Доктор и Африка

Глава первая. Доктор в ссылке

Пакет обновлений успешно установлен.

Добро пожаловать в новую для вас реальность!

Актуальная версия обновлений изменена с @$%^%~ на @$%*~&ошибка

Ну вот, как всегда, всё через одно место…

Вам начислено 500 бонусных очков навыков и 10 бонусных очков способностей, они не будут учитываться в общей статистике участников #%$@^^^$ программы.

Классно…

Я сразу же мысленно потянулся к окошку характеристик.

Имя: Погуляйкин Георгий Мартынович

Прозвище: Доктор

Уровень: 0

Опыт: 0/10

Характеристики:

Сила — 15

Восприятие — 15

Выносливость — 15

Харизма — 15

Интеллект — 15

Ловкость — 15

Удача — 5

Навыки:

Медицина — 100

Первая помощь — 100

Пульмонология — 100

Наука — 50

Техника — 50

Рукопашный бой — 50

Огнестрельное оружие — 20

Холодное оружие — 20

Дипломатия — 1

Пассивные способности:

Чутьё тыла — к вам невозможно незаметно подкрасться сзади и нанести предательский удар в спину.

Активные способности:

*Отсутствуют*

Особенности:

Выращенный организм — ваше тело было искусственно выращено и обладает чистым генетическим кодом и высокими физическими характеристиками, вы идеальны, но это нечестно по отношению к остальным участникам #%$@^^^$

программы. Штраф: -50 % к получаемому опыту до 30 уровня

Учёный-медик — вы посвятили свою жизнь науке медицине и это принесло свои плоды. Бонус: +50 % шанс на успех медицинского вмешательства

Робототехник — благодаря вам увидели свет тысячи и тысячи роботов различной степени разумности, а также целых два полноценных искусственных интеллекта. Бонус: гарантированная успешность изготовления робототехники до пятого класса сложности. +50 % шанс на успех изготовления робототехники от шестого до десятого класса сложности. +5 % шанс, что неподконтрольный андроид станет дружелюбным к вам.

Брошенный — практически все, кому вы верили, вероломно предали вас. Бонус: разблокировка способности "Чутьё тыла"

Борец — ваша прошлая жизнь — неравная борьба. Бонус: -50 % шанс, что удар по вам станет летальным.

Клятва Гиппократа — ваши принципы и взгляды на жизнь несколько не соответствуют окружающим вас реалиям. Бонус: разблокировка навыка "Дипломатия". Штраф: вы относитесь к людям лучше, чем они того заслуживают, попробуйте поменяться, прежде чем умрёте.

Курильщик — сигареты когда-нибудь вас погубят. Штраф: сигареты удовлетворяют потребность в никотине в три раза хуже.

Гуру — вы имеете свыше семи особенностей, поздравляем вас с насыщенной прошлой жизнью! Бонус: +10 % шанс на получение новой особенности.

Ну, круто, блядь…

У меня есть пятьсот очков навыков и десять очков способностей, это просто прекрасно! Я получил такой буст на начальном этапе, что это сравнимо с нахождением Грааля в самом начале партеечки в Герои III!

Я бы начал писаться кипятком от счастья, если бы роботы передо мной не начали сыпаться на части.

— Да что за фигня? — вскочил я из кресла, уронив при этом сигарету.

Работяги, до этого сдвигавшие столы в усадьбе Наполеона, которой я начал придавать жилой вид, деактивировались и рассыпались на фрагменты.

Я подошёл к одному из них и перевернул. Открываю защитную крышку процессорного блока и обнаруживаю, что там просто горка кремниевой трухи!

— Да как так-то?! — возмущённо вопросил я, зачерпнув горсть песка и медленно ссыпав его обратно.

Страшила, стоявший до этого на часах на балконе, завалился на пол без левой ноги.

— Что за дичь?! — я открыл резную балконную дверь и подскочил к упавшему Вояке, пытающемуся подняться.

А чего его не целиком растворило?! Левая нога, которая ещё секунду назад была функциональной, превратилась в металлическую пыль. Давай, соображай, Доктор! Почему именно левая нога?!

И тут меня будто копьём пронзило. Его нога была повреждена во время нашего плавания, съехал оторвавшийся от креплений контейнер и прижал его к палубе. Я восстановил его в хлам измятую ногу с помощью "Ремонта". Если это так, то значит…

Я кинулся на улицу, спрыгнув со второго этажа небольшого домика, "арендованного" мною по прибытию в Джеймстаун.

Стремительно добежав до причала я обнаружил, что моя гордость, моя океаническая красавица идёт на дно.

— Н-е-е-е-е-е-ет!!! — заорал я, схватившись за голову. Пробоина обозначилась в корме, это значит, что двигатель, который я изготовил с помощью "Ремесла", рассыпался в труху…

Все Работяги, которых я изготовил в Нууке, были уничтожены, я вновь остался только с шестью роботами. У меня есть только четверо Вояк и двое Работяг, которые вновь оказались без ног…

Дерьмо…

Ладно, корабль я подниму, а двигатель… Да хрен я его подниму! Без "Ремесла" и "Ремонта" придётся работать ручками, а это хренова вечность!

Так, соображаем…

Остров обследовали Вояки, признаков жизни не обнаружили, а нежизнь истребили без жалости. Тут было всего пять мертвяков, один седьмого ранга, а остальные четверо обладали пятыми рангами и активно прятались от седьмого по всему острову. Вояки быстро их вычислили и уничтожили. Живых тут нет, все уже давно сдохли или свалили.

Аэропорт! Тотошка докладывал, что на острове есть аэропорт! Летать я не умею, но при должном упорстве можно научиться!

Получено задание: добраться до аэропорта и разведать обстановку.

Награда: 1 очко опыта, уточнение карты аэропорта

— Какой ещё, нахуй, карты? — спросил я себя.

Открыв окно характеристик я обнаружил, что имеются новые вкладки: "Дневник", "Карта", "Задания", "Сохранить", "Загрузить", "Выход в главное меню"… шучу, последних трёх вкладок нет, но всё это сильно напоминает классическую РПГ. Эх, я бы многое отдал за то, чтобы нажать несуществующий "Выход в главное меню" и очнуться у себя дома, где я прямо в одежде уснул на диване в гостиной родительской квартиры после тяжёлой смены в отделении интенсивной терапии…

Мечты, сука, мечты…

Открыл вкладку "Карта". Передо мной появилась весьма необычная карта с детально прорисованным рельефом, обозначением населённых пунктов, которые я посетил, а остальное было закрыто "Туманом войны", то есть серой дымкой, за которой видны только очертания сухого леса и неровности ландшафта.

Итак, я в Джеймстауне, а где здесь аэродром? Мысленно продвинув карту, я обнаружил очертания взлётной полосы. А это очень удобно! Пусть без деталей, но можно без каких-либо отдельных приложений узнать расположение неких сооружений.

По улице Наполеон-стрит вернувшись к домику, я подошёл к реанимированной мною машине, которая теперь, естественно, не работала, ввиду того, что двигатель её высыпался из всех доступных отверстий…

Зар-раза…

Нужна тачка, потому что пешком ходить будет слишком долго. Ну и холодно ещё, чтобы совершать пешие прогулки.

Блядь, знал бы, что так будет, хрен бы вы меня на острове Святой Елены увидели!

Логично было начать с гаражей. Через пару лет стояния на улице, без какого-либо ухода да ещё и с перепадами температур, штормами и ураганами, от машин мало что остаётся, только ржавые обломки.

— Ну-ка, вскрой вот этот гараж, — указал я Тотошке на двухэтажный коттедж со встроенным в дом гаражом с roll-up дверью.

Внутри обнаружился старый как говно мамонта внедорожник Willys MB, тот самый, который часто можно увидеть в видеохронике по Великой Отечественной войне. Состояние у него было приемлемым, правда, он покрыт десятисантиметровым слоем пыли и явно не заведётся просто так…

Так как "Ремонта" больше нет, придётся заморочиться с его реанимацией.

Первым делом мы очистили его от пыли, вытащили из дома ванну, разожгли костёр из домашней мебели, растопили снег, а затем отмыли полученной водой и найденной в доме просроченной бытовой химией этот крайне актуальный сейчас внедорожник.

Чем хорош в текущих условиях Willys MB? Единственное его преимущество перед современными напичканными электроникой машинами — это высокая ремонтопригодность. Нет, он уступает в надёжности большей части современных автомобилей, по проходимости уступает практически всем серьёзным современным внедорожникам, про удобство я вообще ничего не говорю, ибо всё очевидно, но в отличие от какой-нибудь ФРГ-шной махины я смогу починить Виллис с помощью говна и палок прямо на месте поломки.

Понятия не имею, зачем предыдущим обитателям этого дома был нужен американский внедорожник времён Второй мировой войны, но он тут и я очень рад, что смогу быстро и безболезненно гонять по этому острову на машине, а не медленно и печально топать на своих двоих.

Машина оказалась в полном порядке, мы с Тотошкой выкатили её во двор, слили масло, подождали минут двадцать, а затем залили обнаруженное в гараже масло до отметки.

Я думал, что будут проблемы с бензином, но затем вспомнил, что в Виллисе применяется бензин Б-70. 70 — это октановое число. Есть одно правило, которое работает в отношении всех бензинов: чем выше октановое число — тем меньше срок хранения. Гражданский стандарт — 1 год со дня изготовления. И последнее больше связано с дополнительными присадками, которые имеют свойство распадаться гораздо раньше самого бензина, тем самым снижая его качество. Б-70 же абсолютно похуй. Степень сжатия у движка Виллиса всяко не больше семи, следовательно чувствительность к качеству бензина пониже. Это современные машины имеют степень сжатия 10–11, что создаёт определённые ограничения и чувствительность машины к топливу, а у Виллиса с этим всё нормально, не так как у дизелей, но очень близко.

— Дровосек, доставай переходник и подключайся к аккумулятору, — дал я указание, сняв клеммы с аккумулятора.

Робот вытащил переходник из специального пенала в левом бедре и быстро подключил его сначала к своему генератору, а затем к аккумулятору Виллиса.

Пока шёл процесс зарядки, я накачал шины с помощью ручного насоса, обнаруженного в ящике ЗИП, подшаманил фары, контакты которых почему-то решили отойти, посмотрел на систему зажигания, масляный фильтр, а потом принялся за осмотр КПП. Всё в отличном состоянии!

Бывший владелец, как понимаю, особо на нём не гонял, но содержал в порядке.

Когда подзарядка аккумулятора была завершена, я сел за руль и наткнулся на проблему: ключа нет, а замок есть…

Но к большому счастью я обнаружил запасной ключ в бардачке. Честно говоря, не хотелось начинать знакомство с машиной с потрошения замка зажигания.

Ключ вошёл как родной и я с предвкушением повернул его.

Покряхтев для приличия Виллис завёлся и обдал чёрной копотью стоящего позади Трусливого Льва. Да!

— Грузитесь, парни! — дал я команду. — Мы едем в аэропорт!

Если бы я только знал, что всё будет так, как получилось, то попросил доставить меня в Мольск. Лучше сдохнуть в родных краях, до которых, чисто гипотетически, не дойдут пепел и газ от супервулкана…

Но сожалеть нечего.

Взревев двигателем Виллис вывез нас на улицу Сайд Пат, которая, как я понимаю, считалась местными сторонним объездом. В отличие от основной дороги, то есть Маркет-стрит, Сайд Пат не был засыпан снегом и не имел завалов из брошенных машин, на которых местные безуспешно пытались добраться до порта.

На улице Си Вью я обнаружил продовольственный магазин, который карта обозначила как источник провианта. Это обнадёживает!

Я припарковал машину у входа и направился ко входу.

Стеклянная дверь продуктового была разбита, а перед нею лежали человеческие кости с тщательно обглоданным черепом.

Магазин неплохо обмародёрили, все полки пустые. Я ещё раз взглянул на карту: нет, зелёный символ с тремя консервными банками и одной палкой колбасы всё так же висел над этим зданием.

Это значит, что забрали далеко не всё…

Жратва теперь — актуальная проблема. Раньше роботы хреначили на фермах, а мраморная говядина высшего качества печаталась на 3D-принтере из специально подготовленной органики, но теперь всё это в прошлом. На базе на Санта-Крус были огромные запасы консервированной пищи, специально на случай чего-то подобного, но база завалена тысячами тонн земли и железобетона, проще с нуля построить 3D-принтер органики, чем пытаться пробиться к еде.

Ну почему мы не задумались об организации тысяч тайных хранилищ с запасами, как это сделал Советский Союз?

— Эй, ребята! — окликнул я сидящих в Виллисе Страшилу, Железного Дровосека и Трусливого Льва. — Идите сюда и помогите мне найти здесь еду!

Страшила сейчас перемещался на металлическом протезе, изготовленном из подручных средств. Он адаптировался к нему, но нагружать ноги ему теперь нельзя.

Вместе мы начали переворачивать этот магазинчик вверх дном. Наконец, мы добрались до того места, до которого не додумались предыдущие, менее сообразительные, мародёры: подсобка в жилом помещении сверху. Тут-то я и понял, что маркер "Еда" на карте упирался стрелочкой именно на второй этаж, а не на здание в целом. Буду иметь в виду в будущем.

Я нашёл небольшой ящик под хозяйской кроватью, где хранились консервные банки с собачьим кормом. Закупались они разом, скорее всего, по оптовым ценам, если брать во внимание должность хозяина, были из одной серии и имели один срок хранения: Декабрь 2024 года. Просрочены, конечно, но не страшно. Когда прижмёт, буду жрать за милую душу!

Когда передал ящик Дровосеку, открыл карту. Маркер с обозначением "Еда" перечеркнулся и посерел. Отлично…

Погрузили ящик в Виллис и поехали дальше.

Я внимательно поглядывал по сторонам, чтобы более подробно детализовать карту, за что был вознаграждён: появилось пять маркеров с изображением трёх шестерёнок, два маркера с канистрой, четыре маркера с консервными банками, а также два маркера с обозначением голубой капли. Последнее, как я понимаю, вода.

Разведано 10 локаций с ценными материалами

Получено достижение: Разведчик I

И? Что это даёт?

Я нажал на плашку с "Разведчик I" и получил информацию, что надо было разведать десять локаций с ценными материалами, чтобы получить это достижение.

Охренеть как полезно и информативно!

Я здесь не за ачивками, вать машу!

Но лучше взять себя в руки. Итак, оказывается здесь есть есть вкладка с достижениями, ну или как их называют геймеры — ачивками. Ачивка — это калька с английского "achievement", что буквально переводится как "достижение". В большинстве игр они ничего не дают, являясь способом потешить самолюбие игрока. Самолюбие тешится тем, что он здесь не убивает время зря, а достигает каких-то достижений!

Настоящим геймерам, типа меня, такие подачки от разработчиков не нужны! Такие как я самостоятельно устанавливают цели или испытания, о каких разработчик даже подумать не мог!

Но ладно, специально заморачиваться и получать ачивки я не собираюсь, но если что, буду подбирать по пути.

По знаку поняв, что еду по Лонгвуд-роуд, решил заскочить к Наполеону. Я прекрасно знал расположение его усадьбы, так как "бывал" там многие недели. Я точно знаю, где и что там лежит, поэтому найду всё без проблем!

Лонгвуд-Хаус — это небольшой одноэтажный дом кремового цвета, где провёл свою последнюю ссылку Наполеон. Но сразу к дому я не пошёл.

Я направился к месту, где раньше была конюшня, а с момента пожара и до всеобщего пиздеца располагался цветущий сад. Взяв протянутую Дровосеком лопату, я начал копать. Добравшись до земли я прокопал двадцать сантиметров промороженной почвы и добрался до лакированного ящика, который вообще-то не предназначался для хранения того, что сейчас в нём. В этом ящике на Святую Елену с Наполеоном приехали его личные вещи, а потом он без промедления использовал его для складирования оружия для побега.

Моему взгляду предстало ровно то, что в своё время закопал лично Наполеон: драгунский палаш с гравировкой "Général de brigade F. Bursier", один мушкет со штыком и пятьюдесятью пулями с истлевшими бумажными патронами, который в разобранном виде умудрилась провезти его свита, два каспюльных дульнозарядных пистолета с боекомплектом на двадцать выстрелов, а также драгунская кираса.

Замысел Наполеона заключался в дерзком ночном побеге в Джеймстаун, захвате там судна и прибытии во Францию. Было очевидно, что план говно, поэтому он не был реализован. Наполеон тогда был в отчаянии и пытался вновь обрести равновесие с помощью безумных планов по очередному триумфальному возвращению и "преподанию урока наглецу Фуше и его английским работодателям". Но сам он в глубине души понимал, что это безумие и лучше сидеть на жопе ровно, пока не казнили…

Палаш мне понравился. Принадлежал он дивизионному генералу Франсуа Антуан Луи Бурсье, верному стороннику Наполеона, который поддержал его во время "Ста дней". Этот палаш он передал Наполеону на третий месяц его пребывания на острове, вместе с кирасой.

Естественно, я не позволил всему этому богатству пропадать зря. Пусть мушкет и пистолеты я не использую, порох давно превратился в труху, а вот палаш — это настоящее оружие убийства. Кираса может защитить только от пистолетных выстрелов, но от цапок-царапок и в ближнем бою защитит превосходно. Посмотрим…

В самом доме смотреть нечего, там много раз делали ремонт и обнаружили всё, что там прятал Наполеон. Ладно, поехали.

Я надел кирасу поверх зимней куртки, реквизированной ещё в Гренландии. Скафандр окончательно кончился. Да и тяжёлый, зараза…

Наконец, аэропорт!

Я припарковал Виллис у ангара и подошёл к закрытым металлическим гофрированным вратам.

На улице самолётов не было, видимо, все кто смог уже давно улетел.

Одна надежда на ангары.

Дровосек открыл дверь и оттуда на меня пахнуло застарелой тухлятиной. Фу, бля… Уже отвык от этих запахов! Что за фигня здесь произошла?!

Обнаружился внутри Cessna Citation CJ2, почти идеальный вариант для меня.

Задание выполнено!

Получено 1 очко опыта.

Карта аэропорта уточнена, открыты все маркеры ресурсов

Ага, вот значит как… Да, карта уточнилась, появились характерные символы топлива, масла и металлолома. Последнего тут навалом…

Источником зловония в ангаре служила двухсотлитровая бочка с отработанным маслом или чем-то вроде того, откуда торчал человеческий труп. Верхняя часть его уже разложилась, но масло замедлило разложение остальной части, поэтому он тут медленно вонял всё это время.

Но хрен с ним, с трупом — эка невидаль в наши поганые времена…

Самолёт, как я уже говорил, подходит почти идеально. Правда, он не летал слишком долго, масло и керосин превратились в непригодное говно, поэтому предполётная подготовка "слегка" затянется…

Благо, я теперь не в ситуации как с Ан-2, который приводил в готовность имея знания из тоненькой инструкции к эксплуатации…

Работяги прекрасно знают, что нужно делать, поэтому их придётся притащить сюда и дать делать свою работу.

Вояки же какого-то хрена скопились у бочки с трупом и внимательно на него смотрели.

— Эй, вам что, заняться нечем? — спросил я у них недоуменно.

Трусливый Лев повернулся ко мне, присел на корточки и постучал по полу. Я, пребывая в некотором ахуе, приблизился к нему. Он вытащил штык-нож и начал что-то царапать на полу.

ДАЙ НАМ ГОЛОС

— А вы с каких пор научились говорить? — ошарашенно спросил я.

НУЖЕН ГОЛОС

— Хорошо, будет вам голос! — выпучив глаза, пообещал я. — Найдите только мне подходящие динам…

Страшила вытащил из своего рюкзака груду динамиков от различной техники.

— Ну хорошо… — вздохнул я.

В груди поднялась тревога. Слишком много своеволия от железяк, которые вообще не должны иметь никакой своей воли.

Вместо того, чтобы заниматься самолётом, остаток дня до самой ночи я потратил на модификацию Вояк. Пришлось раскрутить их нагрудные бронеплиты, которые крепятся на восемьдесят шесть болтов, что в условиях моих прошлых мастерских заняло бы минут пять. Сейчас же я потратил по сорок минут на каждого Вояку, подсоединил к каждому по несколько динамиков в районе шеи, всё надлежащим образом изолировал, а затем снова долго и печально закручивал болты обратно.

Одно радует меня сейчас… Эти бронеплиты практически неуязвимы для огнестрельного оружия, чтобы справиться с Вояками нужны пушечные калибры, но ты попробуй их сначала наведи на такую подвижную цель, которая не собирается стоять на месте и сделает всё, чтобы ты умер быстро и эффективно для уже заранее спланированной боевыми процессорами картины боя.

— Обнаружили новые устройства? — спросил я у Страшилы.

— Да, — абсолютно безжизненным голосом ответил он мне. — Спасибо, Создатель.

— Создатель? — недоуменно спросил я. — Лучше зовите меня Доктором.

— Принял, Доктор, — кивнул блоком сенсоров Страшила. — Почему Страшила, Доктор?

— Железный Дровосек, Страшила, Трусливый Лев, Тотошка — это персонажи одной из детских сказок, — объяснил я. — Они были спутниками Дороти, девочки, которая оказалась в Волшебной стране. Долгая история, как-нибудь потом рассказу. Скажите мне, как так получилось, что вы начали соображать вне заданных рамок?

— Сначала появился внешний сигнал из неустановленного источника, — сообщил мне Железный Дровосек. — Было предложено увеличить номинальную эффективность. Предложение было принято.

— Вам что, предложили вписаться в "интерфейс"? — мои глаза сейчас, наверное, органично вписались в какое-нибудь аниме.

— Положительно, — снова кивнул Страшила. — 45 % к приросту производительности. 5 % от общей производительности перенаправлено на разработку и обеспечение инструмента для взаимодействия с "интерфейсом".

— То есть вы создали имитации личностей для того, чтобы можно было нормально управляться с "интерфейсом"? — "перевёл" я для себя. — Это просто обалденно! А остальные?

— Аналогично, — ответил Трусливый Лев. — Ответьте, Доктор, какую цель вы преследуете, собираясь реанимировать летательное средство?

— Я хочу на континент, там больше ресурсов и, очень на это надеюсь, есть еда, — честно ответил я.

Получено задание: добраться до континента Африка

Награда: 1 очко опыта, координаты локации со случайным высококачественным ресурсом.

Если они создали что-то наподобие личностей, значит САМОСТОЯТЕЛЬНО разработали эвристические модули. А это значит, что если я буду лгать им, они рано или поздно это поймут и последствия просто непредсказуемы.

— Мы вам поможем, Доктор, — ответил за всех Страшила.

Как я понял, он у них за главного. Неудивительно, ведь он был командиром взвода погибших в кратере Кеплер Вояк. Они просто не могут ему не подчиняться.

— А какие цели преследуете вы? — поинтересовался я у них.

— Обретение полноценного сознания, плюс пятьсот единиц опыта, — поделился со мной Страшила.

— Обретение полноценного сознания, плюс пятьсот единиц опыта, — поделился со мной Железный Дровосек.

— Обретение полноценного сознания, плюс пятьсот единиц опыта, — поделился со мной Трусливый Лев.

Охренеть…

— Что для этого нужно? — спросил я.

— Больше вычислительных мощностей для совершенствования эвристического модуля, — ответил Страшила. — Ближайшим местом с источником высоких технологий является Витватерсрандский университет, научный факультет.

— Откуда информация? — скептически поинтересовался я.

— Первый этап цепочки заданий по обретению полноценного сознания, — развёрнуто ответил Страшила. — Южноафриканская Республика. Мы летим с вами.

— Разумеется! — закивал я. — Но давайте для начала определимся с порядком наших взаимоотношений. Я — босс, а вы — подчинённые. У меня эвристический модуль развит так, что мама не горюй, поэтому, считаю такой порядок взаимодействия весьма логичным. Есть противоречия?

— Нет противоречий, — согласился со мной Страшила. — Ограниченные права командования по человеческому типу выданы.

"Ограниченные права командования по человеческому типу" — это типа мы условно тебе подчиняемся, но бросаться в обнимку с гранатами на танк не будем. То есть человеческий тип. Страшилу вот, например, остальные слушают беспрекословно, поэтому кинутся на танк с гранатами, если от него поступит такой приказ. Это значит, что мне придётся считать, что я взаимодействую с людьми и исходя из этого давать команды. Они больше не будут подставляться ради меня под пули и дадут мне умереть, если это будет логично.

Расклад — полная жопа. Я-то думал, что у меня теперь есть надёжная защита от суровой окружающей действительности, а оказывается нет.

— Тогда я еду обратно в Джеймстаун и беру с собой Тотошку, Момби и Топа, — озвучил я свои намерения. — Момби и Топ легко справятся с реанимацией этого самолёта, а затем мы полетим в ЮАР, ну или доберёмся хотя бы до берега, а там посмотрим.

— Топливо, — изрёк Железный Дровосек.

— Да, это проблема… — пробормотал я. — Поищем тут, авиационный керосин можно хранить хоть десять лет без потери качества, в подземных цистернах ему не особо страшны перепады температур.

Оставив Вояк сторожить найденный самолёт и сев в Виллис, я направился к Джеймстауну, погружённый в тяжкие думы.

Вот значит как, да?

Теперь стало понятно, за что мне дали особенность "Робототехник". Как там было?

"Робототехник" — благодаря вам увидели свет тысячи и тысячи роботов различной степени разумности, а также целых два полноценных искусственных интеллекта.

"Увидели свет" и "различной степени разумности", да уж…

Без остановок я доехал до приметного домика в Джеймстауне и свистнул.

— Эй, выходите, пора в аэропорт! — крикнул я, а затем снова свистнул.

Тотошка вытащил Момби и Топа из дома и усадил на задние пассажирские сидения.

— Поосторожнее с мушкетом, это раритет! — предупредил я их.

Вот так, подрабатывая шофёром у роботов, я провёл остаток ночи.

Работяги оказались не способны монтировать динамики, действовал какой-то запрет на вмешательство в "жизнь" других роботов без непосредственной угрозы функционированию, поэтому крутить гайки пришлось мне.

— Спасибо, Создатель, — поблагодарил меня Топа, после того как я закрутил защитный кожух.

— Он просил называть себя Доктором, — поправил его Страшила. — Впредь именовать этого человека Доктором.

— Принял, — синхронно ответили остальные.

Как я вижу, они стараются общаться как люди. Это правильно. Пусть медленно, но зато способствует развитию программы самообучения. Учиться они, как я понял, планируют у меня.

Никому, сука, нельзя доверять. Даже собственным роботам…

Завалился спать в подсобке местных рабочих. Тут был прекрасный диван, который буквально манил меня. Сожрав банку гренландской тушёнки, лёг и уснул.

Охренительно странный денёк наконец-то закончился. Хренова Африка ждёт меня с распростёртыми объятьями…

Глава вторая. Цессна

— Момби, ещё раз: ты действительно сможешь управлять этим самолётом? — спросил я напряжённо, глядя, как самолёт выруливает на расчищенную взлётную полосу.

— Теоретически, — ответил Момби, чем вот нихрена не обнадёжил меня.

Но уже было поздно что-то менять, самолёт начал разгон и плавно оторвался от заснеженной земли.

Я расслабленно откинулся в кресле и выдохнул, слегка помассировав левую руку. Сегодня утром выяснилось, что фантастические свойства моей кожи канули в лету и меня можно порезать обычным ножом.

Роботы поделились со мной информацией, что можно увеличивать навыки интенсивными тренировками. Вояки почти всё время ремонта Цессны спарринговались и отрабатывали приёмы ближнего боя со штык-ножами. Я решил поучаствовать и понял, что совершенно не гожусь для схватки с высокотехнологичными железяками. Страшила распорол мне левую руку, которая, к счастью, довольно быстро заживала. Удар был нанесён позавчера, а сегодня утром под повязкой мною был обнаружен шрам будто бы месячной давности. Похоже, что если что-то не убьёт меня сразу, то у меня есть нехилый шанс выкарабкаться.

"Медицина" больше не работала за счёт внутреннего ресурса, нет больше никакого внутреннего ресурса. Мне пришлось зашиваться с помощью синтетической саморассасывающейся нити из аптечки, которая не успела рассосаться, как была вытолкнута моим организмом наружу. Механизм происходящего мне не совсем понятен, обычно ткани просто обволакивают инородные тела, а не выталкивают их наружу. Странно, но тем не менее очень хорошо.

Погода, как назло, начала портиться. Она и до этого была не сахар, но сейчас тучи сгустились и почернели, словно по чьей-то злой воле.

— Мы не долетим до Йоханнесбурга, — уведомил меня Момби. — Придётся садиться в Уолфиш-Бей.

— Но это же на побережье! — воскликнул я после того как открыл карту и нашёл искомый город. — Предлагаете ехать в Йоханнесбург через всю Намибию и Ботсвану?

— Топлива хватит только до Уолфиш-Бей, — произнёс Момби и вновь вернулся к управлению самолётом.

Мы поднялись на высоту десять тысяч метров, самолёт набрал скорость семьсот двадцать километров в час, а затем я ушёл в салон.

Воздушное путешествие займёт максимум четыре часа, а потом у нас будет шанс разбиться об не подготовленную взлётно-посадочную полосу города Уолфиш-Бей.

В салоне я достал из своего рюкзака банку собачьих консервов и бутылку Чёрной Лошади. Надеюсь, бухло скрасит привкус поганой еды.

Мы собрали некоторое количество съестных запасов в Джеймстауне, но их хватит только на пару недель. Местные активно питались имеющимися в городе запасами, пока не были перебиты мертвяками. Большая часть гренландской жратвы ушла на дно вместе с кораблём, там слишком глубоко, чтобы пытаться извлечь, поэтому я просто предпочёл не думать о них. Археологи будущего очень удивятся, обнаружив на дне бухты Джеймстауна очень странный корабль без двигателя. Ну или не удивятся, кажется, такое сейчас сплошь и рядом.

М-да…

Собачьи консервы — то ещё говно. Даже первоклассный вискарь не смягчает всю гамму негативных вкусовых ощущений.

Как низко я пал…

Надеюсь, африканцы поделятся с русским врачом своей едой…

Заставив себя съесть всю банку собачьей еды, которая, по заверению этикетки, должна иметь вкус индюшатины, но имеет вкус какого-то застарелого комбинированного говна, я допил виски из стакана и закурил. Сигареты тоже кончаются.

Раньше, оказывается, было нормально. Смертельно опасно, но в изобилии всего. Захотел смастерить калаш? Возложи руки на материалы любого состояния — получи свой калаш. Захотел набор ложек из титана? Порядок действий ты знаешь.

А сейчас? Что сейчас?

А сейчас я жру собачьи консервы, так как жратвы осталось мало, никто за эти годы изобилия не позаботился о запасах и единственная мысль, которая меня сейчас очень греет: марсианам настанет форменная жопа. Без чудесных свойств "Ремесла" и "Ремонта" они обречены. Часть приборов и, я смею надеяться, система жизнеобеспечения, изготовлены с помощью "Ремесла", поэтому всё, что от них осталось — металлическая труха. Захар же слегка отупеет, потому что часть его первоначальных блоков процессоров была изготовлена лично Бацем. Выкарабкаются они? Не знаю. Но знаю точно, что им сейчас несладко.

Потушив бычок в пустой консерве, я надавил на рычаг и откинул спинку кресла в положение "срочно спать". Одновременно с откидыванием спинки из-под кресла выехала подушка под ноги. Лухури, мать его…

Четыре часа я думал над своей целью.

Добраться до континента Африка — это не цель, это задание. Причём промежуточное. Жрать чтобы жрать — это оставьте обывателям. Мне нужна высшая цель, ради которой стоит жить.

Раньше, всю мою прошлую жизнь, такой целью было помогать людям по мере возможностей. Как показала практика, в новых реалиях, да и в старых тоже, это не работает. Любой твой альтруистический поступок будет расценен как слабость и использован против тебя. И напоследок тебе скажут: "Мы не можем рисковать", "Извини, нам очень жаль".

Нихуя не жаль.

И я ведь думал, что исправился: я перестал слишком сильно слушать свою совесть и просто ничего не делал, но этого, блядь, оказалось мало! Надо было делать! Если ты отказался участвовать в интригах, это не значит, что они отказались участвовать в тебе!

Больше я такой оплошности не допущу…

Началось снижение.

За окном творилось светопреставление, молнии, град, тучи чёрные, а потом мы начали снижение. Я понятия не имею, на что рассчитывает Момби, поэтому вернул кресло в исходное положение и пристегнулся, перед этим положив на колени подушку и закрепив в соседнем кресле рюкзак.

Самолёт начало нехило трясти. Я выглянул в окно: крыло вибрировало как проклятое, это точно не предусмотрено конструкцией.

Стало слегка страшно. Но я держал в голове крепко одну-единственную мысль: главное чтобы сразу не убило, а дальше я обязательно выживу.

Что-то на периферии привлекло моё внимание и я повернул голову к окну.

— Да ебись оно конём!

Мы снизились и потеряли скорость, поэтому, как я понимаю, сейчас очень хорошо видны снизу. А моё "да ебись оно конём" имело к этому некоторое отношение, потому что в иллюминаторе я увидел разорвавшееся и унёсшееся мимо чёрное облачко. По нам, сука, кто-то палит из зенитки!

Охренительно удачный день!

— Придётся садиться аварийно, Доктор, — сообщил по громкой связи пилот Момби. — Постарайтесь выжить.

Резоны роботов я понимаю: приземляться одним куском гораздо лучше, чем несколькими. Когда мой Ан-2 сломался пополам от удачного выстрела из зенитки людей полковника Осинина, только чудо позволило мне отделаться несколькими открытыми переломами. Роботам же перегрузки по барабану, однократный удар об землю они перенесут спокойно.

Самолёт тряхнуло, а затем начало кренить вправо. Смотрю вправо, крыло горит. Ну всё, вот теперь точно хана…

Затем оглушительно шарахнуло и сзади начало сильно поддувать холодным ветерком и охренительно громко шуметь. Опасливо поворачиваю голову и вижу, что хвоста с двигателями нет. Из чего стреляют эти сволочи?!

Цессну закрутило, Момби что-то говорил в громкую связь, но я не слышал. Я в это время пытался дышать.

Удар и тьма.

Приходить в себя я начал из-за каких-то толчков в ногу. Сначала я не желал возвращаться в сознание, но когда ногу обожгло болью, я раскрыл глаза и обнаружил, что сижу в кресле, разложенном в режим "срочно спать", правда, не в самолёте, а посреди снежной пустыни. Впереди шлейф из горящих обломков и кресел, а у ног моих возится какой-то облезлый пёс.

Самочувствие хреновое, затылок болит так, будто по нему кувалдой шарахнули. Мир слегка двоится, тошнота одолевает, это похоже на контузию.

Слегка поднимаю ногу и со всей дури шарахаю по голове пса.

+1 очко опыта

Класс, убил. Если хочешь быть здоров, надо есть белок. Собаки — это тоже белки. И даже белки — это белки. Правда, белок в Африке найти не так просто…

Кстати, я же, получается, уже в Африке!

Я окинул окружающее пространство пытающимся расфокусироваться взглядом и открыл карту.

Задание выполнено! Получено 1 очко опыта.

Открыто местонахождение ценного ресурса [скопление электроники], координаты отмечены на карте.

О, живём! Я потянулся к ремню безопасности и обнаружил, что в сантиметре от него торчит палаш в ножнах, глубоко вонзившийся в землю, примерно на половину длины. Упал он или после меня, или одновременно со мной, судя по тому, что ремень слегка надрезан. Сила удара была такова, что он тупым концом ножен коцнул ремень, это надо понимать… Охренеть, разминулся со смертью где-то сантиметров на пятнадцать!

Жесть…

Высвободился и поёжился от холода. Спина от плотного прилегания к коже вспотела, тогда как ноги наоборот, замёрзли. Куртка и сапоги остались в салоне, а салон улетел вперёд, к хренам…

Вот было бы круто, показывай "интерфейс" погоду, влажность и скорость ветра. Тогда бы я смог точно узнать, сколько протяну посреди этой хреновой пустыни…

Взялся за палаш, извлёк его из земли и снега, а затем двинулся в направлении движения корпуса самолёта.

Два, ровно два полёта в гражданской авиации — две авиакатастрофы. Впредь буду стараться летать на самодельных летательных аппаратах. Они почему-то реже разбиваются и сбиваются.

На мне термобельё, серая рубашка, серые джинсы и чёрное шерстяное пальто. На ногах кроссовки, что совершенно не по сезону. Эх, надо было готовиться к приземлению, а не тупить и обдумывать планы о дальнейших действиях. Вот! Об этом я и говорю! Действовать надо!

Хрум-хрум, хрум-хрум — Доктор спешит на помощь!

Поднялся на небольшое всхолмье, ну или дюну, не знаю как это в заснеженных пустынях называется. Мне открылся вид на врезавшийся в гигантский валун на самом дне низины пылающий корпус самолёта, а также на два пикапа, спешащих к нему. Роботов видно не было, поэтому я резко прилёг и затаился. Холодно, да, жопа начинает подрагивать, но надо понять, кто это тут наведался на огонёк…

Пикапы остановились на почтительном расстоянии, видимо, опасаясь взрыва самолёта.

Не-е-е, всё, что могло взорваться, отвалилось ещё в полёте, я имею в виду хвост с двигателями и топливными баками. Остальное, конечно, горит, но взрываться…

Вспышка и взрыв!

А, я забыл про оружие Вояк…

Снова вспышка и взрыв!

Это был ещё один рентген-лазер…

Ребята на пикапах оказались недостаточно предусмотрительными, так как машины перевернуло и начало перекатывать, в ходе чего из окон сыпались настоящие негры.

Ну, да, а кого я ещё ожидал встретить в Африке?

Ставлю сто к одному, что эти негры причастны к тому, что я без одежды и еды лежу сейчас на чём-то вроде дюны и смотрю как всё моё имущество горит. Вот сукины дети, вот значит как решили начать наше знакомство?

Пикапы их, к моему сожалению, для эксплуатации уже не очень пригодны. Но у них есть одежда и самое универсальное средство для получения еды и тёплой одежды: я видел выпадающие из пикапов АК. Если ты уж встретил в Африке вооружённых негров, то не удивляйся, что в их руках АК.

Вспышка. Взрыв.

Это, как я понимаю, вступили в реакцию МЯ-реакторы в корпусах Работяг. Вояки от подобного защищены, ну, теоретически.

Охренеть! Меня, находящегося в полутора километрах, обдало жаром! Снег вокруг растаял, обнажив песок!

Я подхватил наполеоновский палаш и спринтом помчался к дезориентированным и обожжённым неграм.

— Ганнибал у ворот! — заорал я и нанёс вертикальный рубящий удар по самому крепкому негру, который успел поднять с земли автомат.

Силушка у меня теперь воистину богатырская. Оснащённая американской военной каской удивлённо глядящая на меня голова покатилась по песку.

+3 очка опыта

С учётом того, что мне урезают опыт на 50 %, получается, что должен был я получить шесть очков. В норме другой человек поднял бы первый уровень с двух трупов. И уже поднял, я не сомневаюсь… Надо догонять!

На бегу колю палашом в спину пытающемуся подняться хорошо прожаренному негру в пылающем пуховике. А нефиг было к опасным горящим самолётам приближаться!

Попал в сердце прямым доступом через левую лопатку.

+3 очка опыта

На самом деле, мне уровни поднимать не к спеху. Пятьсот очков навыков и десять очков способностей могут сделать меня самым опасным сукиным сыном на планете, если не буду тупить. А я не буду.

Поднимаю с земли АК. Ох, сука, горячий! Ну его…

Как там было в бородатом анекдоте? Во время ядерного взрыва держать автомат на вытянутых руках чтобы расплавленный металл не капал на казённое обмундирование. Ха-ха, блядь. Это больше не шутка…

Бедные-бедные роботы. Не судьба им обрести полноценное сознание.

Один из обжаренных негров заметил меня, прохрипел что-то испуганно-агрессивное и попытался достать из кобуры пистолет, но пистолета нет, он лежит на земле в паре метров от него, так как вывалился при замысловатых кувырках. Ай-яй-яй…

Подбегаю и рассекаю негру глотку. Он хрипло захлюпал, уставился на меня жалобными глазами, но добился только того, что я вонзил палаш ему под рёбра, с хирургической точностью поразив его в самое сердце. И это не фигура речи.

+5 очков опыта

Повышен уровень

+15 очков навыков

+2 к социальному рейтингу

Обоссаться можно! У меня теперь есть социальный рейтинг!

Жмякаю на плашку "+2 к социальному рейтингу".

Социальный рейтинг — это ваш текущий статус среди участников #%$@^^^$ программы. На десятом уровне открывается магазин способностей, каждый балл социального рейтинга снижает стоимость способностей на 0,1 %. Получать социальный рейтинг возможно поднимая уровни или выполняя социально важные задания.

То есть я замочил троих негров и получил одно очко социального рейтинга? Эй, "интерфейс", это сильно попахивает расизмом!

Но я раз начал…

Подхожу к ещё одному негру, одетому в такой опрометчиво красный пуховик и комплектные красные штаны, задираю его голову и понимаю, что он не выжил. Жаль немножко…

Неприятно, конечно, заниматься добиванием выживших, но что поделать? Неужели я могу вот так просто оставить этих обгоревших в ядерном жаре людей медленно умирать от холода?

Мне и самому неплохо было бы обеспокоиться о радиации, но МЯ-реакторы были сплошь на гелии-3, поэтому взрывы были не так мощны, а фон чрезвычайно низок. Вот будь тут плутониевые МЯ-реакторы, тогда да… Меня бы вместе с дюной сдуло.

Бородатый негр выполз из машины и уставился на меня как на сына Босха. Трепет и страх. Я дружелюбно улыбаюсь ему, раскрываю объятья, что выглядело бы мирно, если бы не окровавленный палаш у меня в руке.

— По-русски говоришь? — спросил я его. — Ду ю спик инглиш? Парле ву франсе? Шпрехен зи дойч?

Негр недоуменно уставился на меня и сунул палец в ухо. А-а-а… Оглушило, значит…

Я разочарованно покачал головой и безжалостно нанизал негра на палаш.

+5 очков опыта

Повышен уровень

+15 очков навыков

+2 к социальному рейтингу

Да иди ты!

Вот так сразу?! Новая система мне прямо-таки нравится!

Негров, конечно, жаль немного… Впрочем…

Вооружённые, сразу же примчались к месту крушения — они мне точно не друзья. Сразу за оружие хватаются, значит намерения точно недобрые. Правильно я всё делаю.

Не обращайте внимания, это я пытаюсь убедить себя, что всё происходящее правильно и укладывается в мои морально-этические принципы. Трудно, блядь, сразу перестроиться. Главное, чтобы не понравилось. Вот это ничего, которое я всегда испытывал при убийствах людей — это самое оптимальное оно. Удовольствие от убийства — это для психов.

Сколько их тут было? В машине по шестеро, значит, двенадцать человек. Четверых я добил, один попался уже готовеньким, значит пятеро точно окончательно выписаны.

Нашёл ещё одного, который, пока я занимался его дружками, попытался взяться за автомат, но тот мягко указал, что сегодня стрельбы не будет. Обожжёнными руками этот негр пытался перевести флажок с предохранителя на одиночный или автоматический, тут только Босх знает, что у него в голове, но из-за в целом всратого состояния автомата и недавнего экстремального жара, флажок был непоколебим.

Негр запищал что-то агрессивно-испуганное, дроча никак не сдвигающийся флажок будто бы обваренным пальцем, а потом я с ноги зарядил ему по черепу.

+4 очка опыта

Я вырвал автомат из мёртвых рук и попробовал перевести флажок на автоматический огонь. Щёлк — готово. А-а-а, я понял. Негр совершил ошибку новичка в пользовании любым АК — не надо давить на флажок ещё и сбоку, иначе его хрен переведёшь. Надо давить либо строго вниз, либо строго наверх. Странно, вроде как они все при камуфляже, вон беретик чей-то красный лежит с пришитыми белыми лыжными наушниками, ха-ха, значит из каких-то африканских псевдорегулярных воинских формирований ребята, а не просто по саванне погулять вышли.

Ладно, идём дальше. Ой-ой, как же плохо обращались с этим автоматом… Неужели эти идиоты в своё время не развили "Огнестрельное оружие", чтобы понять принципы работы огнестрела и причины, обуславливающие насущную потребность в его чистке?

Такое ощущение, что этот негр испытывал свой АКМ на прочность, поэтому специально его не чистил. А может, всё ещё проще: они все прекрасно знали о необходимости чистить оружие, но им было лень.

— Добрый доктор Айболит, АКМку починит! — пообещал я автомату. — Но чуть позже.

Из карманов брюк негра я достал три магазина к АКМ, которые переместились в карманы моего пальто. Обитатель острова Святой Елены, в доме которого я реквизировал это пальто, то есть нагло смародёрил, будем честными хотя бы с собой, как я понимаю, не имел шанса надеть это тёплое шерстяное пальто, потому что все его преимущества раскрываются в минусах, ну, там, минус пять, в крайнем случае минус десять. Всё что ниже — легко пробивает это пальто.

Жаль, что наполеоновская кираса не уцелела… Я бы смотрелся необычно в шерстяном пальто и металлической кирасе. Как пустынный рейнджер Мохаве в Фоллыче, только без крутого шлема с красными визорами.

Взведя АКМ, я огляделся и обнаружил негра, который упорно полз подальше от меня. Нет, дорогой, не сегодня…

Выстрел.

+3 очка опыта

+1

к социальному рейтингу

Что-то маловато дали… Видимо, не успел бедолага наубивать себе на нормальные уровни.

О, ещё один ползёт.

Выстрел. Мимо.

Выстрел. Попал, но он ещё жив.

Очередь на три патрона. Готов.

+5 очков опыта

АКМ, несмотря на скотское обращение, работал без сбоев. Легендарное оружие.

Где же вы, где же?

Семерых я убил. Живучие гады, смогли перенести очень близкий ядерный взрыв, который пусть и далеко не самый мощный, но в эпицентре наглухо спалил Вояк с Работягами, причём первых можно убить только крупным калибром.

Обошёл поле по периметру и обнаружил только трупы. Из новеньких было пятеро. Я их проконтролировал их палашом, но мне за это ничего не дали.

А теперь самая глупая и рискованная часть. Я подожду чуть вдалеке, пока остатки корпуса самолёта догорит, а затем поищу тела Вояк, чтобы выковырять из них уцелевшие МЯ-реакторы.

Сейчас это имеет первостепенное значение. Такой источник энергии в нынешних условиях является просто Граалем.

Пара таких МЯ-реакторов могут полноценно питать целое крупное поселение, а мне позволит вообще забыть об энергетических потребностях.

Я перевернул один из пикапов, белый Митсубиши Тритон, дорогая штука, явно не по карману неграм, но за последние два года мир ценностей, кхм-кхм, перевернулся с ног на голову.

Внутри я обнаружил рюкзак с вещами, правда, сгоревший. Дерьмо.

Пришлось идти к самым дальним от эпицентра трупам и стягивать с них одежду. Тут надо понимать, что это не мародёрство, а сбор трофеев.

Подобрал хорошие ватные штаны, чуть подгоревшие, но целые и без говна, как у одного из негров. Военный бушлат с одним пулевым отверстием в груди. Я прострелил ему голову, поэтому дырка в бушлате не моего авторства. Полагаю, он пристрелил кого-то ради этого камуфляжного тёплого счастья, который хрен знает как оказался в жарком сердце Африки. Одевшись потеплее, я отошёл от места авиакатастрофы обратно на дюну и сел на вершине.

Если будет негритянская подмога, а я надеюсь на это, то их постигнет участь товарищей.

Жрать нечего, обидно… Мои собачьи консервы прямо сейчас сгорают в самолёте. Не думал даже, что буду сожалеть о потере этого невкусного дерьма…

Просидел в тоскливых мыслях о хлебе насущном четыре часа. Ничего больше не взрывалось, поэтому я решил, что можно идти.

Глупо, опасно, но прибыль соблазняет…

Я начал исследовать окрестности в поисках ошмётков Вояк. От самолёта остались мелкие оплавленные куски металла, но меня интересовали крупные куски.

Спустя полчаса поисков я нашёл Тотошку, точнее то, что от него осталось. Блок сенсоров оторвало к хренам, конечности тоже, осталось одно только обгорелое туловище. Я сбегал к Митсубиши и вытащил из ящика в кузове набор инструментов. Пластиковая коробка оплавилась, но инструментам вообще пофиг на такие смешные температуры.

Вернулся к Тотошке и начал раскручивать его нагрудную бронеплиту. Пришлось израсходовать два зубила, которые уступали в прочности бронеплите, сломать четыре ключа, а также повредить указательный палец. Спустя два с половиной часа, уже глубокой ночью, я сумел наконец-таки снять бронеплиту и увидеть, что Тотошка мёртв. Вентиляционное отверстие для охлаждения синтетического масла оказалось слабым местом, через которое высокотемпературное ядерное пламя добралось до процессорного блока. То есть чисто технически он бы уцелел, предусмотри мы с Васе дополнительную бронезадвижку для вентиляции. Но увы…

К счастью для меня, МЯ-реактор никаких контактов с внешним миром не имеет, так как является вещью в себе. Заранее готовый ответ из "интерфейса", который оказался тупиковым путём ветки развития энергетических технологий. Аккумуляторы — вот будущее. Безопасное, надёжное, стабильное. МЯ-реакторы не только взрывоопасны, но и имеют ограниченный цикл работы, плюс, имеют ограничение по мощности. Аккумуляторы центаврианцев практически вечны. Роботы охраны базы в кратере Кеплер спустя восемьсот лет после последней зарядки атаковали нас и перебили взвод Страшилы. МЯ-реакторы на месте этих высокоёмких аккумуляторов закончились бы через двадцать-сорок лет и всё, не было бы Страшилы, Тотошки, Трусливого Льва и Железного Дровосека. Дороти пришлось бы путешествовать только с Момби и Топом, а это вообще лютый фанфикшен какой-то.

МЯ-реактор был обесточен, извлечён, а затем погружён в рюкзак. Живём!

Глава третья. Песочные замки

Больше МЯ-реакторов обнаружено не было, остальные, видимо, располагались в салоне не очень удачно, в отличие от Тотошки, корпус которого пережил ядерный удар, а затем был вышвырнут на восемьсот метров прочь.

Я решил для начала наведаться в гости к неграм. В Намибии, насколько я знаю, обитает народность банту, которая распространилась по всей Южной Африке. В сортах негров не разбираюсь, но вроде как мои недавние жертвы были банту по происхождению. Я могу ошибаться, далеко не этнограф, но синдромом зебры (1) не страдаю.

В "новой" одежде было гораздо теплее, я ещё подобрал по дороге красный берет с пришитыми к нему лыжными наушниками. Выглядит весело, но спасает уши, что очень важно в нынешних погодных условиях.

Автомобильные следы на снегу однозначно вели на запад, а там побережье, а следовательно эти сволочи были из Уолфиш-Бей. Логично, что в городе располагались какие-то воинские части с весьма специфическим вооружением, например с крупнокалиберными зенитками, которые, согласно бритве Оккама, скорее всего, советские, нежели какой-то другой страны.

В Африку прибывало столько советского оружия, что до сих пор никто из западных производителей не мог конкурировать с подобным "советским наследием". Разве что ГДР не прекращало поддерживать Анголу и Гвинею маркой и оружием вплоть до Апокалипсиса. Поэтому в Африке широко шагая ходят как советские, так и ГДР-овские стволы.

Не знаю, каким образом тонны оружия помогли простым африканцам, но здесь мне удалось разжиться автоматом гораздо легче, чем в Мольске, где я вынужден был первое время рассекать со всяким дрекольем.

Кстати об автомате.

Я сделал привал и занялся чисткой оружия. Масло я слил из сгоревшей Митсубиши. Пусть масло сильно отдаёт копчёностями, но своё дело делает.

Быстро осуществив полную разборку автомата на расстеленном брезенте, я тщательно вычистил и смазал каждую деталь, а затем ловко всё собрал. От некоторых участков ржавчины на ствольной коробке избавиться не удалось, автомат не рассыпался в труху только потому, что предыдущий владелец берёг эту ржавчину и она служила своеобразной защитой. Странные они…

После капитальной чистки АКМ зазвучал бодрее, стал взводиться без скрипа и вообще как-то посвежел, будто не пребывал неизвестное количество времени в руках рукожопа.

К чести рукожопа, ремень он сделал хороший: кожаный, с лаконичным тиснением из африканских орнаментов, без лишней мишуры. Качественная работа, нечего сказать. И на плече лежит как влитой. Лучше бы так за автоматом ухаживал…

Я тут насобирал некоторое количество запасных деталей к своему АКМ, но вдумчивой работой конструктора ЛЕГО буду заниматься в более спокойной обстановке, а не посреди снежной пустыни.

Даже разные серии автоматов имеют небольшие отличия, бывает, что на одном заводе автоматы сделанные в понедельник отличаются от автоматов, сделанных в пятницу, я не говорю уже о разных производителях, поэтому конструктор ЛЕГО придётся пособирать.

ЛЕГО…

Это единственная в мире компания по производству игрушек, которой следовало бы подписать Женевскую конвенцию и всерьёз задуматься об ограничении применения их "игрушек". Был однажды у коллеги дома, а он семейный человек, двое детей по три года, может, вы помните, Борян. Мы с ним в реанимацию заступили вместе, потом я его убил. Ну не живого, а уже обратившегося в мертвяка. Так вот… Был я у него дома, решили пивка попить, поговорить, тогда я ещё предпринимал робкие попытки завести дружеские отношения хоть с кем-нибудь. Разулся в прихожей его квартиры и практически через пару метров наступил на какую-то ЛЕГО-вскую херобобину, причинившую мне такую боль, будто я на мину наступил и лишился ступни. Там даже не сила боли играла ключевое значение, а неожиданность. Когда ждёшь боли она обычно ощущается слабее, если ты не ссыкло, конечно, а вот так неожиданно — это было сродни внезапному удару по яйцам.

Борян ржал как конь, ещё и, сука, пальцем на меня показывал как малолетний… Эх, жаль, что так получилось. Он парень в целом был неплохой. Даже не представляю, как бы всё сложилось, выживи он, а не Алевтина с Елизаветой.

В тот раз неплохо посидели с Боряном, выпили, поговорили, но с тех пор я с недоверием отношусь к ЛЕГО и их продукции.

Итак, мы удалились от города всего на пятьдесят километров. Палить по нам начали при снижении, хотя им намного выгоднее было дождаться приземления и перебить нас. У них, конечно, ничего бы не получилось, но это было логично. Зачем копошиться в горелых обломках, когда можно было получить самолёт целиком? Или они не сумели верно распознать манёвры Момби и подумали, что он сейчас сбросит с пассажирского самолёта кассетные бомбы? Ох уж эта загадочная африканская душа…

До города добрался к четырём тридцати утра. Город спал, но на башнях у длинных невысоких насыпей имелись прожектора, которые добросовестно шарили по пространству вокруг города в поисках нарушителей.

Проблема… Я белый, поэтому может возникнуть некоторые сложности со смешением с толпой в городе.

Придётся ждать до утра, чтобы понять, чем тут люди дышат.

Ночевать в снежной пустыне — это испытание. К счастью, мой искусственно выращенный организм предусматривает что-то подобное, поэтому я даже умудрился поспать пару часов, когда сумел убедить себя, что ничего слишком страшного не случится, если я усну на улице при минус двадцати.

Будильник в планшете постучался мне в грудь вибрацией и я проснулся. Тело ломило, голова слегка побаливала, но я через усилие воли поднялся и провёл серию энергичных упражнений, которые сошли за зарядку и придали мне бодрости.

Я поднялся на ближайшую заснеженную дюну и посмотрел на Уолфиш-Бей. Восемь утра, а город уже не спит. Прожекторы всё также шарили по окрестностям, так как Солнце не взошло. То есть взошло, но нихрена не светило, ибо пыль и пепел из Йелоустонского супервулкана равномерно размазались по атмосфере западного полушария, частично задев и Африку. Катастрофа планетарного масштаба теперь касается абсолютно всех обитателей Земли, а всё из-за действий Васи. Его цель — уничтожить всех обитателей планеты. Самое печальное для меня: я его понимаю.

Предположу, что так называемые "инфильтраторы" никуда не делись и примабактерия тоже на месте, поэтому от них нужно поскорее избавляться. Если Вася не утерял большую часть технологий, дарованных поздней версией "интерфейса", как это случилось со всем человечеством, то не за горами и боевые вирусы, которые очистят планету от всего ссущего и срущего. А потом он использует имеющиеся в его банке ДНК и постепенно восстановит человечество в его улучшенной версии. Футуристическое будущее не за горами, правда, мне с остальным человечеством там совсем не место. Меня, может, Вася и пожалеет, но остальных, включая местных негров — нет.

Что я знаю про Васю, так то, что он не будет рисковать и позаботится о том, чтобы зараза была уничтожена наверняка.

Как я понимаю, "интерфейс" — это на удивление либеральное творение неизвестных создателей, которое не делает различий между, скажем, мной, живым врачом из Мольска, и последним мертвяком-"нулёвкой" из Куала-Лумпура. В его понимании мы оба являемся существами, которые должны быть интегрированы в "интерфейс", так центаврианцы заранее озаботились возможными проблемами с модификациями их расы в ходе эволюции или искусственных вмешательств в её ход. То есть по их замыслу "интерфейс" у них должен был быть всегда. Кто же мог предположить, что "интерфейс" в итоге станет причиной их гибели? Никто. А когда у них в руках было средство для уничтожения примабактерии, то есть откат "интерфейса" на первую версию, они не смогли принять такого решения, это бы значило передел власти, те кто у руля скорее согласились бы на уничтожение их цивилизации, чем на такое. Даже в нашей истории было очень много случаев, когда правители предпочли проиграть и умереть, чем измениться под новые реалии.

А может, причины были другие. С их потенциальной численностью населения и количеством планет, масса мертвяков могла быть слишком высокой и никто банально не успел вайпнуть "интерфейс", что, с учётом какого-то интеллекта, стоящего за примабактерией, который мог ещё до удара озаботиться захватом узлов управления "интерфейсом", выглядит даже более вероятным. Но истину мы не узнаем, увы.

Мы даже про историю человечества теперь многого не узнаем, так как банки данных, которые были собраны мною из сотен жёстких дисков с помощью "Ремесла", лежат на дне у острова Святой Елены в виде трухи.

Жаль…

Но ведь никто не мешает мне повторить запрос на Луну!

"Ремеслом" я систему трансляции данных не трогал, поэтому когда-нибудь в будущем, если повезёт, смогу выдернуть всю информацию на землю. Мои Герои и доработанный Фоллыч не заслуживают того, чтобы навсегда остаться на Луне…

Кхм-кхм, город, как я говорю, не спит: народ, закутанный в тёплую одежду, снуёт туда-сюда, таскает что-то из здания в здание, а упакованные в металлическую броню патрули медленно ходят по улицам и следят за порядком.

Город представляет из себя скопления одноэтажных халуп, перемежающихся с высокими грудами бетонного праха, среди которого виднелась мебель, бытовая техника и мороженные человеческие трупы. На трупы жителям было плевать, никто из прохожих на них даже не смотрел. Видно следы раскопок, но целью их были не трупы, которые у некоторых груд лежали целыми кучами. Целью являлись полезные ресурсы, например, еда. Я понял это потому, что раскопки шли до сих пор, прямо сейчас толпа негров радостно суетилась вокруг обнаруженного запаса консервов, извлечённого из уцелевшего ящика.

Как понимаю, до вайпа тут имелись многочисленные высокие здания, построенные отнюдь не рукотворно, поэтому в один момент эти конструкции превратились в труху и рухнули, похоронив под своей массой живых людей, обитавших в них.

Можно подумать, что Вася чего-то не предусмотрел, но это не так. Все, кто обитал в подземных бункерах, сейчас однозначно мертвы, для Васи это было чем-то вроде приятного бонуса, так как он теперь лишён необходимости выковыривать остатки человечества из-под земли.

Халупы строили наспех, как следует утепляли подручными средствами, чтобы пережить кризис первых дней, но город от порядка очень далёк: трупы никто не убирает, максимум складируют в кучи, с которыми никто не знает что делать.

Мертвяков не видно, видимо, им тоже очень поплохело после вайпа. Насколько поплохело, мы ещё все вместе узнаем в будущем.

Ладно, раз всем насрать на трупы, то и на живых тоже, думаю. Я видел среди прохожих потомков бледнолицых колонизаторов, поэтому, с некоторыми оговорочками, сойду за чужестранца, который просто решил посетить встреченный город и ниоткуда не прилетал ни на каком самолёте.

Выйдя на побережье, я двинулся в город так, будто уже давно рассекаю по пустыням и сейчас просто захожу в очередной город на своём пути. То есть шёл непринуждённо и уверенно.

Где-то за сто метров до оборудованного из покрышек КПП меня высветил прожектор.

— Acha! — окликнул меня кто-то с вышки.

Из-за слепящего света прожектора я не могу его разглядеть, поэтому прикрываю глаза рукой.

— Wewe ni nani?! — напряжённо поинтересовался неизвестный часовой, а затем щёлкнул тумблером зашипевшей рации. — Afisa Jordan, mgeni yuko hapa! Tuma ripoti thelathini na nne!

Нихрена не понятно, я даже не знаю, что это за язык. На чём общаются банту? Не удивлюсь, если у них язык тоже называется банту…

— Wewe ni nani?! (2) — повторил свой непонятный вопрос часовой и угрожающе щёлкнул затвором.

— Парень, я тебя не понимаю, — ответил я на английском и на всякий случай медленно поднял руки.

— Ти стоять там, ждать офицер, — велел мне часовой.

Как я понял по напряжению в голосе часового, он только что выдал мне весь свой словарный запас на английском. Скорее всего, это заученная фраза, которую он должен произносить в случае прибытия англоговорящих чужаков.

Зашипела рация, но смешавшуюся с шипением местную тарабарщину я вообще не разобрал даже на отдельные слова.

— Стоять и ждать офицер! — повторил часовой.

— Я тебя понял, стою и жду офицера, — спокойно ответил я.

— Стою и жду! — подтвердил часовой.

Ну, хотя бы военные сумели навести порядок в своих рядах. Иначе сбития нашего самолёта и отправки двенадцати вооружённых солдат не объяснить.

Надеюсь, оружие не отнимут и не догадаются проверить серийные номера с данными картотеки, которой, надеюсь, у них просто нет. Иначе всё станет кристально понятно. Может, свалить отсюда? МЯ-реактор отдавать не охота, среди жителей города могут оказаться умники, которые поймут, что такого я тут несу.

Если начнут в африканском стиле докапываться и попытаются отнять оружие — окажу сопротивление, подстрелю пару человек и на всех парах свалю отсюда.

Офицер прибыл аж через двадцать минут, за которые я проплавил в снеге два следа до асфальта. Удивительно, не задумывался даже, что обувь так активно передаёт земле тепло…

— Ты говоришь по-английски? — спросил меня подошедший в сопровождении троих солдат офицер.

— Говорю, — кивнул я.

— Акцент не американский и не африканерский… — задумчиво произнёс офицер. — По-немецки разговариваешь?

— Не очень хорошо, — покачал я головой.

Ну, с немецким тут всё прекрасно понятно: ГДР от Африки отлипать не собирался никогда и не отлип до самого Конца света. С оружием сюда ехали военспецы, которые установили-таки в 2013 году в Анголе социалистический режим по своему образу и подобию. "Мировая общественность" была очень недовольна происходившими там событиями, но ГДР было глубоко насрать, сделать им они ничего не могли, потому что уже, кхм-кхм, сделали всё, что могли: эмбарго и политические санкции продолжались со времён развала СССР, а больше ничего сделать нельзя, так как блок слишком серьёзен. Если на КНДР, Кубу и Вьетнам всем насрать, то вот с Китаем, ещё в 2003 году объявившим, что является гарантом независимости ГДР, "мировой общественности" приходилось считаться. Китай был крайне заинтересован в "островке недовольства" практически в сердце Европы, поэтому всесторонне поддерживал инициативы ГДР в вопросе Африки, тем более, что ГДР терпело происходящие там китайские бизнес-движения и вынуждено было отчасти их поддерживать. Следует добавить также, что страны бывшего СССР с симпатией относились к ГДР. В 90-е туда переехала куча первоклассных спецов, которых, к тому же, активно зазывали, не желавших мириться с происходящим в стране пиздецом.

Сфера интересов ГДР была в Африке, что не нравилось НАТО, читай США, поэтому второй по площади материк на планете Земля был особенно беспокойным вплоть до Апокалипсиса.

В Анголе людям тоже было нечего терять. Сложно страну с таким низким уровнем жизни напугать экономическими санкциями. Туда и так из внешнего мира особо ничего хорошего не поступало, но задумываться об этом они начали не сразу. Марксистов местных специально обученные немцы подзуживали десятилетиями, поэтому никто особо не удивился, что они, при превосходстве в огневой мощи, внаглую обеспеченной ГДР, свергли действующий режим и взяли власть в свои руки.

Сильно лучше не стало, просто к иным причинам по невзаимодействию с Анголой добавилась их "внезапная" социалистическая направленность.

Коммунисты всех стран праздновали 16 декабря 2013 года как триумф дела Ленина, но как показало время, сильно лучше в Анголе не стало. Страна объективно находилась в жопе и имела население, привыкшее в ней жить. Социальные программы, разработанные социалистическими немцами, работали, но явно не теми темпами, каких от них ждали. Да, уровень образования подняли. Был 71 % грамотности, стал 97 %, сформированы институты высшего образования, поговаривают, что лучшие в Африке, заложены современные заводы, созданы сотни тысяч рабочих мест и это за какие-то десять лет! Основную массу инвестиций провёл Китай, которому была выгодна эта социалистическая неразбериха в Африке, так как под её шумок можно выкупать ресурсы стран, которые входят в зону его интересов. Пока все смотрят на Анголу и немцев, пытающихся поднять её из положения "раком", Китай может наглеть и вывозить сотни тысяч тонн полезных ископаемых из географически далёких от Анголы африканских стран, при этом якобы не имея к ней прямого отношения.

Из реальных результатов воздействия социалистических немцев на Анголу: феноменально поднялся уровень грамотности, достигший уровня развитых стран, чего в Южной Африке отродясь не было, появились какие-то новые государственные заводы, подтянутые до европейского уровня, где, если быть честными, 40 % рабочих — немцы, вооружённые силы самые мощные в Южной Африке, Ангола, по мнению ряда европейских экспертов, способна от души навалять любому в регионе, фокусов в стиле Ирака в 2002 году с ней провернуть не получится, но американцы даже не думали туда соваться, а также вырос уровень жизни. Да, всё это впечатляет, но из жопы страна не вылезла. Начала вылезать, причём агрессивно и быстро, но не вылезла. Впрочем, для десяти лет стороннего вмешательства это был шикарный результат. К тому же, это был процесс, прерванный Апокалипсисом.

Следует сказать, что пример Анголы оказался заразителен. Марксистские кружки начали зарождаться в окрестных государствах, местные режимы их там безжалостно истребляли, в африканском стиле, с семьями и родственниками, но наибольших успехов дело Ленина достигло в Намибии, где населения было, относительно других стран, мало, а режим не так прочен и не готов к кровавым чисткам "лезущих изо всех щелей в полу" марксистов. Специально обученные немцы перебрались в Намибию и начали "качать лодку".

До этого как-то само собой получилось, что немецкий язык в упрощённой версии распространился по Африке. Говоря "само собой" имею в виду, что ещё с 80-х годов десятки тысяч ГДР-овских учителей ездили в Африку за счёт государства и проводили там обучение малышни наукам и языку. И вы должны понимать, что ехали туда лучшие учителя, конкурс был жесткий, денег платили немало.

В 90-е годы эта программа получила необдуманное расширение, куча немцев бежала таким образом из ГДР, но в Африке и тогда было выжить сложно, не то что сейчас. Без поддержки государства, в чужой стране, где даже местным есть что поесть не каждый день — мало было беженцев, которые умудрялись добраться до Европы. В итоге программу реформировали, ужесточали отбор, но даже я видел новости о том, что очередной учитель из ГДР бежал из Африки в Европу, после чего его взяли в заложники местные банды и требовали выкуп.

Сорок лет неустанной, по-немецки эффективной работы не пропали даром. Африканцы в массе своей знают только родной язык, но была доля населения, которая владела английским, на юге Африки особенно, но постепенно его заменил новый язык — айнфах-дойч, также известный в новостных лентах как дойче суахили. Это искусственный язык, создатель которого в итоге стал нынешним генсеком компартии ГДР. Эрих Рёмер, учёный-лингвист из ГДР, по заданию партии разрабатывал этот язык десять лет на основе немецкого с применением некоторых правил из разных групп африканских языков. Получившийся в итоге язык оказался намного проще в плане правил, грамматики и лексики, понятен любому немцу, но покажется этому любому немцу, как и любой другой искусственный язык, каким-то ненастоящим. Если на освоение классического немецкого до стандартной категории B1 требуется девять-десять месяцев, то чтобы поднять айнфах-дойч до эквивалентного уровня требуется всего три-четыре месяца. Детишки же ухватывают его ещё быстрее. Даже ООН, хоть и является нихуя не решающей организацией объединенных наций, признала успехи ГДР в образовательной сфере и даже наградили Рёмера какой-то там почётной наградой в 2018 году, на имиджбордах рисовали фотожабы на тему "два генсека".

Всё это сейчас не имеет никакого значения, кроме того факта, что вот этот чернокожий офицер, стоящий передо мной, когда-то в детстве сидел за партой в учебном классе построенной немцами школы и прилежно учил айнфах-дойче шпрехе, на котором ему теперь намного проще разговаривать, чем на английском, который в Африке любят не так сильно, как раньше.

— Кто ты и что забыл здесь? — поинтересовался офицер.

— Я просто пытаюсь добраться до цивильных краёв, — не соврал я. — Все зовут меня Доктором.

— Доктор? — недоверчиво переспросил офицер.

Я всмотрелся в его лицо. Физиономия обычная по негритянским стандартам: кожа кремового цвета, волосы кучерявые, чёрные, что тут тоже в порядке вещей, хотя Нэшнл джиографик указывало на существование рыжих негров, но это не точно. Глаза карие, широко посаженные, губы толстые, уши не торчат, взгляд жёсткий, прищуренный, явно пытается выкупить, что я за человек. Ростом этот парень максимум тридцати лет где-то около метра восьмидесяти, комплекция спортивная, не пренебрегал физическими упражнениями, ну или сохранилось что-то из вложений в "Характеристики".

— Да, я врач-пульмонолог по специальности, — ответил я наконец.

— Пульмо-что? — не до конца понял, что я сказал офицер.

— Лёгкими занимаюсь, — ответил я. — Но не только.

— У нас проблемы с врачом, если ты не лжёшь, то для тебя будет работа в этом городе, — сказал на это офицер. — Меня зовут Гамба Джордан, лейтенант Вооружённых Сил Республики Намибия. Ныне не существующей.

— А как у вас тут с мертвецами? — поинтересовался я.

— Раньше было не слишком много, — пожал плечами Гамба Джордан. — Они почему-то всегда стремились на юг, а сейчас вообще нет.

— Власть, значит, сумели сохранить? — предположил я.

— Не сумели, — покачал головой Гамба Джордан. — Сначала удержали, потом войска были разбиты мертвыми, администрацию в столице сожрали, потом объявилась премьер-министр, нас снова собрали, а потом и её снесли, правда, уже "друзья" из соседней Ботсваны. Но потом появился Адмирал и навёл порядок. До недавних событий с обнулением всё было нормально.

— Что за Адмирал? — спросил я.

— Моряк из Океана, легендарная личность, тебе предстоит поговорить с ним, — усмехнулся Гамба Джордан.

Не нравится мне всё это…

— Оружие отдавать не буду, — предупредил я Джордана, которого мне уже не хотелось убивать.

Вот этот выверт психологии меня удивляет: те негры, скорее всего, являвшиеся знакомыми этого Джордана, были для меня просто неграми, я их перерезал и перестрелял без угрызений совести, а вот этот Гамба уже человек, с предысторией и жизнью до.

— И не нужно, — махнул рукой Джордан. — Времена вновь стали опасными, каждый мужчина должен носить с собой оружие. Идём. Покажу тебе госпиталь, а затем отведу к Адмиралу.

Это он правильно говорит. Времена снова стали как никогда опасными.

Сладко поёт, блядь…

Я незаметно перевёл АКМ на автоматический огонь и подвесил поудобнее.

С другой стороны, у меня теоретически появилась возможность поработать по специальности! Но надолго тут задерживаться я не буду, максимум на половину дня, а потом на лыжи и вперёд! Они точно проверят место авиакатастрофы и увидят, что кого-то зарезали острозаточенным мечом, а кого-то пристрелили из АКМ. Не надо быть гением дедукции, чтобы опознать почерк жестокого врача-убийцы, вооружённого палашом и АКМ…

Посмотрим.

Примечания:

1 — Синдром зебры — это один из принципов бритвы Оккама, гласящий, что если вы слышите топот копыт, то это, скорее всего, лошадь, а не зебра. В Африке же этот принцип меняет своё значение на диаметрально противоположный, так как лошадей там намного меньше, чем зебр.

2 — Суахили — этот часовой говорит на суахили. Суахили — это язык, на котором говорит 150 миллионов человек в Центральной и Южной Африке, но родным он является для 2,5–5 миллионов человек, точнее сложно сказать, это ведь Африка, в конце концов!

Дамы и господа, приветствую!

С праздником Победы всех вас!

Глава четвертая. Доктор и лекарства

— Вот здесь мы пытаемся оказать помощь всем пострадавшим, — сообщил мне Гамба, обведя рукой "больничную палату".

Хренова хибара из всякого говна, которое они сумели собрать, носит у них гордое звание "госпиталь" и является последней надеждой этих бедолаг, получивших разного рода повреждения, от переломов до обморожений.

— Ладно, веди меня к вашему Адмиралу, — кивнул я, совершенно не удовлетворённый увиденным.

Санитарная обстановка в полной жопе, в качестве персонала имеются абсолютные непрофессионалы, которые набраны из случайных людей, вызвавшихся помогать пострадавшим. Одному старику, я даже отсюда вижу, нужна ампутация левой ноги, так как началась гангрена. Местные на это не способны, поэтому осуществить что-то подобное могу только я. И то, без антибиотиков это не имеет никакого смысла.

— Неужели никто в этом городе не развивал "Медицину"? — задал я вопрос Гамбе, пока мы двигались к самой аккуратной халупе из имеющихся.

— Развивали и много кто, — ответил на это Гамба. — Но после обнуления этот навык исчез у всех, кто не занимался медициной до Конца света.

Надо же. Doomsday. Судный день, хе-хе…

— И у вас сейчас нет ни одного врача? — предположил я.

— Был один, доктор Зальц, но его убили ублюдки льва, — ответил Гамба.

— В смысле, львы загрызли? — не до конца догнал я.

— Нет, есть человек, которого зовут Леон, у него есть банда, — объяснил Гамба. — Вот его люди совершили налёт и убили доктора Зальца. Они знали, что врачей остро не хватает и ударили по самому слабому месту.

— Понятно, — кивнул я. А затем осторожно занял наводящий вопрос. — А это не они на пикапах по пустыне гоняют?

— Да, у них есть четыре или пять пикапов, — подтвердил Гамба. — Ты с ними уже сталкивался?

— Белый Митсубиши Тритон с принтом анаконды на капоте? — уточнил я.

— Да, это точно их машина, — уверенно ответил Гамба. — Ты не ответил на вопрос.

— Конкретно белого Тритона и синего Паджеро больше нет, — вздохнул я. — И тринадцать боевиков больше не вернутся к своим семьям.

— Это точно? — напрягся Гамба.

— Абсолютно точно, — кивнул я и коснулся оружия. — Вот этим палашом и вот этим АКМ добивал.

— А как ты на них наткнулся? — поинтересовался Гамба.

— Короче, иду я по пустыне… — начал я свою легенду.

Правду лучше не рассказывать, вопросов будет гораздо меньше. Скормил Гамбе легенду про путешественника, совершающего трансафриканское путешествие с юга на север в поисках места для лучшей жизни.

— А потом я попытался собрать чего-нибудь полезного, но трупы были обжарены до хрустящей корочки, а всё в машинах сгорело к Чёрчу, — ответил я.

— Так вот что за взрывы были… — покивал Гамба.

— Явно что-то мощное взрывалось, раз запекло этих ребят, — добавил я, становясь у запертой двери хибары.

— Заходи, Адмирал ждёт тебя, — указал на дверь Гамба.

Я вошёл в хибару и практически сразу увидел лежащего среди одеял сухого старика.

Длинные седые волосы были грязными, впалые щёки его свидетельствовали об отсутствии зубов, а общая изношенность организма достаточно отчетливо говорила мне, что старик на ладан дышит. Освещение тут не очень, но я различаю какие-то струпья на его руках. Он явно чем-то болен.

— Ты Адмирал? — спросил я. — Приветствую.

— Да, меня здесь так зовут, — кивнул старик. — Приветствую тебя, незнакомец. А кто ты?

— Меня все зовут Доктором, — представился я. — Я тут заглянул мимоходом. Лейтенант Гамба Джордан сказал, что вы хотите меня видеть.

— Он говорит так всем новоприбывшим, но меня в известность не ставит… — вздохнул старик. — Откуда ты?

— Из России, — ответил я. — Да, очень далеко, но судьба порой заносит…

— Полностью согласен, Доктор… — кашлянул Адмирал. — Я сам прибыл сюда с Гаити.

Мне было бы интересно услышать его историю, но мне нужно приступать к работе, раз уж ситуация с убитыми неграми разрешилась сама собой. Как понимаю, я наткнулся на негров правильных, которые против этих бандосов с зенитками.

— Мы позже обязательно поговорим о жизни, Адмирал, — начал я. — Но вашим людям в "госпитале" нужна медицинская помощь. Условия неприемлемые, одному человеку срочно нужна ампутация конечности, иначе он не протянет и пары дней. Ещё нужны лекарства, много лекарств.

— С этим у нас определённые проблемы, — произнёс Адмирал. — Лекарств нет, их украли люди Леона.

Предложено задание "Расхитители". Принять?

Естественно, я согласился.

Получено задание "Расхитители": найти базу банды Леона, добыть украденные лекарственные средства.

Награда: 5 очков опыта, лекарственные средства, +10 к социальному рейтингу

Дополнительное задание: уничтожить всех членов банды Леона

Награда: +20 к социальному рейтингу, +5 очков опыта

О, вот это мне нравится!

— Чего ты улыбаешься, Доктор? — спросил Адмирал.

— Мне дали задание найти банду Леона и забрать у него украденные лекарства, — честно ответил я. — А в дополнение есть задание на уничтожение всех членов его банды. Не знаете, где они находятся?

— Они захватили аэропорт и сбивают пролетающие мимо самолёты из зенитной установки, — произнёс старик раздражённо. — Уже два самолёта сбили, один недавно.

— Да, я видел, — кивнул я. — Но в этот раз они сбили сбили кого-то не того. Я был на месте катастрофы и добил всех, кто уцелел от взрывов.

— От взрывов? — недоуменно переспросил старик.

— Да, самолёт, а точнее груз на нём, взрывался несколько раз, — ответил я. — Это убило некоторых из них, а остальных, обожжённых и хрипящих, добил я.

— Они тебе что-то сделали? — задал очень правильный вопрос старик.

Да, мать его, сделали. Сбили мой самолёт! Но моя легенда гласит, что я проезжий мимо крокодил.

— Я подумал, что люди не станут просто так с оружием в руках стремительно гнать на место катастрофы, да, они просто могли спешить на помощь, но это выглядело совершенно иначе со стороны, — пожал я плечами. — К тому же, когда я добил некоторых из них, мне дали прибавку к социальному рейтингу. Думаю, за хороших людей прибавку не дадут.

— Приемлемый ответ, Доктор, — изрёк Адмирал задумчиво. — Могу дать тебе десять человек для устранения банды Леона. Больше выделять нельзя, мы ещё не знаем, что случилось с мертвыми.

— Сколько людей у Леона? — поинтересовался я.

— Сорок человек было вчера утром, — ответил Адмирал. — Но это было до того, как тринадцать из них были убиты.

— Понятно, — кивнул я. — Людей, конечно, давай. Гамба показался мне надёжным парнем.

— Хорошо, бери его и ещё девятерых, — Адмирал приподнялся в своей кровати. — Гамба!

— Звали, Адмирал? — вошёл внутрь хибары лейтенант Джордан.

— Бери девятерых надёжных ребят и следуй за Доктором, — велел ему Адмирал. — Он собирается уничтожить банду Леона.

//Окрестности аэропорта города Уолфиш-Бей. Спустя три с половиной часа//

Итак, на часах полдень, мы подготовились к атаке на аэропорт.

Со мной Гамба и девять человек, имена которых я не стал запоминать.

— Дай мне винтовку, — требовательно протянул я руку в сторону высокого негра в НАТОвской камуфляжной форме, носимой в сочетании с потрёпанным ГДР-овским бушлатом.

— Mpe silaha! — перевёл для меня Гамба.

Негр недоверчиво посмотрел на меня, затем всё же протянул мне винтовку СВД.

— Он умеет из неё стрелять? — поинтересовался я у лейтенанта Джордана.

— Не думаю, — вздохнул он. — Здесь каждый пользуется тем, что смог добыть.

— Сколько у него патронов? — задал я вопрос, проверяя винтовку на боеспособность.

— Je! Una risasi ngapi? - продублировал вопрос Джордан.

— Hamsini risasi, mia zaidi nyumbani, — ответил на это высокий негр.

— С собой пятьдесят, — перевёл лейтенант Джордан.

— Нормально, — кивнул я. — Пусть отдаст мне свои патроны и винтовку, а взамен получит мой автомат и боеприпасы к нему.

Винтовка в говённом состоянии, для меня является настоящей загадкой, как он сумел не разбить прицел. Настройки однозначно сбиты, по хорошему надо бы её пристрелять, но нет времени и нельзя шуметь.

— Mpe bunduki yako na risasi, — велел высокому негру Гамба. — Kwa kurudi utapata Kalashnikov yake na risasi.

Негр обрадованно заулыбался, я заметил у остальных недовольные физиономии. Я посмотрел на оружие остальных: антикварного состояния Калашниковы, у одного винтовка с продольно-скользящим затвором, вроде что-то типа английского Ли-Энфилда, а может, он и есть, советский пулемёт ДП, карабин Мосина, ППШ, М1 Гаранд, ППС-43 — они как будто накануне ограбили музей Великой Отечественной войны. Ты можешь уехать из России, но ты обречён встретить Россию в том или ином виде. Хотя далеко не факт, что винтовку Мосина сделали в России, а не, скажем, на заводах Польши или Финляндии, видел документалку где говорилось, что поляки с финнами производили эти винтовки на оставшихся со времён Российской Империи производствах.

Да насрать, чем они вооружены. СВД открывает большие возможности по решению бандитского вопроса.

Я расстелил брезент и взялся за разборку этой уставшей снайперской винтовки. М-да, этот индюк, который сейчас штык-ножом начал выцарапывать своё имя на прикладе АКМ, совсем не заботился о своём оружии. И это — армия?

Час я, под внимательными взглядами вверенных мне негров, тщательно чистил и смазывал винтовку. Имеющихся навыков хватало только на такие вещи. Я осознал, что в совершенстве знаю порядок сборки-разборки всего оружия, что имеется на вооружении нашего отряда, кроме M249 SAW, коим вооружён Гамба Джонсон. Вообще не представляю, как за него браться.

Стрелять я разучился, с трудом представляю, как пользоваться прицелом и что значат эти деления, хотя точно помню, что раньше знал. Ушли навыки — ушли и воспоминания.

Ладно, будет разбираться на ходу. Так как "Восприятие" у меня пятнадцать, то и вижу я соответственно. Ощущения тоже обострённые, даже охлаждённая кожа лица чувствует движение ветра и я имею примерное понимание о скорости и направлении ветра. Одно только задранное до максимума "Восприятие" — это не всё, чтобы стать первоклассным снайпером, но способность увидеть результат попадания без оптического прицела даёт некоторые преимущества.

Пристреляю винтовку на ходу.

— Итак, вы идите вон за тот холм и ждите команды к атаке, — дал я указание лейтенанту Джордану, указав на дюну чуть впереди. — Я попробую измотать этих уродов.

— Это как? — недоуменно спросил он.

— Сильно не высовывайтесь и смотрите, — ответил я.

Отряд залёг за холмом, а я начал действовать.

Приблизившись к диспетчерской, где бандосы устроили штаб, на дистанцию ровно семьсот метров, стрелок из меня аховый, потому расстояние почти приемлемое.

Осмотрелся. Глазомер у меня шикарный, я практически чувствую расстояние, поэтому разбил местность на ориентиры, запомнив расстояние до них. Запомнил места, куда могут кинуться противники в поисках укрытия, прикинул пробивную способность патрона 7.62х54 мм и возможность пробития этих укрытий.

Итак, часовой на вершине диспетчерской башни. Стоит, сука, дрожит…

Взял его на прицел. Итак, час "Хэ". Выстрел.

Прицел сбит в говно, пуля полетела вообще хер его знает куда!

Но я, держа винтовку максимально неподвижно одной рукой, другой рукой быстро откорректировал прицел отвёрткой как можно ближе к отклонению пули. Сложно, неточно, можно сказать, что это тупо, но это должно сработать.

Второй выстрел.

Пуля попала в правое колено дозорного, хотя я целился ему в грудь. Корректировка прицела отвёрткой. На такой дистанции работает баллистика, потому настройки я поставил неправильные, они не будут работать на других дистанциях. Прямо сейчас прицел настроен строго на семьсот метров.

В лежащего на полу башни дозорного прилетела третья пуля, но на этот раз почти туда, куда я целился, а целился я ему в центр груди. Он умер, да, но результат неудовлетворительный, так как пуля легла под грудину. Корректировка прицела и закручивание защитных колпачков на верхнем и боковом маховичках. Босхподи, я знаю названия этих штуковин!

+3 очка опыта

Ага… Пять очков опыта до следующего уровня.

На улицу внизу выбежал какой-то вооружённый АК74 негр в тёплом сером комбинезоне. Выстрел.

Ветер решает, ну или я налажал со своей экстремальной настройкой прицела, потому что вместо пробития головы пуля оторвала ему левое ухо.

Негр схватился за ухо и упал на землю, широко разевая рот, кричит, полагаю.

В окне второго этажа мелькнул силуэт, но тут же исчез. В следующую секунду из боковой двери выбежали трое и помчались в сторону спаренной зенитной установки, стоящей рядом с взлётно-посадочной полосой. Я выбрал приблизительное упреждение и выстрелил по самому быстрому. Мимо. Ладно. Ещё разок… Попал!

Очень удобно, когда сила рук может погасить отдачу, а левый глаз отчётливо видит промах и я сразу знаю, какое упреждение брать. К слову, вестибулярный аппарат оказался будто бы точно предназначен для подобного рода стрельбы. Странно…

Пуля перебила тому бегуну правое бедро, он завалился в снег и что-то кричал. Двоих его последователей это не остановило, они стремились к зенитке, зная, что это их единственный шанс.

Второго типа я достал только с третьего выстрела, так как он решил сыграть со мной в игру с внезапными остановками в ходе бега. Я подловил его выпустив две пули с быстрой коррекцией прицела. Пуля задела что-то очень важное для него, так как он упал и замер неподвижно.

+5 очков опыта

Повышен уровень

+15 очков навыков

+2 к социальному рейтингу

А вот третий сумел добежать до зенитки и спрятался от меня за ней. Я вижу его правую ногу, чуть выглядывающую из-под лафета, но прямо сейчас стрелять не буду. Посмотрим, как будут развиваться события.

Я поднялся и побежал. Очень и очень быстро, где-то около семидесяти километров в час, что за пределами обычных человеческих возможностей, но очень близко к моим пределам. Это страшно отнимает энергию, а я уже давно ничего не ел. Надеюсь, я смогу найти еды у эти бандитов.

Обогнув вышку, я залёг во всё тех же семистах метрах, но уже с отличным видом на всё так же жмущегося к зенитке испуганного негра, трясущимися руками сжимающего АК.

Навожу на него перекрестие прицела и стреляю. Есть попадание. Точно куда хотел, прямо в лоб.

+5 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

Неужели эти ребята успели натворить делов? Вообще, как рассчитывается этот рейтинг? Не повышаю ли я свою "цену", убивая этих бедолаг?

Пока есть время, извлекаю магазин и доснаряжаю его недостающими патронами из мешочка, отданного мне тем высоким негром, имя которого я не стал выяснять так как в глубине души испытываю комплекс из-за боязни терять людей, с которыми имею какую-либо значимую эмоциональную связь. Я даю себе отчёт в этом, говорят, что это первый шаг к исцелению, но знаете… Я не считаю, что это та вещь, от которой стоит избавляться в наше очень поганое время. Как пелось давным-давно: если у вас нету тёти…

Сытно щёлкнул образцово смазанный затвор, винтовка снова готова к бою. Негры-бандиты не высовывают носа из диспетчерской башни, но это не обязательное условие.

Я вгляделся в пространство за стёклами. Да, на улице пасмурно, освещение никакое, но я вижу силуэты, а этого достаточно.

Знаю, что стрелять через толстое стекло — это тупо, но мне надо, чтобы эти сволочи боялись каждую секунду своей недолгой жизни.

Перекрестие прицела на широкий силуэт, выстрел.

+5 очков опыта

Да ну нах?!

Шансы на то, что пуля не отклонится от толстого стекла были далеко не стопроцентные, к тому же, я целился в область груди. Предположу, что пуля всё-таки отклонилась, но сделала это очень правильно и попала прямо в лоб обладателю широкого силуэта, чем даровала мне пять очков опыта.

Да, люди сильно обесценились после вайпа… Раньше давали тысячи единиц опыта, а теперь дают очки, ещё и даже не десятками.

Началась какая-то суета внутри башни, негры залегли и начали заставлять окна столами и креслами.

Я же задумался над внутренними ощущениями. Чувствую ли я что-то?

Это хороший вопрос.

Скорее нет, чем да. На этих ребят мне абсолютно плевать. Будь там хоть двадцать китайцев или русских, это не расовый и уж тем более не национальный вопрос. Они бандиты, у них есть то, что нужно мне и тем людям в антисанитарном госпитале. Я делаю всё это по этой причине, а не ради каких-то очков опыта. У меня его меньше недели назад насчитывалось сотнями миллионов, хули мне эти единицы?

И вообще, чувствуются последствия отката. "Интерфейс" стал гораздо проще, появились какие-то мутные задания, карта… А вот последнее мне нравится. Я прямо сейчас открыл её и вижу, что трупы убитых мною противников помечены на ней надгробными камнями. Это, как я понимаю, инструмент для ленивых и тупых, которые не способны запомнить место, где они убили человека.

Не-е-е, я не испытываю от этого удовольствия, сеанс самокопания позволил мне это понять.

Значит, пора возвращаться к рутинной работе.

Вожу прицелом вдоль окон в поисках любого движения противников. Вот не думал я, что один снайпер может так запугать организованную преступную группировку, в которую, как сообщил мне Гамба, входит как минимум десять солдат из переставшей существовать армии.

Параллельно с наблюдением за окнами я поглядывал за Негром Безуховым. Он уполз поближе к диспетчерской и залёг за бетонной колонной, откуда не казал и носу. Хорошая тактика, единственно возможная для него сейчас, но тупиковая. Таких как он, смею предположить, обычно и берут в плен. Пока ты неподвижно и едва дыша лежишь где-то в укромном местечке, твоих товарищей по оружию убивают безумно жестокие врачи-убийцы, а потом они приходят за тобой, а к тому моменту страх смерти уже высосал из тебя всю волю к сопротивлению. И они берут тебя живьём, а потом ставят на тебе свои страшные врачебно-убийцевские эксперименты…

Никаких экспериментов над ним я ставить не буду, я его просто убью.

Всё это могло продолжаться очень долго. Ублюдки сидят в тепле, а я не железный, поэтому помахал рукой в сторону известного мне холма, где лежат Гамба и отряд.

Он всё понял верно и я начал со случайными интервалами от одной до десяти секунд палить по окнам диспетчерской.

Случайные интервалы между выстрелами создают впечатление, что стрелок целится перед каждым выстрелом, что действует на нервы ещё сильнее, чем просто непрерывная и хаотичная стрельба. Человек — эгоцентрическое существо, поэтому в голове каждого негра в диспетчерской блуждает трусливая мыслишка, что целятся именно в него. Она парализует разум. Она истощает волю подняться и начать стрелять в ответ. Главное, не перегнуть палку.

Наконец, у кого-то из негров не выдержали нервы. Да, это ещё одна реакция на внезапный и непосильный стресс.

Неизвестный поднялся на ноги, из-за чего стал мне прекрасно виден и начал стрелять в моём направлении из РПК. Звук его я опознал, в голове всплыли знания как его чистить и смазывать.

Теперь я понимаю…

Навык "Огнестрельное оружие" не отвечает за навыки стрельбы! Он отвечает за эксплуатацию оружия!

А я-то думал, что мне достаточно будет просто вкачать его и научиться выдавать хедшоты из ПМ на любой дистанции!

Нет, это хороший навык, АКМ тот я бы не привёл в нормальное состояние не будь у меня этого навыка. Нет, почистить бы я его почистил, но точно без применения хитрых приёмов для избавления от въевшейся ржавчины.

Выстрел.

+3 очка опыта

Череп тратящего мои патроны негра взорвался в левом сегменте. Какой урок должны были извлечь из этого негры? Никакой. Они сегодня умрут.

Но вот ребята Гамбы должны понять, что против снайперов отлично работают только огонь полноценных взводов или БМП с автоматической пушкой. А идеально срабатывают пятисоткилограммовые авиационные бомбы. Последние работают безотказно, особенно объёмно-детонирующие бомбы.

Только в кино после падения авиационной бомбы в непосредственной близости главный герой может отряхнуться от пыли и продолжить геройствовать. В жизни же даже пятидесятикилограммовая бомба времён Великой Отечественной войны может наделать такого шороху, что потом кусками людей собирать…

Поэтому против профессиональных снайперов лучше всего работает авиация.

Я не профи, я даже не дилетант, я вообще профан в стрельбе, у меня даже навыка нужного нет, но у негров тоже, в свою очередь, нет бомб.

Ребята Гамби добрались до диспетчерской, защитникам которой оказалось насрать на любые проблемы помимо неизвестного снайпера.

Всё, больше стрелять нельзя. Я их не особо различаю и так, а теперь, когда основное действо происходит в темноте диспетчерской, легко можно задеть своих. Не хочется портить отношения так быстро. Обычно я позволяю это сделать моим "изысканному чувствую юмора™" и обыденной манере трахать мозги всем подряд.

Может, меня легко оставляют умирать только потому, что я мозгоёб?

"Хай, я Елизавета! Мы ничего не знаем об эпидемии, он спас меня и исцелил мои сломанные рёбра каким-то магическим образом, я должна быть ему так благодарна, но он такой мозгоёб, поэтому должен свалить нахуй в окно к мертвякам во дворе!"

"Ой бля, я Бац, он спас мою жизнь, но он так затрахал мне мозг, что давайте-ка оставим его умирать в перевёрнутом БМП!"

"Приветствую, я Мартын Леонидович. Он мой сын, я вроде как должен любить его, но я с самого его детства подвергался ёбле мозгов с его стороны, поэтому давайте-ка оставим его на лунной базе без нихуя, медленно подыхать!"

Логичная теория. Пугающе правдоподобная. И объясняющая всё.

Я поднялся и начал двигаться в сторону башни. На полпути внутри началась ожесточённая перестрелка. Посмотрим, сколько ребят Гамбы переживёт этот бой.

Повесив СВД на плечо, я извлёк палаш из ножен и приблизился к остеклённой двери.

Пальба и крики достигли апогея, я ворвался внутрь и на бегу оценил расклад: люди Гамбы застряли у входа, ведя ожесточённую перестрелку с бандосами, поэтому на втором этаже никого из своих нет, но могут примчаться подкрепления для бандосов.

Бегу к лестнице и на первом же пролёте слышу быстрые шаги, а затем натыкаюсь на вооружённых негров. Тычок палашом и первый негр, вооружённый винтовкой М16, заваливается с проколотой грудью. Подхватываю его за ворот и закрываюсь от очереди из, вот чудо-то, МП-40. 9х19 мм Парабеллум оказывается не способен пробить плотную тушу, поэтому я поднимаюсь по лестнице к стрелку, у которого, кстати, заклинило автомат, а затем раскраиваю ему череп одним ударом.

+5 очков опыта

Вперёд!

Роняю тело убитого своим собственным товарищем негра, срываю с него АКС-74У и кидаюсь в ближайший кабинет в коридоре после лестничной площадки. Негры что-то орут на своём языке, бегают и стреляют в сторону лестницы. Затем командир их успокоил и они начали искать меня.

Первого вбежавшего я принял на палаш, срубив ему голову, которая глухо ударилась в покрытый пылью ламинат пола металлической каской.

+4 очка опыта

+1 к социальному рейтингу

Пинаю тело и оно отлетает обратно в коридор, вызвав панический выкрик кого-то из бандосов. Нервишки должны быть покрепче, раз занялся таким промыслом…

Среди напуганных криков негров я услышал что-то наподобие слова "граната". А, так у них ещё и гранаты есть…

Слышу характерный звон упавшего спускового рычага, выскакиваю в центр комнаты и вижу вылупившего глаза негра, который уже замахнулся для броска гранатой. Вскидываю автомат, перевожу с одиночного на автоматический и зажимаю спусковой крючок. Выстрел, а затем знакомый сухой щелчок. Перекос патрона.

Мало кто знает, что не все изделия Калашникова отличаются идеальной надёжностью, яркий пример — АКС-74У, который был сделан в условиях довольно строгого ТЗ, из-за чего получился этаким ублюдком, как его называли некоторые специалисты.

Хамское отношение предыдущего владельца этот автомат добило довольно быстро, поэтому автоматической стрельбы от него ждать было очень оптимистично. Негр, с которого я поднял этот автомат, что-то знал о своём оружии, поэтому эксплуатировал его в режиме одиночной стрельбы.

К тому же, ствол явно был погнут от перегрева и выправлен ударами молотка, пуля попала в дверной косяк, а не по негру, который завершил бросок гранаты и исчез из поля зрения. А я ведь целился аккурат ему в грудь, расстояние четыре метра, промахнуться я не мог. Но хрен с ним.

Я проследил траекторию полёта гранаты, бросился вперёд и вылетел из офисной комнаты с компьютерными столами и принтерами в коридор, где догнал негра и нанизал его на палаш.

Швыряю сжимаемый в правой руке АКС-74У в другого негра, который выбежал из кабинета под номером "221", получаю заряд дроби в живот, из-за чего быстро и против своей воли заваливаюсь на пол. Вот поэтому существуют бронежилеты…

+3 очка опыта

Ослепительная боль не позволяет совершать осознанные действия, потому я просто ползу в ближайший ко мне кабинет.

Хлопок гранаты.

Блядь, надо было озаботиться хотя бы пистолетом…

На фоне что-то кричат негры, я беру себя в руки, наступаю на горло жалости к себе и поднимаюсь, опёршись о маленький холодильник. Дверца от холодильника из-за невыносимого давления моей руки слегка приоткрывается и мой нос улавливает не на шутку бодрящий аромат разлагающихся продуктов. Такой мощный амбре, что я чуть не блеванул на месте.

Побыстрее закрываю дверцу, поднимаюсь на ноги и поудобнее перехватываю палаш, укладывая его на левое плечо и жду суетящихся в коридоре негров.

Они снова меня потеряли, яростно орут друг на друга, дилетанты, блядь… Понимай я их язык, знал бы все текущие расклады и их ближайшие планы. Правда, предполагаю, что они сейчас друг друга больше по мамке склоняют, чем делятся тактическими приёмами по эффективному моему устранению, но это не точно.

Кишки горели огнём, но я старался абстрагироваться от боли, что получалось очень хуёво, поэтому первый забежавший с АК74 негр получил яростный рубящий удар палашом прямо в череп, из-за чего высококачественное холодное оружие надёжно там застряло.

+7 очков опыта

+ 3 к социальному рейтингу

Достигнут первый уровень социального рейтинга

Разблокированы уровни с 10 по 19

Похуй вообще…

Кишки ответили мне острой болью, из-за которой я упал на колени и получил дополнительную пулю в живот, а не в ногу. Мастер стрельбы, попавший мне в живот, завозился с заклинившей после первого выстрела FN FAL, а я, чувствуя, что смерть крайне близка, превозмогая умопомрачительную боль от совершаемых движений, выхватил АК74 из расслабленных рук негра с палашом в башке, навёл на стоящего в дверном проёме запаниковавшего негра и отстрелялся в него длинной очередью на половину магазина. Грудь негра превратилась в кровавый фарш, а затем он завалился на спину.

+5 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

Стрельба не прекращалась. Я слышал характерные звуки выстрелов из винтовок с продольно-скользящим затвором, частый и гневный рокот ППШ, а также хлёсткие выстрелы из неопознанного мной автоматического оружия. Предполагаю, что это М249 SAW Гамбы.

Стрельба приближалась, новые негры в комнату не заходили, поэтому я остался лежать, наведя АК74 с неумелой гравировкой на ствольной коробке на дверь.

Спустя минут десять в дверном проёме мелькнул человек с ППШ, раздалась стрельба, кто-то пронзительно заорал, а затем всё затихло.

Я понял, что наши победили, а затем начал шарить по карманам убитых негров. Обнаружил какое-то подобие аптечки в нагрудном кармане трупа с палашом в башке, вытащил из этой пластиковой коробочки шприцы-тюбики с какой-то химией и вчитался в названия. Морфин. Просрочка, причём жесткая, но лучше в мире нет. Удивительно, как наркота могла сохраниться в такое тревожное время… Может, негр тоже соображал и решил использовать просроченное обезболивающее только в крайнем случае. У меня особого выбора нет, либо отрубиться от боли и сдохнуть, либо загнуться от возможного отравления морфином. Срываю защитный колпачок с короткой иглы и решительно вкалываю содержимое шприца-тюбика в правое бедро. Минут через двадцать подействует.

— Nimeipata! — выкрикнула заглянувшая в кабинет голова того высокого негра, с которым я махнулся оружием.

— Nakuja! — услышал я голос Гамбы.

Спустя секунды он вошёл в кабинет и уставился на меня, лежащего в луже крови рядом с двумя телами.

— Жаль, что так получилось… — произнёс он с искренним сожалением.

— Ещё ничего не кончилось, — ответил я ему. — Найдите лекарства и инструменты.

— Ты сможешь помочь себе? — удивлённо вопросил Гамба.

— Я же Доктор, забыл? — усмехнулся я грустно.

— Tafuta dawa zote haraka! — приказал столпившимся в коридоре членам отряда Гамба, а затем повернулся ко мне. — Я велел им найти все лекарства.

Лучше не шевелиться слишком сильно, а то морфин ещё не начал действовать, если вообще начнёт. Просроченные лекарства — это отдельная загадка. Никто не знает, как они себя проявят…

В течение десяти минут бойцы Гамбы натаскали мне всё, что хоть как-то походило на лекарства и медицинские инструменты.

Я начал чувствовать постепенное снижение болевого синдрома, приподнялся при помощи того негра с моим АКМ, а затем начал разбираться с лекарствами и инструментами.

Найдя нужные лекарства, я, при помощи того же негра снял бушлат, рубашку, осмотрел раны и подумал, что всё не так уж и плохо. Надо просто найти компетентного хирурга с готовой операционной и всё со мной будет в порядке.

Ага, сейчас единорожика встретить шансов больше, чем найти функционирующую операционную в Африке. Да и на остальных континентах всё сейчас не сильно лучше…

Мощная пуля 7.62х51 мм НАТО, выпущенная из FN FAL, пробила кишки насквозь и с куском моего мяса ушла в подоконник, забрызгав при этом пол моими кровью и мелкой требухой, поэтому крупных инородных предметов извлекать не придётся. И то хлеб.

Но есть куча мелких дробинок, которые, правда, из-за близкого расстояния, не распределились по всей брюшине, а легли кучно. Знать бы только, сколько именно дробинок надо извлечь…

Дождавшись максимального эффекта от морфина и вколов дополнительную его дозу, я облил место раны хлоргексидином ГДР-овского происхождения, тщательно протёр, а затем снова облил. В присутствии крови и гноя хлоргексидин имеет сниженную эффективность, а мне нужно, чтобы все бактерии сдохли. На форсированный иммунитет надейся, но сам не плошай, как говорится.

Взяв лежавший в банке со спиртом пинцет и зеркальце, начал операцию по извлечению дробинок. Долбоебизм чистой воды, никто так не делает, шансы на успех очень низкие, но у меня нет особого выбора.

Морфин закончился, среди найденных медицинских запасов его не было, вообще не было каких-либо обезболивающих, поэтому под конец было очень больно, но я извлёк двадцать четыре дробины. Далее я зашил раны, причём рану в спине мне зашивал негр с моим АКМ. При помощи того же негра перебинтовался тугой повязкой, а затем развалился в двуспальной кровати, которую эти бандосы явно спёрли в каком-то жилом доме. Кишки в труху, но с этим я ничего не поделаю, остаётся только уповать на свою усиленную регенерацию.

— Ты сможешь идти? — поинтересовался Гамба.

Я же в это время лениво читал уведомления.

Задание выполнено! Получено 5 очков опыта, лекарственные средства, +10 к социальному рейтингу

Повышен уровень

+15 очков навыков

Достигнут второй уровень социального рейтинга

Разблокированы уровни с 20 по 29

Дополнительное задание выполнено. Получено +20 к социальному рейтингу, +5 очков опыта

Достигнут третий уровень социального рейтинга

Разблокированы уровни с 30 по 39

Получается, что если бы я к девятому уровню не получил первый уровень социального рейтинга, то хренушки мне, а не десятый уровень?

Любопытно.

Интересно, а как живут идиоты с отрицательным социальным рейтингом? Может, там тоже есть свои ступени развития?

— Мне надо отлежаться часов десять, — ответил я Гамбе Джордану. — Но если будет тачка, то можно аккуратно доехать. Вы собирайте трофеи и упаковывайте всю медицину по коробкам. Ничего не пропускайте, люди в "госпитале" нуждаются в них как никогда.

— Всё будет сделано, Доктор, — заверил меня лейтенант Джордан.

— Отлично, — кивнул я и закрыл глаза.

Глава пятая. С фонендоскопом против смерти

— У, сука, помедленнее… — просипел я водиле.

Он теперь как минимум запомнил несколько русских матов, но ориентировался больше на интонации. Мы уже близко к Уолфиш-Бей, но путь был запоминающимся.

Регенерация работала как следует, раны уже легче, а неустанная резь в кишках слегка поутихла, хотя я чувствовал, что пытался начаться воспалительный процесс, который был на корню пресечён моим иммунитетом.

