Зубов Константин

Орки под Екатеринбургом

У эльфов

Несмотря на предрассветное время, никто не спал. Нынешнее собрание больше походило на празднование победы, особенно после того, как мы вернулись и рассказали о столкновениях между Коломенскими. Про смерть Максима в лагере уже знали от групп с троллями и Паши, вернувшихся незадолго до нас.

Мы расположились рядом со столбом супер-расширенным составом. По большому счету это был центр общего застолья, и любой член гильдии или кандидат мог подойти и послушать.

— Всего за операцию мы потеряли сто сорок девять человек, из которых тридцать два «Защитника». И всех твоих орков. В лагере тоже нашлись желающие воспользоваться нашим отсутствием: попытка изнасилования, ее пресекли соседи жертвы, насильник ждет суда. Также четверка самоубийц решила грабануть склад, но благодаря системам защиты и Кринне с ее троллями они уже кормят рыб.

— Спасибо, Кринна!

— Тебе спасибо, Александр, за то, что не дать эти два ушлепки угробить себя! — громко простучала зубами тролльчиха и подняла флягу с идущим из горлышка зеленоватым дымком. — За победу!

— За победу! — подхватили десятки, а следом и сотни голосов по всему поселению.

— Конечно, из-за того, что мы спалили некоторые свои возможности, а самое главное, показали приверженность агрессивной тактике, — продолжил громким голосом Петя. — Есть большие риски консолидации против нас, в том числе межрасовой, так что лично я за то, чтобы не останавливаться и продолжать зачищать территорию максимально быстро.

Я понимал, что он делает и одобрял. В головах людей должна установиться связь эмоций от победы с мыслью о необходимости экспансии «Защитников». Или мы их сейчас, или они нас потом.

— Как проявили себя новички? Как там их клан называется? — спросил я, зная, что две сотни новых союзников, под завязку груженные артефактами, уже ушли в свой лагерь.

— Называются по ближайшему крупному населенному пункту «Лесные», правда, не уверен в уместности данного названия для мира, где есть эльфы, — Петя поймал кураж и с удовольствием рассказывал. — Проявили нормально, мы их, конечно, не бросали на амбразуру, но по паре уровней, думаю, взяли все. Кроме тех семерых, что погибли.

Каждый раз при упоминании смертей на несколько десятков секунд становилось тихо, но ничего не могло надолго сбить общий сверхпозитивный настрой, навеянный победой, да и чего уж говорить, алкоголем.

— А орки твои, — прервал паузу Леха. — Отожгли не по-детски, я тебе скажу. В двести рыл разорвали пятисотенный отряд пополам, что дало нам возможность по очереди разбить две паникующие кучи. Причем в том бою как минимум сто из них выжили.

— А эльфы? — между делом задал я наиболее мучающий меня вопрос.

— Эльфов в этот раз было аж триста, — вновь подхватил Петя. — К ним там какие-то гости пришли и тоже выразили желание покачаться. Вперёд, как обычно, не лезли, но несколько очень удачных засад организовали.

— Как думаешь, — спросил, протягивая Лехе стакан, Андрей, — «Щит» сумеет удержать власть или развалится на несколько гильдий?

— Хз, — ёмко ответил я и тоже протянул руку за добавкой настойки. — В любом случае, рано или поздно там появится фундаментальная гильдия. Просто если бы не мы, она появилась бы сегодня, а так у нас есть время увеличить отрыв.

— Ну скорее поздно, — с наслаждением прокомментировал Костя. — Там же надо сложное испытание пройти, и будь хитрожопый Максим жив, он бы посылал четверку за четверкой, а потом просто взял бы контроль над гильдией. Теперь же такого лидера у них нет, и каждый тысячу раз подумает, стоит ли жизнью рисковать с учётом, что потом твою гильдию в любой момент могут захватить другие.

— К тому же Саня убил и раздел их самых топовых бойцов, — заржал Леха.

Да, неплохо получилось. Я откинулся на землю и посмотрел на звёзды. Чуть больше суток назад ситуация была катастрофической. Сейчас один из сильнейших соседей обезглавлен и ослаблен, походя при этом уничтожены два поселения орков и на пик посажены лояльные люди. Все идёт хорошо…

Почему тогда так неспокойно на сердце?

Я достаю запасное копьё и бросаю его в грудь офицера «Щита», лучники из окон соседнего дома начинают поливать улицу стрелами.

Я оборачиваюсь, чтобы уйти, но передо мной появляются два огромных орка. Оба в скрытности, они стоят спинами и не видят друг друга. Можно пройти мимо, но почему бы не пошутить? Поднимаю с заваленного мусором пола осколок бутылки и кидаю в затылок одному из них.

Он с рыком оборачивается, проявляясь, второй тоже, я даже не замечаю их движений, но в груди каждого торчит рукоятка кинжала. Судя по выражению их морд, в последний миг перед смертью они поняли, что убили и умерли от руки брата…

Перешагиваю тела и бегу по лестнице вниз. У подъезда толпа, и она ждет меня. Тут все: орки, люди, эльфы, гномы, тролли, хоббиты, синекожие и ещё несколько рас, раньше мной не виденных.

Желание убить меня написано на их лицах. Они знают, что я в скрытности, а так как ни у кого из них нет «обнаружения без колдунства», они стоят плотно, мимо можно проскочить, только если научиться летать.

Или кинуть стекляшку, как несколько секунд назад в орков? Нет, стекляшка не поможет, надо заставить их убивать друг друга. Эти твари забыли, кто их хозяин!

«Ты!» — мысленно я обращаюсь к стоящему первым огромному каменному троллю.

Он растерянно вращает головой, не понимая, кто с ним говорит.

«Да, ты!» — я чувствую, как связь усиливается. — «Ты должен убить их всех!»

Тролль замирает и смотрит мне прямо в глаза.

— Да, хозяин!

Он разворачивается и взмахом огромной дубины разбивает головы пятерке ближайших разумных существ…

Теперь дело пойдет!

Взглядом в беснующейся толпе я выхватываю крупного орка.

«Ты!»

— Слушаю, хозяин! — связь установилась мгновенно.

Не открывая глаз, я в надежде ощупал место рядом. Иль так и не вернулась. Ну что ж. Значит план А. Но перед этим прочитаю сообщение от системы.

Открыта новая особенность. «Приказ кровному врагу». Раз в сутки вы можете отдать обязательный для исполнения приказ разумному существу, которое вас ненавидит. Базовый шанс срабатывания 10 процентов. Шанс возрастает в зависимости от степени ненависти объекта к вам и величины его уровня (плюс 20 процентов за каждый выше вашего).

Мда. Прекрасно на первый взгляд, почти бесполезно на второй.

Каст с шансом десять процентов раз в сутки? Да ещё надо найти высокоуровневого врага, который не презирает или боится, а именно ненавидит меня. Херня, короче. Годится только для героев голливудских фильмов, попавших в концовке в западню, и то перед тем, как гг начнет дубасить врагов, они обычно просто над ним насмехаются.

Зато тенденция получения особенностей контроля мне, безусловно, нравилась.

Быстро помывшись и наспех перекусив, я собрал короткое совещание, на которое пригласил только людей, знающих про мои сны, в чье число теперь входил и Паша. Чтобы избежать лишних ушей, мы собрались в здании одного из складов.

Выслушав мой рассказ про сон, в котором наше поселение атаковал дракон, исчезновение Иль и мои мысли по этому поводу, все долго молчали.

— Ты босс, — первым заговорил Леха, царапая наконечником меча на кирпиче какое-то слово, начинающееся с букв «ху». — В принципе они свое почти отработали, призыватели и лучники у нас и без них уже есть. В худшем случае стена вместо леса будет…

— Что с учётом Саниного сна, может и лучше, — пробормотал Андрей.

— А Саниным снам после вчерашнего не верить нельзя, — вставил Паша.

— Тогда готовимся, с Кринной я поговорю. И пока пленника не трогайте.

— Приветствую, Александр.

Трунис стоял под «деревом совещаний» и спокойно смотрел на меня.

— Мне нужно поговорить с Иль.

— Она сейчас на задании вместе с Фри.

Ни тон, ни выражение лица эльфа не изменились, но мне не нужно было уметь читать мысли, чтобы понять, что он врет.

— Ты «Защитник», Трунис, а я глава гильдии. Ты понимаешь, что это значит? — я старался придать голосу такое же бесстрастное выражение, как у собеседника.

Повисла пауза, и на лице остроухого на несколько секунд промелькнуло… сожаление?

— Я ещё и эльф, Александр, — медленно проговорил он.

— Хорошо, — улыбнулся я. — Как представителя эльфов, информирую тебя, что через пять минут начнутся учения, знаешь, что это такое?

— Да, — тихо сказал он, первый раз оторвав взгляд от меня и осматривая лагерь за моей спиной.

— Их цель — отработка действий по эвакуации мирных жителей в случае лесного пожара. Предупреди своих, чтобы не хватались за луки.

Не дожидаясь ответа, я пошел к столбу, где меня уже ждали.

Прозвучал рог, оповестивший всех о начале внеплановых учений.

Около десяти минут моим ребятам потребовалось на перемещение всех людей на четыреста метров от леса и установку там элементарнейших баррикад. Эльфы не мешали, а некоторые даже помогали.

Я тем временем раскидал накопившиеся после получения двадцать четвертого уровня и прохождения двух легких испытаний навыки и статы.

В этот раз в шорт-лист попали:

Владение щитом — 4/5

Нечувствительность к боли — 2/10

Призыв неразумного живого существа — 3/5

Прочность костей — 2/3

Развитие второй руки 0/5

Устойчивость к ядам — 3/5

Увеличение мощи — 1/5

Увеличение прыгливости — 3/5

Увеличение жырности — 1/5

Стабилизация — 0/3

Ускорение — 0/1

Жаба душит тратить пять очков, но пора уже замаксить щит, все-таки постоянно его использую. Так же давно просит развития вторая рука, если бой идет не по классике, а мечами или кинжалами, левая двигается совсем не так ловко, как правая, и очень быстро устает. Допустим, на два. До тройки можно поднять болевой порог, что-то подсказывает, совсем скоро может пригодиться. Ну и по единичке в стабилизацию и ускорение до кучи. Итого из четырнадцати осталось одно — пусть будет.

Дальше статы. Пять больших книг характеристик, вытащенных из пика, дали пятьдесят очков, итого стало семьдесят шесть.

Моща — 20 — для увеличения требуется 11 свободных очков.

Прыгливость — 20 — для увеличения требуется 11 свободных очков.

Жырность — 20 — для увеличения требуется 11 свободных очков.

Бесячесть — (-10) — для уменьшения требуется 6 свободных очков.

Правильномыслие — 25 — для увеличения требуется 7 свободных очков.

Колдунство — 0 — для увеличения требуется 8 свободных очков.

Зыркливость — 20 — для увеличения требуется 9 свободных очков.

Нормальность — (-3) — для увеличения требуется 50 свободных очков.

Глобально картинка меня устраивает, поэтому надо локально вливать в то, что может мне пригодиться сегодня.

Возможно, в этот раз это именно бесячесть, но я же дал себе зарок на ней экономить. Или вкачать? Не. Не может быть сильным билд, где качается все, так что выбирать будем из того, чего и так много. Ну моща против толпы эльфов, начни они бучу, не спасет. Зыркливость тоже. Колдунство — тьфу на тебя, давно бы убрать из списка вместе с нормальностью. Правильномыслия и так много, потом подкачаю.

Пусть будет прыгливость! Знаток леса у меня пять из шести, в теории могу попробовать свалить, если что. Да и в целом бегаем много.

Да будет так!

Прыгливость — 25 — для увеличения требуется 14 свободных очков.

Офигеть! Шестьдесят одно очко на пять статов. Пусть пятнадцать останется про запас. До двадцать пятого уровня еще пятьдесят тысяч опыта.

Глубоко вздохнув, я пошел к уже ожидающим ребятам.

— Удачи! — напутствовал меня Петя и пожал руку.

— Точно помощь не нужна? — ещё раз уточнил Андрей.

— Все под контролем! — бодро ответил я, стараясь излучать уверенность, которой и близко не было. — Главное следуйте инструкциям.

— Дай им там просраться, — оскалился Леха и хлопнул меня по плечу.

Я скинул свой легендарный рюкзак, в котором помимо прочего лежали все мои артефакты с активируемыми способностями, кроме серьги с озарением, и взял, заранее подготовленную простенькую редкую сумку. Понимая, что те, кто умеет анализировать, только по этому действию поймут, что мое возвращение не гарантировано.

Трунис стоял там же, даже поза не изменилась.

— Отведи меня к тому, кто сейчас принимает у эльфов решения, — сказал я, не давая ему открыть рот.

— Мне надо предупредить…

— Это приказ, Трунис, неподчинение означает немедленное исключение всех эльфов из гильдии «Защитники», — я сорвал лист с нависающей ветки, скатал из него шарик и продолжил. — Мы можем идти медленно, пошли кого-нибудь быстрого с предупреждением.

— Да, Ал8нур, — после паузы сказал Трунис. — Прошу за мной.

Не зря все говорят, что появилась в моем голосе какая-то интонация, прекращающая споры. Надо бы ее вычленить и использовать на регулярной основе.

Мы шли по лесу не меньше полутора километров. Каких-то защитных сооружений я не заметил, но вот общее обустройство впечатляло. Дома на деревьях, огороженные живой изгородью, плантации растений и кустарников, землянки и, конечно, снующие туда-сюда эльфы. Некоторые из них кидали на меня удивлённые взгляды, а потом, узнавая, приветствовали. Здесь угрозы я не чувствовал…

В отличии от «центрального ручья».

Каменную двухметровую пирамиду, из которой вытекал ручеек, покрывали различные вьюны. Вокруг плотно росли деревья. «Знаток леса» пятого уровня подсказывал, что место необычное, вернее исключительное. Все породы разные и выращенные совсем недавно, но по внешнему виду казалось, будто они были тут всегда.

Землю покрывал ковер разнообразных трав и цветов, дорога представляла собой цепочку плоских камней.

Эльфы сделали здесь сердце леса. Или оно всегда тут было и заставило их облагородить себя.

В десяти метрах от ручья громоздились на первый взгляд огромная куча крупных камней, напротив нее такая же, только меньше. Присмотревшись, я понял, что это две ложи. Гостевая, к которой меня сейчас вел Трунис, и хозяйская. На ее самом высоком камне сидел незнакомый престарелый эльф. Первый, про кого я сразу мог сказать — он реально старый.

На камнях пониже сидели четыре остроухих, в том числе и Глинет. Вокруг насыпи собралось ещё около двадцати эльфов. Солидная встреча, чего говорить. По крайней мере, они нас точно не недооценивают, или конкретно меня. В контексте того, что я собирался сказать и сделать, это скорее хорошо.

— Приветствую тебя, Александр! — поднялся со своего места Глинет. — Присаживайся. Это Еквекиль, наш гость и союзник.

Он указал на ровно сидящего выше всех сородича. Подавив желание съязвить на тему, что тот не рассыпался бы представиться самостоятельно, и почему это у гостя такой хороший стул, я просто сказал «Привет» и сел на указанное место.

Еквекиль явно растерялся от моей краткости, но тут же взял себя в руки.

— Приветствую тебя, Александр, — пропел он, и, уверен, сиди я рядом, протянул бы руку для поцелуя.

— Короче, — не давая приподнявшемуся Глинету открыть рта, начал я. — Не хочу вас отвлекать, да и у самого дел по горло, так что перейду сразу к сути.

Как всегда, на переговорах в меня будто вселялся кто-то другой. Нож появился в моей руке, и я начал чистить давно этого просящие ногти.

— Первый вопрос — где моя девушка Иль? Второй — помнишь ли ты, Глинет, наши договоренности, в частности те, что касались пересадки леса? И третий, вытекающий из второго — кто этот (хрен) эльф и какие у тебя договоренности с ним?

— У нас не принято, чтобы с членами Ульса разговаривали подобным тоном… — тягуче начал Еквекиль.

— Да мне посрать! — перебил его я и посмотрел прямо в глаза. — Я не знаю, что такое Ульс. Среди присутствующих здесь эльфов есть те, кто присягнули «Защитникам» и мне. Да и вообще, (тебя) вас, я не спрашивал. Где Иль?

— Ты не понимаешь, к чему может… — испуганно воскликнул Глинет.

— В смысле не понимаю? — я сделал удивлённое лицо. — Когда край солнца коснется горизонта, мои люди начнут проходить пик и на выходе из него рубить деревья. По нашим расчетам за ночь метров на двести углубимся. Досюда за неделю-другую дойдем.

Видимо, хотя бы на первом уровне русским тут владели все. Над поляной повисла гробовая тишина. Она ласкала слух, и я умиротворенно наблюдал, как крутятся пылинки в лучах солнца, пробивающихся сквозь кроны деревьев.

— Мы тебе не враги, — выдавил из себя Глинет.

— Правда? — ухмыльнулся я и демонстративно сплюнул на траву, жиденько, но посыл, думаю, все поняли. — Тогда отвечай на вопросы, которые тебе задал лидер гильдии, в которую ты по собственной воле вступил.

— И с этим Кье64)бу ты хотел построить свое будущее? — повернулся к Глинету ошеломленный Еквекиль.

— Да не с тобой я, блядь, разговариваю! — заорал я, мысленно отметив, что он сказал «хотел», а не «хочешь».

Десяток стоящих в отдалении эльфов, выскочили вперёд и подняли луки, примерно половина от общего числа.

— Помочь? — я посмотрел на ближайшего и через инвентарь снял куртку и рубашку. — Давай, хули! Сразу решим, кто тут кому друг, а кто сраный предатель и змеюка, пригретая на шее. Да, Глинет?

Авторитет + 1.

— Стойте! — Глинет вскочил и, разведя руки, встал между мной и стрелками. — Саша, давай спокойно поговорим!

— Я для того и пришел, — немного тише сказал я. — Где Иль?

— Да тут она, — скорчив надменную рожу, произнес отошедший от шока первого контакта Еквекиль и кивнул куда-то в сторону.

Из ближайшего домика на дереве по веревке-лиане слетела знакомая фигура, от радости у меня защемило сердце. Жива!

— Иль!

— Саша! — девушка коротко обняла меня, отстранилась и защебетала: — Это друзья, Саша! Они помогут вам построить надёжную оборону и защитят пик! Не ругайся! Мы наращиваем лес, и с той стороны вообще никто не подойдёт…

— Почему ты вчера не пришла?

— Да тут столько дел, Саша! Это же мой род, моя кровь! И вам они помогут, построят…

С того момента, как она заговорила, внутри меня стремительно сжималась пружина. Я не узнавал ни голос, ни мимику возлюбленной… но это дважды повторенное «вам» расставило все точки…

Я отодвинул девушку и посмотрел в любимые зеленые с золотыми крапинками — чужие глаза. Уже не контролируя себя, повернувшись к Глинету, я закричал:

— Слушай меня внимательно, «Защитник» липовый! Я, сука, считаю до десяти! До десяти, остроухие ебланы, вы меня хорошо слышите? — я обвел взглядом всех собравшихся рядом с ручьем. — На счёт десять, если вы не снимаете заклятие, или что вы там наложили на Иль, то вы или убиваете меня, или я убиваю это престарелое ушастое уебище, — я ткнул пальцем в Еквекиля. — И, конечно же, это значит войну. Войну до смерти последнего из вас или из нас! Никакая гнида не будет устанавливать свои порядки там, где «Защитники» пролили свою кровь. Вам ясно, суки!?

Я сделал глубокий вдох, набрав полный лёгкие воздуха, и заорал:

— Раз!

— Саша!!!

— Два!

— Александр!!!

— Три!

Еквекиль сидел и, улыбаясь, смотрел на меня.

— Четыре!

— Опустите луки!!!

— Пять!

— Саша, это друзья…

— Шесть! — я положил в рот кусок сырого мяса.

—…они вам помогут!!!

С лица Еквекиля медленно сползала улыбка.

— Семь!!

— Опусти лук, агРилк_ен!!!

— Восемь!!

— Все назад!!! — передо мной, закрывая меня, встал Глинет.

— Девять!!!

Выражение лица Еквекиля за долю секунды изменилось с неверия до осознания, что шутки кончились. Он резко встал.

— Саша!

— НЕЕТ!

— Десять!!! — откинув Глинета в сторону, я рванул вперёд.

— Не стрелять!!!

— Саша, стой!

Передо мной возник эльф и отлетел, получив мощный удар щитом. Сразу две стрелы вонзились мне в правое плечо, но я уже был близко и старый добрый «дырокол» летел в горло главного противника.

Он исчез.

А через мгновение тяжёлый удар заставил померкнуть дневной свет.

Кенлунд

— Саша, это я! — открыв глаза, я увидел лицо возлюбленной, по ее щекам текли слезы. — Сашенька, милый, это я!

Это действительно она. Прежняя. Только вот это не пробуждение. Психоделическая цветовая гамма однозначно указывала на псевдопророческий сон. Или травму мозга после удара.

Ну живой и ладно, надо вести себя естественно и посмотреть, что будет дальше. Это было не сложно.

— Я так рад тебя видеть! — я выкинул все лишние мысли из головы и крепко прижал к себе Иль. Не исключено, что при пробуждении (если оно будет) этого не удастся. — Что они с тобой сделали?

Эльфийка не ответила. Отстранившись, она с болью посмотрела на меня, поцеловала и встала.

Я оглянулся.

Лежу между каменных насыпей, а вокруг кольцо эльфов. Прямо передо мной Еквекиль, он, улыбаясь, наклоняется и протягивает руку к моему лицу. На его ладони восьмиконечная горящая звезда.

Чем ближе она ко мне, тем меньше хочется отвести взгляд. Она разгорается все ярче и тянет.

— Слушай меня, Александр! — ласковый голос Еквекиля проникает сразу в мозг. — Ты должен вернуться назад и сказать…

Звезда сияет ярче солнца, наполняя всю душу любовью… любовью к этому прекрасному эльфу.

Все, что угодно, хозяин!

— Саша, это я! — открыв глаза, я увидел лицо возлюбленной, по ее щекам текли слезы. — Сашенька, милый, это я!

— Лежи спокойно и молчи! — прошептал я, прижимая эльфийку к себе. Счёт шел на секунды. — Еквекиль! Ты думаешь, эта восьмиконечная хрень у тебя на ладони поможет?

Раздался ропот, за плечом девушки я не видел ничего, кроме крон деревьев и просвечивающегося между ними голубого неба. Ну и нескольких силуэтов с направленными на меня стрелами.

— Первым делом я предупредил своих, что меня здесь могут взять под контроль, поэтому и пришел один, — продолжал я, наслаждаясь и заряжаясь теплом тела Иль. — И у нас есть люди, способные это определить и отменить любое воздействие! И хрен вы их достанете! Ты слышишь меня, падла!?

— Оаеьл45 мин, алл32иапти пен883иас!

— Лохло34ил асис09() 2апрелс.

— Кл93лениас(60)исэал ильмин7! Алиинкли75 аситх81ильсант оль3х!

— Что? Твои люди подтвердили, что я не вру? Подтвердили, я знаю! — я искренне засмеялся.

Далеко не факт, что для меня вся эта история закончится хорошо, но поднасрать бессмертному спесивому ублюдку было очень приятно.

— Глинет, ты же здесь?

— Да.

— Не знаю, свободен ли ты в своих суждениях или находишься под контролем, как это было с Иль, но у тебя два выхода. Забрать все деревья, кусты, да хоть весь лес вместе с землей и свалить со всеми своими новыми друзьями, — тихий шелест листвы, стрекот насекомых в траве и глубокое дыхание Иль, лежавшей на моей груди, успокаивали. — Или остаться с нами. Скажу сразу. Тебе придется постараться, чтобы искупить ту хуйню, что ты чуть не сотворил.

— Я не успела ему сказать про твой сон, — прошептала мне на самое ухо Иль.

Молчание длилось полминуты, все это время, я гладил волосы Иль и прижимался к ее щеке.

— Я не враг тебе, Александр, — наконец сказал Глинет. — И я не уверен, что раньше действовал по собственному усмотрению…

Поднялся шум — свидетелей у сцены стало минимум в три раза больше, чем раньше.

— Тихо! Опустите оружие! Еквекиль, опусти руку! — крикнул Глинет. — Тут только один человек, и он связан… чувствами. А остальные… Мы ВСЕ! Сородичи! Гости на чужой земле! Нас мало, и мы должны быть вместе!

Понемногу гвалт стих.

— Несколько дней назад я подарил Александру кольцо, защищающее от ментального воздействия, и когда он сейчас потерял сознание, я его снял и надел сам. Тихо! Оружие на землю!

К своему удивлению, я услышал приглушённый стук падающих в траву луков и мечей.

— Что ж ты думаешь, Еквекиль, у нас нет своих фокусов? — нарастал голос Глинета. — Это ты там был членом Ульса, а тут ты появился таким же первым уровнем, как и остальные… правда, с этой дрянью на ладони… и ты направил ее на своего сородича, без всякого повода, просто чтобы облегчить себе жизнь!

Я лежал, боясь пошевелиться. Все, что происходило до этого, шло более-менее по моему плану. Сейчас же я оказался в центре чужой разборки, и сторона, которою я условно мог считать своей, была малочисленнее другой.

— Ты забываешься, Глинет! — в ранее плавной, текущей речи Еквекиля послышались новые, истерические нотки. — Ты сам согласился со мной!

— Опусти руку! С этим кольцом на меня эти фокусы не действуют.

Зато, к сожалению, действуют на остальных. Улучшенный слух позволял примерно оценивать происходящее. И ситуация складывалась не в пользу Глинета.

Он это понимал.

— Еквекиль! Согласно «третьему Закону Родного Леса», я обвиняю тебя в причинении вреда хозяину и вызываю на Кенлунд!

Ох, ёпт. Скорее всего даже в гробу не бывает такой тишины, там хотя бы слышно, как скребутся кроты и ползают насекомые. Здесь же перестали петь даже птицы, и задержала дыхание Иль.

— Ты не имеешь права бросать вызов члену Ульса, ты всего лишь командир экспедиционного отряда.

— Я хозяин этого поселения! Тут обустроено сердце, и ты сам его принял, сев на те камни. У себя дома хозяин может кинуть вызов любому. И если ты откажешься, никакой гипноз не сможет удержать эльфов в подчинении нарушившего Закон Родного Леса.

От напряжения у меня начинало затекать тело, но шевелиться нельзя.

— Будь по-твоему, Глинет, — после долгой паузы противным голосом пропел Еквекиль. — Согласно третьему закону, я принимаю Кенлунд от тебя и в качестве оружия выбираю дубины.

Почему-то после этих слов дурное предчувствие только выросло. Хотя, казалось бы, куда?

Меня отпускать не собирались, да я вообще-то и не стремился уходить.

Спасибо, не связали, правда приставили четырех бойцов и отобрали рюкзак. Среди охраны знакомых не было.

Арену для поединка, на мой взгляд, выбрали странно — само сердце леса, то есть насыпь камней и круг радиусом семь метров вокруг неё.

Хорошо, не стали тупить и сразу приступили к делу. Даже без пафосных речей обошлось. Почти. Еквекиль, конечно, поквакал для порядка, но без особого энтузиазма, по его лицу было видно, что он уверен в победе и дубины выбрал неспроста.

Кроме необычной локации и участников, Кенлунд ничем не отличался от простой дуэли. Условия вслух не проговаривались. Более того, с момента согласия и до начала боя никто, кроме участников, не проронил ни слова, при этом они настолько синхронно действовали, будто общались телепатически.

Чужой Кенлунд — потёмки.

Не было даже объявления о начале — противники вдруг одновременно вскочили на насыпь.

Посох в руках Еквекиля двигался быстро, а вот странной формы дубина Глинета явно была хозяину в новинку.

Скучно, ни тебе брызга искр, ни звона, просто глухой стук сталкивающегося дерева. И грустно — Еквекиль легко и относительно непринужденно теснит противника.

Почувствовав на плече тяжесть, я повернул голову — Фурфур сидел, подняв все три хвоста и переводя взгляд с одного дуэлянта на другого. Жаль, ты не умеешь говорить, сделали бы ставки. Правда, всего скорее на одного и того же хитрого старого мерзкого эльфа.

Пожалуй, пора подумать, что делать, когда мой единственный защитник проиграет или даже умрет.

Продолжить свою линию и броситься на Еквекиля?

За эту идею однозначно один плюс — мерзкий и опасный гад в случае успеха умрет. Вот только минусов больше: он может и не умереть — это раз, я умру — это два. При условии, что он не умрет, для своих я полезнее живым, после того как они снимут контроль, конечно.

Мда, реально система не даёт продыху: то понос, то золотуха. Чжур, Максим, теперь этот сраный Еквекиль. И между ними куча монстров, орков и тому подобного. В могиле будем отдыхать, да?

Может и не такая плохая идея — вонзить себе нож в сердце, сидеть спокойно рядом с отцом на диване и болтать с мертвыми.

Впившиеся в плечо коготки заставили оторваться от размышлений и посмотреть на поле боя.

Совсем плохо. Глинет, видимо, пропустил несколько серьезных атак — кровь сочилась из сломанного носа и разбитых губ, а левая рука неподвижно висела. Еквекиль заметно не пострадал и наседал, пытаясь выбить соперника за светящийся круг.

По тому, как «мой» боец этому сопротивлялся, можно было предположить, что тут вопрос жизни и смерти.

Будто в доказательство теории плечо Глинета немного вылезло за границу. Вернее, не вылезло, вся его зашедшая за круг часть сгорела в яркой вспышке.

Шипение, дым и донёсшийся через пару секунд запах горелого мяса ясно дали понять условия завершения Кенлунда. Вот же ж жопа.

Я снова обвел взглядом минимум сотню эльфов, окруживших место схватки. Никакого сочувствия или подбадривающего подмигивания, сейчас их лица напоминали морды шакалов, ждущих, пока лев наестся и, бросив добычу, уйдет. Неужели Еквекиль обработал всех? Или они изначально такие?

Только Иль не смотрела на поединок, она сидела с другой стороны арены, обхватив ноги и уткнувшись в колени лицом.

Глинет кое-как отскочил от границы и сейчас, постоянно спотыкаясь, карабкался на гору камней. Дубина в его ободранных руках поднималась все медленнее… и когда он почти достиг вершины не успела — посох Еквекиля ударил точно в колено, сбивая моего согильдийца с ног.

Я с трудом сдержался, чтобы не отвести взгляд, видя, как он кубарем скатывается, по булыжникам и замирает на траве.

Все… Хотя нет. Глинет приподнимается. Он потерял дубину и выставляет руку. Противник с торжествующей улыбкой, не торопясь, позируя, тщательно выбирая место, куда поставить ногу, спускается по камням. Его посох медленно поднимается для решающего удара…

Визг оглушает меня и всех присутствующих. Огромная тень накрывает поляну, и я инстинктивно пригибаюсь. Тысячи сорванных порывом ветра листьев практически полностью закрывают арену…

Мгновение и тень исчезает. Листья, уже спокойно кружась, падают на траву, камни и шевелящееся покрывало, накрывшее Еквекиля…

Еще секунда и покрывало разрывается, оставляя после себя почти дочиста обглоданный скелет.

— Лери…

— Лери!

Со всех сторон раздаются голоса ошеломлённых эльфов, я бросаю взгляд на плечо, хотя уже чувствую, там никого нет. Мой питомец мирно сидит в инвентаре. И таймер рядом с ним показывает, что он не вылезал уже больше восьми часов.

Кто же тогда сидел на моем плече, следил за боем и, без сомнения, призвал своих соплеменников на трапезу? Да и в конце концов, чья тень пронеслась над нами и оставила в кронах деревьев огромные дыры?…

— Ты свободен! — Глинет возложил руку на плечо очередного эльфа.

Ритуал был незамысловат, но эффективен. Каждый надевал мое (а я очень рассчитывал в ближайшее время вернуть себе артефакт) кольцо, выпивал специальную настойку, получал диспел от трёх самых сильных друидов и личное освобождение от руководителя, очевидно, владеющего какой-то магией контроля.

Судя по растерянным взглядам, а иногда и слезам большинства прошедших обряд, Еквекиль не морочился и подчинял всех подряд. Из ста пятидесяти очищенных эльфов, минимум треть подошли ко мне и в разной форме принесли извинения.

Я принимал их, как мог, все это время мою руку крепко держала и, чего уж там, заливала самыми горючими слезами Иль.

Мы с Глинетом понимали, что в принципе мне в лесу делать больше нечего, но он хотел, чтобы я убедился в том, что скверна полностью вычищена. Да и признаться, мне было приятно на это смотреть.

Чтобы «Защитники» не волновались, я послал Фри с подробным докладом — и так полдня прохалявили, пора и делами заняться.

Встретили меня радостными криками, но, согласно договоренности, сразу повели в специально отведённую комнату в одном из складов.

— Раздеться забыл, — спокойно произнес Андрей, преграждая путь внутрь «новостройки». Леха стоял справа от меня и широко улыбался.

Блин. Теперь из-за моей забывчивости процедура очистки от потенциального контроля будет серьезнее. Хотя, может и к лучшему, нефиг лидеру гильдии ходить под кем-то чужим.

— Кольцо «защиты» могу оставить? — уточнил я, демонстрируя возвращенный артефакт.

— Дай-ка мне, — Андрей протянул руку, осмотрел добычу, надел на палец, затем передал стоящему рядом магу и только потом кивнул.

— Его можешь.

В итоге я заходил в прохладный зал здания, обернутый в махровое полотенце и с единственным кольцом на пальце.

— Жёсткие порядки у вас тут…

— Разговорчики! — прикрикнул лыбящийся Леха. — Прямо и направо.

— Да тут у вас и некуда больше, зал пустой только. Где, кстати, обещанное электричество?

— Так он даже не скрывает, что шпион! — продолжил игру друг. — Продался эльфам за тридцать серебряников!

— Да мне даже некуда их спрятать!

— Вот и посмотрим!

Ну а как, кроме как в игру, можно обернуть процедуру проверки на ментальную чистоту. Спасибо, нашлись люди с нужными особенностями. В эпоху, где у каждого второго, если не больше, лидера есть способы контроля, их ценность очень велика. Если бы я собирался в Коломну сейчас, ни за что не взял бы с собой Мишу…

— Мы рады приветствовать вас, господин! — после окончания проверки, шутливым тоном произнес Леха и встал на одно колено.

— Вас бы стоило расстрелять за недоверие, — проворчал я, принимая системный рюкзак со своими вещами.

— Простите ничтожных рабов! Мы лишь выполняли отданный вами перед уходом приказ, господин!

— Ладно, хватит кривляться, как у вас тут?

— Тут нормально, сидели тряслись за твою и свои жопы, — ответил Андрей, сжимая меня в медвежьих объятиях. — Пойдем лучше расскажешь, как у тебя с эльфами прошло.

— С учётом участившихся случаев ментального контроля, — выслушав мой рассказ, сказал Петя. — Нам бы нарыть побольше таких артефактов, как твое колечко.

Для нового места переговоров мы выбрали один из навесов в отдалении от леса.

— Ну, четыре есть, — протянул Леха. — Два у Максимки и дружков забрали, Санин и ещё один…

— Я уверен, что есть больше, — сказал Андрей. — Дураков только мало их отдавать.

— Костя, Леха, — обратился я к друзьям — среди людей, ходящих в разведку или рейды, в общем среди тех, кто общается с посторонними, нужно распространить информацию: за определенные артефакты мы готовы дать до двадцати того же ранга или эквивалентное количество книг. Не делайте упор за какие конкретно, это поднимет их ценность, и даст всем понять наши планы. Федя, Андрей, Ксения, тоже самое — мы ищем редкие вещи… Не говорите какие, пусть все показывают… Это в целом давно пора было сделать — негоже рыбаку ходить в нужных для бойцов вещах.

— Принято.

— Что с лагерем будем делать? — спросил Федя, указав на баррикады и перемещённых из леса людей.

— Сегодня на всякий пусть так, — ответил я. — Заодно народ в тонусе подержим. Нехер срастаться с этими деревьями, пересадкой или вырубкой, но их в любом случае скоро тут не будет.

— Правильно понимаю, — спросил Леха. — В ближайшие дни акцент на развитие поселения и поиск ресурсов?

— Да, а еще пора заняться бандформированиями, территория гильдии «Защитники» должна быть безопасной, — я расправил плечи и потянулся. — Но сначала немного развлечемся. Как там насильник, жив еще?

Как не разгоняли зевак «Защитники», народу на берег вывалило прилично. Ну и хрен с ним, пусть смотрят, меньше будет мыслей заниматься всякой хернёй.

Вадим — худощавый мужик лет сорока, одетый лишь в грязные серые трусы и оранжевый спасательный жилет, затравленно озирался.

— Я не хотел… — в очередной раз проскулил он. — Я уйду, куда скажете!

Суд прошел быстро — преступник единогласно (ввиду единственного голосовавшего — меня) был приговорен к испытанию системой.

— Так иди! — подтолкнул его Андрей, вызвавшийся лично проконтролировать начало процесса проверки прибрежных вод. — Мы тебе даже жилет спасательный дали. А в рюкзаке (естественно, не системном) есть одежда (тоже не системная) и оружие (обычный кухонный нож).

— Не хочу! — несмотря на теплую погоду, мужчина дрожал, как осиновый лист.

— Да ёпта! — поднял голос Андрей. — Что сложного? Плывешь тридцать метров, потом сто вдоль берега и свободен. Дуй на ту сторону и живи, как хочешь… Ну и не забывай, наши лучники стреляют на двести метров минимум, если решишь сразу туда, не доплывешь.

— Я не хочу! — снова заныл Вадим, но терпение сопровождающего лопнуло, и он пихнул его в реку.

Испуганный мужик глотнул воды и снова открыл было рот, но тут увидел занесенную над собой дубину.

— Считаю до трёх, — громко, на публику сказал Андрей. — Или ты плывешь, или умираешь тут… Раз!

— Не надо! — сжался мужик.

— Два! — Андрей сделал шаг вперёд и отвёл дубину для удара.

Раздался плеск, и Вадим по-собачьи поплыл в сторону далекого противоположного берега.

— Какие ставки? — спросил Федя, глядя на медленно удаляющуюся фигуру.

— Смотря на что, — быстро ответил, по слухам любящий азартные игры и решивший сделать перерыв в ювелирных делах, Тоннгар. — Что на ту сторону переплывет, даже не системную шмотку не поставлю. А на то, что тридцать метров проплывает и потом ещё сто вдоль берега, пожалуй, готов легендарный артефакт поставить.

— Идёт, — сразу согласился Федя, больше знающий о жизни лагеря и окрестностей.

Тем временем фигурка Вадима становилась все меньше, но благодаря безветрию и яркому солнцу, его оранжевый жилет было хорошо видно.

— Через десять метров поворачивай направо! По течению! — так громко гаркнул Андрей, что я вздрогнул.

Ну, в принципе, неплохо хотя бы то, что он уже столько проплыл, это значит, что уж совсем большого засилия опасных тварей тут нет. По-моему, с редкими и крупными проще бороться, чем, например, с какими-нибудь пираньями.

С перепугу перед тем, как повернуть, Вадим проплыл лишних десять метров. Когда он без происшествий преодолел ещё тридцать, толпа на берегу плавно сдвинулась, сопровождая его.

— Может он так сильно обделался, — предположил Федя, — что запах и вкус распугал всех монстров?

— Не исклю…

Тонгар не успел договорить, в десяти метрах от пловца из воды высунулся плавник, а через секунду вынырнул и его обладатель — пятиметровая коричневая рыбина, похожая на акулу.

Вадим очень не хотел умирать и сумел уклониться от первой атаки — хищник, лишь зацепив его мордой, проплыл мимо. Человек заработал руками и ногами и, поднимая кучу брызг, рванул назад к берегу.

— В обычное время побил бы олимпийский рекорд, если бы жилет не мешал, — пробормотал Федя.

— Ну так какой он там уровень, двенадцатый? — сказал я, пытаясь угадать, где вынырнет ушедшая под воду акула. — Если нормально качался, минимум в два раза сильнее любого досистемного человека.

— Не успеет, — озвучил очевидное Тоннгар, указывая на возникший из воды плавник.

Теперь хищник располагался за спиной насильника, и тот не смог уклониться. Акула вынырнула и, разинув пасть, обрушилась на человека.

— Вот и все… — тихо сказал Федя.

Но тут всех нас ждал сюрприз.

Метрах в десяти дальше того места, где акула накрыла Вадима, на поверхности воды стремительно стал расти широкий холм. Складывалось ощущение, что в глубине произошел взрыв.

— Всем назад! — заорал Андрей, отбегая от воды.

Наиболее впечатлительные отшатнулись, ну а я завороженно следил за происходящим.

Через две секунды холм достиг двух метров в высоту и наконец прорвался, разбрызгивая вокруг гигантский фонтан и, выпуская на солнечный свет… Кита? Ну поменьше, пожалуй, да и щупальцами на морде и по центру тела оно скорее напоминало внебрачного ребенка от тройничка кита, осьминога и Ктулху.

— А-а-а!

— Господи Иисусе!

— Бежим!

Народу на берегу резко поубавилось, но я всегда любил дискавери и досмотрел до конца. Ктулхо-кит сожрал и акулу, и нашего храброго исследователя.

Волна метра в два, что докатилась до берега, немного повредила наши прибрежные постройки.

— Что-то мне подсказывает, — произнес ошарашенный Федя. — Количество желающих заняться рыбалкой уменьшится.

— Зато желающих свалить, а тем более насиловать, вообще не будет, — сказал я, продолжая смотреть в то место, где исчез под водой огромный монстр.

За него дадут много опыта. Он наверняка содержит ценный лут, и его мясом можно кормить весь лагерь несколько дней. Осталось придумать, как его поймать.

Гномы, любовь и тяжелое испытание

— Привет ювелирам! — воскликнул я, заходя в тридцатиметровое помещение, почти все пространство которого занимал огромный квадратный стол и двенадцать кресел. Пять из них были заняты. Над каждым рабочим местом висела яркая лампа.

— Снова здрасьте! — воскликнул Тонгар, кладя здоровую лупу на стол. — Четверо плавят, пятеро тут, среди ещё шестерых проводим кастинг, и завтра будет фулл комплект.

— Больше точно не надо? — спросил я, с интересом разглядывая стеллаж с инструментами и двенадцатью встроенными сейфами.

— Нет, — засмеялся гном. — Материальная ответственность, ограниченное количество ресурсов, инструментов. Да и лучшие все уже тут. Еще ювелиры понадобятся, если вы вдруг разом возьмёте несколько тысяч голых воинов.

— Этого никогда нельзя исключать, — усмехнулся я, восхищаясь работой инженеров, за три дня построивших и обустроивших полноценную мастерскую. — Какой выход сейчас?

— Примерно как и планировали, — ответил Тонгар. — Пять человек (он, в отличии от Грилла, не упоминал каждый раз, что он гном) выдают по четыре легендарки в день, ещё двое по три. С новичками схема такая: сначала по минимуму качаем и проверяем, соответствуют ли они, и только потом выдаём книги для максимизации нужных навыков. В целом, если брать с зелёным барахлом, выходит по семьдесят-восемьдесят изделий в день. Количество в ближайшей перспективе не изменится, а вот качество серьезно вырастет. У нас уже получились четыре мифических кольца!

— Прекрасно! — я не удержался и хлопнул гнома по плечу. — Так держать!

— Служу «Защитникам»! — повторил подслушанную фразу гном и широко улыбнулся.

Время шло к ужину, за которым мы планировали выработать окончательную стратегию второго захода на сложное испытание.

Пришлось отложить.

— Гномы идут! — срочное сообщение передавалось по цепочке.

Ну раз рог не звучит, значит посольство, а не армия.

Оказалось, гости были ещё далеко и демонстративно шли медленно и без скрытности. Их проводили под совсем недавно сооружённый навес недалеко от середины вала. Хоть Еквекиль и был убит, осадочек, как говорится, остался, и теперь важные переговоры я предпочитал проводить вдали от леса.

Их было двадцать, и разведчики доложили, что других в окрестностях нет, тем больше было мое удивление, когда среди прибывших Митя признал самого Вилленга. Видно, смерть Тумма он воспринял очень болезненно, и это дело поставил в приоритет.

Внешне Король гномов ничем не отличался от своих сопровождающих, разве что более суровым и уверенным выражением лица, ну и борода у него была ближе к темно-каштановой, чем к черной.

— Смотри, все двадцать в фулл мифе, — одобрительно прошептал Петя, когда мы шли навстречу гостям.

После обмена приветствиями, любезностями и первой пробы угощений, выставленных на огромный стол, король гномов перешёл к делу. Слишком быстро, что не соответствовало рассказам Грилла об их традициях и лишний раз показывало серьезность его намерений.

— Александр, мы сегодня посетили то место, что ты указал на карте. Как ты и предполагал, там было много… очень много ловушек, — Вилленг яростно вцепился в бок крупного жаренного окуня и, не обращая внимания на кости, почти не жуя его, проглотил. — Если бы мы пришли туда без подготовки, погибло бы много гномов. Мы сумели обезвредить почти все и добрались до тел…

Хорошо, что Леха в рейде, он бы не выдержал зрелища того, с какой скоростью взбешённый гном и его сородичи уничтожают запасы пива. Надо срочно строить пивоваренный завод. Большой.

— Мы взяли с собой лучших следопытов и аналитиков, и хоть следы уже не свежие, они подтвердили твою картину произошедшего. Остальных мы послали домой, а вот я после увиденного решил сделать крюк и пообщаться с тобой, — гном поднял черноволосую голову и вперился в меня долгим взглядом почти черных глаз. — Ты действительно говоришь с мертвыми?

Что-то не подумал я о том, что эта тема поднимется, и хоть и позвал только тех, кто был уже в курсе моих псевдопророческих снов, почувствовал себя неуютно от того, что и это уже не только мой секрет.

— Бывает, но это нельзя контролировать, — ответил я. — К сожалению, я вряд ли смогу ещё раз передать послание от Туума, если ты к этому ведёшь.

— Жаль, — выдохнул Вилленг и в очередной раз окинул внимательным взглядом наш лагерь. — Хорошо устроились, молодцы! И за такое короткое время, ведь вы здесь не с первого дня?

— С шестого.

— Тогда ещё большие молодцы!

По лицу короля я видел напряжённую работу мысли, он, наверняка, активировал все возможное правильномыслие, и пытался выработать оптимальную линию взаимодействия с нами.

— Чего ты хотел добиться, посылая ко мне своего человека? — видно, приняв какое-то решение, спросил он.

— В крепости рядом с горой спрятался тот орк, что владел этим пиком до нас, — честно ответил я, нисколько не сомневаясь, что среди гномов есть те, кто поймают меня на лжи. — Он очень силен, и я думаю, может в одиночку расправиться с двумя-тремя четверками бойцов двадцатого уровня. Его союз с гномом-самодуром всего в двухстах километрах нам очень не нравится, но сил раскатать и тех, и других у нас не хватит. Выполнение просьбы Туума давало надежду на вашу посильную помощь в этом вопросе.

Вилленг кинул через плечо короткий взгляд и, видимо, получив от своих подтверждение моей искренности, уже с гораздо меньшим напряжением на суровом бородатом лице грустно сказал:

— Александр, думаю, ты сам уже все примерно прикинул и понимаешь, что дело дрянь, — он залпом опустошил очередную банку пива, смял ее и открыл новую. Ловко! Будто всю жизнь это делал. — Нам до них топать триста км, разведчики-то могут быстро бегать, а вот армия больше двадцати километров в час делать не сможет, плюс отдыхи, перекусы. Это минимум двое суток, плюс пусть сутки там порешать вопросы и ещё двое назад. Итого пять. За это время с нынешней скоростью жизни мы вернёмся к развалинам нашего дома. Так что даже без разбора действий на месте, их рациональности, расчета потерь — это неприемлемо…

Вилленг был абсолютно прав. Будь у нас самих даже в десять раз больше бойцов, чем сейчас, я бы не повел их на эту операцию по тем же причинам.

… — Ты даже не представляешь, как мне тяжело знать о том, что совершил этот НркРоги, и при этом не иметь возможности его наказать, — продолжил тем временем король. — А также я понимаю, что у этого гнилого тандема два пути. Первый — перегрызться, о чем мы все вместе должны молиться всем богам и силам. Второй — совместно начать подминать все вокруг… По той карте, что ты показал, понятно, что, объединив даже тех орков, кто вам известен, и имея такие базы, они станут мощнейшей силой в регионе. Рано или поздно они сами придут к нам… Естественно, перед этим перебив вас.

Слушая гнома, я не испытывал никаких эмоций, кроме нетерпения. Все сказанное им было очевидно. Именно понимая это, я и послал к нему Митю, но пока пользы от своих действий, кроме морального удовлетворения, не видел.

— Твой разведчик сказал, вы активно занимаетесь зачисткой? — после небольшой паузы спросил Вилленг.

— По мере сил, — честно ответил я и вкратце рассказал и показал на карте последние изменения в геополитической расстановке.

— Ничего себе, у вас тут активность! — удивлённо почесал бороду гном. — А какого ты уровня?

— Двадцать четвертого.

— Хм, — окинул меня взглядом Вилленг и громко рыгнул (отдавая дань уважения нашим поварам). — Тогда к делу.

«Ну наконец-то» — чуть не сказал я, уже сильно сомневаясь, что мы получим хоть какой-то профит от всей этой затеи.

— Первое, предлагаю заключить пакт о ненападении и дружбе. Второе, со своей стороны, имею в виду географически, это направление с сегодняшнего дня я объявляю приоритетным, и по нему мы будем уничтожать поселения орков в первую очередь, углубляясь по максимуму. Нужно минимизировать потенциал разрастания населения крепости. Третье, всем гномам, что будут через наши территории идти к горе, мы расскажем о случившемся, и также через свои каналы попробуем это передать подданным ублюдка Джумбы. Ну и самое главное…

Вилленг встал, выпрямил спину и посмотрел мне в глаза.

— Александр, от имени клана «Равнинные», а также всех гномов, что не скрысились, несмотря на выпавшее на их долю испытание, я благодарю тебя за предоставленную информацию. Я понимаю, как трудно вам тут придется, и в качестве знака добрых намерений хочу преподнести дар. Надеюсь, он поможет вам выстоять.

Повинуясь жесту лидера, со своего места встал седобородый, но ещё не старый гном и, подойдя ко мне, торжественно достал из-за пазухи чертеж и протянул его мне.

Я тоже встал, принял подарок, посмотрел на него (чертежи могли читать все разумные существа) и, разумеется, ни хера из написанного и начерченного не понял. Хотя даже моих скромных знаний в инженерии хватило, чтобы охренеть, увидев цифру шестьдесят в количестве магических листов.

Мы получили немало чертежей, проходя гильдийное испытание, но воспользоваться пока не удалось ни одним — это был явно хайлевельный контент. На некоторые не хватало имеющихся навыков и характеристик, но на подавляющее большинство ресурсов. В том числе и тех, о которых на земле просто не знали.

— Этот чертеж называется «возвращатель», — видя мое замешательство, приступил к объяснению седобородый. — Конструкция сложная, требования по ресурсам огромные, но, думаю, вы потянете, самый редкий — гномье железо, и его мы вам дадим.

— Спасибо, Глут, садись, дальше я сам… — Вилленг уселся и, схватив очередную банку пива, продолжил. — Технические моменты мы расскажем позже, более того, я оставлю вам четырех гномов, знающих, как собирать эту штуку. А по сути, это автономный телепортатор.

От этого слова у меня забилось сердце.

— Он состоит из двух частей. Основной — кольцо диаметром пять метров. Тяжёлое, около трёх тонн, называется в чертеже «база возвращателя». И «активатора возвращения» — это прибор пять на пять сантиметров с кнопкой. Нажавшее ее разумное существо телепортируется на базу, к которой привязан, при самой кустарной сборке, с пятидесяти километров.

— Кустарной? — удивлённо переспросил я.

— Сама «база» — это сложное, но обычное устройство, а вот активатор — это системный предмет, относящийся почему-то к ювелирке, — разъяснил Вилленг. — Соответственно, он бывает необычного ранга и выше. Необычный переносит на пятьдесят километров, редкий на шестьдесят, уникальный на восемьдесят, легендарный на сто десять… других нам, к сожалению, создать пока не удалось, но сдается мне, на мифическом будет сто пятьдесят, ну а системный может и двести даст, но где ж его взять. Да и, собственно, зачем он? Вопрос же не в переносе одиночки, а большой группы. Тут нужен опт, а это уникальные и легендарные. Вы же открыли «производство ювелирных изделий»?

— Конечно, — не сдержавшись, я показал ему обе ладони, вернее красующиеся на каждом пальце легендарные и мифические кольца. — Какие ограничения, что потребляет, можно ли переносить вещи?

— О! Сразу видно практика, — рассмеялся довольный Вилленг, похоже, что седьмая или восьмая банка, наконец, его чуть-чуть пробрала. — Для телепортации используется мана телепортируемого, в зависимости от массы тела, примерно по тысяче единиц на сто килограмм. Габариты значения не имеют, то есть, если на плече у переносимого будет длинная доска, он спокойно перенесется и появится в ближайшем доступном месте. Если маны не хватает, «возвращатель» компенсирует ее из резерва аккумулятора «базы», его можно заполнять до бесконечности. У нас каждый маг сливает лишнюю ману в него. Собственно, все. А, вот ещё… есть защита от нападения — «активатор» привязывается к базе с конкретным носителем, им не может воспользоваться другое разумное существо, пока не придет к базе. То есть, если кто-то убьет владельца «активатора», он не сможет устроить неожиданную диверсию. Теперь точно все.

Оху-и-тель-но!

При наличии ресурсов, а для такой штуки мы их достанем из-под земли, и с учётом легендарной ювелирки, наши рейдеры (фуражеры, мародёры) смогут работать значительно эффективнее, а при наличии двух баз можно использовать ее для нападений…

— Спасибо, Вилленг! — от всей души сказал я. — Тебе не жалко отдавать такой чертеж?

— Нам их выпало два и, когда я сюда шел, я совсем не был уверен, что отдам его тебе. У меня был и запасной подарок, — гном уже откровенно заржал, точно пиво подействовало. — А сейчас вижу, с тобой можно работать.

