Князь Системы — 2

Глава 1

Первый том, ТУТ: https://author.today/reader/452575/4203791

— Ну так что скажешь? — решительно спросил я. — По рукам?

Кентавр смерил меня взглядом с ног до головы, затем метнул глаза на моего верного домового, что стоял рядом. Кузьма, в свою очередь, посмотрел на меня, вопросительно приподняв бровь и склонив голову набок. Эта мелкая бестия всегда умела выразить максимум скепсиса одним движением.

Я снова вперился взглядом в кентавра. Его огромное тело возвышалось надо мной как минимум на голову. Рогатый скрестил руки на груди, занимая оборонительную позицию. Одним резким движением он мог бы развернуться и лягнуть так, что переломал бы мне половину костей. Силен, чертяка, ничего не скажешь.

Но и я не пальцем деланный.

— Ладно, человек, — прогудел его низкий голос. — Договорились.

Он протянул свою огромную ручищу, и я крепко её пожал, одновременно изучая детали торгового окна, возникшего перед глазами.

120 золотых в обмен на пять поросят.

Сумма была приличная, но поросята того стоили. По крайней мере, я на это надеялся. Нажал кнопку «Принять» и передал торговцу необходимое количество монет.

— Постой! — прервал я кентавра, когда тот направился к клетке. — Может, просто дашь мне клетку? Отнесу к своей телеге, потом верну. Не хочу с этой визжащей мелочью по всему рынку бегать.

— Договор был на пять поросят, а не на пять поросят и клетку, — грубо отрезал кентавр. — Забирай свою собственность.

Вот же жлоб копытный. Впрочем, это моя собственная оплошность — не обговорил мелкие детали сделки.

— Ладно, твое дело, — пожал плечами. — В следующий раз три шкуры с тебя сдеру за такую неуступчивость.

Кентавр хмыкнул, но ничего не ответил. Умный — понял, что лучше не испытывать судьбу.

Как только он отпер клетку, поросята рванули во все стороны, словно их из пушки выстрелили. Кузьма рядом со мной ахнул и бросился наперерез одному из беглецов.

— Следи за остальными тремя! — крикнул я ему, кидаясь обратно к нашей лошади с поросенком под каждой мышкой.

Бросил их в кузов пустой телеги, откуда им было не выбраться, и обернулся в поисках домового и оставшихся беглецов. Их нигде не было видно. Все, что я видел — это бурлящая масса торговцев, многие из которых были значительно выше меня, хотя и я был ростом под метр девяносто.

— Черт. Кузьма! Ты где? — рявкнул я, стараясь перекричать рыночный гвалт.

Толпа колыхалась, гудела, каждый был занят своим делом. Разглядеть в этом хаосе мелкого домового и трех поросят было задачей не из легких. Я начал пробираться сквозь толпу, сканируя землю в поисках хоть какого-то следа.

Услышал Кузьму раньше, чем увидел. Впереди раздался какой-то визг и хрюканье, и внезапно толпа расступилась, образовав коридор метров в пять.

Поросята неслись прямо на меня — двое впереди, один чуть поодаль. Тот, что отставал, делал это по очевидной причине: домовой оседлал его сверху, одной рукой вцепился в его шею, а другой балансировал в воздухе. Выглядело это одновременно и комично, и до абсурда героически.

Я бы помер со смеху, если бы мне не нужно было действовать быстро. Бросился вперед, жестко приземлился в грязь и схватил первых двух поросят. Они отчаянно визжали и вырывались, но я держал крепко.

Кузьма, однако, своего «скакуна» не контролировал. Поросенок продолжал нестись прямо на меня, с домовым на спине.

Покрепче вцепившись в двух пойманных пятачков, я приготовился и быстро перехватил третьего. Собрав все силы, поднялся на ноги с тремя извивающимися поросятами в охапке. Кузьма отскочить не успел и сейчас был зажат между ними, прямо в моей медвежьей хватке.

— Это так неудобно… — пробормотал Кузьма, его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего. Он выглядел слегка позеленевшим, что для его обычной расцветки было оттенком новым.

— Ты мне это говоришь, дружище, — прохрипел я, с трудом удерживая вертлявых беглецов.

Пошатываясь, преодолел два десятка метров обратно к телеге и осторожно опустил всех в кузов. Кузьма выбрался и уселся на деревянный край, тяжело дыша.

— Давай никогда не будем об этом вспоминать, — предложил ему с каменным лицом.

— Согласен, хозяин Василий, — кивнул Кузьма, все еще тяжело дыша.

— С каких это пор ты снова начал называть меня хозяином? Мы же вроде с тобой договорились.

— Прошу прощения, князь. Иногда все еще вылетает из головы. Старые привычки, знаете ли.

* * *

Завершив дела на Торговом посту, мы быстро отправились обратно в поселение.

Я взял поводья лошади и повел ее по тропе, пока Кузьма сидел на ее спине, изображая из себя заправского наездника.

— Как тебе твой новый скакун, Василий? — спросил он, явно наслаждаясь поездкой больше, чем погоней за поросятами.

— Весьма неплох. По Ворону я, конечно, скучаю, не пойми меня неправильно, но Заря справляется отлично.

Зарей я назвал свою новую лошадь, крупную гнедую кобылу, которая легко тянула телегу с Кузьмой и поросятами по тропе.

После того как Ворона убила Гигантская Волчица, я был порядком подавлен, но, в конце концов, это была всего лишь лошадь. Никто из моих людей не погиб, и это сама по себе победа. Я довольно быстро купил новую лошадь за 500 золотых у эльфа в Бухте Буеграда, который разводил их в тайном месте. Ну и ладно, надеюсь разве что кобыла не ворованная и через пару месяцев мне не придется разбираться с разгневанным хозяином.

Дорога к моим землям была извилистой и расходилась на множество других троп. С тех пор как Торговый пост снова ожил после нашей победы над Гигантской Волчицей, движение здесь заметно увеличилось. Что хорошо для торговли, но плохо для безопасности.

Я то и дело оглядывался через плечо, проверяя, не увязался ли кто за нами. Паранойя? Возможно. Но в Полесье паранойя может спасти жизнь.

— Василий, — Кузьма вдруг напрягся. — Сзади кто-то едет.

Я замедлил шаг и прислушался. Действительно. Позади слышался мерный стук копыт. Одна лошадь, судя по звуку.

— Может, просто попутчик, — пробормотал я, но руку инстинктивно положил на рукоять меча.

— А может, и нет, — мрачно заметил домовой.

Впереди тропа делала крутой поворот за густыми кустами. Идеальное место для засады, или для того, чтобы ее устроить самому.

— Держись крепче, — шепнул я Кузьме и резко свернул с дороги, укрывшись за деревьями.

Заря послушно последовала за мной, лишь тихо фыркнув от неожиданности. Умная кобыла — понимала, когда нужно вести себя тихо.

Стук копыт приближался. Я затаил дыхание, положив руку на рукоять меча.

Всадник показался из-за поворота. Это был высокий мужчина в темном плаще, лицо скрыто капюшоном. Ехал он неторопливо, но настороженно, явно кого-то выслеживая.

— Обычно такие здесь не ездят. Не нравится он мне, — прошептал Кузьма.

Мне тоже. Когда незнакомец проехал мимо нашего укрытия, я заметил характерный изгиб кинжала у него на поясе. Качественная работа. Дорогая и смертоносная. Против меча это конечно не аргумент, но темно-фиолетовое сияние исходящее от него явно намекало на то, что это магическое оружие. И в этом случае расклад при боевом столкновении будет трудно предсказать.

Подождав, пока звук копыт не затих вдали, я вывел Зарю обратно на тропу.

— Что думаешь? — спросил у домового.

— Думаю, нам стоит поторопиться. И выбрать другую дорогу домой.

— Хорошо.

* * *

К счастью остаток пути прошел без встреч с подозрительными личностями, так что на душе у меня было спокойно.

Вообще за две недели после смерти волчицы многое произошло: новая лошадь, новый меч в ножнах у меня на боку и много мира и тишины, чтобы Поселение могло работать над улучшением качества жизни и повышением продуктивности.

Я знал, как драгоценно такое время. В первые несколько недель в Полесье на нас нападали и оборона стала моим главным приоритетом. Поэтому вид приближающихся родных земель никогда не надоедал. Наоборот, каждый раз сердце наполнялось гордостью.

— Красота, не правда ли? — сказал Кузьма, глядя на открывающийся перед нами пейзаж, когда мы приблизились к поселению.

— Ты чертовски прав.

Всё поселение было огорожено по кругу высоким, крепки частоколом высотой два с половиной метра.

Мы с Юлием вкалывали на его строительстве как проклятые, чтобы быстро закончить забор, и несколько дней назад установили последнюю секцию. Однако эта секция не замкнула ограду. Так как появилось Системное сообщение.

Предупреждение!

Земли племени не могут быть полностью отгорожены от окружающего мира.

Под окном в воздухе мигал символ с вершины моего Тотема обороны. Пришлось думать.

Я закрыл оба окна и вернулся к Тотему, где обнаружил новое дополнение в списке доступных построек.

Построить деревянные ворота?

Все, что потребовалось, это еще немного древесины и несколько железных полос для петель, и они были установлены.

После того как я израсходовал все железо на земле на Злую Гарпунную Пушку, которая теперь пылилась, занимая кучу места в моем хранилище, мне пришлось его докупать на Торговом Посту. Разбирать в поселении было уже нечего, а пушка оставалась оружие последнего шанса.

Как только у нас появилось все необходимое, ворота получились что надо. Они были прочнее и массивнее самого забора и запирались гигантским деревянным засовом.

Разобравшись с этим, я разобрал две деревянные секции на южной стороне моей земли и установил там дополнительную пару ворот, открыв проход к тропе через лес в сторону Бухты Буеграда. Два входа — это всегда лучше, чем один. Особенно, если один из них неожиданно заблокируют. Хотя если поселение будет осаждать крупны отряд, это нам не поможет. Ладно, там видно будет…

Мы прибыли к северным воротам и остановились. Кузьма ловко спрыгнул с головы лошади и перемахнул через вершину ворот, словно заправский прыгун в высоту.

Он засеменил за помощью, чтобы мне с поросятами отворили ворота, и через десяток минут заскрежетало дерево, немного кряхтения, и створки ворот наконец распахнулись.

— Еще одна удачная поездка, хозяин? — спросила Росьяна, улыбаясь мне, пока она и ее муж, Тихомир, держали ворота открытыми. Эти двое оказались настоящей находкой.

— Свежий выводок поросят взамен тех, что мы потеряли, и немного мяса таурема, чтобы оживить сегодняшний ужин, — ответил я, направляя Зарю с телегой через ворота. Стоило мне въехать, как мои фермеры закрыли створки.

Они были надежны и проявляли преданность с первого дня. И Тихомир, и Росьяна внешне походили на людей, если не считать синей кожи и белых пятен, которые их покрывали. Они были чертовски хорошими фермерами, особенно Росьяна, а Тихомир не раз помогал с тяжелой работой, необходимой на нашей земле.

Когда ворота заперли, я направился к своему дому — дереву растущему в центре моего поселения, окруженному различными тотемами и постройками. Отвел телегу к конюшне и позволил Заре вволю напиться воды, прежде чем отвести ее вместе с поклажей на южную сторону, прямо к загону.

Затем вернулся к дереву и мельком проверил свою кладовую. Она была забита всяким хламом, почти как мой собственный инвентарь, но во время недавних поездок на Торговую Заставу я продолжал приобретать любые предметы, которые могли бы нам понадобиться в будущем. Запасливость — сестра таланта, как говаривала моя бабушка.

Одним из самых распространенных предметов, которые, как я понял, мне были нужны, оказались факелы. Я купил огромную пачку на Торговом посту и использовал их как источник света на земле по ночам, когда это было необходимо. Они были дешевыми и зажигались прямо из инвентаря после прикосновения пальцами к знаку активации. Удобно.

Механизм странный, да и много в этом мире и других приколов, но задавать лишние вопросы не стал. Работает, и слава богу.

Вышел на улицу и подошел к колодцу. Наполнил флягу прохладной водой и залпом осушил, поставив на край сруба и глубоко вздохнув. Вода здесь была чистейшая.

— Помощь нужна, хозяин?

Я поднял голову и увидел, как по винтовой лестнице, ведущей во внутренние покои дерева, спускается моя тигрохвостая красавица, Забава. Жара предыдущих недель немного спала, но ее веснушки все еще были такими же заметными, а длинные рыжие тигриные уши расслабленно свисали вдоль ее русых с рыжиной волос. Она всегда выглядела так, будто только что вышла из сказки.

— У нас тут пополнение, — ответил, кивнув на телегу, что стояла сейчас у конюшни. — Давай отведем их в загон.

— Они такие милые, — улыбнулась она, подойдя к телеге и оперевшись на ее край, внимательно разглядывая поросят. Я приобнял её и поцеловал. Успел соскучиться.

— Как поездка?

— Безопасно, как всегда. Есть что доложить?

— Больше урожая, меньше шума… Я бы сказала, что дела идут очень хорошо, — ее глаза засияли.

— Вот это я и люблю слышать. Однако, мне нужно, чтобы ты сделала кое-что очень грязное.

— О, правда?.. — сказала она, ее ушки насторожились, а на губах заиграла забавная улыбка. Она прикусила нижнюю губу. — И что же это?

— Возьми поросенка и отнеси его в мой загон, — прошептал я слова самым чувственным тоном, на какой был способен.

Она усмехнулась, отстранилась и шлепнула меня по руке.

— Что? — рассмеялся я. — Технически это грязно. Поросята, знаешь ли, не самые чистоплотные создания.

— Очень романтично, князь, — улыбнулась она, качая головой. В ее глазах плясали смешинки.

— Жизнь на дереве не особо располагает к изысканным манерам, — развел я руками.

С тех пор как ее одежда из волчьего меха привлекла нежелательное внимание к нашему поселению Забава вернулась к своему прежнему наряду — белой рубашке, завязанной узлом на животе, и паре очень коротких шорт.

Ее лапки с мягкими подушечками оставались босыми, Забаве обувь была не нужна. Ее ступни были настолько загрубевшими, что она могла ходить по чему угодно, кроме разве что лезвия ножа.

Она была лишь первой из моих жен, хотя… были еще и другие.

— Где Лара? — спросил у неё.

— На стрельбище в лесу. Она ушла туда совсем недавно.

Лара была сама себе законом, когда мы впервые встретились, по ее словам, я ее «приручил». Даже сейчас у нее все еще была склонность жить по собственному расписанию, но, учитывая ее боевые навыки, я не особо беспокоился. Такая женщина сама за себя защитить сможет.

Кроме того, настоящее приручение происходило в спальне. Там она становилась на удивление покладистой.

Мы отнесли поросят в загон и опустили их на землю.

Я посмотрел в сторону дома Рюриков и увидел Юлия, ухаживающего за одним из двух тауремов, которые жили на пахотной земле, где стоял их дом. Я помахал ему, а он махнул мне в ответ, отставив ведро в сторону.

Под стук копыт прибыла третья жена, Стефания. Она спрыгнула со Стрелы, своей лошади, и забрала у отца ведро с молоком, прежде чем поспешить к нам.

Хотя последнюю неделю она каждую ночь спала со мной в одной постели, я все еще не думал, что ей стоит перенимать стиль одежды в который одевалась Забава.

Нет. Не поймите меня неправильно, я бы с удовольствием посмотрел на нее в таком наряде, но понятия не имел, что подумает Юлий. Старик был хоть и прогрессивных взглядов для этого мира, но все же оставался её отцом.

Тем не менее, Стефания сменила свои обычные скромные платья на одно алое, которое привезла с собой из усадьбы. Сейчас оно было забрызгано грязью от дневной работы, но почему-то это делало ее еще привлекательнее. Стефа начала распускать свои гладкие, рыжевато-русые волосы, что делало ее ещё красивее. В ней чувствовалась порода и скрытая страсть.

— Не могу поверить, что мы их вернули, — улыбнулась она. — Жаль, конечно, первый выводок, но, по крайней мере, теперь мы можем начать все сначала.

Она поставила ведро на угол загона, подобрала платье, ловко и грациозно перепрыгнула внутрь а затем вылила молоко в корыто. Как и предыдущая партия поросят, эта новая группа тут же облепила молоко, коротко его обнюхала, а затем принялась жадно лакать.

— Вот, этого им должно хватить до конца дня. Теперь с забором нам не нужно беспокоиться об атаках хищников.

— Или монстров, — добавил свои пять копеек. — В любом случае, уже поздно. Собирай всех, будем ужинать.

Глава 2

За те несколько недель, что провел в Полесье, я многого добился: построил поселение, создал базовую оборону, убил монстров и наладил довольно безопасную, скромную торговую линию между нашей землей и местной Торговой Заставой, а также с Бухтой Буеграда для более разнообразного ассортимента товаров.

У меня были животные, урожай — растущее изобилие которого хранилось на складе — и, в довершение всего, три прекрасные жены, которые каждую ночь делили со мной постель. Жизнь налаживалась.

Учитывая климат, обогрев спальни не был такой уж необходимостью, но мысль о том, что любимые женщины будут прижиматься ко мне в конце каждого дня, была более чем достаточной мотивацией, чтобы двигаться вперед.

Самым странным, однако, было чувство общности, которое сформировалось в нашем маленьком поселении. У каждого из нас были свои обязанности, но в конце каждого трудового дня мы все собирались вместе, чтобы поесть в тени дерева в центре земли. Это стало нашей маленькой традицией.

Я пока воздерживался от забоя таурема на мясо, предпочитая покупать его за золото. Цена на свежее мясо таурема была высокой, но молоко, которое они давали, более чем оправдывало их содержание. Хотя глоток воды в эту жару было более желанным, но и от молока для разнообразия рациона грех было отказываться.

Большинство вечеров мы уплетали мясо, помидоры и кукурузу, и сегодняшний вечер не стал исключением.

— Есть ли что-нибудь еще, что мы можем выращивать на земле? — спросил я Росьяну, когда мы всемером сидели на траве, жуя, пока солнце касалось горизонта.

— Много чего, хозяин, — ответила она. — Самое распространенное, о чем я думала, это морковь и картофель. Обыденно, я знаю, но они могут оживить наш стол. Пряности тоже были бы полезны. Мы можем покупать соль и перец в качестве приправ, но пряности можно выращивать и собирать с не меньшим успехом. Им нужен лишь небольшой клочок зе…

Я услышал шаги неподалеку и инстинктивно потянулся к мечу. Пальцы уже сжимали рукоять, когда понял, что это Лара.

Вечно она подкрадывается как тень.

Ее фиолетовые волосы волнами ниспадали на плечи, а ореховые глаза смотрели с ее острого, красивого лица. Она была одета в белую рубашку с короткими рукавами, заправленную в обтягивающие бежевые шорты. Охотничьи сапожки только подчеркивали стройность обнажённых ног, которые бесшумно ступали по земле.

— Простите, что опоздала, — сказала она. — Знаю, это вроде как наш вечерний ритуал.

— Это не ритуал, — выдохнул я, опуская голову и кладя меч на место. — Просто старайся не подкрадываться. Серьезно, Лара, когда-нибудь я тебя случайно пришибу.

— Прости, прости, — сказала она, виновато улыбнувшись. — Охотничьи привычки. Не могу удержаться, чтобы не ходить тихо. Это моя тарелка? — она указала на оставшуюся у небольшого кострища, окруженного камнями, которое мы использовали для разведения огня каждый вечер.

— Именно она, — сказал наш целитель.

— Спасибо, Юлий, — ответила она. — Твои кулинарные таланты посрамляют мои.

— Ты лови, а я приготовлю, — улыбнулся он. Старик был не только умелым целителем, дровосеком, строителем и животноводом, но и неплохим поваром. В общем почти мастер на все руки.

— Только, пожалуйста, не делай этого с теми поросятами. Проходила мимо них по пути сюда. Я только-только отошла от смерти прошлого выводка.

— Эй, эй, эй, — кашлянул я, проглатывая кусок мяса, пока Стефания смеялась. — Поправь меня, если я ошибаюсь, но ты только что проявила сочувствие к поросятам? Лара, это на тебя не похоже.

— Я… возможно, проявила, — она смущенно потупила взгляд.

— Говорит девушка, которая не далее как две недели назад заявляла, что хочет прикончить осиротевших поросят.

— Мне стало стыдно за это, понятно? Я никогда не думала, что их действительно убьют вот так. Когда я это делаю своими руками это гуманно. Это быстро. А хищники, просто вцепляются зубами и рвут их, ещё живых. Так нельзя убивать, — в ее голосе прозвучала неожиданная для нее самой страсть.

— Ну, не волнуйся, — сказал Юлий с абсолютно невозмутимым видом. — Поросятам нужны недели, чтобы достичь рыночного веса. У тебя есть это время.

Забава обычно была самой невозмутимой из всех моих жен, но тут она прыснула от смеха и едва удержала во рту глоток молока. Юлий иногда выдавал перлы, достойные отдельной книги.

— И ты еще говоришь, что это я не романтик, — хмыкнул я, глядя на Лару.

— Я бы сказала, что вы все бесчувственные, — продолжила Лара, — но это сделало бы меня самой большой лицемеркой на этой земле.

— У меня есть еще одно объявление, — сказал, меняя тему, пока дискуссия не зашла слишком далеко в дебри морали и свиноводства. — Завтра у всех выходной.

— Князь, вы серьезно? — недоверчиво переспросил Тихомир. Его глаза округлились.

— Абсолютно. Давно пора. Мы все вкалывали как проклятые, чтобы все наладить в последние несколько недель. Мы защищены, у нас полно излишков урожая, и благосостояние племени на рекордно высоком уровне. — Последняя часть прозвучала так, будто я какой-то корпоративный хрен. Надо будет поработать над формулировками. — Делайте… Что бы вы ни делали, когда не работаете. Выпейте бражки, посадите цветы, сходите на прогулку… Наслаждайтесь.

Мы закончили ужинать и пожелали друг другу спокойной ночи, когда на землю опустилась тьма. В течение следующего получаса я и мои жены по очереди приняли ванну, пока я таскал свежую воду из колодца. Я улучшил тотем некоторое время назад, чтобы он обеспечивал обильный запас воды для всех нас, а также для животных и урожая.

Так здесь все и работало: быстрорастущий урожай и быстро восполняемые запасы. Из ночного разговора мне также пришла в голову мысль, которую я раньше не рассматривал: животные здесь росли гораздо быстрее, чем на Земле, так же как и урожай. Свинье требовалось всего несколько недель, чтобы достичь зрелости, после чего ее можно было продать или забить на мясо.

Я не был экспертом в сельском хозяйстве, но знал, что на Земле скоту требовалось как минимум несколько месяцев, чтобы вырасти до полного размера. Это открывало интересные перспективы.

Кроме того, словами не описать, как я был благодарен за бесконечный запас воды, который давал колодец. Это была странная система: он истощался, если добавлялся девятый член в поселение, но при правильном количестве жителей, которых нужно было обеспечивать, он оставался полным, независимо от того, сколько нам было нужно воды.

К этому моменту я перестал подвергать сомнению логику всего этого. А просто плыл по течению, как мог. Работает? Отлично!

Я последним погрузился в ванну, пока девушки отдыхали на кровати. Обычно после купания они надевали хотя бы часть нижнего белья, но сегодня они просто остались лежать нагишом на кровати, болтая на простынях. Атмосфера была расслабленной и интимной.

Это было еще одно, во что я вложился: приличная кровать. Старые односпальные кровати, которые я изначально сдвинул вместе, отправились на хранение в пользу огромного матраса и прочного каркаса, которые у меня теперь были, достойные короля — два на два с лишним метра, более чем достаточно для меня и моих жен.

Кроме ковра, ванны и небольшого сундука в углу, это все еще был единственный предмет мебели в комнате. Также появилось одно небольшое украшение — я установил простую полку над кроватью с единственным сувениром на ней: одним из огромных, в ладонь длиной, клыков Гигантской Волчицы, трофей и напоминание о моем первом серьёзном сражении в Полесье.

Я нырнул под воду, намочив волосы и щетину на лице. Так как ножниц здесь не было, лучшее, что я мог сделать, это подстригать волосы на лице заточенным ножом. Не самое приятное занятие, но лучше, чем ходить заросшим как какой-то леший.

Тем не менее, я все еще думал, что выгляжу довольно прилично. Я был мускулистым и до попадания сюда, но постоянная работа и диета, сведенная к минимуму из белка от молока и мяса и питательных веществ из помидоров и кукурузы, оставили меня с рельефной фигурой.

И девушки прилагали немало усилий, чтобы высказать свое мнение о моем теле. Обычно в весьма лестной форме.

Вынырнул из воды, глубоко вздохнул и встал в ванне. Потянулся за полотенцем и посмотрел на своих обнаженных жен, которые все смотрели на меня. Их взгляды были… многообещающими.

Никогда не был из тех парней, кто стесняется себя. И даже сейчас, когда три горячие девушки, жадно меня разглядывали, я не чувствовал ни какого смущения. Скорее, легкое возбуждение и предвкушение.

— В чем дело? — сказал я, улыбаясь в ответ на их изучающие лица. — Что вы задумали, проказницы?

— Стефания только что сказала нам, что у нее есть огромное желание…

— Ты ужасно пренебрегал нами всю последнюю неделю, хозяин, — добавила Забава, ее тигриные ушки чуть дрогнули.

— Каким это, к черту, образом я вами пренебрегал? — возразил, вытираясь полотенцем…

— Забава провела языком по губам…

Спустя три часа я рухнул без сил на простыни. Страсть моих жен была словно вулкан…

Очнулся вместе с первыми лучами солнца. Поднявшись раньше своих жен, оделся и вышел наружу. Хоть я и объявил всем выходной, в голове, как всегда, роились идеи. Одна другой круче.

Восемь поселенцев, включая меня. Два дома. Чередующиеся посадки кукурузы и томатов. Небольшая делянка луноцвета. Периметр огорожен, ворота укреплены. Два таурема, две лошади, пять поросят. Все тотемы улучшены до уровня, обеспечивающего стабильное развитие. Запасы еды и воды в избытке. Безопасность на приемлемом уровне. И что самое главное — мы не транжирили золото, которое я исправно добывал каждым походом на Торговый пост. По моему приказу Тихомир и Росьяна за последние две недели сократили посевы кукурузы, заменив их томатами. Они также расширили плантацию луноцвета, дав уже посаженным растениям отрасти и используя полученные семена для дальнейшего увеличения наших посадок.

Мы произвели столько томатов, что цена на них тоже начала падать, но меня это не беспокоило. Со всех продаж, включая луноцвет, у меня скопилось чуть больше трех с половиной тысяч золотых. Учитывая, что после моего появления мы едва сводили концы с концами, живя одним днем и имея в кармане не больше пяти сотен золотых, это казалось целым состоянием. Да что там казалось, это и было целое состояние! Неприлично большое для вчерашнего голодранца.

Дела шли стабильно, но я уже начал ощущать беспокойство. Чем дольше смотрел на частокол по периметру, тем сильнее чувствовал себя взаперти. Я гордился работой, которую мы проделали с Юлием, но мы могли сделать больше. Гораздо больше. Как и в случае с луноцветом, я хотел расширяться — и точно знал, с чего начать.

Пока мои поселенцы просыпались, я обошел владения, выполнив несколько мелких дел: проверил запасы урожая и то, что еще росло, а также животных и качество ограды. Частокол был крепким и представлял собой приличную линию обороны, но скоро мне понадобится улучшить Тотем Обороны, чтобы открыть несколько дополнительных защитных функций. Если какая-нибудь серьезная сила захочет прорваться, это не займет у них много времени. А значит, нужно быть готовым ко всему.

На самом деле, я просто убивал время, пока не проснется Юлий.

Когда он наконец вышел из своего дома, я прямиком направился через поля ему навстречу. Мы поздоровались, так же, как и обычно. Он ни разу не спросил про наши отношения со Стефанией, и за это я был ему бесконечно благодарен. Немного неловко вышло, но что поделать.

— Перейду сразу к делу, — начал говорить, ну не любитель я ходить вокруг да около. — Когда мы покидали твою усадьбу, я сказал, что однажды мы сможем вернуться и превратить ее в форпост. «Однажды» всегда звучит как нечто далекое, но почему бы нам не сделать это сейчас?

— Прямо сейчас? — Юлий удивленно приподнял бровь. — Ты меня выселяешь, княже?

— Не подумай. Я не это имею в виду, — ответил я, чуть усмехнувшись его прямоте. — На этой земле становится тесновато, и я не сомневаюсь, что в самом ближайшем будущем станет еще теснее. У нас посевы, животные, постройки — это центр племени. Но нужно использовать то, что у нас есть.

— Мои земли, ты имеешь в виду? — в его голосе проскользнула нотка надежды.

— Именно. Они могут стать частью племенных земель. Форпост. Ты сможешь вернуть свой дом и жить там постоянно. У тебя будет полный контроль над ним. И тебе больше не придется беспокоиться о волках, поскольку с ними мы разобрались, — я выразительно хмыкнул, вспоминая ту кровавую баню.

— Звучит умиротворяюще, — улыбнулся он. — Но чем я там буду заниматься? Не сидеть же сложа руки.

— Делай то, что у тебя получается лучше всего. Заботься о скоте. Лара, может, и эксперт в охоте, но ты эксперт в уходе за животными. А мясо это дорогой товар по всему Полесью, даже с учетом увеличения поголовья зверья в лесу.

Он замолчал, на мгновение задумавшись. Видно было, как в его голове борются желание вернуться на родную землю и опасения.

— Я полностью за эту идею, — наконец произнес он. — Ничего бы я так не хотел, как вернуться на свою землю. Но есть одна проблема.

— Ты сейчас упомянешь Стефанию, не так ли? — я вздохнул. — Слушай… Если ты считаешь, что ей лучше остаться с тобой и решишь забрать… Я не стану возражать, слово князя.

— Забрать ее с собой? Клянусь богами, нет! — Юлий даже отшатнулся. — У меня было время поразмыслить над этим вопросом в последние несколько недель, и я думаю, что ей лучше вылететь из гнезда. Она взрослая женщина, а я уже старик. Ты в гораздо лучшем положении, чтобы позаботиться о ней. Это место быстро превращается в крепость, в конце концов. Да и… — он замялся. — Похоже, ей тут нравится.

— Без твоей помощи тут и половины бы не было, — искренне ответил ему. — Но если дело не в Стефании, то о чем ты хотел спросить?

— Я могу исцелить большинство ран, — сказал Юлий. — Стефания достаточно обучена и сможет оказать первую помощь, но если кто-то из членов племени получит серьёзную травму, какая от меня будет польза, если я буду за много верст от пострадавшего?

— У нас тут есть лекарства и бинты, этого должно хватить, чтобы продержаться, пока мы не доставим раненого к тебе. Если понадобится, купим запас целебных зелий. Но, если честно, обычно именно я получаю на орехи, — криво усмехнулся я.

— Это правда, князь Василий. Ты слишком часто подвергаешь себя опасности, — с укором покачал головой Юлий.

— Лучше я, чем мои люди. Ну так что скажешь?

Я выжидательно посмотрел на него.

Юлий еще мгновение размышлял, затем кивнул и протянул мне руку.

— Время расширяться.

Это был совершенно новый этап. Я просто понятия не имел, с чего именно мне его начать. Черт, опять будет полнейшая импровизация…

Глава 3

С утра я быстро позавтракал и теперь искал своего главного помощника.

— Кузьма! Ты там, наверху?

Я сейчас стоял у частокола, крича вверх, к дереву за нашей границей, которое Кузьма называл своим домом. Оно ничем не выделялось среди других, настолько, что я чуть не срубил его во время строительства нашего забора. Вот был бы конфуз.

— Я здесь, Василий, — раздался скрипучий голос.

Обернулся на голос и увидел, как он проворно бежит ко мне по верху забора, ловко балансируя. Маленький, юркий — вылитый леший из старых сказок.

— Если на нас когда-нибудь нападут, остается только надеяться, что это будет не толпа твоих приятелей, — хмыкнул глядя на него.

— К счастью, у меня нет приятелей, Василий, — невозмутимо проговорил Кузьма.

— Это самое печальное, что я когда-либо слышал, — сухо заметил. — Хотя, учитывая твою компанию, неудивительно.

— Василий, ну, у меня есть ты в качестве друга.

— Один и сразу за всех и сразу, — я слегка улыбнулся. — Мне нужен совет, но, учитывая, что твоя память не слишком надежна, не знаю, сможешь ли ты мне помочь.

— Постараюсь изо всех сил, княже. Слово домового!

— Если я хочу заявить права на участок земли от имени поселения, что мне нужно сделать?

— Хм-м…

Кузьма опустился на забор и постучал пальцем по подбородку, отсутствующе глядя перед собой, пока думал. Вид у него был комичный. Как у эдакого уродливого лесного философа.

— Не волнуйся, если не можешь вспомнить… — начал было говорить, но Кузьма резко встрепенулся.

— О! — внезапно выпалил он. — Нет, подожди, это я знаю! Тебе нужно добыть знамя! Княжеское знамя!

— … Это здесь означает то же самое, что и в моем мире? — с сомнением уточнил у него.

— А что это означает в твоем мире? — с любопытством спросил Кузьма.

— Ну… Это древко к которому прикреплено полотно с вышитом гербом или знаком. Символ власти, принадлежности.

— Точно! — взволнованно сказал он. — Точно. Его нужно водрузить на землю, которую ты хочешь приобрести. Тогда она будет принадлежать тебе.

— Просто так? — я недоверчиво прищурился. Слишком уж просто выглядела эта процедура.

— Просто, — Кузьма самодовольно кивнул.

— Отлично. Где я могу достать эти княжеские знамена?

— Я… понятия не имею. Этого уже не помню. Прошу прощения. Но я точно помню, что их нельзя купить у торговцев или продать. Они уникальны для тебя, князь. Создаются твоей волей.

Создаются моей волей значится? Ясно, значит будем думать.

Я поблагодарил Кузьму и вернулся к дереву, оглядывая свои тотемы. Воды, Урожая, Строительства, Стад, Обороны, Хранилища и Карт. Семь столпов моего маленького мирка.

Тотемы Строительства и Карт казались наиболее вероятными кандидатами. Я проверил первый, но мои сомнения подтвердились. Единственные доступные опции касались потенциальных построек, которые можно было возвести на земле. Ни намека на Княжеские знамена.

Подошел к Комнате Карт и положил руку на каменный планшет перед столом. Синие сетки зажглись на его поверхности, и я увеличил масштаб участков земли, которые уже нанес на карту: мои поселенческие земли, Торговый пост, старый лагерь бандитов, который мы разграбили несколько недель назад, Бухта Буеграда, Медвежий Угол и Усадьба Рюриков, а также все земли между ними, которые мы пересекли, добираясь до этих мест.

Это был сводный сборник географических знаний моего поселения, но его ничтожность по сравнению с остальной территорией, когда я уменьшал масштаб, поражала. Мы были каплей в океане неизведанных земель, окружавших нас со всех сторон. Целый мир, ждущий своего исследователя. Или завоевателя.

Никогда раньше не видел, чтобы на столе карты появлялись какие-либо опции, кроме загрузки знаний о земле и новых карт, которые я приобретал в своих приключениях.

Изучая земли, я увеличил масштаб Усадьбы Рюриков и увидел слегка трехмерное изображение местности, полностью такое, каким я его помнил. Это было поле в гектар, сломанный забор и довольно большой фермерский дом в дальнем конце участка. Все на месте, до последней травинки.

— Как же мне это сделать? — я пробормотал себе под нос.

Постучал пальцем по изображению участка земли, который теперь занимал практически весь стол карты. Внезапно вспышка синего света пробежала по поверхности.

Никакой реакции.

Инстинктивно дважды коснулся его, и это сработало! Система иногда понимала меня с полужеста.

Появилось окно.

Создать знамя?

Я нажал «Принять» и увидел еще одно окно со стеной текста. Предупреждения, как же без них.

Предупреждение:

1. Княжеские знамена могут использоваться только в выбранных локациях. Любая попытка использовать знамена не по назначению приведет к уничтожению знамени.

2. Все разумные существа на землях, выбранных для владения, будут немедленно проинформированы о попытке захвата земли.

3. Вступление во владение новой землей занимает десять минут, независимо от размера. Удаление знамени с земли приведет к провалу попытки установления владения.

Я дважды перечитал правила, анализируя каждое слово. Опыт прошлой жизни уже не раз научил, что дьявол всегда кроется в деталях. Система Полесья меня еще ни разу не обманывала, и у меня не было причин сомневаться, что на этот раз будет как-то иначе.

Она была беспристрастна и не имела собственного мнения. Функционировала как компьютер, выполняя действия на основе предопределенных правил и инструкций. Четко и без эмоций. Именно то, что нужно — никаких неприятных сюрпризов в критический момент.

Десять минут на захват. Достаточно времени для организованного сопротивления, но слишком мало для мобилизации серьезных сил. Хитро.

Больше всего выделялась функция оповещения. В тот момент, когда я попытаюсь захватить участок земли, любой, кто на нем находится, узнает, что я пытаюсь сделать. Кроме того, для перехода земли в мою собственность требовалось десять минут, это достаточно времени для тех, кто не согласен со мной, чтобы остановить попытку захвата, либо уничтожив знамя, либо ликвидировав меня. Второй вариант мне нравился значительно меньше.

Под всеми предупреждениями была последняя кнопка «Создать».

Я нажал ее, и знамя появилось на столе рядом со мной. Взял его, вышел из Комнаты Карт и рассмотрел.

Оно было простым: простое древко с белым куском ткани. Невзрачный, но эффективный ключ к расширению моих земель.

Пора проверить его в деле. Я собирался начать с Усадьбы Рюриков, логичного первого шага, учитывая, что Юлий и так хотел туда вернуться. Плюс я уже знал эту территорию и мог рассчитывать на отсутствие всякого сопротивления.

Мы использовали Зарю, мою новую лошадь, для всех разъездов, и этот раз не стал исключением. Я намеревался держать весь наш скот в усадьбе, в то время как лошади останутся на основной земле поселения, где Стефания сможет о них заботиться.

Пока мы готовились к поездке, рассказал обо всем Стефании. Она сразу же пошла к отцу, чтобы обсудить эту новость. Через несколько минут они оба, казалось, были счастливы намечающимся переменам. Я не знал, как относиться к тому, что разлучаю семью, но в глубине души чувствовал, что они считают, что пора это сделать.

Они взрослые люди, поэтому должны принимать взрослые решения.

Они не прощались со слезами. Оба были сдержанными, особенно после многих лет работы на ферме и отпугивания волков.

Мы прицепили телегу к Заре, и Юлий принялся загружать в нее свое имущество и припасы. Не прошло и нескольких недель с его прибытия, как он снова отправился в путь. Судьба любит пошутить.

Параллельно мы разобрали заборы от свинарника и загрузили доски во вторую телегу, которую прицепили к Стреле. Поросят поместили в клетки, а тауремов согнали в небольшое стадо. И наконец Юлий, Лара и я отправились в путь.

Дорога прошла без происшествий и на место мы прибыли ещё до обеда.

Усадьба была такой же, какой мы ее оставили, когда Лара и я помогали Юлию и Стефании переезжать. Вид дикий и заброшенный. Забор все еще гнил, дом был заколочен и нетронут, а единственным изменением была нескошенная трава, которая за время нашего отсутствия выросла еще длиннее.

Лара и Юлий повели телегу к дому и начали пробираться внутрь, а я направился в центр пастбища.

Оказавшись там, достал знамя из инвентаря и воткнул его в землю. Вокруг острия знамени появился синий квадрат, похожий на те, что были на сетке в Комнате Карт, только этот был метр на метр. На кончике знамени появилось окно.

Выберите землю, которую хотите присвоить.

Оставив знамя на месте, я огляделся и сделал шаг за пределы квадрата. Под моими ногами тут же вспыхнул еще один синий квадрат, а первый остался гореть.

Система была простой, но требовательной — мне предстояло физически пройти по каждому участку, который я хотел присвоить. Видимо, недостаточно было просто воткнуть знамя и заявить права на всё поместье разом. Нужно было буквально пометить каждый метр своими шагами.

Методично, но справедливо. Если хочешь землю, значит потрудись её как минимум обойти. Получается десять минут, не считая времени на обход. Незаметно на вражеской территории такого не провернуть. Ну что, двинули… Шаг. Шаг.

Когда я направился к краю поля и продолжал зажигать все новые квадраты, мысль о работе отошла на второй план перед чувством удовлетворения.

Каждый шаг расширял мои владения. Каждый новый квадрат — это ресурсы, возможности. Я буквально присваивал себе землю и она становилась частью моего поселения! Пьянящее чувство роста и новых возможностей.

В старом мире мне понадобились бы месяцы, а то и годы бюрократии, или внушительный чемодан денег чтобы получить хотя бы участок под дачу. Здесь же я захватывал целое поместье за считанные минуты.

У забора, окружавшего усадьбу, я из любопытства перепрыгнул через него, оказавшись на краю леса.

Появился знакомый красный крест, и начал тикать счетчик.

10.

11.

12.

13…

Быстро перепрыгнул обратно через забор, и счетчик исчез.

Можно было только предположить, что процесс отменяется, когда я покидаю землю, предназначенную для знамени, во время процесса присвоения.

Однако это вызвало еще один вопрос о системе: что определяло тот факт, что эта земля была Усадьбой? Казалось, будто сама земля это знала. Интересная механика.

Пронесся ветерок, всколыхнув верхушки травинок и на мгновение заставив встать дыбом волосы у меня на руках.

Земля казалась живой. Этот мир был сущностью сам по себе. Древней и могущественной. И если я правильно понимаю принципы, то чем больше земель под моим контролем, тем больше у меня ресурсов и возможностей. Логичная прогрессия.

Я мысленно начал составлять план дальнейших захватов территорий и вернулся к работе.

В течение следующих пятнадцати минут я носился как угорелый от одного конца участка до другого, пробегая вверх и вниз по полю, пока не достиг конюшен и дома. При этом слегка вспотел и отпил воды из фляги, замедляя шаг и обходя землю вокруг зданий.

— Что ты делаешь? — крикнула Лара из окна спальни наверху, когда я проходил через задний двор. Ее голос был полон любопытства.

— Захватываю землю, — невозмутимо ответил ей. — А что, похоже на ритуальные танцы шамана? Могу добавить бубен, если хочешь.

— Похоже, ты бегаешь туда-сюда идеальными линиями, — с усмешкой заметила она.

— Ты не видишь синие квадраты?

— Какие синие квадраты? — Лара выглядела совершенно сбитой с толку.

Ясно, похоже их может видеть только князь.

— Неважно. Как продвигается переезд? — решил я сменить тему.

— Мы почти закончили. Остались мелочи.

— Встретимся на улице через несколько минут.

Мои действия в цифровом интерфейсе Полесья были совершенно невидимы для окружающих, кроме меня самого, так же как и действия всех остальных были невидимы для меня, если я не взаимодействовал с ними напрямую. Удобно, но иногда создавало забавные ситуации.

Я подошел к передней части дома и начал с конюшни. Я все еще был в режиме выбора и понятия не имел, отличаются ли строения от обычных участков земли с точки зрения механики их присоединения.

Коснулся пальцем деревянного края конюшни, и она вспыхнула таким ярким синим сиянием, что у меня чуть глаза не выжгло. Далее подошел к дому и коснулся рукой его деревянной обшивки.

Произошло то же самое.

Это было легко. Слишком легко.

Я вернулся к знамени на пастбище и коснулся его конца.

Желаете присвоить выбранную землю?

Нажал «Принять». Над знаменем начался обратный отсчет.

10:00

9:59

9:58

…

Я знал, что здесь мы в безопасности, но все равно огляделся на случай, если кто-то приближается. Береженого бог бережет, как говорится.

Все было тихо. Слишком тихо.

Я вернулся к дому и встретился с Ларой и Юлием. Они закончили разгружать его вещи. Он повел тауремов на пастбище и разместил их в траве, пока Лара и я отнесли доски на укромный задний двор и быстро установили свинарник, после чего вернули туда свиней и корыто с молоком.

К тому времени, как мы закончили, прошло уже больше десяти минут. Я вернулся к знамени и увидел новое окно, исходящее от него.

Земля успешно присвоена.

Выберите место для тотема.

Знамя начало мигать светом. Я поднял его, и появилось еще одно окно.

Установите знамя, чтобы начать размещение тотема.

Закрыл окно и направился обратно к фермерскому дому, выбрав небольшой участок двора справа от дома для размещения знамени.

После того, как воткнул его в землю и подтвердил свой выбор, оно исчезло.

Земля затряслась, раздался грохот. Причем слишком сильно, гораздо сильнее, чем обычно.

— Дерьмо! — вырвалось у меня.

Отскочил подальше от большого пространства. Внезапно все здания, которые я открыл в своём основном поселении, вырвались из-под земли в том же порядке, хотя и более компактно из-за отсутствия дерева. Как грибы после дождя, только каменные.

Все, что я открыл, перенеслось сюда.

Это чертовски облегчит дело. Система иногда бывала на удивление щедрой. Мои возможности только что удвоились, теперь у меня было два полноценных центра производства и развития.

Стратегические преимущества очевидны: распределение рисков, множественные точки снабжения, расширенная зона контроля. В военных операциях такое называлось созданием опорных баз.

Так или иначе, я только что завладел своим первым участком земли за пределами первоначальной территории поселения. Маленький шаг для меня, большой шаг для Поселения Волоты.

Но было одно большое отличие.

В центре тотемов, где в моём поселении стояло бы мое дерево, появился новый тотем. На нем не было никаких идолов или резьбы, и он был черен как оникс по сравнению с белым тоном остальных. Выглядел зловеще и притягательно одновременно.

Я подошел к нему и коснулся верхушки, как и в случае с другими.

Появилась одна единственная опция.

Назначить управляющего?

Принять.

Член поселения не назначен.

Я нахмурился и направился к дому, позвал Юлия и вернулся к черному тотему.

Я попробовал еще раз, попросив Юлия коснуться тотема после того, как я вызвал опцию.

— Что это? — спросил он, с опаской глядя на черный столб.

— Точно не знаю, но думаю, это позволит тебе изменять вещи на земле с помощью системы тотемов. Даст тебе права начальника, так сказать.

Умное решение — делегировать управление локальными вопросами тому, кто знает землю лучше меня. Я буду заниматься стратегией и расширением, а Юлий оптимизацией производства. Разделение труда в действии.

Я снова нажал «Принять», и на этот раз все сработало.

Назначен управляющий — Юлий Рюрик.

— Попробуй, — сказал я, кивнув на Тотем Строительства.

Юлий подошел и приложил руку к тотему.

Обычно я не мог видеть меню других людей в цифровом интерфейсе Полесья, но на этот раз смог. Должно быть, это из-за того, что жрец стал моим подчиненным. Приятный бонус.

— Невероятно, — заметил Юлий, его глаза расширились от удивления. — Я немедленно приступлю к строительству ограды по периметру. Это так облегчит строительство! Я и мечтать не мог о такой простоте, когда делал все по-старинке, своими руками.

Мы вернулись к Ларе, которая стояла у лошадей и телег.

— Ты справишься здесь, Юлий? — спросил у него. — Это теперь и правда твоя земля, и ты знаешь ее лучше меня. Но если понадобится помощь, ты знаешь, где меня найти.

— Справлюсь, князь Василий, — уверенно кивнул он. — Эти тотемы… невероятная вещь. То, на что у меня уходили недели, теперь можно сделать за считанные часы. А земля мне знакома до последней борозды. Единственное, с чем могут возникнуть проблемы — это если появятся незваные гости, но думаю, с обычными хищниками я справлюсь. Это мой дом, и я не позволю его разрушить во второй раз.

Я кивнул, удовлетворенный его ответом, но хотел напоследок сказать еще кое-что наедине. Попросил Лару подготовить лошадей и телеги, пока отвел Юлия в сторону.

— В моем мире есть выражение, — сказал я. — «Один в поле не воин». Никто не добивается успеха в полном одиночестве. Наверняка в твоей священной книге есть что-то похожее.

Строить империю в одиночку невозможно. Нужны надежные люди на ключевых позициях. Юлий станет моим первым региональным управляющим, но далеко не последним.

— Есть похожее, поэтому думаю, я понимаю, о чем ты, — Юлий понимающе кивнул. — Идея о том, что человек не может выжить в одиночку, не так ли?

Глава 4

— Именно это и означает. Я вот к чему… Не хотел бы ты себе помощника или что-то в этом роде? Я в последнее время приостановил к нам прием новых членов, но если я встречу кого-нибудь, кто хорошо разбирается в животных, я смогу привести его сюда. Согласен?

— Если ты случайно найдешь кого-нибудь с нужными навыками, это было бы и правда полезно. Я был бы более чем счастлив принять их в свой дом. Но для работы на ферме, особенно с животными, нужен особый человек. С душой и терпением.

— Буду иметь в виду, — ответил, пожимая ему руку. — Держись тут. И если что, сразу давай знать.

Лара и я попрощались с Юлием и отправились в путь с лошадьми и телегами.

— Это было правильное решение, князь, — сказала Лара, когда мы отъехали на приличное расстояние. — Может, я и не была частью поселения долгое время, но знаю, что случается с теми, кто становится самоуверенным. Они становятся легкой добычей.

— Легкой добычей для кого? — вопросительно посмотрел я на нее.

— Для всех. Всех, кто видит то, что хочет заполучить себе. Нельзя добиться прогресса, не принося жертв. — В ее голосе прозвучали неожиданно мудрые нотки.

— Смотри-ка, ты внезапно стала философом. Что на тебя нашло? Никак укусила мудрая сова?

— Что ты имеешь в виду? — Лара непонимающе моргнула.

— Сочувствуешь животным, раздаешь мудрости. Это на тебя не похоже. Обычно ты более прямолинейна.

— Я все еще привыкаю жить среди людей, понимаешь? Быть частью группы. Безопасность заставила меня почувствовать себя более спокойно, чем следовало бы. Я теперь с тобой. Часть Поселения Волот. Завтра это станет официально.

— Официально? — приподнял я бровь.

— Земля станет моим домом.

— Она уже твой дом. Я добавил тебя в поселение несколько недель назад.

— Моим постоянным домом. Разве я тебе не говорила? Моя аренда квартиры над «Пьяным Конем» заканчивается завтра. Я заплатила до этого дня, а потом Брут выбросит мои старые вещи и сдаст ее кому-нибудь другому.

Я вспомнил первую и единственную ночь, которую провел в квартире Лары с видом на Бухту Буеграда. Мы с девочками повели отличную ночь, которую я никогда не забуду.

Даже если учесть, что это был мой первый тройничок в жизни, само место было потрясающим. Из окна открывался замечательный вид на закат. Да и само место было редким уголком уединения в таком многолюдном районе. Такую недвижимость грех упускать.

— Как думаешь, он согласится продать ее нам? — спросил у Лары, уже прикидывая в уме возможную прибыль.

Квартира с таким видом в стратегически важном месте могла стоить целое состояние, но при этом и принести немалую выгоду. К тому же, иметь собственную недвижимость в Бухте означало получить постоянную точку опоры в важном центре этого региона.

— Продать квартиру? — ошеломленно переспросила Лара. — Понятия не имею. Он владеет всем зданием. В Бухте и так редко что-то продается. Это одно из самых безопасных мест в округе. Вероятно, он будет очень неохотно на это идти. Но… почему не попробовать, а вдруг выгорит?

— Попытка не пытка, верно? Почему бы нам не съездить туда? Заодно и развеемся.

— Звучит как чертовски хорошая идея. К тому же, тебе нужен новый меч, — решительно заявила Лара.

— А что не так с моим мечом?

Я удивленно посмотрел на свой верный клинок.

— Что не так с твоим мечом? — повторила она с издевкой. — Ты убил гигантскую волчицу, одного из легендарных зверей леса, потеряв при этом лошадь и стартовое оружие, и первое, что ты собираешься сделать это создать еще одно оружие того же качества. Ты серьезно?

— И что? — приподнял я бровь, потихоньку смекая на что она намекает.

— А то, что ты князь. Тебе нужно оружие, которое говорит об этом. Ты, может, и зарекомендовал себя до сих пор как грозный боец, но один хорошо рассчитанный удар врага, и ты превратишься в насаженный на вертел кусок мяса. Тебе нужно оружие, которое рубит врагов без того, чтобы тебе приходилось об этом думать. Оружие, достойное твоей руки!

— Звучит просто идеально, — протянул я с усмешкой. — Только один вопрос: где же мне найти такой меч? Или ты предлагаешь просто помахать рукой и материализовать его из воздуха?

— В Бухте Буеграда есть оружейник, к которому я время от времени захожу за стрелами. Еще одна причина съездить туда. У него наверняка найдется что-нибудь подходящее.

К тому времени, как мы добрались до поселения, солнце уже клонилось к закату. Кузьма вскарабкался по забору и предупредил Тихомира о моем появлении, и через несколько минут лошади уже были на поле, а телеги припаркованы в конюшне. Все как по нотам.

— Еще один тотем, Василий, — сказал Кузьма, спрыгивая с забора. — Он появился, пока тебя не было.

В прошлый раз тотем появился на земле без предупреждения. Это новое пополнение моей коллекции я мог связать только с моим достижением — захватом участка земли за пределами наших границ. Судя по всему они были как достижения в игре, появляющиеся в ответ на новые успехи. Этакая приятная система поощрений.

Я подошел к новому тотему, который был обращен к южной стороне земли, теперь занятой только старым домом Юлия и лошадьми.

На вершине восьмой мраморной колонны была вырезана небольшая склянка.

Создать алхимический стол?

100 золотых.

Алхимия, значит. Я тут же вспомнил Зелье Проворства, которое мы с Забавой выпили перед штурмом логова бандитов. Эффект был просто невероятный — мы неслись как ветер, преодолев путь, который обычно занял бы полдня, за какие-то полчаса. Если я смогу варить подобную дрянь самостоятельно…

Цена в сто золотых дороговата, но результат того стоит. Собственная алхимическая лаборатория открывала массу возможностей. Лечебные зелья, усиливающие, возможно даже яды, все это могло пригодиться в будущих стычках.

