Чхон Нынгым

Охотники на призраков. Том 1

Информация от издательства

На русском языке публикуется впервые

Чхон Нынгым

Охотники на призраков. Том 1 / Чхон Нынгым; ил. Чон Мёнджин; пер. с кор. Светланы Немкевич. — Москва: МИФ, 2025. — (Охотники на призраков).

ISBN 978-5-00250-081-9

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Original title: (HERE COMES THE GHOST

HUNTER 1 MONSTER VILLAGE)

Text copyright © Cheon Neung-geum, 2021

Illustrations copyright © Jeon Myung-jin, 2021

All rights reserved.

First published in Korean by BIR Publishing Co., Ltd.

Russian language edition arranged with BIR Publishing Co., Ltd.

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025

Персонажи

Тэджу

Ученик начальной школы, который любит футбол и заботится о младшем брате. Когда он попадает в деревню Ёгве, его обычная жизнь превращается в мистическое приключение.

Хэджу

С виду милая одиннадцатилетняя девочка, но на самом деле — охотница на призраков, которой более пятисот лет. Будучи главой команды охотников, она вместе с ёгве защищает деревню от призраков. Её особый навык — искусство владения мечом.

Вольджу

Брат Хэджу и бывший охотник на призраков. По неизвестной причине он утратил полномочия охотника и теперь скитается по миру людей.

Удодам (мальчик с крыльями)

Учится в четвёртом классе начальной школы. С виду маленький ребёнок, но обладает огромной силой, которую использует, чтобы побеждать призраков.

Канёль (тритон)

Учитель плавания в деревне Ёгве. Побеждает духов водяным кнутом, который появляется у него из рук.

Чильчон (мышь-ёгве)

Журналист в деревне Ёгве. Побеждает призраков, управляя полчищами мышей.

Кугарян (кумихо, девятихвостая лиса)

Использует девять хвостов и огненное дыхание для сражения с призраками.

Пангуби (живой тотем-страж деревни)

Водитель автобуса в деревне Ёгве. Может разделять своё тело на две части, чтобы побеждать призраков.

Автор: Чхон Нынгым

Люблю истории о призраках и ёгве, поэтому пишу о них. В 2021 году получила девятую премию «Король историй» за книгу «Охотники на призраков».

Иллюстратор: Чон Мёнджин

Живу, рисую и забочусь о двух котах. Автор и иллюстратор книги «Сжигание лунного дома», иллюстратор книг «Охотники на призраков», «Девочка-зеркало», «Мистическая доска объявлений», «В нашем районе живёт горбатый кит», «Секретный сайт “Неверленд”», «Когда меня зовут по имени» и других произведений.

История Тэджу

Сейчас только я могу спасти Тэхи. Тэхи исчез. Призрак забрал его.

Пролог

— Ты знаешь, почему это место называют деревней Ёгве?[1] Говорят, здесь на самом деле обитает нечистая сила, — сказал Тэхи, показывая мне экран телефона.

Я оторвал взгляд от окна автобуса. Пять часов пути от Сеула до деревни Ёгве, две пересадки, но Тэхи, казалось, не чувствовал усталости.

Деревенский автобус проехал мимо указателя, сообщающего о приближении к деревне Ёгве.

Ещё немного — и мы встретимся с бабушкой.

— Смотри! Это стражи, охраняющие деревню! — воскликнул Тэхи, кивнув на пять деревянных столбов возле указателя.

Верхушки были искусно выточены в форме голов лисы, мыши, птицы и рыбы.

Последний же столб особенно выделялся — его венчало человеческое лицо, рассечённое надвое. Его выражение казалось гневным, словно сам столб готов был наказать виновника такого злодеяния.

— Опять ты про призраков? Здесь нужно вести себя осторожнее. Если вновь заговоришь о том, что видишь духов, рискуешь быть изгоем и в этом месте.

Похоже, Тэхи напрочь забыл, как его высмеяли, когда он рассказал, что видел призрака за спиной друга. Если над ним начнут издеваться и здесь, это может стать последней каплей. Теперь, когда родители разошлись, ждать помощи неоткуда.

Тэхи уныло спросил:

— Ты пойдёшь в школу?

— Нет.

— Совсем?

— Пойду, когда поправлюсь.

— Люди, которые садятся за руль пьяными, ужасны. Один водитель причинил боль моему брату, — пробормотал Тэхи и принялся теребить синие наручные часы.

Месяц назад, когда родители не смогли купить Тэхи подарок на день рождения, я взял свои последние две тысячи вон и отправился к игровому автомату.

Тэхи каждый день любовался синими часами, которые там лежали, и делал это по дороге в школу и обратно. Пока я пытался их выиграть, в автомат врезался автомобиль с пьяным водителем за рулём. Я попал под удар.

Удалось ли мне заполучить часы, не помню, но сейчас они красовались на запястье Тэхи.

Погружённый в воспоминания, я вздрогнул от резкой остановки автобуса. Визг тормозов отдался в ушах. Я инстинктивно протянул руку, чтобы защитить Тэхи.

В этот момент яркая вспышка, подобная молнии, озарила всё вокруг. Мир внезапно стал чёрно-белым, словно на старой фотографии.

Пышный лес за окном исчез, превратившись в пустырь.

Время застыло.

Медленно повернув голову, я осмотрелся.

В замершем автобусе лишь водитель обернулся ко мне.

Он был рассечён пополам, в точности как столб, что мы видели ранее.

Я затаил дыхание.

Если бы мог, я бы сжался в комок, но тело не слушалось. Глаза водителя на каждой половине лица уставились на меня.

Наши взгляды встретились.

Я попытался закричать, но из горла не вырвалось ни звука.

И снова перед глазами мелькнула ослепительная вспышка.

— Брат, брат! Ты в порядке? — Голос Тэхи вернул меня в реальность. Его руки трясли меня за плечи.

Оглядевшись, я понял, что чёрно-белый мир исчез и всё вернулось на свои места.

Пассажиры в автобусе с тревогой смотрели в нашу сторону. Только водитель спокойно продолжал рулить, будто ничего не произошло.

Я глубоко вздохнул и решил, что просто устал. Наверняка мне почудилось.

Старый автобус, громыхая на ухабах, вёз меня и брата к дому бабушки, однако на душе было неспокойно.

1. Музей ёгве

Дом бабушки, бережно перестроенный из старинного ханока[2], излучал тепло и уют, как и его радушная хозяйка. Плющ, оплетающий каменные стены, деревья, дарующие прохладную тень, и просторная веранда, идеально расположенная для созерцания этой красоты, — всё выглядело словно кадр из телепередачи. Казалось, вот-вот появятся знаменитости и, наслаждаясь вкусной едой, воскликнут: «Как же у вас чудесно!»

Бабушка, староста деревни Ёгве, предупредила, что не сможет взять отпуск.

Вместо неё нас встретила записка на обеденном столе:

«Располагайтесь и чувствуйте себя как дома.

Вечером приготовлю что-нибудь вкусное. Вот немного денег на расходы. В десяти минутах езды на велосипеде находится главная площадь, купите там всё, что захотите. Увидимся позже.

С любовью, бабушка»

Велосипед? Разве здесь есть велосипед?

Пока я пытался его найти и понять, где он находится, услышал голос Тэхи со двора:

— Брат, вон и велосипед! Похоже, наш. Тут написаны наши имена.

Я вбежал в комнату с табличкой «Тэджу, Тэхи» и распахнул окно. Двор был хорошо виден.

Тэхи радостно прыгал вокруг велосипеда, внимательно его разглядывая.

— Теперь у нас есть велик!

— Ты же не умеешь на нём ездить! Разве что на трёхколёсном.

— Но мама так и не купила мне двухколёсный. Если я потренируюсь, смогу!

— Ладно, иди в дом. Давай приготовим рамён.

Мы решили сварить лапшу, чтобы сэкономить деньги. Возможно, бабушка огорчится, но нам нужны сбережения на непредвиденные расходы.

Тэхи, с аппетитом поглощая лапшу, даже не заметил, что забрызгал одежду.

— Мне нравится бабушкин дом. У нас теперь есть своя комната.

— Вот как? Может, останешься здесь жить?

— Хм-м… Нет, всё-таки в Сеуле лучше.

Как тесная квартира в Сеуле может быть лучше, если у нас там даже своей комнаты нет? Квартирка маленькая, и друзей в гости не пригласишь.

Хотя друзей у нас тоже нет.

После весёлого обеда утомлённый Тэхи отправился в комнату и задремал. Я закончил мыть посуду и устроился на веранде, любуясь двором.

Нахлынули воспоминания о детстве. И о том самом дне, когда мы впервые увидели призрака.

— Бабушка, смотри, птица с тремя ногами! — Я указал на странное создание, восседавшее на заборе.

Тэхи, испугавшись, уткнулся носом в складки бабушкиной юбки.

— Бабушка, ты, как и мама, не видишь таких созданий?

— О нет, милый, наоборот. Ты про ворона?

— Правда видишь?

— Конечно. Но это не призрак, а ёгве. Призрак — душа человека, который умер и не смог перейти в загробный мир, оставшись блуждать среди живых. Ёгве же рождается с мистической силой изначально. В общем, они немного разные.

— Всё равно страшно, — прошептал я, прижимаясь к бабушке.

В отличие от мамы, которая сердилась и обвиняла меня во лжи, когда я рассказывал о призраках, бабушка всегда мне верила. Благодаря этому, даже сталкиваясь с необъяснимым, я не сомневался в здравости своего рассудка. Однако всегда старался держать переживания при себе. Люди обычно недолюбливают тех, кто утверждает, что видит призраков. Подобные мысли немного тяготили меня, и мне часто нужно было отвлечься.

Убедившись, что Тэхи крепко спит, я выкатил велосипед со двора. Деревня Ёгве была окружена густым лесом, куда более диким, чем островки зелени, что можно найти между небоскрёбами в Сеуле.

Проезжая по лесной тропинке, я вспомнил слова мамы: «Когда смотришь на лес, становится тревожно на душе».

Внезапно мой взгляд упал на табличку с пугающей надписью:

Музей ёгве

Музей ёгве в деревне Ёгве…

Любопытство взяло верх, и я, притормозив, решил заглянуть внутрь.

Здание музея было размером со школу, да и двор напоминал площадку обычного учебного заведения. Вдоль стены выстроились ряды реликтовых деревьев гинкго, чьи листья уже начали приобретать золотистый оттенок. Под раскидистыми кронами неторопливо прохаживалась девочка, выполняя странные упражнения, отдалённо напоминающие приёмы боевого искусства тхэквондо, но определённо ими не являющиеся.

Должно быть, я слишком пристально наблюдал за ней, потому что она внезапно остановилась и, прищурившись, посмотрела на меня с подозрением.

— Хочешь музей посетить?

— Что? А-а-а, да…

Девочка, одетая в традиционный корейский наряд ханбок с красным верхом и белой юбкой, украшенной мелкими цветочками, подбежала ко мне. Её длинная чёрная коса так и развевалась.

— Пойдём. Я хозяйка музея, — сказала она.

— Ты? — удивился я.

— Ага.

Не успел я поинтересоваться, как столь юная особа может владеть целым зданием, как она, уже переступив порог, громко объявила:

— Вход бесплатный!

Услышав это, я сразу последовал за ней.

Музей ёгве был разделён на несколько зон: кафе, Призрачный зал, Зал ёгве и исследовательскую лабораторию.

Подумав, что неплохо бы купить что-нибудь в кафе, я заметил на двери лаборатории надпись «Посторонним вход воспрещён», поэтому решил начать осмотр с Призрачного зала.

Ярко освещённое помещение заполняли разнообразные экспонаты. Здесь была шапка из конского волоса камтху, маска в форме ослиной морды, золотые бусы, метла, глиняный горшочек и множество других старинных вещиц. Но на первый взгляд всё выглядело вполне обыденно.

Почему же тогда зал — Призрачный?

Девочка, которая неотступно следовала за мной, будто прочитав мои мысли, охотно начала объяснять:

— Когда человек умирает, тело предают земле, а душа отправляется в загробный мир. Но некоторые души не находят пути туда и становятся призраками. Они не могут существовать в нашем мире самостоятельно, поэтому ищут предметы, к которым способны привязаться. Так они и живут, паразитируя на вещах. Ну а предметы, в которых они поселились, называют, естественно, призрачными артефактами.

— А-а-а.

Мой равнодушный ответ позабавил девочку, и она тихонько усмехнулась:

— Думаешь, это всё глупости?

— Не знаю, — неуверенно пробормотал я и продолжил бродить по залу.

Среди множества предметов один особенно привлёк моё внимание. Я замер напротив витрины, где была выставлена красная заколка для волос, согласно описанию, сделанная из коралла. Круглая, с неровными краями, она напоминала маленькое солнце. Пока я внимательно её разглядывал, девочка снова направилась ко мне.

— Это Пламенник, — заметила она. — В обычном состоянии он выглядит как заколка. Однако при появлении призрака превращается в меч, который извергает огонь и уничтожает злого духа.

— А-а-а, — опять протянул я.

Девочка усмехнулась моему безразличному ответу, и я невольно улыбнулся. Когда она повернула голову, я обнаружил, что её заколка была такого же ярко-красного оттенка, как и музейный экспонат.

— Ого, а у тебя похожая заколка, — вырвалось у меня.

— Ты про эту? Да, оригинальная мне очень понравилась, и я сделала себе примерно такую же, — ответила девочка, слегка дёрнув чёрными бровями, будто смутившись.

На мгновение воцарилась тишина.

Помявшись, я наконец решился представиться:

— Меня зовут Тэджу. Кан Тэджу.

— А меня — Хэджу, — ответила она.

— Имена странно похожи, — заявил я и, чувствуя неловкость от внезапного знакомства, поспешил к следующему выставочному стенду.

Однако там ничего не оказалось, только пустая витрина.

На месте, где должен был находиться экспонат, висела табличка с надписью:

Принимаем пожертвования призрачных артефактов. Пожалуйста, свяжитесь с нами в любое время.

«Кто вообще жертвует такие вещи?» — подумал я и вдруг осознал, что уже припозднился.

— Который час? — спросил я.

— Сейчас? Шесть, — ответила Хэджу.

— Ох! Мне пора домой.

Нужно успеть вернуться до прихода бабушки! Я не мог в первый же день оставить брата одного и отправиться на прогулку. Торопливо выбегая из здания, я едва не столкнулся с мужчиной, заходящим внутрь, и застыл на месте.

Это был водитель деревенского автобуса.

Он мельком взглянул на меня и прошествовал мимо.

Я продолжал смотреть ему вслед. Как выяснилось, водитель знаком с Хэджу — они тепло поздоровались, прежде чем он скрылся за какой-то дверью.

Разумеется, тело водителя не было разрезано пополам. Но я никак не мог отделаться от воспоминания о том жутком видении.

По коже пробежали мурашки.

Человек, разрезанный пополам, и Музей ёгве.

Что-то здесь явно не так.

2. Денежный сундук

На ужин бабушка приготовила рисовые клёцки ттокпокки.

— Ох, вы, должно быть, очень устали, добираясь сюда! — заботливо проговорила она. — Хорошо пообедали?

Я решил не упоминать о лапше, чтобы не попасть в неприятности, и ловко перевёл беседу в другое русло:

— Бабушка, сегодня я побывал в Музее ёгве.

— Ах да, том, что на въезде в деревню? И как тебе?

— Времени было маловато, не успел всё как следует рассмотреть, но было очень интересно.

Бабушка сказала, что несколько раз посещала музей. По её словам, мнения о нём разнятся: одним нравятся необычные экспонаты, другие относятся скептически.

Некоторые жители деревни считают название неуместным и предлагают переименовать его в Этнографический музей.

— Не думаю, что ёгве нужно обязательно воспринимать в дурном свете. В народных сказках есть много историй о ёгве, которые помогают людям. Например, легенда о деве из раковины или сказка о благодарной сороке. Хотя, может, они и не совсем ёгве? Ха-ха! — Звонкий голос бабушки разительно отличался от маминого.

Если бабушка смеялась громко, то мама — сдержанно и приглушённо: «Хо-хо-хо».

К тому же мама редко позволяла себе раскатистый хохот. Однако, несмотря на это, когда они улыбались, то были удивительно похожи, подтверждая поговорку «кровь не обманешь».

Отметив родные мамины черты в бабушкином лице, я почувствовал, как тревога мало-помалу отступает.

Однако ночью меня снова охватило беспокойство. Лёжа в постели, я начал осознавать, что некоторое время нам предстоит жить без родителей, да ещё и в незнакомом месте. С этим тяжёлым чувством я погрузился в неглубокий сон.

Меня разбудил звук закрывающейся двери. Это был Тэхи.

— Ты где пропадал?

— Не мог уснуть, вышел ненадолго во двор подышать свежим воздухом.

Значит, и Тэхи мучила бессонница. Но теперь он, наверное, продрогший от прохладного ночного ветра, постепенно согревался под одеялом.

Тэхи прошептал:

— Брат, а долго нам ещё надо жить отдельно от родителей?

Кто знает, сколько продлится разлука? В памяти всплыла мамина фраза: «Пока я не найду дом, где много солнечного света».

Что за глупости! Разве так важно иметь дом, залитый солнцем?

Ведь и за пределами здания света предостаточно.

На следующий день после завтрака раздался звонок от мамы. Первым телефон схватил Тэхи.

— Мам, здесь просто замечательно! Бабушка приготовила на завтрак омлет с рисом и жареные сосиски. А ещё она купила нам велосипед. Что? Трёхколёсный? Нет, конечно! Если буду тренироваться, скоро смогу ездить на двухколёсном.

Наше финансовое положение ухудшилось около года назад. Мама старалась это скрыть, но, когда папа начал больше времени проводить дома, ситуация стала очевидной. Вскоре наша жизнь полностью переменилась.

Сперва мы переехали в другой дом, потом поменяли машину, и наконец изменились продукты на нашем столе.

Когда было уже нечего менять, мама приняла нелёгкое решение отправить нас к бабушке.

— Мама, не волнуйся. Я заработаю кучу денег, и мы опять будем жить вместе, — привычно сказал Тэхи и кивнул мне, предлагая взять телефон.

Я покачал головой. Мне не хотелось слышать мамин голос, чтобы не раскиснуть.

После того как Тэхи завершил вызов, я вспомнил, что хотел сказать: «Мама, в доме бабушки всегда много солнечного света».

Однако сегодня казалось, что небо не собирается одарить нас ни единым лучиком.

Пасмурная погода, установившаяся с утра, не отступала до вечера. А ветер столь яростно завывал, что из-за звука дребезжащей двери было невозможно заснуть.

Я встал, чтобы проверить, надёжно ли закрыто окно, и вдруг услышал голос Тэхи, доносящийся со двора.

Если бы погода была похожей на вчерашнюю, это не вызвало бы удивления, но выйти на улицу в такую штормовую ночь — весьма странно. Сейчас точно не время для прогулок: казалось, тебя вот-вот унесёт порывом ветра.

Я приоткрыл окно и обнаружил, что Тэхи сидит на корточках под деревом. Уже готовый окликнуть его, я внезапно осёкся, заметив, что брат не один.

Рядом сидел ребёнок, одетый в сверкающий белый традиционный наряд, ханбок, и держащий в руках маленький блестящий сундук.

До меня донёсся детский мальчишеский голос:

— Молодец. Тебя никто не видел?

— Нет. — Голос Тэхи звучал неуверенно, в отличие от смелого тона собеседника.

— Ты помнишь, что я говорил накануне? Приходи сюда с сундуком каждую полночь, а я буду наполнять его деньгами. Давай же!

Тэхи, явно колеблясь, поднял крышку и достал что-то. К моему изумлению, купюру в пятьдесят тысяч вон!

— Но мне нужно больше денег. Столько, чтобы хватило на покупку дома! — с отчаянием воскликнул Тэхи.

Почему странный мальчик даёт деньги Тэхи? Разве не подозрительно? Может, это новая разновидность мошенничества, о чём обычно предупреждают по телевизору?

— Тогда у меня есть условие. Ты должен принести мне одну вещь.

— Какую?

Я прильнул к москитной сетке, напрягая слух. Холодный ветер хлестал по щекам. Мальчик что-то бормотал, но я не мог разобрать ни слова. А Тэхи, услышав, что он сказал, решительно вскочил на ноги.

— Хорошо. Я обязательно принесу, поэтому и ты сдержи обещание. — Тэхи просиял от счастья, помахал рукой и направился к дому.

В тот же миг мальчик исчез, будто его и не было вовсе.

И меня осенило: он же призрак!

Утром я притворился спящим и ждал, когда бабушка покинет дом.

