Кэти Свит

Предателей не прощают. Счастливы без тебя

Глава 1. Марина

– А кто тут у нас такой милый? – смотрю на дочку и сердце переполняется любовью. – Да ты моя прелесть, – подхватываю Машеньку и целую ее в обе щёчки. Мое сердце переполнено любовью.

Малышка откидывается назад, расставляет ручки в разные стороны и принимается заливисто хохотать. Улыбаюсь.

Вот оно, настоящее женское счастье! Детки, счастливая семья, надежный мужчина. Любовь!

– Марин, дай поспать, – с кровати доносится недовольный мужской голос. – У меня выходной сегодня!

– Спи, конечно, – нежно говорю мужу. – Шшш, – успокаиваю малышку.

Подхватываю Машеньку на руки, выхожу из спальни и направляюсь на кухню, но не успеваю сделать несколько шагов, как случайно наступаю на игрушку-пищалку. Неприятный и громкий писк раздается на всю квартиру.

– Да, блин! – недовольно рычит муж.

– Кость, прости, – извиняюсь на автомате. Это ведь я виновата, что мужу спать не даю. – Мы уже уходим. Отдыхай.

Осторожно закрываю дверь, стараюсь особо не хлопать, но сделать это для меня практически нереально. Я в одной руке держу дочку, которая так и норовит выскользнуть, а в другой несу чистый памперс и детскую одежду, чтобы переодеть Машеньку, когда дойдем до кухни.

Дочка пищит, вырывается, ей не нравится сидеть у меня на руках. Она совсем недавно пошла и теперь только и делает, что оттачивает навык хождения. Уж больно ей нравится топать ножками.

Держу малышку так крепко, как могу.

Пока идем до кухни, Машенька пару раз успевает вывернуться так, что едва ловлю ее. Хоть мне дико неудобно, но я все равно продолжаю идти и смотреть под ноги. На полу сплошное минное поле из раскиданных игрушек. Вчера не успела убрать.

Если еще куда наступлю, Костя уж точно проснется и будет недовольным весь день. А я так хочу, чтобы в свой выходной он подольше поспал. Может быть тогда мой муж, наконец, нормально отдохнет и сможет провести со мной и Машенькой больше времени?

Мы обе по нему очень скучаем.

На кухне довольно прохладно и мне приходится как можно скорее закрыть окно. Видимо Костя опять забыл его закрыть перед сном. Понимаю, мой муж много работает, приходит поздно, очень часто злится по пустякам.

Я чувствую, как мы отдаляемся друг от друга, но ничего с этим не могу поделать. Машенька отнимает все мое свободное время. Забота о дочери, многочасовые прогулки, занятия… Это все выматывает. Я не думала, что мне будет так сложно воспитывать дочь.

Хочется дать все самое лучшее! Прям максимально! Чтобы с первых лет жизни она у нас росла в правильной среде, с развивающими занятиями, с плаванием. Еще немного подрастет и можно будет на художественную гимнастику отдать.

Я уже представляю, как моя Машенька грациозно выполняет сложнейшие элементы, как занимает первые места. Как мы с Костей стоим на трибуне и с замиранием сердца следим за выступлением дочери. Как гордимся ей…

Но это все будет чуточку позже. Сейчас же мой муж спит в соседней комнате, а я ступаю голыми ступнями по ледяной плитке и ежусь вся изнутри. Холод от плитки проникает внутрь, пробирает до костей.

Как жалко, что Костя не согласился на теплый пол. А его так просила! Но нет… Мой муж сказал это вредно. Будем закаляться.

С тех пор он ходит по дому исключительно в тапках, а я “закаляюсь”. Бегаю босая по ледяной плитке и мечтаю не заболеть.

– Мамочка сейчас поставит вариться вкусную кашку, – говорю дочке. – Машенька будет ням-ням? – спрашиваю у нее.

– Да! – кивает и тут же причмокивает. Проголодалась, маленькая моя.

Держа дочку на руках, достаю ковшик, наливаю в него немного воды и лишь после этого добавляю молока. Малышка с интересом наблюдает за моими действиями, она будто запоминает последовательность. А я объясняю все, что делаю, пусть слушает. Хуже уж явно не станет.

Выливаю все молоко, которое было в бутылке и с ужасом понимаю, что больше молока в доме нет. Я все потратила…

Вчера мы не успели сходить в магазин и молока хватает только на порцию для каши ребенку. Ни для меня, ни для мужа ничего не осталось. Но я-то ладно, потерплю. Не впервой, а вот Костя…

Он будет очень недоволен, что его оставили без молока к кофе. Он работает с утра до ночи, редко бывает дома и в свой единственный выходной я оставляю его без любимого напитка.

Мда…

Но делать нечего. Не лишать же ребенка каши!

В конце концов, муж взрослый человек и может войти в положение, ведь Машенька и его дочка тоже. А он совсем перестал уделять ей внимание.

Может хоть после этого очнется и уделит?

Ставлю ковшик греться на плиту. Сразу же достаю пачку каши и ставлю рядом с плитой. Я ее засыплю, как только молоко закипит.

Выставляю нужную температуру и отхожу от плиты. Машенька больше не может сидеть у меня на руках, она вырывается и удержать ее не могу.

Делаю еще несколько шагов по ледяной плитке, ноги сводит от холода. Бррр.

– Машуль, ты пока здесь посиди, – прошу дочку.

Опускаю малышку на диван и укутываю пледом. Включаю ей мультики, а сама спешу за тапками в коридор.

Открываю дверь шкафа-купе, тянусь за своими домашними тапочками, спешу все сделать максимально быстро. Дотягиваюсь до искомого, нашупываю, проверяю на ощупь. В темноте не видно, Косте лампочку некогда поменять.

Вот-вот достану свои теплые тапочки, ножки мои окунутся в тепло. Я смогу согреться! Но именно в этот момент с кухни раздается звук удара и следом на всю квартиру звучит детский плач.

Позабыв обо всем на свете резко выпрямляюсь, путаюсь в полах пальто мужа, у него что-то выпадает из кармана, но я на это не обращаю внимания. Позже подниму.

Бегу к дочке.

– Маленькая моя, – поднимаю малышку с ледяной плитки, скорее сажаю ее обратно на диван и принимаюсь осматривать. – Ты не ушиблась? Где болит? – трогаю Машеньку везде, где только можно. А она продолжает верещать и требовательно тянет ко мне свои ручки.

Обнимаю доченьку, забираюсь на диван с ногами и сажаю сверху дочь. Начинаю укачивать.

Не знаю почему это делаю, оно как-то приходит само.

Малышка крепко обнимает меня, прижимается и затихает. Сопит. Я только чувствую, как быстро и тревожно бьется ее сердечко.

Испугалась, маленькая.

– Шшш, – успокаивающе глажу ее по голосе. – Все хорошо, мамочка рядом, – заверяю доченьку.

– Если ты рядом, то какого хрена она опять орет?! – на кухню заходит разъяренный муж.

Он не в себе совершенно. Такого злого Костю я еще не видела. Никогда!

– Я пашу, как проклятый, а ты дома целыми днями сидишь и не можешь дать мне отдохнуть в мой единственный выходной на неделе?!! – напирает на нас. Инстинктивно вжимаюсь в диван, прижимаю к себе дочку чуть крепче.

Сердце бешено стучит.

Машенька слышит, как папа кричит, на миг затихает, а затем начинает плакать с новой силой. От ее звонкого голоса у меня аж уши закладывает.

– Вот чего она орет?! – Костя подходит вплотную, нагибается и с силой буквально отрывает от меня ребенка. Трясет дочку. Он вне себя. – Чего ты орешь? А?

– Прекрати! – вскрикиваю. Меня саму всю колотит.

Подскакиваю на ноги, забираю у мужа малышку, та от испуга широко раскрыла глаза, открыла рот и не дышит. Даже носогубный треугольник посинел.

– Машенька, Маша, – зову малышку, но она не дышит. Перепугалась.

Муж громко хлопает ладонью по столешнице, я аж подпрыгиваю. Машенька, наконец, делает глубокий вдох и заходится в сильнейшем плаче.

Меня трясет.

– Костя, пожалуйста, потише, – прошу мужа. – Ты Машу пугаешь, – объясняю, но ему на мои объяснения совершенно плевать.

Он выходит из кухни, с силой закрывает межкомнатную дверь, чуть ли побелка с потолка не сыплется. Наступает на игрушку-пищалку, та тут же летит в стену.

Костя смачно ругается и костерит меня, на чем свет стоит.

Силой воли заставляю себя абстрагироваться от мужа, возвращаюсь к дочке. Малышка, наконец, успокоилась. Сидит и обиженно сопит.

– Маленькая моя, – поднимаю Машеньку на руки. – Пожалуйста, давай не будем плакать. Хорошо? – улыбаюсь пересиливая страх и загоняя его поглубже. Разбираться с собой буду позже, сейчас самое главное – дочь.

За спиной раздается громкое шипение. Молоко! Блин! Оно убежало!

Бегу к плите, выключаю ее, свободной рукой переставляю ковш в сторону, обжигаюсь случайно. По-прежнему держу дочь на руках, с обожженной рукой спешу к раковине, включаю холодную воду и подсовываю под струю ладонь.

Печет. Больно. Кусаю губы, чтоб не заплакать.

Потому что мне еще и обидно! Почему Костя так зол? Не пойму.

– Костя! – запихивая обиду как можно глубже, зову мужа.

В очередной раз убеждаю себя, что он не виноват в своем срыве. Просто устал.

Костя прав. Я ведь, действительно, сижу дома, не работаю и слежу за ребенком.

Но нашей доченьке вот-вот будет годик! Она еще слишком мала, чтобы отдать ее в детский сад.

– Костя! – зову уже значительно громче. – Пожалуйста, принеси аптечку. Я обожглась, – добавляю чуть позже. Может быть хоть это возымеет эффект?

Мне нужно руку смазать. Печет очень больно.

Блин… Как же горит ладонь…

В ответ тишина.

– Кость? – зову мужа еще громче. Может быть он в душе и не слышит меня?

Но вместо ответа хлопает входная дверь. Костя ушел.

Снова оставил меня одну со всеми проблемами.

_____

Добро пожаловать в новую историю! Она будет горячей! Мы уже предвкушааем))))

Пожалуйста, не забывайте добавлять книгу в библиотеку. Это важно! Тогда мы с вами уж точно не потеряемся!;)

Глава 2. Марина

Кое-как обработав руку кормлю дочку манной кашей. Машенька широко открывает ротик, ловит ложку, с удовольствием съедает всю порцию и просит ещё.

Скармливаю дочке всё, что сварила.

– Да ты ж моя умничка, – ласково улыбаюсь малышке. Она в ответ показывает пальчиком на печенье и начинает визжать. – Ты не наелась? – ахаю. – Мой маленький проглот.

Беру со стола детское печенье и протягиваю дочке. Машенька ловит его двумя ручками, засовывает в рот и требует ещё.

– Нет, моя хорошая, – достаю верещащую дочь из стульчика для кормления. – Хватит, – ставлю её на пол.

Машенька смотрит на меня своими огромными глазами, замирает и начинает так горько плакать, что я не выдерживаю и качаю головой.

– Нет, нет, – повторяю дочке. – Ты скушала достаточно, – беру со стола детскую кружечку с ромашковым чаем. – На вот, – даю ей. – Попей.

Но моя дочка настроена решительно. Она своей ручкой резко отталкивает кружку и часть чая проливается на пол.

Маша замирает и с интересом рассматривает лужицу.

– Ай-ай, – грожу пальчиком. – Стой на месте, – говорю строго. Показываю на мокрое место. – Бам!

Малышка не двигается и ждёт, пока я вытру лужицу. После этого она соглашается попить и как ни в чем ни бывало идёт в комнату к своим игрушкам.

Вот она, детская непосредственность!

Я печально вздыхаю, сажусь на стул, ставлю на стол локти и опускаю голову. Настроение такое ужасное… Хоть вой.

Рука болит, Костя до сих пор не появился и на телефон не отвечает. Я всю неделю толком не видела мужа, а теперь понятия не имею, где он.

Наливаю себе чай, делаю бутерброд с маслом. В холодильнике пусто, больше ничего для завтрака нет.

Сегодня нужно обязательно сходить в магазин.

Представляю этот поход и мысленно содрогаюсь. У меня очень капризная доченька и она просто не выносит долгое сидение в коляске. Начинает капризничать, плакать и неустанно старается выбраться из своего заточения.

Единственное, что она воспринимает нормально, так это когда мы гуляем. Машенька любит рассматривать деревья и проезжающие мимо машины, наблюдает за плаванием уточек, за беготней крыс под мостиком через речку, по которому мы часто проходим.

Ей нужно движение, она ребёнок и я отношусь к подобному поведению дочки вполне терпеливо. Маленькая она ещё.

Поэтому в магазин я стараюсь ходить как можно реже и как можно больше гулять. Основную массу продуктов привыкла заказывать на дом, но есть некоторые вещи, которые нужно самой выбирать.

И ради них мы сегодня пойдём в магазин. Надеюсь, Костя объявится к тому времени.

Не в силах удержаться снова набираю мужа, но абонент по-прежнему находится не в сети. Печально вздыхаю.

– Машенька, как у тебя дела? – спрашиваю спеша к дочке. В квартире царит тишина и меня это очень напрягает.

Любой родитель знает, что нет ничего страшнее тишины. Ведь если ребёнок не шумит, то он чем-то занят. А поскольку у меня ребёнок маленький, то…

Влетаю в комнату, по пути понапридумав такого, что уже слезы стоят в глазах.

– Машенька! – ахаю. – Где ты пальчиковые краски достала? Они ж на шкафу лежали!

Поднимаю взгляд наверх и понимаю… Костя всё со шкафа убрал. Там теперь пусто. Куда он все дел не известно, но оно сейчас и не важно, главное, ребенка и квартиру спасти.

Подлетаю к дочке, успеваю схватить её ручку за мгновение до того, как она дотронется до обоев.

– Машенька, рисовать нужно на бумаге, – подвожу малышку к столу, достаю лист бумаги и прикладываю туда детские ладошки. – Вот так, – показываю дочке отпечатки ее рук.

Маша увлеченно рассматривает образовавшийся рисунок, затем еще раз опускает на листочек ручки, и еще.

Дожидаюсь пока дочка наиграется, сама тем временем убираю разбросанные по полу краски. Ни одна баночка не открылась и это меня спасло.

Пальчиковые краски невероятно плохо отмываются. Я именно поэтому убрала все баночки так высоко, чтобы Машенька не дотянулась. Слишком сложно потом все отмывать.

Собираю краски обратно в коробку, осторожно, чтобы Маша не расплескала открытую баночку, забираю ее у малышки и закрываю. Убираю в коробку, а ту в свою очередь возвращаю на шкаф.

Пусть Костя у себя в офисе порядок наводит! У нас дома без меня не стоит перекладывать вещи, каждая должна лежать на своих местах.

Несу перепачканую с ног до головы дочку в санузел, прямо в одежде ставлю в ванную и раздеваю лишь тогда, когда она оказывается в закрытом пространстве. Одежда тут же отправляется в стиральную машину, а дочка под душ.

– Художница моя маленькая, – приговариваю смывая со своей малышки краску. Вода тут же окрашивается и в виде цветных потеков спускается вниз. Красиво.

Главное, ванную после этой красоты быстро отмыть.

Машенька перестает плакать и начинает играть с водичкой, я медленно выдыхаю. Неужели все обошлось?

Закончив водные процедуры закутываю Машеньку в пушистое одеяло и беру на руки. Она счастливо улыбается и смотрит мне прямо в глаза.

– Засранка ты маленькая, – говорю дочке беззлобно. – Вот теперь не погуляешь, – строжу. – Вместо ежедневной утренней прогулке мы будем дома сидеть.

Смотрю за окно и настроение не улучшается, там такая прекрасная погода! Обычно мы проводим вне дома практически целый день, но сегодня, видимо, придется отказаться от своего привычного графика.

В дверь раздается тихий стук. Если бы я не проходила на тот момент мимо, то не услышала его.

Странно…

Подхожу к входной двери, смотрю в глазок и удивляюсь еще больше. На лестничной клетке стоит та, кого я сегодня даже не думала ждать.

– Дарина? – ахаю открывая перед ней дверь.

Она наряжена так, словно собралась явно не в гости к подруге, а на свидание. Красивая черная юбка с глубоким вырезом идеально подчеркивающее стройность и длину ног. Белая майка на тонких бретельках обтягивает тело показывая тонкую талию и пышную грудь.

Будь я на месте мужчины, глаз бы не оторвала!

– Марина? – словно вместо меня должен был быть кто-то другой произносит она. – Привет, – откидывает назад прядь волос, что выбилась от общей массы.

– Ну а кто ж еще? – тихонько смеюсь. – Проходи, – приглашаю отступая немного назад. – Мы тебе очень рады!

– Мы? – заглядывает через плечо в глубь квартиры.

– Конечно, – улыбаюсь. – Я и Машенька, – киваю на дочь.

– А Костя? Он не рад? – спрашивает с коварной ухмылкой.

Дарина с Костей вечно цепляют друг друга, каждый пытается сделать другому больнее.

Я не понимаю с чего вдруг они резко стали так плохо общаться, но после их последней стычки стараюсь держать свою подругу и своего мужа как можно дальше друг от друга. А то еще поубивают друг друга!

– Его дома нет, – объявляю. – Так что проходи!

– Ну хорошо, – она заходит в квартиру. Вручает мне упаковку клубники и взбитые сливки. – Держи! Ставь чайник. Будем чай пить!

Глава 3. Марина

– Ой, подруга, ну у тебя и беспорядок дома, – Дарина обходит квартиру и морщит свой идеально сделанный у пластического хирурга нос.

На самом деле, Дада сделала не только нос. Она увеличила грудь на два размера, сделав себе красивую “тройку”, подправила губы, теперь они у нее выглядят гораздо пухлее.

Все зубы она поменяла на импланты, вбухав в рот столько… Квартиру бы можно было купить!

Дадка тратит на свою внешность просто невероятные деньги. Она не боится ни использования новейших препаратов, ни болезненных процедур, ни даже скальпеля.

В отличие от меня.

Когда-то давно я тоже подумывала об увеличении груди. Мне казалось, что моя “двойка” слишком не привлекательная.

Но теперь, по прошествии времени, понимаю, как хорошо, что не решилась тогда. И вместо приема у пластического хирурга отправилась к застройщику нового комплекса. Где отложенные на увеличение груди деньги потратила на первый взнос при покупке квартиры.

Той самой, в которой проживаю сейчас.

– Знаешь, уборка необходима. Хоть иногда, – игриво подмигивает выходя из комнаты.

– Когда у тебя есть маленький ребенок, то убираться можно хоть три раза в день. Правда, этого все равно будет не заметно, – поясняю спокойно.

У подруги нет своих детей и она в принципе очень далека от материнства. Пока по крайней мере.

– Марин, когда есть маленький ребенок, то дома должен быть идеальный порядок, – Дарина не желает отступать от своей точки зрения. – Ведь он везде ползает, залезает куда ни попадя, да и в принципе, мужик должен приходить к себе домой в чистоту и порядок, а не в срач!

– Дад, знаешь, я как-нибудь сама разберусь и с порядком в квартире, и со своим мужем, – отрезаю резко. – Скажи, лучше, как у тебя на личном дела? – перевожу тему. Не собираюсь я с ней обсуждать свою семейную жизнь!

Мы с Дариной знакомы очень давно. Учились в одном классе в начальной школе, в средней начали вместе ходить на танцы и подружились, а после одиннадцатого класса даже поступать решили в один ВУЗ.

Правда, у нас тогда не вышло поступить на один факультет. Поэтому мы учились с ней на соседних.

Сколько я знаю Даду, за ней всегда увивались толпы парней, но она ни на кого из них не обращала внимания. То не красивый, то не богатый, то не спортивный… Вечно не то.

Вот и теперь, когда нам обеим перевалило за тридцать, она не торопится обзаводиться семьей и крутит хвостом перед мужиками. Все не то и не то.

– Ой, ничего интересного, – как бы невзначай отмахивается. – Ты ж знаешь, как кто стоящий появится, я обязательно тебе расскажу.

– Машенька” Стой! – не дослушав подругу срываюсь с места и со всех ног бегу спасать дочь.

Моя умная малышка сидит на обеденном столе и жует конфету. Довольная моська вся в шоколаде, ручки тоже.

Но на это мне совершенно плевать.

– Дочь, – вздыхаю. – Сюда-то ты как забралась? – спрашиваю у малышки. Хоть прекрасно понимаю, она не ответит. Но даже это не мешает мне с ней говорить.

Снимаю малышку со стола, отмываю ей ручки. Вместо конфеты даю яблоко и отправляю играть.

Стиральная машинка пищит, что уже постирала. Мне нужно развешивать мокрое белье и отправлять стираться вторую партию.

– Ты чай хоть нальешь? – спрашивает подруга.

– Дарин, извини, – виновато смотрю на нее. – Но я сейчас не могу, – беру с балкона таз и спешу в ванную комнату. – У меня стирка, – поясняю.

– Она не подождет? – подруга скептически поднимает бровь.

Вот как объяснить, что нет? Ведь мне нужно срочно постирать перепачканные красками детские вещи, лишних денег на покупку новых у меня нет. У Кости попросить их тоже не выйдет. Он в последнее время крайне недоволен, если я его о чем-то прошу.

Это еще одна из причин, почему я хотела сходить в магазин вместе. Тогда бы у него не осталось выбора и купленные продукты сам бы оплатил.

Видимо, придется заказывать доставку. Время близится к обеду, а от мужа по-прежнему ни слуха, ни духа.

– Сделай, пожалуйста, чай сама, – прошу подругу. – Ты знаешь что где лежит.

– Тебе черный? – уточняет.

– Ага, – подтверждаю и спешу вытаскивать постиранное из стиральной машинки. Машенька заходит в ванную комнату, видит, чем я занимаюсь и начинает мне помогать.

Малышке доставляет невероятное удовольствие помогать. Она прям вся сияет! Особенно, когда ее похвалишь.

– Слушай, так где Костя? – вдруг ни с того, ни с сего спрашивает Дарина. – У него же сегодня должен быть выходной.

– Должен, – киваю. – Но где он я не знаю, – отвечаю ей без задней мысли. – Мы поругались и он ушел.

– Давно? – продолжает спрашивать.

– Тебе он нужен? – .отвечаю вопросом на вопрос.

Как-то странно, что Дада вдруг заинтересовалась моим мужем. Она ж его вроде как на дух не переносит, а тут только и делает, что интересуется.

Мне как-то не по себе от ее интереса.

Конечно, понимаю, что когда мы с Костей начали встречаться, он был далек от того, каким мой муж стал сейчас.

Костя занимает высокую должность в крупной компании, его ценят и уважают на работе. Он увлекся спортом и теперь выглядит просто великолепно.

А еще мой муж стал зарабатывать очень прилично. Именно благодаря его повышению мы смогли окончательно погасить ипотеку и даже взяли без кредита внедорожник!

Наша машина стоит, как половина нашей квартиры.

Как-то так.

– Ты ж знаешь, я на дух не переношу твоего мужа, – произносит не смотря мне толком в глаза. Отворачивается и уходит на кухню. – Машка! Аааа!

Бросив все лечу на истошный визг подруги, долетаю до кухни и застываю на пороге широко открывая глаза.

Я не знаю, как реагировать, если честно. Смех просто душит, но смеяться нельзя. Иначе Дарину окончательно взорвет.

– Ненавижу детей! – шипит подруга отряхивая со своей черной юбки муку. – Мелкие пакостники!

– Дада, – угрожающе понижаю голос. Я не потерплю, чтобы обижали мою дочурку. – Подбирай выражения! Ты не у себя дома, – напоминаю. – А у меня в гостях.

Дада бросает в мою сторону уничижительный взгляд и забирает со стола свою сумку.

– Знаешь, лучше я пойду, – говорит направляясь в коридор. – Видимо, мне сегодня здесь не рады.

– Тебе здесь всегда рады, – пытаюсь смягчить конфликт. Не люблю ругаться. – Но не стоит ругать моего ребенка. В конце концов, это не она поставила муку вниз.

– Марин, ребенка нужно воспитывать с пеленок, – отрезает Дарина. – И если у тебя дочь в год не знает, что можно, а что нельзя, то ничему хорошему ты ее не научишь!

– Ты так уверена? – усмехаюсь. – Зря так думаешь, – отвечаю спокойно и твердо. – Ой, как зря.

Мы обменивается с ней красноречивыми взглядами, Дарина одевается и открывает дверь в подъезд.

– Ой, Костя. – благоговейно пищит увидев моего мужа. Он удивленно смотрит на нее.

– Ты что здесь делаешь? – хмурится.

– Вот, пришла девчонок навестить, – отвечает все таким же елейным голосом. – Свежей клубники со взбитыми сливками принесла, – зачем-то добавляет.

– Хочешь, отдам? – влезаю в их разговор и тем самым перевожу внимание мужа на меня.

– Нет, не нужно, – произносит Дарина. – Оставь себе. Глядишь, пригодится, – подмигивает. А я просто не нахожу слов.

Что за грубый намек?

– Все же лучше отдам, – твердым шагом направляюсь на кухню. Беру со стола гостинцы подруге, складываю обратно в пакет.

Возвращаюсь в коридор и всовываю клубнику прямо в руки. Выпроваживаю за дверь.

Ни слова не говоря и не смотря на мужа разворачиваюсь и все так же молча ухожу на кухню, где Маша поиграла с мукой.

– Марина! Да твою ж мать! – до меня долетает рев мужа. – Неужели нельзя навести порядок?! Хоть немного?! – грохает дверь холодильника. – И приготовить пожрать?!

Глава 4. Валентин

– Валентин Юрьевич, извините за беспокойство, но вам снова няня звонила, – в кабинет заглядывает моя секретарь.

Отрываясь от бумаг перевожу взгляд на дверь, перед глазами все расплывается. Двенадцатый час ночи, я третьи сутки почти без сна. Устал.

– Что она хочет? – с трудом фокусию на стоящей в дверном проеме девушке, взгляд.

– У вашего сына поднялась температура, – новость раздается как гром среди ясного неба. – Интересуется, что делать.

Ничего, блин! Никакая няня не справится с этим.

Ребенку просто нужна мать.

– Высокая? – уточняю зачем-то. Хоть сам прекрасно понимаю, это знание ничего не изменит ни для меня, ни для моего Демида.

У нас один путь. В стационар.

– Она не сказала, – тушуется тут же. Моя помощница прекрасно помнит, через какой ад мне с сыном пришлось совсем недавно пройти.

Так вышло, что по дороге с плавания домой, он попал в аварию. Водитель встречного авто не справился с управлением и влетел прямо в тачку, в которой ехал мой сын.

Увернуться от столкновения не вышло бы ни при каком раскладе. Я видел запись с камер видеонаблюдения и прекрасно осведомлен, что именно произошло.

Мой Демид находился на заднем сидении, но он не был пристегнут, я разрешал. За что и поплатился.

Во время столкновения моего сына швырнуло боком на подлокотник, от удара у него разорвалась селезенка и врачи едва успели Демида спасти.

Теперь же, спустя три дня после выписки из хирургического отделения, у него поднимается температура. И это ни разу не нормальный вариант.

– Так что делать? – задает самый глупый вопрос, который я слышал.

Бесит!

Я дико зол.

– Собирать вещи, – отрезаю жестко. – Быстро! – рявкаю. – Чтобы к моему приезду все было готово!

– Х-хорошо, – быстро кивает и в ту же секунду исчезает за дверь.

С горечью захлопываю папку, сгребаю разложенные на столе документы в одну общую массу и скопом убираю в сейф.

Потом разберусь! Сейчас на это нет времени.

– Скажи Илье, пусть машину к центральному выходу подгоняет! – повышаю голос.

– Уже сказала, Валентин Юрьевич! – отзывается Милана. – Он на месте. Вас ждет.

– Отлично. Спасибо, – благодарю девушку. Все-таки Милана незаменима.

Я не представляю, как выдержал бы без нее две последних недели. Только благодаря Миле городские проблемы не остались без решения и все до единой дошли до меня.

Спускаюсь на лифте вниз, сажусь в машину, Илья тут же срывается с места. Мчит к моему дому позабыв про такое слово, как “тормоза”.

Неустанно кручу в руках телефон и думаю, кого из списка контактов набрать.

У меня есть несколько вариантов. Но один прельщает больше всего.

Останавливаю свой выбор именно на нем.

– Александр, – произношу, как только вызываемый абонент поднимает трубку.

– Валентин Юрьевич? Что-то стряслось? – Хмельницкий сразу переходит к делу.

Его голос довольно-таки бодр даже несмотря на то, что за окном ночь.

– Вы на дежурстве? – уточняю. Жажду услышать положительный ответ.

– Да, – выдыхаю немного. – С Демидом что-то случилось?

– Температура, – говорю все, что мне известно.

– Давно? Высокая? Помимо этого есть другие симптомы? – Хмельницкий заваливает кучей вопросов, ответов на которые у меня нет.

Я бы с радостью поделился информацией, но пока сам не понимаю ничего.

Мне тревожно за сына. В голове вертятся данные при выписке наставления врачей, их назначения и рекомендации. Их много! И обязательно нужно было все соблюдать.

Если няня упустила хоть малейшую деталь, то я ее уволю нафиг! Честное слово!

Не посмотрю ни на квалификацию, ни на опыт. Вылетит в один миг.!

– Демид с няней. Я еду с работы, – поясняю. – Забираю сына и везу к вам.

– Ждем! – соглашается тут же. – В приемном предупрежу. Не переживайте.

– Благодарю, – говорю ему.

Завершаю вызов, прошу водителя увеличить скорость. Сам же попутно набираю няне Демида, мне нужно выяснить, что с ним.

Но она не берет трубку. Наверное, собирает вещи.

Ладно, плевать! Скоро доедем.

Перебираю в голове все причины, по которым могло произойти подобное и ни одна из версий не успокаивает. Завожусь только сильнее.

– Милана, – вновь повисаю на телефоне. – Пришли мне список дел на завтра с уточнением по времени. Я четко должен понимать насколько буду занят.

– Валентин Юрьевич, у нас завтра с утра запланирована выездная администрация в Восточный, – ошарашивает меня новостью.

Блин! Я совсем об этом забыл. У меня лишь скорый приезд губернатора в голове.

Выездная администрация… Как же не вовремя! И не перенесешь, блин. Проблемный район.

– Понял, тебя, – хмурюсь сильнее. – Вышли на почту все, что я должен знать.

– Хорошо, – в момент соглашается. – Выслала.

– Спасибо, – благодарю ценного работника. – На сегодня можешь быть свободна. Завтра утром без опозданий.

– Обязательно буду. Не переживайте! – заверяет. – Если вдруг вам с Демидом что-то потребуется, то можете хоть посреди ночи звонить. Все привезу.

– Знаю, – кидаю бегло вновь уносясь в свои мысли. Они снова забиты вопросами, которые мне нужно решить с губернатором. Глава региона приедет через пару дней.

– Валентин Юрьевич, приехали, – объявляет Илья.

Едва дожидаюсь пока он остановится, открываю дверь и спешу в дом.

– Дема! – зову сына влетая в холл.

– Он спит, – ко мне выходит взволнованная и заплаканная няня.

– В смысле спит? – охреневаю. Я совершенно этого не ожидал.

– Валентин Юрьевич, я не смогла до вас дозвониться, – говорит виновато. – У Демида все в порядке с температурой. Градусник оказался неисправным. Я перемерила тремя разными градусниками после, они все показывают, что у него все в порядке! Простите, пожалуйста, что я вырвала вас с работы, – чуть ли не ревет.

– Все хорошо? – уточняю. – Вы просто не перепроверили?

– Да, – активно кивает. Стирает слезы тыльной стороной ладони с щек.

А я смотрю на нее и не знаю то ли радоваться, то ли ругаться. Ибо это настоящий капец!

В очередной раз осознаю, как никогда четко. Моему ребенку нужна не няня, а мама. Но своей маме мой мальчик не нужен… Увы и ах.

_____

Все же вы правы! Марине Костя не нужен! Мы ей лучше мужчину найдем!)))

Глава 5. Марина

– Костя, нам нужно купить продукты, – объявляю мужу. – Ты сможешь со мной сходить в магазин?

– А без этого никак? – смотрит на меня недовольно. – Ты туда ходишь каждый день! Покупаешь всякую ненужную ерунду!

– Не ненужную, – поправляю мужа. – Перестань меня обвинять в лишних тратах!

– В лишних? – заводится. – Давай сюда свой телефон! – требовательно протягивает руку.

– Зачем? – ахаю отступая. Я еще никогда не видела Костю таким злым.

– Ну ты же говоришь, что нам в магазин нужно, – цепляется к словам. – Вот хочу посмотреть, что ты там набирала всю неделю, раз дома по твоим словам еды нет!

Стою как истукан и во все глаза смотрю на мужа. Что за ерунда? Почему он разговаривает со мной в подобном ключе?

– Кость? Ты встал не с той ноги? – высказываю предположение.

Возможно, оно глупое, но ничего другого у меня все равно нет.

Поведение супруга выбивает из колеи.

– Телефон! – требовательно.

– Нет! – говорю жестко.

– Тогда в магазин иди без меня! – отрезает и отворачивается.

Вновь погружается в свой ноутбук и как ни зову, не откликается. Делает вид, что не слышит меня.

Просто прекрасно… Слов больше нету! Как можно быть таким принципиальным и гадким? Ума не приложу!

Костя-муж кардинально отличается от Кости до замужества, раньше он был совсем другой человек.

Внимательный, заботливый, даже местами веселый! А теперь хмур, сух и жмот.

Ничего не отвечая разворачиваюсь и ухожу к дочке. На душе так погано, что хочется забиться в уголочек и порыдать.

Мой муж считает, что он неимоверно сильно устает на работе и даже не желает предположить, что я устаю не меньше! Все-таки не просто так женщине дается декрет.

Машенька все еще плохо спит ночью, а утром просыпается рано. Я нормально не отдыхаю. Чувствую себя так, словно по мне всю ночь катался каток и с этим ничего не поделать. Просто ждать, когда она это перерастет.

Зачастую маленькие детки не умеют переходить из одной фазы сна в другую без пробуждения. Спят порядка сорока минут, затем открывают глазки и если их ничего не потревожит или не заинтересует, то снова уснут.

Но Машенька часто не засыпает обратно так быстро. Если уж она проснулась, то начнет горько и громко плакать.

Мне нужно подхватывать ее на руки и выходить из спальни, чтобы дать Косте хоть немного времени поспать.

Жаль только, что мой муж не ценит этого совершенно. Он считает мои ночные “гуляния” с дочерью в порядке вещей.

– Ну как ты тут? – присаживаюсь на коврик рядом с дочкой. Она видит меня и улыбается, на сердце сразу становится чуть светлее.

– Ня, – впихивает мне в руки кубик.

– Спасибо, – активно киваю. Учу малышку правильным жестом.

Машенька кивает в ответ.

– Красный, – показываю на игрушку и называю цвет. – Синий, – беру другой кубик. Ставлю их рядом, еще раз дублирую названия цветов. Машенька внимательно слушает меня.

Надеюсь, что запоминает.

Занимаюсь с дочкой, а сама неустанно думаю, что подать на обед. Холодильник пустой, даже элементарный суп приготовить не удастся!

Картошка закончилась, лапши больше нет. Морковку и ту покупать нужно! А курицу и подавно…

Беру телефон, открываю банковское приложение, смотрю на остаток на счете и хорошее настроение вмиг пропадает.

Денег осталось лишь на пачку подгузников и пакет молока. Все!

А больше Костя ничего переводить мне не станет.

Ладно, для Машеньки сварю пельмешки с кроликом. Я недавно их купила в специальном магазине, дочке они очень понравились.

Себе могу просто сварить гречку и к ней порезать оставшийся свежий огурец. Будет очень вкусно.

На полдник есть яблочки и творожок. На ужин могу вместе с Машенькой поесть каши, на молоко у меня денег хватит.

Раз Костя не хочет идти в магазин, то ничем не могу ему помочь. Пусть тогда обед и ужин сам себе делает! С таким отношением, как у него ко мне, я ничего делать не собираюсь!

Обиженная на мужа продолжаю придумывать коварный план мести. Одна идея лучше другой, аж настроение прибавляется!

Принципиально укладываю Машеньку не в ее кроватке, а на диван в гостиной. Комната будет занята, он не сможет поиграть в свою дорогущую приставку. Я хозяйка этой квартиры и я зла!

Пусть знает!

Дожидаясь пока дочка уснет, подкладываю ей под бочок толстый плед. Хоть Машенька обычно не переворачивается во не первые двадцать-тридцать минут, но после сегодняшнего утра я решила подстраховаться.

На пол перед диваном укладываю подушки, чтоб уж быть спокойной наверняка. Меня не будет минут пятнадцать и я не хочу, чтобы дочка упала.

К сожалению, другого шанса сходить в душ у меня в ближайшее время не предвидится, ведь Костю после его сегодняшней выходки даже не собираюсь просить. Сначала пусть извинится!

Но выходя из комнаты, где спит дочь, я вновь понимаю, что квартира пуста. Плохое предчувствие начинает зудеть только сильнее.

Достаю телефон, иду на кухню, набираю мужу. Пока жду гудки гоню прочь нехорошие мысли.

Может быть Костя пошел в магазин? Посидел, подумал, остыл и понял, что я права?

Очень на это надеюсь!

Сколько ни жду, гудков нет. Отрываю телефон от уха, а там словно и не вызывала никого. Повторяю процедуру. Снова так же.

Перезагружаю телефон, проходит гудок и меня сбрасывает.

Ничего не понимаю… Снова звоню. Снова гудок и сброс, будто меня добавили в черный список.

На сердце становится только хуже. К глазам снова подкатывают слезы.

Усилием воли гоню их прочь и отправляюсь в душ. Плачь – не плачь, а мне надо помыться.

После выйду и еще раз позвоню. Уверена, Костя просто там, где связь плохо ловит.

Решительным шагом направляюсь в душ, раздеваюсь, но потом вдруг вспоминаю, что так и не достала тапочки. После теплой воды мне будет холодно ногам. Да и простыть можно.

Завернувшись в полотенце, возвращаюсь в коридор, залезаю в шкаф, ищу тапки. Но вместо них натыкаюсь на пачку презервативов.

Глава 6. Марина

– Зачем это ему? – искренне удивляюсь. Проверяю состав. Убеждаюсь, что оказалась права в своих догадках и эта фирма при изготовлении средств контрацепции использует латекс.

А у меня на него аллергия…

Костя знает, что если будет пользоваться такими со мной, то потом я мигом отправлюсь в больницу с отеком и сильнейшим зудом. Наш первый раз был именно таким.

Я до сих пор помню свой ужас и стыд, когда меня по “Скорой” привезли в больницу! Вопросы врачей, их, как мне тогда казалось, осуждающие взгляды.

После этого случая мне пришлось очень много и долго работать над собой, чтобы решиться на близость с будущим мужем.

Костя прекрасно понимал мое состояние и не давил, за что я ему до сих пор благодарна.

Но вот сейчас, смотря на пачку латексных изделий, я искренне не понимаю для чего они оказались в моей квартире.

Зачем он их купил? В магазине других не оказалось? Или просто забыл про мою аллергию? Заработался, устал, погрузился в свои мысли и не заметил?..

Но зная своего мужа понимаю, что вряд ли…

Строю предположения одно хлеще другого. От их неправдоподобности становится смешно даже мне. Той, которая находится в шоке.

– Странно-то как, – зачем-то вслух говорю.

Хоть разумом понимаю, что меня никто не услышит и не поддержит со мной разговор, молчать не могу. Тишина в квартире становится просто невыносимой.

Откладываю сомнительную пачку в сторону, вновь ныряю в шкаф и, наконец, достаю оттуда свои любимые пушистые тапочки. Засовываю внутрь голые ступни, их вмиг окутывает тепло. Закрываю глаза плавая в приятных ощущениях.

Презервативы решаю убрать на комод. Костя придет и я у него поинтересуюсь, что ж за ерунда такая.

Твердо решив как поступлю дальше, отправляюсь в ванную и залезаю в душ. С головой ныряю под теплые струи воды, фокусирую свое внимание на ощущениях и тепле, что струится по коже.

Тревога до конца все равно не отпускает, а сердце продолжает болеть. Ведь как бы я себя не переубеждала, не искала оправданий поведению Косте, пора признать, что теперь он другой.

Отношение мужа ко мне изменилось кардинально.

Хоть я оптимистка и пытаюсь верить в лучшее, стремиться к тому, чтобы все было хорошо, сейчас я окончательно убедилась, что у нас в семье большие проблемы.

Костя не хочет слышать меня. Он не желает понимать моих трудностей, отказывается помогать и всячески пытается заставить справляться со всем в одиночку.

От грустных мыслей слезы начинают литься из глаз и я позволяю себе не сдерживаться, во всю жалею и пытаюсь утешить своего внутреннего ребенка.

Мне больно. Мне горько. Слез не удержать! А они все льются и льются…

Их капли попадают на щеки и грудь, затем смешиваются с водой и уплывают в канализацию, оставляя на душе пустоту.

Как же грустно.

Я не знаю, как долго простояла в душе и проплакала, как вдруг до моего слуха донесся хлопок входной двери. Этот звук меня так сильно подстегнул закончить водные процедуры, как ничто и никогда.

Вылезаю из ванной, наспех вытираюсь, на распаренную кожу даже не пытаюсь надеть домашнюю кофточку и брючки. Надеваю халат.

– Костя? – выглядываю в коридор. – Ты пришел? – спрашиваю у стоящего в дверях мужа.

Выхожу из ванной, подхожу ближе к нему. Молча встаю напротив.

– Как видишь, вернулся, – огрызается со злостью. – Держи, – протягивает букет моих любимых сиреневых хризантем. – Это тебе.

– Спасибо, – растерянно принимаю букет из рук мужа.