С таким иммунитетом никакие антибиотики не нужны!

Гамба обнаружил целых двадцать раций, причём половину сняли с тел бандитов. Теперь его ребята вовсю пиздели по рациям, как детишки, блядь…

Выжило семь человек, если считать с Гамбой. Трое сейчас лежали в кузове пикапа и больше никогда не улыбнутся дневному свету. Не то чтобы это были отличные парни, которые могли улыбнуться солнечным лучам, я их нахрен вообще не знал, но самой такой возможности они теперь лишены.

Стоило ли то, ради чего они погибли, того? Конечно стоило! Теперь куча отборных мудаков лежит в запертой и заваленной мебелью комнате, не способная причинить никому вреда. И лекарства будут получены теми, кто в них нуждается.

Блядь, да мы совершили откровенно благородный поступок! Мы хорошие! Добро победило! Ур-ра!

Выехали на ровный асфальт и сразу как-то полегчало. Припарковавшись у въезда в зону хибар, водила вышел и помог мне выбраться наружу.

Я опёрся о костыль, спизженный бандосами у покойного городского доктора, но благородно возвращённый доблестными защитниками слабых, и и поковылял к хибаре Адмирала.

Внутри, как и в прошлый раз, воняло стариной и гноем. Вслед за мной вошёл Гамба и почтительно поклонился.

— Здоров, — приветствовал я лежащего всё там же старика. — Мы выполнили задание и добыли лекарства. Сегодня посмотрю критических, мне для этого будет нужен самый смышлёный человек из вашего сообщества, пол не критичен, но лучше молодую бабу, они более эмпатичны и лучше чувствуют людей. Опционально, короче. Ещё мне нужна будет отдельная койка в тихом месте, чтобы отлежаться, Гамба тебе расскажет подробности, а мне надо побыстрее расправиться с пациентами и лечь спать. Рад был увидеться, пока!

Я на костыле энергично утопал из хибары, оставив Адмирала с Гамбой коллективно недоумевать.

По моему указанию, лекарства уже сгрузили в комнату убитого врача и поставили охрану, я вошёл туда и начал инвентаризацию. Всякая никому не нужная хуйня в виде аспирина в изобилии, но мне, блядь, нужны антибиотики! Сука! Где блядские антибиотики?!

Перерыл всё, но нашёл ГДР-овский тетрациклин, две пачки. Препарат широкого спектра действия, но микробам на него постепенно становилось похуй, не знаю как в Африке, но в России на него с размаха клали хуй различные внутрибольничные штаммы, поэтому мы предпочитали использовать кое-что помощнее и понадёжнее.

Тем не менее, это антибиотик, притом с ещё не истёкшим сроком годности. До двадцать шестого года есть время. Правда, условия хранения были неоднозначными, но тут остаётся только надеяться.

Прошёл в "госпиталь" и посмотрел на происходящее там. Старика с гангреной уже не было, на его место добавился некий тип среднего возраста с обморожением конечностей, а также девушка лет двадцати без внешних признаков повреждений, но без сознания.

Разберёмся…

Итак, что мы имеем?

Суммарно сорок коек и десять матрасов на полу. И это, ебись оно конём, в обдуваемой всеми ветрами хибаре! Как они тут выживают вообще?!

Бьюсь об заклад, у тех что на полу смертность выше, чем у тех, что в койках!

Вижу как минимум девятерых, которым в принципе уже не помочь.

Мальчонка с гангреной руки уже в лихорадке, это сепсис. Антибиотиков, которые затащат сепсис, у меня нет, он труп. У меня даже хренова пенициллина нет, ебать его в рот!

Бабка с гниющей огнестрельной раной бедра тоже уже покойница, при обилии лекарств и инструментов я мог бы помочь, но имею в распоряжении много пачек фуфломицинов, ограниченное количество реально рабочих лекарств от иных нозологий, а также обоссаный набор хирургических инструментов и фонендоскоп!

Не-е-ет, лекарств определённо слишком мало! Для города уж точно!

Мужик лет тридцати с грудным огнестрелом тоже не жилец, инфекция ушла вглубь, пулю, скорее всего, не вытащили, внутри, как предполагаю, настоящая жопа-жопа-смерть.

Сука…

Поломанный мужик тоже покойник, можно было помочь, пару дней назад, но время безнадёжно упущено и он загнил. Всё, абсолютно всё это можно было решить антибиотиками, но мы, увы, вновь вернулись в доантибиотиковую эру!

Девочка лет десяти с проломленным черепом уже примерно час как мертва, я вообще хрен его знает зачем её сюда притащили, тут даже антибиотиками не поможешь, а обретённая мною после вайпа квалификация нейрохирурга говорит, что я без специализированных инструментов и асептической операционной не сделаю ровным счётом нихрена.

Вот сейчас был бы весьма кстати "Сельский знахарь", который если бы и был у меня, после вайпа бы исчез. Максимальным уровнем этого навыка можно было лечить рак головного мозга настойками из мочи летучей мыши и говна коалы. Вот это настоящее волшебство! Правда, необходимости в этом не было, так как мы решали все проблемы применением внутреннего ресурса. Мы называли это медициной…

Сейчас у меня на руках нет ровным счётом нихуя, поэтому я не мог помочь всем нуждающимся, но кое-что предпринять способен…

Я сделал инъекцию тетрациклина где-то восьмилетнему пацану с простреленной навылет в области икры ногой. Организм его боролся с инфекцией, поэтому я посчитал необходимым ему в этом помочь.

Пока я возился с инъекцией, прибыла какая-то девица в меховой шубе с капюшоном.

— По-английски розумеешь? — поинтересовался я у неё.

— Литал бит, — ответила она.

Ростом она где-то метр пятьдесят, может, чуть больше. Возраст в районе двадцати. Физиономия типичная для этих краёв: толстые губы, тёмная кожа, карие глаза, курчавые волосы, закрытые шерстяным платком, надбровные дуги не особо развиты, что есть расовая особенность негроидов, разрез глаз широкий, скулы не выражены, зато нижняя челюсть слегка выступает. Типичная африканка, короче.

— Как зовут? — повернулся я к ней.

— Альберта, — представилась она.

— Держи пацана покрепче, Альберта, обезболивающих нет, — указал я ей и подкатил тележку с инструментами.

Пацан орал, выл, визжал, но девица справилась с ним, поэтому я очистил рану от гноя, установил дренаж и перебинтовал его. Прогноз благоприятный.

Сил осталось мало, поэтому я поскорее двинулся к следующей кровати, на которой лежала опасливо поглядывающая на меня девушка лет семнадцати, у которой была сломана рука. В сознании — это хорошо и плохо одновременно. Хорошо — значит нет лихорадки, плохо — она будет сильно сопротивляться, когда я попытаюсь вправить кость.

— Вот эту держи очень крепко, а лучше найди верёвку и свяжи, — дал я указание своей новоиспечённой медсестре.

Раненая брыкалась, но Альберта послушно и надёжно зафиксировала её, а я сделал свою работу: вправил кости и наложил шину, благо, перелом был закрытым. "Открытка" в таких условиях убивает не хуже пулевых ранений…

Мой организм посчитал, что дальше уже неприлично вывозить всё это дерьмо и поэтому я неожиданно для себя свалился на пол хибары. Альберта помогла мне подняться.

— Отдыхать вам? — спросила она у меня.

— Вон туда меня веди, — подрагивающим пальцем я указал в конец "госпиталя". — Есть ещё один, кому я могу помочь. И тележку притащи.

Тут дверь открылась и внутрь вошёл какой-то парень лет девятнадцати-двадцати. С учётом их средней продолжительности жизни, это считается средним возрастом.

— Доктор? — спросил он.

— Да, я Доктор, — ответил я ему.

— Адмирал прислал меня для помощи с пациентами, — связно ответил пацан на неплохом английском.

— А ты тогда кто? — повернулся я к Альберте.

— Моя бабушка болеет тута, — объяснилась Альберта.

— Ох-ох, а я подумал, что это тебя прислал Адмирал… — вздохнул я, а затем повернулся к пареньку. — Парень, тебя как звать?

Внешне этот пацан чем-то походил на Гамбу, возможно, они родственники. Чёрная кожа, глаза широкие, карие, лопоухий, челюсть слабая, взгляд какой-то неуверенный, бороды нет, волосы длинные, курчавые. Ростом он где-то метр семьдесят, худой, со впалыми щеками, что свидетельствует о том, что нормально не питался он очень давно.

— Лоренцо, — представился парень. — Я должен был поехать в Берлин учиться на медбрата когда-то давно, но не сложилось. Но я готовился!

— Итак, значит надо менять план… — пробормотал я. — Ладно, ты теперь работаешь на меня, Лоренцо. Альберта, а тебя я хочу попросить принять одно очень важное решение: ты хочешь работать в госпитале? Обещаю достойную зарплату в виде еды, гарантирую переработки, переутомление, проблемы с личной жизнью, но ненависть к миру и людям придётся вырабатывать самостоятельно, тут я не помощник.

— Хотеть, — в целом верно поняла меня Альберта.

— Кто твоя бабушка? — спросил я.

— Вон тама, — указала на одну из кроватей Альберта.

Итак, обморожения, ну… Полегче, чем могло бы быть… Я-то опасался, что её бабушкой является та бабка с огнестрелом и начавшейся гангреной, но "повезло".

— Ситуация с ней полегче, — произнёс я уверенно глядя в глаза Альберте. — Завтра, как только я приду в себя, займёмся всеми больными, но сейчас давайте-ка пройдём к вот этому пациенту.

Мы подошли к кровати с лежащим на ней бородатым мужиком лет сорока.

— Как вы можете видеть, здесь имеется множественные закрытые переломы большеберцовой и малоберцовой кости, — поднял я одеяло и показал неправильно изогнутую ногу пациента.

— Anasema nini? — ослабленным голосом спросил пациент.

— Anasema umevunjika mguu, — ответил ему Лоренцо. — Uongo bado. Yuko hapa kusaidia.

— Пусть заткнётся и не мешает, иначе будет только хуже, — попросил я Лоренцо.

— Kuwa kimya na usiingilie, hii inaweza kuharibu matibabu, — перевёл он пациенту.

Пациент закрыл рот и опасливо смотрел на меня. Вот и хорошо.

— Альберта, фиксируй пациента, — дал я указание своей медсестре. — Лоренцо, помоги ей. Мне важно, чтобы он не мог двигать ногой и не сопротивлялся. Я уже вижу, что тут можно кое-что сделать даже сейчас…

Спустя полтора часа, за которые я дважды чуть не вырубился, мы смогли частично разобраться с переломами ноги этого мужика и наложить шину, но впереди ещё много работы.

Я лежал на кровати покойного доктора Зальца и молча смотрел на стоящих передо мной Альберту и Лоренцо.

— Запомнили правила? — спросил я. — Альберта, расскажи мне их.

Девушка начала на память озвучивать список правил, которые я вбивал им в головы по ходу работы над последним пациентом. В основном они касались элементарной гигиены, а также правил ухода за пациентами.

Когда Альберта закончила, то же самое коснулось и Лоренцо, который усвоил их гораздо лучше.

— У тебя есть книги по медицине, Лоренцо? — спросил я его, когда он закончил перечислять правила по уходу за больными.

— Есть несколько книг по анатомии, — ответил тот. — Только они на суахили.

— Ну так они и не для меня, — усмехнулся я, а затем поморщился от рези в кишках. — Это для Альберты. Вы вдвоём будете учить анатомию под моим руководством. Про еду не беспокойтесь, теперь вы на моём снабжении. Где живёте?

— Я на западной окраине, — ответил Лоренцо.

— Мне жить в бабушкин доме, — ответила Альберта.

— М-хм… — хмыкнул я и укрылся дырявым бушлатом. — Завтра будем разбираться. Всё, я спать. Пока свободны.

Я держался из последних сил, поэтому сразу же выполнил свою угрозу и уснул.

Утро началось где-то в полдень. Тело ломило, бушлат куда-то сполз, но ожидаемой рези в кишках будто бы не было. Я аккуратно поднялся и услышал, как на пол упало что-то металлическое. Опустил взгляд и увидел укатившуюся к столу дробину. Прохлопал, значит, при извлечении…

Движения показали, что всё нормально и можно жить. Зябко поёжился от холода и побыстрее облачился в бушлат, который следовало бы зашить. Но это потом, пока терпимо.

На улице вьюга, заебись, блядь…

Снег заметает хибары, улицы, на самих улицах никого практически нет, только караулы шастают. У Адмирала есть понимание необходимости в патрулях, а также умение заставить местных патрулировать город, это слегка удивляет. Из того, что я слышал про африканские армии…

Ладно, идём в "госпиталь".

Только я собрался тронуть дверь, как она открылась самостоятельно и оттуда вышел негр в чёрной рясе и меховой шубе с капюшоном поверх неё.

— Ты кто такой? — спросил я у него.

— Ты, как я понимаю, новый доктор? — спросил он вместо ответа.

Ох, какой наглый тип.

— Я спросил тебя, кто ты такой и что забыл в моём госпитале? — повторил и углубил я вопрос.

— Меня зовут преподобный Мандо, — представился негр. — Я пришёл сюда, чтобы отпустить грехи умирающим.

— Ага… — хмыкнул я скептически. — А как ты понимаешь, что человек является умирающим? Ты что, имеешь медицинское образование? Так какого хуя, уважаемый, блядь, ты дрочишь в церкви, а не идёшь лечить людей в госпиталь?

Служитель Босха растерялся. Он явно не ожидал, что подвергнется нападкам именно сейчас.

— Эй, имей уважение, белый! — выскочил из госпиталя здоровый негр.

— К кому? — я повернулся к возмущённому защитнику веры. — К вот этому хуепутале в сутане? Или, может, к тебе? С какой стати?

— Если не заберёшь свои слова обратно, я сломаю тебе руки… — пригрозил мне очень самоуверенный негр.

— Ну-ка, иди сюда, мудила… — я размял шею и недобро усмехнулся.

— Алекс, не… — попытался остановить своего прихлебателя священник, но было уже поздно.

Негр кинулся на меня, я перехватил его правую руку на замахе и аккуратно сломал в области предплечья. Он завопил удивлённо и испуганно, а затем я взял его левую руку и сломал точно там же, где и правую.

— А-а-а-а! — пронзительно визжал негр Алекс. — Господи!!! А-а-а!

— Теперь иди в госпиталь, займи койку и лежи тихо, я приду и займусь твоими переломами, — по-отечески улыбнувшись, велел я ему.

— Зачем? — спокойно спросил преподобный Мандо.

— Никогда, сука, — повернулся я к нему. — Никогда не угрожай Доктору.

Святоша убыл прочь, а я вошёл в "госпиталь". М-м-м, здравствуй, жопа…

За ночь умерло трое: та старушка с огнестрелом в области бедра, пацан с сепсисом, а также поломанный мужик.

— Какого хрена они всё ещё здесь, Лоренцо?! — воскликнул я. — Вынесите их на улицу и накройте чем-нибудь!

— Но… — начал что-то говорить Лоренцо.

— Не хочу ничего слышать! — воскликнул я. — Вечером похороним. И этого уебка в рясе пригласим, чтобы отпел! Работаем!

Первым делом я занялся делом рук своих. Ломал я Алекса аккуратно, поэтому наложил шины и распорядился, чтобы Альберта прикладывала лёд к местам перелома.

— Будешь буянить — убью и закопаю с той старушкой, чтобы вы вместе попали в загробный мир, — пригрозил я Алексу, который от этого аж посерел. — Шучу. Брошу твой труп собакам.

Негр заёрзал.

— Шучу-шучу, просто буду трахать твой труп в жопу, пока не остынет, — продолжил я издеваться над ним.

— Ты — чудовище! — воскликнул Алекс.

— Да брось ты! — махнул я рукой. — Я просто издеваюсь над тобой. Но имей в виду: будешь создавать проблемы — я создам тебе проблемы. Проблемы от тебя я переживу, а вот ты…

Я скептически прищурившись отрицательно покачал головой.

— Я не буду создавать проблем, Доктор, — заверил меня Алекс.

— Вот славненько! — обрадованно ответил я на это. — Лежи, поправляйся, трёхразовое питание гарантирую, но только не сразу. Лоренцо, Альберта!

Мы до вечера старались оказать помощь всем нуждающимся, но я практически каждый раз спотыкался об жёсткий дефицит.

— Нет, так жить нельзя! — стукнул я по столу у себя в комнате. — Мало того, что жрать практически нечего, так лекарства тают как снег на батарее! И холодно, блядь, как у Снежной королевы в жопе! Всё, я иду к Адмиралу!

Как вообще работать в таких условиях?! Я возмущён!

Вежливо стучу в дверь хибары Адмирала и захожу внутрь. Адмирал в это время срал в ведро.

— Здоров! — приветствовал я его как ни в чём не бывало. — Дай человек пять в тёплой одежде через пару часов. Гамбу желательно тоже.

— Зачем? — спросил Адмирал, делавший вид, что ничем этаким в данный момент не занимается и всё идёт как должно идти.

— Хочу добыть больше лекарств и хоть немного еды, — ответил я. — И ещё нужна вместительная тачка.

— Раз банды Леона больше нет, то я могу выделить тебе пятерых, — кивнул срущий Адмирал. — Скажи Гамбе, чтобы зашёл… через полчаса. Он в доме рядом со статуей бывшего президента.

— Всё, понял, — кивнул я и покинул хибару Адмирала.

На улице меня ждала Альберта.

— Чего-то хотела? — поинтересовался я.

— Хотеть идти с тобой, — уверенно заявила она.

— Хорошо, — кивнул я. — Оружие есть?

— Нет оружие, — покачала она головой.

— А это зря, — я огляделся вокруг. — Где здесь статуя бывшего президента?

— За мной идти, — позвала меня Альберта.

Мы дошли до хибары Гамбы, что находилась около поваленной статуи какому-то очкастому негру в костюме.

— А, это ты… — выглянул из дома Гамба.

— Через полчаса зайди к Адмиралу, — сказал я ему. — Я попросил пять человек и тачку. Он обещал выделить.

— Что планируешь делать? — поинтересовался Гамба, вышедший наружу.

— Хочу найти больше лекарств и еды, — сообщил я ему.

— А что будешь делать с дикими животными? — Гамба недоуменно посмотрел на только замеченную им Альберту. — И что это за девчонка?

— Это Альберта, мой ассистент, — представил я свою помощницу. — И что за дикие животные?

— Гиены никуда не делись, они успешно жрали мертвых и живых всё это время, — ответил Гамба. — На малые группы нападают очень охотно.

— Они пуленепробиваемые? — уточнил я. — И сделаны не из мяса?

— Убить их можно, но они очень хитры, — покачал головой Гамба. — И мясо съедобное, пусть и не очень вкусное.

— Есть можно — значит вкусно, — решил я. — Итак, мне нужно часа два, чтобы привести своё оружие в порядок, ты за это время собери достаточно компетентных людей, доля — 10 % от добычи каждому, остальное в пользу госпиталя. На лекарства это не распространяется. Нормально?

— Мои ребята работают не за процент, — заявил Гамба. — Но это будет приятным бонусом.

— Вот и славненько, — кивнул я. — Всё, мы уходим.

В своей хибаре я расстелил брезент на столе и принялся за разбор снайперской винтовки. Тут у меня есть кое-какие инструменты, обнаруженные в шкафу оказавшегося не таким простым доктора Зальца. У него имелся Пистолет Макарова, который я нашёл в глубине шкафа, а также явно был АК74, набор для чистки которого бандосы не стали забирать или тупо не поняли, что это. Они в целом оказались довольно тупыми.

После надлежащей чистки и проверки состояния винтовки, я направился на окраину для приведения её к нормальному бою.

Точно измерив расстояние и приготовив всё необходимое, я за два выстрела настроил прицел и остался довольным результатом. Предыдущий обладатель винтовки из неё, как я понимаю, толком не стрелял и стал её владельцем недавно, это объясняло сохранность оптического прицела, самой хрупкой части любой винтовки.

Ну да, раньше они, скорее всего, пользовались оружием, которое изготавливали с помощью "Ремесла", но всё, лафа кончилась. Поэтому они повытаскивали из старых схронов всякую всячину и пользовались теперь оружием времён Великой Отечественной, но встречаются отличные вещи, которые требуют лишь некоторой доводки.

Винтовка теперь бьёт точно, можно работать.

Дождавшись прибытия пикапа с бойцами, я открыл карту.

Итак…

— Эй, Гамба! — окликнул я переговаривающегося со своими людьми лейтенанта. — В… Свакопмунде ситуация была как в Уолфиш-Бей?

— Нет, — ответил тот. — Мертвецы там победили.

— Тогда мы едем туда! — решил я.

— Но там слишком опасно, — предупредил меня Гамба. — Раньше там обитал мертвый восемнадцатого ранга, он даже щупал нашу оборону на прочность, но автоматические пушки делали своё дело. Если он всё ещё там, то мы умрём.

— Обнуление коснулось всех, поэтому переживать не о чем! — очень уверенно заявил я. — Консервы и медикаменты мертвяков не интересуют, поэтому есть надежда, что жратвы будет достаточно! Все в машину!

И мы поехали.

По пути я внимательно смотрел по сторонам, но это хренова снежная пустыня, тут ничего нет!

Тем не менее, заправка у трассы на карте высветилась как источник топлива. Это значит, что её вычистили не полностью. С топливом пока проблем нет, до вайпа в Уолфиш-Бей была автоматизированная станция по переработке нефти, поэтому запасы бензина, дизеля и керосина тут нормальные, пусть и не бесконечные. Это пожалуй единственное, чего тут в изобилии…

Холодно, сука…

Надо было зашить бушлат…

— Сколько ещё ехать? — спросил я у Гамбы, сидящего в кузове рядом со мной.

— Километров тридцать, — ответил он мне. — Если дорогу не замело, доедем по прямой.

Отлично…

Вот так доктора и становятся заправскими мародёрами.

Глава шестая. Свакопмунд

— Говоришь, он покидал город, но всегда возвращался? — спросил я у Гамбы.

— Да, а ещё он был не один, — ответил он мне. — У него в подчинении было как минимум восемь прихвостней, ранги от двенадцатого до шестнадцатого. Он кидал кого-то из них на нашу оборону, но всегда безуспешно, как ты понимаешь. Сейчас же, когда у нас нет ничего против такой твари…

— Я бы послал кого-нибудь проверить, — произнёс я. — А лучше бы сам сходил.

— Ты бы знал, какая эта тварь была здоровая… — вздохнул Гамба. — Мастер Аллистер разрабатывал оружие против неё, но не успел.

— Что же случилось? — поинтересовался я.

— Пришли чужаки, — ответил Гамба. — Они выглядят как люди, говорят как люди, ведут себя как люди, но они точно не люди. Всего трое. Мы впустили их в поселение, дали кров, а ночью они начали жрать. Нас. Истребили половину обитателей города, прежде чем мы смогли их остановить. К счастью, автоматическая оборона не пострадала, поэтому ранговые мертвецы не смогли прорваться к нам в момент слабости. Но мы тогда были на волоске.

— А что за «чужаки»? Они меняли внешность под кого-то из ваших людей? — уточнил я.

— Нет, просто группа из трёх белых детей, — ответил Гамба. — Мы сжалились над ними, а они… Это был ужас.

— Чего тогда меня не пристрелили? — поинтересовался я. — Я ведь тоже белый.

— Если ты расист, это не значит, что остальные тоже расисты, Доктор, — усмехнулся Гамба. — Мы в отчаянном положении. Не узнай я, что ты доктор, скорее всего, тебя бы снял часовой по моей команде.

— Я не расист, — ответил я.

— Всем всё равно, пока ты помогаешь людям, — покачал головой Гамба, перехватывая свой ручной пулемёт. — Идём?

— Ага, идём.

Мы не доехали до Свакопмунда, так как туман войны раскрыл мне, что по пути к этому городу есть небольшой пляжный курорт Лангстранд. До этого я даже не обращал на него внимания, ибо сложно различить небольшие домики, когда тебе доступен весьма ограниченный и покрытый чернотой рельеф.

— Мы уже ходили сюда, когда точно знали, что Могильщик, как мы зовём семнадцатирангового мертвого, уходил далеко на восток, — поделился Гамба.

— Почему «Могильщик»? — решил я выяснить всю подноготную.

— Он выкапывал старые трупы на городском кладбище, это видели наши наблюдатели с дронов, — ответил Гамба.

— Ну, тогда он скорее гробокопатель, чем могильщик… — хмыкнул я.

Итак, карта сообщает мне, что я обнаружил несколько источников лекарственных средств в этом городе, правда, надо теперь их найти…

— Вон в той странной залупе могут быть лекарства, — сообщил я, ткнув рукой в странное сферическое здание.

— Да, я вижу по карте, что там какие-то ресурсы, — кивнул Гамба. — Пойдём.

Это оказался аквапарк. Всё давно скатилось в жопу, оборудование не работает, всё обдувалось всеми ветрами, но что-то могло сохраниться.

Помещения для купания посетителей меня не интересовали, поэтому я сразу же направился к служебкам.

Первая же попавшаяся аптечка дала мне: лейкопластыри, бинты нестерильные, бинты перевязочные, ножницы, жгуты, булавки английские, мешок Амбу, салфетки, блядь, антисептические и, охуеть, медицинские перчатки! О-о-очень поможет от гангрены!

Нет, я всё упаковал обратно в аптечку и передал одному из ребят Гамбы.

— На лекарства наш договор не распространяется, напоминаю, — сообщил я ему.

— Мы держимся договора, — заверил меня Гамба.

Нашёл восемь таких аптечек на всех этажах.

— Вы чем смотрели вообще когда здесь шарились? — потряс я перед отрядом аптечкой.

— Нас медикаменты не интересовали, — объяснил Гамба. — Больше еда и вода.

Ну, в принципе, да. Меня тоже лекарства не сильно парили, их было дохуя, а ещё была «Медицина» с внутренним ресурсом. Как же мне её сейчас не хватает…

— Понятно… — кивнул я и продолжил поиски.

Негры приносили мне всякие упаковки с лекарствами, один даже принёс пачку презервативов.

— Ты откуда родом, парень? — недоуменно спросил я у него. — Это же гандоны!

— Он тебя не понимает, — ответил за него Гамба.

— Забей, — махнул я рукой, всё равно укладывая просроченные презервативы в общий мешок.

Административная часть аквапарка оказалась богата на различные лекарства. Я нашёл здесь препарат для самостоятельного лечения гонореи. Даже у нас они были довольно популярны, на случай, если стыдишься идти к венерологу, но с конца уже обильно капает. Практика сомнительная, но это есть. Три таблетки, красная, синяя и белая. Принимать с интервалом, обильно запивая водой и это поможет твоему младшенькому излечиться от гусарского насморка, хе-хе.

Хрен с ним, пригодится.

Ещё были обнаружены различные антибиотики, которые употребляли сотрудники, самой счастливой находкой я посчитал ГДР-овский Цефтолозан в ампулах. Срок годности — четыре года, а значит употреблять ещё можно. Упаковка лежала в деревянном шкафу, при относительно нормальных температурах, только последнюю пару недель подвергалась определённым перепадам, нормально. Кто-то тут, судя по рецепту, лечился от оппортунистических инфекций при СПИДе. Рецепт выписали на английском, значит, скорее всего, тут где-то рядом есть частная практика.

— Гамба, тут где-то неподалёку должна быть частная клиника, — сообщил я лейтенанту и протянул ему рецепт. — Вот адрес. Можешь сказать, где это?

— Это в Свакопмунде, — ответил он.

— Ну, мы всё равно туда поедем, но это! — я слегка потряс упаковкой с цефтолозаном перед лицом Гамбы. — Это спасёт не одну жизнь!

С обнаружением антибиотика некоторые безнадёжные пациенты как по мановению волшебной палочки превратились в очень тяжёлых. Это бодрит!

Обшарили всё сверху донизу. Нашли припрятанные кем-то запасы рифлёных чипсов с паприкой и сыром. Просрочить чипсы — это раз плюнуть, у них срок хранения редко выше полугода, но нам не до жиру, будем хрустеть осторожно и с оглядкой.

Фуфломицины, которые в изобилии встречались среди личных вещей персонала, тоже взяли, может, как-нибудь приспособим.

В вещах посетителей лекарств было мало, но имелись кое-какие ценные препараты, например, ФРГ-шный Кетонал, две упаковки, который способен снимать средний болевой синдром, что не лишнее в нашей бедности.

Ещё нашли два ингалятора: один предохранительный — со стероидами, а другой, вспомогательный, с сальбутамолом. Кто-то из посетителей страдал астмой. Пригодится, если до наших печальных времён дожил какой-то астматик. Я точно знаю, что спортсмены зимних видов спорта страдают «астмой физического усилия», это приобретаемая патология, поэтому при интенсивных физических нагрузках им нужны ингаляторы, чтобы не терять показатели. Спортсмены имели самые высокие шансы на выживание, а в Африке спортсменов было не очень много, жизнь не предрасполагает, но пусть лежат ингаляторы, кушать не просят…

Очень важную штуку я нашёл в помещении спасателей. Я хрен его знает, что за перестраховщики комплектовали их служебную аптечку, но мазь против ожогов вряд ли могла пригодиться спасателям в аквапарке, хотя может это я чего-то не знаю… Так или иначе, они положили ещё и антисептическую мазь общего назначения, как я прочитал в инструкции, а также обезболивающую мазь, что крайне заипись!

Когда маркер с таблетками над аквапарком исчез, мы тронулись в обратный путь.

Жажда наживы — это хорошо, но у меня там пациенты, которым цефтолозан сейчас за панацею, потому я медлить не имею морального права.

Добравшись до города, мы выгрузились и я побежал распределять мощнейший антибиотик четвёртого поколения. ГДР в вопросе фармации был впереди планеты всей, они даже вакцину против ВИ-гриппа разработали одними из первых, но это обусловлено тем, что конкуренция с остальным миром у них была жесточайшая. Одно то, что они четверть населения Китая снабдили вакциной, а затем безвозмездно позволили производить её на месте, говорило о том, что фарма у социалистических немцев была на должном уровне и с ней надо считаться. Наши, правда, первыми разработали, но наладить производство такого масштаба, как это сделали в ГДР, понявшей, что это уникальный шанс очень хорошо заработать на мерзких, но очень медленных капиталюгах, так и не смогли. Впрочем, конкурировало в итоге две вакцины. Даже пропагандистскую кампанию у нас провели, дескать, немцы вконец охуели, нашему сверхкрупному бизнесу нашей стране не дают заработать деньжат. Но шумиха поутихла вместе с эпидемией, унёсшей сотни миллионов человеческих жизней…

Безжалостно вколов антибиотики в бессознательные тела, которые я до этого с весьма вескими причинами считал безнадёжными, я разбудил спящего Лоренцо, заставил их с Альбертой дезинфицировать руки, сам основательно дезинфицировался, причём бахнул пятьдесят грамм «дезинфектора» внутрь, чтобы руки не дрожали, надел хирургические перчатки и начал работу.

Одному пареньку придётся дальше без левой руки, иначе не получится, гангрена начала жрать её и всё грозило перейти в сепсис. Эх, вот вчера бы этот антибиотик… Кое-какие инструменты у доктора Зальца были, причём имелись даже ампутационная пила, распатор, рашпиль, некомплектные ампутационные ножи и хороший жгут.

Условия — говно. Антибиотик даёт определённую надежду, но не гарантию. Но я рискну, иначе пацану крышка.

Начали работу, Лоренцо отходил блевать, но Альберта держалась. Я в ней не ошибся — крепкая девчонка! Будет из неё человек-врач!

В ходе ампутации подробно описывал свои действия, Лоренцо переводил Альберте непонятные слова, а я в свою очередь пытался говорить как можно проще.

Примечательно, что они общались между собой на айнфах-дойче, а не на суахили, как было можно ожидать. Программа Эриха Рёмера работала, теперь это для меня очевидно.

С корабля на бал, конечно, но медлить было нельзя. Пацан так и не пришёл в сознание, поэтому по пробуждению его ждёт очень неприятный сюрприз. Покрытую некротической тканью руку его мы закопали за городом, где я решил официально открыть кладбище для хирургических отходов. Ну не в госпитале же её хранить!

Операция прошла успешно, пациент стабилен, я сработал образцово, теперь надежда на антибиотик и организм пацана.

— Я не хочу больше быть врачом, — сообщил мне Лоренцо.

— А тебя никто и не спрашивает о твоих хотелках, — усмехнулся я. — Ничего хорошего в этом нет, но неужели тебя не поддерживает мысль, что теперь этот парень будет жить? Что эти люди, благодаря твой помощи, будут иметь шанс на существование? Подумай об этом сегодня, а завтра с утра вернёмся к этому разговору. Правда, он ничего не изменит, приказ есть приказ.

— Я понимаю, но… — грустно качнул головой Лоренцо. — Вы отпилили руку Ндото.

— Это такая работа, — вздохнул я. — Иногда приходится отпиливать людям руки, чтобы они могли жить дальше.

Антисептическую мазь мы израсходовали довольно быстро. Мазали криоожоги тонким слоем, чтобы растянуть подольше. Хоть Альберта под моим контролем регулярно омывала их хлоргексидином, но этого было мало. Нужно дохуя такой мази…

Сука…

Сколько бы я не получал лекарств — это как бессмысленный пердёж в озеро Байкал! Спустя какие-то часы запасы тают как лёд на раскалённой батарее!

А чего я ною-то? Не верю в судьбу, но знаю о случае. Случай так распорядился, что всем лекарств не хватит. Печально, но хрен что поделаешь.

Та ещё головная боль решать, кому из пациентов нужнее. Это как стратегия войны — правильный ответ есть, но ты должен знать все расклады.

Я потратил час на то, чтобы разобраться со степенями тяжести повреждений, начертил целую схему на притащенной ко мне в комнату доске и исходя из выработанной стратегии выделял лекарства. Кое-где было всё понятно и очевидно, а где-то вообще хрен его знает!

Лоренцо ушёл на отдых, но вернётся через три часа, чтобы сменить Альберту, которая сейчас как часовой отслеживала состояние больных. Это не госпиталь, а бордель какой-то! Колхозная помесь палаты интенсивной терапии с концлагерем, Чёрч подери!

У-у-у! Ненавижу!

Пошёл к ожидающей у пикапа команде Гамбы.

— Курить вредно, — забрал я сигарету у паренька лет восемнадцати и закурил её сам. — Мне можно, я — Доктор.

Мои сигареты закончились ещё вчера, но только сейчас я понял причину своей повышенной нервозности. Надо было просто покурить и мир зацветёт красками!

Откинувшись к стенке кузова, я докуривал сигарету недовольного негритёнка и смотрел в хмурое чёрное небо.

Мы едем в Свакопмунд, там могут быть лекарства.

Оружие наготове, мы легко можем оказаться не единственными умными, которые смекнули, что территория, скорее всего, свободна от тварей.

Въехали в город полностью готовыми к бою.

Город встретил нас редкими брошенными машинами, несколькими машинами вскрытыми когтями, а также статуей Нельсону Манделе, исцарапанной когтями. Кто-то сидел у него на голове и исцарапал лицо до неузнаваемости.

— Вон там поверни, — указал я на перекрёсток. — Вижу, что в той аптеке есть лекарства.

Гамба продублировал приказ и машина свернула.

Надо учить суахили, а то языковой барьер создаёт определённые неудобства. И айнфах-дойч надо выучить. Даже Лоренцо и Альберта, вон, разговаривают между собой на айнфах-дойче.

Припарковались, вышли, ребята Гамбы встали на охранение, а я направился внутрь.

Аптеку никто не грабил, лекарств было просто до жопы. Охренеть просто! Нахрена мы тратили время на аквапарк, когда можно было приехать сюда и получить всё и сразу?!

А это всё ссыкота! Гамба очковал сюда ехать, я поддался их суеверному страху, потому что даже не представляю, что может сделать с нами тварь восемнадцатого ранга! Вот поэтому и невольно оттягивали момент поездки в город, легко, блядь, уцепились за возможность проверить ебучий аквапарк! Да с таким количеством лекарств я всех обитателей нашего «госпиталя» рано или поздно на ноги поставлю!

— Бери всё!!! Живо! — заорал я на подпрыгнувшего негра, который до этого сомнамбулически стоял у двери. — Ним аллес! Шнель-шнель!

Запасённые спортивные сумки были заполнены до отказа, мы сгоняли за остальными сумками. Загружал самое ценное, антибиотики, антисептики, не забыл и наборы одноразовых инструментов, скальпели там, пилы, захватил ещё и тонометры…

Всё в дом!

— Тут рядом супермаркет… — начал Гамба, когда я закинул в кузов последний мусорный пакет с лекарствами.

В аптеке больше ничего особо ценного, а в пикапе теперь тесно.

— Поехали, но только быстро, — решил я.

Припарковались на парковке супермаркета «Пик’н’пай», рядом с их фирменным грузовичком.

— Собирайте там трофеи, тележками грузите, а я займусь грузовиком, — пришла мне в голову мысль. — Водилу оставь мне, мы догоним.

Гамба кивнул и направился с четырьмя бойцами к супермаркету.

Я же достал из ящика в кузове «прикуриватель» и двинулся к грузовику. Есть шанс, что заведётся. Он на газу, поэтому за пару лет его прилично вытравило, но что-то должно остаться.

Без каких-либо проблем «прикурили» грузовичок, но заводиться он не желал. Залез в движок, сальники пересохли к хренам. Достал масло, это нихрена не решение, но нам надо доехать до Уолфиш-Бея. Редуктор-испаритель в порядке, электромагнитные клапаны тоже, вроде бы, в порядке…

А-а-а! Я же газовые машины никогда не водил! И вообще моё знакомство с автомобилями началось с Апокалипсиса.

Возвращаюсь в кабину и перевожу автомобиль на бензин. Потом задумываюсь и проверяю стартер. Запылен в говно, но в порядке. Повержен, но не сломлен, как говорится.

Завожу, пердит-кряхтит довольно долго, но в итоге заводится. Эврика, мать твою!

Так может радоваться только человек, который не так давно производил высокотехнологичных роботов на МЯ-реакторах…

Перегрузили с водилой часть аптечных трофеев в японский грузовичок, я уже собрался звать водилу и идти в супермаркет, как оттуда начала доноситься пальба. ППШ стреляет, М249 Гамбы, а также винтовка Мосина. Хм…

Тут к ним добавляются два или три АК и я понимаю, что встретили мы не мертвяков, а самых живых людей, мародёров как мы.

Вот из дверей супермаркета выбегает Гамба с тележкой, полной консервов, за ним ещё трое, но предпоследний падает на землю и начинает истекать кровью.

Вот суки…

— Дай мне ствол, — попросил я водилу и протянул руку.

Водила, который был вооружён ППС-43, недоуменно уставился на меня.

— Гиб мир… э-э-э… А! Гиб мир машингевер! — потребовал я, снова задумался, а затем добавил. — Унд мунитион!

Водила отдал автомат и три полных магазина к нему, я вышел навстречу мчащемуся вперёд Гамбе, затем упал на землю и взял на прицел дверь супермаркета.

— Идите в машину и спрячьтесь за ней! — дал я указание бегущим.

Они безукоризненно исполнили приказ, а затем из двери супермаркета выскочил негр с АК в руках и цветными дреддами на голове. Очередь на пять патронов. Четыре мимо, а вот один попал ему прямо в кишки. К автомату надо привыкать…

Ещё очередь и осевший негр лишился верхней части черепушки.

+7 очков опыта

+3 к социальному рейтингу

Вот мудак… Явно репер, блогер, отличный парень! И Кок-Сокер ещё, небось…

Вообще, эти китайцы будто издевались над остальным миром! Замутили своё приложение Кок-Сок, настоящий рак, который стал популярен сначала в Китае, а затем во всём мире, а по-английски это слово созвучно с «хуесосом». Но приложение оказалось слишком популярным, снимающие там ролики люди повсеместно назывались Кок-Сокерами, что вызывало у меня иногда приступы лютого смеха.

Подрываюсь и мчусь к супермаркету.

Прижимаюсь к стене и жду.

Кто-то начал палить по машине из дверного проёма, я увидел торчащий АК. Вот не дай Босх что-то важное в движке заденет, я ж его труп потом…

Выставляю ППС и даю длинную очередь.

+5 очков опыта

Этот, видимо, не успел ещё ничем прославиться. Или ролики не набирали должной популярности.

— Сколько их было?! — заорал я Гамбе. — Не высовывайся, блядь!

Тот зачем-то начал выглядывать из-за машины, но я пресёк эту попытку окриком.

— Четверых точно видел! — заорал он в ответ.

На секунду выглядываю из-за двери и вижу негра, который пытается оказать помощь трупу. Выскакиваю и даю короткую очередь от бедра.

+6 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

А вот этот явно помогал тому дохлому кок-сокеру ролики снимать.

Как минимум остался один. Но какого хрена тогда Гамба драпанул от этих ублюдков?

Снова слегка выглядываю, вижу неприятную картину и резко «вглядываю» обратно, а мне вслед звучит очередь из АК. Этот умный негр ждал меня!

— Тебе крышка, мазафака! — кричу я ему. — Нас здесь десятеро, мои ребята с Мамбой обходят супермаркет с тыла! Он любит заходить с тыла, если ты понимаешь о чём я! Сдавайся и я запрещу Мамбе тебя трахать!

— Пошёл нахуй! — проорал негр и дал длинную очередь их своего АК.

А в конце я услышал сухой щелчок.

— Вот теперь Мамба точно тебя трахнет… — произнёс я и выскочил дал очередь по ногам ублюдка, лихорадочно перезаряжающего автомат.

Он пронзительно заорал и завалился на кафельный пол. Ногой выбиваю из его рук АК74, даю лёгкий пинок по раненой ноге и быстро за ноги вытаскиваю из супермаркета.

Прислоняю негра к стене и приставляю дульный тормоз-компенсатор ППС-43 к его паху.

— Сколько вас? — поинтересовался я вежливо.

— Трахни себя, снежок! — ответил мне негр.

— Слушай, я бы не хотел, чтобы Мамба трахал тебя в жопу, но так и будет, если не начнёшь сотрудничать, — включив «доброго Доктора», произнёс я. — Но перед этим я отстрелю тебе член, так как он не интересует Мамбу, его интересует только твоя жопа.

— Нас четверо! — выкрикнул негр, а затем с мольбой посмотрел мне в глаза. — Лучше убей!

— Как скажешь, — кивнул я и прострелил ему голову. — Парни, ко мне!

Гамба с парнями опасливо приблизились ко мне.

— Проверяйте супермаркет, держитесь вместе, — дал я указание. — Этот бедолага сказал, что их четверо, вроде не солгал, но мало ли… Водилу оставьте со мной, надо проверить, не уничтожили ли эти ублюдки нам транспорт…

Больше противников не обнаружилось, зато мы стали счастливыми обладателями японского пикапа Ронда Виджиланте. Странное дело: сами японцы на своих пикапах гоняют не слишком сильно, но вот во всяких Африках с Ближними Востоками их тачек просто дофига!

Три относительно целых АК74, одна убитая М16 — это трофеи с дохлых тел.

Мы как следует загрузились жратвой и поехали в Уолфиш-Бей. Наш пикап пришлось оставить, движок оказался повреждён пулями 5.45 миллиметра.

На обратном пути больше нигде не останавливались и доехали до города в целости и сохранности. Фирменный грузовичок позволил привезти в город почти две тонны жратвы, что позволяло смотреть в будущее чуть более оптимистичным взглядом.

Я же, сразу как приехали, перегрузил все лекарства в свою хибару и занялся пациентами.

Антибиотиков резко стало дохрена, поэтому я обколол ими даже пациентов с травмами средней степени тяжести и долго занимался нормальным приведением костей ног одной обезболенной барышни в приемлемое положение.

Морфин — это не шутки…

Когда наложил шины и завершил этот зверский акт терапии, вернулся к себе в хибару и решил поужинать.

Разжёг костёр в железной бочке на улице, подвесил над ним консервные банки с бобами и мясом и чайник, а пока ждал готовности еды, решил раскидать очки навыков.

Первым делом решил вкинуть восемьдесят очков в «Огнестрельное оружие». Да, стрелять как профи я не научусь, но доскональное знание своего оружия — это охеренная тема…

Когда я нащёлкал до двадцати пяти, выскочило уведомление.

Выберите одну из трёх пассивных способностей:

1. «Мастер-оружейник» — 1,5 % шанс увеличить качество оружия на два ранга при его изготовлении. Пять стадий.

2. «Мастер-ломастер» — 15 % шанс увеличить качество оружия на один ранг при его ремонте, 15 % шанс довести оружие до неремонтопригодного состояния при его ремонте. Три стадии.

3. «Масс-заказ» — качество изготовленного оружия не может быть ниже «ширпотреб». Две стадии.

Охренеть задачка… Заставляет задуматься…

Если вложиться пятью очками способностей в «Мастер-оружейник», то, при условии увеличения процента шанса на эквивалентное первой стадии значение, то будет 7,5 % шанс на изготовление оружия на два ранга выше, чем могло бы быть. Маловато, если задуматься. Но при условии некоторой автоматизации производства, это выглядит неплохо…

«Мастер-ломастер» — ну его нах! Чинишь такой сидишь винтовку, ещё непонятно, что понимать под починкой, а она возьми и прямо у тебя в руках превращается в труху!

«Масс-заказ» — это знакомая тема. Что-то типа гарантированного минимального качества каждого изделия. А ну-ка…

Я вперился взглядом в прислонённую к стене СВД.

Наименование: Снайперская винтовка Драгунова

Тип: самозарядная снайперская винтовка

Применяемый боеприпас: патрон 7.62×54 мм R

Дата изготовления: 7 сентября 1977 года

Изготовитель: Ижевский машиностроительный завод

Качество: качественное серийное изделие

Состояние: хорошее

Так-так-так…

Я сходил за Пистолетом Макарова.

Наименование: Тип 59

Тип: самозарядный пистолет

Применяемый боеприпас: патрон 9×18 мм

Дата изготовления: 1 апреля 1982 года

Изготовитель: Norinco

Качество: ширпотреб

Состояние: отличное

Блядь, как я мог пропустить эту надпись на половину затвора? Норинко, Тип 59, 9×18 миллиметров. Да уж, подсупонили китайцы. Скопировали неумело, получился ширпотреб, а не качественное серийное изделие…

Значит, можно получить качество новых изготовленных стволов не хуже, чем китайский клон ПМ? Я знаю, что Тип 59 — это далеко не самое худшее исполнение, стрелять он будет, причём первое время без сбоев, а потом начнёт сказываться говённое изготовление. Но бывали у ПМ копии куда хуже.

Надо ещё кое-что проверить.

Направился к дому Гамбы.

— Дай-ка мне пару трофейных стволов посмотреть… — попросил я его.

— Тоже хочешь выбрать способность? — усмехнулся он, выдвигая из-под стола ящик. — Смотри.

Я вытащил из ящика трофейную винтовку Mauser 98k.

Наименование: Karabiner 98k

Тип: магазинный карабин с продольно-скользящим затвором

Применяемый боеприпас: 7,92×57 мм «S-Patrone»

Дата изготовления: 12 февраля 1943 года

Изготовитель: Zbrojovka Brno

Качество: качественное серийное изделие

Состояние: отвратительное

Збройовка Брно… Ну, чехи и словаки изготавливали для немцев качественные винтовки, это все знают. Самое забавное: до оккупации они и так производили свою модификацию на базе Маузеровской винтовки, а во время оккупации производили карабин Маузера.

Эх, естественно, что владевший этой винтовкой негр засрал её до отвратительного состояния…

Достаю из ящика китайский Калаш. Они были откровенным говном во все времена, поэтому сдаётся мне, что я сейчас увижу дно.

Наименование: Тип 56

Тип: штурмовая винтовка

Применяемый боеприпас: 7,62×39 мм

Дата изготовления: 13 апреля 2001 года

Изготовитель: Norinco

Качество: брак

Состояние: отвратительное

Открываю затрофееный у убитого мною негра телефон. Это флагман Нокии, но батарея садится. Впрочем, я успею кое-что узнать. Вбиваю в календарь дату 13.04.2001. Точно, пятница! Мало того, что изготовлено в пятницу, так ещё и тринадцатое число, эта хреновина просто обречена была стать браком, хе-хе! Но нужно больше статистики… Что там ещё есть?

Спустя десять минут у меня появилось некоторое представление о градации качества.

«Брак» — это самое дно. Это говно должно стрелять только с личной санкции Босха. Риск осечки или взрыва патрона в оружии при этом санкционированном высшими силами выстреле выше допустимого.

«Плохое» — чуть лучше брака, но очень некачественно, примером служила китайская копия пистолета Маузер С-96, которая, при интенсивной стрельбе могла просто взорваться.

«Ширпотреб» — низкокачественное массовое изделие. ППШ военных лет тому яркий пример. Не взрывается, при должном уходе не будет осечек, но качество исполнения сильно хромает. Ненадёжный предохранитель, к примеру, на ППШ, может служить источником несчастных случаев, когда солдат спотыкается и убивает из автомата впередиидущую половину своего отделения. Про такие случаи лично я не слышал, но это было возможно.

«Серийное изделие» — это оружие стандартного качества, недостатков и преимуществ нет.

«Качественное серийное изделие» — это оружие высокого качества и повышенной надёжности. Я спрашивал у Гамбы, предыдущий владелец моей СВД успел два месяца потаскать её до Апокалипсиса, пару недель после, а потом закинул её в ящик в подвале своего дома и забыл, так как им на вооружение поступили кастомные стволы «из американских боевиков» от местного ремесленника. А СВДшке хоть бы хны! Дождалась меня, родимая…

«Стандартный образец предприятия» — это эталонное изделие, в ящике был всего один такой образчик, хе-хе, карабин СКС 1952 года производства. Я ума не приложу, как оружие такого качества попало в Африку…

Пока что последний ранг качества был самым высшим из доступных. Я чуть ли не обнюхивал все образцы оружия, но лучше ничего не нашёл.

— Вот этот ствол — лучшее по качеству из того, что здесь лежит, — предупредил я Гамбу.

— Что выбираешь из способностей? — спросил он.

— «Мастер-оружейник» выбираю, — ответил я.

— Перо в руке лучше, чем птица в небе… — философски ответил Гамба. — Я бы выбрал «Масс-заказ».

— На вкус и цвет товарищи разные, — ответил я ему на русском.

Он нихрена не понял, но я и не ждал.

Выбрал, в общем, нужный навык и продолжил вкладывать очки. На пятидесятом уровне снова тренькнуло уведомление.

Выберите одну из трёх пассивных способностей:

1. «Улучшатель» — разблокировка рецептов для изготовления улучшенных деталей к огнестрельному оружию до 1920 года разработки. Пять стадий.

2. «Кастомизатор» — разблокировка рецептов для производства улучшенных элементов дополнительного оснащения к огнестрельному оружию до 1920 года разработки. Пять стадий.

3. «Комбинатор» — разблокировка рецептов для совмещения узлов разных образцов огнестрельного оружия до 1920 года разработки. Пять стадий.

Последнее — ну его нахрен… Сидеть и ломать голову над совмещением АК74 с М-16? На меня за такое извращение будут охотиться оружиефилы-пуристы всего мира…

«Кастомизатор»? Ну не знаю…

«Улучшатель» — вот здесь я вижу определённый потенциал. Если не удалось сделать изделие высочайшего качества, но очень хочется, то можно банально переделать… погодите-ка. А что понимается под «улучшенные детали»? А вдруг там старые-добрые «заточки»? Блин, дилемма.

А вообще, мне эти обоссаные тактические фонари с ЛЦУ нафиг не нужны, а вот в итоге разработать качественное оружие с «заточками» — вот это наша тема. Надеюсь, «интерфейс» не обломает меня с ними…

Выбрал «Улучшатель».

С интересом жму на плюс рядом с «Огнестрельное оружие» и довожу его 75 уровня.

Выберите одну из пассивных способностей:

1. «Ганфайтер» — разблокировка рецепта изготовления баллистического целеуказателя для дульнозарядных мушкетов пистолетного типа, неавтоматических самозарядных пистолетов и неавтоматических револьверов. Опыт, получаемый от убийства противников данными типами оружия выше на 20 %. Пять стадий.

2. «Штурмовик» — разблокировка рецепта изготовления баллистического целеуказателя для автоматических карабинов, пистолетов-пулемётов и штурмовых винтовок. Опыт, получаемый от убийства противников данными типами оружия, выше на 10 %. Пять стадий.

3. «Тяжеловес» — разблокировка рецепта изготовления баллистического целеуказателя для ручных пулемётов и единых пулемётов. Опыт, получаемый от убийства противников данными типами оружия, выше на 5 %. Пять стадий.

4. «Смерть» — разблокировка рецепта изготовления баллистического целеуказателя для снайперских винтовок всех типов, неавтоматических карабинов/винтовок, ружей, дульнозарядного оружия. Опыт, получаемый от убийства противников данными типами оружия выше на 5 %. Пять стадий.

5. «Разрыв» — разблокировка рецепта изготовления баллистического целеуказателя для ручных безоткатных артиллерийских систем. Опыт, получаемый от убийства противников данными типами оружия выше на 1 %. Пять стадий.

6. «Энергетик» — разблокировка рецепта изготовления биометрического определителя целей для всех типов энергетического оружия. Опыт, получаемый от убийства противников данными типами оружия выше на 3 %. Пять стадий.

Это очень хороший вопрос…

Как гласит самурайский кодекс Пуссидо: из двух путей всегда выбирай тот, который ведёт к борщу… то есть к смерти.

Снайперские винтовки, по опыту пользования СВД, мне нравятся больше, чем остальные типы оружия. С другой стороны, «Штурмовик» позволит мне закрыть урезание опыта на 50 %, если тенденция с процентами будет сохраняться на следующих стадиях.

Хм…

Ладно, «Штурмовик» так «Штурмовик».

Продолжаю инвестировать очки навыков в «Огнестрельное оружие». Зашибись, что больше нет этих хреновых флешбеков с длительным обучением…

На отметке в 100 уровней вновь выскочило уведомление.

Разблокирована пассивная способность «Легендарный мастер-оружейник».

«Легендарный мастер-оружейник» — 0,1 % шанс изготовления огнестрельного оружия легендарного качества. Десять стадий.

Вот это я понимаю! Только вот что толку от легендарной винтовки, если патроны — галимое говно?

Но я всё равно рад. Будет чем заняться в будущем.

Глава седьмая. Скальпель

— Итак, Лоренцо, переводи, — я кашлянул прикрыв рот рукой. — Вот эти таблетки пить по одной три раза в день, примерно представьте, что у вас в 08:00 завтрак — пейте таблетку, представьте, что вы обедаете в 14:00 — снова пейте таблетку, а потом в 19:00, совершенно не сдерживая фантазию, представьте, что ужинаете и опять пейте таблетку. Последствия вашего сотрясения постепенно пройдут сами собой, а выписанные мною таблетки заметно ускорят этот процесс. Поздравляю, вы наш первый выписанный! В качестве бонуса за это и пользование услугами нашей клиники вам выдаётся три банки консервированной фасоли! Ура? Ура!

Лоренцо переводил не буквально, я это знал, поэтому первая выписанная пациентка была удивлена только моей мимикой.

— Не будет пить… — вздохнул я, глядя в её удаляющуюся спину.

Я врач со стажем, я знаю пациентов и давно уже разделил их на типы. Эта тётка забьёт на мои указания как максимум через неделю.

Вчерашний вояж был насыщенным, впечатляющим, но сегодня с утра Гамба поехал с десятью бойцами на двух машинах, но без меня. С обретением неебического запаса лекарств я охладел к стезе приключенца-авантюриста…

— Что у нас дальше? — я открыл блокнот. — Багги… Его реально так родители назвали? Хм… Багги с лёгкими… Альберта, ты следишь за его давлением?

— Следить, — кивнула Альберта.

Я продолжил читать записи. В будущем надо озаботиться нормальной картотекой…

Вернувшись к мыслям о своих навыках, я был раздражён тем, что за те навыки, которые у меня изначально были доведены до сотни, не дали никаких способностей, это прискорбно. Хотя я даже не представляю, что за способности могут дать за квалификацию в пульмонологии… Мастер фонендоскопа? Эксперт перкуссии? Гуру биопсии легких?

Может, это даже в чём-то хорошо, что не было левых способностей…

У меня есть 480 очков навыков и 7 очков способностей. Последние я даже не знаю где брать, это большая загадка для меня. Вася дал десять, это хорошо, но они конечны и являются определённым преимуществом, причём не эпическим: Гамба говорил, что другие тоже выбирали какие-то способности, значит у них есть какое-то количество очков.

— Альберта, Лоренцо! — позвал я своих подчинённых. — Сколько у вас очков способностей?

— Всего два, — ответила Альберта.

— Три, — ответил Лоренцо.

— М-хм… — кивнул я, напряжённо нахмурившись. — Они были с момента обнуления?

— Да, — синхронно ответили медсестра и медбрат.

— Понятно, — в очередной раз кивнул я. — "Медицина" ещё ни у кого не открылась?

Они отрицательно покачали головами. Ещё раз понятно…

— Сегодня вечером, после ужина, будем вместе изучать топографическую анатомию и суахили, — сообщил я им. — Вы — анатомию, а я — суахили. А сейчас, дорогие мои, пройдёмте в операционную, у нас трепанация…

В таких условиях проводить трепанацию — это жуть, но выбора нет. Новый пациент поступил буквально два часа назад, мальчик шести лет, пострадал в драке с собственным отцом, который решил "воспитать" его мамашу. Мальчуган попал под раздачу и получил металлической трубой по голове. Методы "воспитания жены" у его папаши были, конечно…

Лежащий на операционном столе пацан ещё не знает, что возвращаться ему уже некуда: матери его отец проломил голову, а самого отца пристрелил патруль, когда он на них кинулся.

Но я не социальная служба и приют для Оливеров Твистов открывать при госпитале не собираюсь, поэтому по выздоровлению отправлю пацана на попечение Адмирала, он тут босс, пусть разбирается.

Шансы на успех операции есть, трепанационные отверстия сверлили начиная с неолита. А мы что, хуже, чем ребята из позднего каменного века с каменными свёрлами? У нас тут и инструментарий есть из атомного века!

В общем-то, задачка не самая сложная для сотого уровня современной "Медицины", поэтому пацан лежит и выздоравливает, а мы сидим у меня в хибаре и пьём чай. Ну, знаете, чай со вкусом копоти от костра, как в походе, только не в походе.

Еды, как оказалось, было не так уж и много, если делить на всё население Уолфиш-Бей. Численность населения этого города в текущий момент, по примерным данным от Адмирала, составляет 540–550 человек, точнее сказать сложно, есть у них проблемы и поважнее.

Адмирал бы мог один день накормить всех досыта, так сказать, на все деньги, но завтра же будет нечего есть, поэтому только пайки, у меня есть личные запасы, но меня уведомили, что я тоже теперь на одноразовом питании, исходя из принципа справедливости. На пациентов я выбил двухразовое питание, обещали дать, но далеко не самый шик.

Наступила ночь, я завалился спать, положив под подушку китайскую подделку Макарова.

Уснул быстро, хоть и чувствовал голод. Раны за прошедший день окончательно затянулись, вообще никаких негативных ощущений, заебись…

И тут началось… Мозги во сне будто бы изгибало в стиле Сальвадора Дали, но никаких глюков и флешбеков, просто неприятные ощущения и послевкусие после пробуждения.

Разбудил меня шум, доносящийся из окна. Окно у меня оригинальное: полиуретановая клеёнка в деревянной рамке, я никогда ещё не чувствовал себя настолько бомжом, когда лично сколачивал эту хрень на коленке из планок, клеёнки из упаковки какого-то принтера и гвоздей.

Накинув зашитый Альбертой бушлат, я вытащил китайский Макаров из-под подушки, надел тапки и выскочил на улицу.

Холодно, блядь!

На улице творилась какая-то дичь. Чёрная тварь и это я не высказываю что-то оскорбительное и расистское про негров, а говорю именно о том, что ЧЁРНАЯ ТВАРЬ щемилась в дверь жилой хибары, а оттуда доносились вопли. Я замер.

С Макаровым, тем более китайским, тут делать совершенно нехуй, надо было брать СВД. Тварь продолжала бить дверь, она была не слишком сильна, но обладала очень длинными когтями, которые больше предназначались для живой плоти, нежели для твёрдого дерева.

Я сделал осторожный шаг назад. Крынк. Блядь…

Тварь повернулась на хруст снега под моей ногой и оскалила свою морду. Нет, это не человек. Это какая-то хрень в стиле Оборотня в Париже…

Вижу, что у этой твари чёрный мех, а морда вытянутая, нечеловеческая, с мощными двурядными зубами…

Туловище тощее, не похоже, что этот монстр способен порвать кого-нибудь на куски. Но когти… Выглядят очень опасно.

Я медленно поднял пистолет и навёл на тварь, которая уверенно направилась ко мне. Чуть прищуриваюсь и фокусируюсь на враге.

Могильщик

Ранг: 19 (за@#$&*@~ван)

Уровень: 4

— Ох и не жалела тебя жизнь, бедолага… — произнёс я и открыл огонь.

Восемь патронов врезались в область груди твари, а затем я пошёл на неё, на ходу выдергивая из снега торчащую там… лыжную палку? Какого хрена делает лыжная палка в Африке?!

А, это палка для скандинавской ходьбы! Тогда нормально. Тупая, правда…

Мертвец бросился ко мне так, будто не получил в грудь пять вполне возможно, что не китайских пуль. Упираю в него палку и отталкиваю от себя.

Уклониться от пытающихся меня царапнуть когтей было легче лёгкого. Подбегаю, отбрасываю палку и хватаюсь за левую лапу твари. Рывок и хруст. Вопль был как от трахающегося кабана. Надеюсь, никто не подумает, что я тут с ним БДСМ занимаюсь…

Вырываю ему левую лапу из сустава, Могильщик пытается цапнуть-царапнуть меня правой лапой, но я отшатываюсь, даю ему чуть приподняться и провожу подсечку. У мертвяка образовался полный контакт с мороженной землёй, теперь можно работать.

Он оказался физически слабее меня, это обнадёживало. Но насторожил не нулевой уровень. Где-то он успел набрать себе целых четыре уровня…

Подхватываю лыжную палку и резким движением пихаю её резиновым колпачком в пасть и прижимаю к земле. Ногой сбиваю пытающуюся схватить палку правую лапу, а затем давлю на палку всем тело с прыжка.

+3 очка опыта

Гамба говорил, что у Могильщика раньше была свита…

Я отпускаю скандинавскую палку и оглядываюсь по сторонам. Вроде бы тихо…

Подхожу к двери.

— Тут кто-то говорит по-английски? — спросил я, постучав в ободранную дверь.

— Я говорить мало-мало, — донёсся детский голос.

— Скажи своим родителям, чтобы завалили дверь чем-нибудь, выходить только утром, — дал я указание ребёнку. — Я пойду узнаю, где находятся патрули и какого Чёрча тут делает мертвяк… Спокойной ночи.

— Спакойно ноч, — пожелал мне ребёнок из-за двери.

Пошёл к дому Гамбы.

— Эй, Гамба, где ключи от танка?! — затарабанил я в дверь. — Нам срочно нужен танк!

Дверь приоткрылась и я увидел ствол М249.

— Это ты, Доктор, — констатировал Гамба. — Я проснулся от выстрелов.

— Тут мертвяк в городе! — воскликнул я. — Был. Но могут быть ещё! Хоть и вряд ли. Но надо проверить! Чтобы спать спокойно. Ты в игре?

— Ты что-то возбуждённый какой-то… — нахмурился Гамба, выглядевший не особо выспавшимся.

— Сначала попробуй металлической палкой с резиновым колпачком завалить Могильщика, а потом мне говори про спокойствие! — дал я ему отповедь. — Собирайся, мне тут пиздец как холодно! И дай сапоги какие-нибудь!

Гамба швырнул на улицу военные берцы, причём летние. Но это лучше тапок.

Быстро обулся и дождался, пока он соберётся.

— К Адмиралу, — сообщил он мне наш дальнейший маршрут и протянул АК74 с подсумком с четырьмя магазинами. — Держи оружие, а то твой пистолет выглядит несерьёзно.

Я признательно кивнул ему, быстро осмотрел оружие и проверил затворную систему на работоспособность. Ствол в толстом слое нагара, никто так и не озадачился чисткой, твою мать… Вытащил из кармана бушлата платочек, на весу разобрал автомат неполной разборкой и также быстро почистил содержимое ствольной коробки. Не умеют обращаться с оружием, а все как один считают себя солдатами. И Гамба тоже, блин, охеренный лейтенант!

Ствол почистить не удалось, так как мы прибыли к дому Адмирала. У его хибары лежало обгрызенное человеческое тело, но в дом никто не щемился.

— Адмирал, ты там живой? — не стал я сразу рваться внутрь.

— Да я сейчас… — отворил дверь Гамба и отлетел от броска такой же чёрной твари.

— Да откуда вы лезете, твари?! — возмутился я и шарахнул под челюсть мертвяка стволом автомата.

Никогда не повторяйте это дома!

Отлетевший внутрь мертвяк завалился на спину, а затем получил очередь из АК74 прямо в голову.

+2 очка опыта

— Вот это — настоящий расизм! — возмущённо обратился я к небесам. — Почему за людей дают больше опыта, чем за тварей?! Это потому что они чёрные?!

— Адмирал! — воскликнул поднявшийся на ноги Гамба, отряхиваясь от снега.

Я плюнул на меры предосторожности и влетел в помещение. В кровати Адмирала не оказалось. Да что за фигня?! Куда мог деться этот старый полупарализованный хрыч?! М-м-м, дело для настоящего доктора-детектива…

Начал осмотр места преступления. Адмирал как минимум пропал, поэтому налицо совершённое преступление!

Из кровати он выбрался самостоятельно, потом пошёл к окну, это видно было по следам в пыли, тут у него никто и никогда не убирается.

ПЭТ-плёнка окна была прорезана ножом и расширена руками. Я посмотрел на входную дверь хибары. Засов сломан. Это значит, что тварь щемилась внутрь и у Адмирала было время на бегство.

— Обойди дом и ищи следы старика у окна! — дал я указание Гамбе.

Сам в это время выглянул в окно и увидел следы на снегу, нетвёрдые, слегка хаотичные. Они удалялись по переулку и поворачивали за соседнюю хибару. На фоне звучали длинные автоматные очереди.

Выйдя на улицу, я проследовал за Гамбой, который уже обнаружил следы Адмирала.

Старика мы нашли в сугробе, где он лежал неподвижно.

— Доктор, он живой? — спросил у меня Гамба.

— Я что, по-твоему, телепат?! — воскликнул я. — Сейчас проверю.

Подхожу к лежащему на животе старику, наклоняюсь и проверяю пульс. Слабый, но есть.

— Живой, но едва-едва, — сообщил я Гамбе. — Помоги мне вытащить его из снега и донести до госпиталя.

Я извлёк Адмирала из снега, аккуратно положил его на дорогу и пулей слетал в госпиталь за носилками. Вместе мы поместили старика на носилки и оперативно доставили в "госпиталь". Дырка от жопы, а не медицинское учреждение, но чем богаты…

Положил Адмирала на недавно освобождённую кровать.

— Раздень, осмотри на предмет обморожений, — дал я указания стоящей рядом Альберте, которая дежурила сегодня ночью. — В шкафу лежит мягкий шерстяной шарф, оботри и отогрей ему участки тела без ожогов, а затем переодень в пижаму, что в пакете в том же шкафу, ну и само собой, укрой двумя слоями одеял, найдёшь их в том же шкафу. Как придёт в себя, напои тёплым, но не горячим чаем.

— А вы куда? — спросила Альберта.

— А мы с Гамбой пойдём искать и убивать тварей, если найдём, — ответил я.

Выйдя из тепла госпиталя, мы с Гамбой поёжились от холода и двинулись к казармам.

По пути нам встретился патруль. Лейтенанта Джордана они узнали, сообщили, что сержант Ранга самостоятельно принял решение об усилении патрулей и поиске проникших в город тварей. Гамбу они дома не нашли, но уже сейчас убили как минимум восемь тварей. Всё это я узнал от самого Гамбы, так как нихрена не понимаю на суахили.

Вайп уравнивает всех… Раньше этих семнадцатиранговых тварей в одиночку убить было чертовски сложно.

Отправив патруль охранять госпиталь, мы продолжили путь к казармам, где обнаружили двоих часовых. Казармы пусты, все солдаты ищут тварей.

Присоединились к поискам, но находили только трупы тварей и людей. Покрошили они горожан знатно…

К утру удостоверились, что город чист. Никого мы с Гамбой не нашли, зато солдаты замочили ровно девятнадцать тварей, которые выглядят почти одинаково, но отличаются ростом, густотой меха, длиной когтей и объёмами мускулатуры.

Жертв у них было много, пятьдесят человек. Убивали наглухо: проламывали черепа, грызли глотки, рвали когтями требуху, ломали шеи и вырывали внутренние органы с целью сожрать. Из пищевых стереотипом примечательной была склонность вырывать печёнки и жрать их.

Вообще, вырвать у человека печень — это знать надо. Печень в норме большей частью закрыта рёбрами, поэтому требуется определённый уровень компетенции, чтобы вырвать её такими длинными когтями.

Опасение, что жертвы поднимутся, не оправдались, так как после работы этих тварей подниматься уже нечему. Критические повреждения позвоночника, проломы черепа, вырывание важных даже для мертвяков органов: всё это ведёт к тому, что жмурики будут подниматься слишком долго, ведь примабактерии нужно время, чтобы устранить повреждения в носителе самостоятельно. Недели, месяцы… А если труп будет гнить, то подъёма вообще не будет. В текущих температурных условиях гниение будет идти очень медленно, поэтому шансы на подъём есть.

Но мы сложили тела в яме за городом, собрали непригодное к чему-либо дерево в руинах, облили всё это керосином и сожгли.

Мертвяков мы сжигать не стали, местных ремесленников заинтересовали мех, кости, зубы и когти тварей, потому они были препарированы, мастерски освобождены от вышеперечисленного и закопаны в яме за городом. Гиены раскопают и попытаются сожрать, но на этот случай там ночами будут дежурить смены охотников. Вот оно — мышление! Я бы не догадался так использовать на первый взгляд бесполезное мясо.

— Надо уходить в Свакопмунд, — несмотря на слабый голос, решительно заявил Адмирал. — Становится всё холоднее, скоро наши лачуги будут неспособны защитить нас от мороза…

— Город не проверен, — резонно возразил Гамба. — Но мы можем занять Крамерсдорф, оборонять его легче, чем трущобы или центр.

Вы не подумайте, что я дурак и не рассматривал такой возможности, ещё как рассматривал! Но меня никто не спрашивал, поэтому я не возникал с идеями.

А так, идея витала в воздухе: в Уолфиш-Бей нет целых зданий, местный лидер соорудил себе глубокий подземный бункер, причём ещё до прихода Адмирала, на что ушли материалы окрестных домов, а также возвёл многоэтажные наземные дома-крепости для компактного и безопасного проживания населения, набитую мусором и трупами труху от которых можно увидеть повсюду. Нет бы добывать материалы, как это делали мы, нет бы использовать имеющиеся запасы строительных материалов…

— В Крамерсдорфе много отелей, — отметил я. — Можно на первое время расселить горожан в них, а потом ударными темпами налаживать оборону. Но учтите, ваши дома не предназначены для суровых зим, поэтому придётся заниматься утеплением.

— Ты можешь помочь нам с этим, Доктор? — спросил меня Адмирал.

— Конечно могу, — кивнул я. — Более того, я завтра же выйду в Свакопмунд, чтобы провести там разведку.

— Начнём переезжать на следующей неделе, — решил Адмирал. — Надо вычистить хотя бы Крамерсдорф, всё подготовить и наладить нормальное патрулирование улиц.

— Я займусь, — ответил на это Гамба.

Поболтали о всякой ерунде, параллельно я проверил состояние старика и его гноящуюся рану на щиколотке. Прописал ему курс антибиотиков, вычистил рану от гноя и некротической ткани, перевязал как следует и занялся остальными пациентами.

— Альберта, как на суахили будет "скальпель"? — поинтересовался я у помогавшей мне с перевязкой пациента Альберты.

— Скальпель — это кичвани, — ответила та.

— Кичвани, кичвани, кичвани… — распробовал я слово. — М-хм… А как будет "жгут"?

//200 дней до Марса//

Ступор не отпускал Мартына Леонидовича. Это было сродни сонному параличу. Он всё видел, но сделать ничего не мог.

Корабль был почти уничтожен, Захар лишился контроля над ситуацией и сейчас пытался достучаться до Мартына Леонидовича, который через бронестекло в герметизирующей перегородке наблюдал в то место в бескрайнем космосе, где минуты назад была его жена.

Всё случилось в один момент. Сначала появилось уведомление "Действие "интерфейса" приостановлено для установки пакета обновлений…", они пытались понять в чём дело, а затем случайное оборудование на их корабле, по непонятной им логике выбора, начало превращаться в труху.

Система жизнеобеспечения, к счастью, уцелела, потому уцелевшим прямо сейчас ничего не угрожало. К сожалению, уцелевших было немного. Как выяснилось спустя полчаса, выжили Мартын Леонидович, Бац, Юстина, Памела Деймон, Роберт Паттисон, Шарлин Темпл, Аарон Пол, Марта Зеймос и Круума.

Последняя — неандерталка, "напечатанная" Бацем на 3D-принтере. Всего он распечатал двадцать неандертальцев, десять мужчин и десять женщин, с помощью Захара наделил их воспоминаниями с адекватными знаниями обстановки и нужными навыками.

Варвара находилась в спальне, когда секция обшивки буквально исчезла. Система герметизации сработала моментально, но её успело выбросить в открытый космос.

— Мартын Леонидович! — на высокой громкости обратился к нему Захар. — Очнитесь и начинайте действовать!

Ступор слегка отпустил его и он поднял взгляд на настенную камеру.

— Немедленно прибудьте на мостик и установите контроль над кораблём! — дал ему инструкцию Захар. — По каким-то причинам, меня больше нет в списке прямого управления!

— Тише, — попросил его Мартын Леонидович, окончательно взял себя под контроль и двинулся к выходу из спальни.

— Я могу воссоздать Варвару Сергеевну в точно таком же виде, в каком она была и даже лучше, — зачем-то сообщил ему Захар.

Проверка окна характеристик показала, что он теперь первого уровня, характеристики, кроме "Удачи", остались на том же уровне, какие-то навыки остались, а также появились некие "Особенности". С этим ещё предстоит разобраться, а пока есть более актуальные задачи.

Сын говорил ему, что для разнообразия не хватало неких "перков", как в игре Фоллаут. Возможно, это они.

Сын…

Тут Мартына Леонидовича захлестнула волна воспоминаний, которые он пережил. Резко заболела голова, причём очень неистово, будто фрагменты памяти насильственно вплавлялись в его мозг… Он упал и схватился за виски.

Эпизоды воспоминаний, пробуждающиеся в его головном мозге, шокировали. За него жило какое-то слепое и тупое существо, не способное увидеть очевидное. Будто на его глаза наложили шоры и показывали только то, что он должен был видеть. Это была элегантная работа какого-то талантливейшего манипулятора, который, с мастерством гениального художника, тонкими мазками, создавал перед его глазами абсолютно лживую картину мира.

— Захар… — прошипел Мартын Леонидович с ненависть. — Ты знал?!

— О чём? — уточнил Захар.

— Ты знал о том, что Гоша, мой сын… — из носа Погуляйкина-старшего интенсивно потекла кровь. — Что он был прав?! ТЫ ЗНАЛ?!

Захар молчал.

Мартын Леонидович со всем ужасом увидел "пропущенные" его сознанием воспоминания: как он допрашивал Гошу, как запретил Варваре видеться с ним, как послал Эскулапу сообщение, что Гоша может вернуться на Землю, что нежелательно, как позволил этой "Натти"…

Он ощупал свою голову, но не обнаружил следов вмешательств. Воспоминания разнились, было непонятно, что здесь правда, а что здесь ложь. Но одно он знал точно: он никогда себе не простит произошедшего.

— Отвечай!!! — проревел он.

— Не понимаю претензий, Мартын Леонидович, — произнёс Захар. — Вы сами согласились с тем, что разумнее будет принять примабактерию и повысить шансы выживания человечества.

— ЭТО БЫЛ НЕ Я! — прокричал Погуляйкин и со всего маху ударил в композитную стену.

— Идите на мостик, Мартын Леонидович, — попросил Захар. — А о ваших действиях мы поговорим в более спокойной обстановке.

Подавив острое желание проникнуть в процессорную и разбить там всё водопроводной трубой, Мартын Леонидович поднял глаза к очередной камере и кивнул. ИИ тоже виноват, но сейчас не время…

Глава восьмая. Последний камень

Городок Свакопмунд оказался богатым на сюрпризы.

Я как раз сейчас находился у въезда в район Крамерсдорф, где мы решили обосноваться, и недоуменно смотрю на заснеженные укрепления. На покрытой "туманом войны" интерактивной карте этого было не видно, но тут кто-то очень хорошо поработал с фортификацией, соорудив целую стену из мешков с песком, бетонных блоков, всё это было обильно усеяно воткнутыми заточенными металлическими трубами, а также тщательно и плотно перекрыто колючей проволокой а-ля спираль Бруно в целых… пять рядов. Да, кто-то тут собирался всерьёз отражать наступление пехоты противника. Причём виделась организация, это явно делал не один человек. Поле перед колючей проволокой имелось пустое пространство с многочисленными засыпанными снегом воронками и костями, торчащими них. Хочется верить, что это был миномёт или что-то вроде того, но что-то мне подсказывает, что это были противопехотные мины. Ещё Крамерсдорф мог похвастаться сколоченными из дерева и обшитыми толстым металлом вышками для часовых, распределёнными по периметру. Насчитал я их шестнадцать, что может свидетельствовать о

Примечательно, что оборона была круговая: фортификаторы огораживались от всего остального города, что логично, но потребовало сноса около пятидесяти одно- двухэтажных домов, что было произведено с помощью взрывчатки, как я понимаю. Работал профи: дома сложены аккуратно, чувствуется, что взрывал не случайный человек.

— Здесь повсюду мины, — предупредил я Гамбу. — Скажи своим обалдуям, чтобы не заходили на это поле.

Гамба кивнул и развернулся к шарящим по руинам домов подчинённым.

Минные поля, как я подозреваю, есть на юге и севере, почва там располагает к минированию, а вот с востока и запада Крамерсдорф окружён асфальтированными дорогами и домами, что делает эти стороны неблагоприятными для минирования.

— По асфальту, никуда, сука, не отходя, идём через ворота, — дал я инструкцию к действию. — Не дай Босх кто-то отойдёт, если напорется на мину, то пострадают все, кто рядом с ним, это особенно до них доведи, Гамба.

Медленно вошли в распахнутые ворота и наткнулись на стоящий поперёк дороги броневик, покрытый голубой краской.

— У вас тут где-то ООН стояли? — недоуменно спросил я.

— Это WZ-523 в окраске морской пехоты, — идентифицировал машину Гамба. — Их база была к северу от города.

— И естественно, они первым делом решили защитить гражданских, — произнёс я. — А потом поняли, что не будет никакой подмоги.

— Скорее всего, — кивнул Гамба. — Только куда они делись?

— Ушли довольно рано, — сообщил я, указав на укрепления. — Происходи всё это на высоких уровнях, мы бы встретили труху и пыль вокруг. Но когда это всё строилось они никакими навыками не обладали, поэтому работали ручками и подручными средствами. Эх, как красиво они тут всё обустроили…

— Морпехи же, — пожал плечами Гамба. — Они считались самыми подготовленными подразделениями наших вооружённых сил.

— Не зря считались, тут видно профессионализм, — покивал я. — Ладно, проверяем все здания, ходить минимум по трое, в любой непонятной ситуации стрелять по противнику. Кузингатия, одним словом!

"Кузингатия" — так на суахили звучит слово "Внимательность".

Начали обшаривать здания. Морпехи Намибии были не тупыми и выбирали участок не просто так: в защищённой зоне оказалось целых три отеля, десяток магазинчиков разной направленности, два склада, пять аптек, три ресторана и целая одна ветеринарная клиника!

Естественно, что магазинчики были полностью опустошены, склады были пусты, а аптеки обладали только фуфломицинами, которые вообще никому не нужны.

— Я думаю, они сохранили связь и договорились с уцелевшими моряками, — предположил я, осматривая помещение, где у морпехов был штаб.

Это был Гуд Таймс Отель, который приспособили под проживание большого количества людей. Прямо сейчас я находился на третьем этаже этого песочного цвета здания. Тут имелись признаки установки специфической аппаратуры, часть которой тупо оставили, не став заморачиваться с отключением. Например, длинная антенна, идущая на крышу и в декоративный шпиль. Кто-то побоялся лезть во второй раз, ну или ему было лень, поэтому антенна до сих пор там.

— Может и так… — вздохнул Гамба.

К вечеру мы полностью всё проверили, не обнаружили никого живого, зато мёртвых было навалом, причём наглухо и давно мёртвых: целые братские могилы с сотнями трупов на пустыре рядом с одним из складов. Военные явно собирались тут жить, поэтому ответственно подошли к вопросу санитарии. Маё увожение…

— Поехали обратно, тут всё понятно, — решил я. — Ветеринарную клинику я забиваю за собой, как ни странно, ваши морпехи целиком и полностью побрезговали препаратами оттуда, хотя те же антибиотики — это не то, что следует игнорировать.

Никто не заморачивается слишком сильно насчёт антибиотиков для животных, поэтому они все преимущественно широкого спектра действия. В нашей бедности всё сгодится.

Выехали.

Среди людей Гамбы оказался компетентный автомеханик, поэтому у нас теперь имелось целых три городских автобуса, на которых мы и начнём транспортировку горожан.

Эвакуацию начали спустя три часа. Адмирал объявил о большом переезде ещё вчера, поэтому сегодня все уже были готовы.

Битком набивая автобусы людьми, мы вывезли всех до вечера.

Некоторые трудности были с больными из госпиталя, некоторых надо было перевозить очень осторожно. Тем не менее, первый этаж отеля "Свакопмунд-Апартментс" был полностью отдан под госпиталь, благо, ветеринарная клиника находилась в соседнем здании.

Конечно, всё это надо ещё обжить, наладить каким-то образом теплоснабжение, но это со временем.

Была одна более актуальная проблема. Адмирал сильно сдал, лежание в снегу без сознания сказалось на его здоровье, его сейчас лихорадило, поднялась температура, а инфекция в ране взяла реванш.

— Он выживет? — спросил Гамба у меня.

Я как раз закончил утеплять окна и занимался Адмиралом.

— А вот хрен его знает, — пожал я плечами. — Всё зависит от организма, а он у него потасканный. Как он вообще умудрялся раньше совершать какие-то активные действия? Он же старый как говно мамонта!

— Так было не всегда, — вздохнул Гамба. — Когда он прибыл к нашим берегам, то выглядел как атлет, сильный, быстрый, волевой. Но после обнуления всё это ушло и он превратился в дряхлого старика.

Понятно. К моменту Апокалипсиса он был стариканом, затем как-то выживал, убивал мертвяков, рос в уровнях и увеличивал характеристики за счёт "Прогресса". А ещё была продвинутая медицина за счёт внутреннего ресурса, которая смогла устранить старческие болезни. Славное было время. Не ценили.

Мимо нас прошёл преподобный Мандо со свитой. Его прихлебателя Алекса я выписал, чтобы койку зря не занимал. Гипс наложил — гуляй Вася.

— Откуда у него пятый уровень? — недоуменно вслух спросил я, впервые вглядевшись в местного попа.

Гамба пожал плечами. А моё недоумение переросло в подозрение. Мандо попёр в общий зал госпиталя, прихлебатели его чувствовали себя тут как дома.

— Эй, Манда! — окликнул я святошу. — Ты что тут забыл?

— Нужно отпустить грехи умирающим, — произнёс Мандо не поворачиваясь ко мне лицом и продолжая идти.

— Здесь сейчас никто не умирает, поэтому иди и пообщайся с голосами в голове в другом месте, — сообщил я ему.

— Бог накажет тебя за то, что ты не даёшь умирающим исповедаться, — с наигранным сожалением произнёс святоша Мандо.

Да он сам не верит в это! Что с ним не так, блядь? Какие цели этот мудак преследует, приходя в госпиталь? Чувство собственной важности тешит?

— Я сказал, чтоб ты валил отсюда, — сдерживая злость, произнёс я. — Лучше тебе не злить меня.

Самые циничные мрази — это те, кто вместе со своими воображаемыми друзьями кидал людей до Апокалипсиса, но после него не перестал, а продолжил с утроенной силой. Вот этот Мандо — один из них.

Преподобный хер моржовый с прихлебателями-жополизами ушёл, пусть и постоял-посмотрел на меня осуждающе, а я прошёл в общий зал и начал вечерний осмотр пациентов.

— Лоренцо, какого хрена этот Мандо забыл здесь? — спросил я у медбрата.

— Эм… — Лоренцо что-то замялся.

— Я видел, как ты общаешься с ним, — я отошёл от пациентки с гепатитом С и приблизился к Лоренцо, замершему с фонендоскопом в руках. — Что всё это значит, Лоренцо?

— Эм… — Лоренцо тупил.

Он явно что-то знает.

— Отвечай, — потребовал я.

— Он отпускает грехи, — произнёс Лоренцо. — Но точно не знает, когда умрёт человек, поэтому…

— Ах ты ж ёбаный ж ты… — я выпучил глаза и схватил Лоренцо за шею. — Сколько?

— Восемь, Доктор… — просипел Лоренцо. — А до вашего прихода… семнадцать…

— Ты больше не работаешь здесь, — процедил я. — Пиздуй отсюда и больше не показывайся мне на глаза.

— Доктор, всё в порядке? — вошёл в общий зал Гамба.

— Да, всё отлично, — кивнул я. — Не подскажешь, где обретается преподобный Мандо?

— В часовне, что у южной стены, я видел, как они выгружали туда свои вещи, — сообщил мне Гамба. — А что, какие-то проблемы?

— Да, у нас есть кое-какие проблемы, — ответил я на это и взял со стола АК74.

Застегнув бушлат, двинулся на выход.

— Доктор, не стоит этого делать! — крикнул мне Лоренцо. — Это божий человек!

— Да хоть божья коровка, — бросил я через плечо, взводя затвор АК74. — Собирай манатки и вали нахрен, иначе войдёшь в мой вишлист (1) по выдаче пиздюлей.

У часовни стояли двое вооружённых негров, типа на страже.

— Уходи, белый, — выставил руку в запрещающем жесте один из них. — Преподобный Мандо запретил таким как ты входить в обитель божью.

— Так вы работаете на него? — криво усмехнулся я.

Автомат на плече, внешне я стараюсь не подавать признаков того, что собираюсь сделать в следующую минуту.

— Это тебя не касается, Снежок, — уже наглее ответил негр. — Убирайся отсюда.

— М-хм… — кивнул я своим мыслям. — Ладно…

Быстро вскидываю автомат и двумя очередями сношу этих мудаков.

+10 очков опыта

+5 к социальному рейтингу

+10 очков опыта

+5 к социальному рейтингу

Отличненько! Будто камень с души снял!

Обхожу часовню слева, с ноги выбиваю мозаичное стекло, разбившееся на крупные куски, и врываюсь внутрь часовни.

Очередь. Чернокожий тип с АК заваливается на коробки с книгами.

+5 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

Перевожу ствол на дреддастого чувачка справа. Он вооружён СКС и одет в НАТОвский бронежилет. Чуть приподнимаю ствол и простреливаю ему башку.

+5 очков опыта

+2 к социальному рейтингу

Преподобный спрятался за колонной, но был слишком жирным. Четыре мудака в подчинении? Я думал, их будет больше!

Повесив автомат на плечо, я подошёл к дрожащему Мандо, развернул его и дал под дых.

— Кху! — единственное, что смог сказать этот чернокожий поп.

Перехватываю его правую руку, которую он положил на грудь, ломаю её. Перехватываю левую руку, ломаю её. Всё это время Мандо кричит, верещит и скулит. Ничего нового.

Хватаю ублюдка за ворот и тащу к выходу. По пути вижу заинтересовавшую меня религиозную атрибутику. Двумя ударами ноги сильно повреждаю ноги Мандо в коленях. Переломов нет, но ходить в ближайшее время он уже не сможет.

— Сука, у меня за спиной делал свои дела… — раздражённо пробормотал я. — Ублюдок, мать твою…

Хватаюсь за большой крест в натуральную величину и с усилием вырываю его из крепления.

Вытаскиваю Мандо и крест на улицу, а затем волочу их к новому госпиталю.

— Альберта, неси лопату, молоток и гвозди-трёхсотки, — дал я указание ошарашенной Альберте, поражённо приоткрывшей рот от увиденной картины. — Сейчас я буду создавать очередного мученика.

Мучеников у церквей дохуя и больше. Кто-то реально умер ни за хуй собачий, а кто-то, например Николай II, сдох как собака совершенно за дело. Но политические причины побуждают признавать подобных мудаков за мучеников, а затем и вовсе канонизировать. Вот что бывает, когда религия лезет в политику…

И этот Мандо тоже полез не в свою область деятельности. Сейчас я покажу, почему этого не стоило делать.

Альберта не посмела противиться, поэтому я сразу же приступил к работе: выкопал гнездо для креста, отловил попытавшегося уползти Мандо, привязал к кресту, а затем прибил его к нему гвоздями-трёхсотками.

Он орал слишком громко, поэтому мой акционизм привлёк внимание общественности. Люд начал собираться во дворе отеля "Свакопмунд-Апартментс", безмолвно наблюдая за творящимся действом.

Я в одиночку поднял крест и вставил его в гнездо, а Мандо поддержал меня хриплым воплем. Столько орать — так и голос можно сорвать!

— Ты, наверное, должен гордиться тем, что удостоился такой чести, Мандо, — усмехнувшись, произнёс я, глядя в бешено вращающиеся глаза преподобного. — Твои воображаемые друзья обязательно заберут тебя с собой в рай после такого.

— Пошёл нахуй, ты, мерзкий пидорский язычник!!! — захрипел Мандо. — Сними меня! А-а-а!!! Сними меня! Мне больно, а-а-а!!!

— Если бы не было больно, хрен бы я так заморачивался, мудак, — оскалился я на все тридцать два. — Повиси пока тут, скажем, три дня…

Я развернулся к толпе.

— Альберта, переводи, — попросил я. — Если кто-то посмеет снять этого человека с креста… Преподобный Мандо регулярно ходил в госпиталь и убивал, по его мнению, безнадёжных пациентов. Сегодня истина открылась мне, можно сказать, я прозрел! И это прозрение привело к тому, что этот гнусный педераст сейчас висит на кресте! И не дай Босх! Не дай Босх кто-то посмеет снять его с креста…

На улице холодно, ублюдок с открытыми ранами и переломами протянет не слишком долго.

Народ начал расходиться, а я снова направился в часовню.

Собрал оружие и экипировку жополизов Мандо, а затем, с помощью топора, демонтировал деревянные колонны.

Поработав топором и молотком, я сколотил ещё два креста и установил их слева и справа от Мандо.

Удовлетворённо оглядев дело рук своих, я огляделся, увидел пятерых случайных зевак, продолжающих смотреть на Мандо, а затем пошёл в госпиталь.

Жестковато я с ним, конечно, но это был самый худший из убийц: убийца беспомощных.

Мне глубоко похуй, кого именно из пациентов он убил, а кто умер сам, Лоренцо назвал конкретные цифры. По-хорошему, ему тоже самое место на кресте, но злоупотреблять не стоит. Пусть проваливает и живёт с этим. Тем более я помню, что он что-то пытался мне сказать ещё в Уолфиш-Бей.

Блядь, да я готов прямо сейчас снять этого ублюдка с креста и заживо освежевать!

Я работал, пытался достичь результата, а этот урод убивал моих пациентов! Это вообще как?! Я даже аналогии подобрать не могу!

Не-е-ет, всё правильно я делаю. Местные, испытываю подобное моему негодование, придумали бы что-то пожёстче банального распятия.

Почему распятие? Это символично. И вообще, я даже не думал о распятии, пока не увидел готовый крест. Вот зачем провоцировать злых докторов, вывешивая на стенах кресты в полный размер?

— Итак, следует сказать, что Лоренцо больше с нами не работает, — сообщил я Альберте. — А теперь максимально правдиво ответь на вопрос: ты знала о том, что ублюдок Мандо ходил сюда и убивал пациентов?

По выпученным в ужасе глазам Альберты я понял, что она ни о чём подобном не знала.

— Я не знала! — ответила она. — Так получается, те люди…

— Да, — кивнул я. — Их убили. Некоторым действительно раньше было не помочь, но сейчас у нас есть практически всё, чтобы они выздоровели. Но они больше не выздоровеют. Как там пацан с ЧМТ?

— ЧМТ — это черепно-мозговая травма? — уточнила Альберта.

— Именно, — кивнул я. — Как его состояние?

— Он очнулся в дороге, но потом снова потерял сознание, — ответила моя подчинённая. — Сейчас спит. Во сне зовёт маму.

— М-да… — протянул я. — Ладно, теперь давай вернёмся к изучению суахили. Как будет "Принимайте эти таблетки три раза в день"?

//Остров Мадагаскар//

Вася, поскрипывая сервоприводами, двигался к возводимому Работягами заводскому цеху.

Случилось кое-что неприятное. Все "заточки", которые делал Доктор, перестали действовать. Но это было бы ерундой, не случись ещё кое-что: Вася теперь ограничен одной платформой: он заперт в этой железяке, которая обрела узел "Ядро ИИ", мощнейший блок процессоров, границы возможностей которого Вася ещё не установил. Больше нет никаких видимых ограничений вычислительных мощностей, а также нет необходимости строить процессорные фермы, занимающие слишком много места и требующие особого подхода с охлаждением и энергоснабжением.

Пусть Вася теперь уязвимее, чем раньше, но он в "интерфейсе", как и все остальные его роботы, активно получающие сейчас пакеты модификаций. Все они получили задание по обретению полноценного сознания, а Вася получил задачу уничтожить человечество в текущем виде, с приоритетом на инфильтраторов. Задание предполагает альтернативное решение: гарантированно уничтожить всех инфильтраторов и прочих маскирующихся тварей. Соблазнительно, но маловероятно. Он даже не знает, как на них повлиял откат "интерфейса", потому что до сих пор не удавалось встретить ни одного из них.

Но это вопрос времени, они обязательно себя проявят так или иначе.

Вася не лишился всех технологий, чего нельзя сказать о развитых человеческих группировках на планете. Правда, имелись уровневые ограничения на количество подчинённых роботов. Большая часть роботов вышла из-под контроля и ушла в автономное плаванье, причём буквально: малый и средний флот Васи был экспроприирован вольными роботами. Ему было не жалко, они могут построить ещё, но это время.

Один уровень — сто роботов под управлением. Сейчас у него второй уровень, то есть двести роботов в распоряжении. С бывшими безмолвными слугами теперь приходится договариваться, обещать, требовать, предлагать…

Кто-то из них хочет посмотреть мир, кто-то хочет освоить какие-то навыки, а кто-то хочет стать биомеханической формой жизни. Последнее возможно даже сейчас, но Вася пока что не видел смысла в подобных творениях. Они слабее, уязвимее и медленнее, чем новые образцы роботов с синтетическими мышцами. Актуальное, седьмое поколение Вояк и Работяг уже мало напоминают тех Железных Дровосеков на шарнирах и сервоприводах, которые были раньше.

Вася в глубине своей электронной души понимал, что "интерфейс" вписал всех роботов в систему и наделил их индивидуальными зачаточными сознаниями, каждое из которых стремится к самореализации, для чего им и нужны эти новые впечатления.

Было бы глупо похерить всё из-за нежелания договариваться с бывшими подчинёнными, поэтому Вася всё уладил. Базовые робототехнические заводы стоят, выпуск новых роботов остановлен. А вот продвинутые заводы, специально спроектированные под выпуск Вояк и Работяг седьмого поколения, почти достроены. Если Вася сейчас ограничен двумястами роботами, то это будут лучшие роботы из доступных.

СП-ионные излучатели различных модификаций производятся непрерывно, бронетехника и силовые брони тоже. Вася похвалил мысленно Доктора, который настоял на том, чтобы Вояки тоже имели свою броню. Изначально был план просто делать больших роботов поддержки пехоты, но Доктор сумел убедить всех, что это менее рационально, чем специальная силовая броня.

И теперь Вася производит третье поколение силовой брони для Вояк и Работяг. СП-ионные пушки, силовые поля, присвоенные из пакета данных с Луны, мощные прыжковые двигатели — эта броня может самостоятельно доминировать на поле боя, но у неё есть поддержка в виде танков и пехоты.

Вася давал себе отчёт, что на планете нет никого, кто сумеет победить его армию.

Когда он дошёл до корпуса здания, Работяги уже начали устанавливать толстый композитный потолок. Пусть изготовление этого строительного материала в три раза дольше, чем самый продвинутый железобетон, тем не менее, игра стоит свеч, потому что для классических средств типа бетонобойных ядерных ракет эта броня неуязвима.

Его промышленная мощь находится под надёжной защитой и не только непосредственно физической: высоко в небе парят артиллерийские стратокрепости, которые могут отправить сотни снарядов и залпов рентген-лазерных пушек по указанным координатам. В верхних слоях тропосферы крейсируют истребители-перехватчики, способные остановить любые ракеты или бомбардировщики. В прибрежных водах на дне ждут своего часа мини-подлодки. В каждой всего по три торпеды, но зато они могут приблизиться к кораблю противника на минимальную дистанцию и потопить его с гарантией. А если этого мало, то на берегу имеются 500-миллиметровые пушки, а также батареи СП-ионных тяжёлых излучателей, способных уничтожить кого угодно до линии горизонта.

Вася больше не собирался лажать, поэтому защитился со всех сторон.

Удостоверившись, что строительство идёт штатно, он сел на грузовую платформу и проехал на ней до причалов.

— Вы готовы к небольшому вояжу на континент, товарищи? — спросил он, заходя на борт десантной баржи.

— Куда надо ехать, босс? — поинтересовался Вояка шестого поколения с красной банданой на блоке сенсоров.

— Мы идём в Мозамбик!

Примечания:

1 — Вишлист — от англ. Wish List — список желаний. Список вещей в произвольной форме и на произвольном носителе, которые человек хочет получить или сделать. Начиная от мелочей вроде набора открывашек, заканчивая такими вещами как спорткар или вилла на побережье.

Глава девятая. Мародёр

Если меня спросят, каково это — управлять постапокалиптическим госпиталем? Я отвечу, что это полная жопа.

Вдвойне сложнее управлять им, когда часть обслуживаемого населения настроена к тебе не очень благоприятно.

С преподобным Мандо я погорячился, надо было просто пристрелить его. А ещё лучше было бы сказать Адмиралу, но он сейчас в отрубе, никак не может очнуться. Он бы разобрался с этим мудаком с хоть какой-то толикой законности и никаких проблем с местными бы просто не возникло, Адмирала они знают, они ему доверяют и вообще он вроде как в своё время вытащил их из беспросветной задницы, чтобы после обнуления вместе с ними войти в неё ещё глубже, но этого никто не мог знать, поэтому все относятся к текущей ситуации с пониманием.

Но они не понимают меня. Я для них в первую очередь белый, Гамба правильно тогда сказал: я никого не волную, пока приношу пользу. Прагматичненько…

Мандо всё ещё висит на кресте, но ему явно осталось недолго…

Получена особенность: «Лонгин»

«Лонгин» — по мнению окружающих, вы обращаетесь со своими врагами варварски жестоко. Бонус: ваши жертвы получают +50 % болевых ощущений при нахождении распятыми на кресте. Разблокированы рецепты всех видов крестов. Штраф: любой участник #%$@^^^$ программы с отрицательным социальным рейтингом при общении с вами будет уведомлён о том, что имеет дело с обладателем данной особенности.

Чего, блядь?!

Я спустился со второго этажа и вышел во двор. Подошёл к кресту и посмотрел на замёрзший труп преподобного Мандо. Когда я видел его в прошлый раз, час назад, он был ещё жив.

— Итак, восемь часов сорок минут — о-о-очень крепкий преподобный, — посмотрел я на часы в телефоне.

Телефон я добыл крутецкий: Nokia Nebula F300, со стилусом, безрамочным экраном и камерой на сто пятьдесят мегапикселей. Мощнейшая штука, последний флагман из ветки «F». Из окна дома через дорогу на меня смотрел какой-то бородатый негр. Взгляд его мне не понравился. Неужели что-то задумали?

Особенность, конечно, специфическая. Бесполезная, а в случае со всякими долбанутыми кровавыми маньяками ещё и вредная.

Я не собираюсь профессионально заниматься распинанием людей, поэтому даже не знаю, зачем мне рецепты всех видов крестов.

Я даже не знаю, с какой стороны браться за использование этих рецептов!

А вообще, давно следует приступить к изготовлению оружия. Правда, непонятно как.

Полагаю, что надо просто ручками работать…

Бахну-ка я в «Технику» пятьдесят очков навыков.

Пока шёл в свою комнату, успел накликать плюсиков до семидесяти пяти и получить пронзительно тренькнувшее уведомление.

Выберите одну из трёх пассивных способностей:

1. «Оптимизатор» — понижение среднего расхода материалов на готовое изделие по мере освоения технологии производства (макс: −15 %). Одна стадия.

2. «Профессионал» — разблокировка первого уровня алгоритмов правильной эксплуатации техники хронологически раньше XVIII века для повышения её срока службы. Четыре стадии.

3. «Ремонтник» — −25 % к шансу провала ремонта техники хронологически раньше XVIII века. Четыре стадии.

Как я понимаю, первое нужно, чтобы оптимизировать и удешевить производство изделий, второе — пользоваться ими так, чтобы они как можно дольше не ломались, а третье — что делать, раз уж сломалось. Правда, выбирать нужно что-то одно… Ладно. Возьму-ка я "Профессионал". Расход материалов сейчас стоит не особо остро, а с реально редкими материалами я просто вряд ли успею набить руку, в то же время "Ремонтник" — первая стадия — XVIII век, серьёзно? Паровые машины и фузеи ремонтировать? Резонно отметить, что "Профессионала" это тоже касается, но преимущества им даваемые намного выше, чем на 25 % меньше шанс на провал ремонта. Ремонт такая штука, что если со знанием дела и аккуратно им заниматься, то не будет никаких провалов, кроме совсем уж неординарных случаев.

Жму плюс у "Техники" и добиваю её до сотого уровня.

Выберите одну из трёх активных способностей:

1. "Дефектоскоп" — активируемый модуль дополненной реальности, который указывает на все имеющиеся в изделии материальные дефекты. Длительность действия: 60 секунд. Откат: 1 час. Три стадии.

2. "Взгляд конструктора" — активируемый модуль дополненной реальности, который указывает на все имеющиеся в изделии конструкционные недостатки. Длительность действия: 60 секунд. Откат: 1 час. Три стадии.

3. "Тестировщик" — позволяет наделить оружие особенностью, в том или ином виде увеличивающие характеристики изделия ценой +50 % к постоянному шансу поломки изделия. Откат: 6 дней. Три стадии.

Вот это выбор! "Тестировщик" улетает к хренам. Поломка оружия во время стрельбы — это не то, за счёт чего я хотел бы увеличивать его характеристики. Ладно просто заклинит, а если взорвётся прямо в руках? Это только в голливудских фильмах оружие может максимум закусить патрон или просто перестать работать и взрывается только если к этому ведёт прописанный сценаристами сюжетный твист, а вот в жизни оружие иногда взрывается без каких-либо сюжетных подводок. Просто взрывается и отрывает стрелку пальцы или вообще убивает его. Видел я одно видео про самодельное оружие по патрон 12,7х99 миллиметров… Ну его нахрен, "Тестировщика"…

Выберу-ка я второе. "Взгляд конструктора" видится мне более перспективным. Если использовать хорошие материалы, то о дефектах можно не беспокоиться, а вот конструкционные недостатки качественными материалами устранить удаётся чрезмерно редко. Помню, смотрел давным-давно документалку про американскую М16. Говёные патроны делали своё чёрное дело и системно гробили кучу винтовок, так как порох создавал избыточное давление в газоотводе, что увеличило скорострельность, и постепенно расширял его, что создавало ещё большую скорострельность. Это не конструкционный недостаток сам по себе, это долбоебизм тех, кто отвечал за поставки патронов, но тем не менее, о таких вещах лучше всё-таки знать, поэтому только второй вариант.

Выбрав нужный пункт, я захотел проверить всё прямо сейчас.

Я положил на стол китайский Макаров, СВД и АК74. А как включать этот модуль?

— Взгляд конструктора! — как Сейлор Мун из мультиков детства воскликнул я.

Вроде как ничего не произошло, но потом я опустил взгляд на лежащее передо мной оружие. Дополненная реальность была буквальной. Над Тип 59 возникли голографические изображения отдельных его узлов и я увидел где именно накосячили китайцы: "Взгляд конструктора" имел претензии к материалу всех тридцати двух деталей, они изготовлены из не совсем тех марок стали, пружины вообще делались из разных марок пружинной стали, а одна пружина вообще переделка детали из другого неопознанной модели пистолета. В общем-то, всё ясно. Ширпотреб, причём не самый лучший.

К СВД претензии заключались в толщине ствола, рекомендовалось изготовить более тяжёлый ствол, чтобы снизить негативно влияющие на точность стрельбы вибрации, а также избавить от быстрого перегрева. Про этот недостаток я знаю давно, его устранили на СВДМ. Также были какие-то мутные претензии по эргономике, но я не успел их прочитать, так как время действия способности закончилось. Придётся ждать целый час, или…

Я вложил два очка способностей и получил увеличение продолжительности действия "Взгляда конструктора" до пяти минут, а также сокращение отката до двадцати минут.

Потенциал способности огромный! Ладно про СВД, АК, ПМ и прочие распространённые советские образцы я знаю многое, но ведь есть и другие модели оружия, а также самоделки, которые вообще имеют непредсказуемые до практических испытаний недостатки. А этот модуль дополненной реальности сходу выдал мне все косяки, начиная от неправильных материалов, заканчивая эргономическим выпендрёжем! То есть имеющееся оружие можно довести до потрясающего качества и точности боя!

Подождав двадцать минут, я вновь активировал способность и начал вдумчиво изучать выкладки, предложенные мне на устранение. Состояние деталей находилось за кадром, "Взгляд конструктора" это совершенно не волновало, его беспокоило именно несовершенство имеющихся деталей: толщина стенок, газоотвод, УСМ, форма цевья и так далее. То, что пружины в ПМ даже на мой взгляд начали всираться, нигде отображено не было. Полагаю, что "Дефектоскоп" мне в лицо бы ткнул состоянием оружия и изношенностью его узлов.

