Поляков Эдуард Павлович

Сопряжение: Чернильный маг 4

Глава 1

«Это сон! Это только лишь сон! Нужно просто проснуться…» Что там делают, когда хотят прервать кошмар? Щипают, чтобы стало больно? Только вряд ли это поможет. Прямо сейчас моё тело распято пятёркой антрацитово-черных стержней, а боль заставляет срываться на грани обморока!

— Что тебе нужно? — стараясь разогнать пелену забытья, прошипел я.

— Признаться, от Изменяющего Реальность я ждал больше сопротивления. Но такой ход сэкономит наше время, — произнёс человек без лица.

Сдаваться я и не собирался. Лишь тянул время, ища возможность прервать магему элементаля кошмаров. Но мыслить, когда тело разрывается в спазмах хтонической боли, было решительно невозможно.

Ещё несколько секунд меня трясло от неконтролируемых конвульсий. Глаза то и дело хотели закрыться и прервать нескончаемый поток жгущей боли. Но вскоре Атропос сжалился и оборвал мучение, чтобы я мог говорить более внятно.

В первое же мгновение как чёрные стержни испарились, меня захлестнула эйфория. Иррациональное счастье просто от того, что у тебя ничего не болит, захватило рассудок, заставляя меня смеяться. И тем не менее, перестав быть распятым, словно бабочка энтомологом, я рухнул на колени.

Первым делом проверил ладони и ноги, из которых совсем недавно торчали чёрные стержни. Ни следа. Даже покраснений на коже не обнаружилось. Хотя, чему тут удивляться? Ведь всё происходит не в реальности, а во сне. А моё настоящее тело скорее всего бьётся в эпилептическом припадке где-то на грязном полу мужской уборной.

Меня скорее всего уже обнаружили. Вот только поймут ли, что именно произошло? И смогут ли помочь изгнать элементаля кошмаров из моего сознания? Навряд ли. А значит, выкручиваться придётся самому.

Тяжело дыша, я вытер кровь. Сердцебиение зашкаливало и потому неудивительно, что в носу лопнуло пара сосудов.

Атропос воспринял мою слабость как склонение перед ним и потому произнёс.

— Ты покорен, хомо. Это хорошо. Поднимись на ноги и скажи, что от тебя хотел Каин?

Поднявшись на всё ещё дрожащие ноги, я выпрямился. Это было сложно. Организм всё ещё потряхивали фантомные боли, но раболепие не достойно графа. Тем более перед существом, что и человеком-то не является.

Но лгать элементалю с Аспектам Разума было глупо. Говорить правду? Может быть, но тогда к смертельной угрозе от Атропоса добавиться ещё и Каин. А оно мне нужно? Поэтому единственным здравым решением было скормить ему ложь, завернув её в правду.

— Он ищет способ убить тебя. Ему нужны были мои рисунки.

— Хомо, скажи мне то, чего я не знаю! — выпалил человек без лица и очередной спазм скрутил мою грудь, заставив выплюнуть сгусток крови. — Что именно Кайн просил нарисовать?

— Портрет! Твой настоящий портрет! — давясь от железистого вкуса крови, произнёс я.

— И что это ему даст?

— Я… Я не я! — произнёс я, стараясь подавить рвотные позывы.

Не знаю, что в этом вывернутом сне Атропос сделал с моим аватаром, но живот разрывала боль, словно в желудке копошились крысиное гнездо. И теперь мелкие твари грызли плоть, силясь вырваться наружу.

Но это были только цветочки. В мозг будто вогнали раскалённый гвоздь. Мысли путались, бились на слова, точное моё сознание взбивали блендером. Наверное схожие ощущения испытывают инсультники.

— Ты не говоришь всей правды, — будто наслаждаясь зрелищем моих страданий, Атропос склонил голову набок.

— Всей правды? Правды! — уже совсем не контролируя распухший язык, воскликнул я. — Там был оливковый сад! И бочка. Почему-то тиной и воняло. Мама, мы что едем на море?

— Море? Бочка? Что ты несёшь? — растерялся Атропос.

Ох… Хотел бы я и сам знать ответ на этот вопрос. Но связанный в логичный поток сознания превратился в мешанину мыслей и образов. Они, которые, будто лампочки засунутые в стиральную машину, бились друг от друга, создавая хаос внутри моей головы.

— Орехи! Разве ты не видишь? — произнёс я, протянув к мучителю ладони.

Странное дело, но у них действительно были орехи! Огромные грецкие орехи. Орехи и песок.

— Похоже я перестарался, — усмехнулся Атропос, видимо, поняв причину моего состояния.

Эти слова донеслись до моих ушей и внутренне я улыбнулся. Нет, предыдущее состояние не было блажью симулянта, мозги действительно будто пропустили через тонкое сито, но стоило Атропосу ослабить хватку, как разум быстро начал приходить в себя.

Однако прекращать игру я не собирался. Если противник уверен, что запек мои мозги, то кто я такой, чтобы убеждать его в обратном?

Наоборот, вместо того чтобы дальше пускать слюни, я ударился в юродивый угар и бросил большие орехи в человека без лица. Тот без всяких трудности и поймал их и вгляделся.

— Это что? — поинтересовался он, глядя на меня безглазым лицом.

— Орехи, — ответил я и вытянул окровавленные губы в улыбку. — Оливок только нет. Но они вон растут. Протяни руку да сорви!

Всё-таки осознание того, что мы находимся в нашим общим сне никуда не делось. И ведущим этого сна был разумеется Атропос, но я мог повлиять на ситуацию.

Темнота за спиной древнего элементаля сменилась на оливковую рощу. Признаться, никогда не видел эти деревья, но как они выглядят знал оппонент и его воспоминания нарисовали декорации нашего общего сна.

Элементаль кошмаров развернулся, и куцые деревья, которые в моих мыслях напоминали раскидистые ивы, сменились на рощу кряжестых, словно дубы с гибкими и тонкими, точно у ивы, ветками.

— Зачем мне оливки? — растерялся Атропос, но орехи из своих рук не выпустил.

— Ну как же, — продолжая строить из себя блаженного, удивился я. Мой, на первый взгляд бессвязный бред, уже выстроился в выверенную линию. — Грецкие орехи для мозга. Они ум прибавляют. Оливы — для изобилия и целомудрия. Это ведь дерево Афины! Но орехи она не любит. Горчат они ей.

— Что ты такое несёшь?

Атропос явно занервничал, не понимая подтекста моих слов. Но на то и был расчёт, и хотелось бы выудить из его памяти необходимое до того, как он поймёт, что попал в мою ловушку.

— Я несу людям счастье! Картины рисую! — рисуя пальцем по влажному песку ответил я. — Живые картины. А тот старик, — мой палец указал за спину человека без лица, — он пишет живые рассказы. А я Художник…

— Какой старик? — вглядываясь в рощу, переспросил элементаль.

За его спиной действительно не было никакого старика. Пока не было. Но мой монолог полоумного должен убедить его в обратном, фантазия дорисует необходимое.

— Ну как же? — сделаю вид, что растерялся я. — Дедушка. На бочке сидит и пишет что-то. Он писатель. Я чувствую. А ещё он маг. Искажающий реальность, маг.

Атропос развернулся и уверенным шагом зашагал к деревьям. Одновременно с этим между них начал проявляться и дорисованный его фантазией старик, что сидел на бочке и водил палочкой по дощечке.

Есть!!! Воскликнул было я, вглядываясь в бородатое лицо седовласца. В памяти сразу всплыли наброски, что приносил Каин. Все они точно были списаны со старика. Но на каждом из них не хватало чего-то. Где-то не подходил возраст. Где-то борода была длиннее или короче. А где-то был неправильно изображён овал лица и, умышленно или нет, исправлена внушительная горбинка его носа.

Закрыв глаза, я воспроизвёл в сознании его образ, стараясь, чтобы он как можно сильнее врезался в памяти. Тем временем Атропос остановился, будто не решаясь сделать ещё несколько шагов и окликнуть увлеченного работой писателя. Без сомнения он тоже признал того, кто силой собственного Дара и воплотил его в жизнь. И в этот момент я понял — элементаль кошмаров тоже имеет свои страхи! И главный его страх сейчас сидел под сенью олив.

— Ты!!! — воскликнул Атропос, поняв, что мой на первый взгляд бессвязный монолог был подводкой к этому моменту.

Его сотканная из тумана рука указала в мою сторону и пароксизмы боли вновь пронзили моё тело.

Намеренно оттолкнулся рукой, чтобы завалиться на бок и не испортить рисунок на песке. Кварцевое крошево с изображением мантикоры было уже готово. Грубое и схематичное, точно наскальная живопись неандертальцев, и тем не менее профиль мифического сознания угадывался с первого взгляда.

— Я! — прохрипел улыбаясь и показал Атропосу средний палец. — Привет от Каина, ублюдок!

Что-то мне говорили про магию крови? Опасные и запрещённые техники? Чтобы вырваться из кошмара древнего существа, я был готов и не на такое!

Не дожидаясь новой волны боли, я обмакнул пальцы в кровь на губах и прикоснулся к рисунку. Влажный морской песок взбугрился, наливаясь объёмом. Атропос усилил давление, и я почувствовал что кровь хлынула уже из ушей.

«Ну давай же! Быстрее! Ещё быстрее!» — кричал я, силясь не провалиться в обморок внутри сна.

Мантикора не успела воплотиться до конца, а мои дрожащие пальцы уже схватили родственницу Фубли за скорпионий хвост. Атропос что-то кричал. Вот только из-за лопнувших перепонок его слова слились в противный писк.

С силой, не жалея ни себя ни нарисованной твари, я дернул её к себе. Каплевидный, наполненный ядом хвост ударил в шею. Кожу обожгла боль, а затем и онемение. Но последний раз открыл глаза и, увидев неприкрытую ярость человека без лица, я улыбнулся.

— Тикай с городу, тоби…

Договорить фразу не получилось. Яд мантикоры быстро разнесся по телу, парализуя каждую мышцу. Но задыхаясь от переставших слушаться грудных мышц, я всё равно чувствовал себя победителем!

Внимание! Вы погибли и потеряли уровень! Актуальный уровень: 12.

до следующего Возрождения: 3… 2… 1.

Открыв глаза, я понял, что больше не нахожусь где-то в недрах арены Лужников. Карельский холод бесстыдно нырнул под одежду. Соорудив тайник в километре от усадьбы, я почему-то не додумался положить к Тотему тёплой одежды. Пряча Тотем, я руководствовался принципом " подальше положишь — поближе возьмёшь», И сейчас за это придётся расплачиваться.

Смарт, равно как и мои принадлежности для рисования не были артефактами, а потому остались на трупе. Это значило, что за свою непродуманность придётся добираться быстрым, чтобы не околеть, бегом. Хорошо хоть Аквила всё ещё была на мне, а значит встречи с залётным хищником можно не опасаться.

Впрочем, энергичного бега тоже не получилось. Ноябрьские сугробы ещё не успели вырасти до пояса, но снежное покрывало хорошо укрыло сучковатые брёвна и каменные расселины. Достаточно просто провалиться в такую ловушку, сломать ногу или напороться на сук, и ещё одного перерождения не миновать.

Сломав тонкую сосенку, я оборвал с неё лапник и вооружившись импровизированной слягой, двинулся на дым печной трубы. Через полчаса уже начало темнеть. Близость полярного круга вносила в световой день свои коррективы, но ночь была меньшей из моих проблем. Пальцы рук начали неметь и растирание больше не помогало. Ноги уже задеревенели, а ограда из мамонтовых бивней так и не показывалась.

Судьба будто насмехались надо мной, и решив, что смерти от обморожения мне мало, решила подкинуть проблем. За спиной раздался волчий вой. Через секунду на него откликнулся второй голос, а затем и третий. Выматерившись, я растёр онемевшими пальцами уши и удвоил скорость.

Прошло наверное ещё четверть часа, когда вой повторился. Но в этот раз он был уже совсем близко. Волчья стая взяла след и шла за незванным гостем. Сколько я прошёл? По прикидкам, я уже давно должен был быть на Капище и греть замёрзшие руки о кружку чая, но что-то пошло не так.

Заблудился? Взяв ориентир на печной дым сбился с верного курса и шел непонятно куда? М-мать! И ещё эти волки… Попытаться оторваться в родных им местах — наивная глупость, а потому я остановился, решив сэкономить силы для неминуемой драки.

Серые охотники не заставили себя долго ждать. Пятерка санитаров леса вышла на край зрительного контакта, и вожака я увидел сразу. Матёрый, скорее не серый, а седой хищник не скалился как остальные. А в его желтых глазах, кажется, даже мелькала искорка разума и любопытства. Мол: «Двуногий, ты чего здесь забыл?».

А ещё, надо его головой виднелся фрейм.

Старый Хакка

Волк. Вожак стаи. Неизвестно. Неизвестно.

Возраст: 37 лет. Уровень: 29

Шестое чувство подсказало мне обернуться, и помимо пятёрки серых я увидел ещё троих. Обложили, окружили и готовы к трапезе! Вон, как молодые хвостом мечут! Молодая кровь жаждет свары и, стоит вожаку отдать команду, она без сомнения начнётся.

— Да твою ж мать! — выплюнул я, отбрасывая слягу и вытаскивая новенький нож гремлинской работы.

Страха не было. Вышел весь, равно как и силы, поэтому держался я на одном адреналине. Не загрызут волки, уйдут обратно в леса Воттоваара, и через полчаса я сам околею. А потом, всё начнётся заново.

Вожак поднял голову звёздному небу и протяжно взвыл. На его зов откликнулись и другие

Наложен негативный эффект: «Смятение»

Длительность: 4 сек

Руки, сжимавшие мёртвой хваткой рукоятку ножа, задрожали предательски задрожали. В ушах зазвенело, но самое стрёмное — больше всего на свете мне захотелось бросить единственное оружие и бежать. Неважно куда, неважно сквозь через что, бурелом, снег, россыпи острых камней… Главное подальше отсюда!

Одновременно с окончанием воя стая ринулись в бой. Одни только боги знают: каких сил мне стоило сохранить концентрацию. Махнув ножом наотмашь, я отогнал первую пару серошкурых, пинком в грудь охладил пыл ещё одного. Но в следующую секунду в запястье вцепилась ещё одна шавка. Если бы не защитные налокотники, пришитые прямо на спортивную форму, зверь запустил бы зубы в мою плоть, а так весь удар пришёлся на пластик. Неловко дернов руку с повисшим не ней волком, я по рукоятку загнал нож в такую грудь хищника.

Со спины на меня кинулась ещё пара санитаров леса, но их ждал неприятный сюрприз. Аквила ожила и превратившись в кровавые сталагмиты пронзила напавших в хищников. Первого — наглухо. Молодой самец решил попробовать артефактную броню на зуб, и удленившееся копье Аквилы показала свой кончик из его затылка. Второй хищник явно был старше и умнее, а потому, как отделался повреждённой лапой и уже отбежал на безопасное расстояние.

Почувствовав что негативный эффект прекратил своё действие, я поудобнее перехватил клинок.

— Ну что, серый, не ожидал? — усмехнулся я, глядя в янтари глаз вожака. — Иди сюда, я тебя на сувениры порежу!

Впрочем матёрый хищник и не думал поддаваться на провокацию. Остальные волки тоже поубавили прыти, начав водить вокруг меня хоровод. Мысленно я выматерился. Поняли, серые, что взять с наскока не получится и решили измотать. Им то здесь хорошо, они у себя дома, а вот я…

Чёрт, как же холодно! Что я говорил про прогнозы? Полчаса-час на морозе? Наивный оптимист! Мороз нещадно лизал рёбра сквозь дырки в одежде, которая оставила Аквила. При таких раскладах, чтобы замёрзнуть, мне хватит и четверти часа!

Ну, так бы наверняка и произошло, если бы повинуясь судьбе, я принялся изображать ёлку, вокруг которой стая хищников водила свой жуткий хоровод. Но я же не идиот! Вернее не совсем идиот. Присев возле мертвого хищника, я полоснул ножом его серую шкуру. Клинок гремлинской работы почти не почувствовал сопротивления и под его нажатием мех разошёлся, точно снег под струей горячей воды.

Увидев глумление над собратом, пара волков угрожающий зарычало. В ответ я выставил им навстречу нож и запустил руку в парящюю на морозе плоть хищника. Замёрзшие на морозе пальце закололо от горячей плоти. Но я сделал необходимое и теперь помимо фигурного ножа я приобрёл более привычное оружие.

Пальцы сложились в череду глифов. Едва различимы рисунки на подушечках активировали магему и через один такт сердца, кровь хищника повиновалась «Власти над чернилами».

«М-р-р-ряу» — раздалось откуда-то справа. Шесть пар перламутровых глаз загорелись в ближайшем подлеске.

— Фубля!? — удивился я, глядя как в черноте прорисовывается её фиолетовая фигура.

Одиннадцатый уровень! А моя кошка, которая гуляет сама по себе, здорово прибавила в прокачке! Заматерела! Того и гляди меня перегонит! Её больше нельзя было назвать маленьким котёнком. Матерая, точно молодая рысь, мантикора расправила крылья и угрожающая подняв хвост двинулась в мою сторону.

— А вот теперь повоюем! — зло усмехнулся я, глядя в морду вожака.

«Первым нужно кончать матёрого» — решил я. Сложив пальцы в магему, я создал в голове образ, и он тут же воплотился в бурых чернилах из волчьей крови. Семь копий обрели форму, но Фубля боднула меня головой, привлекая внимание.

Повернувшись к мантикоре, которая ростом доставала мне едва ли не до пояса, я увидел, как три пары магических глаз смотрят в сторону. Повернувшись, увидел ещё одного любимца нашей маленькой семьи.

Пётр — матёрый сибирский кот сидел шагах в тридцати и с любопытством наблюдал за тем, как волчья стая кружит вокруг меня и Фубли. Что удивительно, серые санитары леса абсолютно игнорировали катиного блоховоза, и тот отвечал им взаимностью.

— Эх Петя, Петя, — произнёс я, понимая, что когда начнётся свара, ждать помощи от него не стоит.

Вот только котик мотнул головой и начал превращаться. Встал на задние лапы, начал увеличиваться в размерах. Бурая, точно медвежья, шерсть клоками опадала на снег, обнажая под собой… Кожу!? нет, Это не была кожа. Под коричневой шубкой матёрый кот прятал одежду. Человеческую одежду.

Несколько секунд я заворожённо глядел на трансформацию оборотня, и когда всё закончилось, передо мной предстал сутулый старик в бесформенном, расшитом бисером балахоне.

Одновременно с окончанием перевоплощения над головой кота-перевертыша появился фрейм.

Балди «Пётр» Карху

Шаман-оборотень. Хранитель Воттовара. Мифическое существо.

Возраст: неизвестно. Уровень: 411

Глава 2

— Хакка, все, — произнёс тот, кого до недавнего момента я считал просто котом-переростком. — Уводи своих щенков.

Хотя да, сам дурак, раз не распознал в Петре не просто кота на астероидах, а перевёртыша. И вообще, разве коты живут дольше пары десятков лет? Как Катя и её клан специализирующийся на магических тварях не разглядел, что за личной любимца семейства они пригрели оборотня? Или разглядели, а мне по недоверию никто ничего не сообщил?

Тем временем вожак впервые оскалил клыки.

— Я сказал «Ша». Уводи стаю, — всё также спокойно произнёс перевёртыш. — А ты, — обратился он ко мне, — финкой не махай.

Вожак, к которому Пётр обратился вполне по-человечески, ещё раз бросил на меня взгляд, а затем развернуться и растаял в сумерках. Через несколько секунд за вожаком растворилась и стая, а я, как дурак, продолжал стоять, выставив готовый к бою нож и окровавленные пальцы.

После того как хищники растворились, адреналин начал отпускать и на его смену пришёл холод. Задеревенелые пальцы, обутые в удобную обувь ступни — так и вовсе едва чувствовались, а зубы застучали на мотив «Танца с саблями».

— Кто ты такой? — переведя руку с ножом в сторону перевёртыша, произнёс я.

Левой же, пока она ещё слушалась, нарисовал в воздухе плащ. Схематично и грубо, но на большее не было ни времени, ни сил. Тем более вместо чернил сейчас я использовал кровь. Прошлые опыты с запрещённой магией показали, насколько она сильнее, а потому я не сомневался в успехе.

— Разве ты не видишь фрейм? — поднял седую бровь старик. — Буквы над головой моей?

Со странным акцентом произнёс перевёртыш. Естественно буквы я видел, но имя и уровень создавали только новые вопросы.

Тем временем рисунок воздухе, больше похожий на каляки пятилетки, вполне себе определился, и система предложила его воплотить.

Желаете создать «Волчья шуба зверолова»

«Созданная из меха убитого волка, это шуба была зачарована на крови её прежнего хозяина и толика огненной ярости серого хищника будет греть своего нового хозяина»

Тип: реплика.

Описание: магический артефакт класса «одежда».

При ношении имеет внутреннюю температуру в 42 градуса и не позволяет замерзнуть даже в самую лютую стужу.

Внимание, срок службы артефакта обратно пропорционален времени его ношения.

Аспект: Эфир/Пепел

Стоимость воплощения: 54 маны/ 3 Эфира

Время воплощения: 21 час 32 минуты

Да/Нет?

Только почувствовав тепло, я задумался о том, как вообще мне это удалось? Ну, в смысле, с чернилами понятно, не в первый раз использую кровь вместо магических расходников. Я про бумагу. Её ведь в этот раз не было и при помощи магии чернил я смог нарисовать рисунок в воздухе! И не просто нарисовать, а воплотить получившийся рисунок!

Как у меня это удалось? Понятия не имею! Равно как и не имею понятия как я догадался попробовать подобные фокусы. Как я до этого догадался? Ответ тот же самый! Наверное адреналин, мороз, страх и серьёзная нужда согреться — подкинули подсознанию идею, что нужно делать. Но без сомнения: такой магический трюк — это серьёзный козырь в рукаве!

— Буквы я вижу. Читать тоже умею. Но я спросил не «Кто ты?», а " Кто ты такой?», — сделав ударение на последнем слове, вновь повторил я.

Фубля, тем временем, успокоилась. Без волков мантикора будто потеряла противника, и, усевшись возле ноги, эта маленькая лошадь, совсем как котёнок, играла со своим хвостом.

— Вопрос непростой, — почесав куцую бородку, ответил перевёртыш. — Первые люди, пришедшие ещё до Последней Зимы, называли меня Всеотцом. Пришедшие после них, ещё до того как мир поделился на государства и нации, звали «Укко». Для них я был богом грома, да, — мечтательно, будто вспоминая прошлое, улыбнулся он. — И тоже причисляли к богам. Но те времена прошли. Люди больше в меня не верят и забыли настоящее имя, а потому зови меня «Хранителем Воттовара». Ну, или Петром.

Продолжая улыбаться, подмигнул он. Хитро так подмигнул.

— Абрыкины знают? — задал я второй по важности вопрос.

— Иван? Знает. Странно, но ты совсем не удивлён. Ты будто в каждый день встречаешь таких как я?

Пётр вроде бы говорил по-русски, однако его речь была непривычна. Во-первых необычное построение фраз, во-вторых манера переносить ударение на первый слог.

— В смысле первых игроков?

— Первых? — не понял меня перевёртыш.

— Ну да. Тех кто появился не просто до Сопряжения, а гораздо раньше. Каин, Яга, Атропос, — перечислил я первых, кто пришёл на ум и с кем я виделся лично. А потом вспомнив про бабушку Насти, добавил. — И Вольга. Ну, которая вроде как целительница.

Глаза старика, прежде выглядевшие смеющимися, выдали его удивление. Затем удивление сменилось подозрительностью.

— Неважно чьи имена ты знаешь. Вопрос: знают ли они твое имя?

Вот оно что! Старик услышал серьёзные имена, но не верит, что шестнадцатилетний подросток знаком с древними лично. Ну, оно и понятно. Любой дурак может знать имена «серьёзных пацанов», вот только за подобные попытки «примазаться к крыше» можно поймать нехилый откат.

Тем временем Пётр меня удивил. Непонятно откуда, то ли из подмышки, то ли из-за спины, но у старика появилась ещё одна рука. И в этой руке я увидел костяную трубку. Тем временем пара «стандартных» рук развязала какой-то мешочек и набила его табаком. А дальше старик затянулся и в его взгляде я увидел требование объяснений.

— Около месяца назад я использовал магию крови и едва не «отъехал». Яга хотела увести меня на ту сторону Калинова моста, но Вольга не позволила. Не знаю точно кто она, но моя одноклассница говорит, что её бабушка. Если честно, думаю это бред собачий! Вольге точно не сотня лет. И не две. Да, от неё аура, что мурашки по коже! Поэтому и решил, что она из ваших.

Не понял откуда возникло желание откровенничать, но остановиться я не мог.

— Каин? Он сам вышел на меня, когда я победил его ученика. Джараксуса. Джараксус это…

— Вид диких чистопородных предков, — давая понять, что «в теме» старик кивнул. — Странно. Я думал они давно вымерли. Продолжай.

Но я не продолжил. Стоило понять причину моей разговорчивости, как наваждение начало ослабевать. Старик закурил! Сладковатый, но в тоже время землистый запах не пах табаком. Нет, желая подробностей, перевёртыш явно разжег какие то шаманские травки и…

— Пётр, какого чёрта?

Злость добавила сил к сопротивлению, и наваждение окончательно развеялось.

— А вдруг ты тать какой? — не думая извиниться, ухмыльнулся старик. Однако трубку всё-таки спрятал в безразмерный рукав. — Здесь Воттаваара. Места святые и заповедные. А еще капище. И не смотри на меня волком. Для меня ваша помолвка ничего не значит.

— И что много людей сюда забредают? — удивился я.

Да здесь же одни камни и сосенки хилые? Что здесь ловить? Такие места и интересны. Эти слова я шаману и озвучил.

— Туристы? От них проблем нет. Леший их подводит-подводит да и выпустит. Или не выпустит. Тут от людей зависит. А вот людей ушлых, кто капище разорить удумали, или ещё чаво, их Хакка упокаивает, — перевёртыш мотнул головой в сторону, где скрылась волчья стая. — А если кто посерьёзнее, то уже я.

— Ты это про одарённых? — догадался я.

Старик кивнул.

— И много таких охотников за приключениями?

— Раньше немного было, — пожал плечами шаман. — Людей с даром и вообще почитай не было. Последние пару зим… По пятьдесять-шестдесять душ пропадает.

Для себя заметил, как интересно старик произносит числительные. Старую, ещё дореволюционную речь я уже слышал от ведуна, но тут было что-то другое. Местный диалект? Возможно.

— Ты со мной этим так просто делишься? — удивился я.

— А чего такого? — ухмыльнулся старик. — Ты здеся. Туточки. А твой Тотем в паре километров. Захочу — не уйдёшь.

«Ну это мы ещё посмотрим!» — ухмыльнулся я про себя. Возрождение возле тотема почти мгновенное. Дальше — портал в мою карманную вселенную, и лови ветра в поле! А когда «подрасту» и вернусь, ты у меня под камнем не спрячешься!

Кажется старик если не умел читать мысли, то хотя бы чувствовал эмоции. Но то что он смог «поглядеть», его не разозлило. Скорее позабавило.

— И не скрипи ты зубами, Чернильный Маг, — с любопытством глядя мне в глаза, произнёс он. — Лучше ответь: ты что-нибудь умышляешь?

— Нет, — честно ответил я.

— Вот и ладушки, — улыбнулся Пётр. — Тогда домой потопали. Катя к твоему возвращению блины затеяла. И это, финку свою спрячь.

* * *

— И что они хотят? — сжимая кружку с горячим чаем, спросил я у Змеяды.

— Они хотят, чтобы ты не поднимал скандал. Ну понимаешь… — крутанув палец в воздухе, тренерша сделала паузу, чтобы подобрать слова. — Никакого медийного кипиша. Открытие чемпионата, первые лица империи, пресса… А тут в туалете игрока замочили.

— Это понятно, — ответил я, отхлебнув из кружки. — Можешь их успокоить. Устраивать скандал не собираюсь.

Фубля, несмотря на конские габариты, как ни в чём ни бывало развалилась у меня на коленях, но я был не против. Несмотря на то что давно отогрелся, фантомный холод всё-же пробрался до самых костей и тепло мантикоры немного спасало положение.

И если бы мой розовый уродливый котёнок не жрал острый перец прямо на моих штанах в опасной близости от ширинки, то я был бы вообще счастлив. Стоит только забыться и пойти по малой нужде, как может произойти непоправимое.

— Я так и думала, — произнесла она, но всё-таки выдохнула с облегчением. — После нашего резонансного заявления было бы неловко сообщить о том, что тебя в туалете на ноль помножили.

— Не помножили, — покачал я головой. — Атропос, сука, затащил меня в свою иллюзию.

— Это был сон, — поправил меня Семён. — Атропос на снах специализируется.

После произошедших событий он и Антоха прибыли вместе с Змеядой. Вот только откуда парень знает какая именно специализация у элементаля кошмаров? Хотя глупый вопрос, его папенька, Альберт Шарапов несколько лет ходил в вассалах Черноозерских. А они в свою очередь «ходят под» Атропосом.

Неофициально конечно. Официально Атропос вообще бабкины сказки, которыми одарённые пугает своих детей. Вот только недавно я своими глазами видел, как реальны эти страшилки.

— Короче, я будто жопой чувствовала, что что-то не так и вышла вслед за тобой. Когда зашла в туалет, ты уже бился в эпилептическом припадке. Потом появились фараоны из М-3, ну а потом, ты умер. Кстати, как это произошло?

Впервые с момента нашего знакомства Змеяда выглядела серьёзной. Никаких тебе улыбочек и смехуечков. Даже пошлость из её голоса испарилась.

— Он засунул мои мозги в блендер. Капец меня тогда колбасило. Потом понял, что перестарался, а я пришёл в себя, но продолжал играть дурачка. Несвязная речь, слюни до пола. Все дела, короче. Поймал удобный момент, нарисовал мантикору и ее хвостом вспорол себе глотку. Конец.

Я намеренно упустил наш разговор с Атропосом. Не то, чтобы мы договаривались, но думаю Каин будет не в восторге, узнав, что кто-то ещё в курсе о его просьбе.

— А почему одежда такая порванная? — указала она на тряпки, которые совсем недавно были спортивной формой.

— Волков встретил, — усмехнулся я, кинув в косой взгляд на Петра. — В общем, мы немного повздорили.

Старый шаман вновь принял образ здоровенного кота и, как ни в чём ни бывало, дрых у камина. Но если честно, я капец как ждал, когда игрок, которого когда-то почитали за божество, начнёт лакать из миски или, извините, полировать бубенчики… От этих мыслей меня пробрала улыбка.

Услышав мои слова Катя, изображавшие до этого безмолвную тень, охнула.

— Всё нормально, Кать, — успокоил я девушку. — Я жив. Потрепали немного, но жив.

— Да она не за тебя переживает, — рассмеялась Алиса. — Она по шавкам своим печалится.

Несмотря на то что девочки приняли новости о нашей помолвке более чем прохладно, всё более-менее наладилось, а Алиса так и вовсе бывала у нас едва ли не через день. Вот и сейчас, запрыгнув на комод, вендорша, из клана предпринимателей, заделась с кем-то вроде менеджера нашей команды.

— Они не шавки! — огрызнулась Катя. Кажется за своих серых соседей морфемика была готова убить. — Они — хранители Капища! Это святое место, понимаешь?

— Ну, теперь на одного хранителя у Капища меньше, — усмехнулся я. — И не смотри на меня так! Это не я на них напал.

— Да я понимаю, — смягчилась девушка. — Просто…

Что именно «Просто…», я не услышал потому как слово взяла Змеяда.

— Что будешь делать дальше? Я имею в виду Атропоса.

— Убивать. Не своими руками, конечно. У меня пока ещё «жабры коротки», но я знаю того, кто тоже имеет на него зуб.

— Кто-то из древних? — поняв о том, что я серьёзно, Дочь Дьякона не стала лезть в расспросы и просто уточнила в какой лиге играет мой союзник.

— Извини, это не моя тайна, — ушёл я от ответа.

Девушка понимающе кивнула.

— У нас завтра первый бой, кстати, — улыбнулся Антоха. — Даже два!

Удивительно, но со всей своей простотой парень был прекрасным эмпатом и правильно подобрал момент, чтобы изменить тему.

— Два завтра, и два послезавтра, — подтвердила Змеяда. — Завтрашние противники: Шуйские и люди Деникина. Первые — подали заявку на турнир, потому что не могли не подать. Графский титул обязывает. Вторые — ребята с сюрпризом. Не знаю как, но вы обязаны выиграть!

— Боярич Деникин — нейрохакер. Плюс Титан и Монах, — невесело усмехнулся Семён. — На две трети спецура. Тут хотя бы на ничью выйти…

Я хотел было подавить паническое настроение, но Антон начал первым.

— Деникин хрен с ним! Да я вообще хз как Монаха останавливать. На него магия не действует! Ну, в смысле, вообще! Какая-то хитрая фишка вроде «отрицания магии»! Типа если Монах в неё не верит, то и сам колдовать не может. Полное игнорирование магии, не ну ты прикинь! — невидящими глазами парень уставился в пол. — А еще Титан…

Если честно, то от тренера команды я ожидал моральной поддержки, но Дочь Дьякона, кажется, разделяла мнение парней.

— Чтобы пройти во вторую сетку, нужно хотя бы три победы, — произнесла она, приобняв широкие плечи Антохи. — А проиграете, то и хрен с ним! Главное покажите зрителям красивый бой! Такой, чтобы они вас запомнили!

— Как всё запущено! — зло усмехнулся я. — Ант, ты твою-мать, обладатель мультикласса Сиккарий-Палладин! Фобос, вообще Вивисектор с аспектом Тауматургии! Вы сами себе не противны?

— Не в этом дело, — также напряжённо произнёс Фобос. — Я не говорил этого Анту. Хотел дождаться тебя, чтобы не повторять два раза.

Парень постучал пальцами по столу и продолжил.

— Послезавтра у нас ещё одна пара боёв. С академией Карабейниковых всё понятно. Они мясо. А вот в команде графа Голицына наш старый знакомый с аспектом Тауматургии. И у него уже девятый уровень!

Не сразу, но я понял на что намекает Семён. Адам! Вернее курихара — реликт, который как химера сначала натянул шкуру Адама, а теперь сменил личность и номинального покровителя.

И хотелось бы мне сказать «Да и паралельно! Надрали жопу этой ящерицы один раз, надерем и второй!», вот только одаренный девятого уровня и реликт девятого уровня — это совсем не одно и то же. Так что «девятку» уровней Адама можно вполне множить на пять!

— Примерно сорок уровень? — произнёс я, обходя имена.

Змеяда вроде как в команде, но знать про Адама, а уж тем более про его покровителя ей совсем не обязательно.

— Реликт? — выпала в окончательный осадок Змеяда. — Вашу мать! А не дохрена ли влиятельных врагов для ваших уровней, мальчики?

Затем и удивление сменилось унынием.

— М-мать!!! Я только обрадовалась, что мне попались талантливые ученики, только поверила, что могу стать тренером, а вы…

— Ну, — произнёс Бастион, успокаивая нашего тренера. И всё бы ничего, но Ант пошёл дальше чем просто слова и обнял готовую расплакаться девушку. — Ну что ты расстраиваешься? Мы ещё даже не начали! Вот увидишь, за тебя мы любого размотаем! Только пальчиком покажи!

Глава 3

— Что за старик? — заглянув через плечо, поинтересовалась Катя.

— Да так, — отмахнулся я, приняв из её рук кружку. — Домашнее задание.

— У тебя так-то завтра первый бой. Не думал выспаться?

Морферика уже переоделась в ночнушку и видимо хотела утянуть меня за собой, но сейчас я не мог позволить себе отдыхать. Портрет Гомера конечно мог подождать и до утра, но я переживал, что могу забыть черты его лица. Забыть и вновь провалить задание Каина. Вот только если раньше его заказ был лишь подработкой, от которой сложно отказаться, то сейчас от этого рисунка зависела и моя жизнь.

— Не сейчас. Позже, — улыбнулся я девушке и шлёпнул по попе. — А ты иди. Я скоро.

— Ну как знаешь, — улыбнулась она.

Впрочем, даже согласившись, девушка предприняла попытку увлечь меня в спальню и сладко потянувшись в дверном проёме, она сделала так, что ночнушка задралась оголив попу.

«Соблазнительница, блин» — хмыкнул я про себя и вновь принялся водить грифелем по бумаге. Первый набросок обрёл черты, и отложив карандаши, я взялся за перо. Чернила ложились тонкими штрихами на плотный пергамент, но с каждой новой линией я чувствовал, что всё больше устаю. В конце-концов, это привело к первой ошибке. Рука дрогнула и с конца пера на бумагу упала жирная клякса.

Проморгавшись, я вытер перо о промокашку и, использовав способность коррекция рисунка, вернуловь чернила в жало художественного инструмента. Глаза неимоверно слипались, и потому я решил на этом закончить. Собрал и протёр перья, уложил их в тубус и плотно запечатал чернильницу. Конечно артефакторное творение И-че в этом не нуждалась. Жидкий пигмент не прольётся, даже если смахнуть чернильницу со стола, однако чернила имеют свойство сохнуть. Да и не стоит забывать про любопытство Фубли. Моя далеко уже не маленькая мантикора, может играючи разгрызть подарок И-че, и виноват в этом буду только я.

В общем, чувствуя, что даже кофе не может помочь мне избавиться от сонливости, я убрал всё на свои места, оставив нетронутым лишь мольберт. «Завтра продолжу» — пообещал я себе. Выиграю первую пару боёв и продолжу!

Сны. Мне редко что-то снится. Наверное, потому, что в последние несколько месяцев мозг так устаёт так, что не способен вырабатывать ночные фантазии и просто пытается выспаться.

Но сегодня сон был. Яркий и запоминающиеся. Чёрт, я не помню его содержание, но помню, что он был приятным. Наполненным цветами и запахами. Но вот вспомнить сюжет — увы.

И из этого яркого и приятного сна меня вырвала Пуговка.

— Капец, ты всё ещё спишь?

Прокричала вампирша, переворачивая кровать со мной спящим.

— Я тебе зубы повыдергиваю! — честно пообещал я, поднимаясь с выскобленных досок.

Сон. Чёрт, я был готов отдать многое, чтобы вновь испытать эмоции пережитые в блаженном забытьи. Но прошедшего не вернёшь и поэтому злость на Эмму была особенно сильной.

— У тебя бой через сорок минут, а ты… — немного растерялась вампирша. — И телефон выключил! Что я должна была подумать после вчерашнего?

— Не зуди, — отмахнулся я, отправившись в ванную. — Катя с утра уехала домой, вот меня никто и не разбудил. Завари пока чаю.

— Чаю? — опешила вампирша. — У тебя бой через полчаса, какой на хрен чай?

— С лимоном и двумя ложками сахара, — чистя зубы, ответил я.

На душ времени не было, но вот выходить без кружки чая и с нечищеными зубами… Да пусть весь мир разверзнется, но утренний ритуал — это святое.

Закончив с мыльно-рыльными процедурами, я надел защиту для ганта и Аквилу, только потом поверх натянул форму нашей команды. Несмотря на всё негодование, Пуговка все-таки сделала чай. Правда в её исполнении он больше походил на настой из бабкиных пяток с лимоном, но привередничать не стал. Вампирша и так была на взводе.

— Капец ты долго! — переминаясь с ноги на ногу, пробубнила она. — Закончил? У нас двадцать четыре минуты!

— Закончил, — кивнул я. — А ты закончила со своими тараканами?

— В смысле? — не поняла Эмма.

— Тот поцелуй. Что это было? — напомнил я момент, который нехило так выбил меня из колеи.

— Я же сказала — забей! — закатила она глаза, но дрогнувшие уголки губ намекнули что я смогу её «дожать».

— Эмма, — начал я, отставив кружку. — Тебе всё равно придётся объясниться. Не сейчас. Позже. Но я всё ещё жду объяснений.

Телепорт, организованный Пуговкой, перенёс нас прямо в раздевалку. Причём, вместе с нами увязалась и Фубля.

— Да твою ж… Магнус, ты на часы вообще смотришь? — увидев меня, выпалил здоровяк. Техническое поражение в самом начале турнира — это не шутка!

Здоровяк не скрывал волнение, на которое накладывались моё опоздание. Как я это понял? Сложно сказать, но это был не первый раз, когда я чувствовал чужие эмоции. И это как-то вообще началось вместе с открытием Эфира.

Семён, в отличие от танка, выглядит спокойным, однако, и в его взгляде я прочитал неодобрение.

— У нас совсем не осталось времени на разогрев перед боем, — всё-таки произнёс Фобос.

— Мой косяк — признаю, — согласился я. — Но мне разогреваться не нужно.

Вместе с этими словами я сложил глифы на пальцах и, активировав «Власть над чернилами», продемонстрировал ребятам новый фокус. Повинуясь моим мысленным приказам, чернила выпорхнули из поясной склянки и, спустя пару манипуляций, превратились в кандалы. Чернильные, висящие в воздухе, но вполне себе рабочие кандалы. Это, кстати, я и продемонстрировал, бросив висящий в воздухе рисунок в Фобоса.

Если честно, ожидал, что Вивисектор увернётся, всё-таки скорость его реакции не в пример выше моей, но то ли он не ожидал подобного, то ли затупил. И как итог — чернильные кандалы щёлкнули на его руках с вполне себе металлическим звуком.

Фобос дёрнулся, пытаясь разорвать оковы. Но не получилось. Не с первого раза, ни с десятого.

— Заканчивай! — со злостью потребовал он.

Ещё одна манипуляцию пальцами и кандалы вновь превратились в жирную кляксу, которая, спустя несколько секунд, вновь спряталась в чернильнице.

— Лихо! — немного растерявшись произнесла Змеяда. — А Ант сможет их порвать?

— Ант? — переспросил я, не сразу поняв о ком она говорит. — Он силовик, так что скорее всего сможет.

Переведя взгляд на здоровяка, я не сразу понял, что меня смутило и только приблизившись к его фрейму, едва не уронил челюсть. Никнейм «Бастион» сменился на «Ант»!

Не откладывая любопытство в долгий ящик, я тоже поинтересовался причиной смены ника.

— Ну, — замялся парень. — «Бастион», конечно, звучит круто, но… Не знаю. Самонадеянно как-то, что ли. Да и потом это произошло само собой.

— Вы меня удивляете! — хихикнула Пуговка. — Смена никнейма — это показатель прямой смены характера. Что-то связанное с психосоматикой. Не знаю как правильно, лучше спросить у Капицы.

Вспомнив, кто именно впервые окрестил так Антона, я перевёл взгляд на Дочь Дьякона.

— И давно вы вместе? — ухмыльнулся я, глядя в её лисьи глаза.

Вот тут Эмма и Семен уронили челюсти, а Антон покраснел.

— Подруга, это правда? — вернув самообладание, спросила Пуговка.

— А что такого? — подмигнув вампирше, девушка обняла смущённого здоровяка. — Я девушка свободная, да и Ант тоже.

— Смотрите, чтобы ваши амуры нам боком не вылезли, — произнёс я за секунду до того, как с той стороны двери кто-то постучал.

— Пора! — чувствуя лёгкий мандраж, я хлопнул в ладоши. — Жаль, что Кати не сегодня не будет. У неё клановые дела.

— Зато Настя, Вика и Алиса уже в гостевой ложе. Они на тебя поставили, — подмигнула Змеяда.

— Зажгём хард-рок в этой дыре! — вскинув щит Паладина, воскликнул Антоха.

Лужники. Больше восьмидесяти тысяч посадочных мест! Наверное, этот стадион выбрали как самый крупный в Империи. Но стоило выйти на свет софитов, как я заметил, что занятыми были едва ли одно место из десяти.

— А чего ты удивляешься? — хмыкнула Змеяда. — Сейчас только отборочные. Тем более вы никому не известны. Вот увидишь, когда на арене появятся Деникины или Морозовы — народу будет сильно больше.

— Да я понимаю, — сдавая смарт и проходя сквозь рамку металлоискателя, ответил я. — Просто рассчитывал на другое.

— Зажгите — будут вам полные трибуны, — ухмыльнулась Пуговка. — Помнишь, что я говорила про перфоманс?

— Да-да. Народ хочет зрелищ.

— Вот именно! — сложив пальцы пистолетиком, улыбнулась она. — Шуйские — мясо, поэтому я, ну и остальные, ждём от вас красивой победы!

С этими словами Змеяда и Пуговка помахали нам руками. Дочь Дьякона, чувствуя себя как рыба в воде, отправилась к репортёрам. Пуговка запустила свой дрон-камеру и начала прямую трансляцию. Ну а мы, пройдя первичный кордон, отправились к арене.

Несмотря на то, что матч являлся, мягко говоря, проходным, организаторы серьёзно подошли к проведению турнира. И первое, что бросилось в глаза, были арбитры. Сразу трое, и все не ниже пятидесятого уровня.

Сам гексагон лишь издали напоминал арену для ганта. Да и правила у магических боёв отличались. Если в ганте были чёткие правила и победа по очкам, то здесь побеждал лишь сильнейший.

— Чувствуете? — прокрутив эти мысли, ухмыльнулся я, обратившись к друзьям. — Детский сад закончился.

— Ага. И никакой тебе защиты или фола, — нервно дёрнул щекой Ант. — Ох, чувствую я…

Здоровяк так и не договорил мысль, потому как к нам подошёл рефери. Гладиатор 54 уровня серьёзно оглядел нас и начал свою мантру.

— На арене запрещены энергетические аккумуляторы и разного рода батарейки для пополнения маны. Любые артефакты боевого или защитного типа разрешены, но потерянные в ходе сражения, они является трофеем победителей. Бой заканчивается после смерти, не боеспособности всей команды или полотенца тренера на ринге. Любая атака после гонга — и проигрыш будет меньшим из ваших проблем. Всё понятно?

— Мы знаем правила, — буркнул Семён, за что рефери наградил его уничтожающим взглядом.

— А вот это мы посмотрим, — играя желваками, произнёс рефери-гладиатор. — Я жду от вас честной игры.

Выстроившиеся по разные концы гексагона, мы изучали противников, а они изучали нас. Трио из парня, девчонки и орка. Парень — Всеволод Шуйский, официальный представитель и маскот своего небольшого клана, оказался дуэлянтом. «Интересный класс» — подумал я про себя. Никогда не встречал подобных.

Орк оказался шаманом с именем Савелий Дыбенко. Скорее всего обращённый. Как мой знакомый из его племени, Максим Малиновский.

И третьим членом команды Шуйских была некто Ольга Трубецкая. Как раз таки ее имя вызвало мой неподдельный интерес. Во-первых, я впервые увидел девушку танка, а то, что она танк, не вызывало сомнений. Ну а кем ещё может быть девушка с пропорциями нашего Антохи и классом Провокатора? А во-вторых, в руках Ольга держала щит размером с парадную дверь нашего с Катей особняка!

— Антоха, кажется, мы встретили твою женскую вариацию! — усмехнулся я.

— Иди к чёрту, Магнус, — под смешок Семёна оскалился здоровяк. — Мне миниатюрные больше нравятся.

Тем временем обратный отсчёт разменял последний десяток секунд и мы с командой приготовились.

— Антон берёт на себя первый удар. Затем скорее всего будет провокация и атака Шуйский в спину. На этом моменте я вырезаю дуэлянта. Магнус, с тебя поддержка, — скороговоркой произнес Фобос.

Да, в нашей команде он отвечал за тактику, но помня слова Пуговки о том, что толпа ждёт представления, я оспорил его планы.

— Нет. Я иду вперёд. Один.

— У них так-то двадцатые уровни. А ты «двенашка», — вслух усомнился Антоха.

— Вмешивайтесь, если запахнет жареным, — ответил я и потянулся за блокнотом.

Гонг возвестил о начале дуэли. Я же извлёк блокнот с уже готовыми рисунками и шагнул вперёд группы. Семён хотел было сделать тоже, но получив мой тяжелый взгляд, остановился.

Тем временем провокаторша подняла щитприкрывая Шуйский тандем с нашей стороны. Орк-шаман же достал бубен и колотушку. Несколько ударов, и по обе стороны от противников выросли два деревянных Тотема.

— Магнус, не дури, — неодобрительно произнёс Антоха.

Я же медлил, вглядываясь в глаза девушки. Шкала Эфира дрогнула и медленно поползла к нулю. Двадцатый уровень, да ещё и танк. Какие у неё показатели характеристик? Сколько здоровья? Вдвое-трое больше моего? Судя по габаритам, скорее вчетверо! Вот только в ней не было уверенности. И я чувствовал это!

Тем временем краем глаза я увидел себя на экране. Со стороны мои глаза пылали золотым. Так вот как со стороны выглядят проявления моего мистического аспекта! Забавно. Забавно и устрашающе.

От чего-то захотелось подурачиться. Не просто выпустить под ноги девушки орду уже нарисованных крыс, а выиграть самому. Без способностей. И вытащив из-за голенища гремлинский клинок и я пошёл навстречу.

— Это провокация! — произнес Фобос. — Антоха, он уже…

Дальше уже не слышал. Взял разбег и, изготовив нож, ринулся на Провокатора. Уже потом, после боя, осмыслив свои действия, я пришёл к выводу, что Семён был прав. Несмотря на внешность каноничного танка, Ольга «имела и ментальную магию». Девушка была почти вдвое выше меня по уровням и смогла пробить ментальную защиту.

Увидев, что способность сработала, девушка попыталась принять меня на щит. Ударить единственным оружием, что по недоразумению назвали Скутуом, но гремлинский нож внёс свои коррективы.

Занеся длинный, почти как кинжал, нож, я рубанул наотмашь. Без затей. Просто махнул сверху-вниз, и клинок разрубил шестисантиметровую толщину щита, как бумажный конверт.

А ещё Семён оказался прав в тактике. Фобос безошибочно предугадал боевой рисунок оппонентов. Пока я находился под действием провокации, Шуйский материализовался за спиной и попробовал провести комбо. Пара черных, как душа Ведуна, кинжалов застрочили в неприкрытую спину. Вот только всё, чего добился Дуэлянт, была порезанная синтетика формы и пробуждение моей живой брони.

Живая броня «Аквила Ира» не позволила оставить даже царапины. Буро-алые щупальца ударили прямо из лопаток, и, защищая спину, раскрылись на манер крыльев ангела. А дальше… Пересматривая запись нашего боя, я не мог поверить, что создал эту имбо-броню.

Безрезультатно закончив комбо, дуэлянт в два прыжка отскочил на безопасное расстояние. Ну так, по крайней мере ему, казалось. Аквила стойко выдержала его атаку, но не намеревалась отпускать ловкача без сатисфакции. Крылья за моей спиной крутанулись, отправляя в сторону ловкача веер кровавых перьев.

Можно быть тысячекратно ловким, можно иметь пассивку на увороты, но увернуться от шрапнельного выстрелыа из пушки невозможно! Шуйский отбил несколько перьев, но еще пара десятков острыми ножами пронзили его тело.

Ну всего этого я не видел. Провокация действовала даже после того, как Ольга лишилась трети своего щита. Я же продолжал полосовать ее скутум (прим.: Широкий ростовой щит). Нож расправлялся с артефактным щитом, как бензопила с мокрым картоном. И помимо неуверенности в глазах девушки я увидел страх.

— Отмени провокацию, дура! — заорал орк. — Я двоих не вытяну!

Видимо, девушка выполнила приказ шамана, потому как в следующую секунду меня отпустило. Разорвав дистанцию, я увидел, что от щита Провокаторши осталось едва ли четверть. Дуэлянт, которого поразила пара десятков, был ранен, но жив. И разгадка его живучести нашлась практически сразу. Всё это время орк не сидел сложа руки. Вокруг Шуйского стояло сразу шесть тотемов, от которых в сторону дуэлянта тянулись шлейфы восстанавливающей магии.

Провокаторша несколько секунд смотрела на свой обрубок щита, а затем отбросила его, достав полуторник. И без своих эфирных глаз я видел, как слаба ее решимость. Кончик меча подрагивал. Девушка выставила его как пику, будто боялась что я брошусь на неё.

— Сдавайся, — произнёс я тихим и успокаивающим голосом.

— Да заруби ты его! — окликнул провокатора дуэлянт.

Из-за ран Шуйский даже не мог подняться. Отойти от летящих тотемов шамана для него значило умереть от кровопотери. Слова капитана подействовали на девушку странно. Ольга сжала рукоять до побелевших костяшек, а ее глаза наполнились какой-то торжественной обреченностью. И слезами.

Девушка применила какую-то способность. Боевой перк окрасил её ауру в красный и, роняя слёзы, провокатор запустила неизвестную мне боевую атаку. Закрутив мельницу, Ольга пошла на пролом. Не быстро, но неотвратимо. В этот момент она напомнила мне бурю, внутри которой сверкают разряды молний.

За момент её приготовлений, я мог десять раз уйти из траектории, разорвать дистанцию или вовсе контратаковать. Но вместо этого я продолжал стоять. Почему? Да понятия не имею! Да, это было глупо, но что-то подсказывало, что это правильно.

Град ударов полуторника обрушился на голову, плечи, грудь. Ещё недавно новенькая форма обзавелась сотней новых прорех, но каждый раз Аквила сдерживала удар, расходуя драгоценные очки Эфира.

А когда атака закончилась, в неверных руках девушки задрожал меч.

— Бесполезная сука, — харкая кровью, процедил Шуйский.

«Бесполезная?» — спросил я у себя. Слабохарактерная — да, но уж точно более полезная, чем шаман, что расходовал остатки маны на поддержание жизни всё ещё живого трупа. И полезнее самого дуэлянта.

Своими словами боярич разжёг во мне огонь неприязни. Он прекрасно понимал, что они проиграли. Понимал, что мы мы тупо сильнее, но из-за своих глупых амбиций Шуйский был готов на бесполезные жертвы.

— Фобос, — произнёс я, не оборачиваясь.

Семён понял меня правильно. В один рывок Вивисектор оказался рядом с Дуэлянтом. Не размениваясь на эмоции, Фобос загнал подаренный мною «Джентельмен» в глазницу Шуйского и провернул клинок.

В такие моменты Шарапов пугал меня до дрожи. Хладнокровие и флегматичность, с которой Фобос исполнял обязанности палача, не могли не пугать. Но в то же время за это я и ценил Вивисектора. А особенно ценил то, что теперь он на моей стороне.

Сделав шаг навстречу, я увидел, что Провокатор зажмурилась будто смирившись с неотвратимостью смерти. Глупышка.

Перехватив, откованный из ведунского тотема, нож подошёл на расстоянии вытянутой руки. Схватившись пальцами за дрожащий в руках Ольги клинок, я начал строгать его своим. Полуторник поддавался легко. Нож распускал закалённую сталь на стружку, точно осиновую деревяшку, а я вновь повторил своё предложение.

— Шаман, у тебя ведь не осталось маны. Так? Вы хорошо сражались, но проиграли. В бессмысленной смерти немного чести. Сдавайтесь.

После моих слов дрожь ещё больше пробивала девушку. Как итог: её побелевшие от напряжения пальцы разжались и обрубок полуторника со звоном упал возле её ног.

Орка хватило на немногим больше.

— Ну нах… — пробасил он, опуская церемониальную колотушку. — Сдаюсь.

— Вот и ладушки, — улыбнулся я одновременно с звуком гонга. — Спасибо за бой.

Вот только моё «Спасибо!» прошло мимо ушей недавних противников. Хлюпая носом, Ольга принялась расстёгивать боевой пояс. Шаман, серый как Питерский апрель, тоже начал снимать с себя артефакты.

Поначалу я не сразу понял что они творят, но потом вспомнил слова арбитра. «Любые артефакты боевого или защитного типа разрешённы, но потерянные в ходе сражения, они является трофеем победителей.» — кажется так звучали его слова.

— Ну-ну, Ольга. Вряд ли мне подойдут твои серьги, — улыбнулся я, останавливая девушку. — Они конечно красивые но, увы, не мой фасон.

Провокатор остановилось. Не сразу, но шутка дошла до сознания девушки, и впервые, за всё время, я увидел на лице Ольги робкую улыбку.

— Сава, бубном и колотушкой я тоже пользоваться не умею, так что не надо. Оставь, — произнёс я уже орку.

— Отказываешься от трофеев? — с недоверием произнёс шаман.

— Не от всех — поправил его я и указал на труп боярича Шуйского. — Вы хорошо дрались и ваш лут я не трону, а вот с вашего капитана сниму всё до пропотевших стелек.

И закончив свой монолог, я не прощаясь развернулся и ушёлк своим.

Глава 4

— Зря ты это, — неодобрительно произнёс Семён.

— Что именно? Оставил им артефакты? — удивился я. — Ты видел их снарягу. У девчонки только щит нормальный был. Остальное — мусор.

— Я про другое. Ты вышел в одиночку. Глупо и рискованно, — пояснил Вивисектор.

Шарапов с малых лет воспитывался как будущий офицер. Для него необоснованный риск — преступная глупость, и в этом он был полностью прав.

— Ты прав, — согласился с ним я. — Вот только мы знали против кого выходим. Пуговка просила дешёвых понтов, и я решил, что риск оправдан. Так оно и случилось.

— И всё равно это неправильно, — настаивал на своём Семён.

У арены нас уже ждала делегация по встрече. Пуговка, Змеяда и девчонки. Не хватало только Кати. Мой будущий тесть отправил её вместе со старшим братом на Сахалин. Вроде как они закладывали новый питомник по изучению магических тварей. Как сказала морферика «Клановые дела — прежде всего.» И с ней я был полностью согласен.

— Довольна? — спросил я у Пуговки. — Такого хайпа ты хотела?

— А ты позер! — усмехнулась она. — Круто получилось. На официальной трансляции было всего четыреста тысяч зрителей, но запись соберёт раз в сто больше!

— Не слушай эту зануду! — перебила её Змеяда. — Это было брутально и правильно! Не удивляйся, если на следующем матче на сцену полетят женские трусики!

Зазвенел смарт, и поднимая трубку, я сделал жест, чтобы замолкли. На том конце оказался отец и выслушав его, я ответил, что скоро буду, и положил трубку.

— На отца совершено нападение. Пуговка, открывай портал, — произнёс я скороговоркой.

Холодный липкий страх за отца заставил задрожать колени. А ещё я пожалел, что в погоне за славой вышел в одиночку. Бой прошёл хорошо, но истощил ману и эфир.

Фубля, будто почувствовала моё неуверенность и боднув колено головой, смотрела на меня всеми тремя парами глаз. Мол, «Ты чего хозяин? Боишься?»

— Парни, Вы со мной? — почему-то спросил я у друзей.

На самом деле глупый вопрос. И Семён и Антоха не раз приходили на выручку. И дело даже не в вассальной клятве, которую парни дали несколько дней назад.

— Дурак что ли? — усмехнулся Антоха.

Семён промолчал, посчитав мой вопрос риторическим. Вивисектор просто проверил обе кобуры и убедившись в исправности оружия, вернул его на место.

— Я тоже пойду, — неожиданно заявила Настя. — Там наверняка будут раненые.

— Хорошо, — немного подумав, согласился я. — но войдёшь в портал через минут через пять.

— А я останусь, — с какой-то грустью произнесла Селезнёва. — Извини Магнус, я торговец, а не боец. Кстати держи батарейку

Девушка бросила мне металлический цилиндр. Стоило поймать его, как интерфейс подсказал, что это аккумулятор маны объемом в пятьсот единиц. Не думая ни секунды, я впитал магический ресурс.

С Эфиром хотелось бы провернуть тоже самое, но где ж такой взять? Не уверен даже, что на земле существует хотя бы ещё один игрок с этим аспектом. Я поблагодарил девушку, сделав в уме пометку прикупить несколько подобных аккумуляторов и зарядить.

— Я пойду. И прямо сейчас, а не потом! — огорошила меня Вика и продемонстрировала какой-то пистолет.

— Чтобы потом твой отец меня на фарш пустил? Ну уж нет! — нервно рассмеялся я. — Пуговка, да чего ты там возишься? Произнёс я в спину вампирше, которая с кем-то разговаривала по телефону.

— Навигатор вычисляет положение твоего отца. Минуту, — ответила она.

— Нету у нас минуты! — со злостью накричал я на девушку, как будто она была виновата. — Сейчас!

Но Пуговка правильно поняла моё состояние и не стала огрызаться в ответ. Только кивнула.

— Не нервничай, — произнёс Семён, положив руку мне на плечо. — Дмитрий опытный и хорошо вооружённый боец. Он продержится.

От чего-то слова Фобоса рпрозвучали так, что я поверил. Поверил, но не расслабился. И когда в посреди раздевалки развернулась объёмная клякса портала, я нырнул в неё, точно в бездонный омут.

Ещё до того как я открыл глаза, лицо обжёг холод, а по ушам ударил автоматный стрекот. Следом за мной фиолетовым метеором вынырнула Фубля. Мантикора осклабилась, обнажив совсем не кошачьи клыки. Они хвост подрагивал, но шестиглазое чудовище не ринулось в бой и посмотрело на меня ожидая команды.

Присев на одно колено, я огляделся тут же увидел внедорожник отца. Подаренный Семёном монстр кар потерял колесо и дымил. На его чёрной краске виднелись следы пуль. Но броневик выстоял, и что самое главное, спас отца, который, расположившись в кузове, отстреливался из пистолета.

К этому моменту сквозь портал прошли и остальные.

— Семён — командуй! — приказал я, делегировав ему полномочия как более опытному бойцу.

— Антон — щит и приставным шагом к машине. Я за тобой, — начал он раздавать приказы. — Вика — в посадки и обеспечивать огневую поддержку. Магнус…

— Ой, капец вы занудные… — перебил его Пуговка. — Сидите здесь, я сама.

С этими словами Пуговка сбросила с плеч плюшевый рюкзак в форме медведя и, будто готовящийся к концерту пианистка, несколько раз встряхнула пальцами. И вот тут я застыл, не веря собственным глазам.

Плюшевый ранец в один момент превратился в… Демона? Сотканное будто из самой тьмы существо покрывали адские всполохи. Хозяйка демона тоже перевоплотилась под стать своей зверушки. Больше всего её наряд напоминал образ готической балерины, но, как бы это помягче сказать, чулки рваные, корсет и две катаны делали её больше похожей на стриптизёршу-убийцу!

Противники тоже обратили внимание на новых участников сражения. Полтора десятка стрелков открыли огонь по Эмме и ее карманному демону, но безрезультатно. В её глазах заплясали искорки безумия и, обнажив клинки, девушка сорвалась с места.

— Не стоять, — произнёс я, глядя как Вика и парни застыли не в силах оторвать взгляда от обезумевшей вампирши. — Действуем по плану Фобоса. Вы, — указывая на Семёна и Антоху добавил я. — Вытаскивайте отца. Вика — на прикрытии. Ну а мы с Фублей зайдем с фланга. Вперёд-вперёд-вперёд!

Парни тут же выстроились друг за другом и приставным шагом начали сближение с отцовским укрытием. Вика серой тенью ушла в посадки у трассы. Ну а я потрепал холку мантикоры.

— Ну что, девочка? Готова? — накручивая себя яростью, произнёс я. — Пойдём оторвём пару буйных голов.

Перебежками я углубился за лесопосадки. Засевшие по обе стороны дороги бандиты давно бы заметили и подстрелили нас с мантикорой, однако, их уже «развлекала» Пуговка. По ней работала не меньше дюжины стволов, но девушка и не думала скрываться. Эмма просто шла под руку со своим демоном и это выглядело жутко. На секунду я представил, что чувствуют вооружённые до зубов налетчики. Раскаляя стволы докрасна, они выпускали рожок за рожком, а вампирша и её демон шли вперед. Неотвратимо и смертоносно.

Где-то за спиной одиночно хлопала «Беретта» Виктории. Дочь воеводы уже вступила в перестрелку. Парни уже подошли к отцовской машине. В общем бой вышел на финальную стадию, и этим нужно было пользоваться.

Длинными перебежками, почти не скрываясь, мы обошли окоповшихся стрелков и, чувствуя бесноватую ярость, я хлопнул Фублю по шерстяной заднице.

— Пошла-пошла-пошла! — прикрикнул я на мантикору, и девочка будто этого и ждала.

Взяв с места в галоп, Фубля фиолетовой молнией ринулась на широкие спины окопавшихся стрелков. Я же извлек блокнот с готовыми боевыми рисунками и, что называется «на всю ману», принялся воплощать их.

Носорог, саблезубый тигр, потом волк и медведь. Срок жизни у всех нарисованных существ был мизерный — не больше четверти часа. Но, уверен, Больше бой и не продлится. На последние крохи маны материализовал «Беретту», которую недавно срисовал с Викиного ствола.

Бронированный носорог шел напролом. Ломал хрупкие берёзы, как спички и затоптал двоих, прежде чем веерная очередь превратила его в пепел. Лихого стрелка добил уже я. Признаться на это ушло половина обоймы, но я таки его достал.

Фубля вцепилась в холку автоматчика. От зубов мантикоры его спас высокий ворот бронежилета, но хвост нашел брешь в защите и… Короче с ним тоже было покончено и, расправив лиловые крылья, бестия ринулась к следующему.

Волк, созданный после носорога «дал осечку». Серая тварь, срисованная с Старого Хакки, заслышав стрельбу прижала уши, а затем трусливо бросилась прочь. Мда, такое у меня впервые.

Зато медведь не подкачал. Хотя и ему потребовался «пинок» в виде шальной пули. Не знаю сколько ранений медведя было серьёзным, но «поймав маслину» потапыч врубил режим берсерка и ринулся в изломанные носорогом посадки.

Пуговка и её демон резвились на другой стороне дороги. Из-за насыпи я не видел что там происходит, но судя по крикам вампирша отрывалась по полной.

Умная мысля приходит опосля, а потому про «языков» вспомнил, когда враги почти закончились. Вытащив блокнот и пролистав его до чистой страницы, я направил его на парочку последних стрелков и второй раз в жизни активировал «Чернильную тюрьму».

Нехотя, но заклинание сработало. Пространство по сторонам бумаги исказились, будто в зеркальном тоннеле, а когда всё закончилось, пара стрелков уже двигались на странице моего блокнота.

На нашей стороне в дороги всё было кончено, и я развоплотил существ. Так, на всякий случай. Всё-таки их я рисовал не продумывая предысторию и накладки, вроде трусливого волка, были сейчас ни к чему.

Выскочил на дорогу и увидел, как с другой стороны поднимается Пуговка. Окровавленная и полуголая, чертыхаясь она брела по глубоким сугробам. Демон с ней не было, и Искорка безумия в глазах вроде пропала, а потому я сразу перешёл к делу.

— Языков взяла?

— Капец! — едва не взвыла вампирша. — Извини, Магнус, я увлеклась. Кстати, вот.

Девушка положила свою ледяную ладонь в мою руку, и через мгновение я получил уведомление и достижении пятнадцатого уровня.

— Там было трое одарённых. Смотрю Фубля тоже неплохо поохотилась? — произнесла она, потрепав мантикору промеж ушей.

Пуговка оказалась права, только сейчас я заметил, что моя девочка взяла новый уровень и теперь мы сравнялись.

— За что? — удивился я. — Это ведь твои фраги.

— Я уже на триста девяносто третьем уровне. Чтобы получить следующий, лутая таких, мне нужно вырезать население какой-нибудь Болгарии! А этот опыт не будет лишним.

— Ну… Спасибо, Наверное, — поблагодарил я девушку. — Кстати, как ты выбралась из Чернильной тюрьмы?

Девушка не сразу меня поняла, поэтому пришлось напомнить момент, когда я впервые применил запечатывающее технику.

— Было непросто. Но я не первый раз попадаю в экстрамерное измерение. У каждого свои законы, но твое открывалось просто. Ну, для меня просто. Твоя тюрьма это что-то вроде ребуса с поиском выхода, а высокий интеллект подсказал куда надо двигаться.

— То есть, — шагая рядом с девушкой произнёс я. — Если рисунок, в который я буду запечатывать, сложнее, то и выход из него будет найти сложнее.

— Ага. Там ведь была большая белая комната. Из-за того, что всё белое я не сразу нашла край рисунка, но прокачанное зрение-то сказала куда надо двигаться. А дальше дело техники и сильные кулаки.

— Понял. Спасибо.

На ум сразу пришли слова Яды о том, что уровни конечно решают, но далеко не так сильно как мастерство и навыки применения способностей. В прошлый раз я запечатал Пуговку в кипельно белый лист бумаги. А теперь девушка подсказала, как можно улучшить Чернильную Тюрьму.

Подойдя к машине мы увидели, что всё обошлось. Отец конечно поймал пулю, но бронежилет спас, оставив под собой наливающийся кровью синяк. А дальше своё дело сделала бронированная машина.

Как оказалось, отец ехал не один. На заднем сидении, вжавшись в пол и закрыв голову руками, обнаружился мужик. Немного за тридцать, трёхдневная щетина и колючий взгляд.

— Знакомься сынок, — произнёс он, помогает попутчику выбраться. — Федор Сергеевич Коробов — преподаватель труда старших классов.

— Очень приятно, — Пожимая руку мужику, который сверлил меня откровенно ненавидящий взглядом, произнёс я. — Но…

— Он преподавал в колонии для несовершеннолетних. Уволен по статье за рукоприкладство.

— И?

— У тебя проблема с гремлинами, — напомнил папа. — А Фёдор Сергеевич её решение.

— Ну, если ты считаешь что подходит… — не стал спорить я.

В этот момент из открытого портала вывалилась Настя. Наплевав на внушительные габариты груди, девушка со всех ног побежала к нам. «Хоть бы придержала бюст» — подумал я. Вид прыгающих на бегу сисек приковал взгляды всей мужской части нашей компании.

Настя будто не заметила этого. Раскрасневшаяся от мороза девушка добежала до нас и, тут же прямо на снегу, раскрыла свой саквояж с белым крестом.

— Кто ранен? — обеспокоено пролепетала Филлипова. — Я окажу первую помощь.

«Ну прямо Полевая медсестра!» — ухмыльнулся я про себя.

— Никто не ранен, — Успокоил я её. — Отец в бронежилет пулю поймал и все.

— Скорее всего трещина в рёбрах, но до дома потерпит, — подтвердил мои слова папа. — Идём.

— Куда? — вдруг запротестовал Фёдор Сергеевич и указал на внедорожник. — А машина? Её же здесь за сутки на запчасти растащат!

— Думаешь сможешь восстановить? — по-деловому откликнулся отец.

— А то! Я ведь в первую очередь трудовик и только во вторую надзиратель.

— Считайте это тестовым заданием. Восстановите и сможете удержать в узде гремлинов — будете официальным сотрудникам, до того момента фиксированная заработная плата.

Если честно Фёдор Сергеевич мне совсем не понравился, но когда всё успокоилась я заметил как Фобос смотрит на автомобиль, который когда-то возил его в школу. Словно это не автомобиль, а он сам остановил с собой несколько обоим. В его глазах читалось боль.

— Ничего дружище. Эту ласточку починят! — хлопнув друга по плечу пообещал я. — Где мы кстати?

Последние слова адресовались отцу. Всё-таки с этими телепортами никогда не знаешь где окажешься в следующую секунду. На вид — каноничная среднерусская равнина, но вот точнее я сказать не мог.

— Орловская область. Недалеко от Мценска, — пояснил папа. — Ездил к боярину Липину. Он ставленник нашего клана.

