь. Сэрин беспорядочно записывала все, даже то, о чем стеснялась сказать вслух.

«Услышанная нами история действительно очень печальная. Но не надо себя винить. То, что вы поделились ею, уже говорит о том, что вы справились», – пришел к заключению радиоведущий.

Сэрин так увлеченно строчила в письме свою историю на фоне работающего радио, что не заметила, как приблизился рассвет. Она несколько раз исправляла написанное, затем вложила листок в конверт и легла на старое, расстеленное на полу одеяло. Рядом, свернувшись клубочком, не в силах выпрямить спину, лежала мама. Когда она пришла? Наверное, ночью, закончив работу в столовой. И, боясь помешать учебе дочери, специально тихонько, без единого звука легла спать.

Сэрин положила радио рядом с подушкой, не снимая наушников, и тут из них полилась ее самая любимая песня: «Порой кажется, что вокруг лишь серая стена дождя. Но помни – даже среди самых темных туч иногда мелькает лучик света».

Это была одна из тех песен, которые напеваешь так часто, что со временем, едва заслышав вступление, непроизвольно подхватываешь и начинаешь мурлыкать, подпевая про себя, Сэрин прикрыла глаза. То ли из-за слащавой мелодии, то ли из-за того, что стояла поздняя ночь, она провалилась в сон сразу же, как только коснулась головой подушки.

Глава 2. Подозрительное письмо

Сэрин не особо ждала, что из ее затеи что-то выгорит. Ведь чем выше ожидания, тем больше разочарований. Поэтому она не столько мечтала попасть в магазин, сколько смутно надеялась найти таким способом маленький лаз из нынешнего удушающего положения. А возможно, и просто хотела проверить, правдивы ли слухи. «Да, вот я такая, и что?»

Шел период экзаменов. Ее оценки немного ухудшились, но это было не так уж и важно: в нынешнем положении поступление в университет в любом случае казалось недостижимой роскошью. Мама не подавала вида, но и сама хотела, чтобы дочь побыстрее выучилась, нашла работу и стала поддержкой для семьи.

После школы другие дети группами шли на дополнительные курсы, и только одна Сэрин – домой. У нее с одноклассниками были не просто разные пункты назначения – они двигались в противоположных направлениях.

«Эх!»

По пути домой Сэрин ненадолго замедлила шаг. Впереди начиналась уходящая далеко вверх крутая лестница – от одного взгляда на нее непроизвольно вырывался вздох. В снежные или дождливые дни даже молодые люди осторожно передвигались по ступеням, боясь, как бы не упасть. Подъем же по ней летом заставлял изрядно попотеть. Сэрин ненавидела как скучную, монотонную школьную жизнь, так и эту лестницу.

«О-о-ох».

Площадка, где можно было отдышаться, находилась на высоте обычного многоэтажного дома. Это было одно из тех мест, через которые Сэрин попадала в свой район. Проход, вырубленный в высоком холме, был таким узким, что даже один человек мог протиснуться через него с трудом. За ним вплотную друг к другу теснились серые домишки. Для защиты от дождя крыши местами были накрыты оранжевым брезентом. Чтобы его не унесло во время сильного ветра или тайфуна, на него беспорядочно накидали старые шины и куски черепицы.

– Моя очередь!

Был самый разгар рабочего дня, поэтому улицы практически пустовали. От этого еще более заметными казались дошкольники, которые дурачились невдалеке. В переулке несколько малышей, одетых лишь в рубашонки, сделали нечто из грязи и веток и пытались отнять это друг у друга. Вскоре они заметили вдалеке старика, тянувшего за собой тележку, груженную всяким старьем, и бросились наперегонки прочь. В конце концов один из мальчиков упал и разрыдался.

– Осторожнее, ребятишки!

Старик был одет в шорты и жилет с множеством отверстий для проветривания. Он вскинул брови и стал шутливо ловить бегающих под ногами детишек. Старик обозвал ребятню щенками и велел уйти с дороги, а «щенки» стали толкать тележку сзади, хотя помощи от них было мало.

Сэрин, увидев эту сцену, свернула в переулок, пропуская старика вперед. Но не успела она сделать и шагу, откуда ни возьмись послышалось жалобное «мя-а-ау». Осмотревшись по сторонам, в щели заброшенного здания она увидела кошку со сверкающими глазами. Сэрин осторожно двинулась в ее сторону.

– Голодная?

Кошка, будто соглашаясь, снова протяжно мяукнула. Карманные деньги у Сэрин уже закончились, но она все же пошарила в кармане и, к счастью, нащупала несколько монет: «Интересно… можно ли на это что-то купить?»

Взглянув еще раз на кошку, потом на деньги, она выпрямилась и направилась в ближайший ларек. Находившийся неподалеку магазинчик площадью всего в несколько квадратных метров служил местом встречи местных пожилых людей. На голубой вывеске белыми буквами было выложено «Супермаркет», но некоторые из них отвалились, поэтому вывеска встречала покупателей беззубой улыбкой. Компанию ей составлял выгоревший на солнце стикер с надписью «Сигареты». Пожилая хозяйка магазина, казалось, не старалась что-то продать – она просто сидела на большой деревянной скамейке перед магазином среди толпы играющих в «гоу-стоп»[3]. Сама не играла, но периодически подсказывала сидящей рядом женщине, какой ход сделать следующим, и закусывала дыней. Заметив, что Сэрин зашла в магазин, хозяйка подняла свое грузное тело и отряхнулась.

– Чего тебе? – подтягивая штаны на резинке чуть ли не до груди, спросила она и вошла следом за Сэрин.

– А у вас случайно не найдется чего-нибудь, чем можно покормить кошку?

– Для коти, говоришь? – переспросила хозяйка, будто удивляясь, зачем за этим приходить сюда, но искренний взгляд Сэрин, казалось, смягчил ее сердце.

– Да.

– Домашняя или уличная?

– Уличная.

Сэрин взяла сосиску толщиной с собственный палец.

– Кошкам лучше не давать то, что едят люди. Погоди, я сейчас.

Хозяйка принесла миску, в которой лежало несколько кусочков дыни, почистила их от косточек и сложила в черный пакетик.

– Попробуй покормить хотя бы этим. Так будет лучше.

Печальное лицо Сэрин мгновенно просияло.

– Спасибо вам!

Несколько раз горячо поблагодарив хозяйку, Сэрин выскочила из магазина. Старушка в ответ широко улыбнулась и вернулась на прежнее место, чтобы продолжить вмешиваться в игру «гоу-стоп». Сэрин спешила. Она переживала, что кошка ее не дождется, и перебирала ногами изо всех сил. Но, к счастью, та оказалась на месте. Увидев чуть ли не летящую навстречу Сэрин, киска мяукнула громче прежнего. Сэрин сначала показала пакет, раскрыла его и дала животному принюхаться. Шуршание заставило кошку чутко навострить уши. Девушка хотела подойти поближе и сама покормить животное, но побоялась спугнуть всегда настороженную уличную трусишку, поэтому специально присела на корточки в нескольких шагах от нее и достала кусочек дыни. Внимательно наблюдая за происходящим, кошка несколько раз вытягивала передние лапы, но отступала назад. Наконец она высунулась так, что стал виден даже хвост, схватила дыню и шустро заскочила обратно. За этот момент Сэрин разглядела, что у нее необычно выпуклый живот. Мордочка и остальные части тела были довольно худые, а значит, дело было не в ожирении. «Так ты беременна».

Сэрин посмотрела туда, где исчезла кошка, и осторожно положила пакет с оставшейся дыней в отверстие в здании. Если бедняжка вдруг съест что-то прогнившее из мусорного ведра, то это может плохо закончиться. Девушке очень хотелось забрать кошку домой, но мама точно будет против. Ведь она всегда против того, что может потребовать даже малейшую трату денег. «Надеюсь, ты родишь здорового котенка».

Отбросив сожаления, Сэрин снова зашагала домой. Они с мамой сейчас жили в районе лачуг, перестроенных из старых многоквартирных домов. На стене огромными буквами было написано «Планируется снос», а еще кто-то неряшливо вывел баллончиком всякие глупости: кто с кем встречается, кто ищет пару и тому подобное. Сэрин прошла мимо привычного пейзажа, завернула в дом и внезапно остановилась. В обычно пустующем почтовом ящике торчало броское красное письмо. Она хотела пройти мимо, но, подумав, что это может оказаться оповещение о долге, решила забрать письмо с собой, пока его никто не увидел.

Однако выхваченный конверт не был оповещением о задолженности. На нем красовались странные символы, которые Сэрин никогда не встречала. Также на конверте стояла золотая печать, от которой веяло роскошью, словно ее могли использовать в какой-нибудь европейской королевской семье. К счастью, имя отправителя читалось без труда: «Магазинчик сезона дождей».

На месте адреса и адресата значились ее данные. Внезапно сердце – то ли от растерянности, то ли от радости – застучало в несколько раз быстрее, чем обычно. Сэрин пошла вниз по темной лестнице с письмом в руках. Не снимая обуви, она зашла в дом и аккуратно отклеила печать на конверте, который жалко было рвать. На бумаге ручкой было изящно выведено следующее:

Мы внимательно прочитали вашу историю. Наш «Магазинчик сезона дождей» многие годы больше всего ценит честность и доверие клиентов, поэтому мы предоставляем нашим посетителям сервис на высшем уровне. Мы благодарим тех, кто ежегодно отправляет нам слова поддержки, и хотим сделать вам особое предложение. Вы готовы продать свое несчастье? Мы предоставим вам шанс обменять его на одну из тех счастливых жизней, которые хранятся в нашем магазине.

Если вы принимаете наше предложение, возьмите с собой приложенный билет и приходите по указанному адресу в день начала сезона дождей. Здесь вы с комфортом сможете остановиться на весь сезон дождей. Примите к сведению, что мы покроем расходы на ночлег, питание и прочее. Надеемся на скорую встречу. Однако предупреждаем, что мы не несем ответственности за то, что может произойти с вами в нашем магазине.

От удивления Сэрин прикрыла рот ладонью. Как и упоминалось в письме, в конверте лежал небольшой билет. Он искрился таким же золотом, как и печать.

«Говорилось ли в книге, что билет будет золотого цвета? – Сэрин сосредоточенно пыталась вспомнить бегло прочитанный накануне отрывок, но так и не смогла. – Впрочем, неважно, как там было», – решила она в итоге.

Девушка не сильно надеялась на успех, и вот так внезапно получить билет казалось ей чем-то нереальным. На секунду захотелось ущипнуть себя за щеку, но она понимала, что в результате останется только красный след. И лишь последняя фраза немного ее беспокоила.

«Не несут ответственности за то, что может произойти в магазине?»

Вспомнились недавние новости об аресте банды, которая заманивала людей обещаниями работы, а на деле занималась торговлей органами. А еще в газете, подклеенной туда, где отошли обои, была история о человеке, который несколько лет жил запертый на острове, как раб, но потом был драматично спасен. Сэрин ходила туда-сюда по тесно заставленной комнате и нервно грызла ноготь большого пальца… Но решение не приходило.

– Так книга не лгала! – воскликнула сама себе Сэрин, как сумасшедшая, в комнате, где никого больше не было. Оттого что Сэрин на мгновение сжала руку, в которой был билет, тот немного помялся. В испуге она подбежала к книжной полке у противоположной стены, достала самую толстую книгу и вложила билет между страниц. Сверху для надежности положила еще несколько учебников. «Возможно, я и правда смогу изменить свою жизнь».

Сэрин подошла к окну в два раза меньше обычного, которое и окном-то невозможно назвать. Видимый в него маленький, размером с ладонь, кусочек неба показался ей удивительно голубым. «Когда же начнутся дожди?»

Весна была в самом разгаре: на небе ни облачка и до сезона дождей еще целая вечность!

Глава 3. Духота

– Ой, Сэрин, ты ли это? Куда идешь? – обратилась к Сэрин по пути из школы соседка, поправляя свои кудри – такие тугие, будто только что из-под химической завивки. На вид соседке было за сорок. Фиолетовая футболка с короткими рукавами обтягивала ее фигуру настолько, что вызывала смущение у окружающих. Выпирающий над брюками живот выглядел так, словно под одежду засунули воздушный шар.

– На урок тхэквондо[4], – ответила на приветствие Сэрин не особо дружелюбно.

Женщина не обратила внимания на тон девушки и, продолжая обмахиваться веером, вела себя так, словно разговаривала с хорошей знакомой:

– Кто в твоем возрасте изучает тхэквондо? Пустая трата времени. Тхэквондо занимаются в детстве в качестве физкультуры. Зачем старшекласснице ходить на тхэквондо, когда все остальные учатся? Да еще и девушке? – продолжала соседка, перекладывая из одной руки в другую корзинку, из которой торчал зеленый лук. – Для девушки лучше всего прилежно учиться, а потом удачно выйти замуж. Тебе тоже не помешает.

– Да… Что ж, я опаздываю на урок.

Сэрин прибавила шаг, чтобы полная соседка не смогла заговорить снова. Тетка, похоже, хотела сказать что-то еще, но вместо этого лишь несколько раз раздраженно щелкнула языком. Тхэквондо три раза в неделю – это единственное, что позволяла себе Сэрин после уроков. Занятия проводились при поддержке правительства, поэтому стоили недорого, а для Сэрин обходились и вовсе бесплатно. Как Сэрин ни торопилась, занятие, видимо, уже началось – сквозь окно спортзала доносились громкие возгласы.

– Ким Сэрин, опять опаздываешь. Напрашиваешься на наказание?

Молодой тренер сердился лишь в шутку, что можно было легко понять по его лицу.

– Простите.

Сэрин с самым виноватым видом, на который была способна, несколько раз почесала голову. А затем, взметнув волосами, побежала в раздевалку и переоделась в форму. Она уже собиралась выскочить в зал, но на мгновение задержалась и посмотрела в зеркало. Белоснежная форма придавала девушке больше уверенности. Совершенно не так, как не подходящая по размеру школьная форма, явно с чужого плеча. Повязав пояс и выровняв его узел с обеих сторон, она слегка улыбнулась. Пока что Сэрин носила красный, но после ближайших соревнований она сможет получить гарантированный темно-красный или, возможно, черный пояс. Она поправила воротник и вышла. Как раз в это время тренер объяснял план занятий.

– Как я говорил в прошлый раз, сегодня мы займемся реальной практикой ударов и, конечно же, будем использовать тренировочные деревянные доски, так что не стоит слишком нервничать.

Сэрин сглотнула. Она считала дни до этого долгожданного момента. Однажды девушка случайно увидела по телевизору, как тхэквондисты по очереди выполняют кувырки и разбивают деревянные доски, и среди них были ее ровесницы. Это так поразило Сэрин, что она еще долго не могла успокоить свое растревоженное сердце.

Казалось, будто из самых глубин ее души поднялась и прокатилась мощная волна. Это подтолкнуло Сэрин заинтересоваться тхэквондо еще сильнее. А узнав, что в ее районе есть бесплатная вечерняя секция, она без колебаний сразу же туда записалась. Сэрин вспоминала тот день как один из немногих счастливых.

Тренер с несколькими мальчиками начал показывать прием.

– Не так важна сила удара, как уверенность в том, что вы сможете это сделать.

Слова учителя о том, что тхэквондо – это прежде всего тренировка духа, а потом уже боевое искусство, звучали так часто, что набили оскомину. Но, наблюдая за демонстрацией удара, Сэрин ощутила, как ее щеки внезапно начали гореть. Причиной был один из учеников: ему следующему предстояло показать прием, который уже несколько месяцев завораживал Сэрин. Парень с громким криком сделал разворот и по очереди нанес удары по доскам, разломав их одну за другой. Все присутствующие, включая Сэрин, аплодировали так, что у них заныли ладони. Затем все ученики один за другим стали повторять удар, который им только что показали. Разбивать тонкие доски с трещиной посередине ни для кого не составило большого труда.

Наконец настала очередь Сэрин.

– Готова?

Тот самый симпатичный парень поднял тонкую дощечку на уровне головы Сэрин и подал сигнал глазами. Она сделала глубокий вдох-выдох и уверенно приняла позу для удара с разворотом. На миг все взгляды были прикованы к девушке. Сэрин звучно сглотнула и со всей силой сделала разворот… То ли от волнения, то ли от чего-то еще она пнула совершенно не в ту сторону. Более того, во время второй попытки вместо дощечки Сэрин попала по руке красавчика, да еще и позорно шлепнулась. По залу мгновенно прокатилась волна смеха. Тренер пытался утихомирить своих подопечных, объясняя, что не у всех получается с первого раза, но унять хохот оказалось непростой задачей.

Сэрин весь оставшийся урок молчала и не могла поднять глаза от стыда, а потом, наспех попрощавшись, схватила сумку и убежала. Вечерело, но вокруг было светло, словно днем.

«Вот же недотепа! – Сэрин пинала ни в чем не повинные камушки и растущие у дороги одуванчики. – Ух… камбала, пелядь, бельдюга…» Изо рта рассерженной Сэрин вылетали названия морских жителей, которых она никогда в жизни не видела. Пока Сэрин пинала все встречные предметы, на ее и без того грязной обуви скопилась сероватая пыль.

«Ну почему у меня ничего не получается?» Тхэквондо стало лучом света для Сэрин, которая по бедности не могла позволить себе размечтаться вволю. Оно помогало ей справляться с одиночеством и унылой школьной рутиной. Однажды, узнав, что есть перспектива стать членом сборной и ездить на выступления за границу, Сэрин проворочалась без сна всю ночь. Она напоследок со всей силы пнула пустую консервную банку, и ни в чем не повинная жестянка отправилась в дальний полет по параболе. Девушка подняла голову, чтобы проследить за банкой, и увидела, что вышла к переулку перед домом.

На стенах появилось еще несколько плакатов с надписью «Нет сносу!». Говорили, что планируется перестроить район и освободить здания, но работы откладываются в долгий ящик, потому что нуждающимся некуда идти. В их числе была и семья Сэрин. Не так давно группа соседей в знак протеста массово побрилась наголо, и местная телекомпания приехала с кучей аппаратуры, чтобы снять их. От мысли о том, что скоро ее могут выселить и из нынешнего дома, Сэрин зашагала еще тяжелее.

Из глубокого потока невеселых мыслей ее вытащил внезапный шум. Чем ближе она подходила к дому, тем громче он становился. Звук напоминал вопли в громкоговоритель в супермаркете во время распродаж, но сейчас к нему примешивались скандирование и чьи-то редкие ругательства. Недалеко от ее дома нередко проходили акции протеста с перепалками.

Люди составляли две группы: одни надели красные повязки, на которых было написано «Стоять насмерть», другие были в черной одежде и головных уборах с такими же надписями. Они тыкали друг в друга пальцами и выкрикивали оскорбления, чуть ли не доходя до рукоприкладства. Сэрин уже несколько раз наблюдала такое, но в последнее время интенсивность демонстраций постоянно росла.

Вскоре раздался вой сирен и подъехало несколько полицейских машин. Сэрин быстро нырнула в дом, не желая оказаться в эпицентре событий. Дома она застала мать, занятую шитьем. На ней были очки от дальнозоркости, которые она не носила постоянно.

– Пришла? Будешь ужинать?

На маленьком столике в углу комнатки стояло немного закусок к рису. Но Сэрин будто не замечала ничего вокруг.

– Не хочется.

Она уронила портфель на пол, словно неподъемный булыжник, и тяжело выдохнула.

– Опять на диете?

– Какая еще диета, мам?.. Я спать.

Даже не переодевшись, Сэрин без сил рухнула на расстеленное одеяло.

– У тебя что-то случилось?

Сэрин не собиралась засыпать сразу, просто не хотела отвечать. Да и мама, казалось, спросила не потому, что ей было действительно интересно. Больше она не переспрашивала, полностью сосредоточившись на шитье. Когда же мать сложила зашитые носки в пару и взялась за остальные, дочь спросила:

– Мам, помнишь ту толстую уродливую тетку, которая жила по соседству, а потом переехала? Так вот она…

– Сэрин, я же просила тебя подбирать выражения.

– Но я ведь права… – сказала Сэрин таким тоном, будто ей безразлично, даже если та тетка подслушивает. – Так вот, эта тетка велела мне бросить тхэквондо, потому что оно совершенно не пригодится в жизни. Ты тоже так думаешь?

– В жизни не бывает бесполезных вещей. В будущем все пригодится.

– Может, мне оставить уроки тхэквондо и просто заняться учебой? Как думаешь, у меня получится?

– Хм… у моей Сэрин все хорошо получается… – сказала мама, сосредоточенно пытаясь вдеть нитку в иголку, но снова и снова промахиваясь, потому что Сэрин продолжала ее отвлекать.

– Эх, тебе даже нет до меня дела. – Дочь повернулась к матери спиной. – Если носки порвались, неужели нельзя их просто выбросить? Кто вообще в наше время носит заштопанные носки? Уж носки-то можно купить новые.

– Выкинуть и купить новое – не всегда лучшее решение, – возразила мама.

Сэрин не нравилось, что мама постоянно ее поучает. Вдруг девушка подумала, что она сама – как тот дырявый носок в руке матери, старый, изношенный и, как ни взгляни, неприглядный. Будь у нее возможность его выбросить, она сделала бы это незамедлительно. И вот именно сейчас, когда сон уже потихоньку вступал в свои права, Сэрин вдруг вскочила и вытащила из шкафа толстую книгу.

– А что, если… – протянула она так, будто собиралась сказать что-то очень важное. Мать мельком взглянула на нее поверх сползших на кончик носа очков. – …если бы тебе дали возможность родиться заново, как бы ты хотела жить?

– С чего вдруг такие странные вопросы? – Мать удивилась, но шитье не бросила.

– Ничего, забудь, – резко ответила Сэрин.

Осторожно, чтобы мама не увидела, она распахнула книгу и пролистала до страницы, на которой остановилась в прошлый раз. В чудеса Сэрин верилось с трудом, но, возможно, это ее последняя надежда. Золотой билет так и лежал между страниц, сверкая как новенький.

Глава 4. Накануне сезона дождей

Перед началом каникул Сэрин по радио услышала новости о приближающемся долгожданном сезоне дождей. Она так и не смогла открыть маме правду. Целую неделю пыталась придумать, что нужно сказать, но в итоге в назначенный день просто ушла из дома, оставив только записку: «Останусь на несколько дней у подруги».

Конечно, в записке была плохо завуалированная ложь, ведь Сэрин никогда даже не заикалась, что у нее есть подруга. Ну и что теперь? Ей было очень интересно, что же выйдет из этой затеи. Возможно даже, она больше сюда не вернется, обретя прекрасную новую жизнь, которой все будут завидовать! Надев свои невзрачные, сколько их ни стирай, кроссовки, Сэрин направилась в центр города, на железнодорожный вокзал.

Она давно не была здесь и еще дольше не ездила в поезде. Покопавшись в памяти, Сэрин вспомнила, что последний раз она ехала в вагоне, держа маму за руку, когда только поступила в начальную школу.

«Внимание! Прибывает поезд, следующий до города Рэйнбоу. Просьба ко всем пассажирам: отойти от края платформы!» Вокзал, мимо которого Сэрин обычно проходила равнодушно, ведь ехать ей было некуда, оказался шумным и многолюдным – на часах было время окончания работы накануне выходных. Блуждая в суматохе у выходов к перронам, она чуть не упустила свой поезд. Но, к счастью, за секунды до закрытия дверей успела запрыгнуть внутрь. Только наконец заняв свое место, она в полной мере осознала, что ушла из дома.

«На поезд-то я села, а что дальше?..» – Сэрин равнодушно посмотрела на соседнее место. Там сидел парень, на год или два старше. Он смотрел на ноутбуке то ли фильм, то ли сериал в наушниках. Его полуоткрытая сумка была набита учебниками. Сэрин случайно заметила на корешке книги название университета, в котором, судя по всему, он учился. Даже Сэрин был известен этот вуз. Каждый год на выпускном вечере его название красовалось на баннере у главных ворот школы, и все, кто подавал большие надежды, стремились попасть именно в него.

Как же завидно! Ей тоже когда-то хотелось в него попасть. Но по мере приближения к выпускному она сдалась. Сэрин всю дорогу с любопытством поглядывала на парня, который, хоть и был ей почти ровесником, казалось, жил в абсолютно ином мире. И в итоге, когда их глаза внезапно встретились, Сэрин досадливо покраснела и быстро отвернулась к окну. На улице темнело. И не столько из-за того, что наступали сумерки, сколько оттого, что на небе собирались черные тучи. Из-за усилившегося ветра высоченные деревья у железной дороги ритмично покачивали ветвями, будто в танце.

Сэрин достала из кармана письмо и билет, еще раз внимательно их рассмотрела. Таинственный текст предлагал явиться в заброшенный дом в день, когда начнется сезон дождей, не уточняя дату. «Действительно ли я смогу изменить свою жизнь так, как захочу, если пойду туда? А если и так, что же мне выбрать?»

Вопросы вертелись каруселью, и голова шла кругом. Сэрин закрыла глаза и покорилась мерному стуку колес поезда. Вскоре сознание стало мутным, а веки – тяжелыми, и девушка задремала. Когда она проснулась, на улице стало еще темнее, а ветер усилился.

Вскоре послышалось объявление: «Поезд подъезжает к конечной станции нашего маршрута – городу Рэйнбоу. Просим всех пассажиров проверить, не забыли ли вы свои личные вещи, и выйти из вагонов».

С оранжевым зонтом в руке, Сэрин приготовилась к выходу. Наконец поезд остановился, все пассажиры встали и направились к открывшимся дверям. Тихий и спокойный вагон охватила торопливая суета. Сэрин дождалась последнего сходившего и спокойно покинула поезд. Едва ее ноги коснулись платформы, прохладный ветерок, будто приветствуя, дотронулся до ее лица. Судя по влажности, которой был наполнен воздух, как и предсказывали синоптики, должен пойти дождь. Сэрин слегка пригладила разметавшиеся от ветра волосы и огляделась.

Район оказался не таким уж большим. То тут, то там виднелись невысокие здания, вероятно, из-за близости к железной дороге. Это место не было похоже на сельскую местность, окруженную полями, но и городом его назвать тоже было сложно. Сэрин глубоко вздохнула и с нарисованной картой в руке покинула здание станции.

На площадке у вокзала в ожидании клиентов курили сбившиеся в кучку таксисты. Как только показалась Сэрин, они принялись взглядами спрашивать, не нужно ли ей такси, но она поспешно отвела глаза, ведь почти все деньги ушли на железнодорожный билет. К счастью, ее ноги были крепче, чем у многих, – сказывалась необходимость каждый день ходить вверх и вниз по крутому склону. Сэрин на всякий случай ускорила шаг, чтобы избавиться от назойливого внимания таксистов, и быстро вышла с парковки. Гладкая асфальтированная дорога постепенно сменилась грунтовой. Сэрин уже перестала сверяться с картой, так как чуть дальше тропа и вовсе стала почти непроходимой.

Через некоторое время она добралась до небольшого района, в котором жило, похоже, всего с десяток семей. Вход туда освещался единственным тусклым старым фонарем, но не было заметно ни одного прохожего. Под светом фонаря Сэрин сверилась с адресом на карте. Если она правильно переписала, то заброшенный дом должен находиться где-то здесь. Чтобы унять боль в ногах, она потерла колени. Сильно захотелось присесть и отдохнуть, но дом нужно было найти, пока не стемнело окончательно.

«Здесь тоже нет…» Сэрин обошла и проверила каждый дом, и, когда остался последний, откуда-то послышался звук, похожий на бормотание. Пустынная деревушка навевала тревогу, поэтому Сэрин ускорила шаг. У входа в заброшенный дом на коленях стоял какой-то старик, опершись руками о землю. Его окружали трое парней, на вид лет двадцати – тридцати. Их поведение, каждое движение источали опасность.

– Ну вам же говорят, давайте по-хорошему. Зачем жадничать? И чего еще надо тем, кто уже пожил? – сказал парень, у которого мало того, что волосы были выкрашены в желтый, а на шее висела золотая цепочка, так еще и торс обтягивала желтая майка без рукавов.

– Мы с ног сбились, чтобы найти этот знаменитый билет токкэби. Я просто взгляну на него, а потом верну!

– Мерзавцы! – крикнул старик так, что на шее у него вздулись вены от негодования. – Думаете, я не знаю, что вы задумали? Такие молодые люди, как вы, должны усердно трудиться и жить честно! Что за наглость?! Как вы смеете преграждать человеку путь сюда?

– Что значит наглость? Это слишком громкое заявление, дедуля.

К старику подошел и наклонился другой парень, с лицом настолько свирепым, что на мгновенье его самого можно было принять за токкэби:

– Мы же тебе уже объяснили, что это просьба. Я же не порву, чего ты боишься?

– И ты думаешь, я в это поверю? Ха, как бы не так. – Старик преувеличенно громко фыркнул и отряхнул с рук грязь, оставшуюся после недавнего толчка и падения. Старик был маленького роста и хрупкого телосложения, но как-то набрался смелости и ответил твердым голосом: – У меня для подонков нет никаких билетов токкэби! А если бы и был, я бы не стал его отдавать!

Старик смотрел на бандитов так, словно думал прожечь их взглядом. Один из его противников коротко усмехнулся, будто говоря: «Вы только на него посмотрите».

– Похоже, наш дедуля хочет проверить, крепки ли еще его косточки, а?

Вперед вышел человек в кожаной куртке с орлом на спине – судя по всему, главарь банды, – угрожающе выставил бейсбольную биту и опустил ее, будто бы похлопывая друга по плечу.

– Мы вежливо к тебе обратились, но ты, дед, сам напросился. Поэтому не жалуйся.

Желтоволосый, стоявший рядом, с противным, похожим на звук ломающихся костей хрустом размял шею влево-вправо. Парень со свирепым лицом угрожающе потер свой большой мозолистый кулак. Внезапно поведение старика изменилось. До сих пор такой бесстрашный и уверенный в себе, он вдруг обхватил голову руками и взвыл. Увидев это, банда залилась смехом.

– Что такое? Куда делся тот дерзкий старикан, которого мы видели секунду назад? Эй, а мы ведь еще даже не начинали. Как же быть, если тебе уже страшно?

Главарь злобно ухмыльнулся и сделал еще один шаг к испуганному старику. Вернее, собирался сделать, но вдруг его черную кожаную куртку потянули вверх, и она медленно потащила за собой хозяина.

– Э-э-э… что за?.. – Главарь в смятении поглядел по сторонам, желая понять, что происходит, но рядом никого не оказалось. – Эй, кто здесь? Отпусти!

Забыв про свой авторитет главаря, парень нелепо болтал ногами в воздухе, но ничего не менялось. Когда же его тело поднялось на высоту человеческого роста, оно вдруг полетело прочь в лес, будто его швырнули. Старик все еще стоял на коленях, боясь поднять голову, а два бандита застыли, будто приклеенные, уставившись вслед своему главарю. Когда же они пришли в себя и переглянулись, тело еще одного внезапно отлетело в глубь леса с такой силой, будто в него врезалась машина. Видимо, осознав масштаб опасности, желтоволосый со всех ног помчался в направлении чащи: то ли на выручку своему главарю, то ли спасаясь. Наверное, так быстро он еще ни разу в жизни не бегал. Но через мгновение драпающего бандита что-то толкнуло, и послышался звук чего-то катящегося по земле. Старик слегка поднял голову, вздрогнул и пополз назад:

– Н-н-не подходи!

На него сверху вниз смотрело существо, в которого сложно было поверить, даже видя собственными глазами. Старик бы понял, кто это, и без объяснений. У этого существа есть лишь одно название. Оно походило на человека, но человеком его назвать язык не поворачивался. Хоть старик и понимал, что это не галлюцинация, он несколько раз потер глаза. Перед ним, без сомнения, стоял токкэби.

«Ба-бах», – грянул гром, и с неба полил долгожданный дождь.

Глава 5. Привратник Тория

Тайком наблюдавшая за разворачивавшейся сценой Сэрин была в таком же шоке. Под внезапным ливнем волосы и одежда девушки мгновенно промокли, но она даже и не подумала раскрыть зонт. Из заброшенного дома вышло нечто, напоминающее человека, но с длинными руками и короткими, как у гориллы, ногами. Существо мгновенно пошвыряло в лес бандитов, что напали на старика. Напоследок оно запустило в удиравшего бандита бейсбольной битой, которую те же и оставили.

Сэрин потихоньку припомнила, о чем говорилось в начале книги из библиотеки: только тот, кто получил билет, способен видеть токкэби и следовать их указаниям. Теперь она поняла, почему бандиты изумленно оглядывались вокруг, совершенно не понимая, что происходит. Судя по всему, в книге написали чистейшую правду.

Токкэби развернулся и перевел свой взгляд со старика на едва выглядывавшую из-за угла дома Сэрин. Только теперь она смогла разглядеть существо получше. Если не обращать внимания на маленькие рожки во лбу, то в целом он не сильно отличался от человека. Ужас внушал только огромный рост токкэби – средний баскетболист не доходил бы ему и до плеча.

Не говоря ни слова, токкэби посмотрел поочередно на Сэрин и старика, жестом показал им следовать за ним и скрылся в заброшенном доме. Тем временем дождь становился все сильнее. Сэрин раскрыла зонтик и подошла к старику, который все еще находился на земле.

– Вы в порядке?

Старик сидел с раскрытым ртом, не обращая внимания на дождь. Услышав Сэрин, он вздрогнул от испуга:

– Ты кто?

– Меня зовут Сэрин, – вежливо представилась девушка. – Я, как и вы, получила приглашение и пришла в «Магазинчик сезона дождей». Давайте я вам помогу?

Она протянула руку, старик не стал спорить, оперся на нее и на дрожащих ногах поднялся с земли. Казалось, встреча с токкэби настолько его потрясла, что он уже и думать забыл про нападение шайки бандитов с бейсбольной битой. Сэрин чувствовала то же самое. Ведь даже когда она наблюдала издалека, у нее тряслись от страха ноги, а столкнувшись с токкэби лицом к лицу, любой бы испугался.

– Благодарю. Это точно токкэби? Как-то не верится.

Поднявшись, старик открыл свой большой черный зонт-трость. На взгляд Сэрин, которая плохо разбиралась в роскоши, зонт выглядел очень дорогим. Старик отряхнул запачканную одежду, надел слетевшую в потасовке шляпу и сразу приобрел аккуратный и солидный вид. И даже несмотря на выдававшие возраст морщинки в уголках глаз и на лбу, каждый его шаг был наполнен энергией, а лицо сияло румянцем.

– Ну что ж, пошли быстрее, – сказал он.

Сэрин, следуя за стариком, поднялась по ступеням ко входу в заброшенный дом. Из приоткрытой двери лился едва уловимый свет. Старик, словно уже бывал здесь, сразу же прошел внутрь. Девушка на мгновение замешкалась, но затем, собрав в кулак всю решимость, шагнула вперед.

Войдя в обветшалое снаружи здание, Сэрин увидела совершенно иную картину. Их взору предстало открытое пространство, усеянное цветами, а ночь сменилась ярким днем, освещенным теплыми солнечными лучами. Сэрин и старик, возможно, думая об одном и том же, в растерянности посмотрели друг на друга, но тут же торопливо двинулись дальше. Ведь шагах в десяти их ждал токкэби. В руке он держал непонятно откуда взявшийся желтый треугольный флажок. Такой используют гиды, чтобы туристы не потеряли их из виду. Гости направились в его сторону по тропинке, пролегавшей между цветочными полянами.

Когда Сэрин увидела токкэби впервые – темной ночью, да еще и в мрачном месте, – он ей показался устрашающим, но при дневном свете, несмотря на его габариты, лицо существа выглядело вполне добродушным. К тому же даже сейчас он демонстрировал завидное терпение, спокойно ожидая, пока Сэрин и ее попутчик справятся с первым изумлением и внимательно осмотрят все вокруг. Вблизи токкэби оказался еще более милым. Он здорово смахивал на детсадовца: без рубашки, в синих штанах на подтяжках, одна лямка которых небрежно свисала с плеча, а на груди висела именная табличка: на ней кривыми буквами было написано «Тория».

– Тория? – проговорила Сэрин себе под нос, и токкэби кивнул. Похоже, это его имя. Затем он показал на Сэрин указательным пальцем.

– Я? Меня зовут Сэрин.

– Сэ-рин, – по слогам повторил Тория, и Сэрин широко улыбнулась.

– Да, верно. Так это «Магазинчик сезона дождей»?

– Ма-га-зин, – повторил токкэби и указал на белое здание вдалеке. За цветочной поляной возвышалось здание, напоминающее то ли величественный замок, то ли высокую башню. А вокруг него расположились маленькие уютные домики, словно сошедшие с картинки из книжки сказок.

– Вау, – непроизвольно вырвалось у Сэрин. – Неужели там я смогу изменить свою жизнь?

Тория лишь непонимающе почесал голову своими острыми ногтями. Похоже, он не привык к человеческой речи. В отличие от Сэрин, которая приставала к токкэби с вопросами, старик, видимо, все еще побаивался Тории, поэтому держался чуть поодаль и внимательно наблюдал за ними.

– Всё в порядке. Кажется, он безобиден, – попыталась успокоить старика Сэрин, но тот все так же держался за ее спиной, не теряя бдительности. Не обращая на это внимания, Тория повернулся и двинулся в сторону магазина.

Токкэби был настолько высок, что одному его шагу равнялись два, а то и три шажка следовавших за ним гостей. Однако, несмотря на это, особых усилий, чтобы успевать за ним, не требовалось. Тория либо от природы был нетороплив, либо специально замедлял шаг под спутников.

Внезапно показывавший дорогу токкэби вздрогнул, остановился как вкопанный, а затем свернул с прямой, как стрела, тропинки и стал кружить. Сэрин на мгновение остолбенела и стала просто наблюдать. Она насторожилась и не спешила следовать его примеру. Девушка внимательно всмотрелась в дорогу впереди, чтобы понять, не прячется ли там огромная змея или другой опасный зверь, однако на хорошо утрамбованной тропинке не было видно ничего особенного, только у обочины лежало несколько камней.

Но стоило ей опустить глаза, задумавшись о неясной причине странного поведения Тории, как она заметила ползущую к ее ноге гусеницу. «Неужели из-за нее?» – подумала Сэрин. Она хотела спросить у Тории напрямую, но передумала, посчитав это не вполне приличным, и бросилась нагонять ушедшего вперед токкэби.

Однако, пройдя несколько шагов, Тория вновь застыл. На этот раз он присел на корточки на обочине дороги и долго на что-то смотрел. Оказалось, что его внимание привлек пышно распустившийся фиолетовый цветок. Тория был настолько сосредоточен, что Сэрин не хотелось отвлекать его разговорами.

По лицу токкэби Сэрин догадалась, что цветок почему-то ему так нравится, что он хочет его сорвать. Однако, похоже, не может и оттого мучается. Сэрин сорвала цветок и была приятно удивлена искренней радости Тории, которая немедленно просияла на его лице. Тут девушка уже начала тревожиться, смогут ли они с такой скоростью добраться до магазина до окончания сезона дождей, но, к счастью, больше Тория не останавливался ни из-за страшных жуков, ни из-за красивых цветов, и они продолжили путь.

Здание, к которому они подошли, напоминало белую, вытянутую в длину рисовую клецку. По сравнению с соседними домами оно выглядело высоким и величественным, а с крыши разбросанные снизу домики наверняка становились похожи на спичечные коробки. Вход был настолько огромный, что Тории даже не пришлось пригибаться, чтобы не задеть притолоку.

Едва они приблизились, как дверь сама по себе плавно открылась. У гостей возникло ощущение, будто они попали в дом-призрак. Не успела дверь распахнуться до конца, из дома зазвучала громкая музыка. Темное помещение мгновенно наполнилось радостной, праздничной атмосферой. На секунду Сэрин даже засомневалась, не перепутал ли Тория магазин с ночным клубом. Старик тоже, видимо, не привык к такой обстановке и поэтому постоянно смущенно покашливал. На потолке беспрерывно вращался диско-шар, а пространство было заполнено силуэтами людей. На сцене высотой с человеческий рост выступали нарядно одетые токкэби. Концерт был в самом разгаре. К Сэрин подошел опрятный, с иголочки одетый токкэби-официант и предложил на подносе загадочный напиток. Поначалу она не собиралась пить неизвестно что, но старик взял два бокала и вручил один Сэрин, поэтому девушка, хоть и неохотно, приняла его.

– Хм?

То, что выглядело как алкоголь, на деле оказалось фруктовым соком с удивительно приятным вкусом. Сэрин не могла определить, что же это за фрукт, но он был нежно сладковатым и настолько освежающим, что если бы она снова увидела того официанта, то, преодолев смущение, попросила бы еще. Стоявший рядом старик также смаковал напиток с прикрытыми глазами и восторженно его расхваливал.