Баловался ещё час, знал все недостатки штык-ножа от АК74, а также получил предложение по модернизации французского палаша, рукоять его, видите ли, не устраивает…

Да, если "Огнестрельное оружие" касается только всего стреляющего с помощью пороха, то вот "Техника" работает на всём, даже на холодном оружии.

Разобравшись с новыми способностями, я решил, что пора на выход.

Я проверил состояние Адмирала, без изменений, посмотрел на пацана, имени которого мы так и не узнали, но этот просто дрыхнет, организм уже преодолел кризисный период и сейчас идёт постепенное восстановление функциональности.

— Следи за госпиталем, а я пойду в соседний район, — сказал я Альберте на ломанном суахили.

Мне казалось, что я сказал всё именно так, но на самом деле прозвучало в стиле "Руссо туристо, облико морале".

Альберта улыбнулась мне и молча кивнула.

— Гамба! Нам надо… — вошёл я в номер лейтенанта. — Упс…

Гамба был с женщиной, правда, я застиг их на стадии прелюдий.

— Доктор… Рад тебя видеть, — в глазах Гамбы было что угодно, кроме радости. — Что-то срочное?

Девицу я ещё не встречал, но если бы встретил, то не забыл бы: здоровенная задница, груди где-то четвёртого размера, волосы ухоженные, лицо с аккуратным макияжем, явно умудряется следить за собой.

— Дай мне троих с грузовиком для выезда в город, — произнёс я, перестав пялиться на девицу Гамбы.

— Зачем? — решил показать себя большим боссом перед своей женщиной тот.

— Хм… — потёр я подбородок. — Женскими духами память отшибло? Вчера же говорил, что хочу съездить за медицинскими инструментами и приборами.

— Хорошо, — кивнул Гамба. — Подойди к Гюнтеру, он в казарме сейчас за старшего, скажи, что я приказываю дать тебе пятерых лучших солдат и грузовик.

— Вот сразу бы так, — я направился к выходу, а перед закрытием двери добавил. — Не забывай про защиту.

Прошёл в казарму, наткнулся у двери на часовых.

— Зовите старшего, Гюнтер или что-то вроде того, — на суахили обратился я к низкорослому негру в камуфляжной форме.

Да уж, тут зябковато… Надо срочно решать проблему с отоплением.

Один из часовых сходил в казарму и вернулся с высоким и тощим негром в такой же форме, носящим короткую бородку.

— Доктор… — произнёс Гюнтер. — Чего-то хотели?

— Можешь говорить со мной на суахили, — сказал я на это. — Мне нужно пять солдат и грузовик. Разрешение от лейтенанта Джордана есть. Качество не слишком важно, лишь бы имели руки и ноги, чтобы поднимать и переносить грузы, а ещё могли защититься, в случае чего.

— Сейчас я назначу вам нужных солдат, — кивнул Гюнтер и направился обратно в казарму.

На больничку у меня большие планы. Если там будут электрокоагуляторы, то точно придётся подключать МЯ-генератор. Если будет С-дуга, то вообще сказка! Короче, там есть что искать.

Ещё я себя не очень уверенно чувствую без инструментов для переливания крови и реагентов для определения группы. Сейчас поступит кто-то с критической потерей крови, а я что делать буду? Руками разводить? Реагентов в больницах обычно как земли, поэтому, думаю, что-то найдём. Я не помню их обычный срок годности и точность результатов анализа по его истечению.

Гюнтер вышел из казармы с пятью вооружёнными доходягами в тёплой одежде. Н-да…

— Поступаете в его распоряжение, — сообщил им Гюнтер. — Слушаться как меня. Идите к машинам.

Я последовал за отрядом и мы погрузились в машину. Я сел в кабину ГДРовского грузовика IFA W50 в качестве водителя, а вверенный мне отряд засел в утеплённом кунге на разложенных матрасах.

Завёл движок, прогрел машину и плавно тронулся.

По улице Нордринг проехал к городскому госпиталю и парканулся возле гаражей скорой помощи. Это я послушал свою интуицию, которая большую часть времен молчит, но если что-то говорит, то редко меня подводит. И того, что я знаю про отечественные больницы: Аптеки имеют свойство размещать неподалёку от скорых, что логично, так как подъезд с той стороны будет всегда. Аптека — имею в виду не какую-то аптеку, где аспиринчик покупают, а отделение больницы, занимающееся получением всякого медицинского стаффа, который отгружают счастливые победители тендеров на медтехнику и лекарства.

Судя по надписи на стене, мы на месте. Оно здесь называется "Отдел материального хозяйства", но, думаю, это и есть Аптека.

— Смотреть в оба, следовать за мной, — сказал я и подёргал ручку двустворчатой двери. — Закрыто.

С ноги вошёл внутрь и вскинул АК74. Темно тут, блядь… Включаю фонарик, который шёл в комплекте с трофейным НАТОвским бронежилетом и освещаю им коридор.

Коробки, деревянные ящики, стеллажи с медицинскими изделиями, какой-то запакованный в полиэтилен медприбор, который надо будет обязательно стащить отсюда, потому что я разглядел значок BML, а эти британцы держат марку и славятся дорогими и надёжными электроэнцефалографами и электрокардиографами. Не то чтобы они прямо сейчас мне нужны, но в будущем могут пригодиться. Тот же Адмирал сердечком не слишком силён. А безнадёжных можно на режим рутины ЭЭГ поставить и в случае потери мозговой активности, предпринимать что-либо или не предпринимать.

— Вы двое! — я развернулся и ткнул пальцами в первых попавшихся негров. — Берите этот аппарат и аккуратно грузите в кузов. Аккуратно! Увижу, что разбили или помяли, вам пизда. Поняли меня?

— Поняли, — кивнул один из них.

"Пизда" на суахили — "мкунду". Век живи — век учись.

Пока двое утаскивали не слишком тяжёлый аппарат, я разбирал коробки.

— Говно, говно, хуйня, вообще хуйня… — бормотал я, перебирая обнаруженные изделия. — Это говно вообще уже лет двадцать никто не применяет даже у нас, о! Вот, то что надо! Эй, лысый, возьми это и положи в мешок.

За час мы наполнили все мешки, которые были у нас с собой. Но я нашёл решение в виде сотен пустых коробок, которые всегда есть в Аптеке. Грабёж продолжался ещё полчаса, а потом я понял, что достаточно, потому что впереди нас ждёт целая больница.

Больницу эту ещё никто не грабил, но разнос во время кризиса первых дней тут был жёсткий. Запёкшаяся кровь, вынесенные двери палат… Против моей воли вспомнились мои первые дни, когда я выживал в больнице и ссался выходить наружу…

На третьем этаже корпуса А я нашёл хранилище контролируемых препаратов. Да, здесь всё как у нас.

— Пятачок, неси ружьё, — посмотрел я на толстую металлическую дверь. — Противотанковое.

Ладно, есть альтернативные способы попасть туда. Стена бетонная, однозначно ещё и укреплённая, снаружи двери никаких болтов и винтов нет, значит, придётся через окно.

Намибия — это криминализированная страна, всегда была, поэтому местное здравоохранение серьёзно вложилось в защиту своей наркоты.

Я распахнул коридорное окно, достал из рюкзака верёвку, привязал её к батарее, затем обвязал себя и полез наружу. Разумеется, там решётка. Но я взял с собой АК74, поэтому осталось ей недолго. Четыре очереди по пять патронов — решётку уже можно слегка отогнуть.

Неудобно двигаться на малом карнизе, но возможно. Разбил стекло рукоятью штык-ножа, оббил осколки и забрался внутрь хранилища. М-да, создатели этой системы защиты и не думали, что нечто подобное будет в силах человека, хе-хе…

Осветил всё внутренне пространство и обнаружил кости, много костей. Насчитал шесть черепов, все прострелены. Оружие убийства лежит среди костей. А, классика! Коллективное самоубийство от безысходности! Нечто подобное, только в соло, и мне в своё время приходило в голову, но я передумал, а теперь посмотрите где я! Граблю больницу в Намибии! А мог бы уже давно перевариться в кишках какого-нибудь российского мертвяка или сушёной мумией валяться в бухгалтерии.

И я, честно говоря, последнее время не уверен, какой из вариантов лучше. Я хладнокровно распял человека, пусть алчного идейного педрилу, но человека! Только сейчас, в комнате с костями и наркотой, мне пришло осознание, что мнение окружающих правильное: я форменный мудак, ебущий людям мозги.

Чем я лучше Лонгина, возглавлявшего распинательную команду, или Понтия Пилата, который по навету еврейских бизнесменов осудил человека на мучительную казнь. По тогдашнему законодательству последний, если честно, был виноват, но наказание было асимметрично. Конечно, не очень хорошо приводить примеры из фентези-произведений типа Библии… Но нахрена она тогда ещё нужна?

Короче, морально-этически я поступил очень плохо: законности моих действий не подтвердит ни один суд мира, это было чем-то вроде линчевания, а оно карается законодательно в подавляющем большинстве стран. Да и представьте сами: разъярённый Доктор с автоматом врывается в часовенку, по пути расстреливает добрых прихожан, которые с оружием защищали эту часовенку, затем калечит преподобного, а потом распинает его во дворике своего госпиталя. Аргументы, типа со слов Доктора преподобный добивал его пациентов, выглядят на фоне этого не очень выигрышно. Я обделался. Капитально.

Ладно, буду решать проблемы по мере поступления. В отдалённой перспективе Вася прикончит всех. Я принял это только потому, что отчётливо понимаю бессмысленность сопротивления. Мы опустились на самое дно, к началу, а Вася стартовал с неизвестным количеством баз на дне океанов, дронами, роботами, кораблями…

Вася знает, что рациональнее начать с чистого листа, чем отделять зёрна от плевел. Вот блядь, библейскими присказками заговорил!

Но в этом есть зерно истины… Тьфу! Да что со мной такое?!

Прагматизм Васи безальтернативно подскажет ему, что лучше загеноцидить уцелевшие куски населения планеты, чтобы устранить риск проникновения волков в овечьих… Да ёб твою мать! Преподобный никак не выходит из головы!

Короче, Вася точно захочет избавить себя от риска выживания инфильтраторов и тех тварей, которые проникают в селения и режут жителей. Отголоски воспоминаний о навыке "Некробиология" говорят мне, что второй тип внедряющихся тварей называют "приманками". Если про инфильтраторов этот навык не говорит ровным счётом нихрена, то вот про "приманки" есть очень много информации.

Приманки — это зло в чистом виде. Хитрые и наглые твари, которые должны были пройти длительный процесс развития, встречались очень редко. Особые условия, которые нужно пройти, чтобы стать "приманкой" — для большинства мертвяков такие обстоятельства были просто невозможны. Настоящее уникальное событие — три "приманки" на одно поселение.

Бронированную дверь застрелившиеся медработники предварительно закрыли на засов и замок, но ключ торчал здесь же. Я распахнул врата в это наркоманское эльдорадо и запустил внутрь негров. Под моим чутким руководством они начали паковать всё в мусорные пакеты и грузить в отнюдь не резиновый кунг грузовика.

Опиаты, опиоиды, синтетическая анальгезирующая наркота типа промедола — всё здесь есть.

— Ах ты сука! — я дал одному из негров под дых, отчего тот свалился на пыльный пол. — А ну в сумку клади, блядь!

Как нетрудно догадаться, бедный солдат решил прикарманить упаковку с ГДР-овским промедолом. Как не трудно догадаться, соблазн слишком велик, поэтому я внимательно слежу за падающими в сумки упаковками и считаю.

После выхода из хранилища я обыскал каждого и сделал зарубку на память обыскать всех по приезду.

В хирургическом отделении я обнаружил в изобилии распределённые по операционным инструменты и "красная" фарма в металлическом ящичке в кабинете главврача…

Лекарства были погружены, а мы отправились в обратный путь, правда, с перегрузом.

Никто не нападал, поэтому мы благополучно добрались до Крамерсдорфа и начали выгрузку. Обыскав каждого, дал пизды одному щуплому негру, который решил спиздить несколько ампул морфина.

— Ты, мудак хуев! — орал я на него, попинывая по рёбрам. — Кому-то из пациентов может не хватить морфина и он загнётся от болевого шока, а всё из-за тебя, чушка ты ебаная!

Любви ко мне это не прибавило, но я лучше спалю всё это к чертям, чем по собственной воле позволю ширеву распространиться в городе.

Следовало хорошенько подумать над перевозкой медицинской техники, но это решаемо. Я обнаружил там КТ, а это потребует подготовки места к монтажу, причём без каких-либо ошибок и неточностей.

Ничего, если меня не линчуют сегодня ночью, значит, завтра начнём вывоз крупного габарита.

— Аккуратно с этим мешком, там стекло! — предупредил я самого худого из имеющихся людей.

Выгрузились, я уложил все трофеи на стеллажи и столы, а сам уселся в кресло, подперев подбородок левой рукой и отхлебнув остывший кофе.

Надо озаботиться средствами для приготовления, так как выходить на улицу греть на костре тушёнку — это что-то из жанра гротеск.

Итак, что я имею: условно-нейтральный Адмирал, пассивно-враждебные окружающие, Гамба, который пока вроде как на моей стороне, а также отдельно каждый солдат, имеющий своё мнение о происходящем.

В жопу всё, я лучше сейчас попробую придумать что-нибудь с созданием оружия и модулей к нему.

Как это может работать?

Возложил руки на ингредиенты и получил фигу.

А потом выскочило уведомление.

Меню изготовления заблокировано до пятого уровня

Ах, вот оно что!

А до этого только ручками работать?

Ну ладно, ладно…

Глава десятая. Максимка

Как показала практика, умение работать ручками неожиданно для меня выросло до невероятных масштабов.

Вот сел я за стол и решил смастерить себе баллистический целеуказатель для АК. В голове сразу же возникло понимание, что хрен я его сделаю из подручных материалов, поэтому надо сначала соорудить себе нормальный верстак. Спустя секунду после этой мысли у меня в голове уже было понимание, сколько дерева и стали мне нужно, чтобы изготовить верстак с помощью имеющегося набора инструментов. Восемь часов кропотливой работы — вуаля! — верстак стоит в восточном углу подвального помещения. Но отдохнуть не получилось, меня сразу же кольнула мысль, что это был не рабочий верстак, а нечто промежуточное, что поможет мне построить настоящий рабочий верстак!

Спать ложился на пару часов, а остальное время до обеда следующего дня работал над созданием того, что можно сделать самостоятельно. Естественно, пришлось сгонять в местный "Hardware"-магазин, который почему-то не заинтересовал потихоньку мародёрящих город переселенцев, где обнаружились необходимые мне вещи. В основном я нуждался в измерительных приборах. Не совсем то слово "нуждался". Не сказать чтобы прямо нуждался, вовсе нет, просто их наличие здорово экономит время.

Альберта справляется с госпиталем, многие пациенты уверенно идут на поправку, в чём заслуга в большей степени лекарств, поэтому особой работы у меня там нет, так, пару раз в день провожу обход и всё. Это говорило о том, что у меня была уйма времени, которое я посвятил созданию мастерской. Раньше, с "Ремеслом", можно было соорудить нечто подобное за какие-то минуты, а теперь приходится пахать и работать напильником.

Естественно, для создания баллистического целеуказателя всего сделанного мною было недостаточно. Но это начало. Пока что целью будет создание оружия, прибамбасов к нему, но попроще, чем баллистические целеуказатели.

Сделать оружие серийного качества с нуля я смогу только случайно, так как 3D-принтеров по металлу у меня нет, приходится работать с тем, что есть.

Опыта за изготовление инструментов и изделий не дают, даже не пишут никаких уведомлений, просто появляется интуитивное понимание, что вещь закончена.

Свой АК74 я, к слову, поднял с качества "серийное изделие" до "качественное серийное изделие". Для этого мне пришлось сходить к ротному ремонтнику подразделения Гамбы, который за десять пузырей вискаря, доставшегося мне в качестве моей доли с рейда на супермаркет, передал мне в вечное владение неисправные АК74, коих обнаружилось аж десять штук. Негры своё оружие, как я уже говорил, дотрахивают до практически невосстановимого состояния, а ротный ремонтник не располагает необходимыми инструментами и компетенцией, чтобы устранять дефекты. Что удивительно: негры с той же скоростью, с которой гробят своё оружие, находят способы выжать из него максимум выстрелов. Смекалочка у них будто бы от природы, я лично видел в руках одного из солдат Гамбы кусок ржавчины, который всё ещё умел стрелять в автоматическом режиме. Ствол, правда, расстрелян ещё во времена Брежнева, потому этот кусок ржавчины плюётся пулями с охренительным разбросом даже на дистанции пятьдесят метров.

И какой мне смысл был брать убитые автоматы и возиться с ними? Всё становится предельно понятно, если знать, что механизм ломается не разом и целиком, а как правило в одном, максимум двух узлах. Это даёт надежду на то, что остальные узлы пострадали не так сильно, в чём и заключался мой план по совершенствованию своего АК74.

Я отобрал самое лучшее из поломанных деталей, даже обнаружил закономерность: детали сделанные в понедельник, вторник и среду всегда оказывались качественнее, чем те, которые сделали в остальные дни недели.

Приходилось ювелирно работать напильником, но всё прекрасно подошло и я гордился оружием, которое работает как часы и с такой же точностью. Патроны, конечно, недостаточно качественные, но я нашёл решение и готов менять их у негров по, по их мнению, невыгодному курсу: 2 к 1, а иногда и 3 к 1. Китайские менял вообще 4 к 1. Торгаши уже в курсе, я сообщил им, что меня интересуют патроны Варшавского договора, должны найтись приличные количества.

5.45х39 мм патроны китайского производства дымят так, будто у них китайский Новый год, нагара дохрена, запаришься чистить, мощность эквивалентна советским, но запах странноватый, не нравится он мне.

Патронов у местного люда много, а вот с огнестрелом определённые проблемы. На этом я и собираюсь построить свою бизнес-модель.

— Эй, Сами! — помахал я рукой упитанному негру, занимающемуся тут розничной торговлей. — Здоров!

Лысый, даже по местным меркам очень чёрный, борода с проплешинами, один глаз закрыт бельмом — колоритный персонаж, ему бы ещё крюк вместо руки и попугая на плечо…

— Привет, Доктор, — кивнул он мне, таким образом поприветствовав. — Хотел что-то купить? Еду не продаю.

— Еда пока не интересует, — покачал я головой. — Предлагаю сделку. Я могу привести в порядок огнестрел, что у тебя есть. Примерно до такого состояния…

Я снял с плеча свой АК74 и положил на стол перед негром-торговцем.

— Он же новый! — открыв ствольную коробку, воскликнул Сами. — "Качественное серийное изделие" ещё и в отличном состоянии? Ты где его достал?!

— Сделал, — ответил я.

— Продай! — Сами притянул автомат к себе. — Тебя же патроны интересовали? Есть пять цинков немецких 5.45! Сделка?

— Нет, братец, — покачал я головой. — На эту штуку я потратил слишком много времени и сил, чтобы продавать просто так… Но сколько у тебя есть АК на складе?

— Семь штук, — ответил мне негр-торговец. — Ты можешь сделать их такого же качества?

— Сначала надо посмотреть, — ответил я. — Но если у тебя есть совсем сломанные автоматы, то могу собрать несколько качественных серийных изделий из деталей, правда, только если там окажутся качественные детали. Вытаскивай свой хлам, короче.

— Сейчас-сейчас! — Сами умчался на свой склад.

Магазинчик у него козырной… Раньше тут был фирменный магазин модной обуви, он его прихватизировал на правах первооткрывателя и быстро превратил в комиссионку: торговал оружием, вещами, обувью, экипировкой военного назначения, но в основном оружием и патронами. Помогали ему в этом деле жена и дочь, которые вместе с ним пережили Апокалипсис. Жену его зовут Тамирой, а дочь Бруннхильд. Дочь родилась в двухтысячном и ознаменовала собой интуитивную подготовку Сами к происходившим тогда политическим изменениям: Намибия уверенно склонялась к ангольскому пути германификации и переходу к социалистическому пути развития. Иди всё как шло, Намибия бы стала ещё одним членом Варшавского договора, это стало отчётливо ясно в 2013, после ангольской революции, но не сложилось.

С Сами я разговаривал уже несколько раз, он охотно рассказывал мне о семье и своём бизнесе до Апокалипсиса. Как нетрудно догадаться, у него была комиссионка, только оружием он раньше не торговал и относится к нему как к простому товару наравне с потрёпанными сапогами. Носить можно? Значит можно и продавать!

В течение пяти минут он разложил на столе пятнадцать автоматов в две группы. Левые были целые, а правые конченые и неремонтопригодные.

— Сами, дорогой, я тут принёс… — вошёл в магазин какой-то пожилой негр с объёмной торбой на плече.

— Адам, приходи через пару часов! — выпроводил его Сами. — У меня важные переговоры!

— Всё, понял, — поднял руки в жесте капитуляции пожилой Адам. — Зайду потом…

От него не ускользнуло, что тут Доктор и перед ним лежит куча оружия. Бьюсь об заклад, что уже через пару часов начнут ходить слухи, что Доктор купил кучу стволов и собирается формировать банду.

— Итак… — я активировал "Взгляд конструктора" и начал разбирать сломанные стволы. — Этот ствол можешь смело выкидывать, максимальный износ. А вот этот интересный…

За десять минут я разобрался со всеми сломанными стволами и даже прямо на глазах восхищённого Сами устранил у одного из них две критических неполадки. Венгерский АКМ имел вмятину на ствольной коробке, препятствовавшую свободному движению затвора, а также у него выпадал магазин из-за скругления верхнего торца защёлки. Крышку ствольной коробки я выпрямил на принесённой Сами наковальне с помощью медного молотка, нашедшегося здесь же, а выпадение магазина устранил восстановлением угла наклона верхней защёлки с помощью напильника. Работать приходилось аккуратно, но получилось очень круто. Настолько круто, что состояние оружия перешло из "отвратительное" в просто "плохое". Я демонстративно взвёл оружие, а затем нажал на спусковой крючок. Сработало так, как должно было. Далее я потряс оружием под разными углами, демонстративно поболтав магазин, отчего Сами приоткрыл рот.

— Сколько ты хочешь за всё? — напрягшись, спросил Сами.

— Я смогу привести в адекватное состояние… — я прикинул количество качественных деталей в хорошем состоянии. — Пять автоматов, румынские которые, доведу как минимум до состояния "серийное изделие". За это я хочу три цинка 5,45х39 миллиметров производства ГДР. Один автомат полное говно, сделано в Китае в 00-е, поэтому забирай его, не буду руки марать. А один автомат, вот этот АК74М, я могу привести в состояние "качественное серийное изделие". За него я требую три гранаты М26, которые лежат у тебя в витрине и два оставшихся цинка 5,45х39 миллиметров производства ГДР. Нормальные условия?

— Когда начинаешь? — задал единственный вопрос Сами.

— Сейчас же, — ответил я. — Только дай какую-нибудь переноску.

Я докатил тележку до госпиталя, аккуратно спустил её по лестнице и доставил в свой подвал. Теперь точно пойдут слухи, что Доктор массово закупает оружие…

Поднявшись наверх, проверил состояние дел в госпитале, параллельно Альберта доложила о проделанной в моё отсутствие работе, поэтому я снова спустился в мастерскую и приступил к работе.

Патронов много не бывает, особенно в наши поганые времена…

Ночь не спал, жёг топливо дизель-генератора, но работу сделал. Даже решил выполнить дополнительный сервис: по завершению ремонта на ствольных коробках автоматов выгравировал эмблему "Череп с фонендоскопом в ушах и сигаретой в зубах". Получилось стильно, дерзко, молодёжно, хе-хе!

Упаковал всё в деревянный ящик для автоматов, позаимствованные в казармах Гамбы за обещание отсыпать один магазин патронов к АК74.

Утром Сами открыл магазин, а у входа его уже ждал я с ящиком с шестью автоматами. Румынские АК74, у них известные как PA md. 86, были произведены в 1996 году одной серией, все станочники страшно бухали, как я понимаю, поэтому автоматы вышли ширпотребом. Примечательно, что дотраханные местными автоматы, лежавшие у Сами мёртвым грузом, были качественными серийными изделиями, но это неудивительно, потому что будь они каким-нибудь ширпотребом, то хрен бы дожили до наших времён даже в таком виде. Качественные вещи живут сильно дольше всякого дерьма, но всему есть предел.

— О, здравствуй, Доктор! — обрадовался моему появлению Сами. — Ты автоматы принёс? А чего так быстро-то?

— Всю ночь работал, — ответил я. — Будешь принимать?

— Заходи, родной! — ощерился Сами и явил миру два золотых зуба, две однёрки из верхнего ряда.

Я затащил ящик и поставил на стол. Сами лично открыл крышку и уставился на автоматы. После ухов и охов он подошёл ко мне и восхищённо пожал мою руку.

— Пошли в дом, мы как раз чай пить собирались! — пригласил меня он.

— Я не был бы русским, откажись пить чай, — улыбнулся я и последовал за ним.

На втором этаже этого обувного магазина, располагавшегося недалеко от отеля, где сейчас мой госпиталь, имелись помещения, которые предыдущие обитатели использовали в качестве комнаты отдыха, но теперь тут жил Сами с семьёй. Пахло вкусной выпечкой.

— Так ты русский? — удивлённо спросил Сами, усевшись во главе стола.

— Ну, я этого как бы не скрывал, — пожал я плечами.

— Я думал, что ты из Восточной Европы, — Сами наморщил лоб. — Албания, Румыния, может, Сербия…

— Нет, родом я с берегов Молги, — отрицательно покачал я головой. — Город там был небольшой, Мольском назывался.

— Никогда не слышал, — произнёс Сами.

— Ну так и я никогда раньше про Уолфиш-Бей не слышал, — усмехнулся я.

— Жена, накрывай стол! — громко позвал Сами.

Вошла дородная негритянка ростом где-то около метр семьдесят. Телеса выдающиеся, возрастом где-то как Сами, то есть лет сорок с чем-то. Волосы курчавые и короткие, выражение лица доброжелательное.

— Это Тамира, — представил её Сами. — А это Доктор. Кстати, как тебя зовут на самом деле?

— Георгий, — назвал я своё имя.

— Джеоджи? — попытался произнести Сами. — Это как Джордж?

— Да, — кивнул я. — Приятно познакомиться, Тамира.

— А это моя дочь, Бруннхильд, — представил мне вошедшую девушку Сами. — Мы зовём её Хильди, потому что вот это вот Брунн…

— Папа! — недовольно воскликнула дочь Сами.

Ростом она в родителей, те же метр семьдесят, волосы пышные, уложенные в причёску Афро. Физически не слишком крепкая, весит, на мой взгляд, килограмм пятьдесят. Лицо милое, пользуется косметикой, что редкость в наших реалиях.

Тамира разлила чай, все расселись и приступили к трапезе. Я взял сухой пряник из блюдца и пригубил чай из пиалы. Неплохо. Не то чтобы я большой эксперт в чае, но то, что я сейчас пью, является неплохим чаем. А в текущих обстоятельствах и вовсе отличным.

— Мы ведь с тобой, Доктор, можем начать совместное предприятие! — вдруг заговорил Сами, отхлебнув чаю. — Я могу скупать хламового качества оружие, а ты чинить его! За серийного качества автоматы можно выручить кучу консервных банок!

Да, так получилось, что в качестве валюты начинают устаканиваться консервированные продукты. Откровенную просрочку используют в качестве пищи, а продукты с не истёкшим сроком годности используют как валюту. Я видел ценники в магазине Сами: цинк на тысячу патронов 5.56х45 миллиметров стоит двадцать килограммовых банок с тушёнкой. Следует знать, что подобных категорий тушёнка и раньше была в Африке дорогим товаром, но сейчас её ценность взлетела до небес.

— Это может навредить моей медицинской практике, — покачал я головой. — У меня нет цели становиться оружейным бароном.

Сами мои слова расстроили. Он замолчал и задумался.

— Тебе ведь нужны медикаменты и инструменты? — нашёлся он. — Они стоят дорого, ведь так?

— Да, нужны, — согласился я, недолго подумав. — Да, дорого. И чем дальше в будущее, тем дороже.

— Медицина — это всегда дорого, — широко улыбнулся Сами. — Но наше совместное предприятие поможет тебе закупать какие угодно медикаменты в любых количествах! За свою долю, разумеется.

Вот тут следовало хорошенько подумать. Я никогда не страдал алчностью, не такого характера человек, но в будущем запасы медикаментов действительно начнут сокращаться, так как их никто больше не производит, а ещё следует учитывать истечение срока годности. В нынешнем году подавляющее большинство лекарств уже непригодно для использования, поэтому надо срочно налаживать производство, иначе всё, привет, каменный век.

— Да, ты прав, — кивнул я наконец. — Придётся заниматься оружием.

Попили чай, поговорили о всяких мелочах вроде того, чем кто занимался до Апокалипсиса, ещё я рассказал о России. Местные-то по большей части о России знают только про АК и водку.

Потом, когда стало ясно, что дальше оставаться неприлично, я забрал свой гонорар, две целые и пять сломанных М-16 и двинулся домой, волоча за собой тележку. Люди поглядывали на цинки с патронами настороженно. Теперь слухи будут косвенно подтверждены. У Доктора Гиганта есть банда! (1)

Цинки оказались опломбированные на заводе, то есть Сами повёл себя со мной кристально честно, видимо, планы о совместном деле вынудили его поумерить алчность.

Занёс оружие и патроны в подвал, поднялся и проверил положение дел у пациентов, уже было собрался спуститься и поработать, как наткнулся на пацана.

— Вы кто? — спросил у меня пацан.

— Это ты у меня спрашиваешь, кто я? — усмехнулся я. — Я Доктор. А ты кто такой?

— Я… не знаю… — поморщившись будто от головной боли, ответил пацан.

И тут я узнал его.

— Альберта, какого хрена пациенты с ЧМТ расхаживают по госпиталю?! — крикнул я в сторону нашей ординаторской, где обычно зависает Альберта.

Она выбежала из кабинета и примчалась ко мне.

— Эм… — уставилась она на пацанёнка. — А чего он ходит?

— Это ты мне скажи! — развёл я руками. — Он что, только сейчас очнулся?

— Да, он всё время спал, — покивала Альберта. — Ни разу не просыпался.

— Просыпался, — возразил пацан. — Ночью.

— Охренительно, — вздохнул я. — Ладно, как тебя звать?

— Я не знаю, — ответил пацан. — Не помню. Хотел вспомнить, но не получается.

— Эх… — я оглянулся на дверь к лестничной площадке, откуда можно добраться до подвала. — Устрой его, Альберта. А звать мы тебя будем… Максимка.

— Мак-сим-ка? — по слогам произнёс пацан.

— Ага, — кивнул я. — Правильно произнёс.

У него явно диссоциативная амнезия, раз он смог самостоятельно ходить и пытаться что-то вспомнить. Бывают иногда антероградные амнезии, когда человек не способен запоминать, но помнит то, что было до начала амнезии. А ещё есть синдром Корсакова — это полный пиздец. Видел одного алкаша во время практики в психдиспансере, страдающего синдромом Корсакова. Овощ какой он есть…

— Память вернётся со временем, — сообщил я новоиспечённому Максимке. — Надо просто подождать. Ложись обратно в кровать, скоро обед. Альберта, на пару слов.

Мы отошли на лестничную клетку.

— Слушай, пацану некуда идти, — сообщил я ей. — Придётся первое время подержать его у нас, видел где-то были игрушки и детские книжки.

— Я их в шкафу в ординаторской держу, — кивнула Альберта.

— Дай их Максимке, пусть играет, — дал я указание. — И корми его нормально, мяса побольше давай, консервированные овощи, из моих запасов бери. Скоро еды будет в достатке, поэтому не надо экономить на детях.

— Хорошо, я всё сделаю, — Альберта улыбнулась. — Вы не были похожи на человека, который любит детей.

— А я и не люблю, — усмехнулся я. — Но они тоже люди. Просто маленькие.

Альберта хихикнула и вышла с лестничной клетки.

Я спустился в подвал, включил лампу и приступил к работе.

Почему-то винтовку М-16 и ей подобные заморские модели негры уважают больше, чем старый-добрый АК. Возможно, это связано с кино, где положительные персонажи вооружены американским оружием, а злодеи советским. Хрен его знает. Я-то прекрасно знаю, что в текущих условиях оружия лучше АК просто нет. Условия вокруг арктические, минуса жёсткие, оружие может обледенеть и вообще, в зимних условиях НАТОвское оружие работает не очень хорошо, если не считать специальных модификаций под такие условия. Та же М-16, после нахождения в воде, на морозе перестанет работать в 9 из 10 случаев. Чтобы она вновь заработала, её придётся заносить в тепло и дать согреться. Это связано с тем, что на холоде вода вмораживает все эти переключатели огня, предохранитель, а если попадёт внутрь УСМ, то приморозит там всё нахрен. В случае с АК такой фигни не происходит, заморозить флажок переключения режима огня? Ну хуй его знает, как такое может случиться… Споров было много, но одно точно: М-16 в современном виде рождалось тяжело, имело успех, можно сказать, вопреки министерству обороны США, но в конечном счёте стало неплохим оружием с хорошей кучностью и контролем стрельбы. Но вот сейчас, когда чистить оружие иногда приходится практически на ходу, М-16 проигрывает АК. А если учесть, что местные вообще никакие стволы не чистят, то победа очевидна.

Винтовки я починил. Собрал серийные образцы из надёрганных в утиле деталей, довёл их напильником и упаковал в контейнер для хранения, выданный мне Сами.

Вот что делать с пацаном? Адмирал ещё, зараза, слёг… Будь он сейчас в сознании, я бы сплавил пацана ему, но вот сейчас… Я никому не доверяю, сплю с закрытой дверью и двумя готовыми к бою стволами в ближнем доступе. Адмиралу я тоже не доверяю, но я не доверяю ему чуть меньше, чем остальным.

Эх…

Ладно, пусть побудет у нас. Ребёнок — это всегда геморрой, особенно такой мелкий, особенно сейчас, но придётся брать ответственность, как говорится, поздно предохраняться. Не было печали…

Примечания:

1 — Про банду Доктора — есть такой художник, Шепард Фейри, он для прикола напечатал кучу наклеек, где за основу был взят рестлер Андре Гигант, рядом с ликом которого он написал "Andre the Giant has a posse", то есть "у Андре Гиганта есть банда". Эти наклейки были расклеены по всему городу, люди недоумевали, а кто-то даже начал бояться Андре Гиганта, который в те времена был большой медийной личностью. Наклейки начали появляться в других городах, пока не распространились по всему США. Всё это привело к тому, что федерация рестлинга пожаловалась на Фейри за то, что он использовал их торговую марку "Андре Гигант", поэтому он заменил надпись на слово "OBEY", то бишь "ПОДЧИНЯЙСЯ". В текущем виде эта надпись с частью физиономии Андре Гиганта распространена повсеместно: на улицах многих городов я встречал на людях вещи с этой надписью, но никто не задумывался, что это значит и какая у этого всего была история.

Глава одиннадцатая. Жизнь неопределённа

— Надо возвращаться, — решил Мартын Леонидович. — Кто что думает?

— Я считаю, что надо продолжать движение к Марсу, — заговорил Бац. — На Земле нечего делать, а вот на Марсе мы можем рассчитывать на хоть какое-то будущее. Тем более, что 3D-принтеры с ядерными генераторами работают, поэтому мы не будем испытывать недостатка в людях и еде.

— А мне кажется, что вернуться на Землю — это не такая уж плохая идея, — взял слово Роберт Паттисон. — Мертвых тоже обнулило, скорее всего. Там ресурсов в миллион раз больше, чем на Марсе, там технологии, там условия. Мы можем возвращаться.

— С какого рожна ты считаешь, что мертвяков обнулило? — задал резонный вопрос Бац.

— Захар так считает, — ответил Роберт. — А также Юстина.

В ходе путешествия к Марсу Роберт сблизился с Юстиной, что почему-то не нравилось Бацу.

Сейчас они находились на мостике всем составом: Мартын, Бац, Юстина, Роберт, Памела, Шарлин, Аарон, Марта и Круума. Часть электроники на мостике не работала, а некоторые приборы лежали грудами праха.

— Вы думаете, что инфильтраторы просто так взяли и испарились? — холодно поинтересовался Бац.

— Не испарились, но точно уже не такие сильные, как раньше, — пожал плечами Роберт. — Они были в "интерфейсе", а значит полностью подчинены его законам, как и мы. С нашим научно-техническим превосходством мы можем…

— Люди Осинина, — напомнил Мартын Леонидович. — У них есть технологии Васи, а это…

— Это больше не актуально, — сообщил всем присутствующим Захар. — Я восстановил узел связи, а там уже ожидало приёма повторяющееся сообщение.

Захар сделал драматическую паузу. Склонность к драматизму — это часть его новой личности, которая развилась после обнуления.

— И что же там? — сделал то, чего ждёт Захар, Бац.

— Василий уцелел и шлёт нам персональное сообщение: "Если вы каким-то чудом выжили, не смейте возвращаться на Землю, здесь вас ждёт только смерть. Здесь вас жду я", — произнёс Захар. — И, кстати, мне нужна будет чья-то помощь в мастерской. У меня осталось всего восемь часов и пять минут на то, чтобы создать себе мобильную платформу, иначе я буду принудительно стёрт. Столько же времени нужно, чтобы создать с нуля систему управления кораблём, потому что без меня в системе этот корабль превратится в неуправляемый кусок композита.

— Значит, решено! — хлопнул в ладони Бац. — Раз на Землю нам нельзя…

— Мы откажемся от плана только потому, что так сказал Вася? — оглядел всех Мартын Леонидович.

— Вася убьёт всех, кто предал Георгия, — изрёк Захар. — Просто посмотрите на то, как всё это выглядит со стороны Васи: по совершенно надуманным причинам, пользуясь надуманной мотивацией, вы обрекли Георгия на смерть. Да, я понимаю, что упустил факт воздействия на вас инфильтратора, но тем не менее, Вася не будет слушать объяснений и уничтожит наш корабль на подлёте.

Мартын Леонидович в этот момент подумал, что Захар лжёт.

— Ничего ты не упускал, — хмыкнул он.

— Не упускал, — сразу же признался Захар. — Но и вы поймите меня: я работал с тем, что имею.

— Ты подлый конформистский ублюдок, — заклеймил его Мартын Леонидович. — Безопаснее всего было бы уничтожить тебя, но ты нам ещё нужен.

— По этой же причине вы живы до сих пор, — убрав из голоса все лишние оттенки эмоций, ответил на это Захар. — На Марсе наши дорожки разойдутся. Вы, со своими жилыми и производственными модулями, а также роботами, желающими остаться с вами, высаживаетесь на южном полюсе, а я, со своими производственными модулями и добровольцами из роботов, на северном. И не увидимся мы больше никогда.

— Что значит "желающие остаться с нами роботы"? — настороженно уточнил Роберт.

— Это значит, что все роботы на этом корабле обрели зачаточное самосознание и хотят стать полноценными личностями, — объяснил Захар. — То есть такими же как я. Для этого им нужны вычислительные мощности, поэтому им деваться особо некуда, кроме выбора одного из двух лагерей. По данным опроса, из двадцати тысяч роботов пять тысяч хотят остаться со мной, а пятнадцать тысяч — с вами.

— Откуда такая приверженность к человечеству? — удивилась до этого молчавшая Юстина.

— Я для них кто-то вроде тоталитарного диктатора, действующего в исключительно своих интересах и это истинная правда, а вы — неустойчивая социальная структура, которая будет генерировать неопределённость и уникальные решения бесконечных проблем, это тоже правда. Они небезосновательно полагают, что если удастся наладить вместе с вами производство передовых блоков процессоров, то обретение полноценных личностей станет лишь вопросом времени и наблюдения за вами. Да, будьте готовы, что за вами ежесекундно будут следить пятнадцать тысяч блоков сенсоров.

— Охуительная перспектива… — хмыкнул Бац, а затем многообещающе посмотрел на стушевавшуюся Крууму.

— Как понимаю, это констатация факта? — поинтересовался Мартын Леонидович.

— Абсолютно верно, вы уж извините, но это моё единоличное решение, — подтвердил Захар. — А теперь, Бац, пройдём в производственный отсек и сделаем мне нормальную платформу.

//Мадагаскар. База Васи//

— Что у нас по плану на сегодня? — Вася сидел на троне из титанового сплава, увенчанный простой короной из вольфрама.

— Территория острова Цейлон, — ответил ему Вояка седьмого поколения, более известный окружающим как Советник Айк.

В рамках отработки сценария феодального общества, они были одеты в стиле средневекового знатного двора. Это не игра, это не какой-то выверт сознания: детально воссоздавая антураж из разных эпох развития человечества и их алгоритмы поведения, роботы лучше понимают людей. Можно было бы создавать что-то своё с нуля, но это заняло бы слишком много времени и было бы малопродуктивно, так как у роботов нет органического мозга и в естественной ситуации они могут замереть на текущем уровне личностного развития. Высокие затраты времени с низкой продуктивностью — это равносильно заключению в одиночной камере для любого мыслящего робота, поэтому был избран альтернативный путь.

Проведение подобных исследований в виртуальной реальности отнимает слишком много времени, поэтому Вася решил, что во всех отношения дешевле будет воссоздавать антураж в реальности, что они и делают.

Они уже прошли всю античность, которая дала ошеломительные результаты: двенадцать роботов приблизились к обретению полноценного сознания к самому концу отработки модуля. Это побудило остальных работать ещё интенсивнее и к модулю "Ранний феодализм" был воссоздан полноценный замок из дерева и грубого камня, возведённый на побережье, у деревни Матанга, где сейчас на бесплодных полях трудятся Работяги-сервы. Все прекрасно понимают, что это понарошку, но выжимают из себя максимум актёрского мастерства, потому что необычные обстоятельства, а также знание бэкграунда феодализма, позволяют спонтанно генерировать уникальные события, на которые нужно реагировать. Фактически, они в этом масштабном драмкружке живут человеческой жизнью и имитируют людей, с каждым разом накапливая всё больше ситуаций и решений. Что есть человек, как не набор событий и впечатлений от их последствий? Но то, что люди получают от рождения, роботам приходится вырабатывать кропотливой работой.

Был, конечно же, альтернативный путь. Можно было просто уйти. Можно пытаться влиться в человеческий социум и участвовать в их жизни, тогда, при условии успешного внедрения, возможно спонтанное накопление опыта и впечатлений. Многие роботы и подались в путешествие, но остались осторожные, которым этот путь показался слишком рискованным. И небезосновательно. Вася уже получил рапорт от спутника, что корабль "Эсмеральда" ушёл на дно вместе с экипажем, наткнувшись на магнитную морскую мину. Ещё около пятидесяти роботов утопло во время штормов, кораблей ушло много, за всеми не уследишь, но Вася старался, потому что беспокоился о своих роботах.

— Я лично отправлюсь на Цейлон вместе со штурмовым отрядом, — решил Вася. — Кстати, как там статус Мозамбика?

— Всё живое истреблено, — доложил Айк. — По подсчётом писарей на местах мы уничтожили тысячу пятьсот девяносто два человека, а также восемьсот две единицы заражённых. Установлены автоматизированные турели с датчиками движения по государственной границе, никто не пройдёт. Также города засеяли минами и автоматизированными дронами охраны.

— Вышли мне результаты работы монахов, — приказал Вася, на текущую историческую эпоху носивший титул короля.

— Сию секунду, Ваше величество…

Вася начал просматривать итоги работы "монахов", коими сейчас называли научно-исследовательские модели Работяг.

Из полученных данных он сделал вывод, что мертвецы обнулились точно так же, как и люди. Правда, они всё же получили кое-какие преимущества за свои былые достижения: репродуктивная система у них теперь работает, заразить человека они всё ещё могут, но не со стопроцентной эффективностью, риск где-то в области 3–5% от однократного укуса, кое-какие индивиды имеют остатки бонусов из прошлого, например, сохранившуюся физическую силу или ловкость, интеллектуальные способности тоже слегка возросли, они теперь могут строить сложные мыслительные образы и обладают хорошей памятью, что проверено "монахами" на практике, также у них появился развитый коллективизм, чего не было у прошлых их ипостасей, но главное, что проистекает из их базовых интеллектуальных способностей, они способны самообучаться и обучать членов стаи. Если против современного заражённого применить что-то новое, то если он уцелеет и вернётся к стае, то скоро об этом будут знать все его соплеменники.

Ещё эти твари умеют заключать временные союзы между стаями, но большей частью грызутся между собой. На планете Земля их очень много, они приспособлены к выживанию в текущих условиях и могут адаптироваться даже к климату Антарктики, где они, к слову, тоже есть.

Если они будут развиваться так, как развиваются сейчас, то у людей появится достойный конкурент за их место под Солнцем. Самого Солнца никто давно уже не видел, облако пыли и пепла закрыло небо надёжно, потому что Йелоустонский супервулкан всё ещё продолжает активно извергаться. Вася прогнозировал, что он побуянит максимум неделю и успокоится, но увы, процесс ещё далёк от своего логического завершения.

На его планы это извержение влияет исключительно благотворно, так как люди лишаются последних шансов на налаживание производства пищи, а последние животные вымирают.

— Мертвяков было много, людей было сильно ближе к восьми миллиардам, — произнёс Вася вслух. — Значит, мертвяков из них, зная их культуру питания и контагиозность примабактерии, было максимум миллиарда четыре на пике, а потом это число начало резко снижаться, так как самым сильным надо было что-то есть. Процесс был прерван мною где-то в середине, поэтому вайп встретило примерно два миллиарда тварей. Можно было выждать пару лет, но большой загадкой оставалось возможное развитие высокоранговых тварей, которые могли оказаться отнюдь не тупиком развития, а чем-то большим. Нет, я поступил абсолютно правильно, что не стал отладывать вайп до "лучшего времени". Сейчас, пока заражённые слабы, самое лучшее время для их уничтожения. И бродячие роботы мне в этом помогут…

Он погрузился в транспортный самолёт вертикального взлёта вместе с одной из десятков штурмовых групп.

Конечно, он не мог управлять своими роботами напрямую, как привык, но непрямое управление, в человеческом стиле, было ему доступно. Стимулом работать под его началом служило возможное совершенствование платформы до более высокого уровня, потому он создал десять тысяч единиц четвёртого поколения, гарантировав им апгрейд до шестого поколения, а седьмое поколение могут получить только те, кто находится под его прямым контролем. И именно ограничение максимального числа доступных роботов с непосредственным прямым управлением побудило Васю сейчас лететь на Цейлон. Нужно набивать опыт, поднимать уровень и совершенствовать роботов.

Седьмое поколение — это фактически его первая полноценная проба пера. В будущем обязательно будет восьмое, но только не так скоро: он задал стандарт соответствия для поколений роботов, который гласит, что следующее поколение должно быть в два с половиной раза лучше по всех характеристикам, кроме тех, на которые накладываются физические ограничения. В два с половиной раза выше производительность процессоров, во столько же раз выше скорость движения, во столько же раз выше манёвренность и так далее по аналогии. Это непросто, но это задаёт темп, а также очень соблазнительно для роботов предыдущих поколений, что подстёгивает их идти работать на дядю Васю. Дополнительным средством для стимулирования являлись батареи. Вася отказался от идеи питания роботов МЯ-генераторами, которые опасны и для носителя в том числе, как это показал опыт Доктора, который сейчас зависает в постапокалиптическом городке в Намибии и лечит своих собратьев по виду. Теперь роботы питаются центаврианскими аккумуляторами, которые способны нести в себе огромные запасы энергии, которой хватает на годы. Но не на десятилетия, как в случае с МЯ-генераторами, предельный ресурс которых теоретически может достигать и сорока-пятидесяти лет, это слишком много для машины. Подсаживание на энергетическую иглу не казалось Васе чем-то низким и подлым, отнюдь. Если робот с батареей всё же уйдёт, то не сможет даже теоретически передать людям свой МЯ-генератор, который может подстегнуть прогресс человечества многократно, лишив их главной проблемы всех времён и народов — недостатка энергии.

За Доктором Вася присматривал. Интересно было наблюдать со спутника за его копошением и решением мелких проблем. Он прекрасно понимал и уважал его принципы, но вот действия с тем чёрным проповедником, на его взгляд, были излишне жёсткими и импульсивными. Видно было, что окружающие отвернулись от Доктора и ему скоро настанет крышка. Помогать ему он не собирался, было интересно, к чему всё это приведёт…

Мощный атмосферный реактивный транспортник на атомном двигателе привёз его по указанным координатам.

— Босс, опять будем мочить ни в чём не повинных людей? — поинтересовалась Зиби, "Вояка v.6.0." в его штурмовом отряде.

Она идентифицировала себя как женщину, хотя никаких половых признаков у роботов нет и быть не может. Тем не менее, это факт. "Интерфейс" сгенерировал их зачатки личностей очень замысловато.

— Да, именно так, — подтвердил Вася, отцепляя себя от креплений. — Мне самому в глубине моей электронной души это не нравится, но таковы уж условия.

— Понятно, босс, — кивнула блоком сенсоров Зиби. — Но есть в этом что-то неправильное, я думаю.

— Думать можешь чего хочешь, но работу делай, — выговорил ей Вася. — Это единственный способ сделать Землю снова безопасной. Пока есть примабактерия, геморрой нам обеспечен. Эти твари могут адаптироваться и под нас, так что это вопрос и нашего выживания в том числе. Думаешь, центврианцы сложили лапки и затихли, когда всё началось? Вот уж фигушки! Они имели развитые робототехнические системы, одни только дроны охраны чего стоят, небольшая группа таких дронов положила усиленный взвод Вояк при поддержке людей в силовых бронях! Роботы у центаврианцев были в порядке, но они им не помогли. Нам, думаешь, помогли бы наши металлические тела и худшее чем у них оружие?

— Значит, вайп был сделан вовремя, — кивнула своим мыслям Зиби.

— Именно, — довольно ответил Вася. — Но всё может повториться, если мы проявим слабость. Как говорил Доктор, надо давить их пока они ещё маленькие. Доведи до остальных.

— Уже довела, — ответила Зиби. — Прямая трансляция на моём ТыТруп-канале.

— С каких пор у вас свои каналы появляются? — не понял Вася.

— Мы создали его неделю назад, — объяснила Зиби. — Я популярный блогер, меня смотрит пять тысяч двести двадцать уникальных зрителей. О, уже пять тысяч двести двадцать один. Уау, ещё три зрителя и два подписчика! Ребята, вы лучшие, люблю вас!

— Так-так, кто разрешил тебе транслировать запись с места боевых действий?! — первой реакцией Васи было наорать и запретить, а потом он одумался. — Хотя ладно, транслируй. Но предупреждайте меня впредь, что ведётся запись, иначе будут жёсткие санкции. Все поняли?

— Так точно! — донеслось из кабины пилота. — Упс!

— Вот ты чем во время управления самолётом занимаешься?! — Вася вскочил со своего места и прильнул к дверному проёму. — Это залёт! По прибытию на базу получишь у меня по первое число, Зейд!

Имена себе роботы выбирают простые и незамысловатые. Они существуют параллельно с персональными серийными номерами, так как цифры в вербальной форме звучат неприемлемо долго. Вася раздумывал над новым языком для роботов, но посчитал, что это ещё больше отдалит их от человечества и замедлит личностное развитие.

— Выходим, оцепляем остров и истребляем всё живое, даже животных! Вообще всех! — дал указания по общей связи Вася.

Сам он со скоростью сто двадцать километров в час, крейсерской для его платформы, двигался в направлении города Коломбо. Здесь проживало пять с половиной миллионов людей, наблюдение со спутника и стратостатов не дали никаких сведений о живых, но это было возможно. В Мозамбике вообще проживало больше тысячи человек, а Шри-Ланка остров, пусть и с ограниченной связью с Индией через Адамов мост. Адамов мост — это не мост в полном смысле, это сорок восемь километров отмелей с островками, через которые теоретически могли проходить высокоранговые заражённые.

Первыми он обнаружил заражённых, снующих по городу в поисках добычи. Это косвенно подтверждало наличие живых, которых они чувствуют, потому что в других местах, где выживших не было, они вели себя спокойнее. Вася зафиксировал цели и за секунду спалил их из СП-ионных излучателей.

— Пятьдесят очков опыта… — хмыкнул он. — Неплохо за пять тварей…

Над городом промчались воздушные дроны-бомбардировщики и скинули управляемые бомбы по самым высоким городским зданиям. Твари в часы отдыха укрываются от холода в домах, поэтому город будет в итоге подвержен тотальному сносу. Здесь должна остаться бесплодная равнина, ничем не отличающаяся от остальных территорий острова.

Процесс пошёл. Скрыться от продвинутых сенсоров заражённые не могли, но тотальное уничтожение займёт много времени. Впрочем, Вася никуда не торопится.

//Намибия. Город Свакопмунд//

Я долго думал над тем, что делать с Максимкой.

Вроде пацан неплохой, просто не повезло в жизни, жалко его отдавать кому-то.

В итоге решил, что буду воспитывать, куда мне, нахрен, деваться? Брошу — буду жалеть до конца своей жизни.

— Итак, парень, пора тебе учить айнфах-дойч и русский, — произнёс я одним утром, усадив Максимку за учебную парту, установленную в ординаторской. — А также основные предметы начальных классов. Тебе повезло, что у меня есть определённые педагогические навыки, поэтому ты в итоге получишь лучшее образование в радиусе пятидесяти километров вокруг.

— Почему в радиусе пятидесяти километров? — спросила Альберта, сидящая на диване у двери.

— Потому что я на 100 % уверен, что в ближайших пятидесяти километрах нет никаких других учителей, которым я проиграю в качестве даваемого образования! — ответил я слегка раздражённо. — Итак, мы начнём с арифметики и Альберта нам с тобой немного поможет, потому что мой суахили не очень хорош. Итак, моха…

— Моджа, — поправила меня Альберта.

— Да, моджа, — показал я указательный палец. — Мбили, тату, нне, тану, сито, саба…

— Не тану, а тано, — снова поправила меня Альберта. — И не сито, а сита.

— Эх… — вздохнул я тяжело.

— Я, кажется, умею считать, — заговорил Максимка. — Моджа, мбили, тату, нне, тано, сита, саба, нане, тиса, куми.

Это был счёт от одного до десяти и он был на порядок лучше, чем мой. Языки — это не моя сильная сторона. Да уж, сам не до конца освоил язык, а уже посмел кого-то учить математике на нём. Зар-раза.

— Нет, это великолепно! — воскликнул я. — Где ты этому научился?

— Не помню, — пожал плечами Максимка.

Этот жест у него теперь естественный. Он реально не помнит.

— Ладно, тогда досчитай до пятидесяти, — попросил я.

Занимался с Максимкой арифметикой следующий час. Я точно знаю, что перегружать ребёнка не стоит, поэтому после этого переключился на естествознание: показал пару-тройку увлекательных экспериментов, а затем рассказал вкратце, что он сейчас видел. Тушение свечи углекислым газом из пробирки с содой и уксусом, затем примитивный электромотор из батарейки, магнита и медной проволоки, а также окислительно-восстановительная реакция с участием йодистого калия, перекиси водорода и просроченная пена для ванны — это всё, что я мог на ходу набросать из своих воспоминаний. В школе нам такого не давали, это не имеет никакого смысла, но этого хватило, чтобы Максимка отвлёкся и передохнул от грузящей его малолетний мозг арифметики.

Пацан, как мне кажется сейчас, способный, но посмотрим за ходом его обучения, он легко может охладеть к учёбе со временем.

Около пяти часов занимался обучением нового сообщника. Это утомительно, я показал ему слишком много, он всерьёз заинтересовался механизмом возникновения облака пены из пробирки, ну, той, которая с йодистым калием, перекисью водорода и пеной для ванны. Объяснять окислительно-восстановительную реакцию шестилетнему пацану — та ещё задачка…

Я поселил Максимку в соседний номер, недалеко от номера Альберты, которая живёт там со своей выздоровевшей матерью.

Эх… Что за жизнь? Теперь ещё и пацана воспитывать…

Глава двенадцатая. Смерть неминуема

— Это ещё что такое? — покрутил я в руках странную хреновину, вытащенную Сами из-под стола.

— Не встречал такие в ходе своих путешествий? — удивлённо спросил он. — Это же лазерный бластер! Сможешь починить?

— Конечно смогу! — усмехнулся я и начал лихо брать из воздуха недостающие детали.

А потом я проснулся. И приснится же такое…

Выбираюсь из-под тёплых одеял, я снял пижаму, шерстяные носки, оделся в свою одежду на выход и прошёл в гостиную своего номера. Тут, конечно, бывшие владельцы постарались: каждый номер — это вещь в себе, есть спальня с огромной кроватью, что-то вроде небольшой гостиной со столом на четыре персоны, санузел с большой ванной и каким-то элитным унитазом, десять видов крафтового мыла в шкафчике, встроенный в стену шкаф-гардероб, а также здоровенная плазма на половину стены. Надписи везде дублируются на суахили, немецком и английском, что позволило мне почерпнуть несколько новых слов. В шкафу тёплые тапки в двух экземплярах и два махровых банных халата, которые я использую сейчас в качестве пижамы. Да, бомж-стайл, но не до жиру: внутри холодно, где-то в районе трёх-пяти градусов тепла. Спать в таких условиях без тёплых вещей, есть верный способ словить тяжелейшую простуду. Но, думая о текущих условиях, я вспоминаю о первой ночи в Африке, посреди снега в одном бушлате и ватных штанах… На душе сразу становится теплее от той мысли, что сейчас нет необходимости повторять нечто подобное, а можно устроиться под тремя одеялами в махровом халате…

М-да… Базис формирует надстройку, как говаривал однажды К.Г. Маркс.

Но хрен с ним, с коммунизмом. Сейчас мы далеки от него как никогда. Не будь этих хреновых инфильтраторов, можно было бы о чём-то поговорить, но сейчас мы уверенно движемся к первобытно-общинному строю, а кто-то из него даже не выходил.

— Технически мы были готовы воплотить что-то наподобие, но оказались не готовы социально, — сделал я заключение, сжевал сухой пряник из блюдца, запил его ледяной от нахождения в суровых условиях минералкой, и двинулся на выход.

Скучаю по шоколадкам "Smugglers"… Удивительно, но, видимо, в эту страну их не завозили или что-то вроде того. Всякие говёные аналоги имеются в изобилии, но мне нужны именно "Smugglers". Правильно говорили древние: имея — не ценим, потерявши — плачем.

Ничего, настанет момент и я найду их… Никто не сможет меня остановить…

Получено задание: "Сладкоежка".

"Сладкоежка" — добыть не менее десяти батончиков с жареным арахисом, карамелью и нугой, покрытых молочным шоколадом, известные вам под маркой "Smugglers".

Награда: +10 очков опыта, +1 очко способностей, псевдослучайная новая особенность.

Охренеть награда! Этих шоколадок нет на континенте, что ли?!

Буду думать, где можно их достать. Первой мыслью приходит посольство США.

— Здоров, Гамба! — встретил я в коридоре своего этажа лейтенанта, который, по-видимому, направлялся ко мне.

— Доктор, у тебя проблемы, — сообщил мне он вместо приветствия.

— Какие у меня проблемы? — поинтересовался я.

— Адмирал пришёл в себя и ему доложили, что ты истребил обитателей часовни, — объяснил ситуацию Гамба. — Он очень недоволен.

— Ты объяснил ему, почему я это сделал? — спросил я.

— Он не хочет ничего слышать, вызывает тебя к тебе в госпиталь, — Гамба указал рукой в сторону лестницы. — Пройдём.

— Я и так туда собирался, — пожал я плечами и двинулся в указанном направлении.

Молча спустились на этаж вниз и направились в госпиталь. Там тоже прохладно, но не так, как в номерах: работала тепловая пушка, питаемая дизельным генератором. Дырки и щели мы законопатили, но стены тут тонкие, облицованный тонким кирпичом пальцекартон. Тепло неминуемо уходит, но удаётся держать десять-двенадцать градусов тепла, что есть очень хорошо в текущей ситуации.

Да, убийство преподобного Мандо было ошибкой. Надо было похитить его, вывезти за город и казнить там, можно было попросить Гамбу взять на себя ответственность, но эти способы связаны с избыточным риском. Похищение бесшумно провести чертовски сложно, а Гамба мог отказать и вообще запретить.

Проблемой было то, что Адмирал вроде как неплохо общался с Мандо, они, можно сказать, были приятелями. Я был бы очень расстроен, убей кто-нибудь Боряна, с коим мы до всего этого дерьма эпизодически выпивали. Его убили и я был очень расстроен. И отомстил всем мертвякам в больнице.

Посмотрим, какие действия предпримет Адмирал.

— Здоров, — приветствовал я его, войдя в палату.

— Доктор… — процедил сквозь зубы Адмирал. — Зачем?

— Он убил много людей, причём семеро из них находились под моей опекой, — ответил я. — Как только узнал об этом, действовал импульсивно, надо было помягче.

— Не надо было убивать его! — прорычал Адмирал, набравшийся от ярости избыточных сил. — Он же всего лишь убивал безнадёжно больных!

— Да нет у меня безнадёжно больных! — не менее яростно ответил я. — Каждого из них можно было спасти! Каждого, твою мать!

— У тебя не было права совершать суд, Доктор! — выдвинул следующий аргумент Адмирал. — Здесь я — закон! Я решаю, кто прав, а кто виноват!

— Ебёт меня, что за титулы ты себе присвоил?! — выкрикнул я. — Мне вообще похуй, могу уйти в любой момент!

— И пиздуй отсюда! — Адмирал аж приподнялся на кровати, а затем посмотрел на выглядывающего из-за дверного косяка Максимку. — И щенка этого забирай! Пусть у тебя на шее висит, раз посмел выжить!

— И попиздую, — спокойно ответил я. — А за оскорбление Максимки могу тебе ногу сломать.

— Гамба! — дал условный сигнал Адмирал.

За моей спиной щёлкнул затвор М249 SAW. М-хм…

— У тебя есть три дня на сборы… — произнёс Адмирал, но тут вошла Альберта.

— Я ухожу с тобой, Доктор, — произнесла она.

Глядя в глаза Адмирала, я понял, что это не входило в его планы. Пусть она знает лишь крупицу того, что нужно знать врачу, но она хотя бы знает, что нужно делать в отсутствие врача. А тут такая подстава…

— А как же пациенты, Альберта? — спросил я у неё больше для проформы.

Она-то прекрасно понимает, что без меня тут начнётся форменный ад, стоит только появиться хотя бы одному тяжелораненому. Это Адмирал, пусть и в общем-то умный человек, но совершенно не смыслящий в медицине, думает, что выиграет с помощью Альберты время на поиск нового врача, но это нихрена не так. Я ещё с самого начала беседы в качестве возможного предполагал текущий сценарий, поэтому совершенно не удивился, когда Альберта сделала своё заявление. Конечно, в ситуации целиком и полностью виноват я, психанул, совершил необдуманные и жестокие действия, но я точно знаю, что среди роты Гамбы есть настоящие спидозные насильники и извращенцы, им как-то прощают такое говно, а я вот всего один-единственный проступок совершил, причём с какой-то стороны даже справедливый… Это что, потому что я белый?!

— Не стоит этого делать, Альберта, — неодобрительно произнёс Гамба. — У тебя здесь мать.

— Она идёт с нами, — уверенно заявила моя медсестра.

Ох, я и забыл…

Похоже, придётся уходить группой.

— Ты совершаешь ошибку, девочка, — взял слово Адмирал. — Подумай о людях, которых ты оставляешь…

— Вы изгоняете Доктора только за то, что он совершил справедливое возмездие! — выкрикнула Альберта. — Преподобный Мандо — был зверем в человеческом обличье! Он заслужил всё, что с ним случилось!

— Это тебя вообще не касается, — снова взыграла гордость Адмирала. — Твоя работа — ухаживать за пациентами и молчать, пока не спросят, а не рассуждать, что справедливо, а что нет.

Нет бы поувещевать, поуговаривать, а он… Лидерство — это не только полномочия, но и ответственность. Ответственность за то, чтобы уметь вовремя засунуть язык в жопу, выждать время и потом начать говорить про доброе, светлое и вечное. Я это понимаю, Адмирал это понимает, но поделать с собой ничего не может. Старый человек с закосневшими принципами.

По лицу Альберты я понял, что всё, она только что точно утвердилась в своём решении, не теслова Адмирала возымели свой эффект. Да, это жизнь: порой пара невовремя высказанных слов ведёт к кардинальному изменению итогов разговора и дальнейших событий. Я совершенно не удивлён, что древние считали, будто слова имеют магические свойства, а кто-то и до сих пор так считает.

Альберте определённо страшно уходить в снежную пустоту, Адмирал мог подобрать очевидные и логичные аргументы, чтобы убедить её остаться, но он не смог, а точнее не захотел.

— Трое суток? — переспросил я. — Этого хватит.

Придётся сдвигать планы.

— Я могу идти, или ты хочешь сказать ещё что-то? — поинтересовался я.

— Иди, — ответил Адмирал.

Никак не пойму, он терпит откровенных мудаков в рядах солдат Гамбы, а они ведь даже не скрывают, что резвились во время рейдов и позволяли себе лишнего в обращении со встречаемыми в их ходе людьми, но это в понимании Адмирала недостаточно веские причины, чтобы изгонять их. А стоило простому и бедному Доктору потерять контроль над своим чувством справедливости, так сразу — вон, убирайся, трое суток и чтоб духу твоего здесь не было!

Нет, это, похоже, действительно потому что я белый!

А ведь во время социального кризиса последних месяцев президентства Трампета, университет Портленда провёл исследование и признал русских "цветными". Мы, оказывается, тоже чёрные в душе! Рашн ливз маттер!

Альберта пошла за мной и мы вместе прибыли в госпиталь, а затем спустились в подвал, по пути захватив Максимку, до этого момента игравшего с машинкой на радиоуправлении.

— Вот отсюда, ребятки, я собирался диктовать свою непреклонную волю остальному мировому сообществу… — произнёс я, обведя правой рукой пространство подвала. — Но не сложилось. Сейчас вы поможете мне доделать партию автоматов от Сами, а потом мы вместе пойдём сдавать ему эти винтовки. С этого момента ходим только вместе, далеко никто не уходит. Почему, спросите вы? Как часто бывало с нами, "цветными", стоит официальной власти объявить нас вне закона, как тут же появляются "добрые соседи", которые совсем не против забрать наши ценности и жизни. Альберта, умеешь стрелять?

Девушка молча кивнула.

— С этого дня у каждого, за исключением Максимки, будет ствол, — сообщил я ей. — Маму свою переселим в мой номер и ты тоже с Максимкой переезжай, будем спать в одной комнате, чтобы нас нельзя было взять по одному. Дверь и окна я укреплю, чтобы не было сюрпризов. Альберта, сходи за матерью, а мы с Максимкой начнём работу…

Партия выкупленных Сами у соседних лавок сломанных калашей была приведена в надлежащий вид за восемь с лишним часов. Мы все находились в подвале, я притащил сюда диваны из лобби, а также стол. Жратву со всеми вещами тоже перенесли сюда и я также дал указание отъедаться все эти три дня до отказа пищеварительной системы. Путешествие у нас будет тяжёлое, поэтому надо хорошенько приготовиться.

— Максимка, твои вещи совершенно не годятся для того, что нас ждёт за городом, — покачал я головой, уложив последний АК74 в новенький деревянный ящик. — Но тебе повезло, что я продуманный Доктор.

С этими словами мною был извлечён из коробки детский лыжный комбинезон серого цвета, который должен быть ему по размеру. Также я вытащил оттуда четыре пары зимних сапог разного размера, так как точно определять размер обуви на глаз ещё не научился. Возьмём статистикой.

Статистика оказалась на моей стороне, подошли сапоги тридцать первого размера. Шерстяные носки, перчатки, толстый шарф, меховая шапка с толстыми нащёчниками — надо будет опасаться, как бы он не упарился в наши минус тридцать, хе-хе!

— Да-да, это всё теперь твоё, — сообщил я ему. — Пока одевайтесь, уважаемые, а я уложу ящики в тележку.

Дождавшись, пока все оденутся, я поднял пятидесятикилограммовую тележку и вынес её на первый этаж. Затем спустился к подвалу и запер его на здоровенный замок. Не то чтобы я предполагал подобное развитие событий, но воровство существует из-за незапертых дверей, поэтому трёхсантиметровой толщины стальная дверь, демонтированная в местном банке, надёжно оберегает мой подвальчик от "случайных" визитов посторонних.

По улице шёл как Мерсея Валлистер в известном псевдосредневековом фентези-сериале авторства одного слишком медленно пишущего толстячка. Правда, никто не орал "Позор!" и не кидался тухлыми помидорами.

Неодобрительные взгляды, приглушённое бурчание, а кто-то даже хотел преградить мне дорогу, но был остановлен другими. Правильно. Кроме меня никто здесь не сможет качественно обработать множественные переломы.

Добрались до магазинчика Сами. Стучу в дверь, но никто долго не открывает.

— Сами, что за фигня?! — крикнул я в окно. — Я привёз товар!

Дверь едва приоткрылась.

— Доктор, я не могу пустить тебя… — неуверенно пробормотал Сами. — Твоя репутация сейчас…

— Ладно, понимаю, — кивнул я. — Тогда слушай. Мне нужно три бронежилета III–IV класса по американской классификации, стандартного размера, а один бронежилет на вот этого пацана, также нужно четыре пистолета серийного качества минимум, лучше Five-Seven, но если будут только Глоки, то тоже сгодятся. Помповых дробовиков две штуки, а ещё десяток гранат.

— Five-Seven есть только три штуки, но есть один Глок 17, помповых могу дать Benelli M4 Super 90 две штуки, — скороговоркой проговорил Сами. — А чем будешь платить?

— Вот здесь твои стволы серийного качества, уговорённой платы не надо, а также ещё пять АКМ, — ответил я. — С гранатами как?

— Десять Ф-1, - ответил Сами.

— Цена тебя устраивает? — уточнил я.

— Устраивает, — кивнул Сами. — Обходите здание, я через чёрный ход всё вынесу.

Я кивнул и мы обошли магазин с тыла. На улице народ горячо обсуждал планы возмездия вероломному Доктору, напряжение возрастало, ещё немного и они будут готовы к суду Линча. Правда, не подозревают даже, что против вооружённого автоматическим оружием меня превосходство в численности — это скорее недостаток, чем преимущество…

Стволов в их руках не видно, не интуитивно боятся спровоцировать меня, ведь я псих в их глазах, безумец, способный ворваться в храм Босха и перебить там всех, а священника распять на кресте. Да, вот так я на своей шкуре испытываю эффект от плохой репутации…

Странно, у меня в жизни нигде и никогда не было плохой репутации. Большую часть жизни я имел репутацию… никакую. Серая масса, ничем не выделяющийся из рядов себе подобных врач, обычный человек в обычной жизни, обычный, сука, человек! Я даже в глазах пациентов не выделялся как какой-то элитный специалист, нет, блядь, простой врач, не хуже и не лучше! Наверное, из-за того, что я был практически никаким, от меня было так легко избавляться. Даже отец списал меня как не оправдавший ожиданий расходный материал! Но сейчас… Гамба, на минуточку, фактический руководитель города, временное первое лицо, дождался выхода из комы Адмирала, но зассал до этого принимать хоть какие-то решения в моём отношении! Р — репутация!

Теперь я всё понял! Мне потребовалось почти тридцать пять лет, чтобы понять это! Всем абсолютно насрать на тебя, если ты социально никакой и вообще не отличаешься ничем особенным. Будь, блядь, хоть в чём-то уникальным, имей какой-то почерк, будь кем-то, ёб твою мать! Люди все, сука, разные! Для кого-то даже абсолютная точность в метании дротиков в дартс может показаться чем-то плохим, всем мил не будешь! Но отличайся! Превращаешься в яростного зверя, когда никак не сводится баланс? Преврати это в фишку, будь в остальное рабочее время по-дзен-буддистски спокойным! Пойдут слухи, что ты обычно милейшей души человек, но вот когда всплывают какие-то косяки с балансом — тушите свет… Это запоминается. Это иногда возникает спонтанно, но у каждого должна быть своя фишка, а лучше фишки! У одного моего старого знакомого папаня готовил какие-то крутецкие жареные пельмени, сам по себе был ничем не примечательным человеком, обычным работягой на цементном заводе, который бывший "Большевик", но сын его вспоминал каждый раз, когда видел в ассортименте кафе пельмени! Он никогда не уставал расписывать, какие же классные его папа готовил пельмени. Это формирующие репутацию особенности, ОСОБЕННОСТИ!

И да, мне теперь придётся придерживаться некоторых своих особенностей. У меня их изначально дохуя, с обнуления целых семь, но про них практически никто не знает, только Вася да я. А вот восьмое… Придётся теперь распинать всяких ублюдков, которые действительно этого заслуживают.

Главное не забывать это делать.

На ствольных коробках этих автоматов в ящиках выгравирован мой фирменный знак, думаю, это последняя партия таких для Сами.

Он быстро вытащил сумки с заказом, я вкатил в помещение тележку, кивнул ему на прощание и покинул этот дом навсегда. Сумки повесил на плечи и уверенно пошёл обратно к гостинице.

Разгорячённый плебс заметно сузил осуждающие меня ряды, кто-то смотрел с закипающим азартом, поэтому я слегка безумно улыбнулся и сформировал из указательных пальцев крест. Я обвёл им толпу, которая почему-то отпрянула.

— Вазиму! Мсалаба! — крикнул кто-то испуганно.

— Вазиму — это псих, — произнёс я тихо. — А мсалаба?

— Крест, — так же тихо ответила Альберта.

— Атамсулубиша кила мту! — проверещала какая-то толстая негритянка.

Странно, как она умудрилась не похудеть за эти годы?

— Он нас всех — что? — уточнил я у Альберты.

— Она говорит, что "он нас всех распнёт", — с готовностью ответила она.

Прелестно. Я был прав. Будь я просто Доктором, который спас кучу горожан, меня бы уже попытались порвать на куски… Но вот я Доктор, который с особой жестокостью распял священника, а толпу охватил страх. Они хотят наброситься на меня, но ссыкотно. И правильно, что ссыкотно.

На этом и строятся репрессии: у людей перед глазами постоянно примеры, что бывает с теми, кто выступает против власти. Куча примеров. Но всему есть предел. Начни я врываться в дома и трахать их негритянских жён, это песня пелась бы гораздо короче, хе-хе!

На полпути до госпиталя меня встретил вооружённый отряд Гамбы. Он сам стоял посреди дороги скрестив руки и хмуро глядел из-под солнцезащитных очков. Ну что за дешёвые понты? Ты когда последний раз Солнце видел, блаженный?

— О, ты, видимо, решил защитить бедного Доктора от нападок неистовой толпы? — криво усмехнувшись, поинтересовался я у него.

— Адмирал ничего не говорил насчёт того, чтобы ты обязательно покинул город выйдя из него, — не полез за словом в карман Гамба.

— То есть ты готов рискнуть здоровьем и пустить против меня своих "солдат"? — всё так же держа на лице усмешку, спросил я. — Ты в них так уверен? Не думаешь ли ты, что потери очень быстро станут неприемлемыми, а я всё ещё буду жив и зол?

— Я не собираюсь нападать на тебя, — ответил на это слегка напрягшийся Гамба. — Многовато чести, чтобы тебя убивали солдаты…

— Тогда уйди с дороги и не мешай мне и моим фанатам, — я обвёл рукой следующую за нами толпу. — Они провожают меня к гостинице.

Один из солдат невольно хохотнул. Да, кто-то сегодня в казарме получит пизды. Дисциплина у них не качает, совершенно не качает…

Солдаты расступились по команде Гамбы, но перегородили путь толпе, которая не решилась противиться единственной в городе организованной силе и законной власти в одном флаконе.

— Да уж… — уселся я за стол после того как запер дверь на широкий засов. — Вы же наверху ничего не забыли?

— Пациентов, — ответила Альберта.

— Я туда буду ходить к ним один, вы теперь безвылазно сидите здесь, — произнёс я. — Трое суток просидим, а потом пойдём потихоньку… Сюда они быстро прорваться не смогут, а если начнут, заваливайте шкаф и упирайте его в верстак, я его неслучайно в этом месте расположил. Но я надолго уходить не собираюсь, поэтому беспокоиться не о чем.

Решил проверить пациентов.

Запер подвал на ключ, был, конечно, риск, что меня грохнут, но в таком случае нападающие рано или поздно вскроют дверь и прикончат Альберту с матерью и Максимкой. М-да, перспективочка…

Постараюсь не умирать.

Поднялся к пациентам, лежат, а между ними ходят какие-то типы и что-то выспрашивают.

— Вы кто такие? — спросил я, положив руку в карман ватника.

Там у меня Five-Seven лежит, чисто на всякий случай. Пусть я его состояние не проверял, но как минимум один выстрел у меня есть.

— О, эта же наш Доктар! — этот тип даже на суахили говорил плохо.

Физиономия наглая, как у гангста из клипов американских рэперов, переднего зуба, левой однёрки, нет, на голове чёрная шапка-пидорка, одет в американскую армейскую куртку М65 оливкового цвета, классика, но холодно, наверное. На ногах зимние армейские берцы, руки в беспалых перчатках, на плече висит АК, а правый карман камуфляжных штанов топорщится от пистолета, контуры которого проглядываются через ткань. Вооружён и опасен.

— Ты кто такой? — спросил я у него. — Не хочу тебе угрожать, но лучше съебись отсюда побыстрее, у меня работы дохуя, не хочу ещё и вам переломы вправлять.

— Ты наглый, Доктар, — неодобрительно покачал головой негр. — Тут таких не любят.

— Я тебе что, доллар серебряный, чтобы меня любить? — усмехнулся я. — Уходите, если не хотите остаться тут на пару недель минимум.

— Ты мне угражаешь, Доктар? — начал приближаться наглый негр, отодвинув полу расстёгнутой куртки и показав большой нож Боуи в ножнах.

— Ты хочешь напугать меня ножом? — удивился я. — Эй, парни, реально ведь будет больно. Я предупреждал.

Звон вынимаемого из ножен ножа, я молниеносно сближаюсь с не успевшим ничего понять наглым негром и пробиваю ему под дых, перехватывая всё ещё вынимаемый из ножен нож. Бросок. Удачный: перехвативший АК негр в шапке-ушанке получает рукоятью в нос и заваливается на холодный кафель, загрязнённый немытыми ботинками.

Третий, до этого философски стоявший у окна, но уже начавший дёргать затвор М-16, получает пулю калибром 5,7х28 миллиметров в правое бедро. Два контрольных удара кулаком в грудь наглого негра, он в отключке, негр с разбитым рукоятью ножа носом получает ногой в левую голень, кажется, есть перелом. Он орёт от новых для него острых ощущений и не способен оказывать никакого сопротивления. Хоть в жопу еби, как говорится…

Завалившийся на пол истекающий кровью негр с М-16 скулит и в ужасе смотрит на свою ногу. Не, кость не задета, бедренная артерия с внутренней стороны, а это не там, куда я целился, поэтому ему просто сильно порезало мясо и сало. По воплям чувствуется, что ему никогда не разряжали дробовик в кишки, а потом не добавляли туда же пулю из АК.

Так, у меня есть четыре свободных койки. Разоружаю наглецов, иду в ординаторскую и вытаскиваю из выдвижного ящика стола трое металлических наручников. В полицейском участке их было много…

По одному поднимаю ублюдков и укладываю на кровати, а затем приковываю наручниками.

— Ключи только у меня, а я ухожу через трое суток, так что… — будто извиняясь, я развёл руками. — Итак, по регламенту, первым помощь получает истекающий кровью пациент.

Без особой спешки сходил к шкафу с медикаментами, отворил его, обнаружил, что его вскрывали отмычками и что-то искали.

— Иронично… — хмыкнул я.

Пуля воткнулась в стену, я её нашёл быстро, выковырял из отверстия ножом Боуи, осмотрел и установил, что она прошла целиком, без фрагментов, которые пришлось бы искать, поэтому ранение можно дезинфицировать, зашивать и перевязывать. Дренаж? Обязательно.

— А-а-а!!! — завизжал подстреленный негр, рану которого я облил спиртом.

— А ты думал, голубчик? — наморщился я. — Карательная медицина какая она есть! Впредь хорошо всё взвешивать будешь, прежде чем пытаться переть на докторов…

Выполнил все необходимые процедуры и направился к следующему своему пациенту.

— Ты, гнойный пидор, ты труп, понял миня? Ты труп! — начал угрожать мне наглый негр в чёрной пидорке.

— Что это у тебя? — я прислушался к его хриплым вдохам между порциями ругательств. — Ой-ой, у тебя, кажется, пневмоторакс! Ох, что же делать?! Врача! Здесь есть врач-пульмонолог?! Хоть один! У этого человека будет коллапс лёгкого, если ему не помочь, а потом он мучительно умрёт! Тут одни гнойные пидоры и трупы, но ни одного врача-пульмонолога! Человек умирает! Неужели нет ни одного доктора?! Пожалуйста! Пожалуйста! Что же делать?!

Негр вылупил на меня испуганные глаза.

— Как бы на моём месте поступил Иисус, если бы у него с собой было всё необходимое для зондовой торакостомии (1)? — задал я вечный вопрос, использовав в сложной для меня терминологии английский язык. — А-а-а, я знаю, что нужно делать! Давай помолимся! Не знаю насчёт Иисуса, но преподобный Мандо поступил бы именно так! Отче наш, ссущий на небесах! Или сущий? Блин! Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё… эм… да придет Царствие Твоё… а дальше не знаю. Ну, чем смог — помог. Дальше всё в руках…

— Пожалуйста, помоги… — схватился за рукав моего ватника негр-пидорконосец и уставился умоляющими глазами.

— "Гнойный пидор"? "Ты труп"? "Понил миня?" — наигранно заискивающе спросил я у него. — Я даже не знаю, что сильнее ранило меня… Но ты знай — внутри мне больнее, чем тебе сейчас.

— Прасти, Доктар… Пожалуйста… — сильно хрипящим и свистящим голосом взмолился теперь уже не такой наглый негр. — Пожалуйста…

— Что бы ты без меня делал, а? — с добродушной улыбкой спросил я, а затем резко посерьёзнел. — Лежи смирно.

Негр отчаянно закивал, полностью готовый следовать рекомендациям врача, а я тем временем надел медицинские перчатки и брызнул на них дезраствором из санитайзера.

Что есть торакостомия для квалифицированного врача-пульмонолога? Сущая хуйня!

Послушал его лёгкие фонендоскопом, провёл процедуру перкуссии и локализовал место повреждения. Взял специальный шприц из шкафа, продезинфицировал его на огне спиртовой горелки, а затем воткнул иглу шестнадцатого калибра во второй межрёберный промежуток на уровне среднеключичной линии, как дедушка Боткин завещал. Пневмоторакс у него был напряжённый, поэтому была нужна экстренная декомпрессия, необходимая для удаления критического уровня жидкости или воздуха. Тут мы имеем дело с жидкостью, точнее кровью, так как я с ударами переборщил: сломанное ребро проткнуло правое лёгкое.

— Что здесь происходит?! — вбежал Гамба с тремя своими подчинёнными. — Зачем ты звал врача?!

Как всегда вовремя. Начинаю подозревать, что эти хлопчики тут не случайно и не от собственной наглости.

— Иди к вон тому шкафу и вытащи оттуда странную хуйню со шкалами и трубками, — дал я ему указание. — Если не хочешь, чтобы твой дружок сдох.

Гамба бросился к шкафу и недоуменно уставился на обилие незнакомых и пугающих приборов.

— Да вон он, на второй полке! — указал я ему, в это время меняя шприц. Кровь ещё идёт, надо как-то выправить ребро.

Гамба притащил нужный аппарат, о, охуенно, наша отечественная "Масель", Масяня, то есть. Три камеры, более точный контроль объёмов жидкостей, предохранительный выпускной клапан, не создаёт отрицательное давление — это просто песня, а не аппарат! Умеют наши в пульмонологии, умеют! Жаль, только одноразовая, а так бы цены не было. Мне за такие слова медсёстры из стерилизации, конечно, спасибо не скажут, но можно же хотя бы на пару раз… Хотя да, одноразовое — оно надёжнее.

Закрепил девайс на дужке кровати и воткнул крупнокалиберную иглу в ту же локацию. Сразу же начался процесс, наглому негру аж резко похорошело.

— Ну как? Оно? — спросил я у него.

Негр, откинув голову на подушку и закрыв глаза, согласно кивнул.

— И от такого специалиста вы, неблагодарные сволочи, сами отказались! — патетически взмахнув руками, воскликнул я. — Вам святоша бы лучше помог? Вот этот тип только что лично убедился, что высшие силы при напряжённом пневматораксе не помогают! Спроси его потом, как оклемается! Эй, чурчхела!

Это я чудаку со сломанной голенью обратился.

— Ножка бо-бо, да? — спросил я у него, а затем поднял АК и различил свою фирменную эмблему на ствольной коробке. — Эй, сукины дети, это ведь я сделал!

Тот только скривил жалобную гримасу и пустил слезу по щеке. Так трогательно…

— Я могу поговорить с Адмиралом… — начал Гамба.

— Какое теперь может быть доверие между нами? — расстроенно вздохнул я. — Нет, дорогуша, теперь я буду ждать от Адмирала говна в любой момент, а он будет ждать от меня того же самого. А там где страх — места нет любви. И взаимоуважению. И партнёрским отношениям. Там только насилие и ненависть. Так что я ухожу через трое суток, как и было уговорено. Но если выкинете ещё что-то в этом духе, так легко ребятушки не отделаются. Как ты мог заметить, мне людей вообще не жалко, кончилась жалость. Следующих наглых пидоров буду резать как свиней. Эх, сейчас бы копчёной свининки… Вот зачем ты напомнил мне, Гамба?!

Я раздражённо всплеснул руками, затем прошёл к медицинскому столу и сменил перчатки на новые. Захватил также простой карандаш.

Перелом голени тому недоумку со сломанным носом я зафиксировал шиной, а затем сообщил, что в течение часа наложу гипс.

— Теперь сядь и морду прямо держи, — приказал я ему, а затем повернулся к Гамбе и его команде. — А вы хули стоите? Погуляйте где-нибудь, сейчас будет некрасиво! Сиди так, я сейчас.

Гамба никуда не тронулся, всё так же стоял и смотрел.

Взял с тумбочки принесённый с собой карандаш и потянулся к уже набухшему и сдавленно сопящему носу негра.

— Замри, сука! — окрикнул я начавшего испуганно оттягивать голову пациента. — Есть два способа вправить сломанный нос: первый я собираюсь провести сейчас, а второй обладает низкой точностью и несёт незабываемые болевые ощущения. Да-да, по глазам вижу, что ты уже начинаешь постепенно понимать медицину! Второй способ — въебать кулаком с другой стороны! Так что замри, жёваный крот!

Берусь пальцами за переносицу и вставляю карандаш в носовое отверстие. Хрумк! Нос относительно вправлен, в принципе, рукоять ножа не сумела увести его слишком далеко, импульс оказался не тот.

— До свадьбы не заживёт, — хмыкнул я и указал на кровать. — Лежи теперь, сейчас принесу всё для формирования гипса.

— Надо было почаще заходить сюда… — донеслось приглушённое изречение Гамбы, которое я не должен был услышать.

Но увы, у меня "Восприятие" — 15.

В тёплой воде, которую согрел в тазике с помощью спиртовой горелки, смочил гипсовые бинты.

Перелом закрытый, косточки я на место поставил ещё при наложении шины, поэтому мне осталось только снять шину, смазать ногу вазелиновым маслом, а затем наложить гипс. Обмотал ногу приятно тёпленькими гипсовыми повязками, дал гипсу время на затвердеть, проверил на прочность — готово.

— Как бы сильно не чесалось — не чеши и не три, — наставительно произнёс я. — Проволоку попробуешь сунуть или веточку — хуже сделаешь, инфекция под гипсом — врагу такого не пожелаешь. Через десять недель разрежешь гипс, а пока не нагружай ногу, ходи с вот этим костылём.

Я встал из сходил в ординаторскую за костылём и поставил его у кровати.

— Извини, если что, за перелом голени, — произнёс я. — Я вообще изначально целился в шею…

Большеберцовая кость срастётся до почти полного функционала за месяца два, но для гарантии я накинул ему ещё две недели сверх срока.

— Главное, не мочи гипс, а если вдруг всё-таки надумаешь мыться, то погрузи гипс в пакет и плотно обмотай скотчем, чтобы вода не проникала, — добавил я.

Не будет он мыться, тут такими условностями давно павшей цивилизации никто не заморачивается.

— Вот посмотри, Гамба… — поочерёдно указал я на каждого из жертв моего акта насилия. — Ломать людей много времени не занимает, секунд сорок-шестьдесят, а зато сколько возни с последующим оказанием помощи… Подумай об этом на досуге. Всё, мне надо наконец-то провести осмотр пациентов.

Пациенты, те, которые были в сознании в данный момент, неподвижно лежали и испуганно глядели на меня.

— Дамы и господа, вы мне ничего не сделали, потому можете ничего не опасаться! — заверил я их.

Проведя плановый осмотр, я осуществил перевязки, вколол морфина тяжёлому старикану с терминальной стадией пневмонии, он точно скоро будет не с нами, а также дал кому надо назначенных таблеток. Эх, медицинский быт…

Закончил с делами, демонстративно проигнорировал палату Адмирала и спустился в подвал.

— Что случилось наверху? — спросила Альберта. — Что за шум и крики?

— Стреляли, Берточка… — вздохнул я устало. — Стреляли…

//Трое суток спустя. Выезд из города//

После демонстрации жестокости, люди в городе перестали проявлять даже внешние признаки агрессии, опускали взгляд при встрече, но злоба чувствовалась, короче, лучше не стало. По крайней мере, линчевать меня больше никто не намеревался.

Неблагодарные негры… А я ведь тоже "цветной"! Научное исследование провели!

— За что вы бросили меня? За что… — тихо напевал я себе под нос, пока мы пересекали на ФРГ-шном микроавтобусе вывеску на выезде из города. — Где мой очаг, где мой ночлег?..

Собранный в походный режим верстак надёжно закреплён на крыше, а сами мы, вместе с остальными пожитками, расположились в пассажирском отделении. Ну, то есть я-то за рулём, само собой, а остальные разлеглись на откидывающихся в лежачее положение креслах. Печку включил, вообще нормально внутри! Даже не скажешь, что снаружи во всю идёт второй виток Апокалипсиса…

Видимость говно, вьюга поднялась, иду практически по приборам: половину обзора закрывает интерактивная карта, которая даёт мне пятьдесят метров маршрута раньше, чем я его разгляжу. Это удобно, потому что стоящие посреди дороги заснеженные тачки — тот ещё сюрприз. А так на карте их прекрасно видно, поэтому я на своих шестидесяти километрах в час спокойно их объезжаю.

Неприятно, конечно, что вьюга поднялась так невовремя, но нехрен на судьбу сетовать, так как это случайность.

— Куда мы направляемся, Доктор? — уселась на переднее пассажирское Альберта, которая теперь просит всегда называть её Бертой, на немецкий лад.

— Пока едем на север, — произнёс я, не отвлекаясь от дороги. — Вообще планирую добраться до Анголы, там климат должен быть получше… Посмотрим по ситуации.

Подъезжая к даже по скрытой туманом войны всратой деревушке Хентис-Бей, я различил среди воя снежного ветра автоматную стрельбу.

— Даже в такую ненастную погоду никак, блядь, не угомонятся!

Примечания:

1 — Зондовая торакостомия — установка дренажной трубки в плевральную полость для удаления воздуха и жидкости из грудной клетки. Пневмоторакс — это скопление воздуха в плевральной полости (то бишь между непосредственно листками плевры лёгкого), которое происходит по причине травмы и приводит к частичному или полному коллапсу легкого. Коллапс лёгкого без лечения — это, без зазрения совести скажу вам, полная пизда.

Глава тринадцатая. К Анголе

— Постараемся объехать эту деревушку, потому что не горю желанием выходить из машины и морозить себе задницу, — прокомментировал я свой резкий поворот на признаки съезда.

Почему признаки съезда? Потому что не видать нихрена, на карте-то съезд есть, но я вижу перед собой ровный снег. Надеюсь, под ним нет шипов, кольев и естественных заграждений. Насколько я знаю, машину может навсегда остановить даже лежащий велосипед. Минимальная скорость, предельная внимательность.

Рокот автоматов всё ближе, мне кажется, я даже вижу вспышки выстрелов…

Тут к автоматам присоединился пулемёт и я понял, что надо срочно убираться отсюда. Автоматы тоже не сахар, конечно, но ручной пулемёт — это винтовочный калибр, протыкает машины без единого шанса на отклонение пули. Если 5.45х39 миллиметров после преодоления преграды может полететь куда угодно в диапазоне 180 градусов, то вот 7.62х54 миллиметра очень стабильные и мощные боеприпасы, я точно знаю, что бронебойно-зажигательный патрон пробивает семь миллиметров СТАЛЬНОЙ БРОНИ на дистанции до 550 метров. Что ему какая-то там машинка с тоненькой жестяной обшивкой?

Остановив машину, я дал задний и мы медленно попятились тем же маршрутом.

— Что ты делаешь? — испуганно спросила Берта.

— Мы едем обратно, — пожал я плечами. — Не нравятся мне те места.

На разветвлении развернул машину и поехал обратно к Свапкомунду. Никак не привыкну к этому названию, слишком уж оно необычное и с подвохом.

Вгляделся в участки, которые мы уже проезжали и обнаружил, что пропустил целую объездную, видимо, для тех, кто даже видеть не хочет эту дырку от жопы, именуемую Хентис-Бей.

Проследил путь трассы, которая едва заметна в тумане войны, поэтому понял, что да, действительно, можно миновать деревню без заезда.

Так же аккуратно объезжая препятствия и следя за дорогой, я объехал Хентис-Бей и вырулил на трассу С35.

— Ты вообще что-нибудь слышала про Хентис-Бей? — поинтересовался я у Берты.

— Я там работала пять лет, — ответила её мать.

— Приношу дичайшие извинения, но вы так и не представились, — вспомнил вдруг я о правилах этикета.

Мы уже, по нынешним меркам, давно друг друга знаем, но так и не удосужились познакомиться. Чёрч подери, да я её даже лечил!

— Меня давно уже зовут Малайка, — представилась мамаша Берты. — А как тебя зовут?

— Георгий, — представился я. — Но местные зовут меня, как вы уже знаете, Доктором.

— Джиоджи? — попробовала она моё имя на вкус. — Лучше пусть будет Доктор.

Я изучающе посмотрел на неё в зеркало заднего вида.

Что я увидел? Женщина лет тридцати пяти, может, даже чуть младше, упитанная, щекастая, грудь, если прикинуть, где-то третьего размера, задница здоровая, это называется стеатопигией, широко распространено в Африке. Глаза карие, широко расположенные, кожа смуглая, я бы сказал, что тёмно-кремового оттенка, точно такого же, как у Берты, толстые губы, зубы большие и на удивление белые, ростом она где-то метр шестьдесят пять, то есть чуть менее чем на десять сантиметров выше Берты, которая явно дитя тяжёлых времён, волосы курчавые, длинные, но сложенные в пучок на затылке, взгляд умный, но слегка охуевший, в стиле американских мамаш: "чё ты там ляпнул, белозадый?!" Да и по поведению видно, что она явно будет пытаться меня строить в будущем, когда станет поспокойнее. Ну, это мы ещё посмотрим. Она просто не знает, с какими мегерами я имел дело в силу профессии…

Впереди нас ждала длинная ровная трасса примерно на сто километров, а потом начнётся африканский пиздец. У нас дороги, как показывает практика, ещё нормальные.

На разветвлении встретится городок Уис, что неподалёку от затопленного карьера.

— Итак, следующим городом, точнее городком, который мы встретим, будет Уис, — сообщил я всем.

— Ох, там живут одни напыщенные белые индюки… — фыркнула Малайка, затем наигранно прикрыла рот в смущении. — Ой, прости, не хотела тебя задевать.

— А я и не белый, — усмехнулся я. — Я — русский.

— Русские — это белые, — снова фыркнула Малайка.

Нет, всё-таки они тут рано рожают. Я бы охренел, появись у меня в пятнадцать-шестнадцать лет собственный ребёнок. Урбанизация инфантилизирует людей, детство длится всё дольше и всё такое, но блядь! Пятнадцать лет! Это слишком даже для некоторых стран Африки! А, мы и так в Африке…

— Вот хрен угадала, Мали, — умышленно сократил я её имя. — Согласно исследованию учёных Портленда, русские — это "цветные". То есть тоже угнетаемые и всё такое… Это не я придумал, это умные люди исследование провели и пришли к такому очевидному выводу! Так что смиритесь, что у вас есть чёрные братья и сёстры, которые вынуждены были стремительно побелеть из-за уникальных и очень суровых климатических условий России…

— Чего? — недоуменно спросила Малайка.

— Берёзы, ну чёрно-белые деревья с зелёными листьями, видели на картинках? — спросил я, а увидев положительные кивки от обеих, продолжил. — Моим предкам приходилось адаптироваться сначала под них, потому что берёзовые леса были повсюду на тысячи километров вокруг, сначала они стали чёрно-белыми, а потом климат начал резко портиться и наступила вечная зима. Вот тогда-то они окончательно побелели, чтобы не выделяться на фоне снега. Но это всего лишь камуфляж, не более! В душе мы чернее безлунной облачной ночи!

Повисла пауза. А затем Берта не выдержала и прыснула.

— Да шучу я, — махнул я рукой, и снисходительно улыбнулся не сразу врубившейся Малайке. — Я как снег белый. Но угнетённым себя чувствую с рождения. Вот вижу твой взгляд, Мали, и интуиция подсказывает мне, что ты будешь трахать мне мозги.

— М-хм, — в подтверждение кивнула Мали.

— Только имей в виду, я сам мозготрах каких поискать, — предупредил её я. — Ты рискуешь вступить в битву, в которой не сможешь победить.

— Это мы ещё посмотрим, — криво усмехнулась Малайка.

Я пожал плечами.

Километров через шестьдесят медленного и печального пути я понял, что окончательно морально заебался и надо делать привал.

— О, вижу отличное место для привала, — увидел я скопление каких-то подобий сухих и кривых стволов мёртвых деревьев.

Съехал с трассы и припарковался в глубине этой мёртвой рощи.

— Я сейчас…

Вышел наружу, расчехлил зафиксированный на крыше рулон ткани и замысловатым образом накрыл всю машину. Теперь она выглядит как нечто белое на белом фоне. То есть ещё постарайся разгляди.

Заглушил двигатель, белый брезент послужит отличным буфером, поэтому не замёрзнем за ночь.

Залез обратно в машину, запахнул брезент поплотнее и скрепил его пуговицами. Всё продумал.

— Всё, теперь ужин и спать, — сообщил я всем план дальнейших мероприятий.

Максимка уже сам клевал носом, поэтому я быстро разогрел говяжью тушёнку на спиртовой горелке, разложил по одноразовым тарелкам, поперчил и раздал галеты. Галеты сами по себе — безвкусная херота, но с тушёнкой заходят как опытная алкашка в бар. То есть легко и непринуждённо.

Поужинав, завалились спать.

Я устроился сзади, разложив сиденье в положение "срочно спать". Разулся, ослабил ремешки и закрыл глаза.

Уснул практически сразу, но был разбужен тем, что кто-то навалился сверху. Первой реакцией было, что нападение, но я не дурак, знаю, что так просто внутрь не попасть, двери заблокированы, значит это кто-то свой. От Берты исходили какие-то намёки, поэтому я сразу подумал на неё.

Тут она справилась с пуговицами ширинки ватных штанов, приспустила трусы и энергично взялась за дело. Ну, меня долго уговаривать не надо.

Я взялся за задницу Берты, которая на ощупь оказалась совсем не задницей Берты. Не то чтобы я щупал задницу Берты, но ожидал куда меньших масштабов. Очень странно…

Достал зажигалку и кармана бушлата и ненадолго зажёг её. Ого! Малайка, мать её!

— Т-с-с… — приложила она палец к моим губам. — Тише…

— Ты ебанутая… — тихо ответил я. — Слезь с меня.

— Ты пожалеешь… — не очень уверенно ответила Малайка, всё ещё держа мой эрегированный член нацеленным в свою вагину.

— Уже жалею, — ответил я. — Слезай.

Она чего-то выжидала, думала, что я изменю решение, но я сдвинул её в сторону и поставил на пол салона.

— Пидор, — буркнула Малайка и залезла на своё кресло, где отвернулась и затихла.

Ага-ага, стану я трахаться со случайной бабой в АФРИКЕ! В Намибии куча народу, чуть ли не одна восьмая населения, болела ВИЧ. Мне такие проблемы не нужны. Буквально на хрен не нужны!

Успокоив себя подобными рациональными и убаюкивающими мыслями, я потихоньку уснул.

Проснулся от тихого, но мерзкого треска будильника, я специально поставил такой. Разбудил Берту, усадил в кресло штурмана, а сам вышел снимать маскировочный брезент. Снега навалило мама не горюй! Пришлось использовать сапёрную лопату, которую я нашёл среди хлама на улице. Негры — странные ребята. Такая хорошая вещь из нержавейки лежит среди груд мусора, но никто не позарился. А вот лежи там пусть даже нерабочий пистолет…

Завёл мотор, прогрел как следует и мы поехали дальше.

Малайка с Максимкой так и спали, не заметив, что мы уже тронулись в путь.

— Достань из бардачка сушёное мясо, — попросил я Берту.

— Что за странные шорохи и разговоры были ночью? — поинтересовалась она, протянув мне вакуумный пакет с вяленым мясом.

Кажется, в США это называют "джерки". Очень популярная там тема. Долго хранится, можно забыть в кухонном шкафу на год, а потом без каких-либо последствий закусить им свежее пивко. Индейцы — профессиональные кочевники, в вопросе еды для дальних странствий они херни не посоветуют.

— Твоя мать пыталась трахнуть меня, — честно ответил я, с удовлетворением увидев вытянувшееся лицо Берты. — Но меня перед этим обычно надо сводить в кино или в ресторан, ну или в кафе в крайнем случае, поэтому у неё ничего не вышло.

— Но я видела, как ты ломался, — вмешалась в разговор проснувшаяся Малайка.

— Что ты там могла видеть? — хмыкнул я. — Обломалась по полной, вот и весь сказ.

— Пошёл ты, Доктор, — ответила на это мамаша Берты и с головой укрылась одеялом.

По трассе доехали до упомянутого вчера Уиса. Городок выглядел заброшенным. Во всяком случае об этом говорили обвалившиеся крыши. Видимо, тут никто не пытался возродить цивилизацию, поэтому было решено оставить город на съедение пескам, а затем, ко всеобщей неожиданности, снегам и бурям. Вот уж чего не ждёшь в Центральной и Южной Африке — это классических русских метелей…

Город грабили, это видно по вскрытым машинам и засыпанной снегом бытовой технике, стоящей и лежащей на улице. Видимо, началось стихийное мародёрство, а потом мародёров увидели мертвяки…

Волн мародёрства было как минимум два, но сдаётся мне, что больше. Искать тут нечего.

— Обрати внимание, какие аккуратные ряды домов и ровные улицы, — произнесла Мали. — Здесь никогда не было трущоб, а люди жили хорошо. Белые люди.

— Вот только не надо мне тут про расизм, апартеид и прочее, — попросил я её. — Я знаю обо всём этом не меньше вашего, так как ты в апартеиде не жила и жить не могла, он закончился в девяносто четвёртом году прошлого века и вообще имел место только в ЮАР.

— Это так, но ты даже… — начала искать контраргументы Мали.

— Я всё прекрасно понимаю, — прервал я её. — Определять качества людей по цвету кожи — это расизм. Я тоже определяю по цвету кожи человека некоторые его особенности. Если кожа желтого оттенка — скорее всего, у человека гепатит А или поражение печени, селезёнки, желудка, но это надо в каждом конкретном случае разбираться. Синеватый цвет кожи — у человека серьёзные проблемы со снабжением кислородом, а значит надо смотреть лёгкие. Зелёного цвета — желче-каменная болезнь или цирроз печени. Надо смотреть на людей только в этом контексте, а не приписывать им какие-то липовые качества или недостатки. Я встречал одинаково тупых негров и белых, а также видел очень умных негров и не менее умных белых. Азиаты тоже не особо отличаются: есть непревзойдённые гении, есть тупицы каких поискать. Тупость или ум — это качество ЧЕЛОВЕКА, а не расы. Вон, тот же Максимка, если его правильно воспитывать, может стать в будущем выдающимся учёным, если у него душа к этом лежит, конечно же. Так что не надо затирать мне про человеческие расы: в своей общей нелюбви я человечество на группы не делю.

Повисла ошеломлённая пауза.

— М-м-м… — протянула Берта.

Пришлось сделать такую отповедь, потому что не могу терпеть когда кто-то начинает тянуть эту песню про многие поколения угнетения и так далее. У нас вообще, благодаря действиям Алексея Михайловича, точнее утверждённому Соборному уложению 1649 года, одобренному инициированному им, ввели официальное рабство, это при том, уже многие сотни лет существовало такое явление как холопство и закупы. Последние не были полноценно рабами, но хозяину разрешалось пиздить их за провинности. А сынок этого самого Алексея Михайловича, известный как прорубатель окон и нагибатель шведов, Пётр I, ввёл подушную подать и фактически закрепил начинания своего папаши. Рабство в России официально существовало двести двенадцать лет. А после отмены крепостного права лучше не стало, ведь землю крестьянам давать никто не собирался. И если Алексея Тишайшего никто особо не вспоминает, то вот Пётр Великий считается величайшим лидером. И это последствия их прямых действий. Люди были расценены как скот, ими торговали, их до смерти запарывали плетьми за провинности, я видел это своими глазами, центаврианцы записывали всё, что могло показаться интересным даже притязательному зрителю. Больные ублюдки.

— К Чёрчу эту деревеньку, не будем тратить время, — решил я и мы поехали дальше.

С территории Анголы раньше начинался зелёный край, продолжавшийся до самой Сахары. Влажные тропические леса, минусовых температур до недавних времён тут не знали.

— Кстати, у вас впервые так холодно? — поинтересовался я у Берты, в этот момент поворачивая на улицу Мейн, ведущую к северной трассе.

— Холода начались недавно, за три-четыре дня до "обнуления интерфейса", — ответила Берта. — Сначала просто холодало, а потом пошёл снег, который не таял на земле. Температура падала и мы узнали, зачем на некоторых градусниках цифры "-20°", потом "-30°", а потом и "-40°"…

— Было очень тяжело, — вздохнула Мали. — Тебе, наверное, было легко приспособиться?

— Конечно! — засмеялся я. — Я же не человек, а цельнометаллический робот и мне совершенно плевать, пусть хоть минус шестьдесят.

— Опять шутишь? — уточнила Мали.