К моему облегчению, как только бабушка ушла, Тэхи выскользнул за дверь, громко сообщив, что собирается осмотреть окрестности.

Я моментально вскочил с постели. Пора приступать к операции.

Цель ясна: найти тот самый сундучок, из которого Тэхи достал деньги, и выяснить, что это за загадочный предмет.

К счастью, обнаружить сундук было несложно. Он лежал в сумке брата.

Сундучок выглядел как старинная деревянная вещица: такую можно увидеть в этнографическом музее. Однако на том всё сходство и заканчивалось. А внутри не оказалось ничего — ни денег, ни каких-либо предметов.

Вдруг я услышал, как Тэхи возвращается домой.

Я поспешно сунул сундучок в сумку брата и выскочил на веранду.

В руках у Тэхи был пластиковый пакет из круглосуточного магазина.

— Тэджу, хочешь перекусить? — спросил он, вываливая содержимое на стол.

На поверхность посыпались сладости, мороженое, шоколад и даже готовый обед. По моим прикидкам, покупки стоили не меньше тридцати тысяч вон.

— Эй, откуда у тебя деньги? — спросил я насторожённо.

Однако Тэхи проигнорировал вопрос и продолжил увлечённо копаться в пакете.

— Дай-ка сюда кошелёк, — потребовал я, протягивая руку.

Когда я потянулся к Тэхи, лицо брата резко изменилось. Взгляд стал острым, а губы сжались в тонкую линию. Он был совсем не похож на себя.

Я мигом отдёрнул руку.

Я немного напугался, но как старший брат я должен был что-нибудь сказать.

— Откуда у тебя деньги? Отвечай. — Я старался не тараторить, чтобы он не уловил тревогу в моём голосе.

Тэхи шагнул ко мне, сжав кулачки.

— Ты мне не мама, чтобы нотации читать!

— Что?! — Я не выдержал и кинулся на Тэхи.

Но и брат не отступил. Наше обычное шутливое толкание быстро переросло в настоящую потасовку.

Когда я пришёл в себя, то понял, что держу Тэхи за воротник. Прежде он бы отвернулся, но теперь брат стоял прямо и смотрел мне в глаза с вызовом. Да и в действительности раньше мы никогда всерьёз не дрались.

Я разжал пальцы, отпуская воротник Тэхи. Но брат продолжал сверлить меня взглядом.

Не в силах выносить напряжённую атмосферу, я оставил Тэхи и выбежал из дома.

Оседлав велосипед, я помчался по извилистой лесной дороге.

Педали крутились сами собой, а в моей голове не было ни единой мысли. Затем в памяти всплыла физиономия Тэхи. В тот момент на его лице появилось совершенно незнакомое мне выражение. Будто в брата вселился другой человек или даже призрак.

Мне отчаянно захотелось позвонить маме и поделиться с ней своими страхами.

Но мама не любит, когда я говорю о призраках. Она посчитает, что я снова выдумываю.

— А-а-а! — От досады я яростнее закрутил педали и закричал во всё горло.

Бум!

Велосипед за что-то зацепился. Тело рванулось вперёд, и велосипед взмыл в воздух. Я почувствовал, как голова ударилась о землю.

— А-а-а, ой! — Череп раскалывался от боли.

Сквозь пелену я заметил, как ко мне мчится девочка с чёрной косой.

— Тэджу! Эй, ты в порядке?

Я с трудом распахнул отяжелевшие веки, пытаясь понять, кто она такая.

Когда я сообразил, что это Хэджу, бережно поддерживающая мою голову, то потерял сознание.

Что ещё такое? Неприятный запах дезинфицирующего средства заставил меня невольно поморщиться.

— Эй, ты очнулся? Можешь открыть глаза?

Я с усилием разлепил веки и увидел склонившуюся надо мной девушку с бледным лицом и короткими тёмными волосами. Я оторопел и тут же приподнялся, пытаясь сесть.

Вроде бы я находился в кафе Музея ёгве. Как я здесь очутился?

Восстанавливая в памяти события, я подумал, что Хэджу привела меня сюда.

Когда я выпрямился, тело пронзила боль. Попытавшись опереться на стул, я почувствовал резь в руке. На запястье красовался пластырь.

Я попробовал отклеить полоску, чтобы осмотреть рану, но это вызвало новую волну боли.

— Ой!

— А ты приходишь в себя. — Девушка мягко отвела мою ладонь и аккуратно вернула пластырь на место.

В тот же миг в кафе появилась Хэджу с подносом в руках. На нём стояла чашка травяного чая с кедровыми орешками, в напитке плавал яичный желток.

— Вот настой из целебных трав. Нет ничего лучше для восстановления сил.

Хэджу предложила мне одно из тех снадобий, которые взрослые с удовольствием смакуют в телевизионной рекламе. Запах был ужасный, но, вспомнив довольные лица актёров, я храбро осушил всё залпом.

На вкус целебное средство оказалось горьким и неприятным. Думаю, я слишком доверился рекламе.

— Познакомься, это Кугарян, врач из деревенской больницы. Она как раз была в кафе и смогла тебя осмотреть.

Я удивился, что столь юная девушка оказалась врачом. Неловко склонив голову, я пробормотал слова благодарности.

Хэджу аккуратно поставила поднос и расположилась напротив меня.

— Кстати, — встрепенулась она, — ты что-то бормотал про сундук. Что ты имел в виду?

— Правда? Не помню, — смутился я.

— Не стесняйся, мне очень интересно. — В глазах Хэджу вспыхнул огонёк любопытства. — Что же это за вещь такая?

Я замешкался, вспомнив недавний случай в школе. Тогда мой рассказ о призраке в классе вызвал настоящий переполох, закончившийся вызовом мамы к директору. Только обещание больше не упоминать о привидениях позволило мне вернуться к учёбе.

— Понимаешь, это история моего друга… — начал я осторожно, заметив, что и врач внимательно прислушивается ко мне. — В общем, он нашёл небольшой сундучок. Поговаривают, что, если открыть его ночью в одиночестве, приходит призрак и кладёт туда деньги.

Когда я умолк, то осознал, насколько нелепо всё прозвучало, и криво усмехнулся:

— Глупо, да?

Но, вопреки моим ожиданиям, Хэджу сохраняла серьёзность.

— А твой друг… не вёл себя в последнее время необычно?

— В каком смысле?

— Не изменилось ли его лицо или поведение? Может, он стал на себя не похож?

Я вспомнил физиономию Тэхи, когда он бросился на меня. Прежде улыбчивый и миролюбивый брат вдруг стал агрессивным. Раньше он всегда старался решать конфликты словесно, избегая драк, но теперь…

Тэхи действительно стал другим.

— Кажется, да…

— Призраки питаются энергией людей, — тихо проговорила Хэджу. — Вероятно, конкретный призрак забирает жизненные силы в обмен на деньги. Ситуация крайне опасна. Если продолжать брать у него деньги, может случиться что-то ужасное. Нужно остановить твоего друга, пока не поздно.

Я почувствовал, как меня охватывает паника. Нельзя терять ни минуты! Сегодня ночью Тэхи опять откроет сундук и возьмёт деньги.

Я обязан спасти брата.

Вскочив на ноги, я ударился коленом о край стола, но проигнорировал боль.

Я уже собирался выбежать, наспех поблагодарив за помощь, когда Хэджу окликнула меня:

— Тэджу, передай своему другу: если он не совладает с собой, пусть обратится ко мне. Возможно, я сумею помочь…

Я коротко кивнул и впопыхах покинул музей.

Вернувшись домой, я обнаружил сообщение от бабушки на автоответчике: «Прости, Тэджу. Сегодня меня оставили работать в ночную смену, вернусь только к утру. В случае чего сразу звони. И пожалуйста, поужинайте чем-нибудь ещё, кроме лапши. Хорошо?»

Услышав её голос, я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Осознание того, что ночью мне придётся столкнуться с Тэхи и призраком в одиночку, одновременно пугало и придавало решимости.

«Но так даже лучше, — подумал я. — Бабушка была бы шокирована, увидев всё своими глазами. Я справлюсь».

Тэхи вернулся домой поздно, когда время ужина давно миновало. Не проронив ни слова, он сразу скрылся в комнате. Судя по запаху пиццы, который я уловил, брат поел вне дома. Подозреваю, на это и ушли последние деньги из тех пятидесяти тысяч вон.

В обыденной ситуации Тэхи не позволил бы себе потратить ни воны — деньги всегда представляли для брата огромную ценность.

Притворившись спящим, я спрятался в комнате бабушки, чтобы дождаться часа икс. Ровно за пять минут до полуночи Тэхи прокрался во двор, держа в руках сундучок.

Я осторожно последовал за ним.

Затаившись за глиняными горшками, я отчётливо видел брата, сидящего под деревом.

В полночь он открыл сундук, и тот самый мальчик появился вновь. Тэхи без колебаний потянулся за деньгами — очередной купюрой в пятьдесят тысяч вон.

Но мальчик не обнадёжил его и захлопнул крышку:

— Ты принёс то, что я просил?

— Нет. Я добрался до места, но… не смог войти. Испугался. Завтра обязательно принесу.

— Нет, — отрезал мальчик в белой одежде. — Ты обещал сделать всё сегодня. Иначе денег не будет.

Тэхи разочарованно опустил голову.

Мальчик погладил его по голове, словно мать, утешающая ребёнка. Прямо из макушки головы Тэхи засочился слабый свет.

С каждым прикосновением облик мальчика становился всё чётче: он наполнялся энергией.

Тэхи же, наоборот, побледнел и схватился за голову, будто от боли.

Меня охватило желание кинуться к брату и оттолкнуть призрака. Но ноги предательски дрожали, не слушаясь. Я окаменел, парализованный страхом.

Мальчик медленно повернул голову. Его бледное, до сих пор полуразмытое лицо и рука, проходящая сквозь тело Тэхи, заставили меня похолодеть.

Но самым ужасающим был его взгляд, точнее глаза — белые, без зрачков, — смотрящие на меня в упор.

Призрак!

— А-а-а! — Я зажал рот ладонями, подавляя рвущийся наружу крик.

Хотя я видел немало призраков раньше, здешний был самым жутким.

И вдруг раздался отчаянный возглас Тэхи:

— Завтра я точно принесу! Пожалуйста, поверь мне ещё раз!

— Нет! — Пронзительный вопль призрака резанул по ушам.

Я инстинктивно выпрямился во весь рост и заорал:

— Не смей… Не трогай его!

Призрак обратил взор на меня. В ту же секунду Тэхи молниеносно схватил деньги из сундука. Глаза призрака снова метнулись к моему брату.

— Как смеешь ты, ничтожный смертный, прикасаться к вещам призрака без дозволения! — Детский голосок внезапно сменился взрослым, полным ярости.

Тэхи оцепенело уставился на призрака перед собой.

Тот простёр руку над его темечком, и, едва ладонь коснулась волос, Тэхи содрогнулся от пронзительной боли.

Я бросился к брату. Тэхи дёрнулся ко мне, молча умоляя о помощи. В тот миг я был его единственным спасением.

Но прежде чем я успел схватить брата за руку, он исчез.

Сундук растворился в воздухе.

Призрак забрал Тэхи.

3. Решающая схватка с призраком денежного сундука

Я тяжело дышал. Ладони, сжимавшие руль велосипеда, пылали. Усталость навалилась неподъёмным грузом, но остановиться я не мог. Единственным человеком, способным помочь мне сейчас, была не мама и не бабушка, а Хэджу из Музея ёгве.

«Тэджу, передай своему другу: если он не совладает с собой, пусть обратится ко мне. Возможно, я сумею помочь…» — эхом отдавались в голове слова Хэджу. Тогда я пропустил их мимо ушей, но сейчас, вспоминая, понимал — она что-то знала.

Почти обессилев, я наконец добрался до Музея ёгве. Бросив велосипед у крыльца, ворвался в здание. Невзирая на глубокую ночь, тут было светло как днём.

— Есть здесь кто-нибудь? Хэджу? — Мой возглас разнёсся по пустым залам. — Хэджу! Хэджу! У меня срочное дело!

Услышала ли она меня? Из дальней комнаты с табличкой «Лаборатория» показался какой-то человек и направился ко мне.

— Хэджу… — Имя застряло в горле.

Передо мной стояла не Хэджу, а водитель деревенского автобуса, вернее ёгве, рассечённый надвое.

Душераздирающий крик вырвался из моей груди, когда я, отшатнувшись, рухнул на пол. На мой вопль из недр лаборатории потянулись другие существа. Но это были не люди, а ёгве!

Девятихвостая лисица, гигантская мышь ростом с человека, чешуйчатый гуманоид, ребёнок с огромными крыльями за спиной и рассечённый пополам мужчина — все они бесстрастно взирали на меня.

В памяти всплыли пять столбов у входа в деревню. Пять ёгве, в точности соответствующие высеченным на них изображениям. Значит, ёгве действительно тут обитают. Тэхи прав.

Пока я в ступоре таращился на них, чешуйчатый человек пристально посмотрел на меня и произнёс:

— Откуда в музее мальчик? И по-моему, он нас заметил. Эй, малыш, ты нас видишь? Постой-ка, ты, случайно, не…

— Тэджу! Что случилось? — прервав речь чешуйчатого, откуда-то появилась Хэджу и подбежала ко мне.

— При… при… призраки…

— Призраки? Называть нас, духов — защитников деревни, низшими призраками — явное оскорбление. — Чешуйчатый изумлённо покачал головой.

Я беспомощно переводил взгляд с Хэджу на ёгве и обратно, отчаянно желая, чтобы кто-нибудь объяснил мне происходящее.

Хэджу положила руки мне на плечи. В её круглых чёрных глазах читалась тревога. Выражение на её лице напомнило мне мамино в те моменты, когда она собиралась сообщить что-то важное.

— Слушай внимательно, — проговорила Хэджу. — Эти ёгве — защитники. Их называют деревенскими стражами. Они помогают мне оберегать людей от призраков и не причинят тебе вреда.

— Ты… — Я запнулся. — Ты тоже ёгве?

— Нет, я охотник на призраков. Моя работа — уничтожать их. Теперь тебе немного понятнее?

Охотник на призраков? Деревенские стражи? Я растерялся и совершенно запутался.

Неожиданно у входа в музей раздался знакомый голос:

— Есть тут кто-нибудь?

Брат? А он-то почему сюда пожаловал?

— Тэхи! — воскликнул я, не веря своим ушам.

Оттолкнув Хэджу, я ринулся к брату. Схватив за плечи, внимательно посмотрел на него. К счастью, он казался невредимым. Лишь странный запах едва уловимо исходил от него, и взгляд был чуть рассеянным.

— Ты представляешь, как я испугался, когда призрак забрал тебя?

— О чём ты говоришь? Какой призрак? — Тэхи посмотрел на меня с искренним недоумением. Затем мягко отстранил мои руки и начал озираться по сторонам, с любопытством изучая музей.

Неужели Тэхи не помнит недавние события? Или я что-то неправильно истолковал?

Когда я в замешательстве попытался последовать за братом, Хэджу бесшумно приблизилась и приложила палец к губам, призывая меня к тишине. А после она многозначительно посмотрела на вход в Призрачный зал.

Обернувшись, я обнаружил ёгве, притаившихся у порога.

Хэджу двинулась вслед за Тэхи. Как и в тот день, когда я впервые пришёл в Музей ёгве, она начала рассказывать о призрачных артефактах. Однако взгляд девочки, устремлённый на Тэхи, был острым и внимательным.

Брат проявлял неподдельный интерес к экспонатам, пристально изучал каждый. Он детально рассматривал всё, пока не замедлил шаг перед открытой витриной, где лежал старинный ключ.

— Что это? — спросил Тэхи у Хэджу, не отрываясь от артефакта.

— Ключ от сундука с деньгами, — ответила Хэджу. — То, чего призрак боится больше всего. По легенде, туда можно заточить призрака, одержимого жаждой наживы. Каждую ночь он даёт деньги тому, кто находит сундук, но взамен тайно похищает жизненную энергию жертвы. Постепенно, даже ничего не замечая, человек истощается и в конце концов лишается тела. А ключ способен навсегда запереть духа. Полагаю, призрака по-настоящему пугает незавидная участь.

Глаза Хэджу, взгляд которых был устремлён на Тэхи, сверкали, как у кошки, выслеживающей добычу. А Тэхи уставился на ключ, словно мышь, заворожённая сыром в мышеловке. Напряжение, подобное тому, что возникает в пищевой цепочке, наэлектризовало воздух.

В мгновение ока пальцы моего брата нависли над ключом. Однако Хэджу, демонстрируя ловкость опытного бойца, стремительно парировала выпад Тэхи, а другой рукой ловко выхватила заветный артефакт.

Тэхи, не сумев завладеть ключом, гневно воззрился на Хэджу. Его тяжёлое дыхание зловещим эхом отдавалось от стен музея.

Хэджу воскликнула:

— Как ты смеешь так нагло пытаться обмануть охотника на призраков? Я повелеваю тебе показаться!

И призрак, который скрывался внутри Тэхи, послушался властного приказа.

Он, как найденный в прятках ребёнок, выступил вперёд и захихикал:

— Как ты догадалась?

Тело Тэхи, из которого выскочил призрак, упало на пол, будто сдувшаяся кукла.

Я рванулся к брату, но призрак преградил мне путь.

— Нет. Он мой. Я не позволю тебе забрать его.

Меня буквально парализовало от ужаса, но Хэджу пришла мне на помощь:

— Как ты, призрак, осмелился проникнуть в деревню Ёгве? Как ты преодолел защитный барьер?

— Барьер? Ты о столбах возле деревни? — усмехнулся призрак. — Это было проще простого. Я встретил мальчишку на автобусной остановке и предложил ему сундук. Он обрадовался, услышав о ежедневных деньгах, не стал выслушивать меня до конца и сразу схватил сундучок. Знаешь ли, если призрачный артефакт берёт человек, барьер не действует.

Призрак легко поднял обмякшее тело Тэхи одной рукой.

— Что ж, пора заняться делом. Мне нужен ключ. Отдай его — и я отпущу мальчишку.

— Не лги. И ключа ты не получишь, — твёрдо заявила Хэджу.

— Вот как? — Призрак извлёк сундучок из плаща Тэхи и швырнул на пол.

Затем он опустил моего брата на сундук, который мигом начал расти, пока не сравнялся размерами с Тэхи.

Тело, которое выглядело безжизненным, втягивалось внутрь невидимой силой и спустя минуту погрузилось в распахнувшийся зев сундука.

Призрак захлопнул крышку ногой.

— Я не могу отдать вам ребёнка. Если у вас есть способности, вы найдёте его!

Внезапно призрак подбросил сундук с Тэхи в воздух. В тот же миг пространство заполнилось сотнями идентичных предметов, материализовавшихся из ниоткуда.

Казалось, сундук размножился. Теперь было невозможно определить, в каком из них находится Тэхи.

Дух скрестил руки на груди и с довольной ухмылкой произнёс:

— Вы знаете, что происходит с человеком, который долго остаётся в призрачном артефакте? Он становится таким же, как я. Поэтому вам лучше отдать мне ключ до того момента, как с мальчиком что-то случится.

— Не бывать этому! Стражи, сюда!

По приказу Хэджу ёгве, притаившиеся у входа, ринулись к сундукам.

Призрак поднял палец и слегка покачал им. Сундуки молниеносно пришли в движение.

Тук-тук, бум-бум.

Сотни сундуков захлопали крышками, как летающие зубастые пасти. Оглушительный грохот напоминал звук отбойного молотка. От ужасающего шума я зажал уши и опустился на пол.

Хэджу встряхнула меня за плечо и крикнула:

— Соберись! Если мы хотим спасти Тэхи, надо действовать быстро!

Она схватила меня за руку и потащила вверх по сундукам, будто по ступеням.

Сила её была поразительна: всякий раз, когда я терял равновесие, она одним мощным рывком перетаскивала меня на следующую «ступеньку». Хэджу методично и яростно пинала каждый сундук, пытаясь обнаружить тот, в котором находился Тэхи.

Пока она вела поиски, стражи с неимоверной скоростью уничтожали ложные сундуки. Я не мог закрыть рот от изумления, наблюдая за зрелищем. Оно напоминало сцену из фильма о супергероях, которые используют уникальные способности в бою!

Мальчик с крыльями, обладая невероятной силой, разрывал сундуки, словно они были сделаны из бумаги. Чешуйчатый человек поблизости от него управлял водой, как живым кнутом, обвивая сундуки и с грохотом разбивая их о стену.