Тем временем праздник близился к концу. Старик и Сэрин, видимо, были последними из гостей, ведь за их спинами захлопнули двери и задвинули засов: «Бум!» И сразу после этого по зданию пронесся тяжелый грохот. Атмосфера внутри разительно переменилась. Токкэби, которые пели и танцевали до седьмого пота, покинули сцену под аплодисменты, а вместе с ними прекратилась и громкая музыка. В магазине мгновенно воцарилась тишина, как в библиотеке. Занавес опустился, и на пустую сцену поднялся токкэби, одетый в безупречный фиолетовый костюм без единой складочки с контрастным желтым галстуком. По человеческим меркам он выглядел настоящим модником: волосы сильно напомажены и зачесаны набок, усы аккуратно подстрижены. Токкэби производил настолько сильное впечатление, что, увидев однажды, вы уже никогда бы его не забыли.

Представившись как Дюров, токкэби схватил микрофон и закричал изо всех сил:

– Добро пожаловать в «Магазинчик сезона дождей»! Мы приветствуем вас, дорогие посетители!

Глава 6. «Магазинчик сезона дождей»

Появление нового токкэби вызвало среди присутствующих кратковременное замешательство. Но когда в темном зале постепенно зажегся свет, Сэрин успокоилась и внимательно огляделась. В похожем на концертный зал просторном помещении собралось не менее сотни человек. Некоторые из них были явно напуганы, другие спокойно стояли, скрестив руки.

Сэрин во все глаза торопливо оглядывала магазин и косилась на незнакомцев. Однако больше всего взгляд притягивал токкэби, стоявший на сцене с микрофоном в руках.

– Большое спасибо всем, кто пришел, – коротко поблагодарил Дюров и приветливо оглядел гостей, стоявших у его ног. – Я прекрасно понимаю, что у вас накопилось множество вопросов, но для начала позвольте рассказать вам об этом месте. – Дюров ослабил галстук и, прокашлявшись, продолжил: – Наш «Магазинчик сезона дождей» славится своей долгой историей и превосходным сочетанием формы и содержания. Поэтому каждый год мы приглашаем гостей и проводим особое мероприятие, чтобы вы могли воспользоваться нашими услугами. Все это является проявлением заботы нашего старейшины о людях. И по его наставлению мы обещаем, что приложим максимум усилий, чтобы ваше пребывание здесь стало максимально комфортным, – сказал Дюров, приложил руку к сердцу и с почтением поклонился. – Что ж, на этом я закончу свою утомительную вступительную речь…

Он слегка щелкнул пальцами, и прекрасная девушка-токкэби, ожидавшая своего выхода у края сцены, вынесла нечто, покрытое тканью.

– Перейдем к основной части.

Красавица встала рядом с Дюровым, демонстрируя стройность ног и изящность талии.

– Дорогие гости, чего именно вы все так ждете? – спросил Дюров, уже предвидя ответ. Но гости почти его не слушали, так как их внимание перетягивала на себя длинноногая красотка. – Хотите избавиться от своего несчастья? Хотите попробовать пожить так, как об этом мечтали? Что, если бы вы могли начать новую жизнь, которой бы завидовали другие? – Дюров специально сделал длинную паузу для более драматического эффекта. – Представляем вашему вниманию гордость нашего «Магазинчика сезона дождей» – сокровище токкэби!

Дюров, словно фокусник, изящным движением скинул ткань. Похоже, на один этот выразительный жест ушло полдня репетиций. Ткань плавно развернулась в воздухе и, покружив, упала на пол. Толпа, вытаращив глаза, загалдела и уставилась на предмет. Стоявшая дальше всех Сэрин встала на цыпочки и, чтобы рассмотреть получше, изо всех сил напрягала зрение. Старик тоже тянул шею насколько мог.

На небольшом столике на свету, словно драгоценные камни, сияли разноцветные бусины разных размеров. Маленькие были размером с шарик для пинг-понга, а большие – с шар для боулинга. Дюров взял одну из них.

– Как вам? Разве они не великолепны? Эти бусины наполнены прекрасными жизнями, о которых вы всегда мечтали.

– И сколько стоят эти бусы? – вытянул руку какой-то смельчак.

– Нам не нужны человеческие деньги. Бусины будут выставлены в каждой лавке, и вы сможете продать свое несчастье, а на полученные золотые монеты – воспользоваться услугами лавок и купить сколько угодно бусин. То есть совершенно бесплатно.

Тут раздались возгласы и бурные аплодисменты. Дюров, очевидно, и рассчитывавший на такой эффект, довольно улыбнулся; уголки его губ поднялись настолько, что усы едва не доставали кончиками до ушей.

– В лавках мы собрали и храним несметное количество подобных бусин. Вы можете всё спокойно осмотреть и выбрать ту бусину, что вам понравится, однако это нужно успеть сделать до того, как закончится сезон дождей.

– А что, если мы не успеем определиться? – снова спросил мужчина, который недавно задавал вопрос. В очках в прямоугольной роговой оправе, с блокнотом и ручкой в руках, он напоминал тех образцовых учеников, которых в школе так любят учителя.

И Дюров ответил с учительской интонацией:

– Хороший вопрос! Конечно, если вы ничего не выберете, то ничего и не произойдет. Однако вам следует принять во внимание одну вещь. – Дюров взял со столика чайную чашку, от которой поднимался пар, и шумно сделал глоток, словно напиток был негорячим. – Если кто-то не успеет выйти из магазина до окончания сезона дождей… – токкэби наклонил чашку, показывая всем совершенно пустое дно, – то здесь же навсегда исчезнет.

Внезапно все вокруг затихли, будто их окатили холодной водой. Увидев, что атмосфера мгновенно остыла, Дюров преувеличенно громко рассмеялся. Некоторое время в зале раздавался лишь его смех.

– Но не стоит сильно беспокоиться. Времени еще достаточно. Сезон дождей только начался, и он продлится еще ровно неделю, девять часов, сорок четыре минуты и тридцать две секунды. Точное время сверяйте с эталонными часами токкэби. – Дюров показал в сторону входа. На задней стене висели огромные часы без минутной и часовой стрелок. По форме они напоминали песочные часы, но заполнены были водой, которая по капле медленно стекала вниз. – О том, как использовать бусины, вы узнаете в ломбарде несчастий, который посетите чуть позже. Также мы заранее подготовили для вас памятку с правилами пребывания в нашем магазине.

Дюров подал красавице сигнал глазами. Та, слегка кивнув, начала раздавать маленькие книжечки. Внезапно поднялась небольшая суматоха из-за того, что одни принялись толкаться в надежде получить их первыми, а другие, наоборот, больше отвлекались на девушку. Очередность никто не соблюдал, поэтому процесс затянулся. Сэрин и старик, дождавшись своей очереди, получили последние экземпляры.

Это оказался буклет вроде тех, что раздают на улице. Он был размером всего лишь с ладонь и складывался в несколько раз, так что его было удобно носить с собой. На передней обложке крупными буквами красовалось: «Справочник “Магазинчика сезона дождей”».

Сэрин тут же открыла буклет.

Правила пребывания в «Магазинчике сезона дождей»

Первое: полученные в ломбарде несчастий золотые монеты вы можете тратить только здесь.

Второе: срок годности золотых монет ограничен сезоном дождей.

Третье: после того как вы забрали бусины с собой в человеческий мир, их обмен и возврат невозможны.

Четвертое: мечта, заложенная в бусины, запускается заклинанием в желаемый момент.

Пятое: если вы выбросите бусину или откажетесь от нее, она вернется к своему первому владельцу.

Помимо правил на всех сторонах буклета также имелись уменьшенная карта магазина и рекомендованный маршрут по местам, которые стоит посетить. Одним из таких был ресторан братьев-токкэби «Бордо и Бормо». С фотографии широко улыбались токкэби с одинаковыми, как у близнецов, лицами. На последней странице лежал купон на скидку в казино. Сэрин подумала, что ей он вряд ли пригодится, но на всякий случай решила сохранить.

– Для начала, так как уже довольно поздно, оставьте ваши несчастья в подземном ломбарде и отдохните в подготовленных для вас комнатах. Тория покажет вам путь. – Дюров махнул на дверь с другой стороны от выхода, где гостей ожидал здоровяк Тория. В руке он держал совсем не подходящий его размеру маленький желтый флажок. Видимо, гигант действительно выполнял здесь роль гида. – Еще увидимся, господа. Если у вас возникнут вопросы или вам понадобится помощь с выбором бусин, вы сможете в любое время найти меня за стойкой информации. – Дюров, до последнего сохраняя учтивость, поклонился и вежливо попрощался.

Люди один за другим двинулись к Тории. Однако, видимо, оставалась последняя процедура, потому что Тория сначала проверил у каждого билет и поставил печать, а затем раздал всем наручные часы. Это была уменьшенная версия тех часов, что висели на стене в большом зале, только с кожаными ремешками, чтобы их можно было надеть на запястье. И, что удивительно, в какую бы сторону вы эти часы ни повернули, капля всегда падала только в одну чашу.

Еще более удивительным оказалось то, что у всех остальных билеты были серебряными, а не золотыми, как у Сэрин. На мгновение она занервничала, что ее билет может оказаться фальшивым, но Тория, не выказывая ни малейшего удивления, поставил на нем четкий штамп.

У Дюрова, который еще не ушел со сцены и наблюдал за происходящим, слегка изменилось выражение лица. Но никто, включая Сэрин, этого не заметил. Девушка с облегчением вздохнула и подошла к старику, которому удалось пройти проверку чуть раньше. Закончив с последней в очереди Сэрин, Тория повел группу вниз по лестнице. В отличие от главного входа, тут потолок коридора был не очень высоким, поэтому Тории приходилось горбиться. Следом за ним потянулась длинная вереница людей.

Для того чтобы все прошли, потребовалось меньше времени, чем казалось вначале. Гул голосов, так же как и шаги, постепенно удалялся. Магазин снова затих, будто тут ничего и не происходило.

Глава 7. Ломбард несчастий Верны

В подземелье с потолка почти до самого низа свисали тусклые лампы. Скорее всего, их давно пора было заменить, потому что некоторые периодически приглушенно мерцали. Протискиваясь по узкому проходу, Тория пригибался как можно ниже, но все равно несколько раз ударился головой, отчего с потолка пещеры всякий раз сыпалась грязь. Казалось, что подвал вот-вот обрушится, поэтому некоторые невольно прижимались к соседям, извиняясь за свою пугливость. Были и те, кто уже начал ругаться.

– Эй, не толкайтесь.

– Ну что вы там копаетесь!

Страх усиливало то, что, если не смотреть под ноги, можно запросто свалиться с лестницы, круто уходящей вниз. Чем ниже, тем невыносимее становилась влажность, а тошнотворный запах плесени вызывал удушье.

– Да когда же мы уже спустимся?

Толпа постепенно закипала. Но Тория, будто не замечая этого или притворяясь, что не замечает, молча продолжал путь. Вдруг человек, шедший впереди, оступился и рухнул вперед. Звука падения никто не услышал: оказалось, что бедняга просто оступился, не заметив последнюю ступеньку. Тропа выровнялась. Люди успокоились, но не столько потому, что человек не пострадал, сколько оттого, что лестница наконец закончилась.

Неподалеку от лестницы обнаружилось еще одно здание. Небольшое и невзрачное, оно напоминало старомодный сельский канцелярский магазин, торгующий второсортными товарами. Вблизи же все оказалось совсем по-другому. «Что это за место?» Одна из стен строения была из толстого стекла с установленной на ней защитной железной решеткой, будто внутри хранилось нечто важное. В центре прозрачной стены имелось несколько небольших отверстий, через которые можно было переговариваться, и отверстие покрупнее, в которое легко могла пролезть голова.

Люди приблизились к зданию и принялись с удивлением осматриваться. За стеклянной стеной, чуть наклонившись вперед, сидел токкэби, казавшийся с первого взгляда каким-то зловредным. В зубах он держал трубку. В тесной с виду комнатке было так сильно накурено, что издалека дом казался охваченным пожаром.

Впечатление токкэби производил настолько свирепое, что было даже трудно определить его пол. Лишь яркий макияж, убранные наверх кудрявые волосы и украшенный золотом наряд позволяли предположить, что этот токкэби – женщина. В ушах свирепой красотки висели золотые сережки размером с круглые поручни в автобусах, а пальцы были сплошь унизаны кольцами. Но больше всего в глаза бросалось ее ожерелье в несколько рядов толщиной с железную цепь. Казалось, если хозяйка согнет шею, то разогнуть ее обратно получится только с чьей-то помощью.

Сэрин быстро заглянула в полученную ранее брошюру и сразу же на второй странице заметила уставшее от мира лицо токкэби с трубкой во рту. Это была Верна, хозяйка ломбарда несчастий. Она посмотрела на длинную очередь и поднесла ко рту проводной микрофон.

– Так, ну что ж…

Микрофон не сработал, поэтому Верна постучала по нему несколько раз рукой, которой до этого подпирала подбородок. «Пик!» – раздался довольно громкий и резкий звук, отчего захотелось зажать уши. Токкэби раздраженно вздохнула и чуть не зашвырнула микрофон в угол комнаты. Все взгляды устремились на нее. Верна сделала глубокий вдох и снова заговорила настолько громко, что голос был слышен даже в конце очереди.

– Итак, я пропущу приветствия и перейду сразу к делу, так что слушайте внимательно. Я не люблю объяснять дважды, поэтому с тех, кто чего-то не поймет или забудет, я сниму штаны и выгоню пинком под зад.

Пока ее звонкий голос отражался от стен и разлетался эхом, в толпе послышалось, как кто-то хихикнул, видимо решив, что это своеобразный юмор токкэби. Однако хохотнувший мужчина быстро прикрыл рот рукой. На мгновение воцарилась неловкая тишина, пришедшие нервно поглядывали на Верну, как будто она действительно готова тут же исполнить свое обещание.

К счастью, все обошлось лишь грозным взглядом, и токкэби перешла к главному:

– Сейчас наш милый Тория раздаст вам по одной маленькой бусине. Возьмите ее в обе руки и произнесите заклинание, думая о том, что вам не нужно в жизни, или о том, от чего вы хотели бы избавиться. Заклинание звучит так: «Дру-эп-зула». А теперь попробуйте его произнести: «Дру-эп-зула».

Люди повторили за ней в унисон, словно хористы. Те, кто плохо расслышал, не решились переспросить у Верны, а уточняли произношение у соседей. Толпа зашелестела нестройными голосами.

– Хорошо, повторяйте заклинание до тех пор, пока оно не отложится у вас в голове. Только тихо, чтобы никому не мешать. – Верна встряхнула серьгами и добавила: – А еще сила бусин токкэби, что ни говори, в их блеске. Если хотите получить за них приличную выручку, не давайте им покрыться пылью.

Стоявший рядом Тория достал из переднего кармана штанов на подтяжках бусины и начал их раздавать. Карман казался небольшим, но, ко всеобщему удивлению, появлявшимся из него бусинам не было конца. В отличие от тех, что гости видели ранее, эти были совершенно бесцветными, из прозрачного стекла. В руках Тории они походили на горошины, но когда одна из них попала к Сэрин, то оказалось, что девушка может обхватить ее лишь двумя ладонями. Десятки, а может, даже и сотни бусин слабо светились при тусклом освещении. То тут, то там слышалось, как люди заучивают недавнее заклинание. Сэрин тоже закрыла глаза и медленно подумала о своих несчастьях. Это не составило никакого труда.

Бедность, которая настала в их доме с тех пор, как погиб отец. Мать, которая была настолько занята, что не уделяла внимания даже самой себе. Старшая сестра, которая пропала и оборвала все связи с семьей. Так проходил год за годом. Рядом не было ни одного человека, которого Сэрин могла бы назвать другом, ни одного человека, который бы верил в нее и поддерживал.

Сэрин хотела не так уж многого. Она мечтала об обычной жизни, как у всех. Завидовала тем, кто имел родителей, которые приходят на день поступления или выпускной. Завидовала тем, у кого были брат или сестра, которые по-дружески выслушают твои проблемы. Ведь она всегда была одна. Все эти тяжелые воспоминания бесконечно проносились в голове, словно узоры в калейдоскопе. Сэрин так глубоко погрузилась в свои мысли, что потеряла счет времени. Девушка приоткрыла глаза. Кое-кто еще повторял заученное заклинание, но большинство собрались в передней части комнаты и тихо переговаривались с соседями.

Самые нетерпеливые уже принесли Верне свои бусины и теперь ждали вердикта. За стеклянной стеной табачный дым стал еще гуще, причем настолько, что лицо хозяйки едва просматривалось. Сэрин еще раз закрыла глаза, представляя помещаемые в бусину неудачи из тех, что не вспомнила в первый раз, затем пошла в конец очереди и заняла место.

– Хм… – Верна, словно врач у операционного стола, с неподдельным интересом изучала бусины. Она взвешивала их на весах и рассматривала со всех сторон в лупу, похожую на те, что используют для оценки драгоценных камней. После этого, порывшись в своем огромном кармане, токкэби выдавала людям по горсти золотых монет. На первый взгляд выглядело так, будто она насыпает их на глаз, но при более детальном рассмотрении все оказывалось совсем иначе. Верна то просто брала несколько монет из горсти, а то и добавляла еще из кармана. У нее, похоже, имелись какие-то особые критерии для определения стоимости несчастий. Несмотря на свой устрашающе вульгарный внешний вид, в работе токкэби отличалась скрупулезностью и аккуратностью.

«А, точно». Глядя на дотошность Верны, Сэрин вспомнила ее заключительные слова о важности блеска бусины. Девушка украдкой огляделась по сторонам. Судя по тому, насколько тщательно несколько человек рассматривали бусины со всех сторон, им пришла в голову та же мысль, что и ей. Ожидая своей очереди, они торопливо терли шарики об одежду, дышали на них и натирали снова. Сэрин достала носовой платок и последовала их примеру. Хоть ей и не нравился его деревенский цветастый узор, она не могла противиться матери, настаивавшей на том, чтобы девушка всегда имела его при себе – на всякий случай, – и это вошло у нее в привычку.

Вереница страждущих незаметно сократилась, и, пока Сэрин полировала бусину, подошла ее очередь. Верна, нахмурившись, выхватила у нее шарик вместе с платком.

– Ой, стойте… – Сэрин, замерев, уставилась на хозяйку ломбарда. Вид токкэби настолько напугал ее, что она не смогла выдавить больше ни слова.

Верна посветила на бусину лампой, чтобы рассмотреть более детально, постучала, что-то высчитывая на калькуляторе, и протянула Сэрин целую горсть золотых монет, которые та едва уместила в обе руки. Верна зачем-то завернула бусину девушки в носовой платок, завязала на конце узел и отправила туда, где лежали остальные шарики. После этого токкэби глазами подала знак об окончании процедуры, и Сэрин ничего не оставалось, как отойти в сторону. Выдохнув большой клуб дыма, Верна внимательно посмотрела на торчащий из кармана Сэрин билет. Убедившись, что все прошли, токкэби достала рацию:

– Да, я только что нашла человека с золотым билетом.

Получив какие-то указания, Верна достала из тумбочки маленькую шкатулку, открыла ее, и оттуда вместе с черным туманом появилась тень. Тень недолго покружилась вокруг Верны, а затем остановилась на столе.

– Следуй за человеком с золотым билетом, который только что отошел. Вот ее запах. – И Верна дала тени обнюхать носовой платок, чтобы та смогла взять след. Тень приняла странную форму, принюхалась, вернулась в прежнее бесформенное обличье и двинулась в неизвестном направлении. Вскоре, растворившись в темноте, она полностью исчезла.

– По-твоему не получится, – проговорила Верна, подтачивая длинной пилкой свои и без того ухоженные ногти.

Сэрин сдала свою бусину последней. Она вышла из ломбарда несчастий вслед за всеми, но отстала, так как остановилась, чтобы завязать шнурки на кроссовках. Казалось, наклонилась-то всего на несколько секунд, а когда подняла голову, обнаружила, что все шедшие впереди скрылись из виду. Она прибавила шагу, решив, что если будет идти чуть быстрее, то нагонит остальных. И вдруг девушка оказалась в очень странном месте. Темнота в проходе стала еще гуще. Умение ориентироваться куда-то исчезло, и Сэрин понятия не имела, в каком направлении двигаться.

– Тут кто-нибудь есть?! – крикнула она как можно громче, но до нее донеслось лишь эхо собственного голоса. Сэрин на мгновение задумалась, не стоит ли вернуться тем же путем, которым пришла, но вдруг заметила в углу небольшой горящий факел. Он покачивался на уровне глаз, будто паря в воздухе. От этого зрелища Сэрин бросило в дрожь. Однако ей так не терпелось выйти на свет, что, недолго думая, она направилась к факелу.

«Где я, черт возьми?» Подойдя поближе, Сэрин обнаружила, что факел вставлен в прикрепленное к стене железное кольцо рядом с какими-то ржавыми железными воротами. Их никто не охранял, но, судя по замочной скважине, туда нельзя было входить без спроса. В ней все так и зудело от любопытства, но Сэрин не шевелилась. Она заметила табличку с выведенным на ней красным символом «X», очевидно, говорящую о том, что вход воспрещен.

– Эх… – тихо вздохнула Сэрин и собралась повернуть назад, как откуда-то сверху донесся знакомый голос:

– Ах, вот вы где.

Она повернула голову и увидела, что за спиной совсем близко стоит недавний усатый токкэби со сцены и смотрит на нее. От неожиданности Сэрин даже попятилась. Неизвестно, как далеко она отошла бы, если бы не уперлась в железные ворота.

– Это место – подземная тюрьма, – поведал Дюров раньше, чем Сэрин пришла в себя от удивления.

– Тюрьма? – растерявшись, переспросила девушка. Конечно, Сэрин понимала, что это отнюдь не обычный магазин, но чтобы здесь была даже тюрьма – такое она и представить себе не могла!

– Это ужасное место, из которого очень непросто выбраться.

Дюрова слегка передернуло, будто ему была неприятна сама мысль об этом. Сэрин громко сглотнула и спросила у токкэби то, что он, по идее, должен был спросить у нее самой:

– Что вы тут делаете?

– Ай-ай-ай, о чем я только думал… Я, кажется, забыл кое о чем рассказать вам, миледи. – Дюров аккуратно постучал себя по лбу, чтобы не испортить прическу. – Время от времени в нашем магазине появляются люди с особыми билетами, например как у вас, миледи. Для таких гостей у нас есть уникальное предложение.

– Это вы про меня? – спросила Сэрин, проверив, в кармане ли билет.

Дюров и сюда принес чайную чашку и, сделав большой глоток, сказал:

– Да, если вас не затруднит, могли бы вы показать мне его?

Сэрин медленно вытащила билет, который как раз держала в руке, и протянула Дюрову. Токкэби надел очки, висевшие у него на длинной цепочке, словно ожерелье, и внимательно рассмотрел билет, чуть ли не касаясь его носом.

– Сомнений нет, это золотой билет. – Дюров присвистнул, а Сэрин, не понимая, что это значит, с любопытством на него посмотрела. – Если вы не заняты, почему бы вам не уделить мне немного времени и не пройти в бюро информации? Мне есть что вам рассказать. Надеюсь, вам это понравится.

Сэрин с удовольствием приняла приглашение. Только бы выбраться из этого места!

– Тогда следуйте за мной.

Дюров показывал дорогу, и Сэрин следовала за ним как приклеенная. Вскоре их фигуры скрылись в темноте.

Глава 8. Информационное бюро Дюрова

Дюров привел Сэрин в тихое помещение, располагавшееся неподалеку от главного входа в магазин. В отличие от темного подвала, оно было хорошо освещено, и глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть. Дюров повернул до блеска натертую ручку двери.

– Проходите.

Первое, на что упал взгляд Сэрин, – это мраморный пол, настолько блестящий, что в нем отражалось ее лицо. Все помещение было заставлено роскошными диванами, на которые и садиться-то было неловко. Внутри никого не оказалось. По-видимому, все остальные отправились отдыхать в гостиницу, о которой рассказывал Дюров.

В дальнем конце комнаты молодой токкэби в синей униформе поправлял угол одного из диванов. Он был так сосредоточен, что, казалось, ничего не слышит. И только когда Дюров слегка кашлянул, токкэби резко подскочил и поздоровался. Из-за этого диван, который почти удалось выровнять, снова встал криво.

– Г-господин Дюров!

В ответ на приветствие Дюров лишь слегка махнул рукой.

Пол сверкал чистотой – может, здесь ежедневно наводят порядок, а может, именно на сегодня выпала генеральная уборка. Белые настенные украшения в тон белым обоям навевали воспоминания о больнице. Сэрин, беспокоясь, что ее грязные ботинки оставляют следы, ступала осторожно, но тут же, как она и предвидела, подскакивал молодой токкэби, да с такой скоростью, будто хотел предотвратить конец света. Он как приклеенный ходил за гостьей и вытирал за ней грязь. Сэрин чувствовала себя неловко и хотела было извиниться, но Дюров ее опередил и заговорил:

– Мы находимся в моем бюро информации.

Сэрин наконец перестала смотреть вниз и взглянула, куда указал Дюров. Как и ожидалось, на чистом белом столе стояла перламутровая табличка с именем Дюрова. Из-за яркого света ламп она слепила глаза, а возле нее в ряд выстроились расположенные по росту фигурки. Хотя это помещение и именовалось бюро информации, оно было настолько роскошным, что напоминало кабинет директора какой-нибудь крупной компании.

– Присаживайтесь сюда. – Дюров предложил Сэрин кресло на колесиках, а сам прошел за стойку информации, сел, скрестив ноги под столом, и спросил:

– Выпьете кофе?

– Нет, спасибо.

Дюров, не спрашивая второй раз, достал два пакетика кофе «три в одном» и отложил один, а содержимое второго высыпал в чашку. Затем налил горячую воду из бурлящего чайника, который Сэрин поначалу приняла за увлажнитель воздуха. Вокруг сразу распространился аромат кофе.

– Я специально пригласил вас сюда… – начал Дюров, отодвигая разложенные на столе документы в угол. Сэрин тут же показалось, что это письма с историями, отправленные сюда такими же отчаявшимися людьми, как и она. – Чтобы поведать подробнее, насколько вам повезло, миледи. Простите, как ваше имя?

– А-а-а, я Сэрин. Ким Сэрин, – немного замешкалась с ответом Сэрин, косясь на стопку бумаг и гадая, нет ли там и ее истории.

Тем временем Дюров, глотнув кофе, продолжил:

– Приятно познакомиться, Сэрин. Как я уже сказал, ваш билет немного отличается от обычных. Мы называем его золотым билетом.

Сэрин снова посмотрела на свой билет, который после этих слов показался ей еще роскошнее, чем прежде.

– Обладатели золотых билетов не только могут получить несколько бусин, но и имеют право лично заглянуть в мечты, которые те прячут внутри себя, а затем выбрать любую понравившуюся. То есть вы сможете как бы косвенно попробовать действие бусины. К тому же нет необходимости вам лично ходить по магазину. Просто дайте нам знать, какая бусина вам нужна, и наши волшебные помощники доставят вас куда угодно.

Дюров поднялся с кресла с высокой спинкой, которое здорово напоминало средневековый королевский трон, и погладил одну из статуэток, стоявших на столе возле таблички с его именем. Сэрин никогда не путешествовала за границей, и ей казалось, что подобные фигурки маленьких милых зверьков обычно привозят как сувениры из разных стран.

– Давай посмотрим, какая из них подойдет лучше всего… – Дюров потер ладони и стал осматривать статуэтки одну за другой. Он радовался, словно ребенок, который вставляет монетку в автомат с игрушками и вот-вот начнет их вытаскивать. Его блуждающий взгляд остановился на последней фигурке в виде кошки. – Эта будет в самый раз.

Дюров взял статуэтку и произнес непонятные, похожие на заклинание слова. И тут произошло нечто невероятное. Статуэтка, задрожав, треснула, и то, что еще минуту назад было камнем, ожило и превратилось в настоящего кота. Скорее даже котенка. Животное стряхнуло с себя каменную пыль, подскочило к Дюрову и принялось лизать его лицо, оставляя мокрые следы. Когда токкэби наконец удалось успокоить кота, он оттащил его и посадил на стол.

– Этого мальца зовут Иша, и, похоже, он крайне рад пробудиться после стольких лет спячки.

Кот по кличке Иша, воспользовавшись моментом, пока хозяин отвлекся, начал сбивать лапой статуэтки одну за другой со стола. К счастью, Дюров ловким движением успевал подхватывать их до того, как они сваливались на пол. Приведя растрепавшуюся после этого прическу в порядок, Дюров продолжил:

– Иша – это волшебное существо, которое доступно только держателям золотых билетов. С виду он выглядит как обычный кот, но в действительности обладает необычными способностями. – Иша тем временем принялся грызть спинку кресла, и Дюров ловко приподнял кота за загривок. – Итак, сейчас его можно носить в кармане…

Дюров поместил Ишу в карман пиджака таким образом, что наружу выглядывала только морда, затем снова вытащил его и подбросил в воздух. Заслушавшись рассказом, Сэрин не сразу среагировала, но, поняв, что происходит, испугалась и протянула руки туда, куда падал кот, но его уже было не достать. Кот с наивным видом, не понимая, что падает, полетел вниз тормашками прямо на пол.

– Не-е-ет!

Сэрин невольно отвернулась и крепко зажмурилась. Так прошла пара секунд. Она взмолилась, чтобы животное благодаря присущей ему гибкости приземлилось мягко и не пострадало, и украдкой приоткрыла один глаз. И тут же вмиг распахнула оба глаза от удивления. На месте, куда должен был упасть котенок, сидел толстый котяра размером с холодильник и чесал задней лапой затылок. От милой и ласковой мордочки не осталось и следа. Зверь смотрел на Сэрин и токкэби сверху вниз ленивым, утомленным взглядом. Кот не просто увеличился в размерах, он, казалось, кардинально изменился и характером.

– Иша может принимать любой размер, это зависит от высоты, с которой падает. Он абсолютно неспособен пострадать, так что не переживайте. – Дюров, словно продавец из магазина на диване, продолжал расхваливать волшебного зверя. – Если решите отправиться в какое-нибудь далекое место, можно передвигаться на нем.

Дюров дважды хлопнул в ладоши, и огромный кот устало помялся, а затем ленивой походкой приблизился к ним. Токкэби уселся на спину Иши, скрестив ноги, как на удобном диване, затем встал, дернул зверя за хвост, и тот вернулся к своему изначальному размеру.

Сэрин так и сидела, широко открыв рот от удивления. Иша, вновь став маленьким котиком, пробрался на стол и через некоторое время вылез, держа в зубах неизвестно где найденную игрушку, похожую на удочку, и передал ее Дюрову. Дергая перед мордой котика палочкой с прикрепленным перышком, тот продолжил:

– У Иши превосходное обоняние. Кроме того, что он отлично чувствует запахи пищи, кот полезен для поиска дороги куда бы то ни было. А еще Иша прекрасно понимает человеческую речь. Просто скажите ему название нужной бусины или имя токкэби, и он приведет вас в нужное место.

На этот раз Дюров поднял кота под мышки и направил его мордочку в сторону Сэрин. На нее смотрели два ясных блестящих глаза. При этом мордашка котенка приобрела такое милое и невинное выражение, что девушка невольно улыбнулась.

– Ну что ж, осталось рассказать главное.

Дюров достал одну из своих бусин и вложил ее зверьку в рот. Внезапно глаза Иши стали голубоватыми и начали источать свет. Это свечение окутало Сэрин, и перед глазами замелькало что-то типа галлюцинаций. Когда слабые очертания стали проясняться, свет внезапно померк. Бусина снова оказалась в руках у Дюрова.

– Я показал вам это лишь с целью демонстрации, так что не стоит так сильно удивляться. Иша и мы, токкэби, способны видеть, что содержит в себе бусина. При желании владельцев золотых билетов мы всегда можем показать им кусочек выбранной ими заветной мечты. – Дюров достал из заднего кармана расческу размером с маленький топорик и провел ею по волосам. – Конечно, увидеть можно только небольшой отрывок, однако это поможет вам в выборе необходимой бусины.

На ладони токкэби лежала желто-зеленая бусина, блестевшая так же ярко, как и перламутровая именная табличка. Бусина бусиной, но сейчас внимание Сэрин больше привлекал кот, который буквально сверлил ее взглядом.

– Ну и как вам наше предложение? – спросил Дюров, явно невероятно гордый собой.

– Да, это здорово. Вы действительно дадите мне кота?

– Безусловно. На все время нахождения в магазине вы являетесь хозяйкой Иши.

Дюров поднял Ишу и протянул Сэрин. Не успела она осторожно взять котенка в руки, как тот с хлопком обратился в дым, а затем стал размером с обычного взрослого кота, прошелся у Сэрин между ногами и ласково потерся.

– Кажется, к счастью, ты понравилась Ише. У меня гора с плеч, ведь иногда он кусает гостей за пятки, тех, кто пришелся ему не по нраву.

Сэрин погладила по спине кота, высоко поднявшего хвост.

– Но у меня никогда не было домашних животных. Что он любит есть? Может, дадите какие-то рекомендации по уходу?

– Рекомендации… – Дюров задумчиво потер острый подбородок. – Если будете его вовремя кормить, то и проблем особо не будет. Вот только… – Токкэби осекся, задумавшись.

Сэрин не торопила и терпеливо ждала.

– Дело в том, что у Иши есть травма, связанная с людьми. Когда я наткнулся на него во внешнем мире, этот малыш был брошенным, умирал от голода. Мне стало его настолько жаль, что я решил принести его сюда и превратить в духа, – тихо добавил Дюров. – Но, возможно, он может перерождаться…

– Перерождаться? – не совсем понимая, о чем идет речь, переспросила Сэрин.

– Ничего особенного… Просто животные, ставшие здесь волшебными существами, получают шанс переродиться в мире людей. Можно сказать, что все малыши здесь в некотором роде ждут реинкарнации. – И Дюров показал на статуэтки на огромном столе. – Иша – самое старое существо среди них. Однако у него до сих пор не получалось переродиться. Для этого ему необходимо проникнуться любовью к человеку, которую, к сожалению, трудно почувствовать из-за печальных событий в его прошлом.

Сэрин оглянулась, подумав, что Иша все слышит, но кот был поглощен уходом за собой, сидя под дальним диваном и умывая морду передней лапой.

– Ах, что-то я наговорил лишнего. Вам не стоит об этом беспокоиться. Главное – чтобы вы нашли нужную бусину и вернулись в мир людей до окончания сезона дождей.

Дюров достал из внутреннего кармана пиджака золотой ключ, похожий на антикварный, и протянул его Сэрин.

– А теперь о последнем преимуществе золотого билета: находясь здесь, вы будете жить в специально подготовленном для вас роскошном номере. Там стоит такая огромная и мягкая кровать, что даже Тория поместился бы. И вы имеете полное право пользоваться всеми услугами отеля. А еще вы в любое время можете связаться со мной по телефону из вашей комнаты.

Дюров залпом выпил кофе, от которого все еще поднимался пар, и потянул усы большим и указательным пальцами. Но, распрямившись на мгновенье, усы снова свернулись в трубочку.

– Спасибо вам, – поблагодарила Сэрин с поклоном и взяла ключ, и как раз в это время к ней подошел Иша.

– Тогда хорошего вам времяпрепровождения!

Дюров проводил Сэрин до выхода. И она быстро последовала за побежавшим вперед Ишей. Дюров еще долго смотрел им вслед.

Глава 9. Салон красоты Эммы

На следующее утро Сэрин хотелось поспать еще немного, зарывшись в мягкую перину, но ее разбудило чье-то прикосновение. Она повернулась и увидела Ишу – кота, которого принесла с собой накануне. Иша переминался лапками на ее животе. Сэрин опустила кота на красный ковер на полу и зевнула так широко, что в рот поместился бы целый кулак.

У кровати лежали роскошные тапочки с логотипом известного бренда. Видимо, их специально приготовили с учетом человеческих вкусов, но Сэрин отчего-то было неловко их надевать, поэтому она пошла в ванную босиком. «Вау, да эта ванная больше нашего дома!» И только включив душ, которым не пользовалась с детства – в их доме его просто не было, – и намочив голову, Сэрин немного пришла в себя. Мысль о том, что утром она сможет получить любую бусину, которую пожелает, не дала ей заснуть.

Всю ночь Сэрин ворочалась в раздумьях, какую бусину выбрать, чтобы стать счастливой. И тогда в голове вдруг промелькнула сцена: парень, которого она видела в поезде по пути сюда, а точнее, название университета, напечатанное на его книге. И без того не шедший сон как рукой сняло, и Сэрин резко открыла глаза. Комнату слабо освещал оранжевый ночник, а лепестки цветов, разбросанные по кровати, наполняли все вокруг приятным ароматом. Сэрин налила воды из серебряной фляжки, стоявшей рядом, выпила и пыталась собраться с мыслями.

«И правда, поступлю в хороший университет, начну новую жизнь». Она даже удивилась, почему не подумала об этом раньше. Возможно, из-за того, что довольно рано отказалась от мыслей об университете, чтобы сосредоточиться на тхэквондо. Когда ее одноклассники сидели и обсуждали, в какой университет хотят поступить, она не встревала, делала вид, что не слышит, или незаметно уходила. Сэрин попробовала представить себе университетскую жизнь, мысль о которой все это время гнала от себя. Ей было достаточно того, что она видела в сериалах и фильмах.

«Поскорее бы завтра…» Первое, что пришло Сэрин в голову, – как она идет по кампусу, где царит дух свободы. Ей хотелось выбирать предметы по желанию, а не ходить на уроки по заранее составленному расписанию, и в свободное от учебы время встречаться с единомышленниками в клубах по интересам. Было бы неплохо также устроиться на подработку, а на скопленные деньги купить то, что хочется, или поехать по обмену за границу. Сердце Сэрин забилось так сильно, словно она уже стала студенткой. Сейчас она не могла думать ни о чем другом. Только через некоторое время, привыкнув к кровати и устроившись поудобнее, она начала медленно засыпать.

Быстро приняв душ и вытерев волосы полотенцем, Сэрин стала искать Ишу. Кот потягивался у кровати, но при виде хозяйки подошел, помахивая хвостом. С влажной головы Сэрин все еще капала вода. Она присела на колени, чтобы быть на одном уровне с котом.

– Можно же просто сказать тебе, какую бусину я хочу, да? – спросила Сэрин, и Иша еще сильнее замахал хвостом. Она заметила это еще вчера вечером: в Ише было нечто необычное, помимо его способностей. Он, без сомнений, выглядел как кот, но иногда вел себя как щенок. Вот и сейчас, высунув язык и прерывисто дыша, он смотрел прямо ей в глаза. Сэрин пообещала себе не удивляться, даже если Иша вместо мяуканья вдруг залает.

– Подожди немного, я быстро.

Сэрин на мгновение задумалась, что делать с халатом, который она надела после душа, и повесила его на место. На туалетном столике были разложены всевозможные косметические средства, но Сэрин взяла только то, что напоминало лосьон и молочко, и нанесла на лицо. Все это время Иша терпеливо ее ждал, словно приклеив свою пятую точку к полу. Перед ним стояла пустая миска, которую он, видимо, принес. Вчера вечером Сэрин на всякий случай наполнила ее до краев, но сейчас она была совершенно пуста. «Так, значит, он действительно… съедает все, что находит». Сэрин вспомнила слова Дюрова, сказанные вскользь. Она ожидала, что еды хватит по меньшей мере на два дня, но от нее не осталось ни следа, словно кто-то начисто вымыл миску. Сэрин взяла в руки меню обслуживания номеров, лежавшее на черном столике.

В обычной ситуации это было бы немыслимо, но у Сэрин имелось несколько десятков золотых монет, полученных вчера в ломбарде, и она решилась. Ведь потратить эти деньги она может только здесь, пока не кончится сезон дождей. «Давай-ка посмотрим, что тут есть». Сэрин выбрала картинку поаппетитнее и заказала завтрак. Вскоре после того, как она сделала заказ по похожему на декорацию телефону, послышался стук в дверь. Приоткрыв дверь и высунув голову, Сэрин увидела сервированную тележку высотой по пояс, на которой стоял поднос, накрытый крышкой. От него шел такой аппетитный запах, что у девушки аж в носу защекотало. Рядом с подносом аккуратно лежали счет и бумажка с номером комнаты. Сэрин втащила всю тележку в номер.

«Вжух», – Сэрин распахнула шторы и увидела за окном широкое поле. На фоне поля аккуратно стояли разнообразные здания, будто вырезанные из картинки какого-то города. Одни дома были квадратными, другие – треугольными или коническими. Возможно, в этом месте существовало правило, что строения должны быть непохожи, и потому все они были уникальными по размеру и форме.

Сэрин перекусила хлебом и молоком, а остальную еду, включая десерт, отдала Ише. Кот, как и говорил Дюров, ел все подряд. Для такого маленького животного он съедал так много, что можно было подумать, будто его несколько дней морили голодом. Иша довольно замурлыкал только после того, как вылизал миску дочиста.

– Иша, ты знаешь, чего я хочу… – начала Сэрин, промокая молоко с уголков губ салфеткой. – Поступить в хороший университет. Это возможно? – осторожно спросила она, на что кот беззаботно мяукнул. Может быть, у него просто было хорошее настроение после еды.