Полагаю, что более продвинутые тотемы, которые появляются, должны стоить дороже, учитывая более мощные преимущества, которые они дают. Алхимия открывала совершенно новые возможности — от исцеления до усиления характеристик. В мире, где преимущество могло означать разницу между жизнью и смертью, экономить на подобных вещах было бы глупостью. Что ж, нет смысла скупиться, ведь как говорится скупой платит дважды, а князь не должен быть скупым.

Я приобрел тотем. Мои общие запасы золота тут же опустились до 3400 золотых монет.

Земля привычно задрожала, и в метре от тотема из-под земли вырвался крепкий деревянный стол. Совсем новый. На нем лежала тяжелая книга, которая быстро скрылась в тени, когда вокруг стола возникла небольшая, открытая спереди хижина, как бы для защиты от непогоды.

Я подошел к столу и попытался взять склянку, но она была прочно прикреплена. Вместо того чтобы подняться, она выдала окно, иллюстрирующее инвентарь алхимического стола.

Алхимическая колба ×5

Солнцелист ×2

Костяная Пыль ×1

Я закрыл окно и коснулся книги. Появилось окно для изготовления, куда я мог перетаскивать предметы из своего инвентаря, а рядом с ним замерцал список основных зелий.

Зелье Исцеления.

Исцеляет мелкие раны и травмы

Зелье Проворства.

Увеличивает скорость передвижения на несколько минут

Зелье Стойкости.

Увеличивает сопротивление травмам на несколько минут

Я коснулся трех предметов и изучил необходимые ингредиенты для их создания. Я не слышал о травах и материалах, необходимых для второго и третьего зелий, но для Зелья Исцеления мне нужны были только солнцелист и костяная пыль, которые шли в комплекте со столом. Стартовый набор для первых эксперементов.

Я коснулся солнцелиста в инвентаре стола, и трава материализовалась в моих руках — желтые лепестки источали тепло, словно впитали в себя солнечные лучи. Костяная пыль оказалась мелкой, почти невесомой субстанцией молочно-белого цвета.

Перетащив ингредиенты в окно для изготовления зелий, я наблюдал, как они растворяются в алхимической колбе, превращаясь в густую оранжевую жидкость. Процесс завершился характерным звоном, и готовое Зелье Исцеления появилось у меня в руке.

Выглядело аппетитно, как апельсиновый сок, но от него исходило едва уловимое сияние.

— Что-то новенькое, князь? — раздался нежный голос.

Стефания скользнула ко мне, обвивая талию рукой. Прижалась к плечу, и я уловил ее тонкий аромат — что-то между розами и летним лугом. Притянул ее ближе почти инстинктивно.

— Зелья, — сказал я, показывая ей склянку. — Похоже, это будет очень полезно. Не знаешь случайно о них что-нибудь? Ты же у нас знаток трав.

— Вообще-то, довольно много, — улыбнулась она. — Многие растения из леса можно использовать в качестве ингредиентов. Я провела много времени, исследуя леса, и мои знания довольно обширны. Могу даже книгу написать, если понадобится.

— Буду иметь в виду, — ответил ей, проводя рукой по ее волосам и рассматривая зелье. — Как ты? Все в порядке?

— Я? Я в порядке. Будет странно быть вдали от отца, но мы оба сильные и взрослые люди. Он всего в нескольких верстах, и я могу навещать его, когда захочу. Кроме того, есть что-то утешительное в том, что земля официально принадлежит поселению. Он как будто стал ближе.

— Хорошо. Слушай, мне нужно, чтобы ты с завтрашнего дня присмотрела за землей. Забава, Лара и я отправляемся в Бухту Буеграда за кое-какими вещами.

— И ты оставляешь меня здесь? — ее рот удивленно приоткрылся. В глазах мелькнула обида.

— Именно это я и делаю, — невозмутимо ответил на её взгляд. — У меня есть причины.

— Я шучу, — усмехнулась она. — Что, думаешь, только ты умеешь шутить? Я тоже в этом не промах!

— Ты сущий демон, — улыбнулся, целуя ее.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она, прижимаясь еще крепче.

Наша первая встреча в лесу была как удар молнии. А наша вторая… да что там говорить.

— Как ты себя чувствуешь после прошлой ночи? — спросил тише, понизив голос до шепота.

— Одним словом?.. — она на мгновение задумалась. — Возбужденно. Мы делали это вдвоём, но вместе с Забавой и Ларой… это было нечто.

— Это не было слишком… откровенно для тебя?

— Боги, нет! Я чувствовала себя… завершенной. Если это имеет смысл? К концу мне пришлось бороться, чтобы унять дрожь в руках. Если уж на то пошло, я хочу еще, — она не могла перестать улыбаться. А ее щеки залил румянец.

Я улыбнулся.

Стефания была бойцом. Не в смысле размахивания мечами или кулаками, а по своей натуре и храбрости.

Но была в ней и другая сторона, которая все еще привыкала к миру за пределами Усадьбы Рюриков. Она расцветала на глазах.

— У нас выходной. Что скажешь насчет того, чтобы расслабиться сегодня вечером? Как следует.

— Звучит как превосходная идея, — промурлыкала она, ее глаза заблестели озорным огнем.

Лара и Забава присоединились к нам. После мы искупались и наполнили наши фляги вином. Вечер и ночь прошли пылко и страстно. А когда уже не было сил, мы забрались под тонкие простыни большой кровати в моем доме на дереве и вместе погрузились в сон посреди идеальных, незапомнившихся сновидений. Полное умиротворение…

* * *

В Поселении Волот, наконец, воцарился относительный мир, но вылазки за его пределы в малочисленной компании все еще вызывали у меня некоторое беспокойство. Даже с учетом защитного периметра я старался не расслабляться.

Стефания, Тихомир и Росьяна были вооружены стандартным оружием, а у Стефании вдобавок имелся арбалет, на тот маловероятный случай, если какая-нибудь особо прыткая тварь решит перемахнуть через частокол. Десяток болтов для него я смастерил буквально на днях, использовав пару железных слитков с торгового поста и немного лесной древесины.

Стрелком она была пока неопытным, но за то недолгое время нашего знакомства не раз демонстрировала твердость руки. К тому же, Кузьма неустанно патрулировал периметр; его зоркий глаз и быстрота реакции служили надежной защитой.

В планах, конечно, было возведение полноценных сторожевых вышек, но пока хватало и проворства Кузьмы.

В Бухту Буеграда мы с Ларой и Забавой отправились верхом на рассвете. Забава устроилась позади меня на Заре, обвив руками мою талию, а Лара оседлала Стрелу, которая вдобавок тащила небольшую груженую телегу с припасами для торговли.

Дорога заняла большую часть дня. Мы ехали знакомыми тропами через лес, периодически останавливаясь, чтобы дать лошадям передохнуть и напиться из ручьев. По мере приближения к побережью воздух становился все более соленым, а вдалеке уже слышался шум прибоя.

Мы приблизились к двухсотметровому участку пути, ведущему к гигантским челюстям морского чудища, обрамлявшим вход в бухту, после чего сбавили ход и смешались с пестрой толпой других торговцев. Привязали лошадей в тени просторной веранды на нижнем ярусе бухты, у самой воды, плещущейся о скалы, и направились к таверне «Пьяный Конь».

— Ну что, каково это возвращаться? — поинтересовался я у Лары, когда мы шли по скрипучим доскам.

— Да как-то… обычно, — пожала она плечами. — Хоть я и прожила тут много лет, большую часть времени все равно проводила в лесах, а не в этих каменных кишках.

— Кстати, насчет охоты, — оживилась Забава. — Дашь свой лук посмотреть? Давно хотела.

Лара без лишних слов сняла лук с плеча и протянула его тигрице. Та принялась его разглядывать с неподдельным любопытством.

— Ого, так не я одна тут с оружием для новичков бегаю, — хмыкнула она.

— Эй, мои навыки с лихвой компенсируют его скромные характеристики! — с притворной обидой возразила Лара. — К тому же, он мне дорог как память. Старый друг, можно сказать.

— То есть, предложи мы тебе новый лук, который по всем статьям лучше этого, ты бы все равно за него держалась? Я правильно понимаю? — с ехидцей уточнила Забава.

— Ну нет, конечно. Просто убрала бы его в инвентарь, на память.

— Глядя на твою квартиру, никогда бы не подумала, что ты такая барахольщица.

— Скорее, сторонница творческого беспорядка, — парировала Лара, и тут же справа от меня раздался смешок Забавы.

— Ах ты ж! — картинно возмутилась Лара, игриво пихнув тигрицу локтем. — Только послушайте эту чистюлю, с тигриных ушей которой шерсть так и сыплется!

— Подумаешь! — фыркнула Забава, гордо вскинув подбородок. — За все время, что мы делим постель, от меня от силы десяток волосков отвалилось. Так что не надо тут наговаривать.

— Да ладно, не меньше сотни.

— Преувеличиваешь.

— Ладно-ладно, возможно, — сдалась охотница, улыбаясь.

— Но я все равно дорожу тобой, — мягко сказала Забава, и добавила, лукаво взглянув на меня. — Как и наш повелитель.

Они обменялись теплыми улыбками.

Три жены это уже само по себе серьезное испытание для любого мужчины, но то, что они так хорошо ладят между собой, значительно облегчало мне жизнь. Их дружеская перепалка была скорее игрой, чем настоящим конфликтом. Я достаточно хорошо изучил каждую из них, чтобы отличать подлинное недовольство от безобидного подначивания.

Конечно, все могло измениться в любой момент. Женская натура непредсказуема, но на то я и повелитель, чтобы гасить подобные конфликты в зародыше и поддерживать баланс в своем доме.

Размышляя об этом, я почти не заметил, как мы углубились в лабиринт дощатых настилов и шатких мостков. Вокруг открывался потрясающий вид на залив, где бесчисленные торговые суда лениво покачивались на волнах. Соленый бриз освежал лицо, а крики чаек смешивались с гомоном толпы.

«Пьяный Конь» встретил нас знакомым полумраком, хотя до полудня было еще далеко. Тролль-вышибала у входа бросил на нас тот же тяжелый, подозрительный взгляд, что и в первый визит. Узнав Лару, он молча кивнул и посторонился.

Внутри лишь несколько редких посетителей одиноко цедили выпивку за дальними столами. Зато Брут, гном-бармен и владелец заведения, как всегда стоял на своем посту за массивной дубовой стойкой.

— Лара! — громыхнул он, с шумом ставя на стойку протираемый им стакан и едва не разбудив дремавшего тут же, уткнувшись лбом в дерево, гоблина. — А я уж думал, ты совсем из города смылась!

— И да, и нет, — уклончиво ответила она, улыбаясь.

— Вот как? — он удивленно приподнял густую бровь и перевел взгляд на меня. Его бородатое лицо расплылось в широкой улыбке. — А ты! Где твой мелкий бес, Кузьма? Я бы с радостью устроил ему прием по высшему разряду в один из наших оживленных вечеров. Уверен, он бы тут всех на уши поставил!

— Дома остался, к сожалению, — улыбнулся я в ответ. — Но, думаю, если намекну ему на ящик Моронского крепленого, он тут же примчится.

— Ха! Да он единственный, кто эту дрянь пьет! Но ради такого гостя я хоть сейчас закажу свежую партию.

— Обязательно передам ему твое щедрое предложение.

— Так-так, — Брут снова повернулся к Ларе, его взгляд стал серьезнее. — Не думаю, что это простое совпадение — заявиться сюда спустя столько недель именно в день оплаты аренды. Продлевать собираешься, или как?

— Это как посмотреть, — вмешался я, прежде чем Лара успела ответить. — Возможно, у нас к тебе деловое предложение.

— Деловое предложение? И какого же рода, позвольте осведомиться?

— Ты не думал продать комнату наверху? — я сделал паузу, давая ему время переварить предложение. — То есть, совсем продать. Окончательно и бесповоротно.

Брут окинул нас троих долгим, оценивающим взглядом. Пожевал кончик своей бороды. Молчание затягивалось…

Глава 5

— Возможно. Но это должно быть действительно стоящее предложение. Эта комната — жемчужина моей таверны.

— И сколько ты за нее хочешь?

— А сколько ты готов предложить?

— Понятия не имею, — честно признался. — Рынок недвижимости в Бухте Буеграда мне пока не знаком.

— Но ведь это ты покупатель, — усмехнулся Брут.

— Верно, но я не знаю, во сколько ты сам оцениваешь эту свою «жемчужину».

— Хм, — Брут глубоко выдохнул, на мгновение задумавшись. — Лара платит двести золотых в месяц, и это, скажу я тебе, цена более чем справедливая. К тому же, я регулярно подкидываю ей выгодные заказы на выслеживание и охоту, имея с них свою скромную долю. Кстати, о доле… Я все еще жду свой процент с того мантикора, которого вы тут прикончили к северу отсюда… Кажется, там неплохая добыча была?

— Да там и делить-то особо нечего было, — отмахнулась Лара, явно не желая вдаваться в подробности.

— Уверен, это не единственная причина такой твоей щедрости, — я заметил, глядя на Брута. — Двести золотых за комнату с лучшим видом на все Полесье это как-то подозрительно дешево. Обычно за такое дерут втридорога.

— Ты прав, не единственная, — не стал отпираться Брут. — Она идеальная квартирантка, с тех самых пор, как поселилась здесь много лет назад. Ни шума, ни проблем. Ты ведь наверняка насмотрелся на тех алкашей, что шатаются тут по ночам? Половина из них каждый вечер заглядывает ко мне, хоть на одну стопку этой бормотухи, которую они называют выпивкой.

— Тем более, есть резон передать комнату нам, — подхватил я. — Мы уж точно не доставим тебе лишних хлопот. Нас тут и большую часть времени не будет видно. Я, так сказать, расширяю количество своей недвижимости. Вкладываю в перспективные активы.

Брут смерил меня изучающим взглядом с ног до головы.

— Понятия не имею, о чем ты сейчас толкуешь со своими «активами». Но, вроде, ты не полный мудак. Ладно. Три тысячи золотых, и она твоя.

Эта сумма почти полностью опустошит мою казну.

— Что-то ты загнул, трактирщик. Две тысячи, и по рукам?

— Ни за что! — отрезал Брут. — Земля в Бухте Буеграда на вес золота. Тут никто ничего не продает, все держатся за свои участки зубами.

— Но ты же сам только что расхваливал Лару как надежного арендатора.

— Это точно, — вставила Лара. — Никаких проблем я тебе никогда не создавала, и сомнительных личностей за собой не приводила.

— Верно, — кивнул Брут, поглаживая бороду. — Но за две тысячи мне нужно что-то еще, чтобы, так сказать, подсластить пилюлю. Компенсация за моральный ущерб от расставания с такой квартиранткой.

— Например?

Брут снова задумался, хитро прищурив один глаз.

— Слыхали когда-нибудь о Топи Забвения?

— О, боги… — простонала Лара, закатив глаза.

— А что это за место? — с любопытством спросила Забава.

— Я эту байку уже раз двадцать слышала, с тех пор как все случилось, — пояснила Лара остальным. — Топь Забвения это здоровенное болото ниже по течению Реки Вихры, к югу отсюда. Комары размером с кулак, непролазная грязь, вонючая вода… И, само собой, куча всякой нечисти, которая не слишком жалует незваных гостей.

— Но там не только зверье обитает, — многозначительно вставил Брут. — Пару месяцев назад торговое судно «Топкий Баркас» потерпело там крушение. Говорят, капитан был пьян в стельку.

— Якобы, — тут же перебила Лара. — Ты, как всегда, забываешь добавить самую пикантную деталь…

— Я как раз к этому и веду! — картинно возмутился Брут. — Зачем мне упускать самое интересное? Не перебивай старших!

Мы с Забавой обменялись понимающими улыбками. Этот гном был настоящим актером.

— А самое интересное, — продолжил Брут, понизив голос до заговорщицкого шепота, — заключается в том, что «Топкий Баркас» был не обычным торговым судном, а контрабандистским. И везли они на борту целый ящик легендарной «Древней Забродки», который они, по слухам, сперли у одного старого отшельника-вождя какого-то дикого племени, далеко-далеко на западе отсюда.

— Что еще за «Древняя Забродка»? — не понял я о чем речь. Название звучало интригующе.

— Ром, — хрипло пояснил Брут, перегнувшись через стойку и сверкнув своими не слишком белыми зубами. — Лучший ром во всем Полесье, князь. Говорят, какое-то затерянное племя сварило всего несколько сотен бутылок много-много лет назад. С тех пор никто так и не смог повторить их рецепт. Так вот, «Топкий Баркас» вез целый ящик этого божественного пойла, да так и сгинул в болоте. Последний раз его видели как раз в Топи Забвения. Гиблое место, уж поверь мне на слово.

— Хм… Какого хрена их вообще туда понесло, если там так опасно?

— А какого хрена вообще люди суются в опасные и глухие места? — философски заметил Брут. — Чтобы их не застукали со спущенными штанами. Контрабандисты всегда готовы рискнуть своей шкурой ради хорошей прибыли.

— И что же там такого особенно опасного, кроме комаров и грязи?

— Легенд ходит великое множество. Твари невиданные, чудища болотные, духи злые… Ну, это все, конечно, байки пьяных матросов, которые регулярно удостаивают пол моей таверны своей обильной блевотиной. Так вот, мое предложение таково: две тысячи золотых за комнату, плюс десять бутылок «Древней Забродки». Эта штука — жидкое золото, князь. За каждую дополнительную бутылку, что ты мне притащишь, я готов скинуть еще по сотне с общей суммы.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, — подала голос Забава, до этого момента внимательно слушавшая наш разговор. — Но, смею предположить, ваша хваленая «Древняя Забродка» стоит куда дороже ста золотых за одну бутылку, не так ли?

— Абсолютно верно, моя ушастая красавица, — подтвердил Брут, хитро улыбнувшись.

— А что нам мешает самим ее продать, если мы ее найдем? — поинтересовался я, уже прикидывая возможные барыши.

— Попробовать, конечно, можешь, — хмыкнул Брут. — Но вряд ли у тебя что-то из этого выйдет. Все в Полесье знают, что это краденый товар, и большинство торговцев просто не станет с ним связываться, чтобы не нажить себе проблем. А те, кто все-таки станет… С такими ребятами лучше дел не иметь, если за твоей спиной не стоит серьезная вооруженная сила. Поверь, они не любят делиться.

Этого у меня как раз и не было. Пока что.

— А у меня есть нужные связи, чтобы ее сбыть без лишнего шума, — доверительно сообщил Брут. — Или, на худой конец, оставить себе, для личной коллекции. Такая выпивка со временем только дорожает.

Я посмотрел ему прямо в глаза, пытаясь прочитать его истинные намерения.

— Дай нам пару минут на совещание.

— Без проблем, князь.

Мы отошли к столику Лары в углу таверны и принялись обсуждать предложение Брута вполголоса.

— Попахивает какой-то очередной аферой, — начала Забава, метнув взгляд на Лару. — В прошлый раз она уже втянула нас в похожую историю с выслеживанием мантикоры, которая едва не стоила нам жизни. Помнишь? Теперь снова — лезть в заведомо гиблое место за каким-то мифическим пиратским кораблем, и все это ради того, чтобы немного сбить цену на эту комнатушку.

— Да. В принципе у нас есть деньги на выкуп этой комнаты и без получения этого сомнительного задания, — я задумчиво проговорил.

— Но это же почти все наши сбережения, — возразила Лара.

— Мы сможем их снова заработать в течение следующих нескольких недель. Правда это сильно ударит по нашему бюджету и затормозит развитие поселения.

— Я все таки за задание. Помимо экономии оно дает и другие потенциальные выгоды, — продолжила Лара настаивать на своем. — Мы можем придержать «Древнюю Забродку» у себя и продать ее позже, когда наладим более прочные торговые связи с другими поселениями. Или использовать для переговоров.

— В целом, да, — согласился с ней. — Ром, как и любой другой крепкий алкоголь, может храниться годами, становясь только лучше. Его точно никто не трогал с момента кораблекрушения.

— И это еще не все, — продолжила Лара, загоревшись азартом. — Если моряки на борту «Топкого Баркаса» действительно были контрабандистами, как говорит Брут, то на корабле наверняка найдутся и другие ценные вещи. Золотые монеты, другие редкие спиртные напитки, драгоценные руды, а может, и какое-нибудь уникальное оружие или артефакты…

— Логично, — кивнул, признавая правоту её доводов. — Если эта посудина действительно потонула, то есть шанс, что добро скорее всего, осталось нетронутым. Даже если в топях и кишат какие-нибудь монстры, сам корабль и его содержимое им без надобности.

— Но не забывайте, что все-таки там кишат монстры, — уцепилась за аргумент Забава. — Диких тварей не интересуют побрякушки, которые так ценят разумные существа. Их приоритеты просты и понятны: жрать и убивать. Вот и все.

— Думаешь, они настолько сильны, что смогут нас выпотрошить и сожрать? — с сарказмом протянула Лара.

— Именно, — невозмутимо подтвердила Забава, ничуть не смутившись. — И не обязательно именно в таком порядке. Могут сначала сожрать, а потом выпотрошить. Или наоборот.

Потрясающе. Сухо хмыкнув, я облокотился о стол и окинул взглядом обеих девушек.

— Итак, давайте подведем итоги. С одной стороны экономия половины всех наших сбережений, плюс потенциальная добыча в виде золота и других ценных трофеев. С другой — болотные монстры, которые наверняка не обрадуются нашему визиту, — я сделал паузу, мысленно взвешивая все за и против. — Но мы уже не раз доказывали, что можем справиться с местной живностью. А деньги, которые мы сэкономим, позволят быстрее развивать поселение и усилить нашу оборону, поэтому решено. Идем за «Забродкой».

Забава тяжело вздохнула, но кивнула. Она понимала, что мое решение было окончательным. Лара, напротив, едва сдерживала довольную улыбку.

Смахнув пылинку с плеча, я спокойно подошел к Бруту, который с нетерпением ожидал нашего решения.

— Хорошо, трактирщик, я согласен.

— Вот и отлично, князь! — просиял Брут, протягивая мне свою мозолистую ладонь.

Мы скрепили договор крепким рукопожатием.

Едва рассвело наш отряд покинули таверну. Первым делом в моем списке значился поиск подходящего судна, которое доставит нас вниз по реке к Топи Забвения, но перед этим необходимо было основательно закупиться припасами.

Лара повела нас к знакомому ей торговцу зельями. Там без лишних проволочек мы разжились тремя Зельями Стойкости и двумя Зельями Исцеления. С учетом моего самодельного зелья, теперь у каждого было по одному комплекту из двух видов.

Каждое зелье обошлось нам в двадцать золотых, так что мой общий капитал похудел до трех тысяч двухсот восьмидесяти монет.

На случай внезапной встречи с какой-нибудь невообразимой дикой тварью мы теперь были более-менее готовы. Впрочем, то, что произойдет после боя, меня волновало куда меньше, чем то, что может произойти в процессе.

Следующим пунктом в нашем плане значилась оружейная лавка, о которой ранее говорила Лара.

«Меткий Удар» — имечко для оружейной, прямо скажем, на любителя. Но в этом названии, откровенно говоря что-то было, какая-то изюминка, так что я решил посмотреть чем именно там торгуют и найдется ли среди их ассортимента подходящее оружие.

Внутри оказалось на удивление светло и просторно. Прямо напротив входа располагалась длинная стойка, за которой, по-хозяйски оперевшись на нее руками, стоял мужчина.

Человек.

Его вид одновременно и порадовал, и слегка напряг. Во взгляде читалась недюжинная проницательность. Он окинул меня быстрым, цепким взглядом и едва заметно кивнул, однако в глубине его глаз мелькнула какая-то затаенная подозрительность.

После всех этих разномастных магических существ, которыми буквально кишело Полесье и с которыми мне приходилось сталкиваться с момента моего попадания, увидеть обычного человека было почти отрадой для глаз.

За его спиной, на стене напротив входа, красовался внушительный арсенал: всевозможные топоры, мечи и молоты. Как одноручные, так и массивные двуручные. А также луки, арбалеты, копья и разнообразные ножи.

Все это смертоносное великолепие было аккуратно развешано на специальных крюках с такой педантичностью и любовью, что напоминало идеально убранный гараж какого-нибудь зажиточного американского дачника, помешанного на инструментах.

Справа от нас, у лестницы, ведущей, по всей видимости, на склад на втором этаже, стоял массивный круглый стол. За ним еще один человек и невысокий, но крепко сбитый гоблин потягивали темную медовуху из тяжелых глиняных кружек и о чем-то негромко, но оживленно беседовали.

Они удостоили нас лишь мимолетным кивком и тут же вернулись к своему прерванному разговору.

— К вашим услугам, господин, — произнес мужчина за стойкой. Его голос был на удивление спокоен и глубок. — Борис Гробовщиков, торговец оружием. Чем могу быть полезен вашей честной компании?

— Мне нужен хороший двуручный меч, — ответил ему, вынимая из ножен свой нынешний, довольно потрепанный клинок. — Что-нибудь более серьезное и надежное чем этот.

— Оружие новобранца, не иначе, — хмыкнул Борис, принимая мой меч и с профессиональным интересом его осматривая. — Видно, что хорошо послужил, но для серьезных дел маловат будет. И баланс оставляет желать лучшего.

Он небрежно отложил мой меч в сторону, повернулся к стене, увешанной оружием, скользнул по рядам натренированным взглядом, затем ловко подпрыгнул, снял с одного из крюков другой двуручник и с легким стуком положил его на стойку рядом с моим.

Разница бросалась в глаза моментально. Новый меч буквально сиял на свету, его идеально отполированное лезвие выглядело пугающе острым, а темная кожаная обмотка массивной рукояти смотрелась куда солиднее и обещала надежный хват.

Но одна лишь внешность никогда не была для меня решающим фактором.

— Выглядит солидно, спору нет, — протянул я, оценивающе разглядывая клинок. — А на деле чем он от моего старого отличается, кроме блеска?

— Клинок значительно легче, но при этом прочнее, заточка — острее бритвы, рукоять обеспечивает идеальный хват и баланс. Впрочем, если быть до конца честным, все они, по большому счету выглядят одинаково, пока не пустишь в дело.

Я взял предложенный меч в руки. Разница ощущалась мгновенно. Торговец нисколько не соврал. Каждое его слово подтверждалось не только безупречным видом оружия, но и теми ощущениями, которые оно дарило. Этот двуручный меч лежал в руках как влитой.

— Довольно смелое заявление для оружейника, не находишь? Обычно продавцы расхваливают свой товар до небес.

— Постоянных клиентов у меня почти нет, господин, — усмехнулся Борис. — Те, кто покупает у меня оружие ближнего боя, либо достаточно быстро отправляются на тот свет, так и не успев оценить его по достоинству, либо достаточно умны и опытны, чтобы больше в нем не нуждаться, предпочитая решать проблемы другими способами. Основной доход мне сейчас приносят боеприпасы — стрелы, болты, вот это все. Кстати, — он неожиданно перевел взгляд на Лару. — Лук у тебя что надо. Добротная работа.

— Тебе ли не знать, Борис, ты же мне его и продал несколько лет назад, — улыбнулась Лара.

— Точно, припоминаю, — кивнул торговец. — Обсидиановые стрелы есть в наличии, если интересуешься. Убойная вещь.

— Они бьют намного глубже обычных и раскалываются в ране, — пояснила Лара, повернувшись ко мне. — Врага на много быстрее выходит из строя.

— Звучит убедительно, — согласно кивнул, уже прикидывая в голове тактические преимущества такого боеприпаса. Любое оружие, способное быстрее нейтрализовать противника, стоило вложений. К тому же по интонации Лары было ясно, что она эти стрелы хочет, а порадовать жену качественным снаряжением… Думаю, я могу себе такое позволить. — Борис, сколько будет стоить меч плюс двадцать обсидиановых стрел?

— Четыреста пятьдесят золотых, господин. И ни монетой меньше.

Серьезно? Так дешево? Я ожидал услышать куда большую сумму…

— Идет, — согласился на предложение Гробовщикова. — Заворачивай.

Глава 6

— Без лишних препирательств? — удивленно приподнял бровь Борис. — Редкость в наши дни. Впрочем, говорю же, если голова на плечах есть, а у вас господин она похоже на своем месте, то другой меч вам еще долго не понадобится.

— Забава? — я посмотрел на свою тигрицу. Она с нескрываемым интересом разглядывала разнообразное оружие, выставленное на стене.

— А вон те парные клинки почем будут? — спросила она, указывая на пару изящных, хищно изогнутых ятаганов, висевших прямо за спиной Бориса.

Тот обернулся, проследив за ее взглядом.

— Эти красавцы? Если берете все вместе — меч, стрелы и ятаганы — отдам за восемьсот. Считай, даром.

— Уверена, что справишься с ними после своих метательных ножей? — уточнил я у тигрицы. Все-таки ятаганы требовали совершенно иной техники боя.

— Абсолютно уверена, Василий, — с горячей уверенностью ответила она, ее глаза горели предвкушением. — Мне давно нужно было что-то посерьезнее, с более сильным «укусом».

— Хорошо. Тогда берем все, — подытожил я, снова обращаясь к Борису.

Восемьсот золотых на новое оружие, еще десятка на еду — итого в моей казне осталось две тысячи четыреста семьдесят монет. Золотой запас заметно поубавился, но теперь мы были вооружены до зубов и готовы к любым неожиданностям.

Быстро перекусив на скорую руку жареным мясом таурема с яйцами у одного из многочисленных уличных торговцев, прикупив еще немного провизии в дорогу и доверху наполнив наши фляги свежей водой, мы двинулись дальше, к докам.

Там нас немедленно окутал знакомый, но оттого не менее тошнотворный и вездесущий запах свежей рыбы, гниющей тины и застоявшейся речной воды. Разделившись для большей эффективности, мы обошли не меньше десятка различных капитанов, чьи суда стояли у многочисленных причалов.

Корабли здесь были самые разные: от крошечных, просмоленных лодчонок одиноких мелких торгашей, таскающих всякий мелкий хлам вверх-вниз по реке, до огромных, неповоротливых парусников с командой в два десятка человек, способных перевозить тонны разнообразных товаров.

Но было у всех этих капитанов и их суденышек нечто общее — никто из них и близко не хотел подходить к Топи Забвения. Наши расспросы встречали либо откровенным смехом, либо нескрываемым ужасом.

Ответы, которые мы получали, были один другого «красноречивее».

— Вы что, совсем спятили, ребята? В Топь? Да ни за какие коврижки!

— Разворачивайся обратно и топай отсюда дурень, пока цел. Не буди лихо.

— Да я скорее в ладони себе нагажу и при всех по лбу хлопну, чем туда поплыву! Проклятое место!

— Ты меня за кого держишь, за пьянь подзаборную, чтобы такие предложения делать?

Последнее, кстати, оказалось чистой правдой, вот только относилось оно не к тому, кто это сказал, а к тому, кто в итоге согласился нас везти.

Единственным, кто не шарахнулся от нас, как от чумы, при упоминании Топи Забвения, оказался самый настоящий, стопроцентный алкаш.

Я сразу понял, что это наш клиент, едва мы приблизились к его утлой посудине. Это было старое, ржавое, дышащее на ладан рыболовецкое суденышко, на палубе которого нам четверым и развернуться-то толком было бы негде.

— Эй! — окликнула Забава, подходя к самому краю причала. — Есть кто живой на борту?

Лодчонка выглядела совершенно заброшенной и необитаемой, но стоило мне для верности стукнуть кулаком по ее металлическому, покрытому ржавчиной борту, как из недр тесной каютки донесся приглушенный визг и сразу за ним глухой удар, будто кто-то со всего размаху приложился головой о низкий потолок или стол.

— М-м-м… — простонал мутный голос изнутри. — Кого там еще черти принесли в такую рань? Чего надо? Если это опять насчет платы за стоянку, клянусь бородой Нептуна, дайте еще пару дней, все будет уплачено до последней медяшки…

Голос звучал так, будто его обладателя сначала долго мариновали в бочке с самым дешевым пойлом, а потом для верности бросили на ночь в залив, чтобы немного освежиться и прийти в себя.

Забава вопросительно посмотрела на меня и пожала плечами. Мгновение спустя из полумрака каюты на свет божий показался и сам владелец этого плавучего недоразумения.

— Вы еще кто такие, черти б вас всех побрали? — прохрипел он, щурясь от яркого утреннего солнца.

— Платежеспособные клиенты, — я в ответ ему ухмыльнулся. — Если, конечно, вы все еще оказываете услуги.

— Слушай, приятель, я хоть и на мели сейчас, но отсасывать за деньги никому не собираюсь, — заявил он с неожиданной твердостью в голосе. — Слыхал, у некоторых прибрежных племен неплохие бордели имеются, может, тебе лучше туда обратиться, а?..

— Ничего подобного мне от тебя не нужно, — отрезал, стараясь сохранять спокойствие и не дать этому приколисту в бубен. — Мне всего лишь нужно добраться вниз по реке. Тут совсем недалеко.

Только тогда этот колоритный персонаж наконец вылез из своей каюты целиком. Звали его…

— Атаман Григорий Волжский, к вашим услугам, — представился он, пошатываясь на нетвердых ногах и тщетно силясь выпрямить согбенную спину.

Эльф! Это было очевидно с первого взгляда. Но, в отличие от тех немногих чистокровных эльфов, что мне доводилось видеть в Полесье, да и тех легендарных созданий, о которых я когда-то читал в земных мифах и легендах, изяществом и утонченностью тут и не пахло.

Худые, почти высохшие, длинные руки и ноги, землисто-фиолетовая, обветренная кожа, и рост под два с половиной метра, если бы он конечно мог выпрямиться. Лицо покрыто редкой, клочкастой щетиной, видавшая виды рубаха расстегнута настежь, беззастенчиво выставляя напоказ обвисшее пивное брюхо.

Потрепанные серые штаны, к счастью, прикрывали его тощие ноги, а вот старый, разваливающийся на части кожаный сапог, словно только что выловленный со дна залива, красовался лишь на одной ноге. Вторая была босой.

Мужик было протянул мне руку для приветствия, но я лишь коротко кивнул, и он, ничуть не смутившись, её отдернул.

— Можете звать меня просто Атаман Григ, — продолжил он, любовно похлопывая по обшарпанному борту своей дырявой развалюхи. — А это мой верный «Речной Плевун». Может, он и неказист на вид, зато самое надежное и быстроходное судно во всей этой проклятой бухте. Чем могу служить вашей честной компании?

Я уже сто раз успел пожалеть, что вообще заговорил с этим пропойцей, но отступать было поздно, да и других вариантов, похоже, у нас уже не осталось.

— Нам нужно добраться до Топи Забвения, — сказал без дальнейших обиняков. — Возьмешься доставить нас туда? Плачу золотом.

Он окинул нас троих долгим, на удивление трезвым и оценивающим взглядом. За последние полчаса я уже успел привыкнуть ловить на Забаве и Ларе липкие, сальные взгляды местных портовых морячков и даже научился эффективно тушить их в одно мгновение ледяным взором.

Я уже приготовился повторить этот нехитрый трюк и здесь, но странный эльф повел себя на удивление прилично. Его взгляд был сосредоточен исключительно на мне.

— Разумеется, господин, разумеется, — он неожиданно легко согласился и даже попытался изобразить некое подобие низкого поклона. — Могу доставить вас туда прямо сейчас. Быстро и с комфортом.

— Серьезно? — не смогла скрыть своего удивления Лара. — Так просто?

— Абсолютно. Я и так там почти все свое время провожу. Рыбные места, знаете ли.

Даже если его утлое корыто это просто плавучий кусок ржавого железа, после стольких категорических отказов это неожиданное предложение показалось мне слишком хорошим, чтобы быть правдой. Что-то здесь было не так.

— Мне тут местные наплели, что это самое гиблое и опасное место на всей реке. Какого лешего ты там постоянно проводишь, если не секрет?

— У меня… — Атаман Гриша вдруг смачно и громко рыгнул, удивленно посмотрел на меня, словно сам не ожидал от себя такой неожиданной прыти, и невозмутимо продолжил. — У меня, господин, почти не осталось причин жить в этом скучном мире, и в то же время их так много, что и не сосчитать. А поскольку мало кто из этих сухопутных крыс отваживается соваться в те проклятые края, свежей рыбы там хоть косой коси. Риск, конечно, большой, но и награда соответствующая, смекаешь?

— Смекаю, —утвердительно кивнул ему в ответ, начиная понимать его своеобразную философию.

— И… — он вдруг подошел к самому борту своей лодки, оказавшись всего в паре шагов от меня, и в упор посмотрел прямо в глаза. Я спокойно выдержал его пронзительный взгляд. — Раз уж вы, уважаемые, направляетесь туда же, я почти уверен, что вы тоже рискуете своими драгоценными жизнями ради чего-то действительно стоящего. Не так ли?

Я невольно усмехнулся. Пусть я и не до конца понял смысл его высокопарной и слегка туманной тирады, но он, похоже, сделал самое главное, — верно понял меня.

Мы заплатили ему по пять золотых с носа за проезд в один конец, и меньше чем через десять минут уже отчалили от шумного причала.

Капитан, может, и был не совсем трезв по обычным земным меркам, но управлялся со своей маленькой рыбацкой лодчонкой на удивление ловко и уверенно, хоть нам там и сидеть-то толком было негде. Так было тесно.

Мы вышли из залива, умело лавируя меж громадных, неповоротливых торговых кораблей, и взяли курс на юг, вниз по течению широкой реки.

Учитывая, сколько всякой агрессивной лесной нечисти уже неоднократно покушалось на наши жизни на суше, я нисколько не сомневался, что и в темных речных глубинах под нами кишмя кишат голодные твари.

И все же, вокруг было на удивление красиво. Несмотря на постоянно снующие туда-сюда многочисленные корабли и лодки, вода в реке сохраняла свой приятный, насыщенный сине-зеленый оттенок. Она была шириной не менее тридцати метров, а по обоим берегам, всего в нескольких шагах от кромки воды, начинался густой, почти непроходимый лес.

Надо же, хоть где-то люди умудрились не загадить и не разрушить все вокруг себя. Корабли, которые я видел, не сливали в реку нечистоты и отходы, да и двигались в основном на веслах и под парусами, не отравляя воздух дымом.

Ну, кроме нашего суденышка, конечно. Оно, казалось, двигалось исключительно силой воли своего капитана и попутным течением.

— Долго еще нам плыть, капитан? — не выдержала Забава, которой явно надоело это медленное покачивание на волнах.

— В такую погоду? Да час, может, чуть больше, не больше, — уверенно ответил тот, не отрывая взгляда от воды.

— Слишком долго. У тебя есть весла? Мы с Забавой поможем грести, чтобы добраться побыстрее.

— О, конечно есть! — оживился Атаман Григ и с кряхтением извлек из недр своей тесной каюты пару старых, но крепких на вид весел и видавшую виды удочку.

Он было протянул одно из весел Забаве, но вдруг замер на полуслове, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— А мы с вами, красавица, раньше нигде не встречались? Уж больно знакомым мне кажется ваше личико… и ушки.

— Нет, не думаю, — вежливо, но твердо ответила ему Забава.

— Вы совершенно уверены? — не унимался эльф.

— Абсолютно уверена, Атаман Григ, — с легкой улыбкой подтвердила она.

— Хм… А все-таки, уши ваши мне что-то смутно напоминают. Ах, да! У меня когда-то была точь-в-точь такая же замечательная матросская шапка. С такими же ушами!

— С настоящими ушами? — с деланым удивлением спросила Забава.

— Ну, не с настоящими, конечно, — смутился капитан. — Тряпичные были. Но очень похожи.

Он наконец сунул тяжелое весло Забаве, а второе протянул мне. Я взял его, но прежде чем приступить к гребле, решил уточнить важный вопрос.

— Григ, а насколько опасны эти воды? Стоит ли нам ожидать каких-то неприятностей?

— Да так, ничего особо серьезного, — отмахнулся он. — Большинство диких племен отсюда давно уже убрались подальше, вглубь лесов, но иногда какой-нибудь шальной лесной дикарь, отбившийся от своих, может из любопытства или от скуки стрелой в проплывающую лодку запустить. Бывает.

— Понятно, — кивнул и повернулся к Ларе. — Лара, держи лук наготове. Лучше перестраховаться.

— Уже взяла, — невозмутимо ответила она, быстро скидывая свой верный лук с плеча, накладывая на тетиву длинную обсидиановую стрелу и внимательно осматривая прибрежные заросли.

— А как же ты обычно один справляешься, капитан? — не удержалась от вопроса Лара. — Одной рукой рулишь, а другой камнями от этих дикарей отмахиваешься?

— Не-а. Обычно я просто голову поглубже вжимаю в плечи и молюсь всем богам сразу, — он вдруг разразился громким, булькающим хохотом, похожим на тюлений лай. Звук был настолько неожиданным и заразительным, что мы все трое невольно рассмеялись в ответ. — Нет, — уже совершенно серьезно добавил он, вытирая выступившие от смеха слезы, — если честно, я и вправду просто пригибаюсь пониже и надеюсь на лучшее. Пока везло.

Взявшись за весло, я быстро вошел в ритм. В прошлой жизни я не был гребцом, но служба в армии научилабыстро адаптироваться к любой физической работе. Лодка, как и ожидалось, пошла заметно быстрее.

Параллельно я методично сканировал густые заросли деревьев, отмечая возможные точки засады и пути отступления.

Через несколько миль довольно монотонного плавания река неожиданно раздваивалась. Основное, широкое, примерно тридцатиметровое русло уходило прямо, теряясь вдали, а вправо, круто врезаясь в стену леса, уходила более узкая протока, шириной не более двадцати метров.

Полуденное солнце все еще стояло высоко в зените, щедро заливая нас своим светом, но почему-то, чем дальше мы углублялись в эту новую, узкую протоку, тем сумрачнее и неуютнее становилось вокруг. Деревья здесь были заметно выше и тоньше, чем на основной реке, их длинные, оголенные ветви зловеще нависали над водой, словно когтистые лапы какого-то гигантского чудовища.

— И какую же особенную рыбу ты здесь обычно ловишь, капитан? — поинтересовался я, чтобы хоть как-то разрядить сгущающуюся атмосферу.

— Да всякую, какая на крючок попадется и которую потом можно выгодно продать на рынке. Мечтаю когда-нибудь лодку побольше купить, а то и целый небольшой флот завести. Стать уважаемым капитаном речной эскадры…

— И как успехи на этом поприще? Судя по твоему «флагману», не очень, — не удержался я от сарказма.

— Нормально, — коротко ответил он, ничуть не обидевшись.

Я скептически хмыкнул, выразительно посмотрев на его дырявую лодку. А он лишь усмехнулся в ответ себе в бороду.

— Я понимаю, как это все выглядит со стороны, человек, но я принципиально стараюсь тратить как можно меньше золота на всякие глупости. Все мое честно заработанное золото находится в очень надежном месте, о котором знаю только я один. И еще пара чаек.

— Экономный ты, однако, ничего не скажешь.

— А то! — Он снова широко улыбнулся, обнажив свои неровные зубы. — Медяк золотой бережет, как говаривала моя покойная бабка.

— Значит, планируешь поднять свое дело, сколотить состояние и спокойно уйти на покой, наслаждаться жизнью?

— На покой? Боги с тобой, нет! Какой еще покой? — искренне возмутился Атаман Григ. — Я собираюсь становиться все богаче и богаче, пока не стану наконец достоин.

— Достоин чего, если не секрет?

— А тебе самому не кажется немного странным, князь, что такой видный эльф, как я, живет здесь, в этой дыре, в полном одиночестве, как отшельник?

— Признаться, я как раз хотела об этом спросить, — неожиданно вмешалась Забава с другого борта лодки. — Но не хотела показаться слишком невежливой, вы ведь все-таки наш перевозчик и хозяин этого корабля. — Она на мгновение повернулась ко мне. — Насколько я знаю, высшие эльфы обычно не покидают свои родные племена и леса, если только их оттуда не изгоняют силой. Они предпочитают жить обособленно, внутри своей общины.

Хм… Интересное наблюдение. Я решил не ходить вокруг да около, а спросить в лоб.

— Григорий, тебя изгнали из племени?

Глава 7

— Вроде того, — неохотно признался он. — Только, если быть до конца честным, я сам себя изгнал. Добровольно.

— Это еще по какой такой причине? Что могло заставить эльфа покинуть свой народ?

— В моем племени, далеко на севере, была одна женщина, эльфийка по имени Милослава, — начал он свой рассказ, и его голос неожиданно стал тише и мягче. — Красивее ее не было никого во всем нашем народе, да и, пожалуй, во всем Полесье. Я любил ее без памяти, с самого детства… но она предпочла выйти замуж за моего лучшего друга, Святослава. Он был намного богаче меня, происходил из более знатной и уважаемой семьи в нашем племени, был обаятельнее, удачливее… В общем, у него было все то, чего так не хватало мне.

Он надолго замолчал, глядя на темную воду.

— Не мог я это вынести, понимаете? — он тяжело вздохнул. — Каждый божий день видеть, как она с ним смеется, как руку ему на плечо кладет. А на меня даже взгляда не бросит. Словно меня и вовсе не существует на белом свете.

Голос его дрогнул.

— Святослав, лучший мой друг был когда-то. Проклятье! У него все имелось с рождения: золото мешками, земли плодородные, отец у него вождь племени. А я что представлял собой? Сына простого рыбака, больше ничего. Руки пустые, карманы тощие.

Эльф замолчал, явно погрузившись в болезненные воспоминания. Когда заговорил снова, в голосе появились пьяные нотки бравады.

— Вот я и надумал уйти из племени. Думал, разбогатею где-нибудь, стану человеком важным и уважаемым, а потом вернусь с триумфом. Покажу всем им, чего стоит Григ на самом деле! Она тогда поймет, какого настоящего мужчину потеряла. А этот Святослав со всеми своими богатствами… — Он презрительно махнул рукой. — Посмотрим еще, кто из нас двоих больше чего-то стоит в этой жизни.

— Знаешь, — задумчиво протянул я, продолжая грести. — Был у меня когда-то один давний знакомый, в далеких земных краях. Звали его Павел Чайкин. Очень похожая на твою история, один в один. Он тоже пытался добиться расположения своей возлюбленной похожим образом — разбогатеть и поразить ее своим успехом.

— Да ну? — Капитан резко подался вперед, и в его затуманенных глазах на мгновение блеснул неподдельный, живой интерес. — И что, у него получилось? Она вернулась к нему?

Этот пропойца, оказывается, был не так уж и прост и глуп, как могло показаться на первый взгляд. Но каждое его слово, каждое движение, даже если в них и проскальзывал какой-то глубокий смысл, все равно были насквозь пропитаны тяжелым пьяным угаром.

И вот, кажется, впервые за все время нашего знакомства он проявил искренний, неподдельный интерес к чему-то, кроме выпивки и рыбы. В его обычно мутных глазах на мгновение вспыхнул ясный огонек осмысленного любопытства и надежды.

Я мог бы безжалостно рубануть ему правду-матку: мол, умер твой хваленый Павел Чайкин, в собственном роскошном бассейне утоп, застреленный охраной мужа той самой женщины, после того как окончательно выяснилось, что даме его сердца на него и его миллионы глубоко плевать.

Но какой, к черту, в этом был бы смысл? Зачем разбивать последние надежды этому несчастному романтику?

— И… да, она к нему вернулась, — соврал я, стараясь придать своему голосу убедительности. — И жили они долго и счастливо, пока смерть не разлучила их.

— Вот это я понимаю, вот это настоящий пример для подражания! — просиял капитан, и его лицо озарилось счастливой улыбкой. — Значит, и у меня есть шанс!

Я молча греб дальше, лишь слегка усмехаясь про себя и в очередной раз дивясь тому, каких только удивительных и колоритных персонажей не встретишь в этом безумном, но таком притягательном мире Полесья.

Поистине, это была земля потерянных душ, расколотых древних народов и забытых культур, непроходимых диких нравов и сломленных, но не сдавшихся судеб. И Атаман Григ, этот пьяница-эльф с разбитым сердцем, был одним из них.

ДЗЫНЬ!

Острая стрела с неприятным звуком вонзилась в деревянный борт лодки буквально в нескольких сантиметрах от моей ноги. Еще пара в сторону — и она бы угодила мне прямо в живот.

— Всем лежать! — рявкнул, инстинктивно падая на дно лодки.

Мы с Забавой одновременно рухнули на дощатое дно утлого суденышка. Лара же, напротив, молниеносно развернулась, вскидывая лук и натягивая тетиву до самого уха. Всего секунда ей потребовалась, чтобы высмотреть и поймать цель в густой прибрежной листве.

ДЗЫНЬ!

Ее стрела со свистом исчезла в зеленых зарослях. Тотчас же оттуда раздался короткий, болезненный вскрик, и из-за прибрежных деревьев в мутную речную воду с глухим всплеском упало невысокое зеленое гуманоидное существо в рваных кожаных лохмотьях, с длиннойстрелой, аккуратно торчащей из середины его волосатой груди.

— Ишь ты, какая меткая! — совершенно невозмутимо протянул Атаман Григ, лениво выглядывая из-за борта. — Подстрелила-таки, стервеца. Лесные Дикари, чтоб их всех… Клянусь богами, строят из себя невесть что, какие-то там высшие существа, а оставь их на пару месяцев в этой глуши без присмотра — дичают не хуже самых последних гоблинов.

Мы все трое одновременно одарили его таким выразительным взглядом, что он, кажется, на мгновение даже слегка протрезвел и смущенно откашлялся.

* * *

— Ну вот, уважаемые, прибыли, — объявил Атаман Григ, когда лодка мягко ткнулась носом в илистый берег.

По его приказу мы уже некоторое время шли значительно медленнее, осторожно пробираясь сквозь густые заросли. Солнце все еще тускло проглядывало сквозь плотную завесу листвы, но вокруг заметно стемнело и похолодало. Деревья здесь росли невероятно густо, хоть и были в большинстве своем довольно тонкими; их переплетенные кроны почти полностью скрывали от нас небо.

Мерзкое, гнетущее место для того, чтобы здесь умереть.

Река в этом месте стала заметно мельче, ее дно покрылось толстым слоем вязкой, зловонной грязи. Я окончательно понял это, когда мы с неприятным скрежетом и размаху ткнулись носом в топкий берег метрах в пяти от более-менее твердой на вид суши.

— Боюсь, ближе подойти никак не смогу, господа. Дальше только пешком, если не хотите увязнуть вместе с моей посудиной.

Я молча расплатился с капитаном оставшимися монетами, и мы вчетвером — я, Лара, Забава и Атаман Григ — замерли на самом краю лодки, с нескрываемой опаской вглядываясь в сумрачные, зловонные топи, раскинувшиеся перед нами.

Прямо перед нами, в густой стене деревьев и кустарника, виднелась небольшая, едва заметная прогалина, от которой вглубь болотной темени уходила узкая, еле различимая тропа.

— Тут еще кто-нибудь есть, кроме нас и дикарей? — понизив голос, я спросил капитана.

— Я иногда привозил сюда людей из одной небольшой, но очень настырной организации. Какие-то исследователи, алхимики, будь они неладны. Все ищут здесь какое-то редкое целебное растение, которое, по слухам, растет только в этих болотах. Еще контрабандисты раньше частенько использовали эти топи, чтобы прятать свой нелегальный товар. Река когда-то текла намного дальше вглубь этих земель, но после ужасной бури с водяным смерчем, что случился несколько месяцев назад, этот участок совсем испортился, заилился. Теперь здесь почти невозможно пройти даже на моей плоскодонке. Одним богам известно, что там сейчас творится в самой глубине.

— А ты же сам только что говорил, что готов рискнуть жизнью ради богатства и хорошей добычи.

— Рискнуть-то я готов, господин, но не настолько же я глуп, чтобы добровольно соваться в самое пекло. В меня и так тут довольно регулярно стреляют всякие отморозки. А те хваленые исследователи, о которых я тебе рассказывал… Никого из них я больше ни разу не видел с тех самых пор, как высадил их на этом самом берегу несколько недель назад. Сгинули, поди.

— Может, я и обиделся бы на твое замечание про «глупца», но ты, пожалуй, прав в своей осторожности, — усмехнулся ему в ответ. — Сможешь забрать нас отсюда на обратном пути?

— А когда вы планируете вернуться?

— Скажем, ближе к закату? Управимся за несколько часов.

— Договорились, — кивнул Атаман Григ. — Только постарайтесь не опаздывать. По ночам я по этим рекам не хожу, даже за двойную плату. Слишком опасно.

— Идет. Заплачу тебе за обратную дорогу при следующей встрече. Если она, конечно, состоится.

— Вот именно, если состоится, — хмыкнул эльф, и в его глазах мелькнула непонятная искорка — то ли сочувствия, то ли усмешки.

Я смерил его долгим, непроницаемым взглядом.

У нас было примерно часов семь-восемь, по моим самым оптимистичным прикидкам, чтобы найти этот проклятый «Топкий Баркас», разжиться легендарной «Древней Забродкой» и любыми другими ценностями, которые только попадутся нам под руку, и успеть вернуться на берег до наступления темноты.

Я первым спрыгнул с лодки, по щиколотку утонув в холодной, жидкой грязи. Мои новые кожаные сапоги почти не промокли, пока я, чертыхаясь, пробирался к более-менее твердой на вид тропинке, ведущей в неизвестную болотную темень. Забава и Лара, более привычные к подобным условиям, последовали за мной с куда меньшими трудностями.

— Удачи вам, отважные путешественники! И пусть боги будут к вам милостивы! — крикнул нам вслед Атаман Гриша, с видимым облегчением отталкивая свою утлую лодку длинным веслом от негостеприимного берега. Вскоре он скрылся за поворотом реки.

И вот мы остались одни, в самом сердце неведомых, диких и, без сомнения, смертельно опасных земель. Прямой угрозы пока не наблюдалось, но я на всякий случай вытащил из ножен свой новый, идеально сбалансированный меч.

