Лана Ременцова

Барс. Взрыв мозга

Пролог

Коврополь – Вавилон современности, где блеск и нищета сплелись в дьявольском танце, а молодые души мечутся, будто мотыльки в ночи, в поисках своего пламени.

«Вот вляпался! Эта пигалица мозг вынесла чайной ложечкой! Я что, ей гувернантка, что ли? С какой стати мой папаша решил, что я – её телохранитель? Крайнего нашёл! Да гори она… в аду! А вдруг она страшна, как смертный грех? Я рядом с ней, как пугало огородное! А если тупа, как пробка от шампанского? Всё! Конец! Приехали! Вилика, да чтоб тебя… Имя, как у царицы, а что за ним прячется.… Наверняка, избалованная фурия, каких свет не видывал!» – рокотал вулкан мыслей в голове парня, восседающего на своём байке, как на железном троне.

Солнце, нахальное и лукавое, запуталось в его тёмных, непокорных кудрях, превратив их в сверкающую паутину. Высокие скулы, слегка тронутые тенью небритости, придавали его лицу с тонкими, как у бога, чертами, вид мятежника и денди в одном флаконе. Глаза – два бездонных колодца, меняющие цвет, будто хамелеоны на дискотеке: то серые, как утренний саван над рекой, то разгорающиеся, как геенна огненная в ночи.

Он двигался с грацией пантеры, каждое движение – вызов обществу и непоколебимая уверенность в себе. Мощные плечи, сильные руки, будто выкованные для битв и страстных объятий. Во взгляде – дуэль льда и пламени: нежность, как шёлк, и стальная решимость, как будто он знает, чего хочет от жизни, и готов идти напролом, не оглядываясь назад.

Одет был, как с обложки журнала, дорого и дерзко: идеально сидящие джинсы, чёрная футболка, как вторая кожа, обтягивающая атлетическую фигуру, и кожаная куртка, добавляющая образу бунтарский шик. Ему не нужна была кричащая роскошь, хотя мог купить пол-Коврополя, как конфетку. Его красота вопила сама за себя.

Когда он улыбался (а это случалось реже, чем затмение солнца), мир вокруг взрывался фейерверком счастья. В уголках глаз появлялись морщинки-лучики, а губы растягивались в ослепительной улыбке, от которой у девчонок в животе бабочки устраивали симфонический оркестр. В такие редкие моменты он казался беззащитным, как новорождённый котёнок, несмотря на всю свою брутальную ауру.

Барс был живым воплощением мужской красоты: сила и нежность, уверенность и ранимая душа художника. Адская смесь, притягивающая, как магнит.

Глава 1. Нежданный «подарок»

Шестеро парней на байках неслись на бешеной скорости по улицам Коврополя. Ветер выл в ушах и трепал их разноцветные ирокезы. Прохожие шарахались в стороны, как от чумы. Ещё бы, ведь это была самая беспредельная банда города! Злобные щенки, сорвавшиеся с цепи.

Каждый вечер, когда солнце уходило за горизонт, банда выкатывала на улицы и устраивала хаос. Их боялись все, как огня, и старались обходить стороной за километр. Эти отморозки могли не только набить морду, но и поджечь дом, разбить витрину и даже… о, ужас… забрать дочь у должника, который вовремя не заплатил дань. Девчонок отправляли в стриптиз – клубы, где они сами частенько зависали, чтобы выпустить пар и потешить свои (и чужие) мужские амбиции.

Никто не знал, кто скрывается под масками этих беспредельщиков, но по их шмоткам и байкам было ясно – это отпрыски богатых родителей. А главарь, самый опасный из них, явно мажор, которому дозволено всё.

В эту ночь Барс был особенно разъярён, крушил всё на своём пути, как разъярённый бык: сбивал мусорные баки, проезжал по скамейкам и парапетам, не замечая ничего вокруг. Дружки не отставали, видя, что у босса сорвало все предохранители.

Проезжая мимо реки, он нагнулся и поднял булыжник размером с кулак. Пересёк мост, газуя так, что прохожие попрятались за деревьями, как мыши от кота.

– Правильно, прячьтесь по кустам, пока я вам тут всем не устроил весёлую жизнь! – заорал, будто дикий зверь, и рванул к магазинам. Резко затормозил возле одного, и со всей силы запустил булыжник в стеклянную витрину, разбив вдребезги. Друзья окружили его, с интересом наблюдая за выходками вожака.

– Барс, чего ты взъелся на этот магаз?

– Этот козёл вчера бабки не занёс. Сейчас возьмём шмотки натурой и поедем развлекаться.

Парни слезли со своих «коней», ворвались в магазин через зияющую дыру, поснимали все вещи с манекенов и, перекинув через плечо свои трофеи, вернулись обратно.

– Бабское тряпьё… – презрительно скривился один из байкеров.

– Гарь, а на хрена тебе сразу два платья? У тебя ж сеструхи нет.

– Тёлке своей подарю, – хмыкнул, закидывая длинную мелированную чёлку на темечко.

– Той, что год отпахала на Барса в «Маске»?

– Да нет, эта тёлка теперь у нас в садовницах. Батя еле согласился. Орал, что нам ещё всякой швали в прислуге не хватало.

Друзья с интересом навострили уши, как собаки перед охотой.

– Ну и как, принял её?

– Да как-как… вроде, заценил, как трофей. Так и осталась.

Все дружно заржали, подобно стаду гиен.

– Ладно, хорош ржать. По коням! – скомандовал Барс.

Парни кивнули.

– Поедем. Но, босс… выкладывай, что случилось?

– Да, расскажи, – оскалился парень с красными волосами, торчащими вверх, будто после взрыва на макаронной фабрике.

– Барс, ты всегда бешеный, но сейчас просто жесть. Что стряслось?

– Батя достал, – буркнул он, нахмурившись, как грозовая туча. В смоляных глазах вспыхнули гневные искры. – Тьфу! – сплюнул, поправил золотую цепь толщиной с пожарный шланг и уставился на колесо байка.

– Опять учиться заставляет?

– И это тоже. Но дело не в этом. Там вообще полный пипец, – выплюнул, как яд. – У его друга в Коркоке жена умерла. Осталась дочь. Короче, он сейчас там какие-то свои серьёзные дела разруливает и боится за девчонку.

Он замолчал, присел на корточки возле колеса своего «коня», что-то подёргал, поправил, как будто от этого зависела его жизнь. Парни напряглись, как струны гитары. Прошла мучительная минута.

– И чё? – не выдержал Гарь.

– Короче, попросил отца забрать девчонку и присмотреть за ней.

Друзья замерли в ожидании взрыва. Барс достал вейп и затянулся, выпуская клубы дыма в ночное небо.

– Батя, как всегда, согласился и решил спихнуть девку на меня. Типа, у него времени нет, а я бездельник.

– В смысле?! – взревел Гарь.

– Я должен стать её нянькой! Ёклмн! Я!!! – взвыл Барс.

Барс швырнул вейп на дорогу, будто проклятую вещь.

– Да я её изнасилую быстрее, чем она поймёт, куда попала!

Парни подошли ближе, и один из них положил руку ему на плечо, пытаясь успокоить.

– Да, братан, это засада, как ни крути. Но выхода-то нет. Мамки у тебя тоже нет. Нянек ты всех так достал, что ни одна в ваш дом и на порог не ступит. Остаётся только смириться, иначе твой предок запрёт тебя в лицей для элитных дебилов, откуда ты выйдешь только через несколько лет, – проговорил друг с сочувствием.

– Вот именно, что может! Этим он меня и шантажирует, старый хрыч! Осталось полгода до выпуска из этого колледжа. Но девка на шее! Я что, её и в «Маску» с собой таскать буду?! А она там на наши яйца глазеть?!

Парни молчали, будто воды в рот набрали. Все знали, что Барс не мог сильно перечить отцу. Тот владел самым большим заводом в Коврополе и кучей филиалов по всему миру. Его бизнес даже можно назвать империей. И лучшие друзья тоже не пальцем деланы. Если уж понадобилось прятать дочку, значит, дело серьёзное, как землетрясение. И обижать девчонку нельзя – себе дороже выйдет.

Барс читал мысли друзей по их глазам, будто открытую книгу. Он и сам всё это понимал, но всё равно хотелось крушить и ломать, как разъярённый слон в посудной лавке!

Он запрыгнул в седло, завёл байк и рванул в «Маску», как на пожар.

Вошёл, хлопнув входными дверями так, что администратор подпрыгнула на крутящемся стуле с мягкой обивкой, похожая на ужаленную змею.

– Здравствуйте, Барс, – пролепетала утиными губами, перекачанными до предела, как две надувные лодки. – Вы сегодня рано. У нас есть новенькая, ещё обучается. Мы ещё не давали кличь по покупке её первой ночи, – защебетала, подобно сороке. – Но она хороша, думаю, вам понравится, – эту фразу промурлыкала, как кошка.

– Её первая ночь на аукцион отменяется. Веди ко мне. Я стану первым мужчиной этой девки. А парням лучших дай, – отрезал он, будто гильотиной.

Та кивнула, как болванчик.

– Вы наш VIP–гость, и поэтому я вам и решила о ней рассказать, – опять пролепетала, заискивающе глядя на него.

Он прошёл в личную комнату, где всегда расслаблялся как в коконе, разделся и вошёл в душевую кабину. Встал под тёплыми струями, размышляя:

«Что я буду с ней делать? Отца дома почти не бывает. Вечные переговоры, перелёты по миру, как перелётная птица. Няньки точно не придут. Блин, куда её девать? Дочь богатея да ещё, наверное, и наивная, как курица. Вот попал. По самые яйца».

Присел на корточки и взялся за голову, как будто она была сделана из хрусталя.

Спустя минут десять всё-таки «взял мозги в руки» и вышел, завернутый снизу махровым банным полотенцем.

Глаза сразу уставились на девушку, одетую, подобно кукле из секс – шопа, в разноцветные малиновые чулки в горошек, коротенькую пушистую юбку, топ, едва прикрывающий грудь, да ещё и с бантами на косах, будто она собралась на детский утренник.

– Там что все с ума посходили? Какого хрена тебя так одели? – прорычал, как медведь, разбуженный зимой.

– Это же моя первая ночь. Сказали, что я и должна так выглядеть, – пролепетала, испуганно хлопая глазами.

– Неважно, главное, твой дебильный вид меня не возбуждает. Убирайся! – проорал, как сирена.

Девушка пулей вылетела из комнаты, будто ошпаренная. А он ударил кулаком в стену, чтобы выпустить пар. Оделся и покинул «Маску», как будто убегал от чумы.

Барс ещё пару часов терзал город своим бешеным байком, похожий на хищника, выслеживающего добычу. Выпустив демонов из заточения, направил стального коня к своему заветному месту на реке – обители тишины, отгороженной от мира чёрной стеной забора. Здесь, казалось, даже время замирало в благоговейном молчании. Местные обходили это место стороной, страшась зловещего полотна, где баллончиком была выведена его банда, а сам он – во главе, в образе разъярённого барса, готового растерзать любого.

Подойдя к забору, он подсознательно поднял один из дюжины валявшихся под ногами баллончиков и принялся за работу. В глазах – ледяная пустота, бездонная, как зимнее небо. Барс, а для немногих – Марин, имя, данное матерью, был одарён уникальным даром, взращенным на персональных уроках у лучших мастеров, оплаченных отцом. Талант этот прорезался в шесть лет, как молния на ясном небе, после трагической гибели матери в авиакатастрофе. Отец, будто в попытке залить огнём пожар, окружил единственного сына сонмом нянек и репетиторов, превратив дом в подобие закрытой школы. Но мальчик, сломленный горем, стал заложником панических атак, боялся высоты и замкнутых пространств. Психологи и психотерапевты оказались бессильны. Спасение нашёл в красках, в изучении языков – их он знал четыре, как свои пять пальцев, да ещё и древние пытался изучать, – а после… в женщинах. Но и в них не искал тепла, нежности, духовной близости. Лишь плоть и разврат, холодное потребление.

Ещё одним увлечением с детства были боевые искусства. Соревнования его не прельщали, но он оттачивал мастерство под руководством лучшего учителя, который однажды предостерёг: «Был бы ты на соревнованиях, уже давно носил чёрный пояс, а то и Даны. Только молю, не обращай искусство во зло». В ответ Марин лишь огрызнулся: – Куда девать свои способности – моё дело. А тебе отец платит с лихвой, чтобы не просить меня о том, чего я не могу обещать».

Друзья детства, такие же отпрыски золотой молодёжи, разделили его порочные пристрастия: женщин и желание подчинить город, поставить на колени малый бизнес. Они были местным рэкетом, бичом предпринимателей. Отец знал о похождениях сына от частного детектива, но не вмешивался. Любил его слепо, боясь увидеть несчастным.

Марин закончил рисунок. На холсте из бетона и краски застыл Барс: яркий, сильный, могущественный, но такой же безжалостный, как и он сам. Отбросив баллончик, парень процедил сквозь зубы: «Моя сущность. Я сожру любого, кто посмеет встать на моем пути».

Он направился к импровизированной свалке металла, что громоздилась у забора, и взобрался на неё, будто на трон. Добравшись до середины, закрыл глаза. Голова закружилась, как в водовороте. Не хватало воздуха, в висках билась бешеная пульсация. Наполнив лёгкие воздухом до отказа, проревел во всю глотку: «Какого хрена со мной происходит?!»

Барс знал, что боится высоты, но гордость, будто цепь, сковывала его волю. Он насиловал себя, заставляя подниматься сюда, пытаясь выжечь страх калёным железом. Сознание заволокло туманом. Виски пульсировали, как набат. Схватившись за голову, выругался и прыгнул вниз, приземлившись на ноги с кошачьей грацией.

Опустившись на одно колено, перевёл дух, подошёл к байку и умчался прочь.

В трехэтажном особняке он несколько часов не находил себе места, метался, как зверь в клетке, терзаемый мыслями: «Зачем отец спихнул на меня эту девку? Неужели нельзя было просто нанять ей нянек, телохранителей, в конце концов! Какое я имею к этому отношение? А если она глупа как пробка? Что мне с ней делать? А если ей вздумается ходить по музеям и библиотекам?! Я же свихнусь! А если она страшная как смертный грех? Как я вообще смогу на неё смотреть? А если наоборот, она – богиня в плоти, и я потеряю голову от одного её вида? Чёрт побери! Отец! Что за причуды?»

Уснул, развалившись на огромной кровати, уткнувшись лицом в подушку, будто прячась от надвигающейся бури.

Утром созвонился с друзьями: «Встречаемся у новой наливайки. Надо сразу показать этим выскочкам, кто в доме хозяин».

В девять утра банда Барса уже терроризировала новый бар. Хозяин, конечно, слышал о них, но наивно надеялся, что его пронесёт мимо.

– Я только открылся! Может, повремените с просьбами о помощи? – мужчина лет сорока, с испугом в глазах, попытался откупиться от рэкета. Барс, нахмурив брови цвета ночи, схватил его за голову и ударил о колено. Такого поворота событий тот явно не ожидал. Сдавленный вопль боли смешался с попыткой вырваться и дать отпор, но это лишь усугубило ситуацию. Барс вывернул ему руку и с силой приложил лицом о столешницу, прижал голову второй рукой и, глядя в глаза, полные ужаса, отдал приказ:

– Разнести здесь всё! Пока только в зале.

– Не надо!.. Я все понял. Сколько? – простонал тот, захлёбываясь кровью.

– Пять лагов.

– Почему так много?

– Потому что посмел перечить мне. И, кстати, у тебя есть дочери?

– Нет.

– Тебе повезло… или не повезло. Так бы дочь расплачивалась за твой бизнес. А так, придётся платить самому. Запомни: каждый четверг в начале месяца ты отдаёшь моим парням три лага.

Мужчина, утирая кровь из разбитого носа, безропотно расплатился.

После банда двинула на заброшенный завод, где ветер гулял сквозь проржавевшие стены, как призрак былого величия. Там они, как дикие кони, неслись по истерзанным доскам и звенящим этажам. На удивление, Барс на своём байке не испытывал страха высоты, будто внутри него горел предохранитель от падения. Почему? Он и сам не мог понять, возможно, ощущал в железном коне некую первобытную уверенность. Как разъярённый зверь, промчался по пыльной лестнице и вылетел в огромный зал, зиявший дырой вместо восточной стены. Проехал по самому краю, подобно канатоходцу над бездной, и, взревев мотором, съехал по доске, уложенной вниз, как по трамплину в новую жизнь. Остальные – за ним, тенью повторяя его безумный полёт. Покружили по двору, поднимая в воздух облака пыли, будто танцующие духи прошлого, и умчались в город. Там, как всегда, с гиканьем и свистом, рассекали тротуары, пугая прохожих, как стая бешеных псов. Заскакивали на скамейки, превращая их в подиумы для своего металлического балета, и вылетали в парк, будто выпущенные из клетки. Подъехали к караоке, где чей-то писклявый голос пытался петь о любви. Барс, как молния, метнулся к сцене, выхватил микрофон из рук оторопевшей девушки, оттолкнул, будто ненужную куклу, и заорал песню, подобно самому дьяволу, решившему дать концерт. Друзья заржали, подпевая ему, похожие на хор чертей, поддерживая своего предводителя. Продавцы сладкой ваты, кукурузы и прочей снеди напряглись, почуяв неладное, как зверь чует приближение бури. И не зря. Пацаны, подобно саранче, налетели на всё, что под руку попалось, разумеется, «абсолютно безвозмездно, то есть даром». А в ароматный попкорн и вовсе запустили голые руки в обрезанных кожаных перчатках, набирая горстями и запихивая в рот, будто в последний раз в жизни.

– Барс, что там твоя подопечная? Ещё не приехала? – жуя, процедил рыжеволосый парень, по имени Мика, с серьгой в левом ухе, как пират, только что ограбивший сундук с сокровищами.

– Нет. Да если б она уже прилетела, гулял бы я с вами без неё? Это же липучка будет, везде со мной, как тень, от которой не избавиться, – нахмурился главарь, поднимая воротник кожаной куртки, будто защищаясь от невидимой угрозы.

– Да ладно, – ухмыльнулся другой паренёк, – и даже когда дрочить будешь? Она, что, будет сидеть рядом и, как преданная собачонка, заглядывать тебе в глаза?

– Ага, и расширять глазки от восхищения, – поддержал следующий – брюнет, похожий на ворона, сошедшего со страниц готического романа.

– Хватит! – грубый тон главаря заставил всех замолчать.

Тут зазвонил его мобильник, вернее, прорычал.

– Отец звонит. Заткнитесь.

Парни молча уставились на него, как на икону, ожидая приговора.

– Сын?..

– Что? – буркнул Барс, будто нехотя отрываясь от чего-то важного.

– По нашему делу: девушка прилетает через час в Коврополь. С ней будет телохранитель, Макр его имя, он передаст её тебе и опять улетит. Встреть, как подобает. У девочки мало что будет с собой. Ситуация такова, что ей пока надо скрывать свою личность. Поэтому её отец принял решение: никаких знакомых всем вещей. И ещё у неё яркая внешность, скорее всего она будет в парике и тому подобном, как замаскированный бриллиант.

– Я что, должен стать её нянькой? – прорычал Барс, будто ему предложили съесть тарелку тухлой каши.

– Должен, сын. Ей нельзя негде оставаться одной. Это для неё опасно. Мы не знаем, не будет ли за ними уже хвоста. Я надеюсь на тебя. Её отец очень дорог мне, и ситуация нешуточная.

– Как её имя? – сухо спросил Барс.

– Вилика.

– Ок.

– Сын!

– Я понял. Не беспокойся.

– Я уверен в тебе. И прошу, будь с ней поделикатнее. Она милое дитя и пережила такой шок: мать расстреляли в упор прямо перед их домом. Её хотели похитить, но девочку спас телохранитель. Однако в данных обстоятельствах он не сможет защитить Вилику в родном городе.

– Ясно. В общем, я стану одеяльцем для этого дитя, – с сарказмом произнёс Барс.

– Марин! – предостерегающе сказал отец.

– Ладно, давай, я в аэропорт.

Барс отключил телефон и засунул за пазуху кожаной куртки, как будто пряча гранату.

– Нам ехать с тобой? – спросил рыжий.

– Поехали. Пусть эта девка сразу зарубит себе на носу: мы – байкеры, и нас шестеро. Ей придётся смириться с этим.

Он, как бешеный, помчался в аэропорт, будто за ним гнались все черти ада. Парни – за ним, как верные псы.

Вскоре они были на месте.

Барс представлял этакое богатенькое чучело и ждал в полнейшем напряжении, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть.

Прилетевшие люди текли навстречу, подобно реке, несущей в своих водах самые разные судьбы. И тут его глаза выловили похожую пару. К ним подходил мужчина, по внешнему виду – явно охранник, в чёрном костюме, с бульдожьим выражением лица, будто готовый разорвать любого, кто приблизится к его подопечной. А рядом… высокая, худенькая девушка в джинсовом комбинезоне, где первое впечатление оставляли длинные стройные ноги в белоснежных кроссовках, как у газели, готовой в любой момент сорваться с места. Её можно было даже назвать изящной, с лёгкой походкой, будто она танцевала, даже когда просто шла. Волосы – белые, короткие, в виде каре, как снег, искрящийся на солнце. На глазах – большие, крупные чёрные очки, скрывающие душу. На шее – шарф, закрывающий лицо до носа, как маска, прячущая истинное «я».

Барс прищурился, будто пытаясь разглядеть сквозь эту броню хоть что-то настоящее.

Она казалась такой изящной, как искусная статуэтка из слоновой кости, чудом сохранившаяся сквозь века.

Они приблизились.

– Марин? – задал вопрос низким тоном мужчина, будто рычащий зверь, охраняющий свою добычу. Хотя, по сути, это так и было.

Парень кивнул.

Тогда тот повернулся к девушке.

– Вилика Маржиновна, здесь я вас передаю под опеку Марина.

Она кивнула. Он склонил голову в лёгком поклоне и растворился в толпе.

– Барс, – бросил ей Марин, держа руки в карманах чёрных джинс. – Так меня называй. А это мои друзья.

– Вилика, – протянула руку, предлагая этим жестом мир.

Её голос был тонким и нежным, как дуновение ветра, что парень тоже никак не ожидал.

«Стройная, высокая, с идеальным тембром. Может… она что-то собой представляет под этими уродливыми очками и шарфом?» – пронеслось у него в голове, и вспыхнула искра, зажигающая любопытство, а вслух буркнул:

– Идём.

Сразу пошёл вперёд. Девушка подошла и поравнялась с ним, пытаясь не отстать.

– Блин, забыл, что я чуть ли не на поводке теперь должен тебя держать рядом, – прорычал он, как зверь, загнанный в клетку.

Она промолчала.

Ему пришлось стиснуть зубы и идти рядом с ней. Так они вышли из аэропорта. Спесивому парню очень хотелось уйти вперёд крупным шагом, а девчонка, чтобы бежала рядом, как собачонка, но этого делать было нельзя.

Вилика молча оглядела шесть байков.

– Ты не поедешь в крутой тачке, придётся ехать со мной на байке, – заявил Барс, будто ставя её перед фактом.

– Хорошо, – и снова этот шелестящий голос врезался ему в голову, как нежная мелодия, звучащая среди хаоса.

Он осмотрел её свысока, хотя был выше всего на голову, как будто оценивая товар перед покупкой.

– Не удивляет?

– Нет. Эдарин Пашиграевич немного рассказал о вас.

– И что же отец тебе рассказал? – с любопытством спросил он.

– Что вы байкер, боец, упрямый и своевольный, и… держите город в страхе, – лёгкая улыбка озарила её лицо.

– Это так, – тут он осёкся. – «Вы» – ты имеешь в виду нас или так обращаешься именно ко мне?

– К вам на «Вы».

– Стоп. Я думаю, не намного тебя старше, не выкай мне. Мне двадцать. А тебе?

– Семнадцать.

– Ещё и несовершеннолетняя обуза, – прорычал, будто ему на шею повесили гирю.

– Мне скоро будет восемнадцать. Через месяц.

– Ладно. А вещи твои где? – оглядел девушку с одной лишь небольшой спортивной сумкой на плече, как у беженца, потерявшего всё.

– Вещей с собой нет.

– Твою мать! Ну, хоть трусы-то чистые есть? Что ты наденешь, когда искупаешься у меня? – выпалил Барс, будто его ударило током.

Девушка явно смутилась, покрывшись алой краской, что не укрылось от его глаз, как роза расцвела на снегу. Остальные тихо ухмылялись их разговору, наблюдая за этаким представлением. Разноцветные шевелюры парней привлекали внимание, как экзотические птицы. И Вилика тоже успела застрять взглядом на их причёсках, будто рассматривала диковинные цветы.

– Блин. Мне что, ещё и трусы тебе покупать?! Вот попал, – посмотрел на друзей, невольно ища у них поддержки. – Едем в «Кактус». Эту… надо чуть приодеть.

Парни молча расселись по «коням» и поехали в знакомый бутик, где можно было купить из вещей почти всё, кроме шуб. Но сейчас стояла весна, и шубы пока не требовались.

Вилика аккуратно села за Барса и обхватила его торс. Он поёжился, как от прикосновения змеи. Хоть и имел кучу женщин, очень не любил, когда к нему прикасались. И даже не целовался ни с одной. Вообще был отчуждённым человеком от всевозможных ласк, кроме банального потребления женского тела.

– Держись крепче, – пробурчал. – Я езжу на высокой скорости.

Она прижалась, невольно вдыхая мужской аромат дорогого парфюма: что-то терпкое, древесное, с нотками океана, будто запах свободы и опасности.

«Даже по его парфюму, похоже, у него характер не сахар», – подумала Вилика.

Он заскрежетал зубами, а в голове пронеслось: «Как присоска. Кстати, надо бы как-то разузнать, целка ли она? А может, уже и нет, тогда хоть расплатится за всё со мной».

Они понеслись в модный магазин, как вихрь, сметая всё на своём пути. Причём Барс специально такое вытворял, чтобы напугать её. Он то поднимал переднее колесо, то накренялся на поворотах так, что любая девушка уже бы завизжала, но Вилика, на удивление, молчала, будто статуя, выточенная из камня.

Это тоже раздражало Барса, и он решил сделать ход конём. В это время как раз разводили мост над главной рекой Коврополя.

– Ща я тебе устрою… – пробормотал и ворвался на мост. Друзья – за ним, как стая волков, преследующих вожака. Они уже догадались, что хочет сделать главарь, и также гнали, чтобы не разбиться по итогу. Мост разошёлся на пару метров. Барс на всей скорости перелетел с одной части на другую, как птица, парящая над бездной, за ним и все остальные. И опять девчонка не вскрикнула. Он съехал с моста, вернее слетел на безумной скорости к небольшому скверу и резко затормозил, будто обрубая нить.

– Слезай! – рявкнул.

Девушка безропотно подчинилась.

Она по-прежнему пребывала в очках, шарфе до ушей и парике, как закованный в броню рыцарь.

Барс не удержался, подошёл и, схватив её обеими руками за предплечья, встряхнул.

– Страшно было? – его голос опасно прогремел, а в глазах сверкнул хищный блеск.

Девушка отрицательно качнула головой.

– Не ври! – сузил глаза. – Наверное, трусы намочила.

– Барс… я мало что боюсь в этой жизни, – спокойно ответила, будто говоря о погоде.

Его зрачки стали малюсенькими точками, как два уголька.

– Поясни.

– С того момента, как маму расстреляли на моих глазах, я… наверное, уже ничего не боюсь, – тихо произнесла Вилика.

– Это печально, согласен. Но если ты ничего не боишься то, какого хрена твой папочка отправил тебя сюда, чтобы я защитил? – прорычал Барс.

– Это его страхи за меня. Я же за свою жизнь не боюсь. С недавних пор мне всё равно: жить или… умереть.

– Дура! – выплюнул, как яд.

Он рывком снял с неё очки и, сломав, выбросил, будто избавляясь от ненужного мусора. Дальше последовал шарф. А после сорвал парик. Барс опешил, глядя на неё, как, впрочем, и друзья. Сначала его глаза расширились, а после и зрачки. Все еле сдерживались от того, чтобы не хлопнуть челюстями, как будто перед ними предстала богиня. Тёмные глаза парня изучающе смотрели на тонкие черты Вилики, нежные, как ручей, маленький носик, аппетитные влажные губы, большие выразительные глаза. С цветом он ещё не разобрался: то ли серые, то ли зелёные. Но, похоже, слияние воедино этих двух оттенков и ещё какой-то даже прозрачности. А главное, Барс был поражён цветом и длиной её волос. Маленькое лицо, обрамлённое огненными локонами, будто пламя, вырывающееся из-под земли. Он обошёл девушку по кругу, по ходу беря в руку одну из кос, доходящих до бёдер, как дикарь, рассматривающий трофей.

– А когда ты их распускаешь, они ещё длиннее? – странный вопрос парня глухим тоном заставил Вилику слегка улыбнуться, будто тронул что-то в её душе.

– Да.

Барс снова встал перед ней, буравя заинтересованным взглядом, пытаясь прочесть её мысли.

– Теперь многое встало на свои места, – пробормотал он.

Она тоже смотрела в его глаза и видела в них тёмно-синий оттенок, как глубину океана, скрывающую множество тайн.

Он продолжил:

– В кого ты такая? В мать? Но тогда её бы вряд ли расстреляли, скорее бы продали, – цинично заметил Барс.

– В бабушку.

Он приподнял её лицо за подбородок.

– Ты всегда прячешь внешность от общества? Или только сейчас, пока скрываешься?

– Я почти и не была в обществе. Обучение на дому, а везде меня возил личный водитель Бусин.

– Ха. Я тоже обучался на дому. А сейчас в колледже дистанционно. Скоро закончу. А ты хочешь дальше учиться?

Она кивнула.

– Где?

– В музыкальной обсерватории. Хочу играть в этнических оркестрах.

– Ого, – посмотрел на друзей. – Творческая личность. Как я.

– На чём играешь? И если ты такой завзятый музыкант, что же тогда свой инструмент с собой не приволокла? – оскалился.

– Он всегда со мной.

Она сняла сумку с плеча и достала деревянную, широкую в диаметре дудочку с разными, будто летящими клавишами, похожую на волшебную палочку.

– Позволишь? – спросила, как будто прося разрешения на полёт.

Барс кивнул и отошёл к байку.

Вилика прислонила инструмент к губам, и вскоре сквер наполнился такими чарующими звуками, что суровый парень не просто смягчился, а даже полностью погрузился в оригинальные звуки. Его художественная душа блуждала по девушке, пытаясь найти изъян, и не находила. Он растворился в её виртуозной игре и нестандартной нежной красоте. А когда она завершила, подошёл близко и процедил:

– Невероятно!.. Талантливая принцесса. Только я всё равно не хочу быть твоей нянькой.

Марин и сам не понял как, схватил её за затылок, притянул лицо к своему и засосал губы.

Вилика распахнула глаза. В правой руке был ценный инструмент, а левая – оставалась свободной. Она вытащила что-то из кармана, и Барс внезапно ощутил холодную сталь под кадыком. Остановился и слегка отпрянул, заметив в руке девушки маленькую финку.

– Ты в своём уме?! Я же могу ненароком сломать тебе руку, а мне не хотелось бы этого делать.

– Нянькой и не надо быть. Стань другом, – ровный тон Вилики на удивление не разозлил, а умилил его. Барс впервые за долгое время рассмеялся.

– Парни, она не принцесса, а рыжая дикая кошка. Талантливая, безумно сексуальная и смелая. Такой девчонки я точно не ожидал. Вам как?

– Круто!

– Супер!

– Сто баллов!

Посыпалось от друзей.

– Ладно, кошка. Поехали одевать тебя. Кстати, теперь мне даже захотелось самому выбрать и нижнее бельё ей, – его смешок подхватили парни.

– Красное? Как её волосы?

– Так ты же всё равно его не увидишь на ней!

– Возможно, увижу. А может… даже когда-нибудь сниму, – отпарировал на ухмылки друзей.

Вилика вспыхнула.

– Друзья такое себе не позволяют!

– А я не обещал, что стану другом.

Он взял одну из её кос и зачарованно погладил пальцами.

– Поехали.

Они понеслись к нужному магазину. Их, как и в любом городе, полно, однако Барс приветствовал только этот. Тот хозяин всегда исправно платил им, а главное, возил качественный товар: дорогие качественные ткани, модный пошив, всё на высоте.

Вилика безразлично оглядела яркую улицу с сотней фонарей в сказочном стиле.

Байкеры остановились у магазинчика с деревянной вывеской: «Кактус». Вокруг входа находились глиняные кадки с разной формы кактусами. Сам же вход украшали каменные ступени с витиеватыми металлическими периллами по бокам, на которых, как ни странно, тоже ютились маленькие кактусы в мелких горшках, впаянных на верху перил. Над деревянными аркообразными дверями висел чёрный колокольчик и, когда они открывались, позвякивал.

– Интересная улица? – Барс повернулся к Вилике.

Она кивнула.

– Магазин тоже необычно выглядит, – прошелестела.

– Хороший. И хозяин не мудак. Входи.

Он указал взглядом на дверь, держа руки в карманах модных потёртых джинсов.

Девушка не двинулась с места.

Парень изогнул бровь дугой.

– Что мнёшься? Иди.

– Не могу.

– В смысле?

– Меня приучили с детства, что дверь должен открыть мой телохранитель.

Он чуть не побагровел от злости.

– Так!.. Маленькая избалованная дрянь, тут нет твоего охранника. Сучка мелкая. Сама. Ручками – ручками.

Девушка не шелохнулась.

– Барс, так она всё-таки сучка или кошка? – усмехнулся один из друзей.

– Покатайтесь пока, – огрызнулся главарь. А сам схватил девушку за шкирку, как котёнка, и втащил в магазин. Конечно, ему пришлось самому открыть перед ней дверь.

Она, как только оказалась внутри, сделала вид, что только что с ней никто грубо не обращался, и лучезарно улыбаясь, произнесла:

– Благодарю.

– За что?! – его зрачки недоумённо расширились.

– За то, что открыл передо мной дверь.

– Твою мать! Ты в своём уме? Скажи спасибо, что я не вляпал тебя лбом в неё. Жаль портить такую внешность.

– Спасибо.

Это, казалось бы, такое простое слово совсем вывело его из равновесия. Он чуть ли не запыхтел. Схватил её за руку и потащил в зал. Их встретил парень – виртуоз в своём деле. Завидев Барса собственной персоной, сразу подхватил девушку и повёл к вешалкам с платьями.

– Что желаете, леди?

– Пару вещей: спортивный костюм, пижаму, джинсы и нижнее бельё.

Барс, услышав её выбор, добавил:

– И разные платья: для ночного клуба, ресторана и просто для прогулки. Обувь. А ещё всякую женскую херню.

– Зачем платья, если мы будем ездить всё время на твоём байке?

– Не всё время. У меня тоже есть личный водитель и тачки. Я иногда отдыхаю в ночных клубах и обедаю в ресторанах. Редко, но всё же. Ты везде будешь со мной.

Он отошёл в холл, раскинулся в добротном кожаном кресле и достал новый вейп. Продавец, походу беготни за девушкой, успел нажать тайную кнопку вызова хозяина. Тот приехал минут через двадцать и почти вбежал в магазин. Увидел главаря банды, засуетился и преподнёс качественный коньяк.

– Здравствуйте, Барс. Вы… Вам… отдать всё бесплатно?

– Нет. Мы за всё заплатим. Это твой бизнес, качественный товар. И ты всегда исправно платишь мне.

– Стараюсь.

– Это Вилика – дочь друга отца. Элитная девчонка и моя гостья. Твой продавец пусть запомнит её размер всего, что она выберет. За это сразу расплачусь. А ты собери разного шмотья и привези ко мне. За остальное получишь чеком. И побольше нижнего белья. Давай дюжину самого лучшего. Можно две.

Хозяин склонил голову в знак почтения и, подойдя к продавцу, шепнул, чтобы записал все размеры девушки.

Когда настал момент расплачиваться, Барс вытащил VIP–карту. Вилика сделала то же самое и быстро приложила свою золотую. Парень расширил глаза.

Она улыбнулась лёгкой летящей улыбкой.

– Я не твоя девушка, чтобы ты за меня платил. И не нищая приживалка.

Он выдохнул.

– Да забыл, что ты дочь богатея.

– Ага, как и ты.

– Пойдём.

А хозяину оставил поручение привезти все покупки самим в его дом, и те, о которых девушка ещё не знает. За них он решил точно самому расплатиться. Зачем? Просто, чтобы сразу показать ей, кто здесь хозяин.

Вилика опять замешкалась у двери. Он вспомнил, что она ждёт, чтобы перед ней их открыли.

– Я что, лакей тебе?!

– Нет. Скорее джентльмен.

Барс резко прижал её к стене из красного дерева, покрытого яхтенным лаком и, выставив руки с обеих сторон от головы, злобно процедил:

– Ошибаешься. Я далеко не джентльмен.

– Ты слишком близко, – выставила руки ему в грудь.

Его брови слегка свелись к переносице.

– Отойди.

Он невольно провёл ей по носу указательным пальцем правой руки.

– Впервые вижу девчонку с такими тонкими чертами. Крошечный носик.

Палец опустился к губам.

– И такие сочные губы. Это какой-то брендовый филлер?

– Нет. Они естественные.

– Да ладно. А волосы подкрашиваешь?

– Нет. Я ещё не пользуюсь ни тяжёлой косметикой, ни серьёзными услугами косметологов. Так, ультразвуковые чистки. И пару раз за год карбоновый пилинг. Может, отойдёшь?

– Есть хочешь? Можем заехать в нормальную кофейню: пирожные, булочки.

– Я не ем булочки, а пирожные только лёгкие. Кофе попила бы.

Парень кивнул и, отойдя, всё же открыл перед ней дверь.

Её губы тронула лёгкая улыбка, но она попыталась быстро отвернуться, чтобы он не заметил.

По дороге Барс молчал и так же носился по улицам, как заведённый. В одном месте даже на газон заехал и специально проехал прямо у поливалки. Девушку обрызгало с головы до ног.

Остановился у кофейни.

– Идём, – пробурчал.

Она мельком оглядела миниатюрную кофейню с милыми ступенями, вокруг которых росло множество зелёных растений: цветы в каменных вазонах, ёлки, туи и сочная трава. Барс пошёл первым и, открыв двери, съехидничал:

– Это последний раз. Я тебе не лакей. Дальше сама. Или так и врежешься в дверь.

Девушка кивнула.

Он заказал американо без молока, а она – кедровый латте на безлактозном молоке и кокосовые конфеты п.п. с малиновым джемом в виде круглой серединки.

После достала карту. Парень нахмурился.

– Убери.

Она приподняла правую бровь.

– Не позорь меня, – процедил, оттолкнув её руку, и сразу оплатил счёт.

Эта кофейня им тоже платила, однако бариста вёл себя непринуждённо, понимая, что бандит хочет произвести на спутницу хорошее впечатление.

Барс невольно залюбовался, как аккуратно она ест. Вилика съела две конфеты и выпила латте.

– Благодарю. Вкусный кофе.

– Мне тоже здесь нравится. Не пережаренные зёрна и правильно ферментированные.

– Я тоже разбираюсь в качестве кофе. Тут явно качественный. Прожарка в меру.

– Думаю, пора тебя отвезти ко мне домой. У меня ещё есть дела. Ты останешься под защитой моего персонала. Просьба, не выходить никуда одной.

Она кивнула.

Глава 2. Знакомство поближе

Барс привёз её домой. Вилика подозревала, что, как и у неё, дом будет огромен. Однако этот превзошёл все ожидания. У ворот находилась охрана. И мало того, что дом трёхэтажный, так ещё и огромная дворовая территория – как сквер вокруг дворцов – с фигурными кустами, пышными розами и фонтанами. Асфальтированная дорога, как змея, окружила дом. Множество фонарей добавляли помпезности. Навстречу из дверей дома выскочил чёрный бойцовский пёс. Быстро осмотрел девушку, перевёл взгляд на хозяина и громко один раз гавкнул.

Марин улыбнулся и потрепал его по ушам.

У напряжённой Вилики расширились глаза.

– Он такой добрый, что не лает на чужаков?

Она подсознательно спряталась за спиной хозяина.

– Нет. Он очень умный и сразу чувствует, что ты моя гостья. А чужака разорвал бы.

– Удивительно.

– А ты, кажется, ничего не боишься!.. – Ироничная интонация заставила девушку покраснеть.

– Но такая собачка…

– Хороший бойцовский кобель.

Барс показал собаке жест рукой, и тот умчался в дом.

– Идём.

Они вошли внутрь по белоснежным трём ступеням. И тут Вилика невольно подняла голову: высота холла поражала, а семиярусная люстра напоминала нечто космическое.

– Ты ведёшь себя как простушка, а не дочь миллионера.

– Отец не выставляет богатство на показ. У нас всё выдержано в строгом, но тоже дорогом стиле.

– А я выставляю. Ещё бы отец запретил мне украшать свой дом, как хочу.

– Это разве твой дом?!

– А чей же?

– Отца.

– Нет. Мой.

– И чем ты занимаешься?

– Неважно. Давай, вали наверх. – Перевёл взгляд на управляющего, молча стоящего у лестницы. – Корин, проводи мою гостью в розовую комнату. После всё покажи в доме. Без меня никуда не выпускать. Мне нужно отлучиться на пару часов.

Мужчина лет пятидесяти на вид в строгом костюме молча кивнул и показал девушке жестом правой руки на лестницу.

– А?..

– Всё потом. Отдыхай. Скоро привезут твои новые шмотки. Вечером поедешь со мной в ночной клуб.

Вилика проводила его взглядом и пошла за управляющим.

Комната оказалась уютной с розовыми стенами и будто летящими занавесями на огромном окне во всю стену.

