Гуминский Валерий Михайлович

Колояр. Принцип мира

Пролог

КОЛОЯР

ПРИНЦИП МИРА

Мир является всего лишь подготовкой к новой войне

Пролог

Звездное небо рассыпалось изумрудными осколками над спокойной маслянистой поверхностью реки, извилистыми путями текущей по степной равнине, и над курганами, застывшими безмолвными стражами в остановившимся для них времени. Теплый воздух принес насыщенный горьковатый запах полыни вперемешку с донником и шалфеем.

- Ты еще долго там? — кудрявая голова склонилась над вырытой в склоне кургана шахтой; вспыхнул узкий луч света от фонаря, освещая черный провал. — Уже горизонт светлеет. Надо сваливать, пока княжьи волкодавы на объезд не вышли. Увидят — мы на своей колымаге далеко не уедем. У них, знаешь, какие багги шикарные! Влет перехватят!

- Заткнись, Федька! — раздался снизу глухой голос. Следом звякнула лопата. Видать, попала на камень. — Дьявольщина! Здесь закладка! Фундамент, что ли?

- Степняки фундамент не заливали, — громким шепотом возразил Федька, нервно поглядывая по сторонам. — Там должны быть деревянные срубы или вообще ничего. Здесь же сарматы кочевали, финно-угры всякие…

- Не тарахти, умник! Сам толком ничего не знаешь, только уши от твоих разговоров греются! — голос напарника был злым. Снова раздался стук и громкий матерок. — Ага! Пошел, падла! Щас я его раскачаю в сторону.

Федька вскинулся, настороженный непонятными звуками, которые принес ветер. Они шли от дальних, западных курганов. Парень сразу стал похож на испуганного суслика, вставшего столбиком для обозрения окрестностей, пока остальная стая занята добычей пропитания.

Неровная холмистая поверхность затрудняла обзор. И «черному» копателю все время казалось, что дружинники князя Щербатов давно уже выпасли их маленькую компанию, а теперь только ждут, чтобы схватить с поличным.

Старенький «орион» стоял за раскапываемым курганом, и Федьке нестерпимо хотелось прыгнуть в него, дать газу и умчаться к переправе. Пока темно, можно успеть доехать до Волги, смешаться с местным населением, проживающим по берегу реки, и без лишнего напряга вернуться в Торгуев, где можно сплавить древние вещички прикормленному антиквару. Ох, чует сердце беду, а напарника не бросишь. Кирюха всегда был упертым, как баран. Пока не пробьет ход в сердце кургана — не вытащишь его из шахты. Ладно, что уже докопался до чего-то. Молчит, не матерится. Даже оживление какое-то пошло. Пыхтит, но работает.

Еще раз вздохнув, Федька перехватил потными ладонями веревку, для страховки и надежности обвязанную вокруг пояса, и снова кинул взгляд в опасном направлении. Именно оттуда, с той стороны обычно дружина начинает утренний объезд. Чуть дальше, на северо-востоке лежат земли Волоцких, но туда копатели еще не добирались. Знающие люди, которые следят за состоянием степи и продают важную информацию, предупредили, что туда направилась целая экспедиция. Грузовики, автобусы, внедорожники, миниатюрные экскаваторы и прочая земляная техника. Не иначе масштабные раскопки затеял молодой дворянин, вернувшийся на родовые земли. Деньги нужны для строительства порушенного имения. Федька прекрасно понимал его. За найденные и вырученные артефакты можно взять прилично золота. Вот только не рухнули бы цены из-за этого.

Сердце екнуло. Федьке показалось, что в густо-фиолетовой темноте, клубящейся на закатной стороне, сверкнула вспышка. Не иначе, едут. Из-за холмов плохо видно, но рано или поздно любой транспорт можно заметить. Федька вперил взгляд в черноту ночи и увидел то, чего и ожидал со страхом. Сюда мчались княжеские дружинники, егеря. Два луча, вспарывающие темень. Багги, шустрые машинки с открытым верхом и пулеметной турелью. Самих пулеметов, слава Небесам, нету. Не разрешает князь гоняться за нарушителями с серьезным оружием. Но Федька знал, что его люди вооружены помповиками и автоматами. Да еще у каждого пистолет. В общем, на любой случай.

А у них только двустволка. Но Федька не дурак применять оружие против егерей. Один-единственный выстрел в их сторону — враз посекут свинцом. В своем праве. Надо просто валить, валить до Волги.

Федька со злости дернул веревку, и не скрываясь, громко крикнул:

- Вылезай уже! К нам гости на двух тачках!

Кирюха, чертыхаясь, выбросил на поверхность лопату, а потом и сам поднялся, упираясь ногами в осыпающиеся стенки шахты. Федька напрягся, помогая другу быстрее вылезти из ямы. Наконец, показалась лысая продолговатая голова напарника, на которой блестели мелкие песчинки сырой земли.

- Где? — хрипло спросил он, вставая с четверенек.

- Вон, туда смотри! — вытянул руку Федька. И в этом момент, как по заказу, снова сверкнули фары приближающихся машин. Они никуда не торопились, спокойно совершая объезд по давно намеченному и знакомому маршруту. Копатели уже изучили его досконально, и знали, куда в случае шухера сваливать.

- Ладно, не повезло сегодня, — сплюнул в сторону Кирюха и снова ругнулся. — На полчаса раньше пошли, да? Ладно, валим!

- Нашел хоть что-нибудь? — не выдержал Федька, смешно подпрыгивая на ходу.

- Потом, потом! Кидай лопату в багажник и прыгай в тачку. Я за руль! Сам поведу!

- Только фары не зажигай, — клацая зубами от нервного напряжения, Федька ввалился в салон и вжался в кресло. — Так поедем. У меня глаз зоркий.

- Не учи ученого, — Кирюха сжал губы и повернул ключ зажигания в замке. Двигатель, остывший за ночь, что-то буркнул и затих. Копатель снова попробовал завести его, даже не матерясь, и на этот раз мотор схватился, довольно заурчал. Выждав еще пару минут, пока его напарник нервно дрыгал ногами, Кирюха стронул с места машину и направил ее по колее, которую успел изучить за последний месяц, чтобы ехать по ней даже с закрытыми глазами.

Заброшенная дорога пролегала между холмами на север, потом сворачивала налево и шла мимо мертвой деревушки, в которой никто не жил лет сорок, не меньше. Она был всего лишь ориентиром, выводящим каждого любителя нелегально покопаться в древних захоронениях на Курганные земли. Дружинники об этом ответвлении знали, и частенько устраивали засады в самом начале пути, чтобы подловить неосторожных «археологов» с поличным.

Кирюха напрягся, и даже подался вперед, едва не наваливаясь грудью на руль, чтобы разглядеть всевозможные проблемы в сереющих предрассветных сумерках. Федька смотрел назад и комментировал увиденное по ныряющим то вверх, то вниз столбам света.

- Я их вижу. Едут спокойно, никуда не торопятся. Иначе бы уже давно из-за курганов выскочили.

- Да хватит же! — не выдержал друг. — Все! Оторвались! Теперь можно не дергаться.

Он не снижал скорости до тех пор, пока не показались осевшие от старости дома, брошенные своими хозяева. Это и была та самая деревенька, минуя которую, копатели могли спокойно пить пиво, не отвлекаясь на происходящее. Но ослепительный свет мощных фар, ударивший им по глазам, ошеломил. Кирюха резко, совершенно не соображая в данную минуту, повернул руль направо, и раздолбанный «орион» улетел с накатанной колеи, пропахал днищем сухую землю, сдирая с нее травяной покров, и врезался в трухлявый палисадник. Развалив его на мелкие щепки, машина пошла дальше, ломая высохшие кусты и деревца, после чего влетела в угол покосившегося дома.

- Приехали, его маму! — зарычал Кирюха. Он перегнулся через кресло и достал с заднего сиденья двустволку. — Ходом из машины! Чего прилип? Обосрался?

- Дверь заклинило! — всхлипнул Федька, отчаянно дергая ручку. — Не могу открыть?

- Давай за мной! — водитель рывком вывалился на улицу, освещенную как главная площадь Торгуева во время новогодних торжеств.

Коротко рявкнула сирена, будоража спящие окрестности. Какие-то изломанные тени на фоне стены дома, странно дергаясь, приближались к «ориону», постепенно уменьшаясь в размерах. Замирая от ужаса предстоящей расправы, Федька кое-как перелез через рычаг сцепления, зацепился за него карманом, и дергаясь, вывалился на улицу. Подчиняясь инстинкту самосохранения, энергично пополз на коленях куда-то за машину, от страха потеряв ориентиры. Внезапно оказалось, что впереди торчали чахлые заросли кустарника, за ними сразу же виднелась стена разрушенного дома.

Звонко стукнул выстрел, показавшийся громовым раскатом. Над самым ухом, сука! Федьку словно приморозило к земле.

- Стоять, мышь! — рявкнули над ним грубым голосом. — Упал мордой вниз! Живо!

Пинок под зад придал нужное ускорение Федьке, и он благоразумно выполнил требование, вытянув руки впереди себя и затих, вдыхая сухую пыль вперемешку с горечью полыни.

- Второй где? — голос еще одного человека шел откуда-то сбоку.

- За угол уполз. Не лезь на рожон, может пальнуть. Я у него ствол заметил. Дробовик, кажется.

Еще и третий, с тоской подумал Федька, не шевелясь. Вот же попались, как лохи! И ведь ловко так спрятались, почти на границе зоны! Где же их машина стояла?

- Эй, землекоп! — весело крикнул дружинник. — Ружье бросай и лапки кверху! Выходишь добровольно — ничего не сделаем!

- Не подходите! — необычайно визгливо выкрикнул Кирюха. Его голос доносился издалека, словно парень прятался в яме или в сарае. — Стрельну, ей-богу!

- Кто таких идиотов рожает? — задумчиво произнес охранник, стоявший над Федькой. Мало что стоял — подошва его ботинка прочно утвердилась на костлявом заду лежащего копателя. — Грохнем сейчас его, и правы будем. Князь еще добрый, дает шанс.

Он неожиданно слегка пнул носком ботинка в бок Федьки.

- Поднимайся. Только медленно, и без шуток. Давай, давай. Пошли.

- Куда? — от страха Федька почувствовал, как его мошонка неприятно сжалась. Живот скрутило в мучительных спазмах. В голове звон и пустота. — Куда вы меня ведете?

- Крикнешь своему дружку, чтобы сдавался, иначе обоих похороним там, где раскоп вели. Зачем потревожили дух воина? Вот придется успокаивать его жертвой.

По голосу егеря Федька не мог понять, шутит тот или на полном серьезе обещает нерадостную перспективу. А что, княжеские псы в своем праве, зароют и не поморщатся.

С дрожащими коленями он побрел к углу дома, где притаились еще двое охранников. Горизонт светлел стремительно, и Федька без напряжения разглядел, что здесь творится. Внедорожник с погашенными фарами стоял поодаль, перегораживая дорогу, а сарай со спрятавшимся Кирюхой находился сразу за домом. Подходы к нему заросли жестким бурьяном с колючками.

- Топай, — сопровождающий вытолкнул его из-за угла. — Уговаривай кореша. Начнет стрелять — загасим без сожаления.

- А я? — глупо спросил Федька.

- Успеешь упасть на землю — повезло, значит.

Федька сглотнул слюну и стал бочком пробираться вперед, явственно ощущая угрозу, исходящую из сарая. Поведение Кирюхи его озадачило невероятно. Что случилось с другом? Все прекрасно знали: если поймали на раскопе — сиди ровно и не дергайся. Самое страшное, что могло произойти с черными копателями — пара сломанных ребер для профилактики, а потом отпустят с полной конфискацией нарытого. Как правило, одного раза для внушения было достаточно. Получив хороший урок, многие больше не совали нос в княжий заповедник.

Правда, последние годы было раздолье на землях Волоцких. Хозяева не могли следить за порядком в силу своего отсутствия, и много авантюристом потянулись к курганам поживиться артефактами. Пару лет действительно никаких проблем для копателей не виделось, пока князь Щербатов не вздумал навести порядок на чужой территории. Он не присваивал себе владения Волоцких, а только гонял пришлым. Кого ловили — поступали так же, сообразно тяжести содеянного.

Но и на своих землях князь приказал особо не свирепствовать. Так почему Кирюха уперся? Неужели нашел что-то такое, от чего переклинило мозги? Ценный артефакт, стоящий бешеных денег?

- Братан! — крикнул Федька, с трудом проглотив противный комок в горле. — Хорош дурью маяться! Бросай ствол и выходи! Ты чего вдруг забыковал?

- Свали, Федька! Скажи им, что стрелять буду, если дернутся в мою сторону!

Разведя руками, Федька вернулся за угол дома. Он не совсем дурак быть прокладкой между стрелками. Ну их, нафиг!

- Что вы нашли в раскопе? — до охранников дошло, почему парень, спрятавшийся в сарае, ведет себя совершенно неправильно.

- Не знаю, честно. Мы, когда увидели приближающийся патруль, сразу ломанулись от раскопа. Я успел вытащить Кирюху наверх, но что в его руках было — не видел. Пытался выяснить, но он ничего не сказал!

- Ладно, отвали, — жесткий толчок в плечо отбросил Федьку подальше. — Стой здесь и не вздумай бежать. Поймаем — пожалеешь, что родился.

- А что вы хотите? — почувствовав неладное, спросил парень. Он успел заметить, как егеря схватились руками за что-то на груди. Наверное, активировали амулеты. У каждого княжьего бойца есть подобная защита. Как-никак с древностями дело имеют. Артефакты не всегда дружелюбны к людям.

Оба дружинника по молчаливому знаку старшего разбежались в разные стороны, используя развалины парников, грядки и кусты одичавшей малины в качестве прикрытия. Оставшийся рядом с Федькой охранник клацнул затвором автомата, и металлический звук в рассветной тишине прозвучал как сигнал к действию. Снова живот скрутило от дурного предчувствия, вдобавок и зубы заныли.

Рация, висевшая на жесткой клипсе на левом кармашке дружинника, внезапно зашипела.

- На позиции, — сухо выплюнул динамик.

- По моей команде — сближение, — сказал охраняющий Федьку боец. — Стрелять только поверх головы. Надо выкурить его из сарая.

- Принято.

Федьке захотелось закрыть уши, но не успел. Прогрохотала короткая очередь. Над дверью сарая доски разлетелись ошметками трухлявых щепок. Прижавшись спиной к бревнам, он шепнул какую-то молитву богам, слышанную им в детстве от бабки. Даже удивительно, как память смогла удержать слова и снять их с пыльной полки. Было жутко. Снова прогремела очередь. Дружинники били короткими, постепенно приближаясь к сараю. А Кирюха молчал. Неужто убили шальной пулей?

Выстрел из дробовика прозвучал хлестко, как приговор нажавшему на курок. Боец, прикрывавший своих напарников, покачал головой и сказал в пустоту:

- Твой кореш — конченный дебил. Сам себя в могилу загоняет. Что же такого он нашел в раскопе? Смелый до усрачки, первый раз такого встречаю. Обычно все штаны мочили и лапки кверху поднимали.

И Федька ему охотно поверил. Нельзя не поверить, когда такое говорит мощный плечистый мужчина с лицом человека, готового к самому неприятному повороту событий. Надо нажать на курок, чтобы разнести башку дураку — сделает этот.

Федька с любопытством уставился на небольшую коробочку, появившуюся в руках дружинника, на поверхности которой перемигивались несколько рядов светодиодных лампочек разного цвета. Сейчас вся верхняя шкала была залита нежно-зеленым цветом, но постепенно переходила в желтый. Боец выругался.

- Он артефакт активирует, что ли? Парни, осторожно! — заорал он, не таясь.

Цвет шкалы мгновенно прыгнул на красный. Прохладный воздух, только что обнимавший разгоряченного от страха Федьку, вспух фиолетовым выхлопом. Наступила жуткая тишина, давящая на перепонки. А потом…

Мощнейший взрыв буквально снес остатки крыши с дома, ставшего прикрытием для Федьки и старшего бойца. Волна обжигающего воздуха пронеслась мимо них, вырывая из земли сухой бурьян, поднимая вверх прогнившие жерди заплота. Встретив на своем пути машины, она играючи перевернула «орион», а внедорожник сдвинула с места, после чего унеслась к холмам.

Федька не понял, как оказался на земле. Осторожно подняв голову, он с ужасом увидел, что сарай, ставший прибежищем для Кирюхи, перестал существовать. Как и сгнившие парники, грядки, кусты и деревья. Даже угол старого дома был срезан невидимой гигантской пилой, отчего строение опасно перекосилось.

«Жив! — пронеслось в голове у Федьки. — Валить отсюда надо!»

Рядом с ним зашевелилась непонятная куча из бурьяна, досок и земли, под которой оказался оставшийся в живых боец. Мужик сел, очумело, глядя по сторонам. Из одного ужа темной струйкой вытекала кровь.

- Ах ты ж…, - с трудом ворочая языком, пробормотал он и зашарил пальцами по клапану кобуры. Федька почувствовал неладное. — Убью, гнида!

- Эй, эй! Хорош! — заорал Федька, выставляя перед собой руки. — Я-то здесь при чем? Сам чуть не сдох!

- Встал на колени! — завопил в свою очередь егерь. — Быстро, падла!

В этот момент раздалось тарахтение моторов, и на оголившийся пятачок вывалились два легких багги, в каждом из которых сидели по паре княжеских дружинника.

- Матюха! — с одного из них соскочил высокий подтянутый мужчина в камуфляжном костюме с обвесом, в котором кроме пистолета ничего не было. — Ты почему по рации не отвечаешь? Что за взрыв был?

- Старшина! — дружинник поднес к уху ладонь и поморщился. — Один из копателей активировал мощный артефакт. Назначение неизвестно. Не знаю, что с группой. Возможно, погибли.

- Осмотреть место! — приказал старшина остальным. — Все тщательно проверить через магический анализатор. Вещдоки, материальные доказательства применения магии — собрать, сфотографировать. Начинайте! В первую очередь пострадавших найти! Так, а это что за гусь? Тоже копатель?

Старшина подошел к стоящему на коленях Федьке и бесстрастно пихнул его коленом в плечо. Парень едва не завалился на землю. — Живо отвечай: что нашли в раскопе?

- Да не знаю я, — устало ответил Федька, — Ничего не знаю. Я был наверху, на палеве. Кирюха вообще ничего не сказал. Сразу в машину — и деру.

- Этого голубчика под охрану! Глаз с него не спускать! Утром отправим в Торгуев на дознание. Где вели раскоп, сможешь показать?

- Смогу.

- Отлично. Покажешь, расскажешь. Сейчас закончим здесь — поедем.

- А где Кирюха? — еще не придя в себя, глупо спросил парень.

- Дружок твой на молекулы рассыпался, сука! И ребят погубил! Уроды, даже не знаете, что из земли достаете, любители херовы!

Мужик снова занес ногу, чтобы пнуть съежившегося копателя.

- Истерику прекрати, Матюхин! — рявкнул командир. — Живо за работу! Протокол, фотографии, показания приборов. Нужно доложить князю, что здесь произошло.

Часть первая. Телохранитель. Глава 1

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ

Глава первая

Трость, мерно вращающаяся как лопасти ветрогенератора, стала набирать обороты. Мне с трудом приходилось контролировать бешеную энергию, рвущую из пальцев симулякр, превратившийся из кинжала в длинную лакированную трость с набалдашником. Рассекая воздух с гудением рассерженного шмеля, Ясни демонстрировал свою неукротимость и желание трансформироваться во что-то более серьезное и убийственное. Но я не давал ему такой возможности, с каждым разом подчиняя себе древний своенравный артефакт.

Постепенно набрав инерцию, трость превратилась в едва видимую мерцающую окружность. Налившиеся в нестерпимой энергии камни переливались всей цветовой гаммой. Теперь нужно очень осторожно расслоить Стихии по разным направлениям, но не одновременно. Иначе меня унесет за пару километров от места тренировки. Все приходится делать самому, используя в качестве эксперта своенравного Ясни — то еще фантомное чудо. Капризное, к тому же. Если есть настроение — появляется в виде мерцающей фигуры и охотно учит меня некоторым приемам.

Основ магической науки, увы, я от него не дождался. Так, некоторые крохи, которые сейчас использую в практических занятиях. Но меня можно поздравить: я научился распределять Стихии по разным каналам, не смешивая их. А то недавно хохма была: слил каналы Воздуха и Воды воедино. На следующий день в новостях взахлеб рассказывали о небывалом дождевом фронте, пронесшимся над Торгуевым и окрестными поселками и деревнями. Главное, маги-погодники совсем не ожидали, что с востока прилетит дурная туча с тоннами воды.

Ко мне приехали два учтивых господина из Комиссии по магическому надзору и мягко (на первый раз) пожурили за ребячью выходку. Никто, слава Богам, не пострадал, кроме животноводческой фермы на окраине города. Там водные потоки вырыли двухметровый овраг прямо на ее территории. Дело замяли. Подозреваю, что без Щербатова не обошлось. Ржал, наверное, когда выслушивал жалобы пострадавших.

Я овладевал Стихиями постепенно, не смешивая их без надобности, и все равно понимал тщетность своих попыток стать истинным хозяином своих магических способностей. Мало того, теперь приходилось проводить боевые испытания каждой из Стихий по отдельности. Равномерное жужжание вертящейся трости постепенно настраивает меня на решительность. Я начинаю видеть с помощью магического зрения потоки энергий. Светло-лазоревые дрожащие ниточки Воздуха, крутясь по часовой стрелке, сплетаются в плотную косичку и уверенно тянутся в пространство; желтовато-коричневые протуберанцы Земли как ошалевшие от испуга птицы, мечутся в разные стороны, но подчиняясь каким-то своим физическим или магическим законам, остаются строго в своем секторе; багрово-оранжевые искры Огня самые красивые и опасные, завораживают звездной россыпью на темном фоне; бледно-голубая Вода спокойна и умиротворена.

Решительно вздохнув, направляю энергию земной стихии в небольшой холмик, поросший густым кустарником и деревьями черемухи. Пространство вокруг меня едва заметно вздрогнуло, а из трости выплеснулась неряшливая клякса, которая с басовитым гудением понеслась к цели, теряя свои очертания в полете.

Бугдум! Тело ощутило вибрацию воздуха, полы моей куртки взметнулись как крылья птицы и опали, пропустив излишки энергии через себя. С деревьев посыпались листья, кустарники же согнуло чуть ли не до земли.

Не останавливаюсь и формирую кляксу из водных пузырьков, которые в полете начинают вытягиваться и образовывать довольно опасную конфигурацию в виде наконечника копья или лезвия. Неожиданно произошли какие-то изменения в структуре материи — и в холм ударили ледяные сосульки, войдя в плотный дерн чуть ли не на половину.

Я сбился с ритма, и гудящая сфера исчезла. Пропало ощущение восторга и мощи, черпаемой из недр своего организма. Сразу исчезли краски окружающего мира, наступило опустошение.

- Вот это крутяк! — раздался мальчишеский голос из небольшого подлеска с западной стороны, который закрывал мои земли от проходящей в трех километрах от имения автомобильной трассы.

Я побледнел и медленно повернулся, силясь разглядеть зрителя. Вижу только желтое пятно, мелькающее в пышных зарослях молодых елочек.

- А ну-ка, выходи с поднятыми руками! — закричал я, унимая бешено бьющееся сердце. В моих неопытных руках любой сбой в плетении мог закончиться плачевно для зевак. Потому и выбрал уединенное место подальше от строительной площадки, где вовсю шло возведение моего родового гнезда. Надеялся, что здесь никто меня не потревожит. Ага!

Из-за деревьев показался вихрастый мальчишка в желтой футболке с какими-то неяркими рисунками, больше похожими на брызги краски, в тонких спортивных штанах и в потертых бутсах со сбитыми носками. В руке он держал пластиковый бидон с закручивающейся крышкой. Лицо простецкое, горит восторгом. Я сдержался и не стал орать. Жив — и ладно.

- Сюда подойди, — я поманил его пальцем. — Да иди, не бойся. Бить не буду, в лягушку не превращу.

Последнее обещание воодушевило единственного зрителя. А то испугался, что после восторженных воплей получит люлей от страшного мага.

- Здрасьте, — мальчишка с любопытством уставился на меня, мгновенно просканировав с головы до пяток.

- Здорово, шпион! — я придал голосу звуки рушащихся с горы валунов. — Ты кто такой? Откуда взялся? Что вообще делаешь на частной территории? Знаешь, чьи земли здесь?

- Знаю, — пацан смешно сморщился от солнца, выглянувшего, наконец, из-за молочной пелены облачного утра. — Волоцкие здесь живут. Батька сказал, что молодой барин вернулся, дом строит. А я из Лукашино. Деревня тут неподалеку, возле дороги.

- Зовут как?

- Васька Шамарин. Мой отец в автослесарке работает.

- Сюда зачем пришел?

- Так воды набрать, — мотнул головой Васька. — Здесь родничок есть, вода вкусная. Бабка просит иногда, чай варит, глаза промывает. Полезная очень.

- И где он? — заинтересовался я.

- Да за холмом, куда вы ледяные копья метали! Я как раз туда и шел, потом увидел, как вы тренируетесь, и решил посмотреть.

- Ладно, хватило ума не лезть туда! — проворчал я, остывая. — Ты понимаешь, что мог попасть под магический удар! Мало того, сам чуть не пострадал, так еще и мне помешал закончить комплексную тренировку. Выдрать бы тебя прямо здесь!

- Я же не знал! — Васька удивленно захлопал глазами.

- Что ты не знал? — надо пацана немножко припугнуть, чтобы в следующий раз не лез бездумно через лес прямо под боевое кастование. — Не знал, что здесь частная территория? Врешь, паразит! Хозяин приехал — сейчас наведет порядок. Огородит все здесь, штрафы введет! Хочешь, чтобы батька за тебя расплачивался? Воды им захотелось! Все! Лафа кончилась, Шамарин Василий!

- А вы маг боярина? — любопытство перло из мальчишки, несмотря на мою грозную речь. — Говорят, в каждом дворянском Роде есть маги разных уровней.

- Архимаг, — не страдая скромностью, решил себе присвоить второй ранг. А что? С кинжалом Ясни можно и на звание архата замахнуться. Эх, мечты.

- Ого! — глаза Васьки полыхнули. — Покажите пару приемчиков? Ну, таких…простых.

- Простых…, - ворчу я. — Не могу. Я — боевой архимаг, работаю с плетениями, а не с живой материей (и как бы я превратил пацана в лягушку, интересно?). В общем, давай-ка, топай отсюда. Набирай воду — и вали домой. Если в следующий раз бабка вздумает чай попить из чужого родника — лучше предупреди меня заранее. А то хозяин сердиться будет. Нельзя здесь просто так бродить. Запрещено.

- А где вас искать?

- Где стройка — там и ищи, — подсказал я. — Я здесь часто бываю, контролирую рабочих по приказу господина Волоцкого. Понял?

- Да.

- Ну, тогда иди к роднику. Потом — домой.

Пацан чуток разочарован, я вижу. Но ничего поделать не могу. Неквалифицированный маг хуже обезьяны с гранатой. Угроблю пацана во время демонстрации какого-нибудь фокуса… Нет-нет.

Васька исчез за холмом, а я, вздохнув, пошел к «хорьху», ждущему меня на проселочной дороге, уже вычищенной и пригодной для проезда легкого транспорта. Там тоже следует поставить предупреждающие знаки. С самой весны здесь такая активность ведется, что народ с близлежащих поселков и деревень потянулся посмотреть, обеспокоенный шумом самосвалов и экскаватора. Узнав, что вернулся молодой хозяин имения, многие озадаченно чесали затылки. Не знали, что сказать.

Многие ведь приложили руку к разорению сгоревшего особняка и хозяйственных построек. Чуют за собой вину. Теперь живут в напряжении, что я начну за разор судиться. А мне оно надо? Да и как доказать, что именно такой-то и такой-то таскали кирпичи под покровом ночи на своих тележках? Глупости. Но пусть боятся. Полезно для будущих отношений.

Я сел в машину и погнал к имению, где кипела стройка. Компания трудилась ударно, возведя полностью первый этаж. Площадка была заставлена штабелями кирпича, плитки. Отдельно горой лежала арматура, гудела автономная бетономешалка. В общем, полюбовался я на свое будущее жилище, поговорил с прорабом. Семеныч, как все его здесь называли, был опытным строителем, за плечами у которого не один возведенный объект для аристократов. Так что он знал, как не расстроить клиента. Более того, посоветовал мне не мелькать здесь и не раздражать работяг. К осени здание будет полностью возведено, площадка убрана и замощена. Все коммуникации — по плану.

- И когда мне можно будет приезжать? — с усмешкой спросил я напоследок. — Тебе звонить?

Семеныч весело хохотнул и как бы в шутку ответил:

- Да одного раза в неделю хватит. Так, чтобы моих пацанов в тонусе держать.

- Договорились, — я пожал прорабу руку и поехал домой, то бишь в гостиницу, где продолжал жить, упорно отвергая предложения Щербатова переехать в какой-то загородный флигель, ничем не уступающий княжеским хоромам по комфорту.

Уже поздно вечером после ужина, сидя в кресле с бутылкой пива в руках, внимательно изучал узоры на ножнах кинжала. Телефон, лежащий на журнальном столике, отчаянно запиликал. Я с неудовольствием посмотрел на вызов. Хм, Мирослава собственной персоной. Что ей вдруг приспичило со мной поговорить? Или случилось нечто, и требуется мое присутствие?

Чего гадать?

- Да, хозяйка, — пряча усмешку, отвечаю в гулкую тишину.

- Прекрати паясничать, Волоцкий! — тон девушки слегка повышен, чувствуется, нервничает. И слова как-то странно растягивает. Да она под хмельком! — Ты сейчас где?

- У любовницы, — сбиваю княжну с агрессивного настроя.

Удалось. На несколько секунд зависает тишина. Потом взрывается возмущенным воплем:

- Какая любовница? Что за шутки идиотские?

- Мне нельзя уже и девушку завести? — пробормотал я в сторону, а потом снова бросил в трубку заледеневшим голосом. — У меня выходной. Сейчас ложусь спать, чтобы быть в конторе с раннего утра. Довольна?

- Хватит, а? Ты сможешь сейчас приехать в «Оранжерею»?

- Что я там забыл? — странная просьба Мирославы удивила.

- Меня! — раздраженно крикнула девушка. — Ну, пожалуйста! Я сейчас в таком состоянии, что за руль не сяду! А если папка узнает — он же меня, как лягушку из анекдота, наизнанку вывернет…ик! И вообще, мне кажется, кто-то за мной следит с самого города! Черный «скиф» всю дорогу тянулся за моей машиной, и сейчас стоит возле ресторана!

- Чтоб тебя волколак…, - я едва сдержал мат. — Кто это такие? Разглядела хоть что-то?

- Да ничего такого страшного, — язык у Мирославы стал заплетаться. — Мы все равно здесь с девчонками зависаем, но многие разъехались.

- Из наших кто знает?

- Только Лапочкина. Она обещала прикрыть меня, если папка начнет искать. Короче, Волоцкий, хорош трепаться, а? Приезжай. Мне нужно протрезветь и утром с ясной головой идти в контору. Там же куча документов скопилось по транзитным потокам из Швеции!

Вот же дурочка! Начала трепаться не по делу, сейчас нам не хватало еще, чтобы пошла утечка информации!

- Амулеты здоровья примени, в конце концов, — я едва сдерживался, чтобы не заржать. Это же надо так: пробухать весь вечер в загородном клоповнике, забить на свою работу и иметь наглость отрывать меня от законного отдыха.

- Умный, да? — задышала праведным гневом Мирослава. — Забыла дома. Ну, что ты деревянным прикинулся? Приедешь?

- Хорошо, жди меня и не высовывай нос из этой норы… Кстати, а где ты сейчас? Почему такая тишина?

- В туалете, а что? Здесь никого нет, музыка не мешает.

- Да ничего. Не вздумай на улицу выходить. Сиди в зале и не дергайся.

«Оранжерея» — это такой молодежный тусовочный клуб для аристократов. Я бы назвал его местным клубом клана Щербатовых. Там собираются ребятишки дворянского сословия, чтобы славно покутить на природе, покупаться в шикарном открытом бассейне, потанцевать. Глядя на это великолепие, не хочется ругаться, но надо. Я знаю, что там мажоры принимают наркотики, курят галлюциногены и прочую дрянь. Не хватало, чтобы и Мирослава втянулась в это дерьмо. Девушка мне нужна здоровой и с ясной головой. Так что ехать придется.

- Я буду через час. Воды побольше попей, сушняк, поди, долбит? И не жри всякую дрянь, которую вы любите давать друг другу.

- Дурак ты, Волоцкий! Как с княжной разговариваешь! — связь оборвалась.

Вот не знаю, ругаться или нет? Возись с этой взбалмошной барышней, свой выходной теряй. Ну, не зря же князь Щербатов свел нас вместе, зная характер своей доченьки. Досадить таким образом решил, а заодно провести эксперимент: укрощу ли я девку или она первой у меня всю кровь выпьет?

Делать нечего. Собираюсь с сожалением. Недопитое пиво уходит в холодильник. Натягиваю на себя простецкую и свободную одежку, чтобы в случае конфликтной ситуации никакие пиджаки и узкие брюки не мешали. Симулякр привычно повисает на металлической клипсе в кармане. На руках пара перстней: ведущий с сапфиром и алмазный. Для небольших кастований вполне хватит. А на кулаках я и без магии справлюсь.

Аккуратно выехал со стоянки, перекинулся парой слов с охранником, который открыл мне ворота и пожелал приятного времяпровождения. Молодец, никаких вопросов. Здесь многие стараются лишний раз не болтать. Не знаю, по какой причине. Боятся княжеских стукачей?

До «Оранжереи» я доехал быстрее, чем планировал. Дорога пустая, никто не мешает. Гони да гони. Осветив фарами стояночный комплекс, сразу же заметил тот самый «скиф» — темно-серый внедорожник, на котором только на рыбалку кататься. Стоит себе в сторонке, на площадку не заезжает. Успел заметить три силуэта внутри.

Припарковался, заглушил движок и пару минут обдумывал ситуацию. Кто это может быть? Люди князя? Кто-то доложил папаше, что дочка крутится в не в самом порядочном месте? Интересно мне, знает ли Щербатов о дурной репутации «Оранжереи»? Должен знать. Тогда почему не чистит эту клоаку? Свои интересы есть? Вполне себе версия.

Вышел из машины, захлопнул дверцу и неспеша направился к странному внедорожнику. Подошел со стороны водителя, постучал костяшками пальцев по стеклу. Темное полотно дрогнуло и скользнуло вниз. На меня смотрел молодой парень с мордой, которая в образовавшуюся щель никак не пролезет. Упитанный парень, плечи борцовские, пальцы, обхватившие баранку, похожи на сардельки.

- Чего надо? — недружелюбно спросил он.

Я мгновенно зафиксировал остальных. Четверо. Ошибся с количеством. Один спит, уютно сползши вниз по сиденью и положив голову на дверцу. Рядом с ним застыл низкорослый и худощавый тип. Значит, резким должен быть. Мелкорослые всегда такие, особенно жилистые. На соседнем с водителем сиденье такой же «борец», как и тот, который сейчас на меня смотрит.

- Закурить не найдется?

- Свои иметь надо, — ожидаемо ответил водила и закрыл окно.

Намек понятен. Отошел от машины и направился к заведению, откуда через открытую дверь несутся бешеные ритмы танцевальной музыки. Мне перегородил дорогу охранник с шокером на ременном поясе. Активно работая челюстями, сминающими жвачку, он поинтересовался целью моего визита. Ну, да, почему бы не возомнить себя вершителем чужих судеб, если посетитель приехал на скромном немецком «хорьхе».

- Я за княжной Щербатовой, — с легкой улыбкой ответил я, держа руки в карманах куртки. — Можно ли мне забрать ее?

- Кто вы, сударь? — несмотря на странную ситуацию, охранник держался спокойно, вежливо, не быковал. — И с чего вы взяли, что Мирослава Борисовна находится здесь?

- Дурочку не включай, — добродушно улыбаясь, ответил я. — Она просила меня заехать за ней и забрать домой. Или ты хочешь лишиться места?

- Шли бы вы отсюда, сударь, — охраннику стало не по себе. Внутренний голос шептал ему пропустить незнакомца, но служебные инструкции не позволяли таких вольностей. Аристократическая молодежь не любит, когда их тусовку ломают посетители в неподобающей месту одежке. Явно мещанин пробует прорваться внутрь. — Ей-богу, не имею права пускать вас.

- Не пустишь? — я сделал еще один шаг по лестнице и вытащил руки из карманов.

Охранник дернулся и застыл в неприятной для него позиции: рука на полпути к шокеру. Сверкнувшие в свете фонарей камни в перстнях выключили его мозг. Он даже не знал, что делать. Я похлопал ретивого служаку по щеке и вошел внутрь. На меня тут же обрушился шквал мерзостного звука, принимаемого некоторыми за музыку.

Поморщившись, огляделся в поисках Мирославы, но в сверкающей стробоскопическими вспышками темноте невозможно было рассмотреть что-либо, кроме мельтешащих теней.

Пришлось ловить официанта, который шел куда-то с парой коктейлей в руках.

- Братец, а где мне княжну Мирославу найти?

- А она в кабинке сидит, — неопределенно мотнул головой парень.

- В какой? — я что-то притомился объясняться с каждым работником этого гадюшника.

- Подождите, сударь, я покажу, — что-то в моем лице официанту не понравилось, и он быстро смылся. К его чести, вернулся быстро. — Пойдемте.

Парнишка провел меня между бушующими волнами танцующей молодежи в небольшой закуток, отличающийся большей тишиной и наличием четырех огороженных кабинок. Постучавшись в одну из них, он кивнул мне и испарился, словно боялся попасть под гневную руку княжны Щербатовой.

Я не стал дожидаться разрешения, жалея о потраченном времени. Толкнул хлипкую дверцу и вошел внутрь. Быстро оценил ситуацию. За круглым столиком сидят три прилично поддатые девицы. Мирослава среди них, хвала Богам!

- Ой, красавчик какой! — восхищенно хлопая глазами, пьяно засмеялась одна из девиц в зеленом коротком облегающем платьице, сидевшая на боковом диванчике. — Ты кто, мальчик?

- Дедушка Мороз, — ответил я, отчего Мирослава хихикнула. — Подарков у меня с собой нет, а вот Снегурочку заберу.

- А кто Снегурочка? — игриво спросила вторая, миловидная рыженькая, сидевшая рядом с княжной. — Я согласна быть ею!

- Угомонись, Ирина! — толкнула ее в бок Мира. — Сегодня Снегурочка — я!

И она, выкрикнув какой-то клич, воздела руки вверх. Девчонки захлопали в ладоши и предложили мне присоединиться к ним. Цирк на палочке, блин!

- Нам пора, — напомнил я мягко. — Извините, барышни, но я забираю Мирославу Борисовну.

Я ожидал увидеть упертую девчонку, даже готов был применить силу, чтобы увести отсюда свою начальницу, но Мирослава встала и шагнула из-за стола. Бутылка, попавшая под ее нетвердую руку, с грохотом упала на пол.

- Пока, девочки! — она послала подружкам воздушный поцелуй и вцепилась в меня как весенний клещ. — Уф! Штормит-то как!

На княжне было короткое черно-серебристое облегающее платье, и такие же, в тон, туфли на высоком каблуке. Ступая по полу, она неоднократно подворачивала ноги и едва не падала, удерживаемая лишь моей твердой рукой. Похохатывая, Мирослава успевала перекинуться с кем-то парой слов, обещала встретиться попозже — в общем, я употел, пока тащил младшую наследницу клана к выходу. Стыдоба! Завтра по углам начнут шептаться, портить репутацию своему патрону — князю Борису.

Охранник выпучил глаза от такой картины, и в его мозгу что-то щелкнуло, передвинув мыслительный процесс в ненужную для меня сторону.

- Стоять! — решительно перегородив мне путь, сказал парень. Шокер взлетел вверх, направляясь в мой подбородок.

Тело мгновенно среагировало на опасность. Модификаторы послали импульсы всем нужным мышцам через нейроны, готовя своего носителя к боевому ритму. Вместе с повисшей на руке Мирославой я отклоняюсь назад чуть ли не до хруста в позвонках, умудряясь сохранить равновесие, и перехватываю свободной рукой запястье с травматическим оружием. Скручиваюсь вбок и дергаю охранника на себя с одновременной подножкой. Парень летит носом в дверь и с грохотом открывает ее своей глупой головой.

И тут очнулась Мира.

- Болван! — завопила она. Остроконечный носок туфли врезается бедолаге в ребра. — Идиот! Ты что творишь? «Волчий билет» захотел, придурок?

- Княжна, простите меня! — охранник даже не думал вставать, получая очередной тычок.

- Хватит! — рявкаю я, выведенный из себя дурацкой ситуацией. Уже все надоело. Беру в охапку девушку и тащу ее к своей машине, краем глаза отмечая оживление в салоне внедорожника. По спине пополз холодок, отдающий неприятным жжением в крестце. Это появилось у меня совсем недавно, как я стал ощущать токи своего Дара. Магия помогает мне ощутить опасность, исходящую от чужой машины. Кто же это такие? Залетные?

Я открыл дверь и помог Мире сесть в кресло, заботливо застегнул на ней ремень безопасности, нечаянно проведя рукой по упругой груди, что резко снизило мою самодисциплину, сами понимаете. А хороша! Девушка спокойно перенесла мой косяк, но что-то неразборчиво пробормотала.

- Все, сейчас поедем, — сказал я, когда сел за руль. Снова кидаю взгляд на «скиф». Пока ничего необычного. Никто к нам не бежит и не садит из стволов по машине.

- А моя машина? — вскинулась Мирослава. Голос уже чуточку протрезвевший.

- Я утром пошлю Гиви. Он заберет твою зверушку, — пообещал я. — Представляю, как обрадуется парень, когда сядет за руль «Мазератти»!

- Если разобьет — я его казню на городской площади, — кровожадно пообещала княжна. — Ох, как же я спать хочу!

- Ничего, скоро в своей постельке окажешься, — я стал разворачиваться, одновременно с этим контролируя «скиф». А ребятки-то намылились за нами в самом деле! Черт, паскудство полное! Кто они такие? Какую цель преследуют? Ну, это понятно. Мирославу пасут. Но зачем?

Четверка во внедорожнике и не скрывала своих намерений. Как только я выехал с территории «Оранжереи», они увязались за нами и держались в пределах видимости. Попробовал оторваться — «скиф» тоже увеличил скорость. В голове проносятся десятки вариантов. Проехать, нарушая правила, под камерами, чтобы дорожная полиция среагировала? Или резко свернуть в какую-нибудь подворотню? Город я знал назубок, кроме новых микрорайонов, растущих длинной кишкой в западном направлении. Щербатовский особняк находился в старом районе, так что можно и попробовать.

Кидаю взгляд на Миру. Кажется, задремала, откинувшись на кресле назад. Даже похрапывать стала. Нашим легче. Притапливаю педаль газа — «хорьх» заурчал сытым котом и рванул по пустынной трассе. Через пять километров начнутся дачные поселки. Именно здесь нужно поиграться с преследователями. Посмотрю, как будут реагировать.

Мимо пронеслись белые строения местного санатория, освещенные яркими фонарями. Густой подлесок врезался в его территорию, образовывая уютную зону отдыха. Но мне не до красот. Увеличиваю скорость. Шкала спидометра дернулась и перескочила за цифру сто. Где там наши недружелюбные ребята?

«Скиф» уверенно шел за мной, выхватывая светом фар из ночи мою машину. Вот уже показались огни дачных поселков. И мой «хорьх», словно хлебнув воды, закашлялся и резко стих. Его как будто вырубили на ходу. Мгновенно осматриваю приборную панель. Топлива хоть залейся. Рулевое колесо крутится, и я хотя бы могу контролировать движение, не съехать в кювет. Но «хорьх» обиженно снизил скорость и вскоре остановился.

- В чем дело? — совершенно трезво спросила Мирослава. Она, оказывается, уже не спала и с тревогой смотрела на мои потуги завести мотор. — Ты почему балуешься магией? Места другого не нашел?

- Магией? — я удивленно смотрю на девушку. — Я даже маленькое плетение за рулем не сотворю. Мне делать нечего?

- Кто тогда остановил машину? Ты?

Я все понял. На меня, точнее, на электрику воздействовали ударным плетением, потому что ни одна дальнейшая манипуляция не привела к результату. Мы остановились, а «скиф», снизив скорость, медленно подъезжал к нам.

- Так это те самые уроды! — в голосе княжны послышались нотки паники. Она лихорадочно дернула на себя бардачок и стала там рыться. — Демоны! Это же не моя машина! Дай мне телефон, я позвоню отцу!

- Он не успеет приехать, — сказал я, разглядывая остановившийся в десяти метрах от нас внедорожник. Ладонью машинально хлопнул по карману, где висел Ясни. Пора мальчику поработать. Гиви все время удивляется, почему его босс не ходит с оружием. А я действительно почувствовал себя увереннее именно с кинжалом. Сросся с ним, можно сказать. Он мне иногда подсказывает дельные мысли. — Не надо никуда звонить. Я попробую с ними сам разобраться.

- Ты с ума сошел? — чуть не взлетела Мирослава. — Да тебя маг одним хлопком на молекулы рассеет!

Думаете, я на самом деле сошел с ума? Может быть. В моей голове мгновенно пронеслось несколько вариантов развития, каждый из которых мне не нравился. Если Щербатов узнает о стычке на пустынной трассе на окраине города, он сразу задаст вопрос, а куда глядел шеф группы безопасности? Отдыхал? Вот как? А почему он отдыхает, когда княжна по каким-то делам вздумала поехать в «Оранжерею»? Есть заместители? Есть. Почему не обеспечили охрану? И Гиви может поплатиться за свою беспечность. Удастся отбиться — придумаем какую-нибудь историю. Щербатов не должен знать, что Мирка, пренебрегая собственной безопасностью, подставляет не только себя, но и весь клан под неприятности. Я сам хочу разобраться со своими врагами. Мне помощники не нужны.

А у меня ведь есть свои планы на младшую дочь князя Бориса.

Князь не должен знать о попытке нападения. Вернее, он все равно узнает, но у меня будет время, чтобы предупредить своих помощников и отрепетировать рассказ, который преподнесем Щербатову. Я справлюсь. Пусть в ситуации, где заведомо я проигрываю в качестве мага, у меня есть «солнечный доспех». И владеть им могу без дрожи в руках. Убойную мощь Ясни я уже оценил на дороге, ведущей в Югорск. И почему судьба испытывает именно на трассах? Насмешка Богов? Завладел, типа, артефактом, вот и мучайся.

- Сиди на месте и ничего не бойся! — решительно сказал я. — Никому звонить не надо.

- Колояр! — голос Миры дрогнул. — Не вздумай с ними свои права качать или на драку их спровоцировать. У них маг со стихией Воздуха. Это он электрику «уронил». Видишь, по всей дороге фонари погасли? Постарайся зубы им заговорить. А я дружину вызову.

Ничего не сказав, я выскочил в бархатистую прохладу ночи, закрыв глаза. Несмотря на воздействие мага, фары «скифа» исправно освещали мою фигуру вместе с машиной. Отхожу чуть в сторону, чтобы свет не слепил сетчатку, и направляюсь к внедорожнику.

- Ребята, вы хамы, — громко говорю я, заметив три силуэта, маячащие передо мной. — Почему воздействовали на мою тачку магическим ударом? Буду жаловаться…

- Да хоть кому жалуйся, урод! — голос принадлежит тому качку, который сидел рядом с водителем. — Щас отпрыгнул в сторону и не мешайся! Девку мы заберем с собой. Все, свободен.

- А вы знаете, чья она дочь?

- Конечно, знаем, — вперед выступил тот самый, который спал на заднем сиденье. Лица не разгляжу. Но всеми клеточками ощущаю опасность. Да и артефакт возмущенно задергался в кармане. Что ж, если пошла такая пляска — дам Ясни покуражиться. Неужели передо мной маг? — Ты нам совсем не нужен. Можешь валить отсюда.

- А меня вы знаете? — никак не угомонюсь я.

- Знаем, — хохотнул борец. — Охранитель княжеского сочного тела.

- Заткнись! — оборвал его маг и вздернул руку, на которой стал формироваться лиловый сгусток с белесыми прожилками, похожими на разряды молний. Точно, «воздушник» с электрическими элементалями! Права Мирослава.

- Прекрасно, судари! Сами напросились! — я вытаскиваю из кармана симулякр и привычно отдаю мысленную команду на трансформацию. Пальцы мгновенно ощущают приятный холодок и дрожь вытягивающихся в длину ножен. Мне не удалось добиться от артефакта возможности носить его без красивого серебряного аксессуара. Ясни предупредил, что может «работать» лишь в паре со своими ножнами. Какая-то магическая связь между ними, неподвластная даже его уму. Вот и думай, а кем был мой невидимый товарищ: трансформером или все-таки антропоморфным существом? — Назовите ваши имена, сдайте оружие и проследуйте до ближайшего поста дружинников.

- Ты дурак, или жить надоело? — резко спросил третий, начиная движение с левой стороны. Он еще не понял, что произошло с моей рукой.

Мне нужно время, чтобы Мирослава дозвонилась до отца. В драку я вступить не боялся. Даже лучше, если смогу еще дольше задержать придурков, вздумавших выкрасть княжну.

- Назад, Фрол! — заорал маг и метнул в меня сгусток.

Вот чего у колдунов не отнять, так это чувства опасности, цепляющегося зубами за холку. Как он сообразил, что я готов ударить магией не колеблясь?

Трансформированный кинжал принял на себя воздушно-электрический шарик, и к моему удивлению, втянул его в себя. Пальцы онемели, но через несколько секунд пришли в норму. Независимо от моих желаний Ясни вытянулся еще дальше, превращаясь в ударную трость. Автоматически перехватываю его и начинаю вертеть, чувствуя, как загудел вокруг меня воздух.

Первым пострадал Фрол, пытавшийся обойти меня сбоку. Я сформировал каналы и пустил по одному из них водную струю, которая вошла в грудь похитителю замерзшей остроконечной сосулькой. Был Фрол — да сплыл. Извини.

Мозг пискнул об опасности. Маг-неприятель, слегка ошарашенный таким поворотом дела, решительно пошел в атаку. Воздушный кулак прилетел в мою сторону, отбросив меня на багажник «хорьха». Я банально не успел перестроить каналы, чтобы врезать по колдуну. Но трость держал в руках крепко. Пара взмахов — и желто-оранжевые искорки, сплетаясь в замысловатую фигуру какой-то птицы, взмыли вверх и после двух витков над головами нападавших, обрушились на голову мага и стоявшего рядом с ним дружка. Честно, я даже не думал, что сотворю такую странную форму. Хотел просто отмахнуться, чтобы ко мне никто не приближался. Получить по голове тяжелым набалдашником — то еще удовольствие.

Маг успел сотворить защитный купол, а вот напарника просто смело жаркой волной в кювет. Он что-то заорал от боли, но быстро затих, поглощаемый огненной волной.

Все произошло очень быстро. Это мне казалось, что время предательски растягивается и не дает мне отреагировать на опасность. Тем временем птичка, отогнанная лиловыми протуберанцами, обиделась и, раскалившись добела, присела на внедорожник. Жар достиг бензобака.

Пф-фф!

Пришлось рыбкой лететь на асфальт и распластаться на нем, вжимаясь всем телом. Волосы на затылке затрещали, а кожа, по моим ощущениям, стянулась в маленький комок боли. Еще мгновение — и все затихло. Только «скиф», потрескивая растекшимся лаком и пластиковыми деталями, горящим факелом освещал крыши дачных домов.

- Колояр! — раздалось быстрое цоканье туфель, и надо мной склонилось встревоженное лицо Мирославы. — Ты жив?

- Ох, ты! — я со стоном перевернулся на спину, крепко сжимая в руках кинжал. Удивительно, как не выронил его. — Как же жжет спину! Я не сгорел?

- Волосы немного опалило, — ее рука провела по моему затылку. — Одежду кое-где прожгло. Ты можешь встать?

- Да, сейчас, — как бы мне не было трудно, надо быстрее приходить в себя и валить подальше от места драки. Скоро здесь будет полиция и дружина вместе с магами. — Садись за руль. Я сейчас… Ты вызвала дружину?

- Да фиг там! — неожиданно выпалила княжна. — От телефона осталась спекшаяся пластмасса.

- Бесова задница! — выругался я. — Теперь новый аппарат покупать!

- Тебя только это беспокоит? — ошарашенно спросила девушка.

- Конечно! Как я без телефона! — со стоном поднимаюсь, и Мирослава отдергивает со злостью свою руку. Шипит что-то рассерженной кошкой. Но я не обращаю на нее внимание.

Лихорадочно смотрю по сторонам. Водитель однозначно погиб. Из лежащих я обнаружил только бездыханное тело мага (удивительно, почему его не спас купол?) и того, который улетел в кювет, обгорелого.

Тоже не дышит. А где четвертый? Нет его, испарился вместе с машиной. Быстро ощупываю карманы неизвестных наемников. Никаких блокнотов, записок, кошельков. Из добычи только десятизарядный «Болт», пара амулетов на шее мага и обрывок какой-то газеты. Пригодится. Вдруг смогу выудить какую-то информацию.

Бегу к «хорьху», падаю в кресло и кричу:

- Почему до сих пор стоим? Погнали!

- Не ори! — огрызнулась девушка, устраиваясь на водительском месте. — Хорошо, что движок заработал. Сейчас поедем!

Что «хорьх», что «мазератти» — для взбалмошной княжны все одинаково. Она вытягивала из моего конька все силы. Машина с ревом вылетела на городские улицы, сделала несколько серьезных заносов, от которых мне пришлось спасаться, крепко вцепившись в ручку над дверью. Успокоившись, девушка снизила скорость, поехала к моей гостинице.

- Тебе надо домой. Время позднее, — предупредил я. — Отца твоего уже разрывает от злости, что ты не отвечаешь.

- Не выдумывай, чего не знаешь, — фыркнула Мира, и левой рукой ловко отбросила челку со лба. — Мне не шестнадцать лет, чтобы отчитываться за каждый шаг. Ты в курсе, что он тебе доверяет?

- Неужели? — сделал удивленное лицо. — И к чему такой пассаж?

- К тому, что не приставил ко мне дополнительно людей Мисяя, заодно дублируя твою службу безопасности. Не выношу этого хмыря!

Мирка уже протрезвела, и этот зубовный скрежет про Мисяя не от алкогольных паров, а вполне осознанный крик души.

- Допустим, — осторожно ответил я, поглядывая по сторонам. Едем прилично, не привлекая внимания полиции. — Откуда у князя такая уверенность в моих силах и возможностях?

- А вот этого, господин Волоцкий, я не знаю! — усмехнулась девушка. — Можешь сам у него спросить. Вдруг он тебя проверяет. Как шпана говорит? На вшивость.

- Угу, — пробормотал я. — Ты, давай, домой поезжай. Не забывай, что это моя машина, и не мне выходить первым.

- Ты про мою тачку не забудь, — озаботилась Мира.

- Не переживай. Сказал же, что Гиви пригонит ее утром прямо к офису.

Откинувшись назад, я прикрыл глаза. Наступил откат, и организм потребовал энергетической подпитки. А еще пожрать бы. Мощно меня приложило, даже модификаторы не помогают. Ломает всего.

- Все хочу спросить, — княжна бегло взглянула на меня. — Что за меч у тебя в руках был? И куда исчез, пока ты карманы ублюдков обшаривал?

- Мой родовой артефакт. А ты думала, как мне удалось победить противника, сильнее меня по рангу? Только таким образом.

- А…где он? — сквозь маску безразличия чувствуется жадный интерес. — Что за фокус?

- Никакого фокуса. Клинок у меня за пазухой.

- Покажешь?

В голосе ни грамма приказа. Скорее, просьба маленькой девочки, избалованной всевозможными проявлениями волшебства, увидевшей настоящее чудо.

- Не могу. Оружие завязано на мою кровь. Очень много запретов поставлено передо мной. — несу чушь, понимая, как несвоевременно показывать симулякр представителю аристократического рода. Один до сих пор копытом бьет, желая заполучить артефакт. Хорошо, что я его отвлек раскопами на Курганных землях. Третий месяц вскрывают могильники.

- Вредина, — по-простецки обвинила меня девушка. — Не хочешь светить свои дополнительные возможности, потому что опасаешься моего отца?

Ты права, девочка. Нет желания отдавать в руки своего врага даже малейшую каплю информации. Пусть накручивает в своей голове версии и сам боится. А змея пока поспит, свернувшись, за пазухой.

Глава 2

Глава вторая

Раннее утро не располагает к мыслительной деятельности, когда требуется анализировать прошедшие события. Я с Ириной благодушно попиваю кофеек, с трудом удерживая в пальцах тонкую ручку изящной чашечки из офисного сервиза. Лапочкина более привычна к таким аристократическим излишествам, держит руку на излете, оттопырив мизинец. Она делает пару неспешных глотков, замирает на несколько секунд и снова оживает. Так можно часами вести беседу, но мы молчим. Изредка посматривая на настенные часы в квадратной черной рамке, которые неумолимо указывают на один вопиющий факт: наш главный босс, княжна Щербатова безнадежно опаздывает на службу.

- Уже два часа прошло, — правильно расценила мои телодвижения Ирина. — Ты точно довез ее до дома?

- Она лично сидела за рулем моей машины и безжалостно рвала коробку передач, — лениво ответил я. — Даже в щечку не поцеловала на прощание. Никакой благодарности за героическое спасение из лап наемников. Я свою работу провел ювелирно. А в ответ лишь презрительное хмыканье.

- Кстати, — на губах Лапочкиной мелькнула улыбка. Она отставила чашку в сторону. — Кто мог провести силовую акцию под боком клана Щербатовых? С такой наглостью я никогда не сталкивалась. Ты говорил, что нашел какие-то вещи в карманах наемников.

- Ничего интересного, — я выгреб из своего портмоне вражеские амулеты и клочок газеты, уже расправленный с помощью утюга в своем номере. Целый час убил, чтобы разобраться в напечатанных строчках, заляпанных то ли жиром, то ли маслом. Колбасу в газету заворачивали, что ли? — Никаких выводов пока не могу сделать.

Ирина зацепила пальчиками шнурок одного амулета и поднесла к глазам. Ноздри ее зашевелились, словно молодая женщина принюхивалась к вещице.

- Амулет, судя по всему, не боевой, — сказала она. — Похож на отслеживающий маячок. Или на какой-то технологический артефакт. А вот второй — вполне себе годная вещица. Такие амулеты в нашем княжестве не делают. Это я точно тебе говорю. Наши артефакторы обычно используют для защитных или дублирующих атакующих амулетов хризолит или агат. Не спрашивай, почему именно такие камни. Традиция, мать ее. А вот именно этот амулет сделан из мориона — черного кварца. Обычная его магическая суть — вызов духов или мертвецов. Все зависит от силы, закаченной в камень.

- Ты так хорошо разбираешься в камушках, — без тени усмешки произнес я, даже с толикой уважения. — Признаюсь, впечатлен. Спец!

— Приходилось по долгу службы, — усмехнулась Ирина. — У нас даже курсы были по амулетам. Из каких камней их делают, для чего предназначены, и прочие премудрости. Для девушек, в первую очередь, была важна красота поделочных и драгоценных камней. Пропускали мимо ушей магические формулировки…. Скучно же!

- А ты, получается, не пропускала?

- Кое-что запомнила, — Ирина гибко потянулась в кресле и тоже уставилась на стрелки часов. — Н-да, странно. Может, князь убил свою младшенькую?

- Не должен, — уверенности в моем голосе не было. И правда, что с Мирославой произошло? — Три-четыре часа на сон, побудка, помывка, помощь мага, чтобы убрать похмельный синдром. И макияж. Ах, да! Вот где причина!

- Солдафон! — фыркнула помощница, выслушав меня. — Много ты понимаешь в макияже! Ну как молодая барышня без него да с бодуна придет на службу? Давай, лучше разберемся с газетой. Что там интересного?

Она аккуратно взяла клочок компромата и буквально вцепилась взглядом в текст, который был напечатан полужирным шрифтом. Речь в нем шла о каких-то плотинах и верфях. В общем, водная тема. Ни названий городов, поселков, населенных пунктов или географических привязок — ничего. Как будто специально оторвали именно этот участок газеты. Хоть бы одно имя, город или фирма!

- На первый взгляд — никаких зацепок, — подтвердила Ирина. — Здесь пишут о каких-то верфях. Если так, то можно предположить местонахождение исходника… Речные или морские порты — больше никаких идей.

- А плотины? Они-то при чем?

- Плотины могут сооружать на реках, — призадумалась Лапочкина. — Колояр, я могу взять себе эту бумажку? Попробую через знакомых ребят хоть что-то выяснить.

Я разрешил. Мне не жалко. Весь текст я тщательно переписал в блокнот, не теряя ни единой запятой, ни единой буковки. Не зря пару часов корпел с увеличительным стеклом.

За дверью что-то грохнулось на пол, раздался вскрик нашей верной секретарши, потом ее невнятный голос, и резкий — Мирославы. Прибыла, наконец-то.

Дверная створка распахнулась. На пороге появилась княжна собственной персоной в весьма симпатичном коротком платье, подчеркивающем стройность ее фигуры и ножек. Туфельки в тон платья, бирюзовые с позолоченными застежками. Прическа… Нет ее, а только распущенные волосы по плечам и спине. Лицо взбешенное, но без следов похмельного синдрома. Очень цветущая и красивая девушка, словно не выпившая вчера изрядное количество вина. И не пинавшая несчастного охранника с кровожадными воплями.

Не глядя на нас, она процокала каблучками туфель до своего места и опустилась в кресло. Испуганной мышкой в кабинет заглянула Маргарита, и удостоверившись, что мы не поубивали друг другу, плотно закрыла дверь.

- Что? — княжна уставилась на нас, словно впервые увидела. — Колояр, где моя машина? Ты обещал, что она будет возле офиса!

- Здравствуйте, Мирослава Борисовна, — вежливо ответил я. — День чудесный, правда? И вы прекрасно выглядите, несмотря на некоторые обстоятельства…

Мирослава вспыхнула и одарила меня взглядом кобры, готовой цапнуть наглого нарушителя ее территории. Рука потянулась к бутылке с минералкой, которую я заранее поставил на ее стол. Приложившись к горлышку, девушка сделала несколько глотков, словно она портовый грузчик, а не изящная аристократка. Сушняк, м-да. Понимаю. Никакой магией не исправить.

- Гиви уехал за ней час назад, — примирительно сказал я. — Скоро здесь будет. Не нужно беспокоиться.

- Что у нас по переговорам? — Мирослава не собиралась успокаиваться. — Где Бессонов? Почему я его не вижу на рабочем месте?

- Касьян Иванович с самого утра подписывает документы с лопарями, — сказала Ирина. — Я лично сопроводила его вместе с Рогачевым и Анисимовым до переговорной.

Бессонов, кстати, заместитель Мирославы — родовой дворянин, клановый работник, менеджер, удивительно головастый мужик. Его к нам приставил сам князь Щербатов. Здесь даже дочь ничего не смогла поделать. Офис «Интерлогиста» — не детская забава, а вполне серьезная структура в клановом бизнесе.

Витька Рогачев и Андрей Анисимов — младшие клерки, помощники Бессонова. Шустрые ребята, тоже не с улицы. Из приличных купеческих семей, крепко дружащих с Щербатовыми. Здесь папаша сделал хитрый ход, не стал давить на Мирославу, навязывая целую кучу нужных ему людей, а все отдал нам на откуп. Ирина с Гиви на всякий случай проверили все следы и хвосты клерков, и дали добро. Мне-то что, согласился. Моя стратегическая цель не в собирании вокруг Мирославы крепкого спаянного коллектива, а планомерное расшатывание кланового фундамента.

- С финнами? — наморщила лоб Мирослава и застучала по клавиатуре. — Это те самые, из «Сан Вэлли»? Господин Пекконен?

- Ага, пробный груз через Торгуев. Десять тон молочной продукции, — подтвердил я. — Дело срочное. Нужно предоставить лучший транзит с наименьшими издержками.

- Ну, ничего. Касьян Иванович справится, — пробормотала Мирослава. — О, Боги! Какой день-то дурной!

- Лекарь не снял симптомы, — я посмотрел на Ирину, а та в ответ пожала плечами. Потом встала и вышла из кабинета. Наша коморка находилась через стену с отдельным входом, а вот приемную сделали общей. Надо бы Маргарите вторую помощницу, чтобы работала исключительно по нашим посетителям.

Некоторое время Мирослава сидела молча, прижав пальцы к вискам.

- У меня не болит голова, — вдруг сказала она. — Мне сначала пришлось выслушать нотации от матерей. Потом отец снял стружку. Он-то сразу просек, что я хорошо выпила. Амулеты не успели вывести токсины. Только приняла душ, как в доме начался хаос. Кто-то проник на Курганные Земли и раскопал древнюю могилу. Охрана перехватила идиотов возле заброшенного поселка, но один из них активировал какой-то артефакт. Рвануло так, что сбрило все постройки. Погиб один из копателей и двое егерей. Одного браконьера удалось схватить, его привезли в город. Я даже не выспалась! Там такой тарарам!

Даже интересно стало, почему князь мне сразу не позвонил, как только увидел доченьку в неподобающем состоянии? Мог бы высказать свое недовольство, но я спокойно спал остаток ночи, и никто не тревожил. Почему?

- Сочувствую, — сказал я искренне, потому что сам мало поспал. — Ты отцу рассказал о нападении?

- Не успела, — потупилась девушка. — Знаешь, из головы как-то вылетело!

- Сегодня еще получишь, — предупредил я. — Патрульные службы уже обнаружили сгоревшую машину. Сигнал, наверняка, ушел к князю. Проведут расследование, выяснят с помощью магов, что произошло. Давай, я свяжусь с Борисом Даниловичем, все объясню.

- Зачем тебе это надо? — откинувшись на спинку кресла, Мирослава снова схватила бутылку с водой.

- Затем, что я твой личный окружник, — рассердился я. — Это телохранитель, если перевести на доступный язык. Только смысл разный вложен.

- И в чем смысл слова «окружник»? — с любопытством посмотрела на меня девушка.

- Окружник — самый близкий человек, того, кого охраняет. Не клиент, а именно человек, завязанный на душевном родстве, который без колебаний примет смерть за своего подопечного. В древности такие люди работали не за деньги, а за совесть.

- Тогда ты — телохранитель, — рассудила Мирослава. — Тебе платят деньги, и ты защищаешь меня по необходимости. Не будешь же настаивать на какой-то симпатии между нами? Я вот тебя иногда на дух не переношу.

- Ты тоже вредная, — пожал я плечами, — а деньги я получаю не за твою охрану, а за работу в офисе. Налицо подмена понятий, но мы же этим не заморачиваемся!

Мирослава встала и прошла по кабинету до двери, потом повернулась и направилась к окну. Долго смотрела на расстилающийся с высоты десятка этажей городской пейзаж.

- Не будем ссориться, — неожиданно мягко сказала княжна. — Я немножко испугалась вчера, если честно. Спасибо, что защитил меня. Ты еще не разобрался, кто это был?

- Не в моих силах вычислить эту банду, — проворчал я. — Буду звонить князю. Покушение на кровного родственника — это, знаешь ли, не игрушки. Конечно, приложу все силы и возможности, чтобы выйти на след этих козлов. Но следователи справятся лучше.

- Хорошо, звони, — пожала плечами Мирослава, не оборачиваясь. — Ага, вот и Гиви приехал!

В ее голосе послышалось больше радости, чем от общения со мной.

- А ты переживала! — я усмехнулся. — Так я поехал разговаривать с твоим батюшкой?

Окидываю ее взглядом, неестественно выпрямленную, и отмечаю, что вчера княжна выглядела не в пример живее. Там она была настоящей, пусть и вредной. Махнув рукой, перешел из ее кабинета в свой, где уже крутился Гиви. Ключи от «мазератти» лежали на краю стола. Ирина пыхтела над клочком газеты, пытаясь выудить из него хоть минимум информации. По ее виду — все печально.

- Кто-нибудь слышал о ночном раскопе на Курганных Землях? — ради интереса спросил я, цапнув ключи со стола. Положил себе в карман. Потом Мире отдам. А то опять куда-нибудь улизнет.

- А что произошло? — подняла голову Ирина.

- Какому-то счастливчику — или дебилу, тут как посмотреть — удалось в раскопе найти некий артефакт. Вообще-то их было двое. Засекли парней, стали преследовать. А один из них применил находку. Оказалось, в их руках был боевой артефакт. Взрыв вышел что надо. Ну, одного так и не нашли. По кусочкам, говорят, переселился на небеса. Второй дает показания.

- Тебе Мирослава сказала? — Гиви закинул ногу на ногу и тщательно изучал атлас и что-то выписывал на листок бумаги.

- Да. В княжеском особняке все на ушах стоят.

- А я видел, что ты натворил на дороге, — Гиви с хитрецой посмотрел на меня. Ему было плевать, что произошло на Курганных Землях. Не его епархия, чего переживать-то? — Это надо же так уничтожить машину! Какие заклятия применял, шеф? Там все на сто метров вокруг выгорело. Дорожная полиция суетится, даже архимаг Зотов там засветился. Ползает по дороге, вынюхивает что-то.

Ирина оторвалась от газетного клочка и с любопытством стала ждать от меня объяснений. Перебьются.

- Вы работайте, работайте, — я направился к двери. — К вечеру дадите мне версии по вещдоку.

- А ты куда? — встрепенулась Лапочкина.

- К князю на эшафот, — я притворно вздохнул. — Глупенькая девочка посчитала, что может скрывать от своего родного папки попытку ее похищения. А я понадеялся на ее покаяние. Подозреваю, что Щербатов еще не знает.

- Ой, что будет, — без тени страха кинула мне в спину Ирина. — Ты держись, шеф. Мы за тебя пальцы скрестим. Не забудь преемника назначить.

- Зачем это? — я остановился на пороге.

- А вдруг князь тебя прибьет? Кто займет кресло директора Службы Безопасности?

Ох уж, эти женщины. Без подколок не могут.

- Работайте, — сурово повторил я и притворил за собой дверь.

****

Ирина, если разобраться, дала правильный совет. Щербатов от таких новостей меня обязательно укатает в асфальт, а сверху надгробную стелу поставит весом в пять тонн, чтобы не выбрался. Я совершил пару непростительных косяков: не проконтролировал передвижение Мирославы от офиса до дома (кто же знал, что ее потянет развлечься), а потом влип в историю с нападением неизвестных. Сосредоточенно ведя автомобиль, пытался выстроить диалог с князем. Беда, что я вообще не знаю, как себя вести с разгневанным папашей. То ли защищаться с помощью оборонительных плетений, то ли выслушивать поток брани. Убить он меня, конечно, не сможет. Я теперь и сам с зубами.

Предварительно я связался с Павлом — его старшим сыном. Он откликнулся тут же, словно ждал моего звонка.

- Привет, княжич, — с волнением вслушиваюсь, чтобы понять степень его информированности.

- А, Колояр! Здорово! — у Павла настроение неплохое. Голос бодрый. — Как вчера отдохнул?

К чему это он?

- Неплохо так, — осторожно виляю по скользкой тропке. — Какие новости?

- В офисе не был, что ли? На работу не тянет?

Княжич хохотнул.

- Был, заскочил ненадолго. Мне бы с твоим отцом поговорить. Не знаешь, где он?

- Дома. Собрал всю личную гвардию, дает распоряжения. Ночка еще та вышла! Пара идиотов разрыла курган и нашла артефакт…

- Про это я слышал, — оборвал я Павла. — Что-то еще?

- За городом нашли обгоревшую машину. Высокий остаточный фон примененной магии. Там все непонятно. Кто-то на наших землях балуется древним колдовством… Ладно, — спохватился Павел, обрывая свой разговор. — Я предупрежу отца, что ты к нам едешь. А то попадешь под горячую руку. Все, бывай.

- Бывай, — я отключился и бросил телефон на соседнее кресло. Два события, не связанных между собой, произошли в одну и ту же ночь. Кто-то, не подумавши, активировал находку, и его разорвало на части. Говорю же — идиоты. А участником второго стал я и Мира. Чудом живы остались. Н-да, будь я каким-нибудь эзотериком, тут же выдвинул бы версию о приходе в наш мир чудовищного зла. Так легче воспринимаешь непонятное. А Зотов — этот архимаг из магического стойла архата Невзора — ушлый тип. Каким-то образом вычислил, что применено непонятное заклятие, и даже указал, что оно древнее. Ухо востро надо держать с магом из Управления Княжеской Безопасности. Это же он когда-то задерживал меня в городе, когда мне пришлось выполнять спецзадание Жароха будучи кадетом.

Мой «хорьх» внешняя охрана князя уже знала в «лицо», но для порядка остановила перед задвинутыми створками изящных, вручную выкованных ворот; один из парней наклонился, вглядываясь в того, кто сидит за рулем, что-то буркнул и махнул рукой, разрешая проезд.

Поставил машину скромненько, с самого края автостоянки, чтобы не портить видом бюджетного авто сверкающие тачки хозяина и его жен, архата Невзора, Мисяя и супруги Павла. Все дома. Не спеша вылезать наружу, посмотрел на белоснежный фасад дворца, утопающего в нежной зелени деревьев, на аккуратные клумбы с цветами, чистые дорожки — это я так релаксирую, обретаю силу духа. Потом провел рукой по левой стороне груди. Ясни на месте, прикинулся авторучкой. Если будет угроза жизни — дьявол со всеми ими! Вытащу симулякр и постараюсь унести с собой парочку уродов: мага и начальника СБ. Князь… Щербатов, конечно, мозговой центр, но его «руки» — те еще цепные псы.

Во дворец меня не пустили. Здесь сработала иная система проверки. Сначала старший охранник с нашивками десятника потребовал какой-то допуск, которого у меня не было, а потом достал рацию и пробубнил в нее о моем прибытии. Только после консультации сказал помощникам — двухметровым столбам с кулаками-гирями — чтобы обыскали меня, после чего дали разрешение на проход.

Князя я нашел в Летнем гостевом зале в самом дальнем крыле дворца. Огромная комната выходила панорамными окнами прямо в густой тенистый сад, половина стены — раздвижная, чтобы присутствующие могли сразу покинуть зал и выйти насладиться свежим воздухом. Пол покрыт дорогущим паркетом с рисунками каких-то баталий всадников с неведомыми мне зверями. Из мифологии, видать, сюжет. Красиво. Сами рисунки выложены из шпона драгоценных деревьев и тщательно затерты бесцветной мастикой.

Удивительно, что Невзора я среди небольшой кучки мужчин не увидел. Щербатов в легкой белой рубашке, высокий и кряжистый, выделялся среди своих подчиненных породистостью и блеском драгоценных колец. Даже запонки золотые нацепил. Так, а Мисяй здесь. Куда же без него. Рядом с ним, страдальчески сморщив лицо, словно зуб заболел, топчется мужичок в камуфляжной форме с нашивками егерской охраны из Курганных Земель. Он моложе Мисяя лет на двадцать, но на висках отчетливо просвечиваются седые волоски. Н-да, служба не сахар.

Четвертого я уже где-то видел. Лицо смутно знакомое. Помянул, называется, черта! Только что думал о Зотове — а он сам нарисовался, собственной персоной. Заметив меня, чародей не стал морщить лоб в попытке вспомнить в молодом здоровом парне того самого бегунка из кадетской школы. Обо мне, ручаюсь, он уже наслышан. Показалось, или в самом деле архимаг едва заметно кивнул, приветствуя меня?

- Ага, Колояр уже здесь! — Щербатов резко повернулся ко мне, зачем-то сунул руки в карманы брюк. — Как провел выходной? Ездил на свою стройку?

Что ты ко мне пристал с моими выходными? Был договор? Был. А что я делаю в свое свободное время — не твое дело. Сохраняя спокойствие, утвердительно отвечаю:

- Все отлично. И дом строится.

- Хорошо, хорошо, — Щербатов прищурился. — Мне ничего сказать не хочешь?

- Для этого к вам и приехал, — нет смысла играть в изящные словеса. Знает он все. Просто хочет услышать именно от меня рассказ о вчерашних приключениях. Только почему князь такой спокойный? — Мог бы и пораньше, но думал, что ваша дочь все расскажет.

- Мирослава вчера оказалась не в состоянии внятно объяснить причину своего безобразного появления в доме, — скривил губы Щербатов. Ему было неприятно обсуждать дочку при других людях, но отпускать их князь не собирался. Что-то важное раскопали? — Я ее насквозь вижу. А тебе спасибо, Колояр, что прервал свой законный выходной и помог выдернуть княжну из клоаки. Получишь компенсационную выплату. Закрою я, наверное, загородную тусовку. Надоело слушать жалобы родителей. Не предполагал, что младшая дочь втянется в увеселения.

Так он не знает, что там устроили мажоры? Да не может такого быть! Или понадеялся на благоразумие дворянских отпрысков?

- Ну, день прошел, почему бы и не развеяться? — я пожимаю плечами. Чего тянешь-то? Бей! — А закрывать клуб не советую, княже. Если поставить туда надежного человека, можно столько интересного узнать о своих вассалах. Дети любят языками чесать, обсуждая достоинства родителей. У кого статус выше, кто ближе к князю удачно примазался…

Щербатов захохотал, запрокидывая львиную гриву. Зотов криво улыбнулся. Мисяй и десятник сохраняли каменное выражение на лицах.

- Пожалуй, так и сделаю. Мисяй, отработай этот вариант. Найди ушлого, но сообразительного мальчишку, чтобы много слушал, да мало болтал.

- Да, хозяин, — Мисяй скользнул по мне взглядом, в котором светилось предупреждение: не лезь не в свое дело!

На несколько мгновений в зале наступила тишина. И это все? Щербатов и в самом деле не знает, какая история приключилась с нами на дороге? Ничего не понимаю. Молчит, не спрашивает. Про себя вздыхаю, призывая на помощь все силы.

- А что было дальше, когда я вез Мирославу домой, она не сказала?

- Полагаю, ты ради этого искал встречи со мной? — нахмурился Щербатов. — А теперь докладывай, что за люди преследовали вас по дороге? И как вам удалось сжечь группу наемников? Мира для таких жестких техник слабовата. И почему твой человек не сопровождал Мирославу от офиса до клуба и домой?

В голосе князя послышались угрожающие нотки, предрекающие Гиви очень большие неприятности. Черт, надо спасать парня, пока его не закопали за городом.

- Прошу прощения, княже, — голову не наклоняю. Перебьется. — День был закончен, в офисе оставались только мои люди и ваша дочь. Никто не знал, что она собралась в клуб. Гиви позвонил мне и отчитался за день. На часах — девять вечера. Я приказываю ему сопроводить княжну Мирославу до дома, но что она наговорила молодому парню — понятия не имею. Может, применила уговорное заклятие. Гиви с Ириной покинули офис в девять двадцать. Княжна позвонила мне в двенадцать и попросила приехать в «Оранжерею».

- Бардак! — взвился Щербатов и тут же снизил накал своего гнева. Ощутимо толкнуло горячей волной от магического удара. У стоящих рядом с ним мужчин зашевелились волосы. Десятнику мгновенно поплохело. С лица спал, побелел. — Ладно, об этом мы еще поговорим! Что дальше?

- Я еще во дворе клуба заметил «скиф» с номером чужого княжества. Возможно, саратовского. Возможно, заволжского. Попробовал выяснить, кто такие. Все незнакомцы. Трое — явные исполнители. Четвертый тщательно скрывал свое лицо в темноте. Делал вид, что спит. О том, что это маг, мы узнали позже.

- Мисяй! — повернулся к своему верному псу Щербатов. — Еще раз тщательно расспросить персонал «Оранжереи», просмотреть видео с камер наблюдения. Все поминутно. Может, найдете какую зацепку. Выяви всех поименно, кто находился в клубе. Опросить каждого от моего имени. Не жалей, дави до конца. Даю полномочия, чтобы некоторые впечатлительные родители слезы не пустили. Записи дорожных камер не забудь. Все просмотри. Ищи «скиф», засвеченный в «Оранжерее». Раскадровка поминутно. Выполняй!

- Слушаюсь, хозяин!

- То есть, ты не знаешь людей, которые были в машине? — еще раз уточнил Щербатов.

- Ни малейшего понятия, — жму плечами. — Обычные «быки». Про мага мы узнали, когда столкнулись с ними на дороге.

- Вас остановили? — влез Зотов.

- Маг заблокировал двигатель. Машина заглохла посредине дороги. Убегать по открытой местности? Не видел смысла. Пришлось вступить в переговоры. Выяснил, что целью является княжна Мирослава. Они даже не скрывали своих намерений, смешные ребята. Думали, что закопают меня в кювете, и все секреты исчезнут вместе с княжной.

Щербатов жутко побагровел, да так, что от него на всякий случай отодвинулся архимаг. А десятник полевой стражи вообще спал с лица. Невидимый вихрь сплетаемых в единое целое ударных заклятий сформировался над головой князя, и кому предназначался такой подарок — поди угадай. Я тоже активировал свои небольшие умения прикрытия. На всякий поганый случай. Ага, наскоро сколоченным из досок щитом решил защититься от боевого молота!

Однако хозяин расслабился, словно у него в каком-то месте открыли клапан, и весь пар вышел наружу, не принося вреда окружающим.

- Они так и сказали?

- Да. Целью была Мирослава, подтверждаю.

- Почему дочь не позвонила мне или Мисяю? — голос Щербатова вибрировал.

- Телефоны не работали. Магия… Сплошные помехи, — спокойно отвечаю на вопрос. — Бесполезная трата времени.

- Как вам удалось отбиться? — снова встрял в разговор Зотов. Князь, однако, стерпел, и не выразил своего неудовольствия. Он слишком погрузился в свои мысли.

Я молча поднял руку и показал блеснувшие в рассеянных солнечных лучах перстни. Покрутил пальцами.

- Не понял?

- Оказывается, предки оставили мне отличные артефакты, — пришлось пояснить для хлопающего глазами архимага. — С помощью перстней и с поддержкой княжны Мирославы. Вдвоем одолели супостатов.

- Никто не выжил?

- Нет. Все четверо погибли.

- Все-таки четверо?

- Я считать умею. Один просто испарился в огне.

- Проклятие! — Зотов даже ногой притопнул. — Как нам искать заказчика?

- Вы мне ставите в вину убийство наемников? — холодно поинтересовался я.

- Нет, уважаемый, — архимаг, пусть и имевший Дар, смешался перед дворянином. Вот так. А то распушил перья, ножкой затопал. — Если было одно покушение — будет и второе. Но у нас нет информации, кого искать!

Вместо ответа я преподнес оба трофейных амулета, взятых у Ирины, и Зотов мгновенно превратился в хищника, почуявшего след. Он схватил артефакты и чуть ли не обнюхал их. Лапочкина тоже так делала. В Управлении принято нюхать вещдоки?

- Полагаю, в свете последних событий, — я сделал важное лицо, отчего даже Щербатов вынырнул из своей задумчивости, — нужно собрать сведения о всех фирмах и корпорациях, задействованных в логистических передвижениях по новому княжескому терминалу. Возможно, кто-то оказался недоволен контрактом. Или кому-то отказали в более ранних сроках переброски товара. Особенно я бы посоветовал проверить британские и немецкие компании, входящие в клановую структуру. Кто-то хочет обстряпать под прикрытием свои делишки, заодно подставляя вас, Борис Данилович.

- Дичайшая версия, — фыркнул рассерженным котом князь. — Кому нужны такие странные комбинации? Нет, здесь дело в другом… Есть люди, которые хотят потеснить меня на этом направлении…

Он резко оборвал свои рассуждения и спросил меня:

- Ты можешь сейчас добросить десятника до казармы? А то краснеет и бледнеет от моего магического фона. Ты все понял, Алексей? Того мальчишку перевезти в Управление и держать до тех пор, пока я сам лично с ним не поговорю. Не бить, не издеваться. Кормить по нормативам. Передай Петренко, чтобы продолжал допросы. Может, что новенького расскажет. Все понятно?

- Да, хозяин, — кивнул Алексей и посмотрел на меня.

Кажется, Щербатов нас отправляет подальше. Обмолвился непонятной фразой, сразу засуетился. Ладно, черт с ними, с этими загадками. У меня в руках газетный огрызок. Вдруг Ирина да выяснит что-то.

- Пошли, десятник, — я приветливо кивнул. — Доброшу, не переломлюсь.

Глава 3

Глава третья

Как только мы выехали за ворота особняка, Алексей дрожащей рукой достал из кармана куртки пачку сигарет с забавной рожицей какой-то лохматой собаки и посмотрел на меня:

- Не возражаешь, если я закурю?

- Валяй, — я покосился на десятника. — Только окошко открой. Дыми на здоровье.

Парень хмыкнул, но охотно откликнулся:

- Да ты шутник, Колояр. Я, когда рядом с князем стоял, полжизни потерял. И вот так каждый раз. Жуткий он человек. Вроде ничего страшного: и за дела умеет поговорить, о своих людях заботится — но, если попадешь под горячую руку… А тут еще два подряд события. С дочкой Мирой, да на Курганных Землях. С утра бушует, уже пару перегородок снес, ладно не убил никого…

Алексей выдохнул дым в окошко и замершим взглядом уставился в лобовое стекло. Я задумался.

- Какие перегородки?

- В старом крыле дворца ремонт идет, — пояснил десятник. — Когда хозяин услышал о происшествиях, жутко разозлился. Короче… Шарахнул своей Силой, да так, что стены не выдержали. Осыпались в мелкий щебень. И это, заметь, за сорок метров от того места!

- Так что произошло-то? — слухи о пойманных «черных» копателях стали расходиться волнами, но подробностей, как бывает, никто не знал или не говорил сознательно. — Кого поубивало?

- Да придурок один с нарезки слетел. Ночной патруль давно отслеживал район, куда еще никто свою голову не толкал. Квадрат два-бэ, самый дальний угол, почти рядом с твоими землями, — Алексей бросил на меня быстрый взгляд. — Мы его контролируем с беспилотника. Накануне засекли парочку, которая отлеживалась в овраге, чтобы ночью прорваться к курганам. Старшина приказал брать их с поличным, чтобы не отвертелись. Знаешь, как бывает? Подняли артефакты, а мы тут как тут. Погоня, крики, стрельба поверх голов. Зачастую все, что накопали, сбрасывают с рук. А что нам остается? Ребра помяли да отпустили. Толку-то идиотов держать за решеткой? От них одна польза: улицы подметать.

Алексей тяжело вздохнул, двумя пальцами загасил окурок, щелчком выдвинул из приборной доски пепельницу и положил его внутрь. Я про себя хмыкнул. Парень не стал выкидывать бычок в окно. Я уже заметил, что на улицах Торгуева стало гораздо чище, чем в мою бытность кадетом. Постепенно исчезали слободки, новостройки радовали глаз. Фасады домов обновлены, дороги расширены, аккуратные разметки, тротуары, стало много закусочных и кафе, которые предпочитали выставлять дополнительные столики на улицу. Князь дорожит репутацией рачительного хозяина. Но в укромном шкафу у Щербатова много скелетов. И вытащить одного из них я его заставлю.

- Так что случилось с теми копателями?

- Все, как обычно. Дождались момента, когда они достаточно углубились вглубь кургана и на двух машинах рванули для задержания. Мы действовали по старой схеме, зажимая воров к старой проселочной дороге, которая шла через Суходольную… Знаешь, небось?

- Да, слышал, — кивнул я. — Оттуда жителей стали расселять, чтобы очистить Курганные Земли.

- Ага, так и есть. Последних, самых упертых стариков, вывезли десять лет назад. Само собой, людям предоставили компенсацию или за счет князя купили дома в других местах.

Я едва сдержал скептическое хмыканье. Несколько поселков закончили свое существование именно таким вот способом. Щербатов просто совал деньги в зубы и заставлял людей съезжать, порой прибегая к откровенному запугиванию особо несогласных. Об этом мне рассказали люди, жившие здесь когда-то. Много чего интересного я услышал.

- Дальше, — поторопил я. Скоро до места доедем, а все вокруг да около бродит.

Алексей, видимо, сообразил, что мне это не интересно, и вернулся к главному.

- Мы нагнали их возле Суходольной, а там стоял третий наш патруль, перекрывая дорогу. Беглецы поняли, что убежать не получится, бросили машину и спрятались в деревне. Там еще несколько дворов осталось. Вот, один успел в каком-то сарае закрыться с оружием. Второго мы цапнули и попытались выяснить, что они нарыли в кургане. Стервец пошел в отказ, говорит, ничего не видел, что его дружок вытащил. А он вытащил, по роже было видно. В общем, блокировали кореша, а он пригрозил, что стрелять начнет. Испугался, активировал артефакт.

Егерь помолчал, собираясь с мыслями.

- Даже личные амулеты не помогли ребятам. В самом эпицентре оказались. Родным только горсть земли в мешочках привезли. Не знаю, что за дрянь оказалась в руках идиота. Сам себя угробил. Разрушения в радиусе сорока метров. Все строения как корова языком слизнула. Как жив остался — до сих пор не пойму.

- На что это было похоже? Я имею в виду, характер взрыва?

- Как сказать… Да просто ослепляющая вспышка, потом с двухсекундным интервалом — взрыв. Странный какой-то. Звук, больше похожий на хлопок, но громкий и усиленный. Резко так… Ну, как будто раскаленную иглу воткнули в огромный надутый шар.

- Понял, — подъезжая к казарме, где квартировались егеря и дружинники, сказал я. Остановил машину, пожал протянутую мне Алексеем руку. — Ну, бывай. Спасибо, что интересную историю рассказал. Мне тоже не помешает позаботиться о своем заповеднике. Черт его знает, что в курганах еще лежит.