Девчонки, не сговариваясь, сделали то же самое со своим оружием.

Едва мы ступили в Топь Забвения, как стало ясно, обычным людям соваться сюда точно не стоит. Грязевые ванны, кровососущие твари и вонь гниения, от которой слезятся глаза. Это был отличный курорт для самоубийц.

Тропа, по которой мы шли, то и дело менялась: то относительно твердые каменные участки, то вязкая грязь по щиколотку, готовая в любой момент засосать по колено. Мало того, она то и дело ветвилась, уводя то в неведомые, сумрачные глубины болота, то снова предательски сливаясь с нашим путем дальше.

Мы могли двигаться только вперед. Назад дороги не было, по крайней мере, не той же.

Солнечный свет пробивался лишь изредка, скупыми лучами освещая место, которое явно не хотело быть увиденным. Вокруг нас теснились тонкие, чахлые деревья, похожие на скелеты, сплетаясь в плавучий полог над головой, почти полностью скрывавший от нас небо. Идеальная декорация для фильма ужасов.

В застойной воде настойчиво и монотонно стрекотали насекомые, их звук въедался в мозг, как заевшая пластинка. Они умолкали лишь тогда, когда раздавался резкий всплеск от какого-то невидимого существа, заставляя нас всех инстинктивно напрячься, а затем снова воцарялась гнетущая, давящая на уши тишина.

Каждый шорох здесь мог означать смерть, и нервы были натянуты до предела.

Держа оружие наготове, всматриваясь в плотные заросли камышей, но ничего не видели. Только колыхание растений и собственное отражение в мутной воде.

— Не думаю, что это место такое уж большое, — сказал подругам, скорее чтобы нарушить тишину. — Пара километров в поперечнике, может быть. Хотя в такой заднице и километр покажется вечностью.

— Этого все равно достаточно, чтобы хранить множество тайн, — ответила Забава, ее парные клинки свисали вдоль тела.

— Возможно, но, надеюсь, этот корабль найти будет легко.

— Скорее всего, он разбит на части, — сказала Лара. — Когда хлынул поток, он, вероятно, уничтожил корабль или, по крайней мере, разломил его надвое.

— Будем надеяться, что «Древняя Забродка» все еще на борту. Мне совсем не хочется сходить с тропы.

— Ш-ш-ш…

Я резко остановился, подняв руку. Забава и Лара тут же замерли позади меня. Что-то было не так.

Прислушался к окружающим звукам, пытаясь выделить подозрительный шорох среди обычного болотного гула.

Тигриные уши Забавы дрогнули, поворачиваясь в сторону густых камышей справа. Лара уже натянула тетиву, бесшумно нацелив стрелу туда же. Я медленно переместил вес на переднюю ногу, готовясь к броску.

Хруст веток. Плеск воды. Что-то крупное двигалось в зарослях, стараясь остаться незамеченным, но явно следило за нами.

— Там, — прошептал я.

— Что? — спросила Лара, направив стрелу в камыши без цели. — Что ты видишь?

Я продолжал искать это нечто, но оно вдуг исчезло.

— Странно. Ничего. Идем дальше.

Мы прошли несколько сотен метров от переправы через русло реки, когда, повернув за угол, увидели первое живое существо, не обитавшее в воде.

Оно сидело на корточках на тропе прямо перед нами, время от времени шлепая руками по воде.

У меня не было времени сообразить, представляет ли оно угрозу. Сработал вбитый на подкорку инстинкт.

Попытался подойти тихо, держа меч наготове. Подкрасться, обезвредить, допросить — стандартный план. Я намеревался приставить клинок к его горлу, но от одного моего шага — который, как мне казалось, был тихим, как дыхание призрака — существо резко вскочило и развернулось с рефлексами опытного солдата, взмахнув большим охотничьим ножом. Неожиданно прыткая тварь для обитателя такого гибельного места.

— Назад! — выкрикнул хриплый, но женский голос. Другой рукой она размахивала факелом, освещая свирепое человеческое лицо дамы лет сорока. Ее седые волосы были туго стянуты в пучок на затылке. На ней была коричневая кожаная одежда, испачканная грязью, как засохшей, так и мокрой.

Мои спутницы резко вскинули оружие из-за моих плеч, и я держал свое наготове.

— Полегче, — бросил я, не сбавляя шага. — Неприятности — это не наш профиль. Разве что они сами нас найдут.

— Кто такие будете? — не унималась женщина, ее голос напоминал скрип несмазанной телеги.

— Искатели приключений на свою пятую точку, — усмехнулся я, стараясь, чтобы голос звучал как можно беззаботнее, хотя внутри все напряглось. — Конкретно сейчас ищем затонувший корабль. Драться не собираемся, если только не вынудите. Мы мирные почти как овечки, только с зубами. А вы, собственно, кто такая, чтобы в этой глуши вопросы задавать и ножичком размахивать? Местная королева болот?

Женщина смерила меня тяжелым взглядом, но потом ее внимание переключилось на Забаву, хищно сверкнувшую глазами.

— А ты еще кто такая? — прохрипела она, разглядывая тигриные уши моей спутницы.

— Это уже не твоего ума дело, — отрезал я, шагнув вперед и слегка оттеснив женщину плечом. — Нас трое, ты одна. Так что либо пропускаешь, либо… можешь догадаться что будет дальше.

Женщина еще мгновение буравила взглядом Забаву, затем, видимо, прикинув шансы, нехотя опустила нож.

— Мирные говорите? Допустим, поверю, — проговорила она хрипло, — тропа дальше разветвляется. Заблудитесь нахрен и сдохнете в трясине. — она кивнула в сторону зарослей. — Мой лагерь неподалеку. Если хотите, могу провести до него.Я скептически хмыкнул, но она уже развернулась и зашагала по тропе.

— Ну что, идем за этой гостеприимной особой? — с сарказмом протянула Забава.

— А у нас есть выбор? — я риторически хмыкнул. — Путь один. И, кажется, ты ей приглянулась. Может, автограф попросит.

— Тоже заметила, — фыркнула Забава. — А что такое автограф?

— Как думаешь, она из той самой экспедиции, о которой рассказывал Атаман Григ? — вклинилась Лара.

— Вполне возможно, — кивнул я. — В любом случае, держим ухо востро и оружие наготове. Эта дамочка явно не ромашки тут собирает.

Глава 8

Мы двинулись следом, стараясь не отставать. Женщина шла уверенно, словно знала каждую кочку в этой трясине.

Лара прикрывала тыл, стрела лежала на тетиве. Забава сканировала мутные воды по сторонам, ее уши подрагивали, улавливая малейшие звуки. Я держал дистанцию, но следил за каждым движением нашего проводника.

— Меня Варвара зовут, — буркнула она через плечо, не оборачиваясь. — Руковожу тут группой исследователей.

— Так и подумал, — отозвался я.

— Значит, ты не глупый малый. Но это даже хорошо, меньше вопросов будет.

Этот короткий диалог сказал мне о ней достаточно. Дамочка с характером, и явно не привыкла к непрошеным гостям. Что ж, тем интереснее.

Впереди, по обе стороны тропы, замерцали огоньки. Маленькие фонари, развешанные на камышах, указывали путь к лагерю.

Исследователи разбили лагерь на большом, относительно устойчивом скальном выступе, который на пару метров возвышался над болотистой жижей. Факелы освещали поляну, и какая-то женщина постоянно проверяла их, делая обход. Несколько палаток окружали большой костер в центре, а вокруг были разбросаны ящики, бочки и столы, заваленные склянками и бумагами — все это застыло в неподвижности из-за полного отсутствия ветра.

Варвара провела нас через лагерь, мимо других членов команды. Головы мельком поворачивались в нашу сторону, но тут же возвращались к своим делам. Видимо, чужаки здесь были не в диковинку, но и особого восторга не вызывали.

— Вот скажи мне, Василий, — прошептала Лара мне на ухо, — почему именно мы, люди, вечно лезем во всякие сомнительные авантюры?

— Например? — я вопросительно изогнул бровь.

— Ну, там, на утлых суденышках в бурю выходим, в кишащих хищниками болотах исследования проводим, и…

— Забава?

Имя моей тигрицы, произнесенное незнакомым голосом, заставило нас с Ларой резко остановиться и обернуться к костру.

— Златослава⁈

Забава, широко раскрыв глаза, смотрела на женщину, только что вышедшую из-за языков пламени. Она была так же красива, как и Забава, но ее лицо хранило отпечаток прожитых лет и выстраданной мудрости. На вид ей было лет пятьдесят, одета она была в прочные кожаные штаны и рваную рубаху.

Никакой обуви на ней не было — да она бы и не налезла на ее большие, звериные лапы, покрытые такой же темной шерстью, как и тигриные уши, торчавшие из-под спутанных темных волос, спадавших на плечи.

Забава редко теряла самообладание, но в этот момент мне показалось, что она готова прыгнуть прямо в костер, лишь бы на секунду быстрее оказаться рядом со своей соплеменницей, которую не видела уже много месяцев.

Ей все же удалось сдержать этот порыв. Забава обогнула костер и крепко обняла Златославу. Это была первая встреча с кем-то из ее старого племени за долгое время.

— Когда стало ясно, что нас сомнут, я успела уйти, — рассказывала Златослава, когда мы уселись у костра. — Несколько дней плутала по лесу, пока не вышла к какой-то заставе далеко вверх по реке. Многие поселения сулили защиту, но быстро становилось понятно, что у каждого свой интерес. Там-то я и наткнулась на экспедицию. Их цели казались рискованными, но это была группа вне всяких племен и поселений, способная обеспечить безопасность хотя бы своим числом.

— И давно ты здесь? — спросил, подбрасывая в костер сухую ветку.

— Уже несколько месяцев. Но вот что ты здесь забыл, Василий? Наше племя, может, и сгинуло, но есть места куда спокойнее, чем это болото. Уж поверь мне на слово, — она тяжело вздохнула, и в ее глазах на мгновение промелькнула глубокая усталость. Да уж, видок у Златославы был такой, будто она лично со всеми местными чудищами перезнакомилась.

Я пересказал ей историю, услышанную от Брута. Тигрица слушала не перебивая, ее взгляд был прикован к моему лицу.

— Так ты видела этот «Топкий Баркас»? — спросил у неё, когда закончил свой рассказ.

— Видела. И не только видела — я точно знаю, где он. Мы все знаем.

— Черт, — вырвалось у меня. — Если вы знаете, то и другие наверняка в курсе. Его уже сто раз обчистили.

— А вот и нет, — усмехнулась Златослава. — Он почти цел. И практически нетронут.

— Но… почему? — я удивленно посмотрел на нее.

— Сам увидишь. Так будет понятнее.

Мы взяли по факелу и, зажигая их на ходу, углубились в болото. Златослава вела нас по более-менее надежным тропам, освещенным редкими факелами, воткнутыми в землю. Пройдя с полкилометра по основной тропе, мы свернули влево, где факелы стали встречаться еще реже.

— Эти факелы — это метки? — спросил у неё, стараясь не отставать.

— Отчасти. Но в основном они для того, чтобы отпугивать мавок.

— Кого-кого? — переспросил я, напрягшись.

— Мавок. В Топи Забвения их целое гнездо. Свет — единственное, что их держит на расстоянии.

— В смысле, настоящих мавок? Тех самый, из сказок?

— А ты как их себе представлял? — с любопытством покосилась на меня Лара.

— Соблазнительные красотки, с очаровательными голосами, но на самом деле они кровожадные монстры. Мужчины их любимая добыча, — с видом знатока объяснила Лара.

— В целом, описание верное, — кивнула Златослава. — За эти месяцы несколько наших ребят попались на их удочку. Но мы стараемся держаться от них подальше, и они от нас тоже. И все же, я бы и на секунду не рискнула остаться здесь без света.

— И в каком виде вы находили… тех, кто попался? — спросил я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Кости. Одни лишь кости. Мавки — известные любительницы человечины, — Златослава поежилась, словно от неприятного воспоминания. — В своих обманчивых обличьях они могут показаться писаными красавицами, ангелами во плоти, от которых невозможно оторвать взгляд. Но при достаточном освещении показывают свою истинную, отвратительную суть. Зрелище не для слабонервных, уж поверь.

Ясно. Значит, эти монстры создают ментальные ловушки.

— Будем начеку, — кивнул я. — А факелы, ведущие к «Топкому Баркасу» это чтобы вы дорогу назад не забыли?

— Скорее, чтобы помнили, куда соваться не стоит, — хмыкнула Златослава. — Сам все увидишь.

Вопросов у меня было еще много, но когда тропа, петлявшая сквозь камыши, сделала крутой поворот влево, а затем выпрямилась, я решил пока придержать их при себе.

Тропа оборвалась внезапно, и прямо перед нами предстал «Топкий Баркас».

Экспедиция окружила примерно половину обломков факелами, выхватывая из темноты старый корабль. Он напоминал пиратское судно — огромная палуба, две мачты, одна из которых была сломана. Сам корпус треснул посередине.

Но что было странно — две половины корабля не разошлись в стороны, а наоборот, словно начали проваливаться внутрь, будто какая-то неведомая сила пыталась втянуть их в топь. Они словно боролись друг с другом, не желая окончательно погружаться в грязь, и застряли в этом неестественном положении.

— Аккуратнее, — предупредила Златослава, поднимая факел и указывая на край тропы. Грязь за ним, окружавшая корабль огромной лужей, была гладкой и неподвижной, почти как застывший бетон. Идеальная ловушка. С виду твердая поверхность, а на деле — бездонная трясина, готовая поглотить любого, кто осмелится ступить на нее. — Подержи-ка.

Она сунула мне свой факел, выдернула из земли длинный камыш, метра полтора длиной, и осторожно ткнула им в грязь. Камыш уходил все глубже и глубже, пока почти полностью не скрылся из виду.

— Далеко тут до дна? — присвистнула Лара.

— Очень, — кивнула Златослава. — Вот, попробуй сама. — Она передала Ларе другой камыш. — Надави вот здесь. Чувствуешь?

— Ага. Что-то твердое. Но это не может быть дно корабля, слишком близко. Земля?

— Нет. Это Ратибор. Один из наших. Наткнулся на это место ночью, по пьяни, совершенно случайно. И утонул, пытаясь добраться до корабля. Мы нашли «Баркас» только благодаря его крикам о помощи. Когда подоспели, он уже был по плечи в этой жиже. Пытались вытащить, но бесполезно. Это как в смолу угодить.

— М-да, — пробормотал я почёсывая подбородок. — Не повезло парню. Хотя, если он был таким, как описывает тигрица, может, это и к лучшему для остальных.

— А мне вот его ни капли не жаль, — хмыкнула Златослава. — Мерзкий был тип. Я даже обрадовалась, когда его не стало. Хоть выспаться теперь можно спокойно, не слушая его пьяные крики и бредни по ночам.

Лара прыснула со смеху, и я невольно улыбнулся.

— И что смешного? — нахмурилась Забава. — По-моему, вполне резонно.

— Да так, ничего, — кивнул головой из стороны в сторону. — Просто манера изложения у Златославы специфическая. Да и я, похоже, окончательно с катушек съехал.

— Это еще почему?

— Потому что, несмотря на все это, я все еще горю желанием залезть на этот чертов корабль. Даже если есть реальный шанс остаться в этой грязи навсегда.

Мы вернулись в лагерь и принялись ломать головы, как добраться до «Топкого Баркаса». Задачка была не из легких, учитывая, что одно неверное движение — и ты становишься частью местного пейзажа. Навечно. И удобряешь местные камыши. По моим прикидкам, до него было метров шесть от края тропы. Шесть метров предательской, засасывающей жижи. Перепрыгнуть, конечно, можно, если ты олимпийский чемпион по прыжкам в длину с разбега по скользкой поверхности, и даже дотянуться до борта, но малейшая ошибка — и я искупаюсь в этой жиже, что равносильно медленной и мучительной смерти. А умирать так глупо мне совершенно не улыбалось. У меня на жизнь еще были планы, и они точно не включали превращение в болотную мумию.

У экспедиции нашлось немало всякого барахла: бочки, доски, пустые ящики из-под припасов, длинные мотки прочной веревки.

У меня появилась идея в стиле «сделать мост через это болото отчаяния», которую мы тут же принялись реализовывать.

После нескольких ходок мы перетащили к краю тропы все доски, два ящика и несколько мотков веревки. Короткий эксперимент показал, что доски вполне могут выдержать мой вес. По крайней мере, на суше. Трясина — это уже совершенно другая история.

Правда, их было маловато, чтобы перекинуть мост до самого корабля. Как всегда, ресурсов у нас было в обрез.

Значит, прыгать все-таки придется. Хотя бы немного. «Небольшое расстояние» над бездонной топью. Звучит весело.

Всего у нас было двенадцать досок, каждая длиной около метра с небольшим. Я сложил их стопками по три, затем связал внахлест, получив некое подобие трапа длиной почти три метра. Это уже половина пути. Инженер из меня так себе, но хоть что-то.

Пустые ящики были легкими, но достаточно прочными. Тщательно прицелившись, я швырнул один из них примерно в метре от корабля.

Он со стуком приземлился. Грязь была настолько густой, что почти не колыхнулась.

— Уже что-то, — пробормотал себе под нос.

Ящик медленно погружался, но у меня будет как минимум минута, чтобы перебраться на него с досок, а оттуда уже на сам корабль. Минута. Целая минута, чтобы не стать удобрением.

В голове снова всплыло воспоминание о судьбе Ратибора. Он, наверное, тонул медленно, ощущая, как ледяная жижа постепенно поднимается, сковывая движения, заполняя легкие, до последнего цепляясь за ускользающую надежду, пока грязь не сомкнулась над его головой. Медленная, мучительная смерть. Не лучший способ закончить свои дни, даже для такого мутного типа.

Будь он даже последним подонком, смерть у него была жуткая.

— Так, слушайте сюда, — я обернулся к девушкам. — План такой: вы становитесь на край досок и держите их, чтобы они никуда не съехали. Я быстро перебегаю на тот конец, прыгаю на ящик, а оттуда…

На борту корабля виднелся самодельный трап — видимо, моряки его использовали, чтобы выбираться из воды, если кто-то падал за борт. Надеюсь, он еще крепкий.

— … а оттуда на трап и палубу. Веревку обвяжу вокруг пояса. Если крикну «тащи!», тяните изо всех сил. И молитесь, чтобы веревка выдержала.

Я взял самый длинный моток веревки и крепко обвязал его вокруг талии. Поможет ли это в случае чего — большой вопрос, но хоть какая-то страховка. Лучше, чем ничего.

Я посмотрел на корабль, кивнул своим мыслям, затем перевел взгляд на девушек. Все трое смотрели на меня с плохо скрываемой тревогой. Их можно понять. Зрелище предстоит не для слабонервных.

Лара глубоко вздохнула.

— Ну что ж… — протянула она. — Темно, конечно, но, по-моему, до заката еще часов семь. Вполне успеем. Если только ты не утонешь в первые пять минут.

— Вот именно, — кивнул и снова посмотрел на обломки «Топкого Баркаса». — И лучше бы на этой посудине нашлось что-нибудь действительно стоящее. Иначе вся эта затея — пустая трата времени и сил. И моих нервных клеток.

Я еще раз проверил узел на веревке, затянув его до предела. Чтобы наверняка. Оценил предстоящее место действия и понял, что двуручный меч там будет скорее помехой, чем помощью. В ограниченном пространстве проходов внутри корабля нужно что-то более маневренное.

— Забава, дай один из своих ятаганов.

Она без лишних слов протянула мне один из клинков. Оружие легло в руку как влитое — идеальный баланс для ближнего боя в стесненных условиях. Практично. Как всегда.

Девушки заняли свои места на краю импровизированного моста. Я сунул ятаган в инвентарь, поднял второй ящик и мысленно прокрутил в голове последовательность действий.

Спокойно, Василий, сказал я себе. Это просто серия движений. Как на тренировочной полосе. Есть четкая процедура, методика. Просто выполняй, и все получится. Не думай. Делай.

Только вперед. Я решительно тряхнул головой и кивнул девушкам.

Рванул вперед, легко и быстро побежав доскам.

Раз.

Два.

Три.

Бросок. Ящик летит.

Прыжок.

Он выдержал мой вес, но начал погружаться быстрее, чем я рассчитывал, заставив меня пошатнуться. Черт! Эта дрянь была коварнее, чем казалось на первый взгляд! Но времени на панику не было.

— ВАСИЛИЙ!

Испуганный крик, но я даже не пытался определить чей. Все внимание было сосредоточено на прыжке к трапу «Топкого Баркаса». Только бы дотянуться! Прыжо-о-ок!

Пальцы вцепились в деревянный край.

Есть!

Но одна нога все-таки зацепила грязь. Проклятье!

Ощущение было такое, будто я наступил в густой, липкий кисель. Густой, липкий, засасывающий.

Еще недавно я мог подтянуться раз пятьдесят подряд, и это при весе почти в центнер — хотя после последних недель «диеты» я, наверное, скинул килограммов пять. Но сейчас, пытаясь вытащить ногу из этой трясины, я чувствовал, как каждый мускул воет от напряжения, а руки вот-вот оторвутся от деревянного борта. Сила есть, но эта дрянь тянет как промышленный пылесос, всасывая с неумолимой жадностью! Грязь облепила ногу, словно живая, не желая отпускать свою добычу.

— Сссука! — прорычал я, напрягая все мышцы.

Я мертвой хваткой вцепился в трап, напряг бицепсы, спину и рванул изо всех сил.

Я заорал так, как никогда в жизни не орал, даже когда в Усадьбе Рюриков волк рвал мою руку. Рывок! Еще рывок!

Мышцы горели огнем, но я продолжал тянуть, вырывая себя из цепких объятий болота.

Получилось!

Кое-как я вскарабкался на палубу, пошатнулся и рухнул на спину, тяжело дыша. Фух… пронесло. Справился.

— Князь, ты в порядке? — донесся взволнованный голос Лары.

— Жить буду, — прохрипел я. — Только йод понадобится, когда вернусь. И пластырь. И, возможно, рюмку чего-нибудь покрепче.

— В лагере все есть, — отозвалась Златослава.

— Отлично. Сколько там веревки осталось?

— Метров четырнадцать, не больше.

— Ясно. Ну, я пошел внутрь.

— Осторожнее там! — крикнула Лара.

Я достал из инвентаря ятаган и двинулся по палубе. Теперь я и впрямь чувствовал себя заправским пиратом. Или, по крайней мере, отчаянным кладоискателем.

В месте разлома зияла дыра, утыканная острыми щепками, но пролезть внутрь, в трюм, думаю было можно…

Глава 9

В месте разлома торчали острые щепки и обломки досок. Лезть голыми руками в эту мешанину заноз было идеей так себе.

Порывшись в своем инвентаре, я нашел одну весьма полезную вещь — перчатки для сбора урожая. Они достались мне вместе с сараем — самым первым тотемом, который я активировал на своей земле.

Натянув их на руки, я осторожно полез в пролом, стараясь не цепляться за острые края.

Несколько раз щепки все же впились в одежду, но до тела, к счастью, не достали.

Спрыгнув на палубу трюма, первым делом осмотрелся. Две половины корабля действительно были прижаты друг к другу какой-то неведомой силой, словно гигантские челюсти пытались сомкнуться друг с другом. Что-то там, внизу, под водой или в самой грязи, мешало им закончить движение и погрузиться на дно.

Какая-то аномалия, или просто особенности местной «геологии»?

В любом случае, это было странно и добавляло жути.

СКР-Р-Р-РИП!

Корабль содрогнулся так, что я едва устоял на ногах. Вибрация прошла по доскам, отдаваясь в каждой мышце и кости.

— Что там у вас⁈ — крикнул я наверх. — Девчонки, видите что-нибудь?

— Это ты! — донесся голос Златославы. — От твоего веса корабль смещается! Двигайся медленнее, не торопись!

Я последовал ее совету, но, сделав всего шаг, наткнулся на какой-то тяжелый ящик.

Опа, неужели это тот самый сундук? Прямо здесь? Нет, это было бы слишком просто.

Наклонившись, я с удивлением обнаружил, что ящик без крышки. Осторожно пошарил внутри и нащупал что-то твердое и угловатое.

Стоило мне прикоснуться к этому предмету, как перед глазами всплыл список содержимого. И хотя в трюме царил почти полный мрак, я почувствовал, как кровь отхлынула от лица.

Малая взрывчатка — 37 штук.

Я застыл, стараясь не шевелиться. Тридцать семь штук взрывчатки в открытом ящике.

Этого хватит, чтобы разнести весь корабль вместе с людьми снаружи. Но выглядела она неважно. Старая, потемневшая, с трещинами на поверхности. Такое добро могло рвануть от малейшего толчка или даже просто от времени.

Нести с собой нестабильную взрывчатку означало превратиться в фарш по дороге домой. Теперь придется двигаться еще медленнее и предусмотрительно.

Я начал с осмотра корпуса. Из-за того, что корабль прогнулся внутрь, пришлось идти по наклонной палубе, тщательно выверяя каждый шаг. Малейший скрип от смещения моего веса — и я тут же менял направление, двигаясь к квадратному проему впереди.

Тише мыши, Василий, тише мыши.

Через пару минут я добрался до двери и скользнул внутрь, оказавшись в почти кромешной тьме. Как в склепе. Только пахло тут на много хуже.

Учитывая наличие взрывчатки, высохшей древесины и крепкого алкоголя, разжигать факелы было себе дороже. Поэтому шаря перед собой руками, я присел и принялся ощупывать пол в поисках чего-нибудь интересного. Как слепой котенок.

Вскоре пальцы наткнулись на обломки бочек и ящиков. Да ладно. Неужели весь запас «Древней Забродки» разбит вдребезги? Но тут…

ХРУСТЬ!

Я наступил на что-то тонкое и твердое, скрытое под слоем тряпок. Глаза понемногу привыкли к темноте, и, разглядев очертания, я понял, на что смотрю.

Это был скелет.

— Твою ж дивизию…

То, на что я наступил, было остатками его ноги. Единственной оставшейся ноги. Кроме нее, сохранилась лишь половина туловища, нижняя челюсть и одна рука. Кто-то здесь явно очень хорошо пообедал.

И эта рука лежала на ящике. Охраняет, даже после смерти? Какой преданный сторож.

— Ну что там, князь, нашел что-нибудь? — донесся голос Забавы.

— Минуту!.. Дайте человеку спокойно пообщаться с покойником!

Подойдя к ящику, я опустился на колени.

А ну-ка, подвинься, приятель, мне это сейчас явно нужнее. Я осторожно убрал с крышки костлявую руку.

При виде останков моряка почему-то сразу вспомнились рассказы Златославы о мавках. Сдирают плоть с костей — точь-в-точь. Значит, эти твари где-то поблизости. Или были здесь совсем недавно. И этот бедолага скорее всего их работа.

М-да, неприятное соседство. Нужно быть начеку.

Просунув кончик ятагана под крышку, я надавил, используя его как рычаг. Чем сильнее давил, тем громче становился скрип, и было трудно понять, исходит он от ящика или от самого корабля. Или это просто скрипят мои натянутые до придела нервы.

А может все сразу.

Наконец что-то внутри затрещало, и крышка поддалась. Я замер, ожидая, пока утихнет скрип, затем осторожно вынул ятаган и снял крышку.

От этого движения ящик качнулся, и до моих ушей донесся безошибочный звон стекла. Музыка для моих ушей!

Я провел рукой по содержимому. Бутылки стояли аккуратными рядами.

Тонкий лунный луч пробивался через щель в обшивке. Я поднес одну из бутылок к этому скудному освещению и разглядел пергаментную этикетку с надписью «Древняя Забродка». В ее форме прослеживалась искусная работа стеклодува, выгравированные узоры, идеальный оранжево-коричневый цвет самого напитка. Весь ее вид говорил о качестве. Чёрт побери, да это же было произведение искусства, а не просто выпивка.

Сколько там просил Брут? Десять бутылок кажется? Здесь их было двадцать.

Я усмехнулся. Уловы был неплохим. Даже не так, — Отличным!

Если доставлю их Бруту, квартира обойдется в две тысячи золотых вместо трёх тысяч. И ещё останется десять бутылок. Их можно будет продать или оставить для особых случаев. Что ж, вполне достойный результат для получасового пребывания в смертельной трясине.

Через несколько секунд бутылки заняли два слота в инвентаре, по десять в каждом. Компактно и эффективно. А я вернулся к пролому в палубе, прикидывая прыжок.

— Только держись, милая, — прошептал я, обращаясь к лодке. — Пожалуйста, только держись. Не время разваливаться на части.

Я подтянулся, стараясь производить как можно меньше шума, и выбрался на палубу.

— Ну что, есть? — крикнула Забава.

— Есть! — отозвался я, вытаскивая из инвентаря одну из бутылок.

— Отлично! — крикнула Лара. — И как мы теперь это богатство переправим сюда?

Хороший вопрос. Логистика — наше все.

Я огляделся. Шесть метров, отделявшие меня от девушек, казались непреодолимой пропастью. Когда прыгал сюда, расстояние не выглядело таким уж большим, но теперь… Кажется, оно увеличилось.

— Буду бросать вам.

— Что-о-о⁈ — в один голос воскликнули они.

Да. Тупо. Я тоже от этой идеи не в восторге.

— По одной бутылке. Сложите в свои инвентари.

— Так положи их в свой! — не поняла Забава.

— Если я утону по дороге назад, вся эта вылазка окажется напрасной. А я не люблю работать впустую.

— Да не утонешь ты! — оптимистка.

— Просто ловите. Это быстро. Надеюсь.

Первая бутылка полетела пробным шаром. Они были тяжелыми, но высота моей позиции и хороший замах компенсировали расстояние.

Мы быстро наладили конвейер, и вскоре все двадцать бутылок благополучно перекочевали к девушкам. Ни одна не разбилась. Удивительно, но факт.

— Здорово, — выдохнула Забава. — А теперь давай, используй тот ящик как ступеньку и возвращайся.

Я кивнул, но что-то заставило меня обернуться. Чутье? Или внезапно пробудившаяся жадность?

— Постойте-ка…

Что-то в том скелете не давало мне покоя. И дело было не в том, что его тело было разорвано на куски без видимой на то причины. К таким вещам я уже почти привык.

Я решительно направился обратно в трюм.

— Ты куда⁈ — крикнула Лара. — Мы же взяли то, за чем пришли!

— Нет, не взяли! — отрезал я. — Мы договаривались, что полезем сюда и посмотрим что ещё здесь есть интересного.

Я снова спустился в трюм и двинулся по уже знакомому безопасному маршруту. В полумраке добравшись до скелета, легонько коснулся его пальцем.

Перед глазами тут же возник список его «имущества».

Ржавый ятаган — 1 шт.

Кожаные лохмотья — 2 шт.

Обрывок пергамента — 1 шт.

Ключ от сундука — 1 шт.

М-да. Негусто. Однако, при виде последнего пункта у меня появилась надежда.

Ящик с «Древней Забродкой» был без замка, просто заколочен. А это означало, что где-то здесь контрабандисты прятали что-то еще, достаточно ценное, чтобы запирать на ключ.

Следующие несколько минут я методично ходил по всему трюму, проверяя каждый угол. Шарил руками под обломками досок, заглядывал в щели между переборками, ощупывал стены в поисках тайников или потайных отделений. Палубу исследовал буквально по квадратам, надеясь наткнуться на что-то ценное.

Но кроме обрывков кожи да гнилых досок ничего не находил. Разве что один пустой бочонок, наполовину вдавленный в палубу, и несколько ржавых гвоздей. Моя попытка не увенчалась успехом.

Вернувшись к месту разлома, я посмотрел в сторону кормы.

Если в основную часть трюма попасть было относительно легко, то проход на нос корабля был завален обломками палубных досок. Пришлось снова лезть на брюхе, цепляясь за каждую щепку и рискуя поймать еще больше заноз.

Темнота в носовой части была еще гуще, чем в трюме. Я продвигался вперед медленно, на ощупь, пока стены не начали сужаться.

Внезапно нога зацепилась за какой-то выступ, и я со всего маху рухнул на палубу.

Корабль снова угрожающе заскрипел. Я замер, ожидая, что он либо успокоится, либо утащит меня за собой в грязевую бездну.

К счастью, скрип прекратился.

Что-то смягчило мое падение, но удобным это «что-то» назвать было трудно. Я перевернулся и пошарил рукой по палубе.

Пальцы наткнулись на какие-то бугорки. Нет, это были не камни.

Кости. Целая гора костей.

Я быстро встал, едва не потеряв равновесие. Повсюду валялись кости и обрывки кожаной одежды. Все разбросано вперемешку, ни одного целого скелета. У того бедолаги возле ящика тоже многих костей не хватало.

Они были свалены в кучу, словно останки какой-то древней бойни. Но, ведь этот корабль затонул всего несколько месяцев назад?

Объяснение могло быть только одно: сюда приходили мавки. Те самые, о которых говорила Златослава. Судя по количеству останков эти твари здесь знатно попировали.

Понятия не имел, близко ли они сейчас, может, притаились где-то в темноте, ожидая нового «блюда», но проверять это на собственном опыте совершенно не хотелось. Нужно быстрее найти сундук и валить отсюда, пока я сам не стал частью этой коллекции костей.

Я двинулся дальше, пробираясь сквозь тьму. Веревка, обвязанная вокруг талии, натянулась, мешая идти.

Плюнув на осторожность, я отвязал ее и бросил в сторону, после чего продолжил путь, пока наконец не наткнулся на что-то большое и тяжелое. Сапог глухо стукнул по твердой поверхности.

Наконец-то нашел.

Я опустился на колено и провел рукой по крышке сундука. Несмотря на месяцы, проведенные в сырости, лакированное дерево и стальная окантовка были в полном порядке. И массивный замок, намертво вцепившийся в защелку, тоже.

Я достал ключ из инвентаря и вставил его в замочную скважину. Ключ провернулся плавно, без усилий, и со смачным щелчком завершил полный оборот.

Да. К счастью, он оказался еще более упрямым, чем сам замок.

Сняв замок, я подцепил крышку ногтями. На мгновение мне вспомнилась пещера мантикоры, которую мы с Забавой и Ларой недавно «чистили», и тот практически пустой сундук, что ждал нас в конце.

Крышка со скрипом откинулась. Я заглянул внутрь, но в темноте ничего не было видно. Кто знает, может, там притаился еще один домовой или корабельный леший, как тот, которого я нашел в самом начале своего пути в этом мире. Ха-хах.

Я легонько стукнул по сундуку.

Появился список содержимого.

Отмычка — 3 шт.

Золотые монеты — 4237 шт.

Статуя Борислава Отступника — 1 шт.

Кинжал Сокрытия — 1 шт.

Жемчужное ожерелье — 1 шт.

Оу. Пристальным взором я читал одну строку за другой. Деньги и артефакты, это уже было значительно, однако последний пункт заставил меня и вовсе присвистнуть.

Заклинание: Телекинетический Удар

Это делало мой улов на порядок серьезнее. Заклинания на рынке ценятся высоко, а боевые особенно. Теперь вылазка точно окупилась с лихвой. Четыре тысячи золота плюс артефакты плюс заклинание — хороший результат за полчаса работы, даже с учетом риска.

Впрочем, радоваться было рано. Сначала нужно выбраться отсюда живым, а уж потом считать прибыль.

Я быстро перетащил все в инвентарь, стараясь не обращать внимания на то, что мой золотой запас только что перевалил за шесть с половиной тысяч. Рассмотреть добычу повнимательнее смогу и позже.

— Василий!.. — донесся встревоженный голос.

— Уже иду!

Я был доволен, как слон. Миссия выполнена. Почти. Но тут раздался какой-то дребезжащий звук.

На этот раз он был громче и протяжнее, и, затихая, приобрел какой-то… живой оттенок.

Это еще что за чертовщина?

Я медленно обернулся, снова выхватывая ятаган Забавы, и посмотрел в сторону его источника. Осторожно двинулся к пролому в палубе. До выхода оставалось всего метров пять.

Нога внезапно соскользнула. Опустив взгляд, я увидел под собой еще какие-то обломки, но на этот раз они не прогибались внутрь, а торчали вверх, как острые пики.

Упади я на них, и прощай, белый свет. Ловушка? Или просто случайность?

Но как они могли сломаться вверх? Если только…

Если только то, что их сломало, не находилось под днищем лодки. Кто-то или что-то поднимается снизу.

Я нахмурился и медленно обошел опасное место. Каждый скрип половиц отдавался в нервах электрическим разрядом.

Так, спокойно. Идем тихо, осторожно. Осталось еще немного…

— Р-Р-РА-А-А-АР-Р-РК!!!

Я рефлекторно отскочил к стене.

Глаза уже привыкли к темноте, и я смог разглядеть руку, появившуюся из пролома и вцепившуюся в гладкую доску.

Рука была не когтистой, как я ожидал, а бледной, гладкой и тонкой. Ее обладательница легко подтянулась и показалась целиком.

Это была последняя, кого я ожидал здесь увидеть, — сногсшибательная блондинка, сошедшая прямиком с обложки модного журнала. Светлые волосы водопадом струились по плечам, а глаза… таких невероятно синих глаз я еще никогда не видел.

Когда она выбралась из дыры, стало ясно, что она совершенно нагая. Ее большая, упругая грудь едва не задела острые обломки досок. Так вот они какие, мавки…

Она взобралась на палубу, и я увидел ее ноги, покрытые плавниками и чешуей.

— Ох, твою ж…

Она была всего в паре метров от меня, когда до меня наконец дошло, с кем я имею дело.

Каждая клетка моего тела вопила о том, чтобы схватить ее, повалить на палубу и овладеть ей прямо здесь и сейчас. Ее нагота, ее красота, ее манящий взгляд — все это действовало как мощнейший наркотик, отключаяя разум и пробуждаяя первобытные инстинкты.

Усилием воли я подавил его. Держись, Василий. Не поддавайся. Именно так и действуют мавки. Соблазняют. Древний и коварный как мир способ, поддавшись которому можно поплатиться жизнью.

Тело будто налилось свинцом, но я из последних сил открыл инвентарь, выхватил факел и замахнулся высечь искру кресалом. Это требовало больше усилий, чем втащить себя на корабль, но я справился. Огонь был моим единственным спасением.

Ткнуть факелом в эту невероятно сексуальную женщину казалось самым противоестественным и отвратительным поступком в моей жизни. Но стоило мне сделать это, как ее прекрасный облик исчез. Прощай, иллюзия.

Лицо женщины исказилось, превратившись в жуткую, звериную харю. Рубцованная, потрескавшаяся чешуя мгновенно покрыла все ее тело.

— Р-Р-РА-А-А-АР-Р-РК!!!

Вот она, истинная сущность мавка. Уродливая и злобная.

Я рубанул по твари ятаганом. Клинок прорезал чешую, вызвав новый визг, но я почувствовал, насколько прочна ее шкура. Тварь была ранена, но явно не собиралась сдаваться.

Вот же, крепкая зараза. Я поднял факел выше, и она немного отступила, шипя и прикрывая глаза лапой. Затем попятилась к дыре в палубе.

Только решил, что путь свободен, как из пролома показалась еще одна мавка, карабкаясь наверх. А за ней — еще одна. Они вылазили одна за другой, как тараканы.

Теперь не было никаких иллюзий. Все они были в своем истинном, отвратительном обличье. Похоже вечеринка начиналась.

Я медленно пятился к выходу, держа факел перед собой. Рассчитав момент, я швырнул его в тварей и рванул в пролом, оказавшись в средней части палубы.

Прорыв!

Подпрыгнув, я бросил ятаган вперед, ухватился за край палубы и подтянулся.

— Василий, что там у тебя⁈

— Просто держите веревку! Я прыгаю! Надеюсь, они готовы.

Подняв на ходу ятаган, я добежал до кормы и приготовился к прыжку. Но не успел оттолкнуться, как мавки с невероятной скоростью выскочили из пролома и преградили мне путь, передвигаясь по палубе, как ящерицы.

Твари оказались слишком быстрыми. Твою ж мать…

Даже если бы я смог прорваться мимо них, это уже ничего бы не изменило. Потому что веревка больше не была обвязана вокруг моей талии.

Я снял ее в трюме. Идиот! Какой же я идиот! Эта мысль обожгла мозг похлеще любого огня. В погоне за сокровищами я совершил фатальную ошибку, лишив себя единственного шанса на спасение. Теперь я был заперт на этом тонущем корыте с тремя голодными тварями.

Грохот корабля внезапно усилился. Все судно затряслось от веса мечущихся мавок, но они, казалось, совсем не волновались.

Они улыбались. Зловеще улыбались. Как же этим тварям было весело.

Внезапно нос и корма корабля вдруг резко прогнулись внутрь. Я упал набок, увлекая за собой и мавок.

— ВАСИЛИЙ!

Палуба ушла из-под ног. Опора, на которой держался корабль, не выдержала. В следующее мгновение «Топкий Баркас» вместе со мной и мавками провалился в темную бездну под болотом.

Я летел в неизвестность…

Глава 10

Сознание вернулось ко мне постепенно, вместе со звуком тихо журчащей воды и теплым светом пламени, мерцающим где-то рядом. Я лежал на спине, и когда попытался пошевелиться, правая рука и бедро откликнулись тупой болью. В остальном, вроде бы, все было цело.

Стиснув зубы, кое-как приподнялся на локте. Огляделся. Небольшая пещера, мягкий песок под спиной, грубые каменные стены. Несколько факелов в металлических креплениях разгоняли темноту, бросая причудливые тени на неровную поверхность.

Насколько мог видеть, в пещере был только один вход или выход. Это узкая щель в скале впереди, достаточно большого размера, чтобы проползти на карачках. Не самое безопасное убежище, если честно.

Пространство выглядело обжитым. В углу валялся небольшой клочок тряпья и потертой кожи, служивший, кому-то постелью. Рядом дымилось кострище, на котором на небрежно сооруженном вертеле жарились две рыбины, а вокруг валялись обглоданные кости — следы чьей-то недавней трапезы. На грубо отесанной деревянной доске была свалена в кучу небольшая коллекция случайных предметов — камни странной формы, несколько заточенных кусков металла, какая-то грязная одежда и ятаган. Тот самый, который мне одолжила Забава.

Я без колебаний рывком поднялся с земли. В тот же миг голова взорвалась жуткой болью, будто по ней со всей дури саданули камнем. Поднеся к ней руку, нащупал что-то липкое и твердое, определенно это была не моя кожа. Вот дерьмо.

Снова обыскал комнату. Хозяина или хозяйки нигде видно не было. Странно. Оставлять гостя одного, да еще и раненого?

Я решительно направился к полке, где лежал ятаган.

— Нет, — внезапно донесся до меня тихий, почти шепчущий голос.

Резко обернулся на звук.

В самом темном углу, едва освещенном трепещущим пламенем ближайшего факела, виднелось углубление в скале, заполненное водой. Небольшой такой бассейн, размером примерно с колодец на моей земле в Поселении.

В нем сидела женщина. Тени полностью скрывали ее фигуру, но когда я смог разглядеть ее смутные очертания и вспомнил последние события я рванул к клинку и мертвой хваткой вцепился в рукоять оружия.

— А ну назад, тварь, — прорычал, выставляя клинок перед собой.

Ни за что на свете я не попадусь на эту удочку. Мавка собственной персоной, какой бы соблазнительной она ни казалась, доверять этой твари нельзя. Но что-то здесь не сходилось…

Если она действительно мавка, почему я все еще жив? И почему пещера так ярко освещена огнем? Уж эти твари должны были бы держаться от пламени как можно дальше, это я уже выяснил.

Как бы то ни было, мое агрессивное движение ее, похоже, нисколько не беспокоило. Тварь просто продолжала сидеть в своем импровизированном бассейне, смерив меня долгим, изучающим взглядом, пока я держал ятаган наготове, готовый к любой неожиданности.

Она шевельнулась в воде и медленно поднялась, ступив на каменистый край своего маленького бассейна. Стройная, лет двадцати, ростом около ста шестидесяти. Девушка была совершенно обнажена, если не считать узкого куска кожи вокруг талии. Упругие груди, подтянутый живот, длинные ноги — за такое тело земные модели душу продали бы. Но удивительней всего была ее светло-голубая, почти прозрачная кожа и заостренные уши, выглядывавшие из-под густых волос цвета воронова крыла.

Однако, несмотря на ее поистине поразительную, почти совершенную красоту, меня к ней совершенно не тянуло. Не было этой сверхъестественной хрени, как с мавками в Топи Забвения.

Если какое-то влечение и было то скорее от моего мужского естества и любопытства, чем от магии. Всё же дамочка была огонь…

Она неторопливо подошла к импровизированной постели из тряпья и кожи, подняла грубый кусок ткани и обернулась им, скрывая наготу. Смерила меня долгим, оценивающим взглядом с ног до головы.

— Меч нет, — наконец произнесла она, затем кивнула на огонь, где все еще жарилась рыба. — Голодный?

Я перевел взгляд с девушки на аппетитно шкворчащую добычу, затем снова на нее. Немного опустил ятаган, но из рук не выпускал.

— Да. Поесть сейчас не отказался бы.

Она коротко кивнула и направилась к кострищу, грациозно покачивая бедрами. На ходу поправляла ткань, чтобы не сползла. Я следил за каждым движением. Опустившись на колени спиной ко мне, она ловко перевернула рыбу на вертеле.

— Иди, — сказала мягко, почти мурлыча. — Ешь.

Я еще больше опустил ятаган и подошел к огню, встав по другую сторону от нее. Внешне бдительность ослабил, но готовность к бою сохранил. Мало ли что у неё на уме. Может, тактика такая — отвлечь, а потом пустить на шнурки. Хотя то, что очнулся живым в ее пещере, намекало на определенную безопасность. Но все равно, обжегшись на молоке, на воду дуешь.

Тем временем голубокожая девушка, похоже вытираться совершенно не собиралась. Ее лицо и волосы все еще были покрыты мелкими капельками влаги, отчего ее необычная кожа таинственно поблескивала и переливалась в плещущем свете костра.

Она сняла рыбу с огня и аккуратно положила по одной на пару небольших, плоских каменных плит, затем одну из них протянула мне.

Я никогда не считал себя большим рыбаком или знатоком всякой живности, но эта рыбина выглядела как довольно упитанный, хорошо откормленный лосось.

Девушка поразительно быстро и ловко сняла с нее кожу и начала отделять сочное, ароматное мясо от костей, прежде чем отправить первый кусок себе в рот.

Я достал флягу из инвентаря и сделал большой глоток. Вода влилась в пересохшее горло, и я снова взялся за рыбу.

Моя разделка получилась неаккуратной, куски мяса торчали неровными лохмотьями, а кожа местами прилипла к костям. Не чета изящной работе девушки. Но когда добрался до белого филе, забыл обо всем.

Мясо таяло на языке, сок стекал по подбородку, а дымок от костра добавлял ту самую горчинку, которой так не хватало сухому пайку из инвентаря. Давно я так вкусно не ел.

— Хорошо? — спросила девушка, улыбаясь мне сквозь пламя костра.

— Да, очень хорошо. Спасибо. — Улыбнулся ей в ответ.

Все, что она делала, было невероятно красиво и грациозно — даже чертову рыбу она ела как-то невероятно.

Я быстро закончил. Доев свою порцию отложил плиту в сторону и снова посмотрел на нее.

— Кто ты? — наконец спросил у незнакомки. — Как я сюда попал?

— Иди, — просто сказала она. — Иди сядь.

Я хмыкнул, но меч из рук не выпустил. Опустился на песок рядом с ней, сохраняя дистанцию для удара. Она тут же подвинулась ближе, прижавшись ко мне обнаженной ногой. Кожа у нее, и правда, была гладкая.

— Иляна, — представилась она, картинно положив руку на грудь и указав на меня.

— Василий, — буркнул в ответ, повторяя ее жест без особого энтузиазма.

— Василий, — протянула она с улыбкой, от которой у меня по спине пробежали мурашки. Нехорошие такие мурашки.

— Здоровяк, — снова она улыбнулась.

Она отстранилась, прикусив губу и улыбаясь мне. Она повернулась к участку песка перед нами и провела по нему рукой, словно стирая с доски.

— Иляна, — сказала она, рисуя палочкой фигурку себя. — Сестра, — еще одна фигурка. — Сестра, — последняя фигурка.

Вокруг фигурок она нарисовала несколько деревьев и волнистые линии под ними.

— Раньше, — сказала она, указывая на линии. — Счастье.

Она на мгновение задержалась на нарисованных изображениях, затем провела рукой по песку, уничтожив все, кроме фигурки в центре — себя.

— Буря… Одна. Потом…

Прежде чем она успела нарисовать то, что собиралась нарисовать дальше, мы оба подняли головы на звуки визгов, эхом разнесшихся по небольшому туннелю, ведущему в эту пещеру.

— Мавки… — пробормотал я сквозь стиснутые зубы. — Значит, это они тебя тут заперли. Не повезло.

Я посмотрел на Иляну. Она улыбнулась мне в ответ, затем рассмеялась так, будто услышала лучшую шутку в своей жизни.

— Прошу прощения. Я перестану говорить как дура, — заявила она, внезапно перейдя на чистую быструю речь, хоть и с легким, приятным акцентом.

Я отскочил назад, инстинктивно выставляя меч. Вот это поворот.

— Что за херня?

— Прошу прощения за спектакль, здоровяк. Я не знала, можно ли тебе доверять. Я подумала, что лучше, ммм, как это сказать… Притвориться? — она склонила голову набок, и в ее глазах блеснул озорной огонек.

Ее акцент все еще был экзотическим, но теперь в нем слышались нотки уверенности, а слова, слетавшие с ее губ, больше не казались наивными.

— Кто ты такая? — потребовал я ответа, вставая и делая шаг назад. Как и думал, расслабляться оказалось рано. Вот и покушали рыбку…

— Тебе не нужно тревожиться, здоровяк. Я нимфа. У меня нет никакого интереса, ммм… Убивать тебя? — она снова улыбнулась.

— Это взаимно, — сухо ответил я. — Пока что.

— Конечно, нет, — она понимающе улыбнулась. — Но мне жаль, что я ввела тебя в заблуждение. Нимфы мужчин соблазняют, а затем в самый ответственный момент оставляют с носом.

— То есть… Вводите в заблуждение? Дразните, что ещё за дела?

— В моей природе вести себя таким образом. Я никогда не лгала мужчине, только искушала их, как и мои сестры до… До…

Она откинулась назад и уставилась в глубину огня, глубоко вздохнув. Драматизма ей было не занимать.

— Мне жаль… Я так долго была здесь, что забыла, что значит видеть небо, чувствовать траву под ногами и воды реки на своем теле… — она картинно смахнула несуществующую слезу с мерцающей голубой кожи под глазами.

Иляна определенно была самой странной… личностью, которую я встречал. Хотя, просидеть тут столько времени в одиночестве… Немудрено слететь с катушек.

— Значит, все это время ты тут просидела одна?

— Сколько времени прошло с той бури?

— Месяца три-четыре, не меньше.

— Тогда, да. Я выживала на рыбе, которая иногда заплывает, и на пресной воде, что сюда просачивается. Ощущение ее на моей коже было одним из немногих, что сохраняло мой разум в здравии. Она проходит через тот бассейн, а затем снова уходит в землю.

— И у тебя никогда не было проблем с мавками?

— Я несколько раз была близка к тому, чтобы они меня поймали. Не сомневайся, они разорвали бы нимфу вроде меня на куски, если бы только нашли. Но я проворна и тиха, и мне удавалось избегать их… Пока не появился ты.

Она говорила, а я слушал, наматывая важную информацию на ус.

— Тот старый корабль заблокировал главный выход в болото. Мавки не любят выходить за границы своего дома, они охотятся только на тех, кто подходит слишком близко к границам их территории, но когда корабль рухнул, мне пришлось поспешить. Я не могла оставить тебя там… Ты был первым существом, кроме рыб и мавок, которое я видела со времен бури, что забрала жизни моих сестёр. Мне удалось вытащить тебя только по счастливой случайности.

— Ты несла меня?

— Скорее… Тащила. Я знаю проходы в этих туннелях, да и я сильнее, чем кажусь на первый взгляд, но это все равно далось мне не просто. Ты провалился сюда через небольшой туннель в стене проваливающегося участка, куда угодил корабль. Теперь он заблокирован. Твои действия вызвали что-то вроде оползня… Чудо, что ты вообще сюда провалился, и еще большее чудо, что тебя не раздавило камнями.

— Блядь… То есть, это из-за меня они теперь нашли твое убежище?

— Они… Возможно. И нет, это не твоя вина… Ну, отчасти твоя, что вообще полез на тот корабль. Но спасти тебя было моим решением, — она пожала плечами, будто это было обычным делом — спасать незнакомцев из-под носа у голодных монстров.

— Здесь оставаться нельзя, нужно выбираться. То, что ты до сих пор жива, уже само по себе чудо.

— Боюсь, ты прав. Но куда мне идти? Даже если выберусь наверх, доберусь до реки… я одна. Семьи нет. Всю жизнь провела в реках, без них я просто одинокое существо… Снова одна…

— Почему? Можешь пойти со мной. В моём поселении место для тебя найдется.

— … С тобой? Я тебя знаю от силы полчаса.

— И что с того? Главное, что я знаю — это то, что в этом мире выживают лишь группы, одиночки рано или поздно обречены на смерть. У меня есть земля. Есть люди. Вода, еда, безопасность — все имеется. Да и река недалеко от моих владений думаю найдется.

Иляна смерила меня взглядом с ног до головы.

— Ты мужчина. Я достаточно повидала мужчин, чтобы знать, чего они хотят.

— И чего же? — я усмехнулся. Интересно, что она там себе напридумывала.

— Меня. Мое тело. Откуда мне знать, что ты не тащишь меня с собой только ради этого?

Я хмыкнул. Ну, хоть в чем-то она оказалась предсказуемой.

— Слушай сюда, красавица, — сказал я, подходя ближе. Нимфа выпрямилась, глядя на меня в упор, глаза сверкали как звёзды в свете костра. — Скажу как есть, врать не вижу смысла. Да, ты чертовски привлекательна, спору нет. Одна из самых красивых девушек, кого я видел, наравне с моими женами. Но я предлагаю тебе помощь, а не постель. С этим у меня проблем нет, уж поверь.