– Госпожа, в этой комнате никто и никогда не ночевал. Располагайтесь. Душ и ванная – справа.

– А зачем в доме молодого холостяка розовая комната?

– Хозяину нравится этот цвет, и конкретно эта комната создавалась для будущей его девушки.

– А настоящая у него есть?

– Нет.

– Да ладно, но с кем-то же он встречается? Как?

Управляющий казался, хладнокровен, как статуя.

– Если вы имеете в виду удовлетворение мужских потребностей, то Марин Пашиграевич часто посещает блудный дом. Но сюда никогда и никого не водит. И постоянной девушки у него точно нет, – ответил ровным тоном.

– Ясно. Благодарю.

– Вам принести лимонада домашнего производства или чего-то покрепче?

– Лимонад.

Он вышел. Вскоре в дверь аккуратно постучались.

– Войдите.

– Здравствуйте. Я принесла вам лимонад.

Вилика осмотрела вошедшую девушку: на вид лет двадцать, рыженькая, обычная.

– Ты прислуживаешь здесь?

Та кивнула.

– Как тебя зовут?

– Алила.

– Молодой хозяин к тебе пристаёт?

– Нет. Что вы? Марин Пашиграевич очень хороший хозяин.

– Хорошо. Иди.

– У нас полдник в семнадцать часов по расписанию, а ужин в девятнадцать. Повар спрашивает, вам хотелось бы чего-то особенного или не менять постоянное меню?

– Ничего не меняйте. Думаю, вашему хозяину это не понравится. Добавьте только канапешки на чёрном хлебе с маслом, лёгким сыром и авокадо.

– Конечно. Я всё передам повару. Кстати, он лучший шеф-повар в Коврополе.

– Постой. Ответь, ты знаешь, какой бизнес у Марина?

– Да. У него свой ночной клуб.

– Ясно.

Служанка вышла, а Вилика упала на большую кровать и уснула.

Прошло несколько часов, как она проснулась. Потянулась. Бросила взгляд на маленький стеклянный столик, там стоял графин с домашним лимонадом, полная конфетница и фрукты. Она выпила стакан лимонада, съела рафаэлло, разделась и пошла в душ. Ей понравилось, что он был тут же в комнате. Да ещё и помимо душевой кабинки, здесь присутствовала угловая гидрованна с плавными краями, как лёгкие морские волны. На этажерке кремового цвета стоял диффузор. Девушка втянула ноздрями нежный цветочный аромат, будто находилась на летнем лугу. Дотронулась до банного розового полотенца с золотой вышивкой по краю. Мягкий приятный ворс.

«Интересно, если у него нет девушки, зачем же содержать так эту комнату, как будто она есть? Может, это мечты? Или он романтик? Хотя, вряд ли, слишком чёрствый».

Пока мылась ароматным земляничным гелем, не услышала, что в комнату вошли.

«Какой мощный аромат. Хорошо хоть у меня нет аллергии на землянику». Вышла из душа, закрутилась полотенцем и направилась в комнату. Хотелось надеть новые вещи. Всё-таки девичья натура сильно преобладала над депрессией по случаю гибели матери.

Тут её глаза встретились с его глазами. Барс сидел в кресле у столика в непринуждённой позе нога на ногу и потягивал лимонад.

Вилика остановилась как вкопанная и расширила глаза.

– Ты входишь ко мне без стука?!

– Я у себя дома, и здесь всё принадлежит мне, – его губы дёрнулись в ироничной улыбке. Он поставил пустой стакан с долькой засахаренного лимона по краю и встал. Девушка невольно отступила назад. Барс быстро настиг и захватил одной рукой за спину. Его лицо опасно приблизилось.

– А ты хорошо пахнешь… – Насмешка в глазах плескалась, как рыба в водоёме.

Девушка, наконец-то, хорошо разглядела их цвет. Сначала ей казались они карими, теперь увидела, что серо-зелёные. От него тоже приятно пахло древесным парфюмом, как и раньше, только на этот раз он ещё и смешался с запахом свежести, наверное, тоже недавно принял душ.

– Это твой земляничный гель.

– Он не мой. Находится там просто так. На случай.

– Твоей девушки?

– У меня нет девушки.

– Ты не хочешь отпустить меня? Мне надо вытереться и одеться.

– Нет. Зачем? Так будет даже приятнее. Влажная кожа возбуждает, – провёл кончиками пальцев по её предплечью.

Вилика заметно напряглась и попыталась вырваться.

– Барс! Твоё гостеприимство не подразумевает секс!

Его глаза усмехнулись быстрее рта. Хотя и коварная улыбка не заставила себя ждать, создав милые ямочки.

– Отчего же? По-моему, качественный секс никому ещё не помешал.

Глаза гостьи распахнулись до предела.

– Отпусти… – процедила.

Он не собирался сдаваться и, прижав к себе, впился в губы. Ей хотелось врезать ему по яйцам, но его чертовская привлекательность и напористость останавливала. И, как назло, эти наглые руки и губы нравились ей. Когда-то она уже целовалась с симпатичным соседом, и те поцелуи совсем не зашли. А тут ноги слабели, в голове образовывался туман. Тело слегка затрясло. Его горячий язык проник в рот. Она шевельнула своим. А когда рука парня легла на грудь, всё же промычала и врезала туда, куда и собиралась до этого. Барс не ожидал такой атаки и, скривившись, выпустил её.

– Стерва!

В следующее мгновение схватил девушку за волосы на затылке и оттянул голову, гневно дыша ей в лицо.

– Барс… приди в себя. Я не твоя тёлка для удовольствий, а подопечная для защиты.

Парень громко перевёл дыхание. Закрыл глаза, взял себя в руки и отпустил. Отошёл и сел на кровать.

– Ты, маленькая принцесса, можешь так выражаться?

– Обычно нет. Ты вынудил.

Он, как ни в чём не бывало, похлопал по постели рядом с собой.

– Может, выйдешь и дашь мне одеться? – возмутилась, быстро покрываясь краской смущения.

– Ты что, стесняешься?

Его наглая интонация заставила её ухмыльнуться.

– Странный вопрос. Конечно.

Он сузил глаза и изогнул бровь.

– Стоп, – его глаза расширились. – Ты девственница?!

Тут Вилика хотела вспылить, но сдержалась, однако на лице отразились все эмоции.

– Отвечай. Да?

– Это так важно?

– Да! Очень. Если ты девственница, я больше не буду так бесцеремонно к тебе врываться и относиться.

Она улыбнулась.

– Твои объяснения похожи на фразы нашкодившего мальчишки. Да, у меня никогда не было секса. И я не собираюсь иметь его с тобой.

– Я не мальчишка! А тебе скоро восемнадцать, и как раз можно будет впервые попробовать со мной.

– Барс, пожалуйста, хватит. Ты как озабоченный. Я не хочу пока вообще вступать в такие отношения ни с кем.

Парень встал.

– Ладно. Время покажет. А насчёт озабоченности ты права. Я часто спускаю пары с тёлками в одном месте. Одевайся и приводи себя в порядок. Поедем в мой ночной клуб. Но сначала хочу показать тебе моё место силы.

Девушка расширила глаза.

– Тупиковый заброшенный забор. Я рисую там.

– Интересно. Ты ещё и рисуешь?

– Да. Хочешь посмотреть?

– Конечно, – её лучезарная улыбка понравилась ему так, что в сердце неожиданно ёкнуло, на миг показалось такое душевное тепло, как когда-то в детстве улыбалась мама. Он вышел. Мысли запутались. Барс начал тупо ходить по коридорам и размышлять:

«Конечно, она девственница. Ведь говорила же, что училась на домашнем обучении, как и я. Везде была с охраной. Ещё и несовершеннолетняя. О чём я думал? Почему вообще полез к ней? Что, тёлок не хватает? Да блин, хватает. Просто думал, может, и ей нужен секс. А тут такой я, всегда готов. А вообще, прикольная девчонка. Боевая. Творческая. Надо бы как-то нормально послушать её музыку. Красиво играет».

Так он забурился в свою бильярдную. Поиграл в русский бильярд сам с собой. Наступило время ужина. Алила позвала гостью. Девушка спустилась по лестнице в главный зал, где накрывался стол. Барс уже находился там во главе стола, сервированного фарфоровой посудой с золотыми ободками. Он бросил на неё короткий взгляд, сразу отметив, что у девчонки хороший вкус. На ней было короткое чёрное платье, облегающее идеальную фигуру. Туфли на высоком каблуке – шпильке. Волосы были уложены в озорную причёску, с которой спускались огненные локоны, как цветочные бутоны.

– Присаживайся. Вижу, ты уже оделась для выхода со мной?

Вилика улыбнулась.

– Ты же предупредил заранее, что мы поедем в твой ночной клуб. Надеюсь, не на байке, а то мне будет неудобно на нём сидеть.

Она присела напротив. Алила подала сырный суп с брокколи. Девушка с аппетитом съела. После им принесли тигровые креветки под винным соусом. В завершение был лёгкий десерт – желе из манго.

– Спасибо. Очень вкусный ужин.

– Тебе нравится такая кухня?

– Да.

– Мне тоже. Не люблю жирную пищу. Мясо тоже предпочитаю вырезку, а не все эти кабаньи уши и яйца, – усмехнулся, закурив вейп.

Зал наполнился лаймовым ароматом.

Вилика выпила ягодный морс со льдом. И тут зазвонил её айфон. Она подняла трубку.

– Папа?

– Здравствуй, принцесса. Как ты? Марин не обижает?

– Нет. Всё хорошо. Как ты?

– Дела, милая. Я понимаю, в какой тупик тебя завёл. Прости. Мне пришлось уехать очень далеко. Пока мы долго не сможем увидеться. Возможно, тебе придётся даже там продолжить обучение. Я поговорю с Эдарином Пашигревичем.

– Папа, я всё понимаю. Не волнуйся. Обучение продолжу. Береги себя.

– Я знаю, что Марин защитит тебя. Верь ему. С ним ты как за каменной стеной.

– Откуда такая уверенность?

– Наводил справки о нём. Знаю, что Барс в Коврополе – это и есть Марин. Он, несмотря на свой юный возраст, успешный бизнесмен и главарь серьёзной бригады. Таких же сыновей элитных родителей. Но все они держат весь город в железных рукавицах. Мимо них и муха не пролетит. Любого киллера должны быстро вычислить.

– Ясно. Спасибо за информацию.

– Доченька, и ты береги себя.

В трубке послышались короткие гудки. Вилика задумчиво положила айфон обратно на стол. Барс подошёл к ней.

– Всё нормально?

Она кивнула, а на глаза навернулись слёзы. Девушка часто заморгала, чтобы он не заметил. Однако он уже увидел их. И неожиданно взял её кисть, водя по ней большим пальцем.

– Знаешь, иногда слёзы приносят облегчение.

Эти слова добили её. И вся внешняя стальная бравада рухнула в одночасье. Она дала волю слезам. Парень снова проявил странное для себя поведение. Погладил девушку по голове, а после поднял на руки и вынес на террасу. Сел в плетеное кресло и бережно заставил гостью прислониться к его груди. Его горячие объятия успокаивали. Вилике даже показалось, что она действительно теперь находится под защитой. Вроде бы совсем ещё молодой парень, а от него ощущалась такая сила, которая могла укрыть от всех врагов на свете.

Она успокоилась.

– Спасибо, – выдавила из себя шёпотом.

Он приподнял ей лицо, взяв за подбородок и, заглядывая в глаза, улыбнулся.

– Ну вот, теперь я для тебя ещё и нянькой стал.

Вилика сразу пришла в себя, нахмурилась и встала с него.

– Мне не нужны няньки! И вообще, забудь о моей минутной слабости. Я – сильная.

Парень тоже встал.

– Не сомневаюсь. Ладно, поехали в клуб.

– И что мне там делать? Смотреть на твоих стриптизёрш?

Барс приблизился, выставив левую руку на стену террасы у её головы.

– А хоть бы и так. Тебе теперь придётся быть везде со мной, так что привыкай, – он чуть ли не прошипел ей в лицо. В его глазах сверкнул гнев. Зрачки внезапно расширились. И девушка осознала, что этот парень очень вспыльчив и его мягкость мгновенно меняется на жёсткость, как белое становится чёрным.

Она закусила нижнюю губу и слегка кивнула.

Барс снова приблизился.

– Вот и хорошо, детка, – на последнем слове сделал акцент.

Он спустился по ступеням во двор и крикнул:

– Корин!

Управляющий быстро нарисовался перед хозяином.

– Передай парням вывести Мерс.

– Вы поедете с водителем или сами?

– С водителем. Хочу выпить, – перевёл многозначительный взгляд на девушку. – Или даже напиться.

Корин кивнул и пошёл исполнять приказ.

Вскоре они уже ехали по виляющей дороге на окраину Коврополя в его клуб.

Дом Барса тоже находился за городом в живописной долине, где за ним простирался смешанный лес, сбоку – озеро, а перед ним – дорога, специально когда-то выложенная от главной к его дому. По бокам от дороги стояли высокие фонари в готическом стиле. У террасы – глиняные кадки с цветами. Рядом бил фонтан. И даже озеро он выкупил год назад и по его проекту там соорудили пикниковую зону с беседками, скамейками, качелями и деревянными украшениями в древнем стиле: колодец, вёдра, мельница, телега, бочки, забор.

Вилика молча смотрела в окно. Она слушала музыку в наушниках. Барс бесцеремонно вытащил один и послушал.

– Похоже на твою дудочку.

– Да. Это моя музыка, только в обработке. Отец сделал подарок на прошлый день рождения, и я записалась на профессиональной студии.

– Красиво. Дашь как-нибудь послушать?

Она кивнула.

– Ты талантлива.

– Спасибо.

Машина затормозила на какой-то пристани в тупике у высокого забора.

– Идём.

– Мы уже на месте?

– Здесь я рисую, когда хреново.

Они вышли. Водитель тоже и отошёл от пары, чтобы не мешать. Барс подвёл девушку к забору. Она замерла, невольно приоткрыв рот. Он увидел её изумлённый вид и усмехнулся.

– Закрой рот, а то муха влетит.

Вилика вздрогнула и перевела на него задумчивый взгляд. Барс прочёл в её глазах неподдельное восхищение, и сей факт польстил ему. Он распрямил плечи и повёл головой так, когда разминают шею.

– Что скажешь?

– Это… невероятно! Я даже и представить не могла, что ты так рисуешь.

– Спасибо.

– Тебе надо рисовать картины и создать собственную выставку. У тебя настоящий талант. Лес, зима, барсы. Уникально. Их так много и в разных позах. Ты любишь этих животных? – в её глазах плескалось истинное восхищение. Такие эмоции невозможно было как-то подыграть. Барс внимательно наблюдал за её реакцией.

– Да. Я думаю, что если верить во всю эту чепуху с переселением душ, то я точно был барсом в прошлой жизни, и, скорее всего, вожаком.

– Возможно. А я, наверное, лесным дудящим эльфом, – улыбнулась.

Он подошёл и обнял её.

– Маленьким, изящным эльфом.

Она смутилась, снова ощутив его мощь и, главное, как все мысли куда-то улетучиваются, и появляется странное приятное чувство, разливающееся по всему телу. Бабочки – не то слово, скорее тысячи мотыльков.

– Друзьям тоже нравится моё творчество. Но они же парни и не умеют так выражать эмоций, как ты. Мне приятно твоё искреннее восхищение, – его улыбка придала ему очарования. Вилика хоть и была крепким орешком, но этот парень стал для неё полной неожиданностью, даже точнее сказать, открытием для самой себя. Ей действительно уже начало казаться, как он нравится ей всё сильнее и сильнее. Она закрыла глаза. И поцелуй не заставил себя долго ждать. Барса, на собственное удивление, тоже сильно тянуло к ней и, что важно, совсем не так, как к другим. Он чётко понимал, что хочет с ней познать совсем иное. Даже поцелуи в его недолгой жизни тоже были с ней первыми, но она этого не знала, и Барс надеялся, что и не узнает. Он никогда ещё не целовался ни с кем. От ртов женщин в блудном доме его воротило только от этой мысли. Этот поцелуй затянулся, создав вокруг обоих некий сладкий ореол. Девушка выставила руки ему в грудь с лёгким нажимом, давая понять, что пора остановиться. Барс был понятливым и отстранился. Его лицо снова осветила улыбка.

– Знаешь, мне уже не хочется тащить тебя в мой ночной клуб.

– Почему?

– Это грязь. Дно. А ты… другая.

Вилика тоже улыбнулась.

– Да, другая, однако тебе же надо порешать там свои дела. Я не смею быть для тебя помехой или обузой.

– Ты точно сможешь нормально ко всему там отнестись?

Она кивнула.

– Ладно, принцесса, поехали. Но учти, я предупреждал. Там слишком откровенная обстановка. Не для наивной девственницы, ещё и элитной девочки.

– Я выдержу.

У неё было такое серьёзное выражение лица, что он усмехнулся.

Подозвал водителя, и вскоре они рванули туда.

По дороге Вилика точно осознала, что Барс любит скорость не только на байке, но и на машине, даже если за рулём не он сам. Его водитель гнал как безумный. Ей приходилось на поворотах влипать то в Барса, то в дверцу, хотя в такие моменты он успевал обнять её и прижать к себе.

– А нельзя ли ехать помедленнее? – пролепетала она.

– Не – е, Дамар знает, что я люблю поездку как на виражах.

– Ясно, – буркнула. – Совсем сумасшедший.

– Скорее любящий адреналин.

У клуба стояла охрана. Войти первому встречному было невозможно. Тут давно уже была завсегдатая публика, включая и друзей хозяина. Барс подошёл. Они сразу поздоровались, бросив взгляд на хорошенькую, скромную девушку, совсем не вязавшуюся с их публикой.

– Она со мной.

Охрана пропустила их без слов. Да, в душе, конечно, удивились, всё-таки хозяин впервые пришёл с девушкой, однако вида не подали. Их суровые, бульдожьи лица остались неподвижными. Барсу нравились все охранники клуба, которых лично отбирал методом экзаменационного боя и экстремальных тренировочных ситуаций. Выборы лучших делал в подвальном гараже клуба, огромном помещении с колоннами для тачек VIP–клиентов. Все те ребята, что теперь работали на него, были проверенными людьми и могли справиться с любой экстренной ситуацией. В клубе весь персонал подбирался с особой тщательностью, даже стриптизёрши – девушки высшего класса: красивые, гибкие, сексуальные. Барс отправлял их регулярно к давно уже семейному гинекологу-венерологу. Он был приверженец чистоты и безопасного секса, тем более что эти девушки занимались личной программой прямо в клубе, в специально отведённых комнатах. И только с VIP–клиентами.

С ним поздоровался весь персонал поочерёдно, втайне разглядывая милую рыжую незнакомку. Они присели за столик на возвышении с тяжёлой занавесью, на случай если надо будет уединиться и укрыться от глаз людских. Хозяину и его гостье принесли его любимое вино, чёрный шоколад, фруктовую и мясную нарезку, а также блюдо с коктейлем из морепродуктов. Официант достал бутылку вина из ведёрка со льдом, откупорил и налил по чуть-чуть в широкие бокалы на высокой ножке.

Барс поднял свой бокал с лукавой ухмылкой.

– За знакомство, принцесса!

Вилика тоже подняла и слегка стукнула об его бокал. Пригубила. Вино ей понравилось: в меру сладкое, с лёгкой кислинкой и приятной терпкостью.

– Угощайся. – Он подвинул тарелку с морепродуктами. – Девушкам же такое нравится.

Его глаза сияли в полумраке, и казалось, улыбаются сильнее рта.

Она кивнула и съела крупную креветку, а после ещё несколько маленьких осьминогов.

Барс пошёл поговорить с персоналом обо всём, что происходило эти дни в клубе. А Вилика принялась разглядывать интерьер и общую обстановку. Стены тёмно-синего цвета с ажурными кружевами в виде лепки. На столиках бархатные скатерти того же тона. В VIP–зоне, которая находилась на возвышении, занавеси в виде балдахинов. Подиум как лежачая восьмёрка с пятью трубами серебряного цвета, где танцевали девушки-стриптизёрши. В углу барная стойка, понизу с подобными кружевными орнаментами по типу стен. Барные стулья по кругу на высоких ножках. В клубе пахло разными ароматами от вейпов посетителей, смешанными с духами женщин. Тут Вилика заметила, как одна из стриптизёрш спустилась к Барсу и обвила его, как змея. Он не отстранился. И жгучая брюнетка принялась танцевать вокруг, усаживая хозяина на стул. Танец стал эротичным и похожим на половой акт. Барс откинул голову назад и расслабился. Вилика, не осознавая каким образом, выпила оставшееся вино. Глаза заблестели, кровь прилила к голове, и захотелось чудить. Что ей двигало, и сама не смогла себе объяснить, но образовалась чёткая цель – оттолкнуть эту девку от Барса и вытащить его на улицу. Что она и сделала. Он опешил от такого стервозного поведения скромной до этого момента девушки.

Она разобралась со стриптизёршей, оттолкнув, как навязчивую собаку, и, обняв его, прошептала на ухо:

– Я хочу увидеть тебя в деле.

Барс снял руки захмелевшей гостьи со своей шеи и, схватив на руки, пошёл на выход. Охрана сразу распахнула двери. Он отошёл в затемнённую часть клубного дворика, поставил девушку на землю и, заглядывая в лицо, процедил:

– Что ты творишь?

Она глупо улыбнулась.

– Я… я хочу ув… и… деть как ты… ик, – ты ри… су… ешь.

Он сузил глаза.

– А, это… а то я уже совсем о другом подумал. Пойдём в тачку. Ты пьяная в хлам.

– Хо… ро… шо. Ты… покажешь к… как… ик… рисуешь. – Попыталась произнести внятно.

– Да, кукла. Покажу. А после ты за это будешь целоваться со мной.

– Не фи… га.

Барс взял её за подбородок и приблизился, обдавая пухлые губы горячим дыханием.

– А разве тебе это не понравилось?

Она попыталась вырваться, но тщетно. Парень засосал девичьи губы. Его язык проник внутрь и обласкал её язычок, а спустя минуту слегка укусил за нижнюю губы.

– Идём. – Повёл молчаливую гостью в свой Мерс. Дамар покорно ждал хозяина и стоял рядом. Он видел их сцену, однако сделал вид, что только вышел из машины.

Барс усадил девушку на заднее сиденье, а сам сел вперёд в пассажирское.

– К моему забору.

Водитель повёз туда, куда сказал хозяин. И хотя стояла ночь, но он знал, что будет светить ему фарами, пока тот нарисует очередной шедевр. В глубине души все охранники, кто видел творчество хозяина на этом заборе, восхищались. Когда-то забор тоже был построен по его приказу. Они остановились. Барс оглянулся, с мыслью, что девушка уснула. Однако она сидела как оловянный солдатик.

– Ты ещё хочешь смотреть, как я рисую?

– Да. – Ещё и кивнула для подтверждения.

Барс отвернулся, улыбаясь, вытащил из бардачка баллончик с краской, всегда там лежащий, и вышел. Дамар помог выйти девушке.

– Свободен. Окна открой и вруби что-нибудь интересное.

Тот сел за руль и включил музыку, лёгкий рок.

Барс начал рисовать на одном из чистых участков забора. Вилика с восхищением наблюдала за его размашистыми движениями. Прошло совсем немного времени, как она невольно приоткрыла рот. Он отошёл от новой готовой работы.

Девушка, не в силах что-то говорить, подошла ближе.

– Я?..

Барс кивнул.

На заборе был её портрет. Впервые в этом его «Святая Святых» появилась девушка в виде рисунка среди барсов, леса, байков и страшных монстров.

Тут зазвонил его мобильник. Он поднял трубку.

– Барс, мы в клубе, недавно приехали, а тебя нет. Охранники нам сказали, что тебя увела рыжеволосая девушка или ты её унёс на руках. Это что, точно про тебя? – раздался смешок.

– Это та сука-девственница, которую ты хотел разорвать? – проорал один из друзей в трубку. И, судя по всему, там трубка пошла по кругу.

– А она была девственницей?

– Или уже нет?

– Да где ты вообще?

Барс, видя, что Вилика всё слышит, ответил коротко:

– Потом. Я занят.

Спрятал мобильник в карман куртки на груди. И, взяв девушку за руку, отвёл в машину. На этот раз уже сел рядом и обнял.

– Домой. – Отдал приказ водителю. Наклонился к гостье и, положив руку ей на шею спереди, процедил:

– А теперь, принцесса, ты отблагодаришь меня дома.

– К… как? – расширила глаза.

Он хищно улыбнулся.

– Увидишь.

Они добрались до дома. Барс ещё по дороге обратил внимание, что гостья вырубилась. Вынес из машины на руках. Кивнул водителю и пошёл в дом. Управляющий встретил его сонной улыбкой, несмотря на то, что уже было два часа ночи.

Парень отнёс девушку в розовую комнату, уложил на постель и невольно залюбовался нежными чертами. Бережно убрал непослушный локон с лица и провёл кончиками пальцев по щеке.

– Хорошенькая принцесса. – Прошептал. Вышел и отправился принимать душ. В доме была баня, сауна и бассейн. Спустя некоторое время набрал лучшего друга из шестёрки своих байкеров.

– Да, босс.

– Гарь, я немного занят. Поруководи парнями, на днях проедете по должникам, соберёте лаги.

Смешок на той стороне.

– Хорошо. Что? Твоя рыжеволосая гостья требует внимания?

– Не в этом дело. Просто не хочу её внедрять во всю эту грязь. Чистая она, понимаешь?

– Понимаю. Пай-девочка испод папиного крылышка.

– Где-то так. Была и мать, но ту расстреляли прямо на глазах у неё. Девчонка пребывает как бы в скрытой депрессии. Хочу её отвезти в загородный дом и пригласить моего психолога пожить там вместе с ней. Мне понадобится пару дней. А после оставлю охрану и поменяемся. Ты приедешь туда, а я поеду порешать дела. Да и в колледж надо отвезти лаги, откупиться от сессии.

– Барс, ты хочешь, чтобы теперь я стал её нянькой?!

– Да. И это не обсуждается. Я могу только на тебя положиться в таком деле. Только либидо держи в штанах. Эта девочка будет моей.

– Ясно. Ладно, не переживай. Лаги соберём. Когда точно мне быть на твоей вилле?

– В среду вечером.

Глава 3. Вилла Барса

Барс повёз Вилику на свою загородную виллу. По ходу вызвонил постоянный обслуживающий персонал и пригласил опытного психолога – женщину сорока лет, у которой и сам не раз бывал. Ему нравился этот специалист. Такая же яркая, как и все его друзья, и что внешне, что внутренне – неординарная личность. Она работала и с рисунками, и с разными колодами метафорических карт, что всегда было интересно, и вообще разными техниками. Звали её Марулия Париновна. Однако Барс общался с ней на «ты» и обращался просто по имени. Она вела приёмы с ним с детства, боролась с его страхами высоты и замкнутого пространства, а также с повышенным либидо. На этой теме они часто смеялись, когда парень отвечал что-нибудь этакое, иногда даже вводил женщину в краску. Он и сейчас невольно вспомнил их последний разговор и улыбнулся:

«Вот нашла бы хорошего любовника, и ушли бы все эти твои перья в волосах и смешные броши по пиджакам».

«Барс… перестань. Ты же знаешь, я сублимирую половую энергию в свою деятельность. И потом, не дано мне заиметь хорошего мужчину».

Вилика украдкой наблюдала за его лицом.

– О чём думаешь?

Парень не сразу откликнулся. Ей пришлось тронуть его за руку.

– Что? – перевёл взгляд на неё.

– Ты улыбался.

Он снова улыбнулся.

– Да так, вспомнил наш последний приём с психологом.

– Зачем она мне?

– Не помешает. Пообщаешься. Марулия поживёт с тобой в моём доме. И ещё, мне надо будет уехать и порешать кое-какие дела. К тебе приедет мой лучший друг Гарь и будет охранять.

– Это имя?

– Нет. Кличка. Его все так называют. Будешь и ты. Единственное, о чём попрошу – не делай глупостей.

– Каких? – непонимающе распахнула глаза.

– Неважно.

– Нет. Договаривай.

– Ладно. Если узнаю, что ты начнёшь с ним флиртовать, придушу.

У Вилики совсем вывалились глаза из орбит.

– Стоп! Во-первых, ты не мой парень! Во-вторых, меня не интересует флирт. И в третьих, я вообще здесь не за этим.

Тут Барс внезапно повернулся, придавил её к сиденью и, сжав оба запястья, приблизил лицо.

– Ошибаешься, принцесса. Я тоже сначала не знал, что такое случится. Но с недавних пор понял: ты – моя и только моя.

– Отпусти… – проскулила.

– Считай, что я твой парень.

– Да, который трахает стриптизёрш!

В её глазах, будто вспыхнули гневные огоньки, а зрачки расширились.

Барс ехидно оскалился.

– А ты ревнуешь?

– Нет! Отстань!

– Похоже, что, да, так может, сама начнешь давать, и тогда я перестану разряжаться с ними.

– От-пус-ти.

Водитель делал вид, что ничего не слышит и продолжал крутить баранку.

Парень резко прижался губами к её губам. Поцелуя не вышло. Она сжала губы. Он нарочно укусил.

– Ай! Скотина!

После этих слов Барс схватил девушку за щёки и, сжав, прошипел:

– Никогда не смей меня оскорблять. Иначе пожалеешь.

– Ты не имеешь права так себя со мной вести. – Выдавила из себя.

Он отпустил.

– Возможно. Но и ты держи язык за зубами. – Его тон стал жестким. Брови нахмурились. Парень достал вейп и, закурив, отвернулся к окну.

Так они доехали до места назначения, не проронив ни слова.

Барс представил гостью персоналу. Вскоре подъехала психолог. Познакомил их. Также отдал приказ недавно приехавшим своим двум охранникам, охранять дом. А водителю привести его бойцовского пса.

– Пусть погуляет здесь. Лорд – умный мальчик и тоже будет охранять нашу гостью.

После они, всё также молча, пообедали. И вышли во двор. Вилике понравился обширная озеленённая территория с несколькими фонтанами, множеством фонарей, беседкой и качелями. Впрочем, дворовой интерьер был похож на его городской дом.

Психолог провела с обоими общий приём, включила три колоды метафорических карт: рода, страхов и чувств. В ходе приёма она увидела трагедию девушки, её тяжёлое состояние, страх остаться одной и даже то, что у неё зарождаются чувства к Барсу. Он внимательно за всем наблюдал и сделал выводы, что нравится Вилике, а возможно, уже даже больше. Марулия увидела и в нём подобные чувства к девушке, что её очень порадовало. Они отошли от Вилики пообщаться наедине.

– Барс, похоже, ты влюбился? – улыбка Марулии всегда была такой ласковой, что он чувствовал себя как под крылом крёстной феи.

– Это громко сказано. Мы ещё очень мало знакомы. Просто она – интересная, творческая, чистая. Я бы даже сказал, наивная. Не ожидал увидеть такую дочь миллионера.

– Ты прав. Очень хорошая девочка: добрая, позитивная, не сломленная тем горем, что перенесла. Да, скрытая депрессия есть, но она сильная личность и находит себя в своей музыке. А теперь, думаю, и в тебе. Барс… именно ты можешь стать для неё тем самым лучшим лекарством.

– Да ладно. Я – не психолог. Как лекарство ей нужна ты.

– Я помогу, чем смогу, но поверь, из нашего первого приёма сильно видно, что она воспринимает тебя сильной защитой и доверяет.

– Я всегда верил тебе. Ты очень опытный специалист. Я уже даже могу ходить по забору, но недолго. Однако, по её отношению ко мне не похоже на доверие, скорее дикая шипящая кошка.

Марулия улыбнулась.

– Может, ты сильно напорист в определённом смысле?

Барс кивнул.

– Не стоит. Она тонкая натура. К ней нужен другой подход. Чуточку твоей ласки, и девочка растает, упадёт в твои сильные руки, как твой любимый апельсин.

– Как это сделать?

– Прояви нежность, не насилие. Ласку, понимаешь? Ласка и кошке приятна.

– Хорошо. Если она станет мягче ко мне после твоего совета, получишь премию.

Марулия снова улыбнулась.

– Попробуй. А ещё цветы, мягкие игрушки, шары.

– Салют, – подытожил парень.

– Неплохая мысль. Это зрелищно, но резко, как ты сам. Давай сначала что-то более мягкое.

Он опять кивнул.

– Иди к ней, я пока позвоню в магазин шаров, закажу что-нибудь.

Барс заказал множество шаров, доставку и специалиста, который развесит их на вилле: на террасе, в холле, в беседке и даже над качелями.

Он решил сделать гостье сюрприз, и поэтому её надо было на это время увезти куда-то. Марулия уехала. Барс подошёл к Вилике.

– Тебе понравилась психолог?

– Да. Много интересных вещей узнала о себе. И у неё такие прикольные карты.

– Мне тоже нравится. Я хочу сейчас поехать с тобой покататься на пару часиков по округе.

– Хорошо, – её лицо озарила улыбка.

– Отлично. Тогда беги, одевайся.

Вилика ушла к себе в комнату, достала новые джинсы с дырками на коленях, футболку с принтом панды, белоснежные кроссовки. Оделась, собрала волосы в пучок и выпустила несколько игривых локонов. Спустилась во двор. Вечерело. Перед террасой уже стоял Барс возле своего супер коня. Девушка невольно залюбовалась им: тёмные курчавые волосы зачёсаны назад и уложены, похоже, гелем для волос, в левом ухе серьга – золотой гвоздик, кожаная лёгкая куртка надета на футболку серого цвета с порезами на груди, на кистях кожаные перчатки с вырезами для пальцев, джинсы чёрные, также рваного пошива, и бутсы с шипами. Он улыбнулся.

– Тебе идёт новый прикид.

– Тебе тоже.

– А у меня не новый. Запрыгивай.

Девушка села за него и обняла за талию.

– Пониже.

– Что?

Парень ухмыльнулся.

– Шучу. Держись.

Они понеслись по району. Вилика особо ничего не рассматривала, этого добра и в её городе хватало. Ей нравилось просто обнимать такого интересного парня, чувствовать его тепло и ощущать на лице ветер. Барс погонял с часик и затормозил у озера.

– Здесь красиво, тихо. Пошли, обойдём его.

Девушка кивнула. Барс пошёл вперёд, она за ним. Они обошли озеро по кругу, и присели на траву у байка.

Парень молча смотрел вдаль. Вилика достала дудочку из рюкзака, и заиграла любимую мелодию.

Он медленно перевёл на неё взгляд и заслушался. Рука сама потянулась к её волосам, пробежалась по ним и убрала локон с плеча. Пальцы прошлись по шее девушки. Она остановилась и замерла. Барс продолжал водить кончиками пальцев у горловины футболки, а когда они спустились к холмикам в кружевном бюстгальтере, девушка накрыла его руку своей.

– Барс не надо.

– Почему? Ты взрослая девочка, и, похоже, мы нравимся друг другу, – заглянул ей в глаза. Она промолчала.

– Так? – положил вторую руку ей на поясницу.

Он сжал её грудь, одновременно надавливая другой рукой на поясницу ближе к ягодицам. Вилика закрыла глаза. Барс приблизился, и их губы слились. Он продолжал ласкать грудь девушки через тонкую ткань, не позволяя себе большего. Поцелуй затянулся, приводя обоих в состояние тумана, нет, безумия. Молодые тела горели, хотелось большего. Однако оба понимали, что полное сближение ещё рано. Он отстранился, переведя дыхание.

– Тебе скоро восемнадцать. Полная свобода.

Она опять кивнула.

– Ты станешь моей девушкой в полном смысле?

Вилика замерла. В голове всё помутилось. Да, он сильно ей нравился, так сильно, что такой следующий шаг в их отношениях уже допускала. Но не хотелось погрязнуть в этих чувствах до ушей. Страх стать зависимой от его глаз, губ, рук, голоса совсем не вязался с её жизнью. Ведь она здесь ненадолго, только пока отец найдёт решение. А дальше что? Они из разных городов. Им обоим учиться, добиваться высшего образования.

– Что ты молчишь?

– Я… боюсь.

Он расширил глаза.

– Чего? Близких отношений?

Снова кивнула.

– Глупо. Секс – потрясная разрядка. И я хорош в этом. А с тобой буду нежен, если тебе нужна нежность.

Она встала. Парень тоже.

– Я хочу получить ответ.

Вилика лихорадочно спрятала дудочку в рюкзак. Он схватил её за руку. Карие глаза будто прожигали.

– Ответь. Для меня это важно.

– Почему? Неужели секс – это самое главное?! А где же дружба? Общение, творчество и даже твоя любимая психология. Почему ты думаешь только членом?

Барс отстранился, как от хлыста, от её внезапной тирады. Зрачки расширились. Он сел на байк и пробурчал:

– Поехали на виллу. Поздно уже. Ужинать пора.

Девушка села за него.

Вскоре им открыла охрана ворота. Уже зажглись все фонари. Выскочил пёс.

– Мой малыш, – Барс слез с байка, присел на корточки и потрепал за ушами любимую собаку.

Вилика прошла на террасу. Тут уже находился сервированный столик. Горели свечи в специальных стеклянных подсвечниках, так что лёгкий ветерок не мог затушить их. Тут её взгляд поймал десятки алых и белых шаров с красными лентами. Остановилась, любуясь.

«Он… романтик? Странно. Совсем не вяжется с его поведением, этой напористостью и желанием развести меня на секс».

– Тебе нравится? – прошептал на ухо, стоя за спиной и обнимая.

– Да. Это так мило.

Повернулась.

– Зачем?

Он пожал плечами.

– Романтика.

– Красиво. Но если ты надеешься, что я на этой вилле отдамся тебе, то ошибаешься.

– Прости…

Это, казалось бы, простое слово шокировало девушку. Уж чего-чего могла ожидать от него, только не извинений.

– Ты осознаёшь, что перегибаешь палку?

Он кивнул.

– В твоём случае да. Ты как не современная девчонка, а маленький динозавр. Или… я не привлекаю тебя как мужчина.

– Согласна. Я – такая: динозавр. Барс, ты нравишься мне. Даже очень, но секс… мне ещё рано об этом думать.

Парень помог ей сесть за столик, проявив галантность. Они принялись есть. Голод не тётка, и тарелки быстро опустели. Дальше перебрались в беседку с подушками и пледами. Здесь также находился столик с вином и бокалами. Барс налил по полбокала.

– Хочешь споить? – изогнула бровь.

– Нет. Расслабься. Не буду больше к тебе приставать.

Они приговорили бутылку красного вина. А после он внезапно швырнул в неё подушку. Вилика распахнула глаза и ответила тем же. Вскоре пара перебросала друг в друга всю кучу маленьких подушечек, раскидав по всей беседке, и даже за неё вылетело несколько штук. Девушка, смеясь, выбежала. Парень за ней. Быстро настиг. Она споткнулась, и они упали вместе на ухоженный газон. Барс оказался сверху. Горячее дыхание обдало лица друг друга. Он вздохнул и наклонился для поцелуя. Вилика не могла сопротивляться, да и не хотела. Вино горячило кровь, обстановка расслабляла. А его тело сверху вызывало всю гамму приятных эмоций. Парень прижался, руки блуждали по её телу. Дыхание обоих участилось. Девушка ощутила его твёрдый орган даже сквозь джинсы. Замерла. Барс остановился, приподнялся на руки и внимательно посмотрел ей в лицо.

– Не надо.

Он встал. Помог ей встать.

– Иди к себе. Завтра мне нужно уехать. Возможно, надолго. Сюда приедет Гарь. Будь везде с ним. Никуда сама не выходи.

Она кивнула и отвернулась.

– Вилика…

Повернулась обратно.

– Оставайся хорошей девочкой.

– Ты имеешь в виду Гаря? Он что, может приставать ко мне?!

– Нет. Но всё же.

– Я не гулящая по своей натуре.

Барс подошёл, схватил за предплечья. Глаза полыхнули огнём.

– Естественно, нет, – процедил. – С гулящими у меня другой разговор.

Она попыталась вырваться.

– Вилика… я предупредил. – Его зрачки похожие на два раскалённых угля, сузились.

– Хорошо! Я вообще не буду с ним общаться!

На следующий день Барс уехал. Вилика собралась, позавтракала и вышла во двор. Охранники территории вежливо поздоровались. Она набрала отца, но тот не ответил. Расстроилась и пошла в беседку поиграть на дудочке. Мелодия получилась грустной.

Её медитацию внезапно нарушили хлопки в ладоши. Она резко повернулась на звук.

– Привет. Красиво.

У беседки стоял Гарь. До этого момента Вилика видела его мельком ещё там, в аэропорту. Симпатичный молодой человек, похоже, ровесник Барса. Такой же высокий и стройный. Причёска торчащая вверх. Явно перебеленные до крайности волосы. Раскосые глаза. Высокие скулы. Чувственные губы. Мускулистые руки и такая же грудь. Модный прикид.

– Я – Гарь. Временный твой телохранитель.

– Вилика.

– Можешь продолжать. Не обращай на меня внимания, – присел у входа, облокотившись на подушки.

Девушка кивнула и продолжила.

Вскоре приехала Марулия, и день прошёл в психологии. Вилика старалась не общаться с Гарем. Вечером она читала на балконе, когда он решил завести разговор:

– Тебе нравится здесь?

– Уютно.

– А Барс?

– К чему эти расспросы?

– Да ни к чему.

– Просто заметил, ты игнорируешь меня. Почему?

– Не хочу проблем с Барсом.

– В смысле ревности?

– О чём ты? – девушка отложила электронную книгу.

– Да так. Забудь.

Пауза. Полчаса прошло в тишине. Гарь снова не выдержал.