Жестом я позвал стоящего метрах в десяти Юру, играющего роль одного из телохранителей, и попросил отнести чертеж и редкие ингредиенты Палычу.

— У нас ещё час! — громко заявил гномий король, но по лицу его соратников, я понял, что изначально этого часа не было. — Ещё пиво есть?

— Сорян ребят, Иль идет.

— Без проблем, ты, главное, подтверди, что в целом одобряешь идею регулярного прохождения тяжелого испытания, — на удивление спокойно сказал Леха. — Мы как раз по деталям еще раз пройдемся, пока ты семейные дела решаешь, а как закончишь, качнемся и двинем сразу.

— Я не смог найти достойных аргументов против Лехиной идеи и поддерживаю ее, — произнес я, не отрывая взгляд от знакомой фигурки, замершей неподалеку. — Дайте мне часик.

— Да, перед таким делом можно и два, — подмигнула мне Света.

Я кивнул членам малого совета и пошел навстречу возлюбленной.

— Как ты?

Не ответив, она бросилась мне в объятья и зарыдала.

— Ну что ты… Нельзя столько плакать, обезвоживание будет, — улыбнулся я, гладя ее по голове. — Пойдем, у меня для тебя сюрприз.

После дневного происшествия я тоже перенес место ночевки метров на двести от леса.

— Что это? — удивленно спросила Иль, когда мы подошли к большой четырехместной палатке, установленной чуть в стороне от остальных.

— Это наш новый временный дом, — улыбнулся я, — постой минутку, я сейчас.

Я юркнул внутрь и быстро зажег четыре свечи, заранее расставленные по углам пледа. В принципе, в палатку можно было затащить небольшой походный столик со стульями, и я даже пробовал, но отказался от этой затеи. Так уютнее.

— Заходи!

Иль шагнула внутрь и замерла.

— Что это? — теперь прошептала она.

— Это называется свидание, садись.

Я взял ее ладонь и усадил рядом с собой.

Фрукты, раритетный шоколад и легкие закуски в самой красивой посуде, что нашлась в лагере. Бутылка вина и два хрустальных бокала. На двух небольших клумбах по углам — россыпь цветов (сложности отношений с эльфийкой — нельзя просто нарвать букет). И свечи.

Как смог.

— Это… Для чего?… Почему? — голос Иль дрогнул.

— Это потому, что сегодня мы можем себе это позволить. Потому, что мы живы и вместе. Это нужно было сделать раньше, и я очень хотел, но все не было времени. А сегодня, когда я окончательно понял, что ты в беде… Мысль, что мы с тобой так и не посидим по-настоящему в спокойной обстановке, друг с другом и друг ради друга, меня ужаснула.

Я почувствовал, что и мой голос дрожит, и, чтобы перевести дух, взял бутылку и разлил вино по бокалам.

— Саша…

— Это лёгкий алкоголь, вроде эльфы нормально его переносят. У нас традиция (набухивать женщин на свиданиях), отмечать праздники. И у меня сегодня праздник. Ты рядом со мной!

Я протянул руку с бокалом и чокнулся с ней. Мелодичный звон наполнил палатку, эх, жаль, музыки нет, а на гитаре, сколько не пытался, ничего, кроме как «все идёт по плану», играть так и не научился.

Пригубив вино, я посмотрел на девушку. Бокал дрожал в ее руке, а по щекам текли слезы.

Мда. Еквекиль, сука. Была бы возможность, я оживил бы тебя и в этот раз убивал бы медленно.

— Выпей, моя хорошая, полегчает, — я придвинулся и обнял Иль за талию.

Она сделала осторожный глоток, а потом залпом допила остальное.

— Сашенька, — выдохнула девушка, и вдруг наклонилась, уткнувшись лицом в, лежащие на коленях ладони, и громко разрыдалась.

Не полегчало.

Немного не так я представлял себе наше воссоединение, ну да ладно. Выплакаться иногда очень полезно.

Я сидел рядом с ней и гладил золотые волосы. Нужды в словах не было, мы оба понимали — сегодня едва не произошло непоправимое.

До этого меня ещё терзали сомнения по поводу того, стоит ли ей говорить о нашей затее идти сегодня на тяжелое испытание, и о том, что она не идёт. Сейчас сомнения развеялись — она не должна об этом узнать.

Не отпустит. Или пристрелит нашего четвёртого бойца, чтобы занять его место.

Вскоре Иль затихла, и мне даже показалось, что она заснула.

— Магия Еквекиля имела накопительный эффект, — вдруг едва слышно заговорила девушка. — Те эльфы, что давно с ним, сейчас не в себе и мало что понимают. У них давно не было своих мыслей, они будто стали его продолжением… А новообращенные, вроде меня, за столь короткое время ещё не лишились своего «Я». Оно было рядом. И оно чуть не убило меня, когда ты пришел, и я под воздействием магии говорила ту ужасную ложь. Это было невыносимо, я ничего не могла сделать и думала, что это конец.

Она вновь всхлипнула, но сдержалась.

— Я видел, что это не ты, Иль, — прошептал я и поцеловал ее в затылок. — Каждое слово было чужим…В ту секунду я понял, что вытащу тебя или умру, пытаясь…

— Когда ты бросился на Еквекиля и тебя оглушили, мое «Я» сбросило оковы и прорвалось. Более того, я получила особенность «Чувство неволи». Оно позволяет чувствовать разумное существо, колдующее заклинание подчинения, и дает пятидесятипроцентное сопротивление ментальным эффектам…

— Прекрасная…

—…Еквекиль увидел, что я освободилась, и сказал, что сохранит тебе жизнь, только если возьмет тебя под контроль, — продолжала эльфийка, не поднимая головы. — Он приказал мне подыграть ему. Я должна была успокоить тебя и дать ему время настроить на тебя заклинание. Я согласилась, так как знала, что потом он попробует подчинить меня, и надеялась, что выстою… Вернусь сюда и расскажу обо всем остальным.

— А ты зачем мне все это рассказываешь? — тихо спросил я, когда она замолчала.

— Я хотела, чтобы ты знал, что я не предавала тебя.

— Я это и так знал, любимая.

Эльфийка вздрогнула и медленно выпрямилась. Ее зелено-золотые глаза, чуть покрасневшие от слез, внимательно разглядывали меня.

— «Любовь» — человеческое слово. У нас есть близкий аналог, но мы используем его только по отношению к животным и растениям. Только их можно любить всегда, ты изначально знаешь их сущность, и они никогда не обманывают твоих ожиданий. Как это можно чувствовать к разумному существу со свободной волей?

Ну что ж, пригласил девушку на ужин с цветами и свечами, назвал «любимой» — будь готов отвечать за базар, к тому же это по-любому лучше, чем обсуждать Еквекиля. Но чтобы жестко не накосячить, нужна информация, в этом мне, как всегда, поможет любимый перевод стрелок.

— Непростой вопрос…Может, ты сначала расскажешь, что чувствуют друг к другу создающие семью близкие эльфы, тогда на сравнении мне проще будет.

Иль кивнула и, подняв с пледа пустой бокал, протянула его мне.

— У нас заведение совместных детей и близость — разные вещи, — медленно начала она, сделав маленький глоток вина. — В вопросах воспроизводства есть четкий генетический и социальный аспект. Партнеры отбираются с расчетом, чтобы у них получился сильный друид, выносливый воин и так далее. Плюс при союзе учитывается место каждого в иерархии общины или необходимость укрепить связи с другим кланом.

— А кто детей воспитывает? — ошарашенно спросил я.

— Дальнейшее участие в судьбе ребенка вариативно. Бывает, у кого-то из родителей, редко у обоих, появляется родительский инстинкт, тогда они могут в той или иной степени влиять, но обычно воспитанием занимается весь клан, плюс есть специальная группа наставников.

Описывая чуть ли не «О дивный новый мир» Хаксли, Иль, очевидно, считала схему абсолютно нормальной. Это же какую адскую модель общества можно построить в «мире испытаний» сейчас, если совместить хотя бы измененных системой эльфов и людей. У меня есть уникальная возможность самому сделать это.

Я налил себе полный бокал и сразу ополовинил его.

— Близкие же эльфы, — продолжила девушка, — чаще всего детей не заводят. В развитых общинах по крайней мере. Они наслаждаются друг другом, свободой…

— Так друг другом или свободой? — снова не понял я.

— Когда пропадает свобода, рано или поздно появляется напряжение и оно усиливается, пока не пропадет та связь, что была, то взаимное уважение и доверие…

— Какое еще доверие, если они изначально свободны? — продолжал применять человеческую логику я. — Вы ж живете кучу лет, там, небось, по сотне партнеров у каждого…

— Зачем тебе другие партнеры, если ты близок с кем-то? — в свою очередь не поняла Иль.

— Тоже верно, — согласился я и допил остатки вина. — А дети, я так понимаю, один из факторов ограничения свободы?

— Именно.

— А бывает такое, что эльфы не находят по-настоящему близкого себе?

— Чаще всего так и бывает, — в голосе Иль послышалась грусть. — Я тебе как-то говорила, у нас не очень с эмоциями, и теперь мне кажется, я даже начинаю понимать почему.

Она отставила едва тронутый бокал и взяла шоколад. Оказывается, в их мире его не было, что объясняло стройность большинства из них. Пива, кстати, тоже.

— И почему же? — спросил я, так и не дождавшись продолжения.

— Мы слишком похожи между собой и у нас консервативная, продиктованная заботой о лесе, жизнь. Внешних врагов, кроме измененных темной магией диких зверей, нет. У нас нет возможностей для…

Иль замялась, подбирая слово.

— Самовыражение, творчество? — предположил я.

— Скорее первое. Трудно сблизиться с лишенным индивидуальности эльфом… А мы все в этом ограничены…

— Были, — прошептал я и положил руку ей на колено. — Были ограничены. Теперь мы в «мире испытаний» и что-что, а почва для развития индивидуальности тут богатейшая. Особенности, сложные ситуации, влияние других культур, потрясающие ребята, вроде меня.

Иль усмехнулась и накрыла мою ладонь своей.

— Это точно, Сашенька, ты лучший! — ее пальцы сжали мои. — Ты хотел рассказать про любовь.

Почему в такие моменты взгляд сразу падает на бутылку?

Хватит пока, а то с гномами пиво, сейчас вино, а мне воевать скоро. Конечно, жырность и некоторые навыки позволяют без вреда для здоровья пить гораздо больше, чем раньше, но все равно стоит взять паузу. Лучше с Лехой перед столбом водки накатим, хоть статы прибавит.

— Как я уже сказал, вопрос непростой. Философы и обычные люди несколько тысяч лет бьются над ним. И все разное говорят. Раньше, в основном, рассуждали в плоскости психологии, сейчас уже биологию и химию все активнее привлекают…

— А можно как-нибудь без воды? — сверкнув глазами, прервала меня Иль. — Сам что думаешь?

Я засмеялся и, притянув к себе девушку, поцеловал в губы. Только сейчас, услышав ее тон и увидев выражение лица, я окончательно осознал, что Иль вернулась.

— Можно, моя хорошая! Я считаю, что любовь — это сначала вспышка эмоций, физическое и ментальное влечение, страстный секс и радость от познания другого, осознания его индивидуальности. Это первый этап, он самый яркий и длится у всех по-разному, от нескольких месяцев до нескольких лет. Второй этап, самый сложный — это притирка. Рассуждения о том, готов ли ты уступить в чем-то, что важно второму, и готов ли принять его, если он сам в ни в чем не уступит. Третий этап наступает для тех, кто пройдет второй. Это дружба, привязанность, доверие, желание прожить с этим человеком до конца жизни. Преодолеть с ним любые трудности. Здесь не такие яркие эмоции, но гораздо больше единения.

— Те, кто достиг третьего этапа, живут вместе до смерти? — с надеждой спросила завороженно слушавшая меня Иль.

Конечно, если не попадут в восемьдесят (или сколько там) процентов разводов.

— Не все так просто, — грустно сказал я. — Честно говоря, я не хотел бы сейчас тебя пугать, но если в двух словах… работа над отношениями — это как бы на всю жизнь. Куча книг написана про это, но многие продолжают наступать раз за разом на одни и те же грабли. Одному из партнеров покажется, что в другом месте лучше. Другому не понравится, что его подруга растолстела, или друг не уделяет достаточно внимания. Третий просто придумает себе обиду. Четвертому захочется по-новому испытать эйфорию от первого этапа. В итоге все эти дебилы вместо того, чтобы поговорить с самым близким человеком и прийти к решению, начинают творить дичь…

Я увидел слезы на глазах у эльфийки и понял, что меня занесло.

— Тут главное понимать все это и быть готовым… — попробовал вырулить я.

— А стоит ли любовь этих сложностей? — опустив глаза, прошептала Иль.

— Стоит! — уверенно сказал я. — Первый этап обалденный. Второй интересный. А третий, если не забывать, что вас двое, радовать друг друга и помнить, как все начиналось, долгий и…

— Уютный? — теперь эльфийка помогла мне найти слово.

— Да! Вы становитесь самыми близкими существами, вы знаете все друг о друге и готовы отдать друг за друга все.

— Я уже готова отдать ради тебя все, — не поднимая глаз, еще тише сказала Иль.

— Это ты просто не жила со мной и не прошла второй этап, — рассмеялся я.

Аккуратно убираю ее волосы, пальцы касаются нежной кожи, и вот она уже смотрит на меня.

— Я люблю тебя, Иль! И сдается мне, в нынешних условиях этапы пройдут быстрее и проще. У нас просто не будет времени на разборки.

— Главное, чтобы на секс было. Ты там что-то говорил про то, что он должен быть страстным.

— Конечно!

— Хорошо. Уже хочу посмотреть, чем он отличается от того, что мы делали раньше.

Я замер, затаив дыхание, наблюдая, как с любимой пропадает один предмет одежды за другим.

Ну что ж, сама напросилась! Где там моя «фуражка властелина»?

— Отмазался? — спросил Леха, когда я вернулся под навес и занял свое место.

— Она не спала несколько суток, плюс вино. Отдыхает.

— Не сказал?

— Нет.

— Звезда тебе завтра.

— Без сопливых. Где Андрей?

За столом кроме меня и Лехи сидели Света, Петя и Витя — четвертый парень из ПВП группы.

— Ушел нам шмотье собирать, — на лице Лехи сияла торжествующая улыбка.

— Все обсудили?

— В целом да, — ответил Петя, задумчиво смотря на меня. — В принципе Леха давно под свою идею почву готовил, и она не стала неожиданностью для нас с Андреем. И аргументы, конечно, весомые, но…

— Петь, — прервала его Света. — Ну что ты опять начинаешь? Леха же рассказал, что Саня долго и упорно спорил и далеко не сразу согласился. Что ты его грузишь? Все мы понимаем моральный аспект вопроса и риски… Равно как и необходимость. Давай ближе к делу.

— Ладно… — смирился мой зам и достал блокнот. — Сегодня я за Ксюшу. По раскачке. Из опыта первого прохода мы выяснили, что нужно брать шары. Поэтому «ускорение» и «стабилизацию» на максимум качаем всем. Они в любом случае пригодятся в ближайшие дни на зачистке территорий. Дальше, у кого не сделано, докачиваем все боевые вспомогательные навыки: «бег», «техника прыжка», «гибкость суставов», «работа внутренних органов», «регенерация». Дальше до кучи, чтобы не словить проблемы из-за жадности, у кого нет, качаем «нечувствительность к боли» до тройки, устойчивость к ядам до двойки, и на всякий кидаем в «развитие второй руки» по единичке. Кроме этого, характеристики только Вите подтянем. В общем-то все.

— Может, все-таки подкачаем навыки увеличения статов? — «ненавязчиво» предложил Леха.

— Имей совесть, — укоризненно посмотрел на него Петя. — В лагере тысячи людей. Многих из них пятнадцать книг переведут на принципиально новый уровень, вам же и тридцать почти ничего не дадут. Ваш поход уже не необходимость, как в прошлый раз, а что-то вроде рискованной инвестиции. Она может принести большую прибыль, но в случае неудачи мы потеряем от одного до четырех прокачанных бойцов, а при последнем раскладе еще и кучу крутых артефактов.

— Ладно, ладно.

— Собственно, кроме шмотья, непосредственно раскидывания очков навыков, характеристик и последней тренировки, остался самый главный вопрос, — Петя посмотрел мне в глаза. — Кому будем рассказывать и как позиционировать, если информация просочится?

Я сцепил руки на деревянной поверхности стола и посмотрел в сторону оживленного даже ночью лагеря.

— Сохранить это между нами шестерыми не выйдет, к сожалению. Мы уже начали тасовать постоянные группы, и если первый раз это можно как-то объяснить, со временем будет все сложнее.

— Если не сказать Феде, рано или поздно получим скандал. Иль тебя, да и всех, кто был в курсе, просто убьет, Гриллу не сказать нельзя, но, считай, автоматом мы рассказываем Тонгару, — озвучил очевидное Петя. — Да и Ксюшу обижать не стоит, но она хотя бы точно одобрит.

— Получается, будет в курсе весь руководящий состав.

— Да, — кивнул Петя. — Из ближайшего круга предлагаю не говорить только Марине, ей в принципе пофиг. И Палычу, он вряд ли оценит. Ну и Рите, естественно.

— Что с Костей делаем? — повернулся я к Свете.

— Да что хотите, мне пофиг, — не поднимая взгляда от сцепленных пальцев, ответила девушка.

Мне очень хотелось расспросить ее о происходящем между ними, но сейчас это было неуместно.

— Тогда делаем так, — подвёл итог я. — Собрание ради этого не созываем, спалиться можем. Петя, Леха и Света, по одному или сразу всем рассказываете суть. С максимальными предосторожностями вроде щитов, что звук не пропускают. Даёте жёсткую установку: не обсуждаем и не комментируем это. Даже между собой, и даже если никого рядом нет. Иль я завтра сам расскажу.

Возражений не последовало.

— Андрюха идёт, — указал Леха на приближающуюся фигуру. — Надо не забыть его предупредить.

— Сразу скажу, не всё собрал, — Андрей покачал головой и поставил мифический рюкзак на стол. — Кто в рейдах, кто ещё где, а излишнюю суету по понятным причинам я поднимать не стал.

— Да не парься, — махнул рукой Леха. — Мы со Светой ещё днём подготовились. Саня с прошлого раза перчатки и шапку отжал. Только Витька одеть, остальным максимум по паре шмоток.

— Ну пусть тогда Витя первый и выбирает, — Андрей подвинул лучнику рюкзак.

Петя тем временем вновь повернулся ко мне.

— Сань, давай прикинь тогда, сколько тебе книг надо, чтобы прокачать навыки до того, как я озвучил.

— Только пять штук — стабилизацию до трехи поднять, остальное соответствует или выше.

— Учитесь! — улыбнувшись, показал на меня Петя.

— Учиться, как книги со склада гильдии тырить? — заржал Леха.

— Не шуми, мало ли кто услышит тебя, дурака, и поверит.

— Ладно, тогда ждем, пока Витя выберет, и двигаем на пляж, треню проведем.

После тренировки мы тем же составом собрались в основании будущей башни вокруг столба.

— Проверяйте свитки и комплекты в быстром доступе. Еду, что держит больше пятнадцати минут уже можно есть, — деловым тоном напутствовал нас Петя. — Напоминаю: красный шар точно на физуху, а зелёный на уклонение. Света, прямо перед тем, как спадет поле вокруг стартовой площадки, не забудь скастовать свое новое удваивающее зыркливость заклинание, как там его… «Пучеглазие»! Витя, после второго выстрела бросай снайперку и беги к ребятам.

Мандраж, конечно, был, но ни в какое сравнение с предыдущим заходом на тяжёлое испытание. У нас было время отточить основные схемы, а увидев, как ловко четвертый член команды, Витя, обращается со снайперкой на треноге, я преисполнился Лехиной уверенностью.

— Давай по сто грамм, — не дожидаясь ответа, Леха протянул мне металлический стаканчик.

Андрей с Петей тоже не отказались.

— А закусь? — спросила Света.

— Закусь статы крадет! — заржал Леха. — Не боись, специальный рецепт, с Ритой долго выводили. Помимо моего розлива, сама по себе не херово боевые характеристики повышает и пьется как компот.

— Удачи вам! — громко сказал Андрей, и мы выпили. Действительно неплохо!

— Готов! — заявил Леха, забрав у всех стаканчики.

— Готов! — подтвердил я.

— Всегда готов! — сказал Витя.

— Ну, а чего тупим тогда? — спросила Света.

Начать тяжелое испытание?

Да будет так!

Тьма, и через мгновение перед глазами арена. Антураж отличался от прошлого раза, но только цветовой гаммой и порядком шаров, размеры остались прежние. В противники достались орки.

— Готово! — доложил Витя, когда до начала оставалось ещё четыре секунды.

— Не стартуем до команды! — я поднял голос. — Они тоже собираются стрелять! За щит не выходим, а если крайние ломанутся, то бежим сначала вместе и разбегаемся только у шаров.

Испытание началось!

Наша снайперка и ее орочий аналог выстрелили одновременно. Вот только мы явно технологически и магически опережали наших противников. Их стрела сгорела в покрывающем больше трех метров пространства силовом поле от усиленного до системного Лехиного щита. А вот наша, зачарованная всеми возможными заклинаниями на ускорение, усиление и пробой, снесла голову орочьему шаману.

— Вперед! — заорали мы одновременно с Лехой и, используя «ускорение», рванули к шарам.

Мы собрали их, когда орки не пробежали и половины пути. Я взял красный, тот же, что танк противника во время прошлой схватки.

Не хило! Моща, жырность и прыгливость плюс двадцать на две минуты. И не процентов, а очков.

Окрылённый прибавленными эффектами, я бросился навстречу ближайшему танку и активировал «таран».

Не знаю, какого он был уровня и какие артефакты носил, но улетел он метров на двадцать пять, и передо мной сразу появилось системное сообщение о полученном за убийство опыте.

Бой закончился очень быстро. Леха под прикрытием Светы в три удара нашинковал второго танка, а Витя выстрелом из снайперки ликвидировал лучника.

Через тридцать секунд после начала боя мы появились у столба.

— Не интересно, — надула губки Света.

— Что случилось? — удивленно спросил Андрей. — Не работает?

— Все работает! — широко улыбаясь ответил Леха и показал на лежащие на земле рядом со столбом рюкзаки с добычей. — Надо вторую пати делать!

— Ни хера вы быстрые!

— Давай шмотье сразу на склад сныкаем, пока любопытный кто не подошел. И Витю отпустим, чтобы меньше вопросов возникало.

Мы тепло попрощались с молчаливым лучником и пошли через лагерь.

— Я правильно понял — Витя тот парень, про которого ты рассказывал? — спросил я у Лехи. — Тот, что сестру потерял во время первого события и сейчас рвется компенсировать?

— Ага… Только, он не одну сестру потерял, — улыбка пропала с лица Лехи. — На даче рядом с Бронницами всю семью система застала. Стол к обеду накрывали, очухались, а рядом три орка. Всех убили — родителей, бабушку, еще одну сестру, дядю с тетей… Когда последняя на событии погибла… молчал два дня. А как здесь обосновались, подошел ко мне и попросил ставить на самые опасные рейды и давать самые опасные задания. Принял правила игры. Смерти не боится, хочет найти смысл во всем этом.

Как и все мы. И обязательно найдем!

Лагерь кипел почти так же, как днем, с улучшенной зыркливостью не сильно мешало даже отсутствие солнца.

— А что там творится? — спросил я, заметив группу человек из пятидесяти, копошащуюся за складом.

— Над гномьим «возвращателем» трудятся. Вон, слышишь, Палыч орет на кого-то.

— О! Закончим, надо заскочить.

Поприветствовав охраняющих склад троллей, мы прошли в отдельную комнату.

— Да будет свет! — улыбнулся Петя и щелкнул выключателем.

При виде обычной «лампочки Ильича» в груди защемило. Скудный свет вселял больше надежд и уверенности, чем иные победы. Хрен вам! Не скатимся мы в каменный век, а построим цивилизацию круче прежней.

После небольшой паузы мы приступили к сортировке добычи.

Она оказалась достойной, если не по качеству, то по количеству точно. Один из орков, явно лидер их группы, не рискнул оставить самое ценное вне столба и взял с собой.

В итоге, не считая синего и фиолетового мусора (ну разве что кроме ювелирки), мы получили около пятидесяти легендарных и пятнадцать мифических артефактов, двенадцать осколков улучшения, зелья и даже шестнадцать книг на навыки, почему-то не потраченных прошлым владельцем.

— Тут ещё какая-то неведомая херня лежит. Металл, похоже, но я такого не знаю. Килограмма четыре.

— Возможно, ресурс для чертежей, вроде гномьего металла, — как всегда обрадовался неизвестному я. — Ща как раз Палычу отдадим.

— Ок.

— Эксперимент считаю удачным! — воскликнул Леха, вставая. — За это надо выпить, а завтра повторить.

— Повторить выпить?

— И это тоже! Завтра мы должны получить бонусные системные шмотки за три победы.

— Не дели шкуру неубитого медведя, — поморщился я. — Расслабляться нельзя, сегодня нам просто повезло.

— Никто и не собирается, — ухмыльнулся Леха. — Но факт остается фактом, мы самые крутые! А теперь еще и точно знаем, что даёт каждый из шаров.

Всех за вал!

Палыч тоже заметил, когда мы шли на склад. Они с Тонгаром перехватили нас на выходе. Им настолько не терпелось поделиться новостями, что мы так и остановились у самого входа.

— По лицу вижу, все идет хорошо, — сказал я, пожимая инженеру руку.

— Еще как! — довольно улыбнулся он. — Уже делаем специальную печь, вернее вносим некоторые изменения в одну из имеющихся, схема конструкции есть в чертежах. Материалов нужно чуть больше, чем до хрена, в том числе редкоземельных, но они у нас есть. Правда, придется разобрать половину мобильников и ноутов. Полностью база будет готова часов через двадцать, но аккумулятор, тот, что ману накапливает, уже через три-четыре, и его сразу можно будет начать заряжать…

Очередной раз я поразился скорости работы наших инженеров и мастеров. Такими темпами, учитывая, что все мы благодаря системе будем прогрессировать, новая цивилизация станет не просто круче прежней — она появится в обозримом будущем.

… — Насчёт активаторов, это тот прибор с кнопкой, что бойцы будут носить, — продолжал тем временем Палыч. — Они не просто так относятся к ювелирке, на каждый нужно много золота, серебра и других драгоценных металлов. У нас есть определенный запас, хватит устройств на триста, но дальше нужно будет что-то придумывать. Это с учетом того, что производство обычной ювелирки мы полностью остановим.

— Тут минимум три варианта решения, — спокойно проговорил Андрей. — Первое: пройтись по всем нашим, у кого-то выменять, у кого-то отобрать всю личную ювелирку, собственно, мы об этом и раньше думали. Второе: зачистить ещё не разграбленные банки, вернее их сейфовые ячейки. Ну и третье: раскулачить тех, кто обчистил банки и ювелирные магазины до нас. Коломенские тут идеально подходят.

— Мы не торговали с некоторыми, в том числе большими, поселениями, так как им нечего нам было дать, — поглаживая бороду, сказал Петя. — Драгоценности, думаю, у них есть. Ну а у нас куча лишних артефактов.

— Давай, — одобрил идею я. — Только если поселения рядом друг с другом, нужно посылать торгашей одновременно во все, иначе они по цепочке передадут сведения, поймут нашу нужду и задерут цену.

— Конечно.

— Всем привет! — со стороны вала к нам спешил Костя. — По какому вопросу собрание?

— Гномий «возвращатель» обсуждаем, у тебя что-то срочное?

— Небольшой, но самый свежий доклад по ситуации в Коломне. Срочности нет.

— Хорошо… Конструкция «активаторов» сложная? — повернулся я к нетерпеливо ходящему вокруг нас Тонгару.

— Форму мы можем отливать массово, а вот в начинке много ручной работы, плюс зачаровывание. Выход пока не могу предсказать ни по качеству, ни по количеству, — гном тараторил, стремясь подойти к сути волнующей его проблемы. — Нужно будет еще один цех делать и новых ювелиров набирать и прокачивать. Сейчас нас двенадцать, ещё нормальных на примете есть человека четыре. А нужно минимум восемь, а лучше, конечно, больше. Разделим по профилю в зависимости от текущих нужд и склонности их самих. Переизбыток готовых изделий в ближайший год нам точно не грозит. В крайнем случае излишки можно продавать… Наша ювелирка — уникальный продукт, и многие за нее не пожалеют в том числе и книг.

— Поток беженцев усилился, — пожал плечами Андрей. — Найти сочетание базовых навыков, близкое к нужному, не сложно. Вопрос в том, что их придётся контролировать жёстче, мы же не можем подпустить не проверенных людей к сокровищнице. Да и книги на них тратить жаль. Возможно, проще переделать кого-то из уже прокачанных. Если хотите, я займусь.

— Давай, Андрюх, — я вновь повернулся к Тонгару. — Если база будет готова через двадцать часов, то и максимальное количество активаторов должно быть к этому же времени. И вообще считай это приоритетным заказом — делаем триста штук, остальное производство на паузу. С ними рейдовые группы за неделю все окрестности в радиусе ста километров обнесут.

— А вторую базу можно сделать? — спросил Леха.

— К сожалению, большого смысла нет, — расстроенно произнес Палыч. — Активатор привязывается и к носителю, и к конкретной базе. Чтобы сделать то, что ты всего вероятнее предполагаешь: одну переносную базу, вторую стационарную тут, нужно каждому человеку дать по два активатора. Учитывая количество необходимых ресурсов, мы просто не потянем.

— Жаль, — сник было Леха, но тут же воспрял. — Все равно штука охрененная — военный потенциал есть, и ту сторону реки можно подчистить. Костян говорил, что нашли там несколько богатых не разграбленных мест, куда еще народ из Костромы и Владимира не добрался.

— Все равно рано или поздно встанет вопрос постройки других баз, — я снова обратился к инженеру. — Какие там самые дефицитные ингредиенты?

— Золото, редкоземелка, ее можно добыть из техники, и гномий металл. Грилл говорит, он не такой уж и редкий. Сложность в том, что горы, его содержащие, прилетели сюда вместе с гномами и все заняты. Так что или выменивать, или отнимать.

— Ладно, решим ближе к делу, — я довольно потянулся. — Давайте реально сделаем ювелирку клановой фишкой. Петь, согласуйте с Пашей акцент в рейдах и торговле на драгметаллах, а ты, Андрюх, ищи Тонгару помощников.

Гном ушел, а Палыч изъявил желание послушать новости из Коломны.

— Чего стоять, пойдем в беседку сядем? — предложил Леха. — Я не могу столько сожрать, сколько калорий сжигаю.

— Пойдем.

Я видел, что Света сторонится Кости, и, если бы не интересная информация, давно бы ушла. Блин, надо уже выделить, наконец, время и поговорить с каждым из них.

На месте совещаний мы встретили что-то обсуждающих Пашу и Ксюшу.

Интересно все-таки получается — глубокая ночь, супер-насыщенный день, а мы, да чего только мы, минимум три четверти лагеря внутри вала на ногах. Все работают. Как мы жили и что-то успевали до этого, имея в сутках в среднем рабочих семнадцать часов, в половину из которых представляли собой разбитое говно? Кулинария, повышенные параметры и мотивация. Вот за это спасибо тебе, система!

— Восемь человек сейчас работают в Коломне и окрестностях. Сам только что оттуда, так что сведения свежак! — начал Костя, когда мы расположились вокруг большого стола. — Бои идут повсеместно. Обладающие инстинктом самосохранения уже свалили из этого гадюшника, а остальных впитали в себя два клана, на которые разделился «Щит». Сейчас они воюют за пик. Все переговоры срываются из-за бонусов фундаментальной гильдии. Слишком много претендентов на плюшки и слишком мало мест. Да и крови уже много между ними. Собственно, чего я сорвался и прибежал: сегодня около десяти вечера разведчик, что следил за самим пиком, оставил в установленном месте записку с сообщением о том, что одна из гильдий создала фундаментальную. А…

— Слушай, а я так и не понял технику отъема пика одной гильдии у другой, — прервал Костю Андрей. — Ведь получается, для того, чтобы стала доступна эта опция, кто-то, а всего скорее гильдмастер, должен коснуться пика и призвать своих на штурм чужого сердца и стража. Следовательно, защищающейся стороне достаточно окопаться у столба и никого не подпускать?

— Не-а, не так работает, — ухмыльнулся Костя. — Об этом было второе сообщение в послании. Когда они установили сердце, у всех представителей других гильдий, находящихся в двухстах метрах от пика, появилась функция перезахвата. То есть напасть может любой с этого расстояния.

Почти одновременно все присутствующие посмотрели в сторону нашего пика, а потом на лес.

— Что там с эльфами-то порешали? — спросил Леха.

— Трунис сказал завтра, вернее уже сегодня, до рассвета начнут, — ответил Петя.

— До воды тоже двести метров…

— Давайте потом об этом, и так голова пухнет, — вмешался я. — Вряд ли сейчас есть поблизости настолько крутая гильдия, чтобы высадиться на нас с реки. Костян, что еще?

— Насколько мы сумели сопоставить факты, те, кто установил сердце, в целом, малочисленнее и немного слабее, возможно, им просто повезло. По большому счету, у их противников выхода теперь только два: в срочном порядке устроить генеральное сражение или быстро сваливать. Посмотрим.

— С беженцами что?

— Тяжело им. Там сейчас ловить нечего: весь день регулярно из столба выскакивали люди в неуязвимости и пытались найти врага, часто прилетало мимо проходящим. Кто-то отошёл на безопасное расстояние и ждёт, пока какая-то из сторон победит. А кто-то валит. Отсюда и постоянно увеличивающийся поток беженцев, а сейчас дорога в нашем направлении забита. Андрюха и Ксения, готовьтесь.

— Будем держать кулаки за то, чтобы они перебили друг друга, — взъерошил волосы Петя. — Ну или по крайней мере ослабили. А приемно-статистической команде мы выделим столько ресурсов, сколько надо.

— Мы как-нибудь можем помочь процессу их взаимного истребления? — спросил я.

— Не рекомендую, — быстро ответил Костя. — Они реально хорошо сами справляются, а если там засветиться где-то, можно породить у них мысль об объединении против общего врага.

— И то верно, пусть грызутся, — согласился Петя. — В принципе, даже если они, в конце концов, перекроют поток беженцев, ничего страшного. Нам с этими бы разобраться пока.

— Если говорить прямо, — вступила в разговор ставшая очень молчаливой после смерти подопечных Ксюша. — То мы и нынешний поток обрабатываем неправильно.

— Ксения, — проговорил Андрей, с упреком.

— Что Ксения? — повысила голос девушка. — Не хотите сами Саше сказать, я скажу.

Ну-ка, ну-ка. Я подбадривающе улыбнулся Ксюше и поднял руку, останавливая пытающегося возразить Андрея.

— Мы берём слишком много балласта, — заявила она. — И все больше наших сил уходит на его обслуживание. Распределение, обучение, решение их проблем, устройство их жизни, кормёжка и т. д. А ведь многие из них, может, никогда и не начнут нормально работать, я уже не говорю про откровенных слабаков. К тому же, смотря на них, меньше работают и другие. Скоро даже книги с них не будут отбивать вложения. Да и, честно говоря, по моим расчетам, уже сейчас по книгам недобор. Мы постоянно оставляем добычу бесполезным людям в надежде на какую-то Федей придуманную ерунду.

— Это так? — спросил я Андрея.

— Во-первых, мы работаем на перспективу, и книги они все-таки приносят, а во-вторых, есть такое понятие как гуманизм… — Андрей глубоко вздохнул, явно борясь сам с собой. — Но, в целом, есть момент, КПД мог бы быть и повыше.

Какой-то сюр — два мужика проявляют излишний гуманизм, ставя под угрозу развитие поселения, и противостоит им тринадцатилетняя девочка. Я за девочку.

— Какие предложения, Ксения?

— Либо ужесточить требования по приему и не брать человека, если с ним нет другого, полезного. Или разделять новеньких не только на «Защитников» и остальных, а добавить третью группу — биомусор…

— Э, внученька, полегче, — всплеснул руками Палыч. — Так и до измерения черепов недалеко.

— Вот только не надо, дедушка Гриша, — сверкнула на него глазами Ксюша. — Мы как раз это проходили по истории. Тут ближе к твоему любимому коммунизму. Кто не работает, тот не ест. А у нас они даже будут есть, если будут сдавать все книги. Просто выселить их на отдельную стоянку подальше, чтобы другим мозги не пудрили. Увидят, что второй группе мы делаем утеплённый настил, помогаем, и, может, думать начнут… Но лично я за то, чтобы ещё при отборе тщательно фильтровать. А то там какая-нибудь тетка делает Феде жалостливые глаза, и он записывает. Я все сказала.

Девушка попыталась встать, но я жестом задержал ее.

— Петя, твое мнение?

— Федя проделывает колоссальную работу, вряд ли кто-то из здесь присутствующих, да и в принципе в лагере, согласился бы взвалить ее полноценно на себя, даже Ксения, — начал Петя, скрестив руки на груди. Наверное, таким тоном он и читал свои проповеди. — Но, в целом, я с ней согласен. Вариант отселения слабых я однозначно поддерживаю. А вот требования для приема сильно повышать не хочу. Во-первых, нам нужны книги, и мы должны использовать любую возможность для их получения, просто надо следить жёстче. Во-вторых, объективно, очень тяжело сказать в лицо голодному человеку, умоляющему его пустить, чтобы он шел дальше. Особенно женщине, особенно с ребенком.

— Ещё мнения?

— Согласен с Ксенией, поддерживаю и идею с отселением, и с повышением требований, — сказал Леха.

— Согласен с Ксенией и Лехой, — кивнул Костя.

— Я тоже, — присоединился Паша.

— И я, — это Света.

— Палыч?

— Я считаю брать надо всех. А потом да, можно разделять и требовать, чтобы все работали.

— А если откажутся? — ехидно спросила Ксюша. — Понять и простить?

— Ладно, я все понял, — поднял я голос и встал. — Требования по приему у нас и так нормальные, надо просто их соблюдать, завтра я поговорю с Федей. Андрей, вам с Петей и Ксенией бросить все в ближайшее время, выбрать место и составить списки переселяемых. Завтра вечером возьмём большой отряд с троллями и сделаем все по-серъезке. Пора новичкам и тем, кто не понял с первого раза, показать, что у нас тут не богадельня. Правильно Ксения говорит. Кто не работает, тот ест только в пределах потраченных за день калорий и то, если сдает книги.

— От каждого по способностям, каждому по потребностям.

— Ну типа.

Когда, обсудив еще ряд текущих дел, все, наконец, разошлись, я забрался на вал и осмотрел наши владения.

Четырнадцатый день едва не стоил жизни мне и не принес войну с эльфами всем нам. Мы бухали с королем гномов, говорили о любви с Иль и прошли тяжелое испытание. Все это время не прекращая добывать и строить.

Даже несмотря на непростой разговор в самом конце, я очередной раз поймал себя на том, что получаю огромное удовольствие от новой жизни (в те моменты, когда она не висит на волоске). Пусть ничего не ясно с Коломенскими. Пусть Чжур собирает против нас армию. Пусть в лагере полно людей, которым только предстоит объяснить новые правила игры. Пусть мы не знаем и процента испытаний, заготовленных нам системой. Но если мы продолжим так же самоотверженно трудиться и заставлять это делать других, у нас все получится!

Я сладко потянулся и глубоко вдохнул. Свежий воздух пах рекой, лесом и дымом костров. Заснуть, обняв любимую, что может быть лучше? Сегодня я точно это заслужил!

В этот раз эльфы выполнили обещание. Они оккупировали опушку леса с раннего утра. Люди помогали, как могли. Те, кто имел хотя бы минимальные навыки вроде «знатока леса» или «земледелия» занимались непосредственно растениями, а кто не имел — грузоперевозками. Они, одетые на мощу, ждали, пока на телегу погрузят куст или небольшое дерево, и потом бежали в обход леса, спеша доставить его на место будущего обитания.

Большие деревья сплавляли по реке. Магия друидов позволяла окутать корневую систему защитным барьером, после чего быстро доставить его на три километра вниз по течению.

Я, испытывая лёгкую грусть, наблюдал, как четверо эльфов аккуратно выкапывают «дерево совещаний».

— Приветствую, Александр, пройдемся? — тихо подошедший Глинет показал в сторону реки.

— Привет, конечно.

— Я ещё раз хотел извиниться за произошедшее, — тихо произнес лидер эльфов, когда мы вышли на берег и устроились на пледе рядом с беседкой для переговоров.

— Проехали, — кивнул я. — Как себя ведут люди Еквекиля?

— Приходят в себя после первого шока, — Глинет положил руки на колени и задумчиво смотрел в сторону противоположного берега. — Он попал сюда с сотней, ещё четыреста встретил и подчинил уже тут.

Мда. Нехреновая особенность, перенесенная из родного мира. И далеко не первая, вызывающая зависть: скрытность у Михея, управление мертвецами у Максима, да и орёл у Драара ничего был.

— Сложнее всего, с теми, кто пришел с ним, — продолжил Глинет. — Если пользоваться вашей терминологией, у них в нашем мире было что-то вроде секты, а по факту рабство. Эльфы подчинялись Еквекилю давно, это, безусловно, сказалось на их сознании и восприятии. Они растеряны и не понимают, что происходит, некоторые вообще думают, что еще находятся на родине.

— Они станут нормальными? — с сомнением спросил я. Сто сумасшедших эльфов под боком, такое себе.

— Большинство да. Но могу тебя заверить, они не опасны, — уверенно произнес Глинет и впервые за разговор посмотрел мне в глаза. — Они сейчас как маленькие дети, учащиеся мыслить самостоятельно и, как ни крути, они будут брать за основу ту модель, которую предложим мы. Я имею в виду «Защитников». Кстати часть из них тут и помогают в работах.

— Сколько вас сейчас? И какие планы на ближайшее будущее?

Я чуть сдвинулся, чтобы лучше видеть собеседника. Начиналась самая интересная часть разговора.

— С эльфами Еквекиля нас было семьсот, но пятьдесят уже ушли и ещё столько же или уйдет, или я попрошу их это сделать, — отвечая, Глинет разглядывал облака, отражённые в спокойных водах Оки. — То есть, считай, нас останется шестьсот, из которых сто в ближайшие месяцы вряд ли смогут делать что-то кроме пересадки деревьев и подобных элементарных вещей. Остальные: триста пятьдесят полноценных бойцов, готовых в том числе к наступательным операциям, ещё пятьдесят могут воевать, но предпочтут защищать лес или город, ну и сто эквивалент ваших мирных. На них поддержка нашей инфраструктуры, еда и тому подобное.

Я внимательно слушал эльфа, наблюдая за его мимикой и пытался, сопоставляя его голос с голосом Иль, понять его настроение. Сложно, по мне так все они говорили практически одинаково, а знание второго уровня людской речи и вовсе сглаживало различия. Плюс мы хоть и анатомически схожи, но тембр голоса эльфов отличался от человеческого. Мне не хватало опыта для полноценного анализа.

— Насчёт планов на будущее, — приступил ко второй части ответа Глинет. — Это от тебя зависит, сможешь ли ты доверять нам после случившегося. Что касается нас, то все, кроме тех, кто уйдет и тех, кто пока не в себе, хотят остаться здесь и присоединиться к «Защитникам» навсегда. Каждый готов присягнуть гильдии и лично тебе. Я могу стать проводником твоих указаний. Всех приходящих или найденных, изъявивших желание присоединиться эльфов в случае сомнений мы будем согласовывать с тобой.

— Но, естественно, нельзя исключать появление очередного Еквекиля, — задумчиво пробормотал я.

— Естественно, — кивнул эльф. — Так же, как и среди людей. Но теперь мы готовы к этому. Будем искать артефакты и другие способы защиты от ментального контроля, а вернувшихся с переговоров послов проверять на наличие внешнего влияния.

Разумный вывод. Нам тоже нельзя забывать на серьезные переговоры с сильными группами отправлять людей в нужном снаряжении. Или Иль с ее новой особенностью.

— Хорошо, эту тему закрываем, нам нужен этот лес и надёжные союзники в нем. По мере прокачки гильдии будем брать твоих в порядке очереди. С тебя списки с перечнем уровней, основных навыков и особенностей.

— Хорошо, — улыбнулся Глинет, после чего мы пожали друг другу руки.

— Если не возражаешь, информацию и мои текущие пожелания я буду передавать через Иль. Но раз мы все равно болтаем, давай проговорим основные аспекты сотрудничества.

— Конечно, согласен и с первым, и со вторым пунктом.

После моих слов про закрытие темы, лидер эльфов будто скинул давящий на его плечи груз и заговорил значительно легче и быстрее.

— Меня интересуют сроки пересадки леса, еда, разведка, участие в боевых операциях «Защитников», ну и все, чем вы ещё можете помочь.

Перейдя к практическим вопросам, я сам почувствовал облегчение и, не удержавшись, достал банку пива, не будет же эльф обвинять меня в алкоголизме? Из вежливости протянул вторую собеседнику.

— Это алкоголь? — уточнил он.

— Да, слабый. У нас принято отмечать большие события.

К моему удивлению, Глинет принял банку и, следуя моим подсказкам открыл. Хорошо, что вчера (к счастью, уже после ухода посольства гномов) рейдеры нашли небольшой запас в подвале богатого особняка, с одной не обеднею.

— А вы не делаете алкоголь? — спросил я, когда мы чокнулись и сделали по первому глотку.

Вместо ответа эльф протянул мне склянку, наполненную ярко-фиолетовой жидкостью.

— Только не сейчас, — поднял он руку видя, что я собираюсь продегустировать. — И немного. Начни с глотка. В первые разы может быть очень сильный эффект. Лучше перед сном и вместе с Иль. Она знает, как этим управлять.

Он говорил, как барыга, продающий подростку наркотики.

— Хорошо, — я убрал бутылку в рюкзак и глотнул пива.

— По твоим вопросам. Пересадка в приоритете, так или иначе в ней сейчас участвуют все, кто не стоят в дозорах или не занимаются неотложными делами. При условии, что наше количество останется неизменным, люди будут помогать так, как сейчас, и мы не будем круглые сутки бегать и воевать с орками, к концу ноября закончим. Вот схема, как все должно получиться.

Я принял у него очень красивую цветную карту, нарисованную на похожем на бумагу, но чуть более темном и эластичном материале.

В итоге вдоль реки лес сдвинется на километр двести метров. Не весь, конечно, зачем делать лишнюю работу. Геометрия его опушки будет в целом повторять окружность вала и отставать от него на пятьсот-шестьсот метров.

— Я сегодня смотрел, как ваши работают, и у меня сложилось впечатление, что все быстрее должно быть.

— Вот тут, с другой стороны, — придвинувшись, пальцем показал Глинет, — пока наше поле. Мы, конечно, могли бы высаживать деревья прямо на него, и тогда работа действительно заняла бы гораздо меньше времени, но мы не можем так расточительно относиться к нашим ресурсам. Поэтому поле мы сначала снимаем и переносим вот сюда, еще на два километра дальше, тут начинается людская земля. Почву оттуда мы в свою очередь перенесем сюда, на место, откуда сейчас выкапываем деревья.

— То есть вы после того, как выкопаете здесь растения, заберёте отсюда весь грунт!? — наконец сообразил я.

— Не после, а одновременно, иначе во что мы, с той стороны убрав поле, будем сажать? — Глинет маленькими глотками пил пиво, и мне показалось, что его уже начало немного развозить. — Схема простая, но очень медленная. Эта опушка — пункт А. Эльфийское поле с другой стороны леса — пункт Б, и земное поле — пункт В. Мы по кругу одновременно переносим землю и деревья из пункта А в Б, из Б в В и из В в А.

Да понял, понял. Разглядывая карту и потягивая пенное, я охреневал от объемов работ. А воевать когда? А что, если на нас нападут? Надо продолжать зачистки. Вообще не комильфо будет, если пара сотен орков выскочит откуда-нибудь и перебьет таскающих телеги с деревьями людей и эльфов.

— Ну что я могу сказать, — вздохнул я. — Все незанятые людские руки в твоём распоряжении. В теории, в ноябре уже может быть снега по пояс, так что лучше не тянуть.

— Хорошо, — кивнул эльф и вновь отодвинулся. — Следующий пункт еда. Мы, конечно, сумеем предоставить какое-то количество. Но после того, как увеличилась наша численность, и особенно с учётом скорости роста вашей, это будет капля в море. Тут, скорее, речь идёт о поставке редких ингредиентов для крафта мифической еды. Их мы сможем добыть достаточное количество.

Ожидаемо. Уже давно понятно, что эту зиму мы будем питаться по принципу: «с миру по нитке, нищему рубашка». Что-то подгонят эльфы, что-то выкопаем с тролльих холмов, вырастим сами или соберём в соседних лесах. А основным источником станут рейды, вернее, уже стали, и рыбалка.

А вот дальше без развитого сельского хозяйства никуда. И тут речь не о теплицах и грядках, пусть и очень больших. Речь об огромных полях и пастбищах, а для этого опять же нужно зачищать территорию.

— По разведке. Все, что нам было нужно, мы разведали, данные уже у Паши, — продолжил Глинет. — Двадцать эльфов переведено в постоянное распоряжение Кости. Остальные будут контролировать зону вокруг работ по пересадке, чтобы избежать неожиданных атак и диверсий. Ну а на боевые операции, как я уже сказал, триста пятьдесят бойцов готовы в любое время.

Беседа с Глинетом меня вдохновила. Пожалуй, это было самое доброе утро после прихода системы. Даже пугающий разговор с Иль не состоялся, когда я проснулся, она уже вовсю работала на пересадке.

Еще минут пятнадцать поболтав с эльфом, мы простились, и я пошел к командирскому костру, где за завтраком договорился встретиться с Лехой и Костей. Возле пика толпился народ — прошла ровно неделя с основания фундаментальной гильдии. А это значит — второй заход на гильдийный рейд и много новых свитков.

Зачистка

— Ну смотрите… — Костя развернул большущую, примерно метр на полтора самодельную карту.

— Откуда у тебя такая? — удивлённо спросил Леха.

— Да есть тут чувак с навыками «географ» и «художник» одновременно. Рита нашла, — довольно усмехнулся разведчик. — Рисует почти со скоростью принтера, а качество лучше. Так что теперь у нас карты на все случаи жизни. Конкретно на этой места лагерей, встреченных нами за последние сутки.

— А чего эти восточнее Коломны красные? — разглядывая карту, спросил Леха.

— Это свежак, у него низший приоритет, — ответил Костя. — Появились вчера во время разборок между коломенскими кланами. Во-первых, они ещё не осели и постоянно двигаются, во-вторых, не успели сильно накосячить и интересны лишь как объекты рекрутинга. Ну, может, еще для быстрого обмена их бесполезных драгоценностей и завалявшихся книг на наши крутые незаменимые артефакты.

— В том числе ручной работы, между прочим, — ухмыльнулся Леха.

— Зелёные — это от суток до двух, а вот черные уже старожилы, — продолжал пояснения Костя, водя указкой по карте. — У разведчиков есть установка пробегать мимо самых крупных из них раз в день. И минут на пять-десять останавливаться и слушать, благо, ни о каком «обнаружении без колдунства» там париться не нужно. Так вот, количество восклицательных знаков — это степень отмороженности. Один — забитые мирные, преимущественно женщины. Пять — грабители, насильники и убийцы.

— Тут в основном по три-четыре, — обратил внимание на закономерность я.

— Это и логично, — пожал плечами разведчик. — Уже две недели прошло, как система пришла. Слабые погибли или влились в сильные группы. Остальные выживают, как могут. Готов свою будущую хату поставить, что через пару месяцев, если ничего не делать, те из трешек и четверок, что выживут, станут пятерками. То есть будут жить грабежом и убийствами.

Костя был прав — происходило неизбежное. В сложных условиях проявлялась человеческая природа. Ее можно было описать двумя фразеологизмами: «своя рубашка ближе к телу» и «бытие определяет сознание».

Когда люди сидели на мягких диванах, ели вкусную еду в отапливаемых домах с электричеством и газом, они могли себе позволить быть добрыми, и, смотря на ужасы происходящих где-то далеко военных конфликтов, говорить «я бы никогда так…».

А сейчас голодные и испуганные люди медленно, а кто-то и быстро, скатываются в яму отчаяния, где мораль отходит на задний план или вообще исчезает. Ведь чего сложного отнять еду у идущей мимо женщины и ребенка, да и саму женщину можно использовать…

Слишком быстро? Может быть. Но голод возникает через несколько часов после последнего приема пищи, и уже через несколько дней ты за банку консервов будешь готов на многое. Разница между хорошим и плохим в этом случае лишь одна — хороший попробует добыть еду мирным способом, в крайнем случае убьет орка, а плохой отнимет у слабого.

Собственно, нашей целью и было ликвидировать в ближайших окрестностях очаги беспредела, в том числе и потенциального. Ну и по возможности помочь нормальным группам. Укрепить их и, если они ещё сами не поняли, объяснить принцип выживания в новых условиях. Нам от этого прямая польза — у орков и прочих будет меньше халявного опыта и шмоток.

— Синяя линия — это маршрут Лехиного рейда, красная — твоего, Сань, — продолжил Костя. — Как самым крутанам, вам только четверки и пятерки. Для подтверждения разведданных вы, конечно, можете послушать, о чем там базарят перед тем, как всех перебить. Но, ИМХО, это лишняя трата времени. Если будете мочить сразу, вернётесь быстрее. Берите только самое ценное, по вашим следам через час выйдет группа лутеров, они заберут остальное.

— Сань, — к нам подошел Петя, — что по поводу вассального пика-то думаешь?

Я уже не первый раз с утра открыл меню гильдии:

Фундаментальная гильдия «Защитники» уровень 4

Опыт: 6 592 000 / 10 000 000

Количество членов 1080/1100.

«Общее хранилище» 1 уровень (+).

«Ремонт» 1 уровень (+).

«Обмен» 1 уровень (+)

«Вассальный пик» 1 уровень (+)

Свободных очков развития: 3.

Новый навык давал возможность убив босса на свободном пике сделать его вассальным. Это приносило дополнительный опыт (мало) главному пику и возможность телепортировать между ними до пятидесяти человек в сутки. Туда-обратно считалось за два раза.

