MeXXanik Гоблин

Линчеватель

Пролог

Свет фар вылетевшей на встречную полосу машины, резко ударил по глазам. Я вывернул руль, неудачно пытаясь уйти от прямого столкновения. Машину повело в сторону, закрутило на мокрой дороге. А буквально в следующую секунду раздался глухой удар и скрежет металла. Резкий удар об руль, и сознание начало угасать. Ни страха ни боли не было. Наоборот, в душе поселилось какое-то умиротворение. А меня словно бы засосало в черную воронку. Поток подхватил меня и понес куда-то вдаль.

"Система Игры на Выживание приветствует нового пользователя".

Было интересно увидеть то, над чем уже не одно столетие ломают головы лучшие умы. Что прячется там, за порогом жизни? Чёрное небытие медленно и неохотно рассеивалось. И я приготовился увидеть что угодно: врата рая или ада, пещеру Гарма, который охраняет вход в Хельхейм, холм с чертогами павших, или даже холодную реку, через которую на пароме курсирует молчаливый перевозчик — Харон.

Но вместо всего этого, мой взгляд упал на… огромное, во всю стену зеркало. Из Зазеркалья на меня смотрело мое отражение. Только в отличие от меня, парень стоял на фоне почтовой полицейской линейки. А в руках двойник держал табличку с номером. Ярко вспыхнуло, щёлкнул объектив фотоаппарата, и двойник исчез, уступив место отражению комнаты, в которой я оказался.

Я осмотрелся по сторонам: небольшое помещение на манер допросной комнаты, как их показывают в американских фильмах. Из мебели здесь был только обитый металлом стол, да стул, привинченный к полу.

— Где я?

Слова, больше похожие на воронье карканье, с хрипением вырывались из пересохшего горла.

Но пояснять мне, что происходит, само собой, никто не собирался. Вместо ответа из-за зеркала прозвучало:

"Выбор основных характеристик…

Сканирование системы…

Сканирование завершено.

Система назначает игроку следующие стартовые навыки:

Чистильщик (ученик);

Боец (ученик);

Манипулятор (ученик);

Разблокирован общий пассивный навык: "Не зная страха".

Создание персонажа….

Выбор имени"…

В зеркале снова появилось мое отражение. В руках, двойник держал табличку как для уголовного дела. Только строчка, где был номер, подсвечивалась зеленым.

— Что происходит? — повысил я голос, и буквы послушно вписались в зелёную строку. Но через долю секунды они моргнули красным и исчезли.

"Имя недоступно", — холодно ответил голос из-за зеркала. — "Введите имя персонажа".

Но я только стоял, открыв от удивления рот, и наблюдал за происходящим.

"Превышено время ожидания запроса.

Сканирование системы…

Сканирование завершено.

Автоматический выбор имени….

Новый игрок зарегистрирован в "Игре на выживание" под именем Хэппи.

Класс персонажа будет создан в зависимости от поведения игрока. Желаем приятной игры".

Где-то наверху послышались голоса. Что там говорили, я не слышал. Мог разобрать только отдельные слова.

— Теряем….

— Ещё кубик….

Люди были чем-то сильно взбудоражены. Интересно, что у них там происходит?

— Разряд…

Глава 1 Суд.

Я открыл глаза и резко сел. Потер руками лицо, прогоняя остатки ночного кошмара. Встал с кровати, и, шлепая босыми ногами по полу, прошел на кухню.

Сердце бешено билось в груди, а в ушах гудело от притока крови. Этот сон часто повторялся с тех пор, как я попал в больничку. С трудом пережив дорожно-транспортное происшествие. Пьяный м…к заснул за рулем и выскочил на встречку, протаранив мою машину.

Сам виновник отделался лишь легкими ушибами. А вот я… я почти два месяца провалялся на больничной кровати. Мне повезло, сломанные кости срослись быстро. Так сказал врач, когда выписывал меня из клиники. Я же был категорически не согласен с его мнением. Но в тот момент вступать с ним в спор мне хотелось меньше всего.

Раньше, этот сон с комнатой и процессом регистрации в какой-то непонятной "Игре на Выживание", снился мне раз в неделю. В последнее время, этот кошмар начинал донимать меня все чаще.

Зашумел вскипающий чайник, щелкнула кнопка выключения.

— Нужно будет позвонить Крастинову, — пробормотал я, закинув в стакан прессованный шарик чая. — Может быть, добрый доктор Айболит выпишет мне рецепт чудо-таблеток. Иначе этот сон сведет меня с ума. Вон даже первые признаки проявляются. Сам с собой разговариваешь.

Я отхлебнул чай, задумчиво посмотрел на часы, встроенные в микроволновку. Половина девятого утра. Самое время для начала нового дня. Вряд ли у меня получится заснуть. А если я и вырублюсь — сон продолжится. И я очнусь в палате реанимации. Писк датчиков, голос врача, яркий свет, который вытащил меня из комнаты, взволнованные лица сидевших у больничной кровати родителей. Может быть, стоит поговорить с доктором? Хотя нет. Запрет еще в дурку, и привет. Посидишь на аминазине и вернешься в общество овощем. Хотя с другой стороны, если не сказать…

Размышления прервала мелодия телефонного звонка. Я взял телефон с прикроватного столика. Судя по определенному на дисплее номеру, звонил Стас:

— Алло, — прохрипел я в трубку.

— Ты что дрыхнешь еще? — раздался из динамика бодрый и веселый голос.

— Типа того, — односложно ответил я. — В последнее время заснуть получается не всегда. И чаще всего, под утро.

— Сходил бы к врачу. Попросил бы таблетки бессонницы, — посоветовал приятель, и в голосе послышалось нечто, отдаленно похожее на сочувствие.

— Обязательно схожу. Вот прямо сегодня и попрошу, — успокоил его я.

— И когда тебя из больницы-то выпустили?

— Вчера.

— Точно. Я хотел заехать, да как-то не срослось

— Бывает. Кстати, я сменил адрес. Так что в квартире родителей ты бы меня не нашел.

— Решил-таки съехать? — живо заинтересовался Стас, который предпочитал быть всегда в курсе последних новостей.

— Ну почти. Они решили от меня избавиться. Вот и купили квартиру на окраине.

— Где же? — продолжал тот расспрашивать товарищ.

— Северо-запад. Оушенвилль.

Собеседник аж присвистнул:

— Кучеряво живешь. Экологическая зона, вид на реку, — в голосе Стаса зазвучали нотки плохо скрываемой зависти.

— Типа того, — согласился я.

Про соседство со старыми микрорайонами я решил деликатно умолчать. Да и уровень преступности здесь был выше, чем в Центральном, Литейном и Ленинском районах. Как говорится, дареному коню в зубы не смотрят. А после того как отца лишили адвокатского статуса, у семьи начались финансовые проблемы… На что уж денег хватило.

— Так чего тебе нужно в такую рань? — решил я вернуться к теме разговора.

— Я сегодня в деканате был. Договаривался о том, чтобы пропуски закрыть, — начал излагать план товарищ. — Ну, и про тебя поинтересовался. Сказал, что ты в больничке лежал после аварии, и практику не закрыл. И декан предложил способ, как косяки исправить. Нужно сходить на заседание суда. Типа как вольными посетителями от Академии. Послушаем вынесение приговора, а потом напишем доклад о работе судебной системы. Ну, я съездил в наш самый гуманный суд в мире, и нашел легкое дело.

— Это не ко мне, — тут же отверг я предложение. — Учиться в нашей славной Академии я больше не желаю. Вот разгребу дела и заберу документы.

— А как же помощь товарищу? — не сдавался Стас

— Так сходи один, какие проблемы?

— Я бы с радостью, да Федорыч запретил, — вздохнул приятель. — Так и ответил: хочешь походить вольным слушателем- придется организовать группу и привлечь одного-двух товарищей. Так сказать, для массового посещения.

Я едва не расхохотался: декан хитер аки змий ветхозаветный. Заставил найти пару человек, чтобы закрыть пропуски и получить допуск. А начальству отчитается, что организовал группу добровольцев, которые желают ходить на процессы. И получит за эту инициативу благодарность, а возможно даже и премию. Хитрый ход, вполне в духе нашего декана.

— Ну так что? — настаивал Стас на том конце трубки. — Поможешь товарищу?

— Ладно, x@й с тобой, — сдался я. — Все равно же не отстанешь.

Мой собеседник обладал поистине уникальным даром: своими речами он мог даже мертвого… воскресить. И вцепившись, Стас продолжал давить до тех пор, пока собеседник не сдавался, и не соглашался на предложенную авантюру. Ну, или не начинал проявлять агрессию.

— Вот и отлично! — мигом повеселел товарищ.

— Но ты будешь мне должен, — предупредил его я.

— Заметано, — тут же согласился Стас.

— И когда это твое заседание? — хмуро поинтересовался я, предчувствуя неладное.

— Через два часа, — как ни в чем не бывало, ответил товарищ. — Так что умываемся, пьем кофе и на всех парах несемся к зданию суда. Подъем. Нас ждут великие дела.

Телефон замолчал. Я положил трубку на стол и сел на кровати. Тащиться на другой конец города, чтобы несколько часов кряду слушать приговор, разъяснения и прочие формальности, особого желания не было. Но я все же сделал усилие, переборов себя и встал с кровати, и добрел до стола. Включил кофемашину и плюхнулся на стул, ожидая, пока чашка наполнится черным ароматным кофе. Открыл сайт Центрального районного суда, чтобы посмотреть, какие слушания назначены на одиннадцать утра.

Уголовных процессов было два. Судья Куликова сегодня озвучивала приговор банде из пяти человек. Эпизодов на группировке было великое множество, почти все — тяжкие или особо тяжкие: разбойные нападения грабежи, вымогательство, мошенничество с недвижимостью и незаконное хранение оружия. Судя по эпизодам, сегодня в городе будет на несколько пожизненных приговоров больше. Вторым делом было убийство по неосторожности. А процесс вела судья Нина Варламова. И вот это, скорее всего, было нужным слушанием. Хотя бы потому что Варламова преподавала в нашей юридической академии уголовный процесс, и мой верный товарищ вполне мог договориться с ней на посещение заседания. Так сказать, познание всех тягот судейской работы на практике.

Я взял кружку, сделал глоток крепкого черного кофе поморщился. Зелье начинало работать. Сонливость как рукой сняло. А голова постепенно прояснялась. Я сделал еще глоток, чувствуя обжигающую горечь Превышение необходимой обороны. Ну-ка, посмотрим, кого обвиняют?

Я снова открыл сайт суда и прочитал фамилию обвиняемого. Константин Веселов.

Про этот случай я был наслышан. В конце осени, пьяный до бесчувствия тип ввалился в тематический бар, стилизованный под Вальхаллу. Снял со стены стопор и принялся крушить все, что попадалось под руку. И история могла бы стать комичной, кабы в баре не отдыхала группа подростков, которым поведение бересерка явно не понравилось. Слово за слово, и в кабаке началась безобразная драка, в которой Веселов ударил одного из парней топором. Паренек зажмурился, не приходя в сознание, прямо на полу кабака, так и не дождавшись приезда скорой. Товарищам убитого кое-как удалось скрутить перекинувшегося господина, хорошенько его избить и вызвать наряд полиции. Стражи правопорядка доставили парня в отделение, где Веселов проспался, а поутру вызвонил отца.

Тут-то и начался интересный балаган: папкой Веселова оказался один из районных судей. И благодаря этому обстоятельству, мальчику удалось избежать всех тягот и невзгод следственного изолятора, отделавшись лишь подпиской о невыезде. Дальше, в дело вмешался уже адвокат, благодаря которому, парень соскочил со сто пятой статьи, то есть с убийства, на сто девятую, затем на превышение пределов необходимой обороны. Думаю, дело могли вообще замять, если бы не широкий общественный резонанс, раздутый во всех средствах массовой информации. Вот и конец истории. И это сейчас подписывают под превышение необходимой обороны? Серьезно! Ладно, посмотрим, чем дело кончится.

Я встал и подошел к шкафу. Торопливо оделся и вышел у комнаты, оставив на столе кружку с недопитым кофе.

* * *

Народу у здания суда Центрального района сегодня собралось великое множество. В основном молодые ребята лет двадцати. Коротко стриженные парни, лица которых скрывали шарфы с логотипами футбольных клубов. И судя по цветам, это дело сумело объединить фанатов большой пятерки вечно враждующих друг с другом футбольных команд. Ребята бодро заряжали “Веселов преступник", а на многочисленных растяжках красовалось лицо улыбающегося молодого парня в красно-синей розетке. Край фото пересекала черная траурная лента.

В противовес фанатам здание суда оценило плотное кольцо космонавтов. То бишь, отряда по борьбе с массовыми беспорядками. Толпа народа в черной форме и закрытых шлемах. Они окружили место проведения митинга, выставив щиты и не подпуская фанатов к зданию суда. Видимо, дело и вправду было громким и городские власти всерьез опасались провокаций. Впрочем, команды на разгон демонстрации пока еще не поступило, и отряд спокойно стоял, не начиная активных действий.

Я проехал на парковку здания суда и заглушил двигатель, глядя из окна на толпу.

— Дело Веселова и вправду будет веселым, — пробормотал я.

Достал из кармана пачку сигарет. Вытащил одну и закурил, выпуская в окно дым. скривился и посмотрел на сигарету. Пора бросать это вредное дело. И не холодно пацанам. Погода явно не митинговая.

Я посмотрел на низкое свинцово-серое небо нависшее, казалось, над крышами многоэтажных домов. Вдобавок к промозглой хмари поднялся сильный, порывистый ветер. В такую погоду бы дома сидеть, да чай горячий пить. А они здесь с плакатами скачут. Вот что значит идея. Один за всех, и все за одного.

Я вышел из машины, выкинул недокуренную сигарету в стоявшую на парковке урну. Поднял воротник куртки и пошел к ступеням здания суда..

* * *

Ради безопасности, Веселова, в бронежилете и каске ввели в зал под конвоем из десятка закованных в броню сотрудников отряда по борьбе с массовыми беспорядками. Ну, оно и понятно. Посмотрим, чем дело кончится.

— О, приехал все-таки!

Стас уже сидел на скамье. Заметив меня, он помахал и знаком подозвал: подходи, мол, место тебе я уже занял. Я скептически осмотрел пустой зал суда, где, кроме родственников обвиняемого, почти никого и не было. Подошел к товарищу поздоровался.

— Где представители прессы?

— Уже стягиваются к порогу здания суда, — ответил товарищ. — На заседание их, понятное дело, не пустят.

— А это кто? — я указал на женщину лет пятидесяти, которая сидела у стола государственного обвинения.

— Потерпевшая сторона, — ответил Стас, и заметив мой удивленный взгляд, пояснил:

— Мать погибшего.

— Встать, суд идет, — раздался голос от двери и все, кто присутствовал в зале, включая нас, послушно вскочили со своих мест.

Судья Варламова в черной мантии, вошла в зал и остановилась за кафедрой. В руке у нее было несколько листов, с набранным на них текстом.

— Слушается дело против обвиняемого Константина Веселова, — начала зачитывать приговор судья. — Рассматривая данное дело, суд принял во внимание следующие факты: обвиняемый оборонялся, пытаясь защититься от напавших на него членов агрессивно настроенной группировки футбольных фанатов, которые спровоцировали драку с Веселовым в баре "Фенрир" тридцатого ноября. Учитывая вышеперечисленное а также спокойный, неконфликтный характер подсудимого, суд постановил: действия подозреваемого квалифицируются как необходимая оборона….

Я с трудом сдержал рвущуюся наружу смех, прекрасно понимая, к чему все это ведет. Даже превышения не будет. И дальнейшие события в зале суда меня уже абсолютно не удивляли.

— Признать Веселова Константина Петровича невиновным в совершении преступления, предусмотренного частью первой, статьи сто девятой Уголовного кодекса, в связи с отсутствием состава преступления. Освободить оправданного в зале суда…

Судья зачитывала приговор в тишине, и со своего места, я прекрасно видел, как беззвучно плачет мать погибшего. Ей было около сорока пяти, но за год следствия она состарилась ещё лет на двадцать. Волосы поседели, на лице залегли глубокие морщины. Ее глаза смотрели на мир безжизненным, ничего не выражающим взглядом. А ещё я видел, как довольно ухмыляется со скамьи подсудимых Веселов.

Конвоир в черной форме подошел клетке, отпер дверь, и довольно ухмыляющийся оправданный с видом победителя вышел из заключения, потирая запястья. К освобожденному тут же бросились родственники, в компании которых, парень и покинул зал, в очередной раз продемонстрировав торжество правосудия. На мать убитого им парня, Веселов даже внимания не обратил.

— Сегодня отметит освобождение в каком-нибудь ресторане в центре города, и все вернется на круги своя, — пробормотал я, вставая со скамьи.

— Не, — покачал головой сидевший рядом однокурсник. — Батя отправит его в ссылку на полгода. Пока шум не уляжется.

Я лишь усмехнулся: и то правда. Люди побугуртят, да забудут. А паренек тихо, мирно вернется домой и продолжит жить в свое удовольствие. Хотя думаю он и в ссылке неплохо устроится. Были бы деньги. А с ними, у его отца все в порядке.

— Нормальное такое торжество справедливости, — медленно произнес я, едва двери зала судебного заседания закрылись за нашими спинами.

— А ты что хотел? — развел руками мой товарищ. — Время сейчас такое.

— Ну да, — рассеянно кивнул я, глядя в окно, как от здания суда отъезжает целый кортеж машин. Во главе которого ехал новый спорткар, пригнанный к зданию суда, наверное, прямиком из салона. Не иначе как подарок сыну в честь освобождения.

— Ладно, — товарищ хлопнул меня по плечу. — Погнали в шарагу.

— Нет, я пас, — я посмотрел на часы. — Мне ещё к доктору.

Мне и правда было назначено на прием. Только вот после такого торжества слепой Фемиды, мне захотелось домой. Сжечь одежду и залезть в наполненную горячей водой ванную.

Я вышел из здания хмуро покосился на свинцово-серое небо. Тучи висели над городом так низко что, казалось, цепляли блестевшие в отдалении купола собора Святого Петра. Зябко поежился от резкого порыва ветра и поднял воротник на куртке. Правильно сказал один режиссер в знаменитом произведении: "Справедливость? A нет ее, справедливости". Захотелось поехать в Юридическую Академию и забрать из деканата документы с родного института криминалистики. Интересно, когда все успело так резко поменяться?

Когда я только поступил в Юридическую Академию, все было по-другому. Ну, или мне так казалось? А, неважно. После этого показательного процесса, я твердо для себя решил, что криминалистом быть не желаю. Да и производственная практика в отделе криминалистики была такой отвратительной, будто я нырнул в озеро, которое на самом деле оказалось болотом с застоявшейся водой.

* * *

Машина моргнула фарами, реагируя на брелок. Я открыл дверь сел за руль и откинулся на спинку сиденья. Где-то завыла сирена. И это звук вырвал меня из состояния транса. На парковке у здания суда остановилась, переливаясь мигалками скорая. Из машины выскочили два мужика в синей форме. Торопливо вытащили носилки и бросились к дверям суда.

Я невесело усмехнулся. Видимо, кто-то решил симулировать сердечный приступ, чтобы потом попытаться выбраться из СИЗО на больницу. Вряд ли выйдет господа.

Впрочем, по поводу симуляции я здорово ошибся. А разгадка столь быстрого приезда скорой раскрылась через десять минут. Я как раз успел докурить сигарету, как двери суда распахнулись, и медики выкатили каталку, на которой лежала бледная, как больничная простыня, мать убитого. И при виде осунувшегося лица, где-то внутри меня начала закипать лютая черная злоба. Вот тебе и торжество правосудия.

Ладони непроизвольно стиснули руль так, что побелели костяшки пальцев. Так, успокойся. Выдохни. Нервный ты какой-то стал, Макс, после аварии-то. Раньше тебя такое не затрагивало.

Медики погрузили женщину в скорую, и машина, воя мигалками сорвалась c парковки, выезжая на дорогу. Я угрюмо посмотрел вслед экипажу в зеркало заднего вида. Но машина не успела проехать и ста метров, как мигалки выключились. Да и сама скорая резко сбросила скорость, удаляясь от здания и растворяясь в потоке автотранспорта. Я выругался и выкинул недокуренную сигарету в урну. Завел машину. Пора ехать к Крастинову. А потом… потом, я точно заберу документы из университета.

Глава 2 Свидетель

Старое здание больницы, в которой Крастинов вел прием, располагалось в центре города. И, как и следовало ожидать, на парковке клиники не было ни одного свободного места. Что же, таковы минусы Центрального района Города Свободы.

Я мысленно выругался, проклиная всех, кому срочно потребовалось прибыть сюда именно в этот момент, и медленно поехал в поисках места, где можно было бы оставить машину. Вот идиот! Мог бы и на метро сюда добраться. Но умная мысль, как всегда, приходит в голову как раз после того, как глупость была совершена.

Свободное место оказалось в нескольких кварталах от больницы, в одном из жилых дворов. Вернее, свободных мест здесь было несколько. Но да мне и одного хватит.

Я въехал на одно из свободных мест, открыл окно. Достал из кармана пачку сигарет и закурил, выпустив в воздух струю сизого дыма. Время до приема у доктора еще есть. A я терпеть не могу курить на ходу.

Сзади послышался шелест колес и я лениво посмотрел в зеркало заднего вида. Мимо меня медленно проехала черная тонированная машина, которая остановилась прямо у парадной. Водительская дверь открылась, выпуская невысокого крепко сложенного мужчину средних лет, одетого в дорогой строгий костюм. На мой непрофессиональный взгляд, ценой в квартиру где-нибудь в спальном районе города. Хотя это и неудивительно. Когда я задумался о покупке жилья и просматривал разные сайты, то решил посмотреть цены на недвижимость в исторической части города. Но быстро запутался в нулях и решил поискать жилье в более простом районе. Потому что если бы я продал обе почки, то не смог бы купить в этом районе даже убогую конуру размерами чуть больше сизо. Далеко не всей местной элите было по карману подобное жилье. Дороже были только особняки острова на Земляном Валу.

Мужчина открыл багажник и вытащил оттуда несколько бумажных пакетов с логотипом одного из магазинов. Оглянулся и пошел к двери, парадной. Лицо мужика показалось мне смутно знакомым. Но как я не напрягал память так и не смог вспомнить, где я его видел.

Незнакомец подошел к двери, а вот дальше события приняли совершенно неожиданный оборот. Домофон пискнул, дверь открылась и из парадной вышел человек, одетый в синий костюм работника управляющей компании. Лицо незнакомца скрывал опущенный почти на глаза козырек бейсболки. Он низко опустил голову. И у меня на секунду сложилось впечатление, что делал он это для того, чтобы его лицо не смогли заснять камеры наружного наблюдения.

На секунду рабочий остановился в дверях, преградив дорогу мужику в костюме. Не поднимая головы что-то спросил. А затем, рука рабочего потянулась за пояс. И в его ладони оказался пистолет.

Бах! Бах! Бах!

На спине дорогого пиджака расплылись красные пятна. Мужик вскинул руки, пакеты выпали, шлепнулись на асфальт, рассыпая содержимое. A работник, не спеша, сделал шаг вперед, вытянул руку с пистолетом.

Бах!

На лбу мужика появилась красная точка. A "рабочий" торопливо убрал оружие и зашагал к арке, собираясь покинуть двор. И уже у выхода остановился, обернулся, пристально глядя в сторону моей машины.

Дыхание перехватило, а в желудке заворочался ледяной ком. Сейчас стрелок подойдет к моей машине и я уеду из двора в одной машине с лысым, которого наемник завалил минуту назад. Я сполз вниз, пытаясь спрятаться от взгляда убийцы. Осторожно скосил глаза в сторону зеркала заднего вида.

И в этот момент где-то на балконе дома, из которого вышел рабочий, раздался истошный визг. Незнакомец поправил бейсболку, опустил голову и поспешно скрылся в арке дома.

Я облегченно выдохнул. Сердце бешено стучало в груди, грозясь вот-вот выскочить наружу. Руки предательски тряслись. Пора сваливать отсюда. Сейчас прибудет полиция. Дрожащей рукой, я повернул ключ в замке зажигания. Выехал со стоянки и нажал на газ и покидая двор и выезжая на Каменный Проспект. Потому как встречаться с патрулем и следователями, в мои планы на сегодня не входило. Умом я понимал, что поступало некрасиво, но и быть записанным свидетелем по делу об убийстве, я не желал. На x@й нужно терять полдня, рассказывая, что именно я видел, да и ради чего? Чтобы стать свидетелем? Так у убийцы наверняка есть знакомые в следственном отделе. Мое имя засветится еще до суда и тогда придет мне п@ц. Да и к тому же при отсутствии подозреваемых полиция вполне сможет оформить меня главным фигурантом это дела. На месте преступления был, что еще нужно? Статья сто пять, часть первая, и привет, исправительная колония строгого режима. Получите, распишитесь. Такие сейчас времена. И раскрываемость для убойного отдела куда полезнее, чем честное раскрытие. И скорее всего, "глухарь", который повиснет на следователе. Потому что на дилетанта этот убийца был явно не похож. Уж больно профессионально действовал. Без лишней спешки и суеты. А раскрываемость у таких дел очень уж мала. Теперь же полиция, возможно, даже искать меня не станет. Да если и станут… ну, найдут они меня, и? Скажу, ничего не видел, ничего не знаю. С места преступления скрылся потому, что испугался, что убийца и меня в расход пустит.

Про то, что мне было страшно, даже врать не придется. Сердце до сих пор бешено билось в груди, а руки предательски тряслись. Мне приходилось приложить немало усилий, чтобы удержать руль. A вот почему наемник не убрал меня прямо во дворе? Он же смотрел в сторону моей машины. Значит, наверняка меня заметил? Тогда почему не убил? Торопился? Или тот крик спугнул его, и ему уже лось убежать…

Скорее всего, этот парень запомнил номера моей точки. Это плохо. Очень плохо. Придется залечь на дно. Уехать из города. Желательно как можно дальше. Чтобы переждать там пару месяцев, пока не уляжется эта шумиха.

В кармане завибрировал телефон. Не отрывая взгляда от дороги, я вытащил трубку. Поморщился: на дисплее высветился номер Крастинова:

— Привет, док, — осторожно сказал я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

— Максим? Ты где?

— Прости, док, на сегодняшний сеанс я не попаду. У меня появились срочные дела. Совсем забыл предупредить.

В трубке послышался тяжелый вздох:

— Прости, док, — снова извинился я. — Что-то не то с памятью после аварии.

— Ладно, Я отменю твой прием. Но к психологу тебе идти все-таки придется. И мне наплевать, какие у тебя там дела.

— К психологу? — не понял я.

— У тебя и правда с памятью непорядок. Тебе бы МРТ сделать. Вдруг в мозгу необратимые изменения? Я же русским языком тебе сказал: в курс реабилитации входит прием два раза в неделю у психотерапевта.

— А, точно, — я хлопнул тебя по лбу.

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно.

“Навык Манипулятор улучшен”.

Буквы вспыхнули перед глазами так резко, что я вывернул от неожиданности руль. Ответом на этот мой маневр был недовольный сигнал машины, которую я едва не подрезал, пытаясь выехать на полосу встречного движения.

Надпись моргнула и распалась на множество красных точек, оставив меня удивленно хлопать глазами. Я поспешно выровнял руль, возвращаясь на свою полосу. Свернул, припарковавшись у тротуара.

— Макс? Куда пропал,

Из трубки вновь послышался голос Крастинова. Я закрыл глаза. В голове билась только одна мысль: это что блядь такое было? Неужели доктор прав, и мне пора ехать и проверять голову?

— Максим!

— Я здесь, док. Да, психолога я сегодня посещу, — пробормотал я чуточку отстраненно. — Пришлите мне адрес. И время, на которое назначен прием.

— Вот и чудно, — голос Крастинова мигом повеселел.

Я отбросил телефон на пассажирское сиденье. Потер ладонями лицо. Что за галлюцинации? Может быть, пора искать не психолога, а хорошего психиатра? А что? Меня поместят в клинику, которая находится под круглосуточной охраной. А если меня и найдут стражи правопорядка, мои показания не попадут в уголовное дело. Мало ли что там привиделось городскому дурачку? A заодно и исполнителю убийств до меня будет доброту несколько… проблемно. Интересно, во дворе, где убили мужика, были камеры наружного видеонаблюдения?

С пассажирского сиденья донесся писк. Пришло сообщение от Крастинова. Я нащупал рукой телефона открыл пришедшее смс. Лазарева Мария Александровна. Площадь Свободы, дом семь. Я удовлетворенно кивнул, и повернул ключ в замке зажигания. Теперь главное — доехать до места без происшествий.

* * *

Даже в пасмурную погоду, в центре Города Свободы вовсю кипела жизнь. По узким улочкам прогуливались туристы, ведомые гидами. Экскурсоводы на десятках языков рассказывали гостям города о том, в каком доме жила та или иная вошедшая в отечественную и мировую историю знаменитость.

Как по мне, проще было провести этих товарищей по бастионам Петровской крепости. Потому что как раз там все классики литературы и искусства отмечались чаще всего. А если еще и прогуляться в кафе Литераторов.

На площади Двадцать пятого декабря, где расположился собор Святого Петра, было не протолкнуться от туристов. В основном из-за близости многих продать достопримечательностей памятника Основателю, стоявшему на берегу реки. За Швейцарским парком блестел шпиль Военной академии и адмиралтейского корпуса. А чуть дальше, по Речному проспекту, и была нужная мне цель. Площадь Свободы.

Машина медленно ползла в плотном потоке. Судя по навигатору, где-то впереди была авария, которая и парализовала движение на узкой улочке.

Я раздраженно посмотрел на часы. До встречи с доктором оставалось еще сорок минут. И если движение будет двигаться такими темпами, я рискую опоздать на прием.

— Ну что там, бл@ь, случилось? — раздражённо прошипел я, глядя на парализованное движение. — Что мне мешало поехать к доктору на метро?

Впрочем, ответ пришел будто сам собой:

— Потому что ты д@б, Макс, — прошептал я, отвечая на свой вопрос. — Потому что ты д@б.

Эх, прав был мой преподаватель по судебной психиатрии. Теория девяноста пяти процентов работает везде и во всем. В том числе и среди автолюбителей. Особенно в Городе Свободы, где водительские права можно купить прямо в автосалоне. А если машина будет стоить дороже трёх миллионов, права сделают в подарок.

Автомобили в плотном потоке почти не двигались. Водители раздражённо сигналили, активно переругивались друг с другом через открытые окна. А мне вдруг стало интересно взглянуть на устроителя этого балагана. И вскоре, мне представилась такая возможность. И я своими глазами узрел причину столь огромной пробки.

На тротуаре стоял уже знакомый мне разбитый в хлам красный спорткар. Видимо, водитель очень торопился отметить свой первый день на воле, но на пути вдруг появилось препятствие в виде серого джипа. Лихач на спорткаре въехал в бок огромного внедорожника, которая выезжала с парковки. Из-за большой скорости спортивную машину закрутило, выбросило на тротуар и припечатало в стену дома.

По моему скромному мнению машина была разбита в тотал и восстановлению не подлежала. Капот был полностью смят и ушел в салон, а саму тачку перекосило так, что вскрыть ее можно было лишь при помощи спецбригады. Рядом с изуродованной машиной как раз и стояла карета скорой помощи пара спасателей.

На тротуаре, среди разноцветных осколков битого стекла и пластиковых обломков, стояло два застегнутых непрозрачных мешка. А чуть поодаль, сиротливо валялась перепачканная кровью плюшевая игрушка.

Медики же быстро грузили в машину мужчину средних лет. Видимо, водителя джипа. И судя по разорванной, окровавленной одежде, мужику здорово досталось.

Рядом с разбитым спорткаром стоял парень. Тот самый, который несколько часов назад вышел оправданным из зала суда. В отличие от пациента которого грузили в скорую, выглядел Веселов целым и невредимым. Не считая пары ссадин на лице.

Парень стоял в компании нескольких полицейских. А рядом с Веселовым уже стал знакомый мне мужчина в костюме и с чемоданчиком в руке. Куликов, самый дорогой и известный в городе адвокат.

Я тяжело вздохнул и перевел взгляд на дорогу. Интересно, что было бы, если этого мажора все-таки признали виновным и посадили? Пара, которая сейчас лежит на тротуаре в черных пластиковых мешках, была бы жива? Может быть. А может, и нет. В Городе Свободы хватает уродов. А уж на Речном проспекте людей каждую неделю насмерть сбивают. Зато теперь мажора все-таки посадят. Наверное. Вполне возможно, что экспертиза будет наличие алкоголя в крови убитых. А дальше все будет делом техники: этиловые упыри допились до бессознательного состояния, и сами прыгнули под колеса машины. Мужика, которого сейчас грузят в скорую, признают виновником аварии. А паренек — мажор снова выйдет сухим из воды. Вон как нагло ухмыляется.

Настроение резко упало. Так что до указанного Крастиновым адреса, я добрался немного раздраженным. Даже злым. Хорошо, что на парковке у клиники были свободные места, и до кабинета доктора я добрался минута в минуту.

— Проходите, присаживайтесь.

Девушка лет двадцати пяти, встретила меня у дверей кабинета, и, улыбаясь, указала мне на удобный, мягкий диван. Сама же она села в кресло напротив, держа наготове блокнот и ручку.

Я плюхнулся на диван и осмотрел кабинет. Ничего так, уютно. На широком подоконнике стоят горшки с искусственными цветами, на полу постелен ковер с густым ворсом, несколько шкафов со стеклянными дверцами забиты папками. Наверное, дела пациентов. Много, наверное, работы у девушки. Вон сколько дел.

— Что вас беспокоит? — закинув ногу на ногу, спросила у меня блондинка, приготовившись записывать.

— В последнее время мне часто снится один и тот же сон, — неуверенно начал я. — Я попадаю в комнату создания персонажа, типа как в какой-нибудь онлайн-игре. Стол, стул, и дело с моими данными.

Девушка что-то записала в блокноте, а затем уточнила:

— И почему же вас так беспокоит этот сон?

— Это привиделось мне во время клинической смерти. Ну, знаете, некоторые видят рай и ад. А я вот такое.

— Символ перерождения, — пробормотала девушка себе под нос. — Начало новой жизни с чистого листа.

— Что? — переспросил я.

— Не обращайте внимания, — отмахнулась психолог. — Это я о своем. Рассказывайте дальше.

— Ну, я не могу заснуть, а если мне и удается, мне снится этот сон, и я просыпаюсь усталым и невыспавшимся. Будто и не спал вовсе.

Я посмотрел на себя в зеркало. Из стеклянной поверхности на меня уставился парень лет двадцати пяти. Коротко стриженные светлые волосы, осунувшееся лицо с острыми скулами и впалыми щеками. Запавшие глаза с большими черными как у панды кругами. Сломанный в паре мест нос, узкий острый подбородок, заросший трехдневной щетиной. Я потер подбородок ладонью, и двойник из зазеркалья послушно повторил это действие.

— По вам заметно, — xмыкнула девушка, оторвавшись от бумаг.

— Поэтому и хочу, чтобы вы прописали таблетки, доктор, — устало сказал я. — Транквилизаторы.

— Боюсь, препараты вам не помогут, — решительно покачала головой девушка. — Нам с вами предстоит найти и устранить корень проблемы. А препараты лишь купируют симптомы.

Я недовольно поморщился, но ничего не ответил.

— Продолжайте, — напомнила психолог и вернулась к своим записям.

Так прошло сорок минут. Девушка задавала мне вопросы, а я на них отвечал. Психологиня что-то записывала часто блокнот, кивала, и вообще всем своим видом изображала заинтересованность. Время от времени украдкой поглядывая на часы. До тех пор, пока не закончилось время приема.

— К сожалению, время вышло, — перебив меня, сказала девушка, когда я отвечал на очередной вопрос. — До встречи в пятницу.

Она встала с кресла, намекая, что мне пора.

— Спасибо, доктор. Вы очень мне помогли.

— Ну, мы еще в начале большого пути, — улыбнулась в ответ доктор. — И я уверена, в конце курса терапии мы сможем найти причины вашей депрессии. И устранить их.

Психолог с улыбкой открыла дверь, прощаясь со мной. А через секунду дверь за моей спиной, захлопнулась, оставив меня одного в коридоре.

Глава 3 Стычка.

Я вышел из здания и остановился на крыльце. Закурил. Посмотрел в свинцово-серое небо. Такое низкое, что, казалось, черные тучи касаются крыш высоких домов.

— Хороший психолог, — пробормотал я, спускаясь по щербатым, вытерты ступенькам к парковке. — Вся в делах, вся в работе.

Как говорил наш преподаватель по судебной психиатрии: иногда полезно побеседовать с умным человеком. Преподавателя, к слову, чуть позже признали невменяемым и упекли на принудительное лечение в больницу. Но кого волнуют такие пустяки?

Пискнул, разблокировавшись, центральный замок машины. Щелкнули, открываясь, дверные замки. Я сел в салон и скептически посмотрел на себя в зеркало заднего вида.

Из зазеркалья на меня хмуро уставился угрюмый тип с черными от недосыпа мешками под глазами. Волосы всклокочены, а подбородок украшает недельная щетина. Ты похож на наркомана, Макс. Или на маленько поехавшего кукухой. Хотя последнее — это нормально. Кто из нас в своем уме?

Я повернул ключ зажигания, выезжая с больничной парковки. И едва не врезался в бок истошно засигналившего черного седана, который как раз в этот момент сворачивал на парковку. Я резко ударил по тормозам. Седан поравнялся со мной. Стекло водительской двери опустилось, явив моему взору до боли знакомое лицо:

— Ты что, е…н? Совсем ослеп? — забыв о всяческих правилах приличия, рявкнул водила, буравя меня полным ненависти взглядом.

Он меня не узнал. Ну, то сделал вид, что не вспомнил, кто я. Мне только и оставалось, что смотреть в лицо виновника аварии, благодаря которому я успел пережить клиническую смерть, два месяца лечения и долгий, а самое главное-дорогой курс реабилитации. Его же вроде лишили прав? Так нет же. Вот он, за рулем. Видимо, запреты суда действуют в нашей стране далеко не на всех.

— Ты что, глухой? — продолжал тем временем напирать этот черт. И на меня вновь начала накатывать лютая черная злоба.

Или сейчас, мне очень хотелось выйти из машины, вытащить этого мажора и разбить его голову водительской дверью. Я сильно, до скрежета, стиснул зубы. Рука будто сама потянулась, чтобы открыть дверь. Лишь большим усилием воли мне удалось сдержать себя. Спокойно, Макс. Здесь полно камер. Тронешь его и попадешь в тюрьму. А тюрьма — это плохо….

Я даже не пытался скрывать своих эмоций. Видимо, мое настроение читалось на лице. Потому что водила очень быстро скрылся в салоне:

— Псих какой-то. Как только таким права выдают, — донеслось до меня из машины, а потом он завел двигатель, и, объехав мою тачку, двинулся к стоянке. Я же смотрел ему вслед через боковое зеркало.

В этой жизни и правда все просто. Убить его, что ли? Нужно же хоть как-то восстановить справедливость. Так, стоп! Ты думаешь не о том. Пора домой. Я завел двигатель, и машина послушно тронулась, увозя меня прочь с места встречи.

* * *

Уже у дверей парадной меня ждал сюрприз. В виде трёх алкоголиков неопределенного возраста. Они сидели на лавке, оживленно что-то обсуждая. А на лавочке стояла практически пустая бутылка, в которой плескалась прозрачная жидкость и три пластиковых стаканчика.

Одеты этиловые упыри были весьма колоритно: грязно-серые майки, вытертые треники с вытянутыми коленями. На грязных ногах — дешевые резиновые тапки Один из них, что стоял рядом с лавочкой, как раз что-то оживленно рассказывал товарищам, а те, в свою очередь, смеялись над его байкой в голос, демонстрируя черные зубы. Выглядел рассказчик весьма карикатурно. Будто один из персонажей видеоролика Шоколад ни в чем не виноват вдруг ожил и сошел с экрана в серый двор Города Свободы. Такая же кепка на башке, такой же пустой, бессмысленный взгляд.

Как раз в этот момент, к парадной дома подходил какой-то парень. Именно он и стал объектом внимания для рассказчика истории.

— Бог в помощь, — прохрипел гопник, оскалив гнилые зубы и протягивая парню руку. Вроде как для приветствия. — Чувак, дай денег. В долг. Мы вернем, слово пацана даю.

Мельком я заметил, что тыльная сторона ладони просителя покрыта расплывающейся синей татуировкой весьма плохого качества. Скорее всего, этот персонаж отбывал наказание в местах не столь отдаленных. И возможно, неоднократно.

— Нет у меня для вас денег, — резко ответил парень, игнорируя протянутую для рукопожатия руку.

— Вот как? — гопник удивлённо поднял бровь. — А если я найду? Зае….л, пацан, дай денег по-хорошему. Мы же всё-таки соседи. Ты же в этом доме живёшь? Зачем портить отношения? По-человечески себя надо с людьми вести.

Парень вновь стиснул зубы, глядя на уголовника с плохо скрываемой ненавистью.

— Ну, что уставился? — прохрипел гопник. — Денег дай.

— А ты что, жопа королевы Британии, раз на тебя смотреть нельзя? — вопросом на вопрос ответил паренек.

Его собеседник аж рот открыл от такой наглости.

— Ты вафел совсем ох. л? — прохрипел он, делая шаг в сторону оппонента. — Да я тебя сейчас в фарш превращу.

Возможно, если бы он был один, то не осмелился напасть. Но парень оскорбил его перед корешами. А это грозило потерей уважения в глазах пацанов.

— А ты что, обиделся? — усмехнулся парень.

— Да ты… — начал уголовник. — Знаешь, что с обиженными делают?

— Знаю, — кивнул паренек.

Дальнейший разговор не имел никакого смысла. Парни, которые сидели на лавке, тихо переговариваясь, встали со своих мест. А уголовник подошёл вплотную к дерзкому пацану, замахиваясь для удара. Он был сильно пьян, и с трудом держался на ногах. А боец из него в таком состоянии был совсем плохим. Парень же шагнул вперёд и ткнул его кулаком в кадык. Удар вышел хорошим. Правда и противник от такого финта может отъехать. Но как говаривал сенсей: пусть меня судят двенадцать незнакомых людей, чем понесут четыре друга.

Собеседник выпучил глаза, захрипел, хватаясь за горло, и, видимо, совсем утратил боевой настрой и волю к победе. Пинок в колено заставил гопника потерять равновесие. Кашляя и задыхаясь, несостоявшийся спарринг-партнер, выпучив глаза и хрипя рухнул на асфальт. И кабы он был один — бой бы решился в пользу незнакомца. Но парень не учел того факта, что у гопника были верные товарищи, которые тут же решили вмешаться в драку.

И дальше действия разворачивались будто в замедленной съемке. Вот двое товарищей поверженного встают с лавки за спиной паренька. Один из них, опустив голову, чтобы скрыть лицо под козырьком кепки, быстро идет к парню. Тускло блеснуло лезвие ножа, вытащенного из рукава. А затем, парень вскрикнул и упал на асфальт.

— Ходу, — крикнул второй, и гопники, подхватив сбитого с ног товарища, бросились прочь со двора, оставив парня лежать на асфальте.

Трясущимися, непослушными руками, я вытащил из кармана телефон. Набрал номер службы экстренного реагирования. И услышав дежурное: “Слушаю вас” сбивчиво затараторил в трубку:

— Алло. Здесь человека порезали. Трудовая, дом восемьдесят.

Девушка-оператор попыталась было уточнить детали, но я уже отключился. Обернулся к раненому, лихорадочно вспоминая курс оказания первой помощи, который вполуха слушал на лекциях гражданской обороны в чрезвычайных ситуациях. Только вот помощь оказывать не понадобилось. А телефон едва не выпал у меня из рук. Потому как парень, который еще несколько секунд назад лежал на асфальте, стоял за моей спиной, утирая кровь с разбитого лица.

Он был бледен, но держался вроде бы нормально.

— Ты как? — осторожно произнес я первое, что пришло мне в голову.

— Где эти уроды? — спросил парень, буравя меня злым взглядом.

— Ну это… убежали, — озадаченно ответил я, осматривая пострадавшего. — Ты бы осторожнее ходил-то. А то…

Собеседник убрал руку за спину. Вытащил ее, осмотрел перепачканные красным пальцы.

— У, ски, — взвыл он нехорошим, злым голосом, растирая кровь.

— Вот я и говорю. Ты бы осторожнее ходил.

— Эта ска меня в ногу пырнула, — со злобой ответил парень. — Ну, погодите, найду я вас.

Прихрамывая, он подошел к лавочке и сел рядом со мной, скинув в урну полупустую бутылку и пластиковые стаканчики.

— Дай сигарету, — попросил парень. Я подошел к нему, достал из кармана пачку, вытащил две сигареты. Одну протянул парню. Тот благодарно кивнул. Щелкнула зажигалкой и мы закурили, выпуская в серое небо дым.

Надо отметить, что скорая приехала быстро. Не прошло и десяти минут, как во двор, воя мигалками, влетел микроавтобус с красной полосой и крестом на борту. Дверь отъехала в сторону, выпуская на улицу двух человек в светло-синих костюмах.

— Кого порезали? — спросил один из них, невысокий лысый мужик с чемоданчиком в руках.

Вместо ответа я указал на сидевшего рядом со мной курившего парня. Парамедики удивленно подняли брови и озадаченно переглянулись:

— Это что, б…дь, шутка? Ты под чем, парень?

Удивленный тон эскулапа быстро перерастал в злобу. Ну, оно и неудивительно. С моим невыспавшимся, уставшим видом меня можно легко принять за наркомана. И подумать, что парни под веществами решили вызвать скорую помощь для того, чтобы подшутить. Ну или попытаться ограбить сотрудников, чтобы разжиться веществами на дозу.

Парень, на которого я указывал, встал и повернулся спиной к медикам. С правой стороны, на светло-синих джинсах расплывалось красное пятно.

— На меня налетели трое, — хмуро пояснил парень. — Ударили со спины, я упал. А парнишка не понял вот скорую и вызвал. Сказал, человека порезали.

— Ну… это, — сменил гнев на милость доктор. — Поехали тогда

Я заметил, что его напарник старательно пытается скрыть улыбку. Со стороны ситуация и правда выглядела чуточку комичной.

Медики подошли к лавочке и подхватили раненого, помогая ему добраться до скорой помощи.

— Спасибо, — крикнул мне парень, когда дверь машины уже закрывалась.

Я лишь лениво кивнул, и скорая выехала со двора. Выкинул окурок в урну, достал вторую сигарету.

Медики должны были сообщить о нападении на пост полиции. Значит, скоро сюда прибудут сотрудники правопорядка. И я решил дождаться патруля, чтобы дать объяснения на месте. Можно было, конечно, сбежать, но после недолгих раздумий я отверг эту идею. Все равно устроят поквартирный обход и опрос, не видел ли кто совершил преступление. Лучше рассказать сейчас потратить на это пять минут, чем объясняться в участке.

Но полиция на место преступления ехать не торопилась. Хотя ближайший отдел внутренних дел располагался всего в нескольких кварталах от дома. Так что прождав еще двадцать минут, и выкурив еще одну сигарету, я встал со скамейки и не спеша пошел к парадной, оставив за спиной лужу крови, растекающуюся на асфальте.

* * *

Я запер за собой дверь разулся и прошел на кухню. Сел на стул, щелкнул кнопкой электрочайника. Интересный выдался день. Психолог, убийство, встреча со старым знакомым….

Я нашарил пульт, включил висевшей над столом телевизор. И принялся щёлкать кнопкой, переключая каналы. Излюбленное занятие, чтобы отвлечься от назойливых мыслей

— Массовые беспорядки сейчас проходят на площади Свободы, — вещала с телеэкрана телеведущая, и камера послушно показала события, которые развивались сейчас в центре. И там, где ещё несколько часов назад я посещал психолога, уже вовсю кипели события.

Площадь была затянута черным дымом, в котором мерцали огни фальшфейеров. То тут, то там объектив камеры выхватывал разбитые витрины магазинов, перевернутые, горящие машины. B центре всей этой вакханалии, подняв щиты, стоял отряд по борьбе с массовыми беспорядками. Бойцы пытались сдержать беснующихся на площади людей в масках. Над толпой реяли флаги с логотипами городских футбольных клубов. Толпа что-то скандировала, а в бойцов отряда по борьбе с массовыми беспорядками летели камни и пустые бутылки.

— Напомним, что сегодня утром рядом со зданием Центрального районного суда начался массовый митинг. Представители крупных футбольных сообществ протестовали против снятия обвинений и прекращения уголовного дела в отношении Константина Веселова. По данным следствия, несколько месяцев назад Веселов, защищаясь, убил одного из представителей так называемых футбольных фирм…

Я отпил черного настоявшегося чаю. Видимо, Фанаты не стали прощать убийство и устроили митинг, который, как и ожидалось, перенос в массовые беспорядки. Теперь пару дней город будет стоять на ушах. Погромы, грабежи, стычки с сотрудниками правопорядка. Потом начнутся задержания и все постепенно успокоится. Об убийстве все забудут, а Веселов, который уже, скорее всего, сбежал из города, вернется и будет спокойно жить дальше.

— К другим новостям. Громкое преступление произошло сегодня днем в центре города. Неизвестный в форме сотрудника управляющей компании убил предпринимателя Алексея Круглова.

Голос диктора вырвал меня из размышлений. Я поднял глаза и с интересом уставился на экран. Оператор крупным планом снимал двор, в котором несколько часов назад я стал невольным свидетелем убийства. Трупа на ступеньках парадной уже не было. Только пятна крови, смешавшиеся с растекшимся молоком, напоминали о недавнем убийстве. А еще, сейчас во дворе работала следственная бригада. Место, где лежал труп, было обведено белой рамкой, а по территории двора были расставлены номера. Несколько человек в черной форме отдела криминалистики фотографировали место преступления.

— По словам очевидцев, из дверей парадной вышел человек в синей форме работника управляющей компании. На пороге дома неизвестный сделал три выстрела в упор, а затем произвел контрольный выстрел и скрылся с места происшествия. От полученных ран бизнесмен скончался. По факту убийства возбуждено уголовное дело. Следственная группа устанавливает причастных к преступлению. Следственнойгруппой уже выдвинуто предположение, что убийство совершили члены так называемой группировки "Линчеватели". Напомним, что убитый бизнесмен был одним из основных подозреваемых в так называемом "деле черных риелторов". Отдел по борьбе с организованной преступностью назначил награду размером в один миллион рублей за любые сведения, которые могут помочь в поимке банды "Линчевателей".

Я выключил телевизор. Так вот почему лицо убитого показалось мне знакомым. Дело черных риелторов было одним из самых громких. Про него рассказывали во всех новостях, писали на новостных порталах. Выходит, мужик продавал отжатые квартиры, а потом бах — и сам сыграл в ящик. Кармический бумеранг в действии. О "Линчевателях" я тоже был наслышан. Группа людей, которая устраивала в городе самосуд. Про этих народных героев говорили разное. Кто-то говорил, что они вершат справедливость, кто-то отзывается о них, как о беспредельщиках, которые прикрываются идеей, чтобы грабить и убивать. Мне же эти ребята нравились. И я охотно следил за их действиями. Вернее, за эпизодами дел, которые попадали в прессу. Судя по моему скромному мнению юриста-недоучки — если не все, то большинство этих ребят были из бывших или действующих силовиков. Уж больно чисто они работали, что за два года практически непрерывной деятельности, никто из них ни разу не попал в поле зрения полиции.

Я закинул в кружку таблетку прессованного чая и залил его кипятком. Выходит, я стал свидетелем преступления, которое совершил один из линчевателей? Грамотно сработано. Даже красиво, ничего не скажешь. Я такое только в фильмах видел. Не просто так отдел по борьбе с организованной преступностью назначил миллион за их головы. Теперь мотив убийства стал ясен. Дело "черных риелторов" развалилось и до суда не дошло. Но мы живем в Городе Свободы. Здесь бандит на бандите, а за взятку даже дело по убийству закрыть могут. Вопрос цены. Вон как ловко Веселов избежал заслуженного наказания. А убитый сегодня Круглов заработал десятки, а возможно, и сотни миллионов на продаже отжатых квартир. Цены на жилье в доме, где жил убитый, от сотни начинаются. И это самый дешевый вариант. Имея такие деньги, можно легко избежать заслуженного наказания. Потому что времена сейчас такие. И жизнь несправедлива. A ребята из линчевателей просто восстановили справедливость, вот и все. Да, чуточку жестко, незаконно, но такое вот правосудие… Так или иначе, они скрывают лица, прячутся от полиции. И все для того, чтобы сделать жизнь в городе чуточку спокойнее.

Я отпил из кружки настоявшийся до черноты чай. На меня вдруг накатила жуткая усталость. Веки были будто налиты свинцом, а ноги словно приросли к полу. Да и в целом чувствовал я себя так, будто не катался целый день по городу, а разгружал вагоны. Я устало прикрыл глаза, потер лицо руками. Нужно доползти до кровати и немного вздремнуть. Очень уж тяжёлым выдался сегодняшний день.