- Так ты же отдал в аренду раскопы! — удивился егерь, стоя на улице.

- Все равно, — возразил я. — А если кому-то удастся найти похожий артефакт? И пронести в город?

- Да, тут ты прав, — егерь махнул рукой и поспешно пошагал к КПП.

Я отъехал и задумался. Проблему «черных» копателей можно решить только комплексной мерой. Если шустрым ребятам удастся вытащить на поверхность древний амулет, куда они его понесут? Ясно, что к нелегальным скупщикам-антикварам. Поэтому Щербатову нужно взять на контроль всех барыг и строго-настрого предупредить, чтобы сдавали опасные медальоны и артефактные амулеты. Не хватало еще дилетантов, разносящих город на мелкие кусочки.

По себе сужу, когда попробовал активировать клинок Ясни, еще там, в Демидово. Едва квартиру не развалил. Поэтому к магии, таящейся в перстнях и в ноже, отношусь с должной осторожностью. Я ее уже не боюсь, но считать себя опытным владельцем Солнечного Доспеха пока не тороплюсь. Мне бы наставника, не связанного с кланом Щербатовых, найти. Практика, практика и еще раз практика. И не только связанная с убийством бандитов.

Вспомнив, какой фейерверк я устроил на дороге, улыбнулся. Все-таки постепенно ко мне приходит опыт. Подумать страшно, что бы я делал без советов и консультаций моего призрачного фантома по имени Ясни. Здорово он мне помогает.

Теперь можно и обратно в офис. Хочется узнать, как далеко продвинулась Ирина в своих изысканиях с клочком газеты. Понимаю, что все это несерьезно. На основе трех-четырех ничего не значащих печатных фраз нельзя выяснить локацию, откуда идет угроза Щербатовым. Отбросив все ненужные мысли, я доехал до офиса, поставил машину на стоянку и никуда не торопясь, поднялся до кабинета. Ирина и Гиви находились на месте.

- Живой! — обрадовалась Лапочкина. Она сидела за своим столом и увлеченно щелкала «мышкой».

- Играетесь? — придав голосу начальственные нотки, я прошел до кресла, по пути заглянув в маленький холодильник, откуда достал запотевшую бутылку минералки. С облегчением рухнул на мягкое сиденье. Ничего не хотелось делать. Сейчас отдохну и пойду к Мирославе. Надо бы серьезно с девчонкой поговорить. Могла бы отцу сказать, что случилось на дороге. Потеряли время для расследования и инициативу. Я даже допускаю мысль о нахождении в городе еще одной группы противника. Если княжну захотят использовать в непонятных комбинациях — ее все равно достанут.

- Я маленькая, что ли? — фыркнула женщина. — Ищу по каталогам газеты близлежащих губерний.

- А что это тебе даст?

- Сверюсь по шрифтам, — откликнулась Ирина, уткнувшись в экран. — Местные газеты используют свои, а не столичные. Возможны различия.

О, как! Вот это подход!

- Есть успехи? — все-таки в моем голосе было столько скептицизма, что Лапочкина с усмешкой подняла на меня голову.

- Уже три совпадения, господин Волоцкий, если вас это обрадует.

-Три — это много, — я задумался. — Вот если бы одно, но точное, можно было пить шампанское.

- Еще не вечер, — пробурчала моя помощница. — Что-то да отсеется. Какие вы, мужики, нетерпеливые.

- Гиви, княжна на месте? — спросил я, с хрустом сворачивая крышку бутылки. Сделал несколько глотков. Хорошо.

- Так точно, командир, — оторвался от журнала парень. — Дважды выходила из кабинета. Сопровождал до кафе, потом обратно. Целый час просидела с нашими юристами, готовили какой-то договор. В подробности не вникал.

- Ладно, — оторвав зад от удобного кресла, я героически преодолел лень и нежелание куда-либо двигаться. — Пора проведать хозяйку. Может, уговорю на свидание.

- Шеф, серьезно? — Гиви едва удержал челюсть на месте. — Вот это натиск! Понимаю!

- Послужил бы с мое в дикой тайге, — усмехаюсь. — Там без прыткости можно сразу в белые тапочки обуваться.

Мирослава уже успела переодеться. Теперь на ней было темно-синее приталенное платье с открытыми плечами. Наряд, приличествующий обстановке. А то всех мужиков до инфаркта доведет. Я успел заметить, что и туфли у нее под цвет платья. И где она, интересно, прячет гардероб? Есть тайная комната в кабинете?

- Привет! И суток не прошло, как я снова перед тобой! — шутливо произнес я, плотно закрывая дверь.

- Что сказал отец? — выпалила девушка, тщательно скрывая свое волнение. — Чего молчишь?

- Ничего не сказал, — я пожал плечами, и подойдя к подоконнику, оперся на него спиной. — Знаешь, он очень забеспокоился, когда я рассказал ему вчерашнюю историю. Сейчас служба Мисяя роет землю по всем направлениям. Думаю, рано или поздно что-то всплывет.

- Ты все рассказал?

- Конечно, — я снова отпил из бутылки, предусмотрительно захваченной с собой. — Теперь все перемещения вне офиса только под охраной. Все поездки к друзьям и подругам согласовывать со мной. Не вздумай моих людей отшивать со своей княжеской непосредственностью. Твой отец — не мягкий плюшевый медвежонок. Он за тебя на кол любого посадит. Не подставляй никого.

- Ты моего отца плохо знаешь! — вспыхнула Мирослава, одним движением сломав карандаш пополам. — Он не зверь, каким его представляют недруги!

- Оставь в покое канцелярские товары! — предупредил я. — За них деньги уплачены. В общем, мои правила вступают в силу с этой минуты.

- На свидание с мужчиной тоже со мной поедешь? — рыкнула княжна.

- Надо будет — поеду. И твоего кавалера проверю на благонадежность.

- Ты скотина, Волоцкий!

- Нет, я просто выполняю свою работу. Кстати, какие у тебя планы на вечер? В «Оранжерею» не собираешься?

- Не хочу, — буркнула Мирослава, выбрасывая обломки карандаша в корзинку для мусора. — Домой поеду. Чувствую, сегодня мне устроят головомойку обе мамы. Что не успели закончить ночью, теперь зададут по полной программе.

«И поделом, — подумал я. — Будешь знать, как жизнями чужих людей играть. Приказала никому за ней не ехать, умотала к черту на кулички, где запросто могла попасть в лапы наемников. Случись что — Гиви и Ирину пустили бы под пресс без излишних разбирательств. Оставили бы в живых — тоже вопрос».

- Тогда приглашаю в кафе после работы, — сказал я. — Посидим, поговорим как взрослые люди. Дам несколько наставлений, научу, как вести себя в опасных ситуациях. Пригодится.

- Ага! Ты меня на свидание приглашаешь? — хмыкнула княжна и невольно поправила прическу.

- Деловой ужин. Потом лично домой отвезу. Говорю же тебе: с этой минуты с тебя глаз не спущу. Или с помощью глаз Гиви и Ирины.

- Хорошо, я согласна. Пусть свидание и деловое, но оно меня заинтриговало!

- Лучше расскажи, что у нас по клиентуре?

- Сегодня еще две компании из Европы связывались, — охотно откликнулась Мирослава. — Заинтересовал проект в Жигулях. Причем, тенденция складывается такая: большинство фирм желают перевести транзит в Среднюю Азию. Самые активные направления: Бухара, Коканд, Хива, Герат. Туда — промышленные лицензионные товары, а оттуда — ткани, ковры, вино, драгоценности, пряности. Товарооборот, по нашим прикидкам, вырастет в десять раз по сравнению с прошлыми годами.

- А наши купцы не хотят присосаться к этому трафику? — мне стало интересно, каким медом намазано в среднеазиатских ханствах, что туда рванули чопорные европейцы. Зуб даю: или немцы, или шведы. Британцы, само собой. Они в Герате открыли свое представительство, мышкуют потихоньку с опием. Почему знаю? Да потому что ловил опийные караваны во время службы в Семиречье. Говорят, маковый сырец перерабатывают с помощью магических эликсиров в зубодробительный наркотик в тайных лабораториях, которые контролируют британские службы. Через Торгуев можно существенно быстро перебросить товар в Европу. Так что транзитный терминал в Жигулях кое-кому попортит финансовую статистику, кто был завязан на наркоте. Вот отсюда и могут расти уши покушения на княжну Щербатову.

- Есть несколько купеческих семей и пара компаний из родовитых Семей, — кивнула Мирослава.

- Дашь мне их фамилии?

- Не вопрос, — пожала плечами девушка. — Тебе-то зачем? Не ты же ведешь переговоры?

- Хочу совместить твои данные с исследованиями Ирины, — усмехнулся я.

- Ладно, подожди пару минут, — Мира взяла новый карандаш и быстренько начеркала требуемое в блокноте, вырвала листок и отодвинула на край стола. Я не поленился, подошел и забрал его. Внимательно прочитал.

- Хм, Антиповы и Панины, — почесал переносицу. — Ярославские аристо?

- Ага. Их представители уже связывались со мной. Хороший контракт предлагают. Но это Панины. Антиповы в Москве сидят.

- Ярославль, — я прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Если шрифт из клочка бумаги совпадет со шрифтами ярославской типографии? Что это значит? Пока ничего не значит. Просто появляются интересные комбинации.

- Что ты так к Ярославлю прицепился? Подозреваешь в нападении Паниных? — Мирослава откинулась на спинку кресла. — Что-то вы рьяно роете, господин Волоцкий. Даже страшно становится, до чего докопаться можете? Не лезь в чужую нору. Панины тебе мгновенно голову оторвут!

- С чего вдруг такой официальный тон? Мы же теперь друзья, как-никак! — шутливо ответил я.

- Пожалуй, позвоню-ка я папке, — невпопад ответила Мирослава.

Чтобы не смущать девушку своим присутствием, я вернулся в свой кабинет и подкинул идею про газеты из Ярославля. Ирина со смехом ответила, что ярославская печатная продукция уже проверена и попадает в раздел подозреваемых. Именно такой же шрифт используют «Городской вестник» и «Волжские зори». Одна из газет принадлежит Паниным.

- Зацепка номер два, — поднял я палец.

- Почему номер два? — удивился Гиви, продолжая терзать кроссворд.

- Потому что первая — фамилия клана Паниных. Она фигурирует в списке потенциальных клиентов по транзитным перевозкам.

- Но есть еще и Нижний Новгород, Казань, Чебоксары, Саратов, Вологда, — усмехнулась Ирина. — И там совпадения по шрифтам.

- А кто там из аристократов заинтересован в перевозках?

- Ну… Почти никого, — созналась молодая женщина.

- То-то и оно! — назидательно сказал я. — В первую очередь проверяем Ярославль. И вообще, у меня сегодня деловой ужин с княжной. Что бы ты посоветовала, Ирина, надеть? Костюм не хочу, жарко.

Ирина критически осмотрела меня с прищуром.

- Молодой мужчина, крепкого телосложения, гармонично развит. Бицепсы, трицепсы, руками подковы гнуть можно. Подбородок, правда, слегка подкачал. Слабоват… Ну, это по моим меркам, господин Волоцкий, не обижайтесь. Вы не замечали, как девушки всех отделов вас глазами едят? Нет? Берегитесь!

- Ирина, я просил совета в выборе одежды, а не предупреждения о людоедках в офисе, — мягко напомнил я. Видел этих девиц. Да, откровенные взгляды, обжигающие и многообещающие. Зачем мне напоминать о трудностях службы?

- А, да! Думаю, хорошая рубашка из магазина «Высокая мода» не помешает. Светлая, в тон ей брюки и туфли. Не парьтесь, господин начальник. На вас даже камуфляж смотрится.

- Ирина, ты сейчас издевалась над моим эго?

- Нисколько, — женщина помахала перед собой исписанным листком. — Если мне мешать не будут — к вечеру я выдам компиляцию по вещдоку. Идите, развлекайтесь.

- У меня нормальный подбородок, — напомнил я, берясь за ручку двери. — Все, я сваливаю. Гиви, если вдруг наступит форс-мажор, ты знаешь, где искать меня.

- Не беспокойтесь, патрон, — кивнул Гиви. — Развлекайтесь, я возьму на себя все тяготы службы.

Шутники. Мне бы ваши проблемы.

Рекомендацию Ирины я принял к действию. Первым делом заехал в «Высокую моду», где одевались многие дворяне города, которую даже сами Щербатовы не брезговали почтить своим вниманием. В магазине в меня сразу же вцепились две девушки-консультантки. Я обрисовал ситуацию и через час стал обладателем неплохого набора для вечернего делового ужина. Не то что бы у меня вообще не было подходящей одежды — общение с Мирославой заставляло меняться в сторону чопорности, что я люто ненавидел. Но все-таки приобрел несколько однотонных рубашек разного цвета, пару брюк и легкие летние кожаные туфли. Лучше, чем сейчас, я выглядеть не стал, но обновка придавала уверенности. Княжна — девушка со своеобразным видением мира, нужно соответствовать.

До окончания рабочего дня оставалось всего ничего, и я решил заказать столик и ждать Мирославу в кафе. Она говорила, что сама подъедет. Ну, да, «мазератти»-то Гиви подогнал. Поэтому и не парился. Поглядел на часы. Пока ждал, официанты уже накрыли столик. Легкий ужин с бутылкой красного вина из грузинских подвалов.

Мира появилась с опозданием в полчаса. Сначала я не узнал в высокой барышне в кокетливом темно-красном коротком платье и с распущенными волосами, с легким макияжем на лице и громко цокающей шпильками туфель, свою начальницу. Пока она уверенно шла к нашему столику, покачивая бедрами, вокруг нее вихрился смерч эмоций и мощной энергетики. Дьявольщина! Как она это делает? Как можно излучать такую ауру, от которой мужики впадают в окоченение? А не владеет ли она, часом, Даром Чаровницы? Ох, только не это, пожалуйста. Иначе не выстою. Захочет княжна затащить меня в постель — сделает это с особым наслаждением и цинизмом, а я даже не буду сопротивляться.

Мне оставалось только помочь усадить девушку за стол, а молодой, обалдевший от присутствия высокой гостьи официант дрожащей рукой разливал вино по бокалам.

- Специально выбрал такое кафе? — усмехнулась Мира, неуловимым движением откидывая непослушную прядь волос за ухо, и глубоко вздохнула, отчего высокая грудь волнующе приподнялась. — Кажется, господин Сапогов владеет им?

- Даже не думал, — пожал я плечами. — Удобно стоит, неподалеку гостиница…

И понял, что ляпнул совсем не то, что хотел. Девушка едва сдержалась, раздвигая губы в улыбке.

- Ну-ну, — кивнула она. — Теперь все понятно, что стоит за твоим приглашением. Прямолинейно, сразу в лоб. Развратники и озабоченные не в моем вкусе, чтобы ты знал на будущее…

- Да я…

- Ладно, Колояр, начинай обучать княжну основам личной безопасности. Но сначала я уничтожу этот салатик.

- Ты кушай и слушай, — я попробовал вино. Неплохое, надо запомнить. — Поменяй машину, в первую очередь. Слишком яркая и заметная. Тебя по ней уже вычислили, и теперь внимательно будут отслеживать по городу. Все передвижения вне офиса только под охраной. И связь. Постоянная связь со мной или Ириной. И, пожалуйста, держи в курсе происходящего своего отца.

- Колояр, ты такой скучный сразу стал, — гоняясь за упрямой креветкой по тарелке, произнесла Мирослава. — А я рассчитывала на романтический вечер. Даже цветы не подарил. Да, я поняла все наставления. Теперь расскажи о себе. Папка о тебе постоянно вспоминал, когда ты еще в кадетской школе учился.

- За какие заслуги? — удивился я. — Если вспоминал, мог бы и усыновить.

- Хотел, — кивнула Мира, довольная тем, что креветка, наконец, повисла на зубчике вилки. — Но потом его отговорили.

Вот это фокус. Уничтожить родителей и всех союзников, а потом, рыдая крокодиловыми слезами, забрать в свой клан сироту, воспитать в традициях семьи Щербатовых — цинизм высшего пилотажа.

- Даже не знаю, что сказать, — я машинально схватил креветку со своей тарелки пальцами и закинул в рот. Пожевал, ощущая на мясе сладко-кислый соус с лимонными нотками.

- Мне интересно, как ты пришел к мысли вернуться обратно и поднять свое имение, — девушка расправилась с салатом и пододвинула к себе тарелку с горячей мясной нарезкой с овощами. Да она голодная, как волчица! Видимо, чтобы прийти в норму после похмелья, использовала целительский эликсир для вывода токсинов. Вот метаболизм и ускорился. Чувство постоянного голода появилось.

- Я не забывал о своем доме. В голове все время тикали часы, чтобы не опоздать, когда мои земли объявят выморочными. Пришлось подсуетиться, закончить все дела, прервать действующие контракты. Просто однажды я решил вернуться.

- Ты понимаешь, какой шорох навел в нашем клане? — отложив вилку, княжна аккуратно вытерла салфеткой краешки губ, чтобы не размазать помаду. — Мисяй и Невзор на дерьмо извелись, требуя от отца решение проблемы имени Волоцкого. Тебе жизнь недорога, Колояр? За твоей спиной нет поддержки союзников, нет никого, кто бы защитил тебя! А ты как медведь, который где-то шлялся вдали от берлоги, завалился в нее через столько лет!

- Ты хочешь сказать, что два медведя…

- Именно! Сколько было разногласий, когда два рода бодались за право стоять на жалком клочке земли за Волгой! Вся вражда из-за древних артефактов разгорелась в нешуточный пожар!

Мирослава говорила спокойно, не повышая голоса. Немногочисленные посетители с любопытством поглядывали в нашу сторону. Подозреваю, что княжну знал весь город, а вот обо мне еще мало кто извещен. Теперь поползут слухи о некоем молодом человеке, ухаживающим за младшей Щербатовой. Это хорошо. Пусть князь Борис дергается.

- Ты думаешь, что противоречия возникли из-за Курганных Земель? — осторожно спросил я.

- А из-за чего?

Хм, не знает Мира ничего. Ни о том, что мой отец увел невесту у князя Щербатова, ни о том, какие последствия вызвал этот поступок. Между нами лежит кровь моих родителей, девочка. А князь усиленно делает вид, как он расстроен моим сиротством. Говорю же, цинизм у высшей аристократии не вчера появился. Он лелеется издавна, с тех времен, когда первая знать получила возможность влиять на жизнь мирян и простолюдинов, а потом и на королей, Великих князей, царей и императоров. Кто же откажется от таких рычагов влияния на власть? Хвост крутит собакой…

А Мирослава сердится на меня из-за того случая с землей. Выдернул из-под носа скатерть с вкусными блюдами, не дал насладиться. Хоть и делает вид, что ей нипочем.

- Ну, ладно, пожалуй… Расскажу о своей жизни, — сжалился я над девушкой, старательно прячущей за маской безразличия жуткий интерес к своему противнику. И рассказал о долгих годах, проведенных в стенах монастыря; о службе в Семиречье, не забыв приложить пару забавных и опасных случаев; о контракте с князем Демидовым и историю с преследованием банды шамана Рахдая и его прирученных волколаков. Кажется, мне удалось впечатлить княжну. Она даже ротик открыла, слушая меня.

- Как интересно! — Мирослава подперла ладошкой подбородок, упершись локтем в стол. Блеснули камни в кольцах. — Князь Демидов, оказывается, не скучает в своих владениях! Надо же, волколаки откуда-то появились. Я читала, что их всех искоренили.

- Ага, плюнь этому писаке в лицо, — усмехаюсь. — Сейчас наловчились выращивать оборотней с помощь магических препаратов. Маленьких детей калечат, чтобы к определенному возрасту они могли мгновенно становиться морфами.

- Ужасно, — качнула головой Мирослава, и ее золотые, с вкраплениями мелких рубинов, сережки мотнулись на мочках ушей. — Но ведь специальные службы занимаются поиском этих лабораторий?

- Если есть точная наводка — гарантированно уничтожают. Все, что находят. Препараты, лекарства, опытные образцы…

- Подожди, — побледнела девушка. — Опытные образцы… Ты про детей, что ли?

- Да, — не стал я щадить чувств княжны. — Именно так. Измененный организм уже нельзя вернуть в исходное состояние. Целители пытаются найти нужные заклинания, испытывают эликсиры возврата, но… Поверь, мутация затрагивает все жизненно важные органы, меняет генетическую структуру. Это уже не человек, Мира…

- А ты не прост, Колояр, — вздохнула княжна Щербатова. — Зря Невзор бесится. Крепким орешком окажешься для него… Ну, вот, думала повеселиться, а впала в меланхолию. Ты меня отвезешь домой?

- На твоем «мазератти»? — уточнил я.

- Конечно, — с нотками превосходства ответила Мирослава. — Обратно в гостиницу на такси доедешь. Тебе же поручили охранять меня — вот и отрабатывай контракт.

Наглая девица. Как хочешь, так и вертись. Но делать нечего. Беру ключи и под ручку вывожу княжну из кафе. Посадил в пассажирское кресло и с тоской посмотрел на свой «хорьх», незаслуженно брошенный на стоянке. Ладно, никуда не денется. Приеду, отгоню к гостинице.

Всю дорогу до своего дворца Мирослава молчала, сосредоточенно глядя в одну точку. Свет от фонарей то и дело освещал ее красивое лицо, а тени превращали в застывшую маску.

- Колояр, есть шанс отыскать заказчиков? — оживилась девушка, когда мы подъезжали к особняку Щербатовых.

- Найдем, — уверенно ответил я, заезжая в открытые ворота. — А ты продолжай окучивать клиентуру. Кто-то же хочет влиять на князя Щербатова через заложницу-княжну. Вот нам и предстоит выяснить, чей клан мутит воду.

Попрощавшись с Мирославой, я уехал с одним из охранников на его машине. Он как раз собирался в центр Торгуева по каким-то делам и любезно подбросил к автостоянке. Вернулся в гостиницу около полуночи, вошел в свой номер, на ходу расстегивая рубашку. Хотелось принять душ и лечь спать. Включил свет в гостиной и пошел задергивать штору.

Хрустальный звон разлетающегося вдребезги окна бросил меня на пол. Небольшой шар серебристо-матового цвета завис надо мной и с противным хрустом развернулся в тонкую ячеистую сеть. Не знаю, что меня надоумило выдернуть из кармана ручку-симулякр, мгновенно трансформировавшуюся в сияющий кинжал. К тому времени, когда сеть уже почти опустилась на меня, Ясни гневно полыхнул оранжевым протуберанцем и разрезал ловушку на две половины. Изогнувшись, как только позволили мышцы, я кувыркнулся в дальний угол комнаты и замер.

Чертов гостинец, упавший на ковер, прожег его насквозь. Неприятно запахло паленой шерстью. И тут же стена надо мной осыпалась штукатуркой и краской. Я ничего не понимал. Сначала в меня ударили магией, а теперь что? Снайпер работает? Еще одна пуля влетела в разбитое окно. Мне просто не дают подняться, прекрасно понимая прекрасно, где я мог укрыться.

На коленях ползу к окошку, чтобы спрятаться в мертвой зоне под подоконником. Над головой неприятно просвистел очередной свинцовый снаряд. Черт! И все в полной тишине. Кинжал в руке накален до предела. А это значит, что вероятность магического воздействия на меня не ослабла. Какую-то пакость готовят. Но надо что-то делать.

Срываю с шеи веревку с оставшимися перстнями, обрезаю ее и цепляю их на пальцы. Ясни летит в ножны, которые я тут же обхватываю и мысленно приказываю создать непроницаемый для внешних воздействий купол. Между перстнями проскальзывают маленькие колючие разряды, а над головой вспыхивает радужное свечение. И в таком ореоле я бесстрашно встаю. Мне нужно видеть, откуда идет обстрел моего номера.

В плотную сферу дважды бьют пули, от которых разбегаются красивые изумрудно-желтые трещины. Напротив гостиницы стоят три высотных жилых дома. На крыше одного из них находятся стрелок и маг. Парой работают. Сетью не удалось кончить меня сразу, теперь пулей решили успокоить. Ясни, подчиняясь моему мысленному приказу, как самонаводящаяся ракета, выпускает убийственный разряд, похожий на раздвоенный язык змеи. Хлыст с треском бьет в предполагаемое место, где спрятались наемники. Крыша средней многоэтажки озаряется нешуточной вспышкой, а потом до ушей донесся грохот. В воздух взлетели куски металлической кровли, завыли сигналки автомобилей. Весь дом, подвергшийся удару, погрузился в темень.

Не снимая защитную сферу, иду в ванную комнату, и только там чувствую себя в безопасности. Деактивирую Ясни и превращаю его в обычную ручку. Мой симулякр, кажется, недоволен. Крови ему хочется, а не дистанционных ударов. Даже жертву на вкус не почувствовал. Какой агрессивный у меня «солнечный доспех».

Разделся и встал под контрастный душ, чувствуя, как уходит напряжение и предательская дрожь в пальцах. А если бы перстни сработали неправильно?

«Твоя ошибка в твоих сомнениях, — постучался в мой мозг Ясни. Поговорить захотелось ему, видите ли. — Я тебя когда-то подводил? Никогда не раздумывай, если счет идет на мгновения. Сказал — сделал. Иначе не успеешь защитить себя».

«Это тебе спасибо, дружище, — от всего сердца поблагодарил я, усиленно растирая разгоряченное тело. — Больше не буду сомневаться в твоих талантах».

«То-то же», — Ясни, кажется, удовлетворен.

Удивительно, но взрыв на крыше жилого дома совершенно не связали с разбитыми стеклами в гостиничном номере, пока я сам не позвонил администратору и велел вызвать сотрудников Управления княжеской безопасности с группой магов. И добавил, что на меня совершено покушение.

Через полчаса мой номер был забит полицией, дружинниками, даже сам архимаг Зотов примчался с парой помощников. Работника гостиницы, пришедшего с новым стеклом, выставили за дверь. Ну и чем помешает следствию столяр? Мужику поработать не дали, лишили горячих новостей, которыми он мог завтра в пивнушке с друзьями поделиться.

Зотов, нюхающий воздух как охотничья собака, выскочил на балкончик, перегнулся через перила, оценивая расстояние от моего номера до земли. Ну, да. Десятый этаж.

- Господин Волоцкий, можете еще раз подробно рассказать, о первом магическом ударе? — Зотов отвел меня в спальню и извинился за такой способ допроса. Не в душевой же разговаривать. — Что это было?

- Какая-то сеть, разворачивающаяся из шара, — честно ответил я, запахиваясь в халат. — Снаряд влетел в номер, разбив окно вдребезги, сами видели. Я машинально грохнулся на пол, а он завис надо мной и раскинулся во все стороны.

- Как вам удалось защититься? — Зотов очень внимательно смотрел на меня, словно пытался поймать на ложном слове. — Насколько я знаю, у вас не инициирован Дар.

- С помощью семейных реликвий, — я показал все перстни на правой руке.

Мне показалось, что архимаг нервно сглотнул, увидев наличие четырех драгоценных камней в обрамлении разнообразных перстней. Ну, да, он же только видел часть из них еще утром во дворце князя.

- Они активированы? Впрочем, о чем я спрашиваю…

- Конечно, — удивился я. — Иначе бы как я спасся? Перстни действуют, помогают.

- Я не слышал о таких артефактах у семьи Волоцких, — честно признался Зотов. — Откуда они у вас?

- Послушайте, господин архимаг… Вы меня в чем-то подозреваете?

- Нет-нет, ни в коем случае. Просто… Эти артефакты совершенно не вписываются в эталоны магических перстней. Я вообще не знаю о таком наборе, хотя изучил множество серьезных книг.

- Волоцкие не афишировали тайные артефакты, — я пожал руками. Зотов, чертова ищейка, единственный из всех магов заинтересовался «солнечным доспехом». Если начнет сопоставлять разносторонние факты — может прийти к нехорошим для меня выводам. — Извините, господин архимаг, но я не намерен рассуждать с вами о ценностях моего Рода.

- Никаких проблем, — Зотов поднял руки в знак того, что замолкает. — А кто покушался на вас — знаете? Дело в том, что за два дня это второй момент с вашим участием. Бой с неизвестными людьми на загородном шоссе, и сейчас попытка убить вас. Странное совпадение, конечно…

- Полагаю, что второе вытекает из первого, — хмыкнул я, откинувшись на кресле. — На княжну Мирославу охотились, но наткнулись на неприятности, которые не входили в план наемников. Кто-то узнал, что я — та самая неприятность. Вычислили, где я живу и попытались устранить.

- Зачем? Причина в банальной мести? Не поверю, — покачал головой Зотов, поигрывая амулетом, висящим на его груди поверх рубашки. — Тем более, вы не имеете навыков телохранителей.

- А если скажу, что так и есть? — пожимаю плечами. Я на самом деле считал месть единственным фактором, из-за которого неизвестные пошли на убийство. Мага подстраховывал обычный стрелок. Интересная зацепка нарисовалась. Я не знаток таких тонкостей. Вот егеря точно работают вместе с магом, защищают его обычным оружием, поддерживают на случай срыва заклятия. Может, принцип перекрестного прикрытия использую бывшие военные? Пока оставим при себе такие выводы.

- Все может быть, господин Волоцкий, — Зотов по моему недовольному виду понял, что пора уходить. — Спасибо за ценный совет. Мы отработаем эту версию. Я хотел бы поговорить с вами в спокойной обстановке, когда все успокоится. Вы согласны встретиться, скажем, дня через два? У нас появятся первые выводы, версии. Может, сами что вспомните?

- Охотно, — я встал, чтобы проводить гостей до порога и запустить, наконец, бедолагу столяра, маявшегося в коридоре со стеклом. Еще и горничных надо позвать. Спать в таком бардаке мне не хотелось.

Наконец, все закончилось. Столяр профессионально и быстро застеклил окно, горничные вычистили от осколков комнату, и я завалился спать, до сих пор не понимая, в какие проблемы влип по самую макушку.

Глава 4

Глава четвертая

К счастью, происшествие в гостинице успешно замяли, и дотошным журналистам скормили только ту информацию, которая касалась странного взрыва на крыше жилого дома. Пусть напрягают мозги и выдают свои версии. Те, кому всерьез положено разбираться с такими вещами, уже получили инструкции и принимали меры к купированию проблемы.

С утра позвонил Павел и поинтересовался о моем состоянии. Не ранен ли, не нанесена ли психологическая травма? Как вообще себя чувствую? Мне сразу захотелось послать его подальше. И так не выспался… А что такого Допустимость грубоватых шуток в наших отношениях присутствовала, и никто не обижался, если в разговоре проскальзывали соленые словечки. Впрочем, княжич Павел мне нравился своим подходом: ненавязчив, спокоен, любит сам подковырнуть. В общем, я его материть не стал, и попросил побыстрее перейти к сути дела.

Павел рассказал, что отец уже дал указание блокировать город и провести тщательное расследование. На месте засады нашли труп стрелка-снайпера, который был обычным исполнителем, не одаренным. Проверили. Значит, его напарник и был тем самым магом, кинувшим в меня «неводом». Оказывается, жуткая вещь. Если она накрывает жертву, то просто разрезает на кусочки, словно горячий нож — масло. Повезло подлецу, что избежал своей участи. Для меня такой поворот событий означал только одно: покушения не прекратятся. В опасности не только я, но и младшая княжна. Надеюсь, я правильно рассчитал объект нападения. Впрочем, остальным членам Рода Щербатова расслабляться не стоит. Клановых ведь не трогают, не выбивают. Значит — только Семья.

Я ворвался в офис и предупредил старую секретаршу, чтобы никого не допускала в кабинет Мирославы. Громко постучал в дверь и вошел в кабинет, не дождавшись разрешения. Не обращая внимания на удивленный взгляд девушки, даже не усевшейся еще за свой стол, прошел вдоль окон, внимательно рассматривая высотки напротив «Интерлогиста». Расстояние между ними примерно двести метров, разделяет строение широкое шоссе с интенсивным автомобильным движением. Шум на улице стоит изрядный, можно хоть сколько стрелять — никто не услышит. На площадке перед клановым офисом куча машин и народу.

Подумал и задернул штору на окне, напротив которого расположилось рабочее место княжны.

- Эй! — возмутилась девушка, оторвавшись от зеркала. — Темно же!

- Настольную лампу включишь, — сказал я. — Так нужно.

Пусть понервничает. Мне-то известно, что папаша уже окружил офис тройным кольцом наблюдателей. Мисяй сейчас весь в мыле. Нужно обеспечить охрану всей семьи, начиная от старшего Павла и заканчивая женами и детьми. А это без малого больше десятка человек. И три мага с Управления дежурят, фильтруют магический фон в окрестностях. Сейчас на самую маленькую волшбу будут реагировать мгновенно. Да и про снайперов забывать не стоит.

Но покушение на близких князя Щербатова — это объявление войны. Вот только кто противник? Кто начал дергать зверя за хвост? Пока он искусно прячется, но скоро мы его цапнем за воротник и вытащим на свет.

- Говорят, тебя хотели убить, — успокоилась Мирослава, продолжая подкрашивать губы перед зеркалом. — Каково это — быть мишенью?

- Я тебе что, препарируемая мышь? — меня задело равнодушие в ее голосе. — Каково? Был бы я простым человеком, не стоял бы сейчас здесь. Послушай, княжна: дела скверные. Кто-то серьезно бьет по вашему бизнесу. Первая мишень — ты, и я склонен думать, что все завязано на этих чертовых транзитах. Поэтому очень тебя прошу не своевольничать и выполнять все мои распоряжения. Ни шагу из офиса в течение дня! Будем отвозить тебя домов вместе с Гиви. Возможно, что и Мисяй выделит ребят для сопровождения. Никаких вечеринок и увеселительных мероприятий.

- Мне отец сегодня утром такую же нотацию прочитал, — закончив макияж, Мира прошла к столу и прочно утвердилась в кресле. — Таким жутким безжизненным голосом… Да успокойтесь вы уже. Все я поняла, осознала. Буду теперь сидеть как трусливая крыса в своей норе. Сколько времени мне терпеть эту шумиху?

- Минимум неделю, — прикинув, ответил я. — Дальше видно будет. Или война, или обычная претензия.

- Неужели? Ну, хорошо… Даже приятно, что ты обо мне заботишься.

Как понять эту девушку? Молодость и ветреность соседствуют с рассудительностью и неимоверным аристократическим снобизмом. И вдруг «так приятно».

- Ты извини меня, Колояр, — сказала мне в спину княжна, когда я уже собирался покинуть кабинет. — Я почему-то уверена, что мне ничего не грозит, когда ты рядом. И тебя очень трудно достать. После того, как ты в одиночку укатал в асфальт четверку наемников, я очень впечатлилась. И знаешь, не удивлена твоей живучести после покушения.

- Спасибо, — подкинув в голос язвинки, ответил я. — Приятно услышать слова поддержки.

Ирина и Гиви проявили больше эмоций и участия, но потребовали полного отчета о наемниках. Я ничего не скрывал и рассказал, как меня пытались слаженно грохнуть снайпер и маг. Лапочкина слушала очень внимательно, а потом сказала:

- Возможно, Колояр, ты и прав насчет Ярославля. Оказывается, Панины тоже разрабатывали проект транзитного хаба, только через свою вотчину. Еще три года назад они начали строительство большого аэродрома за городом, но по каким-то причинам заморозили. А когда наш князь объявил об открытии Жигулевского терминала, сразу засуетились. Я связалась со своими друзьями, живущими в Ярославле. Они пришлют с почтой нужные экземпляры газет за десятое мая, и мы сверимся с оригиналом.

- Почему именно за десятое мая?

- Есть электронные версии газет, — Ирина пощелкала кнопкой авторучки. — Одна из них — «Волжские зори» — содержит практически такой же текст из обрывка газеты, который ты нашел в чужом кармане. Если будет полное совпадение — можно идти к Борису Даниловичу. Дальше пусть сам разбирается. Не наша компетенция.

- Получается, все-таки Панины, — задумался я, расхаживая по кабинету. — Странно. Ведь интересы их клана и Щербатовых никогда не пересекались вплоть до последних лет из-за транзитных перевозок. Откровенной вражды не было, а мелкие пакости в расчет брать не стоит.

- Лет десять назад был междусобойчик, — Ирина отрицательно покачала головой. — Утопили баржу Паниных неподалеку от Нижнего Новгорода. Товар был специфический, сплошь электроника и авиамоторы. Заказ клана Милорадовых по доставке выполняли. В общем, утопла баржа аккурат после прохождения яхты Павла Борисовича…

- У княжича Павла есть яхта? — оживился я. — Так-так. Дальше рассказывай. Ну, прошла она, и каким боком тут Щербатовы?

- Одни домыслы и беспочвенные обвинения, — поморщилась молодая женщина. — Якобы капитан «Фурии» — яхта так называется — занял фарватер и вынудил баржу маневрировать, в результате чего она налетела на отмель, получила повреждения, пробоину, и наполовину затонула. Часть товара испорчена, сроки доставки полетели к чертям. Милорадовы мгновенно насели на Паниных, требуя выплаты компенсации. Князь Панин выкатил претензию нашему князю… Была версия, что специально подстроили аварию сами хозяева баржи, чтобы получить страховку. Даже магов привлекали с обеих сторон. Борис Данилович справедливо заметил, почему груз не сопровождали маги. Они бы не допустили посадки на мель. Наши адвокаты обвинили капитана баржи. Дескать, неопытный, сразу не сообразил, как вести себя на реке. Ай, замяли потом дело. Что-то кому-то компенсировали, провели две перекрестные свадьбы между кланами. Сами Старшие Семьи не стали родниться, только через вассалов. Оставили себе возможность для будущих маневров. Такая клоунада….

- Я правильно понял, что Панины тоже специализируются на перевозках? — здесь стоило призадуматься. Ирина дала предостаточно косвенной информации.

- Конечно. Водные, воздушные, автомобильные, — пожала плечами Ирина. — Кроме железнодорожных. Там жестко конкурируют Арбатовы и Ушаковы. Нашему князю хватило ума не лезть в чужую епархию. Но вот Панины…

- Если это они хотят развязать войну — то нашли не самый лучший способ. Брать в заложницы княжну Мирославу как-то недальновидно, — подал голос Гиви. — Какой бы взбалмошной девчонкой она ни была — князь ее очень любит. Может, сильнее других своих детей. Только не афиширует на людях свои симпатии.

- Тогда нам остается ждать посыльного из Ярославля, — подытожил я. — Мы смогли выжать из ситуации максимум информации. Как только привезут образцы газет, готовься, Ирина.

- К чему? — вздернула брови моя помощница.

- Вместе поедем на доклад к князю. А с этого дня тщательно следим за княжной. Гиви, ты задачу понял? Ни в коем случае не разрешай ей выходить из офиса на улицу. Сопровождай по зданию…

- Неужели и здесь могут провести акцию? — удивился парень.

- Найдут смертника — и устроят веселье, — я вспомнил, как в Семиречье контрабандисты взорвали здание таможенного контроля с намеком, чтобы егеря прекратили излишне лютовать на горных перевалах.

- Командир наш видит все в черном свете, — хмыкнул Гиви.

- Нет, он просто куда-то намылился, — догадливо усмехнулась Ирина, — вот и стращает.

- Хочу в имение съездить, — я оглядел свою команду. — После ночных стрельб мне сразу захотелось переехать в свой дом. Там ко мне хрен кто подберется. Понаставлю ловушек, замагичу все вокруг.

На самом деле мне хотелось побыть одному в спокойной обстановке. А дорога до имения — самое лучшее лекарство как следует обдумать ситуацию. Меня хотели завалить на полном серьезе. Без шуток. Если вначале я думал, что это месть за убитых наемников, то теперь возникла другая мысль. А что, если Демидов приложил руку? Да запросто. Неужели я буду настолько наивен и полагаться на княжеское слово? Ха! Да он спит и видит, как отобрать у меня «солнечный доспех», вернее — кинжал Ясни.

Плавный ход «хорьха» успокаивал. Думаем дальше. Мне кровь из носу надо отыскать остальные четыре перстня. Они могут находиться где угодно: начиная от древних могильников и заканчивая коллекцией какого-нибудь аристократа. Жизни не хватит, чтобы проверить все версии. Нужны верные люди, а я пока — если честно и откровенно сказать — обычный наемный дворянин, работающий на клановую организацию. И пока кровь родных взывает к отмщению — быть мне пешкой на игровой доске князя Щербатова. Но в рот этой пешке никто не заглядывал. А там зубы.

Строители молодцы. Они первым делом отсыпали гравий на дорогу, ведущую к моему имению, и готовились заасфальтировать ее, чтобы не развозить грязь на площадку или на княжескую магистраль. Увидят такой непорядок — враз штраф наложат. Вон, асфальтоукладчик стоит в сторонке, каток рядышком.

На саму стройплощадку я не стал заезжать. Постоял в сторонке, отмечая существенные подвижки в работе. Надеюсь, к осени прочно осяду на родовой земле. Сев в машину, я уехал на тренировочную полянку, которую в шутку назвал «полигоном». Хочу отработать некоторые моменты. Мне не нравилось, что для создания магических плетений требуется держать кинжал в ножнах. Существенная недоработка создателя. Ведь иногда приходится совмещать обычную драку с магией. Так и буду клинок туда-сюда гонять?

Но больше всего я хотел повторить «огненную птицу». Как же умудрился ее вызвать? Вытащив ручку, дал мысленный приказ симулякру на трансформацию. Сначала почувствовал в руках чешуйчатую поверхность ножен, которые превратились в тонкую трость. Взмахиваю ей — и над головой возник фиолетовый сгусток, похожий на желе. Он дрожал и переливался сиреневыми и белыми змеистыми линиями.

«Огонь и воздух, комбинируя друг с другом, создают нужное тебе убойное плетение, — зашептал Ясни. — Смело претворяй в жизнь свои задумки. Что ты хочешь сделать?»

Что я хочу? Поднимаю трость вверх и трещащий от напряжения студень ловко цепляется за ее кончик. Осторожно раскручиваю свое оружие и мысленно формирую нечто тяжелое и огненное, чтобы оно могло не только жечь, но и пробивать защиту врага. В воздух взлетает спиралевидное облако, сменившее цвет из фиолетового на красно-желтый. С тихим гудением оно завертелось, поднимаясь все выше и выше. Задрав голову, смотрю с интересом.

«Пока ты не даешь команду — «веретено» будет стоят на месте, — идет подсказка моего призрачного друга. — Чтобы убрать — аккуратно помани его к себе. Мысль — такое же оружие. Учись правильно акцентировать свое плетение на определенную задачу».

- А если ошибусь? — тихо бормочу в ответ.

«Разнесешь к дьяволу все вокруг, — показалось, что Ясни усмехается. — Магия в руках слона — вещь опасная и непредсказуемая. Но ты не мальчик уже, кое-что знаешь, поэтому будь смелее».

- Спасибо за слона! — язвительно отвечаю и медленным покачиванием трости вынуждаю «веретено» опуститься вниз. С недовольным шипением плетение исчезает. — Ты лучше дай идею, как магичить с клинком без ножен! Вот где проблема!

Вместо этого Ясни приказал мне вытащить кинжал и сделать несколько рубящих и режущих ударов по воздуху, но так, чтобы я стоял лицом к кустарникам. И внимательно смотрел, что произойдет.

Перехватываю рукоять и делаю несколько х-образных движений, потом резко перевожу в горизонтальную плоскость и дважды перечеркиваю воздух. Странный, но приятный уху звук, мягкое шипение — и к своему изумлению замечаю, как ветки дикой малины падают на землю. Дистанционный удар! Вот это уже кое-что!

Неожиданно для себя целую холодную сталь кинжала.

«Да ладно, чего там, — Ясни растерян. — Подумаешь, подсказал неучу некоторые секреты. Я вообще полон сюрпризов. Ты только учись, найди себе наставника».

Как будто я не знаю, что мне нужен опытный маг!

- Можно создавать новые плетения посредством мысли?

«Можно, но лишь овладев всеми премудростями магического искусства. Не стоит легкомысленно относиться к своему оружию, — предупредил Ясни. — Могу неправильно понять твою мысль, и произойдет непоправимое».

Возразить на его слова было трудно. Ясни прав, как ни крути. Прежде чем сесть за руль, я решил позвонить посреднику, назначенному Жарохом. Нашел его имя в телефонном справочнике и нажал на вызов. Ответит или нет? Вслушиваясь в протяжные гудки, размышлял о правильности своей идеи. А что было делать? У меня нет выбора. Буду топтаться на месте — грохнут рано или поздно. И не узнаешь, от чьей руки смерть принял.

Гудки оборвались со щелчком. Потом молодой голос с долей осторожности откликнулся:

- Слушаю вас.

- Я говорю с Ульяном? — уточнил я. — Вам привет от дедушки. Обижается, что не навещаете. Хоть бы съездили на праздники, гостинцы привезли.

Собеседник молча выслушал тираду, в которой было кодовое слово для первого контакта. Потом-то мы разберемся, как общаться. Важно, чтобы посредник поверил мне.

- Дела не отпускают, — облегченно выдохнул Ульян. — Но я постараюсь. Может, дед еще что-то передавал?

- Ага, есть просьба, — я огляделся по сторонам. На поляне по-прежнему стояла тишина, нарушаемая стрекотом кузнечиков. — Нужны данные по клану Паниных. Это ярославский Род.

- Что именно?

- Всю родословную не надо. Кто Глава Рода, что за человек, чем занимается. Жены, братья, сестры, дети. Самые преданные вассальные семьи. Маги, служба безопасности. Направление бизнеса. Выясните, при каких обстоятельствах пересекались Панины и Щербатовы. У них уже был напряженный спор в недалеком прошлом. Истоки конфликта.

- Я понял. Очень обширный перечень. К завтрашнему дню не успею, — пошутил посредник.

- Переживу, — успокоил его, усмехаясь. — Но к следующей неделе хотелось бы получить информацию.

- Постараемся. Как будет готово — свяжусь с вами. Обговорим детали передачи.

Мы попрощались. Ну, вот. Пока Ирина будет копать со своей стороны, я попробую залезть глубже. Не верю, что у Лапочкиной такие мощные связи, что проникают в самую структуру чужого клана. Так, вертится кто-то рядышком, боясь сунуть нос в логово.

По какому-то необъяснимому желанию я решил заехать в гостиницу. Что там мне понадобилось — я даже не анализировал. Словно магнит сработал и потянул за собой. Рабочий день еще не закончился, но никто не звонил, не требовал меня срочно закрывать собою прекрасное тело княжны Мирославы. Вместо этого я аккуратно поставил «хорьх» на стоянку и в глубокой задумчивости пошел к гостинице. На входе меня окликнул звонкий девичий голос. До боли знакомый!

- Колояр!

Я поднял голову и оторопело уставился на Алику, сидевшую на скамеечке в тени легкой навесной крыши возле стеклянных дверей. Не веря глазам, сделал два шага навстречу ей, но девушка опередила меня. С неожиданной смелостью она бросилась на шею, и мне оставалось только обхватить ее за талию и приподнять. Алика молча уткнулась куда-то в ухо, пока я крутил ее вокруг себя.

- Ты откуда? — запыхавшись, я поставил девушку на ноги и оглядел ее. — Вот сюрприз так сюрприз!

Алика Громова была в простеньком летнем светлом платье, покрытым ярко-красными цветами и зелеными листочками. На ногах, тронутых легким загаром — босоножки. На плече — маленькая сумочка. Волосы девушка аккуратно сложила в прическу, но несколько прядей выбились из строгой укладки, падая на глаза. Фыркнув, Алика отбросила их в сторону.

- Не ожидал, вижу! — довольная произведенным эффектом, улыбнулась она. — Кто-то обещал позвонить, как приедет в Торгуев, да так и забыл про дочь лесника! Ну, я все понимаю…

- Да подожди ты! Понимает она! — засмеялся я, удерживая девушку за запястья, жадно высматривая милые черты, которые сразили меня на озере. — У меня все из головы вылетело, когда вернулся! Столько дел навалилось…

Глупо оправдываться. Сам же знаю, какие причины заставляли меня откладывать звонок в Демидово.

- Я понимаю, Колояр, — Алика с непонятным мне вниманием высматривая что-то на моем лице. — Не думай, что сержусь. Это так, от избытка чувств…

- Ты как меня нашла?

- Очень просто, — пожала плечами Алика. — Приехала в Торгуев, огляделась и первым делом пристала к дружинникам с вопросом, где найти Колояра Волоцкого. А те вместо того, чтобы помочь незнакомой девушке, попытались завязать знакомство. Мне удалось их заболтать, что было нетрудно. В общем, повторила попытку, только зашла в первый попавшийся околоток. Там к моей просьбе отнеслись гораздо серьезнее. Оказывается, твое имя было известно начальнику. Он и сказал, что ты работаешь на князя Щербатова. Но где живешь — не знает. Потом начал звонить кому-то. Вот и выяснили, что в этой гостинице. Даже подвезли.

- А почему сидишь здесь, а не в фойе? — нахмурился я. Алика весьма элегантно вычислила мое местонахождение. Получается, меня не так и трудно найти. Любой околоточный наведет на след, если у него есть знакомый из вышестоящих. Надо бы Щербатову подсказать, пусть своих взгреет как следует. Я теперь вынужден любую возню вокруг моей персоны воспринимать всерьез.

- Не пустили. Я лишь спросила, на самом ли деле ты живешь здесь — сразу же вывели наружу. Никакой информации. Только одни комплименты. Сказали, правда, что я могу ждать господина Волоцкого на улице. Чай, не зима.

- Убью, — с изменившимся лицом произнес я, но Алика сжала мою руку.

- Не вздумай бузить. Ничего страшного не произошло. Не знаю, почему так они поступили — но подозреваю, что были причины.

Черт побери! А ведь персонал в курсе, что произошло вчера. Да еще Управление княжеской безопасности хвосты накрутило. Вот и подстраховываются. Вчера постояльцу стекла высадили, стены пулями исковыряли, магией едва не прибили — а сегодня заявляется красотка в коротком платьице и начинает спрашивать об этом постояльце.

- Ладно, пошли, — я мельком глянул на часы. Плевать, до вечера успею вернуться. — Где твои вещи?

- Все здесь, — Алика показала на сумочку.

- Не понял, — я изумленно повертел головой в поисках большого чемодана. — Шутишь?

- Серьезно, — мягко улыбнулась девушка. — Все мои вещи в полевом лагере. Я устроилась в экспедицию князя Демидова на раскопки твоих курганов. Отпросилась у господина Косарева до завтрашнего дня.

У меня от радости екнуло сердце. До завтра мы будем вместе!

- Идем! — я решительно потянул за собой Алику. Войдя в фойе, я направился к административной стойке, за которой скучал дежурный клерк. Увидев, кто семенит рядом со мной, изменился в лице.

Подхожу к нему и холодно поясняю:

- Любезный! Я, конечно, ценю вашу самоотверженную работу, но хочу сделать предупреждение. Чтобы впредь таких сцен я не наблюдал! Девушка — моя очень хорошая знакомая, деловой партнер. Приехала издали, очень устала. Запомните ее хорошенько. Надеюсь, в следующий раз вы не выгоните на жаркую улицу вместо того, чтобы предложить какие-нибудь прохладительные напитки и предоставить место в вестибюле?

- Сударь, мы вняли…, - проглотил ком клерк и дрожащими руками начал стучать по клавишам, глядя в экран. — Скажите ваше имя, сударыня. Мы внесем его в список приоритетных посетителей.

- Александра Громова, — почему-то смутилась девушка.

- Теперь все в порядке, — клерк тоже порозовел. Наверное, понял, что голова его останется целой.

- И еще, любезный. Сделайте заказ на кухню. Обед на две персоны в мой номер. У меня всего два часа свободных. Надеюсь, задержек не будет.

- Все сделаем в лучшем виде, — клерк отчаянно закивал и схватился за телефонную трубку, а мы пошли к лифту, провожаемые взглядами двух охранников, безразлично взиравших на эту сцену в пустом фойе.

- Деловой партнер, значит? — улыбнувшись, спросила Алика, когда массивная лифтовая дверь отсекла нас от всего мира.

- Такие болваны иначе не воспринимают, как надо вести себя с красивыми девушками, — голос предательски сорвался, потому что Алика обхватила своими прохладными ладошками мои щеки и крепок поцеловала. Оторвались мы друг от друга только под предупреждающий сигнал лифта. Приехали!

- Рассказывай! — как только закрыл дверь номера на замок, потребовал я. Нужно как-то отвлечься от жарких и приятных мыслей, иначе рискую сорваться и наделать глупостей. — Как ты очутилась в экспедиции Косарева? И зачем вообще туда залезла?

- Захотела быть поближе к тебе, — Алика пригладила платье и села в кресло, с удовольствием вытянув ноги. — Когда я приехала на Варчаты, отец сказал, что князь Демидов собирается посылать экспедицию на раскопки курганов. Так и узнала о твоей сделке с князем. Потом попросила папу устроить встречу с Юрием Степановичем. Демидов принял меня, и тоже удивился, что я так рвусь в экспедицию. Ну, я же иногда работала с Косаревым. Он меня знает.

- Меня ты не упоминала?

- Я похожа на дурочку? — Алика сморщила носик. — Вообще ни слова. Все исключительно о любви к археологии. Да и профессия моя подходящая. Ты знаешь, сколько животных сейчас в лагере? Полтора десятка лошадей, десяток сторожевых псов. За каждым следить надо. Так что я занимаюсь своим непосредственным делом вместе с лекарями.

- И как там? — мне стало интересно. — Масштабы впечатляют?

- Технику пригнали, чтобы шурфы рыть. Прямо с железнодорожных платформ своим ходом до Курганных земель. Куча народу, целый палаточный лагерь, — Алика вздохнула и украдкой посмотрела по сторонам, оценивая степень комфортности номера. — Охрана большая, все на внедорожниках. Человек семьдесят, не меньше. Специально не считала! Я же не шпионить приехала!

- Да ладно тебе, — улыбнулся я, рассматривая свою нежданную гостью. Алика — моя отдушина в огромном мире, где не осталось ни одного человека, к которому я бы испытывал самые приятные эмоции. — Плевать на Курганные земли! Пусть копаются, сколько душе угодно. Здорово, что ты здесь на все лето!

- Я тоже рада, — Алика положила руки на колени. — Но я еще хочу кое-что сказать, не самое приятное для тебя…

Она осеклась, потому что в дверь постучали. Я распахнул ее и запустил официанта в белом, толкающим перед собой тележку с судками и тарелками. Обед прибыл. Молодой парень шустро накрыл стол, пожелал приятного аппетита и выскочил из номера, не забыв украдкой посмотреть на сидящую Алику. Как бы косоглазие не заработал, чудо.

- Так, садись кушать, — приказал я. — Потом все неприятности вывалишь на мою многострадальную голову.

- Неудобно, — помялась Алика. — Я в кафе перекусила.

- Чего? — сердито нахмурив брови, я навис над девушкой. — Какое кафе? Быстро за стол! Смотри, какой супчик! Грибной, с уточкой! Пахнет-то как… Кстати, я тоже не обедал. Обидишь, если откажешься… партнер.

- Ладно, уговорил, — девушка подала руку, и я помог подняться ей, на мгновение прижав к себе. Сплошное головокружение и эйфория.

Не знаю, что там Алика перекусывала, но суп наворачивала с аппетитом. А я ждал момента, когда она расскажет о неприятностях.

- Колояр, здесь Рахдай, — наконец, стукнула меня новостью по голове Алика. — Я сначала не знала, что за странный дядька в лохмотьях ходит по лагерю, но, когда случайно подслушала разговор Пахома и Косарева с этим оборванцем, сразу решила ехать в город и предупредить тебя.

Растудыть тебя через колено! Как так-то? Как шаману удалось выжить? И ведь не поленились раскопать завал гробницы, чтобы выдернуть сдохшего (я ведь был уверен в этом!) ублюдка на свет божий! Это все Мирон! Теперь ясно, что против меня плетут очень прочную сеть. «Солнечный доспех» не дает им покоя. Может, Демидов куда опаснее Щербатова, а я здесь свои интриги плету, не глядя за спину.

- Пахом? Это наш сотник, что ли? — спросил я совершенно другое.

- Ага. Из отряда «рысей». Его перевели в Службу Безопасности, он теперь у Башлыка в заместителях.

- Нифига себе карусель, — пробормотал я. — Ладно, а что Рахдай?

- Рахдай здесь не просто так. Он каждый вечер разговаривает по телефону или с архатом Мироном или с самим князем, — Алика отложила ложку в сторону. — Помимо этого шаман руководит подъемом артефактов на поверхность. Сам смотрит их вместе с помощниками Мирона, оценивает, определяет опасность находок.

- Много нашли?

- Под тремя курганами уже пробили шурфы, через которые работники проникают внутрь. Артефактов мало. Только один курган содержал некоторое количество золотых украшений, оружия, магических дисков и оберегов. Но ничего сверхординарного.

Я про себя облегченно вздохнул. Пусть копают. Ценные находки уже давно лежат под бронированных стеклом у коллекционеров или в банковской ячейке семьи Волоцких. Правда, отдавать некому. Если затронуты три кургана, то остались еще одиннадцать. Постепенно экспедиция будет уходить в сторону Волги, оставляя за собой шурфы и срытый гусеницами плодородный слой. Вредители…

- А я хотела к тебе еще вчера приехать, да одна из собак лапу повредила, — призналась Алика, нацеливаясь на аппетитный кусок прожаренного мяса в окружении ломтиков хрустящей картошки. — Провозилась целый день.

Вот здесь меня пробрало. Сразу вспомнил вчерашнее событие. Само провидение не дало девушке попасть в неприятность. Если не хуже.

- Скажи, а Рахдай вчера был в лагере?

- Колояр, ты же не будешь зря задавать такие вопросы? — Алика пристально взглянула на меня. Проницательная девушка, дочь ведуна, как-никак.

- Я первый спросил! — по-мальчишески вывернулся я и как можно шире улыбнулся.

- Хм… С утра шаман крутился возле палатки Косарева, потом с Пахомом поехал на раскоп, — начала вспоминать Алика. — В обед вернулся, продрых до шести или семи, поужинал… Нет, он никуда не уезжал.

- Ладно, — я облегченно откинулся на спинку стула. — Черт с ним. Главное, теперь не удивлюсь, если встречу его в городе. А то наворочу дел от неожиданности.

- Колояр, что произошло? — с тревогой спросила девушка. — Я тебя насквозь вижу. При чем здесь распорядок дня Рахдая?

- Обычные будни телохранителя княжеской дочери, — ну зачем ей знать о моих проблемах? — Ты же знаешь, что без проблем в таких делах не бывает.

- Ты охраняешь дочь князя Щербатова? — воскликнула девушка и легкая тень набежала на ее лицо.

Я виновато развел руками. Неужели заревновала?

Алика неожиданно для меня вскочила, бросилась к сумочке, которая осталась лежать в кресле, покопалась там и вернулась с хитрым выражением лица. В руках она держала блокнот. Помахала им.

- Сюрприз для тебя! — сказала она торжествующим голосом. — Я нашла следы недостающих элементов «солнечного доспеха» Варахи, ой, то есть Сваруна!

- Не может быть! — я замер от коснувшейся меня краешком удачи.

- Может, еще как может! В общем, два кольца-перстня Сваруна купил десять лет назад английский коллекционер Уильям Грэйс, — зашуршала листками Алика. — Аукцион проходил в Париже, и каким образом артефакты попали туда — я не выяснила. Но точно знаю, что по описанию в древних трактатах индусского ученого Рапаяни эти перстни — те самые.

- Перстни, не кольца? — уточнил я. Ведь Ясни мне напрямую говорил о восьми перстнях.

- Перстни, — уверенно ответила Алика. — Не торопи меня. Рапаяни описывал их так: золотые перстни со вставками из драгоценных камней размером в два карата. Речь идет об агате, опале, гранате и корунде.

- Я думал, они дублируются, — я поднял руку, демонстрируя два перстня. Два других снова пригрелись на груди.

Девушка отрицательно качнула головой.

- Так вот, предназначение колец Сваруна (так они называются в каталоге) — магические практики, если они находятся отдельно от перстней. Если же человек сумеет найти все восемь предметов и соединить их в единый энергетический контур, то получит уникальный шанс стать обладателем легендарного «солнечного доспеха», вплетенного в структуру магических перстней еще в эпоху Варахи, то бишь Борея, правителя южного царства. Получается, на самом-то деле «доспех» — это всего лишь защитный магический комплекс, а не куча железа и оружия!

- Откуда этот…Рапаяни мог знать о древних артефактах, находящихся на территории России?

- Не знаю. Но перстни, как я смогла понять по рисункам, дублируют лишь форму основных артефактов. Только камни другие. Полагаю, ученый пользовался какими-то совсем уж древними книгами. Можно подозревать ошибки, но слишком очевидны совпадения.

Алика выпрямилась и с горделиво взглянула на меня. А ведь молодец, девочка! Раскопала, в самом деле раскопала ценную информацию.

- Отлично! Значит, два камня у некоего коллекционера Грэйса…

- Да. Агатовый перстень, это я так для себя называю, — улыбнулась Алика, — и опаловый.

- А остальные?

- Увы, их следы теряются на просторах Европы, — развела руками моя дорогая гостья.

- То есть, — я осторожно привстал, — они не в могильниках?

- Нет. По косвенным данным они могут находится в чьей-то коллекции, — печально захлопала ресницами Алика. — Надо копаться в архивах аукционов, да кто же даст? Нужен запрос от высокородного, чтобы он подтвердил интерес к предметам и лояльность человека, занимающегося поиском информации. Там все так сложно.

- Алика, — я встревоженно вскочил, обошел стол и положил руки на теплые плечи девушки. — Ни в коем случае не влезай в это дело. Знала бы ты, насколько опасно ворошить все, что связано с артефактами. Я ценю твои усилия, но не рискуй дальше. Отдай мне блокнот и забудь, чем занималась.

- Еще чего! — возмутилась Алика и тоже вскочила на ноги. Мы встретились взглядами. Опять нечто невообразимое и приятное шевельнулось в груди. Захотелось прижать девушку к себе и раствориться в глубине ее глаз, в дыхании и тепле тела. Сдержался. Алика весьма воинственно настроена, вцепилась в блокнот.

— Колояр! — чуть не жалобно произнесла Алика. — Ну, пожалуйста, дай мне закончить расследование! Это же так интересно! Обещаю, что не полезу с расспросами к этому гадкому Уильяму Грэйсу. Я очень буду осторожна!

- Демидов может узнать про твой интерес, — предупредил я. — А когда узнает, начнет давить на меня. И чтобы спасти прекрасную дочь лесника, я отдам и кинжал, и перстни…

«Еще чего! — возопил в моей голове Ясни. Ну, еще бы! Он же пристегнут на клипсе к карману и слушает весь разговор. — Только попробуй отдать меня недостойным торгашам! Враз прокляну!»

- Прекрасная дочь лесника? Хм, — глаза Алики лучисто блеснули. — А как же деловой партнер?

- Он остался в лифте, — пробормотал я, и не сдержался. Целоваться Алика совершенно не умела, но компенсировала свой недостаток страстью и жаркими объятиями. Ничего, еще парочку таких замечательных моментов — и у меня в руках окажется пылкая особа, способная свернуть мозги набекрень любому мужику.

Почувствовав легкое нажатие на грудь ладошками, я оторвался от губ девушки. Все правильно. Суровый папаша-лесник до сих пор незримо присутствует в качестве границы, которую нельзя переходить. Конечно, можно наплевать на условности, уповая на свой статус. Я представитель фамилии Первых Родов, мне можно многое. Даже Демидов не смог откровенно скрутить меня, опасаясь последствий. А уж какая-то обычная девчонка-ветеринар, простая мирянка… Кто мешает мне овладеть ею прямо сейчас? Ведь Алика и сама показывает робкие знаки, что готова к отношениям на другом уровне. Но… анахронизм в виде совести, чести, честности, пришедший вместе со мной в этом мир — он не дает поступить подло.

- Извини, я не сдержалась, — пунцовый румянец постепенно сходил с щек Алики. — Не надо было так…

- Брось, обычное дело, химия и прочие премудрости организма, — вздохнул я, поправляя воротник рубашки перед зеркалом. Нет губной помады на шее или на ткани? — Молодость всегда безрассудна, но тем и прекрасна…

- Ой, Колояр, можно подумать, ты такой старик! — засмеялась Алика, подходя ко мне и обнимая за пояс, сцепив пальцы на моей спине.

Я замер, словно увидел призраки прошлого. Майор Прохоров на мгновение занял свое место и тут же исчез. Словно напоминание не забывать его. Да, по сути — я старик.

- Алика, мне нужно на службу, — сказал я, поглаживая руки девушки. — Оставайся в номере. Ночевать будешь здесь, и не спорь. У тебя до завтра выходной, не забыла? Пользуйся всем, что есть. Душ, ванна, телевидение. Поспи обязательно. Я вернусь и закажу ужин. Только не выходи никуда. Пожалуйста.

- Хорошо, — девушка развернула меня к себе. — Если ты так хочешь — останусь. Только как на это посмотрит администрация гостиницы? Подумают, что господин Волоцкий пригласил девицу легкого поведения…Делового партнера, ага!

- Убью и разотру в порошок, — с металлическими нотками в голосе предупредил я. — Волоцкие — не просто фамилия. Это традиции. Будут вякать — куплю их гостиницу на корню.

- Она за Щербатовыми, — напомнила с улыбкой Алика.

- Тогда приду к князю и потребую выкупа, — не сдавался я, пытаясь развеселить девушку. — Ладно, я побежал. Предупрежу, чтобы никто в номер не ломился. Можешь спокойно заниматься своими делами. Да, кстати, одолжишь блокнот до вечера?

- Держи, — без тени сомнения или беспокойства она протянула ставшую ценной вещь. — Только не потеряй и не показывай записи никому.

Глава 5

Глава пятая

Худое и хорошее всегда рядышком бродят, рука об руку. Вот приехала Алика, привнесла в мою странную жизнь частичку света и тепла. Как будто оттаял от изморози, застигшей меня в пути. Но в то же время зловещая тень Рахдая, маячащая где-то рядом со мной и прячущаяся за спиной, не дает расслабиться. Не ожидал я, что шаман встанет под герб Демидова. Сам же князь не оставил своих попыток присвоить себе артефакты. Теперь меня мучает один вопрос: а знает ли шаман о найденных перстнях? Если знает — я в очень скверном положении.

Своих попыток Демидов не оставит — как пить дать. И ведь какое совпадение получается! Только я расправился с наемниками, пытавшимися похитить Миру, меня тут же попытались приговорить. Сопоставляя оба события, мысли тут же перекидываются к словам Алики, что в Торгуеве появился чертов шаман! Пусть девушка сколько угодно твердит, что Рахдай никуда вчера не исчезал — плохо верится. Он мог с кем-то метнуться в город, найти меня по аурной метке (вещей в Демидово я оставил предостаточно) и попытался грохнуть. Не получилось, потерял стрелка. Значит, охоту свою продолжит. Гримасы судьбы: в тайге я преследовал шамана, а в городе он крадется за мной.

Погрузившись в невеселые мысли, я автоматически среагировал на сигнал светофора. Пристроившись в хвост облезлому «ориону», я терпеливо дождался, когда можно будет ехать, и нажал на педаль газа после загоревшегося желтого «глаза». Что произошло впереди — не сразу и сообразил. Какая-то серебристая сигара с хищно вытянутой мордой, вылетевшая на перекресток, врезалась в бок «ориона», закрутила его по дороге, а сама с пронзительным визгом запоздало затормозила, задев переднее крыло моего «хорьха». Что-то со звоном брякнулось на асфальт, пролетело со скрежетом, ударилось о бордюр. «Орион» в момент очередного кульбита влетел в фонарный столб и тоже замер.

Движение не остановилось, так как трасса в этой части города была широкой, и огибая три замерших машины, продолжило катиться дальше. Где-то вдалеке завыла сирена дружинного патруля. Водитель «скифа» (это была городская модификация внедорожника) — той самой серебристой сигары — определенно влип.

Но так не считал виновник безобразия. Дверь со стороны водителя распахнулась, на улицу вывалился добрый молодец с косой саженью в плечах, в короткой рубашке, которая выгодно показывала его впечатляющие бицепсы. Лицо парня исказилось от злости. Не обращая внимания на посторонние звуковые сигналы, он попер прямиком к «ориону», откуда пытался вылезти несчастный пожилой мужик. Как еще жив оказался! «Скиф» влетел прямиком в водительскую дверь, которую сейчас крепко заклинило.

Вслед за водителем поспешали еще двое, уступающие ему в габаритах совсем ненамного. Что-то не по себе становится. Кто-то из высокородных устроил аварию. Хуже всего, что он явно из дворян, приближенных к Щербатову. Да тут все они вассалы, под ногами стелются.

Мне тоже пришлось выйти, чтобы осмотреть повреждения. Крыло помято, краска содрана. Н-да, придется отгонять тачку на автосервис. Ситуация тем временем накалялась.

- Вылезай, быдло! — стал орать бугай, дергая дверь. — Вылезай, быстро убью, не будешь мучиться! Ты мне машину угробил!

Ну, парень слегка преувеличивал. Его «скиф» потерял стекла на фарах, сорвал бампер и слегка выгнул капот. По сравнению со стареньким «орионом» — сущая ерунда.

- Сударь, вы сами на красный пошли! — увещевал его мужик через разбитое окно. Выходить ему резко расхотелось.

- Ты мне лапшу на уши не вешай, урод! — бесновался качок. Дерг! Дерг! Бесполезно. Дверь замяло прилично.

Тогда он совершенно неожиданно для владельца «ориона» цапнул его за плечи и буквально выдернул через окошко на улицу и тут же припечатал спиной к машине.

- Ах, ты, чернь поганая! Платить тебе до своей смерти! Ты у меня отработаешь весь ремонт до копейки на местных каменоломнях!

- Эй, дружок — пришлось вмешаться, иначе мужика просто захлестнут. — Охолонись чуток. Орешь на всю улицу.

Мне навстречу тут же дернулись двое, перекрывая дорогу. Но увидев мои перстни, мгновенно стухли, отошли в сторону, но расположились за моей спиной.

- Ты мне, что ли? — фыркнул как бешеный бык парень, повернувшись ко мне. — Кто такой? Тебе разрешали лезть не в свое дело?

- Вообще-то дело как раз мое, — напомнил я. — Ты мне машину стукнул, краску снес с боковины. Перся на красный свет, я могу перед патрулем засвидетельствовать. Твоя вина. Отпусти человека.

- Человека? Да нищеброд он, как и ты!

- Витька! — окликнул его один из его друзей, чем-то похожий на бугая. Может, брат? — Угомонись, в самом деле…

Я спокойно ждал, когда этот Витька закончит бушевать. Хорошо, хоть мужика перестал трясти. У того уже губа рассечена, глаза безумные от испуга.

- Ты меня назвал нищебродом? — решил уточнить я некоторые моменты. Очень мне захотелось проучить дорожного хулигана.

- Хочешь еще раз услышать? — Витька сделал шаг в мою сторону, надвигаясь подобно ходячей горе. — Нищеброд такой же, как и тот урод! Что у тебя за тачка, за которую ты дрожишь? Что за уродина?

- Немецкая, из авторизованного автосалона, — отвечаю охотно. — Сделана в княжестве Вестфалия.

Последовал презрительный плевок мне под ноги. Такого поступка я не ожидал. Конечно, мозги от ярости может значительно переклинить, но не до такой же степени. Совсем ничего не видит? А парень явно из вассальных. Герба на капоте не видно, но вот номер намекает на мои предположения. Такие номера, подкрашенные желтой фосфоресцирующей краской и небольшим гербом Щербатовых в уголке, указывают на вассальный род.

У меня, кстати, обычный номер: черное на белом.

- Я могу поинтересоваться, кому сейчас морду бить буду? — стараюсь говорить дружелюбно.

- Ах, ты, козел! — выдохнул Витька. — Ты перед кем свою смелость показываешь? Я же тебя в рулет закатаю! Колесникова долго помнить будешь!

- Так ты Колесников Витька? — я едва не согнулся от смеха, и от избытка чувств хлопнул себя по коленям. Такого сюрприза не ожидал. Сволочь сама идет в капкан. — А я гляжу, рожа знакомая!

- Что за… — Колесников, наконец-то, почуял неладное и не стал хватать мою рубашку огромной пятерней. — Ты кто такой?

- Не припоминаешь? Волоцкий я.

- А-аа! — Витькина морда расплылась в улыбке. — Вот так встреча! Наемник вернулся! Безродный щенок решил…

- Витька, да заткнись ты, придурок! — не выдержал парень, тот самый, чем-то похожий на бугая. Лицо его стало бледным.

- Ладно, господин Колесников, — кивнул я. — Сам напросился. Требую удовлетворения за оскорбление чести. Место встречи и оружие можете выбрать сами. Дуэль обычная или магическая?

- Идиот ты, Витюша! — простонал парень и подскочил ко мне, протягивая руку. — Аркадий Колесников, младший брат этого дебила! Я прошу за него прощения! Ущерб, нанесенный вашей машине, будет возмещен! Еще раз прошу прощения!

- А про того несчастного забудем? — я кивнул на владельца «ориона», который бочком отходил за машину, чтобы лишний раз не светить свою персону.

- Да, конечно же, — наклонил голову более адекватный Аркадий. — Так вы прощаете моего брата?

- Аркадий, извини, — я пожал плечами. — Некоторые переходят границу дозволенного, не осознавая последствий. Твой брат уже не раз совершал поступки вредные и порочащие честь дворянина. Да хотя бы история с Полиной Барсуковой? Помнишь, Витя?

- Принимаю вызов, — оскалился в радостной улыбке Колесников. — Говоришь, выбирать оружие? Ха! Обычная дуэль, на ринге. Контактный бой без защитных средств.

- А я думал, стреляться будем, — удивился я. — Хочешь на кулаках спор решить? Не дешево ли?

- Я тебя покалечу так, что инвалидом до конца жизни станешь, Волоцкий! На коляске передвигаться будешь.

- Почему ты так неравнодушен ко мне? — я вздохнул. — Хорошо. Принимаю. Пришлю секундантов завтра. Обсуждать детали будешь с ними.

В это время подлетел внедорожник с проблесковым маячком на крыше и броской надписью на борту «патрульная дружина». Из нее вышли двое бравых ребят в униформе и с номерными бляхами. Сориентировались быстро и пошли к нам. Придется звонить Мирославе, чтобы не теряла меня. Предстояло задержаться еще на часок.

****

В «Интерлогист» — место моей службы — я вернулся поздно. В Дорожном Управлении, куда мы все дружно направились, пришлось долго отвечать на вопросы инспектора — уставшего усатого мужика, затюканного вызывающими заявлениями Витьки Колесникова. Его пришлось отпустить пораньше, так как позвонил сам папаша братьев и в ультимативной форме потребовал прекратить допрашивать непутевого сынка. Инспектор с радостью подсунул протокол Витьке на подпись с припиской, что оставляет за собой право вызвать в любой момент на допрос, но тот не стал давать автограф, а осчастливил этим правом третьего парня, ехавшего с Колесниковыми. Н-да, гонору у парня больше, чем у князя Щербатова. Далеко пойдет, если образумится, и глупостей не наделает.

До автосервиса так и не доехал. Пришлось мчаться на службу. Первым делом зашел к Мирославе, провожаемый неприязненным взглядом секретарши. И почему эта старушка такая ярая противница моего нахождения в кабинете ее госпожи? Улыбаюсь приветливо и закрываю за собой дверь.

- Наконец-то! — прихлопнула ладонями по столу княжна. — Господин Волоцкий, вам не кажется, что вы стали пренебрегать своими обязанностями? Где шлялся-то? Что за история с аварией?

- Колесников Виктор. Ты же его знаешь? — я бесцеремонно открываю дверцу холодильника и достаю бутылку минералки. Скручиваю крышку и припадаю к горлышку.

- Бешеный придурок, — фыркнула Мирослава. — Самый известный в городе качок. Фанат различных боевых искусств. Всем нормальным ребятам челюсти свернул. С ним уже никто спарринги проводить не хочет. У него даже друзей нет, одни подпевалы и подставные. Он реальный придурок. Уже отца перестал слушаться.

- Так я и понял, — блаженно развалившись в кресле, ответил я. — А что за подставные?

- Да специально шарахались по молодежным кафе и ресторанам, нарывались на скандал. Обычно выискивали приезжих, которые с деньгами. Вроде купцов, торговых агентов. Те, конечно, первое время срывались и налетали на крупные неприятности. Теряли деньги, чтобы откупиться. Князь Щербатов узнал об этом и наказал Витькиного папашу, отобрав весь бизнес. Года три на воде и хлебе держал, пока Глава Рода не приполз на коленях за прощением.

- Простил? — я оживился.

- Простил. Старший Колесников вернулся домой и заблокировал Витьке Дар. На целый год. Он и так-то был неспособным, слабым одаренным, — фыркнула девушка. — Но иначе повлиять на этого идиота было нельзя. Витька, на первый взгляд, за ум взялся, но еще больше ударился в изучение экзотических видов борьбы.

- Понятно. Представляешь, у меня с ним будет дуэль. Оскорбление чести.

- Ты серьезно? — вытаращилась на меня княжна. — Дуэль? Совсем мозги потеряли? Что произошло?

- Он оскорбил меня, назвал безродным щенком. Понимаешь, есть вещи, которые оскорбляют не меня, а моих погибших родителей. Такие слова нельзя прощать. Колесников идиот, согласен. Но задевать память мамы и папы не позволю. Знаю, обижать убогих нельзя. Однако Витьке пойдет на пользу.

- Уже определились с дуэлью? — деловито поинтересовалась девушка. Мне показалось, что в ее глазах заискрился интерес.

- Завтра пришлю секундантов, — я почесал затылок. — Слушай, Мира, поможешь с выбором опытных и достойных людей?

- Нужны секунданты? Своих нет? Ладно, ладно, не сопи так страшно. Дай подумать, — Мира начала коготками выбивать дробь по крышке стола. Я терпеливо ждал, посасывая холодную водичку с пузырьками. — О! Как ты смотришь, если Володю Решетникова попрошу? Он с радостью согласиться.

- Решетников? — я замер. Это ведь муж Полины Барсуковой! Щербатовы не знают о моих отношениях с опальной семьей, и я тоже помолчу. — Надежный человек?

- Помешан на дворянских кодексах. А еще у него зуб на Колесникова.

- Большой зуб?

- Ага, весьма большой и острый. Витька частенько приставал к Полине — его жене, когда Володя еще не был женат на ней. В общем, крови попортил немало.

- Пусть будет Решетников. Надо еще кого-то солидного, чтобы вызов не превратился в клоунаду.

- Ну-ууу, — протянула княжна. — Как смотришь на Пашу? Княжич сразу придаст вес вызову.

- Павел — это серьезно, — я согласился с выбором. — Тогда завтра утром у Колесниковых смогут быть?

- Да не вопрос, решим, — пожала плечами Мира. — От тебя духами сильно пахнет. С девушкой встречался? Кто она? Познакомишь?

Ну и нюх у княжны! Я даже оторопел от неожиданности, но потом рассмеялся:

- Зачем тебе знать? Если у меня появилась девушка — какая необходимость знакомиться с ней?

- Интересно…

- Мира, ну несерьезно, — протянул я и вдруг вспомнил, что хотел узнать. В голове навязчиво крутится рассказ Алики о недостающем комплекте перстней «солнечного доспеха». — Ты помнишь, мы работали по компании «Глобал Старс» …

- Да, британская компания, — Мира разочарованно вздохнула, не дождавшись от меня подробностей встречи с таинственной незнакомкой. Делаю ставку на сто рублей, что княжна начнет по своим каналам выяснять, кто охмуряет Волоцкого. Интересно, добьется своего? — Их головной офис находится в Портсмуте. Тебе зачем? Все документы уже подписаны, контракт вступил в силу. На следующей неделе ожидаем первый грузовой самолет.

- Хочу выяснить, не светился ли в документах некий Уильям Грэйс? Он известный коллекционер, но может вполне быть соучредителем.

- В договоре соучредители не указываются, только основные игроки, — Мирослава смотрит на меня очень внимательно, словно пытается понять, что я еще задумал. — Но мне под силу узнать о твоем англичанине. Интригуешь, Колояр…

- Буду благодарен.

- Познакомишь со своей девушкой, — быстро произнесла княжна. — Иначе благодарность не принимается.

- Да нет у меня никого, — с усмешкой сказал я.

- Врешь, — убежденно сказала Мирослава. — Не убедительно доказываешь о своей невиновности.

- Да я и не собирался защищаться от того, чего нет, — разговор с княжной иногда утомлял. Девица умела свернуть обсуждение важной проблемы на второстепенные и ненужные споры. Для таких случаев нужно просто покинуть ее кабинет. — Ладно, пошел я. Когда домой поедем?

- Через полчаса, — посмотрела на свои часики Мирослава. — Там сейчас такой бедлам. Работники стену, которую папуля раздолбил своей магией, сейчас ремонтируют. А моя комната находится как раз на втором этаже над этим помещением. Кстати, ты меня домой отвезешь сам или Гиви с Ириной?

- Ага, потом к себе через весь город на попутке ехать, — я замахал руками. — Не-не! В твою «мазератти» я не сяду.

- Отец пригласил тебя на ужин, — вдруг ошарашила меня княжна. — Надеюсь, у тебя хватит ума не возражать и принять предложение?

- Ладно, поедем полным сопровождением, — я вздохнул, вспомнив скучающую в моем номере Алику. С кем я хотел провести время, так только с этой девушкой. — Гиви с Ириной тоже возьмем. Сдадим тебя с рук на руки заботливому папаше.

- Язва ты, Волоцкий, — отмахнулась княжна. — Все, иди отсюда. Мне нужно закончить одно дело по немецкой фирме. Через полчасика поедем.

****

Каждый раз желание князя Щербатова видеть меня изрядно напрягало. Неужели до сих пор проверяет меня, прощупывает намерения, пытаясь вывести на чистую воду? В общем, не стал я в этот раз ломать голову. Мне в любом случае надо обсудить с княжичем Павлом условия завтрашнего вызова на дуэль. Мирослава уже успела созвониться с братом и поинтересовалась, сможет ли тот участвовать в одном интересном мероприятии. Павел с большим энтузиазмом согласился.

У Щербатовых я уже был, но в другом крыле здания. В этот раз Мира завела меня в гостиную, где самой большой достопримечательностью оказался огромный овальный стол из светлых сортов дерева. Как удалось столярам точно выверить форму овала при таких размерах — для меня оказалось загадкой. Может, из нескольких половинок состоит? Или магию применили при обработке крышки?

За столом собралось все семейство, начиная от самых младших и заканчивая женами князя. Мисяй и Невзор находились тут же, как самые верные и приближенные, но, вероятнее, для контроля за мной. Слуги стояли вдоль стены, ожидая сигнала к раздаче блюд. Несколько телохранителей перекрывали выход, а один встал за моей спиной. Ну-ну, я наивными мечтами не страдал. Знал, что присматривать за мной обязательно станут.

Щербатов с некой долей помпезности представил меня Семье. Женщины с любопытством обозревали мою скромную персону, а мужчины и молодые люди — с некоторой долей здравого мужского цинизма. На что я гожусь, как держусь?

- Борис, не кажется ли, что процесс представления излишне затянулся? — усмехнулась княгиня Валентина, судя по всему, в иерархии семьи главенствующее лицо. После мужа, конечно. — Колояр, присаживайтесь рядом с Мирославой, не стесняйтесь, раз уж взяли на себя функции окружника.

Вот же зараза! И Мира хороша! Разбалтывает наши разговоры своим мамочкам! Подколола своим замечанием.

Мира, уже успевшая переодеться в домашнее темно-синее платье, стоившее, наверное, папаше сотни три шуршащих бумажек, склонила голову, чтобы я не видел ее улыбки.

- Благодарю за доверие, княгиня, — куснул я в ответ и сел рядом с девушкой. Прошипел. — Болтушка, язык без костей!

В ответ только фырканье.

Щербатов подал знак слугам, и те мгновенно оживились, бросились обслуживать стол. Я огляделся. Вот Елена со своим мужем напротив сидит, весело подмигивает. Олег, брат Мирославы, внимательно рассматривает меня, поблескивая стеклами очков.

- Уважаемый Колояр, может, вы расскажете немного о себе, — попросила вторая жена князя, Ирина Андреевна, мать Елены. — Право, столько жалоб от Мирочки, что ее опекает страшно эгоистичный, жутко злой солдафон. Опровергните эти инсинуации!

- Мама! — воскликнула Мирослава и покраснела. За столом рассмеялись. — Я не говорила такого!

Ну, вы же понимаете, что ужин в кругу большой аристократической семьи — это повод почесать языками, прощупать приглашенных, оценить перспективы сотрудничества, как человек вольется в клан, полезен ли окажется в будущем. Так что мы не торопились кушать ароматный супчик с рябчиками под неспешный разговор.

- Вы знаете, Мира права, — я внутренне усмехнулся. Суп-то вкусный. Жаль, не дают насладиться угощением. — Я и на самом деле солдафон. Привык к службе, которая не раз спасала мою шкуру. Вот и не подумавши, перенес свои наработки на бедную девушку. Извиняюсь…

- Ничего, ничего, — хмыкнул Щербатов, чутко улавливая настроение сидящих за столом. — Ей полезно. Последние события только подтвердили правильность моего решения. Впредь разрешаю применять твои наработки для защиты младшей княжны.

- Я тебя убью, — процедила сквозь зубы Мирослава. — Причем, уже завтра.

- Да, мы хотим поблагодарить вас, Колояр, за спасение дочери, — благосклонно произнесла княгиня Валентина. — Наши аналитики просчитывали варианты, и ни один не показал хорошего исхода. Против мага-архата выстоять практически не было шанса.

- Архат? — я посмотрел на Щербатова.

- Вы, Волоцкий, угробили архата, — встрял в разговор Невзор, сверля меня своим тяжелым взглядом, так и не изменившимся с первого дня нашего знакомства. Помню, хорошо помню! — Все специалисты недоумевают, как так получилось, что не имеющий полноценного Дара человек скастовал очень сложное заклятие «феникса» — единственно правильный ход в ситуации.

Так значит «огненная птица» имеет свое название. «Феникс». Буду знать.

- Я уже говорил о семейных артефактах, — пришлось пояснить, — которые достались мне в наследство. Может, в них дело.

- «Феникс» — весьма древнее заклятие, о нем мало знают в Европе, и чаще всего применяют на Ближнем Востоке, — пояснил Невзор, отложив ложку в сторону. — Причем, первые упоминания пришли именно оттуда. Могу лишь сказать, что технику начали отрабатывать с пятого-шестого века. Не уверен, что она могла появиться в арсенале Рода Волоцких.

- Я нарушил какие-то правила? — черт побери, надо быстрее суп хлебать, пока не отобрали. Вон, слуги уже на низком старте находятся. Пока архат думает, что поймал меня, я спокойно орудую ложкой.

- Ни в коем случае, — наклонил голову Невзор. — Но любая магическая составляющая оставляет свой след. Видите, господин Волоцкий, что мы докопались не только до убитого мага, но и до вашего заклятия. Меня заинтересовали ваши фамильные перстни.

- Хорошо, не буду больше обижать архатов, — надоел мне чертов старик. О, смена блюд! Какая-то запеканка с мясом и зеленью, красиво посыпанной сверху. — Если они сами оставят меня в покое. А перстни я никому в руки не дам. Они завязаны на кровь.

Раздался смешок. Кажется, Пашка развеселился. Да и многие тоже старательно прячут улыбки.

- Да, это сильный аргумент, Невзор, — даже Щербатов показал, что архат слегка перебарщивает.

- Господин Волоцкий славится не только своими неожиданными способностями, но и благородством, — усмехнулся Павел. — Имею честь доложить, папа и мамы, что мне предложено стать секундантом Колояра. Завтра идем вместе с Володей Решетниковым к Колесниковым.

- Что за бред? — Щербатов нахмурился. — Это как понимать, сын?

- Мощно задвинули, — хмыкнул двадцатилетний Иван. — Кого щемить будете?

- Иван! — воскликнула княгиня Валентина. — Где нахватался вульгарностей? У местной шпаны?

- Витька Колесников устроил гонки по городу, — пояснил Павел и подмигнул мне. — Угробил машину какого-то простолюдина, морду помял ему и предъявил за свою тачку. Колояр был свидетелем нарушения, попробовал усовестить дебила с большими кулаками, но благополучно получил ответ, который стопроцентно потянул на дуэль.

- Я хотел просто застрелить мерзавца, — развел я руками и получил незаметный тычок от Миры. — А он хочет бой без правил.

- Витька — бешеный бык на ринге, — Олег поправил очки. — Реально, Колояр, без обид. Если дуэль не на пистолетах или не в Магическом Круге — он невероятно крут. Поговаривали пару лет назад, что Колесников для улучшения своих физических кондиций подтянул какого-то мага, и он готовил ему эликсиры, мази, таблетки.

- Откуда тебе известно? — заволновалась Мирослава, и ее рука, держащая вилку, дрогнула.

- Разные источники, — пожал плечами Олег. — Что подтверждается невероятным количеством тяжелых травм его спарринг-партнеров. Бьет так, что кости ломаются.

- Действительно, Колояр, откажись, — мягко посоветовала Елена. — Или дворянская честь не позволяет?

- Я не могу, — покачал я головой, — не тот случай.

- Мне еще этого не хватало, — проворчал Щербатов. — Кажется, Колесников-старший полностью утратил контроль за сыном. Поговорю с ним… Или нет. Павел, проведешь по всем канонам вызов на поединок. Я верю в Колояра. Не забывайте, что он не в тепличных условиях выращен.