— Да хз, опять же непонятно, что даст, если вкинуть в него очки. Да и подходящий пик только второй у Михалыча, только вот я не могу понять, что нам даст, если мы его захватим. Испытания там никто не проходит, значит опыта не будет. И прыгать туда нужды особой нет.

— Вот если бы коломенский присоединить, — мечтательно произнес Леха. — Оттуда бы экспа хорошо шла.

— Ага, только кто даст? — я встал и поправил амуницию. — В общем копим дальше и верим, что рано или поздно появится по-настоящему крутой скилл. А пока пора сделать мир, то есть территорию «Защитников», чуточку лучше.

Первый объект находился в сорока километрах от базы. Лагерь человек в пятьдесят на опушке леса. Хватило минуты подслушивания разговоров его обитателей, бандиты планировали идти вдоль шоссе и кормиться за счёт беженцев. Ну что ж, не зря этой группе присвоили максимальные пять восклицательных знаков.

Мой отряд насчитывал тридцать человек. Из своих я взял только Свету, остальные бойцы с полезными особенностями, которым нужен опыт. И десяток новичков. Они по моей команде и начали.

Стрелки подняли луки, контактники зашли в лагерь и встали рядом с крайними бандитами. Я махнул рукой, внимательно наблюдая за исполнением, готовясь в любую минуту вмешаться.

Для первого раза прошло более-менее гладко. Контактников, кто после убийства выпал из скрытности, прикрыли маги и бойцы резерва. Даже противники, сообразившие, что происходит, не успевали достать оружие.

Мое вмешательство не понадобилось. Но и левелапнулись лишь два стрелка из новичков и два рукопашника. Грабители — лёгкая добыча, но не эксповая, так как качаются на слабых. Дай бог, если сильнейший из них достиг четырнадцатого уровня.

— Новички, каждому лежащему нож в горло. Остальные пять минут на обыск. Звено Кирилла, осмотрите все в радиусе пятидесяти метров, остерегайтесь ловушек.

Шестнадцатилетний улыбчивый парень обладал полезнейшей особенностью — «кладоискатель». Теперь нам не приходилось брать в плен и допрашивать лидеров банд с целью выяснить, куда они спрятали или закопали награбленное. Кирилл видел нычки и схроны под землёй, в стенах, думаю, в прошлой жизни он мог бы устроиться в полицию, искать закладки и не давать фанатам (и фанаткам) проносить фаеры на стадионы.

Кирилл не подвёл.

— Золотишко, много травы и белый порошок, — доложил он, закончив обход.

— Выдвигаемся! — скомандовал я.

Следующие два лагеря, в тридцать и сорок человек, мы тоже зачистили быстро, настрой на разбой его обитателей сомнений не вызывал. А вот в четвертом пришлось задержаться.

Состав тут был исключительно женский и, подходя к нему, я удивлялся пяти восклицательным знакам, его обозначающим. Но не долго.

Оказалось, что пятьдесят из шестидесяти его обитательниц — сбежавшие из заключения преступницы, причем, судя по повадкам, сидели они не за кражу хлеба. Десять других недавно присоединились, и проблема состояла именно в них, по факту они стали рабынями. Они и шестеро маленьких детей от шести до десяти лет — девочек. Куда делись мужики и мальчики, если они были, я думать не хотел.

Я дал своим знак ждать и медленно ходил, прислушиваясь к разговорам. Наверняка у кого-то была магия обнаружения, но ее, естественно, никто не использовал. Бессмертные, хуле.

Бабы, а в основном здесь были именно они, а не женщины, гоготали, бухали, обсуждали подробности убийств «членоносцев» и регулярно заигрывали друг с другом. Но среди прочих встречались и не поддерживающие происходящее, просто запуганные женщины, присоединившиеся к «альфасамкам» от безысходности. Возможно, и на их руках уже есть кровь, но кто из нас без греха?

— Тут все будет сложнее, — вернувшись и отведя своих, начал я. — Зэчки, у них пленницы, да и не все из них поддерживают линию партии на убийства и грабежи. Я вычленил семь совсем отбитых. Задача ликвидировать их, потом провести переговоры. Все стрелки за мной, остальные прикрывают тех, кто выпадет из невидимости. План такой: я возвращаюсь и показываю пальцем на цель. Первый из вас ее запоминает и ведёт, затем следующую, ее ведет второй, и так далее. Потом я отхожу, даю сигнал, и вы стреляете. Если что, у меня есть «удар в спину», добью, кого надо. По выполнению отходим.

Простая в теории задача оказалась не такой простой в исполнении. Цели ходили, залезали в палатки, да и в принципе их много, я постоянно путал одинаково стриженных женщин. Ну и, естественно, все надо было делать так, чтобы ни с кем не столкнуться.

Не вышло. Когда я указывал шестую цель, широкую короткостриженую бучиху, к ней сзади вдруг подбежала подруга, видимо желая обнять, и по дороге врезалась в невидимого меня.

— Огонь! — заорал я, всаживая копьё в спину цели и тут же активируя «мгновенное отступление».

К счастью, кроме бешеного настроя и ненависти, больше ничего «дамы» противопоставить нам не могли. Я убежал и при первой возможности ушел в скрытность.

Лагерь кипел, шесть из семи целей, включая предводительницу, погибли. Остальные встали в кольцо и, выставив убогое оружие, оглядывались по сторонам.

— Ну хоть сейчас начали обнаружение колдовать, — прошептал я, уже стоя рядом со своими. — Надо дать им время немного успокоиться.

Через десять минут я снял скрытность и появился в пятидесяти метрах от женщин. На наконечнике копья болталась белая тряпка, символизирующая желание начать переговоры. С десяток стрел в мою сторону, конечно, выпустили, но только одну из них отразил наложенный Светой щит, остальные или мимо или не долетели.

— Пришлите парламентершу (они же должны любить феминитивы)! — заорал я и даже с такого расстояния заметил, как испугались оппонентки. — Я гарантирую ей жизнь.

Ещё несколько стрел полетели в меня. Уже лучше — щит отбил две.

— В атаку! — заорала татуированная низкая коренастая страшная баба под сорокет, и, зачем-то задрав над головой меч, рванула ко мне.

Три стрелы остановили ее. Дернувшиеся было за ней союзницы поспешно отступили.

— Да ёпта, — прошептал я, когда первая из шайки ушла в скрытность, и за ней сразу последовали ещё человек двадцать. — Дуры! Мы видим невидимок и быстро бегаем. Все, кто сейчас попробуют свалить, умрут!

Мои мифические доспехи сияли бирюзовым цветом, по идее, это должно было подтверждать мои слова, но я даже не уверен, что они вообще такие до этого видели.

Большинство вернулись в строй. Но четверо, в том числе не ликвидированная седьмая цель, побежали. За ними сразу же рванули мои.

— Пять минут вам на выбор переговорщика! — снова заорал я, уже чувствуя дискомфорт в голосовых связках. — Как раз мои воины принесут головы ваших сбежавших подруг.

У моих мощи много, они принесли не головы, а целиком. Причем троих ещё живых. Живые — это хорошо, живые — это опыт для тех, кому нужно. По очереди продемонстрировав тела всех беглянок, я повторил свой призыв.

Наконец бледная дрожащая женщина отделилась от строя и, подняв руки вверх, пошла в нашу сторону. Я отвёл ее подальше, чтобы нас точно никто не слышал. Низкий уровень и сильный страх сделали свое дело, и очень быстро она стала рабыней.

По результатам допроса выяснилось, что самых отмороженных мы почти всех перебили, осталось всего две. Именно они сейчас руководили обороной, вернее, дрожащим строем, и держались за его спинами. С остальными можно было работать.

Получив ЦУ, моя подопечная вернулась к своим. Даже улучшенный слух не позволял мне услышать, что она говорит, но я это и так знал.

«Нас не убьют, если мы пообещаем изменить свой образ жизни. Александр Великий (не сдержался) приговаривает Лизу и Машу к смерти». После этих слов ассасины, обошедшие женщин с тыла, используя навык «удар в спину», перерезали горло двум спрятавшимся лидершам.

Вспышка паники, вопли, а потом выжившие побросали оружие и подняли руки.

С полчаса я потратил на то, чтобы объяснить подавленным «дамам», как им вести себя дальше и как далеко уйти от наших границ. Тем временем нас успел догнать отряд фуражиров (лутеров).

Когда я закончил, а Кирилл подтвердил, что все нычки собраны, ко мне вдруг подошла одна из женщин. Не больше метра шестидесяти, почти лысая, лет тридцати пяти, худощавая. Насколько я успел запомнить, она тоже сидела, но в насилии не участвовала. Ее задачей в лагере было следить за пленными, и, в целом, они отзывались о ней положительно.

Между нами мгновенно выросли два «защитника». Я жестом отпустил их, но на всякий случай держал оружие наготове.

— Возьмите нас с собой! — жалобно пробормотала она, указывая на девочку лет шести, сидящую на траве.

— Я же уже говорил, — раздраженно буркнул я, — мы не берём такие составы. Карту тоже дал.

— У меня особенность хорошая!

— Какая? — я уже отвернулся и сделал шаг от нее.

— Я мысли читать умею.

Да не пизди.

— «Да не пизди» — вы сейчас это подумали.

Ой, это была очевидная мысль.

— «Ой, это была очевидная мысль».

Я резко обернулся и посмотрел на женщину.

Чтобы подумать неожиданное… Мой дядя самых честных правил…

— «Чтобы подумать неожиданное. Мой дядя самых честных правил», — опустив голову, тихо повторила собеседница.

— Ограничения есть? — я подскочил к ней и взял за плечо.

— Да, — она будто вжалась в землю и стала ещё меньше. — Активируется не чаще раза в сутки, на десять минут после того, как я испытываю сильную физическую боль.

Она подняла ладонь — из глубокого разреза обильно текла кровь.

Ну вот, только губу раскатаешь. Но тоже неплохо.

— Виталь! — позвал я командира отряда лутеров и, отведя в сторону, зашептал. — Вон та женщина на тебе. Доставить ее в лагерь — приоритетная задача. Она читает мысли. Могут быть и другие особенности, поэтому скажи, чтобы были осторожнее и провели с ней полный комплекс проверочных мероприятий. Сам сейчас к ней не подходи, чтобы она не прочла то, что я сказал. Понятно?

— Да, босс! — Виталий с ужасом посмотрел на женщину.

Мда, может мы зря не занимаемся рекрутингом, сейчас менталисты нужны. С другой стороны, как их выявить и заставить работать на себя? Только «рояль» поможет, то есть случай.

Из следующих трёх лагерей один мы уничтожили, а два не нашли, вернее, нашли следы, но сами люди уже ушли.

Часам к четырем мы, отмахав больше двухсот километров и неплохо отработав схему, двигались в обратном направлении, приближаясь к последнему, самому жирному куску дня.

По данным разведки лагерь разбойников насчитывал двести с лишним человек, хорошо окопался и имел пять восклицательных знаков.

Но самый большой сюрприз ждал меня внутри — три тролля. Они просто сидели, не связанные, но с мешками из-под картошки на головах. Никаких попыток сбежать и никакой охраны. Очередной раз сильно пахнуло магией контроля. Очень неприятно, как всегда, когда ее использовал не я. И ведь они по приказу хозяина будут биться против нас. А ещё они хорошо видят в скрытности, а я тут без вуали бегаю.

Осознав ситуацию, я последний раз огляделся в поисках контроллера, но так и не найдя, покинул лагерь.

— Засада, че, — собрав свою тридцатку, я поведал расклады.

— Троллей надо спасать! — безапелляционно заявила Света.

Я удержался от слов: «без сопливых» потому, что джентльмен, и чтобы не ронять ее репутацию. Так и не дождавшись интересных предложений, я озвучил план.

— Придется перебить всех кроме троллей и надеяться, что, когда умрет их хозяин, они обретут разум, — увидев ухмылки некоторых «Защитников» я добавил: — В их понимании.

Тридцать против более чем двухсот, при этом у нас лучников только половина, включая новичков. Первая атака, понятно, пройдет легко, а вот дальше враг мобилизуется.

Ну а что делать? Значит, придется выжать максимум со старта. Я опять прошел по лагерю и указал цели. Тройка ассасинов встали рядом с жертвами. Обычные контактники разобрали крайних врагов и планировали быстро отступать.

Раз, два, три — поехали!

За первый заход мы убили около сорока наиболее, на наш взгляд, опасных бойцов и магов, потом, чтобы не допустить потерь, пришлось убегать.

— Неплохо. В целом, — констатировал я, когда наша тридцатка собралась в условленном месте в километре от врага. — Есть время перекусить.

Спустя полчаса моя четверка под вуалью вернулась к лагерю. Он уже успокоился, но все три тролля стояли на страже.

— Что-то рожа знакомая вон у того, дальнего, — пробормотала Света.

— Это Трумб, тот хрен, с которым я дрался на пике перед Коломной, — подтвердил я, разглядывая тролля. — И он явно не в себе.

Некогда борзый великан, лидер, сейчас с лишенной выражения каменной мордой осматривал окрестности. Кринна знает его. Что бы там между ними ни было — это ее соплеменник, а она «защитник».

— План остаётся прежним: разбираем их понемногу.

Сейчас враг использовал троллей как глаза. Тесты, проведенные на базе, показывали, что они могли видеть человека в среднем до двенадцатой скрытности. При большой зыркливости, в максимальном обвесе и под баффами до четырнадцатой. Но под вуалью, без «обнаружения без колдунства» не могли помочь и они.

Следующий час мы использовали тактику быстрых атак и отступления. Когда противников осталось меньше ста, они похватали ручную кладь и, надеясь, что нам нужно место, попробовали уйти. Они ошиблись.

После следующей атаки многие из выживших впали в панику и, скрывшись, начали разбегаться. Чего мы, собственно, и ждали, по одиночке их выловить значительно проще.

— Сорок человек осталось, а тролли все ещё с ними, — удивлённо прокомментировала Света.

— Или хозяин выжил, или они выполняют его посмертный приказ защищать людей, — пожал плечами я. — С большой долей вероятности, когда мы перебьем всех, их отпустит.

— А если нет? — спросила Света, опустив голову.

— Будем решать по обстоятельствам, никакое заклинание контроля не длится вечно… По крайней мере я таких не встречал, — я обернулся к отряду. — Баффы и следующий заход.

Понадобилось ещё два. Когда противников осталось всего пятнадцать, одна из стрел, наконец, поразила нужную цель и бросившиеся было к нам тролли вдруг замерли и принялись растерянно оглядываться.

— Отходим! — скомандовал я на всякий случай.

Секунд двадцать понадобилось великанам, чтобы сообразить, что к чему, после чего они яростно набросились на бывших союзников. Те разбежались, но мои люди были готовы к этому и не дали уйти опыту и луту.

Тролли сбились в кучу и спешно вооружались, готовясь отражать нашу атаку.

— Трумб, дурачина, опусти дубину! Свои! — заорал я, выходя из скрытности, но держась на безопасном расстоянии.

— Александр!? — удивлённо простучал каменными челюстями тролль, затем бросил оружие и потопал ко мне.

— Если что, мы только что спасли тебе и твоим дружкам жизнь! — крикнул я, разрываясь между желанием убежать и ждать его.

Тролль остановился в пяти метрах от меня, когда я уже почти склонился к первому варианту.

— Дружище! — прорычал Трумб. — Я видеть, что вы делать! Но не мочь себя контролировать! Там быть, сука, колдун. Вы убить его, и теперь я твой должник! На!

Он протянул мне легендарную хреновину, которую только что поднял с одного из трупов.

— Ты хитрая каменная жопа! Что ты мне это суешь, это и так все наше!

— Где здесь написано, что это ваше? — пытаясь скорчить удивленную рожу, тролль принялся делать вид, что ищет имя владельца на артефакте.

— Ладно, забей, — вздохнул я. — Где остальные ваши?

— Там, — тролль торжественно указал толстым пальцем вниз, — пируют с предками. Нас трое осталось, шли к холмам, думать тут кого свой встретить, а встретить этих мерзких людишек и колдун.

— Как насчёт погостить у нас денек-другой? У нас есть пик и много хлуна (так называлась любимая троллья еда, растущая на холмах).

— Я ещё тогда понять, что ты свой не упустить! — с выражением чего-то страшного на морде простучал Трумб, улыбка должно быть. — Мы согласны почтить твой дом свой присутствие.

По-настоящему тяжелое испытание

Даже в артефактах на скорость каменные великаны не могли разогнаться больше двадцати пяти километров в час, их ноги постоянно проваливались в грунт. Похоже, самый действенный способ ликвидировать армию троллей — подослать к ней Сусанина и завести в болото. Надо запомнить на всякий случай.

Солнце уже коснулось горизонта, когда мы вышли к лагерю.

— Неплохой холмик вы тут насыпать, — простучал Трумб, указывая на вал. — Да и ямка перед ним неплохой. И домики…

С каждым словом он все замедлял шаг. А когда до вала оставалось метров пятьдесят, остановился.

— Ты в союз с троллями?

У него настолько изменился голос, что я не сдержал усмешки.

— А что такого?

— Кто у них лидер? — рассматривая стоящих на посту сородичей, по-прежнему не шевелился Трумб.

— Пойдем, скоро узнаешь.

— Ты только не говорить, что Кринна…

Первый раз я слышал, что бы тролль шептал, причем, похоже, испуганно.

— Ну вообще я лидер гильдии «Защитники», в которой состоят люди, эльфы, гномы и тролли. Но вашими руководит она, — признался я, поняв, что сюрприз пошел не по плану.

Тролль вздрогнул и попятился.

— Куда собрался, безухий! — рев, прозвучавший с вала, перекрыл все.

Она что, рупор взяла? Да нет, просто так орет. Магам теперь лечить оглушение у половины лагеря.

Трумб замер. Двое его товарищей медленно отходили в стороны, оставляя вожака один на один с быстро приближающейся Кринной.

Ну и я отошёл на всякий пожарный — Трумбов много, а я в гильдии один.

От первой пощёчины с головы Трумба полетела каменная крошка. От второй уже осколки покрупнее. Он при этом не шевелился и даже не дышал. Убьет сейчас!

— Кринна! — воскликнул я, и тут она ударила его головой в лицо.

По крайней мере мне так показалось вначале, и звук был соответствующий. Но подскочив ближе, я обомлел — стоящие передо мной каменные громадины целовались!

Я быстро отвернулся, но сдается, содержание ночных кошмаров предопределено на очень долгое время.

Чтобы масштабное празднование троллей не расхолодило остальных, пришлось его перенести на сто метров за вал. И разумеется, участвовать.

— Только, Кринна! — напутствовал я тролльчиху. — Если я не увижу минимум десятка троллей, стоящих на стрёме, мы прикроем лавочку. Не хватало ещё нападение прозевать!

— Не ссы, Александр! Будет аж двадцать на стрёме стоять! Одни бахнули, идти сменять других, потом другие бахнули и идти сторожить!

Трезвенников, по всей видимости, среди великанов не было.

Я откладывал неизбежное до последнего, но когда Трумб лично притопал за мной, отмазаться уже не смог.

Кроме меня на пирушку пришел Федя, не желающий упустить случай в неформальной обстановке узнать потенциал союзников, подружившаяся с Кринной Рита, в надежде подсмотреть интересные рецепты. Глинет представлял эльфов. Ну а Леха с Гриллом просто хотели выпить.

В качестве столов использовали весь тот хлам, что притащили с рейдов, но ещё не распределили по складам или большим кучам. В основном это были доски, перекинутые между ящиками, толстыми трубами и бочками.

— Наконец-то! — поднялась мне навстречу тролльчиха. — На!

Над литровой глиняной кружкой витал зеленоватый дымок. Чувство самосохранения заставляло немедленно вылить содержимое, причем не на землю — плодородная почва нам еще пригодится.

— Очень вкусно! — заявил качающийся Грилл, размахивая точно такой же кружкой.

Сколько же тут градусов, что проняло даже крепкого гнома? Я с сомнением поискал взглядом Леху и увидел, что они в обнимку с Ритой метрах в двадцати поют: «по танку вдарила болванка».

Все ясно. Тут главное сразу не сдохнуть, а маги потом вылечат и к ночному заходу на пик приведут в норму.

— Я хочу пить! — прорычала Кринна так, что у меня заложило уши. — За Александр-провидец! Глава «Защитники». Друг и спаситель тролль! До дна!

— До дна!!! — хором заорали каменные великаны, поднимая кружки.

Это явно относилось в том числе и ко мне. Ну что ж, Леха же жив. Успокаивая себя и, задержав дыхание, я мысленно со всеми попрощался и сделал первый глоток.

Классная вещь! Боль от ожога во рту, горле и желудке уже через секунду заглушило налетевшее как скоростной поезд опьянение.

Ещё через несколько секунд я будто со стороны видел и слышал, как под радостный счёт троллей допиваю остатки дымящегося пойла.

— Девять! — радостно зарычала Кринна (кстати, не такая она и страшная). — На два секунды быстрее, чем красавчик Грилл, и на три, чем слабак Леха!

— Учитесь, щенки! — заорал я, одной рукой обнимая Грилла, а второй пытаясь дотянуться до шеи тролльчихи в попытках притянуть ее к себе.

Дальнейшее празднество прошло в тумане. Мы пили, иногда Рита подсовывала что-то, что нас немного трезвило, но ненадолго — тролли пресекали это в зародыше и снова наливали. Играли в народную тролличью игру — кто сильнее ударит. Пели. Плясали. Я получил клятву верности и вечной любви от Трумба и тут же чуть с ним не подрался, когда он приревновал ко мне Кринну, с которой мы танцевали. Ну как танцевали, она прижала меня к себе и кружила несколько минут. Мои ноги при этом земли не касались.

Было ещё что-то, но протрезвев, я решил, что этого быть не может, и заблокировал глубоко в подсознании.

— Саша! Ну совесть надо иметь! У тебя тяжелое испытание!

Чья-то крепкая рука трясла меня за плечо.

— Ещё полчасика, — сухими губами простонал я.

— Какие полчасика? Солнце уже встало!

Как солнце!?

Я открыл глаза. Палатку освещал яркий свет. Твою мать! Это сколько же я проспал!? С благодарностью схватив протянутую Андреем бутылку со стимулятором, я судорожно пытался одеться. Нужный комплект собрался только с пятого раза.

— Остальные готовы!?

— Да, — с каменным лицом ответил Андрей.

Я вылетел из палатки и чуть не ослеп. Солнце было слишком ярким… Близким? И маленьким?

Что происходит!?

Опять псевдопророческий сон? Мутная после жёсткой пьянки голова болела и соображала очень медленно.

— Ладно, хватит уже, — раздался голос Светы.

И солнце вдруг погасло, оставив после себя лишь яркое пятно в ослеплённый глазах.

— Выпей это и съешь это.

В моих руках появилась бутылка и что-то вкусно пахнущее жирным мясом. Голос принадлежал Иль. Не в моей ситуации с ней спорить. Еда сняла часть отравления и я, наконец, рискнул открыть глаза.

Ночь. Передо мной стояли Света, Андрей, Иль, Витя, Костя и Петя. Леха, опустив голову и плечи, сидел на траве и, смотря в землю, через трубочку потягивал какой-то ярко жёлтый напиток.

— Сколько я спал!? — спросил я, продолжая ничего не понимать.

— Три часа, — с ухмылкой ответил Петя. — Через час у вас заход в пик, как раз успеете оклематься и Костю послушать.

— Это прикол что ли был? — начал догадываться я, и, обессиленный откатом адреналина, плюхнулся на траву.

— Типа, но это не я придумал.

— И не мы! — хором добавили остальные.

— А можно мы здесь Костю послушаем? — проканючил Леха. — Сань, скажи им, классное место.

— Леха прав! — подтвердил я. — Гораздо лучше беседки переговоров. И ближе.

— Предлагаю пойти навстречу ребятам, не пожалевшим ради установления межрасовой дружбы своего здоровья, — с усмешкой проговорил Андрей и сел на землю.

Все разместились, Иль постелила плед и пересадила меня. Чудо женщина. Ай, блин! Я ж так и не рассказал ей про тяжёлое испытание.

Похоже в таком состоянии скрыть эмоции у меня не получилось, так как Петя засмеялся и сказал:

— Иль в курсе. Собственно, она и вытащила вас от троллей, когда узнала обо всем. Бить не будет.

— Это я ещё не до конца решила, — ткнула меня локтем под ребра эльфийка. Но когда я застонал, сжалилась и, достав свёрток, вынула оттуда слойку и сунула сразу мне в рот.

— Костян, рассказывай.

— Разборки в Коломне почти закончились, — выложил суть разведчик.

— Судя по отсутствию радости в твоем голосе, не тем, что они взаимно перебили друг друга, — прокомментировал новость Петя.

— Ага, — Костя проводил глазами Свету, видимо, планируя сесть рядом, но девушка устроилась между Андреем и Петей, и разведчик остался стоять. — Генеральное сражение за пик состоялось. Те, кто его вчера захватил и сегодня защищал, изначально были немного слабее, но зато по полной разбили противника в дипломатии. В общем подкупили, договорились или хз что ещё сделали, но… Нападающих предали. Сегодня часов в шесть вечера вся атакующая гильдия окружила пик, по команде зашла внутрь и напала на стражу и обороняющихся. Вернее, такой был план, по факту дай бог если половина зашла, а остальные только сделали вид. В итоге защищающиеся легко перебили актив конкурента, а предатели потом присоединились к победителям.

— Молодцы какие! — не удержался от комментария Леха.

— Не без того. Гильдия называется «Меч», и на момент защиты насчитывала тысяч семь человек, около половины из которых мирные. Ввиду отсутствия конкурентов, очевидно, теперь она будет быстро разрастаться и уже через пару дней увеличится минимум вдвое.

— А то и больше, — пробормотал Андрей, хорошо разбирающийся в теме.

— Тут зависит от их системы приема. В любом случае, геморроя им выпадет столько, что ничем другим, кроме организационных вопросов, они заниматься не смогут, — заявил Петя.

— Даже если они окажутся супер-гуманистами и станут собирать небольшую дань с проходящих столб, чисто за счет потока скорость развития у них будет выше, чем у нас, — сказал Леха, он уже встал и делал легкую разминку, видно, пытаясь понять состояние организма. — И если мы планируем с ними воевать, приступать надо сейчас, пока у нас большой отрыв.

— Костян, — обратился я к главному разведчику, — задача простая. В самые кратчайшие сроки понять их политику. Если они отморозки, нам надо ударить раньше, чем они прокачаются. Если нормальные — провести переговоры и попробовать объединиться против орков, для начала озерских.

— Сделаем!

— Еще надо промониторить дорогу от Коломны до Москвы, — устремив задумчивый взор в сторону бывшей столицы пробормотал Петя. — А то мы все рассуждаем про беженцев, а между тем прошло уже много дней. Может оттуда и не придет больше никто.

— Тоже думал об этом, — согласился Андрей. — Скорее всего нормальный поток к нам будет еще дня два, потом в любом случае оборвется, и надо решать, где дальше брать народ. Варианта вижу три. Ставить блокпост до коломенского пика и перехватывать людей до того, как их завербует «Меч». Второй блокпост можно поставить на той стороне Оки напротив Рязани, в нашем мире там бы заканчивалось шоссе, идущее с севера из Костромы через Владимир. Сейчас его нет, также как и моста, и народ растекается по тому берегу. Ну и третий выход, в наглую приходить в поселения и устраивать там вербовку именно тех, кто нам нужен. Тут есть большой плюс — можем брать только лучших, а минус — то, что мы заберем сильных, не понравится остальным.

— Набирать народ на той стороне — затея хорошая, — сказал я, с радостью ощущая, что никаких последствий загула больше не чувствую. — Надо бы транспорт водный придумать, такой, чтобы его не сожрала та хрень, что мы видели.

— Или кто побольше, — добавила Света.

— Там же еще мост есть, в двадцати километрах по течению, три четверти его сохранились, — напомнил Костя. — Можно днями сводить туда кого-нибудь из инженеров, кто в этом сечет, может, сумеют придумать, как переправиться через то место, где он исчез.

— Ладно, с этим ясно, — подытожил я. — Лех, ты как?

— Да уже минут пятнадцать ничего не беспокоит.

— Ну дык вы и сожрали, и выпили по три кг антипохмельной еды.

— Давайте тогда шмотки, и двинули.

Уже подойдя к столбу, я на всякий проверил реакцию мышц, скорость работы с меню быстрого доступа и инвентарем. Идеально! Будто и не выпил полсотни смертельных доз алкоголя. Смертельных для досистемного человека.

Последней проверкой стал протянутый Лехой традиционный стаканчик настойки, меня даже не дёрнуло.

— Удачи! — повторил вчерашний тост Андрей.

— Пиздец! — раздался справа голос Лехи.

Лучше и не скажешь — на арене нам попались тролли.

— Стрелы против элемента земли. Действуем по плану!

Жаль, план против каменных великанов отличался от обычного только элементальными стрелами. Зачаровывать оружие система пока не позволяла, да и не ожидали мы их тут встретить.

— У них у всех снайперки! — воскликнул Леха. — Сань, закрой голову на всякий, мало ли пробьют поле моего щита. Света, прячься за Саню!

Испытание началось!

Пять гигантских арбалетов выстрелили одновременно.

Я уже почти опустил щит, как в него вдруг будто ударили молотом, меня едва не сбило с ног, а рука вспыхнула болью, но Света тут же привела меня в норму. К шарам я рванул третьим. Витя колдовал над снайперкой.

Живых противников осталось трое, все они не сдвинулись с места и очень быстро перезаряжали свое оружие.

Твою мать! Стратегия ясна и очевидна для их расы. С «обнаружением без колдунства» они увидят любого даже под вуалью. А сильные каменные руки могут быстро заряжать мощнейший арбалет без всяких механизмов. Их расчет убить сколько смогут на подходе, а потом перейти в рукопашку, в которой они так же мало кому уступят.

Наша надежда на скорость.

— Света, фиолетовый! — заорал я.

Я отстал от ребят, да в любом случае не успел бы объяснить пришедшую в голову стратегию, оставалось уповать на то, что они сами все поняли.

Красный шар на физуху, зелёный на уклонение, синий на магию, фиолетовый на исцеление и одноразовый щит, защищающий от любой атаки.

Леха побежал к зеленому. Молодец!

А вот я к красному не успел…

… бы, не примени «рывок». «Стабилизация» позволила увидеть момент выстрела целящегося в меня противника, и в миг ускорения даже стрелу на подлете, уносящуюся туда, где я только что стоял.

Краем глаза я успел заметить, что Света тоже «рванула», буквально пролетев через фиолетовый шар и тут же развернулась, чтобы взять синий. Отлично! Щит от первого плюс свои баффы, может даже две стрелы выдержит, вернее, после усиления магии точно выдержит. В Леху на такой скорости и с зеленым шаром тоже хрен попадешь.

А вот у меня защиты нет, только сильно увеличенные параметры. У троллей по одному выстрелу пока мы добежим. В упор. А дальше за счёт шаров мы должны справиться. По идее.

Великаны, видимо, не знали про бонусы. Да и откуда, даже если они уже бывали на арене, до центра первыми точно никогда не добегали. В меня никто не целился, чем я и воспользовался. Ближайший тролль, выстрелив третий раз, сменил арбалет на дубину и щит и повернулся ко мне.

«Каменная кожа»! «Таран»!

Внутренне сжавшись в ожидании сильного потрясения, я приятно удивился лёгкости, с какой срубил и откинул на пять метров противника. Его удивлённые союзники обернулись на звук, что дало Лехе хорошую возможность для атаки.

Садиста надо бы набить, но нельзя не воспользоваться лёгким оглушением тролля. С секунды на секунду оклемается и может уйти в окаменение. Подскакиваю и, широко размахнувшись, вонзаю копьё в глаз великана. Вот это силища! Голова врага разлетается на мелкий щебень.

Разворачиваюсь и улетаю почти к границе арены. Тролль применил свой аналог «тарана», и, не закройся я щитом, не будь на мне «каменной кожи», кучи баффов от подоспевшей Светы, меня бы разорвало на куски в момент удара.

А так почти нормально, если не считать жуткой боли по всему телу, сломанной, несмотря на «прочность костей», левой руки и, возможно, пары ребер. Хорошо хоть правая рука двигается. После двух больших зелий лечения и одного лечения переломов, я встаю и достаточно бодро (но не очень быстро) возвращаюсь к месту схватки.

Леха при поддержке Светы теснит последнего оставшегося тролля, того, что отправил меня в дальний полет. Похоже, победа, или я успею к Лехе на помощь, или Витя сейчас подстрелит врага.

Кстати, где он? На ходу я оборачиваюсь в сторону базы, и в живот будто бьют ногой.

Стрелок лежит там, где мы его оставили!

— Света! — ору я во все лёгкие. — Помоги Вите!

Девушка кидает на меня взгляд, продолжая саппортить Леху. Точно! Быстрее будет закончить схватку, чем бежать через всю арену.

Я ускорился. Каждый шаг отдавался адской болью в сломанной в нескольких местах, висящей вдоль тела левой руке. Приблизившись достаточно, я достал запасное копьё и «мощным швырком» метнул его в тролля. Он схватился за пробитое бедро и начал каменеть. Вот сука!

— Света, бегом к Вите!

— Не поможет…

— Почему!?

— Я видела, как его подстрелили. Гигантской стрелой точно в сердце, насквозь…

Из меня будто вышла вся энергия, а ноги стали чугунными.

— Хил Саньку! Он еле идёт! — закричал Леха, становясь сбоку от тролля. — Потом горевать будем, скоро этот очнётся.

Света бросилась ко мне и скастовала все возможное лечение, восстановив все, кроме руки.

Диким усилием воли я выкинул мысли о Вите из головы и встал за спину каменной статуи. «СногСшибательный» поднять не могу, но тут и без «тарана» не должно быть проблем. Света обновляла баффы и щиты.

Тролль зашевелился и почти сразу прыгнул вперёд. Мы уже хорошо знали этот маневр ухода, к тому же ему мешало все ещё торчащее из бедра копьё. Выждав, пока он остановится, я сначала метнул ему в спину запасное оружие, а потом, выхватив «Могучий штырь», следом за Лехой подскочил к раненому врагу.

Мы рубили каменную тушу до тех пор, пока нас не выкинуло со столба.

— Саша больше туда не пойдет! — кричала Иль.

В первый раз я видел ее в таком состоянии. С момента нашего выхода со столба прошло два часа, мы только пришли в беседку совещаний. Новый холмик уже появился на кладбище.

— Мне кажется, туда никто больше не должен идти, — сказал Андрей.

— Ребята, давайте это завтра обсудим, — тихо предложил Леха.

Я хорошо его знал и по выражению лица понимал — он, конечно, сожалеет о смерти Виктора, но отказываться от своей идеи не собирается. И завтра, когда первый шок и эмоции схлынут, он начнет наступление.

— А чего обсуждать!? — снова закричала Иль. — Хочешь рисковать — ищи таких же и вперёд. Но рисковать Ал8нур «Защитников» нельзя!

— Качать и одевать их за свой счёт будешь, — громко добавил Андрей.

— Я же предложил завтра все это обсудить, — повторил Леха. — Но раз уж вы заговорили… У троллей было два вида неизвестных нам материалов для крафта. Палыч подтвердит. Куча артефактов, включая четыре системных, сделанных по чертежам, арбалета, аналогов которых у нас нет, и которые теперь мы можем использовать…

— Витя умер!

— Ну и что, бля!? Что!? — заорал в ответ Леха. — Все мы завтра можем умереть, а с добычей шансы выживания города увеличиваются! Кроме прочего, мы за три победы получили три системных шмотки. Вдобавок шестьдесят осколков подняли, то есть ещё одну можем улучшить! Мы победили и не потеряли вещи Вити! Триста книг, что потратили на его раскачку, ерунда для нас! Да ко мне выстроится очередь из желающих! Не хотите качать, обойдёмся! Даже если один будет выживать, будет выгода! Саня, бля! Если бы ты тогда, в первый день, не заставил бы нас напасть на тех двух орков, все! Все, бля, в этом лагере сдохли бы раньше, так как не встретили бы нас!

— В любом случае, даже если мы в каком-то виде решим это продолжать, нужна предварительная серьезная работа по тактике! — вмешался в перепалку я. — Эти тролли, похоже, не первый раз были в пике, и чем дальше, тем таких будет больше. Надо все рассчитать под каждый возможный случай. Можно брать комплект одежды подо всех, но тогда потери при поражении не окупят прибыли от многих побед. Я одобрю… И пойду сам… Только при девяностодевятипроцентной вероятности победы…

— Быть бы ещё уверенными, что система не кидает сильных соперников к сильным, — задумчиво произнес Петя, к моему удивлению, один из немногих ни разу не наехавший на Леху.

— Не кидает, — твердо заявил Леха. — В прошлый раз была халява. Сегодня не повезло просто!

— Ладно, хватит! — поднял я голос. — Выводы завтра. Всем тяжело, давайте пока сменим тему…

Повисла тяжелая пауза. Трудно успокоиться и переключиться после такого. Мне обычно помогали две вещи: наблюдение за усыпанным звездами августовским небом или медленными черными водами Оки, но пока было не до этого.

— «Базу возвращателя» закончили, пока вы спали, — произнес, наконец, Петя. — Сейчас как раз тесты должны идти. По идее, завтра с утра, то есть через несколько часов, уже полноценные рейды можно будет снаряжать «активаторами».

— Хорошо.

Я обвел членов совета взглядом и внезапно почувствовал, как навалилась слабость. Я, конечно, проспал три часа, но, очевидно, большую часть времени организм боролся с отравлением, а не отдыхал. Лучше сейчас поспать, а завтра встать пораньше.

— Ладно, все равно у всех настроение дрянь. Отложим, завтра будет большой день.

— Пока.

— Спокойной ночи.

— До завтра.

Мы поднялись одновременно с Иль. Отчего мне кажется, что перед приятным занятием, меня сначала ждет не самый приятный разговор?

День. Лес.

Бегу. Внезапно передо мной открывается портал, и я сходу влетаю в него…

…Темнота.

Камера, решетка, мерцающий свет факела. Все тело жутко болит.

…Темнота.

Ночь. Поле.

Бегу. Внезапно передо мной открывается портал, и я сходу влетаю в него…

Неожиданная встреча

Вчера я последний раз пил троллье зелье! Сраные порталы и камера снились мне по кругу в течение нескольких часов. Иногда я пытался остановиться, иногда нажать кнопку «возвращателя». Ничего не выходило. Именно за это чувство я не любил некоторые сны. Когда в руке пистолет, он не стреляет. Если туннель, он все время начинается с начала, или бежишь на одном месте. Самое пугающее, что кошмар по цветовой гамме напоминал псевдопророчество.

Иль ещё спала. К моему удивлению, вопрос тяжелого испытания она вчера так и не затронула. Полюбовавшись на профиль любимой, я тихо встал и пошел на пляж.

Едва рассвело. Кроме меня и Фурфура дураков купаться в холодной воде не нашлось.

Ну что ж, отчёт Палыча начнется часа через два, есть время перебрать шмотье и освободить рюкзак для последующего рейда. И потом ещё сделать пару рейсов с тачкой до места, куда переносят почву и лес. Пусть видят, что лидер не только бухает с троллями и общается с эльфийками.

Мы решили совместить утреннее совещание с завтраком и проводили его, собравшись вокруг трех печей.

— Тесты прошли великолепно! — радостно докладывал Палыч. — Сначала думали проверить каждый «возвращатель», но потом передумали. Похоже, гномы были правы, если прибор получил статус системного, он по-любому работает, просто расстояние телепортации зависит от его редкости. Ну и надо не забыть привязать его к базе. У него тогда кнопка немного светиться синим начинает. Рейдеры счастливы! Уже возвращались с добычей более чем с восьмидесятикилометрового расстояния. Маги и те мирные, кто не использует ману, без перерыва накачивают базу. Уже есть приличный запас.

Я с восторгом разглядывал золотой с вкраплениями других драгоценных металлов «возвращатель», надёжно закреплённый на моем запястье. Легендарный.

— Каков выход готовых изделий?

— Выход нормальный, качество среднее, — ответил Палыч. — Подробности тебе лучше у Тонгара спросить, он сейчас именно над этой проблемой бьётся. Там оказалось еще больше ручной работы, чем думали. У лучших получается три штуки в день, из них, в среднем, только одна легендарка, у остальных ещё хуже. Итого за полтора суток, по моей информации, у нас одиннадцать легендарок, двадцать шесть уникальных, тридцать пять редких. «Возвращателями» занимаются только лучшие ювелиры, так что необычных, по счастью, нет, а то слишком накладно вышло бы по ресурсам.

— Хватает, кстати?

— На неделю точно хватит, — вступил в разговор Петя. — Но мы увеличили количество торговцев, благо территория после вчерашних рейдов стала значительно спокойнее. И изменили приоритеты. Все лишнее нафиг, теперь берём только артефакты с по-настоящему серьезными способностями, животных и ювелирку. Остального рейдеры с запасом приносят. Сегодня уже сгоняли в Коломну, посетили два крупных склада техники и наковыряли из нее более, чем достаточно, редких металлов.

— Кстати, что с животноводством? Все никак не дойду, хотя запах уже чувствую.

— Чем лучше будут идти дела, тем сильнее будет запах, — засмеялся Петя. — Хотя они и сейчас хорошо идут. Кролики плодятся, куры несутся. Поголовье коров, овец и коз растет. Лошадей уже семь штук. Сейчас передвинем лес немного, нужно будет второй вал насыпать и загоны дальше переносить.

— Что по союзным поселениям?

— Михалыч активно строит и мародерствует. Начал не только боевиков брать, — ответил Костя. — «Лесные» укрепились. Четыре раза уже прошли пик с тех пор, как мы их там поселили, теперь их будет не так просто выбить. Строят большую деревянную стену, чтобы столб внутри был. С остальными у нас нейтралитет, пробегаем пару раз в день, нормально более-менее, есть стычки с орками, но куда без них. Если все сегодня пойдет по плану, их должно стать меньше.

— Я видел, тролли начали, наконец, реку зачищать?

— Ага. Все, кроме дозорных, с утра плавают…

— Это у них сушняк после вчерашнего, — заржал Леха. — Делают вид, что охотятся, а сами просто пьют.

— Да не, — усмехнулся Петя. — Реально охотятся, уже с десяток крупных тварей поймали.

С полчаса мы обсуждали текущие дела и планы на ближайшее будущее, но никто так и не затронул болезненную тему тяжелого испытания.

Как говорил мой покойный дед: лучший отдых — это смена работы. Да и голову иногда нужно разгружать. По счастью, система подарила нам отличный способ это делать — бегать и убивать врагов.

Кошмарить бандитов сегодня пошли другие. Я же собрал одиннадцать хорошо раскачанных и одетых человек (каждый получил по легендарному «возвращателю») и выдвинулся на дальние южные рубежи.

Погода была идеальной для охоты — облачно, не жарко, но и дождя не предвидится. Целью стали три небольших (до ста рыл) лагеря орков.

Вчера я познакомился со "стабилизацией", а сейчас первый раз оценил её в полной мере. Она включалась при двадцати километрах в час, но до тридцати эффект не был сильно заметен, просто тело слушалось чуть лучше. А вот дальше начинались настоящие чудеса. Чем выше становилась скорость, тем, казалось, медленнее ты бежишь, и больше деталей удавалось различить. Обычно при перемещении дальние объекты визуально движутся медленнее, а ближние быстрее, тут же, парадоксальным образом получалось наоборот, что поначалу странно сказывалось на работе обманываемого мозга. Стало понятно, зачем для использования навыка нужно было много правильномыслия.

В итоге я летел со скоростью шестьдесят километров в час, но глядя на землю успевал даже выбирать, куда удобнее поставить ногу.

Сразу возникли мысли, что это нужно использовать в бою, только вот без большого количества тестов и тренировок не понятно как.

Через час с небольшим я поднял руку и дал знак остановиться. Согласно ориентирам до первого лагеря орков оставалось три километра.

— Вот это скорость! — обалдело покачала головой Света. — А ощущение, будто быстро идёшь.

— Ноги-то понимают, что бежали быстро, — прислушиваясь к гудящим мышцам, заметил я. — Восстановительные зелья и баффы. И дальше больше тридцати не разгоняемся. Если встретим врагов в дороге, ноги должны быть свежими.

Мы стояли на границе людской и орочьей территории, рядом с небольшой разграбленной деревней. Ну как разграбленной… Разобранной под ноль до фундаментов (хотя и те уцелели не все) домов и сараев и полностью вынесенной.

— Здесь прошли какие-то очень практичные и неленивые ребята, — произнес Виталий, тот самый мужик, с которым мы познакомились в эльфийском лесу, когда вели мирных к пику.

— Может, гномы? — предположил я. — Что-то не представляю я орков, занимающихся этим. Ну да пофиг. В любом случае это было больше недели назад, следы уже смыло водой, и это точно не те, кого мы ищем… Вдоль вон того жидкого лесочка медленным бегом. Вперёд!

Соблюдая боевое построение, со скоростью достаточной, чтобы успеть заметить возможные ловушки, и внимательно следя по сторонам, мы побежали дальше.

Лагерь как раз снимался со стоянки. Поляна была вытоптана и опустошена. Первые навьюченные огромными баулами орки уже выдвинулись. За ними тронулись груженные под завязку телеги.

— Вроде Костя говорил, что они тут обосновывались, забор даже строили, — удивился Виталий.

А вот я не удивился. Орки двигались точно в направлении горы, где правил братоубийца гном Джумба, и крепости, где скрылся Чжур.

Происходило ожидаемое, но от этого не менее неприятное — орки объединялись.

— Тем проще будет их перебить, — сказал я, стараясь, чтобы, несмотря на закипающую злость, голос звучал спокойно. — Нападаем с тыла. Подходим медленно, вряд ли у них есть «обнаружение без колдунства», но на всякий. Если случится форс-мажор, не тупим и используем «возвращатели».

Некоторые из бойцов удивлённо посмотрели на приборы на запястьях, явно давно о них забыв.

А между тем, битва с ними и без них — это две разные битвы. Тебя могут тяжело ранить, сбить с ног, обезоружить и уже занести над головой топор. Касание кнопки, и ты на базе среди своих целителей. Если, конечно, не вышел за зону действия.

Времена, когда меня смущало численное преимущество врага, а также здоровенные страшные орки, давно прошли. По навыкам, характеристикам и артефактам моя группа превосходила переселяющихся в разы. Пусть их шестьдесят против двенадцати, какая разница?

Лучники и маги приотстали, а четверка рукопашников во главе со мной подошла вплотную к ещё не успевшей тронуться группе из тридцати орков. Я выбрал место, с которого «таран» нанесет наибольший урон, и активировал его.

Дальше все происходило быстро. Подскочив к орку, судорожно пытающемуся скинуть с плеч необъятный мешок, я схватил его сзади за шею, и, используя как живой щит, принялся молотить ножом в бедро.

Набрав с минуту неуязвимости, я по разу воткнул лезвие ему в оба плеча с целью лишить его возможности драться и, выхватив копьё, перебил правое колено.

Первую группу добивали ребята, а я рванул к побросавшим поклажу, так далеко и не ушедшим, а теперь бегущим к нам оркам. Им явно не хватало опыта схваток с одетыми и прокачанными людьми. Навыки битв, перенесенные из родного мира, с приходом системы сильно устарели.

Хоть на мне и лежала неуязвимость, я старался драться так, будто ее нет, и отрабатывать смертельные удары, не давая себя достать. Для орков это была схватка на смерть, а для меня, конкретно в эту минуту, тренировка, максимально приближенная к реальности.

На ходу уклониться от первого и одновременно вонзить копьё ему в грудь. Отбить щитом удар меча второго, выхватить запасное копьё из инвентаря, ведь это быстрее, чем доставать «могучий штырь» из тела, и пронзить его горло. Толкнуть тело щитом, отскочить, уходя от дубины третьего, и коротким ударом снизу-вверх распороть его брюхо.

Стрелы и огненные шары, прилетевшие из-за спины, дали понять, что там живые враги закончились. Кроме моего донора, естественно.

В первый раз я видел на мордах орков испуг, но не долго, потом они повернулись спиной и побежали. Дохлый номер, в соответствующих комплектах наша скорость превышала их вдвое. Для теста я дополнительно использовал «ускорение» и едва не пролетел мимо ближайшего беглеца, лишь в последний момент опустив меч ему на шею.

Только один из орков имел шансы добраться до леса, но стрела, пущенная чьей-то меткой рукой, не дала ему этого сделать.

— Быстрый осмотр добычи, — крикнул я. — И бежим дальше, есть вероятность, что исход массовый и нам надо успеть перехватить всех.

Не богато, конечно: пара килограммов золота, около десяти серебра, артефакты совсем плохие, но для распыления на столбе пойдут. Наверняка, если порыться в мешках и телегах, найдется много чего ещё, но это, можно сделать, на обратной дороге. Сегодня из-за большого расстояния от базы лутерная команда за нами не шла, и мы должны сами играть роль тяжеловозов, для чего перед выходом максимально облегчили рюкзаки.

До следующего лагеря было около тридцати километров. Он располагался на опушке леса, и сейчас сорок орков активно разбирали его, явно тоже готовясь уходить.

— Мы со Светой идём вон к тому дозорному под высоченным деревом, да-да, тот здоровый. Я набираю на нем неуязвимость. Когда остальные побегут ко мне, вы нападаете на них сзади.

Света держала «вуаль невидимости» и различные щиты. Мы обошли суетящийся лагерь и, зайдя за спину орку, я повторил действия с предыдущим донором. Этот был значительно здоровее, но неожиданная атака и перевес по статам не оставили ему шансов.

От криков израненного орка, лагерь всполошился. Все бросились на меня.

Бежали противники вразнобой, не предоставляя мне удобной возможности воспользоваться тараном. Я встал в боевую стойку, но тут орки замедлились, из-за их спин выскочил невысокий крепыш в фул легендарке с элементами мифа.

Это откуда тут такой красавчик?

Бывает, что люди рождаются нечувствительными к боли. И, как правило, лишенные этого необходимого механизма защиты, живут они недолго, так как не чувствуют, когда надо перестать делать опасные вещи и отступить. С бесстрашием от кровожадности та же история.

Видя, наконец, серьезного противника и то, что наши уже начали стрелять, я просто бросился вперёд.

Коса нашла на камень — орк, умело пользуясь щитом и топором, легко отбивал мои атаки. Я вдруг осознал, что ещё не дрался один на один с соперником, не уступающим мне во владении оружием, а тут был явно тот случай. Да, мы примерно равны по моще и прыгливости, но что от этого толку, если противник опытнее, и меня со всех сторон обходят его союзники.

Твою мать! Почему они тоже все в легендарках!?

«Прыжок!»

Перелетев ближайших врагов я побежал к своим, краем глаза видя, как из глубины леса к нам бегут десятки отлично одетых орков, и слыша, как воздух наполняется свистом летящих стрел.

— Засада! «Возвращатели» быстро!

С облегчением я увидел, как повторяя мою команду, один за другим исчезают мои союзники, даже Виталий и ещё один боец, упавшие после попадания стрел и магии. Обернулся — силуэт Светы быстро растворялся. Все в безопасности, пора и мне.

Кнопка «возвращателя» светилась голубым, и пальцы потянулись к ней.

В эту секунду прямо передо мной открылся портал, и ещё через секунду я уже вылетел с другой его стороны. Прямо посреди кольца ждущих меня, закованных в мифические доспехи орков во главе с самим Чжуром.

Я попытался активировать «возвращатель», но ничего не произошло. Судя по приблизившейся горе, портал перекинул меня километров на двадцать к ней, вынеся за пределы действия прибора. Сразу с десяток стрел отскочили от моих ног.

Неуязвимость — время действия 0 минут 19 секунд.

Я посмотрел в глаза ухмыляющегося Чжура и активировал «таран».

Екатеринбург?

Несмотря на многочисленные баффы и местами системную броню, Чжура и, стоящих сразу за ним бойцов, отшвырнуло метров на десять. Меня залило черной кровью. Повернувшись лицом к горе, я чуть наклонился вперёд и активировал «мгновенное отступление». Отработанный прием. Если бы не замедляющие заклинания, перелетел бы все ряды противника, а так упал на последний. В этих случаях мечи эффективнее копья.

— Стрелять по ногам! И не подходить близко! — рев Чжура перекрыл все остальные звуки.

Жив, сука!

Хорошее место для ловушки — вокруг ничего, где можно было бы укрыться, только на горизонте виднеется лесок. Я вскочил, переключил комплект на бег и, активировав «ускорение», рванул в сторону нашей базы. Ещё есть шанс! Пробежать-то максимум десятку, и снова заработает «возвращатель».

Я кинул взгляд через плечо, и если бы не бесстрашие, содрогнулся бы — около пятидесяти орков, попеременно используя «ускорения», «рывки» и аналогичные способности, даже не думали отставать. Чжур собрал лучших.

Я принялся петлять, одновременно съюзав три книги навыков, найденных в первом орочьем лагере — вряд ли они мне в этой передряге помогут, но в случае смерти не достанутся врагу.

В спину что-то сильно толкнуло, и я, не удержав равновесие, упал и покатился по земле. Шестьдесят километров в час — если бы не неуязвимость, переломал бы все кости.

Вскакиваю, но меня уже окружили, и не переставая стреляют в ноги. Выхватываю и бросаю все запасные копья. Три орка падают замертво, остальные закрываются щитами. Подскакиваю к ближайшему, но в этот момент спадает неуязвимость, и в мои ноги вонзается одновременно не меньше десятка стрел, ещё две попадают в правое плечо. От такой боли не спасли бы и семь из десяти нечувствительности, не то, что мои три.

Перед глазами все плывет, падаю. Стрелы, упираясь в землю, рвут штаны, кожу и мясо. Я бы и так отрубился, но нетерпеливый орк помог мне ударом дубины.

Свет померк.

— Привет, сын…

— Привет, пап.

Отец грустно смотрел на меня, качая головой.

— Я понимаю, что в данном случае ты бы хотел увидеть пророчество, а не меня.

— Ерунда, я всегда рад тебя видеть, — попытался улыбнуться я, растирая все ещё горящие от фантомной боли ноги.