Жуткий страж, разрезанный пополам, который раньше вселял в меня ужас, использовал своё разделённое тело необычным образом. Две половины ёгве согласованно крошили сундуки, зажимая их между собой.

Лиса-оборотень кумихо грациозно размахивала девятью роскошными хвостами, превращая их в смертоносные орудия, подобные бейсбольным битам.

Однако что-то не давало мне покоя. В памяти отчётливо всплывало, что стражей должно быть пятеро, но одного явно недоставало. Здесь находились мальчик с крыльями, чешуйчатый человек, разрезанный пополам мужчина и кумихо, но куда подевалась огромная мышь?

Но тут воздух наполнился шуршанием тысячи крошечных лапок, из укрытия у входа в Призрачный зал выскочила гигантская мышь, а за ней и толпа крошечных грызунов.

С неприкрытым раздражением она обратилась к своим подданным, сгрудившимся перед ней:

— Ох, как же мне не хватает дополнительных сверхспособностей! Единственный мой дар — управлять мышами. Почему вы медлили? Ладно, приказываю: сражайтесь, мои воины, сокрушите сундуки!

Выслушав команду гигантской мыши, её миниатюрные подчинённые почтительно склонились, сложив передние лапки, а затем ринулись в гущу битвы.

Призрачный зал наполнился оглушительным грохотом разбиваемых сундуков. Однако, вопреки ожиданиям, призрак не выказывал ни малейшего недовольства. Наоборот, он стоял, скрестив руки на груди, и с явным весельем наблюдал за происходящим.

Озадаченный его реакцией, я пристальнее вгляделся в сундуки и в панике осознал, что на месте одного уничтоженного тотчас возникал новый. Их количество оставалось неизменным.

В бесконечной круговерти спасти Тэхи казалось невозможным. Отыскать его среди сотен одинаковых сундуков было всё равно что пытаться углядеть иголку в стоге сена.

Вдруг до моего слуха донеслось едва различимое:

— Брат… помоги мне, брат…

Я замер как вкопанный. Неужели меня позвал Тэхи? Я резко обернулся, но увидел лишь бесконечные ряды сундуков.

— Брат… мне страшно… — снова прозвучала мольба, на сей раз отчётливее.

Охваченный волнением, я схватил Хэджу за руку:

— Ты слышала? Это Тэхи!

— О чём ты? Разве можно услышать человеческий голос в таком шуме? — возразила Хэджу, а грохот разбиваемых сундуков, будто в подтверждение её слов, стал ещё громче.

Хэджу права — в такой какофонии различить сдавленный возглас брата казалось невозможным.

Однако я опять услышал мольбу Тэхи:

— Брат, спаси меня, я здесь…

Это точно он! Я уже не сомневался. Но Хэджу продолжала недоверчиво покачивать головой, явно не понимая, о чём я говорю.

Значит, голос Тэхи слышу только я.

— Нам нужно двигаться вправо: брат там, — заявил я.

Хэджу на мгновение задумалась, взвешивая все за и против, а затем категорически кивнула:

— Пойдём. Веди.

Я устремился в том направлении, откуда доносился голос. Хэджу следовала за мной, помогая лавировать между бесконечными рядами сундуков.

— Сейчас направо, теперь прямо… Потом налево, ещё раз налево… — бормотал я.

Я настолько сосредоточился, что чуть не врезался в мальчика с крыльями, яростно сражавшегося с сундуками.

— Куда вы направляетесь? — окликнул он нас.

— Тэджу слышит голос Тэхи, — пояснила Хэджу.

Глаза мальчика расширились от изумления.

— Неужто такое возможно? Даже если ты кричишь внутри волшебного предмета, звук не может выйти наружу. Хотя…

— Прекрати болтать, — оборвала его Хэджу, сверкнув глазами. — Если не собираешься присоединяться к нам, продолжай крушить сундуки.

Мальчик с крыльями колебался лишь мгновение, прежде чем решительно ответил:

— Тогда я поведу. Если я расчищу путь, мы найдём его быстрее, верно? — Он взмахнул могучими крыльями и устремился вперёд, сметая сундуки с нашего пути.

Мы без труда следовали за ним, я ориентировался на голос Тэхи.

А затем перед нами возник сундук, излучающий яркое белое сияние. Он был так близко, что казалось, до него можно дотянуться рукой.

— Вот он! — воскликнул я.

— Ну уж нет! — прогремел голос призрака, и дух сию секунду появился рядом с нами.

Когда я кинулся к сундуку, призрак последовал моему примеру.

— Нет! — Я отчаянно тянулся к сундуку, но призрак меня опередил.

Когда я почти смирился с поражением, откуда-то прилетел водяной кнут и обвил сундук.

— Хэджу, лови! — крикнул чешуйчатый человек и, мастерски управляя водяным кнутом, метнул сундук с Тэхи в сторону Хэджу.

— Не думайте, что легко отнимете его у меня!

Призрак ринулся к сундуку.

Но дорогу ему преградили внезапно появившиеся стражи.

Благодаря им сундук с Тэхи очутился у нас с Хэджу.

Призрак яростно взмахнул руками, и все разбросанные вокруг сундуки, подчиняясь незримой силе, начали собираться воедино, после чего обрушились на стражей.

— Времени нет! — рявкнул чешуйчатый человек, готовясь к новой атаке. — Давай же! Открывай сундук и освобождай Тэхи!

Трясущимися руками я распахнул крышку. Внутри царила тьма, более глубокая и непроницаемая, чем беззвёздное ночное небо. Но через мгновение мрак чуть рассеялся, и я обнаружил брата.

Он сидел в сундуке, съёжившись от страха, и глядел на меня широко раскрытыми глазами.

— Брат! — воскликнул я, хватая его за руку.

Тяжело дыша, он крепко обнял меня. Я начал вытаскивать Тэхи наружу, но окружающая его тьма пришла в движение. Подобно живому существу, она попыталась затащить пленника обратно.

— Нет! — истошно завопил я, из последних сил подталкивая Тэхи к Хэджу.

Тьма, упустив первоначальную жертву, вцепилась в меня. Я почувствовал, как меня неумолимо затягивает внутрь сундука.

К счастью, Хэджу успела взять меня за руку.

— Держись!

Краем глаза я заметил, как почти все стражи, объединившись, помогали Хэджу вытягивать меня из поглощающей тьмы. Тем временем крылатый мальчик в одиночку сдерживал натиск бесчисленных сундуков.

Призрак, обезумевший от ярости из-за потери Тэхи, метнулся к нам с диким воем:

— Негодяи!

Хэджу, убедившись, что Тэхи в безопасности, шагнула навстречу взбешённому духу:

— Теперь всё кончено. Призрак, пора тебе вернуться в загробный мир! — И она извлекла из волос красную заколку, которая незамедлительно трансформировалась в величественный меч.

Лезвие начало наливаться алым светом, когда Хэджу подняла его над головой, оружие вспыхнуло ярким пламенем.

Я с изумлением осознал, что это и есть Пламенник. Хэджу была хранительницей невероятно могущественного артефакта.

Не теряя ни секунды, Хэджу распахнула сундук и вонзила пылающий меч прямо в иероглиф «призрак», выгравированный на крышке. Дух, практически настигший Хэджу, замер и издал душераздирающий крик.

А потом он превратился в дым и исчез в недрах сундука. Вслед за ним пропали и подделки.

Бах!

Сундук с грохотом рухнул на пол.

Призрачный зал погрузился в тишину, будто никакого шума и не было.

Тэхи откашлялся и окинул взглядом окруживших нас стражей:

— Видишь, брат. Я же говорил, что ёгве существуют.

4. Не хочешь ли вступить в отряд охотников за призраками?

Хэджу сидела напротив нас с сосредоточенным выражением лица. Мы с Тэхи невольно напряглись, словно нас вызвали в учительскую для серьёзного разговора.

— Вы приняли решение? Стираем память или нет? — спросила Кугарян, сидевшая рядом с Хэджу. Её длинный красный ноготь нетерпеливо постукивал по столу.

За спиной Хэджу расположились ёгве в человеческом обличье. Окинув их взглядом, я твёрдо заявил:

— Я не хочу.

Мой ответ вызвал смешанную реакцию: половина ёгве тяжело вздохнула, другая же — радостно зашумела. Недовольная кумихо откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.

Выяснилось, что Кугарян, специалист по гипнозу, отвечала за стирание памяти у людей, столкнувшихся с призраками. Ведь для большинства такие воспоминания слишком травматичны и могут привести к помешательству.

Однако Хэджу предоставила нам выбор: мы сами должны были решить свою судьбу. По её словам, это связано с нашим редким даром видеть призраков — способностью, передающейся по наследству.

— Хорошо, мы не будем стирать вашу память, — сказала Хэджу. — Но есть ещё нечто очень важное.

— Что именно?

— Сперва я хочу вам кое-что показать. — Хэджу вынула из шкафа массивную старую книгу.

Переплёт был настолько ветхим, что, пожалуй, мог вот-вот рассыпаться. Заголовок на обложке гласил: «Энциклопедия призраков».

Хэджу осторожно открыла книгу.

На развороте был изображён сундук, похожий на тот, с которым мы столкнулись, а рядом — человек и призрак. Воспоминания о прошедшей ночи вновь появились перед внутренним взором и вызвали целую волну мурашек.

— Обычно после смерти душа отправляется в загробный мир — это фундаментальный закон, — начала Хэджу. — Но иногда души остаются среди живых: либо не осознавая смерти, либо из-за незавершённых дел. Подобных сущностей мы называем призраками. Однако им нужен якорь — предмет, способный их удержать. Такие артефакты обычно древние, а призраки используют их энергию, чтобы соблазнять людей, и в итоге завладевают телами своих жертв.

Перевернув страницу, Хэджу ткнула пальцем в изображение измождённого мужчины, держащего сундук с деньгами. Глядя на него, я вспомнил, как призрак околдовал Тэхи.

— Обладатель призрачного артефакта получает удачу, связанную с природой предмета. Тэхи, например, обрёл финансовое благополучие благодаря сундуку с деньгами. Многие настолько упиваются внезапным везением, что не замечают, как призраки истощают их жизненные силы. Но, даже осознавая это, люди часто закрывают глаза на происходящее, не в силах отвергнуть сладкий вкус удачи.

Тэхи залился краской, услышав эти слова.

Следующая страница изображала человека, заточённого внутри артефакта, и призрака, захватившего тело жертвы.

— Когда призрак поглощает энергию целиком, он становится сильнее человека и порабощает его. Тогда душа оказывается запертой в артефакте, а призрак занимает место человека в мире живых. Наша миссия — обнаружить и уничтожить потустороннего захватчика до того момента, как это случится.

— А если призрак появится за пределами деревни Ёгве? — поинтересовался я.

— Не волнуйся. Охотники есть в каждом поселении. Только в нашей стране их, вероятно, тысячи. — Хэджу собралась перевернуть страницу, но на мгновение замешкалась.

Затем, решившись, ненадолго зажмурилась и аккуратно продемонстрировала нам следующий разворот.

На нём были изображены человек в гробу, его точная копия в виде призрака и ужасающий дух.

— Вот наихудший сценарий. Таким методом часто пользуются злые духи — якши, превращая тело человека в призрачный артефакт.

— Как это возможно? Ведь после смерти плоть разлагается, — удивился я.

— Сделка заключается заранее. Якша обычно подстерегает человека сразу после смерти, когда тот наиболее уязвим. Он предлагает: «Дай мне свою плоть, и я подарю тебе возможность остаться в мире живых». Не ведая о подвохе, бедняга соглашается, не понимая, что обрекает себя на призрачное существование. Отдав свою физическую сущность якше, он превращается в неприкаянного духа: теперь он навеки привязан к бывшей оболочке, ставшей зловещим артефактом. И пока его тело бродит среди живых, он не может упокоиться в загробном мире.

— Неужто для них нет пути в мир иной? — спросил я с тревогой.

— Существует лишь один выход. Якша, захвативший человеческое тело, и призрак должны вместе достичь врат в загробный мир. Призрак должен войти первым, тогда якша утратит силу и будет вынужден последовать за ним. Однако опыт показывает, что, очутившись возле врат, призраки редко вступают в иной мир добровольно. Даже в столь плачевном состоянии они цепляются за бренную юдоль.

Кугарян цокнула языком и добавила:

— А якши такие жалкие. Порой они разрывают могилы. И если тело человека становится призрачным артефактом, никакие барьеры их не останавливают. Это настоящая головная боль!

Хэджу бросила взгляд на взволнованную Кугарян и повернулась ко мне.

— А зачем ты нам это рассказываешь? — поинтересовался я.

Хэджу закрыла «Энциклопедию призраков» и посмотрела мне в глаза.

— Ты ведь помнишь, как слышал голос Тэхи из сундука?

— Да.

— Ночью Тэхи заточили в призрачном артефакте. Как бы он ни кричал, никто не должен был различить ни звука. Но ты смог. Ты единственный, кто обладает даром, — даже я, охотница на призраков, не способна на подобное.

— Может, всё потому, что я его брат? — предположил я.

Хэджу замотала головой:

— За время охоты на призраков мы встречали множество людей, но никто не обладал такой способностью.

Я растерялся. Значит, мой дар уникален?

— Мы хотим, чтобы ты присоединился к нам. С твоей способностью слышать то, что недоступно другим, мы сможем помогать людям гораздо быстрее.

Я колебался. Недавняя битва была и пугающей, и захватывающей. Меня восхищали умения стражей, и я чувствовал азарт, сражаясь с призраком. Однако мысль о том, что в моменты моих отлучек Тэхи будет предоставлен самому себе, не внушала оптимизма.

Ощутив моё замешательство, Хэджу усмехнулась:

— Разумеется, не бесплатно. У меня есть для тебя предложение.

— Какое?

— Ты говорил, что вам с Тэхи с самого детства приходилось нелегко из-за способности видеть призраков. Призраки не любят, когда их замечают, поэтому часто преследуют наблюдателей. Но если ты присоединишься к нам, я гарантирую, что возле Тэхи больше не появится ни одного злого духа. Что скажешь?

Тэхи взглянул на меня умоляюще, и я ответил:

— Ладно. Я согласен.

Услышав мои слова, Хэджу просияла и вскочила на ноги.

Протягивая мне руку, она произнесла:

— Кан Тэджу, добро пожаловать в команду охотников на призраков!

5. Ёгве-мстители

— Добро пожаловать в лабораторию Музея ёгве, штаб-квартиру охотников на призраков!

Когда Хэджу распахнула дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещён», я остолбенел.

— Ну и ну! А здесь и правда ваша лаборатория?

Помещение напоминало съёмочную площадку блокбастера о супергероях: стеклянные стены, мраморный пол, разнообразное оружие и голографические экраны. Казалось, вот-вот из-за угла выйдет персонаж с миниатюрным реактором в груди.

— А кто такие охотники на призраков? — спросил я.

— Это мы, — просто ответила Хэджу. — Обычно охотники действуют в одиночку, но мы исключение. Я, способная отправлять духов в загробный мир, сотрудничаю со стражами. Отсюда и название.

Хэджу коснулась стеклянного экрана, и на нём возникла карта Кореи.

— Интерактивный атлас отслеживает появление призраков в стране. Он древний, но оцифрован для удобства. При обнаружении потустороннего существа загорается алый индикатор. Подобная система есть только у нас. — Хэджу гордо выпрямилась.

Я отыскал на карте нашу деревню и коснулся её. Изображение приблизилось, демонстрируя информацию о Хэджу и ёгве.

Но тут кое-что привлекло моё внимание: на карте горел красный индикатор. Разве охотники не должны срочно выдвигаться?

Однако Хэджу поспешно выключила карту.

— Э-э-э… не обращай внимания. У нас мало времени, давай двигаться дальше.

Мы направились в соседний зал, заполненный книжными стеллажами и стендами.

— Тут собраны все книги о ёгве. «Самгук саги», «Самгук юса», «Оюядам»[3] и другие труды о различных призраках. Вон там выставлены первые издания — бесценные экземпляры, требующие максимально бережного обращения.

Книги и впрямь выглядели древними и хрупкими. Однако меня заинтересовали не они, а картины на соседних стендах. Они были расположены в хронологическом порядке, и одна из них, изображающая события Имджинской войны, разразившейся в конце шестнадцатого века, сразу же заинтриговала меня.

Хэджу бесшумно подошла ко мне и встала рядом.

— Это окрестности деревни Ёгве в годы Имджинской войны. Присмотрись — и ты обнаружишь ёгве. Тогда они принимали человеческий облик, чтобы сражаться с японцами и защищать местных жителей. Хотя ёгве пали от вражеских мечей, король Йомра Великий — главный правитель подземного мира — оценил их жертву и предложил им стать стражами. Он обещал: если они будут охранять деревню пятьсот лет, смогут переродиться людьми.

— А когда ты стала охотником на призраков в деревне Ёгве? — спросил я.

— Ёгве обосновались здесь как раз после Имджинской войны, в тысяча пятьсот девяносто восьмом году. Получается, минуло более четырёхсот лет.

— Сколько же тебе лет?

— После пятисот я перестала считать.

Девочка, выглядящая как ученица начальной школы, утверждает, что ей свыше пятисот лет? Разве человек может жить столь долго?

На моём лице отразилось такое удивление, что Хэджу усмехнулась:

— Не пугайся. Время на Небесах и на земле течёт по-разному. Пятьдесят лет там равны году, проведённому здесь. Дети на Небесах с рождения умеют говорить, ходить и самостоятельно заботятся о себе. По вашим меркам мне около одиннадцати, мы с тобой почти ровесники. — И Хэджу шагнула вперёд, на ходу игриво толкнув меня плечом.

Решив не шутить с охотницей, я собрался покинуть зал, но моё внимание переключилось на картину, висящую на стене.

Наверху полотна был изображён синий клинок, скрещённый с алым мечом Хэджу. Внизу живописец нарисовал саму охотницу и мальчика в лазурной мантии, который оказался чем-то похож на Хэджу.

— Кто это? — выпалил я.

Хэджу, приблизившаяся к выходу, обернулась и посмотрела на изображение. Её лицо омрачилось.

— Мой брат. Единственный родной человек.

— А у тебя и брат есть! Где он сейчас?

— Не знаю. Где-то расплачивается за свои грехи, наверное. — Хэджу, явно чувствуя себя неловко, удалилась, не желая продолжать разговор.

Смущённый, я тихо последовал за ней.

Когда охотница открыла стеклянную дверь, прятавшиеся ёгве выскочили наружу:

— Добро пожаловать в команду охотников на призраков!

После залпа хлопушек ёгве официально представились и протянули мне руки.

Кумихо Кугарян — врач деревни, тритон Канёль — учитель плавания, огромная мышь Чильчон — редактор и журналист местной газеты, а также Пангуби — водитель деревенского автобуса, способный разделяться на две части.

Хоть мы и виделись всего раз, мы приветствовали друг друга как давние знакомые.

— А где Удодам? — Хэджу искала крылатого мальчика.

— В школе. Ему больше четырёхсот лет по небесным меркам, но внешне он до сих пор ребёнок, поэтому ничего не поделаешь, — пояснил Канёль, доставая из ящика пакет и передавая мне.

— Что это? — опешил я.

— Подарок по случаю вступления в команду охотников на призраков. Я спросил у Тэхи о твоих хобби, и он упомянул бейсбол. Надеюсь, ты всё одобришь.

В пакете оказались бейсбольная перчатка и мяч. Я слегка поклонился в знак благодарности.

— Что ж, вечеринка окончена. Пора познакомиться с нашим секретным оружием, — объявила Хэджу и приложила ладонь к прозрачной панели, активируя систему идентификации.

Экран исчез, и стена развернулась, открыв нашим взорам разнообразный арсенал.

— Вот оружие для приумножения способностей ёгве. Пока оно в разработке, но скоро будет готово к применению.

— А какими сверхспособностями обладаешь ты? — полюбопытствовал я.

— Искусством владения мечом. Наши ёгве могут временно избавиться от призраков, но не в силах загнать их в загробный мир навсегда.

— Подобное под силу лишь охотникам. У каждого из них своё оружие. Специальность Хэджу — отправлять злых духов в загробный мир с помощью Пламенника. Но я считаю, что её истинный талант — в боевых искусствах. Она великолепно сражается даже без оружия! — с гордостью произнесла Кугарян, похлопывая Хэджу по плечу.

Однако та не разделила её энтузиазма.

— Обычная техника самозащиты. Приёмы бесполезны, ведь я не могу атаковать, — возразила девочка.

— Это слова Вольджу.

— С чего ты вдруг заговорила о моём брате?

Атмосфера неожиданно накалилась.