«Модификаторы на магической основе, — догадался я, как только услышал про эликсиры. — Они сами по себе настоящие усилители всех функций организма, а с магией так вообще из человека делают машину для убийств. Черт, надо провести диагностику своих модификаторов. Совсем запустил себя».

- А когда Виктор проиграет — я его изгоню из клана, — зло ощерился князь. — Мне такие…несдержанные не нужны.

Вот и зря. Разозленный парень обязательно уйдет в чужой клан, и хуже врага не придумаешь. Надо ему просто найти нужное дело, в котором он будет себя чувствовать нужным, а не хренью маяться. Мне, конечно, такой раздрай только на руку. Пусть между собой выясняют отношения. Если Щербатов умеет просчитывать ситуацию с каждым своим подчиненным — обязательно о последствиях подумает.

- Хотел бы я посмотреть на лицо нашего неугомонного Вити, — Олег скинул очки и ожесточенно потер переносицу. — Пашка и Володя своим видом вгонят в печаль дядю Алексея.

Разговор незаметно перекинулся на обсуждение странного происшествия на Курганных Землях. Было много версий, что за артефакт нашли миряне. Невзор долго ходил вокруг да около, но одно интересное предположение выдвинул. В том самом кургане могли похоронить древнего жреца или верховного князя с оберегом-ловушкой. Например, кто-то из похитителей, польстившись на баснословные сокровища, опускаемые в могилу вместе с великим вождем или жрецом, мог обнаружить этот амулет и активировать его простым движением рук. Скорее всего, так и есть. Этот артефакт стал некой тактильной миной замедленного действия, ловушкой для дурачков. Например, потереть его или надломить не составит труда любому похитителю, не умеющему читать. Все правильно. Иначе как простой горожанин, имевший за плечами только начальный курс общей школы, смог активировать магический заряд?

- Вы еще не проверяли этот курган? — поинтересовался я. — Кто там похоронен?

- Я запретил на время проводить проверку, — прищурился Щербатов. — Хочу посмотреть, кто еще клюнет на приманку. За вчерашний день мы проверили всех антикваров по городу, легальных и нелегальных. Всплыло очень много информации. Получается, что по княжеству кто-то активно скупает артефакты, найденные на Курганных Землях. Это касается и тебя, Колояр. Пока ты отсутствовал, на твоей половине резвились такие толстые мыши, что многие коллекционеры руки потирали от счастья.

- Лишь бы не вздумали проверять находки, магические они или нет.

- Любой артефакт проверяется на магию сразу, — вмешался Невзор, поджав губы. — Не бывает иного среди антикваров-оценщиков. Существует инструкция, требующая тщательной проверки. Как оказалось, не зря умные люди придумывают ограничения. Один болван не только себя угробил, но и две семьи без кормильцев оставил. Ладно, что амулет оказался довольно слабым. Радиус ограничен ста метрами. Никого больше не задело.

- И все же — сумели идентифицировать? — я дал возможность слуге убрать лишние тарелки, и передо мной поставили блюдце с бисквитным пирожным и чай в тонкой фарфоровой чашке.

- Обычный амулет с простейшим механизмом активации, — Невзор посмотрел на бисквит как на врага. — Защита от дурака. Такие в стародавние времена обобщенно называли «улыбка легкой смерти». Не надо знать заумных колдовских слов. Плюнул, растер — получи большой «бабах».

- Знающий человек сделает выводы, — я хмыкнул. — Действительно, могут клюнуть на огромные сокровища под курганом. У обычных вождей таких хитрых оберегов нет.

- Даже хорошо, что амулет сработал не под курганом, а в нескольких километрах от него, — Невзор неожиданно смягчил свой тон, но все так же пристально изучил мою физиономию. Я почувствовал легкое головокружение и осторожное сдавливание в районе затылка и висков. Ментальное сканирование применяет, падла.

Даю мысленную команду поставить блок, не обращаясь к своему призрачному помощнику. Ясни не дурак, сообразил быстро, кто вмешивается в его епархию, то бишь в мозги носителя. Давление прекратилось, а у Невзора неожиданно для всех из пальцев выскользнула чашка и грохнулась об пол, жалобно звякнув осколками дорогого фарфора.

Все с недоумением посмотрели на архата. Слуги бросились подбирать осколки. Невзор отчаянно покраснел и пробормотал:

- Хозяин, прости. Рука дрогнула. Устал за сегодня. Я смогу собрать чашку. Прикажи слугам отнести в мою комнату. Позволь, я пойду.

- Иди, — кивнул Щербатов, не выказывая удивления. Умеет себя держать в руках.

За столом оживились, словно и не заметили казуса со старым архатом. Ну, что ж, я частично удовлетворен падением врага. Ладно, ладно, не падением. Всего лишь споткнулся хрен старый. Нечего в мою голову лезть.

Ужин закончился, и я не стал долго задерживаться, дав обещание обеим княгиням, что буду чаще заглядывать в гости. И, конечно, приглядывать за Мирославой. Такая энергичная девушка требует пристального внимания. Можно применять любые меры воздействия, это только на пользу.

Мира, стоявшая рядом со мной на освещенном яркими фонарями парадном крыльце, крепко вцепилась в мой локоть и возмущенно шипела, но не смела перечить матерям.

- Я обязательно приму к сведению ваши рекомендации, — с улыбкой кивал я. — Несомненно. До свидания. Всего доброго.

Павел отвел меня в сторону, бесцеремонно оторвав сестру от локтя.

- Тебе не стоит вместе с нами заходить к Колесниковым, — сказал он. — Слишком много чести для болвана. Сделаем так: я с Володей буду грузить Виктора проблемами, авось откажется. А ты сиди в машине. Поедем на моей, понял? Княжеский герб, знаешь, прочищает мозги любому.

- У Колесникова клинический случай, — не согласился я. — Хорошо, буду ждать.

- В восемь мы заедем за тобой, — хлопнул по плечу княжич. — Не проспи.

С князем Щербатовым я попрощался еще в гостиной, поэтому не стал задерживаться и поспешил «домой». Там меня ждала Алика, одна, в чужом номере. Неизвестно, что произошло за эти часы, когда я трепался языком с княжеским семейством. Мои страхи оказались напрасны. Девушка предусмотрительно закрылась изнутри на внутренний замок. Пришлось стучать условно. Дверь открылась наполовину.

- Наконец-то, — пробурчала она, когда я проскользнул в номер.

Алика напялила на себя мой длинный халат. По недовольной мордашке было видно, что она легла спать давно, не дождавшись меня. Закрывшись, я привлек к себе девушку и поцеловал в теплые полуоткрытые губы.

- От тебя пахнет женскими духами, — она отстранилась и потопала к постели. — Лгун и обманщик.

Да что ж такое-то? Мне теперь вообще ни к одной девице подходить нельзя?

- Мне пришлось сегодня быть на ужине у Щербатовых, — я не стал оправдываться и с удовольствием развалился в кресле. — Княжна Мирослава пригласила. Рядом с ней сидел весь вечер.

Алика молча натянула до подбородка одеяло.

- Пойду в душ, — я вздохнул. — Завтра рано вставать. Спи.

Не хватало мне женской ревности, возникшей на ровном месте. Ополоснувшись под теплыми струями воды, я вытерся и надел легкий тренировочный костюм. Не буду же снимать с девушки халат. Хм…, сразу соблазнительные картинки в голове возникли. Даже Ясни одобрительно подкинул идеи, как должен действовать настоящий воин, когда в его постели лежит женщина. Я послал подсказчика подальше, а сам устроился в кресле, закинув ноги на подставленный стул. Выключил ночник и задумался, глядя на освещенный квадрат стены от уличного фонаря.

Война с Щербатовыми откладывается. Появились враги поинтереснее. С Рахдаем все понятно. Закопал один раз, закопаю снова. А вот ярославские посерьезнее будут. За ними мощь клана и непонятная возня вокруг Мирославы. Не понимаю, почему они так зациклились на девушке. У князя еще четверо детей и даже внуки есть. Похищай любого и шантажируй. Не понимаю, почему Мира?

Я заснул, и мне снился молодой парень с белозубой улыбкой. Мы стояли с ним на большой поляне, залитой солнцем, и он учил меня магическим премудростям. Я легко работал с элементалями всех стихий, умел трансформировать из своих перстней броню и различное оружие, начиная от топора и заканчивая огромной секирой с пылающим лезвием. Понимая, что каким-то образом прикоснулся к магическим мистериям, я пытался запомнить важные моменты, но мысли выскальзывали и рассыпались мелкими крошками на периферии сознания.

Глава 6

Глава шестая

— Имею честь быть представленным благородным дворянином, происхождением от Первородных, — сознательно занудливым голосом начал вещать клановый княжич Павел Щербатов, злорадно глядя на посеревшее лицо Виктора, который не ожидал увидеть такого гостя, — боярином Волоцким Колояром, весьма возмущенным поведением вашего сына, уважаемый Алексей Игоревич.

Переведя взгляд с Виктора, княжич полностью сосредоточил свое внимание на Главе Семьи, как тот отреагирует.

Колесников-отец застыл столбом, ожидая неприятных слов.

- Как известно, между вашим сыном и означенным господином произошел конфликт, который может быть улажен взаимными договоренностями или удовлетворением чести через дуэль, — вступил в бой Решетников, с тайным страхом ждавший, что отец Витьки пойдет на соглашение. Ему хотелось, чтобы Волоцкий настучал в бубен чертовому городскому задире. Когда жена Полина узнала о возвращении молодого дворянина, она почему-то обрадовалась и пообещала скорое решение всех проблем, связанных с Виктором. Получается, о чем-то догадывалась? Надо спросить, знакома ли она с Колояром? По косвенным признакам — да. Почему же сам Колояр молчит?

- Господа, может, вы пройдете в гостиную? — левая рука у Алексея Игоревича странно задрожала, когда он вцепился ею в лацкан пиджака. — Выпьем по рюмочке хорошего коньячку, обсудим проблему. Ведь все вопросы решаются не только в Магическом Кругу?

Павел переглянулся со своим свитским. Выходит, старик не знает, что его беспутный сынок совсем стал скорбным на голову и предложил дуэль на обычном спортивном ринге, игнорируя обязательный магический бой? Вон как перекосило Колесникова. По установленным правилам дуэли между одаренными дворянами проводятся с применением магических техник, «дабы для их чести не было урону, и не уподобляться простолюдинам с их кулачными забавами».

Княжич с сочувствием относился к Алексею Игоревичу, считая того хорошим, исполнительным слугой клана. И младший сын — тоже нормальный человек, шустрый и сообразительный паренек. Но одна паршивая овца в последнее время все стадо портит.

Они согласились на просьбу хозяина дома, но от коньяка отказались. А Витька куда-то исчез, испарился словно утренний туман под напором свежего ветра. Отец нахмурился.

- Алексей Игоревич, вы, наверняка, не совсем точно информированы о деталях дуэли, — мягко сказал Павел. — Господин Волоцкий действительно бросил вызов за оскорбление чести своего Рода, но Виктор, имевший право выбора оружия и места, решил провести дуэль на ринге. Бой без правил.

- На ринге? — не поверил Колесников.

- Именно, — подтвердил Володя Решетников. — Бой на ринге в спортивном комплексе «Витязь». Дуэль будет идти до нокаута или до того момента, когда один из соперников физически не сможет продолжать бой.

- Щенок! — сморщился отец. — Хочет честь рода уронить! Позор мне на старости лет! Тьфу! Зря господин Волоцкий дал выбор этому прохвосту. Чертов оболтус совсем забыл, что такое семья, для чего она вообще существует. Одни тренажеры на уме. Штанги, гири, спортивные станки, таблетки. Почему ваш отец, княжич Павел, не может обуздать его?

Старик сгорбился. Потратить столько сил на воспитание сына и осознать всю бесполезность долголетнего процесса, когда все ресурсы в наследника вбуханы напрасно — удар тяжелый.

- Князь Щербатов никогда не вмешивается в дела своих вассалов, если они касаются воспитания в кругу семьи, — чересчур жестко ответил Павел. — Но в данном случае наказание последует, это несомненно. Только после боя. Боюсь, что договариваться поздно.

- Витька! — неожиданно для всех рявкнул отец. — Куда подевался, паршивец?

Что-то с тяжелым грохотом упало на пол в глубине дома, послышались восклицания, топот ног. Секунданты не стали присаживаться на диван, предпочитая ожидать виновника проблемы на ногах. Княжич заложил руки за спину и стал прохаживаться по гостиной, с нарочитым любопытством разглядывая портреты предков рода Колесниковых. Володя Решетников сохранял молчание, уткнувшись в экран телефона. Отвечал на бесконечные запросы любимой жены в текстовом режиме. Тоже волнуется, как будто сам Володя является дуэлянтом.

Виктор появился через пять минут, уже только одной своей неторопливостью вызвав раздражение Павла. В тренировочном шерстяном костюме, сидящем на нем как влитой, на мощной фигуре, в мягких теннисных туфлях, он развязно зашел в гостиную с таким видом, как будто только что не присутствовал при встрече с секундантами, учтиво кивнув княжичу и просверлив злым взглядом Решетникова. Надо признать, что-то гипнотически неприятное светилось в глазах Виктора, грозящее перейти в беспричинную злость или бешенство. Неужели магические эликсиры меняют и ломают психику человека? Ведь еще пять лет назад парень не был настолько агрессивным.

- Господин Колесников, — княжич Павел встал напротив Витьки, нисколько не боясь безумную черноту его зрачков. — Намерен известить вас о вызове на дуэль господином Волоцким. Предварительный выбор оружия и способа дуэли был за вами. Вы отказываетесь от нее? Меняете способ сатисфакции или все остается в силе?

- Без изменений, — ухмыльнулся Виктор. — Неужели не испугался?

- Обсудим момент прекращения дуэли, — холодно произнес Павел. — До смерти, до травмы, до первой крови? Или еще какие варианты предпочтете? Может, все-таки в Магическом Кругу?

- Магический Круг? — скривился Колесников, а отец побагровел от поведения сына. — Дешевая инсценировка боя! По-мужски, на кулаках, зубами и ногами! Вот это я понимаю!

- Ваш ответ?

- Ладно, — хмыкнул Виктор. — Как только я сломаю ему ребра — бой прекращается.

- То есть, до первой тяжелой травмы? — уточнил княжич. — Кровь в расчет не берется?

- До первой тяжелой травмы, — все-таки немного подумал Витька, прежде чем подтвердил свои слова.

- Когда угодно встретиться?

- В субботу. Ринг спортивного комплекса «Витязь»». В девять вечера. Опоздание автоматически ставит господина Волоцкого в неприглядном свете как труса и человека, не держащего слова.

- Всего доброго, — тут же развернулся к выходу Щербатов. — Я передам условия Колояру.

Он надменно выпрямился и пошел к выходу, не замечая суету слуг возле дверей. Решетников едва поспевал за ним.

****

- Что-то вы невеселые, — заметил я, когда Павел и Володя садились в машину. Водитель тут же выехал за ворота особняка Колесниковых и помчался по улице в сторону «Интерлогиста». Решетников сидел на переднем сиденье и делал вид, что не слушает нас.

- А чему веселиться? — пожал плечами княжич. — Через несколько дней цветущий красивый парень Колояр Волоцкий превратится в отбивную. Посмотрел я на Витьку. Это что за гора мускулов? Чего такого он жрет?

- Да плевать, — отмахнулся я. — Когда?

- В субботу в девять вечера в «Витязе».

- Ага, где же еще, — я не удивился. Виктор тренируется там изо дня в день, имеет кучу последователей, поклонников и поклонниц, ему знаком каждый сантиметр ринга. — До смерти?

- Пока кого-то не покалечат, — хмыкнул Павел. — Ты вообще не переживаешь? Реально, он тебя уделает.

- Не уделает. Кажется, я понял, что именно он в организме прокачивал с помощью магических зелий. Кстати, лекари не запрещены?

- По умолчанию на любой дуэли должны присутствовать лекари в ранге архимага, — наставительно произнес Щербатов. — Мы предоставим тебе услуги нашего целителя. Думаю, отец не будет против.

- Хм, ладно. Не буду отказываться, — я прикинул, что целитель понадобится. Черт его знает, этого Колесникова. Мне известно, насколько мощно влияют модификаторы на тело подготовленного бойца. Сила удара возрастает многократно, скорость реакции неимоверная. И чувствительность к ранам падает. Со сломанными костями можно драться. — Но вы в любом случае будете секундантами. А кто будет организатором? Нужен непредвзятый участник.

- Дядя Кирилл, — неожиданно ответил Павел. — Он входит в Родовой Совет, ты его не знаешь. Средний брат отца. Я с ним перекинулся парой слов. Как жеребец копытом забил. Любит дядька такие развлечения.

- Виктор решил устроить из дуэли представление, — поморщился Решетников. — Дурной тон…

- Специально, — я хмыкнул. — Колесников хочет укрепить свое реноме жесткого бойца. Если победит меня, будет потом орать на каждом углу, что сломал бывшего кадета. Для монастырской школы плохая репутация.

- Так победи! — удивился Павел. — Кстати, все хочу спросить: что за девица утром с тобой возле гостиницы стояла? Такая хорошенькая… Но недовольная.

- Но-но! — я мгновенно подобрался. — Даже не думайте, княжич. У вас, вообще-то, жена есть. По слухам, отец вторую подбирает.

- Да, куда-то торопится, — поморщился Павел. — Все ради укрепления позиций в Москве.

- Она из московского дворянства? — а чему я удивляюсь? Щербатовы — верные союзники императорского клана, и укрепление позиций вдали от Торгуева для князя Бориса весьма выгодны. Вот только кто? Ответит Пашка или нет?

- Из Рода Вяземских, — кивнул княжич. — Только не по главной линии. Она — дочь среднего брата Главы Семьи.

- И тем не менее…, - осторожно ответил я. — Хорошая партия. Вяземские, я слышал, сильные одаренные. В роду очень много талантливых и перспективных стихийников.

- Только об этом знаешь? — засмеялся Павел, пихнув меня плечом. — А ты в курсе, что Вяземские имеют обширную сеть банков за рубежом? Англия, Франция, итальянские и германские княжества. Князья, дожи, герцоги, представители императорских семей крепко сидят на крючке этого клана.

Да, Вяземские не входили в императорский клан, но, как и Щербатовы, слыли крепкими союзниками. Можно сказать, случись какая заварушка, только обе этих Семьи могли выставить до пяти тысяч бойцов. А если плечо подставит император — туши свет.

- Серьезно, Павел Борисович, за тебя взялись, — посочувствовал я. — Но и перспективы мощные…

- Ага, как бы не пришлось из Торгуева уезжать, — поморщился Павел.

- В Москву?

- Дальше. Или Париж, или Лондон.

У меня в предвкушении зачесались ладони. Пожалуйста, пусть в Лондон! И тогда можно использовать Пашку втемную, чтобы выйти на Уильяма Грэйса. Мне нужны все перстни для создания доспеха! Если смогу у Грэйса приобрести те самые перстни, останется найти два последних…

- Париж, наверное, самый лучший вариант, — задумчиво произнес я. — Каштаны, кофе, круассаны…

Княжич фыркнул с пренебрежением.

- Знаешь, если меня хотят посадить на перспективное направление, выгодное отцу и Вяземским, то только Лондон. Мне он больше подходит, чем расфуфыренный Париж. На Острове такие волчары водятся, как раз по моей душе. Для профессионального роста франки меньше подходят.

По моему мнению, Павел уже смирился с будущими перспективами и прорабатывает свою дальнейшую жизнь на туманном Альбионе. Хоть бы так! Да почему нет? У Щербатовых большие планы на британцев. Транзитный поток возрастет, клан получит весомую прибыль. Только я недоумеваю до сих пор, почему в качестве мишени выбрали Мирославу, в этом бизнесе пока ничего не значащую. Княжич Павел является самой оптимальной фигурой для шантажа. Сразу по планам Щербатовых и Вяземских бьет.

Всплывшие обстоятельства скорой свадьбы княжича Павла с представительницей клана Вяземских отлично ложилось в версию о причастности Паниных к недавним событиям. Ярославские могли узнать о слиянии двух Семей и заторопились. Может такое быть? Я не следователь по особо важным делам, но слишком выпячивается покушение на княжну.

Володю Решетникова мы высадили возле семейного особняка, попрощались. Я хотел передать Полине привет — и отказался. Пока не стоит. Не стоит афишировать наше знакомство. Если до сих пор с ее стороны нет попытки встретиться со мной, значит, девушка просчитала все последствия такого шага. Ну и правильно. Когда-нибудь нас представят официально.

Мы на мощном «ансате» княжича Павла доехали до офиса, где меня высадили с пожеланиями как следует подготовиться к дуэли. А чего готовиться? Я уже понял, чего ждать от Виктора. Боец серьезный, честно признаюсь. Мне нужно прокачать модификаторы, разленившиеся от активировавшегося Дара. Вот и получается, одно теряю, а другое не приобрел. Где же найти учителя? Натурально, головная боль на ровном месте. И не проигнорируешь. Нужен мне маг-наставник, очень нужен.

Зашел в приемную, поздоровался с секретаршей, поинтересовался, на месте ли княжна. Оказывается, у нее сейчас идет совещание со своими сотрудниками. Не буду мешать. Пожал руку Гиви, сидевшему за соседним столом. С недавних пор мое распоряжение о постоянной охране Мирославы вступило в действие. Парню, правда, приходится практически весь день торчать в приемной, но он не унывал. Перед ним лежали кроссворды и какая-то потрепанная толстая книжка.

В личном кабинете меня встретила радостная Ирина. Она потрясла небольшой кипой газет и подала мне одну из них.

- Ты попал в яблочко, господин Волоцкий! — молодая женщина светилась улыбкой. — «Волжские зори» — клановое издание. Типографию содержат Софоновы — вассальный род Паниных. Текст из обрывка газеты — именно из «Волжских зорь». Уф!

Ирина налила себе в стакан воды и залпом выпила. Я развернул газету и увидел обведенный красным маркером текст, один в один сходящийся с обрывком, найденным в кармане убитого архата.

- Отлично, — я тоже испытал облегчение. Если ярославские на самом деле причастны к суматохе в городе — пусть Мисяй занимается враждебным кланом. Это его работа. Может, сломает себе голову. Или Панины грохнут. Чужими руками устраню одну проблему. — За это выпьем. Но не сегодня.

- Правильно, — кивнула Ирина. — За рабочую версию рано бутылку открывать. Колояр, отпустишь меня сегодня пораньше?

- На свидание? — ухмыльнулся я, присаживаясь за стол. Газету положил перед собой.

- Почему сразу на свидание?

- Платье нарядное, которое ни разу на работу не надевала. Парфюм тонкий, вкусный. И вообще, пора свою личную жизнь налаживать. Ты же красивая женщина, Ирина. Неужели нет претендента на твою руку?

- Сумбурные выводы, — рассмеялась Лапочкина. — И не умеешь ты уговаривать, Колояр. Ладно, угадал. У меня романтическая встреча со старым знакомым. Приехал из Ростова. Сто лет не виделись.

- Да хоть сейчас иди, — махнул я благодушно рукой.

- Правда?

- Правда. Если завтра опоздаешь на работу — приму во внимание.

- Спасибо-спасибо! — Ирина пыталась сдержать радость. Схватив сумочку, она метнулась к двери и остановилась. — Кстати, княжна Мирослава просила меня аккуратно выяснить, с кем ты вчера встречался. Подозреваю, что она всерьез взялась за твою личную жизнь.

Стукачи уже отработали свой хлеб! Вот же оперативность!

- Лучше бы она так рьяно работала, — проворчал я. — Что тебе известно?

- Мне известно, что помимо меня она надавила на заместителя Мисяя- Пеструшина, чтобы тот узнал, кто такая Александра Громова.

Ефим Пеструшин на самом деле являлся вторым лицом в СБ князя. Молодой, тридцатилетний мужчина с оформившимся инстинктами удава. Еще немного — и самого начальника проглотит. Я пробовал наладить контакты с Ефимом, только он не стремится к сближению с кем бы то ни было. Нелюдимый человек. По службе вопросов нет, а вот какой он в душе? Какие мысли о своем будущем и об окружении князя Щербатова в его голове?

- Я правильно назвала ее имя? — невинно поинтересовалась Лапочкина.

- Дьяволова задница! — я хлопнул ладонью по столу. — Вот зачем ей это надо, Ирина? Ну, какое дело Мирославе, с кем я встречаюсь?

- Она не дворянка. Я про твою знакомую…

- Да плевать! Меня никто не упрекнет о дружеских связях с мирянкой! Некому! Неужели не понимает?

- Я подозреваю, что княжна к тебе стала испытывать некоторые симпатии, — улыбнулась Ирина. — И как любую красивую и яркую девушку, Мирославу злит твое невнимание. Ну не будь бесчувственным болваном! Ваш семейный союз маловероятен, конечно, но если подумать… Перспективы для тебя огромные…

- Ирина! Иди, а? Ростовский жених ждет тебя!

Ирина со смехом убежала, а я со злости еще раз грохнул по столу кулаком. Вот же зараза! Нельзя мне привязываться к человеку, чей папаша замаран в крови моих родителей! Это будет выглядеть как… как соглашение о мире. Разве об этом я думаю еженощно, когда ложусь спать? А вариант с Мирославой мне пришел в голову сразу, как только я был приближен князем к своей дочке. Пришел, да и вылетел. Действительно, маловероятно. Вон, Павла как продвигают. Союз с Вяземскими — не игра на губной гармошке. Это громадная и мощная финансовая, военная и административная система, в которую я собрался сунуть палку. Руку оторвет с мясом — вот что будет. Эх…

- Колояр!

Я настолько задумался, что не заметил вошедшую в кабинет Мирославу. Девушка протянула руку к металлической «собачке» замка и демонстративно щелкнула ею. Дверь заблокировала. Сейчас или убивать будет, или приставать.

- Кто такая Александра Громова? — угрожающе цокая каблуками, приблизилась ко мне княжна. Уперев левую руку в бок, а правую — в стол, она нависла надо мной. Гибкая, обворожительная в стильном костюме песочного цвета; белая блузка под расстегнутым пиджаком натянулась на высокой груди. Я поднял на нее глаза. На Мирославу, конечно, ну и на соблазнительных формах задержался чуток.

- Моя очень хорошая знакомая, — отвечаю спокойно.

- Или невеста? Или любовница? — в голосе Мирославы металл и холод. Кольца на руке запульсировали в такт сердцебиению. Камни-амулеты возмущенно подняли фон магического давления.

- Невеста, любовница, подруга, помощница. Выбирай любой вариант. Какого черта ты следишь за мной? И загаси магию. Меня корежит от твоих артефактов.

- Выбирай выражения, Волоцкий! Я не слежу, а пытаюсь оградить тебя от ненужных контактов! Она — служащая князя Демидова, дурак! Еще не понял? Работает на раскопках твоих земель! Не соображаешь, что тебе ее специально подсовывают?

- Мирослава, — закипел я, — пожалуйста, не говори того, что рассорит нас. Лишнее слово — и мы враги. Алику я знаю давно, еще со службы в Демидово. Она здесь для того, чтобы встретиться со мной. Никаких заговоров…

- Алика? — язвительно произнесла Мирослава и гордо выпрямилась. — Надо же, как просто из Александры ты превратил имя в такое ласковое, пушистое…

- Нельзя?

- Можно! — рявкнула княжна. — Ты провел с ней ночь в своем номере! Черт с тобой! Но она здесь не просто так, еще раз говорю! Она подданная князя Демидова!

- Вы во вражде с князем Юрием Степановичем? — я постарался успокоиться. — По моим сведениям — нет. Даже договоренность существует. Нет никаких предпосылок к тому, что Алика… Александра под меня роет. Ты не знаешь ее.

Мирослава с грохотом вытащила стул из-под стола, села на него, закинув ногу на ногу.

- Ты гробишь свою репутацию, Волоцкий. Ты дворянин из Первых. Твоя кровь не должна смешиваться с кровью мирянки. Если приспичило — мы найдем тебе девушку из благородных!

- Ого! Уже роль заботливой матери на себя берешь? — я с трудом сдержал ярость, скривив губы в улыбке. Что она хочет от меня? Спокойно, только спокойно, не брякнуть бы лишнее. — Не много ли чести?

- Давай не будем о чести, — выдохнула Мирослава и аккуратно застегнула верхнюю пуговку на блузке. — Скользкая тема. Я вижу, ты весь клокочешь. Что тебя задело? Моя осведомленность? Да, я такая. Вредная, мстительная, ревнивая сучка. Я хочу, чтобы ты не портил свою кровь. Отец заботится о тебе…

- Заботится? — я едва не выпучил глаза от такого пассажа. — И в чем его забота, не скажешь?

- Он хочет найти тебе подходящую партию. Мне кажется, папа слишком много времени уделяет твоему будущему. Вроде бы и не сын, не близкий родственники…

Ты сама-то веришь, глупенькая, о чем говоришь? С трудом подавив изумление, я ответил несколько сумбурно: — Алика — дочь ведуна. А, значит, она имеет искру Дара.

- Не знала. Спасибо, что открыл еще одну замечательную ипостась своей подружки. Это подтверждает мои опасения. Ее могут использовать против тебя. Загребут земли под твои любовные страдания, фактически установив здесь филиал уральского княжества. А отец такого не позволит. Война никому не нужна. Поэтому я прошу, будь осторожен. Если не хочешь прекращать отношения с Громовой — ради всех богов — развлекайся. Но лично я буду следить за ней. И при малейшей опасности….

Мирослава встала, тряхнула головой.

- Договаривай. Устранишь?

- Эх, Колояр, — в глазах княжны мелькнули совершенно иные чувства, которые были до этого. Такой Миру я еще не видел. — Зачем ты мне приписываешь такие жуткие качества? Я же не людоедка. Просто попрошу отца выдать меня замуж за беспутного Волоцкого, а второй женой для тебя взять твою ненаглядную Алику. Ради безопасности Семьи и не на такие жертвы пойдешь. Зато рядом будет, никуда не дернется. И Демидовых слегка остепеним. Пусть мне плохо будет, но тебе еще хуже! Попробуй тогда проявить свой независимый характер!

Меня чуть удар не хватил от неожиданности. Пожалуйста, только не этот вариант! Я закашлялся, прижав кулак ко рту. Ничего себе шуточки у княжны! Смотрит серьезно, словно ожидает моего слова. Нет-нет, ничего она не услышит сейчас. Я в шоковом состоянии.

Мирослава подошла ко мне и сильно ударила по спине ладонью.

- Спасибо, — сказал я, вытирая слезы с уголков глаз. — Только твой отец не пойдет на такую жертву. Не стоит она того. Тебе другую партию готовят. Павла сейчас оженят во второй раз, а следом и ты пойдешь под длань Лады.

- Много ты знаешь о князе Щербатове, — фыркнула девушка и уже полегче похлопала меня по хребту, словно огладила. — В его сейфе лежат десятки предложений от знатных семей Европы. В России мы добились многого, и отдавать меня замуж за местного дворянина — самое худшее вложение капиталов.

- Так я о чем и говорю! — с облегчением сказал я, радуясь, что слова Мирославы о своей свадьбе со мной — чудовищный ляп или бред взбалмошной девицы. Но никак не оговорка.

- А ты не радуйся, — наклонившись к моему уху, прошептала княжна. — Я ведь и в самом деле могу испортить твою жизнь своим вечным присутствием возле тебя.

- Вечного ничего не бывает, — пробормотал я, приходя в чувство. Ничего себе, хороший удар пропустил! Не нокаут, но тоже серьезно. — Хорошо, я все понял. Мне нужно побыстрее закончить строительство своего дома. Там твое всевидящее око не сможет проникнуть через плотные портьеры. А здесь в каждом ресторане, кафе, парке, в гостиницах ваши соглядатаи.

Неожиданно Мирослава легким движением руки погладила мои волосы, потом растрепала на макушке короткий ежик и вздохнула. Ладонь у нее хоть и тяжелая, но с тем же и ласковая, теплая. Пульсация в висках прекратилась.

- Полегчало? — в голосе княжны появились новые нотки. Из дикой кошки она превратилась в домашнего плюшевого медвежонка.

- Спасибо. Одаренная ты девушка, Мира.

- Пф! Какая ерунда! Обычное воздействие целебным амулетом, — княжна продемонстрировала кольцо с бесцветным камнем с синеватыми прожилками. — Когда будет дуэль?

Переход с одной темы на другую снизил напряжение в кабинет. Подумаешь, высказали друг другу претензии. Девчонка хочет внимания, а я старательно дистанцируюсь. С другой стороны, нафига мне нужны любовные приключения? В Торгуеве много интересных барышень. И безопаснее, к тому же. Не оттяпают голову после интимных игр, как принято у богомолов.

- В субботу, — ответил я, вставая следом за княжной, и топая к двери.

- Я приду, — по-простому ответила Мирослава. — Если тебе удастся выстоять против тонны живого мяса и мускул — то окончательно уверую в твою неуязвимость.

- Не хочу даже думать, что кому-то интересно будет увидеть меня переломанным и в крови.

- А ты постарайся не доводить до такого момента, — усмехнулась княжна и с щелчком разблокировала замок. — Домой едем?

- Мне нужно встретиться с твоим отцом. Есть срочное дело.

- Так позвони.

- Все контакты идут через Павла, — я поморщился. — Иногда меня раздражает такое условие, поставленное князем. Лишние люди, уши. Срочная информация превращается в бесполезную говорильню.

Мира, уже пытавшаяся открыть дверь, вдруг отошла обратно, простецки присела на стол и достала из кармана пиджака мобильник. Нахмурила брови, вглядываясь в экран.

- Мог бы сразу сказать мне, что посредники не нужны. Подожди…. Папка! Привет! Ты где сейчас? На Стрелецкой? Совет клана проводишь? А, уже закончили? Когда домой? Поздно будешь? Тут меня Волоцкий в своем кабинете закрыл, шантажирует…

- А…! — я возмущенно подлетел к Мирославе, но она ладошкой прикрыла мой рот.

- Да. Требует, чтобы ты дал ему свой номер телефона для экстренной связи. Ему не нравится схема посредничества через Павла. Ну, в самом деле, ты же не мальчик! У Колояра есть какая-то срочная информация, а он вынужден тебя искать через своих детей. Вот видишь, к чему приводит твое упрямство. Останусь тут до утра со своим страшным мучителем, пока он не получит желаемого. Ты же знаешь, чего хотят молодые и резвые мальчики? Ага, проняло? Спасай дочь…

Я прямо чувствовал, что княжне доставляет удовольствие дергать и царапать отца, а тот, в свою очередь, даже не делает попыток одернуть ее за болтливый и немного шальной язык. Щербатов и в самом деле любил младшенькую.

- Дать ему трубку? — промурлыкала девушка. — Хорошо.

Я прижал к уху нагретый в ее руках пластик и кашлянул.

- Вечер добрый, Борис Данилович.

- Сейчас дуй на Стрелецкую, — голос у князя веселый. Рассмешила его доченька. — Захвати с собой эту шантажистку. Мы потом вместе домой поедем. Приглашаю на ужин. Расскажешь, какой петух тебя клюнул.

Черт бы вас побрал, шутники! Я отдал телефон Мире и сказал, чтобы она собиралась. Когда мы выходили из нашего отдела, княжна протянула брелок с ключами вскочившему на ноги Гиви и попросила:

- Ты не смог бы отогнать мою тачку к дому? Буду очень благодарна! Я поеду с Колояром на его машине. У нас деловая встреча на другом конце города.

Гиви, конечно, расцвел и согласился. Какой мужик откажется прокатиться на таком звере, одним видом заставляющем цепенеть окружающих от восторга, а мальчишек восторженно разевать рот, провожая мечтательным взглядом красную молнию.

На Стрелецкой улице находился еще один офис Щербатовых, вернее, Головной Штаб, мозговой центр, занимавшийся всеми делами клана, начиная от хозяйственных вопросов и заканчивая планированием боевых операций. Правда, воевать пока никто не собирался, но я точно знал, что еженедельные заседания проходили весьма активно. Аналитическая группа составляла отчеты о возможных провокациях недружелюбных кланов, а служба безопасности и вояки разрабатывали мероприятия.

Мы попрощались с Гиви, и тот рванул к стоянке, где красовался «мазератти». Нам оставалось только спокойно сесть в «хорьх», и Мирослава сразу же подкрутила зеркало заднего обзора, подкрашивая помадой губы. Проверила макияж.

- Видишь, — сказала она, — я начинаю исправляться, за руль своего яркого автомобиля стала садить очень редко.

- В моей машине тоже не безопасно, — возразил я. — Но пока я с тобой — дыши спокойно. Когда сменишь тачку?

- Скоро, — вздохнула она. — Дня через два-три.

- Отлично, — кивнул я с облегчением, заводя мотор.

Грохнуло так, что взрывная волна шатнула машину. Завыли сигнализации потревоженных автомобилей на стоянке, по крыше что-то ощутимо прилетело. По асфальту впереди нас заскакали искореженные куски металла и горящего пластика.

- Ой, мама! — инстинктивно согнулась Мира, обхватив руками голову. Потом, правда, поняла, что жива и здорова. Обернулась. — Моя машина!

От «мазератти» остался жалкий остов горящего и коптящего металла. Я мгновенно нажал на газ, и «хорьх» со всхлипом, отчаянно визжа на пробуксовке шинами, рванул вперед. Охрана с выпученными глазами отскочила от ворот, из офиса высыпали люди и метались по стоянке, размахивая руками.

- Твари! Кто это сделал? — орала княжна, упершись руками в приборную доску.

- Замолчи! Не истери! — не выдержал я, держа постоянную скорость. Так мы и неслись по улицам, вызвав хаос на дороге. Кто-то сигналил нам, кто-то уступал — в общем, нам удалось за несколько минут отъехать на значительное расстояние от офиса «Интерлогиста». Я боялся, что за нами могли увязаться исполнители акции, при условии, что кто-то из них остался возле офиса проконтролировать свою работу. Если они знают, что княжна жива — за мной пойдет погоня. Будем надеяться, что удастся представить гибель Гиви за смерть Мирославы.

Черт, черт! Гиви, славный парень, любящий кроссворды и машины! Как же так? Ну зачем Миру угораздило попросить его отогнать тачку к дворцу Щербатовых? Стояла бы себе на месте… Ага, а завтра девушка села бы в нее и…

Это война. Кто-то сделал серьезную заявку на боевые действия. И здесь не пахнет жалкими предупреждениями и намеками. Пытались устранить члена клана Щербатовых. И не просто… А дочку сановитого боярина.

- Во сколько мы вышли из офиса? — успокоившись, я сбавил скорость, поняв, что за нами никто не стремится, высовываясь из окна машины с гранатометом на плече. Улица, по которой мы ехали, хорошо просматривалась, и какого-то намека на хвост я не наблюдал.

- В половине седьмого, — девушку била нешуточная дрожь. Она нажимала на кнопки телефона, но он то и дело падал у нее из рук на колени.

- Ты постоянно выходишь в это время. За редким исключением, — пробормотал я. — Машину могли заминировать с того самого момента, как ты приехала в офис. Нужно просмотреть все внешние камеры. Может, заметили ублюдка…

Мой телефон разорвался резкой трелью, подпрыгивая на приборной доске. Я едва руль не выпустил от неожиданности. Звонил князь, самолично.

- Слушаю, — не было времени на высокопарные расшаркивания.

- Мира с тобой? — голос князя был обманчиво спокоен. Но я чувствовал, что Щербатов на тонкой грани между яростью и паникой. — Не могу дозвониться. Линия забита…

- Рядом сидит, мы уже подъезжаем к вам, — ответил я, не забывая смотреть в зеркало.

- Уф! Меня чуть до инфаркта не довели, — с доверительными нотками, успокоившись, проговорил Щербатов. — Сказали, что взорвалась машина дочери, когда она собралась уезжать домой. Кто-то вообще чушь нес, говорил о каком-то сотруднике офиса, севшем в «мазератти».

- Погиб охранник из моей команды, — сказал я, сжав зубы. — Княжна попросила его отогнать машину домой. Взрыв произошел во время запуска двигателя. Если бы там стоял дистанционный заряд, парень остался бы жив. Ждали вашу дочку, князь.

- Гони сюда, не останавливайся нигде. Все штрафы за нарушение правил оплачу лично. Вас встретят, — и Щербатов отключился, даже не поговорив с Мирославой.

Отлично. За банкет будут платить другие. Я прибавил газу, и «хорьх», удивленно рыкнув от такой щедрости, полетел вперед, обгоняя вереницы машин. Мне удалось попасть в «зеленый коридор», и ни один сигнал красного фонаря не зажегся на всем пути следования. Подозреваю, мою машину уже вели и мгновенно переключали светофоры, чтобы я не останавливался. И через несколько минут я уже подлетал к трехэтажному уютному особнячку под зеленой черепичной крышей, огороженному кирпичным забором. Ворота были распахнуты, и возле них торчали с десяток вооруженных ребят в боевой униформе.

Как только я влетел во двор, ворота тут же закрылись, а машину окружили охранники. Миру буквально выдернули наружу и прикрывая со всех сторон, повели в здание.

- Следуйте за мной, — сказал мне один из оставшихся бойцов в бронежилете. — Вас ждет князь.

Меня не слишком оберегали. Прикрыли со спины — и то ладно. Зато провели очень быстро по широкому коридору, стены которого были покрашены в светло-зеленый умиротворяющий цвет. На всем его протяжении я насчитал всего пять или шесть дверей. Наверное, за ними очень большие комнаты или конференц-залы. Или еще какие помещения. Людей в штатском почти не было. Весь первый этаж забит вооруженными людьми. Вроде и суетятся, а все равно чувствуется опытная рука, не допускающая хаоса. Выходы, окна, лестницы перекрыты и контролируются.

Мы поднялись на второй этаж. Здесь уже потише.

- Сюда, — охранник, шедший первым, остановился перед широкими арочными дверями и толкнул створки внутрь. — Заходите, вас ждут.

Обычное помещение, слегка вытянутое. Мебель, большой стол, за которым сейчас сидело около десятка человек. Среди них Мисяй, его зам — Пеструшин, архаты Невзор и Зотов, еще трое знакомых мне людей, приближенных к князю. В основном, все из дружины и Управления Княжеской Безопасности. Силовики.

Щербатов, не стесняясь присутствия людей, крепко прижимает к себе Мирославу. Потом, поглаживая по спине, усаживает ее в кресло. Увидев меня, махнул рукой. Дескать, подходи ближе, не дрейфь.

Оглядываюсь и вижу, что все стулья заняты. Да и ладно, люди не гордые. Встаю в торец стола.

- Кратко. Что произошло? — потребовал Щербатов.

- Если кратко: взлетела на воздух машина вашей младшей дочери, — я гляжу на князя, и вижу, насколько его душит страх, который еще не отпустил свою цепкую когтистую лапу. Бисеринки пота на висках. — Погиб мой сотрудник, по просьбе княжны взявшийся отогнать машину со стоянки домой.

- Почему поехали на твоей машине? — резко спросил князь.

- Вы же сами просили, чтобы я захватил Мирославу, — пожимаю плечами. — В чем меня подозреваете? Что я разыграл инсценировку покушения и погубил хорошего парня?

- Не заводись, — поморщился Щербатов. — Вылетело из головы. Ладно, на месте уже работают спецы, через пару часов появятся первые версии. Так что ты хотел сказать мне, даже рвался на встречу?

Молча я выложил газету, которую прихватил с собой — те самые «Волжские зори» — рядом с ней поместил клочок из кармана убитого архата.

- У меня появилась версия, кто стоит за всеми событиями последних дней, — сказал я.

Сидевшие тихо загудели. Мисяй с ухмылкой смотрел на меня, словно на какую-то редкую и наглую букашку, осмелившуюся высказать свое мнение. Пеструшин, наоборот, заинтересовался. Но больше всех нетерпения и раздражения высказал Щербатов.

- Какие версии? Твоя принципиальная задача — охрана княжны Мирославы, а не поиски врагов.

- Тем не менее, я готов сказать, в каком направлении вам нужно работать.

- Хорошо, я слушаю.

- Еще раз повторяю: это всего лишь версия, и ваше право, принять ее или нет, — я оперся кулаками о стол. — Единственный, кому выгодно взорвать ситуацию в Торгуеве — ярославский клан Паниных…

- Да что он несет! — Мисяй подскочил на месте. — Какие ярославские? В своем ли уме? Ты нас хочешь с Паниными столкнуть?

- Действительно, — Пеструшин был более лоялен, но тоже удивился. — На чем основывается ваша версия?

- Это — обрывок газеты, который я обнаружил в кармане мага, — я поднял замусоленный клочок вверх. — А это газета из Ярославля, принадлежащая клану Паниных. Текст и шрифт полностью совпадают. Ирина Лапочкина — моя сотрудница — провела большую работу по идентификации. Методом исключения мы пришли к выводу, что Панины кровно заинтересованы в срыве запуска терминала в Жигулях. Вы же знаете, что несколько лет назад в Ярославле хотели построить аналогичный хаб?

- Газета — не доказательство, — обронил один из силовиков.

- Не доказательство, — согласился я, — но след ведет именно в Ярославль. Наемный маг купил газету, чтобы завернуть пирожок или какую-нибудь мелкую деталь, потом каким-то образом оторванный клочок оказался в кармане. Впрочем, иные версии сами можете додумать. Текст из обрывка совпадает с вот этой газетой. Обе за десятое мая. А когда на княжну Мирославу напали на загородном шоссе? Через две недели после выпуска данного тиража.

- Почему объектом давления выбрана княжна? — задал правильный вопрос Петрушин. Ага, что-то черкает в своем блокноте. — Будьте добры дать вашу версию.

- Я не знаю, — отвечаю честно. — Было предположение о шантаже с помощью похищения. Но почему решились на ликвидацию — в голову не приходит ни единой мысли. Кроме одной: клану Щербатовых объявили войну. Нужно искать причину. А она может крыться даже в такой мелочи, как прошлые обиды, отжим бизнеса или посадка баржи на мель.

Щербатов громко кашлянул.

- Или резкое сближение с кланом Вяземских, — добавил я.

- Теория заговора, — резко бросил Мисяй. — Глупость несусветная. Ты, Волоцкий, обычный егерь, а не детектив. На следователя не обучался.

- Лапочкина — ценный сотрудник, — я тоже не остался в долгу. Жаль, что сегодня не удалось взять Ирину с собой. Я планировал поговорить об найденных уликах завтра, но ситуация резко изменилась. — Не понимаю, как можно было такой аналитический ум убрать из Управления. Она проверила огромный массив печатной продукции, и не могла ошибиться.

- Ефим, — Щербатов прошелся вдоль стола, закинув руки за спину. Остановился возле меня. — Берешь на себя отработку ярославского следа. Буди «спящих» агентов. Каждый день докладывай мне о результатах. Все финансовые операции Паниных взять на контроль. Я лично попрошу Михаила Андреевича проверить, не проходили ли по его дочерним банкам сомнительные платежи. Невзор, что скажешь по магу, убитому Колояром?

- Не знаю я такого, княже, — пробурчал старик. — Аура тщательно зачищена. Ментальный слепок мертвого мозга не дал никаких результатов. Архата-наемника словно готовили для разовой акции, заблокировав самые важные участки памяти. Можно, конечно, и дольше поработать, но честно…. Уже пованивает, даже в холодильнике.

Раздались смешки. Невзор раздул ноздри, но промолчал.

- Попробуй по базе наемных магов пробить, — подсказал один из силовых. — Морда же его сохранилась. Авось и повезет, если не поменял личину.

- Что по снайперу, стрелявшему в Колояра? — Щербатов остался на месте. На его лице ни один мускул не дрогнул. Веселиться он явно не хотел.

- Такая же история, княже, — теперь в беседу вступил Зотов. Ну, этот мужик шарит, авось и раскопает что. — Полная блокада памяти. Даже магия не помогает. Ментальное снятие глубинных слоев памяти приводит к обрывочным данным. Лица смутные, имен не осталось. Наемники, уничтоженные Волоцким, тоже не навели на след. Странно, но именно повторяющийся принцип блокирования памяти позволяет заподозрить в сознательном уничтожении следов.

- Уровень Творца или архата на последней ступени посвящения, — кивнул Невзор. — Умело поработали…

- Возьмите на заметку, — князь взял газету и обрывок, впился в обведенный маркером текст. Потом сличил с клочком. — Н-да, никогда бы не подумал искать след через прессу. Хорошая работа. Молодец, Колояр. Видел номер, по которому я звонил?

- Да.

- По нему и связывайся со мной в любой момент, когда в голову придут ценные мысли.

- Понял. Спасибо за доверие.

- Брось, — похлопал меня по плечу Щербатов и побрел к своему креслу. — За дочку спасибо. Итак, мне объявили войну. Пока мы не знаем точно — кто, но выясним. Невзор, начинай собирать команду магов. Сколько у тебя наберется толковых ребят, умеющих не только тучи над городом разгонять?

- Десятка два будет, — даже не задумался Невзор. — Правда, придется снимать часть из них с охраны Курганных Земель и важных объектов.

- Ничего страшного, — махнул рукой князь. — Снимай и начинай подготовку. Зотова перевожу к тебе в заместители. Работайте.

- Слушаюсь, княже, — расцвел Зотов. Как-никак, повышенное доверие.

- Мисяй, головой отвечаешь за моих детей и жен. Усиль охрану каждого. Сократи выезды по магазинам и ресторанам. Во дворец мышь не должна проскользнуть. Всех слуг проверить повторно на лояльность. Вновь поступивших на службу пока не изолировать и не увольнять, но следить за каждым. Ефим, переходишь в мое полное подчинение. Для тебя будет особое задание. Аналитики: просчитать варианты развития ситуации, если Панины в самом деле взялись бодаться со мной. Может, они заручились поддержкой какого-нибудь мощного клана навроде Вяземских?

Щербатов внезапно замолчал, глядя на Мирославу, съежившуюся в кресле. Потом снова заговорил:

- По финансистам я уже сказал. В общем, господа, ясно одно: кое-кому захотелось поиграть в войну. Так давайте, пойдем ему навстречу. Все, можете быть свободны. Завтра здесь же в восемь утра. Колояр, ты присаживайся. Ефим, останься.

Странная компания образовалась, отметил я мимоходом, садясь на стул, на котором только что сидел Зотов. Стулья Мисяя и Невзора я побрезговал использовать в этом качестве.

- Ты вот что, Ефим, ответь на один вопрос, — князь, наконец, угомонился и откинулся расслаблено на спинку кресла. — В моем клане есть крот?

- Должен быть, — уверенно ответил Пеструшин. — Утечка идет с тех пор, как вы выиграли императорский тендер на постройку терминала в Жигулях. Волоцкий, возможно, прав: вся возня — из-за транзитного хаба. Но Панины ли здесь играют первую скрипку? Я бы не торопился с выводами.

- Тогда имеет смысл распустить слух, что княжна Мирослава трагически погибла при взрыве возле офиса? — Щербатов покосился на вскинувшуюся девушку.

- Папа! — едва ли не жалобно воскликнула она.

- Сплюнь через плечо, если такая суеверная, — усмехнулся князь.

- Позволь, княже, сказать, — Ефим кашлянул. — Я уже дал распоряжение своим людям, чтобы провели беседу со свидетелями взрыва. Им вменено утверждать, что в машину села именно княжна Мирослава. Сейчас все ваши родные немножко…кхм, в трауре, но вы сами им расскажете правду. Обрадуйте по приезду домой.

- То есть, княжну изолируем на время?

- Да, хорошая идея. Я хотел то же самое предложить Мисяю, но он накричал на меня, обозвал идиотом и прохвостом. Нарушил субординацию, действую через его голову, подсиживаю.

- Не обращай внимания. Не это главное сейчас. Я вот думаю: а если убийца знает, что Мирослава жива? Значит, охота продолжится?

- Несомненно. Поэтому нам нужно княжну на время спрятать. В любом случае.

- Правильно думаешь, Ефим. Я уже такие мысли в голове обкатываю. Дочь, на время уезжаешь из города.

- Куда? — напряглась Мирослава.

- В Журавлиху, — без раздумий ответил отец. — И не откладывая. Сегодня же. Ефим, ты лично сопроводишь Миру в имение. Колояр, я не хочу давить на тебя, ибо ты не давал клятву верности клану. И приказывать не могу, только прошу. Мне нужно, чтобы ты находился с Мирославой, пока не прояснится ситуация.

- А как же работа? — девушка выглядела растерянной. — Там же контрактов на десятки миллионов рублей зависнут.

- Твой зам Бессонов справится, — Щербатов на мгновение прикрыл глаза.

- Вещи! В Журавлихе ничего путного нет! Одни старые платья остались! — заметалась Мирослава.

- Ничего, переживешь, — отец усмехнулся. — Через пару дней Ефим закинет тебе твои наряды. Как раз, чтобы коров сельских гонять по пустырям! Так что, Колояр?

Признаться, к такому варианту я готов не был. Сие означало временное расставание с Аликой, которая и так в плохом настроении уехала в археологический лагерь. Что-то ее глубоко задело и обидело в моем поведении. Тоже ревность забушевала в сердце? Ох, девчата, я с вами с ума сойду. Но и Мирослава не заслужила участи быть безжалостно убитой ради непонятной возни вокруг терминала. Если грохнут самого князя — жалеть нисколько не буду. И как быть? А ведь еще дуэль предстоит в ближайшие дни! Об этом и сказал Щербатову.

- Не было печали, — выругался князь. — Я лично займусь этим вопросом. Или отправлю Виктора в Курганные Земли. Провинился он за многие случаи. Хватит глаза закрывать. Дуэль откладываю на неопределенное время. Все!

Пожалуй, съезжу-ка я в эту Журавлиху.

Слышал я про старое поместье Щербатовых, раскинувшееся на берегу озера с одноименным названием. Красивые места. Сосновый бор, чистый пляж, водичка прозрачная. На другом берегу стоит деревня. Так же называется — Журавлиха. Туда идет только одна дорога — отворот с центральной автострады Торгуев — Пенза. Далековато от княжеской вотчины, но не совсем дикие места. Вариант не самый лучший для игры в прятки. Может любой под видом деревенского паренька или пастуха подобраться и кончить нас без напряга. Даже я не помогу.

- Так что, Колояр? — Щербатов напряженно ждал ответа. — Я могу на тебя надеяться?

- Н-да, неожиданно. Я тоже без вещей. И еще пара дел незавершенных.

- Слабые отговорки, — встрял Ефим. — Да согласен он, Борис Данилович. Мнется только из-за девушки одной.

- Ну так привезите ему ее, — хмыкнул Щербатов, прекрасно зная, о ком идет речь. — Мирославе тоже скучно не будет.

Я покраснел от злости. Ага, вот как они себе представляют ситуацию? Алику хватают посреди улицы, кидают в машину и везут куда-то в глухомань. Блин, совсем ополоумели, что ли?

- Не стоит слишком усердствовать, — бросил я. — Давайте обсудим ситуацию. Кто еще будет проживать в Журавлихе кроме нас двоих?

- Немногочисленная прислуга в виде двух скучающих тетушек, управляющего и старого дедка с ружьем, заряженным мелкой дробью, — усмехнулся Щербатов, переглянувшись с Ефимом. — Последний раз туда ездила Елена до замужества. Года три назад…

- Весьма авантюрно, — я покачал головой, прикидывая в уме, как смогу встретиться с посредником, который обещал мне информацию по ярославскому клану. Но что интересно, могу до Жароха запросто доехать и вернуться обратно за весь световой день. — Вы предлагаете мне взять в одиночку охрану княжны? Вы настолько уверены в моих возможностях? Для защиты Мирославы нужен минимум взвод крепких ребят…

- И тем самым мы привлечем внимание тех, кто охотится за дочерью, — возразил Щербатов.

Я пожал плечами. Хозяин — барин. Хочет угробить Мирославу, не надо тому мешать. Жалко девчонку, если до такого дойдет, но лично я не собираюсь героически гибнуть, изображая целую армию телохранителей.

И тем не менее ответил:

- Мне нужна парочка дисциплинированных ребят. Нельзя исключать момент, что нас вычислят. Поэтому в одиночку я вряд ли сдержу оборону.

- Ты же своим кинжалом их всех угробишь, — влезла в разговор Мирослава, и я поморщился про себя. — У Колояра припрятан интересный артефакт, которым он играючи раскидал супостатов.

Это она уже к отцу повернулась. Взгляд приобрел осмысленность, руки перестали дрожать. Княжна пришла в себя после хорошей встряски. О Гиви Кетия она хотя бы скорбит? Или забыла моментально?

- Перстни, — коротко ответил я на немой вопрос Щербатова. — Всего лишь перстни. Княжне показалось.

***

Выехали мы из Торгуева в сумерках. Три машины, набрав приличную скорость, рванули по автостраде по направлению к Пензе. Я категорически отказался оставлять свой «хорьх» в городе, и теперь ехал в середине колонны, между двумя «скифами», набитыми вооруженной охраной князя. Мирослава заартачилась и не захотела сесть в бронемашину, вместо этого нырнув в мою. Устроившись на заднем диване, она просто-напросто заснула. Я прикрыл ее пледом, отыскавшимся в багажнике, а сам успокоил Ефима.

- Я закрою машину получше твоей брони, — уже сидя за рулем, сказал я склонившемуся к окну заместителю Мисяя. — Знаю парочку заклятий, которые обеспечат надежную защиту.

- Ладно, уговорил, — с сомнением проворчал Ефим. — Держи рацию. Все маневры по согласованию. Остановка в дороге только по моему разрешению.

- Договорились, — ответил я.

И теперь мы тремя тенями неслись по загородному шоссе без остановок. Мирослава так же продолжала дрыхнуть, не мешая мне сосредоточенно обдумывать ситуацию, сложившуюся на данный момент. Ярославских сейчас обяжут ответить за свои маневры. Пусть отмазываются. На это уйдет много времени. Если же они и в самом деле причастны к наезду на Род Щербатовых — отвечать придется серьезно. В этом случае мне и княжне сидеть долго в захолустье. Хорошо, хоть звонить не возбраняется. Не думаю, что по сигналу моего телефона вычислят местонахождение Мирославы. Потому что не знают моего номера.

Наконец, впереди идущий внедорожник замигал правым поворотником и съехал с трассы. Чувствовалось, что здесь нет асфальта. Хотя колея и не была разбита, но скорость снизилась существенно. Минут пять катили по луговине, потом въехали в лес. Сосновый бор даже при свете фар выглядел могущественно. Таких мощных деревьев я давненько не видел, даже на Варчаты. В два-три обхвата, густые лапы, спускавшиеся чуть ли не до земли, мягкая подушка из хвои, по которой шины даже не шуршали — настолько пружинистым оказался природный ковер.

- Мы уже приехали? — сонным голосом спросила Мирослава за моей спиной.

- Наверное, — неопределенно ответил я, следя за маневрами первой машины.

Неожиданно дорога нырнула куда-то вниз, потом полого покатилась вдоль зарослей ивняка, сменившегося густой прибрежной травой вдоль озера. Блеснула в свете фар серебром спокойной поверхности вода и исчезла. На противоположном берегу виднелась целая россыпь огоньков. Деревня. Соседи еще те — беспокойные селяне.

- Деревенские частенько сюда ходят? — поинтересовался у княжны.

- А кто бы им запретил? — усмехнулась Мира и зевнула. — Шастают туда-сюда, в основном рыбаки. С этого берега почему-то лучше клюет. О! Какую защиту поставил? Чувствую работу амулетов!

- Это не амулетная защита. Перстни генерируют «купол». Я не пользуюсь амулетами, ты же знаешь.

- Когда-нибудь я узнаю, где ты прячешь нож, — зловеще пообещала девушка. — Твоя загадка мне мозг сломала.

Ага, тебе и Зотову. Те еще следователи. Подальше бы держались от меня, проблем меньше будет. Как мне теперь проводить тренировки? Уходить далеко в лес? Не такая здесь глухомань. Кто-нибудь все равно увидит.

Наконец наш кортеж остановился перед массивными решетчатыми воротами. Забор из кованого чугуна с острыми пиками стоит на мощном фундаменте из дикого камня. Деревья, которые раньше подступали вплотную, вырублены, а вместо них сейчас буйно расцвел кустарник, облепляя камень и железо прочным зеленым ковром. На самом деле — старое имение, построенное в стиле восемнадцатого-девятнадцатого веков, когда за безопасность обитателей отвечали магические ловушки и артефакты, настроенные на проникновение извне. Сейчас кругом видеокамеры, следящие за каждым уголком. А кто занимается камерами? Кто следит за мониторами? И есть ли они здесь вообще? Мало кто использует «бродячих собачек» — так называемых свободно плавающих в воздухе невидимых плетений, задев которые, можно получить нешуточный парализующий удар.

Ворота распахнулись автоматически. Мы заехали на территорию имения и сразу же по дороге рванули к особняку. Двухэтажное здание было построено буквой «П», а его средний сегмент содержал парадную лестницу с восемью массивными колоннами и козырьком крыши, поддерживаемой обнаженными гипсовыми мужиками с неимоверно выпуклыми частями торса. Парадная освещалась фонарями, и на лестнице толклись несколько человек.

Я испытал облегчение. Доехали нормально, ничего не случилось. И в самом деле, требовалась передышка от событий, понесшихся вскачь с тех пор, как я принял на себя обязательства по отношению к Мирославе. Поживем в глуши, осмотримся.

- Ты не подумай, что я совсем бесчувственная, — заговорила княжна, когда я заглушил мотор. — Сначала мне стало страшно за себя, а потом, когда я осознала, что вместо меня погиб человек — захотелось реветь. Мне жаль Гиви, честно…

- Буду считать тебя счастливицей, — устало поведя плечами, я обернулся и встретился взглядом с мерцающими зрачками княжны. — На свете не так много людей, способных уходить от гибели благодаря своему предчувствию.

- Меня как будто толкнуло в тот момент, и я захотела поехать в твоей машине, — честно призналась девушка. — Не знаю, почему, но с тобой я действительно ощущаю себя в безопасности. Ты излучаешь какую-то мощную защитную энергию, которую трудно уловить. Словно она не твоя, а приходит извне. Но в то же время ты умеешь ею пользоваться.

«Ого! А славная девица еще и эмпат! — раздался голос моего магического друга Ясни. — Ты приглядись к ней. Начнет копать глубже — придется убить ее. Никто не должен знать о «солнечном доспехе», проснувшимся после тысячи лет глубокого сна».

«Почему сразу — убить»?

«А как же? Иначе рано или поздно кто-то сделает попытку избавиться от тебя, хозяин. А я не хочу. Привык к тебе. Кстати, хочу сказать вот что: если ты вздумаешь связать свою жизнь с женщиной, близкой тебе по духу, она может пользоваться моей силой, перехватывать управление магией».

«Это так плохо?»

«Не всегда. Как сам распорядишься своими чувствами. Хозяин, ты разрываешься между двумя девушками, которые тебе симпатичны. Будь осторожен, не торопись с выбором. Может статься, что и выбора-то и не будет».

Врет он все. К Алике я испытываю глубокие и нежные чувства. Да, все правда. Мне хочется быть рядом с ней. Мирослава… С ней сложно. По факту — она дочь врага, над которым висит меч мщения. Мне нельзя поддаваться слабости, которая каждый раз накатывает на меня, когда рядом княжна. Или я сдаю позиции, или продолжаю свою войну.

- Чего задумался? — кулачок Мирославы ткнулся в мое плечо. — Выходи из машины. Проведу экскурсию по нашей развалюхе.

- Мне бы такую развалюху для начала, — пробормотал я.

Главы 7, 8

Глава седьмая

Роман Васильевич Панин проснулся от удушающей духоты, вливавшейся в полураскрытое окно. Какой уже день стояла жара над Ярославлем, а погодники, словно соревнуясь в бездарности, никак не могли притащить в город освежающий дождь. У них все время получался какой-то непонятный симбиоз морского шторма с крупным градом, а то и со снежной влажной крупой, хотя до зимы еще было довольно далеко. Панин подумывал уже прибить кого-нибудь из дармоедов клановой магической школы, выбрав жертву из низкого ранга, чтобы неповадно было, но потом передумал. Других дел хватало, и обращать внимание на жару, когда прямо за окном изумрудно-чистая вода облизывает бортики бассейна, право слово — не хотелось.

Поворочавшись на повлажневшей от испарины простыне, он осторожно приподнялся, чтобы не потревожить сон молодой жены, уже третьей по счету в его семейном клане, опустил ноги на пол. Поглядел на разгладившееся лицо Маруси, полюбовался красивыми изгибами плеч, и аккуратно, стараясь не производить излишнего шума, встал. Накинул на голое тело халат, и как был босой, так и вышел из комнаты, плотно притворив дверь. Бодрствующий охранник вскочил со стула, думая, что хозяин сейчас даст какое-нибудь задание, но ошибся.

Панин приложил палец к губам. Дескать, шуметь не стоит. А сам по коридору прошел до выхода, где маячили еще двое вооруженных ребят. Сейчас не нужно расслабляться. По слухам, конкуренты начали непонятную возню в сфере его бизнеса. Тоже хотят припасть к пирогу, пекущемуся на огромной территории от Ярославля до Саратова. Чертов транзитный хаб, затеянный Щербатовым, привлек внимание не только русские аристократические семьи, имевшие купеческую хватку, но и всякое отребье, толкавшее любую дрянь через Среднюю Азию на Ближний Восток. Как результат, за первые три месяца работы терминала «Жигули» в волжских городах появилось неимоверное количество контрабандного товара, начиная от курительного табака с какими-то ароматическими и наркотическими добавками, и заканчивая рабами. Да-да, по агентурным данным, в некоторых купеческих семьях уже вкалывают настоящие рабы: уйгуры, персы, киргизы, афгани, пуштуны. Каким образом их сюда перекинули — остается загадкой. Но каналы поставки работают исправно. Надо дать задание своим ищейкам, пусть пронюхают. Пригодится в будущем для давления на непокорных. Без купеческой гильдии здесь явно не обошлось.

Князь, размышляя о странных вывертах нынешнего поколения, почему-то решившего, что раб — это всего лишь бесправная скотина, которую можно эксплуатировать до тех пор, пока одна шкурка не останется. Но зачастую забывались традиции давать рабу вольную через определенное количество отработанных лет. В клане Паниных тоже были рабы. Но они достались Семье в результате небольших локальных войн с враждующими кланами. Панины победили — рабы как награда и трофеи перешли к ним на законных основаниях. Ювелиры, кузнецы, слесари, кожевники, плотники — Панины не морщились и гребли все, что представляло интерес для них самих. Отработают свое — получат вольную и вернутся к родным и близким. Если захотят уйти от сытой кормушки.

Зачастую многие оставались на месте, сообразив, где выгоднее продать свои услуги. Так что Роман Васильевич многократно усилил мощь своего Рода, и отдавать заработанное горбом не собирался. Хотят жить под его защитой? Ради бога, пусть живут. А вот что делать с азиатами? Ведь расползется зараза чужеземного рабства по русским землям — взвоют все.

Почему все должны взвыть, Панин пока не мог облечь в нужную и правильную словоформу. Он не хотел забивать голову лишними проблемами, решаемые его приближенными. Подойдя к бассейну, князь скинул халат на чистую кафельную плитку и голышом нырнул в прохладную воду, ощущая накатившее блаженство. Здесь было хорошо, чем в жаркой комнате под горячим боком молоденькой жены. Нет, к жене претензий никаких. Сладкая и ненасытная штучка. Просто надо было кондиционер включить.

Пока он плескался и фыркал как морж, к бортику подошел Ферзь — его правая рука, советник по безопасности клана, бывший вояка из великокняжеской гвардии. Конечно, как и у всех людей, у него было имя — Фрол, но мужчину в клане больше всего знали по прозвищу. Длинная изломанная тень главного охранника падала на взбаламученную иссини-изумрудную воду.

Замерев на месте, князь с недовольством посмотрел на десницу, как он иногда называл в шутку помощника.

- Ты когда-нибудь спишь, Фрол? — поинтересовался Панин, перебирая перед собой руками.

- Только после обеда, — криво улыбнулся помощник и присел на корточки возле края бассейна. — Неприятности, хозяин. Из Торгуева пришли известия. Младшую дочь князя Щербатова взорвали в машине. Весь город оцеплен княжеской гвардией, на загородных трассах столпотворение. Ни одну машину без проверки в город не пускают. Фургоны с грузами шерстят так, что вой стоит. Наши фуры вообще в сторону отгоняют, а водителей держат под стражей.

- Борис с ума сошел, что ли? — Панин в два гребка подплыл к лестнице и поднялся по ней. Охранник, маячивший тут же, накинул на мокрое тело халат, а сам удалился в тень. — Сведения о Мирославе точные?

- Пока нет точных данных, — Ферзь призадумался. — Но по косвенным данным — княжна мертва. Только я не поверил. Мой человек пока остается в Торгуеве и следит за ситуацией. Если было покушение, но неудачное, то княжну Мирославу быстро спрятали и ждут реакции тех, кто это сделал.

- Князь Борис думает на нас?

- Так точно. Он почему-то сразу провел аресты среди представителей наших торговых домов, блокировал товар на базах. Думаю, скоро пришлет официального обвинителя.

- Но это же война! Щербатов в своем уме? — разволновался Панин и сел в подставленное плетеное кресло, которое ему изготовили на день рождения самые лучшие мебельщики клана.

Ферзь пристроился рядом, тоже напряженно обдумывая сложившуюся ситуацию.

- Горячку пороть не стоит, хозяин, — высказал он свою мысль. — У меня подозрение, что враги решили столкнуть наши Семьи лбами, чтобы потом на пепелище взять хороший куш.

- И на кого бы ты подумал в первую очередь? — согласно кивнул князь.

- Аляповы, Бакринские, Лужины.

- Костромские, что ли? — скривился Панин. — Черт, я про них думать забыл. Пять лет назад мы их раскатали в тонкий блин, а они опять свою башку поднимают?

- Я докладывал еще год назад, что между этими кланами готовится какое-то соглашение. Перекрестные свадьбы, создание совместных предприятий, — Ферзь пожал плечами. — Бакринские подавали высочайшее прошение на княжеский герб, да и в костромском триумвирате всегда доминировали. Теперь картинка складывается. Старый хрыч Варфоломей стремится получить статус Главы клана. Две его внучки вышли замуж. Удачно привязал своих подельников. И Аляпины, и Лужины, в общем-то, не против быть в вассальном статусе.

- Костромские волчата вспомнили, что их унизили когда-то, и решили отыграть? — хмыкнул Панин и потер лицо. — Вот же блядство! Девчонку-то за что угробили?

- Нас решили подставить, — Ферзь ожесточенно потер подбородок. — По слухам, это уже не первое покушение. Где-то неделю назад княжну пытались похитить. Выждали момент, когда она решила расслабиться в молодежном клубе, и перехватили девчонку по дороге домой.

- Почему я не знаю об этом случае? — нахмурился Панин.

- Наш источник проспал, — хмыкнул десница.

- Так что там с похищением? Судя по разворачивающимся событиям — ничего не выгорело?

- Всех положили, сожгли машину. Видимо, с Мирославой находился сильный маг. Потому что ни охраны, ни сопровождения не было. Ехали вдвоем. Или обычная халатность, или нечто другое.

- Любовники?

- Не могу пока сказать, — пожал плечами Ферзь.

- Хороший у тебя осведомитель, все знает, да толку никакого, — ехидно заметил Панин и задумался. — Кто такой этот маг? Он из окружения Невзора?

- Пока не выяснили. Знаем только одно: князь Щербатов расширил штат работников по транзитным операциям, поставив Мирославу начальницей. Охраной занимался какой-то дворянин, бывший егерь. Волоцкой, если я понял правильно…

- Волоцкий, дурень, — поправил его Панин и замер. Такого поворота он не ожидал. Неужели это сын Ставера? Но как? Как он выжил? Неожиданная весть!

Роман Васильевич Панин был, наверное, единственным человеком, не входящим в круг доверия Щербатовых, знавшим истинную причину гибели семейства Волоцких. Да он и не считал, что Борис поступил неправильно. Ставер опозорил его перед высокородными, и потому князь не мог поступить по-другому. Выбрал самый радикальный и страшный метод расправы, уничтожив Род. Поговаривали о каком-то спасшемся, след которого пропал. Не интересовался князь Роман такими вещами, происходящими на периферии его интересов. Получается, спасся-то как раз сын Ставера, и вот теперь замаячил на горизонте. Интересная картина вырисовывается, оживился ярославский князь. А сам-то молодой Волоцкий знает виновника гибели родителей?

- Выходит, некий дворянин Волоцкий занимался охраной княжны? — осторожно переспросил Панин. Остуженное водой тело высохло, и теплый ветерок казался ему прохладным. — И что дальше?

- Так он все время рядом с Мирославой находился.

- Узнать про него сможешь? Все, что найдешь, нароешь — сразу ко мне. Ну, надо же, какой сюрприз!

- А чем нам может помочь Волоцкий? — осторожно спросил Ферзь.

- Не знаю я пока ничего, — буркнул Панин, вставая. Конечно, он лукавил. Парень может сыграть свою роль в расшатывании прочных позиций Щербатовых. Надо только найти правильный подход к нему, нарисовать нужную картину мира. — Буди всех: бойцов, магов, аналитиков, финансистов. Скоро нас убивать придут, а мы ни ухом, ни рылом что произошло на самом деле. Когда Щербатов выкатит обвинение, мы должны указать на предполагаемых зачинщиков. Иначе нас сотрут в порошок…

- Да ладно, в порошок, — слегка самонадеянно усмехнулся Ферзь.

- Ты не в курсе, что Щербатовы скоро породнятся с Вяземскими? — зарычал Панин. — Хотя, откуда тебе знать такие тонкости. Наши капиталы лежат в банках этой Семьи! Перекроют кислород, как пить дать перекроют! Ищи, Фрол, виновных. Рой землю, поднимай всю агентуру в Костроме, Вологде, Торгуеве, Нижнем Новгороде! Не мне тебя учить, как надо работать! Или поучить?

- Не стоит, хозяин, — десница наклонил голову. — Уже иду.

- Через час собери старшин всех отделов у меня в кабинете, — бросил на ходу князь.

Он зашел в спальню, скинул халат и в потемках стал одеваться. Зашевелилась Маруся. Приподняв растрепанную ото сна голову, она удивленно спросила:

- Дорогой, что произошло? Куда ты уходишь?

- Спи, золотко, — Панин по-отчески погладил младшую жену по голым плечам. — Я буду здесь, в доме. Надо поработать. Появились срочные дела. Тебя они не касаются.

Одевшись, он вышел из спальни и приказал охраннику никуда не отлучаться. Панин рассуждал рационально. Не бросится сейчас Щербатов сломя голову со своей кавалерией и гвардией на редуты. Он поступит совершенно иначе. Сейчас его агентура начала кропотливую работу по сбору информации. Утром или к обеду торгуевцы выкатят обвинение. Дадут максимум сутки, чтобы оправдаться. Если виновные не будут выданы, или не названы истинные зачинщики убийства княжны Щербатовой (если таковое имело место) — вот тогда придется биться.

Так кто же подсунул свинью в натянутые отношения двух кланов? Неужели Фрол прав, и костромские огрызки снова решили возродить свое влияние?

Глава восьмая

Население имения «Журавлиха» оказалось весьма колоритным. Оно, как ранее сказала Мирослава, состояло из четырех человек. Тетя Зина и тетя Женя — две разудалые сорокалетние дамы — чем-то походили друг на друга. Говорливые, суматошные, но знающие свое дело досконально. Тетя Зина имела пышные формы в районе бедер и грудей. Этакая ходячая массивная скала с симпатичным лицом, на котором четко просматривались темно-коричневые крапинки, причем все с левой стороны. Я только позже узнал, откуда они появились. Маленькой девчонкой увязалась за мальчишками в лес, где огольцы жгли порох из раскуроченных патронов. Какой бес толкнул Зинку к костру — не знала даже сама потерпевшая. Пыхнуло так, что обожгло левую часть лица. Кричала долго, пока бежала к озеру, чтобы погасить жуткий жар, съедающий щеку. Потом в Журавлихе прошли репрессии среди мальчишек. Попало всем причастным, и даже тем, кто не участвовал в процессе. За компанию, так сказать. Зинка выросла, местная целительница с искоркой Дара вылечила большую часть ожога, но все равно след остался, что не помешало выйти девушке замуж, родить троих детей. Младшая дочь до сих пор живет в деревне. Остальные разъехались. Муж помер.

Тетя Женя казалась антиподом своей подруге: худенькая, шустрая, болтливая на язык, но почему-то всегда ходящая в платке. Волосы у нее рано поседели, вот и стесняется. Уже десять лет. Ну, у каждого свои тараканы в голове. А ведь могла их просто покрасить. Человек-то приятный, сразу взялась за мной ухаживать… В том смысле, что вкусности всякие к чаю подкладывать за столом. Ватрушки, бублики, сахарные калачики. Даже Мирославе столько сладостей не доставалось, как мне. А уж паре наших охранников-близнецов Сашке и Ваське вообще крохи перепадали.

Чем-то я ей приглянулся.

Управляющим имения Журавлихи до сих пор оставался немолодой уже дядька, сам родом из Нижнего, но вот угораздило его осесть в этом благодатном и малолюдном местечке. Низенький, плотненький, с округлым брюшком, дядя Киря, как называла его ласково Мирослава, постоянно поправлял старомодные очки и пытался предоставить отчеты княжне по прошедшим годам. Но Мира отмахивалась и хитро переводила на меня весь отчетно-финансовый кошмар. Дескать, я очень грамотный в этом вопросе человек.

Четвертым обитателем имения оказался боевитый старикан по имени Дорофей. Он первым делом потребовал новое «ружжо» для защиты окрестностей от супостатов, гуляющих по лесу в поисках грибов и ягод. Так как хозяева давненько упразднили лесничество вокруг Журавлихи, деревенские обрадовались и стали толпами гулять вокруг озера и в сосновом бору. В моем лице он встретил горячую поддержку. В самом деле, нехорошо получается. Мы сидим практически в осаде, а любой из местных может заглянуть через решетчатый забор и полюбоваться жизнью обитателей особняка. А потом особенно любопытный притащит гранатомет и шарахнет по дому. Собирайте вещи в дальний путь…

С нами остались молодые охранники, те самые близнецы из группы дальней охраны князя. Мальчишки еще, по сути. Недавно двадцать два исполнилось. Опыт маленький, но я попытаюсь восполнить пробелы в системе обучения хороших и жадных до моих советов ребят.

Мирослава первый день ныла, что ей одеть нечего из всего гардероба, до сих пор аккуратно хранившегося в шкафах. В конце концов она вышла на улицу в ярком красно-зелено-белом сарафанчике, из которого она уже выросла, и потому чувствовала себя в нем неловко. Сарафан с открытыми плечами на тонких бретелях плотно обтягивал ее зрелое тело, и едва доходил до середины бедер. Этакая девочка-припевочка из сказки, которая решительно направилась на лужайку в обрамлении высоченных и стройных сосен. Под мышкой у нее виднелся какой-то сверток. Покрывало, скорее всего.

Сидящие в беседке вместе со мной братья затаили дыхание, глядя на вышагивающую по дорожке княжну. Н-да, я тоже выгляжу, наверное, таким же окаменевшим болваном с распахнутым ртом. Плавные покачивания бедрами, колышущийся при ходьбе подол сарафана, просвечивающая через тонкую ткань фигурка, стройные длинные ножки — это, знаете, чувствительный удар по сердечной мышце и зашкаливающий выплеск адреналина, эндорфинов и гормонов. Особенно для молодых парней. И ведь знает зараза, какое смятение своим видом она вызывает у нас троих. Мелькнуло подозрение, что основной удар направлен на личного окружника, то бишь на меня.

- Так, захлопнули рты, бойцы, — я очнулся первым. — Нехорошо пялиться на молодую девушку, которая не подозревает, что за ней подсматривают. Оторвали пятую точку и пошли осматривать периметр.

Парни мгновенно посерьезнели. Все-таки они были хоть и молодыми, но профессиональными охранниками, которых натаскивали на свою работу уже пятый год. Им хотелось перейти в ближний княжеский круг, но как доказать свою компетентность? Только в случае нападения врагов. Вот тогда они покажут.

Мы медленно направились к западной стене, как раз выходящей к лесу. Я спиной чуял, с каким любопытством на нас смотрит Мирка. Успела скинуть сарафан и лежит в купальнике, найденном на дне шкафа, задрала ноги и болтает ими по воздуху. Откуда знаю? Просто представил эту картину. Подозреваю, что Ясни каким-то образом транслирует происходящее за моей спиной. Или Дар начинает открывать новые способности.

- Исходим из тех ресурсов, что у нас есть, — вытягивая руку как полководец, я шел вдоль решетчатого забора и внушал близнецам вещи, необходимые для тщательной охраны имения. — Камер видеонаблюдения здесь, к сожалению, не нашел. Собака одна, и то ленивая. Даже не лаяла, когда мы приехали. Остается визуальный контроль. Каждый день, парни. Обход, осмотр местности. По периметру нужно расставить своеобразные метки, которые покажут, кто проникал на объект. Подумайте, что можно использовать.

- Нужна злая и кусачая собака, — решительно сказал Васька, который отличался от брата тем, что стригся очень коротко, да притом подрубал виски с укосом, тогда как Сашка предпочитал аккуратную прическу, и лысину никогда не любил. В общем, я проблем с узнаванием не испытывал. — Не обязательно волкодава. Погремушку какую-нибудь. Злую, чтобы только с одних рук ела.

- Вот ты ее и будешь кормить, — тут же уколол его Сашка. — Вообще не люблю собак.

- Как тогда по ночам контролировать усадьбу? — задумался Васька, нисколько не обидевшись на слова брата. — Неизвестно, сколько нам здесь находиться, а каждую ночь в карауле — свихнешься.

- Не будем самоистязанием заниматься, — нахмурился я. — Нужно связаться с Ефимом и попросить его привезти простейшую систему сигнализации. Не догадались сразу захватить. Обычные сигнальные ракеты, взрывпакеты. Понятно, что с нашими силами обширную территорию не проконтролировать. Будем укреплять сам дом. Проверим окна, двери. Оставим парадный вход, а два черных — завалим, заколотим. В доме пять мужиков. У деда Дорофея — ружье, у вас автоматические пистолеты. Надо еще Кирилла вооружить. Каждому из вас я определю свой сектор. Вот за ним и будете следить ночью.

- Ты тоже без пушки, командир, — ухмыльнулся Васька.

- Моя пушка всегда при мне, — я поднес кулак к носу близнеца.

Васька с интересом посмотрел на все четыре перстня, блестевших камнями в свете солнца. Кивнул головой в знак того, что понял намек.

- Ладно, до обеда еще пара часов, — я посмотрел на братьев, косящихся куда-то в сторону. Ага, на полураздетую княжну хотят посмотреть. Я им гляделки-то разверну скоро. — Сейчас задание. Взять ручку и бумагу. Нарисовать план особняка. Делите этажи пополам. Один наверху, другой — внизу. Результаты предъявить по исполнению. Вперед.

- Весь дом! — ужаснулся Сашка.

- А ты чего ожидал? — я с каменным лицом посмотрел на него. — Прохлаждаться здесь будете? С завтрашнего дня начинаем проводить тренировки по рукопашному бою. Стрелять вы умеете, знаю. А вот драка в узких пространствах, на лестницах, в комнатах при помощи подручных средств как раз пригодится. Чтобы всякую дурь из головы выбить.

- Какую дурь? И у кого ее надо выбивать? — удивился Васька, но получил тычок от брата.

Парни отправились выполнять задание.

Я снова, теперь без всякой спешки, начал обследовать территорию имения. Помимо самого особняка неподалеку от него с восточной стороны расположились хозяйственные постройки: гараж, где сейчас отдыхал мой «хорьх», и мотоцикл управляющего Кирилла; сарай для хозинвентаря вроде газонокосилки, лопат, грабель, ведер, шлангов и прочей мелочи. В юго-восточном углу разбит небольшой садик, где растут яблони, вишня, груша. Там все ухожено, хорошо просматривается луговина за забором.

Фасад дома выходит на южную сторону, на лужайку, где сейчас загорает княжна. Единственная проблемная точка — это северная часть забора. Оттуда могут приходить деревенские гости и любой, кому интересно прогуляться от озера до имения. Все знают, что хозяева очень редко посещают эти дивные места. Действительно, немудрено расслабиться. Как еще железный забор не стали разбирать? Ушлых везде хватает. А что сделают две женщины, тихий управляющий и воинственный старик?

Я, наконец, обошел большую часть имения и остановился отдохнуть возле лежащей на животе Мирославы. Она натянула на голову какую-то детскую панамку и дремала, уткнувшись в руки.

Алика в плане открытости все же уступала княжне. Мирослава хоть и была воспитана в духе жесткого материнского контроля, все-таки оказалась подвержена изменениям в обществе высокородных господ. Молодые девушки и женщины захотели большей открытости и признания своей красоты. Отсюда и мода пошла плясать: укороченные платья, юбки, смелые пляжные топики, оригинальные купальники, приковывающие взгляд мужчин, любой аксессуар, способный привлечь внимание. У аристократок стало модно холить свое тело и показывать, каких результатов можно добиться.

Мирослава в самом деле была качественным продуктом своих родителей, как бы цинично эта фраза не звучала. За ней следили с самого момента зарождения, выявляли всевозможные нарушения с помощью магических артефактов, умело вплетенных в организм матери, исправляли их. Мира родилась здоровым ребенком, росла под бдительным контролем всех причастных к ее судьбе людей. Княжна являлась товаром, который следовало продать очень выгодно, и он должен быть великолепным, свежим, привлекательным и желанным.

- Долго будешь на меня пялиться? — раздался голос из-под рук. — В конце концов, это неприлично.

- Сгоришь на солнце, — громко сказал я, очнувшись от посторонних мыслей. — Переползла бы в тень.

- Мне скучно, — глухо буркнула девушка.

- Позволь прочитать небольшую нотацию, — сжалился я, прекрасно понимая, насколько здесь будет уныло человеку, привыкшему к бурлению городской жизни. — Только своими заклятиями меня не убей.

- Валяй, — вздохнула княжна и пошевелилась. Потом перевернулась и села, подтянув колени к подбородку.

Кхм, вид сверху открывается очень и очень красивый. Старые вещи иногда стоит придержать в шкафу. Они преображают человека.

Усевшись рядом с Мирославой, чтобы не искушать самого себя, я исполнил свою угрозу:

- Мира, постарайся выбирать наряды чуточку поскромнее. Когда ты вышла в этом игривом сарафане, близнецы слюнями закапали свою одежду. Не хочу, чтобы они нафантазировали невесть что, но я опасаюсь, как бы тестостерон не разорвал их изнутри.

- А у тебя как с этим? — прищурившись, спросила княжна.

- С чем?

- С фантазиями, конечно. И с тестостероном.

- Очень даже нормально. Врать не буду. Был впечатлен тоже. Но я не об этом. Я беспокоюсь о физическом состоянии Сашки и Васьки. Парни молодые, здоровые…

- Слушай, Волоцкий, что ты краснеешь? — усмехнулась княжна. — Не мальчик, чай. И женщины у тебя ведь уже были? В нескольких километрах отсюда есть деревня. Пусть туда съездят, душу отведут. Девчонки на таких самцов вешаться будут.

- Ага, а местные ребята об их горбы жерди поломают. Мне бойцы нужны, а не разукрашенные синяками доходяги.

- Тогда ничем помочь не могу, — пожала плечами Мирослава. — Мне сарафанчик очень понравился. Правда, он очень милый и сексуальный?

- Отец тебя не слышит.

- Я же не виновата, что меня забросили в глухомань практически голой, — девушка вскочила и накинула на себя сарафан. — Возьми покрывало, пожалуйста. Надоело загорать. Хочу искупаться.

- Не сейчас, — пресек я ее желания. — Нужно проверить подходы к озеру, найти место. Завтра, хорошо?

- Как скажешь. Мне приказали слушаться господина Волоцкого во всем, — княжна раздраженно козырнула левой рукой. Мы медленно пошли к дому. — Колояр, скажи, почему?

- Ты о чем?

- Почему за мной устроили охоту? В чью игру меня втянули? Ты говорил о Паниных. Это правда?

- Я выдвинул только версию, что за покушениями стоят Панины, но не уверен на сто процентов. Может, кто-то решил сыграть на давних противоречиях между вашими кланами. Надеюсь, твой отец выяснит правду, и войны не будет.

- Живешь себе спокойно, мечтаешь о будущем, строишь карьеру, — Мирослава поджала губы, — а потом оказывается, что мир, в который ты хочешь войти, стремится от тебя избавиться.

— Не забывай, — я взглянул на задумчивую девушку, — меня тоже попытались ликвидировать. Поэтому я долго думал, в чем здесь странность. Если Панины были заинтересованы шантажировать твоего отца — они бы стремились и дальше похитить тебя. Вместо этого посадили снайпера на крышу дома, чуть не развалили мою голову на две половинки. Вторая неудача. После чего подложили взрывчатку в твою машину. Создается ощущение, что кто-то торопится создать хаос, втянуть оба клана в войну. А Панины и Щербатовы являются основными конкурентами в континентальных перевозках. Идея построить международный хаб не нова. Панины уже пробовали занять эту нишу. Почему-то не получилось. А у князя Щербатова пока выходит, и неплохо.

- Да, я слышала про эту историю, — подтвердила Мирослава. Мы остановились на лестнице, куда уже падала тень от бокового пристроя особняка. — Папка очень бушевал, дескать, идею украл, паршивец ярославский.

- Иногда идеи приходят одновременно разным людям. Мне интересно, что помешало Паниным развернуть хаб в Ярославле?