Глава 4 Квартиранты.

Я неподвижно лежал на кровати, глядя в одну точку на потолке, тщетно пытаясь заснуть. Но сон не шел. Виной тому было сильное эмоциональное перенапряжение. Уж очень много событий произошло за этот день. Так много, что даже визит к психологу мне особо не помог. Вернее, толку от визита изначально было мало. Я даже задумался о том, чтобы отказаться от этих посещений. Только время зря теряю.

Голова гудела словно растревоженный улей. А мысли были похожи на клубок гнилых ниток. Потянешь за кончик — и мысль тут же ускользает.

Где-то наверху играла музыка, время от времени заглушаемая криками и громким смехом. И судя по обрывочным словам, которые я мог разобрать, этажом выше собрались и устроили вечеринку любители шансона. Это еще больше сбивало с мысли, и мешало успокоиться и заснуть.

Я взял с прикроватного столика телефон, посмотрел на время. Три часа ночи. Вот тебе и соблюдение закона о тишине. Начинала накатывать лютая черная злоба. А где-то в глубине души появилось и крепло стойкое желание подняться на этаж выше и разнести квартиру на дрова, попутно избивая чертей, устроивших пьянку. Спокойно, Макс. Выдохни. Минут через десять они упьются до бессознательного состояния, и отключатся. А ты спокойно заснешь.

Но музыка не прекратилась не через десять минут, ни через полчаса. Судя по крикам и грохоту, пьянка и не думала завершаться. Напротив, она крепла и набирала обороты.

— Ну все, б…дь, — пробормотал я.

Быстро встал с дивана, надел спортивные штаны. Подошел к двери, накинул куртку. Проверил ксиву в кармане. Документ с красной корочкой лежал на месте. Удостоверение осталось у меня еще с производственной практики. Я все хотел сдать их в отдел кадров, но сначала была та авария, потом больничка и реабилитация. А теперь вот, пригодились.

Для большей убедительности в предстоящем споре я решил прихватить с собой обрезок арматуры. Мало ли как могут отреагировать на мое вполне справедливое замечание люди, которые любят по ночам слушать шансон? Так, с обрезком арматурного прута я вышел за дверь, полный решимости обьяснить соседям, что вести себя нужно культурно и тихо.

Нужная мне квартира была этажом выше. Створки лифта распахнулись, я шагнул на узкую лестничную клетку, и едва не столкнулся с девушкой. Она сидела у стены, спрятав лицо в ладонях. Узкие острые плечи вздрагивали, и на секунду, злоба отпустила, уступив место какому-то новому, доселе неизвестному мне чувству. И я подошел к девушке. Склонился над ней, осторожно тронув ее за плечо:

— Что случилось, красавица? ласково спросил я. — Почему плачем?

Девушка вздрогнула, затравленно подняла голову. В больших голубых глазах мелькнул испуг. И лишь через секунду, животный страх сменился на нечто вроде удивления. Ну, эти эмоции я прекрасно понимал. Здесь редко интересуются делами и проблемами других людей. Свои бы разгрести.

— Что случилось? — с улыбкой повторил я.

— Да квартиранты, — всхлипывая сбивчиво начала объяснять она. — Пьянку очередную устроили.

— Зачем же ты пустила таких квартирантов? — удивленно поднял я бровь.

— Это не я, — жалобно всхлипнула девушка. — Отец только освободился и хочет квартиру разменять. А я долю продавать не хочу. Вот он и подселил друзей-урок. Они курят и бухают целыми днями. Ко мне пристают. Я и в полицию уже ходила, да участковый только руками разводит. Мол, извините, но мы ничего поделать не можем.

— Урок значит, — прищурив глаза, повторил я. — Это которые шансон слушают?

Я указал в сторону коридора. Девушка всхлипнула и снова кивнула.

— Ну, будем считать тебе сильно повезло красавица. Я как раз хотел поговорить с шумными соседями по поводу выселения.

С этими словами я потянул на тебя дверь и шагнул в темный коридор.

"Получено задание:

Принудительное выселение.

Помогите Анне Светловой выселить людей, которые арендуют у нее квартиру".

Я затормозил. Замотал головой, отгоняя галлюцинацию.

— Эй, ты куда? — послышался мня вслед удивленным девичий голос

— С соседями твоими переговорю. Ты пока здесь посиди. И минут через десять в квартиру возвращайся.

В коридоре было темно, так что нужное мне помещение я искал, ориентируясь на громкий звук музыки. Благо, обороты пьянки не стихали, так что обитель местных упырей я нашел быстро и без особого труда.

Трижды громко стукнул в металлическую створку, но никакой реакции на это не последовало. Я стукнул ещё раз. Вновь безрезультатно. Видимо, гостей упыри не ждали. Ну ладно, поступим по-другому.

Я подошёл к электрическому щитку с красовавшейся наклейкой-молнией на дверце. Подцепил ее, потянул на себя. Хрустнуло, и дверца послушно открылась. Подсвечивая телефоном, я нашел автомат с номером нужной квартиры, и щёлкнул тумблером. Музыка в помещении мигом стихла. А вот крики усилились.

— Эй, это ещё что за хня? — раздался за дверью сиплый голос.

— Сам не в понятках, Бизон.

— Так сходи и глянь, что там творится, — приказал Бизон.

— А что сразу я? Пусть вон Бивень…

Фразу оборвал сильный удар и вскрик.

— Ты че, в натуре? Попутал?

За дверью послышался звук ещё одного удара. А затем шум переворачиваемой мебели и стук, будто бы что-то тяжелое упало на пол:

— Я сказал, ты пойдешь и посмотришь, Черт. Или поспорить хочешь?

В голосе Бизона слышалась плохо скрываемая угроза.

— Нет, нет, ты что? — поспешно ответил спорщик. — Чего сразу в бычку лезешь? Сейчас посмотрю.

Ага. Значит, главный в этой троице тот самый Бизон. Ну, с него мы и начнем разговор.

В квартире тем временем послышалась какая-то возня. Кто-то нетвердой походкой зашаркал к двери. А несколько секунд спустя, в замочной скважине провернулся ключ. Этого времени мне хватило, чтобы подойти к двери, спрятав за спину обрезок железного прута.

Меня Черт заметил не сразу. Сперва постоялец высунулся из квартиры, вертя головой, пытаясь найти причину пропажи электроэнергии. И лишь несколько секунд спустя, его бегающий взгляд наткнулся на меня:

— Ты ещё чьих будешь? — обдав меня сильным запахом перегара, грубо спросил он. — Какого х. я тебе надо?

Я взглянул на стоявшего субъекта со смесью брезгливости и отвращения. Потому как передо мной стоял тип подкласса "неуподоблюсь". Лицо опухло от беспробудного пьянства черные волосы всклокочены и слиплись от грязи, подбородок зарос щетиной. В общем, впечатление этот тип производил крайне отталкивающее.

— Ты глухой? — повторил Черт, сверля меня маленькими, злыми глазками. — Тебе…

Договорить я ему не дал:

— Полиция, — громко ответил я, сунув ему в лицо развернутые красные корочки. И при виде этого до боли знакомого документа, морда рецидивиста изменилась. Злоба во взгляде мигом исчезла, уступив место некой растерянности.

— Ну так… это, — растерянно забормотал он, но я больше не хотел тратить на это существо слова. Коротко, почти без размаха, ударил головой в лицо, вынудив Черта отпрянуть назад и схватиться ладонями за разбитый нос. Шагнул в квартиру, на ходу извлекая прут.

Сильный удар по спине заставил бандита упасть на грязный затоптанный пол.

"Противник обезврежен".

"Навык Боец повышен".

Я же перешагнул через бессознательное тело и вошёл в комнату, где ещё совсем недавно проходила вечеринка. На назойливые галлюцинации я решил пока не обращать внимания. Вот закончу вопрос с упырями и позвоню доктору. У него все и узнаю.

В полумраке за столом сидели двое. Темнота скрадывала предметы в комнате, оставив лишь очертания. Так что ориентировался я, скорее, по вспыхивающим огонькам сигарет.

Видимо, празднующие не жаловали свежий воздух. Да и курили они очень много, потому как глаза защипало от густого табачного дыма, который съедал все остальные запахи.

Сидевшие за столом молча пялились в мою сторону:

— Ты ещё чьих будешь? — наконец хрипло спросил один из них. — Что здесь забыл, пацан? Черт где?

— Черт — это ваш дворецкий? — уточнил я.

— Кто? — не понял Хриплый.

— Шнырь ваш, — перевел я на более понятный для урок язык. — Который дверь в хату открыл. Он хамить начал, и я отправил его отдыхать. Ты, что ли, Бизон?

— А ты чьих будешь, чтобы интересоваться? — ответил xриплый.

— Значит, ты.

Я шагнул к столу. Приспешник Бизона попытался было встать, но сделать этого я, само собой, не дал. Толстая подошва ботинка ударила урку в грудь, отчего противник тяжело упал обратно на стул. Стул опасливо наклонился и мужик нелепо взмахнул руками и полетел на пол. Раздался глухой удар, и оппонент неподвижно замер, раскинув руки.

"Противник обезврежен".

"Навык Боец повышен".

— Минус два, — спокойно сказал я.

Бизон отшатнулся:

— Да ты что, пацан? — начал он. — Зачем так с людьми?

Я презрительно усмехнулся и стукнул кончиком арматурного прута по стоявшей на столе початой бутылке водки. Стекло жалобно звякнуло, разлетевшись на несколько крупных осколков. В комнате повис стойкий “аромат” спирта:

— Да где ты здесь людей увидел?

Я старался, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. Но давалось мне это с трудом. Внутри клокотала рвущаяся наружу злоба.

— Вы обычные никчемные существа, — спокойно продолжил я. — Двуногие животные, абсолютно бесполезные для социума. Не работаете, бухаете, представляете опасность для общества. Но вам повезло. Сегодня вы познакомились со Шведом. То есть, со мной. И уж я попытаюсь вас, шерсть, перевоспитать.

При упоминании о шерсти Бизон дернулся было ко мне, но вовремя остановился. Видимо, в его маленьком, хрупком мозгу мелькнула здравая мысль, что лучше не связываться с парнем, склонным к насилию и погромам.

— А Шведом меня прозвали за то, что когда маленьким был, в одиночку на толпу реконструкторов с топором бросился, — продолжил я. — Как берсерк. Тогда я точно знал, что если погибну в бою — попаду в Вальхаллу. Буду пить мед и слушать речи Высокого. А если отступлю… Да не хватай ты, б. дь!

Арматура с силой ударила Бизона по руке. Кулак ударился о столешницу и отбитое горлышко бутылки, которое бандит хотел использовать в качестве оружия, с хрустом развалилось в кулаке. Видимо, Бизон решил забрать под шумок розочку и прервать мой монолог. Но я вовремя подметил и пресек этот маневр. Бизон заорал так, что с губ начали срываться клочья пены. Глаза зека округлились и я было подумал, они вот-вот вылезут из орбит и выпадут на стол.

— Да тише ты, — я прижал к губам указательный палец. — Ну чего орешь? Люди же спят.

Но Бизон и не думал униматься, так что мне пришлось привести его в чувство парой сильных, ударов. Холодное железо сотворило чудеса: вмиг отрезвило разум Бизона и лишило воли к победе, сделав его уши открытыми для моих слов.

— Будем считать, я этого не видел, — строго предупредил я. — Но если ты еще хоть раз попытаешься прервать мою лекцию, я сломаю тебе руку. Так, чтобы кость наружу торчала. Потом ногу сломаю. А потом остальные сто восемьдесят три кости. А затем признаю тебя неисправимым и пробью череп. Ты меня понял?

Бизон тут же закивал. Видимо, тумаки сделали его очень послушным учеником. И я довольно продолжил:

— Вы трое — практически не поддающиеся перевоспитанию члены социума. Но раз уж с этим не справилась наша исправительная система, попробую вдолбить в ваш хрупкий трехнейронный мозг, — я легонько постучал кончиком арматурного прута по лбу Бизона, — принципы, и правила, которым нужно следовать для социализации. Хотя бы основные.

Нужно отметить, что Бизон стал очень внимательным учеником. Не угрожал мне, не говорил, что поймает и порвет на лоскуты, а слушал и кивал. Из этого я сделал вывод, что эта особь все же поддается дрессировке.

— Сколько раз за забором был? — прямо спросил я.

— Четыре, — ответил ученик.

— А с первого ты, значит, не понял, что нарушать закон это плохо?

— Так в первый раз освободился и куда? На работу не берут, помощи от государства никакой…

Бизон скосил глаза куда-то в сторону входной двери и затравленно уставился мне за плечо. Я резко обернулся и как раз успел схватить очухавшегося Черта за грязную майку, и с силой приложить его о стену. На светлых обоях осталось темно-красное пятно. A на полу блеснули осколки выбитых зубов.

— Успокоился? — спросил я усидевшего у стены Черта. Тот замычал и закивал головой.

— Сел, — я указал арматурой на валявшийся у стола табурет.

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно.

“Навык Манипулятор повышен”.

И Черт послушно поднял валявшийся стул, перевернул его и сел за стол рядом с Бизоном.

Я поморщился: эти галлюцинации уже начинали меня раздражать. Но если я сейчас начну разбираться в причине появления глюков-то отвлекусь от воспитания этих вырожденцев. А это может спровоцировать уголовников на проявление насилия в мой адрес. Что полностью перечеркнет только начавшийся процесс перевоспитания. Потерпи, Макс. Еще немного — и ты вернешься в свою квартиру. И уже там спокойно позвонишь Крастинову и поговоришь с ним. Авось и узнаешь что-нибудь полезное.

— На чем мы остановились? До этого инцидента с твоим товарищем?

— На безработице, — хрипло ответил Бизон.

— А, так вот. Вы никак не желаете становиться нормальными членами общества. Девушка вон, приютила вас по доброте душевной, a вы ведете себя как животные. Буяните и дебоширите. До девочки беззащитной домогаетесь.

— Это все он, — Черт указал на товарища который без сознания лежал на полу.

Я лишь усмехнулся: быстро они скинули все на человека, с которым не представляется возможности поговорить.

— Кто вас сюда заселил, черти?

— Витя Кремень, — ответил Бизон.

— Что за Витя Кремень? Где его искать?

— На “Молодежке”, - поспешно ответил Бизон.

Я довольно кивнул

— Отлично. Теперь у вас есть десять минут, чтобы сь…ть отсюда и больше никогда не возвращаться в эту квартиру.

И в этот момент, где-то в глубине души вдруг растеклось какое-то приятное чувство, будто бы я сделал по-настоящему стоящее дело. Полезное и важное для другого человека.

“Выполнено.

Принудительное выселение.

“Навык Боец повышен”.

“Навык Чистильщик повышен”.

“Навык Манипулятор повышен”.

Буквы повисли перед глазами, застилая взор. Я замотал головой, прогоняя назойливый морок.

— Ну? Что расселись? — спросил я, глядя на сидевших за столом упырей. — Время пошло.

Повторять дважды алкоголиков не пришлось. Гости послушно встали, подняли своего товарища, который все еще пребывал без сознания, и направились к выходу.

“Получено задание:

Витя Кремень

Найдите и поговорите с преступником-рецидивистом Витей Кремнем.

Задачи:

- Убедить рецидивиста не разменивать квартиру дочери.

Дополнительные цели:

- Убедить Витю Кремня больше не совершать преступлений

Внимание!

В связи с выбранным игроком сценарием поведения, Система “Игры в Жизнь” присваивает игроку класс “Линчеватель”.

"Активация игрового аккаунта…

Перемещение в комнату игрока"…

Пол подо мной покачнулся, я всплеснул руками, пытаясь удержать равновесие, и не упасть. Но вышло у меня это скверно, и я спиной вперёд полетел в какую-то бесконечную черную бездну….

* * *

Очнулся я сидящим на стуле в той самой комнате из моих снов. Со столом и зеркалом во всю стену. Только теперь, за зеркалом царила тишина. А по гладкой поверхности бежали ровные строчки текста.

"Аккаунт игрока активирован. Игроку присвоен класс: Линчеватель. Все изменения о персонаже внесены в личное дело".

Буквы ровными строчками пробежали на поверхности зеркала и погасли. Интересно, в какое еще личное дело внесены записи? Уже не в то ли, которое лежит в папке на краю стола?

Я взял папку в руки, откинулся на спинку стула и принялся с интересом переворачивать страницы.

В правом верхнем углу первого листа была вклеена моя фотография. Я на фоне ростовой линейки, злобно смотрю в камеру. А в руках у меня табличка с номером. Слева на разлинованном листе шли строчки аккуратного, написанного от руки почерка.

"Имя: Хэппи.

Игровой класс: Линчеватель (назначен системой).

Игровые навыки (назначено системой):

Рукопашный бой. Уровень навыка: новичок;

Манипулятор. Уровень навыка: новинок;

Разблокированные игровые навыки:

Первая помощь Уровень навыка: новичок.

информация об игроке:

Личные данные:

Фамилия имя отчество: Карамазов Максим Михайлович.

Причина регистрации в "игре в жизнь": Дорожно-транспортное происшествие.

Время пребывания в состоянии критической смерти: пятнадцать минут.

Ориентировочное время для реабилитации: от трех до пяти месяцев”.

Интересно, откуда у этой "Игры в Жизнь" подробные данные на меня? Но тем не менее почитать записи было интересно.

Следующая страница была пуста. Судя по заголовку, здесь должны быть полученные мной контракты. Где нужно было брать эти самые контракты, я пока не знал. А вот на следующем листе с названием "навык Стрелок", я чуть-чуть завис.

По листу бумаги были хаотично разбросаны точки. Как в книжках для детей, где дошкольнику предлагалось нарисовать рисунок, объединив точки.

Навык "Срелок".

Гласил заголовок страницы.

Я перевернул лист. "Навык первая помощь". И еще один рисунок. Только все точки на нем были красными.

Всего, таких страниц в папке оказалось восемнадцать: Стрельба, Боец, Первая помощь, Чистильщик, Взломщик, Оружейник, Манипулятор, Социопат, Ищейка, Химик, Координатор, Угонщик. И все, кроме "Манипулятора," "Чистильщика" и "Бойца" были красными. Дальше шло еще два пустых листа: полученные достижения, и общие заметки. Больше листов в папке не было. Я закрыл личное дело и бросил его на стол. Зябко поежился от холода, царящего в комнате. Очень реалистичный сон, ничего не скажешь. Интересно, как работает эта "Игра в жизнь"?

— Если у вас есть вопросы по игровому процессу, вы можете задать их помощнику, — донеслось из-за зеркала.

Голос прозвучал в тишине как удар колокола. Так неожиданно, что я вздрогнул и дернулся назад, едва не рухнув на холодный бетонный пол.

— Что это за место? — крикнул я в пустоту.

— Комната персонажа "Игры в Жизнь", — раздался из-за зеркала холодный безжизненный голос. Он звучал так, будто компьютер проговаривал написанный на бумаге текст.

— А кто там, за зеркалом? — полюбопытствовал я.

— Помощник в "Игре в Жизнь", — был мне ответ.

— Хорошо, — я сделал вид, что эта информация меня устроила. — Что за навыки отмечены в моем личном деле?

— Набор способностей, которые будут помогать персонажу в достижении каких-либо целей или выполнения контрактов. Боевые навыки улучшаются только в бою с игроками или неигровыми персонажами. Небоевые навыки можно повышать в обычной жизни, при взаимодействии с другими игроками или неигровыми персонажами.

От такого обилия информации, которой щедро делился Куратор, у меня уже начинала болеть голова. Будто кто-то вбил в затылок большой ржавый гвоздь, и сейчас шевелил им в голове, словно бы пытаясь его раскачать и вытащить…

— Игрок получил достаточно информации, — сообщил голос. — Возвращение в мир.

Стул, на котором я сидел, завертелся. Стены закружились, расплываясь. Зеркало пошло трещинами, а затем с громким хлопком взорвалось, усыпая комнату сотнями мелких осколков. Пол ушел у меня из-под ног, и я улетел в черное небытие.

* * *

— Эй, ты живой? — нежный девичий голос доносился до меня откуда-то издалека. И в этом голосе сквозило плохо скрытое беспокойство. — Ну ты чего? Вставай, давай.

Я слабо застонал и зашевелился на полу, приходя в сознание.

— Уф — ф-ф… — только и смог произнести я и сел, потирая ушибленный затылок.

— Они… насовсем ушли? — испуганно пробормотала девушка, оглядываясь по сторонам.

— Ага, — подтвердил я, поднимаясь на ноги. — Видишь, даже вещи забрали.

— Не знаю, как тебе удалось убедить их съехать, — растерянно пробормотала девушка, оглядываясь по сторонам. И в этот момент я даже был рад, что свет в помещении был отключен. Вряд ли хозяйке квартиры понравилось бы огромное красное пятно на обоях и брызги крови на поверхности грязного стола.

— Отец тоже тебя больше не побеспокоит, — торопливо успокоил ее я. — Ладно, я пойду. У меня дела еще.

Больше всего на свете, мне сейчас хотелось свалить из этой квартиры. Мало ли что? Вдруг у меня ни с того, ни с сего случится еще один такой приход? торопливо вышел за дверь. Прислонился к стене, облегченно выдохнул. С каждым днем жизнь после аварии становится все интереснее. Раньше эти галлюцинации хотя бы во сне проявлялись, a теперь уже и наяву всякая погань мерещится. Да такая, что я аж сознание потерял. Нехорошо. Тревожные это знаки Макс. Нужно срочно проверить голову. Вдруг там какой-нибудь сосуд от недосыпа и переживаний лопнул? Так и овощем стать недолго. Или, говоря научно-медицинским языком, впасть в вегетативное состояние. Или дураком на всю жизнь можно остаться. Ладно, пора отсюда сваливать.

Глава 5 "Игра в Жизнь"

Эмоции от ночной прогулки пришли уже после того, как я переступил порог своей квартиры. И устало уселся на угловой диван, поморщившись боли.

Голова немилосердно раскалывалась, а во рту чувствовался резкий металлический привкус крови. Видимо, я здорово приложился башкой об пол, когда упал без сознания в квартире соседки. Провел рукой по лбу. Кончики пальцев тут же испачкались в чем-то липком.

— Б…дь, — устало произнес я, вытирая салфеткой перепачканную кровью руку. На мое счастье, упал я очень удачно, отделавшись лишь разбитым лбом. Забавные вещи творятся с тобой в последнее время, Макс. Вдруг при аварии у тебя и правда что-то в мозгу повредилось? А потом недосыпания, стресс, вот фляга и засвистела.

Я сунул руку в карман толстовки, вытащил блистер с обезболивающим. Привычка таскать с собой несколько таблеток осталась еще со времен, когда я лежал в больничке, восстанавливаясь после аварии. Теперь же такой блистер — это, скорее, перестраховка.

Хотя сейчас, например, таблетки пригодились. Я выщелкнул одну, закинул в рот, запивая глотком чая.

— Нужно будет попросить у Крастинова колес, чтобы побороть эти глюки, — пробормотал я и устало откинулся на спинку дивана. Кратковременное забытье, в которое я провалился, не принесло никакого отдыха. Наоборот: в себя я пришел еще более уставшим. Ладно, нужно решить вопрос с разбитым лбом. Только немного подожду, пока пройдет башка, и двину в ванную.

Таблетка подействовала минут через десять. Головная боль начала понемногу затихать, прячась где-то в глубине черепа. Я встал с дивана и заковылял к выходу из кухни, стараясь ступать по скользкой плитке как можно осторожнее. Не хочу я поскользнуться и ещё раз приложиться головой. Так и в больничку уехать недолго. Вот смеху-то будет: здоровый парень поскользнулся на ровном месте и пробил себе башку. А учитывая, что скорая будет ехать на вызов несколько часов — у меня будут все шансы отправиться в загробный мир. И получить посмертно премию Дарвина. Сомнительная перспектива. Я доковылял до ванной, открыл висевший над раковиной шкафчик. Пошарил ладонью на полке и вытащил вату, пластырь и пластиковую бутылочку с прозрачным обеззараживающим раствором. Посмотрел на себя в небольшое зеркало, закрепленное в дверце. Лоб наискось пересекала кровоточащая ссадина. Да, Макс. Угораздило же тебя.

Я зубами разорвал упаковку и извлек пластырь. Открыл кран, смыл со лба кровь, осторожно пропитал ватку раствором из бутылочки. В комнате повис резкий запах спирта. Я стиснул зубы и приложил мокрую вату к ране. Тут же зашипел от боли. Остался последний штрих. Я осторожно наклеил пластырь, закрыв рану. Вот так.

"Вы смогли остановить слабое кровотечение".

"Разблокирован вспомогательный навык первая помощь".

"Навык Первая помощь повышен".

В голове, будто пчелы в растревоженном улье, роились десятки вопросов. И все они сводились к одному: что, блядь, происходит?

Я нащупал в кармане телефон, набрал вбитый номер Крастинова. Нужно посоветоваться с доктором по поводу этих галлюцинаций. Интересно, в психиатрической практике уже были подобные случаи: ну, с какой-то пародией на виртуальную реальность. Типа, мы все живём в матрице и прочее. Эх, говорила мне бабушка: “Во всем виноваты эти ваши кампуктеры”.

— Алло, — раздался в трубке недовольный голос доктора.

— Привет, док. Удобно говорить?

— Конечно, Максим. Слушаю

— Док, — я замялся, думая, как подвести беседу про галлюцинации так, чтобы прямо из квартиры не уехать в психиатрическую лечебницу. И в это время, ноготь зацепился за край пластыря, отрывая его, и моя перевязка развалилась. A сам пластырь шлепнулся в раковину, и Я задумчиво посмотрел на пятно крови, впитавшееся в обеззараживающую повязку. Черт, придется клеить новый. Куда я задевал упаковку.

— Макс! Ты хотел о чем-то спросить?

— Да, док. Скажите, а после таких аварий бывают. Ну… Галлюцинации, — я прижал телефон и взялся за дверь шкафчика. Бросил беглый взгляд на зеркало. И обомлел, уставившись на свое отражение.

— Галлюцинации? — задумчиво переспросил Крастинов.

— Ага, — с трудом произнес я, проводя пальцем по едва заметному рубцу. Оставшемуся от рассечения, которое я получил несколько минут назад. Теперь, на коже красовалась царапина. Кровоточащая рана уже затянулась, оставив на память о моем падении тонкую, едва заметную полоску.

Крастинов что-то рассказывал, но я не обращал на это никакого внимания, изумленно хлопая глазами и глядя в зеркало

— Макс! Ты меня слушаешь вообще?

— А? Да, док, я перезвоню.

— Но…

Что за "но" хотел высказать Крастинов, я так и не дослушал, сбросив вызов. Положил телефон на стиральную машину, и сел спиной к стене. В голове оставалась так осталась только одна фраза: царапины ссадины не должны отвлекать бойца.

То есть, все это… имеет отношение к реальности? Слово "правда" не укладывалось в моей голове. Никто в здравом уме и твердой памяти не смог бы объяснить то, что сейчас происходило: комната, прокачка навыка в личном отделе — и от рассечения на лбу остается лишь царапина. Ладно, это можно проверить.

Идея, которая внезапно мне в голову, сильно смахивала на приступ идиотизма. Но попробовать все же можно. Здесь главное — не перестараться.

Я вышел в комнату, взял лежавший на столе нож. Провел кончиком по тыльной стороне ладони. Поморщился от боли. На коже выступила ярко-алая капля. И… больше ничего.

— Так и знал, что кругом сплошное на…алово, — разочарованно пробормотал я и вернулся в ванную в поисках пластыря. Капнул на рану спирт и открыл новую упаковку пластыря.

"Вы смогли остановить слабое кровотечение".

"Навык Первая помощь повышен".

Надпись вспыхнула и тут же исчезла. Я захлопал глазами, замотал головой, отгоняя морок.

"Получен новый уровень.

Перемещение в комнату игрока".

Строчки текста вспыхнули перед глазами и рассыпались на сотни ярко-красных искр. A затем, ноги начали подкашиваться, а в глазах резко потемнело.

— Нет, нет, нет! — закричал я, прекрасно понимая, что произойдет дальше.

Попытался ухватиться за край раковины, чтобы удержать равновесие. Но мне это не удалось. И вместо керамического изделия, мои ладони ухватились за воздух. И я полетел в чернильно-черную пустоту.

* * *

Я снова оказался на стуле. За столом допросной комнаты, в которой был несколько минут назад, когда потерял сознание после того, как выселил урок из квартиры этажом выше. Только в этот раз, на зеркале крупными буквами красовалась надпись:

"Вы получили новый уровень. Вами получено нераспределенное очко навыков. Прокачать нужный навык вы можете во вкладке умений".

Умения? Это те листы в личном деле? Ну, посмотрим, что там предлагают на выбор.

Я открыл лежавшую на столе папку первую страницу с навыком "стрелок". Но точки на рисунке по-прежнему были красными.

"Уровень навыка "Стрелок" недостаточно высок для получения новых умений".

Ну, не больно-то и хотелось. Что там дальше?

Боец. И рисунок кулака с зажатым в нем ножом. И здесь одна точка мерцала, меняя цвет с зеленого на красный.

"Болевой порог", — гласила надпись возле навыка. Я дотронулся пальцем до точки, и на рисунке появилось окошко с описанием:

"Описание навыка: Долгие и упорные тренировки закаляют тело и дух, даруя бойцу высокий болевой порог".

Интересная способность. Но посмотрим, что еще есть в этом личном деле.

Следующей была страница с навыками Манипулятора. И здесь, были разблокированы аж две точки: "Убеждение" и "Угрозы". А на четвертом месте неожиданно оказалась страница с навыком первой помощи. Ну, что тут у нас.

На рисунке в виде креста разблокировалась нижняя точка.

"Регенерация":

Описание навыка: Царапины и ссадины не должны отвлекать бойца от достижения цели. А повышенная регенерация позволит бойцу быстрее заживлять легкие ранения".

Полезный навык. Прокачать что ли? Я задумчиво ткнул пальцем по точке.

"Желаете вложить нераспределенное очко навыков в способность Регенерация”?

Да, желаю.

Вспышка — и точка стала зеленой.

— Я хочу задать вопрос Куратору, — устало пробормотал я.

— Игровой помощник активирован, — тут же ответил из-за зеркала холодный металлический голос.

— Как попасть в комнату игрока?

— Чтобы попасть в комнату игрока нужно задать определенную команду, которая будет служить ключом для перемещения, — раздалось из-за зеркальной поверхности. — Вы желаете создать команду для перемещения?

На зеркале появилась пустая строка, над которой было написано:

"Введите команду для перемещения в комнату игрока".

— Добро пожаловать, — после недолгих раздумий, озвучил я фразу.

- Вы желаете использовать фразу добро пожаловать в качестве команды для перемещения в комнату игрока? — уточнила система

— Да.

строчка мигнула и загорелась зеленым.

— Как отключить автоматическое перемещение в комнату игрока? — быстро спросил я. На х… нужны такие приключения. Просто выпадать из реальности по прихоти этой "Игры в Жизнь". А если системе вздумается вытащить меня в комнату, когда я буду за рулем?

В этот раз Система не стала ничего объяснять. И на зеркале появилось уведомление:

"Желаете отключить автоматический переход в комнату игрока при получении нового уровня"?

— Да.

Надпись мигнула и пропала. И вместо нее, на зеркале снова выступили строчки:

"Автоматическое перемещение в комнату игрока отключено".

“Задайте команду для перемещения в комнату игрока”.

На зеркале появилась пустая строчка.

— Добро пожаловать, — после недолгого раздумья, сказал я.

Продиктованная мной фраза послушно загорелась на зеркале.

“Команда для перемещения в комнату игрока изменена.

Текущая команда для перемещения в комнату игрока “Добро пожаловать”

— Ну все, — устало сказал я, откинувшись на спинку стула.

"Желаете вернуться в игровой мир"?

— Желаю, — пробормотал я и прикрыл глаза.

В этот раз не было никакого вращения стула. Комната медленно растворилась, и я пришел в себя сидящим на полу ванной. Очумело повертел головой, пытаясь понять, не морок ли это? Нет, вроде дома. Ванная, стиральная машинка, на которой валялся разный мелкий хлам, который я складывал там, очищая карманы одежды перед стиркой. Открытый шкафчик над раковиной.

Я встал с пола, задумчиво почесал лоб. А потом отклеил кончик пластыря и удивленно присвистнул: от пореза не осталось и следа.

— Е. ть-колотить, — только и смог сказать я, глядя на место пореза.

Выходит, игровая комната как-то связана с реальностью. И прокачиваясь в этой комнате, ты меняешься в реале. Так, какие у меня там были навыки? Чистильщик, Манипулятор и Боец. А, ну еще и первая помощь. Нужно будет посмотреть, что еще можно будет заполучить, если эту первую помощь прокачать…

Каким образом? Да все просто: берешь нож да кромсаешь себя. Раны все равно моментально затягиваются. Но немного подумав, я решил все-таки отказаться от этой идеи. Нездоровая это идея, наносить себе травмы. Что там еще было? А, манипулятор. Он вроде бы прокачивался без нанесения увечий. И, кажется, Я даже успел его прокачать, когда разговаривал с добрым доктором. А вот и он, к слову.

Лежащий на стиральной машине телефон завибрировал, сползая к краю. Я подхватил его, когда аппарат уже грозился вот-вот слететь вниз. Провел пальцем по экрану, принимая вызов.

— Привет, док, — весело начал я разговор. — Как жизнь?

— Максим, — голос в трубке показался мне встревоженным. — С тобой все в порядке?

— А то, — бодро ответил я. — Дела лучше всех. А что?

— Просто ты спрашивал про галлюцинации, а потом…

— А, — перебил я доктора. — Да соседи пришли. Сами понимаете, обсуждать такие вопросы при посторонних… Подумают еще, что я того.

И забыв, что доктор меня не видит, я покрутил пальцем у виска.

"Навык манипулятор повышен".

А вот и плюсы от моего нового состояния. Видимо, мне удалось заставить доктора поверить в это откровенное вранье.

— Ну хорошо, — неуверенно ответил Крастинов. — А сейчас?

— Что сейчас? — я сделал вид, что не понял, к чему клонит доктор. — Сейчас соседи ушли.

— Да нет. Чувствуешь себя как?

— А, вот вы о чем. Отлично док. Завтра все вам расскажу.

— Тогда жду тебя на прием, — с напускной строгостью произнес Крастинов и отключился.

Я убрал телефон в карман и весьма довольный вышел в комнату.

* * *

Ворочаясь в кровати, я все думал о возможностях, которые открывала передо мной Система. Но попасть в комнату игрока у меня так и не вышло. И на заветную фразу “Добро пожаловать”, Система тут же реагировала красным сообщением.

“Время пребывание в комнате игрока превышено. Попробуйте посетить комнату игрока после истечения реабилитационного срока”.

Чуть ниже красовались крупные цифры таймера:

"Время до следующего посещения комнаты игрока семь часов, сорок восемь минут”.

Даже пара таблеток успокоительного, от которых я, должен был провалиться в сон, не действовали на организм. Поэтому после долгих и тщетных попыток провалиться в сон, я вздохнул, открыл глаза и встал с кровати Надел спортивные штаны и толстовку, и вышел на балкон, поежившись от промозглого ветра. Достал сигарету и открыл окно. И замер, глядя на улицу.

Моя квартира была на пятом этаже. И сейчас, мне открывался отличный вид на освещённую фонарями детскую площадку. На удивление, двор был почти пуст. Лишь несколько парней сидели в позе орла на огороженной баскетбольной площадке. В центре круга стояло несколько полутора литровых бутылок. Видимо, это была не первая доза. Парни о чем-то переговаривались, громко шутили и не менее громко смеялись.

— Приматы сидят в отгороженном от людей вольере, — пробормотал я, выпуская струю сизого дыма. — Какая ирония.

Наблюдать за зверьками и вправду было весело. Они то шутили, то ругались, неуклюже вскакивая с насиженных мест и пытаясь устроить побоище. Потом принимались пить за мировую. Меня они то ли не видели, то ли не обращали внимания. Мне же было интересно, как быстро о…….ятся эти черти, орущие на весь двор. По моей логике, скоро у кого-нибудь из окрестных домов должно было лопнуть терпение, и преисполнившись праведной ярости, этот кто-нибудь, один или с группой верных товарищей, должны были спуститься и отмудохать индивидуумов. Но сигарета в моих пальцах уже почти догорела, а второй акт спектакля не спешил начинаться. Не было даже звонков, в виде криков с балконов. И когда я затушил сигарету в пепельнице, собираясь вернуться в квартиру, как во дворе началась движуха.

Между серых девятиэтажек мелькнула фигурка, а вскоре, в свет фонарей вышла девушка лет восемнадцати. В белом пальто и с красивой сумочкой на плече. Она заметила сидевшую на площадке компанию, но все же рискнула пройти мимо. Парни на тоже ее заприметили. Вернее, сперва один из них толкнул рассказчика очередной истории локтем в бок, и указал глазами в сторону дамы. Тот обернулся и встал на ноги. Пошатываясь, направился к выходу с площадки. Заметив этот маневр, девушка ускорила шаг, но идти быстро, на высоких каблуках, у нее не выходило. Освободившиеся зверьки же ускорили шаг.

Все это напоминало сцену хоррор фильма, где ожившие мертвецы преследуют выжившую. Потому как гопники очень здорово напомнили мне живые трупы. Шатающиеся и хрипящие, с бледными, перекошенными лицами, они ковыляли следом за девушкой. Парни быстро нагоняли добычу, и было ясно, что убежать прохожей не удастся.

— Куда торопишься, красавица? — зло поинтересовался один из гопников, нагоняя девушку и хватая ее за рукав пальто.

Добыча попыталась вырваться, но, судя по всему, парень держал крепко. А на лице играла глумливая улыбка.

И тут же, гопник засветился красной аурой. А над его головой появилось

"Гвоздь.

Принадлежность к банде: нет.

Шанс социального перевоспитания: 65 %".

Ага, значит, система намекает, что пора бы с ними разобраться. Эх, придется вмешаться. Заодно этот биомусор послужит благой цели: прокачке. Если бы гопники ее не нагнали, я бы оставил их в покое. А так, и повод есть. Я же все-таки Линчеватель.

— Эй, черт! — крикнул я. — Отстал бы ты от девушки

Главарь гопников остановился. Зло посмотрел наверх:

— А тебе что? Больше всех надо?

— Ты кого чертом назвал? — встрял в беседу один из его товарищей.

— Я же сейчас спущусь и как спички вас переломаю, — предупредил я.

— А ну, давай, — крикнул один из гопников.

— Ну, смотрите. Я вас предупреждал

Я спокойно подошел к лестнице. Обутые в тапочки ноги затопали по ступенькам.

— Э, это пацан, который Бизона и его корешей сегодня из квартиры выселил! — раздался снизу крик одного из оппонентов.

— Поздно, товарищи. Раньше нужно было бежать, — пробормотал я, отталкиваясь от перил нижней площадки пожарной лестницы.

Удар отозвался болью в ступнях. Я присел, вскочил на ноги и бросился вперед. Первый противник даже сообразить ничего не успел, как его сбил с ног удар локтя в горло. Парень без движения рухнул рядом с лавочкой.

"Противник обезврежен

Навык боец повышен".

За спиной мелькнул силуэт, и я мгновенно развернулся. Один из товарищей поверженного маргинала уже стоял за моей спиной. А в руке глупца тускло сверкнуло лезвие ножа. Наши взгляды встретились, и он на секунду оторопел, уставившись в мои глаза. Рука с ножом дрогнула.

— Ты кто? — только и успел сказать он, но я уже стоял рядом с ним. И разговаривать с гопником мне не хотелось.

Удар в челюсть сбил оппонента с ног. Нож выпал из разжавшейся ладони, с лязгом ударившись о вымощенный плиткой тротуар. А следом, я добавил гопнику несколько пинков. Бил я сверху вниз, целя в голову и не особо заботясь о том, что будет с моим оппонентом. Противник заскулил, вертясь на земле, и пытаясь закрыть голову руками.

"Противник обезврежен

Навык боец повышен".

Минус два. Остался третий. Тот самый Гвоздь. Ну, посмотрим из какого металла его ковали.

Не торопясь, я направился к парню, который стоял, ухватив девушку за рукав. Гопник будто бы застыл, превратившись в статую, и не мигая глядя на меня.

С Гвоздем уже разобралась сама барышня. Она залезла в сумочку, и трясущейся рукой вытащила перцовый баллончик. В бледную от страха морду Гвоздя ударила струя газа. Гвоздь завопил, схватился ладонями за лицо. Упал на колени, отчаянно вереща и проклиная всех и вся.

— Ска, — выл он. — Ты что натворила? Мои глаза. Больно!

Если Гвоздь продолжит голосить, то, наверное, перебудит добропорядочных граждан, которые мирно спали в своих квартирах. Да и мне надоели эти истеричные визги. Я спокойно подошел к стоявшему на коленях, и с силой ударил ногой ему в затылок. Гвоздь мигом затих, обмяк и рухнул на землю.

"Противник нейтрализован.

Навык Боец повышен".

— Цела? — тяжело дыша, спросил я девушку. Но та отреагировала на этот вопрос как-то странно. Вместо того чтобы поблагодарить меня за спасение, она застыла, удивленно хлопая глазами и глядя на меня. А потом мерзко завизжала и отскочила назад

— Эй, ты чего? — удивленно спросил я, делая шаг в ее сторону. Скорее всего, девушка пребывала в глубоком шоке. Потому что она и не думала успокаиваться. Попятилась назад, вытянув в мою сторону трясущуюся руку с зажатым в ней баллончиком.

— Н — н - не подходи!

Ее губы тряслись, и она беззвучно открывала и закрывала рот, пытаясь что-то произнести.

— Ну, как скажешь, — я примиряющее поднял руки и поплатился назад. — Только не кричи. Я не причиню тебе вреда.

— Сгинь — завизжала девушка. — Убирайся обратно в ад!!!

— Ты… е….утая? — осторожно спросил я, глядя ей в глаза.

— Не подходи! — снова пискнула девушка, трясущейся другой тыча в мою сторону перцовым баллончиком. А затем, она вдруг упала на колени и скороговоркой начала повторять какие-то слова.

— Точно е….утая, — вздохнул я и направился к пожарной лестнице.

Подпрыгнул, ухватился за свисающую с металлической площадки выдвижную секцию, и пополз наверх. Хватит с меня на сегодня приключений. Чтобы я, да еще хоть раз стал помогать людям… Да ну на х….

Уже на площадке, я остановился и зло посмотрел вниз. И картина которую я увидел, просто повергла меня в шок. Очухавшиеся гопники разбегались в разные стороны. Как тараканы по грязной кухне, на которой резко включили свет. А бок о бок с одним из недавних агрессоров бежала та самая девушка. И вся эта честная компания голосила так, что в окнах домов неподалеку начал загораться свет.

— Дебилы, — тяжело вздохнул я и покачал головой. А затем затопал по металлическим ступенькам лестницы в квартиру. Уже на своем балконе я остановился, достал сигарету и закурил. Открыл окно, выпуская на улицу сизый дым. Оперся локтями на подоконник, глядя во двор. И в этот момент, где-то вдали, за домами, одна за другой начали вспыхивать красные точки. М-да, а веселье-то оказывается; только начинается.

Внезапно на меня накатило какое-то странное умиротворение. Сродни эйфории, будто я в первый раз в жизни сделал что-то правильное, действительно важное. По телу будто бы волнами расплывалась сладкая истома, заставляющая расслабиться. Удовольствие в чистом виде.

"Выполнено скрытое подзадание

Спасение.

Навык первая помощь повышен;

Навык Боец повышен;

Разблокирован классовый навык: Зов улиц (классовый, пассивный).

Теперь, на радаре Линчевателя будут отмечаться места, где происходят правонарушения".

Так вот откуда это странное чувство, будто бы я познал дзен. Эмоции была мне система. За выполнение мелких заданий.

Я не удержался от довольной улыбки: все же, эта, "Игра в Жизнь" неплохо поощряет игрока за выполнение заданий и повышение уровней.

Эйфория, которую я испытал, была сродни эффекту употребления наркотиков, как это показывают в фильмах. Абсолютное блаженство.

Я докурил сигарету и потушил окурок в жестяной банке, которая стояла на краю площадки. Напряжение и бессонница прошли, и на меня накатила жуткая усталость. Веки стали тяжёлыми, будто налились свинцом. Я довольно зевнул: пора спать. Завтра предстоит трудный день. А возможно, и вечер. Нужно будет изучить эту карту, и возможно, найти и выполнить пару мелких заданий для прокачки.

Я зашел в комнату и закрыл за собой балконную дверь.

Глава 6 Утренний гость

Утро началось со звонка будильника, который наглым образом вырвал меня из царства снов. Я с трудом распахнул глаза и сел на кровати. Потер ладонями лицо.

После того как "Игра в жизнь" приняла меня в состав пользователей, сон про странную комнату мне не снился. И проснулся я выспавшимся, бодрым, свежим, и готовым к новым свершениям. А дел я на сегодня запланировал немало. Например, заехать за документами в универ, где я не появлялся с тех пор, как попал в больницу.

Зажужжала кофемашина, а в кружку потек свежесваренный кофе. Я зашлепал в ванную. Холодная вода быстро прогнала остатки сна. Я фыркнул, вытирая лицо полотенцем. И в этот момент услышал в коридоре какой-то шорох. А потом, в дверь позвонили.

В голове яркими красками вспыхнула картина: двор, мужик в опущенной на лицо кепке, красные пятна на спине дорогого пиджака… Черт, это еще кто? Тот убийца из Линчевателей? Или полиция?

Я тихо подошел к двери, посмотрел в дверной глазок. В коридоре стоял мужчина лет сорока пяти в черно-красной форме. Значит, все-таки полиция.

Мужик снова нажал на кнопку звонка, и в квартире прозвучала незатейливая трель.

Я повернул ключ в замке, открыл дверь.

— Доброе утро.

— И вам, — осторожно ответил я, рассматривая мужика.

— Капитан Васильев, — представился полицейский, показав мне развернутые красные корочки.

— Ага, — односложно ответил я. — Вы по поводу парня, которого вчера вечером у парадной подрезали?

Васильев посмотрел на меня с явным непониманием:

— Какого парня? — переспросил он.

— Ну, вчера вечером какие-то гопники повздорили с прохожим. Дело дошло до конфликта, и один из гопарей парня ножом пырнул.

Васильев покачал головой:

— Нет. Вчера ночью, возле вашей парадной был избит житель сто сорок третьей квартиры. Иван Удальцов…

— Проходите, капитан, — усмехнулся я, отходя от двери и пропуская полицейского в квартиру. — Я только что поставил кофе. Вы любите кофе?

— Да, — растерянно ответил Васильев. Видимо, к такому повороту событий капитан готов не был. Но в квартиру все же вошел. Я захлопнул дверь и пошел в комнату, чувствуя на затылке взгляд капитана. Поставил на стол кружку с кофе, который ещё недавно хотел выпить сам. Теперь же, решил отдать ее утреннему гостю.

— Благодарю, — коротко ответил Васильев.

— Так что там с жильцом квартиры? — поинтересовался я. — Сто сорок…

Я наморщил лоб, будто бы вспоминая номер.

— Шестой, — подсказал капитан, отпивая кофе из кружки. — Иван Удальцов.

— А, — понимающе кивнул я и тут же добавил. — Не знаю такого.

— Его друзья сказали, что на них напал какой-то парень из этого дома, — продолжил капитан. — Спустился с пятого этажа. С пожарной лестницы.

— А я здесь причем?

— Вот, — Васильев достал из черной папки распечатку с изображением какого-то человека. — На вас очень похож.

Я взял протянутый лист, с интересом принялся рассматривать фоторобот:

— Среднего росту, плечистый и крепкий, — задумчиво протянул я и потер ладонью подбородок. — Ходит он в белой футболке и кепке. Под это изображение можно половину города подогнать, товарищ капитан. А те его друзья точно трезвые были, когда показания давали?

Васильев как-то разом поскучнел. Он прекрасно знал, что показания бухих свидетелей к делу не подшить. И видимо Васильев думал, что, увидев фоторобот, я мигом все расскажу. Но подписываться под побоями, я, само собой, не собирался:

— Но если я увижу кого-нибудь подходящего под описание — непременно вам сообщу.

Капитан тяжело вздохнул:

— Видимо, избившего не найдут.

— Это еще почему? — удивился я.

— Да, жильцы дома все как один говорят: никого не видели, ничего не знают. В принципе, я их понимаю. Этот Удальцов всему дому успел порядком… надоесть. Вот и молчат все. Была бы моя воля — я даже заявление не стал принимать. Но работа есть работа, сами понимаете.

— Так это, — пришла мне в голову одна идея. — Может быть, эта троица по пьяни что-то не поделила? Вот двое его и оприходовали. А потом решили свалить все на кого-то левого?

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно.

“Навык Манипулятор повышен”.

На лице капитана проступило некое понимание;

— Все возможно, — он отставил в сторону кружку с недопитым кофе и встал. — Ладно, пойду я.

Капитан направился к выходу, и уже у двери остановился. Обернулся ко мне:

— Если узнаете что-нибудь — обязательно сообщите.

— Разумеется, — кивнул я.

— И еще, — добавил Васильев. — А с чего вы взяли, что свидетели были пьяные? Я не сказал об этом ни слова.

Я открыл было рот, чтобы ответить, но Васильев уже вышел за дверь, оставив меня одного.

* * *

Я вернулся в комнату. Поставил вариться кофе, сел за стол. До приема у доктора я был абсолютно свободен. Так что можно попытаться залезть в комнату игрока. Изучить, так сказать, в какое непонятное я впутался. Кофемашина выключилась, и я налил в кружку черный бодрящий напиток. Вернулся за стол. Какую команду я назначил для входа в допросную? Ах да. Точно!

— Добро пожаловать!

“Вы желаете переместиться в комнату игрока”?

Тут же появилось перед глазами системное сообщение.

— Желаю, — гордо кивнул я и отпил из кружки черный кофе.

Комната подернулась, растворяясь, и я оказался в уже знакомой мне допросной полной. Довольно усмехнулся: кружка, которую я держал в руке, перенеслась в комнату вместе со мной. Я сел за стол, с интересом открыл личное дело игрока. Итак, посмотрим, что мы здесь имеем…

А имеем мы три ветки способностей, которые Система разблокировала мне на старте. Плюс навык первой помощи, который мне удалось получить самостоятельно.

Я взял со стола кружку, сделал глоток, и с интересом углубился в чтение.

Манипулятор позволял мне во время беседы повлиять на человека и принимаемые им решения. Сама ветка навыка, выполненная в виде свернувшийся в клубок змеи, состояла из тринадцати точек-навыков, разделенных по уровням. Их было пять: новичок, ученик, эксперт, профи и легенда. Наиболее прокачанная ветка манипулятора была у меня на уровне новичка. И для того, чтобы получить ученика, мне нужно было прокачать навык до двадцати пяти. Эксперт открывался на пятидесяти, профи на семидесяти пяти, ну а легенда отрывалась с сотни очков навыка. Именно легенда открывала мне финальную способность в ветке. В манипуляторе это были “Гипноз”, позволявший мне на короткое время полностью подчинив себе волю человека, и способность “До меня дошел слух”, позволяющий мне распустить в городе слухи, которые будут восприниматься как непреложная истина. Профи манипуляций открывал для меня способность. “Втереться в доверие”. Название навыка говорило само за себя: перк помогал быстро стать своим человеком даже в обществе параноиков и сторонников теории заговора. А также профи Манипулятор открывал для меня способность “Вбить клин", позволяющий рассорить даже самых надежных союзников. Правда, как я понял, у этого навыка был определенный шанс срабатывания. Уровень эксперта давал мне перки “Спекуляции”, и “Спонтанная провокация”. Последний навык показался интересным: он позволял вывести оппонента из состояния равновесия и атаковать провокатора. Действия в отношении такого субъекта, система засчитывала как самооборону.

— Очень интересно, — пробормотал я, читая описания навыков в ветке.

Вся ветка “Манипулятора” показалась мне самой полезной для повседневной жизни. А если учесть то, что навык легко качается в бытовых условиях, “Манипулятор” был просто незаменим. Не так давно эта ветка позволила мне с легкостью обмануть господина Васильева. А значит, что и на остальных людей эта ветка, скорее всего, будет работать. В общем — штука нужная. И очень удобная.

Следующим был “Боец”, в котором у меня было три очка. Новичок открывал “Мастера Анатомии”. Способности, которая превращала тело человека в ходячий анатомический атлас, указывая на жизненно важные органы, и подсказывая куда лучше всего нанести решающий удар, чтобы вырубить или устранить противника. “Контратака” позволяла быстро отклониться от атаки противника и нанести ответный удар. И завершала ранг новичка способность “Болевой порог", которая давала игроку повышенную нечувствительность к боли.