Он небрежно скидывает обувь, проходит мимо даже не поцеловав. Я держа букет в руках резко разворачиваюсь.

– Кость, – зову его.

– М? – останавливается и оборачивается. Смотрит на меня равнодушно.

– Что случилось, Кость? – спрашиваю по-доброму. Не могу больше молчать. – Ты уже которую неделю сам не свой. Я что-то делаю не так? Скажи, пожалуйста.

– Марин, не бери в голову, – отмахивается. – Все хорошо.

– Ты так думаешь? – вопросительно выгибаю бровь. – Судя по твоему поведению, что-то не верится, – ухмыляюсь печально.

– Я просто устал, – отрезает резко и жестко, тем самым показывая, что пора сворачивать разговор. – И не собираюсь тратить время на никому не нужные споры.

Но сегодняшний день четко мне показал реальную картину происходящего. И если я немедленно не начну разбираться в проблемах, то вряд ли наш брак еще хоть сколько-то продержится.

– Костя, у нас с тобой проблемы, – говорю открыто и прямо. – И дело не только в тебе или во мне, – беру небольшую паузу.

Собираюсь с духом, пытаюсь набраться сил перед тяжелым разговором. Ведь после него нужно быть готовым к любым трудностям.

Вплоть до того, что Костя уйдет и оставит меня одну с нашей годовалой дочкой.

Нет, Марина! Не надо думать о плохом! Он любит тебя, ты любишь его!

Точнее, любила…

Сейчас, вытерпев от мужа много негатива, я перестала его узнавать. Пора признать, что тот человек, за которого я выходила замуж, до неузнаваемости изменился.

– Ты срываешься по пустякам, приходишь поздно и не разговариваешь со мной. Совсем позабыл, когда держал дочь на руках! – перечисляю особенно болезненные темы. – Про помощь по дому, я вообще молчу! – меня несет и я не могу остановиться. – Ты становишься чужим для нас! – подхожу к мужу, тычу пальцем ему в грудь. Говорю не пряча эмоций. Пытаюсь хоть так до него достучаться. – Ты становишься чужим для своей семьи, Кость! Ты это хоть понимаешь? – во все глаза смотрю на мужа.

– Марин, не неси чушь! – отмахивается от меня, как от назойливой мухи. – Ты пересмотрела сериалов и возомнила себя героиней одного из них! Прекращай заниматься ерундой! Лучше уберись дома! – рявкает.

– Касаемо уборки, – произношу не своим голосом, меня трясет. Но я уже не смогу остановиться.

Подхожу к комоду, беру пачку, что нашла в шкафу и торжественно вручаю мужу в руки.

– Что ЭТО? – зло сверкая глазами смотрю на него. – Почему ОНО у меня дома?!

– Не у тебя, а у нас, – подмечает сурово. Пропускаю этот выпад мимо ушей.

– Они латексные! У меня на него аллергия! Или ты забыл? – спрашиваю напрямую гневно щурясь.

Глава 7. Марина

– Ничего не я забыл! – рявкает вырывая у меня из рук пачку. – Они не для тебя, поверь, – отвечает ухмыляясь.

– Не для меня? – отступаю назад. От догадок мне становится дурно.

Нет! Я не верю! Костя не мог!

– А для кого? – спрашиваю напрямую. Мне нужно немедленно услышать ответ!

Костя, скажи, что ты пошутил! Или что это у тебя забыл кто-то из твоих друзей.

Пожалуйста! Озвучь мне любую причину, в которую я способна поверить.

Потому что то, что лежит на поверхности разрешит нашу семью.

– Мариш, – голос мужа становится чуточку тише. Он все же берет себя в руки, чему не могу не порадоваться. – Это не мое, – произносит спокойно и твердо. – Коллеги, – добавляет как бы невзначай. – Завтра отдам.

Смотрю на своего мужа и мне очень хочется ему верить, но сердце ведь не обманешь. Оно чувствует ложь.

– Рада, что не твое, – заставляю себя миролюбиво улыбнуться. – А то я уже испугалась, что ты забыл про мою аллергию.

– Поверь, про твою аллергию я не забуду, – заверяет с чувством. – Никогда!

– Спасибо, – еле заметно киваю и поправляю полотенце, что так и норовит упасть вниз.

Костя отправляется в спальню переодеваться, я иду на кухню ставить в вазу букет.

В углу на полу стоят три больших пакета из продуктового магазина, я едва не спотыкаюсь об ручку одного из них.

В самый последний момент успеваю поймать равновесие и остановиться, осматриваюсь по сторонам переводя дыхание. Сердце быстро колотится в груди.

Нехорошие мысли не лезут из головы, но я старательно пытаюсь от них избавиться. Потому что думать про измену уж слишком больно.

Я не готова пока.

К тому же Костя больше как с пачкой латексных изделий не был ни в чем подобном замечен. Он устает на работе, поздно освобождается и свои выходные проводит дома. У него даже времени нет для связи на стороне!

Бред!

Но вот только мои мысли и мои рассуждения договариваться между собой не желают. Эмоции и горечь обиды заглушает здравый смысл.

Ставлю букет в воду, поправляю нежные бутоны и позволяю себе насладиться красивыми цветами. Примеряю, как лучше поставить вазу, в какую сторону стола ее подвинуть, чтобы не мешала кушать и не стояла в проходе.

Выбираю идеальное место, на мой вариант.

Костя крайне редко дарит цветы даже на праздник, а уж без повода и подавно! Поэтому мне особенно приятно было получить от него букет.

Налюбовавшись своими любимыми сиреневыми хризантемами, начинаю разбирать пакеты с продуктами. Раскладываю по местам покупки мужа, в очередной раз понимаю, что при покупке детского питания, ни на состав, ни на срок годности он не смотрел. К сожалению, несколько творожков сегодня-завтра придут в негодность.

Ладно! Успеем их съесть!

Достаю из духовки противень, смазываю его маслом, раскладываю куриные голени, обильно поливаю их сметаной, посыпаю молотой копченой паприкой и чесноком. Немного солю, закрываю сверху фольгой и отправляю готовиться.

У нас сегодня будет вкусный ужин. Красота!

Оставляю пакеты, бегу проверять Машеньку. Дочка спит.

Чтобы не терять времени даром спешу почистить картошку, ставлю ее вариться и только после этого до конца разбираю продукты. Довольная смотрю на заполненный холодильник. Красота!

Раздумывая какой из салатов лучше приготовить решаю спросить у мужа, что он больше хочет. В конце концов, Костя сегодня выходной и я могу его немного побаловать.

Тихо, чтобы не разбудить Машеньку прокрадываюсь мимо комнаты, где она спит, в спальню. Бесшумно приоткрываю дверь и уже намереваюсь задать вопрос, как понимаю, что нужно подождать. Костя разговаривает по телефону.

– Да успокойся ты, – говорит кому-то. – Моя жена здесь не причем. Она даже ничего не поняла. Забей, прошу тебя!

Пауза. Я не в силах сдвинуться с места стою и слушаю беседу своего мужа с какой-то женщиной.

– Да не кипятись. Все будет в порядке, – продолжает спокойно. – Завтра приеду, – говорит терпеливо.

Он сидит спиной ко мне и не знает, что я все слышу. А у меня такое чувство, что вырвали сердце из груди.

Сомнений быть просто не может! У моего мужа появилась связь на стороне.

Визгливый женский голос настолько громок, что долетает даже до меня. Напрягаю слух пытаясь разобрать гневную тираду, обращенную к моему мужу, но за потоком и скоростью слов ничего не получается.

Какой голос знакомый… Прям очень!

Жаль, не могу понять кому именно он принадлежит.

– Марина не станет к нам лезть, поверь! Я знаю свою жену. Она занята ребенком и ничего дальше не видит, все мысли у нее только с дочерью, – произносит с пренебрежением. А мне становится так обидно от его слов…

Да, я с утра до ночи занимаюсь с дочкой! Я хорошая мать и нечего даже пытаться принизить мой труд.

В душе поднимается буря негодования.

– Да, кисуль, мне нужен сын, – продолжает. – Моя жена не способна наследника родить. Только девчонка и вышла, – говорит с презрением.

Меня захлестывает возмущение.

Ах, вот оно как?! Ничего, что пол ребенка задает ОТЕЦ? Не мать! И это еще я бракованная?!

Не в силах сдержаться, резко распахиваю дверь, Костя в момент оборачивается, видит меня и тут же меняется в лице.

– Я перезвоню, – бегло кидает и завершает вызов. – Мариш, ну что ты так громко хлопаешь дверью? – мягко осуждает меня. – Машеньку разбудишь.

– Ах, это я разбужу?! – смотрю на Костю и глазам своим не верю. И это говорит мой муж?!

Да он лицемерная сволочь! Гаденыш!

Зла на него не хватает. Меня всю распирает изнутри.

– Девочка моя, – как ни в чем ни бывало Костя подходит ко мне, обнимает.

От его поведения я еще сильнее запутываюсь. Разве может так вести себя неверный муж?

Теряюсь…

– Давай потише, – просит миролюбиво. Злости в голосе больше нет. – Ты что пришла? Просто так или что-то хотела? Видела, я продукты принес.

Глава 8. Марина

Машенька накормлена, посуда вымыта, обед приготовлен и теперь с чистой совестью можно пойти погулять. Тем более, на улице такая прекрасная погода!

Надеваю свой новенький бежевый утепленный худи, свободного кроя спортивные штаны под тон, собираю волосы в высокий хвост и смотрю на себя в зеркало. Улыбаюсь пытаясь приподнять настроение, оно не очень с самого утра.

Поведение Кости меня очень сильно напрягает и расстраивает одновременно. Если бы я не была уверена в своем муже, то начала думать, что он загулял.

Но это не так. Я точно знаю.

Так вышло, что сразу же после появления Машеньки Костю повысили в должности и навешали на него очень много новых обязанностей. И если раньше, до реорганизации компании, эти функции выполняло три человека, то теперь они все в зоне ответственности одного.

Я прекрасно понимаю, что мой муж пашет за троих, неимоверно сильно устает на работе и поздно приходит домой. Он не отдыхает толком.

За этот год мы очень сильно отдалились друг от друга и продолжаем отдаляться. К сожалению, я как ни стараюсь, не могу ничего изменить.

Все чаще ловлю себя на устрашающей мысли, что радуюсь, если муж задерживается в офисе или на очередных переговорах. Без его присутствия дома мне становится комфортнее, чем с ним.

Пугающая тенденция… Она ни к чему хорошему не приведет, к сожалению.

– Хватит куксится! – обращаюсь к своему отражению в зеркале. – Все будет хорошо! – зачем-то заверяю себя.

Снова улыбаюсь, смотрю на себя и остаюсь недовольна своим внешним видом. Глаза потухли и больше не горят.

Чтобы хоть немного освежить взгляд, достаю косметичку, наношу на веки светлые бежевые тени, они слегка освежают, прохожу несколько раз по ресницам кисточкой и вновь оцениваю себя.

Уже гораздо лучше! Даже не заметно, что я накрасилась, а глаза выглядят гораздо выразительнее, чем пять минут назад.

Кручусь перед зеркалом, красуюсь и ловлю себя на мысли, что настроение улучшается. Даже улыбка получается искренней.

Достаю карандаш и блеск для губ. Карандашом очерчиваю контур, а мягкой кисточкой прохожу по нежной коже. Настроение становится еще чуточку лучше.

– А если надеть сережки, которые мне родители подарили на день рождения, то будет вообще идеально! – заключаю смотря на себя.

Открываю шкатулку, достаю свои любимые золотые серьги с изумрудиками и примеряю. С костюмом смотрится просто шикарно!

– Красотка! – довольная хвалю себя.

Воодушевленная своим внешним видом еще раз кручусь перед зеркалом и понимаю, что надо чаще находить на себя время. Потому что женщина должна всегда выглядеть прекрасно. Особенно, молодая мать.

Кидаю на настенные часы беглый взгляд, убеждаюсь, что запас по времени еще есть и смотрю прогноз погоды.

Сегодня солнечно. Красота!

Раз до медкомиссии в поликлинике еще есть время, то мы сможем прогуляться по лесопарку и подышать свежим лесным воздухом. Жаль, что не получится покатать дочку на качелях и поиграть с ней в песочнице, но зато есть шанс посмотреть на белочек и послушать пение лесных птиц.

Малышке будет очень интересно. Я уверена.

– Красотуля моя, – ловлю пробегающую мимо меня дочку.

Машенька хихикая спешит за прыгающим перед ней светящимся мячиком, она хочет его поймать, но так просто он не дается. Малышка ускоряет бег, спотыкается и летит на пол.

Успеваю поймать ее в считанных миллиметров до пола.

Выдыхаем.

Подхватываю Машеньку, поднимаю на руки и крепко держу. Проверяю, все ли в порядке.

Материнское сердце бешено бьется в груди, я перепугалась за дочку. Ведь она могла разбить себе нос!

– Ничего не болит? – спрашиваю у дочки, она счастливо улыбается своим полным зубов ртом и отрицательно крутит головой.

Машеньке не нравится сидеть у меня на руках. Она недовольно пищит и пытается вырваться, но я этого не допускаю. Возвращаюсь в комнату, с трудом переодеваю выкручивающегося ребенка и сажаю в коляску. Пристегиваю ремнями и лишь после этого обуваю ботиночки на маленькие ножки.

– Егоза ты, – говорю дочке. Даю ей в ручки красочную резиновую игрушку с пупырками и лишь после этого малышка прекращает свои попытки побега. С увлечением принимается нажимать на пупырышки.

Я выдыхаю. Развлечения хватит как раз, чтобы до парка дойти.

– Марина! – на выходе из двора меня окликает соседка. Останавливаюсь и жду, когда она подойдет. – Привет! Ты куда? – спрашивает стреляя глазами в коляску.

– Привет, – улыбаюсь миролюбиво. – В поликлинику, на медкомиссию. Вы тоже? – киваю в сторону сидящего в коляске малыша.

– Нам на следующей неделе нужно будет, – сообщает Ира пристраиваясь рядом со мной. – Вы не торопитесь? А то проводить можем, – предлагает.

– Давай, – соглашаюсь. – В хорошей компании только веселее.

– А то! – смеется она.

Мы весело болтая доходим до облюбованного белками места. Останавливаемся, Ирина достает из коляски неочищенный фундук.

– Будешь кормить? – спрашивает у меня протягивая пакет с орешками.

– Даже не знаю, – с сомнением отвечаю ей.

Я же знаю сколько стоят орехи и догадываюсь, где она их покупала. Неудобно как-то.

Она смотрит на меня, ухмыляется и насыпает мне в руку горсть фундука.

– Корми! – заключает с улыбкой. Подвозит коляску ближе к кромке леса, присаживается рядом и начинает постукивать орешком об орех.

Я делаю то же самое.

Ждать долго не приходится, как из леса выбегают три белочки. Они практически подбегают к нам вплотную, а затем останавливаются. Замирают.

А потом самая смелая подходит и берет орешек с протянутой ладошки Ирины. Тут же убегает держа свое сокровище в цепких лапках.

Две другие поочередно подходят к каждой из нас, забирают угощение и спешат скрыться в лесной глуши.

– Ма-ма, ы! – Машенька показывает пальчиком в сторону, куда убежали пушистые создания.

– Все, – развожу в разные стороны руки. – Тю-тю.

Малышка смотрит на меня с умным видом, затем отворачивается к Теме и берет его за руку.

– Уже друзья, – смеется Ира.

– Ага, – киваю я.

– Подожди меня, я сейчас, – просит подруга. Она подходит к кормушке, высыпает туда остатки орешков и возвращается к нам.

– Пойдем? – обращаюсь к ней. – Нам уже надо бы поторопиться, – заключаю печально.

– Давай мы вас проводим до поликлиники, – предлагает Ира. – Я как раз с тобой хотела поговорить.

– Давай, – соглашаюсь. Я только рада, что они с Темкой прогуляются с нами.

Хоть мы живем рядом, но в последнее время видеться стали гораздо реже.

От Ирины четыре месяца назад ушел муж и теперь она вынуждена работать, чтобы прокормить себя с сыном. Ибо бывший денег не дает.

– Ты как? – интересуюсь у подруги. Я очень переживаю за нее.

– Да в принципе нормально, – пожимает плечами. – Готовлюсь отмечать годик Артема, – мягки улыбается. – Хотела спросить. Вы с Машенькой сможете прийти?

– Конечно, придем! – радостно соглашаюсь. – Когда? Куда?

– Если честно, то я пока еще не знаю, если честно, – признаётся. – Все будет зависеть от его отца.

– Ой, – закусываю нижнюю губу. – Прости, – извиняюсь на автомате.

– За что? – подруга на мгновение сводит брови домиком и тут же снова улыбается. Только уже печально. – Он сам сделал свой выбор. Отказался от семьи ради карьеры, завел любовницу, – замолкает на секунду. Затем продолжает. – Ты тут совершенно не при чем.

– Понимаю, – вздыхаю. – Просто грустно.

– Это жизнь, – подруга пожимает плечами. – Скажи, у вас с Костей все хорошо? – спрашивает ни с того, ни с сего.

Напрягаюсь.

Глава 9. Марина

Все прочие мысли вылетают из головы, стоит только услышать вопрос Иры про Костю. Уж слишком по живому прошелся, после случайно подслушанного разговора больно до сих пор.

Старательно гоню от себя мысли об измене мужа. Не хочу в это верить! Я привыкла доверять Косте, он никогда прежде меня не подводил.

Муж объяснил, что разговаривал с коллегой по работе и у нее какие-то сложности дома, поэтому он так откровенно беседовал. Пытался донести свою мысль.

Очень хочется, чтобы Костя говорил правду. Но вопрос Ирины снова ставит под сомнение мои выводы.

Всё ли в порядке у нас с Костей? Не знаю…

И от этого хочется зареветь.

– У нас все нормально, – отвечаю уклончиво.

Какими бы ни были наши с Ирой хорошие отношения, я никого не собираюсь посвящать в свои семейные проблемы. Пусть даже запуталась и найти правильного выхода не могу.

Мама с детства научила меня, что лучшая подружка это подушка и с возрастом я лишь сильнее убеждаюсь в правильности этого выражения.

– А с чего ты вдруг решила спросить? – уточняю заталкивая как можно глубже волнение, что разрастается в груди.

Ира смотрит на меня, размышляет о чем-то.

Вижу, что она хочет поделиться со мной новостью, но не решается рассказать.

– Говори, – добавляю с ухмылкой, что появляется от переизбытка чувств.

– Ты только не подумай, что я наговариваю или слежу, – предупреждает подруга. – Просто после того, что случилось со мной, – намекает на уход мужа к любовнице. Которая, к слову, ее старшая сестра. – Я теперь крайне подозрительно отношусь ко всем представителям мужского пола, – оправдывается.

– Да уж говори, – мягко улыбаюсь я.

Чем дольше Ира оттягивает то, что хочет сказать, тем страшнее становятся мои мысли.

Уж лучше разом обо всем узнать! Чем изводить себя домыслами всякими…

– Помнишь, я тебе рассказывала, что контора адвоката, к которому я обратилась из-за Вовки, находится напротив офиса твоего мужа? – уточняет зачем-то.

– Помню, конечно, – киваю. Этого адвоката я ей и нашла.

Марк Савельев прекрасный специалист! Пусть его услуги стоят довольно дорого, но с тем, какие сложные дела он выигрывает…

Попади я в аналогичную с Ирой ситуацию, сама бы обратилась к нему.

– Мы периодически встречаемся с ним в кондитерской, – продолжает, а я прям кожей чувствую насколько неудобно ей со мной говорить.

– Кафе Забавы? – вдруг уточняю.

– Ага, – кивает. – Ты там бывала? – тут же оживляется.

– Конечно! – лучезарно улыбаюсь вспоминая прекрасную хозяйку заведения и ее вечно шустрых детей. – Там самая вкусная выпечка во всем городе!

– Дааа, – мечтательно потягивает Ира. – Миндальные круассаны, – произносит с придыханием.

– А заварные? Ты пробовала? – спрашиваю у нее. – Картошка?

– Нет, что ты! – смеется. – Я на круассаны подсела.

– Зря, – говорю подруге. Вспоминаю невероятный вкус этих пирожных и мой рот наполняется слюной. – Они просто великолепны! – заверяю.

– Знаешь, мне кажется, там великолепно совершенно все, – подхватывает Ирина.

– О, да! – мечтательно закатываю глаза.

Надо бы как-нибудь устроить Косте сюрприз и приехать вместе с Машенькой в кафе. Он ведь работает рядом, сможет к нам подойти.

Дочке вполне уже можно дать какой-нибудь пряник без красителей и сахара. Я уверена, что Забава нам быстро поможет! Тем более у нее самой детки, да и она вообще души не чает в малышах.

– Но я с тобой не про выпечку поговорить хотела, – Ира снова возвращается к неприятной теме. Сейчас она говорит уже более решительно, чем несколько минут назад. – Ты в курсе, что твой муж регулярно встречается в этом кафе в какой-то девахой?

Вопрос Ирины выбивает почку у меня из-под ног.

– В смысле? – резко останавливаюсь. Поворачиваюсь всем корпусом к подруге и в шоке смотрю на нее.

– Марин, ты только не обижайся, пожалуйста, – принимается тараторить. – Но я не могу промолчать, пойми.

– С какой девахой, Ирин? – переспрашиваю.

Все еще надеюсь, что подруга обозналась и это был не Костя.

Но судя по выражению лица Иры она явно перепроверила все прежде, чем поднимать со мной эту тему.

– Да я откуда знаю? – хмурится. – Невысокая, эффектная, вызывающе одета, – принимается перечислять приметы. Правда, если на них ориентироваться, то половина города подойдет. – У нее вечно яркий макияж и эти дурацкие пухлые губы, – кривится. – “Уточка”, блин!

Слушаю не дыша. Ком застрял в горле.

Мне так плохо, что я не могу ни думать, ни говорить.

– Что именно они делают? – спрашиваю с трудом произнося звуки. Во рту пересохло, язык онемел. – Может быть это его коллега? – высказываю глупое предположение, но в памяти тут же всплывает случайно подслушанный разговор.

– Марин, с коллегами так себя не ведут, – печально поджимает губы. – Поверь мне, – говорит со знанием дела.

– Когда ты их видела в последний раз? – спрашиваю не своим голосом. – Ответь.

– Вчера, – Ира не скрывает, что ей неприятно. Но я благодарна подруге за правду. Уж лучше все знать, чем жить во лжи.

Лезу в капюшон коляски, дрожащими руками нащупываю телефон и нахожу фотку Дарины. Разворачиваю экраном к Ире.

– Она? – спрашиваю показывая на нее.

Ирина смотрит на меня полными шока глазами. Кивает.

Я тяжело сглатываю. Говорить не могу.

– Точно? – шепчу. – Ты в этом уверена?

– Точно, – заверяет.

– Что ты видела? Чем они занимались? – спрашиваю. Меня всю колотит.

– Я видела, как они целовались, Марин.

Глава 10. Марина

Слова Иры доносятся как из параллельной вселенной. Мне с трудом удается устоять на ногах.

– Целовались? – ахая отступаю на шаг назад.

Не верю. Не верю! Не верю!!

Костя не мог вот так взять меня и предать!

– Может ты обозналась и это был кто-то другой? Просто мужчина, похожий на Костю? – строю одно предположение за другим.

Мой мозг отказывается принимать суровую реальность. Предательство Кости хлеще удара под дых.

По щекам бегут предательские слезы и я не в силах их остановить.

– Марина, я бы очень хотела обознаться, поверь, – с болью в голосе говорит Ира. – Но это был точно твой Костя и она, – кивает на телефон.

Сажусь на лавку. Ноги не держат. Меня всю трясет.

Пытаясь справиться с нарастающей паникой и рвущимися из груди эмоциями опускаю голову вниз и прячу лицо в ладонях. Рыдания душат, но я не позволяю им утащить меня в омут.

Держусь. Но с очень большим трудом.

– Поплачь, – Ира присаживается рядом со мной. – Тебе станет легче.

– Угу, – киваю. Кусаю губы до крови. Больно ужасно.

Как он мог… Как она могла…

– Знаешь, когда я застукала Вовку с сестрой, то тоже не могла поверить в увиденное, – признается подруга. – Но позже, когда боль немного отошла на задний план, я поняла, что намеки на их связь были уже давно, только я не замечала, – вздыхает. – Точнее, не хотела замечать.

– А как ты справилась? – спрашиваю у нее спустя некоторое время.

Сердце разрывается от горя. Душа болит.

– Честно? – ухмыляется горько. – Никак, – признается печально поджав губы. – Просто учусь с этим жить дальше. Отсуживаю алименты и квартиру, совмещаю работу и материнство, – вздыхает. Выдавливает из себя улыбку. – Знаешь, а ведь это все можно совмещать.

– И как? – спрашиваю. – Получается?

– По-разному, – говорит честно. Ирка этим и хороша, она не соврет. – Иногда бывают идеальные дни, иногда просто ужасные. Но все познается в сравнении и я рада тому, что имею сейчас.

Слушаю подругу и обреченность начинает рассеиваться. Понимаю, что если смогла она, то я тоже смогу.

– А Вовка? – уточняю зачем-то. – Он с Темкой видится? Хоть иногда?

– Нет, – качает головой. Снова вздыхает.

– Понятно, – не вдаюсь в подробности. Не хочу бередить раны Иры, ей и так тяжело.

– Он приезжал несколько раз, но я даже на порог его не пустила, – признается подруга. – Пусть едет к своей Лерочке и проводит время с ней!

– Не жалеешь? – вдруг спрашиваю.

– О чем? – усмехается с горечью. – О том, что предателя их жизни вычеркнула?

– О том, что мужа лишилась, – говорю еле слышно.

– Наличие мужа не показатель счастливой жизни, – отрезает подруга. – Я уж лучше буду одна, чем останусь с тем, кому никогда не смогу доверять!

Ирка крайне категорична в своих суждениях. Она настроена весьма решительно и воинственно. А я…

Я не представляю, как вернусь домой и встречусь там с Костей. Теперь, после всего услышанного, понимаю, что не хочу даже с ним говорить.

– Ириш, – смотрю на часы. Понимаю, что мы вот-вот опоздаем на медкомиссию. – Можно будет у тебя пару дней пожить?

– Конечно, можно! – соседка с пониманием относится ко мне. – Но я бы тебе не советовала съезжать из квартиры.

– Да я не съезжаю, – озвучиваю вслух свои мысли. – Хочу дать Косте возможность вывезти все свои вещи. Без моего присутствия.

– Ага, как же, – горько смеется. – Поверь! Если ты это сделаешь, то лишишься всего!

– Почему? – ахаю. С трудом соображаю.

– Неужели ты думаешь, что твой драгоценный Костя заберет только то, что принадлежит ему и все остальное оставит? – Ира смотрит на меня таким взглядом, будто я не в себе.

– Да, – киваю. – Костя порядочный человек.

– Все они порядочные, пока им от нас что-то надо, – отмахивается. Поднимается с лавки. – Марин, ты ко мне можешь прийти в любое время, мои двери открыты. Но прежде, чем уходить из квартиры, подумай надо ли так поступать, – просит меня.

– Хорошо, – киваю. – Я обязательно подумаю, – обещаю.

Уверена, в словах Иры есть доля правды, ведь она сама уже через подобное прошла.

Я же сейчас ничего не соображаю, если честно. В голове каша, мысли все в кучу. Не разобрать!

– Ириш, – вдруг меня осеняет. – Слушай, – хмурюсь припоминая, где лежат документы на Машеньку, о браке, о покупке квартиры. – А можно я тебе кое-что принесу на сохранение?

– Надеюсь, не аквариум с рыбками? – шутливо спрашивает пытаясь хоть немного разрядить обстановку.

– Нет, – я и сама невольно начинаю улыбаться. – Документы.

– Конечно, неси! – соглашается. – Не забудь сложить свидетельство о браке, о рождении Маши. А еще на квартиру, на всю технику, что есть в доме. Банковские карты, украшения и все, что дорого.

– Уж проще замки поменять, – нервно смеюсь.

– Представляешь выражение лица твоего мужа, когда он не сможет попасть в квартиру? – спрашивает, а сама тоже начинает смеяться.

Нервы не выдерживают напряжения ни у Ирины, ни у меня.

– Ой, сколько времени! – спохватываюсь резко. – Ириш, нам пора!

Отбрасываю прочь все свои душевные стенания, прощаюсь с подругой, хватаюсь за ручки коляски и со всех ног спешу в поликлинику.

Срезаю острые углы, часть пути прохожу по тропинкам. Благо, не зима и не дождливая осень, земля сухая и я спокойно с коляской могу пройти.

Подбегаю к пешеходному переходу, пропускаю мчащиеся мимо машины. К сожалению, никто так и не надумал остановиться и нас с Машенькой пропустить.

Все же хорошо, если бы здесь поставили светофор для машин и сделали кнопочку для пешеходов. Потому что это не дело вот так вот стоять и ждать, когда кто-нибудь соизволит остановиться.

Только стоит мне об этом подумать, как на крайней полосе останавливается грузовая машина и водитель показывает жестом, чтобы я переходила. Киваю в знак благодарности ему.

Крепко держась за коляску, ступаю на пешеходный переход, делаю несколько шагов, останавливаюсь убедиться в отсутствии машин по другой полосе. Все хорошо. Можно переходить.

Разворачиваю коляску, делаю пару шагов, выхожу из-за корпуса грузовика и тут до моего слуха доносится резкий визг тормозов. Оборачиваюсь. Вся моя жизнь за секунду пролетает перед глазами.

Что есть силы толкаю коляску назад.

Удар. Боль. Темнота.

______

Хорошие мои! Пожалуйста, добавляйте книгу в библиотеку! Только тогда вы не пропустите продолжение!

Глава 11. Валентин

– Что это? – удивленно смотрю на бумажный пакет из-под всеми известного фастфуда.

Охреневаю настолько, что нагибаюсь и достаю его из мусорки.

Поворачиваюсь к няне. Я дико зол.

– Откуда в доме ЭТО? – потряхивая шуршащим бумажным пакетом спрашиваю у Татьяны еще раз.

Всеми силами души пытаюсь успокоить рвущееся наружу недовольство и возмущение, но проигрываю по всем фронтам.

Негодование переходит в самую настоящую ярость, стоит только подумать, что Дема мог хоть кусочек этой дряни съесть.

Я ОЧЕНЬ надеюсь, что няня заказала доставку для себя или на крайний случай для домработницы Нины, хотя я точно знаю, что Нина такое не ест.

Если выяснится, что Демиду достался хоть один кусочек картошки или бургера, то Татьяне не сдобровать. Я за себя не ручаюсь!

– Я заказывала себе доставку на ужин, – говорит еле слышно и опускает глаза в пол.

– На ужин? Серьезно? – рявкаю я.

Значит, вместо того, чтобы собирать вещи и готовиться к отъезду в стационар, няня моего сына… заказывает категорически запрещенную в моём доме еду? Для себя?!

– Уволена! – цежу едко, показываю рукой на дверь.

Выходит резко, но мне пофиг. Демид самое главное, что у меня есть и я не потерплю рядом с ним подобного человека.

Я принял решение и не намерен его менять. Рядом со мной будут только ответственные и грамотные люди. Те, которые не подведут и не поставят свои интересы выше моих.

То, что я нашел пакет из-под фастфуда в своем доме просто недопустимо! Еще б бутылку из-под газировки достал!

– Но я не виновата! – принимается причитать. – Демид очень сильно просил кушать.

– И поэтому вы не смогли приготовить ему ту еду, которая разрешена? – рявкаю.

Еще одно слово и я просто вышвырну ее отсюда! В прямом смысле этого слова!

Это ж какими мозгами нужно обладать, чтобы дать ребенку в послеоперационный период фаст-фуд?

– Он очень просил, – шепчет часто-часто хлопая ресницами. Еще немного и заплачет.

А мне пофиг!

Столь открытое проявление слабости только сильнее начинает раздражать.

– А если он очень попросит сигареты, – напираю на перепуганную от моей агрессии няню. – То тоже достанете? В обход прямого запрета отца?

– Нет! – ахает.

– Почему же? – щурясь спрашиваю. Горькая усмешка появляется на губах.

– Курить вредно! – вспыхивает словно спичка.

– А давать жирную пищу ребенку, у которого удалена селезенка не вредно?! – тут же задаю следующий вопрос.

– Вредно, – всхлипывает. – Я больше так не буду.

– Не будешь, – соглашаюсь. – Выход вон там! – показываю рукой на дверь.

Одного промаха более, чем достаточно для увольнения. Тем более такого жесткого, как сейчас.

Вчера, когда Татьяна не справилась с градусником, я с трудом закрыл глаза на ситуацию и заставил себя остыть. Не предпринимать серьезных решений.

Но сегодня…

Сегодня просто какой-то капец!

Я в шоке, что у женщины просто идеальные рекомендации. Как она их получила? Очень большой вопрос для меня.

Это уже третья няня за два с половиной месяца, с которой мне приходится прощаться. Если так дальше пойдет, то мне придется назначить Милану надзирательницей над няней. Уверен, от моей помощницы ничего не удастся скрыть!

– Валентин Юрьевич, – Татьяна жалобно произносит.

– Расчет получишь согласно отработанному времени, – жестко чеканю. – Рекомендации не дам.

Четко даю понять, что диалог закончен. Я не намерен ни на минуту оставлять своего сына с человеком, который способен нарушить данный мной напрямую приказ.

– Демид, – поднимаюсь наверх в детскую спальню и бужу сына.

– Привет, пап, – с трудом разлепляя глаза бормочет мальчишка. – Можно еще поспать? – просит. Он после ночных приключений устал.

– Нам нужно собираться, – объявляю ребенку. – Ты сегодня проведешь день у папы на работе.

Лучше бы ты провел это время дома с мамой.

Но своей родной матери ты не нужен, а няни, которой я б мог тебя оставить, у меня попросту нет.

Пока.

– Прям на работу? – глаза сына блестят от азарта.

– Да, – киваю. – Прям на работу, – улыбаюсь видя реакцию Демида. Она непередаваема!

В очередной раз понимаю, как же здорово быть родителем. Когда у тебя есть семья, они становятся твоей силой.

И твоей ахиллесовой пятой.

– Ура! – сынок подскакивает с кровати, бежит в уборную в туалет и затем начинает умываться. Заваливает меня вопросами, что с собой брать и что надевать.

Не имея ни малейшего понятия, чем Милана будет развлекать ребенка, разрешаю Деме взять с собой всё, что поместится в его рюкзак.

Спускаюсь вниз. Выпроваживаю няню.

Я больше не намерен ее терпеть!

– Дема, ты готов? – спрашиваю у сына.

– Да! – отзывается тот и спустя пару мгновений оказывается на лестнице.

Аккуратно, крепко держась за перила, Демид спускается на первый этаж. Выходим из дома, оставляем его незакрытым. Домработница Нина вот-вот должна подойти, а охрана проследит, чтобы никто посторонний на участке не появился.

Нина работает на меня уже много лет и она уже выучила наизусть мой распорядок. В принципе, я мог бы на нее оставить Демида, но Нина уже не так молода, чтобы угнаться за моим резвым сыном.

Пусть будет с Миланой. Та живо на него управу найдет.

Садимся в авто, Илья пристегивает Демида. Теперь мой водитель пристально следит за безопасностью ребенка во время движения, даже если предстоит проехать метров пятьсот.

Последствия ДТП стали для каждого из нас страшным ударом. Илья до сих пор винит себя за травму, что получил Дема, хоть по сути он не виноват.

Это я разрешил не пристегивать ребенка. Я отправил их тогда по той дороге.

Илья не виноват.

Телефонный звонок раздается как раз в тот момент, когда мы собираемся выехать с участка. С удивлением смотрю на экран.

– Милана? – произношу поднимая трубку.

– Валентин Юрьевич! – в динамике раздается встревоженный голос помощницы. Напрягаюсь мгновенно. Обычно Милана спокойна, как танк.

– Только не говори, что губернатор приезжает, – говорю первое, что приходит на ум.

– Он не просто приезжает! – отвечает взволнованная девушка. – Он в двадцати километров от города!

– Что?! – рявкаю охреневая. – Как так вышло, что я узнаю о его приезде только сейчас?!

Уволю! Всех нахрен поувольняю!

Что за подстава?!

– Его помощница мне по секрету сказала, – Милана едва слышно шепчет. – Никто не знает, что он едет сюда.

Молча перевериваю полученную информацию, прикидываю дальнейший план действий и понимаю, что с учетом нынешних обстоятельств сегодня у меня будет крайне паршивый и сложный день.

– Значит так, – объявляю о своем решении. – Демид и Илья останутся дома, – стреляю глазами в сторону водителя. Тот молчаливо соглашаясь с моими словами кивает головой. – Милана, ты немедленно наводишь порядок в офисе и в документах. Все неугодное относишь на парковку, – даю ряд указаний. – Куда знаешь, – констатирую факт. – Ключи есть?

– Знаю, где взять, – тут же летит ответ.

– Хорошо, – произношу задумчиво. – Поскольку я не должен знать о приезде гостей, то действуем по заранее намеченному плану.

– Вы поедете в Восточный? – удивляется девушка.

– Да, конечно, – отвечаю ей. – У нас ведь выездная администрация сегодня. Общение с жителями.

Ухмыляюсь представляя удивленное лицо Сергея Ильича, когда тот приедет ко мне, а попадет на раздачу люлей от горожан. Они дико недовольны строительством новой скоростной магистрали, что будет проходить через их район.

Сам виноват! Нечего было ехать сюрпризом.

– А я все отменила… – произносит растерянно.

– Зачем? – удивляюсь. – Живо всех возвращай назад!

– Сейчас этим займусь, – говорить торопливо. Бегло прощаемся и сворачиваем разговор.

Илью и Демида высаживаю из машины. Сын недоволен, но при всем желании я его сегодня взять с собой не могу.

Обещаю на выходных посетить зоопарк в соседнем городе, куда Дема так просился месяц назад. Только после этого сын соглашается и без лишних слез покидает авто.

Инструктирую Илью перед тем, как отпустить с ребенком. Мой водитель клятвенно заверяет, что с Демидом все будет хорошо.

Прощаюсь с домочадцами и выезжаю на шоссе. В голове только и крутятся мысли о ходе сегодняшнего дня.

Въезжаю в центральную часть города, миную пробку, подъезжаю к пешеходному переходу, что ведет в городской парк. Погруженный в свои мысли заворачиваю за угол, здесь стоит палатка и закрывает нормальный обзор.

Снесу ее нафиг! Видеть дорогу мешает!

Пока не забыл, на мгновение отрываюсь от дороги и набираю номер ответственного за данный участок дороги. Нажимаю на вызов, перевожу внимание обратно на дорогу и вижу женщину с коляской, что словно из ниоткуда появились передо мной.

Давлю на тормоз, что есть силы, чувствую удар по кузову, резко останавливаю машину. Меня с силой швыряет вперед.

Глава 12. Марина

– Девушка! Девушка! – настойчивый голос доносится совсем рядом. Он заставляет меня очнуться, с трудом открываю глаза.

Тело болит, в висках ломит. Ладони… Они просто горят!

– Маша! – вскрикиваю приподнимаясь.

– С ней все в порядке, – успокаивает все тот же мужчина.

Поворачиваю голову на звук плача дочки и вижу, что она и правда в порядке. Не пострадала.

В отличие от меня.

– Вы как? Идти можете? – интересуется незнакомец. Он дико нетерпелив.

Бросаю на мужчину полный недовольства взгляд, хмурюсь. Приподнимаюсь, хочу встать на ноги и… не могу!

– Ой, – шиплю хватаясь на бедро. Больно так сильно, аж слезы из глаз.

Стоять на одной ноге просто невыносимо, у меня не получается поймать равновесие и я понимаю, что снова лечу вниз.

– Тише, тише, – говорит незнакомец не позволяя мне упасть.

Его крепкие руки уверенно держат меня за талию, от мужчины исходит просто неимоверная власть.

Мне в нос ударяет терпкий запах его парфюма, он будоражит кровь и сводит с ума.

Марина! Угомонись! Ты замужняя женщина! И дрожишь в крепких руках незнакомца.

Осознание своего положения обрушивается как ушат ледяной воды.

Резко отшатываюсь в сторону, шарахаясь то ли от мужчины, от ли от чувств, которые он во мне вызывает. Пытаюсь встать на ногу, но не могу.

– Стой, – властные нотки его голоса заставляют мгновенно подчиниться. – Где болит? – мужчина внимательно принимается осматривать меня.

Он проходит по моему телу изучающим взглядом, а у меня горит каждый сантиметр, на который он посмотрел!

Кровь бурлит, дыхание спирает. Я чувствую себя нежным и хрупким цветком рядом с ним.

– Не могу встать на левую ногу, – говорю, а у самой голос подводит. Он как-то неестественно низко звучит для меня.

Видимо, я хорошо приложилась головой во время падения… Иначе свою реакцию на совершенно постороннего и незнакомого мужчину оправдать не могу.

– Пройдем ко мне в машину, – предлагает кивая в сторону дорогущего белого внедорожника. Я такие видела только на картинках в интернете и фильмах.

Блин… Да кто же он?

Пока он продолжает изучать мои повреждения, я присматриваюсь к мужчине чуть внимательнее, чем того требуют правила приличия. Свои повреждения прекрасно знаю без него.

Судя по бредовым мыслям, у меня как минимум сотрясение. Раз не могу встать на ногу, то там ушиб или того хуже, перелом. Рана на коленке и ссадины на ладошках. Последние зудят и болят сильнее всего.

– Пожалуйста, Машеньку, пододвиньте, – прошу незнакомца.

Но он не успевает отреагировать, как стоящая и наблюдающая за нами пожилая женщина сама подводит коляску ко мне.

– Большое спасибо, – благодарю ее, а сама сквозь слезы улыбаюсь своей малышке. – Мамочка рядом, – успокаиваю дочку. – Все хорошо.