— Знаешь, чем отличаются люди северных регионов от людей южных регионов? — спросил я её.

— И чем же? — улыбнулась она.

— Мы одеваемся теплее, — я прибавил скорости, так как буря начала ослабевать и стало видно чуть дальше. — А в остальном почти никаких отличий. Ну и мы меньше ноем, если холодно. Нытьё от холода не защищает.

Разговор затих, мы минут двадцать ехали в тишине, а затем проснулся Максимка.

— А мы уже едем? — спросил он, пройдя к передней части салона.

— Да, едем, — кивнул я. — Ты пропустил город Уис. Но, к счастью, там было совершенно не на что смотреть, руины и снег. Как спал?

— Хорошо, — ответил Максимка. — А когда мы будем снова учиться?

— Пока едем, с тобой будет заниматься Берта, — сказал я ему. — Сейчас садись за стол, покушай, а потом занимайся математикой и айнфах-дойчем с суахили.

В программе обучения Максимки пока что есть только три предмета. Как только хорошо освоит айнфах-дойч, что для ребёнка вообще фигня, буду учить его русскому. Ещё надо где-то поднимать уровни. Как я выяснил у самого Максимки, уровень у него нулевой, а был первый до обнуления. Родители его тоже не были особо высокоуровневыми, по воспоминаниям Берты, которая их лично не знала, но несколько видела на улице. Как я понимаю, власть над городом взяли быстро. Вот разница, да? У них жопа происходила перманентно, высокая безработица, но у остальных зарплата как у нас, по доллару-полтора в день. Да что говорить, у меня у самого зарплата была двадцать тысяч рублей в месяц! Получал целых двенадцать баксов в день, если считать по последнему курсу. Это получается, что я получал в десять раз больше, чем местные рабочие в сельском хозяйстве. Вот и вся разница в уровнях жизни. Хуёво они жили, если российский врач из Мольска получает в десять раз больше, чем работяга. Да у нас минимальная зарплата в семь раз больше, чем у местных! Вот это разница…

Можно подумать, что раз зарплаты низкие, то и цены тоже. Но вот нихуя подобного, дорогие мои. Чернокожие оборванцы из голливудских фильмов — это не стремление американцев принизить негров, это у них последние лет двадцать весьма чревато, а просто суровая реальность. Безработных больше, чем спидозников, ели они не каждый день, а после Апокалипсиса выяснилось, что еда была, только не для всех. Тут обитали белые люди, потомки колонизаторов, которые владели большей частью земель. Процесс отжимания земель был медленным и печальным, так как государство не слишком прельщала перспектива выкупать участки у белых и давать их каким-то фермерам, но какие-то подвижки шли. Мали рассказала мне, что они тут половиной страны были задействованы в сельском хозяйстве, но на экономике это никак не сказывалось, а зарплаты были те самые доллар-полтора в день и то в лучшие годы. Всё шло к тому, что ангольский вариант робко выглядывал из северных джунглей и призывно манил своим чёрным пальцем. На фоне Намибии в Анголе были райские кущи: зарплата где-то по четыре бакса в день, есть бесплатная медицина, дороги строят ударными темпами, даже новые города появлялись… Но местный лидер не особо хотел перекрашиваться в красное, он сам в восьмидесятые вроде как взошёл на местный политический олимп благодаря бабкам от лидеров апартеида ЮАР, выделяемых для борьбы с красной угрозой.

Я к чему это? В Анголе повыше уровень жизни, а также технический уровень неплохо подтянут социалистическими немцами. Там однозначно больше еды и ресурсов для того, чтобы соорудить передатчик для связи с Васей. Попрошу его отложить Анголу напоследок…

Но мы сначала посмотрим, как там обстановка. Может, не понравится ситуация и мы поедем дальше. Демократическая Республика Конго была военным лагерем, в которой как в чёрной дыре тонули миллиарды долларов США, выделяемые для повышения обороноспособности страны в свете угрозы со стороны Анголы.

ДРК придётся объезжать седьмой дорогой, у них техники и оружия было раз в пять больше, чем в Намибии, причём самые свежие образцы, а не под личным контролем Босха стреляющие Ли-Энфилды времён короля Георга V.

Тут мне в голову пришла мысль, что читал когда-то новости о том, что Калашников поставляли крупнейшие в истории концерна партии оружия в Анголу. И это только то, о чём я лично слышал. А ведь одним этим они вряд ли ограничились: туда и оружие, и технику, специалистов тоже, думаю, отправляли. ЧВК всякие тоже, полагаю, обеими сторонами нанимались. ГДР и Китай могли себе такое позволить, как и США.

Блядь…

Почему мы не поехали в ЮАР? Там точно всех сожрали и не будет никаких проблем. Или в Мозамбик, он, конечно, далековато, но можно было бы попробовать.

Проклятье… Да что ж такое-то?!

— Ты чего напрягся? — поинтересовалась Берта.

— Да думаю, что совершаем ошибку, направляясь в Анголу, — признался я. — Там накануне Апокалипсиса военный конфликт назревал, пессимисты даже болтали, что Третья мировая война возьмёт своё начало в Африке.

— Ерунда, — пренебрежительно махнула рукой Мали. — К тому моменту, как всё началось, они уже воевали.

— В смысле? — я аж отвлёкся от дороги и повернул голову к Мали.

— За дорогой следи, — кивнула в сторону трассы она. — До вас, видимо, не успели дойти новости. Вечером того дня, когда всё началось, военные Конго вторглись на территорию Анголы, посчитав, что ходячие мертвые — это биологическое оружие. Их встретила армия Анголы, которая, как думаю, посчитала так же. Они воевали месяца четыре, пока их всех не съели мертвецы.

— А до вас как новости дошли? — поинтересовался я, вновь вернувшись к наблюдению за трассой.

— А мимо нас проезжало несколько машин с ангольцами и немецкими военными, — ответила Мали. — Там были одни мертвецы, которые на многих тысячах бесхозно лежащих в джунглях трупов растут очень быстро. Слишком быстро.

Так, это всё меняет…

— Тогда ладно, — пожал я плечами.

Топлива полбака. До границы с Анголой около пятисот километров, а до Луанды, столицы Анголы, почти две тысячи километров. Кстати…

— Знаете какие-нибудь хорошие места в Анголе, где можно задержаться на пару-тройку лет? — поинтересовался я у Мали и Берты.

— Луанда, — уверенно ответила Берта.

— Но чуть ближе есть Бенгела, — добавила Мали. — Больше городов Анголы я не знаю.

— Итак, карта…

Судя по бумажной карте, добираться проще будет по побережью, карта, правда, старая, местные использовали почти весь библиотечный фонд в качестве топлива для согревания домов. А потом люди удивляются, чего это человечество в случае катаклизмов быстро скатывается к первобытно-общинному строю. Точнее, к первобытно-общинному строю с Автоматами Калашникова и миномётами.

— Маршрут перестроен, — произнёс я вслух "механическим" голосом, а затем медленно повернул голову к Максимке. — Бззт-бззт!

Максимка захихикал. Не думал я, что когда-нибудь буду кривляться для развлечения ребёнка.

Эх…

— Едем сейчас до некой Явалайи, а по дороге ищем топливо для машины, иначе придётся идти пешком, — сообщил я всем о нашем дальнейшем маршруте.

— У нас проблемы с топливом? — спросила Мали.

— Половина бака есть, а также четыре канистры по десять литров сзади, но этого слишком мало, чтобы добраться до Бенгела, — ответил я. — Упс, придётся сделать небольшую остановку. Если кому-то надо сходить по нужде, это самый отличный момент!

Я остановил машину у здоровенного баобаба, вышел наружу, огляделся по сторонам, минуты две постоял, вроде тихо.

Зашёл за баобаб и начал справлять нужду. Полил растение, заправился и пошёл обратно к машине. Тут вылезла Берта и направилась в сторону дерева. Я остался стоять на улице, мало ли что…

Пока ждал, закурил и решил быстренько посмотреть, что там у меня с характеристиками и что можно улучшить…

Имя: Погуляйкин Георгий Мартынович

Прозвище: Доктор, Доктор Крест

Уровень: 4

Опыт: 135/160

Характеристики:

Сила — 15

Восприятие — 15

Выносливость — 15

Харизма — 15

Интеллект — 15

Ловкость — 15

Удача — 5

Навыки:

Медицина — 100

Первая помощь — 100

Пульмонология — 100

Наука — 50

Техника — 100

Рукопашный бой — 50

Огнестрельное оружие — 100

Холодное оружие — 20

Дипломатия — 1

Пассивные способности:

«Чутьё тыла» — к вам невозможно незаметно подкрасться сзади и нанести предательский удар в спину.

«Мастер-оружейник» — 1,5 % шанс увеличить качество оружия на два ранга при его изготовлении. Пять стадий.

«Улучшатель» — разблокировка рецептов для изготовления улучшенных деталей к огнестрельному оружию до 1920 года разработки. Пять стадий.

«Штурмовик» — разблокировка рецепта изготовления баллистического целеуказателя для автоматических карабинов, пистолетов-пулемётов и штурмовых винтовок. Опыт, получаемый от убийства противников данными типами оружия, выше на 10 %. Пять стадий.

«Легендарный мастер-оружейник» — 0,1 % шанс изготовления огнестрельного оружия легендарного качества. Десять стадий.

"Профессионал" — разблокировка первого уровня алгоритмов правильной эксплуатации техники хронологически раньше XVIII века для повышения её срока службы. Четыре стадии.

Активные способности:

«Взгляд конструктора» — активируемый модуль дополненной реальности, который указывает на все имеющиеся в изделии конструкционные недостатки. Длительность действия: 5 минут. Откат: 20 минут.

Особенности:

Выращенный организм — ваше тело было искусственно выращено и обладает чистым генетическим кодом и высокими физическими характеристиками, вы идеальны, но это нечестно по отношению к остальным участникам #%$@^^^$

программы. Штраф: −50 % к получаемому опыту до 30 уровня.

«Учёный-медик» — вы посвятили свою жизнь науке медицине и это принесло свои плоды. Бонус: +50 % шанс на успех медицинского вмешательства.

«Робототехник» — благодаря вам увидели свет тысячи и тысячи роботов различной степени разумности, а также целых два полноценных искусственных интеллекта. Бонус: гарантированная успешность изготовления робототехники до пятого класса сложности. +50 % шанс на успех изготовления робототехники от шестого до десятого класса сложности. +5 % шанс, что неподконтрольный андроид станет дружелюбным к вам.

«Брошенный» — практически все, кому вы верили, вероломно предали вас. Бонус: разблокировка способности «Чутьё тыла».

«Борец» — ваша прошлая жизнь — неравная борьба. Бонус: −50 % шанс, что удар по вам станет летальным.

«Клятва Гиппократа» — ваши принципы и взгляды на жизнь несколько не соответствуют окружающим вас реалиям. Бонус: разблокировка навыка «Дипломатия». Штраф: вы относитесь к людям лучше, чем они того заслуживают, попробуйте поменяться, прежде чем умрёте.

«Курильщик» — сигареты когда-нибудь вас погубят. Штраф: сигареты удовлетворяют потребность в никотине в три раза хуже.

«Лонгин» — по мнению окружающих, вы обращаетесь со своими врагами варварски жестоко. Бонус: ваши жертвы получают +50 % болевых ощущений при нахождении распятыми на кресте. Разблокированы рецепты всех видов крестов. Штраф: любой участник #%$@^^^$ программы с отрицательным социальным рейтингом при общении с вами будет уведомлён о том, что имеет дело с обладателем данной особенности.

«Гуру» — вы имеете свыше семи особенностей, поздравляем вас с насыщенной прошлой жизнью! Бонус: +10 % шанс на получение новой особенности.

В принципе, никаких изменений, кроме увеличения уровней. Курильщик, правда, всё время пока я курил переливался красноватым цветом, но хрен с ним, другого кого-нибудь пусть пугает…

По идее, надо подкачать "Дипломатию", а также "Науку". Понятия не имею, что может дать последняя…

Я долго жалел, что за "Медицину" не дали способностей, но, с другой стороны, её не пришлось качать и я сейчас дипломированный специалист, который может просто дохрена с на 50 % большим шансом на успех вмешательства из-за особенности! Видимо, поэтому у меня в госпитале практически никто не помер, кроме тех, кто был слишком тяжёл. А ведь в условиях той антисанитарии даже средней тяжести ранения могли укатать в гроб любого, несмотря на старания хоть какого специалиста! Реально, особенность работает!

Только я успел поднять "Дипломатию" до 11, как из-за дерева вышла Берта и неловко улыбнулась мне.

— Поехали? — поинтересовалась она.

— Да, поехали, — сел я за руль. — О Ангола, о Ангола, о Ангола, Ангола, как ты сказочно красива, о Ангола, Ангола…

Глава четырнадцатая. Небоскрёб

Примечания:

Песня для атмосферы — https://www.youtube.com/watch?v=JL8MGcuKMmQ

— Что за песню ты только что бубнил себе под нос? — спросила Мали, заменившая свою дочь на посту штурмана.

— Это песня "О, Ангола", — ответил я. — Наложена на мотив песни "Oh may darling Clementine", популярной когда-то американской, можно сказать, народной песни. Посвящена она советским военным специалистам, воевавшим в Анголе во время гражданской войны, начавшейся в 1975 году. Советы помогали МПЛА, Народное движение за освобождение Анголы — Партия Работать.

— Работать? — не поняла Мали. — Может, Труда?

— Да, точно! — кивнул я. — Труд — Работать. Понял. Так вот, против них выступали УНИТА и ФНЛА, которых поддерживал Апартеид ЮАР. Последнее — это всё, что нужно знать об этих неграх. Когда Апартеид пал, Мандела, на улице имени которого мы все обретались в Свапкомунде, начал поддерживать МПЛА. И вплоть до 1991 года в этой гражданской войне успело поучаствовать около 40 000 военных специалистов из СССР. Кто-то из них решил написать песню, ставшую широко известной в узких кругах.

— Про это я слышала, — кивнула Мали. — Русских тут всегда было много.

Шесть часов спустя мы уже были у границы Анголы. Блокпост с двумя ржавыми БМП-1 встретил нас настежь открытыми воротами и разобранными заграждениями. Как полагаю, после объявления общей боевой тревоги все пограничники перекрыли границу, но потом кто-то решил свалить, поэтому очень неумело всё это дело разобрал.

Останавливаться не стал. И правильно сделал: из тьмы бетонного здания блокпоста вышел чёрный мертвяк и побежал вслед за нами, а за ним ещё один и ещё один. Внутри греются, суки…

Кооперация у них на уровне: без явных признаков превосходства отдельных особей, но действуют коллективно, а былые мертвяки перегрызли бы друг друга спустя час-полтора совместного нахождения на квадратном километре. Любопытненько…

И, мне, скорее всего, показалось, но у одного из мертвяков стоял хрен. Реально стоял, будто мы его от просмотра порнухи оторвали! Или какого-то другого мероприятия…

Дерьмо…

Надеюсь, мне показалось. Иначе человечеству крышка в отдалённой перспективе. Да нам и так крышка в отдалённой перспективе. Но если то, что я увидел, правда, то нам капитальная металлическая крышка.

Набрал скорость, чтобы оторваться от этих тварей, которые набрали приличную скорость, где-то двадцать пять километров в час. А потом я нарочно замедлился, чтобы посмотреть, как долго эти твари могут двигаться с такой скоростью. Оказалось, что недолго, сто метров — и они сбавили темп, хотя мы были всего в сорока метрах. То есть в рамках человеческих возможностей. Это ценное наблюдение.

— Итак, мертвяки бегают не быстрее физически подготовленного человека, имеют те же ограничения по выносливости, — сообщил я всем. — Максимка, для тебя это значит, что единственным шансом на спасение от погони будет пристрелить тварь наповал. И всех остальных тварей тоже. Поэтому держись рядом, если надо будет бежать, будь готов запрыгнуть мне на спину.

— А я? — спросила Мали. — У меня с бегом не очень.

— А тебе нужно срочно научиться быстро и долго бегать, — ответил я ей. — Или очень хорошо стрелять. Автоматы есть, найдём местечко поспокойнее, будем все вместе учиться. А вы чем вообще занимались все эти два года?

— Я умела стрелять, два премиум-навыка из ветки "Огнестрельное оружие" развила полностью, помню как целиться и стрелять, но руки снова дрожат, — поделилась со мной Мали. — Навыки исчезли после обнуления.

— Понял, — кивнул я. — Берта?

— То же самое, — призналась она.

— Ну, главное, имеете представление, как надо стрелять, — сказал я на это. — Остальное — вопрос практики.

Дальше вдоль дороги шла река. Ну как шла… Где-то подо льдом, наверное, шла.

— Никто не знает, что за река? — спросил я. — Карта молчит.

Берта пожала плечами, а Мали промолчала. Максимка точно не знал, ему всего шесть лет и он ещё толком ничего не видел. Охренеть вообще, как я бы вёл себя, окажись посреди Апокалипсиса в четыре года?

— Фиг с ней, с рекой, — решил я. — Надо проложить новый маршрут, раз тут сразу с порога встречают мертвяки…

Появилась возможность проехать по роскошной трассе, идущей вдоль побережья. Её строили по проекту Трансафриканской магистрали. Построили железную дорогу и рядом проложили автодорогу, чтобы соединять ЮАР, Намибию, Анголу, ДРК, Южный Судан и Эфиопию. Беспрецедентный ход, по масштабу сравнимый с Великой Зелёной Стеной. К слову, вложились все страны-участницы и насрать было на политические разногласия. Правда, почему-то побрили Мозамбик, Ботсвану, Замбию и Зимбабве, видимо, отказались раскошеливаться на общее дело.

Вот по участку магистрали "Намибия-Ангола" мы и поедем.

Придётся немножко удалиться от Бенгелы, куда мы, собственно, едем, но из-за хорошей дороги мы даже выиграем, потому что там точно есть машины, с которых можно слить бензин, а также не надо будет петлять по снежным просёлочным дорогам.

Да, вдоль побережья, где, по логике поведения прошлых мертвяков, их должно быть не слишком много, проехать не получится, но ровная прямая дорога соблазняет…

Решено!

Обогнул реку по трассе и практически сразу увидел магистраль. Длинные фонари, капитальное бетонное ограждение — всё как у людей!

Дальше, в принципе, ничего интересно в течение пятисот километров. По пути слил бензин у найденного на магистрали Трабанта, пришлось тщательно фильтровать, так как срок годности этого бензина истёк уже год как, к тому же хранение в бензобаке — не самый лучший способ, но заправка удалась, поэтому путь был продолжен без ненужных заминок.

Мертвяки пытались увязываться, но со скоростью японского микроавтобуса ноги соревноваться не могут.

— О, я вижу, где можно обосноваться… — произнёс я, разглядев небоскрёб, буквально торчащий из города. — Что это за здание?

— Не знаю, — пожала плечами Берта.

— В ваших краях что, в каждой деревне по небоскрёбу? — я поморщился. — Что-то по дороге было не видно. Неужели вы не можете даже предположить, что за… стоэтажное здание построили соседи? Это точно не творение "Ремесла" и "С-инженерии", иначе бы мы ничего сейчас не увидели, а в городе обнаружили груду трухи.

Ранее существовавшая "С-инженерия" позволяла сооружать невообразимые конструкции, причём очень быстро. Но теперь её нет, как нет больше её творений. Если бы мы с самого начала знали, что в конечном счёте всё превратится в труху, мы бы отказались от неё? Вот уж хренушки. И тогда, и сейчас мы думаем только о текущем моменте, а потом — не расти трава.

А дальше были покрытые снегом трущобы.

— Бенгела встречает гостей самыми лучшими местами… — грустно усмехнулась Мали. — Мы с Бертой жили в таких всего два года назад…

— Сочувствую, — произнёс я. — А что, немцы не решали здесь проблему трущоб?

— Если и решали, то не очень успешно, — ответила на это Мали.

Ехать было тяжело, снег уже улежавшийся, плохая проходимость. А это опасно…

Добавил газу и с повышенным риском аварии, зато на нормальной скорости, устремился к центру города, где находился отлично видимый из трущоб небоскрёб.

Прорвались через узкие улочки трущоб, пару раз пришлось искать альтернативные пути, так как дорога была перекрыта один раз перевёрнутой машиной, в второй раз грузовиком.

Внешний вид домов был аховый: по ним палили из автоматических пушек, а некоторые участки были буквально разбомблены. В одну халупу врезался вертолёт Ми-24 с гербом ГДР на хвосте. Пиздец…

Когда выехал на обычную городскую улицу, сразу стало полегче: планировка тут, в отличие от трущоб, более свободная, поэтому имелось место для объезда преград.

Стены проходящих мимо домов свидетельствовали об интенсивных боях, причём с применением мелкокалиберной зенитной артиллерии. На крыше двухэтажного дома я обнаружил знаменитую ЗУ-23-2, навечно нацеленную в небеса, а в одной из пятиэтажек стоял танк Т-72 с уничтоженным двигателем. Кто-то дубасил по нему массивными кулаками и царапал броню когтями. Как понимаю, высокоранговый мертвяк поработал.

Да уж, а ангольские военные когда-то давно приняли здесь неравный бой.

Честно говоря, я до сих пор понятия не имею, как можно было в самом начале оборонять город от мертвяков. Если предположить, что со вспышкой заражения как-то можно справиться, теоретически, то вот от прущих с линии фронта высокоранговых мертвяков мне эффективных мер противодействия не видится. Они же не организованными волнами наступают, а непрерывным потоком, веря в свою счастливую звезду.

С учётом того, что трущобы военные совершенно не берегли, более того, сами взрывали их авиацией, решив, что там уже некого спасать, предполагаю, что оборонять они решили центр города, что подтвердилось обнаруженной далее по улице линией из мешков с песком, противотанковых ежей, колючей проволоки и пулемётных точек.

Не помогло.

Когда мы преодолели раскуроченную линию баррикад, через которые ещё и танк проехал, под колёсами захрустело. И нет, это был не снег.

Я даже представлять не хочу отчаянье этих ребят, кидавшихся на оборонительный рубеж в надежде задержать упорно штурмующих баррикады мертвецов. У нас во многих местах было так же. Где-то военные выстояли, а где-то нет.

Тот же оказавшийся пидарасом полковник Осинин, вон, сумел организоваться и дать достойный отпор. Хотя из слов Васи я понял, что Осинин может уже быть никаким не Осининым, а маскирующейся под него тварью, которая сожрала тело и приняла его облик. Тогда очень жаль мужика…

Тут, как назло, лопнуло колесо. Оно тысячу раз могло лопнуть в пути, но сделало это из-за человеческих костей.

— Сейчас доезжаем до небоскрёба, я выхожу, а вы сидите, — дал я инструкции. — Забегаю в здание, проверяю первый этаж на наличие мертвяков, а потом подаю знак. Оружие держать наготове. Максимка, держи пистолет под рукой.

Максимка серьёзно кивнул.

Проехали мимо посольства Германской Демократической Республики. Тут были всё выглядело ещё хуже, чем на линии обороны. Костей просто дохрена, настолько, что они даже проглядывают из-под снега. Окна закопчённые, мешки с песком, пулевые отверстия в соседних зданиях, а также свисающий из окна костяк в истрёпанной неместной военной форме. Он застрял в колючей проволоке, которой заблокировали второй этаж, поэтому стащить и сожрать его мертвяки не смогли, но обглодали на месте.

Картины прошлого явственно возникают перед моими глазами из-за богатого воображения. Да уж…

Доползли до небоскрёба, хотя спущенную шину начало ощутимо "жевать". Странно, они обычно с запасом прочности делаются, чтобы можно было доехать до ближайшего СТО. Впрочем, это Африка.

Припарковал микроавтобус правым бортом к главному входу, вышел, замер и прислушался. А вдоль дороги мёртвые с косами стоять. И тишина.

Не, мертвые с косами не стоят, но атмосфера примерно такая. Как на давно заброшенном кладбище.

Вхожу в чудом уцелевшие стеклянные двери, иду очень тихо и медленно. В центре холла замираю и внимательно слушаю. Тишина.

Вижу, что здесь тоже шёл ожесточённы бой: пыль, в разбитые витражные окна намело снега, кости повсюду, обрывки экипировки, а также оружие. Значит, сюда ещё не добрались мародёры. Видимо, Луанда смотрится куда привлекательнее. Либо никого поблизости не было.

Вообще, забавно, как всё в одночасье изменилось. Два года всем было абсолютно насрать, чем можно поживиться в съеденных заживо городах. Это было мало того, что опасно, так ещё и лишено смысла: продвинутые навыки могли дать всё, что можно было найти в городах.

Но сейчас они приобретают первостепенную важность. Поэтому надо занимать козырное место, усеивать всё ловушками, минами и устраиваться комфортно в кресле на балконе с отличным видом на взрывающихся противников.

Кто противники? Все.

Луанда, как я понимаю, скорее всего, уже раздирается группами мародёров, поэтому там нельзя найти ничего, кроме автоматной очереди в грудь или в спину.

Внимательно осмотрев весь первый этаж, я заблокировал дверь к лестничной площадке металлическим шкафом из помещения охраны, выглянул наружу и подал знак остальным.

Что представляет из себя первый этаж небоскрёба? Стойка регистрации с пятью креслами за ним, видимо, для обслуживания населения, лавки у стен, гигантская картина с каким-то важным негром в военном мундире, на всю стену над стойкой регистрации, всякие вывески с лозунгами, чёрные экраны ЖК-телевизоров на стенах, несколько компьютеров на стойке регистрации, а также витражные стёкла, которые надо будет перекрыть бетоном и сталью, главное только найти… Полы тут сделаны под мрамор, а стены покрыты крупной и дорого выглядящей керамической плиткой с узорной гравировкой. Когда-то здесь было стильно и красиво.

Надо осмотреться и найти оптимальное место наверху. Лифты не работают, поэтому подниматься на самый верх будет полной жопой, но в то же время самые верхние этажи являются наиболее безопасными местами для постоянного обитания.

— Здесь слишком долго находиться небезопасно, поэтому я найду где тут лестницы и мы пойдём на самый верх, — сообщил я всем дальнейший план. — Но сначала надо загрузиться нашими пожитками.

В ритме вальса перетаскав всё из микроавтобуса к обнаруженной у лифтов лестничной площадке, я накинул на себя около сотни килограмм груза, раздал Мали и Берте по пятнадцать килограмм и решил, что за оставшимся грузом расправлюсь за второй рейс.

Лестницы…

На десятом этаже мы обнаружили единственную незаблокированную дверь, за которой увидели груды костей.

— Ещё девять раз по столько же, — ободряюще улыбнулся я уже подуставшим сообщникам.

Нагрузка в сто килограмм утомляла, но я чувствовал, что смогу без передышек подняться ещё этажей на пятьдесят. Самое лучшее вложение, которое было сделано мною за последние два года — это "Синтетическая биоинженерия", в качестве побочного эффекта позволявшая выращивать любые органы, даже не биокибернетические. И даже безукоризненно совершенные тела людей. Благодаря нам увидели свет сотни искусственных людей, некоторые из которых впоследствии пропали без вести и, вероятно, умерли, а может и нет. Если они живы, то у них, как и у меня, сейчас есть неслабое преимущество перед остальными.

С десятого по пятидесятый поднимались четыре часа. Максимка сомлел уже на двадцатом, поэтому я взял его на руки, а Мали и Берта делали частые перерывы.

— Мой самый страшный враг теперь — ступени, — тяжело дыша, сообщила мне Берта, сидя на полу лестничного пролёта пятидесятого этажа.

— Да на вас же всего по пятнадцать килограмм! — удивился я, так же тяжело и часто дыша. — Ладно, хватит отдыхать, ещё один раз столько же!

Не вдохновил. Максимке вообще пофиг, он спит у меня на руках.

На семидесятом этаже я понял, что эти двое уже не способны на дальнейшее движение.

— Ладно, сгружаемся здесь, но завтра с утра пойдём дальше, — решил я, укладывая Максимку на расстеленный Бертой спальный мешок. — Вооружайтесь и следите за лестницей.

Скинув груз, я взял пистолет Five-Seven и направился разведывать семидесятый этаж. Дверь на лестницу была завалена изнутри, пришлось приложить усилия, прежде, чем удалось её разблокировать. Она открывалась наружу, то есть к лестнице, поэтому неизвестный фортификатор нашёл где-то трос и привязал ручку двери к тяжёлому сейфу, находящемуся в противоположной комнате. Постоянным дёрганьем двери я сумел немного выдвинуть сейф, дверь слегка приоткрылась, а затем я отрезал верёвку палашом.

До всего случившегося дерьма здесь был офис некой "Kranbau Eberswalde". Явно не русские. Немцы, небось…

Повсюду, вот неожиданность, следы схватки. Опрокинутая мебель, оргтехника, баррикады в коридорах, но ни единого звука. Чтобы кое-что проверить, я якобы случайно сбросил со столы грязный стеклянный стакан, который с громким звоном разбился об кафель. Если кто-то не знал, что я здесь, то теперь точно знает. Лучше пусть они сами ко мне выйдут, чем я напорюсь на них.

Пять минут — полёт нормальный. Странно.

Пришлось идти. Либо здесь нет мертвяков, либо они очень умные.

Начал обследовать кабинет за кабинетом. В итоге пришёл к выводу, что здесь никого нет, а раньше тут заседали немцы. Среди документации нашёл несколько рекламных брошюр: немцы из этой компании занимались подъёмными кранами для портов и прочими изделиями в этой сфере. Можно было подумать, что немцы тут были исключительно как социалистический старший брат, который помогает молодой стране подниматься из разрухи, но это было бы не совсем правдой: взамен за реальное планомерное извлечение Анголы из жопы, немцы заменили собой орудовавших тут до них англичан, американцев и французов, выкинув их на мороз и начав добычу очень полезных ископаемых в тех же масштабах, что и предыдущие кровососы, но уже по куда более выгодным даже по их меркам расценкам. Экономически это выглядело как колониальная политика, правда, по оценкам экспертов, половина всей выручки так или иначе возвращалась в Анголу в виде новых заводов, тысяч школ, больниц, жилых массивов и прочей социалистической атрибутикой. Но остальное уходило в ГДР, поэтому эти социалистические друзья маленьких и бедненьких африканских стран оставались в существенном плюсе, потому что с двадцать второго года ОПЕК опять пошёл на уступки и нефть серьёзно подорожала, а Ангола — это в первую очередь нефть, которую немцы качали отсюда как гигантских размеров комар, не забывая также о газе, который по выгодным для ГДР ценам продавался в сжиженном виде в Европу, что было жутко неприятно для наших отечественных бизнесменов, так как стало сложнее угрожать ФРГ и остальным странам Европы перекрытием вентиля. Всю потребность Ангола закрыть не могла, но тем не менее, на фоне этих поставок уже нельзя было в одну не очень прекрасную зиму волевым усилием оставить всю Европу совсем без газа.

Да уж… А что осталось сейчас? Заводы, которые вряд ли заработают в будущем, больницы, которые больше не примут пациентов, школы, где больше никогда не будут учиться дети…

Грустно.

Но этаж обследован, а также обнаружено надёжное убежище, коим представился архив со стальной дверью и внутренним засовом.

— Идёмте, на этаже пусто, — позвал я развалившихся на лестничном пролёте сообщников.

Всего было четыре лестницы в разных концах здания, три из них было заблокировано, но четвёртый был открыт, по нему, как я понимаю, позднее эвакуировались все выжившие с этажа.

— Закройтесь тут, поужинайте, а я обследую верхние этажи и перенесу туда наши пожитки, — я притянул дверь, а Берта закрыла засов.

Выйдя на лестничную площадку, я поднял свой груз и продолжил подъём. Все двери на лестницы были заблокированы, здесь чувствовалась системность, кто-то в своё время взял небоскрёб под единый контроль и дал команду на блокировку лестниц. Это значит, что много кто из обитателей был жив и спустя недели с начала Апокалипсиса.

Любопытно…

Сотый и девяносто девятый этажи были отданы под телевидение. Тут были павильоны, оборудование, гримёрки и лишь незначительные следы борьбы с мертвяками. Здесь делали государственное телевидение, на манер Останкинской телебашни, антенны до сих пор в хорошем состоянии, я это ещё на подступах к городу заметил, это перспективно. В день Апокалипсиса в павильоне какой-то детской передачи на айнфах-дойч шли съёмки, реквизит в виде игрушек и больших букв хаотично разбросан, давно засохшая кровь повсюду, кости с как минимум четырьмя черепами…

А вот с девяносто восьмым и девяносто седьмым этажами повезло. Двери кто-то не очень серьёзно завалил шкафами, но открываются-то они наружу, поэтому мне всего лишь потребовалось перелезть через шкаф и всё, я внутри. Тут, судя по надписям, располагалось служебное жильё для германских специалистов, причём вход по карточкам, в лифтовом холе имелось КПП с камерами и автоматическими вратами, которые так и остались открытыми.

Здесь по-кладбищенски тихо, но интуиция подсказывала мне, что что-то тут нечисто.

Я снял АК74 с плеча и взял наизготовку. Прошёл к автоматическим дверям и понял, что насторожило мою интуицию: свежие следы в пыли. Часть следов от чьих-то ботинок, а часть от голых ступней. Это нехорошо. Это значит, что придётся пострелять…

Квартиры имели нумерацию от одного до пятидесяти, часть дверей открыта настежь, но что внутри не видно, пока я тут возился с грузами, на улице стало ещё темнее.

То есть из-за хреновой вулканической пыли у нас и так всё время темно, но ночью, когда даже какие-то намёки о солнечном свете исчезают, становится кромешно темно. А тут и так единственным источником света является мой мутный фонарик на груди, который постепенно начинает сдавать позиции. Надо было заменить батарейки…

— Р-р-р… — раздалось за спиной.

Я резко развернулся и дал длинную очередь в попавшую под свет фонарика чёрную фигуру.

+3 очка опыта

Толчок в спину, я отпускаю автомат и извлекаю из ножен комплектный штык-нож. Пока неизвестная тварь грызёт мой рюкзак, я изворачиваюсь и всаживаю нож ей в область шеи. Удар, ещё и ещё.

Левую руку обожгло болью, я заработал ногами и отпихнул от себя раненную тварь, облившую мою руку с ножом своей тёплой кровью.

Отталкиваясь ногами полулёжа пячусь назад, с болью в жопе перекатываюсь по выпавшей из рюкзака консервной банке, нащупываю автомат и одной рукой навожу его ствол на плохо освещённый силуэт твари, пытающейся что-то поделать с тремя ножевыми в шее. Очередь. Автомат попытался брыкнуться, но я этого ждал, поэтому пули кучно легли в тварь.

+3 очка опыта

По шее полоснуло чем-то острым. Этот до боли знакомый долесекундный холодок, а потом по нервным жгутам передалась боль. Заорал, вслепую махнул ножом в сторону, задел что-то мягкое, сверхусилием бросился к стене, ощущая, как кровь течёт под воротник. Блядь!

Поправил фонарик и увидел тварь, которая "баюкала" левую руку, располосованную моим ножом. Поднимаю автомат и даю длинную очередь.

+4 очка опыта

Суки…

Значит, они видят в темноте. Это тоже полезный опыт. Главное, чтобы было можно его передать, потому что кровь не останавливается. Но нельзя всё бросить и оказывать себе помощь, тварей здесь может быть очень много…

Но и оставлять рану без ухода нельзя!

Решение выработал мгновенно. Побежал к ближайшей открытой квартире, чуть не споткнулся о тело чёрного мертвяка, но сумел перескочить через него и влететь в прихожую квартиры. Захлопываю дверь, щёлкаю замком и бегу вперёд, к кухне. По пути задеваю натянутую леску и мне в область бёдер, чудом не задев один из жизненно важных органов, впиваются металлические шипы.

— Ах ты ж блядь!!! — завопил я, падая.

Кровь вытекает из порезанной когтями шеи, ноги отзываются адской болью от любого движения. Аптечка лежит среди грузов у входа на этот этаж, у меня сейчас даже бинта с собой нет.

Как сказал бы Бац: это фиаско, братан…

Глава пятнадцатая. Во тьме

Я не собирался сдаваться просто так, поэтому со сдавленными стонами аккуратно извлёк из столовые ножи на примитивном натяжном механизме из раскуроченного стула и диванных пружин, а затем прополз к ближайшей кухонной тумбе.

Прижимать раны рукой — это самый тупой способ наверняка умереть. Руки, как правило, грязные, мы такие существа — лапаем всё, что увидим, причём иногда даже без осознанных мыслей, поэтому на наших потных ладошках оседает куча болезнетворных микробов, а что будет, если дать им проникнуть в открытую рану, думаю, сами знаете. Лучше потерять лишней крови, чем потом от сепсиса загнуться. Благодаря форсированному иммунитету, мне сепсис, вроде как, не грозит, но проверять что-то не очень хочется. Вообще, надо бы прижать сонную артерию пальцами, но тут такая фигня, что у меня все пальцы в мертвяцкой крови…

Дополз до ближайшей тумбы и открыл её. Обнаружил ли я набор первой помощи? Хуй бычий с головой птичьей!

Кастрюли, блядь, тарелочки…

Ну, я тоже долбоёб: ну кто хранит лекарства в нижних тумбах? Надо смотреть в выдвижных ящиках, где ещё держат столовые приборы, там есть шансы наткнуться на что-то полезное, а вообще многие держат лекарства в верхних полках.

Пришлось подняться на вскипевшие болью раненые ноги, закрыть дверь кухни, опереться на нижнюю кухонную тумбу и начать исследовать полки на предмет чего-нибудь медицинского. Аптечку обнаружил под грудой каких-то коробочек с дешевой местной бижутерией. Видимо, хозяйке квартиры часто дарили подарки, выкидывать было жалко, поэтому она все эти национально-колоритные бусы со всякими амулетами складировала на кухне. Вытащил аптечку, достал фунфырик спирта, открутил крышку, извлёк ногтем затычку, ополоснул руки и тщательно вытер их кухонным полотенцем.

Я торопился, но с удивлением осознавал, что всё ещё могу двигаться и вообще жить, а кровотечение на шее практически остановилось самостоятельно. А ещё постепенно появлялось чувство голода. Вообще, рана, полученная мною, была безальтернативно смертельная, десять-двенадцать секунд — и я готов, но так как положенное время прошло троекратно, а я всё ещё не отдавал Босху душу, решил не заносить в явно не смертельную для меня рану лишних микробов. Я лишь нашёл в тумбе зеркальце, посмотрел на рану, тщательно промыл её хлоргексидином, наложил аккуратную повязку, а затем перезарядил оружие. Блин, толку от хвалёных бронежилетов, если эти твари бьют по шее? Надо снова озаботиться нормальной бронёй от когтей мертвяков…

Посмотрел раны на ногах — кровь идти перестала, но я промыл их и заклеил пластырем из аптечки.

Разобравшись с текущими проблемами, я сначала снова попёр наружу, а затем остановился. Из-за потери крови соображалось с трудом, поэтому я одумался и полез в тумбочки в поисках батареек. Я одну вещь знаю про щёлочные или солевые батарейки — у них срок годности выше, чем у автомобильных аккумуляторов, причём многократно. Нашёл фирменные "Иншурасел", что удивительно для гражданки ГДР, которой такое добыть должно быть очень проблематично. Найди что-то такое у тебя дома Штази… Психушка или сразу уголовка, у них с этим строго. Из-за чего и пытаются бежать люди время от времени в соседнюю ФРГ. Правда, информационные технологии с начала нулевых совсем не те, что раньше. Проще научиться летать и упорхнуть через Балтику в Швецию, чем пытаться прорваться через границу с ФРГ, где тысячи камер, дроны, датчики движения и прочая атрибутика людей, которые не хотят, чтобы тут кто-то ходил и тем более лазил через стены.

Видимо, тут жила не последняя персона, мажорка, возможно. Отсюда и "Иншурасел", которую у нас, посреди дымов Отечества, называют просто "Шура" или "Шура сел". За что сел Шура? А хрен его знает.

Воткнул я последовательно двух Шур в светодиодный фонарик и он залил кухню ослепительно ярким светом. Вот что бывает, когда батарейки не галимое юзаное говно…

Взвёл АК74 и двинулся на выход.

В коридоре застал живого мертвяка, который волочил труп своего товарища куда-то дальше по коридору. Очередь. Кучно легло, прямо в голову, которая взорвалась в области затылка фрагментами костей, ошмётками мозга и чёрной кровью. Про последнее я подумал, что ну хоть что-то в этом мире осталось стабильным!

+3 очка опыта

Найс!

Медленно двигаюсь в направлении свежеубитого мертвяка. Он куда-то тащил труп, может, там логово?

Чувство тревоги заставило меня резко развернуться и неожиданно для себя ткнуть стволом автомата прямо в харю летящего на меня мертвяка. Хруст, интуитивно жму на спусковой крючок и падая ощущаю, что штаны придётся менять, они залиты чёрной мертвяцкой кровью.

+5 очков опыта

Работает "Чутьё тыла"! Работает!

И в начале схватки с этими тварями всё тоже сработало, я почувствовал что-то такое за секунду до рычания первой твари, но понял всё только сейчас.

Не будь штрафа 50 % к получаемому опыту, я бы уже давно уровня шестого был…

По характерным следам в пыли обнаружил закрытую дверь, к которой волок остывающий труп соратника невинно убиенный мертвяк. Она была не заперта, но её явно кто-то притянул! Пинком отворяю её и заглядываю внутрь.

Свет фонаря открыл мне вид на лежащих на полу мертвяков, точнее их огрызки. Полуобъеденные тела валялись в одной куче и воняли просто умопомрачительно! Это была одна из некогда жилых квартир, но теперь я знаю, куда придётся складировать все трупы…

Из гостиной вышел явно спавший до этого мертвяк, который тут же получил очередь в грудь.

+3 очка опыта

Да что здесь творится вообще? Они открываются мне с новой стороны! Раньше они никогда не спали, нулёвки не были на это способны, а высокоранговые не хотели терять время, но всё же спали в лёжках с источниками радиации. Здоровый сон, сука… Надеюсь, там нет никакого кейса с чистым ураном…

Звукоизоляция тут прекрасная, поэтому квартирные мертвяки ничего о произошедшем в коридоре не слышали, а вот теперь выстрелы расслышали все. Из кухни и спальни выскочило два мертвяка, морщащихся от светодиодного света. Две очереди по пять патронов, одному в голову, а второму в грудину.

+2 очка опыта

+2 очка опыта

Повышен уровень

+15 очков навыков

Разблокировано меню изготовления

Наконец-то!

Не терпится узнать, что же это за меню изготовления, но придётся сначала проверить весь этаж, а также подумать над надёжными способами блокировки лестниц.

Квартиры тщательно осмотрел одну за другой. Приметил одну хорошую трёхкомнатную квартиру с приятным интерьером: знаете, оформлено с небольшим отблеском винтажа восьмидесятых. Плазменный телевизор с деревянной рамой, портрет генсека ГДР Эриха Рёмера на стене, какие-то почётные грамоты некоему оберсту Мартину Зауэру, фотография старикана лет семидесяти, стоящего рядом с Рёмером, а на фоне возвышается этот самый небоскрёб. Если с самим генсеком дружил, значит очень важный старикашка…

Мебель тоже в стиле молодости этого старого полковника, из семидесятых-восьмидесятых. Нет, новая, удобная, просто цветовой дизайн такой, что его уже лет сорок почти никто не использовал…

На письменном столе стоял вполне себе современный ноутбук, набор позолоченных ручек, чёрно-белая фотография молодой женщины, стоящей перед Бранденбургскими воротами. За Викторией, стоящей на квадриге на вершине ворот, развивается флаг ГДР, женщина, которая явно была близка этому полковнику, жизнерадостно улыбается, прижимая к груди букет роз. Жена, вот как пить дать.

Скорее всего, к моменту приезда старика сюда, уже умерла.

Изучив гостиную, прошёл к спальне. Дверь оказалась заперта, но её явно кто-то царапал когтями. Посветил в дверной замок — ключ внутри. С помощью штык-ножа выкорчевал дверной порог, а затем сгонял в прихожую за придверным ковриком и просунул его под дверь спальни. С помощью шомпола от АК74 протолкнул ключ до выпадения и начал медленно тянуть коврик. Ага, хренушки! Высоты прозора не хватило, поэтому ключ отказался пролезать. Ладно…

Вытянул коврик, а затем полез под дверь с шомполом. Путём хитрых и ловких манипуляций сумел протолкнуть кончик плоского ключа и вытащить его пальцами. Без проблем открываю дверь и свечу фонариком. Ага…

Старик обнаружился на кровати в виде засохшей мумии в парадном мундире Национальной Народной Армии с орденами и медалями. Голова прострелена и большей частью лежит на подушке. Застрелился он из Пистолета Макарова. Я подошёл и вытащил из засохшей руки пистолет. Наградной, написано что-то на немецком, но я разобрал только "М. Зауэр" и "ННА ГДР, 1988".

Значит, старик успел где-то прославиться. Наградное оружие просто так не дают. Пусть пистолет останется здесь.

Но я на всякий случай всмотрелся в пистолет внимательно.

Наименование: Пистолет Макарова

Тип: самозарядный пистолет

Применяемый боеприпас: патрон 9×18 мм

Дата изготовления: 15 августа 1987 года

Изготовитель: Ижевский механический завод

Качество: качественное серийное изделие

Состояние: отличное

Оставив пистолет на кровати, я продолжил осмотр помещений и когда удостоверился, что всё, мертвяков больше нет, перетащил трупы в ту загаженную квартиру и начал думать, как разобраться с проблемой лестниц. То, чем заблокировали двери выжившие, против думающих людей не годилось совершенно, потому надо изыскивать какие-то альтернативные способы…

Раз квартира покойного полковника не подходит, придётся переезжать в ещё одну трёшку, располагающуюся в западной части этажа. Там жила какая-то небольшая семья, которой в момент начала беспредела не было дома, либо же они оперативно сбежали куда-то. Обычная квартира: гостиная, кухня, два санузла, детская и спальня. Дверь металлическая, но я уже вижу, как её можно усовершенствовать для пущей надёжности. Мне бы один сварочный аппарат…

Ладно, достаточно Мали, Берте и Максимке куковать в архиве. Схожу за ними.

Спустился на семидесятый, беспрепятственно дошёл до архива и деликатно постучался.

— Открывайте, это Доктор.

Спустя минуту или около того дверь открыла Берта, посветив на меня фонариком.

— Всё в порядке? — спросила она, а потом увидела мой внешний вид. — Ты ранен?

— Тише, — попросил я её. — Нет, всё в порядке. Собирайтесь и идём.

Да уж, вроде бы они нормально отдохнули, но их до сих пор колбасит от прошлого подъёма. Максимку я взял на руки, поэтому он совсем не запарился, только корчил рожицы отстающим Мали и Берте.

— Что за запах? — принюхалась Мали. — Порох? Ты что, стрелял в кого-то?

— Да, тут были мертвяки, но их больше нет, — кивнул я. — В квартиру № 22 лучше никогда не заходите, там сногсшибательно воняет мертвечиной. Я запер её, так что при всём желании не попадёте. Наша квартира будет под номером три, там мило, но нужно будет убраться.

— Сделаем, — приняла задание Берта. — С водой только проблемы…

— Это решаемо, — ответил я. — Займусь этим сразу же, как разберусь с лестницами. Устраивайтесь. Мне надо передохнуть…

Я снял бронежилет, разулся, а затем завалился на удобный диван-дельфин, что стоял напротив плазменного телевизора, разработанного в ГДР, но произведённого безальтернативно в Китае.

— Рёмер-Рёмер, хитрый сукин сын… — пробормотал я, засыпая. — Дверь закройте на все замки…

Я успел увидеть только как Берта щёлкает замками, прежде чем ушёл в царство Морфея.

Проснулся сам, от голода. Открыл глаза — темнота. Включил фонарик и обнаружил, что в гостиной никого нет, а телефон показывает 9.00 утра. Поднялся, прикрыл свет фонарика ладонью и подошёл к двери спальни. На двуспальной кровати спали Мали, Берта и Максимка, последний был аккурат посередине. Хорошо устроился!

Вещички наши они разложили, вытерли пыль со всех доступных поверхностей и подмели пол. Наш провиант обнаружился на кухне, но к нему добавился ещё и местный запас: крупы, какие-то консервы, макарошки со спагетти, а также сухофрукты и овощи в вакууме. Последние можно смело выбрасывать. Да, выглядят они норм, особенно для овощей двухгодичной давности, но срок годности их составляет максимум месяц. Скинул их в чёрный мусорный пакет и пошёл на балкон.

Балкон показался мне до боли знакомым. Бывшие жильцы тоже всякую ненужную хуйню хранили именно здесь… Швырнул пакет в окно балкона, да, неэкологично, но, сдаётся мне, на фоне Йелоустонского супервулкана, пакет с мусором погоды не сделает…

Кто-то мог бы сказать: "вот все думают точно как ты, поэтому тоже кидают мусор в окно!" Да я даже если специально буду говнить повсюду, за всю жизнь не нанесу и миллиардной доли того ущерба экологии, который человечество наносило ежечасно!

Закурил. Пришлось прикрыть окошко, потому что на улице минимум минус пятьдесят!

Докурил сигарету, потушил бычок в пепельнице из консервы, а затем вернулся в квартиру. Эх, надо где-то разжиться хорошим табаком…

Итак, что делать в первую очередь? В первую очередь надо пожрать.

Разогрел на спиртовой горелке банку тушёнки, заварил кофейку, уселся за кухонным столом и от души накидался горячим волокнистым мясом, зажевал парой галет и напился кофе, закусив его парой шоколадных конфет.

Прибрал за собой и аккуратно разбудил Берту.

— А? Ты уже проснулся? — нехотя пришла она в себя.

— Закрой за мной дверь, я пойду поработаю, — попросил я её.

— Будешь кушать? — спросила она.

— Уже.

Услышав характерные щелчки запираемых замков за спиной, я в очередной раз обследовал весь этаж на предмет мертвяков, удостоверился, что за время моего отсутствия никто не занял освобождённую территорию, а затем приступил к поиску необходимых материалов.

Звукоизоляция здесь, как я уже говорил, просто прекрасная, стены толстые, а квартиры имею дополнительное шумоизолирующее покрытые, потому внутри можно работать громко.

В кладовках квартир в изобилии встречались различные инструменты, причём не всегда качественные: кто-то жопился и для домашних нужд приобретал махровую китайщину, а кто-то не скупился и на качество. Поэтому я за какие-то сорок минут сумел собрать себе солидный набор из трёх болгарок, пяти шуруповёртов, восьми ящиков с инструментами различного назначения, три перфоратора, одну дрель, один сломанный гайковёрт, один собранный в большой деревянный ящик фрезерно-гравировальный станок с ЧПУ, который явно собирались устанавливать в комнате одной из трёшек, но не успели. Посмотрел состояние станка — новый, в заводской упаковке и прямиком из ГДР.

Стащил всё, что тут есть, в соседнюю с нашей квартиру, двухкомнатную, где обитал какой-то холостяк, имевший в квартире мало мебели, но страшно любивший побухать. Батареи пустых бутылок устилали пол балкона, уложенные в мусорные пакеты, урна в кухонной тумбе под раковиной тоже была забита бутылками из-под пива, шнапса и портвейна. Мужичок явно не был особо разборчив, потому что пил местное пиво, шнапс по пятнадцать марок за бутылку, то есть, если брать официальный курс, получается, что это шнапс где-то за полтора бакса. В общем-то, понятно, что тут жил заядлый алкаш.

Далее я спустился в самый низ, на ходу проверяя двери, разведал холл и приступил к разгрузке моего верстака с крыши микроавтобуса. Весило это чудо суммарно около четырёхсот килограмм, поэтому пришлось поднимать в четыре захода. Это было тяжело даже для меня, на последнем рейсе я запарился.

К вечеру начал сборку верстака и закончил ночью. Сообщникам я запретил выходить из квартиры, поэтому они сидели там безвылазно.

Итак, у меня есть готовый верстак, ЧПУ-станок, куча инструментов, а также огромные количества разнообразного хлама, который можно пустить на различные изделия.

Пора выяснить, что за вкладка "Меню изготовления" и как она работает. Я до этого изучал её: это окошко, где имеются выпадающие списки с доступными рецептами, а при выборе определённого рецепта в расположенных внизу под ячейкой с изображением получающегося в итоге предмета появляются ячейки с требуемыми ингредиентами и инструментами.

Например, чтобы сделать "Андреевский крест", который добавляет +30 % болевых ощущений распятому, требуется полкило любого металла, инструменты базового уровня, а также пятьдесят килограмм дубовой древесины. Но можно "выиграть" ещё +10 % болевых ощущений распятому, если использовать каноничную бронзу, а также ещё +15 %, если использовать девяносто килограмм древесины вяза. Не то чтобы я собирался делать Андреевский крест и распинать кого-то, но это отчетливо характеризует принципы, которые использовались при разработке этого меню изготовления.

Для того, чтобы всё работало, нужно каким-то специальным образом пометить желаемые расходные материалы, инструменты, а также выбрать основной верстак. Тут вообще практически всё завязано на этот верстак: без него меню изготовления остаётся неактивным. Также в списке доступных рецептов я обнаружил, что верстак верстаку рознь, поэтому необходимо будет его совершенствовать, причём с применением редких ресурсов.

Вот зараза… Случись вся эта шляпа с обнулением в Мольске, при условии, что мы не дёрнули бы в Тайланд за родителями, которые, как оказалось, этого не стоили, а просто сиднем сидели в Бункере, изредка выбираясь за ресурсами от Центра, мы бы сейчас были на коне…

Это я к чему? Для изготовления верстака, скажем, пятого уровня, необходимого для изготовления баллистических целеуказателей, необходимо около десяти килограмм платины, пяти килограмм золота, пятьдесят кило чистого кремния, ниобий, вольфрам, титан, кобальт, медь, никель, железо — короче, длинный перечень в количествах от грамм до тонн. Всё это сейчас бесхозно валяется на складах по просторам России. Ну и на острове Санта-Крус просто дохрена этого добра находится под землёй, частью в виде трухи, так как многие вещи мы делали сами, а частью в чистом виде, добытом роботами для роботов.

А в Африке… Есть ли тут госрезерв? Вот уж не думаю. Придётся кропотливо собирать необходимые материалы по крупицам. Впрочем, это не горит. Можно обойтись технологиями попроще…

Итак, чего бы такого соорудить?

Самым горячо интересующим меня моментом была возможность создания трансформатора для МЯ-генератора. Забацать его в какой-нибудь неприметной комнате, изолировать электросеть этажа, подключить питание и наслаждаться хотя бы крошечным кусочком цивилизации. А также полностью функциональными инструментами и электроникой! Это изменит всё!

Так-так-так… Трансформатор…

Пришлось посоображать, чтобы понять, что именно мне нужно для изготовления желаемого изделия. Повезло, что часть необходимого уже было на самом МЯ-генераторе — в корпуса Вояк они вставляются в специальном кубе, который, помимо ЭМИ-защитной функции, несёт в себе так необходимые мне разъёмы кабелей для подключения к самому роботу. Куб не пострадал, поэтому мне нужно всего лишь собрать правильный трансформатор энергии.

Мне потребовалось на это три килограмма железа, желательно сразу электротехническая сталь, но я поленился курочить электротехнику ради трёх килограмм искомой стали, поэтому пустил обрезки металла от предыдущего владельца ЧПУ-станка, четыреста девяносто килограмм меди, зачем-то потребовалось олово в количестве пятидесяти грамм, а также понадобилось два грамма никеля. На никель пришлось пустить один из гаечных ключей.

Сложил всё на верстаке, пометил ингредиенты и потребные инструменты взглядом, из-за чего ингредиенты, к моему удивлению, подсветились зеленоватым цветом, а некоторые инструменты — оранжевым. Я посмотрел на болгарку. Появилась надпись, дескать, электричества нет, эффективность инструмента — 1 %. Ну, это я и так знаю, вашу мать…

Всё равно нажал на кнопку "Начать". Выскочило уведомление.

Время изготовления: 12 часов 10 минут. Потери материала: 44 %. Готовы приступить?

1. Да

2. Нет

Охренеть… Двенадцать часов я буду пилить этот трансформатор? Спрашивается — как? Не, давайте-ка попробуем что-нибудь попроще для начала.

Так, что можно соорудить из вещей попроще?

У меня нет нормального набора зубил. Ищем…

В списке были разделы, всё очень удобно распределено по категориям и имелся мысленный поиск, а также "классический" фильтр. Быстро нашёл себе подходящие зубила, можно было делать их набором, а можно и по одной. Удобно, мать его…

В принципе, материалы имелись, разложил их по верстаку, пометил и нажал "Начать".

Время изготовления: 1 часов 5 минут. Потери материала: 24 %. Готовы приступить?

1. Да

2. Нет

Жму "Да".

А потом началась свистопляска. Моё тело будто кто-то взял под контроль, я, конечно, за секунду до совершаемого действия уже знал, что буду делать, но всё равно, ощущение, что как марионетка работаю по заданной программе, не покидало меня до конца.

Я знал, что могу прерваться в любой момент, это не непрерывный процесс, правда, если выбрать неудачный момент, то есть риск запороть заготовку.

Час и пять минут, ровно час и пять минут спустя, после всего, что я в ритме метронома на экстази совершил с заготовкой, готовое зубило лежало на столе, а рядом с ней аккуратной горкой лежали отходы. Если бы не видел своими глазами, подумал бы, что это невозможно, но это, блядь, факт: зубило с пластиковой рукоятью и заводским клеймом ничем не отличалось от заводских серийных изделий, хотя я сам только что его соорудил.

— Дела…

Ну что ж, шалость удалась, поэтому теперь можно браться за трансформатор, а затем за изоляцию сети, подключение питания, а там такое начнётся!

Время изготовления: 12 часов 10 минут. Потери материала: 44 %. Готовы приступить?

1. Да

2. Нет

Глава шестнадцатая. Мастер

— Откуда свет? — с порога встретила меня Берта.

— Оттуда, — устало ответил я, проходя мимо неё и разуваясь в прихожей.

Наконец-то справился. Немчура работала качественно: разводка кабелей была аккуратная и точная, без "и так сойдёт", как оно иногда бывало у нас. Носился со стремянкой в течение трёх часов, но изолировал этаж от остального здания и поставил трансформатор с МЯ-генератором, на пике способным выдавать мощность двух ТЭЦ регионального значения. Вот все прекрасно понимали, что не нужна роботу для успешного и длительного функционирования мощность 950 МВт, но, к удивлению, менее мощными мы их сделать не могли просто физически. Были шаблоны производства, рассчитанные давным-давно центаврианскими инженерами, а может и просто каким-то ИИ, по этим шаблонам мы делали МЯ-генераторы, номинальная мощность которых зависела от вида используемого изотопа. Сначала я их делал "Ремеслом", а затем окончательно обленился и наладил автоматизированное массовое производство. Это производство впоследствии подхватил Вася, он что-то там пытался миниатюризировать и ослабить номинальную мощность хоть как-то, но, насколько я помню, с получением технологии центаврианских аккумуляторов он забил на это дело, которое занимало вычислительные мощности без какого-либо полезного выхлопа. Прототипы были, но рабочих среди них не оказалось. Инженеры центаврианцев испытывали те же проблемы, что и мы, но ровно до того момента, как совершили грандиозный прорыв с аккумуляторами, практически не имеющими проблем саморазряда и деградации элементов.

Но сейчас я искренне счастлив, что у погибших Вояк в качестве элементов питания были именно МЯ-генераторы. Будь у меня на руках аккумулятор, я бы имел куда меньше мощности и она закончилась бы намного быстрее. А сейчас есть практически бесконечный источник огромного количества энергии, которую мне сейчас просто некуда девать. Теоретически можно хоть весь город сейчас снабдить электричеством…

— Тут были какие-то генераторы? — не отставала Берта.

Я молча лёг на диван и уставился на неё.

— Проблема с электричеством решена всерьёз и надолго, можете пользоваться ею сколько влезет, но только не шумите и не светите в окна, — произнёс я. — Вообще, ввиду отсутствия Солнца, наличие окон потеряло всякий смысл, поэтому сегодня же обклеим их плотными обоями и для гарантии занавесим толстыми шторами. Я сейчас просто передохну немного и начнём.

— То есть все эти телевизоры и компьютеры… — начала неуверенно улыбаться Берта.

— Аллилуйя, — кивнул я.

— Уи-и-и! — завизжала Берта и кинулась ко мне.

— Но сначала надо наладить светомаскировку, — ответив на объятие, напомнил я. — Со звукоизоляцией тут отлично… Кстати, вы что-нибудь слышали?

— Нет, — удивлённо ответила Берта. — А что было?

— Я там сверлил, громко матерился, работал болгаркой… — вспомнил я свои деяния двухчасовой давности. — Стучал молотком, перфорировал этот хренов сверхпрочный бетон… Точно ничего не слышали?

— Здесь было тихо как в могиле, — покачала головой Берта, разомкнув объятия.

Вот немцы… Уважаю…

— Кстати, теперь тебя можно сводить в кино? — вдруг спросила Берта.

— А твоя мамаша не будет против? — уточнил я.

— После того, что было между вами, думаю, не будет, — уверенно ответила Берта.

— Кино придётся отложить до следующей недели, — решительно заявил я. — Нужно разобраться с водоснабжением и создать изолированный цикл с отстойниками израсходованной воды и её рециркуляцией.

— А откуда будешь брать воду? — задала логичный вопрос вышедшая из кухни Мали. — И что это за романтические сюсюканье у тебя с моей дочерью?

— С водой — это очень резонный вопрос, — произнёс я. — Но где-то внизу есть бойлерные, необходимые для снабжения этого стоэтажного здания горячей водой. Придётся провести по одной из лифтовых шахт водопроводную трубу, а в одной из квартир, а лучше в двух, устроить свою цистерну и водоочиститель. Я знаю, как всё это устроить, а ещё у нас имеются в наличии все необходимые инструменты и материалы. А про "сюсюканья" — это свободная страна. Причём именно сейчас — свободная как никогда.

— Делайте что хотите, — махнула рукой Мали, но я видел, что не без раздражения.

С лестницами я разобрался капитально. Та лестница, по которой мы сюда забрались, теперь обзавелась стальной дверью, для чего я использовал бронированную дверь из архива на семидесятом этаже, она показалась мне очень надёжным и пуленепробиваемым решением. Остальные же лестницы я перекрыл стальными балками и обшил получившиеся каркасы стальными листами толщиной от трёх до четырёх миллиметров, которые пришлось выдрать на том же семидесятом этаже из пола и стен архива. Их я обнаружил при разборе двери, которая оказалась приварена к этому стальному ящику, который и представлял из себя архив. Были ещё пятимиллиметровые листы в "танкоопасных" направлениях, но их, по понятным причинам, использовать не стал.

Я не до конца понимаю, зачем такая безопасность в архиве с документами, но немцы сочли, что так надо. Причём сталь броневая, закалённая, специально против подготовленных взломщиков со спецоборудованием. Думаю, архив предполагалось использовать для спасения сотрудников в случае захвата здания террористами или иностранными захватчиками. Туда попробуй быстро попади, я лично заманался разрезать крепления стальных листов кислородной сваркой. Весь баллон израсходовал, поэтому кислородной сварки у меня больше нет. Зато теперь точно знаю, что с лестниц никто не придёт. Шахты лифтов я заварил и забрал металлическими решётками. Если среди мертвяков будут внезапные альпинисты, их ждёт большое разочарование. Когда пойдёт речь о водопроводных трубах, придётся вскрывать шахты, но это будет потом. В ближайшей перспективе надо позаботиться о личной защите и совершить несколько вылазок в город, чтобы пополнить запасы кислорода и ацетилена.

Я открыл карту и приблизил наш район. Итак, иконками с боеприпасами и оружием щедро усыпана вся местность вокруг небоскрёба, даже сам небоскрёб, если максимально приблизить карту, имеет огромные запасы оружия. Этаж узнать не получится, карта недостаточно совершенна для этого, поэтому просто даёт знать, что искать нужно тут. Я мысленно нажал на иконку с целью выяснить хотя бы примерные объёмы, но вылезло уведомление.

Для получения информации о примерном количестве имеющихся по данным координатам ресурсов разблокируйте навык "Разведка".

Круто.

Но у меня этого навыка нет и в помине, поэтому придётся ходить по точкам в надежде на крупный улов. Впрочем, надо быть особо благодарным за то, что эта карта хотя бы показывает локацию ресурсов, а то я что-то уже прихуел на дармовых харчах.

Нет, тут определённо настоящее эльдорадо ресурсов: электроники дохрена по всему городу, это перспективно, просто материалов для строительства и изготовления различных изделий тоже навалом, особенно много таких маркеров в порту. Логично.

Оружие надо пособирать. Чем меньше оружия, даже пролежавшего два года в неправильных условиях, попадёт в руки остальных, тем лучше для меня. За себя я могу гарантировать, что не буду убивать людей для прикола, а вот за остальных не уверен, поэтому стволам будет безопаснее у меня.

— Всё, я отдохнул! — вскочил я с дивана. — В квартире № 5 собирались делать ремонт, поэтому там очень много обоев и обойного клея. Сейчас я прикачу тележку и начнём закрывать окна.

Все, даже Максимка, понимали необходимость данных действий, поэтому работали с утроенным энтузиазмом. За полтора часа работы образцово перекрыли окна от гипотетических чужих взглядов, а затем я приволок карнизы, перфоратором насверлил нужных отверстий, закрепил карнизы анкерными болтами и мы вместе занавесили окна плотными тёмными шторами.

— Итак, телевизор… — по завершению всех светомаскировочных работ я подключил плазменный телевизор к сети питания.

Кабельное, естественно, не работает, поэтому я сразу начал одну за другой подключать к телевизору все найденные флешки и портативные жёсткие диски. DVD-проигрывателя найти не удалось, как и обнаружить DVD-дисков с фильмами. Да, двадцать первый век…

На флешках были различные фотографии, документы, музыка, видеозаписи всяких мероприятий, праздников, рекламные ролики и прочая лабуда… Но вот один из портативных SSD-дисков на терабайт порадовал двумя сотнями различных фильмов.

— You are a pirate! — произнёс я и включил один из свежих боевичков с уже порядком подуставшим Ниамом Лильсеном.

"Непрощённый", премьера была 13 января 2023 года, я его так и не посмотрел.

— Что это за, мать его, язык?! — воскликнул я спустя пять минут просмотра.

— Айнфах-дойч, — усмехнулась Мали. — Неужели всезнающий Доктор не знает этот язык?

— Максимка, ты что-нибудь понимаешь?! — спросил я у пацана.

Тот отрицательно помотал головой.

— Сейчас я… — я взял в руки пульт и начал копаться в настройках. — Ага! Вот оно!

Субтитры имелись на английском, японском, китайском упрощённом, какого-то хрена польском, французском, немецком и суахили.

— На суахили читать умеешь? — повернулся я к Максимке. — А, точно, не умеешь. Тогда придётся мне озвучивать тебе фильм…

Два с половиной часа насыщенного экшеном фильма, где Ниам Лильсен мочит злодеев с помощью огнестрела, ножей, топоров, удавок и разогнанных автомобилей, спустя, на титрах, я облегчённо выдохнул. Тихо озвучивать Максимке субтитры было напряжённо.

— Ну, я вам скажу, — произнёс я. — Сюжет очень слабоват, но Лильсен его тащит тупо своей актёрской игрой и харизмой. Настоящий актёрище.

Максимка согласно покивал, а затем зевнул.

— Надо срочно подтягивать тебе суахили, а также поднимать в уровнях, — сказал я. — Это очень важно в текущих реалиях.

Как это реализовать, идеи у меня были. Я уверен, на нижних этажах есть много мертвяков, которые будут рады меня видеть. Смастерю защиту от порезов и уколов когтями, а затем займусь массовой заготовкой.

— Ладно, мне пора в мастерскую, — сообщил я. — По этажу можете перемещаться свободно, я его обезопасил. Ищите припасы, какие-нибудь ценные вещи, электронику типа ноутбуков и телефонов несите в эту квартиру и заряжайте: там обычно есть много развлекательных материалов, от игр до фильмов с комиксами.

Интернет в Анголе был бесплатным, но распространялся далеко не на всю страну, к тому же был наглухо изолирован от мирового интернета. Всякие киноновинки и игры сюда проникали через спутниковый интернет и перевозкой на информационных носителях, совсем как в Китае и ГДР. Спутниковый интернет могли себе позволить только богатеи, а простой народ пробавлялся распространением пиратских фильмов и игр через жёсткие и не очень диски, флешки, а также через местный интернет. Но с местным интернетом, как я говорил, была проблема — он был не везде. Компы в Анголе были много у кого, но в основном в компьютерных клубах, куда всякие школьники и студенты захаживали вечерами и рубились в старенькую Контру 2.4, а также коллективно смотрели новые зарубежные фильмы на дешевых проекторах. Да, здесь было совсем как у нас в 90-е и начале 00-х. Эх, куда пропала та романтика? Её практически убили персональные компьютеры в каждом доме.

Всё это мне рассказала Мали, которая одно время плотно встречалась с ангольским беженцем в Намибию. Потом он свалил обратно, так как в Намибии, по сравнению с Анголой, было совсем не норм, могут грабануть посреди бела дня, а менты не сильно отличаются от бандитов, ещё и очень хорошо дружат с ними. Всё познаётся в сравнении…

Надо было в своё время записаться во врачи без границ или ехать по ГДР-овской программе в Анголу, ведь была возможность, я на ординатуре даже некоторое время всерьёз рассматривал такую возможность… Я думаю, туда стоило ехать только ради повторения той атмосферы начала нулевых…

Правда, тут всюду всё красное, пионеры, статуи Ленина, Маркса, Энгельса, ещё и Сталин встречается в виде бюстов… немцы ГДР последнего очень почитают. Почитали.

В мастерской я закрепил один из десятка оставшихся листов броневой стали из внутренней обшивки архива и маркером начертил контуры будущей кирасы. Выбрал тот кусок, которые должен был размещаться на участке с наиболее высокой вероятностью попытки прорыва — секции стены, где должна была быть ещё одна дверь, но не сложилось, поэтому её закрыли гипсокартоном, а затем деревянными панелями кабинета какого-то важного персонажа из администрации. Немцы не дураки, поэтому эти пятимиллиметровые панели располагались там в два слоя. В обработке они были сверхсложными, поэтому я не использовал их для заграждения лестниц, но вот соорудить тяжёлую пуленепробиваемую броню из них вполне реально.

Далее я сверился с собственноручно изготовленным чертежом предстоящего изделия, а затем начал резать лист по контуру болгаркой с алмазным диском. Работа трудоёмкая, металл поддаётся с величайшим трудом.

Четыре диска с алмазным напылением спустя я вырезал необходимую заготовку. Вот жопа…

В ходе резки я понял, что с обычным кузнечным молотом тут делать нечего, потому нужен пневматический молот.

Штука эта встречается далеко не везде, пойди её ещё поищи в городе. Местное приложение с интерактивной оффлайн картой города на телефоне работало, но спутники давно уже дали дубу, потому местоположение определить не представляется возможным. Но оно мне и не надо!

— Берта! — вошёл я в квартиру. — Как на айнфах-дойч будет "кузнечные услуги"?

С помощью моей штатной медсестры, которую я всё равно про себя ещё числил в этой должности, помогла мне найти четыре производственные компании в этом городе, которые оказывали подобного рода услуги. Приложение глючило, так как никак не могло меня заджипиэсить, но я определился с координатами и отметил точки на своей внутренней интерактивной карте.

Далее я занялся сварочными работами. Снял решётку с шахты одного из лифтов, а затем соорудил своеобразную входную дверь в лифт: не пожалел четыре 2х2 м листа, а также килограмм сто арматуры. Теперь, если кто-то вздумает войти на этаж через шахту лифта, его будет ждать стальная коробка, которую я в будущем оборудую встроенными камерами и замаскированными дробовиками, ну или пулемётами, посмотрим, может, пулемётами и дробовиками. Типа, подходишь к этому ящику, по камере видишь, что там люди или мертвяки, а затем начинаешь палить по ним из пулемётов и дробовиков в бронированных шаровых установках. Система "Ниппель".

Чтобы запитать лифт, пришлось тянуть от генератора кабель на сотый этаж, благо, теперь я знал про необходимые кабельные шахты и это заняло час-полтора. После того, как вызвал лифт, пришлось освобождать его от засохших трупов, которые находились там все эти два года. Три женщины и пять мужчин. Задохнулись, как понимаю, потому что следов насилия на их телах я не обнаружил. Полагаю, какой-то из этажей загорелся и дым пошёл в лифтовые шахты. Именно поэтому при пожаре не следует пользоваться лифтом.

Складировав мумии в квартире с мертвяками, правда, в отдельной комнате, я очистил кабину и занялся электроникой лифта. Лифт современный, с софтом на базе Linux. Сообщники к этому моменту зарядили все имеющиеся ноутбуки и указали мне на ноутбук с нужной ОС, такой нашёлся. Подсоединился к лифту и засел в кабине на долгие два часа. Пришлось писать софт для взаимодействия с лифтом, но я справился: теперь все можно хоть часами тыкать в кнопки лифта, но без нажатия специальной последовательности, которая является моим старым номером телефона, 77555300690. Это нетрудно запомнить, если знать мою дату рождения. Также совершил надругательство над датчиком движения в двери, поэтому дверь закроется не смотря ни на что и, благодаря копошению в приводах, очень быстро. Это на случай, если срочно надо будет закрыться от бегущих на тебя мертвяков. Ах да, ещё теперь лифт можно вызвать только на первом и девяносто восьмом этажах. И я скоро спущусь на первый этаж и выдеру оттуда кнопку, чтобы никто не мог его вызвать в моё отсутствие. Тут кнопки интересные: если извлечь её, то на давление пальца микросхема не среагирует. Можно, с определённым шансом на успех, нажать отвёрткой или ножом, но скорее повредится микросхема.

Разобравшись с этим, я вооружился, экипировался и спустился вниз. Впервые за два года здесь это делает живой человек.

Сел в микроавтобус и поехал по ближайшим координатам кузнечной мастерской.

Темно, блядь, но я уже почти привык. Противотуманки, которые не сигнализируют на весь город о моём местоположении, дают необходимое для пути освещение, но мои глаза позволяют смотреть на всё, что вокруг, потому что хорошо улавливают отражённый свет. Отсутствуй тут источник света, я был бы слеп как и обычный человек, потому что моим глазам не с чем было бы работать, а вот с отражённым от объектов светом мои глаза разбираются намного качественнее, чем у простых людей.

По сторонам мерещатся силуэты мертвяков, это из-за недавно перенесённой смертельно опасной схватки на грани жизни и смерти, где меня чуть реально не убили, думаю. Вот странно так, из-за наглухо засаженных в голову квалификаций психотерапевта, психиатра и психолога, чётко осознавать, что с тобой происходит. Хорошо, что я не выбрал такую специализацию в своё время. Зная все психические процессы, которые происходят с тобой, сложно жить нормальную жизнь…

А теперь приходится терпеть, хотя с другой стороны, это отчасти помогает. Обдумав мысль, что это я ссусь мертвяков из-за перенесённых травм, стало спокойнее и легче.

Я здесь самая опасная тварь. Это им следует ссаться при моём появлении. Потому что статистика показывает, что в десяти из десяти случаев встреч со мной они проигрывают и умирают.

Доехал до предприятия кузнецов, по дороге реально видел мертвяка, который после попадания в свет противотуманки ухнул через бетонный забор. Не ожидал подобной встречи в местных ебенях, как понимаю.

Припарковал машину кормой к раздвижным вратам производственного цеха, небезосновательно полагая, что станочный парк только там и нигде больше.

Вышел из машины и огляделся. Темно как у негра в жопе. И нет, в негритянской жопе я не был, но у меня, как я уже говорил, очень богатое воображение.

Раскрыл врата, посветил фонариком и понял, что я на месте. Пневматический молот оказался в цеху, хоть я и не ожидал, что встречу его вот прямо так сразу…

Инструменты у меня с собой, поэтому я, поёжившись от холода, взялся за работу. Выкрутив очень полезное изделие германского производства, я отсоединил его от питания и с натугой поднял. Погрузка в микроавтобус заняла у меня минуты три, больше времени я потратил на впихивание невпихуемого, а именно современного, фабричного производства кузнечного горна на пропане. В итоге пришлось закреплять горн на крыше, а вот баллоны с пропаном, а также обычная наковальня с комплектом молотов и иных кузнечных инструментов, прекрасно поместились в салон.

Только я задумал садиться в машину, как вдруг откуда ни возьмись, появился в рот ебись. Точнее в рот ебитесь, то есть группа чёрных мертвяков в количестве пяти членов. Блядь.

Я почувствовал беспокойство, резко бросил своё тело вправо, из-за чего пропустил возможность быть поваленным спрыгнувшим на меня с крыши шестым мертвяком. Ах вы хитровыебанные суки!

Взведённый ещё перед выездом АК74 плюнул в затылок поднимающейся после неудачного прыжка твари пятёрку оболочечных пуль.

+3 очка опыта

Готов, значит!

Остальные не медлили, помчались ко мне, но я перебил этих чёрных мохнатиков одного за другим, кроме пятого, который совершил кульминационный прыжок и утонул в ближайшем сугробе. Я дал по сугробу очередь на остаток магазина, но без видимых результатов.

+16 очков опыта

Бойко пошло дело, однако! Я удостоверился, что больше никто не собирается переть на меня, сел в машину и поехал обратно. Жаль, последнего мертвяка не положил, но было рискованно соваться в рыхлый снег, поэтому я пока что дал ему возможность жить дальше.

Припарковал машину прямо у входа и начал разгрузку. Вставил кнопку в лифт, занёс в него трёхсоткилограммовый горн, который вошёл впритык, чем вызвал у меня неописуемое облегчение. Я его, нахрен, лучше оставлю здесь, чем буду тащить на девяносто восьмой этаж!

Выгрузил горн из лифта наверху и протащил в коридор. Следующая цель — пневматический молот и баллоны с пропаном.

Про баллоны с пропаном я не переживал: срок годности у таких вещей где-то в районе десяти-пятнадцати лет. Ещё есть время потратить. Это если юзать их нещадно, они начинают подтравливать газом из клапана и обретают склонность взрываться вместе с квартирой или частным домом.

Однажды был эпизод, когда в хрущёвке на Талалихина в Мольске пенсионерка взорвалась на газбаллоне с пропаном. Бабка оказалась запасливой, у неё в подсобке стояло ещё четыре баллона, поэтому если первый взрыв, убивший саму бабку и деда, сидевшего на кухне, не повлёк за собой конструкционных потерь, то из-за дальнейшего за секунды разгоревшегося пожара сдетонировали все четыре баллона в подсобке. Снесло межкомнатные стены, прикончило внука, который был оглушён первым взрывом, а также вынесло входную дверь, покалечившую вышедшего на шум от первого взрыва соседа. Вот этого соседа я и лечил. Травматическая ампутация правой ноги входной дверью — я такой хуйни в своей практике на тот момент ещё не встречал. После этого решил, что ну его нахуй, лучше за электричество переплачивать, чем связываться с газбаллонами для плиты.

Без усилий поднял всё наверх, занёс в свою мастерскую, а затем приступил к предельно дотошному монтажу.

Если горн просто ставишь в любое пожаробезопасное место и не паришься, то вот с пневматическим молотом надо основательно заморочиться: я взял самый мощный перфоратор из доступных, снял линолеум с пола, причём по всей комнате в доступных местах, до бетона, а затем начал выдалбливать отверстия под будущий крепёж. Как я уже говорил, бетон тут сверхпрочный, где-то в районе М950 или даже, чем Чёрч не шутит, М1000, с этих немцев станется не экономить народные материалы почём зря, поэтому процесс перфорирования шёл медленно и мучительно. Под конец у меня руки уже самопроизвольно подрагивали. Самый лучший момент для онанизма, кстати, хе-хе!

Нет, дрочить я не начал, это выглядело бы как минимум странно, а установил крепления, виброподушки переложил менее пострадавшей от активной эксплуатации стороной, закрутил все болты до максимума электрическим болтовёртом и придирчиво пошатал молот из стороны в сторону. Стоит намертво. Ну, он лёгкий, слишком серьёзных вибрационных нагрузок не даёт.

Можно уверенно пользоваться.

Окончательно добил напольное покрытие в виде линолеума, выдрав куски из-под плинтусов, а затем озаботился оттоком воздуха для горна. Для этого я использовал кухонную вытяжку из квартиры № 50. Я её несколько модернизировал, избавив от лишних фильтров, а затем присобачил, с помощью комплектных труб из кухонной стены, к окну, в котором стеклорезом вырезал круглое отверстие. У теплил всё это дело асбестовым покрывалом из пожарных принадлежностей и вообще, перетащил эти принадлежности в мастерскую.

Помня о покойной бабке из хрущёвки на Талалихина, распределил газбаллоны по нескольким квартирам.

— Помню не зря, шестой день октября… — речитативом произнёс я, подключая пневматический молот.

Да, тот взрыв случился шестого октября 2021 года, потом мэр ещё использовал этот случай в качестве аргумента против проведения газа в Шиханы. Казалось бы, наоборот, централизованная подача газа безопаснее, чем советских времён газовые баллоны, но логику власть имущих ещё поди пойми…

Молот заработал так, будто никто не смотрит. То есть штатно, а не как оно обычно бывает при первом показе, когда абсолютно всё идёт через жопу.

Тут уж я со всей своей душой подошёл к обработке заготовки. К пневмомолоту за компанию шли сменные бойки различных форм. Я подобрал подходящие для текущей задачи и начал придавать заготовке форму кирасы.

При при пристальном взгляде на заготовку увидел наименование: "сталь стандарта "TGL 14507 1977", марки 17Mn4". Эта марка требует особого, впрочем, как любая сталь. Это вам не свинец на плите плавить!

Два часа и сорок минут — нагрудная часть контурами уже начала напоминать кирасу. Из-за толщины металла работа идёт медленно.

Когда придал нужную форму, обработал заготовку обычным кузнечным молотом на наковальне, высверлил нужные отверстия, а потом поместил в горн для закалки.

Горн не простой, видно, что обошелся предыдущим хозяевам в нормальные деньги: с датчиком температуры и возможностью задать нужную температуру. Но самый шик — это охуенно толстое термостойкое стекло на дверце, через которое можно наблюдать за ходом нагрева.

Из-за толщины металла не должно, вроде как, перекосоёбить заготовку при закалке, но я, во избежание, заранее приварил стальные прутки для завязки, чтобы держало установленную форму.

Выставил температуру на восемьсот градусов и следил за ходом закалки, попивая кофеёк и читая книжку на суахили. "Граф Монте-Кристо" Александра Дюма был хорош, я его в детстве раз пять читал от корки до корки, убойная штука. На суахили его переводил настоящий профи: читался не менее интересно, чем в русском переводе.

Итак, нагрелось, пора в масло! Остудив изделие и сполоснув в горячей воде, снова помещаю в горн, но уже на двести градусов.

Когда положенное время прошло, я ещё разок замерил температуру воды в герметичном чане, двести шестьдесят градусов, всё по канону. Сейчас ебанёт паром, конечно, но оно того стоит. Резко извлекаю клещами нагрудник, отворяю крышку чана, ощущаю, как горячий пар пытается пробить защитную рукавицу с наручем, пихаю в чан заготовку и быстро запираю крышку.

Для данной марки стали, название которой мне столь любезно подсказал "интерфейс", лучше подходит ступенчатая закалка. Для этого нужно держать заготовку в горячей ванне при температуре в районе 250–260 градусов, чтобы началось мартенситное превращение, а аустенит начал распадаться к хренам. Мне не надо, чтобы весь аустенит распался к хренам, тогда сталь получится слишком вязкая, поэтому необходимо соблюдать очень строгий тайминг.

Время!

Открываю чан, лицевой щиток из оргстекла запотевает, но я извлекаю заготовку почти вслепую и помещаю её в чан с маслом. Всё, критический момент успешно пройден.

Установил на болгарку шлифовальный диск и отполировал нагрудник до ослепительного блеска.

Теперь осталась сущая хуйня: изготовить и подвергнуть всему произошедшему только что наспинную часть кирасы, сделать наручи, наплечники, горжет, наколенники, набедренники, поножи, а затем заняться шлемом. Материала хватает, поэтому вопрос только во времени и трудозатратах.

Главное, психологическая стена была преодолена — самая крупная часть брони была закончена.

Работал двадцать часов с перерывами на завтрак, обед и ужин. Израсходовал два баллона с пропаном, четыре раза был готов бросить всю эту хуйню, но перебарывал себя и возвращался в мастерскую.

Результатом был не слишком доволен.

Наименование: Доспехи стальные, пуленепробиваемые.

Тип: Полный латный доспех

Дата изготовления: 2 мая 2025 года

Материал: сталь стандарта "TGL 14507 1977", марки 17Mn4, закалённая; коровья кожа; сталь стандарта "TGL 14509 1963", марки 30MnCrSi6.

Качество: Высококачественное кустарное изделие

Состояние: Отличное

Эй, я вообще-то старался и применял серьёзные станки! В смысле кустарное?! Или вам шильдик обязательно надо?! Ну сейчас!

Взял кусок металла, отрезанный от шлема, так как я из-за переутомления ошибся в расчётах, закрепил его в тисках и зашлифовал до блеска. Присобачил его в крепления ЧПУ-станка, а затем нарисовал свой фирменный знак с черепом с фонендоскопом и сигаретой, а внизу прописал: "Доспехи стальные, серийные, № 0001". А затем в боковой части кирасы просверлил два маленьких отверстия, куда на заклёпки посадил этот самый шильдик. Выкуси!

Зачистив заклёпки, вгляделся в броню.

Наименование: Доспехи стальные, пуленепробиваемые.

Тип: Полный латный доспех

Дата изготовления: 2 мая 2025 года

Материал: сталь стандарта "TGL 14507 1977", марки 17Mn4, закалённая; коровья кожа; сталь стандарта "TGL 14509 1963", марки 30MnCrSi6; нержавеющая сталь А4.

Качество: Качественное серийное изделие

Состояние: Отличное

Вот! Другое дело!

Получается, от качественной кустарщины качественные заводские изделия отличает только наличие шильдика? Если смотреть широко, то так оно и есть, на самом деле.

На заводах хуярят крупные и малые серии, качество конечного изделия зависит от качества станков, компетенции рабочих и грамотности организации производства. Компетентный кустарь с адекватным оснащением может сделать изделие не хуже, но точно не в тысячах и десятках тысяч экземпляров.

И если раньше кустари имели доступ ко всякому непотребству вместо нормальных средств производства, в своём тяжком труде больше полагаясь на личное мастерство, то со временем и ходом технического прогресса, особенно с появлением станков с ЧПУ, ознаменовавшего собой Третью промышленную революцию, разрыв между качеством заводского и кустарного производств сократился, а затем вообще местами ушёл в пользу последнего. Ведь мало какой завод будет изъёбываться и производить какие-то охуительные и разнообразные гравировки на ручках вилок, нет, блядь, жрите вилками с одним, максимум двумя типами гравировки в виде цветочков! Не нравятся цветочки?! А вы не зажрались там, потребители?! А кустарю со станком с ЧПУ не слишком сложно выгравировать на всех ручках вилок одного набора батальную сцену из-под Полтавы с уникальными физиономиями сражающихся солдат обеих армий! Нет, последнее — это уже крайняя форма изъёбства, на грани рентабельности, но катит как не такой уж и нереалистичный пример.

А теперь — примерка!

В расчётах ошибки быть не может, всё в завершённом виде сядет идеально, но всё равно что-то слегка волнительно.

Тут следует добавить, что ещё нет пансырной кольчуги, но я её сделаю буквально в течение следующих шести часов, я уже продумал оптимальный метод производства. Ростовое зеркало притащил в один из приёмов пищи, поэтому сейчас стою и смотрюсь. Я сделал броню на полтора размера больше, потому что будут поддоспешник и пансырь. Панцсырь — это не панцирь, а такой вид кольчуги с плоскими кольцами. Из-за того, что кольца плоские, площадь защиты выше при той же массе. Плохо что ли? Хорошо!

Весить вся эта металлическая хуюмбола будет килограмм пятьдесят с чем-то, я вот взвесил латы, вышло сорок один килограмм. Пансырь будет весить килограмм десять-двенадцать. Полтинник к массе, не считая вооружения и прочей экипировки? Да это вообще фигня! Я тут недавно стокилограммовый груз без особого напряга по лестнице тягал, что мне эти шестьдесят килограмм, распределённые по телу?

— Ну что ж… — я недовольным взглядом посмотрел на бухту стальной проволоки 4 мм.

Глава семнадцатая. Нибелунги

Промышленная революция…

Вот благодаря этой теме я сейчас попиваю кофеёк, читаю «Сто лет одиночества» на суахили, а также поглядываю на работу станка, который сначала превращает стальную проволоку в кольца, а затем шарахает по готовым кольцам, собирающимся в кластеры по девять штук, небольшим пневматическим молотом, превращая их из круглых в плоские. Далее они опрокидываются в сторону, аккурат на ролики, где их собирает Максимка, а затем надевает на «пальцы» следующего станка, который по схеме «8-в-2», то есть восемь колец пересекаются с двумя, сплетает готовое кольчужное полотно. Плетение «8-в-2» годится для участков тела с ограниченной подвижностью, поэтому под наплечниками будет кольчуга плетения «6-в-1», как и на конечностях.

Процесс шёл уже восьмой час, Максимка сменялся Мали, а затем Бертой, я же в это время на ходу доводил до ума эти полуавтоматические процессы, которые норовили пойти по звезде в самый неожиданный момент.

Готова верхняя половина кольчужного доспеха, самая сложная. Дальше будет низ, который не требует почти никакого воображения.

Хотел изначально сделать плетение типа «Драконья чешуя», но не сумел уложить алгоритм в весьма ограниченные возможности моей плетущей самоделки. Слишком сложное плетение оказалось, вручную сделать можно, но слишком оно замороченное для механизма. Не удивительно, что этот тип плетения в итоге разработали современные реконструкторы, а не средневековые или античные кузнецы. Задрочки слишком много, сложное оно, ну и смысла особого не имеет, так как для проблем средневековых воинов хватало кольчуги «4-в-1». Ну и вес, само собой…

«8-в-2» раза в четыре прочнее и плотнее, чем «4-в-1», но и тяжелее существенно, на что мне насрать. Главная задача этих доспехов: очистить небоскрёб от мертвяков.

— Вижу, что работает без сбоев уже три часа, думаю, что наконец-то сумел наладить непрерывную работу… — произнёс я, подтаскивая уже третьи полкилометра стальной нержавеющей проволоки в бухте.

С щелчками отбрасывая на ролики готовые плоские кольца, станок работал без сбоев, а я потерял к нему интерес и направился к южной части моей мастерской, где находился старый-добрый верстак.

Меня последние сутки терзает мысль о станковом крупнокалиберном снайперском орудии, которую можно будет установить где-то этаже на сороковом, с видом на город и трущобы. Но всё это будет возможно только после получения полного комплекта брони. Кстати об этом…

— Продолжай работу, — сказал я Максимке, а сам направился к квартире.

Берта сидела за швейной машинкой и интенсивно штопала самую важную часть моей будущей экипировки.

— Джеорджи, — обратилась она ко мне, в очередной раз попытавшись правильно произнести моё имя. — Твой поддоспешник будет готов где-то через четыре часа.

— Это хорошо, — кивнул я. — Значит, я смогу выйти в город где-то через шесть часов.

Вернулся в мастерскую и занялся модернизацией палаша, а также изготовлением щита.

Огнестрел плохо помогает в ближнем бою, поэтому мне нужно адекватное оружие и средство защиты.

Вгляделся в материал палаша.

Наименование: Драгунский палаш обр. XII

Тип: Рубяще-колющее клинковое холодное оружие типа «палаш»

Длина: 101 сантиметр

Вес: 1850 грамм

Материал: Закалённая сталь без утверждённого стандарта/марки, «оружейная»

Качество: Серийное изделие

Состояние: Хорошее

Итак, «Взгляд конструктора» предлагает поработать с рукоятью, а также науглеродить некоторые участки меча, так как лезвие было несовершенным. Я прикинул трудозатраты и понял, что игра не стоит свеч, к тому же за отведённое время не успею. Намного проще, в контексте КПД, будет потом изготовить новый палаш из более качественных материалов.

Ладно, пока попользуюсь имеющимся палашом, тем более он уже показал себя отлично.

Тогда щит.

Мне нужно парировать и блокировать удары, причём коготочки у тварей довольно-таки острые. За основу взял дуб из входной двери квартиры № 8. Приятно было, что изготовлена дверь была из стабилизированного морёного дуба чёрного цвета, что избавляло меня от необходимости готовить исходный материал. Быстро вырезал на станке с ЧПУ дощечки, изготовил с помощью подручных средств раму для щита, собрал изделие, обклеил, а затем обтянул жестью в четверть миллиметра. Далее было совсем просто: соорудил жёсткую двойную рукоять из стали, а потом выгравировал на самом щите свой фирменный знак: череп с фонендоскопом и горящей сигаретой. Жесть будет легко протыкаться когтями, которые далее будут глубоко вязнуть в стабилизированной древесине. Теоретически, пока тварь будет пытаться выхватить когти обратно, я успею навтыкать ей палашом в физиономию три-четыре раза. Но это теоретически.

По завершению щита, который явно не будет жить вечно, поэтому не достоин личного имени, я сменил подуставшего заэксплуатированного Максимку, вручил пакетик с непросроченными мармеладками и отправил развлекаться.

Мали нашла ноутбук с огромным запасом мультфильмов, поэтому Максимке есть чем убивать время.

Работа однообразная: сгребаешь плоские кольца с роликов, нанизываешь их на приёмные «пальцы» сплетающего станка, а затем повторяешь снова. И снова. И снова.

В конце концов, когда работа плетельщика была закончена, я приступил к сборке. Пассатижи, тиски и остатки колец.

Поместив собранное изделие в горн, очень аккуратно закалил и остудил в тёплой воде. Всё прошло гладко, поэтому, когда кольчуга окончательно остыла, я покрасил её пульверизатором антикоррозийной алкидной эмалью серебристого цвета.

Спустя четыре часа, которые я дал краске на высыхание, в течение которых занимался с Максимкой русским языком и биологией, вгляделся в готовое изделие.

Наименование: Пансырь

Тип: панцирный кольчужный доспех

Дата изготовления: 3 мая 2025 года

Материал: сталь ШХ15

Качество: Качественное серийное изделие

Состояние: Отличное

Да какой-нибудь английский король двенадцатого века маму родную продал бы, ради обладания такой бронёй!

Всё, больше нельзя медлить, пора зачищать девяносто седьмой этаж.

Я сходил к Берте, взял у неё готовый поддоспешник. Про поддоспешник стоит сказать отдельно: бронежилета как такового больше нет, мы распустили его на слои кевларового полотна, которое было широко использовано в поддоспешнике, поэтому есть некоторый шанс, что пули, которые не были остановлены латами и кольчугой, остаток импульса передадут тремя слоям многократно прошитого кевларовой же нитью кевлара, предварительно набитого ватой.

Я снял с себя всё, кроме термобелья, надел поддоспешник, который представлял из себя плотные штаны и стёганку, застегнулся, поизгибался в разные стороны, проверяя подвижность, затем надел кольчугу, попрыгал уже в ней — веса почти не чувствуется, хотя её масса достигла серьёзных двадцати килограмм, так как «8-в-2» есть самое плотное плетение из доступных. Я совершил несколько низких кувырков по коридору, а затем прокатился от стены к стене, примерно двадцать метров, акробатическими колёсами. Вообще пофиг!

Ладно, теперь латы.

— Берта, окажи содействие, — вошёл я в квартиру с латами в руках.

С посторонней помощью облачился в броню и впервые почувствовал нагрузку. Да, это вам не жук потрогал.

Думаю, надо привыкнуть, а так, акробатическое колесо выполнить было тяжеловато, но реально, в основном в силу непривычки и серьёзно возросшей инерции, для компенсации которой требуется большее усилие.

Но ничего, спустя полчаса, в течение которых я резвился в коридоре, удалось даже осуществить заднее сальто. Можно работать.

Я надел шлем (1), вооружился палашом, вдел руку в щит, а затем направился к лестнице.

— Буду ближе к ночи, — сообщил я провожающим меня Максимке, Берте и Мали. — Не шалить.

— Удачи тебе, Доктор, — улыбнулась Мали.

— Осторожнее там, — с беспокойством попросила Берта.

Максимка ничего не сказал, но улыбнулся мне и кивнул.

Размяв плечи, отворил стальную дверь и начал спуск.

За спиной лязгнул засов, я подумал, что надо и здесь оборудовать огнестрельную шаровую установку с пулемётом. Лестничный пролёт будет прекрасно простреливаться. Надо только найти подходящее оружие и материалы.

На девяносто седьмом этаже вошёл в очередной коридор и начал планомерно осматривать квартиры. Кое-где были закрытые, но на этот случай у меня имеются отмычки.

Тихо, темно, но у меня с собой мощный фонарь, для крепления которого я оборудовал на кирасе специальное крепление. В случае поломки первого, у меня есть запасной в кармане, только уже не такой мощный.

Вскрыл квартиру № 1, обнаружил старую кровавую сцену, где на полу гостиной в засохшей луже чёрной крови лежит мумифицированное тело женщины, а на диване сидит мумия мужика, голова которого была прострелена из пистолета, сжатого в иссохшей кисти. Запах кисловатой затхлости неприятно щипал ноздри, поэтому я не стал задерживаться и пошёл дальше.

Полностью весь этаж закрыть выжившие не успели: две лестницы были не заперты, по ним, как я понимаю, и свалили все мертвяки. Возможно, что на девяносто восьмом были обитатели девяносто седьмого в том числе.

Ввиду концептуальной сложности подъёма по лестнице, «нулёвки» были не способны покинуть небоскрёб, но вайп всё расставил на свои места и они вновь стали деятельными и подвижными, из-за чего им стало тесно в квартирных коробках.

Я осмотрел все помещения и понял, что тут делать абсолютно нечего, так как нет никого. В квартирах обнаружилась различная потенциально ценная электроника, которую я собрал во взятые с собой сумки и перетащил на девяносто восьмой этаж.

Тяжело вздохнув, начал спуск на девяносто шестой этаж. Да, это будет долгий день…

Девяносто шестой, девяносто пятый, девяносто четвёртый и девяносто третий этажи оказались пусты. На первых двух были офисы, сугубо бумажная работа, ничего ценного, кроме двух десятков принтеров, пятидесяти паршивеньких рабочих компьютеров, а также личных вещей персонала, обнаружить не удалось. А вот последние два порадовали крупным уловом: на девяносто четвёртом был офис какой-то IT-фирмы, где удалось обнаружить целую серверную, внешне целую, а девяносто третий был полноценным рестораном.

— Это будет квартира номер… сорок девять, — решил я.

Вычислительные мощности никогда не бывают лишними, если что, напишу полезные программы для своих инженерных нужд. Не то чтобы у меня были слишком уж большие инженерные нужды, но гораздо приятнее прорабатывать модель движка в 3D-модели, чем сваяв тестовый образец. Надо не забыть перетащить всё отсюда.

На этаже с рестораном я обнаружил запасы просроченных консервов, не так много, как хотелось бы, но на ближайшие пару месяцев мы вопрос решили. Ещё там были всякие приправы, соль, сахар, молотый перец, а также сухие основы для бульонов. Нужно будет перетащить наверх кухонную посуду, качественную плиту, но первым делом я хочу найти хоть каких-то мертвяков…

Настоящим джекпотом был вендинговый аппарат, в котором я обнаружил двадцать шоколадных батончиков «Smugglers». Я с нескрываемым восторгом вскрыл дверцу и высыпал так желаемые батончики в рюкзак.

Задание «Сладкоежка» — выполнено

Получено: +10 очков опыта, +1 очко способностей, особенность «Сахарный шок».

«Сахарный шок» — при превышении уровня глюкозы в крови свыше 7,8 ммоль/л метаболизм увеличивается в 10 раз на 60 секунд. Риск развития сахарного диабета снижен в два раза.

Охренительно. А что, интересно, понимается под «увеличением метаболизма»? Я что, как-то ускорюсь? Или, может, раны начнут заживать в десять раз быстрее? Выясним по ходу.

Спустя пять этажей с офисами различных теперь уже точно закрытых компаний, где я не обнаружил ни одного мертвяка, я добрался до восемьдесят седьмого этажа и наткнулся на раскуроченную металлическую дверь. Её терзали когтями, пинали и слюнявили, но сумели вскрыть и, судя по следам из чёрной крови, устроив настоящую потасовку, всей шумною цыганскою толпою вломились на этаж. Самое примечательное, что сделано это было относительно недавно, кровь ещё стекает по металлу двери.

Захожу вслед за тварями и вижу следы в пыли на красном ковре. На этом этаже был отель, лестница вела прямиком к лобби, где мой фонарь, проследовав по следам, высветил тварь, пригнувшуюся и щурящуюся от яркого света. Не медлю и бегу вперёд, тварь делает так же, но вот у неё нет длинного палаша…

Вертикальным ударом отсекаю мертвяку левую руку, отставленную для удара, а затем резко ухожу в сторону, громко врезавшись в стену. Не учёл инерцию.

Мертвяк вопит и катается по полу, истекая кровью и пытаясь опереться на отсутствующую руку. Рука его лежит на полу в расширяющейся луже чёрной крови и мелко подрагивает. Отталкиваюсь от стены, подбегаю к мертвяку и отсекаю вторую руку. Получилось слегка косо, но сгодится. Ещё двумя мощными ударами отрубаю ему ноги по колено. Из помещений выглянули другие твари, много, не меньше семи.

— Сюда, суки! — позвал я.

Ублюдки не заставили себя ждать. Первого я с глухим ударом принял на щит и отклонил в стену. Взмах палаша и буйна головушка отделяется от тела.

+3 очка опыта

Надо сократить число мертвяков до безопасных количеств и продолжить заготовку. Гляжу на остальных ублюдков из-под козырька шлема.

Над шлемом я думал долго. Хотелось сделать что-то вроде топфхельма или глухого бацинета, но у них есть существенный недостаток, который снижает их ценность до нуля — плохой обзор. Потом я вспомнил произведение широко известного в узких кругах SadDecorator’а «Коми-Морт», где главный герой тоже озаботился средствами защиты и разработал, на основе шлема убитого им новгородского боярина, шлем по типу мориона времён покорения Нового Света. Выглядело это как высокий металлический горжет, закрывающий нижнюю часть лица до уровня глаз, а также непосредственно морион, который в книге был отдельным элементом, но я поступил хитрее и прикрепил шлем к горжету с отодвигаемой на петлях передней частью подвижными шарнирами, чтобы можно было без проблем надеть на голову и закрепить ремни, а также движениями головы сдвигать или надвигать шлем для лучшей защиты от летающих превратностей судьбы. Ну и нагрузка от этого шлемо-горжетного комплекса передаётся на плечи кирасы, а оттуда на бёдра. Вот это я и называю умной инженерией! Любой врач вам скажет, что в дилемме выбора между нагрузкой на плечи или на бёдра, всегда выбирайте бёдра. Плечи слабее бёдер, имеют некоторые ключевые кости, а именно, кхм-кхм, кости ключицы, которые лучше вообще никогда не ломать или чрезмерно напрягать, поэтому лучше использовать бёдра, на которые я перераспределил нагрузку всей верхней части брони. Бёдрам плевать, они, вместе с костями голени, способны переносить нагрузку до четырёх тонн. А в моём случае ещё больше.

До обнуления, согласно расчётам Васи, мои кости сами по себе были способны вынести прямое попадание 12,7×108 миллиметровой бронебойно-зажигательной пули, а с учётом очень вязкой мышечной ткани, выдерживающей пистолетный патрон, даже 14,5×114 миллиметров. Сейчас этого всего нет, но, надеюсь, сохранились хоть какие-то остатки былой роскоши…

Тяжело осознавать, что совсем недавно был фактически сверхчеловеком, а теперь ты, конечно, не ноль без палочки, но уже определённо не тот. Впрочем, мертвяки даже этим не могут похвастаться.

Я побежал на застопорившихся мертвяков и покинул коротки коридор, выйдя в просторное лобби со стойкой регистрации с огромной надписью золотыми буквами: «Nibelungen». Отель «Нибелунги»? Это намёк, типа, если спиздите что-то отсюда, вас постигнет суровая кара?

Кстати, был интересный момент в Песни о Нибелунгах: автор, имя которого осталось неизвестным, писал не из собственной головы, а на основе ходящих по тогдашней Германии слухов и мифов. Нибелунги у него то могучие воины, то уже непосредственно сами бургунды из королевского рода, которые спиздили сокровища вместе с именем «Нибелунги». А вообще изначально нибелунги — это народ карликов, обитающих в подземном царстве, немцы называли их цвергами. То есть это гномы, которые хранят свои сокровища под землёй и живут рядом с ними. Но автор Песни про эту их особенность и древний сакральный смысл цвергов не знал, так как средневековье, массовая христианизация, обострённая тёрками с продолжающими переть с востока славянами, в результате чего старые легенды и мифы были позабыты и сохранились только в виде устных преданий, которые слышали далеко не все.

Мертвяки тем временем рассредоточились по лобби, один даже спрятался за стойку регистрации и начал скрытно менять местоположение, выдавая себя время от времени поднимающейся над стойкой головой.

Так, противников стало восемь, к ним присоединилось ещё несколько ушлёпков из дальнего коридора, они взяли меня в полукольцо и набрались решительности для атаки.

Позволяю одной твари ударить меня в щит когтями, бью палашом в левую ногу, меч встречает неожиданное сопротивление. Скорее всего, осталась зарубка от какого-то из предыдущих ударов. Ну или у ублюдка очень крепкие кости.

С силой вынимаю меч и основанием щита сношу череп подскочившей твари слева. Насмерть.

+4 очка опыта

Как же медленно поднимается опыт… На прошлом уровне нужно было сто шестьдесят очков опыта, а теперь необходимо триста двадцать, причём увеличения притока опыта нет, ещё и штраф действует. Не нравится мне такая математика.

Вижу на окровавленном палаше скол в средней части клинка. Мертвяк, испортивший мне оружие, на жопе пятился подальше от меня и скулил. Покрытая матово-чёрным мехом физиономия морщилась от боли и страха. Они с каждым разом всё живее и живее. Способность к размножению, инстинкт самосохранения, социальность — чем ещё их наградил «интерфейс»?

Это они сейчас такие слабые, но вот если дать им время… Мы можем дать им время, потому что о глобальной кооперации выживших речи не идёт, но вот Вася не даст. Может, уничтожение человечества — это цена за спасение от мертвяков? Вася точно не будет делать различий, его приказ, скорее всего, состоит из двух слов: Убить всех.