Ученик открывал такие перки как “реакция”, “хладнокровие”и “коварство”. Я отложил личное дело и задумчиво забарабанил пальцами по обшитому металлом столу.

Вообще, вся ветка бойца давала игроку возможности, которые либо подавляли боль, либо высвобождали скрытые способности организма. Типа “Ярости”, открывавшиеся на уровне Эксперт. А также “скрытые резервы” или “второе дыхание”, которые автоматически активировались, когда бой мог быть проигран. Ветка забавная, но посмотрим, что еще преподнесла мне Система.

Третьей была “Первая помощь”, с рисунком в виде креста. Эта ветка прокачки мне тоже понравилась. Полезная в быту вещь. Нет, она не могла даровать мне бессмертие и не позволяла отращивать оторванные конечности, но повышенная регенерация, благодаря которой раны быстрее заживали, и высокий иммунитет были очень полезными вещами.

Ну а четвертым был "Чистильщик", с одним очком навыка. Все способности ветки были нацелены на поиск оставленных улик, и уничтожение этих самых улик. То есть, если бы я вдруг решил преступить закон, и начать совершать преступления, ветка способностей позволила мне избавляться от улик, и вводить в заблуждение правоохранительные органы. Ультимативная способность “Призрак” дала бы мне фактическую неуловимость.

Остальные ветки прокачки были заблокированы, и почитать, что они дают, было невозможно. На странице было только название навыка, а все остальное пряталось под большим серым замком и красной надписью:

“Заблокировано”.

Чтобы разблокировать остальные ветки умений, мне нужно было выполнить скрытое задание. И судя потому, что я разблокировал первую помощь, просто заклеив порез…

Я помассировал виски, пытаясь унять подкрадывающуюся головную боль. Видимо, очень уж я долго нахожусь в комнате игрока. Интересно, а если протащить сюда блистер с обезболивающим и принять таблетку — она подействует? Ладно, почитаем про игровой класс, который мне посчастливилось получить.

Я открыл первую страницу личного дела.

“Имя: Хэппи.

Класс: Линчеватель.

Разблокированные навыки:

"Манипулятор" (новичок). Текущий уровень навыка: 9.

"Боец" (новичок). Текущий уровень навыка: 12.

"Чистильщик" (новичок). Текущий уровень навыка: 6.

"Первая помощь (новичок). Текущий уровень навыка: 3".

Я задумчиво ткнул пальцем на класс, и на странице послушно выскочило окно с описанием:

“Когда на улицах, появляется слишком много банд, и полиция не в состоянии справиться с преступностью на арену выходит Линчеватель — боец с повышенным чувством социальной справедливости, призвание которого искоренить городскую преступность.

Основные особенности:

Боевые навыки прокачиваются только в прямом противостоянии с преступниками;

За убийство мирных жителей (людей, которые не замешаны в правонарушениях), на Линчевателя накладывается штраф в виде временного блокирования одного или нескольких игровых навыков.

Линчевателю доступна особая ветка мини-заданий “Зов улиц”, при выполнении которых игроку начисляются дополнительные очки навыков;

Классовые навыки:

Не зная страха (заблокировано, пассивная): Вступая на тропу войны с преступностью, Линчеватель не знает ни страха, ни жалости к преступникам. При убийстве преступников линчевателя не будут мучить муки совести или раскаяние.

Сопричастность (разблокировано): Линчеватель с первого взгляда может определить принадлежность правонарушителя к той или иной банде;

Социальное перевоспитание: иногда добрым словом и пистолетом можно добиться куда больше, чем просто добрым словом. Зачитанный Линчевателем манифест легко сможет может убедить правонарушителей сойти с преступного пути;

Визитная карточка (заблокировано): У каждого линчевателя есть своя визитная карточка. Узнаваемым почерк, который нагоняет ужас на городских преступников.

Если линчеватель оставляет на месте преступления визитную карточку, случайный разблокированный навык повысится на два пункта.

Казнь (заблокировано): При убийстве правонарушителя при свидетелях, случайный навык линчевателя повышается на пять пунктов";

Виски начал сжимать невидимый обруч. А в затылок будто бы забивали тупой ржавый гвоздь. Я поморщился от боли, отложил личное дело игрока. Видимо, на сегодня обучения хватит.

“Вы хотите покинуть комнату игрока”? — уточнила Система.

— Хочу, — пробормотал я и обессилено откинулся на спинку стула.

Комната завертелась, пол ушел из-под ног. Я устало прикрыл глаза. А когда поднял веки, то сидел уже в своей квартире. Перемещение завершено. И в этот раз все более аккуратно. Во всяком случае, в себя я пришел, сидя на стуле, а не валялся на полу с разбитой головой. Тяжело поднялся и с трудом переставляя ноги, добрался до ванной. Открыл шкафчик над раковиной, и пошарил по полкам в поисках обезболивающего. Вытащил блистер, выщелкнул одну таблетку и торопливо закинул ее в рот, запивая водой прямо из-под крана. И сел на край стиральной машинки, ожидая, пока боль хоть немного отпустит. Интересно, а в городе есть еще игроки кроме меня. Неплохо было бы найти мрачного наставника, который помог мне разобраться со всей этой хуйней. Наверняка должны быть. Очень вряд ли я один такой особенный на пятимиллионный город. И какие еще персонажи есть в этой “Игре в Жизнь”? Интересно, можно ли сменить класс? И вообще: где свобода выбора? Может быть, я не хотел становиться уличным супергероем?

Таблетка потихоньку начала действовать, загоняя головную боль куда-то глубоко в череп. Я встал с машинки, и шлепая босыми ногами, направился в комнату. Может быть, поискать что-нибудь про “Игру в Жизнь” на просторах этих ваших, интернетов?

Я подлил в кружку горячего кофе и сел за стол включил ноутбук.

* * *

На забитую мной фразу “Игра в Жизнь”, поисковая строка браузера загрузила тонну информации. Правда, две трети данных было бесполезной. Типа новости, в которой депутат заявил, что игры вредят психическому здоровью молодежи, менеджер крупной компании устроил стрельбу в офисе, советы всяких коучей, как запрограммировать свою жизнь на успех, и какой-то сериал на видеохостинге. Ну, посмотрим, что выдаст другой поисковик.

Я щелкнул по ярлыку с изображением луковицы. Здесь, информации было чуть больше, но более или менее правдоподобно выглядело лишь несколько статей. Пару лет какой-то репортер затеял независимое расследование по поводу серии убийств двадцатилетней давности. Пять человек устроили настоящее побоище, превратив сход бандитской сходки в бойню. Парней тогда нашли пусть и с трудом, но при задержании, члены банды оказали сопротивление и были ликвидированы. Среди этих "народных", судей был некто Максим Венедиктов. А через двадцать лет, его однофамилец, Константин Венедиктов получил пожизненное за ряд эпизодов, связанных с грабежами ювелирных магазинов. И здесь началось самое интересное. Приговоренный сбежал прямо из автозака усиленного конвоя, при перевозке в следственный изолятор. Через несколько дней, во дворе одного из домов, Венедиктовым был застрелен некто Хонда. Мужик вышел вынести мусор, но во дворе словил семь пуль и умер в машине "Скорой Помощи". Еще несколько дней спустя на перекрестке за рулем своей машины был ликвидирован Леша Большой. И второе убийство было выполнено куда более профессионально. Рядом с тачкой затормозил мотоцикл, и неизвестный, лицо которого было скрыто под маской, всадил в сидевшего за рулем Лешу Большакова несколько пуль. Точно в цель, через тонированное стекло автомобиля. От полученных ран Леша Большой скончался в машине скорой помощи. А мотоциклист скрылся с места преступления. В погоню увязался полицейский патруль, случайно оказавшийся в нужное время в нужном месте, но мотоциклистам удалось оторваться от стражей правопорядка в промзоне. План “Перехват” не дал никаких результатов. Естественно, следственная группа не нашла ни орудия убийства, ни мотоцикла, ни исполнителей.

A через месяц неизвестные устроили налет на частное охранное предприятие “Цитадель”. Перебили часть бойцов и ликвидировали директора ЧОПа Серова. Неизвестные успели скрыться незадолго до прибытия полиции. Дальше налетчики затаились, и поздней осенью напали на базу отдыха, где отмечал день полиции генерал Прохоров. По счастью, тогда полицейский остался жив. А убийцы прорвались через плотное кольцо спецназа и скрылись. Правда, тем же вечером группа охотников за головами напали на квартиру в спальном районе, где скрывались преступники. Но и здесь Венедиктова словно черти берегли. Ему удалось уйти через окно четвертого этажа, прорваться через оцепление и скрыться на угнанной машине.

Я оторвался от чтения и потер ладонями лицо. Очень интересно выходит. Либо этот Венедиктов игрок, либо он и правда везучий человек. Настоящий профессионал своего дела.

После Нового года Константин все-таки добрался до Прохорова. A на похоронах полицейского, он убил еще и окружного прокурора. Впрочем, на том удача Константина и закончилась. Почти сразу после этого убийства, Венедиктова все же поймали и отправили в исправительное учреждение строгого режима номер двадцать пять. А за решеткой Линчеватель не прожил и часа. Несколько бойцов из клана Фибоначчи зарезали прямо в тюремном дворе, в отместку за убийство главаря своего клана. На том история и закончилась. А единственный установленный соучастник Венедиктова до сих пор числится в федеральном розыске.

Я откинулся на спинку стула, задумчиво посмотрел в потолок. Чудные дела творились пару лет назад в Городе Мечты. А еще теперь я был уверен том, что Линчеватель был игроком. Слишком уж парню фартило. Остальные его подельники вряд ли имели способности Системы. Но зарезанный в тюряге Венедиктов был игроком наверняка.

Попробуем найти причастных к делам давно минувших дней на просторах этих ваших интернетов. Я снова углубился в поиски. Ссылки сменялись, но за полчаса мне удалось установить лишь двух участников балагана. Анастасию Шигалину, обнаруженную мертвой в квартире, которую штурмовали охотники за головами, и Кирилла Воропаева, который до сих пор числился в федеральном розыске и почитав его послужной список, я удивленно присвистнул: за свою недолгую, но очень увлекательную карьеру, парень успел убить больше людей, чем рак. И в биографии Кирилла, к слову, меня ждала первая зацепка в этом интересном и чрезвычайно запутанном деле. Несколько лет назад, парень отбывал принудительный курс реабилитации в клинике доктора Зильбенштока. На гранитной набережной реки Спутник.

"Получено задание:

Мрачный наставник:

Найдите игрока-ассасина Нико в Городе Свободы".

Я посмотрел на часы. Время близилось к полудню. Ну что же, постараюсь найти доктора, у которого наблюдался Кирилл. Авось мне удастся вытянуть из эскулапа что-нибудь интересное.

Глава 7 Нервный срыв

Клиника доктора Зильбенштoка была знаменита двумя вещами: во-первых, здесь лежал один из классиков литературы нового времени, который чуть позже описал сие заведение в культовой книге про Грибных Эльфов. Ну а во-вторых, здесь в отделении буйной психиатрии до сих пор проходит принудительный курс лечения один из деканов исторического факультета, который убил и расчленил свою жену. Мужика поймали случайно, когда тот пытался утопить в реке руки несчастной жертвы. И по иронии судьбы сделать это бывший декан-историк пытался в нескольких десятках метров от клиники.

Впрочем, это заведение было дорогим, и профиль предоставляемых услуг был чрезвычайно широк. От отделений психиатрии до реабилитационных корпусов, в которых излечивались алкоголики и наркоманы. Именно в таком отдыхал, на принудительной реабилитации искомый мною Кирилл.

— Куда?

Охранник, дюжий мужик, которым больше походил на медведя, чем на человека, смерил меня хмурым злым взглядом.

— К Екатерине Савельевой, — тут же соврал я.

Имена докторов реабилитационного отделения я узнал заранее. Благо, перечень специалистов, которые работали даже с самыми безнадежными и заблудшими душами, был размещен на сайте клиники.

Охранник еще раз внимательно меня осмотрел:

— На реабилитацию, что ли?

— Ага, — кивнул я. — На прием.

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно".

“Навык Манипулятор повышен”.

Впрочем, вранье было весьма убедительным, так как из-за недосыпа спутать меня с наркоманом было очень легко. Бледное, худое лицо, черные круги под глазами, всклокоченные, торчавшие в разные стороны волосы, и oбессмыслившийся взгляд. Поэтому охранник просто кивнул:

— Паспорт.

Я послушно протянул ему документ. Страж клиники открыл его, внимательно посмотрел на фото, перевел взгляд на меня. И сравнив внешность, вписал данные, после чего нажал на кнопку, открывая мне путь. Я улыбнулся и прошел через металлический турникет, оказавшись в большом, просторном холле, где меня встретила администратор.

— Могу ли я вам чем-нибудь помочь? — сверкая "дежурной" белозубой улыбкой, поинтересовалась она.

Девушка была красива. Даже очень. Высокая, со стройной фигурой, которую лишь подчеркивала форма администратора. Белая блузка с расстегнутой верхней пуговицей открывала взору широкую душу девушки. А черная, до колен, облегающая юбка, лишь подчеркивала длинные стройные ноги.

Да и личико да администратора было весомой миловидным. Впрочем, при более тщательном рассмотрении просматривалась некая искусственность в этой красоте: чуть накачанные пухловатые губки, носик, над формой которого явно поработал пластический хирург. Судя по стройной фигуре, объем груди, скорее всего, был увеличен путем имплантов. А упругая с виду задница была явно не результатом долгих спортивных тренировок, а работой тех же умельцев пластики.

Впрочем, с массовой доступностью хирургии, такие изменения считались скорее нормой.

— Видите ли, — я мельком взглянул на бейджик, закрепленный на выдающейся груди девушки, — Анна, я ищу одного доктора, который курировал моего старого знакомого.

Добродушие в больших светло-голубых глазах девушки мигом погасло, уступая место настороженности и неприязни. Впрочем, в этом я ее прекрасно понимал: в клинике побывала каждая первая знаменитость города Свободы. A такие места силы, само собой, притягивают разного рода журналистскую братию, которая мечтает раскопать чьи-нибудь грязные секреты, состряпать репортаж, и издать сенсационный материал, которую прочитают сотни тысяч домохозяек. И я был уверен, что таких персонажей, пытающихся пробраться в стены этой клиники каждый день десятками вышвыривают на мороз. Но что не сделаешь ради высоких рейтингов.

Засуетился и сидевший на вахте охранник. Он тяжело встал со стула и медленно направился в мою сторону. И на его покрытом щетиной лице читалось явное желание сломать мне все кости. Времени для того, чтобы исправить ситуацию у меня было мало, поэтому я быстро затараторил:

— Вы не так меня поняли. Мой товарищ, Кирилл Воропаев, проходил в вашей клинике курс реабилитации. И доктор, который его курировал, сотворил с ним настоящее чудо: прошло два года, а Кирилл даже не смотрит в сторону… ну, вы понимаете.

Я склонился вперед, и, бегло оглядевшись прошептал ей почти в самое ухо:

— Веществ.

Девушка как-то неуверенно кивнула, и на ее лице проступило некое понимание. А на лицо вновь вернулась дежурная улыбка:

— У нас много прекрасных врачей, — произнесла она.

Я украдкой обернулся и едва удержался от вздоха облегчения: охранник прекратил движение в нашу сторону. Он стоял на выходе из своей будки, с подозрением наблюдая за мной. Так, немного времени я выиграл. Нужно попробовать закрепить результат.

— Боюсь, я не могу доверять другим врачам, — с сомнением покачал головой я. — Видите ли, я не очень доверяю людям. Решиться на такой шаг, как реабилитация для меня уже большое достижение. И хотелось бы наблюдаться у врача, с которым я знаком. Пусть даже и заочно.

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно".

“Навык Манипулятор повышен”.

Анна тяжело вздохнула. Видимо, общение с параноиками входило в ее повседневные обязанности:

— Понимаю вас. Как зовут доктора, который излечил вашего друга от пагубной зависимости?

Я наморщил лоб:

— Кара… Кира… Катя, — забормотал я, перечисляя имена, и будто бы пытаясь вспомнить нужное мне.

— Идемте на ресепшен. Попробуем найти вашего чудо-доктора.

С этими словами администратор развернулась и пошла вглубь холла. Я последовал за ней, не отрывая взгляда от покачивающихся бедер. Интересно, такая фигура-результат тренировок, или все же здесь приложила руку медицина?

Пока я размышлял о природе такой фигуры, Анна подошла к стойке и с улыбкой спросила:

— Как звали вашего друга?

— Кирилл, — тут же ответил я. — Кирилл Воропаев.

При упоминании этого имени на щеках девушки проступила мертвенная бледность. А в больших светло-голубых глазах мелькнул страх.

— Кирилл, Кирилл, — забормотала она, быстро стуча пальцами с длинными наманикюренными ногтями по клавишам. — Ага, вот он, скандальный пациент. Его курировала доктор Екатерина Стрельникова. Кстати, ей самой едва не понадобилась помощь психоаналитика, С таким-то пациентом…

Я лишь пожал плечами:

— С кем не бывает.

— Триста четвертый кабинет, — оторвавшись от монитора, произнесла администратор. — Кстати, вы не первый человек, которому Кирилл рекламировал нашу клинику. И Екатерину Стрельникову как специалиста.

— Да что вы? — я удивленно поднял бровь. — А кто ещё?

Девушка вновь посмотрела на экран монитора:

— Денис Скуратов, — прочитала она. — Знаете такого?

Вопрос смахивал на провокацию, и отвечать на него прямо у меня не было никакого желания.

— Может быть, — неопределенно ответил я. — Кирилл человек общительный. Друзей у него много.

В голове же у меня сложилось четкое понимание, что этого самого Дениса нужно будет найти. Если он друг Нико, то может мне помочь. Правда, вряд ли он сразу станет со мной разговаривать. Но на то у меня и навык Манипулятора, чтобы попробовать склонить этого Дениса на свою сторону и разговорить его. Заодно и проверю новый перк "втереться в доверие". Правда, шанс небольшой, но кто знает?

— А этот Денис до сих пор находится в клинике? — как бы между прочим, полюбопытствовал я.

Администратор оторвалась от компьютера и посмотрела на меня с явным подозрением:

— А вот этого, молодой человек, я вам не скажу, — строго пояснила она, поправив пальцем очки на переносице. — Это, знаете ли, врачебная тайна. Я и так наговорила вам куда больше чем нужно. Уж не знаю почему!

— Да я просто человек честный и открытый, — улыбнулся я. Но больше выпытывать информацию о Денисе не рискнул. И без того ситуация на грани фола. И в любой момент, мордоворот-охранник вполне может выкинуть меня за дверь. Вместо этого я спросил:

— Так где искать этот триста четвертый кабинет?

— Третий этаж, левое крыло, — мило ответила девушка.

— Спасибо, — поблагодарил ее я, но администратор никак не отреагировала, потеряв ко мне всяческий интерес.

* * *

— Добрый день, доктор.

Я прошел в просторный кабинет психолога сел на кушетку. Осмотрелся по сторонам:

— Ничего так. Уютно.

Услышав эту фразу, сидевшая в кресле девушка неожиданно побледнела. Впрочем, Стрельникова быстро справилась с собой. Взяла со стола блокнот и ручку, и с дежурной улыбкой произнесла:

— Чай? Кофе?

— Нет, спасибо, — тут же поспешно отказался я.

— Ну тогда давайте я сразу расскажу вам, как проходит курс реабилитации, — начала было девушка, но я ее перебил:

— Я бы хотел поговорить о вашем пациенте. Кирилле Воропаеве.

Стрельникова застыла, глядя на меня круглыми от удивления глазами.

— Видите ли, — продолжил я. — После курса реабилитации Кирилл вернулся в родной город. И натворил там очень много плохих вещей.

— Я знаю, — севшим голосом пробормотала психолог. — Ко мне уже приходили из полиции.

— Да не нервничайте вы так, — я попытался разрядить обстановку. — Я не имею никакого отношения к полиции. Просто пришел побеседовать с вами об одном нашем общем знакомом.

Однако мои попытки успокоить Екатерину произвели счётом обратный эффект. Она как-то странно дернулась, будто пытаясь отшатнуться. Ручка выпала из пальцев, и со стуком покатилась по полу. Губы девушки мелко затряслись, а в расширившихся от страха глазах выступили слезы.

— Вы… вы, — заикаясь, забормотала она. Я удивленно поднял бровь: интересно, кто смог напугать эту девушку сильнее, чем бывший пациент Кирилл?

— Я ничего не знаю! — вдруг взвизгнула Екатерина. — Ничего!!! Будь проклят этот ваш Кирилл!!!

Она склонилась, пряча лицо в ладонях. Я не был экспертом в женских истериках, но даже мне показалось, что у дипломированного психолога самый настоящим нервный срыв.

— Может все-таки чаю? — робко предложил я, пытаясь хоть как-то успокоить или отвлечь девушку. — Успокаивающего?

Девушка не ответила. Она вообще не реагировала на происходившее в комнате. И у меня складывалось ощущение, будто Стрельникова впала в ступор. Она все так же неподвижно сидела, спрятав лицо в ладонях, и не издавая ни звука. Только худые острые плечи подрагивали.

— Да блядь! — сквозь зубы выругался я и встал с кушетки. Очевидно, один из немногочисленных свидетелей впал в ступор. Нужно срочно найти человека, который смог бы вывести Екатерину из подвисшего состояния. Хотя с этим не должно быть проблем. Все же это институт Психологии.

“А интересный человек, этот Кирилл, раз люди впадают в панику при упоминании одного его имени” — подумалось мне, когда я вышел в коридор. Мы бы нашли общий язык. А возможно даже, и подружились.

Я спокойно постучал в дверь соседнего кабинета, на котором красовалась табличка с надписью: “Калинин А.И”. И дождавшись приглушенного “Войдите”, распахнул дверь и вошел в кабинет.

За столом сидел невысокий мужчина лет сорока, в белоснежном халате, под которым виднелась рубашка и изумрудный галстук, благодушно мне улыбнулся:

— Проходите, молодой человек. Присаживайтесь на кушетку. Сейчас начнем прием.

— Да я это… замялся я. — В общем, в соседнем кабинете человеку плохо.

Доктор опустил очки на кончик носа, и внимательно посмотрел на меня поверх линз.

— Пациенту? — уточнил он.

— Хуже, — вздохнул я. — Психоаналитику.

Это подействовало, и доктор вскочил из-за стола:

— Что с ним?

— С ней. Я, конечно, не специалист, но очень похоже на нервный срыв.

Калинин посмотрел на меня словно бы проверяя: не шучу ли я? Но я был абсолютно серьезен. Молчание затянулось. Первым не выдержал доктор, который достал из ящика стеклянную банку с какой-то травой, и встал из-за стола.

— Ну, пойдемте. Покажете мне это сорвавшегося психоаналитика.

— А что это? — полюбопытствовал я, с интересом рассматривая банку.

— Успокоительный чай, — ответил доктор. — Вернее, смесь трав.

— О как, — протянул я. — А вы не отсыпете мне немного? Я заплачу.

Доктор снова посмотрел на меня с недоверием:

— A вам для чего, молодой человек, позвольте полюбопытствовать?

Я тяжело вздохнул:

— Последние несколько недель я нервный какой-то. Очень плохо сплю. У меня жуткое недосыпание и хроническая усталость. Может быть, этот ваш успокаивающий чай поможет?

Доктор хмыкнул, но не ответил. Подошел к двери, собираясь покинуть кабинет и отправиться на спасение коллеги. Но я не собирался отступать:

— Ну так что? — полюбопытствовал я, догоняя доктора,

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно".

“Навык Манипулятор повышен”.

— Ладно, — нехотя сдался Калинин. — Так и быть, угощу вас чаем. Но исключительно в лечебных целях!

— Конечно, конечно, — закивал я и полез в карман. Достал несколько крупных купюр. — А если вы еще и поведаете мне рецепт вашего чудо-напитка…

— Алчность грех, — покачал головой доктор. — Но так и быть. Я готов поделиться с вами этой тайной. При условии, что вы сохраните ее в секрете.

— Клянусь, — я торжественно поднял правую руку. — Что унесу с собой в могилу тайну, которую вы мне поведаете.

— Смотрите не обманите, юноша, — строго сказал Калинин, пряча купюры в карман.

Я довольно усмехнулся и открыл дверь в кабинет Екатерины.

— Прошу, доктор, — чуть склонил голову я, сделав приглашающий жест. — Проходите.

Калинин важно кивнул и прошел в кабинет. Остановился напротив неподвижно сидевшей в кресле девушки, которая каким-то неживым, отрешенным взглядом уставилась в окно. Взглянул в ее пустые глаза, пощелкал пальцами перед лицом. Но девушка никак не отреагировала на эти движения.

— Хм, — доктор задумчиво почесал затылок и подошел к столу. Включил электрочайник и засыпал в кружку немного смеси из банки. — Позвольте полюбопытствовать, молодой человек. Что такого вы рассказали, что опытный доктор аж в ступор впал?

— Спросил про нашего общего знакомого, — пожал плечами я. — Вы, к слову, мне банку с чаем обещали. И рецепт.

— Да, точно, — Калинин хлопнул себя ладонью по лбу. — Простите старика. Память совсем ни к черту. Вот, держите.

Он протянул мне банку, содержимого которой сильно поубавилось.

За этой приятной беседой с доктором закипел чайник. Калинин залил отвар горячей водой и по кабинету поплыл терпкий аромат какого-то травяного отвара. Взял кружку и подошел к неподвижно сидевшей в кресле Катерине.

— Держи, выпей, — ласково произнес он, протягивая напиток девушке. Та машинально взяла кружку, сделала глоток.

— Теперь подождем, — произнес доктор и посмотрел на часы. — Минут пять-десять вполне хватит. Я же с вами попрощаюсь. Рад был поболтать, юноша, но меня ждет прием пациента.

— Рецепт чая, — напомнил я.

Калинин подошел e столу, вырвал из блокнота лист:

— Где-то здесь должна быть ручка, — задумчиво пробормотал он, осматривая кабинет.

Я молча подобрал с пола укатившуюся ручку, которую несколько минут назад обронила Екатерина.

— Держите, док.

Калинин кивнул быстро записал что-то на листке, сложил его и протянул мне.

— Надеюсь, все ингредиенты можно достать без рецепта? — уточнил я. Развернул лист, пробежался по строчкам, пытаясь разобрать корявый почерк доктора.

— Ну, разумеется, — улыбнулся Калинин и вышел из кабинета.

— Что вы хотите узнать про Кирилла? — послышался за спиной усталый голос Екатерины.

Я обернулся. Девушка сидела в кресле, но взгляд ее уже начал обретать некую осмысленность.

— Все, — просто ответил я и плюхнулся на кушетку. — С самого момента его появления в клинике.

— Он попал сюда по решению суда, — глухо ответила Катя — Вместе с условным сроком. И курсом принудительной реабилитации.

— Очень интересно. Вы чай пейте, а то остынет.

. Девушка кивнула и сделала глоток.

— А за что ей получил срок?

— Набросился на своего подчиненного с отверткой. Очень сложный человек, этот ваш Кирилл. Он начал говорить со мной только в последнее посещение. И столько нарассказывал, что до сих пор вспоминать страшно.

Девушка зябко повела плечами. Видимо, впечатления от той беседы и вправду наложили на нее сильный отпечаток, что даже сейчас, спустя два года она не полностью оправилась от последствий разговора давно минувших дней.

— А потом он уехал в родной город, — продолжила девушка. — И больше я его не видела.

— Ну, наверное, оно и к лучшему, — заключил я и задумчиво забарабанил пальцами по кушетке. Я не узнал ничего нового. Кроме того, что этот Кирилл — наглухо отбитый тип. Мы бы с ним точно подружились.

— Может быть, его друг расскажет о нем больше? предположила Катерина.

— Друг? — встрепенулся я.

— Ну да. Денис Скуратов проходит курс реабилитации в нашей больнице.

— А где мне его найти? — тут же живо поинтересовался я.

— Идемте, — девушка встала с кресла и одним глотком допив отвар, поставила пустую кружку на стол.

Глава 8 Парень в балаклаве.

Прогулка по больнице не произвела на меня особого впечатления. Дорогой интерьер коридоров, двухместные палаты, класса люкс, вежливый, улыбающийся, будто бы выдрессированный персонал. Любой сотрудник, который встречался на нашем пути, здоровался с натянутой, дежурной улыбкой. Вот она, дружелюбная рабочая атмосфера. Хотя и пациенты этой клиники люди далеко не бедные. Вряд ли кому-нибудь из персонала придет в голову хамить здешним обитателям. Так и без работы остаться недолго. Вот и приходится бедолагам натянуто улыбаться в глубине души тихо ненавидя и коллег, и пациентов.

Клиентов на реабилитацию в этом крыле было очень мало. Да и большинство палат, как я украдкой заметил, были пусты. Дети чиновников, артисты, музыканты и прочие медийные личности вдруг перестало употреблять препараты? Да нет, бред какой-то.

— Здесь.

Девушка остановилась у крайней по коридору палаты и робко постучала в дверь.

— Войдите, — послышался из помещения хриплый голос, который вдруг показался мне смутно знакомым.

Катерина открыла дверь:

— Денис, с вами почет побеседовать один человек.

Я заглянул в палату из-за плеча психоаналитика. И едва удержался от удивленного возгласа. Что-то типа и ну ни xуя себе!!!

Палата была одноместной. Удобная кровать, справа от нее — стол, над которым висела огромная, в половину стены, плазма. Игровая приставка и пара джойстиков.

В центре комнаты отжимался раздетый по торсу молодой человек. Впрочем, точного возраста моего собеседника, я определить не смог. Потому что лицо пациента скрывала черная маска-балаклава.

Заметив меня, он резко вскочил на ноги. Жилистый торс был покрыт слоем татуировочной краски. Татуировки были набиты так плотно, что мне казалось, на нем надет свитер. И наверное, по этим рисункам Система и определила стоявшего передо мной субъекта, выдав мне краткую информацию:

“Хилл Билли.

Бывший торговец наркотиками.

“Шанс социального перевоспитания: субъект успешно прошел курс социального перевоспитания и реабилитации”.

— И вам не хворать, — хмуро протянул он, недобро посмотрев на меня. — А этот чьих будет? Я вроде заказывал одноместную палату. Без пассажиров.

Только сейчас я вспомнил, где слышал это имя. Хилл Билли был известным музыкантом. Не настолько, чтобы мелькать в телевизоре, но к этому он, скорее всего, и не стремился. Зато на всех крупных видеохостингах, его клипы собирали миллионы просмотров, сотни тысяч лайков и комментариев. А на концерты в разных городах приходили тысячи верных поклонников. И я прекрасно понимал причину этой популярности. В текстах песен, Билли противопоставлял свою персону остальному комьюнити. А в адрес коллег по цеху в текстах песен были в основном оскорбления. А вот то, что Билли раньше приторговывал веществами, да еще и сам активно их употреблял, стало для меня открытием. Хотя среди исполнителей этой музыки подобное не редкость. Взять хотя бы Беса, известного фрик-музыканта и основателя общественного движения “трезвая и злая молодежь”. Движение активно боролось с наркоманами путем тотального избиения самих употребляющих и мелких барыг. Как потом выяснило следствие, добытое в бою зелье борцы с наркотиками сбывали на улицах. А сам Бес, по слухам, от этого зелья и отъехал. Еще несколько исполнителей сейчас отбывают срок за сбыт. Потому как в их машине было обнаружено аж двадцать кило “пластилина”. И таких музыкантов были сотни. Кто-то садился, другие бежали из страны, опасаясь преследования. А этот, значит, исправился. Хотя хамит дядя. Не надо так.

— Ты это, дядя… За языком-то следи, — грубо посоветовал я, шагнув вперед. — А то так и в травму переехать недолго.

Хилл Билли замер, цепко всматриваясь в мое лицо. Но я спокойно выдержал злой взгляд колючих серых глаз.

Врач затравленно переводила взгляд с меня на бывшего дилера. А в ее глазах стремительно появлялся страх. Панический животный ужас, который разрастался и креп. Видимо, она была крайне плохим специалистом, и теперь не знала так пресечь стремительно нарастающий конфликт. Оно и понятно: девочка очень богатого и влиятельного дяди просто сидит в клинике на зарплате. Коммерческих пациентов ей не доверяют, вот она и работает с теми, кого сюда определили по приговору суда. Таким пациентам, как правило, плевать на качество медобслуживания. Лишь бы срок отбыть. Но и хорошей практики девочка, видимо, не набралась. И вместо того, чтобы вмешаться в ситуацию, просто впала в ступор. Растерянно стояла и что-то бубнила себе под нос. Я тем временем продолжал активно форсировать события:

— Ты что, ска, драться со мной хочешь?

Эта фраза и стала причиной решения конфликта. И вместо ответа на вопрос, Билли весело рассмеялся:

— Ну прости, пацан, если оскорбил. И в мыслях не было. Ты похож на одного моего хорошего приятеля. Даже изъясняетесь одинаково, — весело произнес он и протянул мне руку. — Денис. Но друзья зовут меня Хилл Билли.

— А приятеля, случайно, не Кирилл зовут? — тут же подхватил я тему разговора.

Исполнитель задумчиво потер ладонью подбородок, и в его серых глазах промелькнуло недоверие:

— А ты с какой целью интересуешься. Ты, случайно, не коп?

— Нет, — поспешно открестился я. — A что, похож? Так плохо выгляжу?

Последнюю фразу я сказал с тревогой, и Билли еще раз внимательно посмотрел на меня:

— Да не очень, — как-то неуверенно протянул он.

Серые глаза дилера все еще смотрели на меня цепко, с подозрением. И я решил развеять его опасения. Попытаюсь прикинуться другом Венедиктова. Авось прокатит:

— Я знал его товарища, — начал излагать я. — Хэппи, мир его праху. Хорошим он был человеком. Так вот Костя говорил, что Нико умеет…

“Навык втереться в доверие сработал успешно”.

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно".

“Навык Манипулятор повышен”.

— Нико много чего умеет, — тут же перебил меня Билли и покосился на стоявшую у входа Екатерину. И психоаналитик быстро поняла намек:

— Ну, я пойду, — пискнула девушка-доктор, и в ее голосе прозвучало небывалое облегчение. — У меня еще пациенты. Да и вам есть о чем поговорить. Я дверь прикрою, чтобы вас не беспокоили…

А в следующую секунду дверь палаты захлопнулась, оставив нас наедине.

— Очень хороший врач, — отметил Билли, глядя ей вслед. — Настоящий специалист.

— Понимаю, — кивнул я, прекрасно понимая, что парень оценивает даму исключительно с точки зрения внешности.

— А где, говоришь, ты с Хэппи познакомился? — тут же спросил меня музыкант?

— Я не говорил. Вместе сидели в двадцать пятой, на строгом. Там, где его и порешили.

При упоминании о федеральной тюрьме, Билли как-то помрачнел и замолчал. Видимо, исполнитель знал и покойного Венедиктова. Причем, скорее всего, они были близкими друзьями…

— Кирилл, говоришь, — наконец, ответил он.

— Ну да. Воропаев. Ты же знаешь такого?

— Впервые слышу. Но если мы говорим об одном и том же человеке, то мне он представился как Нико.

— Прямо как персонаж четвертой ГТА, — протянул я.

Билли расслабленно взглянул на меня. Настороженность его глазах медленно улетучивалась, уступая место добродушию.

— Ага, он тоже так говорил. Вы чем-то похожи. Не могу объяснить, но… — мой новый знакомый с подозрением уставился на меня. — Так зачем ты Нико ищешь?

— Помощь его нужна. Ищу человека, который умеет избавляться от ненужного хлама. Хэппи так и сказал: если будут вилы, найди Нико, он поможет. Так ты поможешь мне его найти?

— Охотно, — согласился собеседник. — Друг Хэппи — мой друг. Так вот: с ним мы познакомились пару лет назад. На пати покойного Беса. Знаешь такого?

Я задумчиво потер ладонью подбородок:

— Бес? Что-то знакомое? Это случаем не музыкант?

— Музыкант? — со злобой переспросил Билли. — Фрик он, а не музыкант. Но о мертвых либо хорошо, либо ничего. Так вот: на пати у этого клоуна Нико ко мне и подошел. Там и познакомились.

— А, — понимающе протянул я. — Теперь ясно.

Если Нико был на пати у Беса, значит, и с самим фрик-исполнителем и организатором общественно-молодежного движения он был знаком… Теперь смерть Беса от передоза перестала казаться мне чем-то необъяснимым. Скорее всего, Нико его и убрал. Причем по просьбе самого Хилл Билли.

— Хороший он мужик этот Нико, — продолжил исполнитель. — Такие нужны городу. Особенно, в нелегкое время.

— Жаль, что он в розыске числится, — поддакнул я, но музыкант лишь усмехнулся:

— Его многие люди искали. И полиция, и бандиты. И Нико здесь, а где все эти люди?

Сказав последнюю фразу, исполнитель поспешно замолчал, понимая, что сболтнул лишнего. Значит, он, скорее всего, знает, где прячется Нико. Можно попытаться разговорить его на эту тему.

— Да брось, — отмахнулся я. — Я же не из полиции. Говорю же: вместе с Хэппи на двадцать пятой сидели.

— Знаю, — кивнул мой собеседник после недолгой паузы. — У тебя странные глаза. Не знаю, как описать. Будто бы в них огонь горит. Я такое только у пары человек видел. У Нико и у Хэппи. Ну и какая-то чуйка подсказывает, что тебе можно доверять.

"Скорее не чуйка, а вкачанный новых манипулятора", — хотел было возразить я, но вовремя удержался.

— Ладно, я тебе скажу. На Восстания есть игорный притон. Если хочешь найти Нико — загляни туда.

Он взял с тумбочки листок и быстро написал адрес. Сложил бумажку пополам и протянул ее мне:

“Репутация с Хилл Билли улучшена на 500 пунктов.

Текущий статус знакомства с Хилл Билли: приятели.

Задание обновлено:

Мрачный наставник.

Найдите игорный притон на Площади свободы”.

— Даже не знаю, как тебя благодарить, — пробормотал я, пряча листок в карман.

— Друг Хэппи — мой друг, — усмехнулся Билли. — Ладно, чувак. Мне нужно продолжать тренировку. А затем идти на прием к психоаналитику.

Я сел в машину, открыл окно. Закурил, глядя на вход в больницу. На фоне серого неба здание смотрелось жутковато. Оно чем-то напоминало мне пейзаж из комиксов про одного известного супергероя в черном плаще и маске летучей мыши. Именно в такой больничке в той комикс-вселенной содержались все суперзлодеи, бросившие вызов обществу и правилам. Да и погода соответствовала таким ассоциациям: спрятавшееся за высоким кованым забором мрачное серое здание, на фоне низкого черного неба. А где-то далеко за больницей дымили высокие трубы Завода имени Революции. Единственного крупного производственного предприятия, который остался на плаву после череды финансовых кризисов.

— Чудные дела, — пробормотал я, завел двигатель и выехал со стоянки.

Глава 9 Око за око.

Площадь Свободы была перекрыта. Улицу перегораживала машина с синей полосой по борту. Рядом стояли два человека в темно-красной форме, с автоматами в руках.

— Не советую, ехать дальше, — сказал один из бойцов, хмуро глядя в мою сторону.

— А что случилось, капитан? — мило поинтересовался я, высовываясь из окна.

— Бунд, — просто ответил его напарник. — Бессмысленный и беспощадный.

Словно в подтверждение, где-то на площади заработал громкоговоритель:

— Граждане митингующие!!! Просим вас прекратить противоправные действия. В противном случае, мы будем вынуждены применить специальные средства.

— О, началось, — забеспокоился капитан.

— Началось? — сделал вид, что не понял я. — Вчера же бунд был?

— Вчера люди выражали свое негодование, — строго поправил меня капитан. — А сегодня будут расходиться. Побаловались и хватит. Так что лучше бы тебе другую дорогу искать, если не хочешь, чтобы с твоей машиной какая-нибудь х. ня случилась.

— Ясно. Ну спасибо, капитан, — ответил я и сдал назад. Развернулся, глядя в навигатор и раздумывая, где бы оставить тачку.

В паре кварталов отсюда, возле станции метро “Свобода” расположатся крупный торговый центр с закрытой подземной парковкой. Значит, там я машину и оставлю. Я установил маячок на дисплее навигатора и осторожно поехал в нужную мне сторону.

Судя по гомону с площади, события там начинали набирать обороты. Крики постепенно терялись в шуме ударов дубинками о щиты. Хлопнуло несколько выстрелов. Видимо, в толпу полетели гранаты со слезоточивым газом. Или резиновые пули. Хотя пули вряд ли. Народ на площади разогрет до предела, и выстрелы резиной лишь разозлят толпу. Подтолкнут ее к противоправным действиям. Послышался рев двигателей. Очевидно, на площадь прибывали автозаки для задержанных и водометы. Сейчас там начнется веселье. И я был уверен, что отличившиеся в бою будут с обеих сторон. Вряд ли в этой стычке участвуют представители крупных городских околофутбольных банд. Иначе беда придет в дома правоохранительных органов. Некоторые бригады состояли из таких редкостных отморозков, что можно было только диву даваться, как таких людей носит земля.

В голове всплыли воспоминания о деле судьи Вершининой, которая посадила большую часть одной из таких банд на длительные сроки заключения. Через двое суток в подъезд, где жила судья, вошел подросток, которого не смогли опознать. Парень был осведомлен про камеру, поэтому прятал лицо под козырьком бейсболки. А через несколько минут, судья была убита в собственной квартире. Парни решили проблему радикально. Исполнителя, к слову, так и не нашли.

Парковка была практически забита. Видимо, мысль оставить машину в безопасном месте, пришла в голову не мне одному. Но несколько свободных мест все же нашлось.

Я поставил машину, вышел в полутемный коридор, и не спеша направился к входу в торговый центр. Сделал несколько шагов и остановился, будто пораженный.

В нескольких метрах от меня из машины выходил тот самый Веселов. Человек, который ловко ускользнул из лап Фемиды и косвенно стал причиной тех массовых беспорядков, которые проходили сейчас на площади. Он нажал на брелок сигнализации, вытащил из кармана телефон, принял звонок. И что-то обсуждая, направился в сторону входа в торговый центр.

“Веселов.

Преступник.

Шанс социального перевоспитания: Цель не поддается социальному перевоспитанию.

Сбор данных…

Сбор завершен…

Получен новый контракт: “Око за око”. Избавьте общество от существа, переставшего быть человеком".

В подтверждение системных сообщений силуэт цели стал красным.

Я остановился, глядя в спину парня, который шел по входу в торговый центр. Убить его прямо здесь?

Бросил мимолетный взгляд на закрепленные под потолком камеры. Интересно, сколько срисует меня в тот момент, когда я приведу приговор в исполнение?

К моему удивлению, страха не было. Лишь легкий мандраж. Наверное такой испытывают охотники, которые гонят добычу. Я как можно ниже опустил голову и быстрым шагом пошел вслед за целью. Догнать и убить. Все просто.

Я довольно усмехнулся, чувствуя запах крови, которая скоро прольется на грязный пол парковки. Но когда я был в нескольких шагах от цели, в дело вмешалось провидение. Судьба.

Сначала, слева появился серый силуэт, на который я совсем не обратил внимания. А затем, ничего не подозревающая цель вдруг с криком исчезла из поля моего зрения. Вернее, кто-то высунулся из-за укрытия, схватил Веселова за куртку и с силой втянул за колонну. Телефон выпал из руки жертвы, ударился о бетонный пол и погас.

Я остановился, не зная, что делать дальше. А события тем временем продолжали стремительно набирать обороты:

— На колени ска!

От этого голоса я вздрогнул. Он был каким-то сухим, безжизненным. Как у куратора из комнаты игрока.

— Ты чего, мужик? — послышался из-за колонны испуганный голос Веселова. — Ствол-то убери. Тебе денег надо? Я все отдам, только не убивай!

— Деньги? — с усмешкой переспросил неизвестный. По-твоему, деньги могут решить все твои проблемы?

— Ну… это, — Веселов замялся, явно не зная, что ответить.

— На колени, б…дь, живо!!!

— Хорошо, хорошо. Только не психуй.

— Ты человека убил. И если бы твой отец не откупил тебя, и правосудие все же свершилось, ты бы не стоял сейчас на коленях в грязи. Получил бы лет восемь строгого, отсидел срок в семерке, и вышел на свободу человеком, полностью искупившим свою вину. Но ты выкрутился, благодаря деньгам и связям отца. И убил еще троих. Ты как бешеная собака, которая просто бежит вперед и кусает всех подряд. Око за око.

— Не надо, мужик. Не убивай! — раздался испуганный вскрик, а затем послышались три выстрела. И глухой удар тела об пол.

“Вы стали свидетелем казни преступника", — вспыхнуло системное сообщение.

“Задание Око за око обновлено.

Проследите за Линчевателем"!

Как раз в этот момент на проход парковки вышел человек с рюкзаком за спиной, и я поспешно юркнул за колонну. Осторожно высунулся, провожая взглядом убийцу. Только в этот раз, система никак не стала его классифицировать. Обычный серый силуэт, будто бы стоящий в нескольких шагах от меня человек никогда в жизни не совершал преступлений.

Убийца осмотрелся по сторонам, поднял воротник куртки, и быстрым шагом направился к входу в торговый центр. Меня он не заметил. Иначе бы…

При мысли о том, что я тоже мог лежать сейчас в луже крови на грязном бетонном полу, мне стало чуточку не по себе. Этот страх был недолгим, всего долю секунды, а затем я послушно направился выполнять выданный мне квест и последовал за убийцей.

"Держитесь на безопасном расстоянии, чтобы, Линчеватель вас не заметил".

Тут же вспыхнуло ярко-красное предупреждающее сообщение Системы. И от больших букв зарябило в глазах. Пришлось на секунду прикрыть веки, чтобы прогнать яркие всполохи.

Благо, линчеватель за это время не успел уйти далеко. Более того, где-то в толпе в холле торгового центра, мелькнул светло-зеленый силуэт. A над головой убийцы появился маркер-треугольник. Поэтому следовать за целью на достаточно большом расстоянии не составило труда.

Линчеватель тем временем пересек холл и вышел из торгового центра со стороны Драгомиловской улицы, обогнул спуск в метро и свернул во дворы, и принялся петлять из арки в арку. В какой-то момент я расслабился и на долю секунды потерял цель из виду. Это и сыграло со мной злую шутку. И, войдя в очередной двор, я остановился, с удивлением оглядываясь по сторонам. Двор был пуст. Только у парадной дома сидело несколько пенсионерок, обсуждавших недавние эпизоды какого-то сериала, да у детской площадки гуляла с колясками пара молодых женщин. Линчеватель же будто сквозь землю провалился. Маркер на радаре пропал.

Я сел на лавочку. Вот тебе и слежка. Хорошо хоть уведомления о проваленном задании не прилетело. Так, стоп!

Я торопливо достал из кармана бумажку с адресом, которую передал мне Билли. И уставился на табличку ближайшего ко мне дома. Указанный адрес был где-то неподалеку. Значит, линчеватель, за которым я пытался следить — и есть Нико? Или это просто совпадение?

“Выполнено

Око за око.

Разблокирован навык: ищейка.

Навык ищейка повышен;

Навык чистильщик повышен;

Навык первая помощь повышен".

"Задание мрачный наставник обновлено.

Найдите игорный притон и выясните причастность Нико к банде Линчевателей”.

— Наркоман какой-то.

Строчки системных сообщений рассеялись. Я замотал головой, отгоняя морок. Бабки, которые сидели на лавке, успели прекратить обсуждение сериалов и всяких мыльных ток-шоу, и обернувшись, смотрели на меня. И в бесцветных глазах старух читалось явное осуждение.

— Это вы мне? — с милой улыбкой поинтересовался я. — А что, мыльные оперы и передачи про небыдло и для небыдла вы уже обсудили?

Одна из бабок аж рот от удивления открыла, продемонстрировав мне чудеса современной стоматологии. Впрочем, длились чудеса недолго. Потому что нижняя вставная челюсть вылетела изо рта и упала на колени старухи.

— Выражение “челюсть отвалилась” заиграло новыми красками, — заключил я и встал со скамейки

— Хам! — прошепелявила мне в спину бабка, когда я уже удалялся прочь.

— Карма в действии, — не оборачиваясь, ответил я.

“Репутация с Авдотьей Никитичной снижена на 500 очков.

Текущий уровень репутации: неприязнь”:

Я лишь усмехнулся: да и поебать. Тоже мне, блюстители порядка.

* * *

Скрыться от патруля нравственности труда не составило. Мою спину буравили полные ненависти взгляды, вслед мне неслись проклятья. Но молния меня не поразила, а земля не разверзлась под моими ногами. Проще говоря, пенсионерки напрасно сотрясали воздух своими пожеланиями. Хотя кто знает? Может, они ведьмы какие? Дали же мне сверхспособности? Может и бабки эти прототип людей-Х.

На всякий случай я вспомнил молитву, которую слышал когда-то еще в детстве. Но едва я прочитал первую строчку, как где-то в отдалении прогремел приглушенный раскат грома. Я намек понял, и язык быстро прикусил.

Указанный Билли адрес располагался в паре кварталов от того места, где я потерял след Линчевателя. Четырехэтажное здание из красного кирпича, спрятавшееся среди высоток-новостроек. На торце строения красовалась табличка:

“Дом Литераторов. Данное здание является памятником исторического и культурного наследия города”.

Ага, половина дела сделано. Осталось найти сам притон.

— Ну и где мне искать вашего Нико? — задумчиво пробормотал я, глядя в стену из красного кирпича и выпуская струю сизого дыма. — Хотя с другой стороны: что ты хотел найти? Огромный баннер с надписью “Нико здесь"?

Как найти человека, который находится в федеральном розыске? Билли забыл об этом упомянуть.

Я встал с лавки и обошел дом. Но, как и предполагалось, не нашел ни одной подсказки. Интересно, в системе “Игры на Выживание" нет какой-нибудь функции, которая помогла бы выследить нужного мне человека? Вроде есть. Горел же маркер над головой Линчевателя. Да и силуэт его подсвечивался так, что метров с десяти видно было. А здесь? почему маркера нет?

Так, ладно. Я снова сел на скамейку. Есть один способ. Но для этого нужно на время выпасть из реальности. Была же там какая-то новая ветка, которую я разблокировал, когда прошел квест по устранению Веселова. Как она там называлась? Ищейка, кажется.

— Добро пожаловать.

“Вы желаете переместиться в комнату игрока"?

— Желаю.

"ВНИМАНИЕ! Запрос на перемещение в комнату игрока сгенерирован пользователем вне безопасной зоны. Это может подвергнуть игрока опасности. Вы подтверждаете запрос на переход?”

— Да, б. дь, — теряя терпение, рявкнул я.

И в этот момент, во двор вошли двое мужиков. Остановились, как-то странно покосились на меня.

— Эй, пацан, ты в адеквате? — уточнил один, направляясь в мою сторону.

Наваждение Системы мигом растворилось.

— Да, все в порядке, — быстро ответил я, в глубине души радуясь тому, что не успел выпасть из реальности и уйти в астрал.

Мужик остановился, но настороженность в его взгляде не исчезла.

— Ладно, идем, — окликнул его товарищ.

Интересовавшийся моим самочувствием покачал головой, но вернулся к своему знакомому. И вместе они направились к лестнице, ведущей в полуподвальное помещение. Один из них трижды стукнул в серую, покрытую грязью металлическую дверь. Какое-то время, в полуподвальном помещении царило молчание, а затем, в двери открылось окошечко, и оттуда выглянула огромная морда. И Система смогла эту морду опознать.

“Шустрый.

Близкий друг Хилл Билли.

Принадлежность к банде: “Бродяги”.

Некоторое время Шустрый разглядывал пришедших, а затем дверь отворилась, впуская мужчин внутрь. Ага, так вот он, вход в пещеру Али Бабы.

“Задание обновлено…

Проникните в притон Свобода":

Сообщение мигнуло и пропало, а через секунду где-то за дверью подвала появился треугольник маркера, указывающего на цель. А это уже кое-что.

Я докурил сигарету и выбросил окурок в урну, встал с лавки. Место, где прячется Нико, я нашел. Не так и сложно было. Осталось придумать, как попасть в притон. Можно, конечно, попробовать пройти внаглую, используя “Манипулятора”, только это может не прокатить. И ладно, если этот самый Шустрый меня просто поколотит. А вдруг хозяева притона внесут меня в черный список, и дорога в игорное заведение навсегда будет для меня закрыта? Это будет фиаско. Нужно придумать какой-то другой план. Например, найти человека, который знает все злачные места Города Свободы. Кого? Макс, да у тебя таких приятелей целая институтская группа. И один из них вроде как, недавно был мне должен.

Я достал из кармана. телефоны нашел в телефонной книжке нужный номер.

— У аппарата, — раздался из динамика сонный голос.

— Привет, — бодро ответила начал я, доставая из кармана еще одну сигарету. — Ты спишь еще, что ли?