Рядом с нами начинают собираться зеваки.

Останавливаются попутные автомобили, водители с интересом рассматривают, что же произошло.

– Прошу, пройдем ко мне в машину, – над ухом раздается напряженный голос незнакомца. – Вам нужно к врачу.

– Мне на медкомиссию с дочкой нужно, – произношу с сожалением. – Но из-за вас я туда теперь не попаду, – бросаю на него гневный взгляд.

– Попадете, – отрезает жестко. – Но позже, – смотрит на часы, хмурится. Что-то произносит себе под нос. – Давайте я помогу вам сесть в машину, – говорит стремительно приближаясь ко мне.

Хочу вежливо отказаться и попытаться еще раз встать на ногу, но не успеваю и пискнуть, как оказываюсь поднятой в воздух.

– Ай! – вскрикиваю испугавшись, но незнакомец крепко держит меня не позволяя упасть.

Его парфюм снова проникает в мои легкие и отключает рассудок. Мне бы только дышать им и дышать…

– Больно? – спрашивает хмурясь.

– Нет, – отвечаю крутя в разные стороны головой. – Страшно, – признаюсь.

А еще очень неловко ощущать себя в руках сильного, но совершенно незнакомого мужчины. Впервые с момента родов я вновь чувствую себя нежной и хрупкой, а не той, которая тащит на себе целый мир.

– Не бойся, – произносит с легкой ухмылкой, которая ему так идет!

Ловлю себя на мысли, что мужчина крайне харизматичный. Он прекрасно умеет владеть собой и четко подбирает слова. Говорит строго по делу.

А еще понимаю, что его лицо мне кажется очень знакомым…

Так бывает, когда вдруг встречаешь человека, с которым лет десять не виделись. Он вроде бы изменился внешне и ты понимаешь, что он не тот, кем был десять лет назад, но твое ощущение и восприятие не изменилось. Ты видишь его таким, каким видела тогда.

– Извините, а мы не знакомы? – вдруг спрашиваю не в силах сдержаться. За что получаю в свою сторону весьма красноречивый взгляд.

– Вряд ли, – коротко отрезает.

Он проверяет удобно ли я сижу, затем разворачивается и идет к коляске.

Только хочу объяснить, как нужно отстегивать Машеньку, как собирать коляску, но не успеваю сказать ни единого слова. Незнакомец четким и уверенным движением нажимает на нужную кнопку, ремни разлетаются в разные стороны, он достает недовольную Машу и сажает на сидение рядом со мной дочь.

Пока я вожусь и думаю, как пристегнуть малышку, мужчина достает из багажника детское кресло и сам сажает в него Машеньку.

У меня не находится слов.

– Все в порядке? – спрашивает обращаясь ко мне. – У вас ничего не болит? Голова не кружится?

– Спасибо, – киваю. – Нормально, – делаю паузу. Так и хочется что-то едкое ему сказать, но я прикусываю свой язык. Не стоит.

Я переходила дорогу по правилам. Убедилась, что машин поблизости нет, осторожно и плавно вышла из-за загораживающего обзор автомобиля.

Как так вышло, что меня сбили?..

Как же хорошо, что только меня и Машенька не пострадала!

Мысли роем кружатся в моей голове.

– Не переживайте, в обморок не упаду, – обещаю мужчине.

– Очень на это надеюсь, – с легкой ухмылкой обращается ко мне он. – Я вас отвезу в больницу и оставлю там для обследования, – говорит, а сам то и дело смотрит на часы. – У меня неотложные и срочные дела, – объясняет.

– Интересный способ сбежать от наказания и ответственности, – произношу до того, как успеваю себя остановить.

Мужчина оборачивается и крайне выразительно смотрит на меня.

– Я не собираюсь уходить ни от ответственности, ни от наказания, – говорит строго и четко. – Но помимо вас и вашего здоровья, у меня есть другие, более важные дела.

В его голосе столько эмоций и власти, что мне становится дурно. Я замолкаю.

Почему-то начинает казаться, что это я сейчас не права.

– Марина, – представляюсь, когда мы отъезжаем от злополучного перехода. – Мы ведь не знакомы.

– Не знакомы, – соглашается со мной. Говорит чуть более расслабленно. – Валентин.

Глава 13. Валентин

Высаживаю Марину с дочерью у дверей приемного покоя. Осторожно, чтобы девушка лишний раз не ступала на больную ногу, помогаю добраться до скамейки, но не успеваю посадить ее, как из дверей частной клиники выходит молодой человек с коляской.

– Валентин Юрьевич, – подходит ко мне. – Добрый день. Меня зовут Марат, – предствляется. – Федор Владимирович сказал срочно приезжать к больнице. Вам моя помощь нужна?

– Нужна, – соглашаюсь со столь своевременным предложением.

Сейчас я согласен на любую помощь со стороны!

Марат смотрит на меня, затем на авто, затем на Марину и Машу. По глазам вижу, что все понимает без лишних слов.

– Присаживайтесь, – обращается к хрупкой девушке, которая не может стоять без моей помощи.

Он подвозит вплотную к нам коляску и собирается обойти, чтобы помочь сесть, как я неожиданно сам для себя его отстраняю. Помогаю Марине сам.

– Тобой займутся лучшие врачи. Здесь самое современное оборудование и вас примут без очередей, – заверяю. – Делайте все, что только потребуется. Я приеду чуть позже и все оплачу, – обещаю девушке.

– Такси до дома тоже оплатите? – усмехается нервно.

– Нет, – отрезаю немного резко. – Без меня не уезжай. Я вернусь, выясню насчет причиненного ущерба и сам тебя отвезу.

Отворачивается. С нежностью смотрит на дочку и что-то ласковое говорит ей.

А мне вдруг так хочется, чтобы она с таким же теплом смотрела на меня…

Странно все это.

А еще очень странно, что Марина мне напоминает кого-то давно позабытого. Смутный образ.

Он вгрызся в сознание, гложет память и ни на секунду не отпускает меня.

Мне почему-то кажется, что я виноват перед этой девушкой гораздо сильнее, чем осознаю в реальности. Только вот никак не могу понять вдруг с чего.

– До дома я доберусь сама, – открыто мне заявляет. Упрямица! – Подвозить больше не нужно.

Смотрю ей в глаза, слежу, как быстро порхают ресницы. Вижу улыбку, с которой она дочери что-то вновь говорит.

– Марат, нужно сделать так, чтобы мое имя так и осталось конфиденциальным, – предупреждаю.

– Я все понял, – кивает кидая косой взгляд на девушку. – Исполню.

– Исполняй, – сухо говорю ему.

Мне хочется обяснить Марине о всей сложности ситуации и попросить ее о помощи. Ведь без этого увы, никак.

Но я не могу. Время не терпит.

Я неустанно слежу за часами и понимаю, что оставшиеся минуты до встречи с горожанами и с губернатором утекают, как песок сквозь пальцы.

Пора уезжать. Задерживаться нельзя ни на минуту.

– Займись Мариной и ее дочкой, – показываю на девушку с ребенком. – Нужно провести доскональное обследование Марины, выяснить, не повредила ли она еще что-то помимо ноги, – ввожу Марата в курс дела. – Малышке необходимо пройти медкомиссию, – продолжаю давать наставления.

– Медкомиссию Машенька должна была пройти в поликлинике по месту жительства, – Марина встревает в наш разговор. – Здесь она никаких врачей проходить не станет! – заявляет безапелляционно и скрещивает на груди руки.

Я лишь качаю головой.

Упертая девчонка!

– Значит, пройдет медкомиссию здесь, – заявляю.

– Нет! – стоит на своем. – Хоть по вашей вине я сейчас сижу в этом кресле и вы категорически не желаете привлечения правоохранительных органов к ситуации, но моя дочь будет проходить врачей там, где она проживает. И никак иначе! – упрямо заявляет она.

– Значит, от медкомиссии дочери ты отказываешься? – уточняю у девушки.

Она смотрит на меня глазами полными огня.

– В этом месте – да! – кивает. – А в своей поликлинике мы пропустили медкомиссию из-за тебя! – шипит со злостью.

Пытается встать на ноги и у нее получается! Правда, я успеваю заметить, как от боли слезятся глаза.

– Марин, мне сейчас просто необходимо уехать, – озвучиваю суровую правду. – Я осознаю как сильно виноват перед тобой и обязательно все исправлю. Только прошу, дождись меня.

Нам нужно все уладить миром. Мне и без того хватает проблем.

– Марат, справишься без меня? – уточняю у молодого человека из охраны. Сомневаюсь в его компетенции.

У меня в глазах он не внушает доверия. Слишком молод, слишком ветренен, безответственен. Даже один его внешний вид говорит о многом! Белые кроссовки, светлые джинсы и куртка цвета безоблачного неба.

Разве серьезные мужчины ходят так?

У меня к Марату много претензий и вопросов, только времени на их выяснение у меня уж точно нет. Коль уж Федор ему поручил эту работу, то должен справиться.

– Не сомневайтесь, – заявляет с уверенностью. – Все сделаем в лучшем виде, – кивает на мою спутницу и слегка заметно ухмыляется.

После этой ухмылки мне еще меньше хочется оставлять его с ней.

Я знаю, как привыкли работать люди у Федора, представляю перспективы общения Марата с Мариной и от этой картины становится только хреновее.

– С девушкой обращаться, как со своей родной сестрой, – предупреждаю слишком уж борзого парня. Федору отдельно я еще выскажу про него.

Марат смотрит на меня не моргая.

– Понял, – кивает. – Извините, если был не прав.

– Без меня не уезжать, – еще раз предупраждаю Марину.

А то найду и накажу, так и хочется добавить. Но я молчу.

– Конечно, конечно, – едко мне отвечает. – Обязательно! – щурится.

А я понимаю, что нихрена она не станет меня ждать.

Чувство неподчинения от хрупкой и явно попавшей в беду девушки вдруг начинает мне нравится. Оно пробуждает давно позабытые эмоции в груди.

Мне вдруг становится интересно, что скрывается за этой показной уверенностью и упрямством. А еще, где ее муж и почему она ему до сих пор не позвонила?

Даже ни словом не обмолвилась о нем, хоть кольцо на пальце есть. Значит, замужем.

Так почему она не сообщила, что ее сбила машина?

Странная.

Оставляю Марину и Машеньку с Маратом, сам же спешу вернуться за руль. Время поджимает.

Выезжаю из ворот клиники и замечаю корреспондента с фотоаппаратом наготове. Он уверенным шагом движется прямо к приемному отделению.

– Твою ж мать, – тихо выругиваюсь поспешно закрывая шторкой окно.

Самое последнее, что мне нужно, так это лицезреть свою физиономию на страницах желтой прессы.

Надо бы развернуться и объяснить Марине, что я ее сбил совершенно случайно. Что я оплачу все расходы на лечение. Что при необходимости найду няню для ребенка.

Я даже готов возместить ей причиненный моральный ущерб и все, что попросит! Я не собираюсь уходить от ответственности за содеянное, но отвечать с привлечением необходимых инстанций, увы, не могу.

Мне не нужны скандалы, да обсуждение ситуации во всех инстанциях и во всех СМИ. Помимо удара по репутации, это еще подстегнет оппозиционеров.

Которые только спят и видят, как меня снять с поста главы города. Им палец в рот не клади.

Я собираюсь как можно быстрее замять то, что произошло. Это и в моих, и в Марининых интересах.

Если журналисты узнают про дорожное происшествие, то они начнут одолевать не только меня, но и ее. По-полной!

Причем, Марину в первую очередь. Ведь до меня из-за большого количества охраны им будет добраться гораздо сложнее.

Парни Федора живо разгонят и утихомирят разбушевавшихся журналюг, те и на километр не посмеют приблизиться!

Но они пираньи и им обязательно нужно кого-то сожрать. Раз меня не получится взять напрямую, то они пойдут в обход. По пути наименьшего сопротивления, так сказать.

К сожалению, им гораздо проще будет устроить “веселую” жизнь девушке, а не мне.

Представляю прессинг, с которым мы оба столкнемся, если кто-то прознает правду и морщусь. Ничего хорошего не приходится ждать.

Останавливаюсь на светофоре, в переписке с Федором нахожу номер Марата. Звоню парню.

Я просто обязан заставить Марину молчать!

Уверен, любой другой поступил бы на моем месте так же.

– Валентин Юрьевич? Что-то случилось? – судя по голосу, Марат крайне удивлен моим звонком.

– Пресса приехала, – объявляю ему. – Будьте аккуратнее.

– Все сделаем в лучшем виде, – заверяет меня. – Без проблем.

На светофоре загорается зеленый и мне приходится отвлечься от разговора, возвращаю внимание на дорогу.

До Восточного доезжаю без происшествий и даже без опозданий, хоть это весьма удивительно с учетом всего.

Моя незаменимая помощница уже здесь, она руководит процессом и в объективе камер чувствует себя, как рыба в воде.

– Милана? – подхожу к девушке, говорю удивленно. – Я же тебе сказал оставаться в офисе, – недовольно щурю глаза.

Она нарушила мой прямой приказ, а это просто недопустимо! Если губернатор явится в администрацию и решит проверить документы, то будет полный трындец.

Я, конечно, работаю на износ и успеваю разобрать основную массу поступивших ко мне запросов, требований и заявлений, но тем не менее у меня есть косяки. Я ж не робот, а человек.

– Он приедет сразу сюда, – как ни в чем ни бывало спокойно меня заверяет. – После встречи с горожанами вы отправитесь на ресторан, – смотрит в блокнот. – Столик вам я уже заказала.

– Документы? – спрашиваю про то, что никто не должен увидеть.

– Убраны, – коротко бросает мне помощница. Разворачивается на сто восемьдесят и идет к начинающей собираться толпе.

– Валентин Юрьевич, сегодня я отвечаю за вашу безопасность. Лично, – ко мне подходит Федор.

– Даже так? – удивляюсь.

– Да.

Глава 14. Марина

– Ира, привет, – набираю номер своей соседки. Мне дико неудобно просить её о помощи, но больше некого.

На счетах практически ноль, у мужа просить помощи принципиально не стану.

Решил променять меня на другую, так скатертью дорожка! Я и так слишком долго терпела и очень многое спускала ему с рук.

Ничего! Трудностей я не боюсь, не впервой!

Первое время будет тяжело, но мы с Машенькой обязательно справимся.

Костя ещё приползет!

Дадка не станет терпеть в своём доме чужого мужчину. Он ей нужен чисто, как трофей.

Моя подруга, уже бывшая между прочим, никогда не станет жить с мужиком на своей территории. Да и всякие выходки его терпеть.

Дарина считает, что создана для лучшего и не торопится остепениться. У неё большие планы на жизнь и мой муж явно не тот, с кем она заведёт серьёзный роман.

Он для неё лишь простое развлечение и тренажёр для определённых утех.

Дада ищет себе в спутники жизни мужчину совершенно иного рода и статуса. Она просто уверена, что ей нужен как минимум депутат. А ещё лучше, так вообще кто покруче.

Я же всё это время просто хотела большую семью…

Ну ничего! Жизнь всё расставит по своим местам. Каждому воздастся по заслугам!

А Костя ещё тысячу раз пожалеет, что разрушил нашу семью!

– Подскажи, у тебя сейчас по деньгам не напряжно? – спрашиваю пересиливая собственное неудобство.

Ира разошлась с мужем, а если быть точнее, то он бросил её одну с маленьким ребёнком на руках. Она едва сводила концы с концами, я то и дело угощала её весь прошлый месяц. Специально готовила чуть больше, чтобы отнести ей.

Зная характер соседки, мне пришлось быть очень изощрённой в своей помощи. Поэтому мы часто проводили время вместе. Вместе готовили и пекли, а после вместе ели.

А когда Ира получила первую зарплату, то сама пришла ко мне с бутылкой вина и тортом и призналась, что крайне благодарна мне за помощь. Ведь если б не наши с ней совместные кулинарные изощрения, то она вряд ли так быстро выбралась из той финансовой ямы, в которой оказалась.

Ой, чего только мы не готовили! Вспоминаю и улыбка появляется на лице.

Плов, беляши, лагман, вертуты, котлеты по-киевски, курицу с картошкой в конвертиках из слоёного теста, шаурму в лаваше… Всего и не перечесть!

Мы изощрялись чуть ли не каждый день, пытаясь изобрести нечто необычное и неожиданное из самых простых продуктов. Оказывается, если отбросить прочь все привычные блюда, можно очень много всего интересного приготовить из тех же продуктов, которые ты используешь каждый день.

Косте, естественно, мы оставляли добротную порцию. Потому что мой муж вечно занят и рано с работы ни разу за месяц не приезжал.

– Все в порядке, – Ира мигом отзывается на мой вопрос. – Представляешь, мне даже премию дали за завершение крупного заказа! А еще я аванс получила, – добавляет зачем-то. – Что нужно? Говори!

– Ты не могла бы заказать мне такси до дома? – спрашиваю дрожащим голосом. Я дико устала, да к тому же у меня просто раскалывается голова.

Я бы попросила помощи у родителей или своих родных, но пока не поговорю с Костей этого делать точно не стоит. Мама помочь-то поможет, а потом позвонит моему мужу и выскажет, какая я не путевая мать.

Она уже который месяц наседает на Костю, чтобы тот нанял помощницу по хозяйству. Потому что дома должно быть идеально чисто, а со своим ритмом жизни успеваю протирать пыль, пылесосить и мыть полы лишь через день.

Генеральная уборка у меня раз в неделю и я всегда стараюсь делать её в дождь.

С какой-то стороны, я с мамой согласна. Помощница бы не помешала. Потому что мы с Машенькой очень много гуляем и при хорошей погоде проводим на улице по шесть, а то и по восемь часов в день.

Логично, что я устаю и мне хотелось бы хоть иногда отдыхать. Но я этого себе практически не позволяю.

Потому что то убраться надо, то приготовить поесть.

При мыслях о еде сводит желудок. Такое чувство, что он вот-вот приклеится к спине.

Я с самого утра толком не ела, а времени уже достаточно много и при нормальном раскладе, я уже должна была дважды поесть.

Живот недовольно урчит и требует законную порцию еды, которую я ему при всём желании не могу пока дать. До дома б добраться для начала.

Смотрю на спящую дочь и мне становится легче, у меня получается мысленно переключиться на другое и я уже чуть легче могу дышать.

Смотрю на мирно спящую в коляске дочку и улыбаюсь.

Как же хорошо, что Машенька поела дома! Я словно чувствовала, что мы не окажемся до вечера дома и накормила её перед выходом.

А ещё взяла с собой водичку, сок и перекус в виде детского печенья и банана. Дочка очень любит эти сладкие фрукты, прямо не оторвать.

Как только проснётся, накормлю. Дочка ещё слишком мала, ей не объяснить, что придётся потерпеть голод.

А я взрослый человек и с этим смогу справится.

– Такси? – удивляется. Я и сама в шоке от своей просьбы, но вот только отсюда на автобусе добраться до дома настоящая беда. – Конечно, могу! – несмотря на своё удивление тут же откликается на помощь. – Адрес говори, – голос Ирины звучит на некоем удалении. Судя по всему, она поставила меня на громкую связь.

Называю адрес. Не забываю уточнить, что это территория частной клиники и водителя такси вряд ли пропустят, поэтому прошу оставить мой номер, чтобы он смог позвонить.

– Ничего себе, – удивляется Ира. – Так вот куда ты спешила на медкомиссию, – говорит восторженно и после прохождения полного обследования здесь, в этой клинике, я восторг подруги всецело разделяю. Земля и небо по сравнению с тем, к чему я привыкла.

Если раньше название клиники было просто на слуху и я не могла понять восторженных отзывов, тот теперь понимаю. Никакого сравнения ни с какой другой клиникой не стоит!

– Молодец! Ты всё правильно сделала. Показать грамотным врачам дочку не повредит, – произносит Ирина. Она даже не представляет, как попадает прямо в цель.

Соседка сама того не зная, бьет по живому. Ведь если бы я не была такой строптивой, то мою дочку могли обследовать с ног до головы.

Я уже жалею, что встала в позу и отказалась от обследования для Машеньки. Ирина права, для малышки это было бы шикарно.

Но увы и ах…

– Пройти годовалое обследование в этой клинике круто, конечно, – продолжает даже не пытаясь скрыть свою зависть. Знаю, она делает это не со зла. – Особенно, если есть такая возможность. Как ни крути, но Костя у тебя в этом плане молодец. Не думала, что он станет так серьёзно подходить к здоровью дочери, если честно.

Упоминание мужа проходится по сердцу тупым ржавым гвоздём. Наживо разбирает плоть и причиняет неимоверную боль.

– Это не Костя, – выпаливаю впопыхах. Мне дико не хочется, чтобы ему присудили чужие лавры. – И не для Маши.

– В смысле? – Ирина удивляется ещё сильнее. – Ты ж на обследование для дочки спешила. Или я ошибаюсь?

– Ага, для дочки, – подтверждаю слова соседки и горько усмехаюсь. – Так сильно спешила, что попала под машину.

– Что? – ахает. Ира в шоке. – Ты как? С тобой всё в порядке? Машенька не пострадала? Что врачи говорят?!

Глава 15. Марина

– Ириш, со мной все в порядке, – в тысячный раз объясняю подруге. Она пришла ко мне сразу же, как только я вернулась домой.

На автомате потираю ногу вспоминая острую боль, которая была сразу же после удара, как не могла встать и пойти, как Валентину пришлось мне помогать.

При воспоминании сильного и властного мужчины мне тут же становится жарко. Чувствую, как к лицу приливает кровь.

– Просто ушиб, – показываю на свое бедро. Сейчас мне уже гораздо лучше и я без труда могу не просто наступать на ногу, но и ходить.

– Ушиб это уже не в порядке! – вспыхивает Ирина. Она дико возмущена моим добродушием. – Твоему здоровью причинен ущерб! Ты не попала на медобследование с ребенком, потеряла день и даже не знаешь, кто во всем этом виноват!

– Не знаю и знать не хочу, – отвечаю подруге.

– Почему? – вдруг щурится и пристально всматривается в меня.

Потому что он у меня вызывает странные чувства! Такие, которые даже муж не вызывал.

Я решила сбежать от неподвластных мне эмоций и он незнакомого мужчины, чей взгляд прожигает насквозь.

– Потому что, – резко разворачиваюсь и иду на кухню.

Достаю кастрюлю с супом, наливаю в небольшой ковшик и ставлю греться. Для дочки достаю творожок.

– Будешь чай? – спрашиваю у подруги.

– А давай, – соглашается она. – Может помочь чем надо? – спрашивает.

– Нет, спасибо, – отказываюсь от помощи, а потом понимаю, что без Ирины мне не обойтись.

Через два часа Костя придет с работы и я собираюсь с ним серьезно поговорить. К сожалению, тихого разговора не выйдет, ведь вряд ли мой муж спокойно воспримет новость о том, что его выгоняют из квартиры на ночь глядя.

Но пусть возмущается, как хочет! Думать надо было до того, как мне изменять!

– Слушай, – присаживаюсь напротив подруги. – А ты можешь Машеньку к себе до вечера забрать? – спрашиваю дрожащим голосом.

– Думаешь стоит? Она же не привыкла так долго находиться без тебя, – сомневается Ира. – Я-то поиграю с малышкой, накормлю ее, мне не сложно, – соглашается. – Но она будет по тебе скучать.

– Ничего страшного, – произношу скрипя сердцем. – Это всяко лучше, чем смотреть и слушать, как родители ругаются, – признаюсь.

Я настроена весьма решительно касаемо Кости. Он предал нас с Машенькой и прощения ему нет!

Как бы мне ни было страшно остаться одной, жить с предателем я не стану.

– Все-таки решила поговорить с Костей? – уточняет. Смотрит на меня с тихой грустью, от ее взгляда только паршивее становится на душе.

– Ир, если это правда и он действительно мне изменяет, то я завтра же подам на развод, – озвучиваю вслух непростое решение.

Решиться и принять его мне было очень сложно, ведь когда речь заходит о предательстве близкого тебе человека ты наотрез отказываешься в это верить. Придумываешь оправдания и отмазки. Даже самые нелепые! Лишь бы сохранить видимость нормальных отношений.

Видимость семьи.

– Хорошо, – соглашается соседка. – Но учти, если ты до девяти вечера не придешь за Машей, я ее укладываю спать.

– Спасибо, – от чистого сердца благодарю ее.

Накрываю на стол, кормлю дочку и ем сама. Ирину пою чаем. Провожаю девчонок и принимаюсь за дела.

Из шкафа достаю чемодан, раскрываю в него и скидываю первые попавшиеся вещи Кости. Перехожу в ванную, затем иду в спальню и чем дольше я занимаюсь освобождением места в квартире, тем на душе становится как-то легче.

А я становлюсь злее.

Скептически смотрю на груду вещей и чем выше она вырастает, тем сильнее я убеждаюсь в своей правоте. Костя врал мне! Нагло обманывал, а я и не замечала!

Точнее, не хотела в предательство верить и за это теперь придется расплатиться сполна.

В голове неустанно крутится недавно подслушанный разговор, рассказ Ирины, реакция Кости на найденную мной пачку презервативов и его слова.

К этому всему добавляются новые и новые нелицеприятные факты, которые то и дело всплывают в памяти собираясь в единый пазл в моей голове. От осознания всей картины становится дурно.

И стыдно.

Как я не замечала всего этого раньше?..

Твердым шагом направляюсь к спальне, спотыкаюсь об чемодан и едва не падаю. Психую, пинаю его со всей силы.

У меня снова начинает болеть нога.

Да блин! Как так можно было поступить со мной, Костя? Как можно?

Предать в тот момент, когда я наиболее уязвима, когда у меня на руках маленький ребенок и я максимально занимаюсь его развитием. Когда у меня ни минуты свободного времени нет и я порой не успеваю поесть, потому что выбирая между прогулкой в хорошую погоду и неспешным обедом всегда ставлю интересы ребенка на первое место.

Для нашей единственной дочери я делаю максимально из того, что в принципе может сделать мать! Всю себя отдаю.

А теперь получается, что Косте до моих стараний никакого дела нет.

Он их не видит и не замечает. Как уже не замечает и саму меня.

Злость бурлит и кипит, она просто переполняет растерзанное сердце. Страх и боль от удара машины ничто по сравнению с болью, что причиняет мне муж.

Слезы падают крупными каплями, я задыхаюсь…

Но беру себя в руки и продолжаю собирать вещи некогда любимого мужа. Теперь я ненавижу его всей душой!

Место в чемодане заканчивается слишком быстро, я достаю еще один чемодан. Он чуть меньше, чем первый. Раскладываю его, смотрю и… убираю.

Вытряхиваю содержимое из предыдущего чемодана прямо на пол.

Да пошел он! Еще я ему свои вещи не отдавала!

Чемоданы останутся со мной!

Из туалета приношу пачку больших непрозрачных черных мусорных пакетов. Бесцеремонно запихиваю в них все, что есть. Ставлю к двери, смотрю на них и улыбаюсь злорадно.

Так гораздо лучше!

Блин, я ж забыла про спальню! Нужно убрать все его вещи и из нее!

Подхожу к кровати, открываю его тумбочку и скидываю в пакет все, что в ней лежит. Наушники, зарядное устройство для телефона, старый сотовый, пачка из-под электронных сигарет, футляр для очков… Стоп! Костя не носит очки!

Замираю.

Открываю пластиковую коробочку и из нее вываливаются флешки. Я удивленно смотрю, как они летят на пол, а затем отмираю и собираю все до единой.

Что за ерунда? Не понимаю…

Но нужно проверить! Я должна знать про моего мужа ВСЕ!

Крепко сжимая в руках свою находку, включаю ноутбук и вставляю первую из нескольких флешек. Смотрю на содержимое и ахаю.

Глава 16. Марина

Меня трясет.

Смотрю на застывшую на экране картинку и не верю глазам.

Противно.

Костя… Мой муж. Отец моего ребенка. Человек, с которым я жила под одной крышей, чью фамилию ношу, оказался не просто предателем.

Он самый паршивый человек на земле!!

Мне хочется пойти в душ, взять мочалку и смыть с себя все его прикосновения, настолько сильно я чувствую себя испачканной и грязной. Просто кошмар!

– Ну уж нет, – заявляю категорично. – Больше я закрывать глаза на твои поганые выходки не намерена!

Пока копируется информация с флешек, достаю телефон и набираю номер мастера по замене дверных замков и прошу поменять личинки на входной двери. Он сначала неохотно со мной разговаривает, но как только слышит про двойную оплату, если он сделает это в течение двух часов, так у него тут же появляется интерес.

Мне нужно сменить все замки до возвращения Кости! Потому что я хочу быть уверена в своей безопасности и невозможность попасть ему в квартиру очень важна для меня!

Выгоню Костю из дома, запру дверь и не впущу его больше ни под каким предлогом! Буду ждать, когда уйдет и только после этого заберу дочку у соседки.

Машеньку у Ирины он не найдет. Костя не знает, что мы так близко с ней общаемся.

Лезу в шкаф, достаю отложенные на отпуск деньги, пересчитываю и печально вздыхаю. Моря этой осенью не выйдет, увы.

Но зато мы с Машенькой сможем прожить некоторое время без долгов и у меня есть шанс устроиться на работу и даже получить первые выплаты. А дальше будет видно, как действовать.

Главное, сейчас разобраться с предателем. Избавиться от него раз и навсегда!

Собираю все остальные вещи и ставлю еще один полный пакет рядом с дверью, а в коридоре-то не протиснуться, не пройти.

Зато в квартире образовалось много свободного места и я теперь, наконец, смогу красиво расставить сложенные в коробку украшения. А еще книги. Детские настольные игры подниму наверх, смогу снова поставить аромасвечи и лампу.

Ох, сколько всего можно теперь натворить!

Я и не думала, что мне так недоставало моих мелочей. А как только представила их все на полках, так настроение поползло вверх.

Ноутбук пиликает извещая меня о последнем скопированном файле, возвращаюсь к нему, забираю флешки и возвращаю их обратно в футляр для очков. Все кладу в пакет с вещами мужа, словно так и было. Очень надеюсь, что не заметит.

Костя ни при каких обстоятельствах не должен узнать, что я видела их содержимое.

Там настоящий кошмар!

Ноутбук тоже прячу. Убираю его как можно глубже и дальше. Чтобы Костя при всем желании не отыскал.

Время до прихода мужа течет то слишком быстро, то слишком медленно. Я слежу за сменой личиной, хожу из угла в угол и стараюсь себя еще сильнее не накрутить.

В голове неустанно крутятся не самые приятные мысли. Мне паршиво настолько, что просто кошмар.

– Проверяйте, – произносит слесарь и протягивает мне связку ключей.

Прокручиваю замки, убеждаюсь, что они исправно работают, расплачиваюсь с мужчиной и прячу ключи.

Я попросила, чтобы в дверь врезали задвижку, которую с лестничной клетки не открыть.

Меня всю трясет. И чем сильнее приближается время возвращения Кости, тем мне становится страшнее.

Что, если он не согласится уйти добровольно? Что мне тогда делать? Уходить самой?

А если Костя не сдержится и применит ко мне физическую силу? От одной этой мысли мурашки бегут по телу.

Я прекрасно осознаю, что наш бракоразводный процесс будет долгим и сложным. А еще понимаю, что мне нужен очень хороший адвокат.

Костя хоть и не особо любит Машу, но он из принципа ее со мной не оставит. У нас начнется самая настоящая война за дочь.

Хожу по квартире, прокручиваю запланированное начало диалога. Пытаюсь понять, как в принципе с ним говорить.

Из спальни иду на кухню, оттуда снова в спальню. В итоге выхожу на балкон и смотрю во двор.

– Погода хорошая, а ты не гуляешь? – за моей спиной раздается удивленный голос. – Дома не надоело сидеть?

– Встрече с любовницами помешаю? – повернувшись к мужу спрашиваю у него в лоб.

– Че-го? – Костя тут же становится злее тучи. – Что за бред ты несешь? Ударилась головой?!

– Кость, прекрати строить из меня дуру! – вспыхиваю.

Я не могу принять его чудовищную ложь.

Он изменяет мне с разными женщинами и особо не задумывается о последствиях, но все равно продолжает все отрицать? Неужели так сложно признаться в своей измене? Сказать, что у него просто не осталось ко мне чувств?

А были ли вообще эти чувства?..

Смотрю на своего мужа и понимаю, что вряд ли.

Тогда зачем он женился на мне?

– Я не слепая и все прекрасно вижу! – внутри все пылает от праведного гнева.

– И что же ты видишь? – щурясь ухмыляется. В его голосе лед.

– Ты изменил мне! – не могу сдержать слез. – Изменил! – кричу. – С моей лучшей подругой!

После моих слов Костя резко меняется в лице.

Муж понимает, что его прижали к стенке и отпираться дальше нет никакого смысла. Я знаю правду и от этого уже не убежать.

– Не ори, – отрезает жестко. Вплотную подходит ко мне.

От исходящей от Кости агрессии становится дурно.

– Изменил, – бьет словами наотмашь. – И что? Ты сама в этом виновата, – заявляет невозмутимо. С ненавистью смотрит на меня.

– Я? – ахаю. У меня нет слов.

Значит, пока я выкладывалась на всю и делала его жизнь максимально комфортной, обхаживала его с ног до головы, занималась ребенком и забыла про то, как быть просто собой, он шлялся по другим бабам?

И в этом виновата я?

Костя, похоже, совсем обалдел!

– Да! Ты! – муж хватает меня за локоть, тянет к зеркалу. – Посмотри, вот что ты превратилась! – брезгливо морщась показывает на отражение. – Ты стала непривлекательной. Растолстела. Перестала следить за собой.

Слушаю его и отказываюсь верить… И это говорит мой муж? Человек, кому я дочь родила?!

– У меня маленький ребенок на руках! – в шоке смотрю на него. У меня даже слов не осталось. – Ты серьезно сейчас?

Я не верю своим ушам…

– Я ухожу! – отрезает. – Я больше не вижу в тебе женщину! Ты меня не привлекаешь!

Вдруг раздается звонок в дверь.

На негнущихся ногах выхожу в коридор, смотрю в дверной глазок и внутри все застывает.

На лестничной клетке стоит Валентин.

Глава 17. Валентин

Дверь открывает заплаканная Марина. Мне одного взгляда на нее достаточно, чтобы понять как же “вовремя” я зашел.

Но не приехать к ней не мог даже если бы освободился слишком поздно. Совесть не позволит так поступить с ней.

Сегодня из-за своей собственной невнимательности я сбил переходящих по пешеходному переходу женщину с ребенком. Каждому из нас дико повезло, что я не летел на бешеной скорости и успел относительно вовремя применить экстренное торможение. Но ведь это чисто удача, случайность, но мою халатность ни в коем случае нельзя списывать со счетов.

Я благодарен Марине, что она не закатила скандал, не подключила журналистов и блогеров, не стала раздувать из происшествия конец света, а просто согласилась на предложенную мной помощь. Пусть в клинику она поехала вынужденно, ведь сразу после столкновения девушка не могла ходить и я тупо воспользовался ее состоянием, но тем не менее.

Когда у нее прошел шок, она спокойно завершила обследование и уехала из клиники так и не дождавшись меня.

А я ведь просил!

Мне нужно убедиться, что с Мариной все в порядке. Что у нее нет никаких скрытых переломов, гематом или еще каких-либо ушибов, ведь при наличии у девушки более тяжелых повреждений для меня будет совсем другая статья.

Я дотошный до своей ответственности человек и со своих партнеров требую аналогичного, ведь при соблюдении всех условностей как правило минимизируются риски. Жизнь слишком непредсказуема, чтобы намеренно рисковать.

Я готов понести все расходы, связанные с реабилитацией и с восстановлением здоровья. При необходимости, даже могу оплатить моральный ущерб.

Если будет приземленная сумма, конечно. А то зная аппетиты некоторых барышень, ущерб может быть раздут до небес.

– Добрый вечер, – произношу внимательно наблюдая за девушкой.

– Добрый, – сиплым голосом отзывается она. Оборачивается.

– Надеюсь, не из-за меня? – прохожусь взглядом по заплаканному лицу.

– Нет, что вы, – отнекивается поспешно вытирая слезы. – Не из-за вас.

– Марина! Кто там? – в коридор выходит высокий худощавый мужчина. Я вижу его и на миг теряю дар речи.

Да ладно?! Этого просто не может быть!

– Яковлев? – охреневаю.

– Жуков? – застывает на месте. Он удивлен не меньше меня.

Когда Федор мне предоставил всю поднаготную Марины и я увидел ее фамилию и домашний адрес, то и подумать не мог, что так тесен окажется мир.

Сегодня утром я сбил не просто какую-то обычную женщину. Я жену своего противника сбил!

Вот те раз…

– Валентин, извините, но вы очень не вовремя, – произносит Марина убитым голосом. Женщина расстроена до глубины души.

– Почему же не вовремя? – зло усмехается Костя. – Раз уж приехал, то проходи! – с вызовом обращается ко мне.

Переступать порог квартиры не тороплюсь, но и Марину оставлять наедине с настроенным агрессивно ублюдком я не намерен. Откуда я знаю, что у него на уме?

Желая подставить меня, Яковлев пойдет на самые крайние меры. А уж имея на руках показания жены и заключения врачей, так он раздует перед выборами такое…

Сегодняшний приезд губернатора и мой категоричный отказ на его настойчивую “просьбу” дать согласие на строительство мусоросжигательного завода мне покажутся всего лишь цветочками, по сравнению с тем, что меня в ближайшее время ждет.

– Мне нужно поговорить с твоей женой, – произношу смотря ему прямо в глаза. – Марина, будь добра, оденься и спустись ко мне в машину, – прошу ее.

Внешне я остаюсь совершенно спокоен, а вот в душе бушует самый настоящий ураган.

Надо же было так встрять… При всем желании сильнее не встрянешь! Одно слово хрупкой и миниатюрной женщины и на моей карьере можно поставить крест.

– Может быть, вы все же пройдете? – говорит и отступает на шаг назад. Бросает обеспокоенный взгляд на Яковлева, тот психует.

Интересно…

– Я не смогу спуститься, но мы можем поговорить на кухне, – стреляет в мужа больным боли и разочарования взглядом.

– Ты даже можешь остаться у нее на ночь! – очень едко подмечает Константин. – Не для того ли ты все полки освободила? – накидывается на жену. – М? Марин?

Девушка вздрагивает и сжимается желая закрыться от мужа. Как бы ни кричал голос разума, оставить беззащитную женщину в беде я не смогу.

– Чаем напоишь? – миролюбиво спрашиваю у перепуганной девушки. Она смотрит на меня и отмирает.

– Вам какой? – спрашивает не громко. – У меня всякий разный есть.

– Черный, – произношу по-прежнему оставаясь спокойным. Яковлев при всем желании не сможет выбесить меня. – С лимоном, если есть.

– Есть, – кивает слишком поспешно. – Правда, он замороженный, – тут же тушуется, чем еще сильнее умиляет меня. – Я прочитала, что в таком виде лимон гораздо полезнее, – начинает оправдываться.

Ловлю себя на том, что лишь сильнее заинтересовываюсь этой девушкой. Ее реакция для меня остается загадкой, а четкое чувство нашего дальнего знакомства крепнет с каждой минутой проведенной рядом с ней.

Только вот моя служба безопасности не смогла ничего про наше совместное прошлое найти…

Пусть дальше ищут! В своей правоте я уверен!

Не успокоюсь, пока они не выясню, где и при каких обстоятельствах мы раньше встречались. Пытаюсь напрячь память и сопоставить детали, но назойливая мысль каждый раз ускользает от меня, виляя своим хвостом.

– Ну раз полезнее, – переступаю порог квартиры своего противника. – То наливай! – улыбаюсь его жене.

_______

Добро пожаловать в платную часть! Спасибо, что вы с нами)

Глава 18. Марина

Искоса подглядываю на снующего туда-сюда мужа и наливаю себе и нежданному гостю чай. Костя отказался садиться с нами за стол, наговорил колкостей и вышел с кухни громко хлопнув дверью.

Правда, от примененной силы она закрылась и тотчас отрикошетила обратно. Так и осталась стоять посередине, ни туда, ни сюда.

– Извините, что стали свидетелем нелицеприятной сцены, – прошу прощения у мужчины.

Конечно, его никто не звал и можно было бы не извиняться, но мне дико неудобно за действия Кости и его слова.

– Мы с мужем расстаемся, – говорю чуть громче. Специально, чтобы мой “благоверный” услышал. – Он сейчас соберет оставшиеся вещи и уйдет.

– Твоими стараниями мне даже нечего собирать! – раздается из коридора недовольный голос бывшего хозяина квартиры.

Ага… Значит, все-таки слушает.

И почему я не удивлена?

– Я рада, что ты оценил, – оборачиваясь в сторону двери бросаю едко. – Но ты все же на всякий случай проверь. Вдруг я что-нибудь упустила, – делаю небольшую паузу. Думаю подколоть его или нет. – Заначку, например, – кидаю Косте и отворачиваюсь.

Не проходит и трех секунд, как муж нависает надо мной.

– Какую заначку?! – рявкает громко. Поднимаю глаза на Костю и понимаю, что он дико взбешен.

Пугаюсь. Исходящая от мужчины энергия просто сбивает с ног и я не знаю, что делать. Как мне справиться с ним?..

– Яковлев, прекрати напирать на жену, – говорит Валентин низким вибрирующим голосом. – Уверен, в произошедшем ты виноват не меньше ее.

Валентин смотрит на Костю, Костя на Валентина и между мужчинами возникает молчаливый диалог.

Первым не выдерживает мой супруг.

– Счастливо оставаться! – рявкает. Я вся сжимаюсь. – Учти! Дочери тебе не видать!

Костя резко разворачивается и идет в спальню, шарит по комоду и по тумбочкам. Затем возвращается к пакетам, что стоят в коридоре и принимается их перебирать.

Он агрессивен и зол, хоть раньше был сдержан и спокоен.

Я совершенно не узнаю человека, с которым жила.