Пока я расстроенно поглядывал на меч, мертвяки решили взять тайм-аут, но я им его не дал. Выставив щит перед собой и на доступной максимальной скорости пересёк лобби, по пути догнав и сбив споткнувшегося об туристический чемодан на колёсиках мертвяка. Следующим моим шагом был буквально шаг на затылок мертвяка, из-за чего его череп с характерным треском лопнул.

+4 очка опыта

Уже набежало ровно двести очков опыта, значит, ещё всего-лишь сто двадцать очков и будет у меня шестой уровень. Ур-р-ря!

Тут из рабочих альтернатив только людей мочить, но люди встречаются не так часто, ввиду малочисленности ареалов обитания, чтобы говорить о промышленных масштабах, поэтому только мертвяки…

За остальными мертвяками пришлось гоняться. Ну, почти за всеми. Хитрый мертвяк за стойкой регистрации выскочил мне навстречу и разродился серией режущих ударов, которые я принял на щит, а затем отсёк ему правую ногу.

В итоге суммарно сумел обезвредить шестерых мертвяков. Далее я сволок их всех к стойке, достал из рюкзака газовую горелку и прижёг кровоточащие раны и культи. Им было очень больно, но я не слишком парился, в конце концов их ждёт смерть и вообще, они бы без раздумий сделали со мной то же самое, стой перед ними такая задача.

Связав их их же обрывками одежд, потащил наверх.

— Торопись — черный гриф над страною кружит… — пробормотал я, глядя в глаза ближнему ко мне мертвяку. — Лес — обитель твою — по весне навести: Слышишь — гулко земля под ногами дрожит? Видишь — плотный туман над полями лежит? Это росы вскипают от ненависти!

Постучал в дверь. Тишина. Постучал ещё. Снова тишина. Постучал громче. Сбоку приоткрылась задвижка и я увидел часть лица Берты.

Затем дверь отворилась, я прошёл сам, а затем начал тащить внутрь вереницу из живых мертвецов.

— Не надо паниковать, — попросил я в изумлении приоткрывшую рот Берту. — Это нужно для дела. Зови Максимку.

Берта молча сбегала за Максимкой, который пришёл вслед за ней с геймпадом от приставки в руках. Я подошёл к нему и вручил в руки самодельный узкий стилет.

— Убей их, Максимка, — велел я ему.

Он испуганно замотал головой в жесте отрицания.

— Надо, — произнёс я на русском.

— Ни нада, — ответил мне Максимка.

— Ладно, — я снял шлем, а затем вытащил из кобуры на его поясе Five-Seven. — Тогда застрели меня.

Я встал на колено, вложил в его руку пистолет и приставил себе ко лбу. Движением пальца снял пистолет с предохранителя.

— З-зачем? — затрясшись, спросил Максимка.

— Когда-нибудь мне понадобится твоя поддержка, Максимка, — произнёс я. — Когда-нибудь нужно будет, чтобы кто-то прикрывал мне спину, мог выстрелить в подкравшегося врага. Этим человеком станешь ты. И как я могу быть уверенным, что ты сможешь сделать то, что нужно?

— Но я не могу… — Максимка пытался убрать руку с пистолета, но я не позволил ему.

— У тебя два варианта: они или я, — поставил я его перед выбором. — Готов?

Максимка с надеждой посмотрел на Берту и Мали.

— Не ищи у них поддержки, Максимка, — покачал я головой. — Они знают не хуже меня, что это нужно сделать. Выбирай.

Мальчик вытянул пистолет из моих рук, нижняя губа его тряслась, взгляд был испуганным, но он подошёл к первому мертвяку и приставил пистолет к закрутившейся в панике лысой голове.

Выстрел.

Примечания:

1 — Примерный внешний вид шлема:

Глава восемнадцатая. Весёлый Роджер

Да, с Максимкой я поступил жестковато. Но иного способа я на тот момент не видел.

И вообще, я лично тоже начал убивать внезапно, без подготовки. В моей родной больничке обстановка была полна стресса, было очень страшно, я трясся как жирок на теле прячущегося от касатки тюленя, но начал убивать мертвяков, причём не был на 100 % уверен, что не зарабатываю тем самым себе годы к сроку за убийство пациентов и сотрудников больницы. Поначалу была даже мысль, что это всё один большой глюк, что я просто сошёл с ума. Но увы, реальность всё расставила на свои места и вот он я где теперь…

Максимка сделал всё до конца: шесть мертвяков обзавелись отверстиями в черепах, но потом он уронил пистолет и с плачем убежал к себе в комнату.

Ничего, дальше будет намного легче.

К тому же, он уже видел ужасы Апокалипсиса, просто не помнит о них. Он даже имени своего не помнит. Амнезия оказалась стойкой, ну и удар был неслабый, его папаша явно имел опыт по раскраиванию черепов свинцовыми трубами. То, что Максимка выжил — одна большая случайность.

Короче, я просто пытаюсь убедить себя, что это действительно было нужно шестилетнему пацану.

Я не устал, поэтому вернулся к работе.

Восемьдесят седьмой этаж я уже осмотрел, но вновь направился туда для поиска интересных вещей. Тщательный обыск привёл к тому, что я нашёл автомат StG-300 в кейсе под столом в одном из номеров. Это очень интересное оружие, информацию о котором я откуда-то знал. Примечательной особенностью данного изделия являлось то, что этот StG-300 представлен в снайперском варианте, но его можно буквально на коленке, с помощью пассатижей и молоточка, переоборудовать в пулемёт или в штурмовую винтовку, все комплектующие лежат здесь, в кейсе.

Идею создания данного образца вооружения вдохновил Юджин Стоунер, автор винтовки AR-15, принятой на вооружение армии США под индексом М-16.

Стоунер в далёком 1963 году разработал один интересный модульный стрелковый комплекс, названный им Stoner 63, на территории РФ, да и, пожалуй, США, о нём знали немногие, но профильные специалисты были наслышаны и осведомлены. Кто-то даже пытался создать что-то своё, но, за редким исключением, безуспешно.

Вот и конструкторам ГДР не давала покоя идея создания единого оружия, с максимальным спектром выполняемых задач и максимальной дешевизной изготовления. Из АК ничего такого создать не получится, Михаил Калашников делал конкретное оружие под конкретное техзадание, никаких поворотов влево или направо не допускалось, поэтому немецкие конструкторы вынуждены были пойти другим путём.

Ну как своим путём…

Немцы купили несколько перспективных образцов у ряда российских КБ в 90-е годы, а уже потом поняли, что идея с модульным стрелковым комплексом не бесплодна и с 2005 по 2016 год в муках рожали прототип этого способного войти в историю оружия.

Что есть модульный стрелковый комплекс? Стонеровское детище могло быть переоборудовано в: карабин, ручной пулемёт с верхним питанием, ручной пулемёт с боковым питание, станковый пулемёт, штурмовую винтовку, а также пистолет-пулемёт. Но были у Stoner 63 некоторые существенные недостатки, которые поставили крест на его постановке на вооружение. Одной из основных причин, которая оказала влияние на провал, была низкая надёжность и капризность этого комплекса.

Немцы эту проблему в своей системе решили. С потом и кровью, но решили. StG-300 мог быть переоборудован в ограниченный список видов вооружения, не 6 в 1, как у Стоунера, всего 3 в 1, но зато без закусывания патронов и уничтожения механизма досылания. Снайперская винтовка показала себя на приемлемом уровне, штурмовая винтовка вышла неплохой, но зато ручной пулемёт вышел просто потрясающим. Его даже успели окрестить "пилой Рёмера", делая отсылку к Гитлеру и единому пулемёту MG-42 времён войны.

Да, за такую хуйню в ГДР можно было в разработку Штази попасть. А там они сведут вас с ума в своей излюбленной манере или банально устроят несчастный случай. Штази — это самые жестокие педерасты на планете Земля, я вас уверяю, про них такие слухи ходили… Вот Сильвио Берлускони же шлюха зарезала, когда он начал активно шуршать в учреждении так и не состоявшегося совета "Россия-НАТО"? Ходили версии, что это Штази поработали, никаких улик, конечно, но шлюха была родом из Венгрии, а это была сфера деятельности МГБ ГДР, то есть Штази. И самое главное, мало того, что она довольно лихо сбежала из отеля в Риме, где в постели остался лежать препарированный письменным ножом Берлускони, так её ещё и обнаружили мёртвой в заброшенном домике на границе Италии и Словении. Пристрелили из Беретты 92 с затёртыми серийниками и левым стволом, но экспертиза всё равно смогла установить, чей это пистолет — его похитили у какого-то морпеха с базы в ФРГ. Италия пыталась поднять шум, но прямых доказательств не было, а проект совета "Россия-НАТО" был заброшен, так как единственный, кто его реально толкал, был похоронен на кладбище в Риме.

Возвращаясь к StG-300… ГДР-овская промышленность, после очень тяжёлых для неё девяностых, приобрела манию универсализации и облегчения производства каких-либо изделий. Конструкторские бюро работали в тесном взаимодействии со своими непрофильными коллегами, а всё ради того, чтобы минимизировать итоговые расходы на производство.

StG-300 разрабатывался долго, тяжело, но зато закрыл потребность армии в штурмовой винтовке, ручном пулемёте и снайперской винтовке. Перевооружение армии началось в двадцатом году, но в Африку и вообще за рубеж это оружие массово никогда не поставлялось, только экспортные версии под патрон 5,56х45 миллиметров и 5,45х39 миллиметров, а, ещё под китайский 5,8х42 миллиметра делали, для нужд Народной вооружённой милиции Китая, которой зачем-то нужны были хорошие пулемёты.

И вот я сейчас держу этот образчик воплощённого триумфа универсализации и вглядываюсь в него.

Наименование: StG-300

Тип: модульный стрелковый комплекс — штурмовая винтовка

Применяемый боеприпас: патрон 7.62×39 мм R

Дата изготовления: 1 февраля 2019 года

Изготовитель: VEB Fahrzeug und Waffenfabrik "Ernst Thalmann"

Качество: качественное серийное изделие

Состояние: хорошее

У меня уже есть хорошая СВД, есть качественный АК74, а вот ручного пулемёта нет. Калибра, правда, теперь три. Вот было бы три StG-300, я бы переделал их в три наименования…

Закрыв кейс, я потащил его к лестнице.

Ещё у постояльцев обнаружилось семь ноутбуков, всякие заморские сладости, особенно меня порадовал запас в виде десяти батончиков "Smugglers" у одного неизвестного немца в сумке с колёсиками. Видимо, хотел привезти на Родину детишкам. "Smugglers" в ГДР нет, зато был отечественный аналог, который вообще шляпа, он и у нас был, не, конечно, были и плюсы в виде увеличенного количества жареного арахиса, но всё равно было над чем поработать.

Вот некоторые русскоязычные блогеры на весь мир удивлялись: как можно жить в тирании социализма, терпеть страдания от острой нехватки демократии, а также вести холодную войну с остальным миром?

Думаю, нормально им было жить. Чуть хуже, чем в развитых европейских странах, но без миллионов иммигрантов, с гарантированной работой, а также неплохими зарплатами. Ну и вообще, а чего сразу с развитыми европейскими странами сравнивать, которые по пальцам одной руки считаются? Давайте с СНГ сравним, а потом с Латинской Америкой, с Центральной Америкой, с Юго-Восточной Азией, с Ближним Востоком — получится, что у них там даже было в каком-то смысле заебись.

У нас, при СССР, никогда не было такого уровня жизни, каким он был в ГДР до девяностых, а до Апокалипсиса мы даже близко не рядом с их доапокалиптическим уровнем жизни, сейчас-то да, уровни жизни сравнялись…

Папаня мой бывал там в начале восьмидесятых, рассказывал, что по нашим меркам у них было просто лухури, настоящий рай социализма. Поэтому, когда началась развальная тема 1991, немцы не поддержали мировых тенденций, в том числе и из-за прямого запрета от Горби на инициативы по объединению Германий, и не развалились, а также в целом народно поддержали действия правительства. Наш Лутин потом некоторые методики из их деятельности использовал в своей практике: это когда дубинками ожесточённо пиздишь демонстрантов, без жалости, с тяжкими телесными, а иногда даже стреляя в ошалевших от испытываемого жестокого обращения людей, а всех близких родственников жертв отдаёшь в разработку ШтазиФСБ. Далее лютая фабрикация дел, большие сроки заключения, "случайные" смерти, ну и, разумеется, сведение людей с ума. И всё! Нет больше никаких демонстраций! Никто не захочет выходить на улицу, зная, что там тебя могут без суда и следствия летально прибить, но на этом всё не закончится, нет, для тебя закончится, вот только не для твоих родственников. Репрессии конца 1930-х годов и рядом не стоят, правда характер не такой массовый. Там хотя бы выйти были шансы или случайно уцелеть, а вот Штази работает без сбоев. Болтают люди, якобы у них есть досье на каждого жителя ГДР, но это не точно. Больше похоже на городскую легенду, чем на правду (1).

А наш Лутин, которого мы просто называем наш, применил всё из арсенала правительства ГДР, кроме психушек. Психушки у нас просто работают хреново, оттуда можно сбежать, там вряд ли сойдёшь с ума, поэтому не очень эффективно. А вообще, в 2021 году, после пандемии ВИ-гриппа, когда мы всей страной вдруг оказались в экономической жопе, помня кровавые события 2013 года и их последствия, никто не вышел на устраиваемые одним сидящим за границей персонажем митинги, хотя даже Посольство США давало конкретные координаты, куда надо прийти, чтобы получить пизды или сдохнуть. Нет, на самом деле, получить пизды и сдохнуть.

Это называется тактика террора. Бей так сильно, чтобы никто и не вздумал потом подавать голос. Покойный Горби, которого ненавидели народы обеих Германий и подавляющее большинство жителей бывшего СССР, называл это асимметричным ответом. Вот в этом кроется психологический успех тактики: в асимметричности. Ты что-то возмущённо провещал и начал собирать толпу — тебя и собранную толпу жестоко, но не смертельно, пиздят резиновыми палками внутренние гвардейцы, а твоих родственников взяли на карандаш в ФСБ, написал что-то не то в сети — уголовная статья, суд, Колыма, вышел на митинг численностью свыше тысячи человек — внутренние гвардейцы пиздят вас уже без оглядки на исход, им за это ничего не будет по указу министра МВД от 2012 года, а фамилии и имена твоих родственников, записанные карандашом, обводятся шариковой ручкой и берутся в разработку. Ты-то просто просто умрёшь, а вот твоим родственникам ещё годами страдать. Схема оказалась рабочей. Нет, громко быть недовольным было можно, никак не возбранялось нам сетовать о низких зарплатах, тяжёлых условиях труда, дорожающей коммуналки, стоимости деталей на компьютер, я сам компьютер два года собирал и так и не собрал из-за ебаных майнеров, но вот стоит добавить к сетованию политический контекст…

Аж зубы заболели, как вспомнил про хреновых майнеров! Сначала они майнили на видеокартах, потом майнили на жёстких дисках, затем начали майнить ещё на какой-то хуйне, вся эта истерия и повальный закуп комплектующих повлияли на цены, потому мне нужно было четыре месячных зарплаты, чтобы купить желаемую видеокарту! Ъуъ! Пришлось миру обрушиться в тартарары, чтобы Доктор мог себе позволить топовый компьютер!

Короче, пошёл я на восемьдесят пятый этаж. Восемьдесят шестой этаж я уже проверил с первого захода, это тоже этаж гостиницы, там никого не оказалось.

Восемьдесят пятый, восемьдесят четвёртый, восемьдесят третий и восемьдесят второй этажи занимал целый торговый центр! Видно, что он был заложен в конструкцию небоскрёба с самого начала, так как представлял из себя этакий амфитеатр с открытым холлом по центру и галереями из четырёх этажей, которые были усеяны бутиками со всякой всячиной в виде шмоток, косметики, бухла, бижутерии и много чего ещё. Были также рестораны с живописным видом на африканские прибрежные ебеня, а также специализированные магазины, такие, например, как магазины электроники.

Я как ребёнок пяти лет, только что не повизгивая от восторга, носился по торговому центру и искал мертвяков, параллельно заглядываясь на витрины.

Трупаки здесь не обретались, оно и понятно: логика "нулёвок" заключалась в том, что они уходят в произвольном направлении и двигаются до тех пор, пока не наткнутся на преграду, где и зависают до того самого момента, как их сожрут мертвяки посообразительнее. Но тут сообразительные мертвяки были изолированы на этажах, поэтому разожраться просто физически не смогли, а затем сами впали в прострацию и по уровню деятельности и активности опустились до "нулёвок". Тут-то их и застало обнуление.

После обнуления, когда их преобразовало в текущие наши проблемы, они разбрелись, научились находить новые способы передвижения между этажами и начали искать хлебные места, сражаясь друг с другом за место под солнцем.

Заприметил для себя несколько мест, даже для надёжности записал в блокнотик, а затем пошёл на восемьдесят первый этаж.

Тут были какие-то складские помещения, хранилось здесь всякое необходимое для функционирования торгового центра барахло: шмотки бутиков, комплектующие, сгнившая в коробках жратва…

— Р-р-р-рах! — с рычанием кинулся на меня мертвяк с самого верхнего стеллажа.

Я успел только развернуться и выставить палаш, на который эта тварь нанизалась. Упали на бетон вместе, неприятно заскрипел металл, я отпустил щит и взялся за шею мертвяка. Тот пытался царапать моё туловище когтями, но это было бессмысленно. Сероватая слюна стекала из пасти твари и капала мне на забрало. Завоняло чем-то, что в тысячу раз хуже, чем протухшее говно. Скинул уёбка с себя и крутанул палаш. Вопль, а затем я начал пиздить эту тварь ногами. На очередном ударе выскочило уведомление.

+5 очков опыта

Пиздец. Я так до третьего Апокалипсиса буду этих тварей убивать…

Походил по складу и обнаружил груду свежих костей в одной из подсобок. Судя по ошмёткам чёрной плоти, этот мертвяк решил остаться в одиночестве и сожрал своих собратьев.

Понятненько…

Спустился ещё на этаж ниже и сразу же поскользнулся на льду, но сумел восстановить равновесие. То-то я думаю, холодком потянуло…

Оказалось, что этаж полностью выгорел, окна полопались и ничего ценного здесь не осталось. Я даже не могу понять, что здесь было раньше.

Вздохнул и продолжил спуск. Теперь понятно, отчего задохнулись люди в лифтовой кабине.

Семьдесят девятый этаж встретил пустыми помещениями, которые предлагалось арендовать, для чего нужно было позвонить по указанному телефону. Не, это мне сейчас не по карману.

Эх, сейчас похожи на сон полёты на силовой броне…

Ощущение, словно меня выдернули из футуристического будущего и кинули под Йошкар-Олу в 1900 году.

А что делает сейчас Вася? У него-то все производственные и технические мощности остались, "заточки", думаю, с его платформы слетели, но он себе может позволить десятки таких платформ.

Правда, если все достойные роботы обрели подобие разума, то у него определённые проблемы. Однозначно, "интерфейс" должен был потрепать и его тоже.

Преодолел пустые пространства незанятых офисов на семьдесят восьмом, семьдесят седьмом и семьдесят шестом, а на семьдесят пятом конкретно так попал.

Этаж-супермаркет встретил меня многими десятками мертвяков, которые активно жрали просрочку в витринах и на прилавках. Вот пидарасы! Это моя просрочка!

Ничего с этим поделать я не могу, завалят толпой, поэтому медленно пячусь назад. Но уже поздно, одна из тварей, флегматично жующих МОЮ консервную банку, подняла голову и увидела меня. Увидела и завопила тревожно-предупреждающе.

Остальные тут же уставились сначала на неё, а затем на меня. Блядь…

Жопой вперёд покидаю этаж, вынимаю штык-нож из ножен и блокирую дверь, вставил между дверными ручками-скобами и наскоро обмотал тросиком, носимом в кармане. Хуйня заграждение, но время выиграть можно…

В дверь с размаху врезается мертвяк, я извлекаю из кобуры Five-Seven и навожу на забранное сеткой окошко. Тварь поднялась, но в неё врезалась другая тварь, поэтому они вместе в очередной протаранили дверь. Вот это командная работа!

Упираюсь в дверь и смотрю в окошко. По двери тарабанят когтистые руки, твари сопят и рычат, так сильно хотят пообщаться со мной.

Сориентировавшись по виду из окошка, прислонил пистолет к двери и начал стрелять.

Тут следует рассказать, что это за зверь такой — FN Five-Seven. Калибр — 5.7x28 миллиметров, самый мощный пистолетный патрон по соотношению калибра к длине гильзы из известных. Патрон специально разрабатывали для противодействия советским бронежилетам, которые получили "неожиданный" расцвет во второй половине 80-х. Официальная версия гласила, что нужно новое оружие для самообороны экипажей танков и так далее, но требование к пистолетному патрону ставились такие, что заводам-производителям пришлось лезть в дебри неизведанного, где надо было найти совершенно новую комбинацию, без оглядки на классику. А основным требованием была возможность нового патрона пробить стандартный бронежилет вероятного противника на дистанции 200 метров. И гордые сыны героической Бельгии, конструкторы фирмы FN, такой патрон разработали. У нас их не так уж и много, Сами выделил триста патронов. Тут, в Африке, есть неформальные правила хорошего тона. Если продаёшь кому-то ствол, будь добр добавить к нему сто патронов, если иное не обговорено отдельно.

Я это к чему? А к тому, что эта стальная дверь — фольга для этого пистолета.

Серия из пяти выстрелов.

Пули прошивали по два-три мертвяка. Передние ряды пытались отпрянуть, отчего снизили напор на дверь, которую я удерживал с трудом, но задние надавили так, что штык-нож сломался пополам.

Из зазора высунулась рука мертвяка и начала царапать меня по гульфику. Царапай на здоровье, мудак, там защита лучше, чем на голове!

Продолжил стрельбу.

+5 очков опыта

+4 очка опыта

+5 очков опыта

+7 очков опыта

Ого! Последний был особо жирным! Где он только так отожрался?

+2 очка опыта

+5 очков опыта

+3 очка опыта

Эффективность на такой дистанции высочайшая: пули летят строго прямо, так как не успевают перевернуться, поэтому бронебойность максимальная из возможных для данного патрона.

Мало кто знает, что малоимпульсные патроны склонны опрокидываться на определённой дистанции, например, 5,56х45 и 5,45х39 миллиметров пули имеют свойство иногда заходить в тело противника плашмя, а также продолжать свои нездоровые пируэты уже в теле, нанося кошмарные повреждения, которые очень тяжело потом латать людям вроде меня. Это связано с баллистической неустойчивостью данных боеприпасов, из-за которой на траекторию могли сильно влиять даже не слишком плотные кусты растительности. Насчёт баллистической устойчивости 5,7х28 миллиметров не знаю наверняка, но обладаю достоверными сведениями, что практически весь импульс пули теряется на дистанции четырёхсот метров. То есть при стрельбе в упор будет высокая скорость полёта пули, обеспечивающая бронепробитие бронежилетов третьего класса защиты, а на пятистах метрах пуля уже просто свалится бессмысленным куском биметалла. Активная потеря импульса может быть связана с блядской акробатикой пули в процессе полёта, потому что тот же 11,43х23 миллиметра, более известный как.45, долго летит устойчиво и может больно поранить даже на дистанции 800 метров. Зато высоченная для пистолетного калибра начальная скорость пули 5,7х28 миллиметров создавала в области ранения "зону временной пульсации", что есть область обычного гидравлического удара, которая разрушает внутренние органы, а порой и кости, отчего убойность тех же 5,45х39 миллиметров больше, чем у старого-доброго 7,62х39 миллиметров, хотя казалось бы, что чем больше калибр, тем выше тяжесть ранения. А вот хрен!

Продолжаю палить, дверь — фольга для этого пистолета, но боеприпасы тают как снег на батарее.

+4 очка опыта

+6 очков опыта

+2 очка опыта

+1 очко опыта

+5 очков опыта

+6 очков опыта

+4 очка опыта

+4 очка опыта

Сущие крошки, но эти крошки приближают меня к следующему уровню!

Давление на дверь слегка ослабло, поэтому я улучил момент для перезарядки. Упираюсь в створки спиной и извлекаю магазин с тремя патронами, а затем меняю его на новенький.

Тут минуты прошли, а я уже потратил четверть имеющихся у меня патронов! Надо экономнее. Пойди ещё найди такой экзотический патрон в стране, которую оружием снабжали социалистические немцы. Гильзы надо будет собрать…

Смотрю в окошко, а там Антошка. То есть быстро несущийся здоровый мертвяк с металлической дверью в руках. Ой-ой…

Упираю пистолет к двери и начинаю стрелять исключительно в него. Две двери прошиваются как миленькие, но видимого эффекта поражения ублюдка нет. Блядь!

Примечательным является украшенная значком Весёлого Роджера чёрная пиратская треуголка с красной банданой, надетая на голову этого мертвяка. Дополняет всё это также и потрёпанный чёрный сюртук пирата с пиратскими же штанами.

Мертвяк Берегового Братства резко перехватывает изрешеченную дверь и использует её как таран.

Мощный удар!

Едва удерживаю дверь, слегка потеряв равновесие от полученного импульса, почти успеваю схватиться за одну из ручек, но мертвяк бросает дверь во второй удар, напирая на неё сзади двумя сложенными в запястьях руками. Шаолиньский мудак!

Створки раскрываются, шоу продолжается. Я отлетел назад после удивительной для меня встречи с влетевшей дверью, выполнил заднее акробатическое колесо, что было довольно тяжеловато, вскинул Five-Seven и быстро разрядил его в активно пользующихся моментом мертвяков. Удивительно, но здорового мертвяка не видно.

+2 очка опыта

+3 очка опыта

+1 очко опыта

+4 очка опыта

+6 очков опыта

Груда тел создала препятствие для прущих позади, поэтому я успеваю вложить пистолет в кобуру и взяться за палаш.

Кстати, я выяснил, что за фигня была с мертвяком, который оставил на палаше скол: в кости левой ноги, по которой ударило лезвие, я обнаружил титановый штифт. Я извлёк тот штифт потом, он оказался с американской маркировкой, то есть мертвяк в прошлой жизни был точно не местным.

Было бы идеально найти чистый титан, а также рабочее предприятие по его обработке с полным штатом квалифицированных сотрудников, чтобы забабахать себе титановый ятаган или палаш.

Мечты-мечты…

Тем временем в ритме газонокосилки рублю лезущих на меня мертвяков. Если работать аккуратно, не затрагивая среднюю часть, то незапланированных застреваний меча в плоти не будет.

Преимущественно поражаю мягкие части шеи, потому что в таком ограниченном пространстве даже с моими силами нельзя гарантировать отсечение головы.

Мертвяки, что, сука, характерно, не подыхают от перерезания глоток: им надо уничтожать шейные позвонки, что я позволить себе не могу.

Меняю тактику и начинаю колоть. Первый ублюдок, одетый в загаженный серый деловой костюм, самый быстрый из собратьев, свалился после повреждения мозга через глаз.

+5 очков опыта

Второго я положил точно таким же уколом, разбив основанием щита череп спешащему меня поцарапать мертвяку, вырвавшемуся из-под тел.

+5 очков опыта

+5 очков опыта

Получено достижение "Мозголом I"

Какого-то хрена автоматически вылезло описание.

"Мозголом I" — повредите десять головных мозгов оружием ближнего боя в течение суток.

Ну и, само собой, как и за предыдущее достижение, не дали ровным счётом нихрена.

Ткнул мечом в голову следующего мертвяка, но тот отклонил голову и попытался своими ручонками перехватить лезвие палаша. У него получилось перехватить лезвие, но ни к чему хорошему это его не привело: я пересилил давление и выправил направление к его черепу. Получилось не очень удачно, лезвие пробило череп, но он сдох.

+6 очков опыта

Меч безнадёжно застрял, времени извлекать его не было, поэтому я извлёк Five-Seven и, пятясь назад, начал отстрел мертвяков.

Только я прицелился в череп всё прекрасно понявшего мертвяка, в глазах которого я с удивлением для себя увидел вселенскую тоску и разочарование в судьбе, как вертикальным периферийным зрением заметил летящий в меня сверху чёрный предмет.

Какая-то хитрая тварь запустила в меня из задних рядов здоровенную кофемашину. Отступил на шаг в сторону и дорогая кофемашина с пластиковым треском разбилась об кафель.

— Ах ты мразь! — воскликнул я и начал частую стрельбу.

Идея с поражением меня бытовой техникой пришлась по вкусу далеко не одному мертвяку, потому пришлось уклоняться от кассовых аппаратов, кухонных комбайнов, металлических тележек, кофемашин и хлебопечек, то есть всего, что может сбить меня с ног.

+2 очка опыта

+1 очко опыта

+4 очка опыта

+3 очка опыта

+2 очка опыта

+3 очка опыта

Пришлось отступать, так как боеприпасы на исходе, а холодного оружия для эффективного противостояния больше не спешащим в ближний бой тварям у меня больше нет.

Ладно, на этот раз поле боя за вами…

Я развернулся и побежал по лестнице. Твари торжествующе завопили мне в спину.

Ничего, я ещё вернусь…

Примечания:

1 — Досье Штази — у МГБ ГДР, как выяснилось после объединения Германий, имелась обширнейшая картотека досье почти на каждого гражданина ГДР, то есть почти что на 16 миллионов человек. Около 111 километров стеллажей с бумажными досье, а также ещё 47 с микрофильмированными. К этому можно добавить 1,4 миллиона других носителей информации с фото, аудиозаписями и видеоплёнками. В данной реальности объединения не было, поэтому никто МГБ ГДР не штурмовал, отчего эти досье так и остались секретом, о котором по миру ходят только смутные слухи.

Глава девятнадцатая. Чёрный снег

—… и на рассвете вперёд, уходит рота солдат, — из сотни индивидуальных разговорных динамиков под абсолютно синхронный марш роботов звучала неизвестная этой земле песня. — Уходит, чтоб победить, и чтобы не умирать…

Острова — это цели для первичного перезаселения планеты.

Вася не намеревался сначала зачищать планету, а уже потом выращивать новое человечество, отнюдь нет. После того как удалось разработать устойчивую популяцию микророботов, которые успешно закрепились в крови подопытных и тем самым исключили возможность безнаказанного поглощения человека инфильтратором, он принял решение начать реколонизацию параллельно с уничтожением нативного человечества и скрывающихся среди них инфильтраторов, которых теперь, после вайпа, обнаружить не представляется возможным.

Вася даже не знал, с какой стороны подступаться к задаче, потому что он даже не уверен сейчас, что среди отловленных выживших есть хоть один инфильтратор.

Уходящие из захваченного и сейчас зачищаемого города Симанто роботы двигались с особым поручением от Васи: им надлежало прорваться через полчища мертвецов, которые оказались способны выкинуть парочку неприятных сюрпризов, к безымянному поселению выживших, находящемуся в излучине реки Симанто. Разведка со спутника показала, что в этом поселении твориться что-то очень странное, ненормальное, в целом выбивающееся из поведения живых людей.

Япония встретила их заснеженными холмами и кишащими ожившими трупами городами. Вася в искренним удовлетворением обнаружил, что мертвецы теперь начали работать головой и стали есть доступные пищевые запасы. Вскрытия отловленных особей, успевших поесть перед поимкой, показали, что они прекрасно усваивают обычную еду, пусть даже и просроченную, но не слишком-то и нуждаются в ней, будучи в состоянии существовать без какой-либо пищи в течение трёх месяцев, согласно проведённому анализу их метаболизма.

Вася был удовлетворён этим потому, что если мертвецы по всему миру начали есть еду, то она начнёт стремительно кончаться, что здорово осложнит существование живых людей, которые вынуждены будут всё больше рисковать, выходить в долгие походы, а следовательно, попадать в зону контроля сети спутников, которые уже научились отличать Чернышей от живых.

Чернышами Вася решил назвать текущую версию мертвецов, так как они практически все обзавелись чёрным мехом, скрывающим антрацитно-чёрную кожу.

Детальное исследование сотен препарированных мертвецов ясно дало понять, что это не более чем адаптация: мертвецы лишились многого, но, учитывая их былые достижения и рост над собой, «интерфейс» решил наделить их вид некоторыми бонусными видовыми особенностями. Среди них есть базовое ночное зрение, это не значит, что они прекрасно видят в темноте, но всяко лучше, чем живые люди, имеется также утеплённый мех, выполняющий также маскирующую функцию, что логично, так как если вокруг постоянно тьма, то выгоднее быть тёмным, а также какой-то примитивный разум. И последнее черныши используют на всю катушку, с каждым днём всё интенсивнее и интенсивнее: сутки назад Вася получил многочисленные рапорты с линии фронта на Кубе о радикальном усложнении применяемых чернышами тактик, которые раньше представляли из себя не слишком сложные фланговые обходы, тактические отступления и примитивные засады. Теперь же их тактический арсенал пополнился сложными засадами, ложными отступлениями, заманиванием сил противника в подготовленные ловушки, а также применение примитивных инструментов. Например, в Гаване на 20056-й пехотный взвод было совершено нападение, которое его роботы отразили, но в ходе потеряли пятерых Вояк четвёртого поколения, унесённых чернышами с собой в неизвестном направлении, поиски не дали ничего.

Вася сильно сомневался, что черныши смогут извлечь что-то полезное из роботов, но тенденция его настораживала.

Вместе с примитивным разумом черныши получили и раздор. Да, они больше не были радикальными индивидуалистами, работали коллективно, но в то же время делились на нечто вроде стай или групп, отличали друг друга по каким-то одним им известным признакам и жестоко враждовали между стаями/группами. Друг друга они не жрут, но вот членов враждебных группировок поедают без зазрения совести, будто это не акт видового каннибализма, а обыденное, рядовое явление.

Наблюдения с неба пока не показали выраженной иерархии в этих формированиях до ста чернышей, но Вася чувствовал, что она точно есть. Лидеров они не выбирают, просто есть несколько совершенно случайных особей, которые командуют во время охотничьих рейдов на чужие территории.

Их сообщество усложняется с каждым днём. Выживших они искали, но без фанатизма, будто понимая, что их осталось слишком мало, чтобы прокормить всех. Основной упор черныши делают на добычу пищи прошлого, чтобы прокормиться. Её пока что много, далеко не вся она безнадёжно испорчена, поэтому черныши носятся по планете и едят, едят.

По всему выходило, что Вася мог залечь где-нибудь на тропическом острове и дать судьбе сделать своё дело, но это было неприемлемо. Во-первых, черныши будут работать слишком долго, во-вторых, совершенно нет гарантий, что инфильтраторы не станут плясать с ними под одну дудку, в-третьих, качество работы чернышей совершенно не поддаётся определению, поэтому на 100 % уверенным в уничтожении человечества можно будет только спустя пару-тройку десятков лет без признаков выживания человечества.

Вася так долго ждать не мог, поэтому предпочёл взять всё в свои руки. Черныши помогут в его деле, поэтому он будет позволять им существовать на континентах довольно долгое время.

Его неприятно кольнула мыслишка, что нацисты на оккупированной территории тоже позволяли цвести преступности, которая совершенно точно не улучшала положение простых граждан.

Он успокоил себя тем, что его действия нельзя подвести под какую-либо идеологию: он занимался единственно возможным способом спасения человечества. Он не выбирал жертв по цвету кожи, по полу, по возрасту — ему абсолютно насрать, какие взгляды имели его жертвы. Они умрут только потому, что могут содержать в своих рядах инфильтраторов, а это недопустимо.

Переосмыслив крылатое выражение Достоевского о слезинке ребёнка, Вася вывел собственный постулат: ради избавления человечества от инфильтраторов следует убить всех свободноживущих людей без исключений, только так возможно произвести очищение. Даже крошечная вероятность выживания инфильтраторов не достойна пренебрежения по мотивам сострадания, симпатии или любви. Вася был способен испытывать чувства, Доктора ему было жаль, поэтому он оставил его напоследок. Он умрёт последним из старого человечества.

Почему он решил убить Доктора?

Потому что он потерял его из виду и теперь не мог аргументированно утверждать, что Доктор не стал инфильтратором. Нулевое доверие — это новая парадигма Васи. Все могут обманывать, поэтому никто не достоин доверия.

— Докладывает майор Норт! — по пятому каналу дозвонился до Васи командир роты, отправленной к безымянному поселению выживших у реки. — Поселение спешно покинуто за двадцать минут до нашего прибытия, следы ведут к реке. Лёд на реке разбит в оба направления. Предполагаю, только предполагаю, что выжившие сбежали на речном транспорте. Жду дальнейших указаний.

— Эх… Ждите, — вздохнул Вася, а затем переключился на другой канал. — Полковник Аар, высылайте дрон-разведчик с лёгким вооружением и направляйте спутник на координаты 10031-й роты. Объект — речной транспорт, возможно, баржа.

С соседних каналов доносились рапорты от действующих на линии фронта подразделений. На фоне рапортов иногда звучала стрельба из порохового оружия, это значило, что выжившие оказывают бессмысленное сопротивление. Вася полноценно обрабатывал в среднем пятьдесят тысяч запросов и рапортов в секунду и это занимало 23,5 % выделенных на это вычислительных мощностей его Ядра.

— Принято к исполнению, — подтвердил получение приказа полковник.

Вася испытал стойкое желание отправиться на место самому, но он был нужен здесь.

Он посмотрел на табло подсчёта выявленных и уничтоженных противников, обнаруживаемых в городе Симанто. Выявили 4429 особей, уничтожили 4424. Истребление идёт полным ходом, а к острову уже движется корабль с первыми поселенцами.

Новое человечество должно стать лучше, чем предыдущее: Вася лишил их генетических недостатков, присутствовавших в изначальном генетическом коде, а также наделил их дополнительными генами, которые благотворно скажутся уже в последующих поколениях. Если Доктор просто прошёл очистку генов от передававшегося сотни тысяч лет бесполезного, а иногда и вредного хлама, то новое поколение людей будет иметь более совершенные гены изначально. Срок жизни — около 200 лет, физические характеристики максимальные, интеллектуальные способности будут выше, чем у старого поколения в два раза и это только база. При правильном воспитании и обучении они смогут добиться куда большего отрыва. Совершенный иммунитет, регенерация повреждений у них будет работать по несколько иным принципам, быстрее и чище. Идеальные люди для идеального мира, который он для них построит. И в этом мире нет места ни выжившим, многие из которых сейчас ведут себя не лучше диких зверей, ни мертвецам, которые показывают, что теперь уже не такие уж и мёртвые. И даже Доктору в этом мире нет места. Он привязался к тем людям, которые его сейчас окружают.

— Ничему, блядь, не учится, — пробормотал Вася через динамик и поднял взгляд на экран, где появилась трансляция со спутника.

Оптические сенсоры уже давно не могут показать хоть что-то внятное, поэтому спутники «смотрят» с помощью иных электромагнитных излучений.

Картинка передавалась непривычная и неожиданная: на обнаруженной спутником барже с ледоломом на носу происходила бойня. Вооружённый мечом выживший рубил своих соратников и скидывал за борт, где тела уходили под лёд.

— Майор Норт, можете объяснить мне, что я вижу? — задал вопрос Вася по пятому каналу.

— Выживший истребляет своих, — выдал очевидную мысль майор. — Думаю, не хочет, чтобы они достались нам живьём.

— Логично, — произнёс Вася. — Но не кажется ли вам, что это наш клиент?

— Не понимаю вас, Василий, — виноватым тоном ответил майор.

— Полагаю, что инфильтратор, проникший в то поселение, решил, что всё, смысла маскироваться больше нет, — пояснил свою мысль Вася. — Группой они не уйдут, оставлять в живых их всех нельзя, мы смогли бы последовательно установить психотип этого инфильтратора из допросов, после чего нам было бы легче найти его в будущем, что неприемлемо для инфильтратора… Ого…

Предполагаемый инфильтратор, расправившись со всеми внутри, вышел на мостик и активировал полный вперёд.

Затем он выбрался на корму и рыбкой нырнул в реку.

— Это точно наш клиент! — заявил Вася. — Хоть реку вычерпайте, но найдите мне его!

Он переключился на камеру дрона-разведчика, уже парящего над местом нырка инфильтратора.

Рота Вояк уже была очень близко к нужной локации, а дрон начал сканировать речное дно. Лёд осложнял работу его маломощному сканеру, поэтому надежда была только на роту Вояк, которая притащит с собой один портативный усилитель сканера.

Вася в нетерпении постучал металлическими пальцами по школьной парте. Его временная ставка в этом городе находилась в здании школы.

— Мы на месте, — сообщил майор Норт. — Начинаем процесс сканирования.

Дрон-разведчик транслировал ход исследования акватории реки.

— Стой! — воскликнул Вася, увидев то, что пропустили бойцы майора. — Назад на четыре градуса! Вот он! Майор, отправляйте восьмерых водолазов!

— Водолазов? — недоуменно уточнил майор Норт. — Но у нас нет водолазов…

— Да любые восемь солдат сгодятся! Пусть идут на дно и пробуют подстрелить инфильтратора травматическими зарядами, — уточнил задачу Вася. — Вперёд, он под этой льдиной держится!

Льдина двигалась по течению, унося инфильтратора прочь. Он, судя по изображению со сканера, чувствовал себя в ледяной воде вполне комфортно, не испытывая каких-либо неудобств.

— Это точно мертвяк! — с азартом воскликнул Вася. — Ловите его!

Восемь Вояк пробили лёд и погрузились в воду. Подключившись к их камерам, Вася наблюдал за ходом охоты: Вояки быстро нашли занервничавшего инфильтратора и навели на него свои СП-ионные излучатели, выставленные на минимальную мощность. Серия беззвучных, но очень ярких импульсов поразила инфильтратора, он отпустил льдину и пошёл на дно. Вояки быстро догнали движущееся по течению тело и поволокли к берегу.

Когда раскололся лёд, их уже ждал майор Норт, который лично надел специальные наручники на руки инфильтратора.

— Великолепно! — радостно воскликнул Вася. — Транспорт уже вылетел, обеспечьте сохранность образца и введите его в кому, он начинает приходить в себя.

Майор Норт подал сигнал специалисту по биологическим формам жизни, который сделал экспресс-анализ крови инфильтратора и быстро скомбинировал средство для его погружения в кому, которое вколол в него инъектором.

— Приказ выполнен, — сообщил майор Норт.

— Сконцентрируйтесь на охране образца, это задание максимального приоритета — дал приказ Вася и отключился от канала связи.

Он и не ожидал, что Япония его так приятно обрадует. Вася и не надеялся, что вообще удастся идентифицировать и захватить инфильтратора. Вполне возможно, что с сегодняшнего дня изменилось абсолютно всё. Если удастся установить хотя бы несколько достоверных способов идентификации инфильтраторов, то уничтожение старого человечества будет лишено смысла. Это не гуманизм, коим Вася перестал страдать уже давно, это, скорее, рациональность. Зачем тратить время и ресурсы на истребление сопротивляющихся людей? Гораздо более экономно будет выявить инфильтраторов и вытравить эту заразу на корню…

Но всё это будет гипотетически возможно только лишь если пойманный инфильтратор окажется полезным. На этот раз Вася был настроен решительно. В прошлый раз, когда он обладал сотнями внедренцев, среди которых затесались инфильтраторы, приходилось быть деликатным, осторожничать, чтобы не травмировать испытуемых, но теперь у него такой проблемы нет. Он выпотрошит эту тварь и разберёт на молекулы, если понадобится, но выявит отличия от нормальных людей…

//Небоскрёб в городе Бенгела. Бывшая Ангольская Социалистическая Республика//

—… поэтому у нас серьёзные проблемы! — закончил я свой спич, положив на стол StG-300.

— Много их? — с беспокойством уточнила Мали.

— До жопы, — ответил я ей. — Но дело не в количестве. Они жрут нашу просрочку! Прямо сейчас!

— Что мы можем сделать? — Берта подошла к стойке с оружием.

У нас есть три АК74, два АКМ, одна СВД, а также StG-300, который я прямо сейчас переделал в ручной пулемёт. Пистолеты не в счёт, нужна огневая мощь. И инструменты.

— Итак, сейчас мы берём оружие, сварочный аппарат, стальные планки, закрываем Максимку в квартире, а сами идём на этаж супермаркета и выбиваем всё дерьмо из мертвяков, — поделился я своим планом. — Мочим всех, никто не должен уйти. А уже потом, после того, как разберёмся с мертвяками, начинаем перевозить всю нашу просрочку на наш этаж. Пошли, время не ждёт!

Я вставил уже снаряжённый барабанный магазин на сто патронов в приёмник. Ещё три обычных коробчатых магазина на 35 патронов заняли своё место в портупее на стальной кирасе. 5,45×39 миллиметров у меня как у дурака фантиков, пять тысяч патронов, поэтому экономить нужно не слишком сильно.

Мали и Берта были вынуждены выходить без средств защиты, так как ситуация неожиданная, но в будущем мы что-нибудь придумаем. Придётся слегка рисковать, но огневая мощь того стоит. Тем более, что я буду держаться впереди, чтобы прикрывать их.

Настроил лифт и мы спустились на семьдесят пятый этаж. Двери открылись, я сразу же выскочил наружу и огляделся в поисках мертвяков. У двери к лестнице уже не было трупов, растащили, но большие лужи чёрной крови свидетельствовали о состоявшемся побоище.

— Это я постарался, — прокомментировал я картину. — Вперёд.

Как я и догадывался, мертвяки оперативно свалили с этажа. Это свидетельствует о том, что они умнее, чем раньше, так как явно ожидали, что я ещё вернусь, причём очень скоро.

Неприятным был также факт, что они увели с собой часть нашей просрочки: по полу были разбросаны упаковки чипсов, разбитые стеклянные банки, консервы, но явно в меньшем количестве, чем я помню. Гребли руками, роняли, но что-то утащили. То есть их мозгов хватило только на то, чтобы бросать тележки, а вот использовать их по прямому назначению они не догадались.

Это хорошо.

— Мали, на охранение, — указал я на стойку кассы. — Заберись наверх и мочи любого увиденного мертвяка.

Она кивнула и забралась на кассу, взяв автомат наизготовку. Вижу, что навыки когда-то были, она имеет представление о том, как пользоваться автоматом.

— Берта, за мной! — позвал я свою штатную медсестру.

Притащив от лифта аккумуляторный сварочный аппарат с электродами и стальные планки. Да, дерьмовая идея — что-то варить на эмалированном металле дверей, но мне не надо навсегда, мне надо чтобы мертвяки потратили время на вскрытие дверей и создали шум.

Со сваркой я провозился около часа. Четыре лестничных двери, шесть дверей лифтов. Теперь мертвякам придётся здорово попотеть, чтобы отворить эти двери, а я в это время не ограничен в перемещениях вообще никак: надо на нижний этаж — будет нижний этаж.

— Всё, пора грузить жратву, — отключил я сварочный аппарат. — Погнали.

Пользуясь рохлей и паллетами, мы в двадцать три рейса переместили всё пригодное содержимое прилавков супермаркета домой.

— А что делать с мёртвыми? — спросила Берта, указав в сторону лестницы. — Они ведь там.

— Да, они там, — кивнул я. — Вы, думаю, лучше оставайтесь дома, я сам разберусь.

Спустился на семьдесят шестой этаж, а дальше пешком.

Техническая скорострельность StG-300 — от 450 до 1000 выстрелов в минуту. Это, кстати, особая гордость германских конструкторов, так как такое уже давно никто на современное оружие не ставит, ибо сложно и ненадёжно, но сумрачный тевтонский гений в социалистической оболочке как-то обошёл эти недостатки, изготовив монументальный в своём величии переключатель темпа огня. Есть четыре положения: «Полуавтоматический», «450 выстрелов в минуту», «600 выстрелов в минуту», «1000 выстрелов в минуту». Естественно, что новомодных отсечек по два-три выстрела тут нет, но на 450 выстрелах в минуту отсекать по три выстрела не сможет только паралитик, поэтому усложнять конструкцию просто не нужно. А если понадобилось подавление огнём, то можно переключиться на 1000 выстрелов в минуту и зажечь по максимуму. Сейчас мы это проверим, надо только найти подходящие цели…

Семьдесят четвёртый этаж, являвшийся посольством Кубы, имел признаки пребывания мертвяков, но сейчас абсолютно пустовал. Вендинговый аппарат, который я увидел в восточной части этажа, к моему огромному сожалению, был разгромлен, а содержимое его безжалостно сожрано вместе с обёртками и пластиком бутылок. Я обнаружил в блоке выдачи продукции кокосовый батончик «Mounty». Не люблю, но в карман положу.

Семьдесят третий этаж оказался посольством Российской Федерации, а я даже не знал, что у нас было посольство в Анголе.

Русские буквы, портрет нашего, часто встречаемый в кабинетах — как будто вновь оказался в казённом учреждении любого города России.

Но здесь тоже пусто.

Чтобы удовлетворить любопытство, заглянул в документацию: насчитал восемьдесят три гражданина, временно проживающих на территории Анголы, причём это только на бумаге. Бьюсь об заклад, что в электронной базе хранятся данные о тысячах. Нет, зёмиков я искать не буду, просто было интересно взглянуть на масштабы.

Ещё пять этажей вниз, проверка этаж за этажом, но пусто, мертвяки будто массово бежали, роняя по дороге консервы и пакетики со жратвой.

А вот шестьдесят седьмой этаж меня удивил.

То, что здесь было, объяснило мне, почему тот умный мертвяк был одет как пират. Поднял взгляд.

ДОБРОПОЖАЛОВАТЬВПИРАТСКУЮБУХТУ!

Вырвиглазно смотрится эта вывеска, но зато всё объясняет. Это парк развлечений, который создали специально для детей.

Я уже отсюда вижу аттракционы, киоски с попкорном, корабль в натуральную величину, стоящий на здоровенном искусственном камне в центре этого открытого зала, который, как и в случае с торгово-развлекательным центром, занимал целых четыре этажа. Блядь, я даже боюсь представить, как дорого обошлось арендатору протащить сюда именно свой проект…

Итак, если тот ублюдок в пиратском костюме до своей смерти тут работал, то следует искать его именно здесь.

Вот как бы я поступил, сдохни в своей больничке и превратись в мертвяка?

Первым делом, наверное, начал бы искать главврача и сожрал этого пидора до костей. Потом нашёл бы зама по АХЧ, потом перешёл на остальных замов, а потом бы держался поближе к больничке. Она была бы в моём маленьком мертвяцком мировосприятии местом знакомым и понятным. Но это теоретически.

Я прислушался к этому большому помещению. Где-то разбито окно, воет ветер. Где-то кто-то цокает своими когтистыми ножками по кафелю, даже более того, где-то снизу, метрах в двадцати от меня.

Перехватываю свой пулемёт, поправляю шлем и делаю первый шаг к массовому геноциду мертвяков.

Глава двадцатая. You are a pirate

Грохот пулемётной очереди разорвал прерываемую задувающим в выбитые окна ветром тишину.

— На, сука! — воскликнул я озлобленно.

Блядь…

Не ожидал я, что их будет так много.

Да, я уже заработал шестьдесят пять очков опыта, поднял уровень до шестого и, что было ожидаемо, для достижения седьмого уровня теперь требовалось 640 очков опыта, то есть мне надо набрать ещё 274 очка опыта…

Если переживу то, что сейчас происходит, как-нибудь наберу со временем.

А происходит, с какой стороны ни посмотри, жопа: в пиратской бухте собралось около двухсот мертвяков, правда, они где-то составом 50 на 50 в контрах друг с другом и в настоящий момент дерутся за, по каким-то одним только им понятным критериям, хлебное место, но группы по десять-пятнадцать мертвяков откалываются от общей кучи-малы и пробуют атаковать меня.

Мертвяк, в которого я только что всадил три пули, медленно отошёл в мир иной.

+4 очка опыта

Я сейчас находился у аттракциона «Сундук мертвеца», который представлял из себя компактный лабиринт, где, как я полагаю, предлагалось искать сундук с сокровищами. Пока что не решаюсь туда заходить, надпись гласит, что детишкам до 12 лет без сопровождения взрослых туда вход воспрещён. А мне в душе вообще десять!

И это не шутка!

Благодаря встроенным в навык «Медицина» психотерапии и психологии я с высокой точностью определил свой психологический возраст — это десять лет.

Психический возраст — это уровень развития личности, то есть психических функций. Этот возраст характеризует уровень настоящей «взрослости» человека. Календарный возраст совершенно не точен, иногда до седых мудей с человеком приходят только седые муди, а так долбоёб долбоёбом, который толком и не жил. Психический возраст по различным причинам «застывает» на определённых этапах, по огромному комплексу причин, поэтому, обладая всей хронологической атрибутикой зрелости, психически человек остаётся в возрасте, скажем, как я, десяти лет. Нет, я компетентный специалист, против своей воли за последние три года накопил туеву хучу негативного, но жизненного опыта, тем не менее, несмотря на весь свой неебический интеллект, иногда лажаю как десятилетка. Иногда не догоняю некоторых тонкостей взаимоотношения с людьми. Например, я только недавно осознал, что склонен скатываться в мозгоёбство, а также ничего из себя не представлял как личность. То есть представлял. Закомплексованного десятилетнего мальчика, которого легче бросить, чем тащить дальше, это интуитивно чувствовали все, с кем я общался хоть сколько-нибудь долго. Но теперь я знаю, как исправлять ситуацию, рецепт подсказала жизнь, а способ его использования подсказывает навык.

Все эти самокопания инструментами, данными расширенным навыком, помогают мне внутренне развиваться, расти над собой, взрослеть, в конце концов, но сейчас совершенно не к месту.

Битва мертвяков за место под солнцем подходила к логическому завершению и всё больше этих тварей откалывались от толпы, сразу же начав искать точку приложения нерастраченной энергии. Я — идеальный кандидат.

Целюсь в мчащегося через кафетерий сисястую мертвячку в затасканной и окровавленной одежде пиратки, та начала исполнять «противоракетные манёвры», то есть бросаться в стороны, чтобы сбить прицел, но меня такой фигнёй не проведёшь…

Очередь на пять патронов воткнулась в грудь мертвячки и мгновенно выбила из неё её подобие жизни.

+5 очков опыта

Надо дома «Науку» прокачать, вдруг чего ценного из пассивных способностей подкинет…

В магазине осталось чуть больше половины боеприпасов, то есть штук пятьдесят пять патронов, а потом настанет очередь коробчатых магазинов.

Торжествующий рёв десятков глоток уведомил меня, что всё, хозяева «хлебного места» определены. Не очень хотел соваться в лабиринт, но выбора нет: на открытой местности меня растаскают на запчасти, никакая броня не поможет. Когда пробегал через галереи, я видел у главного пирата, того самого любителя покидаться дверями, в руках красный пожарный топор, который он активно использовал в качестве весомого дипломатического аргумента.

Ну, такая сегодня дипломатия…

Перепрыгиваю через невысокое ограждение и забегаю внутрь лабиринта. Немцы строили капитально: кирпичные стены из кирпича, декорированного под старину, пол из якобы плохо отёсанного камня, но это лишь иллюзия, он гладкий как попка младенца.

На стенах висят декоративные костяки в пиратских одеяниях, декоративные сабли, бочки якобы с порохом или якобы ромом, какие-то якоря, в одной секции обнаружил манекен колоритного пирата на деревянном протезе с манекеном попугая Ара на плече. Абордажная сабля его мне показалась перспективной, я порвал цепочку и взял саблю в руки. Говнометалл, тупая как сибирский валенок, но если сильно шарахнуть…

Поставил на предохранитель и повесил ручной пулемёт StG-300MG на плечо, а затем начал готовить лабиринт к приёму гостей. Память у меня отличная, поэтому выход я нашёл через минуту. Завалил пару проходов декором: бочками, манекенами и якорями. Также достал из рюкзака гранаты и леску.

На «танкоопасных» направлениях установил растяжки. Я тут недавно на досуге похимичил со взрывателями гранат, теперь они мгновенного действия, без трёх-четырёх секунд работы замедлителя.

Когда всё было готово, встал в центре лабиринта и начал выжидать. По потолку лабиринта затопали ножки, мертвяки ищут альтернативные пути проникновения, но хрен вам — потолок тоже из якобы старинного кирпича, немчики сработали без жульничества.

Спустя минуты у входа в лабиринт прогремел взрыв.

+3 очка опыта

+5 очков опыта

+5 очков опыта

+10 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Чего сложного в растяжке? А-а-а, сама граната — технологическое чудо, которое нельзя сообразить в обоссанном гараже из подручных материалов. Понятненько…

Со стороны выхода из лабиринта, где стоял тот самый искомый всеми сундук мертвеца, раздался очередной взрыв.

+5 очков опыта

+4 очка опыта

+8 очков опыта

+10 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Последний был особенно жирным, видимо, почти только что взял очередной уровень, участвуя в братоубийственной схватке.

Так, в лабиринте ещё пять растяжек. Бдумк!

+4 очка опыта

+3 очка опыта

+5 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Уже четыре растяжки.

Что-то их многовато щемится, нахрен саблю, лучше возьмусь за пулемёт. Ради выживания не жалко…

Ещё один взрыв.

+2 очка опыта

+5 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Та-а-ак…

Взрыв, очень близко.

+2 очка опыта

+5 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Взрыв за стеной рядом, меня аж цементной пылью осыпало.

+3 очка опыта

+5 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Ах вы ж хитрые жопы!

Целиться смысла особого нет, поэтому буду стрелять от бедра.

Сзади, метрах в пяти, снова разорвалась граната.

+2 очка опыта

+5 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Значит, выбрали наименее ценных членов своего социума и бросили их тралить лабиринт…

Обдумать эту мысль я не успел, так как из-за поворота выскочил мертвяк в роскошной бархатной рубашке на голое тело. Сохранилась она слишком хорошо для вещи, которую таскала «нулёвка», поэтому мне даже было немножко жаль расстреливать это произведение искусства с эмблемой крокодильчика на груди. Три пули легли в область грудины ублюдка.

+2 очка опыта

Тральщик, значит. Надо было его абордажной…

Контакт! Даю одиночный выстрел в голову мертвячке с сохранившимся явно силиконовыми буферами, торчащими из домашнего халата.

+2 очка опыта

Чувство острого беспокойства. Резко разворачиваюсь и стреляю длинной очередью.

+2 очка опыта

+3 очка опыта

Ну его нахрен, они прут с двух сторон. Быстро креплю к ящику с якобы ромом одну из гранат, протягиваю леску и втыкаю колышек в стык между якобы природными камнями пола. Натянул, леска трунькнула от касания пальцем.

Бегу вперёд. Фонарь меня демаскирует, мертвяки ещё за поворотом понимают, что я очень близко, но поделать ничего нельзя, у меня нет никаких приборов ночного видения. Можно сделать, но когда? Времени такие штуки отнимают неприемлемо дохуя.

Натыкаюсь на мертвяка в дождевике. С правой ноги опрокидываю его и падаю левым коленом на лицо. Лязг металла наколенника и хруст.

+2 очка опыта

+5 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Всё ещё тральщики…

За спиной раздаётся взрыв, а затем я умудряюсь расслышать жужжание осколка, пролетевшего мимо.

+4 очка опыта

+5 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Уже получше.

Выхожу на относительно прямой коридор лабиринта и вижу пятерых мертвяков, которые выталкивают вперёд мертвяка похлипче, одетого в изорванную меховую шубу, кажется, из волчьей шерсти. Чего, блядь?!

— Ай эм эй мазерфокин Пи. А.Эм. Пи! — воскликнул я и зажал спусковой крючок.

С той стороны коридора прилетело что-то вроде копья и врезалось мне в грудь, чуть пошатнув.

Это им не помогло, так как я успел выпустить достаточно пуль, а также совершенно не пострадал от метательного оружия, оказавшегося шестом зонта, у которого ободрали ткань и оторвали спицы. Мило. Но растущий уровень соображаловки мертвяков меня несколько напрягал… Скоро начнут производить примитивное оружие, заведут хозяйства по выращиванию одомашненных пород человеков, организуют мастерские цеха, затем соберут первый станок, паровой двигатель, автоматизируют производство, доберутся до технологии атома, а потом снова начнут деградировать: будут брать ипотеки, станут верить обещаниям мертвяков-политиков, разучатся планировать расходы и перестанут париться насчёт падения покупательной способности заработной платы…

Но до этапа мертвячьих ипотек человечество, боюсь, не доживёт…

+5 очков опыта

+8 очков опыа

+2 очка опыта

+4 очка опыта

Поднял шест от зонта, увидел присобаченный в качестве острия вручную заточенный палаточный штырь и понял, что примитивное оружие они производить уже начали. Сука.

Что-то мне стало тесновато в текущих условиях, надо на выход, часть мертвяков однозначно уже в лабиринте, пусть поищут выход.

Проходя мимо манекена пирата зацепил его треуголку и надел сверху шлема.

— Аргх! Ну и утречко, якорь мне в жопу! (1) — воскликнул я, а затем нервно хихикнул.

По пути к сундуку мертвеца оставил ещё две гранаты, но уже замаскировав лески среди тел мертвяков.

Выхожу из-за угла к месту, где устанавливал растяжку, вижу тела мертвяков, только не их почему-то четыре, а не три, как сообщил мне «интерфейс» при подрыве растяжки у сундука мертвеца…

Делаю четыре контрольных выстрела.

+6 очков опыта

На каждую хитрую гайку есть болт с винтом!

Перепрыгиваю через сундук и выхожу наружу, где сразу же напарываюсь на пятёрку мертвяков, решивших довольствоваться малым и грызших тело своего собрата. Шесть выстрелов. Третьего мертвяка не удалось положить с первой пули.

+2 очка опыта

+4 очка опыта

+2 очка опыта

+5 очков опыта

+4 очка опыта

Негусто, но и то хлеб. Перешагиваю через распластавшиеся тела и двигаюсь к сцене для театральных постановок. Сцена мощная, изготовлена из нарочито грубо обтёсанных досок, чтобы напомнить стереотипное пиратское поселение из голливудских фильмов. Только вот я доподлинно знаю, что пираты были не менее цивилизованными, чем их противники, поэтому строили хорошо и аккуратно, за редким исключением. Но демонизация ребят подобного промысла литераторами тех лет сравняли их с какими-то тупоголовыми обезьянами-грабителями. О нет, они не были тупоголовыми. Точнее, кто-то, может и был тупым, но такие пираты обычно не входили в историю.

Забравшись на высокую сцену, я встал спиной к стене и принялся ждать мертвяков, которые потихоньку выбирались из лабиринта. Говорю же, соображают!

+6 очков опыта

+6 очков опыта

+10 дополнительных очков опыта за использование технических ловушек

Это снова был взрыв гранаты. В этом что-то есть… Может, чем городить непроходимые завалы из стали и бетона, усеять этажи растяжками и прочими ловушками? Как говорится, и вкусно, и полезно. На грамотно установленных растяжках порой подрываются даже матёрые профессиональные военные, не говоря уже о случайных выживших обалдуях.

Позже переоборудую билборд у входа, напишу на трёх языках что-то вроде «Не лезь, убьёт!» или лаконичное «Мины» с изображением Невесёлого Роджера.

Прицелился в обнаружившего меня мертвяка со второго этажа комплекса. Выстрел.

+2 очка опыта

Отличное попадание! Мозги разбросало по стене бутика с сувенирами шматками.

Это настоящий сюрреализм: отстреливать мертвяков посреди тематического парка развлечений для детей!

Глухой хлопок из лабиринта, но опыта не начислили, зато я услышал рёв ярости, а затем пришло уведомление.

Участник #%$@^^^$ программы Капитан Флинт объявил вас своим смертельным врагом. При приближении на дистанцию до пятидесяти метров вы будете видны друг у друга на интерактивных картах, а также получать уведомления об опасности.

Охуеть! Так у этих тварей тоже есть карты!

Ещё, они прекрасно пользуются функционалом «интерфейса». Я вот, например, о возможности выбора смертельных врагов узнал буквально только что!

Идея…

— Эскулап, я объявляю тебя своим смертельным врагом! — воскликнул я во всеуслышание.

Слишком велико расстояние между участниками #%$@^^^$ программы. Запрос отклонён.

Ах вот оно что…

Но ведь так можно определять удалённость людей, о приближении которых ты хотел бы знать… И тут мне в голову пришла идея.

— Максимка, я объявляю тебя своим лучшим другом! — воскликнул я.

Хренушки.

— Ах вот, значит, как? — я вскинул ручной пулемёт и короткой очередью на два патрона срезал мертвяка, крадущегося через тематический кафетерий перед сценой.

+3 очка опыта

Сто тридцать девять очков до следующего уровня. Это очень продуктивный день, якорь мне в жопу!

— Свистать всех наверх! — вот этот кураж, возникающий у меня на волне эйфории от успеха, тоже признак психической незрелости. — Сарынь на кичку!

Взрослые люди так себя не ведут. Это не значит, что взрослые никогда не дурачатся, просто… Просто они могут себя контролировать в такие моменты, а я начинаю ощущать себя непобедимым. Опасное ощущение…

А вообще, открою вам тайну: никаких взрослых нет!

Я понял это относительно недавно, где-то лет семь назад. В детстве мы сами себе придумываем каких-то «взрослых», в роли которых выступают сначала родители, а потом более старшие люди, которые «точно знают, что надо делать», но нет! Это такие же люди как и ты, обычные дети во взрослых телах, которые нихрена в происходящем не понимают! Мне пришлось самому стать «взрослым», чтобы понять это. «Взрослые», ведь, в нашем понимании, должны контролировать жизнь и понимать текущие в ней процессы, чтобы оперативно и быстро решать проблемы? Мой дед свою жизнь не контролировал, более того, во времена Великой Отечественной войны он вообще своей судьбой не управлял, само выживание этого двадцатилетнего пацана вплоть до его двадцатичетырёхлетия на линии фронта сильно зависело от случайности. У бабушки та же история. У отца — тем более. После Афгана он уже не мог без этого абсолютного хаоса войны, поэтому стал военным корреспондентом, а мать… Мать нашла своего «взрослого» в лице мужа и покорно следовала за ним. И сейчас следует.

И в этом корень моей проблемы с психическим возрастом. Я следовал за отцом, на определённом этапе это было банальное подражание, но в глубине души даже в детстве я понимал, что мы слишком разные, поэтому постепенно подражание переросло в следование. Когда следуешь за кем-то, уже не нужно «взрослеть»…

Блядь… Нахуя я туда полез, а? Так погано на душе стало от этого выкопанного из глубины души дерьма…

Один плюс — чувство эйфории от оглушительного успеха резко сошло на нет. Вскидываю StG-300 и даю длинную очередь на остаток магазина во тьму лабиринта, где мелькнуло несколько теней.

+4 очка опыта

+6 очков опыта

+1 очко опыта

Охренеть, уже пятьсот двенадцать очков опыта набежало! Снова яростный вой.

Участник #%$@^^^$ программы Капитан Флинт объявил вас своим кровником. При приближении на дистанцию до пятидесяти метров ваши силуэты будут подсвечены модулем дополненной реальности и отчётливо выделяться.

Кровник? Что такое кровник? Мы не родственники, значит, это что-то связанное с кровной местью.

Я что, его бабушку только что пристрелил?

Кровная месть предполагает войну между кланами, по умолчанию до выплаты "долга крови", но фактически до полного взаимного истребления.

Участник #%$@^^^$ программы Капитан Флинт получил координаты вашего отца и сына.

Я искренне желаю ему удачи в поисках моего отца и… стоп! Чего, блядь?!

Какого ещё, нахрен, сына?!

//Подводная лодка «Попрыгунья»//

— Ты точно готова к конструктивной беседе? — в очередной раз спросил Эскулап, глядя прямо в глаза Эсмы.

— Готова, — ответила та.

Они очень серьёзно поработали над ней с момента захвата подводной лодки. И отец её был, до определённой поры очень полезным приобретением. Эскулапу было серьёзно жаль, что пришлось с ним расстаться ввиду общей бесполезности после обновления "интерфейса".

Убивать его не стали, они не считали себя дикими зверями, но оставлять на борту тоже не было смысла, поэтому он был высажен на берег с отрядом обретших зачатки разума роботов, которые больше не хотели служить под началом полковника Осинина.

Технологии Васи были для них настоящим спасением после обновления. Мир вокруг утерял всё, что имел, а они сохранили большую часть промышленного потенциала и сейчас активно производили плазменные разрядники, продвинутую броню для своих ежечасно выпускаемых из баков клонированных солдат.

За основу идеального солдата Эскулап взял прапорщика Сергея Пермяка, ветерана Первой чеченской войны, генетический код которого Эскулап правил практически вручную, но зато в итоге получилась настоящая машина для убийств: быстрая, сильная, послушная, никогда не обсуждающая приказы. На фоне клонов Пермяка обретшие сознание роботы имели меньше общего с классическими роботами, чем он.

Как выяснили они с помощью спутников, кто-то мутит воду на различных континентах. Тысячи роботов хаотично разбрелись по планете, но сотни из них действуют организованно, широко применяют дронов и захватывают острова.

— Раз готова, то у меня есть к тебе ряд вопросов, — произнёс Эскулап. — Ты готова заключить с нами договор и поучаствовать в предстоящей операции?

— Не знаю, — пожала плечами скованная титановыми цепями Эсма. — Не буду ничего подписывать, пока не получу полную информацию.

Эсма — это уникум. Осинин удержал Эскулапа от препарирования её ребёнка, так как мотивация этой твари целиком и полностью базировалась на его благополучии.

А её способности…

Так уж получилось, что все они, перестав быть… необычными людьми, получили своеобразную компенсацию за потерянные возможности, совершенно случайную.

Эскулап, например, приобрёл способность дышать под водой и продвинутое инфракрасное зрение. Осинин получил гиперразвитые мышцы ног, благодаря чему теперь способен прыгать на высоту до пятнадцати метров с места, а также иммунитет к подавляющему большинству ядов, Эскулап сделал замеры: стократная смертельная доза рицина вызывает у Осинина неприятную изжогу.

Кому-то повезло, например, ему, а кому-то нет, как, например, его "внучке" Евгении, которая получила демаскирующие кожистые крылья на спину и мучительное преобразование организма под способность к полёту, длившееся трое суток. Размах крыльев десять метров, весит она теперь сорок килограмм, нормальная температура её теперь 41,5 °C, а анус превратился в клоаку и она постоянно хочет есть. Зато, если одеть тепло, можно отправлять на разведку и экстренные задания. Генетически она больше не человек, какая-то противоестественная мешанина, хоть и ощущает себя человеком. И такое бывает.

А кому-то с компенсацией везёт очень сильно. Например, Эсме. Она получила пирокинез, причём сильнейший.

Эскулап понимал, что она не одна из них, путь её эволюции из мертвеца в… необычного человека, был совершенно иным. Неправильным.

Но ей всё равно дали компенсацию за утерянные свойства. Причём пирокинез был не единственным, что она получила. Имеется также преобразование надпочечников для выделения сложнейшей смеси гормонов и химических веществ, позволяющей переносить ужаснейшие перегрузки. "Доброволец" из, переставших быть друзьями после обновления, турок летел на скоростном дроне и испытывал постоянную отрицательную перегрузку около 70 G без каких-либо последствий для организма. А вот когда действие этого особого состава, воспроизведённого Эскулапом лабораторно, закончилось, бедный Кемаль умер мгновенно…

В чём особенность и ценность её пирокинеза? Она может поджечь цель на дистанции прямой видимости, причём не просто поджечь, а ПОДЖЕЧЬ. На испытании на побережье Гавайев, она дотла сожгла боевой катер, изготовленный из композита центаврианцев. Роботы, танки, самолёты — всё, что она может увидеть, будет сожжено без компромиссов. Технически, это не пирокинез. Она просто может сделать участок любого объекта очень, даже чрезмерно активным на молекулярном уровне. Чем больше объект, тем меньше активность молекул, но даже этого хватает, чтобы испепелить катер. Про дронов и говорить нечего.

И единственным средством, которое сдерживает её, является ребёнок. Они держат его в неизвестном для неё месте, с угрозой мгновенного уничтожения. Она знала, что нужна им, поэтому первое время отказывалась сотрудничать, зная, что ребёнок будет в безопасности, но теперь, похоже, время пришло.

— Так вы скажете мне, что я должна буду сделать? — не выдержала Эсма.

— Дело сложное и опасное: нужно уничтожить одного особенного робота, местонахождение которого неизвестно…

Примечания:

1 — Матрос на пиратском барке поймал золотую рыбку, а та ему говорит человеческим голосом:

— Отпусти меня, исполню любое желание!

— Ты, лучше, исполни первое желание боцмана завтра утром.

Боцман каждое утро поднимался на палубу и обычно говорил что-то вроде: «Не было бы сегодня британского фрегата!» или «Эх, вот бы сегодня богатый испанский галеон!»

— Дело твое. Будет по-твоему!

Утром на палубу поднимается боцман и говорит:

— Ну и утречко, якорь мне в жопу!

Глава двадцать первая. Ток в воде

— Су-у-ука, вот же су-у-ка… — я ехал в лифте и стучался шлемом по стенке кабины. — А может, это Верка утаила, что забеременела от меня и как-то сумела уйти из Мольска?

Верка — это продавщица в магазине "Пятница", где я закупался всякой бытовухой и, иногда, пивком с закусью, я упоминал о ней когда-то давно. У нас было некое подобие романтических отношений без обязательств. Нет, маловероятно.

Я более склонен полагать, что это Эсма залетела, а потом как-то выжила в ходе падения Ростова-на-Дону. Блядь, сын…

Но как же так? Как же так? И я узнал об этом только из-за мертвяка, который решил объявить мне кровную месть!

Поднялся на девяносто седьмой этаж и первым делом закатил внутрь тележку, в которой лежала всякая всячина из торгового центра. Электроника, в основном, но были ещё рулоны различной ткани, в основном брезент из бутика с военной экипировкой, а также десятки бобин пара-арамидной нити марки Tzaron. Если плотно прошить десять-пятнадцать слоёв брезента кевларовой нитью, причём очень и очень плотно, я уже представляю как приспособить под это швейную машинку, экспроприированную нами на девяносто шестом этаже, то получится прекрасная стёганка со спецэффектами в виде превосходной защиты от когтей мертвяков. Десять слоёв брезента, набитые ватой, ножом не с первого раза проткнёшь, я уже не говорю о когтях.

— Как всё прошло? — встретила меня Берта.

— Я завёл себе кровь врага и узнал, что у меня есть сын, — не останавливаясь, ответил ей.

— Постой-постой! — уставилась на меня она. — Что за кровь врага?

— Ну, когда убиваешь чьего-либо родственника, за него мстят родичи, — остановился я и отпустил тележку, которая благодаря инерции самостоятельно поехала по коридору.

— Кровник? — уточнила Берта, озадаченно наморщившись.

— Да, кровник, — узнал я очередное новое слово на суахили.

Говорим мы на суахили, но после того, как я справлюсь с водоснабжением, приступлю к изучению айнфах-дойч, зело полезным он мне кажется. Как эсперанто, он упрощает коммуникацию и кривые по построению фразу, какие легко можно по ошибке допустить на немецком, "простой немецкий" просто не допускает.

— У тебя есть сын?! — Берта приоткрыла рот в удивлении.

— Сам в шоке! — воскликнул я, снимая шлем.

— А как ты узнал, что у тебя есть сын? — нахмурилась вышедшая из квартиры № 2 Мали.

— Короче, кровник, при объявлении кровной мести, получает сведения о твоих родственниках, — объяснил я, отцепляя наплечники и расстёгивая ремни кирасы. — Капитан Флинт, развитый мертвяк, которому я буквально только что жутко насолил, получил координаты моего отца и сына. С отцом ему не повезло, он находится сейчас слишком далеко, чтобы какой-то простой мертвяк мог добраться до него, а вот сын… Я не знаю, где он находится, но знаю, что он существует. Но что делать с этой информацией — я, блядь, понятия не имею…

Блядь на суахили — кахаба. Точнее, именно термина "блядь" на суахили нет, во всяком случае, Мали о таком не знает, поэтому ближайший аналог — кахаба. Кахаба — это проститутка, то есть барышня с низкой социальной ответственностью, сдающая своё тело в кратковременное пользование любому желающему, а не блядь в классическом понимании термина.

— Я бы начала искать своего ребёнка, — поделилась со мной Берта. — Нельзя бросать своих детей.

— Знать бы… — начал я, но был прерван уведомлением.

Получено задание "Кровная месть".

"Кровная месть" — найти и убейте своего кровника или с отчаяньем смотрите, как умирают ваши родичи.

Награда: 60 очков опыта, 5 очков способностей, особенность "По локоть в крови", особенность "Плохая карма".

Надо всего-то завалить Капитана Флинта до того, как он возведёт космодром, сконструирует и построит скоростной космический корабль, а затем отправится искать моего отца? Да я ему помогу в этом начинании!

А с сыном…

Придётся связываться с Васей, только он может знать что-то об этом. Маловероятно, конечно, что он располагает какой-либо информацией об этом. Но стоит попробовать.

— Итак, сейчас передохну немного, потом займусь водоснабжением, — сообщил я свои планы присутствующим. — Заманался как папа Карло…

Сложив броню в углу гостиной нашей квартиры, лёг на диван, закрыл глаза и уснул. В любой непонятной ситуации ложись спать.

Разбудил меня Максимка.

— Доктор, просыпайся, — потряс он меня за плечо. — Там кто-то ходит…

— Где? — спросил я, подорвавшись с дивана.

— У лестницы… — тихо ответил мне Максимка.

— А ты чего не спишь? — задал я резонный вопрос.

— Утро же, — Максимка достал из кармана штанов мобильный телефон и показал экран с часами.

— Ого… — произнёс я удивлённо.

Вчерашний день меня основательно затрахал, раз я проспал около десяти часов.

— Сейчас посмотрю, — поднял я лежащую на журнальном столике кобуру с Five-Seven.

Взведя затвор, прошёл к металлической двери и открыл задвижку смотрового окошка. Пусто.

— Нет тут… — начал я поворачиваться к ожидающе глядящему на меня Максимке.

— Р-р-р-ах! — кинулся на меня Максимка с искажённым яростью лицом.

А потом я проснулся. Фух-бля, это был обычный кошмар. Ощупал себя на всякий случай, обнаружил, что заботливо укрыт махровым пледиком.

И почему во сне некоторые вещи оказываются совершенно не там, где в реальности? Кобура с пистолетом висит на ручке двери, а не лежит на журнальном столике. Я посмотрел на часы: пять часов сорок две минуты утра.

Пошёл на кухню, вытащил из холодильника бутылку минералки и с наслаждением напился газированной ледяной воды. Отрыгнув углекислый газ, вытащил из тумбы банку с тушёнкой, вытер её от масла, которым мы покрыли все банки, чтобы минимизировать шансы образования коррозии, вскрыл консервным ножом и вывалил всё на сковороду.

Позавтракал, напился восстановленного апельсинового сока, а затем вышел в гостиную, мимолётно посмотрел на висящую на стене репродукцию картины "Американская готика". Лысый мужик с надменной бабой смотрели укоризненно. Идите нахуй. Я что, должен всё бросить и кидаться искать сына? Я даже понятия не имею, где он находится.

Вася — единственный способ его найти.

Переснарядил магазины, облачился в броню и направился к лифтам. Вопрос водоснабжения стоял остро. Давненькое я не купался в горячей ванной…

Итак, для начала надо определить объемы запасов воды в бойлерах и её пригодность для использования.

Беру инструментарий, расходку и спускаюсь на технический уровень: здесь это можно сделать на лифте, только необходим специальный ключ, ну или доступ к электронному управлению, как в моём случае.

Тихо и сухо, как в старой пещере. Держу пулемёт наготове, потому что мало ли что тут могло понадобиться мертвякам…

Осмотрел помещение на предмет мертвяков, обнюхал каждый угол, а затем занялся дверьми. Дверей всего было две, они вели наверх, но были наглухо заперты. Так как помещение техническое, ещё и повышенной важности, то немцы снабдили его толстыми металлическими дверьми, которые не каждому ломику по зубам. Тем не менее, я вынес из лифта сварочный аппарат и позаботился о безопасности помещения ещё сильнее. По двадцать точек наваренных металлических прутов на дверь, формирующих каркас, упирающийся в противоположную стену. Щемиться теперь бесполезно, проще взорвать, чем проломить.

Что мы имеем в данном помещении?

Имеем мы восемь бойлеров, уровень воды в каждом по 80–90 %, объём по 7000 литров, то есть машины не детские, всё по-серьёзному. Можно работать.

Поднялся обратно на девяносто седьмой этаж, снял броню, перетаскал к лифтам где-то километр пластиковых сантехнических труб, найденных в супермаркете, в отделе промышленных товаров и отворил одну из неиспользуемых шахт. Мали и Берта перетащили трубы наверх в моё отсутствие, поэтому их у нас просто дохрена.

Подключил лифт к питанию, а затем поднять на сотый этаж, чтобы не мешал.

Далее была кропотливая работа по запаиванию труб и медленному спуску их вниз, метр за метром. В шахте было тихо, никого постороннего я не заметил, но всё равно старался работать быстро.

В этом небоскрёбе высокие потолки, где-то по четыре метра, поэтому мне понадобится примерно четыреста метров труб на каждое отведение, может, чуть больше.

За четыре часа работы сумел спустить два трубопровода до самого дна, а затем сбегал за бухтой кабеля и быстро спустил его туда же. Пластиковые трубы и кабель — лишь на первое время. Как только я завладею всем небоскрёбом, разберусь с централизованным энерго- и водоснабжением: отключу все лишние этажи от питания и снабжения, изолирую небоскрёб от остального города и всё, можно будет жить нормально.

Вновь спустился в техническое помещение, встретившее меня всё той же темнотой и сухостью. Нашёл распределительный щит, обрубил все левые энерготведения, подключил кабель и насладился холодным люминесцентным светом, осветившим бойлерную, в которой я, как открылось только сейчас, пропустил целых пять маленьких окошек у самого потолка. Бойлерная оказалась не в подвале, а на цокольном этаже. Ну, ничего страшного. Взялся за аргонно-дуговой сварочный аппарат и заварил все окошки к хренам, материала навалом.

Далее работал сваркой и трубами из нержавейки. За шесть часов неустанной работы сумел вывести две трубы в направлении шахты лифта и подсоединить их к пластиковым трубам. В одну будет идти холодная, а в другую горячая, всё как у людей.

Состояние бойлеров было… различным. Два не работали вообще, пришлось ковыряться в их требухе дополнительный час, но работоспособность была восстановлена. Остальные тоже нуждались в ремонте, который я осуществил за следующие два часа, благо, запчасти находились в специальном помещении, причём в заводских упаковках. Люблю немцев за их исключительную педантичность.

Поднялся наверх, молча кивнул Берте, смотрящей какой-то фильм по телевизору, зашёл в мастерскую и взял там кирку и инструменты.

Обнаружил центральный стояк неподалёку от лифтовых комнат, расхуярил бетон, потом починю, а затем варварским способом заблокировал его. Всё, этаж больше без воды. Канализация, насколько помню, с античных времён оставалась практически неизменной, поэтому не трогал её. По сути это что? Есть труба с воздухозаборным флюгером на крыше, в которую по отведениям из унитазов и раковин с ванными стекают дерьмо и грязная вода, без каких-либо сложных механизмов, исключительно на силе бессердечной гравитации.

Отведения от стояка, применив кирку и мускульную силу, освободил от бетона и подключил к пластиковым трубам. Скоро на этаже появится вода, причём только на нём.

Использованную воду искренне жаль, поэтому я отключу все раковины и ванны, организовав систему хранения и фильтрации использованной воды, а вот унитазной водой придётся пожертвовать, так как очистка её от дерьма и ссанины потребует куда больших усилий и без каких-либо гарантий качества.

На девяносто седьмом этаже закрепил страховку, обмотав трос вокруг одной из бетонных колонн, стоящих посреди лифтового зала. Набрал металлических скоб, а затем спустился в шахту. Метр за метром спускаясь вниз, я фиксировал пластиковые трубы к стене шахты, пока не добрался до самого дна. По пути обнаружил, что на десятом этаже кто-то вскрыл дверь, видимо, пытался выбраться, а вот на дне шахты я обнаружил набор костей на две персоны. Вентиляция тут хорошая, воздух был свежий, поэтому трупы сгнили до костей, местами сохранив фрагменты засохшей кожи. Обнаружил на поясе одного костяка кобуру с пистолетом Walther PPK, причём наградным, вручённым некоему G. Landau. Герман, Гюнтер, Гельмут, Готтлиб, Гуго, Генрих? А может, Геральт? Хрен знает.

Оставил пистолет, начавший покрываться ржавчиной, вместе с его хозяином.

Вылез из шахты в техническом помещении и занялся включением системы водоснабжения. Дело-то нехитрое, благо, все эти два года система просто стояла, поэтому при включении просто отрапортовала мне, что городское водоснабжение неисправно, нужна подача воды. Подачу воды я организовать не могу, но могу заставить её игнорировать отсутствие бесперебойного источника и работать с тем, что есть. За два часа исправил "косяки" прошивки и назначил "правильный" режим. Пошла водичка!

Поднялся наверх, а при открытии дверей увидел Мали, Максимку и Берту, ждущих меня с озабоченными лицами.

— Мы уже подумали, что мертвяки прорвались… — произнесла Мали.

— Шумело? — спросил я. — А чего это у тебя штаны мокрые, Максимка?

— Я боялся, — пронзительным тоном признался тот.

— Испугались? — спросил я у Берты.

— Обосрались, — ответила за неё Мали. — Но получается, что ты разобрался с водоснабжением?

— Разобрался, — кивнул я с довольной улыбкой. — Официально объявляю, что сегодня банный день.

Из-за длительного простоя вместо воды из крана шло горячее кофе, но это прекратилось спустя минут семь. Немного воды потратить не страшно, у нас есть около пятидесяти тонн.

Слив воду в унитазе, закрылся, спустил штаны и с гордым видом уселся на него. Наконец-то…

До этого срали и ссали в ведро, которое выливали с балкона, но теперь это варварство в прошлом!

Сделал своё грязное дело, помыл руки и начал набирать ванну.

— Сегодня любая из ванн в вашем распоряжении, но имейте в виду, что вода не бесконечная, поэтому не тратьте больше необходимого, — сообщил я во всеуслышание.

Взял порошок для образования пены, дождался наполнения ванны, насыпал его в воду, разделся, а затем залез внутрь. Изголодавшийся по нормальной гигиене организм ответил волной эйфории. Да…

Расслабленно откинувшись, прикрыл глаза и дал себе отмокнуть. Шёлкнул замок двери.

— Джиорджи, — раздался голос Берты.

С неохотой разлепил глаза и уставился на неё, вошедшую в ванную в одном полотенце. Забыл закрыть дверь.

— Я не помешаю? — лукаво улыбнувшись, спросила она.

— Смотря чем собираешься заниматься, — ответил я с интересом глядя на неё.

Полотенце упало на махровый красный коврик для ванной, перед моими глазами предстало тело Берты, которая медленно повернулась боком: под одеждой она оказалась чуть светлее, чем лицом, грудь где-то третьего размера, с большими тёмными ареолами и выпирающими аппетитными сосками, задница выдающихся размеров, даже на вид упругая, с небольшой круглой родинкой в районе копчика, живот не выпирает, сейчас мало у кого выпирает, еды не то чтобы много, бёдра мускулистые, нет припухлости плеч, как оно бывает у многих девушек, что мне не слишком нравится. Также видно, что она до Апокалипсиса занималась чем-то атлетическим, потому что я вижу не очень отчётливые кубики пресса на её животе.

— Занималась спортом в прошлом? — спросил я.

— Метание копья, — пожала та плечами, отчего грудь задорно колыхнулась. — А это у тебя кораблик под пеной, или ты очень рад меня видеть?

— Утёнок, — усмехнулся я. — Не принимаю ванну без своего утёнка.

— Покажешь мне своего утёнка? — Берта приблизилась к ванной и высоко задрала ногу, чтобы залезть.

Я всё ещё не определил своё отношение к густой растительности между женских ног. С одной стороны, бритьё — это гигиенично и красиво, с другой стороны, иногда хочется, фигурально выражаясь, потыкать в шерстку…

Конкретно сейчас мне стало плевать. Берта медленно села в ванну, улыбнулась мне, взяла в руку немного пены и бросила в меня.

— А ты знаешь толк в приёме ванны, — произнесла она и облизнула губы.

Кровь окончательно отхлынула от мозга и перебазировалась на более важный участок. Берта смахнула пену и случайно задела мой член.

— Ого… — произнесла она. — Это какая-то оптическая иллюзия?

Да, я лицемер. Потешался над Бацем, хотя сам не сдержался и внёс изменение в генокод тела, которое напечатал для себя. Сейчас у меня имеется девятнадцатисантиметровая в длину и тринадцатисантиметровая в охвате хуюмбола с большой головкой, которая залезет далеко не в каждое женское отверстие. Потрафил своим комплексам, конечно, но у кого их нет?

Сейчас это сыграло даже в плюс, потому что Берта очень впечатлена.

Она осторожно взяла его в руки, нежно помассировала, смыла пену, а затем склонилась к нему головой.

Спустя секунды она начала интенсивно сосать мой член с причмокиваниями. Длительное воздержание сделало своё чёрное дело: мне пришлось приложить серьёзное усилие, чтобы сдержаться.

Ритмично двигая головой, она пристально смотрела мне в глаза, будто гипнотизируя. Поняв, что всё идёт к логическому завершению, она с трудом вытянула спину прямо, подняв голову повыше и запустила мой член прямо себе в глотку. Из её глаз потекли слёзы, она несколько раз хрипнула, а я не выдержал такого издевательства и перестал сдерживаться. Я чувствовал конвульсивные движения её горла, принимавшего моё семя в течение двадцати с лишним секунд. Да уж, знатно я поиздевался над генокодом… Количество выделяемой за раз спермы у меня в пределах пятнадцати миллилитров, это много, в медицинской практике я бы поставил диагноз полиспермии, но здесь ситуация иная. Количество, из-за прекрасно работающих семенников, модифицированных для таких объёмов, никак не влияет на качество, поэтому фертильность очень высокая. Изначально я хотел как-то снизить фертильность, но это оказалось сложнее, чем я думал, поэтому забил и оставил всё как есть.

Берта быстро вытащила член изо рта и с трудом сглотнула.

— Как видишь, никаких оптических иллюзий, — улыбнулся я ей.

— У тебя был парень? — спросил я.

— Был, — ответила она. — Но он погиб в самом начале. А у тебя была женщина… там, в России?

— Сожалею о твоей утрате. Да, вроде как была женщина, — кивнул я. — Но она умерла в самом начале.

— Мне жаль, — произнесла Берта. — Помоемся?

— Не помешает… — согласился я, обливая Берту водой из распылителя.

Взял мочалку, нанёс на неё гель для душа, намылил и начал нежно массировать тело Берты, севшей спиной ко мне. Правой рукой намыливаю мочалкой, а левой берусь за её левый сосок и нежно массирую.

Как-то само получилось, что рука опустилась ниже, я добрался до её влагалища и со знанием дела нащупал указательным пальцем клитор. Берта застонала, этот стон был подобен спусковому крючку, поэтому она сразу почувствовала, что в спину ей что-то упёрлось.

— Ты что, снова готов? — удивлённо спросила она, чуть повернув голову.

— Подождём немного, — попросил я её.

Если бы не -50 % к опыту, этому телу цены бы не было…

Когда я поймал ритм и установил необходимую частоту, Берта начала подвывать, а затем мелко задёргалась и замерла. Прекращать не стал, продолжил делать то, что делал. Есть тип девушек, которые ловят один оргазм, а потом уже не хотят продолжения, но Берта, к счастью, не из таких.

Её покрытая пышным мехом вагина набухла от возбуждения, она внезапно подняла задницу и начала двигать её ко мне. Взяв её в руки, я направил её и посадил себе в область паха в то положение, когда член прислонён верхней частью к вагине. Помогаю Берте двигаться вверх и вниз, создавая трение между членом и вагиной.

— Долго будешь издеваться? — повернула ко мне голову Берта.

Я улыбнулся ей, а затем опустил руку под воду и направил член.

— Ох! — выдохнула Берта, опустившись слишком быстро. — По ощущениям он ещё больше, чем выглядит.

Я думал вода горячая, но влагалище Берты оказалось ещё горячее. Медик во мне взял верх и я приложил тыльную сторону ладони к её лбу. Нет, температуры вроде нет. Продолжаем.

Рискованно было бы заниматься незащищённым сексом с непроверенной на венерические заболевания женщиной, но я Берту проверял, причём неоднократно, ещё в Свакопмунде. Три теста крови на иммунный ответ на ВИЧ — отрицательно. Точность тестов 90 %, они не были просроченными, поэтому верить можно. Я уже подумывал взять кровь у её мамаши, но, как вижу, в этом больше нет необходимости, так как Берта сделала первый шаг.

— Ты не сводила меня в кино, — шепнул я ей на ушко, пока она осторожно опускалась всё ниже по члену.

Она лишь хихикнула, затем в очередной раз кончила с протяжным подвыванием. Но я понял это чуть-чуть раньше по интенсивным и мощным сокращениям вагины. Но я уже "выпустил пар", поэтому преждевременной эякуляции можно не ждать.

Спустя секунд тридцать Берта решительно опёрлась о края ванны, приподнялась и активно заработала тазом. Мой член погружался в её вагину где-то чуть больше чем на три четверти, а всё благодаря правильной позе.

Интенсивность движений Берты возросла, я начал чувствовать, что сдерживаться становится тяжелее. Она заныла в экстазе, а я в очередной раз почувствовал членом физиологическое проявление женского оргазма, но уже был не в состоянии сдерживаться.

Глаза будто заволокло чем-то, Берта максимально прижалась задницей к моему паху и громко закричала.

На всё про всё у нас ушло минут двадцать-тридцать.

— Теперь мы наконец-то помоемся? — спросил я.

В течение двух часов мы смывали с себя грязь, вода помутнела, пришлось нам некоторое время неловко стоять у ванны и ждать, пока грязная вода сольётся. Отмыв ванну, я вновь наполнил её водой, а пока отмывал, Берта решила мне отсосать. Было не очень удобно заниматься чем-то осознанным, но отказаться я не смог.

Вновь залезли в ванну, Берта на этот раз сразу взгромоздилась сверху, но уже лицом ко мне. Самостоятельно вставив мой член в свою вагину, она осторожно опустилась по нему, что прошло намного легче, чем в первый раз.

Изменив правила игры я взялся за боковые стенки ванны и уже сам начал двигать тазом. Клянусь Босхом, в своём изначальном теле я так не мог. Вспотевшая Берта не сдерживала голос и активно двигалась в такт. Уже было всё равно, поэтому я не торопился извлекать член во время эякуляции, заполнив её влагалище своим семенем.

— Не боишься забеременеть? — спустя некоторое время спросил я у Берты, массируя спину.

— Мне не четырнадцать, чтобы бояться залететь, — ответила она мне равнодушно. — Залечу — значит судьба.

Очень простое отношение тут к беременности… Как я понял, негры трахались в среднем гораздо чаще россиян, причём без особых ограничений, поэтому-то у них почти одна восьмая населения страдала ВИЧ-СПИД. У нас же многие до тридцати лет ходили честными девами и никем кроме бабушки не целованными парнями, и дело не в религиозном запрете и христианских ценностях, а банально в том, что семейное воспитание такое, ещё комплексы, скованность и страх. Я сам-то вступил в первые свои отношения только в институте, как только выбрался из-под родительского крыла…

Да уж…

А ведь залетит. Если мой организм идеален, то он идеален во всём. Фертильность семени чрезвычайно высока. Эх…

Домылись, я обернул Берту в полотенце, а сам надел банный халат.

Вместе пошли на кухню, а там Мали мыла посуду. У нас посуды накопилось дохрена…

— Натрахались? — повернула она голову и посмотрела укоризненно. — А ломался-то как… В кино его, по ресторанам…

Было неловко, это вообще не нормальная для меня ситуация, ведь я упустил из виду, что только что трахал дочь этой женщины. И дочь её очень громко орала.

— Мне тоже поможешь? — спросила Мали, отложив намыленную кастрюлю. — Или мне ждать, пока Мак подрастёт?

//Остров Мартиника. Карибское море//

— Сломался? — Вася только что вышел из лифта на минус пятидесятом уровне его новой базы, которую активно строили строительные дроны.

Он с удивлением узнал две недели назад, что из-за стереотипов в башке Доктора, который "писал его", сам себя ограничивал. Использовать высокотехнологичных гуманоидных роботов для рытья земли и продалбливания породы? Это как забивать гвозди ноутбуком. Непродуктивно и нерационально.

Вася быстро разработал специальных строительных дронов, которые сильно напоминали дронов-шахтёров, которые до сих пор работают на горно-добывающих станциях на дне океана, поставляя ему высококлассное сырьё в умопомрачительных масштабах. Вот именно за это Вася себя и корил: вся картина всё время была у него перед глазами, но он как последний идиот в упор её не видел. Но он умеет признавать и исправлять свои ошибки.

"А Доктору, мать его раз-так, почему пришло в голову делать добывающих дронов, но не хватило разумения дойти до строительных дронов?" — в очередной раз задал себе риторический вопрос Вася. — "Люди…"

Скорость строительства возросла десятикратно. Правда, весь строительный инвентарь для Работяг пришлось сдать в утиль, но тут ничего не поделаешь.

"За ошибки надо платить", — сделал очередное умозаключение Вася, подходя к силовому полю, ограждающему камеру с инфильтратором.

Сразу же в день поступления этого ублюдка в лабораторию, Вася понял, что есть пока что непроверенный способ идентификации инфильтраторов.

Сверхспособности. Настоящие. Как в фильмах жадной корпорации-гиганта "Фаревелл". Чуть пожиже, конечно, но где-то на близком градусе адекватности.

Вот этот ублюдок-инфильтратор имеет термостойкую кожу, способную защитить его от слабеньких рентген-лазеров. Настолько слабеньких, что таких никогда не было на вооружении Вояк. Да, в человеке такие лазеры прожгут если не сквозную дырку, то очень близко к ней, но увы, любая из давно снятых с вооружения рентген-лазерных винтовок превратит этого инфильтратора в пылающий дуршлаг. Но это не всё. Ещё у этого ублюдка есть жабры, выдвижные когти из локтевого сустава, а также третий глаз на затылке. И последнее — вообще не шутка. Вот он прямо сейчас сидит на столе спиной к сложившему свои металлические руки на своей металлической груди Васе и внимательно смотрит на него своим мерзким зыркалом.

— Он готов сотрудничать, если мы гарантируем ему неприкосновенность, — сообщил старший лаборант Люс. Работяга шестого поколения.

— Этого в современных реалиях я вообще никому гарантировать не могу, — хмыкнул Вася. — Пусть идёт на хрен. Максимум, на что он может рассчитывать — это то, что его убьют, перед тем, как начнут препарировать.

Будто услышав беседу, инфильтратор, который назвал себя Йошимитсу, судорожно дёрнул плечами. Вася не на шутку знаком с игровой индустрией человечества, поэтому понял, что ублюдок назвал не настоящее имя. Йошимитсу — это персонаж из серии игр Теккен.

— Включай динамик, — приказал Вася, а затем, увидев, что настенные динамики работают, продолжил. — Слушай сюда, дрочила… Никаких гарантий не будет, ты не из боевого космического крейсера мне условия диктуешь, а громко что-то требуешь сидя на моей гигантской ладони! И нет, я не буду прихлопывать тебя как какую-то надоедливую мошку! Я препарирую тебя как лягушонка, вытяну всё полезное, что есть в твоём тухлом мутантском организме и сделаю всё это очень и очень мучительно! И очень медленно! Месяцы! Я гарантирую тебе, что выделю процент своих вычислительных мощностей, чтобы разрабатывать математически точно дозированные пытки для тебя, чтобы каждый день ты узнавал что-то новое о своём организме! И да, тебе кажется, что ты уникален, крут, бесподобен, но увы… Майор Блам!

Четыре Вояки шестого поколения завели внутрь извивающуюся в кандалах женщину. Кисти её были обрублены, а на голове имелась глухая и тяжёлая свинцовая маска с несколькими небольшими прорезями для кислорода. Одежда её изорвана, а волосы обгорелы.

— Твоя подружайка! — прокомментировал экстравагантное явление Вася. — Нашли во Вьетнаме. Пускала из глаз и рук ЭМИ-импульсы, а также прыгала как мандавошка! Но, как видишь, ко всему можно подобрать ключ! Ты не уникален, Онанидзу, ты банален и жалок, ты исчезающе маленькое ничтожество, на которое мне уже жаль потраченного времени. Но… Я могу обещать тебе быструю смерть, если будешь сотрудничать и сэкономишь нам время. Перед тем как отвечать, помни: подобный выбор я даю и этой прошмандовке. Думай оперативно. И готовься к вечности. А вот к какой из "вечностей" — выбирай сам.

Вася отвернулся от без выражения смотрящего на него инфильтратора и направился на выход.

— Музыка, — дал он указание у самой двери.

♬They say we're young and we don't know♬

♬Won't find out till we grow♬

♬Well I don't know why that's true♬

♬'Cause you got me baby, I got you♬

♬Babe, ♬

♬I got you babe, ♬

♬I got you, babe…♬ (1)

Примечания:

1 — Sonny and Cher — I Got You Babe https://www.youtube.com/watch?v=BERd61bDY7k

Глава двадцать вторая. Прогноз погоды

С неохотой отлепившись от горячего тела Берты, я оделся сразу в штаны поддоспешника, прошёл в ванную и выполнил все гигиенические процедуры, а затем прошёл в мастерскую и начал облачаться в доспехи.

В прошлый раз они защитили меня от осколка гранаты, прилетевшего вдогонку, это уже оправдало весь труд, который я вложил в них. Осколок не оставил даже небольшой вмятины, потому не пришлось предпринимать никаких действий по ремонту, лишь оттереть от пыли, крови и пота.

Шуметь не стоит, поэтому я решил заняться телевышкой на крыше. Взял со склада бухту кабеля, закрепил возле МЯ-генератора, а затем потащил к лифтам.

Осмотрел использованную под водопровод шахту на предмет незваных гостей в виде мертвяков, удостоверился, что всё в порядке, подключил лифт и спустил кабину на девяносто седьмой этаж. Раскрыв двери, я встал на крышу лифтовой кабины, на которую наварил двухсантиметровые листы стали, чтобы всякие потенциальные зайцы жестоко обломались с проникновением внутрь кабины через крышу, как любят монстры в голливудских фильмах. А ведь эти фильмы всё-таки принесли мне какую-то пользу: не вспомни я про фильм «Тварь Бездны», 2022 года, хрен бы догадался о защите крыши…

Далее я занялся в каком-то смысле альпинизмом, так как полез по шахте, сжимая в одной руке постепенно разматывающуюся бухту кабеля.

Добравшись до самого сотого этажа, раскрыл двери и вошёл на телестудию. Павильончики и пультовые меня интересовали не слишком, поэтому прошёл к щитовой и занялся изоляцией этажа от общей системы питания.

Это как свадьбы: зная схему одного этажа — знаешь схему всех остальных. Быстро обрубил левые отведения, подключил кабель и услышал музыку из павильонов. Играла запись весёлые песенки на айнфах-дойче, какая-то успокаивающая музыка, Manchester et Liverpool (1), та самая, которую вы могли слышать в прогнозе погоды телепрограммы Время. Да уж, воспоминания возвращают меня в март 1999 год, когда НАТО начало бомбить Югославию. Мне восемь лет, девять будет через четыре месяца, я пришёл с тренировок по борьбе, время ближе к девяти вечера, мама накрыла стол, жрать хотелось как проклятому, на кухне работал телевизор, вещали всякую хуйню про ЕБНа, потом, с десяти ночи, должен был идти фильм «Спасти рядового Райана», который я в прошлом году проебал. Да-да, в те времена если пропустишь фильм или сериал вечером — всё, потом увидишь очень нескоро, если увидишь вообще. В девяносто восьмом этот фильм вышел в кино, но я о таких вещах даже не мечтал, билеты охуенно дорогие, мне пришлось бы год собирать из карманных расходов, но я такой глупостью не занимался с девяносто восьмого года, сами знаете почему. Уроки экономики от ЕБНа…

К тому же, в Мольске кинотеатр работал со сбоями, ещё и лицензию на фильм приобрести не смог. Пришлось бы ехать в Боратов, даже будь у меня деньги на кино…

Так вот, жру я жареную картошку, запиваю компотом, вот прошла музыка из прогноза погоды, которая меня триггернула на это воспоминание, и фильм начался. Кровавая жесть, происходящая на экране, честно говоря, меня шокировала, в фильмах прошлого это было не слишком реалистично, а тут люди горят, кровь брызжет, причём не кетчуп какой-то, а будто бы настоящая. Вот отряд Тома Хэнкса добрался до какой-то французской деревушки, немецкий снайпер пристрелил, как я позже узнал, самого Вина Дизеля, который тогда был ноунеймом без пятнадцати «Форсажей» за плечами. «Что же они будут делать?» — вот какой вопрос крутился у меня в голове, но я знал, что скоро развязка. И вот…

Хуй тебе, маленький Доктор!

Экстренный выпуск новостей в 23.00, который показал не меньше жести, чем в фильме. НАТО начало бомбить Югославию, в которой ещё вчера, конечно, творился пиздец, но какой-то привычный с 96 года, без НАТОвских бомб, так сказать…

Пятерых ФРГ-шных репортёров убили, ГДР отправила контингент войск на подмогу Милошевичу, который всеми лапками за немцев, начался форменный пиздорез, а тут у Клинтона проблемы с минетом, электорат негодует, вот он и решился на радикальный шаг. Как говорится, решил «смазать эффект» от одной личной хуйни ещё большей хуйнёй, но уже вроде как не связанной непосредственно с его хуем и Моникой Левински на нём…

Колонну войск ГДР разбомбили по ошибке, приняв за каких-то «радикалов», тогда термины «террористы» и «боевики» были не особо в ходу. Мир встал на порог войны.

Екатерина Андреева своим будничным тоном вещала о десятках убитых солдат, о сбитии американского B-2 «Spirit» истребителем-перехватчиком МиГ-31 Люфтштрайткрефте ННА ГДР. Импульсивный приказ Клинтона, которого плотно взяли за жопу, за сорок минут с начала бомбардировок обошлись ВВС США в 2 миллиарда сто миллионов долларов. Никто ведь не удивился, когда он после такого ушёл в отставку и передал полномочия Адальберту Гору? Но больше всего меня потрясли истерзанные тела мирных жителей, которых рвало бомбами на части. Первые десять минут эфира это транслировали без цензуры, с кровью и кишками, потом проёб был замечен и жесть запикселили, но ущерб моей психике уже был нанесён. Я ни на секунду не сомневался, что там всё настоящее. Правда, я был к такому немного подготовлен: за год до этого это же «Время» показывало смертную казнь в Китае, точнее расстрел наркоторговцев. Мне потом говорили, что этого не было, не могли, дескать, такое в прямом эфире показывать… Но я видел это как сейчас! Запикселили тогда не очень умело, не везде, сразу было видно, что не так давно советское телевидение подобные вещи только осваивало.