— Типа того, — односложно ответил приятель, и в голосе его послышалось раздражение. — Чего хотел?

— Как сам, как жизнь?

Я старался говорить как можно более весело. Отчасти так оно и было: услышав заспанного приятеля, настроение у меня мигом улучшилось.

— Чего тебе? — злобно повторил Стас. Голос в трубке был чуточку раздраженным. Что, впрочем, веселило меня еще больше.

Я затянулся:

— Да помощь твоя нужна.

— И в чем же? — в голосе товарища прозвучала явная настороженность.

— В покер поиграть хочу. Не знаешь случаем, где можно в карты перекинуться?

— Не, братан, — поспешно ответил Стас.

— Ой да брось, — начал я. — Ты и не знаешь ни одного игорного притона.

— Да ты в своем уме? — начал злиться товарищ. — Знаешь же, что азартные игры в городе запрещены.

— Знаю, — подтвердил я.

— А с чего вдруг такое желание? — уточнил приятель.

— Да так. Развеяться. Мой психоаналитик сказал, что мне нужно пробовать что-то новое. Вдруг я найду хобби, которое вытащит меня из депрессии?

— Ладно, — вздохнул товарищ. — Есть в центре один притон, но попасть туда довольно сложно.

— Понимаю, — начал я, но товарищ живо меня перебил:

— Не, вряд ли. Это достаточно элитное заведение. Для своих. Там почти вся золотая молодежь собирается.

— И ты, само собой, можешь туда провести? — хитро прищурился я и выбросил окурок в урну.

Стас молчал, обдумывая ситуацию, в которую попал. Он явно понимал, что сблотнул лишнего и теперь лихорадочно решал, как выпутаться из сложившегося.

— Да брось, — успокоил его я. — Помнится, я помог тебе не так давно. Как ты тогда сказал?

Товарищи должны помогать друг другу?

“Вы смогли уговорить человека поступить так, как вам нужно.

“Навык Манипулятор повышен”.

— Ладно, хрен с тобой, — сдался товарищ. — Умеешь ты до…аться. Так и быть, я тебе помогу. Встретимся через час у метро “Свобода”. Или еще лучше у торгового центра.

— Заметано, — быстро ответил: я и отключился.

Задумчиво посмотрел на Экран телефона: через час, значит? Отлично. Пора выдвигаться к торговому центру. Перекушу, а заодно и машину проверю. Вернее, парковку где недавно Линчеватель человека убил.

Глава 10 Смерть в прямом эфире

Парковка торгового центра была перекрыта. A на входе красовалась бело-красная лента, рядом с которой дежурил полицейский с нашивками сержанта на темно-красной форме. Значит, где-то там, внутри, уже вовсю орудовала следственная группа. Я посмотрел на часы: с момента, как я вышел с парковки вслед за Линчевателем, прошло десять минут. Оперативно сработано, ничего не скажешь. Хотя и убитый далеко не простой человек. Это тебе не выезд на уличную поножовщину. Ну, попробуем узнать хоть какую-нибудь информацию у дежурного. Может, и удастся выудить что-нибудь.

— Что произошло? — как можно вежливее поинтересовался я, подходя к одному из сотрудников.

— Стоять! Здесь следственные действия проходят. Так что дальше нельзя, — важно заявил сержант.

— Все нормально, — успокоил его я, достав из кармана удостоверение. — Отдел криминалистики.

Вся важность сержанта мигом улетучилась:

— А, — пробормотал он. — Ну, это…

— Так что произошло, — повторил я вопрос.

— Сына судьи Веселова убили. Прямо здесь, на парковке.

— О как. Это тот, который одного из фанатов топором зарубил? — уточнил я.

— Да, он, — подтвердил сержант.

Я присвистнул:

— Серьезно? Линчеватели?

— Пока неизвестно. Но, скорее всего, да. Ну, или подражатели.

— А записи с камер? — я кивнул в сторону парковки.

— Кто-то сервер сжег. Все данные уничтожены, — просто ответил полицейский.

Ага, так вот почему линчеватель так спокойно ликвидировал цель прямо под камерой.

— А сам торговый центр?

— Проверяют. "Перехват" объявили, район оцеплен. Только вряд ли это принесет результат. Ну, сами понимаете

Я лишь кивнул. Убийца уже давно покинул место совершения преступления. A свидетелей вряд ли найдут. Это тоже понятно. Защита свидетелей не работает. А если человек и решит дать показания, попасть в программу — дело долгое и муторное. Пока оформят все документы, пока прокурор официально внесет человека в программу, свидетель попросту может пропасть без вести. Или отказаться от дачи показаний под давлением. Каждому хочется жить. У многих есть семьи, дети. А это прекрасный фактор давления со стороны банд.

А если даже человек попадет в программу и его имя уберут из материалов дела — так и что? Тот же прокурор за взятку вполне может сдать человека со всеми потрохами. Поэтому люди в Городе Свободы не очень любят давать показания.

Разговор прервал звонок телефона.

— Ну спасибо за информацию, лейтенант, — поблагодарил я и пошел к входу. Достал из кармана телефон, взглянул на дисплей. Стас.

— У аппарата.

— Ты слышал, что в торговом центре на Свободе произошло?

— Нет, — изобразил я неосведомленность. — Но думаю, ты сейчас расскажешь.

— Веселова помнишь? — начал сбивчиво объяснять Стас. — Мы вчера в суде были, на его процессе. Ну, где его оправдали.

— А то. Очень показательный был процесс.

— Так вот. Убили его.

— Да ладно? — удивился я.

— Ага, прикинь? Прямо на парковке торгового центра. А убийство это в онлайн-трансляции было.

— В смысле? — не понял я.

— Да в прямом. Скорее всего, взломали доступ к экранам на площади Свободы и показали казнь в прямом эфире. И на всех видеохостингах показывали.

— Ну ни х….я себе…

Заявление про трансляцию стало для меня реальным откровением. Так вот почему голос линчевателя был таким сухим, неестественным. Безжизненным. Скорее всего, парень использовал какой-нибудь деанонимайзер. Чтобы его не смогли потом опознать по голосу.

— Ага, прикинь? Еще этот… ну, кто убивал, в конце заявил: типа так будет с каждым, кто нарушит закон.

— Око за око, — невольно поправил его я.

— Что?

— Ничего, — быстро сказал я. — Ну так что? Ты сам где?

— Да еду я, еду. Скоро буду. Только давай у метро встретимся. А то у торгового центра сейчас полиции дох… много.

— Договорились, — ответил я и отключился.

Линчеватели выбрали удобное для убийства время. Почти вся полиция города была на площади. Максимум, кто оставался на парковке-это охранник. Интересные происходят дела. Значит, Линчеватель транслировал убийство в прямом эфире. Видимо, это и успокоило бунтующих фанатов. Эффективное пресечение массовых беспорядков.

И вот значит почему полиция так быстро отреагировала на преступление. Десять минут потребовалось, чтобы определить место, и прибыть сюда.

Я присел на лавочку, достал телефон. Открыл поисковик и вбил “убийство Веселова Город свободы".

Новостей была масса. Хотя времени прошло всего ничего. Ну, еще бы. Настоящая сенсация всегда притягивает журналистов. Я ткнул на первую же ссылку. И на дисплее развернулось окно видеоплеера:

— К срочным новостям. Громкое преступление произошло несколько минут назад на парковке торгового центра у станции метро “Свобода”. Убийцы транслировали это событие на крупнейших видеоплатформах. Запись вошла в популярное за прошедший час. Общество в комментариях разделилось на два лагеря. Одни осуждали действия убийц. Другие, наоборот, всячески подбадривали убийцу и советовали, как лучше расправиться с парнем.

Ведущая пропала, а на экране развернуто то самое видео. Сын судьи растерянно смотрел в камеру. И от былой хамоватой уверенности хозяина жизни не осталось и следа. Вместо этого дикий, животный страх, а на лице парня выступали крупные капли пота.

— Ты чего, мужик? — послышался из-за колонны испуганный голос Веселова. — Ствол-то убери. Тебе денег надо? Я все отдам, только не убивай!

— Деньги? — с усмешкой ответил стоявший за камерой. — По-твоему, деньги могут решить все твои проблемы?

— Ну… это, — Веселов замялся, явно не зная, что ответить.

— На колени, б…дь, живо!!!

В голосе Линчевателя чувствовалась плохо скрываемая угроза, и сын судьи тут же послушно опустился на колени.

— Хорошо, хорошо. Только не психуй.

Справа на видео бежали строчки чата. Сообщения людей тонули в оповещениях, о новых подключившихся к трансляции. И судя по всему, никаких двух лагерей в этом обществе не было. Потому что большинство пользователей поддерживали действия убийцы.

“Правильно мужик. Так с ними”.

“За…..ли эти мажоры. Думают, они вне закона”.

Вылетали сообщения пользователей.

“Веселов, а ты сейчас денег предложи. Может быть, и теперь удастся откупиться”, - ехидно заметил кто-то с ником из одних цифр.

"Предлагал уже. Не помогло", — ответил ему один из зрителей.

“А кого убить собрались”? — интересовался один из пользователей.

“М…….у, который фаната в кабаке убил. Суд признал его невиновным, а вот теперь правосудие его настигло” — ответил ему кто-то.

“ А, ну это карма, х….е. Так с ним и надо”.

“А я слышала, что он человека пьяный на машине сбил”, - вклинилась в обсуждение еще одна участница.

— Ты человека убил. И если бы твой отец не откупил тебя, и правосудие все же свершилось, ты бы не стоял сейчас на коленях в грязи. Получил бы лет восемь строгого, отсидел срок в семерке, и вышел на свободу человеком, полностью искупившим свою вину. Но ты выкрутился, благодаря деньгам и связям отца. И убил еще троих. Ты как бешеная собака, которая просто бежит вперед и кусает всех подряд. Око за око.

— Не надо, мужик. Не убивай!

“Кончай его”.

“Давай, вали его и сматывайся, пока не поймали”, - поддерживал действия Линчевателя чат.

“Надо будет укрыться — поможем”.

Кажется, Веселов только сейчас осознал, что ему пи….ц пришел. И откупиться уже не выйдет. Он жалобно скулил и попытался было подползти на коленях к убийце. A затем в кадре появилась рука с пистолетом. И палец трижды нажал на спусковой крючок, На лбу Веселова появились красные точки, брызнула кровь. А затем, сын судьи завалился на пол. На этом трансляция обрывалась, уступая место дин ведущей новостей:

— По предварительным данным, убийство парня совершил член так называемой группировки линчевателей. Полиция уже прибыла на место преступления, ведутся следственные действия. В городе объявлен план-перехват….

Я выключил запись. Значит, Линчеватели решили громко заявить о себе. Весьма интересный ход. Заодно собрали мнение народа. И судя по мнению, народ такие действия поддерживает. Интересно только одно: откуда они узнали о том, что Веселов приедет именно в этот торговый центр? Впрочем, ответ напрашивался сам собой: убийцы сами заманили его туда, куда им было нужно, Позвонили, угрозами или шантажом назначили встречу. И вели его с того самого момента, как он подъехал к торговому центру. Поэтому телефон и позвонил, когда сын судьи оказался на парковке. Идеально срежиссированное убийство

Теперь многие из тех, кто устраивал сегодня беспорядки на площади, будут готовы поддержать народных мстителей. Потому что линчеватели отомстили за их брата. А еще этот ролик найдет последователей. Или подражателей. Людей, которые одобрят самосуд.

Я задумчиво сунул руку в карман, вытащил сигарету. Щелкнул зажигалкой закуривая. Мысли начинали путаться.

Скорее всего, полиция даже смогла отследить, откуда велась трансляция. Но думаю, в запеленгованной точке группа захвата не нашла ровным счетом ничего интересного. Времени для того, чтобы уничтожить все следы и свалить к точке отхода, где его подобрал водитель, у сообщника было предостаточно. А убийца ушел своим ходом, через дворы. И затаился неподалеку. Но кто стер записи с камер?

Мои размышления прервал телефонный звонок.

— Ну ты где?

— Уже подхожу, — ответил я, встал с лавочки и затопал к метро.

* * *

Стас уже ждал меня у разрисованного граффити спуска в метро. Заметив меня, он открыл окно машины и помахал рукой.

— Привет, — я сел на пассажирское сиденье. — Ну, погнали?

Стас молча кивнул и выехал с парковки.

— Как добрался? — спросил я.

— Как и всегда, — просто ответил Стас. — Хотя от этого бунда фанатов есть один плюс: пробок в сторону центра было намного меньше.

— А план-перехват?

— Ну, спецотряды на улицах стоят. Только я не видел, чтобы они проверяли документы. Поэтому на дорожное движение этот план-перехват никак не повлиял.

Машина петляла по узким улочкам. И сказать честно, добираться до указанного адреса пешком было бы куда проще. Маркер плясал, постоянно перемещался, оказываясь то справа, то слева. Пола наконец, машина не остановилась возле нужного здания.

— Здесь, — Стас заглушил двигатель и обернулся ко мне. — Только бы это… Лицом меньше щелкай. Заведение серьезное. Ляпнешь что-нибудь — и нам п….ц придет. Тебе все ясно?

— Да предельно, — отмахнулся я и вышел из машины. — Идем.

Стас тяжело вздохнул и покачал головой:

— Эх, чую я, что п……ы получим. Ну ладно, идем.

Он вышел из машины и поднялся по щербатому крыльцу. Трижды постучал в грязную металлическую дверь. И В открывшееся окошко тут же высунулась морда Шустрого.

Несколько секунд, привратник притона цепким взором-сканером изучал нас. И если Стас, как постоянный клиент заведения, был ему без интересу, то на моей персоне Шустрый остановился более тщательно. Будто бы изучая. На секунду, на широком лице проступило нечто, напоминающее удивление. Словно Шустрый разгадал цель моего визита. И узнал, что я игрок. От этой мысли мне стало чуточку не по себе. Но я старался оставаться спокойным.

— Шустрый, это Стас, — прервал это сканирование товарищ.

— Aга, тебя я узнал, — протянул охранник. — А с тобой кто?

— Да приятель мой. Я же предупреждал, что приеду не один, а с товарищем.

— Я помню. — Шустрый все еще смотрел на меня с подозрением. — Ладно, проходите.

Окошко закрылось, и за дверью загремели засовы. А затем металлическая створка распахнулась, явив моему взору Шустрого в полный рост. И у меня сложилось такое впечатление, будто бы в родне этого парня явно были великаны.

Охранник отодвинулся, пропуская нас внутрь:

— Да проходите быстрее, не маячьте, — поторопил он. — Правила помнишь, — строго сказал привратник Стасу.

— Да помню, — ответил приятель, и голос его прозвучал очень уж невесело.

“Задание обновлено:

Мрачный наставник.

Найдите Нико в притоне “Свобода”.

Узкий полутемный коридор вывел нас в большое помещение. И глаза сразу же защипало от густого табачного дыма, висевшего в зале. Накурено здесь было так, что перед глазами будто бы стоял густой туман. Так что разглядеть что-то в метре ничего нельзя было рассмотреть. Туман скрадывал предметы, оставив лишь очертания.

Вдоль стен зала были установлены ряды игровых автоматов, за которыми сидели, нажимая на кнопки, самые разные завсегдатаи. В зале стоял гул, в который вплетались удары по кнопкам, звуки автоматов и ругательства людей, которые проигрывали все накопленное непосильным трудом.

В центре зала был установлен огромный стол с рулеткой, вокруг которого собралась более приличная публика: мужчины в дорогих черных костюмах, дамы в вечерних платьях. Все они с интересом наблюдали за крупье, который принимал ставки и озвучивал выигравшие номера. По залу сновали официанты, разнося бокалы с напитками.

Нико здесь не было. A маркер указывал куда-то вниз, будто бы уводил под землю.

— Идем, — Стас хлопнул меня по плечу. — Ты же сам хотел поиграть в покер. Значит, нам туда.

Он махнул рукой в сторону лестницы, и я понял, почему маркер указывал вниз. Видимо, Нико был там, в зале для покера.

— Да, — пробормотал я и спустился за Стасом. Открыл дверь и вошел в небольшую комнату.

Здесь было тише, чем в верхнем зале с автоматами и рулеткой. А за единственным столом в центре комнаты, сидело шесть человек. На столешнице рубашкой вверх лежали карты, а в центре уже успела скопиться весьма внушительная сумма крупных купюр.

Услышав, как хлопнула входная дверь, все шестеро оторвались от игры и уставились на нас.

— Ну привет, Стас, — сказал сидевший за столом коротко стриженный светловолосый парень лет двадцати пяти. — Представишь нам своего друга?

— Максим Карамазов, — тут же ответил Стас, указывая на меня.

Незнакомец задумчиво потер ладонью острый подбородок:

— Карамазов, значит, — пробормотал он. — Иронично. Не находишь, Виктор? — обернулся он к одному из сидевших за столом парней.

Они были похожи друг на друга как две капли воды: коротко стриженные светлые волосы, худые, скуластые лица, острые подбородки, голубые глаза. Даже носы, казалось, были сломаны в одних и тех же местах. Единственным отличием было то, что парень, который первым заговорил со Стасом, был плотно забит татуировками. Руки, от кистей до плеч были покрыты сплошным рисунком. У Виктора же татуировок было намного меньше. В целом же мне показалось, что передо мной сидят близнецы. Ну, или клоны. До того эти парни были похожи друг на друга.

Виктор чуть склонил голову набок и прищурил глаза, рассматривая меня будто какое-то забавное насекомое. В этом взгляде было что-то, отчего мне становилось не по себе.

— Твоя правда, Гоблин, — ответил он. — Может, твой брат?

— Все возможно, — кивнул Гоблин. — Я никогда не знал своего отца. Но судя по рассказам, он немало путешествовал по России. Как моряк дальнего плавания. И в каждом порту у него была жена.

Я лишь удивленно открыл рот, рассматривая собравшихся в комнате. Из шестерых сидевших за столом людей Система смогла распознать лишь двоих: близнецов Гоблина и Виктора. И оба они были игроками.

"Имя: Гоблин.

Класс: наемник.

Уровень: 10”.

"Имя: Виктор

класс: наемник.

уровень: 5".

Остальные четверо были вроде бы обычными людьми. Во всяком случае, Система никак не могла их распознать.

— Что за… — начал я, затравленно озираясь по сторонам.

— Проходи, парень, чего в дверях встал? Присаживайся, — улыбнулся Гоблин и указал на свободный стул. — Ты же пришел сюда для того, чтобы в покер поиграть?

Глава 11 Баг в Системе

— Стас, ты не хочешь сходить выпить? — обратился один из сидевших за столом к моему приятелю.

— Так я же за рулем, — как-то неуверенно ответил тот.

— И что? Когда это тебя останавливало?

Стас замялся, явно не зная, что сказать. А я вдруг почувствовал какое-то необъяснимое давление. Будто бы… сидевший за столом человек, во время беседы пытался внушить товарищу нужные мысли. Это что, так действует навык манипулятора? А Стас тем временем вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

— Ну а ты что стоишь? — Гоблин взял со стола пачку, вытащил сигарету и щелкнул зажигалкой. — Присаживайся. В ногах правды нет.

Я отодвинул стул и уселся к играющим.

— Виктор, раздашь партию? Как раз и побеседуем.

Парень кивнул и собрал карты. Ловко перетасовал колоду и начал сдавать.

— Правила за этим столом простые, — начал объяснять Гоблин. — Стартовая ставка сто штук. Шаг торгов — двадцать пять тысяч. Все просто.

Я посмотрел на лежавшие передо мной карты. Достал из кармана сигарету:

— Здесь можно курить?

— Кури, — ответил Гоблин. — Ну так что? Ты играешь?

— Да

— Хорошо, — кивнул татуированный, сбивая столбик пепла в стоявшую на столе пепельницу. — Но учти: если у тебя не хватит денег, чтобы расплатиться — разговор у нас будет короткий. Усек?

— Усек, — ответил я, лихорадочно вспоминая, сколько денег лежало сейчас на моей карте. Вроде бы хватало.

За столом повисло неловкое молчание.

— Хорошее заведение, — счел нужным я начать разговор.

— Мы долго его обустраивали, — ответил Гоблин. — Согласись, полезно иметь место, где можно встретиться с друзьями, обсудить дела.

Я приподнял карты, лежавшие передо мной рубашкой вверх. Паршиво. Ладно, не в этом суть моего визита. Сначала нужно доделать квест. А потом можно свалить. А выиграю я или нет — не так важно. Нико — один из тех четверых, кого не смогла распознать Система. Осталось только вычислить, кто.

Первый круг торгов прошел, и на стол в открытую легли три карты. Семерка, девятка и десятка.

Я украдкой посмотрел на четверку людей. Один, коротко стриженный, который разговаривал со Стасом. Волосы словно горят огнем. И у меня было странное предчувствие, будто он манипулятор. Выходит, тоже игрок?

Рядом с ним — лысый, невысокий тип, с абсолютно не примечательной внешностью. Встретишь такого на улице — и через минуту его лицо вылетит из твоей памяти. Система никак не реагировала, чтобы их распознать.

— Билли сказал, что ты был знаком с моим покойным корешем, — тем временем продолжал Гоблин. — Вы вместе на двадцать пятой сидели.

Ага. Значит, Билли уже набрал своим корешам и предупредил, что я искал Нико. Возможно, он и сказал, что я приду в притон. Оперативно. Впрочем, это было ожидаемо. Остается поддерживать ту линию поведения, которую я выбрал.

— Было дело, — осторожно ответил я, покосившись на Рыжего. Навык Манипулятор может распознавать ложь? Нет, вряд ли.

— А за что ты на строгую-то загремел? — как бы между делом поинтересовался Гоблин.

Его светло-голубые глаза цепко рассматривали меня, словно ходячий детектор, отсекавший правду от вымысла.

— За разбой, — просто ответил я. — Ограбил ювелирный, ломбард, который скупкой краденого промышлял.

— О как, — понимающе кивнул Гоблин. — Благое дело. Покойный Хэппи с этого и начинал. И в люди выбился. Как раз в тот момент, когда мы познакомились, на Косте Венедиктове пожизненное висело, а сам парень в розыске федеральном числился. Так что, выходит, ты легко отделался, раз на воле уже.

— Шесть лет дали. Вышел условно-досрочно.

— Тяжко там сидеть было, — вклинился в разговор Виктор и бросил на стол еще одну карту в открытую. — Я тоже там бывал. Освободился по амнистии.

При разговоре с этим человеком я испытывал весьма противоречивые чувства. Было в нем что-то отталкивающее. Словно парень волнами источал агрессию и злобу. И если бы этот щуплый задохлик встретил меня ночью в одной из темных подворотен Города Свободы-то не раздумывая отдал ему деньги, телефон, ключи от квартиры, банковские карты. И пароли ему сказал, лишь бы больше никогда в жизни не видеть этого господина. Интересно, что это за навык воздействия?

— А когда ты освободился? — полюбопытствовал я.

— Пару лет назад. Когда Синдикат развалился, — спокойно ответил Виктор. — Ночью банды подняли бунт и наступила амнистия. И я решил, что хватит мне здесь париться. Пора и на волю.

— А ты что, не помнишь этого? — нахмурился Гоблин, пристально глядя на меня

— Так я вышел через неделю после того, как Фибоначчи Хэппи во дворе завалили, — тут же ответил я, продолжая рассматривать четверых сидевших за столом.

Двое были смутно мне знакомы. И я лихорадочно пытался вспомнить, где я их видел.

Мужчина лет сорока, который хмуро смотрел на меня исподлобья, явно не подходит под ориентировку федерального розыска. Нико едва ли больше двадцати пяти. А вот парень, что сидит рядом с ним, вполне может быть искомым ассасином. Где же я их видел? Точно. Мужик лет сорока, пару лет назад проходил по делу об убийстве насильника. Капитан полиции, который забил дубинкой подследственного прямо в камере. Дело стало резонансным, а в социальных сетях подписывали петицию, чтобы признать его невиновным. Полицейского отстранили от должности, уволили со службы и дали условный срок. Следователь смог выкрутить его дело, как непредумышленное убийство. Как его звали? Егор, кажется. Теперь, значит, этот тип с повышенным чувством социальной справедливости примкнул к Линчевателям? Скорее всего, он и порешил черного риелтора. Остальные сильно моложе того убийцы, который вышел из парадной дома в форме сотрудника управляющей компании.

"Имя: Изекиль.

Класс: призрак.

Уровень: 8".

Тут же охарактеризовала моего знакомого Система. Отлично, минус один. Осталось трое.

— Что-то не помню я тебя, — с сомнением сказал Виктор. — А ведь выходит, что в одно время сидели.

— Так тюрьма федеральная, — пожал плечами я. — На три тысячи душ. Всех и не запомнить.

Второй. Где я мог его видеть? Тот парень, что сидит рядом с Егором-Апостолом. Он тоже проходил в каком-то уголовном деле?

— Твоя правда, — согласился Виктор. — Гоблин, ты в игре?

— Нет, пас, — Гоблин скинул карты на стол.

— Ты мне вот что скажи, малец, — обратился ко мне рыжеволосый, который тоже скинул карты. — Двадцать пятая-то в ведомстве Города Мечты. Как туда попасть умудрился?

— Так там же эпизод с ограблением проходил, — спокойно ответил я. — Там и судили.

Все шестеро как-то напряженно переглянулись:

— Выходит, ты работал на Паука? — уточнил лысый.

— Нет, я был сам по себе.

Следующий круг прошел молча. В игре осталось только три человека: я, Виктор и тот лысый, неприметный мужик.

— Пас, — сказал Виктор и скинул карты.

— Ну а ты в игре, малец? — хитро спросил у меня лысый.

На столе лежали семерка, девятка, десятка, валет и пара дам. Неплохо.

Я кивнул, лихорадочно думая, как мне теперь вычислить Нико. Точно!

Я едва не хлопнул себя по лбу отдосады. Как я мог забыть об одном из перков Системы? Дырявая у тебя голова, Макс!

“Улики”, - отдал я мысленную команду, которая активировала навык Чистильщика.

Комната моргнула, и сидевших за столом людей словно бы окутала разноцветная аура. Например, между большим и указательным пальцами на правой руке лысого появилось едва заметное черное пятно.

“Пороховой ожог", — тут же охарактеризовала след Система. — "Этот человек не так давно стрелял".

А еще, на полу комнаты проявились грязные следы ботинок. Цепочка вела прямо к стулу, на котором сидел лысый.

“Грязь с парковки торгового центра” — гласила надпись.

Значит, лысый и был тем самым убийцей Веселова. Нико!

“Выполнено.

Мрачный наставник.

Найдите ассасина Нико в притоне “Свобода”.

Навык Чистильщик повышен;

Навык Боец повышен;

Навык Ищейка повышен.

— Вскрываемся? — спросил Лысый. И только теперь система смогла его инициировать:

“Имя: Нико.

Класс: ассасин. Отступник.

Уровень: скрыто.

Принадлежность к банде: скрыто".

“Внимание! Вы нестандартно использовали навык чистильщик: Система выявила в поведении игрока манипуляции и злоупотребление способностями".

Голову будто стянули в тисках. В глазах вспыхнули багровые всполохи от боли, и на секунду комната словно бы пропала во взрыве разноцветных пятен, повисших перед глазами. Боль была настолько сильной, что я зашипел сквозь плотно стиснутые зубы.

“В Системе обнаружен баг

Сбор данных"…

— Эй, пацан, что с тобой? — обеспокоенно спросил Гоблин.

"Сбор завершен".

Взор будто ты застилал багровый туман, и я поморщился от боли.

— Вскрываемся, — процедил я.

— Тогда смотри, пацан, — медленно произнес опознанный Системой ассасин, выкладывая карты на стол по одной. Восьмерка и валет. Стрит.

— Денег-то хватит? — прищурился он.

— Главное, чтобы у тебя хватило, — прохрипел я, выложив на стол семерку и даму. — Фулл Хаус.

“Получено достижение: везунчик.

Навык Чистильщик повышен”.

— Хм, — буркнул Нико, задумчиво потирая ладонью подбородок. — Твоя правда.

Эти слова были последними, что я услышал. Потому что комната покачнулась, а стол вдруг ожил, встал на дыбы и больно ударил меня по лицу.

* * *

— Что это с ним?

Голос Гоблина пробивался в полузабытье приглушенно, словно уши были забиты плотным слоем ваты.

— Система поймала его на жульничестве, — пояснил Виктор. — На читерстве. Так и знал, что этот п….р мухлевал! Ну что? Завалим его?

Последний вопрос он задал буднично. Будто бы интересовался не жизнью человека, а судьбой таракана, которого застал ночью на кухне.

— Он не мухлевал, — вклинился в разговор Нико. — Скорее всего, нашел баг и заюзал его, чтобы выполнить какой-то квест.

— Ага, — отмахнулся Виктор. — Так что с ним делать-то будем? Вывезем за город и выкинем? Или здесь пристрелим?

“Вы что, совсем там ох…..и”? — хотел было спросить я, но язык не слушался. И сознание окончательно меня покинуло, и я провалился в черный омут забытья.

“Добро пожаловать в комнату игрока”.

Яркий свет комнаты игрока резанул по глазам, и в голове будто бы что-то взорвалось, отдавшись под веками ярким снопом разноцветных искр, и заставив меня сжать веки как можно плотнее.

“Нарушение игрового процесса.

Причина: злоупотребление игровыми навыками. Использование уязвимости Системы.

Сбор данных…

Сбор завершен…

Система признает игрока виновным в использовании игровых способностей не по назначению.

За обход игровых механик Система накладывает на игрока штраф:

Навык Ищейка заблокирован”.

Я с трудом приподнял веки, прикрыл глаза, чтобы уберечь их от яркого света. На зеркале красовалась ветка способностей ищейки, которую я даже изучить как следует. Теперь на ней красовался большой красный замок. И таймер обратного отсчета:

“Время до разблокирования: 14 дней”.

— Ясно, — прохрипел я, с трудом ворочая пересохшим языком.

“Выход из игровой комнаты”…

И я снова провалился в черную пустоту.

* * *

— Разряд, — донеслось до меня.

Я поднял веки аккурат за секунду до того, как девушка-медик в синем костюме опустила на мою голую грудь контакты.

— Утюги убери, — слабо прохрипел я, и тут же поправился, решив не начинать разговор с хамства:

— Уберите. Пожалуйста.

Девушка отпрянула. Замерла, не зная, что ответить. Лишь в ее больших карих глазах плескались страх и непонимание. Девушка недоуменно переглядывалась с напарницей, стриженной под каре рыжеволосой женщиной лет сорока пяти. Видимо, старшей смены.

Я же с трудом пошевелился, сел на кушетке. Застегнул толстовку.

Карета скорой помощи, в которой я находился, воя мигалками летела по шоссе. Пора сваливать.

Я ловко соскочил с кушетки и в один шаг оказался рядом с дверью:

— Скорую останови, — скомандовал я. И к моему удивлению, старшая смены безропотно выполнила просьбу. Постучала по кабине и крикнула:

— Толик, останови.

Скорая резко дернулась, отчего я потерял равновесие и едва не улетел в конец салона. Выпрямился, схватился за ручку двери.

— Перед тем как свалить, хочу официально сообщить, что я воскрес не на третий день, а всего через несколько минут. И никого не призываю создавать в мою честь культы и строить храмы.

Сказав это, я открыл дверь и вывалился на проезжую часть.

— Псих какой-то, — со смехом крикнула мне в спину девушка-студентка, которая еще совсем недавно хотела приложить меня утюгами. Но я уже торопливо бежал через оживленное движение проезжей части, абсолютно не обращая внимания на сигналящие машины и недовольные крики водителей. Перемахнул через ограждение и вышел на тротуар. Осмотрелся по сторонам.

Серые панельные девятиэтажки, торцы которых были густо исписаны граффити. И на одном из домов, я нашел искомое: табличку с надписью “Проспект ВКПб, дом 157".

— Эти у…ки вывезли меня на окружную? — прохрипел я, проверяя содержимое карманов. — Ну ни х… себе сходил поиграть в покер.

Я критически осмотрел прикид и скривился: мое шмотье было не в лучшем состоянии. После визита в притон и отдыха хуй пойми где, где меня подобрал экипаж скорой помощи, этими тряпками побрезговал бы даже бомж. Джинсы успели обрести грязно — серый окрас, а на толстовке, кроме грязи, были большие бурые пятна. Видимо, я разбил себе нос, когда столкнулся лицом со столом. Зато, к чести держателей притона, все мои личные вещи были в карманах, и я вздохнул с облегчением:

— Ну хорошо хоть, что не ограбили. У-у-у, суки. Ну и суки! Нашел, бпядь, наставника. Ебучий ассасин. Ну, попадись ты мне!

Так, проклиная Нико на разные лады, я затопал по тротуару, на ходу достав телефон. Вбил в навигаторе ближайшую станцию метро. Вариант с такси я отмел сразу: ехать в центр на машине — неминуемо попасть в пробку. А мне хотелось побыстрее забрать свою машину и свалить домой. Хватит, пожалуй, на сегодня приключений.

Разрисованные двери вагона метро выплюнули меня на станции “Свобода”, где, накинув капюшон на голову, я попытался слиться с толпой народу. Выходило у меня не очень. И виной тому, был мой внешний вид. Грязный и страшный, со всклокоченными волосами и лихорадочным блеском в глазах, я напоминал выходца из загробного мира. Неудивительно, что на лицах шарахавшихся от меня прохожих читалось нескрываемое отвращение. Культурный город. Завались я в таком прикиде в метро в Столице нашей необъятной — меня тут же жестоко избили и выкинули на обочину. Чтобы не мешал гулять приличным людям. А вздумай я жаловаться в полицию — меня избили бы повторно, уже в отделе. Чтобы не отвлекал доблестных стражей правопорядка по пустякам. А здесь только рожи воротят. Даже замечаний не делают.

За то время, пока я гостил в притоне Свободы, и лежал без сознания и катался по городу в машине скорой помощи, следственная группа успела собрать все необходимое и уехать. На месте убийства остался лишь обведенный мелом силуэт человека и большое красное пятно.

Я похлопал себя по карманам в поисках ключей, и открыл машину. Сел на водительское сиденье, и обессиленно откинулся на спинку сиденья. Облегченно вздохнул: за сегодняшний день я устал так, будто разгружал вагоны. Трясущейся рукой, я вставил ключ в замок зажигания, и завел двигатель. Пора домой. Принять ванну, выпить горячего чаю, отдохнуть…

“У вас осталось одно незавершенное задание:

Витя Кремень.

Поговорите с Витей Кремнем и уговорить его не вмешиваться в жизнь дочери”.

— Да бл…., - сквозь зубы, зло процедил я и выехал со стоянки. — Видимо, покоя мне сегодня не будет!

Глава 12 В гостях

Микрорайон Молодежный, где проживал нужный мне Витя Кремень, я нашел без особого труда. Старый район из серых панельных девятиэтажек, о котором меж людей в городе ходили х…..е истории, а уровень преступности был катастрофически высоким. Красное пятно на карте, куда невозможно было вызвать такси или доставку еды. А полиция приезжает только утром, чтобы составить протоколы и вывезти трупы.

Множество прескверных историй ходило меж людей про этот район. Дома старой постройки, число квартир в которых доходило до тысячи, отсутствие работы. Мрак, грязь и безысходность. Огромное количество притонов с разбавленными наркотиками, и дешёвый алкоголь крайне низкого качества. И, как следствие, высокий уровень преступности. Говорили, что демоны, которых вызывали местные сатанисты, видя этот зашкаливающий уровень п…..ца, просили вернуть их обратно в ад. По широкому Проспекту Молодежи будто пролегла незримая черта, которая делила город на две части. И люди, которые жили со стороны центра, редко рисковали пересечь эту черту даже днем. Ночью же, на "Молодежке" вообще наступали трэш, угар и содомия. Выползали на улицы пьяные вусмерть алкоголики. Трясясь от абстяги восставали на грязных матрасах захламленных квартир наркоманы, желающие получить новую дозу. Выходили на промысел воины ночи, готовые убить человека за пару сотен. Выходили на работу курьеры, которые развозили не совсем легальный товар по точкам. То тут, то там вспыхивали локальные бои, в которых одни уходили с поля боя, других же поутру отвозили в реанимацию. Или морг. И начиналась судная ночь. Полиция старалась не вмешиваться в эти дела. Потому что жизнь — очень хрупкая штука. И потерять ее в одном из таких районов, как "Сельмаш" или "Молодежка" проще, чем чихнуть. Сотрудники с утра составляли протоколы с мест происшествий. И даже не пыталась искать виновных. Ночной воздух этих рабочих районов города пах кровью, грязью, страхом и безысходностью. У этих северных районов, живших по своим правилам, был только один плюс: копеечные цены на жилье. Хотя квартиры здесь не торопились покупать даже по очень бросовым ценам.

О жестоких нравах, царивших в этом районе, и проявлением уважения местных жителей к правоохранительным органам, я столкнулся, едва только припарковался у нужного мне дома.

По широкому проспекту, включив проблесковые маячки, неслась патрульная машина, преследовавшая черный неприметный седан. Очевидно, полицейские, что вступили в погоню, были слишком молоды. Иначе бы они прекратили эту безрассудную гонку ещё на въезде в район города.

Черный седан на всех парах летел к разрисованной граффити старой будке дорожно-постовой службы на окраине. Не отставали от него и поимщики, надеясь, что доблестные сотрудники городской автоинспекции помогут им в преследовании. Но как говорится, х… там плавал.

Едва седан поравнялся с будкой, как заскрипел приводимый в действие механизм, выпускающий шипы. Черная машина преступников успела проскочить опасный участок, а вот патрульный седан напоролся на ежей всеми четырьмя колесами. Тачка вильнула, пытаясь удержаться на дороге, но его закрутило вокруг своей оси. Посыпались искры, высекаемые металлом дисков об асфальт. Потерявшая управление тачка влетела в ограждение и остановилась. Копы едва успели покинуть машину, как из здания поста выскочил парень в черной толстовке и такого же цвета джинсах. В руке он держал бутылку. Парень недобро покосился на машину из-под надвинутого на глаза края капюшона. А потом чиркнула зажигалка, воспламеняя фитиль.

— Он заполнялся, а я рос, его рецепт предельно прост: горючий элемент плюс загуститель, — прокричал парень строчки известной песни. А затем размахнулся и бросил бутылку в машину.

Изделие отечественного автопрома тут же охватил клуб огня, растекающегося по металлу кузова. Немногочисленные свидетели происшествия лишь с любопытством наблюдали, как пылает машина. И если бы она горела плохо, эти обыватели слили бы бензин со всех окрестных транспортных средств, чтобы пламя разгорелось сильнее, и достало до неба.

Семьдесят процентов людей, живущих в таких районах города, отбывали заключение в федеральных тюрьмах региона. И практически все хотя бы раз привлекались за совершения правонарушений. Включая стариков, женщин и, наверное, даже малолетних детей. Неудивительно, что жалости к сотрудникам правопорядка, местный контингент не испытывал.

Парень же остановился на дороге, взглянул на мою машину из-под опущенного на глаза капюшона.

"Имя: Саня.

Принадлежность к клану: "Бродячие муравьи".

Шанс социального перевоспитания: существо не поддается социализации”.

Я внутренне напрягся, ожидая, что этот скам атакует сейчас и меня. Но парень просто развернулся и скрылся в здании поста патрульной службы. Может быть, понял, кто я и решил не связываться. А возможно, что и просто утолил свою жажду старого доброго ультранасилия и решил не вступать в конфликт. Парень открыл дверь в наблюдательный блок, обернулся напоследок, смерив меня недовольным взглядом, и скрылся внутри здания.

— П….ц какой-то, — пробормотал я, и на секунду, у меня появилось желание завести двигатель и свалить прочь отсюда. В такие районы не стоит приезжать даже днем.

Радар Зова улиц словно взбесился, замигав повсюду красными точками. Их было так много, что в голове ярким всполохом вспыхнула затихшая было боль.

“Внимание!

Зона радара перегружена количеством криминальных элементов.

Сбор данных для оптимизации системы…

Сбор завершен.

Отключение радара “Зов Улиц”…

Поморщившись от боли, я полез в карман, где лежал блистер с обезболивающим. Выщелкнул таблетку и закинул ее в рот. Красные точки пропали вместе с радаром, и я с облегчением вздохнул: хорошо, что система не насыпала мне в этом районе контрактов для прокачки. Иначе, скорее всего, нашли бы меня утром, в разных концах города. По частям. Я вышел из машины, зябко поежился, застегнул толстовку: к вечеру сильно похолодало. Вдобавок поднялся сырой ветер, пробирающий до костей. Глубоко вздохнул и шагнул в арку двора.

Высокий одноподъездный дом — человейник из красного кирпича. На уровне первого этажа, весь фасад, да и торец этого жилища был густо изрисован граффити. Картинки накладывались одна на другую так, что и не разобрать уже было, что хотели изобразить художники. Несмотря на то что город был плотно застроен вышками вайфай, на фасаде этой высотки всё ещё красовались пучки черных кабелей. Видимо, телефонные и интернет-провайдеры не торопились их убирать. Толстые, скрученные провода уже давно держались только на честном слове, во многих местах отстав от фасада и провисая в воздухе. Подробную картину можно было охарактеризовать одним словом:

— Трущобы.

Домофона или замка на парадной не было. Внутри же нестерпимо воняло мочой. Пары аммиака резали глаза, так что наворачивались слезы.

Кнопка вызова лифта отсутствовала. Вместо нее зияла пружина, обрамленная каплями расплавленного черного пластика.

— Еб……е дикари, — не выдержав, прокомментировал я, нажимая на остатки кнопки.

Лестничная площадка нужного этажа, тускло освещалась солнечными лучами, пробивающимися через мутное, стекло, которое, казалось, не мыли со времен постройки дома. И если поскрести грязь, можно было изучать историю развития и упадка людской цивилизации за последние тридцать лет.

Прямо напротив лифта на свисавшем с потолка проводе, болтался электрический патрон. Он был пуст несмотря на предостережение, выцарапанное прямо на стене под шнуром. Послание гласило: "Если кто-то ещё раз решит выкрутить лампочку — вырву сердце. А потом прокляну".

Предупреждение пугало, но лампового вора оно не остановило.

Длинный полутемный коридор с рядами исцарапанных дверей по обе стороны был пуст. Лишь в самом конце тускло мерцала лампа дневного света. Вся эта атмосфера напрягала. Было во всем этом что-то от заброшенных психиатрических больниц, где традиционно происходит действие фильмов ужасов. Криповенькая такая атмосфера упадка и деградации.

Номера на нужной двери не оказалось. Благо, маркер безошибочно привел меня к массивной металлической двери, встроенную в хлипкий дверной косяк. Звонка не было, вместо кнопки на стене висели оголенные провода, которые я, немного поразмыслив, решил не трогать. И уже занес было руку, чтобы постучать, как дверь открылась, и в коридор выскочил невысокий человек. Мы столкнулись с ним буквально нос к носу и позволив как следует его рассмотреть.

Высокий, почти с меня ростом, жилистый мужик со смуглой от солнца кожей, кудрявыми тёмными волосами, обрамляющими скуластое лицо с греческим носом. В уголках глаз таилось множество морщин, подтверждающих, что владелец часто усмехается. Поверить, что он улыбчивый и добрый я не смог бы и в самом глубоком гипнотическом сне. Классические джинсы с широким ремнем в растянутых петлях, потертые ботинки на шнурках с острыми носами, мятая серая футболка без принта и куртка из коричневой кожи с множеством карманов, признанным быть скрытыми. В таком прикиде он бы легко мог затеряться в толпе рыскающих в поисках добычи парней из девяностых. Впрочем, такие образы бороздили улицы и в девяностые, и в двухтысячные. Такие любят повторять, что классика всегда в моде. А окружающим хочется махнуть с них зазевавшуюся моль. И система тут же опознала субъекта:

“Имя: Витя Кремень.

принадлежность и банде: нет.

Шанс социального перевоспитания: 15 %".

— Ты Витя? — на всякий случай уточнил я у мужика, который уже собирался запирать квартиру. И дождавшись утвердительного кивка, добавил:

— Не торопись. Разговор есть.

— Ты еще что за х…. - начал было Кремень, но я решил не беседовать с ним в холле. Поэтому коротко, без размаха, ударил его кулаком в подбородок. Такого подвоха мой оппонент не ожидал, поэтому скрылся внутри темной квартиры. Раздался треск ломаемой мебели, вскрик “Б… дь” и глухой удар тела об пол. Я же воровато осмотрелся по сторонам и вошел в квартиру, прикрыв за собой дверь.

Здесь было пусто. Только несколько гвоздей, вбитых в стену справа от входа. Скорее всего, это была такая импровизированная вешалка для верхней одежды. Слева от меня была приоткрытая межкомнатная дверь. Я осторожно прошел к ней, заглянул внутрь. Отгороженный закуток примерно метр на два был занят под санузел. Совмещённый. На небольшой площади с трудом втиснулась ванная и унитаз. И, к моему великому удивлению, тут же стояла старая стиральная машина.

Грязный матрас в углу, стол и колченогий стул — вот и все нехитрое убранство. Единственное окно было завешено. Но когда я отодвинул пыльную штору, лучше не стало: стекло было настолько грязным, что практически не пропускало солнечный свет. Некогда белые, окрашенные стены, теперь были серыми от грязи. Ламинат был примерно такого же цвета. Липкие черные пятна были повсюду. Я прикрыл дверь, подхватил все еще пребывающего без сознания Витю и поволок его по грязному полу в жилое помещение. Усадил его к стене, и отвесил ему несколько сильных пощечин, чтобы привести бандита в себя. Жалости и сострадания к рецидивисту я не испытывал, и поэтому бил от души. Голова Вити моталась, а из носа потекла кровь. Но нужного результата я все же добился. Кремень открыл глаза и затуманенным взглядом уставился на меня:

— Ты чьих будешь? — хрипло повторил он вопрос.

— Друзья уже сказали тебе, что их выселили из квартиры твоей дочери? — вопросом на вопрос ответил я, присев напротив Кремня. — Они много пили, дебоширили и вообще: вели себя крайне неподобающе. А наш дом борется за звание дома культуры.

Рецидивист несколько секунд пялился на меня с непониманием, а затем в его маленьких глазах мелькнули злые огоньки:

— A, так это ты тот штемп, который, прикрываясь ксивой, корешей моих выселил, — прохрипел он и сплюнул кровью на пол.

— Ага, — просто ответил я. — Тот самый штемп. Так вот, я зачем пришел…

Но разговор был прерван. Силуэт Кремня вдруг мигнул и стал красным. Я едва успел отскочить в сторону, как Витя одним прыжком оказался на ногах, бросившись на меня. В тусклом свете горевшей под потолком лампочки блеснуло лезвие ножа.

— Да я же тебя, шелупонь, сейчас на перо посажу! Готовься, падла!

Смелый поступок. Только двигался Витя чуть замедленно. Поэтому я успел перехватить руку с зажатым в ней ножом, отводя ее в сторону. А затем боднул его головой, целя в разбитый нос.

На мой взгляд, удар вышел хорошим. Витя отшатнулся, а я вывернул руку, и нож с лязгом упал на пол. Кремень оскалился, но следующий мой удар посадил его на пол. И бандит замотал головой, приходя в себя.

— А это ты зря, — с неодобрением произнес я и ударил ногой, целя в подбородок.

“Противник нейтрализован.

Навык Боец повышен”.

Витя тяжело завалился на пол. Я же поднял нож, повертел его в руках.

Заточка ручной работы. Узкое, аккуратно выведенное лезвие и наборная рукоять из разноцветных кусочков стекла. Удобный стилет. Таким хорошо резать сумки, чтобы вытащить содержимое в толкучке. Или пырнуть оборзевшего собеседника. Я думал, что Система подсветит ножу статы, как в какой-нибудь РПГ, но финка была простой. Ну, будем считать, что он дает плюс пятьсот к убеждению, и плюс сто пятьсот к харизме.

— Эх, Витя, Витя, — покачал я головой, поигрывая лезвием прямо перед лицом рецидивиста. — Что же ты судьбу свою усложняешь? Я к тебе поговорить пришел, а ты с оружием кидаешься.

— Тебе чего нужно? — роняя с губ кровавую пену, прохрипел Кремень.

— И вот мы подошли к сути разговора. Значит так, слушай меня внимательно, Витя-кремень. От квартиры ты откажешься. Придешь и выпишешься с хаты дочери. И больше никогда не будешь портить ей кровь своим присутствием в ее жизни. Просто исчезнешь и все. Уедешь из города. Или найдут тебя, Витя, в сточной канаве, со вскрытым горлом. А полиция даже дела заводить не станет. Спишут все на самоубийство. Кому охота убийцу зэка-рецидивиста искать? Помер и помер. Х… с ним. Ты все понял?

Витя открыл было рот, чтобы ответить, но я пояснил:

— Нет, ты сейчас вполне можешь, на х… меня послать. Тогда мы устроим второй раунд. Только в этот раз нож будет уже у меня.

— А силенок-то хватит, кровь пустить? — прохрипел Витя и посмотрел мне в глаза.

— Вот и проверим, — ответил я. — Есть желание?

“Вы убедили собеседника сделать так, как вам нужно.

“Навык Манипулятор повышен”.

Губы Вити предательски затряслись, а в расширившихся глазах мелькнул страх. Кремень пытался его спрятать, но безуспешно.

— Хорошо, хорошо. Я свалю, — дрожащим голосом произнес он.

“Выполнено.

Витя Кремень.

Навык чистильщик повышен;

Навык боец повышен;

Навык первая помощь повышен”.

— Вот и чудно, — ответил я и встал на ноги. — Но помни, Витя. Если обманешь…

— Свалю из города, отвечаю, — поспешно ответил Кремень, затравленно глядя на меня.

— И? — наставительно поднял я указательный палец.

— И из квартиры выпишусь.

— Вот и молодец. И еще.

Я поманил его, и Кремень послушно приблизился ко мне. Я склонился и прошептал ему почти в самое ухо:

— Не делай так больше. Понял?

Витя сглотнул и поспешно закивал, всем своим видом давая понять, что этот сидевший на грязном полу дядька все оценил и прочувствовал. И данные системы о субъекте мигом изменились:

“Имя: Витя Кремень.

Принадлежность и банде: нет.

Шанс социального перевоспитания: субъект прошел социальную адаптацию и полностью встал на путь исправления".

— Да, нож я конфискую. На память. Уж больно он мне понравился, — произнес я и вышел из комнаты.

Уже перед тем, как покинуть квартиру, я мельком бросил взгляд в зеркало. И замер, уставившись в отражение. В зрачках у двойника из зазеркалья вспыхивали и погасали багровые огоньки.

Глава 13 Бешеные апельсины

К моему огромному удивлению машина обнаружилась там же, где я ее оставил. И для меня навсегда осталось загадкой, почему за время, пока я беседовал с Кремнем, аборигены не угнали ее, не разобрали на запчасти. Тачка была цела. Не изрисована, не поцарапана, и даже колеса не сняли. Я сел в машину, закурил, посмотрел в зеркало заднего вида. Зрачки были нормальными, никаких багровых огоньков в них не плясало. Проделки Системы, не иначе. Я выдохнул, выпуская струю сизого табачного дыма, и завел двигатель: пора убираться отсюда. И желательно как можно скорее.

Дорога до знака на выезде из "Молодежки" была пуста. За все время я увидел на полосе встречного движения всего пару машин, исключительно отечественного производства. Из открытых окон тачек на всю мощь колонок орал шансон.

Отечественный автопром использовались местными на “Сельмаше” и на “Молодежке” исключительно из соображений практичности: если под капотом что-то застучало, всегда можно снять нужные детали с машины соседа.

Напряжение прошло, когда я проехал изрисованный остов станции метро “Молодежная". Выдохнул, включил музыку и из динамиков послышались аккорды бессмертной. FPG.

Тело будто сковала усталость. Веки стали свинцовыми, и лишь усилием воли я заставил себя не заснуть. Не хватало еще въехать в столб. Или что еще хуже, выскочить на встречную полосу.

Но несмотря на это, я довольно улыбнулся: все задания Системы выполнены. Можно расслабиться. Правда, “Мрачный наставник” не дал мне ровным счетом ничего полезного. Кроме того, что меня вывезли и выбросили на окраине города. Даже честно выигранные деньги не отдали. Тоже мне, народные мстители. У-у-у, бл….ь! Но теперь я хотя бы знаю, где обитают эти линчеватели.

В кармане послышалась приглушенная мелодия телефона. Не отрывая взгляда от дороги, я вытащил блютус гарнитуру и принял звонок.

— Ты где! — закричал мне прямо в ухо Стас, и я невольно поморщился, до того громким был мой приятель.

— Домой еду, — ответил я. — Срочные дела появились, пришлось свалить. Только освободился.

— Мне здесь из-за тебя чуть п….ы не дали, — продолжал тем временем разоряться Стас. — Гоблин сказал, что я привел к ним мусорского стукача.

— Это он кого имел в виду? — не понял я. — Не меня ли часом? Этот твой носатый друг совсем ох…..л?