— В этой ситуации есть как минимум две хорошие новости, — выдавил из себя улыбку папа.

— Я так полагаю, первая из них та, что пытать будут не тебя? — предположил я, зная чувство юмора отца.

— Это вторая, а первая то, что теряя сознание, ты будешь или пророчества видеть, или меня.

— Не каждый раз во сне это происходит…

— Тут вопрос, сколько раз ты потеряешь сознание.

— Смешно, но давай сменили тему, — попросил я и лег на спину на полу, — и допустим, что я герой реалРПГ, и какой-нибудь рояль поможет мне убежать из плена.

— Конечно, сынок…

— Есть что-нибудь интересное для меня?

— Есть. Только чтобы это принесло пользу, тебе придется вернуться в лагерь.

— Рассказывай, будет лишний пункт в списке мотивации.

— Вадим ко мне приходил уже не раз.

— Какой Вадим?

— Да тот парень, которого два раза подряд сожрали в реке. Насильник.

— А! Жалуется, какие мы несправедливые козлы?

— Да нет, наоборот, — папа щелкнул зажигалкой. — Совесть его мучает, он и до этого был не слишком чист на руку. Вот и не может упокоиться душа. В общем, он там под водой тусуется, монстров разных видит, знает, где у них скопления и норы.

— О! Тролли как раз зачищают реку, это бы помогло.

— Ну а я про что… Запоминай.

Розовые волны, разгоняющие тьму, признак того, что применено лечение. Вот только глаза открывать совсем не хочется. Примерно понятно, что, а вернее кого, я увижу.

— Не придуривайся, тупозубый! Я знаю, что ты очнулся! — рык Чжура раздался у самого уха, а потом живот вспыхнул жаром боли.

Я попытался свернуться калачиком и закрыться от следующего удара, но связанные за спиной руки не дали этого сделать. Открыть слезящиеся глаза я смог только секунд через десять.

Мы в крепости, и я лежу на утоптанной земле. Чжур нависает надо мной, за ним с десяток бойцов и магов в мифе, судя по напряжённым позам, они готовы к тому, что я применю способности, или сработают мои особенности. Хренушки! Без артефактов я пустое место и уступаю большинству разумных существ.

— Ты должен отвечать на мои вопросы, тупозубый. Тогда я не буду тебя пытать и убью быстро.

Прорычав это на русском, Чжур замахнулся и острым носком сапога вновь ударил мне в живот.

В глазах потемнело, и полноценно вдохнуть я смог ещё не скоро. «Хули ты бьешь, спрашивай!» — хотел заорать я, но с губ сорвался только хрип.

— Имя!

— А- Але…

По движению его корпуса я понял, что сейчас будет следующий удар.

— Саша! — выдохнул я. Произнесение полного имени, пока не удавалось.

— Должность!

— Ру-руководитель развед отряда.

— Он врёт, — рыкнул на оркском один из магов, стоящих позади лидера.

Хреново — сейчас будут бить. Но убедиться в том, что у них есть менталисты было необходимо. В этот раз Чжур ударил меня каблуком по почкам. Первая мысль кроме «сука, как больно!» пришла не скоро. Интересно, а за удары ногами отвечает больше прыгливость или моща?

— Ты понимаешь по-оркски?

— Да.

Дальше допрос шел на их языке. Понимал-то я его легко, а вот самому рычащие горловые звуки давались значительно сложнее.

— Должность!

— Глава гильдии «Защитники».

Раздался низкий ропот, а глаза Чжура загорелись. Он обернулся к своим и, получив подтверждение, громко прерывисто заревел. Смеётся должно быть. Он помнил меня, но то, что я глава, для него, безусловно, огромный приятный сюрприз. А когда он узнает, что и за предательством Кдуука стою я…

От этой мысли все тело покрылось холодным потом, а в голове один за другим стали возникать варианты самоубийства.

— Количество членов гильдии?

— Семьсот.

Он хотел ударить, а потом понял, что я говорю об уже принятых официально.

— Количество людей в лагере и сколько из них бойцов?

— Всего около пяти тысяч, бойцов тысяча с небольшим.

С полчаса он задавал технические вопросы, ответы на которые мог получить, просто прислав разведчиков.

Иногда бил, но не потому, что ему не нравились мои ответы, а потому, что имел возможность. Мне не за что было даже упрекнуть его — трижды я крупно мешал его планам, а теперь оказался в его власти. Как тут сдержаться?

— Как вы заставили сотрудничать Кдуука?

Ну вот и все. Начались вопросы, на которые я не могу отвечать. Ведь если он узнает, что основная причина его бед — я, то поймет, что лагерь уязвим.

— Магией.

— Подробности!

— Дело в неудовлетворенном либидо, скрытых мотивах и желаниях. Мы пытали его, но он отказывался сотрудничать, а когда мы засунули ему магический хуй в жопу, он сразу понял, что мы на стороне добра и…

Договорить мне не дали и били очень долго, наверное… Достаточно (недостаточно!) быстро я потерял сознание.

— Как ты, сынок?

— Больно очень.

Я лежал на полу и смотрел на обшитый досками потолок. Все тело ломило. Осознание, что это фантомные боли, ни хера не помогало.

Папа встал с дивана и сел на колени рядом со мной.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь?

— Те истории про то, как я маленьким косячил, вполне подойдут.

Отец достал и прикурил очередную сигарету.

— Ну ты ж не всегда косячил, — начал он, — а лет до пяти и вовсе был эталонным ребенком. Пожалуй, первый раз был тот случай с белым медведем в зоопарке…

Слова расплывались. Да я и не старался ухватить смысл, мне был важен тембр голоса и то, что он отвлекал от боли. Я смотрел на такой родной профиль, представлял себе запах сигарет и очень…ОЧЕНЬ не хотел отсюда уходить.

Настолько, что даже лечение меня выдернуло не сразу, оркам пришлось вылить мне в лицо ведро ледяной воды.

— Что это? — спросил Чжур, увидев, что я очнулся.

Обстановка поменялась, теперь я не валялся на земле, а сидел со завязанными за спиной руками, на вполне удобном стуле в каком-то подвале. Сначала мне показалось, что это специальная пыточная комната, но, присмотревшись внимательнее, по оборудованию и инструментам я признал мастерскую.

Мой оппонент держал перед моими глазами «возвращатель».

Ну в принципе, если он, не рассчитывая прыгливость (или мощу), будет так же сильно бить, то хотеться сдохнуть будет только в первую минуту, затем ощущения притупляются, а потом я снова увижу папу.

— Это тот самый магический хуй, который мы вставили в жопу Кдууку.

К сожалению, Чжур учился, теперь он бил немного слабее и в разные места.

Через три минуты он остановился, а я даже не мог открыть глаз. Все тело сжалось, ожидая следующего удара. Болело все. Почки и печень горели огнем, разрывая изнутри. Надпись про внутреннее кровоизлияние мигала перед глазами красным. Я молился, чтобы он пропустил момент лечения и дал мне сдохнуть.

— Смелый, да? — прорычал Чжур. — А что ты на это скажешь?

Я открыл глаза и с облегчением увидел то, что давно ждал — кинжал в руке мучителя. Через секунду его лезвие вошло мне в плечо. Боль пронзила, но одновременно от «кровожадности» повысилась жырность, включилось бесстрашие, и мне все стало похуй.

Когда-то давно, представляя, что сделаю с убийцей мамы, я изучал технологии пыток и допросов. И основа там в том, чтобы найти у допрашиваемого слабое место.

Если не брать отдельные случаи, то у женщин это, в основном, красота. Скажи им, что отрежешь сиськи или нос, и они сломаются. А у мужиков — его мужское достоинство. Редкий из них при поднесенным к яйцам ножницах, ощущая металлический холодок, сможет скрыть правду. И боль тут вообще ни при чем, терять пальцы тоже очень больно, тут вопрос именно в страхе. Страхе перестать быть полноценным.

Бесстрашие лишило меня его. Ну да, будет больно. Пофиг! Если я расскажу Чжуру правду, то и мне будет хуже, и моим друзьям достанется. Так что…

— Пошел на хуй! Зеленомордое хуйло! Я прирезал кучу твоих сородичей, и, если выйду отсюда, прирежу ещё больше!

Следующие час он не давал мне ни потерять сознание, ни говорить. Меня били, лечили, но что самое главное — резали, давая подпитку бесстрашию.

Прекратили тогда, когда один из советников Чжура подал здравую идею. Конечно, для меня такой поворот не был приятным, но по крайней мере, дал мне передых.

— Перечисли свои особенности!

Ну да, они увидели изменения в моем поведении и хотят понять их природу. Ни в коем случае я не должен говорить о бесстрашии и умении порабощать разумных существ. Можно, конечно, опять послать его, но трудно лишить себя хотя бы нескольких минут относительного спокойствия.

Самое главное верить в то, что говорю, и тщательно продумать структуру предложения.

— Любовь к сырому мясу. Даёт плюс тридцать процентов мощи, плюс тридцать процентов прыгливости.

— Дальше!

Прокатило! Я пропустил жырность, но при этом не соврал и меня не поймали… Так, спокойней… Эмоциональный фон должен быть ровным!

В любви к потрошению я пропустил про шанс найти любой случайный предмет при потрошении разумного существа. А в кровожадности про бесстрашие от вида крови, ради чего, собственно, все это и затеял.

— Это все?

— Нет.

— Называй остальные!

— Ухан. Улучшает слух на двадцать процентов. А в спокойной обстановке с закрытыми глазами на сто.

— Дальше!

— Обучение, не знаю, как активируется, один раз всего сработало, дает несколько статов.

— Дальше!

Ну что ж. Чем черт не шутит? А вдруг он уже тридцатого уровня. Да даже если нет, десять процентов шанс есть, да и ненавидеть он меня должен сильно. Может эта особенность — тот самый мой рояль. Я активировал «Приказ кровному врагу».

Ничего не произошло.

Ну, может и к лучшему, вряд ли даже Чжур смог бы вывести меня из крепости, полной орков.

— Приказ кровному врагу. Раз в сутки вы можете отдать обязательный для исполнения приказ разумному существу, которое вас ненавидит. Базовый шанс срабатывания десять процентов. Шанс возрастает в зависимости от степени ненависти объекта относительно вас и величины его уровня (плюс двадцать процентов за каждый уровень выше вашего).

Услышав последнее, Чжур непроизвольно сделал шаг назад.

— Какой ты уровень?

— Двадцать четвертый.

— Бесполезный навык, — оскалившись, бросил Чжур. В его голосе открыто прозвучало облегчение. Значит, он младше.

— Что это?

Теперь он показывал мне «кольцо наблюдателя». Странно, что не продолжил про особенности, хотя один хрен про «серийного убийцу» я бы не стал ему рассказывать.

Отдых от боли продлился недолго, ну хоть с кровожадностью, похоже, прокатило. Если он, конечно, не поймет, что задавал не совсем правильные вопросы, и не решит их перезадать.

— Кольцо.

Зелёный кулак обрушился на мое лицо. Послышался хруст, и кровь фонтаном полилась по губам, подбородку и на обнаженную грудь.

— Перстень? — прохрипел я.

Помещение озарилось светом, это открылась дверь. Чжур обернулся и кивнул вошедшему.

— Нукр, ты занимаешься тупозубым. Кроме стандартных сведений узнай, что это за прибор и кольцо.

— Повелитель, — вперёд шагнул явно немолодой орк. — Я хотел протестировать на тупозубом неработающее ожерелье…

— Не сейчас, Орунур, — злобно рыкнул Чжур, — опасно, мало ли какие у него еще особенности. Выясните то, о чем я сказал, дальше разберемся.

Дверь хлопнула, и я вздохнул с облегчением. Но ненадолго. Нукр, сменивший лидера, очень хотел выслужиться и интенсивно приступил к допросу. Одна радость была в том, что ему нравились ножи, и бесстрашие от кровожадности с меня не спадало.

А вот сознание за следующие четыре часа я терял не меньше двадцати раз и неизменно попадал на старую дачу к отцу.

Приветствий уже не было. Едва я появлялся, он начинал рассказ с того места, где останавливался.

Лечение помогало телу, но мое сознание все сильнее мутнело. В определенный момент я перестал понимать, о чём орки меня спрашивают, а потом почувствовал, что меня не бьют, не режут, а просто куда-то тащат, на улице темно, а ночное небо заслоняют низкие тучи.

Потом вновь провал, и затем меня окатывают холодной водой. Я инстинктивно сжимаюсь, но ударов не следует. Открываю глаза и вижу зелёные ноги.

— Ужин! — рычит мордоворот и пихает ногой миску.

Треть содержимого попадает мне на лицо, а вторая разливается. После чего он уходит и закрывает за собой громоздкую решетку.

Сквозь пелену и стекающую по глазам жидкость оглядываюсь. Похоже, это старый подвал, перенесенный вместе с крепостью из мира орков. Потертые каменные стены, пол и потолок. Местами ржавая, но солидная решетка. Все пространство скудно освещает факел на стене снаружи камеры.

Шевелиться очень больно, после последней стадии допроса меня полечили по самому минимуму, только чтобы не сдох. И руки по-прежнему связаны за спиной.

Но голод лютый — во время пыток, истощая ресурсы организма, регенерация работала по максимуму. Я приподнял голову. Терпимо. Попробовал подползти к чашке и не смог сдержать крик. Болело все.

Если я не поем, организм не сможет восстанавливаться… Но двигаться я не могу… Взгляд упал на пол, где часть ужина разлилась по каменным плитам: в мутной, перемешанной с пылью и грязью жиже плавали кусочки сомнительного вида и происхождения мяса. Радовало одно — орки здоровые и много жрут, так что даже пайка пленника была очень большой.

Я повернул голову и, стараясь не шевелить телом, осторожно губами стал всасывать в себя разлитую еду, потом перешёл к кусочкам мяса и неопределимых овощей.

Из-за вони и отвратительного вкуса несколько раз меня чуть не стошнило, тогда я делал небольшие перерывы и затем продолжал.

Минут через пятнадцать, когда в пределах досягаемости пол был полностью вылизан, я собрался с силами и, подражая гусенице, передвинул горящее от боли тело на пять сантиметров вперёд… И снова застонал.

Орк за решеткой, все это время наблюдавший за мной, в очередной раз заржал.

— Кусочек пропустил, тупозубый! Вон за ухом твоим.

Я очень хотел сказать все, что думаю о нем, его родных и соплеменниках, но я боялся, что он зайдет в клетку и заберёт остатки еды.

Около часа мне потребовалось, чтобы добраться до тарелки, к этому времени я уже чувствовал себя сносно — третий уровень регенерации работал, и боль понемногу уходила. В конце концов, я с облегчением опустил лицо в чашу и принялся жадно глотать, а запах и вкус блюда теперь мне казались божественными.

Пользуясь моментом, когда орк отвернулся, я провел лбом по чуть выступающему краю плиты и жадно слизал капельки крови, оставшиеся на нем. Плюс тридцать процентов к жырности от "любви к сырому мясу" в данных условиях — это манна небесная. Вылизав тарелку и все вокруг нее, я сыто отвалился.

Ну что ж, пришло время анализа моей скорбной ситуации. В лучшем случае с рассветом, а может и раньше, допрос продолжится и будет он идти столько, сколько нужно моим мучителям. Я всегда был за объективность и, к сожалению, отлично понимал, что рано или поздно, особенно если они не включат бесстрашие, я сломаюсь.

Даже сегодня я много раз ловил себя на предательских мыслях вроде: «ну скажу я им про „возвращатель“ или кольцо, ну и что? Мои же наверняка предполагают это и подготовятся, зачем позволять себя истязать?». На сегодня запаса прочности хватило, а хватит ли на завтра? Тем более вот я сейчас лежу тут, очень боюсь продолжения допроса и сам ломаю себя.

Орк, насладившись зрелищем, сидел вполоборота и играл сам с собой во что-то вроде карт.

Рядом мелькнула тень.

Фурфур! Несколько раз я пытался призвать его днём, но без результата, а сейчас он вышел сам. Ну что, мой маленький рояльчик, поможешь папе? Иначе папе пиздец.

Хотя что мой пушистый дружок может сделать? Ну перегрызет веревки на руках, я же за решеткой и, к сожалению, не имею никаких способностей эту преграду преодолеть, так же, как и дотянуться до орка, чтобы забрать ключи. «Серийный убийца» не сработает, так как орк меня не боится, «приказ кровному врагу» не сработает, так как я по-любому выше уровнем, да и откат… Никогда так остро я не жалел, что система прокатила меня с классической магией.

Тем временем Фурфур просто сидел в двадцати сантиметрах от моего лица.

«Закрой смотрела»! - раздалось вдруг в моей голове.

Да!

Что!?

От неожиданности я тряхнул головой. Как и при первом знакомстве в моем мозгу раздался голос простудившегося Дарта Вейдера, в которого вселился демон.

«Закрой смотрела, переэльф!»

Я открыл меню и увидел, что цифра девять мигает. Так происходило с питомцами, когда их привязанность готова была вырасти или понизиться.

Да какие проблемы, тут все равно не на что смотреть. Я закрыл глаза.

«И не открывай пока!»

Да ладно, ладно.

Пользуясь возможностью, я активировал «Ухан». О чем очень быстро пожалел. Тишина, ворчание орка, тишина, шлепок карты по столу, тишина… И разрывающие перепонки хлюпающие звуки, удары и хруст.

«Не открывай!»

Не больно-то и хотелось. Хотелось на дачу к папе. Сквозь тьму закрытых век я видел только перемещающиеся черные тени и продолжал слышать бульканье, хрипы, удары и звон. Потом что-то коснулось рук, и путы ослабли.

«Открывай! Дальше сам. Вокруг много иноэльфов».

Я открыл глаза и хоть нанесения ран не видел, тут же включилось бесстрашие. Кровь была повсюду. Она ровным слоем покрывала все пространство за решеткой, включая потолок. В самой большой луже у места, где до этого сидел орк, грудой лежали его артефакты и рюкзак. Ключи от решетки валялись прямо перед моим носом.

Никакого анализа, все потом.

Я вскочил и чуть не рухнул назад. Все тело затекло. Руки дрожали, и ключ только с пятой попытки вошел в замочную скважину. Не теша себя иллюзиями, я принялся копаться в вещах охранника.

Мда. Ожидаемо. Орки понимали, что единственное, чем я могу угрожать, это заклинания контроля, поэтому из нормального нашлось только два артефакта на защиту от него. Кольцо, подаренное мне Глинетом, и еще одно мифическое: перстень безбрачия: защищает от заклинаний, навыков и особенностей внушения и обольщения.

Скудновато описание-то. Как защищает, какие проценты и шансы?

И оранжевый кинжал, усыпляющий противника на тридцать секунд. Все остальные вещи охранника оказались синим и фиолетовым говнищем, кроме статов только сапоги на пять процентов увеличивали скорость бега, и меч давал плюс один к владению колюще-рубящим оружием.

В рюкзаке артефактов не было вообще, только расходники вроде факела, огнива, веревки, еды, зелий и тому подобного. И еще какой-то странный зелёный уникальный костюм.

Благо мне хватило ума перед тем, как надевать, сначала его достать. Это оказался не костюм. Это снятая кожа убитого охранника. И через несколько секунд тупого разглядывания, я понял зачем она здесь.

Спасибо, Фурфур! Отмороженный ты Ганнибала Лектора кусок!

Вряд ли без кровожадности и, следовательно, бесстрашия я надел бы это. Ярко выраженная фобия у меня только одна — попасть в закрытое помещение, наполненное насекомыми. Остальное вроде клаустрофобии и боязни темноты беспокоило, но не слишком. Но ещё я не люблю, когда тело облегает что-то мокрое, и никогда не понимал худеющих дам, прибегающих ко всякого рода обёртываниям, включая шоколадное.

А тут была свежая, влажная от крови, пахнущая мясом, зелёная кожа орка. И я смог ее надеть, только помня о перенесенной за день боли и понимая, что даже с полученными артефактами мне без нее не выйти отсюда.

Прикладывая зелёную маску, ещё десять минут назад бывшую лицом моего стража, я содрогался, но при этом жалел, что нет зеркала. Готово!

Перед глазами замигало красное системное сообщение, таких я еще не видел.

Поздравляем! Ваш питомец достиг уровня привязанности 10/10. Через 6 часов 59 минут он сможет пройти эволюцию.

Очень интересно. Может, он станет тем самым пятиметровым монстром? Хорошо бы, жизнь сильно упростится. Ладно, посмотрим через семь часов.

Я настроил меню быстрого доступа и пошел к двери. Предстояло самое интересное — выбраться из крепости орков. Попытка одна. Если они меня поймают второй раз, то после того, что произошло с их товарищем, больше хуйней заниматься не станут, и первые лучи солнца осветят мою наколотую на пику голову, или как они тут решают с такими, как я.

Дом, в подвале которого меня держали, находился во внутреннем дворе, его окружали такие же, и улица освещалась только редким светом звёзд, иногда пробивающихся сквозь тучи. Хоть как-то ориентироваться помогала повышенная зыркливость.

Я крался в тени, но вскоре дома закончились, и передо мной открылась площадь с возвышающейся за ней десятиметровой каменной стеной.

И как, сука, через нее перелезть? И самое главное так, чтобы не заметили. О том, что потом еще нужно пробежать двести километров, лучше пока не вспоминать.

На площади горело множество костров, вокруг каждого сгруппировались не меньше десятка орков, ещё по три стояли в дозоре на башнях.

Жопа. С тем барахлом, что я получил от охранника, шансов нет, нужно разжиться нормальными артефактами. Естественно, пришла мысль найти Чжура. Но, во-первых, как его тут найти? А во-вторых, как его убить?

Прижавшись к углу каменного здания, я осматривал окрестности и судорожно искал выход, в каждую секунду ожидая крика, оповещающего остальных, о том, что пленник сбежал.

— Отстань, Орунур!

Я повернул голову, услышав у одного из костров знакомое имя.

— Чжур же сказал — потом! Тупозубый врёт и опасен, успеешь ты свое ожерелье проверить.

Невысокая (для орка) фигура отделилась от костра и направилась в сторону соседнего проулка. Может, это мой шанс?

Продолжая держаться в тени и пользуясь скрытностью, я последовал за бредущим во тьме орком. Благодаря Чжуру тут точно знают про «обнаружение без колдунства», но, похоже, Орунур не в фаворе, и вряд ли на него тратили лишние книги. В крайнем случае поможет орочья кожа.

Самое хреновое, если он далеко живёт. Конечно, можно прирезать его на улице, но обыскивать и оставлять тело на виду нельзя.

Повезло. Вскоре орк замедлился и спустился по ступенькам, ведущим в подвал одного из домов. Я тихо приблизился к нему и, дождавшись, пока он снимет огромный навесной замок, ударил его рукояткой кинжала в висок.

Заперев дверь на засов, я вытащил из рюкзака факел и огниво, отобранное у стража. С непривычки получилось не сразу, но через пару минут стены помещения осветились дрожащим оранжевым светом.

Черт! После услышанного разговора Чжура с Орунуром я надеялся, что последний — мастер по ювелирке, оказалось же, что он просто механик, и в его берлоге нет склада редких артефактов. В основном тут разобранные непонятного назначения устройства.

Ну да ладно. Я связал пленника и заткнул ему рот валяющейся на верстаке грязной тряпкой.

Осмотр помещения разочаровал ещё больше. Возможно, будь у меня навык инженерии не два, а семь, я нашел бы тут кучу полезного для побега, а так, исключительно теша клептоманию, забрал несколько уникальных артефактов.

Одежда самого пленника тоже представляла мало интереса, только пара фиолетовых вещей на правильномыслие. Или орки в приоритетном порядке одевали бойцов, а лишь потом работников интеллектуальной сферы, или Орунур реально был в опале. Оставалась надежда только на необычный (зелёный) личный рюкзак орка.

Да! Среди непонятного предназначения хлама, деталей и устройств, я нашел зелье, подаренное мне Глинетом, «кольцо наблюдателя», «возвращатель» и мифическое ожерелье, о котором, видимо, днём шла речь. И Орунур был прав в своих предположениях, оно предназначалось для разумного существа с отрицательной нормальностью, и я понимал, что оно дает.

Ожерелье двойника: при активации создаёт копию носителя. Двойник полностью автономен, считает себя носителем, не знает, что он фантом и ведёт себя соответствующе. В момент создания двойника носитель получает полную невидимость, его нельзя обнаружить никакими свойствами и способностями. Поддержка жизнедеятельности двойника идёт за счёт жизненных сил носителя (рекомендуется вкачать жырность и регенерацию). Через пять минут (или в момент смерти) двойник исчезает, высасывая жизни из трёх ближайших разумных существ (на любом расстоянии), а действие невидимости носителя проходит.

Можно использовать раз в сутки. Ближайшее время возможной активации, через 6 часов.

Вот где ты, моя прелесть, было, когда Чжур поймал меня в западню?

Конечно, ограничения намекают на то, что не так-то легко поддерживать фантома живым, но, чтобы оторваться на некоторое расстояние, покатит. А что будет, если двойник умрет раньше? Спадет ли невидимость? Скорее всего да, но штука по-любому крутая.

Орунур дернулся и застонал. Пришла пора действовать.

Может этот морщинистый с сединой в волосах орк когда-то был могучим бойцом, но не сейчас. Всего десять минут мне потребовалось, чтобы увидеть знакомое выражение преданных глаз.

Я достал кляп изо рта пленника.

— В комнате есть ценные артефакты или вещи?

— Только приборы, хозяин! Когда Чжур убил Крунца и занял место главы, у меня забрали все ценное.

Вот оно что. Чжур не стал делить власть с бывшим владыкой крепости и захватил ее старым проверенным способом. Скорее всего спровоцировал того, а потом, воспользовавшись преимуществом в раскачке, убил. Тогда главный вопрос.

— Из крепости есть тайный выход?

— Были десятки. Большинство после переноса из-за разницы ландшафта засыпало. Остальные засыпали сами, остался один рабочий.

— Охрана?

— Один на входе, а внутри ловушки магические и механические.

— Магические снять сможешь?

— Да, я сам устанавливал их все.

— Надень это, — я разрезал веревки, связывавшие пленника, и протянул ему кольцо видящего. — Карта крепости есть?

— Да.

— Отлично. Выходим через три минуты. Слушай задачу. Первое — если ты попадешь в руки орков Чжура, ты должен перестать дышать…

Тайный выход располагался в очередном подвале.

— Что тебе нужно, Орунур? — раздался знакомый голос, заставивший сердце затрепетать в сладком предвкушении мести. Это был Нукр. Не Чжур, конечно, но к этому гаду после дневных пыток у меня тоже было много претензий.

— Вождь зовет тебя! Тупозубый готов говорить!

Когда силуэт орка появился в двери, я ткнул его усыпляющим кинжалом в живот и, подхватив на плечо, забежал внутрь.

— Что с Нукром!? — в полумраке подвала, благодаря маскировке, второй охранник сообразил, что происходит, только когда меч пробил ему ребра и сердце.

— Закрой дверь!

Жаль времени мало! Порезать бы этого урода в ответочку… Эх. Придется по старинке.

Нукр оказался крепче Орунура, но даже его пробил вид одетой на мне кожи сородича, и через две минуты пыток и угроз он стал моим рабом.

Из полезного у охранников я взял четыре копья, штаны на скорость и ботинки с «рывком». Остальное оставил — вряд ли у голого Нукра будут шансы против Чжура, а так… Чем черт не шутит.

— Когда тебя найдут, ты должен вести себя естественно, сказать, что тупозубый тебя оглушил, но ты его ранил… Про Орунура не говори. Когда рядом появится Чжур, ты должен его убить, а потом умереть сам. Если убить не выйдет все равно умри… в муках.

— Да, хозяин!

Потом был длинный уходящий вниз туннель. Мы периодически останавливались, и раб отключал, и, по возможности, включал за нашими спинами ловушки и капканы.

Их было слишком много, и двигались мы медленно, с каждой минутой шанс, что в мою бывшую тюрьму придут или заметят исчезновение охранника, возрастал. А ведь у меня не было ничего, повышающего скорость, а чтобы воспользоваться «возвращателем», нужно пробежать около сотни километров.

Наконец туннель пошел вверх, стал сужаться и вскоре закончился. Я потушил факел, а Орунур потянул спрятанный в глубокой нише рычаг, и часть потолка ушла в сторону, открывая звёздное небо. Выход располагался в километре от крепости в небольшом лесочке.

Я полной грудью вдохнул воздух свободы, выдохнул, и мы побежали.

Реальность оказалась куда хуже ожиданий — скорость, которую я мог поддерживать, не выдыхаясь, и не уставая, не превышала двадцати километров в час. Плюс «рывки». Мой раб едва разгонялся до пятнадцати. После обмена артефактами мы стали бежать примерно одинаково, но не очень быстро.

Часов шесть с такой скоростью до безопасной зоны. Догонят, как пить дать.

— Раздевайся! — скомандовал я. — Твоя задача идти по моим следам и меткам. В этом рюкзаке те приборы, что мы взяли из твоей мастерской. Используй все. Ставь ловушки каждые триста-пятьсот метров. Разные. Когда тебя догонят, сделай вид, что без сознания, потом этим ножом убей всех, кого сможешь достать. Если тебя возьмут в плен, убей себя.

— Да, хозяин!

Оставив голого орка за спиной, я рванул в сторону базы. Без балласта и в лучших шмотках из имеющихся время достижения границы «возвращателя» — пять часов. Если кастовать «ускорение» и «рывок» по откату и постоянно потрошить себя, чуть меньше. Шанс есть, но он очень мал и сильно зависит от того, повезет ли Нукру и Орунуру.

Мой забег превратился в мазо-марафон — нож в живот, облизнуть. Через две минуты повторить. Как всегда, самым сложным был первый раз до включения кровожадности, потом пошло легче, и главным стало не переборщить и не проткнуть что-то жизненно важное.

Скорость увеличилась примерно до двадцати пяти километров в час. При этом оставался небольшой запас для ускорения. Правда, очень быстро уходила еда — регенерация жрала уйму калорий. Иногда приходилось менять место нанесения раны, так как старая не успевала заживать. Вскоре я догадался пить свою кровь — калории и энергия на вес золота и жизни, мне даже показалось, что она усваивалась и была эффективнее, чем приготовленная еда.

Небо окончательно затянуло тучами, но, тем не менее, оно понемногу светлело.

Несколько раз я пробегал мимо поселений людей и давил в себе желание забежать к ним попросить помощи артефактами или живой силой. Гораздо более высокой была вероятность, что мне придется их убить, чтобы получить желаемое, или что их перебьют орки, возможно, уже бегущие следом.

Заморосило. Палец обожгло «кольцо наблюдателя». На бегу, конечно, неудобно, придется смотреть кино поверх реальности, но что делать.

Пронзенное десятком стрел тело Орунура лежало на земле. Его остекленевший взгляд остановился на клыкастой морде сородича, горло которого он успел перерезать перед смертью. Многочисленные следы на сырой траве указывали, что погоня продолжается.

Через два часа мой путь пересекла река шириной метров двадцать. Первой мыслью было проплыть вниз по течению и только потом выйти на том берегу. Это могло бы помочь запутать следы… В каком-нибудь старом фильме, но не с противниками, прокачанными системой. Они переплывут здесь, разошлют в каждую сторону по следопыту, и в итоге я больше времени потеряю, чем выиграю.

Первого преследователя я увидел, когда уже почти поверил в спасение, а до цели оставалось километров пятнадцать.

В какой-то момент, перед тем, как забежать в очередной лесок, я обернулся. Орк стоял метрах в трехстах и смотрел на меня. Глупо было предполагать, что скрытность мне поможет.

Момент истины. Вся надежда на то, что они не знают про «возвращатель» и не будут торопиться. По их прикидкам у них ещё минимум четыре часа, чтобы догнать меня, хотя на самом деле меньше одного.

Очередной раз я вонзил лезвие ножа в живот, собрал и облизал с ладони кровь, и поднажал.

Минут через двадцать меня стала нагонять группа, вряд ли они планировали снова тащить меня в крепость.

Пятьсот метров запаса, и достаточно скоро они смогут метать копья и стрелять. Я нажал кнопку «возвращателя» — хрен там. Активировал откатившееся «ускорение» и еще прибавил. Ни у какого Усэйна Болта не было такой мотивации, как у меня сейчас.

Первое копьё вонзилось в траву в трёх метрах справа. Не оборачиваясь я снова нажал кнопку — без изменений… Дыхалка уже не справлялась, в боку кололо, а мышцы ног быстро забивались.

Как ни странно, больше попыток сбить меня копьями не было. Я в очередной раз обернулся и увидел, как уже приблизившиеся на сто метров преследователи расходятся полукругом. Двадцать зелёных в бирюзовых артефактах орков. Шансов нет, и они, понимая это, видимо, решили схватить меня ещё раз.

Немного грело душу то, что Чжура среди преследователей не было. Может Нукр сумел завалить гада?

Снова прилетело копьё — в сантиметре от бедра, и сразу следующее, чиркнув икру. Не переставая я тыкал кнопку, но ничего не происходило. Самые быстрые преследователи уже обходили меня в пятидесяти метрах с обеих сторон. Сзади тоже поджимали.

Бежать! Бежать и жать кнопку! Сраную голубую неработающую кнопку! Не хочу в подвал! Не хочу пыток!

До отката двойника оставалось около часа, и он помочь мне не мог. Я включил «ускорение», оторвался на несколько метров и потянулся к «возвращателю». В этот миг передо мной открылся портал.

Опять!?

Я коснулся сияющей голубым кнопки в ту секунду, как влетел в телепорт.

Показалось, что меня разорвало пополам, но мозг не выдержал боли и отключил сознание.

Ничего подобного я не испытывал ни при использовании «возвращателя», ни при предыдущем входе в портал. Открывая глаза, я не перерезал себе горло только потому, что не мог понять, как достать из инвентаря нож.

Лежа лицом в мягкой холодной траве, я пытался повернуть голову так, чтобы молот, бьющий в ней, хоть немного замедлился. Поднял ладонь к виску и принялся массировать. А почему руки не связаны? Я же попал во вражеский портал. Неужели заработал «возвращатель», и я дома?

Окрылённый надеждой, превозмогая боль, я открыл глаза. Нет, не дома — в каком-то лесу и, судя по расположению солнца, тут уже несколько часов. Трава сухая, небо чистое, дождь кончился давно, но где преследователи? Куда и зачем они меня забросили?

Я чувствовал жуткий голод, видимо вся энергия ушла на регенерацию. В рюкзаке оставался последний кусок мяса, завернутый в лепешку. Не жуя (так как это приносило лишнюю боль), я проглотил его. Минут через десять почувствовал облегчение и, наконец, смог сесть.

Берёзки, осины. Все как обычно. Врагов нет. Похоже, меня вовсе не сюда собирались закинуть. Возможно, действие заработавшего «возвращателя» наложилось на портал, и меня бросило в другое место. Если это так, то повезло, но надо скорее бежать в сторону лагеря, так как в любой момент враги могут найти след.

Уже привычным движением я вонзил нож в живот, облизал лезвие, получил бафф от трёх особенностей и встал. Качает, все болит, но идти можно. Со временем регенерация приведет меня в норму.

Ориентироваться приходилось по солнцу. По крайней мере, пока не встречу что-то знакомое.

Минут через десять я нашел небольшую тропинку. «Следопыт» показал мне, что здесь проходили люди, правда, не меньше двух дней назад.

Вскоре тропинка вывела меня на шоссе. Не Новорязанка, но наверняка скоро в нее вольётся. Главное найти указатель. Карты, правда, с собой нет, но основные места в окрестностях я более-менее знаю.

Для безопасности пришлось идти по опушке тянущегося вдоль дороги леса. Прислушиваясь и замирая при каждом подозрительном звуке.

Минут через двадцать интенсивной ходьбы на границе с бегом я начал волноваться: мало того, указателя все не было, так и не встретилось ни одной отходящей дорожки и населенного пункта. Наконец, вдалеке мелькнул долгожданный синий стенд. Ещё метров через сто я начал различать буквы, но сначала подумал, что показалось…

Не показалось…

Похоже, я угадал — эффект «возвращателя» и портала слились и перенесли меня в другое место.

Надпись рядом со стрелкой прямо на указателе сообщала о том, что Екатеринбург в пятидесяти километрах, а Москва в полутора тысячах.

То есть до лагеря тысяча триста. С моей нынешней скоростью по прямой, желательно асфальтированной дороге без врагов, с хорошей едой и надёжной крышей каждую ночь — неделя. Только где все это взять?

Я упал на колени, и меня скрутил приступ долгого истеричного смеха.

Первая встреча с местными

Торопиться смысла не было.

Родные берёзки и осинки вдруг стали выглядеть враждебно. Осознание того, что в ближайшее время в лагерь я точно не попаду, автоматически расставило в голове приоритеты. Безопасность, еда, связь со своими.

Идти вдоль дороги, не зная расклад сил в регионе, попросту опасно. Так же, как и разводить костер. Благо, в последние дни я, действительно, если и не полюбил, то стал гораздо спокойней относиться к сырому мясу.

Я углубился в лес, закрыл глаза и активировал «Ухан». Уже через несколько минут среди множества лесных звуков уловил шаги мелкого зверя. После прихода системы у охотников появилось большое преимущество перед дичью — скрытность. Благодаря Кдууку я знал, что звери тоже могут качаться и приобретать способности, но это относилось к хищникам, от которых я планировал держаться как можно дальше.

Мой первый опыт даже без владения навыком охоты прошел как по маслу. Выслеживание и убийство ничего не подозревающего зайца не заняло много времени. Ладно, с голоду не умру. Я сидел под разлапистой ивой, жевал жесткое, истекающее кровью мясо, и, сопоставляя данные, пытался выработать лучший алгоритм действий.

Идти далеко и долго. Даже если вдруг часть шоссе до Москвы сохранилось, это самое опасное место. Именно вдоль него бандиты всех мастей будут устраивать засады. Так что реальный срок возвращения сильно больше недели. Отсюда основных задач несколько.

Первая — сообщить своим, что я сбежал. То, что я жив, они видят в меню гильдии, и, к сожалению, хоть у нас и есть договоренность не вызволять пленных, если это потребует потерь, терзают смутные сомнения, что ребята не попробуют меня спасти. Соответственно, в любой момент они могут что-то предпринять, и «Защитники» при этом погибнут.

Единственный способ — прибегнуть к помощи Фурфура.

Я призвал лери и протянул ему горсть орехов, только что собранных с куста. На мои попытки телепатической связи питомец не отвечал. Ну что ж. Я вызвал негаснущий красный восклицательный знак.

Привязанность 10/10. Для прохождения эволюции «нажмите здесь».

Хруст прекратился и, открыв глаза, я поймал ожидающий моего решения демонический взгляд.

Ну что ж, если брать в расчет смерть Еквекиля, я уже дважды обязан жизнью лери, плюс он помогал мне на пике. Даже если он превратится в монстра и решит сожрать меня после эволюции, по большому счёту это будет честно.

Ещё раз взглянув на питомца я «нажал здесь».

Выберите основное и второстепенное направления эволюции. Красным отмечены те из них, что предпочел бы развивать сам питомец.

Появился список из семи пунктов.

Физические параметры, связь с хозяином, левитация, магические атаки, защитные барьеры, сила леса(?), поддержка хозяина.

Красным горели: «связь с хозяином» и «сила леса». Будь у меня свобода выбора, не факт, что я остановился бы именно на них. Но неделя, проведенная в обществе питомца, научила прислушиваться к его мнению. Основное, безусловно, связь, а второстепенное — сила.

Я поставил две галки и, внутренне сжавшись, нажал принять. Никаких сияний и других визуальных эффектов. Лери схватил последний орех, размолол его острыми зубами и запрыгнул мне на колени.

«Долго бежать!» раздался голос в голове. «Дорого будет стоить».

А как же связь питомца с хозяином?

«Бесплатно только в детских сказках. К тому же ты мне и так должен. Мне пока сложно общаться, записывай требования».

Я достал позаимствованный у орка блокнот с листками из странного материала, похожего на выбеленную кожу, и карандаш.

«По приходу в лагерь три килограмма орехов, следующее желание за мной, два пальца твоей руки прямо сейчас».

Улыбка, появившаяся на моем лице, после первого пункта, поблекла на втором и полностью исчезла на третьем.

Ты же не ешь мясо?

«Не ела до эволюции».

Так ты девочка… Это многое объясняет. Я отпустил блокнот и посмотрел на свою левую ладонь.

Давай хотя бы сначала послание напишу? Неудобно будет без пальцев.

«Шучу, переэльф, отдай мне остатки этого ушастого, что ешь сейчас, и пиши послание. Но помни, ты мне должен!».

Лес. Деревья гнутся от порывов ветра, тучи быстро летят по небу. До лагеря дохренища километров, и у меня питомец с обалденным чувством юмора. У меня сегодня день рождения?

Оторвав от тушки зайца откусанную ногу, остатки я положил в траву.

«Всем привет» — начал я, но тут же вырвал листок и вытер им руки. Вряд ли моим добавит боевого духа, если послание будет на похожем на кожу, заляпанном кровью, материале.

Полчаса и три испорченных листка мне понадобилось, чтобы закончить.

«Всем привет. Буду писать кратко.

Я жив и сбежал из плена. Сейчас около Екатеринбурга. Треххвостой белке, что принесла письмо, дайте три килограмма лесных орехов. Ответное письмо прикрепите как это. Направляюсь на базу. Навстречу никого не высылайте. По возможности где-нибудь на моем пути сделайте тайник с артефактами и едой на скорость. Триста-четыреста километров от базы нормально.

Ещё раз — не тратьте людские ресурсы, никто не должен меня ждать или встречать! Буду идти не по шоссе. Попробую зайти к родственникам Андрея. На момент написания обстановка тут неизвестна.

Среди орков Чжура есть маг, способный открывать порталы, будьте осторожны. Карту со схемой крепости прилагаю, но без меня ничего не делайте. Мои артефакты, кроме кольца наблюдателя и возвращателя, у врага. Про них я не раскололся. Все остальное (количество „Защитников“, их навыки и т. д.) рассказал.

К ошейнику Фурфура (так зовут белку, что принесла письмо) я прикрепил колечко, отдайте Лехе или Косте, они знают, как оно работает.

Завтра гильдия возьмет пятый уровень, нужна обратная связь по новому скиллу.

Стройтесь, развивайтесь! Чтобы я пришел и увидел большой прогресс!

Иль, я люблю тебя!»

Перечитав письмо, я понял, что без всех этих сведений они спокойно проживут. Главное попробовать передать «кольцо видящего» и сообщить — я жив и сбежал. Даже если помру тут, важно, что я не в заложниках у Чжура.

Из материалов, доставшихся от орка, я смастерил ошейник и надёжно закрепил на нем послание, карту и кольцо. Лери вела себя спокойно. Хотя горящие глаза на испачканной кровью кролика мордочке излишне впечатлительных могли привести в ужас.

Вроде все. Я огляделся, пытаясь вспомнить, не забыл ли чего.

За сколько добежишь?

«Как пойдет. Примерно двадцать шесть часов. Зависит от рек на пути. Назад не буду так торопиться. Ты мне должен!»

Я помню.

Фурфур исчезла. Я оторвал от ножки последний кусок мяса. От тушки кролика не осталось даже костей. Главное сделано, пора заняться насущными вопросами.

Среди прочего в рюкзаке орка оказалась карта их родного мира и атлас дорог России. Итак. Я, надо полагать, здесь. Екатеринбург в пятидесяти километрах. Дача тестя Андрея примерно вот тут. Точное место на карте я не найду, но станцию «Дружинино», куда мы два года назад ездили бухие на велосипедах за добавкой, запомнил. В принципе, почти по пути, надо только миновать город. Оттуда по прямой побегу. Главное не ломиться совсем через чащи и к рекам подходить в местах, где хотя бы раньше были мосты.

Неплохо бы найти столб и каких-нибудь партнёров для прохождения лёгкого уровня. Вернее, его желательно находить каждый день. Это, конечно, утопия, особенно если я планирую ежедневно проходить хотя бы километров по двести. Но, как говорится, хотеть не вредно.

Ну и немаловажно обзавестись актуальной картой местности. А это можно сделать только у пика, и вряд ли, даже если там есть поселение вроде нашего, они ни с того ни с сего решат поделиться сведениями с незнакомым человеком.

Ладно, побегу осторожно вдоль дороги, а там видно будет. А может и по самой дороге, ведь по большому счету мне опасны только существа с «обнаружением без колдунства»… Или тролли, или ещё кто…

Побежал по дороге, уж очень пересеченная местность оказалась на опушке, то поваленные бревна, то ямы с водой. Шума получалось так много, что меня постоянно вышибало из скрытности.

Методом в прямом смысле тыка я находил точки на животе, куда было не так больно вонзать нож.

Ну что ж, по ровной дороге примерно двадцать пять километров в час. Можно, конечно, и тридцать делать, но тогда слишком часто придется останавливаться на отдых и охоту. Лучше меньше, но без перерывов и, если появится опасность, я буду полон сил.

Дорога кончилась километров через пятнадцать. Эльфийским лесом. Помня о нравах его обитателей, я сделал большой крюк, огибая неоднозначное место. Ещё через пять началась оркская равнина с редкими лесочками. В нескольких местах в небо поднимались столбы дыма. В принципе, я мог попробовать захватить языка в одном из поселений. Но воспоминания о плене и пытках были слишком свежими, и никакой гарантии, что тут нет своего Чжура, никто не даст.

Потом началась холмистая каменистая местность. А потом я попал в ловушку.

Третий из пяти навык обнаружения сработал в последний момент, и я, заметив узор на земле, еле успел подпрыгнуть.

Капкан был комбинированный, механико-магический. Магического урона я избежал благодаря отсутствию колдунства, а вот от перелома ног меня спас именно прыжок, укрепление костей и большая жырность. Но все равно бревном в бедро мне прилетело весьма ощутимо. С криком я упал на камни и прокатился ещё метров пять.

Ловушку установил профи. Это не тот капкан, что ставишь за несколько секунд на пути преследователей. Это технологическое устройство сложной конструкции, требующее высоких навыков, характеристик и времени.

Перекастовав скрытность, я сделал два глотка из скудных запасов лечебных зелий и отполз в сторонку. Огненную вспышку было видно издалека и, возможно, сюда уже спешит неизвестный браконьер. И вот после случившегося у меня нет никаких оснований смягчать формулировки и ограничивать свои действия при встрече с ним.

Трое людей появились через пять минут. В скрытности, но без вуали. Одеты в легендарки и держатся уверенно. Жаль, я надеялся, что это будут орки.

Высокий бородач осторожно подошёл к сработавшему капкану, а двое других прикрывали его. У них не было ни «обнаружения без колдунства», ни, похоже, следопыта. Усилием воли я отбросил желание пойти по лёгкому пути — убить двоих, допросить третьего. Их шмотки бы мне пригодились.

Ладно, была не была.

— Здорова, мужики!

Мой крик вырвал меня из скрытности. Они синхронно вздрогнули, а ближайший ко мне подпрыгнул.

— Только без резких движений! — добавил я, видя, как в их руках появляется оружие. — И если что, я вижу всех троих.

Судя по удивлению на их лицах, они не просто не владели «обнаружением без колдунства», они даже не знали о нем.

— Ты кто? — спросил бородатый охотник и, немного поколебавшись, убрал меч.

— Да мимо пробегал. А потом решил посмотреть, кто такие опасные штуки на дорогах ставит.

— Дрон, надо отойти, вспышку орки могли видеть.

— Предлагаю «групповую диверсию» сколдовать и отойти вон в ту низинку, — сказал Дрон.

Я ещё раз внимательно посмотрел на троицу охотников. Вроде обычные мужики, на бандитов не похожи, но все равно стрёмно подходить, ведь «групповая диверсия» требует физического контакта.

Рискнуть? Они могут дать то, что мне надо… Или забрать вещи с моего трупа.

— Давайте, — принял решение я. — Только учтите, мужики, я двадцать пятого уровня, с кучей навыков, о которых вы понятия не имеете. Я мог перебить вас сразу, и вы бы этого даже не поняли. Так что без движений, которые могу интерпретировать как угрозу.

Не скрываясь, я очередной раз ткнул ножом в живот, слизал с лезвия кровь, после чего убрал оружие и пошел навстречу новым знакомым. Ритуал со стороны выглядит специфически, ну а что делать?

Я коснулся вытянутой руки стоящих в цепочке мужиков, они тоже не горели желанием подходить очень близко. После того, как «групповая диверсия» сработала, я отошёл чуть в сторону и проследовал в небольшой овражек.

— Перейдем сразу к делу, — начал я убедившись, что ко мне не смогут подойти со спины, и в том, что другие стороны окрестности хорошо просматриваются. — Мне нужны артефакты на скорость и карта. Направляюсь я в сторону Казани. Взамен у меня есть говеные шмотки и куча знаний по дереву навыков.

— Артефакты, братан, самим нужны, у нас большое поселение. А карту только простенькую можем накидать, мы ж не знаем, откуда ты такой, аж двадцать пятого уровня, взялся.

— А пик у вас есть?

— Какой-то мутный тип, Дрон.

— Погоди, Диман, — отмахнулся охотник от товарища и снова повернулся ко мне. — А у тебя самого карта есть?

— Есть, но только сильно отдаленных отсюда территорий.

— Казани?

— Рязани.

— Да брешет он. Дотуда больше тыщи километров.

Никогда, как сейчас, я не жалел, что у меня нет способностей на распознавание эмоций или мыслей. Так как несмотря на то, что напротив меня трое на первый взгляд обычных мужиков, все мое знание психологии, языка тела и тому подобного вопило — здесь что-то не так, и надо отсюда срочно валить.

Я сделал шаг назад и прижался спиной к камню.

— Есть на чем рисовать? — спросил Дрон.

Я вызвал инвентарь, и в этот момент усиленный слух различил шаги над моей головой метрах в десяти позади. Много, и это шли орки. Раз я их слышал, они не были в скрытности, и третий охотник, стоявший на стрёме, со своего места уже давно должен был их увидеть и, судя по тому, что смотрел туда, видел.

Вот только он не поднимал тревогу, наоборот, радовался.

Ну на хер. Достаточно я уже испытывал судьбу в последнее время. Вместо того, чтобы достать блокнот, я активировал двойника.

Очень интересный скилл.

Я появился рядом с самим собой и сразу почувствовал, что значит фраза в описании «двойник поддерживается за счёт носителя». Создавалось ощущение, что вместо крови у меня потекло расплавленное железо. От боли я чуть не заорал.

Мысль задержаться и проследить за происходящим, а, по возможности, помочь в драке фантому, отошла на второй план, а когда через секунду на камне над нами я увидел десяток орков, вообще растворилась. Надо валить.

— Что у тебя, Дрон? — прорычал ведущий орк на русском.

— Да вот, шпиона поймали! — заржал охотник, на всякий случай отходя от фантома. Этот гад видел нас в скрытности, а ещё он затирает, что двадцать пятого уровня.

Вот же сука! Я быстро уходил с места разборок. Можно, конечно, прирезать этого хмыря, но слишком рискованно. После его смерти они сразу убьют двойника, а это повлечет снятие невидимости.

Стиснув зубы от боли, я побежал, но в последний момент успел заметить, как молчавший до этого фантом вдруг заорал не своим (не моим) голосом и прыгнул на Димона.

Странно. Я был уверен, что он сдастся в плен и потом попробует сбежать, по крайней мере я бы сделал так. Хотя он это и есть я, только не знающий о самом себе. Неужели страх пыток победил бы во мне страх смерти, останься я там сейчас.

Я спрятался за крупным валуном в трехстах метрах от стычки и наблюдал за собственной смертью. Димон лежал с перерезанным, горлом, Дрон отскочил, закрывая рану на животе, но был жив. А вот фантому досталось — после внезапной атаки его явно не планировали брать в плен. Истыканный стрелами, он упал на колени, и орк, пришедший первым, мощным ударом топора снёс двойнику голову.

Как жаль, что скилл работает только раз в сутки. Усладой для глаз стало удивление, написанное на лицах и мордах врагов, когда тело вдруг превратилось в белый дым и стремительно обволокло трёх ближайших орков. Жаль, паскуда Дрон успел далеко отползти. Детали с такого расстояния разглядеть не удалось, но то, что сильно похудевшие, будто из них высосали все соки, орки мертвы, сомнений не вызывало.

Ну а мне пора. Есть, конечно, желание проследить за ними и устроить им веселую ночку. Но это и рискованно, и по времени невыгодно. Так что в другой раз. Но Дрон, сука, я тебя запомнил, а земля круглая.

Внимание! В конец второй книги (Орки под Рязанью) вставлена первая интерлюдия, немного проливающая свет на появление системы.

Городские

Или мне не везло, или так совпало, но по пути к городу я не встретил ни одного СНТ, поселка или деревни. Да и просто лагерей людей. Не исключено, что те отморозки зачистили всю округу.

Наконец, взбежав на вершину холма, вдалеке я увидел освещенные лучами склоняющегося к горизонту солнца городские многоэтажки — Екатеринбург.

А ещё я услышал женский крик из соседнего лесочка.

Ловушка? Запросто. Быть может, это люди из компашки Дрона, охотящиеся в другом месте. Хотя вряд ли, они бы не видели меня в скрытности. Стационарная западня? Вспомнился старый рассказ Шекли, где жертва, после того, как ее проигнорировал главный герой, продолжала звать на помощь ещё восемь часов.

Посидеть подождать? Если восемь, значит засада, если вскоре прекратятся, значит нет.

Размышляя, и обходя кусты, я уже шел в направлении звука. «Следопыт» и «обнаружение ловушек» вовсю работали. Впереди появился просвет. На небольшой поляне здоровый мужик лежал на женщине. Сначала я подумал, что он ее насилует, но нет, он ее просто бил. Молча.

Ещё раз окинув внимательным взглядом окрестности, и не обнаружив засады, я вышел из-под прикрытия деревьев, пробежал и ударом щита в висок вырубил здоровяка. Затем сделал несколько шагов назад, рассматривая девушку. Ей досталось, все лицо в крови, так же, как и светлые спутанные волосы. Из-за этого трудно понять возраст. А вот артефакты для одиночки в лесу неплохие, есть даже легендарные.