Хлопок крышки футляра для очков действует на мою психику, как выстрел. Я аж подпрыгиваю от напряжения.

Далее раздается нецензурная ругань, шум от вытаскивания пакетов на лестничную клетку и хлопок входной двери.

Костя достает связку ключей…

– Я на минутку, – подскакиваю из-за стола.

Со всех ног кидаюсь в прихожую и успеваю повернуть защелку нижнего замка, закрываю дверь, до того, как мой уже практически бывший муж вставит ключ и поймет, что я сменила замки.

Разворачиваюсь спиной к двери, медленно опускаюсь вниз и прячу лицо в ладонях. Меня всю трясет.

Не в силах сдержать подступившие слезы, даю им выход. Мое сердце разбито, я опустошена.

– Шшш, – раздается над ухом тихий голос. Я отмираю.

Отрываю ладони от лица, вытираю слезы и смотрю на мужчину, что сидит напротив. Его лицо полно сострадания.

– Простите, – произношу еле слышно.

Мне становится стыдно за свою слабость, за Костю, за расставание при чужих.

Но чем дольше Валентин рядом со мной, тем сильнее мне кажется, что он не чужой мне. Мы были знакомы.

Только вот где и когда, если я при всем желании его не узнаю?

Среди моих даже случайных знакомых нет никого даже с мало-мальски похожей энергетикой, как у него.

– Тебе не за что извиняться, – говорит спокойно и твердо.

– Я бы так не сказала, – отвечаю печально.

Мне дико неудобно перед ним, но я нахожу в себе силы посмотреть мужчине в глаза.

И замираю встретившись с его взглядом.

Он обескураживает меня.

Я совершенно не ожидаю увидеть в его глазах сострадание и грусть. Сочувствие тоже…

А еще желание помочь.

– Поднимайся, – встает на ноги и протягивает мне руку. Принимаю его помощь и вкладываю в его ладонь свою.

– Спасибо, – благодарю мужчину. Мне дико неудобно перед ним. – Может быть пойдем и попьем чай? – спрашиваю неловко.

– Тебе, судя по всему, нужно кое-что покрепче, – произносит с ухмылкой он.

Идем на кухню, я заново ставлю чайник и наливаю нам в кружки свежий чай, старый выливаю в раковину, мою кружки. Достаю испеченную накануне шарлотку с яблоками, разрезаю на небольшие кусочки и красиво выкладываю на тарелки.

Простые и отточенные движения успокаивают и помогают вновь почувствовать твердую почву под ногами. Постепенно я начинаю приходить в себя.

– Где твоя дочка? – вдруг интересуется мужчина. Он осматривается по сторонам и хмурится.

– У соседки, – говорю. Мне кажется, что ему можно признаться, Валентин располагает к общению с собой. – Я не хотела, чтобы у нашего с Костей скандала были свидетели.

Говорю и резко замолкаю. Кусаю нижнюю губу.

Понимаю, что не то сказала, но зато я озвучила правду. А в ней нет ничего дурного!

– Машенька очень переживает, если слышит громкие и непонятные ей звуки, очень тонко чувствует, когда люди ссорятся и начинает плакать, – поясняю. – Чтобы уберечь психику дочки, я ее решила отвести к соседке.

– Это все понятно, – Валентин внимательно смотрит на меня, затем берет со стола кусок шарлотки и откусывает кусок. – Очень вкусно, – признается чуть позже.

– Спасибо, – благодарю за его похвалу. Мне приятно.

– Что дальше планируешь делать? – задает вопрос, на который у меня нет четкого ответа. Смотрит мне прямо в глаза.

– Что? – пожимаю плечами. – Жить, – вымученно улыбаюсь. – Устроюсь на работу, буду воспитывать дочку, – озвучиваю свой нехитрый план.

– Это понятно, – говорит совершенно серьезно. – А если конкретно? Что ты делать собралась?

Взгляд Валентина прожигает до глубины души и я понимаю, что он от меня не отстанет. Ему нужен ответ.

А я пока не могу этого ему дать.

– Сегодня вечером я начну искать работу и адвоката, – вдруг понимаю, что это самое важное из всего. – Завтра же подам заявление на развод, – смотрю мужчине прямо в глаза. – Понимаю, бороться с Костей мне будет не просто, но Машеньку ему не отдам! – добавляю с жаром.

– Ты ему не рассказала про то, что я тебя сегодня сбил? – вдруг Валентин переводит тему.

– Нет, конечно, – фыркаю. – Нам было немного не до того.

– Раз так, то у меня есть к тебе деловое предложение, – говорит совершенно серьезно.

– Какое? – спрашиваю. Резкая смена его настроения настораживает меня.

– Я помогу тебе с бракоразводным процессом в обмен на одну услугу, – предлагает не сводя с меня пытливого взгляда.

– Какую? – произношу не в силах скрыть волнение. – Никому не рассказывать, что я попала под машину?

– Не только, – щурится. И улыбается так хитро, что у меня все замирает в груди.

Глава 19. Марина

Предложение Валентина оказывается просто невероятным! Слушаю его и поверить ушам не могу!

Я даже рассчитывать не могла на такую удачу и до сих пор пребываю в некотором шоке. Ведь Валенти предлагает мне не только работу, но и защиту, и проживание в своем доме.

Я аж растерялась выслушав его. Заманчиво очень…

Костя ушел, забрал свои вещи, но я знаю, что это ненадолго и мой муж вернется. Даже если я завтра же подам на развод.

Семья Яковлева не приемлет разводы, его отец тоже изменял матери, но та смогла найти в себе силы и простить.

А я прощать никого не собираюсь! Потому что предателям не место рядом со мной!

– Мне нужна няня для ребенка, – своими словами Валентин удивляет меня.

– У вас есть ребенок? – ахаю.

– Конечно, – улыбается как-то по-особенному нежно. – Я не похож на отца?

– Если честно, то нет, – признаюсь немного смутившись.

Не хочется обижать мужчину, но я говорю правду. Жизнь научила не врать.

– Тогда все понятно, – заявляет спокойно. – У меня есть сын, ему пять лет, – удивляет меня своими словами. Отчего-то я была уверена, что у Валентина никого нет.

А теперь я нахожусь в некотором шоке.

– Я люблю детей, – пытаясь спрятать неловкость делаю глоток чая. – Уверена, мы с вашим сыном быстро найдем общий язык, – поднимаю на мужчину глаза и улыбаюсь. – Как его зовут?

– Демид, – называет редкое имя. – Но учти, он не самый простой ребенок, – своими словами Валентин мигом остужает мой пыл.

– В каком смысле? – спрашиваю с осторожностью. В голове тут же возникает сотня вариантов “непростых” детей и желание согласиться на его предложение вмиг испаряется.

У меня есть своя дочь и в первую очередь, мне нужно думать о ней.

– У него недавно была сложная операция и врачи прописали определенные ограничения для него, – поясняет.

– То есть, с психикой все в порядке? – вырывается из меня до того, как успеваю подумать.

За что тут же ловлю удивленный взгляд Валентина.

– С психикой у него все хорошо, – говорит совершенно серьезно. – Судя по тому, что я успел выяснить о тебе и о твоей дочери, у вас тоже, – удивляет своими словами. – А еще мне нужно быть уверенным в твоей безопасности.

– В смысле? – хмурюсь. Я не понимаю к чему он ведет. – Я в безопасности у себя дома, – тут же встаю в позу.

Неужели он вздумал мне угрожать?!

Мурашки пробегают по коже и мне становится дико не по себе от нашего разговора.

Ну, конечно, разве может законопослушный мужчина иметь столько денег и связей? А я уверена, связи у Валентина есть на самом высоком уровне.

– Извините, но вам пора, – поднимаюсь из-за стола и собираюсь выпроводить незваного гостя. Его нахождение у меня в квартире смущает.

– Марина, прошу, сядь и успокойся, – произносит твердым голосом Валентин.

От мужчины исходит просто бешеная энергетика, она буквально заставляет подчиниться. Ноги сами несут меня обратно на стул.

Сажусь.

– Ты не в курсе, чем у тебя занимается муж? – Валентин

– Чем? – шепчу. Не свожу с Валентина внимательных глаз.

Кажется, у меня вот-вот начнется истерика… Едва контролирую себя.

Сегодня самый ужасный день во всей моей жизни! Я убедилась в измене мужа с лучшей подругой, попала под машину, пропустила долгожданное обследование для ребенка, выгнала из дома человека, с которым прожила несколько лет.

И теперь сижу на кухне с абсолютно посторонним мужчиной и обсуждаю детали переезда к нему.

Потому что оставаться в квартире мне с дочерью не безопасно.

– Он работает на оппозицию, Марин, – окончательно добивает меня Валентин.

– Костя? – из груди вырывается истерический смех. – Вы путаете! – заявляю с полной полной уверенностью. – Мой муж никогда не полезет в политику! Он работает руководителем проекта! Его повысили недавно, – последнюю фразу говорю уже значительно тише.

Валентин опасно щурится.

– Твой муж занимается продвижением кандидата от оппозиции на пост мэра этого города, – цедит едко. – Как ты могла этого не знать? – удивленно смотрит на меня.

Мне становится не хорошо.

– К-как? – голос не слушается. – Он ничего не говорил, – говорю обескураженно.

Не в силах выдержать взгляд Валентина, опускаю глаза в стол.

Я не могу поверить, что Костя так жестоко обошелся со мной! Как он мог не рассказать, что перешел работать в политику? Что его не повысили на работе, а он сменил сферу деятельности?

Полез туда, куда обещал никогда не лезть…

– Марина, послушай, – Валентин берет мои ледяные руки и заключает в свои широкие горячие ладони. Заставляет посмотреть ему в глаза. – Я не желаю тебе зла, поверь, – говорит с тихой грустью. – Но так вышло, что ты обладаешь крайне важной информацией и если кому-то об этом станет известно, то они смогут уничтожить меня.

Молчу.

Разумом я все понимаю, а вот сердце ни в какую не желает подчиняться.

– Я не могу допустить, чтобы Яковлев надавил на тебя и ты рассказала мужу об обстоятельствах нашего с тобой знакомства, – продолжает.

– Я не расскажу! – вспыхиваю.

– Уверена? – недобро щурится.

– Да! – говорю с жаром.

– Даже если от этого будет зависеть с кем останется твоя дочь? – Валентин пытливо смотрит на меня.

Замолкаю. Кусаю губы.

Плакать хочу!

– Нет, – отвечаю не скрывая горечь. – Если от этого будет зависеть судьба Машеньки, то я не смогу промолчать, – с сожалением признаюсь.

– Вот и ответ на вопрос, – совершенно спокойно говорит Валентин. – Собирай вещи. Забирай дочь у соседки. Вы уезжаете со мной!

Глава 20. Валентин

– Я все собрала, – произносит хозяйка квартиры вывозя из комнаты гигантских размеров чемодан.

Он такой огромный, что в него без труда можно запихать целого человека! А если постараться, то даже двоих.

– Прям-таки все? – интересуюсь с легкой ухмылкой.

– Д-да, – кивает. Останавливается и растерянно смотрит на меня. – А что?

Марина выглядит словно нашкодивший котенок, который понимает, что вот-вот должен получить.

– Ничего, – шутливо отмахиваюсь. Смешная такая. Домашняя.

Живая! Как же я давно таких людей не встречал.

– Проверить не хочешь? Ничего не забыла? – решаю уточнить у нее.

Мне почему-то кажется, что она должна еще раз все проверить. Чтобы уж наверняка.

Девушка подходит ко мне, проверяет документы и о чем-то задумывается. Затем срывается с места, словно что-то забыла и бежит в глубь квартиры.

Смеюсь.

– Что забыла? – задаю вопрос, когда она возвращается обратно.

– Воду перекрыть, – смущается.

– Теперь точно готова? – .еще раз уточняю.

Поразительно, что Марине потребовалось не больше двадцати минут на сборы. Это же сущий минимум учитывая обстоятельства.

Я был уверен, что девушка потратит на это гораздо больше времени, ведь нужно сложить все необходимое не только для себя, но и для ребенка. Не просто шмотки, игрушки и что-то по мелочевке, а практически все!

Приятно удивлен, если быть честным. Не ожидал подобной скорости от нее.

– Вы поможете спустить чемодан вниз? – спрашивает и смотрит с ожиданием, словно могу отказать.

Меня коробит от одной этой мысли.

– Естественно, – отвечаю сухо. Словно может быть какой-то другой ответ!

Девушка заметно расслабляется. Выдыхает.

– Тогда я готова, – заявляет стоя в дверях и забирает с вешалки две куртки, свою и детскую.

– Все? – не могу скрыть своего изумления.

Смотрю на чемодан, понимаю его габариты и все равно поражаюсь. Он только один!

Все! Нет груды не подъёмных и невероятно огромных баулов, пакетов с игрушками, подгузников, горы обуви и верхней одежды. Всего!

А ведь человек по сути из дома сбегает…

– Ты уверена, что взяла все необходимое? – уточняю у расстроенной девушки.

– Да, конечно, – совершенно уверенно кивает она, чем в очередной раз вводит меня в ступор.

Не готов я к общению с простыми, искренними людьми.

Я привык, что все вокруг пытаются либо меня ублажить, а затем попросить сделать для них что-то, либо безотказно выполнять мои приказы. Все!

А тут… Тут попавшая в тяжёлую жизненную ситуацию девушка скромничает, даже понимая, что я готов исполнить практически любую её прихоть.

Мне нужно, чтобы Марина некоторое время жила у меня и держала язык за зубами. Очень крепко.

Перед выходом Яковлева ещё раз осматривает квартиру. Я буквально кожей чувствую с каким сожалением она отсюда уходит и мне даже становится её жаль, ведь если бы не сегодняшнее дорожное происшествие, то у девушки было бы все хорошо.

Наверное.

– Вы пойдете за Машей со мной или подождете у лифта? – задает вопрос Марина закрывая дверь, чем в очередной раз меня удивляет.

Задумываюсь.

Пойти и посмотреть в каких условиях живут остальные жильцы этого дома заманчиво очень, ведь у нас по нему недавно был суд. Собственников жилья не устроила смена управляющей компании и они всеми правдами или неправдами пытались её снять. Волокита идет уже не один месяц, какие только претензии не пишут!

Раз уж до меня дошла эта ситуация, то дело дрянь и я еще успею нахлебаться с него.

– Лучше подожду вас обеих в машине, – принимаю решение.

Мне нечего лишний раз светиться там, где не надо. Сегодняшнее появление у Яковлевых дома и так может спровоцировать совершенно не нужный всплеск внимания к моей жизни.

Журналюги только-только успокоились после скандального ДТП, где пострадал мой ребенок. Чего только они не делали пытаясь подкупить медперсонал больницы, где он лежал и выяснить хоть что-то!

Спасибо Сане Хмельницкому и его коллегам, Демида в обиду не дали.

И вот сегодня ДТП устраиваю уже я сам…

Нет! Ну надо же такому случиться! Чтобы только-только сына из больницы выписал, как сам в нее чуть не отправил молодую мать с ребенком.

Кошмар!

Я уже представляю заголовки новостных изданий и каналов. А после этого фарс, в который выльется мое ДТП.

Нет. Светиться особо нельзя.

– Тебя проводят, – едва заметно киваю стоящему рядом охраннику. Он делает шаг в сторону Марины, тем самым показывая, что прекрасно меня понял.

Девушка смущается, когда рядом с ней появляется чужой мужчина, но лишних слов не говорит и я ей за это отдельно благодарен.

Отпустить её одну я не могу. Яковлев хоть и полнейший придурок, но он прекрасно понимает все риски, окажись его жена у меня.

Этот гаденыш еще по портит мне крови. Уверен! Только если…

А вот об этом лучше поразмышлять.

Спускаюсь вниз не пользуясь лифтом. Немного физической нагрузки не повредит, да и в одиночества подумать не помешает.

В голове не укладывается ситуация с Мариной и Константином. Сегодня была какая-то непонятная для меня игра с его стороны. И это напрягает не на шутку.

Я должен во всем разобраться! Яковлев ничего не делает просто так.

Может быть Яковлев в курсе моего происшествия с его женой? Или решил использовать Марину в тёмную?

А вот это уже более интересно…

Она должна войти ко мне в доверие, пробраться в дом, выяснить обо мне и моем сыне все, что только возможно, а после… После рассказать Яковлеву все вплоть до мельчайших подробностей.

А ведь подобный вариант вполне может быть.

– Готовы? – уточняет Фёдор. Он неустанно находится рядом со мной сегодняшний день.

– Практически, – отвечаю. – Сейчас только жену и дочь Яковлева заберем.

– Яковлева? – удивляется, хоть старается не подать виду.

– Да, – киваю. – Константина Яковлева. Того самого, о ком ты подумал, Федь.

Глава 21. Марина

– Можно выходить, – говорит Валентин открывая пассажирскую дверь с моей стороны. Мы уже приехали к его дому и остановились.

Всю дорогу ни он, ни я не проронили ни единого слова. Мы словно сговорились и молчали до самого дома.

Я думала про разрушенный брак, пыталась найти причины из-за чего все так получилось и где именно я была не права. Но найти какую-то определенную точку не вышло.

Только если не наступление беременности, которое…

Да плевать!

Появление Машеньки самое прекрасное событие во всей моей жизни и если кого-то подобное не устраивает, то пусть лесом идет!

– Добро пожаловать, – произносит мужчина.

– Или посторонним вход воспрещен, – добавляю с легкой усмешкой вдруг вспомнив название прекрасного старого фильма.

– Или так, – сухо улыбается Валентин.

В автомобильный салон попадает холодный осенний ветер и мне сразу же становится зябко. Кутаюсь в куртку и тут же кидаюсь проверить тепло ли одета моя дочь.

Выдыхаю. Все в порядке. Она одета как надо.

Но появляется новая проблема. Машенька спит.

– Можно я пока здесь посижу, – извиняющимся тоном прошу Валентина. – Дочка уснула. Если потревожу, то разбужу, – объясняю свою странную просьбу. Но мои доводы его не останавливают.

Мужчина заглядывает в салон, смотрит на спящую малышку и улыбка появляется в уголках его губ. Я впервые вижу нежность во взгляде сурового мужчины.

В груди щемит.

Костя никогда так не смотрел на нашу дочь.

– Давай я её отнесу в дом, – предлагает шепотом. – Поздно уже, она могла в ночь уйти, – говорит и смотрит на меня. Обалдеваю от его предложения.

И от того, как екает сердце, когда этот серьезный мужчина смотрит на меня.

– Давай, – соглашаюсь равнодушно пожимая плечами.

За маской спокойствия и безразличия пытаюсь скрыть истинные чувства. Которые пока не поддаются никакому логическому заключению.

Машеньку нужно переносить в дом. Выхода все равно особого нет.

Валентин бережно берёт мою дочь на руки и направляется в сторону озаряемого светом уличных фонарей и подсветки дома. Окна так заманчиво горят…

В спешке и от волнения я не успеваю толком рассмотреть все, что находится вокруг, но то, что вижу, четко отпечатывается в памяти.

И оно мне нравится.

Очень!

– Как здесь красиво, – не могу удержаться от восхищения, как только переступить порог особняка.

Просторный и явно светлый в дневное время холл сейчас, в полумраке, выглядит сказочно и волшебно. Он словно сошёл со страниц старинных книг!

Рассеянный и точечный свет придают этому месту особую, загадочную атмосферу. Я даже представить не могла, что увижу нечто подобное.

Но времени на созерцание нет, мне нужно заниматься дочкой.

– Пойдем, покажу твою спальню и комнату для дочки, – произносит мужчина направляясь в сторону небольшого коридора.

– Нам достаточно одной комнаты, – тут же спешу его заверить. – Вторая будет лишней. Не стоит.

– Позволь мне самому решать, что стоит, а что – нет, – отвечает своим строгим голосом.

Пререкаться с Валентином у меня нет никакого желания и поэтому я соглашаюсь с ним.

– Только можно сегодня Машу положить в мою кровать? – спрашиваю чисто ради приличия. Если уж он запретит, то я сама приду в её кроватке и лягу с ней рядом. Пусть даже на ковер!

– Сегодня естественно я положу вас в одной комнате, – заверяет меня успокаивая. – Маша не знает ни этого дома, ни домочадцев. У девочки будет шок, если она проснется и не увидит тебя, – говорит безапелляционно.

Валентин раз за разом удивляет меня.

Я даже представить не могла, что мужчина может так хорошо разбираться в детях. Считала будто так тонко чувствовать детскую душу может лишь только мать.

Но нет!

Теперь, встретив Валентина, я четко вижу как обстоят дела на самом деле. И вдруг осознаю, какой же хреновый вышел из Кости отец…

– Осторожнее, здесь ступеньки, – предупреждает меня перед тем, как завернуть за угол. – И темно.

Удивительно, но в этом по сути чужом доме, я чувствую себя словно всю жизнь здесь провела. Мне очень комфортно и спокойно даже с учетом того, что я ничего не знаю про его домочадцев.

Странно…

Поднимаемся на второй этаж, ещё немного проходим по коридору и заворачиваем в спальню. Валентин опускает Машеньку на кровать.

– Это гостевая спальня, здесь никто не живёт, – произносит до того, как я успеваю поинтересоваться. – Душ и туалет вон за той дверью, – показывает в сторону. – Вещи сейчас принесут. Располагайся.

– Спасибо, – благодарю мужчину. – Ты вечером будешь не сильно занят? Мы сможем поговорить? – спрашиваю затаив дыхание.

У меня к Валентину очень много вопросов, ведь мы толком ничего ещё не обсудили. Мне нужно понять, что именно я буду здесь делать. Конкретные обязанности, график работы, с кем можно общаться, а чего ни в коем случае нельзя делать. Познакомиться с Демидом в конце-то концов!

– Укладывай дочь, включай радионяню и спускайся вниз, – отвечает спокойно. – Там и поговорим.

Валентин подходит к двери, открывает её и собирается выйти, а у меня паника появляется в груди.

Что если я его не найду? Или заблужусь в хитросплетениях дома? Потеряюсь?

Идите услышу крик дочери, когда та проснется!

– Центральная лестница справа, – отвечает словно прочитав мои мысли. – Ты без труда её найдешь, она освещается.

– Так ты поэтому повел нас сюда окольными путями? – ахаю. Я поражена. Вот это человек!

– Я не захотел будить девочку, – произносит спокойно. – Она не виновата в том, что происходит.

– О, да, – не могу с ним не согласиться.

Но Валентин вряд ли меня услышит. Он уже вышел из комнаты в коридор.

– Спасибо, – добавляю еле слышно.

От странных, смешанных чувств не знаю куда деться. Боль от расставания с мужем гложет меня.

Сейчас, по прошествии времени, ко мне в сердце начинают закрадываться сомнения и я не знаю правильно ли поступила, решившись на развод.

Уверена, позвони родителям и расскажи обороны всем, меня они бы не поддержали. Мама души не чает в Косте, да отец уважает его.

Только вот молчать все равно долго не получится, придется рассказать правду.

И тогда начнется давление на меня сразу с нескольких сторон.

Ладно, подумаю обо всем этом позже. Впереди на раздумья у меня как минимум целая ночь!

А сейчас мне нужно предложить дочку в кроватку таким образом, чтобы она не проснулась. И обсудить с Валентином нашу дальнейшую жизнь.

Глава 22. Валентин

– Где. Моя. Жена?! – в динамике раздаётся полный гнева и злости голос мужа Марины.

Я усмехаюсь. Значит, моя разведка оказалась более шустрой, чем я мог было подумать. Судя по реакции, Яковлев только сейчас узнал о предложении участвовать в выборах.

Становиться кандидатом на пост мэра от оппозиции до невозможности глупо, ведь это заранее проигрышная партия, но я его за руку туда не тянул.

У Кости амбиций и страсти к роскошной жизни больше, чем мозга. Был бы умнее, всего смог добиться бы сам.

Теперь же все, что ему светит, так это стать марионеткой опытного кукловода. И заплатить в конечном итоге своей свободой за все, что будет иметь.

Если не жизнью…

Ох, дурень ты Яковлев! Самый настоящий!

А ведь мог пойти работать ко мне и избежать всех этих проблем.

– Где моя дочь?! – рявкает грозно. Только вот его злость действует на меня не устрашающе, а вовсе наоборот.

Мне становится искренне жаль парня. Примерно так, как жалеют дураков.

Яковлеву предложили стать кандидатом на мое место, ему пообещали золотые горы и судя по всему, он собирается согласиться. Но парень одного не учел.

Я слишком давно играю в подобные игры. Опытный уже.

Костя списан со счетов даже не вступив в гонку. Разве он сможет принять предложение шефа не примирившись с женой?

Конечно же, нет!

Городу нужен идеальный кандидат в мэры. Тот, у кого есть не только власть и подход к людям, а у кого безукоризненная репутация.

Свою же Яковлев запятнал.

– Насколько я помню, вчера тебя совершенно не интересовали ни жена, ни дочь, – отвечаю не поведя бровью. – Ты даже не в курсе, все ли у них было в порядке и чем они занимались, – подливаю масла в огонь.

– Не твое дело! – говорит на повышенных тонах.

Я же не теряю времени даром, ставлю разговор на запись. Пригодится еще.

Разведка и эмоциональное воздействие может действовать как в одну сторону, так и во вторую. Достигнет наивысшего результата тот, кто окажется хитрее.

– Моя жена поменяла замки! Я не могу попасть к себе в квартиру! – продолжает яростно кричать. – Это ты ее надоумил? Так ведь? Признавайся!

О, как… А вот подобного поворота я и не ожидал.

– С чего ты взял, будто твоя жена станет меня слушать? – мне становится интересно почему именно Яковлев решил обвинить меня во всех смертных грехах.

– Потому что она курица тупая и у самой мозгов на подобное не хватит! – цедит он.

Делаю резкий глубокий вдох. Замираю.

Сжимаю и разжимаю кулаки, считаю до десяти и обратно.

Сработавший триггер выбивает из равновесия.

– Чего молчишь? – продолжает Яковлев. Его несет не по-детски. – Я сейчас выломаю дверь!

– Ты ничего не сможешь сделать, – произношу спокойно и властно. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не поддаться эмоциям и не высказать ему все за предыдущие слова о жене. – Официально квартира принадлежит Марине.

– Какие глубокие у нас познания, – рычит окончательно позабыв с кем именно разговаривает и какая власть сосредоточена в моих руках.

Константина ослепила ярость.

Пожалуй, мне нужно будет поставить дополнительную охрану к дому, а еще попросить Федора отправить парней на квартиру к Марине. Уверен, Яковлев туда заявился не в последний раз.

– От квартиры ушел, – давлю на него. – Или мне наряд вызвать?

– Ублюдок! – тявкает что-то. – Я все равно найду свою жену и дочь!

– Ищи, – произношу ухмыляясь. – Только не надорвись, пока ищешь. Обиженные женщины крайне изобретательны в своей мести.

Параллельно печатаю Федору сообщение срочно отправить парней к дому Марины и при возможности поставить прослушку на телефон ее мужа.

Интуиция мне подсказывает, что Яковлев не просто так приехал с женой помириться. Он в квартире что-то забыл.

– На что ты мне намекаешь? – голос моего собеседника становится таким холодным, словно его заковали во льдах.

Но после своего вечернего разговора с Мариной я остаюсь совершенно спокойным. Она твердо настроена на развод и обещала не делиться с кем-либо ни при каких обстоятельствах подробностями нашей первой встречи.

За это я обещал решить все вопросы, связанные с ее мужем и компенсировать весь причиненный мною вред.

– Ты сам из дома ушёл, – напоминаю с едкой ухмылкой. – Сам заявил жене, что больше в ней не нуждаешься, – продолжаю продавливать свою линию. – А я сделал то, что посчитал нужным сам!

Костя, Костя, в погоне за сиюминутным увлечением и связями на стороне ты такую ценность проморгал! Марина оказалась прекрасной, спокойной и добропорядочной девушкой. Красивой до умопомрачения…

Ей не нужны ни накаченные губищи, ни грудь на несколько размеров больше, ни тонкая талия и тело, изможденное от диет. Она хороша тем, что имеет. Что для неё естественно!

Единственное, что нужно сделать для девушки, так это отвести её в салон красоты, дать время и возможность привести себя в порядок, а после одеть в нормальные шмотки.

Все!

Дурак ты, Яковлев! Такой клад проморгал.

– Не лезь не в своё дело, – говорит грозно, а мне от его слов становится только смешно.

Словно Яковлев способен хоть как-то навредить мне! Да это ж смехотворно!

Моя репутация идеальна. Моя подноготная чиста.

Только, если…

Нет! Они никогда не найдут уведомления. И не узнают настоящей правды о матери моего сына. Никогда!

– Ты меня напугать решил? – я удивляюсь его борзоте и нахальству. Мнит, будто я испугаюсь его угроз! – Не выйдет! Пуганый уже.

– А вот это мы еще посмотрим! – не отступает от своего. – Через час чтобы ключи от квартиры были у меня. Слышишь?!

– Или что? – не могу скрыть сарказма. – Приедешь к зданию администрации с митингом? – откровенно издеваюсь над ним.

– Увидишь! – рычит. – Тебе не понравится. Поверь мне!

– Хм, – задумываюсь на минутку. – Ну что же, хочешь нажить себе проблем, так пожалуйста!

Посмотрим, чем ты меня удивишь.

Глава 23. Марина

В доме Валентина с самого утра начинает кипеть жизнь.

Я слышу, как приезжает домработница, как она начинает готовить завтрак на кухне. Как Валентин спускается вниз и даже то, как он отказывается от свежесваренного кофе из-за своей работы.

Ему нужно бежать.

Я же лежу в кровати рядом с крепко спящей Машенькой и боюсь пошевелиться.

Не хочу раньше времени будить дочь.

Пусть малышка поспит, ей нужно набраться сил и немного прийти в себя после той нагрузки, которая навалилась на нее вчера.

Слушаю спокойное, размеренное дыхание дочери и думаю о своей дальнейшей жизни. Валентин так до сих пор про обязанности мне ничего не рассказал.

Мы вчера с ним довольно долго беседовали, но мужчина наотрез отказался брать меня на должность няни для его сына. Заявил, что мы с Машенькой в его доме гостьи и он не намерен это обсуждать.

Странно так…

Но я все равно буду максимально стараться приглядывать за его сыном и постараюсь найти с мальчиком общий язык.

Не собираюсь быть обузой и сидеть у Валентина на шее. Пусть, он считает, что виноват передо мной и сейчас самое лучшее, что может для меня сделать, так это предоставить все условия и дать мне нормально восстановиться, я не согласна с ним.

Я банально не привыкла ничего не делать. Мне нужно движение!

И именно поэтому я лежу и думаю, как бы отплатить ему добром за добро.

– Мама, – плаксиво зовет меня Машенька.

– Шшш, – успокаиваю малышку. – Я здесь, дочь.

Она открывает свои заспанные глазки, находит меня взглядом и улыбается. А затем снова начинает рыдать.

Мне приходится взять ее на ручки и начать успокаивать. Глажу доченьку по спинке, пою ее любимую песенку про милых мишек и она постепенно затихает. Только прижимается ко мне все сильнее.

– Эй, – слегка отстраняясь улыбаюсь дочке. – Все в порядке. Не расстраивайся, – целую нежную сладкую щечку. – Теперь у нас уж точно будет все хорошо!

Машенька чувствует мой настрой и тоже начинает улыбаться. Я спускаю малышку с рук.

Привожу себя в порядок, переодеваю дочку и с волнением в сердце спускаюсь вниз.

– Здравствуйте, – только стоит сделать шаг в просторном светлом холле, как из кухни выходит женщина лет сорока.

Она осматривает меня с головы до ног, качает головой и закатывает глаза.

– Ребенка на ноги не хотите поставить? – спрашивает таким тоном, что я аж теряюсь. Не привыкла, чтобы со мной разговаривали в подобном ключе.

– Не хочу, – спокойно ей отвечаю. – Может быть мне нравится носить дочь на руках?

На самом деле, я не собираюсь еще сильнее нервировать дочку. Ведь у малышей такая чуткая психика, что любое перенапряжение выливается либо в истерики и капризы, либо в откаты в развитии. И если первое еще можно пережить, то второе будет иметь уж совсем негативные последствия. Поэтому я четко решила сделать переезд максимально комфортным для Маши.

К нагрузке мне не привыкать, я и так очень часто таскаю малышку на руках, так что выдержу. Не сломаюсь.

Тем более, на полу плитка… Опасно.

Так что нет! Лучше я поношу дочь на руках.

– Спину бы поберегла, – все таким же нравоучительным тоном произносит женщина.

– Меня зовут Марина, – представляюсь. Я хочу максимально сгладить взявшийся из ниоткуда конфликт. – А это Машенька. Ей годик и она еще толком не умеет ходить.

– Нина, – сухо произносит в ответ. – Домработница Жуковых.

– Приятно познакомиться, – приветливо улыбаюсь.

– Не могу сказать, что это взаимно, – с ходу говорит мне она.

Застываю на месте и смотрю на женщину широко открытыми глазами. Я вроде не сделала ничего плохого, за что со мной так она?

– Если увижу, что ты вьешься вокруг спальни Валентина или его кабинета, то ты мигом вылетишь отсюда! – принимается угрожать. – Уж поверь!

– Да что вы такое говорите? – я захожусь от возмущения. Меня прям кроет от праведного гнева. – Как вы смеете со мной разговаривать в подобном ключе? Я вас вижу впервые! Вы меня тоже! Я гость в этом доме в конце-то концов!

Внутри все пылает, мне хочется плакать. Я еще не пришла в себя после всего произошедшего, как тут новые испытания.

Что же за ерунда? Меня кто-то решил проверить на прочность?

А давайте на Марину еще гневную хамку домработницу кинем! Посмотрим, как она справиться с ней. Так?

– Перед Валентином строй из себя кого угодно! А вот со мной у тебя притворяться не выйдет! Я вижу твое гнилое нутро насквозь! – цедит со злостью. – Думаешь, я не знаю, чья ты жена и с какой целью заявилась в мой дом?

Она напирает. Я от неожиданности и ярого напора делаю шаг назад.

– Вы меня принимаете за кого-то другого, – пытаюсь достучаться до разума женщины. Ее поведение начинает меня откровенно пугать!

Здесь не безопасно оставаться взрослому человеку, не говоря уже о моей годовалой дочери!

Нет, конечно, Валентину спасибо за обещание помощи, но я уж лучше обойдусь сама как-нибудь. Так будет безопаснее и спокойнее для всех.

– Яковлева Марина, – выплевывает с презрением. – Жена Яковлева Константина. Думаешь, я справки не навела?

– Бывшая жена, – поправляю Нину. Она слышит меня и тут же теряется.

– В смысле бывшая? – часто моргает и моментально меняется в лице.

– Я сегодня встречаюсь с юристом и подаю на развод, – произношу открыто и прямо. Раз уж женщина так сильно беспокоится о Валентине, то может быть после новости о моем с Костей расставании она сменит гнев на милость.

– Ну раз так, – произносит растерянно. – Тогда извините мою несдержанность, – говорит совершенно иным тоном. – Добро пожаловать в наш дом!

– Благодарю, – киваю ей, но по-прежнему смотрю на женщину очень настороженно.

– Нина! Ты приехала! – по лестнице мимо меня проносится мальчуган лет пяти.

Он со всех ног бежит в сторону домработницы, расставляет в разные стороны руки и едва не врезается в нее на всей скорости.

Нина успевает подхватить мальчика.

– Конечно, приехала, – произносит не пряча нежность и ласку. Она даже выглядит иначе, когда смотрит на него! – Как же я могла тебя бросить?

– Не знаю, – пожимает плечами. Разворачивается и смотрит на меня. – А это кто?

Глава 24. Марина

Пьем чай.

Нина приготовила венские вафли с шоколадом, но перед их подачей на стол, заставила каждого съесть по тарелке овсяной каши. В том числе и меня.

Дети слопали кашку за обе щеки. Машенька даже попросила добавку, что совершенно не свойственно для нее.

Я тоже дико проголодалась, поэтому даже перечить женщине не стала, все съела. А теперь пью травяной чай.

Нина ставит на стол тарелку с еще горячим угощением и детвора сразу же оживается. Жаль, Машеньке вафли еще нельзя.

Сахар и шоколад не самое лучшее, что нужно ребенку. А если учесть состояние Демида и возраст Машеньки, то я бы вообще сказала, что такое нельзя.

– Валентин предупредил, что за вами в десять утра заедет машина, – домработница обращается ко мне спокойным, будничным тоном. Говорит так, будто не было нашей утренней стычки и все в порядке вещей.

– Так рано? – что-то я не была к такому готова. Маша вообще могла в это время спать.

Смотрю на часы и понимаю, что нам уже пора собираться. До выезда осталось чуть больше получаса и я не хочу опоздать.

– Валентин Юрьевич отправил к вам своего личного водителя! – снова вспыхивает на пустом месте. – Радуйся, что за вами приедет Илья!

Вот как…

Мне так и хочется ответить вредной женщине что-нибудь такое же едкое, как и она сама!

Откуда я знала, что Валентин решил дать мне своего личного водителя? Как я могу знать то, что происходит в этом доме?

Конечно, понимаю, они давно вместе работают, стоят плечом к плечу со своим шефом, знают друг друга на протяжении нескольких лет.

Я же вообще впервые вижу всех эти людей! И знать из них никого не знаю!

А мне еще предъявляют претензии…

Что за бред?

Единственное, что меня заставляет прикусить язык и не ввязыватся к открытый конфликт, так это полное незнание реальной ситуации. Я понятия не имею, кто такая Нина и на что она способна.

Да и затягивать с бракоразводным процессом нельзя, ведь кто знает, что сделает Костя. Чем больше времени пройдет, тем больше неприятностей он сможет создать.

Ой, нет! Раз уж решила, что мы расстаемся, так пора действовать!

– Буду радоваться и восторгаться, – цежу едко. Ну не могу молча проглотить подобное отношение.

Нина кидает на меня такой красноречивый взгляд, что у меня аж чай встает поперек горла. Откашливаюсь, смотрю на дочь.

Она с интересом разглядывает сына Валентина, мальчик Машеньке покоя не дает.

Демид уже скушал кашу и сейчас пьет чай с вафлями. Маша протягивает руку к нему, хнычет и просит дать ей кусок.

– Доченька, тебе такое еще рано, – убираю протянутую вперед ручку.

Вкладываю в нее принесенную из дома игрушку, пытаюсь переключить внимание дочери, но все безуспешно. Ей нужна вафля и все тут!

– Ну нельзя! – терпеливо объясняю Машеньке, но разве годовалый ребенок это слово поймет?

Нина и Демид не обращают на нас никакого внимание. Домработница стоит у кухонного гарнитура и нарезает фрукты, а сын Валентина что-то ищет на столе.

– Нель-зя! – повторяю дочери. Ей неймется попробовать вафлю.

Она даже дотягивается до заветной тарелки и сжимает в кулак свою добычу, несет ко рту, но не успевает откусить, как я забираю еду и снова сую ей игрушку.

Маша психует, выкидывает игрушку прочь, начинает канючить. А после вообще принимается кричать на весь дом. Мне приходится быстро выпить оставшийся чай, взглядом полюбоваться на красивые вафли и быстро убрать после себя со стола.

Подмечаю, что Демид уже давно не ест, но тарелка с едой до сих пор стоит перед мальчиком. Его внимание все в телевизоре, где идет слишком яркий и красочный мультфильм.

– Демид, – зову мальчика. Он поворачивает в нашу сторону голову, но смотрит по-прежнему в экран. – Демид, – повторяю.

На этот раз малыш реагирует и смотрит уже на меня.

– Что? – спрашивает недовольно.

– Пожалуйста, выключи телевизор, – прошу мальчика. – Он мешает, – поясняю.

А еще меня беспокоит идущий по нему мульт.

Присматриваюсь и понимаю, что это вообще ерунда какая-то! Причем, агрессивная.

– Не буду! – заявляет упрямо. Игнорирует мою просьбу и продолжает безотрывно следить за происходящем на экране.

Там творится полнейшая ерунда!

Машины одна за другой скидываются в кислотную яму и тонут, а оператор продолжает это снимать.

– Кто вообще разрешил тебе смотреть подобное? – вспыхиваю. – Нина? – зову домработницу. Она отрывается от нарезки фруктов и переключает внимание на меня. – Вы видите, что смотрит ребенок?

– Мультики, – пожимает плечами. – Их сейчас смотрят все дети, – равнодушно заявляет она.

– Это не мультик, а стрим, – терпеливо поясняю женщине.

– И что? – разворачивается и удивленно смотрит на меня. – Стрим, мультики, какая разница? – пожимает плечами и снова отворачивается не дав мне ни слова сказать.

Мда… Чувствую, весело нам здесь придется.

Подхожу к мальчику, беру лежащий рядом с ним пульт и выключаю идущую по телевизору гадость. Нечего ему ее смотреть. Да и глаза надо беречь.

– Эй! – кричит возмущенно. – Включи немедленно! – в глазах ребенка застыла злость.

– Тебе такое нельзя смотреть, – говорю контролируя каждое слово. – Лучше кушай, – показываю в тарелку.

– А я больше не хочу! – упрямо заявляет отодвигая ее.

Встречаемся взглядом с Ниной, она лишь печально вздыхает, молча берет посуду и выкидывает еду в ведро.

Я в шоке смотрю за тем, что происходит.

– И часто такое у вас? – интересуюсь обращаясь к женщине.

– Каждый день, – все таким же будничным голосом заявляет она.

У меня просто нет слов. Как так? Пятилетний ребенок делает все, что ему заблагорассудится и никто из взрослых даже не пытается начать его воспитывать?

Ох… Весело нам с Машенькой будет… Ой, как весело…

– Марина, Илья будет через пять минут, – объявляет Нина. – А вы еще не одеты!

Упс.

Глава 25. Марина

Дорога до здания суда не заняла много времени, ведь благодаря особому статусу владельца авто и положенных для него привилегий, мы практически без остановок проделали неблизкий путь.