Я решил сменить тему:

— Раз вам нужно мощное оружие, значит, призраки тут довольно сильные?

Канёль замахал руками:

— Нет-нет, просто на всякий случай. Кроме того, благодаря барьерам Хэджу за последние сто лет в деревне Ёгве не было призраков. Мы почти всех уничтожили. Но недавно…

Ёгве бросили на Канёля предостерегающие взгляды.

— Ну да, произошло нечто исключительное. Но не волнуйся, какой призрак осмелится сюда проскользнуть? — Канёль неловко рассмеялся, почесав затылок.

Хэджу укоризненно покосилась на него и пригласила нас в Призрачный зал.

Последним, что показала охотница, были врата в загробный мир.

В центре огромных бронзовых ворот красовалось оскаленное лицо токкэби[4]. Когда я потянулся к дверной ручке, Хэджу мигом остановила меня.

— За пределами врат простирается царство теней. Стоит лишь приоткрыть их, как явится хранитель — страж загробного мира. Он не отступит, пока не получит дань — неприкаянную душу. Помни: никогда не тревожь грань миров без вес-кой причины. Предупреждаю ради твоей же безопасности.

В ту же секунду послышались шаги. В зал вошёл Удодам в компании какой-то девочки.

— Хэджу, я привёл ребёнка, пострадавшего от призрачного артефакта.

Канёль тяжело вздохнул:

— Похоже, ещё один бесстрашный призрак объявился.

6. Растите, волосы, растите

Спутницу Удодама звали Арым.

Окинув взглядом Хэджу, сидевшую напротив, она наклонилась к уху Удодама:

— Ты уверен в её способностях? Разве маленькая девочка справится с призраком в одиночку?

Когда она сказала «в одиночку», я, находившийся рядом с Хэджу, почувствовал неловкость.

Удодам мягко отстранился:

— Послушай, сейчас не время для сомнений. Если не доверяешь, будешь сама искать решение.

— Раз уж вы шепчетесь, давайте потише. Я всё слышу, — спокойно проронила Хэджу, заставив Арым вздрогнуть.

— Прошу прощения. Однако когда Удодам сказал, что познакомит меня с охотником на призраков, я представляла кого-то… постарше или покрупнее.

— Злых духов ловят не возрастом или силой, а умом и мастерством. Ты лучше расскажи, что случилось.

Арым набрала воздуха в лёгкие и начала свою историю:

— Это произошло несколько дней назад…

— Боа, какая у тебя классная сегодня причёска! Как ты её сделала? Выглядишь прямо как айдол.

— Нужно разделить чёлку на две части и заплести каждую прядь отдельно. Но для красивого эффекта волосы должны быть достаточно длинными.

Арым застыла перед дверью туалета. Изнутри доносился голос Боа, а ей не хотелось встречаться с бывшей подругой. Но нужда пересилила, и Арым вошла.

Как она и предполагала, Боа и Сэрон вертелись у зеркала.

— Привет, Чхве Арым, — натянуто произнесла Боа.

Арым отвернулась и промолчала.

В стенах начальной школы деревни Ёгве когда-то блистало неразлучное трио — Арым, Боа и Сэрон. Их прозвали тремя принцессами, присвоив каждой образ сказочной героини. Боа, отличная пловчиха, получила имя Русалочки. Сэрон, увлечённую тхэквондо, называли Мулан. Арым с её длинными, ухоженными волосами стала Рапунцель.

Все прозвища отражали таланты девочек, кроме Арым: её выделяли лишь за внешность. Последнее немного задевало, но школьнице нравилось, когда её называли Рапунцель. Ведь это подтверждало её красоту.

Как-то раз Боа начала интересоваться у Арым секретами ухода за волосами. Та щедро делилась знаниями, втайне жалея подругу с её тонкими прядями. Арым была уверена: как бы Боа ни старалась, ей не достичь такого же великолепия.

Но вскоре Боа научилась заплетать волосы искуснее Арым. Более того, её локоны вдруг стали гуще и длиннее, что начало раздражать Арым.

— Хватит уже копировать меня! — не выдержала она однажды.

У Арым не было особых талантов, и ей хотелось сохранить хотя бы прозвище Рапунцель. Однако единственная вспышка обиды разрушила дружбу девочек.

Даже Сэрон, прежде близкая с Арым, теперь всё время проводила с Боа.

— Сэрон, скорее! — позвала Боа.

Не дождавшись ответа от Арым, Боа и Сэрон покинули уборную.

Арым взглянула на своё отражение. Гладкие пряди выглядели неплохо, но не шли ни в какое сравнение с роскошными локонами Боа.

«Она явно что-то сделала. Почему её волосы внезапно стали такими пышными, да ещё и длинными? Может, секретный шампунь? Или наращивание?»

Взгляд Арым упал на маленькую расчёску перед зеркалом. Деревянная, с мелкими зубцами, она напоминала гребень эпохи Чосон[5] из учебника истории.

«Кто-то забыл?»

Несмотря на старомодный вид, расчёска почему-то притягивала взгляд.

Арым принялась озираться по сторонам. Пусто. Если она возьмёт вещицу, никто не узнает.

«Кому нужна такая древность? Просто заберу себе».

Сунув расчёску в карман, Арым вышла в коридор.

После уроков, собираясь домой, она услышала взволнованный голос Боа:

— Где же моя расчёска? Куда она пропала?

— Какая расчёска? — спросила Сэрон.

— Та, что мама привезла из поездки. Неужели я оставила её в туалете?

Сэрон побежала в туалет, но, разумеется, ничего не нашла.

Арым поняла, что расчёска в её кармане принадлежит Боа, и уже собиралась вернуть аксессуар, когда услышала:

— Кто-то забрал её. У нас в классе вор! Нужно сообщить учителю.

При слове «вор» Арым застыла на месте.

Она ведь просто подобрала забытую расчёску, а её уже называют воровкой. Разве не Боа виновата, что не уследила за своим имуществом?

«Ладно, оставлю её себе», — решила Арым.

Пока Боа искала учителя, Арым схватила сумку и выскочила из класса.

Всю дорогу домой она неслась без передышки. Даже заманчивое предложение мамы перекусить не смогло её задержать — Арым вихрем ворвалась в свою комнату. Сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди.

«У нас в классе вор!»

Голос Боа эхом отдавался в голове Арым. Хоть она и взяла расчёску назло Боа, теперь девочку терзало беспокойство.

«Надо вернуть её завтра».

Приняв решение, Арым почему-то ощутила укол сожаления. Прежде чем расстаться с находкой, девочка не удержалась от искушения опробовать её и несколько раз провела по волосам. Затем, погружённая в раздумья, отправилась спать раньше обычного.

Ночью Арым приснился жуткий сон.

Бледнолицая женщина с чёрными локонами расчёсывала её волосы острыми длинными ногтями, нашёптывая:

— Растите, волосы, растите.

Голос незнакомки звучал пугающе и напоминал скрежет ногтей по доске.

Арым вздрогнула и наконец очнулась от ужасного звука.

Было только шесть часов, но девочка поняла, что больше не заснёт.

Взглянув в зеркало, она не поверила своим глазам.

— Мои волосы…

До пояса, невероятно густые, с шелковистым блеском. Рапунцель из сказки ожила в отражении.

«Теперь ясно, почему Боа так отчаянно искала расчёску. Она волшебная! Делает волосы просто великолепными!»

Радость от обладания магическим предметом вытеснила мысли о возврате.

Утром, едва Арым переступила порог класса, все взгляды устремились на неё. Часы, потраченные на просмотр видео по уходу за волосами (завтраком пришлось пожертвовать), окупились сполна.

Удодам с подозрением приблизился к Арым.

— У тебя сегодня потрясающая причёска! Как ты её сделала?

— Повторила, когда смотрела ролик. Почему ты спрашиваешь?

— Да так. Выглядит необычно.

В этот момент дверь класса распахнула Боа.

— Привет, Боа. Ох, твои волосы… — Удодам резко замолчал.

Локоны, роскошные ещё накануне, сейчас выглядели тусклыми и невзрачными.

«Теперь ясно, что происходит без расчёски…»

Арым было страшно и одновременно тревожно. Но неприятные чувства быстро улетучились. Завистливых взглядов учеников хватило, чтобы развеять все сомнения.

Арым собиралась домой, накинув сумку на плечо, когда к ней подошла Боа и сказала:

— Какие у тебя красивые волосы. За одну ночь они стали такими длинными и густыми. Наверное, это заслуга волшебной расчёски?

Вопрос Боа застал Арым врасплох. На душу опять навалилась тяжесть. Увидев насмешливый прищур одноклассницы, девочка поняла: та догадывается, кто взял её расчёску.

Сейчас она и правда стала вором, о котором говорила Боа.

Не дав Арым возможности ответить, Боа похлопала её по плечу и покинула класс.

Желание вернуть расчёску мгновенно испарилось.

«Раз ты так себя ведёшь, пожинай плоды. Будет тебе урок. Посмотрим, вернётся ли к тебе волшебная расчёска», — подумала Арым.

Ночью она провела часы за просмотром видео о различных причёсках. Благодаря пышным волосам девочке были к лицу любые укладки. Хотя выбрать лучшую оказалось непросто, мысли о завтрашнем дне, когда все снова будут восхищаться ею, не давали покоя. В итоге Арым не заметила, как летит время.

В надежде ещё немного улучшить волосы она напоследок расчесала пряди и смогла забыться сном.

И ей опять привиделась загадочная женщина с чёрными локонами.

Утром, взглянув в зеркало, Арым заметила кое-что необычное.

«Мой лоб… он стал узким?»

Несомненно, волосы были даже гуще и мягче, но с лицом творилось что-то странное. Присмотревшись, девочка заметила, что лоб действительно немного сузился. Арым занервничала, но успокоила себя мыслью, что это легко скрыть.

В школе, как и ожидалось, одноклассники восхищались новой причёской Арым. Однако нечто другое привлекло их внимание даже больше.

— Боа, что с твоими волосами? Что случилось? — в смятении спросила Сэрон, уставившись на подругу.

Волосы Боа смахивали на воронье гнездо, будто она намеренно взъерошила их.

Но и поведение Боа переменилось. Целый день она просидела молча, погружённая в свои мысли.

После уроков Боа последовала за Арым.

Но, лишь очутившись возле дома Арым, она заговорила:

— Верни расчёску по-хорошему.

Арым, не оборачиваясь, буркнула:

— Какую такую расчёску?

— Мою. Ты её взяла.

— Не брала я.

— Брала!

— А вот и нет! — Голос Арым стал громче.

Разозлившись, она обернулась и встретилась взглядом с Боа. Та ответила таким же яростным взором.

Некоторое время они молча сверлили друг друга глазами, пока Боа не нарушила тишину:

— Ты всё равно не знаешь, как ею пользоваться. Думаешь, если во сне появится мужчина и расчешет твои волосы, они навсегда останутся густыми и длинными?

— Это была женщина.

— Откуда ты знаешь? Разве ты не говорила, что не брала расчёску?

Арым в шоке прикрыла рот ладошкой.

Заметив её замешательство, Боа расхохоталась, держась за живот. Когда она смеялась, раскачиваясь всем телом, то казалась совсем другим человеком.

— Ха-ха-ха! Вот умора! Ладно, оставь себе расчёску. Всё равно ночью я получу новую.

— Новую? О чём ты? Есть ещё?

— Что, и новую захочешь стащить, воришка?

Арым дрожала, глядя вслед удаляющейся Боа.

Ночью, охваченная гневом, Арым стояла перед зеркалом, яростно раздирая пряди.

«Другая расчёска? Чем она может быть лучше этой? Ещё посмотрим, кто кого. Я буду расчёсывать волосы усерднее, чтобы никто не смог со мной сравниться».

Арым уснула с магическим предметом в руках. Во сне к ней вновь пришла женщина с чёрными локонами.

— Растите, волосы, длинными и густыми. — Её голос вселял страх, но Арым была готова терпеть ради красоты.

Внезапно вместе с жутким звуком, напоминавшим скрежет ногтей по доске, Арым услышала знакомый голос Боа:

— Когда ты дашь мне новую расчёску?

Женщина с чёрными локонами ответила мягко, словно убаюкивая ребёнка:

— Потерпи немного. Если последуешь за мной в особенное место, я подарю тебе гребешок.

Арым медленно повернулась и замерла: за спиной у женщины, как спящее дитя, висела Боа. Веки её были сомкнуты.

Арым в ужасе отвела взгляд, но вдруг её глаза невольно встретились с пронзительными очами незнакомки.

Та, едва шевеля алыми губами, произнесла:

— Ты… теперь… моя.

— А-а-а! — закричала Арым и села на постели, тяжело дыша.

Лихорадочно поозиравшись по сторонам, она не обнаружила ни женщины, ни Боа.

«Это всего лишь сон…» — пронеслось в голове. Девочка несколько раз потёрла лицо ладонями, пытаясь прийти в себя.

Утреннее солнце заливало комнату ярким светом.

И тут до Арым донёсся голос матери, разговаривающей по телефону за дверью:

— Боже мой! Значит, Боа пропала? Не знаю, где она может быть. Вы звонили Сэрон?

Арым оцепенела. Воспоминания о кошмаре нахлынули с новой силой. По спине пробежал холодок, а сердце заколотилось столь неистово, что оставаться дома стало невыносимо.

Гонимая тревогой, она быстро оделась и выбежала на улицу.

Арым шагала по дорожке, когда порыв ветра сорвал с головы капюшон. В ту же секунду взгляд девочки упал на отражение в боковом зеркале припаркованной машины.

— Что… такое? — прошептала она, изучая своё лицо.

Не выдержав, Арым вновь поглубже нахлобучила капюшон, прикрыв лоб.

«Всё из-за расчёски. Боа пропала, а моё лицо изменилось. Что же делать? К кому обратиться за помощью?»

Когда она растерянно брела по тротуару, опустив голову, на её пути возник Удодам.

7. Секрет Вольджу

Арым завершила свой рассказ и медленно откинула капюшон.

Я, ошеломлённый её видом, невольно воскликнул:

— Мамочки!

Даже невозмутимая Хэджу застыла в изумлении.

Не выдержав напряжения, Арым разрыдалась:

— Всё из-за Боа! Она завидует моей красоте и наложила на меня проклятие!

Лоб Арым полностью зарос волосами. Девочка напоминала обезьяну.

Не в обиду мартышкам, но Арым выглядела отталкивающе.

Удодам, наблюдая за плачущей Арым, которая поспешно натянула капюшон на голову, цокнул языком и произнёс:

— Разве человек способен накладывать проклятия? Больше похоже на проделки призрака. Хэджу, что скажешь?

— Давайте проверим призрачный артефакт. Покажи нам расчёску, — ответила охотница.

Арым, всхлипывая, извлекла из кармана старый гребень с несколькими выпавшими зубцами.

Хэджу внимательно осмотрела вещицу и спросила:

— А где чехол?

— Что?

— К расчёске должен прилагаться чехол. Ты не находила мешочек?

Арым совсем растерялась. Стало ясно, что чехла у неё нет.

Хэджу встала и подошла к витрине с древними артефактами, а затем взяла одну из книг. Когда она раскрыла ветхий фолиант, чуть не рассыпавшийся в её руках, в воздух взвились клубы пыли.

Хэджу осторожно перелистывала страницы, пока не нашла описание расчёски длинноволосого призрака.

— Вот! — воскликнула охотница. — Если расчёсываться гребнем, пряди начнут стремительно отрастать, а если зубцы коснутся кожи, волосы вырастут и там. Однако если они будут длиннее желаемого или появятся в нежелательных местах, нужно поместить вещь в чехол. Если опять достанешь её, расчёска побелеет и сможет избавить владелицу от лишних волос. Всё довольно просто, нужен только чехол.

— Но у меня нет чехла! Получается, я навсегда останусь в этом облике? — В отчаянии Арым закрыла лицо руками.

В порыве гнева я обратился к ней:

— Послушай, разве тебя не беспокоит исчезновение твоей подруги Боа?

Арым ещё ниже опустила голову, игнорируя мой комментарий.

Хэджу негромко заметила:

— Когда мы найдём Боа, обнаружим и чехол для расчёски. Сейчас наша главная задача — поиски Боа. Мы будем возле твоего дома около половины одиннадцатого, жди нас. Родителям ничего не говори, притворись спящей. И не забудь оставить окно открытым.

— Хорошо, — всхлипывая, согласилась Арым и отправилась домой в сопровождении Удодама.

Ночью, как и было условлено, мы с Хэджу пробрались через окно в комнату Арым.

Повсюду царила тишина: все, кроме Арым, наверняка спали.

— Что нам теперь делать? — взволнованно прошептала Арым.

Хэджу вынула из кармана своего красного плаща расчёску, иглу и нить.

— Сперва проденем нить в иголку и закрепим на гребешке. Когда призрак начнёт расчёсывать твои волосы, игла зацепится за его ноготь. Позже призрак исчезнет, но мы пойдём по следу нити.

— А если призрак будет слишком далеко? Вдруг нитки не хватит?

— Это не обычная нить, — пояснила Хэджу. — Она волшебная, как в сказке о невестке, потушившей уголёк, или в легенде о Кён Хвоне[6]. Помнишь, в тех историях персонажи вставляли иглу с нитью в одежду призрака, чтобы потом найти и поймать его? Мы используем схожий метод. Времени мало: скоро полночь. Ложись.

Арым с некоторым колебанием взяла расчёску и устроилась на кровати.

Мы с Хэджу принялись искать укрытие и, не найдя ничего более подходящего, решили спрятаться в шкафу.

Но перед тем, как залезть в него, я заметил, что лицо Хэджу внезапно побледнело.

— Что случилось? Тебе нехорошо?

— На самом деле я боюсь темноты.

Если честно, я оторопел. Охотник за призраками, который не выносит темноты? Это казалось столь же нелепым, как пловец, страшащийся воды, или пилот с боязнью высоты.

Поразмыслив, я вспомнил, что Музей ёгве отличается от обычных заведений подобного толка. Ведь в основном выставочные залы погружены в полумрак, и подсвечиваются лишь отдельные экспонаты, а Музей ёгве всегда залит ярким светом.

Я осторожно обнял Хэджу за плечи, и она слабо улыбнулась. Благодаря полной луне, даже очутившись в тёмном шкафу, мы могли различать происходящее снаружи.

Хэджу, всё ещё напуганная, глубоко вдохнула и неторопливо выдохнула.

Чтобы отвлечь её, я решил завести разговор:

— Можно задать тебе вопрос?

— Какой?

— Почему твой брат отбывает наказание?

Но, услышав это, Хэджу даже перестала дышать, словно кто-то нажал кнопку паузы.

— Секрет.

— Правда? Тогда я поделюсь с тобой своей тайной, а ты расскажешь мне про брата. Вообще-то, я не фанат бейсбола. Мне по душе футбол. Я притворялся, чтобы играть вместе с Тэхи — он обожает бейсбол.

Хэджу сразу же хихикнула. Похоже, её настроение улучшилось. Однако она промолчала.

Чувствуя неловкость, я отвёл взгляд.

Спустя минуту Хэджу тихо заговорила:

— Моего брата Вольджу изгнали с Небес. Вероятно, сейчас он скитается где-то в земном мире, отбывая наказание.

Выходит, я задал опрометчивый вопрос! Никак не ожидал, что атмосфера станет такой гнетущей.

— Брат был выдающимся охотником. Он работал в загробном мире: проверял, прибыл человек в назначенный ему срок или душу забрали раньше времени. Порой жнецы ошибаются, приводят тех, кому ещё рано умирать. — Голос Хэджу, прежде бодрый и уверенный, слегка задрожал. — Иногда брат по собственному желанию продлевал человеческие жизни, пытаясь тайно вернуть умерших обратно. Поэтому его и изгнали с Небес.

— Значит, ты никогда уже не увидишь брата?

Внезапно раздался резкий свист, будто меч рассёк воздух.

— Она здесь, — прошептала Хэджу, наблюдая за происходящим через щель в шкафу.

Я осторожно придвинулся, чтобы посмотреть.

Женщина в белом траурном одеянии плавно, как падающий лист, опустилась на кровать, на которой лежала Арым. Девочка вздрогнула, тотчас ощутив её присутствие.

Женщина, конечно, мигом взяла расчёску.

Белоснежное одеяние, роскошные чёрные локоны, бледная до прозрачности кожа. В комнате находился длинноволосый призрак.

Женщина начала расчёсывать волосы Арым острыми ногтями, нашёптывая:

— Растите, волосы, растите да хозяйку задушите.

Зрелище было поистине жутким.

Голос звучал одновременно как мелодичная песня и душераздирающий сдавленный крик.