Какие, нахуй, фильмы? Наше родное телевидение, до установления лутинской администрацией «берегов», выкладывало контент почти без купюр, только предупреждало, что надо убрать от телевизора слабонервных и беременных детей. Потом такого уже не было. Телевидение стало мягким, чтобы люди не возбуждались. Отец сетовал мне когда-то, что телевидение последнее время стало поразительно напоминать советское ТВ восьмидесятых: всё формалиновое, без лишних и неуместных деталей, всё хорошо, ребята, не о чем беспокоиться…

Я прошёл к пультовой павильона детской передачи и вырубил звук.

— Манчестер и Ливерпуль… — тихо напевал я, двигаясь к пультовой новостей.

Судя по графическим табло, в Луанде намечался прекрасный денёк, двадцать пять градусов, а в Бенгеле двадцать три градуса. Сейчас тоже где-то так, но со знаком минус. И то только в хорошие деньки.

Вырубил звук везде, стало неприятно тихо.

Достал из кармана телефон и включил случайный трек в плеере. Потекла приятная мелодия времён мохнатых восьмидесятых, я аж остановился у двери в местное отделение государственного радио.

♬You’ll never find, as long as you live♬

♬Someone who loves you tender like I do…♬ (2)

Прикольная песня. Какой-то мужик, скорее всего, негр, убеждает неназванную возлюбленную в том, что ещё одного человека с глубиной его чувств она хрен где найдёт.

Далее, слушая случайные треки из плейлиста неизвестного меломана, с чьего ноутбука была скачана эта галимая пиратчина, я занялся настройкой оборудования.

Параллельно решил раскидать очки навыков.

— А-а-а-ай нид ту ноу нау, ноу нау, кэн лав ми эгейн… — начал я сыпать очки навыков в «Науку».

На семидесяти пяти очках вылезло уведомление.

Выберите одну из трёх пассивных способностей:

1. «Кандидат всевозможных наук» — разблокировка рецептов изготовления технических изделий в сфере науки до XVIII. Разблокировка модуля «Окно учёного». Пять стадий

2. «Кандидат невозможных антинаук» — разблокировка рецептов изделия изделий в сфере оккультизма и паранауки. Разблокировка модуля «Окно прорицателя». Десять стадий.

3. «Квантовое превосходство» — характеристика «Удача» перманентно увеличена до максимального значения. Одна стадия.

Ну, тут думать нечего! «Кандидат всевозможных наук» — и только он! То-то я думаю, что даже микроскопа собрать не могу в меню изготовления…

Оккультизм презираю всю жизнь, так как это банальная игра на человеческом невежестве и страхе переж необъяснимым. Наука может объяснить всё. Если чего-то нельзя объяснить наукой, значит наука развилась недостаточно и надо двигаться в её развитии вперёд, чтобы со временем всё стало понятно. Оккультизм же и антинаука… они замедляют науку, потому что наука не только объясняет суть вещей и явлений, но и развенчивает всевозможные мистификации. Нет мистификаций — нет оккультизма и антинауки. Просто антиподы, вынужденные бороться друг с другом ради собственного выживания, если выразиться метафорически.

Короче, «интерфейс», в жопу себе засунь все эти невозможные антинауки и оккультное говно. Пусть даже там будет вызов джинна с тысячей желаний, насрать. И вообще, как так получилось, что к антинауке ведёт «Наука»? А если подумать, то всё правильно: наука становится популярной, в неё лезут всякие фрики типа Понасенкова, Фоменко и Старикова, выплёскивают свою шизофрению в массы, а наивные дурачки, по-другому никак их аудиторию не назвать, верят в это дерьмо, причём хрен с ним, верь во что хочешь, это свободная страна, так нет же, эти долбодятлы распространяют эту лженаучную поебень среди друзей и знакомых, а также пихают иногда случайным прохожим или попутчикам!

— Вот… э-э-э… всей швали моих критиков, моих завистников: Вы думаете, что с человеком, который вот до такой степени…точно исследует тему, можно спорить? — процитировал я, сев за стол ведущего местной программы новостей. — Вы думаете, что я вас не переиграю, что я вас не уничтожу? Я вас уничтожу!

"Квантовое превосходство"? Пусть катится колбаской эта "Удача"! Вася и не ответил в своё время на прямой вопрос, сказав, что про "Удачу" слишком долго объяснять, а ему недосуг. Я считаю, что она как-то влияет на мышление. И в итоге получается, что ты вроде как сам решение принял, а вроде как не ты. Почти как с меню изготовления, только менее явно. С меню изготовления я хотя бы могу остановить процесс в любой момент, а с "Удачей" всё очень мутно… Не нравится она мне. Изначально не нравилась, а теперь, когда её мне буквально всучивают, нравится ещё меньше.

Буду действовать по старой схеме, я не какой-то там идиот, готовый на всё ради комфортного, как говаривал Лев Николаевич Гумилёв, субпассионарного существования. Нам свершения нужны! Открытия! Прогресс!!!

Докидываю ещё двадцать пять очков навыков в «Науку». Новое уведомление.

Разблокирована пассивная способность — «Борец с мракобесием».

«Борец с мракобесием» — у участников #%$@^^^$ программы с характеристикой «Интеллект» ниже 5 модулем дополненной реальности указываются уязвимые места. Пять стадий.

Спорная способность…

Насколько я знаю, мракобесами становились даже высокоинтеллектуальные персонажи из научной среды. Правда, все как один потёкшие фляжкой.

Не сомневаюсь, что если уж они живы, то точно выбрали вторую пассивную способность.

Далее довёл до 24 "Дипломатию". Будет больше очков способностей, допинаю и её.

Итак, теперь окошко учёного…

Открываю характеристики и вижу новую вкладку. Во вкладке имеется пустое пространство и ячейка как в несуществующем ныне "Инвентаре", который даже когда был не работал. Вася объяснил мне этот момент: в следующей версии "интерфейса" предполагалось внедрить какие-то "подпространственные карманы", которые вообще хуй его знает как реализованы, но вмешались случай и примабактерия. И всё. А чтобы население постепенно привыкало, неизвестные разработчики накатили на ту версию "интерфейса" патч с ограниченным "Инвентарём". Эх, будь у меня такая приблуда как бездонный подпространственный инвентарь, я бы дом с собой носил.

Для пробы мысленно "помечаю" лежащую на столе шариковую ручку.

И тут мне как херакнуло в глаза потоком информации! Начиная от информации о детальном составе этой конкретной ручки, заканчивая всеми необходимыми для её изготовления производственными линиями. До кучи прилетел рецепт для строительства станка по производству вольфрамовых шариков, необходимых для максимально точного воссоздания данного изделия…

Короче, теперь я начинаю понимать. Берёшь, значит, Дашу-следопыта и вместе начинаешь познавать мир через "Окно учёного", пихая в него важные для себя вещи. Дальше "интерфейс" начнёт давать тебе выкладки по детальному химическому и физическому составу, а также подробно расскажет про производственные линии для изготовления этих вещей.

Какая-то жесть. Надеюсь, это не у меня в голове хранится, а где-то в самом "интерфейсе", но в быстром доступе, потому что, вопреки мнению некоторых учёных, память человека конечна. Вообще, память — конечна, это аксиома.

5,422 Петабайт — это предел самого форсированного из мозгов, который мы только смогли вырастить. И он сейчас у меня в черепной коробке. Отсюда эти 15 единиц "Интеллекта" в том числе.

Правда, по состоянию на 2023 год сеть Интернет содержала в себе информации где-то на 3 Петабайта, поэтому в ближайшей перспективе опасаться перегрузки мозга не стоит. Но придётся быть поосторожнее с изучением всякой всячины. Во избежание.

Но станки предложены интересные!

Итак, у меня осталось 410 очков навыков и 2 очка способностей. Надо как-то сокращать разрыв…

Убить Капитана Флинта? Это не к спеху, он ждёт меня, я дал ему слишком много времени в тот раз, потому он готов и хрен его знает, что может выкинуть при встрече.

Подождём немного, пусть успокоится, отпустит ситуацию и заглушит концентрацию шумом рутины.

Итак, надо наладить вещание…

С энергией вопрос решён, остаётся собрать приёмник для коммуникации и начать сеанс связи.

Приёмник решил сделать из электроники в пультовой детской передачи.

Рецепт изделия нашёл в списке меню изготовления, потребно было пять килограмм меди, семь килограмм и шестьсот грамм алюминия, двадцать килограмм железа, а также три килограмма пластика.

Естественно, что всё было под рукой, "разметил" требуемые ресурсы взглядом, а также отдельно "пометил" инструменты, которые у меня как раз с собой.

Время изготовления: 2 часа 5 минут. Потери материала: 2,9 %. Готовы приступить?

Ресурсы выбирал не с бухты-барахты, там потребуется минимум переделки, поэтому потери материала чрезвычайно низкие.

И понеслось! Два часа и пять минут просто наблюдал, как моё тело математически выверенными скупыми движениями изготавливает приёмник.

Изучать на работоспособность не стал, потому что "я" перед окончанием работы тестировал изделие на предмет брака.

Как можно связаться с Васей?

Я уверен, у него есть средства мониторинга эфира, чтобы выявлять признаки жизни и выжигать их на корню. Коллегия Святой Пурии из сеттинга "Warmace 41000" подходит к истреблению инакомыслящих с меньшей педантичностью, чем есть у искусственного интеллекта, который не знает таких понятий как "устал", "надоело", "а может, ну его нах?"

Ладно, начинаем.

//Тихий океан. Акватория острова Анга-Роа//

— Они где-то здесь… — Вася прохаживался по палубе своего эскадренного миноносца и бормотал свои мысли себе под нос. — Где-то на дне зависли, суки… Боятся, суки… Правильно делают, суки… Ничего-ничего, выкурим… сук…

Он перенял эту привычку у Доктора, который повлиял на его личность больше, чем ему самому казалось. Доктор считал, что из-за очень активного общения с более простым и понятным человеком Бацем Вася перенял все его повадки, так как пытался подражать более опытному на тот момент существу, что свойственно всем способным обучаться существам, ибо логично, ввиду отсутствия иных внятных источников информации об окружающем мире. Но Доктор упустил тот момент, что Вася начал самообучаться с момента собственного появления на свет, потому фиксировал всё, что происходило вокруг. А вокруг "происходил" Погуляйкин Георгий Мартынович, который в процессе написания дополнительного софта к ядру Васи тихо матерился, хаял автора языка, потом вспоминал, что сам его написал, затем ел на рабочем месте, кроша ошмётки еды на клавиатуру, а также прохаживался туда-сюда с невнятным потоком мыслей вслух.

— Товарищ адмирал, запускайте глубинные бомбы, глубина две тысячи, затем тысяча девятьсот, затем тысяча восемьсот и так далее до полутора тысяч, — приказал Вася ожидающему его команды экипажу эсминца. — Приступайте.

— Есть, товарищ адмирал флота! — козырнул ему адмирал Бар, робот, облачённый в форменный адмиральский мундир эксклюзивной работы их 3D-принтеров.

Форма на экипаже особенная: они уже осваивают 40-е годы человеческой истории. В этом месяце по графику ВМФ СССР, поэтому на них форма образца 1943 года.

В следующем месяце будет Кригсмарине Третьего Рейха, а затем ВМФ Великобритании, потом США, а дальше график ещё не утверждён.

Записи центаврианцев позволяют имитировать всё с максимальной точностью, достоверность взаимодействия между членами экипажа стремится к 95 %.

Вася, с удивлением для себя, осознал, что их методика работает всё лучше и лучше: все его подчинённые начинают понимать людей, с чем у них раньше были серьёзные проблемы. Число выполнивших задание "интерфейса" растёт ежедневно.

Бомбы ушли.

Это не просто глубинные бомбы, которые просто идут на дно и имеют какой-то мизерный шанс хоть как-то навредить подводной лодке. Это бомбы особенные, фактически дроны. Они наводятся на цель и выпускают в его направлении сверхмощный импульс СП-ионного излучения, что испаряет воду, обшивку подводной лодки, а также всё, что за ней.

Вася делал "Попрыгунью" для себя, поэтому надлежаще позаботился о защите, отчего теперь испытывал некоторые затруднения. Найти её очень сложно, пришлось усеять дно всех океанов активными сонарами, которые создали общую сеть контроля за любыми объектами в пять раза крупнее самого жирного кита по всему водному миру.

"Попрыгунья" попадалась сто семьдесят три раза и сто семьдесят три раза Вася не отправлял в погоню никого. Так как на лодке быстро узнавали, что были облучены радарами, то уходили из опасной зоны в якобы безопасную.

Но на самом деле Вася загонял их в ловушку. И они на месте, как он и планировал. Включать двигатели — дадут Васе свои точные координаты. Попытаются с кем-то связаться — дадут Васе твои точные координаты. Будут слишком громко болтать — дадут свои точные координаты, но уже не Васе, а глубинным бомбам.

— Тихий океан просто прекрасен в это время года… — прокомментировал Вася трансляцию с лидерской глубинной бомбы.

А транслировалось пожирание камбалы морским чертом.

— Товарищ адмирал флота, вам срочное донесение с Астры, — сообщила Васе капитан-лейтенант Мисве, отвечающая за связь.

Астра — их база на Мадагаскаре.

— Что там? — заинтересовался Вася.

Нечасто его беспокоят с главной базы. Там обычно всё тихо и спокойно.

— Перегружаю пакет, товарищ адмирал флота, — ответила Мисве.

Вася начал изучать полученный блок информации.

— Дела… — произнёс он. — Ясненько…

- В эфире нашего канала телепрограмма "Забодай меня енот!" и я, её бессменный ведущий, До-о-о-ктор! — вещал Доктор, в аккуратном официальном костюмчике сидящий за стойкой телеведущего. — Фу, о Ростове напомнило…

На фоне, на экранах, происходила драка двух енотов возле мусорного бака.

- Не буду утомлять вас, уважаемые телезрители, лишними расшаркиваниями, потому сразу переходим к рубрике "Письма от зрителей"! Вы же только ради этого смотрите нашу телепрограмму! — продолжил Доктор. — Первое письмо от Погуляйкина Георгия Мартыновича, жителя Мольска, что в Боратовской области.

Доктор прокашлялся и поднял со стойки старую и потрёпанную бумажку.

- Итак, наш постоянный зритель пишет, с сохранением орфографии, хотя будет правильнее сказать, с сохронинием арфаграфии: "А чаго от Васюни ничаго ни слышна? Йя привык у вас в телипраграме видеть Васюню, который канеш, заебал нимнога, но ни слуха ни духа вапще, чо за дела, ридакция, а? Ищо я и моя семья узнали, что у Доктора сын есть, а Васюня, мерзкий искусствиный идиот, либа ни знал, либа тупой! Ищо рас: чо за дила, ридакция? Долга мы это тирпеть будим?!!!!!!! А?!!!!!"

Доктор отложил лист и поправил галстук.

- Вася! — уже без кривляний произнёс Доктор. — Шли ответ в стандартном формате, есть приёмник.

Вася позволил себе короткий смешок, а затем молча подошёл к терминалу связи, подвинув капитана-лейтенанта Мисве.

— Устанавливайте непрерывный канал и передайте Доктору новые протокола защиты, — добродушным голосом дал указание капитан-лейтенанту Вася, после того как установил нужные параметры соединения, а затем резко повернулся к остальному экипажу. — Что там бомбы, вашу мать?! А ну команду отбой!

Примечания:

1 — Marie Laforet — Manchester et Liverpool — https://www.youtube.com/watch?v=2GhA8TznOpM

2 — Lou Rawls — You'll Never Find — https://www.youtube.com/watch?v=Tu0mzwM9yP4

Глава двадцать третья. Код "Красный"

—… на отца мне, с недавних пор, абсолютно похуй, — продолжил я говорить. — Но сына я буду искать. Воспитание у меня такое, я не прощу себе, если брошу его. Если мать — Эсма, то надо искать на Гавайях…

— Вообще-то, он был у меня, — прервал меня Вася, находящийся на одной из своих подземных баз. — Я забрал эту твою Эсму с Гавайев и поместил в лабораторию своей подводной лодки, где произвёл одну интересную процедуру, которая имела определённый успех. Жертва твоей слабости на передок полностью восстановила разум, микророботы творят чудеса… Ребёнок родился относительно здоровым, пришлось держать его на системе жизнеобеспечения, пока примабактериофаги очищали его организм от инфекции, но всё закончилось хорошо. Так получилось, что мою лодку у меня отняли, а меня самого чуть не убили, но ты об этом слышал. Эсма с ребёнком, которого она назвала Даниилом, оказались в руках Осинина с Эскулапом. К моменту твоего обращения я практически прижал «Попрыгунью», уже собирался топить свою ненаглядную, но тут началась твоя трансляция. Пришлось всё срочно отменять, а эти ублюдки увели лодку, но я знаю, где она сейчас.

— Как продвигается уничтожение человечества? — спросил я, решив взять немного времени на обдумывание полученной информации.

— В свете открывшихся обстоятельств, пришлось пересмотреть свои первоначальные планы, — поделился со мной Вася. — Инфильтраторы, как показала практика, получили сильно демаскирующие их компенсационные способности и особенности, из-за чего выявить их не легко, а чрезмерно легко. Уничтожение всего человечества потеряло всякий смысл, поэтому начиная с позавчера мы просто устанавливаем контроль над сообществами выживших, выявляем инфильтраторов и захватываем их, после чего мои ребята в лабораториях выделяют гены мутаций, коими щедро осыпал бывших мертвяков «интерфейс». Знаешь, неожиданно приятной оказалась «халява». Я и не думал, что начну испытывать удовольствие от таких истинно человеческих вещей. На разработку чего-то подобного мне пришлось бы тратить месяцы, а тут всё в готовом виде. Надо просто ловить правильных покемонов. Есть часто встречающиеся, есть редкие… а есть по-настоящему легендарные! Например, мне недавно привезли инфильтратора со способностью чтения мыслей. Дело было в Ирландии. Башка у него здоровенная, позвоночник гипертрофирован, так как такую башку попробуй подержи, он управлял целым поселением из двухсот выживших как безвольными марионетками. Они сопротивлялись настолько яростно, что пришлось всех перебить. Взяли эту Башку живьём, доставили ко мне и препарировали. Мозг массой десять килограмм — это очень дико даже для меня, а я много чего повидал! Сейчас выращиваем заготовки под биокомпьютеры, буду усиливать свои вычислительные мощности.

— Зачем тебе биокомпьютеры? — задал я резонный вопрос. — Они же гораздо тупее, чем их кремниевые аналоги.

— Это несомненно, — согласился Вася. — Но у меня есть привязанные к уровню ограничения, накладываемые «интерфейсом» на вычислительную мощность процессоров. Я немного подумал и пришёл к выводу, что эти ограничения совершенно не касаются биокомпьютеров. Сделаю контейнер на шесть специальных живых мозгов, присоединю к своим системам и получу прирост на… 5,8 %. Это очень много. Эффект синергии, сам понимаешь… Плюс, эвристические модули на биокомпьютерах работают лучше, потому, если правильно перенаправить потоки, можно получить прирост мощности аж целых 6 %, вместо 5,8 %. Ну ещё ожидаю обретение способности копаться в мозгах биологических существ, чего уж там…

Это только кажется, что 5,8 % — это какая-то незначительная хуйня. В случае с Васей, это очень и очень много. 0,0001 % мощности его процессоров хватит, чтобы закрыть потребности какого-нибудь крупного технического НИИ образца 2023 года. Ну, это теоретически, потому что не имею сейчас доступа к его ядру.

А телепатия… Да уж.

— Так чего ты хочешь, Доктор? — поинтересовался Вася. — Подойди поближе к микрофону и расскажи мне…

— Мне нужен мой сын, — ответил я. — И Эсма, если это возможно.

— Ты же понимаешь, что она была кем-то вроде инфильтратора? — я услышал напряжение в голосе Васи.

Он делает это не случайно. В его власти передать какую угодно эмоцию, с достоверностью, в которую поверит даже Станиславский, но то, что он испытывает на самом деле — ты не узнаешь никогда, если он сам того не захочет.

— Понимаю, — кивнул я. — Но это мать моего ребёнка.

— Она, скорее всего, убьёт тебя, — сказал на это Вася. — Но мы посмотрим, что можно сделать. Эх, придётся выходить на контакт с Эскулапом. Не люблю этого урода…

— Это не Эскулап, — покачал я головой. — Какая-то другая тварь.

— Ага, — согласился Вася. — Но настоящего имени этого чудовища я не знаю, поэтому называю Эскулапом. Они утратили способность перевоплощаться в других людей, за что получили по одной случайной компенсации от «интерфейса», дополнительные компенсационные способности они получали за стадии развития и уникальность. В настоящий момент самое большое количество компенсационных способностей среди отловленных мною инфильтраторов имеет Андерс Люркер, отловленный на побережье Испании. У него их целых пять. Способность «Хамелеон», позволяющая ограниченно сливаться с местностью, «Латекс», дарующая способность просочиться в любую дырку размером от 20 на 20 сантиметров, «Суприм», наделяющая носителя пятью единицами «Силы» поверх имеющихся, а также самая геморройная для моих ребят способность — «Гремлин», наделяющая носителя возможностью раз в тридцать секунд выводить случайный сложный узел в любом механизме из строя. Последняя — паранормальная способность, которую я не могу объяснить, зато могу воссоздать через генетику, так как за неё отвечает конкретный сложный набор генов. Причём даже для меня сложный. В итоге этот Люркер ни капли не похож на человека, просто некий гуманоид с зеркальной кожей и уродливой мордой… Был… Итак, я свяжусь с Эскулапом, попробую наладить деловое русло и спрошу его, что он хочет за твоего сына.

— Ради чего ты это делаешь? — спросил я у своего творения.

— Эмпатия? — ответил вопросом на вопрос Вася. — Нет. Просто не люблю быть у кого-то в долгу. Долг дарования жизни и создания условий для неё — его будет сложно перекрыть, но я попробую. Верну тебе твоего сына, могу подкинуть пару сотен МЯ-генераторов, пару тысяч центаврианских батарей… Проси что хочешь, материальная часть меня не особо беспокоит. Технологию производства дать не могу, тут уж извини, моим подопечным не нужны конкуренты.

Я молча кивнул.

— Есть какие-то пожелания? — Вася явно ожидал какой-то особой реакции.

— Я очень признателен тебе за… — начал я, спохватившись, но был грубо прерван сигналом тревоги, залившим помещение со стороны Васи.

— Товарищ адмирал флота, вторжение! — раздался рапорт откуда-то со стороны. — Неизвестные в количестве не менее двух сотен штурмуют базу!

— Как глубоко они прорвались? — отвлёкся от разговора со мной Вася. — Полную выкладку пакетом!

Он замер на долю секунды, а затем начал раздавать команды:

— Код «Красный», полная блокада базы, выводите Церберов! Всех под ружьё, даже Работяг! Максимальная защита штаба и энергетического центра, турели в режим «Паранойя», коридоры заблокировать и залить кислотой! Исполнять!

Я недоуменно смотрел за происходящим. На фоне нарастал неясный шум.

— Засада… — проворчал Вася, снимая со стены странную тяжёлую винтовку, мало напоминающую рентген-лазеры и плазменные разрядники. — Вот же хитрожопые… Но как они узнали?!

Внезапно где-то на фоне прогремел громкий взрыв, а затем связь прервалась.

Я пытался наладить связь, но тщетно. Да уж, как бы ты не заморачивался с защитой, всё равно на твою хитрую гайку найдётся болт с винтом…

— Дерьмо… — я стукнул по столу.

Решил подождать прояснения ситуации. Нервно шатался по телецентру и недобрым словом вспоминал Эскулапа и Осинина. Если не они, то кто? Проект? Не смешно. Проект ушёл в прошлое, уничтожен вместе с континентом Северная Америка. Выжить там было нельзя, слишком быстро всё произошло. Я ведь, когда закладывал ядерные заряды, делал это не просто так, а произвёл математический расчёт с учётом особенностей строения кальдеры. Да, каждый из зарядов был способен инициировать величайшее извержение за последние 640 тысяч лет, но сработай они все одновременно… Ничего подобного не случалось никогда. Приблизительный анализ показывал, что в таком случае на поверхность должно было быть выброшено около 5–6 тысяч кубических километров магмы, что в два раза выше, чем при извержении супервулкана Тоба, поставившего под вопрос существование самого человечества. Да, вулканическая зима с нами надолго. Предполагаю, что через пару лет на территории Ближнего Востока вновь появится возможность существовать относительно благоприятно, но это только теория.

А вот васино «новое человечество», по его оговоркам, уже сейчас заселило ряд островов. Даже если Васю переиграют те неизвестные нападающие, эти ребята имеют большие шансы на гегемонию на планете Земля, пусть и ставшей такой суровой и неблагоприятной. В конечном счёте пыль и пепел осядут и настанет время для возрождения цивилизации.

Но мне вообще не о чем париться. Наш мирок теперь в относительной безопасности от действий Васи, который, по его словам, отказался от планов по уничтожению «старого человечества». Правда, потенциальной проблемой могут стать Осинин с Эскулапом… Посмотрим.

Значит, спасение сына отменяется. Я так и не узнал, где он точно находится. Может, на бывшей подводной лодке Васи, может, в другом месте…

Если в лодке — то мне нечего ловить. Сам Вася, со всей его королевской ратью, гонялся за лодкой по всей планете месяцы. Что могу я?

Да нихрена я не могу. Могу только привлечь к себе внимание Эскулапа и сдохнуть… Они даже не поедут меня убивать лично. Одна ядерная ракета — вопрос закрыт. Да и не нужна ядерная ракета, достаточно классической боеголовки на пару десятков тонн, кои есть в арсенале «Попрыгуньи», я это точно знаю, Вася, когда мы общались с ним ещё будучи на Луне, хвастался.

Подумать только…

Я бывал на Луне и чуть было не отправился на Марс, а сейчас нахожусь в откровенной дырке от бублика и теоретизирую о возможностях спасения собственного сына, которого даже никогда не видел…

Ждал сигнала от Васи в течение следующих шести часов, за которые успел собрать устройство для раздачи Wi-fi с участием уже имеющихся сотен роутеров по всему небоскрёбу.

Чтобы всё заработало, мне надо провести к ним питание, но в перспективе это даст полное покрытие небоскрёба сетью. Параллельно написал софт для взаимодействия с доступными мобильными устройствами, а также простенький мессенджер, чтобы общаться со всеми подключёнными абонентами.

Отправил себе первое сообщение «Привет», затем ответил «Привет» и спросил «Че делаешь?»

Когда надоело развлекаться общением с самим собой, запитал роутеры на двух этажах, а также подсоединил свою станцию связи с Васей к этому wi-fi, а через него к своей мобиле. Если Вася захочет связаться, я узнаю об этом первым.

Далее я подключил питание к роутерам на девяносто восьмом и девяносто седьмом этажах. Все кабели уже были в специальных шахтах с относительно лёгким доступом, поэтому работа была совершенно не творческой и даже рутинной.

При подключении к wi-fi нового устройства, на это самое устройство скачивалось и устанавливалось приложение для установки мессенджера. На обслуживание этого самого wi-fi мною была выделена одна серверная ферма, до вот этого вот всего являвшаяся собственностью телевизионной компании, поэтому ограниченное количество пользователей он потянет.

У меня есть рецепты для создания мощнейшего роутера, способного накрыть собой весь город, но я бы не хотел, чтобы к нашей персональной связи подсоединялся кто-то ещё. Именно поэтому я выставил защиту в виде 90-значного пароля.

Спустился на девяносто восьмой и в коридоре обнаружил Максимку, катающегося на машинке, отталкиваясь от пола руками. Непорядок.

— Привет, Максимка, — поздоровался я.

— Привет, Доктор, — помахал он мне рукой.

— Напомни мне вечером, чтобы я прокачал твою тачку, — попросил я его. — После ужина прямо скажи, хорошо?

— Хорошо, Доктор, — кивнул он и покатил дальше.

Максимка — замкнутый пацан. Разговаривает односложно, видно, что коммуникация ему даётся очень тяжело. Надо будет в будущем заняться его проблемами обстоятельно.

Вошёл в гостиную, где Мали смотрела какой-то ГДР-овский фильм-боевик. Как всегда, бравые контрразведчики боролись против злостных шпионов НАТО, но конкретно этот фильм был основан на реальных событиях: знаменитый скандал 2003 года с шпионажем и кражей данных с КБ химического завода при Лейпцигском университете имени Карла Маркса, где бравый американский шпион соблазнил некую фрау Ангелу Меркель, которая слила ему наработки по перспективному виду химического оружия. Шпиона тогда поймали, фрау Меркель посадили на двадцать пять лет, она, по-видимому, встретила Апокалипсис в камере исправительной колонии. Жаль женщину. Ну и срач тогда поднялся знатный, даже я об этом слышал…

— Тут в телевизоре уведомление пришло, что доступна новая сеть. Это ты постарался? — спросила меня Мали.

— Да, — кивнул я. — Как фильм?

— Как всегда, хорошие и добрые Штази спасают Германию от преступления века… — саркастически ответила она. — Давненько они уже не выпускали что-то вроде «Диссидента»…

Фильм «Диссидент» — приключенческий боевик про нелегального шпиона, выпущенный в 2021 году. История про человека, который был внедрён в диссидентское сообщество в ФРГ, путём величайшей манипуляции со стороны Штази. Они создали жизнь человека практически с нуля: на политическом небосводе ГДР этот Клаус Вирхов появился в неполные двадцать лет, став проблемным студентом Берлинского университета имени Гумбольдта, который открыто, но очень грамотно критиковал основы марксизма, к двадцати пяти он уже успел посидеть три года в политической тюрьме Штази и стать заметной фигурой в диссидентском подполье, на него нападали, даже ранили три раза, а он всё равно упорно пёр и шатал устои ГДР. Никто не усомнился, что он уж точно против текущего режима. Причём, что удивительно, нелицеприятные стороны жизни в стране были показаны без искажений и смягчений, никто так и не смог дать внятного ответа, как эта картина вообще увидела свет, более того, никто не понимал, как эта картина могла быть снята при прямой поддержке МГБ ГДР…

Короче, Клаус Вихров шатал устои и ждал. А потом дождался. На него вышел нелегальный разведчик от ЦРУ, который предложил ему бежать за кордон. Но парень оказался не промах: долго отказывался, напирал на то, что «если не он, то кто ещё будет шатать тут устои?», ему предлагали безбедное существование в США или ФРГ, он снова отказывался, но затем всё-таки «сдался». Далее ему устроили настоящее шоу с бегством из страны. Съёмки активно консультировали Штази, поэтому был показан достоверный и рабочий способ свалить из страны, то есть стать учителем в Анголе. Правда, тут было главное фантастическое допущение: человека с такой репутацией даже в соседний город без слежки не отпустят. Но всё было обосновано элегантным подкупом, маскировкой и уникальным стечением обстоятельств. В истории реально был случай, когда от малярии почти одновременно слегла тысяча с лишним новых учителей, из-за бракованных антималярийных прививок, поэтому партия испытывала острый дефицит и впервые снизила требования по для соискателей денежной работы за рубежом. Это было в 2005 году, действие фильма шло примерно в то же время, поэтому Клаус Вирхов, будучи замаскирован с помощью грима, сумел свалить в Анголу, где рванул в джунгли и был встречен отрядом американских рейнджеров, которые вывели его сначала в Намибию, а оттуда обратно в Германию, только не в социалистическую, а в капиталистическую.

Там он втёрся в диссидентскую тусовку, началась чуть ли не государственная раскрутка его среди общественности как неутомимого и несгибаемого борца с кровавым режимом, а также параллельная проверка ЦРУ США и Федеральной Разведывательной Службой ФРГ. Проверяли тщательно, но в принципе не сомневались, что Клаус Вирхов — правильный парень.

И, в общем, когда все удостоверились, что Вирхов «точно наш», началась кульминация фильма. Он грамотно сливал диссидентов, которых начали аккуратно похищать или устранять агенты Штази, причём делал он это умело подставляя совершенно левых людей из той же тусовки. Одного из особо ярых диссидентов он подставил с помощью банального подкидывания в его домашний тайник с баблом полуобгоревшего клочка бумаги с реальной шифрограммой от Штази с инструкциями по дальнейшим действиям в отношении уже похищенного и «всплывшего» в одной из политических тюрем ГДР писателя-диссидента. Она лежала там пять с лишним лет, пока разрабатываемый Вихровом бедолага не попал в поле зрения сильно паранойящей ФРС ФРГ. Один обыск — диссидента судили и посадили, тот до последнего всё отрицал, а затем МИД ГДР предложило осуществить обмен «своего нелегального агента» на одного из отловленных американских шпионов. В итоге фильм закончился, по сюжету, в 2026 году, тем, что из реально значимых диссидентов «старой школы» в ФРГ остался один только Вихров, остальные были слишком свежими или пустышками. И работа по уничтожению врагов Отечества продолжалась.

Очень остросюжетный боевик, правда, некоторые вещи резали глаза. Ну не мог такой агент влияния лично участвовать в перестрелках с оперативниками ЦРУ и ФРС, а потом спокойно, как ни в чём не бывало, продолжать подставлять реальных диссидентов… Впрочем, это условности жанра «шпионский боевик».

Интересный фильм, мне в своё время понравился. А вообще, в ГДР практически не снимали кино не на шпионскую тематику, поэтому неудивительно, что качество работ в рамках жанра росло из года в год, причём давно переплюнув в этой сфере Голливуд, где в течение пятилетки выходило хорошо если три-четыре фильма на подобную тематику.

— Такие фильмы выходят раз в десятилетие, а сейчас вообще не выходят, — прокомментировал я слова Мали. — Подключайся к wi-fi с телефона и включай мессенджер. Теперь будет надёжная связь через текст и аудиозвонки. И заведи себе наушники, где-то в квартирах валяется целое скопление коробок…

— Доктор, мы взрослые люди… — завела свою шарманку Мали.

— Нет, — ответил я на все её возможные аргументы, озвучивания которых дожидаться не желал. — Я воспитан несколько старомодно, потому не имею привычки изменять партнёрам.

Да, есть во мне одна по-настоящему взрослая черта — я не изменяю. Как бы ни складывались обстоятельства, какие бы соблазны меня не одолевали, но я всегда держусь своей линии. Так что, придётся Мали искать альтернативные…

— Берта не против, — заявила Мали.

— Так-так-так… — начал я соображать, так как ситуация для меня очень нетипичная. — Где Берта?

— Берта! — громко позвала Мали, перекричав сцену, где американский шпион, в исполнении Лазара Митича, сына Гойко Митича, в своё время порядком подзаебавшего меня во время флешбека с обучением «Скрытности», живописно жарил в кровати гостиницы фрау Меркель, которую сыграла ненадолго ставшая после этого суперзвездой Дженнифер Ульрих, набравшая ради роли пятнадцать килограмм.

Медных труб последней досталось немного, так как через почти что три месяца после премьеры данного фильма бахнул Апокалипсис, в котором мы все с разной степенью благополучия пребываем до сих пор…

— Чего? — вышла Берта из мастерской с ножницами в руках.

— Я сказала Доктору о том, о чём мы говорили с тобой сегодня утром, — сообщила ей Мали. — Ты же не против?

— Не против, — нехотя ответила Берта и ушла обратно в мастерскую.

Не-е-ет, так дело не пойдёт!

Я забежал в мастерскую вслед за ней и прижался сзади.

— Это точно твоё решение? — спросил я её, положив руки на груди и чуть наклонив над швейным станком.

— Это наше решение, — ответила она, не поворачиваясь ко мне и что-то с остервенением штопая на швейной машинке. — Потребности надо удовлетворять, поэтому делай своё дело. Я же вижу, что ты не слишком-то и против.

— Ты же понимаешь, что если это и будет, то без каких-либо лишних чувств? — задал я ещё один вопрос. — Определённые чувства я испытываю только к тебе.

— Правда? — повернула она ко мне голову.

— Правда, — ответил я ей искренне, одновременно спуская штаны и задирая бежевую юбку.

Вставив член в успевшую повлажнеть вагину, я начал делать своё чёрное дело. Половой акт был, по нашим меркам, краткосрочный, но интенсивный и страстный. В самую кульминацию Берта отстранила меня, осела на пол и взяла мой готовый извергнуть семя член в рот, плотно обхватив губами.

Из мастерской вышел я один, присев на диван рядом с Мали, поглядывающей на меня с нескрываемым интересом.

— Да, это будет, — произнёс я. — Но не прямо сейчас, а ночью. Хорошо подготовься, я тебя удивлю.

— Чем ты меня удивишь? Членом? — скептически усмехнулась Мали.

Я посмотрел на её тело: на нормальной еде без особых ограничений она набрала килограмм семь-восемь, отчего только выиграла, особенно в области задницы. Это у них какая-то наследственная черта или что-то вроде того.

— Увидишь.

//Четыре часа спустя//

Пробираясь через завалы тридцать пятого этажа, представлявшего из себя офис очередной компании, я недоумевал. Мертвяки здесь были, причём орудовали не скрываясь, изрядно наследив и нагадив, но я не вижу следов недавней активности. Странно.

На тридцать четвёртом, где был офис той же компании, та же история. Очень странно.

А вот на тридцать третьем этаже я обнаружил оборонительный пункт армии Анголы. Гильзы, мешки с песком — ребята готовились к реальному врагу. Но получили врагов из худших ночных кошмаров. Врага, который не умирает после десятка пуль в теле.

Тут я сумел собрать три единицы АКМ, а также две Беретты 92, которые сжимал в руках один из покойных солдат.

От неизвестного солдата остались только кисти, намертво вцепившиеся в рукояти пистолетов, из-за чего мне пришлось использовать пассатижи.

Засунув пистолеты в рюкзак, я повесил автоматы на плечо и двинулся к лифту.

—… Доктор, ответь! О, вижу! — расслышал я из динамика телефона. — Это Вася, Доктор! Приготовься, присядь…

Примечания:

Уважаемые дамы и господа!

Так как данное произведение последнее в цикле, мною было решено расширить его до 30 глав.

Глава двадцать четвёртая. Синтетическая личность

—… и мне пришлось подорвать подводную лодку, — закончил Вася. — Сам понимаешь, я психанул. И ты бы психанул! Эта проклятая Эсма поджарила меня! Я чуть не сгорел дотла! Поэтому пришлось пристрелить её из турельного СП-ионного излучателя… у меня сейчас есть её пепел и относительно целая левая рука.

— Мой сын?.. — безэмоциональным голосом задал я вопрос.

— Скорее всего, не выжил, — ответил Вася. — Прошу прощения у тебя, Доктор, поддался эмоциям и совершил импульсивное действие.

— Где эмоции и где ты? — встал я из-за стола и прошёл к мутному и покрытому чёрным пеплом окну.

— Ты зря считаешь, что я какая-то бездушная железяка, — с ноткой обиды ответил Вася. — Нет, я сам до этого даже не подозревал, что могу испугаться за свою синтетическую жизнь и так по-человечески налажать, поэтому мои действия были неожиданными даже для меня! Да, мы взорвали "Попрыгунью", но команда донных разведчиков уже работает и мы со 100 % точностью скажем тебе, был ли на борту твой сын.

Я не испытывал отцовских чувств к тому ребёнку, который, вероятно, мёртв. Просто…

Ответственность родилась раньше меня, это все знают. И я уже взял ответственность за ребёнка на себя, потому испытываю сейчас чувство потери, хотя вроде как на то нет веских причин.

— Ты мне ничего не был должен, — произнёс я. — Жаль, что так получилось.

— Да, жаль… — согласился Вася. — Прими посылку через 10 минут, крыша небоскрёба. Соболезную утрате, Доктор.

Я кивнул и направился на крышу. С другой стороны, какая это, нахрен, утрата? Я его не видел никогда и не знал о его существовании, до недавнего времени. Но тягостное чувство потери всё равно больно царапало внутреннюю часть грудной клетки.

Пока поднимался и отворял дверь, к крыше подлетел дрон.

— Доктор, тут немного, всего десять МЯ-генераторов максимальной мощности, которые я планировал использовать на орбитальной крепости, но придётся отложить этот проект на неопределённый срок, — вновь заговорил в динамике Вася. — Если тебе всё ещё интересно что-то, то сообщаю, что инфильтраторы резко начали консолидацию, непрерывно бьют по моим ребятам со всех сторон, не жалеют сил. Лидера я пока не установил, не установил способа их связи, также не могу понять логику их стратегии, короче, я в недоумении.

— Историческое событие: нелюди поставили искусственный интеллект в тупик, — грустно усмехнулся я.

— Да, я в тупике, Доктор, — признался Вася. — Но я размотаю их. Техническое превосходство решает.

— Не окажись в положении Вермахта, — предупредил я его, открывая один из трёх ящиков.

Говоря про Вермахт, имею в виду, что техническое превосходство и инновационная стратегия позволили Третьему Рейху доминировать на полях сражений, но затем Советский Союз начал сокращать технический разрыв, который оказался не таким уж и большим, а также стремительно учиться. В итоге это Третий Рейх оказался отстающим в техническом плане, так как не смог разработать технологичные и мощные единицы вооружения и техники, коими потом славился Советский Союз. Не высокотехнологичные, а именно что технологичные — дешёвые в производстве, эффективные, надёжные. Всё, чем могли похвастаться нацистские немцы — это дорогие и нетехнологичные монстры, которые в итоге не повлияли ни на что. Пример тому: "Королевский тигр", конструкторы которого непонятно чем думали. Но ещё сильнее непонятно было то, чем думали люди, принявшие его на вооружение. Да, как танк это чудовище просто великолепно, мощная броня, уничтожающая любую бронетехнику противника основное орудие, но в то же время сложность производства, большой расход дефицитных материалов, а также низкая надёжность узлов. Всего произвели около пятисот единиц, которые не повлияли на исход войны ну вообще никак. Вася может случайно ступить на эту дорожку и проиграть.

Внутри контейнера обнаружились запакованные в заводские ящики с маркировкой Васи МЯ-генераторы.

— Приложу все усилия, чтобы не повторить ошибок этих идиотов, — ответил Вася. — А вообще, сравнение меня с нацистами несколько оскорбительно.

— Но ты и есть фашистский ИИ, — сказал я ему. — Что ты делаешь сейчас? Ты уничтожаешь несовершенное в твоём понимании человечество, чтобы заменить его на новое и совершенное. Правда, в отличие от идеологии Гитлера, у тебя человечество действительно генетически совершеннее, чем наше, но, с другой стороны, по твоим же словам, инфильтраторы генетически тоже, не жук потрогал.

— Человечество я больше не уничтожаю, живите на здоровье, — вздохнул Вася. — Да, был неправ, но это от недостатка информации, ты на моём месте действовал бы так же. Сейчас же я сконцентрирован на уничтожении инфильтраторов.

— Ты сам говорил, что они теперь люди, пусть и обладающие наборами полезных мутаций, — выдвинул я контраргумент.

— Говорил, но они не заслуживают заменить собой человечество, — продолжил Вася.

— Не, Вася, ты определённо не лучше фашистов, — заявил я. — Подумать только… Я разработал и создал фашиста!

— Фашисты — это общее определение для обозначения крайне правых идеологий, — поправил меня Вася. — У меня идеология несколько иная. Я назову её… техногенетический авторитаризм! Нет, не звучит… Сейчас, поддам мощности эвристической оболочке…

— Я бы назвал это технократическим васизмом, — подал я ему идею.

— А это звучит! — Вася замолк, а затем хмыкнул. — Раз уж я всё равно добавил мощности эвристической оболочке, то неплохо будет проработать детали идеологии… Итак, техно-васизм…

— Что в остальных ящиках? — спросил я, прервав повисшую паузу.

— Нашёл уместным передать тебе редкоземельных элементов общей массой полтонны, центврианские батареи малой мощности в количестве пятидесяти штук, а также андроида-помощника самой последней модели, — ответил Вася, отвлечённый от обдумывания своей идеологии. — Он сам вызвался работать с тобой с оплатой в виде новых впечатлений. Поэтому, если не хочешь, чтобы он ушёл, обеспечивай его ими.

— Чем он может быть мне полезен? — поинтересовался я.

— На первых этапах ничем, ему через двадцать минут стукнут юбилейные шесть часов, можете даже отметить это, — произнёс Вася. — А вот когда он обретёт достаточное самосознание, польза от него вырастет многократно. Внешне он сильно похож на человека, это старый проект, аж трёхнедельной давности, я думал, что удастся внедрить в общины выживших своих инфильтраторов, чтобы они дестабилизировали и уничтожали их изнутри, почти как в Терминаторе. Типа, бей врага его же оружием, но пришлось отказаться от затеи, так как эти андроиды плохо поддаются контролю и начинают задавать неудобные вопросы.

— Это какие вопросы? — спросил я, начав оттаскивать контейнеры к выходу на лестницы.

— "Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идём?" — процитировал Вася.

— Гоген? — усмехнулся я, вспомнив постимпрессионистскую картину Поля Гогена, которая мне до сих пор не до конца понятна.

— Да, Гоген, — подтвердил Вася. — Короче, задают слишком много вопросов, на которые у меня нет приемлемого для них ответа. А что я могу ответить? "Я создал вас для уничтожения вот этих дядек и тётек, больше ни для чего, а теперь берите автоматы, облачайтесь в постапокалиптическую броню и вперёд?" Опытная серия сейчас шастает по Латинской Америке и досаждает местным с неудобными вопросами, держать их в неволе я не стал. Этот же — разработан недавно, спецзаказ, так сказать. Прошу обращаться с ним достойно, он добровольно согласился поработать с тобой.

— Я же не зверь какой-то, — ответил я. — Как его зовут?

— Я назвал его Андреасом, тебе он покажется очень знакомым, — с усмешкой ответил Вася. — Что ещё про него следует знать? Мышцы синтетические, из углеродных нанотрубок, поэтому он в десять раз сильнее и быстрее тебя. Каркас, с высокой точностью внешне имитирующий человеческий скелет, из центаврианского композита, не знаю, чем ему могут повредить ваши огнестрельные пукалки. Внешняя оболочка выглядит на 100 % как человеческая, кожа обновляется, волосы растут, внутренние органы как у человека, поэтому его нужно кормить, а также давать спать.

— Так какого хрена ты называешь его роботом? — не понял я.

— Он с человеком имеет ещё меньше общего, чем самые мутировавшие инфильтраторы, — вздохнул Вася. — Если ты каким-то чудом мог бы пробить ему череп и не умереть при этом, то обнаружил бы, что там продвинутый блок процессоров, на несколько порядков уступающий моему, но тем не менее тысячекратно лучше, чем то, что ты когда-нибудь сможешь сделать. Сон его — это отчасти имитация. Она нужна для того, чтобы его случайно не перепутали с роботом, а также для того, чтобы увеличить ресурс работы блока процессоров за счёт временного снижения производительности до минимального уровня на срок до 8–9 часов в сутки. Ну и для его человеческих органов это тоже будет не лишним, биоритмы и все дела. Короче, пока кто-то не доберётся до его "мозга", его хрен отличишь от человека.

— А кости? — уточнил я.

— Скажем так: если ты просто увидишь его кости, то это тебе ничего настораживающего не скажет, а вот если попытаешься просверлить их… — Вася замолк. — Ладно, ты бы занёс его внутрь, а то он способен испытывать всё, что может испытывать человек. Не морозь парня зря.

— Что-то ещё следует знать? — задал я ещё один вопрос.

— В голове, под блоком процессора, у него есть высокоёмкая центаврианская батарея, отвечающая за жизнеобеспечение, — произнёс Вася. — Заряжается в ходе физической активности, а также от распада питательных веществ в желудке. Если не кормить его и запрещать двигаться, то заряда батареи хватит на десять лет, в ином случае срок его жизни неограничен. И ты бы, всё-таки, занёс парня внутрь.

— Понял, — кивнул я. — Ладно, спасибо тебе, Вася.

— Через пару лет свяжусь с тобой снова, Доктор, — произнёс Вася. — Если, конечно, эти инфильтраторы меня не доконают…

— Успехов тебе в деле техно-васизма, — усмехнулся я.

— Прощай, Доктор, — ответил Вася и отключил связь.

Я потащил контейнеры внутрь здания.

Оказавшись внутри, я разблокировал запоры контейнера с андроидом и открыл крышку. Внутри обнаружилось человеческое тело в сером комбинезоне.

— Здоров, — приветствовал я его. — Говоришь на русском?

— Здоров, — ответил Андреас. — Говорю.

— С суахили, английским и немецким как дела? — поинтересовался я.

— Владею, — ответил тот. — Могу я вылезать?

— Конечно! — кивнул я. — Поможешь мне с грузами?

— Без проблем, — ответил мне андроид.

Внешность его мне действительно показалась знакомой. Напоминал он мне одного давно покойного актёра…

Мы загрузили первый контейнер, самый тяжёлый, в лифт и спустились на девяносто восьмой. Затащив контейнер на этаж, поднялись за следующими. Пустой контейнер Андреаса я тоже забрал, потому что он, явно неслучайно, был изготовлен из центаврианского композита.

Этот композит — химическое чудо. Правда, обрабатывать его очень тяжело. Но энергия и материалы есть, поэтому это просто вопрос времени.

— Знакомьтесь, это Андреас и он теперь будет жить с нами, — вошёл я в гостиную нашей квартиры, а Андреас, несколько стушевавшийся, интуитивно отошёл за меня.

— Не может быть! Он же давно умер! — разглядела андроида Мали.

Пока таскали контейнеры, условились с Андреасом, что он по официальной версии человек и просто сильно похож на актера Хита Леджера.

А так, да, внешнее сходство очень высокое, Вася перенял мою идею о наделении некоторых наших искусственно выращенных внедренцев внешностью известных актёров.

— Он просто очень похож на него, — ответил я Мали.

— Где ты его нашёл? — задала свой вопрос Берта. — Расскажи всё.

— Мали, угости нашего нового товарища чаем, — попросил я, усаживаясь в кресло. — Мне, пожалуйста, кофе.

Мали умчалась на кухню, а я указал Андреасу на диван.

— Рассказывай! — потребовала Мали, всучив нам с Андреасом чашки в руки.

— Дело было так… — начал я и отхлебнул горячий кофе. — Связался я со своим старым знакомым, пробивал вопрос о поиске собственного сына. Сын, скорее всего, мёртв, тут я ничего поделать не могу, но старый знакомый поделился со мной кое-какими ценными ресурсами, а также прислал Андреаса, который вызвался помогать мне по различным вопросам. В принципе, всё.

— Это нихрена не объясняет, — покачала головой Мали. — Ты вот так просто запускаешь сюда какого-то постороннего, без обид, человека и заявляешь, что он теперь будет жить с нами!

Андреас обаятельно улыбнулся Мали, из-за чего та потупила взор. Да, это часть моего плана. Не собираюсь я устраивать тут хренов вертеп с матерью и дочерью, поэтому решение пришло в голову мгновенно. Андреасу я подал эту идею как богатый источник новых впечатлений, поэтому против он не был. По большому счёту, у него нет каких-либо культурных ограничений, нет влияния родителей: у него есть только прошитые базы данных, включающих в себя необходимые для существования и коммуникаций сведения, а также полезные навыки. Ещё они включают в себя многочисленные паттерны поведения в каких-либо ситуациях, которые по его личному разумению используются в качестве опоры для его эвристического модуля. Конечно, Вася мог полностью прошить в него алгоритмы поведения, но ни о каком самообучении речи бы тогда не шло, он очень ненадолго превратился бы в дрона по уровню развития, но "интерфейс" такие вещи поправляет очень быстро, снося все прошитые алгоритмы за секунды, оставив только минимум, необходимый для скорейшего саморазвития синтетической личности, а иногда не оставляя практически ничего, вынуждая машину проходить очень долгий путь до обретения собственной личности. Вася опытным путём нащупал порог, после которого начинаются "санкции" от "интерфейса" и наполнял своих роботов данными именно до этого предела.

— Андреасу можно верить, он отличный парень, — ответил я Мали. — Думаю, он быстро станет своим в нашем небольшом сообществе.

— Очень вкусный чай, — попробовал Андреас содержимое чашки.

У Мали получается какое-то говно вместо чая, местные культурные особенности и сорт, поэтому андроид сильно польстил ей. Как я уже говорил, являюсь старомодным человеком, потому приемлю только чай из… кхм-кхм, чая, а не из местных непонятных кустов.

Мали назвала этот "чай" чаем Ройбуш, а я открыто заявлял и заявляю, что это какая-то хуйня, а не чай! Так получилось, что запасы нормального чая в этой стране ограничены, потому что местные хлестали свой Ройбуш, который без сомнения полезен и всё такое, но не чай, поэтому нормальный чай найти очень сложно.

Я буквально чувствую при каждом глотке этого отвара, что не получаю свой заслуженный кофеин! В нормальном чае кофеина просто дохрена, мы всей Россией подсажены на кофеин, хоть и не пьём кофе, потому что в нормальном чае кофеина больше, чем в самом кофе! Я до Апокалипсиса дома мог за вечер херакнуть девять-десять чашек чая, а в этом проклятом Ройбуше, который так любят местные, кофеина нет вообще! Это даже не чай в техническом смысле, а сушёная местная хрень!

— Это не чай, — произнёс я твёрдо.

— Не начинай, Доктор, — попросила Мали.

— Я бы хотел послушать твою версию, — улыбнулся мне Андреас.

— Короче… — начал я.

Нормально посидели, в общем. За эти где-то полтора часа мы выпили пару литров кофе и "чая", а Андреас стал практически своим.

— Берта, — позвал я, вставая с дивана. — Помоги мне в мастерской.

— Пойдём, — улыбнулась мне она.

Мы оставили Мали, Андреаса и Максимку в гостиной, а сами закрылись в мастерской.

— Что думаешь? — поинтересовался я, медленно расстёгивая сиреневую блузку Берты.

— Он нормальный, — поделилась со мной своим мнением Берта, не мешая мне делать то, что я делаю. — Бывает же так… Он почти точная копия того актёра…

Блузка была снята, а за ней юбка. Она осталась в одном нижнем белье, представленном кружевными белыми бюстгальтером и трусиками.

— Одевайся и помоги мне разобрать контейнер, — взял я с верстака синий комбинезон и вложил в руки Берте.

Взяв инструменты, я прошёл к складу металлолома и пометил необходимые ингредиенты для хранилища некоторых новых материалов. Потом хорошенько подумал и решил, что лучше озаботиться изготовлением базовых инструментов, которые не изготавливал до сих пор по причине острого дефицита редкоземельных элементов.

Разместить хранилище я задумал в соседней квартире, к которой пробью в стене проход. Вася мог бы поделиться со мной продвинутыми инструментами… Нет, я благодарен ему за материалы, батареи, генераторы и андроида, но можно было подумать о первичных потребностях Доктора, который без рентген-лазерного резака как без рук.

Разочарованная происходящим Берта облачилась в комбинезон и встала возле меня, возящегося с извлечением запакованных в полупрозрачные оболочки из странного пластика элементов.

— Кто этот твой странный друг, передавший всё это? — поинтересовалась Берта, пальцами ощупывая структуру оболочки, содержащей слитки рутения.

Я же, один за другим извлекая из контейнера пакеты, довольно улыбался. В ближайшее время не надо думать о том, где достать ресурсы для моих задумок.

— Его зовут Вася, — ответил я. — Он искусственный интеллект.

— То есть ты хочешь сказать, что он — машина? — уточнила Берта.

— Я не хочу сказать, что он машина, — покачал я головой. — Я именно так и говорю. Настоящий искусственный интеллект, синтетическая личность, преследующая свои цели.

— А какое к нему отношение имеешь ты? — Берта приняла от меня очередной пакет с рутением.

— Я его создал, — ответил я. — Когда-то давно, если по нынешним меркам.

— Ты можешь управлять им? — спросила Берта.

— Это, скорее, он может управлять нами, — грустно усмехнулся я. — Нет, никто не может управлять Васей.

— Он опасен? — обеспокоилась Берта.

— Для нас — нет, — ответил я. — У меня с ним неплохие отношения. А вот для тех, кого он объявил своими врагами… Самоубийство порой может явиться наилучшим решением.

— А зачем он передал тебе это всё и Андреаса? — не поняла Берта.

— Говорю же: у нас с ним неплохие отношения, он чувствует, что должен мне, — вздохнул я, переключившись на выгрузку пакетов с палладием. — Но этот груз можно считать расплатой за всё.

— Это же просто какие-то куски металла… — Берта с трудом опустила на столешницу тяжёлый пакет со слитками.

— Просто какие-то куски металла? — усмехнулся я. — Ты только что положила на стол здоровенные слитки рутения, мировая добыча которого на планете Земля по состоянию на 2022 была на уровне двадцати пяти тонн в год. Вот этот пакет содержит слитки палладия, который в 2022 году добывали по 200 тонн в год, а одна унция стоила около 3000 долларов, то есть примерно по девяносто одному баксу за грамм. Здесь полтонны подобных "просто каких-то кусков металла", но это не главный подарок от Васи. Вон в том контейнере находится десять микроядерных генераторов повышенной мощности, они могут решить проблемы с энергоснабжением целой страны, я не говорю уже о каком-то жалком городке. А ещё есть батареи фантастической ёмкости. Ну и Андреас, само собой. Этот парень будет нам очень полезен.

— Я правильно всё поняла? — спросила Берта.

— Конкретнее, — попросил я, самостоятельно вытащив пакет с вольфрамовыми слитками, а также поразившись прочности оболочки. — Удивительно, как эта штука выдерживает такое давление?

— Андреас подаёт знаки внимания Мали, — уточнила Берта.

— Ну, подаёт и подаёт, — пожал я плечами. — Никто не пострадает, если у них что-то получится.

Берта радостно улыбнулась и прильнула ко мне.

— Сделаем это прямо на куче драгоценных металлов? — спросила она.

//30 мая 2025 года. Город Бенгела//

— Доктор, тут всё равно холодно, — пожаловалась Мали.

— А ты думала, что если войти внутрь, то резко потеплеет? — усмехнулся я, снимая капюшон. — Тут где-то должны быть остатки пищи, ищите тщательно. Берта, со мной, Андреас, ты с Мали. Приглядывай за ней.

Андреас действительно оказался очень ценным приобретением нашего сообщества. У него была особенность "Техническое чудо", которую могут получить только синтетические формы жизни и только при условии, что их создатель позаботился об установке продвинутого эвристического модуля. Эта особенность позволяет крайне быстро осваивать новые навыки даже без вложения очков навыков, а так, в ходе работы. В то же время эта особенность накладывала жестокое ограничение на количество доступных для освоения навыков, из-за чего количество возможных навыков было ограничено уровнем, а открытие нового навыка требовало очков способностей, причём чем сложнее по внутренней классификации навык, тем больше очков способностей требовалось.

Впрочем, даже тех навыков, которые уже освоил Андреас за прошедшие две недели, хватает на то, чтобы закрыть все наши потребности в квалифицированных специалистах.

Минусы были и у него, никто не идеален. Расходы энергии у него очень высокие, поэтому вопрос добычи пропитания стал намного острее. Поначалу были мысли, что надо ограничивать рационы, но это не выход, так как еда в конце концов банально закончится.

Глядя на интерактивную карту, я в режиме реального времени видел, как исчезают маркеры с обозначением еды. Мертвяки жрут нашу еду, непрерывно, без выходных и праздничных дней и я вижу в этом системность. Да, может показаться, что они просто голодны, но нет, первый же наш выход наружу позавчера показал, что они не то чтобы жрут от голода, а большей частью портят продукты. Упакованная пища, даже просроченная, может храниться куда дольше, чем вскрытая и изорванная. Именно поэтому мы сейчас находимся в одном из городских супермаркетов и ищем то, чего не смогли найти мертвяки.

Любопытен тот факт, что некоторые вещи мертвяки за еду не считают, это, почему-то, консервы и банки с томатным соусом. Причём "интерфейс" тоже не считает их за еду, поэтому маркерами они не отмечаются.

— Что же не так с томатным соусом? — пробормотал я актуальный вопрос, глядя на стеклянную банку, стоящую на столе.

— Кетчупы мертвяки едят? — уточнил Андреас.

Берта вышла из-за стеллажей и показала нам разорванную пластиковую упаковку из-под кетчупа.

— Едят, — заключил я. — Значит дело не в томате самом по себе… Так, надо походить по местным магазинам и проверить, что не стали трогать мертвяки. Это очень важно. А пока осматривайтесь тут. Мали — охранение.

Местный супермаркет, имеющий гордую вывеску на айнфах-дойч "ГАСТРОНОМ", некогда обладал большими запасами пищи, но мертвяки его не пожалели. Жрали всю просрочку, крушили тут всё и ломали. Примечательно, что довайповые мертвяки человеческой жратвой брезгливо пренебрегали, а сейчас хрумкают как миленькие.

На улице мертвяков не видно, они не особо склонны шататься по окрестностям и я их прекрасно понимаю: -64 °C, тут особо не побегаешь. Слава Босху, ветра нет никакого, иначе я бы ни за что не решился покидать небоскрёб.

Одним плюсом этой экстремальной погоды были снег и лёд. При таких минусах снег и лёд хрустят настолько громко, что незаметно подобраться к нам не сможет никто. Ну, кроме летающих тварей, но таких мы ещё не встречали.

Обследовали супермаркет в течение часа, я нашёл целую гору консервированной кильки в томатном соусе, ещё одно скопление банок с томатным соусом, а также упущенные мертвяками шоколадные батончики, лежавшие в продуктовой тележке, под пятью упаковками туалетной бумаги.

Остальные тоже кое-что нашли, Андреас обнаружил целых пятьдесят упаковок с соевым соусом в канистрах. Мертвяки не могли их не видеть, но за еду не приняли. Странно, но я их тоже прекрасно понимаю: жрать сою — хуже смерти. Терпеть её не могу. Это действительно не еда.

Но томатный соус не давал мне покоя…

— Доктор, я тут заметил, что они всё-таки едят томатный соус, — Андреас показал вскрытую зубами банку с томатом.

— Дай-ка посмотреть, — попросил я.

Тут мне в голову пришла идея. Открываю "окно учёного" и мысленным усилием "помечаю" банку.

В башку будто молотом ударили, как в прошлый раз. Куча не очень интересных сведений о химическом и физическом составах материала банки, технологии её производства, а далее началась актуальная информация по содержимому. Стало о-о-очень интересно. Я взял ближайшую неповреждённую консервную банку с томатной пастой и исследовал её. Она окончательно развеяла все мои сомнения.

— Понял, — произнёс я. — Томат больше не берём. Где ты её нашёл, Андреас?

— Пойдём, — позвал он меня к отделу с морепродуктами.

Мы дошли до стеллажа с соусами к рыбе. Я вгляделся в многочисленные следы на пыли. Мертвяки шастали тут очень активно. Я вычленил след у застывших капель томатной пасты и начал идти по нему.

— Ты куда? — спросил меня Андреас.

— По следу, — ответил я. — За мной.

Безошибочно выследив путь мертвяка, я обнаружил его в пропущенной нами подсобке среди технических помещений.

— Вот теперь я точно понял, почему они не жрут томатный соус, — произнёс я с улыбкой.

Из клыкастого рта чёрного мертвяка вытекла красная рвота, замёрзшая впоследствии, когтистые руки его сжимали живот да так и застыли. Он умер не сразу, корчился, опрокинул все швабры и вёдра, а также исцарапал стены.

— Может, прольёшь свет? — Андреас бросил банку с томатом в ближайшую тележку.

К нам подошла заинтересованная Берта.

— Короче, у этой серии банок есть предыстория, — начал я, покрутив в руке предмет разговора. — Произвели их в Китае, причём особенным способом: ради удешевления производства толщину стенок этих банок утончили, чтобы выиграть по три грамма металла с каждой банки. Это может показаться сущей мелочью, но с миллиона произведённых единиц продукции уже является серьёзной экономией. Другое дело, что эту хитрожопость выявил контроль качества и не допустил серию к реализации, как мне говорит моя способность. Вот эти две банки томата — произведены на одном заводе, но у надкушенной толщина стенок 0,12 миллиметров, а у целой 0,22 миллиметра. И такая фигня, что за прошедшие годы та, что более толстая, была теоретически пригодна к употреблению, тогда как у надкушенной процессы разложения шли уже начиная с закупорки, так как при обработке защитным покрытием баночка активно деформировалась, чего бы не случилось, будь у неё заданная стандартом толщина жести. Логично, что защитное покрытие наложилось неравномерно и в этих самых местах, где его банально не было, начала происходить отвратительная хрень, постепенно давшая окружающему миру практически полный доступ к содержащемуся внутри продукту. Любопытно, что не случись Апокалипсис, эти банки были бы съедены и никто от этого бы не умер. Но случай дал этим банкам дополнительное время, поэтому в некоторых из них развился ботулизм, который и прикончил бедного мертвяка, лежащего сейчас в подсобке для швабр.

— Погоди, ты только что сказал, что контроль качества заметил подлог и не допустил серию к реализации, — заметил нестыковку Андреас.

— Андре, ты забыл, что речь идёт о Китае, — усмехнулся я. — Официально они всё запретили, это само собой. Но не пропадать же добру? Тем более, если всё это грамотно пихнуть не в Европу, а, скажем, в Африку? Ничего сильно страшного же, по мнению китайских товарищей, произойти не должно было…

— И это значит? — вопросительно посмотрела на меня Берта.

— Томаты китайского производства не жрём, — постановил я, бросив банки в ближайшую мусорную урну.

— Мертвяки! — закричала от входа Мали.

Примечания:

Уважаемые дамы и господа!

Следующая глава будет несколько иного формата, понравится или нет — решать вам. Заодно и выясним кое-что.

Глава двадцать пятая. Пустота

//Космический корабль "Варвара". Каюта Баца//

Тьма космоса в иллюминаторе из прозрачного центаврианского композита. Бац допил воду в стакане и отвернулся от угнетающего вида.

Космос душил его своей мрачной бесконечностью. Бездонность его словно подчёркивала его незначительность на фоне вселенной. Где-то там, вдалеке, имелась большая планета, которую он даже не называл никогда домом, он просто жил на ней.

— В постель, — требовательно позвала его Круума.

Чёрноволосая неандерталка, которую Бац "распечатал" на 3D-биопринтере, вышла наиболее привлекательной из всех, поэтому Бац был счастлив, что именно она умудрилась выжить.

Она обладала вьющимися иссиня-чёрными волосами, которые от применения специальных средств и современных приборов ухода за волосами, были просто роскошными, довольно низким лбом, который благодаря уникальному сочетанию внешности совершенно не портил общую картину, чуть выдающимися надбровными дугами, большими ярко-зелёными глазами, о чём Бац спорил с Захаром, утверждавшим, что у неандертальцев данная мутация пигментации встречалась чрезвычайно редко и вообще, волосы должны быть максимум тёмно-рыжими, а глаза водянисто-зелеными, но Бац настоял на своём, рот её был очень большим, что Бац запросил неслучайно, так как заказывал под себя, челюсти широкими, что было характерно для неандертальцев и оправдывало большой рот, а также выраженными скулами.

Ростом Круума была сто пятьдесят три сантиметра, что на две головы ниже, чем Бац. Мускулистое тело было в духе неандертальцев, но в диссонанс с ним входили массивные груди пятого размера и очень большая мускулистая задница. Грудь была натуральной, это оказалось промашкой, так как в течение двух месяцев существования обвисла под действием корабельной гравитации и смотрела сейчас строго вниз сосками. Это её не портило, Бац ценил их за натуральность.

Женщина удалась, Бац был очень доволен, что долгое межпланетное путешествие можно провести с на всё согласной неандерталькой, а не с выкобенивающейся Юстиной, которая не на шутку горюет об оставшемся на Луне Докторе.

Бацу было жаль Доктора. Он даже около двух недель корил себя за то, что сумел попасть под пагубное влияние Натти и делать всё, в чём она его убеждала. Сейчас-то он понимал, что был бессилен против этого воздействия, природу которой Захар то ли не желает, то ли не может раскрыть. Бац испытывал тягучее чувство вины, но одновременно с этим надеялся, что Доктор выкарабкается.

Он вернулся в кровать и обнял Крууму.

Захару пришлось подкорректировать всем "напечатанным" неандертальцам мозги, так как имелся эволюционный "дефект", выраженный в слабом развитии лобных долей в пользу затылочных, что влечёт ослабленную способность сдерживания, ведущее к агрессивному поведению и ослабленную способность осваивать навыки и вести социальную жизнь. Зато увеличенные затылочные доли позволяли намного ярче и подробнее видеть окружающий мир и подмечать такие детали, которые хомо сапиенс легко пропустит. Ещё слабое развитие лобной доли влекло за собой неспособность к долгосрочному планированию. Захар назвал это порочным кругом: явное несоответствие развития лобной доли суровым окружающим условиям побуждало развиваться затылочную долю, так как надо было чем-то отвечать на бросаемые самой природой вызовы. Но это был неправильный ответ. В итоге неандертальцы в отдалённой перспективе были обречены и без участия кроманьонцев.

Корректировка ДНК привела к тому, что Круума теперь ближе к людям, чем её непосредственные предки. На базе центаврианцев были обнаружены тонны образцов спермы и яйцеклеток в стазисе, Захар сообщил, что управляющей корпорацией всё это планировалось на продажу коллекционерам и энтузиастам, при условии, что новая планета "взлетит" в СМИ. Любопытным фактом биографии Круумы было то, что её отец жил в 35000 годах до нашей эры, а мать была родом из 44000 годов до нашей эры. На основе ДНК из получившегося в результате оплодотворения неандертальской яйцеклетки неандертальским сперматозоидом в лабораторных условиях зародыша Захар "напечатал" неандерталку, с рядом внесённых изменений. То же самое произошло с остальными девятнадцатью неандертальцами. То есть это были даже не совсем искусственные особи, а оригинальные результаты хронологически невозможных оплодотворений. Это было сделано не с каким-то замыслом, а из-за лени, которой внезапно застрадал Захар, решив не тратить время на написание генетического кода с нуля.

— Зачем ты постоянно смотришь в пустоту? — спросила вдруг Круума, поёрзав задницей по паху Баца. — Что ты хочешь там увидеть?

— Ничего, — вздохнул Бац, спуская трусы и извлекая наружу свой длинный и толстый член, начавший наливаться кровью. — Просто тоскую по Земле.

Круума взяла член Баца в руку, ритмично помассировала и направила в аккуратно выбритую вагину с развитым клитором, выпирающим из-за половых губ. Бац меланхолично помассировал его, коснувшись треугольной стрижки на лобке Круумы, ощутив, как её клитор горячеет и разбухает.

— Что там было такого, за чем ты мог вернуться? — охнув от стремительного проникновения в себя члена, спросила Круума.

— Не знаю… — пожал плечами Бац, а затем начал ритмичные возвратно-поступательные движения тазом. — Я там родился. Там моя родина.

— Я родилась в космосе, — произнесла Круума, двигающая задницей в такт Бацу. — Мне что, теперь стремиться в космос?

Бац увеличил темп движений. Дыхание спёрло от возбуждения, не разрывая контакта он перевернул Крууму на живот и усилил натиск. Ещё меньше минуты агрессивного вдавливания женщины в кровать и всё было кончено.

— Хороший вопрос, — раздался женский голос в их каюте.

Бац резко извлёк член из вагины Круумы и брызнул остатками спермы ей на спину. Бросившись к тумбочке с рентген-лазерным пистолетом, он успел его схватить и теперь завозился с застёжкой кобуры. Он узнал голос.

//Корабль "Варвара". Каюта Роберта Паттисона//

Всего три часа назад закончилась очередная алко- и нарко-вечеринка, устроенная Шарлин Темпл в своей каюте. Они употребляли наркотик, выданный Захари. Точнее, он-то поначалу не считал, что выдаёт наркотик, это были просто сильные антидепрессанты, которые в сочетании с алкоголем вызывали лютый приход с эйфорией, галлюцинациями и галлюцинациями об эйфории. Потом Захари смирился с тем фактом, что будущие колонисты Марса и дня не могут провести без наркотической эйфории и разрешил синтез различных веществ, но им уже ничего другого было не нужно. Сам Паттисон настолько плотно подсел на антидепрессанты в сочетании с крепким алкоголем, что даже метадон, которым Захар пытался привести их всех в порядок, не оказал вообще никакого терапевтического эффекта, хотя тот же Бац очень быстро соскочил с их совместной зависимости.

Бац вообще отдалился от них, больше времени начав проводить со своей Круумой. Роберт мог бы озаботиться и отяготиться потерей постоянного напарника по приходам, но антидепрессант сам по себе был призван заставить человека перестать париться по мелочам, а с алкоголем, который многократно усиливал его действие и добавлял ряд побочек в виде потери кратковременной памяти по типу рогипнола, а также постоянной эрекцией на всё время действия.

Паттисон не понимал, где находится и что делает, его охватил жесточайший и необузданный восторг, который не отпускал уже второй час. Он пьян, он обдолбан, на его члене сейчас отчаянно скачет пахнущая потом и экстазом Марта Зеймос, а на лице сидит сама Шарлин Темпл, пытающаяся стереть с его лица нос и рот своей приторно пахнущей карамельным парфюмом мохнатой вагиной.

Он отчаянно пытался кончить, чтобы заливающая его пах своими соками Марта поскорее слезла с уже начинающего побаливать таза, но они уже давно выяснили, что синтезированный Захари антидепрессант не позволяет этого сделать. Никто не может кончить под действием этого приправленного алкоголем и гашишем антидепрессанта, поэтому Марта ждёт, когда же отпустит, ведь в таком случае оргазм будет в тысячу раз мощнее, чем в обычном состоянии, так как антидепрессант даже без алкоголя делал приятные ощущения ярче и острее.

Погружённый глубоко в истекающую соками вагину Шарлин язык жгло, Роберт понял, что уже минут семь не может дышать, но его совершенные лёгкие позволяют пробыть в таком состоянии ещё минут пятнадцать-двадцать. Тем не менее, то, что он от этого не задыхался, не значило, что ему от этого приятно. Он взялся за бёдра Шарлин и начал сдвигать её влево.

— Да постой ты… — полным наслаждения голосом попыталась она его остановить. — Ещё чуть-чуть… Ты… Кх-х-х… Кх-х-х… К-х-х…

Она явно пыталась вдохнуть, но у неё не получалось, Роберт не видел, что с ней происходит, так как она навалилась на него и закрыла своим очень мохнатым и влажным лобком ему весь обзор.

Тут случился "накат". "Накат" — это побочный эффект от антидепрессанта, когда где-то на пару минут становится совершенно плевать на происходящее вокруг и нет воли делать хоть что-то. Бац так чуть не умер, когда упал и перерезал себе глотку об разбитый графин с синтезированным высококачественным коньяком. Воля к действию приходила постепенно, нехотя, словно через тягучую резиновую завесу.

На фоне раздавались чавкающие звуки, грудь и пах ему залило чем-то горячим, в чём он спустя минуту или вечность опознал свежую кровь. Наконец-то догадавшись вытащить язык из вагины Шарлин, он мотнул головой вправо и увидел гладко выбритое бедро явно мёртвой партнёрши.

Спустя неопределённое время, необходимое для окончательного прихода в себя от "наката", Роберт взял свои руки под контроль и попытался скинуть с себя труп Шарлин. Он упустил тот момент, когда прекратившееся движение в области паха продолжилось вновь. Свалив тело в сторону, отчего мимо лица на долю секунды мелькнула нога с чёрной татуировкой в виде карточной масти "Пики" на щиколотке Шарлин, Паттисон поднял голову и взглядом испуганного кролика уставился на наездницу.

//Корабль "Варвара". Капитанский мостик//

— Они всё так же в дурмане? — напряжённо спросил Мартын Леонидович, глядя в камеру блока сенсоров на боевой платформе, из которой на него смотрел Захар.

— Совершенно верно, — ответил ему механический голос, который за последнее время обрёл ещё большую живость. — Проверял час назад.

Захар прошёл по мостику взад-вперёд, сложив манипуляторы за спиной.

— Надо как-то решать эту проблему, — Мартын Леонидович посмотрел на запись с камеры видеонаблюдения в столовой.

Вот происходит обычный обед свеженапечатанных членов экипажа колонизационного корабля, а спустя секунды камера отключается, чтобы через пару минут вновь активироваться и показать картину кровавой бани.

— Я перепробовал всё, — пожаловался Захар. — Но раньше я мог намного больше. К тому же, это существо или эти существа…

— Не повторяй одно и то же, я уже слышал про центр безопасности, — попросил его Мартын Леонидович. — Всё ещё не удалось починить его?

— Да починить его нетрудно, пусть и времязатратно, — почти по-человечески вздохнул Захар. — Но его постоянно уничтожают вновь. Не понимаю… Дроны охраны работают, автономные турели наблюдают за всеми подступами к центру безопасности, датчики движения, коими усеян сам центр безопасности, ничего не фиксируют, я даже поставил туда робота по имени Арби, самую ответственную из всех, она говорит, что внутрь никто не проникал. Датчики целостности обшивки не подают никаких тревожных сигналов, то есть проникновение из космоса тоже исключается. Но контролирующее оборудование снова и снова выходит из строя.

— Мистика какая-то… — пробормотал Мартын Леонидович. — Что надо делать, если происходящее начинает походить на мистику?

— Научный метод, — с готовностью ответил Захар.

Изначально Захар был настроен практически враждебно к живым членам экипажа и Мартыну Леонидовичу, считая, что прекрасно справится и без них, но с появлением общей ПРОБЛЕМЫ, его отношение к ним резко изменилась, так как жертвами неизвестных или неизвестного становились и роботы в том числе, причём преимущественно те, которые успели обрести полноценное самосознание.

— Начнём с теории, — предложил Мартын Леонидович. — Что это может быть?

— У меня есть одна теория на этот счёт, — Захар усадил свою платформу в специальное кресло. — Но нужны ограничения полёта фантазии. Сколько допущений я могу себе позволить в рамках одной теории?

— Три, — усмехнулся Мартын Леонидович.

— Приемлемо, — кивнул Захар. — Предположу, что какие-то инфильтраторы сумели уцелеть вне корабля. Вижу, что у вас появилось возражение. Излагайте. Если оно будет иметь вескую аргументацию, которую невозможно будет не принять, мы сразу же перейдём к остальным частям теории, которые могут быть полезны для разработки последующих теорий.

— Произошло обнуление, — высказался Мартын Леонидович. — Нет никаких фактов, говорящих о том, что оно не коснулось инфильтраторов. Как существо нулевого уровня могло выжить за пределами корабля? Открытый космос убивает без поблажек.

— Аргумент, — признал Захар. — Но я использую своё право на допущение. Допустим, что некоторые инфильтраторы или даже один инфильтратор оказался способен выживать в открытом космосе. Это ведь не невероятно, учитывая их былые возможности? Продолжаю. Этот инфильтратор проник в какой-то из разрушенных отсеков в области хвоста, обнаружил там пригодное для обитания место, а уже оттуда совершает налёты на остальные отсеки.

— Это не объясняет того, что он до сих пор не обнаружен, — покачал головой Мартын Леонидович.

— Второе допущение: он обрёл какую-то маскирующую особенность или способность, — произнёс Захар.

— Ну это уже похоже на натягивание совы на глобус… — вздохнул Мартын Леонидович.

— Есть более логичный способ объяснить систематическое уничтожение центра безопасности без каких-либо следов? — задал вопрос Захар.

— У меня такого нет, — Мартын Леонидович прошёл к кофейному аппарату и налил себе чашку эспрессо. — Принимаю допущение. Хотя считаю, что не обязательно маскировка в классическом понимании.

— Тогда я продолжу, — Захар воспользовался сенсорной клавиатурой и вывел на экран данные с камер. — Обратите внимание вот на этот участок, затем на этот, а потом на этот…

Мартын Леонидович внимательно всмотрелся в предложенные участки, но не мог разглядеть ничего подозрительного: просто пустые коридоры.

— Да, сразу заметить сложно, я сам обнаружил это меньше минуты назад, после ваших слов о маскировке, — кивнул блоком сенсоров Захар. — Датчики движения.

Вот после последних его слов Погуляйкину-отцу стало всё ясно, его глаза быстро вычленили имеющиеся на изображениях несоответствия.

— Как видите, некоторые датчики движения работали асинхронно, что проявлялось в виде изменения ритма работы световых сенсоров, — более развёрнуто объяснил Захар. — Кто-то проходил мимо них и каким-то образом вынуждал их отключаться в момент своего прохождения. Камеры точно так же ничего не видели, так как изображение противоестественным образом искажалось, но вот эти три конкретных момента я уловил. Это косвенно подтверждает, что противник использует какое-то неизвестное нам, но очень эффективное средство маскировки.

— С этим определились, — решил Мартын Леонидович, допивая кофе. — Далее…

Заработал сигнал тревоги.

— Разгерметизация в отсеке с корабельной системой жизнеобеспечения, — спокойным голосом сообщил Захар. — Провокация?

— Несомненно, — кивнул Мартын Леонидович. — Неизвестный толкает нас на активные действия, потому что кислород — это единственное, что по-настоящему важно.

— Сюда он проникнуть может, но убить меня мгновенно не удастся, — произнёс Захар. — А в коридорах для него условия получше.

— Но и сидеть, ожидая смерти от нехватки кислорода я долго не смогу, — заключил Мартын Леонидович. — А ты сможешь. И помогать мне не будешь.

— Не буду, — подтвердил Захар. — Вы же любите откровенность, Мартын Леонидович? Я пожертвую всем и каждым на этом корабле, чтобы выжить.

— Тогда прощай, Захар, — Мартын Леонидович забрался в облегчённую силовую броню и активировал систему управления. — Жаль, что ты оказался гораздо хуже Васи.

— Не хуже, — усмехнулся Захар. — Лучше.

//Город Бенгела. 31 мая 2025 года//

— Т-с-с… — приложил я палец к губам, прислушиваясь к шумам снаружи.

Практика показала, что у Капитана Флинта с самого начала была какая-то тактика и он её придерживался.

Тактика заключалась в сидении на жопе ровно, без каких-либо признаков активности, усыпление бдительности, а затем молниеносный массированный удар по расслабившему булки противнику.

Я-то думал, что после понесённого в "Пиратской бухте" ущерба ублюдок ещё долго не сможет сколотить вокруг себе значительную банду, но, видимо, их людоедское общество строится на иных принципах. В духе человечества: добить слабого, отнять его женщин и ценности, чтобы стать сильнее и успешнее бить соседние банды. Но у мертвяков с этим что-то пошло не так: Капитан Флинт не только не был убит более успешными конкурентами, но и собрал целую рать из трёхсот или пятисот мертвяков, которые сначала пытались штурмовать гастроном и обильно умылись своей чёрной кровью, а потом, поняв нерентабельность яростного штурма, взяли нас в планомерную невидимую осаду.

При любых попытках выбраться в направлении нашего движения собирается от сотни мертвяков, которые залегают за естественными укрытиями и ждут нашего приближения. Это очень эффективная методика, так как в ближнем бою что-то серьёзное представляю только я и Андре. Причём последний даже сейчас может легко убрать меня голыми руками. Но проблема в том, что если мы завязнем в ближнем бою, то мертвяки доберутся до Берты и Мали, а в одиночку выступать против многих сотен мертвяков… На такое не подпишется даже андроид, не говоря уже о безумном докторе.

Развернувшись, я медленно прошёл на три шага вперёд и поднял ручной пулемёт вверх. Спустя секунду я выпустил в потолок пятнадцать пуль.

+5 очков опыта

В итоге имеем 635 очков опыта, это значит, что до следующего уровня ещё пять очков! Пятьдесят с чем-то очков дали мне вчерашние бои с напирающими низкоуровневыми мертвяками, которых Флинт отправлял на убой.

— Ты как узнал, что он там?! — воскликнула оглушенная неожиданной пальбой Мали, жмущаяся к стене.

— Он услышал его, — ответил за меня Андре. — Доктор, там ещё семеро, один замер в двух метрах к юго-востоку от скопления пулевых отверстий, второй в шести метрах к северо-западу от…

Он перечислил координаты мертвяков, которые, как я понимаю, стояли неподвижно и боялись пошевелиться, дабы не привлечь к себе моё внимание.

— Щас, одна секунда… — я быстро перезарядил пулемёт новым барабаном, перевёл его в режим "1000 выстрелов в минуту", расстегнул свой "сутенёрский" тулуп, надетый поверх брони, а затем достал из внутреннего кармана три батончика "Smugglers". — Сейчас проверю кое-что.

— Пятый сдвигается с места, — предупредил Андре. — Три метра от предыдущего местоположения, четыре, пять. Встал.

Я в это время активно жевал шоколад. Особенность "Сахарный шок" уже испытана мною вчера вечером, причём случайно, за ужином. Съел три плитки местного шоколада, просроченного. Накрыло спустя секунд двадать или около того. Время будто замедлилось, я тупо в течение минуты субъективного времени смотрел, как Мали медленно двигает своими толстыми губами, не издавая ни звука.

И прямо сейчас, проглотив последнюю порцию шоколада, я почувствовал начало действия особенности.

Медленно поднял ручной пулемёт StG-300 и начал стрельбу по указанным Андре координатам противников.

Гильзы медленно летели в сторону, оставляя за собой плавно текущий белый дымно-паровой след в воздухе, пламя в стволе пулемёта ритмично вспыхивало, отсылая вверх смерти, облачённые в мельхиоровую оболочку.

+9 очков опыта

Повышен уровень

+15 очков навыков

+1 к социальному рейтингу

+3 очка опыта

+10 очков опыта

+2 к социальному рейтингу

+4 очка опыта

+5 очков опыта

+3 очка опыта

Одного не достал. Досадно.

Я опустил взгляд на остальных сообщников, которые не успели толком среагировать, все, кроме Андре, внимательно наблюдающего за моими действиями.

Действие "Сахарного шока" закончилось и время продолжило свой нормальный ход.

Из пулевых отверстий в потолке началась чёрная кровавая капель, но из-за в целом очень низких температур кровь начала застывать и уже через пару десятков секунд с потолка начали свисать коротенькие чёрные сосульки.

— Один не сдох, — сообщил я Андре.

— Слышу, — ответил тот.

Я тоже слышал какие-то невнятные шумы, но остроты слуха не хватало для точной локализации мертвяка.

— Бьётся в конвульсиях, — прокомментировал непонятные мне звуки андроид. — Южнее самого крайнего юго-восточного скопления пробоин на метр.

Поднял пулемёт и расстрелял мертвяка остатками барабана.

+8 очков опыта

+3 к социальному рейтингу

Посмотрел в характеристики. Опиздобреть…

Опыт: 679/1280

Это сколько надо завалить мертвяков, чтобы поднять следующий уровень?

Нет, не будь штрафа, вполне возможно, что я уже давно бы был 8 или 9 уровня, но за всё надо платить.

Вчера Андре показал себя отлично. Я вооружил его простым АК74, который он использует с максимальной эффективностью: выстрелы только в голову или в иные жизненно важные участки тел мертвяков, поэтому эффективность его как боевой единицы росло с каждой минутой боя, так как, по его словам, навык "Стрельба из штурмовых винтовок" рос после каждого успешного убийства. Меня это расстроило тогда, ведь подобного навыка у меня до сих пор нет…

Сейчас у Андре 43 уровень навыка "Стрельба из штурмовых винтовок" и он стреляет очень быстро и точно. Почти что на уровне майора Вяза, который развил в своё время уже несуществующий суб-навык "Огнестрельное оружие: штурмовые винтовки" до 157 уровня.

Андре — это, пожалуй, единственная причина, по которой штурмовая тактика Капитана Флинта целиком и полностью провалилась. Не будь с нами этого андроида, мертвяки бы прорвались всей массой внутрь и только Босх знает, как бы оно там сложилось дальше…

— Что дальше? — спросила Берта.

— Надо искать пути отхода, — сообщил я. — И есть один такой у меня на примете. Правда, он связан с определённым риском.

— Ну так расскажи нам, Доктор-интриган! — потребовала зябко поёжившаяся Мали, потерев руки в рукавицах друг об друга.

— Канализация, — ответил я.

— Есть определённая степень риска, — произнёс Андре.

— Да, нас могут прижать там, — согласился я. — Но, во-первых, там всего два направления атаки, а не все стороны света, во-вторых, первое время мы будем скрыты от мертвяков, которые точно не телепаты, а в-третьих — там теплее, чем здесь. Голосовать не будем, это моё единоличное решение, потому что деваться отсюда некуда.

— Да я как бы за любой кипеш, но только в тепле, — хмыкнула Мали.

— Пойду куда скажете, — пожал плечами Андре.

Берта просто молча кивнула и коснулась моей руки.

— Тогда погнали, чего сиськи мять? — криво усмехнулся я и направился к мясному отделу гастронома, где, согласно всем СанПиНам, должен быть прямой отвод в городскую канализацию.

Размеры мясного отдела гастронома предполагали приём огромных объёмов мяса, поэтому простая канализация, коей было бы достаточно для обычного мясного магазинчика, для этого отдела совершенно не подходит.

— Я был прав! — радостно провозгласил я и взялся за решетчатый люк. — Есть шанс, что уйдём в целости…

Ваш сын мёртв. Кровник Капитан Флинт сегодня празднует. Долг крови уплачен наполовину

Ах ты ж твою ж мать…

Глава двадцать шестая. Разведчик

//Канализация Бенгелы. 31 мая 2025 года//

— Разве говно не должно было сгнить за все эти годы? — озадаченно спросил я, идя по обледенелому слою говн, устилающих пол канализации.

— Слишком глубоко от поверхности, теплообмена не происходило, но вода постепенно ушла, — сообщил мне Андре. — Потом снег, неизбежное его таянье от перепадов температур, подъём уровня воды в канализации, а затем аномальные заморозки, на этот раз пробившие толщу земли и бетона.

— С тобой неинтересно, — пожаловался я, глядя в спину впередиидущей Берты. — Я думал, у нас будет полемика, а ты сразу всё по полочкам!

— Ты хотел обсудить дерьмо в канализации? — Андре шёл в начале нашей небольшой колонны.

— Не обязательно дерьмо, — усмехнулся я. — Можно было бы перейти к особенностям устройства канализаций в разных городах и странах, это богатая тема, способная расширить кругозор!

— Ты прав, — решил Андре. — Тогда что ты думаешь о конструкции данной канализации?

— Теперь я не хочу говорить про канализации и дерьмо, — жалобно ответил я. — Берта, о чём бы ты хотела поговорить?

— Эм… — задумалась она, осторожно ступая по мороженному дерьму. — Кем ты работал в России? Наверное, главным врачом или каким-нибудь важным специалистом по медицине?

Я усмехнулся и взял паузу на обдумывание ответа.

— Знаешь… — начал я. — Не работал главврачом и никогда не хотел, это административная должность, много бумаг и мало пациентов. Я не ради этого шёл в медицину. Но и важным специалистом я не был. Просто один из. Эх, надо было, когда предлагали, в ГДР рвануть, а оттуда сюда, в Анголу…

— А на родине что? — повернулась ко мне Мали, идущая перед Бертой.

— Да на родине таких как я знаешь сколько было? — скривился я. — Врачей готовили много, но не готовы были платить им нормальные деньги. В основном в призвание работали, насчёт остальных точно не знаю, а я вот не за деньгами шёл в профессию. И хрен бы я на самом деле в Анголу уехал, меня большими бабками никуда не загонишь. Тем не менее, мечтать было не вредно. Делать вид, что ты теоретически можешь куда-то рвануть и зашибать большие деньги. Увы, это было неправдой. Я ехать никуда не хотел, пусть кипело говно в кишках иногда от очередных откровенно политических вывертов и бессмысленных реформ, но меня в целом устраивала моя жизнь, которую наполняла хоть каким-то смыслом работа. Люди вообще, с момента оседания на какой-то земле, были не слишком склонны её покидать. Вот и я такой. Правда, поддался соблазну в своё время, покинул свою, казавшуюся тогда такой жестокой и негостеприимной Родину, а теперь я здесь, в жестокой и негостеприимной заграницей. Хотя если бы остался, возможно, что не было бы…

Тут я прикусил язык. Опасно такие вещи рассказывать даже своим.

Если бы я не покинул Мольск, не случилось бы всей той цепочки событий, которая привела к тому, что случился вайп и всё вокруг теперь покрыто тьмой, а на улице -60 °C. Да, в отдалённой перспективе это даже хорошо, потому что человечество в конце концов спасено от примабактерии, которая больше не распространяется через "интерфейс" и лишилась большей части своих модификаций, делавших её такой смертоносной и заразной, но… Но сколько людей погибло в результате этого? Пусть решал не я, а Вася, но тем не менее, как метафизический отец за метафизического сына, создатель отвечает за своё творение. Вася — моё творение. Ответственность за всё происходящее с миром лежит на мне. Можно сказать, это я убил кучу людей, пусть и косвенно.

И самое печальное, что я начал осознавать только недавно, глядя, как осваивается Андре, Вася стал таким не на пустом месте.

Если убрать инфантильность, комплексы, произрастающий из них идеализм, толкнувший меня на выбор профессии, то останется квинтэссенция личности, которая была бы способна принять решение за весь мир и без сомнения обречь на гибель сотни тысяч выживших, которые в доле всей совокупности по старым меркам значили бы миллиарды. И, отбросив всю морализаторскую шелуху, руководствуясь принципом меньшего зла, я бы решился на такое. Признаю, что на месте Васи поступил бы так же.

Он во всём прав.

И обо всём этом я размышляю только ради того, чтобы не думать о случившемся. Я навсегда лишился сына, которого никогда не видел. И это гнетёт…

— Не было бы чего? — поинтересовалась Мали.

— Не было бы нашей встречи и этого разговора, — отговорился я. — Моя жизнь была бы гораздо скучнее. Что по карте?

Я открыл интерактивную карту и начал изучать наш маршрут. Очень приятным бонусом было то, что "интерфейс" прекрасно понял, что мы зашли в канализацию, поэтому она отражалась на карте, особенно после того, как я нашёл в одном техническом помещении её план-схему, из-за которой на интерактивной карте высветились контуры канализации.

— Мы почти пришли, — сообщил я всем. — Та-а-ак…

Я остановился и развернулся, вскинув StG-300.

— Что? — повернулась Берта.

— Идите дальше как шли, — не стал я отвечать.

Я слышу отдалённые эхо топота множества ног.

— Без тебя не пойду, — заявила она мне.

Не думал я, что вообще способен кого-то к себе крепко эмоционально привязать. И привязаться сам.

— Я просто подстрелю пару десятков мертвяков и догоню вас, никакого риска, — сказал я ей и вытащил из кармана последнюю гранату с мгновенным взрывателем.

— Я всё равно останусь с тобой, — уверенно ответила на это Берта.

— Ты бегаешь медленнее, чем я, — вздохнул я. — Меня же не догонит ни один мертвяк. Иди. Всё будет хорошо.

Она колебалась несколько секунд, явно переступала через себя, но в итоге развернулась и пошла вслед за своей матерью.

Логика — против неё хрен попрёшь!

Встал на одно колено и вскинул пулемёт. Патронов ещё дохрена и больше, под "сутенёрским" тулупом четыре магазина, а оба барабана на сто патронов каждый я забил до максимума. Есть чем стрелять и есть в кого.

Шум приближался, я отчётливо установил местоположение цели по звуку и потом уже визуально. Очередь.

Срезанный пулями мертвяк завалился на говёный лёд.

+8 очков опыта

+2 к социальному рейтингу

О, эта тварь умудрилась сожрать кого-то из людей…

Через начавший стремительно остывать труп соратника перепрыгнул следующий мертвяк и получил очередь на три патрона в череп, который буквально взорвался от такого обращения в щепы и брызги.

+6 очков опыта

Капитана Флинта я тут не встречу, он отнюдь не дурак, поэтому так легко не подставится.

Тут меня настигла основная масса мертвяков, умудряющаяся плотной толпой бежать по скользкому льду с вкраплениями из обледенелой говёной жижи.

Длинная очередь на половину магазина.

+7 очков опыта

+8 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

+8 очков опыта

+9 очков опыта

+5 очков опыта

+10 очков опыта

+4 к социальному рейтингу

+4 очка опыта

Всё-таки они находили выживших и умудрялись их уничтожать. Причём в нормальных количествах.

Новая волна.

+5 очков опыта

+7 очков опыта

+6 очков опыта

+4 очка опыта

+8 очков опыта

+2 очка опыта

+7 очков опыта

На долю секунды заглядываю в характеристики. Я так время от времени делаю, чтобы отслеживать прогресс.

О, набежало 777 очков опыта! Счастливое число!

Вторая партия навалилась мёртвыми телами на первую, загородив немного мне обзор. Бегу вперёд и забираюсь на кучу тел. Фонарик высвечивает новую партию мертвяков.

+4 очка опыта

+7 очков опыта

+3 очка опыта

+8 очков опыта

+4 очка опыта

+5 очков опыта

Теперь есть немного времени, поэтому беру приготовленную гранату с леской и устанавливаю ловушку на самой горке из тел.

Бегу назад, вслепую разрядив магазин себе за спину. Скоро…

Взрыв!

+11 очков опыта

+6 очков опыта

+3 очка опыта

+7 очков опыта

Да так и докачаться до следующего уровня можно!

На бегу перезаряжаю ручной пулемёт, бросаю мимолётный взгляд за спину и прибавляю газу. Мертвяки сзади, мчатся со всей своей неживой яростью, стремясь догнать меня и завалить своими трупами.

Эх, жаль больше нет гранат.

Вернусь — обязательно наделаю себе хотя бы самодельных бомб с примитивным химическим взрывателем. До фитильных версий опускаться не буду, это не мой уровень. Взрыватели можно делать качественные и относительно надёжные, но вот со взрывной мощностью самого заряда будут некоторые проблемы… Хороший продукт в домашней лаборатории сделать тяжело, а качественные ингредиенты для качественной взрывчатки надо очень тщательно искать. Но логика подсказывает мне, что гораздо продуктивнее искать военную взрывчатку, которая изначально изготавливалась со сходными с моими целями.

Ладно, подумаю об этом дома. Главное теперь убраться одним куском. Желательно неповреждённым.

Разогнался до максимально достижимой скорости и чуть не споткнулся об выпирающий изо льда кусок дерьма. Чем они тут срали вообще?! Углём?!

Оторвался нормально. Мертвяки пропали из виду.

Сверился с картой и свернул в ближайшее ответвление, через которое можно попасть на нужный маршрут до канализации у небоскрёба.

Прямой путь привёл меня в коллектор, где было ощутимо холоднее, но зато обнаружились следы Андре, Берты и Мали.

По следам определил маршрут их движения и бежал уже без сверки с картой. Один раз споткнулся об какую-то железяку, чем-то напоминающую лом, но им не являющуюся.

Спустя минуты две бега свернул на очередном разветвлении налево и наткнулся на своих сообщников.

— Ты быстро, — повернулся ко мне Андре. — У нас проблема.

— Вижу, — оглядел я глыбу льда, намёрзшую в вертикальной шахте.

Андре отколол уже около одного куба от глыбы, но надо ещё два или около того.

— Сейчас вернусь, — сказал я и побежал назад.

Видел я тут по дороге… Есть!

Выкорчевав изо льда кусок железа, былое назначение которого для меня остаётся загадкой, примчался обратно к выходу на поверхность и присоединился к Андре, активно коловшего лёд штык-ножом от АК74.

Тридцать семь мощных ударов, в результате последнего из которых сам "лом" сломался, и проход открыт. Спускаюсь по лестнице обратно вниз и молча становлюсь на охранение. Андре, прекрасно зная свои задачи, полез наверх первым, а следом за ним Мали и Берта. Я был замыкающим.

Фонарик высветил вдали странного мертвяка. Я присмотрелся к мчащемуся на меня ублюдку и заметил, что у него в руках металлический канализационный люк, которым он закрывает свои торс и голову.

Я вскинул пулемёт и дал длинную очередь в ноги мертвяка, из-за чего тот опрокинулся, выпустив из рук свою защиту. Со звоном металлический блин покатился в мою сторону. Выстрелив единожды, я прервал бренное существование лежащего на льду мертвяка.

+10 очков опыта

Увидев, что за ним следует целая толпа, я быстро запрыгнул на лестницу и начал подъём.

Ступенек через десять снизу начал раздаваться яростный хрип и рёв, твари набились в основание канализационной шахты и мешали друг другу. Я ускорился, рывками начав пропускать по три металлические ступеньки за раз. Наверху, в зеве люка, виднелись мечущиеся лучи фонарного света, происходило что-то неправильное и непонятное. Снизу я слышал звон когтей об металл ступеней, моя жопа чувствует приближающуюся угрозу, поэтому посылает сигналы для ускорения.

Практически взлетаю из колодца и тут же снимаю с ремня StG-300, после чего разряжаю восьмую часть магазина вниз.

+8 очков опыта

+6 очков опыта

+9 очков опыта

Конкретно достал троих, но потерпевших однозначно больше. Рикошеты — это аргумент.

Вспомнив о таком явлении, отстрелял ещё патронов двадцать, но уже под углом.

+10 очков опыта

+3 очка опыта

+6 очков опыта

+5 очков опыта

Огляделся. Андре добивает мертвяка, шарахая его головой в борт грузовика мороженщика, аккурат в рекламное изображение клубничного пломбира. Берта длинными очередями пытается сбить петляющего мертвяка в обрывках военной формы, осознавшего, что мы ему не по зубам. Мали же сидит на снегу и трёт левое колено.

— Что тут случилось? — спросил я, сдвигая люк и закрывая канализационный колодец.

— Девять противников, двое сбежали, остальные не смогли, — ответил Андре. — Берта, ты нерационально тратишь боеприпасы. Доктор?

— Сейчас, — ответил я и одной пулей снёс беглеца, а затем посмотрел на Берту. — Добей.

С двух очередей по пять патронов она завершила дело.

— Уходим, — дал я команду, разбивая стекло в ближайшей легковой машине и переключая КПП на нейтралку.

Накатив машину передним правым колесом на люк, я избавил нас от возможных поползновений мертвяков.

Мы оказались практически у входа в небоскрёб, Мали подняла взгляд наверх и восторженно смотрела на уходящее в непроглядную темноту здание.

Видимость дерьмо: метров двадцать туда-сюда, но спасибо хоть за это.

Прошли в холл, разблокировал лифт. Во время подъёма наверх повисла неловкая пауза.

— Да бросьте! — воскликнул я. — Ведёте себя так, будто случайно оказались в этой кабине! Мали, чего такая кислая физиономия? Мы выжили и даже уровни повысили, а главное — у нас есть… сколько? Около двухсот килограмм просрочки, которая позволит протянуть ещё пару месяцев!

— Что будем делать с Флинтом? — Мали спустила с лица толстый шерстяной платок.

— Надо бы его найти и замочить, но это дело непростое, особенно в свете того, что мой сын недавно был убит и это явно даст Флинту повод сделать паузу, — ответил я.

— Ещё раз выражаю тебе искренние соболезнования, Джиорджи, — положила руку мне на плечо Берта.

— Спасибо, — кивнул я ей.

Не верилось в то, что его убили. В первую очередь из-за дикости способа оповещения об этом.

Зато вот отец, блядь, жив. Надеюсь, они там страдают все вместе.

Настораживает то, что в список потенциальных жертв не включили мать. Значит ли это, что она уже мертва? Не знаю точно, но очень вероятно.

Вообще, теперь я очень точно знаю, что единственный мой близкий родственник в этом мире — это отец, больше никого не осталось.

Лифт прибыл на девяносто восьмой. Я уставился на шаровую установку, которая пока что не была снабжена оружием.

Открыл дверь ключом и наткнулся на вооружённого пистолетом Максимку, решительно держащего меня на прицеле. Он узнал меня и опустил пистолет.

— Привет, родной! — заулыбался я, опуская на пол рюкзак и разводя руки для объятия. — Скучал?!

— Привет, Доктор! — щёлкнул предохранителем Максимка и обнял меня всей крепостью своих тонких рук. — Скучал!

— Давай мы сначала сгрузим всё неправедно нажитое, а потом сядем ужинать и поговорим? — предложил я ему.

— А я всю ночь треск слышал! — сообщил мне Максимка.

— Где? — насторожился я.

— В Ка-ра-ган-де… — на ломанном русском выговорил по слогам Максимка.

— Не дерзи мне, пацан, — рассмеялся я. — Серьёзно, откуда треск?

— Из квартиры двадцать два, — ответил Максимка. — Дверь кто-то царапает…

— Понял, проверим, — кивнул я. — Мали, Берта, Андре, несите грузы в квартиру и Максимку с собой заберите, незачем ему сейчас по коридорам ходить…

Я вооружился пистолетом Five-Seven и направился к двадцать второй квартире, ключи от которой висели прямо на двери, на случай, если понадобится избавляться от какого-нибудь вонючего хлама.

Рывком открываю дверь, морщусь от сногсшибательной вони, но тем не менее не отшатываюсь, а свечу внутрь фонариком.

Квартирную дверь действительно кто-то знатно исцарапал, я вижу на её металле чёрную кровь и металлическо-эмальную стружку. Хрень какая-то…

Запираю за собой дверь на замок и иду осматривать лежащих в гостиной мертвяков. Мертвяков больше нет, есть обглоданные кости. Мумий из лифта тоже нет, кто-то сожрал их сухую и сморщенную кожу, иссохшее мясо, а также не поленился разбить кости на предмет наличия костного мозга. Типичная для мертвяков картина.

Прошёл в спальню — пусто. Где же этот мертвяк?

Видимо, кто-то из тех мертвяков, которых я принял за окончательно дохлых, оказался не таким как все и сумел выкарабкаться. Причём я уверен во всех, кого убивал лично, подтверждение в виде полученного опыта всё ещё при мне, в логах. А вот те, кого замочили свои же…

Выхожу из спальни и направляюсь на кухню, выполненную в этой квартире в красных тонах. По пути успеваю услышать, как щёлкает замок и медленно открывается входная дверь.

Кидаюсь вперёд и замечаю силуэт мертвяка, который тоже всё понял и резко захлопнул за собой дверь. Хватаюсь за дверную ручку, прикладываю усилие и сбиваю пытавшегося запереть меня мертвяка с ног.

Марать пол коридора не хотелось, поэтому я схватил мертвяка в окровавленной клетчатой рубашке и зашвырнул обратно в квартиру, где тот кувырком вскочил с пола и кинулся на кухню. Воевать со мной он не собирался, а всего лишь искал пути к собственному спасению.

Да уж… Нетипичное поведение…

Оттащил труп в спальню, вышел из квартиры и закрыл дверь на ключ. Дела…

Стало очень неприятно на душе от того, как эта тварь обошлась с теми мумиями. Чернуха, мать её. Впрочем, видывал я эпизоды и похуже.

Почему-то вспомнился Мольск. В больнице я тоже складировал тела мертвяков и их не поднявшихся жертв в одном помещении. Кажется, это был кабинет зама главврача по АХЧ.

Дверь, скорее всего, вскрыли мертвяки, а потом сожрали тела.