Для водителя Валентина не являются препятствием ни пробки, ни светофоры. Единственное перед кем он притормаживает, переходящие дорогу люди.

– Прошу, – Илья открывает пассажирскую дверь и помогает выбраться из машины на улицу сначала мне, затем отстегивает Машеньку и передает дочь из рук в руки.

– Благодарю, – забираю доченьку у мужчины, она тут же привычно устраивается у меня на боку.

Знаю, что в таком возрасте уже не стоит таскать ребенка на руках, что малышка уже вполне топает ножками и нужно развивать столь ценный навык, но ничего не могу с собой поделать. Привыкла, да и все тут.

У тому же если Машенька на руках, то мы гораздо быстрее можем дойти до конечной точки. Правда, вечером у меня от подобного таскания отваливается спина, но тут уж ничего не поделать. Малышка растет не по дням, а по часам.

Поправляю на дочке шапочку, тянусь за сумкой, но едва успеваю взять ее из машины, как Валентин перехватывает столь ценный предмет из моих рук.

– Илья, я сам провожу, – сухо коротко бросает своему водителю. Тот в ответ лишь кивает.

А я пребываю в полнейшем шоке. Не ожидала его увидеть от слова совсем!

– Доброе утро, Марина, – произносит уже иным тоном. Я тут же теряюсь и не представляю, куда себя деть.

– Здравствуйте, – отвечаю с небольшой задержкой. Потом понимаю, как глупо выгляжу и смущаюсь еще сильнее.

У Валентина просто бешеная энергетика. Она буквально сбивает с ног, но если находиться рядом с мужчиной какое-то время, то к этому привыкаешь и приспосабливаешься. Вот, как вчера, например.

Мы ведь смогли нормально побеседовать, обсудить некоторые планы. Даже каким-то образом перешли на “ты”!

А сегодня…

Сегодня, видимо, придется начинать все с начала.

– Здравствуй, – исправляюсь. – Не ожидала тебя здесь увидеть, – признаюсь.

Я была уверена, что Валентин не сможет оторваться от своих дел и мы с ним увидимся в лучшем случае, вечером. Но мужчина снова все сделал так, как сам посчитал правильным.

– Почему? – он не скрывает своего удивления. – Я ведь четко дал понять, что вашей встречи с Яковлевым не потерплю.

– А при чем здесь Костя? – при имени своего почти бывшего мужа я тут же вспыхиваю.

Одно его имя бесит меня!

Ерунда какая-то, честное слово. Я ж уже пообещала, что не стану с ним искать встреч и разговаривать. Меня предали! Растоптали! И если еще кто-то думает, что я спущу подобное на тормозах, то очень сильно ошибается!

Зачем Валя вообще вспомнил про Костю? Неужели нельзя было обойтись без упоминания предавшего меня мужчины?

Ненавижу его!

– При том, что он будет искать встречи с тобой, – говорит не поведя бровью, хоть четко видел мою реакцию на имя бывшего.

– Пусть ищет, – заявляю упрямо. – Плевать! Пусть пытается! – внутри аж все пылает от гнева. – Я не собираюсь ничего с ним обсуждать!

– Очень на это надеюсь, – все так же спокойно говорит Жуков. – Но перестраховаться в любом случае не помешает, – протягивает мне руку. – Пойдем.

Я держа Машеньку на руках пытаюсь успеть за Валентином, но как ни стараюсь, мне этого не удается. В конечном итоге мужчине приходится снизить темп.

– А где ваш адвокат? – вдруг понимаю, что мы с Валей вдвоем и я совершенно не представляю, что нужно делать.

– Он сейчас подойдет, – отвечает предварительно посмотрев на часы. – А вот и он! – улыбается видя приближающегося к нам мужчину.

Внешность адвоката кажется мне смутно знакомой. Я просто уверена, что где-то раньше видела его лицо!

Всматриваюсь с высокого, статного, уверенного в себе мужчину и в очередной раз убеждаюсь, что оказалась права. Мы где-то встречались.

– Приветствую, – мужчины пожимают друг другу руки. – Извини, что опоздал. Задержали.

– Ничего страшного, – говорит Валентин. – Знакомься, это Яковлева Марина, твоя новая клиентка.

– Приятно познакомиться, – улыбаясь произносит мужчина смотря мне прямо в глаза. – Марк, – представляется.

– Савельев? – ахаю не успев удержаться. Он ухмыляется.

– Он самый, – кивает.

Вот это да…

Моим бракоразводным процессом будет заниматься поистине профессионал своего дела. Я даже мечтать о подобном не могла!

Хочется сказать мужчине много всего, ведь его последние дела были такими нашумевшими и я про них неоднократно читала. А еще он адвокат моей подруги Ирины и сейчас тоже ведет ее бракоразводный процесс.

Помню, совсем недавно страстно хотела хотя бы просто получить консультацию у профессионала такого уровня. О том, что он будет работать со мной вплотную, не могла и мечтать!

Я безмерно счастлива и благодарна Валентину, что он сам того не подозревая сотворил для меня самое настоящее чудо.

Теперь остается надеяться, что Марк на самом деле такой сильный адвокат, как все про него говорят.

– Ты изучил документы? – Валентин переключает внимание на себя.

– Да, конечно, – коротко бросает Марк. – Все будет в порядке.

– Уверен? – скептически щурится.

– Ну если все именно так, как мне прислали, – Марк стреляет глазами в мою сторону. – Или тебе, Марина, есть что сказать? – впивается в меня взглядом.

– Что именно? – не совсем понимаю о чем речь.

– У вас с Яковлевым не было брачного договора? Или еще каких-либо обязательств? – задает уточняющие вопросы.

– Нет, – отрицательно мотаю головой. – Все обычно. Просто ЗАГС и все.

– Понял тебя, – отвечает витая в своих мыслях. – Значит, идем подавать заявление?

– Да! – киваю. Марк внимательно смотрит на меня, на Машеньку. Хмурится.

– А вот с ребенком в суд лучше не соваться, – выбивает из колеи своим заявлением.

– Почему? – недоумеваю.

– Безопасности ради, – все так же спокойно заявляет. А у меня от этих слов почва уходит из-под ног.

– Марк, не пугай мне Марину, – тихо посмеивается Валентин. Он старается казаться расслабленным и спокойным, но я-то вижу, что это совершенно не так.

Между мужчинами происходит молчаливая перепалка. Воздух вокруг нас с нами накаляется и становится жарко, словно пространство рядом с нами разогрели на плите.

– Марина, мы с Ильей побудем с Машенькой в машине, – говорит Жуков.

Валентин протягивает руки вперед и забирает у меня дочку. По его напряженному тону я понимаю, что ничего хорошего не происходит и поэтому покорно позволяю забрать у меня дочь.

Удивительно, но малышка без проблем идет к нему на руки. Устраивается на боку и принимается изучать галстук, совершенно не обращает внимание на меня.

– Нам нужно идти, – Марк тянет вперед. Я лишь успеваю кивнуть Вале перед тем, как он скроется из поля видимости.

Заворачиваю за угол и тут же мне приходится увернуться от столкновения. Резко останавливаюсь и во все глаза смотрю на ту, в кого едва не врезалась.

– Дарина? – в шоке произношу.

Глава 26. Валентин

Марины с Марком что-то долго нет, а малышка больше не может обходиться без мамы. Она капризничает, швыряет игрушки и постоянно тычет пальчиком в стекло.

Машеньку не интересуют ни мультики, ни всевозможные вещицы, что я могу ей дать, ей нужна только мама. И ничего больше.

Мда.

Делать нечего, приходится покидать наше укрытие и выходить на улицу, ходить там. А поскольку напротив здания суда нет места, где можно занять ребенка, мне приходится искать мало-мальски подходящие места.

Единственное, что я нашел, так это памятник Ленина, расположенный между голубыми елями. Вокруг него гуляют голуби и воробьи.

Беру малышку на руки, под шутки-прибаутки отношу в сторону и показываю на птиц.

Сначала Машенька заинтересовывается пернатыми созданиями, а после снова начинает плакать. Ей нужна мама.

Мои нервы не выдерживают детского рева и я сдаюсь. Достаю телефон, звоню Марку, а не получив ответа набираю Марину.

Но вот только ни Савельев, ни Яковлева не спешат брать трубки, а усиливающийся с каждой минутой плачь окончательно добивает меня.

– Идем! – начинаю все сильнее раздражаться.

Хватаю малышку на руки и быстрым шагом направляюсь к зданию суда. Охрана бежит следом.

Удивительно, что ко мне не попытались прорваться местные активисты со своими проблемами и вопросами. Ведь я нахожусь на улице достаточно долгое время, а охраны толком нет.

Как-то я не предусмотрел этот момент. В следующий раз нужно будет внимательнее продумать свои действия.

Машенька словно поняла, что я на нахожусь на взводе и тут же замолчала. Пока мы идем по улице, она сидит и не дергается у меня на руках.

– Сейчас найдем твою маму, – обещаю затихшей девочке открывая дверь, пытаюсь ее успокоить, но малышка уже отвлеклась и играет с моим галстуком.

Она сжимает его в кулачке, мнет, как только захочет. Хихикает.

Такими темпами от моего предмета одежды совсем скоро ничего не останется и на встречу придется ехать без него.

Да плевать! Пусть делает все, что захочет!

Лишь бы не плакала.

Заходим в просторный светлый вестибюль, я тут же нахожу взглядом нужную дверь и направляюсь прямиком туда.

– Валентин Юрьевич, – меня окликает расфуфыренная представительница слабого пола. Мне бы очень хотелось назвать ее девушкой, но язык не поворачивается так сказать.

“Нечто” пытается подойти ко мне вплотную, но тут между нами вырастает стена из охраны. Не пропускают ко мне незнакомку.

– Стоять! – рявкает один из моих парней, перерезая летящему в нашу сторону недоразумения.

– Маша! Маша у него! – кричит кому-то. Я напрягаюсь.

– Уберите ее, – тихо обращаюсь к охране. – Пока она шумихи не наделала.

– Сейчас сделаем, – коротко бросает мне охранник. Делает несколько шагов вперед настигая кричащую особу. Встает прямо напротив нее.

Пока охрана разбирается с чудачкой, я вваливаюсь в необходимый мне кабинет.

Но вместо Марины и Марка встречаюсь с Яковлевым.

– Папа! – улыбается Машенька и тянет руки к отцу.

Константин видит меня, свою дочь и на мгновение теряет дар речи. Я словно в замедленной съемке наблюдаю за сменой эмоций у него на лицею Удивление переходит в шок, затем сменяется невероятным изумлением, а после появляется гнев.

– Маша? – Яковлев охреневая смотрит на дочь. Переводит взгляд на меня. – Что она делает рядом с тобой?!

– Как видишь, – заявляю совершенно спокойно. Я мэр и мне просто необходимо держать лицо. – Сидит у меня на руках, – киваю в сторону ребенка. – Не понятно?

– Какого хрена она у тебя?! – взрывается Константин. – Отдай мне мою дочь! Немедленно! – говорит требовательно, пытается удержаться от оскорблений, но я прекрасно вижу, как мужчину трясет.

Он делает шаг вперед и вплотную приближается ко мне, вытягивает вперед руки пытаясь схватить ребенка, но я уворачиваюсь от соприкосновения в самый последний момент.

– Э, нет, – говорю ему. Яковлев рвет и мечет. Он не ожидал подобного развития событий и теперь не может справиться со своими мыслями.

Костя далеко не дурак и прекрасно понимает дальнейшее развитие событий. Равно, как и я.

Именно поэтому Марина будет жить у меня в доме ровно столько, сколько потребуется для восстановления. И еще немного дольше, я собираюсь попросить девушку остаться в моем доме минимум на один год.

Понятия не имею, что именно произошло между Яковлевыми, но отпускать Марину просто так не намерен. Уж слишком высока поставленная мною цель.

– Девочка останется у меня, – произношу по-прежнему оставаясь невозмутимо спокойным.

– На каком основании? – усмехается Константин.

– На том, что ты скоро будешь лишен родительских прав, – заявляю и тут же подмечаю в глазах собеседника испуг.

– С хрена ли? – Яковлев прячет страх за бравотой.

Мне не нравится, но Машенька постоянно тянет ручки к своему папе. Она отталкивает меня, принимается верещать с новой силой.

Еще немного и лишних взглядов будет не избежать.

– Ребенка отдай, – требует Яковлев.

– И не подумаю, – отрезаю.

Костя протягивает руки вперед, я уворачиваюсь еще раз.

– Оставь малышку в покое, – говорю строго, но Яковлев меня словно не слышит. Продолжает переть вперед.

– Я вызываю ментов и тебя посадят за похищение несовершеннолетнего! – взгляд Яковлева пылает.

– Попробуй, – усмехаюсь. – Увидим, кто после этого вызова окончательно девочку заберет!

Он замолкает, но я-то вижу, что Константин жаждет привлечь в перепалке еще больше внимания. Его так и порывает устроить фееричный скандал.

Яковлев демонстративно лезет в пальто, достает телефон и с вызовом смотрит на меня.

– Нуу что? Добровольно отдашь или мне ментам звонить? – спрашивает зло сверкая глазами.

– Звони! – отвечаю ему.

Глава 27. Валентин

Смотрю на мужа Марины и мне становится интересно, что такого она в нем нашла.

Обычный судак, ничего особенного или хоть мало-мальски цепляющего в нем не наблюдается. Даже банального уважения к окружающим!

Не понимаю, как Яковлев мог ее заинтересовать.

Особым умом не блещет, деньгами мусорит на каждом углу, следит за своими внешним видом похлеще самых ярык красоток.

Он совершенно не задумывается о завтрашнем дне, не стремится подстраховать себя и свою семью, не намеревается подстелить соломку на случай неудачи. Яковлев пытается показать всем и вся какой он крутой, но на самом деле, показывает насколько жалок.

Помимо дешевого пафоса и гнили в этом человеке ничего больше нет. И я действительно не понимаю, как Марина смогла с ним прожить столько времени.

По девушке сразу видно, что она из интеллигентной семьи и воспитана хорошо. Пусть выглядит не всегда идеально, но внешность легко можно исправить.

Мне достаточно будет отправить к ней стилиста, подобрать подходящий для ее фигуры фасон одежды, выбрать стиль и купить достаточное количество шмоток. Все!

Марина будет держаться на должном уровне и без труда сможет поддержать разговор с необходимыми людьми. Она просто сокровище, которое днем с огнем не сыщешь!

А Яковлев… Он просто тварь.

На самом деле, таких, как Костик пруд пруди. Жаль, что почему-то по нашей жизни именно на таких “клюют” порядочные девушки и отдают всех себя без остатка, не задумываясь о последствиях и о том, что ждет впереди.

Мне даже становится обидно, ведь вокруг столько нормальных мужиков, а они за индюками всякими бегают. И после этого еще обижаются, когда их курицами зовут.

– Что ж не звонишь? – усмехаюсь смотря прямо на ублюдка. – Неужто понял, что не с простым человеком разговариваешь?

– Да пошел ты! – кидает в сердцах. Тянет руки к малышке.

– Не трожь мою дочь! – к нам подлетает Марина. Она словно разъяренная тигрица вырастает стеной между нами. – Ты больше не увидишь ее! – зло шипит.

– Мы еще увидим, кто кого не увидит, – напирает на Марину. Та отступает назад.

– Держи дочку, – даю в руки девушке ребенка, Машенька в тот же миг успокаивается и обнимает свою маму.

Я делаю шаг вперед и загораживаю Яковлеву жену и дочь, прячу их за своей спиной. Ублюдок не решается переть против меня, он стоит напротив и смотрит с ненавистью.

– Ты еще пожалеешь, что влез в мою семью! – рычит не сдерживая своих эмоций.

– В том, что Марина от тебя ушла виноват только ты сам, – отвечаю спокойно, не поддаюсь на провокацию и угрозу. – Марк! – окликаю адвоката. Он вышел из кабинета и теперь ищет нас. Оборачивается услышав свое имя.

Савельеву достаточно мгновения, чтобы оценить обстановку. Марк с легким прищуром следит за Яковлевым и незамедлительно подходит к нам.

– Константин, как я полагаю, – произносит оценивая моего противника.

– Да, – переводит внимание на Марка. – А ты кто? – спрашивает не выказывая банального уважения.

Яковлев чувствует себя, словно он пуп земли! И поведение у него соответствующее.

– Я тот, кто представляет интересы вашей жены, – Марк достает из кармана свою визитку и протягивает ее охреневшему Косте. – Отныне все возникающие у вас вопросы решать будете со мной, – отрезает.

Яковлев смотрит на него, на меня, за моим плечом пытается разглядеть Марину, но этого у него не выходит и он заводится еще сильнее.

– Неужели ты думаешь, что они тебе смогут помочь? – говорит на повышенных тонах. – М?!

Марина молчит. Я чувствую, как ей страшно, но ничем помочь не могу.

Увы.

– Ты не прельщайся! – продолжает свою гневную тираду. – Тобой воспользуются против меня, да и только! И сразу же вышвырнут за ненадобностью! Тварь!

– Константин! – гневный монолог прерывает Савельев. – Все, что вы скажете или сделаете будет использовано против вас в суде, – жестко осаживает его. – Все, что происходит в этом здании снимается на камеру, – жестом показывает на небольшую черную “кнопку” на потолке. – И при должном влиянии, а у нас оно, поверьте, есть, – добавляет чуть понизив голос. – Все, что вы скажете или сделаете будет доступно прессе, – берет многозначительную паузу. Позволяет Косте “переварить”. – И уж поверьте мне, я подберу самые красочные и яркие ваши высказывания! Читатели будут в восторге!

Слова Савельева остужают Яковлева. Тот хоть и смотрит на нас полным ненависти взглядом, но язык прикусывает.

– Ты еще пожалеешь об этом, – говорит тихо. – Тварь! – выплевывает.

Он разворачивается на сто восемьдесят и быстрым шагом уходит. Я безотрывно слежу, пока ублюдок не скроется от моих глаз.

– Простите, – еле слышно шепчет Марина. – Мне очень неудобно перед вами, – говорит обреченно. Слышу слезы в ее голосе и разворачиваюсь лицом к перепуганной девушке.

– Не нужно извиняться, – успокаиваю ее. – Ты здесь не при чем.

Марина поднимает на меня свои переполненные сожалением глаза и в этот миг у меня внутри что-то ломается. Я понимаю, что даже после завершения предвыборной гонки, не смогу ее отпустить.

Не знаю, что на меня нашло, откуда взялись эти чувства и что с ними делать. Стоит только подумать, как эмоции сразу же с толку сбивают.

Ерундистика какая-то.

– Пойдем ко мне в кабинет, – принимаю решение. – Там сможем спокойно все обсудить.

Марина и Марк переглядываются, он пожимает плечами.

– Идем, – говорит.

Дорога до моего рабочего места не занимает много времени и вот мы уже сидим в кабинете и обсуждаем дальнейший план.

Марина отпустила Машеньку вниз и теперь малышка использует небольшой журнальный столик в качестве опоры, ходит вокруг. Мы же можем спокойно поговорить.

– Все разговоры записывать, без надежных свидетелей с ним не пересекаться, – Марк дает наставления Марине. – О дочери принципиально не упоминать! Поняла?

– А если он спросит? – хмурится Яковлева. – Тогда, что?

– Он не спросит, – хитро ухмыляется Савельев. – Поверь, дочь ему не интересна. Для него малышка всего лишь трофей, через который можно будет влиять на тебя. А через тебя, на Валентина.

Марина переводит с Марка на меня смущенный взгляд и обратно. Закусывает губку, а я ловлю себя на мысли, что мне становится интересен их вкус.

Уверен, она сладкая и мягкая, как сочная дыня. Ох, как же хочется попробовать!

– Марк, вы ошибаетесь, – Марина произносит очень тихо. Затем смотрит на меня и говорит уже смелее. – Костя прекрасно знает, что я не имею никакого влияния на вас.

– Я вижу, – усмехается Марк, за что получает от меня гневный взгляд. Пусть свои наблюдения при себе держит!

– В смысле? – хмурится девушка.

– Не обращай внимания, – отмахиваюсь от усмешки Савельева. – Просто кому-то уже пора уходить. Да, Марк?

Глава 28. Марина

Намеки Марка эти…

Блин! Заставил краснеть!

Вспоминаю фразочки своего адвоката касаемо интереса Валентина ко мне и снова заливаюсь краской. Чувствую себя не взрослой состоявшейся женщиной, а юной девушкой, которая только-только начала получать знаки внимания от мужчин.

Переполненная смещением кутаюсь в капюшон пытаясь спрятаться от собственных мыслей. Но разве от них убежишь?

Везде настигнут!

Ненароком снова возвращаюсь в свои мысли и осмеливаюсь представить, каково быть женщиной Валентина. Он сильный, надежный и властный… Рядом с ним чувствуешь себя, как за каменной стеной и это непередаваемое ощущение.

Позволяю себе погрузиться в глупые мечты и не замечаю, как в них проваливаюсь. Прихожу в себя лишь поняв, что дочка как-то странно притихла.

Резко поворачиваюсь в её сторону, смотрю дышит ли, вижу как поднимается и опускается грудная клетка и выдыхаю.

Вот же блин! Отвлеклась.

Машенька однажды едва не захлебнулась! Это было ужасно… Я перепугалась до жути, еле откачала малышку! А муж еще наорал, что я его якобы от дороги отвлекла…

После того, как её однажды укачало в машине и Костя отказался остановиться, я теперь всегда настороже. Только сейчас почему-то расслабилась.

Подавиться и захлебнуться маленькому ребенку не долго, а вот как потом с этим грузом жить…

Лучше не представлять!

– Машенька, ты главное, не усни, – переключаю свое внимание на задремавшую дочку. Она приоткрывает глазки, я выдыхаю. Кажется, я успела в самый последний момент и дочка еще не успела погрузиться в сон.

Малышка смотрит на меня нахмурив бровки, а я, наоборот, ей улыбаюсь. Начинаю заигрывать, говорить всякую ерунду и всячески пытаюсь заинтересовать, что крайне сложно сделать с практически уснувшим ребенком.

– Приехали. Можете выходить, – долгожданные слова Ильи как никогда прежде радуют.

– Пойдем? – спрашиваю отстегивая дочь. Она кивает в ответ.

С моего лица не сходит улыбка и это так прекрасно, что слов даже нет! Мысли о Валентине дают такой эффект, которого я даже не ожидала.

Если буквально недавно я только и делала как выжимала из себя нечто похожее на счастье, то теперь мне приходится закусывать губу, чтобы слишком сильно не светиться от него.

Не представляю, что будет, когда нам с Валентином придется расстаться, а ведь это неизбежно. Мы с ним чужие друг для друга люди, которых просто на время свела судьба.

Удивительно, как за столь короткое время я успела привязаться к мужчине. Его присутствие рядом кажется настолько естественным, что даже страшно!

Костя даже спустя годы отношений не стал для меня таким родным, как Валентин за пару дней.

Если все так пойдет, то мне даже страшно подумать, что будет дальше. Ведь появившаяся столь резко и сильно привязанность к мужчине так просто не пройдет. Главное, чтобы она осталась для него незаметна. Иначе боюсь, нашему соглашению наступит конец.

Ну вот… Рассуждаю на тему другого мужчины, вздыхаю по нему и строю иллюзии, которым не суждено сбыться, хотя еще замужем за другим.

Стыдоба!

Знала б моя бабушка о подобных мыслях, по заднице б надавала! Или может быть наоборот… Выпорола в тот момент, когда б я Костю к ней знакомить привела.

Жаль, к тому моменту, как я решила связать свою жизнь с этим непорядочным человеком, ее уже не было с нами. В противном случае, я уверена, она бы живо раскусила его истинное нутро!

Удивительно, но никаких иных чувств к Косте помимо отвращения у меня нет. Сегодня, после нашей стычки в кабинете, я как никогда твердо поняла, что уйти от него было самым верным решением в моей жизни.

– Топь-топь, – говорит Машенька перебирая ножками по небольшой лужице. – Топь-топь, – хихикает.

Смотрю на дочку и умиляюсь. Какая же она у меня замечательная!

Пожалуй, это единственное, за что мне стоит Костю благодарить.

И то… Костю ли…

Но об этом не будем! Дурные мысли прочь из головы!

– Машуль, пойдем, – пытаюсь утащить за собой упирающуюся дочь, но она не идет.

Верещит, упирается и всячески выказывает свое возмущение.

Смотрю на нее и обреченно вздыхаю, пока не наиграется не уведешь. Придется стоять и ждать.

Что ж поделать, такая вот характерная она у меня.

Может быть я действую неправильно в плане воспитания, раз ведусь на капризы, но мне кажется, что в случае с Машенькой все наоборот. Дочке нужно знать, что ее потребности важны для мамы и что мама готова исполнить большинство из них.

Ведь помимо мамы у нее теперь никого не осталось… Увы и ах.

– Наконец-то явились! – недобрым голосом произносит домработница, как только мы с Машенькой переступаем порог дома.

От столь неприкрытой враждебности и предъяв, я аж оторопела. Прекращаю расстегивать кофточку на Машеньке и поднимаю на женщину удивленный взгляд.

– Что, простите? – хмурясь переспрашиваю. Все хорошее настроение вмиг испарилось, словно его и не было несколько секунд назад.

– Стол накрыт! Обед стынет! – говорит в сердцах. – Мы с Демидом не обедаем, ждем вас! Детям спать уже пора! Вы о чем вообще думаете?!

– Нина, мне кажется, вы немного путаете с кем именно говорите, – произношу низким голосом. Я старательно пытаюсь не вестись на открытый конфликт, но сдерживать себя оказывается крайне не просто.

От моих резких слов женщина тут же меняется в лице и замолкает. Перестает срывать на мне свое недовольство.

– Извини, – говорит с улыбкой, которая больше похожа на оскал. – Я неправильно выразилась.

– Извиняю.

Глава 29. Марина

Наспех пообедав укладываю Машеньку, а сама едва дождавшись как доченька уснет, спускаюсь вниз. Мне нужно поговорить с Ниной и откладывать наш разговор я не намерена ни на минуту.

Реакция домработницы на мое присутствие в этом доме выходит за рамки не только приличия и деловой этики, а даже за рамки банальной логики и разума! Я не понимаю подобного ее отношения и одно дело только на меня, так женщина без причины может сорваться и на мою дочь.

Нина ведет себя словно я враг пробравшийся в дом и намеревающий занять ее место, хоть это вовсе не так. Да, нас с Машенькой пригласил Валентин, но это значит, что с нами нужно быть максимально культурной и вежливой, а не срываться с цепи.

Она из-за чего-то яро ненавидит меня и я собираюсь выяснить причину подобного отношения, ведь продолжать дальше в таком духе банально нельзя. Стоит только представить, что женщина накричит на ни в чем не виноватую Машеньку, как меня захлестывает возмущение.

А Нина ведет себя таким образом, что к ее персоне доверия нет. Как Валентин с ней вообще своего сына оставляет?

Я совершенно не скандальный и истерично человек и не хочу нарываться на конфликт, но терпеть подобное отношение в свой адрес больше не собираюсь. В конце концов, я ей не грубила, не хамила и не давала ни единого повода, чтобы она посмела проявлять столь ярое неуважение.

В груди бушуют неприятные гнев и раздражение, приправленные обидой и активно сдобренные оскорблениями, что выслушала сегодня от неё, они подталкивают идти вперед.

Разумом понимаю, что разговаривать не возобладав над эмоциями, глупо. Разговор из конструктивного быстро перейдет на взаимопретензии и толк от него выйдет нулевой.

Но как ни пытаюсь, справиться с влиянием ее слов на себя, у меня ничего не выходит. Негатив оказывается сильнее.

Он зудит в груди, не отпускает. Словно улей, жужжит и жужжит внутри.

Бесит!

Буквально час назад я сгорала от смущения и витала в облаках, а сейчас думаю лишь о том, как не сорваться и не наговорить гадостей человеку, а максимально быстро и грамотно поставить его на место.

Погруженная в свои мысли спускаюсь вниз и направляюсь на кухню, где судя по шуму находится Нина. Судя по звуку, она что-то моет.

Захожу в просторное светлое помещение, наблюдаю за женщиной и не спешу себя обнаруживать. Мне становится интересно, чем же таким она занята.

Отхожу чуть в сторону, чтобы улучшить обзор и замечаю, что вода просто стекает в раковину под высоким напором.

Добработница занята другим. Она старательно что-то толчет в ступке.

Затаив дыхание наблюдаю за действиями женщины и чем больше смотрю, тем сильнее мне становится не по себе.

Не заметив меня, она продолжает свое занятие. Закончив растирать, берёт ложкой из ступки белый порошок и бурча себе под нос нечленораздельные слова посылает этим порошком свежеприготовленные булочки.

Убедившись, что каждая из ароматных пышных булочек получила свою порцию порошка, она достаёт сахарную пудру и активно посыпает ею сверху, пряча под белоснежной сладостью свой секрет.

От увиденной картины меня начинает переполнять возмущение, так и хочется поинтересоваться какого лешего здесь творится. Но я вовремя успеваю прикусить губу.

Нельзя показывать, что я поймала женщину с поличным. Мало ли какие у нее еще фокусы припрятаны.

Прежде, чем вступать в открытое противостояние, нужно изучить противника.

Решаю, что самым безопасным для всех и для меня в частности будет уйти отсюда. Пусть Нина не знает, что я вообще заходила на кухню.

Вернусь в комнату, позвоню Валентину, аккуратно выясню знает ли он о странном поведении своей домработницы и буду делать дальнейшие выводы.

Да! Так и нужно поступить.

Осторожно, чтобы не привлечь к своей персоне ненужного внимания, разворачиваюсь и на носочках направляюсь к выходу. Прохожу половину расстояния, дохожу до обеденного стола и случайно оступаюсь. Хватаюсь рукой за стол, но промахиваюсь и чтобы не упасть вынужденно делаю шаг назад. Задеваю рукой лежащие на столе столовые приборы, они с грохотом падают на пол. Пространство вокруг замирает.

– Ой, – пищу понимая, что меня вот-вот заметят. Поднимаю на домработницу испуганный взгляд.

– Марина? – удивленно произносит женщина. – Что ты здесь делаешь? Ты же пошла укладывать спать дочь! – говорит строго и в упор смотрит на меня.

– Водички попить захотелось, – отвечаю невозмутимо. У меня даже каким-то чудом получается выдавить из себя некое подобие улыбки. Наверное, от страха быть пойманной с поличным. – Или это тоже запрещено? – скептически подмечаю.

– Да нет, – Нина видит мое деланное спокойствие и немного расслабляется. – Не запрещено.

– Вот и славно, – пожимая плечами обхожу ее, беру стакан и наливаю воды прямо из фильтра. Под возмущенный взгляд домработницы залпом выпиваю его. – Вкусно-то как! – заключаю с победной улыбкой.

Разворачиваюсь и возвращаюсь назад.

Лишь зайдя в комнату и заперев дверь понимаю, как быстро бьется сердце от страха. Все-таки я не привыкла к подобным вещам.

Подхожу к дочери, проверяю спит ли малышка и выдыхаю. Машенька не просыпалась, когда меня не было и это очень хорошо.

Забираюсь на кровать, приоткрываю штору и смотрю на происходящее во дворе, а тем временем в моей голове беспрерывно крутятся мысли об увиденном на кухне.

И чем дольше я об этом думаю, тем меньше оно мне нравится.

Ну не верю я, что этот белый порошок, которым Нина посыпала в тайне ото всех, булочки, пойдет нам на пользу. Не ве-рю!

Твердо решив не пускать подобное самовольство на самотек и не допустить поедания булочек, я поднимаюсь на ноги и снова иду вниз.

Глава 30. Марина

С колотящимся от страха сердцем словно вор крадусь по чужому дому, прохожу по коридору второго этажа мимо закрытых дверей в жилые комнаты и застываю от каждого шороха.

Останавливаюсь. Жду.

Выдыхаю, беру волнение под контроль и продолжаю свой путь. Мне нужно двигаться дальше.

Подхожу к лестнице, перегибаюсь через перилла смотрю вниз и убедившись, что на горизонте никого нет, начинаю спускаться.

Каждый мой шаг словно тысяча шагов, очень сложно идти. Но ответственность за здоровье других, подгоняет.

Я изо всех сил стараюсь остаться незамеченной и поэтому так быстро, как хотелось бы, добраться до кухни не выйдет, увы. Если вдруг столкнусь с Ниной и она что-то заподозрит, то все пропало.

Подобного нельзя допустить!

Мне нужно успеть избавиться от булочек. Срочно! Пока Машенька спит и не сможет мне помешать.

К сожалению, времени у меня осталось не так много, счет идет на минуты. Дочка может проснуться в любой момент и тогда уже избавиться от странного угощения не выйдет. Мне банально никто не даст этого сделать.

Маша не позволит что-то сделать тихо, ведь она у меня вечно болтает на своем тарабарском и тянет ручки ко всему, что плохо лежит. А как увидит сладкую выпечку, так сразу же заверещит требуя вкусняшку себе.

Ей нужно прямо сейчас. Вот немедленно! Иначе…

Ох, лучше не вспоминать.

Маша просто обожает выпечку! Ей нет разницы пирог, булка или черный хлеб.

Моя дочка готова тоннами поглощать все мучное и это печально, лучше бы она нормальное ела что-нибудь.

Она не особенно любит фрукты и ягоды, овощи вообще в нее тяжело запихать. Но как только увидит какую-то булку…

Маша до трясучки любит все, что приготовлено с мукой.

Никогда не думала, что мне придется с раннего возраста ограничивать дочку в еде и тщательно следить за калориями, которые она получает. Ведь немного не доглядишь, так потом наест столько, что придется худеть.

В общем, сложно все. И врачи, блин, руками разводят.

Дома я не позволяю задержаться хоть чему-то мучному на столе.

Печенье, пирожки, блины под запретом. А если что-то и давать Маше, то только то, что приготовила сама.

Я изучила все виды муки, нашла сотню рецептов с полезными сладостями и выпечкой. Трачу на приготовление правильной еды много времени и очень надеюсь, что смогу продолжить здесь в том же духе.

Поэтому да! От булочек не плохо избавиться не только из-за непонятного порошка, которым они посыпаны, но и из-за дочки. Ей подобное кушать нельзя.

Медленно крадясь подхожу к входу на кухню.

С бешено бьющимся сердцем нажимаю на ручку и открываю дверь. Заглядываю.

Пусто.

Фух! Можно выдохнуть.

Быстро, чтобы не потерять ни единой секунды, кидаюсь вперед. Нахожу поднос полный ароматной и румяной выпечки, снимаю бережно положенное на него полотенце и смотрю на пышные булочки.

Эх… Жаль портить такую красоту.

– Что ты тут делаешь? – раздается за спиной строгий женский голос при звуке которого сердце ухает в пятки.

Оборачиваюсь.

– Я? – спрашиваю первое, что пришло в голову.

– Ну не я же, – говорит грозно. По моей коже пробегает озноб.

Кажется, я теперь знаю, что чувствуют преступники, которых поймали на месте преступления. Ничего хорошего!

Ух!

– Ээ, – пытаюсь придумать хоть что-то, но от страха нет ни одной идеи.

Блин! Мариша! Не сдаваться! Нельзя!

На кону сейчас стоят несколько жизней и только ты в состоянии помешать осуществлению коварного плана домработницы.

Только ты!

О! Бинго! Придумала!

– Попить пришла, – трясущимися от волнения руками хватаю с полки стакан и наливаю его полный воды.

Под удивленный взгляд Нины одним махом осушаю стакан и снова его наливаю до крас.

– Пить хочется просто пипец, – приговариваю. А сама понимаю, что больше двух стаканов воды в меня больше не влезет.

Думай, Мариша! Думай!

– С тобой все в порядке? – хмурится женщина.

– О, да! – отмахиваюсь от ее вопроса. – Конечно!

По крайней мере пока… Пока я не попробовала твои булочки!

– Так много пить вредно, – Нина не скрывает своей озабоченности моим поведением. Чувствую спиной, как она начинает приближаться ко мне.

Блин! Блин!! Блин!!!

Она же сейчас подойдет ближе, увидит открытое полотенце и точно поймет, что я смотрела на ее булки. Будет полнейшим фиаско, если она их уберет!

– Вода полезна для организма, – стараюсь говорить невозмутимо, но от волнения мой голос все равно немного дрожит. – Кажется, я переела соленого крекера, – вру самым неподобающим образом. – Вот теперь организм требует пить.

– Лучше б спустилась вниз и нормально поела, – бурчит недовольно.

– Как-то не до этого было, – отмахиваюсь. – Дел, знаешь ли, ворох! У меня ребенок на руках.

– Ой, да все мы через это проходили! – отмахивается. – Словно ты единственная, кто матерью был.

На подобную фразу я просто не могу не повернуться. Резко разворачиваюсь и сталкиваюсь нос к носу с раздраженной женщиной.

– Поясни, – требовательно спрашиваю у нее. Она зло сверкает глазами.

– А чего здесь пояснять? – щурится. – Ты не можешь справиться со своей дочерью, а еще смеешь указывать другим, как им с их детьми обращаться.

От направленной в мой адрес агрессии я на мгновение теряюсь. Но затем быстро прихожу в себя.

– Когда это я тебя учила обращаться с твоими детьми? – говорю с Ниной ее же интонацией. – Честно признаться, то я вообще удивлена, что у тебя есть дети, – специально причиняю женщине боль.

Моя фраза попадает прямо в цель. Нина заходится от ярости, краснеет и сжимает губы.

– Да как ты смеешь! – шипит разъяренно. – Нахалка!

– Ой, – отмахиваюсь рукой. – Да кто бы говорил, – закатывая глаза отворачиваюсь от нее и наливаю очередной стакан. Я же “водички попить” спустилась.

Активно изображая дикий сушняк, выпиваю второй стакан и наливаю третий. Глазами вдруг вижу стоящий на полке кувшин.

О, счастье!

На этот раз мозг срабатывает быстро и четко. В моей голове рождается самый, что ни на есть гениальный план.

– Пожалуй, наберу с собой водички, – объявляю все так же невозмутимо.

Нина, словно почувствовав, убирает поднос с булками в сторону. Я лишь печально провожаю их взглядом.

Блин… Неужели мой план провалился?

Но Нина неумолимо относит его проч.

Мда…

Налив полный кувшин, понимаю, что предлогов оставаться здесь у меня больше нет и нужно уходить. Печально, конечно, что у меня не вышло пролить полтора литра воды на выпечку. Но я еще обязательно придумаю новый план!

– Пиу! Пиу! – доносится из-за угла. – Пиу! Пиу!

Сын Валентина играется с водным пистолетом и разбрызгивая влагу по всему дому.

Ох, не поскользнуться бы!

– Демид! Прекрати немедленно! – пытается угомонить его Нина, но у нее ничего не выходит. – Я все расскажу твоему отцу!

После замечания от домработницы мальчик лишь сильнее расходится и, кажется, его уже ничем не остановить.

Словно в замедленной съемке вижу, как мальчик залетает на кухню, спотыкается о миску с кошачьим кормом, рассыпая ее содержимое на всю протяженность пола, его пистолет летит прямиком в тарелку, на которую уже Нина успела переложить злосчастное “угощение”. Тарелка теряет устойчивость, приходит в движение, летит вниз с диким грохотом разбиваясь о твердый пол и покрывает все, что находится рядом, грудой осколков.

Браво!

– Демииид! – Нина делает глубокий вдох. – Как. Ты. Посмел?!! – рявкает на мальчика. Тот от шока аж теряется.

Лицо домработницы идет пятнами, она теряет контроль над собой и схватив кухонное полотенце с праведным пламенем в глазах движется на ребенка.

Не думая ни секунды, ставлю кувшин на стол рядом с собой и опережая обезумевшую от гнева женщину, вырастаю стеной между ней и Демидом.

– Не смей орать на ребенка! – кричу на нее. – Он не виноват!

– Да ладно?! – зло сверлит меня взглядом.

– Да! – стараюсь держать себя в руках. Кто-то же должен не вестись на эмоции. – Дема, – не оборачиваясь, обращаюсь к мальчику. – Будь другом, пойди ко мне в комнату, проверь спит ли Машенька.

– Хорошо, – шепчет мальчонка прячась за дверью.

Глава 31. Марина

– Как вы смеете так обращаться с ребенком?! – моему гневу нет предела.

Я чувствую себя вулканом, который распирает от огненной лавы и кратер вот-вот переполнится. Тогда Нине не поздоровится от слова совсем.

– Демид ребенок и вы, как никто другой, должны понимать это! – кричу на неё.

Сдерживаться и продолжать строить из себя флегматичную особу не собираюсь!

Поведение Нины с каждой минутой, проведённой мною в этом доме, вызывает все больше вопросов.

Как Валентин до сих пор её не уволил?!

– Я, в отличие от тебя, Демида знаю с пеленок! – домработница произносит на повышенных тонах. Пытается подмять меня под себя, показать мое место и унизить.

Ну уж нет! Я не позволю так обращаться с собой!

– Тогда ты должна была в первую очередь поинтересоваться у Демида не порезался ли он, – шиплю тыча во вредную тетку пальцем. – А не орать на него!

– Знаешь что, милочка, – опасно щурится не разрывая зрительный контакт. Пытается меня запугать своим напором. – Ты в этом доме временный гость! – отрезает.

Прямо вижу, как она хочет сказать, чтобы я знала, где мое место.

Но отчего-то Нина этого не говорит. Смотрит на меня с ненавистью и кусает губы.

– Временный или нет, – заявляю, понимая, что не услышу продолжения ее истинных мыслей. – Вас это не касается. А вот Демиду испортить психику я не дам!

Нина одаривает меня таким свирепым взглядом, что становится не по себе. Мурашки пробегают по коже.

Но я продолжаю упрямо стоять.

– Ты скоро вылетишь из этого дома, – шипит домработница. – А я останусь, – победоносно заявляет и делает многозначительную паузу. – И мальчика буду продолжать воспитывать я! А не ты!