- Отец никогда не делился с нами своими проблемами, — девушка зашлепала тапками по каменным ступеням. — Только с Пашей. Он же главный наследник Рода. Вот ему известно многое.

Я кивнул. В России давно изменили право наследования. До восемнадцатого века наследство делили по числу детей мужского пола. Дробить земельные наделы можно было бесконечно. В результате появилось много разорившихся дворян, не умевших вести хозяйство на своих наделах. Этим пользовались более маститые и умные Роды, скупавшие оптом имперские земли. Бедные, как вшивые помойные шавки, но наглые безземельные ходоки пробивались до имперской канцелярии, жалуясь на несправедливость. От них было больше сумятицы и беспорядков, чем от внешних врагов.

Ситуация становилась угрожающей. По империи бродили авантюристы дворянского происхождения, создавались банды, терроризировавшие небольшие городки и деревни. Дошло до того, что крестьяне стали организовывать отряды самообороны, потом подключились клановые отряды. За несколько лет извели почти всех супостатов, но звоночек был серьезный.

Тогдашний государь издал закон, по которому только старший сын являлся прямым наследником, а если великий Род не дал сыновей — то старшая дочь. Или единственный ребенок родителей. Да, это был тоже не выход, но он хотя бы позволил большей части неимущих дворян направить свои желания и возможности в другую сторону. Кто-то уходил в могущественный клан, кто-то подписывал контракт на службу в великокняжеской армии. Работы, оказывается, хватало всем. Дворян приучали к нужности.

Нас встретила тетя Зина. В белом переднике, в беретке, лихо заломленной на голове, она весело оповестила, что через полчаса обед будет накрыт на летней веранде, так как в доме что-то жарковато. Или княжне угодно подать в залу?

- Пусть будет на веранде, — разрешила Мирослава, и помахав мне ручкой, зашлепала дальше вверх на второй этаж. Ее комната находилась в западном крыле, ну и я расположился поблизости, в гостевой спальне. Остальные жили на первом этаже, бдительно неся службу.

Пока я задумчиво изучал интерьер гостиной с шикарной винтовой лестницей, ко мне подошел дядя Киря и робко попросил уделить ему внимание на пару минут. Он почему-то с первой минуты нашего знакомства решил, что я поставлен самым главным надсмотрщиком в имении, и все вопросы должны решаться через меня.

- Господин Колояр, — кашлянул управляющий и нервно поправил очки, — у меня просьба…

- Говорите, Кирилл Савельевич, — подбодрил я. — Что вы с подветренной стороны подбираетесь? Не на охоте, чай.

Управляющий снова вцепился в дужку очков.

- Мне нужно съездить в деревню. Дело в том, что заканчивается договор на поставку молочной продукции. Мы же подписали контракт с фермерским хозяйством. А срок истекает завтра. Боюсь, что поставки прекратятся, и мы останемся без творога, молока, сметаны. Ведь на четыре человека больше стало…

- Творог и сметану я люблю, особенно деревенскую, — на полном серьезе ответил я. — А как составляется контракт, и кто оплачивает?

- Так все просто, — оживился дядя Киря. — Есть типовой договор, там только даты поставить. Один экземпляр остается у Мишкулиных — это фермерская семья, у которой мы продукцию берем — один я пересылаю князю Щербатову, а один остается у меня. Как только договор проходит через клановую бухгалтерию, на счет фермера поступают деньги. Обычно мы согласовываем поставку на полгода…

- Хорошо. Езжайте. Или вас подвезти?

- Да вы что! — замахал руками управляющий. — Есть мотоцикл. Я умею на нем ездить. Ну… если можно, дайте кого-нибудь из близнецов. Для солидности.

- Близнеца дам, — засмеялся я, — но автоматами и гранатами обвешивать не разрешу. Пусть сопровождает. Деревня-то тихая?

- Не лучше и не хуже других, — дипломатично вывернулся дядя Киря. — Три-четыре браконьера, парочка алкашей-бузотеров, молодежь горячая…

- Нехилое местечко, — пробормотал я, призадумавшись. — Ладно. Когда едете? Сейчас? Василий! Александр! Кто внизу?

- Я, — вынырнул Васька из-за угла с блокнотом в руке.

- Собирайся. В деревню с Кириллом Савельевичем сгоняешь. Присмотри за ним. От хулиганов защитишь. Оружие не бери.

- А вдруг…, - замялся Васька, поглядывая на брюшко дяди Кири.

- Вдруг бывает сам знаешь, что, — я нахмурился. — Просто прощупаешь обстановку в деревне. Познакомься с кем-нибудь, разговор заведи. Языком болтать не нужно, кинь парочку слов, что князь прислал человека проверить имение. Про княжну ни слова.

- Все равно узнают.

- Пусть сами узнают, а не от нас! — отрезал я. — Все. Езжайте. Сколько времени занимает весь процесс, Кирилл Савельевич?

- Да часа два-три, не больше.

- В восемнадцать ноль-ноль жду. Плюс полчаса контрольного времени. А пообедать? Голодными попретесь?

- Так я про него не забыл, — хитро улыбнулся дядя Киря и погладил свой живот, выпирающий из-под рубашки. — С учетом обеда к шести часам вернемся, господин Колояр.

Глава 9

Глава девятая

Речной порт никогда не спит. Даже если к причалам не подходят теплоходы или грузовые баржи, яхты аристократов или буксиры — он все равно живет, разве что ненадолго утихает суета персонала и пустеют автомобильные стоянки возле большого стеклянного куба с витиеватыми буквами «речной вокзал» на фасаде.

Лора сошла с казанского рейса, прибывшего в семь утра в город Торгуев, и не торопясь, пощелкивая каблуками туфель по ребристой плитке, вошла в здание вокзала, еще сонного, но уже залитого ранними солнечными лучами. Влившись в гомонящую стайку молодых людей с объемными рюкзаками на спине, девушка миновала дежурный пост княжеской дружины, улыбнулась взбодрившемуся от спячки охраннику и вскоре оказалась на улице.

Повертев головой по сторонам, Лора направилась к стоянке пассажирских кабриолетов с желто-зелеными полосами на боку. Всего их насчитывалось пять штук. Пара других машин уже отъехала от вокзала с клиентами. Подойдя к кучке водителей, девушка сделала круглые глаза и словно смущаясь, сказала:

- Мне нужно в Торгуев. Довезете?

- Тебя, красавица, домчим с ветерком, — с легким горским акцентом ответил один из таксистов, легонько трогая густые черные усы. — Только скажи, куда именно.

- Сейчас, — Лора суетливо полезла в сумочку и вытащила оттуда блокнот. Полистала, наморщив лоб. Мужчины терпеливо ждали, отвернувшись и ухмыляясь про себя. Девчонка-то красивая, да одета как клуша. Длинное однотонное светло-коричневое платье, почти полностью закрывающее ноги, туфли на несуразно длинных шпильках, прическа старомодная, с навороченными тугими кольцами рыжеватых волос. На лбу поблескивают зеркальные очки. Такие сейчас мало кто носит.

- А, вот… «Интерлогист». Есть такой?

- Есть, есть, — ответил другой таксист, пожилой, с сеточкой морщин возле глаз. — Тебе туда, дочка?

- Не совсем. Рядышком. Но выйду я возле офиса.

- Садись в мою карету, любезная, — черноусый подмигнул товарищам и показал, к какой машине Лоре нужно пройти.

Девушка выглядела спокойной, даже чересчур спокойной, несмотря на показную растерянность. Уверенно дошла до кабриолета, села на заднее сиденье, щелкнула замком сумочки, достала кошелек. Наморщив лоб, приготовила купюру в пять рублей, а остальное спрятала обратно.

- Эх, любезная, а почему сзади? — удивился водитель, садясь за руль. — Я думал, посидишь рядом, поговорим о том, о сем…

- Меня укачивает на переднем сиденье, — отрезала Лора. — Езжайте, сударь, и не пытайтесь делать глупости.

- Какие глупости, барышня? — таксист мгновенно потерял живописный акцент. — Никаких глупостей! Просто хотел поговорить. Вы же из Казани рейсом прибыли? Вот, поинтересоваться захотелось…

- Я не разговариваю с водителями, не слушаю музыку, — отрезала Лора. — Просто дайте спокойно подумать. У меня сегодня важная встреча.

Водитель обиженно замолчал, вцепившись в руль тонкими пальцами. А девушка, откинувшись на спинку дивана, прикрыла глаза. Никакой у нее встречи, конечно же, не предвиделось. Навязчивая болтовня таксиста мешала сосредоточиться. Задание, данное ей хозяином, ожидалось тяжелым и опасным. Нужно было подтвердить слухи о гибели княжны Мирославы или опровергнуть их. Если девушка жива — отыскать ее. Дальнейшие инструкции слегка разнились. Ничего необычного. Действовать по ситуации. Всего два варианта: убить или постараться захватить и вывезти за пределы Торгуева.

В городе, еще не забитом потоками транспорта, водитель легко домчал Лору до «Интерлогиста» и остановился возле симпатичного сквера, за которым виднелась башня офиса.

- Приехали, красавица. Четыре девяносто по счетчику, — водитель щелкнул ногтем по стеклу, за которым замерли цифры 4.90. — Видишь, мы честные…

- Вижу, — холодно ответила Лора, подавая усатому купюру. — Сдачу не нужно. Не люблю мелочь таскать.

Она вышла из машины и целенаправленно двинулась через сквер к офисному зданию. На выходе с другой стороны девушка замедлила шаг и огляделась. Тротуарная дорожка, выложенная бордовой плиткой, проходила мимо кованого забора, за которым и находилась первоначальная цель. Сам вход на территорию офиса сейчас был перекрыт, а маленький ручеек людей втекал через импровизированный пост, охраняемый парой вооруженных бойцов в униформе с гербом Щербатовых на шевроне.

Лора поняла, что проникнуть внутрь вряд ли удастся. Все, кто направлялся в «Интерлогист», показывали какие-то удостоверения, похожие на банковские карты. Сделав скучающий вид, девушка прошла мимо поста еще метров двадцать и снова остановилась. Теперь ей хорошо виделась автомобильная стоянка. Взгляд отыскал на асфальте уродливую выжженную кляксу от сгоревшей машины.

Прикрыв глаза, она сосредоточилась и потянула носом воздух, насыщенный ароматом клумбовых цветов и травы, горьковатым запахом тополиных листьев и нагретого металла, сгоревшего бензина, резины и человеческой плоти. От последних запахов Лору едва не вывернуло. Чуткое обоняние, усиленное препаратами, давало ей возможность отследить запах Мирославы. Носовой платок княжны Щербатовой, неведомо какими путями попавший в лабораторию хозяина, лежал в ее сумочке, и по необходимости Лора обновляла свои чувствительные рецепторы, просто понюхав кусочек ткани.

Нет, никаких следов не осталось. Все выгорело. Девушка прошла еще немного и ее ноздри снова затрепетали. Вцепившись руками в решетку, она едва не просунула голову в узкое пространство между прутьями. Неужели ей повезло? Она ведь с самого начала, как только выслушала задание хозяина и просмотрела все доступные новости о происшествии в Торгуеве, не верила в гибель Мирославы Борисовны. Высокородные аристократы наделены такой искрой чувствительности, что любая опасность вычленяется из огромного массива образов, сигналов и предупреждений в астральном поле. Нужно лишь правильно понять, с какого направления грозит гибель.

Если же Щербатова погибла… Что ж, бракованным генам делать на земле нечего. Сама Лора гордилась тем функционалом, которым наградили ее в лаборатории. С малых лет девушку вели к той цели, которую поставил для себя хозяин. И в семнадцать лет Лора впервые провела самостоятельное метаморфирование, превратившись в мощного подвижного зверя с чутким обонянием и великолепным зрением. Да и не это главное. Она сама стала оружием. Руки ее превращались в когти-кинжалы, которыми легко вспарывать человеческую плоть. Зубы — вспомогательный инструмент, тоже опасный, если по-дурацки подставить под них шею.

Запах, едва уловимый, тонкий — он присутствовал. Теперь понять бы, до взрыва или после него княжна оставила след. Лора, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих, перебирая руками прутья, пошла следом за флером, состоящим из мягких нежных полутонов девственной чистоты, ухмыляясь про себя. Холит и лелеет себя княжна Щербатова, не подпускает к себе мужиков. Ну, что ей стоило потерять невинность? Тогда бы Лора мгновенно учуяла активный запах проснувшейся страсти. Она уже знала такие запахи. На ее счету были две жертвы, чья жизнь понадобилась хозяину. И эти клиентки пахли по-другому, не так, как Мирослава. Сильно пахли.

А вот и четкая стабилизация запаха. Княжна жива. Она села в чужую машину. Запах мужчины: сильного, уверенного в себе, окутанного в странную ауру древней магической мощи. Но ведь не маг? Здесь нельзя ошибиться. Вполне могла создаться такая ситуация: мужчина довез княжну до места службы, а уже вечером она взлетела на воздух вместе со своей дорогой тачкой.

Но у Лоры была еще одна странная особенность, про которую она предпочитала не распространяться. Невероятная уверенность в своем первоначальном выводе. Она на клеточном уровне уже знала, что Мирослава не погибла. Ее увезли и спрятали, а перед жителями города разыграли спектакль с морем слез и соплей. Вот только куда увезли?

Очнувшись от своих размышлений, девушка решительно зашагала в обратную сторону. Возле сквера она еще раньше заметила автобусную остановку, а рядом с ней — дополнительный «карман» для кабриолетов-такси. Там собирались иногда свободные от развоза клиентов машины, и можно было перехватить удобный рейс.

Перейдя дорогу, Лора зашагала к одинокому такси, в котором скучал молодой парень в черных солнцезащитных очках.

- Вы свободны? — спросила в открытое окошко девушка.

- Для вас, барышня, всегда! — еще один хохмач объявился. — Куда едем?

- Мне к особняку Щербатовых, — как можно дружелюбнее улыбнулась Лора.

- О-ооо, девушка! — протянул водитель и рывком убрал очки на лоб. — Туда мы не проедем. Вся улица закрыта с двух сторон. Вы не слышали…

- Слышала, — резко ответила девушка. — Мне, в общем-то, не важно, что закрыто. Главное, высадите меня поближе, можно на другой улице. Там же идет какая-то параллельная улица? Ну, вот. Я тихонечко выйду, и сама найду то, что мне надо.

- Уговорили, — белозубо улыбнулся водитель, нисколько не обидевшись на резкость незнакомой рыжеволосой девицы. — По счетчику или как?

- Странные у вас варианты, — усаживаясь на задний диван, хмыкнула Лора. — Не поясните?

- По счетчику обычная такса, дневная. А за «как» придется чуть доплатить. Разница в мой карман.

- И в чем моя выгода?

- Быстро довезу.

- Нет, не пойдет. Мне быстрота ни к чему. Везите, милейший, по таксе.

Водила кивнул и щелкнул кнопкой счетчика. Машина выехала на дорогу и помчалась в противоположном от офиса направлении. Поездка вышла не такая долгая, только пришлось пару раз покружиться вокруг невысоких частных особняков, объезжая посты с вооруженной дружиной. В конце концов таксист высадил Лору в трехстах метрах от дворца, показал, как лучше пройти к нему через дворы, после чего получил деньги и отвалил с пожеланиями хорошего дня.

Дворец Щербатовых, как он и выглядел на фотографиях, Лора опознала сразу. Красивое здание; подвергшиеся капитальному ремонту фасад и кровля; большой тенистый сад, многочисленные дорожки, беседки, фонтан. И куча вооруженных людей. Они были повсюду: возле наглухо закрытых ворот, на парадной лестнице, вдоль забора. Помимо них девушка насчитала четыре автомобиля, принадлежащих Управлению Княжеской Безопасности. Они стояли на одинаковом расстоянии друг от друга, но какую функцию выполняли — Лоре было неизвестно.

Она поступила просто. Купила в ларьке рожок мороженого, облитого малиновым сиропом, уселась на скамье под тенистым кустиком и стала с любопытством ждать. Чего? Просто ждать. Любое шевеление обитателей дворца, их реакцию, поведение.

Князь не совсем сошел с ума. Он перекрыл только автомобильное движение и пешеходное со стороны дворца. По другой стороне площади ходи без проблем, только не останавливайся и не пялься откровенно. Лора и не пялилась. Ела себе вкуснятину и блаженно закатывала глаза. Ну, что с нее взять? Рыжеволосая девица в нелепом платье, когда на улице жара под тридцать. Может, в какой секте состоит? Не положено оголять плечи и ноги — приходится мучить свое тело.

Щербатов боится нападения? Вряд ли. Просто нагнал народу с пушками и пугает прохожих. Если предположение Лоры было верным, князь прекрасно осведомлен, где находится его дочь. Явно не в городе. Надо послать запрос в лабораторию, пусть через хозяина сбросят ей адреса княжеских загородных особняков. Они есть у каждого аристократа. А Лора постарается оббежать их все, вынюхивая след.

Достав телефон из сумочки, набрала текст и сбросила его на нужный номер. А сама продолжила наблюдать за суетой у дворца. Вот именно, что возле него. В самом доме тишина и спокойствие. Никаких криков, воплей. Дети гуляют по лужайке. Девушка со своим острым зрением прекрасно видела, что лицо гувернантки, сопровождавшей ребятишек, скорее чопорно-бесстрастное, чем растерянное. Так не бывает. Смерть молодой княжны должна сказаться на всех обитателях особняка.

В полдень на парадную лестницу вышел сам Щербатов. Всех фигурантов Лора знала прекрасно, и ошибиться не могла. Рядом с ним старший сын Павел — наследник Рода. Тоже спокойны, переговариваются о чем-то.

- Куда вы спрятали девку? — задумчиво спросила Лора неизвестно кого и продолжила рассуждать вслух. — Ясно, что к ней не поедете сами, и никого не пошлете, чтобы исключить риск. Но все равно странно. Если Мирославу эвакуировали в спешном порядке, для нее нужна одежда, гигиенические принадлежности и мелкие девичьи безделушки, без которых нельзя обойтись. Значит, рано или поздно князь пошлет машину с людьми, чтобы отвезли необходимый минимум.

Блимкнул колокольчик входящего письма. Лора прикрыла экран от солнечного света и прочитала список загородных имений. Один находился неподалеку, но там проживала семья старшей дочери — Елены. Вряд ли отец станет рисковать жизнью еще одного члена семьи. Нет, не подходит. Остается еще три: в Журавлихе, на Волжском Плесе и на Татарском тракте. Места не столь дикие, но все равно малопосещаемые.

Ловко работая пальчиком, она вытащила из памяти телефона карту местности, обновленную и загруженную еще до приезда в Торгуев. Выходило, что ближе всего находится Волжский Плес. Самый дальний объект — в Журавлихе. Лора решила поехать туда после проверки двух близлежащих. Ей ничего не стоит оббежать особняки по большому и узкому радиусу, чтобы обнаружить запах княжны.

Тем временем к крыльцу подъехали две абсолютно одинаковых легковых машины. Княжич Павел и его отец расселись каждый поодиночке, и тут же автомобили рванули к воротам. Выскочили на улицу, развернулись в разные стороны и умчались в сопровождении тачек УКБ. На каждую по две, отметила Лора. Интересно, что за маневры? Стараются сбить с толку группу Гектора, которая давно прибыла в Торгуев? Хотя, откуда они знают про наемников и мага? Подозревают — да. Но не уверены, что в своем городе так вольно расположились боевики хозяина. Вон, на каждом углу дружинники, топтуны, агентура.

Ладно, пора идти. До заката солнца еще несколько часов, а еще нужно купить большую сумку, доехать до объекта, дождаться сумерек и только потом приступить к работе.

****

Волжский Плес — красивое местечко с золотыми пляжами, речными островами и густыми зелеными лесами в округе. Со стороны княжеского имения хорошо виден храм Рода — древняя молельня для тех, кто не забывает старых богов — на противоположном живописном берегу, к которому можно добраться с помощью парома.

Лора приехала к паромной переправе на автобусе, но пошла в другую сторону по извилистой песчаной дорожке. На нее даже внимания не обратили, полагая, что это одна из жительниц деревни. Перекинув через плечо лямку невзрачной грязно-зеленой пустой сумки, она неспешно добралась до холмов, поросших кустарником, ольхой и березой, где благополучно скрылась от людских глаз. Выбрала симпатичную полянку с мягкой травой и села, прислонившись к дереву. Прикрыла глаза. До заката оставалось совсем недолго, но нужно дождаться полных сумерек.

Чтобы скоротать время, девушка извлекла из своей дамской сумочки, которая до этого находилась в нутре большой, деревянную коробочку. Открыла ее и задумчиво поглядела на три шприца с янтарно-желтой жидкостью в цилиндрах. Магический эликсир, который нужно ввести в организм до начала метаморфирования, предназначался для гарантированного возврата из ипостаси волколака в человека. Выращенная на лабораторных препаратах, Лора плохо контролировала момент, когда нужно переходить обратно в человеческую сущность. Можно так добегаться в шкуре оборотня, что навсегда в ней останешься. А Лора не хотела доводить себя до крайности. Она все-таки была живым человеком, красивой девушкой, за которой ухаживали и проявляли знаки внимания. Если бы знали, кто она такая в настоящей жизни…

Сумерки упали на землю, и Лора вздохнув, вытащила один шприц, задрала подол платья и вогнала иглу под нижний обрез трусов. Посидела еще пятнадцать минут и стала раздеваться. Оставшись абсолютно голой, аккуратно сложила одежду в большую сумку и спрятала ее в кустах, тщательно запомнив место. Впрочем, это было лишним. Разве по запаху не найдет свое? Обхватив колени руками, замерла в ожидании.

Тело начало корежить через несколько минут. Конечности испытывали жуткое напряжение, а волны боли, приглушенные инъекцией, докатывались до мозга, пульсировали и заставляли выгибать спину. Упершись коленями и руками о землю, Лора коротко простонала, не понимая, что из ее горла вырывается не стон, а рык зверя. Нужно было пережить трансформацию, потом станет легко и свободно. Лапы, обросшие шерстью, уже рыхлили землю когтями, боль уходила, затаившись где-то в глубине позвоночного столба.

Волколак, задрав голову, принюхался к влажному воздуху, и вызвав из глубин памяти запах Мирославы, рванул через перелески и холмы к загородному особняку Щербатовых, мерцающему немногочисленными огоньками окон по периметру первого этажа.

Животное замедлило ход и подходило к кирпичному забору без всякой спешки. Двухметровое препятствие оно перемахнуло играючи и приземлилось на ухоженной лужайке. Выбирая только те места, которые не были подсвечены из окон, волколак осторожно скользнул вдоль стен хозяйственных построек, уже зная, что никаких собак в поместье нет. Можно делать что угодно. Но Лора в обличии оборотня не занималась глупостям, строго-настрого выполняя инструкции хозяина. Не привлекать внимания без надобности.

Лору не обмануть. Оживление, которое создавала охрана, расхаживая вдоль заборов, было напускным. Даже три больших внедорожника возле крыльца не смутили девушку. Да, по всем признакам, княжна могла находиться именно в этом доме под усиленной охраной. И обычный человек, попавшийся на хитрость, уверенно сказал бы, что нужный объект найден и сейчас скрывается в одной из многочисленных комнат особняка.

Но Мирославы здесь не было. Точнее, свежего следа Лора не чувствовала. А вот старый, едва слышимый — присутствовал. Не меньше полугода прошло с тех пор. Тихонько фыркнув, оборотень затрусил обратно к кирпичной стене и взмыл вверх. Помогая себе задними лапами, животное перевалилось на другую, затененную сторону, после чего бодро рвануло к лесу, где лежала сумка с одеждой.

Превращаться в человека по необходимости, а не по условному сигналу, заложенному в гены, Лоре приходилось всего три раза. Дважды — закрепление навыков во время учебных занятий, а один раз — уже на задании. Нужно лишь послать необходимый импульс, как это делают природные волколаки, и начать трансформацию.

Сначала сигнал не прошел, банально сорвавшись из-за печального крика какой-то ночной птицы. Отвлекшись, Лора тихо рыкнула, а на самом деле выругалась, и снова сосредоточилась на построении мыслеформы. Боль превращения в человека девушка всегда переносила легче. Эта боль доводила Лору до невероятных высот наслаждения, сродни оргазму, до судорог. Как только метаморфоза выбросила ее из шкуры волколака, девушка минут десять лежала, подергиваясь и слабо постанывая, ощущая себя всю от кончиков пальцев на ногах до мочек ушей. Настолько обнаженными оказались чувства, что тронь — вспыхнут ярким пламенем страсти.

Когда она пришла в себя, предрассветные сумерки робко просачивались через кусты и деревья. Лора встала с остывшей земли, добралась до сумки с вещами, оделась, тщательно привела себя в порядок, достала телефон и послала короткую фразу на нужный номер: «Волжский Плес пуст».

Глава 10

Глава десятая

Жители Нижнего Новгорода, наверное, были очень удивлены наплывам дорогущих иномарок и российских эксклюзивных автомобилей, летящих из аэропорта через весь город в сторону фешенебельного ресторана «Княжий Павильон», и справедливо восхищались своим удельным правителем, сумевшем стать посредником в спорах между ссорящимися соседями. На их веку уже несколько таких встреч способствовали затуханию межклановых войн, и не зря их город считался нейтральной зоной для важных переговоров.

«Княжий Павильон» включал в себя помимо основного двухэтажного здания, облицованного белоснежным мрамором, несколько комплексов летних кафе, солидных шашлычных, открытого танцевального зала с легкой раздвижной крышей — и все это великолепие уместилось посреди соснового бора на высоком берегу Оки, совсем неподалеку, где она соединяла свои воды с величественной Волгой.

Сначала к ресторану подъехала кавалькада черных лимузинов князя Апраксина вместе с самим хозяином — статным шестидесятилетним мужчиной (стариком его называть было как-то неудобно. Не выглядел он на свои годы) с благородной проседью в волосах и тщательно лелеемой щетиной, придававшей Главе клана весьма боевитый и брутальный вид. Если добавить сюда широкие плечи, на которых едва умещался костюм из дорогущей ткани ивановских мануфактур, изящные и сильные пальцы с магическими кольцами на них, великолепной выделки тонкая трость с массивным набалдашником в виде оскаленной морды медведя — и можно в небывалой робости припадать на колено, осознавая свое ничтожность перед высокородным аристо.

На правах хозяина и посредника князь обязан был приехать первым, что он и сделал. Его сопровождающие, благородные и статные господа в светло-серых одеждах, чуть ли не одновременно посмотрели на свои наручные часы и кивнули с удовлетворением. Им уже передали информацию о прибывшем Из Торгуева самолете князя Щербатова, и через двадцать пять минут он должен подъехать к месту переговоров. Одновременно с этим поступил звонок от представителей клана Паниных, кои уже рвались по главной автостраде города к ресторану, не видя препятствий. Спорящие стороны не хотели устраивать показуху, только ради того, чтобы предъявить претензии друг другу.

Чтобы скоротать время, хозяин обошел заведение, давая последние указания охране, прислуге и администрации, уверенно побеждая суету перед важной встречей. Князь Апраксин уже не раз оказывался в роли третейского судьи, потому и знал, как устроить одновременный подъезд торгуевской и ярославской делегаций. На стоянке они должны оказаться одновременно, где их и встретит хозяин города.

Так и случилось. Через полчаса представители кланов сошлись возле фонтана, раскинувшегося в виде тюльпана напротив широкой входной лестницы, и по жесту Апраксина вошли внутрь заведения, закрытого сегодня для других посетителей по случаю важного мероприятия.

Огромное помещение, в котором заменили все круглые столы на один длинный с дорогим наборным шпоном из светлых сортов дерева, заполнилось импозантными гостями. В свете миллионов ватт, излучаемых дорогими люстрами, искрились золотые кольца, перстни, запонки, галстучные зажимы, драгоценные камни, обрамленные во все это великолепие. Важные вассалы тоже имели право на шик.

- Апраксин умеет пускать пыль в глаза, — едва шевеля губами, произнес князь Щербатов, зная, что его услышит только старший сын Павел.

- Ему это всегда удается, — княжич был удивлен. До такого показного радушного приема даже отец не дотягивал. Ну…он всегда был скуповат.

- Еще бы, — откликнулся отец, пока их делегация неспешно занимала места за столом. — Апраксин сказочно богат и входит в десятку самых богатейших родов русской аристократии. К тому же он еще и поместный властитель от лица Великого Князя. Это ведь земли Долгоруких. Ему позволена королевская роскошь.

Все правильно. Долгорукий, имея старших наследников от разных жен, не стремился выделять им уделы до достижения определенных лет, держа при себе или возле надежных советников. Вот Апраксин и сел в Нижнем Новгороде по великокняжескому поручению. А через пять годков, глядишь, сюда нагрянет наследный княжич, чтобы научиться руководить и повелевать.

Тем временем Апраксин внимательно смотрел, как гости рассаживаются согласно заранее распределенным местам. Сам он устроился в торце стола, а его помощники встали за спиной, по правое и левое плечо, с солидными папками под мышкой. С правой стороны стола утвердилась ярославская делегация, а Щербатовы дружно окопались на противоположном краю.

Слуги быстро разнесли прохладительные напитки, курительные принадлежности и пепельницы. Апраксин опасался выставлять банкет, чтобы не получить оскорбление в виде отказа конкурирующих кланов отобедать в дружной обстановке. Но на кухне уже собрались две поварские смены, чтобы по сигналу хозяина этот самый банкет организовать в рекордно короткие сроки. Здесь нужен особенный дар, чтобы понять, куда заведут переговоры, и вовремя сориентироваться. А то…вон, собрались, как на войну. Адвокаты, обвинители, силовики, архаты, архимаги всех рангов, даже финансистов притащили. Ладно, что Творцов не притащили с собой. А пришлось бы блокировать выплескивающуюся от них магическую мощь самолично. Хотя, Демидов сам такой Творец. Серьезная автономная сила.

- Господа, рад вас видеть в добром здравии, — начал Апраксин, адресуя свое послание только Главам Семей: Щербатову и Панину, волками смотрящим друг на друга. — Благодарю за оказанное доверие, что единодушно выбрали меня как лицо незаинтересованное в весьма тяжелой и спорной (по моей оценке) ситуации. Хочу сразу предупредить обе стороны: обвинение, даже если оно держится на достоверных фактах, еще не дает право кому-либо объявлять войну. Надеюсь, вы знаете условия, при которых запрещены те или иные агрессивные действия?

- Мы в курсе, — кивнул Щербатов.

- Знаем, — откликнулся Панин.

- Хорошо, тогда начнем, — нижегородский князь пошевелил пальцами, и его правый помощник положил перед ним распахнутую папку. — Оглашаю претензию одной из сторон. Князь Борис Данилович обвиняет князя Романа Васильевича в неоднократных попытках перебить коммерческий интерес в виде основания международного транзитного узла посредством физического давления на Семью Щербатовых.

Апраксин сухо кашлянул, и не глядя, протянул руку к стакану с минеральной водой «Vittel». Отпил половину и продолжил.

- За последнее время произошло два покушения на младшую дочь князя Бориса — Мирославу, — нижегородский властитель отодвинул верхний листок в сторону и на мгновение замер. — И одно — на сотрудника ее отдела, являющегося, ко всему, личным телохранителем оной. Последнее покушение произошло в виде подрыва автомобиля княжны Мирославы… Борис Данилович, нам стоит выразить соболезнование или… Мы не знаем всех подробностей и находимся в неведении…

Апраксин немного лукавил. О происшествии он знал достаточно, чтобы сопоставить некоторые факты и понять, что младшая дочь Щербатова скорее жива, чем мертва. Агентура донесла о суматохе, поднявшейся после теракта. А Дмитрий Григорьевич своим опытным слухачам и соглядатаям доверял не в пример лучше, чем новостным агрегаторам. Журналисты, они такие… любят рыться там, куда побрезгует совать нос княжья чадь. Друг у друга новости выдергивают из рук, ориентируются на сетевые слухи, болваны. В общем, Апраксин сомневался. Какие-то новости блеклые идут из Торгуева. Даже Москва подключилась, но ничего путного не раскопала. Все представители клана Щербатовых делают вид, что скорбят. Плутует Борис, ох, плутует. Но зачем? Боится повторной атаки? Н-да, с его стороны разумно.

- Младшей дочери со мной нет, — голос Щербатова натурально сорвался.

Вот и пойми, о чем он говорит. Двойной смысл заложил. Где ее нет? На свете или с ним в делегации? Так последнее князь Апраксин и сам хорошо видит.

- Мы не будем заострять внимание на данном вопросе, — решил Апраксин и продолжил. — Князь Борис, обладая косвенными доказательствами, выносит обвинение князь Роману в убийстве члена Рода Щербатовых. Так заявлено. Обвинение серьезное. Я бы, к вашему сведению, изменил конфигурацию текста, заменив "обвинение" на "претензию".

- Какие доказательства может предоставить Борис? — Панин выглядел спокойным, но его команда шуршала бумагами, группировала из них нечто подобное дальнобойной артиллерии. — Я охотно послушаю эти…косвенные претензии.

Грохнув стулом, встал один из клановых адвокатов, уверенным движением распахнув свою папку с документами. Поправив золоченую оправу на носу, он громко, чтобы слышали даже охранники в дальнем конце зала, заговорил так, как и советовал хозяин: нагловато и напористо. Потому что все обвинения яйца выеденного не стоили, как предупреждали аналитики и юридический отдел. Панин со смехом их отвергнет. Ну и пусть. Щербатов даже был благодарен Волоцкому, что удалось найти кое-что, способное разворошить ярославское гнездо. Посмотрим, чем дышит Панин, какие тайные помыслы лелеет…

- Князь Борис заранее предупреждает, что данные обвинения не являются таковыми, а скорее неким тестом, призванным выявить несоответствия в защите противоположной стороны. Потому что они и в самом деле построены на косвенных признаках участия ярославского князя в агрессивных акциях против Щербатовых.

Адвокатский слог едва не свел скулы у сидящих за столом. Даже Апраксин поморщился и снова припал к воде. Панин удивленно вздернул бровь. Это что получается? Князь Борис, собрав свою братию после покушения на дочь, встает на зыбкую позицию, с которой можно легко соскочить? Что за хрень, извините, происходит в Торгуеве? Или Борис совсем тронулся со своим транзитным терминалом? Заговоры мерещатся?

Чем дальше говорил адвокат, тем яростнее дергалось веко у князя Панина. Ему хотелось смеяться и ругаться одновременно. Оказывается, вся обвинительная конструкция построена на некоем клочке газеты «Волжские зори», найденном в кармане убитого мага-архата. Проведены следственные мероприятия, доказывающие, что газета действительно напечатана в Ярославле такого-то числа и полностью совпадает с сигнальным вариантом по тексту и шрифту. Кроме того, имеются слепки памяти архата, снятые с помощью ментатов. Доказано, что преступник служил у князя Панина, а вот наемников не удалось идентифицировать. В общем, Борис на самом деле в растерянности и не знает, кто стоит за акциями. Поэтому осторожничает и не бросается яростными обвинениями в лицо. Он просто нахально намекает, что готов рассмотреть обиды ярославцев на прошлые отношения.

Значит, девчонка жива. За мертвую наследницу Щербатов уже давно рвал бы глотки всем врагам. И развернуть войну из-за клочка газеты для него было бы меньшим злом.

- Роман Васильевич, ты же подтверждаешь, что архат Зиновий служил у тебя? — услышав имя мага, поинтересовался Апраксин.

- Да, не отрицаю. Служил. Два года назад его контрактная служба закончилась, — кивнул князь Панин. — После этого он уехал из Ярославля.

- Куда? Ты следил за его перемещениями?

- На всякий случай — да. Зиновий поехал в Кострому, потому что там ему предложили хорошие деньги за службу. Разве я запрещаю? Нравится набивать карманы купюрами — пусть катится. Он не давал мне клятву кровью.

Панин пожал плечами.

- Потом я о нем забыл. Своих дел хватает.

- Мог ли архат Зиновий на момент покушения служить костромским? — нижегородский князь задумался, но ждал ответ от других. Князь Роман мог и лукавить, представив дело в ином свете. Факт принадлежности архата, засветившегося в неудачном покушении, к ярославскому клану, неоспорим. Сами признались.

- Я за чужих не ответчик, — отрезал Панин.

- Мои ментаты вскрыли очень интересную деталь, — Щербатов решил выступить сам. — Оказывается, на память твоего бывшего, как ты утверждаешь, архата, наложены отвлекающие образы, ложные картинки. Чувствуется хорошая работа опытного мозголома.

- У меня нет таких специалистов, — тут же отреагировал ярославский князь. — А вот у Бакринских, куда подался Зиновий, имеется. Только он тщательно скрывает сей факт.

- Хочешь сказать, что костромские нищеброды решили столкнуть нас лбами? — скривился Щербатов.

- Не такие они и нищие, — ухмыльнулся князь Панин. — Географически они находятся ближе ко мне, чем к твоим землям. Так что я знаю лучше, что там происходит. Три самых влиятельных рода Костромы создают клан под гербом Бакринских. Правда, наш император еще не решил, давать ли его мелочевке, и за какие заслуги. Боярская чадь костромских не участвовала в войнах, только занята в егерской охране северных границ. В общем, вряд ли герб появится на доме кого-либо из трех шустрых бояр. В ближайшее время точно.

- Агентура у тебя шустрая, — Щербатов без улыбки смотрел на оппонента. Пока он не считал князя Романа врагом. Шаткие обвинения повисли в воздухе, и никто не стремился давить в ту или иную сторону. — Может, скажешь, кто гадит у меня под дверью? Почему в центре города взрывается машина моей дочери, а ее помощника нагло стремятся ликвидировать снайперским выстрелом и магическим заклятием?

- Кому-то ты перешел дорогу, — пожал плечами Панин. — И сам не можешь вспомнить. Врагов у тебя хватает. Скольких ты пустил по ветру? Кстати, Аляповых не твой ли дед выбросил с голой задницей из своей вотчины?

Щербатов сдержался. Конечно, он знал об Аляповых все. Именно так и случилось, как сказал князь Роман. Дед на самом деле изгнал боярина Аляпова со своей многочисленной родней из Торгуева и прилегающих к нему земель за многочисленные махинации в речных перевозках по Волге. Доверившись прохиндею Самохе Аляпову — Главе рода — он упустил растущие аппетиты своего слуги. Появились левые грузы, которые Самоха умудрялся перекидывать по Волге в разные крупные города, и даже по притокам. Контрабандный товар охотно брали в глубинке, коммерция процветала. Лишние деньги Аляпов благоразумно прятал по частным банкам, чтобы старик Щербатов не разузнал, почему его вассал вдруг разбогател даже по меркам своего положения.

Скандал вышел отменный. Кто-то сдал Самоху, обидевшись, что не поделился за партнерство, или кому мзду не кинул. Щербатов сделал просто: отрубил руку вору и поставил клеймо на лбу прохвоста, отчего тот вскорости помер от расстройства и жизненных неурядиц. На этом экзекуция с родом не закончилась. Князь нашел все счета Аляповых с помощью Вяземских и обнулил финансовое благополучие семьи бывшего слуги. Старший сын Самохи — Антон — взвалил на себя тяжелое бремя, чтобы семья выжила, и покинул Торгуев.

Когда изгои поселились в Пензе, Щербатов и там их достал, так как имел достаточно власти и влияния на многих городских наместников. И потянулся скорбный караван обедневших Аляповых дальше, пока судьба не соизволила остановить их в Костроме. Только тогда дед успокоился. Крутоват был старик, чего там. И такую же крутость передал отцу. Рубить конечности, когда на дворе середина двадцатого века, для него оказалось делом плевым. Чужого мнения не боялся, зато воров из боярских семей после этого в княжьем городе отродясь не водилось.

- У Аляповых смелости не хватит на такую акцию, — сказал Щербатов и сам себе не поверил. А почему, собственно, он так решил? Времена другие, принципы влияния на людей изменились, технологии психологической обработки тоже не последнюю роль играют. Да и молодежь стала наглее, старый уклад постепенно в тяжелый дедов сундук забрасывают и пытаются закрыть его амбарным замком.

- Кто сейчас у Аляповых Глава? Не Антон ли, сын Самохи?

- Нет, Антон помер лет десять назад, — уверенно ответил Панин, проявляя свою осведомленность. — Его сын Сергей сейчас главный. Однако моя агентура докладывает, что отпрыски Сергея Антоновича дюже недовольны своим положением, и все беды видят в прошлом. Кстати, об обиде, причиненной им Щербатовыми очень хорошо помнят. Это к тому, князь Борис, что я не стал бы оголтело бросаться обвинениями в развязывании войны со мною. Да, мой бывший архат замешан в какой-то непонятной и неприятной истории. Но мои люди здесь не при чем. Извини, Борис, твои обвинения беспочвенны. Но я не обижаюсь. Ты попал в непростую ситуацию, когда неизвестный противник лупит из-за каждого угла, а ответить невозможно. Скажу даже, я серьезно опасаюсь похожих акций в Ярославле. И не удивлюсь, если нападу на твой след. Понимаешь, о чем я?

- Князь Роман, я знаю, что все газеты и журналы, печатающиеся в Ярославле, принадлежат твоему клану, — Апраксин почувствовал, как выдыхается собрание, сбив первую волну отчуждения и негодования. Нужно закругляться, закреплять итоги и выносить вердикт. Ясно, что до войны дело не дойдет. Слишком хлопотно и затратно. Панин не врет. Скрывает кое-что, но откровенной лжи не замечено. — Они распространяются за пределами твоих земель?

- Газеты — нет, — признался Панин, — а журналы имеют большую аудиторию. Владимир, Переславль, Кострома та же. Борис, да ведь газета могла попасть в Кострому с кем угодно. В гости родственники приехали, купили «Волжские зори» в качестве обертки для гостинцев. В Костроме выбросили в урну, а Зиновий или его люди решили использовать…да для чего угодно могли!

- Весьма натянуто, — сухо парировал Щербатов. — Речь уже не о газете идет, а о человеке, бывшим в твоем подчинении. И не важно, что давно с тобой контракт прервал. Следы, в первую очередь, привели к тебе. Я пытаюсь вывести тебя на откровенность. Есть подозрения, что погибший архат крутился в твоем Ярославле с какими-то темными делишками, а ты не знал об этом. Причем это произошло за две недели до попытки взять в заложницы мою дочь. Слишком близко стоят эти события. Вот что напрягает меня. Нет ли в твоем доме крысы, которая на два лагеря работает?

- Я в хозяйстве разбираюсь не хуже тебя, — Панин расслабленно пошевелился. — И даже скажу, может быть, чуть больше, чем надо. Просто чтобы ты оценил мою откровенность… Мои стукачки из Костромы тревожно кричат: кажется, Бакринские затевают что-то очень нехорошее. В последнее время прямо наплыв инженеров, генетиков, магов-артефакторов. Откуда у нищеты такие деньги, чтобы оплачивать дорогостоящую работу спецов? Вот на что надо обратить внимание.

- Лаборатория? — напрягся Апраксин. Он почему-то рассердился, но не подал виду. Панин не обязан ему докладывать о каждом чихе соседей.

- Возможно, так и есть, — спокойно кивнул ярославский князь. — Сведения отрывочные, информации мало.

- Итак, господа, — нижегородский князь решительно встал. — Я хочу предложить некий вариант мира, когда отсутствие железных доказательств должно успокоить уважаемые дома и не привести к ненужному кровопролитию. Князь Щербатов, основываясь на косвенных фактах, в первую очередь беспокоился о судьбе своей дочери, и не принял во внимание некоторые изменения, произошедшие в клане Паниных. Без железных доказательств я не могу дать положительный ответ князю Борису и допустить беспорядки. Слишком все зыбко и расплывчато. Но в то же время я понимаю обеспокоенность каждого из вас. Великий князь, государь русский, очень не любит, когда на землях его вассалов бушуют клановые войны. И мы ее не допустим.

Князь Апраксин встал, опираясь кулаками о крышку стола. Теперь оставалось проверить, насколько ярославский и торгуевский князья еще доверяют друг другу.

- Князь Борис, князь Роман, прошу вас к столу, — хозяин Нижнего Новгорода сделал широкий жест в сторону тяжелой бордовой портьеры, ограждающей основной зал от приватных комнат. — Не соизволите ли отужинать вместе со мной? Вашим людям накроют прямо здесь, только нужно подождать несколько минут.

- Я охотно принимаю ваше предложение, — Щербатов встал и сделал легкий кивок. Он заинтересовался всплывшей информацией по лаборатории в Костроме, и интуиция подсказывала, что ниточки покушения могут тянуться не только из Ярославля. Пусть Панин кочевряжится, ему же хуже будет. К удивлению Бориса Даниловича, ярославский князь тоже высказал свое согласие. Значит, война откладывается на неопределенное время.

Щербатов и сам чувствовал некоторое смущение от обвинений, словно подспудно знал, что Панин не пойдет на такое безобразие. Украсть кровного родственника, получить за него некие дивиденды — это ожидаемо. Но дважды покушаться на жизнь Мирославы? Не князь Роман руку приложил, а кто-то умело разыгрывает карту, извлекая из рукава заранее припасенные тузы. Черт бы побрал этого Колояра! Смутил разум, заставил всю княжескую машину работать вхолостую, и чуть не столкнул лбами два Рода!

За небольшим столом, где уместились трое князей, после опустошения бутылочки беленькой, шел откровенный разговор. Князь Панин, укоризненно глядя на Щербатова, разглагольствовал:

- Эх, Борис Данилович! Неужели из-за какого-то грязного клочка бумаги ты поверил в совершеннейший бред? Согласись: обвинять меня только лишь на основании того момента, что в кармане убитого мага, который давно не служит мне, нашлась странная улика — это не серьезный факт, а оскорбление. Я могу сейчас предоставить тебе досье на Зиновия! Там собраны все материалы по его окружению, по контактам, чем он занимался последние годы, какие колдовские штучки выдумывал.

- А давай! — не стал отказываться Щербатов. Спорить ему расхотелось. — Вдруг вы что-то проглядели.

- Да все мы прочитали на десять рядов, — поморщился Панин. — Сверху вниз, снизу вверх, справа налево. Единственное, что указывает на гнилую натуру Зиновия — его неоднократные встречи с костромскими дворянами. Именно после этого архат перешел на службу к Бакринским. А я серьезно тебя прошу заняться Аляповыми. Что-то подсказывает мне, от них тянет душком.

- Проверю, обязательно проверю, — Щербатов откинулся на спинку стула. — Но ты, Роман Васильевич, особо не расслабляйся. У тебя тоже есть причины ставить мне палки в колеса. И свои подозрения я не отбрасываю.

- Господа, — Апраксин оглядел разгоряченных князей, — мы должны сейчас выработать некие принципы мира, чтобы не развязывать бойню на землях, имеющих высокий экономический рост. Война любит сгонять со своих мест самых лучших. А мы же не хотим, чтобы мастеровые, инженеры, ученые и талантливые ремесленники побежали в соседние княжества. Да, и в Кострому, будь она неладна. Кому от сих мероприятий будет хорошо? Не вам, это точно. Поэтому сохраняйте спокойствие. Обвинять никого не нужно. Я подозреваю о наличии третьей стороны, пытающейся столкнуть вас лбами.

- О чем я и толкую с самого начала, — пробурчал Панин, наливая из графина водку в рюмки своих собеседников. Они все были равны по статусу и не заморачивались мелочью, кто здесь должен проявлять больше рвения и услужливости. Официантов в комнате не было, позвать их можно с помощью кнопки вызова. Чего тогда чиниться? — Ищи, Борис, крота и снимай с него кожу, пока не расколется до жопы. Это он сливает информацию по твоему клану. Некое третье лицо решило поиграть в свои игры, и втягивает меня. Только я не хочу драться с тобой, князь.

- А ты дай слово, что не причастен к покушению на мою дочь! — Щербатов пристально взглянул на Романа Васильевича, пытаясь своим взглядом пробуравить невозмутимую маску на лице ярославского князя, этакий бетонный бастион, за которым пряталось много интересных вещей. — Княжье слово?

- Даю, — не моргнув, ответил Панин, снимая с пальца массивный перстень. Он проделал какую-то манипуляцию с ним, после чего раздался щелчок, и с внешней стороны выскочил металлический шип. Этот шип ярославский князь воткнул в указательный палец и дождался, когда набухнет капля крови. Затем Панин перевернул перстень и впечатал его поверхностью рубинового камня в кровь. Камень окутался бледно-алым всполохом и багрово запульсировал в такт ударов сердца.

- Я тебе доверяю, — кивнул Щербатов, внимательно глядя на манипуляции с камнем. — Опасная у тебя штучка на пальце. Для кого приготовил?

- Это клятвенный камень, — успокоил его Панин, цепляя перстень на палец. Рубин продолжал мерцать. — Если через пять минут я не упаду замертво — мое слово подтверждено. Но ты будешь мне обязан.

- Я знаю о таком обряде, — Щербатов выглядел спокойным и чуточку разочарованным. Панин не побоялся дать слово с помощью опасного перстня, а это означало, что Борис Данилович изначально пошел по ложному следу. Но в то же время и радовался непричастности старого противника к покушениям на дочь. — Ты получишь свое, если мы найдем истинного заказчика.

- Когда найдем, Борис, — поправил его Панин. — Когда… Я помогу тебе в меру своих сил и возможностей. Так Мирослава жива?

- Жива, — пробурчал Щербатов, зная ярославского князя. Тот не проболтается. Лишь пара-тройка человек будут знать об истинном положении дел в Торгуеве. — Я пока удалил ее подальше от эпицентра событий. Пусть успокоится.

- Я слышал, что вернулся сын Ставера Волоцкого? — поднял рюмку Апраксин с внутренней гордостью. Ему удалось перевести острую фазу неприятия в почти союзнический договор. — Как вы собираетесь вместе жить бок о бок?

- Обычно, — пожал плечами Щербатов. — Парень ничего не знает о прошлом своих родителей. Меня это устраивает. Я дал кровнику подняться на ноги, прикрыл его своим именем. В конце концов, Ставер сам совершил страшную ошибку. Я карал за меньшие прегрешения, а тут….

- Мальчишке могут нашептать доброхоты, — скривился Панин и опрокинул в себя водку. — Ты с огнем играешь. Кто-нибудь из твоих врагов подскажет Колояру, кто убил его родителей.

- Я введу его в свой клан, — спокойно ответил князь. — Есть на примете несколько хорошеньких и неглупых барышень. Пара-тройка горячих молодых жен в постели так забьют ему голову, что вообще перестанет думать о прошлом. Привяжу к себе.

- Ты должен ввести его в Род, а не в клан, — покачал головой Апраксин. — Вассальная обязанность не является преградой для кровной мести, ты же знаешь.

- У меня нет лишних дочерей, — хмыкнул Щербатов.

- А Мирослава? Она еще свободна и не связана помолвкой. Ты же собрался ее замуж за иностранца отдать? Вот и пересмотри свою позицию. Дело советую…

Борис Данилович что-то промычал, специально закусив водочку бужениной с хреном. Прожевав, все-таки ответил:

- На нее у меня другие планы. Мирослава выйдет замуж за того, кто мне выгоден. Волоцкий пуст, увы. Без родового Дара он никто. А мне зачем человек в Роду, который не укрепит его через кровь? Мне нужны наследники с мощной искрой!

- Почему же так? — Апраксин удивился. — Он же из Первых!

Апраксин не ведал, что на руках Колояра двадцать лет висели блокираторы, уничтожившие его искру, и искренне недоумевал после слов Щербатова. Первородные как раз имели преимущество природного Дара, чем всегда пользовались. Волоцкие, например, умели строить мощные заклинательные конструкции с помощью Огня и Земли. Элементали, подчиненные им, помогали отыскивать клады, чем и пользовался дед Колояра — Тримир. А еще Огонь, самый страшный помощник. Саламандры, Фениксы — все могло идти в дело, если требовала ситуация. И Щербатов хочет сказать, что молодой мужчина потерял Дар? Почему? Какая на то была причина?

- Не знаю, — увернулся князь Борис. — Может, перегорел. А может, никто с ним не занимался до инициации. Прошляпили момент — вот и получили пустышку.

- Жаль парня, — откликнулся Панин, но зная Щербатова, сохранил недоверие в своей душе. Что-то не так было в этой истории. Волоцкие умели вызывать заклятие «феникса», а наемников сожгли как раз таким ударным плетением. Получается, Колояр находился рядом с Мирославой не совсем пустой, как хочет того доказать Щербатов. Есть у мальчишки Дар.

- И все-таки я бы присмотрелся к варианту женитьбы Волоцкого на твоей младшей дочери, — поджал губы Апраксин. — Таким образом ты обезопасишь себя от кровной мести. И Колояру не придется идти против Рода, проливать кровь и становиться отщепенцем и изгоем. Он должен понимать, что мстить в таком положении ему очень опасно и невыгодно. Великий князь мгновенно снимет с него голову. Не думаю, что Волоцкий настолько одержим местью, чтобы лишить себя радостей жизни. Это не шутки, Борис. Что ты выгадаешь, отдав Мирославу в жены какому-нибудь европейскому дожу или герцогу? Практически ничего. Да и вряд ли император даст разрешение на свадьбу с человеком, не имеющим родовые корни из России.

- Если Волоцкий узнает слишком многое из того, что тщательно спрятано — я отдам ему исполнителей, — не дрогнув, ответил Щербатов. — Пусть вымещает свою злость на них.

- Несерьезно, Борис Данилович, — покачал головой Апраксин. — Он начнет искать заказчика, который все время находится рядом с ним. Избавься от проблемы.

- Я сам решу, за кого выдать замуж дочку! — тихо рыкнул Щербатов, предупреждая собеседников не заходить за невидимую черту. — Вы же ни черта не знаете, что произошло двадцать с лишним лет назад! Младший Волоцкий мне не враг, я не стремлюсь уничтожить корень Рода. Даже помогаю встать на ноги. Думаю, мальчишка оценит все мои потуги. Я ведь охранял часть Курганных Земель, принадлежащих ему безвозмездно, даже не за «спасибо».

- А я знаю, Борис, что ты готовился выкупить выморочные земли Волоцких, несмотря на живого наследника, — все-таки уколол его Панин, насмешливо глядя ему в глаза. — Не вяжется твои слова о заботе с таким фактом.

- Колояр пропал, и о нем мы не знали, — пробурчал Щербатов, досадуя на себя, что сразу не пресек опасный разговор. Да и как пресечешь? Апраксин следит за порядком и обеспокоен сложившейся ситуацией. Ему не нужны разборки внутри клановых крепостей. — Как только он заявил о своих правах на земли предков — никто не стал чинить ему препятствий. Генетический анализ подтвердил принадлежность Колояра к роду Волоцких.

- Подумай, что твоя дочь может получить статус Первородной, — напомнил Апраксин. — Зимой в Москве пройдет Боярский Собор, куда должны съехаться все значимые семьи России. Великий князь может обратить на Волоцкого пристальное внимание и подобрать ему пару. Кстати, скоро ему придет приглашение…

- Что? — Щербатов не поверил. — Откуда такие новости?

Князь Апраксин мелко засмеялся. Наконец-то ему удалось сбить толику спеси с этого упертого барана, не видящего вокруг себя ничего. Великий князь Дмитрий Ярославович Долгорукий сразу просчитал ситуацию, когда получил от Апраксина известие о Волоцком. Первородные всегда были в приоритете, и любой боярский род старался выдать своих дочерей за них, чтобы через кровь породниться с могущественными витязями. Хотя… какое сейчас могущество. Растеряли в праздности и увеселениях его. Мало кто может проявить свои качества воина. И все же Долгорукий настоятельно рекомендовал Апраксину выйти на Колояра и обрисовать перспективы. Хорошую девушку ему подберут, если до того момента он не женится. Приблизят ко двору, обласкают и возвысят. А Щербатов кочевряжится.

Щербатов не кочевряжился. Он глубоко задумался после слов ярославского князя. Новость, которую услышал Борис Данилович, серьезно меняла ситуацию с Мирославой.

А еще его грызла мысль, что Волоцкий словно невзначай подтолкнул его к опасной черте, за которой маячила нешуточная война с Паниными. Теперь слова ярославского князя звучали совсем по-иному. Если Колояр уйдет под крыло Долгоруким, будущее Щербатовых становится очень зыбким.

Глава 11

Глава одиннадцатая

- Ты хотя бы вкратце расскажи, что случилось, а то молчишь как герой на допросе, — сдерживая смех, я глядел на Ваську, морщившегося от прикосновения пальцев к наливающемуся под правым глазом синяку. Красивый такой, с мутновато-чернильным отливом. Даже Мирославе понравилось. Весь вчерашний вечер хохотала, когда Васька с дядей Кирей вернулись из деревни.

Мотоцикл не перевернулся, не въехал в препятствие. И с Кириллом Савельевичем ничего не случилось. Он как раз лучился радостной улыбкой от осознания собственной значимости. Ему удалось подписать очередной контракт на поставку молочной продукции в имение. И в разборках местной молодежи со своим сопровождающим не участвовал. Он вообще не знал, что таковая произошла.

- А чего говорить-то, — пробурчал пристыженный Васька, не отводя взгляда от плескавшейся в озере княжны Мирославы. — Пока дядя Киря уламывал фермера, я решил смотаться в деревню. Посмотреть, так сказать, местный контингент, чем дышит, о чем судачит. Ты же сам, Колояр, сказал, как важно знать настроение деревенских.

- И как? — я уселся поудобнее на раскинутом покрывале, где стояли корзинки с едой. Пикничок мы решили здесь устроить. — Выяснил, кто чем дышит в Журавлихе?

Васька совсем по-мальчишески шмыгнул носом и разоткровенничался. Оказывается, он захотел посмотреть, какие в деревне живут девушки, чтобы завязать отношения, пока пухнут от безделья в имении. Да и Сашка не против развеяться. Погулять, поболтать, и если получится — раскрутить на большее. А что? Разве это запрещено?

Дорога на ферму вела как раз через центральную улицу. Проскочив ее на мотоцикле, близнец заметил несколько подходящих объектов, толпившихся возле продуктового магазинчика. Девушки на вид были очень даже ничего, и Васька мгновенно проработал план действия. Забросив дядю Кирю на ферму, он метнулся обратно.

Знакомство возле магазина не удалось. Во-первых, половина барышень разбежались, а оставшиеся пожалели его, предупредив о последствиях. Местные парни шутить с залетными не будут, а просто переломают кости. Васька печально покивал головой, но от своей идеи не отказался. Он проехал все улицы вполне приличной по размеру деревни, и его желание сбылось. Встреченные девчата, по его словам, были очень даже в его и в Сашкином вкусе: рослые, крепкие, загорелые, с косами толщиной в мужскую руку. В общем, Васька поплыл. Но самым удивительным и неподдающимся логическому объяснению было то обстоятельство, что девушки оказались тоже близняшками. Именно так. Остановившиеся для разговора с незнакомцев девушки как две капли воды были похожи друг на друга. Именно этот фактор и сыграл решающую роль.

Разве устоял бы Васька перед перспективой охмурить такие цели? Конечно же, он предпринял лобовую атаку, лихо затормозив перед деревенскими прелестницами на драндулете, окутав их сизым дымом выхлопа.

Он не стал сорить восторженными фразами, а очень умело начал вызнавать, где можно культурно провести вечерок в этой славной деревеньке. Якобы с братом приехал в боярское имение с инспекцией по заданию князя, но там так скучно, что поневоле его взор обратился на Журавлиху.

Девушки живо заинтересовались новыми лицами, да еще из самого удельного города. Глупенькими курицами они не были и знали, кому принадлежит большое имение, частенько пустующее, на другом берегу озера. Пригласили в молодежный клуб, построенный недавно на княжеское пожертвование. Староста Журавлихи выбил, прохвост.

Клубом оказалось двухэтажное кирпичное здание, возвышавшееся на пересечении двух главных улиц на месте сгоревшего дома какой-то одинокой старухи. Ничего так клуб, признался мне Васька, поглаживая еще и скулу, где алела ссадина. Крепко же парня приложили.

Оказывается, мало того, что он на виду всей улицы чесал языком с девушками, так еще посадил их на мотоцикл, чтобы те показали дорогу, и лихо промчался с краю на край, собирая любопытные взгляды. Выходит, не все смотрели на его чудачества с одобрением. После того, как Васька высадил близняшек и помчался на ферму, его уже ожидали на выезде пятеро крепких ребят.

Деревенские поборники девичьей чести перегородили дорогу бревном и заставили Ваську заглушить мотор, после чего началось выяснение обстоятельств, вроде «какого хрена ты делаешь в нашем курятнике и почему девчонок смущаешь».

Васька не пытался ничего объяснять. Гнуть пальцы перед ребятками, у которых рубахи на широких плечах трещат, было совершенно бессмысленно. И намеки на княжеский иммунитет только раззадорили бы драчунов. Близнец поступил просто. Резко провел атаку, вырубив парочку ретивых болтунов, но остальные уже пришли в себя и стали охаживать Ваську со всех сторон.

Кулачный бой, судя по синяку и ссадине, им был известен в полной мере. Били Ваську со знанием дела. Расквасили нос, посадили синяк, сместили челюсть — ладно что не сломали — и уронили на землю. Вся выучка пошла коту под хвост. Против согласованной напористой атаки, где противники умело менялись друг с другом, у Васьки не было шансов.

Вдобавок ко всему из мотоцикла выдернули свечи и забросили в бурьян. Еще целый час близнец потратил на их поиски, и только после этого поехал на ферму. Хозяин — Мишкулин — обругал парня за самодеятельность. Оказывается, близняшки — Лиза и Маринка — были объектом поклонения чуть ли не всех парней Журавлихи, и их ревность частенько оборачивалась жестокими драками с приезжими или даже между собой. Ваське повезло, что он оказался «представителем» князя, и ломать ему кости не стали, всерьез опасаясь гнева хозяина этих земель.

- Возьму Сашку и смотаемся на часок в клуб, — размечтался Васька. — Выцепим тех кулачных бойцов и мордой в землю.

- Герой! — я с усмешкой посмотрел на взъерошенного как воробей охранника. — А сам-то что не справился вчера? Показал бы несколько приемов из комплекса спецподготовки — сегодня бы уже за близняшками ухлестывал. Конкурентов — на больничные койки.

- Не-а, Колояр, — замотал головой Васька, — я же не гад какой использовать приемчики из арсенала дружины. Сломал бы враз пацанов.

- Да ты еще и благородный! Ну, ладно… Проверил свой сектор? Почему не следишь за восточным берегом? Там лес вплотную примыкает к озеру. Давай, топай на НП и глаз не спускай с объекта.

Я мгновенно охладил пыл Васьки. Не хватает еще разборок с местными, хотя проучить их надо бы. Сегодня одному рыло начистили, завтра другому, а на третий день полезут в княжескую усадьбу. Хм, надо этот вопрос продумать. Было бы людей побольше — не заморачивался. А как я присмотрю за Мирославой, когда у меня в подчинении всего двое бойцов? Не переборщил ли князь со своей задумкой, отвлекая внимание невидимого врага от Журавлихи нешуточной суетой в других своих усадьбах?

Я рассеяно посмотрел в сторону выходящей из воды княжны. Плавно покачивая бедрами при ходьбе, она подошла к покрывалу и вытянулась на нем, подставив мокрую спину под солнце.

- Колояр, иди искупайся, — замурчала Мира, закрыв глаза. — Сидишь как старый филин на пеньке, ничему не радуешься.

- Не положено, — буркнул из-за непонятной вредности, накатившей на меня. — В контракте есть пункт, где помимо служебных функций я обязан тебя охранять и не отвлекаться на радости жизни.

- Ты солдафон, Волоцкий!

Зато жив, и ты заодно со мной. Вон, лежишь, спинку греешь.

- Так я не отрицаю этого, — пожал я плечами, настороженно поглядывая по сторонам. Симулякр Ясни отчего-то заволновался, передавая мне свои импульсы тревоги. Да и модификаторы зашевелились, натягивая нервы в ожидании какой-то непонятной пакости. — С восьми лет бесконечная муштра, в голову вбиты определенные знания. Мне легче сейчас марш-бросок на десять километров с полной выкладкой сделать, чем расслабиться.

- Говорю же — скучный ты стал в Журавлихе, — вздохнула Мирослава, — а в городе таким мужчиной был…непосредственным. Особенно когда ругался со мной. У меня даже мурашки по спине бегать начинали.

Полуденный зной только начинал накатывать на лес и на блестящее серебряной рябью озеро. Над водой порхали стрекозы, разрывая плотную и вязкую тишину своими слюдяными крылышками; где-то в сосняке самозабвенно долбил дятел, доставая из-под коры пищу. Над нами застыли легкие облачка словно мухи, попавшие в сироп.

А за нами наблюдали. Зло, пристально и тщательно. Этот взгляд шел не из сосняка, а откуда-то из зарослей ивняка, что густо усыпал берег по левую сторону от нашей полянки. Мой призрачный помощник волновался не просто так. Даже я ощутил дыхание опасности: легкое дуновение холодка, взлохматившего все мои чувства. Деревенские? Или наемники все-таки вычислили нас?

Возле ракитника, кстати, должен быть Сашка. Не заснул бы под кустом, паразит. Но я точно уверен в своих ребятах. Они ведь с самого утра приехали сюда на мотоцикле и тщательно проверили берег на две-три сотни метров в разные стороны. Потом один остался, а второй близнец вернулся в имение за мной и Мирославой. Здесь никого не должно быть.

- …вообще меня не слушаешь! — возмущенный голос княжны прорвался сквозь мою отрешенность.

- Почему же не слушаю? Очень даже слушаю, — я с удивлением посмотрел на девушку. Она чуть ли не в лицо тыкала мне каким-то тюбиком с витиеватой надписью, что-то вроде «крем от загара».

- Намажь мне спину! Загорать буду! — требовательно, с нотками капризной и стервозной дамы, произнесла Мирослава и снова хлопнулась на живот. — Не забудь тесемки убрать, чтобы полоска не портила вид.

- А не слишком ли откровенно? — на всякий случай я оглянулся по сторонам. Близнецов не было. Сидят в засаде, ухмыляются, небось.

- Не переживай, — усмехнулась Мирослава. — Я активировала «вуаль». Нас никто не увидит.

То-то я почувствовал необъяснимую тяжесть невидимого груза, упавшего на плечи!

- Ого! Ты и так можешь? — я встал на колени и развел замок лифчика, откинул тесемки в сторону; затем выдавил на ладонь белую густо-маслянистую жидкость. Черт, меня же Мирка провоцирует, прощупывает, насколько далеко зашли мои желания и чувства к ней. Это все из-за Алики, сто пудов. Ох уж, эта извечная ревность между двумя красивыми соперницами. Только между ними огромная пропасть. Чего Мирка бесится?

Я стал растирать крем по всей спине, тщательно разминая кожу между лопаток. Мирослава поежилась.

- Нежнее, Волоцкий! Я же не бревно какое!

- Так?

На меня вдруг напала какая-то шалость. Ладонь мягко скользнула от шеи, утопая в ложбинке позвоночника, и остановилась внизу на талии. Положив вторую ладонь, я так же, едва прикасаясь к шелковистой коже, повел руки вверх и вбок, и вдруг ощутил упругость двух манящих округлостей. На мгновение замер и убрал ладони.

- Тоже неплохо, — тихо откликнулась она. — Продолжай, что застеснялся?

Эмоции, как бушующий ураган, захлестывали меня. Два разнонаправленных вектора — желания быть рядом с Мирославой и ощущения враждебного взгляда — смущали и напрягали.

- Крем старый. Где ты его откопала? — я решил сбить напряжение.

- У Зины. А что ты хочешь, если меня сюда забросили как нищую приживалку, — лениво ответила Мирослава. — Подозреваю, что папка долго обо мне не вспомнит.

- Скоро все закончится, — уверенно ответил я и снова оглянулся. — Вернешься к своему привычному образу жизни.

- Боюсь, этого уже не будет, — княжна повернула голову так, чтобы я видел ее профиль. Откинув еще влажные волосы в сторону, я тщательно промассировал шею.

— Отец постарается спрятать меня подальше от города, или выдаст замуж. Уеду в Европу, буду там жить, вести дела клана. Смертью Гиви ничего не закончится.

- Князь устранит угрозу, — я встал. — Тебе нечего бояться. Пожалуй, пройдусь, близнецов проверю.

Невидимый полог «вуали» легко выпустил меня наружу. Ощущение чужого взгляда не пропало.

***

Лора считала, что выбрала позицию наиболее удобную для слежки за объектом. Она еще ночью пробралась через сосновый бор и укрылась на западной оконечности озера в густом боярышнике. Используя бинокль с двенадцатикратным увеличением, девушка успела осмотреть имение и уже имела представление, как проникнуть в дом незаметно для обитателей.

Наличие ленивой и толстой откормленной собачонки ее нисколько не волновало. Животное даже не успеет пикнуть, как окажется разорванным пополам. Угрозу представляли защитники княжны: трое молодых мужчин, постоянно находящихся рядом с ней. Может, и ночью в ее комнатах дежурит один из них. Гарантий легкости исполнения акции никто не дает. Кто из мужчин наименее опасен, Лора вычислит позже, как только проанализирует поведенческую модель и отношения в вооруженной группе.

Теперь спешить некуда. Цель найдена и идентифицирована. Задача остается прежней: похищение или убийство. Лора не жалела красивую девушку. Кто она такая для хозяина? Всего лишь средство шантажа и давления. Конечно, для своих целей лучше будет взять в заложницы эту самую Мирославу и попытаться вытащить из князя Щербатова все самое ценное, раздеть до трусов и пустить по ветру, как представители этой семейки любили проделывать такой трюк с другими. Но хозяин решает по-своему, и ставит задачи, не требующие импровизации.

Самым опасным Лора оценила высоченного парня, к которому княжна выказывала наибольшее благоволение. Он практически всегда был рядом с ней, о чем-то разговаривал, руководил остальными бойцами. Его слушались и подчинялись. От телохранителя несло волной запредельного могущества, которое, к счастью для Лоры, не оформилось в убийственное оружие. По классификации девушки-оборотня главный телохранитель Мирославы обладал потенциальной возможностью одним движением пальцев растереть в порошок саму Лору, но по каким-то причинам не может или не хочет воспользоваться жутким магическим приемом. В бинокль хорошо просматривались перстни с удивительными рисунками и вделанными в них камнями. Серьезные артефакты.

Кто же он такой? Одаренный, но слабый. Природная мощь задавлена некими ограничениями, но в целом мужчина может работать с артефактами. Еще не известно, что хуже для охотницы. Скорее всего, именно этот телохранитель увез княжну со стоянки «Интерлогиста». Запах тонкий, едва улавливаемый. Но его она уже встречала в городе.

Чтобы проверить свою догадку, Лора вчерашним вечером неслышно прокралась к решетчатому забору в облике человека. Тратить драгоценный эликсир на трансформацию ей не хотелось. Даже в таком состоянии она могла учуять запах незнакомца. Крадучись, охотница обошла весь периметр имения и наткнулась на желаемое. Да, запах тот самый. И кто же ты такой? Любовник? Друг? Брат? Или жених? Аура телохранителя недвусмысленно тянулась к ярко-зеленым язычкам эмоций княжны.

Лора фыркнула, прощупывая каждый вариант ответа. Скорее всего, скованный от присутствия красивой девушки со статусом главный охранник. Не может преодолеть свои комплексы, зато отрывается на других. Лоре даже интересно стало, когда она внимательно разглядывала тренировки молодых парней, валявших друг друга по траве.

Она уже определила для себя схему проникновения на территорию особняка, но ее ум, подстегнутый бурными химическими процессами в организме, искал другие пути. Лора выполняла задание, имея в запасе несколько вариантов, и поэтому была на хорошем счету у хозяина.

Имение охранялось слабо — даже неопытный охотник мог определить это с первого раза. Мелкорослая ленивая собака, слабенькие людишки вроде старика, толстяка и двух женщин; даже помощники телохранителя не являлись преградой. Лора опасалась княжну и ее охранника. Они были носителями магии. А магия для оборотня — гарантированный провал задания.

Оказавшись внутри периметра, Лоре предстояло проникнуть в сам особняк. Через черный и служебный входы не пройти. Старший группы охранников приказал наглухо перекрыть потенциально опасные точки, и двери заблокировали. Девушка-оборотень прекрасно рассмотрела всю суету с запасными ходами и решила пробираться в здание через окно первого этажа. Через кухню или ванную комнату. Именно в этих помещениях люди зачастую оставляют форточки или окна приоткрытыми: проветрить от запахов или убрать влажность. А если и там не удастся, то по водосточной трубе залезет на крышу, обернется в волколака и проникнет в дом через чердак. Их, как рассмотрела девушка-оборотень, было три, по одному на каждую секцию особняка.

Следующий день слежки принес новые расклады. Княжне захотелось прогуляться и искупаться в озере. Старший группы действовал осторожно, и Лора даже похвалила его про себя. Парень не сразу привез девушку на озеро, а вначале выставил посты, вполне уязвимые, с точки зрения оборотня. Подобраться к ним и уничтожить — плевое дело. Проблемой являлся сам объект. Убить его можно в обличье человека или оборотня, а вот похитить и доставить клиента к хозяину — только человеком.

И Лора для себя решила эту дилемму. Не будет она никого похищать. Проберется в дом, поднимется на второй этаж и просто перережет глотку объекту. Да, так будет проще: объект, а не красивая девушка, виноватая лишь в своей принадлежности к враждебному клану.

Дурой Лора не была. Нападать днем на Щербатову она не собиралась. Глядя в бинокль, как Мирослава и ее охранитель мирно беседуют, девушка-оборотень спокойно прокручивала в голове варианты сегодняшнего проникновения в особняк. Отвлекшись на некоторое время от созерцания идиллической картины, она внезапно вздрогнула и поднесла окуляры к глазам. Княжна вместе с парнем исчезла. Такого не могло быть. Или в кустах решили уединиться? Хихикнув от пикантных мыслей, Лора обшарила взглядом весь берег, но кроме затаившихся помощников-телохранителей, никого не нашла. Неужели девчонка решилась соблазнить мужика? Давно пора! Да от такой аппетитной фигурки даже пень оживет и побежит вприпрыжку, сгорая от страсти!

Но что-то ей не нравилось. Опустив бинокль, Лора пристально вгляделась в берег. Взгляд оборотня, имеющий возможность отсекать любой морок, разглядел то, что обычный глаз не заметил бы. Княжна поставила магическую завесу, и настолько качественную, что даже Лора едва смогла рассмотреть сквозь зыбкую пелену, чем занимаются два человека. И весело фыркнула. Все-таки Мирослава молодец, потихоньку-потихоньку, но загоняет свою жертву в угол, откуда у нее только один выход: в постель. Или Лора совсем ничего не понимает в психологии вот таких коварных девиц.

Интересно, сегодня ночью телохранитель придет в ее спальню? Жаль будет убивать и его тоже.

Девушка-волколак тихо и незаметно покинула место своего наблюдения и растворилась в лесу, словно ее здесь и не было. План проникновения в имение у нее уже реализовался в голове. Оставалось отработать его на практике.

***

- Отпустишь нас, командир? — спросил Васька, постукивая ложкой по тарелке. Сегодня была наваристая уха из свежей рыбы, которую принес какой-то деревенский старик. Зина всегда покупала у него утренний улов, и сегодня решила побаловать нас ушицей с зеленью.

- Куда? — поинтересовался я, заранее зная, что удумали близнецы.

- В Журавлиху, — признался народный мститель. — Сегодня танцы в местном клубе. На мотоцикле смотаемся на пару часов. Успеем к полуночи.

- Никуда не поедете, — я отодвинул от себя пустую тарелку и жестом попросил Евгению не наливать добавки. Наелся. Уха очень сытой оказалась.

Даже Мирослава, прознавшая про «боевые ранения» Васьки, удивленно посмотрела на меня. Она-то как раз считала, что ребята должны наказать местных за непочтительность к княжескому гербу. А близнецы переглянулись с расстроенными лицами.

- Можно пояснить? — вежливо поинтересовался Сашка.

- Не на танцы вы собрались, а морду кое-кому подрихтовать, — пояснил я. — Танцы — вторичны. Поэтому сидим ровно.

- Чего ждать-то?

- Сам не знаю, — отвечаю честно. — Муторно на душе. Как будто ночью может что-то произойти. Вы нарисовали план дома?

Передо мной легли листы бумаги с зарисовками комнат, коридоров и расположение окон. Если Васька накидал план небрежно, с рваными линиями и корявыми надписями, то его брат отнесся к делу добросовестно. Аккуратная схема радовала глаз. И так как он ревизовал первый этаж, я внимательнейшим образом посмотрел вначале его листок.

- Перед сном проверить все окна и двери, — предупредил я. — Открытые форточки плотно закрыть на замок, так же с дверями. Окна не распахивать.

- Душно же…, - заикнулась Евгения, стоя у плиты.

- Переживем. У меня предчувствия плохие. А к ним я привык прислушиваться.

- Ты что-то заметил? — насторожилась Мирослава.

- Мне показалось, что на озере за нами следили, — я поморщился, понимая нелепость своих объяснений. Места там открытые, любопытных вблизи не было. Откуда гнетущее состояние тревоги? Ясни — мой помощник — недавно укорил меня в нежелании развивать свою сенсорику, после чего аккуратно стал воздействовать исподтишка. И теперь я похож на нервную и чувствительную барышню, ожидающую подвоха от любого проходящего мимо мужика. Образно, конечно. Подвох заключался в необъяснимой тревоге, прямо вопящей в уши.

- Саша, а почему у тебя оконные проемы на схеме как-то странно нарисованы? — заинтересовался я.

- А я отмечал те комнаты, в которых постоянно открыты окна, — пояснил близнец и тыкнул пальцем в свою же схему. — Кухня, два окна с черного входа, санузел.

- Все закрыть! — приказал я. — Саша, проконтролируешь и доложишь. Василий, ты проверил чердачные помещения?

- На чердачном люке висит замок, — замялся Сашкин брат.

- Кирилл Савельевич, где ключ от чердака?

- А его Дорофею отдал на хранение, — тут же откликнулся управляющий, лихо уписывая картофельное пюре с копчеными ребрышками. — Дед, куда ключ сунул?

Сторож отхлебнул из огромной кружки дымящийся чай и аккуратно поставил ее на стол, потянулся к вазочке с миниатюрными сушками, зацепил горсть и высыпал возле себя. Только после этого пояснил:

- Все ключи, Кирюша, у меня здесь, — и похлопал ладонью по бедру, где и правда, звякнуло. — От сараёв (он так и сказал, невозмутимо хрустя сушкой) и от всех остальных помещений, которыми не пользуемся. Нам-то и первого этажа хватает.

- Дед, отдай мне ключ от чердака, — попросил я. — Сам проверю, что там у вас творится.

Я не стал дожидаться окончания ужина, а сразу же поднялся на второй этаж. Пришлось повозиться с замком, так как ключ совершенно не хотел проворачиваться в ржавом нутре механизма. Больше всего я хотел не масла плеснуть на замок, а шарахнуть по нему одним из сформированных заклятий. Благо, перстни на руке постоянно со мной. Успокоившись, поработал ключом и победил, наконец, вредную железяку.

Чердак привел меня в уныние. Подсвечивая себе фонарем, я оценил масштаб проверки. Помещение было длинным и огромным. Свисающие с мощных балок клоки паутины; пустые полуразбитые ящики, поднятые сюда с непонятной целью; остатки строительного мусора, собранного в небольшие неряшливые кучи по углам; пыль, поднимающаяся из-под ног; старые куклы с оторванными головами и руками и самодельные луки с грубо сколоченными из плашек щитами — весь этот хлам и беспорядок тянулся на десятки метров и исчезал в черном зеве поворота. Дойдя до него, я остановился в недоумении.

Пройти дальше не представлялось возможным. Ход был просто забит досками, словно кто-то в свое время позаботился, чтобы никому неповадно было совать нос в другую половину особняка. Что там могло быть? Если ориентироваться по схеме, то внизу начинались семейные апартаменты. Именно там поселилась Мирослава.

Возвращаясь обратно, я тщательно осмотрел стропила и крышу. Да, здесь был еще один выход непосредственно наружу, но маленькая дверца надежно заперта. Почему Дорофей не сказал мне про него? Запамятовал старик?

Я задумался. Получается, что через это чердачное окошко сюда не проникнуть. А если даже удастся — мощная перегородка помешает перейти в жилое крыло. Остается еще один чердак, но он далеко. Чтобы добраться до Миры с гостевого блока, нужно выйти на улицу, потому что он не совмещается с хозяйскими апартаментами прямым проходом. Может, я что-то упустил?

Спустившись вниз, закрыл замок и отряхнул руки от налипшей паутины. Одежда тоже требовала чистки. Дойдя до своей комнаты, удивленно остановился. Возле нее стояла Мирослава, кутаясь в халат. На голове девушка накрутила колпак из полотенца — видимо, принимала душ. Она с непонятной тревогой смотрела на меня.

- Все в порядке? — спросила княжна.

- Ты просто так интересуешься или тоже что-то почувствовала? — мне стало интересно. — И почему стоишь в коридоре? Заходи, гостем будешь.

- Не перепутал насчет гостя? — фыркнула Мира, но с места не сдвинулась. — Ты и в самом деле ждешь кого-то?

- Всего лишь нервы, — уклонился я от ответа. — Ощущение надвигающейся опасности и сама опасность — разные категории. Я не могу утверждать, что сегодня или завтра нам нанесут визит убийцы, но внутри меня корежит…

- Не умничай, Колояр, — тихо ответила Мирослава, поблескивая глазами. — Я вижу, что в тебе просыпается Дар предвидения. Ты просто не можешь его уловить и инициировать.

- Как неуправляемый автомобиль? — пошутил я.

- Точно, — кивнула девушка. — Закрой дверь и ступай за мной.

Я в недоумении почесал затылок. Чего вдруг Мирка разгуливает по коридору в халате и зовет куда-то? Еще толком не сообразив, я послушно побрел за своей подопечной.

- Заходи, — непринужденно сказала княжна, пропуская меня в свою комнату. — Ты бы сейчас себя в зеркало посмотрел! Ну и физиономия!

- А можно? — оживился я. Мне и в самом деле стало интересно, насколько мое лицо поглупело от неожиданного приглашения девушки. Не в постель же зовет, а? Что-то я в последнее время теряюсь от нелогичных поступков княжны. То лаемся, то мирно беседуем. Вон, даже позволила сегодня прикоснуться к своему драгоценному телу.

Мира толкнула меня в спину, чтобы я не торчал в коридоре, и зашла следом, плотно прикрыв дверь.

- Я боюсь, — честно ответила она, обхватив себя за плечи. — Уже несколько дней мы сидим здесь как перепуганные мышки. Отец не звонит. Никаких вестей из Торгуева. Ни малейшего намека, что нам делать дальше. Обещали привезти самое необходимое — и ни одного посыльного. А еще ты со своими предчувствиями. Каково бедной девушке все это пережить?

- Почему тебе не выдали амулет связи? Его-то никак не отследишь.

- Еще как отследишь, если знаешь его волновую ауру… Может, из-за этого?

- Ну, два покушения ты уже пережила благополучно, — я осмотрелся. Ничего так, миленько. В свои апартаменты за эти дни Мирослава умудрилась вдохнуть жизнь, и они уже не тяготили своей заброшенностью. У меня по-другому, честно. Я в свою комнату только спать захожу. Не тянет в унылость стен, покрытых старыми обоями.

- Издеваешься? — Мирослава раздраженно прошла мимо меня и села в кресло, закинув ногу на ногу, отчего края халата разошлись, обнажив до бедер загорелые ноги. Княжна словно не замечала этого. — Мне реально страшно. Я хочу, чтобы ты сегодня охранял меня здесь.

- А-эээо? — непонятное мычание вырвалось из моей глотки. — Серьезно?

- Волоцкий, ты всегда такой непробиваемый? Я знаю, что у тебя есть какой-то серьезный артефакт, которым ты действуешь так виртуозно, что невозможно понять его принцип. Раз ты мой окружник, будешь ночевать здесь, пока угрозу не купируют.

- То есть и завтра, и послезавтра? — уточнил я.

- Да. Я буду живцом, на которого ловят крупного зверя, — лицо княжны, наконец-то, разгладилось. — Твои опасения я не хочу игнорировать. Лови тварей здесь. Если появятся — вали наглухо, чтобы пикнуть не успели.

- Я бы пленника взял.

- Не нужно никого брать. У нас есть мощные ментаты, которые даже из памяти трупов вытянут всю информацию. Глуши козлов, а маги сами разберутся, что искать в башке.

Ну и лексикон у рафинированной аристократки прорезался! Я мысленно восхитился такой Мирославой. И все же, выслушай, что скажет женщина и сделай все наоборот. Я не хочу отказываться от источника информации, кто бы он ни был. Так, хотя бы, можно уцепиться за ниточку, которая теряется в кромешной тьме. А вдруг князь Панин не при чем? Страшно представить, если Щербатов наедет на своего соперника с моими смешными доказательствами. Да их можно опровергнуть, не напрягаясь. Но ведь я же хотел, чтобы две силы столкнулись так, что искры посыплются! Честно говоря, не ожидал, что князь Борис поддастся легкой манипуляции. Если же существует третья сила (да тот же шаман Рахдай, наконец!), ее обязательно нужно засветить!

- Как скажешь, — оставил я за собой последнее слово и решительно пересек комнату, подходя к окнам, и задергивая шторы. Пояснил. — Снайперы, маги. Любимая связка наемников. Ложись спать. Только выдели мне подушку — я на диванчике пристроюсь.

- Какой скромный, — фыркнула Мирослава и вытащила из шкафа маленькую подушку и швырнула в меня. — А на пляже так лихо руками работал, даже меня в краску вогнал.

- Не заметил, извини. Сама попросила мазь нанести. Но было чертовски приятно.

Я растянулся для проверки на жутко неудобном диванчике, вытянув ноги так, чтобы они легли на высокий подлокотник. Про себя обругал Мирославу за необъяснимую панику, которую сам же нагнал на нее. Вот теперь и пожинай плоды своих ощущений опасности.

- Для лилипутов делали, что ли? Ладно, не пыхти. Шучу я.

Мира удалилась в соседнюю комнату, но еще долго возилась в постели и вздыхала, словно ее тяготили мысли, не высказанные вслух. Потом все-таки наступила тишина. Задремал и я.

Глаза открылись сами собой. В кресле, где недавно сидела Мирослава, светился бледный контур моего дружка Ясни. Мужская фигура, вольготно раскинув руки на подлокотниках, смотрела в сторону спальни княжны.

- С ума сошел? — яростно прошептал я, машинально посмотрев на зашторенное окно. Ночь, глубокая ночь с мутным серпом луны, затянутой молочной кисеей тумана. — Какого… ты нарисовался?

- Почему ты до сих пор не овладел этой женщиной? — удивленно спросил Ясни, игнорируя мой вопрос. — Я уже успел проверить ваши ауры на совместимость. Отличная пара из вас выйдет. И у тебя возможность появится передать весь функционал «солнечного доспеха» детям. Он закрепится у них на генетическом уровне. Ты когда головой думать начнешь?

- Сводней заделался? — я потер лицо, сгоняя сонливость. — Не подходит она мне. И вообще, сгинь. Проснется же… Меня и так уже начинают подозревать как носителя древней магии. Зотов этот, теперь Мирка требует артефакт показать.

- Девушка не проснется. Я активировал участки мозга, ответственные за сон. Глубокая фаза. Можешь громко разговаривать — не услышит, — Ясни поднял голову и посмотрел на меня. — Вот поэтому тебе нужно передать умения и знания потомкам. Чтобы не пропали в будущем. Я не хочу снова прозябать в мрачных гробницах в ожидании нового хозяина, когда ты копыта откинешь.

- Если откину, то ты перейдешь по праву находки к новому хозяину, — напомнил я.

- А вдруг не захочу? Знаешь, привык к тебе. Ты, конечно, зануда редкостный, но есть ощущение, что с тобой мы наворотим больших дел.

Никак не могу привыкнуть к этому полупрозрачному красивому лицу мужчины, жившему тысячи лет назад. Что за сила заставляет трансформироваться его в нужный образ? Мурашки по коже бегут. Поежившись, я соскочил с дивана и подошел к окну. Отодвинул штору. Пара фасадных фонарей тускло светили сквозь туман, наползающий с озера. Вдали виднелось черное пятно леса, нависшего над одинокой усадьбой. Все-таки местечко Щербатов выбрал не самое приятное. Как тут прислуга одна живет? Днем, конечно, хорошо, красиво. А ночью наползает ощущение, что окружен непонятными чужеродными силами. Даже страшновато, признаюсь сам себе.

- Что означают твои слова про потомков?

- Я стану вечным слугой твоих детей, внуков и правнуков. Мой бывший хозяин не внял предостережениям и затянул с появлением наследников. Умер молодым. Империя рухнула.

Странно тогда, почему последователи не обокрали князя и не присвоили себе полный набор перстней? Иногда Ясни врет, старательно ретушируя свое прошлое. Только зачем?

- Хочу проверить коридор, — сказал я после затянувшейся паузы. Такую информацию следовало обдумать.

- Подожди, не торопись, — неожиданно откликнулся Ясни. Теперь он смотрел прямо перед собой, закрыв глаза. — Не стоит сейчас выходить наружу. Дай ему проникнуть в дом. Дальний противоположный коридор узкий, и как только он попадет туда — можешь атаковать. У него не будет шансов.

- Ты о ком? — ледяные мурашки протопали по спине.

- Оборотень. Он давно следит за домом. И уже на крыше, — Ясни заговорил монотонно. — Давно на крыше. Проник туда, пока вы беспечно разговаривали на кухне.

- Как? Все окна и чердак закрыты. Никто не влезет сюда. Да я сам лично залезал наверх и осмотрел все!