Но вдруг раздался другой голос, на этот раз человеческий:

— Растите, волосы, растите, мне новую расчёску принесите!

Хэджу приоткрыла дверцу шкафа, и мы поняли, кому именно принадлежал голос! На спине у призрака, подпевая ему, сидела девочка, поразительно похожая на Боа.

Но тело её было таким же прозрачным, как у женщины с чёрными локонами.

— Неужели Боа стала призраком?

Я подался вперёд, чтобы лучше рассмотреть, и случайно распахнул дверцу. Призрак удивлённо уставился на меня.

Меня охватил настоящий ужас, когда я заметил, что у женщины нет зрачков.

Хэджу, сидевшая на корточках, вскочила на ноги, резко толкнула дверь шкафа и выскочила наружу.

— Охотник на призраков Хэджу приказывает тебе явить свою истинную сущность!

Услышав слова охотницы, женщина встрепенулась и выпрыгнула в окно.

— Нет! Она сбежала! — Притворявшаяся спящей Арым вскочила.

— У нас мало времени. Скорее, за мной! — крикнула нам Хэджу, забравшись на подоконник.

— Что? Куда ты собралась?

— Прыгайте! — Хэджу исчезла из виду.

Охваченный страхом, я подбежал к окну и посмотрел вниз. Охотницу поймал Удодам, который кивками показывал нам, чтобы мы поторопились.

Я облегчённо вздохнул, увидев, что всё в порядке. Поддержав испуганную Арым, я прыгнул к Удодаму вместе с ней.

— Не слишком тяжело? — спросил я, когда мы приземлились.

— Всего-то трое детишек! Если бы я сказал, что мне тяжело, то не был бы потомком легендарного Утури!

Как только Удодам опустил нас на траву, мы увидели за воротами фургончик. Ёгве в машине взволнованно жестикулировали, призывая нас поторопиться. Пангуби за рулём чуть не нажал на клаксон от нетерпения, но Канёль, устроившийся на пассажирском сиденье, вовремя его остановил.

Мы осторожно открыли ворота и запрыгнули в фургон.

Хэджу передала катушку с нитками Канёлю. Нить стремительно разматывалась, указывая путь.

— Вперёд! Не теряем ни секунды! — скомандовала Хэджу.

По её сигналу Пангуби мгновенно завёл двигатель. Машина рванула с места, следуя за путеводной нитью.

Однако Арым в панике затряслась:

— При… при… призраки…

Ах, точно! Я совершенно забыл, что Арым никогда прежде не видела ёгве вживую.

Девочка, съёжившись, испуганно озиралась по сторонам. Удодам, сложив крылья, начал объяснять ей про ёгве. Хотя Арым кивала, демонстрируя, что понимает его, по её напряжённому виду было заметно, насколько она напугана.

Катушка привела нас к заброшенному дому.

— Здесь уже воняет нечистью, — раздражённо проворчал Чильчон, глядя на здание.

Подъехав ближе, мы ощутили резкий запах, настолько сильный, что были вынуждены зажать носы.

Хэджу вылезла из фургона и, поправляя одежду, произнесла:

— Теперь нужно действовать предельно осторожно. Призрак удерживает Боа. Пока девочка не окажется в безопасности, нельзя рисковать и причинять духу вред.

Хэджу подала нам сигнал рукой, как частенько делают солдаты в фильмах, после чего мы направились в заброшенный дом.

Охотница на призраков медленно следовала за ёгве, аккуратно наматывая нить обратно на катушку, а мы с Арым замыкали процессию.

Нить привела нас к главной комнате.

Ёгве, вошедшие первыми, выстроились по бокам, пропуская Хэджу.

Стоя напротив двери, охотница подняла обе руки и властно проговорила:

— Охотник на призраков Хэджу приказывает: возвращайся в загробный мир!

Дверь комнаты открылась с протяжным скрипом, являя нам призрачную женщину, сидящую на стуле. Длинные чёрные волосы обрамляли её лицо.

На коленях у женщины мирно спала Боа.

8. Призрак с осьминожьими щупальцами

— Растите, волосы, растите да хозяйку задушите.

Леденящий кровь голос призрака эхом разносился по заброшенному дому. Боа вроде бы безмятежно спала на коленях у женщины. От жуткого пения по моей коже побежали мурашки, и я невольно задрожал.

Однако Хэджу бесстрашно шагнула вперёд, сохраняя спокойствие.

— Призракам место в загробном мире, а не здесь, среди живых. Мало того что ты осталась на земле, вдобавок ещё и людей тревожишь. Я отправлю тебя в иной мир без страданий, давай уходи по-хорошему.

Но призрак проигнорировал Хэджу и продолжил расчёсывать волосы Боа.

— Ещё немного — и всё будет завершено. Я могла бы забрать две души. Это бы очень порадовало Его.

— Кто такой Он? О ком ты говоришь?

— Он оценил мою красоту и решил, что я понравлюсь детям. Поэтому я оказалась здесь. Я ждала этого дня долгое время. — Призрачная женщина прекратила расчёсывать волосы Боа и пристально посмотрела на Хэджу. — Я уже связана с ребёнком. Теперь поздно отступать.

— Думаешь, я позволю случиться беде? — Хэджу решительно вытащила заколку, и та мгновенно превратилась в Пламенник.

— Хм, значит, ты готова к противостоянию?

Роскошные локоны призрака внезапно ожили, извиваясь. Как щупальца гигантского осьминога, они потянулись к ёгве.

— Бегите! — крикнула Хэджу.

По её предупреждению Удодам молниеносно взмыл в воздух. Кугарян выпустила мощный поток пламени, отбрасывая призрачные волосы назад. Пангуби, хоть и был пойман, ловко разъединился пополам, чтобы выскользнуть из захвата. Канёль искусно орудовал водяным кнутом, отбивая пряди. Пламенник Хэджу сдерживал натиск страшных щупалец, не давая им приблизиться.

Однако мы с Арым и Чильчоном были в уязвимом положении: не могли ни летать, ни атаковать чем-либо. Беззащитные перед волосами призрака, мы очутились в плену.

Чильчон в отчаянии воскликнул:

— Ох, если бы у меня была способность изрыгать пламя, летать или обладать сверхсилой! Какой толк от умения управлять мышами, если меня так легко застать врасплох!

Призрак обвил нас волосами и поднял в воздух. Со стороны всё, должно быть, выглядело как страшный аттракцион со щупальцами осьминога.

Удерживая нас в воздухе, злой дух заливался жутким хохотом:

— Вот и отлично! Вы ведь ёгве, которые ловят призраков, верно? Думаете, если помогаете людям и ведёте себя праведно, то лучше меня? Ну уж нет! Мы с вами одинаковые!

Я, схваченный щупальцами, беспомощно раскачивался в воздухе. Кугарян кружила рядом, выискивая момент для спасения, что было очень непросто. К тому же Арым начала задыхаться, ей явно не хватало воздуха.

Мне тоже стало тяжело дышать, но я сумел обратиться к Удодаму:

— Я в порядке! Сперва помоги Арым.

— Опять ты за своё! Беспокоишься обо всех, кроме себя. Ладно, спасу сначала её. Только потом не жалуйся. — Удодам устремился к Арым.

Кугарян поспешила ему на подмогу.

Своими острыми когтями кумихо принялась освобождать девочку от оживших прядей. Канёль тоже бросился на помощь, орудуя водяным кнутом и разрывая волосяные путы. Но те непрерывно регенерировали, не позволяя приблизиться.

Хэджу, продолжая отбиваться мечом, заметила:

— Как-то странно, не находите? Сколько бы мы ни отрезали волосы, они всё равно остаются прежней длины. Присмотритесь внимательнее.

Однако мне всё уже было ясно. Находясь наверху, в плену щупалец, я наблюдал, как волосы, срезанные ёгве, мгновенно отрастали заново. Поэтому мы никак не могли от них избавиться.

Вероятно, единственный способ одержать победу — это атаковать призрака напрямую. Однако пробиться сквозь непрерывно движущиеся щупальца казалось невыполнимой задачей. Кроме того, женщина до сих пор удерживала Боа.

— Ещё немного — и дитя станет моим! — раздался зловещий смех, от которого по моему телу вновь пробежал холодок.

Внезапно Хэджу, что-то придумав, бросилась к Удодаму. Мальчик с крыльями, разрывая волосы руками, внимательно выслушал охотницу, а затем схватил её ладонь и взмыл под потолок.

— Эй, уродина, сможешь поймать нас теперь? — крикнул Удодам. — Ты похожа на осьминога! Возможно, ты призрак осьминога? Впрочем, это даже неплохо. Лысина тебе бы определённо пошла!

— Что ты сказал? Лысина?! — Женщина, удерживающая Боа, резко вскинула голову. Очевидно, замечание задело её.

Атака щупалец сосредоточилась на Удодаме и Хэджу, которые не размыкали рук.

Удодам, крепко держа охотницу, перемещался с молниеносной скоростью: взмывал вверх, пикировал вниз, метался вправо и влево. Щупальца неотступно преследовали его и Хэджу, стремясь поймать.

Было несколько опасных моментов. Пара щупалец едва не ухватила Хэджу за ноги, но она ловко увернулась.

— Что вы делаете? Почему не атакуете? — крикнул я, но вскоре ответ стал очевиден.

Все щупальца принялись беспорядочно переплетаться, отчаянно пытаясь выцепить ускользающую Хэджу. Одно щупальце, извиваясь, перевалилось через голову злого духа и устремилось вниз, в то время как другое обвилось вокруг талии призрака, чтобы вновь вернуться в исходное положение.

— Что такое? Прекратите! Остановитесь! — в панике воскликнул призрак, теряя контроль над жуткими придатками.

Призрак дёргался и паниковал, не в силах управлять щупальцами. Благодаря хаосу волосы, удерживавшие меня, тоже пришли в замешательство и ослабили хватку.

Если так продолжится, призрак попадёт в свою же ловушку!

Внезапно до меня донёсся сдавленный голос Боа:

— По… могите…

Похоже, лишь я услышал шёпот, поскольку никто больше не отреагировал. Боа находилась в смертельной опасности.

Я сразу же выкрикнул:

— Хэджу! Спаси Боа!

Удодам и Хэджу мгновенно устремились к призраку. В тот момент я с ужасом увидел, как Боа начала падать. Призрак, полностью поглощённый борьбой со своими непокорными щупальцами, непроизвольно выпустил девочку из пут.

— А-а-а! — Возглас Боа разрезал воздух, а затем наступила тишина.

Неужели она упала? Но на полу её не было. В следующий миг я с облегчением обнаружил, что девочку сноровисто подхватила Арым.

— Боа, держись крепче!

На лице Боа отразилось удивление, когда она обняла спасительницу за плечи. Арым уже начала выбиваться из сил, но подоспевший Удодам поймал Боа и аккуратно опустил на пол.

— Что здесь вообще творится? — ошеломлённо пробормотала Боа, ненадолго очнувшись. Её взгляд задержался на Удодаме. — У тебя… крылья?

Боа, осознав случившееся, не могла поверить своим глазам, ведь её одноклассник парил в воздухе с огромными крыльями за спиной.

— Я объясню позже… Хотя, знаешь, не имеет значения… Кстати, после завершения истории ты нас и не вспомнишь, — отмахнулся Удодам. — Хэджу, давай закончим это.

Охотница храбро встала перед призраком, сжимая в пальцах Пламенник.

Призрак как будто смирился с поражением и опустил щупальца, освободив меня, Арым и Чильчона.

Мы плавно приземлились на пол. Однако в глазах злого духа полыхала ярость от утраты Боа.

— Доставай призрачный артефакт! — скомандовала Хэджу.

Боа, хоть и пребывала без сознания в объятиях призрака, поняла, что надо делать. Поколебавшись мгновение, она извлекла чехол для гребня.

— Из-за какой-то расчёски вы подняли шумиху? — усмехнулась Хэджу.

Арым, надув губы, возмутилась:

— Что значит «из-за какой-то расчёски»? Стиль волос — невероятно важно, неужели ты не понимаешь? Причёска — завершающий штрих образа.

— Именно, — поддержала Боа. — Просто тебе никогда не приходилось страдать от повреждённых хлоркой волос после бассейна. Они превращались в солому, как ни расчёсывай. На фотографиях мои волосы всегда выглядели ужасно. Я была вне себя от счастья, когда смогла с помощью гребня вернуть им красоту.

— Погодите, вы уже помирились? — изумилась Хэджу, заметив, как Арым взяла Боа за руку.

— Ну, друзья иногда ссорятся, а потом мирятся. Ситуация вполне нормальная, — ответила Арым.

А Боа сжала ладонь Арым ещё крепче.

Призрак, наблюдая за этой сценой, скучающе скрестил руки на груди и пробурчал:

— Охотница, если ты действительно хочешь положить этому конец, поторопись.

Хэджу вложила расчёску в чехол и, нацелившись на выгравированный в уголке иероглиф «призрак», спросила:

— Кто тебя послал?

— Он — наш благодетель, спаситель всех призраков. Он обещал скоро создать для нас новый мир.

— Что это значит? Каковы его планы?

— Я не знаю, а если бы знала, всё равно не сказала бы. Лучше отправь меня в загробный мир, иначе я снова атакую вас моими осьминожьими… точнее, шелковистыми волосами. — Щупальца женщины угрожающе зашевелились.

— Хэджу, призрак прав, — сказал я.

Услышав мои слова, охотница, словно не имея иного выбора, извлекла Пламенник. Она направила меч на гравировку «призрак» на чехле для расчёски и нанесла решительный удар.

— Прощай, призрак с осьминожьими щупальцами! — воскликнула Хэджу.

— Чего?.. — только и успел произнести злой дух, прежде чем сгинул в ослепительной вспышке света.

История Хэджу

Я знала с самого начала.

Не могла не знать.

Потому что я — охотница на призраков.

9. «Вкусные конфеты»

— Уджон, милый, ты не хочешь ничего рассказать? Поговори со мной, я очень волнуюсь.

В тот день, когда первые осенние листья начали кружиться в воздухе, я сидела на больничной скамейке рядом с Кугарян, принявшей облик врача. Мы наблюдали за мамой с ребёнком.

Кумихо кивнула на них и тихо проронила:

— Мальчика зовут Ли Уджон. Он учится в четвёртом классе начальной школы Ёгве. У матери полно забот. Вроде бы с её сыном всё в порядке, но стоит пойти в школу, как ему становится плохо.

— Если недомогание возникает перед школой, может, он притворяется? — предположила я.

— Нет. Он чувствует себя нехорошо, даже покрывается холодным потом. Врач говорит, что всё из-за стресса. Что-то в школе вызывает у мальчика сильную тревогу. Но он ни словом не обмолвился маме о причине. Хотя, по-моему, дело не только в учёбе.

— Что ты имеешь в виду?

— На его животе есть отпечаток ладони призрака. Словно невидимое существо погладило его живот. Знаешь, как мать обычно успокаивающе водит рукой по больному животу малыша? Вот и у мальчика след в точности такой же.

Тем временем Уджон, понурившись, молча плёлся за матерью к машине.

— Что тут у тебя? Футбольные бутсы? С каких пор ты играешь в футбол? — удивилась Кугарян. — Помнишь, во время чемпионата мира две тысячи второго года Канёль предложил поддерживать нашу команду, а ты только посмеялась, мол, это как-то слишком по-детски — бегать за мячом.

Кугарян своими изящными тонкими пальцами уже рылась в моём пакете, а я мягко забрала его и спрятала за спину, протянув ей взамен сумку с одеждой. Кумихо сказала, что сегодня пробудет в больнице всю ночь, поскольку ей нужно подготовить презентацию к конференции.

Жители деревни Ёгве находятся под своеобразным «гипнозом памяти», поэтому никто не может должным образом запомнить ёгве-защитников. Удодам всегда выглядит ребёнком, а Кугарян — девушкой лет двадцати, но никто не находит это странным. Даже если ёгве работают без передышки, люди не замечают их усилий.

Несмотря ни на что, Кугарян всегда выкладывалась по полной. Она говорила, что, даже если бы родилась человеком, всё равно хотела бы стать врачом и помогать людям.

— Мне до сих пор неинтересно гонять мяч, — призналась я. — Просто Тэджу в последнее время скучно, вот я и решила немного его развлечь.

— Ты прямо как маленькая старушка! Нужно уметь веселиться, как дети.

— Разве я могу радоваться, когда мой старший брат отбывает небесное наказание и где-то скитается?

— Ты не Вольджу, — осторожно напомнила Кугарян. — Почему ты коришь себя? Здесь нет твоей вины.

Мимо больницы прошла группа детей, о чём-то болтая и беззаботно смеясь. Я невольно позавидовала им. Ребятам не надо беспокоиться ни о какой небесной каре.

Вдруг откуда-то донёсся звук, напоминающий ритмичные удары барабана.

Дун-дун-дун-дун.

— Ты слышала? — вздрогнула я.

— Что именно?

Наверное, мне померещилось. Но я была уверена, что уловила какой-то звук, хотя Кугарян, похоже, ничего не различила.

— В любом случае, — продолжала кумихо, возвращаясь к предыдущей теме, — тебе стоит поговорить с Тэджу о Вольджу. Вы выглядите как ровесники, вам будет легче понять друг друга.

— Ты о чём?

Кугарян загадочно улыбнулась:

— Как думаешь, почему Тэджу каждый день приходит в Музей ёгве? Ради меня? Или, может, из-за Пангуби? И спасибо, что принесла мне одежду.

Добравшись на автобусе до Музея ёгве, я увидела Тэджу, задумчиво глядящего на здание.

— На что смотришь?

— Да так…

Немного замешкавшись, я повела Тэджу в музей, а затем протянула мальчику пакет с футбольными бутсами.

— Что это? — удивился он. — Неужели для меня?

— Конечно. Для кого же ещё? Я знаю, как сильно ты любишь футбол. Считай подарок благодарностью за помощь в прошлом деле.

Не успела я договорить, как Тэджу радостно схватил бутсы и начал рассматривать их со всех сторон, словно сокровище.

— А где твои?

— Мои?

— Да, в футбол ведь не играют в одиночку, — пояснил Тэджу. — Я говорил, что хочу погонять мяч вместе с тобой и стражами ёгве.

— Да брось, — отмахнулась я. — Для игры вовсе не обязательна специальная обувь. Надо лишь пинать мяч ногой.

— Не получится. Если хочешь играть как следует, необходимы бутсы.

— Почему не получится? — возразила я с вызовом. — Вот увидишь, я тебе сейчас покажу!

Я вышла из музея и направилась к велосипеду Тэджу и Тэхи, в корзине которого лежал потрёпанный футбольный мяч.

— Тут нет ничего сложного! — бросила я вызывающе.

Замахнувшись, я со всей силы ударила по мячу. Но подошвы моих кроссовок предательски скользнули по ковру опавших листьев, и я, потеряв равновесие, рухнула на землю.

— Хэджу, ты в порядке? — встревоженно воскликнул Тэджу, подбегая ко мне.

Потирая ушибленный бок, я поднялась и с досады пнула коварный мяч. Тэджу, который едва сдерживался, громко рассмеялся.

Мне стало невыносимо стыдно. Охотница на призраков, которой уже пятьсот лет, предстаёт перед человеком в таком виде… Но неожиданно для себя я расплылась в улыбке.

— Тэджу, может, завтра мы вдвоём отправимся на задание по охоте на призраков?

— Вдвоём? Без ёгве? — переспросил он. — Разве это не будет слишком трудно?

— Уж точно легче, чем футбол, — хихикнула я.

От моего ответа Тэджу снова захохотал и, покачнувшись, повалился на ковёр из облетевших листьев.

Мы с Тэджу шагали к дому Уджона по адресу, который дал мне Чильчон.

Согласно данным расследования мышиных агентов, посланных Чильчоном, комната мальчика находилась на втором этаже.

Забравшись на дерево, мы приготовились наблюдать. К счастью, я создала гипнотический барьер, делающий нас незримыми для людей. В противном случае нас бы непременно приняли за подозрительных личностей и вызвали полицию.

— Фу, ну и запах! — поморщился Тэджу, зажимая нос.

В воздухе ощущался слабый, но характерный запах призраков. Всё оказалось так, как и предполагала Кугарян: в комнате обитало нечто потустороннее.

На улице царило оживление — дети спешили в школу.

В доме Уджона тоже было шумно, что легко угадывалось даже сквозь закрытые окна. Слышались звуки льющейся воды из душа, мелодичный сигнал рисоварки, голос матери, ищущей верхнюю одежду.