— Женами? — переспросила она, делая ударение на «ми». — У тебя их несколько?

— Трое. И все любимы, и меня любят. Мы заботимся друг о друге.

— Боги… Должно быть, ты очень… продуктивный мужчина, — протянула она с лукавой улыбкой.

— Ты и половины не знаешь, — усмехнулся я. — Ладно, хватит болтовни. У тебя два варианта: сидеть тут и ждать, пока тебя сожрут эти твари, или пойти со мной и получить шанс на нормальную жизнь. И выбора у тебя, по сути, нет, потому что если откажешься, я тебя просто перекину через плечо и унесу. Возражения не принимаются.

— Вот как? — Иляна опустила ресницы, глядя на меня исподлобья. — Как решительно. Должна предупредить, у меня есть весьма… неприятные способы избавляться от тех, кто мне не по нраву.

— Да неужели? Почему же ты не использовала эти способности против мавок?

— Их здесь слишком много, чтобы я пыталась с ними сражаться. Ты ведь слышал их карканье, да? Это их зов о помощи. Если одна издаст звук, сотня других тут же прибежит ей на помощь.

— Полезная информация… Так что у тебя за способность?

— Хочешь еще рыбы?

— Спасибо, я сыт… Только не говори, что твоя суперспособность — это бесконечное размножение рыбы? А то был один такой персонаж в истории, весьма популярный, надо сказать… — я усмехнулся, представив, как она заваливает врагов тоннами рыбы.

Иляна вытянула руку так же, как я, когда активирую магию и из ее руки вырвался столб голубого инея. Он устремился к огню.

Пламя на мгновение поборолось с ним, но лёд был слишком силен. Через несколько секунд от костра осталась лишь дымящаяся куча пепла, окруженная крупными каплями воды, что стали впитываться в песок уходя куда-то вниз.

Ого. Неплохо. Это же целый ходячий холодильник в юбке! Тут же пронеслась в голове шальная мысль, что ее надо брать. Такая девушка мне в поселении точно пригодится.

— Любопытно. Надеюсь, на мне ты эту способность применять не планируешь?

— Полагаю, нет.

— Вот и славно. Ну, рассказывай, как нам отсюда с тобой выбираться.

Через несколько минут Иляна нарисовала пальцем на песке подробную карту туннелей, ведущих через подземные пещеры.

— Яма под кораблем единственный вход или выход из этих пещер. Она недалеко отсюда, но, к счастью, мавки сейчас должны быть отвлечены. Они будут в восточной части пещер, которая далеко от Камня Силы…

— Подожди, чего?

— Камня Силы. Он находится в пещере недалеко от выхода.

— Здесь внизу есть Камень Силы? Настоящий Камень Силы?

— Именно это я и сказала.

— К нему легко добраться?

— Да, хотя нам нужно будет приближаться к нему бесшумно. Мавок иногда назначают его охранять.

— Хм… Если они ее охраняют… Знаешь, как лучше подобраться к этой штуке,?

Глава 11

— Они боятся света, но магии боятся еще больше. Мавки это дикие, меняющие облик существа, но они не могут далеко уходить за границы своей территории. Они приманивают себе жертв издалека, и если мы будем осторожны, то сможем их обойти.

И тут я кое-что осознал.

— Мои жены, поди, уже оплакивают меня. Хватит тут прохлаждаться. Выбираемся, и ты идешь со мной.

— А если я не захочу? Все еще собираешься нести меня на плече, здоровяк? — с насмешкой спросила нимфа.

— Изначально план был именно такой. Но после твоего ледяного шоу перспектива превратиться в сосульку меня не очень прельщает. Так что, давай по-хорошему.

Иляна посмотрела на нарисованный на песке план пещер и кивнула.

— Я так долго была здесь, что забыла, каково это чувствовать воду на поверхности. Как же это грустно. — Она повернулась ко мне в свете огня и слегка улыбнулась. — Пойдем отсюда.

Иляна провела мне экспресс-курс по расположению туннелей, продолжая чертить его на песке. Чем больше она говорила, чем больше водила пальцами по импровизированной карте, тем яснее я понимал масштабы этого богом забытого места.

Комплекс туннелей оказался огромен. Мы находились примерно на глубине двадцати метров, а потайная пещера нимфы была одним отнорком из нескольких десятков других ответвлений в сети проходов, обрушенных участков и соединенных друг с другом комнат.

Это напомнило мне байки про диггеров и заброшенные военные бункеры. Те же бесконечные лабиринты, где легко сгинуть без следа.

Способов умереть здесь хватало, но заблудиться и остаться одному в темноте, чтобы в конце концов умереть от жажды, было одним из самых вероятных и худших вариантов смерти.

Но к счастью тут я оказался не один. Компания и знания Иляны помогут нам не сбиться с пути. Но у нас на хвосте был группа меняющих облик существ, способных превратиться из супермоделей в злобных рыбочудовищ за считанные секунды.

Впрочем, они больше не смогут меня обмануть. Я видел их истинную природу.

Закончив объяснения, Иляна встала и начала готовиться к выходу. Она обмотала длинную полоску ткани вокруг груди и взяла единственный предмет со своей полки в инвентарь.

— Что это? — спросил я.

— Это принадлежало Миляне, моей сестре. — Она повернулась ко мне и раскрыла ладонь, показав ожерелье, состоящее из различных драгоценных камней всех цветов.

— Где она достала такое?

— Она сама сделала его из того, что находила в реке. Наши дни проходили не только в соблазнении заблудившихся рыбаков и торговцев, которые случайно натыкались на нас.

— И часто эти самоцветы попадаются в реках?

— Иногда. Мы много где плавали по Полесью. Земля не только травой да деревьями богата, но и тем, что в недрах своих прячет.

Хм, об этом я как-то не подумал. Слишком увлекся огородами и прочей сельхоз деятельностью. А ведь и правда, в скалах могут быть скрыты руды и металлы. Главное найти нетронутое место, куда еще не добрались другие искатели приключений на свою пятую точку.

Иляна положила ожерелье в инвентарь и потушила огни в пещере, оставив нам только один факел, который она несла в руке.

Я проверил свое оружие. Ятаган оставался самым подходящим вариантом в узких туннелях. Но одним им я не удовлетворился, поэтому достал камень заклинания Тайного взрыва и взял его в левую руку.

— Они боятся магии, верно? — сказал я. — Это может немного помочь нам держать их подальше.

Иляна подвела меня к отверстию в стене и подняла к нему факел. Оно было достаточно большим, чтобы я мог пригнуться, но, казалось, расширялось метров через пять-шесть впереди.

— Ты готова?

— А ты? — спросила меня Иляна.

— Всегда готов, — усмехнулся в ответ. Напускная бравада иногда помогает. — Веди.

Нимфа пошла в темноту туннеля, а я последовал за ней.

Когда туннель расширился достаточно, чтобы я мог выпрямиться, то оглянулся через плечо на потайную пещеру, которая была домом Иляны в течение нескольких последних месяцев. Там была только тьма. Я больше не видел даже входа.

Теперь мы были несущими свет, и если пламя погаснет, чудовища перережут нас в темноте и сожрут заживо.

Туннели то расширялись, то сужались, чем дальше мы углублялись в них.

Время от времени я слышал звук, который не был ни нашими приглушенными шагами по камням, ни сдавленным дыханием. Мавки.

Звуки были звериными, но чем больше я слышал из невидимых туннелей, окружавших меня по ту сторону скал, тем больше они начинали походить на издевательское карканье.

«Мы идем убить тебя, и ты ничего не можешь с этим поделать. Это наша территория.»

Я отмахнулся от этих навязанных мне мыслей. Уже совсем бред начал приходить в голову от давления тьмы в этих крысиных норах.

В этот момент впереди что-то показалось. Я схватил Иляну за плечо и остановил.

Мавка дремала у поворота, сгорбившись на камнях. В свете факела ее чешуя переливалась мокрым блеском. Дышала размеренно. Спящая тварь в узком проходе. Ну разумеется.

Я показал Иляне на монстра и приложил палец к губам. Она кивнула. Обходных путей не видно, а протиснуться мимо спящего хищника в коридоре шириной метра полтора. План мягко говоря отвратительный. Собака спит в пол уха, а эта тварь тем более.

Оставался только один проверенный, но жестокий старый способ решения проблем.

Махнул Иляне, чтобы отошла. Нужен свет, но не слишком яркий. Не хватало еще разбудить тварь раньше времени. Далее достал ятаган и двинулся вперед.

Каменная крошка тихо захрустела под сапогами. Мавка беспокойно засопела. Я замер в паре шагов от нее.

Одна попытка. Если не получится тихо, она заорет, и ее родственники слетятся на званный ужин. Причем мы станем его главным блюдом.

Поднял оружие и всадил клинок в основание черепа. Чешуя оказалась прочнее, чем выглядела на первый взгляд, но плоть под ней оказалась мягкой. Клинок прошел шею мавки насквозь. Я едва удержал равновесие.

Тварь захрипела, дернулась и обмякла на моем лезвии. Лапы подрагивали еще несколько секунд, потом окончательно замерли.

Выдернул ятаган. Мавка шлепнулась на камни мешком костей и чешуи.

Отлично, одной проблемой у нас стало меньше.

В приближающемся свете факела Иляны я увидел голубую жидкость, капающую с лезвия моего оружия.

— Кровь рыбочудища, — прошептала она. — Их внутренности как кислота. Лучше не допускать попадания её на кожу.

Я осмотрел себя и вытер кровь с меча о тело существа.

Иляна продолжала вести нас по туннелям пещеры. По мере продвижения по проходам мы больше не встречали в темноте ни мавок, ни других существ.

Время от времени до нас доносились звуки визга и воя. При каждом каркающем крике мы замирали на месте, практически ни дыша, пока звуки не прекращались, и мы продолжали свой путь.

Насколько я мог доверять этой нимфе? Вопрос, конечно, интересный. Иляна была моим единственным шансом выбраться из этой дыры; доверял я ей или нет, по большому счету, уже не имело значения. Выбора у меня не было. Но червячок сомнения, мысль о возможном предательстве, все равно неприятно копошился где-то на задворках сознания.

С другой стороны, зачем ей было вообще меня спасать? Уж точно было бы проще и безопаснее просто оставить на съедение кровожадным супермоделям, чем тащить на себе через все эти катакомбы. Логики в этом не просматривалось.

Я мысленно повторил свою старую, проверенную мантру: «Если бы хотели убить — давно бы убили». Пока работает.

— Мы пришли, — вскоре сказала нимфа.

Наш проход изгибался влево и резко расширялся. Он выходил в большую пещеру с высоким потолком и большим водопадом в центре.

Голубая вода, несущаяся сквозь него, была такой яркой, что, казалось, излучала тусклый свет, освещавший нам путь, постоянно исчезая и появляясь. Но я знал, что настоящим источником света был камень, скрывающийся внутри.

Мавок вокруг не было видно, что имело смысл. Твари предпочитали держаться подальше от света.

Иляна потянула меня вниз, чтобы я присел у входа.

— То, что ты ищешь, находится в воде.

— Внутри?

— Вода падает по кругу. Центр защищен. Мавки прячут там камень, чтобы он не причинил им вреда.

Я оглядел пещеру в поисках каких-либо признаков тварей. Единственным намеком на их присутствие поблизости был случайный слабый визг, поэтому я не сомневался, что они слишком далеко, чтобы представлять непосредственную угрозу.

— Жди здесь, — сказал нимфе. — Следи, чтобы эти твари не подошли к нам со спины. Как только выберусь оттуда, мы рванем к выходу и свалим отсюда к чертовой матери.

— Быстрее. У меня нет желания долго здесь задерживаться.

— Аналогично.

— Тогда жду тебя.

Я выскочил из укрытия и направился к краю водопада. Холодные брызги хлестнули по лицу, когда я подошел ближе.

Сквозь постоянный поток воды ничего не было видно. Мне оставалось только довериться нимфе и надеяться, что она не морочит мне голову насчет спрятанного камня. Хотя зачем ей врать на этом этапе?

Подняв ятаган, я прыгнул сквозь стену падающей воды.

Ледяной поток сбил с ног и основательно прополоскал. Я выскочил на другой стороне, отфыркиваясь и стряхивая воду с клинка. Осмотревшись, заметил, что оказался в небольшой камере, полностью окруженной водой со всех сторон.

Грохот здесь стоял адский, но зато мавки сюда точно не сунутся. Слишком много света и магии в одном месте. Здесь было для них не уютно. Перевел взгляд дальше.

В центре пространства на каменном пьедестале возвышался Камень Силы. Штуковина была размером с кулак и светилась изнутри ярким голубым светом, озаряя всю небольшую пещеру. Именно то, что мне было нужно.

Камни Силы достать чертовски сложно, а этот просто стоял и ждал, когда его заберут. То ли мавки совсем обленились в охране своего магического источника, как то это выглядит чересчур хорошо, что бы быть правдой.

Я осмотрелся в поисках ловушек. Никаких видимых механизмов. Никаких древних сигнализаций или магических рун на стенах.

Быстрым движением схватил камень с пьедестала.

Ничего не произошло. Никаких громовых раскатов, никаких обрушений потолка.

Сунул добычу в инвентарь и повернулся к выходу, радуясь, что мое второе заклинание, Телекинетический Удар, наконец получит достойную силовую начинку.

После всего этого нырнул обратно через водопад, как сразу чуть ли не уткнулся в морду стоящей передо мной мавки.

Чёрт!

Даже не задумываясь, рефлекторно поднял меч и рубанул, но в горло попасть не получилось.

Клинок пронзил грудь твари, из раны хлынула голубая кровь, но голосовые связки мавки продолжали исправно работать.

— РААААРРРРККК!!! — заверещала тварь.

Я отбросил ее ногой и взмахнул мечом, перерубив шею и отправил корчиться на землю.

Иляна поспешила ко мне из своего укрытия.

— Какого черта ты молчала? — рявкнул я.

— А что я должна была сделать? Орать на всю пещеру и собрать тут всех тварей еще быстрее? — огрызнулась она.

Издалека донеслось что-то дикое и злобное. Мы тут же затихли, прислушиваясь.

Хор визгов поднялся вокруг нас в пещерах. Они были повсюду.

И все они шли нас убивать.

М-да.

— Бежим!

Я схватил нимфу за руку, и со всех ног бросился к выходу.

Мы стремительно неслись по ряду новых туннелей.

С каждым поворотом я ожидал столкнуться лицом к лицу с обольстительницами, но каким-то образом нам удавалось их избегать — до тех пор, пока я не подумал, что мы уже почти выбрались.

— Сюда!

Рванули в сторону, повернули, мавки сокращали дистанцию и тут столкнулись лицом к лицу с другой группой.

Мы замерли на месте друг на против друга. Группа не менее чем из сорока чудовищ ждала нас, блокируя выход. Туннель, который вел точно туда, откуда я сюда и попал.

Но никаких следов обломков «Топкого Баркаса» здесь не было. Куда он подевался?

Я взял факел и выставил его перед собой. Лица мавок наполнились страхом, и они все вместе попятились назад, подальше от источника света.

Вместе с нимфой мы двинулись вперед, а я рычал, как животное, размахивая факелом из стороны в сторону.

Другая группа подошла из-за наших спин.

Их было не меньше сотни. Они окружили нас с обеих сторон — откуда мы пришли и куда собирались идти.

— Надо что-то делать, здоровяк! — голос Иляны дрогнул.

— Без паники, думаю! — спокойно ответил я, хотя в голове пока был полный штиль.

Мы стояли спина к спине, прижавшись друг к другу так близко, как только могли. Нам некуда было идти.

Ближайшая мавка внезапно зарычала и бросилась на меня. Она выставила когти в воздухе, ее пасть широко раскрылась, а клыки оскалились.

Я взмахнул ятаганом и рубанул по одной из ее рук.

Жестокая вонь рыбьих потрохов тут же ударила в нос, когда существо упало на землю. Из ее пасти вырвались крики и эхом разнеслись вокруг нас.

Поднял меч и вонзил его ей в шею, добивая тварь.

Мои действия еще больше разозлили других мавок.

Они боялись магии, но у меня осталось всего восемь зарядов в заклинании Тайного взрыва, а камень для телекинетического удара, который я только что приобрел, был совершенно бесполезен.

— К черту это.

Я передал факел Иляне, которая на секунду взяла на себя роль сдерживания мавок.

Поспешно достал камень из инвентаря, затем…

— Инфернум!

Поток фиолетового пламени тут же обрушился на ближайшую группу мавок.

Одна несчастная тварь внезапно оказалась охваченной пламенем. Она мучительно визжала и выла, мечась в поисках помощи, но ее товарищи не собирались помогать. Они все отпрянули от своего пылающего сородича, испуганно глядя на меня.

Я выстрелил снова, попав в другого, затем еще раз.

Выстрелы шли один за другим, пока у меня внезапно не осталось всего два заряда.

— Черт…

Думай, башка, думай… Стоп…

А что, если для заклинания не обязательно тратить заряды камня?

Я выхватил факел у Иляны и сунул руку прямо в пламя.

— Надеюсь, это сработает.

— Что сработает? — испуганно пискнула она.

— Инфернум!

Фиолетовое пламя вырвалось из моей руки. Мавки в непосредственной близости все съежились от его света.

Внезапно оранжевый цвет огня сменился постоянным фиолетовым пламенем на верхушке факела, которое продолжало гореть.

Я маниакально улыбнулся, размахивая мечом и волшебным факелом, бросая последний из стороны в сторону перед собой.

Страх в глазах мавок вспыхнул мгновенно. Их визги стали низкими и полными ужаса. Они чуть ли не падали друг на друга, чтобы отодвинуться подальше от магического света.

Иляна и я крутились спина к спине. Я продолжал размахивать пламенем перед собой, отбрасывая мавок назад.

— Нам нужно двигаться вот так, — сказал спутницу. — Продолжаем поворачиваться, и мы останемся живы. Веди нас к выходу, сейчас же.

Мы начали наш путь по туннелю, постоянно поворачиваясь, как два волчка, отгоняя тварей магическим огнем. Это был единственный способ держать их на расстоянии, но даже так мавки не отставали, преследуя нас по пятам до самого дна ямы, куда я так удачно навернулся в первый раз. Адское дежавю.

Вязкая, чавкающая грязь, которая едва не засосала меня в свои зловонные объятия, теперь растеклась по всему дну туннеля, образуя мерзкое болото. Слой был неглубоким, но каждый шаг давался с трудом, приходилось буквально выдирать сапоги из липкой жижи.

Остановившись прямо под зияющим отверстием ямы, я задрал голову.

Гниющий, искореженный остов «Топкого Баркаса» был распластан в туннеле наверху, словно гигантский раздавленный жук. Его борта, некогда составлявшие единое целое, теперь были разорваны и смяты, и вся эта конструкция ненадежно висела в каких-то пяти метрах над нашими головами, готовая в любой момент обрушиться вниз.

Из щербатых стен торчали острые камни, образуя некое подобие лестницы. Если мы сможем взобраться по ним до «Топкого Баркаса», появится призрачный шанс выбраться из этих проклятых пещер.

Шанс. Один на миллион, но он у нас был.

Глава 12

Иляна взмыла вверх по выступам, словно родилась для лазания по отвесным стенам. Я остался внизу, отмахиваясь факелом от мавок. Фиолетовое пламя дрожало, слабело с каждым моим взмахом. Еще пара минут, и от него останутся только угли.

А дальше что? Резать тварей в темноте голыми руками?

В Камне Силы оставался последний заряд, поэтому зажечь факел еще раз не составляло проблемы. Но тащить его с собой по стене?

С одной рукой, занятой огнем, я свалюсь вниз быстрее, чем успею моргнуть.

Мавки кружили, выжидали. Их желтые глаза сверкали в отсветах пламени. Слюна капала с клыков на грязь под ногами.

Ладно, хрен с ним.

Я воткнул догорающий факел в расщелину на ближайшем уступе и схватился за камень над головой. Острые края впились в ладони. Подтянулся, нащупал ногой опору.

Обломки корабля нависали громадой. Силуэт Иляны уже оказался в этом хаосе из досок и железа. Надо спешить за ней, но только бы не сорваться.

— Осторожнее! — донесся сверху ее приглушенный крик, откуда-то из-под нависающего корпуса корабля. — Они лезут за нами…

У моих ног остатки фиолетового огня еще отпугивали тварей, но это было не надолго.

Некоторые из этих тварей, самые настырные и голодные, уже начинали карабкаться по стенам напротив нас, пытаясь отрезать путь к отступлению.

— Шевелись! Быстрее!

— Да знаю я.

Я вцепился в скользкий выступ, подтянулся. Мышцы рук горели от напряжения. Еще один рывок, и я завис на краю дыры в борту переломанного баркаса. С трудом протиснулся внутрь.

Топкий Баркас жалобно заскрипел под моим весом. Гнилые доски прогнулись, застонали. Корабль держался на честном слове.

Я двинулся дальше, стараясь ступать как можно осторожнее. Это было похоже на хождение по тонкому льду.

Нимфы здесь уже не было, ушла дальше.

Внутри корабля царил мрак. Только слабые отблески света сочились сквозь трещины в корпусе. Я выпрямился, нащупывая путь дальше, как вдруг моя нога с глухим стуком врезалась во что-то тяжелое.

Металлический лязг эхом прокатился по останкам трюма. Тут же пришло осознание, что это было.

Взрывчатка. Целый ящик.

Она все еще была здесь. Каким-то невероятным образом ни один из зарядов не сдетонировал при падении корабля. Чудеса, да и только.

Нас преследовало столько этих кровожадных мавок, что у меня на мгновение мелькнула безумная мысль: поджечь всю эту взрывчатку к чертовой матери и отправиться на «Топком Баркасе» в самые глубины ада пылающим погребальным костром, прихватив с собой на тот свет как можно больше этих тварей. Но сквозь оглушительные визги и непрекращающуюся тряску до меня донесся отчаянный крик.

И это был определенно не голос Иляны.

— ВАСИЛИЙ!

— ЗАБАВА⁈

Я замер на долю секунды. Забава здесь? Какого чёрта…?!!

Одним махом вскочил на ноги и пулей протиснулся сквозь узкую щель на палубу. Выбрался на шаткую, прогнившую поверхность.

— ВАСИЛИЙ! ХВАТАЙ ВЕРЕВКУ! СКОРЕЕ!

Поверхность, спасительная земля, была всего в каких-то десяти метрах над нами. Трясина, которая еще недавно окружала «Топкий Баркас» плотным кольцом, теперь, похоже, рассеялась и просочилась глубже под землю.

Она была такой густой и вязкой, что даже спустя несколько часов не достигла тех камней на дне ямы, по которым мы карабкались, чтобы добраться до этого проклятого кораблекрушения.

Над одной из сломанных, торчащих во все стороны мачт «Топкого Баркаса», которая каким-то чудом застряла и повисла над ямой, свисала знакомая веревка — та самая, что когда-то была обмотана вокруг моей талии. Ее быстро, рывками опускали вниз, но она все равно не доставала до нас.

Несколько проклятых метров!

— Рааррк! — донеслось позади.

Твари не дремали. Из щели, через которую я только что пробрался, показалась уродливая морда мавки.

Не раздумывая, наотмашь ударил по ней ятаганом, разрубив мерзкую харю пополам и отправив ее кубарем падать обратно в темный трюм. Может своей тушей пару товарок собьёт…

— Здоровяк! Сюда! — Иляна отчаянно указывала на остатки другой мачты.

Ее верхушка была сломана, но с небольшого выступа на уцелевшей части, казалось, был шанс допрыгнуть до спасительной веревки. Рискованно, но других вариантов не предвиделось.

Я рванул первым, на ходу проверяя прочность опоры под ногами, и начал карабкаться вверх, а Иляна, не отставая, следовала прямо за мной.

На самой вершине опасно шатающейся мачты на мгновение замер, прикидывая расстояние для прыжка. Было высоко, но я должен был это сделать. Просто обязан.

Времени оставалось в обрез.

— ХВАТАЙ ВЕРЕВКУ! НЕ МЕДЛИ!

Я оттолкнулся изо всех сил и прыгнул в пустоту, отчаянно протягивая руки к своему единственному спасению.

Пальцы сомкнулись на грубой, потертой веревке, и я, потеряв равновесие, неудержимо закачался в воздухе, как маятник.

При моем первом же обратном качке к мачте, Иляна, не раздумывая, прыгнула ко мне и мертвой хваткой обхватила меня руками за талию. Теперь мы были связаны одной веревкой, в прямом и переносном смысле.

— ПОДНИМАЙТЕ НАС! БЫСТРЕЕ!

Веревка натянулась до предела и начала медленно, рывками ползти вверх, каждое движение сопровождалось натужным кряхтением и руганью сверху.

Тем временем на палубе «Топкого Баркаса» мавки уже вовсю выползали через щель в корпусе.

Мы медленно, но верно поднимались, но они начали карабкаться по стенам ямы. И судя по их скорости, голодные твари могли добраться до нас раньше, чем мы выберемся на спасительную поверхность. Для этого достаточно было одного удачного прыжка какой-нибудь особо прыткой твари, чтобы зацепиться за веревку и утащить нас обоих обратно в эту кишащую чудовищами яму.

Однако, у меня созрел план. Рискованный, но единственно возможный.

Вспомнилась взрывчатка, складированная в трюме, и не сдетонировавшая, когда корабль в первый раз рухнул в провал. В начале она представляла для нас опасность, но теперь ее неожиданное присутствие здесь превратилось в настоящее, мать его, чудо.

Я снова, уже в который раз за сегодня, достал камень Тайного взрыва и крепко сжал его в руке.

У меня был всего один шанс. Один выстрел, чтобы сделать все правильно. Без права на ошибку.

Я с трудом отнял одну руку от веревки, на которой мы болтались, и направил ее вниз, в зияющую дыру трюма. Мой собственный немалый вес, да еще и вес Иляны, теперь поддерживались всего одной рукой, которая из последних сил пыталась удержать не только трос, но гладкий, холодный камень.

— Стреляй! Убей их! — истошно закричала она мне прямо в ухо, ее голос срывался от страха и напряжения.

— Тихо! — спокойно сказал я.

— Чего ты ждешь⁈ Они же сейчас до нас доберутся!

— Идеального момента! Заткнись и держись крепче, если жизнь дорога!

Первая из мавок, самая шустрая, уже достигла остатков мачты и начала быстро, проворно карабкаться по ней вверх, к нам.

Щель в палубе все еще была забита другими, не менее голодными и агрессивными тварями, отчаянно пытающимися протиснуться наружу.

Я зарычал от нечеловеческого напряжения и боли. Спина, казалось, вот-вот треснет и разорвется на куски.

И тут, на какие-то жалкие доли секунды, появилось то самое, долгожданное мгновение. Мой шанс.

— Инфернум!

Последний, драгоценный заряд магической энергии пронесся по воздуху, словно молния, устремляясь точно вглубь ямы, прямо к палубе, где осталась лежать взрывчатка.

Мавки, карабкавшиеся по стенам, инстинктивно закрыли свои уродливые морды от внезапной вспышки фиолетового пламени, некоторые даже сорвались и попадали обратно на палубу «Топкого Баркаса».

Огонь, мой маленький огненный посланник, проскользнул сквозь щель в палубе, достигнув цели.

Одинокий, душераздирающий визг вырвался из недр корабля от какой-то невидимой мавки, застигнутой врасплох, затем наступило гнетущее, звенящее мгновение абсолютной тишины, а потом…

БУ-У-У-М! —оглушительный, сокрушительный взрыв.

Взрыв под палубой был такой силы, что во все стороны с невероятной скоростью полетели острые, как бритва, щепки и обломки дерева. Душераздирающие визги мавок был полностью заглушены этим адским грохотом, и в ушах у меня пронесся оглушительный, мучительный звон, от которого едва не лопнули барабанные перепонки.

Истерзанные обломки «Топкого Баркаса» многое пережили за свою недолгую, но бурную историю, но теперь они наконец не выдержали, поддавшись этому последнему, сокрушительному шквалу разрушений и беспощадного взрыва.

Остов старого корабля буквально разлетелся на куски и с оглушительным грохотом рухнул в самые мрачные глубины бездонной ямы.

Жар и невероятная сила взрывной волны были просто невообразимыми. Нас подбросило и едва не сорвало с веревки.

Гладкий, холодный Камень Силы предательски выскользнул у меня из руки, когда я отчаянно пытался удержаться на верёвке, когда нас болтало из стороны в сторону…

— НЕТ! Проклятье!

Он падал вниз, словно в замедленной съемке, и тут же, в последнее мгновение, откуда-то сбоку метнулась быстрая голубая рука и ловко схватила его прямо в воздухе.

Иляна молниеносно сунула спасенный артефакт мне в карман штанов, затем снова крепко меня обхватила, когда веревка в очередной раз дернулась и втянулась, вытаскивая нас из этого адского пекла.

— ТЯНИ! Еще немного!

Знакомый, хриплый голос Забавы прозвучал откуда-то сверху, пробиваясь сквозь непрекращающийся звон в ушах.

Перед самым последним, решающим рывком я бросил короткий взгляд вниз, в зияющую пропасть.

Теперь она гораздо больше походила на рукотворный ад. Пылающие, дымящиеся обломки корабля обрушились прямо на головы преследующих нас мавок, похоронив под собой почти всех этих тварей.

Из глубины еще доносилось несколько слабых, затихающих воплей, но они быстро растворялись в непроглядной тьме туннелей, из которых мы только что чудом сбежали, отступая и исчезая во мраке.

Иляна и я наконец достигли края ямы и с огромным трудом выбрались наверх. Мы из последних сил подтянулись и выбрались в зловонное болото. Грязи здесь осталось совсем немного, но все же недостаточно, чтобы остановить нас на нашем пути к спасению. Веревка ослабла и безвольно упала на землю, но вместо этого нас тут же подхватили две пары сильных рук — одна принадлежала Забаве, другая Ларе.

Я тяжело пошатнулся и рухнул на узкую, едва заметную тропу рядом с Иляной, которая тут же последовала моему примеру. Мои жены, недолго думая, сделали то же самое, тяжело дыша от пережитого шока и героических усилий.

Каждая мышца, каждая косточка в теле невыносимо болела и ныла, но я был жив. Черт возьми, жив!

Мы все были живы. И это было главным.

— Мы думали, ты уже все, — выдохнула Забава, с силой повиснув у меня на шее и крепко прижавшись. Лара тут же, без лишних слов, присоединилась к этим спонтанным, но таким желанным объятиям.

— Как ты умудрился выжить, чертяка? — хрипло спросила Лара, наконец отстраняясь и внимательно, с ног до головы разглядывая меня, словно не веря своим глазам.

— Не без ее помощи, — коротко кивнул я на Иляну, которая скромно, опустив глаза сидела чуть в стороне. — Знакомьтесь, это Иляна.

Я услышал сдавленный кашель позади себя и, с трудом оглянувшись, увидел пятерых уцелевших членов исследовательской группы, которые молча отряхивались от грязи и пыли. А Варвара, кто бы мог подумать, собственной персоной сосредоточенно сматывала ту самую спасительную веревку, за которую я так отчаянно цеплялся всего несколько мгновений назад.

— Так вот кто меня вытаскивал, — усмехнулся я, все еще тяжело дыша и пытаясь отдышаться. — Всемером. Неплохо, весьма неплохо. Варвара, я знаю, ты не особо в восторге от незваных гостей и всяких там приключенцев, но… спасибо. За жизнь.

— Ты избавился от этих проклятых мавок, — сказала Варвара. — Считай в расчёте.

* * *

— Друг мой! А ты выглядишь похуже, чем сегодня утром. Говорил же, не суйся туда, — сказал Атаман Григ, встречая нас на берегу.

— Поверь, Григ, я усвоил урок, — буркнул, отмахиваясь от его показной заботы. — Иначе бы тут не стоял.

— И, смотрю, обзавелся новой подругой, — он кивнул на Иляну, которая жалась ко мне, явно напуганная его громким голосом.

— Просто доставь нас в бухту, Атаман. И побыстрее, если можно.

— Будет сделано. Течение сегодня не слишком сильное, что нам на руку, но идем против него, так что всем придется взяться за весла, — деловито распорядился он, похоже, не заметив моего раздражения. Или сделал вид, что не заметил.

Спустилась ночь, и у меня не было ни малейшего желания задерживаться возле Топи Забвения дольше необходимого.

Пусть я вымотался, пусть был ранен и перепачкан кровью, рыбьими потрохами и грязью, я все равно помог Атаману развернуть лодку и, как только мы взяли курс, принялся грести. Нужно было как можно скорее оказаться в безопасности.

Вместе мы боролись с течением, пока не вернулись в Бухту Буеграда. При свете сотен факелов, освещавших ночью поселение, я повел свою группу девушек обратно в «Пьяного Коня».

Тролль-вышибала уже попривык к нашему присутствию, но, учитывая наш чумазый вид, он окинул нас скептическим взглядом, прежде чем посторониться и впустить внутрь. Видимо, решил, что с такими оборванцами лучше не связываться.

Такого хаоса, как в ту ночь, когда Кузьма разнес трактир, не было, но народу все равно хватало. Шум голосов, звон кружек, запах жареного мяса и пролитого эля — обычная атмосфера для «Пьяного Коня» в любое время суток.

Едва завидев нас, Брут, протирая стойку какой-то не первой свежести тряпкой, кивнул и, не задавая лишних вопросов, жестом указал мне на кладовку за стойкой, пока девушки, стараясь не привлекать лишнего внимания, шмыгнули наверх. Этот гном определенно знал толк в делах и ценил свое время. И мое, похоже, тоже.

— Без оплаты пускать на верх вашу компашку я не намерен, — начал Брут, едва скрипнула дверь кладовки, отрезая нас от шума таверны. Помещение было тесным, заваленным бочками и мешками с чем-то сыпучим. Пахло пылью и старым деревом. — Вид у тебя, парень, будто ты из самого пекла выбрался. Хотя, чему я удивляюсь, Топи Забвения та ещё дыра.

— Можно и так сказать, — хмыкнул я, стряхивая с плеча какую-то прилипшую тину. Воняло от меня, должно быть, знатно. — Местечко, прямо скажем, не для слабонервных. И не для брезгливых.

— Ага, пахнешь ты соответственно, — не удержался он от шпильки, картинно сморщив нос. — Мои лучшие клиенты могут и разбежаться.

— У тебя есть где помыться? — проигнорировал я его замечание. Не до шуток было. — А то боюсь, не только постояльцев, но и крыс распугаю.

— Наверху есть отдельный дворик с корытом и колодцем за домом. Местечко небольшое, но сойдет, — Брут явно гордился своим заведением, даже с такими сомнительными удобствами.

— Вода холодная, но тебе, я смотрю, не привыкать.

— Бальзам на душу, — я потер руки. Перспектива смыть с себя грязь и кровь перевешивала даже усталость. — А то уже начинаю сам себе напоминать болотную кикимору.

Стадия приветствий прошла, поэтому он решил перейти к делу. Его маленькие глазки цепко впились в меня.

— Удачно сходили?

Глава 13

Я открыл окно обмена и перекинул десять бутылок «Древней Забродки», оставив десять штук себе. Девчонки передали их мне по дороге назад. Живу по принципу черепахи. Всё своё ношу с собой, мне так спокойнее.

Как только Брут увидел, что я ему предлагаю, его глаза расширились так, как я еще никогда не видел. Кажется, даже его густая, давно не знавшая гребня борода зашевелилась от удивления. Он даже дышать перестал на пару секунд.

— Боги праведные… Где ты это достал? — выдохнул он, не веря своим глазам и протягивая руку, чтобы коснуться одной из бутылок, словно проверяя, не мираж ли это.

— Глупый вопрос, не находишь? — я усмехнулся. — Ты же сам сказал, где искать. Или у тебя память как у золотой рыбки? Короткая и избирательная?

— Ну да, но… я не думал, что это правда, — пробормотал он, все еще не сводя глаз с бутылок. Его пальцы нервно подрагивали. — Слухи ходят разные…

— Хочешь сказать, ты отправил меня туда, не зная, правда это или нет? — я изобразил обиду, хотя прекрасно понимал, что этот хитрый гном всегда просчитывает свои риски. Особенно, когда рискует кто-то другой. — Ай-яй-яй, Брут, а я-то думал, мы почти друзья.

— Что сказать? Я азартный человек, — признался он с усмешкой, и алчный блеск в глазах только подтверждал его слова.

— Я тоже. Только стараюсь не играть чужими жизнями, — мой голос стал жестче. — Особенно, когда на кону моя собственная. И уж точно не ради сомнительных слухов.

— Эй, дело сделано, и ты жив. И, похоже, вернулся с неплохим уловом, — Брут поспешил сменить тему, явно не желая продолжать неприятный разговор. — Так мы договорились или нет?

— Эй, дело сделано, и ты жив. И, похоже, вернулся с неплохим уловом, — Брут поспешил сменить тему, явно не желая продолжать неприятный разговор. — Так мы договорились или нет?

Я оглядел Брута с ног до головы. Стоило ли продолжать эту милую беседу? С одной стороны, хотелось высказать все, что думаю об его «деловой этике». С другой — этот хитрый гном еще может пригодиться. В этом городе полезные связи дороже золота, а портить отношения из-за того, на что сам согласился… Глупо. Да и риск был, я это знал с самого начала.

Договоренность была, что одна бутылка шла за сто золотых. Итого, я добавил недостающие две тысячи золотых со своей стороны.

После этого у меня в кармане оставалось больше четырех тысяч золотых. Неплохой улов за один день, учитывая все риски. Очень неплохой.

Через несколько секунд в обмен на выпивку и золото появились два предмета. Интерфейс как всегда сработал безупречно.

**Документы на Пристройку к «Пьяному Коню»**

**Ключ от Пристройки**

Я нажал «Принять», и все перешло из рук в руки. Сделка состоялась. Бумаги приятно оттягивали руку. Ключ холодил ладонь.

Брут удовлетворенно кивнул, пряча бутылки в сундук, что стоял в углу кладовки и запирался на громоздкий замок.

— Как я уже говорил, недвижимость в бухте нынче на вес золота. Никто не продает. Все держатся за свои норы, как медведи зимой за берлоги. Так что считай, что ты только что заключил очень хорошую сделку.

— Поэтому я так ее и хотел, — ответил я, убирая документы в инвентарь. — Мне нужен здесь опорный пункт. Место, где можно хранить вещи или передохнуть, когда мы будем перевозить товары и продукты. А то таскаться каждый раз туда-сюда без перерыва, то еще удовольствие.

— Понимаю. Твои многочисленные подружки тоже наверное внимания просят, — Брут подмигнул, явно намекая на мой растущий гарем.

— Думаю, на этом наш разговор окончен, — отрезал я. Не хватало еще, чтобы этот бородач лез в мои личные дела и отпускал сальные шуточки. Повернувшись и направившись к стойке, напоследок махнул ему рукой. — Приятно иметь с тобой дело, Брут.

— И с тобой, Князь, — он усмехнулся мне вслед.

Я поднялся наверх, по пути снимая с себя громоздкое снаряжение.

В конце коридора от нашей комнаты была небольшая дверь, ведущая в крошечный дворик с на удивление неиспользованной ни кем лоханью, как и говорил Брут. Я наскоро ополоснулся водой из колодца, смыв большую часть грязи, и подобрал свои вещи. Хоть какая-то цивилизация.

К тому времени, как добрался до комнаты, Забава и Лара уже дремали на кровати. Они скинули большую часть своей грязной одежды, и теперь их тела соблазнительно вырисовывались под тонкими одеялами. Рядом горел в камине огонь. Иляна спала возле него, свернувшись калачиком, как котенок.

Только Златослава не спала. Она сидела на небольшом, сколоченном из грубых досок балконе, выходившем на бухту, и повернулась ко мне, когда я вошел и тихо прикрыл дверь. Ее тигриные глаза, необычного янтарного цвета, внимательно изучали меня в полумраке комнаты, освещенной лишь догорающим камином и далекими огнями порта.

— Добрый вечер, — сказала она своим низким, бархатным голосом, в котором слышались какие-то глубинные нотки, заставляющие прислушиваться.

— Вечер. Не хочешь спать? Или тигролюды — ночные хищники? Я в вашей физиологии не силен.

— Давненько я не любовалась красотой здешних земель, — проигнорировала она мою колкость, плавно поведя рукой в сторону мерцающей внизу бухты. — Устала, но хочу еще немного насладиться видом. В наших краях такого не увидишь. Там все больше… природа дикая.

Я присел рядом с ней на скрипучую скамью и на мгновение расслабился, вдыхая соленый морской воздух, смешанный с запахом дыма и чего-то неуловимо пряного, доносившегося снизу. Шум таверны сюда почти не долетал, только отдаленный гул.

— Ты очень странный человек, — сказала она после небольшой паузы, не отрывая взгляда от мерцающих огней бухты.

— Почему ты так говоришь? — я лениво потянулся, чувствуя, как ноют мышцы после сегодняшних приключений. — Потому что не пытаюсь затащить тебя в постель, как, вероятно, делали бы все остальные на моем месте? Или потому что пахну, как тухлая рыба?

— Ты рискуешь жизнью, делая то, о чем многие и мечтать не осмелились бы, — она снова проигнорировала мою попытку съязвить, ее голос оставался ровным и серьезным. — Большинство предпочитает сидеть в своих норах и не высовываться. Жить тихо, умереть незаметно.

— У меня только что был похожий разговор внизу, с хозяином этого заведения, — я усмехнулся, вспоминая Брута. — Да, я рискую, но только своей жизнью, и только когда награда того стоит. А сидеть в норе, это не по мне. Слишком скучно. Да и пользы от этого никакой.

— Награда? — выхватила она слово из контекста и повернула ко мне голову. В ее глазах мелькнул живой интерес. Лунный свет выхватил из темноты ее высокие скулы и хищный изгиб губ.

— Именно. Большой куш. Всегда должен быть большой куш.

— И какая награда стоит твоей жизни? Золото? Власть над другими? — в ее голосе послышалось любопытство, смешанное с чем-то еще, возможно, легким недоверием.

— Та, что обеспечивает безопасность моим людям и товарищам. Та, что позволяет мне строить укрепления и добывать лучшие ресурсы. Та, что дает моим людям будущее, — сказал я, глядя на горящие в низу огни вечернего городка. — А насчет власти… Я принимаю в свое поселение только тех, кому могу доверять. Иначе однажды могу проснуться с ножом в горле. А это, знаешь ли, неприятно, и сильно мешает планам.

— Такова природа власти, — со знанием дела сказала Златослава, и в ее голосе прозвучала вековая мудрость. — У старейшин моего прежнего поселения, к которому мы с Забавой принадлежали, есть Заповедь.

— Не понимаю, о чем ты, — я нахмурился. — Опять какие-то тигриные премудрости? У вас там что, своя философия?

— Это, как бы сказать… — она запнулась, подбирая нужное слово, ее пальцы с длинными, ухоженными когтями легонько постукивали по деревянным перилам балкона. — Изречение. Древняя мудрость, передаваемая из поколения в поколение.

— Интересно послушать, чему там вас учат старейшины.

— Заповедь гласит, что спокойно спит лишь тот, кто власти не имеет.

— Что это значит? — я посмотрел на нее с интересом. Звучало знакомо, хоть и немного отдавало фатализмом. — То есть, чем больше у тебя власти, тем хуже ты спишь? Хотя да, в принципе, логично.

— Спокойный сон — это дар, доступный лишь тем, кому не о чем беспокоиться. Могущественный человек с обширными владениями обречен на постоянные думы. Он может спать на самой мягкой перине с самыми красивыми женщинами, окруженный горами золота, но мысли его всегда будут где-то далеко: следующая битва, поставка зерна, стада скота, предательство союзника, заговор врагов. Будь честен со мной. Твои мысли ведь и сейчас витают где-то не здесь, не так ли? — она проницательно посмотрела мне в глаза. Так будто пыталась залезть в мою голову.

— Слушай, мне не нужен анализ моих мыслей, — я слегка поморщился. Не люблю, когда лезут в душу и разум без спроса. — Я уважаю, что ты давно знаешь Забаву, и что ты, видимо, повидала всякого. Но мне это ни к чему. Сам разберусь, о чем мне думать, как житьи как спать.

— Я не хочу давить, Василий, — ее голос смягчился, и в нем появилась нотка сочувствия. — Я давно живу на свете и видела, как устроен этот мир. Поверь, власть это тяжелое бремя. Оно меняет людей. И не всегда в лучшую сторону.

— Давно? Насколько? — я скептически прищурился, оглядывая ее. Выглядела она максимум на сорок, крепкая, подтянутая, с гладкой кожей.

— Через несколько месяцев мне исполнится восемьдесят два года.

— Сколько-сколько? Да ладно, — я усмехнулся и откинулся назад. — Как это вообще возможно? Ты не выглядишь старше пятидесяти. Максимум на сорок.

— Мы, тигролюды, стареем не так, как вы, люди, — в ее глазах блеснули озорные искорки. — Наш век дольше, и мы дольше сохраняем силу и молодость. Однако, спасибо за комплимент. К слову, сразу скажу, чтобы избежать недоразумений: заниматься сексом с тобой я не буду. Ты слишком молод для меня.

— А с чего ты взяла, что я собирался? — вот теперь я точно удивился. — Я, конечно, ценю женскую красоту, но не настолько же предсказуем.

— Тигролюды не привыкли ходить вокруг да около, — пожала она плечами. — Предпочитаю сразу расставить точки над и.

— Понятно. Что ж, спасибо за откровенность, — я усмехнулся. — У меня и без тебя дел хватает. И женщин, если уж на то пошло.

— Именно поэтому и предупреждаю, — она окинула меня оценивающим взглядом с головы до ног. — Ты мне во внуки годишься.

— Во внуки? — я хмыкнул. — Тогда я самый взрослый внук, которого ты когда-либо встречала.

Златослава на мгновение застыла, а затем от души рассмеялась. Ее смех был низким, грудным и на удивление заразительным.

Я невольно улыбнулся в ответ.

— Так о чем ты сейчас думаешь? — спросила она, когда отсмеялась, вытирая выступившие от смеха слезинки.

Я глубоко выдохнул, собираясь с мыслями. Ее смех немного разрядил обстановку.

— Я думаю, что у меня есть для тебя работа, если хочешь. Как ты ладишь с животными? А то у нас в поселении с этим пока не очень. Нужны люди, которые разбираются в уходе и выращивании скота.

— Я… Сносно, — она задумалась, постукивая пальцем по подбородку. — В нашем племени женщины часто занимались уходом за животными и охотой. Мне нравится работать на свежем воздухе, так что все, что связано с этим на твоей земле, я могу делать. Руки у меня на месте, да и голова тоже.

— Этого мне достаточно, — я кивнул. Опыт и здравый смысл это то, что нужно. — Считай, что ты принята. Детали обсудим позже, когда доберемся до места.

Она кивнула мне и улыбнулась уже более открыто, без прежней настороженности. Мы пожали друг другу руки — ее рукопожатие было крепким, уверенным.

Я принял Златославу в свое поселение. Еще одна пара рабочих рук, да еще и с боевым опытом и, судя по всему, недюжинным жизненным багажом, нам точно не помешает.

— По поводу вашего племени… Забава рассказала, что случилось с вашими соплеменниками, — признался я. — Я пообещал ей, что мы проверим любую зацепку, ведущую к её соплеменникам, и я собираюсь это сделать. Слово князя.

— Я ценю это. Спасибо Василий, — в ее голосе прозвучала искренняя благодарность, и ее взгляд потеплел. — Когда ты прыгнул на тот старый корабль, я сочла тебя безрассудным смельчаком, но теперь вижу, что лучшего предводителя нам было не найти. Забава была сама не своя, когда подумала, что ты погиб. Ты можешь думать, что она не позволяет эмоциям взять верх, но когда ты упал в ту яму, она чуть не бросилась за тобой следом. Если бы я ее не остановила, боюсь, так бы и случилось. Она очень… привязана к тебе.

Я улыбнулся и посмотрел на спящую тигрицу. Она и Лара мирно спали на кровати, их лица были расслаблены и безмятежны. Да, Забава была особенной.

— Думаю, я присоединюсь к ним, Князь, — Златослава поднялась, грациозно, как большая кошка.

— Уже «Князь»? — я усмехнулся. — Быстро ты освоилась. Не прошло и пяти минут.

— Я следую правилам неукоснительно. За свои восемьдесят два я поняла, что если нет порядка, все рушится. Я достаточно стара, чтобы помнить войну и все ее последствия, и не желаю повторения подобного. Порядок это основа всего. И уважение к лидеру — его часть.

— Занимай диван, — сказал я, махнув рукой. — Не будем нарушать твой порядок. Да и мне он по душе.

— Вы уверены, Князь? — она с сомнением посмотрела на узкий диван.

— Да. А я пока схожу вниз, пообщаюсь с местными. Нужно немного расслабиться.

Она растянулась на диване и через несколько минут уснула. Иляна все так же свернулась калачиком у огня, мирно посапывая.

Оставаться здесь мы не могли. Первым делом с утра отправимся на свою землю. Хватит уже прохлаждаться в этой дыре.

Я спустился в бар и заказал выпивку у Брута. Занял обычное место Лары в тени угла и устроился поудобнее. Мне нужна была минутка покоя после событий дня.

Наверху в кровати хватило бы места и для меня, но там становилось тесновато, да и было немного странно находиться и спать с Иляной и, тем более, Златославой в одной комнате. Не хватало еще, чтобы Забава и Лара начали делить меня прямо при гостях.

Еще немного посижу здесь, а потом поднимусь в комнату.

Бар потихоньку пустел, а вместе с ним и мои мысли. Мерный гул заведения так успокаивал…

— Василий. Василий, — мужской голос вырвал меня из сна.

Я резко открыл глаза.

Надо мной нависал Брут. Его бородатое лицо было как всегда невозмутимо.

— Твою мать… Я что уснул здесь? — прохрипел я, пытаясь размять затёкшую из-за неудобной позы шею и одновременно отмечая, что через уже лил солнечный свет. Походу всю ночь продрых здесь.

— Насчет этого не переживай. Мне все равно, можешь хоть сколько здесь спать, — отмахнулся он.

— А ты сам вообще спишь когда-нибудь? — я потер глаза. — Или ты тут круглосуточно бдишь?

— Пару часов. Мне много не надо. Я тебя чего разбудил то. Одна из твоих женщин только что пробежала через бар.

— Которая из? — я напрягся.

— Та, что вся синяя такая, — уточнил он.

Черт. Иляна.

— Куда она пошла? — вскочил я на ноги, забыв про всякую боль.

— Не видел. Но слышал всплеск. На улице еще тихо. Если она решила искупаться с утра пораньше, я бы на твоем месте вытащил ее оттуда побыстрее. Здешний народ не жалует тех, кто плавает в бухте. Могут и камнями закидать.

Я поблагодарил его и бросился к двери. Нужно было спешить.

Снаружи, солнце, едва поднявшееся над горизонтом, било прямо в глаза, заставляя слезиться.

Я осматривал воду всю дорогу до пристани, надеясь увидеть Иляну где-нибудь у берега. Первой я увидел не ее, а суматоху, которую она вызвала. На восточном конце пристани, сразу за тем местом, где была припаркована Заря с телегой, двое матросов с недельной щетиной смотрели в воду и истерически хохотали, отпуская сальные шуточки. Их смех был мерзким, как кваканье жаб.

— А ну-ка вылезай сюда да обхвати этими синими губками мой хрен, нимфа! — орал один, переваливаясь с ноги на ногу и похлопывая себя по ширинке. Второй ему поддакивал, скалясь гнилыми зубами.

— Я первый! Не хватало еще после тебя ее пользовать, — вторил ему другой, потирая руки и облизываясь. — Такая экзотика в нашей дыре!

Глава 14

Я быстро подошел, стараясь двигаться бесшумно, и остановился в паре метров за их спинами. Уроды явно были не в себе, пьяные и чрезмерно озабоченные. От них несло дешевым пойлом и грязью.

Заглянув в воду, я увидел Иляну, которая безмятежно купалась, гоняясь за какой-то рыбкой. Казалось, она совершенно игнорировала матросов, и это только больше их распаляло.

Она что, совсем не понимает, как это опасно? Или ей просто наплевать?

— Отвечай, синяя сучка, — прорычал один из матросов, наклоняясь над водой и пытаясь дотянуться до нимфы рукой. — А то мы сами тебя достанем!

— А ну-ка, валите отсюда нахрен, животные, — сказал я, с силой толкая ближайшего матроса на другого. Оба покачнулись, едва не свалившись в воду, и удивленно обернулись.

— Пошел ты, придурок, — огрызнулся тот, которого я толкнул, пытаясь сохранить остатки пьяной храбрости. — И что ты сделаешь, если я не уйду? Нас двое, а ты один. Сейчас мы тебе морду начистим, и будешь знать, как лезть не в свое дело.

Может, я и был сонный, но перспектива драки всегда меня пробуждала. А уж когда дело касалось защиты моих людей, то тем более.

Ярость мгновенно смыла остатки сна.

— А что, если я вам обоим бошки отрублю прямо здесь и сейчас? — выхватил я меч из ножен. Лезвие хищно блеснуло на утреннем солнце.

— Это будет покруче всего, что вы, два урода, испытывали за всю свою никчемную жизнь. И уж точно последним. Хотите проверить?

Матросы попятились, их пьяная удаль мигом испарилась.

Было раннее утро, и очевидно, что оба были не просто пьяны, а в стельку. Вид моего меча, явно не сувенирного, и холодная ярость в глазах быстро привели их в чувство. Они поняли, что я не шучу. И готов пустить сталь в ход.

Матросы переглянулись, что-то испуганно пробормотали и быстро ретировались вверх по пристани, то и дело в страхе оглядываясь назад. Наверняка проклинали меня на чем свет стоит и жалели, что связались с нимфой. Туда им и дорога.