Вдруг Иша повернулся, будто призывая следовать за ним, и выпрыгнул за порог. На улице стояла такая ясная погода, что казалось, здесь никогда не бывает дождя. Солнечные лучи слепили глаза, разливая вокруг невероятную безмятежность. Если бы не часы на запястье, то можно было бы и забыть о том, что во внешнем мире сейчас разгар сезона дождей, когда целыми днями льет как из ведра. Сэрин взглянула на часы и увидела, что вниз накапало не так уж много и сверху еще достаточно воды. Тут она вспомнила устрашающие слова Дюрова, когда он показал людям дно чайной чашки.

«Если кто-то не успеет выйти из магазина до окончания сезона дождей, то здесь же навсегда исчезнет». Сэрин пообещала себе ни за что не терять часы и засеменила, чтобы не отстать от Иши.

– Какой милый домик!

Иша остановился у трехэтажного здания из красного кирпича. По размеру дом был небольшим, а красиво обвитые плющом стены делали его похожим на произведение искусства. Лианы контрастировали с цветом кирпича и, казалось, ползли по стенам как живые. Сэрин обвела здание взглядом и медленно подошла ко входу. Когда она открыла дверь и вошла, прозвенел колокольчик, оповещающий о приходе гостя.

– Добро пожаловать! – послышался откуда-то жизнерадостный голос, не успела Сэрин переступить порог, – будто здесь только и ждали ее прихода. Она подняла голову и увидела, что кто-то чуть ли не кубарем катится с лестницы. Либо хозяйка – торопыга, либо она очень рада приходу клиента. Сэрин решила, что, скорее всего, и то и другое.

Голос принадлежал молодой женщине-токкэби лет двадцати. Она поприветствовала Сэрин, широко улыбнувшись. На ней был фартук, испачканный краской для волос, да и сама она вся была покрыта разноцветными кляксами, как художник, работающий над картиной. Пеструю картину довершали волосы, выкрашенные в ярко-синий.

– Здравствуйте, я пришла за бусиной…

– А-а-а, значит, сезон дождей уже начался.

Токкэби с воодушевлением взяла Сэрин за руку и повела по лестнице, ведущей на второй этаж. За то короткое время, что они поднимались, она успела спросить у Сэрин, как ее зовут, сколько ей лет, и рассказать, что сама она дизайнер в этом салоне красоты и зовут ее Эмма.

На первом этаже стояло лишь несколько пустых цилиндрических стульев с подушками, а вот на втором оказалось довольно много посетителей. На всех были целлофановые шапочки, а в руках они держали журналы.

Эмма указала Сэрин на пустое кресло.

– Присядьте сюда.

Токкэби начала весело напевать себе под нос, будто произошло что-то очень хорошее.

– Сколько же времени прошло с тех пор, как я стригла волосы человеку! – добродушно воскликнула она, словно Сэрин была постоянным клиентом.

– А что насчет бусин…

– Ой, вы уже позабыли правила нашего магазина?

Эмма повязала вокруг шеи Сэрин тонкую ткань, похожую на платок, в который заворачивают вещи. Не давая Сэрин возможности ответить, девушка-токкэби добавила:

– Вы сможете получить бусину только после того, как воспользуетесь услугами салона, так что не стоит торопиться, – пояснила Эмма и начала суетливо искать заколки и ножницы.

Она довольно быстро нашла красную заколку с зажимом, а вот поиски ножниц дались ей с трудом. В конце концов, разбросав вещи так, что все вокруг пришло в беспорядок, Эмма обратилась к Сэрин с просьбой:

– Простите за весь этот беспорядок. Не могли бы вы немного подождать?

– Да, конечно, все нормально.

Сэрин было неудобно в слишком туго повязанной на шее накидке, но она не подала вида. Эмма поискала ножницы под ногами у сидевшего рядом токкэби и даже попросила его встать. Не обнаружив их и там, она продолжила поиски рядом со следующим клиентом. Сэрин попыталась отделаться от мыслей, что так Эмме придется перевернуть всю парикмахерскую.

– Кхе-кхе, – послышался чей-то кашель.

Девушка повернулась в сторону кашляющего. На нее с любопытством смотрел лохматый токкэби, который, казалось, никогда не стригся и сегодня решил впервые в жизни прийти в парикмахерскую. Рядом с ним сидел лысый токкэби, пришедший сюда непонятно зачем. Он, как и другие клиенты, сидел в целлофановой шапочке, что было еще менее понятно.

Лохматый токкэби тут же представился, хотя его никто об этом не просил:

– Привет, меня зовут Бюрель, я отнимаю хладнокровие в важных ситуациях и заставляю людей понервничать.

Лысый токкэби тоже не стал отмалчиваться:

– А я ворую вашу решимость. Больше всего мне нравится похищать ее, когда вы выбираете, что заказать из меню. Наблюдать за тем, как вы мешкаете даже с такой мелочью, – единственная отрада в таком скучном месте, как это. Приятно познакомиться, меня зовут Вэнс.

Сэрин на секунду растерялась, не зная, что ответить. Но как раз в тот момент, когда она собиралась хотя бы представиться, лицо лысого токкэби изменилось, а голос резко стал жутким:

– Ну, раз познакомились, может, и животы наполним?

Вдруг глаза обоих токкэби сверкнули красным, а изо ртов показались длинные клыки. Они стали похожи на канонических вампиров из классических фильмов ужасов.

– Я съем тебя живьем!

Тканевая накидка лысого токкэби развевалась словно плащ, когда он в одно мгновение подскочил к Сэрин. Она так испугалась, что лишь охнула и вжалась в спинку кресла.

Внезапно откуда-то послышался грохот. Это упала Эмма, споткнувшись о шнур фена. Но никто, кроме Сэрин, не посмотрел в ее сторону, как будто это было обычным явлением. Эмма спокойно встала, отряхнула колени и пошла дальше как ни в чем не бывало.

В руке она держала фартук, ставший еще грязнее, чем прежде.

– Простите, заждались? – спросила Эмма, не обращая внимания на Вэнса, который подошел к Сэрин вплотную, будто готов был впиться в ее шею зубами. – Не бойтесь. Он просто шутит, потому что уже год не видел ни одного человека. Здесь никто не ест людей. Мы лишь внешне немного отличаемся. Можно сказать, что у нас даже вкусы в еде одинаковые.

Вэнс скорчил недовольную гримасу и пробурчал:

– Эмма, ты лишаешь меня удовольствия. Придется ждать еще целый год.

Когда Вэнс с тоской вернулся на свое место, лохматый Бюрель, подбадривая, похлопал его по плечу и прошептал ему на ухо, что сезон дождей еще не закончился, поэтому, кто знает, вдруг появятся еще люди. Обиженное лицо Вэнса мгновенно просияло от воодушевления.

Эмма накинула принесенный с собой фартук на шею и завязала его узлом за спиной. На фартуке топорщился необъятных размеров карман, напоминавший скорее сумку кенгуру. Вскоре стало понятно его назначение. Эмма сунула в него руку, порылась немного и уверенно выудила оттуда… электропилу с острыми зубьями. Сэрин чуть не вскрикнула. На ее лице застыл ужас – эта пила испугала ее даже больше возможности быть съеденной токкэби.

– Ой, не то… – смущенно хихикнула Эмма и вновь принялась рыться в кармане.

На этот раз она достала миниатюрные ножницы размером с две фаланги пальца. Они подходили разве что для стрижки волос в носу. Эмма снова ойкнула, положила их обратно и засунула в карман всю правую руку. Наконец из его недр показались парикмахерские ножницы обычного размера. Сэрин удивилась, почему обыкновенные ножницы запрятаны так глубоко, но спросить не решилась, потому что Эмма чуть не прыгала от радости.

Токкэби сбрызнула волосы Сэрин водой из пульверизатора и начала их расчесывать. Спутанные и слипшиеся, они быстро стали послушными.

– Кажется, вы не особо заботитесь о своих волосах.

– Ну, иногда это так надоедает… – уклончиво ответила Сэрин.

Едва заметно улыбнувшись, Эмма захватила прядь волос между пальцами и принялась за стрижку. Со щелкающим звуком кончики волос Сэрин начали падать на пол. Ее волосы, и так не очень длинные, стали настолько коротки, что едва доходили до мочки уха. Эмма вытянула пряди и выровняла их, глядя в зеркало, а затем начала рыться в шкафчике на полке, пытаясь что-то найти.

Лохматый Бюрель, все это время с серьезным видом читавший газету, посмотрел на Эмму и спросил:

– Эмма, ты уже слышала новости?

– Какие? – кряхтя, отозвалась Эмма, чуть ли не с головой нырнув в шкафчик.

– За последнее время несколько магазинов сообщили о кражах. Преступников пока не поймали, поэтому шумиха не утихает. – Бюрель погладил кустистую, как и прическа, бороду.

– А здесь все спокойно?

– Да. К счастью, пока тихо.

Эмма наконец вытащила покрытую пылью коробку. Но наступила на клок волос, поскользнулась и шлепнулась спиной на пол. Раздался грохот, но Эмма лишь убрала волосы с лица как ни в чем не бывало и встала.

– Может быть, потому что вы двое приходите сюда каждый день, нас и не трогают.

– Действительно?

Лохматый токкэби искренне поверил шутливым словам Эммы и пожал плечами. Он напряг тощую руку без намека на бицепс и предложил Эмме потрогать. Однако та и не посмотрела в его сторону, сделав вид, что сильно занята. Парикмахер показала Сэрин коробочку, которую только что достала.

– Это питательное средство, которое я сделала из собранных за долгое время комплиментов.

Внутри необычной коробки лежал еще более странный сосуд с белой жидкостью, похожей на разведенную белую краску или смешанные с водой сливки.

Эмма проверила срок годности на этикетке, открыла крышку и понюхала. Сэрин тоже сделала глубокий вдох через нос, но особого запаха не почувствовала.

– Иногда сюда попадают слова, сказанные неискренне, тогда эффекта нет. Так что нужно обязательно протестировать образец.

Эмма аккуратно намазала лосьон на тыльную сторону ладони и через некоторое время увидела пушок.

– К счастью, у этого эффект замечательный!

Довольно улыбнувшись, Эмма наклонила сосуд и вылила жидкость на ладонь. Некоторое время она тщательно растирала средство в ладонях, будто собиралась использовать его для своих рук, но потом аккуратно нанесла его на волосы Сэрин.

– Наносите это утром и вечером. Нехорошо так игнорировать проблемы с волосами. Это средство подходит людям, у которых, как и у вас, волосы легко спутываются.

Эмма лишь несколько раз провела по голове Сэрин, и ее вечно тусклые растрепанные волосы стали на удивление гладкими и блестящими. И одновременно с этим в голове Сэрин всплыло давно забытое воспоминание.

Это случилось, когда Сэрин только начала заниматься тхэквондо. В тот день она отрабатывала новый удар с разворотом и почувствовала, что кто-то за ней наблюдает.

Обернувшись, она увидела своего наставника, который, как обычно, приветливо ей улыбнулся. Он сказал, что Сэрин слишком заботится о правильности стойки, но у нее есть задатки. Учитель признался, что такого удара достаточно, чтобы свалить с ног среднего мужчину. От первого в ее жизни комплимента Сэрин не знала, куда и деться. Когда ее лицо окрасилось румянцем, она быстро опустила голову, чтобы скрыть смущение. Но наставник даже поднял вверх большой палец, отчего Сэрин покраснела еще гуще.

Сэрин тряхнула головой, чтобы отвлечься от нахлынувших мыслей. Оглядываясь на тот день, она подумала, а не слишком ли наивна она была, поверив в то, что ей сказали, возможно, только ради сохранения ученицы в классе. Но сейчас самое важное – это найти бусину. Хорошо бы отложить пустые размышления на потом.

Тем временем Эмма старательно очистила волосы с лица и шеи Сэрин губкой, смахивающей на кирпич, а затем развязала накидку, сдавливавшую ей шею. Девушка обрадовалась ощущению свободы после того, как с нее сняли накидку, и тому, что ей впервые нравится новая прическа.

Сэрин встала с кресла:

– Сколько с меня? – и сунула руку в несуразно выпирающий карман, полный золотых монет.

– Я возьму только за стрижку. Двух золотых монет будет достаточно.

Эмма положила питательное средство для волос обратно в коробку, обвязала ее ленточкой и протянула Сэрин. Конечно же, она не забыла и про бусину. Светящаяся зеленым бусина была настолько прекрасной, что за нее отдали бы огромные деньги, вынеси она ее отсюда на продажу. Девушка взяла в одну руку бусину, а в другую – коробку и в сопровождении Эммы спустилась на первый этаж.

Уставший от ожидания Иша заснул на стуле с подушкой. Заслышав шаги Эммы и Сэрин, он сразу проснулся и встретил временную хозяйку широким, чуть не разрывающим рот зевком.

– Можно мне чуть-чуть отдохнуть на первом этаже перед уходом? – спросила Сэрин, указывая на пустующие стулья.

– Конечно, – добродушно разрешила Эмма. – До закрытия салона еще много времени, так что отдохните хорошенько. Ах, да, будьте осторожны со средством, что я вам дала, оно очень скользкое.

Когда Эмма, в очередной раз споткнувшись, скрылась на втором этаже, Сэрин внимательно осмотрела бусину. Внутри медленно кружились крошечные частицы света, как те, что наполняют Млечный Путь на ночном небе. «Неужели внутри и правда то, что я хочу?» Следуя указанию Дюрова, Сэрин дала бусину Ише. Девушка беспокоилась, что коту будет больно кусать такую большую бусину, но он быстро подогнал свои размеры под стать волшебному шарику.

Переполненная ожиданиями и трепетом, Сэрин произнесла заклинание:

– Дру-эп-зула.

Глаза Иши стали зелеными – под цвет бусины, и из них заструился яркий свет.

А вскоре возникла сцена, как будто из сновидения.

Перед ее глазами появился прекрасный университетский кампус, который она так долго себе представляла. Земля была покрыта сочной зеленой травой, вокруг величественно возвышались здания в готическом стиле, сохранившие отпечатки времени и сливавшиеся с вытянутыми ввысь деревьями. Посреди фонтана стояла скульптура коня с поднятыми кверху передними ногами – казалось, он вот-вот оживет и рванет вперед. А среди кустарников высотой по колено проглядывали цветы.

– Это что, по-настоящему?

Повернув голову на шум, Сэрин увидела неподалеку группу сидящих в кругу и весело болтающих молодых парней и девушек. Они хлопали друг друга по плечам и хохотали во весь голос. Никто не замечал Сэрин, растерянно стоявшую в стороне.

– Я же вам говорю, когда я утром шел сюда, он уже лежал здесь в одиночестве!

Один из ребят, с уложенными воском короткими волосами, закончив ознакомительную экскурсию для первокурсников, красноречиво рассказывал забавную историю о том, как недавно новый преподаватель не смог найти аудиторию и отменил лекцию. Все говорили так громко, что Сэрин слышала каждое слово.

Она только собиралась сделать шаг поближе, чтобы еще лучше разбирать их речь, как один парень поднялся, отряхнул штаны и сказал, что ему нужно на подработку.

– Время пролетело незаметно, и мне пора.

Другие тоже стали собирать свои вещи, кто под предлогом группового задания, а кто – свидания. Сэрин с тоской посмотрела им вслед.

Дзинь-дзинь. По лужайке, которую один за другим покидали студенты, промчался молодой человек на велосипеде. Несмотря на весну, он был в пуховике и очках в толстой роговой оправе. Сама того не осознавая, Сэрин обнаружила себя идущей вслед за парнем. Опустив глаза, она не увидела, как переступают ее ноги, но почувствовала, что двигается плавно, будто по чему-то скользкому. Ей казалось, она плывет по воздуху, словно призрак.

Парень поднялся на невысокий холм и вбежал в здание, похожее на общежитие. Он чуть ли не бросил велосипед и непрерывно нажимал на кнопку лифта, который все никак не ехал. Парень постоянно смотрел на часы, казалось, что у него назначена очень важная встреча или он оставил дома что-то необходимое.

– Фух… – В лифте парень сделал глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, но, видимо, это не помогло, так как его напряженное лицо нисколько не расслабилось. Как только двери лифта открылись, он вбежал в свою комнату, торопливо скинул ботинки, которые полетели в разные стороны, и открыл стоящий на столе ноутбук. Пока компьютер включался, Сэрин осмотрелась. Узкая кровать и небольшой стол – это была вся нехитрая обстановка комнаты в общежитии. Среди книг по специальности были и посвященные написанию резюме и премудростям прохождения собеседований.

– Пожалуйста… – Ноутбук наконец загрузился, и руки парня начали летать по клавиатуре. Однако вскоре они замерли, и его лицо окаменело. В комнате воцарилась тишина, будто время остановилось. Через мгновение парень резко выдохнул. На экране монитора, в который он растерянно уставился, было открыто окно электронной почты с текстом: «К сожалению, мы вынуждены сообщить Вам, что Вы не прошли финальное собеседование». А ниже имелась приписка: «Мы сожалеем, что не смогли пригласить Вас на работу, и надеемся, что Вы присоединитесь к нам в следующий раз», – но взгляд молодого человека оставался прикован к верхней части монитора и не двигался.

«Бз-з-з…» – внезапно громко завибрировал мобильный телефон, и парень со все еще ошеломленным выражением лица посмотрел на дисплей. В чате все, кроме него, отправляли друг другу сообщения с поздравлениями о поступлении на работу. Не желая смотреть в смартфон, парень оставил его на столе, без сил рухнул на кровать и зарылся лицом в подушку. Мобильник зазвонил еще громче, но его владелец накрылся одеялом и даже не думал выбираться наружу.

Сэрин внезапно проснулась. Сколько она спала? Количество воды в часах уменьшилось, но ненамного. Сэрин дотронулась до лица и, словно что-то вспомнив, бросила взгляд на свои ноги. К счастью, они были на месте. Иша запрыгнул к ней на колени и с тревогой посмотрел снизу вверх.

– Я в порядке, Иша.

Сэрин нежно погладила Ишу по голове. И кот выронил изо рта ей в ладонь бусину, после чего перед девушкой вновь пронеслись обрывки только что увиденных сцен. Она определенно видела тот университет, в который хотела поступить, но ей вовсе не хотелось оказаться на месте парня с велосипедом. Только теперь Сэрин поняла, почему Дюров сказал, что ей сильно повезло с золотым билетом. Она подумала, что если бы не заглянула в бусину заранее, как сейчас, то, несомненно, пожалела бы об этом. Сэрин вздохнула с облегчением. На самом деле ведь даже после окончания хорошего университета все равно останется проблема трудоустройства. «Если заглянуть в будущее, то лучше получить хорошую работу. Ведь поступление в престижный вуз не гарантирует трудоустройства». Она кивнула сама себе и снова обратилась к Ише.

– Иша, я хочу другую бусину. Рассказать какую?

Иша, который лежал с полузакрытыми глазами от поглаживаний Сэрин, сразу поднялся и навострил уши, как бы давая понять, что внимательно слушает. Девушка, тщательно артикулируя, чтобы Иша все разобрал, сказала:

– Сделай так, чтобы после окончания университета я смогла попасть в известную компанию. Я имею в виду компанию, работе в которой все будут завидовать.

Возможно, именно благодаря тщательной артикуляции Иша сразу понял Сэрин и резко спрыгнул на пол. Чтобы кот не ударился о стеклянную дверь, девушка быстро ее открыла. Как только прозвенел дверной колокольчик, Эмма, как и ожидалось, чуть ли не катясь по лестнице, спустилась вниз:

– Ой, вы уже уходите? – Она изо всех сил замахала обеими руками, прощаясь с Сэрин.

– Да, спасибо вам большое. – Сэрин вежливо поклонилась на прощание и бросилась догонять Ишу, который ушел уже довольно далеко. Не успела дверь салона закрыться, как из парикмахерской донесся очередной грохот.

Глава 10. Книжный магазин Маты

Иша бежал довольно долго. Сэрин семенила следом. Вдруг кот резко остановился прямо посреди улицы, и Сэрин чуть не упала. «Дзинь!» – выпавшие из кармана монетки покатились в разные стороны.

– И что мне делать, когда ты так тормозишь?

Сэрин быстро начала обшаривать землю, боясь потерять хотя бы одну золотую монету. Несколько из них закатились под пятую точку Иши.

– Иша, отодвинь попу.

Но Иша не шевелился. Словно приклеенный к земле. Он сидел с отсутствующим видом, уставившись в одну точку. «Точно загипнотизированный», – подумала Сэрин и проследила за его взглядом. Впереди стояла старая закусочная, переделанная из огромного прицепа. Шины были полностью сдуты, а кузов настолько проржавел, что трудно было разглядеть его первоначальный цвет. Прицеп выглядел так, будто его использовали, но после поломки выбросили. Однако он был доверху завален всевозможной уличной едой, которая выглядела уже не очень свежей. Взгляд Иши уперся в жареные креветки размером чуть ли не с его лапу.

– Что это?

В этот момент, видимо почувствовав новых посетителей, из-за хот-догов выглянул токкэби с бакенбардами до подбородка. От неожиданности Сэрин разом проглотила все слова и так и застыла с открытым ртом. Токкэби показывал вверх своим длинным грязным ногтем. «Крыша?» Крыша прицепа была вся в дырах, поэтому совершенно не защищала от солнечного света. А если бы пошел дождь, то вода залила бы весь прицеп. На мгновенье взгляд Сэрин задержался на похожем на лохмотья навесе.

– Не туда! – сердито крикнул токкэби и указал на место под крышей, где на вешалке висело меню, написанное на разорванной коробке. Он таращился на Сэрин так устрашающе, будто грозился превратить ее в еду, если она не сделает заказ прямо сейчас. Сэрин быстро достала из кармана золотую монету, указала на жареную креветку и сосиску, которую облепило меньше всего мух.

– В-вот это, пожалуйста…

Токкэби схватил монету и сунул ей креветку и сосиску руками, не надев одноразовых перчаток. Сэрин приняла еду, стараясь по возможности не дотрагиваться до токкэби. К сосиске в нескольких местах прилипло нечто, похожее на крылья мух, но девушка изо всех сил старалась не кривиться. К счастью, ей даже удалось неловко улыбнуться. Когда токкэби посмотрел на нее, как бы спрашивая, не нужно ли что-нибудь еще, Сэрин поспешно попрощалась и отошла.

– Так ты действительно любишь поесть? После такого плотного завтрака ты снова голоден?

Иша откусил креветку и подал знак следовать за ним: видимо, они были не там, куда изначально направлялись. Сэрин делала вид, что ест сосиску, а когда токкэби скрылся за хот-догами, быстро отдала ее Ише. Он уже почти доел креветку, от которой остался только хвостик. Увидев сосиску, кот увеличился в размере и проглотил ее целиком, не прожевав. Девушка стерла кошачьи слюни с руки и приготовилась следовать за Ишей к месту назначения. Подкрепившись и увеличившись в размерах, кот ускорился и стрелой понесся вперед.

Место, к которому он ее привел, было таким же старым, как и недавняя закусочная под навесом. Похоже, в здании никто не жил – разбитые стекла в окнах никто не заделал, а по стенам кое-где шли трещины. К тому же оно уже слегка кренилось набок, поэтому Сэрин совершенно не хотелось туда входить. Но ничего другого не оставалось, так как Иша тянул ее за одежду ко входу.

«Скрип!» – двери, которые, кажется, никогда не смазывали, открылись с громким скрежетом. Коридор был под стать самому зданию. Краска на стенах полностью ободралась, еще чуть-чуть – и покажется стальной каркас, напольная плитка была разбита настолько, что трудно было найти хоть один целый фрагмент. Здание было не лучше того заброшенного дома, который видела Сэрин, когда искала волшебный магазин токкэби. Но тут в самом конце темного коридора показался свет, и она направилась к нему.

– Есть тут кто-нибудь? – Заглянув в широко распахнутую дверь, Сэрин обнаружила помещение, заставленное со всех сторон книгами. Бесчисленное их количество заполняло высоченные шкафы, примерно столько же было разбросано по полу. Это необычное место одновременно напоминало и библиотеку, и склад. С потолка свисала паутина, книжные полки и пол покрывал толстый слой пыли, отчего названия книг было просто невозможно разглядеть. «Почему здесь так грязно?» Единственным более-менее прибранным местом оказался стол в дальнем углу, на котором горела лампа. За ним сидел токкэби, зарывшись головой в книги, сваленные стопками, превосходившими высотой сам стол. На токкэби были похожие на беруши наушники, и он бормотал нечто непонятное – возможно, слова звучащей в них песни.

Сэрин на цыпочках направилась к столу, стараясь не наступить на книги, разбросанные на полу. Иша превратился в котенка и последовал за ней, ступая туда же, куда и девушка.

– Простите!

Она подошла прямо к столу, но токкэби, казалось, не заметил ее присутствия, а, наоборот, войдя в раж, запел еще громче. При этом он не попадал ни в одну ноту, и его пение было больше похоже на громкие крики. Сэрин уже собиралась бросить попытки угадать, что это за песня, и тут токкэби поднял голову. Видимо, он собирался только размять плечи, поэтому, увидев девушку, так резко дернулся от испуга, что свалился со стула. Спрятавшись под столом и высунув голову только наполовину, токкэби закричал:

– Вы кто?!

Сэрин, изо всех сил стараясь, чтобы ее действия не выглядели угрожающими, осторожно ответила:

– Я пришла купить бусину.

Лицо токкэби высунулось еще чуть-чуть. Он выглядел очень молодо, будто ученик младшей школы. Из макушки торчали крошечные, почти незаметные рожки, а безусое лицо было сплошь усыпано веснушками. Он несколько раз окинул взглядом Сэрин, а затем медленно поднялся на ноги.

– Говорите, что хотите меня угостить?

Не понимая, о чем речь, Сэрин переспросила:

– Что, простите?

Малыш-токкэби закатил глаза и скрестил руки:

– Я не люблю бобы. Так что ничего с бобами… Кстати, и никаких баклажанов и грибов, потому что они слишком мягкие, когда их жуешь. Морковь не пойдет потому, что она слишком жесткая… Вы же не дикарка из тех, что едят свинину или говядину?

Сэрин стало любопытно, что же все-таки ест этот токкэби, но она поспешила его прервать, пока ситуация не усугубилась:

– Нет, я здесь не для того, чтобы вас угощать.

Токкэби, не обращая внимания на ее слова, начал успокаивать Сэрин:

– Ну ладно, десерт за мной. Токкэби же не халявщики.

Он снял с вешалки коричневое клетчатое пальто, как будто собирался выйти на улицу прямо сейчас, и просунул в него руку. Пальто было настолько длинным, что, когда он застегнул последние пуговицы, Сэрин увидела, как оно буквально волочится по полу. Теперь она поняла, почему только возле стола и на проходе не было пыли. Некоторое время Сэрин колебалась, как ей поступить. Погруженная в переживания, она увидела на столе небольшую бумажку для заметок, а рядом с ней – перьевую ручку и бутылочку с черными чернилами. Не спрашивая разрешения, Сэрин быстро окунула перо в чернила и едва разборчивым почерком написала: «Я пришла к вам за бусиной».

Малыш-токкэби уже надел шапку с меховым помпоном и собрался выйти, но неожиданно замер. К счастью, кажется, он понял смысл записки, поэтому вернулся на свое место, открыл шкаф с ящиками и достал блестящую фиолетовую бусину.

– Сразу бы так и сказали. – Токкэби снял пальто и вернул его на вешалку. – Вот моя бусина. Но прежде у меня к вам одна просьба.

Сэрин не стала оправдываться за возникшее недопонимание. Вместо этого она решила спросить, о какой просьбе речь. На всякий случай девушка снова воспользовалась бумажкой для заметок: «Что за просьба?»

Перед тем как заговорить о серьезном, токкэби выпрямился и снял наушники. Когда они оказались на столе, до ушей Сэрин донеслась громкая мелодия. «Как можно слушать настолько громкую музыку?» – пронеслось в голове у Сэрин. Нетрудно было догадаться, почему токкэби плохо ее слышал. Тем временем он несколько раз откашлялся и прочистил горло:

– Меня зовут Мата. Просто Мата. – Лицо токкэби стало очень печальным. – В нашем мире токкэби живут тем, что крадут человеческие чувства. Поэтому, когда представляются, гордо добавляют, что именно они крадут. А я еще ничего толком не украл. Знаю, знаю… Наверное, теперь я кажусь вам жалким? – Голос Маты слегка дрогнул, а на глаза навернулись слезы. – Я долго думал и рассказал отцу о своих переживаниях, но он ответил, что в столетнем возрасте токкэби пора самостоятельно разбираться в своих делах. А мне уже почти сто два. – Мата достал салфетку и высморкался. – Что же мне похищать? Я уже несколько лет изучаю здесь книги и до сих пор не понял. Мне бы хотелось похищать что-нибудь такое, что не крадут другие токкэби, и чтобы это приносило людям пользу.

Токкэби поднял на Сэрин полные надежды глаза. Девушка обмакнула кончик пера в чернильницу, желая хоть как-то помочь, но ничего не смогла написать. Мата тяжело вздохнул.

– Есть же люди, которые добиваются своей мечты, несмотря на трудности! Это все благодаря моему отцу, который похищает у них желание сдаваться. За это он уже в седьмой раз получил премию «Токкэби года». А я все сижу тут. – Мата задрал ноги на стул и подтянул колени. От этого его и так миниатюрное тело стало еще меньше. – На самом деле я не сидел без дела. Раньше я пробовал похищать у людей то, что они называют заботой, но они лишь стали курить на пешеходных переходах либо громко болтать в метро и не изменились так, как бы мне хотелось. Я хочу похищать что-нибудь классное и получить премию «Токкэби года» в этом году, как мой отец. – Мата сжал маленькие кулачки. – Ты же человек и знаешь побольше моего. Помоги мне, пожалуйста, – с мольбой произнес токкэби, и Сэрин не смогла резко ответить: «А я-то откуда знаю?» – ему в лицо. К тому же если она хотела получить бусину, то у нее не оставалось иного выбора.

«Может, вместе поищем в книгах?» – написала Сэрин, чтобы выиграть время для размышлений. Мата обрадовался и пружинисто вскочил на ноги, как будто уже получил ответ. Сэрин уже собралась скрыться между книжных полок, и тут Мата позвал ее обратно.

– А это кто? – малыш показал пальцем на Ишу, следовавшего хвостиком за Сэрин. – Ваш друг? – Мата взобрался на стол и с любопытством стал рассматривать котенка. Иша в тот момент увлеченно терся о ноги Сэрин. – Вы только посмотрите, он хочет постоянно быть с вами. Я читал про такое в книге. Это друг, который всегда рядом: и в горе, и в радости. Получается, вы друзья?

Сэрин поджала губы, не зная, как объяснить, и написала на бумажке: «Иша помогает мне искать бусины. Мы встретились не так давно, но потихоньку узнаем друг друга и сближаемся». Сэрин поймала себя на мысли, что из-за этого разговора с Матой они также стали немного ближе. Токкэби, к счастью, кажется, почувствовал то же.

– Вот как? И у меня до недавнего времени был друг, но теперь нет.

Лицо Маты приняло такое выражение, будто он вот-вот расплачется.

– А что случилось? Ты с ним поссорился? – случайно вырвалось у Сэрин, и она ахнула.

Но Мата почему-то понял ее слова правильно и ответил:

– Не поссорился. Однажды он вдруг рассердился на меня и исчез. А мы с Хаку дружили со школы. – Мата быстро помрачнел. – Кажется, он на что-то обиделся и бросил меня, как мусор…

Мата схватил стопку салфеток, прижал к покрасневшим глазам и зарыдал. От такой неожиданности Сэрин растерялась и не знала, стоит его утешать или оставить в покое. Тем временем токкэби плакал так горько, что неловко было даже заговорить с ним. «Как же быть?..» Вместо того чтобы стоять и молча наблюдать за токкэби, Сэрин решила оставить его одного, чтобы он успокоился, и принести ему нужную книгу. Тем временем рыдания Маты становились все громче и громче.

Сэрин тихонько направилась к книжным полкам, но вскоре поняла свою ошибку, так как книга, которую она достала, была написана на совершенно незнакомом ей языке. Девушка хотела было сдаться и повернуть назад, но решила на всякий случай осмотреться. Пока она вытаскивала пыльные книги с полок, ее руки стали черными.

«Как же здесь много книг!» Верхние полки, до которых едва можно было достать, даже поднявшись по лестнице, были хаотично завалены книгами. Некоторые опасно свисали, будто кто-то пытался их вынуть и передумал, как, например, та, что сейчас находилась над головой Сэрин. Она была такой большой и толстой по сравнению с другими, что, казалось, в одиночку с ней не справиться. В итоге еле-еле державшаяся на самой верхней полке книга стала падать от легкого движения руки Сэрин.

«Бум!» – книга летела прямо в макушку девушки, и Сэрин, тут же потеряв равновесие, свалилась на пол.

– Ай!

К счастью, пострадала она не сильно, если не считать небольшого ушиба на локте. И все благодаря тому, что за мгновение до удара книги о голову Сэрин Иша высоко подпрыгнул и отпихнул хозяйку в сторону. Кот, ставший размером с кабана, подошел и лизнул ее в лицо. Сэрин пришла в ужас, поняв, что на то место, где она только что находилась, упала книга размером с письменный стол. Она крепко обняла Ишу за шею.

– Спасибо, Иша.

– Что случилось?

Мата примчался в одной тапочке на ноге.

– Прости, кажется, я случайно уронила книгу.

– Что?!

Мата подбежал ближе с раскрасневшимся лицом.

– Вы нашли книгу, которую я искал?

– Нет, не совсем… – хотела было объяснить Сэрин, но поняла, что это бесполезно.

Оглядев обложку, Мата заглянул туда, где она раскрылась при падении.

– Это «Тайны морских существ», – Мата без запинки прочел буквы, которые Сэрин показались узором из неровных фигур. – Морское существо под названием «гигантский моллюск» создает прекрасные жемчужины, в течение долгого времени обволакивая слизью мелкие предметы, причиняющие ему боль… Весит моллюск двести килограммов и вырастает до метра в длину… – На мгновение голос токкэби прервался, будто кто-то заткнул ему рот. – Вот оно! – внезапно закричал Мата и начал вприпрыжку кружить по комнате.

От этого с полок упало еще несколько книг. Он от радости и не заметил, что с него слетела вторая тапочка, и кричал «ура!», а Сэрин замахала руками и закашлялась от поднявшейся пыли. Так продолжалось до тех пор, пока Мата не наступил на стопку книг у книжного шкафа, поскользнулся и упал головой вниз. Даже с торчащими во все стороны, будто воронье гнездо, волосами и с кровью из носа Мата продолжал искренне улыбаться, будто произошло что-то очень хорошее.

– Я буду забирать у людей те переживания, с которыми они преодолевают трудности. Я хочу помогать им проходить через эти трудности и создавать свою прекрасную жемчужину.

Мата подошел к Сэрин, пожал ей руку и несколько раз поблагодарил. Девушка не совсем понимала, за что он ее благодарит, и лишь неловко улыбалась в ответ.

– Ну а теперь я дам вам бусину.

Держа над головой книгу, которая была больше него самого, Мата поднялся с места, и Сэрин заметила, что, хоть рост его был невысок, руки и ноги выглядели довольно крупными.

– Будьте осторожны с этими книгами. Как-то раз на меня упала одна из них, и я пролежал без сознания целых два дня, – запоздало предупредил Мата и направился к столу. Но вскоре он остановился и задумчиво наклонил голову набок. – Хм, странно.

Сэрин заглянула поверх его головы. Мата что-то искал, шаря по полу, где валялись книги. Одной рукой он поддерживал фолиант на голове, а другой почесал подбородок. У токкэби было такое серьезное выражение лица, что Сэрин не удержалась от любопытства, достала листочек и написала: «Что случилось?»

Мата покосился на записку и все с тем же задумчивым видом произнес:

– Вам кажется, что книги здесь лежат как попало, но я выучил расположение каждой из них.

Мата подозвал Сэрин поближе и ткнул пальцем себе под ноги. Там, куда он указывал, виднелся ровный прямоугольный след, на котором было гораздо меньше пыли, чем в других местах. По размеру след был как раз с большую книгу.

– Если мне не изменяет память, то на этом месте точно лежала книга «Песни радужной бусины».

Сэрин снова собиралась что-то написать на листке, но Мата, будто прочитав ее мысли, продолжил:

– О радужной бусине известно только из легенд. Говорят, что тот, кто ее найдет, может получить все, что пожелает. Я слышал, что она находится где-то в магазине, но ее мало кто видел. Разве что наш старейшина или очень пожилые токкэби. В этой книге были записаны ноты гимна, восхваляющего радужную бусину. Но он явно был полным вздором. Я как-то спел его, так все разбежались, заткнув уши.

Сэрин подумала, что виной тому была не сама мелодия, но говорить это не стала. Мата же продолжал рассказывать о том, как удивительна радужная бусина:

– В отличие от обычных бусин токкэби, которые работают только у людей, радужную может использовать каждый. К тому же, говорят, она очень красивая. По одним словам песни понятно, насколько это прекрасная вещь. Если вы спросите, что поется в песне… Прежде чем Мата успел запеть, Сэрин быстро схватила ручку и написала: «Думаете, кто-то украл ее?» Мата удивленно взглянул на Сэрин.

– Я слышал, что в последнее время происходит много краж, но токкэби ведь не читают книг. На самом деле я не видел ни одного токкэби, который бы купил здесь что-то. Если у нас действительно завелся вор, то возникает вопрос: зачем ему красть именно книгу? Есть же много более ценных вещей.

Сэрин подумала о том же. Если бы она была вором, то выбрала бы своей целью ювелирный магазин или банк. Хоть охрана в магазинчике и слабая, ей бы не захотелось красть пыльные книги. Пока девушка представляла, как, надев маску, ворует вещи, она обнаружила нечто блестящее между босыми ногами Маты и книгами. На первый взгляд то, что Сэрин взяла в руки, было золотой монетой, а приглядевшись повнимательнее, девушка увидела, что это украшение с тонким узором. Его назначение было неизвестно, но предмет этот был явно не из библиотеки. Сэрин показала его Мате вместе с запиской: «Что это?» Мата отошел в более освещенное место и хорошенько разглядел находку.

– Выглядит довольно дорого. Я не разбираюсь в таких вещах, но, кажется, это используют женщины, когда наряжаются. Что-то вроде кулона или броши. – Взгляд Маты на мгновение задержался на прямоугольном следе от книги. – Если украшение не ваше, возможно, его выронил тот, кто взял книгу.

Украшение размером с шашку для игры в го[5] необычно сверкало, словно само источало свет. И тут Сэрин внезапно вспомнила хозяйку ломбарда несчастий, увешанную драгоценностями. Ей подумалось, что та вряд ли бы заметила пропажу одной-двух своих побрякушек.

– Я сохраню его на случай, если кто-то будет искать, а может, оно станет уликой. – Мата сдул пыль с украшения и засунул его глубоко в карман. – Ну а теперь дам вам бусину.

Мата схватил Сэрин за руку и чуть ли не помчался к столу. Затем, не переводя дыхание, токкэби протянул девушке заранее подготовленную бусину.

– Я бы с радостью отдал ее и так, но, по правилам, вы должны купить у меня книгу, – сказал Мата и протянул огромный том, пристроенный на его голове.

Сэрин ни в коем случае не хотела пренебрегать добротой токкэби, но книга была настолько большая, что, казалось, ее не получится унести. Сэрин колебалась и не решалась принять книгу.

– Вы переживаете из-за того, что книга слишком большая?

Сэрин кивнула, и Мата тут же стукнул себя по лбу.

– Я же не учел того факта, что вы человек! – Мата, будто наказывая себя, еще несколько раз ударил кулаком по макушке и достал что-то из ящика стола. – Не беспокойтесь о том, как нести книгу. Ведь ее можно положить в мешок токкэби.

В руке Маты лежал кожаный мешочек размером с ладонь. В другую руку он взял книгу и начал медленно показывать.

– Та-ак, если открыть мешок токкэби и поднести к нему что-нибудь…

Казалось, что в такой маленький мешок не поместится даже уголок книги, но, как только Мата поднес к нему книгу, ее засосало туда, словно пылесосом.

– С вас три золотые монеты. Вообще-то, с мешком я беру семь, но раз уж вы мне помогли, я сделаю специальную скидку. Надеюсь, бусина вам понравится.

Мата достал еще один мешок токкэби и положил бусину отдельно. Так их нельзя будет спутать. Сэрин засомневалась, может ли она принять такой дорогой подарок. Токкэби снова надел пальто, нахлобучил шерстяную шапку и повел девушку к выходу. Он хотел проводить ее аж до самой двери «Магазинчика сезона дождей», но она отговорила его, показав свой золотой билет. Сэрин жестами изобразила, что останется тут до тех пор, пока не найдет желаемую бусину. Мата немного расстроился и пожелал ей найти радужную бусину. После того как токкэби, несколько раз обернувшись, направился в книжный магазин, девушка стала искать место, где можно рассмотреть бусину. Постепенно фигуры Сэрин и Иши отдалялись от полуразрушенного здания, которое грозило развалиться в любой момент.