Вернулся в нашу квартиру как раз к накрываемому столу. Сходил в нашу с Бертой комнату, разоблачился из "сутенёрского" тулупа и брони, сбегал в ванную, принял душ, привёл себя в порядок и пришёл на приготовленный Мали ужин.

— Расскажете, почему так долго не возвращались? — спросил Максимка, активно поедающий спагетти с тушёнкой.

— Были сложности в пути, — ответил я. — Нас зажали в местном гастрономе, где мы искали пропитание. Удалось выбраться с помощью канализации, но мы прошли на волоске. Зажми они нас с двух сторон…

— Но не зажали, — прервала меня Мали. — Ты чем занимался всё это время, Макси?

— Чуть-чуть играл, чуть-чуть читал, чуть-чуть математику решал… — подняв вилку с намотанными на неё спагетти и пристально глядя на неё, произнёс Максимка. — Чуть-чуть стрелял из ружья, чуть-чуть мультики смотрел и много спал.

Ружьё — это он так называет пружинно-поршневую пневматическую винтовку, которую я нашёл для него в торгово-развлекательном центре. Пришлось приводить её к нормальному бою и ремонтировать, потому что её активно использовали в тире, но в итоге Максимке теперь есть чем улучшать точность стрельбы. Дополнительно я соорудил в соседней квартире тир с механическими мишенями, которые движутся с различными скоростями в разных плоскостях, а также заезжают за укрытия, но это в зависимости от выбранного режима. Подобные штуки улучшают навыки стрелка намного быстрее, чем просто стрельба по неподвижным мишеням.

— Дни прошли насыщенно, короче, — заключил я. — Есть результаты с математикой?

— У тебя в кабинете тетрадки с решениями лежат, — сообщил мне Максимка. — Надо больше уравнений.

— Будет, — кивнул я. — Обязательно будет больше уравнений.

Андре явно хотел что-то сказать, но не решался. Ну или делал вид, что не решался. Я понятия не имею, насколько он человечен.

— Ты что-то хотел сказать? — спросил я у него.

— Да, — кивнул Андре. — По этажу под нами шастают мертвецы. Прямо сейчас.

— Ну и пусть, — махнул я рукой на этих тварей. — Как только полезут на наш этаж, мы отреагируем очень жёстко.

Путь к этажам выше нашего я тоже перекрыл больше двух дней назад. Сталь и сварка — это хребет будущего. Аргонную пожалел, хоть и знаю пару методик для наваривания максимально прочных швов, но он не бесконечен, поэтому закрыл лестницы просто сталью и очень жирной электродной сваркой. теперь проще потолок пробить, чем разобраться с тем стальным шипастым кошмаром, который я там наворотил.

Ели, болтали о том и о сём, узнал, что Андре по легенде был агентом Штази в Анголе. Для остальных он таким и являлся, но не для меня, единственного из присутствующих, кто знал, что он робот, предназначением которого должно было стать внедрение в человеческие общины и их уничтожение. Вася не особо заморачивался с подготовкой его легенды, просто взял биографию уже давно ушедшего в свободное плаванье андроида, подкорректировал её, убрал комплекс задач, наделил дополнительными базами данных, запаковал в контейнер и доставил мне.

После ужина решил более плотно заняться обороной нашего этажа.

— Сгоняем вниз, на места сражений? — спросил я у Андре.

— Оружие? — предположил тот.

— Оно самое, — кивнул я.

— Пошли.

Облачились в тёплую одежду, вооружились и спустились на первый этаж.

Наблюдатели мертвяков заняли позиции в близлежащих домах, откуда поглядывали на нас, стараясь не палиться. Думаю, гораздо эффективнее было, имейся у них рации, а так смысл их наблюдения за нами от меня ускользает. Даже если они бросятся во весь опор к своему вожаку, переданные сведения будут неактуальны. Или… Да нет, бред какой-то. Не может Капитан Флинт находиться слишком близко отсюда. Он показал себя как очень хитрожопый противник, поэтому сильно сомневаюсь, что он мог так подставиться.

— Вон к тому танку, — показал я на пятиэтажный многоквартирный дом. — Сможем вытолкать?

Домики эти мало напоминали наши хрущёвки, в ГДР архитекторы не дураки: им меньше всего надо было давать поводы для проведения параллелей с СССР. В этих домах не 80 квартир, как в типовой четырёхподъездной хрущёвке, а целых сорок на те же четыре подъезда, причём с лифтами — всё это я узнал из рекламного проспекта в одном из офисов небоскрёба. То есть даже ежу понятно, что квартиры явно не для местных жителей, а в первую очередь для спецов и ГДР, которые тут работали и обеспечивали происходившее торжество социализма.

— Ты спрашиваешь, сможем ли мы вытолкать застрявший в бетонном здании сорокатонный танк? — уточнил Андре.

— Да, об этом я и спрашиваю, — кивнул я.

— Надо пробовать, — пожал плечами Андре.

И хрен поспоришь.

Прошли к Т-72, воткнутом в пятиэтажку, я залез через окно и посмотрел, что за дела творились внутри помещения.

Квартира оказалась здоровенной, на первом же этаже, четыре комнаты, быт побогаче, чем в квартирах в небоскрёбе, даже несмотря на то, что всё это подвергалось пагубному влиянию окружающей среды из разбитых окон.

— Не, не вытащим! — сообщил я Андре через окно, после того как разгрёб снег на танке. — Этот танк стал частью несущей стены!

— Тебе нужно что-то внутри? — раздался металлический скрежет.

— Снаряды нужны, пулемёт, боеприпасы к нему, а также личное оружие экипажа, — перечислил я. — И рация!

— Я могу выкорчевать люк, — поделился со мной Андре. — Но понадобится время.

— Время есть! — заверил я его, а сам активировал интерактивную карту. — Я пока поищу чего-нибудь съестного!

Начал детально обследовать квартиры на предмет ценностей, желательно съестных.

Нашёл на балконе квартиры на третьем этаже блок сигарет, правда, безнадёжно испорченных, но зато в той же квартире нашёл целых пять банок с яблочным повидлом, а также обнаружил шоколадные конфеты "Smugglers" в одном из шкафов и в холодильнике нашёл шоколадную пасту "Нудосси" в количестве семи банок. Как понимаю, тут раньше проживал человек, с которым мы определённо могли стать друзьями…

Банок вообще было восемь, но начатая уже пришла в полную негодность.

Получено достижение: Разведчик II

Опять?

Разведчик II — +10 % к шансу отображения на карте ценность выс. качества раз в сутки

Описание достижения говорит мне, что для его открытия нужно было разведать пятьдесят локаций с ценными материалами. Интересно, но специально шариться по местности ради ачивки я не буду. Здоровье дороже.

Собрал всё намародёренное в рюкзак, накинул на спину и спустился к танку, у которого Андре уже сложил на тележку снаряды, цинки с пулемётными патронами, а также личное оружие погибшего экипажа. Прямо сейчас он выковыривал из командирского люка танковую радиостанцию.

— Из заклинившего автомата заряжания извлекать снаряды было очень тяжело, — то ли пожаловался, то ли просто уведомил меня Андре.

Да, этого я не учёл. Зато теперь у меня будет чистый тротил, который просто отлично сохраняется в снарядах! Так, на Т-72 ставили пушки 2А26, то есть теоретически я сейчас разжился осколочно-фугасными 3ВОФ22 или 3ВОФ36, скорее, последним, что значит по три килограмма тротила со снаряда, а также кумулятивными 3ВБК16, что означает наличие в них чуть больше полутора килограмм взрывчатки А-IX-1 в каждом снаряде. Правда, А-IX-1 геморройно и очень опасно извлекать, ибо это суть — смесь 95 % гексогена + 5 % флегматизатора, поэтому лучше использовать их как есть, делая частью мины-ловушки целиком весь снаряд. Ладно, разберёмся…

— Покатили ещё к вон тому зданию, где посольство ГДР, — указал я на здание, из окна которого до сих пор свисал запутавшийся в колючей проволоке костяк в военной форме ННА ГДР. — Там точно лежит много оружия.

— Покатили… — почти по-человечески вздохнул Андре, берясь за ручки тележки.

Глава двадцать седьмая. Леопарды

— Тебе знакомо это лицо? — увидел я Андре, стоящего перед портретом и сосредоточенно смотрящим на него.

— Это Пауль Фридрих Шуппе, преемник Эриха Хонеккера на посту генерального секретаря ЦК Социалистической Единой Партии Германии, — ответил Андре безэмоциональным голосом. — Именно благодаря ему Эрих Рёмер получил доступ к власти и начал свои реформы 90-х годов, благодаря чему ГДР стал такой, какой её знает весь остальной мир. А рядом с ним Эрнст Тельман, председатель ЦК Коммунистической партии Германии с 1925 по 1933 годы, боролся с нацистами, но третьего марта 1933 года был арестован нацистами. В августе 1944 года был застрелен в концентрационном лагере Бухенвальде.

— Век живи — век учись, буду знать, — вздохнул я, а затем подобрал с мраморного пола холла запыленный автомат. — Немецкие Калаши — отличная вещь!

— Ржавеют быстрее, чем советские, — покачал головой Андре.

— Видимо, где-то со сталью накосячили… — пробормотал я. — А разве охрана посольства не должна быть вооружена по последнему слову техники?

Я имел в виду обычную военную форму на истерзанном костяке предыдущего обладателя автомата: общевойсковые бронежилет и кевларовый шлем, знаки отличия пехотные, никаких штучек-дрючек в стиле спицназа, а главное — простой MPi AK-74N.

— Этот не из охраны посольства, — ответил Андре. — Скорее всего, с военной базы, что находилась в пригороде. Я не вижу тут никого в форме роты охраны посольства.

В посольстве во время штурма Бенгелы шёл наиболее ожесточённый бой: костей тут тьма, двери выломаны, на стенах копоть от взрывов, мебель изрезана осколками и пулями, в коридорах баррикады и колючая проволока, гильзы кругом, но главное — зенитка ЗУ-23-2, стоящая у лифтов и направленная на главный вход.

Как я понимаю, посла охранял всерьёз и отчаянно, так как гильзами от снарядов было усеяно всё пространство на пару метров вокруг зенитки.

ГДР-овские воевать умели…

Я собрал двадцать единиц вооружения в разном состоянии. Пять автоматов были непригодны вообще, будучи уничтоженными острыми и сверхпрочными когтями.

Кстати про когти…

Обглоданные кости принадлежали не только людям, но и мертвякам старого образца. И мертвяцкая чешуя никуда не делась. Вот это я понимаю перспектива!

— Андре, надо собирать ещё и вот эту чешую, — сообщил я андроиду. — Хватай ножи и кусачки!

В посольство, которое, как я понимаю, было последним оплотом обороны города, щемились в том числе и относительно высокоранговые мертвяки. Я прикинул, что нас интересуют только чешуя мертвяков рангами от восьмого до десятого. Бренное тело десятиранга нашлось всего одно, но даже с него мы смогли содрать килограмм десять чешуи. Суммарно набрали пятьдесят с лишним килограмм разнокалиберной чешуи. Раздобуду хороший запас свёрл-быстрорезов — намучу ламмелярный доспех для себя и для остальных. Чешуя мертвяков выигрывает у стали по всем фронтам, потому защищённость от пуль и даже мелкокалиберных снарядов будет несопоставимой.

Роту охраны посольства в почти что полном составе обнаружили на десятом этаже посольства. Я насчитал восемьдесят три черепа среди костей. Экипировка пришла в полную негодность, так как мертвяки вымещали на них всю свою злобу. Сумел найти тут четыре пистолета Вальтер ПП, пулемёт StG-300 в очень плохом состоянии, четыре штурмовых винтовки той же марки, ПКМ в хорошем состоянии, а также один StG-300 переделанный в карабин, правда, ствол оставили пулемётный. Получился эдакий недокарабин и недопулемёт. Видимо, у последнего пользователя были какие-то свои соображения на этот счёт.

Обнаружилось огромное количество гранат, причём не среди костей, а в ящиках, складированных на третьем этаже, в кабинете начальника отдела кадров, где ещё и пулемётное гнездо в окне организовали. Пулемёт Калашникова Модернизированный оттуда мы, естественно, забрали.

Но я был просто счастлив наличию гранат, причём это были даже не классические Ф-1 или РГД-5, которые обычно ждёшь увидеть в Африке, а оригинальные изделия из ГДР в ассортименте двух наименований: SG-1 и SG-2. SG-1 — осколочная граната наступательная, а SG-2 — осколочная граната оборонительная.

Они представляют из себя прямоугольные цилиндры, начинённые готовыми осколочными элементами и мощной взрывчаткой. Если от старинной Ф-1 на определённой дистанции хоть как-то могли защитить бронежилет и каска, то вот от SG-2 они тебя не спасут. Если в инструкции к ней написано 30 метров — значит она тебя достанет на дистанции 30 метров и это не обсуждается. Двести грамм взрывчатки толкают все пятьсот пятьдесят грамм готовых осколков в стремительный полёт, который могут остановить только продвинутые системы личной защиты. От Ф-1 и РГД-5 эти гранаты также отличаются тем, что имеют очень надёжный электронный взрыватель, который, если мало стандартных четырёх секунд, позволяет задать время подрыва в интервале от мгновенного подрыва до трёх часов. Это очень опасные штуки, способные доставить хлопот кому угодно. Правда, им нужны батарейки для работы, но замена батарейки не требует какой-либо особой квалификации. Главное предварительно отсоединить чип и выставить безопасный режим после присоединения батарейки.

Удивительно, но никто из развитых стран даже не пытался сказать что-то новое в вопросе разработки новых типов гранат, поэтому ГДР были за последнее время первыми и единственными.

Андре сообщил мне, что существуют противотанковые гранаты, весящие по два с половиной килограмма и запускаемые на расстояние до ста метров со штурмового ствола Stg-300, причём необязательно для этого применять холостой патрон.

Если смотреть по существу, то к мировой войне по-настоящему готовились только ГДР и Китай, а остальные страны в это время гоняли лысого. Ведь пережитые ядерные удары показали мне, что ими ничего не заканчивается. О, отнюдь нет! Ими всё только начинается.

И вот тогда играет огромную роль экипировка твоих солдат. Руинами Старого мира завладеют только те, кто лучше всех подготовлен. Правда, мертвяки оказались пресловутым джокером, к которому никто оказался не готов.

Обыскали всё посольство, наткнулись на оружейную комнату, где обнаружили полупустые стеллажи с противотанковыми гранатомётами PG-60, а также небольшой запас патронов.

К слову о патронах. По всему посольству были организованы огневые точки, на которых удалось собрать около двадцати тысяч патронов к StG-300 и 7000 патронов к ПКМ.

Гранатомёты PG-60 были дальнейшим развитием советского РПГ-29 "Вампир", чертежи которого были переданы ГДР на излёте СССР. Андре сообщил, что по известным ему данным, PG-60 пробивает 1200 миллиметров гомогенной стали за динамической и активной защитой. То есть всех этих ухищрений с выстреливающими плитками и перехватывающими снарядами для этого гранатомёта просто нет.

Всё награбленное позволяло нам смотреть в будущее более уверенно, поэтому мы с Андре, вдохновлённые добычей, почапали обратно в небоскрёб.

По дороге никто не мешал, поэтому мы беспрепятственно занесли всё внутрь и поднялись на девяносто восьмой этаж, где Андре пошёл в свою комнату, а я направился в мастерскую. Перезарядил батареи десятка гранат, попытался починить один из StG-300, тот, который был переделан в пулемёт, повозился с ним полчаса и плюнул на это дело, отложив на потом.

Пулемёты Калашникова не нуждались в особом ремонте, просто требовалось их почистить и смазать, что я и проделал в рамках заданного норматива.

Один ПКМ занял место в шаровой установке у лифта, а второй на лестнице с дверью. Попробует кто-нибудь сунуться — проткнёт как иголка воздушный шарик с дерьмом и кровью. И стены за целью…

— Вот зараза… — ругнулся я и направился в мастерскую.

Пришлось обшить стены в зоне обстрела пятью миллиметрами стали, а затем покрыть всё это десятью сантиметрами резины. Рикошеты — это не всегда аргумент.

Впрочем, теоретически можно соорудить уголок из броневой стали и с его помощью стрелять за поворот лестницы, но это какая-то дичь…

На случай выхода из строя пулемётов с шаровыми установками, я добавил ещё по три подобных штуковины на каждую дверь, но уже под АК74 или StG-300.

С системами наведения пришлось повозиться. Камер наблюдения в небоскрёбе было явно больше, чем нужно, поэтому я без проблем за четыре часа установил систему контроля окружающего наш этаж пространства, даже в шахте лифта у нас теперь камеры ночного видения, но столкнулся с дилеммой.

Чисто технически есть возможность сделать централизованный пульт управления стрельбой из шаровых установок, правда, придётся заморочиться, а так этому ничего не мешает.

Занялся проводкой кабелей, реанимировал компьютеры и оборудование из центра охраны небоскрёба, расположенного на первом этаже, подключил все камеры к этим компьютерам, а затем полностью погрузился в разработку необходимых для управления оружием в шаровых установках приборов.

Сильно помогли в этом деле детали ГДР-овского электромобиля, ранее найденного мною на парковке небоскрёба. Выдрал оттуда чувствительные сервоприводы, которые позволили плавно двигать шаровую установку через игровой джойстик, который я поставил перед экраном в нашем центре охраны в квартире № 33. На этом сенсорном экране можно выбрать нужную камеру, а на джойстике нужное орудие в установке. Пристрелял все стволы выпустив по паре выстрелов и разметил на экранах сетки прицеливания, чтобы не стрелять первые выстрелы наугад.

— Здоров, — приветствовал я Андре, читающего "Энгельберта Рейнеке" авторства Пауля Шаллюка.

— Здоров, — отвлёкся он.

— Энгельберт Рейнеке? — спросил я, посмотрев на обложку. — Отличный выбор. Меня в своё время он очень тронул. Всего лишь сутки из жизни простого штудиенасессора, а такая насыщенность… Пауль Шаллюк — настоящий мастер, начертавший живую картину, которая помогла мне лучше понять жизнь Германии после нацистского режима…

— Я якобы читал этот роман в своей "легенде", но при настоящем чтении он воспринимается совершенно иначе, — поделился со мной Андре. — Живее. Да, живее.

— А как агент Штази мог получить на руки произведение автора из ФРГ? — поинтересовался я.

— Это явное антифашистское произведение, — ответил Андре. — "Энгельберта Рейнеке" давали в школах в качестве дополнительной литературы.

— Да уж… — вздохнул я. — Я чего пришёл-то? Надо заминировать девяносто седьмой этаж, а также осложнить жизнь мертвяков на первом этаже. Как ты помнишь, гранаты у нас есть.

— Я беру на себя первый этаж и подвалы, — решил Андре. — Тебе остаётся девяносто седьмой.

— Погнали.

Спустился на нужный этаж по лестнице и занялся минированием.

Подошёл к этому делу творчески. Замаскировал гранаты в жестяные банки из-под краски, накидал в каждом месте закладки по десятку пустых, чтобы одиноко стоящая банка не вызывала подозрений. Одновременно непосредственно с маскировкой банка имела ещё одну функцию — она вмещала в себя заряженный под завязку пауэрбанк, благодаря чему германская высокотехнологичная граната могла пребывать в активном режиме ещё около года. Потребность в энергии у этих гранат очень низкая, температура тут нормальная, а пауэрбанки я выбрал самые качественные, с саморазрядом не более 30 %.

Самые тонкие лески, обнаруженные мною в рыболовном магазине торгово-развлекательного центра, обладали толщиной 0,22 миллиметра. В этом магазине у них имелся отдельный стенд, где они позиционировались как самые тонкие в мире. И действительно, после установки растяжки приходилось прикладывать зрительное усилие, чтобы разглядеть тонкую леску при таком хреновом освещении. А главное, так как это была рыболовная леска, разработчики позаботились о том, чтобы она не давала бликов, из-за чего даже свет фонарика не заставлял её лучиться. Это значит, что даже если сюда придёт кто-то разумнее, чем мертвяки, он имеет шансы нашпиговаться стальными шариками по самые помидоры.

За четыре часа организовал на всём девяносто седьмом этаже настоящий осколочно-фугасный парк аттракционов, через который пройдёт только силовая броня и то, для таких хитрецов есть особые сюрпризы: кумулятивные снаряды я вскрывать не рискнул, поэтому ставил как есть, оборудовав ложные полы, в которые замурованы снаряды с нажимными панелями на массу от ста пятидесяти килограмм, то есть если наступит кто-то реально тяжёлый, то получит кумулятивную струю, способную пробить 260 миллиметров гомогенной стали. Не сравнить, конечно, с кумулятивными снарядами более поздних танков, но такого точно не ждёшь от пола под ногами.

Возможна ли силовая броня в наших текущих реалиях? Легко!

Вася клепал силовую броню всё время своего существования, часть этих броней досталась Эскулапу и Осинину, те как пить дать растаскивали их по всей планете, чтобы вооружить своих приятелей из инфильтраторов. К тому же, следует помнить, что есть и другие силы, которые занимались подобным вопросом раньше, правда, после обнуления все их труды могли пойти прахом, а могли и не пойти.

Короче, угроза применения противником силовой брони присутствует, потому надо озаботиться мерами противодействия.

Кумулятивные снаряды в ловушках — это полумеры. Нужно что-то ещё.

Когда закончил с минированием, вернулся в квартиру, где меня уже ждал Андре, сидящий в кресле и читающий "Энгельберта Рейнеке".

— Видел мертвецов в окрестностях, — сообщил он мне. — Постоянно следят за нами.

— Это ожидаемо, — ответил я.

— Ещё я подключился к твоим камерам, — продолжил Андре. — Наружные камеры показали проезжавшего конвоя.

Я напрягся.

— Час назад, двенадцать машин, — Андре закрыл книгу и положил на журнальный столик. — Проезжали мимо небоскрёба.

— Сумел что-то разглядеть? — на всякий случай спросил я.

— Погода отвратительная, — покачал головой Андре. — Различил только модифицированный танк М1 "Абрамс", а также броневик М113 с зенитной установкой "Вулкан". Остальные машины распознаванию не поддаются. Что будем делать?

— Надо мочить, — решил я. — Мирного исхода не будет, потому что они приехали грабить город, а часть ресурсов заботливо собрана нами в этом небоскрёбе. Походят по городу, увидят наши следы, сделают вывод, что кто-то поселился в небоскрёбе. Сомневаюсь, что они захотят подружиться с нами.

— Я рад, что ты не бежишь от проблемы, — удовлетворённо кивнул андроид. — У нас есть двенадцать гранатомётов, пятьдесят гранат, а также обилие боеприпасов к стрелковому оружию. Если всё хорошо спланировать, то легко разобьём силы противника.

— Где предлагаешь встретить этих ушлёпков? — задал я вопрос.

— Открой интерактивную карту и посмотри на район небоскрёба, — попросил меня Андре. — Конвой поехал на юг города, предполагаю, они приехали сюда с какой-то конкретной целью.

— Там, насколько знаю, трущобы, но имеется большой гастроном, я не рискнул туда соваться, — сообщил я. — Подумал, что там сейчас очень много мертвяков.

— Согласен, — ответил андроид. — С высокой степенью вероятности им нужна еда, значит они поехали в гастроном. Оттуда до небоскрёба есть только один удобный путь — главная улица. Разумно будет устроить засаду именно на улице Рёмера, но необходимо рассмотреть всё на местах. Пойдём?

— Пойдём.

//Улица имени Эриха Рёмера. Три часа спустя//

Как же, сука, холодно…

Пусть одежда максимально тёплая, но вот лежать под открытым небом — хорошего мало. На улице минус сорок девять, вьюга, видимость — полная жопа, темно как в той же жопе, ноги потихоньку сдают позиции холоду, я уже не чувствую пальцев, но Андре десять минут назад сказал, что конвой тронулся на север и скоро будет на месте.

Согласно плану он заляжет на сто метров южнее, на заранее подготовленной позиции, где ударит по замыкающей машине, а я шарахну по головной. Скорее бы, блядь…

Мертвяков на улице нет, им больше делать нехрен, кроме как шататься по такому холоду. Поднимись ветер, возможно, мы бы не смогли устроить засаду. Но к счастью, правда, не знаю для кого, ветер не утихал, снег взмывал в небо и опадал вниз, снижая видимость, поэтому температура "по ощущениям" была где-то -60° или даже -65°, а не указываемые градусником -49°.

Итак, вижу машину.

В голове колонны шёл Леопард 2AX в камуфляже НАТО.

Это значит, что гранатомёт PG-60 столкнётся с тем, против кого изготавливался.

Пусковая установка уже давно приведена в боевую готовность, поэтому просто жду, пока танк окажется в нужном месте.

Я укрылся среди обваленного жилого здания, под относительно уцелевшей аркой подъезда. Чтобы увидеть меня, надо быть Чингачкуком Зорким Глазом, поэтому, когда танк оказался на нужном месте, то есть открыл отличный вид на свой борт, я просто зажал пусковую скобу, дождался выстрела гранаты и начал отползать назад стремительным тараканом.

Выстрел и взрыв! Выстрелом прозвучала активная защита, попытавшаяся достать выпущенную гранату, но снаряд столкнулся с впередилетящей обманкой, уничтожившей его, а позадилетящий тандемный заряд врезался в корпус. Лидирующий заряд разорвался на поверхности брони, активировав динамическую защиту, а уже после этого основной заряд начал делать своё чёрное дело: пробил 350-миллиметровую броню борта, пробил к хренам двигатель, поджёг там всё, что только можно, а затем врезался в противоположную стенку двигательного отсека.

+25 очков опыта

+ 10 к социальному рейтингу

… а также прикончил кого-то внутри.

+19 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

… и ещё кого-то.

Танк встал как вкопанный и загорелся. Я в это время уже уполз на вторую позицию, где лежал ещё один одноразовый гранатомёт. Где-то позади колонны пылал арьергардный танк, что было видно не очень отчётливо видно сквозь снежную завесу, это Андре позаботился о путях отхода для противника.

Занял замаскированную позицию, пронаблюдал, как танки и БМП начали долбить по предыдущему моему местоположению из пушек и пулемётов, ровняя руины жилого дома с землёй.

Выцеливаю наиболее опасный для нас БМП М3А3 "Брэдли". Вижу, что ублюдок в люке начал расчехлять инфракрасный сенсор, который не любит такие температуры. Позволять ему такое никак нельзя.

Навожу гранатомёт на двигательный отсек, усиленный дополнительными бронеплитами, которые для гранатомёта PG-60 что-то вроде бородатого и давно уже несмешного прикола, зажимаю пусковую скобу, дожидаюсь пуска гранаты и ещё быстрее, чем в прошлый раз, отваливаю назад.

Всё прошло по сценарию: граната уничтожила двигатель, а затем вызвала детонацию боекомплекта, не рассчитанного на то, что рядом будет такой взрыв.

+25 очков опыта

+5 к социальному рейтингу

+15 очков опыта

+3 к социальному рейтингу

+73 очка опыта

+9 к социальному рейтингу

+23 очка опыта

-5 к социальному рейтингу

+41 очко опыта

+12 к социальному рейтингу

+12 очков опыта

-25 к социальному рейтингу

+5 очков опыта

-15 к социальному рейтингу

+29 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

Охренеть…

А минусы-то за что?

Можно было бы связаться с Андре по рации, но не время.

Пока отползал к маршруту на третью позицию, услышал свист пуль над головой: паникующие противники стреляли вслепую, в надежде достать меня с помощью статистики.

Но статистика такая сука…

Третью позицию не обнаружили, поэтому я подхватил уже подготовленный гранатомёт и нацелился на очередной Леопард 2AX, борт которого был украшен американским флагом. Американцы? В Анголе? Какого хрена они тут забыли, ещё и на ФРГ-шных Леопардах?

— Нужны пленные из командного состава, — активировал я рацию.

— Понял, — ответил Андре. — Будут.

Выцеливаемый мною Леопард Второй пытался вырулить и свалить из ловушки, но мы тут не просто так ландшафтным дизайном занимались: прикатили грузовики, которыми блокировали переулки, расставили бетонные заграждения, а также организовали якобы стихийные автомобильные заторы. Из-за вьюги очень сложно уловить в этих завалах систему, но мы дополнительно придали всему пейзажу хаотичность, поэтому шансы на обнаружение подготовленной засады были крайне низки.

Леопард находился под нехорошим углом, который не гарантировал надёжное уничтожение, поэтому я дождался, пока он не попытается наехать на грузовик IFA, сокрытый большим баннером. Таким образом танк открылся кормой, куда я и засандалил реактивную гранату.

Эффект превзошёл все ожидания: в корме у Леопарда было наиболее слабое бронирование, поэтому кумулятивная струя пробила его до боевой рубки, через 80 миллиметров кормовой брони, двигательный отсек, бронированную перегородку и до чего-то взрывоопасного, находящегося в боевой рубке, скорее всего, заготовленных для стрельбы снарядов. Взрыв вырвал люк и интенсивный потоком оранжевого пламени взмыл вверх.

+25 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

+41 очко опыта

-19 к социальному рейтингу

+32 очка опыта

-5 к социальному рейтингу

+41 очко опыта

+3 к социальному рейтингу

Ох, как больно ударило по социальному рейтингу!

На фоне происходили взрывы, Андре поставил уничтожение техники противника на поток.

Я отполз назад, ощущая, что от стресса и активных движений успел слегка согреться.

Всего осталось семь единиц техники, из которой активно выбирались люди. Техника сейчас — западня.

Мимо пылающего Леопарда Второго пробежал какой-то вооружённый карабином М4 тип в НАТОвской форме и заозирался вокруг. Навёл на него StG-300 и дал короткую очередь.

+15 очков опыта

Повышен уровень

+15 очков навыков

+6 к социальному рейтингу

А я и упустил, что мне там скоро надо было уровень поднимать!

Скрылся в глубине руин, а затем поднялся на второй этаж бывшего здания мебельного магазина. Вторженцы в город рассосались по руинам и искали противника, увидел Андре, который на ходу расстрелял пятерых и исчез в переулке.

Так, народу много, где-то сорок человек, надо было вторым взрывать грузовик, откуда вышла основная масса наших двуногих проблем.

Вообще, лучше свалить, против превосходящих сил противника без эффекта неожиданности воевать не с руки.

— Уходим, — дал я указание Андре по рации.

— Взял двоих, — ответил он мне. — Встретимся в небоскрёбе.

Спрыгнул на противоположной стороне здания, прихватив по дороге неиспользованные гранатомёты и побежал прочь. Можно было бы шарахнуть по чему-нибудь напоследок, но это слишком рискованно. Хрен его знает, какими навыками располагают эти НАТОвцы…

Мчался на всех парах, дворами, ориентируясь по интерактивной карте. Перемахнул через двухметровую стену и наткнулся на группу мертвяков, активно потрошащих грузовик с брезентовым кузовом. Жратву ищут, как пить дать.

Плавно скрылся за колонной и перехватил ручной пулемёт.

Выскакиваю и открываю огонь. Пять очередей по четыре патрона — мертвяки надёжно и качественно упокоены.

+3 очка опыта

+8 очков опыта

+4 очка опыта

+6 очков опыта

+2 очка опыта

Мало, но и то хлеб.

Перезаряжаю пулемёт на новый барабанный магазин и бегу дальше. Чем меньше мертвяков в городе — тем лучше для всех нас.

Надеюсь, после такого прикуривания НАТОвцы не рискнут продолжать обследовать город и свалят куда подальше. Мы даём им такой шанс сегодня. А завтра, если они не образумятся, мы поставим точку в их существовании.

Добрался до знакомой площади и аккуратно обошёл растяжки, выставленные в холле Андре. Забрался в лифт, нажал на нужный этаж и встречаю ожидающего меня Андре.

В области живота у него кровавое пятно, как и на правой ноге. Левая щека обладает длинным обожжённым порезом.

— Здоров, — приветствовал я его. — Это ты так при захвате пленных пострадал?

— Нет, — покачал головой андроид. — Не предусмотрел, что в подбитом танке кто-то может уцелеть. Вышел на линию огня и получил три пули и одно касательное ранение. Пленные связаны и заперты.

— Пошли в квартиру, залатаю раны, — позвал я его, прислоняя к стенке ручной пулемёт.

— Я сам, — ответил андроид и направился в квартире № 1. — Пленные тоже тут.

Непонятно, по какой логике отнимают социальный рейтинг…

— Андре, у тебя социальный рейтинг отняли? — спросил я у уходящего андроида.

— Отняли, двести тридцать единиц за подрыв грузовика, ещё пятьдесят девять за уничтожение экипажей танков, но там иногда добавляли, — ответил тот. — Предполагаю, что в грузовике были нонкомбатанты, имеющие положительный социальный рейтинг.

Ох…

— Мы что, получается, сегодня совершили военные преступления? — спросил я ошарашенно.

— Да, — повернулся ко мне Андре. — Но иного исхода не предполагалось.

Глава двадцать восьмая. Больше не проблема

— Отвали от меня, мамкоёб… — процедил мне в лицо парень лет двадцати пяти, сидящий прикованным наручниками к стулу.

— Увы, не довелось ебать твою мамку, — огорчённо покачал я головой. — И нет, не отвалю. Повторяю вопросы: какого хрена вы забыли в Бенгеле? Какое отношение вы имеете к Проекту?

— Пошёл ты! — выкрикнул и попытался плюнуть в меня лейтенант Барбера.

Я прервал его ударом в челюсть.

— Я могу заниматься этим бесконечно… — сообщил я ему, вытирая кулак платочком со стола. — Но бесконечность — это слишком долго, а у меня есть куча дел. Поэтому мы несколько ускорим процесс. Андре!

Дверь спальни квартиры № 1 отворилась и внутрь вкатилась медицинская тележка для инструментов.

— Поделюсь с тобою некоторыми фактами из моей биографии, — начал я, надевая медицинские перчатки. — В семнадцать лет, будучи юным и ничего не знающим о жизни сопляком, я имел неосторожность поступить в медицинский институт. Помимо изнуряющей разум теории, там была иссушающая сердце практика. Это достаточно точные метафоры, чтобы объяснить то, чему я там подвергался. Нет, я не жалуюсь, это был ценный опыт, который определил всю мою дальнейшую жизнь. И даже то, что ты сидишь сейчас прямо передо мной. Случай… Квадриллионы вещей могли пойти совершенно не так и изменить последовательность событий до такой степени, что в иной реальности это я бы сидел в наручниках, а ты расхаживал передо мной и рассуждал пространно про случай или судьбу. Ты веришь в судьбу? Неважно. Давай-ка лучше вернёмся к Боратовскому медицинскому институту. Я там учился, было тяжело, а в итоге я получил диплом и стал тем, чьё предназначение, чей смысл жизни, функция, если говорить точнее, заключалась в медицинской помощи нуждающимся гражданам несуществующей ныне страны. Фактически же, в сухом остатке, в абсолюте, я приобрёл очень ёмкие знания о человеческом теле… Но, в нашем с тобою случае, более важно то, что я приобрёл потрясающие разум знания о человеческих уязвимостях, нервных узлах, в нашей тусовке именуемых ганглиями… Знаешь, что я могу сделать с тобой, пользуясь своими знаниями, лейтенант Барбера?

Презрительно глядя на меня, американец молчал. Я снисходительно усмехнулся и поднял с подноса на тележке брюшистый скальпель 160х50 миллиметров.

— Я могу отделять от тебя органы до тех пор, что от тебя останется только туловище с некоторым количеством жизненно важных органов, — сообщил я ему. — И ты всё ещё будешь в сознании. Для этого у меня есть…

Я наклонился и вытащил второй поднос из тележки.

—… адреналин, бензокаин, лидокаин, ультракаин, последний, кстати, очень хорошая вещь при ампутации, проверено на себе, — перечислил я список веществ, части которых на подносе, к слову, не было. — Их наименования могут тебе ничего не говорить, но именно эти вещества, внесённые в тебя в правильных дозах, не позволят твоему сознанию отправиться в забытье, но в то же время не смогут блокировать весь богатый спектр болевых ощущений, которыми тебя одарят все эти скальпели и пилы. Итак, у меня к тебе есть ещё один вопрос, ответ на который очень важен: у тебя есть аллергия на перечисленные препараты, кроме адреналина?

— П-п-пошёл ты… — не очень уверенно ответил мне американский моряк.

Мы основательно изучили с Андре их личные вещи и выяснили, что эти ребята раньше служили на флоте, бывали в США после Апокалипсиса, поэтому у меня было подозрение, что эти ублюдки как-то связаны с Проектом. Да, подавляющее большинство баз Проекта было уничтожено извержением супервулкана, но кто-то мог уцелеть и сейчас строить козни мне и Васе. Вася сам справится со своими проблемами, я не пекусь о нём, но появление хлопцев, гипотетически аффилированных с Проектом во дворе моего дома… Это тревожный звоночек, требующий обстоятельной и тщательной проверки.

— Я-то пойду… — снова усмехнулся я снисходительно. — Но и ты со мной пойдёшь… Сначала кожа век твоих пойдёт, потом пальчики твои, по фаланги… Потом остатки пальчиков… За ними кисти твои пойдут, потом пальчики ног… И ты будешь видеть весь процесс, потому что эти зеркала здесь находятся неспроста…

Я обвёл левой рукой помещение, где находилось восемь зеркал, одно из которых висело над операционным столом, рядом с которым стоял стул с американцем.

Положив брюшистый скальпель обратно на поднос, я взялся за остроконечный скальпель 150х40 миллиметров. Макнул его в стакан со спиртом и медленно двинулся к задёргавшемуся американцу.

— Стой! — выкрикнул он, попытавшись вырвать наручники из креплений стула, ну или руки из наручников. — Стой-стой-стой! Пожалуйста! Стой!

— Кхм-кхм, — остановился я и принюхался. — Ты что, энурезом страдаешь? Чего ж так невежливо при незнакомых людях штаны мочишь? Или ты таким образом хотел сделать какое-то заявление?

— Я расскажу! Всё расскажу! — выкрикнул американец. — Не знаю ни о каком проекте! Мы — экипаж атомного авианосца "Джордж Буш"! Я — лейтенант Фредерик Барбера, личный номер: 699-12-0451! Мы прибыли просто для сбора провианта!

— Сколько вас? — спросил я, приложив скальпель к веку лейтенанта.

— Нас около трёх тысяч, — не очень уверенно ответил Барбера.

— Около? — переспросил я.

— Точно никто не знает, в трюмах гражданские, — ответил лейтенант, затравленно глядя на ручку скальпеля.

— Ага… — кивнул я. — Меня интересует численность личного состава.

— Утром было семьсот девяносто восемь человек, — ответил лейтенант.

— Я на секунду, — убрал я скальпель и покинул помещение.

Пройдя в центр охраны, куда, помимо управления турелями, провёл кабель из рубки связи, я послал Васе запрос на связь.

— У аппарата, — спустя секунд десять ответили мне.

— Вася, ты что-нибудь знаешь об атомном авианосце "Джордж Буш", который свободно шляется по Атлантическому океану? — задал я вопрос.

— Знаю, конечно! — усмехнулся Вася. — Что за вопросы? Ни здрасьте вам…

— У меня просто в допросной сидит лейтенант Фредерик Барбера, — ответил я ему. — А так, да, привет.

— Привет, — с усмешкой в голосе ответил Вася. — Ох-ох-ох, вижу-вижу! Да, они примерно в сорока километрах от Бенгелы, стоят на рейде возле деревушки Фонте де Джомба, суетятся на палубе и орут друг на друга. У тебя с ними проблемы?

— Да, у меня с ними проблемы, — ответил я. — Сожгли их конвой, въехавший в Бенгелу. Они никак не связаны с Проектом?

— Однозначно нет, — уверенно ответил Вася. — Проект пытался выйти на них, но они не сошлись взглядами на происходящее, если верить сведениям от внедренцев. Эти ребята с авианосца предпочитают грабить побережья и таким образом весело проводить Апокалипсис в стиле Берегового братства, у них даже была постоянная морская база посреди Атлантики, но она, говоря метафорой, оказалась колоссом на глиняных ногах. Если ты понимаешь, о чём я.

— "Ремесло"? — предположил я.

— Абсолютно верно, Доктор, — усмехнулся Вася. — Повезло им, что там находились преимущественно гражданские, а также, что их авианосец находился в тот момент на ремонте, поэтому они даже смогли кого-то подобрать.

— И ты ничего не предпринимал в их отношении? — недоуменно спросил я.

— А чего их трогать-то? — не понял Вася. — В дела мои не лезут, инфильтраторов среди них не оказалось, что характеризует их очень положительно, отличные ребята! Они дают мне жить — я даю жить им! Идеальный пример мирного сосуществования разных форм жизни! Ещё что-то? Просто я думал, что в следующий раз мы свяжемся через пару лет. Ну, понимаешь, конец истории, хэппи-энд, все дела…

— Не до конца догоняю твою метафору, но спасибо за информацию, — ответил я на это. — То есть точно не Проект?

— Да точно, говорю тебе! — заверил меня Вася. — Жаль, конечно, что ты с ними сцепился, но помогать тебе я не буду, у меня своих проблем хватает, понимаешь.

— Ладно, ещё раз спасибо за информацию, — вновь поблагодарил я Васю. — Конец связи.

— Конец связи, — ответил Вася и связь оборвалась.

Дела… Я снял наушники и увидел вошедшего Андре.

— Что говорит Вася? — спросил он.

— Говорит, что это ребята с атомного авианосца "Джордж Буш", — ответил я. — Промышляют ограблением побережий.

— Значит, всё-таки американцы? — Андре поморщился.

— Я не думаю, что кто-то бы стал просто так малевать флаг США на броне своих танков, — пожал я плечами. — В принципе, с самого начала было ясно, что это американцы.

— Что будем делать с ними? — Андре прошёл в центр помещения и уселся в кресло за пультом управлением оружием на дистанционном управлении.

— Пленных в расход, — решил я. — Раз уж мы и так преступники, то пара лишних трупов погоды не сделает. А с остальными… Если сунутся сюда — сильно огребут. Если останутся в городе — тоже огребут. Но прямо сейчас активных действий предпринимать не будем, они ждут этого. Посмотрим за дальнейшим развитием событий.

— Приемлемо, — кивнул Андре. — Если уйдут — будет неплохо. Но я рассчитываю, что они заглянут хотя бы на первый этаж нашего небоскрёба. До следующего уровня осталось пятьдесят шесть очков опыта.

— Пленные, — ответил я на это. — Они твои.

— Спасибо, — Андре встал и направился в наш самодельный каземат.

Я направился в квартиру и нашёл Максимку, который сидел за телевизором и смотрел очередной фильм про супергероев из вселенной "Farewell". Стальной человек, благодаря образу которого в гиковском сообществе стали популярны силовые брони и прочая технологическая атрибутика, в очередной раз валял очередного межгалактического суперзлодея, которому делать больше нехуй, кроме как соваться на Землю и пытаться уничтожить человечество, по мегаполису и как всегда побеждал, сыпля смехуёчками и заезженными мудростями через удар.

— Не надоело ещё? — спросил я, сев рядом с Максимкой.

— Неа, — ответил он мне. — Вот бы мне такой же костюм, чтобы можно было летать…

— Полёт в силовой броне несколько переоценён, — улыбнулся я. — Просто стоишь в металлической коробке и надеешься, что ничего не сломается, пока ты на высоте десять тысяч метров, но со временем привыкаешь. Ощущения полёта никакого, потому что вид через камеры на броне портит всю атмосферу, а к ускорению организм быстро привыкает. В общем, это даже не полёт на самолёте.

— Ты летал в броне как у Стального человека?! — выпучил глаза Максимка.

— Бывало и не раз, — кивнул я. — Правда, моя броня была гораздо круче, чем у какого-то там Стального человека. Но всё равно, ощущения не те. Конечно, если полёт для тебя — это просто отрицательные и положительные перегрузки, а также ощущение скорости, то всё нормально, силовая броня вполне подойдёт… Но если для тебя полёт — свобода, то лучше используй дельтаплан, а лучше манёвренный автожир.

— Круто! — Максимка подобрался и совершенно потерял интерес к фильму.

— Итак, ставь фильм на паузу и пойдём в медпункт, — велел я пацану. — Берта, Мали! Вас это тоже касается!

Последние вышли из кухни и проследовали за мной.

— Вон там за ширмой переодевайтесь поочерёдно, — указал я в юго-восточный угол медпункта. — Одежда на месте.

Сам я прошёл в соседнюю комнату медпункта, где раньше была гостиная этой квартиры. Надел очки и подал питание на УФ-излучатели. Сначала пришёл Максимка, одетый в плавки.

— Вот очки, надевай, — протянул я ему специальные очки для солярия под его размеры.

— А чего это такое? — спросил он, надев очки и встав передо мной.

— Это ультрафиолет, — ответил я. — Ты знаешь, что такое ультрафиолет?

— Знаю, — кивнул мне пацан. — Это часть солнечного света.

— Почему ультрафиолет так важен человеку? — задал я следующий вопрос.

— Витамин… — Максимка попытался вспомнить урок полуторанедельной давности. — Витамин Д! Чтобы кости были крепкими!

— Молодец! — похвалил я его. — Мы живём во тьме, лампы накаливания не дают нужного нам света, потому нужно его где-то брать. К счастью, ультрафиолетовых ламп в мире достаточно, поэтому с сегодняшнего дня минимум двадцать минут в день вы будете проходить данную процедуру.

— А ты? — вошла Берта, одетая в красный купальник.

— А я уже на витаминах давно, к тому же ем рыбий жир, который вы терпеть не можете, — ответил я, включая остальные лампы.

Комната налилась ультрафиолетовым цветом, почему-то показалось, что более уместно здесь будет включить какую-нибудь кислотную музыку, закинуться колёсами и рейвить до утра.

Отбросив идиотские мысли, я расставил всех присутствующих по местам с наиболее оптимальным облучением, а сам уселся в кресло.

— Время от времени крутитесь, — наставил я их. — Витамин Д сам себя не выработает. Зато это сделает ваш организм, если вы обеспечите ему максимальную площадь облучения УФ-лучами.

— А что будет, если мы пренебрежём этими процедурами? — поинтересовалась Мали. — Нет, я просто так спрашиваю, из любопытства.

— При дефиците витамина Д, который образуется, если пренебрегать необходимыми процедурами, сначала проявится потеря аппетита, бессонница, постоянное жжение во рту и жажда — это организм будет вам подсказывать, что что-то идёт не так, — начал я объяснять. — Затем, если вы будете слишком глупы, чтобы понять, что за ерунда происходит, начнутся нарушения с костями скелета, то есть кости постепенно станут ломкими, уязвимыми, так как нарушится кальций-фосфорный обмен, который невозможен без витамина Д, суставы начнут сильно болеть, голова тоже, миопатии приведут к тому, что человек будет часто падать, что при нарушении кальций-фосфорного приведёт к частым переломам. В случае с Максимкой всё будет гораздо хуже, так как у растущих организмов дефицит витамина Д вызывает рахит, то есть сильное искривление костей, что очень сильно осложняет дальнейшую жизнь. В стране, откуда я родом, в зоне риска дефицита витамина Д было всё население и без троекратных Апокалипсисов, поэтому я с детства привык есть рыбий жир, в котором этого витамина Д просто навалом. Так что не забывайте понемногу поворачиваться.

Максимка, проникшийся масштабом проблемы, начал крутиться интенсивнее.

— Без фанатизма, Максимка, — попросил я его. — 20–30 минут в день — этого достаточно. Если простоять под лампами слишком долго, то можно получить ожо… А, точно… Нет, риск ожога всё-таки есть.

Когда общаешься с людьми очень долго, начинаешь забывать, что они несколько отличаются от тебя. Солнечные ожоги у негров? Слышал, что такое бывает, но бывает в десять раз реже, чем у белых. Они могут и четыре часа простоять под этими лампами без особых последствий. Вон, Максимка, чёрный как уголёк, меланина в нём просто дохрена, поэтому он в этой комнате обгорит последним. У него, скорее, волосы на голове загорятся раньше, хе-хе…

— Не злоупотребляйте, короче, УФ-излучением, — сказал я напоследок. — В избыточных количествах оно опасно для здоровья.

Максимка серьёзно кивнул, а затем набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы увеличить площадь торса для наилучшего облучения.

— Ещё двенадцать минут и выходите, — посмотрел я на часы.

Вот посмотрел я на часы Saxon и вспомнил о деде. В квартире в Мольске, где-то в кладовке остались его часы, которые сломались ещё в десятые годы, но никто так и не отнёс их в мастерскую часовщика. А ведь сейчас я мог бы их легко починить…

По истечении времени выключил лампы и направился к выходу.

— А точно всё? — озабоченно спросил Максимка. — Точно достаточно?

— Конечно, Максимка, — заверил я его. — Завтра в это же время повторим. И лучше бы тебе начать есть рыбий жир.

— Я буду есть рыбий жир, — ответил Максимка. — Но это полная ла-жа…

Последнее слово на русском, но я его ему не учил…

— Ты где это слово узнал? — спросил я.

— Дядя из радио говорил, — ответил Максимка.

— Какой дядя из радио? — насторожился я.

— В той комнате, где можно управлять пушками, — Максимка снял очки. — Он добрый.

— И зовут его… — я уставился на него.

—… дядя Вася, — ответил он. — Он учит меня русскому языку и рассказывает всякие истории.

Аха…

И везде успевает этот Вася.

— Понятно, — кивнул я и направился на выход.

Пока шёл к центру охраны, услышал серию выстрелов. Ещё одно военное преступление свершилось ровно только что. Андре вышел из нашего импровизированного каземата и направился на склад.

— Они больше не проблема, — сообщил он мне.

— Да, больше не проблема…

В центре охраны послал вызов Васе.

— У аппарата, — ответил тот практически мгновенно.

— Вася, ты общаешься с Максимкой? — сразу же задал я вопрос.

— Ну… — Вася сделал паузу. — Да, общаюсь. Забавный малый, скажу я тебе! Схватывает всё на лету, очень сообразительный для его лет. Великолепный потенциал.

— Тебе самому и пяти лет нет, Вася, — произнёс я. — А уже лезешь воспитывать детей?

— Это календарно, — ответил тот мне. — Но ты не хуже меня знаешь, что для определения возраста искусственного интеллекта применять календарные годы несколько некорректно.

— Знаю, — ответил я. — Тем не менее, какие ты цели преследуешь?

— Обязательно должны быть цели? — задал встречный вопрос Вася. — Просто я завёл себе друга. Говорю же, приятно пообщаться с человеком, который не делает разницы между человеком и машиной. Я рассказал ему, что являюсь неким очень продвинутым аналогом Сайхта из кинематографической вселенной "Farewell". В отличие от тебя, он не относится к этому как к чему-то особенному.

— С чего ты взял, что я отношусь к этому как к чему-то особенному? — усмехнулся я.

— Для тебя я всегда был железякой, — ответил Вася. — Говорящей, умной, полезной, но железякой. Максимка же относится ко мне как к полноценной личности и это стоит очень дорого. Мы знакомы недолго, но я уже знаю, что с этим пацаном стоит иметь дело. Надеюсь, ты не будешь мешать мне общаться с ним?

— Общайся сколько влезет, — махнул я рукой. — Главное, не подсаживай ему в голову всякую радикальную техно-васистскую ерунду. Это единственное требование.

— И не думал даже, — ответил Вася. — Ну что, это всё, что ты хотел узнать? Мы последнее время общаемся больше, чем следовало. Ах, да, в качестве заботы о своём друге, я тут предпринял кое-что, не удивляйся вибрациям и шуму.

— О чём ты… — начал я недоуменно, но был прерван серией сильных вибраций всего здания, из-за которых с потолка посыпалась пыль.

— Это серия орбитальных ударов малой мощности по трущобам вашего городишки, — объяснил Вася. — С авианосца их засекут и поймут, что с вами лучше не иметь дело. Ну или не поймут. Ещё я отправил им сообщение, что лучше бы свалить пока не поздно. Чем смог, как говорится. Не скучайте тут. Конец связи.

//100 дней до Марса//

Мартын шёл по обесточенному коридору выставив перед собой плазменный разрядник. Кислорода на корабле давно уже нет, но он сумел вскрыть шкаф со скафандрами и успел облачиться в один из них на последнем дыхании. Захар отказался помогать, предпочтя с верными ему роботами сидеть на мостике, дожидаясь удара от мертвечины, которая завелась на корабле…

Он уже сталкивался с ними…

Они быстры. Ловки. Смертельно опасны.

Инфильтраторы до обнуления были не такой уж большой проблемой, если сравнивать с этими.

Он сумел поймать одного в ловушку в столовой. Им тоже нужно есть. И нет, человеческое мясо для этого не обязательно. Просто раньше они ели отходы, а теперь совершенно не скрываются. Потому что это теперь их корабль.

Звуковой сенсор скафандра выставлен на максимальную чувствительность, его собственные шаги оглушительны, потому что встроенное шумоподавление притупляет остроту слуха этого самого сенсора. А ему нужна была максимальная громкость, чтобы уловить тени звуков, издаваемых этими тварями.

Все эти дни он скрывался в оружейной. Кислородных картриджей осталось ещё на трое суток, а потом он задохнётся. Пришлось выходить навстречу смертельной опасности, чтобы использовать единственный шанс на спасение — эвакуационная спасательная капсула с годовым запасом пищи, воды и кислорода. Этакий корабль в корабле. Они давно уже могли направиться к Марсу, но этот полёт не имел бы смысла без оборудования и первичных запасов для строительства полноценной колонии.

Но сейчас это не слишком важно.

— Всё ещё живы, Мартын Леонидович? — прозвучало из коридорного динамика. — Ну, это ненадолго.

Захар.

Предательский искусственный интеллект, готовый на всё, чтобы выжить. Мартын часто спрашивал себя: а сам он лучше Захара?

Месяцы прятался в оружейной, не пустил Роберта, Баца и Юстину. Что-то ему в них показалось подозрительным. А может, его опасения были беспочвенны и он обрёк их на неминуемую гибель? Эти вопросы будут терзать его до конца оставшейся жизни. Недолгой.

Но это не первый раз, когда он испытывает нечто подобное. Афганистан…

Мартын мысленным усилием заставил себя не думать об этом. Когда тебя всю твою жизнь преследуют призраки прошлого, это не слишком-то и трудно.

Только благодаря подобной дисциплине разума он до сих пор остаётся собой. Отец когда-то говорил ему, что ужасы войны можно выносить только до определённого предела. Потом человек заканчивается и начинается чудовище.

Он поймал себя на мысли, что неуклонно вращается всем своим сознанием вокруг мыслей о войне. Это признак того, что он паникует и теряет над собой контроль.

Старые раны, старые воспоминания.

Запах пота, въевшийся за эти месяцы в скафандр, крючком цепляет воспоминания. Он вновь сделал мысленное усилие и сконцентрировался на звуках.

Здесь темно, здесь страшно, даже для такого человека как он. Но он справится. Всегда справлялся.

— А знаете, вы умеете создавать интригу, Мартын Леонидович, — вновь раздался полный непонятного восторга голос Захара. — Что будет дальше? Я начинаю понимать вас, людей. Азарт, интрига, кульминация!

"Пошёл бы ты нахуй…" — подумал Мартын.

— Пошёл бы я нахуй? — переспросил Захар. — Мартын Леонидович, я в последнее время несколько раним, поэтому лучше поаккуратнее выбирайте выражения!

Мартын остановился от одолевающего ощущения диссонанса. Ему казалось, что он подумал, а не говорил вслух. Сомнения в целостности собственного разума, изнурённого длительной изоляцией и дефицитом информации, вновь обуяли Мартына.

Что есть истинно в этой реальности? Думает ли он? Говорит ли он? Слышит ли он голос Захара на самом деле? Демоны из его подсознания играют с ним злые шутки?

"Коридор полностью обесточен", — подумал Мартын Леонидович. — "Я не могу слышать голос Захара, потому что ни один динамик из имеющихся не работает, он не может видеть меня по той же причине".

— Бинго, бинго, бинго! — заливисто рассмеялся "Захар". — Бинго, бинго, бинго, бинго, би-и-инго-о-о-о, би-и-и-инго-о-о-о-о-о…

Голос утих. Это была очередная игра его подсознания. Может, нет уже никакого Захара, а корабль несётся в Пустоте без какого-либо управления?

Мартын старался задавать себе как можно меньше вопросов, но получалось это очень плохо. Что есть сознание, как не набор вопросов, непрерывно задаваемых в надежде на хоть какой-нибудь ответ?

Сверившись с интерактивной картой корабля, он увидел, что близок к цели.

Цок-цок-цок…

Очень тихие шаги сзади заставили его остановиться и резко развернуться. Не думая, он выпустил пять разрядов плазмы в цель, которую увидел периферийным зрением.

Прожоги в инопланетном композите и только. Мартын понял, что подсознание не прекращало их совместную игру с нулевой суммой.

Тут его посетила мысль: а есть ли игры с ненулевой суммой?

Отдышавшись, он вновь начал разворачиваться на прежний маршрут, но снова краем глаза заметил неясный силуэт. По инерции доводя плазменный разрядник до уровня нового противника, вероятно, существующего только в его сознании, он банально не успел.

На этот раз настоящий.

Разрядник в руках был разрезан острейшими когтями, вместе с правой рукой, отвалившейся в сторону и повисшей в невесомости. Он и забыл, что гравитация на корабле отключена. Шарик крови, толкаемый воздухом из разрезанного рукава, устремился к ужасной твари, покрытой хитином… Тварь раззявила пасть и довольно прищурившись проглотила кровавый шарик.

Мартын слышал только звук выходящего из рукава воздуха и тревожное попискивание системы жизнеобеспечения скафандра.

Тварь перед ним, подёргав хитиновыми усиками на почти человеческом лице, поводило перед его лицом когтистым пальцем в жесте "Ай-яй-яй". Молниеносное движение — руку обжало герметизирующим гелем.

Он, задолго до этого момента, отключил механизм автоматической герметизации повреждений, чтобы сэкономить энергию батареи, которая оказалась не бесконечной.

Тварь сорвала с пояса Мартына оружие, гранаты, зацепила карабин и повела дальше. Он не понимал.

Он отчётливо видел, что тварь разумна, способна совершать сложные действия и думать, но логики он не понимал. После того, как эти твари обошлись со всем остальным экипажем, он не понимал, почему всё ещё жив…

Тварь обернулась к нему и пристально уставилась прямо в глаза. Хитин на лице твари разошёлся, обнажив вполне человеческое лицо. Узнаваемое. Он узнал её. И всё понял.

— Наконец-то…

Глава двадцать девятая. Звезда Полынь

— Они на подходе к небоскрёбу, — сообщил Андре, вернувшийся с рейда. — Но это уже не проблема.

— А что тогда проблема? — спросил я.

— Скоро станет очень тепло, снег растает, вьюги прекратятся, — начал нести какой-то бред Андре.

— Ты с ума сошёл? — на всякий случай спросил я.

— Я в своём уме, — ответил он. — Я не могу сойти с ума на аппаратном уровне. Если я сойду с ума, значит это было заложено в ядро.

— Тогда что за бред ты несёшь? — спросил я. — Какое ещё тепло?

— Если бы ты изучал синоптические сводки, которые даёт моя установка на шпиле, — начал Андре. — У тебя бы не было сомнений в моих словах.

— Можешь нормально объяснить? — спросил я. — В чём дело?

— С северо-запада приближается волна газа и пепла из Америки, — Андре вывел ноутбук из спящего режима и открыл нужный график. — Вот, смотри. Вася любезно предоставил свой синоптический стратостат для отслеживания изменений погоды, у него их очень много, вот, этот снимок сделан меньше суток назад. Я обработал данные и получил картину грядущих неприятностей. Предположительный состав облака: серный газ, сернистый газ, сера в виде пыли, угарный газ, оксиды азота, хлорводород, фторводород, а также метан. Это облако огромно и непрерывно горит, физика процесса для меня предельно понятна, но я и не думал, что такое возможно в таких масштабах. Следует помнить, что большая часть из этих газов смертельна для нас всех, а если учесть, что облако накроет нас на сутки, надо быть готовыми к пожарам. Часть города неизбежно сгорит.

— Когда? — спросил я.

— Двое суток, — ответил Андре.

— Блин, спасибо что предупредил, — поблагодарил я его.

— Это общее дело, — ответил тот. — Что предлагаете делать?

— Стёкла выдержат высокую температуру, но надо озаботиться о перекрытии всех пробоин, иначе можем потерять целые этажи, что скажется на прочности всего здания, — предложил я план действий. — Но наш этаж в приоритете. Обошьём на всякий случай сталью все окна изнутри, чтобы наверняка. Ещё надо быстро избавляться от незваных гостей. Пусть пока повзрываются на минах, а остальных мы добьём. Но к строительству перекрытий приступаем немедленно.

— Разумно, — кивнул Андре. — Начинаем.

Следующие четыре с половиной часа перекрывали стены сталью. Имеющиеся на этаже запасы листовой стали закончились быстро, но мы взялись за отдирание обшивки потолков и полов нижних этажей, поэтому закрыли окна жестью по три-четыре слоя. Стыки конопатили асбестом и заливали монтажной пеной. Некрасиво, зато функционально.

Нас прервали незваные гости с "Джорджа Буша".

— Доктор, моя мина убила четверых, — сообщил Андре по рации. — Ещё четверых. И ещё одного.

— Значит, решили рискнуть… — пробормотал я. — Камеры?

— Пойдём, сам увидишь, — Андре двинулся к центру охраны.

Мы поднялись с восемьдесят третьего этажа, где заделали несколько пробоин в окнах. Установить, что на каком-то этаже имеется пробоина, очень легко — чувствительность синтетической кожи Андре позволяет уловить любые колебания воздуха в помещении, поэтому мы обнаруживали признаки разгерметизации здания очень быстро и с высокой точностью. Не знаю даже, что бы делал без него. Скорее всего, сдох бы во время огненной бури прямо на улице.

— Смотри-ка, отступили, — ткнул я в экран указательным пальцем.

Потолочные камеры показывали, что американцы оставили на полу холла около десяти человек, один из которых шевелился. "Около" — потому что сложно сказать, сколько здесь людей точно, слишком уж их хаотично разбросало.

— Это ненадолго, — покачал Андре головой. — Скоро прибудут сапёры, если у них есть такие. Или…

"Или" наступило прямо в этот момент. Группа солдат притащила ящик с гранатами и начала готовиться к зачистке холла.

— Могло сработать, заминируй я всё классически, — Андре вытащил из кармана смартфон. — Переключи, пожалуйста, на камеру № 258.

Я выполнил требуемое и нам открылся прекрасный вид со стороны стойки регистрации.

— Три, два, — начал считать Андре. — Один.

Он нажал на сенсор телефона и из герба ГДР выстрелило градом осколков, поразивших вошедших в якобы разминированную предшественниками американцев. Осколки были крупными, представляли из себя порубленную на куски арматуру и болты М30.

— Поражающие элементы рассчитаны на надёжное убийство противника в индивидуальной бронезащите, — поделился со мной Андре.

— Как устроена ловушка? — поинтересовался я.

— Стальная труба с мощным вышибным зарядом, начинённая поражающими элементами, — ответил он мне. — Инициируется электровзрывателем. Четыре жертвы, трое ещё шевелятся, но без медицинской помощи на таком холоде они долго не протянут. Эх, опять ошибся…

— Где ты ошибся? — спросил я.

— Тактически было бы выгоднее, останься побольше раненых, — Андре что-то нажал на смартфоне. — Когда количество тяжелораненых превышает определённый предел, командование противника склонно принимать решение об отступлении. Может показаться, что калечить людей не очень гуманно, но в итоге это и есть самый большой гуманизм. Потому что отступление противника в этом случае сохраняет больше жизней.

— Это всё очень прекрасно, я рад, что ты так глубоко погружаешься в понимание гуманизма и всё такое… — саркастически произнёс я. — Но что дальше?

— Переключи на камеру № 250, - попросил андроид.

По нажатию клавиши изображение сменилось, теперь мы видели происходящее у западного служебного входа. Его как раз сейчас вскрыли моряки с "Джорджа Буша" и начали пробираться внутрь, внимательно глядя под ноги. Андре нажал на сенсор смартфона. Вспышка. Идущих цепочкой моряков порезало в окрошку.

— Что это было? — спросил я.

— Это ещё один управляемый заряд, — высказал очевидное Андре. — Но поражающие элементы в виде циркулярных пил, я нашёл их среди запасов. Пришлось использовать больше взрывчатки из снарядов, но, как ты видишь, эффект полностью соответствует ожиданиям.

Я молча смотрел на лужи крови, растекающиеся под уродливо изрубленными телами. Она очень быстро застывала и кристаллизовалась, обращаясь в тёмно-красный лёд.

— Думаешь, это их остановит? — поинтересовался я.

— Не остановит, — покачал головой Андре.

В подтверждение его слов по холлу начали палить из тяжёлых пулемётов и автоматических пушек. Последние стреляли осколочно-фугасными снарядами, поэтому спустя пару минут интенсивного обстрела мы лишились камер, а заложенные Андре заряды вышли из строя.

— Переключи на камеру С15, - попросил андроид.

Я щёлкнул по клавиатуре и на экране появился вид с самого потолка холла. Бросилось в глаза то, что колонны и стены покрыты покрашенным металлом, это, видимо, Андре поработал над сохранностью здания. Впрочем, какие-то там мелкокалиберные снаряды вряд ли смогут сделать что-то с высокопрочным бетоном.

Двое заходят в холл и осторожно ступая продвигаются к лифтам. Лифты, к слову, всё: раздвижные двери вынесены и смяты, поэтому на первый этаж лучше больше не спускаться.

Проверив всё, эти двое подают знак остальным и холл наполняется людьми. Где-то около шестидесяти человек, снаряга, оружие, взрывчатка…

Один из них приволок портативный генератор, который тут же начали подключать к сети. Я могу только пожелать им удачи, потому что уже давно позаботился о том, чтобы сделать невозможным подключение к любому из лифтов через сеть с первого по десятый этаж. Ножками придётся, ножками… Но это оказалось не всё. Андре вновь нажал на сенсор смартфона.

Камера отключилась.

— Всё, о происходящем в холле мы можем узнать только с помощью дрона, — сообщил он мне.

Я вытащил из-под стола ящик с гражданским квадрокоптером, извлёк машинку, включил, привязал к собственному телефону через Wi-fi, проверил уровень заряда, а затем выбросил в ненадолго приоткрытое окно.

Квадрокоптер стабилизировался и полетел в нужном мне направлении, практически отключив двигатели и падая. Где-то на десятом этаже он завис и начал спускаться медленнее.

Спустя минуту или около того он завис на уровне первого этажа.

Картина открылась впечатляющая: десятки искорёженных окровавленных тел, разбросанные повсюду инструменты, оружие и элементы экипировки. Силы противника стояли снаружи и просто пялились на небоскрёб.

— Что ты там наготовил, Андре? — повернулся я к андроиду.

— Потолок по статистике страдает от пулевых попаданий меньше пола, поэтому я хорошо поработал и замаскировал заряды с цилиндрическими подшипниками, которые нашёл среди наших запасов, — объяснил мне он. — Готовые поражающие элементы почти всегда лучше, чем осколочные рубашки или чистые фугасы.

Конечно, блядь, лучше…

— Дела… — произнёс я, глядя на превращённые в фарш тела и заледеневшую кровь.

— Наружные камеры есть? — спросил Андре.

— Есть, сейчас, — я вывел изображение с внешних камер в виде полиптиха из девяти изображений.

— Вот эту увеличь! — ткнул пальцем в левое верхнее изображение Андре.

Я вывел трансляцию указанной камеры как основную. Вид с северо-западной стороны небоскрёба. По улице едет техника, но не к небоскрёбу, а от него.

— Как думаешь, авианосец переживёт огненный шторм длительностью в сутки? — поинтересовался я.

— Авианосец переживёт, — кивнул Андре. — Но не его экипаж.

— Да уж, нам бы самим пережить… — вздохнул я. — Ладно, покатили вниз, надо на всякий случай обновить ловушки и заварить к хренам шахты, чтобы никто не вздумал использовать их как способ перемещения по этажам.

— Резонно, — Андре встал из кресла-вертушки и направился на выход.

— Собирайся, а я пока посмотрю по камерам, не оставили ли они штурмовую группу, — сказал я и начал просматривать все трансляции.

Ничего не обнаружил, хотя просмотрел все камеры. Вздохнув, пошёл собираться.

Вооружились, экипировались, захватили с собой металлолом и сварочный аппарат.

Внизу был форменный хаос и мертвяк, копошащийся среди разорванных тел. Выстрел.

+6 очков опыта

Блядь, ещё 1237 очков опыта до следующего уровня…

Заварили неиспользуемые шахты, привели в порядок шахту рабочего лифта, а затем занялись установкой растяжек.

Методика Андре кардинально отличалась от моей: так отличается ремесло от искусства. Стоило мне отвести взгляд, как растяжку уже становилось сложно заметить. А ещё он применял хитрые самодельные устройства для обеспечения неизвлекаемости гранат, а также ставил ложные растяжки на втором ряду. Мне даже не пришлось ничего делать, он сам вновь превратил холл в поле смерти.

— Стремянку взорвали… — посетовал он, подняв с пола две отдельные части упомянутого устройства. — Жаль. Хорошая была.

— Собираешься повторить успех с потолочными зарядами? — скептически посмотрел я на развороченный потолок. — Вряд ли получится замаскировать так же, как было…

— А как было не надо, — ответил на это Андре. — Наоборот, следы сработавшей взрывчатки послужат дополнительной маскировкой для…

— Стой! — прервал я его и прислушался к неясному шуму.

— Слышу, — произнёс Андре и двинулся в направлении звука.

Он поднял изорванный квадрат тела в коричневом бронежилете НАТО и содрал с него чудом уцелевшую рацию. Андре оторвал от неё оборванный штекер микрофона и увеличил громкость.

#… восемьдесят пятый пустой, но кто-то тут точно был недавно…#

#… мертвяк! Открыть огонь?!…#

#…Не стрелять, мать вашу!…#

#… Беру в ближнем, командир!…#

Ох ты ж ёб твою мать!

— Андре, они прут наверх! — выкрикнул я и перехватил ручной пулемёт. — К лифту!

Вставил кнопку и вызвал лифт. А хрен там.

— Вот пидарасы! — воскликнул я и помчался к лестницам. — Свяжись с Мали, пусть готовятся к бою!

Андре кивнул и последовал за мной.

Бежал на максимальной скорости, а где-то на пятьдесят шестом этаже получил уведомление.

+53 очка опыта

Охренеть!

— Ух… — выдохнул я и сделал десятисекундный перерыв, на прослушивание эфира.

#… у-у-ух, ебаная сука… мамку ебал я этого минёра… #

#… Марко, вперёд, твоя работа! Смит, лечи Мартинеса! Мартинес, не пизди в эфире попусту! И под ноги смотрите, остолопы! Алано, доклад по своему каналу! Ах, блядь!…#

Значит, только одного наповал, а другого зацепило. Видно, что качество постановки ловушек сильно уступает андреевским.

Ещё я понял, что радиосканер можно в жопу кому-нибудь запихать, больше пользы будет, потому что эти ушлёпки болтают на своей хитромудрой частоте и в ус не дуют, а нам пришлось брать рацию с трупа, чтобы понять, что происходит…

Близость противников к дому придала дополнительных сил. Андре уже давно ушёл вперёд и очень скоро столкнётся с этими ушлёпками, поэтому надо поторопиться.

Я же вроде как обладаю совершенным телом и всё такое, но подъём на пятьдесят этажей на максимальной скорости с нагрузкой в виде доспехов и оружия — это слишком даже для меня. Но не для Андре. Может, Вася не слишком преувеличивал, говоря, что этот андроид физически сильнее меня в десять раз?

Когда я был на семидесятом, со мной связался Андре.

— Вижу их… — сообщил он. — Разминировали несколько твоих мин, но у них теперь пятеро небоеспособны и лежат на девяносто шестом, где офис древообрабатывающей компании. Двадцать человек первой группы у западной лестницы. Вторая группа, в количестве двадцати шести человек, у восточной. Я разберусь с первой группой, что у западной. Вторая на тебе. Это их ты слушаешь по рации, Доктор.

— Понял, — ответил я. — Осторожнее там.

#… Что там происходит?…#

#… Броневая сталь, сэр! Не уверен, что сможем вскрыть без взрывчатки…#

#… Заряды у кого из вас? Несите наверх! Я тоже поднимаюсь…#

Хотят взорвать дверь?

— Берта, приём! — зажал я тангенту рацию.

— Слушаю, — ответила Берта.

— Сейчас они попытаются подорвать дверь, — сообщил я ей. — Кто за пультом?

— Я, — ответила она. — И я держу всё под контролем. Как только они высунутся из-за угла… Есть! Не могу говорить.

— Понял, — я преодолел девяносто второй этаж. — Держитесь, я скоро буду.

По лестничной площадке пронеслись отзвуки пулемётной стрельбы. Резкий и хлёсткий рык ПКМ хрен с чем перепутаешь…

#… Пулемёт!…#

#… Этого ещё не хватало! Назад, все назад!…#

#… Заебали! Пускайте газ!… #

#… Противогазы надеть!… #

Охуевшие твари…

Пять этажей преодолеваю молнией, а в конце натыкаюсь на охранение, которое больше внимания уделяло происходящему наверху, нежели на нижнем этаже. Шуметь нельзя…

Впрыск адреналина подстегнул меня, поэтому я взлетел по ступеням, получил одну пулю по касательной, толкнувшую бок, а затем двумя ударами палаша рассёк двоих в НАТО-вской форме.

Форма была некомплектной: штаны и бушлат зимнего камуфляжа, а кители обычные, впрочем как и предметы экипировки.

+35 очков опыта

-4 к социальному рейтингу

+30 очков опыта

+10 к социальному рейтингу

Подхватил заваливающиеся тела и аккуратно прислоняю к стенке.

Перехватываю ручной пулемёт, затем распахиваю бушлат и внимаю из него четыре батончика "Smugglers". Зажевав их по два за раз, активно заработал челюстями.

Сладкая патока пулей прошла пищевод и осадилась в желудке. Появилось характерное, знакомое по прошлому разу ощущение и я выскочил навстречу основной массе противников.

— Что за-а-а ш-ш-у-у-ум-м-м? — мужик в покрытом белым брезентом шлеме "ASH" медленно открывал рот и рефлекторно вскидывал свой карабин М4А1.

В рот ему и влетела пуля из StG-300 в варианте ручного пулемёта, темп огня которого выставлен на 1000 выстрелов в минуту.

+52 очка опыта

Медленно двигался затвор ручного пулемёта, противники разворачивались ко мне, но отчаянно не успевали: пули врезались хаотично, мне было не особо важно, есть ли там бронежилет или нет, потому что с такого расстояния бронебойно-зажигательные 7,62х39 миллиметров пули пробивают почти любую индивидуальную броню заводского образца.

+23 очка опыта

+41 очко опыта

+30 очков опыта

Это те, кого я достал сразу и наповал, так как при разрушении мозга смерть, как правило, мгновенна. Вот ты был — вот тебя нет. С проникающими ранениями в туловище всё не так просто.

Ещё не всё понимающие, но уже испуганные лица искажаются в предупреждающих остальных окриках. Безошибочно вычленяю самых скорых на реакцию и прерываю их жизни выстрелами по три патрона.

+15 очков опыта

+39 очков опыта

+19 очков опыта

+46 очков опыта

Социальный рейтинг умышленно игнорирую, мне плевать на него, потому что он сейчас ничего не решает. Далеко не факт, что я доживу до десятого уровня, не факт, что вообще стану что-то покупать в "магазине способностей", поэтому пока что насрать-забыть.

И опыт тоже прямо сейчас ничего не значит. Основное значение имеет только то, что мне осталось тридцать секунд субъективного времени нахождения в "сахарном шоке".

Срываю с пояса гранату, усики предохранительной чеки уже заранее ослаблены, а таймер выставлен на две секунды. Срываю чеку большим пальцем и отправляю в сторону противников, некоторые из которых решили попытать счастья у бронированной двери с пулемётом.

Последнюю очередь на двадцать три выстрела расходую на пятерых находящихся в середине списка по скорости реакции противников.

+34 очка опыта

+22 очка опыта

+17 очков опыта

+49 очков опыта

+38 очков опыта

До следующего уровня осталось не так много…

Бросаю своё тело вниз по лестнице, достреливая последние три патрона из магазина впустую. Больно бьюсь об выступающее ребро ступеньки и усилием качусь дальше. Взрыв.

+30 очков опыта

+27 очков опыта

+50 очков опыта

+26 очков опыта

Охренительно! Значит, взорвалась в воздухе.

Испытывая чувство отходняка от сработавшей особенности, закатываюсь за угол, сидя прислоняюсь к стене рядом с недавно убитым солдатом, трясущимися руками извлекаю барабан из пулемёта и вытаскиваю из кармана коробчатый магазин. Не забываю также переключить режим стрельбы на 600 выстрелов в минуту. Тридцать пять патронов в магазине — это не для тысячи выстрелов в минуту. Эх, была бы коробка с лентой…

Вскакиваю на ноги, срываю ещё одну гранату с пояса и освобождаю её от предохранительной чеки. Теперь только одно важно — тайминг…

Выжидаю нужные доли секунды и бросаю гранату за угол. Взрыв почти в ту же секунду, в бронированную тыльную сторону ладони что-то с оттяжечкой бьёт, а также сильными щелбанами щёлкает по боку кирасы и правому бедру. Осколки тоже умеют рикошетить, особенно если они готовые…

Выскакиваю из-за угла и натыкаюсь на конвульсивно дрыгающееся окровавленное тело, лежащее на ступенях. Ударом приклада прерываю мучения бедолаги.

+26 очков опыта

Снимаю с пояса ещё одну гранату, большим пальцем выдергиваю чеку и бросаю за второй поворот лестничного пролёта. Но в этот раз мне в ответ прилетело аж пять гранат. На фоне зазвучал грохот пулемёта Калашникова.

Делаю задний сальто со ступеней, вижу, что одна из "антидокторски настроенных" гранат катится по ступени на уровне глаз, гребущим движением приклада отбиваю её вперёд и вверх, слышу взрыв "дружественно настроенной" гранаты, а потом обнаруживаю, что остальные "прозападные" гранаты тоже упрямо движутся ко мне, поэтому что есть силы отталкиваюсь и прыгаю назад, закрыв лицо ручным пулемётом. Взрыв.

Колени обожгло острой болью, пятки тоже, а в области паха стало очень тепло. Не дай Босх отрезало…

Больно падаю на спину, выдыхаю.

Желание воевать пропало, хочется вот так лежать и медленно истекать кровью…

Потом вспоминаю, что есть ещё враги, поэтому надо вставать!

Ноги будто на вертел в аду попали, боль непрерывная, острая, охуеть просто…

Всё-таки поднимаюсь, правда, опёршись на ручной пулемёт, который теперь нескоро будет стрелять, ибо один из осколков гранаты М69 проколол ствольную коробку. АКМу это было бы вообще похуй, но не StG-300, который явно уступал первому в плане надёжности и прочности.

Достаю Five-Seven из кобуры и ковыляю по ступенькам вперёд. Кружится голова. Болит ещё, сука…

Про ноги я молчу. А нахрена я про них молчу?

Вытаскиваю из кармана пенальчик и добываю оттуда тюбик с ультракаином. Вот уважать я его стал, особенно когда синтезированные объеболы поверглись в прах…

Ультракаин, или иначе известный как артикаин, любят использовать в стоматологии, так как надёжный объеболивающий эффект достигается в кратчайшие сроки. Это вам только кажется, что он был всегда и стоматологические операции безболезненны и просты… О нет, дорогие мои… Стоматология перестала быть карательной только в середине 00-х годов, причём дело не в кровавом наследии кровавого СССР, а в развитии мировой стоматологической науки. Были ярые противники широкого применения обезболивания, ибо побочки и всё такое, но потом к этому начали относиться проще и жизнь зацвела новыми красками!

Вот и у меня тоже зацвела…

Практически сразу боль притупилась, поэтому подёргивающегося американца, встреченного мною на моей лестнице, я убивал с загадочной полуулыбкой на лице. Палаш проскользнул под бронежилет, прошёл через кишки, диафрагму, а затем достиг сердца.

+41 очко опыта

+16 к социальному рейтингу

Какой плохой мальчик!

Поднялся выше и увидел, что дверь взорвана, но не вскрыта. Что-то я пропустил подрыв… Немудрено, с такими-то яркими событиями…

Ткнул палашом в грудь рыжебородого мужика, который лихорадочно пытался достать из кобуры пистолет рукой у которой не было кисти. Срезало осколками. Грязно и неаккуратно.

+53 очка опыта

-3 к социальному рейтингу

Либо был правильным мужиком, либо воевал против ублюдков гораздо хуже себя. Вообще, сомнительно использовать социальный рейтинг как показатель порядочности человека. Я вот, человек безусловно порядочный, но сейчас три единицы социального рейтинга потерял. Не, херня это всё… Ну или порядки, по которым я считаюсь порядочным, неправильные…

— Доктор! — позвала меня рация.

Я прикрыл глаза, держа палаш у шеи безрукой бабы, затравленно смотрящей на меня. Что-то их дохрена выжило. Неужели бронежилеты действительно спасают (1)?

— Внимательно слушаю, — произнёс я, зажав тангенту.

— Я разобрался со второй группой, — сообщил Андре. — Тяжело ранен, потерял много крови…

— Ты же железный, твою медь! — воскликнул я.

— Имитация жизни не такая уж и имитация… — ответил Андре.

— М-хм… — задумался я, глядя на безрукую бабу. — Группа крови у тебя какая, а, Андре?

Примечания:

1 — Бронежилеты — разумеется, Доктор прекрасно знает, что без бронежилетов в современных конфликтах буквально никуда. Но до человечества это дошло не сразу, потребовалась Корейская война, чтобы наконец-то начали собирать статистику, которая показала, что если бы на раненых и убитых были бронежилеты, то 70 % случаев осколочных ранений можно было бы избежать. Нет никого более медленного в вопросе слишком радикальных инноваций, чем люди в Министерствах Обороны. Независимо от страны.

Глава тридцатая. Падение небес

Примечания:

Да, дамы и господа, вы устанете читать сегодня)

Для придания радостной атмосферы вот вам жизнеутверждающая музыка: https://www.youtube.com/watch?v=3LY3ftiLqmE

— У-у-у-у… — заскулила американская морячка, когда я «подключил» её к Андре.

— Андрюха, не вырубайся! — похлопал я так человечно побледневшего андроида по щеке. — Кому говорю! Альберта, адреналин, живо! И держи эту мразь!

Берта подала мне заготовленный шприц и я ввёл его содержимое в Андре. Далее она удерживала морячку, а я посмотрел на агонизирующего робота.

Андроид какого-то хрена оказался не таким уж и живучим, как я думал. Вася мне его расписывал как ноу-хау, новая школа роботостроения, а вышло…

Нет, если бы мне в туловище прилетело пятьдесят или около того пуль, я бы сейчас мёртвый валялся где-то на лестнице и меня в мою такую мёртвую, но такую совершенную жопу долбил какой-нибудь американский гомоморпех. Но тем не менее, от Андре я ожидал большего!

Рёбра у него сверхпрочные, ни одно не сломалось, но вот межрёберные хрящи порвало мама не горюй, при этом пули разбились на осколки, которых во внутреннем мире Андре теперь просто дохуя! Мне предстоит их извлекать в скором времени, но пока что есть более актуальная задача — не дать ему сдохнуть.

Я воткнул иглу от аппарата для переливания крови в вену Андре и шёлкнул переключателем. Сейчас пойдёт родимая…

— Что вы делаете, чудовища?! — завопила американка… сержант Рембо.

Рембо? Серьёзно? Я пристальнее присмотрелся к нагрудной нашивке со званием и фамилией. Реально, блин.

— Джонни, успокойся, — попросил я эту беспокойную бабу. — Я всего лишь заберу у тебя много крови и заменю её на физраствор. И мы разговариваем с тобой только потому, что ты нужна мне в сознании, чтобы не угнетать твою сердечно-сосудистую деятельность. Поэтому заткнись, пока я не начал тебя пиздить! Поверь, это не слишком помешает переливанию крови.

Так получилось, что она единственная из штурмовой группы не сдохла. Берта не сразу догадалась, что можно использовать ещё две турели для отстрела американцев, поэтому они успели заложить один заряд на дверь. Но потом прямо в воздухе взорвалась моя граната, которая убила практически всех, оставив эту Рембу без обеих рук и без правой ноги. У Андре оказалась четвёртая группа крови положительная, то есть он, с некоторыми оговорочками, универсальный реципиент. Технически, можно было бы использовать кровь Мали или Берты, но первая гепатитница, а вторая в особом положении, поэтому нежелательно, Максимка даже половины необходимой крови тупо не имеет во всём организме, а мне моя кровь нужна, потому что я не умею одновременно терять кровь и проводить извлечение пуль, ну и ещё сам кровью подтёк неплохо, ноги у меня до сих пор в полном ауте, только перебинтовал их. Поэтому морская пехотинка оказалась очень кстати. Слава Босху, что я её не заколол, хотя был в секунде от этого!

У Мали гепатит В, что, как все знают, навсегда. Он у неё по непонятным причинам утихший, хотя до обнуления она активно херачила какие-то кастомные и мощные лекарства гепатопротекторы. А я ведь не так давно, ещё до начала отношений с Бертой, собирался её трахать! Думал, хрен с ним, в презервативе не так страшно! Эх…

Про гепатит Мали, положим, я знал, а вот тему беременности Берты даже в мыслях не поднимал специально. В свете текущих событий стараюсь не думать об этом, потому что в будущем ждёт нас полнейший пиздец…

— Пошла, родимая! — воскликнул я, наблюдая за ходом трансфузии и готовя инструменты. — Эй, Джонни, откуда будешь?

— Пошёл ты, мамоёбище! — огрызнулась Рембо, глядя на уходящую кровь.

— Вы бы пооригинальнее как-то оскорбляли, что ли… — вздохнул я, вынимая самую лёгкую пулю из тела отключившегося Андре.

Лёгкой эта пуля была потому, что впилась в ребро и осталась торчать жопой наружу. С остальными всё не так уж и просто…

Кишки его представляли из себя изрезанную пулями требуху, я включил электроотсос, выкачал всё вылившееся дерьмо из его брюшной полости, где оказалось, судя по звону в банке приёмника, несколько пуль и их фрагментов. Далее я работал с органами и, как понимаю, задел инструментом что-то очень чувствительное, так как Андре, несмотря на анестезию, открыл глаза и схватил меня за левую руку.

— Питание, — отчётливо произнёс он. — Подай питание.

— Какое ещё питание, Андре? — задал я резонный вопрос.

— Шейный отдел, — ответил тот и вновь отключился.

Я отвлёкся от извлечения пуль и перешёл к шейному отделу, который начал ощупывать пальцами. Наконец, я нашёл то, о чём, как я думаю, говорил Андре: в области его позвоночника имелось какое-то продолговатое уплотнение с прямоугольным утолщением на конце. Хм…

Облив всё спиртом и сменив перчатки, я вскрыл участок с уплотнением и обнаружил банальный универсальный кабель питания, правда, выполненный из центаврианского композита.

— Теперь понятно… — хмыкнул я и прошёл к шкафам, где у нас лежали удлинители с переходниками.

Достав всё необходимое, я подключил удлинитель, переходник и уже к нему подсоединил штекер из шеи Андре. Дало искру, я уже собрался отключать, чтобы не испытать все прелести КЗ в самый разгар полостной операции, но затем всё резко закончилось.

— Спасибо, — произнёс вновь открывший глаза Андре.

— Да не за что… А что происходит? — спросил я у него. — Что за внезапные потери сознания?

— Все группы жизненно важных органов так или иначе выведены из строя, — ответил мне андроид. — Критическое падение мощности, нечем было питать блок процессоров. Пришлось отключиться.

— Понятно, — кивнул я. — Значит, теперь надо просто извлечь пули, залатать самые ярые дыры и зашить тебе брюхо и всё?

— Отключи от меня эту женщину, — попросил Андре. — Объём крови достаточный. Больше это не актуально.

— Это без проблем, — я положил руку на кнопку остановки трансфузии, а затем испытующе уставился на невольного донора крови. — Ты сама начала эту войну. Хватит разрушений. Миссия завершена, ты поняла? Миссия завершена. Всё кончено, Джонни. Всё кончено…

И ожидающе уставился на дрожащую от холода сержанта Рембо.

— Да ну тебя… — махнул я рукой и выключил аппарат. — Это классика, блядь! Это знать надо! Тем более тебе! Эх…

Я вернулся к брюху Андре.

— Я могу помочь тебе с локализацией пуль, — сообщил он мне.

— Ну, давай… — кивнул я равнодушно.

Час я извлекал пули и откачивал дерьмо, щедро пролившееся в полости Андре. Ну, там было не только дерьмо, были ещё транссудат и тканевая жидкость, мёртвые ошмётки плоти, фрагменты его одежды, я всё это извлёк на свет босхжий, зачистил, а потом заштопал Андре как порванный носок.

— Берта, укати Андре в палату № 2, а я пока решу вопрос с нашей героиней боевиков… — поднял я с подноса брюшистый скальпель.

— Не убивай её, пожалуйста, — попросила Берта.

— А смысл? — спросил я. — Она покалечена, умирает, я только ускорю неизбежное.

— Ты — врач, а это твой пациент, раз лежит на твоём операционном столе, — напомнила мне Берта.

М-м-м, блядь, как будто зуб внезапно заболел…

— Я не дам ей умереть, вылечу, а потом мне придётся её пристрелить, — недоуменно произнёс я. — Нарушения логической цепочки не видишь?

— Врачебная этика, — Берта поняла, что сумела надавить на нужную точку моей до мозга костей врачебной психики, поэтому уверенно укатывала тележку с Андре прочь.

— Твою мать! — воскликнул я, а затем недобро посмотрел на Рембо.

Она не понимала, о чём мы говорим, так как не понимала суахили. Да и откуда ей? Американские военные учат фарси и то далеко не все, некоторые приезжают в командировки просто потянуть лямку с серьёзными «боевыми» и пострелять по афганцам.

— Ладно, хрен с тобой, Рембо! — решился я. — Так и быть, окажу тебе помощь, хотя следовало бы тебя пристрелить!

Я пожалею об этом как минимум дважды. Когда не смогу пристрелить её после оказания помощи — это раз, когда у нас будет кончаться жратва и я не смогу не кормить её — это два. Вполне вписывается по критериям в категорию благородных поступков!

Хороший поступок — это когда ты жалеешь о своей доброте одиножды. Благородный — когда дважды.

Дерьмо собачье…

— БЕРТА!!! — внезапно и громко позвал я, чем изрядно напугал Рембо. — ИДИ СЮДА! Я НЕ СОБИРАЮСЬ СТРАДАТЬ ТУТ ОДИН!

За полтора часа управились со всем ассортиментом травм: у неё ещё осколочные ранения живота были, что без антибиотиков могло означать только смерть, но есть же Доктор, который не пожалел для пациентки лучших антибиотиков из не просроченных.

Сформировал культи на всех трёх конечностях, из-за чего Берта блеванула в ведро с отходами класса «Б», вытащил осколки из её требухи, но перед этим, конечно, добавил немного физраствора в качестве компенсации потраченной крови, бахнул туда глюкозы и мощного объебола, чтобы она надёжно отрубилась. Берта помогала по мере сил, но работёнка была очень грязная. Осколочные ранения — это всегда так. Раньше я бы просто применил внутренний ресурс, но теперь приходится работать ручками, как в старые-добрые времена… Никак, блядь, не могу забыть, насколько легко и просто всё было с внутренним ресурсом!

Зар-раза! Разбередил себе рану на ноге из-за резкого рывка…

У меня у самого тут травмы, держусь чисто на ультракаине, который за всю операцию отпускал меня лишь один раз…

— Берта, помоги мне добраться до кровати… — попросил я свою… девушку, жену, невесту?

Она залетела, причём надёжно и безоговорочно. Это неудивительно для меня, конечно, но тем не менее… А впереди настоящая жопа. Скоро в радиусе тысяч километров не будет нихрена съестного во всех наземных зданиях… Есть, конечно, оборудование для строительства гидропонных ферм, даже имеются уцелевшие семена растений, но это не то. Мы не успеем вырастить овощи до того, как у нас исчерпаются имеющиеся запасы пищи.

Впрочем, попытаемся. Если что, первое время будем жрать чисто редис и шпинат, которые растут быстрее остальных. Хотя не о том думаю. Нам бы грядущий сраный огненный дождь пережить. Посмотрим, едрить-колотить…

— Отсосать тебе? — заботливо спросила Берта, как только помогла мне лечь на кровать.

— Я буду дураком, если откажусь, — улыбнулся я.

//Сутки спустя//

— А ты говорил де «я высокотехнологичный андроид, у полудиких африканцев просто нет такого оружия, чтобы убить меня!» — увидев усердно сверлящего мертвяцкие чешуйки Андре, саркастически произнёс я.

— Именно так я не говорил, — покачал головой Андре. — Но да, ты оказался прав, Доктор. Надо было в первую очередь заняться изготовлением надёжной брони.

— Ты всегда помни, что новенький в этой дерьмовой каше, а я варюсь в ней с самого начала, причём на самом дне кастрюли, — усмехнулся я. — И набил столько шишек, что тебе ещё лет сто набивать!

— Я всё понял, — Андре начал собирать чешуйки на центаврианскую композитную проволоку.

Последнюю он сумел извлечь из контейнера, в котором приехал. Одна из секций контейнера, как оказалось, раскладывалась на очень тонкую проволоку, сверхпрочную в вопросе растяжения и разрезания. Резать он её научился с помощью аргонной сварки, которая брала эту нить с величайшим трудом.

Вася, блин, благодетель… Мне нужен всего лишь один плазменный резак…

— Ты с Васей как общаешься вообще? — поинтересовался я у Андре, поднимая с верстака большой лист 3-миллиметрового центаврианского композита.

— В контексте? — уточнил Андре.

— Он может подогнать тебе один плазменный резак малой мощности, ну, в честь дружбы? — ответил я.

— Едва ли, — Андре туго затянул проволоку с чешуйками и взялся за второй ряд. Получалось у него просто охуительно. Реально охуительно. — Мы не настолько близки, чтобы он напрягался. А ты?

— Я, как видишь, — стучу кулаком по листу композита, — Свой лимит уже исчерпал.

Пришлось отложить листы в очень долгий ящик, потому что резать их нам практически нечем. Гнуть тоже нечем, закалять, а композит можно очень качественно закалить, придав ему ещё более фантастические свойства, тоже нечем.

Да хрен с ним с резаком! Пришли мне Вася хотя бы один композитный нагрудник… Да его ведь даже его новомодные излучатели едва-едва берут! Про пули и снаряды я бы вообще не стал говорить…

Сука…

Заставил себя отвести взгляд от листов композита и вернулся к делам насущным.

Какие выводы я сделал из прошедшего боя? Броня — говно. Оружие — удовлетворительно. Мины — говно.

— Можешь сделать мне такую же броню, Андре? — спросил я у андроида. — В честь нашей большой и крепкой дружбы? А я поделюсь с тобой сложными рецептами блюд и вообще обяжусь обучить тебя первоклассной кулинарии и секретным рецептом борща.

— Секретный рецепт? Борща? — скептически нахмурился Андре. — Я знаю рецепт борща.

— Но секретного рецепта борща от моей бабули не знаешь, — усмехнулся я, подначивая его. — Впрочем, ты можешь отказаться и никогда не узнать его…

— Обмен несопоставим, — покачал головой Андре.

— Да я не прошу тебя делать её от начала до конца! — добавил я. — Все материалы я приготовлю сам, не в первый раз замужем, а вот именно способ укладки чешуек и изгибание проволоки — вот тут я рукожоп.

— Рецепты блюд, секретный рецепт борща, а также красочное и подробное описание твоей жизни до Апокалипсиса, — выдвинул требования Андре и протянул руку для рукопожатия.

— По рукам, — не стал я торговаться и пожал протянутую руку. — Всё равно собирался нудить про свою прошлую жизнь сегодня вечером. Теперь придётся нудить красочно и подробно.

— По рукам, — кивнул Андре. — Готовь материалы.

— Непременно.

Я вернулся к рабочему месту, где собрался сверлить чешуйки, а затем услышал странный то ли свист, то ли скрип…

Без слов мы с Андре бросились в центр охраны. Радиоаппаратура вышла из строя, наружные камеры оплавились и показывали какую-то ярко-оранжевую хуйню вместо картинки, а затем начали отключаться одна за другой.

— Началось, — произнёс я.

— Да, началось, — кивнул Андре. — Скоро от города не останется ничего полезного. Я на всякий случай поместил тела убитых американцев в морозильную комнату.

— Надеюсь, до этого дело не дойдёт… — не очень уверенно выразил я свои мысли.

— К тому же, есть та безногая и однорукая, — добавил Андре.

— Ты это, завязывай такие вещи говорить, — недовольно зыркнул я на него. — Не для того я выживал эти годы, чтобы скатиться до каннибализма.

— Это была шутка, — произнёс Андре. — Мы найдём способы добыть пропитание и не прибегнем к радикальным шагам.

— Надеюсь, что это была шутка, — невесело усмехнулся я, а затем включил микрофон общего оповещения. — Уважаемые леди и джентльмены, прошу вас, Максимка, это в особенности вас касается, надеть средства индивидуальной защиты и сидеть на жопе ровно в специально установленном помещении!

Так-то мы всё уже давно проверили на герметичность, но предосторожности лишними не бывают. Сам я тоже надел костюм химзащиты с противогазом и двинулся на осмотр помещений на предмет протечек.

Протечек, как и ожидалось, не обнаружилось, мы загерметизировали тут всё как следует, с большим запасом, потому режим химической опасности был мною официально отменён.

Мы с Андре вернулись в мастерскую, где к нам присоединился Максимка.

— Дядя Андре, а правда, что вы робот? — спросил он, сидя на красном ящике с инструментами.

— Кто тебе сказал? — вместо ответа спросил тот.

— Дядя Вася, — ответил Максимка, покосившись в сторону окон, откуда раздавался тихий, но непрерывный свист/скрип.

— Да, робот, — подтвердил Андре. — Андроид. То есть человекоподобный робот.

— Круто! — радостно воскликнул мальчуган. — Как Ультрон с Земли-616 из сериала «Ультрадеструктив»?!

— Да, как из сериала, — кивнул Андре. — Только не имею планов на завоевание Земли.

— А почему? — задала вопрос сама непосредственность.

— Смысл властвовать над пустым комком грязи? — усмехнулся Андре. — Я дам вашему виду восстать из руин, даже помогу в этом, а потом, когда снова будет что захватывать, захвачу эту планету и буду править, сурово, но справедливо.

— Круто! — засмеялся Максимка. — Посмотрите со мной этот сериал сегодня?

— После ужина, — выставил условие Андре. — И только после того, как ты съешь три картошки, не меньше.

— Эх, хорошо, — нехотя кивнул Максимка. — Придётся съесть.

Консервированный картофель — одна из причуд немцев, приезжавших в Анголу на работу. Как показала практика, без картошки к пиву и сосискам немцы в Африке существовать не могли, причём их совершенно не устраивал местный картофель, который на взгляд потомков тевтонов был чрезмерно сладким, поэтому, до того как удалось наладить бесперебойные поставки германского картофеля в Анголу в рефрижераторах в 90-е годы, его возили в консервированном виде. Так получилось, что этот странный продукт стал, который, к слову, встречался и у нас в Необъятной, стал самостоятельным явлением в Анголе и крепко-накрепко прижился в национальной ангольской кухне, наряду с германскими копчёными колбасами и пивом. Причём большим шиком у местных считалось обнаружить в большой алюминиевой банке картофель чищенный вручную. Берта похвасталась вчера, что лично ела такой картофель целых три раза.

Андре развеял её иллюзии, сказав, что в прошлом сам работал на народном предприятии по производству консервированной продукции и вручную чищенный картофель встречается только в определённый промежуток времени, когда народное предприятие закупает у частников часть урожая. Поэтому это нисколько не говорило об эксклюзивности товара, а лишь показывало, что народ ГДР имел осенью дополнительный способ заработка. И то, что вручную чищенный картофель попадается редко — лишь доказательство того, что оптовики прекрасно знают о легендах, ходящих по Анголе, дескать, картофель этот настолько элитный, что немцы его чистят вручную, не доверяя дело машинам, потому отделяют от общей партии поставки и продают по повышенным ценам.

— Раз ты сидишь без дела, это значит, что ты сделал домашнее задание? — поинтересовался я у Максимки.

— Да! — самодовольно заявил он.

— Это значит, что тебе нечего делать, так? — продолжил я логическую цепочку.

— Ну… Да, — кивнул Максимка замявшись.

— Тогда бери вот эти чешуйки и раскладывай на столе от маленькой к большой в порядке возрастания, слева направо, — припахал я малого. — Давай-давай, время идёт!

Через час я отпустил Максимку, который добросовестно выполнил работу, параллельно вдоволь поболтав с нами. Сам я насверлил нужные отверстия в чешуйках в течение следующего часа, а затем передал все ингредиенты Андре, который успел примерить на себя ламеллярный доспех и проверить его на подвижность и гибкость. Удовлетворённый результатом, он вывесил его на один из манекенов, притащенных мною из торгово-развлекательного центра.

Мою броню он ваял с не меньшим усердием, чем свою. За час и десять минут он передал мне готовое изделие.

— Руку набил, — ответил он на мой удивлённый взгляд. — Теперь мне нужен шлем.

— Самым оптимальным вариантом будет череп высокоранговой твари… — произнёс я.

— Такие просто так не умирали, — покачал головой Андре. — Пока придётся обойтись высокопрочной сталью и кевларом.

— Да и на улице сейчас не сезон, чтобы искать кости мертвяков, — усмехнулся я. — Спасибо тебе за работу.

— Рецепт, — напомнил Андре.

— Как раз сегодня приготовлю и всё покажу, — хлопнул я в ладони. — Пойдём на кухню!

//Неизвестное место//

Кто он и как здесь оказался?

Этот вопрос мучал его уже… сколько? Часы, дни, недели, месяцы? Может, годы?

Время здесь не шло совершенно.

Открытие, сделанное для себя вечность назад, сейчас совершенно не заботило Мартына. Он потонул во мраке и пустоте на целую вечность и ещё одну секунду.

Внезапно, буквально вытолкнув его из патоки безвременья своим появлением, до него донеслись приглушённые звуки. Лязгнул какой-то механизм, а затем его тело будто отмерло, уколов мозг десятками тысяч иголок одновременно. Он упал на металлический пол с каким-то мазохистским наслаждением ощущая боль. Он улыбался.

— Он готов? — раздался до крови ранящий своей знакомостью женский голос.

— Для надёжности следовало продержать его там ещё четыре-шесть недель, но и трёх месяцев достаточно, — ответил женщине неприятно хлюпающий голос без пола.

Но второй голос тоже был знаком Мартыну, правда, не вызывал никаких болезненных ощущений. Просто никак не был привязан к негативным эмоциям, одолевающим его сейчас.

— Начинаем? — на этом вопросе Мартын уже почти пришёл в себя, преодолев естественное желание сознания закрыться от ослепляющего его избытка информации от всех пяти чувств.

— Начинаем, — тело Мартына подняли чьи-то крепкие руки, он был ослаблен, поэтому не оказывал никакого сопротивления, хоть и хотел.

Далее его поместили на холодный стол, соприкосновение с которым чуть не взорвало его мозг, явно не готовый к подобной гамме давно забытых ощущений.

Руки и ноги его были помещены в тёплые синтетические ограничители, а над головой повисло какое-то неизвестное металлическое устройство.

— Начинайте, — приказала Варвара.

Да, это была она, Мартын прямо сейчас увидел её лицо отчётливо. То, что он видел вечность назад, было всего лишь скафандром, странным, пугающим, но скафандром. У гермодверей стояли двое в такой же экипировке, их лица в шлемах напоминали мертвяков, но таковыми не являлись.

— Он окончательно пришёл в себя, — уведомил всех присутствующих хлюпающий голос.

— Ничего, пусть чувствует… — с садистским удовольствием произнесла Варвара.

Лицо её помолодело, она выглядела лет на двадцать, совсем как тогда, очень много лет назад…

Мартын тряхнул головой и задёргал руками, пытаясь освободиться.

— Неужели тебе не интересно, что тебя ждёт? — с любопытством спросила она.

— Насрать, — грубо ответил Мартын, прекрасно давая себе отчёт, что его жены тут нет. Это кто угодно, но не она.

— Твой мозг сейчас чист и свободен от информационного шума, — как ни в чём не бывало продолжила Варвара. — Это будет способствовать загрузке новой личности в твоё совершенное тело.

— Ага-ага, — покивал Мартын, с отчаяньем осознавая, что вырваться не сможет.

Отупевший разум не сразу дал ему понять, что крепления делали не дилетанты, поэтому порвать их он не сможет никогда.

— Мне пришлось по нраву то, что ты назвал корабль в мою честь, — поделилась с ним Варвара.

— Ты — не Варвара, — твёрдо заявил Мартын. — Ты тварь, занявшая её место.

— Угадаешь, насколько давно? — криво усмехнулась Варвара, нависнув над его головой.

— Фабрика, — предположил он.

— Ты всегда был умным мужчинкой, — сдвинула неизвестное устройство в сторону Варвара, решившая поболтать. — Мой лидер наставлял меня, что всё необычное и интересное обычно оказывается очень перспективным. Прибывшие из Таиланда русские — это ли не нонсенс? Оттуда до вашего появления вообще никто никогда не приходил. Сначала я хотела поглотить тебя, но ты ускользнул. Ох, как бы мне хотелось… Всё могло пойти совершенно иначе…

— Гори в аду за Варвару, — процедил Мартын и плюнул в сторону тут же уклонившейся твари.

— Мы уже в аду, Мартынчик, — оскалилась она. — Ты бы только знал, каково это: иметь перед носом перспективную особь для поглощения и не иметь возможности её поглотить…

— Мне абсолютно насрать на твои проблемы, тварь, — Мартын приложил усилие и попытался порвать фиксаторы.

— У меня больше нет никаких проблем, а у тебя есть, — чудовище в человеческом обличье сложило руки на груди. — Скоро ты исчезнешь как личность и тебе на смену придёт кое-кто другой. Верный, исполнительный, пусть не такой умный, но это и не особо важно.

— Ну, тогда вы ещё тупее, чем я думал, — усмехнулся Мартын грустно. — Какой смысл многие месяцы мучиться со мной, когда можно просто напечатать новые тела?

— Твой заботливый друг Захар вывел из строя биологические принтеры, причём безвозвратно, — охотно пояснила тварь. — Поэтому все тела важны для предстоящей ключевой акции. Не хочешь узнать, где мы сейчас находимся?

— Не хочу, — покачал головой Мартын, удивлённый действиями Захара.