В трубке замолчали, а потом в разговор вклинился голос Гоблина:

— Ты бы осторожнее языком своим трепал, — строго ответил он. — А то не ровен час лишишься.

— Этот шнырь что, на громкой связи? — переспросил я.

— Ему пришлось, — ответил Гоблин. — Очень уж интересно было с тобой связаться.

— Ну, связались, и что? Вам легче стало? — ехидно спросил я.

— Ты по кой х…. к нам приперся? — вопросом на вопрос ответил Гоблин.

— В покер поиграть. Только денег вы не отдали. А карточный долг…

— Ты следил за Нико, — оборвал меня Гоблин. — Зачем?

— Квест получил, — пожал плечами я. — Даже два. Найти наставника и проследить за лин…

— Ясно, — поспешно оборвал меня собеседник. — И давно ты получил регистрацию?

— Ну глючить меня начало пару месяцев назад, после комы. А сам класс я получил… вроде два дня назад.

Гоблин немного помолчал, а затем спросил:

— И что за класс?

— А сам не видел? Ты же игрок.

— Нет. Все данные были скрыты. Даже ник. Как будто ты ассасин.

Я устало вздохнул: этот бесполезный разговор начинал меня раздражать:

— Линчеватель. Мой игровой класс-линчеватель.

Гоблин на том конце трубки аж поперхнулся от такой информации:

— Очень интересно, — только и смог произнести он сквозь кашель. — Теперь понятно, что ты делал на "Молодежке".

— Откуда знаешь, что я на "Молодежке" был? — тут же заинтересовался я.

— Навык, — просто ответил собеседник. — Называется маркер цели. Можно поставить метку на любого человека, и спокойно следить за ее перемещением. Если твоя цель находится в городе или ближайших окрестностях. Ладно, если захочешь забрать выигрыш — заезжай в гости на проспект Революции. Притон нам временно пришлось прикрыть.

— С чего вдруг такое доверие? — тут же хитро уточнил я. — Когда я последний раз был у вас в гостях, меня вывезли на городские окраины и выбросили помирать.

— Тебе вызвали скорую. А от системных багов не помирают, — холодно ответил Гоблин. — Но ты не побежал заявление писать. Ни после того, как видел одного из наших у парадной в центре города, ни после того, как Нико на парковке Веселова завалил. Да и сейчас ты не побежал жаловаться. Встал, отряхнулся и спокойно поехал по своим делам. Так что…

— Что-то уж слишком я устал за сегодняшний день, — ответил я и отключился.

''Репутация с игроком Гоблин улучшена на 1000 пунктов.

Текущий уровень репутации: приятельство”.

Я довольно улыбнулся: начало дружбы с Линчевателями? Это хорошо. Полезно иметь союзников среди игроков. Да еще и одной с тобой фракции.

* * *

Я вошёл в ванную, на ходу скинул с себя перепачканную грязью и кровью одежду, и забросил все в мусорный бак. Эта рванина уже вряд ли годилась для носки. Тяжело сел на край ванной. Усталость никуда не ушла. Вдобавок к ней пришел сильный озноб. Все тело болело и ломило, а голову будто стянул тугой обруч. Меня начало лихорадить. Надеюсь, этот эффект хорошо снимет горячая вода, чай и пара часов сна.

Я открыл оба крана, и в ванную полилась вода. Мельком взглянул на себя в зеркало. И едва не свалился на пол от увиденного. Из зазеркалья на меня смотрел мужчина лет тридцати. Лицо сплошным толстым слоем покрывала маска из грязи. В спутанных, всклокоченных грязных волосах поблескивала седина. Двойник в отражении больше смахивал на посмертную маску. Нужно заварить крепкого чаю. И откиснуть в ванне. Надеюсь, после этого станет легче.

Я с трудом выполз из крохотной комнаты, за пару шагов добрался до стола и щёлкнул кнопкой электрочайника. Достал из шкафчика завернутую в фольгу таблетку прессованного чая. Включил плеер, выбирая аудиокнигу. Я торопился залезть в горячую воду и откисать, размышляя о смысле жизни. В наушниках неспешно ведёт рассказ чтец хорошей аудиокниги, а в изголовье стоит чашка настоявшегося до черноты напитка. И сейчас….

Чайник со щелчком выключился, и я залил таблетку кипятком, наблюдая, как в кружке раскрываются листья, а вода из бесцветной становится темной. Через десять минут настой в кружке станет походить деготь. Я забрал питье и вернулся в ванную. Забрался в воду и улёгся, запрокинув голову, глотнул чаю. По телу волнами растеклось спокойствие и умиротворение. Кабы несколько дней назад кто-то сказал, что я попаду в такое непонятное — я бы рассмеялся да покрутил пальцем у виска, приняв рассказчика за дурачка. Но обстоятельства сложились так, что мне только и оставалось охуевать от происходящего вокруг.

— Добро пожаловать.

В комнате было сыро, и я невольно поежился. Сел на холодный стул, посмотрел в зеркало, из-за которого за мной наблюдал невидимый куратор. Или кураторы?

— Я хочу уточнить несколько вопросов.

— Спрашивай, — равнодушно ответил из зазеркалья куратор.

— Почему после прохождения заданий накатывает усталость, будто я вагоны разгружал? — прямо спросил я.

— При использовании способностей Система поглощает ресурсы организма. Чем больше способностей использует игрок, тем быстрее он устает.

— То есть я запросто могу помереть, используя способности Системы? — уточнил я.

— Чисто теоретически нет, — ответил куратор. — Когда организм истощен до предела, Система отключается. На практике эта игровая механика находится на стадии тестирования.

— Интересные, бл…ь, дела, — невесело усмехнулся я и задумчиво забарабанил пальцами по обшитому металлом столу. — Тестирование у них, блядь. На живых людях.

Куратор не ответил. Видимо, посчитал это заявление недостойным внимания.

— Как снять усталость?

— Перекусить. Или отдохнуть.

— Хорошо. Тогда у меня еще один вопрос: когда я выходил из квартиры Вити Кремня, в моих зрачках мерцали какие-то багровые вспышки. Что это было?

— Обычный визуальный эффект. Во время использования способностей системы, — был мне ответ.

Так вот почему мои вчерашние знакомые, Гвоздь и компания, припустили бежать. И девушка с ними убежала. А Витя Кремень вдруг затрясся как осиновый лист, едва только посмотрел мне в глаза. Визуальные эффекты.

— Какие еще существуют игровые классы?

— Игровой класс назначается человеку в зависимости от действий после регистрации в “Игре в Жизнь". Система исследует алгоритмы поведения человека, и может присвоить игроку один из следующих классов: охотник, детектив, разбойник, ассасин, линчеватель, наемник, миротворец.

— И все эти игроки как бы на одной стороне? — оторопело спросил я, не совсем понимая, как разбойник или ассасин могут действовать сообща с детективом.

— Игроки могут объединяться в кланы в зависимости от выбранной ими модели поведения.

— И в чем тогда разница между игровыми классами? Ветки прокачки разные?

— Ветки прокачки едины для всех классов. Но в зависимости от выбранного стиля игры, пользователь может подстроить ветку под назначенный системой класс. Кроме того, у каждого класса есть набор индивидуальных способностей. За каждые двадцать пять способностей, полученных в одной ветке прокачки, игрок получает уникальный перк.

Голова начинала нестерпимо болеть, и куратор сухо озвучил:

— Время пребывания в комнате игрока завершено. Игрок получил достаточно информации.

Комната послушно растворилась, и я оказался в ванной, вода в которой уже успела остыть…

* * *

Как назло, в холодильнике было пусто. Поэтому пришлось спешно собираться на прогулку до ближайшего супермаркета. В этот раз я прикинулся по погоде. Вместо спортивных штанов и толстовки я оделся во все черное, а уютные домашние тапочки сменил на ботинки военного образца. На всякий случай убрал в карман лыжную маску.

Но едва я вышел из парадной, как о себе дал знать отключенный ранее радар зова улиц. А где-то на горизонте показалась красная точка.

“Внимание! В паре кварталов от вас совершается преступление. Вы можете помочь законопослушному гражданину, или оставить его в беде".

— Ох, бл…… - устало произнес я. — Может, хватит на сегодня приключений? Ну его на х…, этого законопослушного гражданина.

Но, как и следовало ожидать, мой вопрос был наглым образом проигнорирован. И я тяжело вздохнул: пожалуй, стоит вмешаться. Мало ли как поведет себя система, если я брошу этого бедолагу на произвол судьбы. Благо, усталость уже начала понемногу отступать. И путь охотника повел меня между серых торцов девятиэтажек, к мерцающей на радаре красной точке правонарушения.

Воинов тени, или, проще говоря, грабителей, я нашел в арке дома. Радар не соврал. Преступление и вправду проходило в паре кварталов от моей парадной.

— Отдавай. Быстро, — послышался из темноты грубый голос. Человек говорил злым, приказным тоном, и уже за этот тон я бы его покалечил.

— Да не мнись ты, — вторил ему кто-то. — Поделись чем-нибудь ценным с бедными студентами. Не жадничай. Алчность — великий грех.

Я прижался к торцевой стене дома, осторожно заглянул в арку. И застыл, пораженный увиденной картиной.

Четверо гопников в белых костюмах окружили какого-то мужика средних лет. Один из грабителей, невзрачный пацан в черной шляпе-котелке, вышел вперед и, опираясь на трость как раз беседовал с джентльменом, которого они хотели ограбить. Видимо, пытаясь отдать ценности не прибегая к старому доброму ультранасилию.

"Имя: Невысокий Алекс".

Принадлежность к банде: "Бешеные апельсины".

Шанс на социальное перевоспитание: 25 %".

Примерно такой же процент был и у его друзей. Ну, посмотрим, как сработает магия угроз и убеждения. Я вышел из своего укрытия, остановился у входа в арку:

— Джентльмены, — перед дракой, я счёл нужным обратиться к этой банде с речью. — Крайне советую вам отпустить человека и разойтись по домам, пока п……..й не получили.

Четверка обернулась, с удивлением уставились на меня.

— Гля, пацаны, какой у нас здесь смелый выискался, — хохотнул Александр, оскалив желтые зубы. — Тебе чего, жить надоело? В супергероя поиграть решил?

— Мне повторить про расход по домам? — усмехнулся я.

— Или что? — с вызовом спросил Алекс, делая шаг в мою сторону.

— Или п…..ц вам придет, — просто ответил я.

Гопники переглянулись и расхохотались:

— А ты смешной, — протянул Алекс, подходя ко мне. — А ну, пацаны.

Четверка бойцов бросилась ко мне. Первым шел Алекс. Я шагнул вперед, перехватив на замахе руку с зажатой в ней тростью. Коротко ударил ботинком в колено. Гопник взвыл и упал на асфальт.

"Противник нейтрализован".

"Навык Боец повышен".

Я же выхватил из его руки трость, и на развороте хлестнул набалдашником по лицу одному из нападавших, рассекая кожу на щеке. Парень вскрикнул, с его губ полетела красная пена, в которой я рассмотрел белые обломки зубов. Удар вышел хорошим, ничего не скажешь.

"Противник нейтрализован".

"Навык Боец повышен".

Я шагнул в сторону, пропуская рядом с собой напавшего на меня со спины. Тут же ткнул ему носком ботинка под колено, и обрушил трость на затылок упавшего бандита.

"Противник нейтрализован".

"Навык Боец повышен".

Я спокойно развернулся, глядя в глаза четвертому. И тут же понял причину бесноватой смелости банды бешеных апельсинов. Парень стоял в свете уличного фонаря, и мне были прекрасно видны его глаза. Вернее, расширенные под каким-то чудо-препаратом зрачки. Впрочем, вступать в бой этот тип не хотел даже под допингом. Вместо этого парень попятился назад и бросился бежать, тихо скуля и подвывая. Ну уж нет. Как говорилось в одном известном фильме: когда идёт драка, нужно стоять и драться.

Я метнул трость ему вслед. Палка угодила точно в поясницу. Гопник нелепо взмахнул руками и упал на тротуар. Я же неспешно направился в его сторону.

"Противник нейтрализован".

"Навык Боец повышен".

Я подошел к сбитому мной человеку, брезгливо пнул тело носком ботинка:

— Страйк, — протянул я, поднимая трость.

— Пацан, ты чего? — заныл лежавший на грязном асфальте противник.

— Ну я же вас предупреждал, — устало вздохнул я, вытирая перепачканный в крови набалдашник трости о белый сюртук грабителя. — А теперь какой смысл плакать о тяжелой жизни?

— Ты мне позвоночник сломал, — прохрипел поверженный мной противник. — Я жаловаться буду.

— П…….жь, — усмехнулся я. — Кабы я и вправду сломал тебе позвоночник, ты бы уже орал на всю улицу. A раз молчишь, значит, жить будешь. Но раз уж ты будешь жаловаться…

Я замахнулся тростью. Широко, напоказ, будто бы собираясь ударить лежавшего человека. Тот испуганно взвыл и поспешно закрыл руками голову.

— Где дурь берете? — грозно спросил я.

— К-к-какую дурь? — непонимающе проблеял грабитель.

Окованный металлом кончик трости высек искры из асфальта, прямо рядом с головой лежавшего в грязи человека.

— Ты глухой? Мне повторить вопрос? Но учти, если мне ответ не понравится…

— Квартира под притон оборудована. На площади Мира, — заикаясь, поспешно ответил парень. — Удобное место. Хочешь, прямо там торчи, не хочешь — бери на вынос.

"Вы провели первый допрос и выяснили интересующую вас информацию.

Разблокирован навык "Дознаватель".

Навык Дознаватель повышен.

Сбор информации…

Сбор завершен.

Генерация контракта…

Получено новое задание: “Притон”.

Устраните притон, располагающийся на Площади Мира".

Хм, Площадь Мира, значит? Вроде недалеко отсюда. Можно наведаться прямо сейчас. Только с этими закончу.

Я отошел на пару шагов назад и громко сказал:

— Слушайте, и не говорите потом, что не слышали! Сегодня вечером, вы пытались ограбить человека, за что поплатились. И на первый раз обошлись малой кровью. Но если вы еще попытаетесь нарушить закон, даже улицу в неположенном месте перейдете — я вернусь, и всех вас на х…. поубиваю. Всем ясно?

Четверка бандитов послушно закивала.

"Законопослушный гражданин спасен.

Навык Боец повышен.

Вы успешно выполнили подзадание "Манифест".

Правонарушители прошли социальное перевоспитание. Преступность в районе снижена на 5 %.

"Навык Боец повышен".

"Получен новый уровень. Получено одно нераспределенное очко способностей".

Я едва сдержал улыбку: эта четверка фриков повышала преступность в районе аж на пять процентов? Серьезно?

— Свалили отсюда, — властно махнул рукой я, и перевоспитавшиеся гангстеры заковыляли прочь, о чем-то переговариваясь.

— А ты что встал? — спросил я мужика, который, застыл в подворотне статуей, и наблюдал за экзекуцией расширенными от ужаса глазами.

— С- с — спасибо, — заикаясь, пробормотал мужик и поспешно направился прочь. Я же сел на лавку и довольно закурил.

Усталость будто рукой сняло. Видимо, получение нового уровня сбрасывало все изматывающие эффекты применения способностей. Вместо усталости, по всему телу волнами растекалось какое-то приятное чувство. Я довольно прикрыл глаза, откинулся на спинку лавочки и затянулся.

Правда, мой триумф длился недолго. В окнах домов начал загораться свет. Видимо, манифест я зачитывал очень уж громко. Пора сваливать. Эх, даже покайфовать не дали.

Я встал с лавки и юркнул в арку подворотни, скрываясь в тени.

Глава 14 Притон

Притон, где "грозная" банда апельсинов брала дурь, я нашел без особого труда. Значит, сегодня выполню и это подзадание. Почему бы, собственно, и нет?

Треугольник маркера располагался на радаре паре кварталов от того места, где я провел зачистку самих апельсинов.

Я вышел к Проспекту Мира. На ходу снял с головы маску, спрятал ее в карман. Быстро осмотрел себя в свете уличного фонаря. Пятен крови вроде бы на одежде нет. Ну, отлично. Я накинул на голову капюшон кофты, и пошел по тротуару в сторону площади Трех Вождей.

Нужный мне дом удачно расположился в центре двора. На мое счастье, на детской площадке не было ни души. Я быстро пересек освещаемую фонарями территорию, вышел к пожарной лестнице дома. Лестница должна была вывести меня на общий балкон, откуда я и попаду в дом. Правда, точного этажа я не знал. Ну, придется прогуляться.

Я залез на крышку мусорного бака. Пластик опасно захрустел под тяжелыми подошвами ботинок. Подпрыгнул, уцепившись за перекладину лестницы, подтянулся, и полез к металлической площадке, осторожно приоткрыл дверь, ведущую на общий балкон, нырнул на лестничную клетку, и затопал по ступенькам. Маркер на радаре горел не точкой, a треугольником. Значит, цель несколькими этажами выше.

Эту задумку системы я разгадал верно, и на восьмом этаже, маркер превратился из треугольника в точку. Пришли.

Я вышел на балкон, приоткрыл дверь, ведущую в жилой блок. Никого.

Подошвы ботинок прилипли к грязному полу. А в нос ударила резкая вонь из открытого мусоропровода. Запах разлагающегося мусора был настолько сильным, что я закашлялся, а на глазах выступили слезы. Я поспешно натянул маску и как можно быстрее пересёк комнату, выскочив на лифтовую площадку, а оттуда вышел в холл, остановившись и глядя по сторонам в поисках нужной мне квартиры.

Казалось, ремонт здесь не делали момента постройки дома. Из всех ламп дневного света, закреплённых под потолком, горела лишь одна, тускло мерцая и слабо освещая длинный холл. И выглядело это убежище, мягко скажем, паршиво. Пол был покрыт толстым слоем грязи. Краска на стенах облупилась, обнажая белую штукатурку. Во многих местах, на синей краске, которой были выкрашены стены, красовалась наскальная живопись, в виде рисунков и надписей, характеризующая людей, проживающих на этаже. И судя по нацарапанным на стене данным, здесь жили сплошь люди нетрадиционной сексуальной ориентации, девушки с пониженной социальной ответственностью, и твари, которые не хотят возвращать долги.

Я подошел к нужной мне квартире, трижды стукнул в металлическую дверь. В помещении послышались осторожные шаги. Кто-то остановился напротив створки, внимательно глядя на меня в дверной глазок. Затем лязгнул замок, дверь заскрипела, и наружу высунулся один из обитателей притона. Вернее, его голова. И при виде этой образины, я испытал самые противоречивые чувства. Основной из эмоций было омерзение. Потому что из квартиры на меня взирало осунувшиеся, заросшее бородой лицо. Землистая кожа, черные круги под запавшими глазами, будто хозяин квартиры не спал целую вечность. С этими синяками барыга напоминал мне панду. Черные сальные волосы были всклокочены и торчали в разные стороны. Будто человек только что чинил розетку, и его ударило током.

Барыга бегло осмотрел коридор и уставился на меня, будто бы пытаясь вспомнить, где меня видел.

— Можно войти? — любезно поинтересовался я.

— Нет, — решительно заявило существо. — Ты мне не нравишься. На мусора похож. Так что иди-ка ты на х…..

Он попытался было захлопнуть дверь прямо перед моим носом, но я не дал ему этого сделать. Подставил ботинок между дверью и косяком, и коротко, без размаха, ударил существо в лицо, заставив дилера отшатнуться. Потом быстро схватил его за серую от грязи футболку и резко дернул дилера на себя.

От неожиданности барыга подался вперед, сильно впечатавшись лицом в дверной косяк. На холодном сером металле осталось большое красное пятно. Мужик закатил глаза и, отпустив дверную ручку, осел на грязный пол притона. Я же потянул металлическую створку и вошел внутрь.

Сам притон сбыт располагался в однокомнатной квартире. Шаг — и я оказался в небольшой прихожей. Поморщился от резкой вони, пробивающейся даже через маску. Здесь пахло потом и грязной одеждой. Справа от меня был коридор, соединявший прихожую и кухню. В этом же коридоре было две двери, которые вели в ванную и туалет. Я тут же поочередно проверил двери. Но небольшие комнаты были пусты. Да и в маленькой кухне тоже не было ни души. Поэтому я развернулся, возвращаясь в прихожую. Перешагнул через лежавшее на полу тело и прошел в комнату.

Для удобства просторный зал притона был лишен всего лишнего и ненужного. Сняв квартиру, барыга попросту выбросил из помещения всю мебель, оставив лишь стол, пару кресел с засаленной, прожженной во многих местах обивкой, да несколько матрасов на полу. Единственное окно комнаты было завешено тяжелой грязной портьерой, отчего в помещении царил полумрак. Потому что лампочка, свисавшая с потолка на скрученных проводах, слабо освещала комнату. В креслах сидели два гостя. Но на людей, эти существа были похожи весьма отдаленно. Бледные, будто бы обескровленные лица, огромные черного круги под. глазами. Рукава к были задраны с локтей, отрыв взору дороги оставленные на коже иглой. В тех местах, где шприц входил глубоко под кожу, уже виднелись красные точки воспаления и начинающегося некроза. A на столе лежал шприц с остатками крови, закопченная ложка и зажигалка.

Я вышел из комнаты и подошел лежавшему на полу дилеру. Присел рядом похлопал его по карманам. Вытащил под тусклый свет лампочки несколько крупных купюр, пару золотых колец, цепочку, и пакетики с грязно-серым порошком. Сойдет.

Я быстро прошел в комнату и кинул пакетики на стол. Пусть Судьба решит, жить этим существам, или умереть. Если “хмурый” не добьет их — значит, так выпали кости. Пусть живут. Откинут копыта от передоза — так тому и быть. А я останусь вроде как и не при делах. Все равно рано или поздно отъехали бы от хмурого.

Из прихожей раздался приглушенный стон. Значит, дилер, которого я приложил об стену, уже начал приходить в себя. Это хорошо. Пора побеседовать с ним. Заодно и проверю, как работает этот новый навык дознавателя.

Я развернулся и вышел в грязный коридор. Медленно направился в сторону лежавшего на полу дилера. Тот уже успел прийти в себя и, с нескрываемым ужасом глядя в мою сторону. И по мере приближения, зрачки наркобарыги расширялись от страха.

Ну, это неудивительно. Барыга наверняка сам употребляет дрянь, которую продает. И вот, в один не очень хороший вечер, в его притон вламывается человек, глаза которого горят багровым огнем. Галлюцинирующий мозг вполне мог принять такого посетителя за демона, вырвавшегося из глубин ада. И теперь, ведомый ненавистью ко всему живому, демон хочет похитить душу дилера, чтобы обречь ее на вечные муки преисподней.

Чтобы все эта легенда с демоном выглядела более правдоподобной, я растянул губы в некоем подобии улыбки, больше похожей на кровожадный оскал.

— Ты чего? — дрожащим голосом пробормотал пришедший в себя дилер.

Я склонился над трясущимся от страха барыгой и холодно переспросил:

— Я чего? ты какого х…. наркотой здесь барыжишь?

— Так я никого не заставляю, — взвыл делец. — Они сами берут.

— Сами… — я медленно произнес в это слово, будто пробуя на вкус. — Потом они сами идут на улицу и хуйню творят. Убивают, грабят, чтобы на дозу наскрести. Отравляют жизнь на семье, друзьям близким. Наркоманы они как вирус, который медленно разрушает организм.

Дилер молча смотрел на меня расширяющимися от ужаса глазами. Наверняка после такой лекции барыга решил, что перед ним очередной поехавший по всем осям и параметрам. Или…

— Ты из линчевателей? — от страха голос моего собеседника сорвался на писк. — Не убивай. Я перестану барыжить. Завтра же сдамся в полицию. И всех, кого знаю, сдам. Только не убивай, прошу.

По небритым, заросшим щетиной впалым щекам барыги потекли крупные слезы

Он умоляюще смотрел на меня, будто бы выпрашивая помилование. Впрочем, возникшую ситуацию решило системное сообщение:

“Социальное перевоспитание прошло успешно.

Вам удалось воздействовать на мелкого торговца наркотиками по прозвищу Загорелый.

Вы можете казнить дилера, чтобы оставить послание банде, или оставить наркотороговца в живых”.

О как. Социальное перевоспитание прошло успешно. Ну, раз уж человек осознал свои ошибки, понял, оценил и прочувствовал-то пусть живет. Вслух же я сказал совсем другое.

— Это не мне решать.

Я задумчиво вытащил из кармана монету, подбросил ее в воздухе. Поймал, посмотрел выпавшую сторону. Решка.

— Ладно, — задумчиво протянул я, пряча монету в карман. — Живи пока. Но с сегодняшнего дня этот притон не работает. Будем считать прикрыли его за антисанитарию и товар крайне ху… плохого качества. Продукция не соответствовала нормам и требованиям. Но если ты еще хоть раз здесь объявишься — я найду тебя. И убью. Ты уяснил?

Последнее слово я попытался произнести грубо, с нажимом. И дилер тут же поспешно закивал.

“Получено достижение: “Гуманист”.

Сохраните жизнь одному или нескольким преступникам, в связи с чистосердечным раскаянием.

Навык Чистильщик повышен".

Я улыбнулся, и мягко, по-доброму спросил:

— Ты у кого товар брал?

Нужно отметить, что дилер отнесся к этому вопросу весьма серьезно. Он болтал дoбрые двадцать минут, сдавая имена курьеров и поставщиков, адреса притонов, складов и точек фасовки. Парень рассказал все, что знал сам, и слышал от других. Мне даже наводящие вопросы задавать не пришлось.

“Допрос успешно проведен.

Вы получили информацию о наркокартеле, действующем на территории Города Свободы.

Навык Дознаватель повышен.

Получен новый контракт: Ангельская пыль.

Уничтожьте наркокартель “Гидра" выявленный на территории Города Свободы”.

Стоп! Что значит “устраните”? — хотел было сказать я, но вовремя сдержался. Не хватало еще здесь начать разговаривать с невидимым, воображаемым собеседником.

Впрочем, Система не стала отвечать на поставленный вопрос. Она вообще не отреагировала. Потому как больше никаких сообщений мне не пришло.

* * *

Притон я покинул не попрощавшись. Молча вышел за дверь, оставив дилера отмечать свой второй день рождения. Накинул капюшон, натянул на нос маску и как можно ниже опустил голову. Прошел по коридору.

Не желая попадать в поле зрения установленных в лифтах камер, я решил спуститься так же, как пришел. По пожарной лестнице. Благо во дворе не был ни души. Видимо, в предрассветный час даже мелкие уличные преступники уже заканчивали свои промысел. Я спрыгнул со ступенек пожарной лестницы, и быстро пересек освещенный двор. За вечер мне удалось сделать еще одно доброе дело. Теперь у меня был целый список на перевоспитание. И уже очень скоро я наведаюсь к ним в гости. А сейчас пора домой. Принять ванну и спать. Хотя по-хорошему, можно успеть отработать список тех, кто входит в сеть картеля. Так стоп!

Я резко остановился. Имен и адресов, которые сдал мне дилер, очень уж много. Нужно записать куда-нибудь эту информацию пока не забыл. Я торопливо достал из карманов телефон и открыл заметки. Так, что там рассказал этот барыга?

Но записывать ничего не пришлось.

“Вы желаете перейти в комнату игрока, чтобы ознакомиться с добытой в ходе допроса информацией”?

Сообщение Системы всплыло и повисло перед глазами, и я поспешно замотал головой:

— Нет.

Не хватало еще свалиться без сознания здесь. Да еще и ночью. В лучшем случае когда я приду в себя, то недосчитаюсь денег и документов. В худшем…

В худшем я очнусь в клетке спецприемника. В окружении маргиналов, наркоманов и правонарушителей. И вот тогда выпутаться будет сложнее. Скорее всего, мне попытаются пришить распространение. Ну а что? Валялся на улице, в грязи. Глаза стеклянные, с губ пена клочьями летит. Точно наркоман. Трясся и что-то сбивчиво бормотал. Значит, употребляет. А если употребляет-то, вполне возможно, и друзьям отраву продает. И привет семь лет исправительной колонии строгого режима. Нет, такой х….и мне точно не нужно. А вот дома, в теплой ванной да за чашкой горячего чая, можно залезть в комнату игрока и почитать информацию о наркосети. Заодно и посмотрю, что дает новый навык дознаватель.

Я задумчиво достал из кармана сигарету и уселся на невысокий металлический заборчик, огораживающий зеленую зону вокруг одного из домов. Выходит, система как-то считывает информацию, заставляя игрока запоминать нужное, а потом генерирует задания? И можно спокойно и без суеты все почитать, изучить… Очень хорошая способность. Интересно, она работает в обычной жизни? Так можно стать человеком с идеальной памятью. Как герой одного из американских сериалов про гиков-физиков. Полезная в быту вещь. Всегда помнишь, закрыл ли ты дверь, и куда положил ключи.

Пальцы обожгло.

— Б……., - прошипел я.

Окурок выпал из руки, ударившись об асфальтовую дорожку, и вышибая сноп искр. Задумавшись, я не заметил, как докурил сигарету до фильтра. Я поспешно затоптал подошвой ботинка окурок, поднял его и выбросил в стоявшую неподалеку урну. А затем быстро вышел из двора, растворившись в ночи.

* * *

Само собой, покинув притон, я не направился напрямую домой. Пришлось немного погулять по району, чтобы проверить, не следят мне за мной. Вдруг дилер, которого я оставил в живых, решил позвонить друзьям. И на место уже прибыла команда поддержки в виде злых на весь мир головорезов. Бандюги вполне могут сесть мне на хвост и проследить до адреса, где я живу. Ну а дальше навестить меня, начать задавать вопросы про Линчевателей, которые они будут активно сопровождать избиением, порезами и ломанием костей и прочими пыточными прелестями A после того, как выслушают откровенное вранье — прикончат меня. И закопают на одном из старых кладбищ. Само собой, таких гостей я видеть не хотел. Но то ли дилер и правда не стал никуда звонить и перевоспитался, то ли бандиты не успели меня вычислить. Но хвоста не было. Это хорошо.

В предрассветные часы на улицах было пусто. Даже радар “Зова Улиц” не показывал никаких активных событий в районе. Поэтому, вдоволь нагулявшись, я и притопал домой.

Я ввалился в квартиру запер за собой дверь. Не разуваясь, прошел на кухню, без сил шлепнулся на стул. Вечер выдался тяжелым. Слишком уж много я намотал кругов по району. До того, как нашел банду Бешеных Апельсинов. А потом еще долгая прогулка к притону, и отход…

Щелкнул выключившийся чайник. Я забрал кружку с залитым кипятком пyэром и сел за стол. Пора проверить новое задание. А заодно посмотрю, что за навык “Дознаватель”, и что полезного он мне дает.

“Желаете войти в комнату игрока”?

— А то, — ответил я.

В этот раз комната изменилась. Рядом со столом теперь стояла доска, похожая на школьную. И на поверхности этой доски были рядами закреплены фотографии. В основном из уголовных дел. Во всяком случае, люди на снимках были изображены с номерными табличками в руках, на фоне ростовой полицейской линейки. Напротив каждой такой фотографии были скупые пометки. Имя, фамилия, прозвище и должность каждого, про кого рассказал мне избитый дилер. Несколько адресов складов, где хранился товар. Правда, на месте варщиков красовались фото с жирными черными вопросительными знаками. Такие же знаки вопроса стояли и на фото “Лидеров” картеля. Ну, это и неудивительно. Откуда такой мелкой сошке, как обычный уличный дилер, знать имена лидеров крупной преступной организации? А вот адреса нескольких мелких складов — это хорошо. Их можно проверить.

От фотографии к фотографии тянулись нити, объединявшие все это в одну хитроумную паутину. Барыги, курьеры, варщики, бойцы, администраторы онлайн-магазинов. И полицейские, крышующие весь этот балаган. И с последними хотелось связываться меньше всего. Потому что за один доказанный эпизод нападения на сотрудника правопорядка, мне уже могли впаять вплоть до пожизненного.

Все нити стягивались к одному адресу: старому общежитию на Восстания. И об этом здании и его обитателях, я был наслышан. Серый девятиэтажный дом располагался на пересечении Речного проспекта и Проспекта Независимости. Это сооружение портило вид нового района, да и местные жители порой доставляли неудобства жителям окраин. Но расселять общагу никто не собирался. Вот и стоял серый дом среди новостроек как бельмо на глазу города. Поговаривали, что все общежитие принадлежало одной банде. Или коалиции. Или клану. Удобное расселение бойцов в Городе Свободы. Все причастные в одном месте, и по тревоге банда может мобилизоваться в кратчайшие сроки. Да и убить одного из бойцов становится для конкурентов проблемой. Вместо тихого устранения придется штурмовать весь дом. А что до полиции… Все сотрудники правопорядка в городе прикормлены. Ну, или почти все. А если и устроят рейд для отчетности — один из жильцов такого дома возьмет все на себя. И поедет в колонию паровозом. В общем, эта общага была настоящей цитаделью.

"Генерация контракта…

Сбор данных…

Получен новый контракт: “Разведка боем”.

Проникните в общежитие на улице Восстания, чтобы провести разведку на местности”.

Ага! Вот и Система уже дает мне подсказки. Значит, я на правильном пути. И занятие на ближайшие несколько дней у меня есть. Ну, осталось посмотреть на этот новый навык Дознавателя.

Я открыл личное дело игрока. Навыки удобно расположились в порядке прокачки. Первым шел наиболее прокачанный мной Манипулятор, дальше шли Боец, Чистильщик, и Первая помощь. А завершал перечень недавно разблокированный мной навык Дознавателя, с рисунком, в виде папки. Точной копии той, в которой хранилось мое личное дело игрока. Я задумчиво нажал на значок способности, и на странице тут же появилось окно с описанием.

“Чтобы добраться до нужной цели, Линчевателю порой приходится действовать не только грубой силой, но и умом. Анализировать действия преступников, собирать информацию, разрабатывать схемы ликвидации и допрашивать подозреваемых. И навык “Дознаватель” может сильно упростить Линчевателю эту задачу”.

“Ага, сбор и анализ информации, значит”.

Я закрыл окно с описанием и нажал на разблокированную зеленую точку.

“Сбор доказательств (пассивное)”.

“Описание способности: данный навык помогает Линчевателю собирать и систематизировать полученную информацию. Все собранные данные будут выведены на доску”.

“Ага, ясно. Ну, посмотрим, что еще предлагает эта ветка”.

Кроме “Сбора информации”, Дознаватель давал мне еще навык допрос, при помощи которого можно было склонить к разговору даже немого, сбор улик, который давал подсказки в поиске преступников, обрывочные сведения, обыск, следственный эксперимент, пытки и давление. Легендарной способностью было “Чистосердечное признание”, которое позволяло заставить преступника сознаться в совершенных им грехах.

Навыки “Обыск” “Давление” можно было прокачать пять раз, по количеству соответствующий уровней. Каждое усиление способности повышало шанс на успешное срабатывание навыка. И если при обыске уровня “Ученик” я нашел бы десять процентов улик-подсказок, то на уровне “Профи” шанс успешного обыска становился равен уже семидесяти процентам. А значит, приносил максимальную пользу. Неплохая ветка.

Голова начинала побаливать, давая понять, что в комнате игрока я засиделся. Меня ждет кровать и сон. Я закрыл дело и бросил его на стол:

— Пора валить, — устало пробормотал я и глотнул успевшего остыть чая.

Глава 15 Колл-центр

Проснулся я, когда на часах было уже далеко за полдень. Сел в кровати, размышляя о том, как с пользой провести сегодняшний день.

Первым делом нужно заехать в универ и забрать документы. Работать по специальности мне не хотелось. В том числе и потому, что не очень-то я желал становиться частью системы органов правопорядка. Если я туда пойду-то рано или поздно или разочаруюсь, или стану частью команды этого Летучего Голландца, который бороздит просторы океана, проходя сквозь рифы. Потому что корабль призрачный. Да и от судна осталось только легендарное название. А если решу пойти против членов команды — сяду в тюрьму. Мало ли методов воздействия на нерадивых сотрудников у коррумпированной системы правопорядка? Можно, конечно, пойти по стопам отца и стать адвокатом, но…

Но защищать преступников мне тоже не хотелось. В Городе Свободы вся работа адвоката упрощается до переноса денег от родственников подсудимого к полиции. Или судьям.

Я встал с кровати и быстро оделся. Взял с кровати телефон. Нахмурился: на дисплее висело несколько пропущенных звонков с неизвестных номеров.

Первая мысль была о том, что меня все-таки вычислили друзья избитого мной вчера наркоторговца. Но после недолгих раздумий, я решительно отверг эту идею. Очень вряд ли, что бандиты стали бы мне звонить. Скорее, уже прочесали бы район и стучались в мою дверь. С частным, так сказать, визитом. Чтобы побеседовать при личной встрече. Значит…

Но что “значит” мне долго гадать не пришлось. Потому что телефон в моей руке завибрировал, а на дисплее высветился один из тех неизвестных номеров. Ну, сейчас и узнаем, кому и чего от меня нужно. Я провел пальцем по экрану, принимая звонок.

— Алло, — осторожно начал я.

— Максим Карамазов?

Веселый девичий голос располагал к беседе, но я уже понимал в каком русле будет продолжаться этот разговор. И где-то в глубине моей черной души у меня появилось желание к озорству и обману. Исключительно в воспитательных целях, разумеется.

— Да, — бодро ответил я. — С кем имею честь говорить?

— Меня зовут Полина Аркадьевна, я сотрудник службы безопасности Первого городского Банка, — защебетала в трубку девушка. — С вашей карты только что произошло крупное списание денежных средств и мы хотели бы подтвердить, что именно вы производили перевод.

Я едва не расхохотался: этот способ мошенничества был старым, как мир. Тебе звонит фальшивый сотрудник службы безопасности банка и говорит, что с карты списана крупная сумма средств и вежливо предлагает подтвердить операцию. Испуганный клиент банка тут же говорит, что никакой суммы он никуда не отправлял. И тут начинается самое интересное: “сотрудник” предлагает заблокировать перевод и просит назвать данные по карте. Клиент послушно выполняет продиктованные инструкции, и со счета мгновенно снимают все имеющиеся деньги, а номер попадает в черный список. Изи. Главное в этой схеме — поймать человека на испуг и вести его. А на все вопросы отвечать, “я все объясню потом. Сейчас нужно срочно вернуть ваши деньги”.

Полиция регистрирует такие случаи мошенничества крайне неохотно. A раскрываются эти преступления еще реже. Поэтому дело для аферистов верное. И активно используется мошенниками как на воле, так и “из-за забора”. Ну посмотрим, работает ли навык манипулятора при телефонных беседах.

— Нет, я никуда ничего не переводил.

Я старался, чтобы мой голос звучал озадаченно. Даже испуганно, чтобы со стороны показалось, что человек вот-вот впадет в панику.

— Тогда давайте сверим данные по вашим банковским картам.

Голос Полины Аркадьевны повеселел, и я подметил этот факт. Ну, погнали.

— Просто меня предупреждали, что в стране участились случаи мошенничества с клиентами, — уверенно начал я. — И банк создал новый способ проверки. Вы разве не знаете?

— Конечно, конечно, — тут же сориентировалась Полина. — Вот…

— Это хорошо, — прервал ее я. — Вы уже перевели страховую сумму?

— Какую страховую сумму? — растерянно переспросила сотрудник.

Ага. Выбить ее из состояния равновесия у меня получилось. Осталось вести ее, чтобы не соскочила.

— Вы недавно работаете в банке?

— Давно, — неуверенно ответила Полина.

— Тогда вы должны знать, что теперь банк переводит на счет плательщика небольшую страховую сумму. Десять процентов от той, которая лежит у него на счету. А затем снимает эту сумму.

На том конце трубки воцарилось неловкое молчание.

— Что-то нам не давали таких инструкций, — ответила наконец девушка, в ее голосе сквозило явное удивление. К которому примешивалось сомнение в правдивости моих слов.

— Девушка, — добавил я в голос раздражения. — Вас давно поставили обслуживать ВИП — клиентов? У меня только на одной карте больше миллиона рублей.

— A да, я вспомнила! — тут же перебила меня Полина. — Прошу прощения, я только сегодня утром приступила к обязанностям в ВИП секторе. Сейчас я оформлю тестовый перевод. Давайте сверим номер карты.

Я послушно продиктовал номер одной из своих неименных карт, на которой не было ни копейки.

— Давайте проверим сумму. На вашем счету миллион триста тысяч, верно?

— Я точно не помню, — задумчиво протянул я, делая вид, что вспоминаю, сколько денег лежит на пустой карте. — Помню, что, там больше миллиона.

— Тестовый перевод совершен, — весело ответила девушка и телефон пискнул, подтверждая ее слова.

Я взглянул на экран. Пришедшее СМС и правда свидетельствовала о зачислении денег. Реквизиты отправителя были скрыты. Но этот ход я тоже прекрасно знал. Полина вполне могла прислать мне липовое сообщение. Я открыл приложение и довольно усмехнулся: так и есть. Никаких денег мне на счет не поступило. Ну, продолжим беседу.

— Девушка, — раздраженно сказал я в трубку. — Как вас там? Альбина?

— Полина, — тут же поправила меня оператор.

— Полина, тут вот такое дело: мне пришла смс о зачислении денег. А сами деньги на счет так и не поступили. Сдается мне, вы мошенница. Всего доброго.

— Подождите, — поспешно крикнула оператор, — Сегодня у нас частые сбои перевода платежей. Минуту, деньги должны быть зачислены на ваш счет.

"Вы заставили человека поступить так, как вам нужно.

Навык Манипулятор повышен".

Снова пискнуло поступившее на телефон СМС. Я открыл приложение и едва не подпрыгнул от радости. На указанной мной карте и правда была страховая сумма. Стать да это проще, чем конфету у ребенка отобрать.

— Теперь давайте продолжим сверку… — попыталась перевести разговор в нужное русло Полина.

— Нет, сперва вы должны вернуть переведенные мне деньги, — напомнил я.

Полина потрясенно замолчала. Видимо, мысль о том, как она будет возвращать страховую сумму, ей в голову не приходила. И виной тому была жадность. Ведь мадам Полина уже мысленно заработала почти полтора миллиона практически не напрягаясь. Эх, молодость и неопытность.

— А, да. Сейчас, — рассеянно пробормотала девушка, делая вид, что работает. — Подождите пару минут.

— Хорошо, — ответил я и свернул звонок. Быстро открыл банковское приложение и перевел деньги с безымянной карты на другую.

Полина вернулась к разговору как раз в тот момент, когда на экране уже красовалась надпись “операция выполнена”.

— К сожалению, платежная система зависла, — наконец ответила девушка. Давайте пока продолжим процедуру восстановления данных, и деньги как раз спишутся с вашего счета.

— Э, нет, усмехнулся я. — До завершения операции я ничего продолжать не буду.

— То есть… как не будете? — ошарашенно переспросила девушка-оператор.

— Ну вот так, — просто ответил я. — Сначала мы полностью проведем операцию по списанию денег, а затем уже…

— Молодой человек, — повысила голос Полина. — Вы пытаетесь совершить мошеннические действия в отношении сотрудника службы безопасности банка. Это подсудное дело. И если вы откажетесь продолжить процедуру проверки, я буду вынуждена заблокировать все ваши счета и сообщить о факте мошенничества в полицию….

Ага, значит теперь Полина пытается запугать. Сначала сотрудниками правопорядка, а когда я не поведусь-начнет рассказывать мне, что “они этого так не оставят”, что меня найдут и порежут на ремни и так далее. Ну, вперед.

— Какие мошеннические действия? — удивился я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более искренне. — Вы должны были списать с моего счета страховую сумму, которую сами мне перевели. Чтобы подтвердить, что вы не мошенница. Вы не можете этого сделать. Значит?

— Так, все!

Видимо, терпение у оператора Полины подошло к концу. Потому что голос ее то и дело срывался на визг.

— Вы успокойтесь, — посоветовал я. — Чайку выпейте, таблеточки примите. Как вас вообще допустили работать с ВИП — клиентами, когда вы такая неуравновешенная? Абсолютно не умеете держать себя в руках и срываетесь на истерики. Мне придется оставить жалобу в банк. Сообщить, что сотрудница ВИП отдела ведет себя агрессивно.

Я старался, чтобы мой голос звучал снисходительно. Потому что прекрасно знал: от такого поведения, потерявшую терпение Полину совсем разорвет.

“Получено достижение: Там, где вы учились, я преподавал”.

Обманите мошенника, жулика или афериста.

Навык Дознаватель повышен".

В трубке послышались злобные хрипы, и я всерьез забеспокоился о том, что переборщил с воспитательными целями. Как бы мою собеседницу Полину ни хватил инсульт. Мало ли, лопнет сосуд в голове и вот бывший подающий надежды банковский сотрудник превратится в овоща. Уж не знаю, что привело ее в такое состояние: потеря ста тридцати тысяч или осознание, что тебя кинул тот, кого она еще совсем недавно считала лохом.

— В общем, я не желаю разговаривать с человеком, который мне хамит, — сухо сказал я. — Всего доброго.

Я отсоединился, и только после этого довольно расхохотался. Надеюсь, Полина усвоит ценный урок. Хотя я был уверен, что спектакль еще не закончился. И оказался прав. Второй звонок поступил уже через пятнадцать минут. Я едва успел поджарить и съесть яичницу и как раз начал пить успевший настояться до черноты пуэр, как лежавший на столе телефон снова завибрировал. Я покосился на дисплей. Незнакомый номер. Звонила уже не Полина, чей номер у меня был сохранен. Ну, посмотрим на второй акт спектакля. Я взял трубку, провел пальцем по экрану, принимая звонок:

— Алло.

— С вами говорит сотрудник службы безопасности банка.

В этот раз голос был мужским. Видимо, Полина все-таки настучала кому-то, что ее кинули, как последнюю лохушку.

— Слушаю, — охотно подыграл я мошеннику.

— К нам обратились с фактом мошеннических действий, — начал излагать проблему безопасник. — Сотрудница Полина сообщила нам, что вы обманом вымогали у нее сто тридцать тысяч рублей.

— Нет, что вы, — я отхлебнул чай, взял с тарелки бутерброд с расплавленным ломтиком сыра. — Все было совсем не так. Я всего лишь попросил ее перевести страховой взнос. Чтобы обезопасить себя от мошеннических действий с ее стороны. Она совершила операцию, но возвратить деньги не сумела. Чем доказала что сотрудница она ложная. Вы бы в следующий раз получше проверяли своих работников. А то вон что происходит. Среди бела дня кинуть хотят.

— Вы же понимаете, что ваши действия квалифицируются статьей сто пятьдесят девять Уголовного кодекса? — вкрадчиво начал сотрудник. — То есть, мошенничество. И если не вернете деньги, мне придется сообщить о факте в полицию. А вы попадете в тюрьму.

— Прекрасно понимаю, — не стал отпираться я. — Как, впрочем, и действия вашей сотрудницы, которая обманным путем пыталась узнать данные моей карты. Так что сядем в соседние камеры. Вы, кстати, тоже сядете. Как соучастник. На курсах сотрудников службы безопасности вашего псевдобанка учат сосать бибу?

Последний вопрос был истолкован собеседником превратно. Видимо, сказывалось его уголовное прошлое. А может быть, и настоящее.

— бибу сосать будешь ты, — захрипел в трубку безопасник. — Мы такого не спустим. К тебе люди приедут и п…а тебе. Лучше верни деньги по-хорошему.

Доедая бутерброд, я спокойно слушая гневную проповедь. Впрочем, это быстро мне надоело:

— О как закукарекал, — перебил я безопасника. — Ты чьих будешь, чтобы людям, так грозить?

Эта фраза окончательно вывела моего собеседника из себя:

— Тебе п…..ц, мальчик, — кричал он в трубку. — Мы этого просто так не оставим, слышишь? ЛУчше верни деньги по-хорошему, иначе тебе п….ц!

— Ты не ответил на поставленный вопрос, чепуха, — спокойно повторил я. — Ты чьих будешь, чтобы так базарить?

“Получено достижение: Полет нормальный.

Выведите из состояния равновесия мошенника, жулика или афериста

Навык Дознаватель повышен.

— Тебя е…ть это не должно! — орал в трубку собеседник. — Деньги верни!!!

— А что так? — продолжал подначивать я безопасника. — Средства из общака взял, и теперь перед братвой проотвечался? Выходит, ты пи…..л. И спать тебе под шконкой. В петушином углу.

— Совсем ох…л? Мы знаем, где ты живешь.

— И что? Ты пришлешь Полину, чтобы она у меня отсосала? Или сам сосать приедешь, чтобы я деньги вернул?

“Получено достижение: “Тролль”.

Навык Дознаватель повышен".

О, как удачно я побеседовал с сотрудниками безопасности банка.

— Ты даже не представляешь, какие люди за нами стоят, — зашипел в трубку безопасник.

— Все ваши люди не стоят, а сидят, — парировал я. — На бубуке.

— Ах ты падла. Ну все. Жди, б…..ь, гостей.

Собеседник сбросил вызов. Весьма довольный собой, я убрал телефон в карман. Одним глотком допил чай и встал из-за стола. Пора ехать в университет.

Глава 16 Барыга

Здание Юридической Академии удобно расположилось в центре города. На пересечении проспекта Белинского и улицы Народной. Угловатое серое трапециевидное здание словно бы рассекало пространство, разводя улицы как ледокол.

Я въехал на парковку, остановился, глядя на стеклянные двери вахты. Сегодня на посту дежурил Карлович. Седой мужик лет шестидесяти, офицер какой-то силовой структуры в отставке. Добрый дядька, который раньше частенько пропускал меня в здание, когда я опаздывал на пары или забывал дома студенческий. Великий человек, который мог бы спокойно преподавать у нас уголовный процесс.

В углу двора с табличкой “место для курения" было практически пусто. Только старый Павел Васильевич не спеша докуривал сигарету, стряхивая пепел в черную урну.

Седые волосы аккуратно уложены, борода подстрижена. На лице практически не было морщин, а на переносице красовались очки в золочёной оправе. Дорогой костюм и дипломат из светлой кожи завершали образ. Видимо, старый преподаватель следовал одной очень известной поговорке: кто понял жизнь, тот не спешит. Вот Васильевич и не торопился. Несмотря на то, что звонок на пары прозвенел минут пять назад.

Старый п….р был адвокатом с большим стажем и преподавал гражданский процесс. Этого типа я здорово недолюбливал. Причина была проста: Павел Васильевич очень любил деньги. Поэтому на экзамене по своей дисциплине завалил почти всю нашу группу. Те, кто был поумнее, намек поняли и быстро откупились деньгами. Но я платить не желал и ходил на пересдачи как на работу. Через месяц таких попыток меня знала вся кафедра гражданского процесса. И однажды, когда преподаватель оставил меня на кафедре с билетом, а сам отправился курить, одна из аспиранток сжалилась надо мной и быстро написала ответы на все вопросы. Вскоре упырь вернулся и с довольным видом уселся напротив меня, предлагая отвечать на вопросы.

Я начал быстро отвечать. Павел Васильевич внимательно выслушал меня и с милой улыбкой заявил, что я все насочинял. Сидевшая за соседним столом аспирантка-благодетель аж чаем подавилась от такого заявления. А я был с позором изгнан с кафедры с напутствием: “готовиться нужно лучше, юноша”.

Этот случай был единственным, когда мне пришлось прибегать к помощи третьей стороны. И только после разговора на повышенных тонах с моим отцом, крайне недовольный таким вмешательством Павел Васильевич нарисовал-таки в зачетке “хорошо".

Этого старого м……а неоднократно били, колеса его машины не раз резали, но жадность имела куда большую власть над этим человеком, чем здравый смысл. Хуже старого х…….та был только Андрей Колесников, который преподавал у нас административное право. И это был единственный предмет, который мне пришлось посещать спецкурсом.

Я вышел из машины и затопал в сторону корпуса. Молча прошел мимо Павла Васильевича и уже взялся было за ручку двери, как услышал за спиной ехидный окрик:

— Молодой человек. Вас здороваться не учили?

Я остановился. Спесивый старик зло смотрел мне вслед, явно ожидая, что я мигом извинюсь и поздороваюсь. Но вышла лажа:

— Простите, я вас не заметил. Доброго дня, — довольно грубо произнес я. — Думал, все уже на парах. Хотя звонок ведь для студентов, а не для преподавателей.

Павел Васильевич удивленно захлопал глазами, явно приняв мой тон за наглость.

— Дерзите, юноша, — ответил он. — Зря. За все время, пока я здесь работаю, еще никто не вел себя так по-хамски. Машину ломали, меня били, но чтобы родителям жаловаться… Такое было впервые в моей практике. Кстати, о родителях. Слышал, что произошло с вашим отцом. Мне жаль. Такая утрата для городской адвокатуры.

— Да, мой отец был первоклассным адвокатом, — кивнул я. — Не решала, в отличие от многих. Защищал по закону, а не взятки совал.

Преподаватель побледнел:

— Вы на что это намекаете?