Как только они скрылись из виду, я убрал меч и подошел к краю пристани. Внутри все еще кипело.

— Прости, что тебе пришлось это слышать, — сказал Иляне, стараясь говорить спокойно, хотя голос немного дрожал от сдерживаемого гнева.

— Слышать что? — она невинно посмотрела на меня снизу вверх, ее синие глаза были чисты и безмятежны, как утренняя вода.

— Неважно. Что ты тут делаешь? Совсем ума нет? Или ты решила проверить на прочность нервы местных обывателей?

— Мне нужна вода, — просто ответила она, как будто это все объясняло.

Она резко нырнула под воду на несколько секунд, затем снова вынырнула, откинув голову назад и убирая темные волосы со лба. Прямо как в рекламе духов. Или русалка из сказки. Только вот сказка могла плохо кончиться.

— Слушай, — сказал я, стараясь говорить максимально сдержанно. — Тебе нужно быть осторожнее. Нельзя просто так бегать по бухте и нырять в воду. Здесь полно всякого сброда.

— Но меня тянет к ней, — она развела руками.

— В каком смысле? — я нахмурился.

— Я чувствую воду, даже когда не вижу ее. В любом случае, мне нужно быть рядом с водой, чтобы поддерживать здоровье ума и тела. Я же нимфа, в конце концов, — она сказала это так, будто объясняла ребенку очевидные вещи.

— Ладно… Просто будь осторожна, — я вздохнул. — И не отходи далеко от меня или девушек.

— Я буду прятаться, — пообещала она, хотя я сильно сомневался в ее способности к скрытным купаниям и маскировке в целом.

— Хорошо. Мы уходим через полчаса.

— Поняла, здоровяк, — она кивнула и грациозно выскользнула из воды.

К тому времени, как мы вернулись в комнату, мои жены и Златослава уже оделись и были готовы к отъезду. По крайней мере, с ними проблем не возникло.

Я поручил Ларе присмотреть за Иляной, чтобы та снова куда-нибудь не вляпалась, затем дал Забаве и Златославе немного денег из казны поселения, чтобы они сходили к утренним торговцам за семенами картофеля и моркови. Нужно было пополнить наши запасы.

Я запер комнату, и мы разделились. Пока девушки будут совершать покупки, у меня было другое дело которое могло принести нам немалую пользу.

Через несколько минут я прошел по каменистому укрытию к двери, где жила ведьма, которая научила меня заклинанию «Тайный взрыв». Постучал разок и подождал. Ничего. Стукнул еще раз.

Похоже, хозяйка до сих пор нежилась в постели.

— Угхх… Кто там? — донесся сонный, раздраженный голос из-за двери.

— Василий. Ты помогла мне с заклинанием пару недель назад, — напомнил ей. — Дело есть.

— Что тебе нужно? — голос звучал уже более бодро, но все еще недовольно.

— Твои услуги. Зачем еще бы я пришел в этот храм добродетели? — усмехнулся я. — Не чаю же попить.

— Боги… Ладно. Дай мне пару минут, — послышалось шарканье и вздохи.

Я скрестил руки на груди и прислонился к каменной стене.

Ждать пришлось недолго, минут десять, не больше. За дверью слышалось шарканье, приглушенные голоса и хихиканье. Наконец, дверь со скрипом отворилась. Видимо, приводила себя в порядок после… бурной ночи? Или утра?

— Какого черта ты там д… Ох, простите… — ведьма, а точнее, не совсем она, осеклась на полуслове, увидев меня.

Вместо ожидаемой хрупкой женщины меня встретили две эльфийки, которые едва не врезались в меня, выходя из тесной каморки. Им пришлось пригнуться в дверном проеме, настолько они были высокими.

Признаться, они были довольно горячими, в самом прямом смысле этого слова: обе были одеты лишь в кружевное нижнее белье под тонкими шелковыми накидками, которые бесстыдно свисали с их плеч, обнажая упругую грудь, тонкие талии и длинные ноги. Похоже, я прервал что-то очень интересное. Или подоспел как раз к финалу.

— Привет, — сухо улыбнулся, окинув их откровенно оценивающим взглядом с ног до головы. А посмотреть было на что. — Как поживаете, дамы? Не помешал вашему… утреннему моциону?

— Хорошо, — томно улыбнулась одна, стрельнув в меня глазками и облизнув губы. Ее накидка соскользнула еще ниже, открывая еще больше.

— Часто здесь бываете? — поинтересовался, делая вид, что просто любопытствую, хотя ответ был очевиден. — Или это эксклюзивный сервис для избранных?

— Регулярно, — сказала другая, посылая мне воздушный поцелуй. — Хозяюшка любит компанию.

В дверях наконец появилась сама ведьма. Женщина была намного ниже эльфиек и спешно запахивала на себе потертый халат. Ее темные волосы были растрепаны. Выглядела она немного раздраженной.

Обычно она казалась слабой и хрупкой, почти ребенком, но я знал, какой силой она обладает; я бы даже не подумал с ней связываться без крайней нужды. Эта дамочка могла одним щелчком пальцев превратить человека в горстку пепла, и глазом бы не моргнула.

— Вы обе, как всегда, заслуживаете щедрых чаевых, девочки, — прокомментировала она, открывая окно обмена и перетаскивая невидимые суммы золота в протянутые изящные руки эльфиек. Те захихикали, еще раз одарив меня многообещающими взглядами, и, покачивая бедрами так, что их накидки развевались, удалились по коридору.

— Вы случайно не знаете Атамана Грига? — крикнул я им вслед. — Такой, эльф, капитан корабля.

— Мы не обсуждаем клиентов, милый, — сказала первая, не оборачиваясь. Она подмигнула мне через плечо, и обе скрылись за поворотом.

Значит, да. Вот тебе и преданность давно утраченной любви, о которой он мне так красочно распинался. Атаман, похоже, был тем еще ходоком. Или просто ценителем эльфийской красоты в особо крупных размерах.

— Умеешь же ты выбирать моменты, Князь, — сказала ведьма, скрестив руки на груди и недовольно поджав губы. — Я как раз была в процессе достижения очередного уровня просветления… А ты все испортил своим стуком.

— И сколько раз ты уже достигала «просветления» с ними? Если не секрет, конечно, — не удержался я от колкости. — А то вдруг я прервал какой-то особо важный, судьбоносный сеанс единения с космосом.

— Пфф… — она вздохнула, посмотрев в сторону и картинно загибая пальцы. — Двадцать два раза. Может, двадцать три. Кто их считает?

— Ладно, мне больше ничего знать не нужно, спасибо, — поспешно прервал я ее, не желая слушать интимные подробности. — У меня и так воображение богатое. Еще начну представлять всякое.

— Справедливо.

Я последовал за ней в ее логово — тесную каморку, заставленную полками с книгами, черепами, склянками с разноцветными жидкостями и прочей ведьминской атрибутикой. Внутри пахло благовониями, пылью и еще чем-то сладковатым, немного приторным.

Она закрыла за мной дверь, отрезая нас от внешнего мира.

— Как тебе, кстати, «Тайный взрыв»? — спросила она, усаживаясь в единственное потертое кресло и жестом предлагая мне присесть на шаткий табурет. — Пригодился? Или так, для красоты носишь?

— Неплохо, хотя у меня закончились заряды. А без них это просто красивая безделушка, которой можно разве что орехи колоть.

— С этим я ничего поделать не могу. Говорила же, тебе нужно найти Источник Силы. Или ты думал, магия берется из воздуха, как пыль?

— Я все еще над этим работаю. Я натыкался на много всякого странного в своих путешествиях, но Источники Силы мне пока не попадался. Они, похоже, хорошо прячутся. Или их вообще не существует, и это все сказки.

— Ну, если найдешь, держи эту информацию при себе. Многие убьют за возможность заполучить себе источник. Это тебе не грибы в лесу собирать. Источники Силы слишком серьезная штука. В любом случае, чем могу помочь в этот прекрасный день? Кроме как выслушивать твои жалобы на отсутствие маны и тяжелую жизнь князя.

Я достал Камень Силы и Свиток: Телекинетический Удар, затем открыл с ней окно обмена. Время — деньги, а у меня его было к сожалению не так много.

— О, а это интересно, — заметила она, взяв свиток в руки. Ее глаза, обычно сонные, загорелись живым любопытством. Она повертела свиток, понюхала его. — Такое не валяется на дороге. Это редкая и мощная штука. Где ты его нашел?

— Там, где меня чуть не убили. В очередной раз. Надеюсь, оно того стоило, — я пожал плечами. — Иначе будет очень обидно если я потратил в пустую кучу нервов и времени.

— Стоило. Твой «Тайный взрыв» силен, но это заклинание гораздо, гораздо мощнее. Это уже серьезный аргумент в любом споре. Будь осторожен, когда и где его используешь. Если бьешь по человеку, убедись, что он тебе очень не нравится, и не используй его рядом с… хрупкими конструкциями. А то разнесешь все к чертям собачьим. И себя заодно.

Я заплатил ей обычную цену в триста золотых и направился в центр начертанного на полу круга. Ритуал был таким же, как и в прошлый раз: тусклые лучи света исходили из символа подо мной и вливались в тело.

На этот раз они были нейтрального серого цвета, и ощущения были… более интенсивными. Гораздо интенсивнее, чем в прошлый раз. Меня будто пропустили через мясорубку и собрали заново.

После этого ведьма вернула мне камень, который я убрал в инвентарь. Теперь у меня было новый козырь в рукаве. Мощное заклинание, способное решить многие проблемы.

— Учитывая, что ты зарекомендовал себя как надежный и платежеспособный клиент, а такие нынче редкость, я снабдила тебя еще одной способностью, которая должна немного облегчить твои бои в будущем. Экипируй один из своих Камней Силы, — она хитро улыбнулась, и в ее глазах блеснул огонек. — Считай это бонусом.

Я снова достал из инвентаря Камень Силы для «Телекинетического Удара». Что она еще задумала?

— Сложи пальцы вот так.

Ведьма сложила пальцы в нечто похожее на знак «окей», но три свободных пальца были согнуты. Какой-то магический жест, явно не для приветствия.

Я повторил жест, и передо мной появилось изображение.

Десять полупрозрачных кругов появились перед глазами, образуя гораздо больший круг. Тот, что был наверху, и тот, что находился прямо справа от него, были заняты изображениями двух Камней Силы, имевшихся у меня. Удобный интерфейс, однако. Система не переставала меня удивлять.

Посмотрев мимо изображения, я увидел ведьму, держащую пальцы в том же жесте. Она повернула запястье, и я повторил движение.

«Прожектор», или что-то вроде него, переместился на следующий Камень Силы. Я разжал руку, и круг исчез.

Посмотрев на свою руку, я обнаружил, что теперь держу другой Камень Силы — тот, что был заряжен новым, более мощным заклинанием.

— Охренеть, — рассмеялся я, не веря своим глазам. — Это полезно. Чертовски полезно! То есть я могу просто мгновенно переключаться между ними, больше не копаясь в инвентаре? Это же сэкономит мне кучу времени в бою!

— Именно, — подмигнула Некромант, довольная произведенным эффектом. — Это выручит тебя в некоторых сложных ситуациях. Правда, требует быстро соображать и иметь хорошую реакцию. Как только соберешь коллекцию Камней Силы, сможешь проворачивать очень интересные штуки. Комбинировать заклинания, например. Создавать целые цепочки ударов.

— После того, как заряжу их, разумеется, — напомнил я ей, все еще восхищаясь новой возможностью.

— После того, как зарядишь, — повторила она, кивая. — Поэтому не трать заряды по пустякам на всякую мелочь. Используй новый камень силы с умом, пока не найдешь Источник Силы.

— Есть советы, как найти их? Я еще никого не встречал, кто бы знал что-нибудь об Источниках Силы. Такое ощущение, что это просто древние легенды.

— Хмм… — женщина постучала пальцем по подбородку, задумавшись. Ее взгляд устремился куда-то вдаль. — Я ничего не могу сказать тебе об их местонахождении, так как это самые охраняемые секреты Полесья. Даже я не знаю, где они находятся. Их не так много. Но могу помочь с их природой. Чтобы ты знал, с чем имеешь дело, если вдруг наткнешься.

— Что за природа? — я весь превратился в слух. Любая информация могла быть полезной.

— Они… обманчивы. Они притягивают взгляд, манят своей силой, но каждый Источник Силы обладает чем-то вроде… собственного разума. Или инстинкта самосохранения. Они нестабильны и иногда могут пытаться защитить себя, чтобы люди не брали из их источников силу. Могут насылать иллюзии, создавать ловушки, даже атаковать. Просто будь с ними осторожен. Я не могу позволить тебе по глупости умереть и лишиться моего постоянного источника золота от тебя, — она усмехнулась. — Ты мне еще пригодишься. Для экономики моего маленького предприятия.

— Спасибо за информацию, — сказал ведьме, осматривая камень, прежде чем вернуть его в инвентарь. — И за бонус. Приятно иметь дело с профессионалом, который ценит своих клиентов.

— Как всегда, — ответила она. — И если ищешь что-нибудь или кого-нибудь, с кем можно скоротать ночку, обратись ко мне. Я подберу тебе пару тройку эльфиек. На любой вкус и цвет. И размер.

— У меня и так жен хватает, — я отмахнулся. — Куда мне еще? Скоро придется строить отдельный гаремный корпус.

— Уверен, они были бы только рады, если бы ты побаловал себя телами других женщин, — она хитро прищурилась. — Разнообразие, знаешь ли, полезно для мужского здоровья. И для настроения.

— Это не про меня. К тому, что у меня больше одной жены, я привык, но я им не изменяю. Единственный способ, которым это могло бы произойти, если бы женщина, которую я собирался сделать своей женой, еще ею не была. А так, никаких интрижек на стороне.

— Ох уж эти принципы, — улыбнулась ведьма. — Ладно, береги себя там.

— И ты себя здесь береги, — кивнул на прощание. — Не переборщи с «просветлениями». А то так и до полной нирваны недалеко.

— Постараюсь, — рассмеялась она.

Я вышел из логова и вернулся в бухту, встретившись с Ларой и Златославой у телеги, затем встретил Забаву в конце пристани и забрал Иляну из воды. Она без усилий выпрыгнула в своей промокшей одежде и присоединилась к нам. Мокрая, но довольная.

Глава 15

— Дорогая моя, — сказала Златослава, неодобрительно качая головой. — Ты должна носить что-нибудь поскромнее, по крайней мере, на людях. А то всех мужиков распугаешь. Или наоборот, привлечешь к нам ненужное внимание. Вот, держи.

Златослава достала из инвентаря большое, потрепанное пальто и протянула Иляне.

— Спасибо… — медленно произнесла та, разглядывая одежду с недоумением. — … Что это? Похоже на мешок.

— Это пальто, милочка. Его носят, — терпеливо объяснила Златослава. — Чтобы не мерзнуть и не светить своими прелестями.

Иляна бросила на меня растерянный взгляд. Я взял у нее пальто и помог ей надеть. Она выглядела в нем немного нелепо, но так было лучше.

— Понимаю… — с любопытством сказала она, осматривая себя. — Вы все время носите эти штуки? Неудобно же.

— Постоянно, но когда вернёмся на мою землю, сможешь носить все, что захочешь.

— «Ничего» считается за «все, что захочу»? — ее глаза блеснули.

— Если бы мы жили там одни, но в поселении живут и другие люди. И не все из них такие же понимающие, как я. Почему бы нам не пойти и не познакомиться с ними? Заодно и проверишь их реакцию на твой… э-э… наряд.

Мы отправились в путь и через несколько часов добрались до моих владений. По дороге Иляна начала расспрашивать обо всем и обо всех. Это было все равно что разговаривать с человеком, который всю жизнь прожил в лесной глуши. Или в аквариуме.

Технически, последние несколько месяцев она так и жила, но я не стал на этом зацикливаться. Всю свою жизнь она провела в реках и около них, живя в праздности и общаясь с другими нимфами. Пришло время ей привыкать к реальному миру.

— … Потом мы с Забавой и моим домовой Кузьмой отправились на поиски ведьмы, — рассказывал я ей очередную историю из наших приключений.

— Кто такая ведьма? — перебила она, широко раскрыв глаза.

— Та, кто может научить людей пользоваться магией. Ну, или воскрешать мертвых, но это уже другая история. Итак, мы пошли и убили этого мантикора…

— Что такое мантикора? — снова вопрос.

— Гуманоид с головой тигра. И очень скверным характером. В общем… — я махнул рукой, понимая, что объяснять ей все тонкости этого мира — дело долгое и неблагодарное.

* * *

Было еще далеко до полудня, и звук закрывающихся за мной ворот был слаще обычного. Наконец-то мы дома.

Наша команда сделала перерыв. Забава показала Златославе старое жилище Юлия, где та могла пока остановиться. Нужно было где-то разместить нашу новую гостью.

Я чувствовал себя в безопасности, да и люди мои защищены. Как только это ощущение укоренилось в сознании, мои нервы наконец расслабились, а вместе с ними и разум. Можно было немного выдохнуть и перестать постоянно быть начеку.

Уничтожение мавок, спасение нимфы, переход через реку, сделка с Брутом, обучение у ведьмы — все это совершенно вымотало меня. Я валился с ног, каждый мускул болел, а голова гудела от переизбытка впечатлений и недостатка сна.

Как только мы припарковали телегу и выпустили Зарю пастись на уже знакомое ей поле, я немедленно установил большую бочку в домике на дереве, благо, место позволяло, и принялся таскать туда-сюда ведра с водой из ближайшего колодца, пока она не наполнилась до краев. Иляне нужна была вода, как воздух, а мне отдых, причем срочно.

Все это время нимфа с детским восхищением наблюдала за мной из центра комнаты. Ее взгляд непрерывно метался между мной и наполняющейся бочкой. Казалось, она готова была прыгнуть в воду прямо в одежде, не дожидаясь, пока я закончу. Ее нетерпение было почти осязаемым.

Когда бочка наконец наполнилась, она радостно взвизгнула, подбежала к ней и с наслаждением погрузилась в прохладную воду, вздохнув с таким облегчением, будто мечтала о ней несколько дней. Ее синяя кожа заблестела в лучах солнца, проникавших в окно, и она стала похожа на ожившую статуэтку из сапфира.

— Ну вот… — сказала Лара, присоединяясь ко мне в спальне. Она с нескрываемым любопытством посмотрела на Иляну, плещущуюся в бочке. — Ей действительно нравится вода, да? Хотя она же нимфа, так что не знаю, чего я ожидала. Рыба, одним словом. Только синяя и с формами.

— Я действительно не знаю, как это будет работать в долгосрочной перспективе. Она может провести несколько часов вне воды, но после этого ей становится тяжело, она слабеет. Придется что-то придумать. Может, пруд ей выкопать? Или аквариум размером с комнату?

— Похоже, нам просто придется держать ее в бочке до конца жизни, — усмехнулась Лара, прислонившись к дверному косяку. — Или выкопать ей персональный пруд рядом с домом. Возможно, вытаскивать ее из воды было не самой умной идеей? Может, стоило оставить ее в бухте? В ее естественной среде обитания.

— Ты не одобряешь мой поступок? — посмотрел я на нее в упор, пытаясь понять, серьезно она говорит или просто подкалывает.

— Нет, я одобряю, — подтвердила Лара, облизнув губы и окинув Иляну откровенно оценивающим взглядом. — Посмотри на нее. Такая красотка не должна пропадать в болоте среди пиявок и лягушек.

— Звучит так, будто я не единственный, кто оценил ее красоту, — я хмыкнул и подмигнул охотнице. Лара никогда не отличалась скромностью в своих высказываниях.

— Нет, не единственный, — Она подмигнула мне в ответ. — У меня хороший вкус.

В отличие от мужчин для женщин было вполне нормально замечать и восхищаться красотой других женщин. Это я еще с прошлой жизни помнил, так что не обратил на ее слова особого внимания.

Иляна все это время с упоением обливалась водой, плескалась и хихикала, словно даже не слышала нашего разговора. Возможно, так и было; она была так увлечена водой, что мало интересовалась нами. Или просто делала вид, что не замечает нашего внимания.

Лара, хмыкнув, вышла из комнаты. А я подошел к бочке и опустился на колени рядом с ней. Иляна тут же перестала плескаться и посмотрела на меня своими огромными синими глазами.

— Ты уверена, что тебе здесь хорошо? — спросил у нимфы, хотя ответ был очевиден по ее сияющему лицу.

— Мм. Хорошо, — она томно улыбнулась, ее глаза были полуприкрыты от удовольствия. Вода стекала по ее гладкой коже, собираясь капельками на ресницах.

Она наклонилась вперед и поцеловала меня. Ее губы были прохладными и влажными, с привкусом речной воды.

Я на мгновение поддался этому неожиданному порыву, но в конце концов мягко отстранился. Не время и не место. И не то настроение.

— Не могу, — сказал я, вставая. — Не сейчас. Дела ждут.

— Я тебе не нравлюсь? — в ее голосе прозвучало искреннее разочарование, и она надула губки, как обиженный ребенок.

— Ты определенно мне нравишься, уж поверь мне, — усмехнулся в ответ. — Трудно устоять перед такой красотой, особенно когда она прямо просится в объятия… Но у меня сейчас действительно много дел. Поселение само себя не построит, урожай сам себя не посадит и не соберёт.

— Очень хорошо, — она вздохнула, но тут же снова улыбнулась. — Должна сказать, немного странно, когда все наоборот. Обычно это я отшиваю мужчин. А тут… ты.

Она улыбнулась мне еще раз, сверкнув глазами, и закрыла их, затем откинулась в воду, снова томно вздохнув от удовольствия. Похоже, мои слова ее не сильно расстроили. Или она просто быстро переключалась.

Я быстро ушел, закрыв за собой дверь домика на дереве и прислонившись плечом к могучему стволу, на котором он стоял, стал протирать глаза. Соблазн был велик, чего уж там. Иляна была невероятно привлекательна в своей первозданной, почти животной красоте. Но я умел держать себя в руках, когда это было необходимо.

Это всё казалось каким-то неправильным. Слишком просто, слишком… предсказуемо. Как будто я пользуюсь ее уязвимостью и наивностью. К тому же, у меня было слишком много дел.

Меня не было в поселении несколько дней. Сейчас нужно разобраться с другими, более насущными вещами, а не развлекаться с нимфой, какой бы соблазнительной она ни была. Первым делом, — самолёту. Ну а барышни… — Потом!

Я подошел к телеге и достал мешки с семенами, которые принесли Лара и Златослава, затем пошел встретиться с Тихомиром и Росьяной. Пора было заняться хозяйством и планированием будущих посевов.

— Отлично, — заметила Росьяна, когда я показал ей семена картофеля и моркови. Ее глаза загорелись профессиональным интересом. — Это будет отличное начало. Давно пора было расширять ассортимент наших культур. И запасы на зиму делать.

— Хорошо. Все остальное в порядке? Ничего не случилось, пока меня не было? — спросил я у фермеров, осматривая их ухоженный участок. Грядки были ровными, сорняков почти не было видно.

— Все растет замечательно, — ответил мне Тихомир, с гордостью показывая на уже подросшие кусты помидоров и луноцвета. — Солнце немного спало по сравнению с тем, каким жарким оно было несколько недель назад. Урожай обещает быть хорошим, если не случится какой-нибудь напасти.

— Действительно, — добавила Росьяна, поправляя платок на голове. — Я не удивлюсь, если в ближайшие недели у нас пройдут дожди. Земля уже просит влаги, я это чувствую.

— Правда? Не видел дождя уже… ну, очень давно, — я задумался. — С тех пор, как попал сюда. Почти забыл, как он выглядит.

— Прошло много месяцев, — подтвердила Росьяна. — Почти полгода без хорошего ливня. Это не очень типично для здешних мест.

— Это повлияет на урожай? — я с беспокойством посмотрел на посевы. Засуха могла стать серьезной проблемой.

— Кукуруза, возможно пострадает. Она процветает в жаркую погоду, но без воды долго не протянет. Луноцвет можно защитить от дождя, так как он не любит излишней влаги. Помидоры будут в порядке, они довольно выносливы, — успокоила меня Росьяна. — Не переживай, мы с Тихомиром справимся. У нас есть опыт.

— А как насчет картофеля и моркови? — это были наши основные культуры, на которые я делал ставку.

— Тоже будут в порядке, они любят умеренную влажность, — ответила Росьяна. — Но со всеми семенами… и с планами на расширение…

— В чем дело? — я заметил их замешательство. Они как-то странно переглянулись.

Муж и жена снова переглянулись. Похоже, у них были какие-то новости, и они не решались мне их озвучить.

— Несмотря на наш богатый опыт, — продолжил Тихомир, почесывая затылок, — мы начинаем немного зашиваться с работой. Особенно если ты планируешь увеличивать посевные площади. Дополнительная помощь была бы очень полезна, особенно если мы собираемся расширять количество видов и объемы наших посевов. Двух пар рук уже не хватает, чтобы везде и со всем успевать.

— Безусловно, — согласился с ними. — Об этом я уже думал. Новые люди нужны, это факт. Но пока придется справляться своими силами. А пока выкорчуйте большую часть оставшейся кукурузы, она не слишком доходна, и посадите морковь и картофель. Так мы сможем увеличить нашу прибыль с наименьшими трудозатратами. Просто делайте, что можете. Я не требую невозможного. Понимаю, что вы не железные.

Я кивнул им на прощание, собираясь уходить, но они снова обменялись задумчивыми взглядами. Что-то еще?

— Что-то не так? Можете говорить, что бы это ни было, — я ободряюще посмотрел на них. — Я же не кусаюсь. Обычно.

Они оба нервно рассмеялись, и Росьяна покраснела.

— Есть еще одна причина, по которой нам нужна дополнительная помощь в выращивании урожая, Князь, — начала Росьяна, зардевшись еще сильнее и опуская глаза. — Я… я беременна.

— Правда? Ого! — я искренне обрадовался, эта новость была как луч солнца после долгой бури. — Это же замечательная новость! Первый ребенок в нашем поселении!

Я подошел к Тихомиру и дружески хлопнул его по плечу.

— Молодец! — сказал я, глядя в его счастливые глаза. — Будешь отличным отцом.

Лицо Тихомира расплылось в счастливой улыбке. Он был худощавым, обычным на вид мужчиной, но от избытка чувств в его движениях чувствовалась непривычная энергия. Похоже, он был на седьмом небе от счастья.

Повернувшись к Росьяне, я мягко коснулся ее руки.

— И тебе мои поздравления, — сказал с теплотой. — Ты подаришь нашему поселению самый ценный дар. Новую жизнь.

Черт, такие моменты действительно сближают и показывают, что все наши усилия не напрасны. Мы строим не просто поселение, а будущее.

— На каком ты сроке? — спросил я у Росьяны. Она просто светилась от счастья, ее глаза сияли.

— Приблизительно три недели, а это значит, всего три месяца до того, как нас станет трое, — она с нежностью погладила свой еще плоский живот.

— Три месяца? Как… Как это работает? — я удивленно поднял брови. — У вас тут все как-то… ускоренно. Беременность всего три с небольшим месяца? Просто фантастика.

— Да. Видимо в местах откуда вы пришли для беременности установлены другие сроки, но для нас, как и всех коренных народов Полесья, три месяца это обычная продолжительность для беременности, — пояснила Росьяна с улыбкой. — Природа здесь щедра и благосклонна к продолжению рода.

— Мне больше ничего знать не нужно, — рассмеялся, поднимая руки. Их слегка хипповская натура и открытость наводили на мысль, что я рискую услышать гораздо больше подробностей, чем мне хотелось об этом знать. — Ладно, с этого момента никакого тяжелого труда для тебя, Росьяна. Уверен, твой муж будет более чем рад поработать за двоих. А ты отдыхай и набирайся сил. Ребенок должен родиться здоровым.

— Я ценю вашу заботу, Князь, — она с благодарностью посмотрела на меня. — Но взращивание земли это мое призвание. Это то же самое, что я собираюсь передать своему ребенку. Не могу же я просто целый день сидеть сложа руки и скучать. Я буду помогать Тихомиру, в меру своих сил, не волнуйтесь.

— Хорошо, но без фанатизма. Как я уже сказал, давайте сосредоточимся на высокоурожайных и менее трудозатратных культурах. Теперь мы отказываемся от кукурузы. Она требует слишком много сил и ухода. В ближайшие несколько дней устроим специальный ужин, чтобы отпраздновать вашу замечательную новость. Всё поселение. Заслужило немного радости.

— Мы были бы очень рады, Князь, — просияли они.

— Отлично. А сейчас мне действительно нужно поспать. Я просто валюсь с ног и едва соображаю.

К тому времени, как я, пошатываясь, вернулся в домик на дереве, усталость окончательно настигла меня. Стефания, видимо, услышав мои шаги, появилась на поляне и бросилась ко мне, но остановилась в нескольких метрах, заметив мой изможденный вид.

— Князь… Вы нехорошо выглядите, — обеспокоенно сказала она, ее брови сошлись на переносице. — Что случилось? Вы ранены?

— Я в порядке, — решительно ответил ей, хотя ноги уже подкашивались, и мир плыл перед глазами. — Мне просто нужно отдохнуть. Очень сильно отдохнуть. Пара часов сна, и буду как новенький. Ну, или почти.

Стефания молча, но решительно взяла меня под руку и проводила к нашей кровати. Я был безмерно благодарен своей красавице жене за эту молчаливую поддержку и заботу. Иногда слова бывают излишни.

Я перевернулся на спину и взглянул на бочку. Иляна спала в воде, ее голова покоилась на краю, а длинные темные волосы рассыпались по поверхности. Она выглядела такой безмятежной и умиротворенной.

— Забава рассказала мне об этой нимфе, которая, по ее словам, украла твое сердце, — тихо сказала Стефания, присаживаясь на край кровати и поправляя мне одеяло. Ее прикосновение было легким и нежным.

— Она не крала мое сердце, — сонно улыбнулся, с трудом фокусируя на ней взгляд. — Просто очередная головная боль. Хотя она чертовски хороший боец, этого не отнять. И плавает быстро.

— И очень привлекательная, не то чтобы это повлияло на ваше суждение, Князь… — в ее голосе послышалась легкая, едва уловимая ирония.

— Очень привлекательная, да? — я усмехнулся. — Ты обычно не комментируешь такие вещи. Ревнуешь, что ли? Или просто констатируешь факт?

— Я видела нимфу однажды, может, год назад, — Стефания проигнорировала мой вопрос и подошла к ведру у бочке, намочив в нем небольшое полотенце и аккуратно отжав его. — В нескольких километрах от нашей усадьбы была река. Я искала травы в лесу у ручья. Услышала плеск, а затем увидела ее. Кожа нимфы была зеленоватой в отличие от цвета Иляны, но она была не менее красива. Я была очарована ее грацией, и неуловимой связью с природой…

Глава 16

Стефания нежно положила мне прохладное полотенце на лоб и тихонько вышла, закрыв за собой дверь. А я остался наедине со своими мыслями.

— Господи… — прошептал, откидываясь на подушку и глядя в потолок с только что появившимся осознанием.

У меня же теперь столько баб. Одна другой краше, но всем требуется внимание. Что мне теперь с ними делать? Я ж не разорвусь на стольких сразу. Быстрее в могилу слягу или сотрусь…

Мои мысли наконец начали успокаиваться, шум в ушах стих. Усталость наконец взяла свое, и я провалился в глубокий сон без сновидений.

— Василий, проснись!

Я рывком очнулся оттого, что Стефания трясла меня за руку. Тьма уже давно опустилась на землю.

— Что, что такое?

— Нимфа…

Я сел, и она указала на бочку. Забава поддерживала Иляну, та отчаянно хрипела, а ее глаза были широко раскрыты от страха.

Я вскочил с кровати, как раз когда Лара вошла в дверь с ведром воды.

Мы обе бросились к Иляне. Лара дала ей немного воды, а остальное вылила на тело. На несколько секунд это, казалось, принесло облегчение, но вскоре она снова начала задыхаться.

— Думаю, ей нужна проточная вода, — сказала Стефания, с тревогой глядя на нимфу. — Возможно, стоячая вода из бочки ей не подходит.

— Где мне ее взять? Бросить ее в колодец? Это ее точно убьет.

— Мы не можем бросить ее в источник чистой воды поселения, — решительно сказала Забава. — Мне кажется, ей нужна река, или хотя бы ручей побольше.

— Я поблизости не знаю ни одного, — сказала Лара, отбрасывая ведро.

Иляна вырвалась из рук Забавы и потянулась к двери.

— Точно! Она говорили, что может искать источники воды. Мне просто нужно следовать за ней.

Я осторожно поднял Иляну из бочки, стараясь сделать это как можно более аккуратно, и понес на пастбище. Быстро оседлал Зарю, забрался в седло и усадил нимфу впереди себя, придерживая ее одной рукой.

— Уже стемнело, — крикнула мне Забава. — Это небезопасно!

— Иляна умрет, если не доберется до реки, — отрезал её возражение. — Какие варианты? Ждать утра?

Нимфа с трудом подняла руку, указывая на север.

Я хлестнул поводьями и поскакал к северным воротам. Спрыгнув с Зари, быстро открыл их. Предварительно запалив факел от ближайшего костра, выехал наружу.

Мы ехали в дикие места.

Ночь окутала лес плотным покрывалом. Дрожащее пламя выхватывало из темноты стволы деревьев, похожие на молчаливых стражей. Воздух пах прелой листвой и чем-то тревожным.

Безвольная рука Иляны и слабый палец, указывающий вперед в свете огня, направляли мой путь. Двигались на северо-восток, подальше от торгового поста. Заря нервничала. Ее уши дергались, ноздри раздувались, но она слушалась поводьев.

Лес густел. Ветки хлестали по лицу, стволы сплетались в плотную стену. Только стук копыт да наше тяжелое дыхание нарушали мертвую тишину.

— Мм…! — простонала Иляна. — Туда…!

Ее рука снова поднялась и снова упала. В свете факела я увидел потрескавшиеся губы и лицо, приобретавшее фиолетовый оттенок вместо изящного голубого. Кожа выглядела так, будто трескалась.

Дело дрянь. Нужно торопиться.

— Держись!

Я ударил по стременам. Заря заржала и помчалась вперед, едва уворачиваясь от проносящихся деревьев.

Мы продвинулись больше полутора километров, а воды все не было. Каждая минута казалась вечностью.

Внезапно лошадь громко заржала и резко остановилась. Мы с Иляной чуть не слетели вниз, я с трудом удержал нас обоих.

Поднял огонь, ища угрозу, но ее не было.

Иляна неожиданно вывернулась из моих рук и упала. Она тяжело приземлилась и начала ползти вперед.

— Вот же черт…

Я спрыгнул с лошади и метнулся к нимфе. Хотел поднять ее, но она отбивалась, слабо царапая землю.

— Туда…! — прохрипела она, указывая вперед.

— Здесь ничего нет!

Но тут, сквозь порывы ветра, я понял, что слышу не только шелест бесчисленных листьев леса, но и шум воды прямо впереди, и он был довольно громким.

Плотная стена из листьев и лиан преграждала нам путь, но Иляна продолжала царапать ее, издавая тихие стоны.

Я достал меч, оценивая толщину зарослей. Сделал несколько точных и сильных ударов. Это было непросто, лианы цеплялись за клинок, но в конце концов меч рассек упрямую зелень, создав проход.

Я поднял Иляну, перекинул через плечо, просунул факел в проход, аккуратно, так, чтобы он не поджег листья, и двинулся вперед.

— Ого… — вскоре вырвалось у меня.

Я стоял на небольшой поляне, которая выходила прямо к водопаду. Бурлящая голубая вода, подсвеченная лунным светом, пробивающимся сквозь кроны деревьев, падала с серых скал высотой метров в пять, исчезая в земле внизу. Зрелище было завораживающим.

Шум воды оглушал, но он обещал нимфе спасение. В воздухе висела водяная пыль, приятно освежая лицо.

Вот почему мы не могли найти реку в этом районе; она текла под землей. Должно быть, она течёт отсюда до самой Бухты Буеграда и по сотне других мелких ручьев. Целая подземная сеть скрытая от глаз.

По обе стороны водопада были более зазубренные скалы, которые круто поднимались к возвышенности впереди, к тому месту, откуда брала начало река. До сих пор мы в основном двигались на юг, и я еще не исследовал север за пределами торгового поста. Это были новые неизведанные территории.

Иляна уже стояла на ногах под струями воды. Одна ее нога была на земле, которую я видел, а другая — по ту сторону водопада, на каком-то невидимом глазу уступе. Она буквально слилась с водопадом, этим по истине первозданным местом.

Она откинула голову назад и долгие мгновения наслаждалась потоком живительной влаги. Казалось, она впитывала ее каждой клеточкой своего тела.

На моих глазах ее потрескавшаяся фиолетовая кожа превратилась в безупречно-голубую, какой я видел ее при нашей первой встрече. Преображение было почти мгновенным, магическим.

Нимфа повернулась ко мне и улыбнулась, пока вода струилась по ее телу. В ее глазах плясали озорные искорки.

— Иди, — улыбнулась она, маня меня к себе. Голос ее звучал чисто и звонко, как журчание горного ручья.

Прежде чем я успел ответить, Иляна исчезла за водопадом. Просто растворилась в водной завесе.

Я подошел к нему и позвал ее по имени. Ничего. Только шум падающей воды.

— Где ты?

— За водой! — ее голос эхом разнесся вокруг, словно отовсюду. Она играла со мной, дразнила.

Я оглядел низвергающиеся потоки воды и понял, что никак не смогу добраться до Иляны, не промокнув до нитки. Выбора не было.

Окунул шипящий факел в ближайшую струю воды, убедился, что он полностью погас, бросил его на землю и шагнул под струи.

Пробрался сквозь завесу, выставив руки вперед и ожидая в любой момент удариться о каменную стену. Холодные струи били по телу, но я не останавливался.

Два шага и вот, выйдя из воды, я очутился на открытом пространстве. Было совершенно темно. Ни единого лучика света.

Порылся в инвентаре, достал еще один факел и зажег его. Пламя неохотно занялось, отбрасывая пляшущие тени на стены.

Я стоял в небольшой пещере, уходящей вглубь скалы на пять-шесть метров в длину и столько же в ширину. Мелкий песок покрывал пол, но в остальном пространство было пустым, если не считать Иляну.

Она откинула мокрые волосы назад. Капли воды стекали по ее гладкой коже.

— Так намного лучше, — вздохнула она, улыбаясь. Ее голос звучал теперь совсем иначе — звонче и мелодичнее. — Прости за, эм… проблему. Я не хотела доставлять столько хлопот.

— Это мелочи. Всего лишь ночная прогулка по лесу со смертельно больной нимфой. Обычное дело, — и, усмехнувшись, добавил. — А вообще я думал, что мы не успеем, и ты и вправду отчалишь в мир иной. По крайней мере вид у тебя был такой, что я уже прикидывал, где тебя хоронить придется.

— Спасибо, что спас, — спокойно ответила нимфа, не обратив внимания на мой черный юмор. Затем она стянула кожаную повязку с груди и отбросила ее в сторону, после наклонилась и скинула нижнее белье.

— И что делаешь?

— Мне нужно, чтобы вода попала на все мое тело.

Она продолжала растирать воду по коже, проводя руками по животу и другим более чувствительным местам. Сделав несколько пасов, она оторвала взгляд от своего тела и мне улыбнулась.

— Тебе нравится смотреть на меня?

— А то, — усмехнулся в ответ. — Весьма. Но дела не ждут. Пора возвращаться, пока мои девчонки там панику не подняли. Они и так, наверное, все глаза в темноту проглядели.

— Ты меня покидаешь?

— В поселении тебе без проточной воды не выжить. Так что пока останешься здесь, для тебя это самое безопасное место.

— Пожалуйста, останься со мной ненадолго. Я так давно ни с кем не была.

Она бесшумно подошла ко мне и встала прямо передо мной. Положила одну руку мне на грудь, а второй провела по моей шее…

Ладно, думаю, небольшой отдых мне не повредит. Да и кто я такой, чтобы отказывать красивой женщине, пусть и синекожей? Тем более, что она явно не против…

Я поцеловал её в солоноватые губы, оказавшиеся теплыми и мягкими…

— Это самое большее, что я когда-либо позволяла мужчине, — прошептала она, отстранившись. — В реках это никогда не было чем-то большим, чем простое прикосновение ладонью к лицу мужчины, прежде чем они падали в воду, а я и мои сестры смеялись над ними и исчезали в лесу.

— Похоже, что ты и сейчас хочешь это сделать…

— С чего ты взял, что я хочу убежать от тебя?

— Твоя природа, — улыбнулся. — Как ты и сказала.

— В моей природе соблазнять слабоумных самцов твоего вида… Но настоящие мужчины, такие как ты, другие. Ты первый настоящий мужчина, которого я встретила в своей жизни.

Мы снова поцеловались. Иляна потянула за мою одежду и без усилий сняла ее, ее руки, казалось, были повсюду.

— А вот это уже все-таки похоже на то, что у тебя есть опыт и ты знаешь, что делать дальше…

— Ну мы не только затаскивали самцов в воду… Порой мы крали их одежду, обещая удовольствие, а затем оставляли с носом или голым задом. А дальше всё завертелось. Она была страстной как морская волна и безудержной и страстной как горная река. Горячая пылкая и страстная. Я отдался чувствам и нахлынувшей на меня похоти забывая о тревогах и бедах…

На следующее утро, я проснулся от пробивающегося сквозь водопад света. Перевернулся на песке и увидел Иляну, мирно спящую рядом со мной.

Я наблюдал за ней несколько минут, прежде чем ее глаза моргнули, и она посмотрела на меня с улыбкой.

— Хорошо спал?

— Просто отлично, — ответил ей. — Ты меня полностью вымотала.

— Рада знать, что мой первый раз был для тебя настолько приятным.

— Брось ты это, удовольствие должно быть взаимным. Или ты думала, я тут только для своего развлечения старался?

— О, конечно, но я так привыкла думать о том, чего хотят мужчины, столько лет, что…

— Старые привычки умирают тяжело, понимаю. Но запомни: если я провожу время с женщиной, то позабочусь и о её наслаждении. Особенно с такой страстной и энергичной любовницей, как ты.

— Прошлая ночь была невероятно приятной.

— Хорошо. Обещаю, в следующий раз сделаю еще лучше.

— Будет следующий раз?

— Конечно. Если ты конечно этого хочешь.

— Конечно, хочу, но как это возможно? Я не могу вернуться на твою землю… Там нет для меня подходящей воды. Если только ты не хочешь постоянно возвращаться сюда, но тогда я стану для тебя обузой. А я этого не хочу. Это было бы слишком эгоистично с моей стороны.

Мой уход выглядел, конечно, как классический утренний побег многих мужчин на Земле, но в данном случае ситуация действительно этого требовала. И это было в том числе в интересах самой Иляны.

Нимфа в хозяйстве это, конечно, экзотика, но её умение замораживать воду и ледяные атаки для моего поселения это потенциальные холодильники или ледники для хранения продуктов. Это станет серьёзным подспорьем для поселения. Главное обеспечить ей необходимые условия для жизни и не дать загнуться от обезвоживания.

— Ты не обуза. Как раз думаю, как тебя на моей земле пристроить. Если понадобится, то можно даже колодец до подземной реки выкопаю или реку вспять поверну. В любом случае не переживай, я найду решение.

— Спасибо. Я была права насчет того, что ты особенный мужчина, настоящий. Ты не только сильный и властный, но и заботливый.

— Я просто делаю то, что должен, — пожал плечами. — По-другому не умею.

Оделся, пока Иляна наблюдала за мной. Уже собирался поцеловать ее на прощание, как вдруг движение в глубине пещеры заставило меня напрячься.

Я быстро схватил меч и принял оборонительную стойку. Иляна резко села, переводя взгляд с меня на темноту впереди.

— Что там?

— Не знаю, но там точно что-то мелькнуло.

— Я ничего не вижу.

Внезапно мелькнул свет, потом еще один.

Я двинулся вперед, пока не достиг стены пещеры. Здесь не было никого живого — что-то блестело внутри стены.

Я достал факел из инвентаря, зажег его и провел светом по стене.

В ней были вкраплены десятки крошечных пятен оранжевого и бронзового цвета, которые ярко отражались в свете огня.

— Что это…?

— Руда, — ответила Иляна, подходя ко мне. — Месторождение меди, я думаю.

— Откуда ты знаешь?

— Когда я была моложе, в реках часто встречались небольшие месторождения. Мои сестры рассказали мне о них.

Я провел пальцами по руде, ощущая гладкие, более блестящие участки, перемешанные с более грубым камнем вокруг.

Интересно…

— Отойди на секунду, — попросил я Иляну, затем сменил меч на кирку, что без дела пылилась всё это в моём инвентаре. Купил ее на Торговом посту пару недель назад, но так и не удосужился положить в сарай на хранение.

Я предполагал, что ее можно использовать для удаления любых камней, на которые мы могли бы наткнуться во время сбора урожая, но теперь она могла послужить другой цели.

Приставил острие кирки к выбранному участку камня, примерился, ощущая вес инструмента в руках, затем, сделав глубокий вдох, замахнулся ею через плечо и со всей силы саданул по руде.

Над месторождением внезапно появился процентный индикатор.

11%.

Я ударил снова, на этот раз сильнее, и он поднялся до 27%.

Чем сильнее бил, тем быстрее наполнялся индикатор прогресса. Удар. Ещё один…

Как только счетчик достиг 100%, в стене появилось углубление, и руда с глухим стуком выпала на землю небольшими кусками величиной с картофелину.

Я подобрал их и положил в инвентарь.

Медная руда ×6

— А вот это уже интересно, — хмыкнул, разглядывая переливающуюся в лучах солнца стену. — Похоже, подземелья тут не только для нимф годятся.

Медь была отличной находкой. Из нее можно было изготавливать оружие, инструменты, использовать в торговле. Если тут целое месторождение, то это золотая жила, ну или медная, если быть точным. Надо будет разведать это место получше.

Учитывая небольшое количество усилий, затраченное на добычу такого количества руды, теперь я планировал начать исследования в самое ближайшее время. А пока…

— Мне нужно вернуться в своё поселение, — сказал я, поворачиваясь к Иляне. — Тебе здесь нравится? На мой взгляд здесь не особо уютно.

— Я была заперта в пещере месяцами. Думаю, смогу пожить и здесь. Тем более пещеры внизу выглядят интересным местом для исследования.

— Пещеры?

— Гляди, во-о-он там, внизу.

Мы подошли к месту, где водопад исчезал в земной каверне. Иляна указала туда пальцем.

— В Полесье повсюду пещерные системы, — сказала нимфа. — Некоторые маленькие, но другие огромные. Там внизу скрывается целый неизведанный мир.

Фраза «Подземные пещерные системы» звучала как потенциальный источник проблем, так и новых возможностей. Это точно стоит запомнить.

— Приму к сведению. Не скучай тут. Загляну в гости через пару дней.

— Я буду ждать тебя, — улыбнулась Илиана, поцеловав меня на прощание.

Я вышел из-за водопада, снова промокнув до нитки. Заря все еще была привязана к дереву, где я ее оставил. Осмотрел местность в желтом утреннем свете. Нимфа будет здесь в безопасности, пока я не придумаю способ как обустроить ей комфортное место для жизни на моей земле, если это вообще возможно.

Глава 17

Я покачал головой, окидывая взглядом это красивое, но дикое место. Единственной альтернативой было бы заявить права на участок земли с водоемом и разместить ее здесь постоянно… Или найти способ направить подземную реку через мою землю, что казалось запредельно сложным и, скорее всего вообще невозможным. Хотя кто знает, что позволяет местная магия.

Пока оставлю этот вопрос на будущее. Сначала нужно разобраться с теми проблемами и делами, что уже есть.

Я подошел к Заре, которая терпеливо ждала у зарослей, и похлопал ее по шее.

— Умница, не сбежала за ночь.

Уже собирался вскочить в седло, как вдруг меня ослепил резкий отблеск, гораздо сильнее солнечного. Он исходил с вершины водопада, слева от потока.

Это могло быть еще одно месторождение руды, и если оно так ярко блестит, то может быть ценным.

Я направился к левой стороне водопада и начал подъем. Несмотря на воду, попавшую на камни из ближайшего потока, они были достаточно шершавыми, чтобы обеспечить для ноги хорошую опору.

Карабкаться оказалось не так уж сложно. Заря терпеливо ждала меня внизу, изредка фыркая и поводя ушами на звуки просыпающегося леса. Утренний туман цеплялся за верхушки деревьев, но уже начинал рассеиваться под первыми лучами солнца.

Поднявшись на несколько метров, я лучше разглядел источник отблеска. Это определенно была руда, но не медная — что-то гораздо более яркое и ценное.

На вершине подъем стал более вертикальным, но, найдя два надежных уступа, чтобы подтянуться, я рванулся влево на скалистый выступ и нашел источник этих бликов.

Он был искорежен, разбит и смят, но ошибиться было невозможно.

Это был ИЛ-76. Наш, Российский военно-транспортный самолет, и судя по модификации одна из новейших версий.

Я присвистнул, разглядывая обломки. Что, черт возьми, такая машина делает в этом богом забытом лесу?

Мои воспоминания о собственном попадании сюда были туманными. Помнил только вспышку света и голос Незмира. Но похоже, я был не единственным «гостем» из родного мира.

Кто-то еще прилетел сюда, и прямо на вот такой железяке. Вопрос в том, где сейчас пилот.

Я подобрался к разломанной кабине и заглянул внутрь. Ответ нашелся быстро.

Пилот сидел в кресле, пристегнутый ремнями безопасности. Система катапультирования явно не сработала. Парень был уже давно мертв, судя по состоянию тела. Шлем треснул при ударе, форма в лохмотьях.

Бедолага. Попал в Полесье, как и я, но повезло ему куда меньше. Видимо, портал швырнул его сюда вместе с самолетом на полной скорости, а система аварийного спасения подвела в самый критический момент.

Я не мог так поступить. Своих не бросаем.

Осторожно вытащив тело пилота из искореженной кабины, снял с его шеи номерной жетон и положил рядом с обломками самолёта. Сначала мелькнула мысль обложить тело камнями, но их тут оказалось предательски мало. Оставлять товарища на растерзание диким зверям и монстрам Полесья я не мог.

Достал из Инвентаря факел, зажёг его и бросил на одежду и иссохшее тело.

— Покойся с миром, брат. Если выберусь, передам о тебе весточку родным…

Дальше продолжил изучение самолёта. Металл еще не успел покрыться ржавчиной, а некоторые части даже сохранили заводскую краску.

Я обошел обломки, оценивая, что можно извлечь из них полезного. Некоторые металлические детали определенно стоили внимания — легкие сплавы, которых в Полесье днем с огнем не сыщешь. Но большинство компонентов были либо намертво заклинены в обломках, либо слишком тяжелы для одного человека.

Попытался вытащить пару небольших деталей, но они крепко сидели в искореженном каркасе. Без подходящих инструментов и пары крепких рук тут не справиться. К тому же электроника наверняка приказала долго жить при таком ударе.

Нет, сейчас возиться с этим железом бессмысленно. Но место запомню. Когда подрастет поселение и появятся свободные руки, можно будет вернуться с инструментами. Пока что у меня дел хватает и без разборки самолетов. Тем более не понятно, сможет ли Система приспособить для построек и производства авиационный алюминий или нет. Ладно, спустился с горы не соло на хлебавши.

Вскочил в седло и направился домой. Вернувшись, сразу поднялся в дом на дереве. Все три мои жен спали, но сон у них был беспокойный, видимо сказывалось волнение за меня.

— Все в порядке, — сказал им, как только девушки открыли глаза, почувствовав мой приход. — Иляна жива и здорова.

Девчонки убедившись, что с нами все в порядке, успокоились и снова уснули, я же тихо вышел наружу.

— Как все прошло, Василий? — спросил Кузьма, когда я спустился по ступеням дерева на поляну.

— Все обошлось. Нимфа жива, здорова и в безопасности. Плюс нашел кое-что интересное, — ответил, потягиваясь. — Как ты провел выходной?

— Данный тобой день отдыха растянулся на полтора суток. Заснул как убитый и проспал до самого обеда.

— Ну и правильно. Главное, чтобы теперь ты был готов к работе.

— Готов? К чему ты клонишь, князь?

— К тому, что у нас появились новые планы.

— Вечно ты думаешь наперед, — усмехнулся Кузьма. — Хотя после такой ночной прогулки не помешало бы и отдохнуть как следует.

— Пару часов сна мне хватило, чтобы прочистить голову, — я потянулся, разминая затекшие мышцы. — Теперь можно заняться развитием поселения, а не бегать по болотам за сокровищами. Хотя поход в Топь того стоил. Мы и деньги заработали, и новую жительницу приобрели.

— Что ж, тогда слушаю твои планы.

— Займемся расширением хозяйства. Новые посевы, больше скота, а там видно будет, но сперва проверим, что нам досталось с того злосчастного баркаса.

После закупки семян в бухте у меня осталось 4750 золотых. Неплохая сумма, учитывая, что мы также приобрели квартиру и разжились другими ценными вещами с обломков корабля.

Три отмычки выглядели совершенно одинаково, явно работа одного мастера. На рукоятках был вытиснен череп — стандартный воровской знак отличия, ничего оригинального. Сами ключи состояли из зазубрин, словно клыки лесного зверя. Хитроумная конструкция. Нужно будет их опробовать на досуге, чтобы понять, как именно они работают и на какие замки рассчитаны.

Я осмотрел три других предмета, которые прихватил с «Топкого Баркаса». Жемчужное ожерелье было именно тем, чем казалось — безделушка для богатых дамочек. В будущем, когда поселение станет процветающим и богатым, я, возможно, и собирался баловать своих жен подобными побрякушками, но пока у меня каждая монета была на счету. Так что его судьба быть проданным, чтобы пополнить казну. Романтика подождет.

Ожерелье состояло из двадцати отдельных белых жемчужин, сверкавших на солнце. Ничего особенного в нем не было, но, учитывая, где я его нашел, оно должно было чего-то стоить. Нужно будет оценить его на торговом посту.