Ага! Как же! На твоем месте я бы не была так самоуверенна! Излишняя уверенность в собственной вседозволенности и безнаказанности до добра еще никого не доводила.

И ты не станешь исключением!

Мне очень многое хочется сказать Нине, но я сдерживаюсь. В самый последний момент прикусываю язык, чтобы не сорваться и не наговорить лишнего.

Правды здесь все равно не найду, только нервы испорчу и еще сильнее себя изведу.

Чтобы сохранить хоть какое-то самообладание и не поддаться эмоциям, решаю сделать самое верное в этой ситуации. Взять и уйти.

Беру в руки свой кувшин с водой, два чистых стакана, разворачиваюсь и гордо выпрямив спину иду прочь.

Отстаивать свою точку зрения совершенно бесполезно, доказывать грымзе что-либо не имеет никакого смысла, а трепать просто так нервы себе я не стану. Хватило сполна.

Мне еще с мужем разбираться… Бракоразводный процесс моей кровушки попьет сполна.

Самое лучшее, что я могу сделать, так это убраться отсюда и не высовываться из комнаты до самого приезда Валентина. А после…

После уговорить его заказать еду из проверенного ресторана и ни под каким предлогом не подпустить к этой еде гадкую Нину.

Хотела войны? Поздравляю! Она начата!

Выйдя из кухни мне требуется пара мгновений, чтобы перевести дух. Внутри кипит гнев, меня распирает от злости. Так хочется вернуться и высказать грымзе все, что я думаю о ней.

Но нельзя…

Я понятия не имею, кто эта Нина такая. И насколько длинные у нее щупальца, кого она еще успела в свои подковерные игры втянуть.

Пусть бесится на меня, пусть ненавидит. Плевать!

Лишь бы не узнала, что я в курсе ее маленького и гадкого секрета.

Эх… Булочки б на экспертизу отдать…

Витая в своих мыслях продолжаю путь к детям. По сторонам особенно не смотрю, меня аж потряхивает от нервного перенапряжения.

– Марина, почему ты расстроенная? – вдруг откуда ни возьмись передо мной вырастает хозяин дома.

Вижу Валентина и у меня все обмирает. Он же не должен был вернуться так рано!

В шоке смотрю на мужчину. Молчу.

– Что-то случилось? – внимательно осматривает меня с ног до головы. Мне резко становится жарко от его взгляда. – С Демидом все в порядке? – напряженно спрашивает у меня.

– Ты приехал, – шепчу.

Понимая, что Валентин рядом, у меня отлегает от сердца. Ноги становятся ватными, тело стремительно слабеет.

Но я каким-то чудом умудряюсь устоять на своих двоих.

– Да, с ним все хорошо, – подтверждая киваю и не отрывая глаз, смотрю на него. – Я очень рада, что ты приехал, – говорю правду.

Про то, что без него находиться в этом доме очень тяжело решаю промолчать.

– Конечно, приехал, – произносит уверенным и спокойным тоном. Исходящая от мужчины сила и власть окутывают меня, придают сил и позволяют дышать свободнее.

Я чувствую себя уже не так паршиво, как несколько минут ранее.

Помощь пришла!

– Как понимаю, у тебя очередная стычка с Ниной, – особо не напрягаясь констатирует факт.

Он выглядит не особо удивленным.

Киваю. Комментировать то, что только что произошло я еще не совсем в состоянии.

Мне бы немного утихомирить рвущийся наружу гнев, а то могу ненароком еще и Валентина обидеть.

Но перво-наперво нужно проверить детей. Уж слишком мне неспокойно из-за Демида.

Мальчик мог порезаться, вогнать осколок стекла себе в ногу, перепугаться или вовсе расплакаться.

В моей голове неустанно крутится один сценарий хуже другого и как ни стараюсь, с дурными мыслями справиться не выходит.

– Почему ты держишь воду в руках? – удивляется мужчина. – Поставь.

– Нет, – отвечаю гораздо резче, чем следует. Инстинктивно прижимаю кувшин ближе к себе.

Ловлю себя на мысли, что в этом доме, похоже, я ни крошки не съем и буду пить исключительно запечатанную бутилированную воду.

Мне впервые в жизни становится страшно что-либо есть.

– Мы можем поговорить? – спрашиваю прекрасно понимая, что нет смысла прятать от него свои мысли касаемо Нины. Не хороший человек она. – Наедине, – добавляю чуточку тише.

Валентин удивленно смотрит на меня.

– Срочно? – хмурится. Стреляет взглядом в кабинет и возвращает внимание мне.

– Да, – киваю подтверждая. – Я бы предпочла побеседовать прямо сейчас.

Мужчина смотрит на часы, что-то прикидывает в уме и снова переводит глаза на меня.

– Пойдем, – показывает в сторону своего домашнего офиса.

– Мне наверх нужно, – виновато поджимаю губы. – Там дети, – поясняю.

– Ну пойдем, – соглашается без раздумий. – Там и поговорим.

“Без лишних ушей”, - до меня доносится чуточку позже.

Я как-то сразу даже не разобрала, что Валентин говорит, а когда до меня дошел смысл его слов, то комментировать их было слишком поздно.

Поднимаемся по лестнице на второй этаж, подходим к моей комнате и останавливаемся.

Глава 32. Валентин

Смотрю на играющего с маленькой Машенькой Демида и понимаю, как многого вынужден лишать своего сына.

Он не знает своей матери, у него нет братика или сестры. Хотя я уверен, будь у меня еще дети, помимо Демы, ему бы пришлось гораздо легче.

Ведь одно дело, когда ты целыми днями один и совсем другое, когда у тебя твой дом – твое поле для игр.

Вспоминаю, как мы с братом в бесились, брались, переворачивали родительский дом вверх дном, как потом нам за это обоим попадало и ловлю себя на мысли, что улыбаюсь.

Даааа… Счастливое у меня было детство!

Жаль, что своему сыну я такого подарить не могу.

Смотрю на Демида и понимаю, как сильно ему нужен кто-то. Тот, кто будет с ним рядом всегда.

Словно почувствовав мой взгляд, сынок поворачивается, вскидывает голову наверх и видит меня. Его лицо тут же расплывается в счастливой улыбке.

– Папа! – счастливо кричит, подскакивает на ноги и со всей скоростью, на которую только способен, бежит к нам.

Подпрыгивает и врезается в меня, обнимает.

– Папа! Ты уже приехал! – радостно произносит озаряя меня полным любви и радости взглядом.

– Конечно, приехал, – тепло улыбаясь обнимаю сына и тормошу его волосы на макушке. – Рассказывай, как себя вел? – спрашиваю у него.

– Хорошо, – вместо Демида вдруг отвечает Марина.

Я успеваю краем глаза заметить, как она подмигивает моему сыну и тут же вижу, как он со самой счастливой улыбкой на свете кивает ей в ответ.

Мне становится интересно, что же у них за секреты такие. Но выяснять, что именно случилось, пока меня не было дома, решаю чуть позже.

Сейчас я очень сильно хочу есть.

– Валентин, ты не против, если Демид посидит с Машенькой, а мы тихонько поговорим здесь? – тактично спрашивает Марина.

Смотрю на девушку и понимаю, а ведь все-таки в мое отсутствие в доме что-то произошло.

– Да, конечно, – соглашаясь киваю. Запоздалый обед подождет.

Оставляем детей рядом с входной дверью, там же, где они изначально играли, сами проходим вглубь комнаты. Марина держится хорошо, но она стала какой-то слишком дерганной и мне это не нравится.

От другой версии девушки меня просто сводит с ума.

Я не понимаю, что именно в Яковлевой нашел, но не могу отвести от нее взгляда.

После того, как Марина села в мое авто и Илья повез девчонок обратно понял, что безумно хочу отправиться с ними. Оставаться в офисе не могу и все тут!

Не понимая, что за тревога распирает мою грудь, позвонил Илье и попросил его отменить все ранее обозначенные перед ним дела и вернуться обратно.

Что мой водитель и сделал.

И вот я стою здесь.

Совершенно не понимая причины из-за которой меня перемкнуло и я забил на работу.

– Валентин, – осторожно произносит Марина.

– Валя, – поправляю ее. В устах этой девушки мое имя слишком уж слух режет.

Похоже, я начинаю слишком сильно интересоваться чужой женой… Старый дурак! Выбрось из головы эту дурь немедленно!

Но чем больше я запрещаю себе смотреть на Марину, тем больше смотрю. И пытаться противостоять этому нет никакого толку.

– Валя, – с трудом, но все же обращается ко мне она. А я ловлю себя на мысли, что мне безумно нравится этот слегка смущенный и одновременно вместе с этим нежный голос.

– Внимательно слушаю, – говорю внимательно смотря девушке в глаза. Я не могу заставить себя от них оторваться.

Марина немного тушуется под моим взглядом, но я сижу рядом, жду и не давлю. Уверен, она обязательно начнет говорить как только будет готова.

– Как понимаю, в мое отсутствие между тобой и Ниной случился конфликт, – озвучиваю свою самую первую догадку.

– Да, – кивает подтверждая. – Мы с вашей, – кхм. – Твоей, – тут же поправляется и особенно четко выделяет последнее слово, – домработницей никак не можем найти общий язык.

Марина делает паузу, а я сижу и стараюсь не засмеяться.

Ох, Нина! Опять жертву для себя нашла?

Только вот Марина не очередная нянечка для Демида, а гостья. И пора бы тебе это принять. Иначе…

Как бы не хотелось оставить и дальше работать у себя в доме верную женщину, но учитывая скольких работников я потерял из-за ее чрезмерного рвения оградить нас от всех и вся, идея отправить Нину куда-нибудь подальше не кажется столь абсурдной.

Пусть поживет в небольшом домике у моря, развеется. Там сейчас не сезон, но климат значительно мягче нашего.

Да и мне было бы не плохо от нее отдохнуть. От слишком сильного рвения женщины я подустал, если честно.

– Марина, не переживай, – спешу успокоить девушку. – Просто Нина привыкла быть единственной женщиной в этом доме и ведет себя слишком агрессивно к остальным присутствующим, – констатирую факт, прекрасно осознавая, если не остановить ее сейчас, то дальше будет только хуже.

Если бы не присутствие Марины, то я ни за что не смог отправить в отпуск свою верную домработницу. А теперь…

Теперь у меня нет ни единой причины, чтобы ее оставить.

– Валя, ты не понимаешь, – говорит на эмоциях, подается вперед. – Я сегодня такое пережила! Врагу не пожелаешь!

– С Ниной еще ни одна женщина не смогла найти общий язык, – поясняю Марине. – Она собственница до мозга костей и очень ревностно относится к посторонним в доме. Даже, если эти самые посторонние мои личные гости.

– Я заметила, – произносит печально. – Демид сегодня баловался и едва не пострадал, – продолжает так тихо, что мне приходится к ней нагнуться.

– К сожалению, с ним подобное часто бывает, – вспоминаю наш крайний поход в больницу. Когда врач отказалась принимать моего сына даже при наличии рядом с ним няни.

Мне пришлось прерывать переговоры и звонить главврачу. Тот, конечно, тут же все уладил, но договор, на обсуждение которого я пригласил очень состоятельных людей, сорвался.

– Но ты не переживай, – успокаиваю Марину. – Нина никому вреда не причинит! – заверяю.

– Хотелось бы в это верить, – добавляет скептически.

– В смысле? – пристально всматриваюсь в ее лицо.

– Она нас едва не отравила, – выпаливает на одном дыхании.

– ЧТО?!?!?!

Глава 33. Валентин

Слушаю рассказ Яковлевой и у меня волосы на голове становятся дыбом. Страшно подумать в правдивость ее слов и хочется обвинить девушку во лжи, ведь так легко не разобравшись в ситуации оклеветать.

Но по глазам девушки вижу, что она говорит правду.

Марина в подробностях делится со мной произошедшем в доме и чем больше она говорит, тем сильнее мне становится не по себе.

А когда она начинает рассказывать, как домработница сорвалась на моего ребенка, мне приходится буквально заставить себя не сорваться и не наделать глупостей.

Ярость переполняет.

Конечно, я знаю, что у моей домработницы весьма сложный характер, но я был уверен, Нина никогда не предаст.

Она работает в моем доме уже много лет, знает все мои пожелания и предпочтения, в курсе про ситуацию с матерью Демида и ни при каких условиях полученную здесь информацию никому не продаст.

Но то, что рассказывает Марина…

В голове не укладывается. Совершенно!

Поднимаюсь с кресла сурово сжимая губы. Я должен разобраться в сложившейся ситуации прямо сейчас!

– Ты куда? – ахает Марина.

– Вниз, – рычу. – Пойду, выясню правду.

Я полон решимости выяснить, что же именно было в той ступке. Почему Нина позволяет хамски обращаться с Мариной и повышать голос на моего сына, мог бы выяснить позже, но раз складываются обстоятельства, узнаю сейчас.

Блин! Словно мне не хватает проблем по работе.

Еще дома приходится воевать.

– Подожди! – спохватывается девушка. – Не надо! – просит меня хватая за рукав.

Останавливает.

– Почему? – разворачиваюсь слишком резко и Марина врезается в меня.

Инстинктивно ловлю девушку, не позволяю ей сильно удариться о плечо, прижимаю к своей груди сглаживая падение.

– Прости, – произношу растерянно. – Не ожидал, – признаюсь.

– Ничего, – говорит чуть тише и отстраняется. Снова смотрит мне в глаза.

А я никак не могу перестать любоваться ею. Такая живая…

Все эмоции написаны на лице.

– Валя, не нужно делиться с Ниной, что я видела, как она посыпает булки, – просит меня серьезным голосом. – Понимаешь, мы не знаем, что именно она задумала и пока это не выясним, предлагаю просто ее к кухне не подпускать.

– Нет, – отрезаю жестко. – Если ты говоришь правду, то Нина ни минуты больше в моем доме не проведет!

– Но… – вновь пытается возразить.

– Я так сказал! – говорю сурово.

– Хорошо, – Марина покорно соглашается.

Оставляю девушку в спальне вместе с детьми спускаюсь вниз, но вместо поисков домработницы, направляюсь к себе в кабинет и вызываю начальника охраны.

Скидываю с себя пиджак, снова понимаю, что не поем и включаю домашний компьютер.

– Вызывал? – в кабинет без стука заходит Федор.

– Да, – показываю ему на стул напротив себя. – Присаживайся.

Дожидаюсь загрузки системы, вхожу в специальную программу, при помощи которой можно посмотреть записи с расставленных по дому камер и поворачиваю монитор таким образом, чтобы Федор тоже мог его видеть изображенную на нем картинку.

– Что это? – хмурится безопасник.

– Твой косяк, – в открытую говорю ему.

– В смысле? – не понимает.

– А ты смотри, – недовольно щурюсь.

На экране Нина достает злосчастную выпечку из духовки.

– Жаль, мой сын эти булки испортил, – рычу не скрывая злость. – А то я бы ими твоих людей накормил, – зыркаю на Федора. – Сожрали б у меня все! До последней крошки!

– Да что случилось-то? – хмурится безопасник.

И как раз в этот момент на экране начинает происходить самое интересное.

Озираясь по сторонам, Нина достает ступку и лезет в карман фартука. Достает оттуда несколько таблеток и сразу же их скидывает в посудину. Принимается измельчить.

– Это что за фигня? – низким вибрирующим голосом интересуется Федор.

– Ты у меня спрашиваешь? – рычу на него. – Мне казалось, что я тебе деньги плачу за свою безопасность и это ты должен ее обеспечивать, а не наоборот!

– Блин, Валь, я реально не понимаю, что за фигня такая, – растерянно пожимает плечами. – Разберусь! – горячо заверяет.

Федор решительно поднимается на ноги и собирается уходить, но в этот момент на экране появляется Марина и он останавливается.

– Это Яковлева? – уточняет безопасник изучая внешность девушки.

– Да, – киваю ловя себя на вдруг появившемся раздражении.

Мне не нравится, что он смотрит на неё и мое отношение к этому факту мне тоже не нравится.

Марина жена моего противника и она находится в доме лишь до тех пор, пока я с ним не разберусь.

После мне придется ее отпустить и это даже не обсуждается.

– Красивая у него жена, – Федор словно специально подливает масло в огонь. – И судя по тому, что я вижу, – кивает на экран. – Не дура.

– Чем обсуждать чужих женщин, лучше выясни, что Нина хотела нам всем скормить! – говорю грубее, чем хотел. – Я не потерплю ненадежных людей в своем окружении.

– Понял, – сухо кивает. – Еды заказать? – подкалывает. Бесстрашный.

– С Ниной разберись! – рявкаю не пряча злость.

– Разберусь, – отвечает значительно тише.

– Свободен! – указываю Федору на дверь.

Я зол. И когда я в таком состоянии, со мной лучше не спорить. Опасно!

Безопасник уходит, а я разрезаю шагами кабинет, пытаюсь справиться с раздражением, но ничего не получается.

Есть хочу дико и этого не изменить. Пока не поем, так и буду срываться.

– Пофиг! – отмахиваюсь рукой. – Раз так, то в ресторан поедем!

Звоню своей помощнице, прошу забронировать столик в ресторане, а сам поднимаюсь в спальню к Марине. Не оставлять же ее и детей голодными дома.

– Валентин! – восклицает девушка как только я переступаю порог комнаты. – Ой, – осекается видя мое лицо. – Что-то случилось? – спрашивает осторожно.

– Все в порядке, – отвечаю недовольно бурча. – Мы едем ужинать в ресторан, – отрезаю. – Собирайтесь!

Глава 34. Марина

Машенька и Демид быстро нашли общий язык и теперь детвора напрочь разносит машину Валентина. Они уже несколько раз открывали и закрывали окна, пока Валя их не заблокировал, пытались открыть двери, но, благо, не успели и пикнуть, как сработал «детский» замок и обошлось без происшествия.

А ведь могло случиться непоправимое!

Но об этом стараюсь не думать. Потому что от моего волнения вряд ли что-то изменится, только себя изведу еще сильнее.

Демид начинает стучать ногами по водительскому креслу…

Мне хочется сделать ему замечание, но я тактично решаю промолчать. В конце концов, я нахожусь в гостях и не имею никакого права вмешиваться в воспитание ребенка. Особенно, если учесть, что рядом сидит его отец.

– Дема! – строго произносит Валентин. – Немедленно прекрати баловаться! – резко осекает сына.

Но избалованный мальчик даже не думает прекращать.

– Демид! – мужчина говорит с нажимом. – Мне тебя высадить? – спрашивает угрожающим тоном.

– Не надо, – Демид включается в разговор.

– Тогда веди себя соответствующим образом! – продолжает продавливать Валентин.

– Хорошо, – недовольно бурчит мальчик и в ту же секунду переключается на Машеньку.

Он начинает корчить моей дочери рожицы, они хихикают и снова начинают баловаться. Малыши сидят на задних пассажирских каждый в своем кресле. Пристегнутые! Но даже в таком положении умудряются изводить своим поведением нас.

Ох, дети, дети…

Им весело.

Если детвора ни на секунду не замолкает, то мы же с Валей едем в полнейшей тишине и видимо, Жукова это устраивает. Я первая не лезу, а он не спешит заводить разговор.

Мне не нужно напрягаться, чтобы увидеть насколько сильно мужчина не в духе и как напряжен, я вообще поражаюсь, как до сих пор Валентин не сорвался.

Не мужчина, а кремень!

– Демид так легко нашел общий язык с Машенькой, – озвучиваю свои мысли. – Моя дочь обычно на контакт идет с осторожностью, – признаюсь ему.

– Он кого хочешь очарует и разговорит, – произносит уже значительно мягче.

Я замечаю, как светлеет его лицо, когда он говорит про сына и мое сердце на мгновение замирает.

Сразу видно, как сильно Демида любит отец.

– Я заметила, – улыбаюсь вспоминая сегодняшнюю вечернюю сцену на кухне, когда в поисках убежища от злоющей домработницы мальчик побежал за мою спину. – Кого хочешь, выведет из себя, – хихикаю.

И тут же получаю многозначительный взгляд Валентина.

– А с этого момента, попрошу поподробнее, – промелькнувшая несколько секунд назад расслабленность тут же исчезает и я жалею, что не подумала прежде, чем пошутить.

– Ничего серьезного не произошло, – уклоняюсь от прямого ответа. – Не переживай, мы все решили, – пытаюсь быстро свернуть неприятную тему.

– Но все же, – снова давит. На этот раз уже на меня.

– Валя, – произношу его имя и ненадолго замолкаю пытаясь подобрать слова.

Я не хочу выглядеть невоспитанной хамкой, а поделиться произошедшим на кухне почему-то язык не поворачивается.

Интуитивно чувствую, что не стоит говорить Валентину о скандале, устроенном домработницей из-за разбитой тарелки. Я и так уже своими рассказами устроила всем нам кучу проблем.

– Ты мне очень сильно помог, так позволь отплатить тебе тем же, – прошу. – Поверь, если будет нечто критичное, как, например, сегодняшняя ситуация с непонятной посыпкой, – припоминаю ему мою жалобу на Нину. – Я обязательно поделюсь!

Мужчина смотрит на меня, но не спешит с ответом.

С замиранием в сердце жду, что же он решит.

– Ладно, – соглашается после небольшого раздумья. – Пусть будет так.

Выдыхаю.

– Спасибо! – с жаром произношу.

Он на мгновение поворачивает голову в мою сторону, бросает на меня весьма выразительный взгляд и снова переводит внимание на дорогу. По лицу мужчины эмоций не прочитать.

Я же никак не могу справиться с волнением и жаром, что с новой силой бушуют в груди, эти чувства мне не подвластны.

Валентин подъезжает ко входу в дорогой ресторан, останавливает машину и галантно помогает мне выйти. Лишь после этого из автомобильного салона вытаскиваем детей, а держащаяся чуть поодаль за нами охрана подходит уже значительно ближе.

Один из мужчин в строгих черных костюмах садится за руль и увозит авто.

Валентин ведет себя отстраненно и властно, он словно ищет подвоха и ждет засады из корреспондентов за каждым углом.

Я не понимаю, как себя с ним вести и стараюсь просто держаться под стать. Мне кажется, это будет самым оптимальным решением.

Стоит только зайти в ресторан, как к нам навстречу спешит администратор в строгой рабочей униформе.

– Добрый вечер, Валентин Юрьевич, – с придыханием произносит девушка на высоченных каблуках. Она из кожи вон лезет стараясь выстелиться перед Жуковым и старается заполучить хоть толику его внимания.

– Столик готов? – Валя одаривает ее холодным высокомерным взглядом.

– Да, конечно, – администраторша снова начинает проявлять чудеса изобретательности для привлечения внимания к собственной персоне.

Она то случайно (ну, конечно же!) проведет рукой по волосам, затем поправит блузку, а по факту демонстрирует все свои “прелести”. Мне становится так противно… Так не по себе…

Блин! Ну неужели девка не понимает, что с нами находятся дети?!

– Где наш стол? – наплевав на нормы приличия встреваю в разговор. Ловлю себя на мысли, что меня в холеной девушке буквально все раздражает!

– Я вас провожу, – отвечает мне с дежурной улыбкой, а сама тем временем не сводит глаз с Вали.

Бешусь.

– Спасибо, но мы в состоянии дойти до него сами, – особенно выделяю последнее слово.

Еще не хватало, чтобы ты тут дефилировала своей филейной частью.

– Мне не сложно, – настаивает.

– Вы слышали, что вам сказали? – сурово спрашивает Валентин.

– Да-да, конечно, – тут же обращается к мужчине елейным голосом. – Ваша кабина вон там, – показывает в сторону, где расположены уединенные кабинки.

– Ужин готов? – все так же властно уточняет Жуков.

Он не дает ни единого шанса расфуфыренной гламурной администраторше. Она и так, и сяк перед ним, а ему все равно.

– Будет подан через пять минут, – тараторит взволнованно.

Валентин смотрит на нее своим тяжелым суровым взглядом и администраторша не знает, куда деться. Ей становится явно не по себе.

– Ваш столик уже накрыт, – натянуто улыбается.

– Пойдем, – говорит Валя обращаясь ко мне.

Он берет у меня с рук Машеньку, сажает к себе и совершенно спокойной, уверенной походкой идет в сторону нужной кабинки.

– Да не говори! – до моего слуха достигает до боли знакомый смех. – Я прямо представляю, как она драит ему… Ха-ха-ха! – девушка заливается, словно позабыла, что находится в ресторане.

– Ничего, – говорит второй голос. Я тут же узнаю его и настроение становится хуже некуда. – Она еще прибежит, вот увидишь!

С трудом заставляю себя держать маску на лице, хот сердце в этот самый момент превратилось лишь в обыкновенную мышцу.

Нет, оно больше не болит. Не ноет, не тянет. Ни-че-го!

Просто я ничего теперь не испытываю.

Прохожу мимо кабинки, где Костя и Дада мило беседуют и ловлю себя на мысли, что мне противна даже мысль про них.

Ох! Продержалось бы это чувство чуть дольше!

Словно приклеенная смотрю исключительно на спину идущего вперед мужницы.

– Марина? – вдруг раздается за спиной.

Оборачиваюсь.

– Константин, мы с тобой условились, – между мной и практически бывшим мужем вырастает Валентин.

И у него на руках мой ребенок. Снова!

– Я не в твоем офисе! – Яковлев рычит на Валю, но тот стоит, как стоял. – Поэтому здесь могу делать все, что заблагорассудится! – отрезает.

– Зря ты это сказал, – кидает ему. Затем чуть поворачивается и отдает мне на руки дочку. – Марин, дорогу до кабинки запомнила? – спрашивает словно ничего серьезного не произошло. – Не потеряешься?

– Не потеряюсь!

Глава 35. Марина

Не глядя на уже практически бывшего мужа забираю у Валентина дочь, беру за руку Демида и на негнущихся ногах иду в сторону забронированного столика.

Я никак не могу справиться с бушующим в груди ураганом, мне страшно, что Костя заберет Машеньку, ведь по сути он имеет на нее такое же право, как и я.

Но, блин! После всего, что я увидела и узнала о нем, никакого общения с ним не желаю! И не позволю иметь большое влияние на нашу дочку!

Ни-за-что!

Приближаюсь к нашему столику и замечаю, что тот расположен максимально уединенно, а при нынешних обстоятельствах это не может не радовать. Забронированное для нас место со всех сторон закрыто от посторонних глаз зеленой стеной и никто не увидит что происходит за стенами.

Чуть присмотревшись понимаю, что это не просто столик и вокруг ограждение, а у нас отдельный небольшой кабинет!

Ого! Так вот как, оказывается, мэры в ресторан ходят…

Вижу в зеркале свое отражение и мое настроение тут же падает. На фоне богатства и величия, что вокруг, я выгляжу особенно жалко.

Мда.

Хочется вернуться в свою квартиру, закрыться на все замки, забраться с дочкой на диван, спрятаться под одеялом и больше никого в свой мир не впускать!

Но вместо этого я здесь. В шикарном дорогом ресторане в самом центре города, с мужчиной, который является его главой.

Собираю силу воли в кулак и иду дальше, возвращаться обратно ну никак нельзя.

Онемевшими руками толком ничего не чувствую, поэтому мне приходится держать детей чуть крепче, чем оно того следует, но детки не возмущаются и я за это им очень благодарна.

– Вот и пришли, – объявляю малышам выдавливая из себя фальшивую улыбку.

Меня всю колотит крупная дрожь и говорить нормально не получается, язык задеревенел, произнести отчетливо каждое слово требует неимоверных усилий.

Костя, блин! Вот почему ты не даешь мне покоя? Сам же к Даде ушёл, так и вали!

Нечего моей жизни касаться!

– Дема, ты куда хочешь сесть? – Интересуюсь у мальчика с трудом заставляя себя держаться и не закрываться в своих эмоциях. Детвора не виновата в совершенных взрослыми ошибках и не должны расплачиваться за неё.

Демид смотрит хитрым взглядом и щурится, он словно проверяет меня.

– Я могу сесть, куда захочу? – уточняет, а у самого глаза аж блестят от нетерпения.

– Да, конечно, – позволяю ему.

Судя из того, что я успела понять, мальчику дозволяется практически все и что-либо пытаться исправить сейчас нет никакого смысла.

Я не хочу Демиду становиться врагом.

– Сюда, – довольный мальчишка показывает на место во главе стола.

Я на секунду раздумываю стоит ли его туда сажать, но потом понимаю, что это идеальный вариант. С обеих сторон от него будем сидеть я и Валя, он никуда не сможет убежать.

– Залезай! – Разрешаю. И тут же вижу, как сильно ребенок этого хотел.

На сердце становится светлее.

Счастливый мальчуган забирается на диван и устраивается поудобнее. По его довольному личику вижу, что он очень рад.

Ох, дети! Сколько ж мало вам для счастья нужно.

– Пожалуйста, принесите детский стульчик, – прошу проходящего мимо официанта.

– Конечно. Минуту, – коротко бросает мне он.

Я понемногу успокаиваюсь и прихожу в себя, мысли о Косте оставляю за порогом небольшой комнаты, в которой сейчас нахожусь. Ловлю себя на мысли, что когда думаю о Вале, я улыбаюсь.

Все-таки Жуков невероятный! Никогда не встречала никого похожего на него.

Вдруг Машенька резко тянется в сторону и мне приходится сделать шаг вперед, чтобы сохранить равновесие и не упасть. Случайно выхожу из своего укрытия, вижу зло, но не агрессивно, беседующих мужчин, а когда разворачиваюсь, чтобы снова спрятаться и не мелькать на глазах почти бывшего мужа, то нос к носу сталкиваюсь с Дариной.

– Ой, – произношу единственное, на что меня хватает. Воздух выбивает из груди.

– Какие люди, – говорит и недобро щурится. Окидывает меня пристальным взглядом, после которого так и хочется помыться, хмыкает и кривит в злорадной усмешке губы.

– Одна, – произносит озираясь по сторонам. – Мужа решила вернуть, что ли? – напирает на меня. – Так не выйдет! – шипит. – Костя мой!

Бывшая подруга смотрит на меня не скрывая злости, я резко отшатываюсь от неё.

– Машенька, иди с Демидом поиграй, – говорю дочке. – Присмотришь за ней? – с мольбой во взгляде спрашиваю у сына Валентина.

– Без проблем! – С важным видом заключает он.

Мальчишка подскакивает со своего места и в два счета оказывается рядом с малышкой. Наклоняется, корчит рожицы, детки начинают хихикать, а я разворачиваюсь на сто восемьдесят, прячу Машу и Дему за своей спиной и сталкиваюсь с Дариной лицом к лицу.

– После всего, что Костя сделал, мне он даром не нужен! – Гордо подняв подбородок отрезаю.

Дарина явно такого ответа не ожидала.

Растерянность на лице бывшей подруги быстро сменяется гневом. Она, как всегда, все принимает на свой счет.

– Хватит лапшу мне на уши вешать! – срывается на истерику. – Отвали от моего мужика! Он мой!

Смотрю на нее словно впервые вижу… Так мерзко и противно в груди.

– Да забирай! – говорю немногим громче, чем нужно. Но продолжать спокойно, увы, не выходит. Эмоции бушуют через край. – Я на развод подала. Через месяц можете играть свадьбу! Ты ж замуж на него собралась? – ухмыляюсь. – Это твой шанс, – похлопываю ее по плечу.

Дада смотрит на меня то и дело хлопая глазами. К подобному повороту она была не готова и сейчас банально не знает как себя нужно вести.

– Тогда нафига ты сюда приперлась? – хмурится явно выдавая свое непонимание происходящего.

– А это уже не твое дело, – твердо отрезаю. – Это ты раньше была моей подругой и я делилась с тобой своей жизнью, – заявляю без жалости и сожаления. – Теперь же тебе в мою жизнь путь отрезан. Раз и навсегда!

– Марин, ты закончила? – к нам подходит Валентин. – Идем ужинать, – властно говорит мне.

– Конечно, пойдем! – тепло ему улыбаюсь. И не удостоив взгляда бывшую подругу и посчи бывшего мужа вслед за Валентином захожу в вип зону. Жуков закрывает за нами дверь.

– Смотрю, она времени зря не теряла, – цедит сквозь стиснутые зубы Дарина. Я успеваю услышать ее слова до того, как отойти от двери. – Нашла мужика круче! Поэтому тебя и отпустила!

Слушаю сплетни про себя и качаю головой. Вот же люди… Твари!

Сначала пытаются уничтожить, а потом сокрушаются, когда не удается станцевать на костях.

– Ты еду заказала? – ровным и спокойным голосом спрашивает мужчина.

– Прости, не успела, – с сожалением ему признаюсь.

– Ничего, – говорит не придавая особого значения моим словам. – Сейчас закажем.

– Угу, – киваю кротко.

– Официант!

Глава 36. Валентин

Как же меня задолбал этот Яковлев! То без предупреждения приезжает в мой офис и ведет себя так, словно он больше мне не принадлежит, то в ресторане ведет словно хозяин по жизни.

Совсем страх потерял.

Пора его жестко осадить и поставить на место, пока еще чего хуже не натворил. С него станется заказать журналистам пару громких скандалов и подмочить мою репутацию. Яковлеву нужно как-то перетянуть одеяло на себя.

Я прекрасно осведомлен о подковерных играх его кукловода и уже некоторое время готовлюсь к открытому противостоянию, но оно все оттягивается. Никто из нас не решается сделать первый шаг и развязать войну.

– Надеюсь, у тебя из-за меня проблем не будет? – вопрос Марины застает врасплох. – Я имею ввиду Костю, – добавляет чуть тише и виновато опускает взгляд в стол.

У меня отчего-то в груди начинает щемить. Я вдруг понимаю, что девушка теперь стыдится своего мужа.

– Нет, – говорю открыто и прямо. – Твой Яковлев при всем желании не сможет доставить мне серьезных проблем, не переживай по этому поводу, – заверяю.

– Зря ты так о нем думаешь. Костя только производит впечатление культурного человека, а на самом деле он не такой, – живо осаживает меня Марина. Смотрю на девушку с интересом.

– Поясни, – прошу настойчиво.

Она хмурится, кусает губы и принимается накручивать на палец выбившийся из прически локон. Мне становится интересно, что такого девушка хочет сказать.

– Понимаешь, – говорит старательно подбирая каждое слово. – Когда я собирала вещи мужа, то кое-что нашла и это полностью перевернуло все мое представление о нем не только как о мужчине, но и как о человеке, – вздыхает. – Теперь я даже смотреть не могу на него.

Опа. А вот это уже интересно.

– Что там было? – спрашиваю стараясь внешне оставаться спокойным, хоть на самом деле меня бомбит.

Чем ближе я узнаю Марину, тем сильнее в моей голове разрастается непонимание, как такая милая и порядочная девушка смогла связаться с таким гадом, как Яковлев. Он же самый настоящий подлец.

– Мне противно это вспоминать, если честно, – печально сжимает губы. – Но если хочешь, то могу показать, – предлагает то, на что я даже не смел рассчитывать.

– Ты серьезно? – не верю своим ушам.

За порочащую информацию платят баснословные деньги! А она предлагает просто так посмотреть?..

– Марин, любая информация стоит денег, – поясняю. Вдруг она по какой-то причине этого не знает. – А в политике за любые компрометирующие сведения платят достаточно много, – специально выделяю последние слова.

– За хорошего адвоката тоже платят не мало, – вдруг отвечает с легкой улыбкой. – Так что, считай, баш на баш.

Качаю головой не находя подходящих слов.

Все-таки какая же она удивительная женщина. Яковлев настоящий дурак, раз её потерял.

– Ням-ням! – принимается верещать Машенька.

– Наконец-то! – радостно потирая руки произносит Демид наклоняясь над тарелкой с картофельным пюре и запеченой курицей. – Я готов кабана съесть, – говорит важно.

– Прям целого кабана? – театрально ахает Марина прикладывая руки к груди.

Кидаю на девушку беглый взгляд и на душе сразу становится как-то светлее. Все-таки от неё исходит такое тепло и нежность, что невозможно устоять.

– Да, – твёрдо кивает, а сам светится весь, ведь ему удалось завладеть вниманием девушки.

– И не лопнешь? – Марина продолжает подыгрывать.

Она спрашивает громким шёпотом, Дёма же ведётся и принимается фантазировать какую часть кабана скушает первой, а какую оставит на потом.

Улыбаюсь.

Каким-то чудесным образом Марина успевает и покормить Машеньку, и поддержать шутливую беседу с Демидом, и поесть самой. А ещё я вдруг понимаю, что именно такой женщины рядом недоставало моему сыну. Он как никто другой чувствует людей и поэтому не подпускал к себе ни одну из профессиональных нянь.

Потому что ему не няня нужна, а мама.

От столь серьёзного открытия у меня на миг перехватывает дыхание и я теперь смотрю на Марину совсем другими глазами.

– Валь, ты чего? – улыбается девушка заметив мой пристальный взгляд. – Я испачкалась? – тут же принимается искать пятно, чем вызывает у меня еще большее умиление.

Она такая искренняя и открытая, что я на мгновение зависаю. Марина не понимает какие эмоции вызывает в моем сердце и я не хочу ее напугать.

– Все в порядке, – произношу ровно. Благо у меня за плечами огромный опыт и я прекрасно умею скрывать эмоции. – Ешь, – киваю на тарелку с едой.

Поужинав в ресторане мы мчим обратно, но на этот раз Демид и Машенька не хихикают на заднем пассажирском, они спят.

– Прости за разборки, учиненные моим мужем, – снова за него извиняется, чем просто выводит меня из себя.

– Ты серьезно сейчас? – спрашиваю понимая, что не в силах сдержаться.

Со мной такое впервые, я едва контролирую ту бурю эмоций, что бушует в груди.

Включаю аварийку, снижаю скорость и останавливаюсь на обочине. Разворачиваюсь к Марине и не моргая смотрю на нее.

– Разборки, которые устраивает твой Яковлев мне, самое последнее о чем следует беспокоиться, – отрезаю сурово. Марина в страхе округляет глаза и вжимается в кресло, но меня уже не остановить. – Тебе о себе нужно думать и о своем ребенке! А не беспокоиться за ублюдка, которому на вас плевать!

Высказался. Стало легче. Но по глазам Марины понимаю, что сделал это зря.

Да пофиг вообще! Пусть голову включает! Нафига беспокоиться за того, кому ты нахрен не сдался? Кто сделал тебе в жизни столько говна, что ты едва успевал отмываться.

– Ах, так ты думаешь? – взгляд девушки вспыхивает праведным гневом. – Что я беспокоюсь о Косте? – она округляет глаза.

– Еще скажи, что обо мне, – кидаю зло усмехаясь.

– Да! – говорит с жаром. – Представляешь? Сейчас я беспокоилась исключительно о тебе!

Глава 37. Марина

Ворочаюсь в кровати, сна ни в одном глазу. После стычки в машине у меня просто ужасное настроение.

Думаю о сложившейся ситуации и опять завожусь. Костя! Ты сволочь! Ты самый главный ублюдок во всей моей жизни!

Даже предательство Дады ни в какое сравнение не идет с тем, что сделал мне муж. Он просто перечеркнул веру в людей. Уничтожил доверие!

Понимаю, что в какой-то мере, Валентин прав, а я ошибаюсь. Ведь если посмотреть на ситуацию со стороны, но все выглядит именно так, как описал он.

Жуков уверен будто я защищала своего почти бывшего мужа и даже не предположил ничего иного.

Обидно до слез.

Валя не сделал для меня и Машеньки ничего плохого, он лишь помогает и оберегает нас. Яковлев за весь наш брак столько не оказывал мне внимания и заботы, как Жуков за эти несколько дней.

Он внимательный. Он надеждый. Он настоящий. Такой, о каком я всю жизнь мечтала!

Жаль, что вышла не за того.

Переворачиваюсь на другой бок, закрываю глаза и вновь мысли ни на секунду не замолкают. Совесть просто безудержно кричит в моей голове, требует немедленно отправиться к Вале и поговорить с ним. Объясниться перед мужчиной, рассказать ему полную правду!

Но что-то меня останавливает. Кажется, я никогда не решусь на столь дерзкий шаг.

Ну почему мне так трудно перед ним открыться? Почему я никак не могу пересилить себя?

Ведь меня еще никогда не тянуло с такой силой ни к одному мужчине. Жуков невероятный и это не просто слова.

Вспоминаю его взгляд и мурашки пробегают по коже, ловлю себя на том, что начинаю чаще дышать.

Тут же смущаюсь своей реакции и зарываюсь в подушку. Даже в темноте ясно понимаю, как сильно горят мои щеки. Мда… Теперь-то я уж точно не усну.

Поднимаюсь с кровати, подхожу к спящей в детской кроватке дочке и какое-то время просто на нее смотрю.

– У нас с тобой все обязательно будет в порядке, – обещаю тихо посапывающей крохе. – Пусть своему биологическому отцу ты не нужна, у тебя обязательно будет папа. Самый лучший и самый любящий на земле!

Словно поняв мои слова Машенька вдруг улыбается, тихонько хихикает, пукает и переворачивается на живот.

Я улыбаюсь.

Да, малышка. Мы со всем справимся! Теперь я в этом уверена на все сто.

Поправляю доченьке волосики, убираю влажные прядки с лица и вместо теплого одеяла укрываю ее пустым пододеяльником. Она и без того спит в слитном комбинезоне, замерзнуть не должна.

Не зная, чем себя занять, подхожу к окну. Приоткрываю шторы, выглядываю во двор и… замираю. Не могу оторвать восторженного взгляда от открывшейся картины.

– Какая красота, – ахаю не сдержавшись. Пораженная, качаю головой.

Обалдеть можно!

С небес на землю летит первый снег. Он белыми хлопьями плавно опускается вниз и укрывает землю тонким кружевным одеялом. Не сильные порывы ветра помогают усложнить узор, превращая его в настоящее произведение искусства.

Хоть похолодание в этом году наступило слишком рано и снега явно никто не ожидал, я не могу оторваться от созерцания.