— Ни на что, — пожал я плечами. — Просто озвучиваю общеизвестные факты. Кстати, что слышно по поводу знаменитой банды Художника? Вроде бы товарищи бандита, которые на воле остались, обещали адвокату Художника машину сжечь? Там вроде как при защите косяк вышел. Защитник деньги взял, и дело развалить обещал, а Художник на пожизненное загремел. Наверное, это сильный удар по репутации одного из лучших городских адвокатов, да?

— Да ты… — начал было преподаватель, но слушать я не стал. Потянул на себя ручку и вошел в холл корпуса:

— Привет Карлыч. Как жизнь? — остановившись у турникета, весело поинтересовался я у сидевшего в стеклянной будке вахтера.

— Опять опаздываешь, Карамазов? — недовольно покачал головой седой усатый охранник. — А что это Васильевич такой злой стоит и на тебя пялится?

— Да разговор у нас один вышел. Вот он и обдумывает услышанное.

— Эх, молодежь. Неважно выглядишь, кстати. Ты где пропадал-то? Давно тебя не было видно.

— В больничке отдыхал, — ответил я.

— Да ты что? — присвистнул вахтер. — В наркологичке? Неужто передоз? Или водки перепил так, что тебя с капельницей увезли?

— Нет, авария.

— Значит, пьяным за руль сел и в столб въехал, — понимающе кивнул охранник. — Эх, детишки, не бережете вы себя совсем.

— Ох уж эти твои шутки, Карлыч, — ответил я. — Вот ты стареешь, а шутки твои нет.

Карлыч усмехнулся:

— Ну какие есть.

Старый вахтер прекрасно знал, что я никогда не притрагивался к наркотикам. Да и пил в меру. Просто мой внешний вид от хронического недосыпа сам давал повод для бесконечных шуточек охранника про наркотики.

— Карлыч, а правда люди говорят, что ты был пятнадцатилетним капитаном? — ехидно уточнил я.

— В каком смысле? — насторожился вахтер.

— В том самом. Что ты в капитанах пятнадцать лет ходил без повышения. За то, что пошутить любил.

— А правда, что ты на ознакомительную практику вместо месяца три ходил? — тут же среагировал вахтер. — За шутку, что вы труп в покер проиграли.

— Было дело, — не стал отрицать я. — Начальник практики шутку не оценил, и работал я в отделе принеси — подаем три месяца.

— Ох, Карамазов, — покачал головой Карлыч. — Тяжко тебе на работе придется.

— Это смотря кем работать, — не согласился я. — И как к работе относиться. Михаил Федорович у себя?

— Ну а где же ему быть? — сделанного удивился охранник. — Что, прощения просить пришел? Чтобы не отчислили?

— Типа того, — ответил я, не вдаваясь в подробности. Прошел через турникет и поднялся по лестнице на второй этаж.

Система будто взбесилась, щедро осыпая встречаемых мной людей личностными характеристиками:

“Взяточник

Шанс на социальное перевоспитание: 5 %”.

"Взяточник

Шанс на социальное перевоспитание: 15 %”.

"Взяточник

Шанс на социальное перевоспитание: существо не поддается социальной адаптации”.

Впрочем, я не удивлялся: большинство преподавателей, которых характеризовала Система, брали взятки за экзамены и зачеты особо не таясь.

Система и здорово могла помочь в жизни. Хотя бы тем, что показывала, кто находится перед тобой: нормальный человек, или мразь. А заодно и указывала, насколько человек гнилой. В процентном соотношении.

Я толкнул дверь и вошел в деканат.

— Михаил Федорович у себя? — спросил я у секретарши Ани, девочки лет двадцати. Она улыбнулась и кивнула.

Я глубоко вздохнул, постучал в дверь с табличкой, на которой золотыми буквами было выбито: “декан института криминалистики, Медведев М. Ф”. И дождавшись приглушенного “Войдите”, толкнул дверь.

Небольшое помещение, в центре которого стоял длинный прямоугольный стол, заваленный бумагами. Ряд шкафов у стены, за стеклянными дверцами которых были сложены стопки папок. Кадка с пальмой у окна — вот и вся обстановка кабинета. Михаил Федорович сидел во главе стола в удобном кожаном кресле, и перебирал бумаги. Некоторые он откладывал в сторону, на других ставил размашистую роспись перьевой ручкой. К моему величайшему удивлению, Система никак не охарактеризовала сидевшего передо мной человека. Обычный серый силуэт. Будто бы Михаил Федорович ни разу в жизни не нарушал закон.

— Добрый день, Михаил Федорович.

— О, какие люди, — декан оторвался от своего занятия и посмотрел на меня сквозь тонкие стекла очков золотой оправе. — Явился. А я уже хотел подписать приказ о твоем отчислении и передать документы товарищу военкому.

— И я как раз по этому поводу, — ответил я. — Хочу забрать документы.

Декан задумчиво поправил на переносице очки. А на его широком, добром лице появилось что-то вроде непонимания:

— Прямо перед защитой диплома? Зачем.

— Выбрал не ту профессию, — просто сказал я. — И только сейчас это осознал.

Декан задумчиво повертел ручку в пухлых пальцах:

— Жаль. Хорошие отзывы от преподавателей, почти одни “отлично” по профильным предметам. Исключительно положительные характеристики от руководителей практики. Говорят, очень ответственный и старательный работник. У тебя, наверное, уже и контракт был с лабораторией, в которой ты практику проходил?

Я кивнул.

— Ну вот. А ты приходишь и заявляешь, что хочешь забрать документы и поставить крест на карьере. Потому что специальность не твоя.

— Ну что я могу сказать. Так уж сложилось, — я развел руками, словно бы говоря: решение уже принято и менять его поздно.

Михаил Федорович тяжело вздохнул:

— Ладно, иди к Ане. Пиши заявление, — махнул рукой он.

* * *

Я спустился по лестнице в холл и вышел из здания универа. Достал из кармана пачку сигарет, закурил. Довольно осмотрелся по сторонам.

Во дворе университета было пусто. Оно и понятно: пять минут назад прозвучал звонок на пару, и студенты разошлись по аудиториям грызть гранит науки. Что у нас дальше по плану? Крастинов.

Я сел в тачку, нажал на кнопку стеклоподъемника, опуская стекло машины. Закурил, выпустил на улицу струю сизого дыма. И в этот момент, я боковым зрением заметил двух человек у нового спорткара, стоявшего в нескольких метрах от меня. Одного из них я знал. Мой знакомый по учебному процессу. Ваня Емельянов. Мажор из обеспеченной семьи. А вот парня, с которым он разговаривал, я прежде не видел.

И с первого взгляда у меня сложилось такое впечатление, что парень явно учится не в Академии, которое выпускало в большой мир юристов самого разного толка. И учились в нем исключительно детки богатых и влиятельных родителей. Известных адвокатов, судей, крупных чинов из прокуратуры. Этот же парень на мажора похож не был. Всклокоченные черные волосы, смуглое лицо, потрепанный спортивный костюм. Иван что-то сказал, незнакомцу, пожал протянутую руку.

Я прищурился, вглядываясь. Ага, в ладони мажора показались несколько красных купюр, которые собеседник, осмотревшись по сторонам, быстро сунул в карман. И протянул Ивану небольшой пакет. A это что?

Впрочем, долго гадать не пришлось. Система быстро дала мне подсказку, подсветив двух человек красным:

“Имя: Иван.

Наркоторговец.

принадлежность к банде: “Гидра"

Шанс на социальное перевоспитание: 25 %”.

“Имя: неизвестно.

Мелкий дилер.

Принадлежность к банде: Картель “Гидра”.

Шанс на социальное перевоспитание: существо не способно к исправлению”.

Это заявление стало для меня открытием. Нет, я знал, что Ваня балуется наркотой. Но вот то, что он еще и приторговывает.

Значит, Емельянов работает на “Гидру". Ту самую, о которой говорилось в задании. Зачем мажор, сын обеспеченных родителей, решил пойти курьером в наркокартель? Захотелось денег и независимости? Или просто не хватает острых ощущений?

Сразу вспомнилось уголовное дело. Год назад сына судьи поймали с поличным при попытке продажи нескольких доз синтетики. На допросе парень пояснил, что хотел найти работу, и стать самостоятельным. По итогу трудяга закладочного фронта получил восемь лет строгого режима, а отец подал в отставку. И теперь Иван решил пойти по этому же пути.

— Ничему людей чужие ошибки не учат, — пробормотал я.

Долго размышлять над этим вопросом у меня не вышло. Потому что пальцы правой руки нестерпимо обожгло. Я выругался и выронил догоревший окурок. Бычок дымясь и распространяя едкую вонь нагретого пластика, упал на пол.

— Да б…..

Чертыхнувшись, полез искать окурок, пока тот не прожег коврики. Быстро подхватил его с пола и выбросил его в открытое окно.

— Привет, Швед, — раздался знакомый голос. — Какими судьбами?

Я лениво обернулся, посмотрел на Ивана, который, улыбаясь, стоял у открытого окна со стороны пассажирского сиденья.

— За документами приезжал, — спокойно ответил я.

Мой товарищ открыл дверцу и сел в машину. Удивленно уставился на меня:

— Зачем? Перевестись решил?

— Перевестись, — буркнул я односложно, руководствуясь простым правилом: меньше знает — крепче спит. — A ты зачем приехал? Праздника сегодня вроде никакого нет.

Мой товарищ и вправду редко появлялся в институте, предпочитая вести дела через доверенных лиц. То есть, раз в полгода в деканате появлялся человек с конвертом, в котором лежала условленная сумма. А в зачетке Ивана, как по волшебству, появлялись отметки о сданных зачетах и экзаменах. Последние товарищ сдавал исключительно на отлично. Если так пойдет и дальше, Емельянов закончит академию с красным дипломом. Так ни разу и не появившись в стенах учебного заведения.

— Да дела неподалеку были, — махнул рукой Ваня и достал из кармана сигарету. — Будешь?

— Только курил, — ответил было я, но мой товарищ загадочно усмехнулся:

— А это непростая сигарета. Куришь такую — и сознание расширяется. А ты познаешь все тайны мироздания.

Я с подозрением покосился на сигарету:

— Не боишься курить такое прямо возле входа? — уточнил я, указав на корпус, где за прозрачной дверью маячил охранник в серой форме

— Да, — беспечно махнул рукой Иван и спросил:

— Ну так что!

— Пожалуй, я пас. И вообще: наркотики-это плохо.

— Как хочешь, — пожал плечами Иван и сунул в рот фильтр сигареты. Чиркнула зажигалка, и по салону поплыл сладковатый запах.

— Где взял? — поинтересовался я

— Где взял, — там уже нет, — ответил товарищ, пытаясь удержать дым в легких и не закашляться.

— Я серьезно, — постарался я проявить интерес к данной теме.

Иван выдохнул в окно дым, с удивлением посмотрел на меня:

— А ты, случайно, не из отдела по борьбе с незаконным оборотом психотропных веществ?

— Нет. Нужен человек, у которого можно брать, — пояснил я. — Время от времени

Затянувшийся Иван закашлялся:

— Зачем?

— Да с нервами после аварии непорядок, — начал излагать я. — А врач нужные вещества назначать не будет. Говорит, что транквилизаторы только купируют проблему, но никак не помогут ее решить. Вот я и хочу найти человека, который может подогнать транквилизаторов без рецепта.

— Ну… Это… Я могу поспрашивать, — нерешительно начал Ваня.

— А тот, что с тобой рядом с тачкой разговаривал? — перебил его я.

Иван снова поперхнулся, выпустив дым:

— Ты о ком? — сделав вид, что не понял, поинтересовался он. Но дрогнувший голос и без сообщений системы подсказал о том, что парень начинает врать. Ну, или как минимум недоговаривать. Попробуем надавить:

— Он тебе что-то передал, — продолжил я. — А если у него трава водится-значит, и транквилизаторы найти можно.

"Вы уговорили человека поступить так, как вам нужно.

"Навык манипулятор повышен".

— Ладно, — сдался Иван. — Но если попытаешься его кинуть, или в полицию его заложишь…

— Да не ссы ты, — успокоил его я. — Будто полиции в наши дни интересно, кто на улице наркотой банчит. Ты на свободе до тех пор, пока платишь долю. Уж не мне тебе объяснять.

— Это да, — протянул Иван и достал телефон. — Ладно, пиши номер. Скажешь, что от меня.

— Обязательно, — ответил я, вбивая в телефонную книгу нужные мне цифры. — Вот и спасибо. Ладно, дрyже, — я протянул Ивану руку, собираясь прощаться. — Поболтал бы еще, да ехать надо.

— Звони, — ответил товарищ и вышел из машины.

— Само собой, — усмехнулся я и выехал со стоянки.

До встречи с доктором время у меня еще было. Поэтому отъехав от Академии, я остановился и достал из кармана телефон. Посмотрел на записанный несколько минут назад номер. И нажал на вызов абонента.

— Да, — послышался из динамика хриплый голос.

— Привет, — я постарался говорить как можно более спокойно. — Твой номер мне дал Иван. Мажор из академии, помнишь такого! Короче, мне кое-что нужно.

— А кто говорит? — осторожно спросил дилер.

— Чувак, что в имени тебе моем? — усмехнулся я. — Настоящее имя я тебе все равно не назову. Да и твое спрашивать не буду. Но если тебе нужно как-то обращаться к собеседнику. Можешь называть меня Аристарх.

— Аристарх, значит, — протянул дилер, о чем-то размышляя. — Ладно, Аристарх. Подъезжай к общаге на Восстания. Там и обсудим все дела.

Я убрал телефон в карман и завел машину. Итак, о встрече я договорился, что дальше?

Четкого плана у меня не было. С момента встречи на парковке я импровизировал. Но теперь… Нужно было пораскинуть мозгами. Убивать барыгу я не собирался. Зачем рисковать свободой из-за мелкой фигуры? Да и если я его убью — мстить начнут, наверняка. Остаётся ещё один вариант. Сдать барыгу в полиции. Причем желательно, чтобы у дилера на кармане был вес. И чтобы полицейский был не из районного отдела. Там все стражи правопорядка наверняка прикормленные. Такие сейчас времена. Тюрьмы переполнены, да и на содержание заключенных деньги требуются. Проще заплатить штраф за правонарушение. Тысяча за переход в неположенном месте, пять тысяч за убийство. Только кого можно попросить о простой услуге? Васильева? Он вроде бы честный человек. Относительно, конечно, но других вариантов у меня нет. А какие последствия будут для меня, если сдам барыгу? Имени моего никто не знает. Значит, первым, к кому наведаются друзья дилера, будет Иван. Хотя… нет, к нему вряд ли сунутся. Больно высокий пост занимает отец Емельянова. Судья как-никак. Что еще сможет на меня вывести? правильно: ничего.

Может все-таки убрать барыгу? — мелькнула в голове шальная мысль, и я тут жe удивился простой жестокости. Нет, убивать я никого не буду. A вот мусорам сдать, это хорошая идея.

Я повернул ключ в замке зажигания и поехал к месту встречи.

Глава 17 Общага на Восстания

Я припарковал машину в паре кварталов от нужного дома. Причин для такого маневра было несколько. Например, я не хотел увидеть машину стоящей на кирпичах. A за то время, пока я буду разговаривать с дилером, местные умельцы смогут не только разуть того машину, но и снять с нее все, что не приколочено. А такси в квартале общаги я вряд ли смогу поймать. Машины попросту не приезжают на этот адрес.

Возле дверей парадной вертелось несколько чумазых детишек в рваной, перепачканной грязью одежде. Они делали вид, что заняты какими-то своими делами, но время от времени я ловил на себе их изучающие взгляды.

Спокойно сел на лавочку у парадной, вытащил из кармана пачку сигарет и телефон. Пора набрать дилеру. Закурил, нажал на кнопку вызова.

— Дядь, дай сигаретку, — пропищал рядом с ухом детский голосок.

Я выпустил из ноздрей две струи сизого дыма и обернулся к цыганенку.

Невысокий, со всклокоченными черными волосами и перепачканным грязью лицом, он сильно напоминал мне беспризорника из фильмов о революции и Гражданской войне. Только карие глаза смотрели на меня не жалостливо, а нагло.

— Не курю, пацан, — спокойно ответил я.

— А это что? — цыганенок указал на тлеющую в моей руке сигарету.

— Не курю, — повторил я, добавив в голос угрозы. — И вообще: курить — плохо. Особенно в твоем возрасте. Яйца не вырастут.

— А чего здесь сидишь? — продолжал настойчивый допрос оборванец

— Жду одного человека.

— Какого? — не унимался паренек.

Я тяжело вздохнул и уже открыл было рот, чтобы послать нагловатого недоросля, но в этот момент телефон в руке ожил.

— Алло, — донесся из динамика настороженный голос.

— Это Аристарх, — весело отозвался я. — На адресе. Разговариваю с вашей службой безопасности.

— Пятый этаж, — коротко бросил дилер и отключился.

— А номер на домофоне? — быстро сказал я, но ответом из трубки мне послужило лишь молчание.

— Так не работает домофон, — удивился мальчик. — Зачем он нам? Мы люди гостеприимные. А ты к кому? На какой этаж? Купить чего хочешь? — начал сыпать он вопросами. — Ты скажи что, я достану.

Но я уже встал с лавки, выбросил недокуренную сигарету в урну и направился к дверям.

В коридоре не горело на одной лампочки. И скорее всего дело было не в мелких воришках. А в том, что в полутьме проще спрятаться от лишних глаз, и наблюдать за входом. Как, например, та стайка подростков, которые дежурят на лестничной площадке, распивая пиво.

Я спокойно подошел к лифту, нажал кнопку вызова. Вверху загудело, и я с облегчением вздохнул: топать на пятый этаж через такие вот блокпосты, которые наверняка дежурят здесь на каждой площадке, мне не хотелось. Пискнули, открываясь двери, и я вошел в кабину, пытаясь найти кнопку нужного этажа. Задача была непростой, потому что надписи напротив кнопок стерлись под гнетом времен. Некоторые были подписаны поистёртыми маркерами, но кнопка пятого не была отмечена какими-либо опознавательными знаками. Пришлось считать. Створки с лязгом захлопнулись, лифт резко дернулся и медленно, с натужным гудением, пополз наверх. И от этого звука мне становилось слегка не по себе. Потому как если коробка, установленная в доме еще на заре времен, вдруг решит застрять между этажами — не факт, что меня вытащат. Спасатели вряд ли приедут вызволять человека, который застрял в общаге наркоманов. Да здесь, наверное, и кнопка связи с диспетчером не работает. Но сегодня удача явно была на моей стороне. И через некоторое время кабина резко дернулась, и створки лифта распахнулись.

На площадке пятого этажа дежурила стайка подростков гоповатого вида. И едва створки лифта открылись парни, с интересом уставились на меня. Я потянул на себя ручку железной двери и вошел в длинный коридор, окунувшись в тяжелые будни жителей общаги. И тут же поморщился, едва не выскочив обратно. В коридоре стояла нестерпимая вонь, которая шла со стороны кухни. Запах был настолько сильным, что резал глаза.

Практически все двери комнат были открыты, а входы в жилища аборигены просто завешивали занавесками. Хотя кое-где, вместо грязных занавесок висели посеревшие от времени, залатанные простыни. Деревянный пол коридора с облупившейся краской рассохся и скрипел при каждом шаге. Краска на стенах тоже выцвела и облупилась, открывая взору побелку.

Возле в коридоре играли чумазые дети. А на порогах комнат, в серых от грязи майках, всклокоченные и грязные, сидели подростки и взрослые, которые курили, время от времени стряхивая пепел в жестяные банки. Смотрели на меня эти типы как-то недобро, исподлобья. Многие из обитателей тут же безошибочно идентифицированы Системой как люди из наркокартеля. А перед глазами быстро начало рябить от красных полос над головами. И если раньше я сомневался, то теперь был уверен точно: если разговор с дилером пойдет не так — покинуть общежитие живым я уже не смогу. Даже из этого крыла не выйду. Просто бесследно пропаду. А если сюда с проверкой и опросами придет наряд полиции, местные просто разведут руками и в один голос ответят: не видели, не знаем. Хотя наряд вряд ли нагрянет в этот притон. Место здесь нехорошее, энергетика очень уж плохая.

В кармане зазвенел телефон, и чертыхнувшись я вытащил трубку:

— Ну, где ты там? — спросил из динамика недовольный голос.

— Так на этаже. Комнату ищу, оглядываясь по сторонам, ответил я

— Сейчас выйду.

— Эй, пацан, — грубо окликнул меня один из куривших. — Ты не заблудился? Ищешь кого?

Я открыл было рот, чтобы светить, но в этот момент штора в конце коридора отодвинутые, и наружу высунулся ась всклокоченная голова:

— Ты…

— Ага, — поспешно ответил я и торопливо пошел к комнате.

— Заходи.

Я прошел в комнату, и металлическая дверь тут же захлопнулась, отрезая путь к отступлению.

— Ну, Аристарх. Рассказывай.

Я осмотрелся: небольшое помещение с потертым линолеумом, который скрывал прожженный в нескольких местах ковер. Большой, в половину стены телевизор, стол у окна, напротив входа. У дальней стены — вытертый диван. Шкаф у входа, да кресло в дальнем углу. Вот и вся нехитрая обстановка.

Сам дилер прошел через комнату, сел на диван:

— Искал чего? — прямо спросил он, глядя на меня.

— Да мне бы транквилизаторов, — начал было я, но дилер меня перебил:

— Этим говном не торгую. Если бы тебе “хмурый” был нужен, или трава. Ну, или снежок — достать было бы можно. Без проблем. A здесь нужны выходы на аптеки. Ну или больнички. А таких у меня нет, — с сожалением развел руками парень.

— Ну ясно, — чуточку разочарованно пробормотал я, ликуя в душе, что барыга не знал, где достать нужный мне товар.

— Может, мет сойдет? — поинтересовался дилер. — Говорят, тоже успокаивает.

Я покачал головой:

— Не. Мне бы чего-нибудь аптечного. Легального, короче.

— Ну тогда бывай, — усмехнулся парень. — Хотя нет, погоди.

Уже у двери я остановился. Обернулся.

— Ты же в Юридической Академии учишься? — поинтересовался дилер. — Денег заработать не хочешь?

— Это как? — полюбопытствовал я и отпустил дверную ручку.

Дилер посмотрел на меня с удивлением:

— Как друг твой, Ваня. Товар однокурсникам сбывать. У вас же там одни мажоры учатся. Денег у них полно. Можно не хилые бабки поднимать. И не парится особо.

— А, вот в чем дело. Нет, работа меня не интересует.

— Ну, смотри. Бабок в вашей академии можно прилично поднять. На тачку новую. Как у твоего кореша. Товар чистый. Для таких дорогих покупателей мы закупаем у проверенных поставщиков, а не сами варим. Так что передозов не будет.

— На машину говоришь? Как у кореша? Ну я подумаю, — односложно ответил я.

Дилер усмехнулся:

— Ну смотри, пацан. Номер есть. Если что-звони.

Он плюхнулся на диван и включил телевизор, уткнувшись в экран и разом потеряв ко мне всяческий интерес. Я же покинул комнату, стараясь сделать это как можно более незаметно.

* * *

У дверей общежития меня ждал неприятный сюрприз. В виде двух сотрудников в черно-красной форме, с автоматами на плечах. Они стояли рядом с серым седаном, по борту которого шла синяя полоса с надписью: "Полиция. Третий отдел внутренних дел по Центральному району".

Полицейские беседовали о чем-то с чернявым стариком. Дверь общаги хлопнула, закрываясь за моей спиной, и полицейские разом отвлеклись от разговора, недобро уставившись на меня. Обернулся и старик. Прищурился, искоса взглянул на меня. И вернулся к беседе с полицейскими. Блеснули золотые фиксы. Значит, это не совсем простой цыган. Говорят, старшинство вольного народа определяется наличием золотых зубов, и их количеством. Но подсчитать количество фикс не удалось. Да и какое мне дело, кем в общине является этот мужик? Хватит чужие зубы считать. Лучше двинуть отсюда и побыстрее, пока полицейские не обратили на меня внимания, и не отвезли в отдел. Это сейчас у меня на кармане веса нет. А там, в кабинете следователя, ситуация может резко измениться.

И в этот момент кто-то сильно дёрнул мой рукав, заставив меня подпрыгнуть на месте от неожиданности. Я обернулся. За спиной стоял давешний паренек, который устроил допрос, пока я сидел на лавочке.

— Дядь, тебе транквилизаторов надо? — пропищал он, дергая меня за рукав.

— Тихо ты, — шикнул я. — Чего орешь на всю улицу?

Паренек как-то странно посмотрел на меня, а потом засмеялся:

— A ты чего боишься? Не дрейфь, здесь все свои.

Я с сомнением покосился на мужчин в темно-красной форме. Но полицейские были заняты беседой с цыганом, и, казалось, не обращали на меня никакого внимания.

— А, — беспечно махнул рукой парень. — Эти сейчас уедут. Дядя Долган им денег даст, и все.

В подтверждение слов паренька, полицейские сели в машину с синей полосой на борту, и укатили куда-то по своим делам.

— Так ты транквилизаторы искал? — повторил паренек.

— Ты хоть знаешь, что это такое, малец? — с сомнением спросил я.

— А то, — хитро усмехнулся парень. — Интересуюсь химией.

— Далеко пойдешь, — вполголоса пробормотал я. — Надо. Но не здесь. И не сейчас, — добавил я, памятуя о встрече с добрым доктором Крастиновым.

— Тогда давай сегодня вечером, — кивнул парень и уточнил. — Здесь же.

— Э, нет, — усмехнулся я. — Я приеду сюда с деньгами, а местные меня прямо у дверей парадной и гопнут.

Хотел было добавить “или вообще завалят”; но вовремя прикусил язык.

— Ссышь? — попытался взять меня на понт пацан.

— Опасаюсь, — ответил я, не поддаваясь на провокацию.

— Ладно, — слегка расстроился парень. — В восемь у "Старого Бара”. На площади Восстания.

— Идет, — кивнул я и быстрым шагом направился прочь.

— Эй, а что именно тебе нужно, донеслось мне в спину.

Я остановился, обернулся. И правда: а что? Пока я ехал сюда, о списке лекарств я как-то не подумал. Благо, на память пришла книга о немеркнущей классике и похождениях бригады Грибных Эльфов. И я перечислил услышанные мной в аудиокниге названия веществ. Парень с сомнением посмотрел на меня, но промолчал. Просто кивнул и исчез в парадной. Я направился прочь от общежития, радуясь в душе, что выбрался из этого вертепа живым и здоровым.

Добравшись до машины, я уселся на пассажирское сиденье и закурил. Так, сделка назначена, что теперь? Можно попытаться выбить информацию о наркоте у барыги. Это при условии, что он один явится на встречу. А если не один? Да у парней оружие будет? Тогда придет мне п….ц. Прямо у порога кабака и завалят. Хотя там “тройка” вроде рядом, на Чехова. Нет, все равно порешат.

А если сообщить о сделке Васильеву? Тогда нас заметут при сделке, и я вроде как ни при чем. А начнут вопросы неудобные задавать — быстро соскочу с темы. Не зря же у меня навык манипулятора?

Вариант показался мне здравым. И единственным в этой ситуации, который не привел бы меня к больничной койке или обитому металлом столу морга. Ладно, пора ехать к Крастинову. Вторую отмену приема, доктор мне не простит.

У Московского вокзала я купил чистую сим-карту. Барыга сбывал их прямо с лотка, и для покупки средства связи не нужен был паспорт. Такие сим-карты регистрируют сотрудники отделов сотовых магазинов. Чтобы закрыть план и получить премию. Оформляются такие симки обычно на уроженцев дружественных республик, и отследить эти карты бывает очень и очень сложно. Именно такая симка идеально подойдет для того, чтобы связаться с Васильевым и сообщить ему, что у "Старого Бара" на Восстания сегодня будет проводиться сделка по продаже наркоты. Убрав симку в карман, я сел в машину и направился к Крастинову.

Проспект был чист, и дорога в клинику доктора не заняла у меня много времени. Так что к зданию я прибыл, когда до приема оставалось еще десять минут. И в этот раз, мне повезло. На парковке у здания больницы было несколько свободных мест. Отлично. Не нужно будет искать, где оставить машину. При воспоминаниях о прежней парковке во дворе, я поежился. На х… нужно такое счастье. Посмотрел на часы и направился в сторону больницы. Доктор уже должен был ждать меня в кабинете.

* * *

— Как себя чувствуешь? — спросил доктор.

— Все отлично, — отрапортовал я. — Если честно, я не совсем понимаю смысл этой реабилитации. Вроде все восстановилось, жалоб нет.

— Угу, только галлюцинации, на которые ты постоянно жалуешься, — буркнул доктор, записывая что-то в карте. — Кстати, что ты хотел вчера узнать?

— А, да все уже прошло, — отмахнулся я. — Раньше все мерещилось, что я в какой-то комнате игрока. "Игра в жизнь". Ну, знаете, очень похожую на комнату для допросов. Бетонная, с зеркалом во всю стену.

— А теперь? — осторожно спросил доктор.

— Тьфу-тьфу-тьфу, — трижды сплюнул я и постучал по деревянной стенке шкафа. — Теперь все в порядке.

— Если снова появятся какие-то… галлюцинации, сразу звони, — предупредил Крастинов.

— Обязательно док, — успокоил его я.

Спустя двадцать минут, я покинул кабинет, оставив доктора заполнять что-то в карточке пациента. Вышел на улицу и сел в машину. Достал купленную недавно сим-карту и вставил ее в телефон, и набрал номер Васильева.

— Слушаю, — раздался из динамика знакомый голос полицейского.

— Сегодня в семь вечера, y "Старого Бара" на Восстания неизвестные будут проводить сделку по продаже запрещенных веществ, — хрипло сказал я в трубку. — Продавать будет барыга из общежития. Хотите взять их на месте преступления — жду вас в семь часов у бара.

— Кто говорит? — начал было Васильев, но я уже отключился. Вытащил симку, выбросил ее в открытое окно. Закурил, откинувшись на спинку сиденья.

Прикрыл глаза. Половина дела сделано. Осталось выступить в роли покупателя. А в отделе я соскочу. И никаких вопросов со стороны бандитов из общаги, ко мне не будет. Забрали обоих, покупатель заплатил штраф в участке, а барыга, пойманный с поличным с весом на кармане, поехал в СИЗО. Вряд ли, конечно, он сдаст товарищей, но хоть что-то… ладно, теперь нужно дождаться вечера. Заодно и Васильева проверю. Если на место сделки приедет сам полицейский — значит, ему можно доверять. Ну а если приедет наряд из "тройки"… Тогда будет чуть сложнее.

Напротив бара, где была назначена встреча, располагался один из ресторанов быстрого питания. Куда я и заехал для того, чтобы перекусить и скоротать время. Правда, посмотрев на очередь внутри заведения, я поморщился и повернул машину к автокассам. Толпиться в переполненном кафе мне не хотелось. А тут все куда проще. Сделал заказ, забрал пакет с едой, и выехал к стоянке. Отсюда тоже открывался неплохой вид на нужный мне бар. Ну, посмотрим.

Я открыл бумажный пакет, достал еду и принялся неторопливо жевать, запивая кофе, да наблюдая за входом, у которого крутился один из парней в костюме аниматора. Паренек на все лады расхваливал питейное заведение и раздавал флаеры прохожим. На секунду, что-то во всем виде этого паренька, показалось мне смутно знакомым. Эффект дежавю, будто бы где-то я его уже видел. Но как я не напрягал память — так и не мог припомнить, где именно.

Через полчаса у бара объявилась пара цыган, в спортивных штанах и толстовках. На головы типов были наброшены глубокие капюшоны. A вот и парни из местной общаги. Пришли осмотреться.

Я посмотрел на часы. До оговоренного срока оставалось еще сорок минут. Я выбросил упаковки от еды в бумажный пакет. Туда же полетел пустой стаканчик из-под кофе. Завел машину и выехал со стоянки. Нужно было перепарковать тачку где-нибудь подальше. Очень уж не хочется, чтобы кто-нибудь спалил ее рядом с местом сделки. А так все честь по чести: заехал, поел, и отправился по своим делам.

Место обнаружилось на платной подземной парковке у торгового центра в квартале от бара. Отлично. Я загнал машину, и неспешным шагом направился к месту встречи.

Дилеры уже были на месте. Вернее, один из них, в котором я опознал того самого паренька, что сегодня присел на уши возле общаги. Заметив меня, он махнул рукой, приглашая следовать за собой, и направился в переулок. Я осмотрелся по сторонам, взглянул на часы. Без пяти семь. Васильева на горизонте не видать. Ошибся я в человеке. Или полицейский решил не ехать на задержание дилеров, или передал координаты встречи в тройку. Ну, бывает и такое. Только вот что мне теперь делать? Попытаться скрутить этих чертей самому? А дальше что? В тройку их не повезешь. Тамошние копы доставят их к общаге вместо такси, а мне придет п….ц. Б…..ь, вот зачем я в это вписался? Мне что, больше всех нужно? Скучно жить стало?

Так, размышляя о сложившейся ситуации, я завернул за угол, оказавшись в темном переулке.

Мальчишка стоял рядом с мусорным баком, у выхода с барной кухни. И едва заметив меня, он отошёл от кирпичной стены и шагнул ко мне. А вот второго дилера не было:

— Ну и где твой поставщик? — усмехнулся я.

— Здесь — донесся до меня басовитый голос. Я обернулся. Один из дилеров стал за моей спиной, закрывая путь к отступлению. Высокий, широкоплечий тип, лица которого из-за глубокого капюшона, накинутого на голову я рассмотреть не смог. Он стоял, широко расставив ноги и спрятав руки в карманы кофты.

— Он, — дилер указал на невысокого паренька, который крутился у мусорных баков. — Сказал, что ты ищешь транквилизаторы. Мне нужен рецепт. Ты его принес?

Я сделал понимающий вид:

— С изображением мертвых президентов? А таблетки-то достал?

Вместо ответа дилер молча вытащил из кармана прозрачный полиэтиленовый пакетик — зиплок, в котором лежала горсть разноцветных колес.

— Лучшего качества, прямиком из-за океана.

Я извлек несколько купюр. Протянул их дилеру. Вот и устроил ловлю на живца.

Дилер ловко спрятал деньги и, оглянувшись по сторонам, протянул мне пакетик. И в этот момент, случилось сразу несколько событий: во-первых, дилера окутал ярко-красный силуэт. А над головой появилась уже знакомая красная надпись.

"Имя: Никола.

Наркоторговец.

Принадлежнось к банде: наркокартель "Гидра".

Шанс на социальное перевоспитание: существо не поддается социальной адаптации".

Скорее всего, система так намекнула на мои дальнейшие действия. Но сделать я ничего не успел… Потому что в темноту переулка шагнул тот самый аниматор в зеленом костюме. Он встал за спиной дилера. В его руке кто-то тускло блеснуло в свете уличного фонаря. А затем продавец коротко вскрикнул и мешком осел на грязный асфальт переулка. Что-то заорал паренек-цыганенок, а аниматор, с зажатым в ладони ножом, шагнул в мою сторону. С лезвия финки капала кровь и я попятился назад, ожидая удара.

Лица аниматора я не видел, его закрывали поля шляпы. Но вот глаза…. Глаза этого существа сильно отличались от человеческих. Потому что в зрачках вспыхивали и гасли багровые огоньки.

Убийца остановился, секунду изучая меня. А затем насмешливо прикоснулся кончиками пальцев к полям шляпы, будто бы прощаясь, и, оттолкнув меня, метнулся в сторону от убитого, стараясь пересечь узкий проулок.

Спина встретилась с кирпичной стеной, враз вышибая из меня дыхание. В затылке запульсировала тупая боль.

И тут в дело вмешалось “в третьих".

— Полиция! Стоять! — раздался резкий окрик со стороны проспекта. И где-то в отдалении ярко вспыхнул, ослепив, ближний свет фар. А следом завыла полицейская сирена. Я прикрыл лицо рукавом и отвёл в сторону голову, чтобы уберечь глаза от яркого света, но помогало это мало.

— На колени. Руки за голову, — раздался грозный окрик.

“Приехали, б….дь”, - подумал я, выполняя полицейские требования. А через секунду, на запястьях с хрустом закрылись холодные металлические браслеты наручников.

Глава 18 Задержание

К моему огромному удивлению патpуль доставил меня не в "тройку". Вместо этого машина колесила по вечерним улицам добрых полчаса, остановившись у участка северо-западного района. Совсем неподалеку от моего дома. Если сейчас попробовать заставить снять наручники и дернуть от конвоя — минут через пять буду спокойно спать в своей квартире. Заодно и проверю, сработает ли на патрульных навык манипулятора. Впрочем, этот план быстро потерпел фиаско.

— Приехали, выходим, — обернулся ко мне усатый сержант лет сорока в темно-красной форме.

Сидевший рядом со мной полицейский, выполнявший роль конвойного, открыл дверь и вышел из машины. Я послушно выбрался наружу, осмотрелся по сторонам. И едва не выругался: прямо над входом в отдел был закреплен глазок камеры видеонаблюдения. Это плохо. Полицейские вряд ли стали бы трепаться, что подозреваемый сквозанул от них, запудрив мозги. Сказали бы, что я сбежал ещё в той темной подворотне. Отчитались бы, что при проверке никого не обнаружили. А вот камера наверняка срисовал мой профиль. И обмануть искусственный интеллект, увы, уже не выйдет.

По пустой безлюдной стоянке в отделение вели закованного в наручники подозреваемого. Конвоир со скучающим видом шел рядом. Он расслабился и потерял всяческую бдительность. За что и поплатился. Уже возле металлических дверей отдела, сковывающие руки браслеты полетели на землю, а конвоируемый развернулся и сильно, с размахом, влепил не ожидавшему подвоха полицейскому кулаком в лицо. Как по мне, удар вышел хорошим. Таким, что сбил полисмена с копыт. Фуражка слетела и упала на мокрый асфальт. Конвоир рухнул на колени и затряс головой, пытаясь прийти в себя. И тут же получил удар в лицо носком ботинка.

К моему удивлению, страж правопорядка даже не пытался оказать сопротивление. Просто закрывал лицо от осыпавшегося на него града ударов.

— Эй, — осторожно заметил я, кивнув в сторону проводимой экзекуции. — Кажется, там вашего избивают.

Полисмены, которые сопровождали меня к следователю, застыли, озадаченно переглядывались. Они явно не знали, что делать дальше. Вмешаться в драку? Тогда подозреваемый, задержанный на месте убийства может в тапки дать. То есть, попросту говоря, сбежать. А если не вмешаться, то этот псих может коллегу насмерть убить.

— Да не сбегу я, — успокоил я полицейских. — Спасайте своего, пока этот его не убил.

Конвоиры поверили мне на слово. Торопливо бросились на подмогу избиваемому полицейскому. Я же сел на капот, достал закованными в браслеты руками из кармана сигарету. Закурил, с интересом наблюдая за разворачивающимся во дворе зрелищем. На мой взгляд, задержанный выступал вполне достойно. И подкрепление в виде пары полицейских его вовсе не испугало. Он отскочил от избиваемого стража правопорядка, и с размаху заехал коротко стриженной головой в лицо усатому, сбив того с копыт. У меня чуть слезы не навернулись на глаза, от такого зрелища.

— Настоящий воин, — с уважением пробормотал я, наблюдая за тем, как парень бросил избивать скулящего конвоира и деловито принялся мутузить подоспевших ему на помощь товарищей. Глаза задержанного горели каким-то фанатическим огнем, а длань воздымалась и опускалась, отвешивая сильные, добротные тумаки на головы наседавших на него противников.

— Божественно, — я, затянулся и выбросил окурок в урну, и встал с капота. — Невиданная доселе красота.

Впрочем, даже такой воин не мог долго противостоять трем оппонентам. Особенно когда из дверей отдела во двор уже торопилось подкрепление. И лишь впятером, сотрудникам наконец удалось скрутить берсерка. Свалить его на асфальт стоянки и после недолгой воспитательной процедуры, истекающего кровью преступника все-таки скрутили и потащили в отдел. Мои конвоиры вернулись к машине. И рассмотрев разбитое лицо усатого, я не смог удержаться от усмешки:

— Топай, давай, — усатый хмуро подтолкнул меня к дверям отдела.

— Ладно, пойдем, — согласился я и весьма довольный собой затопал к отделу.

"Получен новый контракт:

В полицейском участке.

Выберитесь из полицейского участка.

Условия выполнения задания:

- Вас не должны объявить в розыск".

— Хороший тамада. И конкурсы интересные, — едва слышно произнес я.

— Ты что там бормочешь? — раздался грозный окрик.

— Да так, товарищ начальник.

— Вперед!

В спину грубо толкнули, отчего я подался в сторону дверей участка. Обернулся, зло зыркнул на полицейского и пошел в районный отдел.

— За что задержали, начальник? — не оборачиваясь, поинтересовался.

— Он еще спрашивает, — хохотнул сержант, открывая металлическую дверь.

— Спрашиваю, — кивнул я, проходя за конвоиром в тамбур.

— Смирнов, открывай, — крикнул сержант сидевшему в дежурной части мужику в погонах капитана. — Мы убийцу взяли. Прямо на месте преступления, прикинь?

— Повезло вам, — ответил диспетчер и нажал на кнопку.

Щелкнул замок решетки. Сержант потянул дверь на себя и повел меня по скрипучему деревянному полу длинного коридора. По обе стороны красовались двери с табличками, на которых были указаны номера кабинетов, должность и инициалы следователей. Вообще, коридор давешнего общежития на восстания и коридор отдела были очень похожи тотальной разрухой.

— Сержант a давно у вас ремонта не было, — сказал я, кивнув на стены с выгоревшей, облупившейся краской.

— Ну, сегодня у тебя появились все шансы стать нашим спонсором, — торжественно сообщил сержант, останавливаясь у последней двери коридора. — Краску прикупишь, стены покрасишь.

— А заодно и новой мебелью кабинеты обставишь, — поддакнул стоявший за спиной усатый

— С какой радости?

— С такой, мой друг, что лучше дать денег на новую мебель, чем в лагерь ехать со сто пятой статьей в уголовном деле, — тоном учителя произнес сержант и открыл дверь, на которой была прикреплена табличка:

"Старший следователь, Васильев Б. А".

— Какая еще сто пятая? — возмутился я. — Не знаю я ни о чем.

— Вот так следователю и расскажешь, — успокоил меня сержант. — Борис Аркадьевич, задержанный доставлен.

— Заводите, — донеслось из кабинета.

Меня грубо втолкнули в кабинет и дверь за мной захлопнулась. Я оказался в маленькой каморке с зарешеченным окном и столом, заваленным бумагами. На подоконнике примостился пластиковый электрочайник. И стопки белых папок с уголовными делами, которые занимали все оставшееся пространство кабинета. Да, зашивается следователь. Столько дел в производстве.

— Ба, какие люди! — сделано обрадовался старый знакомый, оторвавшись от бумаг и уставившись на мою хмурую рожу. — Ну, проходи. Присаживайся.

Я взял за спинку колченогий стул, стряхнул с него белые лапки и уселся напротив следователя.

— Гражданин Карамазов, — задумчиво протянул Васильев, перебирая в папке бумаги. — Ну, рассказывайте, как вы оказались в переулке на улице Белинского в момент убийства?

— Да просто отлить зашел, — бесхитростно ответил я.

Следователь оторвал взгляд от бумаг и уставился на меня:

— Очень интересно.

— Да что там интересного? Заехал поесть в фастфуд на Проспекте Металлистов. Приспичило отлить. Зашел, а там двое цыган меня гопнуть попытались. Говорят: гони деньги или… конец тебе. Ну, я отдал всю наличку, что у меня была. А потом это вот все.

— То есть, вы абсолютно случайно оказались на месте сделки по продаже запрещенных веществ? — уточнил Васильев.

— Какой такой сделки? — я удивленно посмотрел на следователя. — Не знаю никакой сделки. Я поесть заехал. Даже чек из фастфуда имеется. В кармане лежит.

— Интересно получается, — протянул Васильев, постукивая кончиком ручки по столу. — Вчера неизвестный, очень похожий на вас, избил у парадной неоднократно судимого Удальцова. А сегодня, на ваших глазах был убит мелкий торговец наркотиками по прозвищу Чалый. Не слишком ли много совпадений, за два дня?

— Театр абсурда, — согласился я. — Но мало ли как бывает.

Врал я складно. Ножа на месте преступления полиция еще не нашла. Иначе старший следователь уже бы продемонстрировал его. Запаянным в полиэтиленовый пакет с биркой, на которой красовался бы номер улики. С сим-картой тоже борода. Она валяется раздавленной где-то около Московского вокзала. Наркотики у дилера я забрать не успел. А деньги очень хорошо вписывались в мою истории о гоп-стопе. Единственным, кто мог меня опознать, был тот самым пацаненок из цыганской общаги, который решил выступить посредником в сделке. Но он, скорее всего, уже слинял. Иначе, его привезли бы вместе со мной. А в остальном, я чист.

— Вы смогли рассмотреть нападавшего? — решил сменить тему беседы Васильев.

Я покачал головой:

— Нет, там темно было. Да и маска лицо закрывала.

Про горящие багровым огнем глаза я решил умолчать. Очень вряд ли что капитан в это поверит. А вот придти в ярость вполне может. И тогда моя прежняя жизнь со всеми глюками, которые подает мне Система, покажется мне сушей сказкой.

Видимо, это и стало последней каплей. И "Игра в жизнь" решила наградить меня за проделанную работу:

"Навык "втереться в доверие" сработал успешно.

Вы заставили человека поверить в правдивость ваших слов.

Навык манипулятор повышен".

— Ладно, сейчас выпишу пропуск, — после недолгого молчания произнес Васильев, заполняя какую-то бумажку. — Но могу вас поздравить, товарищ Карамазов, отныне теперь, вы проходите свидетелем по делу об убийстве. Держите. Подписывайте протокол и свободны.

"Выполнено.

В полицейском участке.

навык Дознаватель повышен;

навык Манипулятор повышен;

Навык Боец повышен;

Вы получили новый уровень. Вы получили одно нераспределенное очко умений.

Хм… неплохая возможность попробовать проделать фокус.

— Добро пожаловать, — едва слышно пробормотал я.

“Вы желаете переместиться в комнату игрока”?

“Желаю”.

Я не успел произнести фразу, как стул, на котором я сидел, завертелся, и я провалился в игровую комнату.

Зябко поежился, сел на стул. Взглянул на зеркало, где крупными буквами красовалось сообщение о новом уровне. Открыл лежавшую на столе папку с личным делом, вложил очко умений в талант "Убеждение". Уж очень полезным оказался навык Манипулятора в повседневной жизни. Затем немного посидел на стуле, бездумно глядя в зеркало. Ну все, пора возвращаться в кабинет следователя. Очень уж интересно посмотреть на реакцию Васильева.

"Желаете вернуться в игровой мир"?

— Желаю, — подтвердил я и прикрыл глаза.

И комната послушно растворилась.

Глава 19 Гости

— Вы что наделали?

Знакомый голос доносился до меня откуда-то издалека. Будто бы на краю сознания. С трудом открыл глаза. Осмотрелся.

Я лежал на полу кабинета. Видимо, когда Система перенесла меня в комнату игрока, я свалился со стула и сильно приложился затылком о крытый тонким линолеумом пол.

Во рту чувствовался мерзкий металлический привкус, а в голове медленными волнами от затылка до лба разливалась тупая боль. Я хотел было подняться, но потолок заплясал перед глазами, и я оставил эти попытки, пережидая приступ дурноты.

— А я что? — донесся откуда-то сбоку будто бы извиняющийся голос Васильева. — Сидели, разговаривали, а потом он вдруг ни с того ни с сего упал на пол. Да глаза еще так странно закатил — ужас. Наркоман, наверное.

— Этот парень пережил страшную аварию, — послышался злобный голос Крастинова. — Он до сих пор проходит реабилитационный курс. А вы тащите его на допрос? Да еще и подозреваемым в убийстве?

— A вам что, — пробормотал Васильев, и я не сдержал мстительной усмешки.

Голос капитана прозвучал, как мне показалось, чуточку разочарованно. Теперь старшему следователю придется исключить меня из списка подозреваемых. Мало ли что мне померещиться могло? У меня же мозги после аварии сдвинулись.

Приступ дурноты прошел. Я зашевелился, с трудом сел на полу, потирая ушибленный затылок. Очень хотелось разыграть сцену с кратковременной потерей памяти.

Вот смеху-то будет. Однако, немного подумав, я все же решил отказаться от этой затеи.

В кабинете стояли Васильев и Крастинов. Причем доктор был весьма зол.

— Дак это… — попытался было возразить следователь.

— Значит так, — перебил его доктор. — Если вы не хотите, чтобы в интернете появилась новость о полицейском произволе — лучше бы пацана из отдела выпустить. Если внутреннего расследования не хотите. Нет, вы конечно можете объяснить, как задержанный оказался на полу, с разбитой головой…

— Ой, да кого в новостях сейчас этим удивишь! — возразил Васильев.

— Тоже верно, — кивнул Крастинов. — Но если у вас нет хороших друзей, которые смогут отмазать — вас вполне могут снять с должности. Это при благоприятных для вас раскладах. А если учитывать, кем работает отец подозреваемого…

“Работал”, - едва не вырвалось у меня. Но я решил благоразумно промолчать.

Васильев ничего не ответил. Но судя по дернувшейся брови, Крастинов попал в цель. Потому что если отмазать тебя некому — от тебя проще избавиться, чем проводить расследование. Уволить или посадить, а начальству отчитаться, что дело закрыто. Заодно, в обществе на время успокоятся, когда по федеральным каналам покажут громкий суд над полицейским взяточником. Такая вот видимость борьбы.

— Ладно, Я подумаю, как вывести парня из этого дела. — неуверенно ответил он.

— Вот и чудно, — лицо доктора мигом приобрело добродушный вид. — Идем, Максим.

— До свидания, капитан, — улыбнулся я и направился к выходу.

— Да в гробу я такие встречи видел, — донеслось мне вслед. Васильев говорил тихо, но я усмехнулся, прекрасно расслышав эту фразу.

— Расскажешь, что стряслось? — спросил Крастинов, едва тяжелая железная дверь отдела со стуком захлопнулась за нашими спинами.

— А что рассказывать? — пожал плечами я и вытащил из кармана кофты сигарету. — Зашел в подворотню, меня попытались ограбить. Ну, а дальше все как-то завертелось. В общем, обычное дело в нашем городе.

— В кармане убитого был найден пакетик с транквилизаторами. А психоаналитик сказала…

Я поморщился: вот оно, неучтенное звено в моей цепочке. А ведь я и вправду просил психоаналитика выписать мне рецепт.

— Ну, мало ли в городе наркоманов? — с улыбкой, ответил я, выпустив в воздух струю сизого дыма. — Может быть, взял себе на вечер. Или продать хотел.

Крастинов очень внимательно посмотрел на меня. И в его взгляде, мне на секунду показалось подозрение.

— Может быть, чайку, доктор? — поинтересовался я, но Крастинов лишь покачал головой:

— Жду тебя завтра на прием, — сказал он и направился к машине. Ну а я двинулся по делам. Вернее, домой. Хватит на сегодня приключений.

У парадной я встретил уже знакомую троицу. Причем Удальцов, он же Гвоздь, очень уж выделялся разбитым лицом на фоне своих друзей. Он обернулся, почувствовав на себе взгляд. И тут же отвернулся, сделав вид, что мы незнакомы. Но у нас еще оставался один незавершенный вопрос:

— Эй, — крикнул я, привлекая к себе внимание Удальцова. Шагнул в его сторону, и положил ладонь на его плечо. Гвоздь обернулся, затравленно посмотрел на меня. A затем пытался отвести взгляд.

— Ты на меня заявление написал? — криво усмехнулся я. — Чувак, это неправильно. Вы же первые к девочке пристали. У меня не оставалось выхода, кроме как вступиться за честь дамы. А ты проиграл в честном бою, и сделал такую подлость. Я про заявление в полицию.

Удальцов попятился, со страхом посмотрев на меня. Поскользнулся, рухнул на асфальт, и подвывая пополз прочь.

— Я заберу заявление, — трясущимся голосом, проблеял Гвоздь. — Пацаны свидетели.

Он указал на стоявших y лавочки парней, и те согласно закивали.

— Отлично. Но если завтра мистер полисмен меня побеспокоит…

Я не договорил, сделав шаг в сторону ползущего по асфальту Удальцова. Спрятал правую руку в карман, и это окончательно сломило собеседника, и лишило его воли к победе. Парень завыл и замотал головой, не в силах вымолвить ни слова.

— И ещё, — я остановился рядом с лежащим на асфальте Гвоздем. — Я теперь вроде как за порядком здесь слежу. А участковый жаловался, что ты бухаешь день и ночь. Не работаешь. В общем — ведёшь асоциальный образ жизни. И если так пойдет дальше…

— Я все понял, — поспешно ответил Удальцов.

— Ну вот и чудно, — я вынул из кармана руку, протянул собеседнику ладонь, помогая встать с грязного асфальта.