Девушка осмотрелась, кинула короткий взгляд на меня, вскочила и едва уловимым движением перерезала горло бывшему мучителю. Мои брови непроизвольно поползли вверх, и я передумал убирать щит и меч. Дальше она рванула к толстой березе на противоположной стороне поляны, а вернее к вещам и тюкам, раскиданным под ней, и достала оттуда свёрток. Свёрток тут же заплакал.

Да чтоб тебя! Ребенок? Если судить по размерам — не больше года. Тем временем картина приобретала все более сюрреалистичный вид: девушка вдруг оказалась по пояс обнажена, а ее полная грудь во рту крохи. Дождавшись, когда спадет сильный эффект «недоумения», я включил «следопыт» и обошел маленький лагерь.

Сюда пришли двое, вернее трое, если считать с ребенком. И пробыли тут несколько часов. Потом, очевидно, вспыхнула ссора. Хотя примятая трава в другой части поляны указывала на то, что до этого пара занималась сексом. Стремительное развитие отношений, чего говорить. Артефакты на мертвом мужчине хуже, чем у спасенной.

Я почесал вдруг зазудевшую левую ладонь и повернулся к девушке. А она ничего, даже несмотря на кровоподтёки, и грудь классная.

— Я Саша, — прервал затянувшееся молчание я. — У тебя карта окрестностей есть?

— Нет, — все это время девушка рассматривала меня красивыми серыми глазами. — Ты тоже захочешь изнасиловать и все у меня отобрать?

— Отбирать не буду, поменяться могу, если у тебя есть артефакты на скорость перемещения.

Хотя у меня все равно шмотье говно, могу и так ей дать, у нее ж ребенок, да и сама сногсшибательна. Сука, что с рукой-то? Как огнем жжет!

— Хорошо, — девушка обворожительно улыбнулась, и аккуратно положила ребенка на плед. — Я вижу, тебе можно верить, на смотри, что у меня есть.

Она скинула с изящных плеч рюкзак и бросила перед собой на землю.

Я сделал несколько шагов, присел, а она, обойдя, положила руки мне на плечи.

— Ты напряжён, сними броню, я пока помассирую тебе плечи.

Какой приятный тембр голоса. Я открыл меню, и тут от кисти до затылка меня будто прошибло током.

Пелена спала с глаз и, повинуясь импульсу, я прыгнул в сторону. Шею обожгло холодом, а потом за шиворот потекло что-то горячее. Я выхватил меч, одновременно прикладывая к губам бутылку с зельем лечения.

Вот сука! В руке так и не представившейся девушки находился кинжал, лишь чудом не перерезавший мне горло. Спасибо перстню безбрачия!

— Лежать, мордой в землю!

— Саша, ты неправильно понял!

— Мордой в землю, сука! Ещё слово и тебе пизда!

Избегая гипнотизирующего взгляда, я смотрел на ноги девушки.

— Не надо, Сашенька!

Все, хватит! Кольцо вновь стало жечь руку, и снова возникла тяга и симпатия, похоже тварь обрабатывала меня сразу несколькими способами.

Я подскочил, на ходу сменив оружие на дубину (как же неудобно она лежит в ладони), и ударил ее в солнечное сплетение, потом, заломив руку за спину, сбил с ног и ткнул лицом в траву. Кисть перестала болеть, только когда гипнотизерша была связана и лежала с кляпом во рту.

Надеясь найти завернутую в одеяло куклу, я подошёл к пледу. Черт! Живая и здоровая девочка спала, засунув маленький пальчик в ротик. И что мне делать с тобой и с твоей дьявольски опасной мамашей? А ведь судя по надувшейся от молока груди, она именно твоя мама.

Я огляделся и лег рядом с девочкой. Перед тем, как приступить к ревизии нужно убедиться, что поблизости никого нет. В отсутствии нормальных артефактов и боевых особенностей «Ухан» становился одним из моих главных инструментов.

Убедившись, что вокруг, кроме мелких зверей, никого нет, я приступил к обыску. Ничего, что давало бы девушке подобные силы, я у нее не нашел, значит особенности. Бля! Я тут всего несколько часов, а уже дважды чуть не погиб. Хочу домой!

Артефактов много, сдается, если порыскать в этом и соседних лесочках, можно найти с десяток другой тел бедолаг, павших жертвами гипнотизерши. Что-то пошло не по плану с последним мужиком, но тут пришел я.

К сожалению, общий уровень жертв был невысок, легендарные артефакты можно перечислить по пальцам, и все без способностей. Я забрал их в качестве компенсации и для последующего обмена.

Из полезного нашлись лишь уникальные сапоги на пять процентов к скорости, несколько колец на статы, зелья лечения, регенерации и нейтрализации негативных эффектов, две книги навыков, россыпь ювелирных изделий, завязанных в отдельный платок, и еда всего лишь зелёного качества, но даренному, вернее, изъятому коню в зубы не смотрят.

Мда, небогато с учётом того риска, которому подвергалась моя жизнь. Ладно, может ещё получится вырвать клок у этой паршивой овцы. Для удобства я сел ей на спину и начал длинную лекцию по поводу того, как она не права, и что я с ней могу прямо сейчас сделать.

По счастью, для срабатывания «серийного убийцы» не понадобился визуальный контакт. По расслабившимся мышцам и раздавшегося из-под тряпки покорного мычания я понял, что сработало, и вынул кляп.

— Повтори последнюю фразу!

— Я сделаю все, что ты пожелаешь, хозяин.

— Твои способности не должны влиять на меня.

— Да, хозяин.

— Почему ты хотела убить меня?

— У тебя хорошие артефакты, они пригодились бы нам с дочуркой.

Мда, я до последнего надеялся, что она просто перепугалась.

— Скольких человек ты убила? Их пол, возраст и скольких из них за вещи?

— Двенадцать мужиков, четырех женщин, троих детей. У всех были артефакты, нужные нам с дочуркой.

Под деревом горой валялись пледы, одеяла, несистемная одежда, инструменты, несколько палаток, пакеты с личным барахлом и многое другое. Все это несли люди, ищущие новое пристанище.

Ладно, с этим понятно. Я развязал ее и сунул в руки блокнот и карандаш.

— Рисуй те места, о которых точно знаешь. Мы тут. Вот тут Екатеринбург.

Карандаш завис в руках девушки. Она колебалась несколько секунд, а потом сказала:

— Я не понимаю, где что, я всегда плохо ориентировалась.

Да чтоб тебя! Бесполезная тварь!

— Показывай направление и расстояние, говори.

— Там, — она махнула рукой в сторону, где я столкнулся с Дроном и компанией — много людей и орков, есть пик испытаний, но они никого не пускают, меня поймали, но я загипнотизировала двоих, пока они меня насиловали, и убежала. Даже не стала их убивать, чтобы погоню не устроили. До них, если быстро идти, часа четыре пешком.

Это километров двадцать — двадцать пять, я отметил в блокноте нужное место. Да, где-то там я видел дым костров.

— Дальше.

— В городе несколько крупных банд и много мелких. Есть два пика, на севере и юге. Северный ничейный, вроде как любой может пользоваться. Но если ты к нему подойдёшь, а из него выйдет группа бандитов, тебя убьют. Южный принадлежит клану «Центр», их много. Они обнесли его стеной и пускают людей им пользоваться за половину награды.

— А дети и женщины там есть?

— Только красивых женщин берут, или тех, у кого есть мужики. Если детей много, а мужиков нет, отправляют в Пермь, там вроде как всех принимают, и орков вокруг мало.

Хм, я прикинул расстояние, «свободная Пермь»? Заскочить? Не… Крюк слишком большой, мне проще по прямой к Набережным Челнам.

— Дальше.

— Говорят, на севере и востоке два крупных города орков, и гномы ещё есть, но я не знаю где.

— А люди-то где все?

— Говорю же, орков и гномов кругом много, кто не в городе, ушел в Пермь, Челябинск или умер. В основном, умерли.

— А в Челябинске что?

— Не знаю, но он южнее, через него дальше на юг можно.

Прекрасно. Я осмотрел погружающийся в сумерки лес и принял решение.

— Слушай внимательно. После того, как я уйду, ты соберёшь необходимое для быстрого перемещения и артефакты на обмен. Еду и вещи для себя и девочки. В общем, все то, что нужно в пути. Пойдешь очень аккуратно в сторону Перми. По дороге ты не должна никого убивать. Избегай любых групп, где нет детей. От не людей прячься. Если дойдешь до лагеря в Перми, где есть дети, или встретишь таких по дороге, отдай им дочь, вещи и воткни нож себе в горло, точно в центр. Ясно?

— Да, хозяин.

К сожалению, через сутки моя власть над ней спадет. Но вдруг останется постэффект?

Стемнело. Я шел по окраине города. Периодически мне попадались группы людей и занятые дома, но я обходил их стороной.

На хер я вообще сюда вошёл? За последние недели глаза уже привыкли замечать неровности на полях. Да и в лесу, благодаря «знатоку», я отлично ориентировался. А тут тени от домов, всюду брошенные машины и мусор. Да и небо, как назло, затянуло облаками. Я чувствовал враждебность и видел угрозу везде, дай бог к утру дойду. Надо выходить за черту города.

Не успел. Ловушку я заметил в самый последний момент, замер, покачиваясь на одной ноге, и отпрыгнул назад. Западню устраивали профи, умело сочетая магические и системные капканы с обычными. Третьего навыка не хватило, чтобы заметить все. Меня ударило в спину, я по инерции пробежал вперёд и активировал ещё две.

Если бы не нулевое колдунство, разорвало бы на части, а так «всего лишь» перелом ноги и вывих плеча. От боли и ярких вспышек я потерял ориентацию и не понимал, куда меня откинуло. Неосторожное движение могло завести в новый капкан.

Да что ж тут за люди такие? Дважды за шесть часов попадаю в западню и один раз на маньячку с прокачанным гипнозом, едва не пробившим ментальную защиту. Мда, похоже, у себя мы создали тепличные условия, а тут все, кто выжил, сильные отморозки с хорошими навыками. Преимущественно в охоте на разумных существ.

Я выпил единственное зелье лечения переломов и среднее зелье лечения. Боль отступила, но только через минуту нога с рукой пришли более-менее в норму.

В соседнем переулке послышались многочисленные голоса. Я ушел в скрытность и встал, прощупывая зону вокруг. Черт, черт, черт! Сколько полезных навыков еще не прокачано: невосприимчивость к боли, обнаружение ловушек… Да до хрена всяких.

Голоса приблизились. Восемь человек. Четверо держали механические фонарики, лучи которых прощупывали улицу.

— Смотри, майор, сразу три сработали, — невысокий парень, стоящий метрах в семи, показывал рукой в мою сторону. — Тут должно лежать тело.

— Может, кошка, — неуверенно пробормотал кто-то.

— Какая на хер кошка, — быканул первый, — вот тут специально глубоко ставили, самую крутую, пройти по ней можно, а потом, если отпрыгивать будешь, по-любому сработает. Вес под сто кг должен быть.

— Тихо все, — раздался бас скрытого другими человека. — Колдун, обнаружение.

Твою же мать. Теперь у меня нет никаких козырей. За сколько дней я там собирался на базу вернуться? Тут, походу, без двойника вообще ходить нельзя. Где «таран», где «мгновенное отступление»?

За моей спиной ловушки были везде, куда доставал взгляд, единственное разминированное место впереди — там, где стоят бандиты. Я воткнул себе нож в живот и огромными прыжками, стараясь наступать на места, где ловушки уже сработали, бросился на врага.

Копьё, пусть лишь уникальное, придавало уверенности и сил. Пока охотники соображали, что к чему, я успел проткнуть сердце одного, живот другого, щитом в нос откинуть третьего.

— Вали его!

— Вон он!

Закинув щит за спину, я побежал по темному переулку и свернул за угол.

Судя по надетым на бандитах артефактам, далеко не уйти, все в фулл легендарке, почти наверняка со способностями и, возможно, «следопытом».

Ухожу в скрытность и, развернувшись, перебегаю дорогу. Маги чуть приотстали, и вперёд вырвался воин. Я пропустил его и попробовал зайти бегущей группе в тыл.

— Вася, стой! — раздался уже знакомый бас. — Вы с Игорем не отходите от Влада. Остальные вокруг Евгена. Маги, обнаружение нон стопом.

Вот же опытная гнида.

Я рванул к ближайшему ко мне колдуну и применил «удар в спину». Почти успел — за секунду до того, как нож проткнул его горло, он скастовал обнаружение.

Навык сработал, и я отлетел на пять метров, но из скрытности меня выкинуло.

— Вон он!

— Огонь!

Лучники уже были готовы и почти сразу выстрелили. Стрелы отскочили от активированного в последний момент щита. Спасение в темных переулках, где я смогу уйти в скрытность!

Преследователи очередной раз удивили, метрах в пяти над улицей вспыхнули два ярких огонька — ночь мгновенно превратилась в день, а мои шансы выжить устремились к нулю. Я нырнул в единственное темное пятно — это оказался вход в некогда крупный продуктовый магазин и, уже погружаясь в спасительную тьму, почувствовал резкую боль в левой ноге — стрела пробила икру.

Каким надо было быть дебилом, чтобы, не разобравшись в обстановке, отослать Фурфура, а потом еще зайти в город. Это уже не случайность, а здорово напоминает закономерность.

— Достал суку! — раздался радостный голос снаружи. — «Стрела меченного»!

Вот, блядь, этого ещё не хватало! Чрезвычайно полезный навык лучника — при попадании у цели появляется «метка», не дающая уйти в скрытность. Мне пизда. В этом магазине без невидимости они загонят меня, как охотники дикого зверя.

Корчась от боли, вскочил и вернулся назад к дверному проёму.

— Не лезьте без подготовки, хмырь опасный! — вновь этот властный голос, должно быть принадлежащий «майору». — Вася, справа от входа, Игорь, слева.

Этого я и ждал, когда в узкой щели дверного проема появился один из бандитов, выкинул вперёд руку с копьём и проткнул его шею.

— Он за стеной!

В дверной косяк влетел огненный шар, следом цепная молния внутрь.

— А-а-а! — заорал я, изображая ранение и молясь на свой актёрский талант.

Не прокатило.

— Отставить магию! У ублюдка, похоже, иммунитет.

Вот откуда ты, сука, такой умный? Пользуясь возникшей паузой, выдернул стрелу, обмотал ногу подвернувшейся под руку грязной тряпкой и выпил пол флакона среднего зелья лечения.

У средних передоз начинается после трёх, но все равно надо экономить. Боль немного отступила, но рана на ноге зажила не полностью. Бандиты чуть отошли и шептались, но благодаря усиленному слуху я их слышал.

— Все шмотки Мише, Влад, закидывай светлячка и стой тут, чтобы через проем видеть. Миша, заходи и иди по прямой, чтобы Влад щит на тебе держал, ты должен завалить эту суку.

Так значит в живых остался Влад маг, Миша лучник, что меня подстрелил, Игорь танк. И сам майор, хз, кто он. В два раза лучше, чем было изначально, но все равно достаточно паршиво. Дальше все зависело от того, насколько Миша хороший лучник. Я достал предпоследнее копьё и спрятался за ближайшим ко входу низким морозильником.

В магазин влетел «светлячок». Оставалось только закрыть глаза и внимательно слушать.

Шаги раздавались, как удары барабана, а вот определить по звуку, куда в данный момент направлен лук, мне опыта не хватало. Хер с ним, пусть зайдет поглубже, тогда точно буду за его спиной.

— Вон он, — услышал я шепот за стеной.

Да твою же мать. Один из бандитов догадался заглянуть в небольшое окошко и сразу же увидел меня. Дальнобойных атак у него не было, и он шёпотом, расслышанным мной только благодаря «ухану», позвал «майора».

Единственный шанс в том, что они не знают, что я их слышу. Очень сложно одновременно вести стрелка, следить за активностью за окном и при этом не впасть в панику. И кого мочить?

Тех, что за спиной, достать трудно — кроме стекла между нами бетонная стена. Пока развернусь, им достаточно присесть и все. Да и лучник по-любому опаснее, если убью последнего дистанционника, то в рукопашке шансы будут.

— Подвинься, — раздался шепот «майора».

Время истекло.

Левой рукой я воткнул нож себе в живот и, резко выпрямившись, метнул копьё в Мишу. Он смотрел чуть вперёд, но в мою сторону, и благодаря баффам от мага, среагировал быстро. Оружие, чуть отклонившись из-за магического щита, пробило ему плечо, а его стрела мой левый бицепс.

Выхватывая последнее копьё, я рванул вперёд. Наконечник вошёл в сердце раненого лучника. В ответ в меня прилетел огненный шар, но что более страшно, копьё, брошенное майором, пробило левое плечо.

Едва не потеряв сознание, я нырнул за ближайшую полку.

Хорошая новость — у меня теперь есть трофейное легендарное копьё, повышающее на два мощу, прыгливость и жырность. Плохая — из дыры, оставшейся после того, как я убрал его в инвентарь, хлещет кровь.

— Все внутрь! — скомандовал «майор».

— Может Волкодава подождем? — раздался дрожащий голос испуганного Игоря.

— Вперёд, сука!

Пользуясь заминкой, я выскочил из укрытия и бросился к проёму, тут же активировав «ускорение». Пятьдесят процентов скорости на пять секунд и «стабилизация» позволяют мне хорошо работать с ближними предметами.

Враги слышат мои шаги, но реагируют будто в замедленной съёмке. «Майора» закрывает Игорь, в чей медленно раскрывающийся рот и вонзается легендарное копьё. Меняю его на кинжалы и налетаю на мага, складывающего перед собой руки для активации заклинания.

Пока не кончилось ускорение, успеваю ударить семь раз ему в бедро и разворачиваюсь к приближающемуся «майору».

В спину бьет огненный шар, а спереди по шее меч.

Активирую копьё, стараясь, чтобы оно сразу оказалось в теле главаря, но гад очень быстро двигается. Маг отхилялся и, догадавшись, что у меня иммунитет, принялся кидать баффы на «майора» и себя. Против двоих не потяну!

Оставляю главаря и, снова обернувшись к магу, в прыжке бью его кинжалом, планируя пробить центр груди, при нормальной жырности это вырубит его, но не убьет. Вот только «майор» в это время снова бьет мечом, моя рука отклоняется, и лезвие пронзает донору «садиста» сердце.

Неуязвимость снята.

Резкая боль от старой раны на плече. В последний момент чудом уклоняюсь от очередного выпада.

Мы начинаем кружить друг вокруг друга, и сквозь пелену от потери крови, наконец, могу его рассмотреть. Высокий атлетичный брюнет с богатой бородой. Лет сорок пять. Выправка и суровое выражение лица однозначно выдают в нем бывшего военного.

Он не торопится, так как не знает, что у меня уже нет неуязвимости, и ещё ему на помощь идет некий «Волкодав». Я не тороплюсь, так как на нем висят баффы, наложенные мертвым магом.

— Ну что, не по размеру в рот взяли? — заговорил я, пытаясь подавить его «серийным убийцей». — Привыкли слабых убивать, паскуды. А я, хоть ты мне обе ноги отсеки, тебя выебу. Я двадцать пятый уровень, и меня вся моя фундаментальная гильдия качала.

— Не пизди, — раздался низкий голос «майора». — Вон у тебя какая дырень в плече, сам сдохнешь, мне даже бить не надо.

— Да благодаря регенерации она уже не кровоточит почти. Завалю тебя, выпью большое зелье лечения, а потом встречу «Волкодава» с компанией. Надо очищать город от таких мудаков, как вы.

Он очень удивился, услышав кличку своего сообщника.

— Ты даже не представляешь моих особенностей, мудила, да, между нами говоря, у меня и нормальность минус три. Сейчас, например, я тебя обрабатываю внушением, и когда придет «Волкодав», ты, еблан, вообще за меня будешь драться.

Я остановился посредине улицы, перекрывая ему дорогу назад. Это стало последней каплей — он понимал, что я не вру, возможно, уже начинал чувствовать изменения в реакциях. Любой на его месте попробовал бы сбежать.

Выставив щит, он рванул мимо меня. Прыгаю следом. Он отмахивается мечом. Ожидая этого, подставляю и без того поврежденную руку, одновременно достаю наконечником копья его в колено. Он кричит и падает. Резким ударом под лопатку добиваю.

Осматриваю себя: легко отделался, меч лишь наконечником немного царапнул кожу. Падаю на колени, и меня рвет.

Странная реакция. Первый раз такое. Я ткнул себя в живот, допил полбутылки зелья лечения, затем жёстким усилием воли, качаясь от слабости и боли, заставил закидать шмотки «майора» в рюкзак. Схватившись за меч, единственный мифический артефакт главаря бандита, я пораженно замер.

«Меч смертельного касания»: прыгливость +4, при нанесении раны заражает противника очень сильным ядом.

Да чтоб тебя. Я вспомнил градацию: слабый нейтрализуется первым уровнем сопротивления ядам, обычный — вторым, сильный — третьим, очень сильный — четвертым, смертельный — пятым.

Если навыка не хватает, может помочь только специальное зелье или маг с заклинанием «нейтрализация яда» соответствующего уровня. Я бросил быстрый взгляд на порез чуть ниже локтя. К моему ужасу, он быстро багровел, и от него расходились черные прожилки.

Устойчивость к ядам 3/5

Название меча и его описание допускали двоякую трактовку, но даже если тут «очень сильный» яд — мне хватит. И не хватает одной сраной книги навыков, чтобы поднять сопротивление до четырех.

Вот ведь сука!

Среди вещей убитого нашлось только среднее зелье регенерации. Выпил его и бросился к рюкзакам подельников «майора». Ни книг навыков, ни нужных напитков! В отдалении раздались шаги бегущих людей.

Как сказала бы моя бабушка: «с такой херовой кармой надо идти в церковь».

Я схватил рюкзаки «майора» и одного из его бойцов. «Метка» слетела и теперь можно уйти в скрытность. Только что понту? Яд убивает слишком быстро. Успокаивая себя тем, что даже если тебя сожрали, у тебя есть как минимум два выхода, я поковылял по улице.

Светлячок, а следом и четверо членов банды «майора» появились, когда я отошёл метров на пятьдесят. Перед ними бежала полупрозрачная овчарка. Даже если у них нет «следопыта», эта тварь точно меня выследит. Я залпом опустошил склянку зелья «снятия негативных эффектов» и, как мог быстро, зашагал дальше. Бордовый цвет ушел с кожи, но ненадолго, уже через минуту он вновь стал распространяться.

Может зассут гнаться? Как никак, неизвестный тип или группа убила восемь человек, включая главаря. Хотя может, «майор» и не был главарем? Развернуться и перебить их? Никакой гарантии, что у них будет противоядие. Это вообще очень редкое зелье, гораздо чаще попадается в свитках, но у этих хмырей их точно нет. Зато времени можно потратить уйму, и тогда повреждения станут необратимыми.

Нет. Пришла пора нестандартных решений.

Зато теперь нас двое…

Пошатываясь, я повернул в сторону торчащей на фоне темного неба девятиэтажки. Тридцать шесть квартир в подъезде, хотя бы одна из них должна соответствовать моим требованиям.

Входная дверь выломана, так же, как и во все квартиры на первом этаже. Держась здоровой рукой за перила и с трудом переставляя ноги, я пошел вверх. Второй — все выломано. Третий — две выломаны, две заперты. Четвертый — снова. Тут я сделал перерыв и, перелопатив все три рюкзака, сожрал все на сопротивление, жырность и регенерацию. Качество не очень, но немного помогло.

Вроде преследователей пока не слышно. Пятый. Да! В одной из открытых дверей замок уцелел, и даже есть засов. То, что нужно. Я ввалился внутрь и, закрывшись на все, что можно, рухнул на пол.

Свечу удалось разжечь с большим трудом. Черно-бордовое пятно разрослось до плеча. Надо действовать быстро!

Передо мной на полу появились бутылка нейтрализации негативных эффектов и большое зелье лечения. Вся оставшаяся еда. Теперь переодеть все артефакты на жырность и в который раз за последние сутки воткнуть в живот лезвие.

Остался вопрос инструмента. Копьем неудобно, владение мечом недостаточно для планируемой процедуры. А похуй! Вот большой легендарный кинжал, мощи хватит, а тянуть дальше нельзя.

Я выпил зелье нейтрализации, убедился, что зараза вновь ушла к месту раны и, приложив лезвие на сантиметр выше, изо всех сил надавил. Из-за бесстрашия от кровожадности мне не было страшно, а вот испытываемую в момент ампутации руки боль передать трудно. Я заорал и орал до тех пор, пока отрезанная конечность не отлетела в угол, а следом за ней опустошенная бутылка из-под большого зелья лечения.

Слава богу, не было передоза. Боль ослабла, а рана быстро затягивалась, но вид обрубка в свете колеблющегося огонька свечи внушал ужас.

На улице раздались голоса. Высшие силы сегодня решили меня проверить на прочность по полной. Я вдохнул, выдохнул и смирился. Сдохну и сдохну, но забрать педиков в могилу нужно как можно больше.

Я закрыл глаза и активировал «Ухан».

— Шарик говорит, сюда зашёл, — различил я взволнованный шепот.

Шарик, блин! Или хозяин юморист, или сквозь годы несет глубокую травму детства.

— Ден, может ну его на хер?

— Я чувствую яд! — голос говорящего очень походил на голос «майора», не брат ли? — Серёга зацепил его!

— Ну давай тогда подождем для верного.

— Хайло закрой и пиздуй в подъезд.

Даже отсюда я почувствовал магическое влияние голоса Дена. Очередной сраный гипнотизер! Такими темпами скоро на земле только они и останутся. Ну что ж, помирать — так с музыкой. Надо устроить гостям теплую встречу.

Я попробовал встать и тут же со вскриком упал — привычку упираться на обе руки придется забыть, пока не отрастет левая. Или пока не найду того кто со мной поделится лишней. Ладно, ещё раз.

Так, у нас, походу, двушка. Может, в окно выпрыгнуть? Не. Без нормальных артефактов и руки опасно, можно ещё и ноги сломать. К тому же с Шариком лучше разбираться тут. В том, что они вычислят квартиру, сомнений не было.

Как там в реалРПГ про зомби пишут? Надо завалить дверь, чтобы при открытии осталась щель. Куда она открывалась? Вроде внутрь.

Мощи много, но рука одна и времени мало. Первым делом я опрокинул поперек двери стоящий рядом шкаф. Потом приволок из комнат две тумбы, кресло и разрубленный мечом диван. Показалось недостаточно и, оторвав дверцы, я притолкал большой холодильник.

Нормально.

За дверью послышался шум. Я сполз по косяку, закрыл глаза и снова активировал «Ухан».

…- что видишь?

— Сидит на полу напротив двери, нет левой руки. Рядом свеча горит.

— Жив?

— Да, температура тела чуть выше нормы.

Что ж здесь за место такое, что тут все с какими-то сверхспособностями? Чистый уральский воздух? Хорошо хоть этот живой рентген, похоже, только температуру считывает и мой завал у двери не видит.

— Может, все-таки обождем?

— Чего ждать!? — раздался знакомый голос. — Он руку себе отхерачил, значит, от яда не сдохнет. А вот оклематься может. Витя, сюда, влетаешь следом за Шариком. Блондин, баффы. Макс, по моей команде выбивай дверь.

Хорошо, что не поленился и притащил холодильник. Вряд ли у Макса хватит сил выбить замок у металлической двери, засов и одновременно сдвинуть все то, что здесь навалено.

Нож вошёл в живот и уступил место копью. Пальцы сжались на древке, а мышцы приготовились к прыжку. Я не шевелился, чтобы рентген не понял, что их ждут.

— Давай!

От грохота заложило уши. Концентрированный удар заклинания пришелся в район замка. Дверь прогнулась и уперлась в груду насыпанного хлама, подвинув его сантиметров на тридцать.

— Шарик, стой! — заорал Волкодав, но было поздно, ощерившаяся собака влетела в появившуюся щель.

Я уже на ногах. «Призыв»! В коридор за дверью. Жаль у меня не тигр. Вряд ли лось, даже если не застрял в текстурах, сделает что-то реально полезное, но хотя бы отвлечет.

Собака, по инерции залетевшая в комнату, уже развернулась и бросилась на меня. Вернее, на выставленное копье. Ее призрачная структура исчезла. На долю секунду мне даже стало ее немного жаль, а потом я скинул мертвое тело и облизал стекающую кровь.

— Шарик!!!

— Сдох твой Шарик, сука! — заорал я. — Ты и дружки твои ебаные на очереди!

— Макс, дверь!

От следующего мощного удара груда хлама сдвинулась ещё на тридцать сантиметров. Я приготовился встретить врага в проёме. Но он применил «рывок» и сразу оказался в комнате.

Я пнул ногой свечу и отступил на кухню. «Ускорение» бесполезно, так как оно увеличивает уже имеющуюся скорость, а тут не разбежишься. Захлопнул дверь и понял, что в западне. У них человек с рентгеном, и они заранее будут знать, где их ждут. Оставалось только прыгать в окно.

Они не дали мне времени. Раздался грохот, и слетевшая с петель дверь сбила меня с ног.

Вскакиваю, но выпущенный в упор дождь стрел разрывает мне бедра и колени. Волкодав оказался лучником. Ору и падаю на пол. Перед глазами все плывет, а в ушах бьют барабаны, от боли я нахожусь на краю сознания и не могу шевелиться. В поле зрения возникают две пары ног.

— Эта сука убил моего брата, — голос Волкодава проникает будто сквозь слой воды. — Иди посмотри, куда он дел рюкзаки ребят.

Из последних сил я тяну руку к выпавшему копью. Не достаю — лезвие широкого мифического меча прибивает ладонь к полу. Одно хорошо — он вряд ли будет меня отпаивать зельями, а с такими травмами и кровопотерей долго мне не протянуть.

Наверное, на несколько секунд я потерял сознание. Когда очнулся увидел, что вторая пара ног исчезла.

— Да что вы там тупите, мудаки!? — заорал Волкодав.

Ботинки повернули в сторону коридора, сделали шаг и замерли.

— Ты ещё кто?…

Ответа не было, но рядом со мной вдруг упала отрубленная голова, а следом и тело. Лицо Волкодава выражало крайнее удивление. Ну что ж, можно умирать спокойно — мое дело кто-то закончил, и группой опасных отморозков на земле стало меньше. Жаль, добыча достанется кому-то другому.

Навалилась долгожданная темнота.

Сквозь щель в плотных шторах в комнату пробивались солнечные лучи. Большие антикварные часы с кукушкой и гирями показывали час.

Где я? И реально ли происходящее? Может, это сон или предсмертная галлюцинация.

Комната метров двадцать, древний шкаф «Хельга», в углу трельяж, такой же был у моей бабушки. Иконка Троицы. А вон ещё одна. Да они тут повсюду! Самая большая на пузатом телевизоре, стоящем в углу на тумбе. Хозяин сильно верующий человек. Хотя судя по длинной юбке, висящей на спинке старого стула, я в гостях у дамы.

Во мне шевельнулось недоброе предчувствие. Оно усилилось, когда я попытался встать и понял, что крепко привязан к кровати.

— Наконец-то вы проснулись! — раздался за изголовьем высокий женский голос, а потом появилась и его обладательница.

Зрелище, признаться, было необычным. Худощавая девушка лет двадцати пяти, лицо простое, косметики нет, волосы русые. Но удивило меня другое — голубая в белый горошек юбка в пол, закрытая блузка в полоску и платок, повязанный на голову, светились бирюзовым. Ну и два соответствующих меча за спиной и ножа на поясе.

— Здравствуйте, — прохрипел я.

— Вот, выпейте! Это поможет!

Она села рядом и поднесла к моим губам белую чашку с изображением какого-то собора. Первые глотки дались тяжело, а потом как по маслу.

— Меня Саша зовут. Можно ещё?

— Очень приятно! Меня Софья. Можно, но сначала еда.

Она подтащила столик, и я только сейчас понял, что все это время в комнате витал запах пирожков, выпечки и ещё много чего.

Меню/эффекты показывало, что напиток прибавил мне пятерку жырности и увеличил скорость регенерации на пятьдесят процентов на полчаса. Минимум легендарный статус еды. Изготовление напитков и шмоток такого уровня требует большого опыта и навыков. Судя по всему, она убила четырех оставшихся членов банды. Тогда почему я связан? Предосторожность? Надеюсь… Но сомневаюсь.

Тем временем хозяйка выкладывала на блюдце разную выпечку и без перебоя болтала.

— Я следила за вами с момента, как вы попали в ловушку, и молилась. Потом эта битва, сначала на улице, потом в магазине. Бог услышал меня и помог! Когда «майор» ударил вас этим страшным мечом, я испугалась. Схватила пару рюкзаков и пошла за вами. Но окончательно поняла, что вы не просто так появились в этом переулке, когда вы зашли в дом, где я живу. Я скрыла свои следы от собаки и затаилась… Я боялась только Дружка… Он меня знал и был единственным, кто мог меня видеть, а вы его убили… Жалко, что он попал в плохие руки, хороший был пёс…

Она замолчала. За это время в меня влезли три пирога: с луком, яблоками и картошкой. Овощная запеканка, кусок сладкого торта. Все вкусно, жаль без мяса.

Количество эффектов существенно возросло. Регенерация работала суммарно на сто двадцать процентов, а жырность увеличилась на четырнадцать пунктов. С такой диетой тело быстро восстановится, да и рука за пару недель отрастет.

— Вы сталкивались с ними раньше? — осторожно спросил я.

— Много раз. Бог сделал так, что я выжила, попав в их ловушку, и с тех пор слежу за ними и стараюсь забирать вещи до того, как они попадают в их грязные лапы…

(Сбор лута с погибших вместо того, чтобы предупредить их о западне. На бога надейся, а сам не плошай?)

… — Вчера вы убили почти всех. После того, как я вылечила самые страшные раны, я оставила вас тут и пришла к ним на базу, с божьей помощью убила остальных и забрала нужные вещи…

Может и мне поверить? Если судить по этой девушке, бог есть.

— Софья, может вы развяжете меня? Все тело затекло…

— Чуть позже, — улыбнулась она, вытирая мне салфеткой рот. — Вживление ещё не полностью произошло.

По спине прошел неприятный холодок, да что там говорить, даже яйца сжались от очень нехорошего предчувствия.

— Вживление?

— Ну да. Символа Господа нашего! — ее серые глаза загорелись фанатичным блеском. — Вас прислал сюда Спаситель, чтобы я наложила его знак на Вас, и мы встали плечом к плечу в борьбе с тьмой.

Интересно, почему раз он прислал, сам не наложил?

— А что даёт вживление символа Господа нашего? — я боялся неправильно сформулировать вопрос, но и молчать не мог, все мое существо вопило, что сейчас со мной делают что-то очень хреновое.

— Повышение всех характеристик и эффектов на пять процентов. Щит, отражающий одну любую физическую атаку. И самое главное — возможность служить пророку!

— Ты пророк Господа нашего? — я врубил всю свою отрицательную бесячесть, чтобы сыграть радость наиболее правдоподобно.

Она широко улыбнулась, а на ее глазах выступили слезы.

— Да, брат мой! — она наклонилась и поцеловала в щеку.

— Расскажи подробнее о службе, сестра! Это особенность, которую даровал тебе Спаситель? Что она дает?

Только бы не переборщить! Не переиграть! Куда там. Слезы ручьем текли по счастливому лицу, когда она зачитывала текст особенности. А я улыбался, хотя все тело покрывал холодный пот.

— Пророк: вы наделяетесь способностью вживлять в тело избранного «божественный символ»…

…объект приобретает статус «последователя». При угрозе жизни «пророка», «последователь» получает не блокируемую артефактами, способностями и особенностями команду защищать его. «Пророк» в любой момент (в том числе дистанционно) может изъять «божественный символ» из тела «последователя».

Изъятие «божественного символа» любым способом приводит к смерти носителя.

Улыбка застыла на моем лице, но у собеседницы с эмпатией было слабовато, и она посчитала ее искренней.

Что сказанное означает при переводе на нормальный язык?

Девушка вживила мне некий знак, через изъятия которого в любой момент может убить. Плюс к этому, в случае угрозы ее жизни, я буду вынужден ее защищать, и, похоже, не смогу поступить иначе. То есть если совсем по-простому — я в рабстве. И она может приказать мне сделать все, что угодно, а если не подчиняюсь, изымет знак.

В прошлом ситуация повергла бы меня минимум в уныние, максимум в панику или депрессию. Но не сейчас. С учетом сверхагрессивной среды, в незнакомом городе, хоть какой-то союзник мне необходим, по крайней мере пока я не отращу или не отберу у кого-то лишнюю руку.

— Спасибо Господу нашему, — прохрипел я и, сделав вид, что потерял сознание, открыл меню гильдии.

Фундаментальная гильдия «Защитники» уровень 5

Опыт: 1042200 / 15 000 000.

Количество членов 1100/1300.

«Общее хранилище» 1 уровень (+).

«Ремонт» 1 уровень (+).

«Обмен» 1 уровень (+).

«Вассальный пик» 1 уровень (+).

«Защитник» 1 уровень (+).

Свободных очков развития: 4.

Наконец-то! Хоть какие-то хорошие новости. Новый скилл радовал глаз — не зря копили очки.

«Защитник» — позволяет вызывать стража для помощи в бою. На первом уровне скилла его уровень десятый. Дальность призыва от пика пятьсот метров. «Защитник» подчиняется Гильдмастеру и бригадирам. Не задумываясь, я вкинул очко и мысленно запрыгал от радости. На втором уровне страж потолстел до двадцатого левела и расстояние призыва увеличилось до тысячи метров.

Сразу все всадить или подождать подтверждения с базы? Компромисс — подниму до третьего, а дальше послушаю, что скажут ребята, когда с ними установится связь.

Настроение улучшилось. Теперь можно помочь новой «подруге», подкачаться и начинать искать выход из сложившейся ситуации.

— У тебя неплохой набор артефактов, — произнесла Софья, протягивая мне мой же рюкзак. — Я добавила несколько боевых для первой задачи, и ещё пару на бесячесть для второй.

— Может, сначала пик пройти всё-таки? — сделал я последнюю попытку продавить свои интересы.

— В лагере информация распространяется очень быстро, пока нельзя чтобы нас видели там вместе. Сначала Слава, потом торговля и пик.

Для такой невинной внешности и вероисповедания Софья была очень целеустремленной. Едва вживление «божественного символа» закончилось, а тело, кроме руки восстановилось, она пришла ко мне, отвязала и обозначила планы на сегодня. По понятным причинам, отказать ей я не мог.

Нам предстояло: разобраться с небольшой шайкой по соседству (уничтожив одну группу бандитов, Софья почувствовала азарт и решила расширить зону своего контроля); пойти в лагерь на севере, пройти лёгкое испытание и там же выменять лишние артефакты.

Ни один из пунктов не подразумевал, что мы с ней разделимся, следовательно, вероятность, что она умрет, а я выживу, равнялась нулю. Ну да ладно. Первая задача — втереться в доверие этой фанатичке, а дальше придумаю что-нибудь…

— Я готов.

— Отлично, тут недалеко.

Бандиты (а мне приятнее было думать, что это именно они, а не группа мирных атеистов) устроились хорошо. Здание магазина вроде того, что мы обнесли в первый день прихода системы. Окон мало и они забиты. Вокруг входа баррикады радиусом метров десять и три ленивых охранника.

Может, они, конечно, и не ленивые, но видя приближающегося инвалида в синем шмотье, не соизволили даже поднять свои жопы, хоть маг для вида и скастанул «обнаружение». Естественно, Софья не была дурой и держалась вне его радиуса действия, а, может, еще одна ее особенность — «избегание пророка» могла скрыть ее не только от моего взора, но и от заклинания. Надо бы уточнить.

— Что надо? — ковыряя ногти огромным легендарным ножом, надменно спросил самый здоровый из охранников.

— Да вот ищу группу, кому пригодятся услуги гадателя.

— Любишь гадить? — заржал первый.

Только под дверь таких мудаков, как ты.

— По картам Таро могу предсказать будущее, что удачно скажется на планируемых операциях нанимателя.

— Давай мне погадай, — продолжал скалиться здоровяк, — желательно, бабу получше.

— Я не колдую баб, я предсказываю. Но по тебе и без карт вижу, что с таким маленьким хером тебе стоит продолжить самоудовлетворение…

— Что ты сказал, блядь!?…

— Вован, успокойся! — с места поднялся невысокий коротко стриженый брюнет, тот самый маг, что колдовал при моем приближении «обнаружение». — Какова точность предсказания, условия срабатывания?

— Точность сто процентов. Условия — тишина. Мне нужно будет сосредоточиться… Откат двенадцать часов.

— Да гонит он, — Вован возвышался над плечом друга. — Мог бы предсказывать, руки бы не лишился.

— На меня не работает, — глядя в глаза главному, продолжал врать я. — Пять книг навыков за одно предсказание.

— Жопа не треснет!?

— Жди тут. Вован, сядь!

Брюнет, не ожидая возражений, исчез за дверями магазина.

Ну что ж первый этап плана выполнен. К сожалению, самый простой. По данным Софии банда насчитывала не меньше тридцати человек. Пусть даже часть из них в рейдах, как завалить остальных? Правда, сформулированная цель была только захватить помощника главы, Славу, чем-то очень обидевшего Софью, но, как пить дать, за него впишутся остальные.

Вован сел, но все время, что мы ждали, не переставая рассказывал третьему охраннику Толяну, как много всяких аферистов и мудил ходят сейчас по земле.

— Иди за мной, — в дверях снова появился брюнет.

— Сам мудак, — не удержавшись, прошептал я, проходя мимо Вована.

— Да я тебя! — вскочил с места громила.

Неплохо вышло. Делая вид, что испугался его нападения, я прыгнул к дверному проёму и сбил с ног брюнета. По идее, возникшей паузы и суматохи должно хватить Софье, чтобы проникнуть внутрь. Я в свою очередь сразу отполз, освобождая проход.

— Вован! Гадатель! Чтоб вас! В стороны!

— Я Саша, — буркнул я, прижимаясь к двери.

— Внутрь! За мной!

Брюнет не был расположен к долгой беседе, и я, решив больше не задирать Вована, последовал за ним.

И внутри у них неплохо. Полки пустые, холодильники вывезены и вымыты. Запахов разложения и гниения нет. В главном зале, видимо, казарма для рядовых бойцов. Двенадцать человек, шмот легендарный. Они проявляли мало интереса к нам и занимались релаксом. В основном, карты и сон.

У лестницы в подвал нас встретили ещё два охранника.

— Рюкзак сдать, шмотки снять, — лениво проговорил один из них.

— Чтобы сработала особенность, мне нужны большие статы.

Я протянул рюкзак высокому мужику. Понятно, что там нет ничего интересного — мои лучшие артефакты остались или в квартире Софьи, или в схроне неподалеку, но все равно было жалко.

— Ни хера толкового, Влад, — констатировал, проверив вещи охранник, — а на нем самом только синее говно.

Мне вернули рюкзак.

— Идем, — брюнет Влад кивнул на ступеньки и пропустил меня вперёд.

Он вдруг вспомнил-таки о своих обязанностях и вновь сколдовал «обнаружение». Внутренне сжавшись и приготовившись к бою, я досчитал до трёх, но тревоги не было. Софья или уже проскочила, или держалась позади.

Ненавижу, когда кто-то идёт по лестнице за мной. Особенно если не уверен в его благих намерениях.

Бетонный коридор и подсобки по обе стороны. Все заперты на большие амбарные замки. Даже с третьим уровнем я увидел много магических ловушек, но наверняка их ещё больше.

Незапертой оказалась просторная комната в конце коридора, освещенная несколькими факелами. Трое мужчин расположились за большим столом, а трое охранников стояли за спиной главаря. Слава — моя цель, сидел по его левую руку и легко узнавался по длинным обесцвеченным волосам и татухе змеи (надеюсь, не только из-за нее «пророк» затаила на него обиду), спускающейся от уха за воротник мифического доспеха.

Ни бухла на столах, ни чего-либо другого, что давало надежду на лёгкое исполнение миссии, в помещении не было. С Владом, решившим остаться из любопытства, мне противостояло семь человек.

— Почему обладатель такой крутой способности, — не представившись, начал главарь (со слов Софьи его зовут Хмурым). — Ходит в лажовом шмоте и ещё без руки?

— С заказчиками не везло, — пожал я плечами. — Не все могут оценить перспективы долгосрочного сотрудничества, многим лишь бы сейчас урвать побольше.

— А ты, я так понял, не из ссыкунов…

— Я свое отбоялся.

— Выкладывай подробности.

Несмотря на два свободных стула, сесть мне так и не предложили, как, впрочем, и приведшему меня Владу.

Я выдал заранее придуманную ложь. Устанавливаю связь. Смотрю карты. Вижу на период ближайших двух дней моменты, где жизнь объекта будет подвергаться риску. Пока рассказывал, сам захотел эту вымышленную способность и пожалел, что она не работает на себя.

— То есть ты должен остаться один на один с человеком?

— Не обязательно, — подкорректировал я вводные, чтобы снизить градус недоверия. — На расстоянии трёх метров могут быть люди, если не много и не будут шуметь.

— Вроде не гонит, — кивнул Слава.

Хм, очередной умеющий распознать ложь. Только вот хрен ты угадал.

Меня защищал вживленный символ. Согласно описанию, «последователь», то есть я, настолько верил в пророка, что все сказанное им передавал, как истину в последней инстанции. Следовательно, большинство детекторов лжи, коих в «мире испытаний» развелось, как говна за баней, в свою очередь, верили ему. Возможно, тут помог бы чтец мыслей, но такого у Хмурого не было. Еще с утра Софья сама не знала об этом бонусе, так как я был первым ее последователем, и мы изменили изначальный план — ворваться и всех перебить, на более тонкий.

— Допустим, — не меняя каменного выражения лица, буркнул Хмурый. — Надо полагать, раз ты припёрся, двенадцать часов с последнего использования прошло?

— Да.

— Это место тебя устроит?

— Вполне.

— Что ещё от нас нужно?

— Только объект для предсказания. Статов мне хватит от моих вещей.

Бандиты переглянулись. Наступил момент истины. Понятно, что сам Хмурый не идиот и один на один с неизвестным не останется. И вот от того, кого он выберет вместо себя, зависело многое. Если Славу — отлично. Если кого-то другого, то придется применять гораздо более опасный план Б.

— Ну что, Серый, пойдешь? — обратился Хмурый к третьему мужику, сидящему за столом.

Кто ты, Софья?

Похоже, мимо. Внутренне я напрягся и приготовился к бою, который вот-вот должна была начать Софья.

— Хмурый, — сморщился Серый. — Скажешь, пойду, но ты же знаешь, у меня как-то с детства не срастается с гадалками и цыганами разными. Можно сказать, я их, блядь, ненавижу. Вон Слава считает, что этот хмырь не врет, пусть он и идёт.

За «хмыря» ответишь. Каждая секунда нахождения в этом обществе будила моего внутреннего гопника. Теперь и без всяких заданий Софьи я хотел наказать этих языкастых ребят. Очень сомнительно, что их группа является волонтёрами в гуманитарных миссиях помощи пострадавшим от системы жителям Екатеринбурга.

Хотя тут ещё может влиять тот факт, что у меня бесячесть прокачана хуже остальных статов. Среди своих это не мешало, а вот на чужой территории ощущается.

— Да легко, — повернулся ко мне Слава. — Чё, цыган, готов?

— Я не цыган…

— Хайло закрой! — прорычал Хмурый, и взгляд его сверкающих из-под кустистых бровей глаз сфокусировался на моей переносице. — Условия такие. Ты гадаешь Славе и говоришь что-то, что можно проверить в кратчайшие сроки. Скорость в твоих же интересах, цыган, так как пока сведения не подтвердятся, ты будешь сидеть в клетке под надёжной охраной…

К такому меня жизнь не готовила, хотя… что в последние дни шло по плану?

…- Если сбудется, будешь получать по пять книг за каждое предсказание, плюс хавку и дружбу крутых ребят. А не сбудется, тебе хана. Все ясно?

— Да.

— Влад, Димон, останетесь, прикроете Славу. Остальные, пойдем пожрем пока.

Желательно подальше отсюда. Что, конечно же, вряд ли с моим счастьем. Бандиты хоть и не показывают, наверняка заинтересовались, и захотят побыстрее узнать, как прошел процесс гадания.

Глядя в спины идущих по коридору мужиков, я очередной раз за последнее время удивился и порадовался, как же всё-таки «Защитники» за счёт коллективной работы, количества, да что-там говорить, изрядной доли везения, сильно обошли остальных. Мы, пусть и случайно, уже неделю как открыли «обнаружение без колдунства». А ведь большинство о нем не знает ничего, да и, может, узнает не скоро. Это такая штука, которой втихую будешь пользоваться сам, а не станешь трепать всем подряд.

Мы остались вчетвером. Вернее, если считать Софью, по идее, впятером. Не дожидаясь приглашения, я сел и материализовал из рюкзака колоду карт Таро.

— Как ты мешать будешь? — с неприятной ухмылкой кивнул на обрубок моей руки Слава.

— Так мешать должен тот, кому предсказываю, — ответил я, — чтобы дать правильный прогноз, карты должны его почувствовать.

— Ну ладно, — пожал плечами бандит и взял колоду в руки. — Как-то по-особому? Или может приговаривать заклинание какое магическое?

Давай-давай, юмори. Недолго осталось.

— Нет, медленно тасуй карты и думай о планах на ближайшие дни.

На лице Славы мелькнула подозрительность, возможно, он предположил, что я подосланный телепат, но потом вспомнил, что сидеть мне в клетке после предсказания, и расслабился. Его физиономия приобрела отрешённое выражение.

Для правдоподобности выждав две минуты, я сказал:

— Стоп. Я чувствую, что связь установилась! Положи колоду передо мной.

Начиналось самое интересное.

Медленно, совершая идиотские пасы ладонью над картами, я по одной брал их и клал рубашкой вверх в пять разных кучек. Мог бы и в одну, конечно, но так это может напомнить ему какой-нибудь символ (пентаграмму, например), что придаст происходящему мистицизма.

Рукой я водил, чтобы выиграть время на изучение каждой карты, ведь метка, отличающая нужную, была совсем неприметной.

Колода уменьшалась, представление затянулось, и Слава начинал нервничать. Сука, неужели нижняя будет? Или я пропустил?

А вот она! Третья с конца.

Моя ладонь замерла.

— Подтяни эту карту к себе! — максимально зловещим голосом произнес я. — Не поднимай! Посмотри так, чтобы кроме тебя никто картинку не увидел!

По крайней мере я, зная какой она произведет эффект, точно не хочу.

Слава, подтянув карту, приподнял ее уголок и наклонился, чтобы аккуратно заглянуть.

— Стой! — поднял я голос и заметил, что вздрогнули все трое. — Не так. Ты должен увидеть всю карту.

Слава пробормотал что-то неразборчивое, но, очевидно, нецензурное. Затем поднял карту и поднес её прямо к своему лицу — идеально!

Глаза бандита моментально остекленели, а в комнате раздался звонкий голос Софьи.

— Убей Влада!

Не знаю, к кому конкретно она обращалась, но мы со Славой вскочили и бросились к магу одновременно. Он сидел ближе, да и с двумя руками сподручнее.

Влад с пронзенным кинжалом горлом упал на секунду позже, чем Димон, зарезанный Софьей.

«Око света» — та карта, что подчинила Славу пророку, в отличии от «божественного символа», не давала никаких дополнительных способностей, да и действовала всего час, но функцию свою выполняла хорошо, теперь у Софьи временно два раба.

— Отсюда есть выход, кроме как через верхний зал? — спросила Софья.

Вопрос мне очень не понравился. Когда перед я миссией поинтересовался, как мы будем уходить, девушка меня проигнорировала, и я был в полной уверенности, что все продумано. До этой секунды.

— Нет.

Замечательно.

— Включаем «групповую диверсию». Александр, переодевайся.

На столе возник комплект легендарных артефактов на скрытность и боевые характеристики. Также тут были «ожерелье двойника» и «кольцо видящего». Как ни странно, Софья обладала положительной нормальностью и не могла ими воспользоваться.

В обновках я почувствовал себя намного лучше, и тут девушка ещё раз удивила меня — в ее руке возникло мифическое копьё. Она протягивала его мне.

«Слуга света»: моща +3, прыгливость +3. Если владелец копья находится в десяти метрах от пророка, оно дополнительно получает способность «руки грешника». При активации все слуги сатаны в радиусе 10 метров получают дебафф (-50) мощи на 10 секунд. Можно использовать раз в 120 минут.

Надо полагать, «слуги сатаны» — это все, кроме нас троих?

А так-то отличная штука, цены бы ей не было без привязки к пророку. Когда я найду способ от нее свалить, станет эквивалентно любому уникальному копью.

— Положи способность в меню быстрого доступа в первую ячейку, — роясь в рюкзаках мертвецов, напутствовал меня девушка. — Без моей просьбы не активируй.

Все это время Слава стоял, как истукан, и смотрел в одну точку на противоположной стене.

— Пошли! — скомандовала девушка, и мы вышли в коридор.

Наверное, план был как-то выйти в скрытности, ну или, по крайней мере, приблизиться к выходу. Не судьба.

Едва нога Софьи коснулась первой ступеньки лестницы, как сверху раздались голоса — Хмурый с компанией возвращались в подвал.

Пророк пророком, но у меня был самый большой опыт схваток, и я, резко дёрнув девушку за плечо, оттащил ее назад и указал место, где она должна стоять. Слава же полностью игнорировал мои жесты и продолжал пялиться вперёд.

Первым шел Серый, за ним второй телохранитель, потом Хмурый и ещё кто-то, не успевший ступить на лестницу.

— Бей их! — скомандовала Софья.

Спасибо, не заорала, но все равно поторопилась — Хмурый ещё не поравнялся со мной, и пришлось первым бить телохранителя. Когда я выдергивал копьё из мертвого тела, главарь исчез.

Мимо меня, едва не сбив с ног, пролетел Слава, он пока никого не убил и был для своих бывших друзей все ещё невидим. Увидел его лишь второй, когда его друг, схватившись за горло, упал, и даже успел крикнуть.

— Все сю… — перед смертью.

— Слава, убивай всех! Саша, за ним!

Я взлетел по ступенькам следом за временным союзником.