Однако Уджон, вопреки ожиданиям, смирно сидел в пижаме перед пианино. Лишь изредка он бросал быстрые взгляды в окно, откуда можно было увидеть бредущих по улице школьников.

Но не только Уджон следил за детьми. У забора его дома стоял какой-то ребёнок со стрижкой под горшок и внимательно посматривал на учеников.

— Скучаешь по школе? — спросила я Тэджу.

— Нет, кто вообще любит туда ходить? — ответил он и отвёл взгляд.

Ложь. И люди, и призраки всегда моргают, когда врут.

Тэджу моргнул. Он оказался неумелым лжецом. Я хотела продолжить разговор, но упустила момент из-за сигнала уведомлений, доносящихся из комнаты Уджона.

Дзинь-дзинь.

Сначала прозвенело одно уведомление, за ним ещё. И ещё. Однако Уджон не собирался проверять телефон и нервно перебирал клавиши пианино.

Тэджу заметил это и сказал:

— Прилетели уведомления из группового чата. Кто-то, вероятно, добавил туда Уджона и сейчас издевается над ним. Мне о таком известно не понаслышке. Когда Тэхи в школе рассказал, что видит призраков, его жестоко высмеяли в чате. Выражение лица у брата было точно таким же.

Уджон, бросив беглый взгляд на непрерывно звенящий телефон, поспешно вскочил, спрятал его под одеяло и зажал уши ладонями.

Мобильник продолжал пищать, и мальчик, зажмурившись, на ощупь перевёл устройство в беззвучный режим. Очевидно, ему было слишком страшно взглянуть на экран.

Проведя некоторое время уткнувшись лицом в одеяло, Уджон резко встал с кровати и схватил что-то с пианино. Это оказалась круглая жестяная банка с надписью «Вкусные конфеты».

Уджон достал оттуда красную конфетку. Жестянка выглядела старой, местами краска облупилась.

Проглотив лакомство, мальчик вновь крепко зажмурился, словно чего-то ожидая, и вдруг рухнул на кровать:

— А-а-а! Ой! Желудок ужасно прихватило!

Уджон схватился за живот, корчась от боли. Я настолько испугалась, что была готова ворваться в комнату.

Однако Тэджу удержал меня, взяв за руку: ведь в комнату уже вбежала мама мальчика.

— Уджон, ты в порядке? Что случилось?

— Желудок разболелся…

— У тебя недомогание из-за школы? Не переживай, можешь остаться дома!

Но Уджон продолжал извиваться, сжимая живот.

— Дорогой! Скорее сюда! — Мама выбежала из комнаты, чтобы позвать отца.

Едва она скрылась за дверью, Уджон, превозмогая сильный дискомфорт, поднялся с постели и, пошатываясь, добрался до банки с леденцами, которая стояла на пианино.

Одной рукой он по-прежнему держался за живот, а другой отвинтил крышку и извлёк из банки синюю конфету. Проглотил и с трудом доковылял до кровати. Вскоре его измученное лицо вновь обрело безмятежное выражение.

Когда родители ворвались в комнату, они с изумлением взглянули на сына.

— Тебе полегчало?

— Ещё болит, но уже несильно. Значит, мне можно сегодня пропустить занятия?

Мама нежно провела ладонью по лбу сына и кивнула.

А Уджон наконец расслабился и, закрыв глаза, погрузился в сон.

— Теперь ясно, почему его подозревают в симуляции. Что ж, давай изгоним злого духа, поселившегося в сладостях.

— Постой! — остановил меня Тэджу, когда я уже снова собралась запрыгнуть в комнату. — Может, повременим с изгнанием?

— О чём ты? Призрак в конфетах причиняет ему боль!

— Верно, но, возможно, для Уджона боль от несварения сейчас менее мучительна, чем та, которую он испытывает в школе, — произнёс Тэджу, глядя на мальчика со стрижкой под горшок, который до сих пор околачивался у забора.

Тот мельком взглянул на окно Уджона и двинулся к школе вместе с другими детьми.

— Нам нельзя оставлять призрака без присмотра.

— Дадим Уджону время. Вероятно, посещение школы для него чересчур тягостно. Если мои предположения верны, вскоре он захочет вернуться к учёбе. — На лице Тэджу появилось загадочное выражение.

— Хорошо, но я даю только три дня.

Вечером полная луна освещала Музей ёгве. Свет был настолько ярким, что даже уличные фонари не требовались. Благодаря этому мы организовали футбольный матч во дворе.

— Эй, Пангуби! Офсайд! Сколько можно повторять? Ты не можешь подходить к воротам ближе, чем защитник соперника! — закричал Канёль после пронзительного свиста.

Среди всех стражей ёгве лишь тритон был знаком с правилами футбола. Перед началом матча он несколько раз объяснял их остальным, но игроки слушали вполуха.

— Ваш офсайд… Да что это вообще такое? Разве не будет достаточно просто забросить мяч в ворота? — фыркнул Удодам.

А затем он, раздражённый постоянными замечаниями Канёля, схватил мяч и, взмыв в воздух, отправил его прямо в ворота противника.

Канёль закричал: «Игра рукой!» — но никто не обратил на это внимания.

Мяч, запущенный Удодамом, отскочил от сетки.

Чильчон, который находился поблизости, поймал мяч и забил гол в противоположные ворота, после чего принялся ликовать:

— Гол! Гол!

— Что за чушь! Не засчитывается! — Канёль в отчаянии схватился за голову, но мыши, болельщики Чильчона, радостно пищали и хлопали лапками.

Вратарь Пангуби, разъярённый пропущенным мячом, в порыве гнева разделил тело надвое, зажал «снаряд» между частями своего тела, и тот лопнул.

— А ну-ка, прекратить балаган! — Канёль в ярости топнул, и ёгве мгновенно притихли.

— Хи-хи-хи! — захихикал Тэджу, прикрыв рот рукавом.

Все тоже не устояли и начали смеяться. Даже Канёль, который минуту назад злился, поддался порыву всеобщего веселья.

Двор Музея ёгве наполнился заразительным хохотом.

— В кладовке есть запасной мяч. Сейчас принесу, — объявил Канёль.

Ёгве последовали за ним. На импровизированном футбольном поле остались только мы с Тэджу. Решив немного передохнуть, мы присели на ступеньки музея.

Внезапно Тэджу прекратил улыбаться и принялся вглядываться куда-то за ограду.

— Что случилось? — спросила я.

— Да ничего особенного. Померещилось. Я будто увидел кого-то, похожего на меня.

Невзирая на поздний час, несколько ребят проехали мимо на велосипедах.

Пару дней назад Чильчон поделился информацией, полученной от маленьких разведчиков. Мыши, снующие по деревне, докладывали обо всём увиденном и услышанном, выступая важными осведомителями команды охотников на призраков.

«В последнее время у Тэхи появилось много новых друзей, и он редко находит время для игр с братом. Похоже, Тэджу чувствует себя одиноко».

Наблюдая, как Тэджу задумчиво смотрит на детей, я вспомнила слова Чильчона. Что значила для него школа? Ощущал ли он себя сиротливо? Возможно, есть причина, по которой он хорошо понимает Уджона?

— Как думаешь, Уджон сможет вернуться в школу? — осторожно спросила я.

Тэджу сменил позу и ответил:

— Помнишь мальчика со стрижкой под горшок, которого мы видели утром?

— Да, конечно.

— Наверное, он друг Уджона.

— Но почему он ждёт его снаружи? Почему не навестит Уджона и не зовёт пойти вместе с ним в школу?

— По-моему, он чувствует вину за какой-то проступок. Полагаю, именно поэтому Уджон перестал посещать школу.

— Ты намекаешь, что тот мальчик обидел Уджона?

— Не совсем. Но, похоже, для Уджона это оказалось даже хуже. Вероятно, когда его буллили, мальчик просто безучастно наблюдал. Ведь заступиться за жертву травли сложно, тут имеется риск стать изгоем.

— А если он возобновит дружбу с Уджоном, буллинг прекратится?

— Не факт. Но даже один друг, который будет на твоей стороне, поможет тебе выдержать что угодно.

Откуда у него такое глубокое понимание Уджона? Значит, и Тэджу пережил буллинг? Мне стало грустно.

Тэджу, заметив перемену в моём настроении, поинтересовался:

— Отчего ты опечалилась? Снова думаешь о брате? Чильчон говорил, что после того случая с длинноволосым призраком ты стала ещё более подавленной.

А болтливый Чильчон вечно распространяет слухи! Я смутилась и нервно потёрла ладони, ощутив очередную грубую мозоль.

Тэджу с присущей ему наблюдательностью тут же заявил:

— У тебя на ладонях столько мозолей: из-за тренировок, да? Ты занимаешься… как его… боевым гимнастическим искусством?

— Это называется рукопашным боем.

— Впечатляюще.

— Да ладно тебе! Только изуродованные руки.

Хотя главный инструмент охотника на призраков — Пламенник, почему-то мне нравилось сражаться без оружия. Применяя технику рукопашного боя для обезвреживания противника, но без причинения ему серьёзных повреждений, я ощущала свободу и контроль над ситуацией.

Тэджу, внимательно рассматривая мои руки, добавил:

— Однажды я видел в интернете фотографии ног спортсменов и балерин: они тоже заработали мозоли. Но это свидетельствовало об их упорном труде и преданности делу. Твои отметины — такой же символ усердия и мастерства.

Я никогда прежде не слышала таких фраз. Неужто огрубевшие ладони действительно являются своеобразным признаком доблести и профессионализма?

Мне вспомнились слова Вольджу.

— Но кое-кто уверен, что рукопашный бой — бессмысленное искусство, не позволяющее даже атаковать.

— Твой брат так считает? Вольджу, если я не ошибаюсь?

Как он догадался? Я ощутила, что щёки заливает румянец.

Тэджу встал передо мной.

— Ты и твой брат… вы совершенно разные. Ты вовсе не обязана быть такой, как он. Не принимай близко к сердцу странные высказывания. Если кто-то вновь попытается навязать тебе подобное мнение, я встану на твою защиту. Ясно?

Умение Тэджу произносить столь проникновенные речи было одной из его лучших черт.

Я смущённо кивнула в ответ.

В этот момент до нас донеслись шаги ёгве, возвращающихся из кладовки.

— Эй! Мы отыскали мяч! Продолжим игру. Но теперь придерживайтесь правил! — взмолился Канёль.

Но, судя по хитрым улыбкам ёгве, было понятно, что всё опять пойдёт не по правилам.

На следующий день, приблизившись к дому Уджона, мы с Тэджу услышали звуки пианино. Мальчик сидел за инструментом в наушниках, погружённый в музыку. Его довольное выражение лица говорило о хорошем настроении.

— Гляди, а парнишка тут как тут. — Тэджу кивнул в сторону мальчика у забора.

На сей раз тот решился и достал телефон, чтобы позвонить.

В комнате Уджона раздался звонок. Он некоторое время смотрел на экран, прежде чем ответить.

— Я не пойду в школу. — Уджон стал мрачнее тучи. Рука, лежавшая на клавишах, безвольно опустилась вдоль тела. — Не делай вид, будто тебя это не касается. Когда надо мной смеялись из-за того, что я освоил пианино, но не умею играть в футбол, ты молча стоял в стороне и ничего не делал. — Уджон сбросил вызов.

Потянувшись к банке с конфетами на пианино, он в порыве гнева выхватил одну, рассыпав несколько на пол.

Взяв наугад красный леденец, мальчик отправил его в рот.

Симптомы проявились мгновенно. Уджон рухнул на кровать, корчась от боли.

— Больше не могу терпеть! Нужно выяснить, что за злой дух преследует Уджона.

Взмахнув Пламенником и прошептав заклинание, я увидела, как рядом с Уджоном материализовалась фигура.

Размытый силуэт постепенно обрёл чёткость.

— Какая-то… бабушка?

Седая старушка нежно поглаживала живот Уджона.

Сцена напоминала трогательный момент, когда заботливые бабушки утешают страдающих от боли внуков, напевая и приговаривая, что их руки обладают целебной силой.

— Уджон! Уджон! — Мама вбежала в комнату. Обняла сына и разрыдалась вместе с ним.

Каждое утро перед школой ребёнка мучила боль, что, несомненно, глубоко тревожило мать. Она ласково гладила его лицо, сдерживая слёзы.

— Пожалуйста, скажи мне, что случилось! Я хочу понять, что у тебя на душе.

Мальчик, с трудом справившись с рыданиями, пробормотал:

— И что изменится, если ты узнаешь? Пойдёшь в школу и заставишь одноклассников дружить со мной? Мама, ты ничего не можешь сделать. Прошу, оставь меня.

Он отвернулся, укрывшись одеялом.

Мать некоторое время смотрела на его спину, затем тихо произнесла:

— Поедем в больницу. Я соберу вещи. — И она покинула комнату.

Как только мать ушла, Уджон выудил из кармана пижамы синюю конфету и проглотил её. Вскоре он перестал дрожать и успокоился, а призрак бабушки исчез.

— Сколько мы ещё будем наблюдать? Так проблема не решится.

— Не волнуйся. Думаю, развязка близка, — ответил Тэджу, глядя на мальчика со стрижкой под горшок, который стоял у дома и заглядывал во двор.

В тот же вечер раздался звонок от Кугарян.

— Уджон в больнице. Мать настояла на полном обследовании. Больше ждать нельзя. Медицинские процедуры могут оказаться для ребёнка настоящим испытанием: анализы, рентген — от них и здоровые дети порой расклеиваются. Вдобавок Уджон теперь повсюду таскает с собой конфеты. Неизвестно, когда он съест их все. Лучше успеть до этого, — тяжело вздохнула Кугарян.

Мальчик уже съел приличное количество конфет, ещё чуть-чуть — и призрак полностью подчинит его себе.

— Выезжаем, — коротко бросила я, завершая разговор и кивая Тэджу.

Он сразу понял, что тянуть нельзя, и без слов последовал за мной.

Благодаря Пангуби, который отвёз нас на машине, мы быстро добрались до больницы.

Едва мы расположились на скамейке у входа, как из больницы вышел Уджон в сопровождении матери. Мы двинулись за ними, намереваясь поймать призрака, когда мальчик потянется за очередной конфетой.

— Глядите-ка, это же Ли Уджон! Тот самый изгой, — донёсся голос позади нас.

Обернувшись, я заметила группу детей на велосипедах, остановившихся неподалёку и начавших отпускать язвительные замечания в адрес Уджона. Хотя они всё же находились на некотором расстоянии и, вероятно, их комментарии не достигали ушей мальчика, он, догадавшись, о чём они говорят, понуро опустил голову.

— Смотри, с ними и парнишка со стрижкой под горшок, — выпалил Тэджу.

И действительно, рядом с ребятами был мальчишка, который ежедневно приходил к дому Уджона, уговаривая его отправиться в школу.

Как ни странно, он оказался частью компании обидчиков.

Тэджу разочарованно проворчал:

— А я-то надеялся, что он встанет на его защиту.

Неожиданно мальчик со стрижкой под горшок обратился к ребятам:

— Поезжайте без меня. Хочу убедиться, что Уджон в порядке.

Кто-то сразу его предупредил:

— В таком случае ты больше не сможешь играть с нами!

Но парнишка твёрдо ответил:

— Мне всё равно. Я собираюсь извиниться перед Уджоном и дружить с ним. Если вы тоже захотите попросить прощения, присоединяйтесь. Возможно, он и вас простит. — Мальчик крепко сжал губы, сел на велосипед и помчался к Уджону.

Заметив это, Уджон попросил маму подождать в машине и решительно шагнул навстречу другу.

Они отошли в сторонку. До меня не доносились их реплики, однако время от времени на лице Уджона появлялась улыбка: наверняка разговор складывался удачно.

А уже спустя пару минут, скрепляя какое-то важное обещание, они совершили детский ритуал — клятву на мизинчиках.

Вернувшись к машине, Уджон взял банку с конфетами и, не колеблясь, выбросил жестянку в ближайшую урну.

— Ну что, разве я не был прав? — с гордостью произнёс Тэджу, и я невольно улыбнулась.

— Да, всё отлично. Что ж, теперь отправимся на поиски призрака?

— В том нет необходимости.

От неожиданно прозвучавшего голоса я вздрогнула и обернулась. На скамейке сидела та самая бабушка, которая гладила живот Уджона. Её полупрозрачная, молочно-белая кожа подтверждала — она и впрямь являлась призраком.

Когда я потянулась за Пламенником, старушка мягко остановила меня:

— Не беспокойся, я уйду сама. Но позволь мне ещё немного посмотреть на Уджона.

— Вы его бабушка? — тихо спросила я, и старушка молча кивнула в ответ. — Как вы могли столь жестоко поступить с внуком? Ему ведь больно!

— Да, бабушка не должна так делать. Однако Уджон страдал не от физической боли, а от душевных ран. Иногда такие раны гораздо глубже.

— Но решать проблему таким способом было неправильно.

— Верно. Став призраком, я потеряла ясность мыслей и совершила много ошибок. Но для Уджона школьная жизнь была куда мучительнее, чем дискомфорт в животе. Я давала ему вкусные конфеты за хорошую игру на пианино, и он старался ради лакомства. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что не стоило позволять внуку есть их столько, сколько он хотел. — Бабушка поднялась и стала ещё более призрачной. — Проблемы Уджона были слишком тяжелы для него одного. Я думала, что смогу помочь, но у него оказался замечательный друг. Вот сейчас моя поддержка ему точно не нужна. Я видела его улыбку и могу уйти с миром. Ты отпустишь меня?

По её просьбе я поискала в мусорном ведре банку с конфетами.

Когда я вонзила меч в иероглиф «призрак» на дне жестянки, бабушка исчезла. От старой банки с леденцами исходило необычное тепло. Впервые за пятьсот лет моей охотничьей работы я ощутила теплоту призрака.

10. Воссоединение с Вольджу

— Посмотри на пар изо рта. Теперь пришла настоящая зима. — Канёль глубоко выдохнул, выпустив белое облачко.

Температура опустилась ниже нуля именно сегодня, в День бессилия духов, когда призраки временно покидают мир живых и отправляются в загробный мир, что для нас, охотников, равносильно выходному.

Щёки охладило ветром, ненадолго проникшим через приоткрытую дверь. Иней на окнах, голые ветки деревьев, толстые пальто — всё свидетельствовало о приходе зимы.

Однако для меня холодный сезон начинался иначе.

— Зима наступает только с первым снегом. А до этого — лишь подготовка.

— Опять ты со своим первым снегом! Почему он так значим для тебя? — спросил Канёль, вытаскивая обогреватель из кладовки.

— Он подобен сигнальному выстрелу, оповещающему о начале сезона. Как в беге, когда стоишь на старте и только после выстрела устремляешься вперёд. Без первого снега зима не знает, когда ей стартовать, и топчется на месте.

За пятьсот лет жизни и пятьсот пережитых зим я поняла одно: после морозов обязательно приходит весна.

Ну а первый снег — явная примета будущей стужи.

Обогреватель, который принёс Канёль, успел покрыться пылью.

— Куда бы его поставить?

— Не представляю, где лучше…

Пока мы с Канёлем размышляли над тем, где пристроить обогреватель, в Музей ёгве вошла Кугарян с пакетом булочек пуноппан[7].

Стоило ощутить аппетитный и сладкий аромат, как мне подумалось, что, возможно, и пуноппан могут быть сигналом к началу зимы. Ёгве прервали свои дела и бросились к пакету Кугарян.

— Оставь булочку для Тэджу. Кстати, а где он? Что-то давно его здесь не видно.

Тэджу, который раньше появлялся в музее чуть ли не каждый день, в последнее время стал заходить реже.

— Помните, что говорил Тэджу? Он видел на улице кого-то, похожего на себя. Я даже немного забеспокоился, — проговорил Удодам с озабоченным видом, откусывая голову булочки-рыбки.

И будто в ответ на его слова на пороге возник Тэджу.

— О! Лёгок на помине. Скорее, Тэджу, отведай свежей выпечки!

Однако что-то в облике мальчика казалось неуловимо чужим. Он озирался с любопытством новичка, впервые попавшего в незнакомое место.

— Это не наш Тэджу, — произнёс Удодам, медленно опуская недоеденную булочку.

Я внимательно посмотрела на лицо мальчика. Внешне это был он, но, как и сказал Удодам, — не наш Тэджу.

У меня ёкнуло сердце. Случилось то, чего мы опасались.

— Все — выйдите.

Ёгве озадачились.

— О чём ты? На улице сыро…

— Ладно. Хэджу нужно срочно поговорить с Тэджу наедине. — Сообразительный Пангуби вывел заупрямившегося Канёля.

Осознав важность момента, за ними молча последовали Удодам, Кугарян и Чильчон.