- Помнишь перегородку на вторую половину дома? За ней еще одно чердачное окно. По нему тварь пробралась в помещение. Жди, пока она найдет выход в жилую часть, и сама залезет в ловушку.

Ясни внезапно исчез, а мой симулякр настойчиво завибрировал в кармане. Значит, пришло время. Я вытащил ручку и дал мысленный приказ на трансформацию. Почувствовав в руке приятную чешуйчатость ножен, шагнул к двери, провернул «собачку» ручки в такое положение, чтобы она автоматически заблокировала замок изнутри. Выйдя в коридор, притянул створку к косяку и услышал сочный щелчок. Все, теперь только Мирослава откроет дверь. Или пока ее не выбьют тараном.

Присел на корточки, чтобы оборотень не сразу обнаружил цель. Ведь он сейчас ориентирован на поиск человека и идет по запаху. Значит, мне его и в самом деле проще перехватить в узком коридоре, который как раз выходит из нежилой половины особняка. Черт возьми, надо было самому пройти по крыше вдоль и поперек, не надеясь ни на кого.

Надо же, оборотня прислали. Вот теперь у меня окрепли сомнения, что против Щербатова играют ярославцы. Это кто-то другой. А вот кто, мы выясним, если захватим оборотня в качестве «языка».

Я выпрямился, ощущая, как кровь начинает разгоняться по жилам, а мышцы напрягаются в ожидании схватки. Уснувшие модификаторы с радостью вспомнили свое назначение, усиливая боевые реакции. Скользящим шагом продвигаюсь к коридору, освещенному слабым сиянием ущербной луны в торцевом окне. Ни одна половица не проскулила под моим весом, ни за что не зацепились носки ботинок. Я весь расслаблен, но в любую секунду могу взорваться каскадом ударов, нырков и атакующих комбинаций. Только мне этого не надо. Кинжал Ясни вибрирует все сильнее, требуя крови.

Впереди раздается тихий скрип давно несмазанных дверных шарниров. В коридоре появляется человеческая фигура. Я замираю. Это девушка. Высокая, гибкая, длинноногая и совершенно голая. Повернувшись боком к окну, она демонстрирует свои небольшие груди с затвердевшими на ночном холодке сосками. Потом присаживается на корточки и вдруг с тихим всхлипом начинает корежиться, вытягиваясь на полу.

Это шанс!

Без лишних раздумий я рванул к ней, выхватывая на ходу кинжал. Пока волколак находится в стадии трансформы, я могу нанести ему тяжелые, но не смертельные раны. Мне нужна эта тварь живой.

Девушка почувствовала опасность и коротко рыкнула. Голосовые связки потеряли возможность передавать человеческую речь. Плечи расширились, уродливо выпирая ключицами вперед. Еще не волколак, но уже и не человек. Самое подходящее время для нападения.

Коридор узкий, для хорошего удара ножом нужно подойти вплотную. Оборотень срывает мою первую попытку. Удлинившаяся лапа со свистом пролетает возле моего лица. Еще не затвердевшие когти царапают стену, срывая куски штукатурки, оставляя полоски крови от поврежденной кожи. Тварь понимает, насколько она уязвима в данной ситуации, и напрягшись, кидается на меня.

Зевни этот момент — оборотень смял бы и раскромсал на кусочки. Делаю неимоверно длинный шаг назад и маховым движением кинжала по воздуху показываю направление удара. Клинок зашипел, раскаляясь белым широким полотном, и тварь визжит от боли.

Передо мной уже не девушка, а лохматый волколак, упавший на пол. С подрубленных лап хлещет кровь. Делаю еще один удар по воздуху. Ясни рассекает плечевой сустав. Все, тварь обездвижена, но до сих пор опасна. Пытаясь задними конечностями оттолкнуться от пола и хоть как-то повредить мне, она снова делает попытку прыгнуть… Но в последний момент кинжал вонзился в бок волколака. Я знаю, куда бить, чтобы после трансформации девчонка не издохла от потери крови.

Вот так. Никакой затяжки боя. Никакого шанса врагу. Два удара — и тварь корчится от боли и невозможности достать меня. Для верности я сдернул с себя ремень и перемотал им оборотню морду, одновременно с этим наступив ногой на глотку. Теперь не укусит.

- Что за хрень здесь происходит? — раздался возмущенный вопль Мирославы. Вспыхнули плафоны по коридору, освещая неприглядную картину короткой бойни. — Колояр, убей эту тварь! Я приказываю!

- Княжна, уйди в свою комнату! — рявкнул я, оборачиваясь. — Не указывай мне, что делать!

- Да как ты…! — чего не отнять у этой своенравной девицы — мгновенного перехода от потрясения к возмущению. Она раздраженно передернула плечами, с грохотом захлопнула дверь, но осталась стоять в коридоре, не смея приближаться ко мне.

Лестница уже сотрясалась от шагов близнецов, рвущихся наверх. Переполох поднялся жуткий. Ну да, когда среди ночи в доме раздается нечеловеческий вой — даже призраки оживут.

- Что произошло? — Васька с Сашкой остановились за моей спиной. — Ого, командир! Как ты его завалил? Это же волколак, самый настоящий?

- Нет, игрушечный! — оборвал я восторженные реплики близнецов, торопясь убрать кинжал с глаз долой. Насытившийся кровью Ясни снова превратился в ручку-симулякр. — Нам нужно перетащить зверюгу в сарай и закрыть ее там.

Время на обратную трансформацию у оборотня есть, пока он живой. Надо перевязать раны, не дать истечь кровью — и тогда есть шанс узнать, кто охотится за Мирославой. Кряхтя и ругаясь вполголоса, мы спустили тяжелую тушу волколака вниз, заляпав кровью полы и ковры. Выскочившие на шум женщины завизжали.

- А ну, закрыли рты, курицы! — неожиданно вмешался Дорофей, появившийся в одних подштанниках, но зато с «ружжом». Он сразу оценил ситуацию. — Сынки, куды вы его ташшите?

- В сарай, дед! — пропыхтел Сашка, держа на весу башку твари. — Открывай двери!

- Энто мигом! — Дорофей набрал крейсерскую скорость, несмотря на свой солидный возраст, и выскочил на улицу.

- Тетя Зина! Нужны бинты или тряпки, горячая вода! — приказал я. — И старое покрывало!

- Зачем? — открыла непонятливо рот женщина.

- Надо! Не спрашивай! Да побыстрее!

Мы едва дотащили оборотня до сарая, где Дорофей уже расстелил на полу какую-то мешковину, куда и положили раненую тварь. Следом появились горничные со всем необходимым, после чего я всех выгнал наружу с обещанием рассказать подробности попозже, а близнецов отправил охранять княжну, и стал ждать, когда затухающее метаморфирование превратит волколака в девушку.

Глава 12

Глава двенадцатая

Алика досадовала на саму себя, что так плохо рассталась с Колояром. Неужели память совсем отшибло, у кого служит Волоцкий, с кем имеет дело? Подумаешь, запах женского парфюма унюхала. Ведь этот факт еще ни о чем не говорит. Зато с каменным лицом распрощалась и уехала в археологический лагерь, чтобы потом мучиться всю неделю и ждать непонятно чего.

«Допрыгаешься, дурочка, — предупреждала саму себя Алика, ворочаясь по ночам на жесткой раскладушке в палатке, — что он бросит тебя ради привлекательной партии. Мирослава не из тех ярких девушек, которые отпускают свою жертву, если чувствуют приближающуюся победу».

Известие о гибели княжны достигло ее ушей в загоне для лошадей, где Алика лечила захромавшую Пегашку. И сказал об этом сам Косарев, когда заглянул сюда посмотреть, как идут дела.

- Плохо дело, Александра, — пыхтя трубкой (Алика впервые видела, чтобы старший археолог курил), сказал Косарев, прислонившись к жердям, игравшим роль забора. — Младшую княжну Щербатову убили. Или сама погибла в результате несчастного случая. Взрыв машины. Только что позвонили. Я же в город экспедиторов посылал, чтобы они продуктов закупили. Не могут выехать. Все дороги перекрыты, кругом посты.

- Как убили? — выпрямилась Алика и непослушными руками затолкала в специальный саквояж тщательно вымытые инструменты. — А Колояр?

- Колояр? — взметнулись брови археолога. — Ты про кого сейчас говоришь? Про Волоцкого, что ли? А он-то при чем? И откуда его знаешь?

Поняв, что глупо прокололась, Алика на ходу выдумала рассказ про их знакомство.

- Так он же на Варчаты приезжал в составе группы егерей, — напомнила она. — Охранять раскопы. Забыли, что ли, дядя Ваня? Там и познакомились через папу. А здесь он у Мирославы служит, — грудь сдавило от непонятной тяжести. — Помощник княжны по охране.

- Хреновый телохранитель из твоего Волоцкого, — задумчиво хмыкнул Косарев, окутываясь табачным дымом. — Не уберег княжну. Хотя… Рано еще говорить, что там произошло на самом деле. Говорят, машина взорвалась на офисной стоянке, когда она в нее садилась. Погоди-ка, дочка, а ты не к нему ли ездила на днях?

- Случайно встретились, — смутилась Алика, склонившись над сумкой.

- Понятно, — кивнул археолог, внимательно разглядывая пунцовые щеки девушки. Покачал головой, пока она не видела. — Н-да, проблема. Нужно Юрия Степановича известить. Как бы местная служба безопасности нам кислород не перекрыла. Пусть договаривается. Ты, случаем, Рахдая не видела?

- Так он с Пахомом еще до обеда на курганы умотал, — пробурчала Алика. Неприятный и весь какой-то потрепанный шаман вызывал у нее чувство брезгливости и непонятного ужаса. Девушке казалось, что этот широкоскулый и темноглазый колдун видит ее насквозь и пытается прочитать мысли, которые в последнее время крутились только вокруг Колояра и их прощания возле гостиницы. Рахдай ни разу не пытался заговорить с Аликой, но свой интерес к ней проявлял издали, словно изучал насекомое под микроскопом. В общей столовой, под которую решили использовать две многоместные егерские палатки, шаман обычно сидел рядом с Пахомом, сошедшись с ним на фоне каких-то общих интересов. Алика же старалась затесаться между полевыми работниками.

Отношение к ней молодых ребят, занятых на раскопах, было самое доброжелательное, и девушка надеялась, что они не дадут ее в обиду. Среди них было много студентов и наемных сезонных работников, с частью которых девушка оказалась знакома по Варчаты, или кто-то знал ее отца. Одновременно со своими страхами она понимала всю абсурдность ситуации. Шаману вообще плевать на нее. После удивительного спасения из-под завала Рахдай живет лишь одной местью к Колояру.

- Я бы хотела съездить в город, дядя Ваня, — попросила Алика. — Надо пополнить запасы медикаментов, заодно посоветоваться со знающими людьми в ветеринарной клинике. Я нашла одну такую в Торгуеве. Отпустите, а?

- К дружку своему? — хмыкнул Косарев. — Сейчас ты не прорвешься в город. Кругом заставы… А вот и гости. Легки на помине.

Археолог кивнул в сторону пыльного шлейфа, тянущегося от переправы. Наверное, в лагерь ехала целая колонна. Экспедиция Демидова не ждала прибытия техники, а для возвращающихся из города закупщиков пыль была слишком густой. Ехала явно не одна машина. Косарев насторожился. Он одернул на себе охотничью камуфляжную куртку и зашагал в сторону рабочих палаток, стоящих на самом краю лагеря. Там как раз находился импровизированный пропускной пункт, на котором несли охрану четверо егерей из отряда «манулов». Еще шестеро уехали с рабочими на курганы.

Он успел вовремя. Возле шлагбаума, вытесанного из длинной жерди, остановились два внедорожных «скифа», покрытых жирной белесой степной пылью. Под капотами машин что-то звонко пощелкивало. Захлопали двери. Косарев мгновенно узнал визитеров. Не персонально, конечно, а по шевронам с княжеским гербом. Трое мужчин в городской униформе, но с накинутыми на ней разгрузками, обвешанные оружием, лениво потягиваясь, подошли к шлагбауму. И остановились. «Манулы» перегородили им дорогу и недвусмысленно взялись за карабины.

Люди князя переглянулись, и один из них в успокаивающем жесте поднял руки на уровне плеч, демонстрируя доброжелательность. Даже улыбнулся.

- Господа! — шагнул им навстречу Косарев, но тоже предпочел не пересекать некую линию безопасности, оставив себе место для маневров, чтобы в случае чего прыгнуть за могучие спины егерей. — Чем обязаны?

- С кем имею честь разговаривать? — игнорируя вопрос археолог, в свою очередь спросил тот самый мужчина с поднятыми руками. На его голове едва умещался черный берет, из-под которого виднелись аккуратно подрубленные виски с седыми проседями. И сам мужчина выглядел как замшелая могучая скала.

Он все-таки опустил руки, обтянутые кожаными перчатками с обрезанными пальцами, на бедра, где с одной стороны покоились ножны, с другой — расстегнутая кобура с выпирающей оттуда ребристой рукоятью пистолета.

Косарев оставался спокойным. Дружинники и гвардейцы Щербатова могут хоть с гранатометом заявиться в гости — здесь не их вотчина.

- Иван Захарович Косарев, — представился археолог, решив не лезть на рога этим зверюгам. — Руководитель археологической экспедиции.

- Ясно. А кто главный по лагерю? — человек-скала просканировал своим взглядом невысокого и суховатого на вид ученого. — Вы?

- Нет. Он сейчас на раскопе. Но вы можете обращаться со всеми вопросами ко мне как к заместителю.

В общем, так оно и было задумано с самого начала для таких ситуаций.

- Нам нужно проехать в лагерь и ознакомиться со списком экспедиции, — пояснила скала. — В связи с чрезвычайной ситуацией в городе мы вынуждены проверить вас. Появлялись ли чужаки в лагере в эти дни?

- Вы не представились, — сухо напомнил Косарев.

- Первый заместитель Управления Княжеской Безопасности сотник Шурко, — нехотя ответил мужчина.

- Я не могу пропустить вас на территорию лагеря, так как эти земли не являются собственностью князя Щербатова, — отчеканил Косарев, внутренне холодея от зверского взгляда помощников заместителя, неподвижно стоящих за его спиной. — Все вопросы решайте через администрацию князя Демидова или, на крайний случай, с боярином Волоцким. Вам известно это имя?

Шурко ухмыльнулся, да как-то нехорошо, отчего Алика, подоспевшая к последним словам дяди Вани, побледнела. Если бы не загар на лице, ее вид многое мог сказать опытному служаке.

- Боюсь, что с господином Волоцким мы не сможем встретиться в ближайшее время. А согласовывать мероприятия с вашей администрацией нет времени. Совершено покушение на княжну Щербатову. В городе идут проверки, дороги перекрыты для проезда. Нам дано указание снять показания ваших работников, кто где находился в момент покушения.

- Все наши люди оставались на месте, — твердо заявил Косарев, — и никто не покидал лагерь.

- Ой ли? — сощурился Шурко и очень пристально взглянул на девушку, маячившую за спиной напряженно застывших «манулов». — По нашим сведениям, за сутки до покушения вот эта красавица, которая скромно стоит позади вас, встречалась как раз с господином Волоцким, и даже ночевала в его номере.

Вот теперь Алика густо покраснела, и даже загар не смог скрыть краску, залившую ее лицо. Косарев с удивлением посмотрел на Громову, не ожидая такой подставы от сотрудника. Он здесь выкручивается, чтобы местные псы не проникли на территорию лагеря, а девчонка, оказывается, шуры-муры с Волоцким разводит. Нехорошие мысли вползли в голову. Может, и не так уж неправ князь Демидов и архат Мирон, что избавились от молодого и дерзкого егеря?

Слишком далек был археолог от интриг, произошедших в последнее время. Наивно полагал, что Волоцкий разгневал удельного князя за свое самовольство.

- Да, я была накануне в городе! — воскликнула Алика, понимая, что молчать нет смысла. — С Волоцким встретилась не случайно, намеренно искала его. Мы — старые друзья, в конце концов! Что здесь такого?

- Ничего, — пожал плечами Шурко, а глаза его смеялись. — Хорошо, что вы не отрицаете очевидного. Но тогда вам нужно проехать в УКБ, где мы снимем показания. Если хотите, можете взять с собой своего представителя или мага. Мы не возражаем.

- Одна поеду, — решила Алика воспользоваться моментом и узнать хоть что-то о судьбе Колояра. Если он постоянно находился с княжной, то покушение могло и его задеть. А вдруг они оба находились в машине? Нет, в этот сценарий девушка верить не хотела. Колояр обладает достаточным количеством артефактов, чтобы выжить в эпицентре взрыва.

- Громова! — растерялся археолог. — Я запрещаю покидать лагерь!

- Иван Захарович, вы уже не решаете, что делать девушке, — Шурко превратился в цепкого хищника, взявшего след добычи. — Она сама высказала желание поехать с нами. Не волнуйтесь вы так. Барышне бояться абсолютно нечего… Прошу!

Сотник сделал широкий жест в сторону внедорожника, стоявшего первым. Алика закусила губу и решительно поднырнула под шлагбаум. Одернула куртку, сбила с нее пыль и забралась в машину. Подножка, правда, оказалась очень высокой, и пришлось поднапрячься, чтобы ухватиться за вспомогательную ручку.

Внутри «скифа» было прохладно. Монотонно гудел кондиционер. Алика прислонилась к дальней двери. Сотрудники УКБ расселись по местам, еще больше отодвинув девушку в угол из-за своих габаритов. Шурко занял свое место рядом с водителем.

- Вы поставили меня в неловкое положение, — бросила ему в спину девушка. — Могли бы сказать как-то поделикатнее.

- Боюсь, ваш руководитель этого бы не оценил, и нам пришлось бы требовать проверки лагеря, — повернувшись к ней, ответил заместитель. — Извините, конечно. Но, с другой стороны, вы сами избавили всех от неприятной процедуры и возможного конфликта.

Повисла пауза.

- Ну, что, Александра Федоровна, прокатимся с ветерком? — отчего-то повеселел сотник.

- Вы и отчество мое узнали? — неприязненно спросила Алика.

- Так ничего трудного нет, — сотник посмотрел на девушку очень пристально, — для наших служб. Тем более, вы и не скрывали своего имени в гостинице, когда были внесены в приоритетный список гостей. В мире, насыщенном информацией, найти сведения о вашей жизни совсем нетрудно.

- И что вы узнали об отце? — решила проверить Алика.

- Федор Громов, старший лесничий на озере Варчаты, — Шурко уже откровенно забавлялся. — Вы — его единственная дочь. Сам же он входит в структуру егерских подразделений, подчиняющихся напрямую князю Демидову. А еще он — Ведун. Его способности не передались вам в полной мере, Александра Федоровна, но не переживайте. Магические эликсиры могут улучшить восприимчивость организма для инициации…

- Я упустила этот момент, — оборвала его девушка. — Для взрослого такие эксперименты опасны.

- Ничего подобного, — машину неожиданно качнуло на выбоине и Шурко вцепился всей лапищей в кресло. — Есть много вариантов, которые могут вернуть вам возможность инициации. Про «откаты» знаете?

- Зачем вам это? — Алика нахмурилась. — «Откаты», насколько я знаю, позволяют снизить риск инициации для взрослого организма?

- Да, так и есть, — сотник был чересчур словоохотлив, что казалось странным. Ему бы молчать, а он трещит, как сорока. Брал бы пример со своих подчиненных, сидящих как каменные статуи. — Ну, это не моя прерогатива, расслабьтесь. Я ведь только ответил на ваши вопросы. Не хотите получить преимущество в виде наследственного Дара — неволить никто не будет.

- Вы можете сказать, что случилось с Волоцким? — попробовала вернуть сотника на нужную волну Алика. — Он жив?

- Жив-жив, — усмехнулся Шурко. — Хотите с ним встретиться? Можно устроить, но только после одной важной встречи…

- Мы не в Управление едем?

- Нет, в другое место. Не переживайте.

Ну, да… А чего переживать? Как дурочка залезла в чужую машину и понеслась куда-то, сломя голову. Вдруг ловушка? Ой, не смеши саму себя, Алика! Какая ловушка? Да о тебе уже все спецслужбы знают! Подружка Волоцкого! Ночевала в его номере? Ночевала. Вывод однозначен. Или Колояр оказался замешан в покушении? Ой, вот это уже очень плохо!

Машины выскочили на грейдерную дорогу, тянущуюся между приземистыми холмами, покрытыми мелкорослым кустарником и жестким бурьяном, и отчаянно разбрасывая колесами мелкие камешки гравия, рванули к переправе через Волгу. Алика обратила внимание, что сейчас здесь было пустынно. Кроме закрытого магазинчика-бакалеи и двух сборно-щитовых домиков, возле которых всегда было многолюдно, людей вообще не видно. Дорогу на мост перегораживает шлагбаум, топчутся двое дружинников, вооруженных автоматическими карабинами. Они пропустили «скифы» без лишних проверок. А чего проверять? Свои люди.

В городе оказалось не все так страшно, как живо описывал Косарев. Да, на въезде еще стояли вереницы легковых машин, медленно продвигающихся по трассе в сторону Торгуева, а вот большегрузные фуры с яркими гербами чужих княжеств стояли на обочине, и их было много, очень много.

«Скифы» врубили проблесковые маячки на крышах и ловко проскользнули сквозь пробку на городские улицы. Через несколько минут они затормозили возле высотного здания, относившегося, по-видимому, к княжеской недвижимости (герб Щербатовых на воротах указывал на это), и сотник удовлетворенно кивнул головой.

- Вас проводят мои люди, Александра Федоровна. Ничего не бойтесь. Мы не в Управлении. Допрашивать никто не будет. Всего хорошего…

****

Как во сне девушка шла между двумя помощниками сотника, отмечая многолюдство в коридорах. Суета словно обтекала ее со всех сторон, но никоим образом не задевала своим шумом и деловитостью. Попадалось очень много вооруженных людей и магов. Алика уже научилась выделять эту особую группу, владевшую искрой Дара от природы. Ничего особенного, кроме массивных амулетов, висящих на шее поверх одежды, и множества колец на пальцах с разнообразными камнями. Да и сам взгляд — опасно расслабленный, как будто смотрящий сквозь человека, и легкий флер ауры, окутывающий серебристой окантовкой контур тела. Алика не понимала, почему видит ауру. Может, отцовский Дар все-таки помогает ей?

Ее завели в большой кабинет и закрыли за ней дверь. Алика с робостью огляделась по сторонам и сразу заметила двух мужчин, стоящих к ней спиной возле окна. Они о чем-то беседовали и словно не замечали присутствия девушки. Потом один из них обернулся и с легкой улыбкой направился навстречу. Мужчина был молод и красив собой. Но редкие морщинки, собранные на лбу, говорили о какой-то ответственности этого человека, вынужденного брать на себя некие обязательства.

- Александра Громова? — на всякий случай уточнил он, остановившись в шаге от девушки.

- Да, — проглотив слюну, ответила Алика. Ей почему-то стало страшно.

- Очень приятно, — улыбчивый мужчина неожиданно протянул руку. — Павел Борисович Щербатов.

- Княжич? — хлопнула ресницами Алика.

- Княжич, — Павел рассмеялся. — Угадали. А это…

Он повел рукой в сторону второго мужчины, который в этот момент отвернулся от окна. Алика поежилась.

- Я знаю, это ваш отец, князь Щербатов, — не удержавшись, ответила девушка. — Здравствуйте, Борис Данилович.

Князь сухо кивнул, не меняя выражение своего лица: надменно-спокойного, слегка расслабленного. Судя по всему, происшествие с дочерью его нисколько не взволновало. Или он хорошо маскировал свои чувства перед чужим человеком.

- Присядем, Александра? — княжич подвел девушку к креслу, придержал ее за руку, пока Алика не плюхнулась в него задом. Сам же Павел сел в соседнее кресло, закинул ногу на ногу, демонстрируя идеально начищенные черные туфли.

Алика положила руки на рабочие штаны, потертые от бесконечного ползания по земле (кроме ухода за больными животными она частенько принимала участие в раскопках), и приготовилась слушать.

- Вам нравится археология, Александра? — Павел поморщился. — Можно, я буду называть вас Сашей? Или предпочтете официальный стиль?

- Можно и Сашей, — кивнула девушка. — Как вам будет угодно. Археология — не мой конек. Просто на каникулах наш ветеринарный техникум дает практику студентам. Ну, я сама и навязалась в экспедицию. Интересно же. А то все время Урал, Алтай. Хочется разнообразия.

- Вас так просто прикрепили к такой миссии? — удивился Павел. — Вам известно, что вы работаете на землях рода Волоцких по разрешению его последнего представителя?

«Зачем он об этом мне говорит? — с тревогой подумала Алика. — С какой целью?»

- Довольно странно, что на вас обратили внимание.

- Ничего странного, — вдруг рассердилась девушка, и страх куда-то испарился. — Мой отец имеет хорошую репутацию у князя Демидова, поэтому лично попросил его за меня. Князь Юрий согласился.

- А, так вы по протекции? — княжич улыбнулся. — Ну-ну, не горячитесь, Саша. Мы знаем, что ваше желание подкреплено еще одним фактом: знакомством с Колояром Волоцким. Вы уже встречались здесь…

- Следили за мной? — нахмурилась Алика.

- Нет, за боярином Волоцким, — признался Павел, на секунду бросив взгляд в сторону отца. Старший Щербатов сохранял молчание, только переместился к креслу, но не сел в него, упершись руками в высокую спинку. — Дело в том, что в последние дни произошли происшествия, связанные с Колояром. Он стал неким эпицентром событий, развернувшихся в Торгуеве. Можете нам ответить: не тянется ли этот след с прежней службы Волоцкого?

- Вы думаете, князь Юрий Степанович преследует Коло… господина Волоцкого? — вскинулась Алика. — Но за что? У него не было конфликтов, кроме…

Она облизала пересохшие губы.

- Говорите, Саша, — вдруг мягко произнес Щербатов-старший. — Мы обещаем, что никакая информация не выйдет из этого кабинета.

- Волоцкий в составе егерской группы преследовал банду наемников, — выдохнула Алика, ругая себя последними словами. — Они грабили золотые прииски князя и убивали работников. Егерям стало известно, что в банде помимо обычных наемников есть оборотни и шаман, который руководил ими. В общем, егерям удалось уничтожить бандитов, но шаман ушел. Через какое-то время стало известно, где находится Рахдай — так этого колдуна зовут. Волоцкий и еще несколько егерей устроили на него засаду в районе озера Варчаты и убили. Им так казалось, что убили.

Алика глубоко вздохнула. Кажется, ей удалось обойти неприятные моменты, которые вызовут дополнительные вопросы. Щербатовы слушали внимательно, но еще ничего не понимали. Павел, словно подтверждая ее сомнения, пожал плечами.

- И что с этого?

- А то, что Рахдай сейчас находится на Курганных Землях в составе экспедиции! Он здесь, понимаете? Шаман присоединился к группе Косарева позже всех! Когда я узнала об этом, то сразу бросилась в Торгуев, чтобы предупредить Колояра!

- Вы благородная и храбрая девушка, — в голосе князя послышались нотки удивления. — Так рисковать… Павел, я кажется понял, что хотела нам передать Саша. Нужно установить наблюдение за археологами, но особо не препятствовать работе. Все-таки не наши земли… А вот шамана нужно проверить.

- Я понял, отец, — Павел встал и посмотрел на часы, блеснувшие золотом корпуса. — Пойду распоряжусь. Очень приятно с вами познакомиться, Саша! Вы такая милая и непосредственная!

Алика вспыхнула румянцем, однако Павел резко прервал себя и вышел из кабинета. Не зная, что делать, девушка с недоумением посмотрела на князя.

- В лагерь я вас не отпущу, — неожиданно ответил Щербатов. — Это опасно для вас с учетом того, что вы сейчас рассказали. С Косаревым я свяжусь лично и обговорю ситуацию. Хотите увидеть Волоцкого?

- Он жив? — воскликнула Алика, измученная непонятным хороводом недомолвок и странных вопросов. — Где он?

- Конечно, жив, — пожал плечами Щербатов. — Что с ним сделается? Очень верткий молодой человек. Но в городе его сейчас нет. Поживете в хорошем уединенном месте, под присмотром моих людей.

- Заложницей? — похолодела Алика и выпрямилась. Щербатов, подобно удаву, скрадывающему свою потенциальную жертву, подошел еще ближе.

- Нет, почетной гостьей, — ответил он максимально правдиво. — Я хочу пока одного: разобраться с людьми, устроившими покушение на мою младшую дочь. К сожалению, в этот ядовитый клубок попала не только она, но и Волоцкий, и вы, и еще много людей. По сути, мне объявили войну. Вы же не хотите в ней сгореть? Вот и славно. Поживете за городом, отдохнете от всего. А когда все закончится, отправим домой с хорошей охраной. Согласия не спрашиваю, потому что решение принято.

- А я и не сомневалась, что мое мнение никого не интересует, — выпалила Алика, но Щербатов только усмехнулся загадочно, никак не реагируя на строптивость гостьи.

Глава 13

Глава тринадцатая

Лора застонала и дернулась, приходя в себя. Мутное пятно перед глазами постепенно исчезло, уступая место солнечным лучикам, пробивающимся сквозь узкие щели в потолке. Они щекотали ее ноздри, вызывая желание оглушительно чихнуть, но девушка понимала, что после этого ее накроет волна беспамятства. Даже шевелиться было страшно, не то что чихать.

Ей было стыдно за свой провал. Так глупо попасться в засаду! Но каким образом этот чертов охранник узнал, что Лора проникла в особняк? Казалось, все складывалось удачно. Пока все обитатели дома сидели на большой кухне и обсуждали стратегию защиты территории, она успела свернуть башку глупой собачонке, вздумавшей ластиться к ней, и подслушала всю информацию. Этот… Колояр, оказывается, обладал искрой Дара, позволявшего чувствовать на расстоянии любую опасность, грозящую непосредственно ему.

Лора не придала такому факту особого внимания. Поднявшись на крышу по водосточной трубе и фасадным выступам, она нашла-таки чердачное окно, через которое проникла внутрь. Там девушка разделась и вколола в себя последний шприц с эликсиром. Засекла время, чтобы в момент появления в коридоре началась трансформация. Комнату княжны она могла вычислить по запаху.

Но никак девушка-оборотень не ожидала засаду в самом неудобном и узком месте. Оказывается, с чердака был ход в техническую комнату. Именно через него она попала в дальнюю рекреацию. И поняла, что ошиблась с трансформой. Надо было начинать раньше. Колояр — тот самый телохранитель — просто раздавил ее странным магическим артефактом. Не сближаясь с Лорой, он просто три раза махнул длинным кинжалом и обездвижил ее. Резкая боль в лапах, а потом — под ребрами, и Лора уже ничего не чувствовала, потеряв сознание. Все произошло одновременно: удар ножа и превращение. Ломка организма и боль от невидимого оружия окунули ее в беспамятство.

- С возвращением, — раздался мужской голос, впрочем, без иронии и зла. Обычный голос, без лишних интонаций, по которым можно было бы понять, что грозит Лоре.

Девушка с трудом повернула голову и увидела силуэт человека, сидящего на обычном чурбаке. Место он выбрал таким образом, чтобы солнечные лучи не ослепляли его глаза. Однако по голосу Лора поняла, что с ней разговаривает сам Колояр.

- Пить, — хрипло произнесла Лора. — Много пить…

- Бутылка рядом с тобой, — ответил мужчина. — Двухлитровая, как раз для восполнения потерянной жидкости. С кровью, увы, пока не могу помочь.

Руками Лора могла двигать, и после недолгих поисков обнаружила искомую бутылку, полную воды. С трудом открутив крышку, стала жадно пить, проливая часть воды на покрывало. Махом выдув половину емкости, она отдышалась и снова припала к горлышку.

Насытившись, девушка-оборотень закрутила крышку и окрепшим голосом спросила:

- Почему ты меня не убил?

- Слишком много вопросов к тебе скопилось, — ответил Колояр. — А я человек любопытный.

- Ничего ты от меня не услышишь.

- Не беда. Каждый день молчания будет грозить тебе потерей очередного литра крови, — пожал плечами телохранитель княжны. — Без воды природный волколак может прожить несколько дней, но ты же лабораторная крыса? Можешь не отвечать. Я и так знаю. Без питательных эликсиров после тяжелого ранения ты выдержишь максимум трое суток, но я смогу продлить твою агонию бесконечно.

Лора с жутким спокойствием поняла, что парень не врет. Наверное, не одного несчастного волколака запытал до смерти. А Лора хотела жить, хоть и не показывала своего желания ни взглядом, ни словом, ни жестом. Ей всего девятнадцать, она красивая девушка с прекрасным телом, и ничто человеческое не проходило мимо нее. Кто ее осудит?

Кстати, о теле… Лора заглянула под покрывало. После трансформации она так и осталась голой, с перевязанным торсом и фиксирующими повязками на руках.

- Не переживай, твоя одежда у нас. Нашли на крыше. Как только мы придем к согласию, получишь ее, — заметил движение девушки Колояр. — Не стоит пачкать кровью платье.

- Кто меня перевязывал?

- Я.

- Скотина…, - закрыла глаза Лора.

- Почему? — усмехнулся Колояр. — Я что, женщин обнаженных не видел? Остальные тебя хотели добить, пока ты в беспамятстве лежала, но я не дал. Вот потому и ухаживал за тобой.

- Мне спасибо тебе сказать?

- Не говори, если не хочешь. Вижу, язык у тебя уже не заплетается. Давай, поговорим? Кто твой наниматель? С какой целью ты проникла в особняк Щербатовых? Вот пока два вопроса, на которые я жажду услышать ответ.

- А если не скажу?

- Мы повторяемся, — необычайно мягко произнес Колояр. — Мою позицию ты знаешь.

- Князь Панин, — разлепляя губы, ответила Лора. — Он дал задание уничтожить младшую дочь Щербатова, чтобы вынудить соперника уйти с рынка перевозок.

- Врешь ты все, красавица, — усмехнулся телохранитель. — Панин далеко не дурак, чтобы работать так топорно. Ты служишь кому-то другому. И его желание очевидно: столкнуть ярославских и торгуевских в междоусобной войне. Врать бы научилась складно.

Лора на мгновение заколебалась, обдумывая варианты ответов. Отвечать все равно придется. Испытывать жажду и боль от клинка, который сейчас находится в ножнах на боку телохранителя она не хотела. И так трансформация все силы истощает…

- Не советую давать сигнал в мозг о принудительной мутации, — предупредил Колояр. — Все равно без дополнительных эликсиров в таком состоянии не сможешь обернуться. Ну, а в другом случае я просто прирежу тебя, хоть и не хочется такую красотку к богам отправлять.

- Меня боги не примут. Я оборотень, — хрипло ответила Лора, и поколебавшись, попросила: — Я хочу в туалет. Отведи меня, пожалуйста.

- Здесь пол земляной, — безжалостно ответил Колояр. — Сарай большой, можешь использовать его по своему усмотрению. Я сейчас выйду на пару минут.

***

Я не желал зла несчастной девчонке, попавшей на крючок ученых-химерологов, создававших в своих подпольных лабораториях волколаков и других морфов. Не ее это вина. Жить с меняющими организм модификаторами, с инъекциями, с эликсирами — кто такое выдержит? Была бы природным оборотнем — прибил бы без сожаления. Но как вести себя с лабораторными морфами, я знал. Поэтому и не боялся оставить рыжую девушку одну.

Когда я вышел из сарая, столкнулся с разъяренной Мирославой. Она шла сюда, чтобы выяснить, почему до сих пор тварь жива. В своем замечательном сарафане княжна была похожа на деревенскую красавицу, вышедшую вскружить голову всему мужскому населению.

- Волоцкий! — зашипела княжна, едва ли не столкнувшись нос к носу со мной. — Чего ты добиваешься? Какие тайны хочешь узнать от этой девки?

- Обычные, — я пожал плечами, перегораживая путь Мирославе, чтобы ненароком та не сунулась в сарай. — Мне до сих пор любопытно, кто дал ей команду убить тебя.

- Ты же сам сказал, что это Панины!

- Я уже сомневаюсь.

- Думаешь, она расскажет? — нахмурила лоб Мира.

- А куда денется? Я уже обрисовал ее перспективы, и они, поверь, для нее безрадостны.

- Но как она вычислила нас?

- Девчонка охотилась только за тобой, — я покачал головой, несогласный со словами княжны. — Шла по запаху. У волколаков очень мощный диапазон обоняния. Но без наводки оборотень не смог бы искать тебя в определенных местах. У твоего отца в клане сидит опасный крот, сливающий информацию на сторону. Я уже говорил об этом. Найдете его — сразу отсечете много проблем.

- Отличный нож, — тыкнула пальцем в артефакт Мирослава, и ее глаза вспыхнули исследовательским азартом. — А говорил, что мне показалось…

Я про себя выругался. С этой девчонкой надо быть всегда настороже. А с другой стороны — нельзя все время скрывать оружие, которым собираешься пользоваться постоянно. Нужно приучать людей, окружающих меня, к той роли, к которой я усиленно иду. Боярин с боевым Даром, иначе — витязь. Мимикрировать симулякр в виде безобидной ручки до поры до времени было хорошей идеей, но сейчас я выхожу из тени.

- Да, это боевой артефакт, — я похлопал по ножнам. — Сразу предупреждаю: не вздумай вытаскивать клинок. Он завязан на мою кровь. Ты знаешь, сколько мне трудов стоило уговорить его не убивать тебя?

Мирослава отшатнулась, с недоумением и страхом глядя на меня. Не ожидала, видимо, таких слов.

- Что ты болтаешь? — несмело улыбнулась княжна.

- Извини, что испугал. Не так выразился, — я поспешил смягчить ситуацию. — Артефакт требует кровь, как жертвоприношение. Любой человек, коснувшийся кинжала, обречен на смерть. Не от самого оружия. Не знаю, каким образом, но нарушивший табу, вскоре умирает. Подозреваю древнюю магию.

- Откуда он у тебя? — Мирослава успокоилась. Удивительно, она настолько доверяет мне? Сумасшедшая, не иначе!

- Наследство.

- Опять наследство? — топнула ногой девушка и резко приблизилась ко мне, обдавая тонким запахом вымытых волос. — Ты лжец, Волоцкий! Я за тобой чую столько тайн, которые могут свести тебя в могилу! Но ведь с тобой все время нахожусь я! Обо мне подумал?

Неожиданно мои руки легли на талию Миры. Легко и непринужденно я притянул девушку к себе, ощутив ее упругую грудь через тонкую ткань сарафана.

- Даже не вздумай лезть целоваться, — сохраняя в голосе твердость, произнесла княжна, откинув голову назад. А ресницами хлоп-хлоп, в глазах — удивление и глубоко запрятанное смятение. — Знаю я вас, мужланов. Как только гормоны заиграли — сразу становитесь дьявольски изощренными.

- Меня девушка в сарае ждет, — я отпустил Мирославу, унимая бешено бьющееся сердце. Говорят, время дано нам для того, чтобы привыкнуть к своему врагу. Кажется, я начинаю привыкать к взбалмошной девчонке. Ведь она тоже ко мне неравнодушна, только играет роль недосягаемой богини до конца. И что нам делать? И как быть с Аликой? Предавать дочку лесника мне нельзя. Сам себе не прощу.

Мирослава, к моему удивлению, тоже зашла в сарай и плотно закрыла дверь. Но к девушке-оборотню не стала подходить. Так и осталась возле дверей, сложив руки на груди. Пленница неожиданно раздула ноздри, словно вдыхала запах той, которая ночью должна была оказаться мертвой. Раненая до сих пор лежала на матрасе, укутанная в покрывало.

- Как тебя хоть зовут? — я снова уселся на чурбак. — Даже неудобно. У тебя ведь есть имя? Или в лабораториях вам насильственно присваивают клички?

- Лора, — немного подумав, сделала первый шаг к уступке девушка.

- Лариса? — переспросил я.

- Нет, зови Лорой. Так лучше. Я привыкла к этому имени.

- Как хочешь, — пожимаю плечами. — Будешь отвечать?

- Если я сдам хозяина, он придет за мной, чтобы убить. И тогда вы тоже сдохнете.

- Ой, только не пугай, — поморщилась Мирослава. — Мы найдем способ оградить себя. Имя?

Лора молчала, исподлобья изучая княжну.

- Для своих хозяев вы — расходный материал, — добавил я, чтобы подтолкнуть девушку к важному разговору. — На Урале я встречался с твоими соплеменниками, и все они погибли ради цели, которую ставили шаманы и колдуны. Никто не выжил. Зачем тебе выгораживать ублюдков, сломавших твой организм? Расскажи мне о них, а я постараюсь защитить тебя от гнева князя Щербатова и сохранить жизнь.

Мирослава раздраженно дернулась, но мой жест открытой ладонью заставил ее замереть.

- Я обещаю! — повторил я и взглянул в глаза девушки.

- Кострома, — вдруг ответила Лора. — Я прибыла в Торгуев из Костромы по Волге. Цель — найти княжну Мирославу и похитить ее. В случае неудачи — убить.

- Почему именно меня, а не кого-то из моих братьев? — недоумевала Мира. — Какова основная причина?

- Развязать войну между кланами Паниных и Щербатовых. Зная, что торгуевский князь очень жесток в проявлении мести, мой хозяин рассчитывал на обескровливание противников и захвате стратегических позиций в Ярославле, Костроме и вплоть до границ влияния князя Апраксина, то есть до Нижнего Новгорода.

- Но Торгуев находится далеко в стороне от Костромы! — воскликнула княжна. — Какой резон затевать бойню? Да Апраксин сразу поставит в известность Великого князя Долгорукого! Нагонят гвардию, боярские дружины и зачистят смуту! Одни маги чего стоят!

- Мне так пояснили задачу, — поежилась под покрывалом Лора. — Я не задавала ненужных вопросов.

- Хорошо, кто руководит акцией? — я замер.

- Я не знаю их имен. У морфа есть только один хозяин. Моего зовут Филат.

- Он маг?

- Да. Ученый, химеролог…

- Какой у него ранг?

- Архат, если я не ошибаюсь. Филат не из тех, кто рассказывает о своих достижениях или провалах. Со своими работодателями он меня не сводил.

- Поездка в Торгуев разрабатывалась без твоего участия?

- Да. Я только получила наводку на цель и несколько шприцов с инъекциями.

- Покушение на княжну по дороге, попытка убить меня и взрыв машины — все эти акции тянутся из Костромы? — я встал с чурбака и медленно прошелся до двери и обратно, не замечая застывшую Мирославу.

- Об этом мне ничего не известно. Я выполняла свою часть работу.

Я посмотрел на часы. Если верить лекциям архата Мирона, которыми он пичкал егерей в пору моей службы у Демидова, то сломанный мутациями оборотень принимает облик зверя с помощь разнообразных манипуляций, поддерживаемых эликсирами. Какие манипуляции позволяют Лоре становиться волколаком, она, конечно, не скажет. Это могут быть какие-нибудь физические действия, стимулирующие определенные зоны организма… Ну, вроде укуса самого себя за палец. Боль от укуса, зафиксированная с помощью нужных магических компонентов, становится спусковым крючком для морфа. Какую боль Лора может принести самой себе? Головой стукнуться об чурбак? Или палец дернуть так, чтобы он из сустава вылетел?

И время. Существуют ограничения для оборотня в виде временного отрезка. Природный волколак может в любой момент принять нужную трансформу. С модификатором сложнее. Он вредный, непостоянен в своих проявлениях.

- Ты еще подумай, вспомни, — сказал я лежащий Лоре. — Вдруг всплывут имена заказчиков. А пока свяжу тебя, чтобы не вольничала.

Я тщательно запер сарай и вместе с княжной зашагал к особняку, где на крыльце, удобно устроившись в креслах-качалках, сидели близнецы. Заметил, что оба с оружием, не расслабляются. Мирослава замедлила шаг:

- Колояр, у меня создалось впечатление после слов этой мерзкой твари, что отцу просто мстят. Как-то не развязывается клубок. При чем здесь Кострома?

- Только одно объяснение: кто-то очень сильно обиделся на князя Щербатова, будучи вассалом или деловым партнером в прошлом, — я вздохнул, тоже озадаченный после слов девушки-оборотня. — Потом убежал, скрылся от хозяйского гнева.

- Ну и что? Почему столько лет ждал?

- Решил вклиниться в дележку пирога, — я пожал плечами. — У меня нет больше версий. Ты лучше вспомни, отец когда-нибудь рассказывал что-нибудь необычное?

- Аляповы, — вдруг остановилась княжна, не доходя до лестницы. — Точно, был такой дворянский род под вассалитетом нашего герба. Я сама не знаю этой истории, но папка иногда на совещаниях напоминал своим подчиненным, как плохо идти против хозяина. И называл фамилию Аляповых.

- Где они сейчас?

- Мои дед и отец преследовали их род довольно долго, но потом, видать, сочли нужным прекратить месть.

- Может, они сейчас в Костроме и находятся? — я задал этот вопрос скорее для себя. Только открыл рот, как зазвонил телефон. Это было настолько неожиданно, что я и Мирослава синхронно вздрогнули.

Звонил «посредник». Ульян появился очень вовремя. Я извинился и отошел в сторону.

- Слушаю.

- Дедушка передает привет, — раздался насмешливый голос Ульяна. — Интересуется твоим здоровьем.

- Немного захворал, — вздохнул я. — Сейчас нахожусь в прекрасном санатории, лечусь.

- Я так и понял, что тебя в городе искать бесполезно, — посредник оказался весьма смышленым. — Где можем встретиться? Твоя просьба выполнена.

- Трасса Торгуев — Пенза, трактир «Тридцатый километр». Знакомо название?

- Не ошибусь. Оружие брать?

- Конечно, как от волков отстреливаться будешь? — пошутил я. — Сегодня в семь вечера. Устроит?

- Принял, — ответил Ульян и отключился.

Ну, вот, пора и за дело браться. Подоспело досье на Паниных. Конечно, оно не станет бомбой в сложившейся ситуации, и что-то решить в нашу пользу не сможет. Мне очень любопытно, какие подводные камни существуют в отношениях двух кланов, и как использовать их в будущих раскладах?

- Кто это был? — полюбопытствовала Мирослава, задетая моим равнодушием. Разговаривал я далеко от нее, словно давал понять, что чужие уши только мешают. Княжна, конечно, рассердилась, но виду не подала.

- Один мой знакомый. Просит встретиться. После обеда я исчезну до вечера, — последние слова предназначались уже близнецам, навострившим уши. — За волколаком следить особенно бдительно. Не спать, не играть в карты. Кормить не вздумайте, чтобы не ускорить метаболизм клеток. Воду давать редко, малыми порциями.

- Поняли, командир, — кивнул Васька. — А если девка начнет превращаться в оборотня и ломиться из сарая?

- Сегодня точно не начнет, — уверенно ответил я. — Она обескровлена. Поэтому спокойно и уезжаю по делам. Вы все поняли? Будете заходить в сарай, страхуйте друг друга. Не разговаривайте с пленницей, не давайте себя втянуть в разговор. Она опасна, пока есть клыки. Вот вырвем их — тогда вздохнем спокойнее.

Пока готовился обед, я выгнал «хорьх» из гаража и тщательно его осмотрел. После подлянки с «мазератти» мне кажется, что особняк окружен невидимыми врагами. Конечно, это только нервы, не более того. Но доверял я сейчас только самому себе и Мирославе. Почему себе — понятно. Мирослава — цель. Сама себя она гробить не будет. А вот все остальные — мутная водица. Могли близнецов приставить ко мне с определенными целями? Да я удивлюсь, если князь не подумал об этом в первую очередь. Тетки Зина и Женя? Маловероятно, но и их сбрасывать со счета не стоит. Подсунут магнитную мину под днище машины — и улечу к праотцам для отчета по своему непутевому жизненному пути. Так же Дорофей и дядя Киря — вполне себе боеспособные мужики, прячущиеся под маской увальней.

- Колояр, — наклонилась ко мне Мирослава, когда я уже сидел за рулем и на низких оборотах прогонял двигатель, — обещай, что не впутаешься в очередную авантюру. Если с тобой что-то случится… Я очень рассержусь.

- Ты же так уверена в моем могуществе, — я ободряюще улыбнулся. — Не бойся, княжна. Я еще до темноты вернусь. Вы только за Лорой присматривайте. Организм у нее сильный, восстанавливается быстро. Кроме воды ничего не давайте.

- А если я снотворное подсыплю? — закусила губу девушка.

- Тоже хорошая идея, — согласился я. — Как сам не подумал. Да, так и сделай. До утра проспит. Но не убивай ее, пожалуйста. Лора — единственная ниточка к лаборатории. Скажи близнецам, пусть ворота закроют за мной. Все, пока-пока.

Днем ехать по лесной дороге оказалось куда приятнее, чем ночью. Вдоволь насладился мохнатыми елками и могучими соснами, вдыхая хвойный запах полной грудью. Потом выехал на трассу, пропахшую мазутом и бензином. Солнце за день нагрело полотно, и колеса «хорьха» мягко шипели на подтаявшем асфальте. Я не спешил. До точки встречи времени было достаточно. Интересно, что Ульян раскопал про Паниных? Есть ли там страшная тайна, за которую убивают не только телохранителей, но и аристократов?

Стоянка «Тридцатого километра» оказалась на удивление незаполненной. Пара пыльных «орионов», две пустых фуры, внедорожник «скиф» с торгуевскими номерами. Я загнал машину в пустой «карман», тщательно осмотрелся по сторонам, и даже попробовал просканировать пространство, как учил Ясни. Соединив наши аурные поля, я как будто вознесся над трактиром, и зорким ястребиным взором осмотрелся по сторонам. Опасности не чувствовал — самое главное.

«Как ощущение?» — влез в мою голову шепот Ясни, такой же призрачный, как и он сам. Я уже научился различать его голос от непонятных мыслей, роящихся в мозгу. Ценное приобретение, скромничать не буду.

«Зашибись. Спасибо, что помогаешь активировать такую возможность».

«Никогда не стесняйся просить помощь. Ты еще так слаб, мой хозяин, — в голосе Ясни послышались ироничные нотки. — Когда найдешь мастера?»

Я вздохнул и вышел из машины. Болезненный вопрос. Где я его найду? В Москву ехать прикажешь? Все наставники нарасхват. Невзор узнает, чем я хочу заняться, сразу заподозрит неладное. Или нет? Ведь я уже проявил некоторые способности, свалив все на родовые артефакты.

Заказав по пути к свободному столику кружку пива с сушеной рыбкой, я уселся лицом к выходу и стал ждать посредника, которого в лицо не знал. Надеюсь, сам объявится.

Принесли пиво с рыбкой. Пока пил, поглядывал по сторонам. Одна семейная пара с ребятишками, несколько водителей — вот и все посетители. Не думаю, что Ульян находится среди них.

В трактир ввалились еще трое молодых парней. Они с шумом остановились возле барной стойки и стали делать заказ. Один из этих парней обернулся, глянул по сторонам и направился ко мне с кружкой, из которой пена почти выползла наружу и стекала белыми хлопьями по стенке.

- Привет, земляк! — с улыбкой сказал он и сел напротив. Худощавый, с легкой щетиной, из-под рубашки виднеется массивная золотая цепь. На пальцах — два дешевых самодельных перстня из латуни и бронзы. — Не возражаешь, если рядышком посижу?

Что за тип странный? Один из тех, кто колесит на мотоциклах по дорогам княжеств в поисках приключений или впечатлений?

- Да сиди, — ухмыльнулся я, отрывая янтарную полоску от рыбки, — только дружков не зови. Места мало.

- Они послушные, на ногах постоят, — парень сделал внушительный глоток, вытер кулаком губы. — Там, на стоянке, твой «хорьх» красивый стоит?

- Следил за мной, что ли?

- Да просто прикинул, кто может быть хозяином такой тачки. Те, что ли? — парень кивнул на семейную пару. — На задрипанный «орион» денег хватило, и тому радуются. Дальнобойщики кучкой сидят. Не любят чужаков к себе подпускать. А ты такой одинокий, пиво элитное пьешь.

- Все ты знаешь, — я ухмыльнулся. — Так что с моей машиной? Угнали, что ли?

- Не-а, там багажник был приоткрыт, — с ленцой произнес собеседник.

- Да не может быть!

- Может, может. Скажи спасибо, что я заметил. Ты на всякий случай проверь его, вдруг что-то подложили. В эти дни на трассе очень неспокойно. Слышал, что в Торгуеве происходит? Ну, бывай!

Парень встал, даже не допив пива, и неторопливо направился к выходу. Двое его дружков тут же присоединились к нему.

- А…, - запоздало открыл я рот, сообразив, наконец, кто сидел передо мной. С трудом удержавшись на месте, осушил кружку, и только потом вышел на улицу. «Хорьх» никто не угнал, не помял, колеса не проткнул. Покачав головой, я обошел его кругом, внимательно осмотрел, даже под днище заглянул, осветив фонариком телефона.

В багажнике лежала целлулоидная папка размером с альбомный лист закрытая пластиковой клипсой. Отщелкнув замок, я заглянул вовнутрь. Похоже, Ульян подкинул мне архив Паниных на нескольких листах бумаги и для верности скопировал данные на магический кристалл в виде галечного кругляша, который лежал в этой же папке. Накопитель я положил в карман, а пакет забросил в машину.

Пора возвращаться в Журавлиху. «Хорьх», отдохнувший и посвежевший, рванул по дороге от Торгуева, а я, опустив стекло, наслаждался вечерними запахами луговых трав, к вечеру ставшими настолько густыми, что кружилась голова. Кажется, к ночи натянет дождь.

Остановился на лесной дороге, аккуратно съехав с колеи. Теперь можно и почитать. Солнечного света хватает. Что интересного узнала агентура старика Жароха?

Про самого Панина я знал достаточно. Из старинного дворянского рода, княжеский титул передан по наследству. За военные заслуги во время Северной войны с потомками викингов его далекий предок боярин Афанасий Иванович Панин был удостоен княжеского титула. Такими вещами Великие князья не разбрасываются. Значит, получил по делу. Можно сказать с конца 17 века этот род и стал возвышаться, но вначале крепко сидел в Пскове, а потом перебрался в Ярославль. Со временем Панины подрастеряли свое влияние при московском дворе, но все равно оставались лояльными власти.

В случае военного конфликта могли выставить до трех тысяч бойцов, если считать личную гвардию, службу безопасности, дружину, городское ополчение, егерские подразделения, полицию. Сила серьезная, и с ней приходилось считаться.

Поддержка магов весьма солидная. В Ярославле существует академия, школа и гимназия по подготовке одаренных дворян и простолюдинов. Даже техникум для обучения артефакторов умудрились запустить. Мало кто может похвастаться таким ресурсом. Выпускники академии в большинстве своем уезжают в Москву, Киев, Смоленск, Великий Новгород, где высока потребность в опытных магах. Многие остаются в Ярославле. И это несмотря на то, что в России существуют несколько Магических академий, в том числе и за Уралом парочка.

Интересно, а откуда Щербатов набирает рекрутов в маги? — проскочила мысль. — Каким образом Невзор отыскивает ребят с искрой одаренности? Сам по деревням и селам ездит? Или дворяне приводят к нему своих детей? Так и представляется, как поганый архат лупит учеников по голове указкой, вбивая необходимые навыки. Не, конечно, смешно я это представил. Но, все-таки? Тех же ярославских выпускников заказывает? Или ищет в других академиях?

Так, а что там про семью? Имеет три жены. Старшая ведущая — из боярского рода Норовых, как раз имевших давние отношения с Паниными, еще в бытность сидения последних на псковских землях. В общем, закрепили союз. Вторая жена — дочь вологодского боярина Суркова. Тоже неплохой союзник. Ну, а третья появилась совсем недавно. Молодая, даровитая девушка из рода потомственных Заклинателей, опасная штучка. Причем, Фадеевы из бедного дворянского рода, но благодаря Дару Марии Леонидовны, получили хороший выкуп за дочь. Вероятно, у Панина есть задумка получить от этого брака одаренных детей со своеобразной искрой.

У Панина уже есть пятеро детей, старшему из которых двадцать четыре. Младшей дочери пятнадцать. Наследник, Сергей Романович. Сейчас обучается в Москве в университете на управленца, скоро должен вернуться в родные пенаты. Князь Роман уже немолод, заранее стелет соломку.

Ладно, с этим ясно. Остались досье на его приближенных. Первым шел Ферзь — советник по княжеской безопасности. Надежный и преданный пес. С ним в связке действует маг-архат Остап Фокин, тоже главный советник, только по колдовским делам. Есть еще пара крепких управленцев, на которых Панин возлагает большой объем работы. Мне они не особо интересны в контексте событий.

Ага, а вот и история про ту злополучную баржу. Короткая выжимка из происшествия, где виновным назначили-таки капитана. Но Панин, оказывается, не пустил дело на самотек. Он запретил посещение Ярославля всем, кто имел отношение к клану Щербатова, вычистил город от его представительств, установил налог на транзит груза, если он шел из Торгуева. В общем, обычная торговая война, которая тянулась несколько лет.

Идею с транзитным международным узлом подсказал, кстати, сын Панина, тот самый Сергей. Голова у него работает, ничего не скажешь. Отец идею воспринял доброжелательно и первым делом бросился в Москву, чтобы обсудить все финансовые вопросы с Великим князем. Но к нему не попал. Будучи недовольный затянувшимся конфликтом, Дмитрий Ярославич Долгорукий встал на сторону кланового союзника — Щербатова. Панин это понял, и после вялых переговоров с ближайшими советниками императора отбыл восвояси. А Щербатов получил преференции очень легко, когда только заикнулся о строительстве в Жигулях логистического и транзитного центра.

Н-да, не удивлен, что Панин до сих пор обижен на Щербатова. Но преследовать его младшую дочь и пытаться убить только из-за этой ситуации? Нет, это не ярославский князь. Лора сказала правду. Вмешался кто-то третий, пересекавшийся с князем Борисов в прошлом. Надо проверить Аляповых.

Вздохнув, я тщательно упаковал досье и закинул его в задний карман водительского сиденья. На досуге еще раз прочитаю. Информация с накопителя пока недоступна. В этой глухомани нет нужной техники для снятия данных. Придется подождать до возвращения в Торгуев, где спокойно могу заняться анализом ярославского клана.

За время моего отсутствия ничего страшного не случилось, Лора-оборотень сидела под замком и не делала попыток вырваться на волю. Сашка качался в кресле и добросовестно надзирал…нет, бессовестно дрых, прикрыв глаза широкополой соломенной шляпой. Где только откопал ее? Васька и Мирослава на лужайке играли в бадминтон, и их азартные крики разносились по всему имению. Ладно, что княжна нацепила на себя какую-то майку и облегающие аппетитные места шорты. Все лучше, чем игривый сарафан. А то, боюсь, не выдержу и пойду в лобовую атаку нынешней ночью. Или уже меня не запустят в княжьи покои на коврик под дверью? Верный пес свое дело сделал, может удалиться.

- Хорош спать, боец! — рявкнул я, остановив машину напротив крыльца. Сашка взлетел, сорвал с головы шляпу и очумело завертел головой. — Как день прошел?

- Все в порядке, командир! — оживился близнец. — Тварюгу напоили, проверили, что никаких подкопов не ведет. Сидит на месте.

- Голая? — уточнил я.

Сашка, видимо, не понял соль вопроса и вытаращился на меня.

- Зачем голая? — спросил он, хлопая глазами.

- Не зачем, а почему… В ожидании трансформы волколаки скидывают с себя одежду, — как маленькому, пояснил я. Вроде бы пора уяснить важные моменты в общении с оборотнями. — Если девушка до сих пор голая, значит, ловит момент оборотиться.

- А-аа! Не догнал! — Сашка хлопнул себя по лбу. — Оделась. Сразу стала на человека походить. А она красивая, командир…

- Не влюбись, дон Хуан, — усмехнулся я.

- И это… Она хотела с тобой поговорить, как только ты приедешь.

Кажется, девчонка дозрела. Я кивнул и погнал машину в гараж.

Глава 14

Глава четырнадцатая

- Что у нас по Журавлихе? — князь сидел возле открытого окна в легкой рубашке, расстегнув верхнюю пуговицу, обнажив седые волосы на груди. Дневная жара пошла на спад, и благотворная прохлада из сырого и тенистого сада проникала в кабинет.

Щербатов собрал сегодня только самых приближенных, чтобы обсудить некоторые мероприятия и дать ответ Панину, согласен ли его клан к совместной акции наказания.

Вопрос предназначался Невзору. Старик-маг скромно пристроился в углу кабинета в кресле, но взгляд князя выцепил его первым же движением.

- По амулету связи пришло сообщение, — пробурчал архат. — Как раз перед началом совещания. Ночью было нападение на особняк. Какая-то дерзкая девчонка в облике волколака попыталась убить Мирославу. Проникла через крышу на второй этаж. Если бы не… Волоцкий — мы бы обсуждали совсем другие проблемы.

- Почему я об этом узнаю только сейчас? — страшным голосом спросил князь. — Ты не забываешься, Невзор?

- Амулет связи дан моему соглядатаю, и он боится раскрывать свое инкогнито. Сообщил недавно.

- Есть подробности? — Щербатов переглянулся с Павлом и побледневшей княгиней Валентиной, тоже решившей присутствовать при разговоре своего мужа подчиненными. Она сидела рядом со своим старшим сыном и поэтому цепко схватила его за руку.

- У Волоцкого, наверное, развивается невероятное чутье на события, — пошевелившись, ответил архат. — Он понял, что тварь пойдет через северный коридор. А там очень узко из-за неправильной планировки. Это почти ловушка для любого зверя.

- Что-то слишком удачно этот мальчишка появляется в нужный момент, — крякнул Мисяй с досадой. — Не кажется ли, княже, странной такая осведомленность? Может, они заодно?

Тяжелая рука Щербатова рухнула на крышку стола.

- Помолчи! — пророкотал князь. — Не о том сейчас говоришь. Невзор, продолжай.

- Зверя тяжело ранили, перенесли в сарай под замок. Волоцкий проигнорировал требование княжны убить оборотня и о чем-то несколько часов шептался с девкой в сарае, когда она очнулась.

- И правильно, что не послушался, — кивнул Щербатов, расслабляясь. Он не глядел в сторону старшей жены, которая вспыхнула от гнева. — Каждую соплюху слушать… Допрос вел, вероятнее всего.

- Так мой наушник и сказал, — согласился маг. — Волоцкий хотел выяснить, кто послал волколака. Суть такова: где-то существует лаборатория, в которой химерологи выращивают оборотней. Названо имя: Филат. Действует он не в одиночку, а под руководством влиятельного лица. Он же спонсирует его изыскания. Остальных имен девка не раскрыла. Или не знает, или сознательно морочит голову.

- Или удерживает информацию, чтобы обменять ее на свою жизнь, — подсказал Пеструшин.

Щербатов задумался. Идея приставить к дочке и ее телохранителю соглядатая была правильной. Им был один из близнецов, которого одновременно курировали Мисяй и Невзор. Но амулет связи находился у мага, и все происходящее в имении шло через него, а дальше — докладывалось князю. Общение и так было сокращено до минимума, чтобы не привлекать внимание к Журавлихе через эфирные возмущения.

Начальник СБ говорил разумные и правильные вещи, и не верить ему означало лишь одно: Мисяй просто выдохся и его пора менять. Вон, Пеструшин давно ждет своего назначения на высший пост. С другой стороны, играть слишком сложно Волоцкий не будет. Не такой он человек. А насчет удивительных совпадений, что Колояр всегда был рядом с его дочкой во время покушений — так на то он и окружник, как сам назвался в шутку. Человек с удивительной проницательностью, умеющий предугадать ход противника. Ценное качество для службиста, а не для дворянина. Совершенно разные категории восприятия действительности. Ну, так он одаренный в каком уже поколении. Умудрился же снять браслеты, утерев нос Невзору. То-то старика постоянно перекашивает от имени Волоцкого.

- Выясни, что это за тип такой: Филат, — приказал Щербатов.

- Слушаюсь, хозяин, — архат распрямил плечи. — Завтра же доложу. Но навскидку… Не знаю, о ком речь. Химерологи больше всего тяготеют к артефакторам; слишком их методы работы схожи на начальном этапе. Искать надо не по обычным спискам выпускников.

- Он мог учиться в Европе, — возразил Павел, поглаживая руку матери, словно успокаивал ее. — Тогда мы вряд ли отыщем следы.

- Мне князь Панин интересную идею подкинул, — под тяжестью тела князя Бориса заскрипело кресло. — Дескать, костромская шайка неизвестно на какие шиши начала заманивать в свой удел ученых различных направлений. А не может такого быть, что и наш химеролог тоже подался сюда? Версия хорошо ложится на фон последних событий. Тогда в самом деле Аляповы всплыли со своей местью.

- Княже, такое развитие событий маловероятно, — возразил ему мужчина в тонком летнем костюме песочного цвета. За дымчатыми стеклами его очков прятались усталые глаза, но аналитик и вида не подал, насколько вымотан за эти двое суток. — Аляповы только могут мечтать о мести, но вступать в войну без поддержки не будет. Даже если допустить, что Бакринские и Лужины объединятся вместе с ними, месть последнее, что вызовет эту самую войну. Здесь экономический расчет.

- Читаемо, — согласился Щербатов. — Ну, и скажите мне, любезный Андрей Яковлевич, что клан Бакринских (князь сказал слово «клан», как будто выплюнул противную мошку, случайно попавшую в рот) будет иметь от экономической войны? Перекроют цепями Волгу и будут взимать пошлину за проход речных судов?

- Как вариант — да, но не только. Тем самым они привлекут внимание императора, Великого князя Долгорукого к себе. Бакринские давно желают заиметь клановый герб. Утвердившись, как лояльный и преданный игрок, Варфоломей Бакринский выгадает для себя прикрытие от мести.

- В Ярославле сидят Панины, в Нижнем Новгороде — Апраксин, — стал зажимать пальцы на правой руке Щербатов. — Я не говорю про Казань и Саратов. Там тоже уважаемые люди за порядком смотрят. Перекрыв Волгу, Варфоломей может смело мылить веревку и вешаться на высоком дереве. Чтобы все видели идиота. Ты мне, Андрей Яковлевич, толком объясни, зачем костромские влезают в чужой огород? Или все-таки банальная месть Аляповых? Так я пошлю туда своих ребяток с парой-тройкой магов, и сына Павла в придачу. Кострому просто выжгут дотла. Ничего, перед Великим князем покаемся, заплатим виру за убиенных. Виновных и невинных. Разом.

- Нас беспокоит информация по ученым. Если химерологи в Костроме уже приступили к созданию модификантов — это серьезная проблема.

- Но она никак не связана с охотой на мою дочь, — повысил голос Щербатов. — Ищите причину! Мисяй, завтра отправляй машину с вещами княжны в Журавлиху. Я решил продлить ее пребывание в имении еще на несколько дней. Ничего, офис работает без нее, контракты подписываются, терминал не простаивает. Жизнь продолжается.

Княгиня Валентина вскинулась, желая высказаться, но Павел вовремя остановил ее, прошептав что-то на ухо.

- Может, повысить число охранников? — озабоченно спросил Пеструшин. — Троим очень трудно контролировать всю территорию имения.

- Волоцкий в разговоре упоминал, что нужны простейшие системы сигнализации, — напомнил Невзор. — Благодаря ее отсутствию волколак проник в дом.

- Ефим, сегодня же собери необходимую аппаратуру, — приказал князь, и Пеструшин кивнул. — Отправь спеца вместе с машиной, идущей в Журавлиху, пусть настроит и остается там. Не нужен мне ажиотаж в округе! Волоцкий доказал, что с малыми силами можно эффективно противостоять нападению.

- До первой массированной атаки, — фыркнул Мисяй и осекся. — Я хотел сказать, что против гранатометов и автоматов даже этот мальчишка не спасет.

- А ты почаще вспоминай сгоревший «скиф» на дороге, — ласково произнес Щербатов, но глаза его потемнели от гнева. Старый пес стал позволять себе гавкать в присутствии хозяина. — Или разрушенную крышу жилого дома напротив гостиницы. Кстати, Невзор, твой ученик… Зотов, да? Он что-то пытался мне доказать насчет открывшихся способностей Волоцкого. Говорил о необычности перстней, генерирующих древнюю магию. Ты можешь что-то сказать?

- Только одно, княже, — старый архат вцепился костлявыми пальцами в колени, словно пытался подняться с кресла. — Ты знаешь мое мнение. И двадцать лет назад, и сейчас ничего не изменилось. Зря не послушал меня…

Щербатов поморщился, но не стал ничего говорить вредному магу. Вместо этого он дал задание Пеструшину выделить из группы егерей две-три мобильные группы, которые должны контролировать подъезды к Журавлихе, отслеживая передвижение любого подозрительного человека или людей, проявляющих интерес к имению. Ефим молодец, все понимает буквально и не терзает свой ум лишней информацией. Вот только с мероприятием опоздали. Место, где скрывается княжна, засвечено. Наверняка, девчонка-оборотень уже предупредила своих помощников, и туда со всех ног летят наемники. Сможет ли Колояр справиться с ними? Или плюнуть на секретность и закрыть Журавлиху наглухо?

Нужны выходы на заказчиков!

- Все свободны до завтрашнего утра, — мрачно буркнул Щербатов. — Работайте. Дорогая, останься. И ты, Паша, не торопись.

Как только последний человек покинул кабинет, княгиня взъярилась:

- Не лучше ли Мирославу перевезти в город? Какую игру ты опять затеял? На охрану каждого из нас ты выделяешь до десяти человек, Боря! А девочку нашу стерегут всего трое, и один из них — кровник!

- Он не знает, что является таковым, — миролюбиво ответил Щербатов, давая возможность жене выплеснуть гнев и негативные эмоции, так и бушующие в ее ауре. Того гляди, выплеснет наружу едва сдерживаемую магию и снесет всю мебель.

- А ты уверен в этом? — закусила губу Валентина Сергеевна. — Твои давние отношения с Волоцкими ни для кого не секрет. Я не хочу знать, что было до меня, но оградить Миру от возможных проблем ты обязан.

- Ты опасаешься мести Колояра? — вздернул бровь Павел. — Да с чего ему мстить нам? Где мы перешли дорогу Волоцким? Они наши кровники? Бред какой-то! Отец!

Щербатов закаменел. Дурная баба начала трепать языком совсем не вовремя. Теперь придется раскрыть тайну старшему сыну.

- Смерть родителей этого мальчика напрямую связана с твоим дедом и отцом, — отчеканила Валентина. — Если хочешь, расспроси его на досуге. Много интересного и полезного узнаешь. Я не осуждаю тебя, Борис. Ты осознавал, что делал. Но Колояру могут напеть на уши недоброжелатели. И как поведет себя приближенный к Мире человек?

- Нормально все будет, — уверенно ответил Щербатов и упруго встал с кресла. Прошелся по кабинету, потом остановился за спиной жены и положил ей на плечи руки. — Более того, я узнал от Апраксина, какие интересные перспективы открываются для Волоцкого. Эта информация не должна гулять по дому, как сквозняк, ты же понимаешь? Его хочет заполучить аристократия столицы. Парень из Первородных, с наличием искры. Апраксин, я уверен, уже разнюхал о Колояре много чего интересного, и доложил Великому князю. В общем, на Боярском Совете ему могут предложить выгодную партию. А то и не одну.

- Женить его хотят, — поддакнул Павел, но без улыбки, как обычно он поступал, когда слышал какую-нибудь забавную новость.

- Да пусть женят! Мне-то что! Да и нет у него Дара, как сказал Невзор!

- Женщина, — вздохнул Щербатов, но рук с плеч не убрал. — У Колояра появилось кое-что посильнее природного Дара. Мощные древние артефакты… Они заставляют меня серьезно напрячь мозги.

- Подожди, ты не же хочешь мне сказать, что…

- Мирослава должна удержать Колояра в нашей семьей, — поддержал отца Павел. — Мы долго обсуждали эту проблему, когда уезжали из Нижнего. Апраксин зря болтать не будет. Если упустим парня — можем потерять большие возможности.

- Я не ослышалась? Вы хотите привести его в семью? Не в клан? — женщина повернулась к своему супругу.

- Да, он должен войти в наш Род. И Мирослава станет его ведущей женой, — мягко ответил Борис Данилович. — А уже потом, застолбив за собой право на Первородного, можем ехать в Москву и рассматривать варианты с остальными претендентками.

- Авантюристы, — покачала головой княгиня. — Вы же напрочь отмороженные авантюристы! Ты сам, Борис, хотел отдать дочку замуж за европейского графа или герцога! Верона, Париж, Милан, Мадрид! Вариантов тьма! Сколько копался в родословной дожа Венеции Фалькони? Все прощупывал, достоин ли его сын стать мужем Мирославы! И вдруг такой странный поворот!

- Ага, Пашка уедет со своими женами в Лондон, — усмехнулся Щербатов, — потом Мирка умотает с заграничным хлыщом…. И кто останется? Иван. А он не из тех, кто страдает приступами романтизма и семейной идиллии.

- Получается, поездка дочери по служебным делам отменяется?

- Почему? — удивился князь. — Поедет. Вместе со своим окружником. Небольшой штат в составе двух-трех человек. Пусть поварятся в большом бизнесе, поработают на клан.

- И…когда ты намереваешься объявить о своем решении? — Валентина Сергеевна встала и пристально посмотрела на своего мужа.

Не отводя взгляда, Щербатов притянул к себе княгиню и поцеловал в висок.

- Как только разберемся с костромскими — сразу и объявлю.

- Ты хорошо подумал?

- Когда на кону большие деньги и влияние на политику — десять раз подумаешь, — вздохнул Щербатов. — Колояр — слабый вариант для укрепления позиций нашего клана в России, но как проводник он может спаять интересные конфигурации в столице. Первородные еще остаются неким фетишем, яркой целью для глупцов, не понимающих, что времена изменились. Их магическая искра — легенда, за которую цепляются боярские Роды.

- Тогда ты должен найти ему сильного наставника, чтобы он научил Колояра пользоваться Древней магией, — решительно ответила княгиня. — Если мальчик умудрился пару раз спасти Миру от гибели — в нем есть что-то от Ведуна.

- Да ты вспомни, где он обучался, у самого Мрака! — по-мальчишечьи воскликнул Павел. — Поговаривали, к нему даже специально приставили какого-то вредного старика, гонявшего его в хвост и гриву.

- Конечно, это аргумент в пользу вашего Волоцкого, — ядовито произнесла Валентина Сергеевна, — только знайте: я с неодобрением отношусь к вашей идее. Колояр — дворянин, без сомнения, но для нашей Миры совсем не подходит. Она сама отзывается о нем весьма нелестно.

Щербатов поморщился. При чем здесь ворчание девчонки? Мирослава ничем не отличается от обычных барышень ее возраста или другого социального положения. Мало что она там ворчит. Князь прожил большую жизнь и повидал немало крутых вывертов в отношениях молодых людей. Сейчас же Борис Данилович почуял великолепную выгоду от брака своей дочери с сыном человека, которого он когда-то приговорил к смерти… своим молчаливым согласием. Может, для него это решение было малой толикой прощения за совершенный грех.

Приняв в свой Род человека, имеющего неоспоримые преимущества в делах аристократии столицы, Щербатов еще больше приблизится к Великому князю, переберется в Москву, откуда легче крутить финансами и политикой. Нет, мнение Мирославы по своему будущему его не интересует. Пора приручать лошадку к седлу.

- Как скажешь, — качнула головой княгиня. — Ты хозяин, тебе отвечать за ошибки. Ладно, Елену удачно пристроили. Но Мира сделана из другого теста. Я бы дала ей право на выбор.

- Ей двадцать четыре года, — нахмурился Щербатов. — Мы и так отбраковали кучу кандидатов, что плохо сказалось на характере дочери. Она стала слишком своенравной. Моя ошибка…

- Поэтому ты так стремишься ее исправить, выдав замуж за кровника?

Павел возвел очи горе, а сам Щербатов покачал головой, внутренне соглашаясь с женой, что спешит. Но шанс упрочить свое влияние в столице стоял на первом месте, нежели судьба дочери. Ну, не захотят жить вместе — Боги им судьи. Колояру все равно навяжут и вторую, и третью жену. От Великого князя так просто не отмахнешься. А если сложится удачно, младшая дочь и Волоцкий осядут в столице поближе ко двору. Разве не шанс? Щербатов всегда рисковал, и редко когда ошибался и проигрывал. Да ведь поражения тоже дают жизненный опыт. Никто не отрицает очевидного.

Княгиня Валентина все прочитала на лице мужа, тихо вздохнула и вышла из кабинета. Тут же заглянул охранник и доложил, что в гостевом зале дожидается Колесников-старший. Требует аудиенции.

- Насчет дуэли, скорее всего, — напомнил Павел.

- Да помню, — поморщился недовольно князь. — Пойдем, что ли, поговорим.

- Подожди, отец! — сын решительно закрыл двери. — Ты должен мне все рассказать! Какой бы не была правда, я хочу знать, почему Волоцкие наши кровники! Расскажи мне все о них. Я же чувствую какое-то напряжение между тобой и Колояром. Да и Невзор постоянно какую-то чушь молотит про зло, не уничтоженное в колыбели. Только правду!

- Как же не вовремя! — сморщился словно от зубной боли Щербатов. — Пашка, давай обсудим этот вопрос попозже. Ко мне все-таки люди пришли.

- После разговора с Колесниковым! — жестко ответил Павел. — Ни днем, ни неделей позже! Я с Колояром за руку здороваюсь, за одним столом кушаю, решаю его дела — и вдруг оказываюсь кровником!

- Хорошо, сегодня вечером мы поговорим! — князь махнул рукой, показывая, что нужно идти.

Колесников при виде Щербатова встал с дивана и коротким кивком поприветствовал своего хозяина.

- Дорогой мой, — радушно раскинул руки князь, показывая, как он рад видеть человека, который никогда не подвергал сомнению своей службой отношение к Главе клана. — Алексей, ты что же себя не бережешь, по такой жаре разъезжаешь? Случилось что?

- Княже, — Колесников, подчиняясь жесту, снова сел на диван. Но только после хозяина. — Ты сам знаешь, что случилось на днях с моим беспутным сынком. Угомони ты его своей волей! Кажется, совсем мозги потерял со своим спортом!

- Так что произошло?

- Языком болтать стал невместно! После того, как господин Волоцкий не прибыл на дуэль, Виктор начал выставлять его в невыгодном свете. Я-то знаю, что на самом деле произошло, пробовал вдолбить в глупую голову, почему не следует бросаться словами перед своими поклонницами и дружками…

Колесников понурился. Он боялся за старшего сына, потому что знал гнев князя. Боярин Волоцкий находится у него на службе, а значит, под защитой.

- Павел, ты предупредил Виктора о переносе дуэли? — Щербатов поморщился. Не хватало ему сейчас разбираться с дураками.

- Сразу же, как только Колояр уехал из города, — Павел тоже был раздосадован.

- Плохой я отец, если не могу вразумить, — вздохнул Алексей Игоревич. — Надо было клюкой по спине пройтись пару раз, когда еще можно было.

- Не переживай Алексей, — положил свою руку на плечо визитера князь. — Я ведь предупреждал, что самолично проконтролирую. Ну, значит, пришло время. Повелеваю завтрашним утром прибыть в дружинную казарму на Соломенную двенадцать. Знает, небось? Со сменной одеждой, пусть не забудет гигиенические принадлежности. Харчи не надо. Как только придет, пусть найдет воеводу Хабарова и доложит о поступлении в дружину на пару месяцев. Поедет охранять Курганные Земли. Там такие шустрые бойцы нужны.

Щербатов не отсебятину гнал. Такой порядок сложился со времен его приснопамятного деда. Каждый боярин и его чада служат своему господину. Во время войны из них собирается войсковое ополчение, в мирное же время, если понадобится, из свободных дворянских детей формируются отряды в помощь регулярным подразделениям полиции, дружины, егерей. Вот князь и решил слегка встряхнуть Витьку Колесникова, чтобы дурь из башки выбить. Сейчас на заповедных землях егерей очень мало осталось, многие несут службу на дорогах, приданы для патрулирования окрестностей. Панин, сдержав свое слово, передал важную новость через агентуру, что в Торгуеве находится боевая группа из Костромы. Что она здесь делает, пока непонятно. Вероятны еще нападения на княжескую семью. Потому Щербатов и бросил опытных ребят на поиски наемников. Может, и выйдут на след.

- Спасибо, княже! — выдохнул с облегчением Колесников-старший. — Пойду, обрадую болвана. Пусть послужит, авось мозги проветрит и от дуэли еще откажется.

Павел на эту реплику только хмыкнул. Чем быстрее Волоцкий вернется в Торгуев и закончит дело с Витькой — тем лучше для всех. Парня нужно обломать очень серьезно, а заодно и выяснить, откуда у него магические эликсиры, кто поставляет. У отца нет на такие «мелочи» времени. Слишком он озабочен ситуацией с Мирославой. Может, и в самом деле, сестре станет лучше под настоящей мужской рукой, чем крутить хвостом перед расфуфыренными европейцами?

Глава 15

Глава пятнадцатая

Последний патрульный «орион», мигнув проблесковым маячком, скрылся за поворотом. Оглянувшись назад, и посмотрев на убегающую ленту дороги через заднее стекло, словно желая удостовериться, что за ними не прицепился «хвост», молодой мужчина, которого портила неряшливая щетина, удивленно проговорил:

- А ведь прорвались. Прав ты оказался, Гектор.

- Почему я должен был ошибиться? — колючий взгляд спутника, которого назвали Гектором, наградил говорящего через зеркало заднего обзора хорошо скрытой досадой. Бесконечные споры о том, что нужно выезжать из Торгуева, пока не перекрыты все дороги, решились в пользу командира группы. Терёха — тот самый мужчина с щетиной — еще пытался поспорить с ним, что лучше скрыться в городе и дождаться приезда княжны, чем колесить по окрестностям в ее поисках. Впрочем, он всегда был такой с тех пор, как прибился к группе Гектора, прячась от великокняжеских следователей. Постоянно лез со своими «умными» идеями, словно не понимал всю пагубность такого поведения. Командир здесь был один — и точка. Однажды Гектор сильно избил Терёху, разозлившись на очередную выходку беглого егеря. Сломал ему пару ребер, посадил несколько гематом по телу, после чего тот успокоился, уяснив для себя некоторые правила, которые не стоит нарушать. Но, оказалось, ненадолго. Опять за свое принялся, высказывая личное мнение, к которому должны прислушаться.

Гектор терпел приблудыша только по одной причине: тот был великолепным спецом по взрывному делу, и не раз доказывал свою полезность, устраняя ближайших конкурентов хозяина. «Мазератти» княжны, взлетевший на воздух, был заминирован именно Терёхой, а сама закладка была упрятана в кокон «невидимки», чтобы не обнаружилась с помощью амулетов, выявляющих взрывные устройства. Да и сам минер прокрался на автостоянку под двойным пологом маскирующих плетений. Эта хитрость помогла остаться невидимым под прицелом камер.

Командир остался бы в Торгуеве, если бы не сообщение от рыжей Лоры, его «лисички», что объект находится в ста километрах от города в небольшом княжеском имении. Если Гектор поторопится, можно получить хороший приз. Но он знал Лору слишком хорошо, чтобы надеяться на лучший исход. «Лисичка», превращавшаяся в жуткую мохнатую тварь с жесткой рыжеватой шерстью, не будет ждать помощников, а попытается провернуть дельце сама. Повлиять на ее решение не мог никто, даже хозяин, так как девушка не состояла ни в одной боевой группе, а действовала по принципу охотника-одиночки. Поэтому решение выехать из Торгуева Гектор принял молниеносно, как только получил информацию.

Помимо него и Терёхи в группу входил еще один человек по кличке Рябой, мрачно руливший сейчас малобюджетным внедорожником, очень популярным у охотников и рыболовов. Помимо основной специализации как водитель, он был снайпером и артефактором. Да, такое нередко случалось на просторах империи. Обычный мирянин с искрой Дара, неведомыми путями пришедший к Гектору, да так и сработавшийся с ним. Высевок, получивший магическую силу благодаря матери, переспавшей с каким-то одаренным дворянином, стал отличным помощником в нелегком наемническом деле. Рябой трезво оценивал свою полезность как обладатель искры, и не стремился показать свои умения тем, кто блюдет чистоту крови.

- Смысла не видел ждать возвращения княжны в Торгуев, — добавил Гектор, шурша разворачиваемой картой местности. — Хочешь, чтобы Лора забрала приз себе и не поделилась с друзьями?

- Эта чертовка может, — оживился Рябой. — Помнишь, командир, как она скрадывала одного упертого дворянчика, который не хотел продавать свое имение и земли вокруг него?

- Где сейчас лаборатория? — на всякий случай уточнил старший.

- Ага, — кивнул водитель, не отрываясь от дороги. — Сначала пугала его семейку, потом самого клиента. Непонятливый оказался. Пришлось живность в доме порезать. И ведь доконала его, не прибегая к помощи! Боевая стерва!

- Лора — один из лучших морфов Филата, — хмыкнул Гектор, не отрицая умений девушки и ее способности. Он разглядывал темно-коричневые жилки дорог на карте, зеленые пятна лесов и неровные кляксы деревень и поселков. — Не хотел бы я очутиться на ее пути.

- Так очутимся, — хохотнул Терёха, — мы же одного зайца преследуем.

- Сбавь оптимизм, — нахмурился Гектор. — Не забывай, что рядом с Щербатовой находится личный телохранитель. Маг, бывший вояка, выпускник кадетской школы. По слухам, заканчивал ее здесь, в Торгуеве.

- А кто это? — насторожился Тереха. — Имя его известно?

- Без понятия. Поэтому сразу предупреждаю: никакой самодеятельности. Постараемся найти Лору и согласовать все действия. Объект не так прост, как кажется. Рябой, сейчас на правую развилку и прямо до «Тридцатого километра». Там трактир придорожный, — добавил Гектор. Он не стал убирать карту, так и держа ее на коленях. Задумался, каким образом закончить дело.

В отличие от Лоры ему дан строгий наказ: ликвидация княжны. Почему свет клином сошелся на младшей представительнице рода Щербатовых — он, мягко говоря, не понимал. Осторожные попытки выяснить у хозяина причину наталкивались на откровенное «отвали, это не твой уровень». Но кое-что Гектор выяснил. По тайным и извилистым информационным каналам в Кострому пришло известие из Москвы. Кто-то из высокородных дворян, чуть ли не по слухам стоящий рядом с великокняжеским троном, нашептал Дмитрию Ярославовичу, что некий одаренный, имеющий искру Рекущего (Пророка) увидел будущее, где потомок из Рода Щербатовых усечет Род Долгоруких и сядет прочно на Москве. И вот таким образом нехорошая весть для князя Щербатова проникла в Кострому, где сидят люди, кровно его ненавидящие. Коварный перевод стрелок на тех, кто должен сделать грязную работу по устранению проблемы. Если княжны Мирославы не станет — некому будет претендовать на роль Великого князя из ее потомков. А с остальными Долгорукие справятся сами.

Гектор имел свое мнение, которое не распространял в среде свободных и жадных до слухов людей. Так вот, он вполне серьезно считал данную информацию правдоподобной. Великокняжеский клан, руководящий Россией уже не одну сотню лет, ни на шаг не допускал к трону людей, которые могли провести серьезную чистку среди аристократии. Если кто-то из Рекущих узрел в линиях будущего угрозу для Долгоруких, он обязательно об этом скажет.

Рекущие, иначе Пророки, всегда на Руси были сами себе на уме. Никто не мог понять их логику, почему они объясняют свои видения так, а не иначе. Блаженные, что с них взять. Гектор представил, как один из них пришел к Великому князю и раскидал расклад на десятки лет вперед. Кому понравится картина крушения собственного Рода? Долгорукого понять можно. А вот Рекущего — нет. С таким же успехом он мог выстроить линию грядущих событий, вовлекая туда иных персонажей. Что привиделось блаженному?

Иных предположений Гектор не имел. Щербатовы всегда были лояльны Долгоруким, даже входят в десятку Родов, приближенных к великокняжескому клану. Бить по детям князя Щербатова, уничтожая их физически — это явный беспредел. За меньшие прегрешения начинались боярские войны, а здесь кровь высокородной.

Значит, продолжал рассуждать старший, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза, их группа после выполнения задания может быть ликвидирована. Не нужно быть Рекущим, чтобы понять очевидное.

Получается нехорошая картина. В деле замешаны очень высокие люди, которые потребуют зачистить всех участников операции. Куда тянутся корни заговора — даже страшно представить. Вот почему Гектор всерьез задумался «соскочить», пока не поздно, почему и торопил подельников, чтобы перехватить Лору и вместе с ней исчезнуть на просторах земли русской. Можно на север уйти, можно за Урал.

Проехали мимо трактира, даже не остановившись. Бензина в баках полно, жрать не хотелось. Гектор только кивнул в сторону дороги, когда Рябой вопросительно посмотрел на старшего. Нужно было спешить. Судя по карте, в Журавлиху ведет одна дорога вдоль северного берега озера. Но имение Щербатова здесь указано. Получается, есть еще один путь?

- Сворачивай, — обронил Гектор, увидев нужный съезд с автострады на грунтовую дорогу. Рябой и сам увидел дорожный щит с надписью «Журавлиха». Машина нырнула вниз и покатила по грейдерной дороге, щелкая мелким гравием по днищу.

Гектор напрягся, вглядываясь вперед. Слева потянулся сосновый бор, уходящий широким клином в сторону озера.

- Ага, есть дорога! — удовлетворенно воскликнул он, тыкая пальцев в едва видимую колею, ныряющую в лес. — Почти заросла. А вот свежий след вижу! Недавно кто-то проезжал.

- Может, нам стоит в деревню завернуть? — на всякий случай спросил Тереха, очнувшийся от дремы. — Если эта колея идет к имению, нас могут спалить.