Небольшую фору нам дало то, что спешащие к лестнице бандиты, увидев Славу, подумали, что он свой и, даже когда он принялся их убивать, не сразу сообразили, в чем дело.

«Таран!»… Мне бы сейчас очень пригодился. А так, всего лишь «рывок».

Я оказался рядом с замершим от удивления коротышом и вогнал ему копьё в грудь. Справа увидел движение и успел уклониться от удара ножом. Не доводилось мне ещё участвовать в таких плотных схватках без неуязвимости, противников минимум двенадцать и все уже близко. Одной рукой в толпе набить «садиста» нереально, остаётся единственный выход.

Уходя от удара мечом и, получив при этом удар дубиной по бедру, отраженный «божественным символом», я вызвал меню.

— Копье! — закричала сзади Софья.

Интересно, она поймет, что через долю секунды я и без команды активировал бы «руки грешника»?

Эффект способности впечатлял, на пол со звоном попадало все оружие бандитов. Ещё бы, как ты удержишь его с отрицательной мощей?

— Добиваем!

Ясен хер! Если сейчас просто убежать, через десять секунд они придут в себя и устроят погоню. Резали бандитов мы вдвоем с Софьей. Слава лежал на полу и держался за пробитый в двух местах живот.

Первые два моих противника быстро упали, а остальные разбежались — мощи-то они лишились, а прыгливости и правильномыслия нет. Дальше происходящее напоминало игру в догонялки на выживание.

К исходу десятой секунды в живых осталось ещё семь человек и почти тут же шесть. Высокий громила радостно, как ребенок, вскрикнул, когда почувствовал силу в руках, и через мгновение захрипел, получив удар в копьём в спину.

Догонялки сменились другой игрой — теперь задачей пятерых выживших (Софья тоже не дремала) противников стало суметь схватить с пола оружие, при этом не попав под мое копьё или меч пророка.

— Вы мне не нужны! — вдруг громко заявила, Софья. — Я пришла за грешником. Отойдите, и мы уйдем.

В обычное время я не поддержал бы ее затею. Отпускать свидетелей глупо, возможно, даже среди убитых есть их друзья или родственники. Но сейчас обрадовался. Во-первых, драться одной рукой удовольствие сомнительное, а во-вторых, своей речью она дала понять, кто тут главный, и теперь сумевший свалить Хмурый будет искать ее, а не меня. Вот бы только нам ещё разделиться как-нибудь.

Бандиты переглянулись и осторожно, но достаточно быстро, отошли в другой конец торгового зала.

— Бери его! — приказала Софья, махнув рукой в сторону Славы.

А ведь ей явно в прошлой жизни не хватало власти. Скорее всего, была зачуханной серой религиозной мышкой. Зато сейчас в ее голосе отчётливо слышалось наслаждение. Со второго раза, активно помогая себе культей, я взвалил застонавшего «грешника» на плечо и первым вышел за дверь.

Шли мы минут двадцать. Навстречу несколько раз попадались группы людей, но вид нашей странной компании их не привлек. Путь закончился в небольшом парке. У низкого холмика, засыпанного цветами, из которого торчал неподписанный крест.

Могилка совсем свежая и не очень большая — метра полтора.

— Клади его тут. Осторожно!

В последний момент я подхватил соскользнувшее с плеча тело, не дав ему с размаху шмякнуться о землю. Благодаря зелью лечения, влитому в горло Славе по дороге, он был ещё жив, и даже в сознании.

— Отойди.

Я подчинился, и, чтобы не нервировать Софью, отошёл достаточно далеко, благо большая зыркливость и «Ухан» позволяли ничего не пропустить.

Девушка рывком поставила пленника на колени лицом к могиле.

— Знаешь, кто тут лежит? — спросила она.

— Нет, — ровным голосом ответил Слава.

Софья замерла. Ей, наконец, пришла в голову мысль, что возмездие над потерявшим разум обидчиком не даст ей того, чего она хочет. Две минуты ей хватило, чтобы надёжно связать пленника, после чего она воздела над ним руки и скастовала освобождающее заклинание.

Слава покачнулся, застонал, а потом принялся ерзать и крутить головой.

— Помнишь меня? — спросила Софья.

— Нет! Нет! — запричитал парень. — Мы не встречались! Ты обозналась!

— А вот так?

Девушка разом сняла верхнюю броню, оставшись в простом длинном бирюзовом платье, затем рывком сорвала резинку и русые волосы упали на плечи.

— Ещё у меня тогда кровь из носа текла, но, может, и так вспомнишь?

Слава попытался вскочить и убежать, но веревки держали надёжно, и он растянулся на земле. Похоже, вспомнил.

Софья не торопилась, явно наслаждаясь моментом. Она медленно подняла пленника и посадила на прежнее место.

— А кто там лежит, догадываешься?

Слава догадывался, но сказать ничего не мог, его трясло, а лицо перекосило от страха.

— Это сестрёнка моя была, — начала, видно, давно заготовленную для этой секунды речь Софья. — Ей только двенадцать исполнилось. А помнишь, о чем она тебя просила?

— Пощади! — Слава бросился лицом в ноги Софье. — Я не хотел! Я…

Девушка коротко размахнулась и ударила парня кулаком в лицо… А нет, судя по количеству крови, не просто кулаком. Кастет, может быть?

Парень корчился на земле. Софья села рядом с ним и достала нож.

— А просила она отпустить ее к маме…

Блеснуло лезвие, а я отвернулся. Мне хватало «Ухана» и воображения, чтобы хорошо представить происходящее.

Если у зелий лечения не было бы штрафа, экзекуция могла продолжаться часами, а так Славу хватило на двадцать минут.

— Пойдем.

Трава и цветы на могиле были залиты кровью. В этой ситуации я полностью поддерживал Софью и понимал, если когда-нибудь убийца матери окажется в моих руках, он так легко, как Слава, не отделается.

Мы заскочили в заранее подготовленный тайник, взяли вещи и направились в северную часть города. Время шло к вечеру, со слов Софьи, идеально для торговли. Народ возвращается с промысла (интересно какого) и собирается у пика.

Днем город выглядел вполне мирно. Правда спутница объяснила, что по некой договоренности это касается всего лишь двух путей, с запада на восток и с севера на юг. На другие дороги даже днём соваться можно только в хорошем обвесе и большой компанией.

— Слушай, а где иноземцы? — спросил я девушку, указывая на поле с невысокими домиками, затесавшимися между многоэтажек. — Уже не первый раз вижу их землю.

— Всех, кто не успел убежать, убили.

По ровному тону ее голоса я так и не понял ее отношение к случившемуся.

— Я слышал, за городом их выжило больше.

— Так и есть, здесь было больше людей, снаружи больше орков и гномов. Причем со всех сторон.

— А какая сейчас ситуация в городе?

— Темные времена, но, возможно, все скоро изменится.

Явно не настроенная на разговор спутница замолчала и опустила голову. И что значит «скоро изменится»? Сама что ли изменит? Может. Лет за сто, когда наберёт хотя бы пару десятков тысяч чуваков с отрицательной нормальностью для порабощения.

Ладно. Что мы суммарно имеем из рассказов Софьи и гипнотизерши, встреченной вчера?

Южный пик держит гильдия «Центр» (почему не «Юг»?). В городе ещё две крупные группы: «Хьюманс» — преимущественно молодые боевики, и «Ебург» — по первому впечатлению напоминающие «Защитников».

Также тут пара десятков сообществ от пятисот до двух тысяч человек. Ну и очень много мелких. Главный рынок у северного пика. Тут данные моих информаторов расходились, и я больше верил Софье, спокойно идущей рядом. По ее словам, если и случались налеты под неуязвимостью из пика, то в самом начале, сейчас это торговый хаб.

Мелкие группы постоянно живут в радиусе пяти километров от него, а у крупных там представительства. Естественно никакой охраны и полиции нет, но люди сами сумели более-менее установить контроль над территорией, и если кто-то беспределит, объединяются и наказывают.

В общем все, как и должно быть. Ну кроме того, что город окружают орки, сомнительной дружелюбности гномы и ещё черти кто.

Людей становилось все больше. Повсюду на асфальте и земле горели костры, а в окнах торчащих многоэтажек мелькали силуэты. Вскоре появились и первые «частные» лоточники — одиночки где-то что-то подрезавшие, а за ними уже крупные магазины кланов.

Люди орали, зазывали, ругались и просто болтали. К своему удивлению я увидел даже нескольких пьяниц, спящих у бетонных стен домов и заборов. Прямо как раньше! Софья, игнорируя зазывал, уверенно шла в глубину базара. «К своему скупщику» — немногословно ответила она на соответствующий вопрос.

Вообще после казни Славы девушка изменилась. Будто тот буксир, что тащил ее, внезапно утонул, или у него порвался трос. Я не знал, как к этому относиться: с одной стороны, чем меньше фанатично-маниакальных идей, тем лучше, с другой, вера-то никуда не делась, и я по-прежнему ее раб.

Когда мы проходили мимо пятиэтажного дома, Софья неожиданно повернула и зашла в один из подъездов без дверей, а дальше в одну из квартир на втором этаже.

— О! Софушка! Давно тебя не видела, девочка моя!

Выскочившая нам на встречу женщина по-матерински обняла пророка и прижала ее к себе. Лет пятидесяти, бодипозитивная, одетая в длинное свободное платье. Шапка вьющихся светлых волос и ярко красные губы. Где-то я таких видел… Много раз.

— Этот молодой человек с тобой? Очень приятно, Александр. А я Ольга Федоровна. Чай будете?

Пока дошло до дела прошло минут пять. Я с чашкой горячего чая сел в уголке, а Софья вывалила перед «тетушкой» содержимое двух редких (чтобы не привлекать внимания) рюкзаков, принесенных нами с собой.

— Ой, золотце, где ты все это находишь-то? — залепетала Ольга Федоровна, перебирая товар. — Ой смотри, и оранжевенькие есть, и бирюзовенькие…

Что-то в резко изменившемся тоне покупателя заставило меня насторожиться. Что-то очень сильно сочетающееся с ее внешностью… Если бы это была не проверенная тетушка, я подумал бы, что Софью хотят обмануть.

— Ох, красивое какое. Правильномыслие прибавляет… Да за это и книжки не жалко!

Ну да, за мифическое колечко-то, конечно, не жалко. Интересно, оно только правильномыслие прибавляет?

— А вот ожерелье красивое… Жаль статов не даёт, только сопротивление какое-то, да кому ж оно нужно-то сейчас? Сейчас всем прыгливость да жырность подавай… Но красивое жуть… Эх, для себя возьму! Тоже книжки не пожалею!

Э нет, теть, стопэ. Мифическое колье за книгу? Надо глянуть, на что тут в Ебурге такие цены, а то скоро на столб пойду, и у меня самого будет несколько лишних книг для торговли.

— Софья! А можно кое-что глянуть? Тоже хотел одну-две вещички сменить! — широко улыбаясь, проворковал я, вставая со стула.

— Конечно! — улыбнулась Софья.

— Да ради бога, милок, — изогнула губы Ольга Федоровна, но вот только глаза ее смотрели как-то странно, да и встала она так, что мне в узкой комнате, где мы находились, стало очень неудобно ее обходить. Но я справился, хоть и пришлось чуток продавить ее массивные бедра.

Так-с, колье она в руках держит, да и колечко к себе подтащила, осмотрим другое пока.

По очереди с потенциальной покупательницей мы брали вещи со стола. Она восхищалась и предлагала за лучшие по книге, а за средние по книге за две штуки. Я же просто осматривал и вздыхал, мол, хорошая вещь, но слишком дорого, да и не по билду. Минут через десять я сумел-таки убедить Ольгу Федоровну, что я тупой идиот, красующийся перед девушкой и первый раз берущий в руки что-то, кроме члена, и она позволила мне посмотреть на то самое колье.

Ну да. Херня-хернёй. «Всего лишь» дает пятнадцать процентов сопротивления любой магии, в том числе ментальному воздействию.

За одну книгу.

Ах ты ж, старая блядь!

— Действительно ерунда! — заявил я, страшным усилием воли заставляя себя вернуть колье. — Ни одной характеристики не прибавляет.

— Вот я и говорю! — широко улыбнулась жирная мразь. — Красивое просто, для себя беру.

Следующие пять минут стали страшным испытанием. Мне хотелось дёрнуть Софью за плечо, заорать на нее и объяснить, что ее тут каждый раз кидают. Но при этом я отлично понимал, раз она сюда ходит, значит между ними есть связь, и одно мое слово ее не перевесит. Надо ждать подходящего момента. Главное, чтобы колье не успело уйти, да и ещё с десяток артефактов очень сильно пригодились бы «Защитникам».

Наконец, покупательница разделила вещи по кучкам.

— Вот за эти десять дам десять книг. Вот за эти шестнадцать дам восемь. Ну и за остальные четырнадцать — пять. И то ради любви к твоей покойной матушке, Софушка… Так-то они вообще ничего не стоят.

— Софья! — громко сказал я, увидев, что девушка готовится принять предложение. — Символ срочно просит меня поговорить с тобой насчёт того дела, что произошло час назад!

Брови пророка удивлённо поползли вверх, но я уже выходил на лестничную клетку, постоянно повторяя «срочно», «срочно». Софья вышла следом. Я спустился на пролет, прижимая палец к губам, и зовя ее за собой.

— Софья! Ты знаешь, что символ веры внутри меня! — быстро зашептал я. — И поверь, единственное, что я хочу прямо сейчас, чтобы ты получила хорошую цену за свои вещи.

— Ольга Федоровна всегда давала хорошую цену!

— Ольга Федоровна может ошибаться…

— Она подруга моей матери, и если она получит чуть больше, ничего страшного!

— Ольга Федоровна может сильно ошибаться… на порядки!

— Ну и что, мне хватит…

Да чтоб тебя, упрямая, фанатичная ты, овца! Ладно, вариантов нет — план б. Заодно проверю, насколько далеко я с этим сраным знаком могу зайти.

— Тебе хватит! А богу хватит? — повысил я шепот. — Ты пророк его! Твоя цель нагиба… Прославлять имя его! Действовать именем его! Показывать силу его! Получая за топовый артефакт одну книгу, ты не сможешь этого сделать!

— Ольга Федоровна даёт хорошую цену! — сжала губы Софья, но я почувствовал ее колебания.

— Девочка! Судьба не зря нас свела! Нет — ОН свёл нас! Я первый твой последователь! Как апостол Андрей, брат Петра, был первым у Христа! Кому, как не мне, ты должна верить? Я чувствую… Возможно, знак помогает мне, но я чувствую… Есть цена в десять… нет! В тридцать раз больше за некоторые из твоих вещей! Я не предлагаю обманывать Ольгу Федоровну, скажи ей, что вернёшься через два часа… А пока походим по рынку, и, быть может, божественный символ укажет нам путь…

На последних словах я выдохнул и по-братски обнял ее…

Ну если это не сработает, ночью вылезу в окно, вернусь сюда, прирежу барыгу и отберу артефакты.

Сработало. Несмотря на то, что Ольга Федоровна заискивала, уговаривала, а под конец даже сагрилась, мы с Софьей собрали артефакты и вышли из дома.

— Пошли в центр, — предложил я, видя, что девушка ждёт дальнейших действия от меня. — И давай теперь я буду торговаться.

Сначала я примерно объяснил, что из нашего набора наиболее ценное, а потом мы принялись заходить во все приличные лавки подряд. Первые же из них убедили Софью в моей правоте. Я не показывал самые раритеты, но даже за пяток шмоток среднего пула давали в семь-восемь раз больше, чем предлагала Ольга Федоровна.

— Неужели она меня обманывала? — пробормотала девушка, когда мы вышли из очередной квартиры, оборудованной под магазин.

— Давай выводы сделаем позже, а пока пристроим наши вещи… — я положил руку на плечо девушки…

И тут же рухнул посреди мостовой, пронзенный острой болью… Не острой… Непередаваемой… Весь мир вокруг стал болью, сгущаясь, перемешиваясь и образуя слова:

«Не наши, а мои вещи! И не трогай меня больше! Тело пророка для Господа нашего!»

Меня подняли заботливые руки, боль медленно уходила. Похоже прошло всего лишь несколько секунд, но мне они показались очень долгими.

— Пойдем, вон следующий магазин, — как ни в чем ни бывало улыбнулась Софья.

Тебе пизда, мелкая сука… Не знаю как, но тебе пизда!

Орки идут!

Софья быстро схватывала правила торговли. Кое-что мы продали в небольшие магазины, а самые раритеты решили предложить местным топам.

— Софья, — начал я, помня о недавней боли, тщательно подбирая слова. — Ты уже получила книг больше, чем тебе дала бы Ольга Федоровна за все. Можно просьбу?

— Слушаю.

— Вон то колье, что статов не даёт, оно мне очень пригодилось бы в будущем, можешь для меня его придержать, я, как накоплю, выкуплю…

— Посмотрим, Александр, — ответила девушка, — давай цену узнаем сначала.

Мы подошли к цокольному этажу новостройки. Огромная вывеска сообщала, что тут находится представительство клана «Хьюманс». На входе стояли два то ли панка, то ли рэпера (их даже в последнее досистемное время трудно стало отличать, а сейчас и подавно). Лет по двадцать.

— Здорова, чего хотели?

— Здравствуйте! Вещи продать.

Охранники с сомнением оглядели нас (перед приходом сюда, чтобы не привлекать излишнего внимания, мы сняли самые крутые шмотки), но все же пропустили.

А вот это уже интересно!

Вдоль стен тянулись длинные стеллажи с товаром. Повсюду висели указатели: «комната 1 — моща», «комната 2 — прыгливость»… «комната 9 — сопротивление ментальному воздействию» и тому подобные. Столько отдельных помещений не было, но большие залы пластиковыми перегородками более-менее четко разделили. Комната артефактов на ментальный контроль, ясен хрен, отсутствовала — такая корова нужна самому. Да и с защитой от него не густо — всего пара вещей за баснословную цену.

— Здравствуйте, меня зовут Евгений, чем я могу вам помочь?

Высокий худой блондин широко улыбался. Где-то я его видел… Наверное в каждой рекламе. Прям захотелось сказать: «я просто посмотреть зашёл».

— Хотели поменять артефакты на книги навыков.

— Мы покупаем только действительно хорошие вещи.

Евгений смерил нас ещё более сомневающимся взглядом, чем пацаны на входе. Вспомнились откровения какого-то продавана: если клиент пришел в коричневых ботинках, он говно. У нас вроде не коричневые.

Софья выложила на прилавок пять мифических артефактов, в том числе то самое ожерелье. Продавца выбрали хорошо, возможно, он обладал соответствующими особенностями. Он не ругал товар и показал видом, что он интересен… Но не слишком.

— За все сто книг.

Софья открыла было рот, но потом осеклась и посмотрела на меня.

И что мне делать? Будь мы у нас на базе, я только за ожерелье пятьдесят книг отдал бы. Ментального контроля становилось все больше, да и защита от магии много кому пригодилась бы. Но сейчас скажу я, что оно дороже, и потом придется у Софьи же выкупать. Хрен с ним — жадность фраера погубит, пока мы в одной лодке.

— За все, кроме «колье душнилы» восемьдесят. Про него отдельный разговор, — выдавил я.

— Вы предложили пять вещей, — изменившимся голосом сказал покупатель. — Мы берём или все или ничего.

«Тогда ничего» — хотел сказать я, но не стал.

— Тогда ничего, — тихо произнесла Софья и собрала артефакты в рюкзак.

— Сто двадцать за все! — предложил Евгений.

Я бы купил за сто пятьдесят. Хм, а когда так выросли в цене артефакты? Ведь ещё несколько дней назад навыки ценились значительно выше. Видно, основной пул бойцов вкачал большинство открытых навыков, и теперь бонусы от шмотья ценнее. Правда, о многих скилах не так просто узнать, например, об «обнаружении без колдунства», и в будущем вероятна ситуация, когда разом откроются новые, и тогда курс может качнуться в другую сторону.

— Сто пятьдесят! — увидев, что мы выходим за дверь, предпринял последнюю попытку несостоявшийся покупатель.

Софья не остановилась.

— Сто пятьдесят книг за пять вещей, — задумчиво произнесла она, когда мы отошли от новостройки. — Мне стоит сказать тебе спасибо за то, что не дал этой… женщине обмануть меня… Извини, но колье я не отдам, знак защитит тебя от влияния. Отдам его кому-то, кто будет служить мне по собственной воле.

Ну хоть так, главное, не продавай пока. Потом я сниму его с твоего мертвого тела.

В представительстве «Ебурга» мы продали оставшиеся двадцать артефактов за сто сорок книг. Я ожидаемо не получил ни одной.

Закапал дождь. Мы набросили дождевики и отошли к стене очередного дома. Я жевал приготовленные Софьей легендарные пирожки с мясом, а она надолго зависла, закрыв глаза. Качала навыки. Меня глодала зависть, ведь я тоже приложил руку к получению некоторых из проданных артефактов. Именно я уничтожил самую сильную половину группы Волкодава, и часть из двухсот книг по справедливости моя.

Как бы мне избавиться от неуравновешенной «хозяйки» и продолжить путь на базу? Спровоцировать кого-то убить ее или сделать это сам я не могу из-за знака. Так же как и заставить ее вынуть его в момент, когда буду в неуязвимости. По большому счету, моя единственная надежда, что ее убьют, когда меня не будет рядом. Но само собой это не произойдет, как-то нужно это организовать, только вот как?

Дождь усиливался. Людей вокруг становилось все меньше, они или попрятались по подъездам близлежащих домов, или ушли в сияющий в двухстах метрах от нас пик.

— Я готова, — произнесла, наконец, Софья. — Сейчас, две минутки, съем что-нибудь и пойдем вон к тому бывшему магазину. Там люди находят себе группу на пик.

Но идти не пришлось. Едва девушка достала термос и пирожное, как к нам подошли пара молодых людей лет двадцати пяти.

— Привет, я Антон, — представился русый крепкого вида парень. — А это Маша. Мы ищем партнёров на лёгкое испытание. Вы не проходили ещё?

— Софья, — улыбнулась моя спутница. — Без проблем!

Хорошо жить в мире, где все определяется провидением господним, не сложно по крайней мере. А мне что? Мне по хер с кем идти — свои книжки получу. Да и нормальный вариант — артефакты у обоих, в основном, фиолетовые с вкраплением оранжевых. У среднего роста брюнетки за спиной хороший лук. Да и по первому впечатлению не дебилы, что для лёгкого испытания самое главное. Хотя тут я мог и ошибаться.

— Я Саша, правильномыслие есть?

— Четырнадцать! — гордо сказала Маша.

Антон скромно промолчал. В целом, сбалансированная будет группа.

Софья запила обед, закрыла термос, и мы пошли к пику испытаний.

Полосу препятствий прошли достаточно быстро, с ней первым справился Антон. Забираясь по верёвке, я раз за разом смотрел на обрубок руки и мысленно подгонял его рост (пока визуально за почти сутки длина увеличилась сантиметра на три).

Второе испытание анонсировалось как интеллектуально-физическое, но по факту стало тестом нашей (отсутствующей) командной работы.

Четыре стула рядом друг с другом, а в десяти метрах впереди на торчащем из пола столбе — кнопка. Кто первый жмёт, отвечает. Раньше времени встать со стула мешали автоматические ремни. Сложность заключалась в том, что успеть нажать и ответить надо за пять секунд.

Первые две попытки мы с треском провалили, так как вскакивали одновременно, сталкивались, мешали друг другу и не укладывались в отведенное время.

— Что ты-то вскочила, овца? — заорал я на Машу. — Знаешь, что такое допуск?

— А чё не знать-то? — огрызнулась она, вставая после нашего столкновения. — Допуск на стоянку, военный допуск…

— А слова «в материаловедении» тебя не смутили?

— Не лезь к ней! — вступился за девушку Антон, тоже, к слову, вскочивший.

Хрен с вами! Четыре книги на навыки и две на статы получу, даже если по полной облажаемся.

— Короче: не уверены — не дергайтесь.

Мы уселись и ремни снова зафиксировали нас на стульях.

— Как называется человек, игнорирующий нормы сосуществования людей в обществе?

Я вскочил, краем глаза с удовлетворением заметив, что остальные остались на своих местах.

— Социопат! — нажимая кнопку, заорал я.

На секундомере застыли цифры 1.15. С широкой улыбкой я обернулся и увидел прямо перед собой Антона.

— Привет от Хмурого! — сказал он, всаживая клинок мне в сердце.

По крайней мере, таков был его план, и не будь у меня «божественного символа», он бы сработал, а так отраженное щитом лезвие лишь распороло куртку. У меня не дошли руки прокачать рукопашный бой, но благодаря большой моще даже неподготовленный и неточный ответный удар в корпус свалил наёмного убийцу с ног.

— Саша!

Поднимаю голову и вижу прижатую к полу Софью и занесённый над ней кинжал в руке Маши. Сила, которой я не могу сопротивляться, срывает меня с места. Антон забыт — сейчас моя главная задача спасти пророка! Любой ценой!

Маша успевает нанести удар. Софья с трудом отводит руку противницы, и лезвие вонзается ей в плечо. Крик боли раздается одновременно с тем, как наконечник «Слуги света» пробивает горло Маши.

Пророк ранен! Копьё летит в сторону, я на коленях и в моей руке зелье лечения.

— Сзади! — стонет Софья.

В последнюю секунду успеваю по направлению ее взгляда и услышанным благодаря «ухану» шагам понять, откуда исходит угроза, и отклониться. Меч со свистом рассекает воздух, куртку и плечо.

Оборачиваюсь и достаю запасное копьё, оно материализуется уже в теле Антона, разрывая его легкие, и еще раз — теперь пробито горло.

Снова бутылка с зельем в руках, но Софья уже пьет из другой. Рана на ее плече затягивается, а с меня спадает наваждение.

Что это сейчас было?

Меня передёрнуло от ужаса. И не осознание очередной раз прошедшей совсем рядом смерти напугало, а испытанное чувство слепого подчинения. На несколько десятков секунд я полностью перестал быть собой, стал лишенной мыслей и воли куклой, выполняющей одну задачу — защитить пророка.

Непередаваемо отвратительное ощущение.

Дрожащей рукой я поднял бутылку и проливая зелье сделал несколько глотков, потом сменил потрепанную, окровавленную куртку.

— Почему они напали на нас? — спросила Софья, переходя с зелий лечения на восстановительную еду.

— Хмурый обиделся, — ответил я, роясь по рюкзакам наемников. — И он или кто-то от него стопудово будут ждать своих людей неподалеку от столба.

Ничего толкового у убитых не нашлось, только то, что было на них. Это наводило на неприятную мысль, что они члены какой-то шайки. Вряд ли бы Хмурый отправил своих, слишком большой риск спалиться, так что союзники или наемники. Если так, то у нас новые неизвестные враги.

Кое-как мы умудрились завершить испытание и даже ответили на последний вопрос с четвертой попытки.

Ваша награда: 20000 опыта. 3 книги характеристик и 5 книг навыков.

Поздравляем с получением 25-го уровня. Повреждения восстановлены на 10 %".

На вас наложен эффект неуязвимости на 2 минуты.

Вы получаете бонус к скорости перемещения 30 % на 10 минут.

Наконец-то левелап! До следующего сто тридцать тысяч. Будет спокойная минутка — не забыть раскидать статы и навыки.

Когда мы появились у пика с двумя трупами под ногами, люди быстро расступились. С учётом характерных ран реакция вполне ожидаемая — никто же не знает, что произошло. Хорошо, что мы не стали их раздевать (лишь заменили четыре артефакта на их более простые аналоги).

Возможно, появись тут вместо девушки и калеки два здоровых мужика, произошло бы подробное разбирательство, а так мы отделались косыми взглядами и неразборчивым бормотанием в спины.

— Как думаешь, был в толпе кто-то от Хмурого? — спросила Софья, когда мы отошли на приличное расстояние от столба.

— Да легко, — пожал плечами я. — Пялились на нас все, так что перехватить подозрительный взгляд, сорян, не вышло.

Пока мы проходили пик, дождь перестал, и выглянувшее предзакатное солнце оранжевыми лучами освещало город.

— Какие у нас планы?

— Нужно дать объявление.

— Объявление? — удивился я.

— Да. Тут есть что-то вроде досистемного авито, целый подъезд под это оборудован, — принялась объяснять девушка. — Объявления расклеены в коридорах. Каждый этаж на свою тему. Есть торговля, набор в группы и гильдии, поиск специалистов или людей с определёнными навыками и параметрами…

— Ты хочешь найти людей с отрицательной нормальностью? — догадался я.

— Да.

— А как поиск происходит? Ведь ты же не можешь свой адрес написать, это опасно.

— Тут не совсем обычная доска объявлений, — сказала Софья со странным выражением лица. — Ее организовал человек с очень необычной магической особенностью.

Мне показалось, или слово «необычной» она произнесла почти как «дьявольский».

Ладно, пока идем, прокачаюсь. С такой плотностью событий держать запас опрометчиво.

Опа! При открытии меню/навыки поверх списка выскочило красное системное сообщение:

Поздравляем с достижением 25 уровня! Теперь вы можете преодолевать максимальный порог развития навыков. Каждый следующий пункт прокачки его значительно усиливает. За каждый уровень теперь дается три очка навыков.

Это что значит-то? А ясно! Нехило!

У взятого для примера скилла «скрытность» появился рядом плюсик, при выборе которого выскакивала надпись: «Для повышения скрытности до 8 необходимо 10 очков навыков». Что-то мне подсказывало, что для увеличения его до девяти будет намного больше. Вопрос в том, что значит «его значительно усиливает». В любом случае очень круто, и очень жаль, что у меня сейчас нет доступа к большому количеству книг.

Ладно, подумаю об этом позже, пока вернусь к насущным проблемам. Итак — у меня три очка с книг, использованных перед пленом, пять за испытание и три за уровень. Одиннадцать. Не разбежишься, очередной раз кольнула зависть к жадной Софье. Грустную улыбку вызвала двойка в навыке «развитие второй руки».

Очень хочется вкачать «нечувствительность к боли» до пятерки, как раз хватит, или попробовать пробить порог, например, у «скрытности», но это блажь. В свете последних событий выбор очевиден.

Устойчивость к ядам 5/5

Осталось два очка навыков.

С характеристиками сложнее. Вне лагеря сильно не хватает бесячести, вернее ее слишком много. Также нужно придумать способ избавиться от Софьи, а для этого нужно правильномыслие. Ну и жырность для увеличения скорости отрастания руки. А очков всего пятьдесят пять (пятнадцать оставалось с прошлого раза, двадцать пять за уровень и всего пятнадцать только что с пика).

Ну что ж.

Жырность — 24 — для увеличения требуется 13 свободных очков.

Осталось 7 свободных очков характеристик.

Мда. Ну хоть что-то.

Тем временем мы подошли к нужному дому.

Особенность у хозяина доски объявлений действительно оказалось стоящей и самой необычной из тех, что я встречал — он умел сводить людей.

Подробное описание работы особенности большими буквами было написано на стене у входа в подъезд, оно было долгим и очень трудно понимаемым. Ниже находился более лаконичный перевод на нормальный язык.

Вы пишете на бумажке (картонке, дощечке и т. д., бланк можно получить у меня) параметры или описание того, что хотите продать/купить или найти. Вешаете его на стену на соответствующем теме этаже. Когда находится потенциальный клиент, он приносит бумагу мне. Я проверяю его на соответствие требованиям. Если все Ок, то я устраиваю вам трехминутный сеанс телепатической связи. Оплата с клиента, цена договорная.

— Я правильно понимаю, — ошарашенно зашептал я. — Он, мало того, умеет связывать людей, коснувшихся одного предмета, так ещё эмоции или мысли читает, иначе как он установил бы соответствие.

— Наверное, — недовольно произнесла Софья. — Я первый раз тут, но точно знаю — это работает.

Несмотря на пришедшую в мир систему и появившуюся вместе с ней магию, девушка ещё не изжила предрассудки. Свои особенности она считает даром божьим, а чужие дьявольской силой.

Хозяин рекламной площадки — полноватый мужик лет пятидесяти, встретил нас в квартире, переоборудованной под офис. Или склад. От первого — стол и кресло, от второго — залежи бумаги и ручек (хороший бизнес, нетребовательный к ресурсам).

— Бланк нужен или есть свой?

Сразу видно, человек деловой и экономный.

— Ваш.

Ну и Софья экономная.

«Ищу человека с отрицательной нормальностью. Если откликнитесь, получите то, о чем даже мечтать не могли»!

Рабство, если быть точнее. Но, нужно признать, объявление составлено хорошо, интригует, и ни слова лжи.

— На каком этаже повесить? — Софья повернулась к хозяину.

— Дай-ка, милая, я сначала текст прочту, — он взглянул на нас поверх очков. — А то, бывает, такого понапишут, что только как туалетную бумагу потом использовать можно.

Девушку передёрнуло от слова «милая», но она все же протянула листок магическому предпринимателю.

— Та-а-к, — поднял брови он. — Какой неожиданный запрос… А можно полюбопытствовать, милая, а что же такого от вас получит человек с отрицательной нормальностью?

— Это мы с ним лично обсудим, — зло бросила Софья.

Мужчина снял и положил очки на стол (интересно на кой они ему?), затем долго и пристально смотрел на Софью.

— Вдруг у меня у самого отрицательная нормальность, и я хочу получить то, о чем не мог и мечтать. Как-то никогда не жаловался на фантазию… Вот интересно и стало.

Софья замерла, вперив цепкий взгляд в собеседника. Зная, что от нее можно ожидать чего угодно, и что добровольно никто в ее армию рабов вступать не станет, я на всякий случай приготовился к драке. Жаль мужика — зря он спалился. Вроде нормальный, пригодился бы «Защитникам».

Процесс вживления «божественного символа» небыстрый, и чтобы его без помех провести, нужно доставить объект в спокойное место. Для этого Софье надо бы наврать что-нибудь красивое, и не в коем случае не говорить о…

— Вы получите покровительство бога!

Ну никто и не сомневался.

— Это Ваше что ли? — не удержался от улыбки хозяин.

— Нет, конечно! Нашего триединого бога!

— Я мусульманин.

Вот это поворот! Троллит он ее что ли? Вроде не сильно похож. Может татарин? В отличие от мужика, я понимал всю серьезность и опасность ситуации, но все равно мне было очень интересно, что предпримет Софья. Не может же она тут его вырубить?

За дверью раздались шаги, и в квартиру зашли двое парней.

— У вас тут артефакты продать можно?

— Как насчёт встретиться после вашей работы и обсудить, — выдавив из себя улыбку, спросила Софья.

Мужик призадумался, но любопытство победило.

— В десять вечера, в шашлычной «у Руслана», — проговорил он, водружая на нос очки. — Да, ребята, берите бланк…

Мы вышли из подъезда. Выражение лица спутницы мне очень не нравилось, именно с таким она ударила меня магией в прошлый раз.

— Где кафе «у Руслана»? — резко спросила Софья.

— Не знаю, — выбрал я самую мягкую формулировку из тех, что пролетели в моей голове.

— Так узнай! Иди спроси кого-нибудь!

Надо было умудриться попасть в такую жопу! Что мне не сиделось вчера в лагере? Вчера! Ещё двое суток не прошло, как я пошел на охоту, а ощущение, будто месяц. Придется идти. И торопиться возвращаться не буду — может ее успеет кто-нибудь прирезать за это время.

«У Руслана» мне показали быстро, а вот потом началась нездоровая фигня. Сначала далёкие крики не привлекли моего внимания, к ним я привык. Но они стали раздаваться все чаще и все ближе. Люди замирали и прислушивались. Благодаря «ухану» я различил слова первым.

— Орки идут!

Самое время рвануть куда подальше и молиться, чтобы Софья погибла в намечающейся зарубе. Я сорвался с места и через минуту стоял рядом с пророком.

Твою мать! Так должно быть чувствуют себя роботы, скованные законами Айзека Азимова: не причинять вред человеку, не бездействовать, когда человеку угрожает опасность. Своя жизнь на последнем месте.

— Валим! Орки идут!

— Внутрь! Нам нужен тот мужик.

— Там атака орков на город, какой на…

Меня не сбило с ног, как в прошлый раз, но тряхнуло так, что в глазах стало двоиться.

— Внутрь! Быстро!

Не вписавшись в проем, я сильно ударился обрубком руки о косяк.

Из офиса рекламщика выбегали уже знакомые парни, я отошел, чтобы пропустить их, но у Софьи были свои планы. Поравнявшись с одним, она вонзила кинжал ему в шею. Второй выхватил меч, и, будто наблюдая за собой со стороны, я увидел, как копьё в моей руке пронзает его спину.

— Зачем!? — заорал я, когда снова смог контролировать себя. — Они же уходили!

Софья не ответила мне — она уже влетала в квартиру. Отрицательная нормальность, отличные особенности, но всего этого мало в бою один на один. У нас с лежащим без сознания на полу хозяином было много общего.

— Хватай его! — приказала Софья. Очки, слетевшие с головы мужчины, хрустнули под ее подошвой, когда она направилась к выходу.

Снаружи никому до нас не было никакого дела — все убегали. Вернее, несколько групп хорошо одетых бойцов призывали организовать оборону, но не очень успешно.

— Да их там тысячи! — заорал в лицо рекрутеру мужик, когда тот схватил его за куртку.

— Десять тысяч! — закричала бегущая рядом с ним женщина.

Вряд ли испуганный человек издалека сумеет отличить пять тысяч от десяти, но слова женщины заставили меня ускориться. Софья бежала метрах в двадцати впереди и даже не оглядывалась.

Движемся, очевидно, к ее дому, вот только надёжным ли укрытием при массовой атаке на город он является? Все зависит от реального количества врагов и их конечной цели — просто прокачаться, пограбить и свалить, или осесть здесь. В последнем случае они рано или поздно найдут всех.

Мы бежали в толпе, и приходилось постоянно уворачиваться от лезущих под ноги людей. До поры удавалось…

Меня резко толкнули в плечо, пытаясь удержать равновесие, я взмахнул обрубком и рухнул на асфальт. Сука! Не хватало ещё угробить мужика, он плотно приложился головой. Вроде жив. Он тут неплохо зарабатывал, должно быть хорошо прокачался. Быстро схватив ношу, я продолжил бег.

Толпа постепенно редела. Люди разбегались по небольшим улочкам и домам. Вскоре впереди появилась спина Софьи.

Нам оставалось не больше двух километров, когда навстречу выбежала группа испуганных людей.

— Назад! — заорал один из них, пробегая мимо. — Гномы нападают!

— Откуда? — крикнул я ему вслед.

— С Востока! — донёсся едва слышный ответ.

"Центр"

Улица вновь заполнилась людьми, только теперь они двигались в обратном направлении. Хоть я и пытался бежать с краю, меня сбили ещё дважды. Софья давно пропала из вида, но у ее дома мы в любом случае встретимся. Если, конечно, туда раньше не прибегут гномы. Никаких сомнений в том, что атака на город спланирована и согласована, нет. Не будь я в рабстве, давно бы бежал на юго-восток…

Уже близко. Тут свернуть в переулок, потом налево и ещё три дома. Когда я подбегал к подъезду, сверху раздался звон разбитого стекла, и тут же на землю шлепнулся мифический рюкзак.

— Сортируй! — послышался голос Софьи! — Оставляй только самое нужное!

Следом упало ещё два рюкзака, я оттащил их в сторону и принялся быстро перебирать содержимое. С собой без влияния на скорость и маневренность мы сможем взять только два, край три. Хорошо, что часть вещей продали сегодня.

Софья оказалась запасливой. Сумки, мешки и рюкзаки продолжали сыпаться сверху. И все ничего, если бы «ухан» не доносил до меня топот стремительно приближающейся армии врагов.

— Они совсем рядом! — крикнул я. — Выходи!

Я не успел перебрать даже половину, но все равно получилось три мифических рюкзака полностью забитых неплохими шмотками и полезной расходкой. Пользуясь случаем, подрезал кое-чего и для себя.

Ботинки топтуна: прыгливость +4, скорость передвижения +5 %. Встроенная способность «растопчу» — активируется в полете. Носитель падает на землю, вызывая взрывную волну. Ее сила зависит от прыгливости и высоты падения (чем выше, тем больше). Внимание! Рекомендуется применять при наличии неуязвимости или параметре прыгливость 100+.

Софья выскочила из подъезда одновременно с появлением первого чернобородого гнома.

Он что-то заорал. И тут же упал схватившись за грудь. Ну а что? Передо мной валялась целая куча не поместившихся в рюкзаки запасных копий. А с двадцати метров я и без «мощного швырка» иногда попадаю.

Пока Софья проверяла вещи, я кинул ещё шесть копий, четыре точно.

— Все! — я выхватил рюкзак из рук девушки. — Или мы уходим прямо сейчас, или нам хана!

Софья кинула на меня взбешённый взгляд, но спорить не стала. Накинув на каждое плечо по рюкзаку, она рванула в южном направлении.

На параллельно идущей улице бои заканчивались, и все больше гномов выскакивали на нашу. Отбиваться я не мог, оставалось, напрягая всю прыгливость, нестись вперёд. В этот раз девушка не убежала. Наоборот, она чуть приотстала и прикрывала сзади. Белые молнии, нонстопом вырывающиеся из ее ладоней, отличались от магии воздуха, виденной мной раньше. Правда, похоже, они не убивали врагов, а лишь парализовывали на время, зато потребляли мало маны (или вообще не потребляли).

В двадцати метрах впереди появился крупный отряд гномов, и нам пришлось резко свернуть в проулок. По счастью, у противника явно был план, скорее всего подразумевающий постепенное подавление очагов сопротивления, и они не стали нас преследовать.

Пробежав с километр в сторону центра, мы вновь повернули на юг.

Весть об атаке с двух (минимум) направлений распространилась по всему городу. Поток людей, желающих его покинуть, становился все плотнее. Толпой овладела паника. Кроме неразборчивых криков, визгов и отчётливой ругани, трудно было что-то разобрать. Происходящее напомнило мне день первого испытания, и я содрогнулся, вспомнив сколько тогда погибло людей.

Трижды мы пробегали мимо групп серьезно экипированных воинов, пытающихся организовать централизованное сопротивление. Но насколько я успел заметить, хорошо если один из двух десятков беженцев присоединялся к ним. Возможно дела у «Центра» лучше. Если там кто-то вроде «Защитников», просто так они свой пик не отдадут.

Основные бои остались позади, и мы замедлились.

— Надо было этим гадам напасть именно оттуда и тогда, когда я была далеко от дома, — раздосадовано проговорила, поравнявшись со мной, Софья. Рюкзаки по очереди соскальзывали с ее плеч, и ей постоянно приходилось поправлять их.

Уже разобравшись в неуравновешенной натуре спутницы, я удержался от комментариев и лишь утвердительно промычал. В этот момент вздрогнул и очнулся мой «груз».

— Туда! — указала на ближайший распахнутый подъезд Софья.

Сырая темнота скрыла нас от лишних глаз.

— Что происходит!? — закричал мужчина, едва я усадил его на холодные ступени.

Он быстро приходил в себя и, судя по осмысленному взгляду, помнил все произошедшее.

— На город одновременно напали орки и гномы, — вкрадчивым голосом произнесла Софья. — Бог привел меня к тебе в самый последний момент. Это предназначение — ты нужен ему!

— Ты ударила меня молнией!

— Я исполняю волю Бога!

— Ты сумасшедшая!

Зря он так. Но то что между ними теперь точно не будет и намека на дружбу мне на руку. После того, как так и не назвавший себя мужчина опять потерял сознание, я поднял его на плечо, и мы вернулись на дорогу.

За двадцать минут, что потребовались нам, чтобы добраться до блокпоста «Центра», заметно стемнело.

— Проход закрыт. Обход там! — кричал в рупор стоящий на постаменте боец. Все его артефакты были бирюзовыми. — Исключение только для воинов с хорошими особенностями.

Метрах в трёхстах за спиной оратора высилась пятиметровая стена, огораживающая, возможно, единственное безопасное место в городе. Софья остановилась чуть в стороне от текущего людского потока и задумчиво осматривала владения «Центра».

— Александр, нам вообще стоит пробовать туда проникнуть? — спросила она.

— Вдвоем можно, с ним рискованно, — я кивнул на лежащее на плече тело. — Когда он очнётся и начнет возмущаться, к нам могут возникнуть неудобные вопросы.

— Часов через шесть эта проблема решится, — медленно проговорила Софья. — Но ты прав, лучше уйти из города. Не думаю, что они выстоят.

Интересно, как ты это вычислила, не зная ничего о расстановке сил.

Мы вернулись в людской поток и прошли мимо пропускного пункта.

— Эй ты! Безрукий! — раздался вдруг женский голос. — Иди сюда!

Других безруких поблизости я не видел и обернулся. Действительно, коренастая девушка в красных цветах «Центра» указывала рукой на меня и что-то быстро говорила своим друзьям.

Обращеньице так себе, равно как и тон, но выеживаться смысла пока не было.

—… не может такого быть, — расслышал я слова крепкого мужика с белой повязкой на красном рукаве, надо полагать, командира группы.

— Ну спроси сам! Он у меня фиолетовым по контуру сияет, — со смесью удивления и неприязни огрызнулась девушка.

Ага, похоже она умеет различать уровни или силу существ. Надеюсь, остальные особенности у нее не такие мерзкие, какие были у Максимки.

— Какой уровень? — без предисловий спросил мужик с повязкой, когда я подошёл.

— Двадцать пятый.

— А статы?

— В среднем двадцатка без шмотья и эффектов.

Глядя на их ошарашенные лица, я чувствовал, как растет мое ЧСВ. Только вот теперь придется объяснять, откуда такой взялся, а то ещё неровен час подумают, что прокачался в инвизе на мирных жителях. Одного из которых сейчас несу на плече.

— Какие особенности? — спросила первая отошедшая от удивления девушка.

— А вам зачем?

Мне определенно не нравился ее голос и выражение лица. Совсем бесячесть не качает.

— Ищем сильных бойцов для защиты города, — значительно мягче ответил повязочник.

Ну не города — его вы уже просрали, а пика своего, ну да ладно.

— В данный момент я не совсем в форме, — я поднял обрубок руки.

— Этот вопрос можно решить, — пожал плечами собеседник. — Если мы поймём, что ты можешь нам помочь.

Решить? А ну да, мы же проделывали подобное с Кдууком. Надо просто найти нескольких сильных магов и человека с лишней рукой. Желательно мужика моей комплекции.

Допустим, мы договоримся. Все равно остаётся открытым вопрос, достаточно ли сил у «Центра» отбить потенциальную совместную атаку гномов и орков. Ведь если они не такие крутые, какими хотят показаться, зайдя за эти стены мы попадём в ловушку.

— Сколько у вас сейчас воинов? — опередила меня испытывающая аналогичные сомнения Софья.

— Военная тайна, — усмехнулся вербовщик. — Но скажу, если бы у нас был недобор, мы бы не фильтровали тут бойцов, а брали всех подряд.

— Она с тобой? — вновь влезла в беседу коренастая девушка.

— Это, скорее, я с ней. Телохранитель. Ладно, слушайте.

Всё-таки находиться среди организованных людей мне нравится больше, чем в толпе беженцев. Может, артефакты выдадут нормальные, от Софьи хрен дождешься.

«Садист» и «серийный убийца» произвел не меньший фурор, чем величина моего уровня.

— Даша, веди его к Семенычу! — взволнованным голосом приказал повязочник. — Срочно!

Пик испытаний стоял во дворе между двумя девятиэтажными домами. Один из них встроили в стену. Так же, как ещё два с другой стороны. Из-за этого линия обороны приняла замысловатую форму, и ее с очень большой натяжкой можно было принять за круг диаметром метров восемьсот. Часть стены, не представляющая из себя дома, была кирпичной.

— А через окна насквозь не пролезут? — спросил я бодро шагающую чуть впереди Дашу.

— Все заминировано под крышу! — не оборачиваясь буркнула девушка. — Пусть попробуют!

Штаб «Центра» представлял из себя бывший детский сад. Софью внутрь не пустили, чему я был несказанно рад.

Мы поднялись на второй этаж и вошли в просторную комнату. Ещё совсем недавно тут играли крохи, а сейчас в свете двух тусклых ламп над картой города, разложенной на огромном столе, стояло пять человек. Они обсуждали план обороны.

— Почему посторонний в штабе? — спросил высокий блондин лет тридцати, заметивший нас первым.

Остальные тут же замолчали.

— Василий приказал срочно привести к Виталию Семеновичу! — не стушевалась Даша. — Объект имеет особенности неуязвимости и гипноза. А ещё он двадцать пятого уровня со всеми статами около двадцати.

Шесть пар глаз уставились на меня, больше всего внимания досталось обрубку руки.

— Мне приятнее, когда меня зовут Александр, а не объект, — вставил я.

— А я Виталий Семёнович, глава «Центра», — от стола отделился среднего роста мужчина немного за сорок. Лысый, кареглазый, спортивного телосложения он сразу внушал уважение, возможно, сильно занижена бесячесть. — Подробнее можешь рассказать?

Я рассказал.

— Без руки трудно будет активировать неуязвимость, — констатировал очевидное Семеныч.

— Есть такое.

— А где ты так круто прокачался? — влез блондин и сразу начал меня бесить ещё сильнее, чем раньше.

— Я вхожу в руководящий состав фундаментальной гильдии недалеко от Рязани, сюда меня закинуло через портал. Случайно. Прокачался преимущественно на пиках и орках.

Все перевели удивлённые взгляды на главу. По всей видимости, именно он был местным детектором лжи.

Семеныч усмехнулся и протянул мне руку.

— Нам очень пригодится твоя помощь, Александр. Надеюсь, мы сможем договориться.

Переговоры прошли быстро — я должен буду помочь им защитить крепость, а меня пообещали приодеть и пришить новую руку. По уверениям Семеныча выходило, что любой боец с удовольствием ради такого дела три недели походит с одной.

Конечно, меня терзали сомнения по поводу рациональности задуманной операции. Чужая рука в любом случае хуже своей, как минимум к ней придется привыкать. Но ходить в нынешних условиях ещё три недели неполноценным значит подписать себе смертный приговор, особенно с учётом сумасшедшей хозяйки… Кстати о ней.

— Тут ещё такое дело… Та девушка, что пришла со мной, она…

И вот тут случился конфуз. Я не смог рассказать ни о «божественном символе», ни о своем рабстве. Каждый раз, что я открывал рот, из него раздавалось лишь мычание, а между лопаток возникло жжение.

— Так-с. Сорян, оказывается не могу про это говорить, — развел рукой я. — В общем у нас есть некая…

Твою мать! Даже слово «связь» не могу сказать! Жжение усилилось.

— Какая-то магия вас связывает? — пришел на помощь Семеныч.

Я не смог даже кивнуть, а в символ на спине будто воткнули раскалённый нож.

— И тебя она не устраивает?

Навалилась темнота.

Очнулся я на кушетке в медицинском кабинете. Похоже меня перенесли в поликлинику, тоже попавшую внутрь крепости «Центра».

— Как вы себя чувствуете? — спросила незнакомая молодая светловолосая девушка.

— Нормально вроде, спасибо.

— Меня Катя зовут. Виталий Семёнович дал задание пересадить вам руку. У нас все готово, донор сидит в соседнем кабинете, хотите познакомиться?

— А можно как-нибудь без этого?

— Конечно.

— А наркоз будет?

— У меня особенность: лечебный сон, вы ничего не почувствуете.

— Вот этим будете резать? — я указал на хирургическую ножовку, лежащую на столике рядом с кушеткой.

— Донора да, а вас вот этим, — она извлекла из инвентаря короткий мифический меч.

— А меня зачем? — вздрогнул я.

— Ну а как мне пришивать? — в свою очередь удивилась с виду невинная девушка. — Я же не могу поверх кожи.

— Я точно ничего не почувствую во сне?

— Точно, — Катя мило улыбнулась и положила мне руку на лоб.

Она ошиблась, я все почувствовал и пришел в себя именно от дикой боли в руке и спине. Надо мной склонились три магички. Объединяли их только перекошенные от страха лица.

Культя обильно кровоточила, рядом без сознания лежал однорукий мужик, видимо, донор. А на полу валялось то, что недавно собирались перешить мне — его рука. Только выглядела она плохо — иссохшая, будто пролежала неделю на солнце.

— Что происходит? — сквозь зубы прохрипел я.

— Знак не дал присоединить руку неправедного, — раздался от двери голос Софьи. — Нужен кто-то с отрицательной нормальностью или посвященный.

— Я не возьму руку у того мужика!

Хватит того, что мы его похитили.

— Отрицательная нормальность? — подняла брови пришедшая в себя и перевязывающая меня Катя. — Есть тут один такой, и рука ему не нужна особо… Правда есть один нюанс — он орк.

Когда я соглашался, на мне висел бафф бесстрашия. Сейчас он спал, и затея казалось бредом сумасшедшего. Потенциальный донор лежал связанный и без сознания, отряд магичек стоял наготове. Все ждали моего окончательного решения.

Без руки я вряд ли проживу три недели.

Но это лапа орка!

Как пить дать, вляпаюсь в переделку, где меня завалят.

Но это, блядь, зелёная лапа орка!

Зато какая мощная, раза в полтора мускулистее, чем была раньше…

Зелёная и когтистая… Что скажет Иль?

Без руки я вряд ли снова ее встречу… Да и, может, ей понравится.

— Поехали!

Никогда одно слово не давалось мне так тяжело.

Если говорить мягко — ощущения непривычные.

Сама по себе новая рука слушалась хорошо, возможно даже, ее старый владелец был левшой, а вот взаимодействие с правой из-за разных габаритов получалось так себе. Первый раз взять что-то сразу двумя конечностями удалось после пятнадцати минут усиленных тренировок.

Дверь операционно, где я все ещё сидел, распахнулась, и зашла Даша.

— Тебе идёт! — заявила она, указывая на обновку, и вроде как посмотрела на меня не так недовольно, как раньше. — Там подготовили пленных. Ты готов?

— Да.

Я проследовал за девушкой. В конце концов можно одновременно обучаться владению новой рукой и обращать пленных в рабство.