Дальнейший рассказ расставил всё на свои места. Бояре, что обещали служить нашему клану, оказались не сильно рады смене власти. Кто-то открыто поддерживал братьев Ермоловых, кто то ещё не определился и выжидал. Вот отец и отправился по домам вассалов, объясняя новый расклад.

Через несколько минут появились «чёрные мундиры». Вернее мундир был только один — полковник Гречко, а остальные его боевая группа. В общем покушением теперь официально занималось «М-3» и здесь нам было делать нечего, а потому все кроме отца вновь ушли порталом.

— Как думаешь, кто это был? Твои родственнички? — спросил Антоха сразу как мы оказались на Воттоваара.

Вряд ли — ответил Фобос. — Прошлое покушение организовали не считая денег. Сейчас это были какие-то наёмники или частное ЧВК. Я посмотрел их оружие и снарягу — скорее всего залётная банда.

— Или нас в этом пытаются убедить, — добавил я, открывая дверь нашего особняка. — Ребята давайте позже поговорим. Антоха, Катя уехала по семейным делам, так что сегодня кормишь нас ты. Яда, — обратился я уже к нашей тренерше. — Поможешь своему новому парню. Фёдор Сергеевич, позвольте познакомлю вас с воспитанниками и покажу гараж, а после обеда…

— После обеда у вас второй бой! — напомнила Пуговка. — Забыл?

— Мля, — закатил я глаза. — А перенести никак?

В ответ вампирша отрицательно покачала головой.

Стоило зайти в гостиную, как я увидел Петра. Матёрый котяра загородил дорогу и не мигая жёлтыми глазами требовал пояснений.

— На отца было совершено покушение. Этот человек — Фёдор Сергеевич, будет присматривать за гремлинами и работать в гараже.

Закончив, я заметил на себе непонимающие взгляды.

— Ты же в курсе, что разговариваешь с котом? — удивилась Настя и прикоснулась к моему лбу, проверяя температуру.

— И давно это у тебя? — хихикнула Алиса.

Колкая на язык девушка хотела обидеть, но произошедшее заставила понервничать и её, и таким образом девушка выпускала пар.

— Пётр далеко не так глуп как вы считаете, — ответил я и переключился на гостя. — Девочки, покажите Сергею Михайловичу и помогите устроиться на третьем этаже. Семён и Вика — разработайте тактику на следующий бой. Деникин, Титан и Монах — это не команда Шуйских.

— А ты? — скрестив руки на груди интересовался Фобос.

— А мне с Пуговкой нужно посекретничать. Так? — последний вопрос интересовался уже вампирше. Не сразу но девушка кивнула, и после этого я добавил. — Закончим и подойдём.

— Ну, и чего тебе было непонятно из слова «Забей?» — произнесла Эмма, усевшись на подоконник чердака.

С момента боя девушка так и не удосужились сменить наряд. Видимо рассчитывала смутить меня голыми ляжками и бельнем, но её план не сработал.

— Всё. Колись, зачем ты меня поцеловала?

— Понравилось? — хихикнула она, пытаюсь перевести всё в шутку.

Не помогло.

— Давай без идиотских отмаз и экивоков. Ты хочешь казаться дурой, но за каждым твоим действием стоит холодный расчёт.

— Я… Я проверяла… — не поворачиваясь произнесла девушка.

Грустно произнесла. В этот момент я понял, что вампирша «созрела». Ещё немножко надавить и её скорлупа треснет, но давить нужно аккуратно. Пережму и все. В лучшем случае она навсегда закроется, в худшем — я наживу себе смертного врага. Врага, который полчаса назад играючи развалил хорошо вооруженную группу. Почти четырехсотый уровень — это не шутка! Поэтому я решил зайти с другой стороны.

— Блин, я себе уже всю голову сломал. Такого накрутил.

Чтобы вывести девушку на откровенный разговор решил показать ей пример. мой расчёт был таков — увидит, проникнется и повторит.

— Девчонки и так не в восторге, что я избегаю слов «единственная» и «любимая». А тут, когда я собирался ехать знакомиться с родителями Кати ты…

— Не продолжай, — перебила она меня. — Я поняла.

Ещё несколько секунд девушка молчала, а потом выдохнула, и будто решаясь на прыжок, начала.

Глава 5

— Все началось когда я… Когда меня обратили. ЗИЛ. Тогда мы с ним только познакомились, и я вызвалась помочь ему в одном деле. Не спрашивай что за дело — это не моя тайна. В общем на этом деле меня обратили в вампира. А потом всё. Как девушка я умерла. Вот послушай, — Пугока схватила мою ладонь и приложила к своей груди. — Слышишь?

— Сердце. Ритм вроде ровный. Что не так?

— Да всё не так! — сорвалась она. — Чтобы я не делала. С кем бы не целовалась и какая была угроза мне не грозила, Ритм всегда ровный! А знаешь почему? Я ничего не чувствую! Раньше всё было иначе. Ну, тогда когда я ещё была человеком. Нравился мне один парень. А когда всё произошло… Любовь, эмоции, Бабочки в животе… Всего этого не стало. Мои сверстницы ходят на свидания, ссорятся и плачут в подушку, а я как биоробот.

— Погоди. Я не раз видел твои эмоции. Что-то тут не сходится.

— Негативные? — спросила она и я кивнул. — Они никуда не делись. А остальные имитирую. Симулянтка, блин, — будто извиняясь пожала плечами. — Понимаешь, вампиров не просто так называют неживыми. Они действительно мёртвый внутри. Суррогат человека.

— Я понял. Прости. Но к чему был тот поцелуй? — понимая, что делаю девушке больно, я всё же задал главный вопрос.

— Иногда мне кажется что всё прошло. Что я вновь живая. И… — тут она щёлкнула пальцами подбирая нужные слова.

— И таким образом ты проверяла себя на эмоции? — догадался я, и девушка кивнула.

— Извини. Не стоило поставить под удар ваши отношения. Но я такая дурёха! Сначала делаю, я думаю уже потом.

— А твои наряды? — произнёс я.

— Компенсация фригидности, — грустно улыбнулась она. — Подсознательная тяга к вниманию, чтобы заполнить внутреннюю пустоту.

— Понятно. Прости что немытыми локтями залез тебе в душу.

— У вампиров нет души! Забыл? — рассмеялась девушка. — Так что нормально.

* * *

— Фёдор Сергеевич, знакомьтесь — Грог, Григ, Рив, Рорт, — произнёс я, представив гремлинов по старшинству.

Нанятый отцом воспитатель строгого режима не терял времени даром и уже залез под капот изуродованной тачки. И когда её успели доставить?

— Это ещё что за срань? — вытирая руки ветошью удивился трудовик.

— Ваши воспитанники. Хорошие мастера в сфере работы с металлом, но абсолютно нецивилизованные.

— Ну, это мы решим, — усмехнулся мужичок. — Перевоспитаем.

— Это Фёдор Сергеевич, — представил я трудовика. — Слушаться его как отца родного.

— То есть сожрать можно? — удивился Рорт — самый младший из четвёрки братьев. — Папку мы сожрали.

— Чего? — удивился Антоха, который тоже здесь присутствовал.

— Ну, голод был. Сначала деда с бабкой сожрали, а потом отца. Нужно было как-то выживать, — пояснил Грог — старший из гремлинов.

— А мать что? — не понимая зачем мне это, поинтересовался я.

— Мамку — нет. Слишком быстрая. Она убежала, — ответил младший. — А если ещё голод будет, то опять сожрём самого старого, — добавил Рорт глядя на братца.

— Или самого слабого? — не остался в долгу Грог и мелкий сложил уши.

— Не будет никакого голода. И жрать себе подобных, а тем более людей я запрещаю! Это всем ясно? — лопоухие коротышки нестройно кивнули. — Вам же, Фёдор Сергеевич дозволено использовать любые элементы воспитания.

— В том числе и физическое внушение? — удивился трудовик.

— В том числе и оно. Напомню основную цель вашего найма. Гремлины обладают своей особенной магией металла. Вы, по словам отца, хорошо подкованы в механике и умеете работать с трудным контингентом. В будущем этот маленький гараж должен будет перерасти в полноценную мануфактуру. А теперь приглашаю вас за стол, — добавил я. — Там и обсудим возникшие у вас вопросы.

За обеденным столом Фёдор Сергеевич вкратце пересказал своё положение. До этого он работал в обычной школе, а потом после развода запил. Жена ушла, прихватив с собой и обоих детишек. После увольнения из школы по статье Фёдор Сергеевич смог устроиться только в колонию для несовершеннолетних. Особый контингент сразу показал зубы и как итог — трудовика едва не посадили за рукоприкладство. Последние несколько месяцев Фёдор Сергеевич работал в шиномонтажке. Там отец его и нашёл сделал предложение от которого он не смог отказаться.

После трапезы трудовик решил показать, что не ест хлеб даром и отправился в гараж. Мы же остались. Следующий бой был назначен на три часа по Москве, а мы так и не подготовились.

— Из хороших новостей: про Титана и Монах много информации. Их стиль и основные способности известны, — начала брифинг Змеяда. — И из плохих: Титан — действующий майор разведки с пятнадцатилетним опытом и пятью горячими точками за спиной. А Монах очень сильные милишник с полной невосприимчивостью к магии.

— Я встречался с Титаном в лагере по подготовке будущих офицеров, — добавил Семён. — Он преподавал у нас диверсионную работу.

Про этих двух личностей я бы уже наслышан. Оба крутые специалисты, способные в одиночку дать джазу. А вот про официального капитана — боярича Кирилла Деникина ничего не слышал.

— Что известно по Деникину?

— Единственный сын боярина Фомы Деникина и баронессы Киры Калининой. Первый из Оренбургского обедневшего рода, вторая — наследница семьи торговцев. Специализируется на экспорте зерна, драгоценных камней и чая. Бояричу семнадцать лет. В светской жизни или скандальный хрониках замечен не был.

Будто читаю по листку, произнесла Алиса. На общее удивление Селезнёва ухмыльнулась.

— Чего? Я ведь тоже из вендорского клана! Забыли? А в торговле все друг друга знают, — объяснила она свою осведомлённость.

— Ага, — скептически усмехнулась Настя. — И то что Деникины месяц назад пытались тебя сосватать тут ни при чём?

Кажется внучка Вольги намеренно выдала тайну подруги, за что Алиса наградила её уничтожающей взглядом.

— Не твоё дело, Филлипова! И вообще, У тебя есть что-нибудь добавить по делу? Нет? Вот и заткнись!

Кажется назревала женская драка.

— А ну-ка тихо! Выяснять отношения и спорить будете за порогом! — поднявшись произнёс я, добавив в голос металла в. — Настя, если ты думала, что попытка поженить Алису меня разозлит, то ошибаешься. Алиса, за моим столом никому не позволено хамить! Запомнили? А теперь вернёмся к нашим баранам. Нейрохакер — это что вообще за класс?

— Редкий. Возможно уникальный, — произнесла Настя, сверля подругу взглядом. — Предположительно его способности заточены на контроль живых организмов и миньонов. Вроде мастера зверей, но это не точно. Что, Селезнёва, это по делу? Или вновь предложишь мне заткнуться?

— Настя! — зарычал я на девушку, и Филиппова тут же опустила глаза.

— Понятно, что ничего не понятно, — присев рядом с Антоном резюмировала Дочь Дьякона.

— Поэтому его нужно убирать первым, — добавила Вика Баранкович. — Папа всегда говорил: «Самый опасный враг — тот которого ты не знаешь.».

Дочь воеводы произнесла умную мысль, Антоха был с ней не согласен.

— А Титан с Монахом вам вообще противники?

— Не переиначивай, — осадил я друга. — От них мы знаем чего ждать, а Деникин — тёмная лошадка. Но пока давайте сконцентрируемся на известных нам противниках. Семён?

— Лука «Титан» Чужов. Человек.

— Беженец из другого мира? — догадался я.

— Да, при оформлении документов эта фамилия присуждается всем не родовым беженцам Ниддавелиира, — подтвердил мою догадку Семён. — он был в первой волне переселенцев и пробудил способности, пройдя сквозь портал. Теперь по способностям. В данный момент вышел в отставку. Про класс ничего сказать не могу, но на полевых учениях диверсионной работы он показал некоторые умения. Во-первых, способность изменять комплекция тела. В обычное время он выглядит как человек с обложки «Мистер Вселенная». Невероятно силён. На моих глазах он оторвал колесо от БРДМ. Причём с такой лёгкостью, будто сорвал шляпку с лесного гриба. При «сдувании», ну так я это называю, становится похож на узника концлагеря. Однако, в такой форме он невероятно быстро и ловок.

— Очень похоже на способности морфов, — заметила Настя.

— У ЗИЛа тоже есть похожая абилка, — добавила Пуговка. — Скорее всего это ультимативный навык или специализация.

— Что по оружию? — задала вопрос Змеяда.

— Кинжалы. Обычно пара, но на учениях его куртка на спине топорщилась. Думаю там был запас другого «холодняка».

— Так и запишем: «Сильный и ловкий хрен с ножиками», — резюмировала Дочь Дьякона. — А что со вторым?

— Монах. Официальное имя неизвестно, но вроде как он действительно является боевым монахом одного из алтайских монастырей. Чем его заинтересовали Деникины — непонятно. Насколько знаю, буддисты равнодушны к материальным благам, — произнесла Виктория. Только сейчас я заметил как моя сербочка подтянула русский, и теперь дочь воеводы говорила почти без акцента.

— Монах — отступник. Неофициально конечно, но он давно на карандаше у М-3 как головорез на найме, — поймав удивлённый взгляды Пуговка усмехнулась. — Что? Вальхалла это вам не кружок вышивания крестиком. У нас разведка не хуже имперской!

— По поводу способностей, — продолжила брифинг Змеяда. — Информация Антона подтвердилась. Монах абсолютно иммунен к магии, так что убивать его придётся через физику.

— Играть с воинствующим монахом на его поле, — невесело усмехнулся Антон. — Да, пацаны, походу это вайп.

— Что с косвенным воздействием магией? — спросил я у нашего тренера. — Фаерболы его не берут, это понятно. Но урон, скажем, от падения гранитной скалы это же физика, а не магия.

— Хороший вопрос, — скрестив на груди руки, произнес Фобос. — Боевых монахов со способностями не так много. Нужно проверять.

— Вот у вас и будет время проверить, — перебила всех Пуговка. — Час до начала боя. Выдвигаемся.

— Магнус, не спи! Ты вообще меня слышишь? — и дворянина ухо выкрикнула Змеяда.

— Да, слышу, — продолжая набрасывать рисунок ответил я. — Титан — разведос-диверсант. Прямые стычки для него непривычно и мы должны этим пользоваться.

Видимо тренер ждала что я поплыву, а потому такой ответ ей не устроил и она продолжила докапываться.

— Да что ты там вообще рисуешь? — вырывая блокнот из моих рук произнесла она. — Что за наркомания?

— Неевклидова геометрия и архитектура Пенроуза, — Пояснил я, пока девушка разглядывала мои невозможные рисунки. — Пуговка рассказала как выглядит изнутри «Чернильная тюрьма» и у меня появилась пара идей как её усовершенствовать.

— Это та способность запечатывания в которую попала Пуговка? — догадалась девушка. — Фигня какая-то. Такие лабиринты невозможны!

— В этом вся фишка, — не согласился с ней я. — Вы сами сказали, что команда Деникина не лохи. Вот я и готовлю козыри.

— Может не сработать, — присев на шкаф добавила вампирша. — Эти ребята не ограничены в деньгах. Скорее всего там будут артефакты против направленных заклинаний. «Сфера Отрицания» или «Зеркало Судьбы».

— Не узнаем, пока не попробуем, — ответил я.

— Может быть у кого-то ещё есть крапленые карты о которых я не знаю?

Фобос поднял руку.

— Похищение способностей. Специализация «Жрец Крови». Но для этого мне нужно попробовать кровь врага.

— Твою мать!!! — не сдержалась Настя. — Извини, Семён, я не твою маму имел в виду. Я про общую ситуацию.

— Ну тогда и я признаюсь, — хмыкнул Антоха. — «Единение». Досталось после специализации «Праведник». Способности связывает здоровья команды и делит входящий урон пропорционально.

В этот раз присвистнула Алиса.

— Да вы же капец неубиваемые!

— Убиваемые, — не согласился с ней Ант. — Если зафокусят одного или вместе попадём под заклинание по площади, то «ляжем» трое.

— Ант ты не прав! — серьёзно заметила Змеяда. — Алиса права — «Единение» это имба. По одиночке вас не убить, а вот вы можете. И почему вы мне сразу не сказали?

— Ну это как бы личные и клановые секреты, — резонно заметил Семён.

— Капец! — закатила глаза тренер. — Эмма ну хоть ты им объясни!

Вампирша, которая всё также продолжала сидеть под потолком, ухмыльнулась.

— Вы — участники турнира с зрительской аудитории в три миллиарда человек! Да после каждого боя ваш билд «по косточкам» разбирают! Личные и клановые секреты? Забудьте! Зачем вы вообще явились на турнир, если хотели сохранить способности в тайне? А теперь всё, мальчики, теперь вы — потенциальные герои, а ваша жизнь достояние общественности!

Над дверью загорелась красная лампа, и, не сговариваясь, мы повернулись в её сторону.

— Пора, — произнес Фобос.

— Пять минут, — ответил я. — Девочки вы идете, а мне нужно кое-что сказать ребятам.

— Опять секреты? — подозрительно прищурилась Змеяда.

— Это по поводу клана, — ответил я. — Поступила новая информация о вассалах и, извини Яда, тебя она не касается.

Девушки вышли. И когда мы остались одни, я, наконец, смог говорить без утайки.

— Противник силён. Уверен, на каждого из нас уже есть досье. Изучены сильные и слабые стороны.

— Но ты ведь сказал что разговор пойдёт про клан, — удивился Антоха. — Ты не доверяешь Яде?

В ответ я усмехнулся.

— Доверяю. Но лишний раз проверить не помешает.

— Кроме того она хороший боевик, но как тренер… — встал на мою сторону Фобос. — Не уверен. У тебя есть план?

— В наличии, — улыбнулся я и перевернув блокнот показал ребятам рисунок.

— Ты что хочешь… — переборов удивление выдавил из себя Ант. — Хитро!

— Именно так, — не давая договорить, перебил его я.

— Может быть мне кто-нибудь объяснит, что вы задумали? — начал заводиться Фобос.

Я приложил руку бумаге и в следующую секунду на ладони появилась первая маска. Её я вручил Антону. Вторая маска предназначалась уже мне, и я положил её рядом.

— А ничего не задумали, — коварно улыбнулся я. — План тот же, будет только две маленьких корректировки.

Антон тут же воспользовался своей маской. Приложил её к лицу, и в следующую секунду здоровяк начал добавлять в объёмах, пока не стал копией Семена.

— А какая вторая? — поняв механику масок, кивнул вивисектор.

— Вот такая, — ответил я и, перевернув страницу, показал ему ещё один рисунок.

— Не знаю, Магнус, гений ты или дурак, но я в деле!

Глава 6

— Посмотри на трибуны! — окликнул Ант, и я, щуря взгляд, поднял голову.

Свободных мест оказалось сильно меньше, чем в предыдущий бой. Примерно половина занятых сидений: на дешёвых трибунах и совсем немного — много на дорогих. Но даже так, тех кто решил посмотреть на наше с Деникиным противостояние, собралось больше раз в пять.

— Неудивительно. Деникин популярен, — усмехнулся я.

— Шутишь? — вполне серьёзно спросил паладин, что теперь выглядел как моя копия. — Деникин богат, но вообще не известен. Алиса же говорила, что он не участвует в светской жизни.

— Думаешь всё из-за нас? — удивился я.

Так непривычно было смотреть на здоровяка сверху вниз. Всё-таки я привык к своему росту, перевоплощение в палладина доставляло некоторые неудобства.

— Ага, — улыбнулся Антон. — Ну, может, ещё Титан с Монахом помогли. Они, конечно, знаковые личности, но… — тут здоровяк, которого теперь здоровякам и назвать-то было нельзя, переключился на Фобоса. — Семён, а ты что думаешь?

Шарапов не ответил и Антоха ухмыльнулся.

— А, ну да.

— Не пались, — прошипел я паладину, который примерил личность Фобоса.

Дальнейший разговор не состоялся. К нам подошли помощники рефери и указали на стартовые места, а главный судья начал повторение основных правил. На этот раз для всех присутствующих, а не каждой команды по отдельности.

Следующим взял слово ведущий. Его не было на сцене, но этого и не потребовалось. Густой, энергичный голос с лёгкостью завёл толпу, представляя каждого из участников.

«Легенда новейших вооружённых конфликтов. Тот, кто хоть и носит имя «Призрак Братиславы», но не нуждается в представлении! Встречайте — Ти-и-итан!!!» — вместе с толпой проревел комментатор и переключился на Семена.

««Молодой и перспективный» — скажут одни. «Тёмная лошадка. Он себя никак не показал!» — не согласятся с ним другие. Юноша, что в шестнадцать собственными руками убил отца, и встал во главе рода! Семён «Фобос» Шарапов!» — представил Вивисектора комментатор.

Я же скрипнул зубами. Да слова комментатора звучали более чем сочно и вызывали интерес, но это никак не оправдывало мудака, что выставлял «грязное бельё» Шараповых напоказ публики. За такое можно не то что в морду, за такое на дуэль вызывают! Впрочем, настоящий Фобос этого не слышал. И слава Богу.

— Комментатор вообще не дорожит зубами? — зло ухмыльнулся Антоха.

— Походу так, — согласился с ним я под представление Монаха.

— Если бы Семён был здесь… — впрочем парень не договорил.

Наконец с формальностями было покончено и над ареной зажглось табло обратного отсчёта. Я же поднял копию палладинского щита. Несмотря на заёмные габариты, мои силы никак не увеличились, и постоянно держать на изготовку реплику щита Антохи не получалось. Пара минут и всё, руки начинали дрожать под тяжестью защитного артефакта. И как здоровяк с ним управляется?

Слушая обратный отсчёт не удержался и взглянул за спину на свою копию. В этот раз я создавал его намеренно тупым. Вливал только ману, да и той потратил лишь крохи. Продержится десяток минут и ладно. Всё равно дубликат дольше не протянет. В прошлом бою я привлёк к своей персоне слишком много внимания, и противник несомненно выберет Чернильного Мага, как приоритетную цель.

Три, два, один… Поехали! Табло обратного отсчёта показало «ноль», и мы одновременно с противниками изменили построение. Я, согласно роли, выдвинулся вперёд, закрывая Чернильного Мага и поднял щит. Антоха, под маской Фобоса встал между нами, прикрывая возможные заходы со стороны. А пародия дубликата начала рисовать.

Противники поступили точно также, но их фармация было несколько другой. Титан и Монах выдвинулись вперёд, Деникин, же отступил так, чтобы их позиция представляла собой равнобедренный треугольник.

Их компания тоже не двигалась в наступление. Собираются играть от обороны? Или как мы, сделали ставку на мага?

Я взглянул на противников. Монах выглядел таким же, каким мне показывали его на фотографиях. Абсолютно лысый азиат с телом покрытым татуировками. Однако броня совсем не оправдала любимое прозвище иммунного к магии буддиста. Вместо оранжевых простыней или пижамы-кимоно, монах был облачен в кожаную безрукавку с металлическими бляхами, широкие, на манер шаровар, штаны и сапоги закрученными кверху носами. Интересно. В качестве оружия Монах выбрал стальной шест, вроде того, каким во время игр академий пользовался Король Обезьян. Но хоть его вид и казался внешне простым, благодаря своему эфирному зрению, я чувствовал каждый элемент снаряжения является артефактом. А потому без сюрпризов не обойдётся.

С Титаном было не легче. Едва прозвучал гонг, как переселенец из Ниддавеллира применил какую-то технику. Его тело начало увеличиваться и, спустя несколько секунд, майор в отставке был уже вдвое крупнее своих компаньонов.

Что интересно, его одежда и не лопнула, не разошлась по швам от изменившихся габаритов хозяина. Наоборот. Она увеличилась вместе с Титаном и теперь два кривых кинжала, что Титан носил на поясе, стали больше похоже на двуручные мечи!

— Хренасе… — не выдержал Антоха.

Хотя парень теперь был копией Фобоса но лексикон выдавал здоровяка. Если бы наши противники хоть немного знали Анта, то на нашей заготовке можно было бы ставить крест.

Тем временем толпа начала свистеть. И их можно было понять. Народ собрался за зрелищем, эмоциями и мясом, а вместо кровавого представления, две команды топтались по своим углам гексагона не желая начинать схватку.

Из-за спин Монаха и Титана я разглядел Деникина.

Рост — выше среднего, Телосложение — худощавое, если не сказать субтильное. Рыжие волосы и горящие красным глаза, а на шее целая вязанка медальонов. Наверняка там есть защита от всего, и упомянутый Пуговкой «Зеркальный орб» тоже. Но не торопясь действовать по плану, я всё-таки активировал «эфирный взгляд», чтобы лучше изучить оппонента.

Кирилл «Феникс» Деникин

Класс: Нейрохакер

Возраст:19 лет. Уровень:20

Вот и вся информация, которую моё эфирное зрение смогло выудить из образа Деникна. За него, если что, я расплачивался драгоценным эфиром, а потому отключил «золотые глаза» и видя как, складывая пальцы, Нейрохакер кастует магему, я приготовился.

Хотя, чего там готовиться? Рисунок Чернильной Тюрьмы был уже готов! Приклеенный на жвачку с обратной стороны щита, он ждал применения, а я, глядя в приклеенное рядом с рисунком дамское зеркальце, ждал, когда дубликат закончит.

— Приготовься, — глядя себе за плечо, окликнул я Антоху.

Деникин, кажется, тоже заканчивал, и, в нетерпении, я прикладывал и убирал руку. Опасался фальш старта. Ведь всё наше преимущество заключалась в сумасбродом фокусе, и стоит ему провалиться, можно выбрасывать белый флаг.

Здоровяк услышал. В облике Фобоса Ант вышел вперёд, прикрывая мои манипуляции от врагов.

Наконец, блаженный, из-за недостатка эфира, клон оторвал перо от блокнота и выставил лист перед собой. «Три, два…» — приложив ладонь к Чернильной Тюрьме считал я. — «Один!»

Четверть часа назад…

— Нейрохакер. Само название класса Феникса говорит его специализации — подчинение и контроль противников и их миньонов, — втолковывал я парням, не понимая, почему никто раньше до этого не догадался.

— Логично, — согласился Антоха. — Вот только что это меняет? Я всё ещё не вижу плана на бой.

— Наши уровни примерно равны, — вслух рассуждал я, в надежде что друзья дойдут своим умом. — Он не рискнёт подчинять кого-то из команды. Слишком высок шанс срыва каста заклинания.

— И подчинение человека не может стоить дёшево. Игроки это не миньоны. У Деникина всего один шанс, — добавил Семён.

Антон был не согласен.

— Но у нас нет миньонов. Вернее мы их не используем в бою. Значит он всё-таки попробует что-то подобное. Эх, — сокрушался он. — Если бы мы могли посмотреть запись их боя… Но это их первый выход на турнире. Несправедливо!

— Насчёт миньонов ты неправ. Используем, — не согласился с ним Фобос. — Живая броня Магнуса.

— Именно! — подтвердил я, показав большой палец Шарапову.

— Думаешь он попробует взять под контроль твою… Кстати, что это вообще такое?

— Созданная из крови живая броня. Полное название — Аквила Ира, но это сейчас неважно. Думаю их план — взять под контроль броню, чтобы она меня убила. А дальше покончить с вами.

— С чего ты взял? — не унимался Антоха.

— Я бы поступил так же, — согласился со мной Семён. — Получается, что твоя броня это козырь в их руках. Оставить её в раздевалке — и ты останешься без защиты. Надеть — она тебя убьёт. Я не вижу выхода, кроме как оставить её здесь.

— Не видишь? — улыбнулся я, и вновь показал Фобосу рисунок. — Ты наш козырь. Но, чтобы он сработал, на арену мы выйдем вдвоём с Антом. А теперь слушай и не перебивай…

* * *

Пародия на полноценного дубликата активировала, вернее изобразила активацию, рисунка. Деникин тоже пустил в бой своё самое сильное оружие. Псевдоживая броня подчинилась Нейрохакеру и ударила моего клона. Боевая форма на нём встопорщилась, из горлового выреза выреза проявилиль алые щупалца. Один такт сердца и, затвердев, они разорвали тело моего дубликата.

Но я этого не видел, потому как был занят своей частью плана. Сбросив щит, я активировал Чернильную Тюрьму. Ту самую, что рисовал перед боем. В отличии от прошлых использований, теперь это был не просто чистый лист, а лабиринт с невозможной геометрией.

За основу чернильной тюрьмы я взял Лестницу Пенроуза. Логичный на первый взгляд рисунок, при детальном рассмотрении, ломал евклидову геометрию. Вертикальные лестницы внезапно становились горизонтальными, стены плавно становились потолком, а потолок — полом. Но эти несоответствия были заметны, когда видишь всю картину целиком, а вблизи…

Пространство дрогнуло. На мгновенье лист лабиринтом стал прозрачным и сквозь него я разглядел силуэт Монаха. Почему именно он? Всё просто! Основная его способность и преимущества — это полный иммунитет к магии. Значит, от неё Монах защищаться не будет. Но Чернильная Тюрьма — это не совсем магия. Вернее, конечно магия, но в косвенном её проявлении.

Один такт сердца. Два… Монах будто сопротивлялся, желая вырваться из ловушки. Не получилось.

Дубликат же боролся за свою нарисованную жизнь. Он кричал, пытался вырваться из кровавых объятий Аквилы. Даже пустил в ход реплику гремлинского ножа. Но не справился, и, спустя несколько секунд, рассыпался пеплом. К этому моменту я уже успел поднять щит и спрятать за него рисунок.

Тем временем Титан обнаружил отсутствие Монаха. Но не ринулся в бой. Наоборот, четырехметровый, то ли танк, то ли дамагер, отступил, прикрывая собой Феникса. Деникин же прикрыл один глаз. Очевидно, Нейрохакер умел разделять сознание и пока одна его часть следила за обстановкой, другая управляла моей живой броней.

— Та-а-ак… И что же ты сделаешь? — прошептал я, прикрывшись щитом.

Не хватало ещё, чтобы кто-то из противников смог прочесть мои мысли по губам и выкинуть очередной фокус. Признаться, план дальнейших действий мы обговаривали заранее. Если Феникс бросит Аквилу в бой — я и Антон больше не скрываемся. Антон идёт в бой, стараясь дотянуться до Нейрохакера, а я выпускаю из блокнота нарисованных существ, что называется «на всю ману».

Но это был запасной вариант. Зря, что ли, мой дубликат старательно изображал активацию Чернильной Тюрьмы и погиб за это? Мой расчёт опирался на то, что команда Деникина свяжет магему клона с исчезновением Монаха. Тем более, как сказала Пуговка, наш предыдущий бой и способности давно уже изученной под микроскопом, и Титан с Фениксом постарается освободить Монаха.

Так и произошло. Единственная настоящая вещь, оставшееся от дубликата — блокнот, сейчас спряталась в теле Аквилы и подконтрольная Фениксу живая броня несла его новому хозяину.

— Давай! — прорычал я, подталкивая Антоху.

Здоровяк будто того и ждал. Несмотря на то, что он стал на голову ниже, тело Фобоса не помешало ему воспользоваться кольцом пространственного хранилища. Здоровяк извлёк палладинский щит. Я бросил ему второй — нарисованную для антуража реплику. Но даже реплика была слишком тяжела, чтобы я смог ею воспользоваться. И вооружившись гремлинским ножом, я рванул наперерез Аквиле.

Дешёвая провокация, но она сработала! Титан выскочил вперёд, пропуская ползущую Аквилу между ног и выставил клинки. Мы отступили. Живая броня же метнулась к новому хозяину и оплела его. В руке Деникина показался блокнот и Нейрохакер начал перелистывать страницы.

Дурак. И как он собирался освободить запечатанного Монаха? Порвать рисунок? Это могло сработать, но увы, блокнот был пуст. Чернильная Тюрьма же покоилась в моём заднем кармане?

Я же понял, что пора действовать и, прикрыв один глаз, активировал интерфейс. Нашёл привязанных к моему ядру существ и разорвал связь с Аквилой. Живая броня черпала свои силы из моего источника, а потому потеряв привязку насела на хозяина. Но вот незадача — Нейрохакер который мог взять под контроль Аквилу не смог справиться с её голодом.

Несколько секунд Аквила недовольно ворочалась не понимая куда делась энергетическая подпитка ядра, а потом живой доспех показал свою хищную наружность. В один момент худощавое тело Феникса лишилось одежды. Аквила просто порвала сковывающую его ткань, а потом накинулась на нового хозяина. Броня из крови сотни праведников превратилась в дюжину крюков что за секунду вспороли бледную кожу Деникина. Парень закричал. Впрочем, ненадолго. Мгновение и Аквила, будто почувствовав кратчайший путь к ядру Феникса, запустила хищное щупальце в его глотку.

Титан среагировал почти мгновенно. Впрочем, его скорости оказалось недостаточно, чтобы спасти капитана и нанимателя. Несмотря на шум трибун и восторженный рев комментатора, я слышал как захрустел сминаемый Аквилой кадык Деникина. Белки глаз бедолаги лопнули, окружив радужку росчерками кровоточащих капиляров.

Титан подскочил к напарнику и голой рукой попытался вынуть паразитического симбионта из глотки Феникса, но сделал только хуже. Почувствовав непреодолимую силу, Аквила изменила форму и, превратившись в шипастый шар, порвала Феникса изнутри.

С Кириллом Деникиным было покончено. Титан разжал пальцы и его капитан рухнул на землю. Был ли он ещё жив, или это посмертные судороги заставляли его тело биться в луже собственной крови? Не знаю. Но несмотря на то, что четырёхметровый здоровяк остался единственным из команды, я почувствовал, что основной бой ещё впереди.

Закрыв глаза, я снова вошёл в интерфейс. Нашёл в списке созданных существ Аквилу и вновь присоединил её к ядру, возвращая себе контроль. Одновременно с этим вынул из заднего кармана сложенный вчетверо рисунок Чернильной Тюрьмы. Но не тот, в котором Монах бродил по бесконечному лабиринтам. Другой. Тот, в котором на белоснежном листе в медитативной позе застыл Фобос.

Одно уверенное движение пальцев и плотная мелованная бумага порвалась, высвобождая добровольного пленника.

— Ну наконец-то! — щёлкая шейными позвонками произнёс Семён.

— Фобос — тело! — крикнул я, указывая на труп Феникса.

Шарапов всё понял правильно. Его главное способность подаренная аспектом Тауматургии — воровство чужих способностей. Но чтобы их украсть Вивисектору нужна кровь носителя.

Антон сорвал с лица маску. Видимо ему, как и мне, было неудобно в чужих габаритах. Здоровяк выпрямился, расправил плечи, подняв оба щита, тараном пошел на врага. Семён сиганул за ним следом, и стоило двум гигантам столкнуться, как тот ужом проскочил за спину Титана. А дальше началась резня.

Если честно, я думал что Фобос бросится к телу Деникина. Но нет. Вивисектор вооружился подаренным мною ножом и зашинковал спину Титана. Антон напирал в лоб. Могучий Титан закрутился, пытаясь отбиваться от обоих.

Его кинжал, больше похожий на полуторник, выбил искры из щита Анта. Другой рукой Титан рубанул по Фобосу. Хорошо рубанул. Наискосок. Окажись Семён чуть медленнее и кинжал разрубил бы его плечо до самого таза. Но этого не произошло.

Нож Вивисектора несколько раз вонзился в икроножную мышцу Титана и Фобос отскочил от удара. Антон применил ослепление. Не знаю как называется эта его способность, но на мгновение парень превратился в вспышку сверхновой. Даже у меня, стоящего за спиной палладина слезились глаза. А когда удалось проморгаться, Титана я не увидел.

Глупо было надеяться, что Титан не прячет в рукаве пару тузов. По полу заскакал металлический цилиндр, раздалось шипение и арену начало заволакивать дымом. Сам же Титан разорвал дистанцию и вышел из окружения. Вот только теперь он совсем не напоминал себя предыдущего.

Глава 7

Титан первоначально действительно выглядел как четырехметровый голиаф, который называется «схуднул». Его рост уменьшился вдвое, мышечная масса племенного быка испарилась и, если бы не фрейм надо его головой, то я принял бы его за другого. Но это был все тоже Титан.

Облако дымовой завесы только-только набирала объём и плотность. Как и говорила Змеяда, потеряв в объеме и силе, отставной майор приобрёл в скорости. И такая трансформация делала его в сто крат опаснее.

Морок белого дыма взорвался от скорости Титана. Мгновенье, и внезапно похудевший противник оказался за спиной Фобоса. Вивисектор, кажется, даже не успел проследить за противником взглядом как тот оказался позади и…

Ученик всё же не превзошёл своего учителя. Артефактное клинки Титана вскрыли броню Фобоса, нашли лазейку между плотно подобными пластинами и, через два удара сердца, Семён упал на колени.

— Да как же так!? — сквозь мокрый кашель, не веря и произнёс Шарапов. — Я же…

Договорить он не смог. Вновь закашлялся, но на этот раз с бурой, почти чёрной, кровью.

— Ант — атака! — надрывая связки прокричал я.

Здоровяк только-только выбрался из дымовой завесы и увидел Фобоса. Но мой приказ он истолковал правильно. Закованная в броню фигура здоровяка ринулась на тощего Титана. С непривычной грацией тот ударил обоими щитами, но хоть и не попал в невероятно быстрого противника, зато заставил его отступить.

Сейчас не удалось как следует рассмотреть обновлённого Титана. Очевидно, сверхчеловеческую ловкость великий боец расплачивался не только физической силой. От предыдущего образа всепоглощающей мощи не осталось и следа. Впалые щёки, седые, почти бесцветные волосы и торс, который я бы смог обхватить одной рукой. Теперь знаменитый боец был больше похож на не евшего много недель узника.

Ант расправил плечи и выставил щиты. Здоровяк прикрывал с собой раненого Фобоса и медлил.

— Ну давай. Попробуй, — оскалился Ант. — Подойди ближе и я тебя как портянку намотаю!

Титан промолчал. Его безразличный взгляд утративших цвет глаз не выражал эмоций. Только сосредоточенность.

Я же наблюдал за этой картиной со стороны, но не бездействовал. Прикрыв один глаз, вновь подключился к Аквиле. Попытки заставить её встать и атаковать проходили мимо условно разумной симбиотической брони. Лишённая опоры на человеческий скелет, броня могла течь, но не воевать.

Молчаливая сосредоточенность и чувство того, что мы всё ещё можем проиграть, подстигнули моё воображение. В третий раз попытавшись заставить броню подняться, я вновь потерпел крах, но…

Наверное, это называют озарением. Яркая вспышка мыслеобраза промелькнула, словно комета! Если Аквила не может воевать в отрыве от носителя, то что мне мешает дать ей его?

Получилось! Ещё до того, как Ант атаковал Титана, я отправил Аквиле мыслеобраз. Не знаю, как работает наша ментальная связь с бронёй, но она его услышала и…

Услышав непонятные звуки за спиной, Титан отступил, развернулся на звук и обомлел. Даже у меня волосы встали дыбом. Видеть, как мёртвый Деникин восстает из лужи собственной крови и неуверенной походкой зомби движется в нашу сторону…

Но это была не работа некроманта или кукловода. Это был я. Подчиняясь ментальному приказу, Аквила обвила его мертвое тело. Стала его экзоскелетом, что, симулируя работу мышц, подняла мёртвое тело Феникса.

Признаться, я был даже удивлён эффектом, который произвёл поднятый мертвец. Трибуны вздрогнули, раздались истошные визги, но больше всего испугался Титан. Высохший, словно мумия, противник замер, не веря глазам. А поднятый Аквилой мертвец уверенно шагал в его сторону.

Семён, несмотря на ранение, воспользовался замешательством и бросил свой нож. Удачно. Глубокий порез на шее мог бы стать смертельным, однако Титану повезло. Неверная от травм рука вивисектора промахнулась совсем немного. Лезвие вспороло кожу и мышцы, совсем чуть-чуть не добравшись до артерии Титана.

Но этого хватило, чтобы противник пришёл в себя и, зажав рану рукой, отпрыгнул на несколько шагов назад. Ему хватило несколько мгновений, чтобы закинуться зельями с пояса. Несколько секунд, и вновь здоровый Титан был готов к бою.

И в этот момент произошла накладка. Стоило мертвецу приблизиться, как Антон потерял интерес к Титану и обрушил всю свою мощь на голову уже мёртвого Деникина. Крича что-то матерное, здоровяк ударил щитом. Раздался противный чавкающий хруст, и голова мертвеца лопнула, забрызгав Антона своим содержимым. Наверное, это было противно.

— Ант, назад! — крикнул я палладину. — Это моя техника!

Опоздал конечно. Раньше нужно было предупреждать друзей. Но имеем что имеем.

Обезглавленный Феникс рухнул на четвереньки, но продолжил движение. Антон же снова переключился на Титана, а Семён без капли брезгливости запустил пальцы в окровавленную шею Феникса.

— Медальоны! — прокричал я Фобосу.

Вивисектор понял меня правильно и в следующую секунду сорвал с шеи Феникса вязанку артефактов. Аквила же сменила носителя. Бросив безголовый труп, она приползла на Фобоса и, повинуюсь моему ментальному приказу, закрыла собой его кровоточащие раны.

Да, Семён больше не боец, но смерть — это потеря уровня и опыта. A учитывая стоимость по вендорскому курсу, даже такая мелочь могла сэкономить нам несколько сотен тысяч рублей.

Тем временем Антон продолжал биться. И было видно, что даже несмотря на мультикласс «сиккарий-палладин» в одиночку Антоха «не вывозил».

— Ант — в сторону! — окровавленный губами прокричал Фобос. — Боюсь зацепить.

Здоровяк вновь сделал выпад, пытаясь дотянуться до слишком ловкого противника и, поняв, что последняя атака тоже ушла в молоко, отскочил в сторону. Титан будто этого и ждал. Едва здоровяк отступил, уйдя в глухую оборону, как он сменил цель. Прижался к полу и, раскинув руки с кинжалами в стороны, бросился, желая добить Фобоса. Не получилось.

Титана хватило всего на несколько шагов, а потом… Отставной майор разведки, легенда нескольких вооружённых конфликтов, напоролся на невидимую стену. Семён улыбнулся, и я понял, что впервые увижу его истинную силу.

Поднявшись, Титан открыл белесые глаза. Нащупал свои артефактные кинжалы и, улыбнувшись, вогнал их в собственную шею. Один из кинжалов вошёл слева, другой — справа.

Но на этом представление не закончилось. Кровожадность Фобоса вновь начала прорываться из подсознания, и без того эффектная победа омрачилась ненужной кровожадностью. Повинуясь чужому контролю, хрипя кровью, Титан протянул оба лезвия навстречу друг к другу. В этот раз неимоверная сила Титана сыграла против него. Одно мгновенье, один удар сердца, и, повинуясь чужому приказу, заставная легенда M-3 снесла собственную голову, которая под гробовое молчание трибун упала на арену.

— Фобос какого… — прокричал я, но открывший глаза Семён усмешкой заставил меня заткнуться.

— Увидимся в раздевалке… — давясь кровавыми пузырями, пробулькал он и закатил глаза.

Злость на кровожадного Вивисектора, которая секунду назад застилала мои глаза испарилась. Сердце пропустила один удар. А когда я вновь смог вдохнуть, то понял: Фобос — всё! Это откат от применения запрещенной магии? Или последствия того, как Титан нашинковал его внутренние органы?

Неважно. Не о том сейчас думаю. Рефери не объявляет нашу победу, а значит запечатывание Монаха, это лишь отсрочка нашей с ним встречи. И теперь, когда мы победили остальных, придётся сразиться и с ним.

— Антоха? — окликнул я, тяжело дышащего здоровяка.

Титан заставил его побегать и паладину требовалось пару секунд, чтобы успокоиться.

— Нормально, — прохрипел он. — Устал только. И пару царапин поймал. «Что с Семёном?» — спросил он, а я не смог выдавить даже слова и только покачал головой. — Понятно.

Удивительно, но здоровяк равнодушно отнесся к потере Фобоса. Да, я прекрасно понимаю, что его смерть не окончательна и скорее всего он где-то возле своего Тотема уже потирает большие фантомные раны на спине. Но, чёрт подери, какого хрена он отступил от плана? Почему сразу не ринулся к телу Феникса?

Захотел самолично пустить кровь бывшему наставнику? Идиот! Кровожадный придурок! А я лучше? А я ведь мог несколько раз окликнуть его, прервать кровожадный кураж! Но не сделал этого. И в его смерти была и моя вина — капитана команды.

— Магнус, — окликнул меня Антон. — С третьим заканчивать будем?

— Да-да. Извини, отвлёкся, — отвлекаясь от хмурых мыслей, отозвался я.

— Ну так давай, давай, — подтолкнул меня он.

После произошедшего накатила апатия. Устраивать шоу? Представление, о котором будут трубить новостные порталы? К демонам!

Вытащив Чернильную Тюрьму Монаха, я вытащил деревенский нож. Плевать, что скажут Пуговка и Змеяда, сейчас я хочу, чтобы всё поскорее закончилось.

Надорвал край рисунка и, помедлив одну секунду, полностью разорвал бумажную тюрьму. Воплощение запечатанного в ней Монаха не заставило себя ждать. Лысый боец с шестом начал проявляться, будто вытекая из разорванного рисунка. Но ещё до того, как он покинул бумажный плен, я занёс руку с ножом. Один скупой удар в покрытый татуировками череп. Даже Титан со своей ловкостью не увернулся бы. И к концу воплощения с Монахом было покончено.

Громогласный гонг возвестил о нашей победе. Может быть я себя и накручиваю, но радости это не принесло. Мы ведь могли. Могли сыграть «чисто»! И если Фобос думает, что своей смертью расплатился за неповиновение приказу, то как же он ошибается…

— Это было… — на эмоциях Антон начал заговариваться.

Но самым ярким маркером его возбуждения оказалось то, как здоровяк надел мундир. В первый раз он натянул его прямо поверх спортивной формы, а получив замечание поправился, но вновь натянул на этот раз шиворот навыворот.

— Да, Фобос, это было… — поддержала своего парня Змеяда.

— …ПРОВАЛЬНО!!! — осадил я сладкую парочку.

Очевидно, этого не ожидал никто из присутствующих.

— Поясни, — ослабив воротник попросил Семен.

Очевидно, он ждал похвалы за самопожертвование, удивлений тому, как идеально парень применил чужую магему, но я его осадил.

— Когда я сказал атаковать Феникса я ждал, что ты его атакуешь. А что сделал ты? — спросил я и сам же ответил на собственный вопрос. — Ты поддался куражу и эмоциям. Захотел лично прикончить Титана. И как итог — пал от скорости противника, о которой сам же нас и предупреждал!

— Магнус ну ты чего? Мы же выиграли! — закатил глаза Антоха.

— Дело не в выигрыше или проигрыше, дело в игнорировании приказов! — пояснил я. — Нотаций больше не будет, — серьезно предупредил я. — Завязывай с самодеятельностью.

С этими словами я покинул раздевалку.

— Да чего ты на него взъелся? — догнав меня не удержалась Пуговка. — Да, он ослушался, но Семен же хотел как лучше!

— Лучшее — враг хорошего, — резонно заметил я. — Семен воспитывался как офицер, которому предстояло сделать карьеру в армии. Но его кровожадность и игнорирование прямых приказов… Мне нужны надежные люди. Надежные, понимаешь? А Семену намекни, что пора бы его клану подумать о самообеспечении. Ну так, на случай если он выйдет из команды и ему придётся заниматься простыми боярскими делами.

Пуговка остановилась. Видимо не поверила в серьезность моих намерений. Ну, а я уверенной поступью шагнул в портал.

* * *

Катя обещала вернуться вечером, ну, а я, напялив фартук, колдовал на кухне. Не то, чтобы как Антоха я любил стряпать, но победа с привкусом саботажа подтолкнули меня посвятить вечер моей морферике.

— Че жрешь? — окликнул меня голос, когда, зарывшись в холодильник, я проверял свежесть сосисок.

Поперхнувшись, я развернулся и не сразу узнал того, кто стоял в дверях.

Седой старик с раскосыми глазами и цветными бусинами в волосах усмехнулся. Над головой Петра больше не было фрейма и потому в седом старике я не сразу узнал перевертыша.

— Петр? — удивился я. — Не сразу признал тебя без усов и хвоста.

— Бросай шутить над богами, Чернильный Маг. Твой рисунок разваливается.

На все мои вопросы Петр не отвечал, призывая лишь следовать за ним. У самой двери моего кабинета, перед которой оборотень-бог остановился, я понял, что что-то не так. Массивная деревянная дверь изменилась. Вся, от латунной ручки до кованных петель, она преобразилась, став… Картонной!?

Затаив дыхание я с опаской коснулся ручки и толкнул ее. Внутреннее убранство осталось неизменным. Стол, книжный шкаф, глобус и чучела зверей, оставшиеся еще со времен, когда в кабинете заседал Катин дед, остались неизменны. Лишь с одной поправкой — все было нарисованным!

— Что здесь… — попытался спросить я, но договорить не успел.

— Твоя магия, мальчик. Твой Аспект. Вернее, его проявления.

— Эфир!? — не поверил я.

— Эфир, — неспешно, будто пробуя слово на вкус, повторил шаман. — Что-то связанное с Жизнью, да?

— Что-то вроде того, — кивнул я в ответ. — И что мне делать? Как исправить это все.

— Дорисовывать, разумеется! — будто отвечая на глупый вопрос нерадивого ученика прикрикнул старик. — И поживее! Катя вернется через пару часов.

При чем тут Катя и почему ей нельзя видеть произошедшее я не понял, но видя нервозность старика, решил не уточнять. Злить древнее божество и хранителя Воттоваара не входило в мои планы. Но вставал другой вопрос. Как я, имея такие мизерные запасы маны и эфира, смог воплотить такой огромный пласт пространства? Да еще так, чтобы он не развоплотился спустя четверть часа. Тут потребуются тысячи, десятки тысяч мистических ресурсов, а я едва-едва подобрался к шестнадцатому уровню.

Об этом я и сообщил оборотню-шаману.

— Варха!!! — подняв морщинистые ладони к небу, сокрушался Петр. — И как такой неуч смог выиграть два боя? Ты Искажающий Реальность или дырка в дупе?

Стоп. Петр что, в отсутствии Кати, не прочь полистать спортивные трансляции?

— Не зли меня, усатый, — разозлился на шамана я. — Если такой умный, то лучше скажи, что делать.

— Боги! Собирать благость! Что же еще?

Благость? Видимо так древний игрок называл ману и эфир. Тем временем Петр продолжал.

— Садись и закрывай глаза. Благость впитывай.

— Как? — сорвался я на крик. — Мана и эфир — это не электричество! Розетки, чтобы подзарядиться, не существует!

— Заткнись! Начинай воплощение, а когда благость ополовинится — впитывай ее из мира!

— Да ты хоть объясни…

Договорить не получилось. Петр вдруг изменился в размерах. Как Титан, он вдруг стал вдвое шире и выше, а его когтистые лапы пудовыми гирями внезапно легли мне на плечи.

Колени дрогнули. Я буквально кожей почувствовал злость шамана. Рухнув на ковер, я прикоснулся к рисунку.

Желаете воплотить рисунок «Пробуждение Гомера»?

Стоимость: 87684 маны 213739 эфира.

Да/Нет?

Подтвердив воплощение, я заметил, что руки буквально приклеились к созданному не мной рисунку. Мана хлынула в воплощение, вместе с ней и эфир и через мгновение я, опустошенный, почувствовал жажду. Не физическую. Энергетическую, которая приходит с опустошением внутренних резервов.

— Дурак! — зарычал над головой Петр, что так и не убрал руки с моих плеч. — Я же сказал — половину!

Хотел было огрызнуться, но сухость во рту скрепила зубы, будто старая ириска.

Тем временем я почувствовал новые проявления энергетического голода. Пальцы на руках и ногах, уши и нос занемели. Будто отмороженные, они теряли чувствительность. Застучали зубы, а энергетическое ядро сжалось, точно выжатый насухо апельсин. Перед глазами вспыхнуло системное сообщение. В нем говорилось о критической потере эфира и разгоне ядра, что стремилось компенсировать мистический ресурс. Чтобы избежать смерти. Окончательной смерти!

Вот тут мне стало страшно! По-настоящему страшно. Только сейчас я узнал, что ноль — это не нижний предел. Существуют и его отрицательные величины. И эти цифры со знаком минус выпивали силу из того, что отличает одаренных — из Ядра.

— Не дрожи, — зарычал Петр. — И магему не прерывай. Справимся.

Точно! Прервать воплощение, чтобы спасти свою жизнь! Как я сразу не догадался?

Не получилось. Прилипшие к полупальцы стонали от боли в жилах, но отрываться не желали.

— Ты как? Как внутреннее сердце? — просил Петр, видимо, имея ввиду Ядро.

— Минус четыре Эфира и снижается, — глядя одним глазом в интерфейс, ответил я.

— У мня тоже сущность в минусе, — стуча зубами произнес Петр. — Видимо эту магему нам не вытянуть даже вдвоем. Отменяй ее.

— Пробовал. Не могу, — глядя на оживающий рисунок ответил я.

Тем временем кабинет все больше проявлялся. Стены, пол и потолок уже вернули себе прежний вид. Но не оставленный мною мольберт…

— Как? — впервые в голосе языческого бога я услышал недоумение.

— Проверь интерфейс.

— Уже и не раз, — ответил я.

Кажется, мой страх передался Петру, а вот я уже устал опасаться. Перегорел за этот слишком длинный день.

— Отрывай руки! — запаниковал древний.

— Не могу, — меланхолично спокойно ответил я.

— Тогда нам…

Шаман не договорил, но в этом не было необходимости. Я помнил текст последней системки.

Глава 8

— Нет Петя. Мне нельзя сдохнуть так глупо, — не согласился с ним я. — Ты же, мать твою, бог! Придумай что нибудь!

— Извини, Магнус, — шаман впервые назвал меня по имени. — Я потратил всю благость, и медитация не спасает. Я больше ничем не могу помочь. Ты должен найти способ прервать чаротворство, иначе погибнешь.

Шаман убрал руки с моих плеч и давление магемы, что высасывало мои жизненные силы, усилилось.

— Сайленс! — тут же вспомнил я уроки в академии Черноозерских.

— Что? — недоуменно спросил забытый бог.

— Безмолвие! Заклинание, что накладывает невозможность использование магии. Воплощение растянуто во времени. Оно должно прервать каст!

Вдруг за спиной я услышал шелест металла и обернулся. Петр, что уже занес надо мной убогий ножик, поймал мой взгляд и остановился.

— Одна маленькая смерть лучше большой, — задвинул он очередную свою мудрость.

— Не смей, — сверкнул я «золотыми» глазами.

Не знаю, что он увидел в моем мистическом взгляде, но Петр спрятал нож в рукав.

— Тогда ты умрешь.

Меланхолично добавил он, но я понял, что шаман спрятался за маской безразличия. Глаза подсказали. А еще они позволили заглянуть глубже.

Впервые в жизни, но я смог увидеть то, о чем только читал на уроках магических основ. Медианы. Артериальные, прямые, перекрестные, лучевые, как у обычных людей. Блуждающие, дублированные и аспектные, как у одаренных.

Но в теле древнего игрока находились и расхождения с стандартной картой энергетического тела человека. Плотная, точно сеть рыбака, медианная сеть оплетала скелет перевертыша и уходила к первому из трех энергетических ядер.

Его зеленая, с переливами бронзы, пульсация Жизни едва билась в узлах маннатоков. Видимо старик действительно потратил все силы на мою магию.

Второе ядро спряталось под черепной коробкой шамана. Белое и холодное, точно белый гигант в космосе, оно раскинуло свои сети на мышечный каркас Петра. Субтильные, точно высушенные на солнце, ремни едва пульсировали сгустками аспекта Мороза.

И третье: аспект этого ядра я не узнал. Слишком мало опыта, а вернее его полное отсутствие, не позволяло опознать аспект главного ядра забытого бога. Оно то мерцало чернильной чернотой, то вспыхивало переливами невозможных цветов. Как мистический камень октарин. Но все же это был не он.

Я и раньше смотрел на людей эфирным взглядом. Видел многое, но не энергетическую систему человека, а тем более бога. Но почему? Выжатый «насухо» Петр настолько ослаб, что не может «прикрыться»? Скорее всего.

— Твой аспект. Третий. Мороз, Жизнь и? — тяжело дыша поинтересовался я. — Петр, какой твой третий аспект?

— Астрал. Погаси свои глаза! — зарычал перевертыш и закутался, словно почувствовал себя голым. — Они жрут ядро! Погаси их!

Я погасил. Но прежде увидел сквозь стены и перекрытия четверку стальных огоньков аспекта Металла.

— Ты ведь «вливал» в меня свои силы. А сможешь повторить это, выкачав манну из других? — спросил я, чувствуя как от обессиливания деревянеет язык.

— Могу, но заче… — произнес он, проследив за моим взглядом понял затею. — Гремлинцы!?

— Да. Давай.

Я ждал, что Петр рванет в гараж, где обитали гремлинцы, но нет. Старик лишь закрыл глаза, а через минуту в коридор ввалилась четверка прыщавых гремлинцев. И не только они.

Лапоухие братья, прижав уши, притихли и забились в угол. Любители жрать собак замерли при виде их старших сородичей. Я бы усмехнулся, если бы нашел на это силы. Вид мудрого Хакки и его стаи в коридоре нашего дома впечатлял.

— Как? — удивленно произнес я.

Петр правильно воспринял мое удивление и лишь хмыкнул.

— Ну, я все-таки бог! Без паствы и дома, но бог.

Только сейчас я осознал насколько силен Петр. И дело не в уровне. Пуговка не так сильно отстает от шамана по этому показателю. Дело в жизненном опыте и земле, что слышала и слушала своего шамана.

Петр положил руку на холку волка. Вторая мозолистая рука шамана опустилась на мое плечо, и я ощутил жжение. Однако пустившееся в расход ядро ценою боли, но приняло чужую энергию. Забытый бог перекачивал буквально силой своих трех ядер, насильно закачивая в меня инородную человеку животную энергию.

Очень образно, но это походило на то, как кухонной мясорубке пытаться «скормить» деревянные щепки. Неправильно, невероятно тяжело, но, благодаря силе шамана, можно.

Потом были другие. Волки, гремлины и… Мои ребята. Да, к этому моменту в усадьбу ворвалась вся команда. И возглавлял ее Семен. Движимый уверенностью в правильности своих поступков и праведным гневом, он так и застал меня истощенного и на коленях.

Была ли это сила вивисектора или личные качества… Не знаю. Но Фобосу, чтобы оценить ситуацию, хватило одного взгляда.

— Вызывай Настю, — произнес он Алисе. — Сообщи, что у Магнуса частичный разрыв ядра и иссушение медиан.

Повернувшись ко мне, он присел на колено и, когда наши лица оказались на одном уровне, произнес.

— Командуй, что делать.

— Ты знаешь, как связаться с другими тауматургами? — хрипло произнес я.

Фобос скупо кивнул и стрельнул глазами по сторонам.

Не хочет, чтобы кто-то увидел его техники крови? Но почему? Кровавый ритуал или запрещенная магия? Судя по нерешительности резкого на дело Фобоса, скорее всего второе.

— Меня услышат, но неизвестно кто придёт на зов, — добавил он.

— Запрись в подвале и делай, что нужно.

К этому времени уровень эфира упал до минус двадцати пунктов. Несмотря на бешено колотящееся сердце, я чувствовал слабость, будто вот-вот потеряю сознание.

По идее, Петр мог перекачать ману из моих ребят. Антона и Алисы. Ребята бы не отказали. Но шаман проигнорировал близких мне друзей и поднял сухой перст на Пуговку.

— Ты, — произнес он и указав на место рядом со мною, добавил. — На колени.

Я ожидал чего угодно. Того, что вампирша превратится в туман и бросится на незнакомого ей старика. Что достанет катаны и перевоплотится в смертоносный смерч, как тогда на дороге. Что в конце концов выцарапает старику глаза. Но…

Тощие коленки вампирши глухо ударились в паркет, и, подняв глаза, Эмма ожидала следующего приказа перевертыша. Его не последовало. Морщинистая ладонь Перта легла на ключицу вампирши. Другая — на мое холодное и липкое от пота плечо.

Грудь разгорелась, словно неведомый истязатель приложил к моим ребрам раскалённый утюг. Но я терпел. Терпел, потому что шкала эфира дрогнула и начала прибавляться. Чужая, дикая и неподвластная моему аспекту стихия Инферно заполняла мое ядро.

Вряд ли такие процедуры полезны. Ощущения можно сравнить с кожей на которую плеснули крепкий уксус. Но ядро больше не усыхало, идя в разнос и сжигая себя, чтобы продлить мою жизнь.

Пуговка тихо всхлипнула. Ее медвежий рюкзачек вспыхнул багряными искрами. Прирученный вампиршей демон почувствовал опасность жизни хозяйки и сам вырвался из артефакта.

Пыхнуло жаром и гладко отесанные лиственничные бревна сруба опалило инфернальным огнем демона.

— Отзови импа! — не попросил, а именно приказал Петр.

Тот, в свою очередь, принял перевертыша за врага и атаковал. Вернее попытался. Не смотря на истощение перевертыша, инфернал Пуговки едва не развоплотился от отдачи. Все же Петр, хоть и забытый людьми, но бог! Уверен, ему бы не составило труда отправить демона Пуговки обратно в ад. Но он не сделал этого и лишь повторил свой приказ.

Мгновение концентрации девушки, и имп вновь спрятался в плюшевую игрушку. А я вновь обратил внимание на заполнение рисунка. Хоть мой кабинет и вернул себе первозданный вид, но не воплощенным еще оставался мольберт, на холсте которого уже двигался набросок старца. Заполнение застыло на тридцати пяти процентах и даже полное истощение Пуговки не прибавило и трех процентов.

— Может тебе просто умереть? — произнесла обессиленная вампирша.

Уверен, если бы я подрубил эфирный взгляд, то увидел бы и ее энергетическое тело.

— Нет, — твердо, на сколько это позволяло состояние ответил я.

И на этот раз это была не фривольная блажь. Только сейчас я понял, почему мне не удавался портрет Гомера. Я пытался воспроизвести его образ с других рисунков, пытался создать реплику. А ни одна, даже самая лучшая реплика, не сравнится с оригиналом. Потому мне и не давалось воплощение списанного с чужих набросков рисунка.

То же самое было и с мыслеобразом древнего поэта и игрока. Сейчас я силился вспомнить лицо Гомера. Тщетно. После начала воплощения его будто вымарали из моей памяти, оставив на его месте лишь куцый слепок.

Конечно, можно последовать совету вампирши и шамана. Умереть, потеряв уровень, но выжить. Однако тогда о воплощении одного из первых Искажающих Реальность можно забыть.

Сомневаюсь, что элементаль кошмаров Атропос позволит еще раз порыться в воспоминаниях о его создателе.

Вдруг в коридорах стало темно. В стоящем на отшибе особняке такое не ново. Стоящий в подвале маннапотребляющий электрогенератор имел неприятное свойство глохнуть. Не часто, но стабильно два раза в неделю я спускался в подвал, чтобы с крепким словцом вновь запустить это чудо артефактной маго-механики.

В отличии от прошлых раз, погасло не только электричество. За окном спрятались даже звезды.

Пуговка тоже изменилась в лице. Впервые на моей памяти девушка показала свою упыринную сущность. Обнажила клыки и зажгла алым огнем свои карие глазки.

— Каин!? — зашипев измененным челюстным апаратом произнесла она.

— Да, — ответил ей Фобос.

Парень появился в конце коридора и закатал манжет рубашки, чтобы та не испачкалась о кровь на его руке.

— Вы его вызвали? — сквозь шелестящий голос я почувствовал негодование вампирши. — Как? Зачем? Вы хоть представляете…

— Я его пригласил. И, да, представляю, — ответил я девушке.

В ответ Пуговка рассмеялась.

— Он — Отец Убийства! Он само зло и… Капец ты, Магнус. Совсем не умеешь выбирать друзей.

— И тебя тоже? С тобой я тоже ошибся? — перевел я стрелки на нее. — Пустое. Зови его, — добавил я, обратившись уже к Фобосу.

— Он не может войти, — хмуро произнес Семен. — Ему нужен…

— Нет!!! — почти на ультразвуке взвыла Эмма.

Да что меж ними произошло? Вампирша и первый тауматург — они же дальние родственники по классовой принадлежности. Но от чего-то девчонка ненавидела Каина. Или боялась.

— Говори, — надавил я на вивисектора.

— Он не может войти в дом без приглашения, — скороговоркой выпалил Фобос.

Системное ограничение, из-за которого Отец Убийства и праотец всех вампиров не может войти в чужой дом? Из-за него мы с Каином встречались только на свежем воздухе? Наверное да. Надо будет расспросить Катю, как вернется.

— Каин, я приглашаю тебя! — борясь с хрипотой выкрикнул я.

— Какой же ты идиот! — бессильно выпалила Эмма, вновь становясь похожей на человека.

Шаги Отца Убийства прозвучали в гробовой тишине. Мои девчонки вжались в стены, парни же подобрались. И если Палладин смотрел на Каина с недоверием, то Вивисектор, наоборот, излучал благоговейный трепет.

Даже Эмма, что минуту назад так рьяно протестовавшая против визита Каина, прикусила свой острый язычок.

— Здравствуй, Каин, — негромко произнес Петр, здороваясь с древним игроком.

— А ты вновь меня удивляешь, — на сводя глаз с забытого бога гор Воттоваара, обратился ко мне Каин. — Сколько мы не виделись, Петр? Семьсот? Восемьсот лет?

— Семьсот девяносто четыре года, — бесстрастно ответил Петр.

— Столько лет прошло, а как вчера, — Каин позволил себе улыбку. — Если что, я не в обиде.

— Еще бы ты был в обиде, — хмыкнул Петр. — Это ты и твои тевтоны пришли на мои земли, а не наоборот. Пришли и ушли. Под лед.

Стоп, они что сейчас обсуждают Ледовое побоище? Если так, то выходит, что Петр и Каин воевали по разные стороны. Каин был на стороне ландмейстера Тевтонского ордена Андреаса фон Вельвена и участвовал в «священном крестовом походе» на Русь, а Петр, наоборот, стоял рядом с Александром Невским.

— Было давно. В прошлой жизни, — отмахнулся Каин. — Так что пустое.

Древнейшие игроки вели светскую беседу, как встретившиеся на вечере выпускников одноклассники. Ну, а мы настолько увлеклись их диалогом, что пропустили появление еще одного лица.

— Да ладно! — уперев руки в боки, голосом недовольной хозяйки, произнесла Вольга. За ней я увидел любопытные глаза Насти. — И как ты, Каин, только посмел… Привет, Петр. Ты постарел, — уже добродушно поприветствовала она шамана-перевертыша.

— Отсутствие последователей, — с улыбкой развел руками Петр. — Рад тебя видеть.

— Морена, — поприветствовал Вольгу Каин.

— Заткнись, и говори, что ты опять натворил! — потребовала властная бабушка Насти.

— Так заткнуться или говорить? — усмехнулся Отец Убийства.

— Магнус, — потребовала она уже у меня. — И, орел, давай напрямую. Я вижу твое ядро. Будешь юлить — сдохнешь, а я и пальцем не пошевелю! Будешь сам с Ягой договариваться!

За меня ответил Петр.

— Парень взялся за воплощение и надорвался. Я пытался помочь, но как видишь, — перевертыш указал на свое тело.

Хотя чего я удивляюсь? Бабушка Насти официально крутой целитель, а неофициально древняя богиня смерти и порождения. Естественно, у нее есть «плюшки» вроде моих эфирных глаз.

— Понятно, — забирая волосы в конский хвостик, произнесла она. — Кого воплощали?

— Гомера, — буркнул Каин.

Брови целительницы подпрыгнули.

— Грека? — уточнила она, впервые посмотрев на меня с уважением.

— Нет, блин, Симпсона! — рассмеялся Каин. — Атропос, ты же…

Договорить ему не дали. Вольга взмахнула рукой, и пара десятков игл, больше похожих на вязальные спицы, возились в грудь Каина.

Отец убийства зарычал.

— Ты же знаешь, что это бесполезно, — зашипел от боли Каин.

— Знаю. Но ты заслужил, — ответила ему Морена.

В неярком свете ламп засверкали окровавленные иглы. Извлекаемые из тела, они полетели к ногам Отца Убийства. Каин переступил через них и вплотную подошел к Вольге.

— И не смотри на меня так, — не отвела взгляд Вольга. Когда-нибудь, рано или поздно я приду и за тобой.

— Эй, — окликнул я затевающих ссору богов. — Вы про меня не забыли?

Несколько секунд Вольга и Каин еще мерялись взглядами, но здравый смысл наконец взял верх.

— Что нужно сделать? — присев на колено спросил он.

На этот вопрос должен был ответить Петр, но я его опередил.

— Всего лишь умереть за меня.

— О как! — усмехнулся Каин.

— Ты же бессмертный, Каин, — напомнил я. — Одной смертью больше, одной меньше. Какая разница?

— Заявить тебе такое! А мальчик-то с яйцами! — рассмеялась Вольга. — И вообще-то он выполняет твой заказ.

Секунд пять Морена и Каин мерялись тяжелым взглядом, но в их безмолвном споре поставил точку Петр. Старик вновь вынул из рукава ножичек и показал его Каину.

— Если ты откажешься, я отправлью мальчика к Тотему.

— И можешь засунуть ваш договор в одно темное место, — подержала Петра Вольга. — А надумаешь мстить… — на ее пальцах вдруг проявилась серебристая паутинка. — Тебя я убить не могу. Пока не могу, но вот твоих марионеток — легко! Десяток, может быть сотню.

— Всех! — шагнув из-за спины бабушки, вдруг вмешалась Настя.

Неодаренная, и, тем не менее, она не побоялась угрожать самому Отцу Убийства.

— О как! — усмехнулся Каин. — А твоя правнучка имеет зубки.

— Ну, так что? — даже не спросил я — потребовал.

Чужеродная мана хаоса уже вся истаяла, оставив после себя лишь огонь в манатоках.

— Ну я ведь явился на зов младшего, — при этих словах Каин посмотрел на Семена и опустил взгляд на его окровавленную руку.

Морщинистая рука Петра легла на плечо первого вампира и тот присел, подчиняясь.

— Будет больно, — честно предупредил забытый людьми бог.

— Как бы не умереть, — нервным смешком ответил ему Каин.

Все закончилось быстро. Древние дольше выясняли отношения, нежели выручали меня из западни воплощения. Надо отдать Петру должное, он не соврал, когда предупреждал Каина о боли. За несколько минут перекачки безграничных сил, Каин иссыхал непрерывно кричал, иссыхал до костей и засохших глаз и снова восстанавливался. Наблюдая за его муками, я невольно вспоминал себя в руках Атропоса и думал, что лучше окончательная смерть чем такие муки.

Но вот рисунок наконец заполнился. Золотая полоса закончилась и сменила цвет на зеленый.

Желаете воплотить рисунок?