"Получено достижение: Макаренко"

Навык манипулятор и повышен".

Интересно, что значит воспитал? И как мне удалось его так запугать? Хотя не только его. Остальные вон тоже мнутся у лавки. Ни слова не произнесли, не говоря уже о том, чтобы за товарища вступиться.

Друзья Удальцова и вправду мялись у лавки, опустив глаза и глядя в асфальт. В общем — старательно делали вид, что ничего не происходит.

— Считай, договорились, — я хлопнул его по плечу и открыл дверь парадной. Прошел через холл, нажал кнопку вызова лифта.

Ну ничего себе, навык! Меньше чем за минуту уговорил человека не делать глупостей. Перевоспитал его! Вот она, сила слова! Убеждение!

* * *

Я зашел в квартиру и запер за собой дверь. Счастливо выдохнул: тяжелый день позади. Теперь меня ждет горячий чай и расслабляющая ванна. Да здравствует отдых.

Прошел в ванную, выкрутил оба крана, и в ванную с шумом потекла горячая вода. Я же прошел на кухню и включил электрочайник. Вытащил из висевшего над столом шкафчика кружку и таблетку прессованного чая.

"У вас остался один невыполненный контракт.

Ангельская пыль.

Устраните дилеров картеля, которые продают наркотики в Центральном районе".

Надпись всплыла перед глазами, и я застыл, ожидая, пока буквы растворятся. Но не тут-то было. Надпись зависла перед глазами, застилая взор.

— Да что за… — начал было я спустя пять минут ожидания. И только после моих слов, надпись рассеялась, рассыпаясь на тысячи красных точек.

Очень занимательное явление. Интересно, что это было вообще? Баг? Ладно, сейчас попробую узнать.

Щелкнула кнопка электрического чайника. Я закинул таблетку пуэра, залил ее кипятком. Забрал кружку и направился в ванную. Пришло время отдыха.

Горячая вода мигом сняла напряжение. И по телу прокатилась волна расслабления. Я блаженно прикрыл глаза, отпил чай. Так, попробуем попасть в допросную.

— Добро пожаловать, — пробормотал я.

"Перемещение в игровую комнату".

Ванная мигом пропала, и я оказался в допросной. Сел на стул, открыл личное дело на вкладке "контракты":

"Контракт "Ангельская пыль".

Найдите и устраните всех лидеров наркокартеля “Гидра”, продающего наркотики в центральном районе;

Штраф за невыполнение контракта:

Блокировка нескольких игровых навыков (на усмотрение системы)".

Э, нет блокировки я не хочу. Очень уж полезные перки дает мне "Игра в Жизнь". За эти несколько дней я успел привыкнуть к сверхспособностям. Интересно, а что значит “устраните”?

— Что значит: "устранить"? — спросил я, глядя в зеркало.

— Устранение подразумевает собой полную ликвидацию всех целей, которые возглавляют картель “Гидра”, - ответил куратор.

Ага, значит обмануть Систему, и отправить бандитов на зону не выйдет. Но и убивать барыг не хотел. Нет, вряд ли ты меня стала бы мучить совесть за то, что я загубил чью-то жизнь. Скорее всего, это был тот самый пассивный навык линчевателя "не зная страха". Скорее, я боялся попасться и загреметь в тюрьму. Ну не улыбалось мне провести в лагерях ближайшие пятнадцать-двадцать лет.

Я задумчиво потёр ладонью подбородок. Попытка схитрить вышла неудачной. И, скорее всего, скоро нужно будет ждать гостей с расспросами. И гости эти будут не из полиции, а из той самой общаги. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Пора домой.

"Желаете покинуть комнату игрока"?

— Желаю, — ответил я, и комната исчезла. Черт побери, покидать это место с каждым разом все проще.

Вода в ванной успела остыть, пока я решал вопросы с контрактом. На устранение.

Я выбрался из ванной, быстро оделся и, забрал кружку с остывшим чаем, покинул комнату. Пора спать.

Но отдохнуть мне так и не удалось. Потому что едва я рухнул в кровать и закрыл глаза, на столе зажужжал телефон. Я протянул руку, нащупал аппарат, посмотрел на дисплей. Иван на проводе. Вот черт, только этого не хватало.

— Слушаю, — сонно пробормотал я.

— Ты что натворил? — раздался из динамика истошный визг.

Кричал мой товарищ так громко, что мне пришлось убрать трубку от уха, чтобы ненароком не оглохнуть.

— Ты о чем? — спокойно уточнил я, убавив звук.

— Мне Рома звонил, — начал путанно излагать товарищ. — Сказал, что ты назначил встречу одному из его корешей. А потом его нашли мертвым в переулке у старого бара на Восстания!

Я сел на кровати, потер лицо ладонью. Ага, значит, дилера, у которого я сегодня был в гостях, зовут Рома. Вряд ли, конечно, имя настоящее, но…

— Да там вообще ад творился! Его какой-то мужик зарезал. Прямо во время сделки. Он и меня порешить хотел, но мусора приехали. Я сам только из полиции вернулся. Допрашивали по поводу убийства.

— И что ты им сказал?

— Что первый раз этого мужика видел, — ответил я почти честно.

Вместо ответа в трубке пискнуло, а затем холодный женский голос произнес:

“Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети”.

Хм, интересные дела. Но не успел я положить трубку, как события вечера начали набирать обороты.

За окном балкона послышалась какая-то странная возня и голоса. Двое приглушенно о чем-то переговаривались, стоя на пожарной лестнице.

Сон как рукой сняло. Вряд ли полицейские пытались бы попасть ко мне в квартиру через балкон. Если только это не отряд специального назначения службы безопасности страны. А значит?

Значит, это пришли ребята из той самой общаги. А Иван сдал им мой адрес. Ска! Ну и ска! Ладно, с ним я решу вопрос позже. Если выживу, конечно.

Я вскочил с кровати, тихо подошел к столу, вытащив из подставки разделочный нож. И прокрался в ванную, прикрыл за собой дверь. Вoвремя.

Распахнулась балконная дверь, и в полутемную комнату вошли двое.

— И где этот кадр? — тихо спросил один из них.

— Да не шуми ты, б…! — шикнул второй. — Ванную проверь.

Послышались тихие шаги. Дверная ручка опустилась, и в этот момент я ударил босой ногой в створку.

Раздался глухой удар и вскрик. Угол двери врезал одному из гостей четко в лоб, рассекая кожу, заставив визитера попятиться на пару шагов назад, и врезаться в стену.

Второй боец, который как раз стоял на пороге жилой комнаты вскинул руку с зажатой в ладони пистолетом. Так нельзя. Выстрелы в квартире дома, стены которого тоньше картона, могут привлечь ненужное внимание соседей.

Я шагнул вперед, одновременно перехватывая руку с пистолетом. Ударил ладонью о стену, заставив гостя разжать кулак и выронить оружие. Тут же лбом в лицо, целя в нос. Хрустнула сломанная кость, а противник отшатнулся назад. Не мешкая, я ткнул его рукоятью ножа в кадык. Мужик захрипел, дернулся, и…

Затылок гостя встретился с углом дверного косяка. Хрустнуло, и визитер завалился на пол, а из разбитого затылка, на ламинате в жилой комнате начало растекаться красное пятно.

"Противник ликвидирован".

Навык Боец повышен”.

— Да б….

Видят боги, я этого не хотел. По поводу мертвеца я не очень-то и горевал. Помер и ладно. Но избавляться от жмурика и следов непредумышленного убийства в мои планы на сегодня не входило. Черт!

Второй гость как раз пытался встать с холодного пола прихожей, когда я с размаху ударил его босой ногой в лицо. Голова гостя безвольно мотнулась, ударившись о стену, и глаза бандита закатились. Пистолет выпал из ослабевшей руки. И в комнате наступила тишина.

Я затравленно осмотрелся по сторонам. Подошел к двери, закрыл ее. На х….! Хватит мне на сегодня гостей.

Потом наклонился над лежащим у входа в комнату цыганом, попытался прощупать пульс на шее. Как и следовало ожидать, сердцебиения не было. Пациент начал остывать.

Я поднял с пола пистолет, повертел его в руке. Цыгане неплохо подготовились к визиту. И скорее всего, хотели завалить меня прямо в кровати. Пока я сплю. А чтобы не поднимать шума, на стволе оружия был закреплен длинный цилиндр глушителя. Это хорошо.

Я подошел ко второму бандиту Этот был жив. Зашевелился, приходя в себя. И первым, что он увидел, открыв глаза, было вороненое дуло пистолета, направленное прямо в лицо.

Над головой бандита горела ярко-красная надпись:

Имя Никола:

Убийца

Принадлежность к банде: наркокартель “Гидра”.

Шанс на социальное перевоспитание: существо не поддается социальной адаптации”.

— Ну, привет, — усмехнулся я, глядя на сидевшего на полу человека. Паренек нервно сглотнул и кивнул.

— Не убивай, — проскулил он.

Я задумчиво потер ладонью подбородок:

— Человек который пришел в мой дом, чтобы убить меня просит оставить его в живых? Чувак, а ты слышал о библейском принципе "око за око"?

Парень мигом сник, видимо, осознав, что шансов выжить сегодняшней ночью у него нет.

— Но если ты ответишь на мои вопросы, я подумаю, как с тобой быть, — успокоил его я, и в глазах несостоявшегося убийцы затеплилась слабая надежда. Парень с готовностью закивал:

— Я знаю, откуда ты, — начал я. — Но к сожалению, не знаю имен ваших…

Я пощелкал пальцами, будто бы пытаясь подобрать нужное слово:

— Баронов. Точно.

Парень посмотрел на меня с нескрываемым удивлением:

— Если я сдам тебе боссов, меня убьют.

Я присел перед ним на корточки:

— А если не сдашь, — проникновенно начал я, — То тебя убью я, чудак ты человек. Не сразу, конечно. Буду пытать. Пальцы по одному отрежу, потом прострелю колени и локти. Затем сломаю ребра. По одному. А затем…

Я задумчиво посмотрел в его лицо:

— Ты знаешь, что глаза можно вынуть из орбит обычной чайной ложкой?

Парень побледнел и торопливо сглотнул.

— Семья Ворончак, — поспешно выпалил он. — Ханзи, Питти и Тобар. Еще Носка.

— А тот, кто сегодня передал деньги полицейским?

— Михей. Человек уважаемый, но кланом управляют именно братья.

"Допрос прошел успешно

Навык Дознаватель повышен.

"Контракт обновлен:

Ангельская пыль".

— Отлично, — мои губы сами собой растянулись в усмешке. — Теперь решим менее насущные вопросы. Вы вдвоем приехали?

Никола сглотнул и закивал.

— Это очень хорошо. Не хотелось бы, чтобы в мою квартиру вломился заскучавший водитель, который попытался помешать нашей беседе. Тогда второй вопрос: где вы, черти, адрес взяли? Иван дал?

— Нет. Ты по сводкам проходил как задержанный на месте убийства.

Ага, значит, все же наша полиция нас бережет. Не факт, конечно, что данные узнали именно от Васильева. Скорее, пробили через тех самых полисменов в Северо-западном отделе. Ладно, допрос окончен. Пора переходить к устранению улик.

— Теперь ты мне поможешь, — я хлопнул побледневшего бандита по плечу, добавил:

— Правда, придется немного поработать.

Глава 20 Чистильщик

Мертвеца мы закатали в длинный кусок ковра, перед этим надев на голову жмурика полиэтиленовый пакет, чтобы ткань не пропиталась кровью. Вытащили тело через балкон на пожарную лестницу, Труп нес Никола. В мою же задачу входил контроль за работой по переноске тяжёлых грузов. Ну, и чтобы бандит по дороге не выкинул какой-нибудь фокус.

— Где ваша тачка? — поинтересовался я, когда мы спустились с пожарной лестницы на асфальт переулка.

— Вон там, — парень трясущейся рукой указал на припаркованную у мусорных баков ржавую машину отечественного производства. Скорее всего, угнанную сегодня вечером с одной из городских парковок.

— Ну, поехали, Никола, — весело сказал я. — Прокатимся.

— Куда? — уточнил побледневший парень.

— А где вы трупы прячете? — вопросом на вопрос ответил я.

— Ну, на Северо-западе есть крематорий, в котором у нас прикормленный человек, — неуверенно ответил бандит.

Вот значит как. Нет тела — нет дела. И нехороших последствий в виде мести. Интересный способ. Полезно всё-таки иметь связи в крематории. Лучше только друг, который работает смотрителем на кладбище.

— Не, это мне не подходит, — решительно отверг я предложение. — Еще варианты будут?

— На Сельмаше есть заброшенные очистные колодцы, — после недолгих раздумий, ответил парень.

"Навык Дознаватель повышен.

— Колодцы? — переспросил я. — Годится. Туда и поедем. Только тачку веди осторожнее. Потому что, если нас остановит полиция…

Я не договорил, взглянув на зажатый в моей руке пистолет. Никола снова закивал, всем своим видом показывая, что понял.

Труп, по классике жанра, мы упаковали в багажник. С трудом захлопнув крышку. Цыган сел за руль, а я уселся на пассажирское сиденье, рядом с водителем, положив пистолет на колени.

— Без резких движений. — предупредил я бандита. — Едем.

Цыган послушно повернул ключ в замке зажигания, и машина медленно тронулась с места, выезжая на Речной проспект. Кировский район был северной окраиной Города Свободы. И про этот район ходило множество слухов самого разного толка. Центром района был завод Сельскохозяйственного машиностроения, который в свое время выпускал трактора и гусеничную технику. И в его цехах работало большинство жителей панельных девятиэтажек, которые плотным кольцом окружали завод. Так было до тех пор, пока затянувшийся кризис не прикрыл производство. Рабочие оказались на улице, а дальше все развивалось по известному сценарию: алкоголизм, наркомания и рост преступности на триста процентов. Полицию в тех краях не особо жаловали, а сами патрули старались заезжать на улицы Сельмаша как можно реже. Потому как зарплата обычного сотрудника правопорядка не стоит того, чтобы тебя сожгли вместе с патрульной машиной. Поэтому с наступлением сумерек, в Кировском районе наступала Судная ночь, как ее описывали в одноименном фильме. Мирные жители старались забаррикадироваться в домах и не подходить к окнам. А на улицы выползало огромное количество банд из бывших рабочих. Такие дела.

Машина колесила по узким улочкам центра, выезжая к Нахимовскому проспекту. И чтобы скоротать время в дороге, я решил побеседовать с водителем:

— Где товар берете? — спросил я, повернувшись к водителю.

Парень затравленно обернулся. Руки цыгана дрогнули, и машину занесло на полосу встречного движения.

— Эй, осторожно! — крикнул я, указывая в лобовое стекло. — За дорогой следи!

Бандит послушно вывернул руль, возвращая машину в полосу.

— Ты чего так нервничаешь? — попытался было успокоить я водителя. — Все нормально. Едем, ведем беседу. Зачем переживать? Выдохни. Нервные клетки не восстанавливаются. Итак, я повторю вопрос: где товар покупаете?

— У Нас собственные лаборатории, — заикаясь, ответил парень

— О как, — присвистнул я. — И где же это производство?

— За городом. В старых деревнях.

"Получен новый контракт:

Производство.

Уничтожьте промышленные лаборатории наркокартеля “Гидра".

Да б…., лучше бы я не спрашивал. Нажил себе проблему на ровном месте.

— Где эти деревни?

Бандит перечислил адреса. Пять населенных пунктов, заброшенных и забытых. Даже на новых картах их уже нет. Ладно.

— А оружие вы где берете? — задал я следующий вопрос.

Никола удивленно посмотрел на меня:

— Так у Цитадели. Они единственные, кто торгует в городе чистыми стволами. Это все знают.

“Навык Дознаватель улучшен”.

“Получен новый контракт”…

Я обреченно застонал, но намек Системы понял, и вопросов больше задавать не стал. Будь проклят мой длинный язык!

Остаток дороги мы проехали молча, думая каждый о своем. Задавать вопросов мне больше не хотелось. Пейзажи центрального района тем временем закончились. Невысокие кирпичные дома, построенные в начале прошлого века, остались далеко позади, уступив место сперва серым девятиэтажкам, а затем и высотками Кировского района. Впрочем, то тут, то там виднелись скелеты рабочих общежитий, и старые трехэтажные дома, до которых еще не добрался прогресс и программа реновации. В таких домах как раз и были рассадники всего пиздеца, из-за которого про район ходили ужасные слухи.

Никола тем временем свернул с Нахимовского проспекта, проехал мимо рядов гаражей, и вывел тачку на грунтовую дорогу. Колеса зашуршали по щебню.

Фары машины выхватили разбитую колею, поросшую густым бурьяном. Через открытые окна в салон ударил удушливый смрад. Такой сильный, что я закашлялся, пытаясь прикрыть лицо рукавам кофты.

Бандит остановил машину возле одного из серых бетонных колец, вкопанных в землю и заросшего бурьяном.

— Здесь, — сказал он, повернувшись ко мне.

— Выходи, — скомандовал я, указав пистолетом на дверь.

Цыган послушно исполнил приказ. Вышел из салона, а затем попятился назад и растворился в темноте.

— Б…..! — рявкнул я, выскакивая из машины. — А ну, стой! Застрелю ска!

Но не тут-то было. Заслышав окрик, цыган, петляя зигзагами, припустил от меня так быстро, как только смог.

“ВНИМАНИЕ!!!

Один из свидетелей преступления пытается скрыться.

Сбор данных..

Сбор завершен.

Свидетель вашего правонарушения является преступником и представляет собой исключительную угрозу для общества. Данный человек не склонен к перевоспитанию

Получен новый контракт:

Ликвидация.

Избавьте общество от существа, переставшего быть человеком”.

— Да ебаный ты по голове, — пробормотал я, вскидывая оружие и пытаясь прицелиться

Бах! Бах! Бах! Трижды огрызнулся пистолет.

Стрелял я из рук вон плохо. Вдобавок ко всему, ствол дергался, так что попал в цель я скорее случайно. Силуэт цыгана всплеснув руками, упал в траву.

"Противник ликвидирован".

Выполнено.

Ликвидация.

Разблокирован новый навык: “Стрелок”.

“Навык стрелок повышен”.

— Цыгане, — пробормотал я, опуская оружие. — Ненавижу, б…… цыган.

Дело сделано. Осталось избавиться от трупов. Сначала от того, что сейчас лежит в багажнике.

Я подошел к машине, вытащил завернутое в ковер тело. Развернул ткань, глядя на лежавшего в траве мертвеца. Вроде бы у меня был какой-то навык, помогающий Линчевателю избавляться от улик? А, да, точно. Чистильщик.

“Улики” — отдал я мысленную команду.

Тело, трава и моя одежда засветилась красным. Спектр цвета был разным: от едва заметного, до насыщенного.

“Пистолетные гильзы” — всплыла подсказка Системы, указав на валявшиеся улики. Два больших пятна в траве, в которых можно было опознать убитых, система обозначила как:

“Труп Николы. Объект может стать причиной начала расследования”.

“Труп Павла. Объект может стать причиной начала расследования”.

А на правой руке, между большим и указательным пальцами, появилось черное пятно:

“Пороховой ожог”.

Я аж рот раскрыл от удивления, до того все оказалось просто. Эта “Игра в Жизнь” и правда упрощает почти все. Теперь понятно, почему “Линчевателей” до сих пор не поймали. Банда игроков с такими навыками может бегать от полиции годами. Ладно, хватит зыркать. Система жрет силы даже при использовании пассивных способностей. Пора зачищать следы.

Я присел рядом с трупом Павла, обыскивая карманы. Найденные купюры мигом поменяли владельца. Деньги лишними не бывают. Остальная мелочь типа ключей и коротковолновой рации, полетела в колодец. А вот нож, снятый с пояса, я решил оставить себе. Сейчас он и пригодится.

Я быстро разрезал на мертвеце одежду и избавил бандита от потрепанных лохмотьев. Схватил тело за ноги и потащил его к колодцу.

Это было непростым делом, так как с виду тощий покойник оказался на удивление тяжелым. Я с трудом подтащил тело к колодцу, прислонил мертвеца к серому потрескавшейся от времени бетону. Остановился, тяжело дыша. Вытащил из кармана сигарету, закурил:

— Ну и тяжелый ты, — пробормотал я, глядя в бледное лицо покойника. А затем, просто толкнул его. тело перевалилось через край и полетело вниз.

Плюх!

"Вы выполнили скрытое подзадание: нет тела-нет дела”.

“Пропажа трупа может стать причиной отказа для возбуждения уголовного дела.

Навык Чистильщик повышен”.

Я подошел к машине, сел на пассажирское сиденье. Залез в бардачок и быстро нашел то, что искал: маленький карманный фонарик. Забрал его и покинул машину. Включил фонарик, подошел к лежавшему лицом вниз Николе. Присел рядом с ним, обыскал карманы, забрав небольшую сумму наличных. Что дальше?

Я избавил второго мертвеца от одежды, и потащил убитого к черному провалу колодца.

Плюх!

В этот раз навык не повысился. Жаль.

Я свалил все тряпье, подсвеченное Системой, в одну кучу, и достал из кармана зажигалку. Чиркнул кремень, и тряпье ярко вспыхнула, осветив окрестности. В небо повалил густой столб черного дыма. А в воздухе запахло плавящейся синтетикой. Хотя эта вонь хоть чуть заглушала смрад, идущий от очистных колодцев. Осталось последнее.

Я прошел на то место, где стрелял в убегающего бандита. Блеснула в свете фонаря заботливо подсвеченная Системой гильза. Раздвинул траву и собрал гильзы, отправив их в колодец. Последним, в темный провал бетонного кольца отправился пистолет, из которого я застрелил бандита. Я же нашел в траве длинную палку, и пошевелил горящую кучу. В небо тут же взлетел сноп искр, а я отшатнулся, закрывая лицо рукой.

За эти манипуляции Система наградила меня еще двумя сообщениями о повышении навыка “Чистильщик”. И я облегченно вздохнул и прислонился к стенке колодца. Дело сделано. Тела засосет серая жижа, которая плещется на дне. Даже если случится чудо, мертвецов вытащат, когда колодцы будут чистить, обезображенные тела невозможно будет опознать по остаткам одежды, в которой бандиты покинули общежитие, потому что все, что может сгореть, сейчас превращается в пепел. Пистолет и гильзы тоже вряд ли найдут. А даже если и найдут, отстрелять его будет невозможно. Прямых улик больше нет. Только домыслы товарищей погибших цыган. Да, скорее всего, они сложат два и два и отважатся отомстить. Но от этого уже никуда не денешься. Дело сделано и обратной дороги нет. Потому что оживлять мертвецов я не умею.

Квартиру по-хорошему лучше сменить. Прямо завтра. Снять хату от собственника, чтобы не заключать договор и не засветить паспортные данные. А дальше начать готовить план. Помножить на ноль общагу у меня, конечно, вряд ли выйдет, но если выполнить контракт на ликвидацию главарей клана — банда попросту распадется. Или уничтожит сама себя в борьбе за власть, или будет поглощена другой группировкой. Или будет тут же уничтожена конкурентами.

Я вытащил из кармана сигарету и сунул ее в рот, поднес к лицу тлеющий край палки, которой перемешивал горящую одежду, закурил.

Жаль ли мне было убитых? Ничуть. Они выбрали свой путь, и, как сказала Система, социальному перевоспитанию не поддавались. Я просто уничтожил неисправимых преступников, чем оказал неоценимую услугу обществу. И вряд ли по этому поводу меня будет мучить совесть. Жизнь сейчас такая. Или ты, или тебя. Пора домой. Нужно еще прибраться в квартире.

* * *

Машину цыган я перегнал в старый гараж отца на Юго-западе. Возиться с ней уже не было сил. Завтра вечером, тачку нужно будет сжечь. Главное, чтобы отец не наведался в гараж за предстоящие сутки. Иначе появится много вопросов, на которые мне не очень хотелось отвечать.

Отойдя от гаражного кооператива на пару кварталов, я вызвал такси. Хмурый водитель недобро покосился на меня, но не стал задавать лишних вопросов. Только открыл окно, чтобы хоть немного проветрить салон от вони очистных и запаха горелой синтетики, которые пропитали мою одежду, пока я избавлялся от улик.

А весь вечер и часть ночи я провел, убирая за незваными посетителями. Сначала, тщательно отмыл ламинат, который испачкана кровью безвременно почившего бандита. Затем порылся на балконе, раскопав там кусок крупной наждачной бумаги и початую банку со шпатлевкой. Зачистил засохшее пятно крови на косяке и положил сверху свежий слой шпатлевки. Аккуратно вывел новый угол, отошел на пару шагов назад, и полюбовался местам недавнего побоища.

“Вы избавились от следов крови убитого на стене."

"Навык чистильщик повышен".

Я усмехнулся: система сама подсказала мне, что видимых улик больше нет. Да, кровь, скорее всего, натекла между досками ламината. Но это полиция сможет найти только при очень тщательном обыске. Пора спать. Надеюсь, система сообщит мне, если в квартиру еще раз решат вломиться.

Только сперва нужно избавиться от одежды. Я снял с себя все, в чем отправился в увлекательную поездку на очистные. Сложил в пакет и вышел за дверь. Утром это тряпье уедет на городскую свалку, где вещей уже никто и никогда не найдет.

Прогулка до мусоропровода подарила мне еще одно улучшение навыка чистильщика. И… новый уровень, с которым, я решил разобраться уже завтра.

Поэтому после возвращения в квартиру, я завалился спать. И едва моя голова коснулась подушки, как я провалился в черную яму без сновидений.

Глава 21 Откройте! Полиция!

Звонок в дверь был чем-то ожидаемым. Я даже догадывался, кто прибыл в гости.

Зевая, я сел на кровати, протер ладонями лицо, чтобы быстрее проснуться. Посмотрел на часы. Десять утра. Поспать удалось лишь шесть часов.

Звонок меж тем, повторился. Вдобавок к нему, послышались сильные удары в дверь. Интересно, кому там неймется? Неужели цыгане средь бела дня пришли узнать, куда пропали их друзья? Хотя это вряд ли. Они, скорее, дождались бы вечера и снова попытались проникнуть в квартиру со стороны пожарной лестницы.

— Иду!

Я встал с дивана, быстро надел спортивные штаны. У выхода из комнаты слегка замешкался. А не взять ли мне пистолет, изъятый вчера у покойного Николы? После возвращения домой я не придумал ничего лучше, чем спрятать его в холодильнике. Но немного поразмыслив решил отказаться от этой идеи. Подошел к двери, посмотрел в глазок. В коридоре стояли двое в черно-красной форме. Знакомые ребята. Где я их уже видел? А, да, точно. Они вчера беседовали со стариком возле цыганской общаги.

Парни нетерпеливо топтались у двери. Но я, все же, решил немного выждать. И открыл только тогда, когда один из парней протянул руку, чтобы снова нажать на кнопку звонка.

— Утро доброе, — сонно пробормотал я, глядя на стоявших в коридоре гостей.

— Собирайся, поедешь с нами, — вместо приветствия заявил полный мужик с погонами лейтенанта.

— Вот как? — удивленно поднял бровь я. — А вы собственно, кто такие? И на каких основаниях я должен куда-то с вами ехать?

— А ты не видишь? — недобро усмехнулся сержант, который трезвонил в мою дверь.

— Форму только. Но я такую в любом магазине спецодежды купить могу. Цена вопроса три тысячи рублей. Вы бы представились, документы показали.

— Ты совсем о….л, сопляк? — начал было сержант, но старший прервал тираду:

— Капитан Иванцов, — представился он. Достал из нагрудного кармана красное удостоверение, и раскрыл его перед моим лицом. — Третий отдел полиции Центрального района.

— Ага, — кивнул я. — A ответ на второй вопрос? Ну, на тот, почему я должен с вами куда-то ехать?

— Нужно побеседовать, — коротко бросил лейтенант.

— О чем?

— Об убийстве одного из жильцов общежития на Восстания, Романа Чалого.

— Так я вроде ещё вчера все рассказал, — развел руками я. — Следователю Васильеву. Больше мне добавить нечего.

Сержант засопел, буравя меня злым взглядом.

— Ты не понял? В отдел с нами поедешь. Если не хочешь по-хорошему, доставим туда силой.

— Нет, я, конечно, могу поехать, только сперва родителям позвоню. Чтобы знали, где искать. Заодно предупрежу, что двое полицейских мне хотели кокаин подкинуть. И взятку вымогали. Отца отстранили от работы. Но, думаю, его знакомые мне помогут. Мир не без добрых людей.

“Вы заставили человека поверить в правдивость ваших слов.

Навык Манипулятор повышен”.

— Зачем же сразу звонить отцу? — тут же расплылся в улыбке капитан. Видимо, информация про родителей стала для него неприятным сюрпризом. — Зачем беспокоить людей?

— В общем, мужики, — начал терять терпение я. — Либо мы разговариваем здесь, под свежесваренный кофе, либо идите, откуда пришли. И вызываете меня повесткой. А с вами ехать у меня никакого желания нет. Очень много дел.

Полицейские еще немного помялись, а затем капитан неуверенно произнес:

— Тогда не будем вас задерживать.

— Ага, — ответил я и захлопнул дверь прямо перед вытянутыми от удивления лицами сотрудников полиции. Прошел в комнату и включил кофемашину. Итак, мои друзья с Восстания, решили пойти иным путем. А именно, через продажных копов. И сотрудники заявились, чтобы, справились ли исполнители с заданием.

Они наверняка думали, что я уже мертв. Но вышла лажа, и я, как ни в чем не бывало, открываю дверь и такой: здрассти. Не удивительно, что им пришлось импровизировать и вспоминать о вчерашнем убийстве, где я засветился как свидетель. Естественно, ни в какой отдел полицеские бы меня не повезли. А попросту передали бы меня людям из общаги, которые сперва узнали, куда пропали их друзья, а потом закончили работу. То есть, меня порешили. Но не тут-то было, и на провокацию я не повелся. Поэтому лейтенант и заглядывал в квартиру. Наверное, искал следы борьбы или еще какую-нибудь х….ню, за которую можно было бы зацепиться. Но я замел вчера все следы. Тащить меня силой было не вариант: в коридоре, лифте и у парадной стоят камеры видеонаблюдения. А значит, запись, где два полицейских тащат из квартиры парня, может попасть в сеть. Дело дойдет до родителей, и младшим офицерским чинам придет пиздец.

Щелкнула кнопка и я налил себе кофе. Сел за стол, сделал глоток бодрящего напитка. Что они предпримут дальше? Вызовут меня повесткой? Вряд ли. Скорее всего расскажут все своим нанимателям, что я все еще жив. Наверняка уже сообщили. А значит, за квартирой будут следить цыгане.

Я задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. Жилье на время лучше сменить. Так что, если и будут следить, то за пустой квартирой.

Я вытащил из кармана телефон, открыл базу и завис перед экраном, листая ленту и выбирая подходящее жилье. Благо, вариантов было великое множество. Последнее время окраины города застраивались все эффективнее. А жители активно скупали квартиры в новостройках спальных районов, чтобы избавиться от стремительно обесценивающихся в связи с кризисом денег. Поэтому допив кофе и сохранив интересные мне варианты, я принялся обзванивать хозяев, чтобы договориться о просмотре квартиры.

Эта процедура заняла у меня время, равное еще одной выпитой чашки кофе. А затем я встал со стула и подошел к двери. Уже у порога, я обернулся, осмотрев квартиру, и вышел в холл.

Едва только я сел в машину и отъехал от дома, как за мной увязалась белая тачка, выехавшая с парковки. Ну что же, этого следовало ожидать. Полицейские из “тройки”, которые зашли ко мне в гости полчаса назад, уже наверняка доложили, что я жив-здоров. И полные решимости цыгане рискнули покататься со мной. Скорее всего, для того, чтобы прикончить в подходящем месте. Ну, придется поменять их планы.

У станции метро "Песчаный остров", я загнал машину на платную парковку, пошел к ближайшему торговому центру. Немного постоял у входа, выкурив сигарету и дождавшись, пока мои преследователи меня нагонят. И когда же тачка цыган затормозила в нескольких рядах от моей, я выбросил окурок в урну и вошел в торговый центр. Поднялся в лифте на самый верхний этаж, где расположился огромный магазин, электроники, и слился с толпой народа, который торопился на очередную распродажу. Магазин был с двумя входами. Поэтому пропетляв между рядов, я вышел и спустился по эскалатору, оказавшись в холле. И вышел из торгового центра со стороны станции метро "Академический Городок", где и нырнул в толпу спешащих в подземку людей. Спустился по эскалатору и прыгнул в закрывающиеся двери вагона метро. Ну вот и все. До свидания, господа.

Если следившие за мной цыгане не совсем овощи, первое, что они сделают — вернутся к машине и будут караулить там. Хотя…

От досады очень захотелось хлопнуть себя ладонью по лбу. Вот я дурак. Есть же сервис проката машин. Как ни крути, а на тачке добираться будет быстрее. Я посмотрел на часы. До приема у доктора время еще оставалось. Должно хватить.

* * *

— Проходите, смотрите.

Хозяйка, девушка лет двадцати, с улыбкой провела меня в небольшую квартиру — студию. Судя по грязи на подошвах ее обуви, она шла на адрес пешком. Значит, живет недалеко. Надеюсь постоянными визитами и инспекцией жилого помещения она не зачастит.

Я кивнул и прошел в квартиру. Точную копию той, в которой проснулся сегодня утром. Шкаф для одежды в углу комнаты, электроплита, стол с парой кухонных шкафов, да раскладной диван. Вот и вся нехитрая обстановка.

— Мне подходит, — кивнул я, достав из кармана смартфон. — Сейчас переведу деньги. Сумма в объявлении ведь верная?

— Конечно.

Судя по очень уж счастливому виду квартирной хозяйки, жилье она пыталась сдать уже довольно давно. Оно и неудивительно: южная окраина города была популярна для аренды жилья, чем север. И неважно, что там уровень преступности выше. Главное, цены более приемлемые. Можно было поторговаться особенно, с навыком манипулятора. Но ладно, поздно уже заднюю давать.

Я перевел указанную сумму и получил дубликат ключей. Девушка ушла, и едва дверь захлопнулась, я подошел к шкафчику и открыл дверцы. Старый белый электрочайник стоял на верхней полке. То, что нужно. Пора отдохнуть, помедитировать и подумать, что делать дальше.

Я набрал в чайник воду, воткнул вилку в розетку и включил кнопку.

Несколько таблеток с чаем я купил в лавке неподалеку от нового адреса моего проживания. Зашумела вскипающая вода, а я закинул прессованный пуэр в кружку и сел за стол. Первым делом, нужно проверить старый адрес. Скорее всего, за домом уже следят, но препятствием это стать не должно. Что дальше? избавиться от машины. Цыгане уже наверняка чухнули, что оба вчерашних бойца пропали без вести.

Значит, тачку нужно сжечь. Где? Да на любой окраине. Горящие автомобили в городе Свободы сейчас — явление не такое уж редкое. Что дальше?

Нужно решить вопросы с двумя новыми контрактами. Причем сначала придется ограбить склад местных оружейных баронов. A то выходит, что я вышел на тропу войны с наркосиндикатом, а из оружия у меня только пистолет. Да и то позаимствованный у Николы. Заодно посмотрим на местный арсенал. Дальше нужно будет избавиться от лабораторий. Нет товара — нет денег. А без денег в этом городе можно заработать нехилый такой геморрой. В виде конкурентов, которые попытаются прижать семью.

Звук выключившегося чайника вывел меня из раздумий. Я залил кипяток и накрыл кружку, чтобы дать чаю настояться. А сам решил забраться в допросную.

"Желаете переместиться в комнату игрока"?

— Желаю.

И снова холодная комната. И надпись на зеркале:

" Вы получили новый уровень".

Я открыл личное дело, перелистывая страницы. В ветке “Стрелок” разблокировался навык: "подсветка цели". В описании умения было сказано, что теперь цели будут подсвечиваться красным цветом.

А в Бойце зеленой стала точка под названием “Мастер анатомии”. Судя по описанию, тоже очень полезный талант. Если вкратце, то при активации эта штука отмечала на цели все жизненно важные органы, упрощая ликвидацию в ближнем бою.

Нераспределенное очко навыков, я вложил в способность "Угрозы" в ветке манипулятора. Способность давала больший профит в переговорах, если игрок будет действовать путем угроз. Кто умеет договариваться, тот владеет миром. А как говорил один очень известный кино герой: "Добрым словом и пистолетом можно добиться куда больше, чем просто добрым словом". Но как же много интересных способностей. Уровни. Мне срочно нужны уровни. Ладно, пора выбираться из этой комнаты. Меня ждет дорога к доктору. А потом уничтожение цыганской брички.

* * *

Перед визитом в клинику я решил заехать на свой старый адрес.

Квартира встретила меня разрухой и запустением. Все было перевернуто вверх дном. Пол толстым слоем покрывал наполнитель из распоротых подушек, вперемежку с разорванными в лохмотья вещами, вытащенными из шкафа. Из разбитого на щепки дивана торчали пружины, а вся нехитрая провизия, припрятанная в шкафчике, была рассыпана по полу. Интересно, что искали цыгане? Убитых друзей? Так или иначе, ловить здесь больше нечего. Все ценное, что было, цыгане наверняка уже присвоили. Хорошо, документы были при мне.

Зато, грабители оставили на столе записку, в которой корявыми печатными буквами было сказано, что меня непременно найдут, убьют, и намотают кишки на ограду моей же могилы. Ну, это мы еще посмотрим.

Я бросил записку на стол и вышел из квартиры. Суки! Ну и ски! У, попадись ты мне, х…..да — бхамимудинда, ответите еще за погром!

У дверей парадной мне встретилась двое чумазых цыганят лет десяти. Но сейчас это было не так важно. Мой путь лежал к Крастинову, и до больницы я вполне мог стерпеть такую компанию. А вот после приема, от хвоста придется избавляться. Ладно, больница Крастинова в десяти минутах ходьбы от метро, так что прокачусь на подземке.

Глава 22 Разговор в такси.

Сбросить с хвоста цыган, карауливших меня у больницы, туда не составило. Не пришлось даже прибегать к хитрым трюкам навроде того, который я провернул утром у торгового центра. Поток пассажиров на станции метро “Речной проспект” был настолько плотным, что сообщение сброшенной слежке пропало, едва я забился в переполненный вагон метро. Уж не знаю, потеряли меня из виду, или моих преследователей принял патруль транспортной полиции, но к гаражу я поехал без сопровождения.

До гаража шел, особо не таясь. Если бы мне упали на хвост — системное сообщение подсказало мне о слежке. Поэтому я спокойно вышел на станции метро "Площадь Революции", и направился к гаражам.

Вечерняя прогулка взбодрила, и в голову пришла мысль немного поохотится. Но как назло, дворы были пусты. То ли гопники решили устроить себе выходной, то ли мне сегодня не повезло, но за полчаса пути до гаражей, я не встретил ни души.

Дверь в гаражный бокс заскрипела, с трудом открываясь. Вошел, нащупал на стене выключатель. одна за другой под потолком вспыхнули. разгораясь лампы дневного света. Машина стояла там же, где я ее оставил. Сел за руль, повернул ключ в замке зажигания.

Завести двигатель получилось не сразу. Лишь с четвертой или пятой попытки мотор чихнул, и машина завелась, начиная медленно набирать обороты. Я осторожно выехал из гаража, запер двери, остановился, открыл на телефоне навигатор, раздумывая, куда бы отогнать машину для утилизации.

Лучше всего для этого подошла бы станция метро "Улица Героев" неподалеку от одноименного проспекта. Крайняя станция метро, пара жилых кварталов. А дальше судя по серому пятну на карте, высились корпуса нескольких заброшенных недостроенных многоэтажек. Стройка домов началась еще лет двадцать назад. Но фирма быстро обанкротилась, и люди остались без вожделенных квартир: Время шло, на каркасы долгостроя до сих пор стоят на окраине, как памятник одному из городских финансовых кризисов. Нет, возможно, их когда-нибудь даже достроят. И внуки обманутых дольщиков наверняка получат заветные ключи, но не сейчас. Не в эту югу.

За долгостроем на карте начиналась большая зелёная зона. Скорее всего, заболоченные, заросшие травой озера. Отличное место. Решено, туда и двину.

Я выехал с территории гаражного кооператива и осторожно вклинился в поток.

Ехать я старался со всей осторожностью, чтобы не дай боги чего не нарушить, и не попасть на камеру. Или на глаза сотрудникам Городской Автомобильной Инспекции. Хотя, с последними можно было бы решить вопрос проще, заплатив штраф на месте. То есть попросту, дать взятку сотруднику полиции. А вот если меня срисует камера… Интересно, в "игре в жизнь" есть перк "Удача"? Если да, его непременно нужно будет прокачать, лишним он явно не будет.

Поначалу все получалось весьма неплохо. Но на перекрестке Морского проспекта и Якорной улицы, переменчивая фортуна решила, что с меня хватит. И одетый в жёлтый жилет сотрудник, стоявший у припаркованной у обочины машины с синей полосой на борту, взмахнул жезлом.

— Да твою мать, — сквозь зубы выругался я, выворачивая руль и останавливая машину у обочины. Приоткрыл окно и принялся ждать сотрудника. Видимо, спокойная работа и хорошие премии в конвертах, способствуют ожирению, не иначе. Потому что пройти с десяток метров, стало для сотрудника правопорядка настоящим испытанием.

— Доброй ночи, капитан. Я что-то нарушил?

Тяжело дыша и утирая со лба пот, сотрудник правопорядка козырнул мне:

— Капитан Хазин, — прохрипел он. — Предъявите документы.

Я понимающе кивнул:

— Сейчас. Универсальные подойдут?

Несколько крупных купюр, показавшихся из окна, переломили ситуацию в мою пользу. При виде денег, глаза офицера не просто заблестели. В них вспыхнуло настоящее алчное пламя. Толстая ладонь мигом ухватила купюры словно бы сотрудник боялся, что я передумаю. Деньги исчезли из моей руки, а на лице офицера заиграла довольная улыбка:

— Желаю удачи на дорогах, — отрапортовал он. — Больше не нарушайте.

— Спасибо, — весело ответил я, прекрасно понимая, что ничего и не нарушал. — Больше не буду.

Я покрутил ручку, закрывая окно. Завел машину, осторожно выехал с парковки. Все вышло куда проще, чем я думал. Система даже повышения навыка не дала.

До заброшенного долгостроя я добрался без происшествий. Один раз, в редком потоке машин, меня едва не подрезал какой-то д….б, но разбираться с ним я не стал. Слишком уж велика была вероятность оказаться на каком-нибудь видеохостинге, где публикуют видео с разборками на дорогах. Так что до заброшенного долгостроя я добрался без происшествий. Ворота на строительный объект были гостеприимно открыты. А сам участок встретил меня высоким бурьяном и горами строительного мусора, из которых то тут, то там выглядывали обломки битого кирпича, края бетонных плит с торчавшей ржавой арматурой, углы превратившихся в камень мешков цемента в выгоревшей, рваной бумажной обёртке, обломки досок с торчащими ржавыми гвоздями, обрезки труб, битое стекло и прочий хлам, который был завезен на объект, но так и не пригодился. И для меня было большим удивлением, что местные ханыги до сих пор не обошли стройку и не вывезли отсюда весь металлолом.

Серые дома, изрисованные граффити слепо смотрели на меня черными провалами окон, нагоняя жути и пробуждая в мыслях картины из хоррор фильмов. Но в остальном, здесь было тихо. Ни бездомных, ни экстремалов и любителей сталкинга. Это хорошо.

Я осторожно проехал между рядами скелетов серых бетонных домов, стены которых были густо покрыты граффити. От простых корявых надписей типа "Вася-лох", до сложных разноцветных фраз, написанных на непонятном мне языке и картин, нарисованных уличными художниками.

Свернул, припарковал машину у крайнего дома. Вышел из тачки, открыл багажник и вытащил оттуда несколько пластиковых бутылок, в которых плескался заранее заготовленный бензин. Открыл все двери машины, щедро полил горючим салон. Затем достал из кармана фальшфейер, и вырвал кольцо. В темноте, с шипением, вспыхнул красный огонь, осветив окрестности: изрисованную стену ближайшего ко мне дома, бурьян гору мусора и высокий забор-ограждение, на котором черной краской крупными буквами было выведено слово "тебя". Размахнулся и бросил факел в открытое окно машины.

Раздался тихий хлопок, и салон охватило пламя. Я довольно усмехнулся: последняя. улика, связывающая меня и цыган, уничтожена. Нет, может быть полиция и найдет обгоревший остов. Возможно, дознаватели даже установят, кому она принадлежала. Но кто приехал на ней в заброшенный недостроенный жилой комплекс, навсегда останется тайной покрытой мраком.

* * *

С замороженной стройки я выбрался лишь тридцать минут спустя, оставив за спиной догорающую машину. Навязчивая паранойя советовала мне остаться и проверить, не заметил ли кто пожар. Но за тридцать минут сообщений о том, что за мной следят, так и не поступило. И лишь когда огонь уже практически уничтожил тачку, Система выдала долгожданное:

“Вы уничтожили транспортное средство, в котором перевозили тела убитых.

В данном транспортном средстве могли остаться отпечатки ваших пальцев и пятна крови убитых.

"Навык чистильщик повышен".

А вот и приятный бонус. Нужно будет посмотреть, много ли мне осталось до нового уровня. Пора начинать прокачивать боевые навыки. Я развернулся и зашагал к открытым воротам.

Отойдя на пару кварталов от долгостроя, я вызвал такси. Ждать пришлось долго. Хотя неудивительно: машины ездили на городские окраины с великой неохотой. Поэтому надпись "поиск свободной машины" висела на экране телефона довольно долго.

Я уселся на единственную целую лавочку возле парадной дома и закурил. Может быть, прогуляться пешком? Заодно пару мелких квестов сделаю. На всякий случай открыл радар Зова улиц. Но в районе было на удивление тихо. Красные точки на карте отсутствовали. Странное дело: в кои-то веки на южной окраине города было спокойно.

В кармане пискнул телефон. Прилетело сообщение от приложения такси. Статус "поиск подходящей машины" сменился на "водитель в пути". А на карте появилась движущаяся в мою сторону машина.

Водитель остановился у автобусной остановки, неподалеку от дома. Видимо, въезжать во дворы он поостерегся. Ну так я его прекрасно понимал. Мало ли, что может случиться? Напороться на какую-нибудь дикую шайку в этом районе проще простого. Водителя ограбят, а машину сожгут. Вот и все дела. Хорошо, что вообще хоть кто-то решил приехать сюда, пусть и по двойному тарифу. Я встал с лавки и направился в указанную сторону.

Таксист, мужчина лет пятидесяти, критически уставился на меня с водительского сиденья, пытаясь понять, трезвый ли я. Мало ли что? Вдруг я здорово так поднакидался. Или, что еще хуже, вставился дозой. И я был уверен что если бы у водителя появилось хоть малейшее подозрение, что я не в своем уме-машина тут же сорвалась бы с места и, исчезла в темноте. Я лишь улыбнулся, демонстрируя свое дружелюбие и полное отсутствие агрессивности. Хотя, признаюсь честно, я прекрасно понимал подозрения таксиста. Лучше получить выговор, но остаться в живых, чем попасть в криминальную хронику. К тому же, выглядел я паршиво. Лицо и руки были испачканы гарью, а одежда была влажной от долгого блуждания в высоком бурьяне. Вдобавок от меня воняло дымом, жженым пластиком и бензином. Поэтому, если бы водитель покачал головой и уехал, я не стал оставлять плохие отзывы в приложении.

Но фейсконтроль я все же прошел. Замки машины щелкнули и пассажирская дверь открылась.

— Вечер добрый, — пробормотал я, усевшись на сиденье рядом с водителем.

Таксист лишь кивнул, выворачивая руль и выводя машину на дорогу.

— Напомним, что следственный комитет назначил награду в один миллион рублей за информацию о каждом члене группировки, — донесся из динамиков магнитолы голос ведущего новостей.

— Очередное убийство? — поинтересовался я.

— Нет, — пробасил водила. — Какой-то парень сильно избил наркоманов на Северо-западе.

Я присвистнул, прекрасно понимая, о каком “Неизвестном парне с Северо-Запада” идет речь:

— На работу Линчевателей это мало похоже. Линчеватели же обычно не связываются с мелким криминалом. Да и жертв они убивают. Чтобы свидетелей не оставлять

— В том то и дело, — вздохнул таксист. — Говорят, в городе стали появляться подражатели.

— А, вот оно что, — пробормотал я. До этого момента я как-то не задумывался, что мои действия по отношению к бешеным апельсинам и прочим мелким бандам фриков воспримут как подражание линчевателям. С одной стороны это явный плюс. Значит, я выбрал правильную сторону. Ну а с другой…

С другой, я сбросил вызов полиции всего города. Потому что с точки зрения стражей правопорядка, подражатели, пусть и в таких делах, как борьба с организованной преступностью — это плохо. А это очень паршиво. Общество может подумать, что система бездействует. И в городе начнется хаос. Похлеще того, который творится сейчас. Поэтому подражателей будут искать. И устраивать над ними громкие показательные процессы, чтобы общество осознало, что самосуд — неправильное, противозаконное деяние. И если меня поймают — список инкриминируемых мне статей будет большим и разнообразным. А тут ещё и награда за голову. Словно прочитав мои мысли, водитель отвлекся от дороги и покосился на меня:

— Эх, найти бы этих линчевателей, — мечтательно пробормотал я и добавил:

— Ну, миллион рублей же обещают. За каждого.

— Эх, парень, — покачал головой таксист.

— А что не так? — сделал вид, что не понял я.

— То, что эти ребята правильные вещи творят, — сокрушенно ответил таксист. — А такие, как ты, могут все благие намерения загубить. И все от жадности. Желания денег поиметь.

— Это какие благие намерения? — усмехнулся я. — Людей убивать без суда и следствия?

— Да хоть бы и убивают, — тут же горячо возмутился таксист. — Иногда это необходимо. Вот тебе история: у меня в районе банда вымогателей орудовала. И мусора ничего сделать не могли. Или не хотели. Думаю, у бандитов почти весь участок на зарплате сидел. А когда линчеватели пару человек убили — так банда быстро распалась. И полицейские взятки брать перестали. Жизнь она дороже. Потому что перед линчевателями все равны, продажный законник или обычный бандит. Нарушил закон — получи пулю, вот и весь разговор. А ты про миллион говоришь. Да я бы сам им денег дал. За наведение порядка. Не миллион, конечно, но они правильное дело делают. Побольше бы таких.

— И что, в вашем районе преступников совсем нет? — ехидно поинтересовался я.

— Ну, не совсем, — чуть смутился таксист. — Отморозков хватает, но всяких д…..в, которые простых людей грабят, сильно меньше стало. Как и желания вступать в банды и творить грязь и бардак.

— И все равно, но в ней преступностью полиция должна заниматься, — не унимался я. — Для того эта организация и существует. И деньги получает.

Водитель обернулся ко мне, и в его карих глазах читалось явное непонимание: идиот я, или попросту решил поиздеваться:

— Ты из какого леса выбрался, парень? — усмехнулся он. — Полиция вся на зарплате у тех мразей, что банды уличные создают. Время сейчас такое. Хочешь жить — умей договариваться. А будешь закон чтить — придет тебе п….ц. И ладно, если одному тебе. А у людей семьи есть. Дети, жены, родня. А будешь помогать нужным людям — будет тебе счастье. Вот и все. Все куда проще, чем кажется, парень. Но ты ещё молодой глупый. Подрастешь — поймёшь.

На этом наш разговор и закончился. Водитель уставился на дорогу, а я смотрел в окно пассажирской двери, тщательно пытаясь спрятать довольную улыбку. Видимо, не всем в городе нужна награда.

Глава 23 Полицейский

Водитель высадил меня у парадной многоэтажки, в которой я сегодня днем снял квартиру.

— Счастливого пути, — попрощался я и закрыл дверь.

— Угу, — угрюмо ответил водитель и машина сорвалась с места, выезжая из арки двора.

Я довольно усмехнулся: видимо, таксисту не пришлась по душе моя философия о награде за линчевателей. Как и рассуждения о законах и правовой справедливости. Значит, сыграть роль наивного дурачка у меня вышло прекрасно. Поэтому довольно насвистывая я направился к дверям парадной. Дело сделано. Пора отдохнуть. Чай, горячая ванная и сон — все, о чем я сейчас мечтал. Всю неделю я чувствовал себя так, будто в две смены разгружал вагоны. Но бросать увлечение по наведению на улицах порядка, я не собирался. Наоборот, впервые в жизни, у меня была твердая уверенность, в том, что я делаю все правильно. Будто, до появления системы и игрового класса я и не жил вовсе. Так, существовал каком-то анабиозе. Шел по океану жизни как корабль со сломанным компасом и заклинившим рулевым колесом. Без курса и цели. А теперь же у меня появилась цель. Кровавая и благородная. Таков путь.

Домофон запищал, и я открыл дверь в парадную.