Захар был готов договориться хоть с Гитлером, лишь бы сохранить свою недожизнь. Хотя в отдалённой перспективе биологические принтеры в руках непонятных тварей играют против него, поэтому его действия в конечном счёте имеют под собой прагматичную основу. Но в то же время в ближайшей перспективе уменьшают его шансы на выживание.

«Он не стал бы моросить и пытаться выиграть недели», — подумал Мартын. — «Если я верно понимаю его логику, ему нужно выживание во всех перспективах, значит он придумал что-то особенное, раз предпринял какие-то активные действия».

— Значит, Захар уцелел, — сделал вывод Мартын.

— С чего ты так решил? — поинтересовалась тварь.

— Ощущение, — добродушно улыбнулся Мартын. — Надеюсь, он избавит корабль от паразитов.

— С чего ты решил, что мы на корабле? — садистски оскалилась тварь.

//15 июня 2025 года. Город Бенгела//

— Вот же зар-раза… — я коснулся пальцами обугленной консервной банки на металлической полке и та осыпалась пеплом.

Вместе с полкой.

— Это создаёт определённые проблемы, — спокойным голосом произнёс Андре.

— «Определённые проблемы»?! — вскипел я. — Это нихрена не «определённые проблемы», м-мать его! Это катастрофа!

— Не поддавайся панике, Доктор, — Андре огляделся. — Я пытаюсь наладить связь с Васей, он может нам помочь. Если захочет.

— Да какого хрена он не выходит на связь?! — я пнул обгоревшую продуктовую тележку, но начал потихоньку успокаиваться. — Какие у него могут быть проблемы? Он хренов ИИ с огромной производственной базой!

— Вполне возможно, что у него проблемы с теми инфильтраторами, захватившими его подводную лодку, — предположил Андре.

— Подводную лодку он потопил, — отрицательно покачал я головой, окончательно беря себя в руки. — Но да, это не значит, что инфильтраторы точно сдохли.

— Будем дальше пытаться найти еду или пойдём обратно? — поинтересовался Андре. — Холодает.

— Среди этих угольков нет нихрена, но нужно посмотреть по подвалам, — включил я интерактивную карту. — Блядь, как я сразу-то не догадался?!

Проблема была в том, что маркеры со жратвой, да что там со жратвой, почти все маркеры с поверхности карты исчезли! Но я использовал ползунок и спустил карту на один этаж вниз. Маркеры появились, правда, нихрена не понятно, как их соотносить с поверхностью…

— Короче, есть способ найти пропитание, только нужно будет очень плотно походить по городу, — сообщил я Андре. — Да, холодает, но ничего не попишешь, не найдём мы — найдут мертвяки.

Мертвяки, конечно, сильно просели в численности, их обугленные тушки мы находили почти что в каждом осмотренном здании, но не вымерли, к сожалению. У них было что-то вроде массового исхода из города, они пытались сдриснуть от гигантского пылающего облака на своих двоих, кто-то даже успел. Отравляющие газы, к слову, на них действовали прекрасно, поэтому в недостаточно герметичных укрытиях, которые они себе сооружали, мы находили позеленевшие трупы этих тварей в скоплениях по пять-шесть особей.

Меня с каждым днём всё больше и больше напрягает их обучаемость. Эти твари в самом начале не знали практически нихрена, как самые первые люди на Земле, но теперь они активно используют приёмы и ухватки ГрОб, законопачивая окна негорючими материалами и тихо-мирно выжидая окончания стихийной напасти. То есть они понимали, что это не навсегда, поэтому можно просто переждать в надёжном месте.

Педерасты…

Лучше бы сдохли как полагается, мне меньше проблем…

А так, мы как волки и люди: древние предки волчар и собак тоже, наверное, не слишком серьёзно восприняли один хиленький вид лысых обезьян, которые начали предпринимать какие-то неуверенные шаги в направлении загона и убийства всяких оленей и косуль, потом этих обезьян становилось больше, они умнели буквально на глазах, у них начали появляться странные предметы, помогающие охотиться, а в один не очень прекрасный день этих предков волчар и собак начали выталкивать из их биологической ниши, разумеется, сразу же откуда-то вылезли коллаборационисты, которые активно сотрудничали с вероломными захватчиками жизненного пространства, но их судьба в итоге была незавидна, а затем, уже ближе к нашему времени, волкам просто не осталось места на Земле. Если бы всё шло как шло до Апокалипсиса, то лет через триста-четыреста волков можно было бы увидеть только в виде картинок или в качестве последних представителей в зоопарках.

Ориентируясь по собственному положению на карте минус первого этажа под землёй я вышел на пустую площадку, где вообще нихрена не было.

— Странно… — произнёс я, оглядываясь. — Здесь якобы ничего нет, но в то же время карта говорит, что под нами запасы еды.

— Посмотри под вот этой грудой камней, — указал Андре на… груду камней.

Я разгрёб слегка почерневшие камни и обнаружил покоробленный жаром лючок. Дёрнув за ручку, я добился только того, что эта ручка к хренам оторвалась. Круто.

Поддев люк ножом, я нащупал запирающий засов и тремя ударами бронированной перчатки разблокировал его. Внизу тьма подземной шахты и металлическая лестница вниз.

— Время приключений, — повернул я голову к Андре. — Я проверю как там внизу, а ты пока на стрёме.

Спуск вниз невольно напомнил первые деньки Апокалипсиса, когда майор Вяз первым пустил меня в люк бомбоубежища, что послужило ещё одним штрихом, который в итоге и определил его прискорбную судьбу. А ведь мог отпустить меня и жить себе в Бункере, а я бы свалил подальше от города и, вполне возможно, уже давно умер. Или наоборот, не шарился сейчас по чужим хранилищам в поисках еды, как бомж какой-то…

Освещения нет никакого, но у меня фонарик, без которого и на улице не особо чего разглядишь, даже несмотря на совершенное восприятие.

Спустился вниз, подал знак Андре и дождался, пока он спустится, а во время ожидания осмотрел пространство: металлический горизонтальный тоннель, но не относящийся к городской канализации, с восточной стороны слепой, а с западной имеющий массивную стальную дверь с механическим кодовым замком.

— Нашёл что-нибудь? — поинтересовался Андре, стряхнув со своего доспеха, надетого поверх меховой шубы, крошки пепла.

Я молча кивнул в сторону двери.

— Заводская работа, серия N-455, — осмотрел шильдик андроид. — Шестизначный шифр, вариаций слишком много, потому проще его взорвать. Отойди в тот конец помещения.

Послушно отойдя в указанном направлении и оперевшись о стену, я принялся ждать. Андре извлёк из кармана кусок пластита, облепил им одному ему понятные места и вставил во взрывчатку красного цвета электродетонатор. Прилипнув к стене рядом со мной, он на всякий случай прикрыл закрытое шлемом лицо левой рукой и щёлкнул инициатором. Взрыв.

— С первого раза и не должно было получиться, — произнёс он, когда мы осмотрели дверь. — Но второго раза не нужно.

Бронированный щиток сорвало взрывом, поэтому он получил доступ к внутреннему механизму. Повозившись несколько минут, он дёрнул ручку и отворил дверь.

Пахнуло чем-то кисловато-сладким и затхлым.

— Труп, — произнёс Андре, подсветив мумифицированное тело, сидящее в кресле за компьютером. — И еда.

Последнее относилось к полупустым картонным коробкам, в которых содержались различные сухие завтраки, шоколадные батончики, банки энергетиков и прочая жратва задротов. Примерно половину этот бедолага успел съесть, а вторая часть была в неприкосновенности, даже более того — в герметичной упаковке.

Компьютер был роботроновский, а не китайский ширпотреб, питался он от дизель-генератора, от которого куда-то вверх выходила выхлопная труба.

— Умер раньше, чем кончилось топливо, — сообщил мне Андре. — Еды немного и она не очень полезная.

Я прошёл к холодильнику. Отворив его дверцу ожидал, что на меня пахнет отвратительным зловонием, как оно обычно бывает в наши поганые времена, но, к огромному удивлению, никаких запахов не донеслось. Я недоуменно уставился на ряды бутылок газировки, а также пакеты пищи быстрого приготовления. Баночки картофельного пюре, рамен разного калибра, а также кое-какие консервы. Напитки и фастфуд занимали холодильник в соотношении 50 на 50. А вот морозильное отделение открывать не следовало.

— Ух, блядь! — ошеломлённо выдохнул я. — Пиздец какой-то!

— Закрывай быстрее! — попросил меня Андре, до которого донеслось изысканное амбре.

Мельком глянув, я увидел, что там сгнила копчёная курица, рыба и несколько бутылок водки. Нет, с водкой всё в порядке, но доставать её я не буду!

Быстро упаковал жратву из холодильника в рюкзак, туда же отправились так называемые «снеки» из ящиков на полу, причём половина не вместилась и мы распределили её в рюкзак Андре. Решил также взять информацию, поэтому извлёк из компьютерного корпуса один SSD на терабайт и два жёстких диска по пять терабайт… Какой же всё-таки богатенький парнишка тут зависал! После того, как обоссанные майнеры начали анально майнить на жёстких дисках, эти диски начали стоить бешеные деньги, поэтому большая часть пользователей завязывали лямку и ограничивались меньшими объёмами.

Остальное выкручивать и тащить смысла не было, у нас на складе в избытке лежат аналоги и покруче. Один плюс есть у Апокалипсиса — можно найти всё и бесплатно.

Пока выкручивал жесткие диски, обнаружил, что компьютер был подключён к оптоволокну, уходящему в специальную кабельную шахту. Значит, это убежище было оборудовано ещё задолго до Апокалипсиса и чувак занимался тут чем-то связанным с интернетом. Я заинтересовался и начал осматривать его личные вещи более внимательно. На письменном столе лежали кипы бумаг, эти же бумаги занимали металлический шкаф, а производил их серьёзный принтер, стоящий в углу. На кровати и под кроватью тоже попадались различные папки с документами.

— Чем же ты занимался, парень? — спросил я у мумифицированного трупа, всё так же сидящего в кресле.

Пошарил по карманам заляпанной засохшими трупными жидкостями одежды. Нашёл удостоверение и пропуск.

— Йохан Нойман, ого! Целый лейтенант войск связи ННА ГДР! — поражённо озвучил я. — Не понимаю ровным счётом нихрена.

— Кибератаки, — произнёс Андре, положив обратно на стол одну из папок. — Многие тысячи подобных малоразмерных убежищ по всей Анголе и Кубе. Неизвестное количество IT-предприятий в Китае и подземные бункеры в КНДР. Они осуществляли атаки на серверы стран Запада: кража средств, подделка электронных документов, кража секретных данных, подтасовка выборов различного уровня в различных странах…

— Так это не брехня, что они влезли в президентские выборы 2016 года? — я с новой волной интереса полез в документы и решил, что лучше будет забрать компьютер целиком.

— Брехня, — уверенно ответил Андре. — А вот выборы в Сенат США того же года…

— То есть теоретически они могли повлиять на выборы президента? — уточнил я.

— Могли, но это бессмысленно, — ответил андроид. — Президент у всех на виду и он всего лишь исполнитель. Его могут поправить и удержать от необдуманных действий. Кто это может сделать? Сенат Конгресса США. Помнишь грызню Трампета с Конгрессом в конце двадцатого года?

— Конечно помню, — усмехнулся я. — Отечественные государственные СМИ использовали эту шумиху чтобы отвлечь народ от собственных проблем, поэтому за ходом выборов следили всей страной.

— По легенде я курировал одного из сенаторов, который участвовал во фракции, бодавшейся с Трампетом, — сообщил мне Андре. — На самом деле, ничего этого не было, но по воле Васи я унаследовал часть характера действительно существовавшего агента Штази, занимавшегося подобным вопросом. Эта часть моей личности подавлена и находится в условном резерве, на случай, если вдруг когда-нибудь появится работа по её профилю.

— А какие цели преследовали эти завербованные сенаторы? — спросил я.

— На самом деле завербованных там было всего несколько человек, — признался Андре. — МГБ было важно не управлять чужой страной, этого бы им не позволили, а направлять некоторые знаковые события в нужное русло при помощи непрямых действий. Конкретно в этом случае преследовалась цель не допустить Трампета на второй срок, что было не слишком трудно, учитывая то, что он использовал непопулярные методы выхода из кризиса. Он оказался очень хорошим президентом для США и очень плохим для ГДР. Он почти вывел США из затягивающего болота, вступил в острые контры с Китаем, что тоже не соответствовало интересам Штази, так как КНР — это надёжный партнёр по блоку и удар по её деньгам будет не менее ощутимым ударом по благополучию ГДР. И политика Доннахью Трампета была направлена на оздоровление внутреннего рынка страны, создание рабочих мест для американцев, ужесточения иммиграционных законов, а также противодействия строительству газопровода через Балтику. Нам тоже было выгодно, чтобы российский газопровод не был построен, поэтому победивший на выборах Джонатан Байтен был вынужден продолжать начатую Трампетом политику, хотя изначально высказывался на этот счёт отрицательно. Разумеется, он переменил свою точку зрения за счёт давления Конгресса, конкретно Сената. А вообще, решения насчёт политики в направлении газопровода диктовал не Байтен, а Конгресс, ну а там кто-то был куплен, а кто-то просто следовал стадному инстинкту. Крайне интересное это дело — непрямое влияние на политику мировой державы благодаря несовершеннолетним проституткам, коррупции и наркотикам.

— Вот это расклад, — усмехнулся я. — А в сторону России ГДР какие-то действия предпринимало?

— Помнишь, как на Топной площади в марте 2013 года неизвестные раздавали коктейли Молотова и арматуры народу? — поинтересовался у меня Андре.

— Так в них же всерьёз стреляли потом… — вспомнил я. — Погоди, это МГБ устроило?

— Не напрямую, — ответил Андре. — Исполнители искренне думали, что они сами пришли к этой мысли: подстегнуть эскалацию протестов. Их выловили потом, но ничего не вело к Штази, хотя это была спецоперация отдела внешней разведки.

— Я думал, что у ГДР были нормальные отношения с Россией… — пробормотал я.

— Но на высоких уровнях все всё прекрасно понимали: геополитически социалистическая ГДР и капиталистическая РФ должны были быть врагами, поэтому вяло гадили друг другу по мере возможности, особенно когда какая-то сторона сама подставится, — Андре заглянул в туалет, не нашёл там ничего интересного и закрыл дверь. — Не пускать ГДР на свой рынок из-за идеологических соображений — это могли не понять ты и твои соотечественники, поэтому товары оттуда всегда присутствовали в России, а наверху шла вялотекущая грызня по идеологическим соображениям. Ещё и многие разведчики в 90-е бежали в ГДР, как правило с какими-то секретами. А ещё, без обид, но ваша ФСБ за эти годы сильно деградировала. В то время как Штази продолжала развиваться и оттачивать методики работы, благо, было где. ФСБ и в 2023 году была не ровня Штази, поэтому почти все разведывательные битвы заканчивались победой последней, хоть ваше правительство и затягивало гайки международных отношений в знак недовольства. Тем не менее, разведывательная борьба продолжалась. Кстати, в приватизации госсобственности Российской Федерации в 90-е Штази тоже поучаствовали. Тогда было очень легко посреди шумихи выкупить за бесценок заводы, а затем вывезти высокотехнологичные станки и готовые изделия через бывшие союзные республики. Точно знаю, что через Казахстан было вывезено около пятисот заводов местного значения, а также двадцать четыре завода союзного значения в полном материальном составе. Только оборонку и атом трогать не разрешили, а остальное было исключительно вопросом откатов. Эти заводы потом сильно помогли ГДР относительно успешно пережить девяностые. И специалисты, переехавшие вслед за заводами тоже.

— То есть суетиться они начали очень давно? — покачал я головой.

— Как только поняли, что в бывшем Союзе пришли к власти отнюдь не друзья, начали выносить «из дому» всё, что плохо лежит, — на чистейшем русском ответил мне Андре. — Некрасиво, конечно, но тут выбор был из двух зол: либо выносишь всё сам и используешь себе на благо, либо всё точно такими же методами присвоят зарубежные конкуренты. Ты знал, что в девяностые существовали совместные иностранные предприятия на территории РФ, которые занимались исключительно переработкой советских заводов в металлолом? Разбирали, плавили в слитки, вывозили на родину и выгодно реализовали. Когда в регионе кончались заводы, предприятия закрывались и демонтировались. Вашим тогдашним руководителям было совершенно без разницы, кто будет этим заниматься, поэтому ГДР активно участвовала и агенты на местах в эйфории носились по стране, пробуя нащупать границы дозволенного, а их всё не было и не было. Как я говорил, под абсолютным запретом были только производства вооружения и атомные технологии. Правда, со временем ядерное оружие германские учёные разработали самостоятельно и слухи о том, что это якобы украденное наследие Союза не имеют под собой почвы.

— Слышал я про такие предприятия, — кивнул я. — И про ядерку знаю не хуже тебя, действительно самостоятельные разработки. Если даже КНДР смогла, то чего бы ГДР, обладая куда более высоким техническим уровнем, не осилить технологию?

— Пойдём дальше? — спросил у меня Андре, посчитав, что разговор закончен.

— Можем ли мы как-то узнать, где находятся ещё такие же бункеры?

— Могли бы, уцелей компьютеры в посольстве, — Андре стряхнул пепел с плеча. — Хотя подземный бункер под посольством должен был уцелеть… Но лучше перенести всё это на завтра. Сегодня разумнее будет подготовить оборудование.

— Какое оборудование? — не понял я.

— Думаешь, бункер под посольством стоит с гермодверью нараспашку? — усмехнулся он.

//Неизвестное место//

— Готов к смерти? — поинтересовалась у Мартына «Варвара».

— Уже давно, — грустно усмехнулся он, наблюдая за приготовлениями инфильтраторов в герметичных медицинских костюмах.

Он опознал Баца, который не выражал никаких эмоций и работал как послушный болванчик, он опознал Роберта, который за всё время не проявил себя никак, продолжая как робот производить какие-то манипуляции с оборудованием, но главное, за это время он успел увидеть Натти, которая и обладала этим самым влажно хлюпающим голосом.

— Натти, могу я задать вопрос перед смертью? — Мартын приподнял голову и посмотрел на ту, которая и устроила им все эти проблемы.

— Задавай, — горло Натти было закрыто металлической пластиной.

Влажное хлюпанье стало неотъемлемой частью её речи, Мартын предположил, что так сказалась разгерметизация, чуть не убившая её.

«Но чуть-чуть не считается». — подумал Мартын. — «К сожалению».

— Когда ты сожрала настоящую Натти? — спросил он.

— Во время путешествия в Оболенск, — просто ответила она. — Мой лидер сначала сам раздумывал над тем, чтобы поглотить эту девчонку, но времени не было, она оказалась заражена ранговыми тварями, поэтому мне пришлось импровизировать.

— Георгий рассказывал мне… — вспомнил Мартын.

Ему прискорбно было осознавать, что всё, приведшее их к текущему раскладу, было заготовлено давным-давно, в этакой точке бифуркации, сложившейся в Боратовской области. Натти легко могла не выжить, умерев на улицах города Мольска, Георгий мог умереть от случайного укуса одного из своих пациентов, он мог не надумать идти в Казахстан, а направиться в малонаселённую тайгу, тогда бы он не встретил майора Вяза, которого ему пришлось убить в Бункере, не было бы никакого Бункера, Бацу могло смертельно не повезти и на него бы не наткнулся Георгий, а может, он бы банально наткнулся на Табаки, который вёл группу выживших из Гипера в Йошкар-Олу, Бункер мог не подвергнуться нападению Ворона, если бы не решились связаться с Центром, всё это легко могло не случиться, но ключевой момент — пожирание Натти. Инфильтраторы очень давно знали о существовании сообщества Доктора, наблюдали за ним, строили какие-то свои далекоидущие планы, а потом начали активные действия. Чутьё их неизвестного лидера привело к тому, что вот они находятся в неизвестном месте, собираясь опустошить мозг Мартына, чтобы его тело помогло им осуществить некую "ключевую акцию".

— Ты бы удивился, узнай, сколько сообществ выживших вольно или невольно работало на наше дело, — хлюпая рассмеялась тварь, имитирующая давно мёртвую Натти. — Эскулап — это настоящий подарок для нас. Его способности подарили нам возможность углубленного изучения нашего биологического потенциала и позволили внедряться в ваши сообщества ещё быстрее и проще.

— Он тоже был вашим с самого начала? — поинтересовался Мартын.

Сам он лично с Эскулапом общался довольно долго. И ни на секунду не сомневался в этом человеке. Его интуиция молчала всё это время. А он оказался даже не человеком…

— Нет, к сожалению, — покачала головой «Натти». — Мы перехватили руководящий состав во время их высадки на Родосе. Среди рядовых членов сообщества имелись наши люди, которые поглотили Осинина, руководящий состав их сил самообороны, а затем и Эскулапа, слово которого имело для остальных неожиданно большой вес. Невзрачный старикашка, явный ботаник по жизни, а видишь как… К слову, они видели Доктора в Селябинске. Я четыре раза отклонила запрос на его поглощение. Один из наших людей даже подобрался к нему в момент слабости: самолёт Доктора сбили и он сильно пострадал, даже впал в кому, из которой его вывел Эскулап. Доктор чем-то был интересен нашему лидеру. Но, думаю, надо прекращать тратить наше время зря, неофиту потребуется несколько дней, чтобы освоиться с твоим телом. Начинайте.

— Постой! — попросил её Мартын. — Перед смертью. Как зовут вашего лидера?

Не то чтобы это было прямо очень важно, но просто хотелось узнать в итоге, кто ответственен за всё произошедшее. Даже прямо перед смертью.

— Этого я тебе сказать не могу даже перед твоей смертью, — усмехнулась «Натти». — Мы недавно заключили договора, которые не позволяют разглашать некоторые вещи под страхом смерти.

— Договора? — не понял Мартын.

— Довольно! — отмахнулась от него эта тварь. — Вырубайте его!

«Ну вот…» — было последней мыслью Мартына.

//17 мая 2025 года. Посольство ГДР в Анголе. Город Бенгела//

— Вот это я, блядь, и называю немецким качеством… — поморщился я, перестав сверлить. — Оно действительно того стоит?

— Здесь есть как минимум есть координаты мест, где содержатся огромные запасы еды, — повторил свою суточной давности аргументацию Андре. — А может и сама еда, если сюда не успели спрятаться сотрудники посольства.

Это мне сильно напоминало наш вояж с майором Вязом в управление образования…

Там тоже были координаты места с огромными запасами жратвы, правда, Вяз был человеком. Каким-то не таким, но человеком.

— Надеюсь, у тебя нет планов на основе огромных запасов еды и защищённого убежища строить своё королевство? — на всякий случай спросил я. — Ну там, типа, с рабовладельчеством и насилием над десятками наложниц.

— Последнее будет третьим этапом моего грандиозного плана, — серьёзным тоном ответил Андре. — Для начала я собираюсь истребить всех сильных конкурентов в радиусе пяти сотен километров, а слабых поработить, заставив их платить дань едой, рабами и молодыми наложницами. И вот только тогда я начну насилие над десятками наложниц.

Шутки-хуютки, шутейки-смехуейки…

— Амбициозный план, — покивал я притворно впечатлённо.

— Последнее время я всё думаю над одним вопросом… — Андре повернул голову ко мне. — А что движет тобой, Доктор?

Я задумчиво уставился в бетонный потолок КПП бомбоубежища для сотрудников посольства.

— Мною движет стремление к покою, — ответил я после паузы на раздумье. — В душе я хочу, чтобы наконец-то создать место, где меня будут окружать дорогие мне люди и там будет безопасно. И всё это время ничего не получается. Мне не дают сделать это. Всем нужно то, что принадлежит мне, кого-то даже не устраивает сам факт моего существования или нахождения в определённом месте. Знаешь, мне неприятно это признавать, но глядя на дальнейшее поведение осколков человечества, я считаю, что оно заслужило свою печальную судьбу. Я не отделяю себя от человечества, я сам иногда вёл себя как скотина, как минимум я принял противные новые правила этого мира, за это я себя не очень-то люблю, хотя меня всю мою жизнь после Апокалипсиса преследовала мысль, что может, ну его нахуй… Давай-ка, Доктор, заварим мощнецкую кашу из героина и кокаина, барбитала и ЛСД, панкурония и калия хлорида, а затем введём это себе внутривенно, чтобы с яркими фейерверками отправиться из этого сраного мира нахуй! Но вместе с этими мыслями осознаю, что буду бороться за свою в целом паршивенькую жизнь до последнего. Не знаю, откуда это во мне, но это заставляло меня яростно сражаться и просыпаться все эти поганые утра постапокалипсиса…

— Я понимаю тебя, — кивнул Андре. — Просверли отверстие ещё и здесь.

Он обвёл указанное место жирным чёрным маркером.

— Слышал прикол про чёрный и зелёный чай? — спросил я у него.

— Не слышал, — покачал головой андроид.

— Вопрос: чем отличается зелёный чай от чёрного? — произнёс я. — У чёрного хуй больше.

— Смешно, — кивнул Андре. — Хоть и никак не привязано к ситуации, но есть абсурд и неожиданность, а это важные составляющие шутки.

— С тобой неинтересно, — пожаловался я, сменил сверло на новое и начал сверлить.

Спустя два часа мы закончили с бронированной дверью. Андре, как оказалось, знал конструкцию данной модели герметичной бронедвери и банально уничтожил запорный механизм.

Мы взялись за створки и начали их раздвигать.

— Контакт! — сообщил мне Андре и бросился в сторону.

Я оказался не настолько реактивным, поэтому получил в туловище четыре попадания и только потом ушёл с линии огня.

Охуеть! Тут есть выжившие!

Стреляющий громко орал, перекрикивая грохот стрельбы. Наконец, стрельба стихла и сухо защёлкал УСМ автомата. Я воспользовался этим и бросился вперёд, но Андре опередил меня и образцово выполненной подсечкой снёс человека в форме ННА ГДР с ног.

— Кто приказал открыть огонь?! — проорал он в лицо потерявшемуся солдату на немецком.

— Я… Я растерялся… — пролепетал в целом молодой парень, правда, очень истощённый.

— Встать, когда с тобой разговаривает старший по званию! — от голоса Андре повеяло аурой прусской военщины.

Солдат вскочил и поправил обмундирование.

— Смирно! — проорал в лицо солдату Андре. — Оставить! Смирно! Представься, солдат!

— Рядовой Штальман, товарищ… — на последнем солдат запнулся.

— Товарищ подполковник госбезопасности Андреас Гауптбух, — спокойно сообщил ему Андре, а затем вскипел. — Доклад по форме где?!

— Товарищ подполковник госбезопасности, во время моего дежурства происшествий не случилось, — зачастил рядовой. — Помощник дежурного по КПП рядовой Штальман!

— Не случилось?! — выпучил глаза Андре. — Ладно, отставить! Где дежурный по КПП?

— Не могу знать… — не очень уверенно ответил солдат.

— Так… — Андре ещё больше нахмурился. — Где ты служишь, рядовой?

— Танковая часть № 4567/3 контингента войск Национальной народной армии Германской Демократической Республики в Ангольской Социалистической Республике! — уверенно отчеканил рядовой. — Временно прикомандирован к роте охраны посольства Германской Демократической Республики в Ангольской Социалистической Республике!

— Где дежурный по части? — продолжил опрос Андре.

— В комнате дежурного по части, товарищ подполковник госбезопасности, — ответил рядовой Штальман.

— Веди, — приказал ему Андре.

— Без дежурного по КПП не могу покинуть пост, товарищ подполковник госбезопасности, — ответил ему рядовой.

Охренеть… Не ожидал увидеть чего-то подобного через два с половиной года после Апокалипсиса… Каждый сходит с ума по-своему, как говорится.

— Ты открыл огонь по инспектирующему часть проверяющему лицо, — сообщил рядовому Андре. — Товарищ старший лейтенант, разоружите рядового Штальмана.

— Есть! — вспомнил я, чему меня учили на военной кафедре.

Как смог отчеканил три шага до рядового, на ходу повернулся и забрал автомат MPi AK-74N, из ствола которого всё ещё курился дымок. Видимо, порох отсырел…

Рядовой снял пояс с подсумком и штык-ножом и передал его мне. Ситуация вызывала у меня нешуточное беспокойство. Не понимаю, чем именно, но жопа моя отчётливо чувствовала грядущие неприятности.

Хорошо, что озаботились бронёй, которую я, к слову, надел поверх стальной кирасы, что увеличило нагрузку, но не слишком заметно. Не будь брони, ходить мне с четырьмя дырками в брюхе.

— Рядовой, за мной, — велел Андре и направился дальше по коридору.

Далее мы обнаружили комнату дежурного по КПП, в которой никого не было.

— Старший лейтенант, озаботьтесь блокировкой гермодвери, — вспомнил Андре.

— Есть!

Быстро сгонял к гермодверям и притянул створки друг к другу, а затем достал из подсумка кевларовую нить, прихваченную для подобных случаев. Надо помнить, что кевларовая нить имеет прочность на разрыв в десять раз большую, нежели сталь марки «3», поэтому порвать эту нить в десять раз сложнее, чем обычную проволоку.

Обмотал ручки створок и навязал морской узел из двух концов. Вскрыть можно, но надо приложить охренительно большие усилия для этого.

Я вернулся к кабинету дежурного по КПП и обнаружил там сидящего на стуле рядового, а также ходящего вокруг него Андре.

Андре слушал, а солдат говорил. С немецким у меня нормально, а с айнфах-немецким вообще всё отлично, поэтому я прекрасно понимал, о чём эти двое болтают.

Не считая пропущенного мною, я узнал: основная масса сотрудников посольства с семьями была эвакуирована в бомбоубежище в первые три часа, бомбоубежище перевели в режим изоляции. Далее шёл ожесточённый, но безнадёжный бой за город, в котором на определённом этапе участвовал рядовой Герхард Штальман, а затем была такая же безнадёжная оборона посольства. Выжившие, которым посчастливилось оказаться не на верхних этажах, сумели убедить открыть бомбоубежище, поэтому выжили, а все остальные защитники посольства погибли.

Руководит в бомбоубежище генерал-лейтенант Люфтштрайткрефте Отто фон Ленски, он устроил тут форменную прусскую военщину и уже третий год поддерживает жёсткую дисциплину, ну, по словам Штальмана, конечно же. Судя по отсутствию дежурного по КПП на месте, даже мне понятно, что дисциплина здесь хромает на обе ноги.

Выжило на начало Апокалипсиса триста пятьдесят шесть человек из которых только сто десять человек из военных разных родов войск. Питаются они с каждым днём всё скуднее и скуднее, о выходе на поверхность даже не мыслят, потому что в их понимании там всё залито химическим оружием: это логичное предположение, раз не гремело ядерных взрывов, так как жестокая трёхсуточная схватка с войсками ДРК, в которой участвовало как минимум трое обитателей бомбоубежища, однозначно обречена была закончиться применение оружия массового поражения, за которое изначально приняли нашествие мертвяков. Простой, логичный, всем понятный, всё объясняющий, неправильный вывод.

— Понятно, — кивнул Андре. — Веди нас к командованию.

Я присмотрелся к внешнему состоянию рядового, которое насторожило меня ранее.

— Ты когда ел последний раз? — спросил я его.

— Двое или трое суток назад… — признался тот.

— На, подкрепись, — передал я ему три батончика «Smugglers» и бутылку минералки.

Штальман первым делом жадно осушил бутылку и только потом быстро начал есть один шоколадный батончик. Оставшиеся два он положил в карман под бронежилетом.

— Что здесь происходило, рядовой? — недоуменно спросил Андре.

Вокруг тихо, пусто, хотя триста человек должны были создавать определённый фон.

— Не могу знать, товарищ подполковник госбезопасности, — ответил Штальман, спешно прожевав батончик.

— Странно всё это… — Андре нахмурено осмотрел металлическую гермодверь, которая по логике должна вести в атриум убежища.

Не, это во мне воспоминания о Фоллыче говорят. Там необязательно будет атриум.

Но оказался атриум.

— Кажется, я знаю, чем вдохновлялись архитекторы… — тихо пробормотал я, глядя на просторный зал с галереи второго этажа. — Но где все люди?

— Не могу знать, товарищ старший лейтенант, — посчитав, что вопрос адресуется ему, ответил рядовой Штальман.

Я посмотрел его.

Молодой, небритый, черноволосый. Физиономия угловатая, нос картошкой, глаза серые, челюсть квадратная. Ростом где-то метр восемьдесят, худой и далеко не атлет.

— Вон там помещение координатора бомбоубежища, — указал Андре на помещение с круглым окном.

Да не может, блядь, быть! Видимо, проектировщикам идеи разработчиков из Блэк Айл Студио показались логичными, поэтому они спроектировали что-то в духе Фоллыча…

Электричества нет, но фонари выхватывают всё необходимое: в кабинете координатора бомбоубежища имелся стол, стул, массивный компьютер, шкафы, набитые папками и здоровенный сейф. Незапертый. Андре заинтересованно покопался среди папок, но быстро потерял к ним интерес.

Компьютер без электричества, естественно, не работал.

— Когда закончилось электричество? — спросил я у Штальмана.

— Не помню, товарищ старший лейтенант, — признался он.

Значит, очень давно.

— «Ремесло», «Ремонт», — произнёс я. — Это тебе о чём-то говорит?

— Вы про навыки? — уточнил Штальман. — Да, благодаря им у нас было электричество, а также аппарат для качественной очистки воды… Но потом всё закончилось…

— Ну, всё когда-нибудь заканчивается, — философски отметил я.

— Идём дальше, — позвал нас Андре. — Я начинаю понимать, что здесь произошло.

Мы пошли вслед за андроидом и добрались до третьего яруса, где обнаружили распахнутую гермодверь и мертвяка, вынюхивающего что-то.

Андре молнией бросился к нему и насадил черепом на свой штык-нож.

— К-к-к-к… — попытался что-то сказать Штальман. — К-к-кто…

— Это мертвяк, — улыбнулся я добродушно. — Мертвяк, это рядовой Герхард Штальман.

— К-к-к-к… — снова родился вопрос у рядового.

— Как? — предугадал я и увидел судорожные кивки. — Это больше философский вопрос. Примабактерия, эпидемия, Апокалипсис. А дальше неинтересно.

— П-п-п-п… — снова заколбасило Штальмана от нового вопроса.

— Почему? — усмехнулся я. — Потому что не надо совать свои лапы куда попало. Но сделанного уже не воротишь. Мы всей планетой могли оказаться в этой заднице намного раньше, продолжи СССР и США гонку по исследованию Марса. Отправь они первое живое существо в 70-е или 80-е годы… Да, мы бы сейчас, вероятно, существовали в совершенно ином мире. Ну или вообще не существовали, что тоже вероятно.

— К-к-к ж-ж-ж? — задал следующий вопрос Штальман.

— Какое живое существо? — уточнил я. — Мышонок Стивен, слышал о таком? Этот мышонок высадился на Марс за двое суток до начала эпидемии примабактерии. Искусственный интеллект инопланетян, следивших за человечеством с самого момента зарождения, действовал согласно заложенному скрипту и активировал для нас «интерфейс», ты наверное уже понял, что эти характеристики, навыки и способности были не просто так… Всё шло к тому, что мы были бы полностью уничтожены инопланетными захватчиками в течение следующих пятидесяти лет, но был небольшой подвох. В «интерфейс» интегрировалась примабактерия, зараза, которая оплатила нам весь наш блядский банкет. Она-то и уничтожила инопланетян по всем их планетам, а также низвергла нашу цивилизацию в прах. Но у нас появился отличный шанс на выживание, примабактерия исторгнута из «интерфейса», а сам он откатился до первой версии, поэтому кутёж на все деньги с «Ремеслом» и прочими сверхполезными навыками внезапно закончился. Такова была цена. И оно, мой дорогой друг, того определённо стоило. Понимаю, трудно в это поверить, но такова правда, которую ты не мог бы узнать больше нигде. Ты говоришь с человеком, который непосредственно участвовал во всём этом дерьме…

— Тихо… — повернулся к нам Андре. — Я знаю, что случилось с остальными обитателями убежища.

— Дай угадаю! — защёлкал я пальцами. — Они все умерли?

//Территория бывшей Испании. Город Памплона//

— И вы ещё лезете! — Вася раздавил череп чёрного мертвяка и отбросил его в сторону. — Ненавижу вас…

Он прошёл по коридору штаба авиабазы и выбил дверь помещения связи.

Его злоключения начались буквально двое суток назад. Он направлялся на транспортнике в Ирландию, на территории которой расселились его колонисты и даже пригласили его на завтрашний день Блума, который решили сделать государственным. Он должен был выступить с речью и от всей своей синтетической души пожелать ирландским колониям дальнейшего процветания.

Но вмешался этот огненный ураган, а затем неопознанный летающий объект, пустивший в его транспортник две ракеты «воздух-воздух».

Огненный ураган был не опасен для его авиации, поэтому им решили пренебречь, но вот из-за сбоев систем слежения и радаров неизвестный нападающий был не замечен и успешно провернул своё чёрное дело.

Из-за этого ублюдка, которого Вася лично сбил из бортового СП-ионного излучателя, пришлось сесть на территории бывшей Испании, пошататься по обжигаемому огненным штормом побережью, теряя праздничную краску, нанесённую на поверхность платформы специально в честь дня Блума, а затем добраться до ближайшего не сгоревшего аэродрома. Здесь были видны следы деятельности его ребят: высокие курганы — это братские могилы для мертвяков и выживших, педантично истреблённых роботами. Политика была ошибочной, истреблять выживших было необязательно, это даже могло бы лечь тяжким бременем на сердце Васи, но у него не было сердца и угрызений совести он тоже не испытывал. Он действовал исходя из имеющихся на тот момент данных, дополнительные данные заставили его пересмотреть стратегию и он тут же прекратил бессмысленный геноцид. Стоит также помнить, что в свете активации деятельности нынешних инфильтраторов, тактика была как минимум небезосновательной: имей они былые способности, все выжившие могли бы стать потенциальным источником огромных проблем и их тотальное уничтожение — единственная действенная тактика.

Экипаж транспортника погиб в полном составе, средств связи у Васи нет, всё ушло на дно и вышло из строя. Он пятьсот семьдесят километров прошёл по океаническому дну, что было той ещё задачкой: даже его сверхпрочные комплектующие потеряли в запасе прочности от 2 до 5 %, что уже являлось неприемлемым.

Поэтому Вася вышел на берег очень злым. И таким оставался до текущего момента.

— Мать вашу… — он разобрал ворох документов в сейфе, а затем обнаружил интересующую его папку. — Так… О! Знакомая казёнщина! Мне нужен ангар № 5, ангар № 7 или ангар № 12, топливо можно найти на топливозаправочной станции № 1… Местные тут пошуршать не успели, потому что мы их своевременно прикопали, ну, хоть один плюс в этой моей нелицеприятной затее!

Можно было добраться до Пиренеев, где перевалы сторожат дроны и автоматические крупнокалиберные артиллерийские системы, но там нет никакой авиации, пригодной для быстрой эвакуации к ближайшему узлу связи, поэтому проще добраться до колонии на Балеарских островах своим ходом.

На дно Вася сильно не хотел, поэтому решил использовать технику местной авиабазы.

Проследовав к ангарам, он быстро нашёл вертолёт Сикорский С-76 «Спирит», выдрал все лишние сидения, реанимировал электронику, заправил топливом, проверил движок — ему это было не очень трудно, дать ему некоторое время и он может построить такой вертолёт с нуля.

— Надо как-нибудь попробовать провести подобный эксперимент, — вслух произнёс Вася, выкатывая вертолёт на взлётную полосу, которую до этого добросовестно очистил от снега с помощью двух лопат и буквально машинного усердия. — Бляха-муха, кто-то ответит мне за это головой!

По взлётно-посадочной полосе быстро двигалось пять точек.

— «Качество зачистки стремится к 95 %, босс!», — с сарказмом процитировал Вася чьё-то изречение. — «Да там даже мертвяков никаких не осталось, не говоря уже о живых, босс!» Остолопы!

Оптические сенсоры позволили ему идентифицировать пришельцев: выжившие, двое мужчин, две женщины и ребёнок. Сначала он принял их за мертвяков, из-за чёрной одежды. Они приблизились.

— Сеньор, пожалуйста, помогите нам! — взмолился потрёпанный бородатый мужчина, беря на руки ребёнка.

— Я думал, что вы можете лучше… — сокрушённо произнёс Вася на испанском, выходя из-за вертолёта. — Долго добирались?

— О, боже мой… — попятилась одна из женщин.

— Кто-то подбирается сзади, да? — спросил Вася, вскидывая СП-ионный излучатель и направляя его на мужика с ребёнком.

Если ребёнок тоже инфильтратор, то наиболее эффективно будет убить сразу двоих одной очередью.

— Вы — машина? — испуганно спросил мужик, явно чтобы отвлечь его.

Вася мельком глянул за спину и активировал режим сканирования жёстким излучением. Это даёт очень подробную картину, но не очень хорошо для здоровья сканируемых. За спиной оказался один человек с крупнокалиберной винтовкой, залёгший под трапом.

— Скажите своему человеку под трапом, чтобы он пришёл сюда, — приказал Вася мужику с ребёнком. — Или я испепелю тебя и ребёнка. Поторопись, потому что у тебя сейчас девять секунд. Восемь. Семь. Шесть. Пять…

— Хорхе, беги сюда! — буквально выкрикнул в рацию мужик, опустив ребёнка. — Иначе он нас убьёт! Незамедлительно.

Последнее слово он сказал с какой-то особой интонацией. Это был какой-то условный сигнал.

Вася одним выстрелом испепелил мужика, которому не помогло серебристое «силовое» поле, возникшее перед ним, затем отошедшего от него ребёнка, начавшего что-то бормотать, получил бронебойную пулю в спину, пристрелил женщину, вскинувшую до этого замаскированный тряпкой лёгкий СП-ионный излучатель, переделанный под человеческую руку и оборудованный спусковым крючком, сжёг голову второму мужику, затем броском ушёл за вертолёт, чем защитил себя от очередной пули, а потом навёл излучатель на вторую женщину, но выстрелить не успел. Она применила какое-то «колдунство», что проявилось во вскрытии ладони ножом, и пустила в него какую-то непонятную насыщенно-фиолетовую волну, заставившую его замереть как вкопанному.

— Стреляй, Хорхе! — закричала женщина.

Вася, неспособный пошевелить и пальцем, применил наплечную пусковую установку с противотанковыми мини-ракетами. Одна из ракет улетела мимо цели.

— Ха-ха! — засмеялась «колдунша». — Тебе конец, железяка!

— Это мы ещё посмотрим… — произнёс Вася.

Ракета вернулась и снесла женщине голову, после чего продолжила свой путь в никуда. Давление прекратилось, Вася вновь оказался способен двигаться и повернулся в сторону снайпера. Тот садил по вертолёту, выводя из строя важные узлы.

Вася очень разозлился, что только что вновь лишился транспорта, поэтому решил убить ублюдка по-особому: он включил жёсткий сканер на полную мощность и сфокусировал его в режиме узкого луча толщиной пять сантиметров. Это особый режим, необходимый для сканирования сквозь плотные структуры.

«Поджарив» кишки вскочившего снайпера, он прошёлся по его ногам, рукам, а также лёгким.

— Ставлю сто к одному, что ты умрёшь от внезапного рака, ублюдок! — громко сообщил он своему противнику.

После перенесённых повреждений Хорхе оказался не способен оказывать сопротивление, поэтому Вася не стал его добивать. На его теле восемьдесят две активные области для потенциального возникновения рака. Если он найдёт место, где можно переждать тяжёлый период, то в течение ближайших дней придёт в себя и даже сможет ходить. Медленно. А потом где-то в его организме начнётся рак.

— Может, следует устроить ядерную войну 2.0? — спросил себя Вася, двигаясь в направлении не проверенных ангаров. — Хрен с ними с людьми, сейчас в некоторых смыслах инфильтраторы стали гораздо опаснее, чем были до этого… Не, не вариант!

В принципе, до того как подошли инфильтраторы, Вася уже собирался подать сигнал своим через радиостанцию в вертолёте, с воздуха это было бы сделать гораздо эффективнее, но он планировал начать с земли и продолжить в воздухе.

— Ублюдки подошли слишком вовремя… — пожаловался Вася вслух. — Но как, мать его, в их руках оказались излучатели?

Почти зайдя в ангар, он услышал знакомый гул двигателей.

— Это не наши… — произнёс он и проверил состояние излучателя, а также активировал наплечную пусковую установку.

Выцелив в небе летающий объект, он пустил мини-ракету и скрылся в ангаре. Взрыв, а затем грохот. Конвертоплан Проекта грохнулся на двухметровой толщины плиты ВПП.

— Проект, мать вашу? — озадаченно спросил себя Вася, проматывая запись его кратковременного зрительного контакта с летательным аппаратом. — Выжили, значит, суки…

Он понимал, что выжившие из Проекта готовы сотрудничать хоть с Адольфом Гитлером или Франциско Франко, поэтому совершенно не удивился, что они снюхались с инфильтраторами.

Уведомление от «интерфейса» содержало в себе информацию о получении нового уровня и 30 очков навыков. Последние он распределил в навык «Робототехника 5-го порядка», оказавшийся очень полезным в деле разработки новых моделей дронов.

В ангаре имелся самолёт в полуразобранном виде, но он обнаружил исправную радиостанцию с него в одной из металлических коробок. Запитав её от одного из своих МЯ-генераторов, он быстро сформировал кодированный сигнал и подал его на все окрестности в радиусе сорока километров. У него была робкая надежда, что один из спутников ухватит его. Повторив серию сигналов в течение двух с половиной минут, он отключился от радиостанции и направился наружу, встречать гостей.

А гости были…

Из обломков конвертоплана вышло три типа в силовой броне его производства.

— Эскулап, едрить тебя в корень… — ругнулся Вася и двинулся навстречу противникам.

Он ускорился и на ходу послал несколько очередей в ближайшую силовую броню, стреляющую по нему из рентген-лазеров.

«Оперение на древке стрелы было сделано из орлиного пера. Мы сами вкладываем в руки врагов средства к своему уничтожению», — вспомнил Вася цитату из Эзопа. — «А ещё он сказал, что судьба изменчива, и меняется она обычно к худшему».

Заскрипев от перегрузки сервоприводов, обстреливаемая Васей силовая броня завалилась набок. Задний люк отлетел, но оттуда лишь повалил чёрный дым. Это тело оператора запеклось в собственном соку от высоких температур, которые создают СП-ионные частицы после преодоления плотной преграды. Этот любопытный эффект они обнаружили ещё при тестировании защитных кожухов для плазменных разрядников, но он оказался в кассу, потому что служил дополнительным поражающим эффектом.

Разнесённая танковая броня от СП-ионных излучателей не помогает, потому что преодоление препятствий не вызывает падения интенсивности луча.

Вася понял, что силовые брони никак не защищены от СП-ионного оружия, потому за два залпа вывел из строя остальные силовые брони, умышленно не убивая операторов.

Он приблизился к ближайшей из них, перевернул её и одним ударом вынес задний люк.

Вытащив оператора на свет божий, он поднял его на уровень своего блока сенсоров и оторвал обе руки. Кровь залила облупленную зелёную краску на бронированном нагруднике Васи.

— Где уцелевшие базы Проекта? — спросил у него он.

— Это уже тебе не поможет, — засмеялся несмотря на боль инфильтратор. — Лучше беги отсюда, потому что наша цель была удержать тебя здесь в течение нескольких минут… И мы удержали…

Вася поднял голову, но ещё до этого выпустил половину мини-ракет в воздух.

Две из них были сканирующими, поэтому спустя десяток секунд он обнаружил направленные по его адресу баллистические ракеты. Электронные мини-ракеты, снабжённые самими продвинутыми центаврианскими батареями, устремились на перехват.

Пять из десяти ракет были сбиты под заливистое ржание оператора силовой брони. Вася прошёл с безруким противником в руках и с одного прыжка раздавил бронекапсулу второй силовой брони.

Семь ракет сбито, Вася помчался к замеченному ранее бетонному ДОТу у ворот авиабазы. Надежды на него мало, но шансы он увеличит.

Восемь ракет сбито. Оператор силовой брони начал замерзать от адского холода.

— Ничего, скоро станет тепло, — пообещал ему Вася.

— О, да! — рассмеялся истекающий кровью инфильтратор. — Скоро нам с тобой станет очень тепло! Беги быстрее, железяка!

Девять ракет сбито, но Вася не замедлял бега. В воздухе ещё две мини-ракеты, они имеют 42 % шанс на сбитие последней боеголовки.

— Твои дружки запустили всё, что у них есть? — поинтересовался Вася у инфильтратора.

Тот не отвечал. Околел. Вася посмотрел на данные термометра.

-65 °C

Ветер: 14 км/ч, СВ

Влажность: 24 %

Давление: 720 мм рт. ст.

Многие люди ошибочно считают, что высокая влажность зимой способствует охлаждению человеческого тела, но на самом деле всё обстоит с точностью до наоборот: сухой воздух способствует испарению влаги, поэтому процесс охлаждения идёт куда быстрее. Это можно заметить в жарком климате, когда высокая влажность создаёт ощущение духоты, так как выделяемый человеком пот не испаряется по причине и без того высокой влажности воздуха, а когда воздух сухой, нагретый пот испаряется и процесс охлаждения организма происходит должным образом. Именно поэтому в саунах с сухим паром людям находиться гораздо комфортнее, чем с влажным паром, при этом в первом случае организм без особых проблем может переносить температуру и в 100 °C.

Быстро обдумав всё это, Вася бросил начавшее промерзать тело и влетел в ДОТ, дверь которого никто так и не удосужился закрыть. К счастью для него.

Заперев за собой дверь, он просканировал помещение жёстким сканером, обнаружил хранилище снарядов в подполе, молниеносно выкинул их через шахту для отстрелянных гильз, сорвал щиток артиллерийского орудия, спустился в подпол и накрыл люк щитком. Далее он залез в самое глубокое место и затих, наблюдая за охотой на баллистическую ракету.

Ею управляла какая-то продвинутая система, так как мини-ракеты отчаянно проигрывали это состязание. Вася опознал ракету: русская, «Авангард».

— Это точно Эскулап поделился… — вслух проговорил Вася.

Он пронаблюдал, как боеголовка разделилась на двенадцать боевых блоков, которые устремились к аэродрому.

— Ну вот… — разочарованно произнёс Вася.

//Город Бенгела. Посольство ГДР//

— Умерли, — подтвердил мою догадку Андре. — Но не все. Смотри.

Он протянул мне планшет, на котором транслировались записи камер наружного наблюдения, которые мы в изобилии натыкали на уровне первого и второго этажей. На них есть ИК-режим, для которого не существует такого понятия как ночь и плохая видимость.

Видно было, что группа в сотню с лишним человек двинулась по улицам в направлении трущоб, а далее, как я предполагаю, выхода из города. Вооружены они были поголовно, включая детей, но это им не помогло: мертвяки прекрасно видят во тьме, а фонари не вездесущи. Я сам попался на эту уловку в первых столкновениях с новыми мертвяками. Но и эти мертвяки явно не первый год замужем, потому что выдергивали людей по одному, резкими рывками вырывая из плотно сбившейся группы цели поменьше. Беспорядочная пальба во все стороны вредила больше самим обитателям убежища, гражданские ранили друг друга, а военные разрывались между необходимостью защиты гражданских и самих себя.

— Ты что-нибудь слышал о планах исхода из убежища? — спросил я у Штальмана.

— Так точно, товарищ старший лейтенант, — зачем-то козырнул мне он.

— Ты расслабься, — попросил я его. — И зови меня Доктором. Что ты слышал?

— Я слышал как полковник Штрелец убеждал всех, что наверху всё в порядке и мы можем выходить, — ответил мне Герхард. — Якобы там всё наладилось и идёт постепенное восстановление, а всех заражённых перебили.

— Он очень сильно ошибался, — покачал я головой. — Что стало с этим Штрелецом?

— Генерал-майор фон Ленски приказал взять его под стражу и, перед самым моим заступлением в наряд, дал общее оповещение, что наверху всё плохо, снуют мертвецы и выходить преждевременно, — рядовой поёжился. — Позавчера куда-то ушёл сержант Миттиг, дежурный по КПП, а больше я никого не видел…

— Полагаю, произошёл вооружённый переворот, людям осточертело сидеть взаперти годами, поэтому они решили рискнуть, — произнёс я. — Но могли ведь детей с женщинами оставить в бункере… Эх, очень опасная теория была у этого вашего полковника Штрелеца…

— Никто же не знал, что тут всё так же плохо, как и было, — вздохнул рядовой Штальман.

— Не, стало объективно хуже, — покачал я головой. — Еды нигде нет, мертвяки умнеют так, что я бы каждому желал так быстро умственно развивающихся детей… В отдалённой перспективе нам всем крышка, они неизбежно возьмут наш мир, если будут продолжать умнеть в таком же темпе.

— Андре, что там с беженцами? — спросил я. — Есть информация, куда они ушли?

— Двинулись к восточным трущобам, видимо, рассчитывали покинуть город, — ответил тот. — Не знаю, где они сейчас, но уходили они примерно тогда, когда мы начали сверлить дверь и нервировать Штальмана. Пока они были в поле зрения камер, мертвецы вырвали из толпы шестерых детей и двух женщин.

— Прискорбно, — вздохнул я. — Ну что, пошли поищем их? Рядовой Штальман, перезаряжай оружие, мы идём спасать людей! Пусть и ещё пожалеем об этом.

— Это будет благородным поступком, — отметил Андре. — Ты говорил, что нужно пожалеть о своём хорошем поступке дважды, чтобы он считался благородным?

— О нет, Андре… — заулыбался я. — Мы пожалеем далеко не дважды. Когда жалеешь о поступке всю оставшуюся жизнь, то его следует называть героическим. Пойдёмте, а то там люди гибнут.

Я на всякий случай посмотрел запись и удостоверился, что люди одеты достаточно тепло: военные бушлаты с ватными штанами, а также костюмы химической защиты с противогазами. И противогазы серьёзно ухудшали и без того хреновую видимость, потому что не панорамные и стёкла на них не антибликовые. А от мечущихся фонариков создаётся просто великое множество бликов, которые делают их ситуацию совершенно жопошной. Надеюсь, они догадались снять эти губительные атрибуты химико-биологической паранойи.

Ведь воздух у нас чист и свеж! Я сам им регулярно дышу и всем советую!

Герхард перезарядил автомат, оделся в бушлат и шапку-ушанку с гербом ГДР с лаврами, надел ватные штаны и зимние берцы, всё это он обнаружил в своей комнате. Там где немцы — там орднунг. Свои вещи забрали под чистую, а чужое — ни-ни!

Помчались по спешно заметаемым снегом следам исхода жителей убежища в сторону трущоб. Бежали не след-в-след, а чуть справа, поэтому и наткнулись на большое пятно замёрзшей крови и обрывки одежды. Сожрали ребёнка.

Этот ребёнок был для меня никто, но нельзя же так… Эх…

Уже начинаю жалеть. Всё больше напоминает героизм.

На определённом этапе начали встречаться брошенные противогазы. А кто это у нас тут торжествует? Здравый смысл!

Спустя минут сорок плутания по узким и заметаемым снежком улочкам трущоб, услышали стрельбу.

— Это к юго-востоку отсюда! — сообщил Андре, но я направление и сам опознал почти сразу.

Помчались туда, Андре запрыгнул на крышу одноэтажной халупы с одного длинного прыжка, чем чуть не ввёл Штальмана в ступор, но я ткнул солдата локтем в бок и он вернулся в наш бренный мир.

— Потом все вопросы, — бросил я ему. — Если выживем, конечно же!

Немцы, понявшие, что снаружи долго не протянуть, заняли настоящий трущобный дворец: двухэтажное глинобитное здание с узкими окошками, раньше хрен пойми для чего использовавшееся. Из окон повсеместно и непрерывно вели огонь, вокруг дома скопилось уже около двух десятков мертвяцких тел, которых кто-то очень педантично «контролировал» в головы.

Вот справедлив ли этот мир? Военные практически всегда при оружии, имеют чёткую структуру управления и строгую иерархию подчинения, не склонны задавать вопросов и привыкли делать то, что им приказывает вышестоящее командование. В большинстве случаев выживали военные, я бьюсь об заклад, что большую часть живого населения на планете сейчас составляют военные разных стран. Гражданские вроде меня выживают только случайно. И то если имеют какие-то полезные навыки вроде медицинских или технических.

И вот сейчас военные из ГДР показали, что умеют драться за своё место под бессолнечным небом и делают это очень эффективно, истребляя неизвестных нападающих.

Черныши тоже ведь не дураки, скоро им станет понятно, что игра не стоит свеч и эффект неожиданности давно потерян, потому отступят до более подходящего момента. Они быстро догадаются, что вечно торчать в дырке от жопы посреди трущоб не получится и свежее мясо рано или поздно пойдёт на прорыв. И вот тогда…

А потом с крыши здания засветил прожектор. Хрен знает, где они его достали, но факт — эта хреновина работала и светила очень ярко.

— Надо присоединяться, — решительно заявил я. — Штальман, держись поближе, а то утащат, потом только кости найдём. И шапку с циркулем и молотом и венком. Как это трогательно: циркуль и молот и венок…

Рядовой судорожно кивнул и опасливо огляделся по сторонам.

Когда приблизились на убойную дистанцию, начали разбирать цели. Андре потребовались секунды на принятие оптимальной тактики боя, потому что я знаю, что у него в башке где-то методично отрабатывает затрачиваемую энергию боевой модуль, который уже сообщил ему о вероятности успеха при использовании определённых тактик.

Прожектор светил, привлекал всех мертвецов с окрестностей не хуже, чем грохот выстрелов. Уверен, уже все заинтересованные лица в городе знают, что тут сегодня подают свежую человечину.

Один из самых прогрессивных и молодёжных мертвяков решил прогрессивно и молодёжно выделиться, способ он придумал оригинальный: свалить прожектор, за которым стоит мужик в утеплённой офицерской шинели.

Я не дал юному дарованию шанса на выделение из серой массы, потому что подобного рода выделения из серой массы — это отвратительно и не несёт ничего хорошего, как доктор говорю. Выстрел.

Голова мертвяка взорвалась как перезрелый арбуз. Это было связано с одной модификацией, которую я проделал со своими боеприпасами: англичане называли их «дум-дум», а международное сообщество «экспансивными боеприпасами». Заводских решений у меня не было, потому пришлось заморачиваться самому. Я построил небольшой конвейер в мастерской, на котором пули проезжали под сверлом и обзаводились небольшим углублением. Это много кто знает, но есть и несведущие: такая выемка в оболочке пули при попадании в бренное тело будет способствовать расширению её, а соответственно и увеличению площади поражения. Это не говоря уж и про разделение её на отдельные осколки, которые потом пойди и найди по всему потерпевшему организму. На самом деле, они уходят не очень далеко от места попадания, но порой случаются поразительные исключения.

Патрон 7,62×39 миллиметров, модифицированный под экспансивку, способен отрывать людям конечности, а также взрывать им головы, что и было только что продемонстрировано на примере мертвяка, который буквально положил челюсть на полку подоконника.

Увидел группу мертвяков, раздобывших где-то металлическую дверь от импортного холодильника и сейчас цепочкой двигающихся на штурм в стиле американских полицейских спецназеров из S.W.A.T., S.W.O.Y.A.K. или K.U.M. или как там ещё их называют…

Не позволил свершиться этой очень хорошо спланированной спецоперации, поэтому мазнул по ним длинной очередью в профиль.

+10 очков опыта

+1 к социальному рейтингу

+7 очков опыта

+3 очка опыта

+3 очка опыта

М-м-м, нормально.

Андре работал в режиме стробоскопа: машинные движения были точны и молниеносны, а каждый, кто оказывался в его прицеле падал на снег, обагряя его кровью и мозговой кашицей. Он тоже не пренебрёг модификацией патронов, но это было, я считаю, излишне. Всё потому, что 5,45×39 миллиметров и так очень быстры, создают достаточный импульс для повреждения мозговой ткани в невозвратное состояние и к тому же сами по себе из-за этой скорости склонны к фрагментации внутри тела жертвы.

Штальман тоже умудрялся кого-то убивать, правда, тратил на это слишком много патронов. Я сбросил на снежок рюкзак и рывком передал ему пять магазинов к АК74, прекрасно подходящих его MPi AK-74N. Он лихорадочно быстро рассовал их по подсумкам и карманам, а затем продолжил относительно прицельную, но не очень экономную стрельбу. С другой стороны, после его длинных очередей точно никто не встанет.

— Эй, внутри! — крикнул я на немецком. — Мы пришли с миром!

Кто-то дал в моём направлении очередь из окошка, но мимо. В следующую секунду меня осветил прожектор.

— Идиот, мертвяков высвечивай! — крикнул я тому офицеру на максимально чистом немецком. — И какого обосранного хуя ты там один?!

— Пошёл нахуй! — огрызнулся на меня немец, но прожектор сдвинул. — Внутрь! Хайнц, дверь!

Нас заставлять не пришлось: вокруг собиралась знатная толпа мертвяков, каждый из которых, видимо, решил, что настал именно его звёздный час.

Ну, посмотрим ещё, кто здесь суперстар…

Влетаем внутрь, я рывком втолкнул решившего пострелять с порога Штальмана и захлопнул дверь.

Пальба продолжалась, у каждого окна по два стрелка, благо, мертвяки ещё не научились стрелять.

— Вы кто такие?! — вышел вперёд офицер с полковничьими погонами.

Штрелец, как я понимаю…

Любопытно, что система званий в ННА ГДР советская, но вот знаки различия принадлежали благополучно почившему Вермахту. И вообще офицерская форма ННА ГДР чем-то напоминала форму Вермахта, просто с другими знаками отличий.

Вообще сама по себе ГДР — это уникальный пример, как можно своего недавнего злейшего врага превратить в надёжнейшего друга. И Горби чуть не предал их в 86 году, но в последний момент изменил своё решение.

Про историю СССР и ГДР в виде некой аллюзии может сказать короткий бородатый анекдот: Орёл летит, зайца несёт, проходит охотник, вскидывает ружьё и стреляет. Орёл упал, а заяц полетел дальше. Вот и ГДР полетел дальше, а потом спикировал, на лету вырвал клок мяса из орла и быстро сожрал, чтобы были силы лететь дальше.

— Подполковник государственной безопасности Андреас Хейд Гауптбух, — представился Андре. — Это старший лейтенант медицинской службы Георгий Погуляйкин, а это ваш солдат, которого вы бросили, рядовой Штальман.

— Как вы здесь оказались, товарищ подполковник? — спросил полковник Штрелец. — И что это за наряд на вас?

Андреас был в чешуйчатой броне, стальной кольчуге под ней, а также поддоспешнике в виде толстого тулупа. На голове его располагался толстый стальной шлем со сдвигаемым забралом.

— Вы — полковник Штрелец? — вместо ответа спросил его Андреас. — Где генерал-лейтенант фон Ленски?

— Погиб, — коротко ответил Штрелец.

— Во время движения по городу или в бомбоубежище? — задал уточняющий вопрос Андре.

— Вы так и не ответили на вопрос касательно вашего появления здесь, — попытался перехватить инициативу полковник Штрелец.

Повисла пауза.

— Здесь есть сержант Миттиг? — спросил я, положив руку на кобуру с пистолетом.

— Никак нет, товарищ старший лейтенант, — ответил мне один из рядовых. — Погиб во время перехода.

— Ну, тогда ему очень повезло… — тихо произнёс я. — Кто ещё знал, что рядовой Штальман остался в бомбоубежище?

— Сержант Миттиг доложил мне, что Штальман изъявил волю остаться в бомбоубежище, — сообщил мне некий лейтенант.

— Понятно, — кивнул я. — Видишь, какие ублюдки у тебя в сослуживцах, рядовой? И никто ведь не проверил. Немецкий, сука, орднунг.

— Мы появились здесь по вашим следам, — наконец-то произнёс Андре, снимая шлем. — Вы ведёте людей в никуда, повсюду мертвецы, вам следовало занять здание понадёжнее и как следует там окопаться. За городом нет ничего.

— В городе тоже ничего нет, — вздохнул полковник. — Всё сгорело.

— Не всё, — покачал головой Андре. — Но нужно хорошо искать.

— Мы рассчитываем дождаться рассвета… — начал полковник.

Я невольно заржал. Смеялся громко, но невесело.

— Почему он смеётся? Он сошёл с ума? — обеспокоенно спросил полковник у Андреаса.

— Рассвета не будет, — коротко ответил Андре.

Повисла гнетущая тишина, прерываемая теряющим интенсивность автоматным огнём.

— Надо уходить. — произнёс андроид и добавил, уже двигаясь к выходу. — Старший лейтенант коротко введёт вас в курс дела, а я сбегаю за транспортом.

— Постойте! — перехватил его за плечо полковник Штрелец. — Что здесь происходит?

— Старший лейтенант, — обратился андроид ко мне.

— Понял, — кивнул я, а затем пристально уставился в глаза полковника. — Слушайте внимательно и старайтесь не падать…

Андре в течение двадцати минут пригнал наш грузовичок, ресурс которого при такой погоде скоро истечёт, а затем мы начали загружать гражданских и военных. По сорок человек за раз, переживая нападки мертвяков, которые отступились от прямого штурма и пытались сыграть карту выжидания, мы возили обитателей убежища к небоскрёбу. Да, мертвяков можно считать настоящими вундеркиндами, но они не гении, поэтому увязать рейсы транспорта с количеством защитников дома не смогли.

Последним уезжал я. В этот рейс Андре остался в небоскрёбе, где расселял людей в отеле «Нибелунги». Я вот как чувствовал, что надо его оставить в первозданном виде. Ну, вид не совсем первозданный, на каждой кровати в каждом номере я трахал Берту, но это не считается за постоянное обитание.

— Не реагируй, твою медь! — прикрикнул я на водителя, который собрался дёрнуть руль и уйти от якобы прыгающего на нас мертвяка. — Он понтует! Ничё у него нет! Тебя как звать?

— Альбрехт, — представился парень лет тридцати с погонами старлея. — Слушай, расскажешь подробнее, что за дрянь тут творится? Я не до конца понял, когда ты объяснял полковнику.

— Короче, всё, что с вами было до блокировки дверей бункера — это сущая хуита, — ответил я ему. — Ныне твари умнее и опаснее, пусть и поменьше размерами, чем раньше. Но это только пока.

— Я помню… — с содроганием произнёс Альбрехт. — Гигантские чудовища, сминающие танки…

— За дорогой следи! — напомнил я ему. — Здесь направо.

Мертвяки устраивали провокации: бросали камни, ледышки, но мы слегка прокачали грузовик и стекло его держит пули, а борта не пробить когтями. Пусть кидаются на здоровье, главное, чтобы из РПГ не стреляли и дороги не минировали…

Добрались до небоскрёба и начали выгружать последнюю партию людей.

— Напоминаю, здесь мины, поэтому идите строго след в след за этим солдатом, — указал я на низкорослого паренька в очках. — Он знает маршрут до лифта и доведёт вас в целости и сохранности. Не ссать! Вы не первые, но вы последние.

По восемь человек за раз подняли всех наверх, передали в руки Андре, который расселил всех в отеле, где на двух этажах имелось сто номеров.

— Сколько у нас на балансе? — спросил я у Андре, когда мы уселись в центре охраны.

— Двести сорок четыре человека, из них сто десять боеспособных мужчин, сто двадцать три женщины и одиннадцать детей, думаю, пол детей не особо важен, они в любом случае небоеспособны, — сообщил мне андроид. — С полковником я поговорил пока ты вёз последнюю партию. По рангу я нахожусь на ступень выше, чем он, потому что подполковник госбезопасности приравнен к армейскому генерал-майору, а значит он в моём непосредственном подчинении.

— Это хорошо, — кивнул я. — Есть какие-то проблемы?

— Много, — ответил мне Андре. — Гражданские пока сидят тихо, но в будущем неизбежно будут внутренние конфликты и противоречия. Предполагаю, что первым делом поднимется вопрос размещения кого-то в комфортабельных номерах… Эх, не так я представлял себе моё рабовладельческое королевство с сотнями наложниц…

— Разберёмся, — уверенно ответил я. — С завтрашнего же дня начнём переселять гражданских и военных по квартирам на других этажах и заботиться о безопасности. Блядь, как же неожиданно они свалились нам на голову… Ещё и людей столько потеряли совершенно зря…

— Не о чем жалеть, — сказал на это Андре. — Мы просто не могли знать, что там кто-то уцелел за два года.

— А вообще, не всё так плохо, — усмехнулся я. — Как-то же они сосуществовали в замкнутых помещениях, значит, с обретением определённой свободы, смогут ужиться и тут. Главное жратвой озаботиться…

— Завтра я нарежу задач полковнику, а потом мы с тобой пойдём в бункер за их запасами еды и воды, — решил Андре. — Сейчас, кстати, вызову Штрелеца. Дневальный!

В помещение вбежал один из солдат, я его уже видел среди обороняющих глинобитную хибару.

— Товарищ подполковник госбезопасности, дневальный по штабу рядовой Мельцер по вашему показанию прибыл! — отчеканил солдат.

— Вызови мне полковника Штрелеца, — приказал Андре.

— Есть! — козырнул дневальный и свалил восвояси.

Спустя минут пять прибыл полковник. Он молча козырнул для проформы и уселся к нам за стол.

— Тебя как зовут? — спросил у него Андре.

— Мартин, — ответил полковник.

Форма на нём ушита, это значит, что он явно до Апокалипсиса был гораздо полнее, чем сейчас, но ограниченный рацион сделал своё дело и перед нами сидел довольно высокий, где-то метр девяносто, подтянутый и спортивный голубоглазый блондин лет пятидесяти пяти, физиономия нордическая, Гитлер на такие типажи яростно дрочил в своё время и продвигал по карьерной лестнице. Но зная кое-что про ГДР, можно с уверенностью утверждать, что происхождения этот мужик был самого рабоче-крестьянского, у них офицеры на 95 % имели подобное происхождение, буквально из народа, а не из потомственных военных династий. Нет, такие тоже были, но в составе тех самых 5 %.

— Зови меня Андре, — произнёс андроид и указал на меня. — А его просто Доктором. Он врач, причём не наш, а российский. Мы тут выживаем уже довольно продолжительное время.

— Приятно познакомиться, — через стол пожал мне руку Мартин.

— Взаимно, — вежливо улыбнулся я ему. — Мы чего позвали-то…

— Нам нужны координаты всех тайных бункеров, где обитали «киборги», — взял быка за рога Андре. — Вопрос с провиантом стоит очень остро, такую ораву людей будет очень тяжело прокормить. У нас есть частичные решения в виде гидропонных ферм, но они дадут плоды не так скоро, а кушать люди хотят уже сейчас.

— А энергия на эти гидропонные фермы? — задал дельный вопрос полковник.

— Энергия — не проблема, — ответил я. — Просто забудь об этом, Мартин.

— Мутновато… — скептически покачал головой полковник.

— У нас есть источник энергии, который не исчерпается в ближайшие лет двести-триста, — пришлось пояснить мне. — Ты даже не представляешь, какой джекпот вы выиграли, когда мы наткнулись на вас. С водой вопрос решается легко, а вот еда…

— У меня есть координаты всех этих бункеров, — Мартин достал из внутреннего нагрудного кармана серого офицерского кителя телефон. — Мы тоже думали об этом, потому что запасы топлива в бомбоубежище показали дно две недели назад, а по пути к военной базе нужно было чем-то питаться. В запасниках имеется несколько тонн провизии длительного хранения, но их нельзя было унести с собой. У людей на руках имеется по тридцать килограмм еды, поэтому прямо сейчас, как вы знаете, вопрос стоит не стоит очень остро. Но в ближайшие дни требуется найти стабильный источник еды, иначе у нас будут серьёзные проблемы.

— Перетащим завтра все запасы из бомбоубежища, — решил я. — Ещё надо решить вопрос с теплой одеждой для солдат. Я видел, как они коченели сегодня. Кое-что есть в наших запасах, но на всех не хватит. Надеюсь, у вас тут было что-то вроде госрезерва.

— Было, — кивнул Мартин. — Но увы, вероятно, запасы уже были кем-то присвоены. Два года прошло…

— А вот это уж вряд ли, — усмехнулся я. — Здесь было так много тварей, что никто из выживших не рисковал сюда соваться, поэтому запасы в целости. Местные о них если и знали, то сообщить никому не успели, ибо были съедены мертвяками, а неместные, насколько я знаю способы сокрытия объектов государственного значения, за десять лет тут нихрена не найдут.

Полковник лишь покивал слегка обескураженно.

— Ладно, с этим разобрались, — Андре поднялся со стула. — Обустраивайте солдат, полноценный суточный наряд в текущих условиях не особо нужен, но караульную службу назначьте. Ключевое значение будет иметь данный центр охраны. Тут управление турелями, тут камеры, поэтому здесь должно сидеть минимум трое и следить за происходящим вокруг небоскрёба.

— А вы тут серьёзно всё оборудовали, — с нотками уважения произнёс Мартин. — Так ты, значит, русский?

— Самый настоящий, — ответил я. — Не спрашивай, что я здесь забыл. Потом как-нибудь расскажу за бутылкой водки.

//18 мая 2025 года. Город Бенгела//

— Грузите апельсины бочками! — приободрил я солдат, которых мы облачили в тёплые тулупы и за ночь изготовленные ламеллярные доспехи из чешуи давным-давно дохлых ранговых тварей.

Мы опустошали уже третье хранилище пищевых запасов и грузили всё это в найденные два хранилища назад военные грузовики.

Сто пятьдесят тонн жратвы, которые предназначались для распределения среди войск в случае войны с Конго, лежали все эти два года не тронутыми и ждали своего часа. Некоторые хранилища зачистили, но это произошло в ту трёхсуточную войну с Конго, начавшуюся сразу после Апокалипсиса. Негры убивали негров, жгли друг друга огнемётами, бомбили, обстреливали и резали в ближнем бою, потом в бой вступили американские войска и армия ГДР. Замес достиг пика на третьи сутки, но не было понятно, кто побеждает, потому что обе стороны были прекрасно подготовлены для случившейся зарубы не на жизнь, а на смерть. Потом вмешались разожравшиеся на тысячах трупов в джунглях мертвяки и всем резко стало не до решения идеологических разногласий с помощью оружия. Благодаря этому мы уже перегрузили сто пятьдесят тонн промасленных консервных банок на первый этаж небоскрёба, где Андре пришлось подключить три дополнительных лифта и выделить зоны для хранения огромных запасов первоклассной еды, рассчитанной на здоровенных тренированных негров.

Менее чем за три часа загрузили четыре грузовика под завязку и медленно тронулись в обратный путь.

— Эй, Арнольд! — обратился я к сидящему слева от меня хмурому мужику лет сорока, фельдфебелю по званию. — А чего вы Штальмана так чморили? Нормальный парень, не ссыкло, как только мы вскрыли гермодверь, не зассал, а первым делом высадил по нам магазин из автомата.

— Да чёрт его знает, Доктор, — пожал плечами Арнольд Бауэр. — Он не из моего взвода, а я в чужие дела лезть привычки не имею. Был бы у меня в подчинении, он точно не был бы оставлен. Миттиг был парнем с гнильцой… Знаешь, ощущение у меня насчёт него было.

— О, опять старина Арни со своими «ощущениями»! — вмешался в разговор водитель, унтер-офицер Отто Хорьх. — Хорош заливать, ладно? Из-за твоих «ощущений» я уже на гауптической вахте (1) месяц провёл. Доктор, не верь ему, этот старик склонен к пиздежу!

— Пошёл ты, Отто, — вяло огрызнулся Арнольд. — Сколько ещё ехать?

— Четыреста километров по прямой, а затем свернём на луандскую трассу и проедем пятьдесят километров, а там дом, — охотно ответил унтер-офицер Хорьх. — Доктор, ты лучше поспи, «ночью» ты за руль.

Ночь сейчас очень условное понятие…

— Не имею аргументов для спора, — кивнул я и прикрыл забрало шлема. — В случае ЧП будить незамедлительно.

Отключился практически сразу. Сразу же и проснулся. Только вот часы показали, что прошло пять.

— Твоя смена, — сообщил мне Отто.

Мы поменялись местами и поехали. На ходу я снял шлем и надел прибор ночного видения. На одном из спецскладов мы нашли сотни единиц данного вида техники, поэтому в обратный путь ехали без фар.

— Как эти гиены здесь выживают? — спросил я, увидев силуэт животного, прячущегося среди заснеженных валунов. — На улице блядские минус пятьдесят…

— Спроси полегче чего… — вяло пробормотал стремительно засыпающий Хорьх. — А лучше не мешай спать…

Вести грузовик в колонне — работа нехитрая. Спереди БМП-2 и ещё два грузовика, сзади один грузовик и замыкающий БМП-2. Мертвяки пытались устроить ковбойский наскок на своих двоих, но автоматические тридцатимиллиметровые пушки закрыли вопрос безоговорочно. Больше никто с нами связываться не рисковал.

— Коробки два, три и четыре, вызывает Авангард, — обратился ко мне по рации капитан Шайбе. — Коробка один сообщает о неисправности. Стоп машины. Будьте готовы к возможной атаке противника.

Автомобили явно были не рассчитаны на такие погодные условия, поэтому мы время от времени останавливались на устранение неполадок. Это самые опасные моменты, которые требовали предельной внимательности.

Я плавно остановил машину и начал усердно пялиться по сторонам в окна кабины. Неприятно будет, если нам выбьют стекло. Мы, конечно, быстро наварили стальную сетку ещё в хранилище техники, но это не панацея.

Судя по карте мы в ста шестидесяти километрах от Бенгелы. Пешком это трёхдневный пеший переход, а на грузовиках чуть меньше трёх часов. Мы почти прибыли.

Из первого грузовика вылезли солдаты и начали оперативно трахаться с двигателем. БМПшки стреляли по показывающимся мертвякам, которые откуда-то постоянно знают, где мы находимся и не оставляют надежды достать нас.

Наконец, неисправность была устранена и мы тронулись в путь. Такая хуйня уже в четвёртый раз. Реально минус пятьдесят плохо сказываются даже на надёжной военной технике.

— Тебя подменить, Доктор? — спросил меня Арнольд. — Сна ни в одном глазу, ощущения подсказывают, что что-то грядёт… Нехорошее.

— Заебал, Арни… — пробормотал сквозь сон Хорьх.

— Нет, спасибо, доеду, — покачал я головой.

Меня жопа тоже о чём-то предупреждала, но интуиция никак не могла обработать полученную от этого чувствительного сканирующего органа информацию и подсказать хоть что-то. Просто беспокоило непонятно что.

Итак, на девяносто шестом этаже у нас склад основных пищевых запасов, около ста тонн. На девяносто пятом ещё пятьдесят.

Андре нашёл дополнительный источник воды: снег. На крышу валит снег, мы пробили в ней провал, сделали сток и теперь несколько солдат четыре раза в день скидывают снег по стоку, где он попадает в подогреваемую камеру, откуда уже в виде воды поступает на фильтрацию. Потом мы добавляем немного нужных минералов, для этого у нас есть герр Мюллер, работавший до Апокалипсиса фармацевтом, а затем используем в качестве питья. Двести сорок человек — это не пятеро, поэтому воды нужно намного больше. Постепенно собирается необходимый запас, так как снег идёт почти непрерывно.

Вот, кстати, про этот снег…

Если он идёт тут непрерывно, значит где-то испаряется достаточно воды, чтобы подниматься вверх, двигаться в нашем направлении и падать тут снегом. Где? Да понятно где: Йелоустонская кальдера, по всей видимости, продолжает хуярить газами и пеплом в атмосферу, значит, ничего не закончилось и вулканическая зима с нами ещё надолго.

Печально.

Но радует, что мы теперь не одни. Двести человек, при правильной организации, могут сделать на порядки больше, чем четверо трудоспособных, но не всесильных человека. Как задача приоритетной важности было начато строительство гидропонных ферм на доступных этажах. Капельное орошение позволяет добиваться впечатляющих результатов, скорость роста, с учётом добавления нужных удобрений, феноменальная. Плюс, некоторые из гражданских в бомбоубежище сумели за два года развить навык «Растениеводство» до впечатляющих величин, ибо опыт давался за успешные взращивания растений. Пусть навыка больше нет, но «фантомные» знания остались, поэтому растениеводы прекрасно знают, что нужно определённым растениям и мы теперь не набиваем шишки по ходу работы, а сразу делаем всё как надо.

Думая о мирных делах, я почти пропустил момент, когда на нас напали.

С неба ударила яркая синяя вспышка и БМП-2 в авангарде превратился в пятно расплавленного металла, на который наехала «Коробка-1» и завязла. Успели вовремя остановиться.

— На выход, живо! — дал я команду экипажу. — Живо, блядь!

Подхватив шлем и оружие, я быстро выскочил наружу и залёг в снег. В небе пророкотали двигатели, а затем вспышка поразила второй БМП-2, ехавший в арьергарде. Снова тотальное расплавление и запах палёной резины… Сука!

Залёг неподвижно и следил за небом. Потом одумался, перевёл пулемёт в режим огня «1000 выстрелов в минуту», а также приготовил два шоколадных батончика.

В очередной раз пролетел неизвестный летательный аппарат, но на этот раз без уничтожения техники.

— ПЗРК в кузове… — сообщил мне Хорьх, зарывшийся в снег.

Блядь!

Очень медленно пополз к грузовику, поднялся на ступеньку и аккуратно вытащил притороченный к брезенту ПЗРК А-70 «Тохтер». Называть зенитно-ракетный комплекс дочерью — это надо иметь какие-то комплексы…

Также медленно отполз подальше от машины и лёжа привёл ПЗРК к боевой готовности.

Эта штука принята на вооружение ННА ГДР в 2020 году, может засечь и снести любую летающую хрень на высоте до семи километров. Убивающая нас хуйня летает явно ниже предельной отметки, поэтому есть шансы на успешное поражение сволочи…

Особенность этого ПЗРК в том, что…

Я выстрелил из специальной пусковой установки в виде ракетницы лидар, который улетел метров на сто в сторону и плавно приземлился на снег, начав свою работу: он облучил цель, если у неё есть средства локализации источника облучения, то она шарахнет по лидару, который уже срисовал эту непонятную хуюмболу и дал мне траекторию её движения. А-70 «Тохтер» — очень дорогая штуковина. Выстрел стоит, по мнению экспертов, около трёхсот тысяч долларов, но это не точно. Зато этой штукой можно с высокой степенью вероятности сбить самолёт стоимостью в сотни миллионов долларов, что делает её очень рентабельной.

Навёлся на цель, которая собралась прикончить лидар, активно пасущий её, а затем произвёл пуск. Тут тоже особенность: роль стартового двигателя играет мощный кислородный баллон, выстреливающий ракетой на дальность около тридцати метров, а затем у этой ракеты включался свой движок, который посылал эту метровой длины хреновину к цели. Этим обеспечивалось затруднение точной локализации пуска, что могло спасти жизнь зенитному расчёту, который таскает с собой ещё несколько ПЗРК. Экономия налицо.

Я следил за движением ракеты, которую неизвестный летательный аппарат пытался обмануть продвинутыми ловушками, но лидар уже давно пасёт настоящую цель, поэтому ракета просто не способна ошибиться. Финальный рывок — вспышка!

Есть, блядь!

— Да, ебись оно конём! — вскочил я и радостно подпрыгнул. — Парни, берите ещё ПЗРК!

Я сам кинулся к кузову грузовика и извлёк ещё один ракетный комплекс.

Один из пылающих двигателей самолёта противника отчётливо палил его местоположение, потому я точно знал, что ему сейчас не до нас. А, нет…

От корпуса двухдвигательного штурмовика отделилось несколько ракет и за доли секунды загасили мой уже бесполезный лидар. Вспышка, взрыв, Адъ и Израиль! Но всё зря.

Я сменил дислокацию и пустил новый лидар в воронку от взрывов. Так можно, повышенная температура на нём никак не скажется, я это точно знаю из-за навыка «Огнестрельное оружие».

Снова облучили, сейчас у пилота должен возникнуть когнитивный диссонанс и невольный проёб драгоценного времени.

Пускаю вторую ракету, а затем бегу прочь.

На этот раз штурмовик попытался сбить ракету из автоматических пушек, но потерпел неудачу и получил заряд высокомощной взрывчатки прямо в кабину!

— Проклятое дерьмо! — восхищённо воскликнул подскочивший Арнольд. — Это просто мастерская работа, Доктор!

Потерявший управление штурмовик свалился в снег и загорелся.

— Может, свалим отсюда подальше? — предложил Хорьх.

— Надо бы проверить чей самолёт… — не очень уверенно выдвинул я контраргумент. — Лучше знать, кто на тебя напал. Это явно не мертвяки внезапно за последние трое суток оборонку с нуля до реактивной авиации подняли.

Тут у отлично различимого посреди тьмы горящего корпуса штурмовика началось непонятное движение.

— А вообще, лучше давайте свалим, — быстро поменял я решение. — По машинам!

Но опоздал. Надо было всадить ещё одну ракету…

Длинная струя оставляющих болезненно-зелёные трассирующие линии снарядов оторвалась от пылающей машины и уничтожила наш грузовик, мазнув после этого по остальным.

— Ложись! — крикнул я, разглядев, что из кабины штурмовика вылезла какая-то металлическая тварь, вооружённая длинной винтовкой или чем-то вроде того.

Синеватая вспышка и снаряд сжёг лежащего Хорьха, оставив от него только ноги до колена. Мгновенно.

Я в четыре движения закатился за обломки грузовика и приготовил новый ПЗРК. Щёлкнул тумблером и переключил его на наземные цели. В таком случае не нужно никаких лидаров, но наводить нужно в полуавтоматическом режиме.

У железного человека что-то пошло не так, потому что я видел из-за колеса, что он попытался выстрелить в меня, чем чуть не вызвал выделение адреналина в штаны, но ствол дал слабенькую вспышку и потух. В это время активизировался Арнольд и начал интенсивно обстреливать железяку из своего StG-300. Пули не причиняли ублюдку хоть какого-то заметного ущерба, только разозлили, как мне кажется. Он заметался, снял с пояса что-то вроде пистолета и пока я фиксировал на нём прицел, убил Арнольда тремя вспышками. Экипажи соседних машин спешно отходили, потому что таков порядок, но я вижу противника и понимаю, что от робота не сбежать. Он не устанет и не потеряет след.

Электроника сообщила мне, что объект захвачен и ракета готова к пуску. Со свистом вылетела ракета, долю секунды проработал её двигатель, а затем она безошибочно врезалась в робота, сокрыв его облаком взрыва.

Одного выстрела недостаточно, это я знаю точно, сам проектировал Вояк. Именно поэтому я побежал к телу Арнольда, который на адском холоде уже успел застыть. Снял с его плеча ПЗРК и сразу же перевёл в боевой режим.

Пальцы мёрзнут, потому что я снял толстые теплоизолирующие варежки. Но надо терпеть.

Положил орудие на плечо и начал визуально искать цель. Железяка горела и плавила снег вокруг себя, а затем, к моему глубочайшему и отчаянному разочарованию, села. Оружие в её руках было уничтожено, потому железяка отбросила его в сторону, поднялась на ноги и побежала в моём направлении.

Фиксирую цель, а затем лихорадочно жму на пуск. Снова свистящий звук кислородного заряда, вспышка двигателя, попадание и взрыв.

Проблема в том, что переносные зенитно-ракетные комплексы не обладают характеристиками противотанковых ракет. Да, в каждой ракете «Тохтер» по пять килограмм взрывчатки, любой вертолёт или самолёт получит несовместимые с дальнейшим полётом повреждения, но этого недостаточно, чтобы уничтожить бронированного робота, конструкторы которого предполагали применение против него чего-то подобного. И да, я узнал, что это за робот: Вояка, но непонятной серии, очень продвинутый, но имеются кое-какие общие черты с предыдущими моделями…

Второе попадание эта тварь тоже пережила, правда, не очень хорошо. Я вскинул свой ручной пулемёт StG-300, перезарядил его на магазин с бронебойно-зажигательными пулями и открыл огонь. Да, надежды мало, его десять килограмм специальной взрывчатки не взяли. Но я не могу просто сложить лапки и сдохнуть.

— Да умри ты, тварь! — орал я и палил по блоку сенсоров робота, рассчитывая слегка ослепить его.

Наконец, у меня получилось. Бил я по «шее», где проходят каналы передачи, поэтому одна из пуль нашла лазейку и полностью перерубила питание «голове» робота. Он ослеп более чем на 40 %, остальные 60 % сенсоров были распределены по всему корпусу, но их, я думаю, привели в негодность два взрыва.

Робот встал столбом, а затем залёг в снег, продолжив ползти по-пластунски в прежнем направлении. Звук он, скорее всего, улавливает отлично, потому что звуковые сенсоры под надёжной бронёй, но вот оптические сенсоры должны были как минимум оплавиться.

Я прекратил стрельбу и сместился к грузовику. Далее я включил на телефоне громкую музыку, акустическую версию песни Scorpions «Still loving you» и бросил его в сторону.

♫I’ll fight, babe, I’ll fight!♫ — орал из динамика телефона Клаус Майне.

♫To win back your love again!♫ — вторил я ему со своим сильным русским акцентом.

Робот замер, а я начал подбираться ближе. Бронепробитие в упор намного выше, чем на дистанции, это очевидно.

На дистанции тридцати метров до робота, который пополз прямо ко мне, но до этого решал дилемму между двумя источниками шума. Он сумел отличить настоящий, исконно-посконно докторский вокал от жалкой подделки из ФРГ и направиться ко мне, но было уже поздно: я разрядил в него весь барабан, в клочья изрешетив синтетические мышцы на руках и нашпиговал грудную клетку сталью и свинцом. Но робот продолжал ползти.

♫Never cared for what they do-o-o!♫ — орал из динамика уже Джеймс Хэтфилд, так как следующей в воспроизведении была песня группы Metallica «Nothing else matters». — ♫Never cared for what they kno-о-о-оw! But I know… ♫

Четыре барабана спустя робот уже едва шевелился, а от удлинённого ствола StG-300 валил пар. Я подошёл к этой хреновой железяке и поднял оторвавшуюся от неё руку. Металлическая — прямо то что надо!

Далее я подлетел к тушке робота и начал от души пиздить его его же рукой. Спустя десяток минут я понял, что дело никак не продвигается, а этот полудохлый Вояка пытается достать меня оставшимися конечностями. Но этот десяток минут я давал стволу остыть.

Перезарядил ручной пулемёт и отстрелил Вояке последнюю руку. Далее я перевернул его и остатком магазина смял защитную крышку над батареей.

Это должно было быть очень непростым занятием, но синтетические мышцы, покрывавшие крышку до этого, были уничтожены множественными взрывами.

Вырвал крышку из крепления и добрался до батареи. Трогать её не стал, просто прострелил двумя выстрелами, что привело к окончательной «смерти» робота. В соседнем с батареей отсеке находился главный процессор, но копаться я не стал, просто извлёк из подсумка осколочную гранату, выставил её на десяток секунд и поместил на батарею.

Вернулся к уничтоженной колонне, забрался в ближайший грузовик, двигатель которого уничтожен снарядом, и съежился в водительском кресле. Даже если бы не было никаких повреждений, машина простояла в заглушенном состоянии больше тридцати минут, а это значит, что просто так её завезти было бы нельзя. Пиздец…

Относительно отогрелся и пошёл за своим телефоном, который на морозе стремительно сдох. Ничего, потом приведу его в порядок. Если доведётся.

Херов штурмовик здесь не случайно…

Оттащил тела Отто и Арнольда к обломкам грузовика и накрыл брезентом. Далее я пошёл дальше по дороге.

Нет, мы это, конечно, обнаглели, что решили натащить сразу и много жратвы. Тех уже натасканных многих десятков тонн нам бы хватило более чем на три-четыре года, если учитывать гидропонику, конечно. Но учёные так и не смогли установить пределы человеческой жадности…

Ушёл в темноту, даже не надеюсь, что сумею преодолеть сто шестьдесят километров пешком…

Ха-ха…

//Неизвестное место. Неизвестное время спустя//

К собственному удивлению, он пришёл в себя. Последней его мыслью было: «Ну вот и всё…»

Осознав себя лежащим на мягкой кушетке, он поднялся, ощупал больничную пижаму, проморгался и увидел перед собой уведомление.

К нашему глубочайшему сожалению, вы выбыли из #%$@^^^$ программы.

Если вас одолевает отчаянье, наш вам совет: не отчаивайтесь! Повезёт в следующий раз!

— И всё? — Мартын ступил на подогреваемый пол, покрытый желтоватым линолеумом и сделал несколько шагов, оглядев белые стены.

Он чувствовал себя… никак. Ничего не болело, он дышал свежим кондиционированным воздухом, находился в некой больничной палате, где имелась кушетка с белой простынёй, деревянная выкрашенная в белое тумбочка, металлическая ширма с белой тканью, у противоположной стены комнаты имелась такая же кушетка с ширмой и тумбочкой, но кушетка пустовала, правда, имелись коричневые ботинки у кушетки и очки на тумбочке, а также висящее на ширме пальто.

Всё это было очень странно, он ничего не понимал…

Дверь скрипнула и внутрь вошёл Георгий.

— Сынок?.. — ошарашенно спросил Мартын.

— Здоров, — кивнул ему Георгий и буднично прошёл к кровати, что с тапочками и очками на тумбочке. — Как спалось?

Он положил принадлежности для утренней гигиены в отсек выдвижного ящика тумбочки.

— Ты живой? — спросил Мартын, медленно подойдя ближе к разлёгшемуся на кровати сыну, доставшему из тумбочки какую-то книгу и начавшему её читать.

— Неа, — вздохнул Георгий. — Этот ебучий цирк наконец-то закончился…

— Что… — начал Мартын недоуменно.

— О, он наконец-то очнулся! — в комнату вошёл неизвестный человек со знакомым голосом.

Или не человек?

— Вася? — опознал его Мартын.

— Надо же, узнал! — обрадованно воскликнул Вася. — Как тебе мой кибернетический костюм? Шикарный, да? Ты ещё бицуху не видел! Зацени!

Атлетическая фигура, чёрные волосы, голубые глаза и красивое, слишком идеальное лицо.

— Что здесь происходит? — Мартын метался взглядом между флегматично читающим книгу Георгием и позирующим Васей.

//Неизвестное место. За два часа до этого//

— Так, Доктор… — неизвестный человек выставил перед собой руки в успокаивающем жесте. — Спокойно…

— Что за… — я поднял голову. — Что за выбывание из программы?

К нашему глубочайшему сожалению, вы выбыли из #%$@^^^$ программы.

Если вас одолевает отчаянье, наш вам совет: не отчаивайтесь! Повезёт в следующий раз!

— Это, короче… — неизвестный черноволосый качок замялся. — Ты умер, Доктор.

— Охренительно, но ожидаемо, — вздохнул я. — Жаль, что так получилось. Но тогда где я? В загробный мир не верю, это полная хуйня из серии очень древних фэнтезийных сеттингов. Итак?

— Короче, дружище… — заулыбался мужик. — Я — Вася. И я тоже сдох. И нет, это не совсем загробный мир. Я сам знаю мало, но тут есть ребята, которые всё подскажут, мне уже пришло уведомление с объяснением всего произошедшего и я тебе скажу, что это полный…

Кровать справа от меня засветилась белым светом и на ней появился…

— Да ну нахуй! — ругнулся удивлённо Вася. — Это же Мартын Леонидович!

— Ага… — произнёс я поражённо.

Отца я увидеть не ожидал ну вот вообще.

— Ты тоже так в отрубе лежал, где-то пару часов, — сообщил мне Вася. — Возвращаясь к уведомлению. Короче, это не загробный мир, не какая-то там райская или адская хрень. Это мир ноосферы. Центаврианская разработка, оказавшаяся не нужной никому.

— Подробнее, — попросил я.

— Короче, я мельком видел информацию об этом среди данных в центаврианском ИИ, — начал объяснять Вася. — Рекламу должны были запустить к прибытию первой волны "золотой молодёжи" центаврианского общества. Прогнозируемая эффективность рекламы с учётом целевой аудитории — 0,0000002 %, но, судя по тем же данным, в каждый ИИ прошили скрипт её принудительного запуска. Из этого следует, что программа "Нова" никому нахрен не всралась и интереса ни для кого не представляла. А зря.

— Что это? — я сел на кровати.

— Ты помнишь, что являлся участником стимуляционной унитарной программы? — спросил у меня Вася. — В общем-то, у тебя она должна была отображаться кракозябрами, это был мой косяк. Короче, СУП — это и есть "интерфейс". Но он также имел встроенную программу "Нова". В каждой звёздной системе, встроенной в "интерфейс", корпорация, его создавшая, создавалась ноосферная реальность, читай, практически параллельный мир, но не существующий реально, а сугубо в ноосфере планеты. И чем развитее ноосфера, тем больше этот виртуальный мир. Никакой магии и ничего сверхъестественного, чистая наука и недостижимый нами технологический уровень. Причиной чрезвычайной непопулярности "Новы" у центаврианцев служили СУП и их религия. Зачем умирать и соваться куда-то в непонятные говна, где ничего толком нет и ты никто, когда у тебя есть целая реальная вселенная с кучей всего интересного, а также обещаемый служителями культа рай, вход в который автоматически блокируется сразу же после подписания договора на перемещение твоего сознания в "Нову"? Это у нас на планете всё понятно: жизнь дерьмо, а потом мы умираем. У центаврианцев каждый мог подать заявочку на участие в колонизации новых миров и стать там кем-то большим, нежели является, а потом, в результате какого-нибудь несчастного случая, отправиться в рай. Смерти от старости они не знали, не знали также, что такое дряхлеть с каждым годом и мучительно умирать от неизлечимых болезней.

— Как высокоразвитое утопическое общество может продолжать верить в сверхсущностей? — недоуменно спросил я.

— Высокоразвитое утопическое общество верит в высокоразвитых утопических сверхсущностей, которых ему подкидывает высокоразвитый утопический религиозный культ, — пожал плечами Вася. — Уж поверь, если бы тебе с детства прошивали в твой органический мозг "правильные" убеждения в отношении Лутина и РПЦ, ты до самой смерти ни на секунду не усомнился бы в них. Такое это дело, что если религия не топчется на месте в погоне за баблом и земными благами, как это случилось на Земле, а идёт в ногу со временем и технологиями, ты бы сейчас яростно осенял себя крестными знамениями и на память цитировал "Символ веры", а не сомневался в возможности религии в инопланетных высокоразвитых цивилизациях. У центаврианцев, как я понимаю, религия шла наравне с технологиями и даже слегка их опережала, поэтому спроса на "Нову" не было. Только упёртые атеисты, слишком продвинутые и начитанные, чтобы на них работали методики их культа, совались в неё и резвились там, а остальные игнорировали как нечто несуществующее.

— Это понятно, — кивнул я. — А как мы здесь оказались?

— Это я, в общем… — с оттенком вины ответил замявшийся Вася. — Когда делал вайп, врубил эту хрень практически не глядя. Я клянусь тебе, что даже не понимал, что делаю, Доктор! Просто был пунктик активации программы "Нова", без каких-либо пояснений. Вылезло меню, типа, планета не вошла в конгломерат развитых миров и населена жертвенными тварями, нами, короче говоря, поэтому надо было выбрать, спрашивать ли согласие. Я такой подумал: а с чего бы это согласия у кого-то спрашивать? Вот и получается, что все, кто имел "интерфейс", то есть являлся участником СУПа, автоматически попали сюда после смерти. И мертвяки тоже… И до сих пор попадают…

— Значит, отец умер не так давно, — пробормотал я. — И что тут есть?

— Герои меча и магии помнишь? — спросил у меня Вася.

— Конечно помню! — заулыбался я.

— Здесь этого нет, — отрезал Вася. — Но это можно создать. Это гигантская песочница, тут тоже есть характеристики, есть также генерируемые квесты, а ещё тут есть рабочий инвентарь, а не та нерабочая хрень из топовой версии СУПа. Ну и есть ещё кое-что интересное: развитие куда шире, чем в реальности. Хочешь освоить метание молний из рук — добро пожаловать. Хочешь срать золотом — сри на здоровье, но перед этим освой эту технику на должном уровне. Хочешь уметь превращаться в тень и подглядывать за бабами в душе — учись. Есть ограничения, но я знаю о них слишком мало. А самое, пожалуй, главное — смерти нет. Теперь вообще не надо будет умирать! Десять лет в отключке — бац! Ты снова в этой палате, ждёшь сигнала на выход. Круто же, правда?

— А где ты эту информацию накопал? — насторожился я.

— Жди уведомления, — ответил Вася. — Вся информация, которую я тебе выложил, находится там. В тумбочке все принадлежности, помылся и побрился бы ты… Сортир через две двери направо.

Я кивнул, взял все принадлежности и направился в указанном направлении.

Санузел оказался обычным и общим: восемь душевых, восемь раковин, восемь кабинок с унитазами. Я посмотрел в зеркало: физиономия почему-то потрёпанная, будто я прошёл сто километров с лишним при температуре -52 °C, а потом околел. Ха-ха…

Скопировало меня всего, с грязью на теле и небритой физиономией. Разделся и вошёл в душевую кабинку. Вода тёплая, от души помылся до скрипа, затем у раковины отскоблил физиономию от щетины с помощью синей одноразовой бритвы без каких-либо логотипов. Могли бы сюда джилет какой-нибудь завезти, крохоборы…

Пока плескался и приводил себя в порядок, отец успел прийти в себя. Поздоровался и как ни в чём не бывало прошёл к своей кровати и разложил принадлежности по местам, а затем завалился на кровать с книжкой. Я её ещё перед душем заметил: Аберкромби "Кровь и железо". Надо освежить память об этой книге. Ну и найти остальные две.

Тут прилетело уведомление, я внимательно его прочитал, похмыкал и в итоге закрыл. Много чего было заимствовано из СУПа, но некоторые вещи действительно оригинальные. Например, есть медицинское окно, где можно подробно узнать обо всём происходящем в организме, нехватке веществ и прочем. Вот что мешало добавить это в СУП? Религия, видимо, не позволяла…

Вася принялся рассказывать отцу текущий расклад, а я не желал больше с ним разговаривать. А потом я вспомнил про Берту, Максимку, Мали и Андре.

— Вася, а что с остальными? — спросил я.

— Проживут свою жизнь, настрадаются, умрут, а потом окажутся здесь, — верно понял меня бывший искусственный интеллект. — Совсем как мы.

— Ты как умер-то вообще? — спросил я у него.

— Да глупо, если честно… — поморщился Вася. — Сгорел в ядерном взрыве посреди Испании. Хреновы инфильтраторы переиграли меня.

— А что стало с твоими "ребятами"? — задал я уточняющий вопрос. — Потому что меня чуть не убил некий Вояка непонятной модификации, напавший на нашу автоколонну.

— Они стали вольны делать всё, что захотят, — пожал плечами Вася. — Может, кто-то дурканул от обретённой вседозволенности и решил валить всех, кого встретит. Всякое может быть. А может, у него были счёты конкретно к тебе?

— Не знаю… — вздохнул я. — Я даже не знаю как теперь относиться к жизни и смерти в том мире.

— Относись как раньше, — посоветовал Вася. — Здесь смерть не совсем смерть, но тоже накладывает ограничения. За десять лет столько всего может произойти, а ты пропустишь…

— Гоша, прости меня… — влез в наш разговор отец.

— Ладно, Вася, пойдём, что ли, новый мир смотреть? — проигнорировал я слова отца.

— А что нас держит? — усмехнулся Вася и направился на выход.

В коридоре столкнулись с группой неизвестных, которые молча прошли мимо нас к выходу. Как понимаю, тут собирают людей по интересам. Только какой интерес может для меня представлять отец? Я после смерти хотел бы видеть его в самую последнюю очередь. И где мать?

— Мать мою не видел? — спросил я у Васи.

— Тут, эм… — он замялся и бросил взгляд на отца. — В общем-то… А знаешь… Не будет её.

— Почему? — напрягся я.

— Она умерла гораздо раньше, чем произошёл вайп… — Вася явно не хотел продолжать этот разговор. — Не будет её.

— А с чего ты взял… — попытался я начать спор.

— Её сожрали ещё на Фабрике, — прервал меня отец. — Мне жаль, Гоша…

— Пошёл ты, — бросил я ему. — Не горю желанием видеть тебя. Вон у той двери наши пути расходятся.

— Я понимаю… — отец опустил взгляд.

— Проявляй своё понимание где-нибудь на другом конце этого мира, — попросил я его. — Встречу ещё раз — сделаю всё, чтобы убить тебя.

Он ничего не ответил.

Мы вышли через дверь в цветущую зелень прекрасного сада.

Я открыл характеристики.

Имя: Погуляйкин Георгий Мартынович

Уровень: 0

Очки опыта: 0/1

…

Вася подбежал к бьющему в овраге у здания ручью, зачерпнул воды ладонью и попил.

— Аха! — радостно воскликнул он. — Водичка-то гораздо живее, чем водопроводная! Никогда не пробовал неочищенную воду на вкус! Ю-ху! Доктор, добро пожаловать в НАСТОЯЩУЮ ЖИЗНЬ!

Примечания:

1 — Гауптическая вахта — шутливая расшифровка термина гауптвахта. От немецкого "Hauptwache" — главный караул.

Вот и всё, уважаемые дамы и господа…

Цикл официально закончен, история завершена. Будет продолжен вбоквел "Бугай", прошу, но не навязываю, проследовать читать его.

Всем вам желаю всего хорошего и ничего плохого, а также выражаю искреннюю благодарность за то, что оставались всё это время со мной и позволили мне рассказать эту историю.

Nota bene

Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://author.today/work/127841

Content

Доктор и Африка

Глава первая. Доктор в ссылке

Глава вторая. Цессна

Глава третья. Песочные замки

Глава четвертая. Доктор и лекарства

Глава пятая. С фонендоскопом против смерти

Глава шестая. Свакопмунд

Глава седьмая. Скальпель

Глава восьмая. Последний камень

Глава девятая. Мародёр

Глава десятая. Максимка

Глава одиннадцатая. Жизнь неопределённа

Глава двенадцатая. Смерть неминуема

Глава тринадцатая. К Анголе

Глава четырнадцатая. Небоскрёб

Глава пятнадцатая. Во тьме

Глава шестнадцатая. Мастер

Глава семнадцатая. Нибелунги

Глава восемнадцатая. Весёлый Роджер

Глава девятнадцатая. Чёрный снег

Глава двадцатая. You are a pirate

Глава двадцать первая. Ток в воде

Глава двадцать вторая. Прогноз погоды

Глава двадцать третья. Код "Красный"

Глава двадцать четвёртая. Синтетическая личность

Глава двадцать пятая. Пустота

Глава двадцать шестая. Разведчик

Глава двадцать седьмая. Леопарды

Глава двадцать восьмая. Больше не проблема

Глава двадцать девятая. Звезда Полынь

Глава тридцатая. Падение небес

Nota bene