– Марин, ты не спишь? – в комнату вдруг заглядывает Валентин.

– Нет, – оборачиваясь смотрю на него.

– Что делаешь? – спрашивает бросая взгляд на окно. Мужчина не скрывает своего удивления.

– Не поверишь! – восторженно говорю и киваю в сторону стекла. – Посмотри! На улице такая красотища!

Валя подходит ко мне, встает со спины и тоже смотрит во двор.

– Ты права, – произносит едва слышно. – Зима наступила.

Какое-то время мы просто стоим и молчим. Ловлю себя на мысли, что рядом с ним все мои чувства бунтуют.

Я не понимаю, что происходит со мной! Вдруг становится жарко, воздуха не хватает. Мое сердце так быстро и так сильно стучит, что шум в ушах все прочие звуки затмевают.

– Валя, нам нужно поговорить, – собравшись с мыслями обращаюсь к мужчине.

– О чем? – оставаясь совершенно спокойным интересуется он. – Разве мы не все обсудили в машине?

– Не все, – упрямо произношу. – Я хочу объясниться.

– Говори, – шепчет на ухо. Не дышу.

– Не здесь, – в конце концов выдыхаю.

Валентин берет меня за руку, выводит в коридор и резко разворачивает лицом к себе. Делает шаг вперед, на меня. Я отступаю.

Сердце так быстро стучит, что вот-вот вырвется из груди! От обращенного в мой адрес пламенного взгляда становится жарко.

Такое чувство будто меня обернули в расплавленный шоколад, мне так горячо и вместе с тем неимоверно приятно.

– Марин, – шепчет Валя не сводя с меня внимательных глаз. – Понятия не имею, что ты задумала, но со мной не нужно играть, – предупреждает сурово.

Его голос… Его власть… Страсть! Дурманят меня, завораживают.

Я словно мышка в клетке с неимоверно большим и опасным зверем.

– Я не играю, – шепчу. Ноги вдруг становятся ватными.

Валя молчит. Смотрит на меня сквозь полуопущенные ресницы прожигая взглядом насквозь, с его лица не считать ни единой эмоции.

Мое сердце ведет себя словно бешеное! Оно раненой птицей бьется в груди и не позволяет думать здраво.

– Тебе говорили, что ты очень красива? – мужчина нежно касается моего лица.

Замираю.

– В прошлой жизни, – шепчу забывая обо всем на свете.

– Дураки! – ухмыляясь качает головой. – Тебе об этом нужно говорить каждый день по нескольку раз.

Его близость сводит с ума!

Валентин окончательно вскружил мне голову.

– Почему? – мой голос становится низким и хриплым. Он словно чужой.

Но как же он завораживает…

– Потому что это правда, – неоспоримо заявляет.

_____

Хорошие мои! Помните историю спасения Демида Саней Хмельницким? Так вот… У меня вышла новинка с его сестрой! И с коллегой Саши, Кириллом Игнатовым) "Ребенок из прошлого. Шанс на семью" Мы с Музомм будем вам очень рады!

Глава 38. Валентин

Марина так близко, что удержаться практически невозможно. Она такая беззащитная передо мной, такая ранимая, такая нежная…

Аж сводит с ума!

– Почему? – спрашивает низким голосом. Хрипловатые нотки в нем будоражат кровь.

Если я раньше с трудом, но все-таки себя сдерживал, то теперь, когда вижу реакцию Марины и знаю, что девушка испытывает ко мне чувства, то удержать в узде свои желания не удается. Еще мгновение и все…

Назад дороги не будет.

Я присвою Марину себе.

– Потому что это правда, – говорю пытаясь хоть немного отвлечься от своих горячих мыслей.

Кажется, девушка видит меня насквозь.

Марина опускает взгляд вниз и не пытается пошевелиться. Ее щеки горят так сильно, что я это замечаю даже при свете Луны.

Помимо нас и детей в доме никого нет. В полумраке коридора толком ничего не видно, но я это знаю.

Нина уехала к родственникам и вернется только в понедельник, охрана находится у себя. Дети спят.

Не спим только мы двое. Я и Марина.

– Пожалуйста, не нужно меня смущать, – просит не смея поднять на меня робкого взгляда.

– Почему? – настает моя очередь изумляться.

Пытаюсь сосредоточиться на разговоре и сохранить остатки здравого смысла, но для меня это становится тяжело. Марина слишком близко, она слишком уязвимая, а я…

А что я?

У меня слишком жесткий и категоричный характер, даже встреться мы в обычной жизни, без учета нынешних обстоятельств, нам было бы тяжело.

А если учесть все, что мы имеем…

Любая, даже чисто гипотетическая возможность отношений, звучит как самый настоящий бред.

Ее муж самая настоящая сволочь и мой ярый противник. Он не отступится от своих принципов и пойдет на все, лишь бы уничтожить меня.

Разумом понимаю, что мне нельзя допускать даже мысль о возможности отношений, но когда Марина так близко, все мои доводы рассыпаются в прах.

– Не нужно смущаться, – прошу. – Я говорю тебе чистую правду.

– Спасибо, – шепчет Марина окончательно разбивая мою оборону.

Её полуопущенные ресницы часто вздрагивают, мешая мне сосредоточиться. Нужно взять себя в руки и сделать хотя бы шаг назад, но я не могу.

Это слишком.

Самые горячие фантазии вырываются из заточения и захватывают власть надо мной. Контролировать эмоции становится невозможно.

Не думал, что когда-то снова смогу испытывать весь спектр чувств.

После предательства матери Демида я разочаровался в женщинах и закрылся от чувств. Ушел с головой в работу, наперекор всему достиг небывалых высот и запретил себе отвлекаться на прочее.

Я так давно запер свои человеческие слабости и желания, что по прошествии лет тупо забыл о них. Когда работаешь с профессионалами, держишь в голове не только свои собственные мысли, но и проблемы целого города, становится не до личной жизни. Я так считал.

И как же сильно я ошибся.

Мои чувства, мои эмоции, мои желания, моя душа, все это время лишь ждали подходящего времени, чтобы прорваться сквозь баррикады.

И теперь, когда они уничтожают все доводы разума. сжигают последние преграды и захватывают контроль, я понимаю, что даже не хочу сопротивляться.

Впервые за долгое время ощущаю себя живым. И это так чертовски круто, что я не собираюсь снова всего лишаться.

Я хочу не существовать и держать себя в строгих рамках, а жить. Нормально!

Как самый обыкновенный человек.

Чувствую, как внутри поднимается волна острого жара, она сметает всё на своём пути, я не могу противиться ей. Да и не собираюсь. И так слишком долго терпел.

Мне хочется смять сочные пухлые губки в пламенном поцелуе, выказать всю страсть и похоть в нем, испить сок.

Я хочу, чтобы трепещущая рядом со мной девушка позабыла о прошлом. Отпустила все свои страхи, забыла про неуверенность и мы смогли бы провести эту ночь вместе.

Только вдвоем.

– Ты красивая, – произношу словно завороженный. Марина опять дышит через раз.

От бушующих в груди эмоций становится жарко, я не понимаю, как столько лет жил без всего.

Марина, Марина… Что ж ты со мной делаешь? Ты даже не догадываешься, как попала.

Я ж теперь тебя ни за что не отпущу!

Смотрю на девушку и не могу оторваться. Была б моя воля, подхватил на руки и унес в свою комнату, а там бы уже до самого утра не отпускал.

Ее близость так и манит меня… Удержать себя невозможно.

Сквозь полуопущенные ресницы смотрю, как часто вздымается женская грудь. При каждом вдохе ощущаю легкое касание упругих полушарий и остатки самоконтроля уносятся прочь, оставляя только желание и страсть.

Нарочно медленно, смакуя каждое мгновение и впитывая реакцию девушки на мои действия, опускаю подушечку большого пальца на губы, слегка надавливаю, заставляя приоткрыть рот.

Марина ахает. Ее резкий вдох прокатывается разрядом в двести двадцать по моей коже.

– Хочу тебя, – говорю низким, хриплым голосом.

– Но, – в шоке поднимает глаза наверх. – Нам же нельзя, – пытается удержать остатки здравого смысла.

Глупая. Не получится! Этой ночью ты будешь моей и ничего в мире этот факт уже не изменит.

– Хочу тебя, – повторяю смотря девушке прямо в глаза. Ее взгляд пылает.

Забиваю на все, наклоняюсь вперед, касаюсь ее губ и мы уплываем.

Наш поцелуй моментально вырывается из-под контроля, мы теряем себя растворяясь друг в друге.

Не отрываясь от девушки делаю шаг в сторону, толкаю рукой дверь и мы буквально заваливаемся в гостевую спальню.

Да пофиг!

Подхватываю ее под бедра, приподнимаю и сажаю на себя. Марина обхватывает ногами мою талию, а руками – за плечи. Теперь уже она наклоняется чуть вперед, касается моих губ и углубляет наш поцелуй. Из ее груди вырывается стон. Мой летит следом.

До того, что будет после ни ей, ни мне нет никакого дела.

Мы растворяемся в страсти, обнажаем тела, оголяем свои души и сердца открываем.

Невозможная… Невероятная… МОЯ!

Теперь я точно это понимаю.

Глава 39. Марина

– Доброе утро, – Валентин произносит с улыбкой, от которой по телу тут же разливается тепло.

Я открываю глаза, смотрю на мужчину и чувствую, как кровь приливает к щекам.

Ох, блин, Яковлева! Ну ты и вляпалась.

Переспала с тем, от кого нужно бежать.

Мы с ним из разных миров, наши жизни совсем не похожи. Я замужем, он отец-одиночка, у меня декрет, а у него работа, от которой зависит судьба нашего города.

Но эта ночь… Она перевернула все с ног на голову. После этого моя жизнь никогда не будет прежней.

Я не понимаю своих эмоций, когда мужчина находится рядом, мое тело плавится, стоит только ему на меня посмотреть. Никогда ничего подобного не чувствовала и не испытывала. Такое ощущение, что Валя подарил мне крылья и научил парить вместе с собой в вышине.

– Доброе, – отвечаю смущаясь.

От чего-то не могу посмотреть мужчине в глаза

Мое тело до сих пор четко ощущает его прикосновения, его ласки, его поцелуй в самых запретных местах. От меня так пахнет… Нами двоими! Это так интимно, что аж дыхание спирает.

Грудь распирает, начинаю чаще дышать.

– Ты давно встал? – спрашиваю пересиливая смущение. Заставляю себя посмотреть Валентину в глаза.

– Не особо, – отвечает спокойно.

Проходит в комнату и ставит на комод какой-то поднос.

Я словно завороженная слежу за каждым его движением, а он старательно делает вид будто этого не замечает. Ведет себя, словно мы вместе жили всю свою жизнь.

– Выспалась? – совершенно искренне спрашивает Валя.

– Наверное, – шепчу пытаясь разобраться в своих эмоциях и ощущениях. Их так много и они такие разные, что с ходу не разобрать.

Такое чувство, что я всю ночь каталась на американских горках и меня теперь после этого штормит.

– А ты? – спрашиваю. – Выспался?

– Можно и так сказать, – отвечает уклончиво.

Валя быстро переодевается в домашнюю одежду, берет с комода небольшой деревянный столик и подходит к кровати. Опускает его прямо передо мной.

– Ой, – искренне удивляюсь.

На столике стоят две кружки свежесваренного ароматного кофе, поджаренный хлеб, сливочное масло, нарезанная красная рыбка и сыр.

Желудок требовательно урчит.

– Это мне? – поднимаю на него удивленный взгляд.

– Ну а кому же еще? – говорит тихо посмеиваясь. – Никого другого помимо нас здесь нет.

Я смотрю на еду, затем на мужчину и от удивления не знаю, что и сказать. Все слова теряются, когда я пытаюсь описать свои чувства.

Меня захлестывает светлая радость, но неуверенность и боязнь снова оказаться преданной, ведь удар, который нанес мне Костя еще слишком свеж.

Но рядом с Валентином я очень быстро в принципе забыла про мужа. А после сегодняшней ночи даже видеть его не желаю.

Он стал совершенно чужим.

С Валентином же такое чувство, будто мы знакомы были всю жизнь. Словно мы дружили с самого детства, затем потерялись и теперь снова нашлись.

Вспоминаю своего старого друга, что жил на одной улице с моей бабушкой и улыбаюсь… Хороший был мальчик, правда, я сейчас даже не вспомню, как его звали.

Увы.

Мы несколько лет подряд проводили с утра до ночи вместе. Играли, купались в речке, гоняли на велосипедах и носились за курами у его тетки в деревне. А после… Я как-то приехала, а этого мальчика нет.

Помню, бабушка тогда сказала, что его мать переехала и забрала сына с собой.

А потом уже и нам ездить стало не к кому. Я начала проводить лето по лагерям.

Сейчас же, смотрю на поднос с вкусным завтраком и не могу скрыть улыбки. Она пробивается сквозь все мои страхи и озаряет лицо.

Завтрак в постель. Надо же! Это так мило и так приятно. Словами не передать те чувства, что бушуют сейчас в моей душе.

Ещё никто и никогда ничего подобного для меня не делал. Валя стал первым, кто после близости продолжает пылинки с меня сдувать.

Видимо, он решил завоевать не только мое тело, но и сердце. И… Это у него получается.

Смущаюсь собственных мыслей. Краснею.

Вот же попала… Мда.

Валентин совершенно не обращает внимание на мои терзания и сомнения. Мужчина позволяет мне заняться самобичеванием, но судя по исходящей от него уверенности и силы, он уже все за нас решил.

И это решение читается в его взгляде.

Щекам снова становится горячо.

Чтобы хоть немного спрятать своё смущение, делаю глоток кофе. Переключаю внимание на него.

– Вкусно, – признаюсь с робкой улыбкой.

– Я рад, – отвечает делая бутерброд. – Держи, – протягивает мне хлеб с маслом и сыром.

– Спасибо, – благодарю его принимая.

Наши пальцы соприкасаются и по телу вновь разливается тепло.

Когда он с нежностью смотрит на меня, то становится так легко и тепло на душе, что хочется все время улыбаться. Валя словно мое персональное солнышко, которое находится совсем близко и бережно согревает своими лучами не опаляя меня.

– Было бы за что, – произносит ласково. – Кушай, – кивает на еду, а сам принимается намазывать маслом второй кусок хлеба. Видимо уже для себя.

Я только подношу бутерброд ко рту, как вдруг слышу детский смех.

– Маша! – подскакиваю округляя глаза.

– Шшш, – Валя властно опускает руку мне на плечо не позволяя спрыгнуть с кровати. – Она с Демой. Все в порядке.

– Да? – Брови сами подлетают наверх. – Подожди, – спохватываюсь. – А сколько времени? До скольки я проспала?

Смотрю на часы и окончательно теряю дар речи. О-бал-деть!

– Ой, – теряюсь. – Одиннадцать утра, – шепчу.

– Да, – кивает довольный.

– А ты почему тогда дома до сих пор?

Глава 40. Марина

– Что сделал Яковлев? – до моего слуха доносится разгневанный голос Жукова.

Я напрягаюсь. Валя просто так не станет злиться, а сейчас он не просто зол, он в ярости.

Мне становится не по себе.

Валентин всегда собранный, сдержанный и максимально тактичный. Даже в постели, хоть он там такое со мной вытворял, что ого-го!

Машинально прячу горящее лицо в ладонях, воспоминания нашей горячей ночи и не менее горячего утра встают перед глазами затмевая обзор.

Какая же я глупая была, что согласилась быть с Костей. Честно!

Только сейчас, узнав каково это быть со “своим” мужчиной я в полной мере это осознала.

Никогда б не подумала, что буду благодарна мужу и Дарине за их измены. Правда! А теперь я прям готова им спасибо за это сказать.

Мы с Костей разные. Слишком!

У нас совершенно противоположные пожелания, предпочтения и требования к интимной жизни. Он слишком грубый, слишком резкий, он абсолютно не чувствует меня.

И теперь я это как никогда точно знаю.

Потому что после близости с Валей я открыла для себя совсем другой мир.

Мир удовольствия и нежности, взаимопонимания и страсти. Мир, в котором от одной мысли о своём мужчине, у тебя улыбка расцветает на лице, а не появляется испуг и сотни вопросов, на которые тут же нужно дать ответ.

– Да нет, быть не может! – твердо заверяет Валентин.

Смотрю на него и понимаю, что он крайне озадачен и обеспокоен. Видимо, случилось нечто серьезное, раз Жуков так себя ведет.

Бросаю взгляд на залипших в магнитном конструкторе детей, делаю тише мультики. Сама вся подаюсь в слух, мне становится интересно, что на самом деле произошло.

– Ты уверен, что это именно он? – Валя продолжает задавать вопросы. – Уж слишком борзая выходка.

Собеседник отвечает, а Валя только кивает и хмурится все сильнее.

Я не слышу с кем именно он разговаривает и меня это очень печалит. В конце концов Валя ничего плохого ж не делал, он отлично управляет городом и этого никто не отнимет. С приходом Жукова на пост мэра, город преобразился, стал совершенно другим.

Костя намеренно подставляет его. Я в этом просто уверена.

Страшно представить, что сделал мой почти бывший муж, если б узнал как мы с Валей познакомились.

Ох, кошмар!

В голову лезут самые неприятные мысли, я пытаюсь найти на них управу, но из-за волнения мне это не удается. Я сконцентрирована на разговоре Вали.

Душой и сердцем я с ним.

Чтобы немного переключиться, беру телефон, открываю социальную сеть и начинаю тупо листать ленту. Ищу за что бы зацепиться глазами, ведь подслушивать чужие разговоры нельзя, а перестать волноваться у меня не выходит.

Открываю местный новостной паблик и внутри все обмирает.

– Вааль, – произношу протяжно. Сама в шоке смотрю на видео, что попало в сеть.

Кровь отливает от лица.

Я без труда узнаю время и место этой съемки. Знаю, что будет дальше, ведь я одна из тех, кто запечатлен на экране.

Этот тот самый момент, когда Жуков сбил меня.

Какой кошмар…

– Валя! – подскакиваю с дивана и со всех ног бегу к нему. От отчаяния и страха слезы наворачиваются на глаза.

– Марина, выйди, – говорит мне сухим тоном.

Всхлипываю.

– Это не я! – пытаюсь до него достучаться. Делаю шаг вперед.

Но Жуков моментально останавливает меня взглядом. Заставляет сделать шаг назад.

Прижимаю руки к груди, мне тошно до боли. Внутри все аж скукоживается от страха.

Я так боюсь его потерять!

Видеть разочарование в глазах любимого человека просто ужасно. Но гораздо ужаснее это полная неизвестность, как все изменить.

– Пожалуйста, поверь мне, – молю Валентина. – Я ничего Косте не говорила, – кусаю до крови губы, слезы безостановочно текут по щекам.

Мне так больно… Так страшно… Так обидно!

Валя с минуту безотрывно смотрит на меня и не говорит ни единого слова. Он только слушает о чем вещает человек на том конце провода.

– Это не я, – шепчу глотая слезы.

– Знаю, – произносит сурово. – Иди к детям. Я скоро к вам подойду.

От его слов мне становится чуточку спокойнее, но противное чувство все равно разрывает душу на части. Мне очень хочется получить чуточку тепла и внимания, но все мои желания разбиваются о холодный лед его голубых глаз.

Беру себя в руки и выхожу из кабинета. Осторожно, чтобы лишний раз не потревожить Валентина, плотно закрываю за собой дверь.

– Мама, – ко мне хныча спешит Машенька.

– Да моя маленькая, – подхватываю доченьку на руки. – Что случилось? Кто тебя обидел? – спрашиваю у нее прекрасно зная, что не услышу ответ.

– Я, – признается Демид понурив голову.

– Ты? – удивляюсь. – Что ты натворил?

– Она хотела скушать конфеты в странной пачке, а я не дал, – говорит упрямо вздернув подбородок.

– Конфеты в странной пачке? – уточняю. Мне становится интересно, что же это такое.

– Да! – произносит с жаром. – Я сейчас.

Мальчишка убегает в сторону кухни, гремит чем-то и спустя минуту возвращается ко мне.

– Что это? – смотрю на блистер с таблетками, вижу название мощного транквилизатора и мне становится дурно.

Откуда они у него?

– Конфеты, – поясняет не догадываясь об истинной причине моего беспокойства.

– Кон… – повторяю, словно болванчик не сводя задумчивого взгляда с таблеток. – Че-го?! – ахаю.

– Маша хотела скушать конфеты, а я не разрешил, – Демид вновь принимается пояснять.

– Дема, а где ты взял эти, кхм, конфеты? – с трудом взяв себя в руки спрашиваю у мальчика.

Меня начинает потряхивать.

– На кухне, – равнодушно пожимает плечами. – Где другие такие конфетки лежат.

Глава 41. Марина

Мир сошел с ума или это у меня вдруг резко поехала крыша?

Кручу в руках сильнейшее успокоительное, которое выписывается по спец рецепту от врача и не понимаю, как подобный препарат в принципе мог появиться в этом доме.

Про то, что он доступен для детей я вообще молчу!

– Покажешь? – спрашиваю у ничего не подозревающего Демида.

– Конечно, – с готовностью кивает мне он.

Я ставлю Машеньку обратно на ножки, вручаю ей в ручки магнитный конструктор, который так сильно понравился моей дочке, а сама спешу за Демой.

Мальчик быстро добегает до кухни, подходит к шкафчику рядом с холодильником и открывает третий снизу ящик, приподнимает лежащие сверху аккуратно сложенные стопочкой полотенца, а там…

– Мать честная, – шепчу не в силах сдержать слов.

От количества пачек и названий препаратов мне становится не хорошо. Голова начинает кружиться.

Там же столько лекарств, что можно на них подсадить!

Самые негативные сценарии проскакивают в моем воспаленном сознании. Я еще от присланного Вале видео с моментом нашей первой встречи не отошла, а тут…

Нина совсем у ума сошла? Так, выходит?

Потому что у меня нет никаких иных вариантов ее проступка.

– Теть Марин, – говорит Дема с тревогой посматривая на меня. – Ты чего такая бледная? – спрашивает рассматривая меня с любопытством.

Блин… Ноги не держат.

Чтобы не грохнуться прямо посреди кухни без чувств, как могу крепко хватаюсь за выпирающую часть столешницы и медленно оседаю на пол.

– Все в порядке, – шепчу пытаясь взять себя в руки, но выходит не очень. Новость про “волшебные конфеты” окончательно выбила меня из колеи.

Слабость одолевает, удержаться в сознании становится сложно. Темнота так и жаждет меня заполучить к себе.

Уходить туда не хочу!

– Демочка, миленький, – дрожа словно осиновый лист на ветру, обращаюсь к ребенку. – Пожалуйста, позови папу, – прошу Жукова-младшего.

Помимо Вали здесь не поможет ничего.

– Скажи, что Марина очень сильно просит его подойти, – даю мальчику наставление. – Если скажет, что занят и не может подойти, разрешаю сказать будто я упала, – придумываю нечто такое, о чем Дема мог только мечтать. – Поможешь? – моля взглядом смотрю ему в глаза.

– Можно немного поиграю и схожу? – просит с надеждой.

– Малыш, – несмотря на всю ужасность ситуации, я очень стараюсь говорить спокойно.

Ведь именно от моих слов и моей реакции будет четко понятно, расскажет ли Демид правду отцу.

Уверена, Валя не станет впутывать в семейные дела посторонних.

– Ну, – мнется.

– Я тебе куплю слабости, какие захочешь, – обещаю.

У мальчика загораются глаза.

– Сейчас позову, – приняв решение кивает.

Смогла убедить. Выдыхаю.

Ура!

Демид оставляет на полу пачки с лекарствами в том виде, в каком он только что их достал. Мальчик хотел поиграть с картонными прямоугольниками, но я не позволила произойти этому ужасу.

– Пожалуйста, позови его, – повторяю свою просьбу. – Прямо сейчас!

Дема поднимается на ноги и убегает за отцом. Я же с трудом нахожу в себе силы встать и крепко опершись о кухонный стул все же поднимаюсь на ноги.

Беру стакан. что стоит на столешнице, ополаскиваю его и наполняю свежей водой из крана.

Выпиваю залпом.

После увиденного мне категорически больше не хочется здесь ничего есть. Я вообще опустошила бы все холодильники, банки с крупами и приправы.

Хрен знает, что куда бывшая домработница смогла лекарств напихать.

Наливаю еще один стакан и опускаюсь на стул.

К счастью, мне становится чуточку легче. Ура!

За спиной раздаются быстрые мужские шаги. Оборачиваюсь. Встречаюсь глазами в Валей.

– Это была не я, – вновь повторяю ему.

Мне просто жизненно необходимо убедить Валентина в своей правоте! Если он мне не поверит, то у нас все закончится так и не успев начаться.

– Марина, я знаю, ты этого не делала, – вновь заверяет меня.

Словно почувствовав, что я нуждаюсь в его тепле и ласке, Валентин подходит ко мне, кладет раскрытую ладонь на мое плечо.

Я не намеренно, но моментально опускаю на нее голову.

– Спасибо, – благодарно шепчу. – Для меня это очень важно, – признаюсь.

Мне хочется быть перед Валей абсолютно открытой.

– Мариш, ко мне едут люди из разных инстанций, – делится со мной своими планами. – Мне придется провести экстренное совещание за закрытыми дверями. Оно будет долгим, – печально добавляет.

– Я смогу чем-то помочь? – уточняю.

Не хочу просто сидеть и деградировать. Я полезной быть хочу!

– Нет. Не стоит, – мягко, но твердо осекает меня. – Сам во всем разберусь.

– Хорошо, – не могу не согласиться с мужчиной.

– Ты хотела убедиться, что я тебя ни в чем не обвиняю? – всматривается в меня с интересом. – По этому поводу звала? – спрашивает нетерпеливо.

– Нет, – отрицательно кручу головой. – Держи, – всовываю Вале к руки сильнодействующее лекарство.

– Что это? – хмурясь мужчина смотрит на непонятный для него предмет.

– Препарат, приравненный к наркотикам, – отрезаю.

После моих слов он резко поднимает на меня глаза. Встречаемся взглядом и тут я все понимаю.

– Твою ж мать! – произносим хором.

– Что ж делать-то теперь? – спрашиваю испуганно.

– Проблему решать, – отрезает Валентин.

Глава 42. Валентин

Похоже за меня взялись не по-детски. Яковлев в своей мести и злобе окончательно сошёл с ума, раз решился на подобную провокацию.

Одно дело выгрузить сомнительного качества видео в новостные паблики, это куда не шло. Я уже придумал, как отреагировать должным образом, преподнесу видео как информационный вброс.

Уверен, Марину мне не придется уговаривать, она сама согласится официально заявить всем, что ушла от Яковлева ко мне.

Потому что если и раньше я чувствовал, что она мне не чужая, то теперь, после ночи, что мы провели вместе, я ее ни за что не отпущу.

Влюбился в Яковлеву по уши. Блин, я словно юнец!

Хочется носить ее на руках, совершать подвиги и заявиться всему миру, что эта женщина только моя.

Яковлев, конечно, полный придурок. Идиот! Марина шикарна! Как можно было ее отпускать?

– Валя, я могу чем-то тебе помочь? – спрашивает не скрывая тревогу.

– Не переживай, – прошу ее. – Я во всем разберусь.

– Уверен? – смотрит на меня с волнением во взгляде.

Ее искренняя забота трогает до глубины души, обо мне давно уже так никто не беспокоился.

Грудь распирает от нежности.

Делаю шаг вперед, подхожу к своей женщине ближе и бережно заключаю ее лицо в свои ладони. Смотрю на Марину не пряча своих истинных чувств.

– Любовь моя, ради тебя и детей я сверну горы, – заверяю ее. – А когда ты мне еще одного родишь, то сделаешь меня самым счастливым мужчиной на свете.

Марина улыбается, любовь плещется в ее глазах.

– Может лучше сразу двоих? – спрашивает полушутя. Улыбаюсь.

– Согласен, – киваю. Наклоняюсь чуть ближе, вдыхаю ее запах и понимаю, что опять возбужден. – Может быть начнем прямо сейчас? – выдыхаю прямо на ушко, прохожу по нему кончиком носа снова делая глубокий вдох.

Марина замирает, а затем расслабляется, поворачивает голову чуть в сторону и целует меня.

Тормоза срываются нафиг.

Подхватываю ее на руки, Марина визжит и вместе с этим хохочет. Инстинкты собственничества и требование тела немедленно взять свою женщину перекрывают здравый смысл.

– Илья! – произношу громко прекрасно понимая, что он уже в доме и прекрасно меня слышит.

Марина прячет лицо в ладонях смущаясь. Мне даже не нужно ее видеть, чтобы это понять.

Слегка ударяю любимую женщину по аппетитной пятой точке.

– В кабинет не заходить, пока я не позову! – предупреждаю. Иначе нахрен порву потом!

– Есть, шеф, – отзывается Илья. – Никого не пущу. Можете быть спокойны.

– Марина занята, – заявляю без тени смущения. – Дети на тебе.

– Хорошо, – добавляет без прежнего энтузиазма.

Но мне пофиг.

Я дико хочу свою женщину. Она хочет меня. У нас есть прекрасное место для уединения и я не вижу ни единой причины, чтобы отказаться от близости с ней.

Словно пещерный человек перекидываю марину через плечо и под ее хихиканье и тихий смех уношу в свой кабинет. Закрываю дверь на замок.

– Ну все, – ставлю ее на ноги. – Теперь не сбежишь, – произношу хриплым от возбуждения голосом.

– Да я и не пыталась, – отвечает с пламенем во взгляде.

– Хочу тебя, – говорю открыто.

– Так бери, – произносит провокационно облизывая губы. – Я твоя.

Больше никаких иных слов мне и не требуется. Отбрасывая все свои проблемы прочь накрываю желанные сладкие губки своими, перестаю сдерживаться, времени нет. Моментально углубляю поцелуй.

Марина в моих руках становится податливой и покорной, ее тело отзывается на каждое прикосновение, на каждую ласку и эта реакция просто сводит меня с ума.

Одежда летит прочь, в порыве страсти мы накидываемся друг на друга и на этот раз мою женщину не беспокоят посторонние люди в доме.

Сейчас она только моя.

Упиваюсь сладостью ее томных стонов, зацеловываю все ее сладкие местечки, снова делаю своей. Намеренно не предохраняюсь, свой выбор я сделал.

Марину не готов отпускать. Хочу сделать ее окончательно и бесповоротно своей.

Глухие удары, ритмичные скрипы, не сдерживаемые стоны и буря эмоций в груди.

Мы сорвались с тормозов, мы упиваемся близостью, мы горим.

Страсть разгорается только сильнее, мы хотим больше, наши тела с остервенением движутся друг другу навстречу и нас уже не остановить. Любовь переполняет сердца, желание управляет телом, нетерпение подталкивает вперед.

Толчок, стон, блаженство на лице любимой женщины, горящая от ее ноготков спина и меня уже не сдержать.

Мы сливаемся воедино, взрываемся вместе и с трудом, тяжело дыша возвращаемся назад.

Дышу надсадно и тяжело уткнувшись в ложбинку между упругих полушарий. Марина перебирает пальчиками волосы у меня на голове.

– Все будет хорошо, – шепчет. Пытается успокоить то ли себя, то ли меня.

– Знаю, – отвечаю приподнимая голову. – Ты только не беспокойся, – прошу любимую. – Я никому не позволю обидеть тебя.

Марина смотрит на меня и на уголках глаз вижу застывшие слезы.

– Ты чего? – тут же поднимаюсь и нависаю на локтях прямо над ней. – Я сделал тебе больно? Расстроил? – переживаю. Она кусает губы и крутит в разные стороны головой.

– Нет, – шепчет пытаясь сдержать слезы, но это не помогает. Соленые капли текут из глаз.

– Тогда что? – допытываюсь до нее. Я переживаю.

Еще ни одна женщина не плакала после секса со мной.

– Мне страшно, – признается. – Страшно тебя потерять.

Своими словами Марина окончательно переворачивает мой мир.

– Иди ко мне, – подхватываю любимую на руки.

Опускаюсь на диван и сажаю хрупкую разреженную после близости девушку на себя. В очередной раз поражаюсь, как идеально сочетаются наши тела.

– Ты меня не потеряешь, – заверяю ее, смотрю девушке прямо в глаза. – Я слишком сильно люблю тебя, чтобы это допустить.

– Любишь? – ахает. – Но ты же даже не знаешь меня, – начинает переживать.

Закрываю пальцем ее рот. Заставляю замолчать. Я вижу, как сильно она разволновалась.

– Я вижу, какой ты человек, – произношу совершенно уверенно и спокойно. – Я вижу твою душу, – говорю честно. – Именно такой я и полюбил тебя.

Марина всхлипывает, подается вперед и впивается в мои губы глубоким, чувственным поцелуем. Я отвечаю мгновенно.

Мы заходим на второй раунд.

Глава 43. Валентин

Отправив Марину к разбушевавшимся детям, вызываю Илью и Фёдора. Сейчас без их помощи мне не обойтись.

Расслабленность после близости со своей женщиной моментально проходит, стоит только понять сколько времени я из-за этой самой близости упустил. Совсем скоро на пороге дома появятся люди, которых вынуждают пойти против меня, а я должным образом не подготовился к их встрече.

Мне нужно срочно придумать, как обезопасить свою семью и лишь после этого уже искать грамотные пути выхода из сложившейся ситуации. Обыскивать дом или предпринимать против меня какие-либо действия не смогут, я не простой человек и у меня есть возможности показать им, где их настоящее место.

В том, что смогу потопить и Яковлева, и его кукловода я не сомневаюсь. Они слишком сильно оборзели и начали творить беспорядочную дичь. Если раньше мне было абсолютно плевать на мелкие пакости, что устраивал Яковлев, он не имел ни возможностей, ни силы для реализации своих паршивых идей, то теперь у него появился мотив. Месть мне. Тому, кто забрал у него женщину и ребенка.

Теперь оставлять Яковлева и его кукловода в качестве своих оппонентов стало банально опасно. Страшен тот человек, кому нечего терять.

А Костик попал. Его со всех сторон обложили.

И если он немедленно не начнет приносить своему хозяину реальный результат, то от него живо избавятся. Яковлев не дурак, он прекрасно это понимает.

Рано или поздно все это должно было случиться в любом случае, но вот только развязывать войну раньше времени я не хотел. Я тратил свои силы не на врагов, а на поиски союзников и отстаивание интересов жителей города. Считал, что это гораздо важнее.

Но теперь сделан первый шаг. Меня никто не спрашивал хочу ли я ввязываться в войну и готов ли я к ней.

Теперь мне ввязаться придется. И я обязан выйти победителем.

Ибо правда на моей стороне.

– Вызывал? – ко мне в кабинет заглядывает Фёдор.

– Да, – сухо отвечаю. – Заходи, – киваю на стоящий напротив рабочего стола стул.

Не успевает Фёдор присесть, как заходит Илья. Он без лишних вопросов плотно закрывает после себя дверь, берёт стул и садится напротив.

– Зачем вызывал? – спрашивает в лоб. Он никогда не ходит вокруг, да около и именно поэтому я особенно сильно его ценю.

– За этим, – высыпаю на стол груду пачек с сильнодействующим лекарством.

Фёдор видит название препарата и присвистывает.

– Вот это да, – берёт одну из пачек в руки, проверят наличие блистера с таблетками и принимается крутить картонную упаковку зажав её между пальцев. – Чье?

– А вот об этом ты должен мне рассказать, – требовательно смотрю на него.

Федор хмурится, но вину не отрицает.

– Рассказывай, – единственное о чем просит.

Говорю все, как есть.

Пока рассказываю все, что знаю и чем больше делюсь информацией, тем больше вопросов появляется к Нине. Ведь прекрасно понятно кто именно принес запрещенные к свободному распространению лекарства в мой дом.

Уж не их ли толкла тогда домработница и собиралась скормить нам вместе с булками?

Ох, как же вовремя Марина захотела попить.

– Слушай, это жесткий косяк, – задумчиво говорит Федор. – Мои люди ее проверяли перед тем, как принимать на работу, все было чисто, – заверяет.

Но он прекрасно знает, что этот ответ меня не устраивает и я не успокоюсь, пока не докопаюсь до истины. Она обязательно всплывет и я должен быть тем, кто узнает ее первым.

Полагаться на случайность не стану ни при каких обстоятельствах.

Нина не просто так привезла эти таблетки в мой дом. И в выпечку она их решила добавить не случайно. Ее кто-то вынудил сделать это и я просто обязан выяснить как именно смогли надавить на нее.

А еще обезопасить свой дом и свою семью. Непременно!

– Я лично еще раз проверю все, что связано с Ниной, – заверяет Федор.

Он не юлит и не уворачивается, признает свою вину и пытается всячески минимизировать негативные последствия, что могут всплыть.

Конечного противника я знаю, куда ж без этого. Его причины, его мотив, его ненависть – все это понятно. Он считает меня врагом.

По сути, так ведь и есть. Ведь именно из-за меня он не смог победить на выборах, моя компания и моя программа оказались мощнее.

– Сейчас сюда приедут гости, – объявляю парням. – Они не должны видеть ни Марину, ни детей, ни ходить в одиночку по дому.

– Думаешь? – спрашивает с легким прищуром Илья.

– Что посторонних людей нельзя оставлять без присмотра? – усмехаюсь.

– Может быть все же стоит дать им возможность остаться одним? – провокационно интересуется Федор.

Ухмыляюсь.

Ход его мыслей вполне понятен и я понимаю, что в данном случае он прав.

– Пусть они сделают то, ради чего пришли, – продолжает озвучивать свои мысли. – Если позволим им осуществить свой план, то мы его тоже раскусим. А при реальных неприятностях для любого из нас, предотвратим.

– Лучше знать, что задумал твой враг и быть в теме, – добавляет Илья. – Это отличный шанс, как по мне.

Прикидываю другие варианты и чем дольше рассматриваю каждый из них, тем сильнее убеждаюсь в правоте своих парней.

– Ладно, – отмахиваюсь. – Пусть будет по-вашему, – сдаюсь.

– С Мариной и детьми что? – уточняет Федор. – Увозить или не стоит?

– Знаешь, – задумываюсь. – А давай-ка переиграем все, – предлагаю с усмешкой. – Они думают, что смогут нас опередить, а мы покажем, что не получится.

– Что задумал? – подавшись вперед интересуется Илья.

Глава 44. Марина

– Здравствуйте, – произношу с милой улыбкой.

От волнения не знаю куда деть руки и как себя вести.

Валентин не скрывал от меня, что гости незванные и они приехали скорее его потопить, чем помочь справиться с трудностями, и я никак не могу выкинуть это из головы.

Мне очень хочется Вале помочь, ведь я знаю на какие подлости способны Костя и Дада. Они не упустят свой шанс, чтобы мне насолить.

– Добрый день, – мужчина в возрасте оценивающе пробегается по моему телу чуть дольше положенного задерживаясь на лице. Ухмыляется кончиками губ.

Чтобы выдержать его недобрый взгляд мне на миг приходится затаить дыхание. Но с первым испытанием справляюсь на ура.

– Валентин, кто эта прекрасная девушка? – спрашивает у хозяина дома статный мужчина.

Вопросительно смотрю на Жукова, он едва заметно кивает мне.

– Марина, – представляюсь все так же вежливо. – Яковлева.

На лице гостя на миг проскальзывает удивление, но он довольно быстро берет себя в руки и надевает маску, по которой не видно его истинных чувств.

– Фамилия знакомая, – наигранно хмурится мужчина. Словно пытается припомнить моего однофамильца. Подобное зрелице выглядит аж смешно.

– Не удивлена, – произношу чуть вздернув подбородок. Всем своим видом показываю, что на его розыгрыш не повелась.

– Яковлев, – продолжает разыгрывать фарс. – Вот прям на слуху и все тут, – мужчина делает вид будто задумался. – Константин Яковлев случайно не ваш родственник? – спрашивает через пару секунд.

– Мой бывший муж, – отвечаю ему не поведя бровью. Стойко выдерживаю его взгляд.

– Даже так, – недобро ухмыляется.

– Да, – вмешивается в разговор Валя. Выдыхаю.

Я бесконечно и до бескрайности напряжена.

– Ну, Валентин, ты молодец, – усмехаясь похлопывает Жукова по плечу. – Такую женщину заарканил, – смеется.

– Ничего смешного здесь нет, – отвечаю ему.

Ловлю на себе очередной красноречивый взгляд и стойко держусь. Пусть у меня подкашиваются ноги и внутри все дрожит, но я не позволю этим ублюдкам увидеть мою слабость.

Мы с Валей просто обязаны победить!

– Умница, – шепчет Валя на ушко. когда никто не видит.

В груди тут же вспыхивает радость и разливается тепло. Откуда-то появляется смелость и силы. Я перестаю бояться и дрожать словно осиновый лист на ветру.

После первого гостя в дом заходят другие. Я в какой-то мере даже рада, что никто не слышал только что случившийся разговор.

– Ты не предупреждал, что у тебя в доме находится гостья, – второй мужчина обращается к Вале.

Сразу вижу, что тот врет. Он знает не только о моем присутствии в этом доме, но и о том, чья именно я жена.

Официально.

Блин! Как же хочется поскорее развестить и поменять фамилию. Чтобы ничего и никогда меня не связывало с Костей.

Только наша дочь… Которая ему не нужна.

– Ты не предупреждал, что приедешь ко мне аж с целой делегацией, – парирует Жуков недобро смотря на группу мужчин.

– Мы пришли с миром, Валентин Юрьевич, – к хозяину дома подходит прокурор.

Я быстро его узнаю. И дело не в погонах.

На одной из записей с флешек Кости я видела его.

И половину из присутствующих.

– Конечно-конечно, – ухмыляется Валентин.

Он чуть крепче положенного сжимает мою руку, тем самым дарит поддержку.

Ох, как же благодарна за это ему! Сжимаю мужскую ладонь в ответ, пусть знает, что он не один в этой схватке.