В Призрачном зале, где остались только я и Тэджу, воцарилась тишина.

Я посмотрела мальчику прямо в глаза и сказала:

— Давно не виделись, брат.

— Ты догадалась. Да, Хэджу, много времени прошло. Как ты?

Вместо ответа я сердито сощурилась.

Я тысячу раз представляла нашу встречу. Но никогда не думала, что он явится, украв чужое тело. Старший брат всегда любил шутки, но это уж слишком. Он явился сюда в облике Тэджу.

— Вольджу, ещё не поздно, — проронила я, с надеждой глядя на брата. — Давай вместе вернёмся в загробный мир. Если я замолвлю слово перед правителем подземного царства, уверена, король Йомра Великий проявит милосердие и простит тебя.

— О каком прощении ты говоришь? А-а-а, ты подразумеваешь так называемое преступление, о котором твердит Йомра? О том, что я осмелился изменять сроки жизни людей, прибывших на тот свет?

— Это табу. Срок жизни человека предопределён, никто не имеет права его менять. Да, бывают ошибки, но…

— И что же, по-твоему, я должен был просто стоять в стороне и смотреть, как отъявленные грешники продолжают наслаждаться жизнью, в то время как добрые люди умирают?! — Голос Вольджу громом прокатился по залу, эхом отражаясь от стен.

Теперь его наверняка услышат и ёгве, притаившиеся снаружи.

Вольджу понял, что разгорячился, и на мгновение смутился. Затем, пытаясь смягчить напряжение, улыбнулся своей знакомой, чуть лукавой улыбкой.

— К тому же разве ты сама не нарушила законы Небес? Ты ведь не отправила Тэджу в загробный мир, а оставила здесь. Разве не в этом заключается долг охотника на призраков — отсылать духов в мир мёртвых, как только увидишь их?

Холодок пробежал по моей спине. Но я не дрогнула и продолжала спокойно смотреть на брата.

Он усмехнулся и добавил:

— Значит, ты догадалась, что я завладел его телом?

— Я предполагала, — ответила я, стараясь унять дрожь в голосе. — В деревне, где сто лет не показывалось ни одного призрака после того, как якши были уничтожены, вдруг стали появляться злые духи. Ну а завладеть телом и превратить его в призрачный артефакт — искусство, доступное далеко не каждому.

Я пыталась сохранять бесстрастие, но сердце бешено колотилось в груди. Встреча с братом после долгой разлуки вызывала не радость, а леденящий страх.

Вольджу пытливо изучал Призрачный зал, будто ребёнок, впервые попавший в музей. В отличие от него, излучавшего уверенность и невозмутимость, я была взвинчена и старалась держаться на расстоянии, готовая в любой момент отступить.

— Я наслышан о твоих подвигах. Среди призраков ходят слухи о грозной охотнице, способной поймать любого. Твоё умение возросло.

Но вдруг Вольджу, который бродил от витрины к витрине, заметил выключатель и ухмыльнулся. Без раздумий брат щёлкнул им, и темнота мгновенно окутала зал.

Я испуганно съёжилась.

— До сих пор боишься темноты? Удивительно, как ты справляешься с ролью охотницы на призраков. Это достойно уважения.

Я сжала кулаки, пытаясь унять озноб.

— Я пришёл сюда не для переговоров. Я хочу тебя предупредить! — Голос брата звучал громко и отчётливо, заполняя окружающее пространство. — Покинь деревню. И я оставлю тебя и твоих друзей ёгве в покое.

— Нет!

— В таком случае ничего не поделаешь. А сейчас проверим, насколько улучшились способности моей трусливой сестрёнки. — Шаги Вольджу стали приближаться.

Я скрючилась ещё сильнее, пытаясь скрыть охватившую меня дрожь.

Внезапно раздался громкий стук в дверь.

— Хэджу! Ты там?! — взволнованно заголосил Тэхи.

Я различила и приглушённые голоса ёгве, тщетно пытавшихся его удержать.

— Похоже, все догадались. Что ж, до встречи, трусишка.

В то же мгновение зал вновь озарился ярким светом, а Вольджу растворился в воздухе, будто его и не было.

Смахнув непрошеные слёзы, я бросилась к двери. Как я и предполагала, первым в зал ворвался Тэхи — заплаканный и растерянный.

— Тэджу исчез! Он пропал!

Услышав эту новость, я не могла пошевелиться. Казалось, что все вокруг исчезли и я осталась одна в пустоте.

Тэхи вцепился в меня и разрыдался. Удодам, осознав серьёзность ситуации, мягко, но решительно повёл мальчика в лабораторию.

— Тэхи, давай присядем и поговорим, — сказал он, стараясь успокоить его.

Всхлипывая, Тэхи подчинился.

Кугарян обняла меня за плечи. Её тонкие пальцы были ледяными.

Сидя в углу лаборатории, Тэхи, всхлипывая, забормотал:

— Сегодня утром мы с бабушкой пили чай на веранде. А потом я заметил, что брат высматривает что-то за оградой. Я тоже повернулся в ту сторону, но ничего не обнаружил. Вдруг тело Тэджу сделалось прозрачным. Он спросил: «Бабушка, ты знала? Тэхи, ты тоже в курсе?» Я удивился и поглядел на бабушку, а она заплакала и кивнула. А после сказала моему брату: «Вероятно, тебе пора уходить. Тэджу, я тебя очень люблю». И он исчез. Хэджу, почему?

Я промолчала. Наверное, Тэджу заметил за оградой Вольджу.

Только тогда Тэджу понял, что он призрак, и пропал.

Горло сдавило, и я не могла вымолвить ни слова. Я не сомневалась, что когда-нибудь роковой день наступит, но теперь сердце разрывалось от боли.

За меня ответила Кугарян:

— Тэхи, подумай хорошенько. Ещё до приезда в деревню Ёгве с Тэджу кое-что произошло. Возможно, из-за шока ты плохо помнишь, но всё же постарайся.

Постепенно Тэхи перестал плакать и задумался.

Через некоторое время он проговорил:

— В день моего рождения мама посетовала, что не смогла купить мне подарок. Брат вышел на улицу, вероятно, чтобы купить мне наручные часы, которые я очень хотел. Но у Тэджу не было лишних денег, поэтому он решил получить их из автомата с игрушками, в котором они находились. Он потратил все сбережения, пытаясь что-то вытащить, но тут его сбила машина, вылетевшая на тротуар. Брат оказался в больнице, а водитель, стоя на коленях, извинялся перед нами. Вроде он сел пьяным за руль. Я ужасно расстроился, но… вскоре Тэджу снова появился — вернулся из клиники домой, а потом мы поехали в деревню Ёгве…

— Тэджу — призрак. Он должен был отправиться в загробный мир, но не сумел так сделать, тревожась за тебя.

— Что? Значит, все вы знали?

При виде Тэджу я сразу сообразила, что он призрак. Но иначе и быть не могло: ведь я охотница на призраков.

Моей первой мыслью было изгнать Тэджу. Но, догадавшись, что он даже не осознаёт своей смерти, поглощённый мыслями о защите Тэхи, я решила повременить. Кроме того, у Тэджу имелись способности, которыми мы не обладали.

Поэтому мы решили не торопиться.

Тэхи схватил меня за край одежды и вскочил:

— А я больше не увижу брата? Мне всё равно, что он призрак. Верни его! Верни! — Мальчик затопал и опять заплакал.

— Тэджу пока не вернулся в загробный мир. Точнее, он не может. Кто-то завладел его телом. — Пангуби, как всегда, оказался самым проницательным.

Он, должно быть, понял это, когда Вольджу вошёл в Призрачный зал в облике Тэджу.

Канёль вскинул голову и затараторил:

— Неужели Тэджу, который недавно приходил, был…

— Вольджу, моим старшим братом, — подтвердила я.

Ёгве изумлённо разинули рты.

Канёль, с трудом оправившись от шока, спросил:

— То есть Вольджу завладел телом Тэджу?

— Когда Тэджу приблизился к вратам в загробный мир, Вольджу наверняка подкараулил его и заключил сделку. Он предложил Тэджу возможность остаться в земном мире, если мальчик отдаст ему свою физическую оболочку. Но, конечно, он умолчал о том, что жить придётся как призраку. Так поступают якши. Вольджу стал якшей. Якши — зловещие духи, приспешники ада, чья цель — захватить человеческую плоть и жить в теле жертвы, притворяясь смертными. Когда Вольджу сбежал из преисподней, он принял облик якши.

При одном упоминании об этих существах ёгве содрогнулись от ужаса.

— В любом случае нам необходимо найти Вольджу. Вот тогда мы сможем отыскать и Тэджу. Но с чего начать поиски?

Никто не ответил, но в ту же секунду тишину лаборатории нарушил пронзительный писк. Неожиданно в комнату ворвалась целая армия мышей — не менее сотни. Они выстроились перед Чильчоном и начали оживлённо пищать, докладывая ему какие-то сведения.

Выслушав их, Чильчон произнёс:

— Похоже, я знаю, где искать Вольджу.

11. «Дун-дунгок»

Когда ёгве-защитники были готовы отправиться на поимку Вольджу, я обошла их, вручая каждому небольшие сумки.

— Вот, возьмите.

— Что там?

— Секретное оружие, — ответила я, передавая то, над чем трудилась долгое время.

— Разве ты не говорила, что оно ещё в разработке? Неужели всё закончено?

— Не совсем, — призналась я. — Оно готово примерно на восемьдесят процентов.

— А как насчёт оставшихся двадцати?

— Остальное надо доверить удаче, — объявила я, и Канёль натянуто улыбнулся.

Мы сели в фургон Пангуби. Тэхи махал нам рукой, стоя у окна.

Мальчик хотел присоединиться к нам, но мы попросили его подождать в музее. Брать человека на охоту за призраками чрезвычайно опасно.

Пангуби, сидевший за рулём, вдавил педаль газа в пол.

— Что именно тебе сообщили мыши? — спросил Удодам у Чильчона, пристёгивая ремень безопасности.

— Помнишь звук «дун-дун», о котором раньше говорила Хэджу? Я попросил мышей выяснить его причину. Оказалось, что он исходит только из домов, где живут ученики школы Ёгве. Дети вызывали призраков с помощью «Дун-дунгока».

— Боже мой! Как они осмелились?

— «Дун-дунгок» — игра вызова духов, которая стала популярна во времена короля Кванхэ-гуна, правившего в семнадцатом веке. Изначально распространённая среди знати, она привела к появлению множества призраков из-за неосторожности игроков. В результате власти наложили на неё запрет.

— Но как они узнали слова заклинания?

— Подозреваю, что Вольджу им как раз и рассказал. О боже, смотрите!

Через окно фургона мы увидели, как над крышами домов летают призраки.

— Как вы могли бездействовать и позволить ситуации настолько ухудшиться? — Чильчон обратился к главной мыши, которая скукожилась сбоку от него на сиденье.

Та сложила передние лапки и почтительно запищала.

— Что она говорит? — спросил Удодам.

— Они думали, что это обычная детская забава, — ответил Чильчон.

По мере приближения к центру деревни призраков становилось всё больше. Что же Вольджу собирается с ними делать? В любом случае даже ёгве-защитники с их способностями вряд ли смогут справиться с таким количеством злых духов.

— Умно придумано. Тогда барьер становится бесполезным, ведь дети сами вызывают призраков, — буркнул Удодам.

Вскоре мы прибыли на место.

Жители деревни занимались повседневными делами, даже не представляя, что над их головами мечутся призраки.

— Ну что ж, займёмся охотой! — Открыв дверь машины, я моментально заметила злых духов и поспешно создала гипнотический барьер, чтобы люди не обнаружили ёгве.

Я дала ёгве беспроводные наушники, которые они тотчас вставили в уши.

В наушниках использовался спектр призрачных волн, благодаря чему мы могли легко общаться на расстоянии.

Я обратилась к ёгве через наушники:

— В маленьком кармашке сумки лежит мешочек для ловли призраков. Прикрепите его к поясу. Внутреннее пространство мешочка бесконечно: сколько бы духов вы ни поймали, он не переполнится. Вам нужно собрать всех призраков, а уж потом буду действовать я.

Разбежавшись в разные стороны, ёгве принялись ловить злых духов.

Канёль использовал водяной кнут, чтобы захватить сразу нескольких призраков. Затем, применяя технику охлаждения, замораживал их и складывал в мешочек.

Удодам по-особому взялся за призраков, пытавшихся ускользнуть. Взмыв в небо, он с поразительной для своего миниатюрного тела мощью хватал их и прятал в мешочек, который раздувался на глазах.

Бум-бум-бум!

Глухие удары эхом разносились по окрестностям: Пангуби, разделившись надвое, сжимал призраков между половинами, сплющивая их, а после отправлял в сумку. Жители деревни, благодаря барьеру не способные видеть Пангуби, принимали происходящее за землетрясение и тревожно озирались.

Ёгве сновали по округе, а среди них юрко пробегали мыши, выпущенные Чильчоном.

— Эй вы! — крикнул он. — Постарайтесь исправить свою оплошность с «Дун-дунгоком»! Если сегодня всё пройдёт гладко, я одарю вас горой сыра!

Воодушевлённые обещанием, мыши с удвоенным рвением набросились на призраков. Те, вероятно, сохранив воспоминания о человеческой жизни, с отвращением разлетались. Мыши ловко подгоняли духов прямо к Кугарян. Она оглушала неземных сущностей крепкими ударами внушительных хвостов, а Чильчон аккуратно помещал призраков в сумку.

Поддерживая гипнотический барьер, я вдруг ощутила нечто странное.

— Почему призраки так быстро исчезают?

— А мы мастерски с ними справляемся! Мы веками оттачивали искусство охоты, — с гордостью ответил Удодам.

— Нет, дело не в этом, — возразила я. — Призраки куда-то улетают. Взгляни на небо.

И действительно, группа духов стремительно удалялась. Даже те, кого совсем недавно вызвали с помощью «Дун-дунгока», подчиняясь чьему-то властному приказу, устремились в том же направлении.

Кугарян заговорила через беспроводной наушник, голос её звучал насторожённо:

— Кажется, я поняла, куда они летят! Их цель — Музей ёгве!

— Почему они направляются именно туда? — Удивлённый Удодам невольно выпустил из рук призрака, которого поймал сию секунду.

А меня осенило. Сегодня — тот самый день, который имел особое значение для мира духов.

— Сегодня День бессилия духов, — выдала я и закивала. — Время, когда призраки покидают наш мир, а страж врат в загробное царство отсутствует.

Вольджу, мой старший брат, оказался весьма хитёр. Он, будучи лучшим выпускником Небесной академии, выбрал именно этот день для удара по деревне Ёгве.

Вольджу выпустил призраков, чтобы отвлечь нас и заставить покинуть музей.

Канёль, тяжело вздохнув, озвучил наши худшие опасения:

— Они пытаются открыть врата в загробный мир.

Страх холодной волной пробежал по спине. Вольджу намеревался распахнуть врата, чтобы якши и призраки могли беспрепятственно вторгнуться в мир живых.

Внезапно я поняла нечто ещё более страшное:

— Тэхи остался там один!

Мы мчались к Музею ёгве, однако, когда добрались, повсюду уже царил настоящий хаос. Здание было окружено призраками, образующими неприступную крепость.

— А мелкие духи выглядят до неприличия самоуверенно, — заметил Канёль, выходя из машины. — Хотя чего им бояться, если их призвал бывший охотник на призраков?

Несмотря на уверенный тон, я уловила нотки нервозности в его голосе. Остальные ёгве тоже были напряжены, их лица выражали плохо скрываемое беспокойство.

Я выпрямилась во весь рост.

— Это дело рук моего брата, поэтому я должна решить всё сама. Я пойду одна.

Мой брат, моя кровь — он устроил этот кошмар. Я не могла подвергать ёгве-защитников опасности.

Кугарян обняла меня за плечи:

— Что за глупости ты говоришь, командир? Призраки — наша общая проблема.

— Верно. Разве ты не помнишь слова Тэджу, которыми поделилась с нами? Ты — это ты, равно как и Вольджу. Вы разные. Тебе не нужно брать на себя его вину, — мягко напомнил Удодам.

Чильчон, Пангуби и Удодам, будто сговорившись, одарили меня ободряющими улыбками. От их поддержки моё сердце наполнилось теплом.

Канёль, стоявший позади, неспешно выступил вперёд, с характерным хрустом разминая пальцы.

— Настало время продемонстрировать наши способности! — воскликнул он.

Мы устремились в бой против призраков. Быстро распределив территорию, ёгве вступили в сражение.

Через наушник донёсся голос Кугарян:

— Давненько у нас не было таких схваток, пожалуй, ещё со времён Имджинской войны!

— И правда. Неужели призраки не наслышаны о нас? Ведь в годы Имджинской войны мы даже удостоились наград от короля Йомры Великого! — с гордостью произнёс Удодам, хотя по его тяжёлому дыханию я поняла, что натиск весьма серьёзен.

Выхватив Пламенник, я без устали пробивалась сквозь ряды злых духов. Однако сколько бы я их ни уничтожала, новые появлялись словно из ниоткуда.

«И зачем мой брат призвал сюда целую армию?» — подумала я.

Согласно донесениям мышей-разведчиков, духов призвали посредством игры «Дун-дунгок».

Вдобавок призраки были вызваны детьми, которые не осознавали, что делают, считая всё лишь забавой. Но результат оказался поистине ужасающим. Глядя на полчища, заполонившие музей, я не сомневалась: брат не мог затеять это ради простой шутки.

— Уничтожение призраков ничего не решит. Нам необходимо прорваться внутрь и встретиться с Вольджу лицом к лицу. Только тогда мы сможем положить конец безумию. — Краем глаза я заметила, как призраки разлетаются в стороны от мощных ударов Удодама.

— Давайте прикроем Хэджу и постараемся пробиться внутрь! — скомандовал Удодам, и ёгве мгновенно сомкнули ряды вокруг меня, образуя живой щит.

Однако они уже были измотаны до предела. Сначала сражение в деревне, теперь битва в музее — даже для ёгве с их сверхъестественными способностями подобные непрерывные бои оказались изнурительными. Требовалось нечто для восстановления сил.

— Ничего не поделаешь. Придётся прибегнуть к моим незавершённым секретным разработкам, — объявила я и достала из сумки мешочек с конфетами.

Впереди двигалась Кугарян. Проглотив огненную конфетку, она принялась извергать пламя, как дракон из древних легенд, испепеляя призраков на своём пути.

Это секретное оружие создано специально для неё — той, что всегда мечтала извергать огонь. Пламя было родом из загробного мира, даже легчайшего прикосновения оказалось достаточно, чтобы призраки получили повреждения.

Но разработка ещё не была доведена до совершенства — огонь оставлял за собой след копоти.

— Ох, надо будет довести до ума потом. С каждым кашлем вылетает чёрная сажа, — пожаловалась Кугарян. Белая мордочка кумихо мгновенно почернела.

За Кугарян шли Удодам и Канёль. Удодам, взмахивая могучими железными крыльями, создавал мощные воздушные потоки, отбрасывающие призраков прямо под удары водяного кнута Канёля.

Но Канёль, явно недовольный эффективностью своего оружия, пробурчал:

— Что за ерунда? Толку маловато.

— Может, ты надел перчатки неправильно: левую — на правую руку и наоборот?

— Ах, точно! — Канёль поменял перчатки местами и, сделав широкий взмах руками, создал водяной кнут, превосходящий предыдущий в разы.

Если раньше водяное оружие напоминало тонкий садовый шланг, то теперь оно разрослось до размеров настоящего пожарного рукава.

— Что ж, похоже, настал мой черёд испытать всё в действии, — пробормотал Пангуби, проглатывая конфету.

В мгновение ока он разделился, но вместо двух половинчатых существ появились два полноценных Пангуби.

— Невероятно! Сила удвоилась. Хотя движения какие-то… неестественные, — опешил он.

— Прости, Пангуби, твоё секретное оружие пока готово наполовину. У него есть существенный недостаток, и… — Я не успела закончить фразу, Пангуби уже наглядно продемонстрировал, в чём заключался изъян.

Оба тела Пангуби двигались синхронно, как марионетки, управляемые невидимой рукой. Но вскоре он освоился с новой техникой, и движения обрели независимость и слаженность, позволяя действовать с эффективностью двух отдельных бойцов.

Благодаря тому что ёгве расчистили мне путь, я без труда добралась до Призрачного зала.

А затем в глубине помещения обнаружила знакомые силуэты.

— Тэджу! Тэхи!