– Слушай, скучно тут. Давай сгоняем куда-нибудь, развеемся.

Она встала.

– Я к себе. Хочу принять ванну.

Глава 4. Разборки

Барс погряз в делах. Много всего навалилось: перемены в персонале клуба, новые предприниматели в городе, которым надо было сразу объяснить: «who's who».

Охранники клуба поймали официантку, договаривавшуюся с VIP–клиентом о приватной встрече. А это было запрещено в правилах клуба. Такой деятельностью занимались только стриптизёрши.

– Босс, это она, – пробасил один из его охранников с бульдожьей ряхой, пихая девушку в спину. Та упала на колени прямо под ноги Барса, возвышающегося над ней как скала. Он нахмурился и, бросив на неё тяжёлый взгляд свысока.

– Что сучка решила отнять хлеб у моих девочек?

– А они?.. – Промямлила, заливаясь слезами, так как уже получила пару оплеух от охранников.

Барс наклонился и, схватив её за подбородок, больно сжимая, процедил:

– Они… профессиональные девочки, лучшие в нашем городе. Их услуги высоко ценятся в моём клубе. А ты… всего лишь дрянь. Лёгких денег захотела срубить? Я тебя вышвырну, как собаку.

– Не надо… простите.

Он кивнул ухмыляющимся друзьям, расположившимся за столиком возле VIP–зоны босса.

Бывшую официантку вышвырнули как мусор с чёрного входа.

Барс подозвал остальных официанток. Девушки настороженно подошли. Он опасливо сузил глаза.

– Вы всё видели. Если ещё хоть раз такое повторится, следующая так легко не отделается. Пойдёт в портовые тёлки.

Шесть девушек отрицательно закачали головами.

– Барс, мы никогда…

– Мы даже и не думали о таком, – пролепетали некоторые из них.

– Ладно, надеюсь, урок понят всеми. Займитесь подготовкой клуба. Сегодня будут особые гости – сливки нашего города, – перевёл взгляд на похотливых стриптизёрш. – Девочки, у вас будет хорошая работа.

Те кивнули.

– Лирия, зайди ко мне.

Он ушёл к себе в кабинет. Налил виски. Залпом выпил. В дверь аккуратно постучались. Барс расстегнул ремень и молнию джинсов.

– Расслабь меня. Устал за эти две недели разгребать дерьмо Коврополя.

Девушка быстро принялась за дело. Барс иногда пользовался их услугами, несмотря на то, что посещал публичный дом. Его девки были шикарными во всех смыслах: огненными бестиями. Не чурались ничем в угоду VIP–гостям. Спустя час Барс достал из ящика влажные салфетки, вытерся и швырнул ей банкноту. Девушка распахнула глаза.

– Босс… это так щедро!..

– Ты лучшая из моих девочек. Иди, вымойся и поработай сегодня хорошо. Проследи, чтобы остальные угодили гостям.

Лирия ушла, довольная лёгким заработком.

Барс сел за стол, достал отчёты по клубу за прошлую ночь, изучил и внезапно отложил.

«Как там Вилика? Я не звонил ей все эти дни. Совсем в делах зарылся. Гарь хорошо справляется и всё докладывает. Молодец девочка: ни разу никуда с ним не поехала. Дудит в свою дуду и занимается психологией с Марулией. Пора бы с ним поменяться. Он как всегда тут всем займётся, а я отдохну с моей маленькой рыжеволосой гостьей».

Достал мобильник, нашёл номер девушки, посмотрел на него задумчиво пару минут и набрал.

– Алло Барс?

– Как ты?

Пауза.

– Вилика, я задал вопрос.

– Твой цепной «пёс» не отходит от меня ни на шаг.

– Гарь – моя правая рука. Будь повежливее, когда отзываешься о нём.

– Зачем позвонил?

– Хочу увидеть тебя.

– Что, вспомнил обо мне?! Две недели полного мороза, как будто меня не существует.

– Я был занят.

– Хоть бы эсэмэску прислал!

– Вилика… у меня никогда раньше не было девушки. Тем более такой.

– Какой?

– Чувствительной. Я хочу тебя увидеть. Приеду сегодня.

– У меня завтра день рождения.

– Я не знал. Это же день твоего совершеннолетия!

– Да.

– Это всё меняет, – усмехнулся.

Она услышала его смешок.

– Барс!.. Моё восемнадцатилетие ничего в наших отношениях не меняет. Всего лишь стану чуть старше.

– Меняет, принцесса. Ты ещё и сама не понимаешь, как меняет.

– У тебя что, мало там тёлок было, что до сих пор грезишь о сексе со мной?

– Тёлок хоть отбавляй, а такой чистой, желанной, как ты, тут нет.

– Иди ты…

– Вилика! Не смей. Смотрю, совсем за словами уже не следишь, пора бы тебе напомнить, как надо со мной разговаривать.

– Барс, хватит! Я не прислуга и не твоя тёлка, а дочь миллионера, так же как и ты. Мы – равные. И ты тоже научись со мной разговаривать, а не намекать постоянно на близость с тобой.

– Всё, злобная кошка, ты нарвалась, я приеду завтра, а то не хочу изнасиловать тебя ненароком сегодня, подожду уже твоего полного совершеннолетия.

Девушка бросила трубку.

– Придурок!

Гарь находился на террасе, но всё слышал, так как окно в комнату Вилики было открыто. Через несколько минут она выскочила к нему.

– Чего развалился? – Набросилась как фурия.

Парень опустил ноги с перил и медленно развернулся вместе с плетёным креслом. Его глаза расширились.

– А что не так?

– Всё! Я устала! Хочу в ночной клуб.

– Да ладно. – Расширил глаза как болванчик.

– Я сейчас приведу себя в порядок и поедем. Возьми водителя. Хочу напиться, составишь мне компанию.

Лицо парня растянулось в коварной улыбке. Он встал и, подойдя, расставил руки на стену, с противоположных сторон от её головы.

– Девочка хочет насолить Барсу?

Глаза Вилики вспыхнули.

– Не твоё дело! Ты всего лишь его «пёс». Вот и делай своё дело – ох-ра-няй.

– Хо-ро-шо, прин-цесса. – Ответил также, растягивая слова нарочно копируя её. – Охрану я тебе обеспечу. Только не нарывайся.

Она фыркнула и ушла к себе.

А примерно через час они ехали в ближайший приличный ночной клуб. Водитель молча делал своё дело. Гарь и Вилика слушали музыку. На этот раз девушка выглядела не как пай-девочка, а ярко и вычурно.

Гарь ни разу не посмотрел на неё как на женщину, однако, когда она вышла к нему после сборов в клуб, его глаза полезли на лоб. Девушка выглядела сногсшибательно, как мажорка, идущая гудеть по-полной. Чёрное короткое платье, колготки того же цвета, лаковые туфли на высоченном толстом каблуке. Волосы распущены. Макияж естественный, но всё равно видимый: губы переливались в лунном сиянии блестящим блеском. Чёрные удлинённые стрелки создавали вид лисы.

В клуб прошли без проблем, так как выглядели шикарно, и таких гостей там приветствовали.

Гарь прошёл с ней в VIP–зону. Сделал заказ и решил сделать ей комплимент:

– Не знал, что ты можешь быть такой…

– Какой?

Он замялся.

– Шикарной.

– Мне не нужны твои комплименты. Наливай.

Парень налил в два бокала вина до краёв.

Девушка усмехнулась.

– Это чтобы я быстрее напилась?

– Ну, ты же этого хочешь?

Она кивнула.

– А ещё танцевать. Много. До утра.

– Ладно.

Вилика выпила залпом вино. И даже закусывать не стала. Хотя Гарь заказал и фруктовую, и мясную, и сырную нарезку.

– А если ко мне кто-то приставать начнёт, что ты сделаешь?

Парень показал взглядом вниз.

Она посмотрела под стол и опешила: в его руке был пистолет.

Глаза девушки распахнулись.

– Ты в своём уме?!

– Это на крайняк, а вообще я занимался вместе с Барсом боевыми искусствами. Мы не ездили на соревнования, но тренер говорил, что и так достигли чёрного пояса.

– Бандиты.

– Можно и так сказать. Так что я оторву член любому, кто к тебе пристанет.

Девушка всё-таки поела. Они приговорили бутылку вина. Она не собиралась нарываться на проблемы, и танцевать уже расхотелось. Тут зазвонил её мобильник. Посмотрела: какой-то незнакомый номер.

Перевела недоумённый взгляд на Гаря.

Он сразу понял и взял у неё из руки мобильник.

Поднял трубку.

– Алло? Кто это?

– Здравствуйте. Это… номер Вилики Маржиновны. Где она?

– А ты кто?

– Доверенное лицо Маржина Дариновича. А Вы?

– Телохранитель Вилики.

– Ясно. Передайте ей трубку.

– Зачем?

– Слушай, хранитель. – Голос говорившего сразу стал жёстче и этикет общения испарился. – Отец Вилики Маржиновны погиб.

Гарь расширил глаза, что не укрылось от девушки, и молча протянул ей трубку.

Она взяла.

– Алло?

– Вилика Маржиновна, это Ладин. Дело в том… ваш отец…

– Что с моим отцом?!

– Он погиб. Его частный самолёт взорвался. Останки самолета упали в океан. Тела не нашли. Похоже, это те же враги, что и убили вашу мать. Мои соболезнования. Теперь вы – единственная наследница его империи. Вас ищут все. Полиция. Враги. И остальные. Я считаю, что вам лучше пока находиться в укрытии. До вступления в наследство у вас есть полгода. Сейчас я держу всё под контролем в компании. Скоро тендер, который мы должны выиграть. Если мы его выиграем, вы можете появиться. Тогда в том, чтобы вас убирать, у них уже не будет иметь смысла.

Вилика побелела. Руки затряслись. Мобилка выпала. Глаза наполнились слезами. В трубке раздавалось: Вилика Маржиновна, ответьте. Вилика Маржиновна!..

Гарь взял мобилку.

– Ей надо прийти в себя, – произнёс глухим тоном и нажал положить трубку.

– Вилика…

Девушка встала и, пошатываясь, пошла на выход, даже забыв сумочку и мобильный.

Гарь подорвался, всё забрал и помчался за ней. По пути крикнул официанту: «Выйди со счётом во двор. Быстрее!»

Тот, не поняв, что происходит, всё же спохватился и побежал за ними.

Вилика распихала зевак у входа, идя как зомби, смотря тупо перед собой как в никуда.

– Эй, кукла! Чего пихаешься?

– Красавица! Давай к нам.

Проорали трое изрядно подвыпивших парней, и направились за ней. Они смеялись и говорили о сексе. Один из них схватил её за плечо. Второй – дёрнул за волосы. И тут же девушка вздрогнула от звука ударов. Резко повернулась. Гарь уже вырубил одного ногой в нокаут, второму – сломал нос. Третьему – вывернул руку и процедил:

– Пошли вон, пока живы.

Испуганные парни, даже не пререкаясь, взяли друга, находящегося без сознания, и потащили подальше от этого места.

Девушка молча посмотрела на Гаря.

– Вилика…

Он приблизился и обнял её, чтобы утешить.

– Я понимаю твоё состояние. Это очень тяжело, но надо взять себя в руки.

– Не могу. – Она разрыдалась и уткнулась носом ему в грудь. Парень погладил её по голове.

– Надо. Ты же принцесса. Талантливая, красивая, умная. Тебе скоро управлять компанией.

– Не хочу. Не могу. Ненавижу всё это!

Девушка начала молотить его кулачками по груди. Гарю пришлось её сильнее обнять, крепко прижимая к себе.

Неожиданно они услышали знакомый голос, причём очень недобрый:

– Ни хера себе картинка!

Они повернулись. К ним быстрым шагом подходил Барс. Гарь отстранился от девушки и только открыл рот для приветствия, как получил кулаком в челюсть.

– Тварь! Я доверял тебе!

– Стой, Барс! – Гарь схватился за подбородок, отпрыгивая назад. – Ты не так понял!

Но тот уже собрался избить его. Вилика с широко распахнутыми глазами сделала первое, что пришло на ум. Она кинулась к Барсу и повисла у него на шее.

– Остановись! Гарь утешал меня.

Барс сбросил её руки с себя и оттолкнул. Девушка упала.

Гарь прокричал:

– У неё убили отца! Ей полчаса назад позвонил их доверенное лицо. Она рыдала.

Барс внезапно замер и перевёл бешеный взгляд на неё.

– Это правда?

Девушка кивнула, а из глаз снова хлынули слёзы.

Он подсел к ней и обнял.

– Прости… я… ревнивый придурок.

Вилика зарыдала.

– Мне жаль. Очень. – Стал поглаживать по голове.

Гарь подошёл.

– Вилика ни разу не выходила из дома. Сегодня был первый раз. И вообще не давала мне никакого шанса даже нормально пообщаться с ней. Она… верная и чистая девочка, как ты и говорил.

Барс поднял на него взгляд.

– И ты прости. – Пробурчал, после бережно взял её на руки и понёс в свой Ягуар.

А Гарь пошёл в Мерседес, где дожидался Дамар – личный водитель. Он бросил на потирающего челюсть парня короткий взгляд и ухмыльнулся:

– Что досталось от босса?

– Заткнись и крути баранку.

Дамар врубил громкую музыку и поехал за Ягуаром.

Вилика уже перестала всхлипывать.

– Что пила? – короткий вопрос Барса заставил её собрать мозги в кучу.

– Вино.

– Зачем?

– Что зачем?

– Зачем ты решила пойти сегодня в клуб и напиться? Ведь это было ещё до того, как ты узнала о смерти отца.

Девушка молча разглядывала ногти.

– Отвечай.

– Разозлилась на тебя.

– Почему?

– Барс! Хватит! Ты прекрасно знаешь причину. Мне надоело сидеть на твоей вилле безвылазно.

– Ясно. Значит, захотелось адреналина?

– Да!

– Будет тебе адреналин.

Он резко завернул налево и затормозил в подворотне. Вышел, хлопнув дверцей, открыл с её стороны и вытащил девушку.

– Барс! Что тебе надо? Отцепись! – взвизгнула.

Однако парень притащил её к капоту, схватил за талию, усадил на него лицом к себе. Развёл ей ноги и встал между ними так, что она оказалась как в железных цепях.

– Отпусти!

Он, не давая ей шанса вырваться, с неистовым рвением засосал девичьи губы. А крепкие руки притянули её бёдра к своим. Вилика ощутила каменный орган в промежности даже сквозь ткань его брюк. Тонкая ткань трусиков почти не защищала.

– М-м-м. – Замычала, пытаясь бороться.

Барс сделал пару характерных движений, чем напугал её ещё сильнее.

Внезапно их осветили фары. Это Дамар с Гарем подъехали.

Барс отстранился, снял девушку с капота и, резко развернув к себе спиной, также прижался.

– Запомни, принцесса, без меня ты не имеешь права ехать в ночной клуб.

– Я не твоя вещь, – прошипела.

– Нет. Ты не вещь. Ты – моя девушка. И я накажу тебя за такое поведение.

– От-пус-ти.

– Завтра твой день рождения. Я устрою торжественный праздник. А после ты станешь моей уже в полном смысле этого слова.

– Ты совсем уже! У меня отец погиб. Какой день рождения?!

– Мёртвым – мёртвое, а живым – живое.

Восемнадцать бывает один раз в жизни. И это не обсуждается. А твой отец, скорее всего, предчувствовал такой исход, поэтому и спрятал тебя здесь.

– Мне нужно лететь туда. Я прямая наследница его корпорации.

– Знаю. Сейчас не надо. Всё должно утихнуть. А после полетим вместе, и я помогу тебе.

– Зачем тебе это?

Они уже смотрели друг другу в глаза.

– Потому что я никуда не отпущу тебя одну.

– Но это же нереально. У тебя здесь твоя жизнь и бизнес, а у меня там, в Коркоке.

– Всё реально. Об этом пока рано думать. Поехали. Сегодня поплаваем вместе в моём бассейне. Я устал. Расслабимся.

Она снова зыркнула на него.

– Угомонись. Без секса. Сделаешь мне массаж.

Спустя некоторое время они приехали. Барс отдал приказ Гарю.

– Езжай в Коврополь. Нельзя клуб оставлять без присмотра. От наших пацанов толку нет, только ещё больше проблем наворачивают.

Гарь замялся.

– Что? – бросил, приподнимая бровь.

– Ты не сердишься на меня? Клянусь, что никогда бы даже не подумал о ней как о женщине.

Барс подошёл и обнял его.

– Нет. Не сержусь. Езжай.

Дамар развернулся и повёз Гаря в Коврополь.

Вилика попятилась ко входу в дом. Барс перехватил её, сжав запястье.

– Куда собралась? Мы идём в бассейн. Помнишь?

– Я… выпившая.

– И что? Боишься, что утонешь? – ухмыльнулся. – Не бойся, я не дам тебе этого сделать.

Он потащил девушку в дом, где уже стояли на крыльце Корин и Алила.

– Господин, добрый вечер.

– Добрый, Корин. Ты свободен, а Алила пусть зажжёт свечи в бассейне. Свет потушите, он нам ни к чему.

Горничная быстро склонила голову и пролепетала:

– Конечно, господин. А сколько желаете свечей?

– Пару десятков.

Та ушла исполнять приказ хозяина. Свечи он любил, и их было очень много в доме. Служанка взяла на чердаке коробку красных плавающих, так как посчитала их романтичными. И все зажгла, пустив в бассейн, как маленькие кораблики. После принесла бутылку охлаждённого красного вина и два бокала на высокой ножке.

Тут зазвонил мобильник Барса.

– Отец?..

– Сынок, ты, наверное, уже знаешь о гибели Маржина?

– Да.

– Успокой там девочку. И усиль охрану. Ей нельзя пока здесь появляться. На неё начнётся охота. Сейчас всеми делами в их компании руководит Ладин. Им надо выиграть тендер – строительство автомагистрали, и тогда жизнь Вилики будет вне угрозы. Сейчас вся команда компании положила все силы для этого, чтобы в память о Маржине довести это дело до победного конца. И если она здесь появится, смерть будет дышать ей в лицо.

– Понимаю. Я никуда её не отпущу. И вообще…

– Марин… что вообще?

– Она нравится мне, – посмотрел девушке в глаза. – Серьёзно нравится.

– Ясно. Что ты имеешь в виду под этим: «серьёзно»?

– Отец, она нужна мне. Вся.

Пауза. Эдарин кашлянул.

– Я понял. Может, это и хорошо. Вы одного поля ягода. А Вилика теперь сирота и наследница огромной строительной империи. Сын…

– Что?

– Только не трогай девочку против её воли.

– Постараюсь, – буркнул.

– Прощай. До связи.

– Давай.

– Я всё слышала.

– Неважно, – приблизился. – Принцесса, теперь ты под полной моей опекой. И должна слушаться меня.

– Обойдёшься, – огрызнулась.

– Во сколько ты родилась, знаешь?

– По-моему, в час ночи. Мама говорила.

Барс посмотрел на золотые часы на левой руке.

– Значит, уже скоро. Без десяти час.

У бассейна он разделся догола.

– Что стоишь? Раздевайся.

Вилика застыла, будто олень, попавший в свет фар. Глаза распахнулись в безмолвном крике ужаса.

– Ты с… свихнулся! Надень трусы!

– Мне это ни к чему. Раздевайся.

Она отпрянула, как от змеи, споткнулась, и, с глухим плеском, рухнула в объятия бассейна. Барс усмехнулся, наблюдая, как её силуэт растворяется в лазурной глубине.

– Глупая принцесса.

Он прыгнул следом, как хищник, бросающийся на добычу. Мгновение – и парень уже рядом, вытаскивает её на поверхность, будто драгоценность из пучины. Подплыв к ступеням, грубо срывает туфли и одним яростным рывком рвёт платье. Ткань трещит, будто паруса под натиском шторма. Вилика издаёт истошный вопль, но его рука, как железный капкан, зажимает ей рот. Бюстгальтер летит в клочья, а ажурные трусики превращаются в жалкие обрывки кружев, разорванные в клочья девичьи мечты.

Он нависает над ней, как грозовая туча, испепеляя безумным взглядом её широко раскрытые глаза.

– Скажи «Да». У тебя всё равно уже нет выбора.

Барс не шутит. Она чётко видит решимость в его чертах, хищный блеск в тёмных глазах. И ей приходится выдохнуть заветное слово:

– Да…

Резкое движение – и он вторгается в девственную плоть, будто варвар, захватывающий неприступную крепость. Крик боли застревает в её горле.

– С днем рождения, принцесса!.. – прорычал, как зверь, – вернее, с ночью…

– Ненавижу… – выдохнула сквозь стиснутые зубы, но в следующее мгновение её сознание унеслось в космическую бездну. Его хищный взгляд – два горящих угля, горячие губы – как клеймо, сильные руки – стальные обручи, а глубокие, безумные толчки – удары молота по наковальне её воли. Всё смешалось в хаотичном вихре: нравится… ненавижу… нравится… Удар, ещё удар, будто раскаты грома. Прижимание – как смертельный плен. Пауза, звенящая тишиной перед бурей. И снова удар. И вот, в ней пробуждается древняя сила Кундалини, восставшая змея, что извивается в матке, требуя освобождения. Удар… и она вырывается наружу в оглушительном крике. Мгновение – и он, зарычав, теряет остатки самообладания, сраженный волной неистовых эмоций.

Она закусывает нижнюю губу, вглядываясь в его безумные, будто отравленные, глаза. Барс проводит рукой по её стройным ногам, как скульптор, любующийся своим творением, подхватывает на руки и выносит из бассейна. Укладывает на мягкий велюровый диван, будто хрупкую статуэтку. Вилика молчит. Алкоголь выветрился, оставив лишь обжигающую ясность. Всё вокруг пульсирует: пламя свечей, как мерцающие звезды, мягкий диван – облако греха, его глаза – бездонная пропасть, манящая в порочные глубины. Руки… нежные руки, тёплые… нет, обжигающе горячие. Изящные пальцы касаются её нижней губы, будто играя на арфе.

– Перестань кусать губы. – Шепчет.

Она расширяет глаза, как испуганный зверёк.

– П… почему?

Барс одаривает её хищной улыбкой.

– Потому что они – мои, как и вся ты.

Он наклоняется и касается её губ своими, будто вампир, жаждущий крови. Язык облизывает, губы засасывают, выпивая до дна. Он проникает ей в рот, как захватчик. Руки сжимают её юное тело. Спустя несколько минут переходит на шею, играя языком с пульсирующей жилкой, как кот с мышкой. Дальше грудь – эти милые холмики, дразнящие и манящие. Барс не даёт ей перевести дух, будто охотник, преследующий добычу. Язык порхает по плоскому животу. Правая рука ложится на её ещё влажную девичью плоть. Она невольно стонет, как раненая птица. Его пальцы ласкают бережно и в то же время требовательно. Он берет её руку и кладет на свой уже стоящий орган. Вилика замирает, как парализованная.

– Погладь его. – Его шёпот обжигает и манит в неизведанные дали, растворяет последние остатки воли.

Она аккуратно проводит по нему туда и обратно, будто боясь обжечься.

– Теперь я буду нежен с тобой. Прости за первый раз. Я горел тобой эти недели, как в аду. Чуть с ума не сошёл.

Он пристраивается и входит медленно и плавно, будто корабль, входящий в тихую гавань. Руки сжимают её бедра. Движения совсем иные, нежели в бассейне. Они расслабляют каждую клеточку её тела и одновременно возбуждают. Голова плывет, как в тумане. В воздухе витают искры. Нет. Салют. Всё закипает, будто лава в жерле вулкана. Ей кажется, что вода в бассейне сейчас закипит. В ней бурлит желание, как разбуженный зверь. Она понимает, что давно уже влюблена в него. Бесилась, что Барс не звонил и не писал. Часто представляла их сближение и сразу увлажнялась, понимая, что детство заканчивается, как песок, утекающий сквозь пальцы. Предчувствуя, что как бы не защищалась словесно, от этого не уйти, не спрятаться. А может, она даже хотела его также безумно, как он и её, будто огонь, стремящийся к пламени. И здесь, сейчас это случилось. Совсем не так, как она представляла: на постели, в цветочных лепестках. Однако тут, вся эта буря стала ещё ярче, как фейерверк в ночи. Незабываемым костром впечатлений. Вилика растворяется в нём, подобно сахару в кипятке. Отдается на волю чувств, инстинктов тела, как утопающий, отдающийся на волю волн.

– Взрывайся, принцесса, – шепчет любимый, – хочу снова это почувствовать.

Она понимает, что это значит. И уже после первого раза осознала, как это происходит. Он усиливает темп. Она полностью теряет себя в водовороте страсти. И когда его правая рука перемещается на грудь и сжимает, взрывается фейерверком, слегка мотая головой, как в бреду. Барс делает пару последних рывков и тоже приходит к апогею, будто покоритель вершины. Наклоняется, пролетает губами по её шее, касается губ легким ветерком и встает.

– Вилика…

Она приподнимается на локоть.

– Ты не жалеешь? – его голос приобретает низкого тембра мягкость, будто шёлк, отражая бывший ураган эмоций.

– Нет.

– Но ты же не хотела.

– Не хотела, но знала, что это случится, предчувствовала. Только не думала, что так скоро.

Парень подсаживается и, берёт её лицо в обе ладони:

– Я никогда и никому не дам тебя в обиду. Ты – моя принцесса.

Она молчит, как зачарованная.

– Идем, поплаваем и спать. Хочу завтра сделать тебе незабываемый день рождения.

Вилика встает. Там чуть саднит, но это мелочи по сравнению с тем удовольствием, что она испытала. Проходится пару метров, пытаясь поймать новые в себе ощущения, как будто открывает новый мир. Они ей нравятся. Смотрит, как любимый ныряет, и прыгает в бассейн, будто бросается в объятия судьбы.

Глава 5. Неожиданности

Несмотря на такой резкий поворот в жизни, Вилика спала как убитая. Снился улыбающийся отец. Он подошел, обнял, подарил охапку алых роз. А после появился Барс и тоже обнял. Розы рассыпались вокруг, как кровавые слезы. Отец пропал, растворился в воздухе.

– Папа! – кричало сознание.

– Я люблю Барса! – вторило подсознание, будто заклинание.

Вилика распахивает глаза. В огромное окно льётся свет раннего солнца, как золотой дождь. Ночью она забыла закрыть шторы. Видит на прикроватной тумбочке стакан с водой и аспирин, положенной сюда точно рукой любимого.

– Заботливо… – улыбается и выпивает. Взгляд находит на другой тумбочке вазу с букетом алых роз, будто признание в любви.

Встает, внюхивается в ароматные головки. Невольно считает: тринадцать – чёртова дюжина, ставшая счастливой. Оглядывается. У стен стоит ещё две вазы с таким же количеством роз.

– Романтик…

Надевает мягкие тапочки с мордами панд, и выходит на балкон подышать свежим воздухом. Тишина, будто затишье перед бурей. Безветренно, кажется, что здесь и сейчас замерло время. Тепло, как этой ночью в объятиях любимого.

И то, что открылось её взору во дворе, повергло в приятный шок.

Десятки разноцветных шаров, как радуга после дождя, а на гравии выложено лепестками алых роз: «Вилика – ты моя!»

Она замерла. Внутри потеплело и стало приторно – приятно. Она даже прослезилась, будто роса на лепестках.

Тут вышли трое охранников и взорвали длинные хлопушки в её честь. Из них полетели вверх бумажные сердечки.

– С днем рождения, госпожа Вилика!

Проорали все вместе.

– Спасибо, – улыбнулась, будто солнце выглянуло из-за туч.

В дверь постучались. Она оглянулась, будто ещё ожидая чуда.

– Войдите!

Вошла Алила с подносом, накрытым розовым шёлком.

– Доброе утро, госпожа. С днём рождения!

– Спасибо.

– Это вам от хозяина. И через полчаса ваш завтрак внизу, в обеденном зале.

– А где он сам?

– Господин уехал ещё час назад. Сказал передать вам, чтобы вы позавтракали без него и оделись на прогулку. Он скоро будет.

Она кивнула. Горничная вышла.

Она сняла шёлк и снова улыбка приклеилась к лицу.

На подносе лежало золотое изящное колье с цветком в виде лотоса, символом чистоты и возрождения. Все лепестки были покрыты крошечными бриллиантами. А рядом милая открытка, как письмо от судьбы. Развернула.

«Принцесса, поздравляю с совершеннолетием! И… с вступлением во взрослую жизнь».

Она, хоть и была дочерью покойного миллионера и имела золотые украшения, но такого чуда у неё не было, будто произведение искусства. Похоже, заказная, эксклюзивная работа, созданная для неё. Взяла украшение, развернула кулон и убедилась, что изделие точно сделано под заказ: сзади выгравировано: «Ты – моя».

Положила обратно и пошла в душ. Искупалась на славу. Хотелось стать ещё чище и ароматнее. Во время купания невольно вспоминала его ласки, поцелуи, как кадры из фильма. В матке потеплело.

«Не ожидала от себя такого. Неужели я его опять хочу?»

Мыльные руки прогладили саму себя от шеи до лобка.

«Да, хочу», – будто шепчет её сердце.

После высушила волосы, заплела в две косы, оделась в джинсы и кружевную, белоснежную, широкую блузку с глубоким декольте. Подарок стал приятным дополнением.

Барс заказал яхту на весь день с маршрутом в живописную бухту, где хотел поплавать с девушкой и выловить свежую рыбку. Капитан предложил пожарить прямо на яхте.

– А я для вас мидий насобираю. Знаю рыбные места, как свои пять пальцев.

– Отлично. Можешь купить клубнику, апельсин, сыра хорошего кусочками? Мне уже некогда.

– Конечно, я всегда сам закупаюсь для клиентов.

Парень протянул купюру, как карт-бланш.

– Этого хватит?

– Да тут ещё и на хорошее шампанское хватит! – Довольная улыбка капитана озарила его загорелое лицо.

– Этого не надо. У меня своё вино.

Тот с облегчением кивнул. Клиенты разные попадались, и не всем нравился алкоголь, приобретённый по его вкусу.

– Всё. Давай. К одиннадцати будем.

– Жду вас. – Улыбка, будто приклеилась к лицу капитана.

Барс поехал обратно на виллу. Ворота открылись, как только охранники увидели подъезжающего хозяина. Тот въехал и громко посигналил, специально, чтобы Вилика услышала. Она выскочила на балкон своей комнаты и, увидев его, помахала. Ей действительно захотелось броситься к нему на шею и забыть обо всех бедах. К нему: сильному, дерзкому, романтичному, первому, а возможно, единственному мужчине в её жизни. В глубине души Вилика всё же хотела этого, хотя боялась себе признаваться, что давно влюбилась в него уже без памяти. Барс поднял взгляд и на миг залюбовался ею.

– Спускайся, принцесса!

Вскоре она вышла. Он обнял её, крепко прижимая к себе.

– Ты уже в моём подарке? – улыбка озарила его лицо.

– Ты устроил мне такое утро, что я забыла о…

Парень прикрыл ей рот указательным пальцем.

– Не надо. Постарайся забыть обо всём, хотя бы на время. Я понимаю, что эта боль останется с тобой навсегда, но живому – живое, а мёртвому – мёртвое. У тебя сегодня день рождения. Побудь просто счастливой девушкой.

Она кивнула, глаза наполнились слезами, и зарылась носом в его грудь. Он погладил её по голове. После отдал приказ Дамару везти их на причал яхт, а сам взял в погребе лучшее вино.

Вскоре они взошли на красавицу быстроходную яхту. Вилика раньше каталась на яхтах, но на такой – точно впервые. Двухэтажная яхта с изящными парусами выглядела, как сказочный корабль, плавно летящий по волнам. Девушка отдыхала душой и телом. Любимый угощал отменным вином и фруктами. Всё было таким лёгким, как морская пена. Никакого напряжения. Барс периодически подходил со спины и обнимал, а она стояла и любовалась морским пейзажем.

– Ты умеешь плавать?

– Да.

– Скоро мы приплывём в скрытую от людских глаз бухту. Хочу поплавать с тобой, понырять, а после половить рыбку и самим пожарить здесь на гриле, – в голосе любимого чувствовалась интонация удовольствия. Вилика повернулась. Морской бриз теребил тёмную шевелюру парня, глаза блестели, губы улыбались.

– Хорошая идея.

Он взял её лицо в обе ладони. Губы притянулись, и их закружило в водовороте страстного поцелуя. В сознании запрыгали острые огоньки, будоражащие тела.

– Я хочу тебя… – взял за тонкую кисть, поцеловал, с хитринкой поглядывая, и повёл в трюм. Вилика пошла за ним как заворожённая. Она тоже хотела его и полностью отдавала себе отчёт в таком желании. Внутри яхты восхитилась каютой, точно романтическим уютным гнёздышком для влюблённых: алая обивка и топчан в качестве кровати с подобного цвета покрывалом, на стене картина с летним пейзажем в белоснежном подрамнике. Любимый увлёк её за собой. Поцелуи поплыли по шее и плечам, походу разоблачая от кружевной блузки. Она не надела бюстгальтер, предчувствуя, что он будет лишним. Горячие губы захватили сосок, а руки сжали талию. Вилика вздохнула от предвкушения продолжения, и через несколько минут он уже мягко насаживал её на себя в позе сидя. Барс даже не ожидал такого, что в момент апогея тоже простонал, настолько сильно испытывал с ней истинное наслаждение, к которому так долго стремился.

– Ты… невероятна.

Спустя некоторое время они плавали голышом в живописной бухте, а после, накинув белоснежные махровые халаты, приготовленные капитаном для гостей, ловили рыбу. Для Вилики это развлечение было впервые, а Барс, похоже, прекрасно в этом разбирался. Его лицо выражало такую радость, что девушка умилялась, поглядывая на любимого. Рыбу поймали добротную, пожарили и с удовольствием съели. Капитан, как и обещал, насобирал для них мидий, которые также стали приятным дополнением ко второй бутылке вина.

Когда вернулись на причал, Барс вынес любимую на руках к Мерседесу, где уже поджидал верный водитель.

Вечер прошёл тихо на вилле: ужин при свечах, игра на дудочке, и даже новый портрет именинницы нашёл своё место на стене её комнаты.

Вилика проснулась посередине ночи, поцеловала спящего любимого и вышла в свою комнату.

«Прости… но я не могу отсиживаться здесь. Мне надо найти убийц родителей и отомстить».

За эти недели она хорошо изучила двор виллы, где видеокамеры и проходила сигнализация. Девушка оделась в спортивный костюм, надела кепку, спрятав волосы, взяла свой рюкзак с дудочкой и мобилкой. Никто здесь не знал, что она тоже немного обладает боевыми навыками. Отец водил её на индивидуальные тренировки рукопашного боя. Вилика не хотела, чтобы Барс об этом знал, и казалась хрупкой беззащитной девушкой. Так ей было проще. Она легко спрыгнула с балкона второго этажа, почти бесшумно, как кошка, пригнулась и прошмыгнула по тропке, которая не просматривалась камерами. Дальше дерево у забора. На нём везде находилась сигнализация. Вилика взобралась по стволу и быстро с ветки на ветку спрыгнула с той стороны забора. А тут уже побежала к трассе.

«Пока он проснётся и обнаружит моё исчезновение, я уже буду в аэропорту».

Девушка без приключений добралась в аэропорт, купила билет на ближайший рейс, планируя после просто пересесть на нужный самолёт, и улетела из Коврополя.

«Прости…» – дотронулась до колье – подарка Барса. Его решила надеть под мастерку как дорогую для души вещь.

«Ты такой любящий, заботливый, но я не могу так… мне надо всё самой разузнать, и либо убить этих мразей, либо… погибнуть».

Она прилетела в маленький городок Ларок, позавтракала в аэропорту лавандовым Рафом и салатиком с авокадо. После взяла билет в Коркок и набрала Ладина.

– Доброе утро, госпожа. Как вы?

– Ладин, я скоро буду в Коркоке.

– Что?! Вы… вам нельзя!

– Хватит! Либо ты поможешь мне, либо я всё сама решу.

На той стороне послышался вздох.

– Что я должен сделать для вас?

– Домой мне нельзя. Забронируй номер люкс в «Рубине», отправь кого-то за моими вещами. Пусть Лара соберёт необходимое. Лара ещё работает?

– Да, Вилика Маржиновна, весь персонал остался. Я всем плачу прежнюю зарплату. Они полностью поддерживают ваш дом, даже садовник.

– Продай.

– Что?

– Ты слышал меня. Продай дом со всем содержимым и купи мне загородную виллу тоже с садом, будет, где в тени уединиться. Я никогда не буду жить в том доме, где на моих глазах убили маму. Весь персонал пусть наша охрана перевезёт на новую виллу. И смотрите, чтобы за ними не было хвоста.

– Конечно, всё сделаем. А вы что будете делать в Коркоке? Появляться в компании вам пока нельзя. Тендер решится через месяц. Сейчас самое пекло. Вас точно ищут.

– Ты знаешь, кто мог убить отца?

– К сожалению, нет. Врагов слишком много. Наш детектив рыщет, но пока информации немного.

– Я должна с ним встретиться.

– Хорошо, организую вам встречу.

– Да, завтра в полдень в кофейне «Пряник». И ещё… пусть Лара соберёт все мои мягкие игрушки.

– Не беспокойтесь, я прикажу ей собрать всё. Все ваши вещи. Часть охранники привезут вам в отель, а всё остальное – на будущую виллу. Я сейчас же отложу все дела и займусь этим. Кого вы предпочитаете приставить к вам в качестве охраны и водителя?

– Всё тех же моих бывших охранников: Макра, Криса и Бусина.

– Хорошо. А Марин Эдаринович знает? Или Эдарин Пашиграевич?

– Нет, и не надо никому ничего говорить. Это моё дело. Симку выброшу. Тебе позвоню позже с новой.

– Вилика Маржиновна… вы же совсем ещё юная девушка. Зачем так рисковать?

– Не смей мне указывать, что делать. Я не такая хрупкая и беспомощная, как ты думаешь. Отец тайно водил меня с детства на тренировки к старому тренеру боевых искусств – японцу. Меня не так легко убить.

– Я не знал, и всё же, прошу, берегите себя.

– Ладно. Всё, давай, мне пора на посадку.

Она достала сим-карту, поцарапала маникюрными ножницами, что всегда были в рюкзаке, выбросила и пошла на регистрацию.

Вилика решительно шагнула в новое будущее. Страха не было от слова совсем. Была железная уверенность в собственных силах и мощное стремление найти, отомстить, и если выживет, тогда уже и компанией можно заняться. Никто не знал, что отец обучал её делам компании тоже с детства. Сначала как детские игры, дальше пошла логика, стратегии и выгоды решения разных деловых вопросов. Девушка не была сапожником без сапог и прекрасно понимала, почему именно за этот тендер шла такая война. Если они его выиграют, то стройка новой автомагистрали сольёт Коркок с близлежащими городами, которые тоже ценны для них. Это будет огромная объездная с мостами, и если поначалу потребует колоссальных вложений от всех инвесторов, то спустя лет пять даст огромную прибыль, и на многие поколения.

На вилле Барса.

Солнце обласкало лицо Марина. Он сладко потянулся и разлепил глаза. Пощупал рядом. Девушки нет. Встал, надел тапочки и халат. Принял душ и направился в комнату Вилики.

Не нашёл её и вышел в зал-столовую. «Может она уже завтракает?»

Повариха как, только завидев хозяина, бегом принесла завтрак на двоих: паровой омлет с беконом и блинчики с малиновым джемом.

– Доброе утро, Марин Пашиграевич. А Вилика Маржиновна будет завтракать?

– Ты её не видела?!

– Нет. – Покачала головой женщина.

Он вышел и вскоре обошёл весь дом и сад, но тщетно. Позвал Корина и расспросил. Тот тоже ничего не знал. Дальше водителя Дамара и остальных охранников. Барс начал ощущать прилив ярости.

– Корин! Просмотри эту ночь по камерам. Немедленно!

Управляющий сразу занялся этим делом.

Однако ничто и нигде не показало девушки.

Барс негодовал и уже десять раз набирал её номер, и постоянно один и тот же ответ робота: «Абонент не существует».

Он оделся, запрыгнул на свой байк, и помчался искать её в районе. Дамар и ещё двое охранников тоже поехали на поиски. Барс набрал друга.

– Босс?

– Гарь, Вилика не появлялась в клубе?

– Нет. А что случилось?

– Она пропала.

– Как пропала?! А камеры наблюдения? А её телефон что?

– Ничего нет. Как в воду канула! – Барс орал. – Вызвони парней. Чтобы все были через час у клуба. Едем на поиски.

– Барс, не волнуйся, скоро все будут.

В течение часа вся компания собралась у клуба. Друзья искренне проявляли волнение. Он толком ничего не мог объяснить, так как и сам не понимал, в чём дело.

– Вы что, поругались?

– Нет. Мы провели прекрасный день и вечер, её день рождения. Всё было хорошо.

– Странно. Барс… а может… – задумался Гарь.

– Что? – босс свёл брови.

– Может, она хочет найти тело отца?

– Я тоже поначалу об этом подумал, но это нереально. Вряд ли.

– А её поверенному ты звонил? У тебя есть его номер?

– Нет. Но это идея. Позвоню ему. Отец давал его номер.

– А может, сначала отцу позвонишь?

– Нет. Что я ему скажу? Что потерял доверенную мне девушку?

Гарь удручённо кивнул. Да и все друзья понимали, что звонить Эдарину Пашиграевичу не стоит. Это может плохо кончиться. И отец с сыном разругаются в пух и прах.

Барс набрал доверенное лицо Вилики.

– Ладин, это Барс, сын Эдарина Пашиграевича. Вилика пропала. Ты знаешь, где она?

– Здравствуйте, Марин Пашиграевич, вы… потеряли Вилику Маржиновну?!