- Дурак всегда найдет, куда вляпаться, — ответил Гектор. — Рябой, сворачивай сюда. Есть прогалина. Машину спрячем, дальше пойдем пешком.

Так и сделали. Внедорожник, тихо урча на маленьких оборотах, ловко вписался между двумя огромными соснами, проехал еще немного, пока не уткнулся в густые заросли шиповника.

- Выходим, — приказал старший. — Рубим лапник, кроем тачку. Тереха, доставай оружие из схрона.

Выезжая из города, Гектор приказал весь огнестрел и портативный гранатомет спрятать в специально оборудованном тайнике в багажнике. К счастью, постовые дружинники как-то вяло осматривали проезжающие машины, останавливая их по какому-то своему алгоритму. Заставив приткнуться на обочине две идущих перед ними тачки, они пропустили внедорожник, даже не посмотрев на него. Скорее всего, ориентировались дружинники на номера других княжеств. Гектор заранее заставил Рябого поменять номерную табличку, еще с тех пор, как они въехали в Торгуев, за неделю до акции. И теперь радовался, что поступил дальновидно. Но на месте князя он приказал бы осматривать весь транспорт, независимо от того, куда тот направляется. Что-то не сложилось в системе дорожного досмотра.

Пока старший группы и водитель срубали мохнатые хвойные лапы с деревьев и умело «драпировали» внедорожник под невнятную зеленую массу (не подойдешь ближе — ни за что не догадаешься, что здесь скрывается), Тереха разобрал в багажнике тайник и достал все оружие, которое было аккуратно уложено на мягком поролоне: автоматический карабин, автомат с укороченным стволом, три пистолета с запасными обоймами, с десяток боевых и пяток светошумовых гранат, ножи и боеприпасы к автомату и карабину. Вытащив гранатомет, выкрашенный в темно-зеленый цвет, Тереха погладил его теплый корпус и сам устыдился своих эмоций. Бывшему военному не давали покоя слова Гектора, с кем придется столкнуться в ожидаемом нападении на особняк Щербатова. Кто этот бывший кадет? Смысла перебирать по памяти всех, кто обучался в военизированной школе, Тереха не видел. Вот если на лицо — тогда бы узнал. Ну, ничего, скоро узнает. Даже холодок возбуждения прокатился по спине.

Гектор посмотрел на часы.

- Так, парни. Разбираем оружие и выдвигаемся. К ночи нужно добраться до особняка. Лора говорила, что территория большая, не охраняется. Лучше подходить с южной стороны. Оттуда хорошо виден весь дом. Сегодня и завтра изучаем, соединяемся с рыжей и совместно разрабатываем операцию.

Гектор еще не знал, что опоздал буквально на сутки, но не из-за своей недальновидности, а благодаря личной инициативе Лоры, которая теперь сидела в сарае под бдительным присмотром и ничем не могла помочь.

Сориентировавшись на местности, но не выходя из подлеска, Гектор в бинокль разглядел озеро и черепичную темно-коричневую крышу особняка. Обитателей этого дома не было видно, зато весь первый этаж оказался освещенным. На веранде стояли двое мужчин — и это все, что пока мог выяснить старший наемник.

Что еще можно было рассмотреть в сгущающихся сумерках? Сараи, хозяйственные постройки. Машин не видно. Вероятно, спрятаны в гараже. А так, действительно, народу очень мало. Хорошие шансы устроить веселье для князя.

Гектора заинтересовало, почему к одному из сараев трижды за все время, пока он смотрел в бинокль, подходили эти самые мужчины, открывали дверь, исчезали внутри на несколько минут, а потом выходили, тщательно проверяя замок. Что там находилось? Или кто? Ладно, никуда эта загадка не денется.

Все следующее утро группа продолжала наблюдать за особняком и его жителями. Гектор вполголоса комментировал, что видит за забором, а Терёха тщательно чертил схему на листке блокнота и делал поясняющие записи. Потом командир вызывал «лисичку», но Лора словно в воду канула. К обеду настроение испортилось еще больше. В имение заехали два бронированных чудища — внедорожные «скифы» с княжеским гербом на дверях.

- Все, каюк! Подкрепление, — уныло обронил Терёха.

- Не ной, — оборвал его Гектор, обшаривая биноклем приехавших. — Еще неизвестно, что они здесь делают. Может, княжну забирают обратно в город. Или привезли какие-нибудь важные вещи.

Насчет второго командир оказался прав. Из «скифов» стали выгружать коробки и носить их в дом. Больше всего наемников заинтересовали странные манипуляции дружинников. Они стали обходить забор по всему периметру и что-то втыкать в землю. Гектор сообразил, что именно делают княжеские бойцы. Сигнализацию монтируют. Закончив с этим делом, парни стали вешать на фасадную стену дома небольшие черные коробки.

- Камеры, — сообразил Рябой, перехватив бинокль у командира. — А территорию поставили на сигнальные маячки. Короче, пробраться внутрь будет проблемно.

- Сколько камер? — мрачный Гектор смотрел на неровные линии рисунка в блокноте.

- Две на центральном входе, контролируют ворота и лужайку. Еще по одной повесили на выступы жилых флигелей. И с черного входа, скорее всего.

- Получается, что княжна здесь застряла надолго, — задумался Гектор, перекусив зубами травинку. — Ради пары дней могли оставить охрану в сорок человек, но не сделали этого. Теперь все ясно.

- Так эти могут здесь остаться, — возразил Рябой. — Мало ли… Оператор слежения нужен? Нужен. А это минимум двое. Еще двоих троих могут на подмогу оставить. Опаньки! Лорка влетела, что ли?

Гектор вырвал бинокль у Рябого. Ему поплохело. Действительно, из сарая выводили девушку-оборотня в темно-зеленых пятнистых штанах, заправленных в ботинки, и в черной футболке. Лора заметно хромала, а на руках белели бинты. Было видно, что ей досталось очень прилично. С тех пор, как Гектор расстался с девушкой в Казани, и каждый из них двигался к цели своим путем, рыжая очень похудела. Как она умудрилась попасться в руки немногочисленной охраны? Да ей десяток на зубок подавай, не подавится. Неужели в особняке прячется маг? Только он способен обуздать волколака. Или очень опытный боец, привыкший крутить оборотням хвосты.

Может, в природе и существуют подобные уникумы, но Гектор про таких не слышал и не встречался лицом к лицу.

Тем временем Лору подвели к стоящему первым внедорожнику, нацепили наручники на запястье, посадили на заднее сиденье и сцепили на лодыжках еще одну пару браслетов.

- С собой забирают, — прищурившись, заметил Рябой. — Надо девку отбивать или валить, пока языком не стала болтать. А ее заставят говорить.

- По дороге можно устроить засаду, — предложил Терёха. — Пару зарядов по концам и парочку узконаправленного действия на обочине. Тормознем машины, перестреляем охрану и выдернем Лорку.

Гектор с неприязнью подумал, что помощник перестарался и не подумал, что взрыв может навредить девушке. Да он и не собирался спасать ее. Цель находилась за стенами этого особняка, а она в приоритете, чем рыжая.

- А задание? Забыл, зачем ты здесь? С девчонкой придется расстаться, — задумался Гектор и отдал бинокль Терёхе. — Одна надежда, что молчать будет хотя бы сутки. Но тогда нам придется форсировать акцию.

- Сколько человек приехало? — неожиданно спросил бывший егерь.

- Девять, — откликнулся Рябой.

- Садятся восемь. Один, значит, остается.

- Я же говорил, что оператор охранных систем появился, — водитель, кажется, обрадовался своей проницательности.

- Нихрена себе! — вдруг воскликнул Терёха и матерно выругался.

- Что там опять?

- Знаешь, кого я сейчас увидел? — возбужденно блестя глазами, поглядел на Гектора Тереха. — Да хрена ли ты знаешь! Волоцкий! Мы же с ним в одной школе военное искусство познавали! Вот так встреча!

- Кто это такой? — фамилия какого-то однокашника Терёхи ничего не говорила Гектору.

- Я же говорю: вместе учились! Мля, это проблема, мужики!

- Поясни, — Рябой переглянулся с командиром.

- Он дворянин из Первородных. Сирота. Один из лучших учеников. Ему даже индивидуально старика какого-то приставили в качестве наставника. На все десять лет обучения, прикиньте! Один из лучших в стрельбе, в рукопашке. На выпускном экзамене умудрился в числе первых дойти до точки сбора, пройдя триста километров. Его полиция арестовывала, так он сбежал из арестантского фургона! Сам рассказывал, как когти рвал от дружинников!

- Ты так рассказываешь, что нам ничего не светит, — хмыкнул Гектор, задумавшись над новым фактором. — Если он Первородный, значит — одаренный?

- А вот ни фига! У него на руках какие-то блокираторы стоят с самого детства, — заторопился Тереха. — Они погасили его искру. Так что Волоцкий как маг — полный ноль.

- Но как тогда умудрились повязать Лору? — с усмешкой спросил Рябой. — Или ты чего-то не знаешь про своего дружка-дворянчика?

- Он мне не дружок! — огрызнулся Терёха. — Я точно знаю, что у него на руках магические браслеты были вплоть до выпуска, и снимать их категорически запрещалось. Типа, кто ставил, только тот и может разблокировать. Там непонятная история, не разбирался.

- Странно, — Гектор переглянулся с Рябым, но тот лишь пожал плечами, показывая всем видом, что ничего не понял. — Ладно, нам все равно задачу надо решать. Что-то этот городишко меня уже напрягает. За короткое время потеряли группу Зиновия почти целиком, теперь вот Лору повязали. Почему же она не смогла трансформироваться?

Тем временем «скифы» дружно развернулись на широком пятачке возле парадной лестницы особняка и рванули к воротам. Наемникам только оставалось проводить их глазами. Гектор чувствовал себя противно. Терёха, по сути, был прав. Негоже отдавать ценного бойца, да еще оборотня, в лапы местного УКБ. Девушку там полностью выпотрошат. Сказать-то она многое не сможет, но сам факт, что Гектор бросает рыжую на произвол судьбы. Но… Задание, черт его подери! Задание в первую очередь!

- Что такого в этой княжне, что мы носимся за ней только с одной целью — грохнуть? — даже до Терехи стала доходить нелепость ситуации. — Вон, посадить Рябого на дерево со снайперкой и дождаться, пока девка выйдет погулять. Пуля в башку и в корпус — можно сворачивать операцию. Нам же не обязательно брать княжну в заложницы. Даже Лорка рыжая не смогла…

- Да хорош балаболить! — с досадой прервал его Рябой. — Слушай, командир, а давай и в самом деле я из своей «англичанки» девке дырку в голове проделаю — и сваливаем.

- Один раз уже опростоволосились, — напомнил Гектор.

- Да кто же знал, что этот идиот в ее машину полезет! — с досадой плюнул в сторону Терёха. — Случайность!

- Вот именно, — четко, медленно и с угрозой ответил старший, — случайность. Будем работать в плотном контакте. Надо удостовериться, что девушка, которую охраняют — на самом деле княжна Щербатова. Мне осечки не нужны, как и тем…, - палец Гектора недвусмысленно ткнулся вверх, — кто эту операцию поручил. Так что готовимся с учетом новых факторов.

Глава 16

Глава шестнадцатая

- Готово, господин Волоцкий! — Вадим — так звали нового жильца — оторвался от переносного планшета и с гордостью посмотрел на меня. — Все камеры протестированы. Вот, можете посмотреть.

Я склонился над плечом вихрастого парнишки, который, как мне стало известно, был младше близнецов. Совсем пацан. Сухощавый, с редкими щетинками волос над верхней губой, грозившими в будущем стать усами, если, конечно, какая-нибудь девчонка не заставит сбрить. Лицо как у молоденького поросенка: с розоватым оттенком и с пятнышками жировиков на лбу.

Небольшой экран планшета оказался разбит на восемь квадратов, каждый из которых показывал определенный сектор имения. Вадим постарался распределить камеры так, чтобы сделать максимальный охват каждой из них. Я испытал облегчение. Все же легче стало, когда вдоль забора растянуты сигнальные нити. Хотелось бы еще и датчики движения раскидать, но… Все, что привезли, пошло в дело.

Дежурство сокращаем вдвое. Каждый может теперь поспать по четыре, а не по два часа. Нормально. Я Вадима тоже включил в список дежурных.

- Отлично, — похвалил я его скупо и хлопнул по плечу, обтянутому униформой. Костлявый какой парнишка. Надо тете Зине подсказать, чтобы подкормила нашего оператора. — Ты с оружием обращаться умеешь?

- Обижаете, господин Волоцкий! — Вадим воинственно похлопал себя по бедру, где на ремнях висела кобура с тяжелым «чеканом» — восьмизарядным служебным стволом, выдаваемым сотрудникам УКБ. Кстати, Вадим и был оттуда выдернут в срочную командировку. — Шестьдесят восемь очков на магазин выбил в последний раз.

- Неплохо, неплохо. Ладно, настраивай свою аппаратуру. Так как ты находишься в моем непосредственном подчинении, будешь нести дежурство. Я составил новый график, где расписал время ночной вахты для каждого. Днем легче, почти все на ногах, каждый присматривает за домом.

Я оставил оператора наедине со своей техникой и вышел из комнаты, которую выделили Вадиму на первом этаже. Пусть осваивается. Сам же поднялся на второй этаж и направился к апартаментам Мирославы. Она там заперлась со своими коробками и урчит, наверное, от удовольствия.

Громко постучал.

- Да входи уже, стеснительный! — раздалось в ответ. Через дверь видит, что ли?

Она в самом деле сидела на полу, скрестив длинные ноги на восточный манер, и деловито вытаскивала из коробки одежду: платья, футболки, блузки, маечки, еще какие-то тряпки. Я с подозрением спросил:

- Мы здесь до зимы остаемся?

- Я сначала тоже так подумала, — фыркнув на непослушную прядь волос, упавшую со лба на нос, ответила Мира. Она деловито осмотрела светло-коричневые бриджи и откинула их в сторону. — Половину гардероба сюда привезли. Не иначе Ленка постаралась или мамочки. Решили шкафы освободить?

- Ты хочешь сказать, что это всего лишь половина? — я потрясенно кивнул на десяток распотрошенных коробок и кучу разнообразной одежды и белья, лежащей на креслах, на диване, вокруг нее самой.

- Не ожидал? — засмеялась девушка. — Ну и вид у тебя, Волоцкий! Присаживайся рядом, не стесняйся. Поможешь разобрать все эти шмотки.

Прикалывается, настроение хорошее.

- Нет уж, не мужское это дело, — я почесал затылок. — Сама справляйся.

- Да я нижнее белье уже убрала с глаз, — беспечно махнула рукой княжна. — Можешь не краснеть.

Пф, испугала ежа… Ну, и далее по тексту. Майор Прохоров и не такое переживал в своей прошлой жизни. Но, словно подчиняясь какому-то магниту, я присел напротив Мирославы, не притрагиваясь к тряпкам, и задал один мучающий меня вопрос:

- Скажи, Мира, а кто бы из близнецов мог докладывать хозяину о происходящих здесь событиях? Ведь у тебя телефон заблокирован извне, чтобы ты не вздумала со своими подругами трещать день и ночь; амулеты тоже запрещены.

- Но ведь у тебя есть свой телефон, по которому ты, кстати, с кем-то разговаривал, — напомнила девушка.

- Да, все верно. Только я ни разу по нему не делал звонков. Я специально не хотел подключать корпоративную программу. Видишь, оказался прав, — я посмотрел на задумчиво лицо княжны. — Что ты вообще знаешь о Сашке и Ваське?

- Мало что, если честно, — пожала плечами Мира. — Они же оба по ведомству Мисяя проходят. Охрана внешнего периметра, стоят на улице, охраняют наш дом. Сам видишь — мальчишки еще. Подозреваю, что здесь близнецы проходят практику. И один из них в самом деле может держать связь с Мисяем или Пеструшиным. А ты чего так напрягся?

- Не люблю, когда за спиной тихо шуршат, — я поморщился. — Вчера взяли оборотня, и сегодня сразу же из города машины приехали. Странное совпадение.

- Слишком ты подозрителен, — Мирослава просмотрела очередную футболку, отбросила ее в сторону и положила руки на колени. — Ну, приехали да приехали. Значит, нас не бросили на произвол судьбы. Значит, папка что-то пытается сделать, не сидит на месте.

Хочется надеяться на слова Мирославы. Ну, так для дочери авторитет отца неоспорим. Князь не будет бездействовать, я в этом сам уверен. Но сколько нам здесь еще сидеть?

- Что тебе сказала рыжая тварь? — Мира аккуратно убрала непослушную прядь за ухо, даже немного раздраженно. — Ты хочешь оставить все в тайне? Мы партнеры и друзья, не забывай. И секретов у нас не должно быть.

Однако! Лихо княжна поворачивает ситуацию в свою пользу! Вот же хватка у нее, даже завидно стало.

- Сначала я был противником, потом партнером, — я двумя пальцами вытащил из коробки короткий халатик нежно-пастельного цвета, посмотрел на него. — Хм, миленько…. А теперь я уже друг. Прямо как по экспоненте. Дальше…

- Не умничай, — отобрала у меня халатик Мирка. — Лучше расскажи.

- Ладно. Лора предупредила, что покушения на тебя не прекратятся. Одну группу я уже, оказывается, уничтожил. Там, на шоссе. Оставшиеся в живых попробовали устранить меня в гостинице. Маг выжил и исчез. Возможно, сейчас в городе находится еще одна команда. Будет и третья, и четвертая. Поэтому мы остаемся здесь до прояснения ситуации.

- Это твое мнение? — нахмурилась девушка.

- Да.

- А ты не подумал о такой версии, что девка специально выложила такую информацию, чтобы мы даже не думали отсюда дергаться? И тем временем ее дружки уже находятся здесь и смотрят на нас в прицел снайперской винтовки? Пока она кормит ложными слухами отца и СБ, нас просто уничтожат в имении?

- Любая версия, даже самая сумасшедшая, достойна проработки, — задумчиво произнес я. — Ты сама до этого дошла?

- Ты убедился уже, что я не дура? — усмехнулась княжна. — Если бы иногда ты прислушивался к моим советам, давно бы стал самым ценным человеком в клане.

- Я не служу клану, Мира. Я наемный работник. Контрактник.

- Да без разницы, кто ты на самом деле! В твоем отношении ко мне я ощущаю какую-то странность… Будто перед тобой враг, а не красивая девушка, которая тебе, по логике должна нравиться. Что так уставился? Думаешь, не ощущаю твои эмоции? Да я тебя как открытую книгу читаю.

- У меня есть девушка, — я попробовал закрыть свои чувства, но, подозреваю, мало что получилось.

- Кто? — фыркнула Мирослава. — Дочка лесника? Колояр, ты серьезно? Молодой дворянин, с мощным магическим потенциалом, сумевший обойти проблему отсутствия Дара с помощью древних артефактов, владелец части Курганных Земель, бывший военный, выпускник спецшколы, да просто любимчик госпожи Удачи! Да тебя любой клан с распростертыми объятиями к себе возьмет! А ты все в романтические бредни веришь! Очнись уже! Хочешь взять в жену свою Алику? Ради всех богов, бери! Только третьей женой. Серьезно тебе говорю. Статус она получит, но и руководить Семьей не сможет. Ведущей супругой должна стать дворянка. Та, которая за спиной мужа выставит такую защитную стену, что ему не нужно будет беспокоиться о своем Роде!

- Думаешь, Алика не способна на такое? — я опустил голову и уставился на округлые колени Мирославы. Злость нахлынула столь быстро, что даже дух Ясни забеспокоился, заколотил мелкой дрожью по грудной клетке.

- Твоя Алика, Колояр Волоцкий, способна только на нежность и любовь, — вздохнула княжна. — Она милая, я не сомневаюсь в этом, и подарит тебе много хороших эмоций. Но ведь мы живем не только ради этого… Особенно аристократия. Защита Рода и накопление ресурсов, обеспечение безопасности, продление своего Дара в детях, бизнес, отношения между кланами, поиск союзников — главные приоритеты. Любовь здесь на последнем месте.

Мирослава говорила серьезные и правильные, с ее точки зрения, вещи. Потому что была плоть от плоти человека, живущего по таким канонам. А я горел местью, и более ничем. Княжна нанесла мне великолепный апперкот, от которого я стал проваливаться в беспамятство. Мне и в самом деле начала нравиться эта девушка. Предупреждал меня Ясни, что Мира — сильный эмпат с задатками ментата. Она не читает мысли, она их чувствует и обыгрывает в свою пользу.

- Не буду спорить, — я решил не усугублять спор, который может перерасти в банальную склоку. — Где-то ты права.

- Где-то… Права я, признай уже, — Мирослава разогнулась и по-бабьи схватилась за поясницу. — Ох, спина закостенела. Ты придешь сегодня ко мне?

Такой непосредственный вопрос мгновенно выбил у меня почву из-под ног. Я ошеломленно взглянул на серьезное лицо княжны. Шутит, что ли?

- Охранять? — на всякий случай уточнил я, ругая себя за глупый вопрос. Говорю же, умеет лупить младшая княжна, аж дух захватывает.

- Охранять, — вздохнула Мира. — А ты о чем подумал? Мне очень страшно, Колояр. Ты даже не представляешь. Вот сидим здесь, а за окном лес, солнышко закатное, внизу Зина с Женей хлопочут по кухне… А мне становится тоскливо и жутко. В чем я провинилась, что меня как дикую тварь скрадывают?

- Я это выясню, — пообещал я.

- Тогда помоги подняться, — протянула мне руку Мирослава, и как только я поднял ее на ноги, на мгновение прижалась ко мне. Ее губы остановились в нескольких сантиметрах от моих. А потом со смехом эта чертовка оттолкнула меня.

Весь вечер я старательно избегал общения с княжной, гоняя близнецов с проверками по территории, а сам следил за ними через камеры. Вадим увлеченно отрабатывал движение объективов. Но как я заметил, с наступлением сумерек качество передачи падало.

- Ну да, слабенькая оптика, — признался Вадим. — Когда собирались, хватали все подряд, не глядя. Если включить освещение уличных фонарей вдоль дорожек, можем добиться лучшей картинки.

- А они работают? — я обругал себя, даже не подумав с самого начала проверить их работоспособность. Поглядев на запущенный вид столбов, махнул на них рукой.

- Так спросите управляющего, господин Волоцкий, — не отрываясь от своего планшета, посоветовал оператор. — Он должен знать. Если не работают, значит плохо выполняет свои обязанности. Это непорядок.

Я тут же пошел искать дядю Кирю. Найти его не представлялось трудным. Он сидел на кухне и отвлекал тетушек от работы веселыми рассказами.

- Кирилл Савельевич, — окликнул я его. — А мы можем включить фонарные столбы? Или они не работают?

- Почему не работают? — вскинулся дядя Киря. — У меня, да не работают? Вы бы сразу сказали, что надо освещение. Думал, вам хватает придомового… Сейчас спущусь в подвал и включу рубильник. Дел на пять минут.

- Тогда я жду, — демонстративно пощелкав по стеклу часов, сказал я.

Фонари, к счастью, вспыхнули все, кроме одного, самого дальнего. И сразу темная стена леса отодвинулась от забора, мрачно шумя пышными хвойными кронами. Поежившись на свежем ветерке, я медленно обошел особняк, прислушиваясь к звукам улицы. Где-то прошелестела трава: мышки выползли на добычу корма, пока была возможность. Потом на них на самих начнут охоту. Неподалеку совиная семья обосновалась.

Я остановился возле деревянной лестницы, ведущей к служебному входу. Внутрь не попасть. Дверь надежно заперта изнутри. На всякий случай подергал ее, потолкал плечом, и привалившись к перилам, задумался.

Какой вывод можно сделать из произошедшего? Зачем Щербатов упорно держит нас в скучной глуши, вместо правильного и логичного шага устроить Мирославу под мощную охрану в подвале своего особняка? Сил для этого у него хватило бы. А он лихорадочно сплавил дочку куда подальше, впервые проявив поспешность и обычные человеческие эмоции. Князь боялся. Очень боялся.

А на деле вышло еще хуже. Мирослава подсказала идею, до которой, стыдно признаться, я бы не дошел своим умом. Рыжая девушка-оборотень просто водила нас за нос, и теперь, посмеиваясь, сидит в подвале УКБ и несет всякую чушь. А еще одна группа наемников ждет момента для нападения. Может, в этот самый момент они в лесу рассматривают нас через ПНВ и разрабатывают план проникновения в особняк. Князь вместо усиления охраны увез волколака с собой и успокоился. Выходит, снова воевать будем.

Да что же такого в княжне? Какой магнит притягивает неизвестного заказчика к судьбе Мирославы? Обычная аристократка с даром эмпата. Она не умеет швырять убийственными заклятиями, она не артефактор, не потомственный маг. Только кольца, амулеты и перстни позволяют ей активно защищаться, но сама Мирослава никогда не использует природный Дар. Если бы не браслеты, сломавшие мне всю магическую сущность, без которой я стал обыкновенным недоучкой! Невзор, скотина! Ты у меня все равно в списке, даже не надейся на мое прощение! Я отыщу способ достать тебя!

Скрипнув зубами от злости, я пошел обратно в дом. Наша веселая компания собралась уже в гостиной на ужин. Ждали только меня. И Васьки не было. Он успел поесть и заменил оператора на посту. Мирослава цепко взглянула на меня, но ничего не сказала. Я сел рядом с ней и сказал всем «приятного аппетита», хотя у самого этого аппетита совершенно не было.

После ужина огласил график дежурства. Я сам себя назначил в «волчий час» с четырех до шести, не надеясь на молодых. Уснут перед монитором. Не ходили они по тайге, не скрадывали браконьеров и бандитов, в любой момент ожидая пули из бурелома, не ночевали под открытым небом в глуши, куда кроме диких зверей никто не забредал.

Потому что чувствовал опасность всеми нервными окончаниями, каждой клеточкой тела. Как там врачи говорят, сидя возле больного: если переживет сегодняшнюю ночь, то кризис миновал. Вот и я наподобие того врача, ожидающего кризис. Надеюсь, я внушил всем, чтобы спали чутко, не ленились сами вставать с постели и поглядывать в окна. Дед Дорофей, допив чай, сказал, что за него сомневаться не стоит. Спит он мало, часто выходит покурить.

- Никто никуда не выходит, — сразу же предупредил я. — Дед, кури у себя в комнате. Оружие и патроны держи рядом. Куда выходят окна? На лужайку? Вот и поглядывай аккуратно. Если начнется стрельба — все женщины без исключения спускаются в подвал.

И при этом посмотрел на княжну. Мирослава состроила невинную физиономию и пошла по лестнице наверх к себе.

В любой обороне есть изъяны. Их только отыскать нужно. Мы же изначально находились в проигрышной позиции. Я допускал вариант, при котором наемная группа может проникнуть в особняк через пустующие комнаты первого этажа. Не в состоянии мы перекрыть все ходы и выходы. Опять же, сколько человек будет у нападавших? Путем эмпирических вычислений пришел к мысли, что не больше пяти. Уместиться в одной машине и спокойно доехать до Журавлихи легче легкого.

Я еще раз проинструктировал своих подчиненных. Вадима отослал спать, а Сашка остался бодрствовать, чтобы потом сменить своего брата. Оператор займет свое место через три часа. Сам же поднялся наверх и решительно зашагал к апартаментам княжны. Остановился перед дверью и повернул ручку. Не заперто. Входи и твори зло.

Свет горел только в спальне. Я даже видел край постели и голые ноги с накрашенными ногтями. Дорвалась девица до своих игрушек. Усмехнувшись, закрыл дверь на замок и тихо прошелся по ковровому покрытию. Заглянул в спальню и прислонился к стене.

- И откуда у тебя пистолет? — я кивнул на темно-серебристый «молот», лежащий на прикроватной тумбочке.

- Когда входишь — стучать надо, — недовольно произнесла девушка.

- У тебя открыто было, и ноги напоказ, — отвертелся я.

Мирослава с распущенными волосами полулежала с книжкой в руке, опершись спиной в подушку. На ней был тот самый игривый халатик пастельных тонов, показывающий ноги во всей красе. Интересно, под ним что-то есть? Черт, меня несет совсем не туда!

- Так откуда пистолет?

- Я попросила у ребят из охраны, — она пожала плечами. — Должна же одинокая девушка как-то себя защищать?

- Ты, что ли, одинокая? — я как будто примерз к стене и не хотел уходить. Соблазнительная фигурка княжны, проглядывающая сквозь ткань халатика, манила и тянула к себе.

- Хотя бы и я, — кинула взгляд поверх книги девушка. — Вошел без стука, вломился в комнату, смущаешь меня.

- Стрелять умеешь? — стараюсь сбить энергетику, идущую от княжны.

- Я росла не только среди кукол и нарядных платьев. Всадить пулю в башку смогу без колебаний.

Хм, насчет последнего я бы поспорил. Вот мозг вынести без пушки она точно сможет. Сомнительное качество, конечно, но иногда помогает. Я очнулся от грез.

- Ладно, спокойной ночи, ваше величество, — делаю шутливый поклон и медленно покидаю опасную зону.

- Пень ты деревянный, Волоцкий, — доносится до меня разочарованный голос Мирославы.

Плевать. Я ваш кровник, стараюсь убедить себя в правильности своих поступков, а сердце ноет и разрывается на две половины. Кто бы подсказал мне, как быть. А ведь и вправду — пень. Тянет меня к этой ошалелой девице. Тяжело опускаюсь на диванчик и заваливаюсь прямо в одежде. Удивительно, но сон пришел быстро.

Шея затекла от неудобного положения, и я открыл глаза. Темнота рассеивается слабым свечением, исходящим от моего призрачного друга. Ясни стоит возле окна и умудряется что-то рассматривать через плотную штору.

- Вовремя ты проснулся, — древний дух повернулся ко мне. — Я же говорю, что у тебя прорезался дар предвидения. Надо развивать его как можно быстрее.

- У меня просто шея заболела, — проворчал я, массируя руками затылок. Мельком взглянул в сторону спальни. Ночник уже не горел. — Не приписывай мне возможностей, которых я не имею.

- У тебя не шея заболела, а каша в голове бродит, — призрак плавно отошел от окна. — Сегодня такой шанс был овладеть этой зубастой красоткой, но ты опять начал искать подвох, сам себя убеждать, какой ты правильный, честный. Все ищешь возможность остаться верной той простолюдинке? Княжна правильно тебе сказала. Я даже поаплодировал ей, когда слушал ваш разговор.

- Она меня провоцировала, только и всего.

- Она хотела тебя, болван! Я такие посылы за сто метров ощущаю!

- Почему ты меня толкаешь на этот шаг?

- Потому что, дурень, у вас невероятное будущее! — Ясни, видать, стал заговариваться. А жаль, хороший призрак был. — Вернее, вы вдвоем можете вершить историю своего Рода и влиять на историю своей страны! А не вы, так ваши дети!

- Подожди, я, наверное, сплю, — помотав головой, я расширил пальцами глаза, чтобы убедиться, что это не так. — Ты хочешь сказать, что видишь будущее настолько далеко?

- Знаешь, кто я такой? — Ясни уселся в кресло. — В своей настоящей жизни я был не только великим магом, но и Рекущим. После смерти, которая наступила не по моему желанию, моя душа была заключена в кусок космического камня, что лежал на алтаре жреческого капища в Арте — одном из погибших городов Севера. Ты слушаешь?

- Конечно, — встрепенулся я.

- Не спи, а то умрешь, — странно пошутил Ясни. — Я пробыл в этом камне довольно долго, пока Варахи не приказал выковать из алтарного камня кинжал. Ты его, кстати, сейчас бессовестно в позорный канцелярский артефакт превратил. Так вот, после перековки душа мага и Рекущего переселилась в клинок. Я не могу вернуться к жизни, но мои способности видеть будущее никуда не делись. Только для тебя открою чуть-чуть завесу грядущего, почему за твоей княжной охотятся.

- Она не моя, — торопливо отвечаю.

- О, боги! Достался же мне непутевый хозяин! — вздохнул Ясни. — Говорю тебе, а ты слушай! Вашему нынешнему Великому князю уже нашептали паршивые ясновидящие, что отстранение династии ему грозит от потомков твоей княжны. Поэтому ее хотят убить.

- Подожди, бред какой-то! Щербатовы не настолько влиятельны, чтобы снести с престола Долгоруких! И поэтому ты хочешь подыграть под предсказание, толкая меня на брачный союз с Мирославой?

- У тебя в руках мощь, несопоставимая ни с одним магическим оружием в мире! — рассердился Ясни. — Достань недостающие перстни, заделай себе детей — и никто никогда не сможет одолеть твою Кровь! Болван ты этакий! Сколько можно тебе повторять об одном и том же? Неужели не хочешь могущества?

- Хочу, — неожиданно ответил я, прислушиваясь к своим эмоциям в сердце. — Но без лишней крови и ответственности за государство. Оно, как бы, обо мне не заботилось в полной мере.

- Главное, ты уже что-то хочешь, — проворчал Ясни, медленно истаивая серебристо-сиреневыми всполохами. — А остальное придет…

- Ты с кем там разговариваешь? — раздался сонный голос Мирославы. Она вышла из спальни и неуверенно остановилась неподалеку от дивана.

- Я во сне разговаривал…

Оглушительный взрыв в спальне толкнул девушку прямо в мои объятия. Я на мгновение оглох и ослеп от яркой вспышки. В нос ударил запах тротила и гари, на голову посыпался какой-то мусор. Часть стены с отчаянным стоном стала обваливаться вниз на парадную лестницу.

Я успел подхватить гибкое тело княжны и затащил под стол, спасаясь от рушащихся вниз кусков штукатурки. Следом за ними с треском вылетели из своих гнезд болты, крепившие люстру. Отблески начавшегося пожара упали на бледное лицо Мирославы.

Пол под нами качнулся от очередного взрыва, только теперь внизу. Нас методично обстреливали.

Обнаружилось, что мои руки очень удобно лежат на бедрах княжны, а сама она уткнулась носом в мою грудь, что-то испуганно и истерично бормоча. Я спокойно попросил:

- Убери пистолет в сторону. Он у тебя на предохранителе?

- Да, — Мирослава приподнялась и аккуратно положила «молот» на пол. — Что это было?

Она страдальчески прижала ладони к ушам и помотала головой. У меня тоже звенело в голове, но я все же был подальше от эпицентра взрыва. Контузии бы у девчонки не случилось!

- Нас вычислили и шарахнули из гранатомета по окнам, — ответил я. — Быстро одевайся. Бриджи, джинсы, что-нибудь серьезное. Рубашку, куртку, прочную обувь. Я видел у тебя кроссовки в коробке. Возможно, придется бежать по лесу. Давай, милая, хватит меня обнимать. Мы живы. Быстро переодевайся и спускайся вниз.

Мой голос успокоил Мирославу. Она наощупь, зная, где лежат коробки с одеждой, быстро находила необходимые вещи. Скинула халат, явив со спины великолепное обнаженное тело моему взору, и лихорадочно стала одеваться.

Дверь вздрогнула от ударов. Лупили изо всех сил.

- Княжна! Вы живы? — орал Васька. — Откройте!

- Уже можно! — плюхнувшись на диван, девушка натягивала на ноги спортивные туфли.

Я распахнул дверь и увидел совершенно безумные глаза Васьки. Он еще больше впал в ступор, заметив, кто стоит перед ним.

- Доклад! — рявкнул я.

- Граната попала в смежную от операторской комнату! — сглотнул слюну близнец. — Вадим жив, но его слегка присыпало обломками стены. Санек сейчас пытается понять, откуда ждать нападения. Пока никто не появлялся. Женщины в подвале. А где княжна?

- Здесь я! — Мирослава уже взяла себя в руки. Я одобрительно кивнул. Сделала все, как я и говорил. Максимально удобная одежда для бега. И пушка в руках.

- Пошли вниз! Я впереди, княжна — за мной! Василий — замыкающим!

Выдергиваю из кармана ручку, даю приказ на трансформацию, и симулякр превращается в кинжал, который я тут же превращаю в «скипетр войны». Мирослав ойкнула от увиденного зрелища. Полутораметровая трость, гудящая от напряжения, начала концентрировать ударную мощь на кончике в виде огненных крыльев, готовых сорваться в ночь.

Спальня Мирославы находится в центральной части особняка, окнами выходящая на лужайку. Значит, стреляли уже от забора, зная расположение комнат. Следили? Скорее всего, так и есть. Вычислили и решили одним залпом завершить свое дело.

На первом этаже чувствуется такой же запах сгоревшего пороха, видна оседающая известь и копошение фигур возле окон. Узнаю Сашку, деда Дорофея и управляющего. Все с оружием. Правда, дядя Киря держит пистолет как, как будто собирается им колоть орехи.

- Мира, пригнись, не отсвечивай в окнах, — приказал я. — У них могут быть снайперы. Саня, это был выстрел из гранатомета или магическое плетение?

- Обычная граната, — кашлянул Сашка.

- Сколько их?

- Да хрен разберет! Двоих точно видел. Они после второго выстрела перескочили забор и разбежались в разные стороны. Специально по операторской целили, хотели сразу же обесточить камеры!

- Я пошел, — делаю шаг к двери, но в руку вцепилась княжна.

- Не дури, Волоцкий!

- Мира, — мягко уговариваю я девушку. — У меня мощная защита. Ничего со мной не случится. Я сейчас выйду и надаю по шее этим уродам. Они-то не знают, с кем дело имеют. Сашка! Бери деда и шагайте к черному входу. На вас — задние комнаты. Васька и Кирилл Савельевич прикрываете меня! Стреляйте, если увидите чужаков. Берегите княжну! И оператора откопайте, чтобы не покалечился!

Вываливаюсь наружу, и дверь за мной тут же закрывается. Хорошо, что они сделаны из дерева, а не из модных сейчас стеклянных половинок. Крепко сжимаю трость; из перстней коротко полыхнуло, разворачивая передо мной едва видимую сиреневую пленку защитного поля. И тут же почувствовал чувствительный удар в купол. Точно, снайпер, подлюка засел в лесу или возле забора. Ну, бей еще! Второй выстрел обнаруживает примерное нахождение врага. Я раскручиваю трость, которая начинает гудеть от избытка энергии как электрическая подстанция, и запускаю сформированное огненное крыло в направлении леса.

Забавно видеть, как плетение принимает вид большого светящегося сверла. Почему так — не знаю. Самонастройка, наверное. Само решает, какую оптимальную форму выбирать, исходя из природных факторов.

Оно легко проходит между решеток забора, выплавляя каверны в металле, и затем взрывается где-то неподалеку от него. Я уже знаю, чем заканчиваются подобные фейерверки. Цель поражена. Мне Ясни уже подсказывал, что магическая заготовка любой формы из «посоха войны» никогда не распадется, не достигнув цели. Что нужно уничтожить — то и будет уничтожено. Просто и эффективно.

Не задерживаясь ни на секунду, мчусь к дому, и огибая угол по восточной стороне, выскочил прямо на неизвестного с короткоствольным автоматом. Тот уже не таясь выбил окошко и собирался кинуть туда какой-то шар.

- Не торопись! — я отвлекаю наемника своим появлением. Не допусти боги, чтобы граната улетела в дом. Там же Мира….

Шар исчезает в проеме. Три-четыре секунды до взрыва. Не успеваю. Что-то невероятное происходит в этот момент. Картина бытия застывает в абсолютной неподвижности. Хищная улыбка противника, искривленная до оскала смерти, темная капля улетающей вглубь комнаты гранаты. Я чувствую боль скручивающихся в тугой узел мышц и взлетаю на полметра вверх, цепляюсь за подоконник и рывком втягиваю себя внутрь. Одновременно ощущаю досаду, что пришлось рисковать, и радость. Здесь никого нет. Какая-то гостевая комната с двуспальной кроватью, застланной прозрачной пленкой от пыли; пара кресел, круглый стол, покрытый клеенкой; огромный встроенный шкаф с ростовым зеркалом. Все это отмечаю неосознанно, перехватывая ребристый кругляш и тут же выскакиваю обратно на улицу. Не вижу, как мощный смерч, закрутившийся вокруг меня, роняет стол и кресла, едва не срывает с потолка люстру.

Наемник все так же улыбается. Я рывком отдергиваю его куртку и футболку, находящуюся под ней, и кидаю кругляш вниз. Граната не вывалилась наружу, застряв где-то в недрах одежды.

Время сумасшедше понеслось вперед, наверстывая упущенное. Вижу только недоумение в глазах врага, движение его рук, поднимающих автомат в мою сторону. И все…

Яркая вспышка рвет и кромсает тело. Мой магический щит отражает огненную волну, напичканную осколками и окровавленной плотью, мягко гасит неприятные колебания воздуха, после чего все затихает. Поморгал глазами и побежал дальше. Снова поворот. Я уже нахожусь с тыльной стороны особняка, там, где черный ход. В голове пустота, ничего не понимаю из произошедшего мгновение назад.

Дверь распахнута настежь. Взламывали с помощью пластита или магического амулета с направленным взрывом. Слишком аккуратно выбили. Дерево — не металл. Чему здесь удивляться.

Лечу вверх по скрипучей лестнице и застываю на месте. Куда пойдет убийца? Если удостовериться в смерти княжны — то и мне надо наверх. Там его перехвачу. Мирослава под прикрытием, Сашка не даст ее в обиду. Надеюсь, что не даст. Очень меня расстроила мысль о возможном сливе информации одним из близнецов. Пусть и своим, князю или Мисяю. Все равно нехорошо.

Посох принял трансформу ножен с клинком. Осторожно поднимаюсь наверх по черной лестнице. Да, я знаю, что второй ход ведет на второй этаж, но дверь там тоже заблокирована. Хлопок! Ага, я оказался прав. Наверх пошел. Сколько их? Двое или трое? Допустим, двое. Парочку ухлопал. Еще один может оставаться возле машины. Ладно, посмотрим.

Крепко сжимаю ножны, между перстнями проскакивает искра. Создаю новый щит, более удобный в узком пространстве. Вперед, вперед! Вот уже едкий дым защекотал ноздри. В темноте, освещаемой бликами догорающей мебели из комнаты княжны, вижу силуэт, пробирающийся по площадке.

Вдруг он резко оборачивается и делает торопливые шаги в мою сторону. Гулко стучат выстрелы. Один, второй, третий! Щит принимает на себя смертельный свинец, гасит энергию.

- Маг! — сплевывает на пол наемник. Его голос показался мне знакомым, пусть и полузабытым. Я помню эти интонации, слегка истеричные, и дерганные движения. — Боишься без амулетов один на один? Кишка тонка по-мужски поговорить?

- Бросай пистолет в сторону, тогда поговорим, — отвечаю я, приближаясь к чужаку. — Знаю я ваши уловки.

- А ты, Кол, все такой же благородный, да?

Я остаюсь спокойным. Некогда сейчас заниматься копанием, откуда известно мое прозвище наемникам. Не все ли равно? Ведь убивать пришли, а не просто в гости чай попить.

Клинок с радостным шипением покидает ножны. Ясни нужна кровь. И так вредный стал от голода.

- А ты, Сика, как до такой жизни дошел? — усмехаюсь я, вспомнив этот голос, и делаю еще пару шагов навстречу. — Вижу, общение с Болтом опустило тебя ниже плинтуса.

Щит не снимаю. Такой ублюдок, как Сика — призрак из моего детства — не будет играть в благородного джентльмена. Но нет, запихивает пушку за пазуху и достает большой тесак. Я тут же убираю защиту и демонстрирую стойку. У меня нет времени на драку в узком пространстве. Поэтому мучить своего врага не буду. Резко провожу клинком сверху вниз, словно распарываю руку противника от плеча до кисти. Сика заорал и выронил тесак.

- Ты что сделал, ублюдок? — дико вытаращившись на меня, спросил он и дерганным движением полез за пазуху.

Я не дал ему возможность вытащить оружие. Второй взмах — и перебитая вторая рука безжизненно повисла. Оказавшись рядом с Сикой, в глазах у которого уже не бравада, а дикий ужас, я вогнал кинжал снизу вверх, достав до сердца. Мой давний недруг умер тихо, даже улыбнулся, когда оседал на пол.

Как удавались Ясни такие штучки? Что видели в последний момент его жертвы? Почему улыбались?

Только сейчас я понял, насколько устал. Непонятная дрожь прокатилась по телу, ударила по ногам, и я осел на пол рядом с умершим бывшим однокашником. Но потом отполз в сторону с кружащейся головой.

«Магический откат, — прошелестел голос Ясни. — Ты перенапрягся сегодня с многочисленными изменениями структуры энергетического поля. Теперь два дня спать будешь, а то и больше. Но у тебя проблема похуже. Идет отток энергии из контура ауры».

Действительно, в сон потянуло. А как же с остальными наемниками? Надо ведь всех найти и обезвредить. Рука сжала рукоять кинжала, потому что я услышал дробный топот множества ног по лестнице.

- Колояр! Колояр, ты слышишь меня? — голос Мирославы идет откуда-то издали, из глубин беспамятства. А мне хорошо. — Проклятье! Сашка, посмотри, он не ранен?

- Да ничего не вижу в темноте. Надо командира вниз отнести. Здесь воняет горелыми тряпками, — Сашкин голос плывет, исчезает. — Васька, хватай его за ноги и потащили!

- Осторожнее, черти! Вы же его по полу волочите! — это опять княжна. Волнуется, что ли? — Аккуратнее поднять не можете? Кинжал не вздумайте у него отбирать! Даже не прикасайтесь к нему!

- Да он тяжелый, как бык! Откуда столько мяса нарастил? — пыхтит Васька.

- Головой не ударьте о ступеньки! О, боги, как вы его несете! Зина, Женя, приготовьте постель, живо!

Потом прохладная рука ложится на мой лоб, проводит по щеке. И я ощущаю легкое прикосновение чьих-то губ к своим пересохшим губам.

- Спасибо, яр, — шепот Мирославы окончательно окунул меня в беспамятство.

Часть вторая. Охотник. Глава 1

Глава первая

- В середине осени Москва собирает Боярский Совет, — донес важную весть князь, тихонько постукивая пальцами по колену. Волновался, несмотря на маску бесстрастности на лице. — Ты, Колояр, приглашен на него Великим князем Дмитрием Ярославовичем. Получил уведомление?

- Да, Борис Данилович, еще позавчера, — ответил я, сидя напротив него в таком же удобном кресле, как и он. Между нами, как пограничная межа, стоял журнальный столик с крышкой из малахита. Подарок самого Демидова. Надо же, какие удивительные события здесь происходят в мое отсутствие! Князья уже и презентами обмениваются!

- Ты рад этому? Все-таки не забыли о существовании Волоцких в столице.

- Не уверен, — я пожал плечами, потому что и в самом деле не знал, как реагировать на знак особого внимания со стороны государя. — Не планировал никуда уезжать. Нужно закончить стройку, да за вашей дочерью все равно приглядывать надо. Мои обязанности никто не отменял. Разве угроза ее жизни исчезла навеки? Костромские волки еще не успокоились.

Послышалось знакомое фырканье рассерженной кошки. Это Мирослава, сидящая на дальнем диване в семейном кабинете. Рядом с ней возвышается Павел, тут же две княгини — Валентина и Ирина, старшая дочь Елена. Почти вся семья кроме Олега и Ивана. Тех куда-то черт унес. Мне не по себе от такого мощного присутствия членов Семьи. Не хватает Кирилла Даниловича — брата князя Бориса. И так нехорошие подозрения в голове крутятся.

- За нее тебе беспокоиться не стоит, — усмехнулся Щербатов. — Сложилась такая необычная ситуация, хм… Мы долго обсуждали. Ты, конечно, можешь высказать свое мнение…

- Борис! — недовольно воскликнула княгиня Валентина и больше ничего не сказала. Этого восклицания оказалось достаточно. Щербатов взял себя в руки.

- Как ты смотришь на то, чтобы взять в жены Мирославу?

Я медленно оттянул душивший меня галстук, чтобы дать воздуху проникнуть в легкие. Нельзя же такими предложениями по голове бить! Едва от магической лихорадки отошел, целую неделю валялся в постели, не вставая!

- Как… Весьма неожиданно! — кручу головой, приходя в себя. Мельком кидаю взгляд на Миру. Она выпрямилась, как будто лом проглотила, но на щеках играет легкий румянец. Это состояние мне известно. Или бесится про себя, или в глубоком смущении. На меня старается не глядеть. Ясно, папочка сам решил ее судьбу. Но от меня какой прок Щербатовым?

- Тебе не нравится моя дочь? — играя простодушие и удивление, спросил Щербатов и вздернул брови. Он-то, выслушав выкладки аналитиков клана, был уверен, что некий боярин Волоцкий, не имеющий за спиной клановой или хотя бы родовой поддержки, уцепится за предложение двумя руками и начнет торг. Именно к торгу князь был готов, мысленно расставшись с одной частью семейного пирога. Попробуй-ка сейчас обрушить его планы!

- Княжна Мирослава — настоящее сокровище, — сказал я честно, потому что иные эпитеты считал неуместными. Но в слова я вкладывал иной смысл. — У нас, правда, обнаружились расхождения в жизненных взглядах. Мы же думаем по-разному, смотрим на вещи каждый по-своему. Ругаемся, если быть честным. И вообще, у меня есть девушка…

Сказал и осекся. Это не было ошибкой, но упоминать Алику в данный момент не стоило. За такими словами стоит явное противопоставление дочери лесника Мирославе, которая по крови стоит на порядок выше Алики. Будет Щербатов гневаться или пропустит мимо ушей мой намек.

С другой стороны, что мне гнев хозяина клана! Я для него всего лишь наемный работник с правом ухода в случае непримиримых противоречий. Плюну на контракт и уйду…

Щербатов налился краснотой, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Еще немного — и прыгнет на меня, вцепившись в горло. Но мужчина постарался успокоиться, и ему удалось обуздать свои эмоции.

- Я же говорила, что опять заведет песню про свою подружку! — губы Мирославы по-детски обиженно дрогнули. Это уже становилось опасным. Князь не позволит оскорблений от чужака, отпихивающего протянутую к нему руку с великолепным предложением. — Отец, ему хоть кол на голове обтесывай, никак понят не может главных раскладов в своей жизни!

Она вскочила на ноги, но неожиданно для всех Павел цепко схватил ее за запястье и потянул вниз.

- Сядь, сестра! — сказал он жестко. — Сядь, успокойся и помолчи!

Щербатов окончательно пришел в себя. Сгустившийся было вокруг меня магический кокон с неизвестной мне боевой субстанцией медленно рассосался. Даже Ясни не среагировал, спокойно подремывая в качестве авторучки в моем внутреннем кармане.

Князь задумчиво перебрал пальцами по подлокотнику, сверкнул кольцами.

- Недальновидный ход, Колояр, — сказал он, глядя на меня. — Ты сам понимаешь ситуацию, в которую можешь попасть, сделав шаг не в ту сторону? Ладно — молодость, несдержанность, недооценка своих перспектив. Речь ведь идет о некоей Александре Громовой, проживающей в княжеском уделе Демидовых?

- Вы сами все знаете, — стараюсь выбрать точку на переносице, чтобы не смотреть в непроницаемые зрачки князя, похожие на затягивающие в свою глубину омуты. Не боюсь, но очень неприятно.

- Хорошая девушка, — кивнул Щербатов, — смелая и умная. Имел возможность встретиться с нею неделю назад. Что ты напрягся? Ничего с Сашенькой не случилось. Гостит у Елены, жизнью вполне довольна. Я предупредил князя Юрия в приватной беседе, что предложил девушке пожить у меня некоторое время. Он, правда, очень удивился и не мог понять, откуда мне известно о дочери лесника, и почему я вообще о ней знаю.

Я взглянул на старшую дочь Щербатова. Елена кивнула мне, подтверждая слова отца. Интересные расклады пошли, пока я валялся в отключке! Зачем князь вовлекает Алику в наши дела?

- Вы хотите меня шантажировать Александрой ради женитьбы на Мирославе? — на всякий случай уточнил я, поняв, что именно сейчас могут всплыть причины, по которым Щербатов наступает на свое горло, на свою гордость, меняя перспективы младшей дочери. А еще я приготовился активировать защиту, когда князь начнет бесноваться.

- Даже не думал, — спокойствию князя можно было позавидовать. — Вся семья собралась после приезда Миры из Журавлихи и обсудили ситуацию. Честно, непредвзято. Каждый высказал свои мысли по поводу будущего нашей младшенькой. Решили, что давить не будем. Но вызов в Москву изменил политику клана. Нам очень нужен человек вроде тебя, Колояр. Мирослава рассказала, какой у тебя потенциал мага, насколько ты самоотверженно защищал всех обитателей Журавлихи. В совокупности всех факторов именно ты становишься перспективным кандидатом в мужья Мирославе. Да, мы ищем выгоду для себя в первую очередь, но и тебе перепадет нимало: защита, финансы, карьерный рост.

Сейчас расплачусь от гордости за себя. Не забыть бы слезу смахнуть с уголков глаз.

- Ваше решение связано с предстоящим Боярским Советом?

- Слушай очень внимательно, Колояр, — Щербатов откинулся назад, словно в изнеможении. Дескать, как я устал от непроходимой тупости жалкого дворянчика, не имеющего даже десятой доли того, чем владеет мой клан. — На тебя обратили внимание ученые головы из Евгенического Проекта. Так как ты являешься носителем определенного набора генов, проще говоря — потомок Первородных, то Великий князь Долгорукий получил все необходимые рескрипты по твоей жизни. Он заинтересовался перспективой перетянуть тебя в свой клан. Насколько знаю, тебе уже ищут невесту. И я буду честен: хочу привязать тебя к своей Семье. Выйдя за тебя замуж, Мирослава получает статут старшей жены и вытекающие из него последствия в плане наследников. Дети ваши будут Первородными по отцу без какого-либо исключения. Лично я от вашего союза хочу получить еще больше преференций, как и от Долгоруких, приблизиться к ним настолько, насколько позволит мое нахальство и наглость.

- Ты всегда такой был, — впервые подала голос княгиня Валентина.

Ирина Андреевна согласно кивнула, поддерживая старшую хозяйку.

- Не обо мне речь. Если ты, Колояр, прибудешь в столицу женатым человеком, давление на тебя не будет таким жестким. Мало кто согласится отдать свою дочь второй женой в семью. Но и других будет хватать. В Москве очень много боярских родов, ищущих сближения с престолом. Через нас будут налаживать контакты. А этого я и хочу.

- Так вы и так в привилегированном списке, Борис Данилович, — удивился я. — Говорят, что пинками дверь к Великому князю открываете.

Щербатов мелко засмеялся, чуть-чуть приподняв верхнюю губу. Зверюга, как есть зверюга.

- За один такой пинок мне бы тут же ногу оторвали, — заметил он. — Я забочусь о клане, о Роде, о Семье. Когда ты сам ощутишь все прелести этого бремени — вспоминай меня почаще. Быть Первородным и не взять от жизни то, что положено — не поймут в высшем обществе. Многие так и потеряли власть и влияние, погрязнув в суете мелкой грызни. Не делай ошибок.

- Я об этом ему тоже говорила, — снова вскинулась Мирослава, но Павел шикнул на нее уже довольно сердито. — Но он же упертый…

Последнюю фразу девушка произнесла тише.

- Я не так представлял потерю своей свободы, — снова оттягиваю галстук. Мне душно в это атмосфере, но приходится сидеть и выслушивать, как тебя толкают к важному поступку, который изменит жизнь раз и навсегда. Слова Ясни не дают мне покоя уже который день. Я так и этак примеряю их на самого себя и не нахожу изъяна. Все правильно с точки зрения высокой аристократической морали. Но ведь у меня есть Алика, мой индикатор совести. Женившись на Мирославе, я предам девушку. Отвергнув княжну, я смогу быть с Александрой, но это будет конец моим планам и амбициям. Меня сожрут, начиная с ученых Евгенического Проекта и заканчивая кланом Щербатовых. А Долгорукие вообще разотрут до состояния молекул за отказ присоединиться к их Роду. Хм… Пожалуй, не разотрут с такой мощью, которая таится в моих артефактах. Но такая борьба обречена на провал. Партизанить, что ли, придется? Думай, майор, думай. У тебя опыт двух жизней. Неужели не извлеку пользу от такой форы?

Легче, конечно, бегать по горам и лесам, уничтожая своих противников в боевых условиях. А здесь я окунулся в грязное и топкое болото политики, в которой своя стратегия, тактика и резоны. Это тихая война с коварными ударами из-за угла, с уничтожением неугодных. И где реальную выгоду имеет тот, кто сидит на самом верху, то бишь Долгорукий в окружении своего мощного клана. Разделяй и властвуй…

Нужно понимать, что любая свадьба дворянина, внесенного в реестр Дворянских Родов, проходит высочайшее рассмотрение Долгоруким. Он сам, на основе докладов и выводов, решает судьбу молодых, соизволить или запретить женитьбу. С Аликой у меня нет никаких шансов. К сожалению. Я все понимал с самого начала, и девушка должна об этом правиле знать. Но она же тянулась ко мне, несмотря ни на что, помогала со сбором архивных материалов, да и сердечные чувства никуда не денешь. Но выход есть, и он изящно прописан в дополнительных строчках Уложений.

- Чтобы завести разговор про нашу женитьбу, вы посылали запрос в Москву? — решил выяснить я кое-какие детали.

- Конечно, — кивнул Щербатов.

- Когда?

- Две недели назад, — опять этот сверлящий взгляд. — Я уже тогда просчитывал варианты.

Это тот срок, который укладывался в наше вынужденное отшельничество в Журавлихе. Интересно. Какое событие толкнуло Щербатова на вынужденный шаг?

- И Великий князь согласился?

- Да.

А вот здесь еще интереснее. Если верить фантазиям Ясни о судьбе княжны Мирославы и ее потомках, Долгорукий должен был категорически воспротивиться союзу Щербатовой со мной. Ладно бы кто-то другой, а то — прямой наследник Первых, да еще с потенциалом боевого мага! Получается забавная картина, в которой меня Рекущие вообще не просчитали! Так, что ли? Или кто-то знает о моем ущербном Даре?

Хочу по-простецки почесать затылок, но вовремя отдергиваю руку. От хитроумных комбинаций вокруг моей персоны захватывает дух. Не любил бы интриги, сидел ровно на месте. Может, смогу, наконец, упрочить свои тылы и разобраться с кровниками? Но действовать надо побыстрее. Мисяй и Невзор уже стары, как замшелые пни, и могут отдать богам душу в любой момент. А мне нужно, чтобы эти твари приняли смерть от моей руки, чтобы ощущали неотвратимость наказания. Князь останется на закуску. Сейчас он мне нужен.

Я глянул на Миру. От меня ждали какого-то шага, но пауза затянулась. Мирослава восприняла ее по-своему и улыбнулась мне открыто. Я не видел в ее глазах торжества победы или удовлетворенности, что подмяла под себя дурачка-сироту, пусть и боярина. Обычная улыбка девушки, которая ждет нужных слов. Черт, меня загнали в угол, из которого — парадоксально — я не хочу вырываться. Потому что вовремя вспомнил, что есть запасной выход, маленькая щелочка, в которую можно нырнуть, оставив врагов с носом. Я не позволю отобрать у меня Алику даже путем потери части личной свободы.

- С Александрой я разговаривал наедине, — вколотил последний гвоздь Щербатов в гроб моих колебаний. — Обрисовал все перспективы твоей женитьбы на Мире, потом прямо спросил, готова ли она на роль ведомой жены.

- И что? — я осторожно пошевелился, пораженный его словами. Но честно, со страхом ждал свой приговор.

- Говорю же, она очень умная девушка! — раздраженно ответил князь. — Честно призналась, что выйти замуж за тебя для нее была единственная возможность поднять свой статус. И это правильная стратегия в жизни любого человека, стремящегося подняться по вертикали. Дай ей такую возможность! Будучи ведомой женой, она получит статус дворянки, но претендовать на что-то серьезное через своих детей не сможет. Саша готова на такой шаг, но боится, что ты после таких слов ее отвергнешь.

— Разве мне разрешат жениться на простолюдинке? — я перевел дух, продолжая играть дурачка. Щербатов тоже просчитал этот момент.

- Только после того, как ты официально будешь женат на девушке из высшего дворянского сословия, — ответил князь. — В Уложении о браке есть небольшие исключения для мирян и купеческого сословия. В таком случае можно ввести в дом простолюдинку. Дети от нее по твоему желанию могут полностью взять привилегии дворянства. Не захочешь — объявишь их полукровками. Может случиться так, что искра одаренности у них может оказаться куда мощнее, чем у прямых наследников. Однако для Александры этот факт несущественен. Ведь в семью она может войти не наложницей, а полноправной супругой, пусть и на вторых ролях. Как думаешь, умная девушка отвергнет такой шанс?

И как мне реагировать на эти слова? Вскочить на ноги, пнуть со злости кресло и заорать непристойности? Хоть Щербатова обматерить…. Но я продолжал сидеть в кресле, обхватив лоб одной рукой, как известная скульптура про какого-то там мыслителя. Побольше пафоса и скорби.

«Великолепный вариант, — шептал искуситель Ясни, перемешивая мои мысли своими тезисами. — Нельзя его упускать. Мирослава — пропуск к высшему столичному сословию и главная угроза для многих зажравшихся аристо. Ваша кровь будет очень сильной в детях! Алика с зачатками Ведуньи — тайное оружие семьи! Что ты сидишь, как шаманский истукан?»

«Сгинь, призрачный гад, — кидаю ответную реплику. — Ты мой мозг окончательно изнасиловал всевозможными вариантами! Не было ни одной жены, а тут сразу оптом двух дают! Да меня батя Алики из карабина расстреляет, когда узнает!»

«Тебя интересует его мнение? — ехидно шепчет Ясни. — Будь я ее отцом, сам бы отвел за руку к алтарю».

- Мне нужно поговорить с Аликой, — я все-таки вывернулся от прямого ответа, чтобы хоть вздохнуть свободнее и наедине с собой продумать варианты.

- Хорошо, я устрою вашу встречу, — Щербатов посмотрел на часы. — На следующей неделе Семья летит в Москву на свадьбу Павла с Ариной Вяземской. У тебя будет время заняться тараканами в своей голове. По возвращении я потребую ответа. Потому что я хочу, чтобы ты и Мира отправились в Европу, а точнее — в Мадрид в качестве супругов. Зачем, скажу попозже.

- Подальше от костромских? — сделал я предположение.

- И это тоже. Но с костромскими мы должны закончить в ближайшие дни. И ты поможешь нам. Будешь в команде Невзора обеспечивать магическое прикрытие боевых групп.

- Невзор меня не переваривает, — усмехнулся я.

- А его мнения не спрашивают, — нахмурился Щербатов. — Прикажу — обучать тебя начнет своим премудростям.

- Кто еще из магов привлечен?

- Зотов со своими помощниками. Получается, два архимага и три мага разноплановых стихий. Ну и ты со своей странной техникой. Справимся.

- Борис, — окликнула его княгиня Ирина. — Мы здесь собрались по другому поводу. Войну можно обсуждать в другом месте.

- У вас есть еще аргументы? — развел руками Щербатов. — Колояр хочет подумать и поговорить с Сашей. Я не могу ему приказывать тотчас бежать под венец. Не давите на мужика.

Он напряг свои руки и молодцевато поднялся на ноги. Мне ничего не оставалось, как повторить его маневр. Щербатов подмигнул мне и показал три растопыренных пальца, но так, чтобы никто не видел. Я ничего не понял из его жеста. Странный намек. Пока раздумывал, вся семья вышла из кабинета, только Мирослава задержалась, стоя посредине, опустив руки вдоль бедер. Пальцы подрагивали на темно-синем шелке платья.

- Не думал, что ты добьешься своего, — я изумленно покачал головой, подходя к девушке.

- Ты о чем? — удивилась она.

- Кто грозился, что выйдет замуж за меня, если я не прекращу встречаться с Аликой?

- Даже не подозревала, что моя горячность приведет к такому результату, — пожала плечами Мирослава, нисколько не огорченная таким исходом. — Извини. Но не я решала свою судьбу. Честно, ты был самым последним вариантом в моем списке женихов. Внезапным и все сокрушившим на своем пути.

- Ничего я не крушил! — повысил я голос. — Я всегда был таким. И жизнь моя был правильной и размеренной до тех пор, пока не угораздило на тебя натолкнуться!

- Так что нам теперь делать? — княжна чуть-чуть опустила голову, принимая мое возмущение как должное. Первый признак покорности? Ага, слишком хорошо я узнал Мирославу за последнее время. — Ты можешь отказаться, я не обижусь. Но обидятся другие…

- Отец, Павел и обе матери, — добавил я.

- Потеря репутации, плевок в руку, которую папка протягивает тебе в помощь. Он же хочет, чтобы ты стал проводником интересов двух семей: Волоцких и Щербатовых. Я, если честно, до сих пор не понимаю, что происходит с ним, почему он помогает тебе. Вот это для меня загадка.

«Откупается! — внезапная мысль пронзила как удар клинка в самое сердце. — Он знает о моем намерении, но стремится отвратить надвигающуюся месть! И откупается Мирославой, чтобы я стал частью Рода! Насколько я сведущ в тонкостях брачных отношений, я не могу ввести княжну в свою Семью, потому что у меня ее нет. Значит, данную функцию берет на себя противоположная сторона. Да, номинально я могу жить отдельно от новоприобретенных родственников и вести свои дела независимо, но даже в этом случае не имею право на кровную месть в кругу Семьи! Вот же черт… Как я раньше не догадался! Все себя жалел, играл с собственной совестью, а надо было глядеть дальше своего носа! Пора найти себе родового советника, который бы знал все тонкости. Иначе вляпаюсь еще куда-нибудь.»

Что ж, кто тебе гадил, тот тебе и поможет…

А есть ли из этой ситуации выход? Ну, действуя тоньше и изощреннее, можно все что угодно придумать. Взглянув на застывшую в каком-то непонятном ожидании Мирославу, я неожиданно привлек ее к себе, ощутив бешено бьющееся сердце девушки и ее приятные округлости, обтянутые тканью платья. Поцеловал в мочку уха и прошептал:

- Спасибо, что помогла мне в Журавлихе. А то бы сдох от этого отката.

- Мы в расчете, — голос княжны дрогнул. — Может, поцелуешь меня, наконец, по-настоящему?

***

Откат в самом деле чуть не доконал меня. Такой ломки организма я что-то не припоминал в своей жизни. Даже будучи в теле майора Прохорова со мной не случалось подобного. Мне становилось все хуже и хуже, я перестал понимать, где нахожусь, куда меня тащат, что делают. Помню только прикосновения прохладных ладоней, пахнущие фруктовыми леденцами губы. Утекающая из моего энергетического кокона сила ничем не компенсировалась. Я не слышал даже голос Ясни. Он вообще перестал для меня существовать.

Я оказался в какой-то непонятной субстанции, которая присосалась ко мне тысячами странных жгутиков и беспрерывно выбивала из моего тела очки жизни, если применять геймерские термины. Удивительно, я ведь и в самом деле ощущал тикающий счетчик.

Мне потом по секрету сказали, что Мирослава ни на минуту не отходила от меня, подпитывая своей Силой безнадежно продырявленную ауру. Как только становилось лучше, она тут же падала в кресло и спала беспробудным сном. Давала себя заменить только в случае замедления процесса отката.

Если бы в имении кроме меня находился квалифицированный маг, я встал бы на ноги уже на второй день. Увы, но Мирослава не подходила на роль Целительницы, и поддержала меня только своими амулетами.

А потом приехала целая кавалькада из «скифов» и «буранов». Около пятидесяти дружинников князя начали прочесывать лес. А два Целителя взялись за мое восстановление. И удивлялись происходящему. Потом слезно просили забрать меня с собой для проведения неких экспериментов. Мирослава наорала на них, что не позволит делать из меня подопытного хомячка. Ишь, чего удумали! Диссертацию научную писать! Известности мировой захотелось. Хотя, они все правильно делали. Нужно же понять, по каким причинам случился пробой защитного кокона. Что-то странное нашли, вот и вцепились мертвой хваткой.

За периметром дружинники обнаружили мертвого снайпера, сожженного моим огненным плетением. Удар был настолько удачным, что выжег все защитные амулеты наемника и не дал ни малейшего шанса уползти к своей машине (ее, кстати, тоже нашли) и восстановить жизненные силы. Так и сдох на полпути к заветной аптечке.

Второго наемника собирали по кусочкам, чтобы по генетическому анализу определить, что за птица наведалась в гости к княжне. Разорванное тело с целой головой быстро отправили в Торгуев для снятия слепка с умершего мозга. А вот третьего опознали быстро. Бывший егерь, дезертир Терентий Кушнарь, учившийся со мной в кадетской школе. Сика… Каким ветром его прибило к наемникам? Всю свою жизнь был непутным, так ее и закончил.

Появление Сики было для меня некстати, так как сразу же наводило на подозрения. После того, как Целители поставили меня на ноги, следователь из УКБ несколько дней мурыжил, выискивая мотивы моего вероятного сговора с наемниками. Ничего им не обломилось. Ментата я к себе не допустил. Говорят, Мирослава опять сильно скандалила, когда узнала, что меня трясут в Управлении. Или пусть доверяют полностью, или валите все подальше.

А ведь я не обратил на ее поведение никакого внимания. Видимо, уже тогда в хорошенькой головке княжны произошли важные для меня изменения. У Мирки появились ко мне чувства, и поэтому Щербатов не встретил особого сопротивления со стороны дочери, когда огорошил ее своим решением выдать замуж за Волоцкого. Старый прожженный циник сразу сообразил, что младшенькая, наконец-то, нашла достойного для себя человека, пусть и не признаваясь в этом открыто.

Потом я пару дней отлеживался в своем гостиничном номере под бдительным присмотром дружинников. Ко мне никого не пускали. Полный покой. Но зато внимательно изучил досье на Паниных. И лишний раз убедился, что они не причастны к заварившейся каше в Торгуеве. След вел в иные дали.

Что ж, первая серьезная попытка ударить по фундаменту клана Щербатовых не удалась.

И посоветоваться не с кем. Идти к князю Борису с очередной версией не очень-то и хотелось. Видел по лицу, что тот недоволен моей проделанной работой. Чуть не подставил под молотки. Сейчас бы хлестались два клана до кровавых соплей, не разобравшись. Да ну их, к дьяволу! Вот с Ясни можно разговаривать бесконечно. И пошутит, и дельные мысли подкинет.

- Послушай, дружище, меня смущает одно обстоятельство в твоем пророчестве, — затеял я допрос своего призрачного духа ночью, когда проснулся от мягкого дуновения теплого воздуха. Ясни всегда так будил меня. — Если Рекущие увидели угрозу в Мирославе и в ее детях, то почему в предсказаниях нет меня?

- Долго голову ломал? — усмехнулся Ясни, расхаживая по номеру, погруженному в темноту. Только сиреневые всполохи дорожками вспыхивали за ним. Словно трассеры в ночном небе. — Есть версии?

- Одна, и то сумасшедшая, — ответил я.

- Поделись.

- Ну… Я предполагаю, что каким-то образом мое участие в будущих событиях старательно скрывается.

- Так…, - подбодрил меня древний дух.

- Если принять эту версию как основную, тогда подозрение падает на тебя. Ты умудряешься стирать из картин грядущего мою персону.

- Молодец, голова у тебя работает. Это моя идея до поры до времени скрывать тебя. Вот когда женишься на Мирославе, будь готов к атакам со стороны высшей знати. Кое-кто постарается вас вообще вычеркнуть из жизни. Но ты же не такой, чтобы своих женщин в обиду дать?

- Ты что-то знаешь? — напрягся я. — О каких женщинах речь идет?

- Нет, конечно же — нет, это я задумался и брякнул невпопад, — Ясни почему-то отвернулся, чтобы не было видно его лица. Представляю его хитрую физиономию. Опять интриги плетет.

И вот случилось то, о чем мой магический слуга предупреждал. Мирославу, можно сказать, мне навязали, откупились богатыми дарами! Ясни, паразит, все знал. И сознательно вел меня по скользкой дорожке, в конце которой маячил такой приз, от которого запросто крышу снесет. Престол Великого князя, императора всея Руси. Какая тут месть? Жалкие потуги осознать собственную гордость и отстоять честь Рода?

Вопрос в следующем: а оно мне надо? Мы живем в мире, где войны между государствами исключены в виду их ненужности. Мир, где аристократия прекрасно ладит между собой, умея договариваться ради куска земли с его обитателями, замками и городами. Зачем воевать, если есть золото и магическая сила? Все можно купить и продать. Или вдавить упертого в землю, растереть его в порошок.

Государств в Европе не так много, в большинстве своем это княжества, герцогства, каганаты, переходящие из рук в руки посредством мелких интриг или небольших войн между кучкой боевых дружин. Кто победил — тот и берет приз. Россия не вмешивается в их дела; Британия продолжает плавать по морям, отстаивая свои интересы в колониях; франки иногда с вожделением поглядывают на испанские владения в Западной Атлантике и на Южноамериканском континенте, но в большую войну вступать не хотят. Сеньоры-аристократы дорожат своим положением, и на призывы государя смотрят с большим подозрением.

С Лорой оказалось все сложнее. Ее сразу же упрятали в такие недра клановой тюрьмы, что прояснить судьбу девушки-оборотня оказалось невозможно. По намекам Павла, Лору содержат в хороших условиях, обследуют ее несколько магов. Еще он сказал о попытках затормозить мутации организма и получить эффект возврата в обычное состояние, чтобы больше никогда не превращаться в жуткую тварь.

****

Вечером я как обычно собрался после душа залечь в постель и почитать что-нибудь отвлекающее от всех треволнений. Удалось купить в букинистическом магазинчике одну интересную вещицу, связанную с аукционами магических артефактов. Оказывается, такие проводились с конца семнадцатого века только в трех городах Европы: в Париже, Берне и Риме. Коллекционеры закупали для себя ценные приобретения только там, потому что были уверены в подлинности артефактов. За все это время продали ценностей на десятки миллиардов фунтов стерлингов, франков и рублей в совокупности.

Я задумался. Знать бы, в каком году перстни Сваруна появились в продаже и в каком городе. Альманах не давал полной информации и демонстрировал фотографии только самых необыкновенных находок. Судя по этим фото, перстнями не пахло. Но фамилия Грэйса упоминалась, как и тот факт, что он приобрел два коллекционных артефакта с драгоценными камнями магического свойства. Все правильно, Алика про них и рассказывала. Именно в Париже проходил аукцион. Там части «солнечного доспеха» и всплыли. Через чьи руки они прошли? И где последние кусочки мозаики?

Нужно трясти этого Грэйса. Просто так прийти и попросить его продать перстни не получится. Британец может догадываться, что ему попало в руки. Любой намек насторожит его, и кто знает, не начнет ли он охоту на человека, заинтересовавшегося артефактами?

Перстни нужно выкрасть. Мысль не нова, только в моем положении кочевряжиться не приходится. Скоро я стану известной личностью, засвечусь по полной программе и с помощью Щербатова начну двигать фигуры на чужом поле. Мне придется защищать себя и Мирославу, а попутно искать последние перстни. Только став обладателем полного комплекта, я могу рассчитывать на свои силы, сметая остальных с дороги. Значит, Грэйса нужно тряхнуть. Проникнуть в его особняк и тихо-тихо совершить кражу или подмену. Кстати! Я оживленно приподнялся. Что если сделать копии перстней и заменить их? Ведь пропавшие артефакты практически дублируют основные, только камни другие. Камешки можно поставить настоящие, запитав их слабенькой магией.

Мысли лихорадочно заработали в криминальном направлении. Войти в доверие к коллекционеру, разведать, где хранятся его ценности, а потом безжалостно ломануть их. Мне нужно всего два перстня. Ничего больше трогать не буду.

Тонкие линии комбинации начали прорисовываться в моей голове. Моя с Мирославой свадьба станет хорошим предлогом посетить Лондон, где к тому времени окажется Пашка. Он должен вывести меня на Грэйса. Как? Путей достаточно, лишь бы княжич сыграл мне на руку. Остается Мира. Согласится ли она на авантюру? А ведь я еще не задействовал фактор майора Прохорова.

В дверь постучали. Деликатно, но вместе с тем и требовательно. Вроде как, мы соблюдаем твое право на личную жизнь, только открывать все равно придется. Я в одних трусах пошлепал к двери. А чего бояться? Внизу стоит гостиничная охрана с дополнительными силами из УКБ. На этаже еще четверо сменяемых дежурных. Любая заварушка тут же станет известна, и меня эвакуируют. Значит, кто-то из высших чинов приперся. И кто?

Павел. Легок на помине. В стильном костюме из чесучовой ткани бежево-песочного цвета, под которым просматривалась рубашка более темного тона, он весь светился как новогодний фонарик. В левой руке княжича торчала бутылка французского коньяка.

- Здравствуй, боярин! — весело произнес Павел. — Пустишь, будущий родственник?

- Уже зашел, не прогонять же, — я пошел обратно, не обратив внимания на его слова, и на ходу накинул халат. Как-то негоже в одних трусах разгуливать перед гостем. Хотя… мой дом, что хочу, то и делаю.

Павел аккуратно закрыл дверь и с любопытством огляделся.

- Есть бокалы? — поинтересовался он.

- Без закуски будем пьянствовать? Или сделать заказ на кухню?

- Аристократ никогда не пьет без закуски, — Павел вытащил из кармана пиджака большущую плитку шоколада в золотистой обертке и с надписью «Кофейный мусс» фабрики купца Соболева. — Ты что? Как так можно?

Я поместил на столике два пузатых стакана, а княжич тут же уселся в кресло напротив меня и стал разливать напиток. Я зашуршал оберткой.

- Поехали, — Павел поднял свой стакан.

Выпили, закусили шоколадом.

- Послезавтра вылетаем в Ярославль, — сказал княжич. — Ты тоже. На трех «кобрах» с полным вооружением. Готовься.

- У меня нет подходящей формы, — ответил я, нисколько не удивляясь.

- Дам команду, принесут в номер. Померяешь, подгонишь. В штате гостиницы есть портные, — княжич повертел пустой стакан, со стуком поставил его на стол и снова плеснул. — Чтобы не застаивалась… А чего не спрашиваешь, зачем едем?

- Банду глушить, — пожал я плечами. — Выяснили, кто гадит под дверью?

- Твоя пленница раскололась в обмен на некоторые условия. Рассказала, где находятся лаборатории. Будем уничтожать их. И заодно костромских пригладим.

- И каким образом?

- Ракетный удар по местам проживания Бакринских, Аляповых и Лужиных, потом — магическая зачистка, — Павел стукнул донышком своего стакана край моего, подталкивая к выпивке.

- Вместе с семьями? — мне стало противно. — Там же дети, женщины.

- Так нужно, — твердо ответил Павел. — Даже если тебе не нравится, отговорить отца не получится. Операция получила согласие не только Панина, но и Апраксина. А старый хрыч связан с Великим князем совсем иными обязательствами. До сих пор никто нас не одернул. Значит, одобрение получено. Но ты не будешь Кострому в пепел превращать. Пожалел тебя батька. Твоя задача — зачистка лабораторий. Их две. Находятся в тридцати километрах от города. Координаты потом скажут. Сейчас только общий план. Что, гадко?

- Противно, — согласился я. — Нельзя так. Я имею в виду людей, а не лаборатории.

- Всю жизнь миротворцем притворяться не получится, — Павел говорил с нажимом, словно вбивал в меня истины, принятые в их семье. — Привыкай. Скоро сам станешь главой младшего Рода. Если блохи начинают беспокоить, их вытравливают беспощадно. Помни об этом всегда. Иначе закусают.

- От блох и чума бывает, — задумчиво ответил я, мысленно вопрошая самого себя, готов ли к такому восприятию действительности. Почему бы и нет? Всю прошлую жизнь занимался зачисткой неугодных. Может, это и хорошо, что лаборатории крушить буду.

- Вижу, особо не рефлексируешь?

- Да хрен ли рефлексировать? — ответил грубовато. — Жизнь стремительно покатилась в ином направлении, что явилось неожиданностью.

- Психуешь, что навязываем тебе Миру? — проницательно спросил Павел.

- Да как-то…, - я сделал неопределенный жест рукой. — До сих пор не приду в себя. Стать обладателем очень вкусной девушки, с которой постоянно на контрах — весьма неожиданно и странно. Тем не менее, она мне до сих пор голову не откусила.

- А тут ты прав, — кивнул княжич. — Точно сказал: вкусная. На любителя. Горький шоколад. Но она тебя очень уважает и даже «немножко любит», сама призналась. По секрету.

- Немножко? — я усмехнулся. — Тогда я спокоен. Пьем. Чего морозим?

После очередного рывка мы посидели молча, поглядывая друг на друга. Зачем Пашка приперся? Рассказать о том, что его сестра, наконец-то, разглядела во мне человека, а не бездушную защитную стену, закрывающую ее от опасностей?

- Паша, ты не томи меня. Расскажи, что хотел-то. Не бутылку же полностью вылакать пришел.

- О тебе Зотов очень интересовался, — княжич развалился в кресле. — Замотал меня своими просьбами посодействовать встрече с тобой. Догадываешься, зачем?

- Перстни заинтересовали его, — я поднял руку. — Он уже закидывал удочку. Умный мужик.

- Колояр, а на самом деле, что в них такого? Я и сам, конечно, вижу их магическую сущность. Но Зотов намекает о каких-то древних реликвиях, очень похожих на твои артефакты. Они, якобы, являются частью легендарного доспеха великого царя Севера Борея…

- Только похожи?

- Да откуда я знаю? — махнул рукой Павел. — Тебе же они помогают формировать боевую магию? Ну и ладно. Играйся на здоровье. Вот только еще один момент. Зотов говорил о перстнях, как о неких промежуточных элементах, идущих в комплекте с загадочным доспехом. Ты сам-то знаешь историю своих камешков?

- Ну, то, что они старинные — точно знаю, — я повертел перед носом Павла рукой с блеснувшими перстнями. — Некому было передавать мне семейные предания…

- Извини, — Павел слегка смутился. — Я скажу Зотову, чтобы прекратил хренью заниматься.

- Да пускай, — я налил очередную порцию коньяка. — Только в дружбу, Паша. Ты мне иногда сливай информацию о его изысканиях. Мне-то некогда углубляться в исторические коллизии артефактов. А он, может, и раскроет их тайну.

- Предлагаешь стукачество? — засмеялся Павел. — Ладно, уговорил.

- И еще просьба…

- Говори уже, что ты запинаешься на каждом слове?

- Ты когда в Лондон собираешься?

- Как только проведем свадьбу, будет медовый месяц. Вояж по средиземноморскому побережью, — Павел почесал затылок. — Не раньше октября. Мы же не вернемся в Россию, а сразу рванем на Остров. Чего хотел?

- В гости наведаться. Вместе с Мирославой.

- Мутишь, Колояр, — пробурчал Павел, покачивая головой. — Ладно, не буду ничего спрашивать. Вы все равно скоро тоже отчалите. Свяжемся. Номер телефона менять не буду. Как надумаешь — звякни. Я не против. Приезжайте.

Я повертел в руках стакан, изучая на свет темно-янтарную жидкость, плещущуюся на донышке.

- Ты только с Ариной в медовый месяцы рванешь?

- Конечно! Зачем мне Ксюшка нужна? — хохотнул княжич. — Вот преимущество многоженства! Старшую оставлю дома с ребятишками, а сам с молодой — в круиз! Ты тоже привыкай к такому счастью.

Ксения была первой женой Павла из простого боярского саратовского рода, и есть вероятность, что Арина оттеснит ее с позиции ведущей. По знатности Вяземская превосходит Ксюшу на десять рядов. Увы, такова реальность семейных традиций.

- А потом? — допытывался я.

- Потом вызову в Лондон. Будем жить всей семьей. Да ты боишься, что ли? — Павел расплылся в хитрой улыбке. — Неопытный, сразу видно. Колояр, скажу тебе честно: с Миркой, заразой, будет очень трудно. Совершенно непредсказуемая натура, взрывная, меняющая свои предпочтения ежесекундно. Батя рад будет спихнуть эту норовистую кобылку с рук. Но ты не пожалеешь, если поведешь под венец мою сестренку. Честно тебе скажу. Верная жена будет. Не в том аспекте, что за твоей спиной рога тебе не будет отращивать (знавал я подобных, поверь), а в самом деле верная во всех твоих делах. Захочешь преступление совершить — пойдет за тобой, не задумываясь. Только не разочаровывай ее, старайся доминировать. Ты хозяин, твое слово — закон. Пример — отец. Она желает именно такого мужа.

- Спасибо за совет, — я услышал главное. Мира поддержит меня в преступлении, которое я собираюсь совершить в скором будущем. И не только поддержит, но и сама поучаствует в нем. Она авантюристка в душе. Вообще, если пошла такая пляска, я и Алику привлеку. Создам криминальное трио ради будущего своей семьи.

- Что еще хочешь узнать про семейную жизнь? — Павел слегка захмелел, но не пытался убрать негативные последствия алкоголя с помощью специального амулета. — Стесняешься? Ладно, расслабься. Главное, не допускай в свою постель сразу двух красоток, которых скоро обретешь.

Он хохотнул, не заметив, что я покраснел. Прохорова такими вещами нельзя смутить, но его сущность давно уже не влияла на мои чувства.

- Почему? — с интересом спросил я.

- Ты умрешь через неделю, вот что. Постарайся донести до них, как важно беречь тебя в супружеской жизни, не переусердствовать.

Наверное, на моем лице было написано такое, что Павел захохотал, чуть не согнувшись пополам.

- Ну ты и…, - я даже не мог подобрать нужного слова.

Разговор после этого как-то съехал на второстепенные темы, и Павел все чаще стал поглядывать на часы. Я уже собирался выпроводить княжича, но вспомнил одну немаловажную вещь.

- А что с нашей дуэлью? И где Витька Колесников?

- Отец отослал его в Курганные Земли на усиление, — Пашка поморщился. — Черт, как невовремя вы зарубились! Слушай, я могу надавить на придурка, чтобы он принес извинения за свои слова.

- Нет, Паша, я не согласен, — хмель приятно бил в голову, но язык не заплетался и слушался меня. — Он оскорбил моих родителей. А за такое голову отрывают. Вот пример: наказание костромских. Хотите под нож пустить целые семьи, не разбираясь, кто прав, а кто виновен. Колесников должен за свои поганые слова ответить, и он ответит. Надо будет, сам съезжу к егерям и проведу бой.

- Ладно, но только после Костромы, — взял с меня слово княжич и решительно поднялся на ноги. Я проводил его до двери. — А своим секундантом выбери Володю Решетникова и кого-нибудь из своих знакомых. Мы же все умотаем в Москву. Вот тогда и разбирайся с Колесниковым. Иначе отец под любым предлогом не даст тебе провести дуэль. Или выбей разрешение.

- Хорошо, я приму твой совет, — пожав на прощание руку Павла, я закрыл дверь и, пошатываясь, дошел до постели. Убрал книгу на тумбочку, досадуя, что прервали на самом интересном месте. Но свой план я теоретически отшлифовал и довел до ума. Как оно будет в жизни?

Глава 2

Глава вторая

Две остроносых «кобры» с подвешенными на пилонах ракетами, хищно наклонили корпуса и шли как привязанные по выделенному диспетчерами Нижнего Новгорода коридору, минуя город с южной оконечности. Оставив далеко позади высокие трубы тепловых электростанций и вышки спутниковой и мобильной связи, они с легкостью разрывали плотный, нагретый за день воздух, пластуя его на тонкие кусочки. За ними, незначительно отставая, увязался транспортный вертолет, выкрашенный в стандартный темно-зеленый камуфляж. Ни гербов, ни опознавательных знаков, которые могли идентифицировать летную группу, на бортах не было.

Я находился именно в этом транспортнике вместе с командой магов и двумя десятками крепких парней, облаченных в полное боевое снаряжение, которое увидишь не у каждого сотрудника УСБ. Все в бронежилетах, укрепленных для верности защитными магическими сферами, в тактических шлемах и с автоматами. Серьезно подготовились. Ни одного человека из дружины или егерей. Видать, у Щербатова в загашнике прятались спецы иного формата. Лица за стеклами черных очков невозмутимы. Их командир, пристроившийся в самой середине скамьи, меланхолично перемалывал крепкими белоснежными зубами жвачку.

Чтобы шум винтов и движка не бил по ушам, каждому из нас раздали наушники. Я и так ни с кем не собирался разговаривать, и поэтому решил по дороге вздремнуть. Все равно в Ярославле мы долго не пробудем. Вся операция рассчитана на три-четыре часа с одновременным ударом по лабораториям и родовым поместьям Бакринских, Лужиных и Аляповых. После чего быстро сворачиваем активную фазу, оставив в Костроме несколько оперативных групп для зачистки, и возвращаемся домой. А порядок будет наводить Апраксин. Он со своей администрацией туда позже подтянется.

Насколько я понял из разговоров Щербатова со своими подчиненными, атаковать костромских бояр будут, в основном, ярославские бойцы. Но князь Борис с сыном Павлом и своими людьми тоже поучаствуют в операции. Подозреваю, что Щербатов хочет докопаться до причин охоты на Миру. Может, я зря переживаю за невинных, и все семьи не будут подсекать до самого корня? Не душегубы же Панин и Щербатов! Кхм…Насчет второго у меня большие подозрения. Человеколюбием он не страдает. А если и нападет меланхолия, то исключительно ради будущей выгоды.

Вертолеты садились на загородный аэродром, принадлежащий Панину. Он не принимал гражданские самолеты, а использовался для личного транспорта. Судя по трем длинным ангарам, техники у местного князя было навалом. Часть из них оказалась надежно скрыта от любопытных глаз, но парочка таких же боевых «кобр» стояли на открытых площадках, и возле них копошился обслуживающий персонал. На пилоны вешали какие-то интересные на вид продолговатые «сигары», внешне похожие на ракеты, но без хвостовых стабилизаторов.