Сэрин не подозревала, что произошедшие здесь кражи могут быть связаны с ней. Она не заметила и того, что все время, пока находилась в книжном магазине, с потолка, затаившись в самом темном углу, за ней следил огромный паук.

Глава 11. Парфюмерная мастерская Николь

Красный седан плавно свернул за угол и въехал на парковку. Несмотря на ранний час, машин там было довольно много.

Дверь автомобиля открылась, и из него вышла деловая женщина лет тридцати на вид. Одетая в идеально выглаженную блузку и с пропуском на шее, она шла уверенной походкой.

Перекинув через плечо сумочку из крокодиловой кожи, женщина вышла с парковки и направилась к соседнему зданию. Оно было самым высоким даже в центре города, все фасады его были выполнены из похожих на зеркала стекол и сверкали на солнце, словно бриллианты. Пройдя сквозь похожие на гигантские лопасти вращающиеся двери, женщина оказалась в просторном лобби.

«Пи-и-ик».

Она подошла к пропускному пункту, похожему на турникеты в метро, и привычным движением приложила пропуск сотрудника – стеклянные двери открылись с коротким электронным писком. И Сэрин проследовала за ней.

Лифт поднял их в огромный офис, на двери которого висела табличка с надписью «Отдел стратегического развития».

– Доброе утро.

– Управляющий, вы вчера нормально добрались до дома?

Мужчина с усталым выражением лица, держа в руке стаканчик с кофе, натянуто улыбнулся и ответил:

– Я каждый день возвращаюсь домой так поздно, что теперь даже мой ребенок меня едва узнает.

Они обменялись короткими шутливыми приветствиями, а затем торопливо принялись за работу. Тем временем в просторный офис один за другим стали приходить мужчины и женщины, одетые в похожие костюмы, и занимать свободные места. Вскоре все вокруг наполнилось голосами и звуком шагов.

– Не то…

Она пришла раньше всех и готовилась к совещанию, но, видимо, была недовольна результатом, потому что удалила созданные документы и все утро работала над новыми. Периодически ее вызывал к себе строгого вида мужчина, похожий на начальника, и отчитывал. К началу рабочего дня ее уложенные волосы уже немного растрепались.

Сэрин огляделась по сторонам, чтобы узнать, чем занимаются остальные. Но все либо разговаривали по телефону, либо с серьезными лицами всматривались в бумаги, подшитые в папки, или мониторы. Казалось, одна только Сэрин была не занята.

– Я уже не соображаю. Давай хотя бы поедим.

Когда пришло время обеда, женщина вместе со своей приятельницей-коллегой отправилась в ближайший ресторан. Он выглядел элитным, но дамы сделали заказ, не глядя в меню. Сэрин решила, что они часто здесь бывают.

В ожидании еды коллеги обсудили начальника и в деталях рассказали друг другу о мужчинах, с которыми им приходилось встречаться на свиданиях вслепую. Но самой волнующей темой стала бывшая сотрудница из их отдела, которая уволилась в прошлом году.

– Ты слышала про Мингён?

– Нет, а что?

– Увольняясь, она сказала, что откроет свой ресторан. Так вот, говорят, сейчас он настолько популярен, что туда приходят даже знаменитости.

Женщина подхватила кусочек суши и поднесла ко рту.

– Может, мне тоже бросить работу в офисе и открыть ресторан?

– Но ты же говорила, что не умеешь готовить?

– А это и не нужно. Готовить же буду не я. Мне кажется, важно, где ресторан находится. А если нанять привлекательных официантов, то можно спокойно жить припеваючи и слушать, как тебя называют начальником.

От одной мысли об этом у нее улучшилось настроение, а на лице появилось мечтательное выражение. Но в какой-то момент оно резко изменилось, будто она проглотила камень.

– Если бы только я не вложила сбережения в акции этого придурка… А ты разве не копишь деньги?

Младшая коллега, кажется, поперхнулась рисинкой и закашлялась.

– Пока я не выплачу рассрочку и кредит, ни о каких накоплениях можно и не мечтать.

Девушка вдруг так посерьезнела, будто была готова тут же показать остаток на своем банковском счете. Но она быстро пришла в себя.

– Ну а кому-то все же хорошо. Я слышала, что и месячная выручка ее ресторана равна двум нашим годовым зарплатам. Когда же я смогу уволиться?

Она заглянула в маленькое зеркальце и поправила макияж.

– Ты только посмотри, как испортилась у меня кожа. В компании этого придурка что ни день, то работаешь допоздна либо вынужден ходить на корпоративные застолья. Все заработанные здесь деньги в итоге уйдут на лечение.

Напоследок женщины по-свойски взяли в зубы по зубочистке.

– Кажется, сегодня опять задержусь.

– И я.

Они так протяжно вздохнули, будто вся тяжесть бытия опустилась на их плечи, заплатили за еду и вышли из ресторана.

* * *

Небо по-прежнему было голубым и настолько ясным, что казалось прозрачным. Солнце пригревало, но было нежарко. Изредка дул прохладный ветерок. Он нежно касался деревьев и травы, и листья размером с ладонь с приятным звуком шуршали друг о друга. Атмосфера вокруг была настолько умиротворяющей, что стоило закрыть глаза, как сразу начинало медленно клонить в сон.

– Мя-а-а-у.

На скамейке под тенистым деревом лежал кот, который до недавнего времени держал во рту бусину, а сейчас с чувством выполненного долга готовился вздремнуть. Рядом с ним удобно устроилась Сэрин и рассматривала фиолетовый шарик.

Однако с бусиной в руке девушка выглядела не очень счастливой.

Некоторое время Сэрин просто сидела в тишине.

Ветер трепал короткие волосы, но она не могла и пошевелиться. Вскоре она подняла голову с решительным видом и встретилась глазами с Ишей, который в какой-то момент тоже посмотрел на нее.

– Иша, нам придется найти другую бусину.

Может быть, из-за того, что фиолетовая бусина лежала в тени, она уже не излучала свет.

– Я не смогу жить в таком темпе. Я долго не протяну и сдамся, – печально сказала Сэрин, убрав приставший к волосам лист.

Иша тем временем засунул в рот листик, который только что выкинула Сэрин, но, испугавшись ее внезапного возгласа, выплюнул его обратно.

– Да! Точно, я ведь тоже могу открыть заведение под своим именем.

Сэрин представила себя стоящей у освещенного окна, изящно наливающей кофе. Ее мрачное лицо просветлело.

– Иша, я хочу той жизни, которую только что описала.

Иша подобрал передние лапы и стал похож на буханку хлеба, а затем легко спрыгнул в траву. Когда кот наклонил нос к земле и принюхался, его хвост встал торчком, как антенна, и Иша внимательно осмотрелся по сторонам. Сориентировавшись, кот громко мяукнул Сэрин и тут же побежал по дороге. Девушка быстро засунула бусину в мешок и последовала за ним.

* * *

– Иша, долго нам еще идти?

По дороге Сэрин купила Ише три пончика с шоколадной начинкой, и вскоре они подошли к такому странному зданию, что Сэрин озадаченно склонила голову набок. У ближайшего к лесу дома дымоход почему-то располагался сбоку, а окна были разбросаны хаотично, без какой-либо логики, примостившись даже на краю крыши и по углам стен.

Сама же крыша была накренена, как обрубленная. Казалось, кто-то сначала хотел построить здесь детскую горку, но передумал и решил возвести на этом месте дом. Наружные стены были неаккуратно покрашены в разные цвета, – будто тот же кто-то ради забавы стрелял по ним шариками для пейнтбола.

Очевидно, тот, кто построил этот дом, имел необычный вкус в архитектуре или же был лишен вкуса вовсе.

– Кажется, дверь здесь…

Найти вход в здание оказалось несложно. Но дверь сверху донизу была загромождена замками. Сэрин насчитала не менее двух десятков, и, даже имея ключи, попасть внутрь оказалось бы делом очень непростым.

Сэрин какое-то время разглядывала строение, а затем подошла к железной двери.

И когда она уже собиралась постучать, из дома вдруг донесся громкий взрыв: «Бам!»

Сэрин вскрикнула и попятилась, а у Иши от испуга шерсть встала дыбом.

Из окон повалил черный дым. Вдруг из двери, которая показалась Сэрин неприступной, пока она в растерянности осматривала здание, послышался звук поворота ключа в замочной скважине.

– Кхе-кхе.

Как только дверь распахнулась, из нее повалил густой дым. В это же время из дома, кашляя, высунулась токкэби с запачканным копотью лицом. На вид она была примерно того же возраста, что и Сэрин, с лохматыми волосами и в защитных очках, покрытых сажей.

Заметив, что Сэрин неуверенно мнется у двери, токкэби бросила на нее неприветливый взгляд.

– Ты еще кто такая?

Сказано это было с вызовом, будто именно Сэрин была причиной недавнего взрыва.

Сэрин постаралась принять наиболее дружелюбный вид и немного вымученно улыбнулась.

– Я пришла сюда купить бусину.

– Бусину?

Токкэби вытаращилась на Сэрин так, будто они в гляделки играли. Сэрин невольно вжала плечи и кивнула.

– Докажи.

– Что, простите?

Глаза Сэрин расширились, словно готовы были выскочить из орбит.

– Говорю, докажи, что заявилась купить бусины, а не украсть их.

Токкэби внимательно осмотрелась вокруг, нет ли рядом сообщников, но увидела лишь кота с испачканной в шоколадном креме мордочкой.

– Я сейчас очень занята. Мне и ночи не хватит, чтобы заново приготовить лекарства, которые были похищены. И я не могу впустить сюда такую подозрительную личность, как ты, – сказала она как отрезала и собралась закрыть дверь прямо перед носом Сэрин.

– Постойте! – воскликнула Сэрин и достала золотой билет, а также бусину из мешка токкэби. – Такого доказательства достаточно? Мне нужна только ваша бусина.

Токкэби сняла защитные очки, подняла их на лоб и внимательно осмотрела бусину и билет. Лицо ее было серьезным, но светлые следы от очков вокруг глаз выглядели забавно, как после неудачного загара. Она прищурила один глаз, будто подмигивала, и подняла бусину к свету.

– Иди за мной.

Судя по всему, ее подозрения рассеялись, и она, бросив бусину Сэрин, вошла в дом. Сэрин на мгновение замешкалась, ловя бусину, и едва успела переступить порог до того, как дверь захлопнулась.

Внутри дома все явно говорило о недавнем происшествии. Вдоль стен стояли в ряд бутылки, повсюду валялись осколки, и все помещение пропахло едкой гарью.

Сэрин, боясь, что может произойти очередной взрыв, мялась, не в силах отойти от входа, и настороженно вертела головой из стороны в сторону. Токкэби, увидев это, резко вскрикнула:

– Ты чего? Ты же сказала, что тебе нужна бусина! Выбирай быстрее, что будешь покупать, и проваливай!

Токкэби жестом указала на полуразрушенную витрину. Она, не стесняясь, обращалась с Сэрин как с надоедливым покупателем, явно желая как можно скорее спровадить ее из дома.

Сэрин пыталась не обращать внимания на неприветливую хозяйку – что было совсем непросто – и осматривалась. На каждую стеклянную бутылочку была наклеена этикетка с названием, нацарапанным неразборчивым почерком. Размеры склянок варьировались: некоторые были похожи на флаконы с лаком для ногтей, другие – на бутылочки с шампунем, но все выглядели изысканно и загадочно. В самом низу, на дальней полке, беспорядочно стояли свечки и пластиковые бутылки.

Сэрин наклонилась и взяла самую ближнюю свечу. Она была больше и толще обычной, поэтому, казалось, ее хватило бы на целый день. В верхней части свечи было проделано небольшое углубление, не дававшее воску проливаться, и торчал длинный фитиль.

– А ты не такая уж глупая, – безразлично сказала токкэби, стоявшая шагах в десяти за перегородкой. – Эта свеча сделана из украденных у людей слов, которые заряжают храбростью.

Сэрин повернулась, но токкэби даже не взглянула на нее, как будто разговаривала сама с собой. Она собрала на столе мензурки и треугольные колбы и проводила какой-то эксперимент. От зажженной горелки слабо пахло маслом.

Сэрин не ответила, шагнула в сторону и достала одну из пластиковых бутылок.

– Это вонючий спрей… Видимо, ты нашла то, что тебе подходит. Его содержимое я собрала, тайком поджидая, когда люди скажут что-нибудь неуважительное по отношению к другим. С помощью него можно прогнать надоедливых вроде тебя, – проворчала токкэби. Она по-прежнему не смотрела на Сэрин, погруженная в свой эксперимент.

Сэрин подумала, что брюзжания токкэби с лихвой хватило бы на производство вонючего спрея даже без слов людей. Каждый раз, когда Сэрин касалась какого-либо предмета, токкэби, делая вид, что не смотрит, давала пояснения.

Сэрин надула губы в раздумье и оставила лишь самую первую свечу, а остальное положила на место. Ей казалось, что за роскошно украшенную стеклянную бутылочку, выбранную по глупости, придется заплатить всеми оставшимися у нее золотыми монетами. К тому же Сэрин думала, что если бы она подержала в руках вонючий спрей подольше, то распылила бы его в лицо токкэби, прежде чем расплатиться.

«Да, остановимся на этом».

Сэрин подошла к токкэби. Та держала в руках в тонких латексных перчатках треугольную колбу и всматривалась в шкалу делений. Сэрин хотелось как можно скорее заплатить и получить бусину, но токкэби так сосредоточилась на эксперименте, что девушка решила подождать.

Токкэби осторожно, словно новорожденного ребенка, подняла черный горшок, стоявший на краю стола, и поместила его перед собой. Как только она накапала внутрь немного прозрачного раствора из пипетки, жидкость в горшке забулькала и пошел дымок. И токкэби, и даже Сэрин рядом с ней сглотнули и стали напряженно наблюдать за горшком.

«Фью-у-у…»

Через мгновение послышался звук закипающего чайника, и следом раздался точно такой же взрыв, как Сэрин слышала перед тем, как войти в здание. Из кувшина поднялся столб огня, и пламя лизнуло лицо токкэби, глядящую внутрь горшка.

Сэрин не знала точно, что это за эксперимент, но, судя по всему, прошел он не очень успешно.

Когда пламя утихло, показалось черное как уголь лицо токкэби. Каждый раз, когда она икала, изо рта вырывались клубы дыма, похожие на кучевые облака. А лицо так почернело, что в ночи его невозможно было бы разглядеть, но, к счастью, волосы не пострадали.

– Эх, опять двадцать пять!

Она добавила еще несколько раздраженных восклицаний и направилась к маленькой двери в стене. Судя по звуку воды, токкэби, видимо, умывалась в уборной.

У Сэрин вырвался смешок, и она прикрыла рот рукой, чтобы ее не услышали. Из-за стены периодически доносились ругательства.

Стол, который покинула токкэби, был хаотично завален инструментами, вроде тех, что Сэрин видела на уроках химии. Особенно выделялся черный горшок, только что извергавший огонь. От него почему-то исходила таинственная аура, словно он был заколдован.

«Что это, черт возьми?»

Не в силах побороть любопытство, Сэрин заглянула в горшок. Но увидела лишь нечто темное, такое же черное, каким недавно было лицо токкэби. Когда же она снова подняла голову, то обнаружила нечто настолько поразительное, что тут же забыла о таинственном горшке.

Это была бусина, переливающаяся всеми цветами радуги.

Радужная бусина лежала среди разного хлама в небольшой коробке позади стола.

Сэрин словно завороженная подошла к коробке. Отбросив в сторону использованную банку из-под вонючего спрея, сломанный замок и испачканную масляными пятнами старую тряпку, она вынула бусину.

«Это же»

Бусину, без сомнения, можно было назвать радужной. Ослепительно-яркие цвета сияли и менялись в зависимости от угла зрения.

Как только Сэрин взяла бусину, токкэби открыла дверь и вышла из уборной. Растерянная Сэрин попятилась в панике, ударилась бедром об угол стола, но, не почувствовав боли, машинально опустила шарик в черный горшок.

Токкэби с накинутым вокруг шеи полотенцем вошла в комнату и увидела, что Сэрин стоит с таким видом, будто ей срочно нужно в туалет. Почувствовав неладное, она прищурилась и спросила:

– Ты чем тут занимаешься?

– А? Просто смотрю… – ответила Сэрин, делая вид, что ничего не произошло, но с ее лба стекла капелька холодного пота.

Вытирая лицо и не сводя глаз с Сэрин, токкэби медленно приблизилась.

Сердце Сэрин, казалось, стучало громче, чем недавний взрыв. Токкэби прошла мимо, осмотрела захламленный стол, и ее взгляд остановился на черном горшке. Сэрин загораживала горшок своим телом, но не смогла скрыть исходившего изнутри света бусины.

Заглянув в горшок, токкэби открыла рот, как и Сэрин, когда обнаружила радужную бусину.

– Это что еще такое? Почему она здесь?

Сэрин крепко зажмурилась. Она подумала, что ее вышвырнут отсюда без бусины, а может, даже обвинят в воровстве и бросят в подземную тюрьму.

– Ох… – издала короткий стон токкэби. Но больше ничего не последовало, и Сэрин, набравшись смелости, открыла глаза.

Как ни странно, но то, что токкэби достала из черного горшка, оказалось не радужной бусиной. Она держала в руке тончайшую нить, которую можно было разглядеть только вблизи.

Кажется, токкэби вовсе не интересовала бусина, пряча которую Сэрин поставила синяк на бедре. Она, наоборот, отшвырнула бусину, словно помеху, и та покатилась к краю стола. Токкэби было безразлично, упадет ли она на пол или даже разобьется.

«Только не это!»

И здесь Сэрин пригодилась спортивная реакция, которую она выработала на уроках тхэквондо, – ей удалось поймать бусину. Выдохнув с облегчением, она распласталась на полу, словно бейсболистка. Не обратив на это происшествие никакого внимания, токкэби все так же рассматривала нить.

– Это же волос токкэби? – пробормотала она себе под нос. – Ага, вот оно что! Все-таки мой опыт не провалился.

Она надела защитные очки и заново перелила содержимое мензурок в черный горшок. В конце она добавила набранную в пипетку странную жидкость, после чего в горшке опять все запузырилось и задымилось.

Сэрин же, ожидая очередного взрыва, закрыла уши и залезла под стол.

Но, к ее удивлению, взрыва не последовало. Вместо этого черный горшок наполнился жидкостью, которая сверкала, словно звезды в ночном небе.

Сэрин осторожно выглянула из-под стола. Довольно улыбаясь, токкэби посмотрела на девушку с изумлением, как будто увидела ее впервые.

– Ты положила сюда бусину?

Сэрин, приготовившись к тому, что ее будут поливать ругательствами, кивнула.

– Спасибо.

Сэрин не поверила своим ушам. Токкэби, лицо которой изрядно просветлело в сравнении с тем, каким оно было вначале, сказала:

– Если бы не бусина, я бы, возможно, и не узнала, что это сюда попало.

Токкэби помахала волоском, который держала в руке. Кажется, благодаря тому, что бусина осветила темный горшок, она обнаружила то, чего ранее не замечала.

– Твое имя?

– Ким Сэрин, – быстро ответила девушка.

– Рада встрече, я Николь. Я похищаю слова людей и создаю из них духи.

Николь протянула Сэрин свободную руку.

– Благодаря тебе у меня будто гора с плеч. Будь я одна, не исключено, уже завтра мой дом мог взлететь в воздух.

Сэрин была абсолютно согласна с ее словами. Большое счастье, что она попала сюда до того, как бусина исчезла. Сэрин тоже протянула свободную руку Николь.

– А что это ты так в нее вцепилась? – спросила Николь у Сэрин, которая крепко прижимала бусину, как птица, высиживающая яйца.

Сэрин торопливо положила бусину на стол.

– Прости, я не думала ее красть. Я просто осматривалась, когда увидела радужную бусину. Честно. – От смущения перешла на «ты» и Сэрин, но Николь не обратила никакого на это внимания. Токкэби наклонила голову набок по другой причине. Она поковыряла в ухе рукой, которой недавно обменивалась рукопожатием с Сэрин.

– Радужная бусина?

– Да, вот эта.

Сэрин показала на бусину, которую только что положила на стол. Казалось, бусина немного изменилась, но все так же переливалась всеми цветами радуги. Николь же, посмотрев на бусину, взорвалась смехом.

– Я тоже никогда не видела радужную бусину, но это точно не она. Это обыкновенная бусина токкэби.

Николь протерла бусину полотенцем, которое висело на шее. И та невероятным образом стала желтой.

– Видимо, из-за того, что она лежала в куче хлама, на нее попало несколько капель масла.

И точно, бусина больше не переливалась всеми цветами радуги. Не веря своим глазам, Сэрин покрутила ее в разные стороны, но теперь она ничем не отличалась от обычных бусин токкэби.

Когда возбуждение по поводу радужной бусины прошло, Сэрин, к своему удивлению, не ощутила укола разочарования.

– Радужную бусину даже токкэби трудно увидеть. Маловероятно, что такая вещица находилась бы у меня. Возможно, если бы я была очень пожилой токкэби…

Николь отложила мензурку в сторону и стала осторожно переливать жидкость из черного горшка в стеклянную бутылочку.

– На самом деле я получила эту бусину только сегодня утром, так что она новая. Хоть это и не радужная бусина, но я слышала, что она может принести человеку не меньше пользы, разве не так?

Николь была права. Несмотря на то что эта бусина не радужная, в ней должно таиться прелестное кафе, которое Сэрин так хочет открыть. Девушка снова сжала бусину в руке.

– Тогда я могу забрать ее себе?

– Да, конечно. Но уже поздно, поэтому оставайся на ночь. Да и погода просто ужасная.

Сэрин очень удивилась словам, что уже поздно, и тому, что погода ужасная. Ведь до ее прихода сюда на улице был прекрасный безоблачный день. Она быстро подошла к перекошенному овальному окну.

Как и сказала Николь, на улице стояла кромешная тьма, да еще и ветер дул так сильно, что невозможно было ничего разобрать. Чтобы сейчас выйти на улицу, понадобились бы как минимум длинное пальто и шерстяная шапка Маты.

Глядя, как Сэрин уткнулась носом в окно, Николь сказала:

– Не удивляйся так. В этих краях никто не знает, как и когда изменится погода.

Николь зевнула и стянула с себя лабораторный халат такого же оттенка серого цвета, что и сливная вода из стиральной машины.

– Спальня там. Если остаешься, то давай шустрее.

Николь переобулась в тапочки в виде кроликов, у одного из которых выпал глаз, и указала на лестницу, ведущую вглубь здания. Сэрин еще раз взглянула в окно и поднялась по лестнице вместе с Ишей.

Комната Николь оказалась не очень просторной, но Сэрин подумала, что для убежища на одну ночь это не проблема. Николь беспорядочно свалила кучу вещей со второго этажа двухъярусной кровати на пол. Определив, что здесь будет спать Сэрин, она достала из шкафа тонкое одеяло с морковным узором.

Когда Сэрин поднялась по лестнице на кровать, та громко заскрипела, будто ею давно никто не пользовался. Девушка подложила плюшевого зайца, которого не убрала Николь, под голову, легла и спросила:

– А можно узнать, что за эксперимент ты проводила сегодня?

Сэрин было любопытно еще с тех пор, как она сюда зашла, но подходящий случай спросить никак не подворачивался.

– А, я делаю блеск-сироп, – ответила Николь, переодевшись в ночнушку с таким же морковным узором, как на одеяле.

– Блеск-сироп?

– Ну, ты видела в черном горшке. Это и был блеск-сироп.

Сэрин вспомнила жидкость в горшке, сверкавшую, как крупинки песка на пляже. Если бы ее попросили дать название этой жидкости, она бы ее так и назвала.

– Блеск-сироп, который я создаю, – это не только духи. Он также входит в состав бусин токкэби, которые вы тут ищете. Он необходим для окрашивания. Поэтому я всегда делаю его в большом количестве. Но недавно кто-то украл весь мой сироп.

От одной мысли об этом Николь разозлилась так, что у нее чуть пар из ноздрей не пошел.

– Ненавижу торопиться! Вот несколько дней подряд у меня ничего не получается. Я и подумать не могла, что туда попал волос токкэби. Возможно, это волос вора. Он длинный, вьющийся и явно женский.

Николь снова вытащила волос, который не стала выбрасывать, и взглянула на него. Длиной около двух расстояний от большого пальца до мизинца, волос закручивался в крутую спираль, как при химической завивке.

При этом токкэби изливала на таинственного вора всяческие проклятия и ругательства. И если хотя бы одно из них сбылось, то хозяину волоса не позавидуешь.

Сэрин хотелось еще много расспросить о радужной бусине, но Николь уже храпела, погрузившись в глубокий сон.

Глава 12. Цветочный сад Попо

Сэрин не сомкнула глаз почти всю ночь.

Во-первых, Николь храпела так громко, что казалось, будто опять что-то взрывается, как во время ее эксперимента, а во-вторых, ей было ужасно любопытно посмотреть на недавно приобретенную желтую бусину.

В итоге, не дожидаясь рассвета, Сэрин тихонько разбудила Ишу. Кот, казалось, тоже не мог уснуть из-за громкого храпа. Его глаза были померкшими и уставшими, но он вовсе не выглядел раздраженным.

Иша сладко потянулся, громко зевнул и взял в зубы бусину. И все вокруг тут же окрасилось желтым…

Кровать, на которой лежала Сэрин, и парфюмерная мастерская Николь растворились, и перед ней возникло современное, будто недавно отстроенное, здание. Затем вокруг здания появился ряд магазинов с яркими вывесками, который в одно мгновенье превратился в оживленный переулок.

«Бип-бип».

Опасно лавируя среди людей, по дороге ехал мотоцикл с доставкой и сигналил, заставляя всех разойтись в стороны. Фотографировавшаяся у входа в кафе парочка чуть отступила назад, после чего увлеченно продолжила позировать. Людная улица кипела энергией молодежи.

Сэрин стояла напротив хорошо вымытого окна, но не видела своего отражения, будто ее здесь не существовало. За стеклом перед ней предстал красиво обставленный интерьер.

Как и в прошлый раз, тело Сэрин само, без ее ведома, двинулось внутрь здания. Это была вовсе не та милая маленькая кофейня, о которой мечтала Сэрин, но тоже довольно симпатичное заведение.

Играла атмосферная негромкая поп-музыка, а от одного взгляда на фото фруктового мороженого и десертов в меню текли слюнки. На самом видном месте висела заламинированная салфетка с чьим-то автографом.

Но, что удивительно, днем, когда здесь должно было сидеть много посетителей, в кафе никого не было.

В пустом помещении находилась только молодая женщина, судя по всему хозяйка, сидевшая на стуле у прилавка и безучастно смотревшая в окно.

«Трынь-трынь», – зазвенел телефон. Судя по тому, что девушка без колебаний взяла трубку, звонил кто-то знакомый. После обмена приветствиями и взаимных расспросов о том, как идут дела, девушка начала жаловаться на жизнь.

– Я так ноги протяну…

Сэрин прислушалась. Оказалось, когда они только открылись в этом районе, дела шли на зависть другим, но в какой-то момент тут как грибы после дождя стали появляться конкурирующие заведения, поэтому сейчас в кафе лишь мухи летают.

– Наверное, мне стоит по твоему примеру начать искать вакансии на государственной службе… – сказала девушка и добавила, что лучше всего не беспокоиться о продажах и аренде, а каждый месяц вовремя получать зарплату. А также посоветовала собеседнику даже не думать об увольнении с того места, где он работает сейчас.

– Ну даешь… Да ты зажрался! Где сейчас найти место, чтобы не волноваться, что тебя уволят за уход домой вовремя, да к тому же где гарантируют пенсию? Баланс между работой и отдыхом – это самое главное в наше время. Если бы я жила как ты, мне не о чем было бы мечтать. Ведь в последнее время цены опять выросли…

Внезапно завистливое выражение лица девушки изменилось. У входа в кафе остановилась парочка и начала изучать меню.

– Ой, давай попозже созвонимся.

Она быстро положила трубку. Но, ознакомившись с меню и взглянув на интерьер кофейни, молодые люди в итоге направились в заведение на противоположной стороне улицы. Хозяйка заведения уже соскочила с места и приготовилась приветствовать гостей, но ей ничего не оставалось, кроме как бессильно усесться обратно.

– Э-э-эх… – опустив плечи, издала она протяжный вздох.

Вдруг предметы вокруг расплылись, будто туман рассеялся, и картина сменилась. Сэрин лежала наверху двухъярусной кровати, чуть ли не упиравшейся в потолок, укрытая одеялом с морковным рисунком, а на груди у нее сидел кот, который держал в зубах бусину и смотрел на нее.

Иша опустил бусину рядом и лизнул Сэрин в лицо. Она погладила кота по макушке, отчего тот довольно замурлыкал.

– Уже утро.

Окно заливал солнечный свет. Иша спустился на пол вместе с Сэрин и потерся о ее ноги.

– Иша, прости, но, кажется, нам нужно раздобыть другую бусину.

Сэрин похлопала Ишу по выпяченной пятой точке. Она и раньше долго не мучилась раздумьями, и в этот раз не стала.

– Это не та бусина, которая мне нужна. Я хочу жить в комфорте и душевном спокойствии, без забот.

Сказав это, Сэрин ненадолго замолчала и задумчиво поднесла указательный палец к губам.

– Хм… может, стабильная работа сделает меня счастливой?

Иша коротко мяукнул, подпрыгнул и взобрался на окно. А затем выглянул наружу, как бы проверяя, куда идти дальше.

– Доброе утро!

Видимо, проснувшись от перешептываний, Николь выглянула из кровати. Ее лицо припухло, как у заспанного человека, и она едва могла разлепить глаза.

– Хорошо спалось? – спросила она, потягиваясь.

– Ага, – соврала Сэрин, глядя на нее своими красными глазами.

Николь медленно сползла с кровати и принялась чистить свои необычайно большие передние зубы щеткой с морковным узором.

– В ту сторону лучше не ходить. Там растут драчливые деревья.

Иша недовольно отошел от окна и жалобно завыл.

– Что за драчливые деревья? – спросила Сэрин, стараясь подавить в себе приступ зевоты.

– Эти деревья постоянно взбудоражены из-за желания подшутить. Невероятно раздражающие персонажи!

Николь сказала, что когда-нибудь соберет их все и пустит на дрова. Она завелась не на шутку и добавила, что, если бы у этих деревьев были носы, она бы уже распылила вокруг весь вонючий спрей, который у нее был. Закончив полоскание, она проглотила воду и продолжила:

– Если правда хочешь туда, я могу помочь.

Токкэби вытерла следы белой пасты с уголков губ:

– Подожди немного.

Даже не переодев пижаму, она поспешила вниз. Вскоре послышался звон флаконов, и токкэби появилась с корзиной, полной всевозможных духов.

– Для начала распыли вот это.

Николь вынула самый верхний флакон, слегка нажала на помпу, и маленькую комнату наполнил терпкий аромат.

– Он сделан из слов, которые люди шепчут, когда впервые влюбляются, и если вдохнешь его аромат, то некоторое время не будешь чувствовать усталость.

И правда, как только духи коснулись одежды Сэрин, она ощутила в теле такую легкость, будто шла по облакам. Иша, растянувшийся на полу от удовольствия, тоже принялся с наслаждением кататься с боку на бок. Николь поглубже засунула руку в корзину.

– Посмотрим… Эти духи из маминых нотаций, а эти – из лжи о том, что надо обязательно встретиться.

Николь протянула Сэрин доверху наполненную корзину.

– Если сложить все, то не выйдет и ста монет.

Сэрин порылась в кармане, который по сравнению с прошлым днем изрядно отощал. Она почти не тратила деньги на себя, но золотых монет значительно поубавилось из-за покупок угощений Ише. Девушка указала на ароматическую свечу на самом дне корзины.

– Думаю, мне будет достаточно этой.

Николь почесала кончик носа.

– Ты о свечке, что придает храбрости? Тоже неплохо. За нее с тебя одна монета.

Было заметно, что токкэби расстроилась, но настаивать не стала.

Сэрин покинула парфюмерный магазин, отклонив предложение Николь остаться до следующего дня. Если бы ей пришлось провести еще одну бессонную ночь, она бы спала все время, оставшееся до окончания сезона дождей. Да и воды на наручных часах уже заметно поубавилось. От нетерпения Сэрин не могла дождаться, когда Николь откроет все замки один за другим, и переминалась с ноги на ногу.

Сэрин вышла на улицу вслед за Ишей. В руке она держала маленькую коробочку. Внутри лежал кусочек подгоревшего дочерна морковного торта, который Николь дала ей, чтобы она перекусила по дороге.

«Ну что ж, лучше, чем ничего».

Сэрин нашла поблизости относительно плоский камень и присела на него. После того как она убрала подгоревшие части, от торта осталось меньше половины, но и этого было достаточно, чтобы утолить голод.

Сэрин положила торт на колени, обмакнула палец в крем и поднесла к губам. По мере того как крем таял во рту, усталость, казалось, улетучивалась.

– Как это возможно? – недоумевала Сэрин.

Она едва успела съесть кусочек и распробовать вкус, опустила глаза… на коленях ничего нет. Сэрин посмотрела на Ишу, который был чем-то занят. Кот отвернулся, делая вид, что не замечает ее, но кусок бисквита предательски прилип к его усам.

Сэрин не стала его ругать. Вместо этого она отряхнулась и встала. В животе громко заурчало, но голода она совершенно не чувствовала. Ее взор приковал завораживающий шевелящийся лес прямо по курсу.

– Это еще что такое?..

Деревья, которые, по идее, должны были стоять смирно и упираться корнями в землю, шагали в разных направлениях. Кроме того, они, будто перешучиваясь, далеко вытягивали ветви и хлестали друг друга.

От невероятного зрелища Сэрин ненадолго остолбенела.

То, на что она смотрела, несомненно, было деревьями, но у нее язык не поворачивался их так назвать, потому что они с треском кружили и бродили туда-сюда. Казалось, они охраняют лес снаружи, а еще – что лес у них в заложниках.

Набравшись смелости, Сэрин на шаг приблизилась к лесу. Иша шел рядом.

«Кр-р-р».

Видимо, чтобы пройти через лес, коту требовалась определенная подготовка, поэтому он постепенно увеличивался. Достигнув размера взрослого волка, Иша повернулся к Сэрин спиной и знаком предложил оседлать его. Но она не стала садиться на него, а только почесала по спинке.

Ей почему-то казалось, что ездить на котах – это жестоко, к тому же она была уверена в своих силах, если потребуется бежать.

Затянув шнурки на кроссовках потуже, она глубоко выдохнула.

– Ну что, побежали, Иша, вперед!

Не успела она это сказать, как Иша со всей силы оттолкнулся задними лапами и помчался в лес.

Деревья мгновенно проявили к гостям интерес, но Иша ловко от них уворачивался. Там, куда опускались ветки, кота уже и след простыл.

Набравшись храбрости, глядя на Ишу, Сэрин тоже бросилась в лес. Однако деревья оказались гораздо быстрее и проворнее, чем выглядели издалека. Она уже пожалела о своем решении, но поздно: деревья преградили ей путь назад.

«Только не это…»

Одно из деревьев веткой схватило Сэрин за лодыжку и подняло вверх. Мир перевернулся вверх ногами, и она почувствовала, что отдаляется от земли. Сэрин крикнула изо всех сил, но поблизости не было никого, кто мог бы ей помочь. Даже Иша, который всегда находился рядом, куда-то подевался.

Дерево-чудовище потрясло девушку в воздухе вправо-влево, словно мягкую игрушку, и наконец зашвырнуло вдаль. Какое-то время Сэрин слышала лишь шум ветра.

«Вот так беспомощно я рухну на землю», – пронеслось в голове у Сэрин. Она инстинктивно обхватила голову руками, правда, при падении с такой высоты ей вряд ли это помогло бы. Представив, что сейчас произойдет, она поняла, что у нее темнеет в глазах…

Но ожидаемого удара не последовало. Наоборот, девушке показалось, будто она удобно устроилась на мягком диване. С трудом приходя в себя и посмотрев вниз, Сэрин увидела, что Иша, раздувшись, как шарик, подставил ей свое тело.

– Иша!

Девушка вздохнула с облегчением и соскользнула на землю. Деревья, видимо, решили, что с ней покончено, и прекратили преследование.

Убедившись, что с Сэрин все в порядке, Иша снова превратился в котенка. Девушка погладила кота по щечке и так крепко обняла, что казалось: еще чуть-чуть – и Иша задохнется, но тот не сопротивлялся.

– А это еще что такое?

Сэрин отпустила Ишу и посмотрела на возвышавшееся перед ней огромное дерево. Оно было в несколько раз больше тех, которые она видела ранее, и тянулось ввысь, заслоняя собой небо и отбрасывая густую тень.

К счастью, это дерево не двигалось. В середине его толстого ствола показалась небольшая дверь. Раньше Сэрин немало удивилась бы, увидев дверь на дереве, но после всего, что она пережила за последнее время, это не показалось чем-то особенным.

Иша первым сделал шаг вперед и приблизился ко входу. Это означало, что за дверью есть бусина.

«Тук-тук».

Постучав, Сэрин нетерпеливо слегка толкнула дверь. Незапертая дверь беззвучно распахнулась.

Внутри дерева обнаружился мир, который сильно отличался от того, что снаружи. На большом пространстве размером со стадион росли всевозможные деревья и декоративные растения. На мгновение Сэрин пришлось закрыть глаза из-за яркого, освещавшего все вокруг света, непонятно откуда проникавшего внутрь.

– Эй ты! Стой там!

Недалеко от двери какая-то старушка махала тростью перед молодым драчливым деревом. Однако движения ее были такими медленными, что нисколько его не пугали. Без особого труда дерево увернулось от трости старушки и потянулось туда, где стояла Сэрин. Испугавшись, она схватила Ишу на руки и отскочила в сторону. Не сумев до нее дотронуться, молодое драчливое деревце стрелой выбежало из открытой двери и умчалось прочь.

На некоторое время повисла тишина.

«Вжух».

В дверь, за которой скрылся драчун, ворвался порыв ветра.

Сэрин решила начать с извинений перед старушкой.

– Здравствуйте… Прошу прощения. Наверное, я отвлекла вас от важных дел?

Морщинистое лицо старушки просияло дружелюбной улыбкой.

– Да нет. Все нормально.

Сэрин пришло в голову, что, возможно, радужная бусина находится именно здесь. Казалось, что старше этой токкэби на свете никого и быть не может. Ее волосы, торчавшие из-под косынки, были белыми как снег. Старушка похлопала себя по сгорбленной чуть не до земли спине.

– Кажется, вы человек. Проходите сюда.

И она указала на стол, стоящий рядом.

– Может, чаю выпьете?

Сэрин хотела отказаться, но старушка уже шла в сторону чайного столика. Однако ее движения, пока она готовила чай, были такими медленными, что Сэрин сама чуть было не напросилась заняться его приготовлением.

Наконец старушка, поставив чашки с дымящимся чаем, спросила:

– Вы же пришли за бусинами?

– Да, – быстро ответила Сэрин, ожидая, пока чай остынет.

Старушка с хлюпающим звуком отпила чай с добавлением неведомых Сэрин трав.

– Наверное, намучились, пока сюда добрались? Я здешний садовник. Можете звать меня просто Попо.

– А я Сэрин, – вежливо ответила девушка, сложив ладони вместе. Увидев это, Попо так широко улыбнулась, что ее глаза, превратившись в щелочки, почти исчезли. Словно она смотрела на свою милую внучку.

– Здесь я выращиваю цветы и деревья при помощи похищенных у людей пролитых слез и пота.

Попо указала тростью на различные растения, заполнявшие просторную комнату: одни пышно цвели, другие же еще не распустились. Были и деревья, не подававшие каких-либо признаков жизни.

– Ждут, когда наступит их сезон.

Сэрин не поняла слов Попо и переспросила:

– Их сезон?

Попо сделала большой глоток чая и слегка кивнула.

– У каждого цветка и дерева есть свой сезон. Некоторые пышно распускаются весной, а некоторые цветут только в конце лета или осенью. Более того, есть и такие, которые проявляют себя в самые холодные зимние дни, когда другие растения замерзают. Моя задача – собирать слезы и пот, в которые люди вкладывают свои старания, и ухаживать за этими растениями, чтобы они пышно расцвели в наиболее подходящее время.

Говорила она не очень внятно из-за отсутствия нескольких зубов, но в каждом ее слове чувствовалась искренность. Сэрин, держа чашку с чаем двумя руками, поднесла ее ко рту и спросила:

– А чем вы занимались, когда я пришла?

На вопрос Сэрин старушка беззвучно рассмеялась.

– Собирала ягоды с драчливого дерева. Вообще-то мне помогает Тория, но позавчера он поранился и… – смазала окончание фразы Попо и с сочувствием посмотрела в сторону комнаты, которую Сэрин не заметила из-за деревьев. Сэрин была рада слышать имя Тории, но в то же время заволновалась.