– Стоп. Старый лис. Она точно должна была позвонить тебе. Говори, где она!

Ладин замялся. С одной стороны – обещание Вилике молчать, с другой – она единственная наследница компании покойного Маржина и слишком юна и неосторожна. Он боялся за неё.

– Я жду… – твёрдый тон парня всё-таки заставил его сказать правду.

– Марин Пашиграевич, Вилика Маржиновна не хочет, чтобы вы знали, где она.

– Говори! Я взял на себя ответственность за неё по просьбе отца, а с некоторых пор это теперь и моё личное дело.

– Что вы имеете в виду?

– Ладин! Я должен перед тобой отчитываться?

– Конечно, нет, но я люблю девочку, как родную, и желаю ей только добра.

– Ладно, я тоже её люблю! И хочу защитить.

После этой фразы друзья округлили глаза. А Гарь и так это давно понял. В неё невозможно было не влюбиться: красивая, умная, творческая, вежливая, воспитанная, нежная, по-своему, даже хрупкая, ещё и богатая наследница огромной компании. Одним словом: «Принцесса». – Раз так, – продолжил Ладин. – Вилика вернулась в Коркок. Она хочет встретиться с детективом, которого я нанял, а дальше – на поиски тех, кто убил её семью.

– Поиски?! Она?! Это безумие!

– Я тоже так подумал. Однако Вилика заверила, что знает, что делает. И не слабенькая, как все мы думали.

– Спасибо за инфу. Я вылетаю в Коркок с друзьями. Забронируй нам пять номеров в нормальном отеле. Позвоню, как будем на месте.

Глава 6. Взрыв мозгов

Вилика приняла душ в номере, который забронировал для неё Ладин. Отель среднего уровня, так как доверенный решил, что шик в данной ситуации ни к чему. Хотя выбрал один из лучших номеров, чтобы девушка ни в чём не нуждалась и могла помимо спальни, отдохнуть в гостиной на добротном диванчике. Она оделась в те же вещи и пошла на выход, по ходу набирая личного водителя, который всегда возил её на тренировки и в нужные места.

– Бусин?

– Здравствуйте, Вилика Маржиновна, я уже под отелем «Дельфин», жду вас.

– Отлично. Выхожу.

Парень приятной наружности встретил хозяйку у входных ступеней парадных дверей отеля.

– Присаживайтесь, – открыл переднюю дверцу.

– Благодарю, – кивнула.

Бусин сел за руль, ожидая указаний.

– В кофейню «Пряник». – Посмотрела на золотые изящные часики с мелкими бриллиантиками на циферблате – подарок отца год назад на день рождения. – Без двадцати полдень. Мне надо быть там в двенадцать.

– Успеем, не переживайте.

Девушка впервые за это утро расслабилась и усмехнулась.

– Бусин, на этот счёт в тебе я не сомневаюсь. Ты всегда как торпеда.

– Тогда летим, Вилика Маржиновна, – повернулся и, улыбаясь, нажал на газ.

«Хороший парень. Отец доверял ему. Он никогда меня не подводил. Может, и убийц отца поищем вместе».

– А Крис и Макр уже звонили тебе?

Тот кивнул.

– Они сзади.

Вилика оглянулась.

За ними ехал чёрный джип с тонированными стёклами.

– Ясно. Это прямо кортеж. Так мы быстро привлечём внимание.

– Они ваши телохранители.

– Ты тоже.

– Да, но я ещё и ваш личный водитель.

– Ладно.

Машины припарковались на парковке, принадлежащей этой кофейне.

Вилика вышла. Ветер дунул с такой силой, что она едва успела схватить свой блейзер и, так и, держа, пошла по ступеням в кофейню. Некогда это было любимое их с отцом место уединения, покоя и потрясающего кофе и десертов. Тут они отдыхали и говорили по душам. Мама чаще оставалась дома или посещала салоны красоты. С матерью у Вилики никогда не было особого контакта, а вот отец был самым близким человеком. Его утрата на ней сказалась гораздо серьёзнее матери. И хотя ту убили прямо на её глазах, всё же этот удар перенёсся немного легче, чем известие о гибели отца. Когда девушка вспоминала об этой страшной новости, у неё начинали трястись руки и подрагивать нижняя губа. Да, Барс тоже стал таким близким человеком, однако Вилика не могла оставить всё так, как есть, и собиралась даже лететь туда, где упал их частный самолёт. Тело отца не нашли. Она хотела хотя бы найти его останки, чтобы достойно похоронить и приходить на могилу с цветами. Маржин любил алые пионы и всегда дарил их дочери.

«Пусть твоя жизнь будет такой же яркой, как эти пионы! – говорил он, вручая букет».

И Вилика вспоминала, как зарывалась маленьким носиком в ароматные головки и улыбалась.

– Папа… – вырвалось у неё вслух, переступая порог любимой кофейни.

За ней последовали оба телохранителя, а Бусин остался за рулём своего джипа. Они услышали, но промолчали. И каждый подумал о том, что хозяйка думает о Маржине Миграевиче.

Она оглянулась и кивнула двум высоким широким парням.

– Здравствуйте, Вилика Маржиновна.

– Соболезнуем вашей утрате.

– Благодарю. Он был настоящим отцом – другом.

Девушка застыла на миг в холле кофейни, тупо уставившись на картину сиреневых колокольчиков в серебряном подрамнике. Со стороны могло бы показаться, что она разглядывает картину, на самом же деле Вилика пыталась сдержать слёзы, собрав всю волю в кулак. Это было совсем нелегко, и парни поняли состояние хозяйки. Они не были тупыми «бульдогами» и охраняли её уже с юности.

– Вилика Маржиновна, картина действительно классная! Давайте пройдём внутрь, – попытался выдернуть её из меланхолии Крис.

Она медленно перевела на него взгляд и, будто находясь в забытьи, расширила глаза.

Он снова напомнил о том, что надо пройти внутрь.

– Да, там где-то детектив.

Они прошли. Вилика осмотрела круглое помещение, украшенное подобными картинами с луговыми цветами. Занавеси на больших окнах из золотой ткани добавляли вид этакого летнего луга. Посетителей было мало. Эта кофейня одна из дорогих, и здесь всегда находилось немного людей. Персонал знал всех своих клиентов в лицо.

– Добрый день, Вилика Маржиновна, – поздоровался приятным голосом бариста, молодой светловолосый высокий парень. Давно вас у нас не было. – Его лучезарная улыбка весьма гармонировала со всей летней луговой обстановкой.

Она кивнула.

– Флэт-уайт, пожалуйста, а моей охране – американо без молока.

– Присаживайтесь. Вам принесут.

Девушка присела в дальний угол. Телохранители – за соседний столик. С противоположного угла встал из-за столика мужчина средних лет приятной наружности, в строгом костюме, и подошёл к ней.

– Здравствуйте, Вилика Маржиновна. Я – Комер, детектив, нанятый Ладином Вериновичем.

Девушка кивнула на стул напротив.

– Предоставьте мне всё, что имеете.

Мужчина достал из-за пазухи небольшую кожаную папку бордового цвета и начал всё показывать: фотографии, отчёт о его действиях.

Как и сказал Ладин, вся эта информация ничего не давала.

– Ясно, что ничего не ясно. Значит, вы особо ничего не нарыли. Жаль.

– Простите. Я пытался, однако никто из предпринимателей не раскрылся так, чтобы с уверенностью утверждать об их причастности. Ничего компрометирующего на этих людей я не увидел. Никаких тайных встреч, взяток, ничего. Как будто мы ищем не там.

Вилика приподняла бровь. В глазах сверкнул огонёк интереса.

– Поясните.

Детектив собрал фотографии и документы обратно в папку и спрятал на прежнее место.

– Простите заранее за такой вопрос, но… вы знаете, ваши родители были близки?

– В смысле?! – в тоне девушки послышались нотки гнева. Охранники напряглись, уже допив свой кофе.

– Я же извинился. Повторю яснее: любили ли ваши родители друг друга?

Тут пришла Вилике очередь напрягаться. Она сжала ручку фарфоровой кружки. Детектив сузил глаза, догадываясь об ответе по её внезапному напряжённому состоянию.

– Я так и предполагал. Расскажите мне всё, что знаете. И поверьте, моя работа станет более полезной для вас.

– Это тайны нашей семьи, и вас они не касаются.

– Вилика Маржиновна, я всё понимаю, однако без этой информации мы зашли в тупик. Тогда больше ничем не могу вам помочь. – Он встал и отвернулся, чтобы уходить.

– Стойте! – Вилика тоже встала.

Детектив повернулся.

– Присядьте обратно. Я расскажу.

Он, сдерживая улыбку, сел за столик.

– Родители давно уже не любили друг друга, но развестись не могли, чтобы не запятнать бизнес отца. Всё-таки хозяин большой строительной компании должен быть примерным семьянином, чтобы внушать доверие инвесторам и другим нужным людям. Это… началось, когда мне было всего десять. – Она замолчала и допила остывший кофе.

– Продолжайте.

– Однажды я услышала, как отец ругал мать. Кричал, оскорблял. Позже выяснилось, что у неё был любовник. Шли годы. Отношения между родителями стали совсем ледяными. Когда мне исполнилось шестнадцать, мы с Крисом и Макром, – указала взглядом на телохранителей, – начали следить за матерью. Зачем? Не могу точно сказать. Хотелось докопаться до истины тайн нашей семьи. Наверное, чтобы не поступать так в своей жизни. Я… очень любила отца.

– И что вы узнали? – детектив даже глаза расширил.

– Мы многое узнали. Сделали снимки её встреч с ним. Он – бандюга, мафия нашего города. Вернее, мафиози. Всё показала отцу. Папа сильно огорчился, сказав, что мать не права, став любовницей такого отморозка, и что я не должна никуда выходить без своей охраны.

Как-то его люди заметили нас. Была погоня, но Бусин, мой водитель, ушёл от неё. Дальше я отошла от всего этого, углубившись в учёбу, тренировки и свою музыку.

А месяц назад её застрелили перед нашим домом. Я чётко всё видела из окна. Это была его машина, его люди.

– Кого?

– Этого мафиози. Это он приказал своим людям убить ма… мать.

– Ясно. Я примерно всё это и предполагал. И возможно, и вашего отца убили эти же люди, а не конкуренты.

– Дело в том, что Маркус и конкурент также.

– Стоп. Кто такой Маркус? И что значит конкурент?

– Это он, мамин любовник. Я прочла его имя в её телефоне. И он также имеет строительный бизнес, только меньше, чем наш. И ему этот тендер тоже выгоден. Если бы Маркус выиграл, он расширился и стал реальным конкурентом нашей компании.

– Ясно. Вы знаете, где его найти?

Вилика кивнула.

– Мы с моей охраной были у его офиса. Это на окраине города.

– Можете написать адрес? – Комер придвинул к ней блокнот и ручку.

Девушка написала.

– Я попытаюсь ещё нарыть информацию по его делам, связям и тому подобному. Возможно, узнаем, были ли бандиты этого Маркуса там, где упал самолёт с вашим отцом.

– Как вы думаете, отец мог остаться в живых, если его тело до сих пор не нашли?

– Это… наверное, из ряда чудес, но будем надеяться. Главное, прошло уже столько дней, и он никак не вышел на связь.

– Отец умел прыгать с парашютом. И он был в нашем самолёте. Возможно, он ударился головой, и у него амнезия?

Комер не хотел огорчать девушку словами о невозможности такого и решил поддержать.

– Вилика Маржиновна, понимаю вашу боль и острое желание поверить в чудо. И знаете, я тоже в него верю. Давайте верить вместе. Постарайтесь ничего пока не предпринимать.

– Но как же! – она распахнула глаза. – Я собралась лететь туда, где упал наш самолёт, и искать отца.

– Не стоит спешить. Давайте я всё разузнаю о Маркусе и его передвижениях, приказах банде, и тогда решим, что делать.

– Ладно, – в голосе Вилики послышалось уныние. – Только, пожалуйста, постарайтесь побыстрее. – Она достала из рюкзака чек и выписала кругленькую сумму.

Тут пришла детективу очередь расширять глаза.

– Мне за мои услуги платит ваше доверенное лицо.

– Я знаю, а это лично от меня. И прошу, пусть наш разговор и дела останутся только нашими. – Девушка сделала такой недвусмысленный акцент на последнем слове, что Комер осознал: Вилика не доверяет никому, даже Ладину. Он кивнул и встал.

– До встречи, Вилика Маржиновна.

– Я жду от вас новостей.

Детектив ушёл.

Девушка заказала канапешки, фруктовый салат и зелёный чай, а парням – сэндвичи и ещё по кофе.

Они поели и отправились на кладбище к могиле матери. По дороге заехали в цветочный магазин. Вилика купила двадцать два алых тюльпана.

Крис и Макр следовали за ней как тени. На кладбище никто не проронил ни слова. Она долго сидела у могилы и просто молчала. Теплоты между ней и матерью никогда не было. Вилика была копия отца, даже цветом волос, и такая же смелая, своенравная и упрямая. Сейчас ей хотелось посидеть у могилы матери, подумать о своих дальнейших действиях. Телохранители стояли чуть поодаль. Они знали обо всём: о холодности отношений между дочерью и матерью, о любви к отцу и его к ней, о бойцовских навыках Вилики, о её железной воле и многом другом. Да, они были с ней с её юности и могли бы даже считаться друзьями, но долг охранять хозяйку был превыше всего. Бусин же по большей степени был личным водителем, хотя иногда тоже охранял Вилику, так как обладал такими качествами и изначально был нанят Маржином Миграевичем из одного агентства вместе с Крисом и Макром.

Она встала и повернулась к ним.

– Мы не будем тупо ждать новостей от Комера, – голос Вилики был замогильным.

Парни сразу подошли.

– Мы это знали. Вы никогда не были обычной девушкой, которая будет ждать у моря погоды, – произнёс Крис.

– Да, сейчас едем к Баку.

(Бак – друг девушки, гений в своём деле, хакер).

Прошло меньше часа, как вся компания уже расположилась в удобных стульях в подвале высотки вокруг худенького паренька в очках, сидящего у дюжины мониторов. Его тонкие пальцы летали по клавиатурам.

– Так-с, Вилика, этот подонок звонил твоему отцу за несколько дней до трагедии. Вот, смотри сама, – указал на центральный монитор. – Пять звонков. А вот Маржин Миграевич набрал его, и звонок продолжался две минуты. Значит, мало того, что Маркус его доставал звонками, так они ещё и общались. Возможно, поругались.

– Скорее всего… – протянула девушка.

Охрана помалкивала. Они никогда не лезли в дела хозяйки, если их не спрашивали.

– Бак, как думаешь, он причастен к автокатастрофе?

Паренёк пожал плечами и отхлебнул чай.

Посмотрел на неё. Она побелела.

– Знаешь, не всегда золото то, что блестит.

– Согласна. Слишком очевидно, что это он. Маркус же не дурак, чтобы так подставляться. Но зачем же тогда он звонил отцу всю ту неделю?! Они никогда не общались и вообще были врагами.

Вилика тоже отпила чай из своей кружки.

Бак встал и, так как всегда был нервным гением, стал ходить по крошечной комнате из одного угла в другой.

– Ты права. Маркус точно не дурак. Он суровый мужик. Под ним банда из сотни отморозков.

– Но… я видела его людей, убивших мою мать.

– И это тоже странно. Зачем ему так светиться? Да ещё и убивать свою любовницу, – Бак виновато бросил взгляд на подругу. – Прости, не подумал.

– Да нет, успокойся. Это же, правда, хоть и горькая. Ладно, спасибо за инфу, мы покатили.

Бак суетливо вытащил из ящика стола какой-то маленький прибор.

– Вилика… возьми.

– Что это?

Девушка с интересом разглядывала чёрный пластиковый жёлудь.

– Это такая своеобразная рация – связь со мной. Нажми на крышку.

Она нажала, и послышалось шипение.

– Говори в него.

– Бак?..

Паренёк достал из кармана такой же жёлудь.

– Я.

Вилика улыбнулась.

– Спасибо. А не проще ли позвонить?

– Мобильник не всегда может быть под рукой. А этот жёлудь неприметный, и ты можешь носить его на ключах или на запястье, на своём браслете. Он маленький и не будет мешать. А главное, если тебе срочно я понадоблюсь, всегда буду на связи и помогу.

Вилика сразу прицепила его на кожаный браслет на левое запястье. Жёлудь был сделан брелоком.

– Сам сделал?

Тот кивнул.

– Ты настоящий гений. – Улыбнулась.

– Ага. – Снова кивнул. – Непризнанный.

– Я тебя признаю.

Они распрощались, и девушка ушла вместе с охраной.

А Бак продолжил анализировать звонки её отца.

По дороге в отель Вилике позвонил Ладин.

– Здравствуйте, Вилика Маржиновна.

– Привет, Ладин.

– Как вы устроились? Чем занимаетесь?

– Нормально. Особо ничем. С детективом встречались.

– И как, узнали что-то важное?

– Особо ничего.

– Вот и я вам это говорил. Бесполезный он какой-то.

– Я тоже так думаю. Он точно пустой. Думаю, тебе пора с ним распрощаться, – решила соврать, так как не доверяла никому, даже Ладину. Отец учил её не доверять даже самым доверенным людям.

«Девочка моя, верить на сто процентов можно только себе», – вспоминала частую фразу отца. И хотя Ладин был в компании ещё задолго до её рождения, девушка всё же была начеку.

– Вилика… что-то вы замолчали. Вам не стоит разъезжать по городу. Я волнуюсь за вас.

– Хорошо, Ладин. Поеду в отель, устала, приму ванну.

– До связи.

– Ага.

Телохранители, сидящие с двух сторон, вскинули на неё вопрошающий взгляд.

Уголки губ Вилики слегка приподнялись.

– Какие вы у меня умные. Да, в отель я не собираюсь. Едем к Маркусу. Надо с ним поговорить.

– Мы защитим вас ценою собственной жизни, но вы не боитесь ехать к нему в самое логово? Ладин бы в обморок плюхнулся, если б узнал об этом.

– Нет. Маркус любил мою мать и точно не причинит мне вреда. А то, что я видела его людей, стрелявших в неё, ещё не говорит, что это его приказ. Хочу узнать у него это лично.

– Мы пойдём с вами куда угодно, хоть в самое пекло.

Она кивнула.

– Бусин, едем к Маркусу.

– В его фирму или домой?

Вилика даже глаза распахнула.

– Да ладно. Ты что, знаешь, где он живёт?

Бусин оглянулся.

– Вилика Маржиновна, мы же ваша охрана. Конечно, мы знаем всё и обо всех, кто вас может интересовать.

Девушка улыбнулась.

– Тогда поедем к нему домой сегодня попозже. Часиков в десять ночи. А сейчас тогда едем в отель. Я надену купальник и в спа. Давайте отдохнём, поплаваем в бассейне и наберёмся сил.

Парни никогда ещё и не были в спа вместе с ней, и их брови поползли.

– Вилика Маржиновна…

– Хватит скромничать. Вы мне как братья. И думаю, что как на женщину, на меня не засмотритесь. Тем более что я люблю Барса. И уже являюсь его девушкой. Во всех смыслах. Он… мне очень дорог.

Парни поняли, о чём она.

– Хорошо. Как пожелаете.

Отвечали ей то Крис, то Макр, хотя с Макром у неё всегда были теплее отношения. Вилика настолько доверяла ему как действительно брату, хотя часто вспоминала слова отца о недоверии. Но Макр всегда был таким милым с ней и в то же время сильным как скала. Однако даже наедине никогда не переходил грань общения и обращался на «Вы» как к хозяйке. Такой преданный бойцовский пёс.

Немногим ранее в Коврополе.

Барс с ума сходил от беспокойства и даже сам от себя такого не ожидал. Внутри всё клокотало. И, казалось, бил мелкий озноб. Друзья его не узнавали.

– Барс… что ты думаешь делать? – спросил один из них Мика.

– Лететь туда. – Перевёл встревоженный взгляд на Гаря, стоящего в дверях на входе в клуб. – Закажи нам билеты на самый ближайший рейс.

– Всем?!

– Да. Только ты остаёшься. Клуб на тебе и должники.

– Хорошо, сейчас закажу. Там Лирия выделывается.

Барс нахмурился.

– В смысле?

– Вчера не вышла к клиентам.

– Аргумент?

– Хочет больше лагов. Говорит, что она лучшая и достойна премии. Сегодня, по идее, тоже не выйдет. А VIP гости ждут её танца. Она же реально лучшая.

Барс оттолкнул его и вошёл в клуб.

– Займись билетами, – бросил Гарю.

Прошёл по тёмным заковыристым трём коридорам и вышел в главный зал. Обвёл его пытливым взглядом. Девушки с ночной смены сидели за столиками, и пили холодные напитки.

– Где Лирия? – Его грубый тон заставил их вскочить.

– Доброе утро, босс.

– Лирия у себя?

– Да.

Он прошёл в другой отсек – личных комнат девушек. Нужные двери были заперты изнутри. Барс не утруждал себя обычным стуком в таких случаях. Его кулак бахнулся в дерево с такой силой, что все находящиеся в клубе, услышав глухой удар босса в дверь, незримо подпрыгнули. Лирия же спокойно встала с кушетки и плавной походкой дошла до двери.

– Босс?..

– Открывай, твою мать!

Она открыла.

Хозяин даже не обратил внимания на её полуобнажённое тело в одних тонких трусиках из бусин.

– Барс… доброе утро, – слащавый голос стриптизёрши мог раздеть, как искусные руки, однако тот был в бешенстве. Он схватил её за волосы и приблизился.

– Слушай сука, если ты продолжишь выделываться, продам на аукционе бандитам на растерзание.

– З-за ч-то?

– Премия тебе нужна?! Какого хрена? Что ты себе накрутила? Стриптиз классно танцуешь? Так этому можно каждую научить, если очень постараться.

– Я… думала.

Он встряхнул её хорошенько и дал пощёчину.

– Убирайся! Иначе вылетишь на улицу как та тупая официантка!

Лирия сжалась и выскочила как побитая собака.

Барс вышел и подошёл к барной стойке. Бармен, проявив смекалку, быстро налил боссу виски со льдом, видя, что тот в бешенстве.

Он немного подобрел.

К нему подошёл Гарь.

– Я заказал билеты. Сегодня на восемнадцать часов.

– Твою мать! Раньше не было?

– Нет.

– Ладно, мы тогда с парнями сами проедем по должникам. А ты отдыхай до вечера.

– Барс…

Тот приподнял бровь.

– Ты, точно влюбился?

– Точно. Маленькая рыжая бестия. Накажу её, как найду. Лишь бы… она была жива.

– Вилика – твоего поля ягода. Ты не можешь к ней относиться, как к обычной бабе.

– Знаю. Но всё равно она девушка, ещё, по сути, девочка, и без крепкого мужского плеча в её мире не выживет.

Гарь кивнул.

– Давай. На связи.

Глава 7. Встреча в Доконге

Вилика со своими парнями уже находились у ворот в дом Маркуса.

Бусин ворчал:

– Опасно. Вилика Маржиновна, может, не стоит?

– Стоит, – отрезала она. – Посигналь.

Он выполнил приказ, хотя охрана Маркуса их и так видела. Они как раз сейчас докладывали боссу о непрошеных гостях.

– Пропустить.

Его охранники нажали на кнопку открытия ворот. Те поднялись. Джип с «гостями» въехал внутрь. Вилика приподняла бровь, невольно оглядывая обширную территорию.

– Ничего себе! У него дворик похлеще нашего, – протянула.

– Ну, так вы – честные предприниматели, хоть и крутые и тем более ваш отец не любил лишнюю роскошь. А этот… – Бусин кивнул на мраморную скульптуру обнажённой женщины. – Бандюк широкого профиля.

– Точно. Вон, какими голыми тёлками обставился, – оскалился Макр, указывая взглядом вдаль двора, где располагались по обочине виляющей тропы к дому ещё с дюжину обнажённых девушек в разных позах.

– Озабоченный тип, – буркнула Вилика.

Они подъехали к входу в дом и вышли.

Все трое пошли за хозяйкой по белоснежным ступеням к стеклянной двери.

Около неё с противоположных сторон тоже находилась вооружённая охрана.

«Гостей» пропустили молча.

– Вам на второй этаж, третья дверь справа. Босс ждёт вас, – пробасил один из них с бульдожьей физиономией.

Вилика даже не удостоила его взглядом и поднялась на второй этаж по мраморным ступеням нежно-песочного цвета. Её телохранителя следовали за ней, как чёрные ангельские крылья.

Она постучалась.

– Входите! – послышался низкий, но приятный мужской голос.

Вилика со своей охраной вошла. Взгляд полоснул по сидящему в углу комнаты мужчине за письменным столом.

Высокий, крупный, симпатичный, по внешнему виду ровесник покойной матери, нежели отца. Отец был старше на десять лет.

– А ты совсем не похожа на мать.

– Знаю. Я в папу, – её голос не был дружелюбен, а брови нахмурились.

Маркус улыбнулся, обнажая белоснежные зубы.

– Ты как злобный рыжий лисёнок. С чем пожаловала?

– Зачем ты убил моих родителей? – выпалила, заранее осознавая, что вопрос глупый.

Мужчина встал. Телохранители девушки напряглись.

– Спокойно, – Маркус выставил руку в золотых перстнях. – Я никогда не причиню вреда дочери любимой женщины… – Пауза. – Нынче покойной. Пусть земля ей будет пухом.

Вилика недоверчиво приподняла правую бровь.

– Присядь. Кстати, я рад с тобой познакомиться.

Ей пришлось подчиниться и присесть в добротный стул с мягким велюровым сиденьем.

– А я – нет.

– Тогда зачем же ты приехала ко мне? – Его тон насмешливо вился вокруг неё. – Не боялась ехать к убийце своих родителей?

– Нет.

– Почему?

Опять эта ехидная улыбка достала её.

– Да потому что на самом деле я не верю, что ты убил их! – выкрикнула. – И меня вряд ли тронешь. Вот именно по причине, что вы с мамой любили друг друга.

Он тоже сел обратно.

– Правильно размышляешь. Умная девочка. Убить твоих родителей – это был бы верх тупости с моей стороны. Карикинию я действительно любил. А Маржина хоть и ненавидел, но, по-своему, даже уважал за гениальный интеллект ведения строительных дел. Поверь, я до сих пор оплакиваю Карикинию и тоже ищу её убийц.

– Допустим, всё так. Но как же тогда именно твои люди стреляли в неё?

– Не мои.

– Но я видела их!

– Нет. Ты видела очень искусные маски. Они после ещё наворотили кучу дел в Коркоке, чтобы очернить меня. Мои парни искали их, и одного всё же поймали. Так вот, на нём была био-маска, копия Рама, одного из моих лучших ребят. Мы пытали его, но он не выдал своих и сдох. Теперь проверяем все мелкие группировки. Однако никто не знает, откуда эти отморозки. Я это дело не оставлю и найду убийц твоей матери.

– Тогда, может быть, и отца… если ты, правда, не виновен.

– Повторяю тебе ещё раз: я не идиот убивать твоих родителей и рыть себе могилу, таким образом, в городе, где хочу выиграть тендер по стройке новой магистрали.

– Вот-вот, это мотив. Отец был первым претендентом на этот тендер.

– И что? Я знал и хотел честно его выиграть. И поверь, у меня тоже были прекрасные шансы.

– А сейчас они увеличились, – буркнула.

– Знаешь, малыш, если я его всё же выиграю, то готов отдать тебе десять процентов пожизненно, – он подошёл и лёгким касанием указательного пальца дотронулся до кончика её носа.

Вилика выкатила глаза.

– С чего это такая милость?!

– Потому что ты – единственная дочь моей покойной любимой. И ты мне тоже дорога. Можешь не верить, но я знал, где ты пряталась всё это время.

– Да ладно! – удивлению Вилики уже не было предела.

– Тебя с Бусином вели мои парни, когда ты улетела в Коврополь. А там передали Барсу, сыну Эдарина, как презент с праздничным бантом.

– А?..

– Нет, – Маркус предугадал её вопрос. – После они улетели обратно, так как о Барсе даже тут знают. И мои парни видели его фото. За ним ты там находилась как за каменной стеной. Интересно, как он отпустил тебя сюда?

– Он и не отпускал. Я убежала.

– Ясно. Думаю, это некрасиво по отношению к Барсу.

– Ты мне не отец, чтобы указывать, что красиво, а что нет.

– Конечно, нет. Но если я не ошибаюсь, Барс сильно сейчас волнуется и ищет тебя. Не сомневаюсь, что скоро он будет в Коркоке.

– Наверное. Ладно, мне пора, – она встала.

– Какие у тебя дальше планы?

– А что, они у меня обязательно должны быть?

– Обязательно. Зная всю ту инфу, что мои парни нарыли о тебе, ты не отступишь ни перед чем.

– Ты прав.

– Я готов во всём тебе помочь и ещё выделить своих парней в качестве охраны.

– Не стоит. Мы справимся.

– Не лети в Доконг.

– Почему? – сузила глаза.

– Я уже отправлял туда своих троих парней, чтобы что-то разузнать на месте о гибели твоего отца, но они не вернулись, и с ними пропала связь. Думаю, что их уже нет в живых.

– Я ничего не боюсь.

Маркус опять улыбнулся, будто хитрый лис.

– Ты маленькая красивая девочка. А там, судя по всему, орудует серьёзная банда.

– Я, может, и маленькая красивая девочка, но точно не слабенькая и не беззащитная. Прощай.

Она вышла. Её охрана за ней. Маркус присел обратно в кресло и набрал по мобильнику кого-то.

– Лаган?

– Да, босс.

– Следите за Виликой. За всеми её передвижениями и сразу сообщайте мне о чём-то необычном.

– Всё будет, босс.

Маркус достал сигару из ящика стола, отрезал кончик и закурил. Сделал несколько дымовых колец и вытащил из того же ящика фотографию. На ней была мать Вилики – красивая, яркая блондинка. После снова позвонил.

– Слушаю, Маркус?

– Ладин, Вилика только что была у меня.

– Взбалмошная девчонка.

– Это да. Но, главное, она точно ринется в Доконг на поиски отца или его останков. Не боишься, что компания останется без наследницы?

– Боюсь. В случае её гибели компания уйдёт с молотка. Инвесторы будут в панике.

– Будем надеяться, что до этого не дойдёт. Я отправил по её следам ещё и своих парней, плюс Виликины сторожевые псы. Ещё думаю, скоро и Барс нарисуется. Все вместе её либо образумят, либо защитят. А если всё-таки случится непоправимое, я куплю компанию Маржина. Не выставляйте на аукцион.

На той стороне послышался вздох.

– Вилика – умная девочка. Маржин Миграевич с детства обучал её управлению компанией. Я ничего не могу сделать. Никак остановить. Надежда только на Криса, Макра и Бусина.

– И на моих.

– Конечно. Ты ещё не нашёл мразей, что убили мать девочки?

– Нет. Я бы голыми руками их разорвал. Но пока все поиски тщетны. Эти твари как сквозь землю провалились. А от того, что нам удалось поймать, пользы не было. Он сдох, так никого и не выдав.

– Ладно. Мне нужно идти на собрание акционеров. До связи.

– Давай.

Тут же набрал своих парней, которых отправил следить за Виликой.

– Да, босс.

– Что там у вас?

– Она поехала в аэропорт.

– Зачем, твою мать! Если полетит в Доконг, вы тоже летите. Она вас в лицо не знает. Чтобы с её головы ни одного волоска не упало! В три шкуры сдеру, если с девчонкой что-то произойдёт.

– Да, босс.

Немногим раннее.

Ей позвонил доверенный Ладин.

– Чего тебе?

– Вилика Маржиновна, мне звонил Барс. Он сильно переживал.

– Ты ему не сказал, где я?

– Нет. Но, думаю, он и сам догадался. Дело в том…

– Что?

– Барс будет в аэропорту через час. Может, всё-таки встретите его? Ведь он всё равно вас найдёт.

Она вздохнула.

– Не хотела я, чтобы он контролировал меня.

– Думаю, дело даже не в контроле. Мне показалось, что Барс искренне волнуется за вас. Как, впрочем, и все мы.

– Ладно. Встречу. Кто все?

– Я.

– Ладин… кого ты ещё имеешь в виду?

– Никого. Просто оговорился.

– Хорошо. Что в компании?

– Скоро будет собрание акционеров. После гибели вашего отца акции резко упали. Но спустя две недели и наших активных действий на рынке, снова поднялись до прежней отметки.

– Ладин, выкупите восточный участок, который у вас про запас был.

– Зачем? Он же почти бессмысленный.

– Выкупай. Мне нужен там дом. Двухэтажный, с большими тонированными окнами. Начинайте стройку немедленно.

– Не для Барса ли случайно?

– Для него. Гараж, широкий двор, бассейн. В общем, всё как положено. Давай, займись.

– Хорошо, Вилика Маржиновна.

– Отлично. До связи.

Ладин перепоручил своему подручному заняться приказом хозяйки, а сам пошёл на собрание акционеров.

Барс вступил на землю Коркока. Друзья обступили его кольцом.

– Босс, куда дальше? В отель или как?

– Пока в отель. Ладин обещал забронировать нам номера. Сейчас наберу его.

Он набрал поверенного Вилики.

Тот не взял трубку, так как был на собрании. Барс разозлился.

– Какого хрена? Куда нам двигать, твою мать! Я тут впервые.

Неожиданно один из друзей дёрнул его за плечо:

– Босс…

– Чего?

Тот указал взглядом вдаль аэропорта.

Барс проследил за его глазами и… увидел её.

– Твою мать! – выругался и широким шагом направился к девушке. Приблизился, как ураган. Схватил за предплечья и, встряхнув, процедил:

– Как ты могла так уйти?!

Бусин, Макр и Крис бросились к нему. Вилика предотвратила драку.

– Стоять! Это наше дело.

Охранники отступили, внимательно наблюдая за явно взбешённым парнем.

– Прости, – прошептала она.

Он сжал её предплечья, буравя тяжёлым взглядом тёмных, как бездна, глаз.

– И ты считаешь, что одного «Прости» достаточно?! Я чуть с ума не сошёл! – свёл брови.

Вилика ощутила дрожь во всём теле от этого пронзающего взгляда и точно могла сказать, что это не страх, а самые что ни на есть возбуждающие нотки любовной арии.

– Я же извинилась, – виновато подняла глаза. – Признаю, сглупила. Думала, так будет лучше. Это же мои проблемы. Моя семья покойная.

Зрачки парня расширились.

– Нет. С недавних пор всё, что касается тебя, касается и меня. Теперь нет твоих проблем. Они у нас общие. Запомни.

Девушка кивнула.

Барс взял её лицо за подбородок и чуть приподнял.

– Договорились? – его взгляд потеплел. Она ощутила его так, будто любимый заключил её в жаркие объятия.

– Да.

Охранники Вилики были изрядно удивлены такой кротостью хозяйки, что раньше за ней никогда не замечали. Бунтарский дух девчонки всегда давал о себе знать, и только увлечение музыкой утихомиривало на время. А тут увидели слишком много, чтобы в полной мере осознать: Вилика принимает этого парня как авторитета для себя и, скорее всего, влюблена. Хотя и по нему видно искреннее беспокойство за неё, и его агрессивный напор в данной ситуации оправдан.

Барс неожиданно прижал её к себе.

– Глупая разбалованная девчонка. Теперь ты не одна. У тебя есть я.

Он, несмотря на кучу зрителей, поцеловал любимую. Но и она не отказалась от поцелуя, мгновенно вспомнив прошлую ночь: эти губы, руки, горячее тело, их полное сближение. В голове вспыхнули искры, обжигающие каждую извилину. Барс оторвался и, посмотрев на её охрану, строгим тоном произнёс:

– Она – моя.

Те перевели вопрошающие безмолвные взгляды на неё.

Вилика кивнула.

Друзья Барса едва сдерживали улыбки.

– Ладин обещал забронировать нам номера, но не выходит на связь.

– Он на собрании акционеров. Не хочешь в тот же отель, где я?

– Ты в отеле?!

– Да, мы с Ладином решили, что в моём доме мне будет пока опасно.

– Логично. Хорошо. Поехали. Мы поселимся там.

Вилика повернулась к охране.

– Вызовите всем такси. А Барс поедет со мной. Вы, – кивнула Макру и Крису, – тоже поедете в такси за нами.

– Но, Вилика Маржиновна, давайте хоть я останусь в вашей машине! – возмутился Макр.

– Бусина достаточно. И потом, Барс тоже может меня защитить.

Телохранители молча пробуравили оскалившегося парня.

– Она права, так что, бульдожки, давайте в другую тачку.

Те, стиснув зубы, сделали шаг к нему. Их тяжёлые нижние челюсти действительно напоминали бульдожьи.

– Так! Хватит!

Вилика выставила руку в предупреждающем жесте.

– Барс высокомерен и тоже из того же теста, что и я. Вам придётся смириться с его присутствием около меня.

– Как скажете, – буркнул Макр.

Вскоре вся компания двинулась в путь к отелю.

Там все парни Барса, включая его самого, удачно поселились в хороших номерах. Он у себя принял душ, надел махровый халат и позвонил Вилике.

– Что делаешь?

– По сути, ничего. Ты мне расскажешь, как провела эти дни и что делала?

– Да.

– Тогда я сейчас приду.

– Ок.

Барс надел чистую чёрную футболку из дорожной небольшой сумки, потёртые джинсы и белые кроссовки.

Вилика тоже переоделась.

Они заказали обед в номер, и девушка поведала обо всём.

Барс закурил вейп.

– Ты веришь им всем: Маркусу, Ладину, Комеру?

– Я никому не верю, кроме Бака. Это друг детства: гениальный парнишка.

– Ладно. Знаешь, за нами был хвост.

– Да?! В смысле?

– Какие-то мудаки в чёрной тачке. Везде следовали за нами.

Девушка округлила глаза.

– Может, это убийцы?

– Вряд ли. Убийцы уже бы выстрелили. Эти, похоже, просто наблюдатели. Думаю, люди Маркуса.

– Я позвоню ему!

– Не суетись. Сделаем пока вид, что мы не заметили их.

– Ладно. Я хочу полететь в Доконг.

– Полетим. Только не сейчас. Надо выждать пару дней. Уверен, что все только этого и ждут от тебя. Я смогу защитить от любого нападения, но не от снайперской пули. Ты должна быть осторожна и с холодной головой.

– Допустим. Но чего мне ждать? Может, отец ещё жив.

– Может… Но я советую дождаться инфы от детектива. Он же не просто так свой хлеб ест, что-то ещё должен нарыть. Не думаю, что Ладин мог нанять некомпетентного специалиста. Этот Комер явно не простой хрен и ещё не всё тебе слил. Слишком уж мало инфы он тебе дал.

Вилика задумалась.

Парень встал из-за стола, подошёл и, внезапно взяв на руки, понёс в спальню.

(Номер люкс был двухкомнатный.)

– Барс… не до этого…

– Мне всегда до этого, крошка. Тонизируем друг друга и отправимся в бассейн.

Девушка не смогла сопротивляться его напору. Горячие губы обожгли шею. Сильные и быстрые руки раздели. Тело загорелось, вернее, воспламенилось. Аура комнаты наполнилась феромонами. Не хватало только музыки, свечей и всякой романтической белиберды. Хотя… сейчас это не требовалось им. Сердца бились в унисон древнему ритму. Дыхание стало единым, а гибкие тела сплетались, как змеи.

Друзья веселились внизу отеля в ресторане, так как все понимали, что босс сегодня явно никого и никуда не позовёт. Парни пили виски со льдом и играли в бильярд. Бусин, Макр и Крис тоже находились здесь, но дружить не пытались. Они держались в стороне с неким холодком и ничего не пили.

– Как ты думаешь, Вилика не рванёт завтра же в Доконг? – решил спросить Крис у Макра.

– Не знаю. От госпожи можно чего угодно ожидать.

– Вряд ли, – вставил свои три копейки Бусин. – Видели, какая у них искра вспыхнула, когда они встретились?

Парни кивнули.

– Так вот, думаю, Барс умный и держит Вилику в железных рукавицах. А она поддаётся его напору, так что, скорее всего, он отговорит её от импульсивных решений. Давайте расслабимся и тоже выпьем.

– Подожди. Я всё же наберу госпожу и уточню.

Макр набрал девушку.

Вилика уже попивала манговый сок со льдом на балконе номера.

– Вилика Маржиновна, что вы планируете ещё сегодня? Мы вам понадобимся?

– Возможно. Сейчас мы спустимся ненадолго в бассейн, а после планирую съездить посмотреть территорию под стройку виллы для моих гостей. Ладин уже должен был её сегодня купить. Не всё время же нам в отеле тусоваться.

– Ясно. Тогда мы внизу. Ждём распоряжений.

– Хорошо.

Тут подошёл Барс, взял у неё трубку и спросил:

– Макр, что там делают мои?

– Напиваются и отельных девок элитных клеят.

– Передай им, что они свободны на сегодня. Пусть веселятся.

– Передам.

Бассейн отеля представлял собой каплевидную, глубокую, огромную гидрованну. Барс и Вилика расслабились от души, а когда снова оделись, девушка предложила съездить посмотреть территорию для новой виллы, предназначенной для них.

– Ух ты! Ну, ты даёшь! Вот что значит девочка – принцесса! – улыбка Барса озарила его лицо.

Вилика засмущалась.

– Просто я подумала, что так будет лучше.

– Однозначно. Ты – золото! – обнял и поцеловал в сочные губы.

Вскоре они уже ехали на место. Макр и Крис снова на такси.

Доехав Макр предложил:

– Вилика Маржиновна, раз нас теперь больше. – Бросил короткий взгляд на Барса, может, нам взять тачку в прокате? А то не дело это нам вашей охране на такси за вами ехать.

Девушка улыбнулась.