Перед вратами в загробный мир находились Тэхи и Тэджу. Последний, внезапно появившийся вновь, лежал без сознания на коленях у брата, бессильно раскинув руки.

Очевидно, беспокойство о Тэхи заставило мальчика вернуться, невзирая на опасность.

Я бросилась к ним. К моему удивлению, перед Призрачным залом не было ни единого духа, способного преградить дорогу.

Стоп. Не было духов?

Когда я почувствовала что-то неладное, сзади раздался звук захлопывающейся двери.

Бах!

С оглушительным ударом свет мгновенно погас. Призрачный зал погрузился в непроницаемую тьму.

— Моя дорогая сестрёнка Хэджу. Ты ещё боишься темноты? — Голос Вольджу эхом отразился от стен.

Похоже, я угодила в ловушку.

12. Неизбежная битва

В кромешной темноте мои глаза тщетно пытались различить хоть что-нибудь, однако память неожиданно унесла меня в далёкое детство.

Это случилось, когда мне было всего пятьдесят лет. В те дни мы с друзьями часто предавались ребяческой забаве — игре в прятки. Не отличаясь особой изобретательностью, я неизменно выбирала одно и то же укрытие — старый амбар.

Небесный амбар всегда стоял открытым днём, внутри было светло и совсем не страшно.

Однажды, укрывшись там, я незаметно для себя уснула. Вечером сторож, не заметив меня, запер двери. Проснувшись в полной темноте, я испугалась и расплакалась. Меня нашёл Вольджу — он вызволил меня из заточения и поклялся, что отныне всегда будет моим верным защитником.

Теперь же тот самый Вольджу использовал тьму, чтобы запугать меня.

Брат произнёс:

— Хэджу, тебе страшно?

Я не хотела, чтобы он услышал, как дрожит мой голос, поэтому промолчала.

— Назначить охотником на призраков того, кто боится темноты… Какая наивность со стороны Йомры, — процедил он с презрением.

Вот как заговорил мой брат! Тот, кто когда-то благоговел перед королём Йомрой Великим, теперь называет его наивным. Что же заставило его перемениться?

— Брат, почему ты так поступаешь? Что случилось? — спросила я, с трудом сдерживая подступающие слёзы.

В отличие от моего бурного эмоционального состояния, его ответ прозвучал холодно и рассудительно:

— Последние четыреста лет я скитался по земле и видел истинную природу людей. Здесь слишком много тех, кто не заслуживает долгой жизни. Я намерен изменить систему загробного мира так, чтобы хорошие люди жили дольше, а плохие — умирали раньше. — Он сделал паузу, ожидая моей реакции, но, не добившись ответа, насмешливо продолжил: — Впрочем, чего ещё ожидать от той, кто влачит бездумное существование, слепо следуя указаниям Йомры? Я дам тебе последний шанс. Не мешай мне — и я отпущу тебя без вреда.

— Нет, я не могу, — стиснув зубы, ответила я.

— Неужели? А если постараешься для мальчишки? — Во тьме раздались уверенные шаги моего брата, и кто-то издал приглушённый стон.

Я сразу поняла — это Тэджу.

— Я не трону человека. Но призрак — другое дело. Как ты знаешь, я связан с Тэджу. Чтобы избавиться от меня, тебе придётся уничтожить и его. Если всё выплывет наружу, тебя ждёт суровое наказание от короля Йомры Великого за то, что ты позволила призраку оставаться в мире живых.

— Я готова. И приму заслуженную кару. Вероятно, король уже осведомлён обо всём.

— Ты действительно не отступишь?

— Нет.

— Ладно, тогда другого выхода нет.

Брат распахнул врата в загробный мир: внезапно вспыхнуло пламя, залившее Призрачный зал тревожным светом.

У подножия врат лежали Тэджу и Тэхи, а за порталом, в огненном мареве, я увидела толпу призраков, несущихся к нам.

— Сегодня День бессилия духов, когда страж врат загробного мира покидает свой пост. Скоро призраки хлынут сквозь врата неудержимым потоком. Посмотрим, успеешь ли ты остановить меня до этого момента? — Брат ринулся на меня.

Он занёс меч, воздух наполнился звоном скрестившихся клинков. Лезвие в руке Вольджу сверкнуло зловещим блеском.

Его лунный клинок, Сребник, был единственным мечом, способным противостоять Пламеннику. Некогда сверкавший чистым лазурным светом, теперь он излучал тёмно-синее сияние в руках брата, обратившегося якшей.

Крепко сжав рукоять Пламенника, я молниеносно парировала удар брата и тут же контратаковала.

Звяк.

Пламенник и Сребник столкнулись, наполнив воздух звоном стали.

В этот миг я наконец смогла разглядеть лицо брата вблизи. Его черты — глаза, нос, губы — остались прежними, как в далёком детстве. Но взгляд… стал чужим.

— Хэджу, ты даже сильнее, чем раньше. Но тебе не одолеть того, кто столько лет страдал и скитался по миру, — заявил брат, обрушивая на мой клинок сокрушительный удар.

Не устояв против натиска, я выронила Пламенник, и тот, звякнув, упал на пол.

— Сможешь ли ты победить меня теперь, да ещё и без верного клинка? — язвительно спросил Вольджу.

Ярость захлестнула меня, смешавшись с горьким разочарованием в собственных силах. Охотница на призраков, за плечами у которой пять веков опыта, трепещет перед темнотой и абсолютно беспомощна без привычного оружия.

Неужели брат прав и я действительно ничего не могу? Может, я просто ребёнок, притворяющийся взрослым?

Злость на себя нарастала, и, стиснув кулаки, я ощутила шершавые мозоли на ладонях.

В тот же миг в памяти всплыл совет Тэджу: «Ты и твой брат… вы совершенно разные. Ты вовсе не обязана быть такой, как он. Не принимай близко к сердцу странные высказывания».

Долгие годы я жила под тенью брата. Вернее, позволила себе оказаться под его влиянием. Вольджу совершил преступление, а я несла бремя вины, словно являлась его сообщницей.

Всё, что он считал ничтожным, я обесценивала и в итоге утратила веру в собственные силы.

Я подняла голову и расправила плечи. Чтобы вновь обрести уверенность, нужно держаться с достоинством.

— Давай сразимся врукопашную, — предложила я.

Услышав мои слова, брат засмеялся:

— Неужто ты надеешься одолеть меня голыми руками? Что за жалкая техника! В ней даже атаковать тяжело!

— Слуга Небес чересчур болтлив, — парировала я, принимая базовую атакующую стойку и сложив руки домиком перед грудью.

— Посмотрим, на что ты способна.

Брат отбросил в сторону свой тускло сияющий меч. И я незамедлительно ринулась в атаку.

Мы столь стремительно двигались, что рассекали воздух со свистом, и эти звуки разносились по залу. Мастерство брата оставалось непревзойдённым. Как и всегда, он использовал широкие, размашистые движения, подавляя противника не только физически, но и морально.

Но именно Вольджу когда-то обучил меня подобным приёмам.

И сейчас мне удавалось довольно легко отражать его атаки.

— Ты неплохо продвинулась. Но в рукопашном бою решающую роль играет сила. Победить меня будет непросто, — сказал он.

Я ощутила, как в его ладонях концентрируется мощь. Каждый раз, когда я отбивала удары Вольджу, натруженные, мозолистые руки начинали болеть. Пока я держалась, но понимала, что долго так продолжаться не может.

И опять в голове прозвучали слова Тэджу: «Ты и твой брат… вы совершенно разные. Ты вовсе не обязана быть такой, как он».

Меня охватило странное веселье от осознания, насколько глубоко тронули меня подбадривания одиннадцатилетнего мальчишки.

— Что смешного? Ты не в себе? — Вольджу не скрывал раздражения, видя мою улыбку.

— Похоже, мы оба впустую растратили годы. Рассуждаем примитивнее, чем несмышлёные дети, — ответила я.

Брат прервал атаку и с изумлением уставился на меня.

— Позволь продемонстрировать то, чему научил меня Тэджу, — добавила я и с непоколебимой решимостью бросилась в наступление.

Пришло время использовать собственные уникальные способности. Мой стиль боя должен отличаться от техники брата.

Явно не ожидавший такого напора, Вольджу охнул.

Молниеносно я нанесла удар левой рукой, целясь в уязвимую точку на горле брата.

Стараясь сделать своё тело максимально компактным, я ловко уклонялась от атак и наносила удары в промежутках между размашистыми движениями Вольджу.

Я врезала ему по внутренней стороне локтя, а потом, нагнувшись, стукнула Вольджу по колену. Получив серию толчков, брат пошатнулся и прижался к стене.

— Ты многому научилась, Хэджу. Можно сказать, ученица превзошла учителя. — Он пытался сохранить невозмутимость, но его лицо выдавало явное замешательство.

Впрочем, вскоре черты разгладились, а на губах заиграла довольная улыбка.

— Но что поделаешь? Всё уже началось, — проронил брат, устремив взгляд куда-то за мою спину.

Обернувшись, я с ужасом обнаружила, что призраки почти достигли врат в загробный мир.

Я слишком сосредоточилась на рукопашном бое и не следила за вратами. Инстинктивно я рванулась к призракам, но брат крепко схватил меня за ногу.

Как я ни пыталась вырваться, сил не хватало.

Но тут я заметила, как Тэджу шагнул к вратам.

Он был истощён шоком от недавнего осознания своей призрачной сущности и с трудом разомкнул губы:

— Хэджу, позволь задать тебе вопрос. Если и умерший человек, и якша, завладевший его телом, окажутся у врат в загробный мир, призрак сможет попасть туда, верно?

— Ты о чём вообще? — Лицо Вольджу, удерживавшего меня за ногу, исказилось страшной гримасой.

— Если я войду во врата, якша лишится силы и не сможет больше использовать мою плоть? — продолжил Тэджу. — Значит, якша, твой брат, будет вынужден последовать за мной в загробный мир?

— Тэджу, нет! — запаниковала я.

— Я стал призраком, но пребывал в мире живых, чтобы защитить Тэхи. Теперь он не нуждается во мне. У брата появилось множество друзей, он прекрасно ладит с бабушкой. Пора уйти туда, где моё истинное место.

Я отчаянно желала, чтобы мои руки удлинились, позволив мне удержать Тэджу от безрассудного шага. Но, увы, они, конечно, оставались короткими и бессильными. Несмотря на то что за плечами у меня было свыше пяти веков, мои детские ручки не могли преодолеть расстояние до Тэджу, который находился в опасной близости от врат.

— Хэджу, встретив тебя, я наконец-то понял, как быть собой. Будучи старшим братом, я всегда слышал, что должен в первую очередь заботиться о младших, поэтому никогда не задумывался о своих желаниях, — проговорил Тэджу.

Слёзы застилали мне глаза, и мальчик становился всё более размытым.

— Помнишь тот день, когда мы играли в футбол? Для меня он стал самым счастливым. Впервые я ощутил радость, но не как старший брат Тэхи, а просто как Тэджу. Благодарю тебя за драгоценное воспоминание. — И Тэджу вновь смело шагнул к вратам загробного мира, после чего медленно начал свой путь сквозь пламя.

— Нет! Тэджу, ты что, и впрямь решился на такое? — умоляюще воскликнул Вольджу.

— Ты до сих пор не понял? — выкрикнула я, едва сдерживая рыдания. — Мальчик только что пожертвовал собой ради защиты других. Неужели его поступок тебя ничему не научил?

Вольджу изумлённо воззрился на меня. Он, должно быть, впервые видел меня такой разгневанной.

— Ступай с миром, брат.

Наблюдая, как пламя загробного мира поглощает Вольджу, я быстро захлопнула врата. Тьма вновь окутала Призрачный зал, и в наступившей тишине острее, чем когда-либо, ощущалось гнетущее одиночество.

13. День первого снега

— Где ты пропадал? — спросила я.

— Пока тебя не было, приходил мрачный жнец. По его поручению я наведался к бабушке Гильдона, — ответил Канёль, выдыхая облачко пара и переступая порог Музея ёгве.

Чёрное пальто Канёля было усыпано белыми хлопьями — сегодня выпал долгожданный первый снег.

Когда все ёгве-защитники собрались в музее, я извлекла из жаровни сладкий печёный батат. За пять веков жизни я перепробовала множество блюд, но ничего не могло сравниться с простым лакомством в морозный день.

— После кончины бабушка Гильдона не перешла в загробный мир, а затаилась где-то в доме. Я постарался объяснить ей, что в мире мёртвых ей предстоит пройти суд и, если вердикт окажется благоприятным, она сможет переродиться. Похоже, она успокоилась и согласилась отправиться в последний путь.

Удодам, хранивший молчание, внезапно обратил свой взор к окну и пробормотал:

— Интересно, где переродится Тэджу?

Мы одновременно замерли, прекратив чистить батат.

Кугарян тяжело вздохнула:

— Король Йомра Великий сказал, что Тэджу сможет начать новую жизнь в хорошем месте. Я лишь надеюсь, что в очередном воплощении он сохранит память о нас.

— А кто предлагал сразу же избавиться от Тэджу, как только выяснилось, что он призрак? — усмехнулся Канёль.

— Что ж, охотник на призраков не может позволить духу свободно бродить по земле — подобное противоречит канонам. К тому же тогда я ещё не знала, каким Тэджу окажется на самом деле.

После моих слов ёгве заулыбались.

— А если после перерождения мы попытаемся снова отыскать Тэджу? — задумчиво произнёс Пангуби. — Было бы любопытно узнать, как он там устроился.

— Наивный! — покачал головой Удодам. — Когда и мы в итоге станем людьми, утратим любые воспоминания о прежней жизни. Даже друг друга не сумеем узнать.

— Звучит немного грустно, — подытожил Пангуби, и мы погрузились в задумчивое молчание.

Мы помрачнели: ведь после перерождения никто не может сохранить воспоминания о семье и друзьях. Если бы бабушка Гильдона была в курсе, возможно, она бы не столь охотно отправилась в загробный мир.

Тук-тук-тук.

Внезапно тишину нарушил стук в заиндевевшее окно. Мы увидели ворона с приметным белым пером на голове — вестника Небес.

— Что ещё случилось? — проворчал Канёль, пытаясь совладать с примёрзшей рамой. Несколько раз дёрнув за оконную ручку, он сумел распахнуть окно.

Ворон, благодарно кивнув Канёлю, передал мне письмо. Затем птица уселась на колени Удодама и получила в награду печёный батат.

— Новый охотник на призраков? — удивлённо воскликнула я, пробегая глазами по строчкам послания. — И он должен прибыть сегодня?

— Неужто Хэджу завершает карьеру охотницы и возвращается на Небеса?

— Нет, похоже, речь идёт о стажёре. Ну и ну, теперь и охотники на призраков берут учеников.

— И когда он должен появиться?

— В три часа. А сейчас сколько? Уже три! Похоже, курьер слегка припозднился с доставкой!

Услышав моё замечание, ворон метнул в мою сторону взгляд, полный немого укора. После чего ловко выхватил у Удодама целый батат и, не теряя ни секунды, выпорхнул в окно.

Неожиданно тишину нарушил протяжный скрип — дверь Музея ёгве плавно отворилась. Кто-то переступил порог.

Чильчон первым увидел вошедшего и вскочил:

— Постойте… Как… Разве такое возможно?

Я резко поднялась на ноги, стул с грохотом опрокинулся, но в тот момент это было неважным.

Происходило нечто поразительное. Кугарян, которая помалкивала, слабо улыбнулась, будто что-то поняла.

— Жертва. Таков закон Небес, — сказала она. — Тому, кто принёс себя в жертву, даётся ещё один шанс. Ведь таким образом и мы оказались здесь, верно?

Кугарян права. Именно жертвенность дарует путь к новому началу.

Я застыла, не в силах сдвинуться с места.

— Эй, чего стоишь? Встречай его! — Чильчон легонько подтолкнул меня в спину и поспешил к двери.

Визитёр в дверном проёме приветливо помахал рукой, встречая бегущих к нему ёгве:

— Я стажёр — охотник на призраков, Кан Тэджу. Приятно познакомиться.

Послесловие

Как проходит ваше лето? До меня долетели вести, что в мире людей жаркий сезон выдался тяжелее обычного из-за череды непредвиденных событий. Похоже, нынешние тёплые месяцы не располагают к беззаботному веселью, как бывало прежде. В нашей школе охотников на призраков мы тоже не остаёмся в стороне, размышляя, как могли бы оказать поддержку людям в наступившие непростые времена.

Я провожу эти дни в медпункте школы охотников на призраков, укрытом в чаще бамбукового леса. Летняя пора знаменуется значительным увеличением числа злых духов, поэтому о каникулах пришлось забыть. Даже сейчас ученики с усердием продолжают тренироваться, стремясь достичь мастерства в искусстве призрачной охоты.

Когда я поделилась намерением написать книгу, Тэджу с нескрываемым удивлением спросил:

— Неужели моя история будет кому-то интересной?

Я ответила:

— В твоей истории отражены жизни множества людей. В мире, где каждому дано прожить лишь одну жизнь, возможность заглянуть в судьбы других — это, несомненно, захватывающе.

После того как «Охотник на призраков» был удостоен престижной награды «Король историй», мы с Тэджу погрузились в изучение отзывов юных судей. Просматривая отклики, полные искренней благодарности и конструктивной критики, Тэджу признался, что теперь ощущает ещё большую ответственность перед читателями.

А вы, случайно, не живёте в надежде на удачу, как главные герои книги? Не надеетесь ли вы, что фортуна внезапно улыбнётся и разом разрешит все ваши проблемы? В детстве я часто предавалась подобным мечтам. Грезила о том, как вдруг стану выше ростом, неожиданно разбогатею или обрету невероятные спортивные таланты — вот какие желания у меня были. Однако иногда такие вещи вовсе не являются настоящей удачей.

Жизнь учит нас, что далеко не каждое неожиданное событие несёт в себе счастье, однако порой то, что приходит как беда, может оказаться замаскированным везением.

Если бы я начала рассказывать все истории Хэджу, нам не хватило бы и ночи. В книге — лишь небольшая их часть. Надеюсь, они не только заставят вас почувствовать холодок по спине, но и согреют сердца.

Тем из вас, кто проводит знойное лето не среди гор, полей или у моря, а преимущественно в стенах дома, я желаю сил и стойкости преодолеть все трудности этого сложного времени.

В завершение хочу выразить искреннюю благодарность Кукке и Лилло, которые тихо поддерживали меня каждый раз, когда я теряла уверенность и останавливалась, работая над книгой.

Чхон Нынгым

МИФ Детство

Подписывайтесь на полезные книжные письма со скидками и подарками: mif.to/d-letter

Все книги для детей и родителей на одной странице: mif.to/deti

#mifdetstvo

#mifdetstvo

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Анна Сиваева

Ответственный редактор Мария Мильштейн

Литературный редактор Наталья Головина

Художественный редактор Татьяна Сырникова

Дизайнер Юлия Широнина

Корректоры Татьяна Князева, Екатерина Назарова, Дарья Ращупкина

ООО «Манн, Иванов и Фербер»

mann-ivanov-ferber.ru

Электронная версия книги — ООО «Вебкнига», 2025

Примечания

1

Ёгве — волшебные существа из корейских сказок и легенд. Некоторые похожи на животных, другие — на людей, а третьи напоминают призраков. Здесь и далее примечания переводчика.

2

Ханок — корейский дом традиционного стиля.

3

Базовые письменные источники по ранней истории Кореи, сохранившиеся до нашего времени.

4

Токкэби — мифологическое существо из корейского фольклора, известное своим игривым и озорным характером.

5

Эпоха Чосон — этот исторический период продлился с 1392 года до 1897 года. Прим. ред.

6

(«Сказка о невестке, потушившей уголёк») и  («Легенда о Кён Хвоне»): имеются в виду корейские истории, в которых красная нить помогает персонажам преодолеть трудности и восстановить справедливость.

7

Пуноппан — булочки в форме рыбок с начинкой из сладкой бобовой пасты, которые продают на улицах зимой.

Content

Чхон Нынгым
Охотники на призраков. Том 1

Информация от издательства

Персонажи

История Тэджу

Пролог

1. Музей ёгве

2. Денежный сундук

3. Решающая схватка с призраком денежного сундука

4. Не хочешь ли вступить в отряд охотников за призраками?

5. Ёгве-мстители

6. Растите, волосы, растите

7. Секрет Вольджу

8. Призрак с осьминожьими щупальцами

История Хэджу

9. «Вкусные конфеты»

10. Воссоединение с Вольджу

11. «Дун-дунгок»

12. Неизбежная битва

13. День первого снега

Послесловие

МИФ Детство

Над книгой работали

Примечания