– Он сильно поранился?

Сквозь стволы деревьев виднелась огромная перебинтованная голова Тории. Он крепко спал, и на кончике его носа то появлялся, то сдувался большой пузырь.

– Не сильно. Споткнулся о камень и упал, пока гнался за вором. Потом ненадолго очнулся, сказал в бреду, что должен поймать дымящегося токкэби, и снова уснул.

При упоминании о воре Сэрин чуть не поперхнулась чаем.

– Здесь тоже был вор?

Глядя на удивленные глаза Сэрин, Попо ее успокоила:

– На самом деле это был вовсе не вор. Он украл всего несколько ягод с драчливого дерева и ушел. Эти ягоды любит наш старейшина, а также их используют для окраски бусин. Но они практически не имеют вкуса. Видимо, он был очень голоден.

Попо улыбнулась как ни в чем не бывало и допила чай. Она отставила пустую чашку в сторону и снова взяла в руки трость.

– Отдохните, выберите неспеша понравившийся цветок и позовите меня. А у меня много дел, поэтому я пойду.

При виде того, как старушка с трудом опирается на трость, пытаясь встать, у Сэрин защемило сердце. К тому же она хотела хоть как-то отблагодарить старушку за то, что та тепло ее приняла, даже не нахмурившись, несмотря на то что Сэрин оторвала ее от дел.

– Может, вам помочь со сбором ягод?

Лицо Попо вмиг просияло, но вскоре она замахала рукой.

– Нет-нет, я не могу навязывать свои дела молодым. Я сама все сделаю, потихоньку.

– Но ведь я недавно прогнала драчливое дерево. К тому же я должна вам за чай.

Сэрин проявила настойчивость, и Попо сделала вид, что сдалась.

– Тогда поможешь мне? Буду тебе очень благодарна. Прости за такую просьбу, – сказала она, хотя ее лицо совершенно не выражало сожаления.

– Сколько нужно собрать?

– Совсем немного – хватит и одной горсти. Но ягоды мелкие и их трудно найти.

Сэрин одним глотком допила уже остывший чай и поднялась с места.

– Не беспокойтесь. Подождите чуть-чуть, и мы с Ишей принесем вам ягоды, – громко произнесла Сэрин и уверенной походкой вышла за дверь. Иша, до этого расслабленно лежавший на животе, торопливо последовал за ней.

Хоть ее слова и звучали уверенно, на самом деле, снова представ перед огромными деревьями, Сэрин почувствовала, что у нее задрожали коленки. При появлении Сэрин деревья лениво начали к ней приближаться. Не будь рядом Иши, она точно не смогла бы найти в себе столько смелости.

Девушка оглянулась на кота, который опять стал размером с огромного волка.

– Иша, мы же справимся?

Кот в ответ издал звериный рев.

– Хорошо, в этот раз я все же воспользуюсь твоей спиной.

Иша пригнулся, чтобы Сэрин смогла усесться, и девушка крепко ухватилась за его шерсть на затылке, которая теперь выглядела как грива.

– Ни за что не позволю этим болванам схватить меня! Соберем ягоды и вернемся!

Иша, не дожидаясь сигнала, стрелой рванул с места.

Деревья быстро сбились в кучу, словно гиены, почуявшие добычу. Поначалу их было от силы три-четыре, но в какой-то момент количество возросло до нескольких десятков. Казалось, они передвигаются всем лесом.

Иша бесстрашно приблизился к дереву. Как и сказала Попо, ягоды висели у самого ствола. Они были маленькие, размером чуть больше вишни, и их с трудом можно было разглядеть издалека.

– Вон они, Иша!

Наконец Сэрин приблизилась на расстояние вытянутой руки. Но, как только собралась сорвать ягоду, ветви сдвинулись и попытались обхватить ее руку.

В итоге наезднице с котом пришлось сделать шаг назад. Соседние деревья тоже стали защищать свои плоды, прикрывая их листьями и ветками. Иша посмотрел на Сэрин, будто спрашивая, как быть дальше.

Но ей тоже ничего не приходило в голову, а отступать она не собиралась. Может, оттого, что она была с Ишей, может, из-за одержимости бусинами, но сдаваться ей совсем не хотелось. А может, все еще действовали духи, которые распылила Николь?

Сэрин посмотрела на упавшие рядом ветви деревьев, наклонилась к самому уху Иши и прошептала:

– Ты сможешь бежать еще быстрее?

Иша рыкнул так громко, что деревья съежились.

– Хорошо, тогда меняем тактику. В любом случае ягоды нам не сорвать. Лучше сделаем так, чтобы деревья сами сбросили плоды. Иша, покажи все, на что способен.

Кот лизнул Сэрин в щеку, намекая, чтобы держалась крепче, и помчался…

Девушка вспомнила американские горки, на которых однажды каталась в детстве. Только теперь у нее не было ремня безопасности, который служил спасательным кругом, и мчалась она не по рельсам, а по лесу. Сэрин почти ничего перед собой не видела – из глаз хлынули слезы, а в ушах стоял лишь хруст травы и веток.

«Тыдыдыщ».

Иша, как и хотела Сэрин, не отбегал далеко от леса, а кружил вокруг. Расставленные ровно деревья постепенно начали собираться в одном месте. Они пытались поймать Ишу с Сэрин, но лишь толкали и царапали друг друга. В этой суматохе они уже плохо понимали, где их противник.

Кот проворно бегал между тесно прижавшимися друг к другу деревьями, и те злились еще сильнее. Иногда Иша, словно червь, проползал под низкими ветвями, распластывался на земле и проскальзывал между корнями. Сэрин стоило больших сил удержаться и не свалиться со спины кота. Она сама не ожидала от себя такой отваги.

«Надо собраться».

Девушка намеренно широко открыла глаза и осмотрелась по сторонам. К счастью, все получилось так, как она и ожидала. Деревья, озабоченные поимкой Иши, врезались друг в друга, кувыркались и переворачивались. Несколько деревьев повалились, зацепившись ветками. Другие падали поверх них, создавая кучу-малу. Однако измазанные грязью деревья были неутомимы и упорно гнались за наездницей на коте.

– Достаточно, Иша. Давай заманим их как можно дальше и вернемся к бабушке.

Кот издал короткий рев и направился прочь из леса. Взбудораженные деревья кинулись за ним.

Лес снова начал движение.

Через некоторое время они вернулись на место потасовки. Сэрин спрыгнула со спины Иши. Земля была усыпана ветками и листьями, а под ногами повсюду лежали ягоды размером с камешек для игры в конги[6].

Она еще раз проверила, не гонятся ли за ними деревья, и осторожно собрала ягоды. К счастью, у них была твердая оболочка, поэтому большинство сохранились целыми. Разноцветные ягоды приятно поблескивали в лучах солнца.

«Вау, они и правда красивые!»

Такие красивые, что, возможно, кто-то захотел их украсть не столько из желания съесть, сколько использовать в качестве украшения. Сэрин собрала ягоды и подозвала Ишу, который копался в земле. Снова превратившись в котенка, он ловко прыгнул в ее объятия. Девушка смахнула грязь с его носа и повернула было в сторону огромного дерева, где жила Попо.

«Хм…»

Не успела она сделать и шаг, как снова обернулась. Ей показалось, что прямо перед тем, как отвернуться, она встретилась взглядом с какой-то черной фигурой, которую укрывало что-то наподобие пакета. У существа не было глаз, поэтому сказать, что они встретились взглядами, было нельзя. Но как по-другому выразить чувство, что за тобой кто-то наблюдает? Существо определенно пряталось за камнем, высовывая нечто похожее на голову, и тайком за ними подсматривало.

«Там точно что-то было…»

Сэрин опустила Ишу и осторожно подошла к камню. Пригнувшись и ступая бесшумно, она напоминала охотника, выслеживающего добычу. Вокруг стало так тихо, что можно было бы услышать, как кто-то проглатывает слюну.

Подойдя ближе, девушка, сама удивившись своей смелости, резко заглянула за камень. Однако все, что она там увидела, была длинная тень.

«Может, привиделось?»

Сэрин склонила голову со спутанными волосами набок и почесалась. Иша тоже с любопытством крутился вокруг камня и обнюхивал его. Девушка снова взяла кота на руки и обняла.

– Пошли, Иша. Наверное, бабуля уже беспокоится.

Сэрин решила, что из-за усталости ей просто что-то привиделось. Если вспомнить, она ведь почти не спала и весь день за ней гонялись жуткие деревья, поэтому нельзя было сказать, что она в здравом уме. Сэрин повернулась и быстро пошла в обратном направлении.

Ее шаги постепенно удалялись.

«Ш-ш-ш».

Когда Сэрин оказалась достаточно далеко, из тени за камнем начал подниматься слабый дымок, который становился все гуще и гуще и вскоре превратился в огромную землистую тучу. При этом он продолжал извиваться, не принимая определенной формы, и увеличился настолько, что слегка возвышался над камнем.

Фигура долго наблюдала за отдаляющимся силуэтом Сэрин.

Глава 13. Ресторан Бордо и Бормо

Сэрин разбудили утренние лучи солнца. Она сощурилась, встала и зевнула, – глаза никак не хотели разлипаться. Рядом с ней без задних ног спал Иша. Он уткнулся в край подушки и лежал так неподвижно, что девушка испугалась, не умер ли. Она успокоилась, только приложив ухо к его груди и убедившись, что сердце бьется. Почувствовав присутствие хозяйки, Иша тоже проснулся и сладко потянулся.

Ввалившимися от усталости глазами Сэрин огляделась. Комната, в которой она спала, была совсем небольшой, да и обставлена более чем скромно – здесь стояли только кровать, покрытая белым одеялом, и стол. Но едва уловимый запах дерева, исходивший от стен, был таким приятным, что она не променяла бы эту комнату даже на шикарный номер в отеле.

Сэрин потерла глаза и покопалась в памяти. Она точно помнила, как добралась до дома в деревне, отдала ягоды и собралась немного отдохнуть, но, видимо, провалилась в глубокий сон. Рядом с ней, к счастью, стоял кувшин с водой для умывания и лежала сменная одежда. Сэрин тщательно умыла запылившееся лицо, сняла грязную одежду, переоделась и почувствовала себя посвежевшей и гораздо более счастливой.

Она открыла сплетенную из прутьев дверь, вышла и увидела радостное лицо.

– Сэ… рин… – поздоровался Тория первым.

– Тория!

Сэрин в один прыжок очутилась возле токкэби и энергично потрясла его огромный кулак размером с крышку кастрюли. Вокруг лба Тории наискось был повязан бинт, но, по-видимому, рана оказалась не очень серьезной. Кажется, он тоже только что проснулся – от его рта до подбородка тянулась длинная дорожка слюны. Из-за ног Тории показалось еще одно лицо.

– Как спалось на новом месте?

Это была Попо со своей особенной, нежной улыбкой.

– Хорошо, спасибо вам. Извините, если доставила неудобства.

Сэрин глубоко поклонилась в знак почтения, а Попо, опираясь на трость, подошла ближе.

– Возьмите вот это.

– Что это?

Старушка протягивала небольшой цветочный горшок. Из него торчало нечто маленькое, на первый взгляд похожее на рог, но при внимательном рассмотрении оказалось, что это только что проклюнувшийся росток какого-то дерева.

– Благодарность за вашу вчерашнюю помощь с ягодами. Это самое ценное растение в моем саду.

Глядя, как Сэрин завороженно разглядывает горшок, Попо продолжила:

– Это растение называется бамбук. Очень давно его привезли из мира людей. Он настолько медленно растет, что первые несколько лет кажется мертвым. Даже когда для других растений наступает время давать ростки, цвести и плодоносить, он едва проглядывает над землей, неказистый и непривлекательный.

Старушка была права. То, что находилось в горшке, больше походило на кусок засохшего дерева, чем на декоративное растение.

– Но он не теряет времени даром. Пускает корни глубоко в землю, где их никто не видит. Когда же корни разовьются, бамбук мгновенно вырастет высоким всем на удивление.

Попо взглядом указала на высокие растения вокруг. Одно из них так вытянулось, что чуть не пробивало потолок.

– Мне показалось, что вы очень подходите друг другу, поэтому я остановила свой выбор на нем. Если вы не ищете чего-то определенного, то, может быть, возьмете? Одной монетки будет достаточно.

Сэрин вытаращила глаза и еще раз посмотрела в горшок. Раз у нее не было любимого или необходимого ей цветка, то не было и причин отказываться от искреннего подарка.

– Спасибо, я возьму его с удовольствием.

Сэрин положила горшок в волшебный мешок токкэби и достала из кармана золотую монету. Монету взял стоявший рядом Тория. Он бросил ее в продолговатый сосуд, который достал из переднего кармана, и она со звоном упала внутрь.

– Так, а теперь…

Попо отложила трость и, порывшись в рукаве, вынула оттуда бусину синего цвета. На мгновение по лицу Сэрин пробежала тень разочарования. Попо заметила это и спросила:

– Кажется, вы ожидали чего-то другого?

Сэрин не стала скрывать и честно ответила:

– Я надеялась, что тут смогу найти радужную бусину.

Попо с удивлением посмотрела на Сэрин:

– Вы знаете про радужную бусину?

– Знаю немного. Я случайно услышала, что она в десятки раз лучше обычных бусин токкэби.

Попо закрыла глаза, ее лицо приобрело выражение, будто она что-то вспоминает.

– Радужная бусина… Давненько я не слышала этого названия. В моей молодости радужная бусина еще попадалась на глаза, да и то редко. И каждый токкэби хотел ее заполучить, потому что она исполняет наши желания.

Ее речь была мучительно медленной, но Сэрин терпеливо слушала.

– Но жадность всегда ведет к раздору. Однажды из-за радужной бусины разгорелась серьезная ссора, и старейшина вмешался лично. Он разбил радужную бусину на несколько кусочков и сделал из них обычные бусины. То есть для токкэби от них уже не было никакой пользы. Возможно, радужные бусины где-то еще остались, но я не помню, чтобы видела их в последнее время.

– Ах, вот оно как…

Сэрин старалась притвориться невозмутимой, но выглядела разочарованной. Попо улыбнулась ей, стараясь поддержать, и продолжила:

– Радуга – удивительная штука. Чем сильнее дождь, тем ярче она сияет. Может быть, это подарок богов за то, что красота выстояла перед злобными дождями и ветрами. Если вы не найдете бусину до окончания вашего пребывания в магазине, попробуйте сходить к нашему старейшине.

– К старейшине? – девушка вытаращила глаза.

– Если он смог разбить бусину на несколько кусочков, то, наверное, сможет и собрать их воедино. Старейшина – самый выдающийся среди токкэби.

Сэрин неуверенно спросила:

– Если он старейшина, то, наверное, высокопоставленный токкэби. Разве он будет встречаться с такой, как я?

– Все возможно, Сэрин.

Попо посмотрела на золотой билет, который вылез, когда Сэрин доставала золотую монету, и сказала:

– Нам, токкэби, позволяется лишь одна бусина, а вы можете собрать столько, сколько пожелаете.

Лицо девушки просветлело от зарождающейся надежды.

– А где живет старейшина?

Попо улыбнулась и посмотрела куда-то мимо закрытой двери.

– Он живет в пентхаусе в самом высоком доме.

Сэрин на прощанье помахала рукой Попо и Тории, стоявшим у подножия большого дерева, и пошла прочь из леса. В лесу, откуда она с таким трудом выбралась вчера, было тихо. Деревья куда-то подевались, и без их грохочущей погони лес показался ей опустевшим. Только редкие листья скользили по земле и шелестели на ветру.

Перейдя через маленький ручей, Сэрин заметила, что то тут, то там вновь стали появляться здания. Значит, они точно выбрались из леса. Девушка не нашла куда присесть и опустилась прямо на землю, подозвав Ишу. Затем достала из волшебного мешка бусину синего цвета. Хоть это была и не радужная бусина, которую Сэрин так хотела получить, она все же осталась довольна. Кто знает, может, как раз в ней таится спокойная и комфортная жизнь? Если Сэрин побывает у каждого токкэби, то, возможно, раздобудет и радужную. При мысли о том, что ее жизнь скоро изменится, настроение улучшилось.

Иша, примостившийся рядом, широко раскрыл рот и приготовился взять бусину. Девушка не могла перестать удивляться тому, что в такие моменты у кота увеличивалась только голова. Вскоре все вокруг начало заполняться синим цветом.

В мгновение ока Сэрин оказалась внутри какого-то здания. Судя по должностям и сложной структуре организации, расписанным в большущих рамках, здесь размещалось какое-то правительственное учреждение. Некоторые столы в тихом офисе были свободны, отовсюду время от времени раздавалось мерное постукивание по клавиатуре. Кабинки со столами одинакового размера, окруженные со всех сторон перегородками, почему-то казались душными.

– Вот так погодка.

Мужчина, сидевший за самым большим столом в офисе, медленно поднялся и посмотрел в окно. Он размялся, сделав простую растяжку, затем выпятил зад и изобразил замах, как гольфист. Его стойка была не из лучших, но он с серьезным видом несколько раз повторил это движение.

– Алло, Ким, это я, – позвонил мужчина кому-то вскоре по мобильному и договорился о партии в гольф. А пока говорил, достал из ящика стола сигареты и вышел из офиса.

За мужчиной внимательно наблюдала одна девушка. Она сидела в самом дальнем углу аккуратного ряда столов, делая вид, что сосредоточенно над чем-то работает. Как только он вышел, она убрала пальцы с клавиатуры. Экран компьютера показывал белое окно документа, на котором мигал курсор, а в маленьком настольном зеркале отражалось лицо девушки. На вид ей было около тридцати, а одета она была так же аккуратно, как ведущая теленовостей. При этом выражение лица казалось таким же серьезным, как и атмосфера в офисе. Даже красная помада на губах не придавала ей живости.

Сэрин стояла за спиной девушки и наблюдала за тем, как она переписывается с кем-то в мессенджере.

Что делаешь сегодня после работы?

Встречаюсь с парнем, а что?

А в выходные?

Я же тебе говорила, что еду в путешествие по Европе.

А, точно. Уже на этой неделе? Сколько там пробудешь?

Месяц.

Круто. Привози подарочки. Пообедаем вместе, когда вернешься?

Да, не скучай.

Ага, удачной тебе поездки.

Спрятав свою хрупкую фигурку за монитором компьютера, она стала смотреть на экран телефона, в котором вбила в поиск «заграничные путешествия».

– Э-э-эх… – послышался тихий вздох.

Каждый раз, когда ее большой палец с нюдовым маникюром скользил по экрану, картинки мгновенно сменяли друг друга. После привычного вздоха вдруг раздалось восклицание:

– Вау!

На одной из фотографий с экзотическим пейзажем она увидела мужчину модельного телосложения в солнцезащитных очках, поднятых на лоб. Рядом со снимком помещалась краткая биография.

«Писатель, обозреватель путешествий».

Вид у мужчины был крайне счастливый. Это было так не похоже на то, что чувствовала сейчас сама девушка, запертая в сером здании.

– Везет же…

На других фото мужчина и занимался дайвингом в изумрудных водах, демонстрируя свою загорелую кожу медного оттенка, и сидел на пляже c пальмами, потягивая кокосовый сок. Особенно головокружительной и волнующей была фотография, на которой он выпрыгивал с парашютом из самолета.

– Когда же я смогу побывать в таких местах?

Девушка с завистью поставила «лайк» под каждым фото, отложила телефон, и на ее чуть раскрасневшееся лицо снова легла тень. В это время в офис вошел мужчина, который недавно выходил, и еще раз принял неудачную для удара по мячу позу. Она поспешила перевести взгляд на монитор, а курсор все так же продолжал мигать на пустой странице. Затем вокруг потемнело, как экран кинотеатра после сеанса.

Мрачное помещение внезапно осветилось, словно включили свет, и Сэрин помотала головой из стороны в сторону. Она снова была в мире «Магазинчика сезона дождей» токкэби. Странно, но время видений растягивалось и сокращалось по своему усмотрению. Ей было интересно почему, однако не настолько, чтобы идти за ответами к Дюрову. Иша выплюнул синюю бусину, всю в слюнях, Сэрин на колени.

– Знаешь что, Иша… – осторожно начала девушка, аккуратно взяв бусину большим и указательным пальцами и опустив ее в мешок токкэби. – Я сейчас подумала, что мне бы больше хотелось жить свободно, а не тосковать на одном месте. Я хочу путешествовать.

Сэрин подумала, не часто ли она меняет свое мнение, но кота, похоже, это не смущало. Наоборот, он так радостно завилял попой, что его хвост поднял настоящий пушистый вихрь. Иша походил на пса, который играет с хозяином в мяч.

– Я тебе еще не надоела?

Вместо ответа кот зарылся носом в траву, принюхался, а затем рванул вперед, усердно перебирая короткими лапками, туда, где могла находиться необходимая бусина. Сэрин поспешила за ним, и вскоре они скрылись в переулке.

Тяжело сглотнув, девушка посмотрела вверх. Перед ней возвышалось такое огромное здание, каких она раньше не видела. Здание было не просто высоким. Окна, двери и даже коврики у входа казались здоровенными. Сэрин начала фантазировать. Может быть, самый большой и сильный токкэби специально схватил и растянул этот дом под себя или его увеличили при помощи магии волшебной палочки? Или, возможно, Сэрин уменьшилась в несколько раз, сама того не заметив. Как бы то ни было, ей даже в голову не пришло, что здесь кто-то живет. Самым правдоподобным казалось, что это выставочный экспонат эксцентричного архитектора.

И тут, словно в насмешку над мыслями Сэрин, дверь открылась, и в проеме появился… громадный – под стать размеру двери – токкэби. Да к тому же одноглазый. По сравнению с ним Тория казался маленьким ребенком. Токкэби широко распахнул дверь без определенной цели и, увидев Сэрин, испугался.

– Ой, мамочки!

На шляпе одноглазого был изображен жуткий череп. Не будь на нем кружевного фартука, а в руке – половника в цветочек, Сэрин сбежала бы, не оглядываясь. На фартуке красовалась прямоугольная табличка с именем «Бордо». Токкэби согнул колени и поравнялся взглядом с девушкой:

– Это что, человек? Зачем пришла?

Не успела Сэрин ответить, как выбежал еще один токкэби, с точно таким же лицом, которое, правда, выглядело гораздо мягче, возможно из-за отсутствия пугающих аксессуаров.

– Брат, ну ты чего? Видимо, во внешнем мире идет дождь. Сейчас самое время.

Бордо сосчитал по пальцам и сказал:

– Значит, пора.

– Скажи ей, пусть ненадолго зайдет, осмотрится и уходит.

Бордо бросил на Сэрин недовольный, предостерегающий взгляд:

– Только будь тихоней, малявка.

Он приблизил к ней и без того грозное лицо.

– Хорошо… – растерянно ответила девушка и посмотрела на дверь заведения. Только сейчас ей на глаза попалась огромная вывеска над дверью. На табличке крупными буквами было выгравировано «Ресторан Бордо и Бормо».

Изнутри доносился гул посетителей. От самого входа запахло едой. Без остановки галдевшие голоса смешивались со звуками готовки, отчего было шумно, как на рынке. Изредка раздавались крики, но, кажется, драки не наблюдалось.

Сэрин осторожно, чтобы не быть раздавленной каким-нибудь подвыпившим токкэби, вошла внутрь. Наконец она увидела недалеко от себя стул. То, что здесь назвали стулом, по мнению Сэрин, походило на составленные друг на друга огромные лестницы.

– Ух ты, да это ж к нам пожаловал человек! Мило, мило… – заговорил токкэби с набитым закусками ртом, сидевший за соседним столом. Он тоже был гигантом, как и Бордо. На его неухоженной бороде висели крошки еды, одет он был в небесного цвета гавайскую рубашку, пуговицы на которой грозили оторваться, сделай он хотя бы один глубокий вдох.

Вдруг верзила протянул свою руку размером с бревно и представился:

– Приятно познакомиться, я Хэнк. Краду у людей желание помыться в выходной день.

На секунду Сэрин съежилась, боясь, что он хочет причинить ей вред, но через мгновение со смущенным видом протянула руку в ответ:

– Здравствуйте, я Сэрин.

После рукопожатия Хэнк опустил руку к полу. Сэрин сразу все поняла и забралась на ладонь токкэби. Только с помощью Хэнка, легко приподнявшего ее, она смогла разместиться на стуле.

– Спасибо.

Как только Сэрин присела, снова появился Бордо. В руке он держал пивную кружку такого размера, что девушка могла поместиться в ней наполовину, как в ванне. Бордо подошел прямо к Хэнку и грубо поставил кружку на стол. Капли пива брызнули во все стороны, и Сэрин, не успевшая увернуться, стала похожа на промокшую под дождем мышь. Не извинившись, Бордо сразу обратился к Хэнку:

– Так о чем ты там говорил? Почему в итоге Билл не пришел?

Хэнк глотнул пива и закинул в рот горсть арахиса, но половина все равно полетела мимо.

– Билл занят в таверне…

Он так громко чавкал, что конец его фразы было очень трудно разобрать.

– Да чем он там может быть занят? В его таверне всегда ни души.

– Это в обычное время. Но сейчас заведение используют для размещения людей.

Хэнк с чувством рыгнул, прежде чем договорил. До Сэрин долетел запах тухлых яиц и сточных вод, отчего ей пришлось зажать нос.

– В последнее время несколько человек бесследно пропали, поэтому он волнуется.

Девушка не собиралась подслушивать, но от неожиданных новостей повернула голову. Голос был настолько громким, что не слышать, о чем он говорит, было невозможно.

– Может, они просто вернулись домой? – равнодушным тоном спросил Бордо.

– Говорят, обычно они остаются до конца сезона дождей. Кроме того, они оставили весь свой багаж.

Хэнк засунул палец в рот и достал из коренного зуба остатки непонятно когда съеденной пищи. Недалеко от Сэрин упал приличный кусок шпината.

– Наверное, проигрались в казино Грома. Многие ведь так и не смогли снова попасть домой.

– И все равно Билл постоянно следит, не вернутся ли они за вещами.

– Мне кажется, что бесполезная доброта Билла приносит ему одни проблемы.

Бордо собирался было уйти, но заметил едва выглядывающую из-за стола Сэрин.

– А ты почему еще здесь? – Он выставил свой половник в цветочек, будто холодное оружие. – Если закончила осматриваться, проваливай. Я сейчас занят.

– Но я пришла за бусиной.

– За бусиной?

Бордо тихо пробормотал:

– Куда же я ее положил? – и почесал затылок половником. – В общем, я сейчас занят, приходи потом. – И, не дав сказать девушке ни слова, ушел широкими шагами.

Подвыпивший Хэнк вдруг сообщил Сэрин:

– Понимаешь, скоро в «Магазинчике сезона дождей» начинается фестиваль, а самое популярное состязание на нем – это конкурс едоков.

Пока Хэнк тряс опустевший пивной бокал вверх дном, чтобы влить в рот хотя бы еще одну каплю, земля вдруг задрожала, как во время землетрясения.

– Явились.

В показавшуюся узкой дверь ресторана ввалились токкэби-гиганты крепкого телосложения. У них были такие свирепые лица, будто они пришли не на конкурс едоков, а на битву за самое недовольное лицо. Один из гигантов, с самой паршивой гримасой, громко стукнул по столу:

– Бордо! Почему еда не готова? Надо было подготовить все заранее!

В этот момент из кухни появился Бордо с подносами, заставленными едой.

– Ты не меняешься, Данки. Надеюсь, тебя не стошнит, как в прошлый раз.

Ужасно отталкивающее лицо токкэби сморщилось, как скомканный лист бумаги.

– Ха, в этот раз будет иначе… Билла не видел?

Теперь сморщилось уже лицо Бордо.

– Придурок Билл говорит, что не сможет прийти из-за работы.

Данки так громко рассмеялся, будто услышал самую смешную в мире шутку.

– Слышишь, Вон? Что же делать, если нет Билла, которым так гордится ресторан братьев Бордо? Кажется, в этом году победа будет за закусочной Данки.

Тут толпа токкэби разбушевалась.

– Что за ерунда?! Победа перейдет к нашему Ролланду! – крикнул токкэби, чей живот так сильно выпирал, что вываливался из штанов.

Сэрин подумала, что он несомненный кандидат в победители, но потом увидела рядом с ним двухголового токкэби и изменила свое мнение. Пока она мысленно решала, у кого из монстров больше шансов на победу, подготовка к соревнованию подошла к концу. Все столы были завалены мясом, за исключением стола с именем «Билл». Такое количество еды напугало бы обычного человека одним своим видом. Лица у токкэби, стоявших перед мясом, были серьезные и героические, будто у воинов на поле боя. Другие токкэби, которые выпивали каждый за своим столом, собрались вместе и подняли бокалы с пивом. Послышался гул, но постепенно он стих. Все они смотрели на колокольчик в руке Бордо и ждали сигнала.

Когда он уже собирался со всей силы стукнуть в колокольчик, вдруг раздалось:

– Минуточку!

Голос был не особенно громкий, но достаточно мощный, чтобы разрядить накалившуюся атмосферу. Все токкэби повернули головы в сторону Сэрин.

– Могу ли я тоже поучаствовать?

На мгновение воцарилась тишина, затем один из гостей загоготал. Гогот мгновенно взрывной волной прокатился по залу. У некоторых токкэби даже проступили слезы. Бордо смеялся, так широко раскрывая рот, что был виден язычок в глотке, ему даже стало тяжело дышать. Пока Бордо не задохнулся, Сэрин быстро добавила:

– Я же смогу получить бусину, если заплачу за участие монетами?

– Ты хочешь сказать, что собираешься ввязаться в ЭТО? – с трудом переспросил Бордо.

– Да. В любом случае у вас пустует один столик.

Данки коварно ухмыльнулся и добавил:

– О да-а-а! У вас появился серьезный соперник.

Пузатый токкэби, который едва унял смех, на этот раз чуть не опрокинулся. Сэрин пришлось закрыть уши от очередного взрыва хохота. В этой суматошной атмосфере возникло предложение выставить Сэрин вместо Билла. Конечно, все вокруг только посмеялись, и Бордо не мешал всеобщему веселью.

– Хорошо, за участие возьмем с тебя всего одну монету, а в случае победы ты получишь целых сто. Хотя лучше бы я тебе ничего не говорил.

С помощью Хэнка девушка села за стол. Оказавшись ближе, она поняла, что на нем лежит больше мяса, чем она съела за всю свою жизнь, и запоздало пожалела о своем решении, но пришла в себя уже после того, как прозвенел колокольчик.

«Дзынь-дзынь-дзынь!»

Вскоре ресторан наполнили чавкающие звуки. Сэрин тоже торопливо принялась за еду. До прихода сюда она почти ничего не ела, кроме чая у Попо в саду, поэтому с аппетитом поедала мясо, даже не прожевывая как следует. Однако вскоре наелась. Не дожидаясь, пока еда полезет изо рта обратно, она посмотрела вокруг. Сидевший рядом двухголовый токкэби поглощал мясо с бешеной скоростью.

– Это же нечестно! – непроизвольно закричала Сэрин. – Он ест как два участника!

Бордо поковырял в носу и кое-как вытер руки о фартук.

– Таковы правила. Участвовать могут и команды из нескольких человек. Главное – чтобы они все вместе смогли пройти в дверь. Если ты так недовольна, можешь собрать свою команду.

Сэрин, сама того не ожидая, вдруг ответила:

– У меня уже есть команда!

– Да?! И где же?

Оглядевшись по сторонам, Бордо заглянул под стол и увидел там котенка, которого, казалось, можно положить в карман. Бордо указал на него пальцем, испачканным различными специями:

– Ты имеешь в виду этого вороватого котенка?

– Это не вороватый котенок! Его зовут Иша! – У Сэрин на шее вздулись вены, будто оскорбили ее саму. – Иша всегда рядом со мной, поэтому мы команда!

Бордо нахмурил брови, взял анчоус, на котором варился бульон, и бросил его перед Ишей. Для такого маленького котенка и этого, казалось, слишком много, поэтому он схватил лапками анчоус и, разделив его на две половинки, вгрызся в одну из них. Бордо фыркнул, отчего у него из носа потекли желтые сопли, которые он также вытер фартуком.

– Хорошо, потрудитесь вдвоем. Но времени уже почти не осталось, поторопитесь.

– Правда? – спросила Сэрин, пододвигая вперед кучу нетронутых ребрышек.

– Эй, мы не врем, в отличие от вас, людей, поэтому ешь быстро! Или ты собираешься рассиживаться здесь до окончания следующего сезона дождей?

Другие токкэби поблизости снова громко расхохотались. Сэрин покраснела и слезла со стула. Все подумали, что она сдалась, но Сэрин подошла к Хэнку, стоявшему неподалеку, и указала на шкаф у стены:

– Хэнк, поднимите меня, пожалуйста, на шкаф.

– На тот шкаф? – переспросил он, проверяя, не послышалось ли ему.

– Да.

Хэнк снова глянул на шкаф. Он был заполнен мисками с разнообразными приправами и специями.

– Ты же не собираешься сейчас мариновать мясо?

– Нет. Сейчас не время объяснять, поднимите быстрее.

Сэрин очень настаивала, поэтому Хэнк, не задавая больше вопросов, опустил ладонь к полу. Сэрин встала на ладонь и подозвала кота:

– Иша, иди сюда.

Кот быстро проглотил остатки анчоуса, подбежал к Сэрин и прыгнул в ее объятия.

– Я не хотела так поступать, но, кажется, у нас нет выхода, – Сэрин подняла Ишу и заглянула ему в глаза: – В нашу первую встречу Дюров кое-что рассказал про тебя – это все правда?

– Мяу.

– Мы можем использовать твои навыки по максимуму?

– Мяу.

– Тебе это точно не навредит?

Сэрин еще несколько раз переспросила, но ответ Иши оставался неизменным. Пока они совещались, рука Хэнка медленно поднималась и вскоре достигла шкафа. Благополучно приземлившись между баночкой с соевым соусом и перечницей, девушка посмотрела вниз. У нее закружилась голова, будто она стояла на крыше высокого здания. Сэрин глубоко вздохнула. Снизу за ней наблюдали зрители. Бордо все так же ковырял в носу, а Хэнк нервно теребил бороду. Покосились на них даже запихивавшие в рот мясо токкэби.

Сэрин подняла Ишу высоко над головой и спросила:

– Иша, ты готов?

– Мяу! – громко мяукнул кот.

Сэрин крепко зажмурилась и выпустила кота из рук. Этого никто не ожидал. Несколько токкэби, опрокинув стулья, резко подорвались со своих мест. Сэрин чуть приоткрыла глаза… Не успев приземлиться, Иша начал раздуваться с такой скоростью, какой Сэрин еще не видела, и остановился, когда стал ростом с токкэби, увеличившись настолько, что его голова почти доставала до потолка.

Наступила гробовая тишина. Кто-то позади с грохотом уронил стакан пива, но ни один токкэби не оглянулся. Бордо засунул палец в нос так глубоко, что из правой ноздри пошла кровь, а Хэнк вместо собственной бороды теперь теребил волосы на голове сидящего перед ним токкэби. Те, кто пил пиво, выплюнули его, а у тех, кто ел мясо, еда начала падать из открытых ртов. Все как один стояли, раскрыв рты от удивления.

И только Сэрин победно улыбалась. Она громко крикнула, чтобы все токкэби услышали:

– Съешь все, Иша!

Глава 14. Антикварная лавка старьевщика Хаку

Сэрин пришлось заплатить довольно много золотых монет, так как Иша съел не только мясо, но и стол с посудой. Однако большой утратой это не стало, потому что у нее оставалось еще достаточно денег, к тому же она получила призовые. Токкэби занесли имена Сэрин и Иши в свой зал славы, а также сняли отпечатки их рук и ног, которые отныне должны были красоваться на доске почета ресторана «Бордо и Бормо». Стоявший за спиной девушки Бордо похлопал ее по плечу.

– Эй, малявка! А ты хороша! Благодаря тебе наш ресторан и в этом году отстоял чемпионский титул.

Сэрин знала, что палец Бордо большую часть времени находился в его носу, поэтому, несмотря на хорошее настроение, почувствовала небольшую брезгливость.

– Ах да, я вспомнил, куда дел бусину.

Бордо снял шляпу, и там неожиданно оказалась красная бусина.

– Ну ты, брат, и тупица, – сказал токкэби, у которого на нагрудном бейджике значилось «Бормо».

Это был второй, похожий на Бордо токкэби, которого Сэрин встретила у входа. Во время состязания его не было видно, и она думала, что он куда-то ушел, а оказалось, все время стоял рядом.

– Это все из-за тебя, – Бордо ткнул в младшего брата пальцем. – Ты добавляешь в еду так много украденных человеческих воспоминаний, что даже я начал терять память. Старейшина же просил брать столько, сколько можешь использовать.

Младший брат, Бормо, слегка отодвинулся, чтобы Бордо больше не трогал его грязным пальцем.

– Брат, я забираю у людей воспоминания, от которых они хотели бы избавиться. Если бы не я, то людям пришлось бы всю жизнь просидеть в винной бочке, – выпалил Бормо и ненадолго замер. – Конечно, иногда я забираю важные воспоминания, и тогда у людей может возникнуть амнезия… Но очень редко.

Бормо сложил большой и указательный пальцы так, что они почти касались друг друга.

– Проблема не во мне, а в тебе, брат.

– А я-то что? – громко спросил Бордо.

– Ты забираешь у людей их старые воспоминания, и они не помнят своего детства. Я вот до сих пор помню, как появился на свет и как учился ходить.

Бордо усмехнулся, словно младший брат не знал, о чем говорил:

– Дурак! А как ты думаешь, люди рожали бы и воспитывали детей, останься у них те воспоминания? Я их краду, и они не знают, насколько трудно воспитывать детей, потому снова женятся и рожают. Только если люди будут продолжать рождаться, мы сможем стабильно похищать их воспоминания.

Бормо, поразившись словам Бордо, спросил:

– Брат, ты даже это продумал?

Бордо выдернул торчавший из носа волос и гордо произнес:

– Ну конечно. Люди должны быть нам благодарны. Если бы не мы, они бы давно исчезли.

Они хлопнули друг друга по рукам, впервые сойдясь во мнении. Но Бормо сразу же скривился и побежал на кухню мыть руки. Сэрин быстро поднялась, пока Бормо не вернулся и они снова не начали спорить.

– Спасибо за бусину.

– А-а-а, погоди. Возьми с собой немного еды.

Засуетившись, Бордо тоже поднялся. Он протянул Сэрин пластиковый пакет, который чуть ранее оставил Бормо. В нем были чесночный хлеб и оливковое масло.

– Вот, держи. Я приготовил это из украденных воспоминаний людей о периоде младенчества, – объяснил Бордо и собрался взять хлеб голыми руками, но Сэрин, вздрогнув, быстро выхватила у него пакет.

– Спасибо, я с удовольствием поем.

Бордо, который снова ковырялся в носу, вместе с Бормо, вышедшим с кухонным полотенцем в руке, проводили Сэрин к выходу до огромной двери.

Тихий номер в зарубежном на вид отеле. Одинокий мужчина сидит, склонившись, за столом. Видимо, здесь состоялась большая вечеринка, потому что стол завален бокалами и пустыми бутылками из-под шампанского и вина. Вокруг тарелки с недоеденными закусками и блюдами, такими аппетитными, что если бы их увидел Иша, то набросился бы в мгновение ока.

«Бабах».

Внезапно стало светлее, чем от ламп. В окне на фоне красивого ночного пейзажа засверкали красочные снопы салютов. Фейерверк в разгаре, отчего беспорядок вокруг виден еще явственнее. В просторной комнате две большие кровати, на одной из них вместо человека лежит чемодан, обклеенный стикерами со штрихкодами, в разных местах висело несколько предметов одежды, а солнцезащитные очки валяются вверх ногами. На неприбранном столе куча поляроидных фотографий, по которым можно примерно догадаться о профессии постояльца. Он стоит среди людей из разных стран, дружески их приобняв, и широко улыбается. На всех фото люди разного возраста, пола и рас: видимо, мужчина объездил очень много мест. И все одеты в непохожие друг на друга одежды.

– Нет, не уходи… – невнятно бормочет мужчина словно в бреду, зарывшись лицом в сгиб руки.

Сэрин медленно рассматривает мужчину. Из-под его руки выглядывает край исписанного блокнота. Почерк такой неровный, будто текст писали в состоянии опьянения. К счастью, прочесть его не составляет большого труда. Блокнот является чем-то вроде личного дневника.

Сегодня я узнал, что моя первая любовь выходит замуж.

Мне казалось, что все уже в прошлом, но почему же тогда так тяжело на сердце?

Пока я жил в бешеном темпе, я думал, что все забыл.

По крайней мере, я очень в это верил…

И куда утекло столько времени?

Та ли это жизнь, о которой я грезил?

Правильно ли я поступил, что расстался с ней ради своей мечты?

Могу ли я с уверенностью сказать, что добился успеха?

Нет, для начала – что такое успех?