– Точно! Ты прав. Я как-то об этом не подумала. Возьмите пока что-то неприметное. Новая машина нам точно пока не нужна. Барс не сможет быть здесь со мной постоянно. У него свой бизнес и дела в Коврополе.

Он обнял её.

– Давай принцесса показывай что хотела.

Они пошли к обширной территории под застройку.

Обошли по кругу.

– Хорошее место. У леса и озеро хорошо, что не очень близко. Не будет всей этой мошкары перед носом летать.

– Дом построят быстро. Я сказала Ладину не задерживать этот процесс. И в следующий раз ты уже думаю, поселишься со своими парнями в нём.

Дальше они поехали покататься по городу. Хотя Барсу и хотелось его посмотреть, однако эта идея не нравилась.

– Ты ходишь по лезвию ножа. – Снова обнял.

– Не думаю, что убийцы будут стрелять в меня в окружении стольких охранников.

– Ты права. Ещё и хвостик за нами мотается. Но снайпер может уже находиться в любом месте, где ты побывала за эти дни.

– Надеюсь, пронесёт.

Они подъехали к отелю.

Макр и Крис вышли из такси и открыли господам дверцы с разных сторон.

Ночной ветер слегка колыхал их волосы. Летняя погода располагала к прогулке.

– Давай ещё пройдёмся по территории отеля. Тут тоже охрана. И так красиво. – Улыбка Вилики освятила пространство, как и фонари в ретро стиле, которыми был усеян отельный сквер.

– Не стоит. Лучше завтра пораньше позвоним вашему детективу. Может, узнаем что-то новое.

Тут, совершенно не осознавая как, Барс внезапно схватил её и мгновенно уложил на землю, прикрыв собой. Макр, Крис и Бусин встали кольцом вокруг них, выставив оружие. Так ещё и к ним побегали трое мордоворотов Маркуса. Сейчас они даже не побоялись показаться, так как в девушку выстрелил снайпер. Следующий выстрел ранил одного из них в плечо. Макр сузив глаза, напряжённо смотрел вдаль. И через миг показал на смотровую площадку напротив.

– Он там! Барс, уведи Вилику Маржиновну в отель.

Парень уже и сам схватил её на руки и побежал внутрь.

Охранники всей толпой ринулись к смотровой.

Снайпер же после неудачи, быстро всё сложил в рюкзак и бросился к чёрному входу. Бежать вниз было бы очень долго, и он выбил стекло ближайшего окна, закрепив трос, начал быстрый спуск. Худой, весь в чёрном, и выглядел как кузнечик.

Макр обладал аналитическим складом ума и предположил такой ход снайпера. У входа в смотровую, отдал всем приказ разойтись. А сам направился за здание к предполагаемому нахождению чёрного входа. И он не ошибся. Снайпер попал точно ему в руки как заяц в капкан. Макр вырубил его с одного удара и потащил к центральному входу. Набрал Криса.

– Где вы?

– Наверху. Тут уже никого.

– Конечно. Эта хлипкая крыса уже здесь.

Спускайтесь. Надо отвести его в подвал.

Вскоре вся компания уже везла связанного горе – снайпера в багажнике Бусина.

Макр и Крис сидели в его машине, а уже двое парней Маркуса двигались на своём джипе позади. Раненому вызвали скорую, и отправили в больницу.

Они приехали на заброшенный склад, где находился подвал, в котором легко можно было пытать снайпера. Никто бы не услышал. Что Макр и сделал. Он избил того до полусмерти, чтобы выпытать нужную информацию. Крис и Бусин стояли тут же, смотря на снайпера сверху вниз. Парней Маркуса они не пустили сюда и те обиженно остались во дворе.

Макр схватил снайпера за волосы и поднял кровавое лицо.

– Говори мразь, иначе я убью тебя и вывезу твоё тело в реку.

Слова сопроводил ударом кулака в челюсть, чем и сломал её.

Мужчина простонал.

– Значит, не скажешь?

Тот отрицательно помотал головой. Тогда Макр ударил его головой в стену. Удар оказался смертельным.

– Крис, эту погань сбросим в реку. Давай, тащи его.

Тот сначала обыскал тело и нашёл мобильник. Передал Макру.

Он просмотрел контакты и звонки. Набрал первый в списке звонков.

– Лор, сделал дело? – послышался мужской низкий бас.

– Его уже нет в живых. – Процедил Макр. – А ты тварь тоже скоро захлебнёшься собственной кровью.

– А – а, верный пёс девчонки? – смешок.

– Кто ты? Тебе нужна её компания? – Макр готов был сожрать этот мобильник. Его тон, будто убивал на расстоянии.

– Тот, кто убьёт её. Компания Маржина развалится на части. И поверь, пёс, смерть всей семьи Маржина мне куда важнее его империи.

– Почему?.. – зубы Макра клацнули так, что ещё чуть-чуть, и он точно бы проглотил мобильник.

– Месть. Прощай.

Макр хотел в порыве швырнуть трубку, но Бусин успел вырвать у него.

– Стой! Макр, приди в себя! Надо ехать к Баку. Парнишка быстро пробьёт все номера. Он найдёт всех и откуда и куда были звонки.

– Поехали!

Парни Маркуса тоже двинулись за ними. Макру это не нравилось, но отцепиться от них было невозможно.

– А если этот Маркус связан со всем этим? – произнёс себе под нос.

– Вряд ли. – Ответил Бусин. – Он похож на правильного мужика. Что тебе тот сказал по мобилке?

– У него цель убить всех в семье Маржина Миграевича. Типа месть.

– Интересно. За что? Вроде бы Маржин Миграевич старался не наживать врагов.

Они направились к Баку в его скрытое «логово».

А в это время Барс вместе с Виликой находились в номере и обсуждали ситуацию.

– Думаю, пора позвонить парням. Не могу больше сидеть в ожидании.

Девушка схватила мобильный со стола.

Барс не дал ей этого сделать.

– Не стоит. Ты только помешаешь им. Когда будет надо они сами тебе отзвонятся.

– Но это же меня чуть не убили сегодня! – взвизгнула.

– Хватит истерить. Вот поэтому тебе и не стоило возвращаться в Коркок. – Его голос был спокоен как море на рассвете. На лице не дрогнул ни единый мускул.

– Здесь мой дом. – Пробурчала.

– Согласен. Однако за тобой идёт охота. И тебе надо беречься. А ещё стоит купить бронежилет.

Глаза девушки расширились.

– Я что буду его носить под ажурными блузками?!

– Придётся.

– Бред.

– Нет. Это сохранность твоей жизни. Ложись и постарайся расслабиться. Я пока схожу к ребятам. Надо поговорить.

– Ладно. – Буркнула и, поджав ноги, отвернулась.

– И прошу, не выходи на балкон.

Она промолчала.

Он вышел и направился в ресторан, где друзья добивали этот вечер. Время шло за полночь. Они уже хорошо подвыпили.

Барс подошёл и хлопнул по столу.

– Хватит бухать! Давайте по номерам.

– Босс… что не так?

– А ему, наверное, принцесса не дала сегодня.

– Что у неё месячные?

– Заткнитесь. – Схватил одного за горло. – Чтобы я больше никогда не слышал ничего подобного в сторону Вилики.

– П-п-рости, босс. – Промямлил Мика.

Он выпустил парня.

– Я сказал, пошли вон!

Все встали, расплатились по счёту и заковыляли наверх.

На втором этаже Барс грозно произнёс:

– Завтра к полудню чтобы все были в идеальной форме.

Те кивнули и разошлись по номерам.

Утром он позвонил Комеру с мобильного Вилики.

– Доброе утро Вилика Маржиновна. – Тон детектива был вежливым.

– Это не Вилика. Она ещё спит. У вас есть новости для нас?

– Совсем немного. Но это не телефонный разговор.

– Приезжайте в отель. Поговорим в ресторане.

– Хорошо. Буду через час.

– Давайте.

После пролистал её звонки и набрал Макра.

Тот изрядно удивился поначалу, но после успокоился.

– Где вы? И что со стрелком?

– Какое вы имеете право звонить нам с мобильного Вилики Маржиновны?

– Не указывай мне что делать! Всё что теперь относиться к ней, важно для меня.

– И её деньги?! – Ехидный тон Макра добил Барса.

– Слушай, пёс цепной. Я ещё богаче Вилики. И её деньги меня вообще не волнуют. Мне важна только она сама.

– Ладно. Извини. Снайпера уже нет в живых. А мы у Бака – друга Вилики Маржиновны.

– Кто такой Бак? Она что-то говорила о нём. Не запомнил.

– Гениальный хакер. Он просидел всю ночь над мобилкой снайпера и уже выдал нам все адреса. Теперь известно кто хочет убить Вилику Маржиновну. Скоро будем.

– Отлично.

Тут за его спиной раздалось.

– Барсик… кому ты звонил?

Он повернулся. Его идеальные черты сразу смягчились улыбкой. Подошёл к ней, поцеловал в лоб и провёл тыльной частью руки по шее до ложбинки на груди в ажурной пижаме.

– Доброе утро, принцесса. Сначала детективу, после твоим пёсикам.

У неё расширились глаза.

– Ты лазил в моём телефоне?!

– Не лазил, а нашёл тех, с кем нужно было поговорить.

– Но это моя личная жизнь! Личное пространство!

Барс присел на край и сжал её предплечья.

– С недавних пор у тебя нет другой личной жизни кроме как со мной. А насчёт личного пространства это у тебя будет: спа, салоны красоты и прогулки с моим Лордом.

– Да ладно. Ты совсем офигел? А как же моя компания?!

– Ей будет, по-прежнему, управлять Ладин. Похоже, он прекрасно с этим справляется. Тебе же надо будет лишь изредка там появляться на самых крупных собраниях. Так что скоро мы уедем обратно вместе. Ко мне.

– Нет! Я никуда не уеду!

Его глаза потемнели. Он сжал её сильнее.

– Отпусти. Мне больно!

Барс внезапно наклонился и засосал ей губы. Девушка начала сопротивляться и как только рот освободился, прокричала:

– Отпусти! Я не хочу!

Однако все её попытки избавится от попытки изнасилования любимым с утра пораньше, не увенчались успехом. Она уплыла в порыве страсти. Длинные волосы разбросались по подушке. Он уткнулся в них в момент взрыва. Прошло несколько минут пока их дыхание стало выравниваться.

– Ненавижу… ты тиран.

– Я… люблю тебя.

Встал и нагой пошёл в душ.

Вилика села на постели, с сожалением, поглядывая на беспощадно разорванную нежную ткань некогда любимой пижамки.

– Я тоже… – прошептала.

Встала и подошла к окну. Открыла жалюзи и замерла, любуясь восходом.

Вскоре к ней подошёл Барс и поцеловал в плечо.

– Прости. Но я не позволю тебе стать железной бизнес – леди без сердца и души. Ты – творческая талантливая девочка. Тебе надо поступать в музыкальную обсерваторию в Коврополе и добиваться своей мечты. А после я помогу тебе с личными концертами. И буду главным поклонником твоего таланта. Сидеть в первом ряду и обсыпать тебя цветами под бурные овации.

Вилика закрыла глаза, поддавшись мечтами и приятной истоме от его горячих губ на шее, плечах, а вскоре и груди.

Он взял её на руки, отнёс на постель и на этот раз продолжил нежную арию физической любви.

Спустя полчаса она тоже вышла из душа.

– С одним условием…

– Что? – не понял Барс, так как после того разговора о концертах, они больше не проронили ни слова.

– Я подумаю над твоим предложением, если ты тоже создашь личную выставку своих картин. Я видела их в твоём доме не меньше трёх десятков, но думаю, они у тебя ещё есть.

Он кивнул.

– Договорились.

– Единственное, я по-любому, найду отца либо его останки, и только когда предам земле, уеду с тобой. Ты должен с этим смириться, иначе я убегу так, что ты меня не остановишь и не найдёшь, пока не решу свои проблемы.

– Повторю ещё раз: проблемы у нас общие. И я помогу тебе найти его. Похороним, если он мёртв, и тогда улетим.

Девушка тоже кивнула.

Глава 8. Доконг

Комер прибыл в отель точно через час.

– А ты пунктуален. – Улыбнулся Барс, когда тот подошёл к ним, увидев Вилику.

– Здравствуйте Вилика Маржиновна. – Перевёл вопрошающий взгляд на наглого парня.

– Это Барс, мой… – запнулась, не зная, что сказать.

Парень завершил за неё:

– Жених.

Вилика потеряла дар речи. А детектив молча уселся и достал папку.

– То есть я могу всё рассказывать при вашем… женихе?

Она кивнула.

– За это время я кое-то нарыл, но немного. Наблюдал за людьми Маркуса и за ним самим.

– И вы не попались?!

– Они не заметили меня. Я всё-таки профессионал. Так вот, с ними всё чисто. Никаких странных встреч, касаемых нашего дела. Дальше установил наблюдение за вашим поверенным. Тоже ничего. После за вашим домом. Вот тут и вылезли интересные обстоятельства.

Парочка напряглась.

– Ваш управляющий был на встрече в аэропорту с подозрительными личностями. Общались недолго. Однако они передали ему конверт и, судя по тому, как тот считал в нём лаги, думаю, эта проплата ему за ценную информацию насчёт вашей семьи.

– Да ладно! Рам! Он с нами был с моего детства.

– Понимаю ваше возмущение. Я смог установить прослушку в его машину.

– Как? – девушка распахнула глаза.

– Свои методы. И это уже дало результат.

– Ничего себе, мало информации! – у неё заметно затряслись пальцы. Барс взял её за руку.

– Сегодня с утра ему позвонили. Голос звонившего был низкий и хриплый. Он спрашивал, не знает ли тот, когда вы вернётесь домой.

– Рам ответил, что не знает. Что это тайна вашего пребывания в городе. Говоривший ясно дал понять, чтобы он узнал, если дорожит жизнью. И если всё срастётся, то Рам получит ещё вознаграждение. «Я знаю, в каком отеле она поселилась. И там пропал мой снайпер. Теперь не хочу рисковать своими людьми. Мне нужна девчонка! И мы возьмём её тёпленькой в родном доме».

– Вот мразь!.. – Барс в гневе ударил кулаком по столу. Вазочка с цветком упала. Официанты, вздрогнув, подошли и быстро убрали.

– Согласен. Мне продолжать наблюдение? Или уже дадите мне отставку? Врага нашли. Теперь задача ваших парней трясти его.

– Да. Вы правы. Займутся. – Вилика достала из сумочки чек и вписала ещё вознаграждение. Протянула ему.

Детектив взял и, встав, склонил голову.

– Благодарю.

– И я вас. Дальше мы будем справляться сами.

Он ушёл. Вилика молча допила уже остывший кофе с пенкой. Марин тоже молчал, понимая, что ей сейчас надо переварить новую информацию. Так прошло некоторое время. И снова позвонил её мобильник.

– Алло?

– Вилика Маржиновна, мы подъехали к отелю. Вы где?

– В ресторане.

– Сейчас будем.

Вскоре охранники подошли.

Барс с ходу спросил:

– А хвост отцепился?

– Они поехали доложить боссу, как обстоят дела и забрать своего третьего из больнички. Кстати, оказались нормальными парнями. Тоже точно на нашей стороне.

Вилика натянуто улыбнулась.

– Мне тоже показался Маркус искренним. Что у вас?

Парни подсели к ним за столик.

– Снайпер уже на том свете. Бак достал из его мобилы все звонки. Вас хочет взять живой, какой-то доконгец. Имени не знаем. В расшифровке звонков снайпер называл его просто босс. Есть ещё кое-что… – Запнулся.

– Говори всё.

– Эта мразь снайпер звонил вашему Раму. И тот слил, что вы где-то в отеле. В каком, не знал. Однако, судя по разговору, Рам – предатель. Простите. Он же с вами с детства.

– Ничего. Мы уже знаем. – Голос Вилики был надломлен.

Макр выкатил глаза. Барс поспешил пояснить:

– Детектив был недавно здесь.

– Сильный спец. – Протянул Макр.

Барс кивнул.

– Вилика Маржиновна… что вы планируете дальше?

– Завтра вылетаем в Доконг. Позвони Ладину, пусть закажет всем нам билеты на самый ранний рейс.

Барс схватил её за руку.

– Это безумие! Ты хочешь попасть тигру в пасть?!

Девушка вспыхнула и выдернула руку.

– Там мой отец. – Сказала это таким тоном, что все только молча уставились в стол. Через минуту Макр встал.

– Всё будет сделано. А пока, пожалуйста, не выходите с территории отеля.

Барс отошёл с ним.

– Закажи бронник для неё. Пусть доставят сегодня.

Тот кивнул.

Крис и Макр отправились в номер. Но вскоре уже снова были рядом. Вилика и Марин ещё посидели некоторое время в ресторане. Спустя примерно час отправились пройтись по скверу отеля. Барс, как и охранники, внимательно всё осмотрели. И, убедившись в чистоте территории, вывели девушку наружу. Барс шёл с ней рядом, а они сзади чуть поодаль.

– Я готов помогать тебе в поисках отца, но только при одном условии.

– Каком?

– Ты наденешь бронежилет.

– Ладно. Но тогда его же надо купить. А мы завтра вылетаем.

– Макр уже заказал три. Скоро примеришь, и выберем лучший.

Она кивнула. Глаза бездумно пробегали по изящным кустам, обрезанным в виде животных и птиц. Впереди бил фонтан. Чаша в виде морской раковины могла поразить любой даже самый придирчивый взгляд. Однако Вилике сейчас было точно не до отельных красот.

Они вильнули вправо под раскидистое дерево с ветвями, опускающимися до земли. Барс взял её за руку и дёрнул к себе. Охранники притормозили.

– Ты так напряжена. Где же моя наивная девочка, играющая на дудочке?

Его пальцы прошлись ей по шее сзади, слегка массируя. Вилика невольно закрыла глаза. Эти ощущения были сейчас как раз кстати. Любимые горячие руки расслабляли и в то же время возбуждали. Барс провёл руками ей по плечам, и одна рука легла на грудь, другая – на спину, придвигая к себе ближе. Губы нашли любимый рот. Поцелуй стал костром под изумрудными густыми ветвями.

– Идём в номер. – Прошептал на ухо.

Вилика поддалась очарованию любимого: сильного, пахнущего древесным парфюмом, сводящим с ума, когда тот так близко дышал в лицо. Его дыхание обдавало жаром и будоражило сознание. Номер слился в единое пятно. Не стало ничего вокруг, кроме тёмных глаз, затягивающих в омут страстей. Жадных губ, блуждающих по коже как пустынник в поисках воды. Требовательных рук, прижимающих её трепещущее тело к своему. Ближе, жарче, безумнее. Костёр, сжигающий обоих. Уносящий со снопом искр ввысь. И… живительная влага, любовные соки, заполняющие до краёв молодые тела. Его также не пугала потеря свободы. Хотелось быть с ней. Всегда! Дышать одним воздухом, лежать на одной постели и любить… любить так, как свеча, плавящаяся от огня.

Утро выдалось сложным. Бронежилет под шикарный пиджак стал тем ещё испытанием. Девушка истерила:

– Это бред! Я как робот в нём! Жара. Ужас!

Барс обнял и прошептал на ухо:

– Зато твоя горячая грудь так возбуждает меня. Представь, что будет, когда ты его снимешь в Доконге в номере.

– Отстань. Сам тоже надевай.

– Не поверишь. Надену. Макр заказал всем. Он у тебя умный пёсик.

– Точно. Супер! Я не буду одна терпеть этот ад.

– Да, принцесса.

Макр и Крис поражались их перепалке, стоя за ними в коридоре. Вскоре вся компания отправилась в аэропорт. А по дороге к ним присоединились два человека Маркуса в своей тачке.

– От них, что не отделаться? – Буркнул Барс. – Нас и так как волчья стая.

– Как я понял из разговора с ними, не отделаться. Маркус, похоже, серьёзно настроен тоже быть в курсе всего.

Вилика сидела зажатая с двух сторон телохранителями, а Барс находился впереди в пассажирском кресле около Бусина. Пятеро друзей ехали в такси за ними.

Макр сдал на рассвете прокатную машину, и поэтому сейчас они были как кильки в банке в одном джипе. Но ни Барс, ни Вилика не возмущались. Каждый уже был мысленно в Доконге.

«Смелая девочка. Что же она планирует дальше? Я со своими парнями не дам ей и шагу там ступить одной. Да и её псы тоже будут рядом».

Вилика смотрела в одну точку и размышляла:

«Папа… ты всегда был таким сильным и умным. Все ходы просчитывал наперёд. Ты не мог погибнуть. Это невозможно. Ты же, наверное, понимал, что за тобой уже охотятся, и всегда меня учил быть настороже. У тебя сто процентов был в самолёте парашют. Я уверенна, что ты выпрыгнул. Успел. Выжил. Но почему же ты не возвращаешься? Или хотя бы не дал о себе знать. Где ты? Что с тобой? Я найду тебя. А может… он потерял память и кто-то за ним ухаживает? Мои мозги скоро закипят. Папа… ты только дождись меня. Я теперь не одна. У меня есть Барс. Он с нелёгким характером, но любит меня. А я его. Мы вместе найдём тебя».

Летели восемь часов. Один раз попали в турбулентность. Трясло так, что Вилика невольно схватила Барса за руку и сжала. Тот повернул лицо к ней и улыбнулся.

– Не бойся, принцесса. Нам ещё не суждено умереть.

– Откуда ты знаешь?! – расширила глаза, став похожей на пекинеса.

Парень рассмеялся.

– Марулия перед дорогой сюда бросила три карты и сказала: «Что ты меня любишь. Мы – судьба, и жить будем долго».

– Да ладно… Она ещё и гадает?!

Он кивнул.

– И ты веришь в такое?

– Нет. Но ей верю. Сколько она меня из депрессии вытягивала, что думаю, и в гадальных картах шарит.

Вилика тоже кивнула. Её телохранители сидели сзади. Дальше друзья Барса. А ещё чуть поодаль два человека Маркуса. Так что кортеж боевых парней у неё собрался хоть куда. Все были в бронежилетах и вооружены. Каждый готов ко всему: к защите и атаке.

Доконг встретил мрачной погодой. Небо заволокло серыми тучами. Где-то вдалеке вспыхивала молния. Воздух был тяжёлым, травяным.

– Здесь пахнет как в лесу, – пробурчал Грам – один из друзей Барса.

– Судя по всему, Доконг – это и есть один большой лес, – Барс изучал эту местность накануне.

– Да ладно, – изумился Макр, оглядывая сочно-зелёную территорию из остеклённого коридора аэропорта. – А дороги, интересно, тут есть?

Все усмехнулись.

– Успокойся. Сейчас увидим. Местные таксисты, думаю, будут прыгать вокруг нас.

Так и произошло, когда вся компания вышла наружу. Таксисты от счастья не знали, как рассыпаться в комплиментах.

– Какие вы все высокие!

– Да, Вач, крутые гости!

– Ко мне! Ко мне! – прокричал ещё один, подбегая к ним.

– Да пошёл на хрен! Сейчас моя очередь брать пассажиров! – выскочил наперерез тому первый раскрасневшийся доконгец.

Кричащий пихнул его в плечо.

– Уймись! Их же много. На всех хватит.

Компания из двенадцати человек расселась по четырём машинам.

– В лучший отель, – произнёс Барс, держа Вилику за руку.

– Значит, в Дыру, – буркнул водитель.

– Куда?! В какую на хрен дыру?

– Дыра – это лучшая гостиница в Доконге. Только для элиты. Только не дыра, а ДЫра. От имени Дыр. Она принадлежит одному нашему богачу Дыру Джаридовну. Деловой человек.

– Ясно. Слушай, Вач, кажется?

Тот кивнул.

– У вас тут недавно произошла авиакатастрофа частного самолёта. Ты случайно ничего не слышал об этом?

– Слышал. Парни говорили, что в Доконг летел какой-то миллионер, кто хотел тут дороги прокладывать. А то дорог-то у нас мало. Джунгли и пустыня.

– И?..

– Да слышали, как взорвался самолёт, и всё.

– А по телевидению показывали поиски? – встревоженно спросила Вилика. Макр, сидящий впереди, тоже напрягся.

– Да какие поиски? Нет у нас такого. Никому и ничего не надо. Тут ничего нет. Мы как отрезанные от мира.

– Как же вы живёте?! – Вилика была шокирована.

– Да как? Херово. Хищники по ночам лазят, иногда и днём. Бандитизм в почёте. Вот тебе, например, красавица, никуда от своей компании отходить одной нельзя.

– Она никуда без нас и не пойдёт, – жёсткий тон Барса усмехнул водителя.

– Не сомневаюсь. Такую куклу точно беречь надо. А то её быстро местные банды к рукам приберут.

– Что за хищники? – решил вставить свои три копейки Макр. – Отстреливают хоть?

– Отстреливают. Да разные. Тигры, пантеры, гиены. Всяких тут полно.

– А что ваши богачи? Чем они заняты? – заинтересовался Барс.

– Да вот Дыр гостиницу держит. Другие – ресторанчики, баньки, парикмахерские. Много всего. Население Доконга маленькое. Много домов прямо в джунглях. Заборы обнесены острыми пиками – защитой от хищников.

– И что? Защищают?

– Да. Много так диких кошек кишки оставили на этих пиках.

– Хорошо.

Дорога пошла через густые заросли, и хотя часть была проезжей, водитель напрягся.

Барс сразу обратил внимание, как у того заходили желваки.

– Что с тобой?

– Тут часто эти твари выходят на дорогу.

Все посмотрели в окна.

Вроде тишина. Едут. Тут у водителя зазвонил телефон.

– Что там, Вобик?

– На тачку запрыгнула пантера! Не слазит! Бьёт лапой по лобовому! – в трубке послышались мужские вопли.

– Твою мать. Надо стрелять! – крикнул водитель в мобилку.

– Пытаюсь.

Гудки.

– Стой! – вскрикнул Барс.

Тот чуть баранку не выпустил.

– Чего вы орёте? Истерика? – голос водителя был тоже испуган.

– Нет. Тормози!

– Вы в своём уме?! Едем!

– Я сказал, тор-мо-зи.

Барсу пришлось направить пистолет на него, чтобы тот услышал его.

Водитель, выругавшись, затормозил. Остальные машины также остановились.

Вилика сидела с вытаращенными глазами. Барс выскочил наружу.

– Барс!.. – прокричала.

Он пробежал к дальней машине и начал стрелять в животное. Макр и Крис тоже выскочили.

– Вы куда?! – вскрикнула повторно.

– Вилика Маржиновна, сидите тут.

Водитель продолжил ругаться.

Девушка оглянулась.

Из зарослей выходило ещё трое хищников.

Стрельба продолжилась. Стреляли уже все: друзья и люди Маркуса.

Звери были сильными и ловкими. Один из тигров с разбега прыгнул в сторону Барса, как почувствовал, что он здесь главный. Парень отпрыгнул назад и снова выстрелил. Тигр ещё был жив и, рыча, продолжил наступать. Друзья, стреляя в остальных, всё же и боссу помогли. Все окружили его, и стрельба продолжилась.

Вскоре четверо животных легли замертво.

Их затащили в багажники. Водители, сидя за рулём, пребывали в шоке, озираясь по сторонам.

Барс и телохранители Вилики, так же как и остальные, расселись обратно.

– Думаю, где-то можно сдать эти туши?

Водитель кивнул.

– Знаешь, куда их деть?

– Д-да. Дыр может забрать. И денег ещё дать. Он шкуры сдерёт с них и продаст в другие города.

– Отлично. Давай, крути уже баранку.

Барс закурил вейп. В салоне запахло малиновым ароматом, смешанным с древесно-лаймовым его дорогого парфюма.

Вилика показала взглядом Макру открыть окно.

– Крутые вы, – процедил водитель.

– Ничего особенного, – буркнул Барс. – В ваших кошечек стрелять – одно удовольствие.

– Дыр будет благодарен. Очень они мешают его бизнесу. Люди боятся ехать к нам.

– Ещё бы. Обычным людям тут точно опасно.

Машины припарковались. Вся компания вывалила на обширный двор. Взгляды устремились к совершенно необычной гостинице.

Она находилась в скале, а верхние этажи выходили над скалой, будто вися в воздухе.

– Круто!.. – протянул Бусин, достал блокнот, ручку и что-то чиркнул.

– Да, неожиданно, в этом захолустье и такая архитектура, – Макр тоже пребывал в недоумении. И все остальные не скрывали удивления.

– Дыр вообще необычный человек. Он тоже легко отстреливает хищников. Заходите внутрь. Там всё в шкурах. Думаю, тоже удивит, – расхорохорился один из таксистов.

Парни окружили Вилику и пошли по каменной лестнице к входу.

Внутри и правда, всё было в шкурах. За регистрационной стойкой стояла хорошенькая девушка.

– Здравствуйте, что вы желаете? – её идеальная улыбка очень порадовала парней.

– Какая девочка… – усмехнулся Крис, сразу выставив локоть на стойку.

Девушка ещё раз мило улыбнулась и поздоровалась:

– Здравствуйте, мальчики. Что вы желаете?

– Номера.

Девушка – администратор оглядела гостей:

– То есть… вас двенадцать человек. Сколько номеров вам надо?

– Один двойной для босса и его дамы сердца, – продолжил скалиться Макр. – Ещё двойной для тех двоих, – указал взглядом на парней Маркуса, стоящих позади всех. – Тройной – для меня с друзьями. И тем пятерым можно один на всех.

Друзья Барса не воспротивились, что все пятеро будут в одном номере.

– Отлично. Не часто у нас гости. Все номера высшего уровня. Пятиместного у нас нет. Мы предоставим тоже двух и трёхместные. Устроит?

– Устроит, – буркнул Барс за всех и достал VIP-золотую карту. – Возьми за трое суток пока. Дальше посмотрим.

Администратор даже глаза распахнула при её виде.

– Возьмите ключи. Ваши номера на втором этаже. А обедать будете? У нас есть прекрасный ресторан.

– Будем, через час.

– Тогда я передам шеф-повару приготовить лучшие блюда.

– Ок. А где ресторан?

Администратор вышла из-за стойки, подошла к огромному окну, вернее, стеклянной стене, и указала изящной рукой на третий этаж справа.

Все взгляды устремились как раз на стеклянные кабинки, что видели издалека, будто парящие над пропастью.

– Ого… классный ресторан, – изумился Макр и шутливо добавил: – Интересно, ваши редкие гости не боятся там кушать? Всё-таки и пол стеклянный, и сидишь такой, смотришь вниз, а там пропасть.

– По-разному бывало. Некоторые гости боялись. Другие – были в восторге.

Вилика нахмурилась:

– Действительно здесь весь оригинальный интерьер. Эти шкуры и такой летящий ресторан. Ваш хозяин, наверное, очень неординарная личность.

И только они хотели пойти по лестнице наверх, как в холл вошёл мужчина:

– Здравствуйте, господа, – тут его взгляд упал на рыжеволосую девушку. – И… прекрасная леди. Я – хозяин этого заведения. Моё имя Дыр Даридович. Вы к нам надолго или проездом?

– Побудем некоторое время. Барс. А это моя невеста, Вилика Маржиновна.

Девушка невольно обратила внимание, как тот выглядел дорого – богато и совсем не был похож на бандита. Дыр показался ей вежливым и приятным человеком.

Остальных Барс не собирался представлять, и Дыр решил спросить сам:

– Барс – это ваше имя?

– Нет. Но меня все так зовут.

Тот кивнул:

– Можете и меня звать просто Дыр, не люблю фамильярностей, – перевёл взгляд на всю компанию явно непростых парней: рослых, крепких, в кожанках и явно вооружённых. – А остальные это?..

– Наши люди: охрана и друзья. Мы устали с дороги.

– Да, конечно, добро пожаловать. Проходите.

Спустя некоторое время вся честная компания уже обедала в ресторане. Вилике не очень зашло это висящее стеклянное сооружение над пропастью, и каждый кусок давался с трудом.

Барс обнял её и прошептал:

– Что такое, принцесса? Нет аппетита?

Она кивнула.

– Почему? Вроде бы ты всегда хорошо кушала.

– Я… приземлённая личность. А тут как-то не по себе. И хозяин весь такой вежливый превежливый. Тоже напрягает.

Барс усмехнулся:

– Моя боевая девушка и боится высоты?! Кстати, ты же творческая девочка, и явно не приземлённая. А этому Дыру и положено быть таким вежливым. Всё-таки как я понял такие гости как мы тут далеко не часто.

– Наверное. А насчёт моей творческой натуры, это другое. Не люблю такого экстрима.

– Ясно. Что ж, поужинаем тогда где-то в другом месте. А сейчас нашим парням стоит выйти на разведку и разузнать у местных что-то о падении самолёта твоего отца.

Он отдал приказ всем, и парни отправились выполнять задание.

Вилика кое-как съела фруктовый салат под воздушными сливками. Во рту осталось послевкусие манго. Бросила маленькую вилочку на стол и возмутилась:

– Я тоже хочу идти на разведку!

– Не стоит, – Барс с невозмутимым видом налил ей в высокий стакан лимонад из графина со льдом.

– Как это не стоит?! Зачем тогда я ношу эту бандуру? – указала на бронежилет под ажурной блузкой.

– На всякий случай. Идём, пройдёмся по территории вокруг гостиницы.

– Да где тут ходить? Сплошная скала.

– Зато чистый воздух.

Барс встал и галантно подал ей руку.

Они расплатились по счёту, оставив чаевые, и вышли во двор. Гостиница была огорожена высоким забором с острыми кольями, как в древние времена. Прошли немного, и Вилика заметила кровь на пиках.

– Похоже, там был пойман зверь, – указала туда.

Парень посмотрел на багровые разводы:

– Да.

Тут их окрикнул Дыр.

Они оглянулись.

Хозяин подошёл:

– Здесь повисла пантера только позавчера, поэтому пятна ещё свежие.

– А почему ваши люди их не вымыли? – расширила глаза девушка.

– Нежелательно. На её кровь придут другие. Таким образом, этих тварей будет меньше, да и шкурами я занимаюсь ещё как малым бизнесом. Гостей тут очень мало. Эта гостиница больше моё хобби, чем деньги. А вот шкуры продаю в другие города.

– Ясно. А вы ничего не знаете о падении тут частного самолёта недавно?

Вилика была уверена, что этот человек многое знает. И Барс не сомневался в этом. Он сощурил глаза, внимательно наблюдая за мимикой местного босса.

– Да, эта авиакатастрофа сильно потрясла наш мирный городок.

– А где он упал?

– Там, за холмами, – махнул холёной рукой в золотых перстнях вдаль.

– Погибших искали?

– Конечно. Нашли два обгоревших трупа. По моему приказу их похоронили. Но, судя по чёрному ящику, который нашли мои люди, главный бизнесмен, летевший в том самолёте, выпрыгнул с парашютом.

У Вилики затряслись руки. Барс взял её кисти в свои.

Дыр заметил состояние девушки:

– Вы… знали его?

Она кивнула.

– Кем он вам приходился?

– Отцом.

– Ясно, – лицо мужчины посерьёзнело. – Вы прилетели сюда в надежде найти его живым или хотя бы останки?

– Да! Отец – сильный человек. Он не мог погибнуть! – из её глаз брызнули слёзы. Парень обнял любимую.

– Успокойся, принцесса. Мы найдём его.

– Мои люди искали неделю. Но не нашли ни его, ни парашюта. Вообще больше ничего.

– Но не сквозь землю же он провалился?!

– Нет, конечно, но там джунгли.

– И что?

– Хищники, насекомые. А главное, там есть древний храм с нехорошей репутацией. Оттуда никто и никогда не возвращался живым. Недавно ещё и другие гости там исчезли, трое крутых парней кажется, похожих на ваших. Это место обходят десятой стороной. Там дикое племя обитает.

– В наше современное время?!

– Увы. Такие племена есть во всех непроходимых уголках земли. Мне жаль, но вряд ли ваш отец ещё жив. Даже если он и выжил тогда, то, попав в плен к этому племени, живым бы не остался.

– Не верю! Отец – гений! И думаю, что жив! – перевела взгляд распахнутых глаз на парня. – Барс… мы теперь знаем, где искать. Поедем туда.

В её глазах, казалось, искрится эмоция. Эмоция гнева, но и крепкой надежды.

– Успокойся. Поедем. Только дождёмся возвращения всех наших, – тон любимого будто обволакивал. Вилика ощутила от него такую мощную волну защиты, что руки перестали трястись. По позвоночнику пробежала энергия и появилась ещё большая решимость:

– Мы найдём его!

– Найдём, принцесса.

Дыр, наблюдая за ними, попытался спрятать улыбку, невольно вспомнив, как когда-то у него тоже была любимая, очень внешне похожая на эту девушку, такая же рыжая и они также поддерживали друг друга. Барс ощутил напряжение в воздухе и перевёл взгляд на него. Черты мужчины чётко отражали его воспоминания. Барс был проницателен:

– Мы вам кого-то напомнили?

Дыр кивнул и быстро отвернулся, чтобы смахнуть одинокую слезу.

Барс догадался, что того терзает боль:

– Она умерла? Простите, что лезу не в своё дело.

– Её сожрали в тех же джунглях, где упал самолёт отца твоей девушки.

– Мне жаль.

Вилика молча уставилась в асфальт, покрытый декоративным гравием с золотым оттенком:

– Отец… жив…

– Дай бог, девочка, чтобы это было так, – произнёс Дыр, так и не оглядываясь, и широким шагом пошёл обратно в гостиницу.

Барс и Вилика всё-таки вышли за территорию гостиницы ненадолго. Он был предельно внимателен, пытаясь защитить её даже от собственной тени. Солнце нещадно палило. На белоснежной коже девушки образовался розовый оттенок:

– Так… ты горишь. Идём в гостиницу.

– Ничего. Намажусь кремом в номере. Смотри… – указала вдаль на огромный вольер с бойцовскими собаками. Лай доносился даже сюда. – Интересно, чьи это собаки? Ведь они, наверное, могут взять след?

Барс сощурился от едкого солнца.

– Да… надо опять поговорить с Дыром. Кстати, ещё нужно взять всем в прокате тачки подходящие для этой местности.

Он насильно потащил девушку в гостиницу. Она по-прежнему ничего не боялась и, если бы могла, уже отправилась бы к этому собачьему вольеру.

Здесь действительно было опасно везде: хищники, люди, хватающиеся за любую наживу, и джунгли.

Глава 9. Храм

Вернувшиеся парни особо ничего не узнали, кроме той же информации, что поведал Дыр.

Утром они взяли открытые пустынные джипы напрокат, и вся компания отправилась по направлению к вольерам. А после решили, что едут в джунгли. Однако… впереди их ждала многокилометровая пустыня, и её тоже надо было как-то пересечь, чтобы не попасть на стаю голодных тварей и не сгореть под палящими лучами.

Вилика учла сей факт и оделась в новую блузку, летящую по ветру, но с длинным рукавом почти до изящных пальцев с нежным маникюром. Густые волосы собрала в гульку под широкополую шляпу. Брюки по типу шароваров и облегчённые кроссовки с сеточкой. Бренды, конечно, другой одежды менее дорогой у неё не было. Парни тоже выглядели, как всегда, сногсшибательно. Люди Барса в чёрных борцовках, на шеях различные кулоны с устрашающей тематикой, руки некоторых украшали татуировки, других – кожаные браслеты, где-то с металлом. Охрана Вилики выглядела чуть поскромнее, но тоже представительно для своего статуса. Люди Маркуса немногим отличались: глухие футболки без принтов и тела без мужской бижутерии. Общим были солнцезащитные очки и блейзеры, которые заставила всех приобрести Вилика.

Три джипа по четыре человека рванули по дороге к вольерам с собаками. С собой взяли добротный провиант, ящики с пивом и пластиковые контейнеры с водой. Все были вооружены до зубов: пистолеты, финки, кастеты.

Поначалу всё шло спокойно. Девушка была в бронежилете под блузкой и периодически обрызгивала лицо и шею мицеллярной водой с алоэ, искоса поглядывала на невозмутимое лицо любимого. В сознании вспоминалась страстная ночь: сладкое сближение перед сном. В матке ёкнуло, и по всему телу разлилась приятная истома. Она медленно дотронулась до его руки. Он повернул лицо, и на нём заиграла улыбка.

– Что, принцесса?

– Спасибо…

Барс изогнул правую бровь, зрачки скачкообразно расширились.

– За что?

– За всё.

Его улыбка стала шире.

– Я люблю тебя.

Вилика едва заметно вздрогнула. Эта, казалось бы, такая простая фраза, а в такую жару здесь и сейчас стала живительным глотком.

– А я… – короткое взмахивание ресницами и тихое: – тебя.

Он обнял её и поцеловал в лоб.

Макр и Бусин сидели как каменные изваяния и делали вид, что ничего не слышат.

– Как ты думаешь, мы сможем взять там собак?

– Сможем. Главное, найти общий язык с ними. Всё-таки это далеко не мой Лорд.

– Но он же у тебя тоже бойцовский пёс. И всегда охранял меня наравне с Гарем.

– Это да, однако, эти псы совершенно другие, и натаскивали их, думаю, на хищников.

Вилика замолчала. Вскоре они затормозили у входа на собачью ферму. Лай стоял такой, что в ушах звенело. Макр вышел из джипа и, подойдя к воротам, позвонил в звонок.

К ним вышел охранник: крупный вооружённый мужчина, по внешнему виду не сильно отличающийся от тех же собак.

Он придирчиво оглядел непрошеных гостей. Сложил какой-то свой пазл в тех трёх извилинах что имел, закурил и пробасил:

– Чего вам надо?

Барс и остальные уже тоже подошли. В джипе осталась только Вилика и Бусин. Барс отправил Криса к ним, зная уже, что Макр главнее того и решает многие дела для хозяйки, обладая более острым умом, чем его друг.