- «Пылающий дождь», — пояснил Зотов, когда мы вывалились, наконец, из транспортника, и по энергичным взмахам руки какого-то мужика в темно-синем комбинезоне направились к ангару, возле которого уже толпилась куча народу. — Магические бомбы. Используются для полной зачистки местности. Одной штуки хватает, чтобы накрыть пару кварталов. Применяются для отвесного бомбометания. Неужели решили половину Костромы сжечь?

Н-да, никакой пощады для семей бояр, посмевших дерзнуть против высокого герба. Зачищать будут всех.

- А у наших «кобр» обычные ракеты, — я кивнул на княжеские машины, заруливающие на специально выделенные стоянки. — Против лабораторий имеет смысл применить как раз «пылающий дождь».

- С чего вы взяли, господин Волоцкий, что ракеты — обычные? — Зотов пристроился рядом со мной; губы его раздвинулись в улыбке. — Мы же не воевать собрались, а выжигать заразу. Восемь зарядов с разнообразным магическим наполнением. Вон те, с красной полосой — «ярость демона», огненная смесь с мощной детонацией в радиусе трехсот метров. С синей полосой — для блокирования пожаров, если начнет гореть лес. Могут также работать на полное замораживание биологической субстанции.

- Неразумно, — покачал я головой. — Так мы всех ученых перебьем. Ни доказательств, ни компрометирующих документов. Химеролога хорошо бы взять за жабры. Кто-то же их спонсирует. Недешевое мероприятие.

- Зачем князю пленные? — недобро усмехнулся Зотов. — За последние дни собрано достаточно улик, чтобы покарать виновных. А они находятся в Костроме. Факты неоспоримые.

- Девушка-оборотень заговорила? Сама или помогли? Попасть в лапы магов из УКБ мало приятного. «Эликсирами правды» любой язык развязать смогут. Или с помощью ментального проникновения в мозг.

- Да, причем сама, без всяких снадобий, — кивнул Зотов. — Девочка соображает, что хозяевам сейчас будет не до нее, а после завершения операции так и вообще никто не предъявит за провал. А мы пообещали вернуть ей нормальный облик со временем.

- Разве препараты, блокирующие метаморфозы организма, которые существуют, не действуют?

- Они страдают ненадежностью, дают только временный эффект, — помощник Невзора развел руками. — Девушка согласилась подождать, пока мы испытаем новые компоненты для блокирования. Дело не быстрое.

- И все же слова оборотня — не самые лучшие доказательства, — я покачал головой.

- Скажу по секрету, — Зотов понизил голос, потому что мы приблизились близко к ангару. — Из Москвы нашему хозяину дали знать, кто именно направлял руку наемников. Кто-то, имеющий уши в Костроме…

У меня сжалось сердце. С чего вдруг московский доброжелатель вмешивается в провинциальные разборки? Ему-то какое дело до Щербатова, Паниных, Бакринских? Может, стремится как раз чужими руками убрать всех свидетелей гораздо большего заговора? Допустим, обрубает следы, ведущие в великокняжеский клан. Так что Мирослава все равно остается под ударом. Нужно только дождаться подходящего момента. Например, когда она приедет в столицу…

Возле командного ангара нас остановили, проверили с ног до головы и попросили пройти внутрь. Боевую группу направили в другое место. Я же вместе с Невзором, Зотовым и двумя подмастерьями-магами оказались внутри большого помещения, выделенного под штаб. Здесь уже находились наши князья, многочисленная рать телохранителей, десятники, старшины, воеводы. Панин и Щербатов стояли рядышком в торце стола, на котором раскинулась большая карта местности. Предварительным разбором предстоящей операции руководил незнакомый мне человек в камуфляже. Но по нашивкам я выяснил, что он — воевода из ярославского клана. Ничего нового из того, что поведал мне Зотов, руководитель операции не сказал. Как запланировали, так и будет.

Две панинских «кобры» берут курс на Кострому и отрабатывают по целям. Через десять минут десантный борт выбрасывает диверсионные группы в местах расположения особняков боярской троицы. Проводят зачистку. Тех, кому повезет остаться в живых (с трудом верилось), забрать с собой для допросов. Химерологов или научных сотрудников по возможности брать без ущерба здоровью. Если повезет, конечно. А то магический огонь — он такой, знаете ли, неразборчивый. Опытный материал уничтожается полностью. Что имел под опытным материалом воевода, я сообразил сразу. Мальчики, девочки, попавшие в жадные руки химерологов, прошедшие первый этап трансформации. Увы, но здесь князья были правы. Пока нет надежного лекарства от оборотничества, заниматься благотворительностью неразумно.

Тех волколаков, которые уже вкусили крови, уничтожать обязательно — это категорический приказ воеводы. Разбежавшихся зверей постараются отследить с помощью егерей. После уничтожения боярской верхушки хозяйствовать здесь придется Апраксину до того момента, пока Москва не посадит наместника.

И опять скребнуло по сердцу. Всех причастных к какой-то тайне зачищают под корень. Черт возьми, во что я влезаю?

Единственное изменение произошло в сроках операции. Начинать будем не сегодня, а завтра, в половине пятого утра. Поэтому все участники остаются на аэродроме. Для них выделены ангары со всем необходимым. Питание, туалет, спальные места, развлечения в виде бильярда, шахмат и чего еще душа пожелает. За спиртное карать будут жестоко.

Меня даже слегка пробило. Как будто я окунулся в прошлое своей службы в Семиречье. Вот тут командиры, решающие оперативные задачи, а вот там — бойцы, ждущие приказа. И я среди них. Только разница существует. Я в какой-то степени более свободен, на меня не давит груз ответственности. Мой непосредственный начальник Невзор больше нужен для отчетности. Каждый из нас, магов, знает свои возможности и силы.

Бойцам отвели большое помещение в районе служебных построек, а всю вспомогательную братию поселили в маленьком уютном гостиничном комплексе, который, как оказалось, существовал при аэродроме. И то хлеб. Я был приятно удивлен такой заботой со стороны ярославского князя. А, может, это Щербатов посодействовал. Кто их знает.

Мне пришлось поделить свой номер с Зотовым. Помощник Невзора как-то ловко напросился в постояльцы, и я подозреваю, с какой целью. Речь об этом зашла сразу после ужина.

Я забрался на кровать с какой-то развлекательной книжкой в потрепанной обложке, и только настроился на приятное времяпровождение, как Зотов, примостившись по соседству, произнес:

- Мне кажется, господин Волоцкий, вы сознательно избегаете меня. Я ведь несколько раз пробовал поговорить с вами, даже приезжал в «Интерлогист», но прорваться наверх в ваш офис не получилось. Может, расставим все по своим местам? Пора бы выяснить наши предпочтения.

- Я до сих пор не знаю вашего имени, господин архимаг, — посмотрел на соседа через верхний обрез книги. — Как-то все официально. Может, познакомимся для начала? Мое имя — Колояр.

- В таком случае, зови меня Игнатом, — правильно понял намек Зотов и усмехнулся. — Поговорим?

- Полагаю, речь пойдет об артефактах? — я устроился поудобнее, подложив подушку под спину, приняв положение полулежа.

- В первую очередь — о них, — кивнул Зотов с разгоревшимися глазами. — Я делал запрос в централизованный архив, чтобы найти хоть какие-то материалы по древним магическим вещам, вроде оружия, колец, браслетов, перстней… Меня натолкнули на мысль ваши перстни, удивительно похожие на легендарные артефакты времен царя Борея, иначе называемого Варахой. Он был правителем Севера, чуть ли не мифической Гипербореи, от которой остались немногочисленные следы на Урале, на побережье Северного океана, на Таймыре… Оставив по непонятным причинам империю на своего сына Сваруна, он ушел на юг, в Индию. Предания гласят, что Борей владел «солнечным доспехом», но индийские Веды об этом упорно молчат. Его современники, полагаю, этих доспехов на нем не видели, а только знали, что они были. Остались намеки, что могущественное оружие Борей тоже оставил Сваруну.

- Что такое «солнечный доспех»? — я решил поиграть с архимагом, в надежде получить новую информацию. Ведь Алика могла что-то упустить в процессе своего расследования.

- Только не строй из себя невежу, — усмехнулся Зотов, легко раскусив мою игру. Однако не стал сердиться. — «Солнечный доспех» — комплекс магической защиты, включающий в себя разнообразное оружие и броню. Например, «скипетр войны», огненный диск Сударшана, Небесное Копье, разнообразные защитные приспособления в виде «лат», «стены непроницаемости». По некоторому размышлению, пришел к мысли, что такую громоздкую систему защиты и активного боя Борей не мог таскать на себе. Но и отказаться от нее тоже не в силах. Поэтому я пришел к мысли о некоей трансформе, позволявшей Борею в кратчайший момент облачаться в нужный комплект.

- Что за трансформа? — я-то догадывался, что хотел сказать Зотов, но любопытство пересиливало. Ведь архимаг своим умом и анализом ситуации доходил до сути, а мне бескорыстно помогала Алика и призрачный слуга Ясни.

- Магические кольца или перстни, которые при взаимодействии между собой проявляли некие качества доспеха. То есть, на самом-то деле Борей мог стать неуязвимым, применяя перстни с драгоценными камнями, создавав необходимые комбинации защиты или атаки. — Зотов наклонился, словно хотел рассмотреть мои артефакты на пальцах.

Я ему не мешал. Правая рука лежала на животе — любуйся, сколько влезет.

- Есть версия, что при манипуляциях с перстнями возникают разнообразные магические плетения, формирующие так называемый «солнечный доспех» в различных вариациях, — пробормотал Зотов. — Твои перстни, Колояр, очень похожи по описанию на эти артефакты. Но я не понимаю, где еще четыре?

Черт! Любопытный архимаг зашел очень далеко в своих изысканиях!

- А что с остальными? Есть еще один комплект?

- Вспомогательный, — Зотов глянул на меня чересчур пристально. — Правая рука соблюдает принцип внешней защиты и атаки, левая рука — отвечает за ментальную защиту и нападение. Сапфир, рубин, алмаз и изумруд отвечают за внешние проявления магии. На твоей руке именно эти камни.

- Послушай, Игнат, — я пошевелил рукой, любуясь игрой граней своих камней, — если честно, я сам давно интересовался, что за наследство попало в мои жадные ручонки. — Подозреваю, что ты стал жертвой своей ошибки. Да, удивительное совпадение, и только. Обычный слепок с настоящих перстней, канувших в неизвестность.

- Да-да, канувших…, - пробормотал архимаг, стискивая ладонями свои колени. — «Огненная птица» уничтожившая бандитов на трассе является одним из компонентов доспехов Борея. Об этом упоминают исследователи в старинных книгах. Не думаю, что реплики, которые ты носишь, способны на такое.

Вот же дотошный, черт возьми! Я изобразил недоумение и развел руки в стороны.

- Плетение «феникса» — стихия Огня, как-никак, любезный Игнат! А эта стихия — наследственная.

- Десять лет назад на твоих руках были браслеты «веригельн», — напомнил с улыбкой Зотов, как скрадывающий несчастную мышку лис. — Я ведь помню подростка, который не мог пользоваться своим Даром. А блокираторы за все эти годы полностью уничтожили способность к воспроизводству магической энергии. И вдруг Колояр Волоцкий из выхолощенного мага превращается в какую-то невероятную машину убийства…

- Скажешь тоже — машина, — польщенно пробормотал я.

- Машина, — уперся Зотов. — Играючи разделался с четырьмя наемниками на дороге; снес с крыши снайпера на расстоянии двести метров; скрутил волколака и раскатал в блин еще одну группу наемников. И ведь есть свидетели. Один из них — очаровательная княжна Мирослава. Я знаю эту девочку. Она романтическими бреднями не страдала никогда. К ее словам отношусь очень серьезно. Ты пользовался еще каким-то артефактом, очень похожим на царский атрибут власти — кинжалом Ясни.

Хороший удар. У меня дыхание перехватило и сердце засбоило. Да черт возьми, что нужно Зотову? Зачем он под меня копает? По приказу Невзора?

- Я к чему веду, Колояр, — Зотов протарабанил пальцами по коленям, — слишком много совпадений, после которых у меня не осталось сомнений: ты каким-то образом отыскал артефакты Варахи, но не полностью, и теперь являешься владельцем уникального магического доспеха. Почему я утверждаю это? С четырьмя перстнями и Ясни ты на голову выше многих архатов, и даже с творцами можешь бодаться. И не надо меня убеждать о семейных реликвиях. У Волоцких никогда не было таких вещей.

- В курганах нашли, — стал маневрировать я.

- Брось, Колояр, — поморщился Зотов и руки его замерли. — Меня не стоит недооценивать. Я не мальчик уже, жизненного опыта хватает, чтобы распознать, где ложь, а где правда. Ты не куришь?

Странный переход от энергичного допроса к банальному вопросу удивил, но я не подал виду. Зотов что-то хотел сказать, и с помощью пальцев вырисовывал какие-то знаки.

- Нет.

- А вот что-то захотел сигаретку выкурить. Выйдем в коридор?

- Прогуляемся, — мне стало интересно, что задумал маг.

Когда мы покинули номер, Зотов тихо сказал:

- Пошли на улицу. Не хочу здесь ничего говорить.

Возле гостиничного домика крутился только один вооруженный охранник, и наше появление отметил, но не стал препятствовать тому, что мы зашли за угол, где в окружении нескольких кустов стояла скамейка, ящик с песком и урна для мусора. Мы сели рядышком, и Зотов действительно закурил. Ни разу не видел, чтобы маги дымили сигаретами. Пагубная привычка отбивалась элементарными заклинательными плетениями.

- Удивился? — Игнат тихо рассмеялся. — Это для виду. Ладно, давай играть в открытую, Колояр. О чем мы говорили в комнате — более-менее известно. Теперь о главном: я не знаю, где находится дублирующий комплект перстней, но по некоторым данным, он осел у частных коллекционеров. Одного я знаю: Уильям Грэйс, живет сейчас в Лондоне. Остальные тоже ушли через аукционы. Подозреваю, что никто и не знает, чем владеет. В этом твой шанс, парень.

- Не понял! — я взглянул на Зотова, задумчиво пыхающего сигаретой.

- Я хочу помочь тебе овладеть Силой, — ответил неожиданно маг. — Но не просто так, сам понимаешь.

- Так! Разговор пошел откровенный! — я оживился. — Бескорыстие в княжестве Торгуеве никогда не было в числе добродетелей. Поясни мне, Игнат, свою позицию. Зачем ты предлагаешь свою помощь?

- Когда я поступил на службу к князю Щербатову, мне было двадцать два года, — негромко ответил Зотов, сосредоточенно глядя на тлеющий кончик сигареты. — В УКБ всем заправлял опытный архат Матвей Владимиров. Ему уже тогда было лет девяносто, но за последние годы своей жизни он стал моим наставником и учителем. Его заместителем как раз ходил Невзор. Как маг — очень сильный специалист, разбирающийся во всех тонкостях ремесла. Уверенный… нет, скорее, самоуверенный человек, стремившийся получить высочайший ранг «творца». Владимиров, вероятно, почувствовал какую-то угрозу, исходившую от помощника, и приложил немало усилий, чтобы комиссия завалила Невзора на аттестации. «Творца» он не получил, и подозреваю, как ненавидел старика. Когда Владимиров умер, Невзор стал главой УКБ, но пробыл там недолго. Князь Борис взял его в клан личным магом. Но свою власть Невзор в УКБ не потерял. Всех, кого Владимиров привечал и оказался в ближнем кругу, архат мгновенно записал во враги. Думаешь, почему я, имея тот же ранг, что и Невзор, до сих пор нахожусь на побегушках? Все Управление сверху донизу пронизано соглядатаями этого человека.

- Почему тогда ты служишь Щербатову? Твоя вассальная клятва не вечна. Уходи.

- Как раз Щербатов меня устраивает. Меня не устраивает этот хрыч, держащий в обеих когтистых лапах и УКБ, и окружение князя, — Зотов поплевал на пальцы и загасил окурок. Щелчком отправив его в урну, он продолжил: — Может показаться, что я хочу использовать тебя в подковерных играх. Но я хорошо помню мальчишку с браслетами на руках, представляя, какие муки он испытывал при инициации. Сила, не выходящая на должный уровень, сжигала искру Дара и губила энергетические каналы. И в истории с гибелью твоих родителей… там много непонятных моментов, связанных с Невзором. Ты ведь ничего не знаешь…и не помнишь.

- Как я мог что-то знать? — сохраняя безразличие на лице, пожал я плечами. — Годовалый сопляк, которого чудом спасли из горящего дома.

- Тебя вытащили Невзор и Мисяй, — с трудом проговорил Зотов. — Но что-то произошло в доме. Очень плохое. Не спрашивай меня, я не готов так далеко заходить. Боюсь. Только не верю, что эти двое могли проигнорировать прямой приказ Щербатова спасти младенца.

- Хм, этот приказ легко обойти. Сказали, например, что обвалилась крыша, не успели вытащить. И что там могло произойти? Ты хоть что-то знаешь или догадываешься?

Мне не хотелось давить на архата. Сделка между совестью и верной службой зачастую меняют человека не в лучшую сторону. Зотов не будет нарушать клятву верности своему князю, но не откажется устроить неприятности недругам. Надо же, не подозревал, какие страсти бушуют в недрах УКБ. Чисто пауки в банке!

Зотов на мой вопрос отрицательно помотал головой, словно намекал, что о прошедших событиях он и словом не обмолвится. Однако разговор продолжил.

- Не скажи, Колояр. Для Щербатова эти двое — верные псы, но даже они побаиваются друг друга, полагая, что каждый из них может сливать информацию князю. Непослушание могло закончиться казнью. Поэтому Мисяй и архат не смогли сделать свое черное дело. Они побоялись друг друга, а не того, как будут выглядеть в глазах своего князя.

- Ты понимаешь, Игнат, о чем говоришь? Получается, моих родителей убили…

- Я этого не говорил, — торопливо произнес Зотов. — Официальная версия не менялась все эти годы, таковой она и осталась. Извини, я могу строить иные мысленные конструкции, но за язык меня не тяни. Так что, услуга за услугу, Колояр. Поможем друг другу?

Щербатов начал сливать своих подопечных, вспыхнула мысль. Отдает Мирославу за меня — это намек на примирение. Через Зотова разрешает мне узнать о событиях давних лет. Словно дает право на мщение. Сам же князь как бы остается чистеньким. Подожди, Колояр, скоро тебе расскажут историю, что Мисяй и архат сами устроили бойню в имении Волоцких!

- Н-да, Игнат, разбередил ты мое сердце, — сжал я зубы. — Значит, ты хочешь завалить Невзора с моей помощью?

- Да, хочу. Но только ради себя, — ответил Зотов честно. — Мы валим архата, и я расчищаю дорогу к руководству Магическим отделом. Или становлюсь верным псом Щербатова. Мне, в принципе, без разницы. Справедливость должна восторжествовать.

- А я? — улыбаюсь в сторону. Знать бы, какая она, эта справедливость.

- Я помогу тебе освоить Дар в тех возможностях, что остались от действий «веригельн». Заодно ты покажешь мне, как артефакты формируют «солнечный доспех». Ты ведь не всегда контролируешь мощь, питающую твой аурный кокон. С «огненной птицей» ты переборщил, кстати. Слишком высокий уровень плетения оставил, по которому я и начал распутывать твою историю.

- Какой-то обмен неравноценный, — почесывая щеку, ответил я, не знаю, как реагировать на неожиданную помощь от княжеского вассала.

- А в мире всегда неравные условия, — хмыкнул Зотов и похлопал по карманам камуфляжной куртки. Вытащил пачку сигарет, но вдруг передумал и вернул ее на место. — Кому-то приходится уступать. Но я не пережимаю тебе горло. Твои артефакты мне не нужны, да я и не смогу ими воспользоваться. Подозреваю, что ты их на кровь привязал.

Между нами повисло молчание. Зотов не торопил с ответом. Он рассеянно смотрел куда-то вдаль, сквозь кустарник. Откуда-то донесся шум двигателя, мелькнул зеленый борт грузового автомобиля, въезжающего на площадку, где стоял один из вертолетов. От ангаров раздался жизнерадостный смех бойцов.

- Довольно странное сотрудничество, Игнат. Даже не знаю, врешь ты или в самом деле хочешь провернуть свои дела с моей помощью.

Мое сознание словно разделилось надвое. В одной половине барахтались варианты ответа и мучительный поиск ловушки от Зотова. Другая, ментальная, нашептывала мне голосом Ясни. Бывший Рекущий и маг непобедимого Варахи знал все. В словах Игната, как вещал Ясни, нет подвоха. Архат ищет помощь ради усиления своего влияния, и я для него — неожиданный дар. Думается мне, в накладе не останусь.

В конце концов, на своего призрачного помощника я не обращал внимания. Предложение Зотова не таило в себе угрозы. Он был искренен в своем желание подняться по ранговой лестнице и спихнуть Невзора в яму забвения.

- Мы можем разойтись, сделав вид, что между нами не было этого разговора, — Зотов напряженно сгорбился.

- Невзор знает о твоих желаниях?

- Он считает меня противником, но слишком уверен в своей незыблемой позиции.

- Хорошо, — ответил я согласием.

- Завтра подходящий день для устранения проблемы, — расцвел Зотов. Все-таки он боялся за себя, рискуя выложить свои планы незнакомому, в общему-то, человеку. — Но как подставить архата под удар, да еще при свидетелях?

- Без подготовки мы рискуем огрести большие проблемы, — предупредил я. — Будем действовать по обстановке. В конце концов завтрашним днем мир не обрушится.

И протянул руку Зотову. Архат крепко пожал ее.

Глава 3

Глава третья

Из Ярославля мы вылетели строго по расписанию. В половине пятого утра шесть винтокрылых машин поднялись в воздух. Четыре «кобры» с опасным магическим грузом шли верхним эшелоном, а два транспортника спустились чуть ниже. Солнце еще не показалось, но горизонт с высоты выглядел как рисунок ребенка, размазавшего резкими движениями кисти красные, желтые и черные краски в единое пятно. Лиловые облака величаво нависли над темно-зелеными кронами непроходимых лесов, и казалось, никуда не торопились. Робкие блики на поверхности воды то и дело отмечали наш путь.

Вертолеты держались левого берега Волги как ориентира. Решено было заходить на Кострому с северо-запада, где меньше концентрация жилых кварталов. Наш экспедиционный отряд отвалится от основной группы раньше. Нам предстояло сделать приличный крюк и удалиться в глубины лесов где-то за рекой Костромой.

У меня не выходил из головы разговор с Зотовым. Архимаг мог искусно врать, чтобы выяснить мои планы и доложить о них Невзору. Такой исход нельзя исключать. Недаром старый хрыч очень пристально посматривает на меня, а при встрече боится подать руку, словно у меня из плеч гремучие змеи растут. Но я-то вынужден буду здороваться и улыбаться, как приличный человек. Невзор не знает того, что знаю я про него и Мисяя. Чутье у магов развито очень сильно, и ненавистный мне человек может ощущать исходящие от моей ауры враждебные волны.

А если Игнат не врет? Логически рассуждать не получится. У меня нет точных данных, какие отношения у него со старшим архатом. Приходится полагаться на интуицию. А она как раз шепчет голосом Ясни, что нужно хвататься за эту возможность. Союзник в стане врага никогда не помешает. Поможем друг другу и разбежимся со своим профитом. Что я теряю в перспективе? Да ничего, в сущности. Зотов ясно дал понять, что мои уловки с сокрытием истории появления перстней на моих пальцах его не сбили с толку и не смутили. Маг встал на след как гончая, и не успокоится, пока не получит своего.

Ладно, пока не буду об этом думать. Сейчас нужно как следует поработать с лабораториями. Химерология — нечестивое занятие магов, не снискавших успеха на службе князей, обидевшихся на какое-нибудь замечание или на высказывание о своей некомпетентности. Обиделись — и ушли в леса творить непотребства с детьми, ломать их организм и душу. Лора… Жуткая машина для убийства, согласившаяся стать обратно нормальным человеком. Красивая девушка, но с кровью, отравленной эликсирами. За нее я тоже в ответе. Обещал ведь, что приложу усилия вытащить ее из глубокой ямы и не дать гневу князя Щербатова обрушиться на е голову.

Вертолеты внезапно накренились и стали отворачивать от широкой ленты Волги и уходить в сторону. Все, наша операция началась. Через двадцать минут мы оставим Кострому по правую сторону. Пилотам предстоит трудная задача: идентифицировать лабораторные корпуса, а не перепутать их с жильем обычных мирян. А то шарахнем ракетами по какой-нибудь деревеньке.

Операция простая. Заходим на первую цель, выпускаем ракеты с убийственным огнем, потом десантируются вот эти бравые ребята, закрывающие глаза черными очками, и зачищают местность. Мы поддерживаем их защитными сферами и куполами. Удостоверившись, что живых никого не осталось, а лаборатория разрушена, летим к следующей точке.

- Цель на два часа! — вылез из пилотской кабины летчик. — «Кобры» заходят с двух сторон. Через пять минут приземляемся!

- Есть поляна? — все так же жуя резнику, спросил старшина боевой группы. Я уже знал его позывной — Водяной.

- Есть. Небольшая, но сесть сможем.

- Принял, — кивнул Водяной и бойцы оживленно зашевелились. Послышались веселые голоса, защелкали карабины ремней. — Прыгаем, не дожидаясь приземления.

Пилот кивнул и исчез в кабинет. Уши мгновенно заложило от перепада давления. Утробно загудев, транспортник стал снижаться, одновременно с этим делая какие-то маневры. Видать, прицеливался в центр площадки. Если полянка маленькая, есть риск задеть кроны деревьев. В иллюминаторе ничего не было видно, кроме изредка мелькающих островков зелени.

Сорвал наушники и сразу ощутил свист винтов. Вертолет сделал еще один круг, ожидая ракетного удара. Мы все прилипли к иллюминаторам. Одна из «кобр» маячила чуть выше нас справа. Вот она наклонила нос и помчалась к земле. С пилонов сорвались две сигары, оставляя за собой белесую дорожку дыма. Потом еще две полосы обозначили свое движение. Внизу, среди зелени и буйства леса вспухли ярко-оранжевые грибы, стремительно пожиравшие плотно стоящие друг к другу бараки. Мы все ощутили невероятно жуткое давление магической волны, желавшей прорваться через заградительную сферу. Наш вертолет ощутимо подбросило вверх. На мгновение двигатель возмущенно повысил тональность, но тут же пришел в норму.

Мы тут же пошли на посадку. Невзор, сидевший на самом конце скамьи, неожиданно громко обратился к нам:

- Никакой самодеятельности, молодые люди! Не старайтесь держаться друг друга, соблюдайте интервал и закрывайте каждый по три-четыре бойца, чтобы излишне не напрягать энергетические каналы и не выдохнуться раньше времени! Чем меньше мы тратим свою силу на других, тем больше шанс быть готовым к отражению атаки! Химерологи тоже умеют работать с боевыми заклинаниями!

Разумно говорит старик. Но мы и так знаем, как действовать. Нас, магов, четверо. Группы мы распределили заранее еще на аэродроме.

Тем временем второй пилот распахнул люк и показал бойцам, что пора наружу. Вниз полетело спусковое устройство. Один за другим парни исчезали в проеме, ухватившись за веревку. Невзору стало не по себе. Я злорадно подумал, что зря нас высадят на земле. Хотелось увидеть страдания старого хрыча. Конечно, сорвись он с фала, ничего бы не случилось. Архат с такой высоты не разобьется, успеет сплести защитные элементы.

Княжеские бойцы, тем временем, рассыпались в разные стороны, группируясь по пять человек, ожидая нас, и держали на прицеле горящие бараки, из которых пока никто не выбегал. Вертолет сел, упруго подпрыгнув на месте, и мы выскочили наружу. Невзору помогали два его помощника. Я демонстративно не стал этого делать. И Зотов тоже проигнорировал шефа.

Моими подопечными была пятерка с жующим командиром. Он уже нетерпеливо помахивал мне левой рукой, а правой держал короткоствольный автомат.

- Живее, колдун! — оскалился Водяной весело. В черных очках блеснуло двойное отражение огня, превратившегося из оранжево-желтого в блекло-красный. Зато клубы удушливого черного дыма повалили так густо, что скоро заволокли поляну. Где-то в вышине стрекотали «кобры».

- Пошли, парни! — командир с интересом дождался конца манипуляции, когда с помощью перстней я растяну перед группой призрачную пленку с переливающимися волнами горячего воздуха.

И парни пошли, неторопливо приближаясь к горящим баракам. Вот уже видны результаты магического удара. В десяти метрах от разрушенного здания заметили двух человек в темно-синих халатах. Они изломанными куклами лежат на земле без движения. Мертвы без сомнения. Успели выбежать из горящего помещения, но погибли из-за переизбытка магического фона, который превратил их мозги в кисель.

Под ногами захрустело стекло, а деревянные обломки вместе с кусками металлочерепицы стали чаще попадаться на нашем пути. Да и жарко уже. Огонь не думает останавливаться. Командир поднимает руку — мы останавливаемся. Жест, понятный военным. Начинаем обходить уничтоженный комплекс справа. В гарнитуре, выданной каждому из участников операции, понеслись отчеты:

- Альфа, сектор четыре пуст.

- Альфа, сектор три пуст.

- Альфа, сектор два наблюдаем объект. Волколак, мертвый.

- Сектор два, контрольный.

- Принял. Исполняю.

Сухо треснула автоматная очередь.

Я решил провести трансформу кинжала, сотворив из него «скипетр войны». Знакомое состояние накрыло: как будто тяжесть под сердцем, пульс участился, с виска капнула капля пота. Ну, это от жары.

Обожженный в нескольких местах волколак с диким рыком прыгнул на нас из-под завалов барака, почему-то не разваленного до основания и пережившего пожар. Черно-палевая тварь в два прыжка очутилась перед нами и со всего размаху влетела в поставленную защиту. Удар был такой силы, что лапы оборотня подогнулись, а сам он, ощерившись в ярости, ударил когтями, пытаясь разорвать пленку «сферы» подобно ножу. В неистовство его приводил вид большого количества народа, до которого он добраться не мог.

- Я сам! — предупреждающе кричу бойцам, вскинувшим оружие. Трость начала свое движение, покрываясь дрожащими сгустками протуберанцев, стекающихся от набалдашника к концу. «Сфера» схлопнулась, чтобы не мешать мне с атакующими плетениями. С трости слетел шар, разбухая до размеров огромной птицы. Левым крылом плетение врезало по волколаку, сметая его в сторону. Жалобный вой покалеченной твари, казалось, перекрыл все звуки: треск деревянных стен, пожираемых огнем, гулкие взрывы разлетающихся от жара стеклянных колб и другой посуды. Лаборатория уничтожена.

Волколак еще успел встать на дрожащие лапы, но взгляд его затуманился. «Огненная птица» сделала плавный заход на цель и повторный удар окончательно поверг наземь раненую тварь. А потом она вспыхнула, скорчившись от сильного магического огня.

- Отбой! — раздалась команда в гарнитуре. — Всем сбор возле вертолета. Живо, живо! У нас еще одна цель.

Оказалось, «кобра», выпустившая все ракеты, ушла в Ярославль. Так было задумано, чтобы не привлекать лишнего внимания барражированием над лесом. Местное население насторожится. Мы даже отрабатывали вариант, что между лабораториями существует не только мобильная связь, но и «ручная» передача данных. Кто-то мог запустить по цепочке информацию, что одна из лабораторий уничтожена, и к нашему прилету вторая цель окажется пустой.

К сожалению, этот вариант по закону подлости сработал. Но совершенно не так, как мы представляли и обыгрывали. Вторую лабораторию обнаружили в десяти километрах от точки первой высадки. И как только оставшаяся с нами «кобра» начала заход на ракетную атаку, снизу ей в черное брюхо прилетел снаряд ручного ЗРК. Вертолет подбросило мощной невидимой лапой вверх, и едва не перевернуло в воздухе. Пилот сумел выправить машину и даже выпустил с правого крыла ракеты, но после этого свалился боком в сторону и густо зачадил горящим маслом.

- Что делаем? — второй пилот высунулся из кабины. По его лицу пробегала судорога страха. Ощущение не самое приятное. Но он забыл, кто находится в вертолете. По знаку Невзора его помощники и даже Зотов сорвали с шеи ремешки с какими-то странными артефактами — камешками в виде речной гальки-окатыша. Они светились мутно-синеватым цветом.

- Люк открой! — приказал Невзор, собрав камешки у помощников. И как только в салон ворвался пахнущий сгоревшим маслом воздух, он выкинул амулеты наружу.

- «Воздушная вуаль»! — прокричал мне на ухо Зотов, сидевший рядом. — Берет движущийся объект в защитный кокон! Радиус сто метров! Сейчас сядем! Кажется, нас встречают с музыкой!

- Сколько времени у нас будет на подготовку?

- Не больше десяти минут! — Зотов приник к моему уху. — Поэтому Невзор и решил усилить эффект защиты, активировав все амулеты!

Свист винтов стал невыносимым. Сердце как будто прыгнуло в горло, а потом с ускорением рухнуло в желудок. К такому аттракциону я не привык. Егеря вообще пешком любят ходить. Проклиная все летающие объекты, я обратился к Ясни, мысленно выстраивая речь.

«Ясни, мне нужна броневая защита, срочно! Можешь такую сотворить?»

«Мой хозяин и сам знает, как ее сделать, — голос призрачного друга полон иронии. Ладно, раз не слышу у него ноток паники, значит, все в порядке. — Или до сих пор не понял?»

«Хватит издеваться! Подскажи, хотя бы!»

Выслушав инструкции, я озадаченно почесал затылок. Все мои перстни были на руке. Я благоразумно захватил их с собой, и вот — пригодились. Не обращая внимания на цепкие взгляды Невзора, Игната и двух младших магов, я перекинул рубиновый и изумрудный перстни на левую руку и свел костяшки пальцев так, чтобы они соприкоснулись с двумя другими на правой. Ножны с клинком, зажатые в кулаке, осветились каким-то небывалым лилово-салатовым цветом… нет, я даже не передам, что вообще произошло. Мое тело как будто окунулось в это разноцветье и стало покрываться чем-то, похожим на кольчугу. Одежда просто исчезла под движущейся массой прессованного воздуха, затвердевавшего на мне плотной чешуйчатой броней.

На мгновение я встретился взглядом с Невзором и увидел страх в его водянистых старческих глазах. Они словно кричали, какую ошибку совершил княжеский маг, когда не удавил в колыбели последнего из рода Волоцких.

- Епена мама! — кто-то из бойцов с грохотом уронил автомат на металлический пол.

Я весь светился. Начиная от запястий, мои руки, плечи, грудь, ноги покрылись тусклой серебристо-красной субстанцией, похожей на качественно связанную кольчугу. Эта субстанция медленно погасла, и к моменту, когда вертолет коснулся земли, я был готов выйти наружу в новом обличии. Мне чертовски понравилась новая трансформа от Ясни. Этакий новомодный жидкометаллический костюм с неведомыми для меня функциями защиты, и надеюсь, надежными.

- Никто раньше меня не выходит! — предупредил я, легко распахивая люк. — Только после того, как я зачищу улицу!

Выпрыгиваю наружу, и едва касаясь земли, делаю еще один прыжок. Взгляд мгновенно окидывает диспозицию. Вертолет сел на кромке леса, выбрав единственно верную площадку. Везде густой лес. Сквозь деревья проглядывают строения под темно-зеленой черепицей. Один барак уничтожен. Он разрушен от жуткого ледяного удара, и хорошо видно, что там ловить нечего.

Откуда стреляли? Широкими шагами, отодвигая тяжелые мохнатые игольчатые ветки сосен, я продвигаюсь к зданию с узкими зарешеченными окнами. За мной чувствуется движение. Команда бойцов, рассыпавшись на четыре группки, гуськом продвигаются к баракам. Но ни один из них не торопится обогнать меня.

Перед одноэтажным бараком тщательно расчищенная площадка. Вижу сколоченную беседку, в ней скамейки. Место отдыха и курилка. Чуть дальше — импровизированный центр здоровья: турник и брусья. Все сделано из подручных средств. Персонал изнывает от однообразия жизни, вот и выдумывает себе развлечение.

Все же интересно, на что годен такой бронежилет? Почему для его трансформы понадобилась сила клинка и перстней, которые куда-то исчезли из моих рук. Все артефакты ушли на строительство кольчуги, полагаю? А обратно потом вернутся?

Огибая угол, я умудрился получить длинную автоматную очередь в грудь. Какой-то ошалевший от страха мужик в дешевом камуфлированном костюме высунулся из окна и выпустил в меня половину рожка. Ударов пуль я не чувствую. Слушаю подсказку Ясни и делаю движение, как будто толкая ладонью перед собой воздух. Спрессованной массой он бьет по автоматчику и буквально отшвыривает его вглубь комнаты. Стекла барака, не поврежденные ракетным залпом, со звоном разлетаются мелкими осколками. За мной взвихрилась земля и пожелтевшая хвоя.

Никуда не тороплюсь, ощущая невероятную мощь, исходящую от своего тела. Любое движение руки или ноги приводит в движение все пространство передо мной. Странные колыхания перед глазами, когда барак словно перекашивается от взгляда. Я знаю, где прячутся обитатели этой лаборатории.

- Туда! — мой палец тычет в указанном направлении. — Там запасной вход в барак! Перекрывайте его и не давайте никому уйти! Оборотней здесь нет! Успели выпустить на волю! Ищите химерологов!

Почему такой голос? Я морщусь от вибраций и слушаю успокаивающую речь Ясни. Оказывается, мне еще предстоит привыкнуть к такой броне. Она очень сильно влияет на механику движения, на вербальные и сенсорные возможности организма, подстраивает его на замедленный метаболизм.

Что это значит, я понял через несколько минут, когда мне сказали, что операция закончена. А для меня время оказалось застывшим на одной точке. Кольчуга съежилась, как высохшая кожа и исчезла, вызвав очередной приступ восторженного мата от княжеских бойцов.

Оказывается, все произошло необычайно быстро. Я смел воздушным ударом одного стрелка, мгновенно определил, куда нужно двигаться для безопасного проникновения в здание, заодно успев разрушить часть стены, за которой скрывалась лаборатория. А уж внутри бойцы сами зачистили все площади. Получается, я опять смог ускориться, но теперь откат меня не настиг.

Химерологов мы не нашли. Их успели предупредить. Здесь оставались только охранники, большая часть из которых погибла при первом залпе с «кобры». Меткий стрелок с ЗРК попытался скрыться, но был пойман в полукилометре от лаборатории. Пытался убежать. Разгоряченные и обозленные парни пристрелили его. В общем итоге мы от этой операции понесли больше потерь, чем выгоды. Сбит боевой вертолет, одна лабораторная база полностью уничтожена, химерологи не пойманы, два волколака убежали в лес. Об этом нам сказали пленные охранники, коих осталось всего трое. Воевать они категорически отказались. Увидев жуткого мага, одним движением руки сметающего половину барака, сразу же решили сдаться. Вот только не помню, когда я успел так удачно махнуть рукой?

Жаль, что удивительную трансформу защитной кольчуги увидел Невзор. Теперь он хорошо представляет мои способности и будет настороже. Правда, архимаг сам еще не понимает, что мне известно о его прошлом. Помню ли я вообще что-то?

- Очень впечатляет, — старый враг, несмотря ни на что, подошел ко мне, когда я устало присел на лавочку в уцелевшей беседке. — Никогда не видел такую метаморфозу с защитным полем. Ведь что я наблюдал — никак не металлическая кольчуга?

- Неизвестная биологическая субстанция необычной прочности, — я пожал плечами, глядя на вспыхнувшую лабораторию. Ее решили уничтожить огнем. Из уцелевшего здания пленники под присмотром пары княжеских бойцов выносили какие- то ящики и складывали их подальше от огня. Вещей было немного. Подозреваю, что-то из лабораторного оборудования и журналы опытов.

- Вы же маг, Волоцкий, — Невзор не присаживался, четко выдерживая дистанцию. Но его водянистые глаза, наполнившиеся чернотой, так и сверлили меня. — Неужели не знаете, какие плетение используете в боевой обстановке?

- Я мало что знаю, — кровный враг впервые так близко рядом со мной. Велик соблазн вытащить клинок и провести им по горлу Невзора. — Больше по наитию действую.

- А все ваши магические действия связаны, как я полагаю, с этими перстнями и удивительным артефактом, похожим на нож?

- Господин архат, я свои секреты не привык раскрывать, — криво улыбаюсь, давая понять, что мне неприятны расспросы чуждого человека.

Невзор это прекрасно понял и медленно кивнул. Но перед тем, как отойти, он сказал:

- Я вижу, как вы сторонитесь меня, господин Волоцкий. А я бы хотел с вами обстоятельно поговорить о вашем Даре. Он уникальный, признаюсь. Редко кто видел такую трансформу. Человеку, не прошедшему инициацию, трудно будет совладать с потоками энергии, влияющими на организм на субатомном уровне. Поверьте старому колдуну, уже переросшему ранг архата. Вы, молодой человек, владеете техникой «творца», но не понимаете ни малейших законов изменения материи и структуры. А это чревато непредсказуемыми последствиями.

- Предлагаете помощь? — иронично спросил я.

- Был бы рад разобраться и помочь, — Невзор пожал плечами и медленной походкой направился к опушке, где стоял вертолет. А я остался сидеть в задумчивости. Ни черта мне не нужно от Невзора. Он не помощь мне даст, а уничтожит при первой возможности. Пусть я и владею техникой «творца», но в открытом противостоянии со своим врагом я могу не устоять. Возможности есть, но знаний, как запускать процессы магических трансформаций, катастрофически не хватает!

Возле меня нарисовался командир группы захвата, все так же жующий и смотрящий на мир через черные тактические очки.

- Господин Волоцкий, только что получил приказ из Костромы возвращаться на базу в Ярославле. Мы закончили погрузку, можно улетать.

- А пилоты сбитого вертолета? — я поднял голову.

- К сожалению, не выжили. Посадка жесткая, на деревья. Ни единого шанса. Мы забрали тела… Идемте.

- Что по Костроме? — поинтересовался я у Водяного.

- Там все закончили очень быстро, — ответил спутник. — Никто не ушел. Взяли несколько важных персон, умудрившихся выжить.

- А женщины, дети?

- Господин маг, — командир посмотрел на меня с некоторым сожалением. — Вы, наверное, еще не привыкли к таким методам решения проблемы. Так происходит везде, нравится вам или нет. Жертвы — это всего лишь напоминание будущим поколениям дворян, как легко можно стать мишенью для высокородных и подвести своих слуг под топор.

Я на это ничего не сказал, и мы молча дошли до опушки леса. Командир взял меня за руку и добавил:

- Позвольте совет, господин Волоцкий. Вы не служите князю Щербатову, я знаю. Рано или поздно у вас будет своя семья, свой Род. А если хватит дерзости и силы — то и клан. Почаще вспоминайте причины, которые привели к такому исходу. Может, они позволят трезво взглянуть на происходящее. Без обид…

- О каких обидах вы мне говорите, старшина? — я посмотрел в свое отражение в черных стеклах мужчины. — Не забывайтесь. Ваш совет принят к сведению.

- Как скажете, сударь, — кивнул Водяной и оставил меня в покое.

Мне было хреново. Я ведь не знал, что произошло в Костроме: повальная гекатомба или невинных оставили в живых. Хотя, что я себя обманываю? Какие невинные? Главы Родов повели себя неосмотрительно и глупо, поэтому их семьи поплатились жизнью. Нужно башкой думать, прежде чем влезать в чужие игры. И тем не менее, я чувствовал себя паршиво, потому как являлся одним из инициаторов сегодняшней бойни. Нет, за разгромленные лаборатории меня не грызла печаль. Здесь было что-то другое. Я был еще младенцем в песочнице, наблюдая, как резвятся серьезные дяди. Говорю же, политика — это совершенно иная вселенная, где автоматом дело не решить. Однажды сам стану таким, и от данной эволюции мне никуда не деться.

Так кто этот кукловод, дьявольски рассчитавший комбинацию, у которой оборваны почти все ниточки? Ясно, что на вершине сидят Долгорукие, и до них никак не дотянуться. А вот посредника хорошо бы вычислить. И того Рекущего, нашептавшего линии грядущего в ухо Великого Князя.

Вариант взять в жены Мирославу и перетянуть ее в свой лагерь тоже являлся неплохой задумкой мести. Оторвать от корней, стать защитником, разобраться с заказчиком — раз плюнуть!

Скривившись от таких мыслей, я мрачно посмотрел на разрушенную лабораторию и заторопился к вертолету, уже запустившему двигатель.

Глава 4

Глава четвертая

- Мне пора в полевой лагерь возвращаться, — Алика с непонятным для меня сожалением смотрела прямо в глаза. Старательно скрывает свои эмоции, бушующие в сердце. — Ты же не будешь против?

После возвращения с боевой операции я сразу же потребовал от Щербатова встречи с Аликой, и как только получил разрешение, поехал в поместье Елены, где девушка до сих пор находилась в качестве гостьи (точнее, заложницы, если отбросить ненужные эвфемизмы). Княжна Елена, осведомленная о моем приезде, предупредила свою гостью, даже предоставила свой гардероб, чтобы девушка выглядела в нужном и правильном свете. Не в рабочем же комбинезоне встречать кавалера!

Мое появление Алика встретила с молчаливой улыбкой. Она крепко обхватила меня за шею и прижалась ко мне, подставляя губы для поцелуя. Чувствуя себя предателем, хотя для этого еще не было никакого повода, я постарался компенсировать неприятность, как можно эмоциональнее отвечая на объятия девушки.

Мы медленно прогуливались по тенистым дорожкам уютного небольшого парка, и я рассказал Алике о своей горячей командировке в Ярославль, опуская лишние подробности. Особенно про Кострому. Об произошедшем там вообще не стоит говорить. Мне еще самому предстоит узнать от Щербатовых подробности карательной акции.

- Как тебе здесь живется? Не обижают?

- Кто меня обидит? — засмеялась Алика, вцепившись в мою руку. — Княжна Елена — замечательный человек, все время старалась, чтобы я не чувствовала себя как в клетке. Сначала я так и думала, что меня в заложницах держат. Но князь Щербатов лично уладил вопрос с Юрием Степановичем и с Косаревым договорился. Я так боялась, что война между княжествами начнется…

- Из-за тебя?

- А почему бы и не из-за меня? — тряхнула головой Алика. — Я чем хуже Елены Троянской?

- Ну, да, аргумент серьезный, — хмыкнул я и получил кулачком в плечо. — Ладно, вижу, что ты в порядке. Давай, поговорим о вещах прозаических, пока ты не уехала в Демидово…

- А… о чем мы будем говорить? — стушевалась Алика.

- О нас с тобой, как жить дальше, — я поглядел на девушку. Солнечные лучи запутались в ее волосах и играли искорками света, делая косу какой-то рыжевато-золотистой. Загорелое лицо покрылось румянцем. — Ты уже знаешь, что меня усиленно толкают на брак с княжной Мирославой?

- Да, я слышала, — тихо проговорила Алика. — Сюда приезжал сам князь и беседовал со мной. Все разложил по полочкам. Без попытки унизить, поставить на место простолюдинку, тыкнуть мордой в грязь. Но все вышло именно так. Как будто оплевал.

- Аристо владеют искусством унижения так, как никто другой, — подтвердил я. — Давай по порядку. Что он тебе наговорил? Только самое важное. Постарайся не упустить.

Девушка глубоко вздохнула, тихо шмыгнула носом, и еще больше вцепилась в меня.

- Сначала он расспрашивал о наших отношениях. Я ничего лишнего не говорила. Познакомились, поддерживали дружескую связь. Пояснила, почему по приезду в Торгуев захотела с тобой встретиться. Ничего такого, чтобы делать далеко идущие выводы. Однако Щербатову хотелось узнать гораздо больше. Стал давить ментальной силой. Я же чувствую, когда меня начинают принуждать, толкать в нужном для собеседника направлении.

- Не отвлекайся.

Снова тихий шмыг, как у обиженного чем-то ребенка.

- Я всячески пыталась уйти от расспросов о наших отношениях, а потом разозлилась и выдала ему, что ты… я и ты… Ты мне небезразличен. И вообще, что ему от меня надо? Щербатов рассмеялся, как будто выпытал у меня страшную тайну, и сказал, что ты в скором времени женишься на его младшей дочери Мирославе. Правда, руки еще не просил, но это и не требуется от человека, потерявшего весь свой Род. Скорее, тебя самого возьмут в примаки. Этот союз нужен клану, и я должна понять, что между тобой и Мирославой не должно быть сейчас никого.

- Так и сказал?

- Вру, что ли? — обиделась Алика. — Конечно, я не выдержала и расплакалась, как дура. Зря, наверное. И тут князь спрашивает так тихо, участливо: а как я отношусь к роли второй или даже третье жены, фактически отстраняясь от управления Родом? Намекал, видимо, что ты можешь взять меня в качестве запасного варианта.

«Козел, — стараясь сдержать эмоции, подумал я. — Мог бы и покорректнее сказать».

- Ну, а ты что же? — мне стало любопытно и тревожно.

- А мне что оставалось делать? — девушка остановилась и повернулась ко мне. По загорелой щеке катилась жемчужная капля слезы. — Ты же молчишь, никак не можешь определиться, к чьей юбке кинуться! Я-то знаю, что мне без шансов быть рядом с тобой! Кто ты, а кто я! Да ни одна Комиссия не даст согласие на брак между дворянином и мирянкой! А я люблю тебя!

Сказано это было спокойно, без надрыва и истерики, но с такой твердостью в голосе, что меня пробила дрожь. Я обхватил щеки Алики руками и поцеловал в губы. Потом еще раз и еще. Мне было безразлично, что скажет чертова Комиссия. Все решено. Любой закон можно обойти с изяществом пусть даже и хромой кобылы, но можно.

Оторвавшись от соленых губ, я сказал:

- Ты дочь Ведуна, а, значит, имеешь толику его крови. Боярская Комиссия по браку примет во внимание этот факт. Не думай, что там идиоты сидят. Любая мирянка, способная передать искру своим детям, имеет право на замужество с дворянином.

- Это правда? — вспыхнули глаза Алики.

- Правда. Сам лично откопал в многочисленных Уложениях этот пункт. Он есть, не переживай. Надо лишь пройти процедуру выявления нужных магических маркеров под бдительным присмотром Евгенической Комиссии. Забор крови, анализ на присутствие нужных компонентов и прочая лабуда, в которую я не вникал.

- С трудом верится, — покачала головой Алика, но в голосе тоска исчезла, уступив место воодушевлению.

- Данный пункт специально похоронили под кипой различных дополнений и приложений. Но он есть. Ладно, что было дальше? Что ты ответила?

- Я ответила, что согласна быть твоей женой, даже десятой. Все равно, если Колояр меня любит, он никогда не забудет, кто я для него. Знаешь, Щербатов слегка оторопел от моей атаки и долго так задумчиво смотрел на меня. И сразу предложил вариант моего замужества. Сначала ты берешь в жены Мирославу, переезжаете в Москву, устраиваетесь там, потом едете по коммерческим делам в Европу. А через год или два я смогу стать твоей супругой. Но, как сказал Щербатов, без права управления. Мне никогда не стать ведущей.

- Но дворянство ты все равно получишь, — уверенно ответил я. — И дети будут иметь полноценное право считаться таковыми, правда, без права в будущем возглавить мой Род. Это ведь шанс, правда? Не всю же ведь жизнь лечить животных?

- Только я не знаю, каково это для женщины, делящей мужа с другой, — тихо произнесла Алика, — причем, законной женой. Мирянам запрещено строить семьи подобным образом. Честно, я и хочу быть с тобой, но как подумаю, что придется уступать брачное ложе княжне — оторопь берет. Убить хочется ее! Как нам быть, Колояр?

- Я не знаю, милая, — покачав головой, я обхватил Алику за талию и повел дальше. Нужные слова испарились, оставив какой-то непонятный сумбур. Все живое в мире старается идти по наикратчайшему пути к своей цели. Практично и дешево, с наименьшими затратами физических и моральных сил. Любая девушка на месте Алики, получив желанный приз в виде малой толики от щедрот боярских, согласится на роль ведомой жены. Подумаешь, дележка брачного ложа с другой женщиной. Все на благо Рода!

Алике очень трудно. Она воспитана в моногамной семье, но после потери матери осталась одна с отцом, выстроив свою модель взаимоотношений с единственным и родным мужчиной в доме. Как поведет себя Громов? Решительно воспротивится или согласится? А ведь еще князь Демидов не сказал своего слова. Вообще взбеленится, когда узнает. Только из-за возможности навредить мне зарубит согласие на брак Алики. Или вообще устроит «веселую» жизнь семье лесника.

Я не стал озвучивать свои мысли о нехорошем. Сначала нужно Алику выдернуть с Урала сюда, в Торгуев. Пусть живет здесь, в моем особняке, который уже приобрел вид настоящего дома. Отделка, покраска — это мелочи. Нужно только провернуть хитрый финт и обыграть Демидова.

- Как думаешь, отец согласится? — спросил я задумчивую девушку.

Алика прижалась ко мне, обжигая кожу нагретыми на солнце волосами.

- Страшно подумать, — она вздохнула. — Но у меня же есть еще год или два, когда вопрос можно решить положительно. Если не согласится… Убегу.

- Слушай, — я отстранил Алику от себя, — тебе надо переехать в Торгуев. По возможности, с отцом. Я могу предоставить вам жилье. Федор охранял бы мой особняк, а ты хозяйничала бы там, пока мы в Европе клановые дела решаем.

- Князь Юрий не отпустит, — покачала головой Алика. — А если узнает, какую ты авантюру замыслил, может и под замок посадить. С него станется. Давай, пока не будем о своих планах на весь мир говорить. Главное, мы выяснили все вопросы о нашем будущем. Осталось подождать.

Давить на Алику бесполезно. Она в любом случае не останется в Торгуеве. Во-первых, археологическая экспедиция и контракт на выполнение определенных служебных обязанностей; во-вторых, семья Громовых не имеет свободного статуса, а значит, подчиняется князю Демидову; в-третьих, получить простолюдину право на выезд и переход в семью совершенно чужого Рода практически невозможно, если к этому не подвигли обстоятельства форс-мажорного характера. Я не знаю, какие рычаги нужно приложить, чтобы лесник со своей дочерью без проблем получили разрешение Демидова. В-четвертых, останься Алика со мной, ее отец попадет в очень большие неприятности.

- Мне пора в полевой лагерь возвращаться. Ты же не будешь против, если мы сейчас расстанемся?

- Ну… До осени буду здесь точно, — неуверенно ответил я, — а потом в Москву придется ехать. Точно не знаю. Так что еще встретимся.

- Лагерь сворачивается через две недели, — кивнула Алика. — Может, на один денек я вырвусь к тебе, если… Если Рахдай не начнет воду мутить. Ты не забывай, зачем он здесь. Под шумиху с Мирославой он постарается нанести удар.

- Я о нем не забыл.

Мы вышли из парковой зоны и направились к дому. Елена словно ждала нас и с пытливым вниманием переводила взгляд с одного на другую. Надеялась выяснить, чем закончилась прогулка.

- Я уезжаю, Елена Борисовна, — объявила Алика. — Спасибо за хлеб-соль, но меня ждут в лагере. Пойду, переоденусь, соберу вещи.

Елена кивнула, соглашаясь с решением гостьи, и как только Алика забежала в дом, насмешливо спросила:

- Пришли к согласию? По глазам вижу, конструктивно поговорили. Что дальше делать будете?

- Пока ничего, — я поднялся по лестнице, чтобы быть вровень с княжной, а не смотреть на нее снизу вверх. — У девушки есть обязательства, которые очень сложно преодолеть. Непонятно, как отреагирует князь Демидов. Было бы хорошо, если твой отец возьмется за решение деликатного вопроса.

- Отчуждение от клана? — усмехнулась Елена, прислонив палец к подбородку. — Я ведь такой вариант сразу обрисовала перед отцом. А ты не стесняйся, попроси его еще раз. Он пойдет тебе навстречу.

Как мне объяснить порывы княжеской души? Почему он охотно помогает мне, избегает конфликтов и старается каждый раз показать, как участвует в моей судьбе? Человек, пошедший на убийство моих родителей, теперь играет роль миротворца и этакого покровителя. Алику уговорил, упрямство Мирославы сломал, буквально подкладывая ее под меня. Ради чего? В чем подвох? Неужели совесть настолько загрызла князя? Вопросы, одни вопросы. И ведь не придешь к князю поговорить по душам под бутылку коньяка!

И еще одна мысль подспудно давила на меня. Какие отношения у Щербатова были с моей матерью до ее побега в семью Волоцких? Может, здесь лежит корень нынешнего поведения князя?

- Можно еще и перекупить, — подкинула идею Елена. — Варианты есть, не переживай. Все равно времени навалом. Как там Мирка поживает? Смирилась со своей участью?

- Зная характер будущей женушки — нет, — хмыкнул я. — Старается играть в любовь, но плохо получается. Фальшивит.

- Да не фальшивит она, — улыбнулась молодая женщина. — Бесится, что ты сам не сделал первый шаг, а отдал на откуп отцу важное решение. А для девушки, привыкшей к излишней вольности, это равносильно оскорблению чувств.

- Тогда по сценарию она должна убить меня в первую брачную ночь, — мрачно ответил я. — Кинжалом, спрятанным под подушкой.

Елена расхохоталась и весьма неожиданно потрепала меня по голове.

- Нравишься ты мне, Волоцкий, — сказала она, успокаиваясь. — Не переживай, я прослежу лично, чтобы Мирка не положила нож в постель. А ты не зевай, чародей. Таких девушек нужно сразу арканить и приучать к покорности.

- Боюсь, вы не поняли, что нужно Мирославе, — вежливо поправил я. — Как раз я готов предоставить ей свободу действий. Мне не нужна загнанная и злая на судьбу лошадь. Инициативная жена — клад для ленивого мужика.

Старшая дочь князя снова весело рассмеялась, но в глазах появился нешуточный интерес. Не знаете вы свою сестру и дочь, господа Щербатовы. А я сумею направить ее вулканическую натуру на те дела, которые принесут мне большую пользу.

Ведь впереди маячит охота на артефакты «солнечного доспеха». Вот здесь и пригодится характер Мирославы и ее красота.

Наконец, появилась Алика. Она переоделась в свою рабочую «камуфляжку». Поблагодарила Елену и сказала, что оставила все вещи, которые ей предоставляли, в комнате. Мы раскланялись с хозяйкой особняка и пошли к моему «хорьху», ждущему за массивными воротами на стоянке. Я вызвался отвезти девушку прямо до лагеря, тем более что ограничение на передвижение транспорта сняли, блокпосты свернули, кроме береговых через Волгу.

Алика отказалась. Оказывается, сегодня в сторону парома идет автобус. Ей бы не хотелось, чтобы Косарев увидел нас вместе. Он, конечно, знает о моем существовании в Торгуеве, но откровенно светить наши связи не нужно.

- Будь осторожен, мой яр, с этим шаманом, — ласково гладя меня по щеке, сказала Алика, когда мы заехали на автовокзал и остановились возле стеклянного куба диспетчерской. — Гляди в оба.

Она сама приникла ко мне и смело замерла в долгом поцелуе.

- Ты тоже не геройствуй, — хрипло ответил я, когда Алика вышла из машины. Ублюдок Рахдай обязательно попытается достать меня через девушку. Я словно читал запретные страницы книги грядущего, слегка приоткрытые дуновением ветерка. И от этого становилось не по себе.

- Подожди! — вдруг воскликнул я, задерживая отдаляющуюся Алику. Она удивленно повернулась ко мне. — Почему ты назвала меня яром?

- Глупенький! — засмеялась девушка. — Неужели ничего не знаешь про свое имя?

- Откуда же мне знать? Нет, сам смысл мне известен, но…

Ага, и Мирослава, кстати, называла меня яром. Как она смогла понять мою сущность?

- Твое имя двусложное, как и все имена, которые давали Первым. Коло — солнце, круг. Яр — это сам огонь, пыл, жар жизни. Ну и благородный господин… Теперь понимаешь, почему ты так легко подчинил себе найденные артефакты?

Она засмеялась, махнула рукой на прощание и легкой походкой направилась в здание, где находились пригородные кассы. А я еще раз прогнал слова Алики в своей голове. Выходит, «солнечный доспех» — не просто сгусток магической силы, а сублимация древнего космоса, его начала, скрытая форма бесконечной мощи? Даже думать стало страшно. Надо расспросить дружка-фантома на этот счет. Что-то мне не хотелось превращаться в сеющую смерть и разрушение энергию. Или я напрасно боюсь?

****

После костромского чистилища у меня вдруг образовалась уйма времени. Мирославу заперли в отцовском дворце и усиленно охраняли. А я, почесав затылок от свалившегося на меня счастья, решил посетить наш офис в «Интерлогисте». И с облегчением увидел, что работа не прекращалась. Поздоровался с нашей секретаршей Маргаритой, за эти беспокойные недели высохшей и поблекшей. Вместо княжны на ее месте сидел Бессонов со своими помощниками: Рогачевым и Анисимовым. Парни поприветствовали меня, а Касьян Иванович даже вышел навстречу, пожал мне руку.

- Присаживайтесь, господин Волоцкий, — широко, по-хозяйски, махнул рукой заместитель Мирославы. — Или на минуту заскочили?

- Решил проверить, как вы тут без нас. Скучно, поди? — я не стал обижать хорошего человека и примостился в торце стола, признавая его главенство в офисе.

- Некогда скучать, — усмехнулся Бессонов, кивая на десяток папок, раскиданных по столу в каком-то странном порядке, известном только ему самому и клеркам. — После знатного шороха в городе иностранцы испугались и резко прекратили контакты, кроме британцев. Те, наоборот, увеличили освободившийся трафик. Только сейчас все пришли в себя. К следующей неделе начнем зашиваться.

- Возьмите еще пару человек, — посоветовал я. — Сами сядете в кресло и будете раскидывать потоки. Пусть молодежь учится.

- Молодежь…, - пробурчал Касьян Иванович. — Молодежь по коридорам шныряет, девчат смущает. Вместо работы — разговоры, куда лучше вечерком пойти «оттопыриться». Так, что ли, Андрюха?

- Ну, вы скажете, — улыбнулся во все тридцать два зуба парень. — Мы же только на выходных днях! Пока молодые, надо успевать!

- Вот так и работаем, — кивнул Бессонов. — Подначки, хи-хи, ха-ха. Я слышал, что княжеская семья уезжает в Москву? Когда свадьба княжича Павла?

- Через несколько дней. На вас ляжет приличная нагрузка, Касьян Иванович. Не знаю, правда, кто будет контролировать работу всех структур, если вся Семья уедет.

- Уже знаем. Замещать будет Решетников-старший. Глава Рода. Серафим Иванович.

- Он же древний старик уже! — воскликнул я удивленно. Мне казалось, что дед Володи Решетникова спокойно доживает свой век на своей пасеке за городом, не влезая в дела семьи. А оказалось все гораздо сложнее. — Не рискует ли князь?

- Да наш пчеловод с радостью согласился, — криво улыбнулся Андрюха. — Теперь никому жизни не даст. Всех раком поставит в городе. А провинившихся погонит на свою пасеку мед собирать.

- Ну дела, — я почесал затылок. — Ладно, пойду я. Вы не стесняйтесь, Касьян Иванович, звоните мне, если возникнут проблемы специфического свойства. А то неудобно. Вроде числюсь в сотрудниках, а работы никакой.

- Так никто не запрещает вам приходить, — улыбнулся Бессонов. — Для молодежи полезно будет. Может, что подскажете, как получше организовать охрану… Да на той же злосчастной автостоянке, если подумать. Видите, как все получилось. И вроде бы все ответственно относились к своей службе, а закладку мины проворонили.

- Подумаю, — пообещал я и попрощался с ребятами. Потом заглянул в свою коморку, словно обезлюдевшую после гибели Гиви. Здесь я нашел Ирину, бездумно щелкавшей мышкой.

- Играешься? — полюбопытствовал я.

Лапочкина встала из-за стола и горячо обняла меня.

- Я так переволновалась за вас, — выдохнула она с облегчением и отстранившись, внимательно посмотрела в мои глаза. — Ты в порядке? Столько ужасов наслушалась. Весь «Интерлогист» на ушах. Говорят, князь Щербатов войну затеял с кем-то, чуть ли не всю свою гвардию и дружину погрузил в вертолеты и улетел куда-то. Как прошла охота?

- Нормально, если не задавать лишних вопросов, — махнул я рукой. — Грязное дело, надо признать. Гиви-то как похоронили?

- Все хорошо. Клан Щербатовых полностью взял расходы на похороны. Семья получила компенсацию. Конечно, она не вернет парня, но какая-то человечность проявлена.

- Как все плохо вышло, — я вздохнул и погладил Ирину по плечу. — Как ты сама, не скучаешь?

- Если честно — вою от тоски, — кисло улыбнулась Лапочкина. — Совсем делать нечего. Мои функциональные обязанности странным образом испарились вместе с Мирославой Борисовной. За безопасность здания отвечают люди Мисяя, а что делать мне — не представляю. Слоняюсь целыми днями по коридорам, к девчонкам заглядываю кофейку попить. Что делать-то, Колояр? Наша служба распускается?

- Не торопись. Тебе же деньги платят? Вот и сиди пока ровно, — я на мгновение призадумался. — У меня такое ощущение, что скоро в большую командировку сорвемся. В саму Европу.

- Ого! — оживилась Ирина. — Люблю путешествовать… Слушай, Колояр, это правда, что Мирослава выходит замуж, наконец?

- Откуда слухи?

- Я не знаю, кто где услышал, но треплются все без исключения, в каждом офисе, где есть женщины. Ты не забывай, что здесь работают люди Щербатовых, многие на короткой ноге с Мирославой.

- Н-да, ни одну тайну нельзя скрыть, — вздохнул я. — Везде утечки.

- Да брось. Скажи лучше, за кого выдают? Ты ведь ближе всего к княжне и к ее семье.

- Точно знаю, что за какого-то дворянина, с рангом боевого мага, — отмахнулся я. — Даже из Москвы прислали евгеническую программу. Сам Великий князь за дело взялся! Пришлось Щербатову свои желания глубоко в сундук спрятать. Наверху решили, что так даже лучше для поддержания в клане устойчивой магической искры.

- Ты что-то мутишь, Волоцкий, — нахмурила брови Ирина, недоверчиво покачивая головой. — Не знала бы тебя, решила, что ты в самом деле серьезные вещи говоришь. Врешь же!

Я развел руками, и с извинениями покинул коморку, пообещав, что улажу вопрос с новым сотрудником, присланным заместо Гиви. Блин, какие все любопытные! И слухи мгновенно расползлись между вассалами. Интересно уже то, как Щербатовы искусно манипулируют ситуацией. О замужестве княжны заговорили, за кого она выйдет — глухая тишина. Возможно, князь опасается отголосков костромской зачистки и постарался мгновенно обезопасить младшую дочь. Дескать, вот появился жених, теперь Мирослава под защитой не только своего клана, но и родичей будущего мужа. А кто они такие — ломайте голову и высчитывайте.

Сидя за рулем машины, я бездумно ехал по улицам Торгуева. Спешить мне некуда: особняк строится и без моего участия, на работе никто не ищет, с Мирославой пока не хочу видеться, сжигает беспокойство по Алике. Надо решить несколько вопросов, пока Щербатовы не укатили в Москву. Кстати, Павел уже сегодня с половиной свитских отчаливает в столицу, а остальные родичи поедут попозже. Значит, княжич мне не сможет помочь. Ведь у меня есть долг вызова — дуэль. Нехорошо получается. Можно сказать, бросил перчатку, а сам, воспользовавшись моментом, куда-то смылся. Витьку Колесникова тоже удалили из Торгуева, чтобы не болтал излишне языком, баламутя народ. Я уже знаю, где он находится.

Запиликала мелодия телефона. Бросаю взгляд на экран и удивленно хмыкаю. Сам князь Щербатов желает со мной поговорить. Или его секретарь, благовидный такой старичок с хитрым, как у уличного прохвоста, лицом. Мог позвонить с дворцового коммуникатора, подцепившись к номеру своего хозяина.

- Слушаю, Борис Данилович, — поразмыслив, я решил, что со мной хочет говорить сам князь.

- Колояр, ты бы мог заехать в офис на Стрелецкой? Я сейчас здесь, в своих апартаментах. Тебя пропустят. Я дал команду ребятам.

- Хорошо, — соглашаюсь легко. — Скоро буду.

Клановый офис на Стрелецкой продолжал функционировать как ни бывало. Правда, охраны стало поменьше, но этот факт ни о чем не говорил. Магические ловушки могут заменить часть людей. Они гораздо эффективнее, и их не видно. Жаль, я не могу определить места закладок.

Возле ворот остановился, дважды коротко просигналил. Распоряжение Щербатова охрана выполнила неукоснительно. Меня пропустили без проверок, да к тому же приветливо помахали руками. Ну да, слух о боевом маге в необычной защитной броне уже разлетелся среди дружинников. Кругом трепачи.

Оставив «хорьх» на стоянке, я без проблем прошел внутрь здания. Меня и здесь пропустили без вопросов.

Щербатов был один. Сейчас он мне показался просто усталым пожилым мужчиной, чьи покатые плечи поникли под тяжестью необъяснимого груза вещей и дел. Князь смотрел в окно, выходящее не на автостоянку, а на парковую зону, разбитую с тыловой части офиса. Так у него и кабинет был размером с аэродром. Ну, преувеличиваю чуток, просто обозначаю некие пределы помещения.

В безупречно наглаженных брюках и в белой рубашке с золотыми пуговицами и запонками (каждая из которых сама по себе была магическим оружием), пусть и загруженный проблемами, Щербатов оставался властным человеком, возле которого находиться означало полную сосредоточенность.

- День добрый, Борис Данилович, — поприветствовал я, плотно закрывая за собой дверь. Пара охранников, торчащих в секретариате, проверили меня на предмет проноса холодного или огнестрельного оружия. Порядок есть порядок, хотя вся СБ князя знала, что я вообще оружия не ношу, а сам являюсь ходячей смертью. Репутация растет, однако!

- Заходи, Колояр, присаживайся, — Щербатов отлип от созерцания отцветающей зелени. Лето было на исходе, и от этого факта становилось еще грустнее. Хотя мне больше по душе осень с ее низким свинцовым небом и накрапывающим дождем. Видимо, синдром северной уральской тайги до сих пор аукается. — На работу ездил?

- Заглянул, проведал, — не удивился я. Уже доложили. Кто здесь такой шустрый барабанщик? — Нам бы сотрудника на место Гиви, княже. А то Ирина одна от скуки помирает. Все функциональные обязанности в отсутствии Мирославы заключаются в играх на компьютере.

- Думаю, уже не понадобится, — усмехнулся Щербатов. — Я по поводу Лапочкиной говорю. Должность начальника отдела переговоров я передам Бессонову. Наберу в штат еще пару толковых клерков. Охрану сниму. Ваша задача, Колояр, будет состоять в активном поиске партнеров в южной Европе. Испания, Португалия, Италия. Работать в плотном контакте с герцогами, дожами, сеньорами. Привлечение инвестиций, банковские проекты. В общем, работы — непочатый край.

- Все уже точно решено? — убитым голосом спросил я. — Значит, я зря строю свой дом? Вы коварны, Борис Данилович. Умело сплавляете своего соперника подальше от себя.

В ответ на эти слова Щербатов расхохотался. И ведь не скажешь, что не искренне. Ржет, как здоровый жеребец. Весело ему.

- Строй, ради всех богов! Кто тебе мешает? Мне доложили об окончании внешних работ. Начинается отделка, отладка коммуникаций. Так что не прибедняйся.

- Хорошая у вас разведка, — похвалил я. — Умеет работать.

- Не жалуемся, — довольный, улыбнулся князь.

- Так что по Лапочкиной решили?

- Давай по порядку, Колояр, — пальцы Щербатова сверкнули камнями, когда простучали незамысловатую дробь по крышке стола. — В октябре будет Боярский Совет, куда тебе нужно прибыть обязательно. Возможно, с самим Великим князем встретишься. К этому моменту мы сыграем твою и Миры свадьбу. Так что поедешь женатым человеком, чтобы пресечь ненужное давление со стороны московских кланов. Тебя попытаются захомутать, навязывая в жены своих дочерей. Но не так активно, учитывая, что ты уже будешь окольцован. Но искать тропки к тебе обязательно начнут.

Я внимательно слушал. Щербатов меня предупреждал не просто так. Он беспокоился о судьбе дочери, в первую очередь, и справедливо опасался моих непредвиденных действий. Вдруг я ведущей женой возьму какую-нибудь московскую княжну из родовитой Семьи? Никто не помешает мне пересмотреть приоритеты в своем Роду.

А я опасался последствий женитьбы на Мирке. Появление в столице женщины, чьи дети станут катализатором больших изменений в системе престолонаследия, взбаламутит все спецслужбы, коими владеют аристо. Как бы нас не грохнули и не залили в бетон.

Раз есть муж — значит, он тоже становится ответственным за грядущее. Черт бы побрал этих Рекущих!

- Жить будете в нашем имении за городом. Я уже дал распоряжение, чтобы его подготовили к вашему приезду.

- Сколько времени мы пробудем в Москве?

- Думаю, не больше полугода. Весной уедете в Мадрид. Обустроитесь, начнете свою деятельность. Ваша задача: нарастить клиентуру, завести прочные связи и знакомства со знатными фамилиями через совместный бизнес. Проект очень важный, здесь и Вяземские подключатся. Будете с ними контактировать. Ну, и Паша в Лондоне со своей стороны поддержит.

- Все это понятно. Но такая работа потребует массу народу. Штат…

- Штат укомплектуем. Большая часть — из нашего клана. Охрана, бухгалтерия, маги, Целители… Прислугу можно набрать из местных, но только после предварительной и тщательной проверки. Все инструкции по работе будут у Мирославы.

- Кто является финансовым гарантом нашего проживания в Испании?

- Банк «Русо Маре Нострум», филиал «Княжеского Банка» Вяземских.

- То есть, я, по сути, являюсь кредитным клиентом? — я напрягся. — У меня в «Альянце» есть кое-какие накопления, но их не хватит на проживание за рубежом. А быть от кого-то зависимым мне не очень нравится.

- Ты будешь получать свой оклад как управляющий, — Щербатов все-таки нахмурился, — если не хочешь иметь общий со своей женой счет. Я распоряжусь. Не кажется ли тебе, что ты излишне щепетилен? Боишься попасть в зависимость?

А ты как думал, князь? В один прекрасный момент перекроешь мне кислород и будешь с улыбочкой наблюдать, как я дергаюсь, медленно наливаясь синевой смерти. Кстати, надо заглянуть к немцам, подготовить запасной аэродром. Пусть остатки переведут на зарубежные счета. Пока я лично не обзаведусь своим делом, которое начнет приносить мне стабильный доход, верить никому не собираюсь.

- Не надо, пусть будет общий счет, — я сделал вид, что доволен. Пусть Щербатов успокоится. — Теперь по штату. Кто его набирает? Лично вы?

- Да, — глаза князя потемнели. — Это моя прерогатива. Или хочешь пристроить своих людей?

- У меня нет своих людей в Торгуеве, — я пожал плечами. — Просто хотел замолвить словечко за Ирину Лапочкину.

- Кстати, я включил ее в список силового блока, который будет придан вашей семье, — кивнул Щербатов, и его глаза снова приобрели обычный цвет. Отчего он так разозлился? — Ты с Александрой Громовой разговаривал?

- Да, мы все выяснили.

- Вы пришли к какому-то согласию? Или мое предложение ее не устроило?

- Она согласна.

- Вот видишь, — довольный, расслабился Щербатов. — Если человек любит безоглядно, он готов на любые жертвы. Сашенька — умная и расчетливая девушка. Молодец. О чем вы договорились?

- Есть большая проблема, княже. Она ведь находится в вассальной зависимости от князя Демидова, который не даст ей согласия выйти за меня замуж.

- Да, я об этом думал. Так выкради!

- Вы в курсе, Борис Данилович, в каких я отношениях с Демидовым? Боюсь, начнет шантажировать меня.

- А тебя есть чем шантажировать? — сразу навострил уши Щербатов.

- Найдется, — я для виду помялся, чтобы князь клюнул на приманку. — Он злится за тот случай, когда я пренебрег его приказом и уничтожил шамана Рахдая. А оказалось, что не совсем. Теперь этот урод находится в составе экспедиции, роющей мои курганы.

- Давай ликвидируем, — предложил Щербатов так просто, словно кедровый орешек расщелкнул. Ну, молодец, не заморачивается! — Не нравится решение? Тогда я приставлю к тебе ребят, пусть походят за тобой. Вдруг твой шаман захочет с тобой здесь рассчитаться?

А я и так знаю, что скоро Рахдай предпримет попытку достать меня. Алика пообещала сразу предупредить меня, как только экспедиция начнет сворачивать полевые работы. Именно тогда и следует ждать нападения. Или кому-то показалось, что шаман приехал в Торгуев полюбоваться местными достопримечательностями? Демидов жаждет получить кинжал Ясни, и пойдет на любое преступление, чтобы завладеть им.

- Нет, не нужно подставлять людей. Рахдай — опасный тип со своеобразной магией. Даже я не знаю, как на него подействуют современные артефакты, — я решительно отмел предложение Щербатова. — А вот разрешить мне дуэль с Колесниковым в вашем праве, княже. Пора. Нельзя откладывать дело в долгий ящик. Репутация, знаете ли…

- Согласен. Он сейчас на Курганных Землях проходит службу, — Щербатов с хрустом в костях потянулся, расправляя плечи. — Ох, засиделся я…. Но поединок проведете в полевом лагере. Это мое княжеское слово. Если откажется — можешь с полным основанием можешь назвать его трусом. Кого секундантом возьмешь вместо Павла?

- Решетникова без вопросов, а еще вашего брата — Кирилла Даниловича. Его Павел посоветовал.

- Хорошо, так и сделаем. Поговорю с Кириллом. Когда планируешь ехать?

- Завтра, если получится.

- Тогда подъезжай утречком ко дворцу. Я предупрежу секундантов. И, кстати, Колояр… Насчет Саши Громовой и ее отца я постараюсь решить вопрос. Не дергайся пока и спокойно готовься к свадьбе.

- Спасибо, Борис Данилович, — я понял, что князь более не намерен меня удерживать, но любопытство пересилило. — У меня последний вопрос. У вас в подвалах находятся люди из костромских семей. Что-нибудь они рассказали?

- Почему у тебя такой интерес к этим уродам? — нахмурился Щербатов. Глаза опять налились чернотой.

- Хотел проверить одну версию, — спокойно ответил я. — Но, раз вы не хотите идти мне навстречу и присутствовать на допросах — дело ваше. Не буду столь наглым…

- Подожди, — Щербатов властно вздернул ладонь. — Что опять пришло в твою голову? Я обещаю показать тебе протокол или видео допросов…

- Нет-нет, княже, — я направился к двери. — Хотелось бы лично услышать, почему Бакринские и его союзники пошли на ликвидацию моей невесты. Всего хорошего, Борис Данилович…

- Да постой ты! — поморщился князь. — Мы еще не допрашивали пленников. Я дал команду пока не трогать их. После свадьбы Павла начнем. Пусть пока как следует напитаются страхом, ощущением безнадежности, погоняют мысли и построят свои логические выводы в том, что с ними произошло.

- Ожидание хуже смерти?

- Именно. Уговорил ты меня, зятек. Мне самому интересно стало, что ты сам накопаешь про костромских.

Глава 5

Глава пятая

Кирилл Данилович оказался колоритным персонажем. Он вообще не был похож на своего старшего брата, хотя, как утверждал сам Щербатов-средний, родились они от одной матери. Если князь Борис выделялся кряжистостью и грузностью на склоне лет, то Кирилл так и остался сухим и тощим, подобно степному бурьяну. И даже женитьба его не исправила в лучшую сторону, только слегка округлив щеки мужчины, придав ему хоть какой-то презентабельный вид.

- Боря с самого детства считал себя ответственным за Семью, — разглагольствовал Кирилл Данилович, — и отец постарался вложить в него все, что знал сам. Помимо одаренности, возможности управлять магической силой, в его голове множество вещей, несопоставимых с обычным уровнем знаний. От этого и все проблемы.

- Почему? — я покосился на секунданта, сидевшего рядом на пассажирском кресле. Княжеский брат ехал на моей машине, решив поговорить со мной наедине, а телохранители держались позади на «астре», собранной на нижегородской фабрике чуть ли не вручную. Эксклюзивный вариант, можно сказать. Красивые обводы, глубокий черный цвет, любимый Кириллом Даниловичем и яркий, сверкающий позолотой семейный герб на капоте.

Володя Решетников вместе с Целителем ехали последними. Наша небольшая кавалькада вырвалась из города и помчалась в сторону волжской паромной переправы. Мы, наконец-то, решили все текущие проблемы, и осталось только выяснить отношения с Колесниковым.

- Его ответственность не всегда ложится в картину мира окружающих, — непонятно пояснил князь Кирилл. — Они ждут от него вполне логичные решения, как сами понимают их, но Борис опровергает и рушит, выстраивая свою линию. Он ни под кого не ложится, старается сам навязать свои ценности, свое видение мира.

- Поэтому он так со мной возится? — усмехнулся я. А вдруг брат разоткровенничается и раскроет какие-нибудь тайны клана Щербатовых? Языком дяденька болтать любит.

- А ты тоже стараешься найти причины, по которым Борис неожиданно воспылал к тебе любовью? — задрожал от мелкого смеха Щербатов-средний. Подбородок его ходил в такт смеху. — Говорю же, искать смысл бесполезно. Он — сама бездна тайн.

- Я бы так не сказал, — осторожно отвечаю, кинув взгляд в зеркало. Наша колонна слитно идет по загородному шоссе, никто не отстает, хотя я держу скорость под сто. — Мне кажется, причины у него есть. Чувствую это, но до сути не могу докопаться.

- Он тебе не рассказывал об отношениях с твоими родителями? — наконец-то дошло до Кирилла Даниловича.

- Ни разу. Но я знаю по рассказам людей, однажды соприкасавшихся с князем и моим отцом, что они частенько конфликтовали, — прикинулся я наивным и не знающим свое прошлое парнем. — Вроде бы за Курганные Земли…

- Так и есть, — спокойно ответил Щербатов. — Драка уже при дедах шла. Не могли поделить обширные угодья. Волоцкие, как Первые, имели право на бесхозные земли, которые стояли пустыми, когда булгары ушли отсюда, а про сарматов и скифов так и вообще никто не упоминал. Когда это было? Быльем поросло. Волоцкие поселились здесь в четырнадцатом веке, а наши предки пришли позже. Так получилось, что во времена смут и боярских войн никто не удосужился законодательно закрепить за собой право на Курганные Земли. Твои предки думали, что владеют ими по праву Первых Родов, а Щербатовы, как молодая аристократическая поросль, вздумала уцепить свой кусок…

- Вы так говорите, как будто осуждаете и тех и других.

- Конечно, мне не нравились постоянные стычки из-за горстки артефактов, которые лежат в курганах. Не стоит оно того. Разве только для коллекционеров. Редко когда находили магические вещи действительно древние и сильные. Вот, недавно один идиот испортил артефакт.

- Кстати, а что это было? — оживился я. — Разобрались?

- Наши артефакторы долго голову ломали, но потом предположили, что черные копатели вскрыли гробницу скифского князя. Амулеты такой мощи абы кому не положат. Он же являлся защитным оберегом и миной замедленного действия. То есть при раскопе похитители обязательно первым делом должны наткнуться на него. Правда, и механизм активации должен быть простым, как мычание коровы. Чтобы наверняка грохнуло и похоронило всех, кто осмелился нарушить покой князя. В общем, артефакт похож по описаниям на «царский капкан» — амулет разрушительной силы, связанной с Воздухом и Огнем.

- По описаниям выживших, так и было, — кивнул я. — Горячий сухой воздух после хлопка. Похоже действием на термобарический заряд малой мощности, хотя и не совсем так по эффективности. Ведь выжившие остались, не сгорели в огне.

- Прости, что ты сказал сейчас? — Кирилл Данилович очень и очень внимательно взглянул на меня.

А я прикусил язык. Дернул меня черт вытащить на свет божий термины, которые здесь вообще не употребляют. Как вообще сохранились в моей голове сведения о термобарическом взрыве? Я уже практически забыл многое из того, что принес в этот мир. Даже модификаторы благополучно загнулись от сжиравшей мой организм магии. Вот так и получилось, что искра Дара зажглась, но пока не превратилась в полноценную силу, зато внешняя магия, которую я постепенно подчиняю себе, превращает меня в нечто пугающее.

- Да так, вспомнил кое-что, — улыбнулся я. — Читал европейские журналы по военной тематике. Сейчас существует много статей как заменить магию обычным оружием. Ну, вот заметка была одна. Какой-то сумасшедший конструктор изобретает бомбу, несущую в себе заряд, эквивалентный совмещенной мощи стихий Огня и Воздуха.

Произнес эту чепуху и перевел дыхание. Кажется, князь поверил и с глубокомысленным взглядом впился в пролетающие мимо нас стройные ряды лесопосадок. Судя по всему, мы скоро к переправе выскочим. Вот уже и указатели появились.

- Может, поговорим еще о взаимоотношениях моего отца и князя Бориса? — решил вернуть я собеседника в нужное русло.

- Почему именно отца? — поинтересовался Кирилл Данилович. — Думаешь, в нем все дело?

- Ну… В чем-то же точки соприкосновения были?

- Лучше пусть сам Борис расскажет, — вдруг стал уворачиваться важный секундант. — Если захочет. Поверь, в его порывах есть нечто странное, но потом оказывающееся правильным. Ты думаешь, какие причины заставили его изменить решение по Мирославе? Ага, все думают, что таким образом он дает сигнал, что принимает сироту в свою Семью. На самом деле причина лежит глубже.

«Врешь ты все, — подумал про себя, сворачивая с шоссе под знаком, показывающим направление на паром. — Причина лежит на поверхности. Обезопасить себя и род от кровной мести. Женив меня на своей дочери, он правильно рассчитывает, что я не буду поднимать руку на родичей. Да только свой ближний круг не убережешь. Маг и цепной пес под моим пристальным вниманием. Когда князь Борис останется один, вот тогда я охотно выслушаю его рассказ, с чего он проявлял благородство».

Мы подъехали к парому, стоящему возле причала. Он был почти пуст, не считая пары машин с гербами князя Демидова. Кто это может быть? Я присмотрелся. Один из автомобилей — грузовик с крытым фургоном. Скорее всего, продукты везет. Вторая машина — внедорожник. Возле него крутится молодой парень, а чуть подальше возле борта стоят два человека и о чем-то беседуют. По спине пробежал табун мурашек. Я узнал Пахома из нашего отряда егерей и Рахдая. Шаман после нашей встречи совсем почернел лицом, острые скулы обтянуты кожей до такого состояния, что казалось, тронь — вылезут наружу. На колдуне надеты широкие черные штаны, линялая клетчатая рубаха свободно болтается на плечах. Голова обрита налысо. Чисто кочевник.

- Черт, — пробормотал я и зашарил рукой над противосолнечным козырьком. Там должны лежать черные очки. Ага, нашел, напялил на себя.

- Что случилось? — князь удивленно посмотрел на мою манипуляцию.

- Глаза слепит, — соврал я. Хорошо, что солнце и в самом деле стало светить в лобовое стекло в результате подъездных маневров.

Прохор и Рахдай с любопытством принялись рассматривать, как наши машины въезжают на паром. Гадают, какой черт принес княжеских псов к Волге? Я постарался прогнать свой «хорьх» к самому краю, чтобы не палить свое присутствие. Откуда этот урод едет? В городе был, получается? Не обо мне ли, случаем, вызнавали? Пахом-то куда лезет? Блин, нормальный мужик, хоть и излишне страдающий желанием стать приближенным к Демидову. Совсем испортился? Или князь пообещал за мою жизнь такую награду, что отказаться тяжело?

Паром, наконец, отчалил. Оператор, сидящий в кирпичном домике, откуда шло управление плавсредством, посчитал, что хватит кого-то ждать. Скудновато, но все равно хлеб. Я сделал звонок Володе Решетникову и попросил его заплатить за проезд, потому что не хотел выходить из машины и светиться. Не особо удивляясь, мой второй секундант выполнил просьбу.

Наконец, вот и противоположный берег. Мы дружно запылили по дороге вдоль Волги, которая вела в сектор Курганных Земель, контролируемых Щербатовым. Через несколько километров уткнулись в КПП, охраняемый парой егерей. Увидев Кирилла Даниловича, тут же потеряли к нам интерес. Но я заметил, что один из охранников тут же схватил рацию, стал что-то говорить. Ясно, предупреждает базу, чтобы ждали гостей.

Мы поехали дальше. Пустынная дорога заметно отклонилась от реки и стала прижиматься к холмам, а потом и вовсе запетляла между ними. Базовый лагерь открылся неожиданно, за одним из поросших кустарником холмов. Расчищенная бульдозером площадка размером с футбольное поле уставлена палатками на три-четыре человека. Везде порядок. Дорожка между палатками, турник, брусья, чуть подальше — тренировочная дорожка с препятствиями, а еще дальше что-то, похожее на стрельбище. На одной из высоток — длинная металлическая антенна, раскинувшая, как паук, тонкие чувствительные лапы для ловли радиоволн. За палатками с правой стороны дорожки огороженная и крытая брезентом площадка для багги. Парочка быстроходных машинок стоит в тени.