Мне тоже есть, что преподнести.

Сейчас я как никогда рада, что не успела коротко подстричься. Что не нашла времени и возможности дойти до парикмахера и убрать длину волос.

Чтобы выглядеть прилично и презентабельно мне достаточно было лишь собрать их в высокий хвост. Он смотрится просто шикарно, ничего лучше придумывать не нужно было.

За короткое время, что у меня было, я успела сделать легкий макияж и немного привести себя в порядок. К собственному удивлению подметила, как счастливо у меня теперь блестят глаза.

Да еще бы им не блесть!

Мне кажется, подобное просто невозможно, когда рядом с тобой такой мужчина, как Жуков.

Смотрю в неприветливые лица приехавших к Валентину людей пытаясь не выказать, что на самом деле дрожу. Я узнаю многих из них, перед глазами всплывают пошлые видео с флешек и мне окончательно становится не по себе.

Какие же они все мерзкие и гадкие. Аж мурашки по коже.

К горлу подкатывает тошнота.

– Ты как? – тихо, чтобы никто не заметил, интересуется Валя.

– Могло быть и лучше, – признаюсь честно.

Он хмурится.

– Валь, я тебе должна кое-что рассказать, – шепчу до того, как мужчина скроется за дверью кабинета.

Гости находятся уже там.

– Подождать можешь? – уточняет не терпящим возражений тоном.

– Нет, – осмеливаюсь сказать я.

– Располагайтесь, – он кидает своим гостям и выходит в коридор. – Что такое? – спрашивает недовольно смотря на меня.

– Почти все из них висят на крючке у Кости, – признаюсь.

После моих слов Валентин тут же меняется в лице.

– Откуда тебе это известно? – щурится выдавая свое раздражение. Беспокойство показывается на лице.

– Когда я собирала его вещи, то случайно наткнулась на флешки, – принимаюсь тараторить. – А там такое…

И я рассказываю ему обо всем.

Валя внимательно слушает меня и хмурится только сильнее. Но не перебивает и я благодарна за это ему.

– Понятно, – произносит поджав губы. – Значит, все гораздо хуже, чем я думал, – продолжает задумчиво. – Спасибо за предупреждение и столь подробный рассказ.

– Было бы за что, – печально вздыхаю. Мне как никогда становится стыдно за связь с Яковлевым.

Помыться хочу.

– Флешки где? У него? – уточняет таким голосом, словно не может быть иным ответ.

– Они у меня, – стыдливо поджимаю губы. – Я их спрятала, – признаюсь.

– Да ладно?! – он не скрывает свой шок. – Ты и такое умеешь? – спрашивает с легкой ухмылкой.

– Как видишь, – пожимаю плечами отвечая ему улыбкой.

Скованности и страха больше нет.

По глазам вижу, Валя приятно удивлен моим поступком и он его одобряет. Разумом понимаю, что в любом случае поступила бы так же.

Компромата у Кости быть не должно.

– Марин, – обращается ко мне став совершенно серьезным. – Ты понимаешь, что как только Яковлев обнаружит пропажу, тут же поймет у кого она?

– Да, – киваю. – Но ты помнится обещал мне защиту, – робко напоминаю ему его же слова.

– Обещал, – твердо кивает. – И от своих слов я не откажусь.

– Знаю, – произношу с теплой улыбкой.

Валя не тот, кто отказывается от своих слов или от своих обещаний. Напротив, он сделает все, лишь бы их выполнить.

Наверное поэтому я ему так доверяю. Он не Костя. Он другой.

– Тебе эти видео смогут помочь избежать неприятностей? – уточняю заранее зная ответ.

– Да, но мы с тобой поступим иначе, – хитро щурится Валя.

– Как? – на эмоциях подаюсь чуть вперед.

– Давай сделаем так, – начинает…

И чем дольше он говорит, тем сильнее я убеждаюсь, какой же Валя молодец.

Я не задумываясь соглашаюсь на каждое его предложение, они просто шикарны. Ничего лучше придумать не выйдет, как ни стремись.

Моего мужа нужно не просто вывести из игры. Его и его кукловода нужно уничтожить.

А сделать это получится, только объединившись все вместе.

Яковлев из-за банальной мести пойдет на все, лишь бы уничтожить Валентина, а потом и меня. Он никак не может понять, что главное зло содержится не в окружающих, а в нем самом.

И пока Костя не разберется с собой, не избавится от ненависти к людям, он так и будет уничтожать все и всех, кто встанет у него на пути.

Дарина ему в этом поможет.

К сожалению, от действий этих двоих слишком многие могут пострадать. Мы с Валей единственные, кто сможет избавить город и его жителей от чудовищных проблем.

А еще те, кто спасет своих детей. Ведь в жажде мести Костя захочет отобрать Машеньку…

Не позволю ему сделать это!

– Я согласна! – озвучиваю Вале единственный верный ответ. – Давай сделаем это!

Жуков улыбается.

Глава 45. Валентин

– Ну что же, – присаживаюсь за свой рабочий стол. – Как понимаю, у вас ко мне не дружеский визит, – поочередно смотрю на каждого из присутствующих.

– Валентин, – говорит прокурор. – Ты прекрасно знаешь для чего мы явились.

– Значит, по хорошему никак? – спрашиваю прекрасно осознавая, что эта встреча записывается.

Федор постарался на славу, когда оснастил камерами мой дом. Видео из кабинета сейчас грузится на удаленный сервер.

– Почему же, – подается вперед судья. – Ты можешь уйти с должности добровольно и никто не пострадает.

– Вот прям так никто? – усмехаюсь. – Владимир Павлович, вы серьезно?

– Слушай, ну мы связаны по рукам и ногам, – сетует советник юстиции.

– Ну-ну, – продолжаю с ухмылкой. – Что ж вы раньше об этом не думали?

Мой скептический настрой не укрывается от собеседников. Они заметно напрягаются.

– Что ты имеешь в виду? – интересуется начальник ГИБДД.

– Слав, ну давай хотя бы ты дурака из меня не делай, – прямо смотрю на него.

Мужики переглядываются.

– Нужно быть осмотрительнее в своих связях, – произношу поднимаясь из-за стола.

– В смысле? – не скрывает своего удивления председатель совета депутатов города.

– В коромысле, – грубо отвечаю ему.

Я не собираюсь ходить вокруг, да около и ратовать за чувства других. Сегодня ко мне пришли те, кто имеют вес в городе и они пытаются меня нагнуть.

Только вот ничего у них не получится. Благодаря Марине и е находке я смогу каждого их заткнуть.

Но у меня уже есть другой план. Он гораздо интереснее.

– Думаете я не в курсе, что у Яковлева на каждого из вас имеется компромат? – обвожу присутствующих взглядом.

Они внимательно смотрят в ответ.

– Откуда? – первым подает голос прокурор города.

– А ты-то сам как думаешь? – смотрю на него в упор.

Пока присутствующие в моем кабинете продолжают охреневать от новостей и от того, что из обвиняющих сами стали практически обвиненными, я времени зря не теряю. Подхожу к бару и спокойно продолжая натягивать им и без того перетянутые нервы разливаю по стаканам алкоголь.

Сейчас он как никогда нужен, чтобы снять напряженность.

Да и мое предложение будет воспринято лучше в неформальной обстановке, расслабленной атмосфере. А не с двигающимися от каждого скрипа людьми.

– Предлагаю выпить за нашу коллаборацию, – приподнимая бокал озвучиваю свой тост.

– Валь, я, конечно, все понимаю, но ты перегибаешь, – озвучивает свои мысли судья.

– Мы на крючке, – сетует полковник полиции. – Ты ничем не сможешь нам помочь, – заключает обреченно.

– Ты так в этом уверен? – снова не скрываю усмешки. Мне интересно, когда до них все дойдет.

Но судя по растерянным лицам, никто из них не догадывается, что вот-вот может соскочить с крючка.

– Вот скажите, – возвращаюсь обратно в свое кресло. – Вас прислал сюда Яковлев. Так? – спрашиваю.

В ответ тишина.

– Если вы не хотите идти на сотрудничество, то я вам ничем не смогу помочь, – озвучиваю суровую правду. – Я даже не стану напрягаться, чтобы хоть кого-то из вас вытащить.

– А ты можешь? – не веря спрашивает Вячеслав.

– Я все могу, – отрезаю.

И в этот момент в дверь раздается стук.

Мужчины напрягаются только сильнее.

– Мариш, заходи, – зову свою женщину. Дверь приоткрывается и на пороге появляется та, кого я очень ждал. – Детки в порядке? – ни с того, ни с сего спрашиваю у нее.

– С ними все хорошо, – сдержанно отвечает.

С опаской Марина проходит в кабинет и плотно закрывает за собой дверь. Никому из нас не нужны лишние уши.

О том, что ведется запись всего происходящего в кабинете знаю только я и мне нужно, чтобы так и оставалось.

– Еще раз здравствуйте, – Марина обводит присутствующих встревоженным взглядом. Она очень волнуется, но к сожалению, при нашем разговоре ей придется быть здесь.

– Марина Яковлева, пока еще официальная супруга Константина, – официально представляю свою возлюбленную.

– И что она здесь забыла? – глава депутатов скептически отнесся к присутствию Марины.

– Она та, благодаря кому вы можете стать свободными от шантажа, – отрезаю.

И вижу неимоверное удивление на мужских лицах.

– Как так? – первым в себя приходит судья.

Марина вопросительно смотрит на меня, я киваю. Пусть говорит сама.

– Я нашла флешки с записями вашего, – заминается и немного краснеет. – Свободного времяпрепровождения.

– И? – не выдержав подается вперед прокурор.

– Что ты хочешь за эти записи, девочка? – спрашивает начальник ГИБДД.

– А где гарантии, что это не дубликат, – вставляет свое весомое слово начальник полиции.

– Гарантии нет, – честно отвечает Марина. – Но судя по дате на видео, Костя банально не успевал сделать копии.

После ее слов повисает тишина.

Обстановкаа в кабинете становится до нельзя напряженной, мои незваные гости понимают в каком щепетильном положении оказались и что мы их переиграли.

Один звонок, одно сообщение и карьера каждого из них будет завершена.

– Валя, возьми, пожалуйста, – шепчет суя мне в руки флешки. – У тебя они будут в сохранности.

– Давай, – принимаю из женских хрупких рук тяжелую ношу. Крепко сжимаю флешки в кулаке.

Отделавшись от гнетущего компромата Марина желает покинуть кабинет, но я не могу позволить ей сделать это.

Как ни крути, но сейчас девушка должна быть здесь.

– Тебе нужно остаться, – останавливаю ее. Держу за руку и не отпускаю.

– Зачем? – удивляется.

– Я хочу, чтобы тебя воспринимали со мной на равных, – произношу честно. – Чтобы каждый из присутствующих знал, что именно ты стала тем, кто освободил их от удавки на нее. Не я.

Марина одаривает меня таким взглядом, что внутри снова разгорается пожар.

Мне нужно как можно скорее завершить начатое дело, выпроводить непрошенных гостей прочь отсюда и уже совершенно спокойно провести этот день.

– Ну так что? – обращаюсь к сидящим напротив мужчинам. Каждый из них хмур и суров. – Вы готовы рассмотреть коллаборацию со мной или еще желаете подумать?

– Не знаю, как остальные, но я согласен, – Слава поднимает стакан.

Следом за начальником ГИБДД тянутся остальные. Мужчины с опаской, но не обреченно чокаются со мной.

– Что создавать будем? – интересуется начальник полиции.

– Чистый и свободный от вымогательств и шантажа город, – отвечаю. – Думаю, уместно будет начать с себя.

С этими словами вставляю флешку в компьютер, включаю видео, тем самым показывая, что о содержании накопителя не наврал. А после достаю его кидаю на пол и раздавливаю каблуком.

Остальные флешки идут следом.

– Вы свободны, – объявляю под ошарашенными взглядами своих гостей.

– Ты… серьезно сейчас? – прокурор охреневает.

– Похоже, что я шучу? – вопросительно выгибаю бровь. – В данной ситуации никому не до смеха. Не так ли?

– Жуков, – Слава поднимается и протягивает руку для рукопожатия. – Да ты настоящий мужик!

Глава 46. Марина

Кажется, с момента разговора в кабинете у Вали прошла целая вечность, так много событий произошло с тех пор.

На протяжении всего этого времени Валентин был всегда внимателен и чуток по отношению ко мне, ласков с Машенькой и Демидом. Я каждый вечер поражаюсь как же ему идет быть отцом.

Он играет с детьми, катает хохочущую Машу на спине, строит с Демой из конструктора целые замки, а на ночь мы поочередно читаем детям сказки.

Малышня захотели жить в одной комнате. Инициатором данного предложения стал Демид.

Уже не представляю, как можно было раньше жить в постоянном стрессе, не чувствовать себя желанной и любимой. Как я все это терпела?.. Ума не приложу.

Все же хорошо, что Иринка открыла мне глаза на моего мужа. Ведь благодаря этому я сумела избежать множества проблем.

При мысли о Валентине на душе начинают петь птицы, настроение плавно идет вверх.

Просыпаясь я каждый день благодарю судьбу за столь щедрый подарок, что она мне послала. Он был как нельзя вовремя.

В тот день, когда я думала, что моя жизнь рухнула.

Оказалось, что нет.

Если бы не измена Кости и не случайность, мы с Валей бы ни за что не познакомились, ведь наши жизни находились в параллельных мирах.

А теперь мы вместе и это прекрасно. Я улыбаюсь, мое сердце распирает от любви.

Жуков самый лучший из мужчин. Под руку с ним я идти согласна в любую точку земли.

– Мариш, я сегодня задержусь, – предупреждает любимый. – Губернатор должен заехать на пути из аэропорта в город. Мне придется дожидаться его визита.

– Ничего страшного, – заверяю его. – Мы с Кариной справимся.

– Точно? – хмурится Валя.

После ситуации с бывшей домработницей, к новой он относится крайне настороженно. Настолько, что мне порой даже становится ее жаль.

Карина добродушная заботливая женщина. За тот месяц, что она у нас работает, в ее адрес не могу сказать ни единого плохого слова. Она молодец.

– Дорогой, – привстаю поправляя своему мужчине галстук. – Не переживай. Все хорошо.

После моих заверений Жуков слегка расслабляется и нежно касается своими губами моих.

Наш практически невесомый поцелуй тут же углубляется, пожары в сердцах начинают раздуваться и если немедленно не прекратим, то нас будет уже не остановить.

– Шшш, – с трудом отстраняюсь. Тяжело дышим. – Тебе пора, – напоминаю мужчине. Как-никак он глава города и не должен начинать свой день с опоздания.

Валя одаривает меня многообещающим взглядом.

– Без меня не засыпай, – говорит низким хрипловатым голосом.

– Не буду, – обещая улыбаюсь ему.

– За Кариной смотри, – не отпускает тему домработницы.

– Буду, – киваю. Я тоже не хочу повторения, потому что если мы один раз смогли подловить нерадивую работницу за нарушением закона, то не факт, что сможем еще раз.

Что касается Ниты, так она была уволена. Жуков обошелся с ней достаточно жестко, но в этом вопросе я всецело на его стороне.

Увольнение бывшей домработницы вышло весьма фееричным. Думаю, больше никто и никогда не решится так погано с Жуковыми поступить.

Когда Нина явилась после проведенных у родственников выходных, то Валя просто выставил перед дверью все ее вещи и высказал все, что он думает по поводу проступка женщины.

Он довольно жестко поставил ее на место и указал за порог.

Бывшая домработница пыталась избавиться от высказанных в ее адрес обвинений, часть из них хотела спихнуть на меня, но Жуков не позволил ей сказать ни единого лишнего слова.

Моментально заткнул.

А после достал телефон и показал видео, где прекрасно понятно какие таблетки и во что она добавляла, после этого видео Нина созналась во всем.

Женщина плакала, раскаивалась, обещала больше никогда не причинять никому из нас вреда, но Валентин ей не поверил. Он передал сокрушающуюся домработницу Федору и с тех пор никто из нас больше не видел ее.

Единственное, что мне стало известно, так это о судебном разбирательстве с Ниной. Валя не стал спускать на тормозах произошедшее и дал команду своим адвокатам добиться для Нины справедливого наказания. Он хочет, чтобы женщина ответила за все.

С одной стороны мне женщину жалко, а вот с другой…

Почему-то она никого из нас не жалела, когда решила подсыпать сильнодействующий транквилизатор. Про то, что планировалось сделать дальше лучше совсем промолчать.

– Как доберешься до работы, напиши мне, пожалуйста, – прошу любимого стоя в дверях.

– Поверь, если со мной что-то случится, то в ту же минуту новость будет во всех новостях, – говорит ухмыляясь.

– Валя, – игриво толкаю его кулачком в грудь. – Ну хватит!

– Любовь моя, – ловит мой кулачок и я тут же его расслабляю. Он смотрит мне в глаза и целует тыльную сторону ладошки.

Мурашки по коже от этого его взгляда. До сих пор.

– Со мной все будет в порядке, – говорит совершенно спокойно. – Твой Яковлев теперь не сможет со мной совладать.

– Он не мой, – пыхчу недовольно.

– Не твой, – произносит с лукавой улыбкой. – Это место занято, – делает красноречивую паузу. – Мной.

Делаю шаг вперед и обнимаю его. Он заключает меня в объятия. Так и стоим некоторое время закрыв глаза.

Наши сердца бьются в унисон, наше дыхание ровное и спокойное. А мысли в головах… Просто огонь!

Ох, поскорее бы ночь пришла.

– Иди, – произношу нехотя разрывая объятия. – А то так действительно опоздаешь.

– Не опоздаю, – поправляет меня. – А задержусь, – игриво подмигивает. – Должны же быть хоть какие-то плюсы у руководящей должности?

– Если в этом весь плюс, то ну ее эту должность, – говорю честно.

– К сожалению, кроме меня достойных кандидатов на эту должность нет, – печально поджимает губы.

– Ты справишься, – заверяю его. – Ты и так за столь короткий срок стал самым лучшим мэром за последние десять лет. У тебя выбора нет.

– Как и у тебя, – отвечает не отрывая внимательного взгляда.

– Ты о чем? – не понимаю.

– О предстоящей свадьбе, – заявляет безапелляционно. – Выйдешь за меня? – пытливо смотрит в глаза.

– Ты еще спрашиваешь? – смеюсь. Радость переполняет сердце, за спиной вырастают крылья.

– Ну не могу же не получив ответа на вопрос везти в ЗАГС, – не отрывает от меня полный нежности взгляд.

– Конечно, согласна, – произношу светясь от счастья. Кажется, своим светом я способна озарить весь мир. – Но для начала мне нужно развестись, – стоит вспомнить о своем практически бывшем муже, как радость тут же угасает.

– Заседание сегодня, – напоминает Валентин.

– Знаю, – вздыхая поджимаю губы. – Мне точно не стоит туда приходить?

– Нет, не нужно, – отвечает. – Зачем? После того, как судья вынесет решение о разводе, Яковлеву будут представлены обвинения и его арестуют в здании суда. Ты хочешь посмотреть, как твоего бывшего заковывают в наручники?

– Не хочу, – говорю честно.

Как и не хочу выслушивать истерику от своей бывшей лучшей подруги. Она и без того сделала мне массу говна.

Каждому свое.

Кому счастье, кому одиночество, а кому тюрьма.

– Спасибо большое, что ограждаешь от лишних переживаний, – искренне благодарю своего возлюбленного.

– Так и должен поступать настоящий мужчина. Или я не прав? – вопросительно выгибает бровь.

Ох, Жуков…

Я опять улыбаюсь.

Привстаю на носочки и слегка касаюсь его губ в легком, практически невесомом поцелуе. Тут же отстраняюсь, не предоставляя ни единого шанса углубить его.

– Прав, – искренне отвечаю. – Во всем и всегда.

Глава 47. Марина

Возвращаюсь в нашу спальню, чтобы взять кофточку с длинным рукавом, как до моего слуха доносится жужжание. Не сразу осознаю, что это телефон.

А когда понимаю, то удивляюсь.

Очень странно…

Валя ж только что ушел, он не стал бы звонить, а никому другому этот номер не известен.

– Слушаю, – говорю принимая вызов.

– Марин, – в динамике раздается голос человека, о существовании которого я б предпочла забыть.

Холодок пробегает по коже.

– Здравствуй, Костя, – произношу с трудом узнавая свой голос.

Он моментально осип.

Оказывается, я совершенно не была готова к разговору с бывшим мужем.

– Я был не прав. Прости, – в голосе мужчины нет ни единой нотки сожаления.

– Зла на тебя не держу, – отвечаю ему, а у самой внутри все аж дрожит. – Это все, что ты хочешь от меня услышать?

– Нет, – прилетает мне резко.

Вздыхаю.

Ну, конечно… Разве могло все завкончиться так легко?

– Яковлев, мы расстались. Ты бросил меня. Ушел от меня к моей же подруге, – напоминаю ему. – Иди! Живи с ней. Будьте счастливы.

Ох, как же хочется послать его нахрен.

Но я же приличная женщина, поэтому прикусываю язык. Мало ли что… Не отрицаю того, что Костя этот разговор записывает.

С него станется.

– Стой! – рявкает он.

– Что еще? – вздыхаю печально. – Ты еще не все сказал?

– Марин, – я прям по голосу чувствую, как Костя сдерживает свой гнев. Его просто раздирает на части от злости.

В очередной раз убеждаюсь, что все сделала верно. И с разводом, и с расставанием, и с видео.

Потому что ну этого Яковлева нафиг!

– Слушаю, – терпеливо произношу. Закатывать истерики за пять минут до развода не вижу никакого смысла.

Вот-вот должно состояться судебное заседание, на которое Марк настоятельно попросил меня не приходить. Савельев заверил, что сегодня я стану юридически свободной от семейной жизни женщиной.

И что мой ребенок останется со мной.

– Отмени развод, – просит меня. – Я стану для тебя идеальным мужем, а для нашей дочери хорошим отцом.

Боль в его голосе заставляет задуматься, но не о принятом ранее решении про расставание, а о том, что именно заставило Костю резко поменять свое отношение к браку со мной.

Уж не то ли, что его вот-вот бросит Дада?

Моей бывшей подруге было интересно именно разрушить семью. Увести мужчину на сторону и заставить его врать жене для нее отдельный вид удовольствия.

Зря я раньше считала, будто подобное распространяется на кого угодно, но только не на меня. Зря я ставила нашу дружбу с Дариной выше ее поганого и паршивого характера.

Теперь, как никогда точно понимаю, не подругой она мне была.

Но так же знаю, что больше никого и никогда не подпущу близко к своей семейной жизни.

– Рада, что ты, наконец, решил стать образцовым мужем и отцом, – говорю тщательно следя за словами. – Но вот есть одна проблемка.

– Какая? – тут же отзывается он. Общается со мной, словно ничего и не бывало.

– Я больше не хочу быть твоей женой, Кость, – произношу открыто и честно. – У меня другой мужчина.

– Ничего страшного, – он поспешно отмахивается от моих слов. – Давай просто забудем обо всем. Хорошо? И снова станем семьей.

– Нет, Кость, – горько усмехаюсь. – Не станем.

От разговора с бывшим мужем на душе становится очень печально. Хорошего настроение как не бывало.

Вот и зачем я только трубку подняла?

– Станем! – настаивает на своем.

– И как ты это представляешь? – не могу скрыть удивления. – Маша уже другого мужчину называет своим папой! – вспыхиваю.

По шумному резкому вдоху я понимаю, что все правильно сделала.

И сказала тоже.

– Пока, Кость, – прощаюсь с бывшим мужем. – Нам с тобой больше не о чем разговаривать.

Не давая Яковлеву ни единого шанса снова увлечь меня в разговор завершаю вызов.

Выдыхаю.

А затем снова берусь за телефон. Но на этот раз звоню уже Марку.

– Привет, – здороваюсь со своим адвокатом.

– Марина! Ты вовремя, – бодро отзывается он. – Я как раз хотел тебя набирать.

– Я почувствовала, – выдаю с нервным смешком. Он не укрывается от Савельева.

– Что стряслось? – спрашивает в открытую.

Рассказываю про только что произошедший разговор.

– Ну, конечно, насчет другого мужчины ты зря сказала, – мягко меня журит. – Но теперь я хотя бы знаю, на что именно он будет давить.

– Думаешь, будет? – волнение подхватывается с новой силой.

– Марина, он очень зол на тебя и на Жукова, – озвучивает то, что я знаю сама. – Поэтому да. Он будет мстить. И пойдет ради этого на все.

– Блин, – мне становится не по себе. – Пожалуйста, прости, что наговорила ему лишнего.

– Да забей, – отмахивается от моих слов. – Прорвемся!

– Ты так думаешь? – спрашиваю с робкой надеждой.

– Я в этом уверен!

Проходит чуть больше часа и Марк Савельев перезванивает мне вновь. Только на этот раз он сообщает мне совершенно другую новость.

Я свободна. Разведена!

Машенька не просто остается со мной, Яковлеву по суду запрещено видеться с дочерью!

Он просто одним махом взял и ее лишился.

– Марк, это точно? – не верю своим ушам.

– Точнее некуда, – отвечает с ухмылкой. – Твой бывший муж теперь обвиняется аж по трем статьям УК, – окончально ошарашивает меня новостью. – Его взяли под стражу и теперь на свободу он выйдет очень и очень не скоро.

– Но ведь выйдет же, – шепчу.

– Марина, к тому моменту уже пройдет много времени, – успокаивает меня.

Но мне что-то не становится легче от его слов.

Я просто не представляю, как скажу повзрослевшей Маше, что у нее биологический отец уголовник.

– Давай думать по мере поступления проблем. Хорошо? – предлагает Савельев.

– Хорошо, – соглашаюсь не скрывая печали.

Ах, как бы мне хотелось, чтобы вот это вот все поскорее прошло. Чтобы Костя навсегда исчез из нашей с дочкой жизни и больше никогда-никогда не появлялся в ней вновь.

Жаль, что мое желание неосуществимо.

– Любимая, – в динамике раздается голос того, кого я не мечтала услышать.

– Валя? – ахаю. – У тебя же с утра были дела, – вдруг понимаю, какие именно дела и почему мой мужчина так торопился.

Он не хотел опоздать на заседание суда.

Ах! Какой же Жуков невероятный мужчина!

– Нужно же было проконтролировать, – ухмыляется.

На сердце вдруг становится так тепло, так хорошо… Чувствую, что нахожусь за каменной стеной и очень рада подобному стечению обстоятельств.

Иногда самые неприятные и больные вещи случаются с нами лишь для того, чтобы мы уже, наконец, обрели свое настоящее счастье.

Только пройдя сквозь трудности, преодолев невзгоды и осознав в полной мере цену счастью, понимаешь, как сильно его нужно ценить.

Счастье дается каждому из нас за наши заслуги.

– Спасибо, – от души благодарю любимого.

– За что? – искренне удивляется он.

– За то, что делаешь для меня, – шепчу. Смахиваю навернувшиеся на глаза слезы радости.

– Марин, – снова Марк врывается в наш разговор. – Давай обед вкусный готовь! Мы едем к вам домой. Будем праздновать!

Глава 48. Марина

Заканчиваю разговор с Марком и понимаю, что мне срочно нужно в туалет. Бросаю телефон на кровать и стремглав несусь в уборную.

Еле успеваю добежать.

Делаю все свои дела, после этого немного привожу себя в порядок. Меня всю трясет.

Все же слабость желудка не происходит случайно. Для этого должны быть весомые причины и я боюсь, что у меня есть ответ.

На дрожащих ногах подхожу к раковине, включаю прохладную воду и умываюсь несколько раз. Но легче мне не становится совершенно. Неприятный привкус во рту никуда не девается и только снова усиливает тошноту.

Достаю зубную пасту, обильно выдавливаю ее на щетку и чищу зубы. От мятной свежести становится легче.

Я снова могу нормально вдохнуть.

Делаю вдох и понимаю, что меня снова подташнивает.

Мысли об отравлении или болезни отбрасываю прочь, ведь если бы было именно это, то тошнило бы не только меня.

У нас большая семья, едим мы все вместе. Я готовлю одно блюдо одновременно стараясь угодить каждому из членов семьи.

Правда, у Демида до сих пор есть потребность соблюдать диету, поэтому приходится в первую очередь подстраиваться под него.

Но ничего. Правильное питание полезно для каждого и мы без особых трудностей дружно перешли на него.

Поэтому отравление исключаем. Ведь плохо стало только лишь мне.

Напрашиваются определённые выводы, в голову забираются определённые мысли и сердце принимается биться быстрее. Начинаю чаще дышать.

Что, если я…

Да нет. Этого не может быть.

Ну невозможно ж.

Мы ведь предохранялись с Валей практически всегда. Практически… Но не постоянно… Было у нас несколько раз без должного уровня предохранения. В те дни, в которые я забеременеть была не должна.

Но вот только от одного предположения о возможной беременности у меня на губах расцветает улыбка. На душе сразу становится тягуче-приятно.

Ох… Как бы я хотела родить для Жукова малыша.

Так. Нужно проверить.

Смысл гадать на пальцах и упиваться надеждой? Уж лучше сразу узнать!

Если окажется, что я и правда беременна, то это будет просто шикарный подарок. Уверена, Валя образуется. Иного просто быть не может.

На негнущихся ногах и с не сходящей с лица улыбкой возвращаюсь в комнату, достаю из своей сумочки упаковку с текстом для определения беременности и направляюсь опять в туалет.

У меня уже второй день как задержка и я его купила вчера в аптеке на всякий случай.

Видимо, тот самый случай настал.

Дрожащими руками вскрыв упаковку, достаю всё необходимое, проделываю прописанные в инструкции манипуляции. Жду.

Никак не получается спокойно усидеть на месте и поэтому я просто хожу.

Внутри всё дрожит от волнения.

Ну же… Время двигайся быстрее! Мне нужно знать результат.

– Мама, можно я поиграю в большой комнате с Машей? – из комнаты раздаётся голос Демида. Вздрагиваю. – Мама? – доносится до меня вопросительно-удивленно.

– Я здесь, малыш, – отзываюсь из уборной. Опять улыбаюсь. – Да, конечно, играй, – разрешаю отрываясь от теста, что держу в руках. Меня немного потряхивает.

Одна полоска появилась и чётко видна, а вот вторая… Жду дальше.

– Спасибо, мама! – Говорит малыш и судя по звуку стремительно удаляющихся шагов он убегает обратно.

– Было бы за что, заяц мой, – шепчу понимая, что вот-вот расплачусь от переполняющей душу нежности.

Ох, мальчик мой…

Дема уже несколько недель, как называет меня своей мамой и каждый раз, когда я это слышу, внутри все замирает. Сердце сжимается от любви к нему.

Демид просто замечательный, волшебный мальчик и я всей душой успела полюбить его за столь короткий срок. Он стал для меня как родной.

Мы так быстро начали понимать друг друга, что теперь, спустя месяц проживания вместе, я чувствую настроение мальчика от и до. Интуитивно понимаю всё, что ему нужно.

Маленький мой…

Защитник любимый.

Уверена, когда Дема вырастет, то он станет прекрасным мужчиной. Прям, как его отец.

Смотрю на время, на тест. Судорожно вдыхаю.

Беременна.

Слов больше нет.

Всё же как интересно устроена жизнь. В тот миг, когда я готова была потерять все, я… приобрела гораздо больше.

Теперь у меня есть самая настоящая семья.

– Марина! – слышу крик с первого этажа.

– Бегу, – вмиг отзываюсь.

Это наша домработница меня зовет.

Оставляю тест на раковине, еще раз ополаскиваю лицо прохладной водой и спешу вниз. Карина меня зовет в одном-единственном случае, если Валентин приехал, а я до сих пор не внизу.

– Приехали? – спрашиваю у ожидающей около лестницы женщины.

– Паркуются, – кивает она.

– Спасибо, что позвала, – благодарю от души.

– Я картошку почистила. Может быть поставить ее в духовку? – тут же интересуется. – Кролик практически готов.

– Отлично, – в который раз радуюсь нашему с Кариной взаимопониманию. – Ставь.

Домработница уходит на кухню, я же спешу к своей детворе. Заглядываю в комнату и вижу, что Дема усадив Машу на большой самосвал приделал сестре на голову что-то по типу короны и теперь катает ее по паркету.

– О, – поднимает голову. Видит меня и улыбается. – А мы тут играем, мам.

– Вижу, сынок, – говорю не скрывая нежность. – Там папа приехал.

– Ура! – лучезарно улыбается. – Он будет с нами играть? – спрашивает с такой надеждой, что у меня сердце останавливается.

В глазах полный восторг и азарт.

– Конечно, будет, – смеюсь. – Но только пусть он сначала покушает.

Сынок смотрит на меня, о чем-то задумывается. Наклоняется и шепчет на ушко сестре. Та смеется.

– Пусть кушает, – важно заключает. – А потом сразу играть!

Эпилог

– Мариш, – Валя выглядывает из спальни. – Пожалуйста, помоги, – просит кивая головой в сторону трехмесячной Анечки. – Уснула.

– Иду, – полушепотом обращаюсь к любимому. – Подожди минутку.

Мне нужно помочь Машеньке надеть пижаму перед сном. Она пока еще слишком мала, чтобы самостоятельно это сделать.

– Хорошо, – соглашается прекрасно понимая, что я не просто так прошу. Аккуратно, чтобы не разбудить уснувшую Анечка, удаляется в нашу спальню.

– Мама, – улыбается Машенька и вместо того, чтобы просунуть руку в рукав ночного комбинезона, она хватает меня за локон и тянет на себя.

Я едва не падаю на дочку от неожиданности.

– Малышка моя, осторожнее, – ласково строжу её. – Я ведь могла тебя задавить.

– Но не задавила же, – включается в разговор Демид.

Бросаю на него предупреждающий взгляд. Умный нашелся.

– Дёма, вот словно ты сам не шалишь, – аккуратно напоминаю ему.

– Не шалю, – совершенно искренне заверяет.

– Ну-ну, – тихонько смеюсь.

Смотрю на своих детей и вдруг кое-что вспоминаю.

– Мы ведь с вами так и не посмотрели на звезды! – произношу на эмоциях.

Блин! Ну как мы могли пропустить? Ведь сегодня мимо планеты пролетит гигантская комета.

– Можно сейчас посмотреть? – плаксиво спрашивает сынок. Вся его бойкость куда-то испарилась.

– Сейчас? – задумываюсь.

В принципе, никаких важных дел на утро у нас нет и завтра можно будет поспать подольше, поэтому если Валя не против, то пусть смотрят. В конце концов, не каждую ночь у нас над головами безоблачное звёздное небо.

– Нужно у папы спросить, – выношу вердикт.

Дожидаюсь, чтобы детвора улеглись каждый в свою кроватку, поочерёдно укрываю пододеяльниками без одеяла и целую своих детей.

– Лежите тихо, – даю наказ. – Я пойду помогу папе с Анечкой, она уснула и ее нужно переложить в кроватку, – поясняю. – Как только переложим, папа придет к вам.

Выхожу из комнаты, но дверь не закрываю. Так больше шансов, что детвора будет соблюдать тишину.

– Спите? – спрашиваю шепотом заходя в нашу спальню.

– Пока, да, – отвечает не сводя с дочки нежного взгляда.

– Животик не беспокоил, пока засыпали? – интересуюсь и подхожу к любимому. Все же мужчина, который после работы первым делом едет домой, общается с детьми, а уже после этого при необходимости вновь садится за работу, бесценен.

Я даже мечтать не могла о подобном!

Только вот Валя в клочья порвал все мои стереотипы.

Хотя бы взять то, что он сам укладывает наших детей спать! То старших, то Анечку – через день.

Жуков не сетует и не жалуется на усталость. Напротив, для него побыть с детьми счастье. Он отдыхает, когда возится с ними.

А я просто счастлива, что у меня такой заботливый и понимающий муж.

Но несмотря на всю прелесть материнства, мой муж настоял на помощнице в виде няни. Потому что с тремя детками и удалении от города няня все же нужна.

У Демида бассейн, логопед и развивашки, у Машеньки бассейн, но не тот, который у Демида, а другой. Там есть шикарный специалист по работе с маленькими детками, когда у Демида уже секция и в неё ему очень нравится ходить.

В общем, с тремя детками проблем и трудностей много, но они только в радость. Гораздо хуже было б без них.

Именно поэтому мы все-таки нашли для наших детей шикарную няню.

Эта святая женщина смогла найти общий язык не только с нами, но и с Демидом. Она нашла управу на нашего непростого мальчика и тот сразу же её зауважал.

– Все в порядке, – успокаивает меня муж. – Она немного повозилась и крепко уснула.

– Ну хорошо, – расслаблялись немного. Все-таки возраст у Анечки сейчас не простой.

– Переложим? – вновь предлагает.

– Конечно, – тут же соглашаюсь. – Идем.

Подходим к кроватке и осторожно, словно у Вали в руках самая хрупкая на свете ваза, перекладываем малышку с рук на матрас.

Анечка ложится, открывает глазки и смотрит на нас. У меня внутри все обрывается. Разбудили…

Но тем не менее стою не шевелясь.

– Шшш, – бережно и нежно похлопываю по сладкой попке малышки. – Шшш, – шепчу.

– Я к старшим пошел, – Валя произносит на ухо. Киваю. Мой муж оставляет утренний на виске целомудренный поцелуй и удаляется в коридор.

Улыбаюсь.

Все же какое счастье быть вместе с настоящим мужчиной! Как же здорово, когда рядом с тобой есть любящий, надежный и верный человек.

– Анечка, – говорю так тихо, чтобы помимо доченьки никто не услышал. – У тебя самый лучший на свете папа.

Она улыбается.

Улыбка малышки трогает до глубины души и я делаю глубокий вдох, уж слишком трогательно. Разумом понимаю, дочка ещё слишком мала, чтобы воспринимать мои слова и это чистая случайность, но как же приятно…

– Засыпай, маленькая моя, – поглаживаю доченьку по головке, провожу пальчиком по переносице и вслед за этим обрисовываю бровки. Анечка закрывает глаза,

Смотрю на неё, в груди с каждой секундой растет умиление. Ну все же как прекрасны малыши! Когда спят.

Жду ещё некоторое время, убеждаюсь, что Анечка крепко уснула и выпрямляюсь. Жду реакции от дочки, но её нет.

Малышка спит.

Не долго думая, оставляю ночник и спешу в детскую. Валя не возвращается, у старших тишина.

А мне уж больно интересно, что происходит у них.

Подхожу к двери, бесшумно её открываю и перед моим взором оказываются три спины. Демид стоит на стуле и склонившись в три погибели смотрит в установленный на столе телескоп. Машенька сидит на руках у Вали и просто смотрит на звезды в окошко, она ещё слишком мала для пристального их изучения через специальный аппарат.

– Папа! Смотри!! – восхищенно произносит сынок. – Я вижу комету!

Улыбаюсь.

Ох, детство, детство… Сейчас Дёма любой движущийся предмет на небосклоне посчитает за комету. Это ж ребенок.

Сердце переполняется от нежности к нему.

– А вот и мама, – обнаруживает мое появление Валентин. Ставит Машеньку ножками на пол, а сам подходит ко мне. – Уложила?

– Ага, – киваю ласково улыбаясь.

Все же я самая счастливая женщина на планете.

– Спасибо тебе, – произношу при вставая на носочки. Касаюсь губ любимого мужа своими. – Без тебя я бы не справилась так быстро, – признаюсь.

У Вали с Анечкой какой-то особый вид связи. Она идеально себя ведёт, как только оказывается у отца на руках.

– Справилась бы, – бережно убирает за ушко выбившуюся прядку волос. От каждого его прикосновения пожар внутри только усиливается.

По взгляду мужа все понимаю без слов. Наши мысли и желания сходятся на сто процентов.

Мы оба знаем, как проведем эту ночь. Для нас она будет волшебной.

Но прежде всего нужно выполнить родительский долг и уложить спать своих непосед.

А после…

После нам обоим будет просто шикарно. Ведь когда люди искренне любят друг друга, то каждая их близость становится невероятной. Когда доверяешь своему партнеру, то соглашаешься не только на испробованное ранее, но и на эксперимент.

– Пойдем, – произносит любимый покрывая мое плечо поцелуями. – Дети уснули, – тянет меня за собой.

– Идем, – соглашаюсь и позволяю отвезти себя в нашу спальню, а там…

Там мы до утра будем любить друг друга, а после едва сползать с кровати, потому что детки проснутся и нужно будет вставать. Вот такая родительская жизнь двуликая. Если ночью мы с мужем отрываемся, то днем он добрый отец, а я приличная мать.

И это прекрасно! Не так ли?

_____

Content

Кэти Свит
Предателей не прощают. Счастливы без тебя

Глава 1. Марина

Глава 2. Марина

Глава 3. Марина

Глава 4. Валентин

Глава 5. Марина

Глава 6. Марина

Глава 7. Марина

Глава 8. Марина

Глава 9. Марина

Глава 10. Марина

Глава 11. Валентин

Глава 12. Марина

Глава 13. Валентин

Глава 14. Марина

Глава 15. Марина

Глава 16. Марина

Глава 17. Валентин

Глава 18. Марина

Глава 19. Марина

Глава 20. Валентин

Глава 21. Марина

Глава 22. Валентин

Глава 23. Марина

Глава 24. Марина

Глава 25. Марина

Глава 26. Валентин

Глава 27. Валентин

Глава 28. Марина

Глава 29. Марина

Глава 30. Марина

Глава 31. Марина

Глава 32. Валентин

Глава 33. Валентин

Глава 34. Марина

Глава 35. Марина

Глава 36. Валентин

Глава 37. Марина

Глава 38. Валентин

Глава 39. Марина

Глава 40. Марина

Глава 41. Марина

Глава 42. Валентин

Глава 43. Валентин

Глава 44. Марина

Глава 45. Валентин

Глава 46. Марина

Глава 47. Марина

Глава 48. Марина

Эпилог