– Во-первых, привет, – начал Барс. – Во-вторых, будь повежливее. В-третьих, нам нужны пару собак, которые могут привести к пропавшему человеку.

– Мы не продаём собак, – буркнул тот.

Барс решил зайти с другой стороны.

– Мы от Дыра. Думаю, вы уважаете его и не откажете его друзьям.

Мужчина сплюнул.

– Проходите.

Они прошли внутрь.

Барс внимательно смотрел на собак, обходя вольеры, и то ударял в прутья, то подставлял руку и тут же убирал. Мужчина – здешний охранник – с интересом поглядывал на него.

– Этого, – Барс указал на одного пса и, развернувшись, показал на другого. – И того.

– Почему именно их? – расширил глаза охранник.

– Чувствую, что эти псы нас не подведут.

– Ты меня поражаешь. Именно эти два пса самые сильные в этом выводке и, наверное, реально умнее остальных. Мы хотели продать их самому Дыру. Это дорогие псы.

– Сколько?

– По тысяче лагов за каждого.

Друзья Барса напряглись, понимая, что тот сильно загнул цену. За такие деньги можно было купить среднюю тачку.

– А ты не охренел?!

– Не хочешь, не бери.

Барс молча набрал Дыра. Тот дал ему номер ещё вчера.

– Алло, кто это?

– Барс.

– Слушаю.

– Мы на собачьей ферме…

– Я слышу, – смешок. – Нам нужны два пса. Мы не знаем ценовой политики в вашем городе. Этот мужик хочет по тысяче лагов за каждого.

– Бред! Если псы достойные, то тысяча за обоих.

– Я тоже так подумал. Сейчас передам трубку ему.

Мужчина не обрадовался этому, однако, как человек подневольный, зная, что его начальник с него три шкуры спустит за обман людей Дыра, согласился на правильную цену. Всё-таки того уважали все доконгцы.

Он показал псам, кто его новый хозяин, и специальными командами заставил их подчиниться.

Барс вывел собак, держа за плотные кожаные поводки с намордниками. Те рычали и сердито поглядывали на новых людей.

– Злобные твари! – констатировал факт Макр.

– Точно. Хоть бы никому из нас руку не откусили, – провыл Крис.

– Не нойте! Это умные и натасканные псы. Они скоро поймут, кто свой, а кто чужак. И главное, Вилика даст им понюхать вещь Маржина, думаю, эти собачки нас не подведут. Спустя полчаса так всё и вышло. Псы обнюхали галстук отца Вилики, который она всегда носила с собой. Тот ещё сохранял едва уловимый запах Маржина с крепким древесным парфюмом. Собак усадили в их джип и возобновили путь к джунглям. Вскоре процессия выехала из города и понеслась по пустыне.

Пустыня… слово, звучащее как шёпот древних ветров, таящее в себе знойное дыхание вечности. Бескрайнее море песка, где горизонт сливается с небом в мареве миражей, а солнце – безжалостный владыка, выжигающий всё живое. Первые лучи рассвета окрашивают дюны в багряные и золотистые тона, будто кто-то разлил по барханам расплавленное золото. Тени, длинные и призрачные, тянутся вслед за солнцем, постепенно укорачиваясь и исчезая в звенящем зное полудня. Под палящим солнцем песок становится раскалённым, обжигая кожу и заставляя всё живое искать спасения в тени редких скал или пересохших русел рек.

Но даже в этом царстве безжизненности жизнь находит себе лазейки. Хищные ящерицы, скорпионы, неутомимые жуки – все приспособились к суровым условиям, научились выживать там, где другие обречены на гибель. А оазисы, будто изумрудные драгоценности, рассыпанные среди песков, дарят прохладу и надежду уставшим путникам.

Пустыня – это место, где человек сталкивается лицом к лицу со своей сущностью, где иллюзии растворяются в знойном мареве, а реальность предстает во всей своей суровой красоте. Это место, где можно обрести себя, потерявшись в бескрайних просторах, где молчание говорит громче слов, а тишина – мудрее всякой суеты. И именно тут Вилика начала немного осознавать, что никогда раньше не выходила из зоны комфорта и впервые столкнулась с такой жарой без привычного кондиционера.

Первые несколько часов всё шло тихо. Слышалось только прерывистое дыхание собак. Однако не всё так спокойно, как кажется, и парни были начеку. Внезапно за ними образовалось облако песочной пыли. Песок, как живой, будто разлетался в разные стороны.

Бусин пробурчал:

– Похоже, за нами хвост. Наверное, и остальные уже заметили?

Барс, Макр и Вилика резко повернулись. Собаки зарычали, остро ощущая волнение людей.

– Интересно… может, просто путешественники едут по своим делам?

Вилика напряжённо вглядывалась вдаль.

– Скоро об этом узнаем. Бусин, газуй и попытайся оторваться. Остальные тоже подтянутся.

Бусин нажал на газ и понёсся. За рулём второго и третьего джипов парни сразу просекли, что делает тот, и тоже ускорились. А тут ещё и, как назло, внезапно испортилась погода, и подул сильный ветер, сразу поднимая песочную пыль.

– Совсем не вовремя, – пробурчал Барс, закрывая низ лица до переносицы чёрным платком. Все были готовы к любым происшествиям и имели с собой платки, очки, оружие и фляги с водой, помимо бутылей в багажниках.

Вилика тоже прикрыла лицо.

– Я и так помираю от этого бронежилета, так ещё и от песка загнусь.

– А ты что думала, мы на бал поедем, принцесса? – съязвил Барс, сделав акцент на последнем слове.

– Нет, – насупилась и отвернулась.

– Перестань дуться. И держись за меня. В такой буре и хищники не заставят себя ждать.

Девушка ухватилась за него на резком повороте.

– Только их тут ещё не хватало!

Буря усиливалась. Песок поднимался, угрожая засыпать джипы. Собаки рычали. Преследователи не отставали.

– Твою мать! – проорал Барс и, вытащив пистолет, выстрелил в воздух.

– Что там? – Бусин не мог отвлечься от дороги, держа машину в песочной буре. – Надо где-то укрыться, переждать!

– Там, блин, голодные звери! – проорал Барс в ответ.

Макр уже тоже стрелял. Вилика, округлив глаза, вжалась спиной в кресло, забыв о своей смелости. Остальные парни во втором и третьем джипах тоже отстреливались. Из песочных облаков выглядывали злобные морды в надежде сожрать добычу. Псы рычали и пытались выпрыгнуть. Их одной рукой удерживали на месте Барс и Макр. В итоге стрелять было очень неудобно, но выхода нет.

Вилика оглянулась.

– А те тоже стреляют… – Процедила.

– Да, те идиоты, что нас преследуют, также попали в полный треш, – проорав Барс, снова выстрелил. – Готов!

– Я тоже уже нескольких уложил! – Макр уже еле удерживал одного из псов. – Да уймись ты, зверюга!

– Они, наверное, натасканы и на хищников, – простонала Вилика.

– Наверное, но они нужны нам живые и невредимые.

Буря гнала всех куда-то вправо. Ветер будто заворачивал машины. Все водители поддались непогоде и вскоре увидели скалы.

– Бусин, не убей нас! – вскрикнул Макр.

– Я вижу, – пробурчал. – Надеюсь, и остальные увидят в этой каше.

Он въехал на каменистую территорию, обнесённую разного размера камнями и высокими скалами, и затормозил. Тут буря стихала и почти не мешала. Бусин вылез и подсознательно стал стирать песок со стекла. Барс тоже выскочил, мгновенно оглядывая всё вокруг.

– Хищники, похоже, отстали.

– Ждём остальных и выбираемся отсюда.

– Ещё надо подумать, как с хвостом будем разбираться.

Спустя некоторое время подъехали остальные, ругаясь и на ходу выпрыгивая из машин, отряхиваясь от песка.

– Босс, на хвост, по-моему, напали тигры, – прокричал Грам, один из друзей Барса.

– Вряд ли их сожрали. Они точно местная банда и должны уметь обороняться от хищников. Подождём. Спрячьтесь и будьте наготове, – отдал приказ Барс и, держа собаку, подал руку девушке. – Выпрыгивай, принцесса.

Она быстро спрыгнула. Они спрятались за одним из валунов.

Буря утихала или здесь не была такой агрессивной, как там, в пустыре.

Преследователи не заставили долго себя ждать и уже спустя минут двадцать заехали туда же. Две подобные машины вмещали шестерых загорелых мужчин. Они, заметив пустые три джипа, вышли из своих и, озираясь, держа оружие наготове, внимательно рассматривали камни.

Барс решил первым разузнать обстановку.

– Кто вы такие? И что вам надо от нас?

От шестёрки отделился один мужчина и проорал в ответ:

– Это наша территория! И каждый проезжающий должен заплатить!

– Ты не охренел? У вас тут приезжих бывает раз в пятилетку!

– И что? Когда бывают, тогда и платят, иначе мы вас тут и похороним заживо.

– На хер иди! – Барс выстрелил и специально попал тому чуть выше колена, зацепив по касательной бедро. Мужчина дёрнулся, хватаясь за ногу, и выругался отборным матом.

Его люди сразу начали стрелять. Однако это получилась бесполезная трата пуль.

Барс показал взглядом своим подстрелить тех.

Стрельба стала перекрёстной, и когда от шестёрки бандитов осталось четверо, попрятавшихся также за камнями, их главный снова проорал:

– Хватит! Мы хотим уйти.

– А чего так? Зассали? – тут выкрикнул Макр.

– Нет, но поняли, что вы не пальцем деланные. Я и так потерял уже двоих. Не думал, что к нам пожалуют такие серьёзные люди.

– Уберите оружие, и мы больше не будем стрелять. Надо поговорить.

Барс ещё не выходил из укрытия, прощупывая почву.

– Обещаешь? – бандит недоверчиво поглядывал на каменные высокие насыпи.

– Даю слово, никто из моих парней не выстрелит. Я здесь главный.

– Ладно, тогда тоже его даю. Выходи.

Вилика взволнованно схватила любимого за руку.

– Не надо…

– Не глупи. Они не дебилы и стрелять уже точно не будут. Останься здесь.

Он отцепил её руку и вышел. Бандит тоже вступил на открытую территорию.

– Мальчишка… – нахмурился тот. – О чём ты хотел поговорить?

– Мы едем в джунгли.

– Это глупо. Вы чужаки и там не выживете.

– Это тебя не касается. Мы ищем одного человека и знаем, что там есть какой-то скрытый храм и дикое племя. Ты или твои люди что-то знают об этом? Может, им надо какие-то дары сделать?

Мужчина сузил глаза.

– Да, есть там и храм, и племя. Мы стараемся не лезть туда. Они не пойдут на контакт. И вряд ли им нужны какие-либо дары. Это племя такое же хищное, как тигры, пантеры и остальные звери. Ещё никто, кто хотел найти тот храм, не вернулся живым.

– Допустим. А ты можешь показать нам то место, чтобы мы не блуждали в джунглях?

Бандит расширил глаза.

– Вы в своём уме?! Никто из нас туда не пойдёт.

А в это время друзья Барса уже взяли в плен остальных.

– Думаю, ты покажешь дорогу, если хочешь получить своих людей обратно живыми.

Ухмылка наглого парня стала похожа на оскал хищника.

Бандит резко оглянулся на укрытие, где остались его люди, и ужаснулся, увидев, как их держат с кляпами во рту молодые вооружённые парни.

– Ты же обещал никого не трогать из моих!

– А их никто и не трогает, пока… Так что решаешь, поедешь с нами? Покажешь дорогу?

Тот подумал с минуту.

Барс терпеливо ждал.

– Ладно, а что будет с ними? – кивнул назад на своих.

– Как только ты сядешь к нам в тачку, их отпустят. Только тебе придётся сидеть рядом с очень недоброй собачкой, так что не дёргайся.

Барс показал взглядом Макру, и тот вышел из-за камня, держа рычащего пса. Второго – держал Маркус.

Бандит уставился на собак.

– Ого. Это же псы Жера!

– В смысле? Это уже мои собаки. Я их купил.

– Дело не в этом. Жер выращивает их только для серьёзных дел. Такие псы способны на многое. Зачем же вам тогда проводник, если есть они?

– Собаки возьмут след пропавшего человека, а ты покажешь тот храм. После мы тебя отпустим.

Барс прогладил ладонями по голове, но его шевелюра так и осталась стоять от кучи песка.

– Блин, только голову с утра вымыл.

– Хотелось бы, чтобы меня кто-то из ваших вывез обратно из джунглей, – пробурчал бандит.

– Ок, – Барс подошёл к джипу, в котором они сидели до этого. – Садись.

Приказной тон парня, хоть и гораздо моложе, заставил того быстро запрыгнуть и сесть назад. Рядом – Макр, держащий пса, и Вилика. Благо машина была вместительной, но всё равно как селёдка в банке с ярким запахом рычащей псины.

Бандит поморщился и невольно наклонился к девушке. Его ноздри расширились, вдыхая сладковатый тонкий аромат, похожий на хлопок, смешанный с пионами.

Бусин уже уселся за руль. Барс ощутил даже спиной интерес бандита к его девушке и оглянулся.

– Отодвинься от неё… – тон парня полоснул как нож. Тёмные глаза уставились в упор.

Тот попытался кое-как отодвинуться. Макр посмотрел на него снизу вверх.

– Не дёргайся, а то этот милый пёсик даже в наморднике откусит тебе член.

Тот уже не знал, куда ему деваться. Барс рассмеялся. Бусин тоже усмехнулся. Вилика возмутилась.

– Хватит пугать его! Он не сделал мне ничего плохого.

– Перестань, принцесса. Пусть сразу поймёт, что даже дышать в твою сторону для него опасно.

Вскоре вся процессия двинулась в путь. Дорога лежала через каменистую долину. Справа и слева скалы стояли плотными рядами, как природный забор, в вершинах которого солнечные лучи плясали пустынный вальс. Ветер стих. Спустя несколько километров их встретила безмолвная пустыня. Вилика пыталась увидеть хоть какие-то растения, и когда заметила небольшой сухой отросток, вскрикнула:

– Это верблюжья колючка?

Все посмотрели туда.

– Возможно. Я не особо разбираюсь в местной флоре, – снова оглянулся Барс.

Барханы плавно вливались друг в друга. У Бусина уже двоилось в глазах от зноя и золотого песочного сияния. Он протянул руку.

– Дайте воды.

Барс открыл бардачок, взял бутылку и подал. Тот залпом выпил.

– Не стоит так много пить, – низкий голос бандита прервал всеобщее молчание.

– Чего так? – Бусин знал, что много пить нельзя в пустыне, однако решил всё же спросить.

– Хуже будет. Быстрее вспотеешь, и снова жажда замучает.

Так прошло несколько часов. Солнце нещадно палило. Металл раскалился до предела и, несмотря на открытые окна машины, легче от этого не становилось. Каждый уже выпил по бутылке. Все знали, что воду надо экономить, но силы воли не хватало. Всё-таки холёные городские люди очень далеки от дикой местности со своими суровыми нравами. Солнечные точки запрыгали перед глазами Вилики.

– Я больше не могу… – простонала.

– Сколько ещё до джунглей?

Снова повернулся Барс, глядя на бандита.

– Скоро уже, просто ваша дамочка слишком изнежена. Вон кожа уже обгорела.

– На мне спф пятьдесят. Я не должна сгореть на солнце.

– Это что? – расширил глаза бандит.

– Крем с защитой от солнца.

Парни усмехнулись, слушая их разговор.

– Не усердствуй, принцесса, объяснять такие тонкости тупоголовому пустыннику, всё равно не поймёт, – отшутился Барс и закурил вейп. Сзади сидящие вдохнули ягодный аромат с холодком.

– Я понял, о чём она говорит. Но тут точно не поможет никакой крем. Кожа-то уже порозовела.

– Просто я же рыженькая, и кожа у меня белая, вот и порозовела.

– Малыш… хватит! Помечтай о прохладных водах какого-нибудь источника в джунглях.

Вилика насупилась, как хомяк, от запрета даже рот открыть.

«Командир, блин. Достал. Никакой свободы. Хотя… он такой властный, и я видела это с первого взгляда. Однако всё равно влюбилась. Так что теперь сиди, Вилика, и помалкивай».

Мысли хаотично прыгали в этом адском пекле, а тело уже будто горело там в топке.

– Нам ещё ехать пару часов, так что все вы хорошо поджаритесь, – съязвил бандит. Собака рыкнула.

– Кстати, меня Барай зовут.

– Значит, местный баран, – ляпнул Макр.

Бандит нахмурился.

– Хватит. Нам не стоит ссориться, – остановила нарастающее напряжение Вилика.

Мужчины отвернулись в разные стороны.

Пустыня менялась. Перед ними появились песчаные горы разного размера. Девушке они показались похожими на детские пирамидки. Перед глазами внезапно посерело. Она простонала и провалилась во тьму.

Спустя некоторое время до её сознания достучался знакомый мужской голос:

– Принцесса!.. Давай, открывай глаза!

Вилика слышала этот голос, как эхо в пещере. Она чётко осознавала, что это Барс. Хотелось увидеть его, но глаза, как назло, не открывались. В голове ухало, как филин в тёмном лесу. Хотя ей уже казалось, что они и находятся в самом, что ни на есть лесу. Нет, в непролазных дебрях. Тут девушка ощутила прохладу на лице.

«Что это? Что? Что? Вода?.. Да, похоже, это вода. Вода!»

Еле разлепила глаза. Мутное видение склонившихся над ней людей.

«Кто все они?.. Что они от меня хотят?»

– Малыш!.. Ты пугаешь нас!

Опять этот приятный тембр.

«Я его знаю. Мне нравится этот голос».

– Вилика Маржиновна, вы упали в обморок. Похоже, солнечный удар.

«И его знаю. Стоп. Это же Макр и… Барс».

Сознание полностью вернулось. Как будто оно уходило куда-то погулять, как кошка, которая гуляет сама по себе.

Вилика присела, потирая виски. Окружающие мужчины заметно вздохнули. Барс подсел и обнял, прижимая к себе.

– Слава Богу! Ты так напугала меня.

– Всех нас, – пробурчал Макр.

Она отстранилась и обвела всю мужскую гурьбу недоумённым взглядом. После различила за ними густую растительность. Духота хоть и стояла здесь не сильно отличающаяся от пустыни, однако было чуточку легче. Да и тень над ними работала лучшим природным зонтом от палящего солнца.

– Я была в обмороке несколько часов?!

– Нет. Это баран пошутил. Джунгли были тогда от нас в двадцати минутах.

Барс встал и отбросил пустую баклажку в кусты.

– На тебя ушла очередная бутылка воды, – улыбнулся. – Ты категорично не хотела приходить в чувства.

Вилика подсознательно потрогала лицо, волосы и шею.

– Ты вылил на меня всю бутылку?! Я же вся мокрая!

– Прости… – его улыбка приобрела виноватое выражение. – По-другому ты не приходила в себя. Пустыня точно не для твоего царского воспитания.

– Отстань! Да, я не привыкла к такой жаре. Ничего. Справлюсь. Тем более мы уже в джунглях.

– Что ж, идём. Баран, показывай куда.

– Я – Барай, – хмурый вид бандита рассмешил Барса.

– Мне плевать, хоть бык. Веди уже. Иначе отстрелю яйца, – достал пистолет и показал туда, что обещал отстрелить.

– Идиот, – буркнул тот.

Барс мгновенно оказался рядом и пригвоздил его стволом к пальме. Бандит был гораздо крупнее парня и в тоже время не смог вырваться. Это стало для него очередным открытием.

– Отпусти…

– Я могу сначала отстрелить тебе язык.

Тон парня изменился до неузнаваемости от того, что недавно был с девчонкой.

– Я понял, – прокряхтел Барай.

– Ещё одно неправильное слово или действие, и ты останешься калекой.

Барай кивнул. Другие не вмешивались. Вилика тоже помалкивала. Вся компания перекусила бутербродами с изрядно поплывшим сыром и беконом, хотя вытащили их из специальных пакетов-холодильников.

– Нефига эти кульки не сохраняют продукты. Хоть бы не отравиться, – промямлил один из друзей Барса.

– Ничего. Тут зарослей много, – ответил другой. И все заржали.

– Не хотелось бы обсирать кусты, пока вы будете искать этот долбанный храм.

Вскоре они отправились в путь. Барай вёл их такими тропами, что сами парни никогда бы не нашли этих скрытых дорог. Собакам дали обнюхать рубашку Маржина. Они никак не могли взять след.

– Бесполезные псины! За что я отвалил за них такую кучу лагов? – возмутился Барс.

– Не горячись. Собаки правильные и, где смогут, возьмут след. Значит, здесь вашего человека не было, – спокойным тоном пояснил Барай.

– Не может быть, чтобы его здесь не было! Дыр говорил, что самолёт упал в самом начале джунглей, так как в их глубины местные не пошли бы на поиски, – проголосила Вилика с подступающим комом к горлу.

– Малыш, не нервничай. Может, твой отец настолько умный, что и летать умеет?

Ехидный тон любимого взбесил её.

– Не смешно! Барс!.. Ты говоришь о моём отце.

– А что я сказал плохого? Ты же сама говорила, что он – гений.

– Да! Но летать он не умеет!

– Если этот человек был гением, он мог преодолеть некоторое расстояние на лианах.

И снова пояснение Барая повергло всех в ступор.

– Не был, а есть!

Вилика сверкнула глазами.

– Простите. Есть.

– На лианах? Зачем? Он же не обезьяна, – вставил свои три копейки Мика – один из друзей Барса.

Девушка готова была вспыхнуть, ведь речь шла об отце. И все эти колкости в его адрес раздражали.

Барс подошёл к ней и обнял за плечи. Она попыталась сбросить его руку, но не смогла. Он крепче прижал её к себе.

– Могу предположить, что здесь находились хищники, и ваш отец, таким образом, спасался от них. – Снова пояснил Барай.

Глаза Вилики расширились.

– А на этих лианах так можно долго перебираться?

– Можно, если он натренированный и умный.

– Папа… такой. Сильный, смелый, умный.

– Прямо не человек средних лет, а полубог. – Процедил Барай.

На этот раз даже на суровом лице бандита образовалось подобие улыбки.

– Пусть так. Главное – найти его. – Этой фразой Барс решил подбодрить любимую.

Чуть позже вся компания медленно двигается через густые дебри. Солнце, проникая сквозь плотную листву исполинских деревьев, создает калейдоскоп мерцающих пятен на влажной земле. Запах гниения, смешанный со сладким ароматом экзотических цветов, наполняет горячий, влажный воздух. Джунгли дышат жизнью, пульсируют в унисон с криками птиц и шелестом крыльев насекомых. Лианы, будто змеи, обвивают стволы вековых деревьев, тянутся к свету, сплетаясь в непроходимые заросли. Под ногами хрустят опавшие листья, скрывая под собой коварные корни и влажную, глинистую почву. Каждый шаг требует внимания, ведь здесь, в сердце джунглей, скрывается множество опасностей.

Вилика обратила внимание, что звуки здесь обманчивы. Тишина может быть предвестницей нападения хищника, а громкий крик обезьяны – всего лишь предупреждением о надвигающейся грозе. Река, петляющая сквозь джунгли, будто живая артерия, несёт в себе жизнь и смерть. В её мутных водах таятся крокодилы, а по берегам растут ядовитые растения. Но, несмотря на опасности, джунгли завораживают красотой и величием. Здесь, вдали от цивилизации, можно почувствовать себя частью чего-то большего, ощутить единство с природой и осознать свою незначительность перед лицом её мощи. Это место, где жизнь и смерть переплетаются в вечном танце, где каждый день – борьба за выживание, и где красота природы проявляется во всём своём великолепии.

– Реально красиво здесь, – протянул Макр.

– Сто пудов, только очко жмёт, – ляпнул один из друзей Барса.

– Как там тебя? – спросил Макр скалящегося блондина.

– Закин.

– Ок. Слушай, Закин, мы при Вилике Маржиновне так не выражаемся. Так что придержи язык за зубами.

– Да ладно!.. Барс! Что, реально всем нам надо теперь следить за языком? – густые золотистые брови достаточно симпатичного холёного парня взлетели вверх.

Барс оглянулся.

– Да. Это касается всех. Нежные ушки моей девочки не предназначены для вашего жаргона.

– Хорошо. А как же ты сам материшься при ней?

– Это другое. Для связки слов.

Спустя несколько часов они нарвались на пантеру. И, не успев испугаться, с ней в мгновение ока разобрался Барай своим небольшим искривлённым кинжалом.

Барс не смог сдержать восхищения.

Подошёл и хлопнул его по плечу.

– Не ожидал, баран. Это было круто.

Мужчина уже не обижался на новоявленную кличку.

– Обычное дело. Мы живём среди этих тварей.

– Реально впечатлил. Далеко нам ещё?

– Я веду вас к древнему храму, но там дикое племя. С ним мы не можем бороться.

– Почему? Они же люди, а ты запросто расправился с такой зверюгой.

Барай отстранился. На загорелом обветренном лице отразился испуг.

– Они хуже этих зверюг. Вы не понимаете. Те дикари сильные и ловкие. Никто, кто попал к ним в лапы, не спасся. Я сам видел, как они вытаскивали печень у несчастных голой рукой.

Вилика позеленела.

Все напряглись. Хотя люди Маркуса всю дорогу переговаривались между собой, а тут даже замолкли, вытаращив глаза.

Барс, подумав с минуту, произнёс:

– Голыми руками такое возможно только при наличии длинных острых ногтей. Так. Парни, как только подойдём к храму, всем быть начеку.

Вскоре они вышли к величественному каменному зданию. Вилика, как и большинство парней, невольно залюбовалась многочисленными нишами с массивной лепниной в виде необычных фресок.

Храм окружали потрескавшиеся колонны, увитые ползучими растениями. Некоторые будто горели крошечными огоньками в виде ярких бутонов. В глубоких трещинах ютились ящерки. Глиняные кирпичи кое-где выступали неровностями и шероховатостями. Однако это не умаляло благородства здания. На них повеяло некой таинственностью, невидимыми ритуалами, и даже появилось острое желание войти внутрь.

– Точно древний храм… – протянул Бусин. Прищурился и подошёл ближе. – Тут нарисованы какие-то знаки.

Барс тоже пригляделся.

– Не похожи на религиозные.

Вилика даже протянула руку и потрогала один.

– Да, больше на ритуальные. Я видела подобные в инете.

– Жутковато здесь, – вставил свои три копейки Крис.

– Да ладно вам, сейчас ещё в штаны наложите, – оскалился Барс.

Телохранители девушки нахмурились, но не сказали ни слова любимому госпожи.

Вся компания, озираясь по сторонам, аккуратно двинулась внутрь, переступая старые ветви и кучи сухих растений. Многие обратили внимание, что их часть сожжена.

– Точно тут проводили ритуалы, – пробурчал Бусин, оставляя глубокие следы во влажной траве.

Друзья Барса помалкивали, чтобы не сердить босса. А люди Маркуса вообще постоянно были молчаливы.

Даже собаки замолкли и не издавали ни единого звука.

Сквозь пролом в покосившейся стене проникал тусклый свет, едва рассеивая мрак, царивший в заброшенном храме. Запах сырости и тлена въелся в каждый камень, в каждую фреску, некогда яркую, а ныне – лишь бледное воспоминание о былом великолепии. Под ногами хрустел мусор, опавшие листья и обломки штукатурки, щедро рассыпавшиеся по полу.

– Интересно, здесь может быть какой-то источник пресной воды? – спросила Вилика, с интересом поглядывая по сторонам.

– Возможно, надо поискать.

Барс обнял её за плечи. На его гладком лбу залегла морщинка, указывающая на задумчивость.

«Где же эти дикари? Если они тут появятся, то, возможно, узнаем что-то о её отце».

В центре зала, где когда-то стоял алтарь, зияла огромная дыра, будто вырванная гневом небес. Вокруг, как стражи, застыли полуразрушенные колонны, обвитые плющом, тянущимся вверх, к пробитой крыше. Сквозь зияющие дыры в потолке виднелись клочки лазурного неба, напоминая о неумолимом ходе времени, стирающем всё на своём пути.

На стенах, покрытых паутиной и мхом, ещё можно было различить фрагменты фресок, изображавших лики каких-то святых. Их глаза, казалось, смотрели с укором на запустение и забвение, царившие в этом некогда святом месте. Время и вандалы не пощадили их, но даже в таком состоянии они сохраняли отблеск былой красоты и величия.

– А может, это всё же христианский храм?

Девушка пыталась увидеть в этих фресках знакомых святых, которых видела в храмах Коркока.

В дальнем углу, за грудой обвалившихся камней, виднелась полуразрушенная дверь, ведущая в неизвестность. Что скрывалось за ней? Возможно, ещё одна часть храма, ещё одна тайна, погребённая под толстым слоем пыли и забвения. Или же – лишь выход в дикий лес, поглотивший храм в свои объятия.

Все невольно уставились на фрески.

Барс подошёл и сдул пыль.

– Нет. Это не христианские святые. У них удлинённые уши.

– Как у эльфов?!

Изумлению Вилики не было предела.

– Похожи, – улыбнулся. – Но эльфов не бывает. А вот то, что это был некогда местный народ, дикий и кровожадный, – вполне.

– Почему кровожадный? – голос девушки заметно сел.

В это время они уже вошли в ту обветшалую дверь в следующую часть храма. Барс указал взглядом на каменное сооружение.

Все проследили за его взглядом и застыли. Впереди был жертвенник. Вокруг лежали сгнившие кости животных. Бурые пятна «украшали» жуткое место.

Макр и Крис присели и аккуратно потрогали некоторые.

– Свежие, – даже Макр, похоже, был шокирован.

– Кошмар… – протянула Вилика. Барс усмехнулся.

– И ты ещё, принцесса, собиралась сама лететь сюда и искать отца? А сама боишься старых пятен крови.

Она, понимая, что он прав, опустила взгляд в пол, где что-то блеснуло в сухой траве, лежащей везде, как захудалый ковёр.

– Это… – подняла и дыхание, похоже, на миг остановилось. – Папин браслет, – выдохнула. Подняла на Барса испуганные глаза, округлённые, как у коалы. – Папа! – вскрикнула. – Папа! Он здесь был! – Схватила парня за руку, сжимая, что есть мочи. – Понимаешь?! Где он? Что с ним?

Её крик заполнил всё пространство храма, выскакивая, как живая субстанция, сквозь щели и разбитые окна. Глаза увлажнились. Руки затряслись. Она стала закусывать нижнюю губу до крови. Лицо побелело. И всем показалось, что девушка сейчас упадёт в обморок.

Макр и Крис знали, что у госпожи редко бывали такие припадки после гибели матери на её глазах.

– Вилика Маржиновна! – подскочили. – Дышите глубоко!

Барс, расширив глаза, пробежал ими по взволнованным телохранителям и сразу же перевёл взгляд на любимую. Она как будто начала задыхаться. Изящные кисти затряслись сильнее. Он увидел, что Вилика впадает в истеричное состояние, и сделал то, что считал правильным в этом положении, – хлестнул ей пощёчину.

– Перестань!

Макр и Крис вообще выкатили глаза, как бараньи яйца, однако не вмешались, понимая, что он прав. Они не могли такого сделать и не знали, как приводить госпожу в чувства в таком состоянии.

Барс схватил её за предплечья и встряхнул.

– Вилика! Приди в себя! Мы найдём его, если он жив! Слышишь? Я на всё пойду ради тебя! Мои друзья здесь. Твои телохранители здесь. Люди Маркуса тоже. Все тут ради тебя и твоего отца. Все готовы искать его. Вилика!

Его голос доносился до неё, как эхо из глубокой пещеры. Барс неожиданно для всех проорал:

– Пошли все вон!

Парни не сразу поняли зачем. Однако когда он впился ей в губы своими, а руки начали расстёгивать ей джинсы, быстро вышли в другой зал.

– Он… – выпалил Крис и замолчал, глядя широко распахнутыми глазами на друга.

Макр спокойно закрыл обветшалую дверь.

– Он прав. Возможно, в её таком состоянии это будет лучшее лекарство.

Остальные помалкивали. Друзья Барса давно уже поняли, что босс влюблён по уши и точно всё сделает для этой хрупкой рыжей принцессы.

Вскоре все услышали стоны девушки. И, несмотря на то, что вся компания, по сути, была развязной по своей натуре, в этом случае многих охватило смущение.

Грам вытащил мобилку и набрал Гаря, чтобы узнать, как в клубе босса дела, да и вообще в Коврополе. Не появились ли должники и все ли исправно платят дань.

Его разговор заглушил сладостные стоны девушки. И её телохранители благодарно ему кивнули. А людям Маркуса вообще не хотелось, чтобы на них все смотрели волком. Они молча пошли дальше.

Барс раздел любимую до половины снизу и, крепко держа, насаживал на себя. Тело Вилики, скованное до этого будто тисками, находящееся в некой судороге, стало постепенно расслабляться. Каждая клеточка задышала в унисон с его дыханием. И где-то в джунглях встрепенулись большие бутоны ароматных цветов. Вспорхнули птицы, закружили рыбки в водоёме. В сознании девушки паника сменилась сладостью. Сладостью восприятия физического притяжения с ним – любимым мужчиной. Он – сильный, смелый, страстный и напористый, как ураган, купал её сейчас в мёде, как в ванне, и всем своим нутром обещал ей большее. Удар, ещё удар. Стон, сорвавшийся с губ девушки, сделал его смелее. Тело прижалось так плотно, что ей показалось, мужской орган достанет до матки. Нектар, таящийся в девичьих глубинах, вырвался, как ручей из зарослей, и залил чашу спасения. Да! Именно так можно было сейчас охарактеризовать это соитие здесь и сейчас: «Спасение! Спасение её из тьмы, куда хотело затянуть подсознание, растворить в трясине горя и слёз и долго не давать покоя.

Толчок, ещё и ещё. Взрыв любимого дал ей такую мощную волну энергии, что она распахнула глаза и замерла.

Барс погладил её по ягодицам и отошёл.

Вилика повернулась, глядя, как он одевается.

Она невольно осмотрела себя и рассмеялась.

– Прикольно я выгляжу. Голая в бронежилете.

– Сексуально, – оскалился Барс.

Девушка тоже оделась и только собралась на выход, как почувствовала его крепкие объятия и горячее дыхание у ушной раковины.

– Я люблю тебя.

Его шёпот будто обжёг ей ухо.

Она повернулась и встретилась с губами любимого.

Ещё миг, и они вышли к остальным.

Парни смущённо потупили взгляды.

Тут настала очередь Барса рассмеяться.

– Вы все как стыдливые мальчишки! Успокойтесь, я не похотливый идиот. Так надо было.

Большинство кивнули. Макр подошёл.

– Мы знаем, – и тут же виновато посмотрел на госпожу. – Вилика Маржиновна, извините.

Она кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза, так как тоже ощутила стыд всей кожей.

– Что вы не исследовали дальше территорию? – усмехнулся Барс.

Те отрицательно слегка покачали головами.

Барс взял одного пса и показал тому вперёд.

– След!

Собака стала принюхиваться. Вслед за ней и второй пёс подключился, которого держал на поводке Крис.

Они прошли ещё пару пустых помещений. В одном лежали на полу колонны кусками. В другом – просто старый хлам: камни, сухие растения и даже зазевавшиеся насекомые. Вилика жутко не любила их, и каждый раз при виде очередной букашки её передёргивало. Барса умиляло поведение любимой. Он всё время подтрунивал над ней:

– Принцесса… боится козявок.

– Это необычные козявки, а мерзотные. И ещё тут явно есть скорпионы.

– Есть, дамочка, – влез в разговор Барай.

Девушка нахмурилась.

– Мне всего восемнадцать!

– Простите, – буркнул.

Впереди их ждал глубокий колодец.

Вся компания с интересом заглянула в него. Бусин, Макр и Крис бросили камни.

– Глубокий.

– Пустой.

– Интересно, а в нём вообще была когда-то вода?

Переговаривались парни. Как вдруг собаки рванули к нему и начали царапать и рычать.

– Что? – удивился Барс. – Они, похоже, считают, что твой отец там.

Вилика перегнулась через каменный круг и крикнула в колодец:

– Папа!

Барс едва успел её удержать, чтобы она не упала в него вниз головой.

– Что ты творишь?! С ума сошла?

– Собаки указали туда. Надо спуститься, – заморгала.

– Хорошо. Спокойно, – повернулся к друзьям. – Давайте снаряжение. Будем спускаться.

Первыми начали спуск Макр и Крис, за ними Барс с Виликой, дальше все поочерёдно.

Колодец оказался глубоким, примерно сорок метров, пока они оказались на твёрдой поверхности. Огляделись: темно, но местами были отсветы от солевых наплывов. Зажгли фонари и, озираясь по сторонам, повели впереди себя собак. Псы уверенно тянули вглубь пещеры. Сквозь узкий лаз, пробитый сквозь хаотическое нагромождение известняковых глыб, проникал тусклый свет фонарей, едва рассеивая плотную тьму, царившую в чреве пещеры. Каждая капля, срывающаяся со сталактитов, разбивалась о каменный пол, отзываясь гулким эхом в недрах подземелья. Запах сырости и древности пронизывал воздух, смешиваясь с землистым ароматом минералов.

Вглубь вела тропа, протоптанная, казалось, не людьми, а самой природой. Стены пещеры, покрытые причудливыми узорами, будто рассказывали безмолвные истории о веках, проведённых в забвении. Здесь и там мерцали крошечные кристаллы, отражая слабый свет, создавая иллюзию звёздного неба под землей.

Вскоре лаз расширился, открывая взору огромный зал. В центре возвышался сталагмит, массивный и величественный, подобно каменному стражу. Его поверхность была испещрена бороздками и трещинами, свидетельствующими о тысячелетнем росте. Вокруг простиралось озеро кристально чистой воды, в котором, будто в зеркале, отражались своды пещеры.

Здесь, в глубине земли, время теряло свою власть. Тишина была настолько полной, что казалось, можно услышать биение собственного сердца. Пещера дышала прохладой и умиротворением, будто приглашая забыть о суете мира и погрузиться в созерцание вечного.

– Красиво… – прошептала Вилика, – но жутковато. Подошла к озеру, присела на корточки и поболтала в нём рукой. – Брр. Ледяная.

– Ещё бы… – усмехнулся Барс. – Но какая чистая, так и тянет искупнуться. – Что он и сделал. За ним попрыгали почти все парни, кроме телохранителей Вилики. Те бдительно несли службу, внимательно наблюдая по сторонам. Псы, на удивление, тут потеряли след и просто сели у озера.

– Барс, у собак странное поведение. Почему они не рыщут дальше?

Он взялся за каменный уступ, подтягивая мускулистое, накачанное тело, и вылез.

Все парни плавали обнажёнными, чтобы не идти потом в мокрых трусах. Вилика стояла к ним спиной. Барс оделся и подошёл.

– Милая, я не могу влезть к ним в головы. Но, похоже, они потеряли след.

– И что дальше? – повернулась с распахнутыми глазами.

– Думаю, вот для такого случая нам и нужен баран. – Оглянулся и подозвал того без обращения: – Есть соображения, куда нам дальше?

Мужчина кивнул.

– Если такие умные псы тут замерли, значит, человек, которого мы ищем, отсюда никуда больше не ушёл.

– В смысле?! – взвизгнула девушка. – Его же здесь нет!

– Может… – предположил Барс и добавил приглушённым тоном: – его останки где-то тут.

Девушка вздрогнула. Он сжал её кисть. – Поищите у стен, – отдал приказ друзьям. И те сразу пошли по периметру зала.

Вилика тоже обошла всё вокруг озера и удручённо подсела к собакам. Достала галстук отца и снова подсунула им. Те, обнюхав, зарычали, явно указывая на воду.

– Не может быть… – Её голос был надломлен. – Нет. Только не это. Барс… – в молящем взгляде девушки читалось такое горе, что он подсел и обнял.

– Он что, здесь утонул? – прошептала. Все молчали.

– Вряд ли, – произнёс Барай. – Должно быть тело. А его нет. Мертвецы не тонут.

Парень с девушкой уставились на него.

Тот пожал плечами.

– Разгадка по-любому здесь. Надо думать.

Вся компания расселась вокруг озера. Они достали бутерброды, фрукты и вяленое мясо. Перекусили, запили баночным пивом.

– Гадость. Горячее пиво как моча, – скривился Грам.

– А ты пробовал мочу? – оскалился Мика. И остальные усмехнулись.

– Заткнись. Просто пиво дерьмовое.

– Хватит! – рявкнул Барс. – Самое лучшее. И другого здесь нет. А льда вам тут никто не нассыт.

Вилика молча допивала тоник из своей баночки. Как допила, спрятала пустую банку в рюкзак и достала дудочку.

– Верное решение. Чуть посидим тут и будем выбираться обратно. Блин, я там думал, что у этого колодца нет дна. Подниматься будет тяжелее.

Вилика начала грустную мелодию.

Глава 10. Племя

Все внезапно погрузились во тьму. Она сгущалась, липкая и всепоглощающая, подобно смоле, вытекающей из древней раны мира. Не было в ней ни звёзд, ни луны, ни малейшего намёка на проблеск света, лишь плотная, осязаемая пустота, давящая на виски и шепчущая безумные слова на грани слуха. Дыхание сбивалось, разум метался в попытке найти хоть какую-то точку опоры, но тьма безжалостно поглощала любые попытки сопротивления. Казалось, время здесь утратило свой ход, растворившись в бесконечном настоящем. Каждый миг тянулся, как вечность, наполненный лишь ощущением абсолютной изоляции. Память мерцала, пытаясь вырвать из глубин сознания обрывки прошлого, но тьма глушила их, превращая в бессмысленный шум. Страх сковывал движения, парализуя волю, превращая в беспомощную куклу, брошенную на произвол судьбы в этом бездонном колодце небытия.