Надежда на то, что орки с гномами пограбят и уйдут, быстро рухнула. Разведка доложила, что они идут несколькими большими армиями, и, как минимум, половина по направлению к южному пику. По предварительным прикидкам их совокупная численность составляла тысяч одиннадцать-двенадцать. Соответственно, сюда шли около шести.

«Центр» насчитывал чуть меньше двух тысяч боевиков и ещё около тысячи рекрутов вроде меня. Также мне удалось поработить шестьдесят пленных орков, и они с различными диверсионными заданиями убежали в город. В целом настроение защитников крепости было на удивление приподнятым и несколько раз я слышал загадочные фразы о сюрпризе для не людей.

Около двух ночи меня разместили в однокомнатной квартире и дали время на отдых перед предстоящим сражением. Ожидалось, что основные силы врага соберутся к пяти часам утра.

В темноте, не раздеваясь, я завалился на диван. Поспать хоть немного обязательно нужно, неизвестно, когда удастся в следующий раз, но сначала дело — «кольцо наблюдателя» давало понять, что кто-то надел «кольцо видящего». Фурфур доставила посылку.

Десять человек сидели под большим навесом. Вокруг стеной лил дождь. Лица присутствующих освещал висящий над столом магический светлячок.

—… написал же: никаких встречающих отрядов, — говорил Леша, крутя на пальце «кольцо видящего». — Тем более, тут в любой момент может бойня начаться.

— Леха прав, — поддержал Петя. — Эйфории от новости о спасении Саши надолго не хватит. Нужно, чтобы все лучшие бойцы были здесь и давили авторитетом.

— Пока же тихо, — возразила Света. — Я могу на него настроиться, не точно, но плюс-минус десять километров выведет…

— Да ты только получила эту особенность! — поднял голос Леша. — Не тестили ещё даже, плюс-минус десять, это двадцать. Как ты в лесу его найдешь?

— Эльфов можно взять, скажи им, Иль!

— Саша просил его не встречать, — опустив голову, медленно произнесла эльфийка. — Я сделаю, как сказал ал8нур.

— Да чтоб вас! — Света вскочила и быстрым шагом ушла.

— Как бы не выкинула чего, — обеспокоенно проговорил Андрей. — Кость, пригляди за ней.

— Да она не разговаривает со мной.

— Опять накосячил и спалился, дебил? — зло спросил Леша.

— Да нет…

— Ладно, вернёмся к нашим баранам, — расчесывая бороду, сказал Андрей. — У нас сейчас полночь, назначенный сеанс связи с Сашей через шесть часов. На случай, если белка не добежит, или другого форс-мажора, надо придумать коротенькую презентацию минут на десять, как у нас что, и где мы на его пути сделаем тайники…

Друзья живы и здоровы. Орки сразу не напали. Фурфур скоро вернётся. Десятиминутная односторонняя связь дала мне кучу положительных эмоций. Надо не забыть попросить механические часы, чтобы не пропустить следующий сеанс, и надеяться, что в это время я буду не в бою.

Светало. Объединенную армию противника видно не было. Чтобы обезопаситься от атак в неуязвимости после пика, они предусмотрительно расположились километрах в трёх от нас.

— Плохих новостей больше, чем хороших, — начал Семеныч, позвавший меня и ещё шесть человек «Центра» на стену. — «Хьюманс» и «Ебург» понесли большие потери и ушли из города. Орки уже возводят укрепления вокруг северного пика, южный, судя по всему, предназначается гномам. Это что касается общих раскладов. А вот самое плохое в свете предстоящего сражения то, что, возможно, несколько магов противника обладают способностью вроде Сашиной. И на нас сначала будут нападать загипнотизированные жители Екатеринбурга. Тысячи.

Может всё-таки стоило свалить из города?

— Вы, шестеро, — продолжал Семеныч, — наша надежда выправить ситуацию. У каждого из вас есть возможность получать неуязвимость, и я хочу, чтобы вы по отдельности проникли в стан врага и постарались устроить там масштабные диверсии. В идеале ликвидировать тех самых магов-гипнотизеров.

Мы с товарищами по особенностям переглянулись и промолчали.

— Книги на необходимые навыки мы выдадим, — приступил к мотивационной части лидер «Центра». — У кого они все вкачаны, авансом получит двадцать книг на навыки и пять на характеристики. Если выполните задачу, и мы победим, вас ждет достойная награда… Если сомневаетесь, лучше откажитесь, в крепости от вас тоже будет много пользы.

Боится, что убежим. За меня может не переживать — сраный символ не даст.

— Не знаю, как у других, — произнес тщедушный старичок под шестьдесят, совсем не похожий на воина. — А у меня неуязвимость включается не так просто, мне нужно минимум секунд десять наедине с врагом и еще какое-то время, чтобы увеличить ее до двух минут.

— У других примерно так же, и это решаемо, — ухмыльнулся Семеныч и указал на меня. — Вот этот молодой человек загипнотизирует по орку- или гному-шаману в поддержку каждому из вас. Точнее, уже загипнотизировал, и они ждут приказов. Сначала вы используете их для вуали и проберетесь поближе к врагу. Потом наберете на них неуязвимость.

— Не получится, они станут союзниками, а нужен враг, — покачал головой еще один «доброволец».

Хм. Видно, все способности вроде моей четко отслеживаются системой, и она не дает возможности набить на своих.

— Александр запрограммировал рабов так, что по кодовому слову они освобождаются от внушения. Главное предварительно их связать.

— Тогда я согласен, — хмыкнул старичок и, повернувшись, положил сухую кисть мне на плечо. — Классная особенность, не хуже моей. Меня Савелием, кстати, звать.

Увидев густую сеть черных прожилок в глазах у собеседника, я не решился спросить, какая у него.

Давненько я не испытывал такого удовольствия, читая описание своих артефактов. Не «Сногсшибательный» с «тараном», но тоже есть вполне достойные.

Самым крутым, безусловно, была шапка, вернее:

«Шлем призрака»: жырность +4. Обладает активируемой способностью «крик баньши» — распространяет звуковые волны конусом 45 градусов, дальностью 50 метров. Оглушает и дезориентирует противников. Сила зависит от тембра голоса, жырности и нормальности носителя (чем меньше, тем сильнее). Можно использовать раз в 2 часа.

Нашлась неплохая замена утерянному «мощному швырку»:

«Перчатки снайпера»: моща +4. Обладают активируемой способностью «самонаводилка». Значительно увеличивает точность носителя (зависит от расстояния до цели). При расстоянии меньше пятнадцати метров полностью игнорирует уклонение, а также физические и магические щиты. Можно использовать раз в 10 минут.

«Рубашка мизантропа»: жырность +2, прыгливость +1, моща +1. Обладает активируемой способностью «акустический удар». Расшвыривает врагов в радиусе двух метров от носителя. Сила удара —150 % мощи. Можно использовать раз в 20 минут.

«Куртка наемного убийцы»: моща +2, прыгливость +2. Обладает активируемой способностью «перемещение». Переносит носителя на десять метров в указанном направлении через любое препятствие. Можно использовать раз в 2 часа.

Добавить сюда ботинки с «растопчу», запасные с «рывком», штаны с «прыжком», колье с «двойником», отдельный комплект на скорость бега, и вообще отлично получается.

Теперь время потратить выданные в качестве предоплаты книги.

«Пробитие порога навыков» оказалось очень интересной штукой. Оно не зависело от текущих значений, например, чтобы поднять на единичку:

Скрытность 7/7.

Владение колющим оружием 5/5.

Бег 3/3.

Требовалось по десятке очков на каждый. Здравый смысл, знание математики и специфика предстоящей операции не оставляли мне выбора.

Скрытность 8/7.

И ее можно качать дальше! За тридцать очков на одну единицу.

Затея ходить в пик на тяжелое испытание требовала серьезного переосмысления. Даже если все ресурсы гильдии влить в четверку бойцов, рано или поздно можно встретить такую же, и в случае поражения материальные потери будут колоссальными.

После недолгого раздумья второй десяток очков я влил в

Владение колющим оружием 6/5.

Это увеличит мои шансы в дуэли с сильным соперником.

Из тридцати двух очков характеристик я потратил только тринадцать, чтобы округлить жырность.

Жырность — 25 — для увеличения требуется 14 свободных очков.

И девятнадцать оставил про запас.

Теперь можно и повоевать!

Дорогие читатели! Спасибо за обратную связь в комментариях!

Да, сейчас Александр переживает не самые лучшие времена в своей жизни, но за каждой черной полосой идет белая) Все текущие сюжетные линии завершатся в четвертой книге.

Вылазка

Первую часть пути мы прошли все вместе. «Центр» построил хорошую базу и, кроме этого, плотно поработал с сетью подземной инфраструктуры, в том числе канализацией. Лишние ходы засыпали или тщательно минировали, а несколько оставили и переделали на такой вот случай.

Мы покинули крепость, а через полчаса вылезли из пробитой в полу огромного подвала промышленного здания дыры. Замаскировано и спрятано так, что пройди вплотную без заранее включенного следопыта — ничего не увидишь.

— Тут разделимся, — резюмировал Савелий, попросивший называть его «Тихий». — Ребята, заваливайте.

Командир сопровождающего нас отряда кивнул и, пожелав удачи, исчез в дыре. Для возвращения придется искать другой путь, этот скоро превратится в череду смертельных ловушек.

Мы заранее поделили сектора для поиска целей, но, так как точно никто не знал, где они, перед расставанием на всякий случай скастовали «сыграем в прятки», чтобы не помешать друг другу в ответственный момент.

Сопровождавшего меня раба звали Бронр, и он был гномом. Его лучшие годы уже минули — в черной бороде обильно присутствовала седина, а лицо «украшал» огромный досистемный шрам.

Мы шли между домами, выглядывая пленных и обходя большие скопления орков и гномов. Для верности я надел подаренную Фурфуром кожу, мало ли какая случайность выбьет из скрытности — маскировка даст мне несколько дополнительных секунд.

Без сомнения, у противника были дозорные с «обнаружением без колдунства», и, посмотри они прямо на нас, сумели бы по искажению понять, что тут кто-то есть. Конечно, они в основном следят за территорией со стороны крепости «Центра», а не с той, откуда мы шли, но лучше подстраховаться, не торопиться и держаться в тени.

Несколько раз возникал соблазн прирезать стоящих отдельно от остальных противников. Сдержался.

Наконец, за углом одного из домов раздалась громкая ругань на ломаном русском, и вскоре оттуда появился отряд орков, ведущий около тридцати пленных мужчин и женщин. То, что надо! Я пристроился позади и проследовал за ними.

Метров через пятьсот процессию встретил дозорный и махнул рукой на здание бывшей школы. Нашел! За зданием на футбольной площадке ровными рядами стояли около трехсот жителей Екатеринбурга, их сторожили не больше сотни орков. Несмотря на то, что у каждого человека было оружие, щиты и одежда, они не шевелились и смотрели прямо перед собой. Гипноз.

Не подходя слишком близко, я следил за только что приведенной группой.

После небольшой заминки пленных провели в первый ряд и поставили на колени. Каждый был на прицеле минимум одного лучника. Вскоре к ним подошел орк-шаман. По очереди огромным системным посохом с ярко красным светящимся набалдашником он стал касаться людей, что-то при этом говоря. В среднем обращение занимало двадцать секунд. Гораздо меньше, чем у меня.

Все ясно — пора действовать, пока эта козлина не надумал куда-нибудь свалить.

Я подошел вплотную к зданию школы и спрятался за мусорный контейнер. Огляделся — вроде дозорных нет. Надежно связал Бронга, накрыл его заранее захваченным покрывалом, а сверху засыпал разным хламом.

— Ты свободен, — произнес я кодовую фразу, и когда гном задергался, ткнул его усыпляющим кинжалом. Набивая максимально возможные две минуты неуязвимости, главным было не нанести смертельных ран.

Ну поехали!

Мое стремительное приближение заметили минимум десять орков, но даже они дернулись не сразу. Еще раз спасибо за подгон, Фурфурчик!

Шаман заканчивал с обращением и с удивлением поднял голову. Между нами оставалось метров пятнадцать, с такого расстояния, согласно описанию, «Самонаводилка» должна пробивать любой щит и игнорировать любую магию и способности отклонения.

Копье попало гипнотизеру точно в лоб — осколки костей и ошметки мозгов разлетелись во все стороны. Тут же в меня полетели первые стрелы.

«Рывок» — и я рядом с наиболее плотно стоящими лучниками. «Акустический удар» — и шесть переломанных тел отлетают от меня. Крутая штука! Жаль, откат большой. Я снял маскирующую кожу. Очень вовремя — загипнотизированные люди быстро приходили в себя, и трое из них, подняв оружие, побежали ко мне.

— Свои! Мочите орков! — заорал я и, показывая пример, бросился к следующей группе зеленокожих.

Спасать людей задачи не стояло, гораздо разумнее после ликвидации цели было воспользоваться неуязвимостью и на всех порах ломиться в сторону крепости. Но уж больно удобный подвернулся случай — кроме быстро умирающей от рук разъяренных людей сотни, поблизости организованных отрядов врага не было.

— Пусть бегут! — крикнул я, заметив, что многие в азарте схватки пытаются преследовать беглецов. — Здесь кругом враги! Если хотите выжить, за мной! Быстро!

Отряд бежит со скоростью самого медленного, а тут таких оказалось много. Оркам все равно, кого гипнотизировать, целью потенциальных смертников было броситься грудью на амбразуру, спровоцировать на себя первый удар и, по возможности, заставить защитников посылать людей на столб за неуязвимостью.

Мои новые подопечные растянулись. Самые прокачанные и те, кто успел схватить артефакты мертвых орков, держались за мной. Слабые, в основном женщины, быстро отставали. Я старался бежать с такой скоростью, чтобы хотя бы половина ее выдерживала.

В схватки с отдельными врагами мы не вступали и, закрываясь щитами, продолжали нестись вперед. Вскоре стали попадаться отряды крупнее: пользуясь эффектом неожиданности, мы по очереди разбили две двадцатки орков и одну тридцатку гномов.

Мои соратники быстро одевались, превращаясь все в более грозную силу, но их становилось все меньше.

Рано или поздно это должно было произойти — пробежав мимо длинной девятиэтажки, мы повернули и столкнулись с тремя сотнями отборных гномов, полностью закованных в мифическую броню. Удивление на их бородатых лицах быстро сменилось злобой, и они подняли оружие.

Пришло время козырного туза. Если удастся хоть ненадолго вырубить первые ряды, есть шанс прорваться.

Идеальная позиция. «Крик баньши»!

Челюсть пронзила острая боль, ее строение изменилось, языком я почувствовал, как мгновенно увеличились и заострились зубы, мой рот открылся раза в три шире, чем предполагалось природой, а потом я издал это. Рев? Вой? Визг? Хз — все сразу.

Дезориентация и оглушение?

Ну, наверняка те полсотни гномов, что стояли ближе всего ко мне, перед смертью их испытали, а потом отлетели, снося задние ряды, которые тоже чувствовали себя не очень, у каждого из носа и ушей текла кровь. На расстоянии пятидесяти метров остановились и упали на колени все находящиеся в конусе поражения враги.

Шкала опыта, необходимого для получения следующего уровня, разом заполнилась на треть.

Я в панике обернулся — пронесло! Мои хоть и выглядели ошеломлённо, но были целы.

— Десять секунд на сбор шмоток!

Сам я воспользовался этим временем, чтобы набрать новую неуязвимость.

— За мной! Больше таких штук у меня нет!

Нас осталось полторы сотни, но теперь мы реально походили на боевое подразделение. Заработали, ставя щиты от стрел, маги. Врагов вокруг было много, но они не успевали сбиться в полноценные отряды. Мы бежали мимо пустых домов, сваленных на обочине машин и вырубленных на дрова скверов.

Вскоре основная масса противников осталась позади. Мы приближались к западной границе города. Теперь встречные орки и гномы быстро уходили с нашего пути, а две группы не очень расторопных мы с приемлемыми потерями снесли.

Впереди показался лес — мы выбрались из города.

— Куда теперь? — спросил, переводя дыхание, самый крепкий из спасенных. Мужик лет тридцати, по пути он убил не меньше десятка врагов и ни разу не отстал.

— Куда хотите, — ответил я, сбрасывая с плеча тело захваченного в последней стычке орка. — Меня ждут у южного пика.

— С тобой можно? Я Женя! — протянул руку мужик.

Вокруг меня собралось кольцо людей.

— Во-первых, если сейчас руки жать, нас тут накроют, так что жму Жене и будто бы пожал всем. Во-вторых, крепость «Центра» в окружении врага, и ее вот-вот начнут штурмовать, кстати, вы должны были стать первой волной атакующих.

Раздалось испуганное бормотание, прерванное моей поднятой рукой.

— У меня есть особенность, благодаря которой я смогу прорваться назад, у вас шансов значительно меньше. Так что советую не разбегаться, а двинуть куда-нибудь вместе, говорят, в Перми нормально.

Тройка добровольцев все же вызвалась идти со мной в крепость. Женя — копейщик и его друзья, Витя — лучник и Аня — маг с упором в хил оказались членами одной пати и бойцами «Центра».

Ну что ж, вуаль и полноценная «групповая диверсия» лишними не будут.

— А зачем тебе этот хмырь? — спросил Женя, увидев, что я снова взвалил бессознательное тело орка на плечо.

— Это мой билет назад, когда придет время, я набью на нем неуязвимость.

— А что у вас с рукой? — тихо спросила Аня и опустила глаза.

— Орк укусил, — уже на бегу, с серьезным лицом, ответил я. — Всё как с зомби, у нас же система тут. Вот, превращаюсь понемногу, и только поцелуй прекрасной принцессы может обратить процесс.

Аня выпучила на меня глаза, а ее друзья заржали.

Кольцо вокруг крепости становилось все плотнее, но в нем ещё оставались бреши. Сложность заключалась в том, что бессознательное тело невозможно скрыть, и орка нельзя брать с собой.

— Ну, тут два варианта, — принялся рассуждать я. — Первый — оставить тело и попытаться в скрытности под вуалями пробраться. Из минусов то, что, если нас спалят, придется прорываться с боем, а мне помирать никак нельзя, я полезен, и меня ждут в крепости. Второй вариант — находим проход посвободнее, дальше разделяемся. Я набиваю неуязвимость и бегу напролом, производя как можно больше шума и разрушений. Часть врага отвлекается на меня, и у вас будет больше шансов проскочить незамеченными.

— Вчетвером лучше, мне кажется, — Аня, похоже, всегда говорила тихо и глядя под ноги.

— Нет, — возразил Женя, — Саша и так спас нас, и основная задача, чтобы он вернулся. Однозначно, вариант два.

Ну да, пока говорил, осознал, что расклад очевиден, но все равно приятно, что не придется их заставлять.

— Тогда приступим.

Меня оставили в подъезде одного из домов на улице, идущей прямо до самой крепости. Тройка новых союзников отошла на пятьдесят метров и должна была перемещаться дворами параллельно мне.

Второй раз за два часа я набил максимальную неуязвимость. К слову, доноры — везучие существа, они после расставания со мной выживают. Если, конечно, их находят до того, как они истекут кровью. Я выскочил из подъезда и с громкими криками бросился к ближайшему посту гномов. Оставляя способности про запас, я полагался на старое доброе убийство путем протыкания жертвы.

Всех не перебьешь, я продвигался по улице, следя за таймером неуязвимости, чем ближе к крепости, тем врагов становилось больше. Да, вчетвером мы бы тут точно не прошли.

Неуязвимость время действия 1 минута 25 секунд.

Мне навстречу бежали с полсотни противников, и я очень жалел, что до отката «крика баньши» ещё около часа. «Рывок». Прямо в толпу. «Акустический удар». «Прыжок». В полете меняю ботинки и активирую «растопчу».

Вообще, странный скилл — чтобы не убиться самому, нужна неуязвимость или запредельная жырность и прыгливость.

Способность сработала как надо — мои ноги врезались в асфальт, вызывая полуметровое в высоту и десятиметровое радиусом цунами из обломков, сбивающее и ломающее всех вокруг. Стоял шум и гвалт. С крыш домов и из каждой подворотни меня поливали ливнями стрел и магией. Я на бегу отвечал им средним пальцем орочьей руки.

Неуязвимость время действия 0 минут 49 секунд.

Ребята, сделал, что смог, дальше сами. Перелетев группу встречающих очередным «прыжком» на этот раз из свитка и скастовав «ускорение», я на всех парах помчался к крепости.

Неуязвимость спала, когда до нее оставалось полтора километра. Преследовали отстали, и здесь можно было встретить лишь одиноких разведчиков, но от одной случайной атаки меня защищал «символ веры».

На стене меня ждали и скинули верёвку, но я не торопился лезть и оглядывался в поисках тройки Жени. Они появились неожиданно метрах в пятистах от стены. План сработал — их не обнаружили.

— С возвращением! — хлопнула меня по плечу встречающая Даша. — И это… Поторопись, там твою подругу судят.

На глаза будто упала пелена, последнее, что заметило затухающее сознание, откинутая в сторону Даша.

— Саша, мне ничего не угрожает! Саша, успокойся!

На мне сидело сразу четыре бойца в красной форме, двое из них прижимали к земле орочью лапу. Приходя в себя, я с ужасом вспоминал свой стремительный бег через крепость и разлетающихся людей. Слава богу, не размахивал копьём, и погибших вроде нет.

Софья стояла со связанными за спиной руками. Перед ней несколько человек, включая Семеныча с очень встревоженным лицом.

— Свяжите его, — скомандовал глава «Центра».

Сознание и воля вернулись, и идея пришлась мне по душе — если вдруг Софью начнут убивать, я не смогу вписаться за нее.

— Он рванул, как лось, только про суд услышал! — закричала со входа прибежавшая Даша. — Расшвырял всех, несколько лёгких и средних травм!

Семеныч, глядя на меня, жевал губы.

Ну же, думай! Сложи два плюс два, добавь магию и молча прирежь эту суку!

— Пусть лежит на животе, если начнет дёргаться, наваливайтесь все вместе, но не убивать, — подвёл итог размышлениям лидер и повернулся к Софье. — Продолжим… Получается, ты убила ее за то, что она хотела тебя обмануть при торговле?

— Она обманывала меня много раз, но убила я ее не за это, — ровным уверенным голосом ответила девушка. — А за то, что она предала память моей матери, а, скорее всего, и ее обманывала постоянно.

— Она правду говорит, — против своей воли сказал я. — Свидетельствую в ее защиту.

— Какая у тебя связь с Александром?

— Он мой брат, мы вместе служим Господу нашему.

— Это правда? — вопрос мне.

Нет!

— Да!

— Ты накладывала на него какие-нибудь ограничивающие волю заклинания или применяла какие-нибудь особенности или способности?

— Я не делала ничего, что шло бы против воли Господа нашего.

— Руслан, что ты делал с этой женщиной и этим мужчиной? — Семеныч повернул голову, и только сейчас я заметил, что в сторонке стоит хозяин доски объявлений.

— Она ударила меня молнией и похитила! Она ищет людей с отрицательной нормальностью. Он ее сообщник!

Видно, знак еще не до конца вживлен, раз он так спокойно говорит и не лезет ее защищать.

— Зачем они тебе, Софья?

— Чтобы вместе служить Господу нашему.

— Я говорил тебе, стерва, я мусульманин!

— Тише Ру…

— Атака!!!

Крик, подхваченный со всех сторон, через секунду перекрыл оглушительный рев рога.

— Все по местам! — крикнул Семеныч и, сев рядом со мной на корточки, зашептал. — Ты сможешь сражаться?

— Только если Софье не будет угрожать опасность!

— Она будет в камере.

— Ее нужно освободить, — сквозь зубы выдавил я.

На принятие решения ему потребовалось две секунды.

— Софья признана виновной и приговорена к смертной казни!

Ура!

— Но в связи с военным положением, она амнистирована. Освободить обоих!

Идиот!

— Александр, за мной!

— Как прошло? — спросил меня Семеныч, когда мы бежали к стене.

— Шаман-гипнотизер уничтожен, триста с лишним рабов освобождено. Сто сорок вывел из города. Троих, вон тех, — я показал на стоящих на стене неподалеку Женю с друзьями, — привел сюда.

— Отлично! Я все правильно с Софьей сделал?

— Да.

— Но ты так ответил бы в любом случае?

— Нет.

— Хрен с тобой. Вон там, — он указал рукой на группу людей метрах в двадцати от нас — для тебя припасен гном. Действуй по своему усмотрению.

Мне передали донора и я, наконец, смог взглянуть на поле грядущей битвы. Вернее, на его половину, так как атаковали нас сразу со всех сторон.

Противник разделил сектора. Здесь нападали гномы. Ближайшие из них находились метрах в восьмистах от стены. Закованные в самую тяжелую броню, они шли между домами, прикрываясь загипнотизированными людьми или просто двухметровыми металлическими щитами. Следующая за ними волна толкала два десятка огромных катапульт.

У «Центра» тоже было метательное оружие. Располагалось оно на крышах зданий и домов, благодаря чему стрелять начало раньше, целью стали задние ряды врага. Ускоренные магами кирпичи и осколки асфальта летели кучно и мощно… Пока не сталкивались с магическими щитами.

Первый залп не нанес никакого урона, и «Центр» решил сменить цель.

По стене прошел ропот — шаманы противника не сумели полностью закрыть первые ряды, и около сотни нападавших упали… Все они были людьми. Зрелище страшное, а что делать? Кого могли освободить от внушения, мы освободили, а остальные так и так обречены. Пусть лучше с расстояния из катапульт, чем в рукопашной схватке на стене.

После следующего залпа и очередных потерь среди живого щита, командование врага дало сигнал к наступлению.

Люди рванули вперед. Гномы же, сбившись в группы по двадцать, закрылись щитами и значительно медленнее пошли за ними. Следом открыли огонь их катапульты.

Ни хера себе!

«Центр» не понес серьезные потери лишь из-за того, что это был первый залп, и прицел оказался не до конца точен, большинство гигантских камней ушло выше и улетело очень далеко. Лишь два пришлись на верхнюю часть стены. Зато как! Магических щитов будто не было — осколки кирпича разлетелись по всей округе, и крепость огласили крики раненых.

— Они паровые! — закричал кто-то.

Не исключено. Хитрые гномы закрыли свои устройства листами фанеры, и то, что их конструкция отличается от наших, мы узнали только сейчас. Паровые или какие-то другие, может быть, сделанные по чертежам, полученным на гильдийных рейдах, уже не важно. Важно, что мы будем делать? Даже если у них большое время перезарядки, рано или поздно они всех нас просто перестреляют.

— Саша! — ко мне, размахивая руками, бежала Даша.

— Что? — крикнул я, согнувшись над донором, и готовый в любой момент с двух рук его резать.

— Надо взорвать катапульты! — выдохнула девушка, резко останавливаясь рядом со мной.

— Гранаты есть? — саркастически поинтересовался я.

— Есть! — ответила Даша, протягивая мне странной формы херню. — Твоя цель вон та, самая здоровая.

— Что это? — спросил я, осторожно принимая херню.

— Граната! Нажмешь тут, и она взорвется магическо-ки…кине…кинематографической энергией.

— Через сколько?

— Сразу!

— Граната суицидника… — пробормотал я.

— Да, она, она так и называется, по чертежу делали!

— Они не подпустят меня. Магией и массой завалят и дождутся, пока неуязвимость спадет.

— Через пару минут ребята начнут из столба выходить! Кто-то тоже гранату получит, кто-то отвлекать будет!

— Я понял.

— Удачи! — Даша снова покосилась на мою орочью лапу и убежала.

«Граната суицидника» была похожа на здоровый пупырчатый фаллоимитатор, скрученный в узел. С опаской я убрал ее в рюкзак и принялся ждать.

Тем временем наши лучники заканчивали добивать людей, редкий из них добрался до стены, а катапульты бестолку лупили по гномьим черепахам, наполовину состоящим из магов, отбивающих наши хилые снаряды.

Когда из глубины крепости бежали две первые группы с неуязвимостью, гномьи катапульты стрельнули во второй раз. Пиздец!

Стена содрогнулась от попадания десятка огромных булыжников. Навскидку, два пролетели выше, два пропороли асфальт, не достигнув стены, штук шесть-семь заблокировали маги. Из остальных аж четыре попали идеально в самый край, мгновенно убив всех, кто там стоял. Не меньший урон принесли осколки кирпичной кладки, разлетевшиеся на десятки метров.

Или мы что-то делаем до следующего выстрела, или нам хана, они уже достаточно пристрелялись. Не дожидаясь массового подкрепления со столба, я принялся колоть ножами донора и, набрав две минуты, перепрыгнул через стену.

Мне на перехват двинулись сразу два гномьих отряда. Только сейчас я осознал, что они и не планировали нападать, а находятся здесь, как первый эшелон защиты катапульт.

Я побежал прямо на них. «Прыжок». «Растопчу». Тачдаун! Приземление точно в центр черепахи. Под ногами затрещали, ломаясь, кости самого невезучего гнома, а потом ударная волна раскидала остальных. Те, кто выжил, теперь легкая мишень для наших стрелков.

Бегу ко второму отряду. Гномы, увидев, что случилось с предыдущим, пятятся, но продолжают перекрывать путь. Делаю вид, что прыгаю, они тут же расходятся, и я вбегаю в их ряды.

«Акустический удар»! Путь свободен.

От катапульты отделяется больше сотни бронированных фигур и сразу строятся. Передо мной шесть новых препятствий в три ряда. Они не знают моих возможностей и просто, выставив копья, ждут.

Метров за пятнадцать до первого чуть меняю траекторию и врубаю «ускорение». В мозгу мелькнуло упражнение «змейка» при сдаче на права. Только тут конусами выступали плотно стоящие враги, а машиной — я, и все происходило намного быстрее.

Гномы будто замедлились, а я для них превратился в этакого «Флэша». Первая и вторая группа осталась позади, из третьей и четвертой лишь несколько противников попробовали выставить копья, а вот пятая и шестая успевали соединиться и перекрыть мне дорогу… Успели бы, не примени я «рывок».

До катапульты меньше ста метров. Мне навстречу бросаются остальные защищающие ее гномы. Штук триста. Я бегу быстрее и с первыми сталкиваюсь за тридцать метров до цели. Оббегаю. Двадцать метров. Родной рукой прижимаю к себе гранату, а более сильной орочьей держу перед собой щит и пру напролом.

В десяти метрах меня заваливают и я, молясь, чтоб радиуса гранаты хватило, закрываю глаза и жму кнопку.

Вспышка! Меня обволакивает светом, и вокруг наступает тишина. Я что, проворонил таймер неуязвимости, умер и вознесся? Не хочу! Рано!

В отдалении проявляются звуки боя, свет постепенно меркнет, и мне с трудом удается различить:

Неуязвимость время действия 0 минут 45 секунд.

Медленно проступают детали окружающей обстановки. Я сижу на дне ямы диаметром метра три… А чего я сижу? Часики тикают! Вижу хреново, но двигаться-то могу.

Вскакиваю и подбегаю к катапульте. Тут же нахожу остатки первых гномов, а передо мной колеса машины. Дно? Значит ее перевернуло! Миссия выполнена!

Готовлюсь бежать назад и только тут полноценно понимаю, где нахожусь, и что происходит, в это же время удается различить поле боя. От стены уже массово бегут бойцы «Центра», их пытаются перехватить гномы. Почти одновременно происходит два беззвучных взрыва. Минус еще две катапульты, но их по-прежнему много.

Оцениваю текущие шансы на победу как пятьдесят на пятьдесят. И кто, как не я с моим «садистом», может качнуть весы в нашу сторону. Вот только надо как-то решить проблему отката способностей и набора неуязвимости.

Оглядываюсь. Метрах в сорока вижу гору тел гномов, отброшенных взрывом гранаты — тем точно хана. А вот те, что были дальше и не попали под волну, могли и выжить, вон они лежат.

Подбегаю и почти сразу замечаю легкое шевеление. Набиваю неуязвимость и начинаю масштабный обыск. Первый заход не очень удачный, так как половина шмоток сломана мощнейшим взрывом (странно, что мои целы), приходится возвращаться к донору и убить пятерых ошибившихся адресом гномов.

Моя деятельность привлекает внимание ближайшего отряда, и он направляется ко мне. За это время нахожу ботинки с «рывком», копье с «цепной молнией», посох с «огненным шаром», перчатки с «телекинезом», куртку с «бестелесностью». Как же все это никчемно по сравнению с «криком баньши» и утерянным «тараном».

Но этим козлам должно хватить!

«Телекинез» — позволяет бросить предмет, находящийся в радиусе десяти метров от вас, моща при использовании способности увеличивается на 100 %.

Отбегаю в сторону и замечаю валяющийся у стены ближайшего дома разбитый мотоцикл. Подпускаю врагов на десять метров и резко бросаю байк так, чтобы он влетел в черепаху с фланга, где наверняка меньше магических щитов. Так и есть! Четверых гномов сносит, и строй рушится. «Самонаводилка»! В упор полный игнор любой защиты. Запасное копье пробивает минимум четырех противников. «Рывок» — влетаю в образовавшуюся брешь и призываю только что найденное копье в телах сразу двух гномов и тут же кастую «цепную молнию».

Строй врага полностью разрушен, и мне остается, пользуясь преимуществом в неуязвимости, по очереди добить их. Остатка времени не хватает, так как четверка последних координирует движения и дает умелый отпор. Мне приходится отступить и потыкать ножом в одного из раненых. Четверо самых крепких противников оказались еще и самыми умными — пока я это делал, они успели свалить.

Что там у нас?

Минута до отката «акустического удара» и «растопчу». И сорок до «крика баньши». Ок, раскидаю пару отрядов и вернусь в крепость. Может, еще гранату дадут?

Диверсия

До этого не дошло — гномы явно не ожидали наличия у нас взрывчатки и, потеряв несколько катапульт, принялись уводить остальные. Мы делали все, чтобы им помешать, но тратить все заходы на пик было неразумно, так что вскоре прозвучал сигнал рога, и мы вернулись в крепость.

Орки, атаковавшие с другой стороны, действовали на отвлечение. Они тоже притащили закрытые фанерой машины, но это оказались обычные катапульты. Как только отступили гномы, отошли и зеленокожие.

Вскоре меня позвали на собрание в штаб.

В большой игровой комнате было не протолкнуться, под потолком клубился дым — минимум половина присутствующих курила.

— Ну что ж, подведем промежуточные итоги, — начал Семеныч. — Потери большие, но все могло быть гораздо хуже. Благодаря действиям диверсионных отрядов удалось минимум вдвое уменьшить численность атаковавших рабов и на оставшихся не пришлось тратить заходы в пик. Уничтожено восемь катапульт, и теперь уцелевшие будет проще контролировать. Это из хорошего…

Тон главы «Центра» изменился, и он обвел внимательно слушающих людей тяжелым взглядом.

— Теперь к плохому… На следующий штурм они приведут всех, а гранат у нас осталось всего четыре.

Вот тебе на. Ожидаемо, конечно, что такая мощная штука не может производиться в промышленных масштабах, но четыре… Против минимум двенадцати катапульт и больше десяти тысяч хорошо вооруженных воинов.

— Мы недооценили их, а они нас, каждый обладал уникальной технологией и собирался разнести врага. Вышла ничья. Но у них, в отличие от нас, есть резерв. Так что вариантов нет — придется бросить крепость.

— Но ведь у нас еще сотни заходов в пик, — возразил тот самый блондин, не понравившийся мне при первой встрече. — И они обновляются раз в сутки.

— Это не мобы, Матвей, и не полураздетые грабители из леса, это хорошо экипированные разумные существа, — усталым голосом произнес Семеныч. — Только что они увидели слабые места своих черепах и в следующий раз придут четверками, но заполнят ими все пространство, и что мы будем делать? Мы остались только потому, что планировали, что каждая граната заберет минимум двести их бойцов. Ты сам предполагал, что до пятисот… И мы ничего не знали об этих сраных катапультах.

Семеныч вцепился в край стола.

Я отлично понимал его отчаянье — бросать обжитое место, в которое ты вложил столько сил, и бежать неизвестно куда. Не дай система когда-нибудь испытать такое.

— Короче! — поднял глаза лидер. — Нельзя рисковать всеми. Это приказ, и это не обсуждается. Воспользуемся оставшимися заходами на пик для прорыва. А последними гранатами для диверсий и отвлечения врага.

После этих слов Семеныч посмотрел мне в глаза, и я внезапно понял, зачем меня позвали.

— Расклады такие, — Семеныч развернул покрытую многочисленными метками карту города. — Мы тут. Пойдем на юг. Радиусом три километра вокруг стен крепости стоят враги. Во время нашего прорыва все стянутся туда, поэтому для минимизации потерь их надо отвлечь. В принципе, ничего сложного нет, можно взять пару гранат и километрах в трех севернее поднять шухер, создавая иллюзию атаки. Но, во-первых, это слишком близко, и они могут быстро вернуться, а во-вторых, урон, что мы нанесем, не будет стоить двух гранат.

— И рыбку съесть и на трамвае покататься… — усмехнувшись, пробормотал «Тихий».

— Ага, именно этого я и хочу, — кивнул Семеныч, показывая какую-то точку на карте. — Вот тут ТЦ «Дирижабль», шесть с небольшим км от нас. Он не совсем классической формы, больше шатер напоминает и этажей мало, возможно, именно этим глянулся оркам и гномам. По данным разведки там главный совместный полевой штаб.

— Охраны, наверное, мама не горюй, — снова прокомментировал старик.

— Немеряно, — подтвердил глава «Центра». — Три кольца и куча патрулей. Они знают, что мы можем гипнотизировать, и не пропускают даже своих без должной проверки. Поэтому план такой: основная часть группы стоит вот тут, в трех километрах от ТЦ, ее задача ждать диверсанта и потом вывести его оттуда… А его задача — взорвать гранату внутри «Дирижабля» и уничтожить склад с артефактами, ну или верхушку командования, как пойдет…

— Ну и как я туда попаду? — даже не зная деталей плана, я не сомневался, кто будет тем самым диверсантом.

— Тут все просто, — одобрительно кивнул Семеныч. — Вот улица Юлиуса Фучика, дом одиннадцать, многоэтажка. Через дорогу от «Дирижабля». Наши умельцы уже проковыряли проход в ее подвал, а оттуда в одну из квартир. Зайдешь…

— Да она, небось, кишит орками, — не удержался от замечания я.

— Нет, — усмехнулся оратор, — орки и гномы недолюбливают большие здания, они предпочитают открытое пространство, в крайнем случае бывшие школы, сады и поликлиники. А эти они просто зачищают, а потом блокируют, заваливая окна первых этажей всяким хламом.

— Опять с третьего прыгать, — поморщился я.

— Не с третьего, там улица забита врагами, не добежишь. По расчетам наших спецов лучше всего прыгать с седьмого.

— Мне кажется, «прыжка» не хватит.

— Абсолютно. Даже до середины дороги не допрыгнешь. Поэтому ты поедешь на тарзанке.

— Ее точно нельзя уговорить пойти с нами? — покачал головой Семеныч, рассматривая «Слугу света». — Абилка у копья прям под наше дело.

— Может и можно, но поверь, не стоит.

— Ну как знаешь, тогда это бери как основное, а это как запасное.

Он протянул мне два мифических копья.

Копье парализации: моща +3, прыгливость +3, владение колющим оружием +1, при нанесении любой раны противник обездвиживается на три секунды.

Копье бумеранг: моща +3, прыгливость +3, владение колющим оружием +1, если носитель бросит «бумеранг», и он нанесет любую рану, оружие автоматически вернется в рюкзак владельца.

— Запасная пара штанов на «прыжок» и ботинок на «рывок». Остальные шмотки у тебя и так топовые. На всякий возьми еще накидку с «бестелесностью» и копье с «цепной молнией». Свитков совсем мало у нас. По одному с кожей и ускорением. Зато еды и склянок сколько угодно.

— А ты-то зачем идешь? — забивая рюкзак расходкой, спросил я.

— Честно говоря, сам не знаю, — пожал плечами Семеныч. — Вроде понимаю, что тут я нужнее, и людям будет со мной спокойнее, но прямо что-то тянет. Чуйка что ли.

— Главное, чтобы твои замы справились, — произнес я, вспоминая Матвея.

— Да должны, — лидер «Центра» явно не хотел обсуждать своих подчиненных. — Готов?

— Как пионер…

Интересно, чем они сделали такую дыру. Хорошая у кого-то способность. Стряхивая с себя пыль, я оглядывал квартиру. Погром. Забивая окна всяким хламом, орки не заботились о сохранности имущества.

Из дыры показался мой очередной саппорт-донор, на этот раз молодой орк.

— Удачи! — прошептал сопровождающий центровец и скрылся под полом.

Все, назад дороги нет, скоро весь путь будет заминирован.

Дверь в квартиру прикрыта, но замок сломан. Я осторожно приоткрыл ее и выглянул. У нас тут вроде реалРПГ, а ощущение будто постапокалипсис: кругом мусор, неработающий лифт с выломанными створками, темнота и тишина.

После третьего этажа посветлело, и, чтобы случайно не спалили через окно, пришлось идти пригнувшись. Вот и седьмой. Ни одной запертой двери.

Из окна открывался отличный вид на ТЦ «Дирижабль». Всего-то пролететь около пятидесяти метров и на месте. Вздохнув, я достал из рюкзака огромный мифический арбалет и большой моток веревки.

Пробивной: зыркливость +3, моща +2, обладает способностью «мощный выстрел». Можно использовать раз в 2 часа.

Со слов Семеныча болт, пущенный из этого оружия, прочно воткнется в любую поверхность. Ну посмотрим.

Я закрепил верёвку, связал донора, набил неуязвимость и открыл окно. Бесстрашие работало, так что меня беспокоило только выполнение поставленной задачи. Тетива щёлкнула, болт унесся вниз.

Дальше все надо делать очень быстро. Секунда — натянуть верёвку и закинуть ее на крюк, следующая — и я уже лечу.

Треск, грохот, крики и твердый пол, на который я рухнул, пробив крышу торгового центра.

Уничтожить склад или руководящий состав. Я увидел и то, и то. К сожалению, здоровые стеллажи с мифическими рюкзаками находились далеко от двух десятков пирующих за огромным столом орков и гномов. Вернее, они уже не пировали, им помешал сначала влетевший через крышу болт, а потом я. У многих из присутствующих в экипировке имелись системные шмотки.

А что если…

Я сделал испуганное лицо и рванул в сторону склада. Раздались воинственные крики, а в спину тут же прилетела дубина. Навстречу также неслись противники, я вскочил и снова побежал. Главное не оторваться.

Опять удар в спину, теперь копьё, на этот раз устоял. Рюкзаки с артефактами уже в зоне поражения. Так же как преследователи и ещё рыл двадцать врагов. Пора!

«Граната суицидника» и уже знакомый обволакивающий свет. Когда я снова смог видеть, ко мне со всех сторон бежали враги.

Неуязвимость время действия 0 минут 55 секунд.

Осознав, что стрелы меня не берут, они, перекрывая дорогу, столпились у выходов из торгового центра. Я свернул в первый попавшийся павильон, подбежал к стене и, на ходу активировав «перемещение», перенесся на улицу.

Дневной свет! И никто на меня не смотрит. Сориентировавшись, я врубил «ускорение» и помчался в сторону встречающей группы.

Кожа орка, натянутая поверх собственной, и огромная скорость, позволили беспрепятственно достичь первого кольца. Враги рычали, бегали и размахивали лапами. Они понимали, что-то произошло, но не понимали, что именно. Мой стремительный бег не остался незамеченным, и мне перегородили дорогу.

«Прыжок», а после приземления с той стороны кордона «рывок». Пять минут откат, но у меня есть запасные шмотки с тем же самым.

Теперь за мной гнались не меньше двухсот орков, гномы не справлялись и быстро отставали. Не перехватили меня по одной простой причине — стоящие впереди видели бегущую зелёную толпу и на ее фоне зелёного меня. Вблизи маскировка не выдержала бы никакой проверки, а на бегу, издалека, я вполне себе походил на своего.

— Дорогу! — зарычал я по-оркски. — Атака тупозубых на северный пик!

Идиоты есть везде, и часто они являются великой движущей силой. Мой крик подхватили, и он быстро обогнал нашу процессию, так что когда я подбегал ко второму кольцу, там творился хаос.

Дай им немного времени, они бы сообразили, что такая информация не могла прийти изнутри, но времени не было, и все громче со всех сторон звучало: «тупозубые на северном пике». Ситуация складывалась интересно, но лишала меня возможности применить массовой урон, вроде «акустического удара», это могло сбить так хорошо идущую волну дезинформации.

Придется рискнуть! Я врубил единственный свиток «каменной кожи» и нырнул в бурлящую толпу, в которую за считанные секунды превратилось совсем недавно стоящее ровными рядами второе кольцо.

— Тупозубые на северном пике!

— Лови тупозубого!

— Он в маскировке! Он похож на орка!

— Где он?

— Отряд тридцать шесть, на север!

— Тупозубые уничтожили штаб!

Воспользовавшись суетой, я просочился между врагами и, пробравшись к ближайшему дому, заскочил в подъезд.

Среди преследователей оказались внимательные, и за мной влетело сразу четверо.

«Акустический удар».

Неэстетично — черная кровь стекала со стен в местах, где об них расколошматило преследователей, зато не успеют никого предупредить.

Следующему забежавшему я проткнул колено, собираясь сделать из него донора, но тут в подъезд влетело ещё двое, и пришлось первого быстро добивать, а его тело с помощью «телекинеза» использовать, как шар для боулинга. Страйк! Оба зеленокожих упали. Одному копьё в сердце, другому в бедро.

Падая, противник поднял руку и запустил в меня огненный шар. Не ты первый, не ты последний. Я опустил угол щита на удивлённую клыкастую морду. Вроде жив, и вроде пока никто больше не ломится. Не тратя времени, я принялся набивать неуязвимость. Больше никого не появилось.

Что там интересного снаружи?

Надо отдать должное офицерам — несмотря на смешанный состав они быстро наводили порядок. Орки и гномы собирались в отряды и строились. Про нападение на северный пик больше никто не кричал, но несколько сотен бойцов убежали в том направлении.

Ещё несколько припустили в сторону штаба. Остальные же или восстанавливали защитное кольцо, или собирались искать меня. Ну что ж. Я вернулся к донору, добил неуязвимость до двух минут, взлетел по ступеням и выбил люк на крышу.

Разбег и прыжок (обычный).

Сила «растопчу» зависит от высоты. Как оказалось — зависит очень сильно. Земля вздрогнула, волна цунами из щебня и обломков асфальта высотой мне по шею раскидала врагов в радиусе двадцати метров. Тела большинства из них опознанию не поддавались.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вытащить ноги из грунта и побежать. Но не очень быстро: густое облако пыли, крики и стоны раненых — все это помогло мне временно стать не узнанным.

Я ушел с улицы и двинул дворами. Так и не встретив противников с «обнаружением без колдунства», через десять минут добрался до третьего, самого плотного пограничного кольца. Вернее, оно было таковым совсем недавно. Видимо, большая часть бойцов убежала или в сторону штаба или на север. Плюс разнорасовость контингента добавляла неразберихи.

Надо попробовать сэкономить «крик баньши».

Сложность возникла при поиске донора — все кучковались минимум по четверо, да ещё и на виду друг у друга. Только пройдя с километр дворами вдоль кольца, я услышал раздающиеся из окон соседнего дома крики.

Пусть врагов там тоже может быть немало, но даже если они позовут помощь, я успею врубить «садиста».

Очередной темный подъезд, ступеньки и раскрытая настежь дверь в квартиру. В луже крови на полу изрубленный труп парня, а на кровати орк насилует рыжую девушку. Рядом ещё двое ждут своей очереди и дают советы.

Крики уже прекратились — из-под зелёной туши слышны лишь тихие стоны боли.

Ближайший орк обладал «обнаружением без колдунства» и увидел меня. В скудном освещении даже с маленького расстояния он не сразу понял, что что-то не так, и я успел ткнуть копьём «парализации» его в плечо. Со вторым необходимости осторожничать не было, и наконечник пробил его горло.

Усыпив кинжалом, пришедшего в себя первого орка, я повернулся к насильнику, который так ничего и не заметил.

У девочки и так много травм сегодня, нет нужды ее с головы до ног заливать черной кровью. Хочется, конечно, вдоволь наказать гада, но нет на это времени. Отыграюсь на других, а этому просто сверну шею.

Хруст позвонков райской музыкой влился в уши, я поддержал его тушу и стащил ее с девушки. Она тут же ошарашенно завертела головой и отползла в угол кровати.

— Тихо! Как придёшь в себя, вставай и одевайся.

Из полезного для меня у орков нашлись только разнообразные зелья и пара копий. Поставив колено на спину будущему донору, я открыл карту. Немного отклонился — отсюда до места встречи три километра. Если не будет форс-мажора, как раз добегу к концу неуязвимости.

Девушка продолжала сидеть в углу и в ужасе пялится на меня. Твою мать — кожа орка!

— Свои! Вставай и одевайся, — повторил я, сняв маскировку.

Теперь она пялилась на зелёную лапу. Ну и хрен с ней, все равно с собой брать нельзя. Я набил неуязвимость, выскочил из квартиры и рванул вниз по ступенькам.

Неуязвимость время действия 0 минут 19 секунд.

В спину ударилась очередная стрела. Не меньше трехсот орков преследовали меня, самых резвых я выбивал запасными копьями, не подпуская на расстояние опасных способностей, но в целом жилы не рвал, не давая им растянуться.

Наконец-то! Двенадцатый дом, за ним продуктовый магазин, а потом две пятиэтажки, стоящие друг напротив друга. Глаз-алмаз — ещё семь секунд. Немного замедлиться, копьё в ближайшего, поравняться с крайним подъездом… Пора! Я активировал «прыжок» и повис на толстом дереве.

На сигнал встречающий отряд среагировал молниеносно — дворик позади меня буквально взорвался! Огонь, лёд, вставшая дыбом земля! Давящие орков деревья, столбы и скамейки. Особенно впечатлила сметающая зеленокожих вырванная детская карусель.

К сожалению, времени добить раненых и обыскать трупы у нас не было. Город наводнён врагами, а звуки побоища, отражаясь от стен брошенных домов, разлетелись на километры.

— Как успехи? — уже на бегу, спросил Семеныч.

— Склад уничтожил, совместную группу орков и гномов в «Дирижабле» завалил. Боссы это были или нет хз, но шмот носили в том числе системный.

— Отлично! Тут до нас дошли слухи, что люди на северный пик напали, слышал что?

— Ни одного вымышленного человека не пострадало, — ухмыльнулся я и метнул очередное копьё в пятерку появившихся из-за угла гномов.

Дома становились все ниже, а противников все меньше — вырвались! Оставалось надеяться, что наш отвлекающий маневр сработал и помог общей эвакуации.

— Левее, десять километров! — крикнула Виолетта, сорокапятилетняя блондинка. Она всю жизнь проработала в МЧС, занимаясь поиском пропавших, и теперь система наградила ее способностью чувствовать заранее помеченных людей.

Вернемся назад и пора плотно заняться вопросом с Софьей.

Последняя капля

Я бежал в первой паре и, если бы не «Ухан», вообще вряд ли бы понял, что что-то происходит… Что-то изменилось! Но что? Все тот же далёкий шум города, близкий лес, дыхание и шаги сзади… Шаги! Их стало меньше!

Резко оборачиваюсь и тут же получаю удар дубиной в солнечное сплетение от бегущего справа бойца. Падаю. Асфальт, небо, асфальт, небо, очень быстро. Замираю — небо. На периферии зрения кроны деревьев и предупреждающие о повреждениях и переломах системные сообщения.

— Подлечить его? — слышу голос, но не могу разобрать чей он.

— Самую малость! Потом свяжите и к остальным. Закончим с командиром, порешаем с ними.

А вот этот голос я узнал — это «Тихий», он же Савелий — старик со страшными глазами.

Из двенадцати членов отряда в заговоре участвовала половина. Пятерых, включая меня, связали. Семеныча же оттащили в сторонку («Ухан» не доставал), минут двадцать допрашивали, а потом гномьим топором отрубили голову.

— Так ребята, кто не в курсе, мой позывной «Тихий», попрошу вас посмотреть на меня, — улыбаясь и отбрасывая в сторону орудие убийства, проговорил подошедший старик.

Когда он заговорил, черные прожилки в белках его глаз вдруг ожили и задвигались. Отвратительное зрелище, но отвести взгляд не получалось.

— Все, что вы видели за последние полчаса, забудьте. На самом деле произошло следующее: мы попали в засаду гномов. Отбивались, как могли, но враг применил массовый гипноз, и вы все отключились, — принялся рассказывать странные небылицы старик. — Только я благодаря способности выстоял и прогнал супостатов. Но, к сожалению, они успели зарубить Семеныча.

Движение в глазах «Тихого» прекратилось, и он повернулся к своим сообщникам.

— Развяжите их, через пару минут начнут соображать, что к чему. И растащите так, чтобы в ряд не стояли. Палево.

По моей спине лил холодный пот. Краем глаза я старался ухватить мимику своих собратьев по несчастью — ведь если старик поймет, что я не поддался внушению, мне хана.

Один из предателей схватил меня и, оттащив метров на десять, кинул на обочину. Отлично! Моего лица они не видят. Теперь надо врубить «Ухан» и начать «оживать» одновременно с остальными.

Вскоре раздалось удивлённое бормотание и возгласы. Пора! Я тоже зашевелился и повернулся.

— Где гномы? — простонала Виолетта.

— Ушли!

— А Семеныч? — прохрипел я.

— Погиб, — грустно вздохнул убийца и указал рукой на обезглавленное тело. — Давайте, ребята, приходите в себя. Неприятель может вернуться с подмогой.

Никогда я так остро не ощущал правильность поговорки: с такими друзьями — врагов не нужно.

Не чуйка, Семеныч, тебя заставила пойти на эту миссию, а гипнотизер по кличке «Тихий».

Основную армию «Центра» мы догнали через двенадцать километров. Как оказалось, гномы и орки преследовали их только до выхода из города, а потом развернулись грабить бывшую крепость или искать того, кто устроил диверсию в «Дирижабле».

Рядовые бойцы и младшие офицеры очень тяжело встретили известие о гибели лидера. За несколько минут я услышал о нем много хорошего. Почти каждый сказал что-то вроде: а он мне жизнь спас; если бы не он, я бы с голоду сдох, и тому подобное.