Может быть, моя жизнь – это сплошной провал…

Не удержавшись, Сэрин вынула блокнот из-под руки мужчины и перелистнула на следующую страницу. Вместе с дневником потянулся и мобильный телефон. Батарея телефона мигает, но экран, на который, видимо, смотрел мужчина, по-прежнему включен.

На фотографиях, сделанных друзьями, я только выгляжу, будто счастлив.

На самом деле лишь одиночество и печаль.

Что мне делать, чтобы заполнить пустоту в сердце?

Мне так не хватает ее сегодня.

Почему я не ценил ее тогда?

И почему только сейчас раскаиваюсь?

Если бы я мог вернуться в прошлое и удержать ее…

Если бы я только мог быть с ней снова…

Если бы у меня был еще хотя бы один шанс…

Если бы я мог повернуть время вспять, отказавшись от всего, что у меня есть…

Текст на следующей странице залит слезами: размытые буквы читаются с большим трудом.

Мужчина и во сне продолжает печально звать кого-то, а его слезы медленно растекаются по страницам дневника в руках Сэрин.

Сэрин медленно отложила красную бусину. Какое-то время она не двигалась, и Иша подошел и лизнул ее в лицо.

– Иша…

Хоть история мужчины не имела к ней никакого отношения, на душе отчего-то стало пусто, а на сердце будто лег тяжелый камень. Ее охватило глубокое одиночество, которое она ощутила, прочитав дневник.

– Прости, что я постоянно тебя о чем-то прошу… – Сэрин погладила Ишу, который терся головой о ее грудь. – Мне нужна другая бусина.

Гладя кота по мягкой шерстке, девушка немного успокоилась и вспомнила про существование радужной бусины.

– Когда я стану взрослой, сделай так, чтобы я вышла замуж за человека, которого действительно полюблю. – А затем смущенно добавила: – И если можно, пусть он будет симпатичный и высокий.

Сэрин вспомнила парня с уроков тхэквондо, и ее щеки зарделись. Иша еще несколько раз потерся щекой о нее, спрыгнул с колен, а она привычно последовала за котом.

Огромные дома постепенно становились все меньше и меньше, и вскоре на улицах снова появились здания обычных размеров. На фоне тех громадин, которые Сэрин видела накануне, эти казались ей почти игрушечными. Присмотревшись, она поняла, что они действительно построены из игрушек. То, что она приняла за кирпичи, было блоками детского конструктора, а то, что ей представлялось крышами, оказалось шоколадными плитками. Прежде чем Сэрин заметила, Иша успел откусить кусочек от створки двери, сделанной из печенья, и прошмыгнул внутрь. Она поспешила следом, размышляя, придется ли ей платить за нанесенный ущерб.

Внутри дом был наполнен марионетками и воздушными шарами. Казалось, здесь только что прошел какой-то праздник или, по крайней мере, торгуют товарами для праздника. Каждый прилавок был забит игрушками, о которых Сэрин так мечтала в детстве. И вдруг одна из марионеток шевельнулась. Она стояла не моргая, поэтому Сэрин без сомнений приняла ее за куклу, но это оказался живой токкэби. Остальные, похоже, были игрушечными, так как оставались неподвижны.

– Вы здесь впервые?

Токкэби был в очках с приделанным большим носом. Во рту он держал дудку для праздников, которая выглядела как свернутый в трубочку язык. При каждом слове токкэби дудка то надувалась, то сдувалась.

– Заходите и добро пожаловать, маленький человечек.

Неожиданно токкэби взорвал хлопушку, и заводная обезьянка, прикрепленная рядом на пружину, начала двигаться и бить в тарелки у нее в лапах, отчего опрокинулась на пол. Милое приветствие, ничего не скажешь!

Сэрин отряхнула усыпавшие ее плечи конфетти и сказала:

– Здравствуйте, я пришла за бусиной.

– Ах вот как. Меня зовут Панко, мое занятие – красть человеческое любопытство и делать из него игрушки. Здесь много интересных и удивительных вещей, поэтому осмотритесь не торопясь. – И Панко указал на расставленные повсюду прилавки. – А бусина… – он обернулся и охнул, будто у него перехватило дыхание, и не смог закончить фразу, даже обронил дудку, которую все это время держал в зубах. – Я же точно положил ее сюда…

Панко наклонился к полу так, что стало видно его нижнее белье, и внимательно обшарил пол. Он так и не смог найти бусину, отчего выглядел растерянным. Сэрин уже заволновалась, что это может быть очередная проделка вора.

– Ах, этот негодник!

Панко так разгорелся гневом, будто знал, что произошло.

– Здесь тоже пропадают вещи?

Панко выдернул пару волосков из челки, в которой и так оставалось лишь несколько прядей.

– Простите. Мне следовало лучше за ней следить…

– Все в порядке, не беспокойтесь. Получается, вы знаете, кто ее утащил?

– Ну… я думаю, ее тайком унес мой внук, который недавно сюда заходил. У него есть дурная привычка трогать чужие вещи. Это моя вина.

Панко на минутку снял очки, чтобы смахнуть слезу. К удивлению Сэрин, то, что она приняла за очки с большим накладным носом, оказалось обычными очками, а нос токкэби и на самом деле был большим.

Девушка, стараясь сохранять невозмутимый вид, спросила:

– Значит, вы знаете, где он?

– Думаю, этот паршивец в лавке своего отца. Это все моя вина, что он так плохо воспитан…

Сэрин едва успела остановить Панко, который собирался начать биться головой об угол витрины.

– Ну что вы, все в порядке. У меня есть Иша, поэтому я его поищу.

– И все равно, как я могу поручить клиенту такое сложное дело… Это все моя вина…

Токкэби вошел через боковую дверь в кладовку и обмотал вокруг шеи скакалку. Сэрин испугалась, вбежала вслед за ним и высвободила уже начавшего синеть Панко.

– Честно, ничего страшного. Иша прекрасно берет след, поэтому мы быстро его найдем. Так ведь, Иша?

– Мяу! – уверенно мяукнул кот в знак согласия.

Панко поднял на Сэрин полные слез глаза.

– Вы ведь простите меня?

– Конечно! Хотя нет, вам не за что извиняться.

Панко зарыдал, как человек, которому спасли жизнь. Платок в его руке стал мокрее мокрого.

– Хаку в раннем детстве потерял родителей и рос одиноким, несчастным мальчиком. А я, полный недостатков старик, в одиночку управлял магазином игрушек и заботился о нем. Я так и не сумел похитить все человеческое любопытство, поэтому люди, даже повзрослев, по-прежнему любят игрушки… И в этом тоже моя вина.

Панко собирался подняться, но Сэрин усадила его обратно.

– Дядюшка, здесь нет ни капельки вашей вины. А если и так, то я вас прощаю, идет?

У Панко от умиления снова хлынули горячие слезы.

– Я так вам благодарен!

Сэрин засомневалась, есть ли у нее вообще право принимать извинения, но подумала, что в первую очередь нужно успокоить Панко. К счастью, он постепенно пришел в себя.

– Тогда я, пожалуй, пойду.

Сэрин была уверена, что, если она задержится здесь еще хоть на секунду, Панко спрыгнет с крыши, поэтому она поспешила подняться. Он поправил свои маскарадные, а точнее обычные, очки и последовал за Сэрин к выходу.

– Вы моя благодетельница, – попрощался Панко у входа, кланяясь чуть ли не до земли.

Сэрин ответила как можно более глубоким поклоном:

– До свидания.

Только после того, как Панко несколько раз лично заверил девушку, что ничего с собой не сделает, она спокойно отправилась в путь.

Найти Хаку оказалось не так уж сложно. Следуя за Ишей, Сэрин пришла в лавку старьевщика, заваленную разным хламом. Видимо, за этим местом давно не ухаживали, потому что забор вокруг был полуразрушен, а земляной пол зарос сорняками. Запах тут стоял отвратительный. На старой, выцветшей вывеске было написано «Лавка старьевщика», но более всего это место походило на мусорную свалку.

Бесконечно широкое пространство было завалено разными предметами, которые порой образовывали целые горы. Некоторые из них были настолько высокими, что казалось, чтобы забраться на вершину, понадобятся туристические ботинки и длинная палка.

Как найти Хаку в таком хаосе? Но, к счастью, рядом шел Иша. Однако из-за зловония даже коту пришлось нелегко. Он уже в который раз кружил по одному и тому же месту.

– Это точно здесь, Иша? – спросила Сэрин, заглядывая в пещеру, похожую на кроличью нору под кучей мусора.

– М-м-м… я… у-у-у.

Голос Иши на этот раз прозвучал тише.

– Придется самим проникнуть туда, да?

Девушка первой начала спускаться в пещеру, а кот, поникнув и поджав хвост, шел за ней.

В пещере стояла непроглядная темнота. Первым делом Сэрин засунула руку в мешок токкэби и достала одну из бусин. Она не была такой яркой, как фонарик, но света хватало, чтобы различать дорогу. При этом ни страх, ни зловоние не исчезли. Наоборот, девушке стало еще тревожнее от мыслей о том, что хлам, из которого выстроены стены пещеры, может в любой момент рухнуть, а запах все усиливался. Более того, пещера оказалась настолько узкой, что в нее едва мог протиснуться ребенок. Пол был ровным, и, судя по одинаковой везде ширине лаза, проход вырыт кем-то специально, а не возник естественным путем. Сначала Сэрин решила передвигаться согнувшись, но в итоге ей пришлось ползти на коленях.

К счастью, она добралась до цели быстрее, чем предполагала. В конце тоннеля находилась небольшая комната, где можно было хотя бы разогнуть спину. Здесь горел тусклый свет, подобный тому, что излучала бусина в руках у Сэрин. Мысль о поиске бусины непроизвольно придала ей сил.

В небольшой комнате, обхватив колени руками, сидел печальный маленький токкэби. Оттого ли, что запачкался, или оттого, что в принципе не носил верхнюю одежду, малыш сидел полуголым, только на шее висел обтрепанный галстук-бабочка. А штаны были настолько грязными, что если бы он их снял, то не смог бы отличить от половой тряпки.

Токкэби был настолько погружен в свои мысли, что даже не заметил, как в комнату вошла Сэрин, и лишь безучастно смотрел на бусину у своих ног. Свет бусины заполнил каждый уголок тесной комнатки.

– Кхе-кхе, – намеренно громко кашлянула Сэрин.

И только тогда токкэби заметил, что кроме него в комнате есть кто-то еще. Он оглянулся на Сэрин, а через секунду испуганно вскрикнул. Следом за ним испугалась и девушка и тоже пискнула севшим голосом, но не выпустила из рук светящуюся бусину. Для начала Сэрин успокоила вытаращившегося на нее токкэби:

– Послушай, я Сэрин и пришла за бусиной. Твой дом такой… как бы это сказать… – Она осеклась, с трудом подбирая правильное слово: – Уютный.

Напуганный мальчик-токкэби все так же пятился, но вскоре наткнулся на стену тесной комнаты. Он заметался, решил спрятать бусину в штаны, но ее свет все равно просачивался сквозь зияющую дырку.

Сэрин была в таком же замешательстве и ничего не могла сделать. Так продолжалась их неуклюжая встреча.

«Это?..»

Вдруг взгляд Сэрин упал на разорванную на несколько частей фотографию. Она валялась на том месте, где только что сидел мальчик-токкэби. К счастью, на самом большом обрывке сохранилось изображение знакомого лица. Это был Мата, малыш-токкэби из полуразрушенного книжного магазинчика. На фото он был в больших наушниках и с веснушками на щеках.

Сэрин вдруг запоздало вспомнила, почему имя этого токкэби показалось ей знакомым. Она быстро заговорила с мальчиком, который уже рыл лаз, чтобы сбежать наружу.

– Я знаю Мату.

Токкэби, уже собиравшийся нырнуть головой в свой новый лаз, на мгновение замер.

– Говоришь, знаешь Мату?

От внимания Сэрин не ускользнуло довольное выражение, на секунду промелькнувшее на лице токкэби. Но он сразу постарался придать себе рассерженный вид.

– Хм, а кто такой Мата? Не знаю такого! – сказал токкэби. К счастью, он больше не пытался убежать. Стоял к Сэрин спиной и, навострив уши, слушал, что она говорила.

– Не знаю, что там между вами случилось, но Мата считает тебя своим другом, Хаку. Что бы ты ни думал.

Сэрин наблюдала за реакцией токкэби. Ее слова возымели эффект. Хаку медленно развернулся к ней.

– Но Мата тут же выбросил в мусорное ведро мой подарок: пустую консервную банку, которую я нашел с таким трудом! Ее произвели в год, когда родился Мата, ей было сто лет…

Маленькие плечи Хаку дрожали. Сэрин решила ответить вместо отсутствующего Маты:

– Мата, наверное, неправильно понял. Так бывает. Когда я виделась с Матой, он сказал, что очень скучает по тебе.

– Правда?

Сэрин кивнула.

– Мата подумал, что ты попросил его выбросить эту банку. Он же плохо слышит…

Глаза Хаку округлились.

– Ты думаешь, я только сейчас об этом узнал?

– Что? Ну…

Судя по его реакции, это было действительно так.

– Видишь, вот и ты неправильно понял Мату.

Сэрин огляделась и заметила большой магнитофон, встроенный в стену.

– Думаю, он бы больше обрадовался, если бы вместо консервной банки ты подарил ему вон тот магнитофон. А о важном ему лучше писать в письме или записке. И тогда Мата поймет твои чувства.

Послушав Сэрин, Хаку, чуть не плача, сказал:

– А ты по-настоящему хороший человек…

Хаку смахнул слезы, высморкался в видавшую виды салфетку и протянул свою грязную руку.

– Как ты уже знаешь, меня зовут Хаку. Я занимаюсь тем, что… – несмотря на хорошую дикцию, окончание фразы Хаку скомкал.

– Что говоришь? – переспросила Сэрин, и лицо Хаку от смущения покрылось румянцем.

– Я заставляю людей менять свои решения на противоположные, – сказал Хаку чуть громче звука проползающего муравья. К счастью, следующие слова он произнес внятнее: – Мне было очень одиноко, поэтому я решил отговаривать людей от того, что они хотят сделать, и заставлять хотеть этого сильнее. А если, наоборот, принуждать их к действию, то они перестают этого хотеть, – сказал Хаку таким вкрадчивым голосом, будто совершил какое-то серьезное преступление. – Конечно, тебе не понять…

– Да нет, я тоже кое в чем разбираюсь. – Сэрин села, подобрав ноги так же, как и Хаку вначале. – Я немного знакома с чувством одиночества. У меня нет друзей.

Хаку хотел было ответить что-нибудь утешительное, но не нашел подходящих слов и промолчал.

– Хотя нет, раньше у меня был один человек. Моей самой близкой подругой была моя старшая сестра, но сейчас ее нет рядом, и я даже не знаю, где она…

Сэрин помрачнела, и в этот раз у Хаку не было выбора: он куда-то ушел, а затем вернулся с маленькой заколкой в руках.

– Вот, возьми.

Сэрин рассеянно взглянула на заколку, которую протягивал ей Хаку, и дернулась, будто получила подзатыльник.

– Так это же.

Хаку, снова ощущая себя преступником, не мог поднять голову.

– На самом деле я тайно похищаю у людей и их вещи. Бывает же так, что ты кладешь что-то в определенное место, а потом оно внезапно куда-то пропадает? Прости, это все – моих рук дело.

Голова Хаку опускалась все ниже и ниже, будто он готов был зарыться под землю. Пока этого действительно не произошло, Сэрин схватила его за руку.

– Спасибо. Я раньше так любила эту заколку. – Сэрин погладила фигурку в виде бабочки, приклеенную к железной проволоке. – Теперь я вспоминаю, что сильно поссорилась с сестрой после того, как заколка пропала. Потому что подумала, что она тайком берет мои вещи. Мы с сестрой были одинакового телосложения, да и вкусы у нас схожие, поэтому мы часто ругались из-за одежды и аксессуаров. Получается, что это я все неправильно поняла.

Глаза Сэрин покраснели, и по щекам покатились слезы. Хаку собирался протянуть ей салфетку, в которую недавно высморкался, но тут же отдернул руку и вытащил лежавшую в штанах бусину.

– Дай мне за заколку одну монетку, тогда ты сможешь получить бусину.

Сэрин замешкалась. Она громко шмыгнула носом и подняла глаза на мальчика. Тогда Хаку сам засунул руку в ее карман, достал оттуда одну монетку и положил рядом с бусиной.

– Спасибо. Если бы не ты, я бы всю жизнь ненавидел Мату. Надо сейчас же пойти к нему. Ты ведь найдешь дорогу назад?

Сэрин молча кивнула.

– Ну, еще увидимся.

Хаку полез в лаз, который только что вырыл, чтобы сбежать от Сэрин, но тут же вернулся:

– Кое-что забыл.

Он со всей силы дернул магнитофон, вставленный в стену, отчего пещера сильно затряслась, но, к счастью, не обрушилась.

– Ну, теперь и правда пока, – окончательно попрощался Хаку и скрылся.

Когда мальчик вынул магнитофон, стены пещеры, и без того шаткие, показались Сэрин еще более ненадежными. Даже если пещера не собиралась обрушиться, девушка не хотела здесь задерживаться. Она убрала бусину Хаку и выбралась наружу.

На улице откуда ни возьмись поднялся сильный ветер с дождем, опустилась непроглядная темнота. Раздался гром, и молния ударила в металлический прут, торчавший в куче мусора. От испуга Сэрин попятилась и шлепнулась на попу. Однако виной тому была вовсе не молния. А то, что яркий свет молнии высветил темную фигуру, похожую на огромного паука размером с гору мусора.

«Ш-ш-ш».

Изо рта у него стекала липкая слизь, и он медленно приближался к Сэрин. Девушка не сразу смогла оценить, что хуже: вернуться в пещеру, из которой она только что вылезла, и быть раздавленной кучей мусора или быть пойманной этой тварью. И в этот момент Сэрин загородила чья-то фигура.

Это был Иша, который мгновенно увеличился до размеров волка, наморщил нос и громко зарычал. При виде его чудовище остановилось, не решаясь двигаться дальше. Шесть глаз на голове существа дружно переместились с Сэрин на Ишу.

Еще раз громыхнуло, и сверкнула молния. Как по сигналу, Иша бросился на паука, но чудовище далеко отшвырнуло кота движением лишь одной из восьми своих лап.

«Бум!»

Сквозь шум дождя отчетливо послышалось, как кот ударился обо что-то вдалеке. Но не успела Сэрин и повернуться в ту сторону, как существо прыгнуло вперед. Девушка попятилась, но поскользнулась, провалившись ногой в лужу дождевой воды. Голова чудовища приблизилась настолько, что Сэрин чувствовала его дыхание.

– Уйди, чудище!

Она отвернулась, крепко зажмурилась и была готова к худшему, однако ничего не произошло. Неужели чудище поняло ее слова? Приоткрыв глаза, Сэрин увидела, что Иша вгрызся чудищу в заднюю лапу. Паук раздраженно тряс ногой, но кот, крепко сжав челюсти, не намерен был сдаваться.

– Иша!

Сначала чудище взирало на кота как на назойливого комара, но Иша не ослаблял хватку, и паук постепенно стал метаться. С ноги чудища стекала зеленая кровь, смешанная со слюной Иши и дождем. В конце концов оно всем телом повалилось в кучу мусора.

«А-а-а!»

Изо рта Иши вместе с темно-красной кровью вырвался стон. Все еще вгрызаясь в паучью лапу зубами, кот растянулся на земле. Струи дождя смыли кровь Иши, и грязная вода вдруг потекла в сторону Сэрин.

– Иша, нет! – изо всех сил закричала девушка.

Однако Иша лежал неподвижно, словно провалился в глубокий сон. Чудище встало в оборонительную стойку на случай, если кот снова атакует, но Иша не вставал. Убедившись, что кот без сознания, паук захромал к Сэрин на неустойчивых семи ногах, но девушка не могла оторвать взгляд от Иши.

– Вставай, Иша…

По щекам Сэрин текли то ли струи дождя, то ли слезы. Чудище в мгновение ока оказалось перед носом девушки, но она не убежала, а, будто не обращая внимания на чудище, смотрела только на лежащего без сознания кота. Когда паук высоко поднял огромную крючковатую лапу… все закончилось.

– Здравствуйте, миледи.

Сэрин решила, что у нее слуховые галлюцинации. Возможно, из-за того, что дождевая вода залила барабанные перепонки или звуки грома все еще звенят в ушах? А может, она потеряла сознание и видит сон? Девушка повернула голову в ту сторону, откуда доносилась галлюцинация. Рядом непонятно откуда оказался токкэби. Будто она где-то его уже встречала? Лица было не разглядеть за раскрытым зонтом, в одной руке у него была кружка с кофе. Неторопливо сделав глоток, он сказал:

– Моих гостей трогать нельзя.

Сэрин без труда узнала этот голос. Но удивилась не только она. От внезапного появления непрошеного гостя чудище пришло в замешательство и замахнулось поднятой лапой на токкэби. Статуэтки, стоявшие за спиной токкэби, оказались быстрее и стремительно выпрыгнули. Всевозможные животные, которых было не меньше десяти, отрывали пауку лапы и выцарапывали злые глаза.

Подобно дождевому червю, атакованному муравьями, чудище, не сумев как следует воспользоваться своей силой, постепенно обмякло. В одно мгновение духи растерзали его настолько, что невозможно было представить, каким оно было изначально. Спокойно наблюдавший за этим токкэби медленно обернулся к девушке:

– Вы не ранены, уважаемая Сэрин?

Из-под зонта показались усы, и Дюров широко улыбнулся.

Глава 15. Казино Грома

– Да, я в порядке. – Опершись на Дюрова, Сэрин поднялась с земли. – А вот Иша… – Она не смогла договорить, глядя на лежащего без сознания кота.

Девушка бросилась к нему, чуть не падая. В какой-то момент звери-духи собрались вокруг Иши и начали его вылизывать. К счастью, кот еще дышал и слабо шевелил лапами.

– С ним все будет хорошо. А пока давайте вместе с Ишей вернемся в отель, и вы немного отдохнете. Если вы его хорошенько покормите, он быстро поправится, не переживайте, – успокаивал Дюров.

По возвращении в отель Сэрин уложила Ишу в постель, позвонила и начала заказывать разную еду. А потом просто попросила принести все, что было в меню, и повесила трубку. Пока готовилась еда, девушка легла на кровать и вспомнила безумный прошедший день: он стал самым тяжелым с тех пор, как она оказалась здесь. Сэрин так устала, что не было сил пошевелить даже пальцем. Она закрыла глаза и сама не заметила, как уснула… а когда проснулась, Иша уже не спал. В номере было не протолкнуться из-за всевозможных тарелок и подносов – так, что и ноге ступить некуда.

– Ты съел все это один?

Но, взглянув на испачканную мордочку кота, вопросов она больше не задавала. Встав с постели, Сэрин услышала шелест и увидела, что наступила на бумажку.

– Сколько все это стоило?

Подняв чек, она внимательно его изучила. Сэрин так беспокоилась об Ише, что безрассудно заказала еды на внушительную сумму.

– Посмотрим: раз, два, три…

К ее большому облегчению, имевшихся монет хватило, но впритык. Теперь у нее оставалось всего две.

– А, точно! Бусина!

Сэрин пошарила в поисках позабытой бусины. Если это действительно та желанная бусина, то деньги ей уже не понадобятся.

– Только бы она оказалась той самой, что мне нужна…

С двумя золотыми монетами у нее практически не оставалось шансов купить другие бусины. А еще большей проблемой было время. Девушка только сейчас заметила, что жидкости в наручных часах значительно поубавилось, судя по всему, и через день-другой она закончится. Сэрин заторопилась.

– Иша, как ты себя чувствуешь? Сможешь сейчас показать мне, что в бусине?

Судя по тому, как кот плавно вилял хвостом, казалось, что ему уже намного лучше. Он мяукнул так громко, будто и не был ранен.

– Мяу!

Просторный номер отеля мгновенно озарился оранжевым светом.

Сэрин оказалась в маленьком элегантном доме. Если не считать плесени в углах на потолке, куда как следует не проникал солнечный свет, этот дом выглядел вполне подходящим, чтобы растить тут детей. Видимо, в доме и правда жил ребенок, ведь в углу гостиной валялись игрушки, а старый кондиционер был весь обклеен стикерами. Ковер на полу, судя по всему, был мягким, но девушка не могла этого почувствовать, так как в видениях у нее не было тела.

«Вжу-у-ух».

В игровой комнате, переделанной из веранды, маленький мальчик держал в обеих руках по игрушечной машинке и издавал звуки: «Врум-врум». Вскоре его автомобильчики сменились динозавром, а затем роботом-трансформером. И каждый раз ребенок произносил разные звуки.

Наблюдая за ребенком, Сэрин и сама готова была вернуться в беззаботное детство. Затем ее взгляд опять переместился в гостиную. На стене перед ней висела свадебная фотография улыбающейся молодой пары. Они так подходили друг другу, что по одному их виду можно было понять, как они счастливы. Невеста была настолько прекрасна, что затмевала своей красотой даже пышные цветы на заднем плане, а мужчина выглядел так, словно весь мир лежит у его ног. Но внезапно Сэрин нахмурилась. Она услышала, что кто-то бранится и ссорится в комнате. Девушка заглянула туда и увидела, как мужчина и женщина с фотографии громко ругаются. Они были настолько раздражены, что казалось, их перепалка вот-вот примет серьезный оборот. Похоже, спор только разгорался, и никто из двоих не готов был уступить. Женщина с таким красивым макияжем на фотографии сейчас была ненакрашенной и бледной.

– Ты хоть знаешь, какая сумма в прошлом месяце вышла по кредитной карте? Это немыслимо в нашем положении! Почему ты такой эгоист?

– Я это сделал ради семьи. Кто сказал, что для себя лично?

– Как бы там ни было, стоило обсудить такие траты со мной.

Лоб мужчины прорезало несколько глубоких морщин. Его улыбка бесследно исчезла, а полные раздражения глаза свирепо сверлили собеседницу.

– Такое случается, если мужчина живет социальной жизнью. Ты предлагаешь мне вообще ни с кем не встречаться?

– Да кто тебе запрещает? Но ты хоть иногда думаешь обо мне и ребенке? – не сдаваясь, резко закричала женщина, уперев руки в боки и не давая мужчине вставить хоть слово, и тут же торопливо добавила: – Ты знаешь, сколько из следующей зарплаты платить за машину, за ипотеку…

– Хватит заводить песню о деньгах!

Не в силах сдержать гнев, мужчина выругался себе под нос, резко открыл входную дверь и выскочил в коридор. Глядя на громко хлопнувшую дверь, женщина обхватила лицо руками и беззвучно заплакала. Мальчик на веранде тоже разрыдался, сжимая в руках игрушки.

Сэрин очнулась от видения со смешанным чувством и, словно только сейчас поняв какую-то истину, решительно ударила кулаком по ладони. Иша от неожиданности спрыгнул с кровати.

– Да, все беды из-за денег!

Девушку захлестнула жалость к самой себе из-за того, что она поняла это так поздно. Если бы она узнала об этом раньше, то, возможно, уже нашла бы необходимую бусину и, выбравшись отсюда, наслаждалась бы счастливой жизнью. Но все же хорошо, что теперь ей это известно. Сэрин подозвала кота, живот которого был до сих пор таким раздутым, что казалось, толкни его – и он покатится.

– Иша, ты здорово мне помог.

Он склонил голову набок и взглянул на девушку. Ее взгляд был полон решимости как никогда.

– Это последний раз. Наконец я нашла то, что действительно хочу.

Перед Сэрин возвышалась огромная пирамида. Единственное отличие этой пирамиды от тех, что она видела на фотографиях, заключалось в том, что она была сделана из золота, а не из камня. Девушка замерла, ошеломленная ее грандиозными размерами и внешним видом. Если бы кот не дергал ее за одежду и не торопил, то она бы, возможно, простояла так очень долго и впустую потратила все оставшееся время.

На дороге к пирамиде была постелена красная ковровая дорожка, – прямо как на церемониях награждения. Сэрин сразу почувствовала себя особенной и медленно пошла по ней. Иша тоже замедлил шаг, чтобы поточить когти о ковер. К счастью, их никто не торопил. Красная дорожка вела прямо ко входу в пирамиду.

Когда Сэрин подошла к мерцающей неоновыми огнями вывеске, у дверей ее встретили аккуратно одетые охранники. Их свирепые взгляды, следившие за всем вокруг, не могли скрыть даже солнцезащитные очки. У девушки возникло давящее ощущение, что без их разрешения сюда не проникнет даже муравей.

Она встала перед стражами, стараясь выглядеть как гость, но сомневалась, что у нее это получается, ведь одежда на ней была запачкана после дождя прошлой ночью. Сэрин беспокоилась, что ее могут принять за попрошайку. Как и следовало ожидать, охранники преградили ей путь.

– По какому вы делу? – спросил один из них, выпятив грудь, будто демонстрируя крепкие мышцы.

– Я пришла за бусиной…

Охранник ничего не ответил, но было понятно, что он не поверил. От страха Сэрин протянула билет, хотя никто не просил его показывать. Внимательно изучив ее лицо и билет, охранник дотронулся до наушника и сказал:

– Босс, здесь одна девушка пришла за бусиной. Впустить? И у нее золотой билет.

Обменявшись репликами, он отключился.

– Подождите здесь. Босс сам спустится.

Вскоре появился токкэби с еще более внушительной охраной, чем вокруг пирамиды. Он был настолько высок и широкоплеч, что все остальные сильно проигрывали в сравнении с ним. Исходившая от него аура была такой ужасающей, что у Сэрин невольно задрожали коленки.

– Говоришь, пришла за бусиной?

Как будто в противовес грозной внешности голос токкэби был тихим и тонким, а произношение – такое нечеткое, что речь походила на звук сдувающегося шарика.

– А ну, покажи мне билет.

– Секундочку, вот он.

Сэрин буквально согнулась под тяжестью устремленного на нее сверху взгляда, поэтому быстро достала билет и протянула его токкэби. Однако он не взял его, а тихо произнес:

– Эй, ты куда вообще смотришь?

Девушка только сейчас сообразила, что у стоящего перед ней токкэби не шевелятся губы. Если он не обучался чревовещанию, то говорил точно кто-то другой. Сэрин медленно опустила взгляд к полу и встретилась глазами с обладателем голоса. Это был токкэби размером с мышь. Однако одним ростом сходство с грызуном не ограничивалось: у него также были торчащие передние зубы и длинноватый нос. Похожий на грызуна токкэби упер руки в боки и пытался придать себе рассерженный вид.

– Когда с тобой разговаривает токкэби, нужно смотреть ему в глаза, а ты почему-то постоянно пялишься в сторону.

Казалось, он изо всех сил старается добавить словам как можно больше веса, однако выглядел не страшнее упрямого ребенка. Сэрин решила не раздражать его еще сильнее и опустилась на колено.

– Простите. Меня зовут Сэрин, и я пришла за бусиной. У вас есть бусины?

Токкэби, чуть смягчившись, скрестил руки на груди.

– Естественно. Но я, вообще-то, не закончил представляться, поэтому слушай внимательно.

Он громко откашлялся и прочистил горло:

– Прежде всего, меня зовут Гром Антонио Бальтораксион де Грегори Третий. Имя не такое уж длинное, поэтому запомни его хорошенько. Я похищаю у людей желание спать, из-за чего они страдают бессонницей, но это меня уже не волнует. Главное – мое казино работает круглосуточно. И, как ты видишь, я самый выдающийся токкэби. Пять лет подряд получаю приз за старание в соревнованиях по азартным играм среди новичков, три года подряд – приз за самую яркую улыбку в состязании для начинающих бодибилдеров, а еще… Что еще, Фрэнк?

Вместо ответа телохранитель, которого Сэрин поначалу приняла за босса, достал из внутреннего кармана костюма свернутый свиток, настолько длинный, что, даже коснувшись пола, он покатился дальше.

– Гром Антонио Бальтораксион де Грегори Третий получил приз мизинца в соревновании по профессиональному обстриганию ногтей, приз жевания без удовольствия в состязании по поеданию риса без закусок, а также награды в соревнованиях по надеванию брюк без рук, по выдержке не мыть голову…

– Достаточно, Фрэнк. Я думаю, этого достаточно, чтобы даже глупый человечишка понял, насколько я великий токкэби. Так ведь?

Сэрин неловко улыбнулась и кивнула. Все, что она запомнила, составляло первый слог его имени, хотя девушка даже за это готова была поаплодировать своей памяти.

Гром буквально раздулся от важности.

– Ладно, следуй за мной. А то, если я и дальше буду стоять на улице, в следующем году проиграю в состязаниях по самой бледной коже, даже в финал не попаду. Как подумаю, аж мурашки по коже.

Он достал из кармана нечто, похожее на солнцезащитный крем, тщательно намазал им лицо и пошел внутрь, за ним вплотную следовали телохранители, а в самом конце – Сэрин.

Внутри казино оказалось еще роскошнее. Весь интерьер также был золотым. В сравнении с украшениями из драгоценных камней и люстрами со сверкающими кристаллами золотая пирамида снаружи мгновенно померкла в глазах Сэрин. В конце коридора находилась комната, заполненная игровыми автоматами, за каждым из которых сидели люди, – вот, оказывается, куда они все подевались! Не обращая внимания на проходившую мимо Сэрин, они дергали за рычаги и внимательно наблюдали за быстро крутящимися на экране фруктами.

– Здесь у нас игровая зона. У тебя же есть деньги, чтобы сыграть? – надменно спросил Гром, горделиво задрав голову.

Девушка перебрала монетки в кармане и посмотрела на игровые автоматы. К счастью, у проема для монет была нарисована одна золотая монета. Она поспешно закивала.

– Отлично. Сыграй в автомат – и получишь бусину. Фрэнк!

Фрэнк достал и показал Сэрин большой сундук, в котором на шелковой подкладке лежала сверкающая темно-синяя бусина. Девушка сглотнула и подошла к ближайшему игровому автомату. Вовремя вспомнив о купоне со скидкой, который лежал в брошюре с правилами, она вставила его вместе с монетой и ненадолго замешкалась, так как не знала, как пользоваться автоматом, но, осмотревшись, поняла, что это несложно. Сэрин вставила золотую монету и со всей силы дернула за рычаг сбоку. Тут же на экране начало бешено вращаться множество картинок с изображениями фруктов. Не в состоянии их сосчитать, девушка прикинула, что в автомате около двадцати наименований различных фруктов, которые вращаются до головокружения, а затем начинают останавливаться по одному. В каждой из пяти ячеек выпали разные фрукты. Даже Сэрин, не знавшая правил игры, догадалась, что это явно плохой результат. Автомат остановился и предложил ей еще одну попытку.

Когда девушка уже собиралась встать с места, экран снова быстро зашевелился и вернулся к изначальному меню, где снова мигала стрелка, указывающая на рычаг. Кажется, сработал купон на скидку, который вложила Сэрин. Девушка почти бессознательно дернула за рычаг, и снова фрукты начали разбегаться по экрану, но на этот раз… Что это?

«Вишенка… вишенка… вишенка… о?»

Чуть не пробивая экран, выпрыгнули огромные буквы «Джекпот». Сэрин не знала, что такое джекпот, но где-то уже слышала это слово. Она и глазом не успела моргнуть, как из автомата полился дождь из золотых монет.

«Бам!»

Вдруг с потолка посыпалось конфетти, откуда ни возьмись появился оркестр и заиграл бодрую музыку. В это же время телохранители пустились в пляс, и Сэрин окружила толпа людей. Однако под маской радости на всех лицах явно проглядывали зависть и жадность. Тем временем под игровым автоматом скопилась куча золотых монет. Их было больше, чем она получила за продажу несчастья в ломбарде вначале, и больше, чем она не так давно выиграла на соревнованиях едоков.

Бодрая музыка закончилась, музыканты оркестра поспешили на свои места, а охранники вновь приняли суровый вид. Выражение их лиц моментально сменилось на привычное, будто ничего и не произошло. И лишь Сэрин неловко застыла на месте.

– Браво!

Гром похлопал в ладоши и присвистнул.

– Только пришла – и сразу джекпот! Да ты просто везунчик.

Девушка так заволновалась, что не заметила резкой перемены в его поведении. Гром окликнул Фрэнка, который был весь в поту от недавнего усердного танца.

– Сопроводи нашу гостью на верхний этаж.

– Да, – под стать своему безразличному лицу твердо ответил Фрэнк.

Гром подал знак, и охранники, стоявшие за его спиной, начали складывать золотые монеты в баулы, похожие на большие холщовые мешки для риса. Их потребовалось целых пять. Даже сильные охранники не смогли поднять по два мешка зараз и, кряхтя, тащили их по одному.

– Сюда, пожалуйста, – велел Фрэнк, пока Сэрин наблюдала за тем, как грузят золотые монеты.

Он быстро пошел вперед, а за ним последовали телохранители, нагруженные мешками. Девушке не дали времени на ответ, и она, как ветчина, застрявшая между ломтями хлеба в сэндвиче, пошла с ними в ногу, чтобы не быть расплющенной. Процессия поднялась по лестнице на второй этаж.

Второй этаж выглядел совершенно по-другому. Там, где, по идее, должны быть стены, протянулись окна с решетками высотой с человеческий рост, а пол был сделан из толстых стекол, под которыми просматривалась гладь воды. Сэрин осторожно ступала по стеклянному полу, боясь, что он может разбиться. Под стеклом неторопливо плавала большая рыба, похожая на акулу, а из-за решеток на окнах слышались громкие крики свирепых охотничьих псов и диких зверей.

Единственным сходством с нижним этажом был стол, украшенный драгоценными камнями, но только гораздо большего размера, а на потолке над ним висел светильник, бросавший вниз яркий свет. Телохранители проводили Сэрин к столу.

– Приветствуем вас на «Арене смерти», – раздался тоненький голос.

Гром уже сидел в большом кресле, не доставая ногами до пола. «Интересно, когда он пришел?» – подумала Сэрин. Охранники слегка выдвинули кресло напротив, и девушка уселась в него. Фрэнк принес чайник и чашки, которые наполнил до краев неизвестным напитком.

– У вас, наверное, в горле пересохло. Отведайте для начала прохладительного напитка, который я специально приготовил из человеческой жадности, собранной мной лично.

Сэрин как раз очень хотелось пить. Не чувствуя подвоха, она поднесла чашку ко рту.

«Бам!» – внезапно до того спокойный Иша ударил Сэрин по руке, отчего содержимое кружки расплескалось вокруг. Фрэнк с отвращением поднял кота за холку.

– Вот же невоспитанная тварь. Если позволите, мы ненадолго его запрем.

Сэрин выпила оставшийся напиток и сказала:

– Нет, все в порядке. В любом случае я у вас ненадолго.

Гром ехидно ухмыльнулся, но его лицо и так выглядело подлым, поэтому Сэрин не придала этому особого значения.

– Ну что ж, тогда начнем?

– Начнем что?

– Игру, разумеется. Если вы выиграете, мы удвоим сумму вашего джекпота. Ах да, прежде я кое-что должен вам отдать.

Фрэнк, стоявший рядом, поставил на стол шкатулку с бусиной.

– Это обещанная бусина. Также, если хотите, можете продать ваши бусины мне. Я щедро за них заплачу.

Сэрин покачала головой.

– Больше мне не нужны деньги. Я возьму бусину и вернусь туда, откуда пришла.

– Точно?

Казалось, Гром спрашивал не просто, чтобы уточнить, – отчего-то его голос был полон уверенности. На мгновение у девушки закружилась голова: лицо Грома словно раздвоилось, очертания исказились, но затем снова вернулись в нормальное состояние. Сэрин потрясла головой, чтобы прийти в себя.

«Что со мной? Это из-за того, что я почти не спала? – Когда она собиралась отмахнуться от этой мысли, как от ерунды, ей вдруг пришло в голову нечто странное. – Я должна разыскать радужную бусину. Неужели я удовлетворюсь бусиной такого посредственного токкэби?»

Внезапно радужная бусина, о которой Сэрин уже и забыла, заполнила все ее сознание. К тому же ей искренне захотелось собрать как можно больше монет и купить на них еще больше бусин. Погруженная в свои мысли, она не замечала, с каким торжествующим видом за ней наблюдает Гром.

– Ну что, начнем?

Не дожидаясь ответа Сэрин, Гром перетасовал карты золотого цвета и разложил их по три штуки.

– В первой игре побеждает тот, у кого в сумме выходит большее число.

Гром кратко объяснил правила игры, а затем раскрыл свои карты.

– Посмотрим, если сложить шестерку пик, пятерку треф и десятку бубен…

Гром считал на пальцах, но, когда понял, что пальцев рук не хватает, снял носки и задействовал ноги. Но и этого оказалось недостаточно, поэтому он позаимствовал руку стоящего рядом охранника. И вдруг уронил голову на грудь и, похрапывая, начал засыпать. Сэрин на мгновение застыла в недоумении, но охранник с невозмутимым видом взял жестяной кувшин с водой и вылил ее на Грома.

– Тьфу!