И все же, в самом сердце этой кромешной мглы, рождалось слабое, едва уловимое ощущение. Надежда? Или просто иллюзия, порожденная отчаянием? Невозможно было сказать наверняка. Но этот слабый огонёк, будто крошечная искра в бушующем пожаре, давал силы не сдаваться, продолжать двигаться вперёд, во тьму, в поисках выхода, в ожидании рассвета. Быть может, за этой завесой мрака скрывается что-то иное, что-то, способное рассеять тьму и вернуть свет в этот потерянный мир.

Барс и его друзья первыми пришли в себя и едва разлепили глаза.

– Босс… – простонал Грам. – Какого хрена произошло?

Барс попытался поднять голову и посмотреть по сторонам. И то, что увидел, повергло в шок. Его брови поползли наверх, а на гладком лбу образовались мимические морщинки.

– Твою мать… – только и смог выдавить из себя. Глаза не могли поверить в происходящее. Они находились совсем в другом месте, как будто их перенесла невидимая сила в сердце джунглей, и были привязаны к дощатому забору. Пальмы с сухой корой стояли вокруг подобно великанам. Множество деревянной утвари говорило о том, что здесь обитают люди. Барс завертел головой, пытаясь увидеть Вилику, и, не найдя среди всей компании, проорал:

– Где она?! Эй! Вы! Развяжите нас!

Остальные от его крика начали быстрее приходить в себя.

– Босс… – простонал Мика. – Что это было? Где мы?

– И как вообще здесь оказались? – захлопал глазами Гадин, тоже их друг.

– Похер как! Главное, с нами нет Вилики! Давайте, надо развязаться, иначе станем обедом каких-то каннибалов. – Проговорил Барс повышенным тоном и начал двигать кистями, чтобы избавиться от верёвки. По сути, для него, отменного бойца, это не составило особого труда, и вскоре он уже помогал развязаться и остальным. Люди Вилики и Маркуса пришли в себя медленнее. Барай объяснил происходящее как смог.

– Это точно тайное племя, считающее себя хозяевами джунглей. Их боятся все жители Доконга. Я же говорил, что мало кто возвращался живым отсюда. А к их храму так вообще никто бы не подошёл. Все боятся. С него выход только на тот свет, чего вы и добились. Думаю, вашу дамочку сейчас готовят в лучшем случае в жёны дикому вождю, а в худшем – в… подстилки.

– Заткнись! – Барс ударил его кулаком в нос. Барай прижал руку к носу, из которого потекла кровь. Благо, что не сломан.

– Мы найдём её! – Его шунгитовые глаза горели ненавистью.

Вся компания сбросила пеньковые верёвки, растёрла руки и двинулась к поселению, видевшему за лианами. Джунгли сгущались над головами, как зелёный купол, кидая мрачные тени. Солнечные лучи едва пробивались сквозь гущу различной растительности, рисуя причудливые узоры на сухой земле. Вдали послышался крик обезьяны, за ним – переливчатое пение неизвестной птицы.

Звуки джунглей – это симфония жизни и смерти, красоты и опасности, гармонии и хаоса. Здесь каждый – охотник и жертва, каждый борется за выживание в этом вечном круговороте. Спёртый воздух смешивался с цветочными ароматами. У Бусина даже защекотали ноздри. Он чихнул.

– Барс, куда мы? – прогундосил.

Тот кивнул в сторону поселения.

– Но там же дикари?..

Барс нахмурился. Глаза цвета того же шунгита блеснули в зеленоватом полумраке.

– А ты что, боишься?! Вот именно, что дикари – голые оборванцы. А мы все вооружённые бойцы. Если они обидят Вилику, я им скальпы сниму. – В подтверждение слов вытащил финку.

По мере приближения к поселению слышались детские крики и смех. В этом шуме парни уловили и другие звуки, похожие на глухие удары в барабаны.

– Точно дикари, – выдохнул Макр.

– Это там – тамы, – вставил свои три копейки Барай. – Обычно ими они что-то отмечают: то ли и жертвоприношение, то ли удачную охоту. А может… и свадьбу, – добавил приглушённо, искоса поглядывая на Барса. Бешеный взгляд того не заставил себя ждать.

– Откуда такие глубокие познания уклада этого племени?

Барай пожал плечами.

– Я…

Барс сверлил его тёмным взглядом. Остальные также уставились на Барая.

– Чёрт. Я был у них в плену и чудом унёс ноги.

– Да ладно… – вырвалось у Макра. А Крис добавил:

– Ты же говорил, что отсюда ещё никто не возвращался живым.

– Никто, кроме меня. Я смог разрезать сетчатый мешок, в котором они меня держали всю ночь. Упал и убежал. Меня не охраняли.

– Странные типы. И нас связали, а охрану не выставили.

Макр приподнял бровь, вспомнив, что вокруг них не было никакого дозора.

– Может, они совсем тупые? – предположил Крис.

А Барс в это время проверил глушитель на своём пистолете.

Они подошли уже настолько близко, что увидели людей племени.

Ветер доносил запахи сухой травы и диких цветов, но сквозь них явственно пробивался терпкий дым костров. В поселении нарастало напряжение. Старейшины молчаливо восседали на своих циновках, их лица были испещрены морщинами, хранящими мудрость поколений. Молодые воины нервно переминались с ноги на ногу, проверяя остроту копий и натягивая тетивы луков.

Барс вступил на освящённую солнцем тропу, и его заметили. Он и остальные за ним выставили оружие, готовясь к бойне.

Звуки там – тамов нарастали. Удар, ещё удар. Этот проникновенный древний ритм был похож на призыв к бою, будто зловещий дух поднялся над огромной поляной – малым поселением. Множество домов располагались вокруг. Голые смуглые дети жались к матерям. Барс обратил внимание, что на воинах горят в солнечных лучах золотые украшения.

«Ого. Если они так ценят золото, то, может, у них можно выкупить Вилику?»

Из толпы дикарей вышел пожилой мужчина, по виду шаман. Поднял сухую кисть в массивных перстнях и прогремел фразу на своём языке. Разумеется, никто из парней его не понял, кроме Барса. Несмотря на то, что он почти всегда прогуливал занятия в самом элитном колледже Коврополя, языки знал неплохо, включая и некоторые древние, забытые, дикие. Изучал немного время от времени. Нравилось таким образом развивать интеллект.

– Тяжёлый говор. Но я понял: он сказал, что они не желают нам смерти и никого не убьют, – перевёл Барс и тут же проорал на том же языке:

– Это мы никого не убьём, если вы отдадите девушку!

Шаман перевёл своим и ответил, что она, поцелованная солнцем в силу такого цвета волос, также как и её отец. И он у них посланник богов, кому они преподносят дары, а она – станет женой вождя.

Барс, едва сдерживая гнев, перевёл слова шамана своим:

– Ни хрена себе, так Маржин всё-таки жив, и Вилика была права в своём дочернем чутьё, – он спрятал пистолет, показав взглядом остальным поступить так же.

Друзья возмущённо убрали оружие.

– Босс, а как теперь забрать её?

– Заберём, – буркнул. – Если я правильно понимаю их законы, в жёны вождю может идти только девственница.

Он снова проорал:

– Девушка – моя женщина! И не может стать невестой вашего вождя.

Шаман на миг замер.

Племя загалдело. Поднялся такой шум, что парни удивлённо переглядывались, ожидая решения шамана.

Тот поднял руку, и все мгновенно затихли.

– Если это так и солнечная дева уже нечиста, она не годится вождю ни в жёны, ни в наложницы.

Барс заметно выдохнул и перевёл речь шамана своим. Но тот внезапно добавил то, что повергло его в шок, и кровь от лица отлила.

– Тогда мы принесём её в жертву Богам.

Племя издало радостный возглас.

Барс вытащил пистолет и выстрелил в землю, чтобы напугать племя. Но не тут-то было. Воины – дикари выстрелили в них из луков. Барс и его друзья, тренированные бойцы восточных единоборств, отбили все стрелы с помощью блоков рук и вертлявых тел. Тем самым защитили охрану Вилики и людей Маркуса. Следующей атакой был уже огнестрел Барса и остальных в его команде. Воины племени тоже были не лыком шиты и быстро выставили щиты, отбивающие пули.

– Не хера себе дикари! У них золотые щиты!

Шаман проорал своим – прекратить.

И те, и другие замерли.

Он продолжил, сотрясая засаленными волосами, в которых сверкали зубы животных:

– Что ты можешь нам предложить, если мы решим отдать деву?

Глухой тон его скрипящего голоса снова пролетел над поляной.

Дикари совсем притихли. Одни с опаской разглядывали пришедших, другие – смотрели исподлобья с ненавистью в готовности убить.

– И её отца! Иначе мы всех тут убьём! – лицо Барса выражало такую решимость, что прозорливый шаман чётко узрел и понял: эти люди явно не слабые доконгцы, которых они держали в страхе.

Он указал костлявой рукой идти за ним.

– Босс, а если исподтишка нам перережут глотки?

– Не перережут. У них тоже есть свой кодекс чести. И, кстати, шаман точно с мозгами.

Вся компания двинулась за ним. Выжженная солнцем поляна хрустела под ногами. Дикари молча провожали их напряжёнными взглядами, не шибко отличающимися от круглых глаз хищников. Кстати, на многих были шкуры пантер и тигров.

Дорога пошла сквозь такие густые дебри, что казалось, они двигаются в растительном туннеле. Барс поднял голову: изумрудные листья прятали маленьких ярких птичек. Их лёгкий щебет скрашивал жуткий путь.

– Откуда у вас столько золота? – внезапно вылетело у него.

Шаман оглянулся.

– Оно у нас было всегда. А охотники за ним оставили здесь свои головы, – проскрипел на своём и немного отодвинул зелёную стену. Все увидели пики, на которых были наколоты черепа.

– Ух. У вас как про сказку о Бабе – Яге.

– Не знаем такой, – раздался в ответ новый скрежет шамана.

– Конечно, не знаете.

Воздух наполнился приторным цветочным ароматом.

Они вышли на очередную поляну с морем цветов. Ноздри всех резко защекотало, и некоторые даже чихнули. Шаман указал на скалы напротив.

– Вождь там. А вашу деву ему сегодня готовят.

– Зови его, – пробурчал Барс.

Шаман издал гортанный звук. И через несколько минут к ним вышел на каменный помост в виде языка вождь.

Вся компания едва сдержалась, чтобы не открыть рот от изумления.

– Дыр?! – вырвалось у Макра.

Барс молча буравил того недобрым взглядом.

– Какого хера? Ты же знал, кто такая Вилика и то, что она – моя!

Тот выглядел сейчас по-иному. Одежда вождя, сшитая из шкур хищников, куча золота сверкала в солнечных лучах.

– Знал. Но такая рыжеволосая девчонка – редкая птичка в наших краях. И мне с моим богатством и положением она совсем не помешает.

– Я тебе яйца оторву, если ты её тронешь!

– Ха – ха. Её уже проверили. Хорошо же ты поимел красавицу. В жёны она мне не годится. А как красивая подстилка – очень даже. Богам в жертву я её не отдам.

Барс выстрелил в него. Но, на удивление всей его компании, пуля улетела в никуда. Он даже не понял, что произошло, и продолжил стрелять. Однако и эти пули просто исчезли, так и не достигнув цели. Дыр оскалился.

– Вы ничего мне не сделаете. Здесь особое магнитное поле от этих скал. Твои пули там, – указал на огромный свисающий камень чёрного цвета. Парни опешили. Все пули Барса наглухо приклеились к нему.

– Тварь! А Маржин где?

– Здесь же, со мной. Умный мужчина, изобрёл интересный раствор, который очищает другие магнитные участки скалы с той стороны, а они притягивают золото из храма. Не надо теперь за ним дикарей отправлять. Слишком глубоко оно под землёй.

– Мразь!..

– Ты не прав. Я просто деловой человек. И Доконг под моим управлением.

– А вас скоро отправят туда же, откуда и взяли – к пещерному озеру. Кстати, вода в нём уходит в определённое время дня, а спустя полчаса возвращается. Скоро наступит нужный час, и вы отправитесь. Уезжайте обратно, если не хотите, чтобы я пополнил коллекцию черепов вашими.

– Я убью тебя! – глаза Барса горели огнём ненависти.

Остальные тоже находились в боевом напряжении.

Дыр оскалился и поднял руку. Тут же парней окружили дикари с луками и копьями.

– Офигеть!.. – вырвалось у Мики, стоявшего ближе к Барсу.

– Босс… – протянул, поглядывая на него.

– Парни, не стрелять. Давайте отлупим этих дикарей.

Глаза Барса потемнели, как небо перед бурей. Он прыгнул, как истинный зверь, в самую гущу дикарей.

Все ринулись за ним. Бой завязался не на шутку.

Поляна наполнилась криками и глухими ударами.

Дыр, ухмыляясь, отправился в одну из пещер, где находилась пленница, привязанная к бамбуковому настилу и лежащая на широком камне в виде кровати. Он подошёл и залюбовался юным телом, натёртым маслами. Свет от свечей ласкал её обнажённое тело, превращая кожу в перламутровое полотно. Каждая линия, каждый изгиб был совершенством, скульптурой, выточенной самой природой. Мягкие переходы от плеч к груди, тонкая талия, изящные бёдра – в этом танце света и тени была запечатлена вечная женственность. Волосы, рассыпавшись по бамбуку огненным водопадом, контрастировали с бледностью кожи. Дыхание было ровным и спокойным, так как она спала глубоким сном, одурманенная шаманскими травами. В этом состоянии беззащитности и умиротворения её красота становилась особенно трогательной.

В ней не было ни грамма вульгарности или вызывающего соблазна. Лишь тихая, внутренняя сила, осознание своей красоты, которая не нуждалась в подтверждении или оценке. Она была самодостаточной, цельной, гармоничной.

– Куколка… – наклонился и вдохнул исходивший от неё аромат. Глаза Вилики внезапно распахнулись и уставились с ненавистью, во рту – кляп.

Он присел рядом и провёл тыльной стороной руки по её бедру. – Не девочка уже после своего красавчика, так что расслабься. Ты станешь моей кошечкой. Я озолочу тебя. Будешь местной царицей. Как же давно я тебя искал.

Она начала выгибаться и злобно стонать.

А на поляне парни дали Барсу возможность бежать к пещере, где до этого находился Дыр.

Его сердце колотилось, как пойманная птица. Влажные от пота ладони скользили по шершавым камням, когда он нащупывал опору, поднимаясь к зияющей пасти пещеры. Шаг за шагом поднимался туда, куда звала душа. Барс, несмотря на столь молодой возраст, уже ощущал Вилику как свою часть души. Слышал её неслышимый крик. Чувствовал страдания любимой.

– Держись, принцесса моя, – прошептал пересохшими губами.

Вот она! Пещера. Заскочил. Темно. Вытащил фонарик. Она имела несколько входов. Куда дальше?

Воздух здесь был густым и сырым, пропитанным запахом земли и чего-то древнего, почти забытого. Луч фонарика беспокойно метался по стенам, выхватывая из темноты причудливые наросты сталактитов и сталагмитов.

Каждый шаг отдавался эхом, усиливая ощущение одиночества и тревоги. Он чувствовал, как холод проникает сквозь одежду, обжигая кожу. С каждым метром, углубляясь в недра земли, оставлял позади мир, полный света и жизни, погружаясь в царство тьмы и тишины.

Наконец, ноги в белых запыленных кроссовках коснулись ровной поверхности.

Огляделся. Вокруг простирался огромный зал, потолок которого терялся в непроглядной тьме. Луч фонарика едва пробивал этот мрак, рисуя на стенах танцующие тени. Впереди виднелся справа узкий проход, а слева широкий, манящий бежать именно туда.

Дыр – крупный. Вряд ли он прошёл по узкому проходу. Скорее всего, этот – широкий. Возможно, Вилика там?!»

Сделав глубокий вдох, он двинулся вперёд: туда, куда звало сердце, и говорила логика.

«Держись, девочка. Я иду. Если он тронет тебя, я оторву ему член, заставлю сожрать! Вилика, малыш, я влюбился в тебя, как идиот. Ты – сама того не понимая как – захватила моё сердце и крепко держишь его. Рыженькая бестия. Любимая бестия».

Тут Барс услышал её стон и хрипы Дыра. Он позеленел, а через миг побагровел, желваки заходили ходуном, глаза налились кровью, как у быка, кулаки сжались. Фонарик в руке хрустнул и потух. Хотя в этой части пещеры он уже и не нужен был, везде горели свечи. Пару дюжин освещали, как дневные лампы. Дыр был голым и сидел на каменной кровати между стройными ногами Вилики. Барс успел! Он ещё не вошёл в неё, только лапал нежную плоть. Кулак парня в кожаных обрезанных перчатках врезался тому в голову. Да с такой силой, что крупный мужчина слетел, как мешок с дерьмом, на пол и довольно-таки сильно ушибся. Вилика, увидев любимого, округлила глаза до предела. Лицо мгновенно приобрело три одновременные мимики: мольбу, стыд и восхищение.

«Барс!.. Ты… спас меня! Ты… мой рыцарь. Моя любовь!» – носилось у неё в голове.

А рядом происходил сумасшедший бой. Она знала, что Барс – мастер боевых искусств, и ему не составит труда отлупить Дыра. Но, к её изумлению, и тот дрался как зверь. Похоже, тоже занимался какой-то борьбой. Ей приходилось только ждать и волноваться. Неудобно находиться в таком постыдном положении: обнажённая и связанная, с кляпом во рту, с широко распахнутыми глазами. Два силуэта маячили в свете многочисленных свечей. Вокруг – тишина, лишь редкие капли, падающие в соседней части пещеры нарушали тишину. Они дрались как два разъярённых тигра. Барс, подтянутый и уверенный, первым нарушил тишину:

– Ну что, скотина, готов ответить за свои действия? – в его голосе звучала сталь, смешанная с ненавистью.

Дыр, напротив, казался более напряженным, но его глаза горели решимостью.

Они разошлись на миг, вернее, отпрыгнули друг от друга.

– Я всегда отвечаю за свои действия! Вы припёрлись на мою землю. И девка – дочь Маржина. Он теперь мой раб с его высоким интеллектом, и она будет моей.

– Мразь! Девочка и так настрадалась.

Вилика простонала от слов об отце.

Барс понял это и приготовился снова к бою.

– Где Маржин?

– Там, где ты его никогда не найдёшь. Мальчишка!

Их поединок продолжился – это была не просто драка, а битва принципов, столкновение мировоззрений. Они – типичные представители своего поколения, амбициозные и целеустремленные, привыкшие добиваться своего любой ценой. Но за внешней уверенностью Дыра, несмотря на возрастную зрелость, скрывается уязвимость и страх. Страх потерять лицо, оказаться слабее, не добиться своего.

Удар одного. Удар другого – и тишина взорвана хрустом костяшек. Ярость, накопившаяся за последние дни, вырвалась наружу. Удары сыпались градом, но оба держались, не желая уступать. В каждом движении – боль и злость. Двое мужчин, как два разъяренных медведя, сошлись в тесной пасти пещеры. Воздух, спёртый и влажный, дрожал от их яростного дыхания, от хриплых выкриков, что эхом отдавались от сырых каменных стен. Один, будто выкованный из стали, с лицом, изборождённым шрамом, как карта пережитых битв, обрушивал удары, подобно молоту, на своего противника. Другой, гибкий и ловкий, как пантера в тени джунглей, уклонялся от этих сокрушительных атак, выжидая момент для смертельного броска.

Каждый удар – это вспышка молнии, разрывающая мрак. Каждый выдох – проклятие, сорвавшееся с губ обречённых. Земля под ногами дрожала, а незримые искры от столкновения их живого оружия: кулаков и ног, разлетались в разные стороны. В глазах обоих горел неистовый огонь, огонь ненависти, огонь жажды победы, огонь – забрать эту пленницу, огонь, способный испепелить всё на своём пути.

– Я сверну тебе шею молокосос! – рычал Дыр, будто древний пророк, предрекающий неминуемую гибель.

– Закрой пасть горилла! – отвечал другой, как демон из преисподней, чей голос тоже пропитан ненавистью.

Битва продолжалась, будто вечность. Время застыло в этой пещере, превратившись в густую, липкую массу, обволакивающую дерущихся. Они сражались, не щадя ни себя, ни противника, как две половинки одного целого, обречённые на вечное противостояние, на вечную борьбу света и тьмы, добра и зла. Их ярость была подобна урагану, сметающему всё на своём пути. Их ненависть была подобна чёрной дыре, поглощающей всё живое.

И лишь эхо их битвы, как похоронный звон, разносилось по пещере, напоминая о том, что в этом мире нет места милосердию, нет места прощению, есть лишь вечная борьба за выживание, за право дышать, за право на существование, за право забрать Её. И кто выйдет победителем из этой схватки, останется загадкой, погребённой под толщей веков, под слоями земли и камня, в этой тёмной и мрачной пещере, ставшей ареной для битвы двух смертных, чья ярость превзошла все мыслимые пределы.

Драка продолжалась, пока один из них не упал, обессиленный и поверженный. И этим поверженным оказался Дыр.

Барс сразу кинулся к любимой, разрезал путы, оставившие багровый след на её тонких запястьях и лодыжках. Снял с себя рубашку и помог надеть на неё. Обнял, прижал к груди, погладил по голове и прошептал:

– Прости…

– Спасибо, что успел, – её шёпот обласкал его и взбесил поверженного Дыра, сидящего на полу в каком-то душевном отчаянии.

– Вам не выбраться отсюда, – проскрежетал. – И Маржина вы не найдёте, и истлеете здесь от голода.

– Что ты несёшь? – бросил Барс короткий взгляд на него.

Тот злобно оскалился, превозмогая боль в лице от нанесённых им ударов.

– А что ты думал, здесь обычная пещера? Я – хозяин Доконга. Тут везде всё создано по моим разработкам. Вошёл легко, а теперь хрен выйдешь. Вход заблокирован.

Барс усмехнулся, в его глазах вспыхнул ледяной огонь. Он отстранился от любимой, оставляя её в тепле своего взгляда, будто в коконе уверенности. «Твои разработки» – лишь жалкие потуги комара перед ураганом, – процедил, поворачиваясь к Дыру. Его фигура налилась опасностью, как у хищника, готовящегося к прыжку.

– Ты думаешь, твои хитросплетения смогут удержать меня? Я – Барс, и для меня нет преград, кроме тех, что я воздвигну сам.

Дыр попытался подняться, но боль пронзила его тело, как стая голодных крыс. Его лицо исказилось в гримасе поражения и злобы.

– Ты пожалеешь о своих словах, когда голод начнёт пожирать ваши кишки, а мрак сведёт с ума, – прохрипел. – Здесь нет надежды, только агония и забвение.

Барс презрительно фыркнул.

– Надежда – это не место, это состояние души. И пока она жива в нас, никакая тьма не сможет нас поглотить.

Он подошёл к стене, ощупывая холодный камень. Его гибкие пальцы двигались быстро и уверенно, будто он читал невидимую карту.

– Твои ловушки – всего лишь детские игры для того, кто не привык танцевать на лезвии ножа.

Вдруг, под его рукой что-то поддалось, и стена задрожала. За ней открылся узкий лаз, в котором едва мог протиснуться человек.

– Вот и выход, – проговорил Барс, с торжеством глядя на Дыра. – Твоя «непроходимая» пещера оказалась не такой уж и неприступной.

Он подхватил любимую на руки, как драгоценную ношу, и шагнул в темноту, оставив поверженного врага во власти его собственного отчаяния. Эхо шагов парня затихло в глубине пещеры, будто похоронный марш по его надеждам.

Мрак сомкнулся за Барсом, как пасть ненасытного зверя, готового поглотить. Но во взгляде не было ни тени страха. Лишь решимость, выкованная в горниле испытаний, мерцала в глубине зрачков. Любимая, прижавшись, будто хрупкий цветок после бури, доверяла ему безгранично. Её дыхание – тихая мелодия, звучащая в унисон с его стальным сердцем.

Лаз оказался предательски узким, как утроба земли, неохотно выпускающая своих пленников. Каждый шаг давался с трудом, будто плыл против течения реки, стремящейся унести обратно в пучину отчаяния. Камни царапали кожу, холод пронизывал до костей, но Барс не останавливался.

– Мысль – это компас, воля – якорь, – прошептал, обращаясь скорее к себе, чем к Вилике.

Впереди забрезжил слабый свет, как маяк, указывающий путь кораблю, потерявшемуся в шторме. С каждым метром он становился ярче, обещая свободу и надежду. «Тьма сильна, но свет сильнее. Он пробивается даже сквозь самые толстые стен», – вспоминались ему слова Марулии психолога.

Наконец, они вышли из лаза, как новорожденные, вдыхая полной грудью свежий воздух. Солнце приветствовало ласковым теплом, будто мать, обнимающая вернувшихся детей. Позади осталась тьма – поражение Дыра, а впереди – бескрайний мир, полный возможностей и приключений. Барс посмотрел на любимую, и в его глазах отразилось небо – чистое, бездонное, полное обещаний.

– Наша песня только начинается, и мы найдём твоего отца. – Прошептал, и эхо разнесло эти слова по окрестностям, как гимн победителей.

Вилика, подняв глаза, ответила улыбкой – робкой, но уверенной. В её взгляде, как в зеркале, отражалась его собственная решимость. «Вместе мы – несокрушимая скала, о которую разобьются все волны невзгод», – казалось, говорили её глаза. Она крепче сжала руку любимого, будто пуская корни в его силу, черпая из неё энергию для будущих свершений.

Мир вокруг расцветал, как по волшебству. Деревья – гигантские стражи, простирали ветви к небу, приветствуя их возвращение. Птицы, будто небесные менестрели, оглашали окрестности радостными трелями, казалось, празднуя их победу над тьмой. Земля под ногами дышала жизнью, будто приглашая в танец свободы.

«Мы точно найдём его, принцесса!» – подумал Барс, чувствуя, как его душа наполняется надеждой.

Они двинулись вперёд, как первопроходцы, открывающие новую землю. Каждый шаг – это утверждение жизни, каждое дыхание – глоток свободы. Барс чувствовал, как в нём просыпается древняя сила, сила предков, сила тех, кто не сдавался перед лицом опасности. «Кровь предков – это река, текущая в наших венах, напоминая о нашей силе и стойкости», – вспомнил он слова отца. И хоть они почти не общались. Всё же этот сильный человек, создавший свою империю в бизнесе, был для него неким маяком в ночи, примером стойкости. Также Барс относился и к отцу Вилики, заведомо уважая, понимая, что тот такой же сильный мира сего Человек.

Барс стоял на краю обрыва, вглядываясь в бушующую даль. Ветер рвал волосы, пытаясь вырвать из памяти обрывки воспоминаний. Слова отца, эхом отдававшиеся в голове, казались высеченными на скрижалях вечности. Кровь предков.… Да, он чувствовал её зов, этот древний набат, звучащий в унисон с биением сердца. Это был не просто физиологический раствор, циркулирующий по венам, а живая нить, связующая его с поколениями воинов, бизнесменов и творцов, с теми, кто ковал историю своими руками и умами.

Он помнил отца Вилики, как статую, высеченную из гранита. Видел его фото в её телефоне. Во взгляде Маржина читалась мудрость столетий, в каждом движении – уверенность покорителя вершин. Барс ощущал, как энергия этого человека пульсирует в воздухе, как вокруг него сгущаются потоки власти и влияния. Это был не просто бизнесмен, а архитектор реальности, способный одним словом воздвигнуть империю или обратить её в пепел. И Барс понимал, что Вилика – плоть от плоти этого титана, наследница его непоколебимой воли и острого ума.

Барс видел в Вилике отражение той самой реки предков. В её глазах горел огонь, в голосе звучала сталь, а в каждом жесте чувствовалась неукротимая сила. Она была дикой кошкой, готовой защищать свою территорию до последней капли крови. И в этом её сходство с отцом было поразительным. Они оба были будто выкованы из одного металла, закалены в пламени испытаний и выдержаны под палящим солнцем славы.

«Наследие – это не просто имущество, переданное по наследству, а долг, который мы несем перед будущими поколениями», – однажды сказал его отец, и эти слова засели в памяти Барса, как заноза. Он понимал, что они оба – и он, и Вилика – обречены на великие дела, на то, чтобы продолжать строить, созидать и защищать то, что им было доверено. Строить империи их рода дальше и когда-то взять на себя эту ношу. Ему – свободолюбивому хищнику очень этого не хотелось. Поэтому и завёл себе дорогую игрушку в виде стрип – клуба и стал местным рэкетом. Хотя в глубине души понимал, что всё это придётся когда-нибудь оставить. Шалости мажора. Грубые, разрушающие ценности отца. Протест! Да, это был его протест тиранству и силе отца. Его власти над всеми и над ним.

Однако, протест протестом, а отцовский взгляд, пронизывающий насквозь, всегда чувствовал фальшь в его бунте. Барс играл в плохого парня, но кодекс чести, заложенный с молоком матери, не давал ему опуститься на самое дно. Он, как загнанный волк в золотой клетке, метался между долгом и желанием, между величием рода и собственной ничтожностью, которую сам себе же и навязал. Стрип – клуб и рэкет были лишь дешевой декорацией, ширмой, за которой он прятал страх перед ответственностью, перед неизбежностью судьбы.

Он смотрел на себя в зеркало – холёное лицо, дорогая одежда, циничный взгляд – и видел лишь бледную тень отца, тень великого человека, оставившего неизгладимый след в истории их семьи. «Будь лучшим, Барс, всегда будь лучшим», – звучали в ушах слова отца, как колокол, напоминающий о том, что ему предначертано. Но как стать лучшим, когда внутри бушует ураган противоречий, когда сердце разрывается между долгом и свободой?

Вилика, всё же была другой. Она, будто горная река, неудержимо стремилась к своей цели, не обращая внимания на препятствия. Хрупкая юная, а уже была олицетворением силы и мудрости, истинной наследницей рода, достойной продолжательницей отцовского дела. Эта хрупкая девочка, даже будучи на его вилле, частенько изучала семейный бизнес.

Барс восхищался ею, её целеустремленности, способности нести на своих плечах груз ответственности, который казался ему непосильным.

Но здесь, когда чуть не потерял любимую, он осознал, что бежать больше некуда. «Судьба – это не случайность, а выбор», – снова всплыли в памяти мудрые слова Марулии. И в этот момент понял, что его протест – это всего лишь трусость, слабость перед лицом неизбежного. Он должен принять свой долг, должен стать достойным наследником, должен оправдать надежды отца и будущих поколений.

Барс сделал глубокий вдох, расправил плечи и произнёс:

– Вилика… когда мы найдём твоего отца и вернёмся в Коврополь, во-первых, мы поженимся, а во-вторых, я закрою клуб, перестану заниматься рэкетом и войду в бизнес отца!

Он знал, что впереди его ждёт нелёгкий путь, полный испытаний и лишений. Но также знал, что внутри него течёт кровь великих предков, что в его сердце горит огонь, способный осветить путь даже во тьме. Он был готов. Он был наследником. Он был Барсом, готовым к прыжку.

– Я восхищаюсь тобой!.. – прошептала девушка.

Барс опустил к ней взгляд. Взгляд Мужчины, любящего и обретшего здесь разум.

– Ты выйдешь за меня замуж? Родишь мне сына, такого же красивого, как ты, и сильного, как мы?

– Да.

Это тихое, короткое слово окрылило его и озарило лицо.

– Я люблю тебя, принцесса.

– А я тебя, мой принц.

Он улыбнулся.

– А ты понимаешь, что нашим семьям придётся слить империи наших предков в единый механизм?

– Понимаю. У нас всё получится.

Любимый прижал её сильнее к себе и, глядя на горизонт, где небо сливалось с джунглями в единое целое, осознал, что кровь предков – это не только память о прошлом, но и компас, указывающий путь в будущее. Это сила, которая ведёт их вперёд, несмотря ни на какие препятствия, напоминая о том, кто они есть и кем они должен стать.

Впереди их ждали новые испытания, новые битвы. Но теперь они знали, что вместе они смогут преодолеть любые преграды. Их любовь – это щит, защищающий от ударов судьбы, их вера – это меч, рассекающий тьму, их надежда – это звезда, указывающая путь во мраке. «Даже самая тёмная ночь заканчивается рассветом, даже самая длинная дорога приводит к цели», – прошептал Барс, глядя на любимую.

Он, держа её в объятиях, спустился по узкой тропке в долину. И поставил на землю.

– Надо найти тебе одежду. – Усмехнулся. – А то твои стройные ножки не дадут мне покоя.

Вилика осмотрела себя: обнажённая в его рубашке с коротким рукавом. И её улыбка придала ей лукавый.

Барс приподнял бровь.

Она медленно расстегнула пуговицы. Его не надо было уговаривать. Он взял её за талию и, придвинув к себе, дал сразу понять кто здесь хозяин положения. Его губы жарким костром пробежали по шее любимой, а руки смяли ягодицы. Рубашка скользнула с плеч, упав на землю мягким облаком. Кожа вспыхнула под его взглядом, будто тронутая первым лучом солнца. Она подалась навстречу, как подсолнух к светилу, жадно ловя его поцелуи. В каждом касании читалось невысказанное, буря страсти, готовая вот-вот вырваться на свободу.

Барс снова подхватил любимую на руки, как пушинку, и понёс в траву с ароматными цветами. Воздух вокруг них звенел от предвкушения. Он опустил её на цветочный ковёр и она, как пантера, потянулась к нему, мурлыча от нетерпения.

Его губы нашли её губы в голодном поцелуе, в котором смешались страсть и нежность, боль и наслаждение. Языки сплелись в танце, вторя ритму их учащенного дыхания. Сильные руки блуждали по телу любимой, оставляя за собой след из мурашек, распаляя огонь, который, казалось, готов был испепелить все вокруг.

Она отвечала на каждый его жест, каждое прикосновение, с той же страстью и жаром. Её пальцы впились в волосы любимого, притягивая его ближе, не давая опомниться. Она была готова утонуть в этом океане чувств, раствориться в нем без остатка, стать его частью. И когда их тела слились воедино, раздался стон, полный муки и блаженства, как крик птицы, вырвавшейся из клетки. В этот момент они были единым целым, двумя половинками одного сердца, навеки связанными узами страсти и любви.

Спустя некоторое время.

Барс и Вилика шли навстречу солнцу, рука об руку, два сердца, бьющихся в унисон. Их песня только начиналась, и впереди их ждали новые куплеты, новые припевы, новые голоса, присоединяющиеся к гимну жизни. И эхо шагов влюблённых, как музыка, разносилось по окрестностям, напоминая всем, что даже из самых глубин отчаяния можно вырваться на свет, если верить в свою любовь и никогда не сдаваться.

Мобильной связи здесь не было. Однако вся бригада всё же нашла их к концу этого дня. Друзья, хорошо намявшие бока дикарям, ранили многих, но никого не убили, понимая, что те всего лишь серый народ под началом деспотичного и амбициозного Дыра. Все были счастливы увидеть счастливую пару. Макр даже так расчувствовался, что обнял Барса и хозяйку.

– Барс, ты оправдываешь свою кликуху. А вы, Вилика Маржиновна, красивы даже в одной лишь мужской рубашке.

Это простодушие верного телохранителя не сконфузило девушку. Наоборот, она усмехнулась.

– Мы решили пожениться! – выпалила, продолжая лучезарно улыбаться. Улыбка, наполненная счастьем и любовью, очень гармонировала с её слегка загоревшей кожей и огненно – рыжими распущенными волосами. Будто богиня джунглей. Лёгкая, шикарная девушка, чью руку сжимал не менее счастливый жених.

«Моя!.. Моя принцесса!» – носилось в голове у Барса.

Парни поздравили от души.

– Вы ранены! – вскрикнула Вилика, заметив у многих кровяные пятна на одежде.

– Ерунда, – отмахивались. – Царапины.

– Надо подорожник найти, – ляпнул Мика.

И тут же получил пинок в плечо от Грама.

– Тупица. Какой подорожник в джунглях?

Смех заполнил поляну.

– Ладно, братаны. Дайте Вилике кто-то ещё футболку, надо бы ей подобие юбки смастерить. А то я от ревности начну скрежетать, видя, как вы заглядываете на её бёдра.

Гадин сразу снял свою, так как у него она была самая длинная, по типу мужской туники. Барс разорвал её по шву. Вилика завязала с двух сторон на бедрах, и получилось очень даже неплохо.

– Нам бы ещё тебе что-то с обувью придумать, – протянул Барс, глядя на босые ступни любимой.

– Да ничего не придумаешь. Может… кто-нибудь сгоняет к племени и возьмёт тапочки для меня?

Парни сами бы и не догадались это сделать. Крис согласился и сразу пошёл.

Все расселись в тени деревьев и стали обсуждать дальнейшие поиски отца Вилики.

– Вряд ли Дыр отступит. Надо быть начеку, – отчеканил Барс. – Глупый старый идиот. Но проблем, думаю, ещё немало от него будет. Вилику надо сильнее охранять. Теперь ещё и броника на ней нет.

Все согласились.

Солнце, как раскалённый глаз циклопа, нещадно палило поляну. Вилика, прикрывая глаза рукой, чувствовала, что нежная ткань футболки, ставшей импровизированной юбкой, ласкает кожу. Обсуждение поисков отца повисло в воздухе, как тяжелый запах грозы перед бурей.

«Дыр – это змея, свернувшаяся в клубок в траве, готовая в любой момент ужалить», – подумала Вилика. Отец угодил в его сети. Страх ледяными пальцами сжал её сердце. Она вспомнила его тёплые руки, его смех, рассказы о звёздах. Неужели все это может быть потеряно?

Барс, как скала, возвышался над ней, его глаза, цвета грозового неба, метали молнии. «Я не позволю ему причинить тебе вред, любимая», – читалось в каждом движении любимого мужчины. Его защита подобна неприступной крепости, но Вилика знала, что даже самые крепкие стены могут быть разрушены.

Крис, исчезнувший в чаще джунглей, будто тень, нёс в себе луч надежды. Тапочки для госпожи – это был сейчас не просто предмет обуви, а символ заботы её верных телохранителей, островок тепла в бушующем море опасности.

Вилика закрыла глаза и представила, как Крис мчится сквозь лес, как гончая, ведомый преданностью. И улыбнулась.

В этот момент, в тени деревьев, сплелись воедино страх и надежда, любовь и отвага. Судьба плела нить, и только время покажет, что ждет впереди её и Барса любимого Марина. Девушка знала одно: она будет бороться за своего отца, за свою любовь, за своё будущее, как львица, защищающая своих детенышей.

В тишине леса каждый шорох казался зловещим предзнаменованием. Ветер, играя листвой, нашёптывал истории о потерях и предательстве. Но в сердце Вилики, несмотря на все тяготы, горел неугасимый огонь. Она помнила наставления отца, его слова о чести и справедливости, о том, что истинная сила кроется не в мускулах, а в силе духа.

Любовь к Барсу давала ей силы. Он был её якорем, её опорой в этом бушующем море испытаний. Его взгляд, полный нежности и решимости, вселял в неё уверенность. Вместе они могли преодолеть любые преграды, вместе были непобедимы. Она вспоминала свой дом, уютный очаг, где всегда пахло свежей выпечкой. Воспоминания о мирной жизни, о беззаботных днях, проведенных с отцом, наполняли сердце тоской, но и давали стимул двигаться вперёд. Она должна вернуть всё это, должна защитить тех, кто ей дорог.

Судьба бросила ей вызов, и она готова его принять.

Вилика – не просто девушка, она – воплощение силы и мужества, надежда отца и теперь Марина на светлое будущее. И пусть враги трепещут, ибо она придёт, вернет своё по праву. И будет бороться до последнего вздоха, пока справедливость не восторжествует, пока любовь не победит, пока её семья не будет в безопасности.

Крис принёс какие-то нелепые плетёные сандалии. Ну, как сандалии… скорее, кусок грубой кожи, привязанный к подошве лианами.

– Из племени, – буркнул, избегая смотреть госпоже в глаза. Племя жило где-то глубоко в джунглях, и Крис явно не хотел рассказывать подробности об их встрече. Вилика скривилась, но взяла обувь, так как передвигаться босиком по джунглям было бы настоящим испытанием. И пришлось бы тогда Барсу просто тащить её на себе как обузу. Обулась. Ну, как обулась… скорее, примотала их к ногам, как могла.

– Готова, – выпалила, стараясь не обращать внимания на то, как эти штуки натирают кожу. Барс обнял её.

– Если станет тяжело, говори. Не упорствуй. Понесу на руках.

Вилика невольно нахмурилась.

– Я не маленькая. Как-нибудь справлюсь.

Он улыбнулся.

– Ты – принцесса. И твои маленькие гладкие ступни мне так же дороги, как и вся ты в целом.

И они двинулись через очередные заросли джунглей на поиски её отца. Барс шёл первым, прорубая себе путь кинжалом. Правда, для такого нужен был мачете. Его лицо оставалось непроницаемым. Вилика следовала за ним, спотыкаясь о корни и проклиная эти дикие сандалии. С каждой милей надежда таяла, уступая место усталости и страху. Отец пропал уже две недели. Две недели в этих проклятых джунглях. Две недели, полных неизвестности и молчаливой паники.

Остальные молча следовали за ними.

Вдруг Барс остановился.

– Стой, – прошептал, подняв руку. – Слышишь?

Вилика напряглась. Сначала она не услышала ничего, кроме обычного шума джунглей. Но потом… да. Тихий, приглушённый звук. Будто кто-то шепчет. Или… поет?

Барс кивнул в сторону плотных зарослей.

– Там, – сказал он.

И они пошли. Вилика почувствовала, как у неё перехватило дыхание. «Может быть, это он? Может быть, они, наконец, нашли его?»