Статуя Борислава Отступника, как она называлась согласно всплывшей подсказке, была куда более странной. Это был приземистый идол, сантиметров тридцать в высоту, казалось, из чистого золота. Увесистый такой кусок металла.

Изображал он сплющенную гуманоидную фигурку с непропорционально большим открытым ртом и широко раскрытыми, немного безумными глазами. В одной руке был зажат цветок, символ мира или подношения, а в другой нож, коварно отведенный за спину.

Классика жанра «доверяй, но проверяй», или, скорее, «улыбайся в лицо, а нож держи наготове».

— Что за чертовщина?.. — усмехнулся я про себя, подбрасывая его в руке и разглядывая. Я повернулся к Кузьме и поднял идола. — Есть идеи, что это?

— Понятия не имею. Но кто-то из твоих поселенцев может знать.

Я окинул взглядом поселение, чтобы увидеть, кто сейчас не спит. Кроме моих жен, здесь сейчас были только Тихомир, Росьяна и Златослава.

Хотя мои главные фермеры были последователями богов Полесья, со Златославой я толком не разговаривал с нашей беседы у камина в квартире.

Она уже была на ногах и ухаживала за Стрелой на пастбище.

Кузьма запрыгнул на крышу амбара, а я пересек поле и подошел к ней поздороваться.

— Нравятся лошади?

— Они прекрасные создания. Хотя я никогда по-настоящему к ним не привязывалась.

— Это почему?

— Сама не знаю. Они важная часть любой фермы или поселения, но мне больше по душе чистое животноводство. Кстати, ты все еще планируешь назначить меня на эту свою ферму?

— Планирую, если ты не против.

— Я не против, но когда мы отправимся? Я становлюсь беспокойной, когда не работаю.

— Ты понимаешь, что для человека, пытающегося создать прибыльную ферму, это просто мечта?

— Не сомневаюсь, — улыбнулась она. — Мне особенно интересно познакомиться с человеком, который ею управляет.

— Он очень серьезно относится к своей работе, и он честный человек.

— Это меня успокаивает.

— А еще он очень полагается на богов Полесья.

— Как и я… Иногда.

— Что подводит меня к другому вопросу, — я снова достал идола, протягивая его Златославе. Золото тускло блеснуло в утреннем свете. — Хотел спросить, не можешь ли ты что-нибудь рассказать об этом. Называется… кажется, Борислав Отступник?

— Борислав Отступник, — она протянула руки, чтобы взять его у меня, и я ей его отдал. Она задумчиво его осмотрела. — Это один из древних богов, для многих символ обмана, но не для всех.

— Что значит «не для всех»?

— Это символ, открытый для толкования, как и все символы, в общем. Легенда гласит, что он обманом лишил нескольких богов их силы. Яромил, верховный бог Полесья, счел его поведение недопустимым и вызвал на поединок. Борислав принял вызов, зная, что проиграет, но все равно решил сражаться.

— Потерпев позорное поражение, Борислав позволил Яромилу помочь ему подняться, но затем неожиданно напал на Яромила и отрубил ему руку. В ярости Яромил убил Борислава, который навсегда остался известен как Отступник.

— Ясно… — кивнул, принимая идола обратно. История, конечно, поучительная. Типичные божественные разборки: предательство, месть, все дела. Разглядывая предмет, я не мог не прикинуть его практическую ценность. — Просто интересно, сколько всего богов в Полесье? И все ли они такие… эксцентричные?

— Девятнадцать. Хочешь, я расскажу тебе их истории?

— Я… Думаю, пока обойдусь. Сколько я смогу выручить за это на рынке?

— Приличную сумму, если найдешь коллекционера. Может, немного меньше у обычного покупателя, но все равно это будет значительная сумма золота.

Я поблагодарил Златославу и вернулся к тотемам, по пути убрав идола и снова встретившись с Кузьмой.

Остался только Кинжал Сокрытия.

Коснулся изображения предмета в своем инвентаре. Прежде чем его взять, я заметил, что у него было то, чего не было у очень немногих предметов в моем инвентаре: не только название, но и описание.

Командное слово: Скрытень

Я достал его из инвентаря и взял в руку, взвешивая предмет. Легкий, идеально сбалансированный. Он не походил ни на одно оружие, которое я когда-либо видел: черный матовый клинок, словно выкованный из самой тьмы или обсидиана, поглощал свет. Рукоять удобно легла в ладонь. Опасная игрушка.

— Как думаешь, что делает командное слово? — спросил у Кузьмы, что вертелся всё это время по близости.

— Активирует его каким-то образом, — сказал он, отступая. — Но, думаю, я постою здесь, пока ты выяснишь, что именно.

Я держал нож легким, но твердым хватом.

— Скрытень.

Кинжал исчез.

— Какого?.. Куда он делся?

Я проверил инвентарь. Не убрал ли его случайно. Не убрал.

Попробовал еще раз.

— Скрытень.

Так же быстро, как он исчез, рукоять снова появилась у меня в руке.

— Очевидно, — хмыкнул я, снова материализуя клинок. — Сокрытие. Вот что это значит. Это кинжал, который можно спрятать и достать в мгновение ока. Удобно, ничего не скажешь. Борислав Отступник со своим ножом за спиной просто дилетант по сравнению с этим.

— Странный предмет, — заметил Кузьма. — Есть только один случай, когда тебе понадобится его использовать.

— Какой же?

— Ну, подумай сам: если ты проводишь скрытую атаку, ты можешь просто использовать обычный кинжал, чтобы убить врага. Единственная причина, по которой тебе понадобится такой кинжал, это если ты стоишь лицом к лицу с врагом…

— … И убеждаешь его, что ты его друг, мило улыбаясь, когда на самом деле собираешься его прикончить. Ты прав, это действительно подлый удар. Оружие для тех, кто не брезгует грязными методами.

— Иногда приходится делать такие вещи, если хочешь выжить.

— Тут я с тобой не поспорю.

Чуть позже проснулись мои жены. Тихомир уже начал работать в поле, готовя землю под новые посевы, но перед этим ему нужно было собрать урожай. Я уже видел, как Росьяна собирается последовать за мужем, несмотря на мое предупреждение беречь себя, учитывая ее нынешнее состояние.

Я попросил Стефанию помочь Златославе подготовить одну из лошадей с телегой для поездки на торговый пост, а Лару и Забаву помочь Тихомиру с посадками. Как только я объяснил, что Росьяна беременна, все три мои жены бросились к ней, обнимая и поздравляя, пока мы с Кузьмой наблюдали за ними с дерева.

— Должно быть, они чрезвычайно счастливы, — сказал Кузьма с крыши амбара. — Только подумай, Василий, не так уж далек тот день, когда это можешь быть ты.

— Да… Погоди, что⁈

— Не хочу лезть не в свое дело, но ты ведь спишь со своими женами, не так ли?

— Господи, я действительно сейчас веду с тобой этот разговор?

— Я просто намекаю на то, что ты строишь не просто поселение. Ты строишь будущее. Династию. Однажды здесь могут бегать твои дети, а потом и их дети.

— Династию, — повторил я, задумавшись. — Да, ты прав. Кстати, удивительно, что у местных беременность длится всего три месяца. На Земле женщинам на это требуется целых девять.

— У каждого вида свои особенности. У женщин моего народа, например, обычно рождается по 12–13 детенышей за раз. Если хочешь, могу рассказать о ритуале…

— Кузьма, — остановил я его, подняв руку. — Эту тему закрыли. К делу. У нас есть земля, Усадьба Рюриков и квартира, но теперь пора наращивать ресурсы. Нам нужно ускоряться, начиная с сегодняшнего дня. Но есть еще одно дело, которым я должен заняться, прежде чем мы займёмся этими делами.

Через несколько минут мы снова оказались за оградой на краю леса.

Я достал Камень Силы из инвентаря и его проверил.

Камень Силы — Телекинетический Удар — Зарядов ×2

Заклинание: Импактус

У Камня было всего два заряда, но я должен был знать, как им пользоваться, а также на что он способен.

Я приготовил свой новый Камень, направил ладонь на самодельную деревянную фигуру, которую мы наспех сколотили из лишних деревянных столбов со склада, и…

— Импактус!

Сила заклинания была такой мощной, что я почувствовал, как отдача взорвалась в моей руке.

Полупрозрачная волна сжатого воздуха, исказив на мгновение вид на лес, как марево в жаркий день, ударила в цель. Удар был такой силы, что деревянного человечка не просто опрокинуло — его разнесло на куски, щепки разлетелись во все стороны. Даже ближайшие деревья ощутимо затряслись, с них посыпались листья. В ушах слегка зазвенело.

— Неплохо, — хмыкнул, рассматривая разбросанные щепки. — Эта штука может вырубить группу врагов за секунду. Кого не убьет, то оглушит их на достаточное время, чтобы легко всех добить.

— Впечатляющая сила, — согласился Кузьма, спрыгивая с крыши амбара. — Хотя зарядов всего два. Придется беречь их на особый случай.

— Именно поэтому нужно как можно быстрее найти Источник Силы, — кивнул, убирая Камень обратно в инвентарь. — Но это задача на будущее.

Я окинул взглядом поселение. Мои люди уже взялись за работу: Тихомир готовил поле под новые посевы, Лара и Забава перешли к тренировкам по стрельбе и бою, Стефания работала в конюшне. Все шло своим чередом, но казна требовала пополнения. Особенно если я собирался развивать поселение такими темпами.

— Пора ехать на торговый пост, — решил собираться в дорогу. — Урожай не будет продавать сам себя, а новые поросята себя не купят.

Глава 18

Мы со Златославой ехали на торговый пост. Заря бодро тянула телегу, груженную нашим скромным урожаем.

Дорога заняла не так много времени, и вскоре мы уже маневрировали среди шумных рядов. Там обменяли весь наш недавно собранный урожай на 600 золотых — не бог весть какая сумма в общем зачете, но каждая копейка была на счету.

Мы все еще находились на этапе расширения новых посевов, и было очевидно, что меньшие объемы более редких культур, таких как картофель и морковь, давали большую прибыль, чем кукуруза. Этой кукурузы, которая изначально росла на моей земле, мы уже успели перенасытить местный рынок, сбив на нее цену до минимума.

И, как сказала Росьяна, с возможным похолоданием в будущем, избавление от кукурузы было очевидным решением. Новые культуры будут более устойчивы к холодной погоде.

Отправившись на торговый пост, я мог убить нескольких зайцев одним выстрелом.

Я купил еще 10 поросят у того же торговца, что и в прошлый раз, за 240 золотых, сразу после покупки двух клеток по 5 золотых за штуку.

Кентавр, у которого я их купил в прошлый раз, только нахмурился, подняв бровь, и посмотрел сначала на меня, потом на клетки.

— Да, теперь я пришел с клетками.

Он только недовольно покачал головой, явно считая меня каким-то чудаком, и махнул мне рукой, мол, делай что хочешь. Когда я заполнил клетки визжащими поросятами, он даже не взглянул в мою сторону. Вернувшись к телеге, я аккуратно поставил клетки во внутрь.

Пока Златослава, сохраняя невозмутимый вид, присматривала за нашими товарами и новоприобретенными хрюшками, я решил еще раз пройтись по торговым рядам. Нужно было присмотреть еще кое-что.

Несмотря на приток животных после смерти гигантской волчицы, разнообразие все еще было относительно ограниченным. Но с увеличением количества поросят нам понадобится больше молока, а это значит и больше тауремов.

Один таурем мог регулярно кормить пять поросят и с этим пополнением нам понадобится еще один таурем, чтобы комфортно кормить молодую живность.

У торговца-гоблина, который плохо говорил по-нашему, мне удалось выторговать двух молодых тауремов, отдав за обоих 400 золотых монет.

Я должен был разумно воспользоваться низкими ценами, которые держались в настоящее время. Мы могли бы растить их до тех пор, пока цены снова не поднимутся или найти место, где можно продать мясо по дороже, правда, это потребовало бы чертовски долгой поездки. Нужно думать.

Моим предпоследним делом на сегодня была продажа статуи Борислава Отступника и жемчужного ожерелья. Поспрашивав у нескольких торговцев древностями и ювелиров, я наконец нашел одного коллекционера, который заинтересовался обоими предметами. Это был полный, одетый в яркие шелка купец с бегающими глазками, явно знающий цену подобным безделушкам.

Пришлось выдержать несколько минут утомительного торга, где каждый пытался выгадать себе лишний золотой. В итоге, я сбыл ему оба артефакта за ровные 600 золотых монет. Неплохо, учитывая, что достались они мне бонусом к Древней Забродке. Таким образом, я закончил основную часть торговых операций с золотыми монетами в кармане и множеством новых ресурсов, включая поросят и тауремов. Казна потихоньку наполнялась.

Но у меня на уме было еще кое-что.

Пробираясь сквозь бесчисленные ряды, я нашел тихое и уединенное место, где не было покупателей, а только один продавец. Это была маленькая гуманоидная фигура, закутанная в мантию, с большой белой маской, на которой были только прорези для глаз, откуда на меня смотрела пара зеленых зрачков.

Я подошел к прилавку и посмотрел в глаза торговцу. Он наконец моргнул, его веки двигались по горизонтали.

Между нами стояло огромное, но плотно упакованное множество склянок и зелий всех цветов радуги.

— Я ищу одно зелье, — начал я. — Может, вы сможете мне помочь?

Фигура не двигалась. Еще одно моргание. Я мог только предполагать, что она меня слушает, учитывая, что она смотрела только на меня.

— Мне нужно что-то, что позволит водному существу жить вне воды, если такое существует.

Фигура оставалась молчаливой и неподвижной, словно изваяние. Только зеленые зрачки чуть заметно сузились. Я глубоко вздохнул носом, стараясь подавить раздражение от этой игры в молчанку, и скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что готов ждать. Терпения мне не занимать, особенно когда речь идет о чем-то важном.

Я уже собирался уходить, когда он наконец пошевелился.

Он взял свиток и перо и обмакнул кончик в маленькую чернильницу на своем столе.

Он немного пописал, затем оторвал кусок пергамента от свитка и протянул мне.

**Живая Вода — Редкость — Не могу создать — ищи на западе — счастливого пути**

Я перечитал записку, затем сунул ее в карман.

— Спасибо.

Человек оставался неподвижен.

— Я вернусь, если мне что-нибудь еще понадобится… Или просто захочется сделать свой день еще более странным.

Вернувшись к телеге, где Златослава стоически переносила соседство с поросятами, мы без дальнейших проволочек отправились в Усадьбу Рюриков.

Дорога была знакомой, и к середине утра мы уже подъезжали к фермерскому дому. Юлий, как всегда в работе, появился из-за угла дома, вытирая руки о штаны. Его ладони и предплечья были в свежей земле.

— Князь Василий, — улыбнулся он. — Вижу, вы с подарками.

Он двинулся, чтобы пожать мне руку, затем остановился, когда увидел состояние своих ладоней.

— Простите. Возился с поросятами.

— Не извиняйтесь. Это ваша работа. Проблемы были?

— Кроме обычного навоза и возни с поросятами — ни звука. Лес был тих.

— Что ж, надеюсь, так и останется. Это Златослава.

Юлий кивнул ей, вспомнив о своих руках, но на этот раз она сама протянула руку.

— У меня руки грязные, — заметил он.

— Это последнее, что меня беспокоит, — ответила она с улыбкой на краешке губ.

Он улыбнулся в ответ, и они пожали друг другу руки.

— Златослава будет помогать тебе с животными, которых у тебя совсем скоро, надеюсь, будет много, — пояснил Юлию и кивнув на тигролюдку. — Она толковая и трудолюбивая, так что сработаетесь. Давай выгрузим поросят, пока они не подняли бунт.

Мы подвезли телегу к заднему двору фермерского дома и поместили поросят в загон к остальным. Вскоре после этого мы выпустили молодых тауремов на пастбище.

— Могу я поговорить с тобой на секунду? — сказал я Юлию, когда мы снова вышли на передний двор.

— Конечно, если только Златославе не нужна экскурсия по угодьям.

— Я справлюсь сама, — улыбнулась она. — Пожалуйста, занимайтесь своими делами.

Она отправилась осматривать землю, пока мы с Юлием разговаривали.

— Ты не против, что она поживёт здесь?

— Что? О, конечно, нет. Она тигролюдка, как и твоя жена Забава, да? Какое совпадение — встретить еще одну.

— Это долгая история. Как-нибудь обязательно расскажу.

— Приятно будет иметь компанию.

— Рад это слышать. Теперь, когда у нас четыре таурема, мы можем подумать о продаже одного на мясо, верно?

— Как только новые тауремы подрастут, через неделю или около того.

— Сколько мяса мы примерно сможем получить с одного таурема?

— Примерно? — Юлий постучал себя по подбородку и на мгновение задумался. — Килограммов двести пятьдесят или около того. Это включает все товарно мясои суб продукты,– вплоть до фарша.

— Хорошо, — я удовлетворенно кивнул. Двести пятьдесят килограммов это серьезный вес. — Пока придержи их. Цены на мясо все еще довольно низкие из-за недавнего притока животных после зачистки леса от волков. Мы немного подождем, пока рынок стабилизируется. Тем не менее, я мог бы использовать большую часть мяса для нужд поселения. Голодных ртов у нас хватает. У тебя есть лишнее молоко?

— Много. Можешь забирать, что нужно, а остальное продать на рынке.

Я взял стопку молока ×20 из окна торговли.

— Как Стефания?

— У нее все просто прекрасно. Во всю вовлечена в жизнь поселения да и в целом у нас с ней всё в порядке.

— Приятно слышать.

Мы пожали друг другу руки, и я направился обратно к лошади и телеге. Златослава появилась из-за угла фермерского дома как раз в момент, когда я собирался уже уезжать.

— Я сейчас отправляюсь. Справишься здесь?

— Без проблем. Место хорошее, работа знакомая.

— Не слишком резкая смена обстановки? Все-таки после экспедиции и всего, что пришлось пережить…

— Василий, — Златослава усмехнулась, — я видела, как мои земли превратили в пепелище, месяцами таскалась по болотам с исследователями, а до этого годами скиталась в поисках выживших из племени. Мирная ферма, чистая постель и работа с животными — это не испытание, это награда. А теперь иди, у тебя дел и без меня хватает.

Мы попрощались. Юлий вернулся к своим делам, а Златослава с энтузиазмом принялась осваиваться на новом месте. Я же направил Зарю обратно в поселение.

Вернулся в домой сразу после полудня. Стефания закончила свою работу в конюшнях и помогала Ларе и Забаве вместе с Тихомиром и Росьяной планировать новые посевы.

Росьяна использовала их четверых как ориентиры для обозначения участков и зон, и всепоприветствовали меня, когда я проходил мимо.

Обошел свои тотемы, проверяя, все ли в порядке. Воды было достаточно, а конюшни были достаточно большими, чтобы вместить обеих лошадей.

Находясь в Хранилище, проверил свой инвентарь на наличие предметов и выгрузил различный хлам. В процессе вспомнил о медной руде, лежащей рядом с киркой, и сделал мысленную пометку вернуться к ней чуть позже.

Перешел в Комнату Карт, чтобы обновить сведения об окружающей местности. Маршрут к водопаду, где жила Иляна, теперь был четко выделен на мерцающей поверхности стола. Оказалось, он не такой уж далекий, как мне показалось во время первого, несколько сумбурного путешествия.

Основную сложность представляла густота леса и отсутствие нормальных троп, что делало путешествие опасным для неподготовленного человека. Но именно это меня и успокаивало. Чем труднее было туда добраться, тем меньше шансов, что кто-то случайно наткнется наубежище Иляны. Я мог спать относительно спокойно, зная, что вероятность ее обнаружения посторонними крайне мала.

К концу дня я наконец очутился в постели со своими женами…

— Кто-нибудь из вас знает, что находится к западу отсюда? — спросил у них.

— Мы с отцом слышали, что там что-то есть, — сказала Стефания. — Возможно какое-то поселение, но я точно не уверена в этом.

— Думаешь наладить торговый путь? — спросила Забава. — Это могло бы быть выгодным для нас, если сможем убедиться, что то поселение не враждебно.

— Может быть, — уклончиво ответил им. — Пока рано строить конкретные планы, первоочередная задача — разведка. Я собираюсь начать проверять травы, которые доступны в лесу, а также любые скальные образования в том районе, которые могут дать нам так необходимую руду. И еще кое-что… Это просто информация, которую я случайно услышал сегодня на торговом посту. Мне кое-что нужно для Иляны, и есть слабая надежда, что я смогу найти это или хотя бы сведения где-то там, на западе.

— Что это? — спросила Лара.

— Рецепт зелья. Думаю, это поможет Иляне выжить вне воды.

— Ты хочешь привести ее сюда?

— Её способности к магии льда для поселения бесценны и я хочу её к нам привести.

— Я была покорена, как только увидела ее, — улыбнулась Лара.

— Ох, боже мой, — рассмеялась Стефания, ее щеки почти покраснели так же, как ее волосы.

— Люди, — сказала Забава со стороны, качая головой. — Вы такие странные существа, стесняетесь естественных вещей…

Я оглядел своих жен.

— Ладно, в целом думаю я понял ваше мнение. В любом случае, завтра я отправляюсь на запад. Один.

— Ты уверен? — спросила Стефания, переворачиваясь и опираясь на руку. — Я же говорила, что умею определять травы. И занималась этим много лет.

— Это всего лишь разведка. Займет несколько часов, не больше.

— Как скажешь.

На следующее утро я оделся пораньше и подготовил седло для поездки.

Не успел я даже закинуть ногу на лошадь, как в загоне появилась Стефания, полностью одетая и с собственным седлом через плечо.

— Я же сказал, что поеду один. И это не обсуждается.

Она на мгновение замерла, но тут же нашлась:

— А я говорила, князь, что моя помощь тебе не помешает. С рудами ты, может, и сам управишься, их трудно не заметить, а вот травы дело другое. Подлесок нужно прочесывать внимательно. А я в этом деле кое-что смыслю.

— Там опасно, — бросил через плечо, проверяя подпругу.

— Арбалет со мной, — не сдавалась она. — И не стоит меня недооценивать. К тому же, сидеть тут сложа руки тоска смертная. Хуже, чем в осаде у волков в нашей усадьбе.

Я хмыкнул, едва заметно усмехнувшись своим мыслям. Эта девчонка определенно была с характером.

— Ладно, уговорила, — я наконец посмотрел на нее, взвесив все «за» и «против». Лишняя пара глаз и рук в лесу не помешает, тем более смыслящих в травах. — Болты в хранилище. Но учти: любая заварушка, и ты сразу прячешься за моей спиной. Разбираться с проблемой буду я. Никакой самодеятельности.

Сборы заняли не больше десяти минут. И вскоре мы уже сидели в седлах и углублялись в лес. Не успели отъехать от поселения и на полсотни метров, как Стефания попросила остановиться. Она легко, почти невесомо, спрыгнула со своей Стрелы и скрылась в густом подлеске.

Через мгновение появилась снова, держа в руке простой, но явно острый нож, которым и поманила меня к себе.

— Гляди, это солнцелист, — прошептала она, осторожно касаясь пальцами тугих, вьющихся стеблей с оранжево-коричневыми листьями, что густо росли на небольшом пятачке земли. — Корень не нужен, достаточно стебель у самой земли срезать. Вот так.

Ее тонкие пальцы умело орудовали ножом, и через секунду пучок солнцелиста отправился в ее сумку. Я одобрительно кивнул: девчонка и впрямь знала свое дело.

— А вот это… — она выпрямилась и указала на россыпь ярких цветов неподалеку, — это водоцвет. Из него чаще всего делают зелья проворства, но если рецепты раздобыть, то и для других снадобий сгодится.

— А ты, оказывается, и впрямь в этом разбираешься, — заметил, когда мы двинулись дальше.

— Естественно, — Стефания зарделась от удовольствия, кокетливо поправляя выбившуюся прядь. — А ты сомневался, князь? Думал, я так, для виду?

— Сомнений не было. Просто забота о тебе моя обязанность. Лара с Забавой девушки боевые, за них я спокоен. А ты…

— Я понимаю, — мягко перебила она. — Но я уже не ребенок. Можешь на меня положиться.

— Твоим знаниям я доверяю, спору нет. Выросла здесь, это многого стоит. Но ты младшая из моих жен, и мой долг оберегать тебя. Это ясно?

Мы медленно ехали верхом по лесу, оба высматривая на земле травы для сбора. Глаза Стефании справлялись с этим лучше моих, но время от времени и мне удавалось заметить что-то первым.

Это были маленькие победы, но я постепенно осваивался.

— Почему вы с отцом никогда не делали зелья у себя на земле? — спросил у неё между делом.

— Мы не могли. Алхимические столы невероятно дороги.

— Мне создание такого стола на нашей земле обошлось всего в сто золотых.

— Это потому, что ты князь.

— А это тут при чем?

— Земли поселений в Полесье подчиняются иным правилам, чем другие участки. Они облегчают строительство. Для этого они и предназначены. Земля сама предлагает это, чтобы объединять людей в общины и позволять им работать вместе.

— И откуда такие познания? — не удержался от вопроса, пока мы медленно продвигались вглубь леса.

— Это дар богов Полесья, — с благоговением в голосе ответила Стефания. — Об этом говорится в «Скрижалях Путей», нашей священной книге. Древние поселения оставили после себя особую магическую сущность, которая и легла в основу всего того, что мы используем по сей день. Понимание этих законов ключ к процветанию.

Ого. Ее слова заставили меня задуматься. Этот мир был куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. И знания местных жителей, даже таких юных, как Стефания, могли оказаться для меня по настоящему бесценными.

Глава 19

Лес расступился, и мы выехали к уже знакомому провалу, где нашла свою смерть Гигантская волчица. Мы осторожно двинулись вдоль самого края огромного карьера, стараясь держаться подальше от обрыва — кто знает, насколько он был надежен.

Миновав сужение, свернули на запад. Лес здесь был уже не таким густым, деревья росли реже, уступая место каменистым россыпям и скальным выходам. Под копытами лошадей все чаще раздавался отчетливый стук камней о металлические подковы.

Не прошло и пары минут, как удача нам улыбнулась: я заметил характерный металлический блеск в скале. Спрыгнул с лошади и активировал кирку.

Четыре удара… и вот уже сжимаю в руке кусок Оловянной руды. Интересно…

— Четыре удара, — это меньше, чем у водопада. Полагаю, разные руды требуют разное количество ударов для извлечения из породы. Это зависит от твёрдости руды или камня в котором она находится?

— Думаю, так и есть. Мы никогда не добывали руду, но я видела ее довольно часто.

Я продолжил добычу, ударяя по выходам руды, которые мы обнаружили в этом районе. Я здорово вспотел и снял верхнюю рубаху, оставшись в одной лишь жилетке.

Когда наконец выпрямился и закончил работу, Стефания с восхищением смотрела на меня, хлопая в ладоши.

— Что такое? — спросил у неё, небрежно закинув кирку на плечо и смахивая со лба мокрые волосы.

— Ничего, просто… любуюсь, — она стрельнула глазками. — Мышцы у тебя что надо, особенно когда блестят от пота. Настоящий герой.

— Рад стараться, — усмехнулся в ответ.

— Многие такие «настоящие» быстро превращаются в старых, обрюзгших развалин. А ты другой. Умеешь и силу показать, и головой работать, а не только кулаками махать для острастки. Это… это восхищает.

— Приятно слышать, — кивнул, возвращаясь к Заре и ссыпая оловянную руду в седельные сумки. Уже собирался запрыгнуть в седло, чтобы продолжить путь по каменистым тропам, как вдруг заметил кое-что еще. — А это еще что?

Стефания и я подошли к более темному участку среди ближайших скал. Я подумал, что он просто почернел от плесени из-за жары и сырости леса, но чем ближе мы подходили, тем яснее становилась его истинная природа.

Это был туннель, круто уходящий под землю.

Я зажег факел и направил его во тьму. Туннель уходил глубоко вниз, но, судя по тому, что можно было разглядеть при скудном свете, дальше сужался.

Мы со Стефанией переглянулись. В ее глазах плясали азартные огоньки, точь-в-точь как у меня самого при виде неразведанной территории. Старая шахта? Заброшенное убежище? Кто знает, какие тайны или сокровища могли скрываться в этих глубинах.

— Ну, что скажешь, следопыт? — с усмешкой спросил у неё, хотя ответ и так был написан на ее лице.

— Думаю, нужно проверить это место, — с придыханием ответила она.

— Тогда слушай внимательно. Идешь за мной, шаг в шаг. Глаза и уши на максимум. Малейший подозрительный звук, любой шорох. и пулей на выход, поняла? Жизнь дороже любых сокровищ.

Она решительно кивнула, и я увидел, как ее пальцы крепче стиснули арбалет. Девчонка была не из пугливых.

Я шагнул в зияющую черноту туннеля, высоко подняв факел. В другой руке сжимал рукоять длинного меча. Силы мне хватало, чтобы орудовать им и одной рукой, но для полноценного боя всё равно требовались две.

Сражаться в темноте удовольствие сомнительное. Будь ты хоть трижды мастером меча, в кромешной тьме шальной удар мог прилететь откуда угодно.

Спуск был крутым, метров на пятьдесят, не меньше. Потом туннель немного выровнялся, хотя пол оставался неровным, покрытым осыпью и мелкими камнями. Видно было, что здесь поработала человеческая рука. Там, где природные изгибы пещеры мешали проходу, камень был грубо вытесан. Но те, кто это сделал, покинули это место очень давно.

Металлические держатели для факелов в стенах почти полностью съела ржавчина. Под ноги то и дело попадались обломки гнилых досок, остатки каких-то ведер, а порой и белеющие в свете факела кости мелких животных. Атмосфера была гнетущая.

— Думаешь, в этих пещерах есть что-нибудь, что может представлять угрозу? — тихо спросила у меня Стефания.

— Не думаю, но нужно быть осторожнее.

— Не думаешь?

— Нет. Не здесь. Думаю, что бы найти серьёзного противника нам нужно было бы забраться гораздо глубже.

— Согласна с тобой. Та же гигантская волчица позволяла своим детям охотиться далеко от мест ее обитания. Но стоило погибнуть её волчатам, как она тут же вышла из своего укрытия. Мстить и карать. Возможно, в дальних уголках леса скрываются и другие твари, но они, скорее всего, спят и находятся далеко от нас.

— А что ты знаешь о жителях вот таких пещер?

— Сказания, которые я читала и слышала в юности, говорили о подземельях в глубинах мира, где древние и наши предки прятали свои сокровища. Они использовали чудовищ для охраны своих богатств. Именно там под охраной чудовищ хранятся несметные сокровища, ожидая авантюристов и искателей, которые готовы рискнуть жизнью ради большой добычи.

— Вот это у вас легенды.

— Я не думаю, что это просто рассказы. Полесье огромно. Ты же сам видел это в Комнате Карт. Кто знает, что таится там, на землях, что мы не видим?

Стефания затронула вопрос, который уже некоторое время крутился у меня в голове. Дома я мог вызвать на телефоне трехмерную карту всего мира и приблизить ее до отдельного дома, но здесь у меня не было ничего, кроме смекалки и собственных ног, чтобы исследовать мир.

Я понятия не имею, как далеко простирается этот мир и какие поселения там скрываются.

Мне еще не приходилось сталкиваться с представителями других поселений. В округе таких просто не было. Да и в Бухте или на Торговом посту мне не встречалось таких людей. Только торговцы да местные, что поколениями живут на этой земле. Но это скорее вопрос времени, рано или поздно мы обязательно встретимся. И нужно быть к этому готовым.

Мы продолжали идти по высеченному в скале проходу, пока он не начал резко расширяться, и внезапно вышли в просторную залу.

— Высокая…

Пещера простиралась по меньшей мере на пятнадцать метров над нашими головами. Свет факела прыгал и плясал, отражаясь от стен вокруг нас. Подземная зала тянулась вперёд метров на пятьдесят, ведя к другому, более крупному туннелю, который уходил во тьму.

Наши голоса, наши шаги — все отдавалось эхом в большом, темном пространстве.

Я обыскал местность, держа оружие наготове. В ходе поисков мы нашли несколько брошенных телег, груженных старыми ящиками, ржавыми инструментами и еще большим количеством гнилого дерева.

— Должно быть, это здесь лежит со времен войны, — сказал, осматривая находки. — Похоже, люди уходили отсюда в большой спешке. Бросая всё, что не могли с собой забрать или те вещи, что их бы замедлили.

— Да, отец рассказывал об этом, — ответила Стефания. — Он говорил, что когда начались бои, все силы были брошены в бой. Шахтеры, собиратели, фермеры — все без исключения. Все было заброшено ради сражений, и это место выглядит подтверждением его словам.

Во время наших поисков я заметил в стенах блеск, который без сомнения принадлежал руде. Она была не только на уровне глаз, но и уходила вверх по стенам к потолку над нашими головами. В двадцати или тридцати метрах выше, где скорее всего, находилась лесная почва.

Я никогда не страдал клаустрофобией, но так или иначе старался не думать о том, что вся эта земля над головой в любой момент может обрушиться. Хотя раз она простояла так долго, надеюсь, простоит ещё пару сотен лет и не решит обрушиться прямо сейчас на наши головы.

Завершив осмотр местности на предмет потенциальных угроз и ничего не найдя, я проверил проход в противоположном конце пещеры. Он уходил далеко вдаль и был тих.

— Туда заглянем попозже, — принял решение и пристроил факел в один из настенных держателей. Вытащил из личного инвентаря кирку. — Стефания, пока я работаю, ты стоишь на карауле, хорошо?

— Значит, мой арбалет тебе все-таки пригодится? — Она хитро улыбнулась, картинно перебрасывая оружие через плечо и упирая руку в бок. Вылитая воительница с обложки дешевого романа. — А как же твои слова про «не лезть в бой»?

— Про бой я сейчас и слова не сказал, — усмехнулся в ответ. — Просто будь начеку. Чтобы никакая тварь незамеченной не проскользнула.

Я повернулся к ближайшему рудному карману с киркой наготове и принялся за работу.

С этого момента я трудился не покладая рук. Сбор урожая в полях был утомительной работой, но, по крайней мере, инструменты для сбора были не слишком тяжелыми. Кирка же была довольно увесистой, через двадцать минут работы мой длинный меч казался рядом с ней просто пушинкой. Мышцы гудели от напряжения.

Удар.

Ещё удар…

Несмотря на всю мою силу, приходилось концентрироваться на точности движений, чтобы получать результат с наименьшим усилием. Замах, амплитуда, количество вложенной силы… Удар!

Пот скатывался со лба, заливая глаза. Объем добытой руды неуклонно рос и радовал глаз.

Стефания ходила взад-вперед по пещере, доходя то до одного входа, то до другого. Замирала, вслушиваясь в тишину, стараясь различить посторонний шум. Время от времени делала перерывы, чтобы переставить факел на другое место, когда мне требовалось сменить зону добычи.

Я не останавливался и не сдавался. Рубашка на спине уже полностью взмокла от пота, но я был полностью поглощен работой. Медные, железные и бронзовые рудные жилы были разбросаны по стенам, и когда они пустели, я молча, как одержимый, притаскивал ящик, вставал на него, чтобы добраться до более высоких залежей.

Определение времени в Полесье было игрой в догадки. Тут не продавалось ни часов, ни хронометра, даже захудалых свечей не было. Приходилось ориентироваться по солнцу, но, какое солнце в глубине пещер? Так что я даже не знал сколько прошло времени, когда окончательно выдохся и решил сделать перерыв, чтобы попить воды и перевести дух. Прежде чем отсюда выходить, хотелось вычистить рудные жилы по максимуму. По крайней мере те, до которых можно было легко добраться. А монотонность работы помогала сосредоточиться на результате и не отвлекаться, поэтому после короткого перерыва я снова взялся за кирку.

К тому моменту, когда я остановился, мой инвентарь вмещал следующее:

20x Железная руда

32x Медная руда

5x Серебряная руда

10x Свинцовая руда

42x Оловянная руда

— Отличный улов, — улыбнулся я, довольный проделанной работе. Когда вернёмся домой, нужно будет решить, что из этого продать, а что оставить для развития поселения.

Я осушил флягу с водой почти залпом и рукавом вытер со лба пот.

— Ну и видок у меня, наверное, — хмыкнул, тяжело дыша. — Прямо хоть на конкурс красоты.

— Очень даже, — мурлыкнула Стефания, не сводя с меня глаз.

— Это был сарказм, если что.

— А я вот не шутила. — Она соблазнительно коснулась пальчиком губ.

— И как только боги терпят такую грешницу? — усмехнулся в ответ.

— Пути богов неисповедимы. Я много читала и думала, и способна видеть разные грани их воли.

Я покачал головой и сделал еще глоток воды, пока Стефания подняла факел и посмотрела на верхние участки пещеры.

— Видишь это? — спросила она, кивнув на место повыше.

В нескольких метрах над нашими головами находился выход руды, не похожий ни на один из тех, что я встречал до этого. Он сверкал темно-желтым цветом, который не переходил в коричнево-оранжевый оттенок, какой иногда бывал у бронзы или меди.

— Это золото, — узнал я. — Золотая руда.

— Как думаешь, сколько он может стоить?

— Почем точно не знаю, но тот барыга на Торговом посту за статуэтку Борислава Отступника готов был отвалить пять сотен золотых без всяких разговоров и торга. Причем видно было, что сама фигурка ему даром не нужна, просто хотел купить подешевле, чтобы потом перепродать подороже. Так что, если из этой руды выйдет пара-тройка слитков, то несколько сотен монет они точно будут стоить.

— Не хочу показаться невежливой, князь, но боюсь, я не смогу тебя подсадить, — Стефания с сомнением посмотрела наверх.

— Стефания, если бы ты смогла меня поднять, я бы, мягко говоря, удивился. Бочки тут не помогут, слишком низкие. А вот если подогнать телегу да на нее взгромоздить пару ящиков… Тогда, пожалуй, дотянусь.

Я нашел телегу с целыми колесами и подкатил ее к стене прямо под золотой жилой. Принес два деревянных ящика, которые поставил друг на друга в кузове телеги, затем забрался на них с киркой наготове.

Нацелив орудие пролетариата на мерцающие золотые участки, я занес ее над головой и ударил по руде. Понеслась…

13%

24%

На первый взгляд с добычей золота не могло возникнуть много проблем, но из-за моей неудобной позы ударам не хватало силы и приходилось долбиться в стену, словно дятлу. Удар!

Свет факела стал тусклее, когда Стефания отошла от места подо мной к входу в еще не исследованный нами проход.

39%

— Василий…

Я с усилием занес кирку и с низким с кхэканьем снова ударил.

56%

— Василий! — позвала Стефания приглушенным шепотом.

— Что? — ответил я, снова ударяя по золотой жиле.

71%

— Кто-то идет!

Я ударил еще раз и шкала прогресса замерла на отметке 87%.

Стефания посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, прежде чем вытащить свою флягу с водой и быстро затушить факел.

Пещеру поглотила кромешная тьма. Я не видел перед лицом даже собственной руки.

С силой ударил еще раз. Кусок золотоносной породы откололся от стены, и я, едва не выронив из рук кирку, поймал его в темноте. Руда тут же отправилась в инвентарь вместе с киркой, а сам я спрыгнул с импровизированной подставки. Приземление вышло довольно жёстким, но сейчас было не до акробатики.

— Василий? Ты где? — раздался испуганный шепот Стефании из темноты. Голос дрожал, но паники в нем не было. Молодец, держится.

— Здесь, у ящиков, — так же шепотом ответил ей, пытаясь сориентироваться. План пещеры все еще был свеж в памяти. Пара шагов наощупь, и ее руки нашли мои. Холодные, но хватка крепкая.

И тут до нас донеслись голоса. Чужие. Приближающиеся.

— Ничего ты не видел, чертов идиот.

— Говорю тебе, там внизу свет.

— Это руда. Темнота здесь любит шутить над всякими ротозеями. Что, думаешь, чудовище тебя схватит?

— Отвали. Дай сюда факел.

Секунду спустя из неисследованного прохода в пещеру пролился тусклый свет.

Силуэты предметов в пещере стали отчётливо видны, но наши незваные гости быстро приближались.

Они будут здесь через несколько секунд. У нас не было возможности незамеченными добраться до выхода.

Мы оказались в ловушке. Если бы попытались выбраться, то ввязались в бой. Он в темноте дело рискованное. Надеюсь получится остаться не замеченными.

Я мог бы швырнуть в их сторону Телекинетический Удар, но он мог нас здесь похоронить. Одному богу известно, на сколько крепкие здесь своды, а что бы откинуть копыта хватит и одного камня…

— Нам нужно спрятаться, быстро в телеги, — сказал Стефании и подтолкнул её в нужную сторону.

Мы бросились к телегам, стоявшим прямо в центре пещеры. Заскочили в кузов и я прикрыл нас деревянной крышкой от какого-то ящика. Не бог есть что, но хоть какая-то маскировка.

Я держал крышку наготове и наблюдал, как свет становится все ярче и ярче.

— Василий!

Я низко пригнулся в тесном пространстве телеги и максимально плавно, стараясь не издать ни звука, опустил на нас деревянную крышку. В самый последний момент, когда полоска света из прохода уже начала заливать пещеру, мы оказались в спасительной темноте.

Между бортом телеги и крышкой осталась узкая щель. Достаточная, чтобы одним глазом незаметно наблюдать за происходящим. Факел не только освещает путь, но ещё и притупляет зрение. Нас не должны заметить, но нервы были натянуты как струны.

Стефания сжимала арбалет, готовая стрелять по моей команде. Вот тебе и человеколюбие. Всё же, она совершенно из другого теста. И мне это чертовски нравится.

Из прохода показались трое мужиков. Первое, что бросилось в глаза это их комплекция, словно карикатура на советский кинематограф: коротышка, верзила и толстяк. Классический набор для любой банды недоумков.

Все трое были одеты в потертую кожаную броню, кое-где усиленную разномастными кусками металла. Это явно не парадная форма.

Коротышка, шедший первым, нес в руке дымящий факел. Он уверенно прошагал мимо нашей телеги, направляясь прямиком в ту часть пещеры, где я только что орудовал киркой. Неужели заметил свежие сколы…

Глава 20

— Здесь ничего нет, — сказал мелкий, поворачиваясь к здоровяку с киркой, перекинутой через плечо. — Ты ведь съел не все наши припасы, а?

— Эй, пошел ты.

— Сам пошел. Босс поставил меня главным. — Он повернулся к своему худощавому другу, который подошел к месту за нами, где на другой телеге стояли ящики. — Там что-нибудь есть?

— Просто пустые ящики… И…

— И что?

— Чувствуешь этот запах?

— У меня аллергия на дурман-траву, помнишь? Ни черта не чую.

— Пахнет дымом…

Рука Стефании внезапно стиснула мое предплечье и крепко вцепилась в меня. Факел. В спешке она оставила его на земле. Он погас, но дым все еще должен был от него идти.

Они его пока не нашли.

— Ну, я же держу чертов факел. Тупица. Думаешь, очки делают тебя умным?

— Нет, — ответил худой. — Я думаю, они помогают мне видеть. И я ясно вижу, что ты чертов недоумок.

— Мне уже порядком надоело ваше отношение. Говорю вам, босс не зря поставил меня главным. Я здесь самый умный.

— Я тоже чувствую запах дыма, — сказал здоровяк.

— ПОТОМУ ЧТО ТЫ СТОИШЬ РЯДОМ СО МНОЙ! Боги милостивые, я окружен одними идиотами.

Я услышал тихие шаги высокого типа возле нашей телегой. Он отошел от стены, где была золотая руда, и медленно прошелся мимо нас справа, кружа, как акула.

В полной тишине я вытащил из инвентаря Осколок Телекинетического Удара и кивнул Стефании.

Она кивнула в ответ, крепко сжимая арбалет и направляя его через мое плечо туда, где я должен был откинуть закрывающую нас крышку ящика.

Высокий мужчина подошел к своим спутникам и посмотрел в нашу сторону, и на секунду мне показалось, что наши взгляды встретились.

Затем…

— Пошли, — сказал мелкий. — Здесь никого нет.

— Может заедем в Серохолмье на обратном пути? — с надеждой спросил здоровяк.

— После того, как целый день терпел вас, двух засранцев? Мне нужно будет залить свое горе.

Он повернулся и повел своих напарников к неисследованному проходу, из которого они сюда и пришли. Высокий шел последним, обернулся на несколько секунд и бросил последний взгляд на телегу, прежде чем последовать за остальными.

Мы со Стефанией замерли, прислушиваясь к удаляющимся шагам и затихающим голосам. Оружие по-прежнему было наготове — расслабляться пока ещё рано. Только когда последний отзвук их присутствия растворился в гулкой тишине пещеры, я позволил себе выдохнуть.

Выбирались из телеги мы с черепашьей скоростью, стараясь, чтобы ни одна доска не скрипнула. Я чиркнул кремнем, и новый факел осветил наши бледные, но решительные лица. Быстро проверили, все ли на месте, не обронили ли чего впопыхах.

— Фух, пронесло, — выдохнула Стефания, все еще не до конца отойдя от пережитого. Голос ее слегка дрожал. — Я уж думала, тот длинный нас засек. Взгляд у него был такой… пронзительный.

— Аналогично, — кивнул ей. — Чуть было не дернулся прыгнуть на них с мечом. Видимо, наше укрытие оказалось надежнее, чем мы предполагали. Либо им просто было лень проверять каждую щель.

— Как думаешь, кто это такие? — понизила Стефания голос, словно опасаясь, что незваные гости могут вернуться.

— Понятия не имею. Ясно одно, они тут не просто так шастали, руду смотрят. И ты слышала, что тот толстяк про Серохолмье болтал? Похоже, это и есть то самое поселение на западе. Эти ребята явно на кого-то работают, добывают металлы.

— Для кого?

— Думаю, для другого князя или криминально босса. Кто еще мог бы так ими командовать?

— Или они торгуют рудой за золотые, или строят что-то большое. Или если руды на западе в избытке, возможно они её на что-то обменивают.

Я смерил Стефанию проницательным взглядом.

— И откуда в тебе столько коммерческой жилки?

— В смысле? — она не поняла. — Это же очевидно.

— Для большинства не очень.

— Я с отцом на торг ходила с тех пор, как силенок набралась от усадьбы до поста шагать. Так что в этом деле я уже собаку съела.

— И почему я раньше тебя с собой на Торговый пост не брал? — задал риторический вопрос.

— Потому что любишь и бережешь, — с легкой улыбкой ответила она. — Самая младшая жена, как-никак. Сам же говорил.

— Все так, — согласно кивнул. — Ладно, пора сваливать. Думаю день еще в самом разгаре. Можно и до Серохолмья смотаться, глянуть, что там да как, но в этот туннель я больше ни ногой. Хватит на сегодня приключений на одно место. Возвращаемся тем же путем, берем коней и по верху туда добираемся. Авось с этими охламонами больше не пересечемся.

— Они не видели наших лиц.

— Может, и не видели. Но это не значит, что они не полезут в драку, если им представится такая возможность.

— А ты их своим новым фокусом раскидай, а я уж довершу начатое, — Стефания хищно подмигнула, поигрывая арбалетом.

Чертовка. И как такую не любить?

Выбравшись из пещеры и оседлав коней, мы продолжили путь на запад уже по поверхности. Каменистые участки не кончались, то и дело попадались редкие травы и рудные жилы, которые мы собирали. Однако чем дальше продвигались, тем реже встречались рудные жилы, а те, что находили, отыскать было с каждым разом все сложнее и сложнее.

— Похоже, эти ребята тут славно потрудились. Спорю, только другие ходы в той пещере и собственная жадность мешают им сунуться дальше, к нашим землям.

— Прежде чем добраться до них им придется пройти через пропасть. Это их на какое-то время задержит. Там наверняка есть свободные залежи, хотя труп Гигантской волчицы может их отпугнуть.

— Надеюсь, но все равно как-то тревожно. Как только найдем этот городишко и немного его изучим, нужно возвращаться обратно к нам в поселение и убедиться, в нашей боеготовности. Проверить оружие и броню. Чувствую, что рано или поздно нас обнаружат, если не эти товарищи, так другие искатели лёгких денег. Слишком уж долго нам везло избегать контактов.

— На тебя же нападали бандиты еще до того, как мы с отцом к вам присоединились, верно?

— Да, но то была чистая случайность. Они разбили лагерь неподалеку. Кем бы ни были те разбойники, они на кого-то работали. И кажется мне, что их атаман или бригадир может себе позволить отправить ещё несколько групп на поиск ресурсов. Нам нужно быть готовыми защититься от такой силы, когда придет время.

Тропа тянулась еще много километров. Мы ехали верхом уже несколько часов, и когда солнце достигло зенита, начало происходить нечто странное.

Я привык к густой чаще леса и диким зарослям, но теперь деревья начали редеть. Мало того, на земле виднелись следы вырубки в виде бесконечных гниющих древесных пеньков.

Это был не просто более редкий участок леса, это была целенаправленная вырубка.

Копыта Зари и Стрелы хрустели по гнилой древесине, пока мы медленно продвигались между оставшимися деревьями, которых становилось все меньше и меньше.

— Стой.

Я остановил коня, и Стефания придержала своего рядом со мной.

Тук. Тук. Тук.

Прерывистые, повторяющиеся звуки были систематическими и доносились откуда-то спереди.

Стефания положила арбалет на колени, а я достал из инвентаря Осколок Телекинетического Удара и сжал его в ладони.

Мы двинулись на звук.

Свернули вправо метров на двадцать, держа звук слева, и неожиданно выехали из леса, увидев его источник.

Одинокий мужчина стоял у дерева на лесной опушке. Он как раз собирался снова ударить по стволу, когда заметил нас и поднял голову.

Это был дюжий мужик, с огромным плечами и руками. Лесоруб. На нем была белая, испачканная грязью майка, рабочие ботинки и пара потертых кожаных штанов. Лицо было забрызгано черными отметинами, за исключением тёмно-карих глубоко посаженных глаз.

Мгновение мы молча разглядывали друг друга. Затем он коротко кивнул мне. Я ответил ему тем же, и лесоруб вернулся к своей работе.

— Василий… Ты это видишь?

Вдалеке, примерно в километре от нас, расположился целый город над которым поднималось несколько дымных столбов.

Но это было далеко не самое поразительное зрелище.

Земля вокруг города на сотни метров была совершенно пуста. Ничего не осталось, кроме высохшей грязи и камней. Вырубили и вычистили холмы под чистую.

Я не сомневался, что это для того, чтобы питать источники клубящегося над городом дыма.

Картина была удручающая. Эти деятели основательно поработали, превратив живой лес в самый настоящий пустырь. Жадность, помноженная на отчаяние, — гремучая смесь.

Интересно, что заставило их так варварски уничтожать окружающий лес? Явно же не от хорошей жизни они это делают. Но и сочувствия они у меня не вызывали — слишком уж бездумно уничтожать то, что тебя кормит.

Несколько троп уходили в сторону леса, а затем исчезали, словно отчаявшись выбраться.

Я не сомневался, что это и есть Серохолмье, хотя земля вокруг него оставляла желать лучшего.

Мы направились к городу. Единственными признаками жизни были стук копыт наших лошадей да грохот упавшего позади дерева.

— Они тут все сровняли с землей, — сказал Стефании, глядя на окружавшую нас равнину. — Точно шахтерский городок.

— Еще одна угроза? — спросила Стефания. — Думаешь, они могут до нас добраться?

— Не похоже. Сейчас середина дня, а деревья рубит всего один мужик. Да и дыма в воздухе для города такого размера должно быть гораздо больше. Выглядит так, будто он вымирает. Только не пойму, почему. Может, удастся это выяснить.

— Знаешь, так и начинаются сражения.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, земля, которую наше поселение считает своей, занята тобой, мной, девчонками и другими жителями. У нас есть ограда по периметру. Ты обозначил ее как свою землю… А как насчет земли за стенами? Мы используем лесные ресурсы, рубим деревья на дрова, собираем травы и добываем руду… Но что, если кто-то другой приблизится и решит, что ему это нужнее?

— Тогда я буду с ними решать проблему. Сначала мирно, а если не получится, то пересчитаю рёбра.

— И это развяжет войну.

Я глубоко вздохнул. Перспектива сражения, в котором у меня были бы неплохие шансы на победу, меня не пугала, но до сих пор мы сталкивались только с противниками, с которыми могли справиться.

Если бы к моей двери заявился легион, я бы не знал, что с ними делать. Я мог хорошо драться, мои жены тоже не лыком шиты, но фермеры. Они были совершенно из другого теста. Даже от полутора десятков человек нам уже будет сложно отбиться.

Я отогнал эту мысль на задворки сознания. Те бандиты, что встретились раньше, были более реальной угрозой, а на них мне силы хватит. Да и далеко мы друг от друга. Несколько часов по пересечённой местности и лесным зарослям расстояние не близкое. Да и сам шахтерский городок уничтожил огромный участок окружающего леса, не похоже, чтобы они значительно продвинулись за последние дни.

Мои подозрения только подтвердились, когда мы наконец прибыли в само поселение.

Вокруг Серохолмья не было никакой ограды, в одно мгновение дома просто начинали идти рядами. Большинство из них были построены из дерева, давно укрепленного и почерневшего от сажи и копоти. Несмотря на солнечный свет, над этим местом, казалось, нависла тьма.

Воздух был тяжелым, пропитанным запахом гари, сырой земли и чего-то еще, неуловимо-тревожного. Даже солнце, казалось, светило здесь тусклее, не в силах разогнать угрюмую атмосферу этого места. М-да. Шахтерский городок, умирающий на моих глазах. Зрелище было не из приятных.

В центре города, виднеясь чуть выше крыш домов, возвышался небольшой холм с большим, полуразрушенным домом. По его краям я видел стоящие и наблюдающие фигуры охранников, а также высокую металлическую ограду.

Как и на торговом посту и в Бухте Буеграда, я опасался, что мы привлечем к себе лишнее внимание как чужаки, но среди жителей, двигавшихся по улицам и лениво разъезжавших на лошадях, мы остались по большей части незамеченными.