На площадке у лифта меня ждал новый сюрприз. В виде моего арендодателя. То есть, проще говоря, квартирной хозяйки. Она сидела, закрыв руками лицо, у двери, ведущей в жилой корпус, И при виде девушки я невольно напрягся:

— Здравствуйте, — осторожно произнес я, внимательно рассматривая сидевшую на полу гостью. Интересно, зачем она пожаловала сюда на ночь глядя? И почему без звонка? Впрочем, ответы на эти вопросы я получил довольно быстро. Когда девушка убрала ладони от лица, и взглянула на меня отсутствующим взглядом. В отсветах ламп дневного света лицо девушки блестело от слез. Глаза покраснели и припухли, а по щекам протянулись черные потеки туши. Нижняя губа припухла, а под правым глазом наливался огромный синяк.

— Кто это тебя так! — враз забыв о приличиях и переходя на "ты" спросил я, глядя на разукрашенное лицо.

Девушка лишь махнула рукой:

— Неважно.

— Это ты от этого самого "неважно" здесь прячешься? — уточнил я.

Девушка немного помолчала, глядя на меня. Потом коротко кивнула.

— Ладно, идем, — я протянул ей ладонь. — В квартире, с чашкой чая в руках, прятаться комфортнее.

Девушка ухватилась за протянутую руку, поднимаясь с пола, и послушно пошла вслед за мной в квартиру, которую сдала мне сегодня утром.

Я открыл дверь, щелкнул выключателем. В узкой темной прихожей вспыхнул свет. Девушка стояла в углу, устало глядя на меня. И от такого ее поведения, мне даже показалось, что она под транквилизаторами. Или в глубоком шоке. Последний вариант был более вероятен.

— Проходи, — я указал на дверь в жилую комнату и девушка послушно, как зомби, зашаркала в указанную сторону. Я прошел следом, включил стоявший на кухонном столе чайник.

— Чаю? — любезно предложил я, и девушка снова коротко кивнула.

— Вот и хорошо.

Я залил в заварник кипяток, добавил туда пару щепоток отвара, который мне удалось купить у доктора Калинина. Подумал и взглянул на подавленную девушку. И щедро, через край, сыпанул смеси в отвар. Сколько нужно настаивать напиток? Доктор вроде бы говорил пять — десять минут. Ну, здесь случай судя по виду девушки непростой, так что подождем.

За все время, пока настаивался чай, квартирная хозяйка не произнесла ни слова. Она просто. сидела на стуле и отрешенно смотрела в стену. Но судя по моим скромным познаниям в судебной медицине, она была не под кайфом. Зрачки девушки были в нормальном состоянии. Значит, все-таки шок. Интересно, что могло ввести ее в такой транс?

Где-то на самом дне моей черной души зашевелилась жалость. И странное желание помочь этой рыжеволоске. При условии, конечно, что я смогу ей помочь.

Я налил настоявшиеся до черноты отвар, протянул кружку неподвижно сидевшей девушке.

— Эй, — мягко сказал я, тронув ее за плечо.

Хозяйка квартиры вздрогнула и затравленно посмотрела на меня. Вместо ответа я протянул ей кружку с горячим напитком. Квартирная хозяйка осторожно приняла отвар, сделала небольшой глоток.

— Спасибо, — едва слышно прошептала она.

Я сел напротив, ожидая, пока горячий напиток снимает стресс, и уберет последствия шока. Вообще, я сильно сомневался, что чай подействует. Скорее, тут нужно было пойло покрепче. Например, водка. Но спиртного у меня не было. А в магазинах рядом с домом бухло если и продавали, то пить бы я его поостерегся. И уж ни в коем случае не рискнул бы угощать подобный пойлом гостей. В лучшем случае под видом водки в ларьках продается разбавленный технический спирт. В худшем — метанол. Или ацетон.

Девушка сжала кружку в ладонях, сделала еще один глоток. Отвар начал действовать, и скоро ее маленько попустит. Сейчас будет кратковременная истерика. И правда, из больших карих глаз вдруг брызнули слезы. Девушка всхлипнула, зашмыгала носом. И заревела, спрятав лицо в ладонях. Худые острые плечи вздрагивали, а дыхание стало прерывистым. Будто квартирной хозяйке не хватало воздуха. Интересно, а сейчас она у меня в гостях, или я у нее? По всем документам квартира принадлежит я ей. Но сейчас я арендую жилую площадь. Значит, я временный хозяин. Хм, дилемма. Погуглить, что ли, этот вопрос?

Эти размышления настолько меня увлекли, что я даже полез в карман за телефоном. Но в последний момент передумал.

Гостью тем временем начало отпускать. Она снова приложилась к кружке. Зубы ее все еще дробно стучали по керамическому краю. Девушку все ещё трясло, но истерика заканчивалась. Вот и хорошо.

Истерика и вправду закончилась. Гостья глубоко вздохнула и посмотрела на меня, но в этот раз, в ее карих глазах уже появилось некое подобие осмысленности.

— Спасибо, — тихо произнесла она.

— Расскажешь, что произошло? — осторожно спросил я, забирая стола практически пустую кружку, и доливая в нее настоявшегося до черноты отвара. И тут же быстро добавил:

— Не хочешь не говори. Просто я бы мог тебе помочь.

— Спасибо, Максим. Вряд ли у тебя получится. — опустив взгляд, чуть смущённо улыбнулась гостья, но улыбка у нее вышла совсем уж невеселой.

— А вдруг? — хитро прищурился я, глядя на нее. — Мы сами не знаем возможности нашего организма. Да и случайности в нашей жизни редко происходят. Вдруг ты пришла сюда потому, что так было нужно. А я помогу тебе.

Аргументы были слабыми. Даже бредовыми. Но чем черт не шутит?

Девушка снова грустно улыбнулась, смахнула слезы тыльной стороной ладони. Всхлипнула и потерла покрасневшие глаза. Затем встала и пошла в ванную, закрыв за собой дверь. А через секунду послышался шум льющейся воды

Я задумчиво посмотрел на стоявшую на столе кружку. На сколотом крае остался красным след. В голове была только одна мысль:

Что черт подери, за ужас тут творится! Почему она пришла именно сюда, а не к родителям? Или какой-нибудь знакомой? Или подруге?

Только сейчас я, к стыду своему, вспомнил, что не имя квартирной хозяйки совсем вылетело у меня из головы. Или я его не знал? Она наверняка представлялась. Да и на сайте аренды недвижимости было указано ее имя. Эх, Макс. Пора пить таблетки для улучшения памяти.

Щелкнул замок и дверь в ванную открылась, вырывая меня из размышлений. Девушка прошла в комнату и села на стул. Взяла в руку кружку, заглянула внутрь:

— Что это? — с интересом спросила она, вглядываясь в черный отвар.

— Раньше нужно было спрашивать, — ехидно ответил я.

— Опоил бедную девушку, — тяжело вздохнула гостья и сделала большой глоток.

— На тебе лица не было, когда я привел ее в квартиру, — парировал я. — Причем лица не было в прямом смысле этого слова. Все растеклось и размазалось как боевая раскраска амазонок, вышедших на тропу войны. Так что, даже если я девушку и опоил, то только из лучших побуждений.

Она внимательно посмотрела на меня, поджав пухлые губки. И уточнила:

— Точно?

— Да точно, точно, — успокоил я. — Ты же видела себя в зеркале, когда умывалась.

Девушка одним большим глотком допила отвар и поморщилась:

— А вы, батенька, хамить изволите? — ехидно поинтересовалась она. — Хорошая, кстати, вещь, этот твой чай. Поделишься рецептом?

Я лишь развел руками, будто бы извиняясь:

— Прости, но рецепт поведал мне перед смертью настоятель одного из буддийских монастырей. И если я открою секрет миру, на меня падет страшное проклятье.

Девушка секунду посмотрела на меня, а затем звонко рассмеялась:

— Хам и врун.

"А она симпатичная", внезапно подумалось мне.

Девушка и вправду была хороша. Густые рыжие волосы, рассыпавшиеся по плечам, большие карие глаза, курносый носик, чуть пухловатые губки. Милашка. Впрочем, говорить ей это сейчас я не стал. Вдруг воспримет как-то не так?

— Может быть, скорую вызвать, — с легкой обеспокоенностью спросил ее, указав на синяк на ее скуле.

Она потрогала припухшую кожу, на которой уже растекался приличных размеров кровоподтек, и махнула рукой:

— Не нужно. Пройдет.

— Ну, как знаешь. Еще чаю?

Но девушка лишь покачала головой:

— Нет, хватит с меня этого чудного напитка.

Я забрал со стола кружку и подошел к раковине. Включил воду, стирая с края следы помады. Затем вылил в бокал остатки отвара.

— А я, пожалуй, выпью.

Я вернулся за стол и сделал глоток. Поморщился: настоявшийся отвар был таким горьким, что в горле мгновенно запершило.

— Прости, но я забыл твое имя.

Гостья удивленно посмотрела на меня из-под пряди упавших на лицо рыжих волос:

— Ты его и не знал, — хихикнула она. — Я не представилась. А ты, видимо, не записал номер телефона, указанный в объявлении. А документы на право собственности ты спрашивать не стал. Так что я вполне могла тебя кинуть, мальчик.

От досады я едва не хлопнул себя ладонью по лбу. А ведь точно! Уточнять имени я не стал, а звонил девушке, нажав на номер телефона указанный на сайте. Когда я приехал, то понадеялся на сообщения системы, которая за несколько дней пользования заменила мне внутреннюю чуйку. Так что имя девушки я если и видел, то не запомнил. А спрашивать, как ее зовут, не стал.

— Позор на мою пока ещё не седую голову, — сокрушенно ответил я. — Ну, зато теперь у меня появился второй шанс на знакомство. Может быть, скажешь, как тебя зовут?

Девушка улыбнулась и открыла было рот, но наш диалог прервал дверной звонок.

Я обернулся в сторону входа. Моя ночная гостья побледнела. А в глазах ее снова проступил страх. Звонок в дверь повторился. Словно кто-то нажал кнопку и не собирался ее отпускать, действуя на нервы обитателей квартиры.

— Да б….дь! — зло произнес я, вставая со стула. — Кого там ещё принесло?

Гостья схватила меня за рукав:

— Не открывай! — жалобно прошептала она, и в глазах ее снова выступили слезы.

— Ну, мало ли что там произошло? Вокруг пожар? Вон как настойчиво трезвонят.

Я был спокоен и не понимал причины тревоги девушки. Все-таки подсказок от системы "Игры в Жизнь” не было. Значит, все в порядке. Но на всякий случай я осторожно подошел к двери, посмотрел в глазок. Никого.

— Кто? — грубо спросил я. — Чего надо?

Неизвестный отпустил кнопку звонка, и в квартире воцарилась тишина. А затем, в зону видимости вышел человек в черно-красной полицейской форме. И лицо этого ночного визитера показалось мне смутно знакомым.

— Полиция, — прохрипел гость, глядя в дверной звонок.

От этой информации мне легче не стало. Полиция в Городе Свободы мало чем отличается от банд. И время обыска, без санкции и понятых, эти волшебники могут найти разные, самые интересные вещи. Например, наркотики. Или пистолет из, на котором висело несколько убийств. А после таких находок, сотрудники обычно переходили к откровенному вымогательству. И ставили человека перед выбором: заплатить штраф за преступление на месте, или получить долгий срок в тюрьме. Такие дела.

Но система молчала. Значит, можно попробовать. Я ненадолго застыл, взвешивая все за и против, и отпер дверь. И как только ключ в замочной скважине повернулся, а створка приоткрылась, полицейский резко дёрнул за ручку, едва не выдернув меня в холл. А затем, скулу обожгло болью.

Удар у полисмена вышел хорошим. И я не устоял на ногах. Попятился на несколько шагов назад и сел на пол, на пороге комнаты. Тем временем, полисмен вошел в квартиру. И в его глазах я заметил нехороший, злой огонек. А в руках сотрудника правопорядка появилась волшебная палочка.

— Так-так-тааак, — с ненавистью протянул он, глядя на меня и постукивая дубинкой по ладони. — Кто это тут у нас?

Я попытался было подняться, но удар дубинки сверху вниз, по плечу, усадил меня обратно. В глазах потемнело от боли. А следом, удар тяжёлого ботинка в скулу, уложил меня на пол. Полицейский склонился надо мной, широко замахиваясь дубинкой. Он смотрел на меня не мигая. И я почувствовал сильный резкий запах спирта. Теперь понятна причина его бесноватой смелости. Волшебный этанол.

Хлесткий удар по ребрам выбил из грудной клетки весь воздух. Я хрипел, открывал и закрывал рот, но вдохнуть у меня не получалось.

— Илья, хватит!

Крик сидевшей в комнате гостьи прервал экзекуцию. Все было в нем: боль, страх, отчаяние. И это ненадолго остановило кому. Он выпрямился и посмотрел на девушку:

— Зачем ты так со мной, Кира? — укоризненно покачал он головой и, перешагнув через меня, направился к оцепеневшей от страха девушке. — Я же тебя люблю. Души в тебе не чаю. А ты связалась с каким-то м…..ком. Который даже постоять за себя не может.

Он размахнулся и хлестко ударил девушку тыльной стороной ладони. Голова Киры безвольно мотнулась. А полисмен ухватил ее за плечи, и резко встряхнул:

— Приди в себя.

Он увлекся, переключив внимание на Киру. И это давало мне шанс.

Я тяжело поднялся на ноги, сплюнул кровь на грязный пол. А в глубине черной души начала просыпаться лютая ярость.

— О чем ты? Он квартиру снимает, — попятившись от Ильи, пролепетала Кира.

Полисмен остановился, и я посчитал это хорошим знаком, чтобы свести счёты.

— Ошибся ты, дядя, — прохрипел я, положив руку ему на плечо.

Удар кулака в почку заставил полицейского присесть и согнуться от боли. Фуражка упала на пол, а я схватил противника за волосы, и несколько раз с силой приложил его лицом о столешницу. Хрустнул сломанный нос. Полицейский всхлипнул и осел на пол. Затряс головой, пытаясь прийти в себя. И в разные стороны веером полетели кровавые брызги:

— Тебе п…..ц, мальчик, — зло пообещал он, пытаясь подняться на ноги. Но давать ему такой шанс я, само собой, не собирался.

— Это мы ещё посмотрим, — ответил я, поднимая с пола дубинку.

Первый же удар пришелся по голове, отправив полицейского в глубокий нокаут. Глаза противника закатились, и он застыл на полу без сознания.

Я еще раз пнул полицейского и отошёл в сторону. Взглянул на Киру, которая застыла на пороге комнаты, уставившись на происходившее расширившимися от ужаса глазами. Ну, хорошо что не кричала.

— Это от него ты сюда сбежала? — уточнил я, указав на лежавшего без сознания полицейского. Впрочем, ответ на вопрос я прекрасно знал.

Кира коротко кивнула и всхлипнула.

— Замечательно, — устало прохрипел я и уселся на пол. — Просто замечательно.

— Я не знала, что он заявится сюда, — пролепетала девушка.

— Угу, — скептически ответил я, утирая кровь с разбитого лица. — Не знала.

В голове билась только одна мысль: теперь тебе точно п…..ц, Макс. Нажил заклятого врага на ровном месте.

— Он не местный. Приехал в город недавно. Начал меня преследовать, — сбивчиво затараторила Кира.

Приехал, говоришь? Это хорошо. В моей голове сам собой стал вырисовываться план, как можно избавиться от Ильи. Как приехал, так и уехать может. Только вот как расценит эти действия Система?

Я посмотрел на полицейского. Но никаких обозначений о принадлежности к бандам, или совершении правонарушений, Система мне не дала.

— А откуда, говоришь, он приехал? — тут же живо полюбопытствовал я.

— Мы вместе учились, — тут же затараторила Кира, и тут же поправилась:

— Вернее, в одном городе учились. В Городе Мечты. Он в академии полиции, я в медицинском институте. Познакомились, начали встречаться.

— Ага, — поддакнул я.

— Ну, он поначалу хорошим был. Добрым. А потом что-то изменилось. После производственной практики его будто подменили. Он стал пить с друзьями. И его истории про то, как правильно вести допрос… С применением специальных средств. Типа противогаза, дубинки или телефонного справочника. А побои и прочие следы издевательств можно легко списать на драку с заключёнными в камере. Я сначала думала, что все изменится. Вернется. Станет как было. Потом хотела уйти. Но каждый раз он на коленях умолял остаться. Плакал, обещал, что все поменяется. Подарки дарил. Говорил, что без меня ему край. Помрет. И я оставалась. А через два-три дня, все повторялось. А потом, я оказалась в больнице. Оттуда я и сбежала перед выпиской. Купила билет и вернулась в родной город. Думала, он меня не найдет.

— Ну да, — скептически пробормотал я. — Мент, и не найдет.

— А у меня выбора не было, — вдруг с ненавистью прошипела Кира. — Он мне угрожал. Говорил, что если я попытаюсь уйти — у меня будут серьезные проблемы. Он меня или посадит, или убьет. А дружки его потом отмажут.

— Понимаю, — я встал с пола. — Ты сбежала, он тебя нашел и начал терроризировать.

Кира кивнула:

— И что теперь будет?

— Теперь, тетя доктор, у нас есть два выхода, — спокойно сказал я, шагнув в прихожую. Закрыл дверь на ключ, и продолжил:

— Первое: мы вызываем полицию. И этот отброс общества заберут за побои и угрозу убийством. Но много не дадут. Даже при условии, что в дело вмешается мой отец. Может быть, вообще ничего не дадут. С позором выгонят из полиции, на том дело и кончится. Мужик устроится куда-нибудь в охрану, начнет пить и совсем оскотинится. Обвинит во всех своих проблемах тебя, подкараулит рядом с подъездом, и убьет. А следом и со мной попытается разобраться. Терять-то ему уже нечего. Это-вариант номер один.

Я внимательно посмотрел в расширившиеся от ужаса глаза Киры и понял, что это вариант ей решительно не подходит. Девушка лишь беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни слова.

— И вариант номер два, — я сел рядом с лежащим без сознания Ильей, перевернул копа и вытащил из-за пояса пистолет. — Твой суженый уедет домой сегодня ночью. И никогда больше не вернётся в наш город.

— Что значит "уедет"? — испуганно пискнула Кира.

Вместо ответа я повертел пистолет в руке. Снял его с предохранителя. И девушка испуганно задала ладошками рот.

— Но это не подпадает под закон о самообороне. Чистой воды убийство. А значит, если мы попадемся, то загремим в тюрьму. И надолго.

Киров побледнела и села на стул:

— Но… но… но… — залепетала она.

— Если ты сбежишь — он все равно найдет тебя. И все начнется сначала.

Полицейский слабо зашевелился, приходя в себя. Посмотрел на меня мутным, обессмыслившимся взглядом. Тумаки выбили из него весь хмель, так что полисмен уже понемногу начал приходить в себя.

"Имя: Илья.

Полицейский-коррупционер.

Шанс социального перевоспитания:

Существо не поддается социальной адаптации".

— Ты знаешь, кто я, пацан? — прохрипел он, глядя мне в глаза.

— Догадываюсь, — кивнул я, указывая в сторону капитана пистолетом. — Коррумпированный полицейский, каких в городе сотни. Если один вдруг пропадет — общество ничего не потеряет.

— Ты бы поосторожнее с этой штукой, — предупредил меня Илья. — Стрелять-то хоть умеешь?

— Приходилось.

— Это хорошо, — протянул коп. — Я боялся, что ты ненароком отстрелишь себе яйца. Вот было бы горе. А если умеешь… это сильно пригодится тебе, пацан. Когда мои друзья объявят на тебя охоту. Ты же знаешь моих друзей?

— Возможно, — равнодушно пожал плечами я.

— Эх, п…..к, — покачал головой полисмен. — Тебя ведь или прикопают, или отправят на нары. А на тюрьме тебе не понравится. Как только войдёшь в хату — тебе вручат дырявую лодку и пропишут под шконкой. А возможно, кто-то из заключённых даже сделает тебя любимой женой. Или ты думаешь, что если мента завалишь — в авторитете ходить будешь? Нет, дружок. За убийство полицейского тебе будет светить лишь ни….вый срок. А вот за то, что наркотой банчишь… Кира, ты ведь в курсе, что связалась с барыгой и наркоманом?

Девушка удивлённо перевела на меня взгляд. А мне вдруг стало понятно, где я видел этого мента. У общаги на Восстания. Это он разговаривал со старым цыганом. А затем, в компании сержанта пришел ко мне домой, пытаясь найти пропавших убийц.

— Эх, кабы ты знал, как я вас ненавижу, — покачал головой капитан полиции. — Была бы моя воля — пустил бы в расход и тех, кто верит, и тех кто употребляет. Грязь!

Последнее слово он выплюнул с плохо скрываемым презрением. А обращённый на меня взгляд не выражал ничего, кроме чистой ненависти.

— Я вспомнил тебя. Ты работаешь на семью цыган. Крышуешь их барыг.

— Не крышую, — покачал головой он. — Вся общага уже давно в разработке. А мы проводим операцию, чтобы прикрыть притон. Оперативная работа, слышал про такое?

Говорил Илья складно. И так убедительно, что даже я, имевший кое-какие дела со стражами правопорядка, проникся его речью.

— Так что угомонись, малец, — продолжил увещевания полицейский. — Признаю, я немного переборщил. Ну повздорили, набили друг другу морды, с кем не бывает? Отдай мне ствол — и я уйду отсюда. И забуду о твоём существовании. Обещаю. Даже не расскажу цыганам, что ты завалил двух членов семьи. За это, кстати, тебе отдельный респект. Отпусти меня — и это недопонимание будет забыто.

— Угу, — рассеянно кивнул я, и накинул на голову капюшон кофты. А затем, прикрыл лицо рукавом толстовки, вскинул руку и трижды выстрелил.

Оснащенный глушителем пистолет огрызнулся. Капитан дернулся, и наступила тишина. А спустя секунду, прилетело системное сообщение:

"Противник ликвидирован".

"Навык Стрелок повышен".

Все пули попали в цель. Две угодили в грудь, ещё одна — в голову, опрокинув Илью на бежевый ламинат. И на покрытии тут же начала растекаться красная лужа.

— Ты… что наделал? — раздался за моей спиной сдавленный голос Киры.

Я обернулся. Девушка по-прежнему сидела на стуле, с ужасом глядя на происходящее.

— Решил проблему, — спокойно ответил я. — Этот тип был манипулятором, и ты прекрасно это знаешь. Он забыл бы все, что наобещал, едва за ним закрылась входная дверь. А через пять минут, в квартиру вломился бы патруль. Меня бы увезли в СИЗО за нападение на сотрудника и угрозу убийством. А ты вернулась бы к нему. И он бы продолжил над тобой издеваться. Гнобить тебя до тех пор, пока бы ты не вышла из окна. Ну, или не повесилась бы. Вот и все.

Девушка смотрела на меня, раскрыв от изумления рот.

— Скажешь, не так? — удивлённо поднял я бровь.

— Да. Наверное, ты прав, — неуверенно протянула Кира.

— Наверное? — устало усмехнулся я.

Девушка понуро опустила голову:

— Ты прав, — повторила она.

Я переступил через распластанное на полу тело, стараясь не вляпаться в растекшуюся лужу крови, и вышел в ванную. Открыл кран с горячей водой, тщательно вымыл руки с мылом. Стрелял я без перчаток, и на ладонях и одежде, а возможно, что и на лице, остались следы пороховых ожогов. А значит, косвенные улики. Очень вряд ли, что у меня получится смыть все, но я хотел постараться сделать все максимально чисто. Затем взял тряпку и вынес ее в комнату. Бросил ее на пол, чтобы впиталась кровь. Кира по-прежнему сидела на стуле, уставившись в одну точку. Ну, ее можно понять. Не каждый день на твоих глазах убивают человека. Да, мразь, на которой клейма ставить негде, но все же. Плюс, у Киры нет заглушки совести, как у меня.

Я подошёл к ней, сел напротив. Положил руку ей на плечо:

— К тебе могут прийти его друзья — копы. Скажешь, что не видела его с тех пор, как бежала от него в эту квартиру. Он вломился к тебе ночью, пьяный, ты испугалась и убежала. Больше ничего не видела и ничего не знаешь. Куда делся — неизвестно. Скорее всего, уехал домой.

— Мне не поверят, — глухо произнесла Кира.

— Поверят. Он, — я указал рукой на труп, — был коррупционером. Мало ли что не поделил с одной из городских банд. Вот и бежал, опасаясь расправы. Жадные копы плохо кончают.

"Вы убедили человека поступить так, как вам нужно.

"Навык манипулятор повышен".

До чего доверчивая тетя — доктор. Теперь неудивительно, что хитрому манипулятору Илье удавалось вешать девушке лапшу на уши долгие годы.

— На тебя могут надавить. В этом случае отвечай, что тебе нужно связаться с адвокатом. Или звони мне. Или пугай моим отцом.

— А кто твой отец?

— Президент адвокатской палаты города, — усмехнувшись, солгал я. — И все будет хорошо.

Девушка всхлипнула и кивнула.

— Ну вот и чудно.

Я подошёл к шкафу. Достал комплект чистой одежды, и быстро переоделся. Старое шмотье я скинул в пакет с логотипом продуктового магазина. Что дальше?

Дальше, нужно умыться, отмыть от пороховых газов башку. Хорошо что волосы короткие есть шанс смыть всю эту хню. Но это неточно. Дальше нужно избавиться от тела. Замотать его в одеяло, или несколько одеял-и привет. В багажник, и на очистные. Там же избавлюсь от ствола — и все. Я чист. Ну, пора за дело.

Я ушел в ванную, включил воду. Тщательно умылся, вымыл голову, вытер ее снятым с крючка полотенцем, после чего забрал кусок влажной махровой ткани с собой и вышел из комнаты. Снял с разложенного дивана плед, и расстелил его на полу. Затем перекатил мертвое тело на ткань, закутал его поплотнее. И, тяжело дыша, сел рядом с трупом. Одного-то я и не учел. Как я мертвеца потащу? B прошлый раз и покойник был помельче, да и роль грузчика выполнял дюжий Микола.

— Я могу как-нибудь помочь? — словно прочитав мои мысли, пискнула со стула Кира.

Я обернулся к девушке. Судя по более-менее осмысленному взгляду, она уже начала отходить от пережитого шока. Впрочем, ответ на вопрос как у нее это вышло, стоял рядом, на столе. Остатки настоявшегося успокаивающего отвара уже были уничтожены. A судя по тому, как за это время настоялся чай…

— Таскала когда-нибудь покойников? — с усмешкой спросил я.

— A то, — подтвердила Кира. — Достаточно часто.

— Откуда? — потрясённо протянул я и тут же осекся. — A, ну да. Девoчка — доктор.

— Именно, — Кира встала со стула и осторожно, чтобы не наступить в растекшуюся лужу крови, подошла ко мне.

— Ну что? Куда потащим? — деловито осведомилась Кира.

— Наружу, — ответил я. — В багажник. Надеюсь, камеры наблюдения на этаже не работают?

Квартирная хозяйка внимательно посмотрела на меня и невесело усмехнулась, но ничего не ответила. Впрочем, по ее многозначительному взгляду, я понял, что задал глупый вопрос.

Глава 24 Принятие

Летние ночи в Городе Свободы очень коротки. И когда я прибыл на очистные, на горизонте уже брезжил рассвет. Я въехал на территорию, заглушил двигатель, вышел из машины. Закурил, глядя на розовую полоску неба у самого горизонта. Затем открыл багажник, и с трудом вытащил тело, завернутое в пропитанную кровью ткань. Выбросил в один из колодцев телефон, который достал из кармана мертвеца еще в квартире. Выключил я его сразу, чтобы район поисков можно было отследить в пределах нескольких кварталов от дома Киры. Тогда наша легенда будет более правдоподобной. Полицейский ночью приехал к Кире поговорил с ней. Возможно, даже рассказал девушке, что у него большие проблемы и ему придется покинуть город. Предлагал девушке бежать вместе с ним, но Кира отказалась. Дальше полицейский бесследно пропал, и телефон больше на связь не выходил.

Я присел рядом с трупом, быстро обшарил карманы, вытаскивая ценные и не очень вещи. Все, что могло бы служить приметой, по которой покойника могли опознать. Все, что был в силах уничтожить огонь, я скинул в кучу. Остальное полетело в колодец. Из всех вещей погибшего я решил оставить себе лишь пистолет и довольно крупную сумму денег. Быстро раздел мертвеца и сложил его одежду в кучу. Рядом бросил пакет с вещами, в которых был в момент убийства. Поднял мертвеца и потащил его к колодцу.

Тело само перевалилось через край и тяжело полетело в черноту колодца. Где-то далеко раздалось приглушенное “плюх”, а следом прилетело уведомление:

“Пропажа трупа может стать причиной отказа для возбуждения уголовного дела.

“Навык чистильщик повышен”.

“Получен новый уровень. Получено одно нераспределенное очко умений".

Отлично. Спасибо безвременно усопшему Илье.

Я сложил все вещи в кучу, облил их бензином из заранее припасенной бутылки чиркнул спичкой, закурил. И бросил горящую спичку на ворох пропитанного горючкой тряпья. Раздался хлопок, выгорающих бензиновых паров, и вещи ярко вспыхнули.

В предрассветное небо повалил столб густого черного дыма. Жар был настолько силен, что я невольно попятился на пару шагов назад, закрывая лицо рукавом.

“Выполнено скрытое подзадание.

Оборотень.

“Навык стрелок повышен;

"Навык Боец повышен”;

"Навык чистильщик повышен";

Я довольно усмехнулся, и как раз в этот момент, на горизонте показались первые робкие лучи восходящего солнца.

* * *

Домой я вернулся, когда уже окончательно рассвело. Открыл дверь и устало прислонился к стене. Киры в квартире не было, но я узнавать, куда запропастилась девушка за время моей отсутствия, у меня не было ни времени, ни желания. Не в полицию-и ладно. А мне сейчас нужно отдохнуть. Тяжело переступая дополз до кровати и рухнул на матрас. И едва моя голова коснулась подушки, как я провалился в бездонную черную яму без сновидений.

Проснулся я, когда за окном уже во всю светило солнце. Лениво взял телефон, посмотрел на экран. Три часа дня. На дисплее уже светились несколько пропущенных звонков от Крастинова. Я зевнул и встал с кровати. Критически осмотрел комнату. Чисто. Ни следа. Будто события минувшей ночи привиделись мне в страшном сне.

Интересная началась у тебя жизнь, Макс. Полная приключений. Вчера вот, человека прямо на съемной квартире убил. А потом спокойно избавился от трупа и лег спать, и сон твой был прекрасен. Даже совесть по поводу убиенного не мучила. Хотя, если так посудить: да какой он был человек? Коррупционер и садист, который работал на банду наркоторговцев. В общем — не самый добропорядочный член общества

Я протопал в ванную и открыл кран. Склонился над раковиной и быстро умылся.

Холодная вода быстро прогнала остатки сна. Так-то лучше. Я вышел в комнату, взял со стола чашку с кофе. Подошел к окну и распахнул шторы. Посмотрел на чистое синее небо, на котором не было ни облачка. Такая погода — большая редкость для Города Свободы. Сейчас бы бросить все, и сходить в парк. Прогуляться, свежим воздухом подышать. Я с сомнением покосился на лежавший на столе телефон. Всего-то и нужно набрать пару номеров, и сказать, что я сегодня не приеду. Но, после недолгих раздумий, я отказался от той затеи. Встал со стула, оставив на столе чашку с недопитым кофе. Подошел к стоявшему в углу шкафу, и посмотрел в большое во весь рост зеркало, встроенное в дверцу. И довольно улыбнулся: хмурый вид будто испарился. Исчезли и синяки под глазами. А на лице играла довольная улыбка. Как там говорила девушка-психолог? Мне просто нужно было разобраться в себе. Отпустить старые проблемы, и начать новую жизнь. Что же, она была по-своему права. Правда, на месте старых проблем тут же образовались новые, но свято место пусто не бывает. Проблемы есть у всех. Покажите мне в этом городе хоть одного человека, у которого не было бы каких-либо забот? Зато, я стал спокойно спать по ночам. Да и выгляжу намного лучше.

Я открыл дверцу шкафа и принялся быстро одеваться. Пора в дорогу.

* * *

На пороге дома я остановился, посмотрел в чистое безоблачное небо, щурясь от яркого света. Во дворе было полно народу. На огороженной сеткой футбольной площадке гоняли мяч школьники. Чуть поодаль, на лавочках, сидели подростки постарше. У детской площадки гуляли женщины с детьми. Во дворе стоял шум и гвалт. Я улыбнулся и сделал было пару шагов, к машине, и в этот момент заметил один неприятный сюрприз.

В нескольких метрах от парадной стояла машина с темно-синей полосой на борту. А рядом дежурили двое мужчин в темно-красной форме, с автоматами на плечах. Мужики что-то обсуждали и курили, время от времени озираясь по сторонам. Они явно кого-то ждали.

Я становился, озадаченно глядя на патрульную машину. Уж не меня ли они караулят? В голове мелькнула запоздалая мысль, что лучше бы вернуться в парадную и переждать, но было уже поздно.

Входная дверь распахнулась и во двор вышли еще двое полицейских, тащивших под руки какого-то мужика лет сорока пяти, в серой от грязи футболке, старых застиранных спортивных штанах с вытянутыми коленями, и уютных, почерневших от грязи домашних тапочках, которые добавляли ситуации некую комичность. Само собой, идти со стражами правопорядка мужик не желал. Он упирался и матерился на всю округу, объясняя, что думает о полицейских, их родне, а также о домашних животных. Время от времени одному из конвоиров, которые тащили упирающегося и сквернословившего это надоедало, и доблестный страж правопорядка отвешивал не желавшему идти синяку хороший удар дубинкой. Это успокаивало буяна, но ненадолго. И через пару шагов конвоируемый снова начинал упираться и сквернословить.

Едва патруль покинул парадную, дежурившие во дворе полицейские направились конвоирами на подмогу. И вчетвером им же удалось кое-как скрутить буйного, и усадить его на заднее сиденье патрульной машины.

— Уф, — тяжело дыша просипел один из полицейских, снимая фуражку, и утирая рукавом красный, вспотевший лоб. — Упертый какой, б….ь.

— Бывает, — отмахнулся его товарищ. — Все, давай его в участок. Проспится, в себя придет. И поедет в суд.

Мужик кивнул, надел фуражку и сел за руль. Машина сорвалась с места и скрылась в арке двора.

Я прислонился к стене и облегчением выдохнул. Спустился по лестнице, подошел к машине. Интересно выходит: я точно знал, что патруль приехал не по мою душу. Потому что вчера ночью собственноручно избавлялся от всех улик. Но некий страх все равно присутствовал. Это система, подсказывала, что от сотрудников правопорядка лучше держаться подальше? Хотя патрульные вроде не особо замазаны. Иначе “Игра в Жизнь” выдала бы сообщение о шансе на социальное перевоспитание. Или Система сообщает данные не обо всех преступниках? В общем, нужно будет найти время, и залезть сегодня в комнату игрока. Очень уж много вопросов, на которые мне нужны ответы.

Погруженный в мысли о том, как работает "Игра в Жизнь", я и добрался до клиники психоаналитика. Сегодня был день очередного приема у мозгоправа.

И едва я вышел из машины, как произошло еще кое-что. На парковке мне повстречался старый знакомый. Благодаря которому, я и попал в больничку.

Ухмыляясь и вертя на указательном пальце ключи от машины, он шел по парковке к зданию. Парень был, бодр, весел, и насвистывал какую-то незатейливую песенку. Пока на его дороге не появился я.

Вернее, заметил он меня только когда толкнул меня плечом. Остановился, удивленно уставился на меня:

— Ты х…и здесь встал?

Он был чуть ниже меня, зато заметнее шире в плечах. Поэтому был уверен, что я сейчас же извинюсь и уйду с его дороги, стыдливо опустив глаза.

Да вот не тут-то было. Система уже подсветила мне это товарища, указав на его недостатки:

"Шанс социального перевоспитания:

Существо не поддается социальной адаптации".

Мои губы тут же будто сами собой растянулись в глумливой улыбке.

— Тебе что, мужик, дороги мало? — грубо спросил я, оттолкнув замешкавшегося от такой наглости оппонента. — Смотри, куда прешь!

— Ты чего, пацан? — пробормотал он, но голос его прозвучал очень уж неуверенно. Он отшатнулся назад, а затем застыл, пристально глядя на меня. На лбу его выступили морщинки, будто бы парень что-то вспоминал. И этот процесс явно давался ему с большим трудом. Потому что только несколько секунд спустя, на его лице выступило что-то вроде понимания!

— Я тебя вспомнил, — он ткнул в меня пальцем. — Ты меня на парковке несколько дней назад подрезал.

— Ага, — недобро усмехнулся я. — Угадал. Только ты грабли-то убери.

Мужик замолчал, глядя на меня. Но ничего не ответил.

Видимо он заметил: настроен я был очень решительно. И наверное поэтому оппоненту изменила его бесноватая смелость. Я же схватил его рукой за затылок, резко притянул к себе и, быстро оглянувшись по сторонам, зло зашептал ему почти в самое ухо:

— Только ты еще кое-что забыл. Как обдолбанный на встречку выскочил, и в машину врезался. Человек тогда в реанимацию попал. Уголовное дело не завели, папаша твой замял все. Но суд тебя прав лишил. Так? Отвечай, б….ь!!!

— Так, — неуверенно ответил парень.

— А что же ты, ска, до сих пор за рулем катаешься? — с ненавистью прошипел я.

Мужик испуганно попятился, споткнулся, и едва не упал на асфальт. Я же пошел вперед, напирая на оппонента:

— Твои данные остались в регистратуре больницы. Поэтому, я знаю, где ты живешь. И если я тебя еще хоть раз увижу гоняющим за рулем тачки-придет тебе п…..ц. Ты понял?

— П-п понял, заикаясь, пролепетал мужик.

Я тут же остановился, и дружелюбно улыбнулся:

— Ну вот и чудно. И еще кое-что: этого разговора не было. Ты меня не видел, я к тебе не подходил. Все усвоил?

Мужик сглотнул и быстро закивал.

— Вот и договорились, — я покровительственно хлопнул его по плечу. И от этого жеста, мужик испуганно вздрогнул. А я для себя уже четко решил, что поквитаюсь с этим человеком. Но не здесь и не сейчас. Не в эту югу. На парковке в центре города слишком много камер. Потом с ним разберусь. Когда решу все проблемы. Система уже сообщила, что особь неисправима. А значит, никто по этому индивиду плакать не станет.

* * *

— Проходите, присаживайтесь, — улыбающаяся девушка психиатр с должной гостеприимностью приняла меня у дверей кабинета.

— И вам доброго дня, доктор, — улыбнулся я, без спроса проходя в кабинет и чуть оттеснив девушку плечом. На мгновение, на милом личике психоаналитика проступила некая растерянность. Даже удивление. Но через секунду оно бесследно исчезло, уступив место доброжелательной улыбке. Она чуть отстранилась, пропуская меня в кабинет. Достала нужную папку с моим именем и ручку. Села в кресло, приготовившись слушать:

— Как вы сегодня себя чувствуете? — со сделанным интересом спросила она, вертя ручку в руках. — Кстати, неплохо выглядите. Лучше, чем в прошлый раз.

— Да я и чувствую себя намного лучше, доктор, — бодро ответил я, завалившись на диван и заложив руки за голову.

Психолог с непониманием уставилась на меня, пытаясь понять столь резкую перемену в моем поведении:

— В прошлый ваш визит вы жаловались на проблемы со сном, — робко начала она, пытаясь перевести беседу на нужный лад.

— Да пустяки. — беспечно махнул я рукой. — В последние дни я прекрасно сплю. Как младенец.

— То есть, вам перестали сниться кошмары? — уточнила психотерапевт.

— Именно так, — с готовностью подтвердил я. — А у вас тут ничего так. Тихо, уютно.

— Да, — растерянно пробормотала психолог, отложив в страз ручку.

— В общем, я чего пришел. Хотел лично сообщить вам, что полностью излечился, и теперь абсолютно здоров. Так что…

Я развел руками, словно бы говоря, что больше не нуждаюсь в услугах психолога.

— Но мы же только начали курс терапии…

— Я его оплатил, — кивнул я. — Помню. Но вы не переживайте, деньги обратно требовать я не стану. Наоборот, буду рекомендовать вас, как высококлассного специалиста. Вам удалось вытащить меня из затяжной депрессии всего за одно занятие. Это достойно уважения. Девушка удивленно воззрилась на меня. А я, наконец, обратил внимание на ее бейджик. И прочитал имя девушки:

— Анна, вы настоящий мастер своего дела. Ваша терапия творит чудеса.

Отчего-то мне вспомнилась Кира, которая еще вчера вечером сидела в моей квартире. Вернее, в ее квартире. И как она помогала тащить мне к машине труп Ильи. Все же, стрессовые ситуации могут за час поменять человека до неузнаваемости. И от этой мысли я невольно улыбнулся.

— Почему вы улыбаетесь? — тут же спросила Анна.

— Да так, — отмахнулся я. — Вспомнил одну очень забавную шутку.

— Какую же? — уточнила девушка.

— Боюсь, вы ее не оцените. И не поймете, — покачал я головой.

Лицо Анны вытянулось от удивления. И я был уверен: выслушав эту проникновенную речь, психолог наверняка решила, что я все-таки раздобыл рецепт на транквилизаторы. И теперь явился на занятие под кайфом. Ну, не буду ее переубеждать. Пусть пребывает в блаженном неведении. Я же встал с дивана:

— Рад был повидаться, док, но мне правда пора. Не скучайте.

Провожаемый удивленным взглядом психоаналитика, я вышел из кабинета, оставив доктора сидеть в кресле с папкой в руках. Закрыл за собой дверь и с довольным видом направился к выходу. Скорее всего, Анна уже звонит Кастинову, и сбивчиво пересказывает ему наш диалог. Возможно, даже, бессовестно приукрашивая и перевирая факты. Жалуется на безграничную наглость и хамоватую самоуверенность пациента. А значит, скоро нужно будет ждать звонка от доктора и выслушивать от него, какой я плохой человек. Впрочем, от этой мысли я еще больше развеселился: это вполне можно перетерпеть. Не в первый раз, как говорится.

Я усмехнулся и вышел из больницы, навсегда покидая это здание, и оставив там свою прежнюю жизнь. Все же нужно подумать, убивать ли того д…..ба, который врезался в мою машину и едва не отправил меня на тот свет. Ведь именно там, в реанимации ко мне пришла эта самая "Игра в Жизнь". Система, которая чуть позже открыла мне мир, и я наконец понял, какая у моей жизни цель. Кровавая, жестокая, но все же благородная цель. Очищать город. И мне кажется, пора приступать к реализации этого плана. Придумать, как разобраться с барыгами и решить вопрос с оружейниками. А потом? Я усмехнулся: Город Свободы большой. И всякой мрази в последнее время здесь развелось навалом.

На этом все. Любите страну)))

Ссылка на вторую часть и продолжение похождений Максима Карамазова, https://author.today/reader/146249/1223335

Сцена после титров 1

Народу на улицах было немного. А те, кто выбрался в ночь по какой-то нужде, спешили поскорее разобраться с проблемами, передвигаясь по ночным улицам быстрым шагом. Хотя это и неудивительно: сейчас каждый старается не выходить из дому без нужды. Очередной, х… пойми какой по счету финансовый кризис стал причиной роста безработицы. А отсутствие денег и избыток свободного времени стали толчком к росту количества городских банд и преступности. На окраинах города в это время суток уже наступает так называемая "судная ночь". Когда любой, кто покинул дом, вполне может быть избит. Или ограблен. Или вообще не вернется в уютную теплую квартирку. Такие сейчас времена.

В таких х…вых условиях быстро появляются точки по продаже наркотиков, притоны, дешёвый некачественный алкоголь, который делает даже из самого добродушного человека агрессивное, лишённое разума животное. В таких условиях появляются и быстро множатся сущности. И, как следствие, деградирующие существа, которые перестали быть людьми. Такая вот темная изнанка была у этого города.

На темной дороге послышался рокот двигателя. На асфальт упал свет фар. А через секунду, по пустому проспекту Революции с ревом пролетели три мотоцикла. Байкеры быстро скрылись за поворотом, пропав из зоны видимости. Но на секунду, свет одинокого уличного фонаря осветил полный патч на спине одного из мотоциклистов.

"Демоны"

"Город Мечты".

Надписи будто бы сдерживали сотканного из дыма демона, который зло смотрел из темноты багровыми углями глаз.

Мотоциклисты остановились на окраине города, у двухэтажного мрачного здания, походившего на старинный особняк. Массивная башня, украшенная шатровой крышей, покрытой красной черепицей, разделяла здание на два крыла.

Здание пряталось за высоким кованым забором, за которым начинался заброшенный сад. В таких домах традиционно разворачивалось действие историй про вампиров.

— Я думал, Приют Красного Креста заброшен, — пробормотал один из байкеров, снимая с головы шлем.

— Я тоже. Но он назначил встречу здесь.

— Очень странный тип. Откуда он только в городе объявился?

Из-за высохших, мертвых деревьев окружавшего особняк парка появился силуэт. Выскочивший из тени человек быстро открыл ворота, потянул на себя одну из скрипучих створок, пропуская байкеров на территорию особняка. И когда все мотоциклы вкатились во двор, так же быстро закрыл ворота.

— Здорова, Рыжий, — тепло поприветствовал привратника байкер. Он слез с мотоцикла и мужчины крепко обнялись, похлопав друг друга по спинам.

— Я тоже рад видеть тебя, Змей. Как добрались?

— Нормально, — хмуро ответил Змей. — Без происшествий.

— Тогда прошу. Добро пожаловать к нам в гости.

Байкеры последовали за Рыжим к щербатому, покрытому плотным ковром опавших листьев, кирпичному крыльцу.

Внутри новый особняк разительно отличался от того сарая, каким он казался снаружи. Просторный холл, устланный зелёным ковром, местами изрядно потертый, но сохранивший шарм старых, дорогих вещей. Стены покрывало сукно, родом с прошлого века. Несколько столиков с удобными диванчиками, барная стойка у дальней стены.

За дальним столом в зале, почти у самой барной стойки уже сидел коротко стриженный светловолосый парень в белой майке, Короткие рукава которой, открывали взгляду плотно забитые от плеч до кистей руки. Мелкие рисунки рукавов переплетались так мастерски, что казалось, парень был в свитере. Перед ним на столешнице стояла початая бутыль коньяка и несколько стопок.

— Проходите. Присаживайтесь, — парень указал на свободные стулья.

Гости прошли к столу и уселись по местам. Хозяин же взял бутылку коньяка и разлил янтарную жидкость по стопкам:

— За встречу, — он поднял стакан, и все сидевшие за столом его поддержали.

— Как дела на родине? — Гоблин, поставил пустой стакан.

— Х….во, — мрачно ответил Змей. — После того, как Хэппи развалил Синдикат, в городе творится лютый п…..ц. Даже силовики не могут справиться с таким размахом преступности.

— Игра запустила протокол “Естественный отбор”, - кивнул Гоблин. — Здесь немногим лучше.

— Да по всей стране немногим лучше, — ответил Змей, пока Линчеватель разливал коньяк по стопкам.

— Ну, будем.

Снова выпили

— Как идут дела клуба? — поморщившись, спросил Гоблин.

— "Демонов" больше нет, — хрипло ответил Змей. — Поэтому мы и приехали.

Гоблин удивленно поднял бровь?

— Вот как? Что же такого произошло?

— Городским бандам не очень нравится, когда их отстреливают, — немного помолчав, ответил Байкер. — Несколько дней назад банды устроили налет. Клабхаус сгорел, братья мертвы. Все, кто выжил, сидят сейчас за этим столом.

Двое "Демонов" хмуро кивнули, соглашалась со словами президента.

— Поэтому мы и приехали, — продолжил Змей. — Хотим примкнуть к вам.

Гоблин задумчиво потер ладонью подбородок:

— Хорошие бойцы никогда не помешают, — ответил он наконец. — Но вы должны понимать, что решение принимаю не только я. Нам нужно будет проголосовать.

Змей кивнул:

— Добро.

— Пока можете погостить в нашей новой резиденции, — Гоблин обвел рукой холл особняка. — Располагайтесь, братья. Будьте как дома.

Змей и остальные встали с кресел.

— Спасибо, что приютил, брат.

Он обнял Гоблина и вышел из зала. Остальные последовали за ним.

Светловолосый же сел обратно в кресло во главе стола. Налил в стакан коньяка и окунулся на спинку кресла, задумчиво вертя стакан в ладони.

— Можно присесть?

Гоблин оторвался от процесса, удивленно посмотрел на стоявшего в метре от него Нико.

— Проходи, — он указал на кресло, где еще недавно сидел Змей. — Узнал, что я как там наш подопечный?

Нико кивнул и положил на стол папку. Подтолкнул ее в сторону приятеля.

Гоблин взял папку задумчиво полистал страницы:

— Так, вот: Максим Карамазов получил регистрацию с классом Линчеватель. Отец и мать игроками не являлись.

Гоблин отложил папку и задумчиво посмотрел на Нико

— И как он получил класс?

— Единственное, что мне известно-то, что твой тезка стал линчевателем после аварии. Парень пережил клиническую смерть и впал в кому. До сих проходит курс реабилитации у некоего Александра Крастинова.

— Реабилитацию? — удивленно переспросил Гоблин. — С каких это пор…

он замолчал, внезапно осознав он замолчал и удивленно уставился на Нико.

И словно отвечая на его вопрос, товарищ кивнул:

— Мне тоже так кажется.

Сцена после титров 2

Доктор Крастинов сидел за столом, склонившись над бумагами. Час назад пришел отчет из Города Мечты. Судя по отчету, один из исследовательских объектов провалился. Поглощенный работой, доктор не заметил, как дверь приоткрылась, и в кабинет вошла Лазарева. Тот самый психолог, назначенный Карамазову по курсу реабилитационной терапии.

— Можно?

Доктор отвлекся от своего занятия, и с неудовольствием посмотрел на стоявшую в дверях девушку.

— Вас не учили стучать? — спросил он, недовольно поправив на носу очки в тонкой золотой оправе.

— Я стучала, — девушка пожала хрупкими плечами. Доктор замер, явно не зная, что ответить. Потом нехотя произнес:

— Видимо, я увлекся, и не услышал. Простите уж старика. Проходите.

Он указал рукой на стул. Девушка пересекла кабинет и уселась напротив доктора, закинув ногу на ногу:

— Вам уже сообщили, что эксперимент “С.К.А.М” провалился?

— “Демонов” перебили, — кивнул доктор. — Жаль, очень жаль… Но меня больше интересует наш подопечный.

— Он был сегодня на сеансе, — после недолгого молчания ответила психолог. — Вел себя достаточно нагло. Но выглядит уже намного лучше. Кстати, он заявил, что больше не нуждается в курсе психотерапии.

Крастинов задумчиво забарабанил пальцами по столешнице:

— Лучше выглядит? Это хорошо. Значит, Система прижилась…

А затем, доктор с нескрываемым облегчением выдохнул: все “случайности", которые пришлось подстроить, чтобы упертый Карамазов наконец понял, что ему нужно делать, не были напрасны. Система долго боролась с индивидуумом перед тем, как полностью подчинить его себе. Все осложнял тот факт, что мальчику из приличной семьи, до этого момента не доводилось убивать людей. Поэтому он так долго страдал от моральной стороны вопроса. Даже перк “без жалости" как-то умудрился приглушить. С остальными все прошло куда проще. Но раз уж объект бодр, свеж и весел-значит все прошло как нужно.

— А еще этот ваш Карамазов повздорил с Хазиным на парковке. Я думала, он его убьет.

— Записи с камер? — вопросительно поднял бровь Крастинов.

— Удалены. Копии переданы вам и в управление Госбезопасности.

— Не пора ли познакомить его с остальными? — прямо спросила психолог. Девушка чуть склонила голову набок и с интересом наблюдала за доктором, ожидая ответа.

— Думаю, они уже познакомились, — с улыбкой ответил Крастинов. — Остальное дело времени.

Content

MeXXanik Гоблин Линчеватель

Пролог

Глава 1 Суд.

Глава 2 Свидетель

Глава 3 Стычка.

Глава 4 Квартиранты.

Глава 5 "Игра в Жизнь"

Глава 6 Утренний гость

Глава 7 Нервный срыв

Глава 8 Парень в балаклаве.

Глава 9 Око за око.

Глава 10 Смерть в прямом эфире

Глава 11 Баг в Системе

Глава 12 В гостях

Глава 13 Бешеные апельсины

Глава 14 Притон

Глава 15 Колл-центр

Глава 16 Барыга

Глава 17 Общага на Восстания

Глава 18 Задержание

Глава 19 Гости

Глава 20 Чистильщик

Глава 21 Откройте! Полиция!

Глава 22 Разговор в такси.

Глава 23 Полицейский

Глава 24 Принятие

Сцена после титров 1

Сцена после титров 2