Шёпот становился все громче. Они пробрались сквозь лианы, и вышли на небольшую поляну. И то, что Вилика увидела, заставило её застыть на месте. В центре поляны, освещённой косыми лучами солнца, бил родник. Вокруг него, как зачарованные, двигались люди. Они были одеты в странные наряды из перьев и раскрашены яркими красками. Очередное дикое племя. Их голоса сливались в монотонную песнь. И среди них… он.

Отец Вилики стоял, покачиваясь в такт музыке, с закрытыми глазами. На лице застыла блаженная улыбка. Он был одет в такой же наряд из перьев, как и остальные. Вилика хотела броситься к нему, но Барс удержал её за руку.

– Нельзя, – прошептал. – Подождём, чем закончится их концерт.

Вилика смотрела, не веря своим глазам. «Что здесь происходит? Что случилось с ее отцом?»

Он выглядел… счастливым. Но это, было какое-то странное, неестественное счастье. Будто его разум был где-то далеко, в другом мире.

Она сделала шаг вперёд, собираясь нарушить танец и вырвать отца из этого странного плена. Но Барс крепко сжал её руку.

– Подожди. Я знаю, как его вернуть.

Его глаза были полны тревоги, однако в голосе звучала твёрдая решимость. Вилика знала, что должна доверять ему. Он единственный, кто может помочь ей сейчас. Завораживающее зрелище не уменьшило её тревогу. Она вглядывалась в лицо отца, пытаясь найти хоть какой-то проблеск прежнего человека. Но видела лишь пустую, блаженную отрешённость. Казалось, он больше не принадлежал себе. Кто эти люди? Что они с ним сделали? Похоже, они из того же племени. Племени Дыра.

Барс отпустил её руку, но не отступил ни на шаг. Он внимательно наблюдал за происходящим, будто пытаясь разгадать какую-то сложную головоломку. Его взгляд метался от танцующих фигур к роднику, от родника к лицу отца Вилики. В его глазах читалась напряженная работа мысли.

Внезапно песня племени стихла. Движения танцующих стали медленнее, а потом и вовсе прекратились. Все замерли, будто ожидая чего-то. Отец Вилики открыл глаза и обвёл взглядом собравшихся. В его взгляде появилось что-то похожее на осознание, но оно тут же исчезло, сменившись прежней отрешенностью.

Барс сделал знак остальным членам группы, и они бесшумно окружили поляну. Он шагнул вперёд, подняв обе руки в знак мирных намерений.

– Мы не причиним вам вреда, – громко произнёс. – Мы пришли забрать нашего друга.

Его голос эхом разнесся по джунглям, нарушая тишину. Реакция племени была мгновенной. Воины в перьях обнажили оружие, готовясь к защите. Но Барс стоял неподвижно, не проявляя ни малейшего признака агрессии. Он ждал. Он знал, что спешка в этом деле может всё испортить.

Остальные парни, включая телохранителей Вилики, стояли на значительном расстоянии за ними. И каждый был готов броситься на защиту её и даже Барса, которого начали уважать и ценить с момента спасения Вилики.

Тут с другой стороны послышалось рычание. Все перевели взгляды туда. Из зарослей выходили два хищника.

Два огромных тигра, чьи полосатые шкуры сливались с тенями джунглей, неспешно вышли на поляну. Их глаза, горящие жёлтым огнём, изучали непрошеных гостей. Воины в перьях отступили на шаг, освобождая хищникам место. Похоже, тигры были частью этого странного ритуала, ещё одним элементом загадочного плена, в котором оказался отец Вилики. Он, казалось, не замечал происходящего. Его взгляд был по-прежнему отрешенным, блуждающим где-то вдали. Вилика с трудом сдерживала слёзы, глядя на него. Она чувствовала, как страх и отчаяние захлёстывают её с головой. Барс был их единственной надеждой, но даже его уверенность, казалось, пошатнулась под пристальным взглядом хищников.

Мы не ищем вражды, – повторил Барс, его голос звучал спокойно и уверенно, несмотря на напряженную атмосферу. – Мы просто хотим, чтобы вы отпустили нашего друга. Он не принадлежит этому месту. Он должен вернуться домой.

Старейшина племени, до этого молча наблюдавший за происходящим, выступил вперёд. Его лицо, покрытое ритуальными татуировками, выражало презрение и недоверие. Он поднял руку, призывая тигров к себе. Хищники приблизились, обнюхивая его ноги, как послушные собаки.

– Этот человек упал с неба к нам и сам выбрал этот путь, – прорычал старейшина, его голос был низким и хриплым. – Здесь он нашёл покой и счастье, которых не знал прежде. Мы дали ему то, чего не смог дать его мир. Зачем вам лишать его этого?

Барс нахмурился.

– Покой? Счастье? Он заперт здесь против своей воли! Вы лишили его памяти, одурманили разум. Это не покой, это рабство! – Он шагнул вперёд, игнорируя предостерегающие взгляды воинов и угрожающее рычание тигров. – Верните его. Иначе…

Старейшина презрительно фыркнул.

– Иначе что? Ты думаешь, сможешь противостоять нам? Силе джунглей? Ты всего лишь чужак, как и он. Вы оба не понимаете истинной гармонии.

Он вновь обратился к тиграм, что-то прошептав им. Животные замерли, напряглись, готовясь к прыжку. Вилика почувствовала, как сердце забилось с бешеной скоростью.

Внезапно, отец Вилики зашевелился. Он поднял голову, взгляд, казалось, прояснился. Посмотрел на Вилику, на Барса, и, наконец, на старейшину и тигров. На его лице появилось выражение растерянности и смутного узнавания.

– Вилика? Что… что я здесь делаю?

Старейшина отшатнулся, его лицо исказилось от ярости. Он что-то закричал на тигров, приказывая им напасть. Но было поздно. Память отца Вилики начала возвращаться, будто поток прорвавшейся плотины. Он смутно вспоминал свою семью, свой дом, свою жизнь. Обрывками, вспышками. Но уже понял, что его обманули.

С громким криком он бросился вперед, отталкивая старейшину от себя. Тигры, будто ошеломленные внезапным изменением в поведении своего хозяина, замешкались. Барс воспользовался моментом, рывком выхватив Вилику из толпы этих дикарей и прикрывая отступающего Маржина.

– Бегите! – крикнул, зная, что битва только началась.

Вилика, не теряя ни секунды, схватила отца за руку и потянула за собой. Они бежали, продираясь сквозь густые заросли, слыша за спиной яростный рёв тигров и воинственные крики преследователей. Барс прикрывал их отход, ловко уклоняясь от атак и отбиваясь от нападающих воинов племени. Его движения были быстры и грациозны, как у дикого зверя, и каждый удар нёс в себе сокрушительную силу.

Добравшись до границы владений этого племени, они остановились, чтобы перевести дух. Отец Вилики тяжело дышал, его глаза всё ещё были полны смятения и ужаса.

– Что произошло? Кто эти люди? Почему они напали на нас? – спрашивал, пытаясь ухватить обрывки ускользающих воспоминаний. Вилика крепко обняла его, стараясь успокоить.

– Все хорошо, папа. Мы уходим отсюда.

Внезапно, из джунглей опять выскочили тигры, преграждая им путь. Их глаза горели злобой, а зубы хищно оскалились. Барс снова появился между ними и Виликой с отцом, как испод земли готовый к бою.

– Уходите! Мы задержим их! – крикнул, занимая оборонительную позицию.

Вилика знала, что спорить бесполезно. Девушка понимала, что Барс, её телохранители, его друзья и даже люди Маркуса – их шанс на спасение. Она схватила отца за руку и побежала вперёд, зная, что Барс не оставит их. С каждым шагом они удалялись от опасности, вглубь незнакомых земель, где им предстояло дождаться остальных и забыть о кошмаре, который здесь пережили. Вилика верила, что вместе они справятся со всеми трудностями и вернут себе мир и счастье, которых их лишили.

Бежали долго, не оглядываясь, пока ноги не стали заплетаться, а дыхание не превратилось в хрип. Вилика остановилась у подножия огромного баньяна, его корни, будто щупальца, обхватывали землю. Она помогла отцу присесть на один из них, прислонив спиной к шершавому стволу.

– Нам нужно отдохнуть, папа. Только немного, – прошептала, вытирая пот с его бледного лица. Отец молча кивнул, закрыв глаза. Вилика огляделась. Джунгли вокруг были полны звуков – щебетали птицы, стрекотали насекомые, доносилось приглушённое рычание каких-то опасных зверей. Это место казалось одновременно прекрасным и пугающим. Она знала, что они в чужой земле, где каждый шорох может означать смертельную опасность. Но у них не было выбора. Они должны были выжить и дождаться здесь Барса и остальных. Собравшись с силами, Вилика начала искать хоть какие-то признаки воды и еды, так как знала, что без них они долго не протянут. Ей повезло найти небольшой ручей, журчащий между камнями. Она напоила отца и немного пригубила сама. Рядом с ручьем росли какие-то ягоды, незнакомые, но выглядящие съедобными. Вилика решила рискнуть и попробовать одну. Вкус был кисло-сладким, вполне приятным. Она собрала несколько ягод в подобие корзинки из листьев и вернулась к отцу.

«Где же Барс, Макр, Крис?.. Мы вроде бы не так далеко убежали».

Ночь опустилась на джунгли быстро, будто задёрнули полог. Внезапно похолодало. Вилика с отцом прижались друг к другу, пытаясь согреться. Страх не отпускал, но она старалась не показывать его отцу, понимая, что должна быть сильной, ради них обоих. Девушка думала о Барсе, своих телохранителях, его друзьях, молясь, чтобы они выжили в схватке с тиграми. В глубине души верила, что Барс – олицетворение силы, героя. Её героя! И он станет примером для всех там остальных. Макр и Крис тоже никогда не подводили её. Но сейчас все мысли девушки были не о них, а о любимом и стонущем спящем отце. «Отец – до этой авиакатастрофы был сильным бизнесменом. Умным, волевым. Нет. Даже гением, создавшим строительную империю. И что с ним стало здесь? Несчастный, стонущий, слабый».

– Папа. – Дотронулась до его щеки, заросшей щетиной.

Её глаза наполнились слезами.

– Барс… мы здесь. – Прошептала.

Засыпая под шум джунглей, Вилика дала себе обещание, что защитит своего отца, чего бы ей это ни стоило. Они вернутся домой. Она останется с ним столько сколько потребуется. Они забудут о кошмаре, который им пришлось пережить. И однажды, верила, снова будут счастливы.

Утро пришло с первыми лучами солнца, пробившимися сквозь плотную листву. Вилика проснулась от озноба. Огляделась. Они всё ещё были одни.

– Барс… где же ты? Макр, Крис… где вы?

Отец спал, дыхание было слабым и неровным. Девушка почувствовала острую необходимость что-то сделать, чтобы помочь ему. Она снова отправилась к ручью, надеясь найти ещё ягод или что-нибудь съестное. В этот раз ей повезло меньше. Ягоды закончились, и вокруг не было ничего, кроме зелени и коры деревьев. Отчаяние начало подкрадываться к сердцу.

Вдруг услышала шум в кустах. Затаив дыхание, девушка замерла, прислушиваясь. Сердце бешено колотилось в груди. Из кустов показалась небольшая обезьянка, которая с любопытством смотрела на неё. В руках у обезьяны был плод, похожий на манго. Вилика медленно протянула руку, и обезьянка, немного поколебавшись, отдала ей лакомство. Девушка улыбнулась и поблагодарила животное. Возможно, это был знак свыше, маленькая помощь в этом враждебном мире. Вернувшись к отцу, Вилика размяла плод и дала ему несколько глотков. Он слабо открыл глаза и посмотрел на неё с благодарностью. Это придало ей сил. Она понимала, что они не могут оставаться на одном месте. Нужно двигаться дальше, искать более безопасное место и надеяться на возвращение Барса и остальных. Вилика верила в них. Верила в силу Барса, в его умение находить выход из любой ситуации. Он обязательно их найдет.

Собравшись с духом, она помогла отцу встать. Медленно, опираясь на неё, он сделал несколько шагов. Джунгли, казалось, испытывали их на прочность, но девушка не собиралась сдаваться. Она шла назад в ту сторону, откуда ждала своих, уверенно и решительно, ведя за собой отца, сквозь густую растительность и неизведанные опасности. Впереди ждала неизвестность, но в сердце горела надежда на спасение и возвращение домой. Они прошли совсем немного и внезапно провалились в ловушку.

– Папа!

– Вилика!

Благо, что не забились. Дно ямы было густо устлано мягкой сухой травой. Девушка встала, помогая отцу, или он ей. Посмотрели по сторонам. Ей на миг стало страшно, однако быстро взяла себя в руки.

– Папа, скоро нас найдут. Не волнуйся.

Он ещё плохо соображал, будто находился в каком-то дурмане.

– Кто?

– Макр, Крис, и Барс… его ты не знаешь. Он… – запнулась. Не стоит сейчас ещё больше волновать отца. – Хороший парень. И ещё его пятеро друзей и люди Маркуса. Ты помнишь его? Мужчина попытался вспомнить, но не смог и устало сел на траву. Вилика уселась рядом, так делать было нечего. Из ямы выбраться без помощи не предоставлялось возможным. Так прошли мучительные несколько часов. Их начала мучить жажда. Девушка пыталась держаться, но паника коварно уже подступала.

– Барс… любимый… – прошептала.

Её шёпот отец услышал. Как-то напрягся. В глазах появились осмысленные огоньки. Повернул голову к ней.

– Кто такой Барс?

Она вздрогнула. Посмотрела внимательно на него.

– Папа?.. Тебе лучше?

Маржин улыбнулся короткой улыбкой и кивнул.

Девушка смутилась. Он заметил, как порозовели её щёки.

«Как объяснить сейчас ему кто для меня Барс, если он отправлял её к Марину, сыну партнёра, а не к человеку по кличке «Барс»? Ведь отец, скорее всего, наслышан о его репутации. И то, что Барс бросит свой криминальный мир и изменился, вряд ли сейчас поверит».

Вилика закусила губу, подбирая слова. Она знала, что отец всегда был строг в отношении её выбора. Репутация Барса, гремевшая по городам, наверняка дошла и до него. Как объяснить, что под маской преступника скрывается человек, способный на искреннюю любовь и преданность?

– Папа, Барс… он помогает нам. Он… это Марин, сын Эдарина Пашигравича. Ты отправил меня под его защиту. Он пришёл сюда со мной, со своими и нашими людьми, чтобы помочь тебе.

Маржин нахмурился.

– Барс… по-моему, я слышал о нём. Что он жестокий рэкет в Коврополе. – Запнулся, хмурясь ещё сильнее. – Барс! Это… Марин? Сын Эдарина?!

Вилика вздохнула. Придётся говорить правду, но постараться смягчить её.

– Папа, да, он… у него было тёмное прошлое. Но Барс… Марин изменился. Он сейчас совсем другой человек. Он рискует собой ради нас, ради тебя. И… я люблю его.

Маржин внимательно посмотрел на дочь. В его глазах промелькнула тревога, но и какое-то новое понимание. Он видел, что Вилика говорит искренне, что её чувства настоящие. Он знал свою дочь, она никогда не стала бы врать о таком. И если любит этого Барса или Марина, значит, в нём действительно есть что-то особенное. Тишина в яме стала давить ещё сильнее, но Вилика чувствовала, что лёд тронулся. Возможно, отец и не примет Барса сразу, но, по крайней мере, готов выслушать. И это уже было немало.

Она встала и прокричала:

– Барс! Мы здесь!

В ответ тишина и только шелест листвы.

Девушка попыталась карабкаться вверх, но тщетно. Отчаяние снова начало подкрадываться к сердцу. Вилика понимала, что крик мог привлечь не только друзей, но и врагов. Дыр точно не оставит их в покое. Она прислушалась, пытаясь различить хоть какой-то звук, кроме собственного сердцебиения. Отец молчал, погружённый в свои мысли, и это молчание давило не меньше, чем жажда.

Вдруг, вдалеке послышался приглушённый крик Барса. Вилика выдохнула с облегчением. Они здесь, они ищут. Она снова крикнула, на этот раз с большей надеждой в голосе. Ответ не заставил себя ждать. Вскоре над краем ямы показалось взволнованное лицо любимого. А рядом её телохранителей и всех остальных.

– Вилика! Маржин! Вы целы?

– Мы в порядке, но нам нужна помощь, чтобы выбраться.

Барс быстро огляделся и скомандовал:

– Парни, живо сюда! Нужна верёвка и лестница!

Через несколько минут над ямой нависла веревочная лестница. Хорошо, что у них было необходимое сооружение с собой. Вилика помогла отцу подняться, а после выбралась сама. Барс подхватил её на руки, крепко прижал к себе.

– Я так волновался, принцесса! С тобой всё хорошо? Маржин в порядке?

Вилика кивнула, прижавшись к нему щекой.

– Да, всё хорошо, благодаря тебе.

Барс отпустил её, подошёл к Маржину и протянул руку.

– Здравствуйте, Маржин. Рад, что вы в порядке.

Маржин посмотрел на него с нескрываемым подозрением, но всё же пожал руку.

– Здравствуй, Марин. Вилика много о тебе рассказывала.

Барс улыбнулся.

– Я надеюсь, только хорошее. Сейчас главное – выбраться отсюда и привести вас в безопасное место. Уверен, вам нужно отдохнуть и поесть. Маржин кивнул, соглашаясь, и был благодарен этим людям, особенно Марину. Он видел, как тот заботится о Вилике, и это немного успокаивало. Может быть, этот парень и вправду изменился. Впереди их ждал долгий путь домой, и Маржин был готов к тому, что ему придётся узнать этого Марина получше. Ради своей дочери.

Они двинулись в путь, Барс шёл впереди, прокладывая дорогу, за ним Вилика и Маржин, окруженные телохранителями и все остальные. Лес джунглей казался враждебным и полным опасностей, но присутствие Барса и его людей внушало уверенность. Вилика шла, держась за руку отца, и чувствовала, как его хватка становится крепче с каждым шагом. Она понимала, что он всё ещё переживает за неё, и старалась быть сильной ради него. Потому что именно отец всегда внушал ей силу и был для неё примером во всём. А сейчас ему самому нужна помощь и её поддержка. Пока из его разума выветрится весь дурман того племени.

К вечеру они добрались до небольшой поляны, где Барс решил разбить лагерь. Быстро развели костёр, и вскоре в воздухе поплыл аромат жареного мяса. Как выяснилось, люди Маркуса оказались прекрасными охотниками и смогли застрелить неплохую добычу. Маржин сидел поодаль, наблюдая за тем, как Вилика и Барс смеются и разговаривают. Он не мог не заметить, как сильно дочь изменилась за время, проведённое с этим человеком. В её глазах появился блеск, а в голосе – уверенность. После ужина, когда костёр почти догорел, Барс сел рядом с Маржином.

– Я понимаю, что вам сложно доверять мне, – сказал он тихо. – Но я люблю Вилику и сделаю всё, чтобы она была счастлива.

Маржин посмотрел на него долгим, изучающим взглядом.

– Время покажет, – ответил, наконец. – Но если ты причинишь ей боль, я не прощу. Барс кивнул, понимая его опасения. Он знал, что должен заслужить доверие Маржина, и был готов к этому. Знал, что его любовь к Вилике – это не просто мимолётное увлечение, а нечто гораздо большее, и он готов посвятить ей всю свою жизнь. Вскоре все уснули, охраняемые бдительными телохранителями, готовыми отразить любую опасность. А в сердце Маржина зародилась слабая надежда на то, что дочь, наконец, нашла своё счастье. В его голове всё равно ещё находился какой-то туман. Он не помнил большую часть прошлого, особенно, что был акулой бизнеса, и вся строительная компания его империя, которую создавал всю жизнь. Вилика тоже понимала это и в глубине души уже опасалась, что отец никогда не сможет вернуться к делам. Она отошла с Барсом и тихо озвучила свои опасения.

– Понимаю, принцесса. Будем надеяться на лучшее. Покажем твоего отца лучшим врачам. А если всё так и останется, наймём для него сиделку, и он уйдёт на покой. А мы всё-таки сольём наши компании и будем управлять ими вместе.

Она кивнула. В глазах блеснули слёзы.

– Что с тобой? Перестань. Ты же сильная! Моя сильная принцесса – воин.

Они провели в зарослях час любви и заботы друг о друге. Парни и Маржин сидели у костра, и каждый понимал, что этой паре нужно уединение.

Ночь прошла спокойно. Сквозь листву пробивался лунный свет, освещая спящих путников. Лишь потрескивание догорающих углей нарушало тишину. Барс долго не мог уснуть, сидел у костра, всматриваясь в темноту зарослей. Он чувствовал, что за ними наблюдают, и не мог позволить себе расслабиться. Знал, что Дыр не даст им спокойно вернуться к джипам. Враги могли подстерегать их в любой момент. Его долг был защитить Вилику и её отца, и он был готов отдать за них свою жизнь.

Парни договорились поочерёдно нести караул. Утром, после скромного завтрака, они снова двинулись в путь. Джунгли стали ещё гуще и темнее, солнце едва пробивалось сквозь плотную листву. Вилика шла рядом с Барсом, и он чувствовал её тепло. Она была его светом. Он посмотрел на неё и получил нежную улыбку в ответ. В её глазах видел любовь и преданность, и это придавало ему сил. Былые страхи испарились. В личном психологе, казалось, больше не нуждался. Марулия осталась в его памяти некой доброй феей. Но больше в её услугах он не нуждался.

К полудню они вышли к реке. Барс решил сделать привал, чтобы дать людям отдохнуть. Вилика села на берегу, любуясь пейзажем. Она была счастлива быть рядом с Барсом, чувствовать его защиту и заботу. Знала, что их ещё ждёт долгий и трудный путь, чтобы вернуться к машинам, к началу этого пути, улететь в Коркок, но вместе они смогут преодолеть все трудности.

Маржин подошёл к Вилике, сел рядом, взял её руку и посмотрел ей в глаза.

– Я вижу, что ты счастлива, – и это самое главное для меня.

Вилика обняла отца и прижалась к нему.

– Я люблю тебя, папа, – прошептала. – И знаю, что ты всегда будешь рядом со мной.

В этот момент Маржин почувствовал облегчение. Он понял, что Барс действительно любит его дочь и сделает всё, чтобы она была счастлива. Он был готов доверить ему её жизнь.

Отдохнув и набравшись сил, они опять продолжили путь вдоль реки. Барс внимательно осматривал берега, стараясь не пропустить следы возможной засады. Он знал, что в любой момент на них могли напасть, и был готов к этому. Вилика шла рядом с ним, доверяя каждому его шагу. Она чувствовала себя в безопасности рядом с ним, зная, что он никогда не позволит ей пострадать. И хотя Макр и Крис тоже бы всем глотки за неё перегрызли, однако Вилика никогда до встречи с Барсом не чувствовала себя в безопасности.

Вечером они нашли небольшую пещеру, в которой решили переночевать. Барс приказал развести костёр и расставил охрану. Вилика и Маржин устроились спать в глубине пещеры, а он у входа с остальными. Ночью они услышали странный шорох. Все мгновенно вскочили. В темноте увидели несколько пар светящихся глаз. Это были пантеры. Хищники окружили пещеру и порыкивали, вперемешку с шипением, готовясь к нападению. Барс понял, что им придётся сражаться. Он разбудил Вилику и Маржина и приказал им спрятаться в глубине пещеры. Каждый парень был готов к бою, чтобы защитить их.

– Стрелять нельзя! Привлечём людей Дыра.

Пантеры бросились в атаку. Барс и остальные умело отбивали их удары ножами и рукоятками пистолетов, не давая им проникнуть в пещеру. Звери были сильны и свирепы, но Барс и его бригада были ещё сильнее. Они сражались, как львы, защищая тех, кто им дорог. Наконец, после долгой и ожесточенной схватки, им удалось обратить пантер в бегство. Все тяжело дышали, но были довольны тем, что смогли защитить Вилику и Маржина.

Утром они покинули пещеру и продолжили путь. Вилика смотрела на Барса с восхищением. Она видела, как храбро он сражался, чтобы защитить их, и её любовь к нему стала ещё сильнее. Девушка знала, что он – её герой, и что вместе они смогут преодолеть любые трудности. Маржин тоже был благодарен Барсу за то, что тот с остальными парнями спас их жизни. Он видел, что Барс действительно любит его дочь и готов на все ради неё, и был уверен, что сделал правильный выбор, доверив ему её судьбу.

Солнце поднималось всё выше, освещая их путь. Барс чувствовал усталость после ночной битвы, но не показывал этого. Он знал, что должен быть сильным ради Вилики и Маржина, и вёл их через густые заросли, чутьём выбирая наиболее безопасный путь. Вскоре все вышли к широкой реке. Барс решил, что им нужно переправиться на другой берег, чтобы избежать возможной погони и нашёл подходящее место для переправы. Парни сделали плоты из брёвен и лиан. Вилика и Маржин помогали, собирая хворост и связывая бревна. К полудню плоты были готовы. Они погрузили на них свои вещи и осторожно оттолкнулись от берега. Река была быстрой и полноводной, но Барс уверенно управлял их плотом, направляя к противоположному берегу. На середине реки их внезапно атаковала огромная рыба. Она выпрыгнула из воды и попыталась перевернуть плот. Барс среагировал мгновенно. Он выхватил нож и вонзил его в тело рыбы. Рыба взревела от боли и скрылась в глубине реки. Барс быстро восстановил равновесие плота и продолжил переправу. Наконец, они достигли другого берега. Вилика и Маржин с облегчением сошли на землю. Барс вытащил плот на берег и разобрал его. Остальные окружили их и с восхищением обсудили, как Барс справился с той огромной хищной рыбой. Все немного отдохнули и перекусили, а после продолжили путь. Барс чувствовал, что они уже приближаются к цели. Он видел признаки, указывающие на то, что они находятся на правильном пути. Знал, что скоро достигнут места, где оставили машины. Оставалось только надеяться, что там нет засады.

Внезапно джунгли впереди будто ожили. Послышались голоса, хруст веток, и Барс скомандовал всем остановиться. Он приказал залечь в укрытии и приготовиться к бою. Сам, пригнувшись, пополз вперёд, чтобы разведать обстановку. Вскоре увидел вдалеке группу вооруженных людей, окруживших их машины. Это были те самые головорезы из синдиката, которые тайно их преследовали. Они явно ждали их возвращения, устроив засаду. Барс вернулся к своим и быстро объяснил ситуацию.

– Стрелять сразу не стоит! Там уже не дикари, а бульдоги Дыра. Нужно действовать тихо и незаметно, – прошептал и сразу разработал план. Разделившись на небольшие группы, парни должны были обойти противника с разных сторон и атаковать одновременно, используя эффект неожиданности. Вилику и Маржина спрятали в ближайших кустах, наказав им оставаться там и ждать сигнала. Операция началась ночью. Под покровом темноты, крадучись, как тени, они приблизились к позициям врага. Барс подал знак, и все одновременно бросились в атаку. Завязалась ожесточенная драка. Барс действовал быстро и решительно, чёткими ударами поражая цели. Остальные парни тоже не отставали, умело маневрируя и ведя атаку исходя из своих боевых навыков. Бой был коротким, но интенсивным. Нападавшие, застигнутые врасплох, не смогли оказать серьезного сопротивления, и были быстро нейтрализованы. Когда всё было кончено, Барс подошёл к Вилике и Маржину. Они вышли из укрытия целые и невредимые. Вилика бросилась к нему, обняв.

– Я знала, что ты победишь! – прошептала.

Маржин одобрительно кивнул, глядя на Барса с уважением. Вся его компания села в машины и покинула это опасное место. Барс знал, что они ещё не в безопасности, но был уверен, что сможет защитить Вилику и Маржина, чего бы это ему ни стоило. Впереди их ждал долгий путь домой, но они были вместе, и это было главное.

После ночной стычки напряжение не спадало. Барс понимал, что головорезы были лишь частью большей сети, и теперь, когда они сорвали их засаду, преследование станет ещё более ожесточенным. Он старался не показывать свою тревогу Вилике и Маржину, но пристально следил за дорогой, высматривая любые признаки опасности. Он не доверял никому и был готов к любому повороту событий. Дорога вилась серпантином через густые леса, ведущие в пустыню, и каждый поворот мог таить в себе засаду. Барс выбрал самый короткий путь, надеясь оторваться от преследователей. Он гнал машину на предельной скорости, не обращая внимания на ухабы и выбоины. Вилика, Маржин, Макр и Крис молчали, понимая серьезность ситуации. Бусину на этот раз руль не достался. Ему пришлось сесть в другой джип с друзьями Барса. Он был недоволен, что его временно лишили привычной должности личного водителя, но выбора не было. Ему пришлось стиснуть зубы и молча наблюдать за ведущей машиной, где сидели хозяева и их телохранители. Макр и Крис тоже помалкивали, так как уже доверяли Барсу и знали, что он сделает всё возможное, чтобы защитить Вилику и Маржина. А псов они потеряли ещё в первом сражении с дикарями Дыра. Но собакам будет неплохо и в племени. Внезапно, в зеркале заднего вида Барс заметил фары, преследующей машины. Он выругался сквозь зубы и вдавил педаль газа в пол. Началась отчаянная погоня. Преследователи не отставали, пытаясь прижать их к обочине. Барс умело маневрировал, уклоняясь от их атак. Он понимал, что долго так продолжаться не может, и нужно что-то предпринять. Макр и Крис выстрелили пару раз.

– Перестаньте! Они в ответ могут ранить Вилику и Маржина!

Мгновенно приняв сложное решение, Барс резко свернул с дороги и направил джип вглубь леса. Он надеялся, что бездорожье станет для преследователей непреодолимым препятствием. Машина подпрыгивала на кочках и проваливалась в ямы, но Барс уверенно вёл её вперёд. Преследователи не отставали, упорно преследуя по пятам. В какой-то момент их машина застряла в глубокой луже. Воспользовавшись этим, Барс выскочил из джипа и открыл огонь по преследователям, заставив их залечь в укрытие. Макр и Крис подстроились.

Нескольких бандитов ранили.

Барс, быстро вернувшись в машину, бросил парням:

– Едем!

Продолжая отстреливаться, они сумели оторваться от преследователей и скрыться в чаще леса. Барс понимал, что это лишь временная передышка, но она дала им шанс. Он был полон решимости добраться до безопасного места и защитить Вилику и Маржина, чего бы это ему ни стоило. Продираясь сквозь густые заросли, Барс искал подходящее место для временного лагеря. Он знал, что долго оставаться на одном месте нельзя, но им необходимо было передохнуть и оценить ситуацию. Найдя небольшую поляну, окружённую высокими деревьями, остановился. Макр и Крис тут же заняли оборонительные позиции, внимательно осматривая окрестности.

– Где остальные? – Крис напряжённо всматривался вдаль, уже успев привыкнуть к остальным, с кем бок о бок защищал хозяев.

– Отстали. Ничего. Справятся. Стрельбы не слышно. Значит всё ок. Едут. – Ответил ему Барс.

Вилика и Маржин молча вышли из машины, бледные и испуганные. Барс подошёл к ним и, стараясь придать голосу уверенность, сказал:

– Всё будет хорошо. Мы выберемся. Ты же смелая девочка.

Вилика кивнула, только в такой ситуации её былая смелость куда-то улетучилась. Она ещё больше боялась за отца.

– Я не боюсь…

Барс понимал, что это лишь слова, но им сейчас нужна была поддержка. Нужно было хоть как-то развеять их страх. Разбив небольшой лагерь, достал карту и стал изучать местность. Ему нужно было найти безопасный маршрут, который позволил бы им добраться до Доконга. Он осознавал, что преследователи не оставят их в покое, и им придётся проявить максимум осторожности. В голове крутились обрывки планов, но ни один не казался идеальным.

Солнце уже клонилось к закату, когда Барс принял решение. Они двинутся дальше с наступлением темноты, используя ночь как укрытие. Он знал, что и это рискованно, но у них не было другого выбора. Чем дальше они уйдут от места столкновения, тем больше у них шансов на выживание. Барс поделился своим планом с Макром и Крисом, и те без колебаний согласились. Остальные, похоже, заблудились, так как до сих пор не приехали. Оставалось только ждать наступления темноты, готовясь к новому рывку в неизвестность. Барс чувствовал, как напряжение нарастает с каждой минутой. Он понимал, что впереди их ждут новые испытания, но был полон решимости пройти их до конца. Ради Вилики и Маржина был готов на всё.

Сгущающиеся сумерки окутали поляну, превращая знакомые очертания в призрачные силуэты. Барс нашёл в их рюкзаках полную обойму на свой пистолет. Заменил. Макр и Крис тоже «переобулись». Вилике достался лёгкий пистолет на всякий случай. Стрелять она умела. Маржину решили не давать оружие, в силу его теперешнего состояния.

Барс посмотрел на них, ища в глазах хоть намёк на панику, но увидел лишь усталость и тень решимости. Этого было достаточно.

Когда тьма окончательно поглотила лес, они двинулись в путь. Барс ехал медленно, внимательно всматриваясь в темноту. Макр и Крис прикрывали фланги. Каждый шорох, каждый треск ветки вызывал у них тревогу, но они продолжали путь, двигаясь к своей цели. Лес будто испытывал их, посылая им на пути коряги, овраги и густые заросли. Но Барс не сдавался. Он знал, что за ними охотятся, и единственный способ выжить – это не останавливаться. Через несколько часов они выехали к небольшой реке. Барс остановился, оценивая обстановку. Река могла стать как союзником, так и врагом. С одной стороны, она могла скрыть их следы, с другой – задержать их продвижение. Он решил рискнуть. Они переехали её на мелководье. Выбравшись на другой берег, продолжили свой путь. Барс чувствовал, что преследователи где-то рядом, ощущал их присутствие, как зверь чует приближение опасности. Он приказал всем быть предельно осторожными и готовыми к бою. Напряжение достигло предела.

Внезапно впереди раздался выстрел. Пуля просвистела над головой, заставив всех пригнуться. Барс мгновенно оценил ситуацию. Преследователи их обнаружили. Началась перестрелка. Он скомандовал Вилике и Маржину оставаться на месте и пригнуться к сиденью. А сам вместе с Макром и Крисом стрелял на ходу. Они двигались быстро и решительно, стараясь занять выгодную позицию. Лес наполнился звуками выстрелов и криками. Пули летели во все стороны, рикошетя от деревьев и земли. Вскоре стало ясно, что преследователей больше. Головорезы наступали со всех сторон, окружив их. Ситуация становилась критической. Барс понимал, что долго им не продержаться. Он приказал всем спрыгнуть с машины и отступать вглубь леса, надеясь оторваться от преследователей. Они повыпрыгивали на ходу. Джип врезался в деревья.

После двинулись быстро и бесшумно, используя каждую складку местности, чтобы укрыться от огня.

Вилика и Маржин, бежали впереди. Ноги девушки были растёрты в кровь, но она их уже не чувствовала. Они понимали, что шансы на выживание невелики, но не сдавались. Барс, Макр и Крис сражались до последнего патрона, пока их не окружили со всех сторон.

Когда патроны закончились, Вилика и Маржин достали ножи. Они были готовы умереть, но не сдаться. Преследователи приблизились к ним, ощетинившись оружием. В глазах Вилики и Маржина не было страха. Только решимость. Она посмотрела в глаза Барса и прошептала:

– Спасибо за всё. Я тебя люблю.

Барс обнял её.

– Прости. Я пытался.

– Знаю.

Их окружили, и они услышали хриплый низкий голос Дыра.

– Попались. Ха – ха. Теперь твоя девка мне и как подстилка не нужна. Грохнем после… А всех вас повесим здесь на лианах.

– Я не дам им тебя тронуть. – Процедил Барс, развернулся лицом к врагам и выставил нож. Макр и Крис также закрыли собой Маржина.

Они приготовились встретиться со смертью.

Внезапно из леса выскочили друзья Барса, Бусин и люди Криса. Они бросились на головорезов, стреляя на ходу. Завязалась ожесточенная и рукопашная схватка, помимо стрельбы. Барс снова сражался, как зверь, круша врагов направо и налево. Макр и Крис не отставали от него, нанося точные и смертоносные удары. Даже вечно молчаливый и неповоротливый Бусин отличился, задушив собственноручно двоих.

Вскоре преследователи дрогнули и начали сдавать позиции. А спустя некоторое время погибли все. Остался только Дыр. Его обезоружили и скрутили в бараний рог, связав руки. Он начал орать ругательства. Барс всунул ему в рот кляп.

– Заткнись мразь!

Барс свирепо смотрел на него, в его глазах плескалась ненависть. Он медленно подошёл к нему, поднял с земли нож и присел на корточки. Дыр забился в конвульсиях, глаза наполнились ужасом. Барс провёл лезвием ножа по его щеке, оставляя тонкую полоску крови.

– Ты думал, что я позволю тебе сделать это с Виликой? Ты ошибался. Я скорее умру, чем позволю тебе прикоснуться к ней.

Он поднялся и кивнул Макру и Крису. Те взяли Дыра за ноги и потащили вглубь леса. Через несколько минут оттуда донёсся предсмертный крик, который оборвался внезапно. Барс вернулся к Вилике. Она сидела на земле и плакала. Он обнял её и прижал к себе.

– Всё кончено, принцесса. Он больше не причинит нам вреда.

Они долго стояли в обнимку. Парни не мешали им и курили в стороне. После долгих поцелуев с любимой, Барс обратился к ним:

– Спасибо, что успели. Я никогда этого не забуду. – Он снова обнял девушку. Маржин молчал.

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая лес в багряные тона. Тишина, наступившая после боя, казалась оглушительной. Барс оторвался от Вилики и оглядел своих товарищей. В их глазах увидел усталость, но и облегчение. Он знал, что они рисковали многим, придя им на помощь. Многие были ранены. Надо было обработать и перевязать раны.

– Нам нужно уходить, – тихо произнес, вытирая пот со лба. – Здесь небезопасно.

Парни кивнули. Он понимали, что Барс прав. Возможно, Дыр был не единственным, кто хотел заполучить Маржина и Вилику. Да и дикари тоже небезопасный народец.

Барс взял Вилику за руку, и помог сесть в джип. Макр помог Маржину. Они двинулись по направлению в Доконг.

Путь был долгим и трудным. Но они ехали, не останавливаясь, так как знали, что впереди их ждёт новая жизнь. Жизнь, в которой они будут свободны от страха и насилия. Жизнь, в которой смогут любить и быть любимыми. Свадьба, две империи сольются в одну и много ярких историй, которые напишет Бусин, который имел писательский талант и всё время делал заметки.

Эпилог

Время летело стремительно. Доконг встретил их не как беженцев, а как героев. Барс и его команда получили почет и уважение, Маржин – долгожданную свободу и возращение к дочери, домой в Коркок.

Доконгцы, как выяснилось, были под гнётом Дыра и его банды. Узнав, что их избавили от тиранизма, люди устроили праздник и щедро одарили Барса и всю его компанию.

В Коркоке всё решалось шаг за шагом.

Раны заживали не только физические, но и душевные. Вилика, наконец, расцвела, найдя отца и избавившись от страха. Маржин, окруженный заботой и любовью, постепенно возвращался к жизни. Но управлять своей империей уже не смог. Эдарин Пашиграевич был счастлив больше всех: Он получил не только идеальную невестку, но и вернул сына из мира бандитизма, сделав его правой рукой в своей компании.

Маркус всё-таки выиграл заветный тендер и, как и обещал, его юристы составили документ, предоставляющий Вилике пожизненные десять процентов, включая и её будущих потомков. И на удивление стал их другом семьи, не потому что поделился прибылью от постройки крупнейшей автомагистрали, а потому что нашёл убийц её матери. Ими оказались люди Дыра. Как выяснилось, он давно уже следил за их семьёй, хотел Вилику, как умалишённый и на всё пошёл, чтобы заполучить её – такую неординарную огненноволосую куколку.

Бусин не терял времени даром. Его записная книжка пополнялась день за днём. Он вписал грандиозную главу слияния двух крупных компаний в одну – единое сердце. И жадно впитывал истории новых знакомых, переплетая их с событиями недавнего прошлого. Видел в этом материале не просто приключенческую историю, а глубокую драму о свободе, любви и цене, которую приходится платить за мир.

Барс по наставлению Вилики создал персональную выставку своих полотен, чем привлёк богатых инвесторов в его талант. В течение года ещё открылось три выставки в разных городах. Он стал известным художником и поступил в художественный университет.

Вилика же тоже прославилась, записав музыку на своей дудочке, которая играла фоном на всех выставках любимого. Она поступила в музыкальную обсерваторию, как и мечтала.

Они любили друг друга очень сильно, однако решили пожениться через год после всех громких событий, чтобы всё уже улеглось со всех сторон.

Свадьба Барса – Марина и Вилики стала символом единения двух крупных миров в мире бизнеса. Пышное торжество, на котором присутствовали многочисленные гости, ознаменовало начало новой эпохи в Коркоке и Коврополе. Эпохи мира и процветания.

Бусин, наблюдая за танцующими молодоженами, улыбался. Он знал, что это только начало. Впереди их ждёт еще много испытаний, много побед и поражений. Но он также знал, что их любовь и дружба смогут преодолеть любые препятствия. Его рука потянулась к записной книжке. Пора было начинать новую главу.

* * *

Читатель, прошу, оставь отзыв.

Content

Лана Ременцова
Барс. Взрыв мозга

Пролог

Глава 1. Нежданный «подарок»

Глава 2. Знакомство поближе

Глава 3. Вилла Барса

Глава 4. Разборки

Глава 5. Неожиданности

Глава 6. Взрыв мозгов

Глава 7. Встреча в Доконге

Глава 8. Доконг

Глава 9. Храм

Глава 10. Племя

Эпилог