Гром проснулся, потер лицо и успокоил округлившую глаза Сэрин.

– Не пугайтесь, это всего лишь незначительный побочный эффект из-за того, что я краду у людей слишком много сна. Давайте лучше поскорее вскроем ваши карты.

Вскоре подсчет закончили, и лицо Грома исказилось.

– Хм, ну, это была всего лишь разминка.

Затем токкэби дважды хлопнул в ладоши, и два его телохранителя внесли большое колесо рулетки. Они взгромоздили его с таким грохотом, что Сэрин забеспокоилась, не сломался ли стол или сама рулетка. На колесе рулетки было отмечено больше тридцати номеров.

– Правила просты: мы выбираем по номеру, вращаем колесо рулетки, и тот, чей номер будет ближе, – выигрывает.

Гром бросил маленький золотой шарик на колесо рулетки, и тот упал прямо рядом с номером, который выбрала Сэрин. Токкэби от досады сильно ударил кулачком по столу, но не оставил на нем ни царапины. Гром расстегнул верхнюю пуговицу белой рубашки, сдавливавшую шею.

– Ладно, если вы выиграете и в этот раз, я дам вам четырехкратный джекпот. Фрэнк, принеси игральные кости!

При упоминании четырехкратного увеличения призовых Сэрин навострила уши. С таким количеством золота она сможет купить все бусины в магазине, и еще его сколько-то останется. Кто знает, может, именно она сумеет найти радужную бусину? Но тут кот запрыгнул к девушке на колени и принялся кусать и дергать ее за одежду.

– Иша, ты чего? Успокойся!

Однако тот так сильно тянул Сэрин за одежду, что та чуть не порвалась.

– Я же тебя хорошенько накормила! Потратила на тебя все монеты, и теперь мне нужно заработать еще!

На этот раз Иша спрыгнул на пол и укусил Сэрин за пятку.

– Иша! Ты чего опять? Будешь себя так вести, можешь остаться без хозя…

Девушка сама не поняла, зачем это сказала, и быстро прикрыла рот рукой. Хоть она и не договорила окончание фразы, но о нем несложно было догадаться. Кот поник, опустив хвост, попятился к выходу…

– Иша!

Сэрин собиралась вскочить с места, но Фрэнк ее удержал, а Гром коварно улыбнулся и сказал:

– Это даже к лучшему. Вам будет легче без этого неблагодарного животного. Итак, давайте сосредоточимся на игре. Вы выбираете четные или нечетные числа?

Однако у девушки не было ни малейшего желания продолжать. Она уступила право выбора Грому, и ей досталось оставшееся. Кубики в чашке с шумом запрыгали. В результате победа опять была за Сэрин. Гром, не произнеся ни слова, снова повесил голову. Казалось, что от его раскрасневшегося лица вот-вот пойдет пар. Один из охранников, стоявший за его спиной, подумал, что Гром снова уснул, и в очередной раз облил его водой. Гром бросил на него яростный взгляд. Испуганный охранник начал кланяться так низко, что солнцезащитные очки чуть не упали. Однако Гром лишь нервно от него отмахнулся.

Вскоре Фрэнк утащил охранника, и из-за двери послышался крик.

– Так, давайте начнем уже следующую игру. На этот раз…

– Погодите!

Гром нахмурился и пристально посмотрел на Сэрин.

– Что?

– Э-э-э… я сбегаю в туалет. Кажется, выпила слишком много воды…

Сэрин схватилась за живот и приняла жалостный вид. Гром подозвал Фрэнка, который как раз вернулся, отряхивая руки.

– Фрэнк! Проводи даму до туалета и О-БЯ-ЗА-ТЕЛЬ-НО приведи обратно.

Сэрин посмотрела в красные от гнева глаза Грома, и по телу у нее побежали мурашки.

«Кажется, он задумал забрать не только мои деньги, но и бусины. Нужно выбираться отсюда», – подумала она и последовала за Фрэнком в туалет на первом этаже.

– Я подожду здесь, – без выражения проговорил Фрэнк и встал в коридоре, ведущем в туалет.

– Хорошо…

Сэрин на всякий случай обернулась, но Фрэнк стоял на том же месте, не собираясь сдвигаться. Она направилась к туалету в конце прохода. Вдруг удастся как-нибудь убежать? И тут… Кто это? Сэрин чуть не подпрыгнула от удивления.

– Дюров!

– Тсс!

Дюров прикрыл Сэрин рот, чтобы она не закричала.

– Мое зрение и слух подключены к тому, что видит и слышит Иша. Поэтому я пришел на подмогу, посчитав, что вы в опасности. Говорите тише.

Девушка прошептала ему в ухо:

– Дюров, помогите мне! Этот мышеподобный токкэби заманил меня сюда и не хочет отпускать.

– Вы взяли бусину?

– Да.

– Тогда я попробую его отвлечь, а вы в это время бегите в отель.

Сэрин кивнула, и Дюров направился к Фрэнку, охраняющему коридор.

– Смотрите, это же Фрэнк! Как дела? Ого, ты стал еще здоровее! Мне нравятся твои мускулы. Они впечатляют не меньше, чем мои усы. Давненько мы с тобой не общались по-мужски. Кстати, не хочешь ли кофейку?

Дюров протянул ему чашку с кофе, из которой пил, но Фрэнк и бровью не повел.

– Дюров, я сейчас на работе, а ты, кажется, уже забыл, что тебя внесли в черный список? Если попадешься боссу на глаза, потом не жалуйся.

– Кстати, об этом, Фрэнк. Гром считает, что я прибегал к уловкам, но он просто неправильно меня понял. Так вот, я сегодня здесь, чтобы прояснить это недоразумение. Так что отведи меня к нему прямо сейчас.

Пока Дюров отвлекал Фрэнка, Сэрин пряталась за углом, а потом осторожно двинулась вперед. Она пригнулась и чуть ли не ползком выбралась оттуда. И когда девушка уже было успокоилась и подумала, что вот-вот доберется до вестибюля, рядом вдруг вскрикнул мужчина.

– Черт возьми!

На экране над его головой виднелись фигурки разных фруктов и светилась надпись с предложением попробовать еще раз. Мужчина схватился за волосы и встретился глазами с Сэрин, которая, пригнувшись, проходила мимо его кресла. Он узнал ее.

– Это же ты недавно сорвала джекпот? Одолжи мне всего десять… Нет, пяти монет будет достаточно. Я верну тебе в два раза больше, живее!

Сэрин почувствовала, как все взгляды обратились в ее сторону, в том числе и Фрэнка.

– А ну стой!

Фрэнк отпихнул Дюрова в сторону и побежал к Сэрин. Следом прибежали охранники, стоявшие у входа, и окружили девушку.

– Вот черт!

Поняв, что все пошло не так, Дюров достал статуэтку в виде гепарда и коротко что-то пробормотал. Как только статуэтка ожила и превратилась в животное, Дюров оседлал его и бросился к Сэрин с невероятной скоростью. Один из охранников уже поймал было девушку за шиворот, но, к счастью, Дюров подоспел быстрее. Не успела рука охранника коснуться Сэрин, как Дюров схватил девушку, посадил ее на спину гепарда, и они затейливыми прыжками выбрались оттуда.

– Нет! Верни мою бу-у-усину…

Сзади раздавались разъяренные крики Грома и топот охранников. Однако вскоре все затихло.

Глава 16. Подземная тюрьма-лабиринт

Вернувшись в отель, Сэрин перевела дух.

– Спасибо. Вы спасли мне жизнь.

– Не стоит благодарности. Я сделал то, что должен был, – сказал Дюров, убирая статуэтку во внутренний карман.

У девушки подкашивались ноги. Не дойдя до кровати, она плюхнулась на стоящий рядом стул. Дюров посмотрел на нее сверху вниз и остался стоять.

– Я могу еще чем-то помочь?

Сэрин отрицательно покачала головой.

– Нет, все хорошо. Я и так благодарна вам за то, что вы уже несколько раз спасали меня. Пора возвращаться домой. Если останусь дольше, могу лишиться жизни. Да и времени почти не осталось.

Однако Дюров даже не шевельнулся.

– Все же я могу еще кое в чем помочь. Например, заглянуть в твою новую бусину…

– А, точно!

Девушка звонко хлопнула в ладоши.

– Вы говорили, что тоже умеете показывать, что внутри бусины, так ведь? Тогда могли бы вы напоследок…

Сэрин достала бусину, посмотрела на токкэби и от удивления только и выдохнула:

– Дюров!

Дюров смотрел на бусину странным, безумным взглядом. Кровавые жилки в его глазах выглядели страшнее, чем у Грома.

– Да? – голос его дрожал.

Но, сколько бы девушка его ни звала, больше он не произнес ни слова. В какой-то момент взгляд Сэрин переместился с его лица на рукав пиджака. Дюров следом посмотрел на край своего рукава.

– Хм?

На его манжете в ряд красовались похожие на украшения золотые пуговицы. Однако одна отсутствовала. Как ни странно, она была такой же, как та, что она видела в книжном магазине Маты. От испуга Сэрин попятилась.

– Что с вами? – спросил Дюров, покручивая усы.

Девушка вдруг вспомнила еще кое-что и внимательно осмотрела усы. Казалось, если их распрямить, то волосы окажутся длиннее волос на голове обычной женщины-токкэби. Не оставалось сомнений в том, что в парфюмерной мастерской Николь они нашли именно его длинный завитый волос. Пазл собирался воедино! Одновременно с тем, как менялось лицо Сэрин, смотревшей теперь на собеседника с подозрением, лицо Дюрова тоже принимало все более зловещий вид.

– Есть какая-то проблема?

Дюров неторопливо пил кофе, наблюдая за тем, как пар поднимается от чашки. А девушка вспомнила слова Тории: «Дымящийся токкэби!» Сэрин сделала шаг назад, но ноги подкосились, и она осела на пол. Глядя на это, Дюров отказался от дальнейших вопросов и заговорил угрожающим тоном:

– Вы просто приходите за бусинами, но совершенно не хотите прилагать усилия.

От страха у Сэрин пропал голос, но все же она с силой выдавила:

– Так это вы вор, который совершает кражи в магазине…

Дюров даже не пытался оправдываться, а вместо этого разразился жутким смехом:

– А-ха-ха-ха, – и токкэби наигранно зааплодировал. – Раз вы догадались, видимо, вы не на шутку наблюдательны. Лучше бы просто послушно собирали бусины. Не знаю, можно ли назвать это гениальностью или глупостью… или и тем и другим.

Дюров улыбнулся, обнажив ровные зубы, однако не стал выглядеть дружелюбнее. Хоть губы и улыбались, глаза его злобно сверкали. Сэрин, не в силах встать на ноги, ползла назад, помогая себе руками. Однако Дюров тоже не стоял на месте и медленно приближался, сохраняя расстояние между ними. Девушка хоть и знала, что это бесполезно, но ей ничего другого не оставалось, кроме как закричать:

– Иша, на помощь!

Дюров усмехнулся:

– Вы это ищете?

В его руке появилась небольшая статуэтка кота, которая выглядела точно так же, как тогда, когда она впервые увидела ее на столе в информационном бюро.

– А вы забавная. Уже забыли, как прогнали его? А теперь зовете на помощь.

Дюров приложил руку ко лбу и захихикал, будто сказал что-то смешное. Затем он без малейших колебаний протянул статуэтку Сэрин.

– А что, это все еще ваше, поэтому возвращаю. Вот, возьмите…

Сэрин быстро протянула руку, пока он не передумал. Когда кончики ее пальцев вот-вот должны были коснуться статуэтки, Дюров выронил ее на пол, делая вид, что случайно.

– Ах, как же так?!

Он пнул статуэтку ногой, она отлетела к стене, ударилась и разлетелась на мелкие осколки. Сэрин без сил рухнула на пол.

– Ах, я ведь припозднился с представлением, поэтому позвольте сделать это официально.

Дюров поправил свой и так идеальный костюм.

– Меня зовут Дюров, и я краду у людей их уверенность.

Рука его мгновенно вспыхнула синим, а из груди Сэрин вышло нечто такого же цвета и потянулось за рукой токкэби.

– Ну что ж, отдыхайте.

Дюров поклонился, приложив одну руку к груди. Этот жест в его исполнении получился изящнее и вежливее, чем у любого английского джентльмена. Волна усталости поглотила Сэрин, и она потеряла сознание.

«Где я?» – Сэрин с трудом пришла в себя и осмотрелась вокруг. Но ничего не было видно. В комнате не было ни пятна света, вокруг царила кромешная тьма. Пол был такой твердый, что болела спина. Девушка быстро обшарила карманы. Как и ожидалось, волшебный мешок токкэби исчез. Вместо этого ей оставили другой мешок, в котором лежали ее покупки.

– А-а-ах… – у Сэрин сорвался протяжный вздох. – Есть здесь кто-нибудь?

Ее голос эхом несколько раз отразился от стен, но ответа не последовало. Вдруг девушка вспомнила кое о чем и порылась в мешке. К счастью, она нашла то, что искала. Это была свеча из парфюмерной мастерской. К нижней ее части был предусмотрительно прикреплен спичечный коробок.

«Чирк», – свеча прогнала темноту и ярко осветила пространство. Как и представляла Сэрин, она находилась в абсолютно пустом помещении, тут и там перегороженном стенами. Некоторое время девушка бродила со свечой вдоль стен, но было ощущение, что она кружит на одном месте. Сэрин бессильно остановилась и осела на пол. И тут же почувствовала, что смертельно проголодалась.

«Может, съесть хотя бы это?» – девушка вспомнила о чесночном хлебе, которым ее угостил великан-токкэби. К счастью, он тоже лежал в сумке, целый и невредимый. Как только она достала его, послышался аппетитный запах, и Сэрин с удовольствием съела угощение. Видимо, от продолжительного голода и такого неожиданного насыщения ее одолела приятная сонливость. Она не стала прогонять навалившийся сон…

* * *

Незнакомый мужчина смотрел на нее сверху вниз умиляющимся взглядом.

– Ты только посмотри, как она пинается. Может, станет футболистом, когда вырастет? Даже если и нет, похоже, у нее способности к спорту.

Его молодая жена смущенно рассмеялась, будто он сказал глупость.

– Она же совсем маленькая, не рановато ли для таких разговоров?

Однако мужчина, не обращая внимания на слова женщины, с еще большей уверенностью сказал:

– А что? Чем черт не шутит.

Он смотрел на Сэрин неотрывно, и девушка увидела в его глубоких, словно озера, глазах отражение себя в младенчестве.

– Сэрин, чем бы ты ни занималась, будут моменты, когда тебе захочется все бросить. Однако если это то, чем ты действительно хочешь заниматься, ни в коем случае не сдавайся, несмотря на трудности и испытания. У тебя все получится.

Мужчина легонько поцеловал малышку в щечку, а его жена, находившаяся рядом, взяла Сэрин за крошечную руку, а затем крепко обняла мужа.

* * *

«Пап, ты ошибся. Ничего у меня не получится».

Сэрин плавно очнулась от неглубокого сна. В голове мелькали воспоминания о забытых днях. Многочисленные насмешки в ее адрес. Реальность, в которой ее семья не может позволить себе купить школьную форму. Отсутствие особых талантов. Как бы она ни старалась, всегда оставалась на том же месте. Никакие слова поддержки не помогали.

– Кто там? – раздался громкий голос, от которого мысли девушки в одно мгновение улетучились.

Послышался звук приближающихся шагов, и Сэрин, присмотревшись, не поверила своим глазам: вдали стоял старик, которого она встретила, когда впервые попала в мир токкэби. Он тоже ее узнал.

– Не может быть! Это ты?!

Девушка была настолько ошеломлена, что едва могла говорить:

– Дяденька…

Старик сделал еще шаг навстречу горящей свече, и они смогли лучше разглядеть лица друг друга.

– Я беспокоился, когда ты исчезла из подземного ломбарда. Так вот ты где! Ты не ранена?

Сэрин кивнула, чувствуя, что может разрыдаться, если заговорит. За спиной старика стояла группа людей. Только теперь стали видны их лица. Девушка, которую, казалось, уже ничем не удивить, не сильно испугалась. Она знала этих людей.

Впереди с зажигалкой стоял студент престижного университета, который никак не мог найти работу, рядом с ним – сотрудница известной компании, владелица кафе, женщина, разглядывающая телефон и мечтающая о свободной жизни, и писатель-путешественник, потерявший сознание от опьянения.

Несмотря на то что Сэрин их узнала, они рассказали о себе. Она как можно короче поведала им, что с ней произошло, а они объяснили, что стряслось с ними. Тем временем свеча наполовину догорела.

– В любом случае очевидно, что этот наглый тип с усами нас надул.

Каждый вылил на Дюрова свой ушат грязи.

– Но как нам отсюда выбраться? – с надеждой спросила Сэрин. Однако ответа не последовало.

– До твоего прихода мы несколько раз осмотрели тут все вокруг. Выход есть только один. Проблема в том… – Девушка, не моргая и затаив дыхание, ждала окончания фразы. – …что его охраняет страшный токкэби с огромной битой в руке, – закончил старик, вытирая капельки пота со лба.

Сэрин почувствовала, будто нить надежды, за которую она едва цеплялась, оборвалась. Лица остальных тоже помрачнели. Хотя они и не говорили об этом вслух, но все были на грани того, чтобы сдаться. И когда Сэрин уже приготовилась смириться с ситуацией, ей в голову вдруг пришла одна мысль:

– Возможно, это поможет.

Она достала из кармана потрепанный мешочек, и вывернув наизнанку, потрясла. Из мешочка посыпались вещи.

– Что это?

Настроение собравшихся начало меняться. Они приблизились на шаг к свече, отчего их лица стали немного светлее. Люди смотрели на упавшие на пол вещи и те, что еще остались в мешке, и принялись их обсуждать. Тем временем Сэрин подсела к старику, чтобы пообщаться с ним с глазу на глаз. Она быстро заговорила о том, что поняла совсем недавно:

– Все эти люди здесь из бусин, в которые я заглядывала.

На лице старика, слушавшего девушку, появилось удивленное выражение.

– Последняя бусина, которую я выбрала, должна была рассказать мне о проблемах больших денег. Может, это ваша история? – осторожно высказала свои предположения Сэрин.

– Может быть.

Когда подозрения подтвердились, ей стало еще любопытнее.

– Тогда зачем вы пришли в магазин?

Старик молча улыбнулся.

– Я, как и ты, пришел сюда, чтобы найти счастье.

– У вас тоже есть особое желание?

– Разумеется.

Старик быстро глянул через плечо на все еще погруженных в бурное обсуждение людей и продолжил. Глаза Сэрин сияли как никогда ранее.

– Я хотел обрести здесь молодость, как у тебя. Сколько бы ни было денег, невозможно повернуть время вспять. У тебя есть приятные воспоминания?

Внезапный вопрос старика застал ее врасплох.

– Воспоминания?

– Да, счастливые моменты, которые временами греют душу. У меня таких нет. Я всю жизнь работал, а когда понял, было уже поздно. – Старик тихо вздохнул. – Я говорю о том, что есть нечто более ценное, чем деньги. Если бы я смог вернуться в свою молодость, я бы больше проводил времени с теми, кого люблю.

Сэрин молча обдумывала слова старика. Она вспомнила время, проведенное с Ишей. Как он испачкал мордочку кремом, когда они вместе ели торт, который испекла Николь. Как рисковали жизнью, пытаясь собрать ягоды с драчливых деревьев. Как оставили отпечатки рук и ног, когда выиграли в соревнованиях едоков. Теперь это были самые дорогие ее сердцу воспоминания. Не выдержав, девушка разразилась слезами. Она очень скучала по Ише.

– У меня есть такие воспоминания..

Не обращая внимания на слезы Сэрин, старик спокойно выслушал ее рассказ.

– Я встретила здесь кота. Он помогал мне в поисках бусин. Но я сказала ему то, чего не следовало, и очень этим обидела. Ведь его сердце и так было серьезно ранено…

Когда ее лицо покрылось мешаниной из слез и соплей, старик протянул ей носовой платок цвета радуги из первоклассной ткани. Сэрин вытерла лицо и вдруг ахнула. Старик испуганно посмотрел на нее:

– Что-то не так?

Но девушка, ничего не ответив, сверлила взглядом платок и чуть позже произнесла:

– Я поняла, зачем Дюрову бусины и, возможно, почему он запирает здесь людей…

Сэрин достала из кармана свою брошюру с правилами и открыла первую страницу.

– Что?..

Еще до того, как старик задал вопрос, вокруг них собрались остальные. Видимо, обсуждение завершилось. Один из них, мужчина со смущенным лицом, сказал:

– Мы придумали способ выбраться. Пусть он и не идеальный, но попробовать стоит.

Сэрин со стариком замолчали и навострили уши.

– У нас не так много времени, поэтому буду краток. Мы построим что-то вроде ловушки из вещей Сэрин.

Все остальные лица ей были знакомы, но этого мужчину она здесь раньше не видела. Ей удалось мельком подслушать, что его поймали при попытке пробраться в покои старейшины.

– Для этого нам нужен человек, который заманит токкэби у входа.

Мужчина оглядел всех собравшихся, но никто не решался выйти вперед. И тогда Сэрин подняла руку.

– Можно я попробую?

Все с удивлением и испугом посмотрели на девушку, но больше всех поразилась она сама. Еще минуту назад ее переполняли мысли о том, что у нее ничего не получается, но в какой-то момент появилось желание рискнуть. Сэрин посмотрела на стоявшую рядом ароматическую свечу. Та почти догорела, из нее торчал фитиль, но свеча по-прежнему источала приятный аромат. И Сэрин запоздало вспомнила ее название.

– Вы справитесь? – с тревогой спросил мужчина. – Это может быть очень опасно.

– Если нужно будет бежать, то я в себе уверена, – ответила Сэрин, и в конце концов мужчина тоже кивнул.

– Тогда я провожу Сэрин к токкэби, а остальные сделают ловушку, о которой мы говорили раньше. Пойдемте, Сэрин.

Токкэби был недалеко. Они шли, освещая себе путь одолженной зажигалкой, и вскоре уткнулись в тупик, где висел большой факел. Подойдя поближе, они услышали громкий храп.

– Вон он.

Там, куда указал мужчина, опираясь на дубинку, спал токкэби размером больше взрослого мужчины, но меньше Тории. Лицо у него было такое же злобное, как у Данки. Любой бы испугался! Прямо за его стеной находилась железная дверь, похожая на выход. От напряжения у Сэрин затряслись плечи.

– Вы сможете это сделать? Если не уверены, то в любой момент…

– Нет, я попробую. Мне нужно привести его в то место, откуда мы пришли?

Не успел мужчина ответить, как Сэрин шагнула вперед. Она подняла камешек, весьма кстати оказавшийся у ее ног, и со всех сил швырнула. Камень полетел по прямой и попал токкэби прямо в нос. Недовольно поморщившись, токкэби открыл глаза, а девушка тут же бесстрашно закричала:

– Эй, ты, уродливый токкэби! Говорят, что у тебя изо рта воняет хуже, чем в туалете. Наверное, ни одна девушка к тебе и близко не подходит!

Сэрин крикнула это бездумно, но, глядя на желтые-прежелтые зубы токкэби, подумала, что это в какой-то степени может оказаться правдой. Возможно, из-за того, что он был не в духе, ее последние слова особенно его разозлили. Токкэби вытаращил глаза и прыжком приблизился к Сэрин.

– Я же правильно сделала? – пробормотала она.

– Кажется, вы переборщили. Он крайне зол. В любом случае бежим, – неуверенно ответил мужчина.

И они со всех ног бросились туда, откуда пришли.

К счастью, старик и все остальные закончили приготовления. Когда Сэрин вбежала в помещение, люди жестами подсказали ей не подходить к центру, а двигаться вдоль стены, так как она чуть не наступила на разлитую на полу прозрачную жидкость. Времени подумать, что это, у девушки не было, ведь токкэби наступал ей на пятки. Он бежал, широко раскрывая пасть с гнилыми зубами, будто собирался съесть всех вокруг. От страха люди бросились назад, но ушли недалеко. Казалось, они на что-то надеялись. Догадки Сэрин оказались верны. Стремительно вбежавший токкэби наступил на белесую жидкость и с грохотом кувыркнулся назад: «Бдыщ!»

Он упал так сильно, что Сэрин на мгновение испугалась, что пол может провалиться. Токкэби был крепче, чем казался. Даже после такого падения он смог медленно подняться на ноги. Девушка тут же приготовилась сорваться с места, решив, что сейчас действительно придется удирать, и с готовностью посмотрела на остальных. Но заметила, что остальные и не думают бежать, а смотрят на потолок. Взгляд Сэрин устремился туда же. И у нее так отвисла челюсть, что в рот могла залететь муха.

Писатель-путешественник с мешком токкэби в руках взобрался по стене наверх. Рядом с выступом стены стояла длинная палка, по которой, видимо, он и забрался. Это, несомненно, был подросший росток бамбука, который Сэрин получила в саду у Попо. Писатель придвинулся к голове токкэби и начал трясти над ней мешком, откуда торчал острый угол книги. Вскоре оттуда вывалилась внушительная книга: «Бум!»

Токкэби с глухим стуком снова упал. Но на этот раз он, видимо, все же потерял сознание, потому что лежал на полу и не шевелился. При ближайшем рассмотрении можно было заметить пену у его рта. Люди издали тихие возгласы радости и перешагнули через него. Сэрин аккуратно, чтобы не наступить на токкэби, последовала за ними к выходу.

– Мы почти добрались, держитесь!

Но шедшие впереди остановились перед дверью, словно дошли до обрыва. Тут до них дошло, что есть еще одна серьезная проблема. Ворота были наглухо заперты, а ключей ни у кого не было.

Глава 17. Лаунж-бар Яна

Мужчина, шедший первым, со всей силы ударил по железной двери, затем подергал ее руками, но дверь не поддалась. Люди зашумели. Предложили, чтобы кто-нибудь вернулся и обыскал потерявшего сознание токкэби, но никто не вызвался. Это был очень большой риск, ведь он мог очнуться в процессе обыска. Мужчина приблизился к двери и с любопытством заглянул в замочную скважину.

– Если бы у вас нашлось что-нибудь вроде проволоки, я бы попробовал кое-что сделать…

Он обернулся, обвел глазами людей и остановил удивленный взгляд на Сэрин. Но она изумилась не меньше его. Мужчина удивился тому, что увидел в волосах Сэрин заколку в виде бабочки, а она – потому что узнала его. Это был автор книги, которую Сэрин читала в школьной библиотеке до того, как оказалась здесь. На одном глазу мужчины отпечатался темный след от замочной скважины, который очень сильно напомнил ей фотографию в книге, где ему пририсовали очки.

– А вы случайно…

Но спросить Сэрин не успела, потому что мужчина воскликнул:

– Дайте мне вашу заколку!

Она в растерянности протянула заколку, мужчина расправил ее и вставил в замочную скважину. Сэрин поняла, почему он в прошлом несколько раз попадал в тюрьму и выходил из нее, о чем упоминал в книге.

«Щелк», – прозвучал заветный короткий щелчок. И когда дверь со скрипом открылась, люди наконец дали волю сдерживаемым возгласам радости.

– Пойдемте быстрее! – старик похлопал Сэрин по плечу, и она последовала за теми, кто уже вышел.

Вдали показался свет. Это была дверь, которую Сэрин видела, едва переступив порог магазина. Исчезли лишь танцующие токкэби, но в целом мало что изменилось. Даже гигантские часы стояли на месте. Только вода так сильно убавилась, что казалось, их время вот-вот истечет. К счастью, дверь была открыта. Один за другим люди осторожно выбегали наружу. Сэрин и старик оказались последними, как и по пути в магазин. Старик уже собирался выйти, но заметил, что Сэрин вдруг остановилась.

– Ты чего не идешь?

– Вы идите, у меня осталось еще одно дело.

Сначала старик озадачился не на шутку, но затем посмотрел на нее так, будто что-то понял.

– Это случайно не из-за того кота, про которого ты рассказывала?

Сэрин кивнула. Старик прищурился и слегка улыбнулся.

– Хорошо быть молодым. Завидую твоей смелости. Однако не задерживайся и береги себя, – сказал он на прощанье и вышел за дверь. Вскоре зал совершенно опустел. Но затем его заполнил звук шагов Сэрин.

Она побежала к лифту, который видела по дороге сюда. Она не сомневалась в том, где нужно искать Дюрова.

«А-а-а», – Сэрин растерянно остановилась и озадаченно посмотрела на сломанный лифт. Она и нажимала на не горевшую кнопку, и сильно хлопала ладонью по двери, но ничто не могло заставить лифт работать. После тщетных попыток девушка беспомощно опустила голову. Она уже собиралась повернуть назад, как вдруг заметила мерцание.

«Блиньк-блиньк», – рядом с лифтом мигал знак аварийного выхода. Она слегка толкнула дверь, которой, похоже, давно не пользовались. Та издала громкий скрежет, словно резали по металлу, и раскрылась лишь чуть-чуть, так, что Сэрин едва смогла сквозь нее протиснуться. За дверью оказалась темная лестница. Она напомнила ступеньки по пути от ее дома до школы.

«Смогу ли я?» Но сомнения оказались недолгими. Сэрин забыла о сломанном лифте и начала подниматься по лестнице.

* * *

Дюров, напевая себе под нос, зашел в лифт. В руках он держал мешок токкэби, который Сэрин получила от Маты. Токкэби нажал на кнопку, и лифт с механическим скрежетом медленно поехал вверх.

«Бум!» – доехав до верхнего этажа, Дюров вызвал короткое замыкание, появились искры – лифт перестал работать. Затем он вышел и куда-то направился. В узком коридоре раздавался монотонный стук его каблуков. Дюров дошел до конца коридора и остановился. Прямо перед ним появилась вывеска с красиво выведенными буквами «Лаунж-бар Яна». А на дверной ручке криво висела табличка «Закрыто».

Дюров нахмурился, что было ему несвойственно, ведь улыбка почти никогда не сходила с его лица. Бесцеремонно толкнув дверь ногой, он вошел внутрь. При выключенном свете в зале, где не осталось тепла посетителей, было прохладно.

– Какая жалость, а я собирался выпить с великим старейшиной.

Он думал, что говорит сам с собой, но в ответ прозвучало:

– Не расстраивайся. Я составлю тебе компанию. А если захочешь, можем и расслабиться вместе.

В тускло освещенном баре, за столиком, в одиночестве сидела и выпивала Верна. А еще в темноте растворился огромный паук, который сначала сидел на потолке, затем медленно спустился и встал рядом с Верной. Шесть глаз на его морде поблескивали.

– Хм… скорее всего, ты не подойдешь для тренировки, Верна.

Дюров достал из кармана статуэтку. Верна с хрустом разгрызла лед из своего бокала и грозно ответила:

– Не стоит так важничать после победы в лавке у старьевщика. Я думала, ты лишь тихо заберешь бусину. Поэтому в тот день и присматривала за тобой.

Она щелкнула пальцами, и пауки, которые прятались под столами и стульями, выскочили и окружили Дюрова. Но он ничуть не испугался.

– Если ты за мной следила, то знаешь, зачем я здесь, и все равно пытаешься остановить меня с помощью этих?..

– Конечно, я знаю, что ты здесь, потому что ты украл у людей бусины и собираешься создать из них радужную бусину. Или уже создал?

Дюров наигранно зааплодировал.

– Браво. Я дам тебе одну подсказку: еще не создал. Я создам бусину прямо на глазах у старика. Хочу увидеть, как старейшина будет сражен наповал.

Верна громко фыркнула:

– Пф, старейшина не сильно удивится. Он давно знает о твоих амбициях, поэтому с моей помощью наблюдал за тобой. Я уже доложила ему о том, что ты намеренно подбираешь людей и приглашаешь их в наш магазин, что крадешь вещи из лавок и меняешь цвет бусин из ломбарда на нужный тебе и что с помощью волшебных животных изменяешь видения и показываешь только определенные части истории. Единственным выходом для тебя, Дюров, будет встать на колени и слезно молить старейшину о прощении.

Дюров опустил голову, и его плечи затряслись. Можно было подумать, что он плачет, однако рыданий слышно не было. Наконец он расхохотался в голос.

– Сколько еще мы будем влачить это жалкое существование, подчиняясь умирающему старейшине? Я имею в виду нашу слабость и неспособность противостоять проклятию, если украдем чуть больше человеческих чувств. Когда я обрету силу радужной бусины и стану новым старейшиной, первым делом создам мир, где будут править токкэби. Мне надоело прятаться и еще больше надоела работа гида.

Верна опустила бокал. В нем еще оставалось немного напитка, но, кажется, она больше не собиралась к нему притрагиваться.

– Достаточно слов. Я больше не могу слушать твое нытье.

– Я и не думал, что ты меня поймешь. От твоего вида мне и выпивать расхотелось.

Как только Дюров произнес заклинание, фигурки ожили и задвигались.

– Да? Ну, это к лучшему. Мне тоже расхотелось.

По мановению руки Верны большие и маленькие пауки толпой кинулись к Дюрову. Вскоре раздался оглушительный взрыв…

* * *

«Бабах!» С трудом поднимаясь по лестнице, Сэрин повернула голову на звук. Он раздался где-то недалеко.

«Где я?» – она уже бросила считать этажи. Лестница без обозначения этажей состояла из бесконечных одинаковых ступеней, так что их невозможно было различить. Если бы она всю жизнь не ходила по лестнице по пути от дома до школы, то точно ни за что бы не осилила такую высоту. К счастью, там, откуда донесся звук, была небольшая дверь.

«Неужели добралась?» – Сэрин осторожно приоткрыла дверь в надежде, что не ошиблась.

То, что происходило за дверью, можно было назвать одним словом: хаос. По длинному коридору валялись осколки вывески, а створки двери в самом его конце были распахнуты настежь. Заглянув внутрь, она увидела незнакомое помещение. Похожие на смутные тени пауки и различные животные сцепились друг с другом в схватке. Пауки казались меньше того, что Сэрин видела в лавке старьевщика, а животные были явно ей знакомы. Посреди поля боя стоял токкэби в броском фиолетовом костюме с чашкой кофе в руках. Его лицо выражало спокойствие, как будто он наблюдал за схваткой, не имевшей к нему никакого отношения.

– Дюров! – прокричала его имя Сэрин, хотя токкэби находился слишком далеко, чтобы услышать.

Она случайно прикусила губу, и из нее густо пошла кровь. Дюров смотрел туда, куда свалили всю разбитую посуду, и не заметил приближения Сэрин. Внезапно из груды обломков, словно из могилы, послышался тихий стон. Это была Верна. Дюров будто знал, каким будет исход драки, поэтому, не изменившись в лице, сказал:

– Чтобы тебя победить, мне не нужна радужная бусина.

Он оглядел поле боя, где его преимущество уже стало заметным, и довольно улыбнулся. Внезапно он встретился взглядом с Сэрин, стоявшей в проеме. Дюров от неожиданности чуть не выронил чашку с кофе. С трудом притворяясь спокойным, он заговорил. Его выдержка пугала больше его магии.

– Ах, кто же это к нам пожаловал? Милости просим, миледи.

Так общаются продавцы магазинов, к которым пришел давний клиент.

– Сейчас же отдай мои бусины! С их помощью я спасу Ишу!

Как только Сэрин увидела Дюрова, она перешла к главному. Но сколько бы ни придавала ароматическая свеча смелости, в такой опасной ситуации, как эта, следовало быть осторожнее со словами. В шумном помещении постепенно наступила тишина. Дюров растерянно смотрел на Сэрин, будто на мгновение забыл человеческий язык. И вдруг он закатил глаза, и по помещению прокатился громкий хохот.

– Пха-ха-ха-ха!

Смеялся Дюров так сильно, что согнулся пополам, затем упал и начал кататься по полу, держась за живот. У Сэрин пронеслась мысль о том, что можно победить его даже без драки, просто оставив в таком состоянии. Но, увы, вскоре токкэби успокоился и поднялся с пола.

– Это… это так страшно, просто до смерти.

Дюров вытер платочком навернувшиеся слезы и продолжил:

– Ну давайте, попробуйте их отнять.

Дюров поднял руки и принял защитную позу, но Сэрин не могла к нему приблизиться. Разбросанные по полю битвы животные собрались вокруг него. С их пастей стекала черная кровь пауков, которых они только что рвали зубами. Несколько десятков клыков дружно оскалились на Сэрин…

Глава 18. Пентхаус

Сэрин замерла у двери. Видимо, эффект свечи закончился, потому что ее ноги задрожали, словно листья на ветру. Дюров, коварно улыбаясь, шагнул к Сэрин, и звери, обнажившие острые зубы, последовали за ним.

– Знаете, почему я выбрал вас? – задал вопрос Дюров и сам же на него ответил: – Не потому, что вы особенная, а потому, что вы самый бесполезный человек на свете.

Девушка крепко сжала кулаки, но это все, что она могла сделать. Сэрин не представляла для Дюрова никакой угрозы.

– У вас ничего нет, вы ничего не умеете, у вас даже друзей нет. – Дюров снова громко расхохотался. – Поэтому я придумал, как могу использовать такого бесполезного человека, как вы, в своих целях. – Дюров хвастался, словно математик, который решил сложнейшую задачу. – И я сделал так, чтобы вы сами принесли мне радужную бусину. Конечно, это было непросто, потому что мне пришлось раскрасить бусины в нужные цвета. Если бы вы вдруг вышли из-под моего контроля, я планировал загипнотизировать вас через Ишу, но этого не потребовалось. Все и так прошло, как я задумал.

Дюров достал из кармана мешок токкэби.

– Теперь благодаря вам сбудется мое желание. – Он поднял руку, и звери приняли стойку, готовые к атаке. – Поэтому в знак благодарности я позволю вам умереть без мучений.

И Сэрин, и звери глубоко вдохнули. Она больше не могла сдерживать страх и крепко зажмурилась. Дюров уже собирался отдать приказ, как вдруг…

«Пам-пара-пам!» – Откуда-то послышались звуки торжественной музыки.

Сэрин обернулась. Верна, погребенная под обломками стола, с трудом подняла голову. По ее лицу блуждала странная улыбка:

– А сегодня много клиентов!

За спиной Сэрин показались знакомые лица, их обладатели строем шли к ней. Впереди всех бежали Мата и Хаку, держась за руки. На плече Мата держал огромный магнитофон, который Сэрин видела в пещере старьевщика, из его колонок раздавалась громкая музыка.

– Дюров! Отойди от нашей подруги! – закричал Мата неожиданно громко для своего маленького роста.

– Сэрин, вы в порядке? – спросила Эмма, споткнувшись о разбросанные обломки вывески, но быстро поднялась.

– Эй, ты! Знаешь, сколько я из-за тебя натерпелась? – закричала Николь, держа в обеих руках по вонючему спрею.

– Сэ… рин…

Здесь был и Тория, который прибыл с бабушкой Попо на плечах. В переднем кармане фартука Тории торчал фиолетовый цветок, сорванный для него Сэрин. От неожиданности девушка не могла вымолвить ни слова. Защитники окружили ее со всех сторон.

– Что за… – Дюров покрылся холодным потом и отступил, а звери замерли в нерешительности. На всегда спокойном лице Дюрова отразилась паника.

– Как вы смеете угрожать моей благодетельнице? – сказал Панко, заводя робота-обезьянку, которую принес с собой.

Он достал игрушечного робота-обезьянку гораздо большего размера, чем та, что Сэрин видела в последний раз. Как только Панко поставил ее на пол, обезьянка вышла вперед, хлопая большими тарелками в руках, будто аплодируя. Но не успела она пройти и нескольких шагов, как упала ничком. С пола поднялось огромное облако пыли.

«Кхе-кхе!» – все вокруг закашлялись. Пользуясь их замешательством, Дюров сделал шаг назад. Свободной рукой он достал еще один мешок и вынул оттуда небольшую книгу. Она была в точности такого же размера, как та, что потерял Мата.

– Ну, раз так, ничего не поделаешь. – Дюров открыл страницу с партитурой, и вскоре повсюду послышался его приторный голос.

– А! Это же она… – закричал Мата, узнав мелодию.

Бусины начали подниматься в воздух, излучая ослепительно-яркий свет. Они потеряли свой изначальный окрас и соединились друг с другом. Большая бусина, как того требовало ее название, переливалась всеми цветами радуги. Она медленно опустилась в руку Дюрова, будто кто-то управлял ею с помощью ниточки.

– Наконец-то! – Дюров держал в руке таинственную, похожую на волшебный артефакт бусину. На мгновение все его тело засияло, но быстро потухло. Свет стал черным, под стать злобной ухмылке токкэби, и мягко окутал его силуэт. – Ну что, посмотрим. – Дюров поднял руку, и крыша взлетела в воздух. Он и сам вздрогнул от неожиданности и опустил руку. – Ого! – коротко воскликнул Дюров и на этот раз протянул руку к стене.

Стена тут же рухнула, и за ней показался шикарный пентхаус. Оскал Дюрова блеснул белым от льющегося сквозь потолок солнечного света.