Люди двигались как зомби прямо как в каком-нибудь спальном районе Подмосковья. В их глазах была стойкость, желание продолжать работать и двигаться вперед, но почти все были испачканы той же сажей и угольной пылью, что и здания.

Среди деревянных домов было несколько магазинов с вывесками, предлагавшими еду, припасы, провизию, товары общего назначения, а также несколько постоялых дворов.

— Поразительно, это поселение находится всего в нескольких километрах от нашего дома, — сказала Стефания.

— Ага. И еще в нескольких километрах от усадьбы, — ответил я, указывая на север. — Проедешь в ту сторону пару часов, и окажешься у своего старого дома.

Она недоверчиво покачала головой.

— В чем дело? — спросил я.

— Просто… Это невероятно.

— Это дыра.

— Может быть, но… Я с детства была всего в нескольких местах за пределами нашей усадьбы. Никогда не посещала городов или руин, не видела великих рек… Я даже никогда не пила вина или медовухи.

Теперь я почувствовал себя настоящим козлом. Она была права. Она жила взаперти в усадьбе под постоянной опекой Юлия. И по сути не видела мир. Разве что только читала в тех редких книгах, что находил для неё отец.

Я ведь я её даже в Бухту Буеграда не свозил.

— Как насчет того, чтобы выпить прямо сейчас? — предложил, кивнув на ближайшую таверну, «Железный Чертог». — Можешь там выбрать любое блюдо или напиток.

— Правда?

— Конечно. Если только в твоей священной книге нет запрета на алкоголь.

В ее глазах появилось неподдельное изумление при мысли о том, чтобы впервые попробовать выпивку.

Привязали лошадей у корыта с водой возле таверны. Стефания взяла меня под руку, и мы направились к двери.

Мы двинулись было в таверну, но дорогу нам преградили трое выходивших от туда мужчин.

Сначала я хотел пропустить их, держа Стефанию рядом с собой для безопасности, но когда я сосредоточился на их лицах. Вот это встреча, так встреча…

Это была тройка из пещеры. Толстый, тонкий и коротышка.

— Да пошёл ты, больно надо… — взвизгнул коротышка, ударив рукой по дверям таверны, преграждая нам вход. — Мы найдем другое место.

— Вот и идите, — раздался голос. Он принадлежал трактирщику, жилистому, но крепкому мужчине лет шестидесяти, который протиснулся сквозь двери, чтобы выпроводить мужчин. — Меня не устраивает ваше поведение, я не хочу вас больше здесь видеть.

— Тебе лучше поостеречься, — прогудел толстяк. — Наш начальник может устроить тебе весёлую жизнь. Смотри, ещё красного петуха накличешь…

— Буду ждать его прихода, угрозы твои меня не пугают, — сухо ответил трактирщик.

Коротышка показал ему средний палец, а затем повел своих подельников на улицу. Я надеялся, что мы их больше не увидим, но судьба решила иначе.

Коротышка обернулся, окинул взглядом Стефанию и замедлил шаг.

— Какая у тебя прекрасная девица. Не хочешь сдать ее мне в аренду? На вечерок. Нам троим думаю хватит…

— Что ты сейчас сказал? — спросил у него, оставляя Стефанию на крыльце с трактирщиком и спускаясь по ступенькам вниз.

Мысль о скрытности, желание не высовываться ветром сдуло, как только эта мразь позволила себе оскорбить мою женщину. Такое спускать нельзя.

Никому.

И плевать, что их трое, я сражался и с большим числом. Главное, только не перестараться и не привлечь к себе лишнего внимания.

— Ты что, с первого раза не расслышал?

— Нет, — резко ответил, подходя к нему на расстояние прямого удара. Взглянул на подонка сверху вниз. — Думаю мне не нужно больше причин, чтобы выбить из тебя всю дурь.

— Придурок, нас трое, а ты один.

— Ну и что? Сначала я уделаю тебя, — я указал пальцем на толстого мордоворота, — а потом его, — я указал на тощего. — А тебя, коротышка, оставлю на десерт.

Мужчина уставился на меня, его губа скривилась в усмешке. Затем, внезапно, выражение его лица сменилось улыбкой, а потом смехом.

Он повернулся к своим спутникам, которые тоже начали смеяться по непонятной мне причине. Точно дебилы…

Внезапно он попытался ударить меня исподтишка, вскинув руку и метнув кулак в мою сторону.

Последние дни я много тренировался с мечом, но армейский рукопашный вбит в меня до рефлексов.

Я заблокировал удар, отбив его в сторону так, что он лишь скользнул по краю моей руки.

Его кулак летел предсказуемо, без всякой техники — чистая ярость и глупость с расчетом на внезапность.

Я легко сместился, уводя корпус с линии атаки, одновременно выставляя предплечье. Удар пришелся вскользь, не причинив вреда. Секундная заминка противника — мой шанс.

Короткий, точный выпад, вкладывая вес тела. Мой кулак врезался ему в переносицу с отвратительным хрустом. Он даже пикнуть не успел, отлетая назад. Двое его дружков едва успели подхватить обмякшее тело. Один удар — один труп… ну, почти. Пока что просто нокаут.

Я хрустнул шеей и встал в стойку, готовясь отправить спать двух других…

Глава 21

Я отступил на несколько шагов, и через мгновение бандит тряхнул головой приходя в себя.

— А ну вернись, ублюдок! Я тебя прямо здесь уделаю!

Несмотря на то, что в туннелях коротышка называл своих спутников тупицами, у них хватило ума схватить его и удержать от попыток вступить в новый бой.

— Пошли отсюда, — сказал здоровяк, затем повернулся и указал на меня. — Мужик, теперь тебе нужно оглядываться.

— Да неужели? Я бы на твоем месте присмотрел за своим дружком.

На полпути по улице коротышка наконец перестал вырываться из рук своих подельников. Я проводил их взглядом, затем вернулся на крыльцо.

— Не люблю, когда моих жен оскорбляют, — хмыкнул, обращаясь к Стефании. — Приходится иногда напоминать индивидуумам о рамках приличия.

— И правильно делаешь, — улыбнулась она, хватая меня за руку и проводя другой по моей груди. — Я, может, и умею драться, но мне нравится, когда ты за меня заступаешься.

В этом мире было много опасностей, способных меня убить или покалечить, но одна вещь мне в нем нравилась. Здесь можно было дать в рожу придурку и не париться о последствиях. А то последнее время у нас повелось. То побои снимают, то в суде бумажками размахивают. Пьяному, что берега попутал, дашь в морду. А потом будешь несколько месяцев оправдываться в суде, что это была самооборона…

К моему удивлению, трактирщик все еще стоял в дверях.

— Нам ведь не запрещено к вам входить? — спросил у него, подняв бровь. — Знаю, это было не самое лучшее первое впечатление о гостях, но я обычно я кулаками на право и лево не размахиваю.

— Напротив, — ответил трактирщик. — Думаю, я должен вам выпивку. Вам и вашей жене. Я имею дело с этими засранцами каждую неделю. Все время одни и те же проблемы, а затем лишь пустые угрозы. Входите.

Резко контрастируя с изношенным и потрепанным городом снаружи, внутри «Железный Чертог» обладал уютом, которого я не видел даже в «Пьяном Коне». На полках за стойкой, к которой подошел наш новый знакомый, было меньше спиртного, но зато гораздо шире выбор эля и пива.

Пахло деревом, пролитым пивом и чем-то пряным, возможно, табаком или курительными смесями. Низкие потолочные балки были закопчены, а на стенах висели какие-то охотничьи трофеи сомнительного вида. Здесь было на удивление оживленно — гул голосов, стук кружек, редкий смех. Настоящий островок жизни в умирающем городе.

Шесть кабинок выстроились вдоль стены справа, а центр был заполнен круглыми столами, за которыми сидели дневные выпивохи, занятые беседой. Большинство были людьми, их кожа была забрызгана чёрной грязью, хотя, присмотревшись я обнаружил, что у парочки завсегдатаев ноги были не человеческие, а скорее козлиные, с копытами на конце.

Вот значит как выглядят сатиры, — тихо улыбнулся я.

Я видел в Полесье множество существ, о которых слышал только в легендах да сказках, но некоторые все еще продолжали поражать мое воображение.

Впрочем, уют таверны не был для меня удивительным. Бары в спальных районах и заводских кварталах рабочих городах всегда были полны в обеденное время, а по вечерам пользовались еще большей популярностью. Они были местом утешения, где можно было скрыться от серых будней монотонной, тупой работы.

Мы подошли к стойке.

— Что будете? — спросил пожилой трактирщик.

— Я ничего не знаю о выпивке. Как думаешь, что мне стоит попробовать? — сказала Стефания, проводя рукой по моей спине и глядя с любопытством на бар.

— Это зависит от того, какие вкусы тебе нравятся. Что-то горькое, что-то сладкое, что-то крепкое?

— Что-то сладкое.

— Что-то сладкое, — повторил я, глядя на ассортимент спиртного, прежде чем мой взгляд упал на красную бутылку. — Что это?

Трактирщик достал бутылку с полки, осмотрел ее, выглядя так, будто сам не знал. Я сразу вспомнил Кузьму и бутылку Рорнского крепленого в бухте.

— Клубничный спотыкач.

— Хороший?

— Думаю, да.

Я заказал один стакан для Стефании и кружку темного бархатного пива для себя.

— За счет заведения, — сказал трактирщик.

— Не стоит, — ответил ему, открывая окно торговли. — Ублюдок свое получил по заслугам, а не для моей выгоды.

— Как скажете.

Я заплатил мужчине. Нам подали напитки, и мы со Стефанией сделали по глотку.

Я наблюдал за лицом подруги. Она попробовала красную жидкость, на мгновение задумалась, затем дико моргнула.

— Боги… Оно сладкое, но в нем есть что-то еще.

— Это «что-то еще» и есть то, от чего пьянеют.

— Я никогда раньше не была пьяна.

— Не волнуйся, — сказал, протягивая руку. Она улыбнулась и взяла меня под руку. — Я с тобой.

Она легко рассмеялась, и мы прошли к ближайшему столику спрятанному за деревянной перегородкой.

Некоторое время мы просто сидели там вместе, наблюдая за людьми, и на краткий миг я почувствовал себя самым обычным парнем. Вернулся домой, в обычный бар, на обычное свидание с красивой девушкой, прижавшейся ко мне.

И это было умиротворяюще. После всего, что произошло за последние недели, я наконец смог расслабиться, хотя бы на пару минут.

— Как напиток?

— Привыкаю, — кивнула Стефания. — Голова немного тяжелая.

— Не торопись. Выпей воды.

Она достала свою флягу и сделала несколько глотков, пока я осматривал бар из одного конца в другой.

Когда мой взгляд достиг двери, в таверну вошли три человека. На секунду подумалось, что это вернулась та троица отморозков, но когда мои глаза сфокусировались, я увидел, что это совершенно другая компания. Стройная, поджарая девушка и двое огромных парней за её спиной.

Девушке было от двадцати пяти до тридцати, с короткими волосами, в жилетке и огромной зеленой куртке, потертые штаны, а на ногах ботинки, покрытые засохшей грязью.

Однако мое внимание надолго на ней не задержалось.

Ее двое спутников выглядели как самые большие люди, которых я когда-либо вообще видел вживую. И это буквально были две одинаковые копии. Мощные, мускулистые близнецы ростом более двух метров и весом за сотню килограмм. Прямо живые машины.

На секунду мне показалось, что они преследуют девушку, но когда она подошла к стойке, то повернулась к парням и указала на них указательным и средним пальцами, а затем ткнула в сторону барных стульев.

Без колебаний они оба послушно заняли свои места. Скрип деревянных стульев под ними был слышен даже с другого конца таверны.

— Нет, нет, — сказал пожилой мужчина. — Только не снова, Лизи. Твой долг и так уже достаточно велик. Я тебе больше не наливаю.

— У нас на носу новая работа. Нас вот-вот примут.

— Да, да, ты мне уже говорила. Ты говорила мне это вчера, и позавчера, и позапозавчера, с тех самых пор, как ты и близнецы впервые начали пить здесь. Приходит время, когда все заходит слишком далеко. Сначала собери немного денег.

— Как насчет представления? Что-нибудь занимательное?

В пространстве перед стойкой девушка внезапно выполнила идеальное сальто назад, ее стройное тело сгруппировалось в воздухе, прежде чем ловко приземлиться на ноги.

Это выглядело впечатляюще, но трактирщик и все посетители едва обратили на это внимание. Они, вероятно, видели этот трюк уже тысячу раз.

— Ты что, издеваешься надо мной, Лиза?

— Но…

— Оглянись. Этот бар последний оплот счастья в этом городе, и это о многом говорит. Моя шахта закрывается, и скоро единственным засранцем здесь останется этот старик Ольхин в своем уродливом старом доме на холме. Убирайся, пока еще можешь. Можешь отправиться в один из портов и спуститься по реке, найти новый город. А сейчас я могу дать тебе только воды, и на этом все. После этого вам придется уйти. В долг я больше не дам.

Всё это время мы со Стефанией наблюдали за этой компанией. Вмешиваться в чужие дела обычно не в моих правилах, однако в этой девчонке и ее двух амбалах что-то было. Возможно, они для моего поселения могли принести много пользы. А что может быть лучше в вербовке новых поселенцев, чем помощь в решении их проблем, особенно когда можно получиться вместе с благодарностью еще и выгоду?

— Присмотри тут, — сказал Стефании и поднялся из-за стола. Подошел к стойке и облокотился на нее между близнецами и девушкой.

— Что хочешь выпить? — спросил у неё. — Угощаю, выбирай.

Она повернулась в мою сторону и окинула подозрительным взглядом.

— О, нет. Я не принимаю выпивку в обмен на услуги, особенно на те, о которых ты сейчас думаешь. То есть, ты неплохо выглядишь, но я в этом не заинтересована.

Я усмехнулся. Наивная. Или, наоборот, слишком опытная.

— С такими телохранителями за спиной? — я кивнул на близнецов. — Нужно быть полным идиотом, что бы подкатывать к тебе с такими предложениями. Кстати, господа, добрый день!

Один просто кивнул мне в ответ, а другой низким голосом произнес: «Привет».

— Я просто хочу угостить вас всех выпивкой и пообщаться.

— Что ты хочешь взамен?

— Как насчет того, чтобы подойти и поговорить со мной и моей спутницей?

Я указал в сторону нашего стола. Девушка бросила взгляд туда, где сидела Стефания.

— Какая красивая с вами спутница, — заметила девушка.

— Мы с ней путешествуем. Так что скажете?

Девушка стрельнула в меня глазами, а затем улыбнулась.

Я заказал им три кружки пива. Пока близнецы остались стоять у стойки и медленно тянуть пиво, впрочем, не сводя внимательных глаз с нас и окружающей обстановки.

Лиза присела напротив меня. Движения у нее были легкие, кошачьи, несмотря на усталость, сквозившую во взгляде. Она небрежно откинула со лба короткую прядь волос и смерила нас оценивающим взглядом.

В ее глазах плясали одновременно и настороженность, и любопытство с затаенной надеждой. Я видел такие взгляды. Они говорили о том, жизнь изрядно помотала их владельцев, но окончательно не сломила. Такие либо становятся верными союзниками, либо опасными врагами. Третьего не дано.

— Меня зовут Василий. Это Стефания, моя жена.

— Твоя жена, — медленно повторила Лиза. — Это многое объясняет. Прости, что я там лишнего наговорила. В этом городе хватает засранцев, чтобы девушка дважды подумала, даже когда у нее за спиной пара таких братьев. Меня зовут Елизавета, приятно познакомиться.

Мы пожали друг другу руки.

— Так это твои братья?

— Да. Богдан и Данила. Знаю, мы не очень-то с ними похожи. Ты, наверное, еще больше удивишься, узнав, что для них старшая сестра.

Я сделал большой глоток пива из своей кружки.

— Родители погибли, нам пришлось выживать на улицах. Ты не смотри, что они такие большие, на самом деле, они очень добрые. По крайней мере, до того момента, пока кто-то не проявит агрессию. Сам понимаешь, тяжёлые времена и лихие люди. Один из братьев говорит мало, а другой и подавно совсем не разговаривает. Они не тупые, просто… Тихие. Обычно я веду все переговоры за нас. А какая у тебя история?

— Тебе длинную версию или короткую?

— У меня есть время. Этого пива, она стукнула по кружке ногтем, мне должно хватить на пару часов.

Все же я выбрал короткую версию.

— Я строю свое небольшое поселение.

— Вот как? Не могу сказать, что слышала о большом количестве поселений в этом районе.

— Значит, о некоторых всё же слышала?

— Прошу прощения?

— Ты сказала, что не слышала о большом количестве поселений. Значит всё же есть ещё поселения, о которых ты знаешь?

— А ты придирчивый, — Лиза широко улыбнулась. — Где-то поблизости есть ещё поселение. Они в нескольких километрах к северо-западу отсюда. Не слишком большое, но в последнее время они часто перевозят руду.

— Ясно… А не знаешь, что за руду они перевозят? И куда, если не секрет?

Лиза пожала плечами.

— Обычную, вроде железную. Тащат куда-то на север, дальше по тракту. Говорят, там есть какой-то крупный заказчик. У них небольшой караван и они держатся обычно особняком.

Я постучал пальцами по столу. Думаю, это поселение находится на приличном расстоянии от меня, но на всякий случай я решил уточнить.

— Где находится это поселение?

— Ты действительно думаешь, что я знаю об этом? — она пожала плечами.

— Понял, а как так получилось, что вы не можете заплатить за выпивку?

Лиза вытерла рот и на мгновение отвела взгляд.

— Это шахтерский город, или, по крайней мере, раньше им был. Большинство людей работали в нем, включая меня и моих братьев. Вот только ресурсы начали иссякать. Мы выдолбили землю и наткнулись на скальную породу. Там мало что осталось, а то, что осталось, прибрал к рукам этот старый ублюдок Ольхин.

— Кто он? — спросила Стефания. — Местный мэр или князь?

— Ты видела тот большой дом, когда въезжала в город? Тот, что на холме? Он его владелец, и он владеет шахтой. Любой может там работать, при условии, что в конце дня отдаст 80% добычи его бандитам. Мы с братьями годами этим жили, но теперь, когда жила истощилась, заработать становится всё сложнее и сложнее. А других вариантов для заработка здесь практически не осталось.

— Куда уходит вся руда?

— Ее отправляют по всему Полесью. Поселениям, портам, более крупным общинам, частным покупателям. Им металла никогда не хватает, как и всего в этом мире.

— Это уж точно… А что насчет этого Ольхина? Он, должно быть, богат, если так долго забирал себе большую часть добытой руды из шахты.

— О, да.

— Так что он делает со всем этим золотом?

— Он коллекционирует.

— Что именно коллекционирует?

— Все. Оружие, коллекционные предметы, диковинные вещицы, странные руды, ценности, магические предметы, рецепты всего, что только можно себе вообразить…

— Рецепты? Для чего?

— Для всего, как я уже сказала.

— Зелья?

— Именно.

— А он заинтересован в торговле или обмене?

— Сам он этим не занимается, но у Ольхина есть помощник. Через него можно попробовать купить копию рецепта. Правда это будет дорого стоить и поговаривают, что его клиентов потом ни кто в поселении не видел. Может быть конечно они уезжают, но что-то верится в это с большим трудом.

— Любопытно, — протянул я, сделав еще глоток прохладного пива. План в моей голове стал вырисовываться всё отчётливее. Я едва заметно кивнул Стефании. — Итак, Лиза, — продолжил говорить, поворачиваясь к ней. — У меня есть к тебе деловое предложение.

— Слушаю.

— Тебе и твоим братьям нужна работа и выход из этой долговой ямы. И нужна она вам ещё вчера. Присоединяйтесь к моему поселению, и, пока вы будете работать и помогать, я обещаю, что вы не будете нуждаться ни в жилье, ни в еде… Не обещаю большого количества разносолов, но сыты точно будете.

Лиза снова окинула меня подозрительным взглядом.

— Когда ты покупал эти напитки для меня и братьев, подвоха не было, но теперь я чувствую, что он есть.

— Есть. Я ищу рецепт зелья под названием «Живая Вода». Оно очень важно для меня. Мне сказали, что он довольно редкий, и я думаю, что раз Ольхин такой барахольщик, возможно у него в коллекции найдется этакой рецепт. А раз у тебя есть выходы на его помощника, возможно у тебя получится организовать нам встречу?

Лиза снова посмотрела на меня и с тоской взглянула на своих братьев. Я думал, она сейчас согласится, но…

— Не думаю… Ты кажешься хорошим человеком, особенно для главы своего поселения, но…

— Лиза? — сказала Стефания рядом со мной самым нежным голосом, на какой только была способна. — Если ты не возражаешь, где вы сейчас живете?

— Здесь, в городе. Мы снимаем маленькую комнатушку.

— Всего одна комната на троих?

— Не нужно тыкать мне этим в нос.

Я уже хотел было вмешаться, чтобы пресечь назревающий конфликт, но Стефания едва заметно коснулась моей ноги под столом, давая понять, что у нее свой план и все под контролем. Ладно, посмотрим, что она задумала. Главное, чтобы это не противоречило моим целям.

— Я не хочу тебя обидеть, — продолжила Стефания самым невинным тоном. — Я просто знаю, что мой муж заботиться о своих людях. Он хочет, чтобы ты и твои братья были приняты в нашу большую семью, и это правда, все, о чем он говорил — вода, еду, припасы, возможность работать… О, и дом тоже.

Глаза Лизы немного расширились.

— … Дом?

— Конечно. Каменный дом с гостиной, кухней и даже тремя отдельными спальнями для тебя и твоих братьев. Он будет полностью вашим, если вы согласитесь нам помочь и перебраться в наше поселение. Так что ты думаешь? Тон ее голоса был похож на заклинателя змей, дразнящий и манящий.

Черт, да я и сам захотел жить в этом проклятом доме после того, как Стефания о нем рассказала…

Глава 22

Выражение лица Лизы медленно менялось. Сначала на нём появилось задумчивое выражение, а затем она стала медленно кивать в такт своим мыслям.

— Хорошо. Я сделаю это, — она встала из-за стола, допивая свою кружку пива. — Схожу попробую договориться с помощником Ольхина о встрече. Посмотрю, что можно сделать и на каких условиях. Встретимся через три часа на той стороне улицы, в переулке рядом с постоялым двором.

Не говоря больше ни слова, Лиза пересекла бар и хлопнула братьев по спине. Оба послушно, залпом допили остатки своего пива и последовали за ней на улицу.

— Неплохо, — сказал поворачиваясь к Стефании. — Как ты до этого додумалась?

— Василий, ты конечно хороший переговорщик, но иногда лучше взглянуть на ситуацию со стороны, что бы понять истинные потребности человека. Заключая сделку, нужно продавать то, что твой покупатель или клиент хочет получить больше всего. Лиза и её братья кое как питаются, да и воду найти тут можно, а вот с жильём… Сам подумай, в каких условиях могут жить бывшие беспризорники, что лишились родителей и сейчас перебиваются с копейки на копейку? Уж точно не в царских хоромах… А Лиза, довольно красивая молодая девушка… Она точно мечтает о своей комнате и большом доме для всей её семьи. И это именно то, что мы можем им предложить. Ты ведь построишь для них дом?

— Конечно, хороший, каменный дом, в Полесье это не роскошь, а залог выживания. Знаешь Стефания, твои навыки переговоров меня немного пугают.

— Пугают… Это последнее, что мне хотелось от тебя услышать, — усмехнулась она, делая глоток из своего стакана. — Кроме того, думаю в этих переговорах без помощи клубничного спотыкача дело не обошлось. И все же, мне кажется, что мы её немного обманули. Она ведь с братьями и правда нуждается в жилье, но эта авантюра можем подвергнуть их всех опасности.

— Опасность и совместный риск — это плата за возможность, а ещё хороший фундамент для совместного проживания и работы. Ведь важно не только преломить хлеб, но и проверить будущих товарищей в бою. Всё же, что не говори, а самая лучшая проверка человека его надёжности и других качеств, — это проверка боем… Хотя надеюсь, до этого не дойдет и с Грифом и его охраной мы разойдемся мирно. В любом случаем, не волнуйся, у меня есть козыри в рукаве.

Три часа пролетели незаметно. Мы со Стефанией провели это время, прогуливаясь по городу, изучая местные лавки и просто наслаждаясь обществом друг друга. Клубничный спотыкач давно выветрился из головы подруги, но настроение у нее осталось приподнятое.

Когда назначенное время подошло, мы с ней направились к постоялому двору. Переулок рядом с ним оказался узким и тенистым, идеальным местом для конфиденциальной встречи.

Лиза нас здесь уже ждала, прислонившись к стене и немного нервничая. Братья стояли чуть поодаль, как обычно молча наблюдая за окрестностями. По лицу Лизы мне было сложно понять, удачно ли прошли переговоры.

— Ну как? — спросил, подходя ближе.

— Поговорила с Грифом, — проговорила она, и в её голосе звучала усталость. — Он согласился на встречу.

— И?

Лиза помолчала, собираясь с мыслями.

— Рецепт «Живой Воды» у него есть. Точнее, копия есть. За нее он просит полторы тысячи золотых монет, чистым золотом.

Я кивнул. Сумма была серьезная, но не неожиданная. За такие рецепты всегда просят много.

— Когда встреча? — спросила Стефания у Лизы.

— Сегодня в десять вечера. В южном районе города. Людей там мало живет, и есть там один подходящий для этого старый заброшенный дом. Прямо за остатками городского вала. Гриф любит такие места, подальше от лишних глаз и потише.

— Он придет один? — поинтересовался, хотя уже догадывался, о её ответе.

— Конечно, нет, — Лиза покачала головой. — Гриф никогда не ходит один. Обычно с ним двое-трое охранников, но может быть и больше. Он параноик, и все его люди вооружены.

Я внимательно посмотрел на Лизу. Что-то в ее поведении подсказывало, что не все так просто.

— Что еще? — спросил я. — Чувствую, ты рассказала не все.

Лиза вздохнула и отвела взгляд.

— Гриф… он странный. Когда я с ним говорила, у меня было ощущение, что он что-то скрывает. Слишком быстро согласился на встречу, слишком легко назвал цену. Обычно он торгуется по каждой мелочи, а тут…

— Подозреваешь ловушку?

— Не знаю. Может быть. А может, он просто хочет быстро избавиться от рецепта. Пока Ольхина нет в городе. Он говорил что-то о том, что и сам скоро уедет на деловую встречу.

Я обдумал услышанное. Не знаю на счет подозрений девушки, но к сделке с новым и непроверенным партнером в любом случае следовало подойти предусмотрительно.

— Хорошо, — сказал, привлекая к себе внимание Лизы и её братьев. — Мы идем на потенциально опасную встречу, поэтому мне нужно знать, вы готовы составить нам компанию или вы доводите нас до дома, получаете десяток монет за помощь в организации встречи и дальше наши пути расходятся. Решайте, потому что наша встреча с Грифом может быть довольно опасной, а тащить туда вас насильно я не хочу. Это не в моих правилах. Ну что?

Лиза и Братья переглянулись… — Мы готовый с вами идти до конца. И в случае заварушки, — прикроем спины. У нас только один вопрос. Если переговоры провалятся и ты не получишь рецепт, твоё предложение на счёт дома для нас, останется в силе? Василий, ты сдержишь своё обещание?

— Да, не зависимо от того, как пройдут переговоры, я гарантирую, что вы получите каменный дом в моём поселении.

— Тогда мы в деле.

— Хорошо, мне важно сейчас понять, на какую помощь я могу могу рассчитывать. Лиза, какое оружие ты предпочитаешь? Как дерешься?

— Ножи, — коротко ответила она, слегка приподняв край куртки и показав рукоятки двух клинков висящих на поясе. — Быстро и тихо. Училась на улицах, так что стиль не благородный, но эффективный.

Я кивнул. Уличная школа боя означала практичность и беспринципность, это нам пригодится.

— А братья? Умеют только кирками махать или есть опыт с другим оружием?

Лиза переглянулась с Богданом и Данилой, затем ответила:

— У них кулаки размером с мою голову, и они знают, как ими пользоваться. Плюс братья работали в шахтах, у каждого есть по кирке в инвентаре. Представь, что будет если ударить ими не по скале, а по голове человека.

Богдан молча похлопал по ноге, Данила молча кивнул.

— Серьёзный аргумент, не идеально, но лучше чем совсем с пустыми руками, — кивнул, продолжая анализ. — Стефания, у тебя насколько я знаю, есть только арбалет. Дальний бой, что не очень удобно для тесного помещения. Сколько болтов у тебя с собой?

— Два десятка, — ответила она. — И да, если придётся стрелять в доме, буду внимательна и осторожна, чтобы случайно никого из вас не зацепить.

Я мысленно прикинул расстановку сил. У нас четыре бойца с разными навыками против неизвестного количества охранников и самого Грифа. Нужно использовать наши преимущества и нивелировать слабости.

— Тогда план такой. — Лиза заходит первой. Она знакома с Грифом, так что это будет выглядеть более естественно. Представляет меня как покупателя. Я иду следом, веду переговоры. Стефания остается у входа или у окна, откуда будет хороший обзор для стрельбы, но при этом можно будет быстро сменить позицию.

Братья слушали внимательно, время от времени кивая.

— Богдан и Данила, — обратился я к ним, — вы блокируете пути отступления Грифа и его людей. Если начнется драка, ваша задача не дать никому сбежать из комнаты и поднять тревогу. Используйте свою силу и габариты, загоняйте противников в узкое пространство, где Лиза сможет разобраться с ними ножами. И еще один вопрос, к тебе Лиза. На случай если придется быстро уходить, какие есть пути отступления?

— С южной стороны дома только открытое пространство и широкая улица. Будем там, как на ладони, — ответила Лиза. — Но с обратной стороны все наоборот. Там задворки соседних домов, через них можно пройти незамеченными даже большой группой и успешно скрыться.

— Хорошо, — значит, так и поступим. Если что-то пойдет не так, то через задворки прорываемся за город, там садимся на лошадей и встречаемся на главной дороге в пяти километрах от города. Вы готовы к такому развитию событий?

— Я согласна, — улыбнулась Стефания.

— Нас это устраивает, — кивнула Лиза. — Надоело унижаться. За нормальную жизнь и собственный дом мы готовы рискнуть.

— Вот и отлично. И напоследок, — добавил, проверяя свое снаряжение. — Если драка все же начнется, пленных не берем. Если Гриф и его охрана учинят беспредел, то церемониться с ними нельзя. Эти люди не прощают ошибок. А оставшийся в живых бандит, — это ошибка, которая потом может стоить жизни. Это понятно?

Лиза внимательно посмотрела на меня, а потом кивнула.

— Говоришь как человек, который знает, о чем речь, — заметила она.

— Знаю не понаслышке, — коротко ей ответил. — И предпочитаю из таких историй выходить живым.

Стефания тихо хмыкнула рядом со мной. Она тоже знала, что я не склонен к лишним сантиментам, когда дело касается выживания.

В половине десятого я проверил свои вещи. Кристалл Телекинетического Удара был на месте, меч висел на поясе, несколько зелий лежали в кармане. Своих лошадей со Стефанией Лошадей мы уже перегнали и оставили в квартале от места встречи. Подготовка завершена.

— Ну что, — я сказал, оглядывая нашу небольшую команду. — Солнце садится, время пришло. Пойдем знакомиться с местными деловыми кругами.

— Пойдем, — бодро ответила Лиза.

Мы двинулись к окраине города.

До места встречи дошли минут за двадцать. Шли молча, каждый думал о чем-то своем. Я как прежде прокручивал в голове разные варианты развития событий. Большинство из них заканчивались дракой.

Заброшенный дом стоял за городским валом на пустыре перед широкой улицей. Крыша местами провалилась, а окна зияли черными дырами. Но в одном из них мелькал тусклый свет.

— Вот он, — тихо сказала Лиза, остановившись шагах в пятидесяти от нужного нам дома.

Я присмотрелся. Обычная развалюха, каких много на окраинах любого города. Но место выбрано удачно — далеко от любопытных глаз, здесь можно голышом бегать, ни кто внимание не обратит. Людей просто нет. Гриф хорошо знает где проворачивать свои дела.

— Данила, — обратился я к одному из братьев, — сходи, проверь вход и территорию вокруг дома. Только осторожно.

Молчаливый здоровяк кивнул и двинулся к дому, обходя его по широкой дуге. Мы ждали. Стефания проверила арбалет, Лиза покрутила в руках нож, Богдан переминались с ноги на ногу. Все нервничали, хотя старались этого не показывать.

Через несколько минут Данила вернулся.

— Ловушек не видно, — сообщил он своим глухим голосом. — Дверь не заперта. Внутри голоса.

— Сколько человек?

— Много. Штук шесть-семь, не меньше.

Я мысленно выругался. Лиза говорила про двоих-троих. Либо она ошиблась, либо Гриф решил подстраховаться. В любом случае, шансы на мирное решение вопроса таили на наших глазах.

— Ладно, — отступать я не собирался. — Все помните план?

Все утвердительно кивнули.

Мы подошли к дому. Лиза первой переступила порог. Я пошел следом, Стефания держалась позади, готовая вытащить из инвентаря арбалет и начать стрелять по моему приказу. Братья встали в дверном проеме так, что их массивные фигуры полностью его перекрыли.

Внутри горела масляная лампа. Ее тусклый свет падал на стол в центре комнаты, за которым сидел мужчина лет сорока. Высокий, худощавый, с хищным лицом и внимательными глазами. Одет дорого, но без излишеств — ничего лишнего, что могло бы помешать в драке.

Это определенно был Гриф. А за его спиной стояли пятеро здоровяков с оружием. И все выглядели как матерые головорезы.

В комнате стало тихо. Только скрип половиц под нашими ногами да редкие вздохи нарушали молчание. Я почувствовал, как все напряглись — и наши, и его люди. Воздух стал густым, как перед грозой.

— Лиза, — голос Грифа был низким, немного хриплым. — Привела своего друга. Хорошо.

Он перевел на меня свой изучающий взгляд. Я выдержал его и глаз в сторону не отвёл. Такие люди уважают только силу, а слабость чувствуют за версту.

— Присаживайтесь, — кивнул он на стулья напротив. — Не будем стоять, как истуканы.

Я сел, оставив свободными руки. Стефания осталась стоять у стены, откуда хорошо просматривалась вся комната.

— Лиза рассказала о вашем интересе к одному редкому рецепту, — начал Гриф, складывая руки на столе. — Должен сказать, что меня это удивило. «Живая Вода» не самое популярное зелье в наших краях.

— У каждого свои потребности, — ответил я спокойно.

— Безусловно, — согласился Гриф. — Я не любопытствую. Тем более что рецепт у меня действительно есть. Точнее, копия.

— Качественная?

— Можете не сомневаться. Алхимик мастера Ольхина проверял его. Зелье получается именно таким, каким должно быть.

Гриф откинулся на спинку стула, внимательно разглядывая меня.

— Вы прибыли к нам издалека? Местные лица мне знакомы, а вас я раньше не видел.

— Приходится иногда путешествовать, — уклончиво ответил на его вопрос. — Редкие вещи не на каждом углу найти можно.

— Это точно, — усмехнулся Гриф. — Особенно такие редкие, как «Живая Вода». А скажите, вы случайно не интересуетесь другими рецептами? У меня достаточно обширная коллекция копий…

— Пока только этим. Может быть, в будущем…

— Понимаю. Тогда давайте перейдем к делу, — Гриф выпрямился. — Полторы тысячи золотых. Чистым золотом, как я уже говорил Лизе.

— Хорошо, — я кивнул и открыл окно торговли.

Гриф удивился на мгновение, не ожидал, видимо, что я так быстро соглашусь без торга. Но он быстро взял себя в руки. Таких, как он, просто так не удивишь.

— М-да, — протянул он, помещая свиток в свое окно. — Вижу, ты не первый день в этом деле.

Я увидел название.

Рецепт: Живая Вода (копия)

Система подтвердила его подлинность. Отлично.

Я переместил необходимое количество золотых монет в окно торговли.

— Пятнадцать сотен, как договаривались.

Гриф внимательно рассмотрел золото через окно торговли. Кивнул, довольный.

— Приятно иметь дело с профессионалами, — сказал он.

Мы одновременно подтвердили сделку. Свиток появился в моем инвентаре, а золото тут же исчезло. Дело сделано. Можно было расходиться.

Но что-то в улыбке Грифа мне не понравилось. Слишком уж он был доволен. И его люди как-то странно себя вели. Не расслабились после завершения сделки, а наоборот, еще больше напряглись.

— Что ж, — сказал Гриф, отходя от стола, — дело сделано.

— Да, — согласился с ним и тоже поднялся со стула и сделал шаг назад. — Приятно было иметь с вами дело.

— И мне, — ответил Гриф. И добавил с той же зловещей улыбкой: — Жаль только, что на этом наше знакомство заканчивается.

В тот же миг его люди схватились за оружие. Топоры, мечи, дубины — все появилось в их руках одновременно, как по команде. Да так оно и было, команды не было, но все было заранее спланировано и отточено.

Я тоже не зевал. Пока Гриф произносил свои красивые слова, я уже держал руку в кармане, сжимая Кристалл Телекинетического Удара. Рецепт зелья был в инвентаре, а значит, можно было действовать.

— Импактус! — выкрикнул, вкладывая всю силу в этот удар.

Мощная телекинетическая волна ударила прямо в Грифа и его подельников. Их не просто отбросило — а вмазало в стену так, что затрещал весь дом.

Доски треснули, поднялось облако пыли. Крики боли и ругательства заполнили комнату.

— За мной! — крикнул я, выхватывая меч.

Не стал ждать, пока Гриф оправится от удара. Подскочил к нему и одним точным движением снес голову. Кровь брызнула на стену, а тело рухнуло на пол.

Остальные наши тоже не дремали. Лиза метала ножи с такой скоростью, что казалось, у нее их целый арсенал. Один бандит схватился за горло, где торчал нож по самую рукоять. Второй рухнул, зажимая рану в брюхе.

Стефания стреляла из арбалета методично, без спешки. Взвела, прицелилась, выстрелила. Еще один противник упал с болтом в груди. Перезарядила, снова выстрелила. И еще один.

Братья работали кирками, как и положено — медленно, но сокрушительно. Богдан размозжил голову одному из бандитов, Данила проломил грудную клетку другому. Они не торопились, но каждый их удар был смертельным.

Все закончилось за считанные секунды. Гриф и его люди лежали мертвыми, а их кровь впитывалась в грязный пол.

— Быстро, обыскиваем тела. Берем золото и все ценное.

Мы пролетели по трупам, собирая по карманам монеты, оружие и украшения. Никаких сантиментов, только холодный расчет. Мертвым деньги все равно уже не нужны.

— Данила, поищи в доме подвал или погреб, — приказал здоровяку. — Нужно спрятать тела.

Данила обошел дом и вскоре вернулся, кивнув в сторону дальнего угла.

— Лаз есть. Глубокий.

Мы быстро перетащили все трупы в погреб. Лиза стерла кровь песком с пола, Стефания собрала наши стрелы и ножи. Богдан завалил лаз в подвал досками и хламом, чтобы его сразу не заметили.

— Лампу гасим, — сказал я. — И быстро отсюда.

Через несколько минут дом снова выглядел совершенно заброшенным. Никто бы не подумал, что здесь недавно была резня. Тела найдут нескоро, а когда обнаружат — будет поздно.

Мы тихо выбрались через задний двор, и двигаясь через огороды и переулки выбрались к окраине города. За нами не били колокола, не кричали люди. Город мирно спал, не подозревая о том, что произошло на его окраине.

Добравшись до лошадей, быстро вскочили в седла и поехали прочь.

— Ну что, — я начал говорить, когда мы уже скакали по лесной дороге, — вроде получилось.

— Получилось, — согласилась Лиза. — Хотя я не ожидала, что у тебя есть в запасе такие фокусы.

— У каждого свои секреты, — ответил ей. — Главное, что мы все живы и с добычей.

Стефания хмыкнула рядом со мной.

— И никто не поднял тревогу. Будут думать, что Гриф просто исчез. Тем более он вроде бы собирался в дорогу…

— Лучше так, — согласился с ней. — Меньше внимания к нам.

Мы ехали дальше, а я думал о том, что произошло. Да, мы получили рецепт. Да, заработали неплохие деньги. И при этом не наделали лишнего шума.

Впрочем, враги у нас все равно рано или поздно здесь бы появились. Просто теперь на одного главаря банды стало меньше, надеюсь местные так и не узнают, кто именно это сделал…

Глава 23

Путешествовать по диким местам ночью мне доводилось только в крайних случаях: либо когда за мной гнался какой-нибудь гигантский монстр, либо когда приходилось спасать кого-то из моих поселенцев от обезвоживания. Нынешняя ситуация определенно подпадала под понятие «крайний случай», поскольку свалить из Серохолмья быстро и незаметно было моей главной задачей. Впрочем, я чувствовал себя куда спокойнее, учитывая, что нас было пятеро, включая двух парней, которые с виду могли вырубить быка одним точным ударом. Ну, или как минимум, очень большого лося.

Шли мы все пешком, так как лошадей у нас на пятерых было всего две — Заря и Стрела. У меня и в мыслях не было позволить им тащить на себе кого-то, пока Лиза с братьями плетутся следом.

По дороге домой особых проблем не возникло, если не считать зверья, которое то и дело шарахалось по кустам, заставляя нас вздрагивать и хвататься за оружие. Через несколько часов мы добрались до моих земель.

Мне пришлось будить Кузьму, который устроил себе лежбище на дереве у границы, чтобы нас туда впустили. Спал он так крепко, что, пока его будил, вместе с ним разбудил и Тихомира. Тот толком не продрав глаза, отпер нам ворота.

Отправил их обоих досыпать, пока Стефания отводила лошадей на пастбище. Заперев ворота, я проводил Лизу, Богдана и Данилу к старому дому в западной части своих владений, где раньше жил Юлий, мой управляющий животноводческой фермы, и вошел внутрь вместе с ними.

— Обстановочка тут, конечно, спартанская, но в другом доме и в моих хоромах пока не сильно лучше. В доме пока две кровати, так что кому-то придется сегодня переночевать на полу, взяв матрас и подушку.

Все трое с тихим восхищением оглядывали небольшой каменный дом. Первыми ко мне обернулись Богдан и Данила, оба протягивая руки для рукопожатия.

Я всегда был сторонником крепкого рукопожатия, но после их «дружеского» пожатия мне не иначе, как чудом удалось остаться с целыми пальцами. Заодно и принял обоих в поселение.

— В этот момент в их глазах вспыхнул сначала огонёк недоумения, а затем какого-то щенячьего восторга. Ну вот и раскрыто моё Княжеское инкогнито…

— Спасибо, — просто сказал Данила, а Богдан кивнул. Братья ушли в спальню, оставив нас с Лизой в коридоре.

С момента нашего знакомства она держалась прямо и решительно, но сейчас, в лунном свете, проникавшем сквозь открытую дверь, я увидел, как ее глаза увлажнились.

— Спасибо, Василий… Это просто невероятно.

— Располагайтесь. Отдыхайте, утро вечера мудренее, а у меня своих забот хватает.

Я собрался уходить, но Лиза схватила меня за руку.

— Что такое?

Она на мгновение посмотрела на меня, потом обхватила руками и крепко обняла.

Я чувствовал, что для нее это был противоречивый жест; что-то, что ей хотелось сделать, но при этом она очень стеснялась.

Я обнял ее в ответ в тишине дома. Мы простояли так несколько долгих мгновений, прежде чем она отстранилась.

— Князь, — она заглянула в мои глаза, и увидев, что я утвердительно кивнул, подтверждая её догадку. Затем набрала в грудь воздуха и продолжила говорить. — Я хочу, чтобы ты кое-что знал, прежде чем я пожму твою руку и стану частью твоего поселения.

— Что именно?

— Я знаю, что у тебя много жен, но… я не могу быть одной из них.

— Занятно. А я и не предлагал, — ухмыльнулся я в ответ. У меня их и так три, да и не тащу я насильно никого в свою постель. — Выбор за тобой, силой никого не тяну.

— Может, и нет, но я просто хотела это прояснить прежде чем принять твоё приглашение. Я… в общем не готова сейчас к серьёзным отношениям. Да и брак, пока не для меня, не готова я к этому и так постоянно присматриваю за братьями.

— Понимаю. И точно не буду лезть в вашу жизнь и к чему-то принуждать. Воспринимайте наше поселение, как одну большую семью. Добро пожаловать в Волот.

— Хорошо, — улыбнулась она, протягивая руку. — И еще раз спасибо.

— Не нужно меня постоянно благодарить. Я ценю то, что вы стали со мной плечом к плечу и пошли на риск.

Я пожал ей руку и принял в свое поселение.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Вышел, прикрыв за собой дверь, и направился к своему дому на дереве. Стефания уже раздевалась внутри и собиралась ложиться спать, когда я вошел в комнату. Лара и Забава, обнявшись, лежали на моей большой кровати и сонно пошевелились, когда мы к ним присоединились.

Я смертельно устал и почти мгновенно уснул, окруженный своими женами.

* * *

— А потом мы вырубили нескольких охранников, выбрались из дома и убрались из города. Вернулись довольно поздно.

— И как тебе новые поселенцы? — спросила Забава, приподнимаясь на локте и убирая темные волосы с лица, меж своих тигриных ушек. Ее хвост лениво качнулся из стороны в сторону.

— Они приятные и трудолюбивые, — сказала Стефания. — Братья почти не разговаривают, а Лиза за ними присматривает. Думаю, она для них… опекун, наверное, это подходящее слово. Она говорит им, что делать, направляет их… Они хорошие люди.

— Рада это слышать, — сказала Лара, переворачиваясь на живот рядом со мной; ее большая грудь прижалась к простыням. — Впрочем, я и не думала, что ты пригласишь в поселение кого-то ненормального.

— Главное, чтобы были верными, — ответил охотнице. — Это мое главное правило. Просто… постарайтесь пока сильно не тревожить братьев. И скажите мне, если заметите какое-то странное поведение. Кстати, как там дела с урожаем?

— Все идет своим чередом, — ответила Забава. — Мы вчера закончили с разметкой новых участков и посеяли семена, так что скоро будут свежие всходы.

— Отлично, — сказал ей, обняв ее и Лару, которые прижались ко мне с боков, пока Стефания обнимала Лару сзади и гладила меня по руке. — Эх, лежать бы так с вами весь день, да дела не ждут.

— Князь ты или не князь. Хочешь полежать с нами, так кто тебя гонит? — прошептала Лара мне на ухо. — Тем более я соскучилась…

— Эй, и я соскучилась не меньше, — мурлыкнула Забава. — В последнее время все достается Стефании.

— У меня секс был всего раза три, — фыркнула Стефания. — Я все еще выясняю, что мне больше всего нравится в постели…

— Ну, это справедливо, полагаю…

— Просто чудо, что я вообще успеваю что-то делать, когда вы, девчонки, рядом со мной… — усмехнулся я в ответ на их речи и шлёпнул Зару по её упругой попе.

Было уже позднее утро, когда я наконец оделся и вышел на улицу. Тихомир и Росьяна, как обычно, уже были на ногах. Лизы и ее братьев видно не было, но я и не собирался их будить. Они годами жили в ужасных условиях и заслужили отдых, особенно после вчерашнего боя.

Кстати, я же так и не использовал добытый с боем Рецепт Живой воды…

Я подошел к Тотему Алхимии и перетащил «Живую Воду» в слот для рецепта.

Активировать копию рецепта: Живая Вода?

Я нажал «Принять» и изучил необходимые ингредиенты.

Невозможно создать — требуется: склянка свежей воды ×1, рыбий жир ×2, жабры ×2, Русалкин Шёпот ×1

Первые три ингредиента казались относительно простыми. Надеюсь, это то, что можно достать на Торговом посту.

А вот о Русалкином Шёпоте я никогда раньше не слышал.

После совещания с моими женами Стефания рассказала, что это какая-то особенная трава, да ещё и довольно редкая.

— Она обычно растет в сырых пещерах. Я сама ее никогда не видела. У нее не так много применений.

И эта новость была одновременно плохой и хорошей. Хорошо, что она мало кому нужна, значит шанс того, что она где-то себе тихо растёт не тронутой довольно высок. Но это одновременно и плохо, так как чем менее востребована трава, тем меньше шансов её купить в Торговых лавках.

Я планировал сегодня попозже отправиться за ингредиентами. Основные можно купить на Торговом посту, а что касается шепота русалки… Знаю я где есть влажные пещеры. Как раз в гроте, где скрывается Иляна, внизу были подходящие. Если повезёт, то уже сегодня вечерм смогу приготовить это зелье.

А пока у меня было другое, не менее важное дело.

Я подошел к Тотему Строительства и активировал его.

Кстати, между функциями и ассортиментом Тотема Обороны и Строительства было чёткое и понятное разделение. Оборона, — это всё что касается оружия, доспехов, пушки и других средств, одежды для войны и непосредственного сражения. Только вещи и предметы. А вот Тотем Строительства, — отвечал за возведение зданий и сооружений. Поскольку я хотел построить смотровую башню, то мне был нужен именно тотем строительства. Даже если само здание, как Смотровая башня, имело двойное значение и считалось оборонительным сооружением, но всё равно, как ни крути, оставалось зданием.

Я пролистал ограниченный список предметов, который появился после активации Тотема Строительства. Пока что у меня были открыты деревянные и каменные дома, а также забор, обозначавший периметр моих земель, но из крупных построек больше ничего не было. Можно было бы на этом успокоиться, но я хотел защитить своё поселение по максимуму.

Забор это ведь не только защита от внешнего врага, но буквально красная тряпка для всякого отребья и бандитов. И логика у них была довольно простая. Если постройка, а тем более поселение окружены забором, значит внутри есть что-то ценное. Чем можно поживиться…

Пришло время продолжить наше развитие, тем более количество поселенцев продолжает неуклонно расти.

У меня хватало золотых момент, что бы улучшить Тотем строительства до следующих уровней. С каждым улучшением я открывал в нём новые строения — некоторые были маленькими и скорее касались интерьера и обустройства и в текущий момент были мне не очень нужны: указатели, межкомнатные двери, столы и даже пара простых табуретов.

Пока я добрался до нужных построек, я успел открыть: курятник, садовый туалет и наконец… смотровую вышку!

Изображение в окне предполагало, что она как минимум вдвое выше забора, закрывающего периметр нашего поселения. Я нажал «Создать».

Невозможно создать — требуется: дерево ×200

— Охренеть, — пробормотал почёсывая в недоумении затылок. На одну из простейших деревянных лачуг, которые я полностью проигнорировал, предложив своим поселенцам добротные каменные дома, требовалось 100 единиц дерева.

Одно я усвоил в жизни: обычно получаешь то, за что платишь. Что-то ценное требовало расходов, а в данном случае это был скорее вопрос времени и пота.

Но это не означало, что я не мог разделить работу между поселенцами, чтобы ускорить процесс. Кажется пришло время будить наших новых поселенцев.

Я навестил Лизу и ее братьев. Их входная дверь была не заперта, а всё семейство дружно сидело на кухне и пило горячий отвар из котелка, что нашёлся на кухне.

— Доброе утро, — улыбнулся им. — Вы уже завтракаете?

— Ой, — ответила Лиза. — Я как раз собиралась пойти спросить у тебя разрешения на счет еды.

— Тебе не нужно спрашивать у меня разрешения. Эта еда у нас в свободном доступе. Иди в амбар и возьми что нужно для вашего завтрака из наших запасов.

— Василий, ты в этом уверен?

— Конечно. У нас еды в избытке. Берите все, что нужно.

— Князь, спасибо вам огромное… Должна сказать, мы к такому совершенно не привыкли.

— Не беспокойся об этом. Вообще-то, мне нужна небольшая помощь, если конечно твои братья готовы поработать руками.

— Они к вашим услугам. А я сегодня займусь уборкой и приведу дом в порядок.

— Отлично, — сказал им, переводя взгляд с парней на Лизу. — Итак…

— Когда позавтракаете, зайдите в амбар, захватите топоры, а потом приходите ко мне, я буду у своего дома, что построен на вершине большого дерева в центре нашего поселения. Сегодня мы будем заготавливать древесину.

Вся эта ситуация мне все еще казалась немного странной, но после завтрака, братья встретились со мной у дома на дереве.

Мы направились к южной стороне моих земель за границей поселения, с топорами через плечо, и углубились в лес.

Богдан и Данила переглянулись. У них был этот странный взгляд, который бывает только у людей, привыкших работать вместе. Как будто они общались телепатически. Данила, как обычно, молчал, но Богдан слегка усмехнулся и кивнул.

— Справимся, — коротко бросил он, сжимая топор так, будто это продолжение его руки.

— Отлично. Тогда начнем с тех деревьев, — я указал на группу высоких сосен неподалеку. — Работайте аккуратно, чтобы не повредить соседние стволы. И не забывайте про безопасность.

Богдан хмыкнул, а Данила просто кивнул. Они двинулись к деревьям, и я, честно говоря, ожидал, что они начнут с раскачки. Ну, знаете, как это обычно бывает: пару минут на то, чтобы привыкнуть к инструменту, оценить дерево, прикинуть, с какой стороны лучше подойти. Но нет. Эти двое просто подошли к ближайшим стволам и начали работать, как будто их кто-то включил.

Тук-тук-тук.

Топоры вгрызались в древесину с такой скоростью, что я даже не сразу понял, что происходит. Богдан наносил мощные, точные удары, а Данила, не теряя времени, уже обрубал ветки на упавшем дереве. Они двигались так слаженно, что казалось, будто это не два человека, а один, только в двух телах. Машины, а не люди.

Я с одобрением наблюдал за их слаженной и невероятно быстрой работой.

Через несколько минут они уже свалили несколько стволов и стали их обрабатывать, обрубая мелкие ветки и сучки, превращая в качественные брёвна. Пошла жара…

Я перестал стоять столбом и присоединился к работе, знал, что мне ни за что не угнаться за скоростью парней, тем не менее, стоять и просто смотреть я не планировал, наоборот, чем больше рук, тем быстрее будет сделана работа.