Да/Нет?

Сначала я захотел, чтобы это поскорее закончилось. Наконец встал и разминая затекшие руки протянул их к законченному портрету Гомера, но остановился.

Слишком уж сильно меня задели слова Каина. Слишком уж он не торопился помогать, когда я по его заданию шагнул близко к краю. Злость закипела. Ведь он, Каин, сам нашел меня, сам принудил ввязаться в его разборки с Атропосом, а сегодня вдруг уперся, чтобы не помогать.

— Ну, давай, — поторопил меня Каин, когда мои руки легли на двигающийся портрет. — Воплощай прошлого Искажающего Реальность.

Мысль о маленькой мести и лучших для себя условиях пришла сама собой.

— Воплощать? — деланно удивился я. — Мы договаривались о портрете Гомера. Рисунок за желание. Так?

— Не играй со мной, парень, — оскалился первый вампир.

— Магнус, — окликнула меня Вольга и неодобрительно покачала головой.

Но для себя я уже все решил.

— Мы договаривались о портрете. Так? — подняв бровь повторил я.

Каин заиграл желваками, но все же кивнул.

— Вот, — протянул я потрет. — А желание — клятва. Пообещай, что ты никогда прямо, косвенно или своим бездействием не навредишь мне и клану.

— Клянусь, — произнес Каин, хотя его взгляд обещал обратное.

— Алиса, — окликнул я ведьму-вендоршу, которая могла подтверждать магические контракты.

Алиса, кажется, сначала не поверила, что я призываю ее в качестве арбитра. Секундное колебание, но девочка все-таки отлипла от стены. Однако бабушка Насти осадила молодую ведьмочку.

— Ой да сиди, сопля, — шикнула на нее Вольга и взялась за наши запястья. — Магнус, подтверди, что передаешь портрет и отказываешься от всех прав.

Когда я это сделал Вольга, или скорее Морена, потребовала от Каина подтверждения клятвы. Тот заколебался, но все же выполнил требование богини смерти.

— Вот и все, — отпустив наши руки произнесла она. — Контракт заключен. И нарушать его не советую.

Я перевел взгляд на запястье. На нем медленно таял бурый след от ожога клятвы.

— Я что, умру? — съюморил бессмертный.

— Вот и проверим, — так же ответила ему Морена. — А теперь все. Уходите, я буду работать с мальчиком. Второй за три месяца разрыв ядра — это не шутки.

— А завтра у него второй бой, — поддакнула Настя.

Кажется, моя пышногрудая целительница переживала за мое состояние больше самого меня.

— Погодите, — попросил я бабушку моей целительницы.

Морена подняла бровь от такой наглости.

— Семен, — не обращая на неё внимания, обратился я к другу. — Я был слишком резок. Извини.

Фобос кивнул, но отошедшая от истощения Пуговка не удержалась.

— Хах! Магнус признает, что не прав!? Надо записать на очередное чудо!

— Не так, — поправил ее я. — Я признаю, что перегнул. И только.

И вот, настал момент «икс». Я протянул руку, чтобы окончательно закрыл этот вопрос. И Семен ответил на предложенное рукопожатие.

— Я заигрался, — честно признался он.

— А я возомнил себя боссом, — виновато улыбнулся я. — Тоже заигрался. Осаживай меня иногда.

После Семена настал черед остальных. Даже едкая на язык Пуговка получила порцию обнимашек. Но Вольга не позволила сбросить пережитый стресс за дружескими посиделками.

— Все вон! А ты, — ткнув пальцем в меня произнесла она. — Раздевайся! Настя, — не поворачиваясь окликнула она внучку. — Азурический набор, хирургический пакет и новый манна-скальпель.

Друзья нестройно попрощались и пошли к выходу. Фигуристая Настя кивнула, заправила толстые косы под куртку и ринулась выполнять приказания бабушки.

— Мы еще не закончили, — то ли пообещал, то ли пригрозил Каин и, превратившись в дым, исчез в вентиляции.

— А тебе нужно особое приглашение? — Вольга «наехала» уже на Петра.

— Вообще-то я здесь живу! — усмехнулся шаман.

— Вот как!? — удивилась она и посмотрела на меня.

Я кивнул, а в ответ получил десятисантиметровую иглу в грудь. Такую же как та, что Каин вынул из себя.

Охнув от боли, я начал отрубаться, и целительница Вольга, она же богиня смерти Морана, подхватила мое ослабевающее тело.

— Поспи, орел, — ласково, точно мама, произнесла она.

Я хотел ответить, подколоть ее, припомнив ей её слова при первой нашей встрече: «Хорош, но не орел!» — кажется так в первый раз попрощалась со мной она. Но не успел. Растворился в блаженстве сна, от которого отступала даже боль ядра.

* * *

Шумная, точно новогодний праздник, толпа хлынула на крыльцо. Ошеломленная Катя и подвозивший ее папа замерли. Абрыкин-старший сначала завелся.

— Ты, значит, из дома, а зятек вечеринку затеял?

Но дочь сразу узнала в шебутной компании Семена, Антоху, Пуговку и Алису.

— Нет, пап, это свои, — положив ладошку на его плечо успокоила она старика.

Завидев хозяйку, друзья бросились к Кате. Перебивая друг друга и сбиваясь от пережитых эмоций, компания начала пересказывать минувшие события. Но нестройный хор друзей только путал морферику.

— Тихо! — по-хозяйски властным голосом остудил толпу отец Кати. Накрутивший себя и злой на непутевого зятька, он нашел на кого сорваться. — Что за праздник без хозяйки, да на святом капище…

Компания стихла. Крутой норов боярича Абрыкина был известен далеко за пределами Сибирского Союза.

— Тише, Ваня, — негромкий, с хрипотцой голос шамана-перевертыша, кажется, заставил замолчать даже ветер. — Пустое.

Отец Кати, боярич и глава клана, хотел было поставить зарвавшегося гостя на место, но «споткнулся». Слишком уж узнаваемыми были татуировки и украшения старика. А гость тем временем продолжил.

— Не хули молодежь попусту. Не надо. Магнус хороший охотник и сильный муж. Его побратимы — верные други твоего дома, — добавил он.

Глаза перевертыша смеялись, глядя на узнавшего его потомка.

— Абры… — неверным от волнения голосом начал Иван, но забытый бог поднял руку и остановил его.

— Доброй ночи, Ваня. А я, пожалуй, пойду.

Попрощался седой шаман и растворился в темноте. Несколько секунд гурьба молчала. И первой в себя пришла Катя.

— А это кто? — дернув отца за меховой рукав, спросила морферика.

Ребята, принявшие вопрос на свой счет, переглянулись. Только сейчас они поняли, что так ничего и не узнали про старика.

— Пап, — девушка еще раз одернула отца. — Это твой старый друг?

— А? Да… — присел он на ступени. — Старый друг. Да. Катя, ты иди. У тебя в доме гости, а стол не накрыт. Не хорошо.

Морфа странно посмотрела на отца, но не посмела спорить. Уже через минуту молодежь шумела в гостиной. А боярич так и сидел на ступенях, силясь разобрать: видел ли он отца-основателя рода или ему почудилось.

Погрузившись в себя, старик не заметил, как из ночи показался кот. Иван знал, что старый матерый Петька был старше его самого. А потому, положив усатую морду на колени боярича, кот не вызвал его гнева.

— Петя? — неверным голосом удивился Иван и почесал кота за ухом. — Ты не поверишь, кого я встретил пару минут назад…

Глава 9

Горячая ладошка девушки легла на напряженное плечо парня. Саша вздрогнул и повернулся.

— Опять пересматриваешь бой? — опустив горячие губы на его щеку, произнесла Карина.

Парень не отреагировал на ласку. Более того, в нем проснулась давно забытая привычка грызть ногти.

— Да. Не могу понять. Откуда? Как, всего за несколько дней, он смог стать настолько сильнее? — обращаясь в пустоту, ответил Саша. — Еще этот нож…

— Не нож, а Первый Клинок. Я же уже говорила, что бабушка решила этот вопрос. И вообще, складывается ощущение, что ты боишься Магнуса? — поддела его Лилит.

— Не боюсь, — глядя, как извивается татуировка дракона, ответил чернильный маг. — Просто не могу понять откуда. И это меня напрягает.

— Да какая разница откуда? Ты уже достиг максимально разрешенного уровня и за сегодняшний бой поднял ещё один! Ты на чемпионате первый, кто достиг двадцать первого уровня! Почитай, что про тебя пишут в интернете!

На хмуром лице парня возникла тень улыбки.

— Читал.

— Ну вот! — хмыкнула Лилит. — И хватит накручивать себя и делать мне нервы!

— Да я не делаю, просто… — пожал плечами парень. — Не знаю. Кажется, я поторопился. Может Магнус действительно…

Взгляд Карины вдруг стал демонически холодным.

— Действительно что? Не использовал тебя как мальчика на побегушках? Не собирался развеять, как свои остальные рисунки? Ты вообще представляешь на что я пошла, чтобы убедить дедушку привязать твою душу к его ядру? О-о-о! Поверь — не представляешь!

Лилит абсолютно не соврала. Даже среди плеяды демонов Мефистофель стоял наособицу. Не горделивый, как остальные, наверное, он был самым мирным представителем своего племени. Всегда пытливый и любознательный. Мефистофель не только не презирал род человеческий, но даже нашёл в нём друзей.

Его потомки впитали в себя толику инфернальной силы и основали не самый древний и не самый могущественный, но сильный и уважаемые клан. А старый Мефистофель изредка приглядывал за своими слабенькими, но смышлёными потомками из клана Лейнингейн.

— Ну да. Глупые мысли, — извиняясь за собственные слова, улыбнулся парень.

— Я, наверное, пойду в мастерскую. Сделаю наброски для будущих татуировок. Всё-таки завтра у нас Тимофеевы. Не особо сильные противники, но подготовиться не помешает.

— Давай, — поцеловав парня в щёку, ответила Лилит. — А я буду чуть позже. Нужно сделать короткий, но очень важный звонок.

Дождавшись, когда парень наконец поднимется из прикаминного кресла и покинет комнату, девушка достала смарт. Лилит выбрала из списка контактов необходимый, но не сразу нажала вызов. Её колебания были вызваны скверным характером бабушки. Элизабет Лейнинген, именуемая за глаза «Паучиха», была женщиной властной. Самая одаренная из сотен отпрысков Мефистофеля, она не только добилась трепета в глазах монархов, но и почти шесть сотен лет решала их судьбы.

— Алло, бабуль.

— Карина Фауст Ангелика Фредерика Лейнингейн, — перебил её старческий, но жёсткий голос на том конце провода. — Я тысячу раз говорила исключить из своего лексикона панибратство — манеру общения челяди. Когда я не слышу — можешь разговаривать со своим бедным художником как хочешь, но со мной…

Что именно «со мной» Паучиха не договорила. Но этого было и не нужно. Карина, выросшая в XXI веке и воспитанная двадцать первым веком, прекрасно знала отношение бабушке к поколению внучки.

— Прости, — коротко извинилась Лилит. — Я по поводу… Магнус Ермолов. Ты же сказала, что Атропос поможет. Что Чернильный Маг не появится на отборочных.

— Я помню что сказала. У Атропоса возникли некоторые сложности, но это твоему художнику только на руку. Теперь Кошмар приложит все силы, чтобы раздавить этого наглеца.

— А как же Клинок Судьбы? Он остаётся как запасной план? — не сдержала любопытство девушка.

— Карина, — осекла её Паучиха. — не зли меня. Не зли, и не думай, что можешь распоряжаться моими связями, как своими.

— Я помню. Просто… Магнус очень быстро прогрессирует. Я пришлю записи его боя. И если честно, мне страшно.

— Твой двоюродный дядя говорил «Вовремя предать — значит предвидеть.». Если у тебя есть сомнения по поводу твоего бедного художника, если чуйка подсказывает, что твоя игра не выгорит — разыграй его, чтобы хотя бы выйти в плюс.

От этих слов сердце Лилит пропустило один удар.

— Нет, — наконец сделав вдох, твердо произнесла она. — Александр — ключ к моему становлению!

— Надеюсь, это в тебе говорит мой ум, а не суккубово естество, — настороженно, будто прислушиваясь даже дыханию внучки, произнесла Паучиха.

— Бабушка! — Карина впервые позволила себе повысить голос. — Душа Александра уже привязана к ядру дедушки! Он уже сидит на строгом поводке! А Магнус непредсказуем. Он как росомаха в клетке — не приручить. Уберём его, и всегочерез год сможем заявить права на все земли от Свалта до Мурманска! А через поколение можно будет посягнуть и на российский престол, — с заговорческими нотками прошипела на четверть суккуба.

— И решила переплюнуть мою лучшую комбинацию? — без ревности, скорее даже с гордостью улыбнулась старуха. — Хорошо. Действуй. По поводу Первого Клинка… Не переживай. Ещё неделю назад Каин сказал, что одолжит свою костяшку.

* * *

Сначала я видел сны. Цветные и яркие. Но меня из них вырвали. Бесцеремонно и нагло.

— Как самочувствие? Ты меня слышишь?

Явно не соизмеряя сил, Вольга отвешивала мне пощёчины, заставляя проснуться. Вместе с пробуждением вернулась и боль.

— Твою мать, да хватит! — перехватив руку Настиной бабушки, зарычал я. — Проснулся я! Проснулся! Нурофен дайте.

— Что? — колокольчиком раздался голос моей целительницы.

На лице Насти, что видимо должна была ассистировать бабушке, отразилась целая палитра из испуга, облегчения и непонимания.

— Ну или аспирин, что ли, — новь прорычал я и указал на грудь. — Ядро болит. Медианы просто кипят.

— И глаза кровоточат… — серьёзно добавила Вольга. — Ты нас ещё видишь?

Я видел. Причём так чётко, что мог заглянуть внутрь их источников. Совсем крохотный, неяркий, как свечка, непробуждённый источник Насти, и четыре, пылающих закатным заревом, ядер Вольги!

Хотя, чего тут удивляться? Если Вольга, она же Морана, действительно является богиней смерти, то не исключено, что бабушка Насти будет постарше даже самого Каина!

В воспалённом от боли мозгу промелькнула мысль уточнить этот момент. Благо мне вовремя удалось обуздать любопытство. У женщин не принято спрашивать возраст. Тем более этого не стоит делать с потенциально самой старой женщиной на свете! Чревато перемещение из категории «Почти мёртвые» в «Окончательно мёртвые».

— Вижу, — борясь сухим как наждачка языком, ответил я.

— Глазки то потуши, — усмехнулась Вольга. — Лучше скажи: что за ментальное воздействие на тебе висит.

— Ничего не висит, — удивился я.

— Меня-то не обманывай.

— После боя. В коридоре на него повесили гнев. Слабенький, чтобы он его не почувствовал, но на Фобоса он сорвался, — не стесняясь меня, доложила Настя.

— Тот нелюдимый Нейрохакер? — догадалась Вольга.

— Ага.

— Что же ты мне сразу не сказала? — завёлся я на девушку.

— А ты меня послушал? — вздернув носик так, что закачалась огромная грудь усмехнулась Филиппова.

— Подлянка в спину после боя? Некрасиво. Ой некрасиво, — поцокала языком целительница. — накажу.

Тут Настя поднесла платок к моему носу.

— Чувствуешь? Чем пахнет? — заглядывая мне в глаза, спросила она.

— Ничем.

— Это плохо, — покачала головой Вольга. — А ещё разрыв ядра, плюс ожог от инфернальный энергии. Медианы вообще высохли…

— Перерождение? — негромко, будто боясь, что бабушка откажет, произнесла Настя.

— Это не поможет. У него повреждён сам источник. Придётся оперировать.

— Как? У меня же завтра бой! — я даже попытался встать с кровати, но сухая сильная рука немедля уложила меня обратно.

— Придётся пропустить. Не смотри на меня так! — грозный зашипела она. — Будешь перечить — развернусь и уйду. А ты сдохнешь, или инвалидом останешься! И не посмотрю, что у тебя шуры-муры с моей правнучкой. Услышал меня, орёл?

— Ба!!! — попыталась вмешаться Настя, но тут же сникла под тяжёлым взглядом Вольги.

Ещё несколько секунд мы играли в гляделки, но я проиграл. Проглатывая гордость, кивнул и вновь завалился на промокшую от моего пота подушку.

— Слушай меня внимательно. Орёл, спать тебе нельзя. Знаешь почему?

Я отрицательно помотала головой.

— Уснёшь, ты окажешься в руках Атропоса, — произнеся это, богиня смерти прищурилась. — Ага… Знаешь-знаешь, кто это такой. Хочешь снова оказаться в лапах элементаля ужасов? Нет? Значит, тебе придётся немножко умереть.

Увидев в моих глазах испуг, Вольга насладились произведенным эффектом спустя секунд пять, поправилась.

— Немножко, но не навсегда. В любом случае, наркоз если не хочешь встречаться с Атропосом — наркоз тебе противопоказан. Будет лучше. если я ненадолго убью. Посидишь часик-другой у Калинова моста, с Ягой поболтаешь, а потом вернёшься.

Тут богиня смерти усмехнулась.

— Только не называй её Бабой Ягой. Она не любит намёков на свой возраст. Может не отпустить обратно. Всё понял?

Я вновь проглотил подкативший к горлу ком и ответил.

— Готов.

— Вот и славненько.

Богиня смерти наклонилась над моим лицом так, что между нашими губами оставалась едва ли пара сантиметров. Настя хотела было возмутиться, но тут я почувствовал горячее дыхание Мораны.

Сначала занемели пальцы на ногах. Потом на руках. Слабость и покалывание начали медленно подниматься. А вместе со слабостью накатил и первобытный страх перед смертью.

Не знаю, было ли это наваждение, реакция организма или страх больше не увидеть Настену, но чувствуя, что вот-вот «отъеду» я подскочил на кровати. дрожащие и мокрые от холодного пота пальцы ухватились за Настину кофточку. Девушка ойкнула от неожиданности и испуга ну вырваться не смогла. В следующую секунду мои почти бесчувственные руки-плети сомкнулись на её талии, а губы не позволили ей продолжить крик.

Один такт сердца. Два… Десять. И вот я умер. Пусть и понарошку, но так как мечтал бы умереть любой мужчина — в поцелуе с любимой девушкой!

* * *

— Открой глаза. Открывай, говорю! — произнёс странный непохожий на человеческий голос.

В следующую секунду я почувствовал резь на щеке и тут же открыл глаза.

— Что? Думал я тебя облизывать буду?

Усмехнулся… Кот?

— И не таращ на меня так глаза! Что, говорящих котов не видел? У вас на Терре ведь теперь есть… Эти, как их? Ракшасы! — изображая антропоморфных кошкорианцев, огромный чёрный кот поднялся на задние лапы.

Присев на задницу, отполз так, чтобы между нами было хотя бы пару метров. Рука тоже начала шарить по бедру в поисках Ножа гремлинов. Естественно, его на месте не оказалось. Не сразу, но по мере того, как я бесстыдно пялился на говорящего кота, ко мне возвращалась осознание того, где я нахожусь.

Ага. Правильно. Вон и раскалённый стальной мост, который я видел, умерев в первый раз. А на нём уже знакомая фигура молодой девушки с протезом. В этот раз она была не одна. Держала за руку старого как сама смерть дедушку. О чем они говорили не слышал, но судя по жесту Яги, Хранительница перехода между миром живых и миром мёртвых, указывала ему дорогу.

— Ты вообще кто? — удивляясь тому, как легко говорить без пересохшего горла, поинтересовался я.

— Кот. А по мне не видно?

Четырехлапый явно издевался, но слов, чтобы осадить его пушистую рожу, я сразу не нашёл.

— Баюн я, — проследив за моим взглядом, кот добавил. — Яга занята. Освободится и подойдёт. А я пока пригляжу за тобой. Вы же, люди, я имею в виду, как дети малые. Всё в беду какую-то норовите и залезть или украсть что-нибудь.

Последняя его фраза меня разозлила.

— Украсть что? Дорожную пыль? Или вот этот камень? — подхватив с земли покатый голыш произнёс я.

Так захотелось запустить его в бестолковый голову не в меру грамотного блоховоза!

— Хоть бы камень! — кивнул усатый. — Или ты думаешь, за Навью камень — это просто камень? Глупые-глупые люди… Да любая вещица. Хоть камешек, хоть веточка, хоть вон тот скворец, принадлежат миру мёртвых. А в мире живых такая вещица может натворить много скверных дел.

— И откуда ты такой умный, Баюн, — усмехнулся я, опустив руку.

— Я же кот. Кот учёный. Ты в школе вообще учился? — оскорбился мохнатый собеседник. — Идёт направо — песнь заводит…

— …Налево сказку говорит, — подхватил я, давая понять, что на уроках не только рисовал, но ещё и немножко слушал.

— Во-о-т…

Так мы проболтали наверное около часа. Усатый оказался не только острым на язык и мудаковатым, как все коты, малым, но и интересным собеседником. Если честно, я даже затеял что-то вроде игры. Пытался поймать его на незнании хоть чего-то в мире. Не получилось. Баюн знал всë и, видимо соскучившись по «свободным ушам», охотно вещал, плавно перекатываясь из темы в тему. Я даже подумал о том, что неплохо бы нам в академию такого учителя «Истории магии», а не то бубнящее недоразумение по имени Николай Валерьевич.

Наконец Яга освободилась.

— Как дела, мальчики? — потрепав мои волосы, хихикнула Яга.

Я невольно залюбовался ею. Теперь Яга не излучала ауру материнской заботы. Всё так же на несколько лет старше, возрастом не больше Змеяды. Никогда не любил девушек, что называется «с опытом», но была в Яге какая-то изюминка.

— Да нормально, — поднимаясь на ноги, ответил я.

— Ты ко мне зачистил, — поправляя выпавшую прядку, улыбнулась Яга. — Пришёл в себя? Хорошо. А теперь за мной!

От её приказного тона я даже растерялся.

— Куда?

В ответ Яга закатила глаза.

— А ты думаешь, я просто так принимаю гостей и отпускаю их обратно? Нет, мальчик. Тебе придётся отработать. Я слышала ты хорошо рисуешь…

— Людишки! — махнув хвостом с какой-то болью, за нас — человеков, выдохнул кот.

— Иди, мышей лови, умник! — не осталась в долгу Яга.

Как оказалось, проводница между мирами не просто не удивлена нашей встречей, но и успела подготовиться. Буквально в сотне шагов нашлась лужайка, а на ней все предметы для рисования. Но какие-то старые, что ли. Колченогий мольберт, Пожелтевшая и очень плотная бумага, которая в нашем мире называлась бы картоном, стеклянные пузырьки с уже разведёнными красками, к ним кисть и тяжёлый карандаш.

— Свинцовый. Раньше использовали такие, — видя моё недоумение, подсказала хозяйка этого мира.

Я обернулся на её слова и… Растерялся, блин. И было отчего! За тот десяток секунд, во время которых я изучал рисовальные принадлежности, Яга, язык не поворачивался и называть её бабушкой, сбросила под ноги сарафан и, присев на траву, приготовилась к позированию.

— Что, Магнус, первый раз видишь сиськи? — хохотнула она.

— Да нет. Просто…

Вопрос с подковыркой не задел. Скорее сама ситуация выбивала землю из-под ног. Та, которую люди тысячелетиями почитали как богиню, вот так без стеснения предстала передо мной в неглиже. А ещё, совсем немного, но сердце заходилось от вида молодого тела. И плевать на то, что она богиня! С природой не поспоришь.

Слегка подрагивющими пальцами я взялся за карандаш и едва поднёс его к холсту, как девушка меня остановила.

— У меня одна просьба, — произнесла она. — Можешь изобразить меня без этого…

Под «этим» она подразумевала протез. И её тонкий пальчик с какой-то брезгливостью указал на инородную часть тела, а на щеках пробежала тень румянца.

Да ладно? Неужели богиня жизни и смерти в одном лице смущается?

Проглотив стеснение, я кивнул и, ещё раз окинул натурщицу взглядом, принялся за работу. Пролетел час, а может быть все десять. Не знаю. Здесь, за чертой жизни, но перед шагом от смерти не чувствовался ни голод, ни жажда. Первичное смущение растаяло ещё до того, как я закончил набросок. Несмотря на обнажённость богини, во время работы она стала для меня не притягательнее вазы. Как какой-нибудь экспонат. А заказанный ею рисунок — работа. Заказ. Не более.

— Вот и всё, — вытирая ветошью руки, произнёс я.

Работать маслом и кистями я не умел. Ну не давалась мне это, а потому и работа заняла существенно больше времени. Но несмотря на непривычный инструмент, получилось неплохо.

Яга подошла спустя мгновенье. Уже одетая и вновь обворожительная. А ещё я подсознательно заметил как её захватило нетерпение и взволнованность. Ей-богу, будто ей двенадцать и свободный художник какой-нибудь Анапы только что нарисовал её первый в жизни портрет!

— Вот я какая… — с каким-то придыханием произнесла она.

Клянусь, я чувствовал как громко колотится её сердце. Что сказать, мне, как творцу, это было приятно.

— Не нравится? — с улыбкой произнёс я.

— Боже. Да! Конечно! — совсем как сопливая девчонка взвизгнула она.

Взвизгнула и бросилась мне на шею. Каким-то отделениям своего сознания отметил, что одна её рука горячая, а другая напротив — мертвецки ледяная.

— Пожалуй назову этот портрет «Яга Пекраснейшая», — делая комплимент девушке и своей работе подмигнул я.

— А ты что, знаешь других девушек с именем «Яга», — хихикнула она, но я заметил, что комплимент, что называется, зашёл.

— Нет. Но мне не нужно сравнивать, чтобы понять красоту. Ну что, больше не потащишь меня на ту сторону? — усмехнулся я, стараясь спрятать волнение за глупой шуткой.

— Не знаю, — приложив пальчик к губам, она изобразила задумчивость. — Посмотрим.

Явно шутила. Но, как говорится, в каждой шутке есть доля правды. И как сказала Морана Каину — рано и поздно придёт за каждым из нас.

— Я так и думал, — уже грустно улыбнулся я. — Отпустишь меня?

— Тебе и вправду пора, — кивнула она возвращая себе образ величественной богини. — Знаю, Магнус, это прозвучит не гостеприимно, но я буду счастлива если ты будешь пореже заглядывать ко мне.

Вновь накатила слабость. Сонливость буквально подкосила мне ноги, но прежде чем рухнуть наведённым сном, я всё-таки услышал от прекрасной Яги драгоценное «Спасибо!».

Глава 10

Тяжёлые свинцовые браслеты оттягивали ослабевшие руки. За вчерашнюю ночь я сбросил наверное килограмм десять. Перетянутая тугим жгутом грудь саднила тупой болью. Но, как сказала Настя, я ещё хорошо отделался. Уже в который раз. Разрыв ядра далеко не та штука с которой стоит шутить. И магия вместе с её перерождениями тут не поможет. Стоит один раз перестараться и всё — даже самый одарённый навсегда становится магическим инвалидом.

Но несмотря на слабость, я не позволил себе сесть.

— Доброе утро. Если его вообще можно назвать добрым, — несмотря на скверное настроение, я заставил себя улыбнуться. — Начну, пожалуй. И начну с главного: в сегодняшних боях мы не участвуем.

Парни подскочили на своих местах. Фобос так вообще уронил стул, который глухо ударил по паркетной доске. Наверняка останутся царапины. А Иван Михайлович — отец Кати и по совместительству мой будущий тесть, не любит, когда портят его имущество. Но ничего. Перетерпит.

— Магнус, ты что такое говоришь? — налетел на меня Aнт. — Нам же техническое поражение впаяют!

— Бабичевы и Огнинские не те противники, против которых можно не явиться. Слабые кланы. Люди нас не поймут, а очки мы потеряем, — резонно заметил Семён.

— Вы помните, зачем мы вообще явились на этот турнир?

— Да, чтобы защититься от подлянок Черноозерских, — не на шутку разошёлся Антон. — И как, помогло?

Не знаю, что с ним произошло в последние дни, но от парня прямо веяло уверенностью. Хотя зачем далеко гадать? Змеяда постаралась! Роман с действительно сильной женщиной заставил нашего тюфяка соответствовать. Воистину только женщина сможет слепить из рядового генерала!

— Не особо, — признал я его критику. — Но выбора у меня нет.

С этими словами я поднял руки, чтобы ребята смогли разглядеть браслеты на моих руках.

— Разрыв ядра.

— Насколько всё серьёзно? — всё так же собрано поинтересовался Фобос.

— В данный момент Магнус — магический импотент, а если выйдет на арену, то станет ещё и магическим инвалидом, — ответила за меня Настя.

Девушка всю ночь вместе с Вольгой колдовали, чтобы моё сознание вернулось в хоть сколько-нибудь здоровое тело. И моё излечение досталось ей большой ценой. Щеки моей целительницы ввалились, девушка похудела настолько, что, наверное, стала легче Алисы. Но самым страшным для нее ударом стало то, что «пятерка» её груди тоже потеряла в жировой ткани и «сдулась» до двоечки.

Именно этими претензиями разбудила меня Настя, а потом выпросила ультиматум на одно желание. Какое, я пока не узнал. Но не сомневаюсь, что коварство Мораны и ее расчётливость передались и внучке.

— Но не отменять же поединок! — не сдавался Антоха.

— А у тебя есть другие варианты?

— Ну да! — будто поражаясь моей тупости, воскликнул здоровяк. — Ты поставишь в сторонке, а мы всё сделаем сами!

— Или вообще не выйдешь, а просто парни выйдут без тебя, — добавила Змеяда, что несмотря на наличие свободных стульев, уселась парню на колени. — Регламентом это не запрещено.

— Типа как вы против тайцев год назад? — привела аналогию Вика.

Уж кто-кто, а моя сербочка шарила в магических боях без правил лучше всех нас вместе взятых. Хотя, чему тут удивляться? Дочь воеводы! Наверное, в детстве вместо кукол ей дарили разные виды оружия.

— Именно! — подмигнула ей Змеяда. — Если даже один из команды выйдет, то технического поражения не будет. Тем более Бабичевы и Огнинские!

— А если они проиграют? — вполне серьёзно заметил я.

— Вы получите хотя бы по одному очку за бой, а не ноль! — уделала меня Алиса.

Я хмыкнул. Даже моя девушка-вендор шарит в МББП круче меня!

— Я не знаю, — честно признался я. — Почти все бои заканчиваются смертью. А умерев вы откатите свой прогресс на несколько недель назад.

— Учись уже доверять людям! — прозвучало из-за спины.

Я вернулся и… Никого не увидел. Никого, кроме кота. Пётр, как ни в чём ни бывало, валялся в своей лежанке у камина и умывался.

— И не пялься на меня так! Это ментальная беседа. Никто ничего не слышит, а ты похож на юродивого! — повторил то ли кот, то ли перевертыш, то ли бог. — Эти люди поверили тебе и пошли за тобой. Покажи им, что тоже в них веришь.

Я вновь повернулся, не обращая внимания на недоуменные взгляды ребят.

Переступить через собственную манию контроля над группой оказалось непросто.

— Хорошо, но артефакты с собой не берите.

— В смысле? — удивился Антоха. — Вообще?

— Только расходники. Антон ты же в курсе, что победитель получает все артефакты проигравших. Представь, что будет если ты лишишься своего щита.

От этих слов парень поёжился. Привык здоровяк к своей «двери».

— Разумно, — наконец согласился он.

— Буду болеть за вас по телевизору, — грустно улыбнулся я.

Понимание того, что сегодня моё место на лавке запасных, удручало сильнее проигрыша. Но Пётр был прав. Короля делает его свита. Нельзя нести на себе все решения. Нужно научиться делегировать полномочия, иначе есть риск, что просто не «вывезу».

— Сам чем займёшься? — видя мои душевные метания, поинтересовался Антоха.

— Во-первых, посмотрю что там с гремлинами, как они поладили с новым руководителем. Через пару часов должен приехать отец и привести новости из М-3. Плененных нападавших, уже должны были «расколоть». Не терпится узнать, кому мы так насолили, за что на нас организовали засаду.

— Знаешь, у меня уже целый список твоих «доброжелателей»! — звонким колокольчиком рассмеялась Алиса. — Перечислить в хронологическом или алфавитном порядке?

— Это да. Но информация на заказчика покушения развяжет нам руки. А если это сделали братья Ермоловы, то это сильно облегчит передачу активов клана. Деньги сейчас нам ой как нужны.

Ребята замолчали. Все прекрасно понимали, настолько глубока задница наших финансовых проблем. Нет, разумеется, я не бедствовал, но поддержание штанов и развитие клана — это совершенно разные категории трат.

Строительство новой усадьбы клана на Волге. Разбивка яблоневых садов в Придонье. Найм одарённых, для охраны и создания личной гвардии. А ещё налоги, зарплаты, долги той же Пуговке. И это только вершина айсберга…

— Кстати, Семён, помнишь мои вчерашние слова? Ты решил, чем будет заниматься твой клан? — вернулся я к тяжёлому разговору.

Несмотря на наведенную нейрохакером злость, всё что я сказал, было моим мнением. Раньше, когда клан Шарапов возглавлял Альберт, их бизнес был целиком и полностью завязан на Черноозерских. Теперь домом правит Семён, а значит обязанность по воспитанию и обеспечению своих многочисленных братьев и сестёр ложится на его плечи.

Естественно, у меня уже были чёткие векторы развития его клана, но он хозяин и пусть сначала выскажет своё мнение.

— Меня с самого детства воспитывали для службы в армии. После окончания академии, я должен был пройти на специализацию службы. Хотел в разведку, — хмыкнул он своим мечтам. — Моё призвание — война. И сейчас, думаю, ничего не поменялось. Если ты согласишься, то я хочу возглавить боевое крыло клана.

Я кивнул его выводам. Действительно, Семён вряд ли подходит на роль управляющего или технаря. Совать его в мирную профессию — значит бездарно растрачивать талант. А деньги… Это вопрос решаемый. Тем более, решение этого вопроса уже почти месяц лежит на поверхности.

— Хорошо. Значит сам и займешься подбором кадров в подразделение. Отец сообщил, что первые рекруты уже подали заявки. Отбор назначен на завтра, проведёте его в офисе клана.

— В Орле? — удивилась Алиса. — Офис принадлежит твоим родственникам!

Я хищно улыбнулся.

— Вообще-то официально теперь я глава клана, а Семён официальный представитель боевого крыла. Попробуют вставлять палки в колёса — разрешаю пускать в ход силу. А если завертится — подтянем Пуговку и боевиков ЗИЛа. Пусть на примере покажут, что они действительно наши союзники.

— А не больно круто? — присвистнула Змеяда.

Удивительно, что при буйном характере и любви почесать кулаки, Дочь Дьякона оказалось единственной, у кого имелись вопросы.

— Всё правильно, Магнус, — неожиданно поддержала меня та, кого ещё секунду назад не было в комнате. — А то я уже думала, что ты бесхребетный мальчик, который играет по правилам.

Пуговка проигнорировав двери, вошла через вентиляцию. Вампирша блин. После таких её фокусов, я даже начал жалеть, что разрешил ей входить в дом без стука.

— И тебе «Здравствуй, Магнус. Как поживаешь? Ты ведь вчера едва не «отъехал»! Как здоровье?» — буркнул я.

От чего-то очень захотелось подколоть Эмму.

— Да насрать мне на твоё «Здравствуй»! У вас через полтора часа бой, а ты до сих пор в домашнем халате!

В ответ я продемонстрировал ей двимерит браслетов.

— Сегодня без меня.

— Как? — про себя я улыбнулся. Вогнать Пуговку в растерянность — это уметь надо! — Команда без капитана! Ты что, с ума сошёл? Да ваш мерч только попёр! Знаешь, сколько футболок с твоим именем распродали за вчерашний вечер? А шарфов? Нет, чувак! Ты выйдешь и будешь зарабатывать бабки!

— Тише, сестрюнь! — успокоила подругу Змеяда. — Он действительно не может. Тем более я уже знаю, как мы обернём его отсутствие в плюс.

Вот только слова Змеяды её не успокоили. Даже наоборот.

— Если ты, сучка, опять взялась за ставки и поставила против их команды… — обнажив когти прошипела Пуговка. — Я тебе глаза выцарапаю!

Признаться, от такого обещания, стало непосебе даже мне. Но подруга Антохи выдержала такие нападки, и даже нашла аргументы.

— Я вообще-то их тренер! Забыла?

В какой-то момент мне показалось, что эти девчонки сейчас сцепятся, точно дикие кошки. Обошлось. Вернее Катя, на правах хозяйки, сделала так, что всё обошлось.

— Если из-за вас в моём доме разобьётся хотя бы кружка… — пообещала она, невзирая на разницу в уровнях.

Всё-таки моя морферика иногда может не только прикидываться скромной девочкой, но и пугать. Горячая, мать её, якутская кровь!

— Если всё обсудили, то парни — дайте боевые артефакты и переодевайтесь. Берите только мусор и расходники. Змеяда — накидай тезисы почему меня не будет на матче. Хотелось бы прочитать до того, как об официальной причине узнают другие, — поднялся я, окончательно давя конфликт. — Пуговка — спасибо, что помогаешь. Я ценю. Правда.

Не знаю почему, но мне показалось, что толика благодарности в её адрес не помешает. Да и потом, мне самому было приятно сказать девушке пару тёплых слов.

Не прошло и четверти часа, как моя не в меру громкая команда скрылась в чёрном портале. Настя, затарившись печеньками, отправилась отсыпаться после тяжёлой ночи. Катя хотела было устроить скандал, но я жёстко подавил надвигающуюся бурю. Объяснил, что скоро мы будем жить вместе, и не вдвоём или втроем, а впятером. Минимум.

Вроде бы поняла, явственно желая высказать обиду, моя девочка сообщила, что собирается на заимку и будет только после обеда. Носорогов ей подкармливать зимой нужно. Шерстистых. Ага. Но спорить не стал. Любому, даже в самой большой и дружной семье, иногда нужен час одиночества.

Алиса сбежала смотреть чемпионат. Не знаю где, но ей удалось зацепить самые козырные билеты. Вместе с билетами она зацепила и Вику. Ну да и ладно. То, что я не могу участвовать или присутствовать на чемпионате, не повод отменять веселье девочек.

Как итог: на кухне я остался в обществе вечно голодной Фубли и Петра.

— Наконец ты их разогнал, — вновь прозвучало из-за спины.

Это было произнесено так неожиданно, что я даже вздрогнул. Удивительно, но Фубля, которой я насыпал корм, даже не оторвалась от кормушки. Неужели они с Петром настолько подружились, что она не реагирует на его человеческую ипостась?

Обернувшись, я увидел, что перевёртыш действительно изменил форму и, приватизиров кружку кофе, раскачивается в кресле-качалке.

— Меня с тобой когда-нибудь инфаркт тяпнет, — выдохнул я.

Вообще-то слабость никуда не ушла, и сделав себе кофе, я намеревался расположиться в этом самом кресле. Но… Пётр в конце-концов хозяин этого дома. Да ещё и бог, пусть и забытый. Поэтому решил не качать права, переместиться на стул.

Не поворачиваясь, он каким-то образом увидел мои движения и отрицательно покачал головой.

— Не туда. На коврик сядь, — это было произнесено таким тоном, что мне стало интересно.

Решив посмотреть, что задумал перевёртыш, я покорно приземлился на его лежанку. Конечно халат придётся отстирывать от его кошачьей шерсти, но неважно. Стирать будет машинка, а этот столетний старик вчера мне помог. Да и пиетет к возрасту никто не отменял.

Забавный факт, в последнее время я так честно общаюсь с сильнейшими мира сего, что воспринимаю их как равных. Смешно. Учитывая мой уровень и возраст, и Пётр и Морана и ЗИЛ с Пуговкой по идее должны брезговать моим обществом. Даже Яга вчера приветствовала меня, как гостя! Удивительно, но я как-то привык.

— Спасибо, — усевшись по-турецки и теперь глядя на Петра снизу-вверх, произнёс я. — За вчерашнее, я имею в виду. За помощь.

Старик выудил из рукава костяную трубку и уже подпалил её. По гостиной заклубился ароматный дым.

— Не благодари. То что с тобой произошло — это моя вина, — сказал он, не отрывая взгляда от потрескивающих в камине брёвен. — Это я спровоцировал тебя на воплощение ещё незаконченного рисунка. Но не учёл, какой ты идиот.

Первый момент хотелось возмутиться, но я прикусил язык. Пётр продолжил.

— Не проверил твои резервуары. А они у тебя… — он наконец повернулся заглянув бесцветными глазами, кажется, в самую душу. — Скажи Магнус, ты дурак, да? Как так получилось, что у тебя две открытые стихии, одна из них комбинированная, другая так и вовсе мистическая, на твой запас благодати меньше напёрстка? Почему ты не развиваешь источник? Почему не раскачивает узлы и меридианы? Ты прежде всего маг! Не силовик. Не ловкач. Маг. Ты понимаешь, что объёмы твоих резервуаров — это единственное твоё оружие?

— Раньше боялся, что меня раскроют. Не мог признаться что я одарённый, — Поймав его взгляд, отрицательно покачал головой. — И не нужно считать меня идиотом. Параноиком? Может быть. Но так было нужно.

— Хорошо, — выпустив колечко дыма, старик почему-то удовлетворился моим ответом. — И что думаешь делать дальше?

— Ну… — растерялся я. Простой вопрос почему-то поставил меня в тупик. — Необходимость в маскировке отпала и теперь я могу развиваться.

— Значит, давай начинать.

— Чтобы прямо сейчас? — удивился я ещё больше.

Как у него выходит каждую встречу поражать меня?

— Именно так. Но сейчас ты будешь не тренировать своё ядро и меридианы. Не в том они состоянии. Ты будешь учиться дышать Силой.

— Чем? — не понял я.

— Силой. Ну, я её так называю. Вы, люди, называйте её магией. Ты ведь в курсе откуда одарённые черпают магию?

— Ну да, — кивнул я и за несколько предложений пересказал основную теорию магии.

Простые, одарённые люди являются генераторами и аккумуляторами магии. Они не могут ею воспользоваться, но без них одарённые станут никем иным, как простыми людьми. Если же все люди вдруг станут одарёнными, то некому будет аккумулировать магию и при наличии способности, все игроки, по сути, станут просто людьми.

— Всё так. Всё верно, но это лишь поверхность. Лишь хвост волка. А его зубы находится с другой стороны.

Выдав эту витиеватую фразу, старик ещё раз затянулся. Длинно, будто уже закончил мысль. Но я не спешил открывать рот.

— Так вот, — будто вспомнил о моём присутствии, продолжим старик. — Вам этого никто не скажет, но есть одарённые, способные пить силу не из людей. А из самой жизни. Земли. Света. Из любой материи. Ты можешь.

— Серьёзно? — не поверив старику, ответил я.

— Да.

Возможность аккумулировать энергию не только из людей, но и из самой природы переворачивало мой взгляд на всё. Что мне говорили в академии. То, что я читал в сети и слышал из научных передач. Признаться, но поверить в это было сложно.

Сколько Петру? Тысяча? Две тысячи лет? За такой срок свихнуться может любой. Что уж говорить про затворника, который в обличии животного живёт на этом Богом забытом куске скалы?

Естественно, я не произнёс своих сомнений вслух. Вместо этого сказал другое.

— Научи меня!

— Я не могу, — выдохнув ещё один сноп дыма, будто усмехнулся старик.

Вот тут моё терпение лопнуло. Да он издевается! Но едва я успел открыть рот, как Пётр продолжил.

— Я не могу, потому как не умею черпать силу природы. Но тебе такое подвластно. Я могу лишь пересказать слова, услышанные от тех, кто тоже это умел. А дальше ты сам.

— Я жду, — стараясь придавить гнев, попросил я.

— Дыши. Дыши кожей. Почувствуй силу вокруг. Она как ветер. Увидеть её сложно, но глаза Ньёрда помогут тебе в этом.

— Да ты издеваешься! — наконец выпалил я. — Что ты несёшь? Какие ещё глаза?

— Ньёрда, — ответил забытый бог. — Твои золотые глаза, благодаря которым ты вчера видел многое. Если они у тебя есть то, есть и дар.

— Откуда ты знаешь? — пыл схлынул, но витиеватые фразы и недостаток конкретики продолжали бесить.

— Я видел их раньше. Видел в глазах твоих предков. Морана тоже видела. Поэтому пришла на помощь.

— Предков? Ермоловы что-ли?

— Не их. Других. Или ты думаешь она просто так позволила тебе ухаживать за своей внучкой? Нет, мальчик. Её внучка бездарность и рачительная бабушка лишь хочет пристроить внучку под сильную руку.

— Так что за предки? — не унимался я, хотя косвенное подтверждение лояльности Мораны было приятно.

— Неважно. Сейчас неважно. Расскажу позже, когда ты хоть немного сможешь встать на ноги. И не смотри на меня псом цепным. Для твоей же безопасности. Есть люди, которым твои глазки поперёк горла стоят. А потому без надобности их не показывай. Узнают, припомнят, и даже Романова ничего сделать не сможет. Отведёт глаза, утрется от обиды и не заметит, как твой клан посреди дня вырежут.

Старик замолчал. А я медленно переваривал услышанное. Пытать старика расспросами? Бесполезное. В лучшем случае Петр обернётся и свалит на пару дней к своим волкам. В худшем — через перерождение отправит к волкам меня.

— Медитируй, — вдруг добавил Пётр. — Смотришь телевизор — медитируй. Гуляешь в лесу — медитируй. Спишь — тоже медитируй. Постарайся почувствовать силу. Почувствовать ветер, которого нет. Когда находишься один — попробуй увидеть его своими золотыми глазами.

Глава 11

Я старался. Честно старался. Даже перетащил коврик Петра на середину комнаты. И ничего! Никакого дуновения. А может всё дело в матче, в котором я должен был участвовать но, из-за вчерашней глупости, остался в роли зрителя. Не знаю. Возникла крамольная мысль попробовать свой золотой взгляд. Глаза Ньёрда, кажется. Но вовремя вспомнил, что они тоже питаются маной. Да и двимеритовые браслеты бы не позволили навредить себе ещё раз.

Так я и прилип к телевизору, ожидая начала трансляции. Первыми пошли интервью со звёздами предстоящего матча. Противников я пропустил. Узнал только боевые классы, а дальше растворился, пытаясь почувствовать ветер силы про который говорил Пётр. С классами у Бабичевых было всё стандартно. Техномант с технологичным луком, Гренадер-танк и сам боярич Бабичев в роли мага иллюзий.

Не самые редкие классы, но и не повседневность. Было интересно какой рисунок боя они используют. Заодно сделать себе зарубку, просмотреть все предыдущие бои и особенно сконцентрироваться на боях моего дубликата. Ведь на турнир я заявился не только из-за защиты от Черноозерских, но из-за него тоже. Теперь, обладая протекцией ЗИЛа, про Черноозерских можно забыть и сконцентрироваться именно на предателе, что променял меня на смазливую мордашку Лилит.

Семён выглядел всё так же строго и по-армейски. Шрамы, которые Фобос не свел после покушения, добавляли ему несколько лет. На вопросы интервьюера отвечал коротко. Я не услышал ни одного предложения длиннее пяти слов. Однако парень следовал наставлениям Змеяды и даже пытался шутить. Как по мне вышло натянуто, но чего удивляться, для вечно Сурового Фобоса даже эти шутки казались верхом компанейства.

Гораздо лучше себя показал Антон. Здоровяк открывался как мог. Не стеснялся шутить над будущими оппонентами. Не зло, но на самой грани, играл мышцами на камеру и на прощание даже поцеловал девушку, что брала интервью. Зная парня — уверен, роль дамского угодника он исполнял, чтобы насолить близняшкам. Уверен, они, как и половина всей империи, сейчас прилипли к экранам и находились в тихом шоке от преображения забитого увальня Рико.

Дальше, по идее, должно было быть моё интервью. Но сейчас я здесь и, чтобы забить эфир вместо меня, к микрофону пригласили Змеяду. Вот уж кто действительно чувствовал себя перед камерами как в своей стихии. Первым вопросом, разумеется, был вопрос обо мне.

— Магнус «Чернильный Маг» Ермолов. Капитан команды и молодой граф, Змеяда, скажите, куда делся ваш командир?

— Светлана, как Вы правильно заметили, Магнус — молодой граф и, с недавних пор, глава клана. Естественно, у нашего капитана есть безотлагательные дела.

— Настолько важные, что он позволил себе не явиться на состязания? — попыталась раскачать Яду девушка.

— Естественно! — ухмыльнулась Дочь Дьякона и, закинув руки за голову, по-хозяйски развалилась в кресле. — Клан превыше всего! Это вам каждый клановый скажет. А состязания это так… Развлечение, чтобы отвести душу и спустить пар. Вот и сейчас Магнус копает русла для финансовых потоков, казнит и милует, а мне приходится отдуваться за него. Занятой человек.

Такая свойская манера общения явно задела журналистку, но Змеяде, кажется, было плевать. Будь её воля, девушка вообще бы закинула ноги на стол и попросила принести водочки. Но, благо, этого не произошло.

— И тем не менее. Двое против троих. Не сомневаюсь, что Ант и Фобос сильны, но вам не кажется, что выставить всего лишь вивисектора и палладина против полной тройки — это как-то оскорбительно для ваших противников?

— Оскорбительно? Это типа, мы даём им фору, показывая насколько уверены в победе? — Ещё больше обострила вопрос Змеяда. — Милочка, если бы мы гипотетические хотели кого-то унизить, то выставили бы на арену одного Анта. Без щитов и с завязанными за спиной руками. Или глазами. Пусть противники выбирают. А по поводу уверенности — да, она присутствует. Но проиграть может каждый. Если Магнус решил, что ребята справятся без него, то так оно и есть.

Дальше шли какие-то не особо интересные вопросы. Журналистка всё пыталась вывести Змеяду на провокации, но нет. Несмотря на отсутствие подготовки, Дочь Дьякона была настолько в своей среде, что пару раз выставила Светлану то ли глупой, то ли тупой.

Дальше шёл рекламный блок, а я окончательно бросил попытки медитации. Вместо этого сбегал в подвал, где чумазые гремлины, под руководством Фёдора Сергеевича, уже потрошили отцовский внедорожник.

— Фёдор Сергеевич, — обратился я к трудовику строгого режима.

— Можно просто «Сергеич» — выехав из-под кузова на подкатном лежаке, улыбнулся он чумазой улыбкой. — Как видишь — работаем!

— Это хорошо, — отмахнулся я. Всё-таки явился я сюда совсем не ради проверки. — Вы МББП уважаете?

Перешёл я непосредственно к делу.

— А кто дерётся? — проявил заинтересованность он.

— Наши. Антон и Семен против Бабичевых.

— Кубок Елизаветы Романовой? — проявил осведомленность он. — А пиво есть?

— Для вас — найдём! — усмехнулся я.

— Эй, начальник, — чумазой рукой дёрнул меня за халат Рорт. — А для меня? Найдём?

Признаться меня насторожил вопрос гремлина. Сам ответить не смог, Э поэтому переадресовать вопрос их новому командиру.

— Ребята хоть и тупые, но смышленые, — озадачил оксюмороном Фёдор Сергеевич. — Под моим взглядом — можно.

Ну, раз так, кто я такой, чтобы спорить с их непосредственным начальством?

— Только руки помойте, иначе Катя вас убьёт. И меня заодно, — усмехнулся я.

Учитывая то, что моя морферика выдала Змеяде и Пуговке, это была совсем не шутка.

— Через десять минут будем! — пообещал Фёдор Сергеевич.

— Рекламный блок начался две минуты назад, — честно предупредил его я.

— Тогда через шесть минут! — подкорректировал он своё обещание и отвесил пинок Грогу, что умудрился перевернуть полку с инструментами. — Вернёшься — будешь собирать инструменты китайскими палочками! — пообещал он.

Кажется, второго по старшинству гремлина такая участь совсем не расстроила и он только спросил.

— А пиво всё равно можно?

— Если ты и твои братья отмоетесь через пять минут.

После этого гремлина как подменили, и уже он начал раздавать пинки своим братьям.

— Как они вообще? — спросил я у механика, пока мы наблюдали, как гремлинцы моют друг друга из автомойки.

— Руки кривые, но из жопы, — выдал он очередную околесицу. Кажется, оксюмороны это фишка Фёдора Сергеевича. — Машину на ход поставим через четыре дня. Не сомневайся. А если дашь ещё несколько дней — поэкспериментируем с их магией. Удивительный народец, эти гремлинцы! Вчера прыщавые поссорились из-за йогурта и Грог Рорту на шее лом завязал! Веришь? Думал придётся резать автогеном, ан нет. Рорт лом, как галстук, пальцáми развязал!

Выставив перед Фёдором Сергеевичем спайку светлого пива, я заварил себе крепкого чая. Развернул кресло-качалку в сторону экрана проектора и приготовился смотреть шоу.

Аквила будто почувствовала моё настроение и нежелание раскачиваться самостоятельно. Она выпустила щупальца и те, отталкиваясь от пола, принялись убаюкивать меня в кресле.

Рядом присела Фубля. Опустив руку на холку мантикоры, я почувствовал тепло моего миньона. Раньше уродливая бестия с каждым уровнем перерождается, становясь всё более красивым и величественным созданием. Под мурчание кошки с хвостом скорпиона я нащупал на её спине какие-то отростки. Неужели зачатки крыльев?

— Жопоголовые, — отвлёк меня механик. Отделяя первую банку Фёдор Сергеевич обратился к своим подопечным. — Сидим тихо и смотрим. Что-нибудь сломаете — я сломаю вам руку.

Честно предупредил он.

— А пиво будет? — робко поинтересовался Рорт и Фёдор Сергеевич бросил ему нераспечатанное банку.

Ещё три отправились его братьям. Для самого механика осталась всего пара, этот без стеснения посмотрел на меня.

— В холодильнике ещё спайка. Только тёмное, — крутя в пальцах кружку горячего чая, ответил я.

Лапоухий Рив хотел что-то произнести, но старший братец зашипел на него. Началась трансляция и я растворился в происходящем на экране.

Вот в левом углу появилась тройка Бабичевых. В качестве боевого построения они выбрали обратно направленный треугольник. Впереди выставили танка, что увешанный гранатами, как новогодняя ёлка, проигрывал мускулами. Надо сказать телосложение и безрукавка оголявшая толстые, как моё бедро, руки делали гренадеров похожим на молодого Шварценеггера.

За его спиной в разные стороны разошлись техномант-лучник и иллюзионист Бабичев. Лукарь не обращал внимание на дронов-операторов и подготавливал оружие. Проверил оба колчана стрел, а затем переключился на технологичный лук.

Бабичев же откровенно позировал. Махал рукой зрителям, отпускал воздушные поцелуи и вообще, чувствовал себя в своей тарелке. А вместе с ним отлично себя чувствовали и его иллюзии. Десяток копий Бабичева играли на публику.

Я напрягся. Техномант и гренадёр — понятно. Но как действовать против иллюзионистов? У моих ребят на двоих только одно заклинание по площади — паладинская вспышка Антона. Как они будут действовать?

Но очевидно, что за ребят волновался только я. Ант и Фобос выглядели спокойно. Здоровяк даже улыбался и, запрыгнув на щит, изображал из себя сёрфера. Семён же пересчитывал количество метательных ножей на грудной перевязи. Новая амуниция? Антоха тоже послушал моего совета и заменил палладинский щит на дешевый аналог. Даже больше! Здоровяк вооружился двумя щитами — первый больше напоминашими дверь, второй поменьше, круглый и с стальным зерцалом посередине. Конечно, отсутствие у Антона оружия меня смущало, но кто я такой, чтобы диктовать ему вектор развития собственного класса?

Пошли секунды отсчёта начала боя, раздался гонг и бой, наконец, начался!

Гренадёр дёрнул с груди плоскую гранату и через секунду его команду заволокло дымом. Ант и Фобос отреагировали молниеносно. Здоровяк прикрылся ростовым щитом, а Вивисектор укрылся уже за здоровяком и вместе они начали обход по диагонали.

Вовремя! Не прошло и пары вздохов, как из клубов сизого дыма вылетело сразу две гранаты. Первая — прямо в то место, где секунду назад стояли парни. Другая — высоко над их головами.

Я ожидал что Антоха прикроется. Поднимет над собой щит, чтобы блокировать весь входящий урон, но ошибся. Вместо этого здоровяк бросил здоровый щит на ещё не успевшую разорваться гранату и сигнал на него сверху. Фобос же бросил ножи во вторую гранату и тем самым изменил её траекторию, отправляя за пределы ринга.

Вторая граната исчезла за силовым полем и разорвалась. Явно светошумовая. Но покинув гексагон, она хлопнула как отсыревшая петарда. Гораздо более сильный взрыв произошёл под щитом Антона. Массивная, весом явно больше килограмма, граната подкинула воздух и массивный щит и вместе с ним самого здоровяка.

Гремлины рядом со мной присвистнули. Фубля оскалилась, вздыбила шерсть, и почему-то зарычала. Да, если честно, я и сам подумал что всё — здоровяк не жилец. Каким бы плотным он не был, гравитация превратит тандем друзей в сольное выступление Фобоса. И под эти мысли наш паладин, прикинувшись серебряным сёрфером, скрылся в тумане врага.

Камеры операторов матча тут же сориентировались. Перешли на какой-то другой спектр съёмки. Из визоров их объективов туман отступил, и я увидел как здоровяк на щите приземляется прямо на голову техноманта.

— Максим «Гелиос» Шадрин погибает не сделав ни единого выстрела! — разрывая глотку проревела комментатор. — Не знаю, домашняя ли это заготовка команды Ермолова или суицидальная отвага, помноженная на счастливый случай, но Техномант — все! Попал под бронепоезд! И имя этому поезду — Антон «Ант» Терехов!

Трибуны стадиона загудели, приветствуя Антоху. Рорт на эмоциях втащил зеленым кулаком в челюсть Рива. А Фёдор Сергеевич тихо выматерился из-за того, что делая очередной глоток, пропустил первую кровь.

— Фёдор Сергеевич, потише, — произнёс я.

— Да-да, — извинился механик. — Но уж больно… Ты видел? Лукарь ваще в фарш!

Тем временем бой не остановился. Антон даже не успел подобрать изгвазданный в мозгах техноманта щит, как на него налетел Бабичев. Иллюзионист оказался ловкачем. Причём с очень неприятный пассивкой. С каждым ударом вокруг Анта возникало новая иллюзия, а учитывая то, что боярин лупил руками как пулемёт, через пару секунд вокруг нашего Паладина стояло уже плотное кольцо из иллюзий.

Здоровяк отмахивался. Каждый его удар находил цель и одна из иллюзий рассыпалась, но на её месте появлялось две новых! Не зря говорят ловкачи — прямая контра силовиков. Прошло ещё несколько секунд и движение Антона замедлились.

— Кастеты опустошения, — со знанием дела произнес Фёдор Сергеевич. — Бабичев выжег всю манну Анта. Дальше будет…

— Да заткнись ты уже! — нарушая субординацию пропищал фальцетом Рорт. — Дай досмотреть!

Тем временем на другой части Арены проходил свой бой. Гренадёр Краулер наседал на Фобоса. Причём здоровяк использовал свои гранаты не по назначению. Вооружившись ими как дубинами, он пытался достать Фобоса. Безрезультатно. Ловкач был на голову быстрее гренадёра и за те несколько секунд прямого столкновения, уже успел пустить его кровь.

Тауматург — этим все сказано. Адепт магии крови уже загнал десяток метательных ножей в ноги и грудь гренадёра. Тот, видимо, понял, что противник ему не по зубам и, раскинув руки, ринулся на Фобоса. Поймав Семёна, он хотел раздавить его в смертоносных объятиях, однако Шарапов удивил даже меня. Зубы Фобоса сцепились в предплечье Краулера.

По его скуле побежала чужая кровь. Краулер ещё сильнее сдавил Фобоса, намереваясь сломать его кости, а когда понял, что ничего не выйдет, закрыл глаза.

— Суицид! Краулер хоть и поймал Фобоса, но активировал суицид! Неужели вивисектор настолько силён, что гренадёр пошёл на столь отчаянный шаг? — разрывался в эмоциях комментатор.

Самого каста как и подготовки к нему я не видел, но не сомневался, что комментатор видит больше чем остальные зрители.

— Три, два, один… — комментатор начал обратный отсчёт, но заткнулся не дойдя до «нуля». — Что? Каким образом? Не представляю как Фобос смог, но, чёрт побери, ему удаётся отменить самоподрыв Краулера! Но что же дальше?

А ничего! Ужом выскочив из бывших объятий гренадёра Семён вытащил из ягодицы противника свой метательный нож и загнал его в глазницу. Но на этом не остановился. Вынул и вогнал уже в горло оседающего Краулера.

— Официально Заявляю: Краулер — всё! — проревела комментатор. — Стойте но… Что он делает? Краулер же уже погиб! Кто-нибудь оттащите от него Фобоса!

В кураже боя Семёну «снесло башню» и он продолжал проверять уже мёртвое тело противника! «Вот маньяк!» — вместе с остальными зрителями подумал я про себя. Вот только для остальных это зрелище было просто зрелищем, а мне этого психа придётся как-то усмирять!

На другой стороне гексагона разворачивалась своя драма. Ант, что несколько секунд назад так удачно прихлопнул лучника, попал под натиск иллюзиониста. Своими кастетами ослабления Бабичев выжег всю манну Анта и теперь здоровяк не мог применить «Вспышку» — свою единственную способность по площади. Более того, Бабичев вместе с десятком своих иллюзий не давал здоровяку поднять щит. Стоило палладину опуститься, чтобы поднять свою бронированную дверь, как десяток ног наступал на неё, а два десятка рук усиливали натиск. Если честно, удивлён, что здоровяк всё ещё на ногах.

— Фобос — щит! — проревёл он, когда в очередной попытке поднять с пола свою «дверь» иллюзии вновь прошлись каблуками по его пальцам.

Семён наконец опомнился. Перестал терзать мёртвое тело гренадера, найдя круглый щит взглядом отправил его в сторону здоровяка. Несмотря на отсутствие видимости, неповоротливый Антон поймал круглый диск. Натянул его на правую руку и началась потеха.

Выставив круглый щит как весло, здоровяк крутился вокруг своей оси. Словно ковш бульдозера в лесопосадках, его щит проредил иллюзии Бабичева. Но несколько штук, среди которых прятался и оригинал, смогли отступить. И в этот момент я увидел насколько сильно досталось Антону. Весь красный от кровоподтеков. Без маны и с глазами заплывшими лиловыми блямбами. Но каким-то образом всё ещё держался на ногах!

Фобос, наконец, окончательно отошёл от своего наваждения и заметил, что напарнику нужна помощь. Тем же ножом, которым он до того пырял мёртвого гренадёра Фобос срезал с его тела перевязь гранат. Связка гранат оказалось тяжеловата для ловкача, но тот тут же облегчил её. Сорвал первую гранату и бросил её в толпу иллюзиониста. Взрыв уничтожил все иллюзий, но Бабичев тут же создал новых. Ещё одна граната — и вновь все иллюзии уничтожены.

Так продолжалось раз шесть или семь. На восьмой призыв клонов у иллюзиониста увы не осталось маны и Антоха, что до того укрывался за слишком маленьким для себя щитом, нанёс последний удар.

Взявшись за круглый щит обеими руками, он прихлопнул им боярича. Со стороны это выглядело как будто здоровяк опустил дорожный люк на голову ловкача. Будь под ногами не бронированная плита арены, а земля, того наверное вбило бы в неё по пояс! Но хватило и этого.

Победный гонг возвестил о конце поединка. Опухший, точно покусанный пчёлами Винни-Пух, но улыбающийся Антон победно вскинул над головой щит! Семён оказался более сдержанным. Лишь утер с губ кровь краулера и показал главной камере большой палец.

Дальше пошёл блок с обсуждениями аналитиков, и я, наконец, выдохнул. Справились! Не совсем чисто конечно, но вряд ли их победу кто-нибудь оспорит. Да и потом Фобос и Ант дрались в меньшинстве и победили!

— Звери они, конечно! — резюмировал Фёдор Сергеевич. Поймав мой вопрошающий взгляд он добавил. — Ну, в хорошем смысле имею в виду.

— Хорошая драка! Да! — поддакнул Григ.

— Мяса много! Человечина сырая! — хищно оскалился острыми иглами зубов Рорт. — Кошатина, конечно, лучше, но…

Договорить младший из гремлинов не решился. Произошло это потому, как Фубля, видимо всё ещё ассоциирующая себя с кошками, мгновенно привстала и подняла скорпионий хвост.

— Да я чо? Я ничо! — тут же принялся оправдываться самый мелкий из гремлинов. — И вообще, это Рив так подумал!

Хлопнула входная дверь. еханика этот звук напомнил о том, что пора возвращаться к работе.

— Ладно, писюны, баста, — поднимаясь с кресла, произнёс Фёдор Сергеевич. — Отдохнули, теперь пора и поработать! Спасибо за пиво, Магнус.

— Да! Спасибо за пиво, Магнус! — повторил за начальником Грог. — Я тебе вечером тоже что-нибудь подарю!

— Договорились, — усмехнулся я детской непосредственности гремлина.

Разминувшись в дверях с отцом, лопоухие ускакали в свой подвал, На место Фёдора Сергеевича приземлился уже папа.

— Пиво с утра? — неодобрительно произнёс он, глядя на пустую банку.

— Это Фёдор Сергеевич и гремлины. Я чаем балуюсь, — ответил я, отсалютовав ему своей кружкой. — Какие новости из M-3?

Отец почему-то не поторопился с ответом. Наоборот, опустил голову и замолчал, будто не знал что и сказать.

Я напрягся. Всегда честный и прямой как палка, папа никогда не опускался да экивоков. Если всё хорошо, то хорошо. Если плохо, так и скажет. Без утайки. В лицо. Но сегодня что-то пошло не так…

Глава 12

— У меня нет для тебя вестей. Вернее есть, но они тебе не понравятся, — наконец произнёс отец, когда пауза стала совсем нестерпимой.

— Говори.

— М-3. Они сказали забыть о нападении, — невесело усмехнулся отец.

— В смысле? — опешил я от такой наглости. — Они напали на члена клана! За такое мы в праве развязать междоусобицу!

— Можем, — кивнул папа. — Только с кем? М-3 раскололи пленников. Есть у них специалисты. Тот же Лазарь, например. Он способен заставить говорить даже мёртвых! Вот только когда я пришёл чтобы получить информацию, мне недвусмысленно намекнули забыть о произошедшем и жить дальше.

— Они что там, совсем?!! — окончательно вспылил я.

Спецотдел М-3 ФСБ империи — это не частная конторка на службе чьих-то интересов. Гарантом её работы в отношении кланов является венценосная Елизавета Романова! Нападение на члена клана — это форс-мажор! Клановые войны случались и за меньшее! А вместо того, чтобы как можно быстрее решить, кто прав кто виноват и поскорее разобраться в ситуации, М-3 предлагает просто забыть?

— Успокойся, — негромко произнес отец. — Ты молод и амбициозен. Понимаю. Вместо того чтобы, требовать правосудия, лучше попробуй разобраться, почему так произошло.

Несмотря на титул главы клана, слова отца всегда были для меня законом. Поэтому я сел в кресло, неторопливо хлебнул уже остывший чай и задумался.

Но ещё до того, как я растворился в размышлениях, отец добавил:

— Есть ещё одна новость. Виктор мёртв.

— Это который? — не понял я, о ком идёт речь.

— Твой так называемый брат. Вчера на резиденцию братьев Ермоловых было совершено нападение. Булата тоже убили, но он игрок. А вот Виктор…

Отец замолчал. Я тоже. Нападение на членов побочной ветви моего клана было серьёзным происшествием, которое как облегчает нам так и вставляет палки в колёса. И это уже не говоря про поразительное совпадение с нападением на отца. Всё произошло в один день с разницей в несколько часов. И если делать выводы, то радужными они не кажутся.

— Кто-то начал необъявленную войну? Что по этому поводу думает M-3?

Отец усмехнулся.

— Сначала пытались притянуть нашу с ними вражду как мотив. Всё-таки убийство пусть не одарённого, но графа — событие имперского масштаба! Потом, когда поняли что повесить на нас дело не получается, попытались переиграть. Намекнули, что вместо того, чтобы высказывать претензии, мы должны «не отсвечивать», а чекисты сами разберутся.

От нервов я, не соизмеряя сил, сжал бокал и он лопнул в ладони.

— Твари!!!

— Я думаю, они разберутся, — ещё больше удивил меня отец.

Как так? Вот буквально только что он перечислил события, которые прямо указывают на то, что M3 нельзя доверять, а тут предлагает просто расслабиться?

Очевидно мой немой вопрос папа прочитал по лицу и пояснил.

— Я разговаривал с княжной. Да-да, той самой Елизаветой Романовой. А ещё с Рогозиным. Президент империи тоже настоял на том, чтобы мы не пытались найти и наказать виновных. А ещё намекнули, что развязывание междоусобицы сильно ударит по клану. В общем, и президент и княжна попросили неделю, и мы увидим результаты.

— Думаешь, мы можем им доверять? — напрямую спросил я.

Отец пожал плечами.

— С одной стороны Рогозин и Романова политики. Даваать обещания — их работа. С другой стороны, они оба являются гарантами конституции империи. Не пройдёт и суток с их обмана, как об этом узнает вся империя. Ну? Так что ты решил?

Отец произнёс это таким тоном, будто не он, а я был старшим из нас! С точки зрения иерархии всё так и было но… Чёрт побери, как же непривычно чувствовать себя выше отца!

— Хорошо, — наконец, произнес я. — Так и поступим. Но охрану на всякий случай увеличь. Особенно свою и мамину.

— Уже сделал, — улыбнулся отец.

Из прихожей раздался гомон. Судя по голосам, наши победители вернулись с арены и, не скрывая своего ликования, намеревались построить по этому случаю праздничный банкет

— Я, пожалуй, пойду, — улыбнулся отец. — Строительство резиденции на Волге идёт полным ходом! Надо проверить подрядчиков. Если всё сложится хорошо, то в марте будешь заселяться в свой дом!

— Спасибо, пап, — от чистого сердца поблагодарил я его.

— У-и-и-и!!! — напрыгнула на меня Змеяда. — Нет, ну ты видел? Видел?

— Видел, — открепляя от себя девушку Антона, улыбнулся я. — Молодцы.

— Ха-ха! Ещё бы! — ударив кулаком в собственную ладошку, победно воскликнула она. — Зря, что ли, мы вчера тренировались?

— Это была домашняя заготовка? Вы что, меня развели? — шутливо покачал я головой.

— Ну, ты любитель усложнить себе жизнь и сдохнуть в самый неподходящий момент, — развела руками Пуговка. — Вот ребята и подготовились.

Я поднял руку, призывая всех к тишине.

— Ребята, есть новости. Вчера на резиденцию моих «родственников», — произнёс я, изображая пальцами кавычки, — было совершено нападение. Виктор Ермолов мёртв.

— Так это же хорошо! Нет? — воскликнул Антоха. — Получается, Булат теперь один, он не управленец. Боец! Будет легче вернуть активы клана.

— Ты дурак, что ли? — закатила глаза Пуговка. — Вчера на отца Магнуса тоже было нападение. И сдаётся мне…

— Да, — подтвердил я её догадку. — Мне тоже кажется, что это звенья одной цепи.

— Что говорит M-3? — присев на дальней стул произнес Семён.

Фобос как никто разбирался в перипетиях политической жизни империи и умел задавать правильные вопросы.

— Сказали, что этот вопрос на карандаше президента и княжны. Сказали не брыкаться хотя бы неделю. Пообещали, что сами разберутся.

— А если нет? — уточнил Семён.

— Вот это я и хотел с вами обсудить. Теперь вы часть клана и имеете право голоса.

Разговаривали долго и напряжённо. Как итог: пришли к тем же выводам, которые сделали я и отец: даём специальной канцелярии неделю, а затем начинаем копать самостоятельно.

За этими разговорами пролетел обед. А затем приблизился и вечер. Как сообщила Змеяда, в мы одними из первых прошли в плей-офф и пока завершаются отборочные, у нас есть пять дней мини каникул.

Сегодняшний вечер было решено провести за маленьким праздником и просмотром записей боёв других команд. Антон, как обычно, развёл суету на кухне. Змеяда уколола меня отсутствием в доме прислуги, а чересчур серьёзный, даже для самого себя, Семен предложил выйти поговорить.

Если вкратце, то Фобос намекал на то, что месяц с договорённости о помолвке на исходе. А значит, мне пора начать рисовать новую дверь в придуманный мною мир. Что ж, пора было этим заняться. Да и портал в Новый мир это кладезь денег. Денег, которых клану так не хватает!

Подключив к разговору Пуговку, я ввёл её в курс дела. Да она и так, благодаря ЗИЛу, знала про мою карманную вселенную. А ещё, она правильно подметила, что такой жирный куш, как придуманная мною и ставшая реальной вселенная — это кусок, ради которого империя может закрыть глаза на правила. Как это когда-то произошло с ЗИЛом. «Обнулят, запрут и поставят раком! А там уже ты сам не будешь рад тому, что способен на подобное!» — в два предложения сделала она вывод.

Но отменять планы я не собирался. Тем более, что Пуговка предложила, так сказать, ход конём. Если вкратце — я открываю дорогу в Новую Вселенную, но ответственность за это берёт на себя ЗИЛ. Он личность легендарная, за кланом Вальхалла мощь, о которой могут мечтать многие государства. А потому прессовать их никто не станет. Даже княжна или Рогозин. Заводить такого противника как ЗИЛ — себе дороже.

Естественно, свою помощь они предлагали не бесплатно. Запросили половину от всех таможенных сборов плюс безлимитные посещения моего мира для всех членов клана. Естественно подобный грабёж меня не устроил. Да и за что? За то, что ЗИЛ просто скажет «Это мой портал! Идите на хрен отсюдова?». Пуговка была согласна «подвинуться», и сторговавшись на двадцати процентах, а также обсудив некоторые правила поведения в моей вселенной, я и вампирша хлопнули по рукам.

Из рассмотренных вечером боёв больше всего меня впечатлил Борщ. Лысый как коленка, немного безумный взгляд и десяток разнокалиберных ножей. Но не это заставляло воспринимать его, как серьёзного противника. Главным были его бафы.

Если вкратце, пока шальной маг электричества и безумный техномант из его команды устраивали на арене маленький амагеддон. Борщ перевернул котелок и прямо в своей шапке начал что-то готовить. А когда блюдо было готово, его команда вдруг стала сильнее. Нет, не так. Команда Борща стала богоподобна!

Хлебнув из шапки своего предводителя, электромант «Дурак» превратился в нового Зевса! Молнии, что до того просто плясали разрядами в нечесаных волосах Дурака, превратили его голову в катушку Тесла!

Механик так вообще трансформировался. Если раньше он напоминал закованного в стимпанк-броню чудика, то хлебнув из шапки Борща, начал преображаться. Не знаю насколько его тело напичкано магическими артефактами, но после трансформации он превратился в, мать его, Оптимуса Прайма! Три метра стали, артиллерийские пушки на плечах, а за спиной вертолётный винт!

Скрещённый с терминатором Карлсон и полоумный Зевс! Андрей «Майор» Толстой — ганфайтер и капитан команды их противников и до того не сказать, что блистал. Его оружие и до того не могло справиться с бронёй «Механика», а уж теперь… Пули ганфайтера плавились молниями ещё на подлёте.

Механик танковал остальных из команды Толстого. Дафна — подруга майора и дриада по совместительству, пыталась очаровать механика. Бесполезно. Сомневаюсь, что с таким количеством механической начинки в теле Механик вообще оставался человеком. А Принц — первый встреченный мною представитель расы Титанов, уже «склеился», не потянув роль танка. Дурак ещё в самом начале, до применения странного зелья Борща, запёк гиганта до хрустящей корочки.

В общем, исход схватки был решён. Дурак и Механик прикончили оппонентов на третьей минуте. Сам Борщ так и вовсе не оскорблял свои руки прахом бытия. Он просто наблюдал, как его тиммейты уничтажают команду Толстого. Наблюдал и что-то записывал в блокнот.

— Теперь ты понимаешь? — накинулся на меня Антоха. — Понимаешь, почему я его уважаю?

— Уважаешь силу или личные качества? — вогнал я друга в ступор.

— Ну… — немного растерялся паладин. — И то и это. Наверное.

— Противники они сильные, — чтобы не мучить друга согласился я. — Как будем действовать, если они нам попадутся?

— Возьмём у них автограф! — подколов Антоху, рассмеялась Пуговка. — А вообще, ребята, когда пройдут отборочные, лохов на турнире не останется. Понимаете? Все кто пройдёт, будут минимум двадцать второго уровня, а вы даже до двадцатки не поднялись!

— Но качаться за пределами турниров запрещено правилами, — резонно заметил Фобос.

— Всё верно! — согласилась с ним Змеяда. — Если засекут у вас хотя бы сотню лишних очков опыта — вылетите с турнира, как пробка из бутылки шампанского!

— Необязательно поднимать уровни, чтобы стать сильнее, — припомнил я слова Петра. — Можно прокачивать навыки владения способностями и тело.

— Всё верно, — как-то странно посмотрела на меня Пуговка. — Вот только ты ведь совсем не разбираешься в механиках игрового мира. Откуда ты об этом знаешь?

— Один пушистый зверёк подсказал, — ухмыльнулся я, глянув на Петра.

Кот-перевёртыш, а по совместительству и забытый людьми бог, как ни в чём ни бывало вылизывал яйки возле камина.

— Это какой? — продолжила наседать Пуговка.

Причём взгляд девушки стал ещё более подозрительным.

— Песец называется, — отмахнулся от неё я. — Куда, кстати, Фобос пропал?

— Так ещё два часа назад свалил! Ты поручил ему отбор рекрутов в клан? Забыл?

Приобняв меня, произнесла Катя. И куда только делась её утренняя обида?

В общем, остаток вечера мы смотрели не особо интересные бои. Что интересно, Катя больше перестала так реагировать на Настю. А, та в свою очередь, весь вечер проявляла интерес только к холодильнику и восполняла вчерашние потери калорий. Ну, а Фубля… Фубля уничтожила новую пару сапог Антохи, и здоровяку пришлось остаться в гостях.

Утро. Раньше я ненавидел утро. Каждый раз открывал глаза и первыми были мысли были о том, что куда-то нужно бежать, срочно что-то делать и вообще. Но это было раньше, а сейчас…

Да ничего собственно и не изменилось! Алиса растолкала меня ни свет ни заря, в восемь часов ночи.

— Вставай, граф, — с не иллюзорной иронией в голосе дёрнула она одеяло. — Мир ждёт твоих свершений!

— Алиса! — прошипел я, пытаясь закопаться под подушку. — Если не заткнёшься — спрячу тебя в чемодан. А чемодан отправлю в безразмерную сумку!

Но ведьмочка нашла союзника в лице Фубли. Фиолетовая бегемотиха, язык не поворачивался называть мантикору котёнком, прошлась по мне, а её горячий язык ожог щёку.

— Ну ты-то ещё куда? — отталкивая уже не такую кривую морду мантикоры, прошипел я.

Прошипел и получил по затылку подушкой. Катя не желала просыпаться и, чтобы избавиться от незваных гостей, решила помочь им, выгнав меня из спальни.

— Проснулся? Вот! — явно довольная собой, произнесла Алиса и воткнула в руки горячую кружку кофе. — Домашние животные накормлены, гремлины тоже. Одежда вычищенна и поглажена. А теперь — марш в душ!

Проснувшись под струями горячей воды, я пришёл в себя. Что это нашло на Алису? С чего вдруг моя неукротимая девушка-вендор стала покладистой, как домашняя кошечка?

Одежда и в самом деле было готова. Причём непростая форма, в которой я ходил по дому, а мундир! Алиса же не собиралась никуда уходить и терпеливо ждала, когда я оденусь.

— Список сегодняшних дел: в девять встреча с рекрутами, которых отобрал Фобос, — поправляя галстук мундира, произнесла Алиса. — В одиннадцать — прием активов в Рязанской области и знакомство с присягнувшими тебе боярами. В час — встреча с советом директоров «РосИперАгро». А в три…

Я перехватил руку девушки и заглянул ей в глаза.

— Алиса что происходит? Нет, мне, конечно, приятно, что ты помогаешь, но можешь объяснить: какого, собственно, черта?

— Такого, что до сих пор у тебя нет адъютанта. Нет распорядителя. Менеджера, если тебе так удобнее. А для графа это непорядок!

Я кое-как сдержал усмешку, но улыбку удержать не удалось.

— И ты решила стать моим Альфредом для Бетмена?

Но эти слова ничуть не задели ведьму.

— Именно так! — вздернула она носик. — Ты занимаешься своими графскими делами: участвуешь в дуэлях, воюешь на войне и заключаешь политические союзы. А я буду вести дела клана! И не спорь! Я — женщина и лучше мужчин знаю как вести дом!

— И под домом ты подразумеваешь мой клан? — развеселился я.

— Именно так, граф, — без нотки иронии ответила она. — Сомневаешься?

— Немного, — честно признался я.

— Вот, например, ты в курсе, какие инструменты и расходники необходимы Фёдору Сергеевичу для починки автомобиля? В курсе по какой цене сейчас торгуется волос единорога? Сколько получают бетонщики, которые заливают фундамент усадьбы? Нет? А я знаю, потому что уже неделю занимаюсь этим! Чёрт, да ты хотя бы в курсе какой корм ест Фубля?

— Кошачий!? — то ли спросил, то ли утвердил я.

— Кошачий! — закатила глаза Алиса. — Ты слышала, Фубля? КОШАЧИЙ!!!

Мантикора неодобрительно чихнула и отвернулась. Да какого!? Они что, в сговоре?

— Ну что, граф, берёшь меня менеджером? — ткнув пальчиком в грудь, потребовала Алиса.

— Так и быть, — развёл я руками. — Ты же всё равно не отстанешь.

— У-и-и-и… — запищала ведьмочка и, бросившись мне на шею, поцеловала в щёку.

Затем отстранилась и с воплями «Давай быстрее! Нам столько всего нужно успеть!» — вылетела из комнаты.

— Ну и что это было? — задал я вопрос в пустоту.

Как ни странно, на него ответил Пётр, что по-хозяйски развалился на моём месте рядом с Катей, поднял голову и произнёс:

— Что тут непонятного, Магнус? Замуж девчонка хочет, потому и пытается быть полезной! Хочет, а ты не зовёшь.

Глава 13

Алиса не обманула, когда сказала, что я не пожалею об её участии. Буквально став моим ангелом-спасителем, девушка решила все вопросы, которые до того падали на мои плечи. Всё, начиная с расписания дня и заканчивая решением мелких клановых задач, теперь меня не касалось. Ну а я, как истинный глава нового дома, мог посвятить себя более приятным и творческим вещам.

Во-первых, как только Настя позволила снять браслеты, наконец начал тренировать ядро. Ждал, пока мана и эфир восстановятся, затем накачивался зельем регенерации и «досуха» высвобождал их в новых творениях.

С медитацией, правда, пока не с рассталась. Не помогали даже унаследованные неизвестно от кого глаза Ньерда. Ну не видел я и не ощущал ту непонятную субстанцию энергии природы, о которой говорил Пётр!

Зато объём маны и эфира вырос буквально в первый же день! Всего на две единицы, но это только в первый день! За неделю удалось расширить бар на десять единиц и догнать резервуары манны и эфира до ста сорока пяти пунктов!

Услышав эти цифры любой заклинатель рассмеётся. Что такое сто пятьдесят маны? Слезы! Десяток простеньких или пара ультимативных магем и всё! Но каждая единица эфира вложенная в каст увеличивала мощность и длительность моих заклинаний!

В конце недели, в субботу, я, отмокая в горячей ванне, попробовал себя в математику. Сверяясь с логами предыдущих воплощений, попытался оценить стоимость одного очка эфира в единицах маны. Выходило, что та десятка дополнительных очков энергии мистического источника, по моим прикидкам, заменяла под шестьдесят очков маны!

Кто крут? Я крут!

В жалованной Семену усадьбе Зелёная Горка, что недалеко от Волгодонска, прямо на берегу озера неожиданно для всего мира появился портал! А Семен, как нынешний владетель этих земель, буквально в одночасье превратился из рядового боярина в очень перспективного магната.

Уговор с Вальхаллой никуда не делся. ЗИЛ в открытую для всего мира заявил, что это его нечаянная работа и прислал пару, как он выразился, «тыловых крыс».

Под этими не самыми ласковыми названиями он имел в виду пару качков стопятедисятого уровня. Первый — худой и кривой, как сабля псайкер. Второй же, наоборот, круглый, улыбчиый и волосатый драконоборец! Никнеймы ребят были под стать их тандему — Тимон и Пумба!

С ребятами встречался буквально пару раз. Остальное легло на плечи Семёна, Алисы и наших новых компаньонов. Фобосу я доверяю, свободного времени у Шарапова и его бесчисленных братьев и сестёр предостаточно. Пусть налаживают связи с аборигенами моего мира! Ну, а я занялся более насущными проблемами.

Кстати о «родственниках». Смерть Виктора имела далеко не очевидные последствия. На старшем брате держалась вся корпорация прежних Ермоловых, и его скоропостижная кончина крайне негативно сказывалась на делах семейного тандема. И больше всего его смерть ударила по брату.

Булат, что называется, «сдулся». Довольно сильный игрок не выдержал морального удара и превратился в затворника. Уже на следующий день его адвокаты связались с мамой и обсудили передачу активов.

Вот так, просто! Без многолетних судебных тяжб и торгов с целью откусить от наследства кусочек побольше. Но одно условие всё-таки было. Булат Ермолов попросил оставить за ним титул и родовое поместье Казачье. Взамен он передавал в управление семейные корпорации и признавал главенство моей ветви. Что ж, как сказала мама «Конечно о покойниках плохо не говорят, но тот, кто убил Виктора, оказал тебе огромную услугу! Соглашайся!».

И я согласился. И даже пришёл на похороны, на которые меня не приглашали. Чёрный фрак, букет белых роз, венок и страх в боярских глазах. Очевидно, меня здесь не ждали, но мне было всё равно. Я принёс соболезнования младшему брату. Булат, кажется, постарел лет на десять, но вёл себя достойно. Даже ответил на рукопожатие и хотел было встать на одно колено для принесения клятвы, благо я вовремя его остановил. Похлопав Булата по плечу и пожелав ему крепиться, я увидел глаза бояр. Недоумение, жалость к Булату, раболепие и снова страх! И ответ: чего так испугались бояре — пришёл уже на следующий день.

Не знаю кто проболтался, Булат или его юристы, но кому-то из них хватило мозгов сопоставить смерть Виктора и передачу дел и сделать свои, неправильные, выводы. Уже на встрече с советом директоров через Алису я узнал, что весь высший свет приписал убийство Виктора на мой счёт. Убийство, а затем, когда я пришёл на похороны, и запугивание Булата с целью отжать свое.

Что-же, теперь понятно почему на третий день главы боярских домов оказались так сговорчивы, что после совета акционеров прямо в офисном здании принесли клятву на верность! Все шесть династий: Липин, Турсов, Салтыков, Лебединский, Баградид и Микадзе. Последняя пара, как оказалось, были наместниками родовых земель Ермоловых в Армении и Грузии. Хотя, учитывая крутой нрав и кавказские приключения моих предков, то удивляться тут нечему.

Также перешедшие под мою руку династии пообещали прислать детей боярских и передать с ними дары по случаю. Я отказался, сообщив, что не стоит. Сказал что, как найдётся время, сам посещу их родовые гнездовия и вместе со своими ближниками пообщаюсь с теми, кто в ближайшее время должен составить войсковую элиту клана. Шалость? Знаю! Но, чёрт подери, это была маленькая месть за несговорчивость пару недель назад!

Удивительно, но уже на четвертый день я почувствовал что, наверное, впервые за несколько месяцев, мне нечем себя занять! От нечего делать и чтобы нагрузить Антоху, пригласил здоровяка и девчонок на исконно дворянскую забаву — охоту!

Вика, разумеется, отказалась. Морферике, выросшей в клане приручателей магических тварей, вообще претило убийство для развлечения. Настя всё ещё не восстановила форму. Алиса просто сказала «Отстань! Мне твоим кланом рулить надо!». А вот Виктория согласилась!

Фёдор Сергеевич не подкачал и вовремя восстановил внедорожник отца. Восстановил и улучшил его, превратив серийный авто в маго-механический танк! И всё благодаря гремлинам.

Их магия, как и у других магических существ, отличается от нашей человеческой. Завязанная на природу и металл она позволила кратно увеличить крепость ходовых узлов и кузова. Благодаря этому, отпала нужда в бронровании. Теперь двухмиллиметровая фольга двери без особых проблем выдерживала попадание натовского патрона. Учитывая, что после модернизации машина полегчала почти на тонну, очень неплохо!

— Вот, хозяин, зырь сюдой, — явно гордый собственной работой, произнес Рив, и ткнул в странного вида джойстик. — Тут у тебя кулемет!!! Злая машинка! Болючая! Жамкаешь на эту кнопашки и пыщ-пыщ-пыщ-пыщ, враги — всё!

— Энто ванючая шляпа! — принижая работу брата, отмахнулся Грог и потащил меня под кузов. — Секи, хозяин, сюда!

— И что я должен увидеть? — аккуратно, чтобы не обидеть гремлина, произнёс я. — Я ведь в механике вообще не соображаю.

— Дно сверхзащищённой капсулы, — подсказал Фёдор Сергеевич. — Грог сам придумал, убрал магнетизм стали, и металл укреплял тоже сам!

Видя непонимание на моём лице механик пояснил.

— Ну на машины обычно как нападают? Ставят какую-нибудь мину или фугас с магнитным детонатором. Вашего отца ведь именно так на дороге остановили? — я кивнул и Фёдор Сергеевич продолжил. — Так вот, машина теперь не магнитится, а если взрыв все-таки произойдёт, то пофиг! Колёса отлетят, да, но в салоне никто не пострадает.

— Хорошая работа! — потрепал я лопухого.

— Гамно! Магнус Дмитриевич крутой и добрый! Нападать ево никто не буит! — не согласился с оценкой Григ. — Глядай сюда, начальник. Энта, — указал он уже в кузов. — «Крадун тяжестей»!!!

— Что? — переспросил я, не поняв сленг гремлина.

— Ну «Тяжестей крадун»! — расстроившись так, что задрожала нижняя губа, повторил он. — Грузишь в автомеханикус многа-многа, а вести совсем мала!

— Постой, — наконец понял, о чём идёт речь удивился я. — Ты что, смог встроить в кузов артефакт, который снижает вес грузов?

— Ага! — явно довольный моей реакцией, сменился он в лице.

— Но как? Я же никаких магических реагентов не привозил! И откуда ты это умеешь?

— Ты — не привозил. Алиса привозил. А умею от Корна Гнилозуба — нашего другого хозяина. Короткий такой, и дымом от него воняет. Григ дым бесит. И огонь тоже бесит.

— От предыдущего хозяина-гнома?

— Ага. От него. И сам мало-мало покумекал, — чувствуя, что приз «За лучшее изобретение» отойдёт ему, замотал головой Григ.

— А у меня антереснее! — отозвался Рорт — последний, но не по значению, брат-гремлин. — У меня ваще круче!

— Показывай! — рассмеялся.

— Не надо, — вдруг покачал головой Фёдор Сергеевич.

— Что-то не так? — тут же напрягся.

— Да как сказать, — нервно усмехнулся он, а после махнул рукой. — А-а-й, пофиг! Показывай!

Стоило наклониться вслед за шмыгнувшим под машину Рортом, как я увидел то, что сначала принял за карданный вал. Здоровенная труба, в обхват одной руки, крепилась к самому днищу.

— Ну и что это? — спросил я у Рорта глаза, которого прямо светились от счастья.

— Как, «что»? Пысюн! Автомеханикус же, — хлопнув машину по бронированному днищу. — Мужик! А какой жеж мужик и без пысюна!? Если вот тут потереть…

* * *

— Так на кого охотимся? — донимала нас Вика.

Услышав про охоту, девушка вооружились будто собралась бить слона! Ну серьёзно, для завершения образа не хватало только пробкового шлема.

Парни усмехнулась.

— Ты ей не сказал? — отвлёкся от дороги Семен, а я в ответ отрицательно покачал головой.

Моя сербочка узнала про охоту по телефону и тут же бросила трубку. Видимо, девушка решила, что мы, как истинные дворяне, едем бить зверя. Но неувязочка, мы ехали за головой… Если честно, я и сам пока не знал, за чьей головой охотимся. Но епархия прислала письмо с просьбой о помощи, и как я мог отказать?

На самом деле Виктор, что до того вел дела клана, подходил к задачам по зачистке магических тварей с удивительным прагматизмом. Зачем платить охотникам, когда есть полиция? Пусть найдут, выследят, а когда работа по поиску будет закончена, можно и выслать игроков на зарплате или сыновей боярских. Первые в любом случае получают зарплату, а вторые — так и вовсе рождены рисковать своей головой. Если до того местная епархия не разберётся, выслав по следу твари кого-то из своих боевых монахов.

Впрочем, зачастую люди не ждали помощи сильных мира сего. Складывались кто сколько может, трясли фермеров и бизнесменов и вместе, из общей копилки, нанимали ведьмаков или приключенцев. Такие дела.

— Мы едем на монстра.

— Что за монстр? — ничуть не растерялась девушка.

Про себя я подметил и успехи в русском языке. Пропали неправильные обороты и неуместные слова, которые вроде бы похоже по значению, но не отражают эмоционального оттенка ситуации.

— Пока не знаю. Епархия попросила помочь с силовой поддержкой. Инквизитор, отец Илья, ждёт нас на месте, — ответил я и тут же поинтересовался. — Что у тебя с защитой? Амулеты? Обереги?

Виктория хоть и прирождённый боец, да ещё и дочь самого воеводы Чернорусии, но моя сербочка являлась неодарённой, а потому за её безопасность я переживал больше всего.

— Чехословацкая «Чизет-650»! — хлопнула по оружейному футляру девушка. — Такой оберег пойдет?

— Не пойдёт, — цокнул языком и, дав броне мысленную команду, положил ладонь на плечо Вики. — Вот примерь! Зовут ее «Аквила», надеюсь, вы поладите.

Увидев как живая броня вытекает из моего рукава, девочка вскрикнула от неожиданности, а затем еще раз, но уже от брезгливости.

— Фу, какая мерзость!

— Не обижай Аквилу и расслабься.

— Ты хочешь, дабы я носила в себе эту отвратность!? - c прорезавшимся от волнения акцентом, воскликнула она. — Да никогда з жизни!!!

— Или так или никак! — выдвинул я ультиматум. — Не согласна? Значит, приедем на место и ты подождёшь нас в машине. Ясно?

Вместо ответа Вика закатила глаза, но вырываться перестала, и живая броня наконец заняла своё место на её точеном теле.

— И нож возьми, — немного подумав, добавил я. — И медальон.

Последний, кстати, достался мне по случаю. На похоронах Булат расчувствовался и передал мне «Чёрное солнце» — бронзовый кругляк на цепочке. Сказал, что раньше его хозяином был Виктор и ему было бы приятно. Почему? Да понятия не имею! Но отказать Булату не решился. Но хватило духа отвергнуть его подарок.

Невзрачный медальон размером с пятирублёвую монету на деле оказался неплохим артефактом, поглощающим до трех сотен физического урона. От снайперской пули, конечно, не спасёт, но от ножа, клыков или пары выстрелов из пистолета — вполне! А главное, «Черное солнце» являлся перезаряжаемым артефактом и обновить его мог любой одаренный. Главное, чтобы мана была. Удобно.

— Рыльск. Собор Николая Чудотворца, — глуша двигатель произнёс Семён. — Конечная. Просьба освободить вагоны и перекреститься.

— Глупая шутка, — насупился Антон.

— Да? — саркастично усмехнулся Фобос. — А мне кажется…

— Глупая, — поддержал я Анта. — Особенно когда нам предстоит охота вместе с человеком от епархии. Знаю твоё отношение к Церкви, но, пожалуйста, держи его при себе.

— Магнус — человек, который посылает самого Каина и «танцует» внучку Мораны, вдруг испугался церковников!? — делано удивился он.

— Да какая муха тебя укусила? — не сдержался Антон. — Обычно ты весь такой мрачный и молчаливый, а тут… Почему ты так относишься к религии?

— А почему не люблю? Всю начальную школу я проучился в церковной школе-интернате. Поверь, у меня достаточно поводов не любить церковников! — сжав баранку на побелевших пальцев на зло процедил он.

Тут мои нервы сдали окончательно.

— Тогда, Семён, выбирай: либо ты затыкаешься, либо остаёшься здесь и охраняешь машину.

Семён думал примерно минуту.

— Хорошо. Но если церковник начнёт какие-то проповеди — я набью ему рожу и уйду.

У машины нас уже ждали. Да не один человек, а целый комитет по встрече! Семеро мужчин разного возраста, от огромного бугая до лысоватого дядечки, и все они являлись одарёнными.

И именно этот лысый мужик, возрастом в районе шестидесяти, бросился с объятиями, будто я как минимум его любимый племянник.

— Добрый день Максим Дмитриевич! Как мы рады, что вы посетили наш скромный город с личным визитом! Валентин Тихановский — мэр этого скромного городка!

Я оценил персонажа.

Валентин «Качан» Тихановский.

Возраст: 52 года. Уровень: 4

Остановив не в меру приветливого мэра, я произнёс.

— Очень приятно, но не нужно так заискивать. Я прибыл сюда с частным визитом, а не как ревизор.

Тихановский смутился, но буквально на секунду. Уже в следующий такт сердца он представлял остальных из комитета.

Пятеро — тоже люди не боевые, а власть имущие. Причём именно Качан оказался самой мелкой сошкой. Остальные: губернатор Орловский губернии Виталий «Откат» Нечаев со своим кабинетом, да пара бизнесменов, что называется, «из своих».

Последнего — здоровяка, возрастом старше нас лет на десять, Качан обошёл стороной.

— Ну, вы наверное устали с дороги. проголодались. Прошу-прошу, — И не давая мне вставить даже слово замахал рукой. — Мы уже и стол накрыли. Посидим, покушаем. А заодно и…

— Вы опять меня не поняли, — останавливая его словесный поток, перебил я. — Я вообще удивлён, что вы осведомлены о моём визите. Откуда? Впрочем, неважно. Исчезните! И вы и ваши друзья, тоже. Лучше наведите порядок в делах, Валентин. Наведите, потому что через час приедет моя невеста и она найдет причину почему вы так угодливы.

Оттолкнув мэра, я по дуге подошел к единственному кто не был облачен в костюм. Огромный, как медведь и в штатском, без сомнения, это был именно человек епархии.

Как я это узнал? Ну, во-первых, внешний вид и полное игнорирование при представлении. Конечно это мог быть телохранитель губернатора, однако была ещё одна странность. Некто Илья Бакунин, экзорцист двенадцатого уровня, оказался первым встречным мной игроком без никнейма!

— Отец Илья, — произнёс я, протягивая ему руку.

Раньше никогда не думал, что у меня маленькие руки однако моя ладонь буквально утонула в его лапе.

— Магнус Дмитриевич, — улыбнулся бородатый здоровяк.

Внешним видом он был больше похож на канадского дровосека, нежели на сановника. Борода «лопатой», костюм «горка», на боку — длинный кинжал и, голубые, смеющиеся, глаза ребёнка. А вот креста я не увидел.

— Знакомьтесь: Антон «Ант» Терехов, специализация — танк, Виктория Бранкович — не одарённая, рейндж боец и моя невеста, и Семён «Фобос» Шарапов — демедж дилер со специализацией магии крови.

Если честно, снова переживал, что при знакомстве Фобос выкинет какой-нибудь фокус. Но обошлось. Парень хоть и не протянул руку для рукопожатия, однако держал язык за зубами. Что ж, пока и этого достаточно.

— Как на войну снарядились, — беззлобно усмехнулся отец Илья.

И он был прав. Антон взял с собой пару полновесных щитов. Фобос увешался всеми видами оружия от маленьких метательных ножей, до пары пистолетов пулемётов «Грач». Даже пару гранат не забыл повесить на разгрузку. Да и Вика тоже не отставала. Чего только стоило её нарезная гаубица! С таким калибром не упырей, слонов упокаивают!

И из этой компании выделялся только я. Впрочем, я же Чернильный маг! Боец поддержки с упором на магию и умением нарисовать то, что нужно именно в данный момент.

— Так на кого охотимся? — произнёс Фобос.

Жёстко и холодно. Так будто наш вивисектор был совсем не прочь поохотиться на самого отца Илью!

— Заложенный покойник, — увидев непонимание бородач добавил. — Умерщвленный неестественной смертью раб Божий, что не получил упокоения после смерти.

— Упырь? — предположил я. — Русалка?

Антон удивился.

— Да не-е-е… Русалки они с хвостами. А здесь в степи да лесочки.

Живя с Катей усмехнулся. Наверное впервые в жизни я знал о обратной больше, чем друзья.

— Это только в европейских сказках русалки с хвостами. В реальности это утопленницы, наложившие на себя руки из-за несчастной любви. Помните, у ведуна Егора Денисовича, была парочка таких особей.

— Земля ему стекловатой, — сплюнул под ноги Семён.

— Не юродствуй, — то ли попросил, то ли предупредил отец Илья. — О покойниках либо хорошо либо ничего.

— Святоши, — зло оскалился вивисектор. — Моралисты. Все правильные такие, а как рвать кожаные ремни на детских спинах — так запросто!

— Семён, — попытался осадить я друга.

Бесполезно.

— Что «Семён»? Разве я не прав? Все они, церковники, такие! И грехи чужие, за мзду малую, прощать тоже! Покаялся. Занёс денежку в храмовую казну и всё! Вон, отца моего не за забором похоронили. Не в яме на скотобойне, где ему самое место. На кладбище! Синюю Бороду!!! Сатрапа, тирана и женоубийцу положили рядом с невинными! Мол, он был истинным верующим и каждую неделю на исповедь приходил! А то, что он решил меня матери!? Что, отец Илья, тоже скажите, что в глубине души он был хорошим человеком!?

Семёна несло. Парень наверное впервые в жизни не побоялся высказать обиду священнику. Обиду, которую хранил и лелеял, которую принёс с самой младшей школы!

В ответ отец Илья промолчал. Промолчал, но изменился. Лицо священнослужителя стало серым, как камень. Было видно, как ему не нравятся слова Фобоса, в котором проснулся обиженный в детстве мальчик.

Но вместо хлесткого ответа, вместо отповеди Илья произнёс.

— В тебе, боярич, говорит боль и обида. Что же до отца твоего, я его духовником не был, и дел не ведаю. Но вижу, что тебе выговориться нужно. Исповедаться.

— В жопу иди со своей исповедью! — с надрывом, на грани истерики выпалил Фобос.

— Заткнись, — холодно, негромко, но с угрозой произнёс я другу. — Заткнись и возвращайся в машину.

Меньше всего мне хотелось идти на дело с источающим злобой Фобосом. Предупреждал же, что не нужно выкидывать подобные фокусы. И вот тебе на! Хорошо хоть нестабильный и морально перемолотый Семён не бросился на отца Илью! Тогда проблем, с церковниками, было бы не избежать. Придурок!

— Я в порядке. В порядке! Да… — произнёс присевшей на корточки Семён.

Из-за волос я не видел слёз, но дрожащие пальцы говорили, что Фобос совсем не в порядке.

— Нет, ты не в порядке. В таком состоянии и с такими мыслями ты никуда не пойдёшь! Либо жди нас в машине, либо отправляйся домой. А будешь упираться — запечатаю и выпущу, когда вернёмся!

— Да понял я, понял! — поднял голову Фобос. — А вы, отец Илья, извините за несдержанность. Но всё что я сказал — моя позиция! За неё извиняться не буду!

— Капец, у тебя с умом проблемы! — крутя пальцем у виска, произнесла Вика.

— С головой, — ничуть не обидевшись, поправил её Фобос. — Знаю, Вика. Знаю. И ты историю мою знаешь. Так что давай закроем тему.

Я поднял взгляд на отца Илью. Хотел извиниться за поведение друга. Всё-таки Фобос, каким бы параноиком он не был, это мой человек. А значит и ответственность за его слова и действия отчасти и на моих плечах тоже.

Вот только я осекся, увидев глаза сановника. Но в них не было ни обиды, ни презрения, ни, даже, сожаления. Только заинтересованность и желание помочь.

— Если вы позволите, граф, я бы хотел, чтобы Семён пошёл с нами.

Прочитав недоумение на наших лицах, он пояснил.

— На войне не бывает святых. И атеистов тоже не бывает. С вашего позволения, я бы хотел стоять с Семёном плечом к плечу. Увидеть, как в момент смертельной опасности, обнажается его израненная душа.

— Пошёл ты! — с желчью выплюнул Семён.

Однако его слова остались без ответа.

— Зачем вам это? — насторожился я.

Но вместе с настороженностью во мне играло и любопытство.

— Чтобы помочь, разумеется! — будто удивляясь, что я сам не догадался ответил. — Чтобы быть рядом, когда он сам захочет чтобы ему помогли.

— Вы думаете он захочет? — удивился я, не скрываю своего скепсиса.

— Пути Господни неисповедимы, — пожал плечами отец Илья. — И если это произойдёт, я хотел бы быть рядом.

Глава 14

— Зря ты, Магнус, от банкета отказался, — урча животом, заметил Ант.

Поймав мой неодобряющий взгляд, он поправился.

— Не, ну а что? Война войной, а обед по расписанию!

— О, не переживайте! — будто обрадовавшись словам Антона, заметил Илья. — Пострадавший, к которому мы сейчас едем, Штефан Ааронович Герман, держит закусочную! Подкрепимся, а заодно и вы услышите его историю. Из первых уст, так сказать.

— Так что за неупокоенный монстр? — поинтересовался Семён.

На удивление вивисектор смог взять себя в руки и почти не показывал характер.

— А вот это как раз таки неясно, но то, что тварь разумная — без сомнений!

— На местных кладбищах пропавшие мертвецы были? Или разгромленные могилы? — задал наводящий вопрос я.

— Ведёте к тому, что мог завестись нелицензированный некромант? — отец Илья понял направление моих мыслей. — Вряд ли. О таких вещах нас предупреждают в первую очередь.

— А по-поводу разумности монстра? С чего вы сделали такие выводы? — продолжил я докапываться до истины.

— Все жертвы были найдены аккурат вокруг дома Германов. Представляете, кто-то с утра идёт на работу, кто-то после гулянок идет к ним поесть, а на пороге любимой харчевни труп! И не раз или два, а стабильно каждую неделю! По субботам.

Слова священнослужителя подтолкнули меня копать в этом направлении. Раз в неделю и именно по субботам… Не знаю что за тварь так не любит шабат, но это определённо зацепка.

Видимо, эти мысли были написаны на моём лице, потому как отец Илья пожал плечами.

— Знаю о чём вы думаете, граф. Знаю, но твари с подобными повадками нам неизвестны. Да ещё и эти послания… Монстр каждый раз оставляет записки на теле жертв. Царапает их на мертвой коже.

— Что за послания? — ухватился за новую ниточку. — Что пишет.

— Сами посмотрите, — произнёс он и протянул смарт. — Околесица какая-то.

На фотографии был запечатлён труп до невозможности полного мужчины. Выпущеные кишки, отрезанный язык и выцарапанное на груди слово «обжора». пролистав ещё фотографии увидел аналогичные тела, но уже с другими словами — «эстет», «убийца», «не достойный».

Последняя фотография показалось мне смутно знакомой, но лицо жертвы было затерто пикселями.

— Околесица какая-то, — произнёс я. — Кто все эти жертвы? Почему их лица замазаны?

— В том-то и проблема что неизвестно. Есть и другие жертвы. Причём у каждой изъят какой-то из органов. Патологоанатом сказал, что органы изымались ещё у живых жертв, причём работал скорее всего хирург. Но вот эти четыре…

— С ними какая-то странность? — догадался я.

— Надписи есть только на этих телах. А ещё меня не допустили к осмотру. Даже имён не назвали. Выдали только эти фото с затертыми лицами.

— Инквизиторов и не допустили до осмотра тел? — удивился Фобос. — Кто же обладает такой властью?

— У Православной Церкви нет и никогда не было инквизиторов. Мы — пустынники. Прошу запомнить, чтобы не выглядеть невеждой, — деликатно но, строго осадил Семёна церковник. — Что же по поводу тех, кто обладает такой властью… Много кто может поставить своё вето. Как вариант — влиятельные кланы и династии, которые не хотят огласки по поводу кончины своих членов. Думаю, и у этих, — он покачал телефоном. — В причинах смерти указан какой-нибудь инфаркт.

— А почему не М-3 или епархия? — предложил я, как мне показалось, самые очевидные варианты. — Мне кажется, они первые, кто запретил бы огласку.

Отец Илья улыбнулся. Без издевки. Так обычно улыбаются словам неразумного малыша.

— Тогда бы это дело вели «чёрные мундиры» или соборные архимандриты. Нас бы просто не допустили. А раз мы здесь, значит, это не политика.

— Ресторан «Натюрлих», — сверившись с навигатором, произнёс Фобос. — Приехали.

— Ништяк! — тут же потёр руки Ант. — Ща пожрем от пуза!

— Я не пойду, у меня диета, — отмахнулась Вика. — Лучше вон в то ателье загляну.

— В таком прикиде? — усмехнулся я.

Вся в армейской форме и с зелёным беретом на голове, девушка больше была похожа на женский «командос», а не провинциальную модницу.

— Именно так, — вздёрнула носик Вика.

— Ну, идём уже! — с мольбой в голосе проревел Антоха. — Уже первый час, а я с завтрака ничего не ел!

Толкнув дверь, мы вошли в ресторан. Небольшой, всего на восемь столиков, но уставленный в стиле «Дорого-богато». Полноразмерное чучело медведя, огромный камин, на вертеле которого бык поместится, и ни одного гостя.

— Шикарное заведение! — возликовал Ант.

— Это-то и странно, — не так радостно согласился с ним я.

— Ну приличное же место! — закатил глаза здоровяк. — Что тебе опять не нравится?

— Ну как минимум цены у них точно московские! — открыв меню, заметил Семён. — Причём прямо мишленовские!

— Вот! — поднял я палец, найдя ещё одну нестыковку. — Рыльск — городок маленький. Народ в глубинке небогатый. Сколько здесь население? Пятнадцать? Двадцать тысяч? Почему они ещё не обанкротились?

Неожиданно на мой риторический вопрос ответили из-за спины.

— Потому что мы работаем всего год, — Произнёс высокий, болезненный на вид мужчина с благородной проседью в смоляных волосах. — Отец Илья, граф Ермолов, бояричи.

Незнакомец по-очереди обозначил приветствие и свою осведомлённость по поводу наших персон, а после представился.

— Штефан Герман — хозяин этого скромного трактира и случайная жертва монстра.

Я не стал обманываться радушием хозяна.

— Очень приятно, Штефан. Так как вам удаётся сводить дебет с кредитом?

— Но вы правы, поначалу приходилось тяжело. Однако сейчас положение выправилось. Сарафанное радио о нашей, без лишней скромности, высокой кухне привело дорогих, и, что более важно, платежеспособных гостей. Как вы правильно заметили, мы не работаем на поток. Наоборот, нашей целью являются платежеспособные гурманы. Не хочу показаться хвастуном, но в наш скромный ресторан приезжают гости со всей империи!

— Вот это мы по адресу! — потёр руки Антоха. — В таком случае, Штефан, подскажите, пожалуйста, самое беспроигрышное блюдо в вашем меню!

— Они все беспроигрышные! — даже не удостоив Анта взглядом, ответил Штефан. — Всë наше меню это отточенные поколениями семейные рецепты. Но чтобы прикоснуться к прекрасному, советую попробовать копчёные свиные рёбрышки под соусом демиглас с томлеными томатами, трюфелями и копчеными орешками кешью.

— Я сейчас слюной захлебнусь! — томно прикрыв глаза воскликнул Ант.

— А для вас? — произнёс он вопрошающе обходя остальных взглядом. — Пока блюда будут готовиться, я с радостью отвечу на все ваши вопросы.

— Что-нибудь на ваш выбор, — отмахнулся я.

Семён тоже заказал ребрышки, а отец Илья сослался на пост и попросил что-то подобающее. Отдав указания прислуге, хозяин трактира присел за наш столик.

— Так откуда гроши? — без малейшего намека на тактичность, произнёс Семён и обвёл вокруг себя пальцем, намекая на богатое убранство.

Штефан будто засмущался и опустил взгляд.

— К сожалению, мои предки не обладали и землёй ни высоким титулом, зато в наследство мне досталась поваренная книга моей прабабушки. Кулинария — моя страсть. Всю свою жизнь я работал поваром. Открывал рестораны от Лиссабона до Киото. Кормил монархов и великих господ. А когда произошло Сопряжение — решил, что это знак, и мне пора открыть собственный ресторан для избранных. К счастью, среди моих прошлых работодателей нашлись почитатели таланта, что милостиво согласились финансово поучаствовать в этом предприятии.

— Серьёзно? — брызжа скепсисом, усмехнулся Фобос. — А можете назвать имена? Мне просто интересно, кто решился на такую афёру, как открытие ресторана высокой кухни в такой глубинке! Кто эти финансовые гении?

Пусть не в таких категоричных выражениях, но я был согласен с Семеном. Если и открывать такой ресторан, то в Москве, Питере, Владивостоке, Сочи или Новосибирске. Но никак не в уездном Рыльске.

— Имён, к сожалению, я вам назвать не могу, — с злостью, скрываемой за холодным тоном, ответил Штефан. — Но можете не сомневаться, господа более чем достойные. А теперь, если вас не затруднит, давайте придём непосредственно к монстру, что уже третий месяц не даёт моей семье спать спокойно.

— Да-да, конечно, господин Герман, — сглаживая щекотливый момент, улыбнулся отец Илья. — Расскажите ещё раз всё, что до этого рассказали мне.

Вот так, под неплохую отбивную с картофельным пюре и соусом из сморчков, Штефан пересказал суть злоключений своей семьи. Если вкратце: всё началось пару месяцев назад. Тварь объявилась неожиданно. Напала на господина Германа в зимнем саду.

Разбитый на крыше, на высоте третьего этажа, застеклённый палисадник оказался не проблемой для умертвия. По словам Штефана, ничего не предвещало беды. Он, как обычно, поливал рассаду как из короба с компостом на него сигануло нечто.

По описанию, это была женщина. Но каких-то особенных примет, кроме полуметровых когтей-стилетов, господин Герман не разглядел. По-хорошему, там бы ему и погибнуть, но кулинара спасли артефакты. Два талисмана на физический урон, два охранца от магии и костяной оберег против умертвий, что и прогнал монстра.

На вопрос Фобоса: «И часто вы носите с собой боевые обереги?», — господин Герман ответил, что родом из Румынии. А на родине графа Цепеша к восставшим с того света относится более чем серьёзно.

Я сначала было не поверил. Решил, что господин Герман что-то не договаривает, однако позже отец Илья подтвердил его слова. Сказал: «Румыны веками страдали от неупокоенных. А потому и бороться с ними умеют. Его костяной оберег видел? Он вырезан из кости его пращура, а потому плоть и оберегает плоть родную, пуще мощей святого праведника».

В общем, после первого нападения, Штефан обнес дом ловушками против нечистого, а своим приказал не покидать дом затемно. Вопрос: «Почему ему не помогли влиятельные друзья?» — Штефан предпочел пропустить мимо ушей. Зато с улыбкой выразил надежду, что я, равно как и мои друзья, вскоре станем, как он выразился, «Членами нашего закрытого клуба гурманов.».

Несмотря на просьбы о помощи и наш рабочий визит, господин Герман не постеснялся выставить счёт за еду. Антон бубнил по этому поводу. Впрочем, неубедительно. Окрылённый действительно высокой кухней, его недовольство то и дело сбивалось на похвалы шефу.

— Что думаешь? — спросил я у Фобоса.

Антону задавать вопросы было глупо, сытое блаженство и эйфория не желали отпускать его душу кишкоблуда.

— Странный он. Мутный. Как и вся эта история, — озвучил он мои мысли.

— Вот и я так думаю. Но мы уже здесь, да и земли эти наши.

— Сегодня четверг. Нападение происходят в ночь с пятницы на субботу. Как вариант: приехать сюда завтра и устроить засаду.

Я неопределённо покачал головой. Семён военный, а не натасканный на монстров ведьмак. В его словах была логика, и засада лучший из вариантов. Но стоило представить ехидную мордочку Пуговки и остальных девчонок, как мысль о возвращении нравилась мне всё меньше и меньше.

Но домой всё-таки нужно было позвонить. Остался должок за встречу местному мэру. Натравить на него бюрократического питбуля по имени Алиса, и ведьма из семьи вендоров найдёт каждый утаенный от казны рубль!

Достав смарт, открыл список контактов, но тут же закрыл его. В вкладке сообщение значилось одно непрочитанное: «Кажется я нашла того, кто что-то знает. Веду наблюдение. Вика».

— Твою ма-а-ать!!! — выругался я.

Парни, видимо, почувствовали моё состояние и подскочили. Начали засыпать вопросами, но я не отвечал. Вместо этого, точно набрал номер Вики. Шли гудки, однако девушка не торопилась брать трубку. Включила беззвучный режим или попала в плен? Только бы не второе!

Как назло, мы не обменялись трекерами геолокации. Вообще просить чужой трекер, это как читать чужую переписку. Однако, сегодня мы выехали на задание, и подобные вещи это вопрос безопасности, а не личного пространства.

— Трекер? — поинтересовался Фобос.

В ответ я отрицательно покачал головой. В отличие от Вики, с парнями мы уже давно обменялись метками.

— Хреново. Что будем делать?

— Искать её, — злясь на самого себя, прорычал я.

— Ты же сказал, что у тебя нет её геолокации.

— Геолокации — нет, но я знаю человека у которого она есть.

Пару недель назад Вика звонила с моего номера отцу и, пролистав список исходящих звонков, я нашёл незнакомый.

— Лука Драгович, здравствуйте. Это Магнус. У вас есть трек Виктории?

— Она не с тобой? — спросил он в ответ.

Не смотря на сербское происхождение, его русский был идеален. А ещё в голосе идеально угадывались команды и не самое доброе расположение ко мне.

— Мы разделились. Не берёт трубку. Пожалуйста, это срочно, — ответил я, понимая, что такими вестями ещё больше ухудшу его отношение ко мне.

Впрочем, плевать.

— Вы где? Почему вы разделились? — потребовал он.

— Нет времени для разговоров. Мне нужна геолокация. Сейчас же, — в ответ потребовал я.

Да, воевода всей Черноруссии и, вдобавок, мой будущий тесть не самый лучший субъект для конфронтации, но его немилость я как-нибудь переживу. Если Вика оказалась права и следит за тем, кто что-то знает о местном упыре, её жизнь может быть в опасности. Взбалмошная девчонка!

Несколько секунд я слышал тяжёлое дыхание. Затем, из динамика послышался тоновый набор, Лука Дронович, явно шаря в телефоне, еща нужно мне информацию, а затем наконец услышал.

— Скинул тебе координаты. Я собираю группу и тоже выдвигаюсь. Если с моей девочкой что-то…

Я отбился, не стал дожидаться конца его угроз. Время шло на секунды и лучше потратить их на поиск сербочки.

— Фобос за руль. Антон — за пулемёт, — поймав глазами моего монаха, на секунду заколебался. — Отец Илья — остаётесь здесь.

— А если девушке нужна помощь? Я конечно не полноценный целитель, но… — запротестовал он.

— У нас в машине полный реанимационный комплект, плюс, на случай если всё плохо, я могу открыть прямой портал к лучшему в мире целителю. Справимся. Наше задание ещё не закончилась, поэтому вы остаётесь здесь и наблюдайте за домом Германов.

Последние слова я уже кричал, запрыгивая в авто. Мощный двигатель взревел, и агрессивная резина вгрызглась шипами в асфальт и тяжёлый внедорожник рванул вперёд.

Приняв координаты, Семён вцепился в баранку, до побледневших пальцев. Антоха матерился в кузове, умаляя сбавить скорость. А я… Я перелистывал блокнот с рисунками.

Воплотить какое-то животное или оружие? Оружием я нормально пользоваться не умею и могу задеть Вику, поэтому скорее всего первое. А лучше вообще не оружие, а друзей!

Махнув страницы блокнота в самое начало, я нашёл Кортра и Мирель. Давно с ними не виделся. На изображении мускулистый орк стоял в героической позе с занесенным над головой топором, его вечная спутница-бард дёргала струны походной лютни. Подойдёт!

Несколько минут дороги слились в целую вечность, но свернув на промзону, мы, наконец, прибыли на координаты. Взламывая остатки асфальта, машина остановилась в паре десятков метров от заброшенного кирпичного здания. Пологая крыша с парой внушительных труб и мрачные глазницы окон…

Мгновение магических манипуляций, и бумажный лист рассыпался пеплом. Вместо рисунка на постапокалиптическом пейзаже промзоны появились два гротескные персонажи — краснокожий орк и полуэльфа.

— Привет, Магнус! — отсалютовав секирой, поприветствовал меня Кортр.

Кажется, краснокожий предводитель Бронзового легиона был немного нетрезв.

— Здравствуй, Чернильный маг, — улыбнулась Мирель, но тут же поежилась. — Б-р-р… Ну и холодина! Кстати, привет Антон!

Ребята были одеты, мягко говоря, не по погоде. Но если горячему орку было всё нипочём, то для хрупкой эльфийки наши минус три казались абсолютным нулем. Без слов я извлёк немного чернил и воплотил для неё меховой полушубок.

— Нифига, что ты теперь умеешь! — восхитилась она, однако на разговоры не было времени.

— Ребята, нет времени. Мне нужна помощь.

— А разве когда-то было иначе? — закатила глаза Мирель.

— Это кто ещё такие? — напрягся Фобос.

Только сейчас я вспомнил, что Шарапов никогда не встречался с моими спутниками из комикса.

— Старые и дорогие друзья. Но познакомитесь позже.

А потом повысив голос, чтобы слышали остальные, добавил.

— Обстановка такая: внутри этого здания находится моя девушка и, возможно, она в плену у нечисти. Фобос садится за пулемёт, Кортр, братишка, прикрой его, пожалуйста. Внутри идут — я, Мирель и Ант.

— Это что за подстава? — не согласился с таким решением Семен. — Почему я не иду?

— Потому, что Ант светлый паладин и танк. Мирель бард-разведчик. Тварь может обладать невидимостью, а у нее звуковое зрение и микростаны. Кортр для подземелий слишком здоровый. И не смотри, что он пьяный, для орка алкоголь это серьёзный бафф на криты и стойкость! К тому же, он не умеет обращаться с пулемётом.

Кивком Семён согласился с моими доводами и запрыгнул в багажник внедорожника. Антоха же готовился к бою и уже доставал безразмерный щит.

— Антон, оставь свою дверь в покое. Скорее всего, мы будем драться в замкнутом помещении. Возьми те, которые поменьше, — подсказал я другу и тут же переключился на Кортра. — Сделай так, чтобы тварь умерла раньше, чем дойдёт до машины.

Закончив с брифингом, я вновь проверил смарт. Точка, которую указал Лука Драгонвич, находилась где-то под землёй в центре разрушенного здания. Хреново конечно, но пойдёт. Проверил боеготовность моей группы захвата и «включил» глаза Ньёрда.

— Все готовы? Хорошо. А теперь вальсируем за мной!

Глава 15

— Заперта, — произнёс Ант и указал на преграду, — замок встроенный. Выдавить дверь?

Сил у паладина, конечно, хватит, но зачем лишний шум?

— Я его… — тут же вызвалась Мирель, но я отрицательно покачал головой.

— Нет времени.

Взмахом руки зачерпнул из-за чернильницы краску и провёл ею по дверным петлям. Мгновение, и, потратив всего одну единицу маны, я воплотил разрез на металле. Подхватив потерявшую опору преграду, здоровяк аккуратно сдвинул её в сторону.

Никого. Однако замок снаружи указывал, что заброшенная промзона не такая уж и заброшенная. Ведь кому-то понадобилось поставить дверь с врезным замком. И это в здании, которое, судя по внешнему виду, не используется уже полсотни лет!

Зияющая провалами крыша, огромный роликовый транспортёр и десятки печей, вокруг которых возвышались груды битого кирпича. Даже сквозь десятилетия запах угольного чада впитался в стены. И, судя по наводке Вики, разумная мёртвая тварь почему-то выбрала это место своим логовом.

Метка геолокации располагалась под землёй. Найдя место над последней точкой локации Вики, я вновь «зажёг» глаза, и как на занятиях раньше, направил в них манну и эфир.

Не знаю кем был этот Ньёрд, от которого мне достались глаза, но даже с усилием, зрение кое-как пробило бетонные перекрытия. А когда это наконец произошло, я увидел два огонька источников. Совсем слабенькие, неразвитые источники не одарённых. Наверное именно из-за этого на их обнаружения ушло столько усилий. Один из них скорее всего принадлежал Вике, а вот ледяного ядра умертвия увидеть не удалось.

— Странное место. Разве мертвяки любят запах дыма? — подала голос эльфа.

— Не странно. Здесь всё пропитано кровью и ужасом, — произнёс Антоха. — Так что ничего страшного.

— А ты откуда знаешь? — удивилась бард.

— Он Палладин и член ордена Света, — пояснил я. — У них свои фишки.

— Орков, значит, ненавидишь, — усмехнулась Мирель. — Нет я не осуждаю, нет. Просто… Ну, ты понял!

Антон хотел было огрызнуться, но я поднял руку, призывая друзей к тишине.

— Двое неодарённых прямо под нами. Скорее всего одна из них Вика, а вот твари я не вижу.

— И я не чувствую, — подтвердил мои догадки Антоха. — Либо ее здесь нет, либо прячутся. Территория завода огромна.

— Плевать. Идём вниз.

— Как? Где ты увидел лестни… А-а-а… — полностью раскрывая маскировку заверещала эльфийка

Наверное надо было всё-таки предупредить, а я…

Подхватив новую порцию чернил, я не придумал ничего лучше, как использовать трансформацию и просто создать в полу дырку. Дырку, в которую мы втроём и провалились.

Рухнув посреди комнаты, я тут же воплотил новый рисунок — серебряную сеть. Антоха успел группироваться и, приземлившись с грацией носорога ощетинился щитами. Мирель же изготовила к стрельбе лук.

В, поднятой нами пыли, проглядывались пара силуэтов. Без лишних разговоров, я бросил серебряную сеть. Попал! Накрыл обоих, но в ответ из пылевого облака защёлкал пистолет.

Злые пчёлы срикошетили от щитов Анта. Здоровяк выматерился и, точно раненый бизон, попёр вперёд. В ту же секунду в моих руках появилась излюбленное оружие ведьмаков — серебряная цепь с крюкам.

А вот Мирель до сих пор не вступила в схватку. Вместо этого эльфийка опустила лук.

— Расслабьтесь. Здесь нет монстра. Только…

— Н-н-ы-а!!! — проревёл Ант, проводя свой фирменный удар щитом.

На арене таким образом он едва не вбил оппонента по пояс в землю. Но в этот раз… Кажется, в этот раз он ударил по взрывателю авиабомбы, потому как вместо красивого финала парня отбросило через всю комнату и серьёзно приложило о кирпичи стены.

Силуэт в пылевом облаке так и вовсе исказился. Сросся в единый человеческий профиль, вокруг которого, точно вокруг девятихвостой лисицы Кицуне, извивалось дюжина щупалец.

Пистолетные выстрелы, парирование, казалось, несокрушимого удара и щупальца… Накрутив себя после пропажи Вики неизвестным, но разумным мертвяком, я совсем забыл про такую вещь, как рациональное мышление. И только сейчас, увидев сквозь пыль устрашающий силуэт, я понял на кого мы напали.

— Вика это я! Убери пушку! — прокричал я, одновременно с этим дублируя приказ Аквиле.

Живая броня признала истинного хозяина, послушалась и сложила щупальца. А вот Вика… Вместо ответа девушка ещё раз выстрелила на звук. Попала. Лишившись всякой брони я не мог повернуться и одна из злых пуль «Беретты» выбила из лёгких воздух, сложив меня пополам.

Гидроброня костюма погасила инерцию пули, кевлар не позволил осколкам добраться до тела, но удар выдался всё-равно ощутимый. И эту боль так почувствовала Аквила. Живая броня среагировала молниеносно — оплела руки новой хозяйки и скрутила её тело в позе молящегося.

Подскочив ближе я смог рассмотреть и её и того за кем она следила. Каково же было мое удивление, когда вместо мертвяка я увидел рыжеволосого парня лет десяти. Не одарённый, но от этого не потерявший решимости. Вбив себе в голову, что его и Вику пришли убивать, парень ощетинился, остро заточенной костью и намеревался продать свою жизнь подороже.

Дурак. Или наивный маленький храбрец. Неважно. Но что более неприятно — Вика тоже смотрела на меня как на врага.

— Ты с ума сошла? — взревел я на девушку.

Судя по всему Антон попал, но часть его титанический удар поглотила Аквила, а остатки блокировал медальон чёрного солнца. А вот пацану немного досталось. Уже сейчас я видел как кровь из рассеченной брови стекает на припухший глаз. Не опасная для жизни мелочь, но всё равно неприятно.

— Спрячь, пока не порезался, — рыкнул я на пацана, но он не опустил костяные кинжалы.

Наоборот, замахнувшись, с рёвом раненого зверя, мальчишка бросился на меня. Перехватив его руку, я заставил его обежать вокруг меня и деликатно уложил на пол. Вывернул пальцы и забрал опасную игрушку. Попутно отметил, что костяной кинжал со всем не так прост. Материал из которого он сделан явно когда-то принадлежал человеку. Берцовая кость?

Передав всё ещё рычащего в бессильной злобе мальчика Мирель, я крутанул в пальцах его кинжал и заглянул в характеристики.

Костяной шкуродёр Лжеца.

Созданный из кости человека, этот кинжал хранит в себе характер своего бывшего хозяина.

Редкость: Редкий.

Урон: (9-14)*0.3 атрибута Сила. Критический урон: 2*0.5 атрибута Ловкость, но не более 33 %.

Альтернативная атака: «Возмездие». При направлении на противника и удержании в течении трех секунд, кинжал запоминает цель и преследует ее без участия хозяина. Сила альтернативной атаки прямо зависит от времени удержания и силы хозяина.

Внимание, это оружие нечестивцев! При убийстве этим оружием вы не получаете очки опыта.

Интересный ножичек! Впрочем, до моего, способного резать сталь как картон, ему далековато.

— Отдай! — яростно прошипел рыжий пленник.

Естественно его просьбу я проигнорировал и бросил оружие Анту, а сам склонился над девушкой.

— Вика, какого хрена? — произнес я, заглянув в её глаза.

— Какого рожна? Нет, Магнус, это ты мне реци почему вы на нас напали! — возмущению моей сербочки не было предела.

Минуту назад меня это бесило, но сейчас я не смог сдержать улыбки.

— Напали на вас? Ты, балда, куда от машины сбежала? Почему смарт выключила? Решила, что против монстры справишься в одиночку? Мисс Марпл, твою дивизию!

Девушка начала было оправдываться, но я не дал ей шанса.

— Ты понимаешь, какой опасности подвергла себя? А если бы тварь была здесь?

— Не смей называть её тварью! — влез в разговор рыжий, но тут же заткнулся.

Злой на весь мир Антоха не особо деликатно заткнул рот парня кляпом.

— Ты понимаешь, что нож этого мальчика сделан из человеческой кости? Понимаешь, что опоздай мы хотя бы на полдня и точно такой же нож был бы сделан уже из твоего бедра? — эти доводы проскользнули мимо ушей девушки и тогда

я зашёл с аргументов. — А ещё, доставай смарт. Позвони отцу и скажи, что с тобой всё в порядке.

— Зачем? — впервые сначала разговора в её голосе прозвучал испуг.

— А как по-твоему мы вычислили твои координаты? Я звонил Луке Драконовичу и попросил твою метку. При встрече он меня скорее всего убьёт, но лучше позвони ему и скажи, что с тобой всё в порядке. Думаю, уже сейчас сюда летят самолёты с десантниками Черноруссии.

Вот теперь на её лице проскочил неиллюзорный испуг. Дрожащими руками девушка разблокировала девайс и отвернулась позвонить.

— Ты мне звонишь, — уже беззлобно, но всё-таки рыкнул я на неё почувствовал как в кармане дрожит мой гаджет.

— Алло, тата… — не обратила внимание Вика, а мой смарт продолжал вибрировать.

Почувствовав нехорошее предчувствие я достал его и приложив к уху услышал.

— Это Илья. Здесь какая-то возня нехорошая. Полномочий у меня нет, так что, граф, приезжайте побыстрее.

Священнослужитель отбился, а я поднял взгляд на друга.

— Пакуй этого мелкого и в машину. Кажется, господин Герман решил не дожидаться нас и делает ноги. Вика, — окликнул я уже девушку. — В машину! Вылезешь из неё и я лично тебя придушу!

Опустив пальцы в чернильницу заметил что красок осталось едва ли половина. Сваренный Настей пигмент заканчивался. Запасы, конечно, были но дома, а потому вместо полноценной лестницы я воплотил лишь стремянку.

— Мальчишку куда положим? Машина ведь не резиновая! А еще Кортр! — вполне резонно заметил Антоха.

С относительным комфортом во внедорожник помещалось пять человек. Мирель — миниатюрная как и все поуэльфы, но Кортр совсем другой разговор. А если учесть ещё и пацана. Согласившись с паладином я достал чистый лист и запечатал рыжего в чернильную тюрьму. В таком состоянии парень не сможет капать на нервы своим визгом, так что нормально.

Стоило подняться вверх, как в нос вновь ударил запах жжёного угля. Мирель, что забралась по лестнице минутой раньше напряжённо вглядывалась куда-то в тёмный угол разрушенного завода.

— Что-то не так? — спросил я у эльфы.

— Там кто-то есть. В невидимости, — перебирая струны лютни, напряжённо произнесла девушка.

— Мёртвое?

— Не знаю. Но оно наблюдает.

— Продолжай следить, — произнёс я и поторопил здоровяка, для которого стремянка оказалось слишком узкой лестницей.

— Всё нормально? — прочитав на моем лице обеспокоиность, поинтересовался Антон.

— По-ходу, тварь, за которой мы охотимся, уже здесь, — увидев, как здоровяк заозирался, я его успокоил. — Не обращай внимания. Если не нападёт, вернёмся за ней позже.

— С чего ты взял, что она не исчезнет? Не сбежит, когда поймёт что мы раскрыли её логово?

— Мальчишка, — напомнил я, хлопнув по блокноту с рисунками. — Он защищал её. К тому же у него был артефактный клинок из человеческой кости.

— Думаешь, он не консерва для монстра?

— А вот и посмотрим, — ответил я увидев золотыми глазами того о ком говорила Мирель.

Очертание существа было практически не видно, оно пряталась за грудой битого кирпича. Но вот ледяной с коричневыми вкраплениями источник просвечивал даже сквозь насыпь мусора.

— Не стрелять! Мы выходим! — крикнул я, приблизившись к выходу.

Накрутили себя Семён и пьяный Кортр, с этих ребят станется выпустить очередь. Да и темнеет уже.

Выскочив наружу, мы быстро загрузились в машину. Орк в салон уже не помещался, поэтому Фобос посадил его в кузов за пулемет.

— Увидишь преследователей — дави на этот рычаг! — произнёс я, показав где у пулемёта спусковой крючок.

— Я тебе что, троль, что ли? — обиделся Кортр. — Я предводитель Бронзового легиона! Уж с огненной палкой точно разберусь!

Не став с ним спорить, скомандовал Семёну.

— Тапку в пол! Гони к дому Германов.

Фобос отнёсся к приказу со всем чаяниям. Агрессивный протектор рвал остатки асфальта, несколько раз внедорожник пользовался высоким просветом и срезал путь по пустырям. Однако, въехав в город, скорость нам пришлось сбавить.

— Почему ты сказал дом? — вдруг встрепенулся Семён. — Это же ресторан!

— А на втором этаже дом, — добавил из-за спины Антоха. — В Европе, в маленьких городах, многие ремесленники так селятся. Да и не в Европе тоже. Удобно.

— Тогда у нас проблема, — негромко произнёс Фобос и, чтобы не стоять на светофоре, срезал путь по клумбе.

— Что такое? — произнес я, почувствовав нервозность друга.

Слишком уж резкие Фобос закладывал повороты.

— Герман — не человек, — произнес он. — Скорее всего вампир.

Епархия кое-как терпит чистокровных вампиров, слишком уж влиятельными стали их дома. Но альпы, бруксы, катаканы и прочие экимы — вне закона по причине плохого самоконтроля и опасности.

А тут, вдруг, они взяли и сами попросили епархию помочь с досоздающей нечистью? Бред! Глупости всё это! Если Герман и его семья действительно выводок незарегистрированных вампиров, то разобраться с каким-нибудь гулем для них всё равно, что зарезать курицу. А вот привлечение внимания епархии — это балет на острие кинжала. Стоит только оступиться, выдать себя перед отцом Ильёй, и за головами незарегистрированных придут уже серьёзные ведьмаки.

Если только это не является их целью.

— Поясни, — потребовал я.

Семён начал не сразу. Собирался с мыслями, и когда я уже был готов накричать на него, тот начал.

— Я тауматург, то есть маг крови. Мы не можем войти в дом смертных без предварительного приглашения. Помнишь, Каин тоже не мог войти в дом, пока ты его не пригласил. Так вот, если я смог войти в дом без приглашения, это значит только одно — Германы не люди. Вампиры или нежить. Не знаю. Но точно не теплокровные.

То, что сказал Семён, казалось непостижимым. Но случай с Каином доказывал правоту его слов, а потому я скомандовал:

— Всем приготовиться! Потрошите сумки на предмет средств против вампиров. Серебро, ультрафиолетовые гранаты… Короче, вы и без меня знаете! Вика, выйдешь из машины — лично оторву тебе голову!

— И где нам серебро взять? — возмутился Антоха. — Ювелирка так-то закрыта.

Да, насчёт ювелирного салона здоровяк конечно пошутил, но критика была по делу. Вместо ответа я извлёк ещё немного чернил и нарисовал ещё десяток серебряных сетей, и пару шипастых цепей с посеребренными крюками — любимое оружие инквизиторов.

Антон что-то ответил, вот только расслышать я не успел. За спиной зазвучал стрекот пулеметной очереди. Семён уже включил камеру заднего вида и в следующую секунду я увидел во что так отчаянно стреляет Кортр.

Силуэт твари метался из стороны в сторону. Ныряла под одинокие припаркованный у обочины машины, и стремительно сокращала расстояние. Из-за загустевшихся сумерек разобрать, кто нас преследовать не получалось, но Семён решил эту проблему. Один щелчок по приборной панели, и камера перешла в режим ночного видения.

До смерти этот монстр явно был женщиной и ещё не утратил черт прекрасного пола. Однако, когти, что высекали из асфальта искры, и струящееся, будто под водой, волосы давали понять, почему Герман не справился с ней самостоятельно.

— Ветала, — произнёс Фобос. — Ну твою мать…

Уровень твари, кстати, меня не поразил, всего двадцать четвертый. По-хорошему можно было выбраться и толпой разобрать умертвие на сувениры, но мы спешили.

Наконец, Кортр достал тварь очередью. Прошёл по касательной, едва не оторвал монстр лапу и та отстала.

— Ветала? — переспросил яу Фобоса.

— Ага, — петляя между домами, ответил тот. — Разумная нежить. То, что орк в неё попал ничего не значат. Тварь умеет регенерировать как сранный…

Вивисектор не договорил. Несмотря на сравнительно низкий уровень, монстр действительно оказался потрясающе живуч. До цели оставалось всего километр, как монстр вынырнул из-за припаркованного мусоровоза и приготовился к прыжку.

У Семёна, а вернее у внедорожника за рулём которого он сидел, под капотом оказалось несколько сюрпризов. Едва тварь присела на задние лапы, как Вивисектор потянул под рулём лепесток форсажа. Всех сидящих в машине вжало в сиденье, а веталу размазало по кенгурятнику.

Правое колесо подпрыгнуло на попавшем под колёса монстре, но даже после этого тварь не собиралась сдаваться. По дну заскреблись когти.

— Да твою мать, Семён, а эта машина не умеет садиться на брюхо? Ну, знаешь, как гнилые тазы на своих сборищах опущенных тачек! — выдал идею Антоха.

— Нет, — скупо ответил Фобос.

— Хреново. Растереть бы её об асфальт и никакая регенерация не спасёт! — огорчился здоровяк, но тут же испугался. — А что если она прогрызет дно?

— Не прогрызёт, — припоминая слова гремлинов, возразил я. — Сверхзащищенная капсула.

И тут я вспомнил самого маленького и самого блудливого гремлина. Вернее его идиотское изобретение. Между тем тварь оказалась невероятно упорной. Скрежет когтей по металлу звучал едва ли не громче ревущего двигателя.

Дрожащими, от нервов, руками нашёл на приборной панели кнопку с писюном.

— Все пристегнулись? А теперь держитесь! — закричал я и кулаком ударил по панели с россыпью кнопок.

Где-то внизу, под днищем, начал нарастать механический гул. Три секунды… Пять… И когда я уже решил, что ничего не произойдёт, гидравлика взвизгнула, а все четыре колеса на мгновение оторвались от земли.

Наверное, подобное происходит если в туалет поезда бросить корабельный якорь. Сильный удар буквально приковал машину к земле. Семён едва не оставил зубы на рулевом колесе, Антон с силой впечатался в моё сиденье, а хрупкая Мирель забыла пристегнуться и вылетела на передний ряд.

— Предупреждать надо! — вдруг заорал Фобос.

— Я предупреждал, — не очень уверенно ответил я.

Серьёзно, ну откуда мне было знать, как действует механизм Рорта? Однако прицепившаяся к днищу тварь уже не скреблась. Заглянув в зеркало заднего вида я увидел метров двадцать вспаханного асфальта. Будто плугом прошлись! Дорожное покрытие дымилось от испаряемой влаги, но главное — твари досталось. На дороге я увидел только оторванную ногу. Остальное, скорее всего успокоилась на дне траншеи, но проверять времени не было. Убрал «якорь» на место.

— Трогай, — произнёс я, хлопнув Семёна по плечу.

Глава 16

— Убил? — спросил Антоха, выглядывая из окна.

— Если бы убил — прилетела бы системка, — не отрываясь от руля, буркнул Фобос. — Ох мать…

У дома демонов и впрямь царила сумятица. Пара десятков людей суетились возле грузовика. По внешнему виду — простые работяги, но глаза Ньёрда показали чуть больше того, что видели остальные.

Во-первых, грузовик тот, что до того казался обычной рабочей лошадкой, на которой развозят продукты, на деле являлся грузопассажирский аэрокаром! Работяги под золотым взглядом тоже изменились: тройка орков и тифлинг. Причём первые трое хоть и изображали из себя грузчиков, но на деле каждый из них имел боевые артефакты.

— И что вам не нравится? — удивилась Вика.

— То, что господин Герман неожиданно решил свалить, — пояснил Фобос.

— И то, что в погрузке его вещей участвуют замаскированные иллюзией орки, — добавил я.

— Серьёзно? — невпопад воскликнули друзья.

— Более чем. Парни, на выход. Пойдём узнаем от чего такая суета, — окликнул я пацанов, заметив отца Илью. — Кортр, не своди глаз с пепелаца. Захотят рвать когти — глуши.

Увидев нашу машину, отец Илья тоже двинулся навстречу.

— Спасли? — коротко поинтересовался он.

— Да. И место, где тварь обосновала лежбище нашли. Двухэтажное кирпичное здание на окраине промзоны.

— Кирпичный завод? — проявил осведомлённость отец Илья. — И как я сразу не догадался?

— Что с ним не так?

— До второй мировой войны там был кирпичный завод. Во время оккупации немцы переоборудовали его печи в крематории. Это здание пропитано муками и страданиями.

— Тогда понятно почему ветала там поселилась, — буркнул Антон.

— Ветала? — встрепенулся отец Илья. — Неупокоенная душа, значит…

— И трупоед, — добавил Семён. — Питается в основном подгнившими трупами и не очень подходит под роль нашего маньяка.

— Если только она не мстит, — добавил я, не отводя взгляда от грузчиков. — Тварь ведь разумная. Ещё и с мальчиком подружилась.

— Каким мальчиком? — удивился священнослужитель.

— В логове мы обнаружили парнишку. Лет десять на вид, может, двенадцать, — пояснил я. — На жертву или пленника он не подходил. Будем разбираться. А пока… Отец Илья, у вас есть какой-нибудь способ выявить скрытого вампира?

Церковник замялся, зато вместо него ответил Фобос.

— У меня есть. В конце концов я Тауматург, — он ухмыльнулся и добавил, — а значит прихожусь двоюродным дядей для всех кровососов.

— А это хорошо, — увидев, как из дома показался Штефан, произнёс я. — Внутрь идём втроём. Антон, Мирель и Кортр — на вас эта троица.

— Это же простые работяги, — Удивился Антон.

Он что, не слышал моих слов о том, что внешние субтильные мужички являются покрытыми паранджой иллюзии орками?

Господин Герман отчего-то кричал на орков, в ответ те лишь робко кивали лысыми башнями. Нас ещё не заметили, а потому я решил, что самое время поинтересоваться поводом столь скорых сборов.

— Штефан Ааронович, куда-то собираетесь? — «включив» самую доброжелательную улыбку, кивнул я на грузовой аэромобиль.

— Готовим выездной караул для венгерского престола, — не моргнув глазом, пояснил Штефан. — Князь Вацлав Баттьяни завтра празднует шестнадцатилетие своей старшей дочери Агнеши.

— Передавайте ему мой поклон, — с лёгким кивком улыбнулся я. — У нас есть новости по монстру. Обсудим?

Всего на секунду, но я увидел как замялся Герман. Наконец, он кивнул и даже обозначил подобие улыбки.

— Признаться, у нас не так много времени…

— Это займёт всего пару минут, пройдёмте? — без нотки стеснения, я пригласил его в его же собственный дом.

— Что ж, если вы так настаиваете.

Присев за тот же столик, отметил, что ничего в убранстве маленького ресторана не изменилось. А объяснений этому было всего два — либо господин Штефан никуда не собирался, либо очень торопился сбежать.

— Ну, так рассказываете, — поторопил меня хозяин.

— Ветала, — начал я. — Вас преследовала ветала.

— Признаться, я не очень разбираюсь во всей этой чертовщине, — продолжая улыбаться, ответил он.

А вот это было странно. Не его неосведомленность, нет. Мы действовали слишком топорно и господин Герман давно должен был догадаться, что находится под подозрением. А потому должен был нервничать. А в итоге был абсолютно спокоен, и это заставляло нервничать уже меня.

— Блудной дух возмездия в теле мертвеца, — пояснил Семён. — Нематериальная сущность и убить такую непросто. Для вампира так и вовсе невозможно. Поэтому вы привлекли сановников?

Пошёл на обострение Фобос. Но и это заявление никак не подействовало на ресторатора.

— Господин Шарапов, — не выдержал отец Илья.

— Отец Илья, оставьте ваши душеспасительные речи, — отмахнулся от него Фобос. — Вампиры просто захотели использовать вас втемную. И я могу это доказать!

В следующую секунду схватил со стола вилку и воткнул её в ладонь сановника. Отец Илья кажется даже не успел понять что произошло, а Фобос уже облизнул кровь со столового прибора.

Глаза Семёна вспыхнули алым блескеом.

— Я же говорил! — подскочив на ноги и явно изготовившись к драке, возликовал он. — Он — вампир!

Однако, даже это представление не смогло стереть с лица Штефана улыбку.

— Молодой тауматург, — сложив пальцы домиком, ещё шире улыбнулся Герман. — Знаете, как вас называют за глаза? «Борзая Ермолова». У вас хорошее чутьё и острый ум. Но, вам не говорили, что поспешность вас погубит?

Штефан медленно поднял ладони продемонстрировал, что не вооружён и вытащил костяную заколку из волос. И вот тут его вид преобразился. Черты лица заострились до совсем уж нечеловеческого облика. Волосы побелели, а глаза стали красными как у Семёна.

И тут я увидел фрейм над его головой.

Маркус Малкавиан

Уровень: 467 Возраст: 871 год

Раса: высший вампир

Класс:

Аспект: Кровь, Хаос, Ментал, Илюзии

За входной дверью раздался шум, но я не рискнул отвести взгляд от вампира. Хотя глупо было опасаться высшего вампира. Вернее, было глупо надеяться, что сможет что-то изменить. Слишком несопоставимы наши силы и количественное преимущество не играло тут никакой роли.

— Ваши друзья? — кинув взгляд на дверь, улыбнулся древний вампир.

В следующую секунду она отварилась и в нее впихнули Мирель, затем Кортра и Антоху. На них было больно смотреть. Антон лишился обеих рук, Кортр лежал рядом и баюкал вываливающиеся из пуза потроха, а Мирель… Полуэльфа стенала, ощупывая собственное лицо. Лицо на котором больше не было глаз!

— Твари!!! — зарычал я.

Несмотря на наше положение, всепоглощающая злоба начала заполнять сознание.

— Я тауматург! Ты не сможешь мне навредить, — в пику моему спокойствию усмехнулся Фобос.

— Не могу, — неожиданно согласился высший. — Подаренный судьбой аспект делает тебя выше даже меня! Вот только твой уровень…

Предыдущие встреченные мною вампиры ничем не отличались от людей. Разве что характером, но вот Маркус… В его облике было больше змеиного, нежели человеческого. Он, как джараксус, больше напоминал рептилию, но имел крылья!

— Что тебе нужно? — перешёл к торгу Фобос.

— Мне? Ничего! Я всего лишь скромный исполнитель, а вот заказчик… Признаться, выманить вас, граф, оказалось легче, чем я думал. Импульсивный авантюрист — именно так вас мне и обрисовали.

— И кто же этот заказчик? — пытаясь заставить себя успокоиться, произнёс я.

— О, вы скоро познакомитесь! А остальные… — обвёл он ребят взглядом. — Вам уготована роль, низших вампиров, брукс или стригоев. Я ещё не решил. Если, конечно, выживете после трансмутации.

— А вот это вряд ли! — неожиданно прорычал отец Илья.

Именно что прорычал, потому как в следующую секунду его тело начало частичную трансформацию. Лицо вытянулось и обросло шерстью. Такая же бурая шерсть покрыла руки сановника и не дожидаясь окончания превращения, он кинулся на высшего.

Не получилось. Отец Илия хоть и оказался скрытым беролаком. Но даже в ипостаси медведя он не смог дотянуться до Маркуса. Стоило Илье дернуться, как в его ключицу вонзились большие портняжные ножницы. Ножницы, которые держал ещё один кровосос.

Ещё более высокий и ещё более худой, но без змеиных черт. Виктор больше походил на человека, но от этого он не выглядел симпатичнее. И если бы не обстоятельства, то я бы сказал, что это не вампир вовсе, а измученный жизнью эльф в терминальной стадии рака.

— Познакомьтесь, Виктор — младший из моих сыновей, — произнес высший, указывая на худощавую фигуру второго вампира. — Признаю, не все мои эксперименты по переливанию высшей крови другим расам проходят отлично. Поэтому он немного не разговорчив, но, если всё пойдёт плохо, вы в любом случае получите вторую жизнь в виде чучела.

Небрежно, словно ленясь, он махнул рукой на чучело медведя. И до меня дошло, чем именно смущали меня в украшавшие ресторан работы таксидермиста. Слишком уж антропоморфные были его фигуры. Слишком неправильное для медведя, но подходящее оборотню строение.

В голове пронеслась кромола о том, что сопротивление бесполезно. Отгоняя эту мысль, я тряхнул головой. Вампир действительно верит в то, что мы ничего не можем сделать и пытается сломить дух, подавляя тщетные потуги сопротивления.

— Антон, ты как? — бросил я лишившемуся рук другу.

Надеялся, что паладин истечёт кровью, переродится возле Тотема и позовёт на помощь. Но не судьба. Даже без рук здоровяк успел оклематься и уже самостоятельно сидел, а оторванные руки уже заросли, превратившись в культи инвалида.

Бледный как поганка, с покрытым испариной лбом, и тем не менее на лице Антона было только презрение.

— С орками был этот, — паладин кивнул на Виктора. — Быстрый, с-ка…

— А ты думал я так глуп, что могу отпустить кого-то из вас? — улыбнулся Маркус. — Не-ет, граф, я знаю, кто ваши покровители и, признаю, что встречаться с ними не входит в наши планы.

А вот тут улыбнулся уже я.

— Знаешь? Ну тогда ты просчитался! — повернувшись к искалеченным Кортру и Мирель, я произнёс. — Думаю, вы слышали достаточно. Извините, друзья, что так произошло и увидимся позже.

С этими словами я зашёл в интерфейс и развоплотил своих нарисованных друзей. Мгновенье и их изуродованные тела превратились в пепел.

— Вот и всё, — с торжествующей улыбкой произнёс я. — Весточка уже отправлена!

Разумеется это было блефом. Развоплотив друзей в нашем мире, я вернул их в свой, нарисованный, но Маркус об этом не знает! И его реакция не заставила себя ждать!

Подскочив ко мне, древний вампир с размаху врезал мне по лицу. В глазах тут же потемнело, а на языке, вместе с железистым вкусом крови, я почувствовал пару выбитых зубов. Следующим действием Маркус положил когтистую лапу на мою голову. Мгновение и ещё до того, как я понял, что происходит, мой резервуар маны оказался полностью пустым!

— Поднимай их! — приказал он второму вампиру и обратился уже ко мне. — А что до тебя, обещаю, что я лично обращу твоего первенца! А теперь, встали!

А после этого я действительно испугался! Моё тело больше мне не принадлежало! После этой повелительной команды, я не мог управлять собой и стал лишь сторонним зрителем, которому милостиво позволили наблюдать со стороны.

Моё тело повиновалось приказу и поднялось. То же самое проделал и отец Илья. А вот на Фобоса ментальная магия древнего не распространялось. Вместо этого парень попытался огрызаться, но Виктор перехватил Фобоса в прыжке. В неярком свете блеснули его портняжные ножницы и через секунду парень рухнул на колени.

Раздался сдавленный мат и я увидел, что Семён больше не в силах подняться на ноги, а пятки его ботинок рассечены! Вампир оказался настолько быстр, что одним движением разрубил вивисектору ахилловы сухожилия, а я даже не заметил!

— Твари! — выплюнул я, вместе с осколками зубов.

Но это злость была исключительно на себя! Вот зачем я развоплотил Кортра и Мирель? Хотя понятно зачем. Опасался, что умирая в нашем мире, они умрут и в моём нарисованном. После потери старика Лима, я не мог допустить того, чтобы по моей глупости умер ещё кто-то из друзей.

Одновременно этим же действием я хотел раскачать Маркуса и заставить его совершать ошибки. А как итог: заставил ускорить его план. Вика, которая всё ещё сидела в нашем броневике и которую Маркус так и не увидел уже наверняка позвала подмогу. Всё что нам было нужно, это просто сидеть и ждать, а теперь…

Тем временем орки скрутили Фобоса и вытащили его на выход. Но едва раскрылась дверь, как головы, тащивших Семёна, взорвались брызгами из крови мозгов и костей. Оставшись без опеки, Семён кубарем выскочил в распахнутую дверь. С запозданием за Фобосом последовал третий из орков, но раздался ещё один выстрел и он лег поверх тел своих соплеменников.

В голове промелькнула мысль о том, что всё пошло не по плану Марукса, что Вика всё-таки успела и за дверью нас ждёт сборная солянка из союзников. Но после тройки выстрелов всё стихло. Я выругался про себя. Будь здесь хотя бы одна-единственная Пуговка, она была бы уже здесь. Рубила головы вампирам, а её демон-фамилияр жрал бы то, что от них осталось. Но тишина.

— Разберись, — нежно произнес Маркус.

Его безмолвный слуга обозначил скупой кивок и размазавшись в воздухе, рванул на улицу. Но в следующую секунду вернулся обратно. Ну как, вернулся… Его вернули, забросив обратно спиной вперёд. Быстрый, словно метеор, вампир влетел в медвежье чучело и в следующую секунду на пороге объявилась ветала!

Нежить, по чью душу мы делились в этот тихий городок, вошла в дом! Ответ на вопрос: «Как монстр смог пройти сквозь защитные артефакты?» нашёлся тут же. Тот самый рыжий мальчик, которого мы пленили полчаса назад, показался за спиной веталы и брезгливо бросил под ноги обломки костяных оберегов.

Ветала зашипела. По уровням она не сильно отставала от сверхбыстрого вампира, но Маркус… Один из древнейших вампиров явно был не по зубам нежити и, ее появление, по сути, ничего не меняло. Не меняло, зато давало нам призрачный шанс.

Наши шансы увеличились ещё больше, когда отворилась дверь кухни. Вика! Маркус стоял спиной, а потому не увидел нового противника. Проследив за моим взглядом он начал было разворачиваться, но скорость древнего была сильно меньше, чем у его шестёрки. Раздался выстрел и в спину высшего из дома Малкавиан ударил картечный сноп.

— Не стойте! — закричала моя сербочка. — Бежим!

Бежать? Куда? От древнего вампира не уедешь на «одинадцатом трамвайчике»!

Очевидно эта мысль посетила и отца Илью. Беролак применил частичную трансформацию и стилеты его медвежьих когтей вошли в грудь раненого вампира. Семен тоже вернулся. Присосавшийся к телу мёртвого орка, точно вампир, парень стремительно регенерировал.

А я… близость к краю подстегнула мозг и он, словно загнанный в угол зверь, нашёл способ, как нам не просто уровнять шансы, но и выйти победителями из этой схватки! Власть над чернилами создала рисунок. Маны у меня уже не было, но до эфира Маркус так и не дотянулся. Новая дверь — дверь в мой нарисованный мир! Мир, где я — сильнейшее существо, а вампир лишь жалкий кровосос с высоким уровнем.

Шестёрка Маркуса очнулась и вновь бросилась в бой. Выбрав своей целью Вику, вампир добавил мне седых волос, но сначала на девушке сработал щит Черного Солнца, а затем ожила и Аквила.

Безмолвный Вампир и живая броня сцепились в схватке. Ветала же бросилась на помощь своему заклятому врагу. Нежить вместе с отцом Ильей принялись рвать Маркуса. А через пару ударов сердца к ним присоединился и Фобос.

Ну а я подскочил к Антону. Здоровяк и сам уже пытался подняться на ноги. Ослабший и без рук, парень едва держался на ногах, но этого оказалось достаточно, чтобы с разбега затолкнуть его в распахнутые двери портала!

Развернувшись я хотел было помочь Вике. Чернила закончились, а потому я не придумал ничего лучше, как достать отобранный у рыжего костяной кинжал. Направив его на спину молчаливой шестёрки Маркуса, почувствовал, как клинок пытается вырваться из моих рук. Но, помня описание оружия, я удерживал его сколько мог.

Не знаю насколько у вампиров развита интуиция, но, как и Маркус, молчаливый любитель ножниц почувствовал опасность и попытался вырваться. Не уйдёшь! Отдав Авиле ментальный приказ сковать противника, я отпустил вырывающийся из рук кинжал.

Костяной кинжал начал свой самонаводящиеся полёт и доли секунды растянулись в вечность. Инстинктивно молчаливый вампир чувствовал опасность и, не в силах вырваться, убрал голову с траектории кинжала. А когда он это сделал я увидел, что моё оружие летит прямо в лицо Вики. В глазах девушки проскользнул испуг, а внутри меня всё оборвалось.

Но оружие рыжего преподнесло приятный сюрприз. Его траектория сместилась вместе с движением головы вампира. Костяной кинжал не попал точно в затылок, но срезал ухо Виктора. А в следующую секунду на его полированную рукоятку легла хрупкая ладошка Вики.

Без размаха, девушка несколько раз вонзила костяной обломок в ухо вампира и, выхватив другой рукой мой гремлинский нож, снесла вампиру лицо!

Есть! Минус один противник и, главное, спасённая жизнь Вики! Но радость была недолгой. Повернул голову к Маркусу, я увидел, что даже тройная атака беролака, веталы и вивисектора — ничто для древнего вампира.

Отец Илья лежал в звериной ипостаси, а его медвежья рука валялась где-то в паре метрах от хозяина. Фобос висел на приколоченных к стене оленьих рогах, наколотый на них точно бабочка энтомолога. А ветала… Монстр лишился всех конечностей и даже вспоротое брюхо не заставило умертвие отцепить зубы от ноги древнего вампира.

Тем временем Маркус выглядел ничуть не пострадавшим и кажется вцепившись в его щиколотку ветала доставляла проблем не больше, чем мелкая болонка.

— Всё ещё думаешь сопротивляться? — оскалив игольчатую пасть, прошипел вампир.

— Нет, — улыбнулся я в ответ. — Хочешь добраться до меня? Ну так догони!

С этими словами я ринулся к нарисованному порталу. Всего десяток шагов, всего пару секунд, однако, древний оказался быстрее! Я уже занёс ногу перед тем, как шагнуть в нарисованную дверь, как почувствовал боль в ключице. Вампир догнал меня и вонзил в плечо острые когти. Одно его движение, и вот я уже лежу возле портала, а Маркус, преграждает мне дорогу.

Мгновеное замешательство прошло сразу же, как я увидел рыжего. Мальчишка никуда не сбежал, и даже более того, подобрал ружьё Вики.

— Ружье! — крикнул я пацану.

Долю секунды парень поколебался, а затем кивнул и бросил мне Викину слонобойку. Древний бросился на меня, но ружьё зазвучало раньше его рыка. Первый выстрел пришёлся в грудь и лишь слегка остановил Маркуса. Я вновь потянул за спусковую скобу и вот уже лицо древнего превратилось в мясо. Впрочем, дробь только содрала кожу и ещё больше разозлило древнего. Но останавливаться я не собирался.

Раз за разом вытягивая спуск я выпускал в вампира очередную порцию дроби, а когда Механика самозарядной «Чезет» издала сухой щелчок, вампир уже находился по ту сторону портала.

— Помоги ребятам и, наконец, вызови кого-нибудь на помощь! — прорычал я Вике и бросился в портал.

Стоило пройти сквозь нарисованную дверь, как я увидел почему вампир не торопился вернуться обратно в наш мир. Попавший в мою вселенную, Антоха уже успел отрастить руки и голыми руками противостоял Маркусу. Причём, шагнувший за пятисотый уровень Малкавиан если и превосходил его, то не намного. А теперь, когда здесь оказался я…

Шкала маны и эфира заполнились до предела. Испачканая в крови одежда дала мне замену чернил и, подняв руки, я начал творить волшебство. Во-первых, захлопнул портал. Нельзя позволить вампиру сбежать в мир, где он сильнее. Во-вторых, окликнул Антоху.

— Отступи и призови орден.

— Да я сам могу! Я размотаю его! — взъярился палладин.

— Нет. В этом мире нет уровней, но умений и способностей у него больше.

Антоха хотел было что-то возразить, но вампир не дал ему этой возможности.

— Панихида! — подняв когтистые лапы к небу взревел Маркус.

Земля дрогнула и зелёный дёрн под ногами Палладина взорвался лесом костяных рук. Некромантия? Хотя чему тут удивляться? Маркус Малкавиан не последний вампир своего дома. За почти тысячу лет он мог освоить сотни аспектных практик.

За один такт сердце всё поменялось. Земля под ногами Антона разверзлась и костяки начали утаскивать здоровяка, точно в трясину. Настал мой черёд.

Смахнув кровь с одежды, я собрал её в бурый шар. Власть над чернилами и мои безграничные ресурсы маны с эфиром позволяли создать даже дракона! Но было одно но: крови, которой я собрал, хватило бы на создание малыша размером не больше тигра, а памятуя слова Каина, свою кровь я использовать не собирался.

Тем временем, Маркус расправил крылья и взмыл. Величественный вампир из дома Малкавиан сложил глифы в витиеватую печать.

На вас наложен эффект: «Подчинение» (неудачно)

Уродливое лицо древнего исказила злобная гримаса, а я усмехнулся. Не ожидал Маркус, что его ментальная магия даст осечку на нубе вроде меня. Вот только находясь в собственном мире по силам я приближался к богам. Да и уклон в интеллект давал свои проценты резиста. Как говорил один из классиков: «Immolate Improved!»

А вот Антоха… Здоровяка подкосило. Его голубые глаза а вдруг начали источать лиловую дымку и, сложив пальцы, парень ударил в меня лучом очищающего света.

Довольно сильная штука против хаоситов и нежити, но нестерпимый жар его заклинания лишь заставил меня проморгаться. Даже находясь по пояс в земле и удерживаемый руками призванных костяков, здоровяк не оставлял попыток поджарить меня. Но, как оказалось, это был лишь отвлекающий манёвр.

Стоило мне потянутся протереть глаза, как этим воспользовался Маркус. Древний решил попробовать грубую силу. Его гипертрофированные когти ударили меня в грудь.

Акваброник останавливал пистолетный калибр, но не атаку восьмисот уровневого вампира. Непростая хоть и человеческая броня взорвалась и истлела прямо на мне. На коже появилось засечки когтей, но и только.

Я потянулся, чтобы нанести ответный удар. Намеревался сломать или вывернуть когти Маркуса, но тот применил новую магему.

На вас наложен эффект: «Бессилие»

Руки потяжелели, или будто на них навесили двимеритовую браслеты. А Маркус продолжал наступать. С ловскостью истинного фокусника малкавиан одновременно использовал и боевые техники и магемы ментала. Для меня же мир превратился в густой кисель, в котором я замечал каждую атаку, но из-за слабости просто не успевал защитится или ответить.

Наверное, стоило бы испугаться. Вот только мой статус демиурга вносил в дуэль свои коррективы. Бессилие не продержалось и трех секунд. Высокий статус резиста просто сбросил негативный эффект, и я ответил.

Рывок вперёд и прямой бесхитростный джеб. Вампир его увидел и попытался увернуться, но мой кулак в скользь прошёлся по его костистой скуле. Лёгкое, незначительное касание. В нашем мире от такого не останется даже синяка, однако безграничные силы демиурга сотворили локальный взрыв.

От удара тело Маркуса взмыло в воздух, но тот успел выровнять неконтролируемый полёт и вновь «встал на крыло». Когда он остановился, я увидел, что место, куда пришёлся удар, будто стёрло наждачкой. И тем не менее, запредельная регенерация Малкавиана устранила последствия сокрушительного удара.

— Откуда ты черпаешь силы? Хаос? Демоны? Кто из князей первородного хаоса стал твоим покровителем? Влезелвул? — с опаской и даже уважением произнес он.

Ну да. Для Маркуса, что почти тысячелетие коптит небо нашего мира, встреча равной ему по силам «пятнашки» — это разрыв шаблона. Совсем недавно он играючи раскидал нашу команду и, столкнувшись с препятствием непреодолимой силы в моём лице, ищет логическое объяснение.

— Спортом занимался, — усмехнулся я, решив окончательно доломать его логику. — Ну знаешь, там, отжимания, приседания, бег. Ещё, немного, штанга.

Признаю, издеваться над вампиром было весело. Того и гляди, его нервный тик хватит. Но пока мы здесь развлекаемся, там, в нашем мире, Илья и Фобос истекают кровью. Что ж, пора с этим завязывать и показать истинную силу Чернильного мага.

Запоздало, но я вспомнил про полученную на десятом уровне специализацию. «Мастер печатей» довольно широкая специализация и «Чернильная тюрьма» лишь одна из её граней. А что если…

Взмахнув пальцами, я обманул их в бурый шарик крови и, прикрыв один глаз, написал: «Безмолвие».

Написанные в воздухе слова буквально прилипли к фрейму вампира. Гранатовые, написанные кровью, буквы отливали на солнце, но особой разницы я не увидел. Но бросив взгляд на Антона понял, что новая грань моего таланта работает!

Костяки, призванные магемой Маркуса, рассыпались прахом, а сам древний вампир ворочал челюсти, но не мог разомкнуть губ. И в этот момент вампир понял, что пора бежать.

Расправив кожистые перепонки крыльев, он взмыл в небо. Но отпускать его никто не собирался. Я вновь обмакнул пальцы в кровяную каплю и начертал уже второе слово-печать.

«Оковы» — появилась у него во фрейме и зелёные паруса крыльев сложились, обмякли, а один из старейших Малкавианов рухнул вниз.

У меня осталось совсем немного крови, и, не экономя ее остатки, я воплотил нож. Непростой, серебряный клинок возник в воздухе и подхватив его, я вонзил его в то место, где совсем недавно у вампира находился рот.

Это был с ещё один эксперимент. Стоило мне проделать отверстия в голове вампира, как предыдущая печать безмолвия рассыпалась. Ну, в принципе, не удивительно. Раз у вампира появился рот, значит, ему снова доступны вербальные заклинания.

С точки зрения безопасности это глупо. Однако, чтобы ответить на мои вопросы, он для начала должен уметь говорить.

— На кого ты работаешь? — с холодной яростью в голосе потребовал я.

В ответ Маркус засмеялся.

— Я слишком стар, чтобы пресмыкаться перед кем-то.

— Но заказ на мою голову… Кто-то ведь выдал его тебе? — потребовал я ответ и для пущей убедительности рассек ключичные нервы вапира.

Ненадолго, но вампир потерял способность управлять собственными руками. А значит и сложить глифы в магемы он больше не в состоянии. Захочет вновь использовать так любимые вампирами вербальные заклинания — я просто вырежу ему кадык и подожду регенерации. А когда он восстановится, начнём всё сначала.

Вампир даже не пискнул от боли, однако его руки превратились в плети.

— Я жду ответ, — с спокойной ненавистью произнёс я. — Нет!? Видит Бог, мне претят пытки. Но если ты настаиваешь…

С этими словами я смахнул с серебряного кинжала кровь и поправил цифры в фрейме вампира. Пара движений пальцами и восемьсот шестядесят первый уровень превратился просто в восемьсот шестидесятый.

Чтобы провернуть это, мне пришлось потратить почти пятьдесят тысяч эфира, но какая разница? Находясь в созданном мною мире можно не ограничивать себя в ресурсах!

— Как? Ты!? — увидев снижение собственных параметров, зашипел вампир.

Только что пара росчерков моих пальцев откатило его на десятилетия назад. А ещё я понял, что подобное экзекуции это имба! Затащив противника в свою вселенную, я могу не убивая списать его уровни до базовой единички! И это без смертей, а значит перерождений, которые отправляют игроков к тотему и позволяют избежать дальнейшего обнуления!

— Дай теперь я! — буркнул выскочивший из-за спины Антон.

Без предисловия паладин использовал световую вспышку, которая сожгла кожу вампира до самых костей. Впрочем, совсем скоро то регенерировал, но руки не восстановил. Мешал серебряный ножичек, которым я периодически подрезал его ключичные нервы.

— Успокоился? — морщась от запаха горелого мяса, спросил я у друга.

Тот, видимо, тоже понял, что перестарался и только кивнул.

— Продолжаем? — спросил я уже у Маркуса.

Древний всё ещё пытался сохранить лицо и даже выдал нечто пафосное, но потеря ещё десятка уровней подточила стержень его самоуверенности.

— Говори, — потребовал я. — Кто заказчик?

— Хорошо-хорошо, — Сдался Маркус. — Короче, это… Dhat kann eс it fimta Ef ec se at. fari skotinn Flein i folki vadha: Flygr-a hann sva stinnt…

Начал было он, но удар каблуком по рёбрам сбил его вербальные заклинания.

— Это латынь, — сплюнул под ноги Антоха. — Какое-то заклинание.

— Да я понял, — усмехнулся я, припоминая один из его аспектов. — Что, Маркус, взывал к хаосу? Демонов на помощь звал?

— Ритуал самоэкзорцизма, — с ненавистью ответил он.

Удивительно, но я впервые не услышал в его словах фальши. Боль, ненависть, презрение — да! Но не ложь…

Где-то вдали, за холмом раздалося ржание и топот.

— А вот и кавалерия пожаловала, — усмехнулся Антон. — Эринейские львы?

Название ордена Света ничего не сказало Маркусу, а вот я улыбнулся. Белые знамена сообщили, что на зов Анта прибыл не Патриарх Левуа, а Владыка Сирко и его тринадцатая конная когорта. Так даже лучше!

— Твой последний шанс, — произнёс я, глядя в змеиные глаза Маркуса. — Выкладывай!

Грозная шеренга воинствующих монахов произвела впечатление на Малкавиана и он заговорил…

— Елизавета Лейнингейн… — шепелявя от неровного разреза рта, произнёс он.

— Паучиха!? — уточнил я, вспомнив прозвище бабушки Лилит.

Маркус кивнул.

— Не жди многого, я всё равно не знаю, но я это лишь один из её планов.

— Планов на что? — потребовал я и для надёжности ткнул носком ботинка под его ребра.

— Не на «Что?», а на «Кого?», — нервно рассмеялся вампир. — На тебя! Именно поэтому у меня был приказ взять тебя живым.

— Зачем я ей нужен? — схватив вампира за грудки потребовал я.

— Я не знаю, — сплюнул тот.

Естественно, такой ответ меня не устроил. Но даже ещё один удар Истинного Света в лицо не помог развязать ему язык. Единственное, что удалось выбить — это имя Каина. Один из первых игроков каким-то образом тоже оказался в долговой яме у паучихи. Неизвестно как, но он тоже должен был помочь ей, однако меньше недели назад Отец Убийства вдруг «дал заднюю».

Услышав, я усмехнулся. Знаю я, почему Каин вдруг отказался помогать Паучихе. Всё дело в клятве, которая запрещала Отцу Убийста прямо или косвенно вредить моему клану. Тогда я испросил это желание, как маленькую месть Каину. Блаж, целью которой было показать древнейшему, что я не его марионетка. А в итоге судьба повернула так, что эта проказа, возможно, спасла мне жизнь. Любопытно.

— Это все, — харкая кровью отозвался Маркус. — А теперь исполни свою часть договора и убей меня.

— Маг, ты же не дурак, да? — вдруг испугался Ант. — Стоит ему переродиться, и он начнет мстить! Убьёт Вику и Настю, или ещё хуже: обратит их в низших вампиров! Ты хочешь жить и бояться, что дорогие тебе люди превратятся в брукс?

Маркус всё слышал, а потому не смог скрыть нервозности.

— Я выполню твою просьбу, — не обращая внимания на Антона, ответил я.

— Клятва? — произнёс Малкавиан.

— Клятва! — припомнив юридические уловки, подтвердил я.

— Это хорошо, — вдруг расслабился вампир. — Обещаю, я и мой дом не будет мстить за произошедшее сегодня.

— Я знаю, — примирительно улыбнулся я. — Мести не будет.

С этими словами я зачеркнул последние остатки кровавых чернил и стёр цифры, оставив вместо трёхзначного числа уровней одну сиротливые единицу.

Признаться, далось мне это с трудом. Даже будучи демиургом своего нарисованного мира, я взвыл от пульсирующий в груди боли. А когда всё прошло, увидел, что лежу совсем рядом с вампиром.

Хотя вампиром ли? Интерфейс Маркуса вдруг стал серым, змеиная ипостась древнего покинула его тело и теперь рядом со мной лежал испуганный двадцатилетний юноша.

— Ты обещал!!! Обещал!!! — Катаясь по траве и вырывая собственные волосы стенал теперь уже бывший одаренный.

Рывком я заставил себя подняться. В груди всё ещё ломило от перенесённых фантомных болей, но холодная ненависть была сильные слабости.

— Не смей обвинять меня в клятвопреступничестве! Я обещал, что я убью тебя, и я сделаю это!

Невесомое лезвие серебряного клинка вновь оказалась в моей ладони. Мгновенный рывок, Маркус даже не сопротивлялся, и вот на белоснежная кожа бывшего вампира появился кровавый росчерк. Аккуратный, от уха до уха, разрез рассек трахеи и обе яремные вены.

Бывший вампир больше не мог говорить. Только булькал, захлёбываясь в собственной крови. Надо же, я так и не разобрал его последнее слово.

— Ненавижу? — проделал то же самое Антон. — Вампиры ведь бесчувственные сволочи! Как он может ненавидеть?

— Может, — философски произнёс я и вытер маленький клинок о полы вампирского плаща. — посмотри на фрейм. Он больше не вампир, а слабый, захлебывающийся кровью, человек. Поэтому впервые за пять сотен лет он испытал искренние чувства!

Глава 17

Владыка Серко был недоволен. Во-первых, Маркус не стал их трофеем, а во-вторых, тело высшего тоже не досталось. Не знаю почему, но чуйка подсказывала, что мёртвый Малкавиан нам ещё пригодится. В общем, с когортой ордена света и владыкой мы расстались в самых хороших отношениях.

Обратный портал принес ещё больше сюрпризов. И первый из них — Антон. Попав в вымышленный мною мир, парень не только преобразился и постройнел, но ещё и отрастил оторванные вампиром руки. Шагнув в створки нарисованных ворот, здоровяк буквально взвыл. Руки покрылись чёрными струпьями отмирающей кожи.

Видимо, чудесные исцеления нарисованного мира не распространялась на законы нашей вселенной. Созданные нарисованным миром руки пытались аннигилироваться.

Уже сильно позже, когда здоровяк попал под внимательный взгляд Насти, моя личная целительница выдвинул свою теорию. Созданное в моём мире вещество попав в наш мир начинает разрушаться.

Как сказала Настя:

— Я о подобном даже не слышала. Но у меня есть теория. Все твои рисунки через какое-то время развоплощаются. Так?

Получив моё подтверждение, девушка перешла непосредственно к своей идее.

— То, что ты создаёшь, является материей твоей вселенной. Но не нашей и ткань мироздания отвергает чуждую материю. Плоть, которую отрастил Антон, для нашего мира не является плотью. Это как бы псевдоплоть, нарисованный эрзац заменитель. Понимаешь?

После ещё одного кивка, девушка закончила.

— Именно это и произошло с руками Антона.

— А как же рисунки? — напомнил я. — Они тут причём?

— С ними происходит то же самое, — неуверенно пожала плечами девушка. — Скорее всего в нашем мире они тоже распадаются, но всё зависит от вложенной маны.

Но это было уже вечером. А сейчас Антон закинулся обезболивающими из личной аптечки и «зашлифовал» их россыпью желейных мишек с зельем регенерации и восстановления.

Тем временем, в главном зале бывшего ресторана господина Германа разворачивалась своя драма. Отец Илья, в образе беролака сверлил взглядом искалеченное тело веталы. Нежить же только начала регенерировать и безвольно скалила хищную пасть. Рыжий парнишка, тот самый, что во время стычки с Маркусом бросил мне ружьё, защищал нежить. Костяной кинжал мы у него отобрали, а потому, вооружившись «розочкой» из разбитой бутылки, мальчишка был готов драться, но не отдать нежить в руки сановника.

Ну, учитывая, что мы нашли его в логове веталы, это было предсказуемо. А вот наличие Вики и Семена в защитниках умертвия перед Церковью оказалось сюрпризом. Причём самым ярым противником воли Церкви оказался не атеист Фобос, а моя неодаренная сербочка.

Сжимая в руках охотничий карабин, девушка без страха направила его в грудь беролака-священника, а по её щекам тянулись чёрные дорожки туши и слез.

Бросив взгляд на слёзы и уверенную решимость Вики, я зарычал:

— Успокоились! Живо! Вика, опусти ствол! Вы, отец Илья, спрячьте когти!

Про себя с удовлетворением отметил, что оба вздрогнули. Первым изменил стойку отец Илья, секунду поколебавшись, Вика тоже опустила ружьё. Однако девушка знала, как обращаться с оружием и, уверен, выстрелив от бедра она не промахнется.

— Он! — опьяненная ненавистью, выпалила девушка. — Он хочет убить её!

Под «её» Вика явно имела в виду не мальчика. С каких пор моя сербочка защищает веталу!? Почему? Если честно, одного вида оскаленного трупоеда было достаточно, чтобы без сомнения встать на сторону отца Ильи. Но торопиться с выводами я стал.

— А зачем, по-твоему, мы сюда прибыли? — произнёс я, внимательно наблюдая за стволом в руках Вики. — Ты помнишь цель нашей миссии?

Девушка действительно была на грани. Стоит мне дернуться и, не сомневаюсь, её решительности хватит, чтобы выстрелить даже в меня.

— Ты даже не разобрался, а уже…

Сколько боли, надрыва и разочарования было в ее словах!

— Значит, давайте разбираться, — произнёс я.

— А что тут разбираться? — с мрачной решимостью произнес отец Илья. — Мёртвым место в земле. А мёртвым осквернителям могил… Кстати. Магнус, ты не говорил, что твой клан пригрел на своей груди трупоеда.

При этих словах холодный взгляд боевого сановника упёрся в Фобоса. Семён уже успел полностью восстановиться. Судя по кровавым разводам на лице, я понял, как он это сделал. Стоило ребятам снять его с оленьих рогов, как Фобос обнажил свою тауматургическую сущность и восстановился за счет крови уже убитых врагов. И что самое скверное, каннибализм Семёна произошёл на глазах сановника.

— За что я должен оправдываться? А за то, что судьба дала мне такой класс? Или за то, что вынужден использовать для победы неприятные вам методы? — через губу, но без злобы ответил Сёмен. — Думаешь, отец Илия, мне самому это приятно? Или я вины не чувствую? И если я буду в этом каяться, то не кресту и сутане, а человеку Бога.

И вот опять всплыли теократические дрязги моего друга. Но это привычно. Гораздо больше у меня удивили последние слова Фобоса. Так значит он всё же верит! Хоть и по-своему.

— Фобос, — окликнул я друга. — Можешь коротко, но внятно объяснить, что здесь происходит?

— Могу, — с злым смешком в голосе ответил он.

То, что я выбрал именно его в качестве рассказчика предыдущих событий оказалось правильным решением. Вбитые замашки военного, помогли ему коротко и по сути передать события, которые мы пропустили.

Как оказалось, увидев, что Антона с группой прикрытия разбирают на запчасти, девушка попыталась дозвониться до Пуговки и остальных. А когда это не получилось, моя сербочка пошла на крайние меры и разорвала рисунок с запечатаным в нем рыжим.

Мелкий не стал упрекать девушку и услышав, что мы пришли разобраться с рассадником вампиров, смог призвать веталу. Вернее она почувствовала пацана.

Вообще, отношения трупоедки и рыжего парня оказались странными. Для нас, странными. Их объединило одно общее горе и один враг. Как оказалось, Маркус не просто так выбрал российскую глубинку для своего ресторана. Малкавианы даже среди вампиров считались странными. Не зря их род проклял сам Каин.

Маркус же был самым ярким их представителем. Сотни и сотни лет своего существования Маркус посвятил извращенным граням запретной науки. Неизвестно когда, но он выяснил, что из простых людей можно можно создать одаренных без обращения. Достаточно периодически питаться человеческой плотью.

Наверное, это было одно из открытий, которые он считал посредственными. Для него как для истинного человека науки было гораздо интересней создавать совершенные машины для убийства. Беролако-вампиров или стригоев-праведников.

Но с приходом магии в наш мир, многие, кому не повезло в лотерее одаренности, захотели воспользоваться его наработками. Богатые и влиятельные неодаренные добровольно становились подопытными экспериментов Маркуса. Их не возмущал каннибализм, а проклятый Каином Малкавиан не чурался пользоваться их деньгами и влиянием.

Но для этих опытов требовался ресурс — люди. Поэтому, чтобы не быть пойманным, Маркус и кочевал по миру. Всегда выбирая захолустные деревеньки, он по запаху выбирал тех, кто поможет возвыситься его подопечным.

И одним из таких людей, что пошел на мясо, оказалась ветала. Вот только попав на разделочный стол кулинара, душа девушки не смирилась со своей участью. После смерти она забыла свой дом и своё имя, но не забыла того, кто виновен в её страданиях.

Похожая участь постигла и мать рыжего. Вот только ей повезло меньше, чем злобному духу отмщения. Судьба свела этих двоих и объединила перед лицом общего врага. Ветала даже стала для ребёнка неким подобием матери!

Услышав это, я усмехнулся. И ведь заметил в ее логове прорву детских игрушек! Заметил, но не обратил внимание. А теперь всё встало на свои места.

Но вернёмся к нашей истории. Не знаю чем руководствовалась Вика. Отчаянное безумие или сумасбродная храбрость, но неодаренная сербочка смогла договориться с духом отмщения и убедить его помочь. А когда чудом удалось справиться с общим врагом, отец Илья напомнил, зачем мы прибыли в это захолустье…

— Вы, люди, а ведёте себя как… Как… — давясь слезами кричала Вика. — Ненавижу!

Медленно, чтобы не провоцировать девушку, я подошёл и обнял её за плечи. А затем моя рука плавно легла на цевьё ружья.

— Сходи, умойся, — произнёс я и поцеловал девушку в висок. — Обещаю, мы найдём выход.

Во взгляде Вики читалось недоверие. Затем она сменилась робкой надеждой и, что-то решив для себя, девушка всё же отпустила ружьё. Когда она скрылась за дверью дамской комнаты, я присел перед рыжим.

В отличие от моей сербочки, парень был настроен решительно и не выпустил розочку из рук.

— Ты слышал мои слова? — произнёс я таким тоном, словно говорил с ровней. — пока мы не разберёмся, никто никого и пальцем не тронет.

— Граф, вы берёте на себя слишком большую ответственность, — произнёс беролак. — Не вам решать судьбу упырицы!

— Она не упырица! — озлобленный на весь мир парень ещё сильнее сжал горлышко разбитой бутылки. — У неё есть имя! Нинель!!!

— Я тебе верю, — улыбнулся я и заглянув за его плечо посмотрел в глаза веталы. — Нинель!? Приятно познакомиться.

— Она хорошая! Правда! — увидев, что его слушают, рыжий принялся развивать успех. — Она обо мне заботилась! Как мама!

— А Иго забтился о мя, — неожиданно для всех произнесла ветала.

Искажённый челюстной аппарат не позволял твари выставлять правильное произношение. Но главное, что она старалась. Значит, витала действительно разумна, и это сильно облегчило наше дальнейшее общение.

— Игорь, значит? — улыбнулся я рыжему. — А меня зовут Магнус.

Странное дело, но до сих пор я как-то не удосужился узнать имя храброго мальчишки.

— Я знаю, — буркнул он. — Ты — новый граф.

Игорь всё ещё пытался выглядеть серьёзным, но добрый тон и ласковое общение делали своё дело.

— Именно так. Вот этот хмурый тип — боярин Семён Шарапов. А там, в углу, подвывает боярин Терехов, — представил я остальных членов своей команды.

— Что с кровососом? — вдруг вспомнив о общем враге спросил мальчик.

— Мы убили его. Окончательно убили, — известил я мальчика и всех присутствующих. — Он больше не возродится.

— Врёшь! — с озорством и провокацией выпалил мальчишка. — Ты слишком слабый. Ты не мог!

За такое обращение к светлейший особе простолюдин мог выхватить порку. Вот только мне ли кичиться регалиями моих предков? А потому я только улыбнулся на его провокацию.

— Сам посмотри, — произнёс я и раскрыл свою бездонную торбу.

Только увидев остекленевшие вертикальные зрачки Маркуса, парень поверил моим словам.

— Как?

С неверием произнёс отец Илья. Раздираемый любопытством сановник тоже заглянул через моё плечо.

— У каждого свои секреты, — туманно ответил я. — Но вернёмся к нашим баранам. Отец Илья, я знаю вашу позицию, но вы сами видели, что витала, простите, Нинель, — увидев взгляд пацана поправился я. — Вполне разумна.

— Она опасна! — уже не так категорично ответил сановник. — Кроме того, у меня тоже есть начальство. Я не могу вернуться в епархию с пустыми руками.

Опачки! А вот это вы, сударь, проговорились! Значит отцу Илье самому претит истребление разумных. Даже если они и считаются нечистью. А вот это уже отправная точка для диалога.

— Веталы не нечисть, а ищущий возмездия дух, — неожиданно произнёс Фобос. — Для живых он не опасен.

— И всё же, позиция Церкви по этому вопросу твёрда! — с решимостью ответил отец Илья. — Мёртвым место в земле и сердцах помнящий их близких, а не на улицах.

— Что по этому поводу думает Церковь, я знаю. Мне интересно лично ваше мнение, — произнёс я сбивая его напор.

— С меня потребуют отчёт. И врать епархии я не намерен!

— А врать и не нужно, — также твёрдо ответил я. — Епархии нужно спокойствие и голова твари? Такая подойдёт?

С этими словами я приподнял из сумки змеиную голову Маркуса.

— Слова вампира, о том что одной из его целей был я, вы слышали. Историю Игоря и Нинель, тоже. А если у вашего начальства возникнут вопросы, я с радостью подпишусь под каждым вашим словом.

— А как же ветала? Предлагаете отпустить еë на все четыре стороны? — засомневался сановник.

— Нинель будет под моим присмотром, — вновь вмешался Фобос. — Я — вивисектор! Изучение монстров моя специализация. И Игорь тоже будет жить у меня.

— Берете ответственность за поведение нечисти? А если она сорвётся и вырежет пару деревень?

— Беру, — шагнув вперед подтвердил Фобос.

— Ну, не знаю, — заколебался сановник.

— У меня тоже есть способы обуздать веталу, — произнёс я, припомнив новую фишку с приказами. — Вместе справимся.

— А-а-й, — махнул медвежьей лапой Илья. — Но если что-то пойдёт не так. Если возникнет хотя бы намёк или подозрение — зовите меня.

Я кивнул и неожиданно заметил, что Вика давно закончила с дамской комнатой и из-за угла слушает наш разговор.

— Вот видишь, — подмигнул я сербочке. — Я же сказал, что найду выход.

Услышав Шелест когтей по паркету, я обернулся. Ветала стремительно регенерировала, отращивая зачатки потерянных конечностей. Конечно, о полном выздоровлении говорить было пока рано, но через недельку Нинель будет в форме.

— Вы-то как? — обратился я к ней и Игорю. — Согласны на мирную жизнь и переезд?

— Шсибо, — произнесла Нинель.

— Она говорит «Спасибо!», — с робкой улыбкой перевёл рыжий.

— Ну вот и здорово, — взлохматив медь его волос, улыбнулся я.

Улыбнулся, но тут же напрягся. За окнами послышался гул вертолетных винтов и каркающие команды.

— Ой! — прикрыв рот ладонью, взвизгнула Вика.

— Я тебя придушу! — прошипел я, поняв значение её «ой!».

Вика просто забыла позвонить отцу, и за порогом нас скорее всего ждут знаменитые «Летучие волки» ВДВ Чернорусии.

Едва я шагнул к дверям, как по окнам прошёлся шальной веер автоматной очереди. Шальной, не прицельный огонь заставил всех лечь на пол. Скомандовав Нинель лезть в сумку, я вручил ее Антохе.

— Потом выть будешь, — помогая здоровяку подняться произнёс я. — Бережёшь сумку и сторожишь Вику.

Определив туалет как самую защищённую комнату, я загнал туда Вику, и поставив Анта на вход, рванул на улицу.

Отец Илья и Фобос двинулись за мной. Выскочив из таверны людоедов, мы будто попали в хроники боевых действий. Горящий вертолёт двигался к горизонту, его прикрывала группа боевых одарённых в серо-голубой форме. В пику им, с другой стороны улицы, цветастая ватага панков отвечала на их выстрелы и заклинания.

Среди толпы вальхаловцев, больше похожих пьяных косплееров, я опознал Пуговку. Готичный наряд с мини юбкой, две катаны и демон-хранитель; не узнать Эмму было трудно.

Помахав девушке рукой, я привлёк внимание и их противников. От ледяной стрелы меня защитил Фобос, а от пули гидроброня бронника. Огонь сербских ВДВшников выбесил окончательно. Да, они не знали меня в лицо, но разве это повод стрелять в безоружного?

Выхватив блокнот, я ответил им воплощением своего зоопарка. Сначала по заснеженной улице уездного городка промолчал закованный в стальную броню носорог. Вслед за ним к сербам отправился каменный голем, а секундой позже, в небо взмыла баньши.

Вальхаловцам тоже досталось. Им в качестве привета и оплеухи отправился императорский боевой слон с троллями-лучниками на спине, рой стальных шершней и, нарисованный скорее как шутка, матрос в тельняшке верхом на зебре в клеточку. Эпичное зрелище. Хотелось бы отправить что-то внушительней, но, увы, рисунки закончились.

Началась заполошная стрельба. Расскаты электрических зарядов и рев моих зверушек. Зато хотя бы оба стана непримиримых противников больше не стреляли друг в друга и в нас, а тренировались на атакующих их рисунках.

— Отзови своих! — вдруг закричала Пуговка.

В это время раненый но всё ещё живой слон топтал тело какого-то панка.

Я усмехнулся. Надо же, узнала!

— Раньше меня не увидела? — зло прокричал я Пуговке.

— Видела. Я просто…

Договорить она не успела. Тяжёлая пуля ударила её в незащищенную грудь. Дыра, сквозь которую пролезет детский кулак, не успокоила а скорее разозлила вампиршу. Она принялась кастовать что-то убойное, но перехватив её руки, я прервал магему.

Со стороны одарённых бойцов Луки Драгановича больше не было выстрелов. Баньша вырубила всех. Надеюсь, не фатально, иначе папенька Вики спросят с меня за перерождение своих людей.

— Почему так долго? — рыча, спросил я у Пуговки.

— Ну извиняй! Быстрее никак! — вернула она мне. — Или ты думаешь пара десятков хороших бойцов просто сидят и ждут когда ты вдруг позовёшь на помощь? О! Гляди! Они белый флаг вывесили!

Вдруг сменила она гнев на милость и указала в другую сторону.

Обернувшись, я увидел кряжистарого мужчину с забинтованный рукой. В другой он держал флаг парламентёра. Густая борода, шрам через всё лицо и отливающие сталью глаза.

Твою мать! Мой будущий тесть решил не отсиживаться на задворках и лично прибыл спасать дочь.

Увидев меня, старый вояка бросил белую тряпку и с мрачной решительностью шагнул вперед. Фобос, как верный друг, шагнул, чтобы заступить ему дорогу, однако хорошо поставленный удар смутил парня.

Не знаю, чем закончилось бы наше знакомство с будущим тестем, но из дома выскочила Вика. Дура! Я ведь сказал ей сидеть тише воды ниже травы.

— Тата!!! — перекрыв дорогу праведному гневу отца, заголосила моя сербочка.

Ударить собственную дочь Лука Драганович не решился. Да я бы ему и не позволил.

— В машину. С тобой мы дома поговорим, — к чести тестя, произнёс он на русском. — Что же до тебя, Магнус…

— Осторожнее в угрозах, сын мой, — вдруг произнёс отец Илья.

Размерами беролак совсем немного, но все же превосходил воеводу. Однако испугался он не оборотня, а маленького алюминиевого крестика на его груди.

— Отче… — тут же поклонился воевода. Поклонился, но оборотов не избавил. — Он…

— Я был здесь. И был свидетелем всего произошедшего, — перебил его сановник. — Вы воспитали прекрасную дочь, воевода. Сильного и уверенного бойца с чистым открытым сердцем. Да, мы не рассчитали сил нечисти, но, милостью Божьей, справились. И во многом это заслуга вашей дочери.

— Она у меня единственная!!! — уже без пиетета перед садовником прорычал Лука. — А если бы она погибла?

— На всё воля Божья, — философски ответил Илья.

— Ты!!! — теперь его палец уткнулся в из-за рваную разгрузку моего бронежилета. — Забудь про Викторию, граф. Забудь. Иначе не посмотрю на заслуги твоего рода.

Вика даже пыталась трепыхаться, но схвативший ее под локоть отец не позволил ей этого. Через минуту вертолёт взвыл винтами, а нам только и оставалось, что провожать его взглядом.

— Что будешь делать дальше? — сплюнув кровь, произнёс Семён.

Пострадавший от циничной Лилит Фобос удивительно чутко отнёсся к моим душевным терзаниям.

— Двигаться дальше, — не отрывая взгляд от габаритных огней вертолётов, произнёс я. — А Вика… Через год и семь месяцев она станет совершеннолетней, а там даже папенька не сможет нам помешать.

— Отче, — вдруг произнес Семен.

Преклонив колено, Фобос посмотрев на Илью снизу вверх, произнес.

— Я хочу исповедоваться, — а потом робко добавил. — Можно?

— Короче, сопли с сахаром, — закатила глаза Пуговка. — Но мне гораздо больше интересны твои уровни. Магнус, открой секрет, когда ты вдруг стал девяносто седьмым уровнем?

Глава 18

Девяносто седьмой уровень. Он свалился как снег на голову и принёс с собой ворох проблем. Во-первых, тело. Не тренированный организм не мог воспринять такое количество свалившийся мощи. Ядро, узлы и медианы — это не циферки над головой. Они тренируются годами, и свалившаяся на меня сила за пару недель превратит нетренированное тело в магического инвалида.

Вторая проблема: турнир. Он не просто так называется турниром молодых дарований. Входное ограничение на два десятка уровней никто не отменял. Конечно, никто не запрещает расти во время турнира, но опыт и полученные уровни должны идти непосредственно с арены.

Первая проблема решилась просто — нужно было скинуть уровни. Таким образом я сберегал ядро и медианы от выгорания и получал целую прорву свободного опыта, который можно легко перевести в деньги. Вот только такой выход мне не нравился. Но с частью опыта всё-таки пришлось расстаться.

Перелив два десятка в Фублю, я поднял её уровень до шестидесятого. Одурманенная таким подарком мантикора — взбесилась. Сначала сожрала все запасы корма, а затемперевернула в поисках специи кухню. Как итог — всё, начиная с перца и заканчивая смесью для глинтвейна, было съедено Фублей. А когда запасы закончились, уже не мелкая бестия ушла на охоту.

Ещё десятка уровней ушла как благодарность Фобосу и Анту. Последний, кстати, даже не сказал «спасибо».

Паладин просто не смог этого сделать, так как попал в руки Насти. Увидев Антона и проведя первую диагностику, фигуристая целительница охнула. Фобос предложил не мучить парня и провести эвтаназию. Вот только фокус с перерождением не помог. Здоровяк воплотился с руками из псевдоплоти, и всё началось сначала.

Отрощенные в магическом мире руки не желали приживаться. По сути организм Анта боролся сам с собой. Регенерация псевдо плоти в мясо соперничала с отторжением чуждого нашему миру материала. И, затянув каштановые волосы в тугой пучок, Настя взялась за дело.

У меня же появилось время решать собственные проблемы. Вечно опаздывающие М-3 явились только через час. Усталый майор выставил сцепление и, с вымученной вежливостью, попросил не покидать Капище Мамонтов. Завтра по мою душу должны прибыть дознаватели особого магического отдела.

Впрочем, всё это было высказано исключительно в рекомендательном тоне. Всё-таки графский титул вносил в ситуацию свои коррективы. Уверен, будь я простолюдином, майор просто нацепил бы двемирит и отправил бы ночевать в изолятор. А так…

Визит в М-3 прошёл неожиданно гладко. Прямо у входа в метро «Красные Ворота» меня встретил человек особого отдела. Что удивительно — не одаренный. Миновав регистратуру, он сразу отвёл в кабинет Семецкого.

Каково же было моё удивление, когда, войдя в кабинет, я увидел его посиневший труп. Впрочем, сопровождавший меня Валентин не смутился смерти своего начальника.

— Такое бывает, — успокоил он меняи забрал со стола остатки недоеденной шаурмы. — Подавился. Подождите в прихожей минут десять.

Причём, это было произнесено так буднично, что сложилось впечатление, будто Семецкий умирает минимум пару раз в день. Оказалось, так оно и есть. Особенность уникального класса «Неумирающий», делала Юрия Михайловича вторым после Каина, Абсолютно бессмертным игроком. Никаких потерь уровней и никаких тотемов. Абсолютное бессмертие!

Однако это накладывало на особиста перманентное проклятие: неизменно пару раз в день Семецкий умирал. Шальная пуля, молния среди ясного неба, или как сейчас, просто подавившсь собственным завтраком.

Выслушав, из моих уст, подробное пояснение, Юрий Михайлович сверил его с отчётом из епархии и сказал, что никаких претензий М-3 к моей персоне не имеет. Впрочем, и с благодарностями оказалось скудно.

Позже особист порадовал. Сообщил, что неожиданно поднятые уровни не проблема для участия. Организм ещё не адаптировался к изменениям и циферки моего фрейма пока остаются только циферками. Также Юрий Михайлович вручил комплект серебряных браслетов. По паре на руки и на ноги и один на шею.

— Сдерживающий комплект Крестовского, — пояснил он, подталкивая деревянную коробочку побрякушками. — Артефакт, позволяющий сдерживать неконтролируемые изменение энергетической системы. Как раз на ваш случай. Думаю, вы уже сейчас замечаете негативные последствия идущего в разнос ядра.

Я недоверчиво подцепил ошейник пальцами. Металлический блеск серебра украшала руническая вязь. Даже краткого касания артефакта было достаточно, чтобы понять, что данная штука далеко не простая побрякушка. Заложенная в ошейник сила заставила вздыбиться волосы на руке, а чуйка буквально завопила, что артефакт опасен.

— Вы не стесняйтесь. Примерьте, — настойчиво предложил он.

— Вот так просто? — поднял я бровь. — От этой штуки за версту веет проклятием, а вы предлагаете мне её примерить?

— Вы почувствовали проклятие? — удивился Семецкий. — Что-же, не буду юлить. Комплект Крестовского действительно проклятый маго-энергетический артефакт. Как я и сказал раньше, комплект угнетает спонтанное развитие энергетической системы. Из вашего личного дела я узнал, что вы уже сталкивались с такой вещью, как медианные ожоги и разрыв ядра. Думаю, вы понимаете, что этот проклятый артефакт — ваш шанс сохранить уровни и не остаться магическим инвалидом.

По всему выходило, что Семецкий прав. Да и потом, какой смысл М-3 гробить главу целого клана? С другой стороны: я и себе-то доверяю только после обеда, а уж человеку из М-3… В любом случае стоит посоветоваться с Петром, Мораной и Каином.

— А что по поводу тех, кто напал наотца? — перешёл я к второму поводу моего появления у особистов.

— А вы газет не читаете? — искренне удивился Семецкий.

Поднявшись со своего места, он прошёл к застекленном шкафу и достал оттуда газету «Вестник». Развернув бумажный архаизм на нужной странице он пододвинул его ближе и указал на, казалось бы, незначительную статью.

В ней рассказывалось о удачной спецоперации свободного подразделения М-3. Вблизи города Моздок «Черные Мундиры» выявили и ликвидировали ячейку анархо-терористов группировки «Зеленый Полумесяц». Причиной столь жесткого ответа стала попытка развязать кровную войну с одним из кланов империи. Свести старые счёты с кровниками не удалось.

Вот в принципе и всё, что я мог прочитать между строк небольшой статьи.

— То есть, вы хотите сказать, что это были мои кровники? — удивился я.

— Не ваши лично, а Петра Алексеевича Ермолова. В своё время ваш предок на конце клинка принёс на Кавказ мир. Но, сами понимаете, войны тех времён были жестокими и вместе с с титулом в наследство вам перешли и кровные обиды. Но даже не помышляйте о мести.

— И что теперь? Мне дрожать и бояться за каждого, кто мне дорог? — начал закипать я.

Вот тут Семецкий снял добродушную маску, и передо мной предстало истинное лицо особиста.

— Империя в целом, и М-3, в частности, очень негативно относится к попыткам вспомнить старые обиды, — жёстко, словно выбивая каждое слово в граните, произнёс он. — Для вас должен быть поучителен пример тех, кто решил идти поперёк воли Империи.

А вот это уже туше. Только что Юрий Михайлович недвусмысленно намекнул, что санкциями за кровные обиды может стать что-то гораздо хуже, чем каторга. И пример ныне развеяных бояричей Борисовых действительно был крайне показателен.

— Империя и М-3 жестоко накажет смутьянов и газетная статья лишнее тому доказательство. Так что, не переживайте за кровников, граф. Надеюсь, вы меня услышали? — я кивнул, и голос вновь стал душевен. — Вот и славно, Магнус Дмитриевич, На этом всё! И ещё раз, от лица особого отдела, приношу вашему клану благодарность за выявление и уничтожение Маркуса Малкавиана.

На том мы и попрощались. Уже дома, в компании девчонок мы разобрали полученный от Семецкого артефакт. Удивительно, но никто кроме меня не почувствовал его проклятие. И Пуговки. Вампирша с аспектом Хаоса внимательно изучила подарок M-3, но не увидела в нём особой опасности.

Неожиданно от Пуговки появилась ещё одна приятная новость. Вампирша узнав про состояние Антона, что-то прикинула в уме скрылась. Уже к вечеру она появилась на капище. Да не одна, а в компании одного из основателей клана Вальхала.

— Теория про псевдо плоть, — с ликованием выпалила она. — Знаешь, Магнус, а Настя оказалась не такой дурой, какой я её считала!

— Эмма! — произнёс через колонки живой автомобиль. — Клянусь, ещё пара таких высказываний, и я лично сдам тебя в школу хороших манер!

Да-да, вампирша явилась в компании брата ЗИЛа. Ярослав «УАЗ» Иевлиев — первый одарённый, сменивший временную плоть на кузов внедорожника, прибыл вместе с ней.

Несмотря на уверения ЗИЛа, ни один специалист по маго-механике не смог помочь восстановить железное тело Ярика. Поэтому он так и оставался привязан к моему ядру и тем самым солидно выжигал очки регенерации магических ресурсов. Впрочем, не скажу, что мне это было невыгодно. Взамен на такую услугу, мой клан получал полную протекцию одного из сильнейших и, что самое главное, независимых кланов мира.

— Зануды! — закатила она глаза. — Так вот, если внучка Мораны права, и её теория преобразования псевдоплоти работает, это может спасти и Ярика!

Неожиданно мне стало обидно за Настю. Уничижительное отношение Пуговки к остальным девчонкам подбешивало. Конечно, можно было оправдать это ревностью. Вот только между нами, с холодной, как айсберг, Эммой ничего не было и быть не могло. А значит в Пуговке играл банальный снобизм, чувство собственной важности.

— Может быть, — кивнул я на её рассуждения. — Впредь, не смей отзываться о моих девочках в уничижительный тоне. Они — матери моих будущих детей.

— Иначе что? — пошла на провокацию Пуговка. — Побьёшь меня?

— Иначе, ты потеряешь друга.

А вот это для Пуговки было ударом под дых. Видимо, популярность и настоящие, верные друзья это немного разные вещи.

— Что по поводу твоей проблемы, — повернулся я к Ярику. — Давай попробуем. А теперь за мной, познакомлю тебя с моими механиками.

Механик услышав о новом заказе, почесал в затылке. А вот гремлинцы, Прознав о возможности поработать с живым автомобилем, пришли в дикий восторг.

Хотя, может быть, их настроение было вызвано выпитым пивом. После тестового заезда на обновлённом внедорожнике и его чрезвычайной эффективности, я устроил лопоухим маленький праздник.

По-хорошему, день клонился к закату. Его остаток нужно было провести вместе с механиком, Настей и Яром, подумать над тем, как избавить от оков псевдоплоти того, кому плоть заменяет металл.

Вмешался Каин. Спустя неделю молчания, он наконец объявился, и его появление возвестил вой. Пётр, что до этого слонялся непонятно где, вдруг появился в гараже. А рядом с ним Фубля.

Получив прибавку в уровнях, моя мантикора начала стремительное взросление. Как и у людей, её эффект роста был пролонгирован и, чтобы набрать массу, моя фиолетовая бестия только и делала, что жрала и охотилась. Но уже сейчас от того невзрачного игривого котёнка не осталось ни следа. Вместо неё рядом с огромным, по кошачьим меркам, Петром в гараже появилась молодая фиолетовая пума с крыльями, размах которых не уступал самому Маркусу!

— Это он? — не обращая внимания на друзей спросил я у Петра.

Забытый Бог в кошачьем воплощении не разменивался на слова. Вместо того, он многозначительно кивнул.

— Ну пойдём, поздороваемся, — произнёс я, проверяя боевые принадлежности.

Не то, чтобы я тешил себя иллюзией убить бессмертного Отца Убийства, но блокнот с рисунками и десяток унций чернил вложили в мою душу некое подобие спокойствия.

— Каин? — произнесла Пуговка.

К моей радости, девушка больше не пыталась издеваться над моей привычкой разговаривать с казалось бы обычным котом. А ещё Вампирша прониклась ситуацией и даже предложила помощь.

— Мне пойти с тобой?

— Нет, — отрицательно помотал головой я.

— Может быть позвать ЗИЛа? — предложила она. — Каин, конечно, бессмертный, но он не всесилен. Год назад ЗИЛ…

— Ничего не надо. Спасибо, — деликатно отказался я. — Присмотри за домом, пожалуйста.

Вместо того, чтобы заходить в дом и одеваться, я подхватил из чернильницы кляксу и воплотил куртку с меховым воротником. Без характеристик и бонусов, но овладевание «власти над чернилами» двигалась семимильными шагами и практика только улучшала результат.

Выскочив на мороз, сразу увидел кряжистую фигуру в кепке. Каин стоял недалеко от ворот и смолил сигаретой.

— Не боишься рак лёгких заработать? — пошутил я над бессмертным.

Тот улыбнулся, принимая шутку и делая вид, что не в обиде за то, как в прошлый раз мы расстались.

— Если найдёшь сигареты, которые смогут меня убить — дай знать! Обязательно приобрету пару блоков. Вдруг сработает! — обнажив щербинку между зубов, улыбнулся отец убийства. — Восстановился? О-о-о! Смотрю, времени даром ты не терял!

Намекнул на то, что даже комплект Крестовского, что поддерживал ядро и скрывал уровни не в силах спрятать от его глаз мой шестидесятый.

— Да, попался под руку один из твоей паствы. Маркус Малкавиан, — Делая вид, что древний вампир не доставил мне хлопот, отмахнулся я.

Каин всё понял, но всё-таки решил уточнить.

— Этот ублюдок!? И что? Хочешь сказать, ты смог с ним справиться?

— Окончательно и без возможности возрождения. Слышал, ты проклял всех Малкавианов, и потому я решил, что ты не в обиде.

А вот этот вопрос стоит уточнить здесь и сейчас. Да, принёс клятву, что не будет прямо или косвенно мне мешать, но спросить всё-таки стоило.

— В обиде? — делано удивился Отец Убийства. — Да если бы я знал, что ты расправился с Маркусом, то захватил бы с собой цветы и торт! Кстати, как ты смог его одолеть?

— Кусок бумаги, немного чернил и много-много-много таланта, — ушёл я от прямого ответа.

Каин всё понял правильно. Вопросы по поводу таланта сильных и слабых сторон среди одарённых является моветоном, а потому настаивать он не стал.

— Я по поводу…

— Гомера. Я понял, — кивнул я. — Ты хочешь его воплощение прямо сейчас. Так?

— Что ты за это хочешь? — отбросив радушные улыбки, показал зубы Каин.

— Чтобы один обращённый вампир вновь стал человеком.

Без предисловий и без имён вывалил я своё желание

Каин усмехнулся.

— И с чего ты взял, что мне это под силу?

— Ты первый тауматург и отец всех вампиров. Если кому такой фокус и под силу, то только тебе.

— Ну, — театрально растянул он паузу. — Допустим, я могу это сделать.

Не знаю, настолько ли я хорошо разбираюсь в людях, но я сразу понял способ о котором он подумал.

— Обнуление до «единички» не предлагай. Нужно, чтобы она сохранила уровни.

— Так значит «она»… — улыбнулся щербатой улыбкой Каин.

— Хватит ломать комедию. Ты знаешь, что я имею в виду Пуговку. Ну так что?

— Надеешься таким образом затащить её в постель и подружиться с ЗИЛом? Хитер…

Оправдываться и объяснять, что Пуговка для меня просто друг я не стал. Почему? Если оправдываешся — значит виноват. А если промолчать, то глядишь, и за умного сойти можно.

— Так ты сможешь это сделать, или мы зря трепемся?

— Могу, — неожиданно ответил он, не став набивать цену. Хотя, условие всё-таки было. — Мне нужно подготовиться для ритуала. Завтра. Но тогда Гомер мне нужен тоже завтра.

Очевидно боялся, что я его обману. Почему? Смутил мой рост в уровнях и убийство высшего вампира? Неважно. Главное, что сейчас мне выпал шанс сгладить напряжение между нами и вновь протянуть руку дружбы.

— А чего тянуть? Рисунок у тебя с собой? — спросил я.

— Не боишься, что я тебя просто кину? — с недоверием произнёс он, но всё-таки вынул из внутреннего кармана сложенный вчетверо рисунок.

— Ты не кинешь, — улыбаясь, словно вещая прописные истины, ответил я. — Мы ведь друзья!

Едва мой же рисунок лёг на ладонь, как я почувствовал тепло. Такое обычно случается когда на рисунке кто-то знакомый. Лим или Кортр с Мирель, неважно. Вот только Гомера я не знал и какое поведение взбунтовавшегося в прошлый раз рисунка создавалл множество вопросов.

Но на морозе замёрзли пальцы, да и Каин хоть и пытался сохранить каменное лицо, но я нутром чувствовал его нетерпение.

Приложив подушечки пальцев к бумаге я закрыл глаза. Рисунок отозвался и предложил воплощение. Тут же появилась шкала вложения маны и эфира. Не став жадничать, я вложил всё до последней капли.

Колени тут же подкосились от слабости, но спустя пару тактов сердца, она прошла. А когда я смог проморгаться, то увидел нехорошие глаза Каина. А рядом с ним стоял закутанный в простыню старик.

Гомер «Сказитель» Саламинский.

Уровень: нет (призванный герой).

Класс: оракул, сказитель, бард

Гомер заговорил, и, ожидаемо, на неизвестном мне языке. Каин ему ответил. Причём оба будто забыли о моём существовании и поэтому мне пришлось напомнить.

— Вот, — стягивая с плеч куртку, произнес я и протянул её бородатого поэту. — не хватало ещё чтобы он замёрз. Кстати, по поводу нашего договора. Жду тебя завтра.

— Я буду, — произнес Каин и, удивительно, но в его словах я услышал оттенок благодарности.

Я уже развернулся, чтобы трусцой припустить к дому, но Каин окликнул меня словно старого друга.

— Магнус, постой!

— Да-да? — стараясь скрыть злость на погоду, повернулся я.

Гомер вдруг заткнулся и с любопытством глядел на меня, как-будто это не он, а я спустя три тысячелетия восстал из мёртвых.

— У тебя же скоро бой? Так?

Я поёжился, но всё-таки кивнул.

— Гомер говорит, ты погибнешь.

— Откуда он может это знать? — пряча злость на погоду за смешком, улыбнулся я. — Ещё минуты не прошло, как он возродился!

— Он тоже Изменяющий Реальность, Магнус. Он никогда не ошибается.

Глава 19

— Вставай, соня, — сдергивая одеяло с Пуговки я, в который раз за утро, взглянул на часы.

Задача вырвать одеяло из рук шагнувшей к четырехсотому уровню вампирши оказалась сложнее, чем я думал. Ткань затрещала и, чтобы не порвать бельё, я вынужден был отпустить свой край.

— Ещё раз так сделаешь, и я тебя ударю! — не открывая глаз, предупредила она.

— Мне сходить за святой водой? — не отступаясь, спросил я.

Подействовало. Пуговка открыла глаза и грозно предупредила.

— Только попробуй!

— Поднимайся, давай, — усмехнулся я. — Тебя ждёт сюрприз.

Не позволив девушке даже умыться, я бросил пальто на кровать.

— Да что в этом такого важного? — почти взмолилась Эмма. — Дай хотя бы кофе попить!

В ответ я кивнул на часы.

— Свой кофе, впрочем, как и ванные процедуры, ты удачно проспала. Одевайся, нас уже ждут.

Накинув пальто прямо поверх ночнушки, девушка в домашних тапочках выскочила на снег. От такого вида по моему телу пробежали фантомные мурашки. На улице минус двадцать два, а вампише хоть бы хны.

Впрочем, как я узнал недавно, это всё объяснялась физиологией вампиров. Раньше я верил книжным клише и думал, что вампиры холоднокровны, однако в реальности всё оказалось наоборот. Температура тела обращённых подскакивала с тридцати шести до сорока двух градусов. И с ростом уровня, невосприимчивость к холоду только увеличивалась.

За всё нужно платить. Именно поэтому у вампиров крайне высокий метаболизм и неизлечимая тяга к крови теплокровных. В идеале конечно белки человеческой крови.

В банке крови на каждого зарегистрированного вампира даже выделяется по четыреста миллилитров в неделю, но по словам Пуговки, размороженная кровь на вкус как пенка от кипячёного молока. Кстати про молоко. Кровь вполне можно заменить женским молоком, но судя по словам Пуговки, на вкус это тоже не очень.

Именно поэтому каждый более-менее освободившиеся вампир ищет, так сказать, кормильцев из простых людей. Серьёзно! В интернете тоже существуют ресурсы агрегаторы по подбору клиентов на эти специфические услуги. Можно выбрать возраст и пол донора, для гурманов даже группу и резус-фактор крови. Всё что угодно, только плати!

Как итог: все в плюсе. Для неодарённого, что решил подзаработать таким образом, это стабильный и относительно безопасный источник финансов. Для вампира же это надёжный и легальный источник качественной пищи.

Увы, терпение Пуговки закончилось раньше, чем наша дорога до ворот.

— Сюрприз? — зло прошипела она. — Поднять меня в половине седьмого и вытащить на мороз — это по-твоему хороший сюрприз?

Но как девушка не ярилась, она всё же топала за мной.

— Опаздываете, — прозвучало из темноты. — Я уже полчаса здесь торчу.

Разглядеть Каина я не смог и узнал только по голосу. А вот Пуговка, благодаря плюшкам своей расы, сразу увидела виновника её ранней побудки. И эта встреча ей не понравилось.

Не знаю какой у Вальхалы с Каином конфликт, но я и раньше замечал ее нетерпимость к Отцу Убийства. Именно поэтому я и не стал сообщать ей, к кому навстречу мы идём.

— Магнус какого… — поняв всю глубину подставы, Пуговка обнажила клыки.

— Спрячь зубки, сопля, — без опаски и злобы, скорее даже с брезгливостью, произнес Каин. — Я и сам не в восторге от происходящего.

Я взглянул на подругу. Суженные глаза горят алой ненавистью, тонкие пальчики крутятся вокруг поясной сумки с гримуаром, а за ее плечом явственно проявилось очертание демона-хранителя.

Каин тоже не остался в долгу. Мгновение и в его руке появился костяной, то ли нож, то ли дубина, вытесанная из челюсти монстра. Неужели это и есть тот самый «Первый клинок»!? Неужели он принес с собой легендарное проклятое оружие, которым когда-то давно убил Авеля?

Если отец убийства ударит, пусть даже и в ответ, то Пуговку не спасёт ни демон, ни уровень, ни Тотем. Проклятый клинок, без шанса на перерождение, развоплотит ее.

— Успокойтесь. Эмма, прошу, дай мне десять минут твоего молчания и покорности. А ты, Каин, пожалуйста не провоцируй её.

— Что ты… — продолжая угрожающе шипеть, произнесла Пуговка.

— Я хочу сделать тебе подарок, — перебил я вампиршу, которая, кажется, накручивала себя ещё больше. а теперь…

Я вопрошающе посмотрел на Каина.

— Пусть протянет руку. Мне нужна пинта её крови.

— Что? — взъярилась, было, Пуговка.

— Ты мне доверяешь? — прямо спросил я.

Девушка закатила глаза, но руку всё-таки протянула.

Сделав шаг навстречу, Каин ещё раз показал костяной нож.

— Сейчас я сделаю надрез, — увидев гнев уже в моих глазах, он поправился. — Маленький. Так нужно, чтобы провести ритуал.

— Ритуал!? — Пуговка тут же отдернул руку. — Какой ритуал?

— Обратная инициация в человека. Mагнус тебе не сказал? — с удивлением произнёс он.

Девушка отрицательно качнула головой тут же посмотрела мне в глаза. Гнев? Ярость? Ненависть? Нет! Теперь в её алых очах плескалась гремучая смесь из сомнения, недоверия и робкой надежды на то, что её главная мечта может исполнится.

Ещё несколько секунд мы бодались взглядами, но вера в меня и желание вновь стать человеком пересилили ненависть к Каину и страх перед «Первым Клинком».

Схватив руку девушки за запястье, Каин предупредил.

— Будет больно. Если начнёшь вырваться, то можешь навсегда потерять руку. понимаешь?

Пуговка сглотнула, но руку не отдёрнула.

— Начинай, — прикусив губу, произнесла она.

Каин кивнул, занёс над венами клинок и в следующую секунду над Воттоваара раздался истошный женский крик.

* * *

— Всегда хотел попасть в Париж! Как там говорится? «Увидеть Париж и умереть!», — не отрываясь от окна скоростного поезда, выдал Саша.

— Дурак, что ли? — вполне серьёзно и даже строго ответила ему Карина. — Не то, что говорить, даже думать о таком не смей! Кстати, где мы сейчас?

Сверяясь с дорожным буклетом, произнесла Лилит.

— Пролетели Амьен, — восторженно ответил Александр. — Ещё двадцать минут и северный вокзал Парижа, встречай нас!

Двадцать минут. Казалось бы «Какая мелочь?». Комфортабельный купе на двух человек, за окном живописные пейзажи северной Нормандии, а рядом — любимый парень. Вот только привыкшая к мгновенным переходам Лилит совсем забыла о том, что дорога может занимать немного больше чем несколько секунд.

Но так было нужно. Во-первых, транспортная сеть порталов официально принадлежала клану Вальхалла. А одним из высших членов считалась Пуговка, которая, по бабушкиным данным, днями не вылазит из дома Магнуса.

Во-вторых, их с Сашей путешествие в одной из столицы старого света носило гриф «секретно». Причём даже от бабушки. Именно поэтому они не воспользовались частным самолетом или флагманом клана. Нет, бабушка конечно узнает и будет сердиться на любимую внучку. Но лучше просить прощения потом, чем пытаться вымолить разрешение сейчас.

А на скоростные поезда не требовались ни документы ни разрешения. Щедрая оплата и мелькнувший, как бы невзначай, ученический паспорт в обложке с гербом клана Лейнингейн, делали простолюдинов ещё более услужливыми.

Едва парочка покинула скоростной поезд, как Александр достал из экстрамерного браслета ворох буклетов.

— Времени у нас мало, поэтому я всё распланировал! — воскликнул воодушевленный парень. — Сначала пешая прогулка на юг и посещение собора Парижской Богоматери! Дальше через мост налево и в Лувр. А если там будет очередь, то пропускаем и идем…

— Не так быстро, — перебила его Карина. — Есть ещё некоторые дела.

— В смысле? — ошалел парень. — Ты ведь сказала это просто праздничная поездка! Только ты, я и Париж!

— Всё так, — мягко, чтобы не задеть парня, добавила Лилит. — Ну раз уж мы в Париже, я хотела навестить дедушку.

— Дедушку? Так он же…

— Ты про Себастьяна? — догадалась Карина. — Нет. Я про другого.

— Отлично! — не растерялся парень. — Познакомишь нас?

Лилит замялась. Как сказать Саше, что дедушка о котором она сейчас говорит это не убеленный серединами старик, а древний демон? Бабушка даже вслух его имя произносить не позволяет, а тут целое знакомство с парнем.

— Не получится, — изображая истинную скорбь, ответила Лилит. — Он…

Ну как намекнуть Саше на то, что встреча с дедушкой непозволительна. Как объяснить и при этом не обидеть немного наивного, но ласкового и такого любимого ей парня?

По счастью делать этого и не пришлось. Парень сам нашёл объяснение почему не может познакомиться с дедушкой своей возлюбленной.

— Он уже умер? Ты хочешь сходить на могилку?

Ничего не ответить значит не соврать, а потому девушка так и поступила, позволяя возлюбленному обмануться собственной версией.

— Я ненадолго. А потом весь день и весь вечер будет в нашем распоряжении! — улыбнулась она.

— Обещаешь? — с напускной серьезностью произнёс Саша.

— Обещаю, — тут же подыграла ему Лилит.

— Ну, хорошо. Значит, встречаемся возле Эйфелевой башни, — как и подобает истинному мужчине, принял решение Саша. — Часа тебе хватит?

— Более чем! — изобразив святую невинность, робко улыбнулась Лилит. — Я тебя обожаю!

Изображая джентльмена, парень сам поднял руку и поймал такси. Старый город не желал принимать новые правила и только здесь всё ещё можно было встретить такой архаизм, как машина с живым водителем.

Из салона белого Peugeot выглянул уже не молодой араб.

— Туристы? Американцы? — сверкая золотой улыбкой произнёс он на ломаном английском.

— Русские, — на каком же ломаном, французском ответил ему Александр.

— О! Русские! — ничуть не смутившись перешёл на французский араб. — Водка, матрёшка, балалайка!

Подобные синонимы заставили Александра показать клыки.

— Да. А Франция, значит, это верблюд, кебаб и марокканский гашиш? Короче, эту милую девушку нужно отвезти на кладбище…

Тут парень замялся не зная конечного адреса.

— Монпарнас, — улыбаясь этой перепалке, подсказала Лилит.

— Кладбище Монпарнас. Где находится знаешь?

Араб, поняв что заказчик шутить не будет, спрятал золотые зубы и скупо кивнул.

— Вот и славно. Если что с ней случится, — добавил Александр кивнув на Карину. — Найду и размотаю! — честно предупредил он.

Загрузившись в авто, Карина извинилась за резкость своего парня.

— А вы ведь не русская, — подметил проницательный водитель.

— Немка, — учтиво ответила Лилит. — А Александр русский.

— И злой, — подумав, что немка вряд ли знает его язык, буркнул по-арабски водитель.

— Добрый. Но не любит шуток про свою родину, — ответила на его родном языке и заглянула в карточку водителя. — А теперь, господин Акиль, давайте сменим маршрут.

Зимний Париж был прекрасен. Коммунальные службы постарались и, несмотря на что до Рождества был ещё месяц, украсили город праздничной иллюминацией.

Обойдя по дуге группу туристов Лилит искала глазами того, ради встречи с кем проехала пол-Европы. Чтобы не выбиваться из образа туриста, она даже прикупила багет — любимое лакомство голубей. Карина была равнодушна к голубям, но их любил дедушка.

Именно поэтому она прибыла на Елисейские поля. В надежде встретить древнего демона, который настолько сблизился с людьми, что тоже завёл себе человеческое хобби — кормление этих пернатых крыс.

— Добрый день, дедушка, — произнесла Карина, робко присев на край лавочки.

— О! Лилит! — оживился мужчина, что годился девушке в отцы, но никак не в дедушки. — Ожидаемая, но всё-равно приятная встреча.

Мефисто ничуть не изменился с их последней встречи. Такой же статный, но уже немолодой мужчина с острой бородкой и благородная седина в висках.

— Ожидаемая? — удивилась Лилит.

— А кто по-твоему научил твою бабку предугадывать человеческие ошибки? Не тушуйся, — заметив как покраснела Карина, добавил он и бросил голубю ещё один кусочек хлебного мякиша. — Ошибки проходят вместе с годами. В отличии от глупости. Глупость она не зависит от возраста. Глупость постоянна…

Дождавшись окончания философского размышления, Карина подсела поближе.

— Дедушка, тогда наверное ты знаешь зачем я приехала.

— Я знаю мотивы. И твои, и твоего ухажера, тоже, — накручивая усы, усмехнулся Мефисто.

— Мотивы Саши? — ещё больше удивилась девушка.

Мефисто растерянно посмотрел на Лилит.

— А ты их не видишь? Не знаешь, что он заказал через твоего двоюродного брата и что привёз с собой в Париж во внутреннем кармане куртки?

— Нет, — выдавила из себя Карина.

Она могла быть великолепной интриганкой среди сверстников. Бабушка же читала её манёвры, как открытую книгу. А вот дедушка… Дедушка видел то, о чем юная Лейнингейн не могла даже подозревать.

— Он хочет сделать тебе предложение, — усмехнулся Мефисто.

От услышанного у девушки перехватило дыхание.

— Как ты…

— О, не нужно быть старым Мефистофелем, чтобы увидеть мотивы Александра. Всё на поверхности, — продолжая накручивать усы, вновь усмехнулся он. — Странно, что ты этого не увидела.

— А я? Про мои мотивы ты тоже осознаешь?

— Конечно. Ты хочешь сил для своего избранника. А ещё, ты боишься, что он проиграет оригиналу. Ведь именно он убил Маркуса Малкавиана.

— Дядя Маркус мёртв? — окончательно растерялась Лилит. — Его убил Магнус? Но как? Он же…

— Маркус — самовлюблённый болван. А только как он проиграл… Не знаю. Но мне самому это интересно.

— Так ты поможешь? — решив, что потрясение на сегодня хватит, произнесла Карина. — Ты сможешь сделать Сашу сильнее?

— Для чего? Для клана? Для российской империи, трон который ты хочешь занять, став второй после Екатерины немкой-императрицей? Ради шведского престола? Или для собственного счастья?

— Я…

— Ты не способна обмануть даже свою бабушку, так что уж мне-то не ври, — осуждающе покачал головой Мефистофель.

— Так ты поможешь? — поняв, что все её игры рядом с дедушкой это детские шалости, спросила Карина.

— Помогу, — рассыпав пернатым бестиям остатки крошек, ответил Мефисто. — А заодно и посмотрим, играют ли в тебе ошибки молодости, или это проявления врожденной глупости.

* * *

— Ты же сказал… — подхватив голову Пуговки взъярился я на Каина.

— Что я сказал? — холодная яростью ответил мне Отец Убийства. — Я сказал, что смогу сделать ее человеком без потери уровней! Так?

— Она же умирает! — едва нащупав пульс уже живой девушки, воскликнул я.

— Я не говорил, что она переживет ритуал, — схватив меня за волосы зашипел Каин. — Так что не смей порочить меня во лжи, щенок!

Его рука вдруг ослабла и отпусти в мою чёлку, добавил уже спокойнее.

— На этом мы квиты.

Мгновение и он исчез. Растворился в густой ночи и кружеве снежинок, оставив после себя лишь следы на снегу. И Пуговку.

То, что девушка угасала, я понял и без прощупывания пульса. Золотые глаза, которые я тренировал почти что постоянно, показали, как в груди девушки медленно угасает ядро. Причём никаких видимых повреждений, вроде моего разрыва или ожогов, не было. Уже не вампирша, а просто девушка медленно угасала на моих руках, как огарок свечи.

Голос возле калитки я услышал уже после того, как почувствовал терпкий запах ядрёного табака.

— Ну и чего разлёгся? Она же простынет, — дребезжащий голосом произнёс Петр.

Горячий шершавый язык лизнул мою щёку. Фубля!? Учитывая сколько времени моя мантикора проводит рядом с Петром, начинаю сомневаться, что крылатая кошка вообще является моим питомцем.

— Занеси девчонку в дом, посильнее разожги камин и буди Катю, — как-то буднично заявил забытый бог.

— Что? — произнёс я, не сразу осознав смысл его слов.

— Разбуди Катю. Пусть звонит своему папке, а тот соберет клан. Будем вытаскивать эту бестию.

— Ты это можешь? — продолжал тупить я.

Петр кряхтя усмехнулся.

— Ну. Теперь уже могу.

— Но… Ты ведь забытый!

— Как!? — выдувая в начинающийся рассвет клубы дыма, продолжал улыбаться шаман. — Уже не такой Забытый, Магнус. Люди вновь вспомнили и поверили в меня. Вернее ты поверил. Ис Фубля, тоже.

А дальше начался сущий ад. Сначала Катя кричала, что я сбрендил, а потом, увидев Петра, грохнулась в обморок. Впрочем ненадолго. Настя и половина бутылки нашатырного спирта помогли привести морферику в норму, и уже спустя пару минут, моя якуточка звонила будущему тестю.

Пётр, оказавшийся виновником минутной слабости моей девушки, даже не повёл ухом. Забытый бог продолжал камлать в бубен.

Придя в себя, якуточка огорошила меня вопросом: «Ты вообще понимаешь, кто это такой?». Я ответил, что понимаю, и даже больше, забытый людьми бог назначил меня своим последователем кто истинно поверил в него!

Правда, отказаться у меня не было времени. Да и подвывать под стук колотушки я не обучен. Не говоря уже о том, что учиться подобному мне мягко говоря неохота. Но все равно приятно!

В общем, через четверть часа в дом на Капище Мамонтов ворвалась толпа из полусотни родственников якуточки. К тому времени Катя уже подпевала Петру на незнакомом мне языке.

— Магнус, это… — произнес отец Кати и дрожащей от волнения рукой указал в спину Перта.

— Да, Балди Карху, — улыбнулся я. — Думал, вы знакомы.

— Это прародитель нашего клана! Он…

— Иван Федорович, успокойтесь. Это не я, он позвал вас…

— Столько лет, — с улыбкой фанатика произнёс отец Кати. — Я с малых лет слышал легенды о великом Балди. Считал их бабушкиными сказками, а несколько дней назад…

Старик я ударился в сентиментальность и был мягко говоря не в себе.

— Фёдор Михайлович, — вновь привлёк я его внимание. — Успокойтесь. Не время для сентиментальности, он позвал вас за помощью.

— Да-да, конечно, — под растерянные взгляды своих детей произнес старик. — Я знаю эту песню и мой клан подпоет бубну праотца.

Спустя минуту Фёдор Михайлович присел рядом с дочерью, а ещё через две гостиная наполнилась еще полусотней голосов. Каждый, от совсем уже немощных стариков до только учащихся говорить детей знал слова этой песни. А мы нет.

Но гости продолжали прибывать и прибывать, и когда в совсем не маленькой усадьбе стало совсем тесно, я решил, что пора сваливать.

Тем более был весомый повод: открытие портала в мой нарисованный мир и первая официальная встреча лидеров Российской Империи с сенатом патриархов Ордена Света!

Княжна Елизавета Романова, президент Вячеслав Рогозин, полномочный председатель ООН по делам одарённых Алик Джигаркава и президенты ещё дюжина стран. Они будут заключать союзы и налаживать торговые отношения между нашими мирами.

Но самое скверное — на этой встрече будет присутствовать ЗИЛ. И, демоны Дали, как же мне неохота объяснять одному из сильнейших игроков планеты, по чьей вине его воспитанница и почти дочь сейчас одной ногой в могиле.

Глава 20

Встреча, которую я так опасался, прошла буднично. ЗИЛ даже не спросил про Пуговку. Да оно и понятно, слишком уж серьёзные обязанности были возложены на порталиста. Ведь чтобы не палить свои возможности, ответственность за дорогу в новый план была переложены на его плечи.

Однако, без проблем не обошлось. И дело даже не с процентными отчислениями от торговли с моим нарисованным миром, тут всё прошло гладко. ЗИЛ просто выдвинул свои требования, а остальные не стали спорить. Гораздо тяжелее шёл спор о эмиссарах наших планов.

Каждый из присутствующих тянул одеяло на себя. Княжна Елизавета выдвигала послом своего троюродного брата по польской линии, княжича Владислава Романова-Ильинского. Алик Джигаркава настаивал на официальном лице от ООН. Да и остальные монархи тянули одеяло на себя. Не отказался от претензий даже президент Африканской Орочьей Республики — с первого официального интергосударства переселенцев из Ниддавелира.

Но всех пришлось обломать. ЗИЛ в ультимативной форме передал мои требования, и официальным послом Земли был назначен Семен Шарапов. Послом от иномирцев же стала тоже моя ставленица. Орден тоже упирался и показывал зубки, но я таки их додавил, и наместником воли Ордена Света на Земле стала баронесса София Ольц.

Столь высокий пост и женщина — не укладывался в закостенелых головах теократического ордена. Но портал в наш мир находился на её земле, плюс заслуги её отца и мое давление как Чернильного Мага склонили чашу весов в нашу пользу.

Но ЗИЛ всё-таки внёс ноту хтонического идиотизма, разбавив постность официальной встречи концертом, мать его, Джигуда! Серьёзно, если бы не отец, я бы никогда не узнал, кто этот фрик в килте. Зато возник другой вопрос: почему этот чубака с голосом Ктулху всё ещё не в лечебнице. За одно и ЗИЛ.

С последним всё понятно. Ни Гуантанамо, ни даже «Северный Предел» не удержат одного из сильнейших игроков в мире. Поэтому мне, княжне Елизавете, президенту и остальным приходилось терпеть голос солиста и периодически вытирать кровь из ушей.

Первой, кто не выдержал, оказалось Фубля. Мантикора и так привлекала к себе огромное количество внимания журналистов. Ей это не особо нравилась, но моя девочка терпела просьбы попозировать.

Всё из-за Алисы. Моя вендорша и главный управленец по всем делам мило улыбалась и сквозь стиснутые зубы повторяла «Так надо!». Мне и Фубле приходилось терпеть это и мило улыбаться. В конце концов мы новички и нужно поднимать имидж и узнаваемость клана.

Но когда дело дошло до третьей песни Чубаки в кителе, терпение у мантикоры закончилось. Густой рёв перекричал колонки и, сорвавшись с поводка, Фубля рванула к сцене. Прыжок через три ряда, эффектное планирование на расправленных крыльях и, вот, парализующий удар хвоста заставил артиста заткнуться.

Впервые с начала выступления в зале раздались аплодисменты, а я, поняв как накосячил мой пет, решил, что пора сваливать.

Благодаря Фубле мне удалось соскочить с официального мероприятия заранее, а потому в офис нашего клана я приду первым. Доставшиеся в наследство от братьев здание встретило также неоднозначно.

Всего двое персонажей: милая девушка лет двадцати на ресепшене и охранник возраста моего отца. Кстати, одарённый.

Павел «Фауст» Савельев

Возраст: 41 год. Уровень: 33

Класс: Химеролог

С ним мы уже пересекались, Когда Фобос познакомил меня с только что собранным боевым крылом клана.

И если девушка покраснела, увидев начальника, то Фауст, наоборот, подобрался и пружинящей походкой двинулся наперерез.

— Добрый день, позволите пропуск.

— Нет такого, — не ожидая подобного поворота, растерялся я.

— Ну тогда фамилия, имя и цель визита?

— Паша! — окликнула его девушка. — Это же…

— Я знаю, кто это, — не отводя глаз, ответил Химеролог.

При этом его пальцы на руках подёргивались.

— Тогда в чём проблема? — поднял я бровь.

Меньше недели назад он яро старался пройти отбор, я сейчас шмонает своего непосредственного начальника!? Неужели синдром вахтёра? Как оказалось, нет.

— Извините, Maгнус Дмитриевич, — после проверки на артефакте и подтверждения моей личности виновато извинился он. — За неполную неделю, вы третий, кто представляется этим именем.

— Паша, ты же знаешь меня в лицо, — принимая извинения произнёс я.

— И что? Хороший менталист может запросто внушить образ человека, которым прикидывается. Да и артефакты, вроде «Паранджи», на чёрном рынке купить можно. Ладно, что это я… Светлана, проводи графа, пожалуйста.

Поднимаясь на лифте на последний этаж, я обдумывал слова химеролога. Молодец парень! Не смутился, что вместо боевых заданий ему приходится нести службу вахтёра. Да и бдительность соблюдает. Надо будет намекнуть Семёну, чтобы выписал ему премию.

Зайдя в бывший кабинет Виктора, увидел маму. Растворившись в работе, она не заметила моего появления и перебирала кипу бумажных документов.

— Давно не виделись, — произнёс я, приобняв маму.

Та вздрогнула от неожиданности.

— Ой, Магнус, — подскочила она.

— А почему на двери висит мое имя? — улыбнулся я.

— Ну как, — Растерялась она. — Это твой кабинет! Ты же глава клана! Я даже перестановку делать не стала. Думала, ты сам обустроить здесь всё под себя.

— Мама, — закатил я глаза. — Я в офисе всего второй раз. И вряд ли буду появляться здесь часто. Да если бы не Пуговка, мы с ребятами вновь собрались бы в доме на Капище.

— Вампирша? А что с ней не так?

— Всё нормально, — не стал я вдаваться в подробности. — И это, она больше не вампир.

— В смысле «Больше не вампир»? — удивилась она. — Это же не герпес, и не, прости Господи, вегетарианство. Разве можно быть вампиром, а потом раз и вернуть всё обратно?

— Как оказалось, можно, — натянуто улыбнулся я, вспомнив ублюдка-Каина. — Ну ладно, я в «переговорку», а ты не забудь поменять табличку.

Поцеловав её в щёку, двинулся к лифтам. Фобос написал, что уже поднимается. Остальные тоже подтянутся, но позднее. И только Алиса отписалась, что, из-за моей с Фублей выходки, приехать не сможет.

— Как дела? — произнёс я второй раз за день поздоровавшись с другом.

— Да не очень, — пожал руку парень. — С Нинель проблемы.

— С кем? — не понял я друга.

— С веталой, — пояснил он. — Сегодня во время открытия портала в усадьбу приехало много сильных игроков, поэтому я переселил её из подвала в комнату Игоря. Но сам понимаешь, подвал это не выход. Она не может сидеть там постоянно.

Про Игоря спрашивать не стал. Вспомнил того рыжего забияку, которого Фобос вместе с упырицей взял на попечительство.

— Так давай переселим ее! — и, предвосхищая следующий вопрос, ответил. — В старое родовое поместье Ермоловых. Деревни, которые там были, давно сгинули и там никого не бывает.

— Что? Можно? — неуверенно спросил друг.

— Даже нужно! — улыбнулся я. — Когда я там был последний раз все стены были разрисованные граффити. Местные вандалы. Думаю, одной их встречи с Нинель хватит, чтобы отбить привычку там тусоваться. А если кто и попадёт ей на зуб, то сам виноват. Не хрен осквернять священный дом моих предков! Кстати, у Игоря, как дела?

— Нормально, — улыбнулся Фобос. — В понедельник пойдёт в школу.

— А твои? — произнёс я, намекнув на братьев и сестёр Фобоса.

— Сам не ожидал, но отлично! Сказал, что Игорь наш троюродный брат по материнской линии и теперь он будешь жить с нами. С документами правда не знаю что делать. Там такой геморрой что…

— Обратись к Алисе, — посоветовал я. — Она же вендор! Она точно что-нибудь придумает!

— Кстати об этом, — вновь нахмурился парень. — Она сказала, что утром у вас были какие-то проблемы.

— Не то слово, — не весело ответил я другу. — Каин, сука… Нашёл способ мне поднасрать.

— Не выполнил своё обещание? — попытался догадаться Семён.

— Выполнил, — скрипя зубами ответил я. — Но он как джин, понимаешь? Выполнил его так, что Пуговка сейчас при смерти.

— А я тебе говорил, что он падла. Все говорили, — без упрека ответил друг. — Так что с Пуговкой?

— Ну если в двух словах: она теперь человек.

Фобос не поверил, и мне пришлось в вкратце пересказать утренние события.

— Ну я думал это не… Фарш же невозможно провернуть назад! — Выдал странную аллегорию он.

— Ну вот так.

— А ЗИЛ что?

— Я ему не сообщал, — пожал плечами я. — Зачем трепать нервы столь влиятельному человеку?

Дожидаясь Антона, мы беседовали о всяком разном. И когда он появился вместе с Змеядой, наш маленький совет можно было начинать.

— Пара минут, — Дочь Дьякона подняла указательный палец. — Я только до автомата за кофе сбегаю.

Я удивился. Но Антон всё прояснил.

— Она вторые сутки на ногах. Всю ночь возле моей реанимационной капсулы пролежала, — с кислой миной произнёс он.

— Погоди, — остановил я друга. — Ты сейчас про нашу оторву-Змеяду говоришь!?

Если честно, я, да и все вокруг, считали что их роман не продлится и недели. А тут такие новости!

— А что тебе не нравится? — Антоха вдруг встал на защиту девушки.

— Да наоборот! Всё нравится! — примирительно понял я ладони. — Рад за тебя, дружище!

Как твои руки?

При моих словах Антоха вздрогнул и невольно посмотрел на восстановленные конечности.

— Нормально. Настя сказала, что можно выписываться. Только фантомные боли беспокоят. Знаешь, ощущение такое, будто их закопали в горячий песок.

— Завтрашний матч. Тебе можно будет выступать? — прагматично поинтересовался Фобос.

— Да. Проблем не будет.

В этот момент в переговорную вошла Змеяда.

— Кости мне моете? — вооружившись сразу двумя стаканчиками, произнесла Змеяда. — Да и пофиг! Давайте начинать, пока я не заснула!

Вытащив из пространственного браслета три папки, девушка толкнула их по столу.

— Личные дела тех двух ушлепков? — прочтя подпись на папках, поднял бровь Фобос.

— Не то, чтобы личные дела. Скорее просто собранная за время турнира информация, — хлебнуть большой глоток, ответила Яда.

— Каких ушлепков? — удивился я и выдернул первую папку. — Это же…

— А тебе не говорили? — усмехнулась Дочь Дьякона. — Ты вообще личную почту читаешь? Вчера была рассылка. Завтра вы будете биться с с твоим двойником!

— Дубликатом, — поправил её я. А когда понял, о чём она говорит, выдал. — Да ладно!!!

— Ага! — довольно усмехнулась Змеяда. — Матч не смотрел? Вчера они победили команду Седовых. И, знаешь что хочу сказать, твоя нелюбовь к Хану передалась и двойни… дубликату, — поправилась она. — Да и Ярый с этой личинкой Оракула не шпана подзаборная! У меня есть видео. Как тут включить проектор?

Подключив смарт к голопроектору, она запустила вчерашнюю запись. Весь бой занял не больше трех минут. Блистая, словно звезда, Александр оживлял татуировки. Учитывая его специализацию татуировщика, я предполагал что-то подобное.

Также Саша научился воплощению рисунков без блокнота. К своему стыду заметил, что у него это получается даже лучше, чем у меня. Дубликат явно практиковался. А вот я… Опьянённый лёгкостью предыдущих побед, я забил на самосовершенствование, и как итог, в этом отставал от клона.

А вот пара его компаньонов заставили меня задуматься. Я смотрел предыдущие отборочные бои дубликата и уже тогда заметил странность. Но теперь подозрение переросло в уверенность, что с ними что-то не так.

В первом отборочном бою первый, Егор Калина, использовал аспект Льда и призыв буйвола, второй же, Никита Кислицын, — Песок. На втором, против клана Морозовых, Сашины шестёрки использовали уже Ментал и Тьму.

По сумме первых боёв выходило, что Калина открыл минимум три аспекта: Воздух и Ветер, как составные льда и Ментал. Кислицын владел Природой и Тьмой. Псионик-элементалист и призыватель с первоаспектом Тьмы. По отдельности каждый из них редок, но не уникален. Ничего необычного. Справлялись с противниками и посильнее. Но третий бой заставил меня сомневаться в исходе нашей встречи.

У дубликата всё пошло не так самого начала. Хотя это и неудивительно. Даже имея таких крутых напарников, трудно придумать тактику против железнокожего орка, менталиста с даром предвидения и, хоть и мудаковатого, но талантливого кошкорианца.

Победа далось Саше нелегко. Его напарники вновь удивили, продемонстрировав по новому аспекту. Кислицын «выключил» будущего оракула при помощи молнии, а Калина использовал пар!

Однако даже так команда Саши в середине боя потеряла Егора Калину. Его хрупкий человеческий череп не выдержал комбо от Хана. Хотя, наверное, никто бы его не пережил. Ну разве что Максим «Ярый». Орка со стальной кожей вообще невозможно было пробить физически.

Ценой всего запаса маны, Кислицын всё-таки убил Хана. Чистокровный маг истратил весь магический ресурс и по сути тоже выбыл, оставив Александра один на один против Ярого.

И вот тут дубликат удивил меня во второй раз. На месте Саши я бы использовал чернильных змей, чтобы сковать и обездвижить орка. На первый взгляд стальная кожа не имела слабых мест. Однако, так не бывает. В разговоре с Петром я упоминал невероятно сильного и умного орка. А ещё поведал ему о способностях Макса и сказал, что просто не знаю как его победить.

В ответ забытый бог усмехнулся и сказал что у каждой способности есть слабое место. И, в случае с Максимом, его «Стальная кожа» и есть одно большое слабое место. Невероятно сильная способность должна жрать прорву маны и если бой затянется, то исчерпав все запасы магического ресурса он скорее всего сбросит непробиваемый щит. А без него он перестанет быть неуязвимым.

Вот и сейчас я ждал, что дубликат использует чернильных змей, двимеритовую сеть или что угодно, чтобы затянуть схватку. Но, неожиданно, Саша не стал уклоняться. За долю секунды он сложил сложную комбинацию магических глифов и в следующую секунду в лицо разъярённого орка ударил алый гейзер огня!

— Останови! — прокричал я Змеяде.

Кажется, наш тренер только и ждала этой команды.

— Что, проникся!? — невесело усмехнулась она.

— Откуда у него аспект Огня? — пропустив её вопрос, возмутился я.

— Не огня. То, что ты видишь, это чистое проявление магии Хаоса! — поправила меня Змеяда. — Смотри дальше.

Она сняла видео с паузы и бой продолжался. В начале Ярый немного замедлился, но продолжал сокращать дистанцию. Однако его набора хватило всего на несколько шагов. Металлический покров орка раскалился до бела. Однако Максим продолжал делать шаг за шагом.

Ему не хватило совсем чуть-чуть. Вначале поплыла чаппа — любимое оружие орков. Массивная смесь меча и мачете оплавилась, словно огарок свечи. Орк остановился. Каждый следующий шаг давался ему всё труднее и труднее. И тогда мой дубликат сделал шаг навстречу.

Словно стойкий оловянный солдатик, Макс сделал ещё несколько шагов. Однако плоть оказалась слабее его твёрдости духа, и его тело тоже «поплыло». Ярый проиграл, но сделал это достойно. А вот Саша…

Чёрт подери, он же мой дубликат! У нас с ним общие воспоминания и друзья! Несмотря на то, что на состязаниях академии Ярый был нашим противником, я всегда уважал его как человека.

Невероятно умный, образованный и честный, он опроверг все стереотипы о тупоголовости и ковожадности представителей своей расы. Более того, он ни разу не дал повода относиться к себе как к врагу!

Использовав магию хаоса, Саша мог закончить всё быстро. Но нет. Невероятно добрый, пусть и предатель, всего за пару-тройку недель превратился в конченого садиста, что упивается муками того, кто всегда был для нас другом.

На эмоциях я со всей силы сжал керамическую кружку и та лопнула в ладони. По столу растеклась лужа уже остывшего сладкого кофе.

— Падаль! — вытирая руки о штаны, произнёс я.

— Да, нехорошо с Максимом обошёлся, — негромко произнёс Антон.

— Хорошо что завтра всё закончится, — нервно усмехнулся я. — Если раньше я считал, что ещё можно как-то договориться, то после этого…

В отличие от меня, Фобос сохранил зерно рациональности.

— Меня больше смущают его Компаньоны, — раскрыв красную папку произнёс Фобос. — Калина использовал три аспекта. Кислицын — четыре. И это при условии что они открытые лично, они комбинированы из стихийных.

— Семён прав, — поддержала его Яда. — Лёд это Вода и Воздух, а Пар это Огонь и Вода. Добавим сюда первоаспект Жизни и получаем что Калина может владеть сразу пятью аспектами! Да Кислицын с его Тьмой, Менталом, Молниями и Песком, который в теории состоит из Земли и Воздуха.

— И это в девятнадцать лет! — раскрыв папку удивился Антоха. — Много вы знаете игроков которые на двадцатом уровне открыли хотя бы три аспекта? Вот-вот!

— Что про них известно? — листая папку с личным делом спросил Фобос.

— Ты не поверишь! Ни-че-го! — пожала плечами Змеяда. — Да и история у них как под копирку! Рода молодые, фамильных земель нет. Регистрацию одарённости оба прошли год назад. В магических академиях или школах не числятся. Всё на домашнем обучении.

— Но так не бывает! — Фобос впервые позволил себе проявить эмоции.

— Я знаю, — согласилась с ним Яда.

— Чего удивляетесь? — с мрачным сарказмом улыбнулся я. — Вы забыли, кто стоит за всей этой авантюрой?

— Карина!? — с какой-то неуверенностью спросил Антон.

— А ты думаешь, Саша сам нашёл партнёров в команду? Да таких ещё и с подобной историей и набором способностей. Личное дело можно не читать, от него «липой» за версту воняет.

— И что будем делать? — всё так же неуверенно спросил Антон.

После просмотренного боя меня прямо переполняла мрачная решимость и желание сломать дубликату ноги.

— Готовиться, Антоха. Готовиться, — поднявшись, я оперся на стол и обвёл друзей взглядом. — Яда, ты как тренер команды, готовь варианты противодействия магемам этих двоих. Ант, закажи доставку еды. Фобос, с тебя амулеты, зелья и прочие расходники. Завтра не финал, но решающий бой турнира. Ставьте смарт на беззвучный и никто не покинет этот зал, пока у нас не будет чёткого плана!

Глава 21

Мозговой штурм затянулся допоздна. И дело не в том, что кто-то из нас не был вовлечен в процесс. Всё из-за другого. Сложно придумать стратегию против команды с десятком аспектов на двоих и Чернильным магом.

Первой не выдержала Яда. Свернувшись клубочком, девушка так и заснула в жёстком кресле переговорки. Зато Антон отдавался за двоих. Раз за разом он предлагал новые и новые стратегии. Но каждый раз его идеи разбивались о невероятный пул аспектов Кислицына и Калины.

— Что если Фобос навесит на меня вампиризм и мы обменяемся личностями, — устало выдал он последнюю идею. — Ну как тогда фокус с масками?

— Думаю, они будут готовы, — покачал головой Фобос.

— А если при этом Магнус нарисует ещё клонов? — не сдавался Ант. — На них они потратят свои скилы и манну, а уж потом мы…

— Молния, — вновь закачал головой Семён. — клоны Магнуса только пустышки. У них нет ни запаса здоровья, ни маны, а одеть всех на сопротивление мы не можем. Калина поджарить их одной цепной молнией.

— А если резина? — наш танк выдал уж совсем бредовую идею. — Нарядить всех в гидрокостюмы. Если мы знаем, что они применят, то можно…

— Нет, — покачал головой я. — Ты себя со стороны слышишь? Вместо молнии Дубликат врубит свою горелку и тогда наши копии вспыхнут, как покрышки на майдане.

— Ну, тогда мои полномочия всё! — развёл руками Антон.

Как бы не хотелось это признавать, но предсказание Гомера начинало сбываться. Отсутствие каких-либо идей противодействия и понимание того, что Саша знает все наши фокусы, повышало наши шансы на проигрыш. А проигрыш равен вылету из турнира.

И дело даже не в огромным призе — Клановом Источнике, который превратит мой дом в неприступную крепость. Дело в дубликате. Турнир это, наверное, единственный шанс убить копию-ренегата. И если мы завтра поиграем, то второго шансы поквитаться с Сашей может не представиться.

— Ладно, уже первый час. Я домой, — поднялся со своего кресла Фобос.

Поймав мой неодобрительный взгляд, он пояснил.

— У тебя нет детей. А у меня их семеро братьев и сестёр! Время уже первый час, А мне ещё нужно проверить домашнее задание, как собранны портфели, и проконтролировать, что все лягут спать. До завтра.

С этими словами вивисектор покинул переговорку. Антон подхватил Яду и бережно, словно Дочь Дьякона была маленьким котёнком, перенёс её на диван.

— Не смотри на меня так, — ухмыльнулся Антоха. — Яда спит. Значит, я тоже ночую здесь.

Я кивнул, понимая, что здоровяк прав. Время действительно уже перевалило за полночь. Даже если мы просидим здесь до утра, то велик шанс, что вместо хорошего рисунка боя мы заработаем только дебаф недосыпа.

— Устраиваетесь. В шкафу есть плед на подобный случай.

— А ты? — не забыл про меня друг.

— А я пойду в общий зал для персонала. Там тоже есть мягкий диван и подушка с пледом.

Пробуждение прошло, как бы это помягче сказать, необычно. Звуки шагов и негромкие перешептывания не разогнали мой сон. Зато это сделала не в меру громкая кофемашина.

Разлепив глаза, я увидел, что уютный диванчик, который был выбран мной в качестве места для ночлега, находится посреди зоны отдыха работников. Без малого сотня клерков перемещались по кухне украдкой, поглядывая в мою сторону.

Их удивление можно было понять. Глава клана, сам Чернильный Маг и их самый главный начальник, точно ночной сторож, развалился среди кафетерия. Наверняка этот момент станет главной темой пересудов в ближайшую неделю. И от чего-то из-за этого на меня накатила злость.

— Время восемь-пятнадцать, — взглянув на часы прорычал я. — Рабочий день только начался, а у вас уже перерыв!?

Народ затих, а я подумал о том, что жёсткий, как подошва кирзового сапога, Виктор, покойся его душа с миром, никогда бы не допустил подобного.

— Минус половина премии у каждого, кто решил, что с приходом нового начальства можно забить на работу.

С этими словами я сбросил одеяло и двинулся в общий туалет, чтобы умыться.

Времени было немного, поэтому пришлось, извините, срать и бриться одновременно. Благо хоть с расходниками проблем не возникло. Нарисовав бритву, полотенце и зубную щётку я покончил с гигиеническими процедурами. Отписался ребятам в общий чат. Увы, в сети нашлась только Алиса и Настя.

Моя маленькая вендорша отчиталась о вчерашнем мероприятий и получила указание на штрафные санкции для сотрудников офиса. Моя фигуристая целительница сообщила, что всë это неправильно. Под «всё это неправильно» — она имела в виду наш Сашей поединок. Причём миролюбивая внучка самой Смерти дошла до того, что решила отменить бой и поговорить с Сашей!

Пацифистка, блин! Да накрученный Лилит дубликат даже слушать её не будет! А уж после той казни, которую Саша совершил с Ярым, и я не пойду на мировую.

Звонок на горячую линию ООО «Боже какой мужчина» и под удивленными взглядами работников прямо там, в туалете, возник портал на арену. Трибуны только заполнялись, а толпа журналистов уже вылавливали участников турнира. Увы их внимание не обошло и меня.

Каково же было удивление, когда от разъяренной толпы с микрофонами и камерами меня спас Ярый!

— Макс!? — удивился я, увидев стального орка.

Причём удивление было вызвано не появлением выбывшего из турнира ученика академии Седовых. Всё дело в форме.

— Ты чего так вырядился? — ухмыльнулся я, хлопнув его по мундиру.

Новый мундир старого друга отличался от парадно-выходной формы или смокинга. Вот только понимание, что он мне напоминает пришло позже его слов.

— Меня в М-3 пригласили, — располагающе улыбнулся Макс. — Сразу после того, как я выбыл из турнира, в раздевалку пришёл сам Семецкий и предложил должность!

Несмотря на клыкастую морду и смешные маленькие очки, я заметил, как старый друг горд новым назначением.

— Ни хрена себе!!! — искренне удивился я. — Поздравляю! И это…

— Ты про дубликата? — правильно истолковал он моё смущение.

— Извини, — искренне произнёс я.

— Не бери в голову. Я прекрасно понимаю, что хоть вы похожи, но Саша и ты, Магнус, разные личности.

А вот тут молодой комисар М-3 немного ошибся. Саша является гранью моей сущности и отчасти я тоже виноват в том, что произошло вчера на арене. Но вслух этого я произносить не стал.

Дорогу до самой раздевалки мы прошли молча и лишь упершись в дверь, Макс произнес.

— Вот, — указал он на дверь. Хоть об этом не было никакой нужды. Данная раздевалка была закреплена за нами с самого начала турнира. — И это, Магнус, — немного замешкался он. — То, как поступил твой дубликат это неправильно. Отделай его за меня!!!

Из-за подкатившего к горлу кома ответить нормально не получилось, и я просто кивнул. Но стоило войти в раздевалку, как смурное настроения и мандраж перед боем исчезли. Их развеял бросившийся на шею, горячий и пахнущий ландышами шторм!

— Магнус!!! — восторженный женский визг заставил меня присесть от неожиданности, но даже так увернуться от объятий Пуговки не получилось.

Лицо и шею атаковали горячие губы девушки, а из-за разница в уровнях это её объятий затрещали рёбра.

— Ты… Ты не представляешь, что ты для меня сделал!!! — ослабив хватку, заливалась восторженная вампирша!?

Нет. Больше не вампирша. Вместе с преображением Пуговка избавилась не только от своей саркастической манеры поведения, но и сбросила готический образ. Теперь передо мной стояла просто милая девушка с затянутыми в конский хвост волосами и румянцем на щеках.

— Всего лишь помог тебе вновь стать человеком, — пожал плечами я.

— Вот именно! — ткнула она меня пальцем в грудь. — Ты не представляешь какое счастье чувствовать запахи и не ощущать привкус тлена! Чувствовать, как от одних мыслей колотится сердце и…

Тут она осеклась и покраснела еще больше. Удивительно, но несмотря на то, что в раздевалке присутствовала еще и Катя с Алисой, ни одна из них не осадила эмоциональный порыв Эммы.

— Всем привет, — устало буркнул вошедший в раздевалку Фобос.

Причём парень никак не отметил преображение Пуговки. По залегшим под глазами синякам я понял, что домашние дела не дали ему выспаться. И я ведь знал, что для братьев и сестёр Сёма теперь за маму и за папу. Да ещё и прибавление веталы и рыжего. Надо было отпустить его пораньше, а я…

— Посмотри на меня! — закружилась на месте Пуговка. — Ничего не замечаешь?

— Поздравляю! — выдавил из себя улыбку Фобос. — Как на это отреагировал ЗИЛ?

— Он ещё ничего не знает, — подмигнула Пуговка.

Коварно так подмигнула. Явно посмотрела приёмы флирта у Змеяды, но я не мог её в этом винить. После нескольких лет заточения в теле фригидной вампирши гормоны вскружили Эмме голову.

— Что-нибудь придумали? — перешёл Фобос к главной теме вопроса.

Я отрицательно помотал головой. Антон тоже. Единственным, кто придумал хоть что-то, оказалось Змеяда.

— Вы же помните, что нужно драться на короткой дистанции?

Ант и Фобос Синхронно кивнули, А вот я удивился.

— С чего бы это?

— В смысле? — не поняла меня Яда.

— Ну с Антом и Фобосом понятно. Но я ведь маг! От меня мало проку в сшибке на кулаках.

— Саша и те двое тоже маги, — понял в чём причина моего удивления подмигнула она. — У них целая команда интовиков! А у тебя ещё и Аквила с чудо-ножичком! Смекаешь?

Я кивнул, признавая её правоту. Если нам удастся сократить дистанцию и перевести бой в ближний контакт, у команды Саши нет шансов. Это понимал я, однако это же наверняка знал и Саша.

Не думаю, что он такой идиот и не подготовился. Да и бой с командой Ярого показал, что так просто сблизиться нам не дадут. От воспоминаний о том, как цельнометаллический орк плавится в пламени хаотического огня, меня передёрнуло.

На ум сразу пришли слова Гомера и его пророчество. «Ты погибнешь!» — так Каин перевёл с древнегреческого слова изменяющие реальность поэта.

— У меня плохое предчувствие, — обратился я ко всем сразу. В раздевалке повисла гнетущая тишина.

— Хочешь сказать, ты не уверен? Ты ведь к этому шёл! — вдруг взъярилась Эмма. — И на турнир пришёл не ради протекции от Атропоса, а за головой дубликата! А сейчас, когда ты в шаге от того, чтобы поставить дубликата на место, вдруг заявляет что не уверен!? Да продвигая тебя, я вложила не только деньги, но и свою репутацию! Где твои яйца?

Даже сменив вампирскую ипостась, Пуговка осталась тем же жестким и бескомпромиссным бойцом, к которому я привык.

— От своих слов и от целей, поставленных на турнир я не отказываюсь. Мы будем биться до конца. Вот только у Антона легендарный щит, а у меня Аквила и гремлинский нож. Эти вещи нельзя оценить ни деньгами ни опытом. Потому я предлагаю оставить их здесь.

— Тогда наши шансы на выигрыш существенно… — негромко произнёс Фобос.

В отличие от нас с Антоном, у него не было уникальный брони или оружия.

И в этот момент хлопнула дверь. На пороге появилась Настя. Фигуристая внучка самой богини дрожала. По её щекам струились чёрные дорожки потекшей от слёз туши.

— Он… — дрожащим подбородком начала она. — Саша…

И тут я всё понял. Этот ублюдок не просто отверг предложение о перемирии, дубликат опустился настолько, что растоптал и унизил мою целительницу!

Дракон холодной ярости зашевелился в груди. Страх проиграть? Боязнь потерять артефакты? Холодный расчёт своих шансов? Всё это исчезло, сменившись на мрачную решимость и желание растоптать того, кого я же и создал!

Золотые глаза вспыхнули помимо моей воли.

— Забудьте о том, что я только что сказал, — обняв всё ещё всхлипывающую, Настю произнёс я. — Война значит война! Забудьте про кодекс чести и правила! Полное вооружение, максимальные бафы и никакой пощады предателю.

Фобос хищно улыбнулся, впервые за утро проявив эмоции.

— Ну наконец-то! А то я уж думал, что ты реально струсил… — с демоническим от блеском в глазах произнёс он. — А теперь в бой!

— Невозможный! Просто невообразимый поединок! Два Чернильных Мага! — кричал в микрофон комментатор, заводя толпу. — Ермолов против Ермолова! Магнус против Александра! Первый — наследник великого, но утратившего силу рода! Второй — его полный клон, который осознал себя и воспротивился своему деспотичному создателю!

— Дубликат, — процедил я сквозь зубы. — Это дубликат. Он не моя копия, а часть.

Впрочем, мои поправки ведущего никто не услышал. Да и как, когда ревущие от нагнетаемого саспенса трибуны желали только одного — бойни. И я был готов её предоставить.

— Ещё раз проверить снаряжение, — перед тем, как подняться на арену, произнес я друзьям, и сам сделал то же самое.

Слева на бедре походная чернильница. И ещё одна на поясе за спиной. На теле, под боевой формой в цветах клана, живая броня. Ножны на бедре оттягивал нож гремлинской работы. А, если уж дела пойдут совсем плохо, на шее притаился медальон Чёрного Солнца.

— Все готовы? — произнес я под стихающую музыку.

— Ага, — с мрачной решимостью ответил Антоха.

— С Богом, — поцеловал крестик Фобос.

С последней встречи Саша сильно изменился. И дело даже не в форме, пошитой на английский манер. Взгляд. Из него исчезла наивная доброта. Жёсткие, колючие глаза обожгли меня взглядом.

Его напарники же, наоборот, источали равнодушие и даже скуку. Глаза Ньерда не обмануть. Им действительно было всё равно с кем драться. И это было странно. Молодость тщеславна, и бояричи хоть как-то должны были отреагировать на заполненные фанатами трибуны. Помахать рукой, или хотя бы отпустить воздушный поцелуй в сторону женской аудитории. Но нет. Калина и Кислицын выглядели как усталые от жизни и полные безразличия старики, для которых весь чемпионат лишь убивающая скуку рутина.

Пошёл таймер обратного отсчёта. Слева от меня зашелестели кастетные кинжалы Фобоса. Справа Ант складывал глифы своей светлой магии. Ну, а я откупорил чернильницу и тоже размял пальцы. Три, два, поехали!

Чтобы сократить дистанцию парням нужно было прикрытие, поэтому первая порция приготовленных Настей чернил превратилась в смог. Серый, то ли дым, то ли туман, разорвал зрительный контакт.

Не медля ни секунды, Ант и Фобос рванули в завесу. Но едва они скрылись в султанах серого дыма, как тот вспыхнул. Нет, даже скорее взорвался. Желто-оранжевый всполох хлопнул так, что заложило уши. Лицо обожгло жаром, но я не пострадал. В отличие от друзей.

Антон, из-за врождённого сопротивления силовиков к магии, отделался лишь сгоревшими ресницами. А вот Фобосу досталось сильнее. Здоровяк вовремя очухался и, схватив обожженного вивисектора за ремень, успел отступить. Я же вновь задействовал «власть над чернилами» и прикрыл друзей.

Три чернильные гарпии, расправив крылья, устремились в противников. Я не ставил цели кого-то ранить, скорее отвлечь, чтобы в широкую спину Антона не прилетела что-нибудь забористое. Отчасти сработало.

Кислицын в два удара молнии сбил птичку. Калине хватило одной ледяной стрелы, чтобы прикончить свою. А вот Александр меня удивил. Вместо того чтобы прикончить летящую в него гарпию, он сложил пальцы и мое творение, сделав вокруг него вираж, приземлилась на плечо дубликата.

— Удивлён? — надменно усмехнулся он.

Я не удостоил его ответом. Гораздо важнее было то, что ребята успели отступить и Фобос уже закидывался зельями на реген.

Саша продолжил.

— Давай, Магнус, я тебе объясню, — с ленцой и самодовольством продолжил он. — Наш, общий на двоих, аспект это Пепел. Именно его ты использовал для дымовой завесы. Что у нас ближайший родственник пепла? Правильно, Огонь. Я слегка подкорректировать свой рисунок, вплел в него толику силы Хаоса, и вуаля — дымовая завеса превращается в облако термобарического аэрозоля. Чем-то похожим начинают вакуумные бомбы. А птички…

Тут он щелкнул сидящую на плече горгулью по клюву, от чего та недовольно гаркнула.

— Они не твое, а НАШЕ творение! Понимаешь к чему я веду?

Я всё понял, но Саша решил объяснить это зрителям.

— Мы с тобой одно целое. И твои магемы это и мои тоже, — явно красуясь перед камерами дубликат вновь подмигнул. — Не радуйся раньше времени. Это не значит, что я не смогу тебе навредить. Мы равны в способностях и аспекте, а значит, в дуэли выиграет тот, кто более талантлив.

— Он намекает, что ты бездарь, — сквозь зубы процедил Антоха.

Да я и сам это понял. Вот только доскональное знание теории это далеко не успех в практике. А у меня этой практики на выходных было хоть отбавляй. Глаза Ньерда вспыхнули с новой силой. И это не осталось незамеченным.

— Ты настолько отчаялся, что решил потратить ману на эти бесполезные глаза?

— Ошибаешься, — улыбнулся я. — Не только ты хорошо выполнил домашнее задание.

Надо сказать, что Саша поторопился с выводами. На первый взгляд глаза Ньерда были бы более уместны в диверсионной вылазке или бою в открытом поле. На арене их ценность сильно падала, но всё же была. Благодаря своим золотым глазам, я увидел то, чего не позволяло обычное зрение.

— Кислицын, — негромко произнёс я друзьям. — Не знаю откуда, но у него целых пять аспектных ядер и что-то ещё.

— Пять!? — удивился Ант. — Мы знаем только о четырех. Перечисли аспекты.

— Тьма, Молния, Жизнь. Остальные не знаю. Не хватает опыта, чтобы распознать.

— Скверно, — произнес пришедший в себя Фобос. — Сюрпризы это всегда скверно.

— А Калина?

— Ничего, — немного затянув с ответом сказал я. — Скорее всего он имеет скрывающий способности артефакт.

Если честно, то я сам не верил в свою теорию. Глаза Ньерда «пробивали» даже блоки Петра и Мораны, а тут всего лишь жалкая «двадцатка»! Но для нормального анализа не хватало ни информации ни времени.

— С Сашей всё понятно. У них свои, графские, разборки с Магнусом. А вот по поводу бояричей… — Что-то прикинул в уме произнёс Фобос. — Ант, ты кого выбираешь? Биба или Боба?

— Не знаю. Мне всё равно, — пожал плечами здоровяк. — Разобьём на «камень-ножницы-бумага»?

Я удивился такому детскому способы выбора оппонентов, но друзья действительно вскинули руки в детской игре. Анту достался боярич Кислицын, Фобосу же выпал Калина.

Удивительно, но наш бой всё больше превращался в фарс. Пока парни вскидывали руки, противники, вместо того, чтобы атаковать, просто стояли и наблюдали за этим процессом!

— Наигрались? — надменное ухмыльнулся мой визави.

Если Саша пытался выбесить меня своими манерами, то у него это получилось. Не сговариваясь, мы синхронно шагнули вперёд. Всё это время я держал на изготовке каплю чернил, которые, повинуясь уже сложенной магеме, могли превратиться во что угодно.

Шаг за шагом мы сокращали дистанцию. Противники же, наоборот, выглядели увереными и даже скучающими. Первым не выдержал Фобос. Рывок Семёна усиленные какой-то из его способностей размазал силуэт вивисектора.

Калина отреагировал молниеносно. Казавшийся надежным пол, вдруг превратился в песчаную зыбь. Можно было подумать, что это магия Кислицына, ведь именно он в прошлый раз использовал аспект Песка. Но нет, глифы использовал именно непроницаемый для моего взгляда Кислицын.

Однако песчаная ловушка не остановила Фобоса. Быстрый, словно росчерк молнии и невесомый, точно лебяжье перо, вивисектор так и не коснулся земли. Просто взял и перепрыгнул пятнадцатиметровую ловушку!

Антон сдерживался чуть дольше. Зарычав, здоровяк ударил палладинским щитом о пол и ринулся на своего визави. Кислицын ударил росчерком молнии. Ант не остался в долгу и ответил ему пучком Очищающего Света. Кислицын закрылся от него щитом из тьмы, но только частично. Кунг-фу нашего паладина оказалось сильнее и, к своему удовлетворению, я заметил подпалину на мундире мага-универсала.

Тем временем Саша тоже пререшёл к активным действиям. С его плеча сорвалась моя гарпия и, раскрыв когтистые крылья, нарисованные мифическое животное пошло на меня в пике.

Приручать нарисованных животных я ещё не научился, а потому, между «потратить чернила и ману» и «сбить гарпию без использования магии» я выбрал последнее. Выхватив гремлинский нож, я выставил его перед собой. Александр будто это предвидел. Стоило мне изготовиться, как гарпия «вошла в штопор». Если бы не золотые глаза, я бы точно не раскроил нарисованную птичку.

Как итог — мерзкий клёкот, удар клюва в остриё лезвия и мой рисунок превратился в россыпь мелких клякс на моей же форме. Но испачканная одежда оказалась меньшей из моих проблем.

Используя золотые глаза, я так сконцентрировался на гарпии, что пропустил коварный удар дубликата. Саша действовал не просто хитро, но еще и элегантно. Натравив на меня гарпию, в её тени Саша замаскировал нарисованную змею. Причём воплотил её так, что я даже не заметил!

Аспидно-чёрная мамба обвилась вокруг руки, острые зубы ужалили в руку. От неожиданности я вскрикнул от боли и только потом проснулась моя Аквила. Рубиновые шипы живой брони разорвали чернильное пресмыкающиеся.

— Не ожидал? — явно довольный моим проколом, осклабился дубликат.

Ну что ж, пора было и мне показать домашние заготовки.

Облизнув кровоточащую руку, я выдернув из-за пояса походный блокнот. Первая чистая страница закрыла собой образ дубликата. В воплощение я не скупился. Мгновение и пространственная магия заточила Александра в кусок добротной бумаги.

Воспользовавшись моментом, бросил взгляд на друзей. Семён уже успел сблизиться и пустить в ход клинки. Калина, естественно, сопротивлялся. Вот только прицелиться магией в вивисектора было непросто. Как маг я прекрасно понимал его проблему. Когда ты специализируемся на дальних типах атаки, попасть в кружающего вокруг тебя противника сложнее, чем прицелиться из снайперки в вошедшего в клинч боксёра.

У Анта всё складывалось немного сложнее. Боярич Кислицын бомбардировал здоровяка заклинаниями. Молнии, Воздушные серпы, Каменные шипы. Но заклинания рассыпались, лишь заставляя дрожать щит, а паладин упрямо пер вперед. В общем у Антона всё складывалось хорошо. Единственное, чего я боялся, это ментальной атаки. Но для её активации необходим зрительный контакт. Антон не дурак и прикрывал лицо щитом, поэтому я оставил свои опасения.

Вовремя. На проверку друзей у меня ушло не больше пары секунд. Казалось бы сущая мелочь, но Александру хватило этого времени, чтобы вырваться из моего чернильного плена.

Бумажный листок в моих руках затрещал. Изображённый на нём портрет дубликата исказился, прорываясь наружу.

Крепкая рука Саши проявилась из рисунка и вцепилась в горло. Аквила опять не среагировала. Сначала я попытался вырваться, но когда дубликат появился по пояс, тоже схватил его за кадык. Другая рука попыталась вытащить нож и наконец закончить этот поединок. Вот только Александр успел первым.

Будто предвидя, что я хочу сделать, он сорвал с моего бедра гремлинский нож. Острое лезвие ударило в живот, и на этом всё бы закончилась, но висящий на шее кулон Чёрного Солнца подарил мне ещё один шанс.

Клинок без труда рассек и защищенную форму и прячущиеся под ней Аквилу. Медальон задрожал. Острое лезвие слегка кольнуло кожу, но благодаря защитному артефакту не оставило даже царапины. И тогда я перешёл в наступление.

Схватив свободной рукой запястье ножом, не без труда, но я смог отодвинуть нож от своих потрохов. Несколько раз дубликат дёрнулся, пытаясь меня пырнуть, но физически я оказался сильнее.

Аквила будто взбесилась. Живая броня выстрелила щупальцами и каждый раз мазала по дубликату. Тем временем у меня получилось отодвинуть нож и вместо попытки придушить я дёрнул дубликатом на себя.

Удар получился хороший. Лоб против переносицы, хруст, и лицо Саши заливает тягучая красная юшка. Закрепляя успех, бью каблуком под коленную чашечку и, отпуская горло, выбиваю нож.

Смятение Александра продлилась не больше пары секунд. А я успел только подхватить оружие, как чуйка взвыла. Перекат через голову. Ещё один, но уже в другую сторону. И на том месте где только что были мои ноги растекается жидкое пламя хаоса.

Не знаю, использовал ли Саша способности или это был одноразовый артефакт, но дубликат не стал повторяться. Увидев гремлинский нож в моих руках он ощерился и завёл руки за спину. Не знаю что он задумал, но давать ему ещё один шанс я не собирался.

Желая зарезать дубликата, я попытался сократить дистанцию, но тут же перед моим носом сверкнула пара кривых кинжалов. На мгновение показалось, будто он вынул их прямо из-под кожи. Но нет, всё дело в специализации татуировщика. Александр просто воплотил в реальность наколотые на пояснице ножи, как проделывал это и в предыдущих боях.

Два клинка против одного. Несправедливо. Хотя, о какой справедливости и чести может идти речь после всего, что он сделал? И тем не менее, вторая рука отнюдь не бесполезна.

Секунда и пара единиц маны и, вот, на моих пальцах повисает капля увесистая чернил. На воплощение клинка или чего-то более убойного нет времени, решаю идти ва-банк. Замах невооруженной рукой, и жирная клякса чернил летит в лицо Саши. Бросаю своё тело вперёд и, в момент, когда чернила ослепляют его, бью промеж рёбер.

Ну, так я видел грядущие события в своей голове. Но реальность решила иначе. Жирная клякса распласталась по лицу Александра, но он даже не подался назад. Наоборот, прыгнул навстречу, но что самое скверное — бросил вперёд клинки.

Левый я отбил, второй же пропорол бок чуть пониже ребер. Не критично, но я почувствовал как горячая кровь пропитала подкладку ткани. И Аквила снова не отреагировала! Но самое главное — дубликат потерял оружие и я воспользовался этим моментом.

Пронзающий клинок не заметил ни пластиковых щитков ни кевлара. С противным чавканьем лезвие ножа вошло в живот дубликата. Тот скривился от боли, но в следующий момент улыбнулся.

— Попался? — морщась от боли, одними губами произнес он.

Попался? Дурак, я же только что вскрыл твое брюхо! Однако радость была недолгой. Едва слова слетели с губ Александра, как спина от самой горловины до, извините, прорези взорвалась болью.

Кажется, я на несколько секунд потерял сознание, почувствовал, что вся форма на спине пропитана чем-то влажным, а сам я стою на коленях. Боль немного ослабла и я провёл рукой по пояснице.

Обрадовался, потому как вместо крови увидел испачканные чернилами ладонь. Но подняться уже не смог. Тело будто задеревенело и не слушалось приказов мозга.

— Удивлён? — произнёс Александр.

В отличие от меня, он стоял и, несмотря на пару дырок в боку, даже улыбался.

Я ещё раз попытался встать. Безрезультатно. Тело будто заковали в намертво заржавевшие доспехи.

— Ты проиграл, — ухмыльнулся дубликат и кивнул себе за спину. — Вы все проиграли!

Посмотрев за него я увидел то, от чего моё сердце пропустило один такт. Антон вместе со щитом по пояс увяз в в песчаной ловушке. Здоровяк ещё держался, даже пытался прикрываться щитом, но несмотря на врожденную стойкость силовиков к магии, он больше не боец. Кислицын кружился вокруг него, расстреливая магемами сразу с двух рук.

Фобос уже отмучился. Его тело сломанной куклой лежало у ног Калины. От парня валил дым. Калина всё-таки поймал его и поджарил молнией. Он ещё подрагивал, однако у меня не было никаких сомнений, его движения — это лишь предсмертные судороги агонизующего тела.

— Что ты сделал? — сквозь зубы процедил я.

— Дополнительная фляжка с чернилами, что висела у тебя за спиной, — чувствуя момент славы красовался дубликат. — Я же сказал: я более искусный чернильный маг чем ты. Во время моего появления из твоей чернильной тюрьмы я не смог подчинить твои чернила. Для этого нужны свободные руки и твоя невнимательность, — он указал на дважды продырявленный бок. — Поэтому пришлось пойти на некоторые жертвы. А когда у меня это получилось — ты проиграл.

И тут я понял, как именно у него это получилось. Не зря дубликат почти не использовал магию. Он берег ману и эфир. Для того, чтобы подчинить магией сразу пол-литра чернил, необходимо просто прорва магической энергии.

А когда у него это получилось, Саша изнутри разорвал металлическую фляжку. В следующий момент приготовленные про запас краска прочитала мою одежду, а «власть над чернилами» сделала её моей тюрьмой.

— Я более талантливый маг чем ты, — торжествуя произнёс он. — Признай это!

— Ты всего лишь частичка меня. Гнилая и предательская частичка грязи из-под моих ногтей! — прошипел я.

Самодовольная ухмылка тут же слетела с лица Александра, а в руке появился мой гремлинский клинок.

— Нет, ты признаешь что я сильнее, умнее и могущественнее тебя! — прошипел он и сотни маленьких лезвий моего ножа обожгли щеку. — Я выбью из тебя признание!

Не знаю, на что он надеялся, устраивая казнь посреди переполненного стадиона. Думал, что его не остановят? Идиот! Мгновение и за его спиной воплотилась пара «чёрных мундиров» в одном из которых я признал Ярого. К сожалению, ему хватило мозгов не препираться с боевиками M-3 и, почувствовав на плече тяжелую ладонь, Александр отступил.

— Никаких казней и линчеваний в мою смену. Это порочит честь офицерского мундира! — с неприкрытой угрозой произнёс высокий эльф — напарник Ярого. И, уже тише, добавил. — В Северный Предел захотел!?

— Хорошо, — тут же улыбнулся Александр. — Добить мне его можно?

— Только в случае, если противник не признаёт поражение, — пояснил эльф.

— Не признаю, — процедил я.

Глупо? Без сомнения! Но в тот момент я бы не выдавил из себя признание в том, что проиграл дубликату.

— Вот видите! — торжествующе пожал он плечами. — Он не признаёт поражение!

Заглянув на Ярого заметил, как не прошиваемый орк поджал губы. Извини, дружище, в этот раз отомстить за тебя не получилось.

— Ну! — поторопил дубликата эльф. — Мы до пенсии ждать будем?

Александр поднял указательный палец.

— Одну секунду. Я лишь хотел сообщить моему создателю что заберу у него всё. Сейчас: вот этот прелестный нож, Аквилу, подаренный Фобосу «джентельмен» и щит Антона. Даже чернильницу не оставлю! А чуть позже я заберу всех его девушек, Фублю и, разумеется, клан, — с садистским наслаждением говорил он, наблюдая за нарастающим в моих глазах страхом. — Запомнил!? Вот и хорошо! Жди.

Не дожидаясь моего ответа, Саша крутанул в пальцах, уже не мой нож, и поставил точку, загнав его в мой правый глаз.

Глава 22

Возрождение. Промозглый, давно не ноябрьский ветер и мороз заставили поёжиться. Декабрь на горе Воттоваара — то не краснодарская зима. Однако мысли о погоде и коченеющие пальцы беспокоили слабо. Я просто стоял почти по пояс в снегу и не мог поверить, что произошедшее — правда.

Я проиграл. Нет. Такого не может быть. Саша — всего лишь малая часть меня. Крупица. Всего лишь грань моего характера. Одна пятая. И тем не менее, я здесь. Как это могло произойти? Так не бывает! Абсолютно точно не бывает! Это просто сон. Дурной кошмар!

Кошмар!? Стоило этой мысли промелькнуть, ассоциативный ряд подсказал ответ. Произошедшее действительно не могло случится. Но сновидение слишком уж явное. Слишком яркая боль, которая неприятными фантомами отзывалась в теле. А если это сон и я не проснулся от боли…

Это могло значить только одно: Атропос, элементаль ужаса и повелитель кошмаров, всё-таки добрался до моего подсознания. Именно он показал мне то, чего я боялся больше всего. И ведь не вырваться…

— Не стой столбом — замёрзнешь, — произнёс знакомый голос.

Я настолько погрузился в самокопание, что не заметил стоящего прямо передо мной Петра. Хотя, если я нахожусь в кошмаре навряд ли это он.

— Заканчивай, — голосом напитанный злостью произнёс я. — Атропос, я знаю что это ты. Давай пропустим этот спектакль переодеваниями и перейдем к пыткам.

— Атропос!? — удивился элементаль ужаса. — Ты проиграл бой и не веришь, что это произошло на самом деле. Я понимаю.

— Хватит ломать комедию. Я уже был в созданных тобой кошмарах.

— Магнус, — с какой-то странный заботой произнёс Визави. — Ты считаешь что сейчас находишься в дурном сне, а я — Атропос? Это первая стадия принятия неизбежного — отрицание. Но самообман это не выход.

— Хочешь продолжить этот спектакль!? Один раз я тебе уже сделал в твоём же кошмаре! А сейчас посчитаю твои зубы! — произнес я и шагнул вперед.

Вернее попытался. Глубокий снег доходил почти до пояса поэтому всё что у меня получилось так это завалиться в рыхлую взвесь льда.

— Ты бредишь. Скорее всего это от переохлаждения и низкого уровня сахара. Я — Пётр. И я могу это доказать.

Я ничего не ответил и тут тот, кто прикидывался забытым богом, воспринял это как сигнал к продолжению.

— Твой Тотем. Подними его. Ощути вес, текстуру. Загляни внутрь.

Не понимаю зачем, но я повиновался и сунул руку в трещину камня в который пряталась тетрадь с первыми рисунками.

— Это он? — участливо поинтересовался он. — Это действительно твой Тотем?

В этот раз Атропос, или тот кто прикидывался моим другом, воспринял молчание, как согласие и продолжил.

— Если бы это был сон, а я был бы Атропосом, то всё чего бы я добился — это увидел твой Тотем. Но я не знаю какой он по весу и что у него внутри, поэтому у меня бы не получилось подделать твои ощущения. Понимаешь?

— И тем не менее, ты бы узнал что мой Тотем это тетрадь с рисунками.

— Вообще-то с комиксами, — отправил меня старик извлёк курительную трубку и рукава. — Я действительно Пётр, а ты находишься на Капище Мамонтов. Извини, я позволил себе заглянуть внутрь. Должен признать у тебя получились очень талантливые история. Но не видел твоего Тотема и не может знать что внутри. Такого доказательства тебе достаточно, или ты предпочитаешь замерзнуть насмерть, Потерять ещё один уровень и вновь появится на этом месте?

Признаться, несмотря на весь скепсис, в словах собеседника была доля истины. Да и потом, если бы Атропос добрался до моего Тотема, то точно бы его уничтожил. А раз Система не сообщила мне об этом, значит он в целости и сохранности.

— Допустим ты действительно Пётр, — дрожащим от мороза подбородком потребовал я. — Но Атропос говорил бы тоже самое. Он находил аргументы, чтобы убедить меня в реальности своего кошмара. Например, он, а вернее сказать — ты, добрался до моего Тотема. Но тебе от меня что-то нужно, и поэтому ты не стал его уничтожать. Вместо этого ты решил воспользоваться им как инструментом, чтобы втереться в доверие, — Тут я позволил себе усмехнуться. — К счастью, есть способ проверить твои слова.

Удивительно, но собеседник не разозлился.

— И что тебе для этого нужно? — цедя сизый дым, произнёс старик.

— Твоя трубка.

Петр пожал плечами. Вместо того чтобы вытряхнуть табак, он размахнулся и бросил мне кусок резной деревяшки.

План для проверки был прост. Атропос мог знать многие мои заклинания. Поглядеть на турнире, получить описание у своих шестёрок, или банально заглянуть в чертоги моей памяти. Но было кое-что, чего не мог повторить даже самый великий иллюзионист.

Подхватив ещё чадящую деревяшку, я сначала растёр в ладони комок снега, а затем провёл пальцами внутри чаши. Впервые я использовал для рисования чистый атрибут своего аспекта. «Власть над чернилами» подхватила смесь талой воды и копоти, а возникший в голове образ придал смеси форму двери.

— Портал в твой мир? Умно, — оценил идею Пётр. — Даже знай Атропос про этот финт, ему бы не удалось повторить его в своей иллюзии!

— Ну что, Атропос, наконец признаешься, что твоя идея не удалась, или будешь продолжать пытаться сохранить хорошую мину при плохой игре? — усмехнулся я.

Признаться, после первой встречи с Атропосом я не раз просыпался в холодном поту. Боялся, что элементаль кошмаров настигнет меня и… Но не сейчас. После кошмара в котором я проиграл Саше, страх исчез, единственное чего я желал — это доказать самому себе, что всё было не по-настоящему.

— Ты меня приглашаешь? — кажется, Пётр даже удивился.

— Ага, — усмехнулся я. — Если я прав, то мы никуда не пойдём. А если нет…

Мысль о том, что я ошибаюсь и я проиграл по-настоящему, вгоняла меня в паническую атаку.

— А давай! — неожиданно легко согласился тот, кто прикинулся Петром.

Я усмехнулся и, толкнув нарисованную дверь, вошёл в неё первым.

* * *

— Мадемуазель, позволите… — бархатистый мужской голос окликнул Лилит.

Девушка на секунду остановилась. Высокий и хорошо сложенный парень протянул девушке сиротливую розу.

— Извините меня за настойчивость, но вы так прекрасны, что я просто не мог…

Слова молодого француза рассмешили девушку. Столь банальный, но действенный «подкат» разогнал хмурость последних дней, впервые заставив девушку улыбнуться.

— Прекрасна!? — рассмеялась она в лицо жиголо. — Ты издеваешься? Сначала я забыла в самолете шапку, потом надела новые сапоги, которые оказались малы и теперь у меня мозоли размером с кулак. Да ещё и ваша сраная парижская зима от которой у меня обветрено все лицо. И ты заявляешь, что я прекрасна!?

— Д-да, — смутился молодой Дон Жуан, но розу так и не отпустил.

Это прозвучало как насмешка. Демонический отблеск промелькнул в глазах Лилит.

— Оставь свои фокусы для престарелых туристок, — сдерживаясь, чтобы не разорвать парня, одними губами произнесла она.

— Нет, мадемуазель, вы действительно обворожит… — пришёл в себя парень.

— Ты выбрал не ту жертву, жигало, — шагнув к обольстителю навстречу, прошипела Лилит.

На этом она не закончила, и с каждым последующим словом Лилит топтала уверенность парня.

— Твое имя — Рено Пинетт. Тебе двадцать один, отец токарь на заводе «Пежо», а мать подрабатывает сиделкой и репетиторством игры на фортепиано. В прошлом году за «травку» тебя выкинули из университета. Да и учиться ты пошел только потому, что заставили родители. А когда это произошло, они выставили тебя за дверь. Работать ты никогда не пытался, поэтому тебя кормит смазливая мордашка и отсутствие принципов. Проститут. Ты зарабатываешь тем, что ночами греешь богатых старух и ждёшь когда одна из них возьмёт тебя в качестве содержанки! Вот и сейчас ты увидел фамильный герб и, с этой розой за пару евро, решил попытать шанс.

Парень испугался. Попытался сделать шаг назад, но Лилит крепко ухватила его за пальто. Хрупкая и миниатюрная девушка могла с лёгкостью поломать этого жигало, но вместо этого наслаждалась его страхом.

Парень дернулся ещё раз. Подгадав момент, Лилит отпустила отворот, и не ожидавший этого парень поскользнулся и, глупо взмахнув руками, рухнул на пятую точку.

Магема, которую использовала Лилит, ушла на перезарядку. Теперь целую неделю она не сможет заглянуть в жизнь не одаренного, но оно того стоило. Довольная собой Карина улыбнулась. Искренне. Хмурость последних дней улетучилась и она вновь почувствовала себя уверенно. А в предстоящем разговоре уверенность ей ой как пригодится.

— Лилит!? — отряхнув руки от крошек, улыбнулся демон. — Не посещала меня пять лет, а тут, вдруг, второй визит за неделю!?

— Я… — растерялась девушка.

Этот разговор она прокручивала в голове не один десяток раз, но стоило увидеть одного из молодых, но влиятельнейших демонов Земли как всё полетел к чертям.

— Скажешь, что вдруг соскучилась? — ухмыльнулся он своей эфирменной ухмылкой.

— Появился повод, — не стала врать Лилит. — Алекс.

— А что с ним не так, — удивился демон. — Заболел? Бросил тебя? Или, не дай Бог, проиграл бой?

Демон явно издевался. Это понимала Лилит, а Мефистофель понимал, что она понимает.

— Нет, — сжимая в кулаке всю ярость, ответила с почтением девушка.

— А предложение? Ты его приняла? И как Паучиха отреагировала на твой прошлый визит и новенькое колечко?

— Саша сделал мне предложение и я его приняла. А по поводу бабушки… Она проявила понимание, — чувствуя как румянец растекается по щекам, ответила Лилит. — Я приехала по поводу моей прошлой просьбы.

— Он не стал сильнее?

— Стал, но… — заупрямилась Лилит, но Мефисто не дал ей закончить.

— Тогда какие у тебя ещё могут быть вопросы? — изменившись в лице, с металлом ответил демон.

— Он больше не мой Саша!!! — не выдержав Лилит сорвалась на крик. — Он стал монстром! На турнире он проявил себя как садист! Всё! Репутации «хорошего парня» конец! Более того, он нахамил бабушке. А когда дядя Олаф не спросив взял его блокнот с рисунками, Саша сломал ему руку!

Но Мефисто не удивился. Более того, каждый пример жестокости парня всё больше возвращал демону улыбку.

— Синяк, который ты прячешь за шарфом, тоже дело его рук? — кивая собственной догадке, констатировал он. — Но он стал сильнее, это главное.

— Что!? — задохнулась в возмущении Карина. — Ты одобряешь его…

Мгновение и чопорный демон оказался близко. Настолько, что она почувствовала на лице его горячее дыхание. И злость.

— Ты забыла, что сама пришла за сделкой?

— Это была не сделка, — тоже перейдя на крик, ответила Лилит.

Уже потом она много раз прокручивать в голове этот разговор и не понимала откуда в ней огонь, позволяющий разговаривать с старшим демоном в таком тоне.

— Вот именно! Это была не сделка, а просьба! Глупая просьба, глупой влюбленной идиотки, которая забыла цену услуг демона!

— Я ТВОЯ ВНУЧКА!!! — окончательно потеряв самообладание, закричала Карина.

Эти слова позабавили Мефисто.

— Внучка? — вновь рассмеялся демон. — То что девять поколений назад обрюхатил твою пра-прабабку не значит, что я буду катать тебя на шее и присылать открытки на Рождество. Да генетически в тебе больше крови неандертальцев, нежели демонов! И недоразвитое крыло — лучшее тому подтверждение!

Бабушка Карины учила, что ложь это оружие трусов и глупцов. Умному же достаточно и правды. Наверное, поэтому слова того, кого она считала своим предком, ударили по её самолюбию.

— Но…

— Никогда не задавала вопрос, почему Паучиха запрещает даже упоминать моё имя? Я не добрый Санта из сказок, Я — демон! Пора бы уже запомнить, тупая ты девчонка, у помощи демонов всегда есть цена! В твоем случае это Александр. Ты называла меня дедушкой? Так вот, теперь, когда я поделился с ним своей силой, он стал больше демоном, чем ты, твоя бабка и весь ваш род вместе взятые! А теперь — исчезни.

Равнодушно, точно заказывал кофе, Мефисто подвёл черту их разговора.

Три земных дня спустя…

Шелест когтей по древесине я услышал ещё до того, как кованый ключ отомкнул замок. Стоило двери распахнуться, как мохнатая туша едва не стшибла меня с ног, а после лапы заматеревшей мантикоры заставили присесть.

— Ну-ну, я тоже рад тебя видеть, — уворачиваясь от шершавого языка Фубли, рассмеялся я.

Мантикора серьёзно прибавила в уровнях и массе. Целых пять уровней за мой маленький отпуск! Она что, на мамонтов тут охотилась?

Несколько секунд мы с мантикорой приветствовали друг друга, а потом, в конце, показалась и хозяйка особняка. Катя выглядела напуганно.

— М-м-магнус!? — неуверенно произнесла девушка. — Это точно ты?

Причём я заметил, как задрожал подбородок морферики.

— Привет, солнышко, — улыбнулся я в ответ. — Ты чего? Будто привидение увидела.

— Здравствуй Катя, — произнёс Пётр за моей спиной.

Обычно он не показывался перед семьёй в человеческом виде. Забытый бог не одно поколение прожил в этой семье в форме домашнего любимца. Абрыкины вообще не подозревали, что кот и полумифический основатель рода это одно лицо. Таким образом он поддерживал свой легендарный статус и отсекал черезмерное внимание от членов семьи. А так, пусть неприлично огромный, пусть неимоверно старый, но для них он просто домашний любимец, что гуляет сам по себе.

— Где… где ты был? — на грани обморока произнесла девушка.

— Прости, что не предупредил. Нужно было собраться с мыслями.

— Четыре дня!? — поняв, что перед ней не призрак, набралась храбрости девушка.

— Как четыре дня? — опешил я от такой новости.

В моём нарисованном мире время идёт гораздо быстрее. По всем предыдущим прикидкам она растягивается примерно вдвое, но я же не неделю отсутствовал!

— Вообще-то всё верно, — стоя всё также за моей спиной, вмешался Пётр. — Нас не было восемь ночей, а значит здесь прошло примерно четверо суток.

— О! Погоди, сейчас соберутся остальные, — панические нотки в голосе морферики сменились на злорадное торжество.

Катя не обманула. Едва девушка оповестила всех о моем возвращении, как в дом начали прибывать первые гости.

Едва шагнув сквозь портал, на меня накинулась Алиса.

— Ты!!! — тыча наманикюренным пальчиком мне в грудь, отрывалась моя ведьмочка. — Умер, и исчез с концами! Ты вообще представляешь, как мы переживали?

В ответ я попытался обнять девушку, но был отвергнут.

— О-о-о, нет! Даже не думай заткнуть мне рот обнимашками! — продолжала ярица она. — Во-первых, я тебя ещё не простила, а, во-вторых, ты когда мылся последний раз?

Проведя рукой по трехдневной щетине, я вынужден был признать, что Алиса права. Кратковременный отпуск по состоянию душевного здоровья отразился на гигиене крайне негативно.

Да чего греха таить, сломленный поражением, я не только забросил себя, но даже потерял счёт времени! Если бы не Петр, что точно мудрый наставник помогал мне справиться с принятием неизбежного, отрицанием произошедшего, гнев на Сашу и самого себя, глупый торг со вселенной, её полное игнорирование и, соответственно, депрессия. За эту неделю я прошел все. И только вновь собрав себя по крупицам, я решил вернуться.

— Мы подняли на уши всех! ЗИЛ, Вальхалла, М-3, даже княгиню с президентом! Думали, Саша использовал что-то, что убило тебя окончательно, или каким-то образом смог взять в плен! Чёрные мундиры перевернули Империю от Владивостока до Кавказа! Тебя даже в Самарканде искали! Размолотили несколько групп реваншистов и заговорщиков, раскрыли заговор против наместника короны в Худжанде, но тебя так и не нашли! — девушка сделала короткую передышку. — И не смотри на меня так! Перед ЗИЛом, княжной и Семецким будешь оправдываться сам!

Вот тут я, что называется, выпал в осадок. С одной стороны было невероятно приятно, что друзья так обо мне переживали. С другой, ворох проблем из-за их паники заслуженно ложился на мои плечи.

К моменту когда запал Селезнёвой иссяк, гостиная уже ломились от народа. Мама оттеснила Алису и без осуждений, просто меня обняла. Зато отец отыгрался за обоих. Он ничего не сказал. Ничего. Вот только его тяжелые взгляд и первая седина на висках оказались сильнее любых упрёков.

— А я знал, что всё с тобой все ок! — хлопнув меня по плечу так, что подкосились колени заржал Антоха. — Я этим всем говорил: всё с с ним нормально! Говорил, что ты скорее всего загулял где-то или выпускаешь пар. А они полимперии в коленно-локтевую поставили!

— Не пропадай больше, — скупо произнёс Фобос.

— Ага, — рассмеялась Яда. — задержался бы ещё на недельку и пропустил бы свадьбу!

— Чью? — опешил я от неожиданной новости.

— Мою, — слегка покраснев, улыбнулся Фобос. — Месяц прошёл, отец Софии дал свое согласие. Перед Новым годом мы обвенчаемся! Её старик уже плох и попросил не затягивать.

И тут я сразу вспомнил прекрасную баронессу Ольц и барона, что в благодарность за помощь, подарил Анту щит и наградил мультиклассом палладина-сикария.

— Манус, я тебя!!! — растолкав друзей, бросилась на меня Настя.

Скромная, фигуристая и невероятно стеснительная внучка Мораны обрушилась на меня градом неумелых ударов, чем вызвала лишь приступ хохота.

— Чего скалишься, упырь? Ты хоть представляешь как я… Как мы волновались? — продолжая неумело лупить, ярилась Филиппова.

— Заканчивай, щекотно же, — рассмеялся я, перехватив маленькие кулачки девушки.

— Ты бы поаккуратнее, — неожиданно предупредил Фобос. — А то того… Проклянёт, и опять на респ улетишь.

Я бы воспринял это как шутку, Фобос вообще не умел в юмор, однако серьёзные лица друзей намекнули, что я чего-то не знаю.

Скрутив Насте руки, я обнял девушку и таким образом заставил её успокоиться. Когда это произошло, на всякий случай поцеловал её в щёку и, теперь уже серьёзно посмотрел, на друзей.

— Ты не заметил что ли? — правильно истолковать не мой вопрос удивился Антоха. — на Настю посмотри. Фрейм видишь?

Я повернулся к девушке и сфокусировавшись, действительно увидел пару строк над её головой.

Анастасия «Калипсо» Филиппова

16 лет. Уровень 1

Аспект: Смерть

Класс: Проклинательница

— Проклинательница!? — удивился я. — Как? Когда произошла инициация?

— Когда тебя убили, — выглянув из-за друзей произнесла Пуговка. — Кстати, привет Магнус. Рада, что ты не «отъехал» окончательно! ЗИЛ уже в курсе, что ты объявился, и очень хочет с тобой побеседовать.

Прозвучало это как угроза. Однако проблемы с одним из сильнейших игроков сейчас меня волновали меньше всего.

— Так, — произнёс я и пододвинул кресло поближе к Насте. — Садись и рассказывай.

Стоило злости отойти в сторону, как Настя вновь превратилась в робкую и стеснительную фею. Спустя пару минут рассказа и несколько наводящих вопросов, стало известно, как моя девушка получила статус проклинательницы и почему Фобоса напряг её гнев.

Всё оказалось просто. Самая милая, застенчивая и кроткая из моих девочек пыталась предотвратить бой. В ответ Саша воспринял её слова, как мою слабость и вылил на неё ушат помоев. А когда дубликат вогнал нож в мою глазницу, Настю, что называется, «прорвало».

— Вот прямо так!? «Сдохни!»? — процитировал я слова, которые превратили скромную целительницу в настоящего мага-проклинателя.

Настя смущённо кивнула головой.

— И что?

— Ну, он и сдох! — не выдержала Алиса. — Схватился за сердце, выпучил глаза и ещё минуту пускал слюни на арене.

— Кто пускал слюни на арене? — продолжал тупить я.

— Ты дурак что-ли? Саша, конечно! — горя праведным гневом, пояснила уже Яда. — Убил тебя и сам помер через минуту. Вербальное, завязанное на личных эмоциях, заклинание! От такого не увернешься. Короче, злить Настю я тебе не советую.

Я усмехнулся.

— Надо было не Анта с Фобосом на бой брать, а тебя, — усмехнулся я. — Глядишь, и не вылетели бы с турнира.

— Так вы и не вылетели! — произнесла Яда, в который раз за день заставив меня удивиться.

— То есть как?

— Зрители! — торжественно, произнесла Пуговка и подняла палец. — Я же говорила, что любовь зрителей важнее всяких побед! Забыл?

— Да-да, любимое женское: «Я же говорила!», — закатил я глаза. — Пожалуйста, конкретнее.

— Не знаю, что больше сыграло вам на руку, любовь зрителей к вашей команде или неприязнь к Саше, но только за первые сутки петиция о возвращении вас на турнир собрала больше трех миллионов подписей! — торжествуя улыбнулась Алиса. — Да и продажи мерча подскочили втрое!

— И что? Хотите сказать, что нас восстановили? Там же чёткие правила и княжна Елизавета гарант их исполнения! — не веря тому, что у нас ещё есть шанс, произнёс я. — Разве такое допустят?

— Уже допустили, — подтвердила Яда. — Вообще, весь предыдущий турнир вы шли очень хорошо, и после поражения, по очкам попадали в нижнюю турнирную сетку. Второй шанс, короче. Петиция же ничего не изменила, только создала дополнительный инфоповод. В Империи наверное не осталось людей, которые не смотрели ваш матч. Короче, теперь вы знаменитости!

— Нижняя турнирная сетка!? — выцепил я самое главное из её словесного потока.

— Да, придётся провести два лишних боя. И если не терять очки, то второе место вам обеспечено.

— А первое? — окончательно оборзел я.

— Три боя без смертей, серьёзных травм. Без матчей в ничью и штрафов за неспортивное поведение. Сам-то в такое веришь? — скептически усмехнулась Яда. — Тут либо Фобоса переклинит пожрать человечины, либо Антон лицом комету танканет. Нет, второе место это наш реальный потолок.

— Не согласен, — понимая сложность поставленной задачи, покачал головой я. — Мы справимся.

— Бой уже завтра, — подмигнула Дочь Дьякона. — Граф Михаил Трубецкой и его «псы войны»: бояре Василий Скопин-Шуйский и Арсений Салтыков. Они «отлетели» от Васи Борща и теперь тоже тусят в низу турнирной сетки.

Я присвистнул. Даже я, далёкий от светской тусовки, слышал эти уважаемые фамилии. Про них даже фильм, вроде как, сняли. Древнейшие кланы империи. Даже Романовы уступали им в древности. При том все три крепкие и сплочённые. А ещё редко можно найти случай, когда эти фамилии упоминались по-отдельности.

Всё дело в клятве. Данная ещё до начало смутного времени, она повязала их дома сильнее уз крови. Совсем недавно граф Леонид Трубецкой, боярин Лев Скопин и Яков Салтыков воевали за независимость Чернорусии. До того их прадеды также бились в русско-японскую, а ещё раньше отцы их отцов брали на саблю крепость Баязет.

И вот, подросло новое поколение, и гордые сыны древних родов примкнули к боевому братству.

— Они сильные. Думаешь успеете подготовиться? — будто подначивая меня произнесла Яда.

— Ну, эти три дня я не только рефлексировал, — подмигнул я ей. — Смотри!

Манипуляция руками, и вот, чернила ложатся прямо поверх ее фрейма. Сложный в нашем мире, почти не срабатывавший на одноуровневых игроках, трюк теперь не давал осечек.

— Ну и что я должна увидеть, — со скепсисом произнесла она.

А вот ребята, наоборот, взорвались хохотом.

— Да что? — соскочила с места Яда. — Чего вы ржете?

— В зеркало посмотри, — утирая слезы подсказала Алиса.

Подскочив к посеребренной раме зеркала Яда взглянула на отражение. Не поверив ему, девушка потерла по нарисованой щетине, затем провела рукой над фреймом, но, разумеется, моя магема никуда не исчезла.

— И ты думаешь это смешно? — указала она на место, где в графе «класс» числилось «гопница».

— По моему? Да! — не скрывая улыбки, ответил я.

— О кей, Петросян, и как лагерные приколы тебе помогут на арене? Разрисуешь Трубецкого и подождешь пока он сдохнет от хохота?

— Не-е, — лениво отмахнулся я. — Я еще так могу.

Мгновение, и, подчиняясь власти над чернилами, буквы в ее фрейме растеклись и изменили форму.

— Молчание!? — прочитала Пуговка. — И что? Ты нашел способ заткнуть Яде рот!?

— Ага. И не только его! — кивнул я. — Ну что, госпожа тренер, такие фокусы пойдут? А, ну да, ты же ответить не можешь. Ну тогда просто кивни.

Глава 23

— Не знаю, как-то это… Магнус тебе не кажется, что костяной кинжал это слишком? — произнёс Фобос, глядя на своё новое оружие. — Им даже порезаться сложно!

— Ребята, расслабьтесь, — обнадёжил я друга. — Василий Скопин-Шуйский магнитокинетик, так? А значит, металл на аренду брать нельзя. Он тупо его отберет.

— А моя «дверь»? — поглаживая щит, произнёс Ант. — Он же из металла! Отберет и…

— На то и расчёт! — усмехнулся я. — Василий магнитокенетик, но не палладин. Прикинь, сколько сил ему понадобится, чтобы просто его поднять.

— Думаешь, не сможет? — всё так же недоверчиво спросил Фобос.

— Надорвётся, — преисполненный предчувствия того, что план сработает, ответил я другу. — Попытается, конечно, но щит Антона это отличная провокация и дополнительный способ оставить его без манны.

— Ладно, с Шуйским всё понятно, а остальные? — со здоровым сепсисом продолжил Фобос. — Михаил Трубецкой манипулирует тенями, а Салтыков, так вообще, временем! Как можно победить того, кто способен замедлять или вовсе останавливать время?

— А как его победила команда Васи Борща? — подмигнул я.

Из долгих бесед с Петром я усвоил одну простую истину — чем сильнее способность — тем больше она имеет слабых мест. Так было с железной кожей Макса Ярого, то же касается и ультимативных магем хрономанта.

— Ну, — немного смутился Ант. — Дурак его молнией поджарил.

— Все так, — согласился я. — Вот только первые четыре молнии ушли «в молоко».

— Ну, не повезло. Защитный артефакт разрядился или среагировать не успел.

— Реагировать на что? На молнию? Скорость молнии больше пятидесяти тысяч километров в секунду! Будь ты хоть трижды Брюсом Ли и почётным электриком города Хабаровск, тебе никогда не увернуться от молнии! И поэтому возникает закономерный вопрос: как Салтыков избежал урона от четырех предыдущих молний?

— Намекаешь на то, что у него есть останавливающая время пассивка? — догадался Фобос.

— В точку! — сложив пальцы пистолетиком, кивнул я. — Абсолютно непробиваемая пассивка, которая в момент смертельной опасности останавливает время, но жрет манну. Атакуем Салтыкова многократно и в первую очередь.

— А Трубецкой? — продолжал душнить Семён. — Михаил способен не только манипулировать тенями, но и прятаться в них! Как ты планируешь убивать того, кто вообще не имеет материального тела?

— Светом, — выдал я очевидный ответ. — Или тьмой. Тень можно разогнать светом, а у нас как раз есть один знакомый Палладин, — подмигнул я Анту — А если нет, то можно использовать это.

С этими словами я вынул из-за пояса стеклянный пузырёк и бросил его в руки Фобоса.

— Жидкая тьма? — прочитав бирку удивился Семен. — Тень — это ведь родственный аспект Тьмы. Тебе не кажется…

— Тень это производное Света и Тьмы. Их смесь. Понимаешь?

— И несмотря на родственность аспектов Тень слабее их обоих! — поймав озарение, воскликнул Антоха.

— Не всегда, но мысль верная! — подтвердил я его догадку. — Вспомните момент, когда вы не можете увидеть тень.

— Эм… В ярком свете? — предположил Антон, но ошибся.

— В полной темноте, — поправил его я. — Если нет источников света то и Теням неоткуда появиться.

— Окей, ты прав. И что дальше? Это всего один маленький пузырёк на нас троих, — с извечным скепсисом произнес Фобос. — Тем более, «Жидкая тьма» полулегальная и её не купишь с доставкой в раздевалку. А у нас через двадцать минут бой.

— Ты прав, — деланно загрустил я, но тоже изменился в лице.

Хорошее настроение и предчувствие победы не позволяли изображать грусть дольше пары секунд.

— Поэтому Жидкой тьмы у нас завались! — подмигнул я и вытащил из безразмерной торбы сразу два деревянных ящика.

— Но… Откуда? — растерялся Антоха. — Мало того что официальная продажа тьмы запрещена, так она еще и стоит как «Феликс Фелициес»!

— Ну, я напряг Алису, — напомнил я про свою девушку-вендора. — Селезнева напрягла свой клан и за ночь они скупили всë, что могли. А по поводу денег… Вы вообще видели финансовые отчеты клана? За неделю работы таможни и наши с нее проценты мы… Короче, за деньги теперь можно не волноваться!

— А как же мы? — продолжал негативить Фобос. — В темноте мы тоже не видим.

Я закатил глаза, устав от его бубнежа.

— Гоглы шахтера, Семен, — ответил я, бросив ему тубус с окулярами.

— Чего? — не понял меня вивисектор. — Водолазные очки!?

А вот Антоха, всю жизнь тусовавшийся среди крафтеров, наоборот, улыбнулся своей паре.

— Гоглы это такие очки на резинках. Дешевка, которую ученики крафтеров клепают по две дюжины за смену. Они позволяют видеть в темноте.

— Именно! — подтвердил я слова нашего танка. — А ты, Фобос, кончай с негативом.

После осторожного стука в раздевалку, заглянула Яда.

— Ну что, посекретничали? — с любопытством произнесла наш тренер. — Давайте на арену. Пора.

Спустя полчаса.

— Ну вот! Я же говорил! — захлопывая дверь раздевалки, торжествующе произнёс я.

— Ага, — с какой-то блаженной улыбкой ответил Антоха. — Нет, твой план был конечно хорош, но я не думаю что всё будет так просто!

— А просто и не было, — буркнул Фобос.

Вивисектор оказался единственным, кто подставился и теперь за это расплачивался, отмокая в ванне со льдом.

— Ну, так то, ты сам виноват, — гоготнул Ант. — Забыл, что в нашей команде я Танк?

— Стальной шрапнелью в лицо… Б-р-р-р, — меня передёрнуло от воспоминаний глупого геройства Фобоса. — Скажи спасибо, что вообще выжил.

Начало боя прошло как по нотам. Антон спровоцировал Скопин-Шуйского щитом. Тот повелся. На том бы мы взяли первое очко, но Семен решил сделать фраг лично. Как итог: стальная пыль едва ли не до черепа стерла лицо вивисектора.

Там бы Семен и слег, но Антоха пришел на помощь. Здоровяк не стал вызывать огонь на себя. Вместо этого он повиновался инстинктам и просто бросил в Скопин-Шуйского свой щит.

Салтыков спас напарника и остановил время. Трубецкой же в обманном раше бросился на Антона и дотянулся до его тени. Первое время Паладин пытался ловить выскакивающего из его тени Трубецкого, но поняв, что гоняет его как блоху, смирился и раздавил бутылку с жидкой тьмой.

Трубецкой сразу понял задумку и первым же ударом нацелился на гоглы здоровяка. За что и поплатился. Первая концентрированная атака активировала пассивку сиккария. На автомате Антон уклонился и нанёс контрудар. Как оказалось, утонченная натура графа Трубецкого плохо переносит пролетарскую «двоечку» из бокса. От нее Трубецкой «поплыл» и ещё через пару ударов слег оконатльно.

Я же в это время «выбил» таймшифтра. Чернильный знак «Ослабление» потребовал некоторого времени. Но, едва он повис над головой Салтыкова, имага можно было брать голыми руками. И опять Фобос оказался быстрее.

пойманный врасплох и окровавленный, Фобос всё-таки умудрился украсть мой фраг. Пока я тратил время и воплощал нарисованных животных, он использовал костяной кинжал. Полученное от веталы проклятое оружие с функцией самонаведения сорвалось из его ладони и вошло прямо в грудь Салтыкова.

А дальше дело техники. Скопин-Шуйский оказался действительно одаренным магнитокинетиком. Даже оставшись в одиночку он огрызался, как лев. Но количественное преимущество сделало своё дело.

Василий поступил грамотно. Едва запас маны подошел к концу, Скопин-Шуйский прекратил огрызаться и сдался. Народ на трибунах загудел в осуждении. Но ещё бы! Зрители, которые заплатили за билет, хотели крови и кишок по стенам. Призывы: «добить труса» — били по перепонкам, но вместо этого я пожал ему руку.

— Вы хорошо подготовились, — вытирая кровь из разбитого носа, прогундосил Василий.

— Знаменитая тройка «Трубецкой, Салтыков, Шуйский», не готовиться к вам было бы оскорблением! — улыбнулся я. — Спасибо за хороший бой.

— Трофеи… — уже немного тише произнёс он.

В ответ я покачал головой.

— Это был хороший, и самое главное, дружеский поединок. На трофеи мы не претендуем. И, это, извинись за меня перед Салтыковым. Мои печати это грязный приём, но проигрывать мне нельзя.

— Он поймёт, — улыбнулся Василий, и спустя секунду добавил. — Твой дубликат. Саша. Кто-то должен его остановить.

За дверью раздевалки послышалась какая-то возня. Едва я повернулся на шум, как хлипкая, но заперта на замок дверь сначала вздрогнула от удара, а затем и вовсе слетела с петель.

Я среагировал молниеносно. Пальцы тут же сложили глифы и в воздухе зависла клякса чернил. В дверной проём заглянуло нечто. Каменная, будто серебряная маленьким ребёнком, голова опасливо улыбнулась кривыми, точно обломки кирпичей, зубами.

— Можна? — пророкотал…

Кто? Каменный голем? Элементаль? Не знаю, но подобное существо я точно видел впервые. Или нет!?

— Можно поаккуратнее, здоровяк? — оттеснив каменного здоровяка от дверного проёма, в раздевалку влетела Пуговка.

— Эй! — из ванны со льдом раздался недовольный возглас Фобоса. — Я вообще-то голый!

— Твои проблемы! — отмахнулась от него девушка. — Копилка, заноси!

Каменное существо мотнуло огромной головой, и в следующую секунду дверной проём стал раза в четыре больше. Только теперь, когда каменный здоровяк, развалив стену, предстал во всей красе, я узнал его.

Копилка — скальный тролль, а также друг и напарник знаменитого ЗИЛа оказался даже больше, чем его показывали по телевизору. Трёхметровый здоровяк вошёл не с пустыми руками. В своих лапищях он баюкал полноразмерную ванну, до самого верха заполненную бутылками шампанского и льдом.

— Ю-ху-у!!! Такая победа! — с сумасшедшинкой в глазах воскликнула Пуговка. — Отмечаем!

— Эй, можно нам хотя бы одеться? — попытался я остановить ребят.

Вот только бесконечная вереница друзей продолжила набиваться в нашу раздевалку. Семён не выбирая выражений начал орать на друзей, но когда вошла София Ольц, парень вдруг затих и, не в силах накричать на свою невесту, с головой погрузился под воду.

— Празднуете? — прогремел ещё один голос.

Вот уж кого я действительно не ожидал увидеть, так это ЗИЛа. Один из сильнейших игроков мира. Хаосит посмотрел так, что чуйка взревела об опасности. Но едва я успел сделать хоть шаг как шагнувший за тысячный уровень мастер порталов оказался рядом и сгрёб меня в охапку.

— Магнус!!! — обдав этиловым выхлопом, проревел он. — Чернильный, ты, хаос тебе в бездну, Маг!!!

Я попытался вырваться. Безрезультатно. Секунда и ЗИЛ сначала подкинуд меня к самому потолку, а затем, ловко поймав, усадил себе на шею.

— Отпустили! — с злостью выдохнул я, но предводитель Вальгаллы только рассмеялся в ответ.

— Нихрена, парень! — инфернально рассмеялся он. — После того, что ты сделал…

Интересное дело, но краем глаза я заметил, как подобрался Антон. Здоровяк как бы невзначай подхватил свой щит. А Фобос, не стесняясь присутствующих, начал вылазить из ванны.

Они что, всерьез вознамерились отбить меня у одного из сильнейших игроков планеты? Безрассудная, суицидальная глупость. Но, всё равно, приятно.

— Да что я такого сделал? — не выдержал я.

— Пуговка! Ты вновь сделал её человеком, — глянув на меня как на идиота, пояснил ЗИЛ. — И Ярик. Не знаю где ты открыл этих гоблинцов…

— Гремлины, — поправил я его.

— Да насрать! Главное, что они смогли восстановить Ярика! Короче, Чернильный, ты исправил два главных моих косяка.

— Ну, не за что, — поняв, что таким образом ЗИЛ выражает благодарность, улыбнулся я.

— Вообще-то есть, — коварно подмигнул он. — И за это я буду таскать тебя на шее целую неделю!

— Ты шутишь? — охренел я от столь экстравагантной благодарности. — Пуговка, он ведь шутит!?

Нет, я конечно и раньше знал, что ЗИЛ немного неадекват. Но чтобы настолько…

В ответ Пуговка сложила руки на груди.

— Нет, Магнус, он не шутит. Сопротивление бесполезно, в ближайшую неделю ЗИЛ даже в туалет будет таскать тебя на себе, — подтвердила она мои самые худшие опасения, и даже попыталась приободрить. — Но взгляни на это с другой стороны. Представь, что скажут люди!

— А я знаю, я знаю! — вытянув руку точно отличник воскликнул Антоха. — Они скажут: «Не знаю, что это за тип, но у него ЗИЛ вместо лошадки!»

Глава 24

— Куда вы меня ведёте? Это какой-то сюрприз? — произнёс я с закрытыми глазами.

— Ну, если считать сюрпризом подарок купленный на твоей же деньги, то да. Это сюрприз, — хихикнула Катя.

— Как-будто в семейной жизни бывает иначе, — усмехнулся я и спародировал стандартный семейный разговор. — Дорогой, я опустошила твою заначку, чтобы подарить тебе подарок! Видишь какая я заботливая!

Ант с Фобосом гоготнули, видимо вспомнив случай из собственных отношений. А вот девчонки недовольно зашили.

— Осторожно, ступеньки, — произнесла закрывающая мои глаза Алиса.

Вообще, сегодня было странное утро. После последние победы прошло три дня. Всё это время мы с ребятами тренировались до потери сознания. Я отрабатывал печати и скорость воплощения рисунков. Бой с дубликатам наглядно показал насколько я отстаю от него в скорости.

Антон совершенствовал новый стиль боя. Здоровяк вообще отказался от оружия, чем удивил всю нашу команду. Вместо стандартного, для любого Паладина, двуручника Ант взял на вооружение пару ростовых щитов.

Да, из-за специфического подбора амуниции здоровяк сильно проседал в уроне. Но с пассивками сиккария на отражение, разделением дамага на членов группы и большим запасом здоровья пробить его было решительно невозможно.

Ну и Фобос. Наверное он изменился больше всех нас вместе взятых. Ударившись в религию и обручившись, Фобос научился подавлять пламя постоянного гнева. В качестве хобби, наш вивисектор даже завёл свору собак. Сообщил, что будет выводить собственную уникальную породу боевых псов, в чём мы его и поддержали. Всё-таки Фобос — вивисектор. И скрещивание, усиление и воспитание прирожденных убийц- это его стихия. А уж с помощью Кати и всего клана Абрыкиных…

— Ну что, готов? — убрав ладошки с моих глаз, воскликнула Алиса. — Та-дам!!!

Открой глаза я сначала поморщился от яркого света, а потом. От увиденного у меня перехватило дух. В гараже, прямо на том месте где совсем недавно в разобранном состоянии стоял живой «УАЗ» по имени Ярик — брат ЗИЛа и по совместительству четырех тонный автомобиль, теперь красовался…

Нет, это стопроцентно был автомобиль. Но какой!!! Хищные, агрессивные обводы, присущие старой школы автомобилестроения. Длинный, в половину всего корпуса, блок подкапотного пространства намекал на мощность этого зверя. А на кислотно зелёном капоте красовалась статуэтка фиолетовой мантикоры.

— Это… — аккуратно, будто бы не испортить лак, я провёл по капоту автомобиля. — мне!?

— Ага, — щёлкнув каблучками, засияла Алиса. — Ну как? Нравится, как я потратила ТВОИ деньги?

Не удержалась от «шпильки» в мой адрес.

— Ага… — всё ещё вне себя от восторга, выдохнул я.

Не то чтобы я был ярым фанатом гонок. Но сердце любого мужчины, неважно восемь ему или восемьдесят восемь, трепещет от вида красивой девушки, убийственного оружия и мощной тачки. А если нет, то проверьте пульс. Скорее всего мужчина просто мёртв.

Из строя выдвинулся Фёдор Сергеевич. Бывшие трудовик или воспитатель строгого режима для моих гремлинов с любопытством заглядывал мне в глаза, будто ждал, что я найду изъян в его работе.

— Фёдор Сергеевич, — выдохнул я и пожал его грубую мозолистое руку. — Не могу поверить что вы смогли что-то подобное…

Несмотря на суровый вид, я заметил как он польщен моими словами.

— Ну, Магнус Дмитриевич, как могли… — наконец улыбнулся он.

— А мы? — пропищал Ророт — младший из гремлинов. — А мы что? Это ведь мы железяки гнули!!!

Огромные глаза лопоухого наливались слезами обиды.

— И вы, олухи лопоухие, вы особенно молодцы!

Слёзы мгновенно исчезли и вместо них в глазах промелькнула искра коварства.

— А пива можна? — щерясь щербатыми зубами, пролетал он.

Посмотрев на надзирателя и получив кивок, я подтвердил что мелкие поганцы заслужили по целой ванне хмельного. Конечно, я понимал что от него у них «свистит фляга» и в этиловом угаре гремлины творят лютую дичь, но что я мог поделать?

— У-у-у… — протянула из-за спины Яда. — Папа — пьяный, папа деньги раздаёт! А можно мне тогда…

Недослушав до конца, я перебил девушку Анта.

— Можно. Но только после турнира. Ты у нас вообще-то тренером числишься!

— Но я даже не сказала что…

— Можно, Яда. Можно, — чувствуя, что не могу сопротивляться блажи щедроты ответил я. Но всё-таки добавил. — Если выиграем турнир.

— У-у-у… — уже грустно протянула она.

Я бы промолчал, но услышав подобные настрой собственной девушки не выдержал уже Ант.

— Ты что в нас не веришь? — менторским тон спросил обычно добродушный здоровяк.

Удивительно, но бойкая и шальная Дочь Дьякона стушевалась под словами парня.

— Нет, Антоша. Я просто…

Видеть как не боящееся ни бога ни черта девушка робеет под взглядом нашего Паладина, было весело. И странно. Это же действительно: «Муж и жена — одна сатана!».

— Эх, подруга, да ты подкаблучница! — прыснула смехом Пуговка.

— А есть характеристики? — не стал смущать Яду, я переключился на Фёдора Сергеевича.

— Заметели длину подкапотного пространства? — задал вопрос он и, не дожидаясь ответа, с гордостью продолжил. — Двенадцати секционный роторно-поршневой двигатель ванкеля объемом в те же двенадцать литров. Мощный, но недолговечный. Был, но мы с лапоухими немного поколдовали… Короче, миллион он точно «отходит». Далее вариаторная коробка. Рорт со своей магией укрепления сам цепь «ковал». Правда из-за его магии она теперь весит как будто сделана из урана, но оно того стоило. Кузов делал Рив. Ну тут без комментариев, по-хорошему парня в художественную школу отдать. А остальное мы либо сами с ребятами, либо с Алисой Эдуардовной приглашали сторонних мастеров Сами, — он виновато развёл руками. — Сами понимаете, мы по железками специалисты, а внутренняя отделка и маго-механическая начинка с артефактами. В общем, мы это не умеем. Пока не умеем.

— Мага-механическая начинка и артефакты? — удивился я по-новому посмотрев на девушку-менеджера.

— Ага, — красуясь она вздернула подбородок. — Внутренняя обшивка салона, гравитационные компенсаторы перегрузок, круговое оснащение кинетическими силовыми полями, аэродинамические поля снижение сопротивления… Список доработок на два с половиной листа. В общем полный фарш.

— И насколько она быстрая? — чувствуя во сколько мне это влетело, произнёс я.

— Не знаю, — поёжился Фёдор Сергеевич. — Жизнь у меня всего одна, поэтому за руль я не садился.

— Походу мне пора учиться и сдавать на права. Спасибо ребята, — улыбнулся я друзьям. — А что до вас, — перевёл я взгляд уже на Алису и Фёдора Сергеевича. — Вы не представляете на какую вещь только что себя подписали.

От этих слов на лбу механика залегла глубокая морщина, а Алиса… довольное лицо девушки тоже изменилось оскалом фурии. Кажется моя ведьмочка была готова меня порвать за столь хамский ответ на подарок.

— Ты… — угрожающая прошипела она.

— Я не договорил, — не давая её огню разгореться, перебил её я. — Антон у нас заложил собственную сидрерию, Фобос занялся разведением собак. А я что, хуже? Я знаю, что моя «Фурия» стоит как вагон с ураном, — не удержавшись я ещё раз провёл по капоту авто. Но уникальные вещи всегда стоят дорого. Регистрируй товарный знак и бренд. Ермоловы будут производить автомобили!

Сначала Алиса не понимая хлопала глазами, но стоило мне договорить как девушка сменила гнев на милость и улыбнулась.

— Будет исполнено, граф, — изобразила она книксен.

— А что до вас. Фёдор Сергеевич, за какое время вы сможете создать семь одинаковых автомобилей. — увидев как механик смутился, я поправился. — Не нужно делать копии. «Фурия» уникальна, пусть и остаётся такой. Мне нужно что-то другое, но не хуже. Например, представительский класс, но с пространственным хранилищем.

— Зачем тебе семь автомобилей для вендоров? — вдруг заинтересовалась Алиса.

— Ну, как!? — решив что дальше затягивать нельзя, я изобразил растерянность. — У тебя ведь шесть братьев и отец. И все они вендоры. Так? А это мой им подарок на нашу помолвку!

Мозговой штурм перед завтрашним сражением был вялым. Усталость от тренировок накладывались на несерьёзность наших завтрашних соперников. А это, между прочим, Черноозерские! И дело не в том, что мы недооценивали тех с кем учились и кого «разматывали» пару месяцев назад. Просто осмотрев весь предыдущий материал, даже зануда Фобос удивился как Мамонтов, Коршунова и, наш сорокалетний школьник, Гаяз.

Таким образом армянин, только открывший в себе способности к подчинению Молнии, пробился в команду академии — непонятно, но ещё более странно, как он сдружился с ублюдком Мамонтовым.

В любом случае, все их предыдущие бои можно было назвать только одним словом — удача! Сначала лучшая групповая сетка, где оба раза они едва не вылетели. Затем какая-то странная победа над командой грузинского князя Геловани. Причём горцы были на голову выше моих бывших одноклассников, но проиграли. И это странно. Даже в интернете народ называл это преднамеренным сливом и странной аббревиатурой «322», смысл которой я так и не понял.

В любом случае, мы не просто не боялись встретиться со старыми знакомыми но даже желали этого.

— Мамонтов — мой, — безапелляционно заявил Фобос.

— Хрена лысого! — поспорил с ним Ант. — Это не тебя всю младшую школу макали головой в унитаз!

Не найдя компромисса, друзья сверлили друг друга взглядами. Первый, с подачи Мамонтовых, едва не лишился жизни и потерял того, кого действительно мог назвать отцом. Второй же не мог простить годы школьного буллинга. Парни предложили мне разрешить их спор, но на моё счастье, запиликала трубка смарта.

И вот же странное дело, даже мой навороченный смарт, купленный скорее для имиджа, не смог определить номер входящего абонента.

— Внимаю, — произнёс я, подняв трубку.

— Привет, Магнус. Не узнал? Значит, как у вас говорят, богатым буду, — прогудел густой прокуренный голос.

И я узнал его.

— Каин? Откуда у тебя мой номер? — резко ответил я.

После того как он едва не погубил Пуговку, нас вряд ли можно было считать друзьями.

— Включи телевизор, — уклонился он ответа.

— Какой канал? — спросил я, уже поднимая пульт от телевизора.

— Любой, — произнес Каин и сбросил вызов.

Отец убийства не обманул. В первый же новостной канал показал знакомое лицо. Черноозерский в разных ракурсах. Вот древний вампир на сцене в Давосе презентует первое подтверждённое лекарство от рака. Затем, он же перерезает красную ленту своего первого центра нейротрансплантологии и магической медицины. А тут, глава клана Черноморских позирует с первым выпуском учеников своей академии.

На его фоне звучал голос пресс-секретаря клана, который с неподдельно серьёзным лицом читал ранние заготовленный текст. Сначала я уже пропустил, но бегущая строка внизу экрана дала выжимку.

Не поверив прочитанному, я переключился на следующий канал, затем следующий и следующий. Но везде с пометкой «срочно» мелькала одна и та же новость. А именно: Виктор Черноозерский — один из последних высших вампиров современности, человек стоящий у истоков магической медицины, великий учёный и филантроп, сегодня утром погиб окончательной смертью.

— Это что, какая-то шутка? — подскочив так, что свалил собственное кресло, воскликнул Антон. — Он весь хрен знает какого уровня! А как же Тотем?

— Антон прав, — добавил Фобос. — Больше похожа на «утку» или очередную махинации кровососов.

Я же молчал. Прикидывал в уме вводные. Конечно Каин знал о моих отношениях с Черноозерскими. Но вряд ли бы Отец Убийства стал звонить мне из-за убийства нашего общего врага. Тут нужно смотреть глубже…

— Атропос, — негромко произнёс я.

Парни подобрались. Антон даже выключил телевизор и ждал, что я произнесу дальше. Однако я молчал.

— Ну? — не выдержал здоровяк. — Что Атропос?

— Он мертв.

— Погоди, — всё ещё «подтормаживал» друг, однако я уже полез в интерфейс, чтобы удостовериться в своей теории.

Так и оказалось. Вернее не оказалось имени привязанного к моему источнику. Гомер — великие сказитель, «искажающих реальность» и создатель элементаля Кошмаров отсутствовал в списке существ привязанных к моему источнику.

— Каин, с помощью Гомера, нашёл способ убить Атропоса. А Виктор это, так, сопутствующие потери.

— Погоди, — продолжал тупить здоровяк. — В новостях говорили только про Виктора.

А вот Фобос понял всё правильно.

— Антропоса, как и Каина, официально не существует.

— Это как? — удивился палладин. — Мы же с вами видели и Каина, и Петра с Мораной. Это что, какой-то заговор масонов с рептилоидами?

— Ты дурак что ли? — не выдержал вивисектор. — Подумай, что начнётся, если весь мир узнает про существование Каина и старых богов!!!

— Крестовый поход, — ответил я за друга. — Люди и так до конца не «переварили» реальность с эльфами и вампирами. Сейчас и так радикалы всех мастей поднимают ксенофобные настроения общества. А когда людям покажут «истинного» врага, — показав пальцами кавычки, я закончил мысль. — в лице Каина, Мораны или Яги — мы получим гражданскую войну мирового масштаба.

— Теперь понял, — наконец кивнул здоровяк. — Типа, поэтому про Атропоса они слова?

— Те кто в курсе поняли про Атропоса, а обывателям достаточно информации про Виктора.

— Большая политика, ёпта, — невесело усмехнулся здоровяк.

— А ещё разочарую вас обоих, — произнёс я, просматривая новости турнира. — С Мамонтовым покататься не получится. Из-за произошедших событий команда Черноозерских снялась с турнира.

Вечером того же дня…

— Ну… Давай же давай! — сорвал голос Антоха. — Механик!!! Да шестеренку тебе в клапан! Не стой! Пили его, нахрен!!!

Несмотря на то что целью нашего визита на турнир были счеты с дублем, здоровяк просто не мог не болеть за своего кумира. А на экране, тем временем, шла тридцать девятая минута боя.

— Борщ, — толкнул меня в бок, произнёс Фобос. — Смотри…

Я перевёл взгляд правее, где крутой повар сошёлся в ближнем бою с Кислицыным. Борщ оказался многогранным бойцом. Основным направление он конечно выбрал бафы, но и в ближнем бою шеф-повар работал ножами как кухонный комбайн.

Вот только странность я заметил практически сразу. Кислица не использовал никакой защиты. Ни «каменную кожу» не «кольчугу», однако кухонные топорики и длинные ножи повара лишь высекали искры не в силах пробить кожу Кислицына. И, как итог, самый длинный за всю историю турнира, бой закончился на сорок третьей минуте.

Причём закончился необычно. Оставшись в одиночку, Борщ поднял руки признавая поражение, но Саша, несмотря на это, всё-таки снял голову повара с плеч. По арене прокатился недовольный фанатский свист. Рефери тут же сблизился с дубликатом, но слов его ругани мы не услышали. Зато прекрасно видели надменное выражение ублюдка.

— Мразь… — зло процедил Антоха. — Творожок подза… Нет, ну вы видели? Да за такое снимать с турнира нужно!

— Он получит штраф по очкам, — Яда приобняла парня. — Но какой в этом смысл? Победив Борща, Саша и его команда вышли в финал. Так что, даже несмотря на правила и штрафы, они не вылетят.

— И это хорошо, — спокойно произнёс я. — Для нас, хорошо.

После технического поражения Черноозерских, мы получили стандартные три очка и уже вышли в финал. И сегодняшний бой между командой дубликата и Борща решал с кем мы будем биться в финале.

Глава 25

— Итак, — опершись на стол, я навис над собственными рисунками. — Начинаем мозговой штурм.

— Ого! — воскликнула Яда, подхватив один из моих набросков. — Они движутся!!!

Это реплика вызвала улыбки на лицах друзей. Всё-таки в нашей компании Яда самая новенькая, и ещё не успела увидеть мирного применения моего дара.

Сегодня на мозговой штурм собралась вся компания. Мои девчонки, Пуговка, Яда, даже баронесса София Ольц — избранница вечно хмурого Фобоса, нашла «окно» в своём расписании посла мира и тихо сидела на коленях Семена.

— Да, — приняв её возглас как комплимент, улыбнулся я. — Я тут решил набросать визуал и эффекты навыков. Каждый отмечен своим цветом. Кислицын — синий, Калина — жёлтый…

— А Саша — золотой. Мы поняли, Магнус, — схватив сразу десяток листов закончила за меня Пуговка. — Ты хорошо подготовился.

— Тут кое-чего не хватает, — перебирая рисунки, хмуро произнес Фобос. — Брони.

— Какой же ты зануда! — закатила глаза Алиса. — Магнус что, должен был нарисовать и их шмотки?

— Тише, — произнёс я, чмокнув защитницу в щеку. — Фобос про другое.

— Я тоже кое-что подготовил, — вивисектор подкинул в руках флешку. — Нарезка из смутивших меня моментов.

Через минуту на экране телевизора пошёл видеоряд. Несколько скомканный, местами снятый с неудобных ракурсов, но с каждым новым футажом я тоже замечал странность.

— Что я должна увидеть? — произнесла далёкая от магических боев Алиса.

— Объясни ей, — Фобос перевёл стрелки на меня.

— Неуязвимость. Бояре Кислицын и Калина обладают странной формой неуязвимости природу которой мы не можем разгадать.

— Да. Но дело не только в этом, — согласился со мной Фобос. — На видео это не видно, но когда мне удалось сойтись в ближний бой… Когда я наносил удары… Короче. Не знаю как передать ощущения.

— Будто ножом ковыряешь гранитную скалу, — вторя ему, произнес Ант. — абсолютная отсутствует инерция удара. Сколько весит Калина? Семьдесят? Восемьдесят? Ну хорошо, пусть будет сто килограмм. А у меня прямой джеб на силомере почти три тонны! Плюс инерция щита. Да даже пройдя по касательной, мой удар должен был откинуть Калину минимум метра на четыре! А он даже на сантиметр не сдвинулся!

— Гравитация? — предположила Пуговка. — Игроки с этим аспектом могут оперировать с весом.

— Ага, — откинувшись на кресло, рассмеялся Фобос. — Мало нам того, что у них открыо минимум по шесть аспектов, так еще и гравитация? Причём, сразу у обоих!

— Погоди. Как по семь!? — уронила челюсть Пуговка.

— Сама посчитай, — хмыкнул Семён в её сторону две стопки иллюстраций.

Перебирая листки, девушка загибала пальцы.

— Бред какой-то! — вынесла вердикт Пуговка. — Вы же понимаете, что это невозможно! У ЗИЛа всего пять аспектов! И он собирал их более пяти лет! А тут два сопляка из-под мамкиной сиськи и уже по семь аспектов!?

— Поздравляю, подруга! — усмехнулся я, и приобнял девушку за плечи. — Добро пожаловать в кружок «че-за-херня-тут-происходит»! Одно дело дубликат, — у меня всë еще не поворачивался язык назвать его Сашей. — Но эти двое…

— Они как роботы! — пришёл на помощь Антон. — Хренова туча способностей разных аспектов, и все сильные. Да еще и это выражение лица…

— Каменное, будто маска, — добавил Фобос. — Ни улыбки, ни боли или огорчения. Тупо, будто с манекеном сражаешься.

— Манекеном!? — ухватилась за его слова Пуговка. — А это мысль. Погодите, я сейчас…

С этими словами Пуговка растворилась в портале оставив после себя только недоумение.

— Куда это она? — сложив на груди руки спросила Алиса.

Вообще я заметил, что моя бойкая и напористая ведьмочка не сильно жалует такую же крутую на характер Пуговку. И не то чтобы пытается выяснить кто тут альфа, скорее терпит как неизбежное зло. Особенно часто между ними искры засверкали с вчерашнего дня, когда я недвусмысленно дал понять что с Алисой я всерьёз и надолго.

— Появилась какая-то идея, — произнёс я.

— В отличие от нас, — добавил Фобос.

— Ладно, — хлопнул я в ладоши. — Расходимся.

— Что, прямо так? Без идеи плана на завтрашний бой? — не поверил Антон.

— Есть, — кивнул я. — Все эти недели мы так упорно пытались подобрать ключик к каждому сопернику, сыграть на веру, от обороны, что забыли о своих сильных сторонах. Ант, — обратился я к здоровяку. — Ты у нас сикарий-палладин с щитом, который и поднять-то не каждый сможет! Что называется «Броня в два пальца и стальные кохонес!». Фобос, вообще, тауматург! По сути он — дядя всех вампиров! Ну а я… Про меня вы всё и так знаете. Короче, план на бой — играть первым номером, и только в свою игру!

— А в этом что-то есть, — прикусив губу произнесла Яда. — От тебя такого не ждут. Фактор неожиданности…

— «Удивить — значит победить!», — задумчиво добавил Фобос. — Это слова Суворова.

— Расходимся по домам, и я хочу чтобы завтра мы смогли выставить сильнее себя сегодняшних.

* * *

— Магнус, ну какого? А? — заскрипел выбравшийся из портала Антон. — Ты же сам дал нам время подготовиться. Я пять часов назад спать лёг! Бездушный, ты, Гордон Рамзи!

— Не любишь Гордона Рамзи? — заложив руки за спиной произнёс лысый парень.

Антоха растерялся узнав в приглашенном своего кумира. Замычал, беззвучно раскрывая рот. Да это и неудивительно. Для нашего здоровяка-кишкоблуда Вася Борщ являлся такой-же иконой, какой для меня был Эндо Окито. И как бы я не совершенствовался в рисовании, до детализации его «Бордель Капелия» мне все еще было далеко.

Преодолев секундную слабость, всё-таки смог ответить.

— Как повара — уважаю. Как человека — нет, — слегка дрожащим голосом произнес Антоха. — С подчиненными так нельзя.

— Ты же понимаешь, что это просто сценический образ, — улыбнулся Вася Борщ. — Да и потом, когда на вывеске висит твоё имя и от качества блюд зависит твоя репутация, мягкотелость это роскошь.

— Опа, — шагнув из портала, в своей манере удивился Фобос. — Василий Борщ!? Что это значит, Магнус?

— Маленький сюрприз для Анта и маленький мастер-класс для всех нас, — ответил я на вопрос, которого давно ждал. — Но самое главное: это баф в предстоящем сражении.

— Правилами это запрещено. За бонусы от блюд Борща нас просто снимут с турнира!

— Не снимут, потому что готовить мы будем сами! — подмигнул я пацанам.

— Сегодня у нас в меню: омлет-суфле с вялеными томатами, чесноком и базиликом, и, на десерт, блинчики с джемом «вишня-амаретто», — проведя ладонью по лысине улыбнулся Борщ. — Плотный список, не так ли? Надеюсь вы ещё не завтракали!

Я хлопнул в ладоши.

— Ну, чего встали? Разбираем задачи!

— Нет-нет-нет! — останавливая меня покачал пальцем Василий. — Это мой мастер-класс и шеф-повар здесь я.

Чтож, в этом Борщ был прав.

Затеяв маленькое развлечение, я думал, что это обойдётся в кругленькую сумму. Но нет. Вылетевший с турнира Василий отказался от денег, но выдвинул одно непререкаемое условие — на кухне главный он.

Естественно, я согласился. Поработать с такой легендой как Василий хотелось не только Антону. Да и сам Борщ, как оказалось, проявлял интерес к нашей команде.

— Антон, я следил за твоими боями! Потрясающая, феноменальная, просто необъяснимая… — Василий рассыпался в эпитетах, от которых Антон даже слегка покраснел. — …твердолобость! А ещё неповоротливость и закостенелость мышления. Удачно провернув один приём, ты продолжаешь повторять его в надежде, что он снова сработает!

Борщ вернул его с небес на землю.

— Это всё-равно если бы Магнус рисовал одним чёрным цветом! Настоящие повара так не работают. Поэтому сегодня ты готовишь омлет. А точнее — взбиваешь яйца.

Закончил он, протягивая здоровяку две свёрнутые в кольцо кожаные плети.

— Этим!? — приняв бичи, поднял бровь Антоха.

По лицу танка было видно, как непревзойдённый идол кулинарии Вася Борщ теряет авторитет в его глазах.

— Ты думал, что чтобы создать блюда эпического класса я дам тебе миксер!? — усмехнулся грандмастер кулинарии.

— Но я не умею… — окончательно растерялся здоровяк. — Миска с яйцами, плётки из BDSM набора Яды… Я же за брызгаю здесь всё!

— А ты сделай так, чтобы не забрызгать. Не нравятся кнуты — взбей по своему! Придумай. Прояви гибкость мышления! — Борщ отрезал любые попытки отмазаться. — Отделяешь белки, взбиваешь их до крепкого пика, и только потом добавляешь желтки. Действуй!

— Фобос, я слышал, ты мастер ножей, поэтому готовишь к нему томатный соус, — Василий переключился на Семена. — Ингредиенты: вяленые томаты, чеснок, базилик. Остальное на твоё усмотрение, но с применением способностей.

— Что же до тебя, Чернильный маг, — подмигнул мне Борщ. — На тебя целиком и полностью ложится десерт. Вот граммовки для теста и техкарта по приготовлению джема. И главное: от вас я жду командной работы, максимально творческого подхода и новых решений! Если что-то будет не так, я остановлю и заставлю переделать.

Антон воспринял это как вызов и первым бросился к коробке с яйцами. За что получил по мохнатым рукам.

— Куда? — с металлом в голосе спросил Василий. — Мыть руки, переодеваться в чистую форму и только потом трогать продукты!

И завертелось.

Взяв технологическую карту в руки, я начал отмерять необходимое количество муки, яиц, разрыхлителя и соли. Тут всё выглядело просто, поэтому уже через четверть часа тесто было готово. Но только я взялся за сковороду, как Антон, у которого дела дела шли откровенно никак, цыкнул.

— Куда? — зашипел покрытый яичными брызгами здоровяк. — Дай тесту постоять. Клейковина муки, белок то есть, должна высвободиться и набухнуть. Боже, за что мне всё это!

Кивком поблагодарив друга за подсказку, я накрыл тесто полиэтиленом. И дело тут даже не в дельном совете. Смотря на то, как мучается Ант, на меня снизошло озарение, что не может быть всё так просто.

— Чего застыл? — заглядывая через плечо, произнес Василий.

— Тесто должно настояться. Да и потом, если я сейчас испеку блинчики до подачи, они остынут.

— Верно, — подтвердил наш временный шеф. — Продолжай.

После этих слов у меня не осталось сомнений в подвохе слишком простого задания. Глядя на то как размахивая кнутами матерится Антоха, а Борщ бракует уже шестую порцию соуса Фобоса, я решил переключиться на джем.

Причина этого решения лежало на поверхности. Люди любят, когда блинчики горячие, а вот соус — необязательно.

Свежая, ещё пахнущая листвой вишня опустилась в промывочное сито. Перед тушением ягоды, нужножно было вынуть косточки, и следуя наставлениям Борща, к этому процессу я решил подойти творчески — не вынимать косточки, а потом просто процедить через крупное сито.

Но Борщ был со мной не согласен. Обозвав это действие халтурой, он безапелляционно сообщил, что мне придётся вынуть каждую косточку. Вот только как?

Таким образом работа всей нашей тройки встала. Антон, покрытый яйцами эмбрион чужого, не знал как можно взбить яйца без стандартных миксера или венчика. Фобос в восьмой раз не смог отбалансировать соус по кислоте и сахару. Ну а я… Кажется, с сегодняшнего дня у меня появится стойкая аллергия на вишню.

— И как я этими кнутами должен взбить яйца? — выдохнул Антоха, плеснув рядом со мной на пол. — Блин, они же…

— Тебе после этого всего ещё и кухню мыть! — усмехнулась Катя. — А заодно и почувствуете, что значит вести быт!

Наши мучения стали для девчонок чем-то вроде представления. И теперь Пуговка, Яда, София и мой гарем не без удовольствия наблюдали за нами.

— Используй щит, — негромко произнёс Фобос.

В отличие от нас, Фобос не сдался даже после восьмой попытки.

— Вылей в него яйца и бей по кромке молотком. Твоя «дверь» начнёт вибрировать, а от вибрации…

— Фобос!!! Дай я тебя расцелую! — подскочил на ноги здоровяк, но поскользнулся на разбрызганых яйцах.

Удивительно, но хоть Вася Борщ и слышал каждое слово, однако никак не отреагировал на этот совет. Это что получается, значит помогать друг другу можно!?

— Вместо того чтобы лобызаться на глазах у девчонок, лучше попробуй его соус, — произнёс я, не сводя глаз с шеф-повара. — Помоги скорректировать по соли и специям.

Бинго! Вася не то, что пропустил мои слова мимо ушей, а даже наоборот, кивнул, одобряя мою подсказку! И я продолжил.

— Но потом, когда Фобос сделают новую порцию овощей. Семён, в твоей технике нет ничего необычного и магического. Придумать как завязать твою готовку на аспект Тауматургии. Вот, — сообщил я прокалывая ножом подушечку пальца.

Удивительно, но Фобос не стал выделываться и махнув каплю крови вытер её о язык.

— Базовое воплощение, — прикрыв на секунду глаза, произнёс он. — Теперь на полчаса я тоже Чернильный маг!

— Ага, — усмехнулся я. — Осталось только научиться рисовать. Действуй!

Фобос кивнул, и на мгновение замявшись, ответил.

— Вишневые пикси.

— Что? — не понял я.

— Вишневые Пикси, — повторил Фобос. — Маленькие вымышленные существа с крылышками. Они обожают вишневые косточки, но не едят мякоть.

Не дожидаясь моего ответа, Фобос вернулся на своё рабочее место и, высунув от напряжения язык, принялся что-то рисовать.

Если честно, никогда не слышал про вишнёвых пикси. Да и Фобос сразу сказал, что они вымышленные. Вымышленные — значит не существует в природе. А значит… Логическая цепочка завертелось в моей голове. И подхватив идею, я тоже не собирался рассиживаться.

Минута быстрой рисовки, и в моём блокноте появились маленькие пузатые купидончики с птичьими головами. А ещё, через две секунды стайка нарисованных существ уже вовсю потрошила вишню аккуратно отделяя мякоть от косточек.

— Браво! — захлопал в ладоши Борщ. — Нетривиальность мышления — это именно то, чего я с самого начала от вас и ждал!

С Антоном, правда, вышла ещё одна закавыка. Мощные удары по литой пластине его щита отозвались зубной болью у всех присутствующих и поэтому здоровяк был изгнан в подвал. А дальше завертелось.

Совсем скоро у меня уже не осталось вишни, и я развоплотил пикси. Но почувствовав вкус экспериментов, решил не останавливаться на стандартном рецепте. Несмотря на протесты Кати экспроприировать одну из небольших кастрюль, сбегал к дневнику и настрогал ольховой щепы.

Выстрелив дно кастрюли фольгой, сверху я уложил сито и уже в него насыпал вишню.

— Решил сделать джем из копчёной вишни!? — удивился Борщ. — Ну попробуй. Только не переборщи. Минута. Максимум три.

Выставив огонь конфорки на самый минимум, я кивнул и закрыл крышку.

Теперь оставалось только ждать. Получив пару свободных минут, заглянул на рабочее место Фобоса.

Вивисектор, который меня удивил. Увы, запасы уже готовых вяленых томатов у него заканчивались, но парень не отчаялся. Воспользовавшись боевыми ножами, а не кипятком, он уже снял с томатов кожу. И теперь вялил спелые помидоры на нарисованном огне, обдувая их, чтобы не сварить, крылышками нарисованного же… Дракона!?

Если это существо задумывалась как дракон, то Фобос откровенно провалился. Маленький шарик с десятком крылышек создавал сильные потоки ветра, но постоянно перекатывался и, зло ругаясь, Фобос пытался удержать его в кулинарных щипцах.

— Сейчас закончу и нарисую сливы. Отец как-то водил нас в один китайский ресторан… — прокомментировал он свои действия.

— Не получится, — разочаровал я друга. — Пищу, как и деньги или золото, невозможно нарисовать. Или возможно, но рисунок будет крайне нестабильным и развоплотится через пару секунд.

— Зараза… — процедил он. — Ну ничего. И так сойдёт.

Борщ вновь подал голос за нашими спинами. Нарочито громко прочистив горло, он намекнул, что пара минут копчения уже подошли к концу и мне пора возвращаться на своё место.

Василий оказался прав. Открыл крышку и вытяжка высосала весь дым, как я увидел сморщенные слегка подварёные, но пахнущие благородным дымком, вишни. Переложив плоды на разделочную доску, я небрежно нарубил их и переложил уже в сотейник.

Согласно рецепту, добавил сахар и ликёр амаретто. Совсем немного, рюмку, и вновь включил огонь. Глубокая сковорода зашкворчала. Коричневый сахар начал плавиться, растворяясь в вишнёвом соке и миндальном ликёре.

— Что стоишь? — раздался голос Антохи. — Поджигай!

Не понимая о чём речь, я удивлённо уставился на здоровяка, который используя щит, как миску нёс взбитые в пену яйца.

— Дилетанты! — шипением оттолкнул он меня в сторону.

В руках Анта возникли спички, и, чиркнув одной, он поднёс её к сковороде. Над сотейником вспыхнуло пламя, но, кажется, так и было задумано. По крайней мере Ант этому даже не удивился и, подкидывая содержимое, продолжил перемешивать, пока пламя не сошло на нет.

— Это называется фламбирование, — не без доли гордости улыбнулся здоровяк. — Крутая штука!

Но через секунду вся его гордость сдулась, потому что к пышной горе белков на его щите подошёл Вася Борщ.

— Как взбивал? — обмакнув палец и попробовав на вкус, произнёс Василий.

— Молотком, — честно признался Ант. — Гремлины держали щит, а я бил Вызывая вибрацию.

— У вас есть гремлины? — удивился шеф-повар.

— Ага. Четверо, — показав четыре пальца подтвердил я.

— Но они же неуправляемые!

— Если поставить над ними надзирателя детской колонии строгого режима, то очень даже управляемые, — пряча усмешку в уголках губ, ответил я.

— Забавно, — с нотками удивления выдал Борщ. — Ладно, можете приступать к финальной стадии готовки.

— Давай, сначала ты, — воодушевленный одобрением Борща произнес Ант. — Мне ещё нужно помочь Фобосу. И это, перелей тесто в пластиковую бутылку для соуса.

Увидев мой непонимающий взгляд, здоровяк добавил.

— У них острый кончик. Ты же, мать его, художник! Рисуй тесто на сковородке!

— сначала нанести контуры, а затем по очереди заливать всё остальное? — догадался я.

Если честно, идея использовать художественные навыки в кулинарии открыла для меня новые грани своего таланта.

— Ага, — улыбнулся здоровяк. — Тогда получится полноценный блинчик- рисунок! С полутенями и ваще…

Уцепившись за эту идею, я разлил тесто по бутылкам, и даже немного его затюнинговал. Немного какао-порошка для шоколадных оттенков, смородиновый сироп для градаций синего. Красный — малиновый и клубничный сиропы. Зелёный — мята и зелёная дыня. Жёлтый — ананасовый и манго сиропы.

Остальные оттенки добивались по принципу комплементарности цветов. Смешивая их, я мог добиться практически любого цвета. И когда всё было готово, я приступил к рисованию по блинчикам!

Зашкварчала сковорода, и первый блин как всегда оказался комом. Пока я накидал лайн задуманного мною дракона, тесто уже успела подгореть. Но, не беда. Поняв причину ошибки, я убавил газ на минимум и увеличил скорость. Увы, без снижения детализации не обошлось. Однако, когда я перевернул свой второй блинчик, результат оказался сильно лучше первой попытки.

— Неплохо, — хлопнул меня по плечу Борщ.

Продолжая в том же темпе, я увеличил скорость рисования. В этот момент над соседней конфоркой навис Ант. Вот уж действительно у кого дело шло как по маслу. Отработанные, чёткие движения, идеальное чувство мощности плиты и техника готовки. За плитой Антон, что называется, чувствовал себя как рыба в воде.

— Заканчиваем и сервируем стол на, — на секунду Борщ завис, перечитывая количество человек. — Девять персон.

Надо сказать, что девчонки нам помогли. К этому моменту они уже накрыли стол и подали приборы. А когда Ант, четкими уверенными движениями, начал делить приготовленный завтрак на порции, девушки безропотно выполнили работу официанток.

— Марш приводить себя в порядок, — отдал последний приказ шеф. — Дальше мы сами.

Приведя себя в порядок, мы спустились в гостинную. Азарт приготовление схлынул, уступив место лёгкому мондражу. В каждом из нас проснулось детское нетерпение. Как в Новогоднюю ночь, когда будучи ещё маленькими, мы в нетерпении ждали подарков.

— Ну что, переживаете? — Вася Борщ встретил нас прямо у лестницы.

Закончив с шефством над нами, шеф-повар вновь вернул себе классический вид: накрахмаленная белая рубашка с закатанными рукавами, темного цвета жилет и неизменный котелок на лысой голове.

— Да как-то очковато, — честно признался Ант.

— Ну тогда прошу к столу. Посмотрите на характеристики вашего первого блюда высокой магической кухни!

Ребята уже поделили места и наши, как это неудивительно, оказались во главе стола.

Взглянув на своё место я включил «золотые глаза».

Рыцарский омлет-суфле с кроваво-пряным соусом.

Омлет, созданный истинным паладином и его верными гремлинами, впитал в себя суть рыцарских скрижалей.

Эффект: +12 к атрибуту силы; ситуативный модификатор «Правое дело 2» (увеличивает атаку на значение x1.75 при условии уверенности героя в верности своих поступков)

Время действия: 7 часов 46 минут

Кроваво-пряный соус.

Томатный соус созданный похищенными способностями великого мага и напитанный кровавым ритуалом тауматурга.

Эффект: физический вампиризм 16 % от нанесённого урона; магический вампиризм 8 % от нанесенного урона.

Время действия: 7 часов 46 минут

Блинчики художника с вишневым пикси-соусом и благородным ореховым ликёром.

Первый десерт Чернильного мага, в которой он вложил всю суть Искажающего реальность. А копченые пикси-вишни даруют свою толику элементной магии.

Эффект: «Персонаж блинчика 2» — вариативно. (Зависит от нарисованного мотива); Вишнёвый пикси-соус: неограниченный призыв любых подчинённых существ с дополнительным бонусом «Пепельная кожа 4» (средний резист к огню) и случайной способностью аспекта «Масло».

Время действия: 3 часа 46 минут

— Вот это-ж них…

Хотел выругаться Антон, но божественный подзатыльник Яды заставил его заткнуться.

— Хо-хо, ни хо-хо! — выкрутился здоровяк.

— Довольны проделанной работой? — усмехнулся Василий. — Ну, тогда к столу!

Глава 26

Чёрный портал раскрылся прямо в холле над красной дорожкой. Нас встретили канонадой фотоаппаратных вспышек, но приставленные к мероприятию черные бушлаты бодро оттеснили репортеров и зевак.

— Поприветствуйте толпу и уходите на контрольное взвешивание, — прорычал находящийся в оцеплении Ярый.

— Что-то не так? — спросил я у друга.

— Всё не так, — обведя подозрительным взглядом народ, прошипел орк.

Выспрашивать конкретику у сотрудника М-3 я не стал. Было видно, как нервничает здоровяк и «чёрные мундиры». А значит для такой реакции был весомый повод.

Раздав пару автографов и сфотографировавшись, мы двинули к импровизированной сцене. Здесь я впервые увидел главный приз. Клановый источник стоял посреди зала. Огромный, в полтора человеческого роста, белесый, ещё не посвящённый ни одному из кланов, кристалл прятался за пуленепробиваемым стеклом. А вокруг него несли свой дозор шестеро бойцов с уровнями «сто плюс».

На первый взгляд мне показалось — организаторы немного переборщили с охраной. По мне, пуленепробиваемого саркофага было вполне достаточно, чтобы уберечь артефакт от инициации. Но, вспомнив насколько редок и ценен клановый источник и как много вокруг одарённых, желающих им завладеть, я все же согласился, что осторожности никогда не бывают лишними.

Нас уже ждали. Четверо довольно маститых мужчин пригласили нас подняться и приложить руки к свинцовым пластилинам считывателя.

Александра я увидел практически сразу. Тот отрывался на полную. Позировал журналистам, давал какие-то комментарии и купался в лучах славы.

До меня долетел обрывок его фразы.

— … будет быстро. Сегодня я заберу кубок, а завтра клан! — прижимая к себе Карину, бравировал дубликат.

Причём я не сразу узнал Лилит. Несгибаемая, едкая сука была бледной тенью самой себя. Девушка, конечно, улыбалась, но как-то наигранно. И это было лишь первым звоночком. Гораздо больше показали мне Глаза Ньерда. В последнее время я научился пользоваться эфирным подарком предков.

Завязанные на эфир глаза позволили увидеть нечто большее. Например, эмоциональные портреты присутствующих. Алая с черными проблесками аура уверенности дубликата. Голубые оттенки холодной сосредоточенности журналистов. Яркий карнавал эмоциональных красок у толпы зрителей. И серый, будто выцветший снимок, Карины «Лилит» Лейнингейн.

Да суккуба боялась Александра! Стоило сконцентрировать на ней внимание, как я увидел мелкую дрожь и хорошо скрываемые, но всё-таки заметные ужимки. Да, похоже она находится здесь против своей воли!?

Глупость, минутная слабость, но в этот момент мне захотелось защитить эту надменную высокородную суку. Вырвать её из деспотических лап сошедшего с ума дубликата.

И мой взгляд не обошёлся без внимания Александра.

— Что? Кусаешь локти, что упустил такую женщину!? — прижав Лилит, ещё сильнее рассмеялся Саша.

— Да нет, — улыбнулся я.

От чего-то слова дубликата больше не задевали моё сердце.

— Вижу, что Карина сама не в восторге от интриги, которую затеяла.

Лилит никак не отреагировал на мои слова. Вот совсем. Уверен, она всё слышала, но не позволила себе даже поднять глаз.

— Ты это о чём? — надменно выплюнул он.

При этих словах в его глазах увидел плохо скрываемый всплески хаоса. Неужели Александр настолько подружился с Инферно, что не замечает скользкой дорожки ада!?

Но, кажется, Саша вообще ничего не замечал. В том числе и страха Карины.

— Если надо объяснять, то не надо объяснять, — расплывчато ответил я.

Не хотел концентрировать внимание на Лилит. Отчего-то мне стало невыносимо ее жалко, и прилюдно открыв глаза дубликата на страх Лейнингейн, я мог спровоцировать что-то очень нехорошее.

Очевидно такие же мысли посетили и организаторов.

— Пройдите пожалуйста к стойке контроля прогресса, — прозвучал сухой звучный голос распорядителя. — Снимите все блокирующие артефакты и приложите руки на двимеритовый пластины считывателя.

Ладони легли на неласковый холод двимеритовых пластин. Всего на мгновение, но творение маго-механиков забрали у меня способности. Неприятное мгновение. Возникло ощущение беззащитности, будто у меня отобрали все силы. И, судя по выражениям лиц друзей, они испытали схожие чувства.

— Пятьдесят девятый уровень. Аспекты: Пепел и… — распорядитель бросил на меня подозрительный взгляд. — И, кажется, всё. Двимеритовые ограничители в норме. Не вскрывались и не повреждались. Энергетические запасы силы Магнуса Ермолова находится на уровне одарённого двадцать второго уровня.

Очевидно, сколько бы современным не было творение маго-инженеров, из-за уникальности Эфира считыватель не смог его распознать. Далее распорядитель озвучивал показания Анта и Фобоса. Там тоже было без изменений.

— Что за фигня? — недовольно пробурчал Ант. — Какого хрена нас детектором проверяют? Стандартных металлистов и сенсориков недостаточно?

Здоровяк до сих пор не отошёл от странных ощущений после магического считывания.

— Это моя идея, — с придыханием произнесла Пуговка.

— И вот зачем!? — пробурчал Фобос. — Знаешь какие он дарит ощущения? Нам итак…

— Да заткнитесь вы оба! — зашипела уже Яда. — они уже поднимаются!

Очевидно Дочь Дьякона была в курсе интриги Пуговки. Действительно, после нас настал черёд проверки Александра и Карины с Кислицыным.

— Приложите руки к считывающей панели, — произнес распорядитель, но Александр не торопился.

— Это еще зачем? — надменно поднял он бровь.

— Таковы новые правила. Вы и ваши люди должны пройти проверку перед боем, — бесстрастности распорядителя я мог бы позавидовать.

— Нахер идите! Вон мой противник, вот я. Что мне мешает…

— Я, — возник за его спиной Ярый. — Руки на панель.

И не один. Еще пятеро «мундиров» сбившись в «двойки» появились за спинами Саши, Кислицына и Калины.

Теперь напряжение Ярого передалось и мне. Слишком странно вел себя дубликат, слишком вызывающе, будто открыто искал повод начать свару, лишь бы не проходить проверку на детекторе. Даже с учётом импульсивности Александра, открытая ссора с М-3 должна была иметь под собой веские основания. Но какие?

— Хорошо! — Александр примирительно поднял ладони. — Я пройду эту вашу грёбаную проверку. А ты, — так чтобы все услышали, обратился он к Ярому. — Неси линейку. За одно и писюн мне померяешь!

В зале наполненном сотнями и сотнями зрителей в один момент зазвучала пронзительная тишина. М-3 — элита, подчиненная лишь княгине и президенту, не могла проигнорировать оскорбление.

— Выводите народ, — прошипел я Алисе.

Градус напряжения и самоубийственные слова дубликата на секунду обескуражили толпу, но когда шок первичного потрясение пройдёт, здесь начнётся ад.

— Как? — растерялась моя ведьмочка.

— Пожарный кран, устрой пожар. Да что угодно! Сейчас здесь начнётся свара, — повысил голос и переключился на Фобоса. — Вызывай всех. Всё боевое крыло. Сейчас же.

Семёну, в отличии от Алисы, не нужно было повторять дважды. Вивисектор кивнул и, приложив палец к ушной гарнитуре начал сбор боевого крыла клана.

— Ой… Об этом я не подумала, — произнесла Пуговка. — Провал прохождения детектора должен был снять Кислицына и Калину. Но я не думала, что всё повернется…

Секундное замешательство закончилось. Осознав масштаб оскорбления, М-3 засуетились. Из пёстрой толпы к сцене потекли ручейки переодетых в гражданское боевиков. Но первым ответить на оскорбление предстояло Ярому.

— Это прямое оскорбление меня, как дворянина и всей магической канцелярии, — стягивая перчатку произнес орк. — Я требую сатисфакции после турнира.

— А зачем откладывать? — наливаясь огнем, прошипел Александр.

Дубликат больше не сдерживал эманации хаоса, и они начали проявляться. По коже Саши пробежала рябь из язычков огня. Ярый тоже не остался в долгу, и коричнево-зелёная кожа орка налилась сталью.

«Чёрные мундиры» тоже не остались без дела. Вот только и напарники слетевшего с катушек дубликата не стояли на месте. Не сговариваясь, будто по команде, Кислицын и Калина сбросили личину отрешенности.

«Мундиры» даже не успели выхватить оружие. Кислицын сжег их куполом из голубых молний. Боярич Егор Калина же заточил себя в ледяную броню, которая, поглотив несколько прямых атак, взорвалась сотней острых льдинок.

В этот момент я понял, что жертв не избежать. Толпа уже поняла, что всё пошло не по плану и началась давка. Пытающиеся сбежать люди валили друг-друга, топтали, кричали и плакали. И, пусть и на излете, но несколько острых ледышек нашли свои цели.

Глазами Ньёрда я нашёл несколько раненых. А еще, заметил, как после невероятно сильной молнии Кислицына по держащим крышу опорам зазмеилась паутина трещин. Ещё пара таких магем с силой в килотонны магической энергии, и это крыло Лужников нужно будет выстраивать заново.

Тем временем Саша будто не замечал происходящего. С звериной кровожадностью он врубился в Ярого. И стальной орк отвечал ему взаимностью. Однако, силы были далеко не равны. Стоило врубить золотые глаза, как я увидел, почему дубликат так не хотел проходить проверку. Всё дело в уровне. Даже чёрный амулет на его шее не мог скрыть от моих глаз невероятный стосороковой уровень!

А вот с бояричами дела обстояли странно. Ни Кислицын ни Калина не имели Вот вообще. Совсем. Над головами приспешников дубликата не было фрейма! Странно, учитывая, что совсем недавно я его видел. Как странно и то, какая сила была вложена в первые магемы. Стандартными «20+» уровнями здесь и не пахло. Возможно Пуговка, с подачи которой и была затеяна вся эта проверка перед боем, имела на этот счёт свои мысли.

Но сейчас спрашивать было поздно. Дубликат слетел с катушек, и его нужно было остановить до того, как количество раненых перерастёт в невосполнимые жертвы среди мирного населения.

Ярого к этому моменту начало плавить.

— Фобос, огнетушитель! — прокричал я, сорвавшись с места.

Первые чернила легли на укрепление стен. Чернильные подпорки облепили ближайшую колонну, но сеть трещин продолжала увеличиваться. При всём своём желании и силах я мог замедлить этот процесс, но не остановить. Для таких задач нужен полноценный геомант с аспектом земли.

И он нашёлся. Сразу четверо боевиков М-3 и двое гостей тоже заметили, как рушится несущая конструкция из металла и бетона. Фобос тоже не подвёл. Услышав огнетушитель вивисектор сорвал с кобуры «Гюрзу» и продырявил красный баллон углекислотного огнетушителя.

Взрыв баллона внёс в бой Ярого и Саши свои коррективы. Температура вокруг дубликата сразу упала ниже нуля и сбила эманации хаотического пламени. Но самое главное — бок Александра закровил. Видимо, один осколок от баллона все же прошиб его защиту.

Хотя радость была недолгой. Дубликат несколько поморщился, и уже через пару секунд его тело отторгло зазубренный кусок металла. Ярый тоже понял, что продолжать натиск бессмысленно. Причём парень оказался умнее и вспомнил про клятву защищать гражданских. Сделав последнее усилие, орк умудрился пнуть Александра в грудь и подхватив лежащую ничком Карину, разорвал дистанцию.

— М-3, - срывая голос прокричал Ярый. — Остановить наступление и приступить к эвакуации гражданских!

На секунду мы встретились взглядами и орк мне кивнул. Мол, прикрой. Потяни время до прихода грандов. А ждать их, уверен, придётся недолго. Да и зачем ждать, когда с нами Пуговка!? Одна только Эмма уровнями втрое превосходит дублиаката. А учитывая что здесь, в зале, найдётся ещё несколько дюжин высокоуровневых игроков, непонятно на что вообще рассчитывает Саша.

Вот только тревожный зуд под ложечкой отчаянно кричал о том, что дубликат не идиот, и всё идёт согласно его плану. Ну, или почти. Вот только конечной цели этого плана я не видел.

Фобос и Ант примкнули ко мне и, не сговариваясь, мы двинулись на тройку дубликата. Смысла в браслетах я не видел, потому одним лёгким движением сбросил их. Если у М-3 будут какие-то вопросы, то после просчетов в безопасности организации, смогут смело засунуть их в себе в задницу. А если мне «ответка» от неокрепшего, до уровней прокачки, тела, то, как говорят самураи — «Таков путь!».

— Решил погеройствовать!? — усмехнулся Александр. — Ну, давай. Так даже лучше.

Как же он изменился с нашей последней встречи. И дело тут не в характере. Нет. С мыслью о том, что добрая и бесконечно наивная часть меня превратилась в хрестоматийный образец ублюдства, я смирился. Дело в внешним виде дубликата.

Черты лица Александра изменились. Стали более резкими, угловатыми. А после прорыва эманации хаоса, огоньки пламени очертили вектор его дальнейшего превращения в демона. Зачатки рогов, шипы на лице, огненные крылья и, пока ещё состоящей из эманаций, но натуральный хвост!

За время нашего конфликта Александр успел изуродовать тело вязью татуировок. Курикара. Китайский дракон. Скелет-лучник. Ледяная виверна. И сейчас этот зоопарк срывался с тела моего дубликата.

— Удивлён? Не стесняйся. Я вижу, что удивлён, — он выхватил из-за спины пару отливавших запрещенной магией кинжалов.

«Воля Аража Призывателя»

Парные кинжалы.

Аспект: Призыв, Некромантия, Пепел, Ментал.

Редкость: Уникальные.

Сразу четыре аспекта на боевой шмотке!? Такое вообще возможно? Причём, кинжалы явно сгенеровали с дубликатом из-за родственного аспекта. То и дело с лезвий капали антрацитовочёрные капли, которые, достигая земли, превращались в маленьких змей, пауков и прочих гадов.

Саша двинулся навстречу. Заходил по диагонали, прощупывая слабое место в обороне. Но, что странно, делал он это со стороны Анта. Выбрать для атаки непрошибаемого сиккария-паладина — глупо. Александр не мог не знать, что танка нельзя взять с наскока.

Почему он это сделал, я понял не сразу. И это промедление стоило нам всего. Рывок Кислицына Антон принял на щит. Воспользовавшись ситуацией, ударил противника во фланг. Кинжалы в руках вивисектора работали со скоростью швейной машинки. Однако, вновь возник эффект о которым Фобос уже упоминал.

Тело Кислицына оказалось непробиваемым. Кривые кинжалы раз за разом находили уязвимые точки, но вивисектор будто атаковал бронзовый памятник или Ярого в его металлической коже. Острия пробивали лёгкую броню, но соскальзывали с кожи, или, наоборот, безболезненно упирались в неё, не нанося молчаливому магу никакого урона.

Тут же подключился боярич Калина. Вот только он не пришёл на помощь своему союзнику, а ударил по площади. Едва пальцы закончили складывать глифы, как у его ног поднялась волна огня. Сначала маленькая, высотой едва ли до щиколотки. Но с каждой секундой она поднималась, грозя перерасти в настоящий огненный цунами.

Я окликнул Фобоса, чтобы предупредить его, но не успевал. Александр тоже пришёл в движение. Передо мной встала дилемма: спасти Фобоса или остановить дубликата. Не знаю, чем я руководствовался. Была ли это дружба, чувство ответственности или глупая благородство, но Саша меня прочитал.

Власть над чернилами повиновалась, превратив росчерк чернил в ледяной вал. Из-за того, что я стоял немного позади, прикрыть Фобоса полностью не получилось. Но и ледяной борозды, взрезающей волну огня, точно плуг, вполне должно было хватить, чтобы вивисектор гарантированно не отправился на перерождение.

В отличие от Кислицына. Огненная волна ударилась о ледяную борозду, рассеклась и ее часть брызнула в стороны. Даже стоя за несколько метров, я почувствовал, как от жара раскалённого воздуха трещат мои волосы. Фобос же находился за ледяной стеной и почти полностью избежал урона. А вот бояричу Кислицыну досталось по полной.

Жидкое пламя обрушилась на него со всей силой напалмовой ярости. «Такое не переживают» — решил я. А если каким-то образом выживет, то слаженных действий Анта и Фобоса будет достаточно, чтобы исправить это досадное недоразумение.

Развернувшись я нашёл глазами Александра. Но поздно. Хорошо знавший меня дубликат решил, что при выборе " остановить его» или " спасти друзей» я выберу последнее. И он не ошибся.

Моя демоническая копия уже стояла далеко позади нас. К сожалению у непробиваемого стекла, защищавшего Клановый Источник от инициации, не хватило крепости. Он разлетелся. Но целью Александра не была инициация и присвоение источника. Вместо этого, дубликат вонзил в него пару своих легендарных проклятых кинжалов и торжествующе смотрел мне в глаза.

— Ты проиграл. Опять, — изогнув бровь, подмигнул Александр. — Но это ещё не всё.

С этими словами парень оттолкнул носком тело одного из бойцов М-3. Одного из шестёрки караула, что не отступили, предпочтя смерть. В пылу сражения я не слышал выстрелов, но пулемёт одного из защитников всё ещё шипел раскаленным погнутым стволом в крови своего хозяина.

Освободив себе место, дубликат широко расставил ноги. Опустился на одно колено и зачерпнул целую жмень натекшей из Кланового Источника крови. И в этот момент я понял для чего Александру нужен был этот обман, жертва Кислицына и глупое убийство и так неживого артефакта.

— Призыв!!! — вторя моим мыслям, прокричала Пуговка. — Он рисует печать призыва!

И в этот момент затрещали, словно мокрая тряпка, порталы подкрепления. Я не узнавал лиц прибывших героев. Но внушительные уровни говорили красноречивее громких имён.

Десятка полтора игроков с уровнями «200+», не сговариваясь, безошибочно определили угрозу и ввалились в рубку. Но Александр тоже подготовился. Едва прибыло подкрепление, как вокруг него возник прозрачный шар. Силовое поле или же магия — не знаю. Да и непонятная защита провисела в воздухе всего несколько секунд. Однако этих секунд дубликату было достаточно.

Породивший огненную волну Калина, будто ждал этого момента. Именно поэтому, убив боярича Никиту Кислицына, он не вступил в бой и просто ждал. Ждал момента, когда М-3 придёт в себя от пощечины и направит боевой кулак игроков.

Едва перестали хлопать первые порталы, как на сцену вновь вышел Егор Калина. Безразлично-скучающее, словно отлитая из фаянса лицо вдруг… Раскололось!? Да-да, поначалу я не поверил собственным глазам, видя как смазливая морда молодого боярича трескается, точно глиняная маска. Но дальнейшие события лишь усилили чувство непонимания и шок.

Едва лицо Калины рассыпалась белыми осколками, как на их месте я увидел. Манекен!? Марионетка!? Робот-андройд!? Или, скорее всего всё сразу. Мимикрирующие под человека, набитое шестеренками, жуткое творение маго-механики с пластикой робота-пылесоса сомкнуло пальцы в необычайно сложным рисунки глифов. Сомкнуло и… Вырубилось?

Едва пальцы марионетки завершили магическую вязь, как у куклы будто отсекли державшие её ниточки. Однако эффект от неизвестного устройства прочувствовал каждый одарённый Москвы.

Бессилие. Паника. И вязкое, липкое ощущение беспомощности. Как в в случае приложения ладоней к считывателю, когда на короткий миг все способности покинули меня. Сейчас происходило то же самое, за исключением того, что магическое бессилие не желало заканчиваться.

Но гораздо страшнее выглядели лица бойцов М-3. Потеряв способности, породистые псы войны превратились в брошенных в реку беспомощных котят. Анта и Фобоса тоже пробрало. Но в отличие от матерых головорезов империи, ребята не так давно получили способности и потому их потеря сказалась на Анте и Фобосе не так сильно.

— Фобос, растормоши их!

Прокричал я другу и хотел было окликнуть Анта, но у здоровяка хватало своих проблем. Боярич Егор Калина, или тот маго-механический голем, что им прикидывался, не умер в пламени союзного огня. Маска его лица оплавилась, механический глаз андроида вывалился от ударов Анта и висел на жгуте каких-то проводов, но молчаливое упорство робота упрямо толкало его под каток нашего танка.

А вот Александр улыбался. С торжеством в демонических глазах, он опустил ладони в лужу крови защитников и уже заканчивал чертеж пентагаммы.

Понимание того, что ему нужно помешать, остановить, не дать закончить задуманое толкнуло меня вперед. Да, временно я лишился способностей. Но и он тоже. А значит мы в равных условиях.

Ну, или почти. Каким-то невообразимым образом дубликат уже шагнул за сто пятидесятый уровень. А значит и его атрибуты Силы и Ловкости тоже скакнули за предел человеческих возможностей. Но разве это досадное недоразумение — повод отказаться от вендетты и банального мордобоя?

— Ты, — звеня застежками ограничительных браслетов, прокричал я. — Шестерка Лейнингейн, сюда иди!

Выкрикивая эти неумелые ругательства, я намеренно подбирал их так, чтобы они были правдой. Ведь именно горькая правда ранит больше всего. А эго у моего дубликата было таким огромным, что сложно промахнуться.

Подействовало. Саша вдруг замер и, не вынимая ладони из кровавой лужи, посмотрел на меня.

— Шестерка Лейнингейн!? — поднял он бровь. — Я получил власть, о которой эти полукровки Паучихи даже не слыхали! Сам демон Мефисто признал мой талант и рукоположил на…

— И ты до сих пор в это веришь? Веришь в то, что если тебе дали «порулить» силой демонов, ты переиграл бабку Карины!? — рассмеялся я. — Ты всего лишь шестерка Паучихи! Талантливая, но шестерка, которую, ради своего клана, Карина использовала «в темную». А все это, — я обвел руками Источник и кровавое месиво. — Её план, как использовать талант изменяющего реальность!

В точку! Впервые с момента побега на лице Саши промелькнуло сомнение. И эффект надо было закреплять.

— Карина с самого начала хотела использовать меня. Но я же не идиот, чтобы доверять сердце суккубе! И тут, на ее удачу, появляешься ты — добрый и наивный лох! — торжествующе произнес я. — Или ты думал, что она действительно любит тебя!? Тебя — нелепый шарж на настоящего человека! Забыл, как она без колебаний прикончила другого дубля на Осеннем балу? То-то же!

Туше! Сомнения и гнев на Карину заставили его направить ярость на тех, кто, как он думал, его использовал. Но главное — Александр прервал ритуал, а я уже стоял в каком-то десятке метров от него.

— Дави его!!! — проорал голос.

Пусть и с запозданием но, Фобос смог поднять дизмораленых боевиков на рукопашную атаку. Бойцы М-3 наконец поняли, что за счет накопленных атрибутов и артефактов могут танковать лицом пулемет и сворачивать шеи носорогам. А тут один-единственный мальчишка!

Увидев орду, Саша будто очнулся от сна. Его правая рука вновь ложится пентаграмму, а левая начинает… Складывать глифы!? Но это же не возможно!!! Кислицин же активировал способность или подавляющий магию артефакт!

Рвусь к дубликату первым. Он стоит на коленях, и я пользуюсь моментом. Хорошо поставленный футбольный удар пробивает пенальти по голове дубликата. Черт, а красиво получилось! Эффектно. Благодаря разблокированному шестидесятому, сила моего удара отрывает дубля от земли, и изломанной куклой он летит метров пятнадцать!

Неужели всë!? Неужели так просто?

Нет. Не достаточно. Мой удар явно прошел с критом, вон как его пошатывает, но этого не хватило, чтобы убить дубликата сто пятидесятого уровня. А вот толпа боевиков М-3 с уровнями от двухсотого… Цепные псы империи порвут Сашу на сувениры.

Вот только дубль не просто так ждал прибытия тяжелой кавалерии. Парень подготовился. Скрутившись пружиной Саша выстрелил телом на встречу первому из М-3. Маг, рванувший в ближний бой с Алхимиком — танком двухсот двадцатого уровня — безумец и самоубийца. Но дубликат знал что делал.

Сначала чернильная струя ударила в лицо и грудь танка. Он парировал ее очищением. И уже было занес палаш, чтобы разрубить самонадеянного мага, но чернила вдруг превратились в вязкую смолу. Алхимик силился вырваться из вязкой западни, но замедлился, и Саша ударил в ответ.

Странный, похожий скорее на топор, костяной клинок из челюсти какого-то монстра ударил по броне Алхимика. И, естественно, не пробил ее. Тупое костяное оружие не могло пробить адамант кирасы.

Вот только Алхимику оказалось достаточно. Здоровый, закованный в легендарную броню, танк всхрапнул, точно загнанный жеребец, и неловко взмахнув руками, повалился на пол.

— Магнус, клинок! — заверещала Пуговка.

Да спасибо. Я уже, блин, заметил странности костяной палки-копалки дубликата. Уж слишком несоразмерным уроном обладала эта костяшка питекантропа.

В боевой свалке его товарищи не заметили странной потери. И следующим стал Иллидан. Ловкий игрок со специализацией стелса вышел из невидимости и сразу атаковал Александра. Бедолага. Заточенный на неожиданные атаки игрок не знал о «золотых глазах» дубликата.

Саша встретил его на противоходе. Верткий ассасин попытался увернуться и костяные зубы лишь чиркнули по его ноге. Но странному оружию хватило такого контакта. Алан «Иллидан» Тимучинов, ассасин 185 уровня, не издал даже звука. Инвизер просто обмяк и уткнулся лицом в кровавую лужу.

— Это Первый Клинок! — окончательно теряя самообладание, заверещала Пуговка. — Оружие Каина!!!

Первый Клинок!? Я про него слышал! Мифическое оружие Каина, которым по легенде он и совершил первое убийство, оборвав жизнь брата. По легенде это оружие обладало силой окончательного умерщвления. Да-да, именно окончательньного. Без возрождения у Тотема, перехода через Калинов Мост и нормального посмертия.

И если Пуговка права, то Алхимик, Иллидан и, теперь еще, и АгрессивКид окончательно сложили свои головы.

Первые невозвратные потери заметили и другие. А уж слова Пуговки, кажется, слышал каждый на арене. К чести цепных псов империи, бойцы М-3 не побежали. Лишь отступили, беря Александра в кольцо.

Дубликат выпрямился. Приосанился. Всë естество Саши лучилось величием. Ну да, ведь только он обладал абсолютным оружием и сохранил магию. Но как?

Ответ прострелил в голове молнией. Эфир!!! Саша не использовал для заклинаний манну! Вместо нее дубликат использовал ее «заряженную» как закись азота версию! Но если он это может, то и я тоже!

Вскинув руки, я тоже попробовал использовать «власть над чернилами». Ничего! Но мгновение замешательства сменилось осознанием того, как решить эту проблему. Все дело в магическом ресурсе. В заклинаниях я использовал и эфир и манну, но если доступа к последней сейчас нет, то и магемы использовать бесполезно.

И потому я переключился на эфир.

В удар я вложился не скупясь. Влил в «власть над чернилами» сразу половину запаса! По ушам ударила крупнокалиберная канонада. Псы войны вспомнили про, ставший всего за несколько лет старомодным, огнестрел.

Слаженная пальба ударила в дубликата. «Говорили» сразу десяток стволов. Густым басом бухтел ручной пулемет. Ему, скрипками, вторили раскаты нескольких стандартных пистолетов-пулеметов «дроздов» и даже слышались хлопки заряженных магией табельных пистолетов.

У Саши нашлись магические щиты. Тяжелые пулеметные пули плющились и рикошетили о непреодолимый барьер. Росплески огня и ледяных копий обволакивали но не пробивали щит.

Однако какие бы сильные амулеты не носил Александр, его защита не была вечной. Рано или поздно кристаллы-аккумуляторы артефактов иссякнут и тогда все.

А потому я не торопился. Копил силу заклинания и ждал момент, чтобы лично помножить дубля на ноль. Ведь если я его создал, то и мне ставить на нем точку. Кроме того, я видел на что способен Первый Клинок. Саша убил уже троих. Убил окончательно, и часть ответственности за эти смерти лежала и на моих плечах.

Напряжение моменто лупило по барабанным перепонкам. И именно из-за этого я поспешил. Сначала я увидел смазанные росчерки, только потом по лицу хлестали порывы ветра. Тем временем метеор прошел сквозь полукруг боевиков и я увидел остановившегося человека.

В окровавленном, покрытом ошметками человеческой плоти лице, я не сразу узнал знакомого.

— Я же просил не вмешивать меня в ваши дрязги, — произнес невысокий мужичок с лицом таксиста и отряхнул кепочку.

— А что я должен был сделать!!! — заверещал дубликат. — Сдохнуть!?

Только сейчас я заметил, что Александр почти потерял хаотический ареол.

— Ты должен был справиться, — с осуждением произнес еще один персонаж.

Высокий мужчина средних лет вышел из-за колонны. Благородные черты лица, трость, седые локоны и элегантная бородка добавляли ему пафоса.

— Но, Мефистофель… — попытался возразить Саша.

— Ну, хоть с обрядом открытия портала ты меня не подвел, — заметив взглядом алую, почти черную, печать призыва усмехнулся незнакомец.

— Каин! — с яростью вскрикнул я. — Ты давал клятву не вредить мне!

— А я и не вредил.

Усмехнулся Отец Убийства.

— Я убил лишь этих, — кивнул он на превращенных в мясокостный фарш боевиков М-3. — А они не твои люди.

— Мальчишка, поймав тебя на клятву непротивления, решил, что он самый умный!? — удивился Мефисто.

— Мальчишка действительно не плох, — вступился за меня Каин. — Просто неопытный. И наивный. И глупый, да.

— Старо как мир, — улыбнулся ему Мефисто и повернулся ко мне. — Любую клятву можно обойти не нарушая ее условий. Именно поэтому стандартный контракт на продажу души занимает сто восемьдесят четыре страницы мелкого шрифта.

Не знаю, что меня разъярило больше всего. Гора трупов, уничтоженный источник или до блевотности светская беседа этих двоих. Наверное, все сразу. А еще вернувшаяся после появления новых персонажей уверенность дубля.

— Ну, если вы не против, я пожалуй… — Мефисто потянулся к порталу.

Всплеск моих чернил ударил в сантиметре от лица бородатого. Уж чего-чего, а позволять открывать в Лужниках филиал ада не входило в мои планы. Мало ли кто выглянет с той стороны. Прошлый магический прорыв унес почти три тысячи невинных жителей. Но это там, за Уралом. А сколько жертв будет в центре Москвы?

— Даже так!? — удивился манерный тип. — Щенок. Ты даже безрассуднее того другого.

Мефисто крутанул трость и на ее конце показался клинок. Демон уверенно шагнул в мою сторону. Я машинально шагнул назад и обнаружил как с боков меня обступили Ант и Фобос.

Здоровяк улыбнулся окровавленными губами. На голове Фобоса виднелся уродливый ожог «сожравший» треть его волос. Но оба друга были настроены решительно, и это придавало уверенности.

Но даже с поддержкой друзей атаковать было глупо. Мефисто — демон, Каин — так и вовсе бессмертен. Ну и Александр с Первым Клинком, удар которого окончательно вырывает душу.

В прочем, и сбежать нам не позволят. А значит остается только подороже продать свою жизнь и желательно умереть не от костяного клинка.

— Ну!? Чего вы ждете? — не выдержал Саша. — Убейте их!!!

Ответом ему стал пронзительный взгляд Мефисто. Слова дубля не понравились демону даже больше моего выпада.

— Ты мне приказываешь? — увеличиваясь в размерах, произнес он.

— Я… — растерялся Саша. — Нет. Я просто…

Наверное, Мефистофель бы вырвал сердце дубликата, но, буквально из ниоткуда на его пути выросла… Карина!? Девочка бросилась демону в ноги.

— Дедушка, не надо! — давясь рыданием залепетала когда-то гордая и не сгибаемая Лилит.

— Ты, Лилит, тоже меня разочаровала. Каин, не одолжишь на пару минут?

— Да пожалуйста! — усмехнулся Отец Убийства.

Я даже не успел среагировать как пожелтевший от времени костяной клинок оказался в рука Мефисто и обрушился на медноволосую голову девушки.

Карина ушла. Ни вскрика боли, ни конвульсий. Ничего. А когда я осознал произошедшее…

Не знаю что произошло, источник в груди будто взорвался. Алая пелена застелила сознание. Как он посмел? Кто позволил этому демону оборвать жизнь девушки которую я… Люблю!?

Нет! Конечно же нет! Я всем сердцем НЕНАВИЖУ Лилит!

Но почему тогда так больно?

Не контролируя себя, я ринулся на демона. Тот усмехнулся. Сначала. Но в следующую секунду его улыбка стекла с лица, сменившись удивлением. А я уже заносил руку с чернилами для удара.

Глупая и самоубийственная атака. Но в тот момент мне было все равно. Лишь пульсирующая ярости и жажда нарезать ремней из демонической шкуры ублюдка.

Краем сознания отметил странности. На самом краю видимости за мной стелилась белая полоса. Будто белый отрез парусов она развивалась кипенным стягом моего таланта. Под ногами же, точно первый снег, ложилась белизна бумажного листа.

Но Мефистофель не растерялся. Чернильная клякса превратилась в гадюку и та впилась в благородную шею древнего демона. Но тот проигнорировал смертельный, точно рапирный укол, выпад. Шагнул на встречу и его пальцы волчьей хваткой схватили мой кадык.

Фобос тоже не сплоховал. Кривые кинжалы зашинковали спину демона. А Ант же ударил ребром щита по руке Мефисто и, сипя, я все-таки смог вырваться. Но в следующую секунду все стало сильно хуже.

Клинок цвета слоновой кости ударил в щит Анта. У здоровяка сработала пассивка и тот увернулся. Последний Клинок не найдя цели пошел назад. И я увидел остекленевшие глаза Фобоса которые вновь заставили мое сердце пропустить удар.

Еще секунду назад Фобос резал демона на ломти, а в следующий мигненависть его глаз потухла, сменившись кукольным взглядом. Черно-белое, точно рисунок, лицо друга распрямилось и, раскинув руки, Фобос уснул смертным сном.

Я не заметил когда мир превратился в чернильный рисунок. Вторая за несколько минут потеря должна была вырвать хребет моего сопротивления, но неверие не позволило этого сделать.

— Фобос, — слегка запыхавшись произнес Ант. — Он…

— С ним все в порядке, — уверенно произнес я.

— А-а-а… — как-то странно протянул здоровяк. — А почему все черно-белое?

— Это твой талант! — донеслось из-за спины. — Магнус, ты же ИЗМЕНЯЮЩИЙ РЕАЛЬНОСТЬ!!! Не тупи! ИЗМЕНЯЙ РЕАЛЬНОСТЬ!

— И всё равно ни хрена не понял… — пробубнил здоровяк.

— Мы находимся в комиксе, — произнёс я глядя в глаза дубликата. — Моём комиксе.

А если так…

Очередная порция чернил подчинилась моему таланту. Сам толком не понимая, что натворил я напомнил эту магему эфиром. До самых краёв. А как форменная клякса сорвалась с моих пальцев, я атаковал. Но не Мефистофеля или дубликата. Эта порция квазижизни предназначалась тому, кому было уже всё равно.

Чернильный росчерк, проходившей формой на водяной серп, ударил в безжизненное тело Фобоса.

— Ты аху… — заорал Ант, но осекся.

Семен вдруг дёрнулся. Ещё секунду назад мертвое тело скрутили пароксизмы конвульсий. Но не прошло и пары секунд как вьющиеся в эпилептическом припадке тело друга успокоилась и…

Фобос моргнул! Вивисектор заворочался, неуверенно сел на пятую точку и просипел пересохший губами.

— Попить не найдется?

Вот тут проняло всех. Мефистофель поднял бровь, Каин выдал что-то непечатное, а Пуговка… крепкая, как «Нокия 3310», не нашла ничего лучше, чем рухнуть в обморок. И только безутешный Саша продолжал обнимать бездыханное тело Карины.

Действуя по уже отработанному сценарию я зачерпнул ещё чернил и повторил действие с теми, кто погиб от смертоносного оружия Каина. Не сразу, но зашевелились и остальные. Алхимик, Агрессивкид, Иллидан, Лилит.

Ну а что? Не знаю как это произошло, но сейчас мы находимся в моём комиксе. А значит здесь мой талант сильнее и Мефистофеля и Каина и, даже, самой Смерти!

Увидев, как мёртвое тело Карины вздрогнуло от моей атаки, Саша вскинулся в боевую стойку, но передумал. Ожившая девушка открыла глаза и положила бледную подушку на его руку.

Зато Мефистофель наконец-то завершил незаконченный дубликатом ритуал. Пол раскололся. Трещины зазмеились, взламывая мрамор как лед на весенней реке. Из пролома хлынула лава. Но не растеклась, а запузырилась, принимая форму тридцатиметрового колосса.

— Твою мать! Да когда всё это закончится… — сипя пересохшим горлом прокаркал Фобос.

Понимание того, что прямо на наших глазах происходит ритуал призыва какого-то демона не добавлял оптимизма. Однако сейчас мы находились в нарисованном мною комиксе. Да и в бафах сегодняшнего завтрака что-то упоминалось про призыв.

«У Фубли еще не было боевого крещения.» — подумал я. Здесь, в подчиняющемся мне мире, можно было выпустить Фублю без опаски потерять своего миньона. Но, увы, я не призыватель, и не знаю комбинацию глифов. Однако, стоило только подумай о том, что я не умею призывать как руки сделали все сами.

Треск, будто лопнула мокрая простыня, прокатился по холлу Лужники и фиолетовая морда мантикоры прильнула к моему бедру. Как мне это удалось? Да кто бы знал! Но еще удивительнее то, что с призывом Фубли я призвал петов друзей! Рядом с Антом возник черный как смоль единорог Оникс. А шрамированную морду Фобоса вылизывал маленький щенок мастифа.

— Ну-у-у, так не пойдет, — помотал я головой.

Ещё одна порция чернил, которых осталось не так много, взмыла в воздух. Аспидный спрут магемы ударил в холку щенка и тот взвизгнул.

— Террор! — вскрикнул Фобос.

Террор!? Ну и кличка для ласкового комочка счастья. Да, когда пес вырастет он станет грозным зверем и верным другом, но сейчас плюшевый пес никак не вязался с грозной кличкой.

Получив заряд моей магии пес начал трансформироваться. Безобидный друг человека увеличивался в размерах, лакированная шерсть сросталась в аспидно-черные иглы, но главное изменение было не в этом.

Милая мордашка Террора начала тянуться в стороны. Будто пластилиновые, плоть и кости черепа раздавались в стороны. И под конец трансформации милый щенок мастифа превратился в химеру о трех головах!

Цербер «Террор».

Хозяин: Семен «Фобос» Шарапов

Уровень: неизвестно.

— Ну во-о-от! — довольно протянул я. — Вот это я понимаю «Тузик Вивисектора»!

Тем временем и Мефистофель закончил с призывом своего… Друга? Демона? Ну, на «шестерку» тридцатиметровое творение хаоса не тянуло.

Флеврети Африканский привет.

Демон-Полководец 5946 уровня.

Фобос едва слышно зашевелил губами читая молитву и я прекрасно его понимал. Демон, да еще и полководец… Широкая, закованная в кирасу из черепов, грудь; две пары лап и паучье шипы на спине; а на голове — корона из криво обломанных костей…

— Да чтоб я сдох!!! — не веря произнёс недавно воскрешенный АгрессивКид. — Если выживу — завтра же напишу рапорт на отставку!

— Рот стяни, и выполняй задание, — зло посоветовал ему Алхимик. — К бою!!!

— Тогда держите подкрепление, — прокричал я боевикам.

Росчерк пера в воздухе создал два чернильных силуэта. Но уже спустя секунду, налились краской и ожили, превратившись в миниатюрную эльфийку божественной красоты и краснокожего орка.

— Да чтоб я… — выругался Иллидан и потянул была ствол, но Алхимик его остановил.

В отличие от недалёкого трикстера капитан боевой тройки правильно понял мои слова о подкреплении.

— Привет мальчики! — мило пропищала Мирель.

И тут же выругалась похлеще конюшего «Дырявой бочки».

— Хорошо сказала, — глядя на тридцатиметрового демона усмехнулся Кортр. — Завернула так завернула!

— Спасибо что отозвались, — улыбнулся я друзьям и указал глазами на тройку воскрешенных мною боевиков. — Ребятам нужно помочь.

— С демонами мы ещё не дрались, — неуверенно произнёс орк. — Да и бронзовый легион как-то маловат.

— Мы тоже им поможем, — произнёс Антоха орку. — А ты… — переключился он уже на меня.

Поддержал идею здоровяка и на удачу хлопнул меня по плечу. А удача мне было необходима. Александр уже освоился, понял что каким-то образом мне удалось вывернуть реальность, превратив её в комикс. Комикс, на страницах которого сейчас было два художника.

Дубликат вернул себе полудемонический образ. Рубаха на его теле начала расползаться под языками хаотического огня, а под ней я увидел татуировки. Живые татуировки.

Увидев меня, дубликат чмокнул Карину в щёку и что-то шепнул на ухо. Девушка отстранилась. И посмотрела на меня. Я кивнул в сторону указав глазами отойти подальше. Сейчас здесь будет опасно.

И понеслась! Саша атаковал первым. Выбросив вперёд руку, он смахнул с неё чернильную кляксу. Как и в наш прошлый бой, она превратилась в гадюку. Следом, с кожи на спине сорвалась татуировка дракона. Летающий курикара взвился в воздух и бросился на меня.

Я усмехнулся. Не было и дня, чтобы я не вспоминал наш прошлый бой. Не было и вечера, чтобы я не прокручивать его в своей голове. А потому я был готов. Чернильная змея обвила мою руку и истаяла пепельным крошевом. Развеивание сработало на отлично. Система посчитала магию Александра моей магией, а потому я без труда развеял его магему.

Я выхватил перо и направил его на дракона. Один взмах и над шипастой головой курикары возникла руна «Слепота». Ожившая татуировка вдруг изменила курс. Начала шипеть и метаться, пока плоская голова дракона не нашла колонну. Ослепший дракон атаковал ее. Голубые зубы вгрызлись в нее, а тело обвилось о металлоконструкцию. Но задушить кубометры стали и бетона ей было не под силу.

— Фубля, давай! — произнёс я и мантикора зарычала.

Обсидиановые когти вонзились в мрамор и, расправив крылья, мантикора взмыла в воздух. Однако Саша никак на это не отреагировал. Наоборот, он только усмехнулся глядя как двухсот килограмовый зверь оскалив пасть парит в его сторону.

Но дальше произошло странное. Когда до Александра оставалось всего несколько метров мой зверь вдруг сложил крылья. Приземлившись, Мантикора неуверенно повела мордой и посмотрела на меня.

Клянусь, в глазах воспитанного многие ещё с маленького фиолетового клубочек шерсти я увидел… Стыд!?

— Я ведь тебе говорил, — запустив пальцы в косматую гриву мантикоры произнес Саша. — Все твоё это моё тоже.

— Думаешь!? — перестав ломать грустную комедию усмехнулся я.

Наполненный парализующий йодом фиолетовый хвост мантикоры взмыл за спиной дубликата. Однако он этого не увидел, и, шило хвоста моей бестии ударил его в незащищенную спину.

Мантикора тут же напала на дубликата. Но убойный яд ещё не начал действовать. Выхватив из-за спины клинки, Саша попытался отступить. Понимая, что угодил в ловушку, он бросил в атаку все, что у него было. С его кожи сорвалась сонма магических и вымышленных тварей.

И несмотря на то, что Фубля рыча отступала из неравного боя, я улыбался. Предательство, лишения, вся мерзость, которую дубликат принёс мне и моему клану. Боль, которую он причинил ни в чём не повинный друзьям. Сейчас я упивался сладостью мести.

— Пять, четыре, три, два, один… — считал я.

Едва с моих губ сорвалось последнее «ноль» как паралитический яд добрался до мозга предателя. Лошадиная доза яда ударила в нервные узлы, парализовав Александра. Он так и застыл живой статуей, а его глаза источали сладкий ужас.

— Убей, — прошипел он плохо слушающимися губами.

— Зачем? — поднял я бровь. — Чтобы ты вновь возродился возле Источника Лейнинген!? Нет, парень, в этот раз я буду действовать наверняка.

С этими словами я взмахнул пером и Александр всё понял. Глаза дубликата расширились, но разве это могло ему помочь? Чувствуя себя богом своего же комикса, я занёс руку и вкладывая все силы ударил в обнаженную грудь дубликата.

Затрещали рёбра. Они сминались как прошлогодний хворост под ногами. Плоть не выдержала и тоже рассыпалась пеплом. А когда мой кулак прошел грудную клетку насквозь, я прикрыл один глаз и заглянул в интерфейс.

«Желаете развоплотить рисунок «Дубликат Алексндр «Фенрир» Ермолов»?»

Да/Нет?

И, в последний раз заглядывая в глаза предателя, улыбаясь, я выбрал «Да».

Эпилог

Генерал-майор специального подразделения М-3 при ФСБ Российской империи Юрий Михайлович Семецкий устало раздавил бычок о дно пепельницы. Глубокие мешки залегли под его глазами, а, с момента нашей последней встречи, в волосах прибавилось стальных отблесков седины.

— Из ваших слов, Магнус Дмитриевич, следует, что о готовящемся прорыве Инферно вы не знали и дубликат, именуемый себя как Александр «Фенрир» Ермолов, действовал в сговоре с неустановленными личностями, которые называли себя Мефистофелем и Каином.

— Всё верно, — в который уже раз за этот бесконечно долгий день произнёс я. — Мефистофель — это тот самый Мефистофель. Один из старейших демонов на Земле, а Каин — тот самый Каин: Отец Убийства. И почему, скажите, вы называйте их «неустановленными»? Думаю, ваша служба вполне проинформирована о существовании древнейших. Мефистофель, Каин, Морана, Атропос… Разве эти имена не знакомы вашей службе? Извините, не верю. И не верю хотя бы потому, что светлейшая княгиня Елизавета Романова лично знакома тем самым «неустановленным» персонажем по имени Каин. Я лично видел как они, и ещё несколько довольно известных одарённых, коротали вечер за игрой в карты в одном престижном заведении в центре Петербурга.

В ответ Юрий Михайлович только улыбнулся. Мол, извини парень, не прокатило, но я должен был проверить. И секунду подумав произнёс:

— И куда же они делись? Каин и Мефистофель, я имею в виду. Что-то мне слабо верится, что игроки потенциал чьих возможностей сложно оценить просто взяли и сбежали поджав хвосты.

— Вы задавали эти вопросы своим людям? — начинал злиться я.

— Да. Естественно, я выяснил это у своих подопечных. Все как один говорят, что видели и даже пострадали от названных вами персонажей. Но как и куда они исчезли — они не заметили.

— Юрий Михайлович, скажите прямо, вы подозреваете меня в государственной измене? — глядя в глаза начальника М-3, серьёзно произнёс я.

— Нет. Я — нет. Но, граф, вы должны понимать, что не важно, что думаю я лично. У моей службы такая работа — всех подозревать, — устало произнёс он и потянулся за ещё одной сигаретой. — В любом случае, ваши показания совпадают с очевидцами. Однако, есть ещё один факт, который требует вашего разъяснения. Не догадываетесь, о чём я?

— Понятия не имею, — уже равнодушно произнес я

Хотя прекрасно понимал, в какую сторону клонит особист.

— Я говорю про странное оружие, которое имелась у вашего двойника. По словам моих людей, одного прикосновения этого костяного кинжала достаточно, чтобы убить игрока окончательной смертью. Алхимик, Иллидан и Агрессивкид божатся, что погибли от рук вашего дубликата окончательной смертью.

— И как они это вам рассказали, если погибли окончательной смертью? — улыбнулся я, сводя слова генерала майора к абсурду.

— Вот то-то и оно, — не дрогнув ни единым мускулом на лице, Семецкий продолжал сверлить меня взглядом. — Непонятно как, но на данный момент все они живы и здоровы, а ещё упоминают странные визуальные эффекты. Будто, после странного возрождения, они оказались в странной экстрамерности, в которой их силы возросли настолько, что, при поддержке ваших людей, им удалось победить демона по имени Флевлетти Африканский. А демон, на секундочку, имел почти шеститысячный уровень! Можете пояснить этот момент? Как ваши люди вместе с тройкой игроков примерно двести десятого уровня смогли одолеть демоническую сущность такой силы?

— Понятия не имею, — пожал плечами я. — Одно слово — чудо!

— Ну, в таком случае, — расплылся в улыбке Семецкий, — больше вопросов к вам не имеется, поэтому перейдем к приятному. Магнус Дмитриевич, за проявленное мужество, героизм и самоотверженность, высочайшим указом её Величества княгини Елизаветы Николаевны, вы награждались орденом Святого Георгия второй степени. Извините, конечно, что награждение проходит в таких будничных условиях. Но, сами понимаете…

С этими словами Семецкий вытащил из столика бархатную подушку на который красовалась коробка из чёрного дерева.

— Я вообще-то рассчитывал на орден первой степени, — решив пошутить, улыбнулся я. — Такая себе замена клановому Источнику.

Александр во время боя первым прикоснулся к клановому артефакту, и тем самым инициировал его привязку. Более того, дубликат пронзил его и благодаря этому Мефистофель и смог призвать того демона. Так что, увы, я в дичайшем и таком обидном пролёте.

— Орден святого Георгия первой степени? — прозвучал за спиной женский голос.

Я вздрогнул и тут же подскочил со стула. Но не столько от неожиданности, сколько от той личности, кому принадлежал этот голос.

— Сидите-сидите, — произнесла княжна Елизавета. — Признаться, я удивлена, граф, вашими запросами.

— Как-то так, — решив идти до конца, пожал я плечами. — Кланового Источника мне, увы, не получить. Поэтому я и подумал…

Ну, а что? Наглость — это второе счастье. А если я всё-таки и перегнул палку, всегда можно свести все в шутку.

— Нашим специалистам удалось восстановить источник, — бесстрастным голосом произнесла княгиня. — А так, как он был инициирован вашим дубликатом, думаю, никаких проблем с и его принадлежностью не возникнет.

— Ого! — чувствуя, как часто колотится сердце, произнёс я. — Тогда награда прямо в самый раз!

Клановый источник! Да ещё и мой собственный! Сколько всего кланов, у которых есть это магическая глыба в Империи? Штук пять наберется. На континенте, наверное, штук пятнадцать. А по миру, вряд ли больше полусотни. И входить в плеяду избранных кланов было весьма лестно.

Но графиня молчала, смиренно ожидая моей реакции. И это мне не понравилось.

— Как я понимаю, княгиня, это ещё не всё? У вас есть какое-то ко мне дело? — произнёс я, понимая, что прав.

Орден святого Георгия второй степени это охренеть какое признание, и учитывая получение источника, у меня возникло стойкое предчувствие, что он выдан авансом.

— А вы догадливы, граф, — улыбнулась Елизавета. — В данный момент Империя находится в шатком положении. Далеко не всем нравится добровольное присоединение некоторых государств к нашему союзу. Скажу даже более, многие видят в этом угрозу своих интересов.

— И чем я могу помочь? — понимая, что сунул голову в вулкан, из которого не вырваться, произнёс я.

— Политический брак, — так, словно речь шла о круассанах к завтраку улыбнулась княгиня. — не переживайте, он ни к чему вас не обязывает.

Ну да, совсем ни к чему! Чёрт, да это же как сходить попить кофе в ближайшую булочную! Но самое скверное то что княгиня Елизавета уже всё решила. И это мне, естественно, не понравилось.

Очевидно, весь спектр эмоций отразился на моём лице. Романова сразу подобралась. С еë лица исчезли улыбка и доброжелательность. А дальше зазвучал сухой юридический тон.

— Как я вам уже говорила, многим не нравится расширение границ влияния империи на мировую арену. Недоброжелатели пытаются давить на наших союзников в Европе. Провокация только набирает оборот и всё идёт к попытки получения формального повода для объявления войны.

— Казус Белли, — кивнул я понимая о чём речь. — Но почему именно я?

— Ну, как минимум, вы раф одного из древнейших городов империи. Да, ваш клан не такой большой и влиятельный, но весьма и весьма перспективный. Кроме того, Вы являетесь носителем уникального класса и буквально из моих рук получили награду, ценность которой переоценить сложно. Также, мы в курсе о вашей афере с кланом Вальгалла и знаем что вы на короткой ноге с её лидером, — увидев мою реакцию, княгиня вновь позволила себе улыбку. — Да-да, Чёрные мундиры не просто так едят свой хлеб. Среди них есть не только пустоголовые боевики, но и оракулы, медиумы, аналитики.

— Хорошо.

Чувствуя, что бросаюсь в омут с головой сдался я. В конце-концов, сама княгиня сказала, что брак по сути фиктивный и его целью является показ политическим оппонентам империи тех, кого из союзников трогать не стоит.

— Что это за клан? — тут я позволил себе нервный, даже язвительный, смешок. — Хотелось бы узнать имя той принцессы, на которой империя меня заочно женила.

— Данная особа вам известна, — пропустив мою колкость мимо ушей, произнесла княгиня. — Великая княгиня сербская и графиня Черногорская Виктория Баранкович.

Да ладно! Так не бывает! Я ждал наказание, а вместо этого всё выходит так, что делая одолжение империи, я решаю свои собственные проблемы с тестем!

— А что по этому поводу думает Лука Драганович? — если княгиня решила меня женить, то стоило сразу поставить её в известность о моих контрах с папенькой Виктории.

— Хорошо думает, — улыбнулась княжна. — Более того, этот союз был его идеей.

* * *

После приключений последних дней, организм отчаянно требовал маленького отпуска. За победу над дубликатам я получил сто седьмой, но не успевающий адаптироваться к стремительному росту организм — буквально разваливался, грозя не выдержать лавинообразный рост.

Также отдых требовался и мозгу. Долгими часами я сидел лицом к стене и пытался проанализировать произошедшее. Во-первых, что делать с новыми способностями, доставшимися мне от дубликата. После поглощения Александра, я получил не только уровни, но и все его воспоминания и силы, включая дополнительную специализацию к татуировкам.

Во-вторых, нужно было разобраться со спонтанными проявлениями того, что Петр, Мара, Пуговка и ЗИЛ называли «Даром Изменяющего Реальность». Нет, конечно, я не противился свалившемуся дару на некоторое время обращать реальность в собственный комикс. Если бы не спонтанно проявившаяся способность, Александр бы наверняка прикончил меня и остальных Первым Клинком, а станция метро Лужники превратилась бы в филиал инферно.

Но главной загадкой для меня оставалось то, почему древние так и не вступили в схватку. С Каином понятно, напрямую он не мог вредить ни мне ни моему клану, но Мефистофель… почему он не вмешался? Загадка.

Равно как и то, каким образом ему и Каину удалось сбежать из моего комикса.

Эти вопросы мучили и злили меня. Они снились мне по ночам. Заставляли заново переживать произошедшие и просыпаться в холодном поту, что только добавляло проблем.

— Магнус, ты должен это увидеть! — нервным тоном произнес из трубки Семен.

Невыспавшийся и разбитый, даже после полноценного десятичасового сна, я бы скорее всего послал друга. Но нервозность, которой были пропитаны слова друга, заставили подобраться.

Рядом заворочалась Катя. Морферика даже не открыла глаза, но хлесткий шлепок лисьим хвостом по спине намекнул, что если я хочу продолжить разговор, то не стоит прерывать её сон.

Выскочив в коридор, я вновь прислонил трубку к уху.

— На нас напали? Кто-то в беде? Нет? Ну тогда какого хрена ты звонишь мне в полдевятого ночи?

— Вообще-то утра, и у нормальных людей сейчас разгар рабочего дня. Неважно. Это не телефонный разговор. Доступ к порталам у тебя всё ещё есть? Тогда собирайся и открывай портал. Координаты я тебе уже скинул.

Почти скороговоркой произнёс Фобос и отбил звонок, чем ещё больше ввёл меня в замешательство.

Не став даже завтракать, я наскоро оделся и при помощи гаджета заказал частный портал. Пока ждал ответа оператора в гостиную вышла Фубля. После произошедшего и моя девочка и другие участники боя сильно выросли в уровнях. Всё-таки победа над легендарным демоном и изгнание его обратно в ад продвинули развитие каждого из участвовавших в драке бойцов.

— Не спится? Или тоже разбудил кто-то? — потрепав мантикору по лиловой холке, усмехнулся я.

В ответ Фубля только сладко зевнула и посмотрела на дверь гремлинского подвала.

Видимо, не только меня часто беспокоили шебутные соседи, что вечно стучали и о чём-то спорили и, экспериментируя, часто отрубали электричество во всём доме. Но, тем не менее, под присмотром воспитателя строгого режима, гремлины уже заканчивали с облегченным каркасом нового автомобиля.

Операционист компании «ООО Боже какой мужчина» наконец, выставил портал и, не дождавшись порцию кофе от кофеварки, мы шагнули в чернильную кляксу.

Нас уже ждали. Причём не только возбуждённый Фобос, но и баронесса София вместе с рыжим приемышем Семена. В нос сразу удалила плесневелая сырость. Я не сразу понял где мы оказались. Изрисованные баллончиком из стены были аккуратно завешены тканью, на каменный пол брошен потёртый ковёр, а всё освещение сводилась к огромному количеству свечей. На первый взгляд это место походило на заброшенный бомжатник в котором с недавнего времени поселилась домовитая хозяйка. Только заметив веталу, до меня дошло, что портал вывел нас в заброшенное родовое гнездо моего клана.

— Короче, ты должен сам это увидеть, — после моего приветствия, перебил меня друг.

Он нервно кивнул в тёмный проём, ведущий в следующую комнату подвала.

Пожав плечами, я шагнул вслед за другом, а Фобос сбивчиво начал пояснение.

— Малой считает веталу кем-то вроде матери, поэтому каждую неделю я привожу мальчика повидаться. Привозим продукты и вещи. Ветала, как ты заметил, потихоньку приводит разрушенное гнездо твоего клана в божеский вид. Так вот, когда мы приехали сегодня, то обнаружили это.

Парень махнул рукой и, не сразу, но я разглядел то, о чём говорил друг. Огромный, гораздо больше человеческого роста, булыжник стоял в центре комнаты и едва заметно мерцал. Даже в кромешной темноте я не сразу увидел его едва заметное свечение. Как-будто кто-то зажёг свечку и накрыл её полупрозрачным коконом матового стекла.

— Да ну… Быть такого не может! — прикоснувшись к шершавой поверхности, произнёс я.

— Вот и я не был до конца уверен, — сглотнув слюну, произнес обычно молчаливый Фобос. — Ну что? Это он?

Я не торопился с ответом. Прикрыв глаза я работал с интерфейсом. После прикосновения кристалл признал во мне истинного Ермолова, а за одно и «досуха выпил» мои скромные запасы эфира и маны.

Открыв глаза, я заметил, что камень вспыхнул, увеличив силу свечения. А ещё, прикоснувшись к слюдяному самородку, я, наконец, увидел то, о чём говорил Пётр. Бесчисленные потоки силы кружили вокруг. Глаза Ньёрда наконец-то сработали как и предсказывал забытый людьми бог. Бесчисленное количество силы природы пронизывало наш мир, и шумно вдыхая ноздрями воздух, я будто фильтровал его, восполняя собственные запасы маны. И они снова таяли, уходя в оживающий Источник.

— Магнус, не молчи. Ты меня пугаешь… — аура друга вспыхнула оранжевым.

Да-да, теперь даже стоя спиной, я мог увидеть оттенки его сомнения и паники. И не только его! Теперь я сквозь стены чувствовал напитанную голубыми оттенками скованность Софии, розовый интерес веталы и фиолетовое любопытство Фубли.

— Да. Фобос, это он! — наконец поборов дурман новых способности, ответил я. — Вы нашли родовой Источник клана Ермоловых!

— Дела… — забыв про грязный пол, Фобос присел на пятую точку. — Ещё вчера мы были готовы отдать жизни за клановый источник, а теперь у нас их целых два!!! Знаешь, что это значит?

— Не совсем, — честно произнёс я. — Разве их сила складывается?

— Нет, — нервно рассмеялся друг. — Боже, как меня иногда бесит твоя неосведомленность в базовых, для графа, вещах! Сила источников не складывается, а множиться друг на друга!!! И в Империи достоверно известен только один клан, у кого источников больше чем два — Романовы!

* * *

В родовом гнезде Лейнингейн царила мрачная тишина. Произошедшие на финале турнира события пустили прахом многолетние усилия Паучихи. С этого момента один из самых влиятельных кланов, в полном его составе, стал персоной нон грата и буквально каждый час из Российской Империи приходили известия об аресте и допросах ее агентов.

Да чего только стоили марионетки гильдии Пара! Безмолвные и послушные творения запретной магии и механики, неотличимые от настоящих людей. И дело тут даже не в деньгах. В репутации, что ценнее презренного металла и опыта. И матриарх знала, кто виноват в произошедшем.

В планах Карины сегодня должен был состояться светский приём. Девушка даже распечатала пригласительные для всех великих домов, чтобы познакомить их с избранником. А вышло так, что сегодняшний ужин больше напоминал поминки.

Хотя, по сути, так всё и было. Александр, на которого она поставила весь банк, подключила все связи и вложила уйму усилий, всё-таки сорвался с цепи. Но даже порушенные планы бабушки и немилость матриарха не были причиной её скорби.

Александр погиб. Погиб окончательной смертью, а ей даже не дали попрощаться с телом избранника. Просто спешно погрузили в флаер и спешно вывезли из империи, какую-нибудь скотину. Да и не было никакого тела. И всё, что у девушки осталось от избранника — нарисованное его рукой крыло за плечом.

— Ты чего не ешь? — разорвала текущую паузу Паучиха.

— Что-то аппетита… — попыталась оправдаться Лилит, но бабушка, никогда не терпела возражений, и не дала ей слова.

— Нет аппетита!? — нервно рассмеялась матриарх. — Двадцать девять человек, преданных моему клану, как собаки, сейчас сидят в казематах этой дикой империи! Твой двоюродный брат, Аскольд Вангенгейм, наверняка уже на пути в Северный Предел, а ты жалуешься на плохой аппетит!?

В порыве эмоции сухонькая ладошка старушки раздавила бокал с вином, и тот брызнул осколками.

— Меньше эмоций, Елизавета, — из темноты прозвучал голос. — Ребёнок не в ответе за дела родителей.

Несмотря на скрывающие полумрак обе баронессы узнали голос незваного гостя. Да тот особо и не скрывался, и спустя пару ударов сердца шагнул на свет.

— Мефистофель!? — сквозь сжатые губы произнесла Паучиха.

— Елизавета, — улыбнулся ей визитер. — Сколько прошло? Лет триста!? А ты всё цветёшь!

Будто в насмешку над необъявленым трауром, демон явился в гости в парадном белоснежном костюме.

— Зачем ты явился? — не скрывая эмоции, произнесла Паучиха.

Мефистофель подмигнул бровью, указав на Карину.

— Проконтролировать, что после произошедшего ты не обрушишь на голову ни в чём не повинного ребёнка небеса своего гнева.

— Постой, — не сдерживая нервного смеха, Паучиха рискнула возразить демону. — Ты же сам, собственной рукой, попытался забрать её жизнь! А теперь говоришь, что Лилит ни в чём не виновата!?

Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами. Дряхлая, но ещё не потерявшая стержень, баронесса и величественный демон в белом.

Неожиданно, старуху будто ударила молния. Её глаза округлились и та бросила неверящий взгляд на девушку, что с момента появления гостя так и не оторвала глаз от тарелки.

— Никаких монастырей, затворничества, и, уж тем более, не смей разменивать брак Лилит в своих политических целях. У меня большие планы на них обоих, — заканчивая и без того короткий разговор, бросил Мефистофель. — Ты меня услышала?

Старуха будто пропустила все эти слова, продолжив сверлить девушку взглядом. И тогда Мефистофель решил напомнить, кто стоит перед всемогущей Паучихой. Крепкая жилистая рука демона обхватила горло старухи и заставила её повернуть лицо к демону.

— Ты меня хорошо слышала? — чуть ослабив, хватку, повторил он.

Только получив утвердительный ответ, демон окончательно отпустил женщину и, не прощаясь, растворился в темноте коридора.

Поборов оцепенение, Елизавета будто сбросила с плеч груз прожитых лет. Широким шагом Паучиха приблизилась к Лилит и сильной рукой выволокла девушку из-за стола.

— И как давно ты узнала что понесла от этого выродка? — ощупывая налившуюся грудь Карины, произнесла Паучиха.

— В день, когда мы ездили к дедушке, — Карина обожгла её колючим и злым взглядом.

Почувствовав за собой протекцию легендарного Мефистофеля, девушка нашла в себе силы ответить бабушке той же монетой.

— А ещё, больше не смей называть его выродком!!! — застежка платья затрещала не в силах сдержать полноценные демонические крылья Лилит. — И, клянусь всеми демонами преисподней, если с моим ребёнком что-то случится, гнев дедушки будет меньшей из твоих проблем!

Конец 4 книги.

От автора: Вот мы и закончили 4й том. Дальше — Европейские войны. 5й том пойдет в работу, но чтобы увидеть отклик и заинтересованость, прошу подписаться на заглушку будущей книги https://author.today/work/219354 На этом благодарю каждого, вашими силами, покупками и донатами пишится этот цикл.

Искренне ваш, коллекционер сюжетных твистов и грамматических Ашибок, Поляков Эдуард.

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://author.today/work/174223

Content

Поляков Эдуард Павлович Сопряжение: Чернильный маг 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог

Nota bene