– Если я вас всех сокрушу, возможно, тогда старейшина больше не сможет прятаться и выйдет из укрытия? Мне и самому интересно, насколько могучими станут мои статуэтки, если я вложу в них все свои силы.

Он направил руку на лежавших на полу без сознания пауков. Из руки заструился черный, как чернила, свет, и тела пауков начали сливаться воедино. В одно мгновение они слиплись, как глиняный ком, и вскоре все увидели один огромный камень. И еще через мгновенье этот камень превратился в живого, движущегося паука. Он был намного крупнее и страшнее, чем тот, которого Сэрин встретила среди мусорных гор. Если зверей токкэби еще можно было как-то остановить, то такому чудовищу, казалось, противостоять немыслимо. На лбах токкэби, пришедших защищать Сэрин, выступили капельки холодного пота. Особенно сильно вспотел Панко – это выглядело так, будто он только что умылся. Не успела Сэрин обрести уверенность, как ее лицо снова окаменело.

– Кто посмел тронуть чемпиона нашего ресторана?! – раздался неожиданно голос, звучавший громче, чем из громкоговорителя. Он отразился от полуразрушенных стен и разнесся по помещению.

Оттого, что все повернулись в сторону говорившего, сковывавшее их напряжение на некоторое время спало. Из коридора вышли все как один крупные токкэби. Первым шел здоровяк, державший в руке половник с узором в цветочек, а за ним – другой, постоянно ковырявший в носу.

– Бордо!

Рядом с ним был токкэби, у которого на бороде висела картошка фри, и еще один – с вечно недовольной гримасой.

– Хэнк! Данки!

– Мы немного припозднились, да? – ухмыльнулся Бормо. С огромной сковородой в руке он, как бы оправдываясь, продолжил: – Извините. Брат забыл дорогу… Но, судя по всему, успели вовремя.

С токкэби-великанами команда Сэрин, недавно выглядевшая слабее, с трудом выровняла силы. Великаны достали принесенную с собой кухонную утварь. Все сделали это безупречно красивыми движениями, за исключением Хэнка, уронившего свою пивную кружку.

Дюров был ошарашен неожиданным пополнением рядов противника, но это не сломило его решимости. В конце концов, он только что заполучил радужную бусину, поэтому его переполняла уверенность. Об этом свидетельствовал черный дым, распространявшийся от его фигуры. Казалось, ему вовсе не нужны ни еда, ни сон.

– Что ж, хорошо. Прекрасный шанс, чтобы испытать мои силы.

Из бусины в руке Дюрова заклубился черный дым. Гигантский паук медленно зашевелился, а звери зарычали еще свирепее, чем раньше. Пришедшие на помощь токкэби тоже приняли боевые стойки.

Николь разбрызгала по телу духи и прицелилась вонючим спреем. Мата сжал в руке огромную книгу, которую принес с собой. Стоявший рядом Хаку приготовился швырнуть жестяную банку. Эмма с героическим выражением лица достала из фартука ножницы для стрижки волос в носу, но быстро поменяла их на электропилу. Панко был всецело поглощен починкой упавшего робота-обезьянки. К счастью, она снова заработала.

– Уничтожить их всех!

С резким криком Дюрова началась страшная битва.

Едва осевшая пыль вновь поднялась молочным облаком. В нем, кружась вихрем, сталкивались токкэби, звери и гигантские пауки. Тория одним ударом сбил сразу две статуэтки, а Попо на его плечах хоть и не могла сравниться с ним, но тоже яростно размахивала тростью. Мата и Хаку проявляли такую слаженность, как будто работали вместе уже много лет. Мата прихлопывал статуэтки, словно мух, неподъемной книгой, а Хаку швырялся жестяными банками. Панко тоже был на высоте. Он размахивал скакалкой, как кнутом, и душил приближавшихся к нему зверей. Робот-обезьянка до сих пор не упал и сражался вместе со всеми. От удара металлических тарелок в руках обезьянки статуэтки рассыпались на мелкие кусочки. Она действовала активнее всех, за исключением Эммы.

В этом бою равных ей не было. Каждый раз, когда мимо проносилась электропила Эммы, статуэтки валились на пол, и во все стороны летели их каменные осколки. Эмма больше походила на бывалую женщину-воина, чем на парикмахера из салона красоты. А ведь раньше она только и делала, что постоянно падала и суетилась. Но, даже встретив неожиданное сопротивление токкэби, злодей и не думал сдаваться.

Дюров при помощи магии без остановки пополнял свои ряды. Токкэби-великаны сражались на пределе сил. Они хватали гигантских пауков за лапы и валили их с ног, но те яростно атаковали до последнего оставшимися лапами. Сражение казалось бесконечным. Ни у кого не было преимущества, и никто не мог предсказать победителя. В ходе битвы Сэрин шаг за шагом стала отходить назад. Она тоже хотела как-то помочь, но совсем не знала как.

«Потому что вы самый бесполезный человек на свете». К горлу подступила горечь, но девушка не могла отрицать слова Дюрова. Избегая боя, Сэрин пятилась, пока не оказалась на краю поля сражения. И Дюров постепенно приблизился к ней. Кажется, он снова обрел спокойствие, потому что стал напевать себе под нос. У Сэрин даже ладони вспотели, пока она наблюдала за поединком, поэтому не заметила Дюрова.

– Для вас у меня есть особенный подарок.

Сэрин, наблюдавшая, как нос Панко, который и так был размером с кулак, стал еще больше от удара одного из врагов, внезапно вздрогнула от знакомого до ужаса голоса. В обычной ситуации она не смогла бы отказаться от подарка, но сейчас ей вовсе не хотелось получать презенты, тем более от Дюрова. Но он, похоже, совсем не принимал во внимание желания Сэрин. Рука токкэби быстро нырнула во внутренний карман пиджака. Как только Сэрин увидела, что он достал, она непроизвольно зажала рот рукой. Но даже сквозь прижатую ко рту ладонь прорвался ее приглушенный крик.

– Мне нечего было делать, поэтому я кое-как его склеил, правда, не знаю, будет ли он двигаться как надо. – В голосе Дюрова слышалось сомнение, но перемещался он очень уверенно. – Я вложу сюда всю оставшуюся у меня магию.

Как только губы Дюрова зашевелились, статуэтка засветилась и стала увеличиваться.

– Иша… – только и смогла произнести Сэрин.

То, что сейчас появилось из камня, не было Ишей, которого знала Сэрин. Оно напоминало свирепого главаря банды зверей, которого и во сне увидеть страшно…

Глава 19. Кот-проводник Иша

Лицо Иши было разодрано, словно лохмотья. Каждый его выдох сопровождался искрами и черным дымом. Он источал такой жар, словно только что восстал из ада. Несмотря на внешний вид существа, Сэрин была уверена, что это Иша. Хоть он и скалил на нее зубы, но девушка почему-то не почувствовала страха перед чудищем. Наоборот, по ее лицу потекли горячие слезы.

– Иша, это же я! Ты меня не узнаешь?

– Ар-р-р!

Дюров засмеялся, словно услышал глупость.

– Иша – больше не тот простодушный кот-проводник, которого ты знала. Он – мое самое мощное оружие для завоевания мира людей.

Дюров был прав. Даже если он не обрушит здания и не съест людей заживо, один его вид был таким свирепым, что все разбегутся в страхе.

– Иша, прости меня.

Сэрин будто не слышала слов Дюрова и сделала шаг навстречу. Иша снова громко зарычал, будто готов был тут же проглотить ее целиком.

– Ха, да вы не в себе. Так вы собираетесь закончить свою жизнь?

Сэрин и в этот раз проигнорировала слова Дюрова и медленно двигалась к Ише.

– Иша, прости меня. Я сказала тебе нечто ужасное, чего не должна была. Но я так не думала. Честно. Прошу, поверь мне.

Сэрин приблизилась к Ише и положила руку ему на лоб. Кот нахмурил нос и угрожающе оскалился, но Сэрин не дрогнула.

– Я сделала тебе больно? Ничего страшного, если ты меня не простишь. Я просто непременно хотела сказать, что мне жаль. Время, проведенное с тобой, было самым счастливым в моей жизни. Я слишком поздно это поняла. Видимо, я недостойна быть твоей хозяйкой.

Дюров больше не мог терпеть и закричал:

– Что ты делаешь?! Быстро избавься от этого бесполезного человека. Сейчас нет времени на болтовню. После того как ты уберешь старейшину, сразу же отправишься в мир людей и всласть отомстишь тем, кто тебя бросил.

Иша жалобно взвыл. От его ужасного воя заткнули уши не только Сэрин и Дюров, находившиеся рядом, но и все сражавшиеся вокруг токкэби. Когда похожий на львиный рык затих, Иша медленно опустил голову, и из него начала выходить неведомая темная энергия, а сам он постепенно уменьшился с размера быка до котенка.

– Ах ты, бесполезное животное…

Дюров, жалея потраченную магию, замахал руками в сторону черного дыма. Однако ему удалось удержать лишь малую его часть.

– Глупый кот, только и можешь что объедаться!

Дюров пнул Ишу. Еле державшийся на четырех лапах кот подлетел и ударился о стену в углу, но не издал ни звука.

– Иша!

Сэрин кинулась с заплаканным лицом к нему. Дюров собрал последние магические силы и поднял в воздух деревянную доску.

– Настало время попрощаться по-настоящему.

Доска воспарила в воздухе и нацелилась прямо на Сэрин. Память быстро прокрутилась назад, предательски застряв на картинке ее последней тренировки.

– В любом случае дождь скоро закончится, и вы навсегда исчезнете. Но я хочу уничтожить вас собственными руками!

Дюров направил темную энергию, сконцентрированную в его руках, на деревянную доску:

– Покойтесь с миром!

Доска полетела прямо на Сэрин, будто кто-то швырнул ее изо всех сил. Загнанной в угол девушке совершенно некуда было бежать. Уверенный в победе Дюров решил, что нет никакой необходимости наблюдать за этим, и отвернулся.

«Бах!» – как только раздался звук разлетающейся на части деревянной доски, Дюров наконец разразился хохотом:

– Пха-ха-ха-ха!

Теперь его целью был пентхаус, и ничто не могло его остановить. Вокруг все еще бушевала битва, но ход ее был уже предрешен. Лезвие электропилы Эммы затупилось, и она только шумела; из книги Маты вывалились все страницы, и осталась только болтающаяся обложка. У Панко разбились очки, поэтому он ударился о стену и потерял сознание. Тория получил по лицу, и у него появился синяк, а бережно хранимый фиолетовый цветок упал на пол, где был растоптан. Большинство токкэби-великанов лежали без сознания и не могли повлиять на ход битвы. Спасти ситуацию могло только чудо.

– Вот и конец. – Дюров вытянул руку с радужной бусиной, чтобы снова впитать растраченную магию. Он собирался вернуть часть темной силы, поделенной между статуэтками, обратно, как вдруг…

– Иша не глупый кот, который только и может что объедаться!

Дюров на мгновение усомнился в своем слухе. Позади него стояла целая и невредимая Сэрин, которая должна была лежать без чувств, получив удар доской. Там, где она была раньше, валялись две ровные половины доски.

– Ты… как ты…

Сэрин перебила его и закричала:

– У Иши лучший аппетит в мире! – Затем она отставила одну ногу назад и приняла странную позу. Такого Дюров еще не видел. – А главное… – Сэрин сделала паузу и продолжила: – Он мой лучший друг!

В этот момент Сэрин, сделав разворот, нанесла точный удар ногой Дюрову в челюсть. Он даже не понял, что его ударили, подлетел в воздух с недоумением в глазах и упал на спину. Токкэби жестко прокатился по земле, но тут же поднялся на ноги.

– Ты, мерсаффка! – прошепелявил Дюров, потому что у него были выбиты два передних зуба.

Он резко вскинул руку, но в ней ничего не оказалось. В полете он выронил радужную бусину. Бусина укатилась недалеко. Сэрин и Дюров практически одновременно бросились к ней. Однако токкэби оказался чуть быстрее. От мысли, что бусина уже почти у него в руках, лицо его озарилось торжествующей улыбкой. Но оказалось, еще не наступило время радоваться.

– Иша!

Незаметно поднявшийся на лапы кот бросился к бусине и схватил ее. Он стоял между Дюровым и Сэрин, держа бусину во рту, и поглядывал то на одного, то на другую.

– Иша, ты ведь хороший мальчик? – льстиво проговорил Дюров и стал медленно приближался.

Иша, кажется, сомневался, кому он должен отдать бусину. Лицо Дюрова расплылось в фальшивой улыбке.

– Иша, ты же знаешь, что надо слушаться своего хозяина? Дай-ка мне бусину.

В конце концов Дюров смог приблизиться на расстояние одного прыжка. Увидев, что токкэби собирается наброситься на Ишу, Сэрин воскликнула:

– Иша! Глотай!

– Не-е-ет! – закричал Дюров.

Но Иша сделал так, как попросила Сэрин. Оказавшись в животе у Иши, бусина начала излучать белый свет сквозь рот кота. Иша медленно поднялся в воздух. Всем стало понятно, что у радужной бусины сменился хозяин. Отброшенный назад взрывной волной Дюров не смог вынести яркого света и отвернулся. Сэрин тоже слепило, но она упрямо не отрывала взгляда от кота.

Сквозь бьющий свет было не разглядеть, но Сэрин почувствовала, что Иша с ней прощается. Окутанный ярким свечением, он плавно поднялся, а вскоре устремился в небо сквозь пробивавший облака столб света. Несмотря на то что еще не стемнело, место, где исчез Иша, сверкало, словно звезда на ночном небе.

Все закончилось. «Он переродился». Сэрин вспомнила желание Иши.

«Бум!» – тишину внезапно прервал громкий звук, который заставил Сэрин повернуть голову. Это рухнул огромный паук, топтавший токкэби-великанов. А затем и все статуэтки Дюрова одна за другой начали разрушаться. На верхнем этаже словно пронесся ураган, остались только раненые токкэби и каменные осколки. На ногах держалась одна Сэрин, но и она вскоре обессиленно осела.

И тут… дверь пентхауса, которая, казалось, была накрепко заперта, начала медленно открываться. Когда она отворилась, из нее показалась огромная фигура, окруженная слугами. Из-за спины токкэби лился свет, поэтому силуэт был едва различим, но Сэрин заметила, что он преклонного возраста. И да, она без труда догадалась, кто это…

Глава 20. Сокровищница

– Старейшина Ян! – закричала Верна, едва придя в себя, подтвердив тем самым догадку Сэрин. Старейшина в сопровождении слуг приближался к ним со скоростью черепахи.

И это было неудивительно! Старейшина Ян был настолько стар, что едва мог стоять на ногах. Его лицо в старческих пятнах и морщинах ясно давало понять, сколько трудностей он пережил.

– Господин!

Токкэби запоздало опомнились и преклонили колени, приветствуя старейшину. В конце концов, не имея сил сделать еще хоть пару шагов, он тяжело вздохнул и остановился.

– Старейшина! Вам надо беречь себя.

Верна в первую очередь беспокоилась о здоровье старейшины, хотя и сама изрядно пострадала. Старейшина тепло улыбнулся и проговорил едва слышным голосом:

– Халла мор нель.

Языка Сэрин не знала, но, видимо, он сказал что-то вроде «я в порядке». Вдруг его рука засветилась, и этот свет окутал Сэрин, Верну и всех лежавших без чувств токкэби. Девушка сразу же почувствовала прилив сил. Верна, которая, казалось, никогда не сможет оправиться, отряхнула обломки и встала. Она собиралась подойти к старейшине, но сначала подбежала к дрожащему от страха Дюрову и оглушила его, хорошенько пнув по затылку, и только после этого подошла к старейшине и преклонила колено:

– Простите, я не хотела доставлять вам хлопот. Я так виновата.

Старейшина покачал головой:

– Тор б теллия. – После чего указал пальцем на Сэрин: – Пера сум канта.

Верна обернулась к Сэрин.

– Старейшина хочет на тебя посмотреть.

– На меня?

Сэрин тяжело сглотнула. Верна кивнула, и девушка подошла туда, где стоял старейшина. Он был примерно вдвое выше нее и источал такую ауру, что она не решалась смотреть ему в лицо. Сэрин склонила голову.

– Перэн моха кток чан нарха.

– Он спросил, о чем ты мечтаешь, – продолжала переводить Верна.

– Я…

Сэрин ненадолго задумалась, но на самом деле уже знала, чего она действительно хочет. Сколько бы она ни думала, не могла придумать ничего лучше. После недолгого молчания девушка сказала:

– Пусть кто-нибудь полюбит меня так же сильно, как Иша.

– Хоно?

– Старейшина спрашивает, уверена ли ты?

Сэрин, наконец набравшись смелости, встретилась взглядом со старейшиной и кивнула. Он повернул свое грузное тело, посмотрел в сторону пентхауса, протянул руку, и земля вокруг него начала слегка вибрировать.

«Щелк!» – в глубине пентхауса открылась еще одна дверь, за которой находилась комната, полная сверкающих драгоценностей, золотых и серебряных сокровищ. Там бережно хранилось столько бусин, сколько Сэрин не видела на протяжении всего времени, пока находилась здесь. Старейшина сделал легкий жест рукой, и одна из бусин, словно притянутая магнитом, прилетела ему в руку. Он опустил ее на ладонь Сэрин.

– Это ведь…

Сэрин не могла подобрать слова. Но не потому, что бусина ее поразила, и не потому, что она ей не приглянулась. А потому что выглядела она очень знакомой. Это была ее собственная бусина, которую она оставила в ломбарде несчастий, когда только прибыла сюда. На нее все еще был намотан платок в цветочек, который она всегда носила с собой. Сэрин оторвала взгляд от бусины и посмотрела на старейшину. У него было такое лицо, будто он прочитал ее мысли.

– Чамо д ракунтра.

– Он говорит, что это именно то, о чем ты мечтаешь.

Пока Сэрин стояла в растерянности, потеряв дар речи, старейшина с трудом сделал шаг и приблизился к ней. Он положил руку на бусину и пробормотал что-то на своем непонятном языке. Однако на этот раз в переводе больше не было нужды.

Прозвучали знакомые Сэрин слова:

– Дру-эп-зулла.

В помещении, похожем на ресторан, женщина мыла посуду. Судя по лицу, ей было около сорока лет, но неокрашенные, рано поседевшие волосы прибавляли ей возраста. Она мыла посуду, не разгибая спины, будто куда-то спешила. В этот момент вошел похожий на начальника пожилой мужчина.

– Говоришь, сегодня у нее церемония зачисления? Можешь закончить работу. И поторопись.

Женщина как раз сполоснула последнюю тарелку и быстро сняла резиновые перчатки. Она поблагодарила начальника и уже собиралась выйти, как он ее остановил и протянул белый конверт.

– Возьми, здесь немного. Просто считай это бонусом за твою работу. Хотя бы купишь новые носки.

Она посмотрела на свои ноги. Из-под изношенных тапок виднелись носки, которые были снова в дырках, несмотря на то что их уже несколько раз штопали. Женщина горячо поблагодарила начальника и вышла из кухни. На ходу снимая фартук и хватая сумку, она столкнулась с другой сотрудницей, которая только что закончила обслуживание зала.

– Поосторожнее, тетя.

Она несколько раз извинилась перед сотрудницей, которая была намного моложе, и вытерла испачканную едой одежду влажной салфеткой. Не оттерев пятно до конца, она еще раз взглянула на часы и выбежала из ресторана.

Женщина направлялась в старшую школу. Над главным входом висел плакат: «Тридцать седьмая церемония зачисления учеников», другой плакат был заполнен названиями университетов, куда поступили недавние выпускники. По тому, что огромный плакат полностью исписан, следовало, что в этой известной школе собрались одаренные дети. Проходя через главные ворота, женщина неосознанно поправила свою одежду.

Спортивная площадка перед школой превратилась в автостоянку: на ней в ряд были припаркованы люксовые зарубежные автомобили, которые редко увидишь на улицах. Видимо, женщина пришла позже всех, так как из машин никто не выходил. Она поспешила в актовый зал, где проходила церемония зачисления. К счастью, мероприятие еще не началось, и она увидела вдалеке ту, кого искала. Женщина неотрывно смотрела на ученицу с короткой стрижкой каре. Торопливо протискиваясь к ней сквозь толпу, она услышала отрывок разговора.

– Твои родители не пришли? – спросил мужчина, видимо, классный руководитель. Ученица с каре, смутившись, покачала головой.

– Они сейчас за границей.

Сразу поняв, что это ложь, мужчина не стал больше допытываться. Он просто похлопал ее по плечу. Не в состоянии подойти ближе, женщина остановилась. Кто-то, проходя мимо, задел ее плечом, но она, словно манекен, не могла пошевелиться. Вскоре объявили о начале церемонии. Она на мгновение заколебалась, но в конце концов покинула зал. Своей дешевой сумкой женщина прикрывала пятно от супа из кимчхи[7] на одежде.

Вместо того чтобы сразу пойти домой, женщина направилась в ближайший банк. В это время здесь почти никого не было, поэтому она даже не стала брать талончик, чтобы занять очередь. Она протянула в окошко деньги на новые носки, которые получила в ресторанчике, и банковскую книжку. Когда она получила ее обратно, впервые за долгое время лицо женщины озарила широкая улыбка.

На банковской книжке мелким почерком было написано: «Деньги на обучение Сэрин».

Картина снова сменилась. На этот раз у дороги стояла девушка примерно того же возраста, что и школьница из предыдущей сцены. Если она школьница, то в это время, несомненно, должна была быть в школе, но она находилась перед магазином костюмов и рассматривала в витрине школьную форму. Рядом стоял худощавый парнишка того же возраста, но на полголовы выше.

– Ты что, опять в школу захотела? – спросил он, сжимая книгу под мышкой и надувая большой пузырь из жвачки.

– Какая еще школа, о чем ты? – Девушка усмехнулась, однако не смогла отвести взгляд от формы. – Ты иди. Мне еще кое-что нужно сделать. А, кстати, что это у тебя за книжка?

– Мне стало скучно, пока шел сюда, поэтому и купил. В последнее время многие ее читают…

Юноша протянул подруге книжку, на обложке которой было напечатано «Остров исполнения желаний».

– Хочешь почитать?

– Нет, в другой раз.

Молодой человек пристально посмотрел на девушку, а когда загорелся зеленый, побежал к пешеходному переходу:

– Ладно, тогда до встречи.

Она махнула рукой. Когда он перешел дорогу, девушка открыла дверь магазина костюмов и зашла внутрь.

– Проходите, – радостно поприветствовал девушку портной, ходивший взад-вперед с портняжной лентой.

Это короткое приветствие было полно учтивости, которая чувствуется только от добрых людей. Девушка вежливо поздоровалась и осмотрелась. На вешалках аккуратно висели всевозможные костюмы, а пожилой хозяин мягко улыбался.

– Я… хотела бы купить школьную форму.

– Да, конечно, проходите сюда.

Портной подвел девушку к зеркалу, снял с нее мерки и спросил, как называется ее школа. Получив ответ, он направился в кладовую и спросил:

– А, да, какое имя будет на школьной форме?

Девушка ответила сразу, но запнулась:

– Ким Эрин… А, нет, Ким Сэрин.

– Кажется, это не ваше имя?

Мужчина, который управлял магазином костюмов уже больше тридцати лет, оказался не только умелым портным, но и крайне наблюдательным человеком.

– Да, собираюсь отправить ее подруге.

– Вы, наверное, очень близки?

Девушка закрыла глаза и погрузилась в раздумья, словно перебирая воспоминания. Портной не торопил ее и терпеливо ждал ответа, так как, видимо, у нее были причины задуматься. Несмотря на то что думала она долго, ответ ее был краток:

– Да, она моя самая близкая подруга.

Картина снова сменилась, но Сэрин не могла поднять голову. Со щек медленно стекали и падали на пол слезы. Вокруг нее собрались токкэби. Они окружили ее, похлопывая по плечам, чтобы подбодрить.

– Пора идти.

Когда Сэрин наконец нашла в себе силы поднять голову, в уголках ее глаз все еще стояли слезы.

– Спасибо вам всем.

– Не стоит. Это мы тебе благодарны.

Эмма взяла Сэрин за руки:

– Береги себя.

– Мы смогли защитить магазин только благодаря тебе.

– Я уже поел перед приходом сюда, но в следующий раз давай пообедаем вместе, – бубнил Мата, и Верна закрыла ему рот рукой.

– В магазине полный хаос, поэтому некоторое время придется заниматься его реорганизацией, но когда-нибудь мы обязательно увидимся.

– Пока.

– Будь осторожна.

– Иди скорее.

Токкэби из магазина прощались с Сэрин. И девушка прощалась по очереди с каждым из них. Ей было жаль расставаться, но она знала: времени больше нет. Вода в ее часах незаметно почти утекла, и последние капли постепенно испарялись. Старейшина терпеливо дождался конца прощаний и прямо перед тем, как исчезнуть последней капле, произнес заклинание.

– Всем пока!

Тело Сэрин окутал яркий свет. Она постепенно стала исчезать, начиная с ног, и всеми силами старалась запечатлеть в памяти лица токкэби. Вскоре Сэрин начала медленно погружаться в забытье, как бы проваливаясь в глубокий сон, и сквозь уже размытое сознание до нее донесся голос Верны.

– Старейшина предлагает сменить название на «Радужный магазинчик», раз уж мы его ремонтируем. Это означает, что никогда нельзя сдаваться, какой бы сложной ни была ситуация, ведь даже после сильного дождя появляется радуга, которая приносит облегчение и радость. Все согласны?

– Да! – все как один прокричали токкэби.

* * *

Сэрин медленно открыла глаза: «Может, это был сон?» С тех пор как она оказалась тут впервые, ничего не изменилось. Вокруг все тот же пейзаж, да и потрепанный ветхий дом не стал поновее. Разве что тогда была ночь, а сейчас светало. Наполненный влагой ветер скользил по лицу, а свежий воздух наполнял грудь. Сэрин задумчиво смотрела на разгорающийся рассвет и долго не могла оторвать глаза: на прояснившемся небе сияла четкая как никогда радуга. Завороженная этим зрелищем Сэрин далеко не сразу заметила, что в ее руке что-то лежит. Она сжимала маленькую бусину, завернутую в старый носовой платок. Сэрин медленно развязала узел. Как и ожидалось, там была та самая прозрачная бусина, которую она сдала в ломбард в самом начале своего путешествия по магазинчику. Однако Сэрин не выглядела разочарованной. Наоборот, она прижала бусину к груди, как самое дорогое в мире сокровище.

В это время небо совсем прояснилось, и в прозрачной, как стекло, бусине отразилась яркая радуга.

Глава 21. Радуга

Сэрин усердно отрабатывала удары ногой. Учитель, проходя мимо, изумленно воскликнул:

– Ты очень подтянулась с тех пор, как я видел тебя в последний раз! Ты где-то тренировалась?

– Ну, почти, – уклончиво ответила Сэрин.

Учитель еще постоял рядом с ней какое-то время, и другие ученики тоже стали проявлять интерес, в том числе и парень, который запал в душу Сэрин.

– Сэрин, в чем твой секрет?

– А?

– Ну, ты только что сказала. Как ты тренируешься?

– А…

Сообразив, что он имел в виду, Сэрин смутилась.

– Ты и правда тренируешься дополнительно?

– Ну… на самом деле…

Сэрин собиралась уклониться от ответа, но потом честно сказала:

– Дело в том, что мой дом высоко.

Парень на некоторое время задумался и спросил:

– Так ты живешь в крутой новостройке?

Она уточнила:

– Нет, мой дом находится на высоком холме. Там так много ступеней…

Кажется, парню все еще требовались объяснения.

– Ну, ты же знаешь тот район, который собирают перестраивать…

– А-а-а!

Только теперь он кивнул, будто все понял.

– Я каждый день поднимаюсь туда, поэтому мои ноги стали крепче. Так что никакого секрета тут нет.

Сэрин опустила голову, будто ее уличили в чем-то позорном. Но парень, вопреки ее ожиданиям, ответил совершенно искренне:

– Нет, ты что! Мне кажется, это отличный способ стать выносливее. Если ты не против, может, после занятий пойдем потренируемся на этой лестнице вместе?

– Что-о-о? – переспросила она, решив, что ослышалась.

Но парень, судя по всему, сказал то, что собирался. Он ей улыбнулся и отошел.

– Тогда еще увидимся!

Сэрин какое-то время стояла ошеломленная. Ее лицо раскраснелось, как у человека, пропустившего рюмку средь бела дня, поэтому она быстро отвернулась к окну.

– Эх, – из уст Сэрин вырвался короткий возглас сожаления.

С самого утра дождь лил как из ведра, и казалось, что конца ему не будет, но вдруг ливень прекратился и темные тучи рассеялись. На небе, словно по заказу, появилась радуга. Сэрин вдруг вспомнила своих друзей, с которыми познакомилась в магазинчике. И в уголках ее рта появилась легкая улыбка – то ли из-за будущего свидания с парнем, то ли от приятных воспоминаний. Луч солнца проник в окно и упал ей на плечо.

– Я дома!

Мама, как обычно, ковырялась с каким-то шитьем.

– Сэрин, ты случайно не заказывала посылку? – спросила она, указав на коробку рядом с полкой для обуви. – Перед твоим приходом что-то пришло, но имени отправителя нет.

Сэрин повертела коробку со всех сторон.

– Судя по тому, что она легкая, похоже, там одежда…

– А, точно!

Сэрин притворилась, будто только теперь что-то вспомнила.

– Должно быть, это от подруги.

– От подруги?

Сэрин с уверенностью, будто уже вскрыла упаковку, ответила:

– Да, от моей самой близкой подруги.

Мама склонила голову набок и продолжила шить:

– Оказывается, у моей дочери есть подруги, о которых я не знаю.

Сэрин лишь посмеялась.

– Подожди, а что это еще такое?!

Мама надела очки и подошла к Сэрин.

– Где?

Сэрин проследила за взглядом матери. У приоткрытой двери, просунув мордочку в щель, стоял маленький котенок.

– Это что за котенок? Я тут недавно видела беременную бездомную кошку. Может, это она родила?

Сэрин понимала, что предположение мамы верно: она вспомнила кошку, которую как-то раз угостила кусочком дыни. Мама уже собиралась прогнать котенка метлой, но вдруг остановилась.

– Какой-то он странный.

– Почему?

– Вроде кот, а ведет себя как щенок. Посмотри, как хвостом виляет. Тебе не кажется это необычным?

– Да, возможно, – ответила Сэрин и внимательно осмотрела котенка со всех сторон.

– Ой, да ты только посмотри на него. Он так и льнет к тебе, как будто вы уже знакомы.

Котенок прыгал и терся о ноги Сэрин, которая даже не успела снять уличную обувь. Девушка очень обрадовалась, но внезапно ее лицо помрачнело.

– Мам, а можно… его оставить?

Она была уверена в отказе, но ответ мамы сильно удивил.

– Котенка? С твоим характером это будет непросто… Ты обещаешь убирать за ним лоток?

– Ты серьезно? Да!

Девушка так громко крикнула, что мать вздрогнула от неожиданности. Она отругала дочь за то, что у нее чуть не лопнули барабанные перепонки, но Сэрин не могла перестать широко улыбаться.

– А как же мы его назовем?..

– Я уже придумала!

– Уже? Шустрая.

Сняв обувь, Сэрин вошла в дом и принялась зашивать носки вместе с мамой.

– Мам, а ведь жизнь – это словно дырявые носки.

– Как же ты у меня повзрослела! Уже знаешь о жизни лучше мамы? – спросила она, наполовину хваля, наполовину подшучивая. – Расскажешь, как так вышло, Сэрин?

Сэрин слегка улыбнулась и ответила:

– Дырки можно залатать вместе с любимыми людьми. Так ведь, Иша? – спросила Сэрин у кота, который уже удобно устроился в коробке от посылки. Ему только что дали имя, но, казалось, он уже чувствовал себя как дома. Иша, словно понимая человеческую речь, протяжно мяукнул в ответ:

– Мя-а-ау!

Эпилог

Здравствуйте! Сегодня в эфире снова я, человек, читающий ваши истории.

Сегодня вы узнаете историю одной школьницы, чьего имени мы называть не будем.

Здравствуйте!

Недавно я завела кота. А еще я очень мечтаю попасть в международную команду по тхэквондо. Я сомневаюсь, что вы выберете мой рассказ, но отправляю его, чтобы высказать все, что накопилось внутри. Я из бедной семьи, но у меня есть мама, которая убойно шьет, и старшая сестра с очень добрым сердцем. Я точно знаю это, хоть она и живет далеко. В этом письме я хотела бы сказать слова, которые раньше стеснялась произнести. Я их очень сильно люблю!

По сравнению с другими я довольно поздно начала заниматься тхэквондо. Почти каждый в моем районе задавал мне вопрос: «Как девушка может заниматься тхэквондо?» Но я ни за что не откажусь от мечты попасть в команду. Мне еще многому надо учиться, но если не сдаваться, то когда-нибудь это у меня получится, так ведь? Если у меня получится, то я стану очень счастливой.

Я не знаю, о чем еще можно сказать. Все-таки у меня нет таланта к написанию историй. Поэтому я оставлю заявку на песню. Почему бы и нет? Чем черт не шутит?

P. S. Передаю привет моим друзьям, с которыми я провела этот сезон дождей.

Это была очень трогательная история от милой девушки, которая напомнила нам о том, как важно заботиться о друзьях и родных людях.

Наша героиня написала, что мечтает заниматься тхэквондо. Если заниматься тем, о чем мечтаешь, или тем, что нравится, то неважно, поздно ты начал или нет. Ведь можно начать прямо сейчас, в это самое мгновение.

Может быть, поэтому «сейчас» на английском звучит как «презент», то есть «подарок».

Последняя песня в сегодняшнем эфире по заявке автора истории «Завтра лучше, чем сегодня».

От автора

«Ваш текст не может стать книгой».

Это начало стандартного отзыва, полученного мной после отправки первого варианта рукописи наугад в целый ряд издательств. В тот момент мне было больно и обидно, но, оглядываясь на прошлое, я могу быть только благодарен. После этого я мучился вопросом, как превратить текст в «книгу», и каждую свободную минуту проводил в книжных магазинах и библиотеках.

Я до сих пор не знаю, почему из всех возможных занятий мой выбор пал на писательство.

Может быть, потому, что, когда в средней школе я прятался от хулиганов в спортзале, единственное, что у меня тогда было в руках, – это книга? Или, может, потому, что после провала на вступительных экзаменах в институт, в который я хотел поступить, мне особенно запомнилось, как я шатался по магазинам комиксов и книжным кафе? Или, может, потому, что после неудачи на государственном экзамене, к которому я готовился несколько лет, я сделал своим убежищем маленькую библиотеку в своем районе и залечивал там душевные раны? Какова бы ни была причина, у меня появилась новая мечта в том возрасте, когда другие уже давно сдались бы. Писать стало для меня смыслом жизни.

Но я не был выпускником литературного факультета и не обучался словесности, поэтому написать роман самостоятельно оказалось нелегко. Моя первая необдуманная краудфандинговая кампания не привлекла ни малейшего внимания, а самостоятельно изданная книга не продалась ни в одном экземпляре, и тираж был полностью возвращен местными книжными магазинами. На всякий случай я принял участие в нескольких конкурсах, но мое имя всегда отсутствовало в списке победителей. К тому же, так как беда не приходит одна, я растратил все деньги на поиск специалистов, которые помогли бы мне создать книгу. Потому что мой «текст» так и не мог стать «книгой».

И вот, во время второй попытки краудфандинга, которую я считал последней, я получил первую рецензию. В тот день я так расчувствовался, что какое-то время беззвучно плакал. В благодарность читателям, которые вселили в меня смелость в моменты отчаяния, я снова смог сесть за свой старый ноутбук. Я стал записывать идеи, раскрывая тетрадь и в метро по пути на работу и обратно, и в углу своего любимого кафе.

Что же мне написать? Я подумал: было бы здорово создать такую книгу, которая пробуждала бы в людях теплые чувства каждый раз, когда они открывают книжный шкаф. Я хотел написать историю, которую было бы легко и интересно читать и которая содержала бы в себе смысл и чувства. Если бы моя книга подарила утешение раненым душам и дала надежду на завтрашний день, то мне нечего было бы добавить. Так я написал повесть «Магазинчик сезона дождей».

Третья попытка финансирования уже с этой книгой вызвала больше внимания и отклика, чем я ожидал. Нам пришлось перепечатать всю книгу из-за того, что в процессе производства произошел сбой, но, к счастью, благодаря поддержке, комментариям и отзывам моих сторонников мы смогли завершить проект. Кроме того, мне удалось заключить свой первый контракт с издательством, которое всегда мне отказывало. Все это превратится в дорогие мне воспоминания, которые я никогда не забуду.

Меня поддерживали вплоть до официального выхода книги.

Прежде всего я хотел бы поблагодарить более девятисот моих инвесторов, которые поверили в меня и пожертвовали большие суммы денег, а также генерального директора издательства Clayhouse Юн Сонхуна за подписание контрактов с несколькими известными зарубежными издательствами еще до официального выхода книги, главного редактора Ким Дэхана за постоянную теплоту и заботу о человеке с таким хрупким характером, как у меня, директора Сим Агён за помощь в работе над дизайном и выпуском книги, иллюстратора Jedit за оформление обложки и генерального директора «Конган корпорейшн» Сон Хёнсока за его помощь в производстве.

Но больше всего я хотел бы поблагодарить своего друга Седжина, который воодушевлял меня писать, даже когда у меня почти не оставалось надежды. Он всегда меня поддерживал, несмотря на отсутствие у меня особого таланта, и выслушивал пересказы моих снов, которые стали материалом для создания мира книги. Благодаря ему я не бросил писать – даже когда работал в кол-центре и на доставке – и смог поставить точку в последнем предложении книги.

Наконец, я хотел бы от всего сердца поблагодарить свою любящую семью и читателей. У всех есть свои заботы и проблемы, которые мы несем с собой по жизни, даже если и не показываем их открыто. И тем из вас, кто сейчас сквозь трудности шагает на встречу с миром, я хочу выразить поддержку и попросить вас не терять надежду. Даже если иногда мы не верим в завтрашний день, я верю в то, что для кого-то каждый из нас – самый важный человек в этом мире. В вашей жизни будут случаться дождливые дни, но моя книга была написана, чтобы дать читателям силы надеяться, что даже после проливного дождя на небе обязательно появятся изумительные краски радуги.

Пусть моя книга станет той «радужной бусиной», которая отыщет ваш свет.

Лето 2023 года

Ю Ёнгван

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Анна Неплюева

Шеф-редактор Павла Стрепет

Ответственные редакторы Ирина Данэльян, Анна Штерн

Литературные редакторы Екатерина Ким, Елена Музыкантова, Ольга Иоффе

Креативный директор Яна Паламарчук

Арт-директор Галина Ересина

Старший дизайнер Валерия Шило

Иллюстрация на обложке Винсента

Корректоры Татьяна Чернова, Юлия Молокова, Римма Болдинова, Мария Топеха

В оформлении макета использованы изображения по лицензии Shutterstock.com.

ООО «Манн, Иванов и Фербер»

mann-ivanov-ferber.ru

Notes

1

Токкэби – мифические существа из корейской мифологии и фольклора, иногда их называют «корейскими гоблинами». Они могут как помогать людям, так и строить козни или просто проказничать. (Здесь и далее примечания переводчика.)

2

Ханбок – традиционный корейский костюм.

3

«Гоу-стоп» – одна из игр в корейские карты «хвату», в которой игрок, набравший определенное количество очков, говорит «стоп», и игра заканчивается, а если игрок говорит «гоу», то игра продолжается до набора дополнительных очков.

4

Тхэквондо – корейское боевое искусство, его характерной особенностью является активное использование ног как для нападения, так и для защиты.

5

Го – это настольная игра для двух игроков, цель которой – захватить больше территории на доске, чем противник, отгораживая пустое пространство шашками белого или черного цвета.

6

Конги – корейская традиционная игра с подкидыванием небольших камешков в воздух.

7

Кимчхи – традиционное корейское блюдо, острая маринованная пекинская капуста.

Content

Ю Ёнгван
Волшебный магазин Токкэби

Пролог

Глава 1. Странные слухи

Глава 2. Подозрительное письмо

Глава 3. Духота

Глава 4. Накануне сезона дождей

Глава 5. Привратник Тория

Глава 6. «Магазинчик сезона дождей»

Глава 7. Ломбард несчастий Верны

Глава 8. Информационное бюро Дюрова

Глава 9. Салон красоты Эммы

Глава 10. Книжный магазин Маты

Глава 11. Парфюмерная мастерская Николь

Глава 12. Цветочный сад Попо

Глава 13. Ресторан Бордо и Бормо

Глава 14. Антикварная лавка старьевщика Хаку

Глава 15. Казино Грома

Глава 16. Подземная тюрьма-лабиринт

Глава 17. Лаунж-бар Яна

Глава 18. Пентхаус

Глава 19. Кот-проводник Иша

Глава 20. Сокровищница

Глава 21. Радуга

Эпилог

От автора

Над книгой работали

Notes