Не прошло и двух часов, как парни подошли ко мне и махнули рукой сторону древесины.

— Готово. Мы сделали двести досок, — медленно проговорил Данила, а его брат, как и всегда молча кивнул головой. Что дальше?

— Э-э… Можете быть свободны, парни. Спасибо за помощь.

Они оба кивнули мне на прощание и молча направились обратно к поселению.

Отличные работники, исполнительные, выполняющие чутко и быстро поручения, но уровень их социализации меня немного напрягал. Раньше их обманывали, заставляли работать за копейки и буквально морили голодом, заставляя чуть ли не побираться, но я не Ольхин. Моя стратегия это сделать всё возможное, что бы каждый поселенец чувствовал себя дома. Частью нашей большой семьи. Одиночки выживают и побеждают довольно редко. Только команда.

Я планировал установить четыре смотровые вышки и равномерно распределить их по краям поселения. Поставить их на севере, юге, востоке и западе. На севере и юге располагались ворота, а они всегда являлись одним из самых уязвим мест для атаки и крупного вторжения.

На западной стороне, была огромная яма, а недалеко от неё находились старые шахты, в глубине которых мы со Стефанией повстречали тройку бандитов. Я не сбрасывал со счетов вероятность, что рано или поздно кто-то к нам может заявиться с той стороны.

Нужно будет как-нибудь снова наведаться туда и проверить обстановку.

Моё маленькое поселение находилось прямо под носом у больших городов. И я не знаю, как долго мы сможем сохранять наше месторасположение в секрете. Тем более вчера у нас произошла кровавая стычка с Грифом и его подельниками. Что бы спать спокойно, нужно планомерно укреплять оборону…

Первой я решил построить смотровую вышку с северной стороны. Это было очевидным решением, учитывая расположение ворот и близость к дому Тихомира и Росьяны, а также к ее будущему ребенку.

Лиза и ее братья располагались на западе, но все трое были немного более закаленными в боях и способными постоять за себя, если что-то решит перелезть через забор к ним в гости.

Я подошел к Тотему Строительства и нажал «Выбрать» на смотровой вышке.

Мерцающий синий квадрат, представляющий основание, появился на земле передо мной. Стоило мне сдвинуться на сантиметр, как он стал красным.

Невозможно построить здесь.

Я вышел в поля, пожелав Тихомиру и Росьяне доброго утра по пути к северным воротам, и расположил башню чуть левее от них.

Нажав «Принять», я увидел перед собой интерфейс как расположить и куда поставить первую доску.

У меня не было сомнений, что Богдан и Данила снова помогут мне со строительством башни, но это было то, над чем я хотел поработать сам. Постройка каждой части дала бы мне некоторое представление о том, как все это да и что говорить, после вчерашних событий, мне хотелось поработать руками.

Все собралось быстрее, чем я ожидал. Основание, высотой около трех метров, было сконструировано и укреплено перекрывающимися досками, которые соединялись между собой и обеспечивали устойчивость башни. Кроме того, ее основание было защищено забором, так что ее нельзя было снести, если только кто-то не находился внутри периметра.

Между балками, поддерживающими платформу наверху, система привела меня к созданию ряда ступеней, которые в итоге привели меня к последней точке. Я встал на эту единственную ступеньку и оттуда построил платформу, где должен был находиться стражник или тот, кто будет назначен дозорным на башню.

Это было достаточно просторное место, квадрат три на три метра с квадратным люком по центру площадки.

Затем я соорудил внешнее ограждение платформы, высотой около метра, а потом угловые балки, которые поднимались на два метра для поддержки будущей крыши.

Весь процесс занял чуть меньше часа, но как только он был завершен, я почувствовал настоящее удовлетворение от проделанной работы, да и голова просветлилась. Я мог легко делегировать задачи, но строительство чего-то подобного было само по себе процессом интересным. Да и приятно иногда поработать руками, а не только головой, — мелькнула мысль.

— Отличное строение, Василий, — раздался за спиной резкий голос, заставивший обернутся…

Глава 24

На заборе сидел Кузьма. Увидев мое лицо, он вскинул руки, словно решил сдаться на мою милость. Видимо, мой напряжённый вид его так впечатлил, что он бедолага дернулся назад и, не удержавшись, свалился с забора с глухим стуком и кряхтением.

— Осторожнее там, философ, а то переломаешь свои старые кости, кто мне тогда советы давать будет? И прекращай эту привычку подкрадываться и говорить под руку.

Кузьма без особого труда вскарабкался обратно на забор и появился на прежнем месте.

— Не беспокойся, Василий. Как идет строительство?

— Думаю, неплохо. Надеюсь, эта штука не рухнет на меня, когда кто-нибудь будет стоять в дозоре.

— Не должна. Строения, созданные с помощью системы, спроектированы так, чтобы быть прочными.

— Они так спроектированы?

— Да.

— Это все время возвращает меня к вопросу о том, кто и как их так спроектировал в первую очередь. Полагаю, мне нужно перестать задавать себе такие вопросы и просто продолжать делать то, что планировал. Некогда играть в загадки и пытаться распутать тайны вселенной, когда есть множество более насущных проблем.

— Вероятно, это было бы к лучшему. Кто будет у тебя исполнять обязанности стражи?

— В конечном итоге, когда у нас будет больше людей, я введу смены, но сейчас, если подумать, у жителей обязанностей не так уж и много. Как только заканчивается работа в поле, а урожай отправляется на Торговый пост, некоторым остается только присматривать за лошадьми…

— Чувствуешь, что недостаточно их нагружаешь?

— Нет, дело не в этом, — ответил я ему. — Это поселение не просто какая-то дыра в глуши или обычное поселение. Это место, которое мне хочется назвать своим домом. Здесь живут люди. Место, где каждый чувствует себя защищенным и нужным, где есть возможности для роста и развития, а не только бесконечная борьба за выживание. Во всяком случае, я хочу построить его именно таким.

— Что ж, похоже, ты на верном пути. Однако эти смотровые вышки свидетельствуют об осознании угроз извне.

— Я знаю. Как только мы расширимся дальше, мне нужно будет придумать, как объединить все наши земли под одним управлением. Заявить права на землю это одно, а управлять ею совсем другое.

— Ты всегда можешь нанять людей, которым доверяешь, для управления участками земли. Юлий Рюрик управляет пастбищем, но тебе понадобятся и другие. Твои жены, возможно?

— Своих жен я по чужим углам рассылать не собираюсь. Они нужны мне здесь. Да и что это за жизнь — спать в пустой постели, когда у тебя три красавицы жены? — усмехнулся я.

— Понятно. Тогда придется искать других управляющих, — кивнул Кузьма. — Но почему ты делишься со мной такими мыслями? Не то чтобы мне было неинтересно, просто… твои человеческие обычаи весьма любопытны для наблюдения.

— Любопытны? — я приподнял бровь. — Неужели я для тебя как диковинный экспонат?

— Вовсе нет! — поспешно замахал руками домовой. — Просто обычаи людей сильно отличаются от традиций моего народа. Я тоже ищу спутницу жизни, как и любое разумное существо, но у нас все происходит совершенно по-другому.

— Понимаю, — я задумчиво посмотрел на дом. — Дело не только в обычаях, Кузьма. Помнишь, ты говорил о создании династии? Я серьезно над этим размышляю. Семья с детьми… это то, чего я действительно хочу. Но есть одна проблема.

Я помолчал, подбирая слова.

— В моем прежнем мире мы с Катей договорились: никаких детей, пока не будем уверены, что сможем их защитить и обеспечить. Там тоже хватало опасностей, но здесь, в Полесье… Кузьма, тут столько всего может убить ребенка или даже взрослого человека.

— У Тихомира и Росьяны через несколько месяцев родится первый ребенок. Они привыкли к угрозам этого мира, и все же они счастливы. Знаешь почему?

Я покачал головой.

— Появление детей на свет всегда сопряжено с опасностями, Василий. Такова природа живого существа в этом мире. Но какой была бы жизнь, если бы в ней вообще не было угроз? Мы ценим то, что достается нам с большим трудом. Оставаться в живых в этом мире это то, что достигается лишь борьбой. По этому и отношение к жизни… другое. Я вовсе не думаю, что ты неправ, желая безопасности любым детям, которых ты можешь привести в этот мир. Для меня это совершенно логично. Но если хочешь продолжить свой род, то рано или поздно придется пойти на риск.

Я на мгновение задумался над речью Кузьмы, затем улыбнулся и покачал головой.

— Мои слова тебя забавляют? — домовой улыбнулся, садясь на забор.

— Не то чтобы забавляют. Просто твоя мудрость, дружище, иногда обескураживает.

— Я же говорил тебе, Василий; пока другие действуют, я наблюдаю. Это в моей природе как духа-хранителя поселения. Я чрезвычайно мудрственен.

— Мудрственен? Ты не хотел сказать мудр?

— Мудрственен — как хотел, так и сказал.

— Я действительно так не думаю. И даже если бы это было так, «мудр» подошло бы просто отлично. Похоже, они означают одно и то же.

— Ты можешь верить моим словам о смысле жизни, но не словарному запасу?

— У каждого из нас свои сильные и слабые стороны, дружище.

— Верь во что хочешь. Я здесь только для того, чтобы советовать.

— В этом-то и проблема, — ответил ему задумчиво глядя на свой дом. — Я знаю, что ты здесь только для того, чтобы советовать, но это даже не похоже на половину жизни. Тебе действительно нравится жить на том своем дереве в лесу?

— Там достаточно спокойно.

— Однако где-нибудь поближе было бы гораздо удобнее. Ты целый день патрулируешь забор, так почему бы не устроить свой дом поближе к нам?

— Что ты имеешь в виду?

— Здесь. На смотровой вышке.

— Ты хочешь, чтобы я здесь жил?

— Почему бы и нет? Ты сможешь здесь ночевать, отдыхать, обустроить его по своему желанию и вкусу. А главное, будешь спать не на дереве, а в собственном доме. Пусть и на вышке, но это всё равно лучше, чем спать на ветке. Согласен?

— Я не знаю, хотят ли люди, чтобы я стал частью сообщества…

— Конечно, хотят! Кузьма, все жители тебя любят. Ты самый полезный и мудрый из поселенцев, да и дельным советом всегда готов помочь. Кроме того, ты целый день следишь за любой приближающейся опасностью. Может, ты и не сражаешься, но без тебя мы бы вообще не были в безопасности. Твое место здесь. С нами.

— Я… я не знаю, что на это сказать.

— Давай без сантиментов. Просто скажи «да» и обустраивай новое жилище. Можешь даже взять немного золота на мебель, чтобы не жить уж совсем в спартанских условиях. Только свои, кхм, удобрения оставляй в лесу, как все цивилизованные обитатели.

— Конечно, князь.

— Эй, а однажды мы, может быть, сможем найти тебе даму-домовушку, чтобы ты мог разделить с ней это место. То, что ты даешь советы всем остальным по поводу их личной жизни, не означает, что ты лишен права иметь свою.

* * *

В течение следующих нескольких дней я планировал построить остальные смотровые вышки с помощью Богдана и Данилы, а также распределить дежурства на них среди других членов поселения. Хотя мы тратили несколько часов в день на фермерство и транспортировку товаров на Торговый пост, остальное время жители не сидели без дела, а занимались целым ворохом мелкой бытовухи, необходимой для поддержания порядка, но всё равно, даже так, свободного времени оставалось довольно много.

После постройки первой смотровой вышки я созвал собрание в Комнате Карт, которая теперь выглядела заполненной практически до придела. Народу прибыло, и это радовало, но и требовало более четкой организации.

Оглядев всех вынуждено отметил, что здесь становится тесновато. Нужно расширяться.

Обновив карту и выслушав доклады, я распределил обязанности. Работа на ферме будет начинаться немного раньше, чтобы избежать полуденной и послеполуденной жары — логичное решение, которое следовало принять уже давно. Это повысит эффективность и сохранит силы людей у моих людей. Дежурство на вышках будет чередоваться между моими женами, Лизой, Богданом и Данилой. Кузьма будет постоянно находиться у северных ворот, выполняя патрулирование. Его наблюдательность и знание леса в этом вопросе были для нас незаменимы.

Смотровые вышки будут превращены в удобные для дежурства места. Я решил сделать комфортные условия для людей, что бы они не воспринимали дежурство, как наказание. Там будут стулья, столы, запас провизии, а так же будут лежать книги из коллекции Стефании, конечно только те, которыми супруга готова поделиться с поселенцами.

— Нам нужен способ предупреждения жителей о какой-то опасности, — предложила Забава.

— Верно, — согласилась Лара. — Я могу начать стрелять из лука, если это один человек и он выглядит подозрительно, но если их больше, я не могу гарантировать, что смогу их всех серьёзно ранить или убить. Если конечно это нужно делать.

— Однажды такое случилось в моем старом поселении, — согласилась Забава. — Слишком ретивый стражник засадил копье в шею посланнику. Нашему вождю потребовались недели, чтобы договориться и остановить другое поселение от начала войны.

— Значит, нам нужно что-то вроде сигнального огня или звукового сигнала. Есть идеи? — я оглядел своих людей.

— Любой слишком громкий и неестественный шум может привлечь внимание других людей о нашем присутствии, — сказал Тихомир. — Лес полон жизни, но мы к ней привыкли. Жужжание насекомых, щебетание птиц, треск веток. Но колокол, или крики, или что-либо нетипичное для леса? Именно это и принесёт нам сюда неприятности.

— Муж мой, да не ужели? — спросила Росьяна, повернувшись к нему с хмурым видом, — Если звонит колокол, значит, неприятные гости уже здесь. У наших ворот. Какая разница?

— Это имеет огромное значение, — продолжал Тихомир. — А что, если там есть и другие? Что, если прибегут еще? Что, если на звон колокола придёт другая группа? — он снова повернулся к поселенцам. — Я не хочу показаться человеком, зацикленным на мелочах, но пренебрежение безопасностью это то, из-за чего мы с женой оказались в клетке.

— Кажется, у меня есть решение, — сказала Забава. — Алоклювы.

— Зачем? Есть их нельзя? — ответила ей Стефания. — Эти твари сожгут нам желудки и превратят их в пепел.

— Что за твари эти ваши Алоклювы? — спросил у девушек.

— Главные засранцы джунглей, — Стефания покраснела, когда все взгляды устремились на нее.

— Что? Мне уже и ругнуться нельзя? — она с вызовом посмотрела на меня.

— А что боги говорят о ругательствах? — усмехнулся я в ответ на её внимательный взгляд.

— Ничего особенного, — буркнула она, но в глазах блеснули смешинки.

— Тогда вперед. Объясни почему Алоклювы, засранцы джунглей?

— Так мой отец их называл, когда они уничтожали наши посевы, когда я была совсем маленькой. Он конечно думал, что я его не слышу…

— Это хищные птицы со склонностью к дурному поведению, — добавила Лара. — Они не просто едят других птиц и убивают их птенцов, они ещё и гадят в гнезда. А потом там ни одна птица не поселится, да и трава горит. После таких удобрений. Те ещё мерзавцы. Они совершенно не боятся людей, и вдобавок их мясо на вкус так отвратительно, что есть его практически невозможно.

— Тогда зачем они нам нужны?

— Клювы, — сказала Забава. — В моем старом поселении мы устраивали соревнование, кто больше их убьет. Мы отдавали их отрубленные клювы детям для игр. Если в них дунуть, предварительно очистив клюв, они издают характерный свистящий звук. Он узнаваем, но сливается с шумом леса. И для других людей, что будут по близости от поселения звук Алоклюва ничего не даст. Это не колокол. Мы могли бы использовать их на каждой смотровой вышке.

— Звучит отлично. Значит нам просто нужно найти в лесу где живут эти птицы?

— Думаю можно поступить проще, на Торговом посту думаю найдется лавка, где продают их уже обработанные, — сказала Лара. — Можем купить несколько, когда будем отвозить урожай.

— Отличная идея, тогда за работу. Будем снаряжать телегу на Торговый пост.

Когда все поселение вышло на картофельные, морковные и томатные поля с инструментов в руках, мы собрали урожай в мгновение ока. Тем временем Стефания подготовила лошадей и телеги.

Работая вместе, я понял, как быстро мы со всем справляемся. Каждый из поселенцев знал свое дело, и работа кипела. Это было именно то, к чему я стремился. Не просто сборище людей, а единый организм. Слаженная команда это сила.

Как всегда, мои мысли заняла идея по расширению и улучшению поселения. Больше полей, больше ресурсов, больше людей — все это звенья одной цепи, ведущей к процветанию и безопасности.

Скоро я куплю еще семян и увеличу размер полей, переместив их на восток, где мы до сих пор редко использовали землю. Лошади могли остаться на юго-западе, на меньшем участке пастбища, а мы могли бы по-настоящему начать использовать всю землю целиком.

Теперь когда в поселении появились Лиза, Богдан и Данила я больше не волновался, что что-то может случиться в моё отсутствие. Да и им доверял. Всё же совместны бой, риск разозлить самого влиятельного человека Серохолмья и повесить на спину мишень даёт определённый лимит доверия.

Перед отъездом я распределил контроль и дежурства за участками забора, а в смотровой вышке остался на дежурстве Кузьма.

Мне еще предстояло построить оставшиеся три вышки, но этим займусь уже по возвращении.

А сегодня на торговый пост впервые за всё это время я мог отправиться в компании всех своих трёх жен. Посмотрим, устроят ли они мне «весёлый шоппинг»…

Прежде чем отправиться на сам Торговый пост, мы заглянули в Усадьбу Рюриков. Путь привел нас не к зеленым полям, а к двум сторонам недавно возведенного забора.

Ого. Вот это Юлий дал. Жрец явно не сидел сложа руки все это время.

Мы прошли через проем в заборе и двинулись вдоль края пастбища, мимо тауремов, щипавших траву, и вышли к фасаду старого дома. Он выглядел значительно лучше.

Юлий выбежал из дома, как только мы оказались во дворе, где мы с Ларой впервые с ним столкнулись.

Стефания и ее отец быстро обнялись. Они не виделись несколько дней, так что это не было сюрпризом.

Златослава появилась в дверях дома, вытирая грязные руки тряпкой.

— Чем обязан такому удовольствию? — спросил Юлий, пожимая мне руку.

— Да ничем особенным, просто решили заглянуть, привезти вам еды. Мы сегодня едем на Торговый пост, если что-то нужно, можем купить. Да и излишки продать.

— Если вы здесь ненадолго задержитесь, мне бы очень пригодилась помощь с этим забором.

— Похоже, ты и сам отлично справляешься. Судя по тому, что я вижу, работа кипит.

— Можно и так подумать, но… Фронт работы еще огромный, сам видишь.

— Тога тебе не помешает лишняя пара рук, — улыбнулся я и похлопал его по плечу. — Могу уделить этому час или около того. Поможем, но времени не так уж и много.

— Мне бы не помешала помощь во дворе, — сказала Златослава. — Забава, надеюсь, твои дамы не боятся испачкать руки.

— Поверь мне, мы к этому привыкли, — ответила Лара.

Стефания подмигнула мне и кивнула, чтобы я шел с Юлием.

Даже будучи Князем, я иногда позволял событиям идти своим чередом, если это не противоречило моим планам и сохраняло гармонию в нашей компании. Стефания хотела, чтобы я помог ее отцу. Что ж, лишняя пара рук ему действительно не помешает.

Юлий в одиночку огородил примерно половину периметра, и через несколько минут мы уже вместе мастерили секции забора и устанавливали их на место, прочно закрепляя между столбами, как мы это делали на Земле.

— Ты работаешь с какой-то безумной скоростью, — заметил я с каким жаром трудится Юлий. — После забора на моей земле я думал, ты захочешь отдохнуть.

— Я тоже так думал, но… Кое-что изменилось, Князь…

Глава 25

Я посмотрел на Юлия. Его кожа приобрела более загорелый оттенок, а в лице появилось больше жизни, чем когда я видел его в последний раз. Странно, но целитель явно расцвел за последние дни. Словно сбросил с плеч невидимый груз. И это при том, что работы у нас только прибавилось.

— Что именно изменилось? — спросил я, уже подозревая о возможной причине такой метаморфозы.

— Ну… Несмотря на всю мою сдержанность и веру в Древних богов… вчера мы с Златославой так оторвались, что кажется даже стены дрожали.

— Серьезно? — хмыкнул я, едва не выронив от удивления из рук секцию забора. Вот тебе и тихий, мудрый целитель, а всё туда же…

Все-таки старик оказался не так прост. Кто бы мог подумать, что этот вечно сдержанный жрец с постной миной способен на такие подвиги. Впрочем, Златослава женщина шикарная, думаю, ее внешность даже камень сможет расшевелить.

Мы с Юлием ловко подхватили новую секцию и прислонили её к уже установленной панели. Я специально сконцентрировался на работе, чтобы скрыть усмешку. Ситуация забавляла, но подкалывать старика не хотелось, как никак личная жизнь наладилась у человека.

— Хорошо, что я в перчатках, а то остаток дня вытаскивал бы занозы, — рассмеялся Юлий.

— Так значит, вы с Златославой теперь пара? — уточнил я, отряхивая руки. На самом деле меня интересовал не столько их статус, сколько то, как это повлияет на жизнь поселения. Любой новый союз это изменение баланса сил и обязанностей.

Юлий задумчиво посмотрел в сторону дома. Девушки работали на заднем дворе, вне поля нашего зрения и уж точно вне пределов слышимости. Его взгляд потеплел, еще раз подтверждая, что у них там все серьезно.

— Мы же сейчас разговариваем, как мужчины, верно? Только ты и я.

— Конечно. Это останется строго между нами, — ответил я, приготовившись к очередному потоку откровений. Мужские разговоры «по душам» обычно редки, но если случаются, то порой полезны для укрепления доверия.

— Это похоже на самое настоящее чудо, Василий, — он на секунду прервал работу. — Я словно заново родился. Разум ясен, тело полно сил, и каждое утро просыпаюсь с желанием действовать. После смерти матери Стефании я жил как тень — подъем, работа, сон. Не замечал, как проходили дни. А сейчас… — он усмехнулся. — Златослава высвободила во мне зверя, который так долго был заперт.

Зверя, значит?

Я мысленно хохотнул. Вот и верь после этого в образ смиренного целителя. Похоже, что под маской благочестия скрывался еще тот жеребец. Впрочем, это даже хорошо. Энергичный Юлий будет гораздо полезнее для нашего растущего поселения.

— Все-все, понял, — поднял я руки. У меня не было ни малейшего желания выслушивать подробности их интимной жизни. — Подробности, пожалуй, излишни. Главное, что ты снова в строю.

— В самом деле, прости, — Юлий смутился. — Я тут немного перегнул, да?

— Все нормально, — усмехнулся я, стараясь удержать рвущийся на волю хохот. Пусть смущается, в наших отношениях должно быть понятно, кто здесь устанавливает границы. — Ладно, давай уже закончим этот забор до того, как ты решишь поделиться еще какими-нибудь интимными подробностями.

Мы вернулись к работе, а я добавил новый пункт в свой растущий список дел в голове: использовать новообретенный энтузиазм Юлия для более серьезных задач.

Сама усадьба была не такой уж и большой, как мои владения, но все же занимала приличный по размеру участок. Когда девушки закончили свою работу, мы поставили ещё несколько секций.

Мы передали Златославе и Юлию запас еды, а они дали нам взамен молока и сливок. Попрощавшись и оставив счастливую парочку на ферме, мы направились к Торговому посту.

По пути вспоминал наш с Юлием разговор. Я был искренне счастлив за него. Когда оставил его здесь одного на ферме, у меня были опасения, что ему будет одиноко, и даже когда привёз сюда Златославу, события могли пойти по совершенно разным сценариям, но я где-то в душе надеялся на лучшее.

И кажется угадал, по крайней мере сейчас всё сложилась как нельзя лучше. Юлий ожил и у него появилось желание жить. Как же это важно, Жить, а не существовать…

Мы выгрузили урожай на Торговом посту.

Сбыв нашу продукцию, я поручил Ларе и Стефании вернуться в поселение нашим обычным маршрутом с лошадьми и повозками. Не хотелось их тут задерживать, да и они были нужны в поселение.

К счастью мне повезло и в этот раз девушки удержались и не устроили большой шопинг, но чувствую, в следующую поездку я так легко не отделаюсь.

Проводив жён в дорогу, мы с Забавой остались на Торговом посту. Тут у нас ещё были незавершённые дела и целый список мелких покупок. Нужно было побродить и пообщаться с продавцами, а это дело не быстрое…

В процессе всего этого мы, к моей большой радости, купили три первые ингредиента, необходимые для создания зелья «Живой Воды», меньше чем за двадцать золотых. Это была абсурдно малая сумма, учитывая, что я взял по десять штук каждого наименования, но вот с покупкой Русалочьего Шёпота дела не задались. А Без него другие компоненты были пока ещё бесполезными. Значит придётся полазить по пещерам в его поисках.

Докупив ещё пару мелочей вместе с Забавой мы отправились через лес, к водопаду и скрытому гроту, где сейчас обживалась Иляна.

Мы быстро продвигались сквозь лес, и все это время в моей голове роились мысли: «А что, если ее убило какое-нибудь существо? Или она просто ушла, не дождавшись моего возвращения?»

Тревога неприятно скреблась внутри. Да к тому же, я сейчас осознал, что у меня нет никакой карты, а дорогу я к водопаду помню не сказать что хорошо.

В прошлый раз, когда я ломился к нему через лес с умирающей на руках Нимфой мне было мягко говоря не до запоминания ориентиров, а вернувшись домой я свой путь перенёс в базу знаний Комнаты карт. Только вот где она, а где сейчас я?

Пришлось полагаться на память и егерское чутье. Забава, шедшая рядом, оказалась незаменимой помощницей — её тигриные ушки безошибочно уловили шум водопада, стоило нам приблизиться к нужному месту. В очередной раз убедился, что звериное чутье бесценно.

Мы пробились через завесу лиан и разросшегося кустарника. За ней открылась та самая потаенная поляна, где я оставил Илиану, казалось, целую вечность назад.

Я первым шагнул под струи водопада, входя в сумрак пещеры. Забава проскользнула следом с истинно кошачьей грацией. Она умудрилась обогнуть водяную завесу, не намочив даже кончика хвоста.

— Василий! Её здесь нет! — Забава настороженно принюхалась.

Да. Внутри было пусто. На влажном песке виднелись только мои старые следы да валялся догоревший факел.

Для надежности я обыскал все вокруг, прочесал лужайку, ближайшие заросли, заглядывая под каждый куст и корягу, и несколько раз тщательно проверил пещеру, но ее нигде не было. Буквально исчезла. Ни малейшего следа, ни единого намека на ее присутствие.

Твою ж мать… Я стиснул зубы. Неужели мои опасения подтвердились.

— Подожди, ты слышишь это? — спросила Забава, ее тигриные ушки дернулись на макушке.

— Слышу что?

Она напряженно прислушалась, затем указала на основание водопада, где он уходил глубоко под землю.

Подземная река. Иляна говорила, что она течет под землей и что она ее исследует, она и правда могла туда уйти.

Едва я вспомнил об этом, как снизу донесся истерический смех. Знакомый, звонкий и очень весёлый.

Я подошел к водопаду и посмотрел в темный провал, куда устремлялась вода.

— Иляна⁈ — крикнул, стараясь перекричать шум воды.

— Василий, здоровяк! Это и правда ты? — донесся ответный возглас, полный радости.

— Я, а кто же ещё? Что ты там делаешь? Ты что, вообще на верх не выходишь?

— Исследую, как и говорила. Тут так интересно! Ты спустишься ко мне?

— Провал выглядит довольно опасно. Я не хочу свернуть себе шею.

— Тут падать совсем невысоко, а вода глубокая. С тобой все будет в порядке! Давай, ныряй смелее!

Я повернулся и посмотрел на Забаву.

— Ты идешь?

— Туда, вниз?

— Ага.

Забава посмотрела на вход в подземный туннель и пожала плечами.

— Почему бы и нет?

Тигрица расстегнула рубашку, небрежно обнажив свою объёмную грудь, затем скинула кожаные шорты. Она полностью разделась, красуясь перед моим взглядом. Каждую часть своего гардероба снимала медленно, наслаждаясь моей реакцией. Вот же, хвостатая засранка.

— Хм, не забудь одежду забрать, — протянул ей рубашку, с деланым сомнением глядя на водопад. — Инвентарь ведь, не просто так придумали, да Забава?

Забава весело фыркнула.

— Василий, ты иногда говоришь такие очевидные вещи. Конечно я всё уберу в инвентарь. Прямо сейчас, она грациозно нагнулась, демонстрируя мне свою подтянутую попу…

С трудом отведя взгляд я тоже стал раздеваться и сразу прятать одежду в свой инвентарь. Самый простой способ сохранить шмотки сухими.

Да, с каждым прожитым днём, мне этот мир нравится всё больше и больше.

Наконец, я стянул с себя все до последнего носка. Забава окинула меня хитрым, оценивающим взглядом хищницы.

— Что? Нравится, что видишь?

— Боги, мне так повезло, что у моего господина такое роскошное тело. Сильное, мускулистое… идеальное.

— Везет сильнейшим, — усмехнулся, притягивая ее к себе. — А уж заполучить в жены девицу с тигриными ушками и соответствующим характером это вообще джекпот. Кто бы мог подумать, что судьба подкинет такой подарок.

— Вот ты и есть этот подарок, — улыбнулась она, прикусив губу. Она обвила руками мою шею и страстно поцеловала, медленно отстраняясь, пока я оценивающе шлепнул ее по упругой попке.

Она огляделась, осматривая густые джунгли, окружавшие водопад.

— Кто-то возбудился…

— А ты в этом сомневалась?

— Нет, — улыбнулась она.

— Василий, закрой глаза, — промурлыкала Забава, ее рука скользнула по телу и сжала упругую грудь.

Я хмыкнул, но прикрыл глаза. Интересно, что эта хищница задумала на этот раз. Предвкушение острых ощущений приятно щекотало нервы.

Но ничего не произошло. Открыл глаза, а Забава, улыбаясь во все тридцать два, или сколько там у неё зубов, довольная стояла у края водопада и показывала мне язык.

Ну, прекрасно. Стою тут, как идиот, во всеоружии.

— Артистка, — процедил, с трудом сдерживая смех. — Цирк уехал, а одну клаунессу кажется забыли.

— Попробуй меня поймать! Со счастливой улыбкой она повернулась ко мне спиной, шагнула вперед, подпрыгнула и исчезла в глубине водопада.

Я прыгнул в провал за ней следом. Поток прохладной воды моментально взбодрил гася возбуждение. Вода потрудилась на славу, пробив в толще скалы широкий лаз.

Свет джунглей мгновенно исчез. Его сменила тьма и оглушительный шум воды вокруг, а желудок, казалось, пытался пробиться наружу сквозь легкие. Свободное падение, даже короткое, всегда вызывало у меня неприятные ощущения.

Я падал всего несколько секунд. Мгновение и вот я ударился о толщу воды ногами. Хоть удар и был об воду, но всё равно был довольно ощутимый. Забава барахталась рядом, уже выплывая.

Вода неслась сверху, прямо на наши головы оглушая и дезориентируя. Мы оба жадно глотали воздух, вынырнув на поверхность. Нужно как можно скорее выбраться из этой водяной мясорубки.

Несколько взмахов рук и вот мы уже впереди, где река течёт умеренным потоком, расходясь в стороны.Мы поплыли к небольшому уступу в пещере, который тянулся по одной стороне реки.

Дно пещеры под ногами немного поднялось, я подняв глаза и увидел протянутую синюю руку.

Иляна вытащила Забаву, ну а я выбрался на берег сам. Моя тигрица тяжело дышала, рухнув на спину.

— Забавай, ей богу. Когда-нибудь ты меня точно в могилу сведешь своими выходками, — проворчал, отряхиваясь от воды.

— О, мой князь… Василий, — пропыхтела она. — Немного адреналина и холодная водичка еще никому особо не вредила. Наоборот, вполне бодрит…

— Я лишь хмыкнул. Ну да, ну да…

— Я рада, что ты начал проникаться светом моих путей, — сказала Иляна, ее синее, безупречное тело стояло передо мной обнаженным. Капли воды стекали по ее гладкой коже, подчеркивая каждый изгиб. — Одежда так сильно сдерживает вас, сухопутных существ. Сковывает движения, мешает по настоящему чувствовать мир.

— Дело не в этом, — ответил нимфе, стараясь не слишком откровенно пялиться на её идеальное тело. — Мы просто не хотели намочить одежду. Практичность, ничего более.

— О, — сказала Иляна, немного разочарованно. — Ну, неважно. Главное, что вы здесь.

— Знаешь, если мы в пещере и правда одни, то в целом, я не против побродить голышом. Да Забава? — я приобнял свою тигрицу и нимфу. Вы согласны?

— Забава лишь только хихикнула, а для Иляны это было в порядке вещей.

— Пойдемте, мне нужно кое-что вам показать, — спохватилась она и выскользнула из моих объятий. — Вы просто обязаны кое-что увидеть.

— Опять? — я скептически хмыкнул. — Надеюсь, на этот раз без акробатических этюдов на краю пропасти.

— Делать что?

— Интриговать, а потом делать ноги. Классика жанра.

Забава посмотрела на меня, в ее глазах плясали смешинки, затем тоже вскочила.

— Думаю, небольшое исследование пещер это отличная идея, разве не так, Василий? — улыбнулась она, беря Иляну под руку. — Тем более, если там есть что-то интересное.

Вид двух удаляющихся соблазнительных женских фигур, покачивающих бедрами в такт, словно они тренировались, определенно пробуждал интерес. Ладно, посмотрим, что они там надумали. Зажег факел и двинулся за ними следом. В конце концов, кто-то же должен присматривать за этими искательницами приключений.

Мы прошли дальше по извилистому туннелю около шестиста метров. Он то сужался, заставляя нас идти гуськом, то расширялся, образуя небольшие гроты. Скалистый, темный потолок над нашими головами то опускался близко к нам, так что приходилось нагибаться, то резко уходил вверх, теряясь во тьме.

Было странно идти голышом и так небрежно прогуливаться, но мы были вне поля зрения чего-либо разумного, и чем дальше мы шли, тем больше я об этом забывал. Первобытная простота обстановки располагала к такому же первобытному состоянию.

Время от времени в темноте наверху раздавался трепет крыльев — летучие мыши или что-то похожее на них, но я не хотел сейчас спрашивать. Пока они не нападали, можно было не обращать внимания.

— Здесь.

Река резко расширилась в гигантский подземный бассейн диаметром в тридцать метров. Течение здесь замедлилось, оставшаяся вода утекала в дальнейший водный проход на противоположной стороне от того места, где мы стояли.

Несмотря на темный интерьер, место казалось убежищем. Рядом были остатки старого костра, заброшенная палатка, которой годами ни кто не пользовался и пустые ящики для хранения вещей.

Чистый, желтоватый песок хрустел под моими босыми ногами.

— Это чей-то тайник, — сказал я, осматривая остатки костра и заброшенную палатку. — Контрабандистский проход. Или убежище разбойников. Как далеко ты исследовала реку, Иляна? Ты упоминала, что она куда-то ведет.

— Вот это самое интересное. Видишь выход вон там, где она продолжает течь? — Иляна указала на темный проход в дальней стене. — Река течет под землей еще несколько сотен метров, затем выходит в другую пещеру, а потом вытекает в лес на юго-западе. Я сама удивилась, когда нашла этот путь.

— Пещеры… — повторил я, а юго-запад…

Это же в сторону наших земель!

Я посмотрел вперед, туда, где текла река. Насколько близко эта пещера к моему поселению? Это критически важно проверить, но с начало нужно закончить другое дело.

— Иляна, слушай, я нашёл способ, как продлить время твоего пребывания на суше. Это особенное зелье живой воды, но у меня не хватает одного ингредиента. Травы " Шёпот Русалки". Ты его здесь не видела? Место вроде бы для травы подходящее.

— Я не покидала безопасных пределов реки. Нужно будет её исследовать, думаю он найдется. Но знаешь, это скучная часть пещер, тех что я смотрела… Я здесь практически и не была.

— Подожди, здесь ещё есть исследованные тобой отнорки? Хочешь сказать, они интереснее чем лагерь контрабандистов?

Иляна улыбнулась и повела нас с Забавой к краю воды. Мы присели на корточки, а нимфа указала пальцем куда-то в воду.

— Видишь вон там?

Глава 26

Я проследил за пальцем Иляны и посмотрел в центр подземной реки. Воды были темными в глубине пещеры, но под поверхностью мерцало слабое голубое свечение.

— Там что-то есть, — сказала Забава, подаваясь вперед.

— Я вчера нырнула, чтобы разведать, — пояснила Иляна. — Туннель ведет в скрытую камеру с воздушным карманом. Именно оттуда и исходит этот свет.

Голубое свечение выглядело соблазнительно и необычно. Тайна, спрятанная под водой, словно манила к себе.

— Что именно там находится? — спросил я, не отрывая взгляда от мерцания в глубине. — Удалось хоть что-то разглядеть?

— Только то, что оно большое и очень яркое, — Иляна слегка передернула плечами. — Но пришлось слишком быстро уходить оттуда. Место вызывает какую-то… тревогу. Странное ощущение, поэтому в одиночку я туда больше не возвращалась.

Интересно. Что-то ценное в подводной камере? Возможно, артефакт или даже древнее сокровище. Сразу вспомнился «Топкий Баркас» и богатства, найденные в его трюме. Не хотелось упустить потенциальную находку — будь то ресурс, знание или магический предмет, всё может пригодиться для развития поселения.

Впрочем, слова Стефании о древних чудовищах в глубинах пещер Полесья не давали мне расслабиться. Мы не углубились особенно далеко под землю, но осторожность никогда не помешает.

— Думаю, мы просто взглянем на источник света, — решительно произнес я. — Даже если там что-то опасное, будем действовать максимально аккуратно. Сколько времени потребуется плыть под водой?

— Для меня всего пару секунд, — Иляна прикинула расстояние. — А вот для тебя… наверное, секунд десять, не больше.

— Вполне справлюсь, если ты покажешь дорогу.

Иляна заметно нахмурилась:

— Ты действительно хочешь, чтобы я вернулась туда? Я три месяца избегала мавок, а теперь снова оказалась в подземной пещере, и ты еще отправляешь меня в место, которое меня пугает. Честно говоря, не очень-то хочется туда нырять…

— Иляна, я буду рядом с тобой, — заверил я твердым голосом. — Просто покажи дорогу до воздушного кармана. А там уже сам разберусь с тем, что нас ждет.

— И я тоже пойду, — неожиданно вмешалась Забава, в её глазах загорелся знакомый охотничий интерес. — Мне тоже любопытно, что там такое. Да и прикрою твою спину на всякий случай.

Отговаривать тигрицу я не стал. Её боевые навыки вполне могут пригодиться там, где нас поджидает неизвестность.

Приготовившись, мы вошли в воду и некоторое время плыли на тусклый свет.

— Держитесь рядом.

Иляна скользнула под воду, даже не сделав вдоха.

Рука нимфы взяла мою, я взял руку Забавы, и вместе мы нырнули под поверхность.

Для меня это было бы делом быстрых ударов ногами и широких гребков, чтобы погрузиться глубоко под воду. Я уже собрался активно плыть, как вдруг Иляна с невероятной скоростью потянула нас в глубину. Она могла двигаться в воде с невероятной скоростью. Ее сила в родной стихии была просто поразительной.

Рука Иляны крепко сжимала мою ладонь, по сути таща меня на буксире. Мы резко опустились на дно бассейна,когда мы погрузились глубже свет быстро исчез. Иляна тянула нас во тьму по тёмному туннелю прохода. Вода вокруг стала холодной и давящей.

Если бы Иляна отпустила мою руку, выбраться отсюда и найти дорогу назад было бы тяжело. Легкие уже стали гореть от недостатка воздуха.

Мы двигались горизонтально по подводному проходу, пока наконец его не преодолели. Иляна резко рванула нас на верх, к спасительному воздуху. Я даже не мог себе представить, насколько сильной она становилась в родной стихии. Синие потоки света уже освещали поверхность над головой. Свет был словно спасительный маяк.

Прибыв, мы вынырнули из воды. Я вместе с Забавой принялся жадно глотать воздух, кашляя и отплевываясь. Иляна немного нервничала, но дышала вполне спокойно, наблюдая за нами с улыбкой. Ей этот заплыв дался очень легко.

Как они говорила, подводная пещера состояла из небольшого воздушного кармана. С низким потолком и скалистым уступом, который вел куда-то вверх. Именно оттуда исходил синий свет, источник которого был вне поля моего зрения.

Иляна осталась вводе, а мы с Забавой вскарабкались на уступ, затем ждали в тишине, пока я прислушивался к признакам угрозы.

Из места откуда вырывался свет доносился звенящий звук, который был неприятным до зубовного скрежета, видимо эта хрень и отпугивала Иляну. Звук звучал постоянно.

— Там определенно что-то есть, — подтвердила Забава, а ее ушки нервно дернулись. — Я никогда ничего подобного не слышала.

— Есть только один способ узнать, что там лежит.

Отряхнувшись от капель воды, мы вместе с Забавой натянули одежду. После чего и вооружившись стали подниматься на верх уступа, к загадочному источнику голубого света.

Переход, движение вверх, вбок. Свет становился все ярче и ярче, и наконец мы прибыли в тупиковый отнорок.

Я никогда раньше такого не видел. Сомневаюсь, что и Забава сталкивалась с такими вещами.

— Твою ж мать… Неужели мы и вправду нашли Источник Силы? — выдохнул я пришедшую на ум догадку.

Скорее всего это он. Источник расположился в центре небольшой пещерны. В каменной чаще идеально отполированной формы, по которой стекали светящиеся капли воды.

Я подошёл ближе и заглянул в нее, аккуратно прикасаясь пальцами к камню. Он оказался удивительно тёплым, а внутри чащи клубилась переливающаяся голубым светом плотная жидкость, или энергия. Она бурлила, крутилась, словно состояла из миллиона невидимых потоков. Зрелище было завораживающим.

Чем дольше я смотрел в глубину чаши, тем сложнее было отвести взгляд от неё. Возникло чувство странного, почти гипнотического притяжения.

Слова Ведьмы звенели у меня в голове.

Они притягательны на вид, но каждый Источник Силы обладает чем-то вроде… собственного разума. Они нестабильны, и иногда могут пытаться защитить себя, чтобы люди не брали из них энергию.

— Боги… — пробормотала Забава, когда ее нога наткнулась на что-то лежащее на земле. — Они здесь повсюду…

Я оторвал взгляд от чащи и посмотрел на землю. Вокруг нас, в хаотическом порядке были разбросаны сотни человеческих костей. Они лежали поверх оставшихся лохмотьев одежды, некогда покрывавшей их давно исчезнувшую плоть.

Сразу вспомнился трюм «Топкого Баркаса» и то, что убило его экипаж.

— Ты не думаешь, что здесь обитают мавки? — спросила тигрица.

— Мы бы уже наткнулись на них, — покачал я головой. — Мы слишком много здесь шумели, да ещё и Иляна жила. Если бы они тут были, то мы бы об этом уже узнали. Ладно, — продолжил я, доставая Камни Силы из инвентаря. — Хватит лирики, пора заняться делом. Посмотрим, правда ли это источник силы.

Сначала я проверил синюю жидкость, окунув в нее кончик металлического ножа. Вдруг эта синяя жидкость на самом деле кислота. Прежде чем совать туда кристаллы или руки, нужно было убедиться в её безопасности.

Ничего не произошло. Металл ножа остался цел.

Коснулся голубой воды в чаше кончиком пальца, — тоже ничего. Почувствовал лишь прохладное ощущение воды на коже. Окунул кончик кристалла — тоже ничего. А если…

Я наклонился вперед, в обеих руках сжал по Камню Силы и, крепко удерживая их, погрузил в чашу.

— Получилось!

Производится зарядка Камней Силы

Прогресс: 0%…

Прогресс: 1%…

Над камнями появилась знакомая системная панель, и шкала прогресса начала медленно заполняться голубым светом.

Прогресс: 15%

Показатели действительно быстро росли, но что-то было не так. Чем выше поднимались проценты, тем тяжелее становились камни.

Да что за херня. Да что за херня.

— Я не могу пошевелить руками, — сказал Забаве, пытаясь вытащить камни из источника.

Мышцы напряглись до предела, но безрезультатно. Я вложил всю свою силу в рывок, но казалось, будто вода цепляется за меня с невидимой, сверхъестественной хваткой. Руки словно приковало к чаше источника.

Похоже, я попался!

— Возможно, он отпустит тебя, когда камни полностью зарядятся, — сказала Забава, с тревогой глядя на меня. — Нам просто придется немного подождать. Сколько это займет?

— Прогресс пока только на 23% процентах. Он очень медленно заполняется.

Забава тем временем с огляделась по сторонам.

— Интересно, как умерли все эти люди. Не похоже, что они погибли в источнике. Подожди, ты это слышишь? Какой-то странный звук.

— Какой звук? — спросил, напряженно прислушиваясь в тишину.

— Это… Подожди, что происходит? — Забава отступила на шаг, ее глаза расширились.

Со всех сторон послышался стук костей по земле. Сначала тихий, потом все громче и громче. Они тряслись и вибрировали о камни, резкость их движений становилась все острее и выраженнее, пока они не начали собираться вместе. Словно какой-то невидимый кукловод дергал их за ниточки.

За секунды кости поднялись и слились в скелетоподобных существ, смутно напоминающих людей. Кости были перепутаны — бедренные служили им головами, сломанные челюсти хрустели при ходьбе, а ребра безвольно свисали с плеч, образуя шипы вместо привычных руки. Это было отвратительное и жуткое зрелище.

«Иногда они могут пытаться защитить себя, чтобы люди не брали из их источников силы» — вспомнились слова ведьмы.

Сомнений не было откуда взялись все эти кости.

Каждый искатель приключений, находивший Источник Силы на протяжении многих лет, был соблазнен его клубящейся силой и притягательным свечением. Я тоже был частично загипнотизирован в тот момент, как только посмотрел на него, и чем дольше смотрел, тем сильнее мне хотелось погрузить в него руки и камни силы.

Но ни у одного авантюриста, что решались сюда проникнуть, не было в напарниках тигрицы с двумя ятаганами. Она была моим главным преимуществом. А если Иляна присоединится, то мы будем несокрушимы. Стоило только о ней подумать, как нимфа пересилив свой страх появилась на пороге комнаты, прижимая руки к ушам.

— Девчонки, осторожнее, — сказал я им, наблюдая за костяным хороводом. Адреналин ударил в кровь.

— Не переживай, Князь, — Забава уже обнажила свои клинки, хищно улыбаясь. В ее глазах плясали боевые огоньки. — Эти костотрясы лягут быстро. Я с такими уже встречалась.

— Твоя тигрица права. Мы разберемся с этой проблемой, — крикнула Иляна, пробиваясь к нам. С её рук уже срывались ледяные струи, замораживая скелетов. Холод от её магии ощущался даже на расстоянии. — Ты можешь спокойно сосредоточиться на камнях.

— Ваше единодушие в вопросе моего душевного спокойствия просто умиляет, — процедил я сквозь стиснутые зубы. — Особенно когда я тут как на привязи.

Оторвав взгляд от источника, осмотрел комнату.

Скелеты уже были повсюду. Иляна выпустила заряд мороза в трех ближайших.

Ледяные осколки вырвались из ее ладоней и окутали нападавших. Они содрогнулись и замерли.

В эту же секунду Забава вступила. Серией быстрых взмахов она разрубила их, разнеся на куски. Кости павших вернулись в свою первоначальную форму и неподвижно замерли на земле.

Но к нам уже приближались новые.

Забава и Иляна быстро расправлялись с ними, пока волны шатающихся костей двигались к Источнику Силы. Девушки работали слаженно. Уничтожая всех скелетов, кто близко кнам подбирался. Порция льда и вихрь стремительных ударов…

Я сохранял спокойствие, глубоко дыша и пристально глядя на камни. Ещё чуть-чуть, ну…

98%

99%

100%

Камни Силы внезапно стали легкими, словно перышки. А невидимая сила, что всё это время сковывала мои руки мгновенно исчезла. Есть!

Я тут же убрал один из камней в инвентарь, освободив левую руку и все еще держа другой в правой. Направил левую в сторону скелетов.

— В сторону!!!

Девушки тут же рванули в сторону, открывая для меня чистую линию атаки.

— Импактус!

Магия вскипела в жилах, скапливаясь в ладони тяжёлым сгустком силы. Пальцы пронзило острыми иглами, когда энергия вырвалась наружу, словно это был не плавный поток, а ревущий зверь.

Ударная волна рассекла затхлый воздух пещеры. От её мощи зазвенело в ушах, а вокруг разлетелись мелкие камешки и пыль.

КРААААХ!

Скелеты даже не успели среагировать, как полупрозрачная стена силы врезалась в них с оглушительным треском ломающихся костей. Черепа разлетелись осколками, рёбра превратились в пыль, конечности разметало по разным углам камеры.

Эхо удара все еще отражалось от стен, когда я опустил руку. Нервы на кончиках пальцах пульсировали от выброса магии.

Я удовлетворенно осмотрел результат ее применения. Там, где секунду назад стояли враги, теперь громоздилась лишь беспорядочная куча костей. Заклинание сработало даже лучше, чем я рассчитывал.

Иляна подошла ближе, осторожно разглядывая останки. Её взгляд задержался на обломках костей, а затем она перевела глаза на меня.

— Ты действительно силён, — заметила она с лёгкой улыбкой, но в её голосе звучало удивление. — Это было впечатляюще.

Забава, отряхивая клинки от костяной пыли, хмыкнула:

— Ну, для нас это уже привычное дело.

Иляна задумчиво кивнула, словно обдумывая что-то.

— Почему все исследователи пещеры, нашедшие её до нас, не сделали что-то подобное? — спросила она, вновь оглядывая останки. — То есть, я не хочу хвастаться, но это была легкая битва, не так ли? Мы справились довольно быстро.

— Их погубила собственная жадность. Найдя Источник Силы они спускались сюда одни и погибали. Эта ловушка устроена так, чтобы убить пришельца, если он сунулся сюда один. Классическая ловушка для одиночек.

— Понимаю… — кивнула Иляна. — Ну, когда Камни Силы разрядятся, мы можем вернуться сюда, но это может снова пробудить этих существ. Нам следует избавить камеру от костей. Чтобы в следующий раз нас не поджидал такой сюрприз.

Я восстановил заряд осколка Телекинетического удара, а затем мы занялись уборкой.

Втроем мы быстро собрали все останки скелетов. Работа была не из приятных, но необходимая.

Кости складывались в мой инвентарь стопками по 50 штук, небольшой излишек сложили к себе Забава и Иляна.

Лара как-то упоминала, что их можно использовать для создания костной муки для удобрения растений, да и когда кости окажутся вне зоны действия источника, сомневаюсь что они смогут снова ожить. Так что если откинуть в сторону омерзение, мы собрали полезный ресурс, который не стоит оставлять без дела.

Мы с Забавой снова разделись, и с помощью Иляны покинули пещеру подземным туннелем, которым сюда и пришли и вернулись на берег верхней пещеры. Теперь стало понятно почему тут стояла палатка и куда делись её хозяева.

Я снова достал свою одежду из инвентаря и уже собирался начать вытираться, когда Иляна спросила:

— Василий, а что ты делаешь?

— Одеваюсь. А на что это похоже?

— В этом нет необходимости. Впереди больше нет уступов по которым можно было бы идти, но не волнуйся. Течение впереди значительно замедляется. Это будет неспешное плавание.

— Ещё бы мы с Забавой умели плавать, как ты.

— Да ладно тебе, для вас это будет безопасно.

Мы с Забавой уже были в нижнем белье и решили не раздеваться до конца, а плыть так, следуя за Иляной.

Я уже привык к температуре воды. Чем дальше мы плыли, тем теплее становилась вода.

Иляна оказалась права. Течение было едва ощутимым, я практически его не чувствовал. Вода здесь текла не спешно.

Если бы она не сказала мне о течении, я бы даже его не заметил.

Тем временем Иляна буквально плавала вокруг нас кругами. Она ныряла под воду и устремлялась вперед, затем возвращалась и металась между нами, прежде чем вынырнуть с еще более широкой улыбкой.

— Я обожаю здесь плавать, — вздохнула нимфа.

— Не говори мне этого, — я усмехнулся. — А то мне станет почти совестно вытаскивать тебя на сушу. Но дела не ждут.

— Я бы с удовольствием вернулась с тобой на сушу. Даже если твое зелье сработает, это не значит, что я не вернусь обратно в воду, когда пожелаю. Вода не отъемлемая часть меня.

— Эта река и пещера кажется мне идеальной для отдыха, — сказала Забава. — Здесь мирно. Уединенно. Лучшего места для отдыха и не найти.

Мы следовали за ней, пока поток не упёрся в скалистый бассейн. Сразу за ним вода расходилась серией ручейков, которые расходились в разные стороны, уходя в лес.

Река становилась мельче, так как высота суши немного поднималась. Вскоре мы поднялись над поверхностью по пояс.

— Я не могла обнаружить эту воду, когда мы покинули землю ночью, потому что ручьи были слишком маленькими и разделенными, а также находились под землей, — заметила Иляна, проводя рукой по поверхности воды. — Грохочущая сила водопада была самой сильной, что смогло ощутить мое тело, но теперь, когда я знаю, что это здесь, жизнь становится намного проще. Ориентироваться будет легче.

— Это действительно райский уголок, — сказала Забава, улыбаясь и качая головой в изумлении. Она с наслаждением оглядывалась по сторонам. — Кто бы мог подумать, что такой красивый оазис будет спрятан так близко к нашей земле?

Третий том читать ТУТ: https://author.today/reader/459316/4273585

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Князь Системы – 2

Content

Князь Системы — 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene