Александр Демонтфорт

Людмила и Мария Монфор. Женские судьбы

Характер определяет судьбу»

Народная наблюдение

© Александр Демонтфорт, 2025

© «Издание книг. ком», о-макет, 2025

Родители

Людмила Монфор родилась 19 октября 1894 года в семье капитана Николая Васильевича Ашехманова, служившего в то время в Приамурском Интендантском Управлении. Он был женат на дочери секретаря Кубанского казачьего войска Елене Семеновне Чубинской.

Родилась Людмила вместе со своей двойняшкой Ниной, они были близнецы и родились в один день. Крестили их одновременно в Градо-Хабаровской Иннокентьевской церкви города Благовещенска Амурской губернии. Метрической записи о рождении и крещении Людмилы не сохранилось, но сохранилась запись метрики Нины, аналогичная Людмилиной.

Это свидетельство было копией оригинального и выдано из Благовещенской Духовной консистории в 1904 году, т. е. через 10 лет после рождения Нины и Людмилы. Это было сделано для представления в учебное заведение перед отъездом семьи Николая Ашехманова из Амурской губернии в Санкт-Петербург.

Сам Николай Ашехманов служил в это время в Порт-Артуре в чине подполковника Правителем Канцелярии Управления Дежурного Генерала Полевого Штаба Дальневосточного Наместничества.

13 февраля 1901 года у Николая Ашехманова рождается дочь Валерия. Родилась она в г. Либаве, ныне Лиепая, Латвия, где в это время находилась семья Ашехмановых.

Свидетельство о рождении/крещении Нины Ашехмановой 19 октября 1894 года/18 декабря 1894 года в Градо-Хабаровской Иннокентьевской церкви города Благовещенска Амурской губернии

Свидетельство о рождении/крещении Валерии Ашехмановой 13 февраля/26 июня 1901 года в церкви Порта Императора Александра III в Лиепае

Свидетельство о рождении/крещении Татьяны Ашехмановой 12 февраля/9 апреля 1903 года в Церкви Сводного Порт-Артурского полевого госпиталя

Свидетельство Валерии Ашехмановой было копией оригинального и выдано в Санкт-Петербурге 12 марта 1907 года из Духовного Правления при Протопресвитере Военнаго и Морскаго Духовенства, т. е. через 6 лет после рождения Валерии. Это было сделано для представления в Смольный институт, куда Валерия поступила в 1910 году.

12 февраля 1903 года у Николая Ашехманова в Порт-Артуре рождается дочь Татьяна, крещенная в Церкви Сводного Порт-Артурского полевого госпиталя.

Свидетельство Татьяны Ашехмановой было копией оригинального и выдано в Санкт-Петербурге 12 марта 1907 года из Духовного Правления при Протопресвитере Военнаго и Морскаго Духовенства, т. е. через 4 года после рождения Татьяны. Это было сделано для представления в в Смольный институт, куда Татьяна поступила в 1913 году.

Оба свидетельства – Валерии и Татьяны – были выданы одновременно 12 марта 1907 года.

На момент рождения Татьяны Николай Васильевич в чине подполковника служил делопроизводителем Военно-Областного Совета Квантунской области.

Николай Васильевич Ашехманов родился 25 ноября 1853 года в обер-офицерской семье Орловской области, окончил классическую гимназию и Киевское пехотное юнкерское училище. Службу начал унтер-офицером в Бендерском полку в 1871 году. Был произведен в чин поручика в 1882 году и в чин штабс-капитана в 1885 году. В 1886 году назначен на пополнение войск Приамурского военного округа и прикомандирован к 1-му Восточно-Сибирскому линейному батальону. С тех пор Николай Ашехманов служил на Дальнем Востоке, прослужив 20 лет, начиная с заведующего хозяйством Приамурского Окружного Интендантского Управления и кончая правителем канцелярии Управления Дежурного Генерала Полевого Штаба Квантунского Наместника.

С 1898 по 1904 годы Николай Ашехманов служил в Порт-Артуре Квантунской области. Занимая ответственные должности с хорошим содержанием, полковник Ашехманов жил с семьей в Порт-Артуре в казенном доме, для которого он приобрел богатую домашнюю обстановку на 18 000 рублей.

Порт-Артур, конец XIX века

Генерал-майор Николай Васильевич Ашехманов, 1907 год

Поддавшись общему течению среди местных офицерских чинов и веря в будущность Квантуна, Николай Ашехманов купил участок земли в Порт-Артуре и начал постройку дома, на что у него ушло 13 000 рублей. Однако начавшаяся в 1904 году Русско-Японская война перечеркнула все его планы. В первый же день начала артиллерийского обстрела Порт-Артура Николай Ашехманов отправляет свою семью в Санкт-Петербург, а сам остается на военной службе в Манчжурии, где он прослужил до 1907 года.

После падения Порт-Артура в конце 1904 года он получает назначение на должность Начальника Госпиталей Харбина, а с апреля 1905 года – Инспектора Госпиталей тыла Манчжурских армий. По окончании Русско-Японской войны и расформированию Госпитального Управления в сентябре 1906 года он отчисляется за штатом с прикомандированием в Хабаровск к Штабу Приамурского Военного Округа.

Полковник Николай Васильевич Ашехманов

(стоит десятый слева), член комиссии под начальством Наместника на Дальнем Востоке для выработки положения об управлении областями Дальнего Востока, 1900 год

После сдачи Порт-Артура японцам дом Николая Ашехманова со всем имуществом был занят японцами, но с правом продажи занимаемого земельного участка. Однако его попытки продать земельный участок без права строить дом ни к чему не привели и Николая Ашехманов потерял всю свою недвижимость.

Значительная часть домов русской постройки 1901–1904 годов до сих пор сохранилась в Порт-Артуре, ныне – г. Далянь, провинция Люйшунькоу, Квантунский полуостров, Китай.

На момент окончания службы на Дальнем Востоке в 1907 году краткий послужной список полковника Николая Ашехманова выглядел так.

На 11 мая 1907 года он числится полковником в запасе при Петербургском Управлении Воинского Начальника.

Краткий послужной список полковника Николая Васильевича Ашехманова на 1907 год

За два десятилетия службы на Дальнем Востоке Николай Ашехманов преуспел не только военной службе, но и в общественной жизни края. Так он был пожизненным членом Приамурского Отдела Императорского Русскаго Географического Общества.

В конце страницы упоминается еще один пожизненный член Приамурского Отдела Императорского Русскаго Географического Общества – Николай Иванович Тифонтай, японский военный деятель и бизнесмен, известный персонаж книги А. Степанова «Порт-Артур», сыгравший важную роль в сдаче Порт-Артура.

Памятная книжка Приморской области на 1908 год (имя и отчество Николая Васильевича Ашехманова перепутаны)

Вернувшись в Санкт-Петербург, Николай Ашехманов ожидал своего назначения вновь на службу и не только на Дальний Восток, где ему оставалось дослужить несколько месяцев до Амурской пенсии, но и вообще в Европейской России, однако Генштаб не нашел для него никакой работы и по окончании года состояния за штатом он вынужден был подать в отставку.

9 октября 1907 года полковник Николай Ашехманов в возрасте 53 лет производится в генерал-майоры с увольнением от службы с мундиром и пенсией. Вернувшись к своей семье в Санкт-Петербурге на Крестовском острове, генерал-майор в отставке Николай Ашехманов начинает хлопотать о размере своей пенсии и возмещении за потерю собственности в Порт-Артуре.

Он получил военную пенсию в размере 2472 рубля 50 копеек в год, из них 1) из Государственного Казначейства в размере полного оклада 860 рублей с 10 % надбавкой за служение в отдаленной местности 86 рублей, всего 946 рублей; 2) особая пенсия за службу в Амурской области 397 рублей 50 копеек; 3) из эмеритальной кассы военно-сухопутного ведомства 1129 рублей. Это была вполне приличная пенсия для его семьи, но недостаточная для оплаты обучения своих четырех дочерей в Смольном институте.

Всяк хлопочет, себе добра хочет

Народная поговорка

После долгих хлопот по возмещению потерь собственности в Порт-Артуре Николай Ашехманов получил от комиссии Череванского пособие в размере всего 1500 рублей.

В Санкт-Петербурге семья Ашехмановых сначала жила в квартире на Пантелеймоновской улице, затем переехала на Крестовский остров на Еленинскую улицу, д. 6, где они прожили до 1909 года. У генерал-майора Ашехманова было достаточно личных сбережений, чтобы в 1910 году построить собственный дом на углу Еленинской улицы и Морского проспекта. Этот особняк до сих пор стоит и известен в Санкт-Петербурге как «Особняк Ашехмановой».

Особняк Ашехмановой на Крестовском острове в Санкт-Петербурге

Мария Монфор родилась 18 сентября 1884 года в м. Сальяны Бакинской губернии в семье коллежского регистратора мирового посредника Джеватского уезда Александра Феликсовича де-Монфора.

Метрическая запись о рождении/крещении Марии де-Монфор 18 сентября/17 октября 1884 года из Метрической книги Сальянской Петропавловской церкви за 1886 год

Метрика составлена не по правилам: сначала записана мать, затем – отец, хотя должно быть наоборот. Это объясняется тем, что на момент рождения Марии ее отец Александр Феликсович барон де-Монфор и мать Александра Амвросиевна Амоцкая, дочь коллежского регистратора из Сальян Амвросия Амоцкого, еще не были в браке. Кроме того, в этом случае в метрике должно быть записано «Незаконнорожденная», однако этого тоже нет. Это объясняется тем, что ее отец Александр Феликсович де-Монфор занимал важный пост мирового посредника Джеватского уезда, главным городом которого были Сальяны, и под его давлением священник Сальянской Петропавловской церкви Ириней Бутовский, совершавший таинство крещения Марии, не написал, что Мария – незаконнорожденная.

Крестным отцом Марии был отец Александра Феликсовича барон Феликс Иванович де-Монфор, губернский секретарь из Тифлиса. В метрике он записан как Александр Иванович в связи с тем, что при рождении он получил два имени – Феликс и Александр – и имел право пользоваться и тем и другим. Этим же объясняется и тот факт, что в метрике у Александра Феликсовича два отчества – Александрович и Феликсович. Крестной матерью Марии была сестра Александры Амвросиевны Евгения Амвросиевна.

Школа

Отец Марии Александр Феликсович де-Монфор скончался в 1892 году и Марию воспитывала её мать Александра Амвросиевна. В семье было ещё трое детей – Евгений, Орест и Анна и им всем Александра Амвросиевна смогла дать среднее образование, но не сама, а при поддержке своего деверя – старшего брата Александра статского советника Ореста Феликсовича де-Монфора, занимавшего важный пост члена Бакинского Губернского по поселянским делам присутствия. По его протекции в 1897 году Мария была определена казеннокоштной воспитанницей в Закавказский девичий институт. Сведения о зачислении воспитанниц в это учебное заведение печатались в местной газете.

В институты благородных девиц Российской Империи принимались дочери из благородных семей в возрасте от 10 лет, где они обучались от 7 до 9 лет и изучали следующие предметы:

Общий курс семи классов:

– Закон Божий;

– Русский язык и словесность;

– Французский язык;

– Немецкий язык;

– Математика;

– История;

– География;

– Естествоведение с гигиеной;

– Физика и космография;

– Педагогика;

– Рисование;

– Чистописание;

– Рукоделие;

– Хоровое пение;

– Гимнастика;

– Танцы.

По окончании семилетнего общего курса ученицы могли окончить образование в институте с правом получения звания домашней наставницы по предметам, по которым они показали хорошие успехи. Это давало им право обучать на дому детей обеспеченных родителей.

Грамоте учиться – всегда пригодится

Народная пословица

Те из них, которые хотели получить звание учительницы какого-либо языка в средних учебных заведениях, могли продолжить обучение ещё два года, изучая специальные предметы, необходимые для преподавания этого языка. Например, для преподавания французского языка требовалось прослушать и получить хорошие оценки по следующим дисциплинам:

Дополнительный курс французского языка:

– История русской литературы;

– Педагогика и дидактика;

– Законоведение и История;

– Историческая грамматика французского языка;

– Латинский язык;

– Современная грамматика французского языка;

– История французской литературы;

– История всеобщей литературы;

– История и география Франции;

– История изящных искусств;

– Методика преподавания французского языка;

– Упражнения в преподавании французского языка.

Объявление о приеме Марии де-Монфор в число воспитанниц Закавказского девичьего института в газете «Кавказ» от 4 апреля 1897 года

Бакинское женское учебное заведение св. Нины, XIX век

Начав учиться в Закавказском девичьем институте, Мария через год перевелась Бакинское женское учебное заведение Св. Нины, которое окончила с золотой медалью в 1902 году, получив звание учительницы русского языка.

Людмила поступила в Смольный институт в 1904 году в возрасте 10 лет, сразу после возвращения из Маньчжурии после начала там Русско-Японской войны. Её близнец Нина Ашехманова поступила в тот же Смольный институт одновременно с Людмилой. В это время её отец Николай Васильевич Ашехманов ещё служил в чине полковника в должности Правителя Канцелярии Управления Дежурного Генерала Полевого Штаба Маньчжурской Армии. Получая хорошее содержание по военной службе, он мог позволить себе платить за обучение своих детей в качестве своекоштных воспитанниц. Однако ему удалось добиться обучения одной из них, Нины за казенный счет.

Смольный институт, Санкт-Петербург

Каков век, таков и человек

Народная мудрость

В 1907 году полковник Николай Ашехманов увольняется из армии с производством в чин генерал-майора, с пенсией и мундиром. Семья Ашехмановых из 6 человек – Николай Васильевич, его жена Елена Семеновна, две дочери – близнецы Людмила и Нина, дочери Татьяна и Валерия – жила в Санкт-Петербурге, на Крестовском острове, в доме 6 по Еленинской улице. Людмила и Нина учатся в Смольном институте, Валерия, 6 лет и Татьяна, 4 лет воспитываются дома.

Нина была слабого здоровья, постоянно болела и часто пропускала занятия в институте, отставая от школьной программы, и Николай Васильевич решает обратиться в Совет Смольного института с просьбой об увольнении Нины и назначении её стипендии Людмиле.

На прошении поставлена резолюция начальницы Смольного института княгини Ливен «Уволить». 4 июня 1908 года Нина была уволена и ее государственная стипендия передана Людмиле. Это было официально оформлено машинописной выпиской.

Людмила (слева) и Нина, воспитанницы Смольного института, 1906 год

(Людмила – своекоштная, Нина – казеннокоштная)

Прошение Николая Ашехманова от 15 мая 1908 года в Совет Смольного института о переводе стипендии Нины Людмиле Ашехмановой

Решение от 4 июня 1908 года о передаче бесплатной вакансии Нины Ашехмановой ее сестре Людмиле Ашехмановой

Аттестат дочери генерал-майора Людмилы Ашехмановой от 23 мая 1911 года об окончании семи общих классов Императорского Воспитательного Общества Благородных Девиц

Решение было напечатано на пишущей машинке с буквой «!» и знаком, похожим на твердый знак вместо «е» в отдельных местах.

Людмила окончила Смольный институт 16 мая 1913 года в возрасте 18 лет, проучившись 9 лет. Первые 7 классов общего курса она закончила в 1911 году и по всем предметам получила хорошие или отличные оценки.

Этот аттестат после получения соответствующего свидетельства от Министерства Народного Просвещения давал ей право работать домашней учительницей.

Дополнительные два года Людмила изучала французский язык и получила право преподавать французский язык во всех классах мужских и женских средних учебных заведений. По все предметам у нее были отличные или очень хорошие оценки.

Однако преподавать французский язык Людмила не стала. Началась Первая Мировая Война и ее отец Николай Васильевич Ашехманов в возрасте 60 лет был призван в армию. Чувствуя в себе призвание к милосердию, Людмила поступает на курсы медсестер при Кронштадской Морской Общине и, окончив их в течение года, получает звание сестры милосердия. На этом образование Людмилы заканчивается. В возрасте 19 лет у нее среднее специальное образование медсестры.

На этом этапе законченного среднего образования устремления Людмилы и Марии расходятся. Людмилю тянет к созданию семьи, Марию – к высшему образованию.

В октябре 1914 года Людмила командируется в распоряжение Северо-Западного фронта, сначала в Вильну, затем – в Гроецкий питательный пункт около Варшавы, где работает медсестрой.

В октябре 1915 года Людмила ухаживала за раненым в боях поручиком командиром роты 111-го Пехотного Донского полка Орестом Александровичем Монфором, получившим ранение осколком немецкой шрапнели в икроножные мышцы правой и левой ног.

Аттестат Людмилы Ашехмановой от 16 мая 1913 года об окончании двухлетнего курса педагогических классов для специального изучения французского языка

Людмила Николаевна Ашехманова, сестра милосердия,

Первая Мировая Война, 1914 год

Поручик, командир роты 111-го Пехотного Донского полка Орест Александрович Монфор, Северо-Западный фронт, 1915 год

Людмила и Орест понравились друг другу и после окончания лечения Ореста в госпитале они поддерживали связь. Орест находился в реабилитационном отпуске до апреля 1916 года, после чего вновь вернулся на фронт.

Всю Первую Мировую Войну Людмила проработала сестрой милосердия Красного Креста в лазаретах и госпиталях Русской Армии. Так, в 1916 году она работала медсестрой в Ялтинском санатории в память Императора Александра III.

Людмила Ашехманова, сестра милосердия в Санатории в память Императора Александра III, Ялта, 1916 год

В феврале 1917 года Орест Монфор производится в чин штабс-капитана и назначается на должность временно командующего батальоном 111-го Пехотного Донского Полка 28-й Пехотной Дивизии. Пользуясь своими связями, он переводит Людмилу на работу в лазарет 111-го Донского Полка.

Людмила Ашехманова и Орест Монфор (сидят справа), Западный фронт, 1917 год

В январе 1917 года Орест получает второе ранение – контузию и отравление газами – в районе Крево – Вилейка в Западной Белоруссии. Людмила как медсестра лазарета 111-го Донского полка выхаживает его.

Выбирай жену не в хороводе, а в огороде

Народная мудрость

Октябрьская революция застала Ореста Монфора на фронте. Сильно поредевший 111-й Донской полк целиком перешел на сторону советской власти. Орест с Людмилой, которой было на то время 20 лет, переезжает в Москву, к своей незамужней сестре Марии, которая в то время преподавала математику в Московском Высшем 5-классном училище и жила на Девичьем поле.

Судьбы Людмилы и Марии переплелись.

Людмила Ашехманова, 1917 год

Характер определяет судьбу

Народная мудрость

К тому времени Мария, которой было 30 лет, ведомая неуемной тягой к знаниям, прошла долгий и тернистый путь высшего женского образования в дореволюционной России.

Университеты

Окончив в 1902 году в возрасте 18 лет восемь классов Бакинского женского учебного заведения св. Нины с золотой медалью, Мария мечтала о высшем образовании.

Мария де Монфор, 1902 год

В университеты женщины не допускались и все высшее образование для них сводилось к высшим женским курсам. Высшие женские курсы существовали в нескольких больших городах, включая Москву и Санкт-Петербург, обучение там было платным и стоило до 75 рублей в год. Не имея таких средств, в 1903 году Мария поступает учительницей русского языка и математики в 3-ю Городскую женскую школу Баку с окладом жалования 75 рублей в месяц.

Учительский коллектив этой женской школы включал не только женщин, но и мужчин. Так, закон божий всегда преподавал мужчина, т. к. среди священнослужителей женщин не было. Однако мужчины Марию не интересовали.

Мария де Монфор с группой учителей 3-й Городской женской школы города Баку (стоит сзади)

Коллектив учителей 3-й Городской женской школы города Баку за чаепитием 20 мартя 1905 года

В центре за самоваром сидит преподаватель закона божьева, Мария сидит крайняя справа.

Проработав 4 года в этой школе, Мария сумела скопить сумму, достаточную для оплаты на первых порах обучения на Московских высших женских курсах, и в 1907 году она подает заявление о приеме ее на Историко-Философский Факультет МВЖК.

К этому времени Мария переехала в Москву и жила на Петровке, на Салтыковском переулке, снимая комнату в квартире Грабовской в доме Бычковой.

На курсы принимали только благонадежных девушек и для доказательства своей благнадежности они должны были представлять соответствующее свидетельство. Мария пишет в своем заявлении, что свидетельство о своей благонадежности она представит позже. Такое свидетельство ей было выдано 24 сентября 1907 года.

Заявление Марии де-Монфор от 2 августа 1907 года на имя Директора Московских женских курсов о приеме на Историко-Философский Факультет

Свидетельство о благонадежности Марии де-Монфор от 24 сентября 1907 года

Свидетельство выдано за подписями Бакинского градоначальника и Правителя Бакинской канцелярии.

Неуемное стремление к знаниям настолько сильно владело Марией, что она решает учиться одновременно на двух факультетах – Историко-Философском и Физико-Математическом – и через 5 дней после подачи на Историко-Философский Факультет МВЖК подает аналогичное заявление на Физико-математический факультет. Ей было на этот момент 23 года.

Заявление Марии де Монфор от 7 августа 1907 года на имя Директора Московских высших женских курсов о приеме на Физико-Математический Факультет

Заявление Александры Амвросиевный де Монфор от 15 сентября 1907 года с просьбой выдать пособие Марии де Монфор для учебы на Московских высших женских курсах

Вполне естественно, администрация МВЖК ей объяснила, что одновременно учиться на двух факультетах нельзя, т. к. часы лекций и занятий совпадают и успевать и то и другое невозможно. Мария отказывается от Физико-математического факультета и выбирает Историко-философский. Начинается 10-летний этап высшего образования Марии.

Мария писала в своих заявлениях, что «она собрала сумму, необходимую для продолжения образования». Однако это было не так. Она это делала, чтобы убедить администрацию принять ее на курсы. На деле денег не хватало и она с момента зачисления на курсы начинает просить бакинскую администрацию выдать ей пособие для учебы на курсах. В этом ей помогает ее мать Александра Амвросиевна, которая через две недели после принятия Марии на курсы пишет заявление в Училищную комиссию при Бакинской Городской Управе о выделении Марии пособия для учебы на курсах.

Александра Амвросиевна пишет в своем заявлении, что она сама слабого здоровья и поэтому не может помочь своей дочери, а Мария работала в бакинской городской школе 4 года в ущерб своему здоровью.

Кто везет, того и погоняют

Народное наблюдение

В октябре 1907 года аналогичное прошение подает Заведывающая III-ей Городской Школой г. Баку П. Молчанова, где Мария учительствовала 4 года.

П. Молчанова очень лестно характеризает Марию как прекрасную учительницу и воспитательницу, в высшей степени добросовестно относящуюся к своей работе.

В Училищную комиссию при Бакинской Городской Управе поступали аналогичные запросы и от других соискательниц пособия на продолжение образования. На 1907 год таких соискательниц было 24, сведения о них выглядели следующим образом.

Прошение Заведывающей III-ей Городской Школой г. Баку П. Молчановой от 3 октября 1907 года в Бакинскую Училищную комиссию о выдаче Марии Александровне де-Монфор пособия в размере 4-х месячного оклада

В таблице указано, что Мария все 4 года отпусками не пользовалась. Как следует из предпоследней графы, 9 октября 1907 года Марии выделено пособие в размере 150 рублей. Это меньше, чем просимые 4 месячных оклада, что составляло бы 300 рублей, однако это была существенная помощь для нее на первый год обучения.

Мать Марии Александра Амвросиевна не удовлетворяется этим решением и в ноябре 1907 года, когда Мария уже училась на высших курсах, обращается теперь уже не в Бакинскую Училищную комиссию, а в вышестоящую организацию – Бакинскую Городскую Думу – с просьбой выдать Марии дополнительное пособие в размере 150 рублей. Мотивирует эту просьба она тем, что ее сыну Оресту Александровичу де-Монфору было отказано в аналогичной стипендии. К прошению прилагается врачебное заключение от местного врача о слабом здоровье Александры Амвросиевны. Причем, она пишет, что Мария готова получить это пособие взаимообразно, т. е. с условием вернуть эти деньги городу по окончании курсов.

Прошение сработало и решением Бакинской Городской Бумы от 11 декабря 1907 года Марии Де-Монфор было выделено пособие на продолжение учебы на высших женских курсах в размере 150 рублей.

Мария начинает учиться на Историко-Философском Факультете Московских Высших Женских Курсов.

Московские Высшие Женские Курсы

Сводная таблица соискательниц бакинского городского пособия на продолжение образования за 1907 год

Прошение Александры Амвросиевный де-Монфор от 12 ноября 1907 года Бакинскому Городскому Голове о выделении Марии дополнительного пособия в размере 150 рублей

Выписка из протокола заседания Бакинской Городской Думы от 11 декабря 1907 года о выдаче Марии Де-Монфор пособия в размере 150 рублей

Мария де-Монфор, слушательница Историко-Философского факультета Московских Высших Женских Курсов, 1907 год

На первом курсе Мария выбрала следующие дисциплины:

– История Греции;

– История Соединеных Штатов;

– История всеобщей литературы;

– Введение в философию;

– Логика;

– История средневековой философии;

– История новой философии (до Канта);

– Анатомия и физиология органов чувств.

Занятия на курсах состояли из слушания лекций и семинарских занятий. Каждое посещение лекций и семинарских занятий записывалось в предметную книжку. Мария получила свою первую предметную книжку 31 января 1908 года.

Предметная книжка подписана деканом Историко-Философского Факультета курсов знаменитым российским историком Дмитрием Моисеевичем Петрушевским. По всем 11 предметам за второй семестр в 1908 году Мария получила оценку «Весьма удоволетворительно», что соответствует нынешней отметке 4. Преподавателями были знаменитые российские ученые профессора МГУ Г. И. Чепланов, Н.Д. Виноградов, П.И. Новогородцев, Д.В. Викторов, М.Н. Розанов, К. Н. Успенский, С. Ф. Фортунатов.

Предметная книжка Марии Александровны де Монфор № 678 от 31 января 1907 года

Мария проучилась на Историко-Философском Факультете МВЖК 3 учебных года и закончила его в 1910 году. Помимо предметов первого курса она изучала и ряд других:

– История Англии; – История религиозной философии;

– История Франции; – История Рима.

– Философия Канта;

– Философия Платона;

– Общая биология;

– Логика общественных наук;

– Теоретическая психология;

– Новая философия;

– Психология;

– История древней философии;

– Педагогическая психология;

– История всебщей литературы;

– Философия права;

– История эстетических учений;

Учебный план слушательницы Историко-философского факультета Высших женских курсов Марии Александровны де Монфор

По всем предметам она получила оценку «Весьма удовлетворительно» или «Зачет» на семинарских занятиях. Об этом свидетельствует ее учебный план за четвертый семестр.

Учебный план Марии де Монфор на 4-й (весенний) семестр в 1909 году

На этот момент в семье Монфоров сложилась критическая денежная ситуация. Брат Марии Орест Александрович Монфор учился в Политехническом Институте в Санкт-Петербурге как своекоштный студент и его матери Александре Амвросиевне приходилось платить за его образование. Помимо платы за обучение Марии приходилось платить за аренду комнаты в Москве. Деньги на обучение Марии, выделенные Бакинской Городской Управой, и ее собственные сбережения кончились и после окончания 4-го семестра в 1909 году Мария была отчислена из МВЖК за невзнос платы.

Её мать Александра Амвросиевна бросает дом и работу в Баку и переезжает в Москву, чтобы быть ближе к своей дочери и помогать ей. Ей повезло устроиться в студенческую столовую МВЖК с предоставлением жилплощади там же. Мария оставляет комнату на Салтыковском переулке и перебирается к матери в студенческую столовую на Большом Воздвиженском переулке.

Студенческая столовая МЖВК, Москва, Большой Воздвиженский переулок, где жила Мария со своей матерью, 1909 год

Работа в столовой давала возможность Александре Амвросиевне не только жить бесплатно самой и своей дочери, но и питаться им обоим за казенный счет. Тем не менее, её небольшого жалования не хватало на плату за обучение своих детей и Мария обращается Общество Доставления Средств МВЖК с просьбой помочь в финансировании ее обучения на курсах. Это общество было создано бывшими слушательницами МВЖК для помощи наиболее нуждающимся студенткам. В Октябре 1909 года Общество нашло возможность выделить Марии 25 рублей на покрытие недоимки в оплате за 5-й семестр.

Письмо Председательницы Общества Доставления Средств МВЖК от 6 октября 1909 года о выделении 25 рублей для оплаты за 5-й семестр обучения Марии де-Монфор

Мария пишет прошение на имя директора МВЖК с просьбой внести за нее недоимку прошлого года и учесть обещанное финансирование в 25 рублей от Общества Доставления Средств.

Прошение Марии Монфор о зачислении её на 5-й семестр МВЖК

На прошении сделана резолюция «Зачислить» и Мария продолжает учиться. Однако проучившись семестр, она снова попадает трудное финансовое положение, которое вынуждает её снова просить об освобождении от оплаты за слушание лекций.

Прошение Марии Монфор об освобождении её от взноса оплаты за осенний семестр 1909 года

Руководство курсов снова идет ей навстречу и освобождает её от платы за обучение за следующий семестр. Мария продолжает учебу.

Где хотенье, там и уменье

Народное наблюдение

Её учебный план на этот семестр представлен ниже.

Как видно из плана, Мария изучает не только философские науки, но и три языка – немецкий, греческий и английский, правда, в ограниченном объеме. В МВЖК Мария получила всестороннее гуманитарное образование.

Мария оканчивает Историко-философский факультет МВЖК в 1910 году. Учебный план её последнего семестра выглядел внушительно.

По всем предметам у нее оценка «Весьма Удовлетворительно» или «Зачет».

В МВЖК судьба столкнула Марию с двумя преподавателями, которые в последствии оказались родственниками или друзьями семьи Монфоров.

Первый из них – профессор Борис Александрович Фохт, преподаватель философии Канта на семинарах. Его сын Кирилл Борисович Фохт в 1930-х годах преподавал немецкий язык в Узбекском Государственном Университете вместе с преподавашим там же французский язык Евгением Орестовичем Монфором, который приходился Марии сыном её дяди Ореста Феликсовича Демонфора. К. Б.Фохт как и Е.О.Монфор были незаконно осуждены и провели долгие годы в исправительно-трудовых лагерях.

Второй – профессор Сергей Иванович Радциг, преподавал греческий язык. Его сын был женат на Тамаре Алексеевне Ярковой, дочери сестры жены Ореста Евгеньевича Монфора, сына племянника Марии Евгения Александровича Монфора.

Мария получает Удостоверение об окончании Историко-Философского Факультета МВЖК 29 мая 1910 года.

Учебный план Марии де Монфор на 5-й осенний семестр в 1909 году

Учебный план Марии де Монфор на 6-й весенний семестр в 1910 году

Удостоверение Марии Александровны де-Монфор от 29 мая 1910 года об окончании Историко-Философского Факультета МВЖК

В удостоверении указано, что Мария прослушала 6 семестров лекций, выполнила все практические занятия и сдала все экзамены, кроме двух, но не представила кандидатское сочинение. Удостоверение подписали декан факультета, тот же известный российский историк, профессор МГУ Дмитрий Моисеевич Петрушевский и секретарь профессор МГУ Н.Д. Виноградов.

Окончание МВЖК не давало никаких особых прав или чинов выпускницам, кроме как право преподавания соответствующих дисциплин в средней школе. Большинство из них делало это не ради денег или карьеры, а ради саморазвития и жажды знаний.

Век долог, да час дорог

Народная пословица

Окончив в возрасте 25 лет Историко-философский факультет МВЖК и чувствуя в себе неуемную тягу к знаниям, Мария входит во вкус высшего образования и решает теперь дополнить свое высшее гуманитарное образование естесственно-научным. Едва успев закончить Историко-Философский Факультет МВЖК, еще будучи студенткой и еще не сдав все экзамены, она подает прошение на Математический Факультет МВЖК.

Однако администрация МВЖК не поверила обещаниям Марии сдать недостающие экзамены и кандидитское сочинение за Историко-Философский Факультет до поступления на Математический факультет за оставшиеся два месяца до начала занятий и ей было отказано. Ей пришлось сначала сдать эти экзамены, написать кандидатское сочинение и только затем подавать заявление на Математический факультет. Выполнив эти условия, она подает его уже только 25 июля 1911 года.

К прошению она прикладывает временное свидетельство об окончании Историко-Философского Факультета. Свой адрес местожительства она указывает как Проезд Девичьего поля, 6. Мария была принята вне конкурса.

Прошение Мария де Монфор от 6 июля 1910 года о принятии ее на Математический факультет МВЖК

Прошение Марии де Монфор от 25 июля 1911 года о принятии на Физико-Математический Факультет МВЖК

Прошение Ореста де-Монфора от 25 октября 1910 года на имя Председателя Училищной Комиссии при Бакинской Городской Управе

На 1911 год в семье Монфоров сложилась сложная ситуация. Младший брат Марии Орест, бывший студент Санкт-Петерургского Политехнического Института за неимением средств платить за свое образование, вынужден был оставить институт и перебраться к матери в Москву. Его мать Александра Амвросиевна работает заведующей студенческой столовой при МЖВК и живет на казенной жилплощади. Кроме того, в столовой имеется возможность льготного питания персонала. Это позволяет Оресту экономить на проживании и питании и он поступает на Юридический факультет МГУ. Однако проживание у матери не решало проблему оплаты за обучение и Орест подает прошение Председателю Училищной Комиссии при Бакинской Городской Управе с просьбой выделить ему стипендию для продолжения учебы в МГУ.

В своем прошении Орест пишет, что его мать Александра Амвросиевна перенесла тяжелую операцию после заворота кишок, слепая на один глаз, но из последних сил продолжает работать заведующей студенческой столовой, чтобы платить за учебу своих детей Ореста и Марии в московских вузах.

Орест проучился в МГУ до 1914 года, Мария в МВЖК – до 1916 года и все это время они жили в помещении студенческой столовой, которой заведовала их мать Александра Амвросиевна.

За все обучение на МВЖК Мария проучилась на Историко-Философском Факультете 3 года и на Физико-Математическом Факультете 6 лет, до января 1917 года. Всего Мария проучилась на МВЖК 10 лет, с 1907 по 1917 годы, начиная с возраста 23 года до возраста 33 года.

Своя воля, своя и доля

Народная пословица

Все это время она жила у своей матери Александры Амвросиевны в студенческой столовой МВЖК.

Информация о Столовой Общества курсисток и студентов на Девичьем поле, д.6,1914 год

Заведующая – де-Монфор Александра Амвросиевна.

На Физико-Математическом Факульте Мария изучала следующие предметы:

– Агебра;

– Геометрия;

– Тригонометрия;

– Детерминанты;

– Введение в анализ;

– Аналитическая геометрия;

– Дифференциальное и интегральное исчисление;

– Общий курс физики;

– Неорганическая химия;

– Высшая алгебра;

Учебный план Марии Монфор на Физико-Математическом Факультете МВЖК

– Общий курс механики;

– Введение в органическую химию;

– Теория функций;

– Астрономия;

– Теория притяжения;

– Гидромеханика;

– Теория чисел;

– Теория вероятностей;

– Теория конечных разностей;

– Вариационное исчисление;

– Прикладная механика;

– Динамика твердого тела;

– Астрофизика;

– Теоретическая физика;

– Теория электронов;

– Непрерывные функции;

– Алгебраические функции;

– Небесная механика.

По всем предметам она получила зачет.

Широта ее научных интересов поражает.

Параллельно с учебой на МВЖК Мария преподает математику в средних школах Москвы и как преподаватель математики участвует во всероссийских съездах преподавателей математики. Один из них проходил в здании МВЖК в 1914 году.

Брат Марии Орест как военнообязанный был приписан к Бакинскому Воинскому Присутствию и пользовался отсрочкой от военной службы как студент Московского Университета. Однако эта отсрочка имела возрастное ограничение – только до возраста 27 лет. 27 лет Оресту исполнялось 1 ноября 1913 года и после этого он подлежал призыву в армию. Все его просьбы продлить отсрочку и дать ему возможность закончить образование в МГУ не дали желаемого результата и отсрочка была продлена только до 14 июня 1914 года. После этого срока Орест должен был идти в армию, однако как человек с образованием у него был выбор поступить в армию вольноопределяющимся, что означало возможность ему самому выбирать род войск военной службы. Орест выбирает судьбу вольноопределяющегося и поступает 1 октября 1914 года на службу в Александровское Военное Училище в Москве.

Дневник Второго Всероссийского Съезда преподавателей математики в 1914 году, среди членов – Монфор М. А.

Обучение в военном училище считалось воинской службой. Учащиеся училища назывались юнкерами и получали денежное и хлебное довольствие. Жалование офицера в Царской армии состояло их двух частей – за офицерский чин и за занимаемую должность – и, вполне естесственно, курсант военного училища получал денежное довольствие только за чин, т. к. никакой должности в армии во время учебы он не занимал.

Срок обучения в это военное время составлял всего 4 месяца и 28 января 1915 года Орест был произведен в чин унтер-офицера, а уже 1 февраля 1915 года в чине прапорщика был отправлен с маршевой ротой на Западный фронт Первой Мировой Войны.

Пропуск Марии Монфор на Физико-Математический Факультет МВЖК, 1915 год

Александровское Военное Училище, Москва

Мария продолжает учиться на МВЖК и преподавать математику в московских школах. Ей 31 год, живет она с матерью в помещении столовой МВЖК, личная жизнь у нее не сложилась, все её интересы – в учебе и преподавании.

С призывом Ореста в возрасте 29 лет в армию в офицерском чине и в должности командира роты финансовое положение семьи Монфоров улучшилось. Теперь он получает денежное довольствие не только за офицерский чин, но и за занимаемую должность командира роты. Орест стремится помочь деньгами матери и сестре сводить концы с концами, однако в условиях войны переводить деньги по почте было опасно и он находит способ передать деньги Марии лично. Его рота прибыла в Смоленск на переформирование, которое заняло несколько месяцев.

Мне не дорог твой подарок, дорога твоя любовь

Народная поговорка

Прошение Марии Монфор в МВЖК от 2 апреля 1915 года разрешить ей краткосрочный отпуск в Смоленск для свидания с братом

Орест сообщает Марии, что он может встретиться с ней в Смоленске и передать деньги. Мария срочно собирается в Смоленск, до которого было несколько часов езды поездом. Для этого ей было необходимо получить разрешение руководства МВЖК. 2 апреля 1915 года Мария подает соответствующее прошение в МВЖК.

Отпуск ей был разрешен в тот же день и она тут же садится на поезд и едет в Смоленск.

Для друга и семь верст не околица

Народная поговорка

Она успела вовремя, через несколько дней Орест был отправлен на Западный фронт и уже 10 апреля 1915 года принял участие в боях у деревни Кольница в качестве временно командующего 7-й ротой 111-го Пехотного Донского полка.

Мария не отличалась крепким здоровьем и часто болела. Это сказывалось как на ее учебе на МВЖК так и на ее преподавании. Так, она болела гриппом одновременно с воспалением легких с 28 февраля до конца апреля 1916 года.

В связи с этим ей пришлось пропустить большую часть весеннего семестра 1916 года и она пишет прошение в дирекцию МВЖК зачислить внесенную плату за весенний семестр на осенний семестр 1916 года.

Мария пишет в прошении, что после выздоровления ей пришлось вернуться к зарабатыванию денег для продолжения учебы и в связи с этим она не могла посещать занятия в весенний семестр 1916 года. Она заняла 50 рублей у Ореста в тот период, когда после ранения 20 сентября 1915 года в бою у озера Нарочь в Белоруссии он проходил лечение в Москве в госпитале Соединенного банка, где за ним ухаживала Людмила.

11 апреля 1916 года Орест вернулся на фронт и продолжил воевать в 111-м Пехотном полку. Его денежное довольствие на этот момент составляло 1032 рубля в год, из них жалование – 732 рубля, квартирные – 180 рублей, добавочные – 120 рублей. Он вполне мог помогать своей матери и сестре, однако Мария пишет в своем прошении, что Орест снова уехал в действующую армию и она не может рассчитывать на его помощь Это было связано с тем, что в условиях войны Орест не мог переслать ей деньги с фронта.

Свидетельство врача от 10 мая 1916 года о заболевании Марии де Монфор гриппом и воспалением легких с 28 февраля до конца апреля 1916 года

Прошение Марии де Монфор от 12 мая 1916 года в дирекцию МВЖК с просьбой перенести оплату за весенний семестр 1916 года на осенний семестр 1916 года

Орест Александрович Монфор, поручик, командир роты 111-го Донского Пехотного полка

Служба

Наступает 1917 год. Мария учится на последнем семестре МВЖК. Живет она все в той же студенческой столовой на проезде Девичьего поля, 6 вместе матерью Александрой Амвросиевной и продолжает преподавать математику в московских школах.

Мария Монфор (сидит в центре) с преподавателями Московского Высшего 5-классного училища, 1917 год

На 1917 год она прожила в Москве 10 лет и получила право на получение паспорта. 1 января 1917 года она обращается с соответствующим прошением в дирекцию МЖВК.

Прошение Марии де Монфор от 19 января 1917 года выдать ей паспорт как вид на жительство

На МВЖК Мария училась вместе с Александрой Тихоновной Шапошниковой, с которой она была дружна. Они часто проводили время вместе в Старой Рузе, где жили родители Александры. Она любила наряжаться в мужские костюмы. Во время одного из таких посещений Старой Рузы они сыграли сценку «кавалер и барышня». Мужчин среди друзей у Марии не было.

Одновременно с обучением на МВЖК и преподаванием в Московском Высшем 5-классном училище Мария успевала преподавать математику и в Женской гимназии Кружка Преподавателей вместе с сестрой А. Т. Шапошниковой Е.Т.Шапошниковой.

Мария Монфор (справа) и Александра Тихоновна Шапошникова в Старой Рузе разыгрывают сценку «Кавалер и барышня», 1917 год

Мечта Марии о высшем образовании осуществилась. Ей 31 год. Своей семьи у нее нет, она живет в квартире матери.

Состав учителей Женской гимназии Кружка Преподавателей, Москва, 1917 год

С опубликованием Декрета о формировании Красной Армии в январе 1918 года Орест добровольно вступает в ее ряды в марте 1918 года. Через два месяца его назначают помощником Начальника Разведывательного отделения Штаба Восточного фронта Гражданской войны и он отправляется на фронт вместе с Людмилой.

Куда иголка, туда и нитка

Народная поговорка

В начале 1919 года он назначается Начальником Разведывательного Отделения Штаба 5-й Армии и служит в этой должности до окончания Гражданской войны. Штаб Восточного фронта в то время находился в Симбирске.

Всякий человек своего счастья кузнец

Народная мудрость

Мечта Людмилы о семье осуществилась. 16 сентября 1919 года у Ореста с Людмилой рождается сын Александр. Семья в это время жила в Симбирске, на улице Максима Горького, д. 22.

Запись о рождении Александра была сделана в Книге записей рождений Симбирского Совета Народных Комиссаров за 1919 год. В записи указано, что она сделана на основании декрета Совета Народных Комиссаров от 18 декабря 1918 года, однако декрета от такого числа не существует. В книге сделана ошибка, перепутан год, так как Декрет ВЦИК и СНК «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния» был принят 18 декабря 1917 г., а не 18 декабря 1918 года.

Род занятий Ореста указан как начальник разведывательного отдела, однако не указано какого отделения. Это объясняется тем, что служба Ореста в Штабе 5-й Армии была военной тайной, которую он не мог разглашать.

Род занятий Людмилы Николаевны как домашняя хозяйка указан неправильно, так как на это время она работала медсестрой в местной больнице. Об этом косвенно свидетельствует подпись свидетеля – акушерки Вихиревой. У домашней хозяйки акушерка не может быть свидетелем. В графе «Имя и фамилия ребенка» указан «Александр Демонфор (1 по счету)». В графе «Имя отчество, род занятий родителей» Орест записан под фамилией Демонфор, тогда как фамилия Людмилы Николаевны не указана. Причем, в этой графе указывать фамилию не требовалось, только имя и отчество. Это означало, что фамилия Людмилы Николаевны на тот момент была не Демонфор, а Ашехманова. Это означало, что на этот момент Орест и Людмила не были в браке и такими формулировками они пытались это скрыть.

Запись о рождении Александра Демонфора 16 сентября 1919 года в Симбирске

Через три дня, 19 сентября 1919 года Орест получил регистрационный листок из этой книги, о чем свидетельствует запись на второй странице.

С окончанием Гражданской войны Орест переводится в Москву в Штаб РВС в сентябре 1920 года и назначается помощником Начальника Разведывательной части Штаба. Вскоре ему присваивается звание полковника и он назначается на должность Начальника Первой части Разведуправления Штаба. В этой должности ему выделяется просторная квартира номер 4 в Москве, на Арбате, по Калошиному переулку в доме номер 8. Туда он переезжает в 1920 году с сестрой Марией и матерью Александрой Амвросиевной. У Александры Амвровиевны была незамужняя сестра Евгения Амвросиевна, которая много помогала Александре Амвросиевне во время жизни в Баку. Она осталась одинокой и Монфоры взяли ее к себе.

Однако Людмила в новую квартиру не поехала, с малолетним сыном она уехала в Петроград к своим родителям, которые жили в просторном доме на Крестовском острове. Её отец Николай Васильевич Ашехманов принял советскую власть и служил в штабе Петроградского военного округа, затем – в Петроградской трудовой коммуне, где заведовал артиллерийским и инженерным снабжением и служил квартирмейстером. Её мать Елена Семеновна, домохозяйка, потеряв одну из своих дочерей в 1917 году, очень хотела няньчить внука и Людмила согласилась. В Петрограде она работала медсестрой в Лазарете Союза Городов, одновременно ухаживая за своими престарелыми родителями.

В октябре 1918 года Николая Васильевича Ашехманова приглашают на работу в Череповец, начальником отдела снабжения Череповецкого Военкомата. В августе 1919 года он назначается старшим контроллером Череповецкого Губернского Отделения Наркомата Госконтроля, где заведует ревизионным отделением Череповецкого Военного Комиссариата. Вся его семья, включая Людмилу, ее сына Сашу, ее мать Елену Семеновну, перебирается в Череповец. В Череповце Людмила устраивается в Череповецкие Показательные ясли и устраивает туда сына Сашу.

Николай Васильевич Ашехманов умер в Череповце 8 августа 1922 года в возрасте 69 лет. Денег в семье стало намного меньше, только его пенсия и Людмила с сыном Сашей переезжают в Рыбинск. Там жила в это время семья сестры Людмилы Татьяны, которая была замужем за Владиславом Андреевым, работавшем в Рыбинске. Его старший брат Святослав служил заведующим Главной конторой пароходства «Север». Елена Семеновна остается в Череповце.

Работа

В Рыбинске Людмила и Саша прожили до 1925 года. Людмила работала медсестрой в Рыбинском Доме матери и ребенка и числилась медицинской сестрой 10 разряда, что было высшим разрядом для медсестер и требовало законченного среднего медицинского образования. Её зарплата составляла 15 руб. 20 коп. в месяц.

Фамилия Людмилы записана как Шихманова. На этот момент она еще не была в браке с Орестом Монфором.

Орест, в должности помощника Начальника 3-го отдела Организационно-Мобилизационного Управления Штаба РККА, затем начальника Первой части Разведуправления Полевого Штаба РВС, потом помощника Начальника Общего отдела Инспектората Северо-Кавказского Военного округа, по долгу службы служил в эти годы в разных городах России и дома бывал редко. В редкие периоды отпусков он навещал свою семью в Рыбинске.

Семья Ашехмановых в Рыбинске не отличалась крепким здоровьем. Елена Семеновна, Саша, Галя и Слава часто болели и Людмиле приходилось часто сидеть дома и ухаживать за ними. Семья для нее было главным делом жизни.

Семья Ореста Монфора и семья Ашехмановых в Рыбинске, июль 1926 года Слева направо: Степанова (Ашехманова) Валерия Николаевна, сестра Людмилы Николаевны; ее (второй) муж Степанов Алексей Николаевич, 1899 г.р., дворянин, председатель Райисполкома Карело-Финской АССР, расстрелян 08.01.1938 на станции Медвежья Гора (Сандрамох), реабилитирован 25.05.1956; Людмила Николаевна Монфор (Ашехманова); ее сын Александр Орестович Монфор, 1919 г.р.; мать Людмилы Николаевны Елена Семеновна Ашехманова (Чубинская); младенец Степанов Вячеслав Алексеевич, сын Степанова А. Н. и Ашехмановой В. Н.; Монфор Орест Александрович, муж Людмилы Николаевны Ашехмановой; девочка Чехонина Галина Федоровна, дочь Валерии Николаевны Ашехмановой от первого брака; Татьяна Николаевна Андреева (Ашехманова), вторая сестра Людмилы Николаевны; ее муж Владислав Федорович Андреев.

На переднем плане собака В. Ф.Андреева, заядлого охотника.

Требовательная ведомость служащих Дома матери и ребенка, Рыбинск, январь 1924 года

Решением РВС СССР от 25 августа 1926 года Орест Монфор назначается военруком 2-го Московского Государственного Университета. Второй МГУ находился в том же здании, что и МВЖК, где ранее училась сестра Ореста Мария. Жизнь Ореста стабилизировалась, разъезды по разным городам России кончились и наступала пора его сыну Саше идти в школу. Орест и Людмила вполне естесственно считали, что школы в Москве лучше, чем в Рыбинске и семья Ашехмановых решает переехать в Москву.

Саша Монфор, Рыбинск, 1928 год

Первым, в мае 1928 года Орест перевез в Москву Сашу, в октябре 1928 года на Калошин переулок переехали Людмила, Александра Амвросиевна, Евгения Амвросиевна, Елена Семеновна, Галя и Слава.

В это время в квартире 4 по Калошиному переулку 8 жило всего 8 человек: глава семьи, военрук 2-го МГУ Орест Монфор, его жена Людмила Николаевна, их сын Александр, сестра Ореста Мария Александровна Монфор, научный сотрудник Института Методов Внешкольной Работы, мать Ореста Александра Амвросиевна Монфор, тетя Ореста Евгения Амвросиевна Амоцкая, мать Людмилы Николаевны Елена Семеновна Ашехманова, Галина Чехонина, дочь сестры Людмилы Валерии Николаевны Степановой (Чехониной, Ашехмановой). Из них работали только двое – Орест и Мария. Александа Амвросиевна, Евгения Амвросиевна и Елена Семеновна были преклонного возраста, Саша и Галя были малолетними детьми, за всеми требовался уход и Людмиле пришлось в очередной раз пожертвовать работой ради семьи. В течение нескольких лет Людмила не работает, занимаясь только обслуживанием своей семьи.

Мария, после окончания МВЖК в 1917 году, некоторое время продолжала работать преподавателем математики в Московском Высшем 5-классном училище, затем три года с 1917 по 1920 заведовала Статистическим отделом Совета Кооперативных съездов, потом год, с 1920 по 1921 заведовала таким же отделом в Управлении Топливом и Лесозаготовками Наркома Путей Сообщения (Желеском).

Интересная работа с хорошей зарплатой была для нее смыслом жизни.

Должность заведующего отделом позволяла иметь достаточные средства существования, но была неинтересна для Марии и в 1921 года она находит более интересную работу руководительницы музейно-эстетических экскурсий в Главном Комитете по делам Музеев и охране памятников искусства, старины и природы (Главмузей) Наркомпроса.

Получив согласие Железкома, Мария подает заявление в Главмузей.

Удостоверение от 25 июня 1921 года о согласии Железкома на переход Марии Монфор в Главмузей

Заявление Марии в Главмузей от 1 июня 1921 года

На заявлении – резолюция о ее принятии на должность руководителя музейно-эстетических экскурсий Главмузея с 1 июля 1921 года.

Работа по организации экскурсий в Главмузее была интересной, но зарплата была не очень хорошей и Марии ищет дополнительный заработок на стороне, чтобы содержать мать – инвалида и больную тетю Женю. Она нашла такую работу в Московском Отделе Снабжения и запросила разрешение на совместительство.

Заявление Марии от 22 сентября 1921 года с просьбой разрешить ей работу по совместительству в Московском Отделе Снабжения

Удостоверение Главмузея от 24 сентября 1921 года о разрешении Марии Монфор работать по совместительству в Московском Отделе Снабжения

Анкета Марии Монфор от 12 марта 1922 года как ученого секретаря Научно-методического отдела Главмузея

Через два дня она такое разрешение получила.

В Главмузее Мария пользовалась большим авторитетом и отличалась деловым и внимательным подходом к работе. Её непосредственное начальство характеризует ее как ценного работника.

В функции Главмузея в то время входил учет памятников старины, что на деле означало регистрацию материальных ценностей в церквях и местных архивах с целью выявления тех из них, которые представляли собой золотые церковные украшения, которые можно было реализаовать с целью покрытия долгов государства. В функции Главмузея входила также организация экскурсионной работы во всех музеях СССР, в том числе в Третьяковской Галерее и Музее «Останкино».

Через два года работы в Главмузее Мария делает карьеру и назначается на должность Заведующего архивом памятников искусства и старины.

Заявление Марии Монфор от 22 июня 1923 года с просьбой назначить ее Заведующим Архивом учета регистрации и охраны памятников искусства и старины в Отделе по делам музеев Главнауки

Счастие – это интересная работа, за которую платят хорошие деньги

Житейский подход к жизни

Мария была по своему счастлива. В свои 39 лет она имеет интересную работу, за которую ей платили хорошие деньги. Ее мечта осуществилась.

Счастье в воздухе не вьется, а руками достается

Народное наблюдение

Но счастье мимолетно. Долго работать в этой должности Марии не пришлось. В феврале 1924 года в возрасте 40 лет она заболевает активной формой туберкулеза и работать с полной нагрузкой ей становится трудно. В мае 1924 гда она добивается перевода на должность секретаря экскурсионного отдела Главнауки, мотивируя это тем, что ей нужна более легкая и интересная работа.

Проработав три года в этой должности, Мария в 1927 году переходит на работу научным сотрудником в Институт методов внешкольной работы.

Зачислив ее на работу в институт, его директор обращается в Главнауку с просьбой утвердить Марию в этой должности.

В письме перечислена вся работа Марии с 1903 по 1927 годы.

Живи всяк своим умом да своим горбом

Народная пословица

С самого начала работы в ИМВР Мария ведет самостоятельную научную работу по изучению зарубежного опыта внешкольного образования школьников и вскоре переводится на должность научного сотрудника 1-го разряда.

Анкетный листок Марии Монфор от 10 мая 1924 года с просьбой перевести ее на должность секретаря экскурсионного отдела Главнауки

Заявление Марии Монфор от 10 ноября 1927 года о принятии ее научным сотрудником в Институт методов внешкольной работы

В характеристике отмечается знание Марией трех иностранных языков – немецкого, французского и английского – и самостоятельная работа по составлению иностранной библиографии по внешкольной педагогике. На этой должности Мария публикует ряд работ по внешкольной педагогике. Одна из них называлась «Кружковая работа школьника» и была опубликована в Сборнике Московского Отдела Народного Образования в 1934 году.

Письмо директора Института методов внешкольной работы от ноября 1927 года в Главнауку об утверждении Марии Монфор в должности научного сотрудника 2-го разряда в ИМВР

Характеристика Марии Монфор от февраля 1928 года на занятие должности научного сотрудника 1-го разряда

Статья Марии Монфор «Кружковая работа школьника» в Сборнике Московского отдела Народного образования от 1934 года

Не проработав и полгода, Мария заболевает воспалением кишок и попадает в Боткинскую больницу. Воспаление кишок вызвало ряд осложнений и Марии пришлось провести в больнице несколько месяцев. Как свидетельствует справка из Боткинской больницы от января 1929 года, у Марии была удалена опухоль слепой кишки и один метр кишок, после чего у нее началось острое воспаление суставов ног и рук, плеврит и острый миокардит.

Не приступая к работе, Мария пишет заявление на двухнедельный отпуск, необходимый ей для укрепления здоровья.

Зарплата Марии в то время составляла 50 руб. в месяц.

Однако долго получать такую зарплату Марии не пришлось. Через 2 месяца Институт Методов Внешкольной Работы был расформирован и Мария освобождается от работы с 1 января 1931 года.

Справка из Боткинской больницы от 11 января 1929 года о лечении Марии в больнице в 1928–1929 годах

Заявление Марии Монфор от 11 января 1919 года о предоставлении ей двухнедельного отпуска с 11 января 1929 года

Распоряжение директора ИМВР Млинника от 29 октября 1930 года о назначении Марии Монфор оклада 50 руб. в месяц

Распоряжение ИМВР от 31 декабря 1930 года о расформировании института и освобождении Марии Монфор от работы с 1 января 1931 года

В то же день она получает соответствующую справку.

Справка об освобождении Марии Монфор от работы в Институте Методов Внешкольной Работы с 31 декабря 1930 года

Весь 1931 год Мария провела в поисках новой работы и только в декабре нашла место преподавателя в Московском Горном Институте. 15 декабря 1931 года делопроизводитель Горного Института запрашивает ИМВР трудовой список на Марию Монфор.

Запрос Горного Института на трудовой список Марии Монфор и ответ ИМВР от 15 декабря 1931 года

Такой список был выслан 24 декабря 1931 года.

Ответ ИМВР от 24 декабря 1931 года о трудовом списке Марии Монфор

Характерно, что в ответе ИМВР упоминается, что Мария 4 февраля 1931 года прошла чистку по ИМВР и получила соответствующую справку.

После смерти Н. В.Ашехманова в 1922 году в Череповце Наркомат Рабоче-Крестьянской Инспекции, где он работал перед смертью, ходатайствовал перед Наркоматом Социального Обеспечения о назначении усиленной пенсии его вдове Елене Семеновне Ашехмановой. Это ходатайство было удовлетворено и Елена Семеновна с января 1923 года стала получать усиленную пенсию. Однако через полтора года Комиссия по пересмотру дел пенсионеров Наркомата Социального Обеспечения отменила эту усиленную пенсию и Елене Семеновне стало трудно сводить концы с концами. Сама Елена Семеновна в силу своего возраста не могла сама протестовать против этого решения и за нее это делает ее дочь Людмила. 27 января 1925 года она пишет заявление на имя Заведующего Общим отделом Народного Комиссариата Рабоче-Крестьянской Инспекции с просьбой возобновить персональную пенсию своей матери, жене Н. В.Ашехманова Елене Семеновне Ашехмановой.

4 февраля 1925 года Наркомат Рабоче-Крестьянской Инспекции переслал дело Н. В.Ашехманова в НаркомСОБЕС для пересмотра дела, которое РВСССР 16 февраля 1925 года взял из Центральной Комиссии по назначению персональных пенсий и пособий для опротестования.

Тем не менее, ходатайтство Людмилы было отклонено 27 февраля 1925 года, о чем свидетельствует резолюция в правом верхнем углу сопроводительного письма.

Елене Семеновне ничего не остается делать как покинуть Череповец и переехать к своей дочери в Москву, на Калошин переулок.

Тем временем здоровье членов семьи Монфор на Калошином переулке стабилизировалось, полоса болезней прошла и Людмила устраивается на работу медсестрой во Вторую Пресненскую амбулаторию, которая впоследствии была переименована в Поликлинику № 42 Краснопресненского района г. Москвы. От Поликлиники № 42 с 1929 по 1933 год Людмила работала медсестрой в здравпункте завода «Пролетарский Труд», с 1933 по 1937 годы – в здравпункте Пресненского Механического завода, с 1937 по 1940 годы – заведующей здравпунктом Общежития Силикатного завода, в 1941 году – заведующей здравпунктом Мосгорвоенкомата.

Заявление Людмилы Монфор от 27 января 1925 года Заведующему Общим отделом Народного Комиссариата Рабоче-Крестьянской Инспекции

Сопроводительное письмо Центральной Комиссии по назначению персональных пенсий и пособий от 16 февраля 1925 года о пересылке дела Н. В.Ашехманова в РВСССР

Людмила Монфор, медсестра здравпункта Завода «Пролетарский Труд», Москва, 1930 год

Сын Саша учится в Школе № 10 Фрунзенского района г. Москвы.

Саша Монфор, ученик 10-й школы Фрунзенского района г. Москвы, 19 июня 1930 года

1930-й год прошел в семье Монфоров счастливо и благополучно. Людмила была по своему счастлива. У нее была семья, дети, муж, дом. Ничто не предвещало беды. Орест работал военруком 2-го МГУ и хорошо зарабатывал, Людмила Николаевна работала медсестрой в здравпункте завода «Пролетарский Труд», их сын Саша учился в Школе № 10 Фрунзенского района г. Москвы, Елена Семеновна живет с ними и вспоминает жизнь семьи в Ленинграде, Мария Александровна работает в ИМВР, Александра Амвросиевна и Евгения Амвросиевна помогают Людмиле по хозяйству, дочь сестры Людмилы Галя училась в московской школе.

Всяк своему счастью кузнец

Народная пословица

Орест часто приглашал своих друзей по работе к себе в гости на Калошин переулок.

Вечеринка в доме Монфоров на Калошином переулке, 1930 год

За столом с самоваром, полным закусок и сладостей, сидят: крайний слева – Орест Монфор с рюмкой вина в руке; справа от него стоит его 11-летний сын Саша, ученик школы № 10 Фрунзенского района г. Москвы, с куском пирога в руке; в центре стола сидит жена Ореста Людмила Николаевна, медсестра завода «Пролетарский труд»; стоящие за ней две девочки – Галина Чехонина, дочь сестры Людмилы Валерии Николаевны Чехониной, которую первый муж бросил без средств к существованию, и ее подруга; стоит сзади стола – второй муж Валерии Николаевны Степанов Алексей Николаевич, председатель райисполкома Карело-Финской Автономной ССР; сидит перед ним – военрук МАИ Ораевский Иван Федорович; сидит справа за столом – друг по прежней службе Брянцев Павел Александрович.

Дом Монфоров на Калошином переулке, 8 (крайний справа)

Наступает 1931 год, страшный год в жизни семьи Монфор. Как гром среди ясного неба 23 февраля Орест арестовывается ОГПУ по подозрению в контрреволюционной деятельности.

20 мая 1931 года Орест Монфор осуждается на три года заключения в концлагере. Оказавшись в заключении и понимая, что его здоворье, подорванное ранениями на фронте, долго не выдержит жестоких условий ИТЛ, Орест соглашается стать негласным сотрудником ОГПУ и вольнонаемным сотрудником ГУЛАГа.

Саша Монфор и его мать Людмила Николаевна, Москва, 1930 год

Лучше голову склонить, чем лоб расшибить

Народная пословица

Первые два года, с июля 1931 года по июль 1933 года Орест работает в качестве вольнонаемного сотрудника ГУЛАГа в Управлении строительства ИТЛ в Новосибирске. Семья живет на Калошином перулке.

В 1932 года началось строительство канала Москва – Волга, который строился силами заключенных ГУЛАГа, и в конце года был создан Дмитровский ИТЛ с расположением в г. Дмитрове. Орест работает старшим экономистом на строительстве канала Москва – Волга до апреля 1937 года, когда канал был построен. С окончанием строительства канала Орест остается в системе канала, но уже не по строительству, а по эксплуатации канала. С 1938 года он работает в Москве в должности начальника Планово-сметного отдела Управления Эксплуатации Канала Москва – Волга. Орест возвращается в Москву.

Каков есть, такова и честь

Народная пословица

На Калошином переулке жизнь возвращается в прежнее русло. Людмила работает заведующей здравпунктом Общежития Силикатного завода, Мария работает старшим библиографом в Московском Отделе Народного Образования, Саша и Галина учатся в школе, старушки Александра Амвросиевна, Евгения Амвросиевна и Елена Семеновна потихоньку доживают свой век.

Саша Монфор и Галина Чехонина, Москва, 1938 год

Уполномоченный ГУЛАГа Орест Монфор, его жена Людмила Николаевна и их сын Саша, Москва, 1937 год

5 марта 1940 год Александр Орестович Монфор был призван в армию Киевским Райвоенкоматом г. Москвы.

Александр Монфор, рядовой, 1940 год

Александр Монфор, младший лейтенант, командир взвода топографической разведки 33-го Артполка, 1941 год

Через год службы ему присваивается звание младший лейтенант и он назначается командиром взвода топографической разведки 1-го Дивизиона 33-го Артиллерийского полка. Саша переписывается со своей матерью Людмилой и присылает свою фотографию.

Началась Вторая Мировая война и Александра отправляют на фронт в составе 33-го Артиллерийского полка. Он продолжает писать письма и открытки матери со своего адреса полевой почты. Последнюю открытку он послал 6 октября 1941 года. С тех пор связь с ним прекратилась.

В конце 1941 год Орест устраивается на работу заведующим отделом сбыта Московского пивзавода имени Бадаева. Неожиданно 25 октября 1941 года Орест снова арестовывается НКВД и привлекается в качестве свидетеля по делу о своем бывшем сослуживце Иване Федоровиче Ораевском, подозреваемом в антисоветской агитации. После допросов, в ходе которых Орест как бывший внегласный сотрудник ОГПУ оговорил Ивана Ораевского в распространении провокационных слухов о войне, он был отпущен на свободу.

Наступает 1942 год. Людмила работает заведующей здравпунктом Автобазы № 2 Краснопресненского района Москвы. В семье Монфоров царит тягостная обстановка отсутствия сведений о Саше.

Колотись, бейся, а все надейся!

Народная пословица

Людмила не находит себе места в квартире на Калошином переулке, где все напоминает Сашу, и чтобы отвлечься от давящей неизвестности и трагического предчувствия, она добивается длительной командировки в Ленинград, где работает медсестрой в поликлинике Смольнинского района. Там она проработала до августа 1942 года, после чего вернулась в Москву и работала в медсестрой в здравпунктах 4-го Ремесленного училища, карандашной фабрики им. фабрики Сако и Ванцетти и пивзавода им. Бадаева, где она переживала вместе со своим мужем гнетущее состояние предчувствия беды.

Наступает 1945 год. Никаких официальных сведений о судьбе Саши нет, но всем ясно, что он погиб на фронте.

Худые вести не лежат на месте

Народная мудрость

Завершение

Наступают 1950-е годы. Людмила в свои 60 лет продолжает работать медсестрой, теперь в здравпункте Московского Юридического Института.

Мария в возрасте 70 лет, несмотря на перенесенные ранее операции, продолжает работать старшим библиографом в Московском Отделе Народного Образования. Орест служит старшим товароведом Отдела реализации пива и безалкогольных напитков Министерства Внутренней и Внешней Торговли СССР.

Хочешь есть калачи, не сиди на печи

Народная поговорка

Мать Людмилы Елена Семеновна Ашеханова в возрасте 80 лет, чувствуя приближение конца, решает навестить Ленинград, где прошла ее молодость и где до сих пор сохранился особняк на Крестовском острове, в котором, как сказал ей перед смертью ее муж Николай Ашехманов, он спрятал сразу после революции большую сумму денег. Елена Семеновна едет в Ленинград и посещает дом номер 6 по Еленинской улице. Она представилась жильцам как бывшая владелица дома и будто-бы приехала проститься с домом перед смертью. На самом деле она искала клад. Но не нашла. В последствии, при очередном ремонте этого дома из одного из потолков высыпалась большая сумма денег, однако, как оказалось, это были никому ненужные керенки.

Война унесла жизнь не только Саши, но и младшей сестры Людмилы Татьяны. У Елены Семеновны было четверо дочерей – Нина, которая умерла в Санкт-Петербурге в возрасте 22 лет, ее двойня Людмила, Валерия, дочь которой от первого мужа Галина Федоровна Чехонина в детстве жила на Калошином переулке, и младшая дочь Татьяна, по мужу Андреева. Татьяна как врач была призвана в армию в 1941 году из Днепропетровска и служила врачом в танковом полку. Она пропала на фронте без вести в декабре 1943 года. Об этом Елена Семеновна как мать получила известие только в 1950 году.

Елена Семеновна Ашехманова умерла в Москве в 1953 году.

Людмила продолжает работать медсестрой в здравпункте Московского Юридического института вплоть до его ликвидации в 1955 году. По его ликвидации она получает весьма лестную характеристику от руководства Поликлиники № 40, к которой относился этот здравпункт.

Вскоре Людмила подает заявление на должность медсестры здравпункта Московского Трудового Совета Кооперативного Страхования членов артелей Промысловой Кооперации и Кооперации Инвалидов.

Вскоре Людмила зачисляется на эту должность.

Орест в возрасте 68 лет продолжает работать старшим товароведом в Главторгвино, но из последних сил. Два ранения, ИТЛ, напряженная работа, смерть сына – все это сказывается на его здоровье. Он умирает 18 октября 1955 года в своей кваритире на Калошином переулке от гипертонического криза и, как свидетельствет свидетельство о смерти, от «множественного размягчения мозга».

Все под богом ходим

Народная мудрость

Извещение Главного Военно-Медицинского Управления Министерства Вооруженных Сил СССР от 14 января 1950 года о судьбе Татьяны Николаевны Андреевой

Характеристика Людмилы Монфор от 3 февраля 1955 года от Главного врача Поликлиники № 40 г. Москвы

Заявление Людмилы Монфор от 1 марта 1955 года о зачислении на работу медсестрой здравпункта Московского Трудового Совета Кооперативного Страхования членов артелей Промысловой Кооперации и Кооперации Инвалидов

Распоряжение Мосгорпромстрахсовета от 23 мартя 1955 года о зачислении Монфор Людмилы Николаевны на должность медсестры Здравпункта с 24 марта 1955 года с окладом 475 рублей в месяц

Людмила тяжело переживала его смерть и, проработав в Здравпункте артели им. 8-го Марта менее года, в возрасте 62 лет увольняется с работы по состоянию здоровья.

Свидетельство о смерти Ореста Александровича Монфора от 10 октября 1955 года

Запись от 2 января 1956 года об увольнении Людмила Монфор с должности медсестры Здравпункта артели им. 8-го Марта

Подводя итоги

После смерти Сталина в 1953 году и хрущевской оттепели 1950-х годов в стране создалась новая обстановка в отношении прошлого и Людмила в 1958 году подает завление в Киевский военкомат Москвы с просьбой установить судьбу своего сына Саши.

Сердце надеждой живо

Народная поговорка

Киевский райвоенкомат для наведения справки о судьбе Александра Монфора запрашивает у Людмилы всю переписку с ним во время войны. У нее было от Саши всего три письма и две открытки, посланные им в конце 1941 года через полевую почту в районе города Орджоникидзе. Людмила передает все письма, открытки и конверты в Киевский райвоенкомат, который в свою очередь 10 ноября 1958 года направляет их в Главное Управление Кадров Министерства Обороны СССР для выяснения обстоятельств гибели Александра Орестовича Монфора. Киевский Районный Комиссар Москвы полковник Калюжный просит Отдел по персональному учету потерь сержантов и солдат Советской Армии Министерства Обороны СССР «установить данные о судьбе» Александра Орестовича Монфора.

Запрос Киевского райвоенкомата от 10 ноября 1958 года в Отдел по персональному учету потерь сержантов и солдат Советской Армии Министерства Обороны СССР о поиске сведений о Монфоре Александре Орестовиче

Анкета разыскиваемого Монфора Александра Орестовича, составленная Киевским РВК в 1958 году

К запросу была приложена анкета разыскиваемого Монфор Александра Орестовича.

В анкете указано, что его мать Монфор Людмила Николаевна получает пенсию по старости. Вместо личного заключения военкома по материалам (военнослужащий погиб, умер, пропал без вести и т. д.), как требуется в анкете, полковник Калюжный пишет, что весь материал по розыску направить на распоряжение Начальника Отдела по персональному учету потерь сержантов и солдат Советской Армии. Тем самым военком не хочет брать на себя ответственность делать вывод о судьбе Александра Монфора.

Чего хочется, тому и верится

Народное наблюдение

Судьба Александра Орестовича Монфора осталась формально невыясненной до сих пор. Это объясняется тем, что командир войсковой части, где он служил, вообще не представил никаких сведений о его судьбе, что было его обязанностью. В этом случае военнослужащий считается пропавшим без вести. С такой формулировкой Александр Монфор числится во всех списках военнослужащих, погибших во Второй Мировой войне.

Ложь стоит до улики

Народная мудрость

Все, что получил военком Киевского Районного Военкомата г. Москвы в ответ на свой запрос от 10 ноября 1958 года, было подтверждение Главного управления кадров МО СССР о том, что Александр Монфор не значится как проходивший службу на офицерской должности.

К ответу, подписанному генерал-майором танковых войск Н.Д.Исаевым, было приложено 9 листов приложений, однако в Киевский райвоенкомат их не посылали, они остались в Главном Управлении Кадров МО СССР.

Ответ заместителя Начальника 4-го Управления Главного Управления Кадров МО СССР от 16 мая 1959 года об отсутствии сведений о принадлежности Александра Орестовича Монфора к офицерскому составу

Распоряжение Отдела по персональному учету потерь сержантов и солдат Советской Армии от 3 июня 1959 года в Киевскому Райвоенкому Москвы известить Людмилу Николаевну о том, что ее сын Александр Монфор пропал без вести в январе 1942 года

В результате этой переписки 3 июня 1959 года Отдел по персональному учету потерь сержантов и солдат Советской Армии направляет Киевскому Райвоенкому Москвы распоряжение известить Людмилу Николаевну о том, что ее сын Александр Монфор пропал без вести в январе 1942 года.

Людмила получила это извещение 20 июня 1959 года.

Время пройдет – слезы утрет

Народное наблюдение

На выяснение судьбы Александра Монфора ушло 17 лет.

В этой переписке упоминались 9 листов приложений с письмами Александра с фронта, которые могли сохраниться в архивах МО СССР. Однако там их не оказалось. В ответе от 27 июня 1997 года Центральный Архив МО СССР в Подольске сообщает, что никаких других сведений о судьбе Александра Орестовича Монфора в деле нет.

В своем ответе Начальник отделения архива Прокофьев ссылается на ту же переписку Киевского райвоенкомата от 1959 года. Никаких новых сведений о судьбе Александра Монфора в ответе нет. В качестве оправдания отсутствия сведений о его судьбе архив делает два стандартных примечания: «В какой воинской части проходил службу, где и при каких обстоятельствах пропал без вести, сведений в донесении нет»; «Сложная обстановка на фронтах Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. не позволяла точно установить судьбу некоторых военнослужащих, поэтому они были учтены пропавшими без вести».

Век протянется – всего достанется

Народная пословица

Наступают 1960-е годы. Две старушки – Людмила и Мария – живут вместе на Калошином переулке. Теперь судьба свела их вместе до конца жизни.

Ответ Центрального Архива МО СССР от 27 июня 1997 года о судьбе Монфора Александра Орестовича

Скрипучая береза два века стоит

Народное наблюдение

С ними живет Галина Федоровна Чехонина, дочь от первого брака сестры Людмилы Валерии Николаевны Ашехмановой, по второму мужу Степанова. Старый дом на Калошином переулке стареет, Москва перестраивается и дом Монфоров попадает под снос. Людмиле и Марии предлагают квартиру на вновь построенном доме на Юго-Западе Москвы. 23 августа 1963 года они переезжают на Юго-Западный район, квартал 38, корпус 166, квартира 51. В последствии этот адрес был переименован как ул. Обручева, д. З, кор. З, кв.51.

На месте дома 8 по Калошиному переулку строится многоквартирный дом.

Многоквартирный дом, построенный на месте дома 8 по Калошиному переулку в Москве

Всяк свой крест неси

Народная поговорка

Долго жить в новой квартире Марии не пришлось. 6 июля 1965 года она умирает от кровоизлияния в мозг в возрасте 79 лет.

Свидетельство о смерти Марии Александровны Монфор от 6 июля 1965 года

Людмила Николаевна Монфор, Москва. 1973 год

По странной случайности Людмила прожила те же 79 лет и умерла 13 февраля 1974 года от асфикции.

Свидетельство о смерти Людмилы Николаевны Монфор от 13 февраля 1979 года

Жизнь прожить – не поле перейти

Народная пословица

Захоронена Людмила в колумбарии на Донском кладбище.

Мемориальная доска Людмилы Николаевны Монфор на Донском кладбище в Москве

Эпилог

Две женские судьбы реализовались и переплелись на переломе XIX–XX веков.

Мария, с детства обуреваемая страстью к знаниям, всю сознательную жизнь училась и учила других благодаря полученному уникальному не только для женщины образованию, начиная с истории всеобщей литературы, логики, философии Канта, Платона и теоретической психологии и кончая алгеброй, тригонометрией, дифференциальным и интегральным исчислением, высшей алгеброй, теорией функций, теорией притяжения, теорией чисел, теорией вероятностей, вариационным исчислением и теоретической физикой. Не многие мужчины могут похвастаться окончанием двух университетов. Однако ее страсть к образованию шла в ущерб семейной жизни. У Марии никогда не было мужа, своих детей, своего дома и своей собственной семьи. Она жила либо в доме родителей, либо в столовой, где работала ее мать, либо в доме своего младшего брата Ореста. Ее личная жизнь не сложилась, мужчин в ее жизни не было, кроме своего младшего брата, собственные дети ее не интересовали. Она неплохо зарабатывала, но все деньги уходили либо на помощь своему младшему брату либо на содержание родственников. Однако несмотря на полученное уникальное образование серьезную карьеру ей сделать не удалось.

Во многой мудрости много печали

Народное наблюдение

Учительница в школе до революции, методист Главмузея, организатор экскурсий и завархивом Главнауки и научный сотрудник Института методов внешкольной работы после революции, всё это – должности уровня научного сотрудника, не более. Стремление к образованию была просто её страстью, не реализованной в серьезную научную карьеру. Однако это объяснялось не только незаинтересованностью в научной карьере, но и слабым здоровьем.

Переболев в возрасте 45 лет воспалением кишок, остром воспалением суставов ног и рук, плевритом и острым миокардитом, Мария всю оставшуюся жизнь чувствовала на себе их последствия. Тем не менее, она прожила 79 лет, чему могут позавидовать и более здоровые люди.

Людмила была полной противоположностью Марии. Получив школьное образование и чувствуя в себе призвание лечить людей, она в возрасте 19 лет получает среднее специальное образование медсестры и всю оставшуюся жизнь работает медсестрой, сначала на фронте Первой Мировой Войны, затем – Второй Мировой Войны и далее – в московских здравпунктах. Выйдя замуж в 22 года и родив сына, она всю остальную жизнь посвятила своей семье, ухаживая то за мужем, то за сыном, то за матерью, то за тетей. Служебная карьера ее не интересовала.

Не работа старит, а забота

Народное наблюдение

Зато у нее была семья, дети, дом, родные. И в этом было ее счастье. Но счасть семейной жизни переменчиво. Сначала она радуется маленькому сыну Саше, потом переживает ссылку в концлагерь своего мужа Ореста, затем со слезами провожает сына в армию, потом воспитывает в доме племянницу, затем переживает гибель сына на войне и, наконец, проводит 17 лет в ожидании сведений о судьбе своего сына. Похоронив мужа в 60 лет, Людмила всю оставшуюся жизнь проводит в заботах о родственниках.

Век протянется – всего достанется

Народная примета

Всяк живет по своему. Мария прожила всю жизнь в стремлении к знаниям, Людмила – в стремлении к семье. Интерес Марии состоял в работа, интерес Людмилы – в личной жизни. Мария видела свое будущее в интересной работе, Людмила – в детях и родных.

Характер определяет судьбу

Народная наблюдение

Читайте книги Александра Демонтфорта:

Братья Монфор. Две судьбы

Орест Монфор. Судьба офицера

Мария Александровна Монфор

Людмила Николаевна Монфор

Для связи с автором:

demontfort.alex@gmail.com

Content

Александр Демонтфорт
Людмила и Мария Монфор. Женские судьбы

Родители

Школа

Университеты

Служба

Работа

Завершение

Подводя итоги

Эпилог