— Александр, — раздался за моей спиной голос Савелия. — Скоро привал. Совещание руководства во главе колонны. Ты главный докладчик.

— Хорошо.

Надо выступить, а потом по тихому сваливать. Желательно, конечно, перед этим по-тихому прирезать "Тихого".

Караван остановился. В сторонке от основной массы людей быстро организовали походный штаб: стол, раскладные стулья, нехитрая снедь.

— Привет, Саша! — широко улыбнулся Матвей. — Даже мы слышали, какой шухер ты там навел! Рассказывай!

Его рожа сияла, что совершенно не сочеталось с эвакуацией, потерей столба и гибелью любимого в народе лидера. Но больше всего мне не понравилось, что по правую руку от него сидел Савелий, а по левую Софья.

Похоже, намечается, а всего скорее уже свершился, ненасильственный (официально) захват власти, что здорово усложняло и без того херовую ситуацию.

В красках, но на случай менталистов правдиво, я поведал историю диверсии. По окончании заулыбались даже скорбящие по Семенычу — всем нужны хорошие новости.

— Браво! Саша! — подвёл итог Матвей. — Вот такие новобранцы, как вы с Софьей, нужны новому «Центру»!

— Ура! — крикнули сразу несколько голосов, но их не поддержали.

— Итак, как исполняющий обязанности главы…

— А кто тебя назначил, Матвей? — с маленького стульчика поднялся здоровенный, похожий на медведя мужик лет сорока.

— Я зам Семеныча…

— По вопросам развития крепости, — вновь перебил блондина мужик. — Которую мы проебали, а я военный советник, и сейчас война.

— Проебали из-за херового военного планирования, — огрызнулся Матвей, но тут же вновь улыбнулся. — Но не будем об этом, Валер. Дойдем до безопасного места, проведем нормальное голосование. А пока предлагаю, как и раньше, ты занимаешься военной частью, я остальными организационными вопросами.

— Надо расследовать смерть Семеныча, — подал голос мужик, сидящий рядом с Валерой. — Почему тело не принесли?

— С минуты на минуту могли вернуться гномы, — ответил ему Савелий. — Тебе любой подтвердит.

— Да, я хотел бы спросить каждого! — перехватил инициативу друга Валера, и Вадим пусть будет свидетелем.

— Ты прав! — хлопнул себя по лбу Матвей. — Савелий, ты же всех позвал?

— Да, все здесь.

— Отлично! — Матвей обвел рукой присутствующих. — Ребята… Герои из диверсионной команды! Извините нас за происходящее, но мы все должны убедиться в ваших словах. Не обижайтесь! Процедура займет по полминуты на каждого. Постройтесь, пожалуйста, тут.

Попадос.

Сейчас, очевидно, идет тщательно спланированный спектакль. У меня в нем предполагалась простая роль — будучи загипнотизированным Савелием, подтвердить, что Семеныч погиб в засаде у гномов. Проверяющим будет Валерий, а точнее его друг, менталист Вадим. И все бы ничего, но «божественный символ» защитил меня от гипноза, и я буду вынужден сказать правду. И когда я это сделаю, начнется бойня или очень долгие разборки, в результате которых меня легко могут назначить крайним.

Если бы Софья надиктовала мне то, что я должен сказать, то знак бы помог обмануть Вадима, а так…

Чтобы хоть как-то отсрочить тяжёлый момент и выиграть время на раздумья, я встал в строй допрашиваемых последним.

— Как погиб Семеныч? — Вадим подошёл к первому в цепочке и положил руку ему на голову.

— Мы встретили Сашу, — начал рассказ один из тех, кто помогал Савелию резать лидера. — Потом бежали, потом Виола сказала, что до вас десять километров. Потом провал в памяти. Когда пришел в себя, Семеныч был мертв.

— Правда, — подытожил Вадим и перешёл к следующему бойцу.

Ага. Или он участвует в заговоре, или, что более вероятно, «Тихий» обработал своих заранее. Будем исходить из последнего… И что делать? Пожалуй, самый лучший вариант — быстро выпалить правду: «Семеныча убил Савелий, а потом всех загипнотизировал». В таком случае меня, возможно, выслушают.

Тем временем Вадим подошёл к пятому в строю.

Блин, если бы не Софья, все было бы проще — я мог бы просто сбежать. А так, если начнется заруба, мне придется ее защищать, а она, похоже, за время моего отсутствия спелась с Матвеем. Не мудрено, учитывая, что Семеныч приговорил ее к казни.

Допрос дошел до восьмого. Все говорили плюс-минус одно и тоже. Ну же, дебилы! Вы же уже все поняли. Прекращайте!

— Ну Александра, можно, наверное, не спрашивать, — обернулся к остальным Вадим.

— Конечно! — поддержал его Матвей.

— Нет уж, давайте всех для порядка, — твердо возразил Савелий. — Чтобы в будущем у вас было меньше сомнений в моих словах.

Вот ты самоуверенный дурак! А ведь могли соскочить. Что? Не успели тебя предупредить о символе? Хотя не факт, что Софья с Матвеем настолько сошлись, чтобы просвещать друг друга в такие нюансы.

— Как погиб Семеныч?

— Его…

— Тревога!!! — множество голосов слились в один. — Гномы!!!

Бородатые медленно запрягали. Зато подходили ко всему тщательнее и били значительно сильнее орков. Каким-то образом они обошли дальнюю разведку, и их заметили всего в нескольких сотнях метров от хвоста каравана.

Отбросив снова мелькнувшее воспоминание о первом событии, я бросился в сторону звуков разгорающегося боя. Главное, чтобы Софья не учудила — превратиться сейчас в бездумную куклу равносильно смерти.

Подготовка «Центра» внушала уважение. Несмотря на неожиданную атаку, бойцы быстро объединялись в группы и давали уверенный отпор закованному в тяжёлую броню врагу. Набирать неуязвимость и ковырять эти консервы по одному не имело смысла. Но и применять мой козырь просто так я не мог, слишком большие потери будут от дружественного огня.

Ища подходящее место, я трижды уклонялся от схватки. Дважды из-за спин союзников доставал копьём открывшихся бородачей. После того, как получил арбалетный болт в плечо, съюзал последний свиток каменной кожи.

В этот раз «Ухан» играл против меня — крики, рев, стоны раненых, удары метала об метал оглушали и не давали сосредоточиться.

Каменная кожа время действия 7 секунд.

Сука, что же делать? Кругом свои!

Раздался взрыв, и все пространство вокруг меня вдруг очистилось. Только что я стоял в окружении минимум десяти бойцов «Центра», а сейчас их разорванные огненным шаром тела лежали на земле.

Каменная кожа время действия 2 секунды.

Краем глаза я видел союзников, но передо мной были исключительно оскаленные бородатые рожи в низко надвинутых шлемах.

«Крик баньши»!

Боль в челюсти. Кровь, бьющая из глаз, носов и ушей ближайших врагов. А потом отраженная деревьями и уже мертвыми, но еще не упавшими, телами звуковая волна.

Поздравляем с получением двадцать шестого уровня. Повреждения восстановлены на 10 %«.

В закрытом помещении такое точно изображать нельзя. С этой мыслью я потерял сознание.

— Он убил шестьдесят своих!

— И вывел из строя, а, считай, тоже убил, почти тысячу гномов, которые убили бы гораздо больше этих шестидесяти. Хватит уже, Кирюха, нам всем жаль твоего брата.

— Да и сам чуть не помер! Кто же знал, что волны крика отражаются от деревьев.

Тяжелый разговор длился полчаса и, наконец, начал затухать. Возмущались, и то уже не так активно, только те, чьи близкие погибли от моего крика.

— Отнимите у него артефакт! Я не хочу, чтобы у меня вытекли глаза после следующей битвы!

— Глаз отрастает за три дня.

Вечерело. Всех раненых уже вылечили (за исключением не поддающихся быстрому восстановлению), все артефакты собрали, а мертвых похоронили.

Потери «Центра» составили триста человек, из которых шестьдесят убил я. Ещё столько же покалечил. После «крика баньши» гномы бежали. Не отступили, а именно в ужасе бежали. Бойцы «Центра», сами находящиеся в шоке, их почти не преследовали. Только добили раненых.

А я мало того получил двадцать шестой уровень, так и набрал треть от следующего.

— Я бы не хотел отдавать шлем, — воспользовавшись паузой, вставил я. — Обещаю впредь учитывать его особенности. Кирилл и все остальные, мне очень жаль, что ваши близкие погибли.

— Да пошел ты!

Часы, которыми я, наконец, обзавелся показывали 19:32.

Я уже пропустил один сеанс связи со своими, до следующего оставалось полчаса, и в этот раз мне во что бы то ни стало нужно подключиться.

— Как исполняющий обязанности главы «Центра» постановляю! — поднял голос Матвей. — Пока шлем останется у Александра! Дело закрыто! У всех десять минут на сборы. Сегодня к полуночи мы должны дойти до пика!

На сей раз его никто не одернул. Может из-за того, что он был прав, а может потому, что предыдущие оппозиционеры Валерий и Вадим погибли во время боя. И точно не от моего крика.

— Так-с, как ты писал в письме, сначала краткий пересказ того, что было ранее, — Леша шел по валу и смотрел в сторону города. — Фурфур убежал через два часа после того, как прибежал. Около одиннадцати вечера по нашему времени, то есть в час ночи по Ебургу. Получается девятнадцать часов назад. Дальше… Куча разведчиков палят крепость Чжура. Никакой направленной против нас активности. Более того, сегодня несколько тысяч бойцов ушло в противоположную сторону. Послали гонца передать эту новость Вилленгу, может, сумеет перехватить, если углубятся в его территорию. Эй! Ты чего тут делаешь? Тебя Палыч искал!… Так-с, сорян, о чем там я?

Леша остановился.

— А вот, пока вижу, — его взгляд остановился на трёх виселицах и семи телах, висящих на них. — Пришлось немного расширить. Народу все больше, и с ними проблем. Кражи, насилие, одно убийство. Нескольких мелких воришек просто выслали, а некоторых пришлось повесить. Индивидуальный подход, мы ж не варвары… Строимся помаленьку, но это тебе Андрей расскажет, деревья пересаживаем… А, я ж ещё с внешней политикой не закончил, — Леша вновь зашагал по валу в сторону Оки. — Установили контакт с новыми Коломенскими, «Меч» которые… Не очень гладко у них все идет, слишком много народа, организация хромает на обе ноги. Не удалось им стать единственной силой в регионе, уже появились минимум две конкурирующие гильдии. Пока рано говорить о совместных атаках, им бы для начала оборону города нормальную наладить. Пока только торгуем с ними… Кстати, торговля в целом идет хорошо, ежедневно барыги бегают по всем известным поселениям. Драг. металлы для «возвращателей» льются рекой, ферма пополняется, нет-нет и артефакты с ментальной защитой перепадают…

Леша огляделся и задумчиво почесал заросший подбородок.

— Блин, в следующий раз памятку составлю, чего говорить… А, вот! Совместно с Михалычем планомерно зачищаем орочьи поселения. Всё активнее подключаются «Лесные», все исправно платят дань… Завтра должна заработать переправа через Оку, в двадцати километрах по течению. Наши вербовщики уже на той стороне отбирают лучших. Народу там тьма, надеемся на качественное усиление… Насчет гильдийного «Защитника», призывали его для теста — огонь! Здоровый, сильный, послушный. Так что давай, вливай в него все очки… В случае атаки Чжура может зарешать.

Главный рейдер вышел к реке и направился в сторону «беседки совещаний».

— Мы всех отвлекать не стали, — понизив голос, проговорил Леша. — Сам понимаешь, если постоянно дергать руководство, это повлияет на производительность. Так что решили каждый раз по два человека будут приходить… Иль и Петя были в прошлый раз, а сейчас…

— Привет, Сань! — улыбнулся Андрей.

— Слушай, а можешь не пялиться так? — поморщился Леша. — Я как-то странно себя чувствую, когда ты мне в глаза смотришь и лыбишься.

— Ну так ты передатчик.

— Саня же говорил, что камера висит за мной, а не в моей голове. Лучше на реку смотри.

— Привет, Сань! — махнул рукой Костя и тут же отвернулся.

— Думаю, Леха тебе все рассказал, — так и не отвел взгляда Андрей. — От себя добавлю: стройка идет по плану даже с опережением: мастерские, пилорама, кузня, административные здания, склады, амбары, почти готова казарма, оборудуем приличные места для ночлега за валом… да много чего делается, ты за это не переживай. Народ приходит, качается и работает. Излишне не жестим, но и спуску не даем… Ты держись там! Ждем тебя как можно скорее. Надеюсь, тебе понравятся подарки, что несет твоя белка… Я все…

— Сань! Удачи! — Костя смотрел себе под ноги. — Ждем тебя! И это… Светка пропала…

Твою мать! Бестолковая! Похоже, пошла мне навстречу. И вряд ли она ослушалась приказа просто так, не иначе с Костей у них все плохо.

Ладно, правильномыслие она качала, так что должна была нормально подготовиться к походу.

Остальные новости из штаба радовали, особенно касавшиеся Фурфура (или Фурфуры?). Правда, она говорила, что назад торопиться не будет, так что этой ночью ее ждать бесполезно… Но все равно приятно, что питомец приближается. Так-с, пока не забыл, вкачаю стража до пятерки. Во-о-от! Это я понимаю «Защитник» — пятидесятый уровень, радиус действия два с половиной километра от пика. Давай, Чжур, сволочь, если ты там еще не сдох, приходи, повоюем!…

Ветка хлестанула меня по лицу, отвлекая от размышлений.

Колонна осторожно двигалась к цели — пику испытаний, что находился в тридцати километрах западнее Екатеринбурга. Насколько я понял, из-за неудобного расположения в лесной чаще его пока не приватизировала ни одна группа. Да и знали о нем далеко не все. Запасной аэродром, который пришелся сейчас как нельзя кстати.

Обычно такие столбы захватывали эльфы, но в окрестностях их было совсем мало.

— Привет? — неожиданно за спиной раздался голос Софьи, и я вздрогнул.

Мы не разговаривали с девушкой с момента суда, и теперь ее сопровождал новый «последователь» — бывший хозяин доски объявлений.

— Вы, кажется, ещё не знакомы? Это Саша, это Руслан.

Я коротко кивнул товарищу по несчастью и по его взгляду понял, что после окончательного вживления «божественного символа» он все осознал и теперь не считает меня сообщником Софьи.

— Я видел, ты подружилась с Матвеем?

— Он верит в господа нашего, — улыбнулась девушка. — К сожалению, последователем он стать не может, но обещал помочь в их поиске.

То, что Матвей и его сообщник (или кукловод) Савелий, ребята ушлые, давно понятно. «Божественный символ» давал много плюсов, особенно «пророку» и ее друзьям. Разве плохо иметь армию бойцов с повышенными параметрами, щитом от первого удара, встроенной ментальной защитой, умением в определенных ситуациях скрывать ложь, а самое главное, подчиняющихся тебе без возможности предать или уйти?

Правда, Софья могла и не рассказать всего, иначе Матвей и Ко не согласились бы так легко на допрос…

— Какие планы на ближайшее будущее?

— Такие же, как у всех.

— Я не в курсе, какие у всех.

— А, ну да… Проходим пик, короткая ночёвка и марш-бросок в сторону Ижевска. Там вроде как есть пара достойных для строительства базы мест.

Хорошей новостью было лишь то, что направление практически совпадало с моим изначальным маршрутом.

— Ах да, забыла. Матвей хотел с тобой проконсультироваться по поводу прохождения тяжелых испытаний.

— Он хочет послать меня туда? — опешил я.

— Он, может, и хочет, но я не готова рисковать своими последователями, — рассмеялась Софья. — Нет, он хочет послать туда других.

Когда я допер, что задумали Матвей с Савелием, мне стоило больших усилий не выхватить копьё и не заколоть их обоих сразу. С пронзенной когтями, сжатой в кулак орочьей ладони закапала кровь.

— С добровольцами проблем не будет, — усмехнувшись, проговорил тщедушный старичок-гипнотизер-маньяк. — Все отлично понимают, что для успешного развития гильдии нужны топовые артефакты, и готовы рискнуть своей жизнью, ради общего блага…

Конечно, и совсем не из-за твоих адских особенностей.

— Тем более, после твоего рассказа их шансы серьезно возрастут.

Только вот мою четверку одевала и качала вся гильдия, плюс у нас были снайперки. Они же собирались посылать плохо одетых (чтобы не терять ценные артефакты) и самых слабых бойцов.

Математически их затею я понимал, даже если из пяти групп возвращаться будет одна, но с хорошим уловом, это выгодно. Морально же я готов был по кусочкам разрывать всех причастных, потом восстанавливать и снова разрывать.

— Саша, ты же надолго с нами, — ухмыльнулся Матвей, намекая на мою связь с Софьей. — Не нужно делать такое скорбное лицо. Ценный боец, вроде тебя, в накладе не останется. Тем более сегодня это действительно будут добровольцы, остальным дадим сутки на тренировки. Давай, напрягись и подумай, что ещё, кроме шаров и снайперок, мы можем противопоставить врагу в зависимости от их расы.

В эту ночь на тяжёлое испытание ушло две группы. И одна даже вернулась, вернее двое из нее. Матвей и Савелий светились — добыча была жирной. Никаких сомнений, что через сутки, когда реализация этой затеи примет массовый характер, среди «добровольцев» будут только недавно присоединившиеся или оппозиционно настроенные к новому руководству.

Чтобы выместить гнев, я прошел среднее испытание и больше половины врагов заколол собственноручно.

А еще твердо решил — я в этом участвовать не буду, и если за сутки ничего не произойдет, убью Савелия и Матвея. Никакие сраные «божественные символы» меня не остановят.

Глава 19

Следующий день мы шли. Местами по сохранившейся трассе Р-242, местами через густой лес и поля. Трижды нам встретились поселения не людей, и мы их вырезали под корень. Четырежды человеческие — там мы набрали две сотни новобранцев. По большей части, действительно добровольцев.

Наблюдая за происходящим, я с радостью понял, что особенность Савелия не всесильна. Количество загипнотизированный было ограничено, а между использованиями серьезный откат.

Матвей же вообще не обладал сверх-силой — он просто был хитрой, умеющей пролезть в жопу без мыла, тварью. А сейчас, когда в его руках оказалась реальная власть, из него все сильнее лезла гнилая натура. Он орал, приказывал там, где можно было попросить, издевался и оскорблял тех, кто не мог возразить.

Некоторые возмущались… А потом после разговора с Савелием переставали.

На моих глазах «Центр» из сильнейшей группировки Екатеринбурга превращался в личную игрушку поехавших от власти отморозков. Тем временем Матвей нашел для Софьи ещё двух подходящих для подчинения людей.

Я внимательно следил за всеми, старался быть рядом и делал вид, что поддерживаю. Нужно понять, кто с ними добровольно, а кто под гипнозом. Выяснить их привычки. Когда придет время, мне нужно будет действовать очень быстро.

Единственным радостным событием дня был утренний сеанс связи с базой «Защитников».

Сердце радовалось, когда я видел прогресс строительства и слушал рассказы Лехи. Об удачной торговле. Перехваченных разведчиках Чжура (к сожалению, без моей особенности из них мало что удалось выжать). О новых ловушках — ямы с водой за валом, куда были протянуты электрические кабели. О новых назначениях штабистов (люди, качающие правильномыслие, соответствующие навыки и имеющие связанные с этим особенности), чьей задачей стало краткосрочное и долгосрочное планирование. Также отыскали несколько бывших военных, по какой-то причине попавших в «мир испытаний», уже успевших подкинуть несколько дельных идей для оптимизации обороны и наступательных операций.

Тролли зачистили огромный кусок прибрежных вод, что увеличило безопасность и варианты добычи еды.

А самое главное — успешно открылась переправа через Оку. Без «Защитников» ее использовать было нельзя, и это дало возможность увеличивать население качественно, отсеивая ненужных.

На этот раз в двойку в беседке совещаний попали Паша и Иль. Ребята пошли навстречу и дали мне увидеть прекрасное любимое лицо…

Около шести вечера, пройдя чуть меньше ста десяти километров, мы подошли к пику. Первое, что мне бросилось в глаза в разношёрстной толпе, спокойно ходящие среди людей гномы. Их было меньше, но их принимали за своих. Их светлые бороды напоминали мне Грилла и Тонгара.

— Привал. Пик не проходить! Ждать дальнейших указаний! — пронесся переданный по цепочке приказ.

Да ещё и суток не прошло, чего горло драть?

Пользуясь моментом, что Софья опять ушла, я решил прогуляться и пообщаться с людьми. У меня было несколько лишних, подобранных втихаря, артефактов, мало ли повезет и удастся выменять что-то толковое.

— С тобой можно? — спросил Руслан.

Это были его первые слова за все время знакомства.

— Пошли, увидишь Софью, не говоря ничего, подталкивай меня в другую сторону.

— Скорее я побегу вперёд тебя, а ты не отставай, — грустно улыбнулся второй последователь.

— Договорились.

Общая беда сближает, и скоро мы уже знали друг о друге многое.

Самое страшное — на момент похищения Руслан потерял не всех. Совсем рядом с местом, где он работал, в квартире его ждала жена и двое дочек десяти и двенадцати лет… И они погибли в ту ночь — особенность Руслана помогла ему понять это.

— Как думаешь, нам удастся избавится от этого? — опустив голову, пробормотал спутник.

— Даже не сомневайся! — я положил руку ему на плечо. — С такой мерзкой натурой рано или поздно ее кто-нибудь обязательно прирежет, главное в этом момент находиться подальше.

Пик стоял на окраине небольшого поселка, и люди заняли все близлежащие территории. Как они тут будут зимовать и что есть? Вряд ли протекающая рядом речушка максимум десятиметровой ширины сумеет прокормить всех.

Палатки, палатки, палатки. Кое-где столы с разложенными артефактами, совсем редко с едой.

— Саша!!!

Я вздрогнул и обернулся.

— Оля?

Женщина едва не снесла меня с ног. Ну как женщина, она была младше на год и, когда я видел ее в последний раз, выглядела намного лучше… Девушкой. Сейчас же она исхудала, осунулась, огромные синяки под глазами и морщины здорово прибавляли возраст. Это была Ольга — жена Андрея.

— За пять дней, что мы тут, все стало налаживаться, — не выпуская моего локтя (человеческого), тараторила Ольга. — Уровни подняли, навыки раскачали. Люди тут хорошие и гномы, не то, что те, с черными бородами…

Из ее рассказа я понял, что на момент второго события пик был ничейный, вернее общий, и появившиеся монстры легко разогнали народ.

Через два дня пришла компания из пятидесяти человек, собрала разбредшихся вокруг людей и добила монстров. Ещё через день тут появилась гильдия «Ижевские», а два дня назад она стала фундаментальной.

Они сразу договорились с белобородыми гномами, держащими пик в двадцати километрах к югу, о партнёрстве и спокойно зажили, даже не строя стен и не устраивая тиранию.

Чем дольше я слушал, тем больше понимал, что им очень повезло, и что в ближайшем будущем их, а возможно и гномов, ждут очень неприятные сюрпризы.

Накаркал. Сюрпризы ждали их гораздо раньше.

— Александр! Матвей приглашает вас на совещание.

Приглашает, прислав аж четверых.

— Оль, мне отойти надо! Скоро буду.

— Конечно, — испуганно пробормотала девушка, оглядывая одетых в красное бойцов «Центра».

— Вы с ума что ли сошли? — заорал, выслушав планы Матвея, Валентин, глава «Ижевских».

И я отлично его понимал — только что нам представили план атаки на крепость гномов. Тех самых союзных, со светлыми бородами.

— Они нам столько дали!

— В первую очередь мы должны думать о людях, — встал со своего места Савелий. Черные прожилки давно двигались в белках его глаз. — Никто не собирается устраивать бойню (озвученный план утверждал обратное). Нам нужно два пика, один «Ижевским», один «Центру». Уже через месяц мы здесь построим новую столицу людского мира!

— Нам хватит одного! — очевидно, на Валентина и его помощника Дмитрия магия Савелия не действовала. Остальные четыре члена делегации уже давно кивали в такт словам гипнотизера.

— Ладно, хватит, — поморщился Матвей и поднял руку.

В следующую секунду к Валентину и Дмитрию сзади подскочили бойцы «Центра». Два обезглавленных тела упали на траву.

— Ты теперь глава «Ижевских», — Савелий указал пальцем на члена делегации. — Игорь?

— Иннокентий.

— Гномы загипнотизировали этих двоих, чтобы внедриться. Наши маги раскрыли их и убили при попытке к бегству. Гномы планировали завтра ночью вырезать всех людей. Поэтому всех белобородых надлежит прямо сейчас поймать, связать и привести сюда. Наши войска вам помогут. Ясно?

— Да!

— Также ты должен составить список всего руководящего состава и тех из них, кто потенциально может работать на гномов. Атака на их пик будет сразу после полуночи, как только у нас пройдут сутки с последнего посещения…

Я слушал Савелия и по моей спине лился пот. Если система нас как-то проверяла, эта группа проверку провалила.

Ну что ж — Софья рядом, значит я могу скастовать «руки грешника», это на десять секунд нейтрализует всех кроме нее, достаточно, чтобы заколоть Матвея и Савелия, может, тогда спадут чары старика, и у меня будет шанс всем все объяснить. Я призвал «копье Света» и тут же получил чем-то тяжелым по затылку.

Судя по скорости, с которой меня вырубили, агрессии ждали и подготовились к ней.

Очнулся я крепко привязанным к дереву.

— Итак, Александр, как насчет того, чтобы помочь человечеству? — передо мной стоял самодовольно улыбающийся Матвей, а за его спиной Савелий и Софья.

— Легко, развяжи меня.

— Ха! Ну ты же тогда убьешь меня?

— Даже не сомневайся.

— Тогда я сначала расскажу тебе расклады…

Вышагивая туда-сюда в трех метрах от меня, самозваный лидер «Центра» поведал мне, что я выбран на роль главного диверсанта при атаке на крепость гномов. Моя задача подбежать к крепости и взорвать ворота. Почему я? Потому что я могу там выжить, и после взрыва сдерживать войска бородачей до подхода основной армии.

Откажусь — ворота взорвет загипнотизированная Ольга, а на штурм крепости первыми пойдут «Ижевские», вернее их женщины и дети. Выбор на взгляд Матвея очевидный: на одной чаше весов жизни тысяч людей и моя, на другой — гномов.

Как по мне, весы находились в относительном равновесии. А если на вторую чашу еще положить головы Савелия, Матвея и, желательно, Софьи, так она и вовсе сильно перевесит. Страшно представить какие злодеяния они способны совершить, если захватят реальную власть, крепость и пик.

Первым делом возникла идея взять у них гранату и подорвать. Но, к сожалению, это возможно только если в радиусе взрыва не будет «пророка», а эта троица теперь неразрывна.

— Вам же не принципиально именно убить всех этих гномов? — обращаясь больше к Савелию, спросил я. — Вам нужна именно крепость и пик? Ведь такую резню не спрячешь, и рано или поздно придется воевать еще и со всеми белобородыми в округе.

— Не принципиально, — немного подумав, кивнул «Тихий». — Даже лучше не убивать.

Матвей с сомнением посмотрел на гипнотизера, но промолчал.

— Тогда дайте мне возможность уговорить их уйти добровольно.

— Я против! — резко заявила Софья.

— Да и я, откровенно говоря, сомневаюсь, — присоединился к девушке Матвей.

Савелий обернулся и долго рассматривал крепость. Как я и предполагал, в этой связке истинным лидером был он.

— Если получится взять крепость не пробивая огромную дыру и не вступая в радикальную кровную вражду с белобородыми, будет хорошо, — наконец произнес он. — Ты пойдешь на переговоры с ними и уговоришь выйти. Условия: они берут только личные артефакты и запас еды. Всю инфраструктуру оставляют. Если они не согласятся, ты взрываешь гранату изнутри так, чтобы выбило ворота. Если через три часа ты не вернешься и ворота все еще будут на месте — все «Ижевские», включая мирных, пойдут на штурм, за ними наши. Гномы хрен угадают у кого вторая граната. Крепость мы по-любому возьмем и все жертвы будут на твоей совести. Ты согласен?

— Да.

Ворота были заперты — мне открыли небольшую калитку. Сразу за ней меня встречала четверка хорошо вооруженных гномов.

— Что надо?

— Провести переговоры о сдаче крепости.

— Я ж тебе говорил, люди сумасшедшие, — ткнул один гном другого в бок. — А тебе человек я даже не знаю, что сказать… как там по-вашему: «иди на хуй». И желательно очень быстро, пока я не передумал и не оттяпал твою тупую башку.

— Слушай, бородач, поверь, я не желаю вам зла, — я тщательно подбирал слова, так как умирать прямо сейчас не хотел. — Нужно чтобы ты позвал всех самых раскачанных в правильномыслие братьев и всех, у кого есть ментальные способности.

— А еще что мне сделать? — заржал гном. — Ладно, пошутили и хватит. Вали отсюда.

Он сделал шаг вперед, а в его руках появился топор.

— Вот эта штука, — я кивнул на возникшую в моих руках «гранату суицидника», — уничтожит тут все в радиусе двадцати метров, включая ворота. После чего люди пойдут на штурм и всех тут вырежут. Включая женщин и детей. Я хочу этого избежать. Позови кого я сказал. Они могут встать вне зоны поражения.

На расстоянии двадцати пяти метров от меня собрался десяток гномов, все остальные предусмотрительно отошли еще дальше.

— Говори! — крикнул один из них.

Момент истины.

— Надеюсь среди вас есть те, кто умеет понимать врет человек или нет, — поднял я голос так, чтобы гномы меня слышали. — Соседний пик захватила группировка «Центр». Они взяли в заложники всех ваших, кто был там и мирных людей. Вы их «Ижевскими» называете. Они хотят вашу крепость. Я должен или убедить вас сдаться или уничтожить ворота.

Гномы зашептались.

— Ты странно говоришь и у тебя странный фон, — крикнул один из них. — Создается впечатление, что ты здесь не по своей воле.

— Так и есть.

— Так зачем пришел?

— Поэтому и пришел. «Центр» в любом случае пойдет на штурм, у них есть сильный гипнотизер, поэтому «Ижевские» тоже пойдут. У них есть еще одна граната. Я хочу спасти ваши жизни и жизни мирных.

Гномы снова засовещались, и тут из глубины крепости выехало большое кресло. Не трон, а что-то вроде инвалидного. На нем сидел седой сморщенный гном. Остальные расступились пропуская его. Я бы его и так услышал, но он об этом не знал, поэтому взял в руки небольшой усилитель.

— Ты ведь что-то не договариваешь, человек, — хрипло произнес старик. — У тебя есть еще причина быть здесь.

— Да.

— Гипноз?

— Нет.

— Расскажешь.

— Нет.

— Мудрейший Врингал! Зачем ты говоришь с ним? — уважительно склонившись перед старцем тихо заговорил один из стоявших до этого молча гномов, его слова не предназначались мне, но благодаря «Ухану» я их слышал. — Давай его подстрелим, может шаманы сумеют локализовать взрыв. Да даже если нет — черт с ними, с воротами! Нужно срочно ударить по людям, пока они не загипнотизировали и не обратили против нас все население того пика.

Чем дольше говорил гном, тем больше меня накрывало дежа вю. Где-то я его раньше видел. Эта фигура. Этот голос…

И тут он обернулся.

— Брилл!? — заорал я.

Гном подпрыгнул и в крепости повисла тишина.

— Я-то Брилл. А ты кто?

— А я Саша, и я знаю, где твой брат!

Дальше разговор пошел в другом ключе. Та часть, где я рассказывал о знакомстве с Гриллом и о «Защитниках», прошла быстро — пара фраз, подтверждение от гномьих «детекторов лжи» и следующие пара фраз.

Потом начались ожидаемые сложности.

— Ребята! Дабы повысить атмосферу доверия, я сейчас уберу эту штуку, — я кивнул на все еще зажатую в руках «гранату суицидника». — Давайте только без глупостей. Если вы меня завалите, большой крови не избежать.

Все равно я внутренне сжался, когда убирал взрывчатку. Но ничего не произошло.

Скрытым и основным мотивом моего визита в крепость была надежда на то, что гномы как-то сумеют помочь с извлечением или хотя бы временной нейтрализацией «божественного символа». Вот только я не мог рассказать им о нем. Оставалось надеяться на их догадливость.

У них с этим оказалось не очень. Я намеками ходил вокруг да около и спину уже почти нестерпимо жгло и, наконец, меня вырубило.

Меня оттащили вглубь крепости. Все боевые артефакты и гранату, естественно, отобрали, но я и не собирался ее взрывать.

Беседа продолжилась, и я еще трижды терял сознание.

— Ладно хватит, — подвёл итог разговору старейшина Врингал. — Грилла знает Брилл, про Вилленга и Джумбу слышал я. Наши менталисты подтверждают ту часть, что ты сказал. Также понятно, что ты находишься под воздействием магии и в любую секунду можешь причинить нам вред… Вопрос, что делать?

— Что тут думать!? Надо нападать!

— Хорош, Гнирин! В итоге будем драться против тех, с кем ты же торговал на пике, а эти екатеринбургские уроды отсидятся за их спинами и свалят, если мы победим. Или захватят оба пика, если мы проиграем.

— Переговоры?

— Там гипнотизер!

— Может…

Навалилась тьма.

Поздравляем! Вам предстоит третье испытание! «Один за всех и все за одного». Вам нужно выбрать 100 добровольцев, каждому из них предстоит сразиться в дуэли с добровольцем с другого пика, другой расы. Смерть необратима. Победителю достаются вещи проигравшего. Через 30 минут из портала появится монстр-босс уровня 101 минус количество победителей среди добровольцев. Удачи!

Пиздец! Этого еще не хватало!

Я тут же открыл меню/гильдия.

Фундаментальная гильдия «Защитники» уровень 6

Опыт: 236200 / 21 000 000.

Есть! Только взяли! Никаких сомнений куда кидать свободное очко!

«Защитник» 6 уровень (+).

Монстр шестидесятого уровня с радиусом появления три километра от пика, должен здорово помочь «Защитникам»! Теперь пора заняться своими делами.

Невозможно передать панику, охватившую гномов. Ведь даже если взять среднее значение в пятьдесят процентов победителей, трудно представить, что вылезет из портала, и как это убить.

И это если не учитывать предполагаемые теорией вероятностей пятьдесят погибших из сотни «добровольцев».

— Я пойду! — заорал я. Потом повторил. Потом ещё.

Никто не обратил внимания.

— Я двадцать шестого уровня, дебилы бородатые! Чтобы принимать участие в событии необязательно состоять в вашей гильдии! У меня все статы по двадцать-двадцать пять, могу получать неуязвимость! И я буду сражаться за вас!

Повисла секундная пауза, потом Врингал кивнул.

— Отдайте ему все, кроме гранаты.

Я схватил свой рюкзак, не обращая внимания на занесённые топоры, переоделся и побежал к столбу.

Хотите принять участие в событии «один за всех и все за одного»? Смерть необратима.

О чем базар?

До начала битвы 10 секунд.

Стандартная арена, без шаров посередине. Вернее, они есть, только на высоте метров десяти на столбах. «Прыжком» не достать. Столбы стоят квадратом метрах в двадцати друг от друга.

Все это я увидел не сразу, так как пытался понять, кто мне достался в противники. С моей позиции казалось, что я смотрю на ребенка, но по всему выходило, что это хоббит. Далеко, конечно, но размер выдавал его. Визуально не внушает, но, если верить Толкиену, они могут быстро двигаться и очень умные.

Конструкция арены подразумевала, что я могу взять только один шар и то, если рвану, и у полурослика нет дистанционных атак. Мощей он вряд ли меня превзойдет даже с баффом, магией точно нет. Значит, надо брать уклонение, хоть оно и ближе к противнику.

До начала битвы 3 секунды.

В первый раз я обрадовался, что в меня вшит «божественный символ», и от одной атаки он защитит.

Битва началась!

Разбег, «ускорение», «рывок»!

Я у столба с зеленым шаром, и передо мной волосатые ноги! Хоббиту было несильно ближе, но он обогнал меня — значит, в скорости не уступает.

Взмах копьём, и лишь самый кончик цепляет пятку. Парализующий разряд сбивает полурослика, следующий удар должен решить исход поединка, но копьё лишь выбивает искры из мраморного пола.

Тень проносится слева, и интуитивно поднятый щит отбивает атаку кинжала. Отпрыгиваю. Он тоже. Между нами метров семь. У меня в запасе один блок, а у него бешеная скорость. Говорить об остальном смысла нет, уже понятно, что по раскачке мы друг другу не уступаем.

Кружим между четырьмя столбами, на которых висят шары. Ему теоретически могут быть полезны на мощу, уклонение, и не будет лишним щит. Мне же подойдет только уклонение.

— Говоришь по-русски? — вопрос непроизвольно срывается с языка.

— Нет, только по-ширмекски, — ухмыляется хоббит, не сводя взгляда с копья.

— Жаль, могли бы поболтать, — ухмыляюсь в ответ я и делаю ложный выпад.

Полурослик даже не реагирует, понимая, что я не достану. Резким движение головы он откидывает со лба волосы и тут же бросается в сторону и взлетает на столб.

Бью, но он неуловимым движением оказывается с другой стороны. Пока я оббегаю, он уже касается шара с магической защитой.

Копье пронзает бок хоббита, срывая его со столба. Не приближаясь, швыряю запасное и пробиваю ему спину.

— Как же… — доносится до меня хрип за секунду до того, как третье копьё заканчивает поединок.

А вот так. У «самонаводилки» игнор любой брони и щитов, и, как мы только что выяснили, он работает и против шаров тоже. Ну на хер — по доброй воле никаких тяжёлых испытаний. Системой не предусмотрено техник, против которых нет контрприемов.

Поздравляем с победой. Текущий уровень босса 68.

Очень много! Но я же не последний закончил бой?

Я оказался у столба, где меня тут же окружила четверка гномов.

— Кто достался? — ко мне неуверенно подошёл учетчик с толстой тетрадкой. Любопытство и желание сделать работу как надо преодолели в нем недоверие.

— Хоббит, очень быстрый. Повезло убить его.

Гном удивлённо поднял на меня взгляд.

— Третий из тридцати двух вернувшихся.

— А сколько не вернулось?

— Зашло сто.

Ну да, глупый вопрос. До открытия портала оставалось тринадцать минут.

— Девять минут до открытия, — ко мне подскочил Брилл. — Текущий уровень босса пятьдесят пять. Меньше сорока вряд ли опустится. Моя пати собирается в пик, потом на монстра. У тебя сутки прошли?

— Да.

— Поможешь?

— Без вопросов.

— У столба через минуту!

Ну что ж. Я чувствовал, что гномы могут мне помочь, но сначала я должен помочь им.

На ходу надевая артефакты, я бросился к пику.

Дорогие друзья!

Пофиг на лайки. Уже сам хочу поскорее досказать вам концовку этой сюжетной арки и перейти к следующей. Так что последняя глава четвертой книги без разрыва — завтра.

Повторю то, что я писал сегодня в комментариях.

Это мой первый опыт выкладки по главам. И я только недавно осознал — то, что легко воспринимается, когда читаешь книгу залпом, ощущается совсем иначе при медленном повествовании.

Я уже учел это в пятой книге. Она получается более позитивной и концептуальной.

И вообще экватор цикла пройден — в самом ближайшем будущем будет больше взаимодействий с системой и ее раскрытия.

Ну и конечно, решающая встреча с Чжуром — совсем скоро!

Избавление

Нам досталась локация, названная «Защитниками» «Аэродром», та самая, на которую первый раз проходя пик, попала группа Андрея, и где едва не погибли Сергей и Света.

Огромная асфальтированная площадка, и из порталов прут здоровые монстры. По меньшей мере у половины иммунитет к физическому урону. Так что нашей с Бриллом задачей, в основном, стало прикрывать шамана. Благо, он оказался очень сильным и владел сразу двумя стихиями — огнем и землей.

Из плюсов локации было то, что новые порталы открывались только после убийства монстров, вылезших из предыдущих, что позволило нам контролировать ход времени.

— Пора! — заорал гном, глянув на квадратные часы у себя на запястье. — Минута осталась!

Я кивнул и вонзил копье в сердце предварительного лишенного многочисленных конечностей гигантского таракана. Брилл ударом топора прикончил своего.

Открылся последний портал, и из него вылез богомол высотой метров в пять.

В принципе, ничего сложного, саппорт сразу повесил замедление и еще несколько дебаффов. А мы с топорщиком отвели его от шамана, позволяя тому спокойно заливать насекомое огнем.

— Время! — снова крикнул Брилл и «прыжком» взлетел на спину богомола.

Монстр вскинул лапы, пытаясь дотянуться до противника, открывая при этом слабое место на брюхе, куда, подскочив, я вонзил копье.

«Поздравляем! Вы прошли испытание. Ваша награда 3 сундука с уникальными вещами, 2 с легендарными, 1 с мифическими, 4 книги навыков, 2 характеристик и 60000 опыта».

Такими темпами двадцать седьмой уровень не за горами.

На вас наложен эффект неуязвимости на 2 минуты.

Вы получаете бонус к скорости перемещения 60 % на 10 минут.

Без промедления мы понеслись к стене. Брилл все рассчитал верно — едва мы оказались на ней, перед глазами возникла надпись.

Вторая фаза третьего события началась!

Вспышка. Секундное ослепление, в километре от стены появился сухопутный осьминог. Вернее — дохераног.

Прыгаю со стены и бегу к нему. Прямо передо мной, прихлопывая двух гномов, на землю с грохотом опускается гигантское щупальце. Надеюсь, у них была неуязвимость. Запрыгиваю на конечность и бегу к голове (размером с четырехэтажный дом). Краем глаза замечаю движение, и другой отросток сшибает меня. Лечу очень долго и останавливаюсь, только врезавшись в дерево.

Выплевываю ветки и землю и оборачиваюсь — до ближайшего щупальца метров пятьдесят.

Хорошо, есть бафф на скорость, и я быстро возвращаюсь к месту схватки. Снова бегу к голове, и тут щупальце начинает подниматься. Обхватываю его ногами, вонзаю кинжалы и почти сразу спрыгиваю, пытаясь на излёте приземлиться на голову твари, но промахиваюсь. Падаю рядом, и меня зажимает между толстыми шевелящимися отростками.

Со стороны крепости не переставая прилетают подожженые камни, урон есть, но небольшой.

Рядом в неуязвимости копошатся гномы. Тут главное добраться до головы.

«Акустический удар»!

Тварь дёргается и подбрасывает меня. Потом ещё несколько движений щупалец, и я снова улетаю.

Неуязвимость время действия 0 минут 54 секунды.

Возвращаюсь. Снова цепляюсь, полет и опять мимо. Да твою же мать!

Бой кипит. Осьминог не стоит на месте, а достаточно быстро ползет к крепости. Самые длинные отростки уже почти дотягиваются до стены. Но гномы не торопятся применять отобранную у меня гранату, понимая, что она им пригодится в случае битвы с людьми.

Ещё раз!

В этот раз лечу точно над головой монстра.

«Растопчу»!

Вонзаюсь в череп недалеко от того места, где у человека было бы ухо. Вижу, как отлетает височная доля. Проваливаюсь в мозг.

Монстр визжит и начинает сучить конечностями.

Не могу шевелиться. Могу только доставать и убирать копья в разных положениях, все больше разрушая мозг. Меня бьют по голове — моя задача не погрузиться в красную жижу и не захлебнуться.

Движения осьминога понемногу замедляются. Одно за другим отказывают щупальца, и все больше гномов снуют туда-сюда. Наконец, один из них наклоняется, засовывает руки в серую жижу и вытаскивает меня.

Неуязвимость подходила к концу, и я со всех ног рванул в укрытие и вскоре стоял на стене.

«Нанесено 32 % урона, получено опыта: 105370. Поздравляем с получением двадцать седьмого уровня. Повреждения восстановлены на 10 %».

«Поздравляем, вы удачно завершили третье событие: „Один за всех и все за одного“.

По совокупности набранных баллов на предварительном этапе и нанесенному урону монстру-боссу вы заняли первое место. В качестве награды вы получаете 12 книг навыков, 10 характеристик и можете выбрать особенность:

1) Краткосрочная перспектива — раз в 8 часов вы можете заглянуть на 15 секунд в будущее. Несоответствие требованиям — необходимо 40 правильномыслия.

2) Бестелесность — получив серьезное ранение, вы можете активировать способность „бестелесность“ и на 20 секунд перейти в нематериальную плоскость, не теряя способность к перемещению.

3) Кровожадность — уровень 3, моща +30 %, прыгливость +30 %, жывучесть +30 %, скорость перемещения +15 % сроком на 1 минуту, бесстрашие. Обновляется всегда, когда противнику наносится урон».

Если пункт один то, о чем я думаю — это здорово добавит мне как вариативности в бою, так и поможет в трудных переговорах. Правильномыслие подтянуть не проблема. Однозначно беру.

Когда в компании Брилла и членов его пати я вернулся на крепостную площадь, там кипел активный спор.

—… пока они разбежались. Это отличная возможность! Тем более они знают, что мы потратили кучу заходов в пик и потеряли воинов. Они скоро соберутся и как только они поймут, что их затея с первой гранатой провалилась, сразу же нападут.

— Давайте у Александра спросим, что делать?

Только сейчас сотни гномов, собравшихся на площади, обратили внимание на меня.

— Мы не можем ему доверять…

— Помолчи Гринин.

Гномы расступились и в центр образовавшегося круга въехал старейшина Врингал.

— Александр показал, что он нам не враг. Наши менталисты едины на этот счет, он действительно пришел сюда, чтобы предотвратить резню. Он лучше знает тех людей, и мы должны выслушать его мнение, — старик закашлялся, перевел дух и продолжил. — Естественно, мы должны учитывать, что над ним висит какое-то проклятие, и он не совсем свободен с своих словах и действиях… итак… Александр, как ты считаешь, что нам стоит делать?

— Надо помочь людям очистить тот пик и потом мирно сосуществовать… А перед этим нужно ликвидировать новое руководство «Центра».

— Грилл умеет находить друзей, — прошептал, стоящий рядом, Брилл.

Отведенное Савелием время на диверсию подходило к концу. Теперь, когда второй столб занял сильный босс, люди стягивались во временный лагерь, организованный «Центром» примерно посередине между пиками. Наверняка сейчас там шла активная вербовка, гномов обвиняли во всех смертных грехах и объясняли людям, что проще выбить их, чем завалить монстра.

— Хороший план! — подвел итог долгому обсуждению Врингал. — Основная группа выдвигайтесь на позицию. Помните, Софью не трогать! Александр, Гринин, Принган, выходите через десять минут. Не забудьте раскидать статы.

В предстоящих событиях мне досталась второстепенная роль, поэтому я просто вкачал правильномыслие, чтобы хватало на новую особенность. Остальное оставил до более тщательного анализа.

Делегация состояла из двух гномов и меня. Мы вышли из ворот крепости, спокойно пробежали восемь километров до первого крупного поста «Центра», а вот дальше началась веселуха.

На меня наложили оглушение, ослепление, дезориентацию и под руки повели на переговоры. В теории это все звучало классно — в таком состоянии никто не сможет просканировать мой ментальный фон. На практике же пройти два километра не понимая, где ты, а иногда и кто ты, удовольствие сомнительное.

В голове мелькали обрывки мыслей: убить… не трогать… любить… Образы: папа с ножом в груди, оскаленная рожа Чжура, обнаженная Иль, хмурящаяся Софья…

… и вдруг все пропало, и я оказался в окружении бойцов в красной форме, а передо мной три сдвинутые походные столика. Вокруг десятки низких раскладных стульев и три высоких для Матвея, Савелия и Софьи.

—…му на нем лежали заклинания!? — орал Матвей.

Принган посмотрел на меня, и я кивнул. Отвечать на глупые вопросы, так же, как и вести переговоры с гипнотизерами в наши планы не входило.

— Что вы…

Мир вспыхнул, и мы переместились.

Повезло Прингану с особенностью. «Закрытое совещание» — создавало сферу с указанным центром и диаметром пять метров. Все существа, попавшие в нее, перемещались на километр в заданную точку. Откат трое суток, первые из которых заклинатель валялся без сознания в любом случае, а если схватились много народу, то и три.

Перемещались все, кого касалась сфера, и в данном случае это оказались пятнадцать разумных существ, считай, все руководство «Центра».

Мы попали в кольцо стоящих до этого под вуалью гномов.

— Стоять! — заорал Савелий, но находящийся за его спиной бородач не видел стремных глаз и не задумываясь снёс гипнотизеру голову.

Остальных гномы повалили с ног и ткнули лицами в землю.

— Саша! — прохрипела Софья. — Помоги.

С ней все хорошо! Ее связали, чтобы она не наделала глупостей! Повторяя мантру, я старался не смотреть на «хозяйку».

— Саша! Ты должен меня освободить! — в голосе девушки появились истеричные нотки.

— Это друзья! — крик вырвался непроизвольно.

— Скажи им, чтобы меня сейчас же развязали!

— Они не причинят тебе вреда!

Хоть жизни Софьи пока ничего напрямую не угрожало, ее страдания влияли на меня. Я с трудом сдерживался, чтобы не броситься на гномов.

— Саша! Они должны отпустить меня немедленно! Иначе…

Спину обожгло — Софья вошла в контакт с «божественным символом». Если она его извлечёт — я умру.

— Развяжите ее, она не опасна.

— В крепости развяжем! Пора валить!

Гном был прав — мы перенеслись всего на километр, и нас заметили. Бойцы «Центра» уже бежали к нам.

Предчувствие, что все это плохо кончится, нарастало, и я активировал полученную за третье событие особенность.

— Бежим! — скомандовал Брилл.

— Саша! — заорала Софья и пнула ногой ближайшего гнома. Тот машинально отмахнулся и ударил ее по затылку.

Я, выхватив копьё, бросился на обидчика «пророка»… И тут же получил удар тяжелым щитом в висок.

Сработала «божественная защита», я быстро вскочил — наконечник «копья парализации» вонзился в горло гнома. Второй рукой я разрезал путы девушки.

— Копьё Света! — крикнула она.

«Божественный символ» не заставлял меня исполнять приказы, но один из гномов занёс над Софьей топор.

Моментально сменив копье, я активировал «руки грешника» — оружие гномов попадало на землю.

— Убей их всех! — завизжала девушка, выхватывая меч.

Пятьдесят бойцов «Центра» в ста метрах от нас, все гномы ошарашенно вертят головами и не могут поднять рук, Софья бросилась к ближайшему и коротким ударом перерезала ему горло.

— Они не враги! — заорал я.

— Убей всех или я прямо сейчас извлеку символ! — меч Софьи рассек воздух, и не успевший отскочить Брилл упал и схватился за шею. — Ну же! Раз!

Лицо «пророка» было искажено гневом, а глаза яростно сверкали. Она размахивала мечом, отгоняя сообразивших что к чему и пытающихся достать ее ногами бородачей.

— Два!

Действие «краткосрочной перспективы» закончилось, и я вернулся на пятнадцать секунд назад.

— Бежим! — скомандовал Брилл.

Я упал на землю, заткнул уши и закрыл глаза, одновременно через меню выкидывая из инвентаря все доступное оружие. На хера я вообще его взял?

— Саша! — заорала Софья и, к сожалению, я ее расслышал и знал, что сейчас она пнула ногой ближайшего гнома, а тот машинально отмахнулся и ударил ее по затылку.

Я вскочил и бросился на обидчика «пророка»… И тут же получил удар тяжелым щитом в висок.

Сработала «божественная защита», я снова поднялся и, подхватив ближайшее копье, сделал выпад. Наконечник скользнул по выставленному в последний момент щиту и вонзился в плечо гнома. Второй рукой я разрезал путы девушки.

— Копьё Света! — заорала она.

Один из гномов занёс над Софьей топор. Да, бля! Попавшееся мне копье оказалось тем самым — я активировал «руки грешника» — оружие гномов попадало на землю.

— Убей их всех! — завизжала девушка, выхватывая меч.

Пятьдесят бойцов «Центра» в ста метрах от нас, все гномы ошарашенно вертят головами и не могут поднять рук, Софья бросилась к ближайшему, но он увернулся.

— Они не враги! — заорал я.

— Убей всех или я прямо сейчас извлеку символ! — меч Софьи рассек воздух, но Брилл успел отскочить. — Ну же! Раз!

Лицо «пророка» было искажено гневом, а глаза яростно сверкали. Она размахивала мечом, отгоняя сообразивших что к чему и пытающихся достать ее ногами бородачей.

— Два!

Время действия «рук грешника» 4 секунды.

Мне пиздец. Я выкинул подальше копьё, чтобы перед смертью не навредить новым союзникам и повернулся к приближающимся бойцам «Центра».

— Гномы не враги! Савелий и Матвей убили Семеныча!

— Три!!!

Вспышка боли от «Божественного символа» заставила меня упасть на колени, а потом все стихло…

Трава… Ползущий по земле жучок… Я ещё жив? И почему так тихо? Я поднял голову. Нападающие «Центра» будто упёрлись в невидимую стену, не добежав двадцати метров. Гномы стояли и ошарашено смотрели куда-то за мою спину.

Превозмогая тянущую жгущую боль, я посмотрел туда же.

На лице Софьи застыло удивлённое выражение, а ее глаза смотрели в небо. Может, она искала свое тело? Да вот же оно — сломанное пополам в десяти метрах от головы.

Я проверил инвентарь и улыбнулся — с возвращением, Фурфур!

Конец четвертой книги.

Читайте пятую здесь https://author.today/work/218905

Лайки можете не ставить… правда тогда вам может присниться Софья…

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://author.today/work/215065

Content

Зубов Константин Орки под Екатеринбургом

У эльфов

Кенлунд

Гномы, любовь и тяжелое испытание

Всех за вал!

Зачистка

По-настоящему тяжелое испытание

Неожиданная встреча

Екатеринбург?

Да!

Первая встреча с местными

Городские

Зато теперь нас двое…

Кто ты, Софья?

Орки идут!

"Центр"

Вылазка

Диверсия

Последняя капля

Глава 19

Избавление

Nota bene