В лагере тишина. Никто не бродит без дела. Или спят, или на дежурстве.

Нас встречал егерь со старшинскими нашивками на легкой «камуфляжке». Кепи надвинута низко на глаза, чтобы солнце не слепило сетчатку. Ростом с меня, худощавый. На левом бедре — плотно закрытая кобура.

- Старшина Есипов, — представился егерь. — Командир полевого лагеря. Добро пожаловать, Кирилл Данилович.

- Здорово, служивый, — не чинясь, протянул ему руку князь. — Уже в курсе, зачем мы здесь?

- Так точно, — Есипов посмотрел на меня.

- Волоцкий, — представился я. — Ваш сосед.

- Ага, я узнал вас, — кивнул егерь и покосился на подходящих Решетникова и Целителя. — Когда желаете провести дуэль?

- Можно подождать до вечера, когда жара спадет, — я критически осмотрел залитый солнцем лагерь. — Впрочем, я не намерен ждать. Зовите Колесникова. Мои секунданты готовы. А кто будет со стороны моего противника?

- Найдем кого-нибудь, — пожал плечами Есипов. — Парень не слишком старается завести себе друзей. Хамло, каких свет не видывал. Вы не в курсе, сударь, какими эликсирами его кормили?

- Мы сами в недоумении, — присоединился к нашему разговору Володя.

- Господа, пройдемте в мою палатку, — спохватился старшина. — У меня есть холодная минералка. Переносной холодильник очень спасает в такие дни. Все равно Колесников сейчас на объезде. Патруль вернется через пару часов. Я пока дам распоряжение подготовить площадку.

Пока мы угощались приятной шипучей минералкой, старшина на улице поймал кого-то и давал указание, кому что сделать. Потом вернулся в палатку и с сомнением в голосе обратился ко мне:

- Вы уверены, господин Волоцкий, что желаете провести дуэль с этой гранитной глыбой?

- Я же сам бросил вызов, и на попятный не пойду.

- Убьет он вас.

- Ничего, — я ободряюще улыбнулся. — Боги знают, за кем правда.

- Ну… Здесь боги вряд ли помогут. Скорее, магические добавки, — хмыкнул старшина.

- Господа, вы описываете какого-то монстра, — подал голос Целитель, скромно сидевший на раскладном стуле в дальнем углу палатки. Невзрачного вида мужичок в светлой курточке, несмотря на жару, беспрерывно вертел в руках четки из полированного камня темно-коричневого цвета. Что за камень, я не знал. Вот Ирина Лапочкина могла бы с уверенностью определить сей минерал.

Помимо четок, на руках Целителя тускло светились серебряные браслеты с идущими по всей окружности надписями на совершенно незнакомом языке. Даже буквы (или резы?) не прочитываются. На мгновение меня посетило ощущение мерзкого прикосновения «веригельна» к своим запястьям.

- Что это на вас? — я бесцеремонно ткнул пальцем в браслеты.

Целитель удивленно вскинул голову.

- «Кольцо здоровья», — все же ответил он. — Благодаря мощи, запитанной в браслеты, я смогу вылечить вас от тяжелых травм.

- Почему вы так уверены, что Колесников поломает меня?

- Магические эликсиры роста меняют структуру клеток, костей, мышечных тканей, — пальцы мужичка снова перекинули несколько четок слева направо по гладкому плотному шнурку. — Я не знаю господина Колесникова, и только из разговоров понял, каким образом он добился роста своей физической силы. Вы же будете драться без применения магии?

- Без нее, — подтвердил Володя, с тревогой вслушиваясь в речь Целителя.

- Поэтому я постараюсь как можно быстрее устранить негативные последствия после боя, — что-то слишком самоуверен Целитель.

Я не стал спорить и доказывать, как можно победить в борьбе с изначально неравным по силе соперником, и вышел наружу. Неподалеку от спортивной площадки несколько егерей с шутками сооружали нечто похожее на ринг. В идеале, можно было вообще обойтись без него. Все равно зрители окружат дуэлянтов и не дадут им большого маневра. Но эти парни старательно вымерили определенную площадь и огородили ее метровыми кольями, после чего обтянули их веревкой. И самом деле получился ринг.

- Полина передает тебе привет, — раздался за спиной голос Володи Решетникова. Он вышел следом и тоже с интересом наблюдал за постройкой дуэльной площадки. — Когда я рассказал о твоем случае, жена призналась, что знакома с тобой очень давно. И как ты Колесникова тогда осадил в парке.

- А я не хотел афишировать свое знакомство с ней, — я посмотрел на Володю. Парень с прищуром глядел на веселящихся егерей и молчал. — Думал, что ты за человек. Ревнивый, небось. Полезешь драться. Потом на Полине отыграешься.

- Ну и зря, — спокойно ответил Володя. — Если бы сразу сказал, что знаешь Полю, я бы приложил все усилия для отмены дуэли. Глупость это, Колояр. Колесникова уже не изменить, и мозги не вставить на место. Его толстую шкуру не пробьешь, сам покалечишься.

- Спасибо, Володя, — я положил руку на плечо секунданта, задержал на мгновение и убрал. — Без магического усиления мне будет трудновато, но попробую…

- Слушай, — оживился Решетников. — Ведь по правилам магия запрещена, а Витька нашпигован эликсирами по самую макушку. Как-то неправильно получается. Изначально вы в неравных условиях.

- Не-а, даже не вздумай встревать, — замотал я головой. — Вызов брошен.

Патрульная двойка на багах вылетела из-за холма и сразу начала сбавлять ход, чтобы пыль, поднимающаяся из-под колес, не накрыла лагерь. Осторожно объехав по небольшому радиусу, егеря подогнали транспорт к стоянке, загнали его под навес.

Витька Колесников выделялся среди четверки егерей своим ростом и атлетической, хорошо проработанной на тренажерах фигурой. На нем даже темно-зеленая майка едва не расходилась по швам. Пренебрегая порядком ношения формы, Колесников не надел на себя куртку. Майка, штаны песочного цвета с камуфляжными пятнами, высокие берцы, за спиной — карабин.

- Дикая вольница, ватага, — покачал головой старшина, стоя рядом со мной возле командной палатки.

- Почему не накажете?

- Не вижу смысла конфликтовать с человеком, вызванным на службу на короткий срок. Через неделю заканчивается его повинность. Начни я качать права, потом его отец найдет кучу причин сгноить меня. Выполняет свои обязанности — и ладно.

- Боитесь?

- Скорее опасаюсь последствий, — признался старшина. — Дерьмо трогать — не самый лучший способ испортить себе жизнь. Так что я очень надеюсь на вас, Колояр.

- Ну, — я усмехнулся, — надежды мало. Обычно мозги вправляют не таким способом. Вот если бы он попал в егерский отряд «рысей» или «манулов», я бы гарантировал исцеление. А так… Потеря времени, вы правы, старшина. У вас людей хватает для патрулирования?

- Э…, - непонимающе посмотрел на меня Есипов. — Боюсь, я не совсем соображу, к чему вы спрашиваете.

- Если я выведу Колесникова из строя на неделю, — задумчиво глядя на приближающихся патрульных, — вы изыщете резервы для патрулирования?

- Уф, ну, конечно! Да все равно ротация каждые две недели происходит. Скоро смена, другие приедут.

Каким же надо обладать характером, чтобы опытный служака устал от выходок Колесникова и самолично давал право чужому, в общем-то, человеку, разобраться с проблемой? Удивительно, как магические препараты могут влиять на мозг!

Витька заметил меня и замедлил шаг. Его загорелое лицо дернулось в ухмылке.

- Ба! Господин Волоцкий собственной персоной! Вы что-то здесь забыли? — начал он с ходу подзуживать.

- Да вот, вспомнил, что задолжал кое-кому, — лениво бросил я в ответ.

- Должок возвращать надо, — кивнул Витька и вдруг вытянулся, машинально поправив ремень карабина.

- Сударь! — рявкнуло за моей спиной голосом Кирилла Даниловича. — Подойдите сюда!

- Ваша светлость! — Витька, конечно, немножко перетрусил. Против княжеской воли, подкрепленным давящим на мозг ментальным приказом, даже качок не устоит. Подойдя к нам, он слегка склонил голову.

- Господин Колесников, имею честь сообщить вам, что в связи с отъездом первого секунданта я заменяю его в намечающейся дуэли, — самым холодным голосом произнес Щербатов. — И в этом качестве задаю вопрос: вы не отказываетесь от выяснения отношений с дворянином Волоцким Колояром?

- Нет, — вздернул подбородок Витька.

- Задаю повторно этот вопрос в качестве второго лица клана! — еще более угрожающе произнес князь Кирилл. — Принесете ли вы извинение господину Волоцкому за оскорбление Рода с отказом от дуэли?

- Я не меняю своего решения, — смело ответил Колесников и взглянул на меня. — Готов прямо сейчас выяснить отношения. Извиняться не собираюсь.

Ничего другого я не ожидал. Витька, даже если и дурак, то не трус. И не одной магией, накачавшей его организм силой и ловкостью, объясняется его желание столкнуться со мной. Злопамятный он. Кирилл Данилович переглянулся со мной и слабо пожал плечами.

- Правила боя остаются в силе? — спросил Володя.

- Да, — подтвердили мы. — Без оружия, голыми руками в полный контакт. До травмы, или пока кто-то не признает поражение.

- Что ж, стороны полностью подтвердили свое желание участвовать в дуэли, — развел руками князь Кирилл и демонстративно посмотрел на часы. — Через двадцать минут жду вас на ринге.

Слово «ринг» Щербатов произнес так, словно оно прижгло ему язык своей ядовитостью. Подозреваю, что у Кирилла Даниловича было прямое указание от старшего брата постараться избежать драки, но встретив двух упертых баранов, решил устраниться от дальнейших попыток восстановить мир.

Я попросил у старшины Есипова какую-нибудь старую «камуфляжку» без куртки. Буду драться с обнаженным торсом, чтобы исключить любые захваты за майку. Пока кто-то из егерей бегал в поисках б\у штанов и берцев, у меня затрезвонил телефон.

Звонила Мирослава. Я нахмурился. Сейчас начнется.

- Привет! — придаю голосу веселости. — Ты не вовремя!

- Ты еще жив? — голос девушки, несмотря на спокойный тон, все-таки подрагивает. — Или нужно рыдать в голос?

- Представляешь, мы еще и не начинали.

- Дядя Кирилл не отговорил вас от глупости? — вздохнула Мира.

- Нет. Я уже переодеваюсь. Минут через десять начнем.

- Словно чувствовала…. Колояр, я тебя не узнаю. Как ребенок, ей-богу… Если уж хочешь проучить идиота, постарайся применить все свои умения. Иначе я не выйду замуж за мужика с отбитыми потрохами.

Ох, испугала! Колени затряслись от страха! Но приятно знать, что тебя где-то в темнице, заламывая руки, ждет прекрасная невеста. Хм, отвлекся…

- Я постараюсь, дорогая, — источая мед, ответил я. И изобразил звук поцелуя. Сразу же отключил телефон, чтобы не досаждали звонками. А то еще и Алике приспичит позвонить, хотя она и не знает о сегодняшнем развлечении. Женщины — они ведь такие странные существа с тонкой душевной настройкой, без всякой магии чуют проблемы.

Ладно, пора идти. Повеселим народ.

****

Все-таки разница между мной и Витькой была ощутимой. Мое тело, привыкшее к нагрузкам и физической деятельности, никак не шло в сравнении с тем, что Колесников сотворил с собой. Он ведь качался не просто так, а по какой-то схеме, формируя не только тело, но и организм с равномерной нагрузкой. Враг мой был красив, что уж там говорит. Пропорционально сложен, мускулист, руки раскачаны, сильные запястья. Благодаря буграм мышц Витька казался выше и массивнее меня. Я как будто стоял против молодого и агрессивного медведя.

Мой фантом Ясни остался в кармане куртки, как и перстни, и помочь ничем не мог. Я же надеялся на свои модификаторы. Они еще могли помочь мне в нужный момент. Раскачаю их, и помощники сами начнут поддерживать организм.

Витька с хрустом сжал кулаки, дважды махнул ими перед собой. Воздух угрожающе засвистел.

- Начинайте, — объявил Кирилл Данилович.

Помогай мне светлые боги! Пусть моя дорога озарится сиянием их благодати, да защитят они от тяжелых ран!

Шепот, словно морской бриз, окатил меня и затих в звенящей пустоте. Пожимаю плечами, удивленный непонятным состоянием, словно опять попал в капсулу безвременья, где мои перемещения в сто крат превосходят движения противника.

Кулаки Витьки замелькали передо мной, целя то в лицо, то в корпус, то снова в лицо. Железные кувалды стремились в одно мгновение раскрошить подбородок, нос, зубы. Но я с удивлением к своему состоянию отклонился чуть назад, наблюдая за попытками Колесникова достать меня. Делаю шаг в сторону и пробиваю в голову, целясь чуть повыше виска. Понимаю, что глупо бить в кость, рискуя сломать пальцы или разбить костяшки в кровь.

На секунду словно выныриваю на поверхность и вижу, как валится в песок Витька, ошеломленный неожиданным ударом. Зрители, состоящие из егерей, оторопело зашумели.

- Пять секунд! — раздался чей-то восторженный голос. — Вот это техника!

Что случилось-то? Ничего не понимаю, как и Витька. К чести противника, он только помотал головой и сразу вскочил, с одновременным выбросом ноги в мою сторону. Колено словно под удар пресса попало. Падаю на землю и кувырком ухожу в сторону. Не хочется, чтобы глыба с разбегу на меня упала. Витька тяжело грохнулся рядом со мной, поднимая крошево песка в воздух. Его рука идет вверх и валится на меня. Ставлю блок. Бревно на полном ходу остановил, по ощущениям. Сразу же левая рука отяжелела. Хреново. Приходит догадка, что Колесников эликсирами в самом деле укреплял кости. Этак он меня поломает. Снова ускоряться?

Кувырком назад разрываю дистанцию, вскакиваю на ноги. Витька следом за мной — и сразу атакует, выкидывая правую ногу так, чтобы стопа всей площадью ударила меня в грудь. Зря. Хватаю ее в жесткий захват и выворачиваю с хрустом в плечевых суставах. Знакомое ощущение. Модификаторы активировались, что ли?

Неожиданно для противника делаю шаг вперед и наношу мощную оплеуху открытой ладонью. «Медвежья лапа» ощутимо приложилась к уху Колесникова. Тоненькая струйка крови показалась из ушной раковины. По глазам вижу, что Витька не поплыл, выдержав удар. А вот его кулак влетел в мой нос. Звездный хоровод взвился в возникшей черноте. На волевых ухожу в сторону. Да не ухожу — прыгаю с одновременным заваливанием на бок. Жив? Переносицу не сломал? Вроде, по ощущениям — нет. Скользящий удар получился. Кровь течет, плохо.

Колесников бросился следом, желая затоптать меня берцами. Как поймать замедление времени? Этот урод молотит воздух без перерыва. Снова удар, теперь по лодыжке. Снова все немеет. Этак скоро обездвижит всего. Тело, я чувствую, самым натуральным образом начинает скрипеть, разгоняя работу мышц и сухожилий. Мне еще надо выгадать полминуты, чтобы войти в боевой транс. Я совершенно сбит с толку непонятной реакцией своего организма. Или он не может понять, что я хочу?

И пропускаю удар, самым бездарным образом. Меня как будто смело с одного места и перебросило в другое.

- Вы порядке, сударь? — надо мной склонился Целитель. Я повел глазами по сторонам, видя только частокол ног. Это егеря толпятся рядышком. — Прекратить бой?

- Кости целы, — прохрипел я. — Продолжаем. Только кровь остановите. Правилами это не запрещено.

Целитель мгновенно проводит над моим лицом ладонью, засветившейся мягкими сиреневыми всполохами. Отлично, кровь перестала течь. Вбираю в себя воздух. В грудь словно чеканом влепили. Ребра болят, но не сломаны. Спину саднит. Видать, снял шкуру, пока по песку катился. Ну, здоров же бык! Даже я, будучи в ипостаси майора Прохорова, не обладал таким ударом.

Встаю с помощью Целителя на ноги, отталкиваю его в сторону.

- Еще живой, Волоцкий? — улыбается Витька расслаблено, почуяв себя победителем. — Сейчас я тебе сломаю руки, а потом — ноги. Как и обещал. Будешь на коляске всю оставшуюся жизнь кататься.

На миг представил, как Колесников крадется вдоль стены особняка, выдергивает чеку гранаты и закидывает в комнату, где сидят две девушки, одну из которых я люблю, а к другой — приятное влечение, перерастающее в нечто большее. Граната падает на середину комнаты, с жутким шорохом крутится вокруг своей оси… Картина настолько ярко и живо всплыла в голове, что я не сразу понял, как оттолкнулся от земли и взлетел на подоконник. Одна мысль в голове — успеть, успеть!

Мой противник еще не успел закрыть рот после своего длинного монолога, а я сделал шаг, после которого мир застыл как на фотографии, только непонятный хрустальный перезвон, льющийся с неба, разбавил статичность, окружившую меня.

Я перехватил Витькину руку в районе запястья, развернулся, положил себе на плечо и резко рванул вниз. И все так медленно, без спешки, как на манекене.

Дикий крик ворвался в уши, а резкая боль, рвущая сухожилия и мышцы, обрушилась на меня. Это откат. Витька упал на колени и орал так, что моя спина заледенела от ужаса. Что я не так сделал? Поворачиваюсь и вижу своего противника, держащего руку на весу. Кажется, сломана лучевая кость. Она прорвала кожу и белесо торчит наружу.

Егеря остолбенело молчат, ничего не понимая. Целитель, быстрее всех сообразив, рванул к Колесникову, на ходу вытаскивая из кармана целую горсть амулетов.

- Дай руку! — приказал он Витьке. — Не ори, дурень! У меня уши заложило! Сел на землю, живо! Живо, я сказал!

И куда подевались его нерешительность и манерность? Сейчас передо мной был опытный одаренный врачеватель. Он извлек из другого кармана рулон какой-то странной белой блестящей серебром ткани и поднял голову.

- Кто-нибудь, помогите мне! Ты, ты и ты! — его палец тыкал в егерей, которых выбрал, и парни, не мешкая, подбежали к нему. — Двое держат за плечи! Я кладу амулет на руку, а ты, юноша, обматываешь его пластырем вокруг руки. Фиксируешь!

Дальше я не слушал. Меня под руки вывели с площадки и сопроводили в палатку. Сев на раскладную кровать старшины, я дрожащей рукой дотянулся до бутылки минералки, оставленной на столе, и стал промывать засохшую корку крови на лице. В палатку ввалились Володя и князь Кирилл. Решетников был бледен, но спокоен, а вот Щербатов крайне озабоченно спросил:

- Ты не применял магию?

- Нет, — твердо ответил я.

- Разве можно двигаться с такой нереальной скоростью? — Кирилл Данилович сжал пальцы, потом резко их разогнул. По палатке прошел холодный воздух, взбив полотняные стенки. — Действительно, никаких артефактов. Ладно, подождем Целителя. Он тоже должен был почувствовать.

- Витька вообще не понял, что с ним случилось. Стоял, угрожал тебе — и вдруг повалился с диким криком, — вздрогнул Решетников. — Колояр, это невероятно. Что за ускорение ты применил?

- Тайный прием, которому нас обучали в кадетской школе, — я умышленно направил ход мыслей своих секундантов в другую сторону. — Это в самом деле не магия, а умение концентрироваться и ускорять работу организма. Древняя технология боевого искусства.

А я ведь не врал. Методики таких приемов существовали и в моем бывшем мире, и Жарох что-то дал мне за годы обучения. Но я двигался слишком быстро, и откат получил почти такой же, как и в Журавлихе. Ускорение спровоцировано яркой картиной опасности моим девушкам, и я без всяких проблем вошел в транс. Хм, мои девушки… Собственник хренов.

- Колесников — болван, — вынес вердикт Щербатов. — Ему с самого начала твердили, что выпускники кадетских школ — не простые ребята. Получил, что хотел.

Я оглядел себя самым тщательным образом. Кожа на руках содрана, сукровица вперемешку с песком образовали прочную корку. На левом предплечье — приличная гематома, наливающаяся чернильно-фиолетовой кляксой. Челюсть болит так, что сказать слово невозможно. Осторожно трогаю пальцами. Вроде бы перелома нет.

Со спиной понятно. Кинули на нее десяток разъяренных кошек. Жжет огнем, невозможно.

- Как ты себя чувствуешь? — сообразил Решетников, глядя на мои манипуляции. — Целитель нужен?

- Пусть сначала с Колесниковым разберется, — вяло отмахнулся я. — Как он, кстати?

- Живой, — хмыкнул Володя. — Лекарские амулеты помогли снять болевые ощущения, но Целитель приказал его доставить в больницу. Открытый перелом, как-никак. Сначала надо операцию провести, а потом магией залечат в два счета.

Полог палатки откинулся в сторону. Вошли старшина и Целитель.

- Признаков использования магии не замечено, — твердо произнес Целитель. — Победа чистая, Кирилл Данилович.

Спасибо модификаторам! Вовремя они разогнали мое тело!

- Ну, и ладно! — хлопнул по коленям князь и встал. — Можно домой ехать. Калеченного уже отправили в город?

- Так точно, — Есипов скинул кепи с головы, провел ладонью по коротким волосам от затылка до лба. — Уже уехали. Надеюсь, он здесь больше не появится?

- Нет, — твердо заявил Щербатов. — Я позабочусь об этом. — Господин Целитель, осмотрите боярича. Промойте раны, намажьте чем-нибудь. И вообще, жить будет?

Целитель подошел ко мне, пальцами приподнял веки глаз, внимательно взглянул, кивнул одобрительно, но как-то неуверенно.

- Голова не болит?

- Нет. И не тошнит.

- Хорошо. Обошлись без сотрясения, значит. На руках и теле — гематомы, это не страшно. Ребра целы. Челюсть…, гм, в порядке. Думал, он сломает вам ее после такого приличного удара. У вас вес сколько? Девяносто?

- Восемьдесят пять было полгода назад, — пошутил я. — Сейчас, наверное, больше.

- Ага, снес как пушинку. Ничего себе — удар! До сих пор дрожь пробирает, — Целитель провел рукой по ссадинам и царапинам. — Я очистил раны. Сейчас наложу смягчающую мазь, посидите минут десять, пока подсохнет. Потом одевайтесь и езжайте домой. Полный покой в течение двух дней. Есть кому ухаживать?

- Найдем, — кивнул Щербатов со странной ухмылкой.

- Отлично. Только вот… У меня создалось впечатление, что вы применили необычную практику ускорения тела, — Целитель с хитринкой посмотрел на меня. — Ощущаете себя как на воде? Покачивает?

- Нет, скорее я похож на надувной плот, который налетел на острую корягу. Воздух выходит…, - я кисло улыбнулся.

Откат начался, в этом я уверен. Правда, в этот раз еще держусь, не падаю, как чувствительная барышня, в обморок. Целитель еще раз посмотрел на меня и покачал головой.

- Пожалуй, я завтра загляну к вам. Вы ведь в гостинице живете? Заеду… Я знаю, где вы расположились, не надо адрес называть.

- Кирилл Данилович, не сядете за руль вместо меня? — попросил я князя. — Рука совсем не шевелится.

Наконец, мы выехали из лагеря. С грехом пополам Володя помог натянуть на меня одежду и усадил на пассажирское кресло «хорьха». Князь Кирилл подмигнул мне и уверенно повел машину, словно всю жизнь только ее и водил. По дороге рассказал, что в молодости гонял так, что родители были в ужасе. Любовь к скорости у Мирославы от него, с гордостью произнес Щербатов. Я только внимательно слушал и вяло поддакивал. Зачем противоречить? Мирослава больше всего взяла от погибшего младшего дяди. Вот он-то гонял, как проклятый… Хотелось скорее добраться до гостиницы. Больше всего я переживал, что отрублюсь прямо по дороге, и Целителю придется накачивать меня энергией.

Но удержался, хотя корежило меня нехило. Подозреваю, что Ясни, как мог, поддерживал меня. Если бы он был живым человеком, лечение прошло не в пример быстрее, но фантом давал лишь часть своей слабой энергии, подпитывавшей ауру.

Князь Кирилл загнал машину на стоянку и приказал телохранителям отвести меня в номер. Двое амбалов, осторожно ступая за мной (я предупредил парней, чтобы они не вздумали хватать меня под руки), сопроводили до номера и пожелали быстрого выздоровления. Подозреваю, что бой с Колесниковым они тоже смотрели. Слишком уж уважительно ребята со мной обходились.

Оставшись наедине с собой, я разделся, с благодарностью помянув Целителя. Раны не беспокоили, к одежде ничего не прилипало. Скинув все с себя, залез под душ, настроил воду так, чтобы она была чуть теплой, и смыл с себя остатки грязи и пот. Аккуратно промокнулся полотенцем и только потом побрел в спальню. Вытащил симулякр и трансформировал его в кинжал. Без сил, голым хлопнулся на кровать и прижал к себе холодный металл ножен.

- Давай, дружище, помогай, — прохрипел я и провалился в забытье.

Главы 6, 7

Глава шестая

- Так может продолжаться всю жизнь, если не сможешь наладить нормальную работу точек энергетических выходов, — сердито втолковывал мне красивый юноша в ярком красном шелковом халате. Он сидел в кресле посреди пустой комнаты, оббитой бархатной темно-зеленой тканью, закинув ногу на ногу. Юноша держал на руках пушистую черно-белую кошку с изумительными голубыми глазами и почесывал ее за ухом. Кошка жмурилась от счастья и только посматривала изредка на меня, проверяя, внимательно ли я слушаю хозяина.

Хозяином, конечно, был Ясни. Этого въедливого друга я бы узнал в любом обличии. Интонации поучений одинаковы, тембр голоса тот же, вкрадчиво-шепчущий.

- Как мне восстановить эти точки? — спрашиваю я, ощущая прохладу по всему телу. Самое забавное, что не могу окинуть себя взглядом. Опускаю голову и не вижу ничего, словно завис в густом тумане. — Мне нужен маг высшего уровня, архат. Но я не могу довериться никому, с кем нахожусь рядом.

- Зотов.

- Зотов имеет свой интерес, — возражаю я. — Может, он и хочет помочь мне, но держит в голове тот факт, что я обладаю древним оружием.

- Я с самого начала тебе сказал, что доверять ему можно, но до определенного момента, — хмыкнул Ясни. — Используй Зотова, получи то, к чему стремишься, и отбрось его в сторону. Потому что к тому времени он заползет тебе в душу, искушая многими знаниями. Но все это я могу сам дать, кроме выправления твоих искалеченных чакр. Мне не хватает… как это сказать…

Ясни в досаде щелкнул пальцами.

- Плотской осязаемости…. Грубое сравнение, но не могу подобрать. Мне нужно ощущать себя полноценным человеком, а не фантомом, как ты меня обзываешь.

- Обижаешься?

- Ни в коем случае. Зачем обижаться на правду? В общем, не дури, а попробуй сблизиться с Зотовым. Парень головастый, амбициозный. А ты не слишком-то любишь заводить друзей, как я понял. Меняй себя. Удивительно, как ты с княжной поладил. Кстати, еще раз говорю, не робей, когда представится шанс…

- А ты куда собрался? — с любопытством спросил я, увидев, что Ясни встал с кресла.

- Не хочу мешать твоему посетителю, — ухмыльнулся фантом.

Комната свернулась клубами серовато-желтого дыма, слизывая скудную обстановку вместе с креслом и драпировкой, и я очутился в непроглядной темноте. Странным образом она дышала, заставляя и меня медленно колыхаться, как на водном матрасе. Это было похоже на материнскую утробу, в которой младенец ждет своего рождения. Но в то же время сгустки боли пронзали меня, заставляя издавать стон.

- Я-аар! — тихий мелодичный голос. — Ты меня слышишь? Я-аар!

Выныриваю на поверхность реальности. Темная комната, освещенная мягким рассеянным светом из окна, закрытого легкой шторой; узкая полоска света, прорезавшая темноту спальни из коридора. И силуэт человека, сидящего на краю кровати. Его рука мягко ложится мне на голову, потом скользит ниже по груди и останавливается на животе. Сразу становится легко. Робкий ручеек энергии истекает из пальцев и распространяется по телу.

- Что ты здесь делаешь? — я уже знаю, кто это, и накрываю ладонью изящную руку Мирославы. — Как попала ко мне? Дверь сломала?

Короткий смешок.

- Меня попросил дядя Кирилл. Сказал, что ты умираешь, и перед смертью хочешь посмотреть на меня.

- Неразумно, — бормочу я, слабо сжимая ее пальцы.

- На улице две машины с охраной. На этаже еще четверо костоломов, — ответила Мирослава, склоняясь надо мной. Чувствую легкий запах духов и касание волос, накрывающих мое лицо. — Дверь открыли запасным ключом, я приказала.

- Утром убью администратора, — лениво пробормотал я. — Ты себя подставляешь. Князь Борис порвет меня как Тузик грелку, когда узнает, что ты ночью приехала к мужчине в гостиницу.

- Какой Тузик? — тихо хихикнула княжна. — Что за вульгарности, яр? Откуда только берешь их? Запомни, никто из персонала рта не раскроет. А отец знает. Он с дядей Кириллом после приезда с дуэли сели в гостевом зале и начали водочку вкушать.

Отправили меня сюда, спасать тебя. Расслабились после Костромы. Ладно. Закрой глаза…

- Зачем? — не понял я, но послушно прикрыл глаза рукой.

Вспыхнул ночник на прикроватной тумбочке.

- Чтобы глазам не было больно. Хочу на тебя посмотреть.

На Мирославе было платье кофейного цвета с мелким принтом в белый горошек. На шее поблескивала золотая цепочка, уходящая под горловину. Волосы частью собраны на затылке в незамысловатую прическу, а другая часть свободно спадала на плечи.

- Ужас, — вынесла она вердикт, когда окинула меня внимательным взглядом, и стянула одеяло до самого пупа, не замечая моих попыток задержать процедуру полного раскрытия своего бренного тела. — Это просто ужас. Дядя рассказал, как ты выглядел после боя. Сплошные гематомы по телу.

В голосе хотя бы равнодушия нет. Но и истеричных ноток, которые я еще больше ненавижу. Подумаешь, слегка повозили мужика…

- Пустяки, — отмахнулся я, разглядывая Миру. Дикая кошка спрятала свои коготки и мурлыча, пыталась подлезть под руку. — У меня опять откат.

- Я поняла по симптомам, как только дядя Кирилл рассказал, что тебя в машине всю дорогу корчило, — кивнула Мирослава. — Будем лечить. Послезавтра мы улетаем в Москву, должны успеть.

- Что успеть? — пробормотал я, снова ощущая головокружение и мучительные уколы утекающей энергии.

- Поставить на ноги, — Мирослава прикоснулась к распухшему лицу и осторожно провела по налившемуся синяку. — Я принесла с собой мази. Зотов на дорогу дал, проинструктировал. Но мазать будем утром. Сейчас важно закупорить пробои в ауре… Отвернись…

Угу, отвернись. Я даже на бок лечь не могу, любое движение начинает отзываться болью в теле. Кряхтя, повернулся на правый бок, который чувствовал себя гораздо лучше. Услышал шуршание снимаемой одежды, щелчок выключателя и просевшую постель. Одну рука Миры просунула под мою голову и обхватила лоб прохладными пальцами, а вторая легла на грудь. Непонятная дрожь пробрала меня. Может оттого, что поток моей невидимой жизненной энергии столкнулся с яростным сопротивлением защитного кокона девушки; а может оттого, что она крепко прижалась к моей спине всем телом, словно сливаясь в единый организм.

- Теперь так закупоривают ауру? — пошутил я, оглушенный ударами сердца и током крови, разогнавшейся по венам. Лежу ни живой, ни мертвый, ощущая приятную округлость грудей и жар, исходящий от девушки.

- Помолчи, дурачок, — фыркнула княжна. — Если не умеешь сам следить за своим магическим контуром — приходится помогать. Мне мама Ирина подсказала, что нужно делать. Полный контакт. Обычная тактильная терапия. Обнаженные тела лучше реагируют на обмен энергиями.

Что ж, мне нравится. Особенно, когда Мира закинула свою ногу на мое бедро.

- Лежи спокойно, не дергайся, — пробурчала она. — Это не то, о чем ты подумал. Просто засыпай. Я попробую накачать тебя энергией. Специально несколько амулетов захватала. Руками не вольничай! Смотри-ка, ожил! И не только ты, но и твой дружок… Уф!

Ее рука дернулась вверх и застыла на моем солнечном сплетении. Стало очень жарко. Не знаю, отчего больше: от обнаженного тела княжны или от горячих волн, идущих изнутри.

- Может, лучше Целителя пригласить? Он без амулетов меня вылечит, — мой язык, к ужасу, стал заплетаться и нести чушь. А глаза, налитые тяжестью, закрываются сами собой.

- Ой, дурачок, — выдохнула Мирослава, еще сильнее обхватывая меня. — Бревно, как есть бревно…

- Ты сама себе противоречишь, — едва ворочаю языком. — Бревном называешь, а сама отпихиваешь.

Моя рука тут же легла на бедро девушки, демонстрируя неправильность ее выводов и погладила шелковистую кожу, не встретив сопротивления. Но непонятная сонливость переборола меня, и расслабленно вздрогнув, я провалился в черноту без сновидений. Хотя, мне послышался едва тихий вздох, который ощущался как дуновение легкого свежего ветерка.

Пусть друг Ясни хохочет, но я реально уснул, практически мгновенно. На меня воздействовали какой-то усыпительной магией, чтобы руки свои не распускал. И я могу даже сказать, с помощью чего. Кулон на шее Мирославы очень уж подозрительно светился блекло-сиреневым цветом. Именно он источал непонятные мне волны, вгоняя в сон.

Меня разбудило звяканье посуды и негромкие голоса в соседней комнате: мужской и женский. Открыв глаза, огляделся по сторонам. В постели я лежу один, накрытый до подбородка одеялом. Рядом, возле кровати, на стуле лежит одежда: трусы, футболка, спортивные штаны. Поднимаюсь, сбрасываю ноги на пол и морщусь. Ребра еще болят, но спина не горит огнем. Быстро одеваюсь и крадучись подхожу к двери, которая едва прикрыта. Княжна разговаривает с официантом, прикатившим тележку с кастрюльками и судками. Дает какие-то указания. Парень почтительно кивает, разворачивается и уматывает из моего номера.

- Ну и что ты там подглядываешь? — весело крикнула Мирослава. — Выходи, маленький, завтракать будем! Только не забудь помыться и привести себя в порядок.

Потом я сидел за столом и с изумлением смотрел, как княжна хлопочет за столом, накладывая мне на тарелку рисовую кашу с прожилками растаявшего сливочного масла. Себе она придвинула омлет.

- Сначала попей куриный бульон, — приказала она, открывая один из судков. — И не смотри такими глазами. Ты килограммов пять потерял за ночь, наверное. Восполняй энергию. Сосиски не забывай. Вкусные.

- Было бы с чего терять, — удивился я. — Ничего же не было такого…

- Ничего такого…, - передразнила Мирка. — Конечно, думаешь я тебе что-то позволила бы в таком состоянии? И все равно ручками-то щупал по моему телу, хоть и во сне. Мне даже интересно стало, до каких пределов тебя хватит.

- Да? Не помню, — утыкаюсь в тарелку с кашей.

- Ешь давай, яр. Стынет. Не помнит он… Много ты чего не помнишь.

Лицо Мирославы светилось загадочностью. Вот как? Тайны появились? Проклятье, что я делал во сне?

- Я утром мало ем, — вяло сопротивлялся я. — И за чей счет банкет?

- Тебе не все равно? — не поняла моей иронии Мирослава. — Будешь капризничать, крикну ребят из коридора. Они тебя насильно накормят. Хочешь?

- Нет, я предпочту твою компанию, — я вздохнул и принялся за еду. — Спасибо тебе за помощь. Когда ты меня успела обмазать?

- Утром, — отпивая из узкого длинного стакана апельсиновый сок, ответила Мира. — Будить жалко стало. Ты даже не шелохнулся, так и спал в обнимку со своим кинжалом. Кстати, штучка занятная. Мне рассказали, как ты в Костроме превратил артефакт в защитный доспех. Такой же чешуйчатый.

- Это не чешуя, а особым образом наложенные пластины, — возразил я, с недовольством помянув Зотова и Невзора. Кто-то из них проболтался. — Трансформа брони полностью повторяет покрытие ножен. Надеюсь, ты его не трогала?

Я внезапно побледнел.

Мирослава смотрела на меня так спокойно, будто ночью не прижималась ко мне обнаженной и впервые такой желанной. Но в глазах таились смешинки и ожидание чего-то большего.

- Не переживай, даже не прикасалась. Ты овладел искусством быстрого боя, — кивнула Мирослава. — Это здорово. Очень здорово. И умеешь замедлять время. Я поняла это, когда дядя Кирилл рассказал, как ты завалил Колесникова. Никто не может двигаться, вкладывая в промежуток между ударами сердца шаги и возможность поразить противника. Но ты не пользовался магией. И это тоже хорошо. Редкий дар.

- Мне нужно разобраться, почему при ускорении я начинаю терять энергию своей ауры, — я налил себе из кувшина апельсиновый сок. — Это уже не в первый раз. В Журавлихе откат был сильнее.

- Да, силу отката удалось скомпенсировать накачиванием энергии, — Мирослава отодвинула от себя тарелку и стакан. — Хорошо, что я захватила с собой все нужные амулеты для поддержки своей силы.

Девушка усмехнулась.

- Мне нужен наставник, — понимая, что могу бесконечно тыкаться носом в стену без союзников, открыл свое желание Мирославе. Если Жарох до сих пор не появился со своим магом — ждать нельзя. — Такой наставник, который будет держать язык за зубами. Зотов из таких людей?

- Я его не знаю так хорошо, как Невзора, — задумчиво произнесла Мира, одновременно с этим намазывая на булку джем. — К старому архату ты питаешь неприязнь, как и он к тебе. Не понимаю причин такого взаимоотношения… Но Зотов… Помощник сам себе на уме. Тоже чем-то обижен на старика. Возможно, он сможет тебе помочь. А независимых наставников ты в княжестве не найдешь. Разве что на Алтае. Туда много чародейского народа ушло в свое время.

- Идея, — пробормотал я, мысленно ругая себя. Раньше-то не мог догадаться? — Алтайские старцы, конечно же…

- Колояр, я хочу тебе помочь, и поговорю с Зотовым, — Мира протянула руку и положила на мое запястье. — Лучше скажи, как прошла твоя встреча с Александрой.

На этот раз она произнесла это имя спокойно, без всякой издевки, желчи и иронии. Понимая, какая пропасть лежит между ними, княжна не видела в ней соперницу, и добившись моей благосклонности, решила найти точки соприкосновения с Аликой.

- Да нормально все, — я пожал плечами. — Истерику не закатывала, по щекам не хлестала. Согласна на роль ведомой. Проблема ведь не в этом.

- Она из чужого княжества, — кивнула Мирослава. — О чем и речь. Тебе проще подать прошение Демидову, чем ломать установленный порядок.

- К Демидову я не пойду, — упрямо мотнул я головой. — Даже не уговаривай.

- Хорошо, не буду, — княжна улыбнулась. — Тогда мне еще лучше, не находишь? Но я подозреваю, какая у нас будет семейная жизнь, если Саши не будет рядом. Романтика и влечение закончатся, останутся склоки. А я не за этим вступаю под длань Лады с тобой, яр. Мне не нужен мужик с комплексами обиженного мальчика. Могу и сама так обидеться, что взвоешь.

- Может, не станем сейчас ужасы друг на друга нагонять? — поинтересовался я. Допив сок, почувствовал себя намного лучше. Уже ничто не корежило, раны не дергало щемящей болью. — Просто поговорим, что будем делать дальше.

- Как что? — бросила на меня лукавый взгляд Мирослава. Она легко поднялась, обогнула стол и подошла со спины. Обхватив за плечи, наклонилась ко мне и промурлыкала в ухо: — Жить, любить друг друга. Если, конечно, ты пересилишь свое недоверие ко мне. Я вижу и чувствую, что ты разрываешься от противоречий.

- Странный у нас союз намечается, — признался я, прикрыв своей ладонью руку Миры. — Как вы друг с другом уживаться станете?

- Ты Сашу имеешь в виду? — губы Мирославы пощекотали мою шею. — Уживемся как-нибудь. Даю слово, что не буду унижать ее своим дворянским высокомерием. Да ведь она тоже получит статус, станет чуточку равной. Но до тех пор ты будешь моим единственным мужчиной, которого я ни с кем делить не собираюсь.

- В радости и горе?

- Да.

- Даже если я затею нечто, идущее вразрез с твоими убеждениями?

- Что ты задумал? — засмеялась девушка. — Меня всегда ужасно притягивали тайны. Знал бы ты, как я рвалась на Курганные Земли покопаться в княжеских могильниках! Хотела найти нечто древнее, чтобы узнать о вещи все-все! А сколько исторических научных трудов перечитала!

Мирослава даже вздохнула от воспоминаний, но отрываться от меня не собиралась.

- Хочешь узнать самую настоящую тайну, тянущуюся из далеких и седых времен? — я придал голосу таинственности и хрипоты. — Слушай, княжна, всего один раз! Больше повторять не буду!

Шлепок по спине — и взвиваюсь на стуле от рванувшей меня боли. Мирослава ойкнула и отскочила в сторону. Потом сообразила, что натворила и ласковой кошкой приникла ко мне. Поневоле мои руки оказались на ее талии. Прижимаю княжну сильнее к себе и чувствую, что желание обладать этой женщиной начинает вырываться из-под толстой корки безразличия. Или она талантливо играет свою роль, или в самом деле ее чувства ко мне искренни. Как понять-то? Сорвать сейчас с нее одежду и взять то, что и так скоро будет моим? Но постель не даст правильного ответа, а только усугубит терзания. Еще и по морде получу, если ошибочно расценил ее мысли.

- Извини, забыла о твоей ране, — Мирослава на секунду обмякла в моих руках, но потом отстранилась. — Сегодня никаких резких движений. Быстро в кровать — и спать. А я еще раз намажу твои синяки. Пока буду лечить тебя — расскажешь о своих тайнах.

- Ты помнишь, я спрашивал тебя об Уильяме Грэйсе? — спросил я, лежа на животе, а Мирослава легкими движениями наносила резко пахнущую лекарственной микстурой мазь на гематомы. От шеи и до самых ступней, где на левой ноге багровел огромный синяк.

- Да, — фыркая от падающей на глаза пряди волос, ответила княжна. — Я после твоего запроса долго пыталась понять, чем тебя заинтересовал британец. Ты явно не в гости к нему собрался на чашку традиционного чая.

- К каким мыслям пришла? — мне стало интересно.

- Грэйс — маньяк-коллекционер. Маньяк — в хорошем смысле. Его интерес в коллекционировании связан с артефактами евроазиатского континента и Индии, — Мирослава остановилась. — Сейчас мазь впитается, еще раз намажу… Грэйс ищет древние магические вещи, собирает по кусочкам различные легенды и по ним строит логическую цепочку поисков. Так он приобрел много интересных артефактов, и причем, не все из них через аукционы.

- Так, ближе к делу.

- Когда я узнала о британце все, что хотела, появился Зотов со своими стенаниями, что некий боярин Волоцкий обладает артефактами, не являющимися семейной реликвией. Дескать, нехороший солдафон каким-то образом отыскал часть «солнечного доспеха» и не хочет делиться тайнами его могущества. Сопоставив увиденное собственными глазами, когда ты заполевал эту сучку-оборотня и уничтожил в одиночку наемников в имении, со словами Зотова, я задумалась, что ты не зря собираешь сведения о Грэйсе. У него есть что-то из недостающего комплекта «доспеха».

«Я же говорил тебе, что девочка умна как Аштавакра, хоть и не принадлежит мужскому роду! — зашелестел голос Ясни. Удивительно, но я чувствовал его, хотя симулякр лежал на тумбочке. Видимо, фантом может общаться со мной в пределах пяти метров. — Ты понимаешь, почему Рекущие подняли панику? Если твоя женщина станет матерью детей, несущих даже малую долю ее проницательности и ума, вкупе с Силой, которую я им подарю, престол будет ваш. Когда ты будешь овладевать этой женщиной, я должен находиться рядом!»

«Пошел вон, старый развратник, — лениво подумал я, расслабляясь под мягкими движениями княжны. — Положу тебя на столик, этого хватит. На каком расстоянии ты чувствуешь меня?»

«Шесть локтей точно, — откликнулся Ясни. — Дальше не знаю. Кстати, может быть наши аурные поля настроены по-разному. Надо проверить».

- …вот и подумала, что ты не устоишь от соблазна наведаться к Грэйсу, — вернул меня в действительность голос княжны. — Ты не спишь?

- Я тебя слушаю, — встрепенулся я, сбрасывая сонливость. — До каких пределов простираются твои мысли?

- О, тебе стоит послушать! — азартно произнесла Мира. — Может, напросимся в гости старине Грэйсу, как только появится возможность? Вдруг у него в коллекции есть то, что тебе не хватает? Зачем ему боевые артефакты, пылящиеся в сейфе? А тебе пригодятся.

Я медленно приподнялся на локтях и очень внимательно посмотрел на княжну. Судя по разгоряченному лицу, моя будущая женушка нисколько не блефовала и не шутила.

- Ты сама придумала или кто подсказал? — осторожно спросил я.

- Еще чего! — фыркнула Мирослава. — У меня своя голова на плечах и язык я умею держать на замке, как никто другой. Мы же теперь в одной связке, яр? Или у тебя другое мнение?

Я улыбнулся. Грозные нотки в голосе княжны меня нисколько не смутили. Кажется, первый союзник сам обозначил свои интересы.

Глава седьмая

Прибор ночного видения вырывает из темноты правильный прямоугольник дома, погруженного в спячку. Светится только одно окошко на втором этаже. Я знаю, что Мисяй сидит в своем кабинете, маясь бессонницей. Или разговаривает со своим хозяином по телефону, дает отчет.

Старый «безопасник» остался в городе и не поехал с князем на свадьбу Павла и Арины Вяземской. Щербатов по каким-то своим соображениям взял вместо него Петрушина. Для молодого помощника такое доверие многого стоит. А Мисяй, как опытный лис, пригодится в Торгуеве. Так что княжеская воля вполне логична и оправдана. Я же, узнав о решении Бориса Даниловича, обрадовался неимоверно.

Мисяй проживает на той же улице, что и семья Щербатовых. Представители клана (самые приближенные) любят селиться в одном месте, образуя что-то вроде пчелиного гнезда, где каждый работает на благо роя, тьфу, Рода. Никуда далеко бежать не надо. Захотелось хозяину снять стружку с нерадивых слуг — свистнул громко, выйдя на улицу, и все прибежали. Утрирую, конечно. Но большинство верных холопов и слуг обустроились вокруг дворца Щербатовых.

Казарма охранников СБ находилась неподалеку, сразу за парковой зоной, огражденной кирпичной стеной. Еще дальше стоит особнячок Невзора, а рядом с ним через небольшую парковую зону живет Мисяй.

Снова прикладываю ПНВ к глазам. Забор каменный, ворота из кованного железа с ажурными вставками. По верху забора искусно вмонтированы металлические штыри с заостренными концами, расставленные в равных промежутках, через которые без травм фиг проскочишь. Возле ворот пусто, ни одной машины. В маленькой уютной дежурке горит свет, в окне маячит фигура охранника. Не спит, службу несет.

Двор тоже пустой. Но это не значит, что Мисяй о своей безопасности заботится хуже, чем о хозяйской. Есть у него люди для охраны. Днем я внимательно следил за перемещением служилого контингента. Как раз на смену постов повезло нарваться. В общей сложности насчитал шесть человек. Двое на входе, еще двое периодически контролируют периметр двора. Судя по видеокамерам, в доме сидит оператор и старший смены. Ночью охрана обходит двор, но не столь часто. В двенадцать и в четыре утра, как по уставу. В будке тоже происходит смена в это же время. Снаружи не подобраться.

Парковая зона перекрыта камерами и, подозреваю, магическими ловушками. Так, дверь дежурки заперта постоянно, а сам бодрствующий выходит во внутренний дворик покурить или просто косточки размять. Для связи с внешним миром существует переговорная коробочка с миниатюрным экраном. Надо что-то спросить — подходишь, нажимаешь на кнопку и беседуешь, отвечаешь на вопросы, зачем, собственно, пожаловал.

Внаглую не прорваться. Светить своим магическим бронекостюмом я не хочу. Если убирать Мисяя — то не дома. На улице, в толпе, в ресторане «Скифское золото», где главный ублюдок обедает, в машине, наконец. Снайперский выстрел через окно кабинета не оправдан. А вдруг пуленепробиваемое стекло вставлено? В общем, опыт майора Прохорова в ликвидации неугодных объектов здесь должен пригодиться.

Сам Мисяй в последнее время всерьез озаботился своей охраной. Не меньше четырех человек постоянно находятся возле него: водитель и трое телохранителей. Неужели опасается меня? Что я должен думать?

Убрав прибор в карман куртки, я аккуратно прошел по крыше трехэтажного старого дома, стоящего через дорогу от объекта, к открытому чердаку, спустился по лестнице в подъезд и спокойно вышел на улицу. Неподалеку меня ждал «Орион-Гранд», приобретенный на имя Прохорова Артема Васильевича. Вот и пришла пора побегать машинке. Свой «хорьх» я светить не стал, но менять личину пока не собирался. В темноте мало кто будет обращать внимание на человека с умело наложенными средствами маскировки, меняющими личность до неузнаваемости. Всего пара мягких ватных шариков за щеки, наклеенные усы — вот и совершенно другой человек. Кстати, завтра бы надо проверить реакцию Мисяя и подойти к нему вплотную, когда он будет обедать в ресторане. Невзначай, словно ошибся, принял его за старинного друга. Тьфу! Если все пройдет удачно, палачу моих родителей не жить. До возвращения Щербатовых надо успеть разобраться с Мисяем, представив дело так, что его грохнули костромские наемники, оставшиеся в Торгуеве. Есть на кого свалить, особенно после акции.

Я знаю, каков распорядок дня у главного пса князя. Завтра с утра он наведается во дворец, где несут службу его люди, проконтролирует слуг, даст нагоняя и поедет на Стрелецкую, где тоже большой штат сотрудников. После него путь лежит в «Интерлогист». Терминал в Жигулях он посещать не будет, потому как вчера ездил. Зачем ему каждый день там появляться? А вот по городу с удовольствием покатается. Значит, мне нужно утром быть в нашем офисе, засвидетельствовать свое почтение господину Мисяю. После этого я приму облик Прохорова и начну следить за перемещениями врага.

Оружие я приобрел заранее. Магией пользоваться не собираюсь, чтобы не палиться. Главное, чтобы все пути вели к костромской троице, от которой осталась одна пыль. Но кроме пыли остались еще люди, которые затаились в Торгуеве. Вот на них и нужно направить все внимание УКБ.

Спокойно доехал до охраняемой стоянки, где оставил «Орион-Гранд», после чего прошелся по улице к своему «хорьху», терпеливо дожидавшемуся меня на площадке сетевого магазина, уже давно закрытого. Вокруг ни души.

Опять стукнуло ощущение опасности, кружащейся где-то рядом, прикасающейся к загривку холодными пальцами. Покрутил головой по сторонам, отмечая пустынность улиц, освещенных молочным светом фонарей. Прохожих уже не видно — город давно спит. Проехал автомобиль, и снова тишина. Оставлять тачку в неизвестном месте было неосмотрительно, но более удачной стоянки не придумать. Большая площадка перед двухэтажным современным торговым павильоном сейчас пустовала и просматривалась со всех сторон. Возможно, где-то камеры направлены на стоянку. Грабителей я не опасался, потому что найти гадов можно в считанные часы. А за доказанное воровство князь мог не только плетьми высечь прилюдно, но и руку оттяпать. И плевать он хотел на мирские суды. Если обижали его людей, Щербатов не церемонился.

Открыв дверь «хорьха», я сел за руль и снова напряженно вслушался в шорохи спящего города. Уже два часа ночи, здесь мало кто шарахается просто так. Дружинники ночных гуляк отлавливают и весьма интересуются таким времяпровождением. Странно, почему я так неспокоен? Ясни молчит, не реагирует. Значит, все в порядке? Вообще-то, по словам фантома, я уже достаточно развил свои интуитивные способности, потому и могу чувствовать опасность. Или некие настораживающие сигналы…

Закрываю дверь, вталкиваю ключ в замок зажигания, и вдруг понимаю, что все время в машине кто-то прятался. Ощущение умело поставленной иллюзии пустоты, обманки накатило резко, как удар поленом из-за угла. Резко вздергиваю правую руку и с полуоборота наотмашь бью локтем в эту самую пустоту чуть выше спинки кресла. И что самое удивительное — попадаю во что-то. Крик раздался одновременно с каким-то противным хрустом.

Резко подскочивший магический фон сдавливает виски. На заднем сиденье материализовались две темные фигуры. Одна из них, завывая от боли и прижимая ладони к лицу, откидывается назад. Вторая резко наваливается на меня, сдавливая горло мощными руками. Вот тут-то Ясни и проснулся, начал колотиться в грудь. Ну, старая перечница! Я с тобой еще поговорю! Это как можно было пропустить ловушку?

А меня прижали плотно к спинке кресла, не давая возможности для маневра. Здоровый бык попался. Тут и второй, раненый, подключился, со злости огрев меня по голове чем-то мягким, но довольно плотным. Вроде носка, набитого песком. Этакая деликатная «колбаска» для вырубания шустрых парней. Я поплыл. Тщетно пытаясь провести трансформу, продолжал сопротивляться, размахивая кулаками. И ничего не понимал. Магия не действовала. Перстни не реагировали на мои команды. А тут и снова «колбаска» прилетела. Сознание помутилось, и я отключился.

- Вы его обыскали? — голос неуловимо знаком. Где-то я уже его слышал.

- Обыскали. Оружия нет. Только авторучка и четыре перстня. Он, сука, мне щеку ими порвал!

Второй голос был полон злости.

- Переживешь, — спокойно ответил первый. — Залечим. А из холодняка ничего не нашли?

- Нет. Никакого кинжала не было. Мы даже в машине все обыскали. Вот, все в моем кармане.

- Ладно. Хорошо его связали?

- Не дернется, — буркнул еще один голос.

Внизу что-то скрипнуло, пол дернулся, и я открыл глаза. Надо мной низкий потолок, справа и слева по два сиденья. Понятно. Во внедорожник закинули. Похож на «Буран». И кто, интересно, меня оприходовал? Почему не сработали магические трансформы?

Мягко урча, машина неслась по ночным улицам, а я до сих пор гадал: наемники из Костромы? Люди Мисяя? Или Рахдай? Больше вариантов не было. Но и этого хватало. В любом случае передо мной встает проблема собственного выживания. Допустим, это Рахдай. Чтобы завладеть кинжалом Ясни, я должен быть мертв. Однозначно. Но его не нашли и решили повременить с убийством, не догадываясь, что авторучка и является артефактом. Не повезло парню, который забрал кинжал у меня. По статистике ему скоро придется умереть.

Машина сделала излишне резкий вираж, меня едва не отбросило под кресло. Ударился локтем о какую-то железку, сжал зубы. Но поездка наша завершилась. Мы остановились. Захлопали двери. Похитители покинули машину. Глухо зазвучали голоса на улице. Потом задняя дверь поднялась вверх и меня с нахальной бесцеремонностью выдернули за ноги наружу. Поставили вертикально и пару раз хлестнули по щекам.

- Очнулся, голубь? — зло спросил человек, бивший меня. Темные пятна на щеках подозрительно похожи на размазанную кровь. — Давай, двигай ногами. И не вздумай геройствовать.

Пока шел, поддерживаемый с двух сторон, успел посмотреть, куда мы приехали. Оказалось, какой-то двор, окруженный старыми домами барачного типа. Сразу вспомнились рабочие слободки, где таких зданий было полно. Хм, отлично. Я еще хорошо помню план застройки таких районов, и в случае побега могу поводить за нос преследователей и незаметно исчезнуть. Ладно, подожду встречи с заказчиком. Кто такой смелый?

Мы зашли в полутемный подъезд и по лестнице с разваленными перилами и скрипучими ступенями поднялись на второй этаж, подсвеченный тусклой, засиженной мухами, лампочкой. Остановились перед дверью, оббитой невзрачным желтым дерматином. Один из похитителей кулаком два раза стукнул по ней, и после короткой паузы еще дважды.

Дверь распахнулась. Тень на лице человека, открывшего ее, не давала возможности понять, кто это может быть. Между тем, незнакомец даже ничего не сказал, повернулся спиной и потопал через коридор в комнату, где горел свет. Бритая голова, мешковатая рубаха, сидящая на тощем теле, свободные штаны и тапочки на босу ногу — никакой информации. Какой-то бродяга.

- Шевели мослами, — меня пихнули в спину.

Мы прошли в комнату. Я слегка прищурился, приноравливаясь к излишне резкому свету от единственной лампочки, свисающей с потолка на голом проводе. И узнал человека с азиатской внешностью. Чернота его слегка поблекла, но он остался все таким же, когда я последний раз его видел в пещере.

Рахдай пристально поглядел на меня и нетерпеливым жестом руки показал, что меня можно отпустить.

- Посадите его на стул, ноги свяжите снова, — снова знакомый голос. Наконец-то я могу обернуться и посмотреть, кто это мог быть. Да уже догадался.

- Здорово, Пахом, — я искривил губы в улыбке, ощущая запекшуюся на них кровь. — Давненько не виделись.

- Да не так уж и давно, — Пахом, мой бывший сотник по егерскому отряду, тяжело прошагал к окну, подергал и так плотно задернутую штору, с грохотом пододвинул к себе стул и сел.

Шаман оставался на ногах и с нескрываемым торжеством смотрел на меня, словно удав на желанную добычу.

- Ты что вдруг с этим уродом связался? — я плюхнулся на стул. Мои ноги сразу же притянули веревкой. — Князь приказал?

- Помолчи, Волоцкий, — поморщился Пахом. — Сам виноват, что рогом уперся. Отдал бы свою добычу — никто за тобой не бегал бы.

- А шамана зачем откопали?

- Не твое дело, демон! — прошипел Рахдай и повел носом из стороны в сторону. — Нож при нем?

- Нет там ничего, — похититель с разбитым и опухшим носом шагнул вперед и выложил на стол мои перстни и симулякр. Нет, этого парня я не знал, как и другого, нахохлившегося здоровяка в простой темной куртке и в кожаных штанах грубой выделки.

Рахдай с нескрываемым разочарованием покопался в перстнях, даже понюхал их, попробовал камни на зуб, а потом полюбовался игрой магических артефактов на свету. Ручку повертел в пальцах и отложил в сторону. Я перевел дух. Рахдай, как шаман, был очень силен в своем мастерстве, если можно назвать магию этим словом. Он обязан учуять эманации магических токов от предметов. Персти фонят, как пить дать, и этого не скрыть. Но почему он не признал в симулякре вожделенный предмет? Неужели Ясни блокировал аурное поле кинжала? Отключился, проще говоря, от внешнего мира?

«Молчи, ничего не думай обо мне, — прошелестел едва уловимый голос. — Я задурил им головы. Перстни и кинжал твой враг не сможет сопоставить друг с другом. Как только появится возможность — начинай действовать».

Ясни меня чувствует! Он же говорил, что наши аурные поля взаимодействуют на расстоянии пяти-шести локтей. А это расстояние до четырех метров, примерно. До стола и того меньше. Я воспрял духом. Вот только как мне достать симулякр, привязанному к стулу?

- Это все? — спросил он моих надзирателей. — Машину осмотрели?

- Осмотрели, — ответил Пахом. — У парня с собой нет ножа. Наверное, он находится в гостиничном номере.

- Странно, — Рахдай вперил в меня узкие щелки глаз. — Очень странно. Вот эти кольца, откуда они? Из гробницы?

- Ты же сам там был, — я пожал плечами, — лично видел, что у мертвеца не было перстней. Они достались мне по наследству от родителей.

- А это? — шаман брезгливо катнул ручку по столу. — Почему ты носишь в кармане только ручку? Где твой бумажник, документы, оружие? Ты же нукер молодой госпожи!

- Мне не нужно оружие. Бумажник и документы в гостинице. Что еще ты хочешь узнать?

Рахдай что-то рыкнул и стал метаться от окна до старого продавленного кресла в глубине комнаты. Тапочки то и дело слетали с его ног. Шаман останавливался, цеплял их обратно, сквозь зубы ругался и снова начинал изображать маятник.

- Здесь что-то не то! — наконец, вынес он свое решение. — Демон врет! Нельзя расстаться с «поющим смерть»! Пахом, нужно поехать в гостиницу и обыскать его комнату!

- Кто меня туда пустит? — засмеялся бывший сотник, а ныне заместитель главы службы безопасности и охраны князя Демидова. — Там всех жильцов наизусть знают!

- Я дам тебе амулет сна, тебе только останется раздавить его, чтобы все уснули!

- Не пойду! — заупрямился Пахом. — Артефакт завязан на крови Колояра. А я еще жить хочу! Ты же сам знаешь, что такие вещи не даются в чужие руки! Можем вместе с ним съездить, взять нож и вернуться.

Рахдай снова начал метаться по комнате. Я готов был поклясться, что заметил вырастающие у него за спиной черные крылья, рассыпающиеся на мелкие клочки дымков, как только шаман разворачивался. Знакомая картина. Именно таким способом он ушел от погони, когда мы заманили его отряд в ловушку.

- Я ему не доверяю! — вдруг выпалил шаман. — Если мы дадим ему возможность дотянуться до «поющего смерть», он всех перебьет! Я знаю, что это за нож!

Ого, а ты не так глуп, Рахдай. Правильно опасаешься. Отдать мне в руки Ясни — подписать себе смертный приговор. Вы же не знаете, каких успехов я достиг в манипуляциях с артефактным оружием. Ну и что теперь будете делать?

Шаман сердито засопел носом и неожиданно сгреб перстни в ладонь. Я напрягся. Еще не хватало, чтобы он забрал их с собой. Черт! Почему молчит Ясни?

- Пахом, вы зря связались с колдуном, — попробовал я надавить на бывшего сотника. — Он всегда кидает напарников. Не верь ему. Если Рахдай получит в руки кинжал — он всех положит и скроется в своей норе. И Демидова кинет.

- Заткнись, Колояр, — недовольный моим выступлением, сказал Пахом. — Лучше добровольно отдай оружие. Зачем тебе проблемы?

- Ты же знаешь, Пахом, что я не пойду на такой шаг, — бдительно следя за движениями Рахдая, ответил я. — Вы прибыли сюда только с одной целью: подстроить убийство и завладеть древним артефактом. Но как видишь, вышла осечка.

- Я чувствую обман! — опять завел свою песню шаман и неожиданно выкинул руку с открытой ладонью в мою сторону.

Сердце как будто схватила жесткая когтистая лапа, и царапая его, стала тянуть на себя. От жуткой боли я заорал и задергался всем телом. Таких ощущений я никогда не испытывал, и все, что было до этого, показалось детскими ранками, беспокоящими своим зудом. И не более.

Но эта боль оказалась настоящей, высасывающей все силы и мужество. Через меня как будто пропускали ток и поджаривали на медленном огне одновременно. Рахдай с улыбкой убрал руку, а я, поскуливая, перевел дух. Ясни, ублюдочный дружок! Меня же убивают!

- Это все не так! — к моему облегчению шаман разложил перстни на столе и тыкнул в них пальцем. — Я не верю, что они твои, мальчишка! От камней пахнет древностью! Значит, ты их нашел в гробнице! Ни один важный предмет не может существовать друг без друга, если они связаны магией!

Его взгляд уперся в лежащую неподалеку ручку. Губы Рахдая расползлись в улыбке. Проклятье, он догадался!

- Убейте его! — резко приказал шаман. — Сейчас же! Убейте!

- С ума сошел, старик? — вскочил Пахом, а телохранители недоуменно затоптались на месте, еще не понимая, что им делать. — Нельзя без…

- Я знаю, где «поющий смерть»! — каркнул Рахдай. — Прикажи своим нукерам убить демона!

Ну, пора?! Напрягаю руки, связанные жесткими узлами, и мгновенно чувствую, как могучая сила магии вливается в меня без всякой поддержки перстней. Это всего лишь подпитка, нужная мне для того, чтобы добраться до симулякра. Резко развожу руки — и время замирает, отчитывая каждую секунду как в тягучей капле смолы на жарком солнце.

Веревки с хлопком рвутся в клочья. Нижняя связка тоже не выдерживает моего напора. Встаю, подхватываю стул и широко размахиваюсь, делая два шага вперед. А дальше картинка происходящего понеслась вскачь.

Стул влетает в голову Рахдая и рассыпается на мелкие части. Шаман заваливается на спину, а я в этот момент сгребаю со стола симулякр и перстни. Не удержав, уронил два из них на пол. Мгновенно провожу трансформу, и Ясни становится кинжалом. Отбрасываю ножны и полосую клинком воздух позади себя. Раздаются крики боли. Шаг назад, поворот, еще один дистанционный удар. Оба рядовых похитителя, держась за раны на шее и груди, падают на колени. Они уже не жильцы. Ясни от удовольствия шипит, вкусив крови. Снова поворот и прыжок вперед. По пути моя нога влетает в пытающегося встать шамана, а точнее, в его подбородок. Рахдай снова обрушивается на пол.

Пахом с бледным видом вскочил на ноги. Реакция у него отличная. Пока я за несколько секунд разобрался с тремя противниками, он уже наставил на меня пистолет.

- Прости, — шевелятся его губы. Хлопнул выстрел. Второй.

Глупец. Он даже не понимает, во что ввязался. Левой рукой отбрасываю свинцовую смерть в сторону с помощью гудящей сферы «нивата-кавача» (откуда пришло это знание?), возникшей от беспрерывного махания клинком. Пахома хорошо учили. Сотник не стал ошеломленно открывать рот, почему же я до сих пор жив. Он молча кинулся ко второму окну, и плечом, путаясь в тяжелой шторе, со всего размаха саданул по раме. Жалобно зазвенело разбитое стекло, а тяжелое тело исчезло в черном проеме. Внизу раздался грохот и истеричный лай собак, проснувшихся от дикой какофонии.

Бросившись к окну, выглянул наружу. Оказывается, сотник упал на козырек крыши самодельного балкона первого этажа, что помогло ему избежать тяжелой травмы или разбиться насмерть. Скатившись вниз, на землю, Пахом побежал к машине, тяжело прихрамывая.

За моей спиной недобитый враг. Отпрыгиваю в сторону, получив предупредительный ментальный сигнал, что Рахдай уже готов нанести удар. Шаман и в самом деле уже на ногах, формируя вокруг себя черное поле, состоящее из десятков хлопающих крыльев. Нож сам собой дернулся в руках, превращаясь в тонкую трость. Рахдай утробно взвыл, поняв, что просто так меня теперь не достать. И я даю волю фантазии. С кончика трости слетает ярко-огненная птица, и гулко рассекая воздух крыльями, налившимися багрово-оранжевыми искрами, врезалась в вороненую черноту.

Рахдай, наверное, был порождением бездны, сыном демоницы и беса. Как ему удалось увернуться от удара и закрутиться подобно безумному дервишу, отбиваясь от коронного приема «феникса» — я не понимаю. Несмотря на поставленную защиту, меня одолевал жар раскалившегося воздуха. Рахдай еще раз взвыл и исчез в хлопке черного облака, разбрызгивая клочки дыма по комнате. Как он это делает? Неужели телепортатор?

Клинок вернулся в ножны. Торопливо забираю упавшие перстни с пола, надеваю их на пальцы и ломлюсь из квартиры в подъезд, не обращая внимания на два неподвижных тела. За спиной начинается пожар. Он жадно ест старую мебель, и пока не пробует вырваться наружу. Проклятье, а если этот барак обитаем? Ведь люди же погибнут!

Но, к моему счастью, суматоха, вызванная выстрелами и грохотом магического боя, разбудила всех, кто еще жил в этих развалюхах. Выскочив на улицу, обнаружил, что здесь стало многолюдно. Смешавшись с зеваками, я незаметно исчез в тени соседнего барака, а потом мелкими перебежками вовсе покинул место боя.

Не понять, куда меня привезли. Что за слобода? Насколько я знаю, большинство старых районов снесли под новостройки, а оставшиеся — это или Фабричная, или Деповская. Вот последней мне как раз не хватает. В Деповской слободе живут те еще отморозки, прошедшие суровую школу выживания на улицах. Многие успели отсидеть или на каторге потрудиться. Да еще и Щербатов руку приложил своими жесткими мерами. Хотя, чего я опасаюсь со своими новыми способностями? Надо будет, все кодлы города разгоню в одиночку. Ага, аника-воин, разошелся на адреналиновой волне!

- Эй, дядя, а ты куда так спешишь? — раздался грубоватый мальчишеский голос от перекосившихся от старости сараев. — Что за переполох?

Вашу ж мать! Вот вы откуда взялись? Мне сейчас как раз не хватает разборок с местной шпаной.

- Парень, у тебя есть телефон? Надо позвонить, срочно, — говорю я в темноту, а сам оглядываюсь, примечая диспозицию. Это сквозной двор. За мной барачная двухэтажка, напротив — сараи. Чуть дальше светится тусклыми огнями окон еще один жилой дом. Пятачок, на котором я стою, освещен слабо, но три тени, болтающиеся возле уличных кладовок, различаю хорошо.

- Телефон? Есть. А что за звонок отломишь? — голос пацана нагловатый. Значит, где-то рядом волчары опытные затаились.

- Сто рублей, — отвечаю я.

В темноте раздался удивленный свист. Ага, начали сближаться.

- Не гонишь, дядя? — в меня ударил свет карманного фонарика.

- Прожектор свой потуши и топай сюда. Вот, гляди…

Денег у меня, конечно, нет. Это я так, подсекаю крупную рыбу. И точно, сбоку нарисовались еще двое. Вихляющей походкой подходят, встают по бокам. Пацаны ободрились.

- Кажи сотку, — наглый пацан подошел ближе.

- Телефон вперед, — отвечаю я и чутко улавливаю щелчок выкидного ножа. Тот, что справа, ага.

- А у меня нету, — цыкнул слюной мне под ноги паренек. — Давай, лох, выворачивай карманы, гаман гони! Позырим…

- У меня тоже ничего нет, — усмехнулся я. — Лохов в другом месте отлавливай…

- Ой-оооо! — завыла фигура, у которой в руке оказался нож. Я простым движением перехватил его запястье, пальцем стукнул в точку чуть выше предплечья, чтобы рука придурка отсохла на полчаса, и толкнул ошалевшего гопника на дружков. Тем ничего не оставалось, как придержать его, чтобы не свалился на землю

- Разве с таким ножом надо ходить на охоту? — я презрительно повертел в руках отнятую «выкидуху», и размахнувшись, закинул ее далеко в темень. — А вот это — вещь!

Кинжал с мягким шипением покинул ножны, и перед ошарашенными ночными грабителями появился поблескивающий серебром клинок и разгорающиеся недобрым огоньком камни в перстнях.

- Ой, — мышью пискнул кто-то из малолеток. — Валим, паца! На больного нарвались!

Я мгновенно выкидываю руку и вцепляюсь в кадык второго старшего гопника, подтягиваю к себе застывшее, словно муха в янтаре, тело, и упираю кончик кинжала под ребра. Даже чувствую, как острая сталь легко разрезает куртку, рубашку и протыкает кожу незнакомца.

- Ты чо, братуха! — сипло шепчет парень, безвольно опустив плечи. — Не узнал, что ли? Это же я, Филя!

- Какой Филя? — буркнул я, остывая. Но клинок убрал и спрятал его в ножны. Ночной народ облегченно вздохнул. Такое ощущение, что их всех парализовало страхом. — Подожди, тот самый, что ли? Из Мокрой слободки?

- Ну! — оживился парень. — Эй, Шкет, дай сюда фонарик!

Наглый малолетка молча выполнил просьбу, а Филя подсветил снизу свое лицо. Я пристально вгляделся в узкое, побитое худобой лицо с неряшливой щетиной. Если это и был мой старый знакомый Филя, то жизнь потрепала парня изрядно. Недоверчиво покачав головой, я честно ответил:

- Извини, не признаю никак. Вот если бы света побольше… Ладно, вопрос: как меня зовут?

- Колояр, как же еще! Я о тебе все время вспоминал! — Филя хохотнул. — Славно мы с тобой тогда покуролесили! Помнишь деповских!

- Ну, еще бы, — усмехнулся я. — А ты еще в лапы «безопасникам» бездарно попался!

- Да если бы не споткнулся! — загорячился парень. — Девка еще та шустрой оказалась!

- Я с этой девкой сейчас в одном офисе работаю, — я хлопнул по плечу старинного дружка. — Ну, что рот-то открыл? Веди в свою нору! Хоть посмотрю на тебя нормально!

Филя действительно оказался тем самым уличным мальчишкой из моего прошлого. Правда, я с трудом признал его даже при электрическом освещении. Гоп-компания обитала в подвале одного барака, половина которого уже была расселена, а вторая дожидалась своей очереди. Филя высох как щепка, стал жилистым и вертлявым, несмотря на свой рост. Каким-то образом его выбросило в одно лето вверх на десять сантиметров, превратило в пожарную каланчу, а потом еще в течение пары лет паренек рос, несмотря на скудное питание и бродячий образ жизни. Школу при фабрике он забросил, полностью погрузившись в уличную клоаку. Мать умерла, младшая сестра вышла замуж за какого-то работягу, переехала в новостройки, там и живет, не желая видеть своего братика.

- А Хана зарезали через год после того лета, — рассказывал Филя, потягивая из бутылки пиво. Такие же бутылки были у всех нас. Малолетки расположились на раздавленном пыльном диване и внимательно слушали наш неторопливый разговор. Кореш Фили, у которого я отобрал нож, носивший кликуху Сарынь, с ногами завалился на голую панцирную кровать и недобро посматривал на мои перстни. Видимо, обмозговывал план, как их у меня отобрать. Его намерения читались настолько откровенно, что даже Филя погрозил Сарыню кулаком. — Разборки начались тогда крутые. Все подвязались. Деповские, речпорт, автовокзал, все слободские. Каждый день драки, поножовщина. Многих на погост снесли. Половину «иванов» заколпашили, чтобы не разводили здесь вольности. Откуда-то прислали смотрящего, крутого мужика, серьезного «ивана». Худо-бедно порядок навел. Сморчок куда-то уехал. Лимон сгорел от водки. Спился, бродяга. Три года назад нашли в расселенном бараке. Ужрался водкой и замерз. Зимой дело было.

- А ты-то сам кем сейчас? — спросил я и отхлебнул из бутылки. Покатал солодовую горечь во рту.

- Как видишь, промышляю, — хмыкнул Филя. — Смену подтаскиваю, чтобы лохов трясли. Самому-то недолго осталось. Болею. Чахотка задолбала.

- Туберкулез, что ли? — нахмурился я.

- Ну… Как бы да.

- А какого хрена? Что ты все по грязным углам таскаешься? Неужели нельзя было прийти в слободской приют? Да в каждом районе есть такие! Я знаю, что раз в неделю Целители объезжают приюты и осматривают больных. Чего тянешь-то? В княжескую больницу, конечно, не положат, но помощь окажут.

- Да кому я нужен? — махнул рукой Филя. — Мотает по жизни как гнилую ветку, того гляди — отвалится.

Я не собирался наставлять на путь истинный вот эту мелочь, которая окружала моего нечаянного друга, с которым мы отмахивались на железнодорожной колее от деповских шакалят. Но Филю я обязан вытащить из дерьма. Хотя бы вылечить для начала. Свои мысли я оставил при себе. Потом, когда не будет лишних ушей.

- Слушай, я никак не разберусь, куда попал, — я криво улыбнулся. — Давненько не был в этом районе, а тут нелегкая занесла. Чья слобода?

- Да деповская и есть, — засмеялся Филя. — Тут давно всех старых вычистили, а пришлые осели и свои порядки завели. Но уже не так, как в нашем детстве.

- Пришлый — это ты, что ли?

- Так и есть. Видишь, своя коморка, — обвел руками мрачное помещение с облупленными стенами. — Братва на подхвате.

Раздался грохот двери и легкий стук обуви по каменным ступенькам. В коморку зашел еще один волчонок в пиджаке на два размера больше самого его.

- Опа-на! У нас гости! — пацан шмыгнул, и проходя мимо нас, стянул со стола непочатую бутылку пива. Завалился рядом со своими дружками на диван. — Кто такой? Назовись?

- Отвянь, Малек, — добродушно произнес Филя. — Ты его запомни. Кореш мой центровой. И язык узлом завяжи. Понял?

- Не дурак, сообразил, — Малек ловко подставил бутылку под край подлокотника и резко шарахнул по пробке. Пшикнуло. С наслаждением присосавшись к напитку, Малек сделал несколько глубоких глотков. — Короче, посмотрел я. Кипиш конкретный идет. Барак едва не сгорел. Потушить успели. Два трупа нашли. Полиция и дружина всю слободу перешерстила. Базарят, нехилый махач в хате был. Стрельба, крики. Кого-то со второго этажа сбросили. Капец просто.

- А ты как раз оттуда шел, — Филя с хитринкой посмотрел на меня. — И с ножиком своим боевым.

- Ты просто ошибся, — спокойно ответил я. — Заблудился я, к тебе шел по старой дружбе от автобусной остановки.

Малолетки загоготали.

- Какой автобус? — скривился Сарынь. — На два километра в округе давно ни один автобус не ходит. Пешком народ топает к центру.

- Ну, значит, так и было, — еще раз улыбнулся я. — В натуре заплутал.

- Да понял я, братуха, — Филя кашлянул в кулак. — Будут нас трясти — так и скажем. Никого не видели. Если же ментаты начнут…

- Не начнут, Филя, — уверенно ответил я. — В той хате положили чужаков, никто плакать не будет.

- Понял, — еще раз проговорил кореш, но с другими интонациями. — Эй, братва, никого не видели, ни с кем пиво не пили.

- Да ясно, чо ты, Филя, — наперебой загомонили малолетки. — Могила.

- Ладно, мне нужно позвонить, — я оглядел компанию. — Телефон-то есть у вас, в натуре? Или понты одни?

- Держи, — протянул мне дешевую пластиковую коробочку с треснувшим экраном Сарынь. — Только там денег мало осталось.

- Я потом на твой номер закину, — успокоил я парня, отчего тот удивленно выкатил на меня глаза.

Выйдя на улицу, вдохнул в себя свежий воздух, напоенный ароматом диких трав и полыни. Все лучше, чем подвальной гадостью дышать. Немудрено, что Филя чахотку подхватил. Лечить парня надо. Или хотя бы показать Целителю, чтобы артефакт какой изготовил для поддержки организма.

Трубку подняли после десятого гудка.

- Кто звонит в три часа ночи? — заспанным и недовольным голосом спросила Ирина. — Узнаю по номеру — жизни не дам!

- Хорош, Ирина, людей пугать! — засмеялся я. — Извини, что разбудил. Твоя помощь нужна. Я тут в Деповской слободе застрял. Нужно, чтобы ты приехала и забрала меня…

- Совсем рехнулся, Волоцкий? Как Щербатовы уехали, совсем распоясались! Ты что там забыл?

- Потом расскажу. Слушай и запоминай, где меня подберешь…

Мы шли по ночным закоулкам, старательно обходя те места, где виднелись сполохи мигалок дружинных автомобилей. До сих пор шум, поднятый нами в бараке, не утихал, будоража слободу. Время катилось к утру, пора было валить отсюда. Удивительно, как я перенес магический откат на ногах. Кружилась голова, в ногах образовалась такая слабость, что я всерьез опасался упасть и не встать. Поэтому попросил Филю сопроводить меня до указанного в разговоре с Ириной места.

- Филя, ты брось бравировать своей никчемностью, — нарушил я молчание, когда мы уже прошли половину дворов. — Лечиться надо. Я поговорю с одним знакомым Целителем, думаю, не откажет. Пристроим тебя к жизни нормальной. Что у тебя общего с этой малолетней блатотой? Ты же нормальный мужик!

- Спасибо, Колояр, — кашлянул Филя. — Кому я нужен? Даже сестра смотрит с таким видом, как будто таракана в тарелке с супом увидела! Сдохну, и никто плакать не будет.

- Я долго базарить не люблю, — моя рука цепко схватила Филю за костлявое плечо. — У меня есть номер Сарыня, позвоню тебе, как улажу вопрос с лечением. Не вздумай прятаться. Давай, для начала просто встретимся с Целителем. А потом будем думать, как жить дальше.

Мы вышли из района слободки на дорогу, на другой стороне которой уже теснились многоэтажки новостроек. Оглянувшись, я заметил маленькую машинку Ирины, стоявшую возле закрытой овощной лавки. Пожав руку Филе, приобнял его и похлопал по спине, после чего пересек трассу и пошел, не оглядываясь, к машине.

- Привет, — улыбнулся я, открывая дверь. — Пистолет спрячь, а то пальнешь ненароком.

- Уф, Волоцкий, я уже думала, что здесь какая-то подстава, — выдохнула Ирина, с щелчком ставя оружие на предохранитель. — Я Мирославе пожалуюсь, что ты ночами по помойкам расхаживаешь.

- А зачем ей жаловаться? — я с трудом пристроился в кресле, вдыхая запах кожи и парфюма.

- Чтобы будущего муженька как следует взгрела, — рыкнула Ирина, заводя мотор.

- Как узнала? — поинтересовался я.

- У меня много знакомых в офисе, чьи семьи входят в клан Щербатовых, если запамятовал, — Лапочкина аккуратно вырулила на дорогу и надавила на газ. Машинка бодро встрепенулась и понеслась по пустынным улицам. — Не понимаю, зачем скрываешь такое событие. Молодец, что не стал изображать из себя недотрогу. Правильное решение. Тебе вверх лезть надо, а не ошиваться простым дворовым псом возле хозяйских ног. Ты потенциально сильный маг, но сам еще не осознаешь своего могущества.

- Да ладно, — криво усмехнулся, глядя вперед на мелькающие фонари и дорожные знаки.

- Ты что здесь делал?

- Меня опять хотели грохнуть, — честно признался я. — Представляешь, умудрились поймать меня в иллюзорную ловушку, отрубили все магические контуры, чтобы я не смог применить свой Дар. Прямо в машине устроили засаду.

- Хреново, — нахмурилась Ирина. — Кто такие?

- Старые знакомые, еще по службе у Демидова.

- А где они сейчас? Можно поднять спецов, закроют город. Я могу выдернуть Мисяя из постели. Пусть выходит на Серафима Решетникова. Он же сейчас за князя.

- Да знаю я. Не стоит шум поднимать. Тех, кто остался жив, я хорошо знаю. Сам разберусь.

- Уверен? Надо же, кто жив остался…. Ты сколько трупов за собой оставил?

- Двоих. Залетные. А вот шаман и старший группы ушли. Больше всего хочу шамана удавить.

- Шаман? — Ирина покачала головой и посмотрела на меня. — О, боги, ты каких врагов себе на шею нацеплял?

- Говорю же — старые дела, — я с трудом переборол слабость. — Вот сюда сверни, потом налево. Вон к тому магазину езжай. Видишь?

Лапочкина высадила меня возле «хорьха» и уехала, пообещав, что утром я приду в офис и расскажу о ночных приключениях. Конечно, мне не оставалось ничего, как пообещать. А то в самом деле Мирославе расскажет. Княжна — девушка отходчивая, но до тех пор может печень выгрызть своими претензиями. Оно мне надо?

Не думаю, что меня в своей машине будут повторно ловить. Силенок нет у Демидова организовать полноценную охоту. Рахдай сейчас опять в нору забьется, а Пахом своими людьми рисковать не будет. Уже двоих потерял. Самое время шамана где-нибудь в Курганных Землях подловить. Мелькнула мысль, как это сделать. И сам себе кивнул согласно.

Вот так бывает, что, охотясь за своим врагом, сам стал жертвой. Мне везет только в одном: привязка артефакта по крови существенно ограничивает возможности врагов. Рахдай поздно сообразил, что ручка является симулякром. А ведь Ясни уверял, что он не догадается. Нет, шаман очень сильный враг. Его бы с Невзором стравить, я бы с удовольствием посмотрел, кто победит. Не факт, что архат сумеет сломать самоучку. Но как же ловко подловили меня в машине! Это Рахдай, не иначе, поставил иллюзию пустоты.

Будь он умнее, без разговоров воткнул бы в меня нож, дождался моей смерти и стал обладателем кинжала. Демидов делает страшную ошибку, что доверяет шаману. Рахдай почувствовал небывалую мощь оружия, что в моих руках. И не остановится, пока не завладеет им. Ничего, я его сам остановлю. Скоро.

Хочу в постель. Как сейчас бороться с откатом? Мирослава далеко, некому будет прижаться ко мне. От этой мысли приятные мурашки поползли по спине и животу, скатываясь к паху. Чтобы отвлечься, я надавил на педаль и скоро уже был возле гостиницы. Дома…

Главы 8, 9

Глава восьмая

Увидев выходящего за ворота казармы егеря, я осторожно прибавил газу и покатился следом за ним. Нажал на сигнал, привлекая к себе внимание. Алексей дернулся и завертел головой. Увидев мой «хорьх», приветственно поднял руку.

- Здорово, десятник, — я ухмыльнулся, притормаживая возле него. — Садись в машину, подвезу.

- О, вот это здорово! — обрадовался старый знакомый. Он шустро впихнул себя в кресло, пожал мне руку. — Вовремя ты здесь.

- Да я тебя караулил, — улыбнулся я и быстренько отъехал от казармы, потом свернул на другую улицу. — Тебе куда? На Курганные Земли? Могу подбросить.

- У меня сегодня выходной, — признался Алексей. — Домой пошел. До Арсенальной подвезешь?

- Не вопрос, — я кивнул согласно. — Ты женат?

- Скорее, нет. Девушка есть, — признался десятник. — А живу с родителями.

- Так чего тянешь?

- Присматриваемся друг к другу. Наберусь смелости — предложу. Сам-то ты как, очухался от дуэли? Говорят, несколько дней валялся в постели, не вставал.

- Создается впечатление, что все окружение Щербатова состоит из сплетников и сплетниц, — я покачал головой. Наверное, кто-то из тех ребят, которые сопровождали Мирославу в гостиницу, проговорились. Правда, с головой еще дружат. Княжну не упомянули.

- Бывает такое, не спорю, — засмеялся Алексей. — А ты молодец, здорово прихлопнул Колесникова. Когда кость сломал, треск такой стоял — что мороз по коже.

- Так сам захотел, — я пожал плечами. — Провели бы магическую дуэль — и разошлись. Хотя, признаюсь, было желание его убить. Честно.

- Понимаю, — отчего-то задумался десятник. — Здесь направо, ага. Потом прямо до перекрестка и снова направо.

- Алексей, у меня к тебе просьба, — я бросил взгляд на парня. — Очень деликатная и опасная.

- Кого-то еще убить хочешь? — пошутил Алексей.

- Угадал. Надо грохнуть одного гада.

- Серьезно? Не-не, ты успокойся. Я понимаю, что расстроен, не удавил своего противника на дуэли…

- Да хорош уже! Поможешь или придется искать других людей?

- Кого собрался закопать? — вижу, Алексей уже не рад, что сел в машину.

- Гада одного. Шамана. Он вчера меня здесь в городе подловил, хотел убить. Еле вырвался. Слышал про пожар в бараке в Деповской слободе?

- Слышал. Два трупа обгорелых нашли.

- Я был в том бараке. Связали, по башке дали. Еле вырвался.

- Да иди ты! — ошалел Алексей. — А зачем ты был нужен какому-то шаману?

- Старая история. Еще со времен моей службы у князя Демидова. Столкнулись как-то. Я победил, но не до конца. В общем, разыскали меня.

- Нихрена себе! — пробормотал десятник. — Вон, в тот дворик сворачивай.

Я заехал в указанное место и остановился возле трехэтажного дома из разноцветных кирпичей, сложенных в забавные абстрактные фигуры, и уютно утопающего в зелени палисада. Алексей, однако, не собирался выходит. Похоже, моя история его впечатлила.

- Слушай, Колояр, я тебе доверяю, — сказал честно десятник. — Знаю, что ты скоро войдешь в Род Щербатовых. А князь просто так свою дочь замуж за обыкновенного дворянина не выдаст. Извини, что грубовато выразился. Но Мирославу прочили в жены очень высокому аристо. Ты, как бы, в расчетах у него не стоял. Значит, что-то изменилось.

- Короче, Леха, — поморщился я.

- Какая помощь тебе нужна?

- Снайпер с хорошей подготовкой, а надежный ствол с оптикой и пулю, от которой гарантированно не выживают, я обеспечу, — сказал я. — План простой. Проникаем на Курганные Земли со стороны моего сектора. Оборудуем точку для снайпера и ждем появления шамана. Он частенько выезжает на раскопы, поэтому шанс выловить его там очень велик. Стрелок вбивает в его башку пулю — и на этом операция заканчивается.

- Зачем палиться в твоем секторе? — призадумался Алексей. — Есть такой виртуоз. С двух километров снимет муху с ветки. Заляжем на нашей территории. Курган «Скифская голова» … Может подойти. Мы на нем частенько пост устраиваем, чтобы следить за передвижением транспорта со стороны Волги. Преобладающая высотка. Кстати, оттуда и работа археологической группы князя Демидова хорошо просматривается. И мне легче будет обеспечить подход к точке.

- Съездим, посмотрим, — решил я. — А кто снайпер?

- Я поговорю с ним, — решил Алексей. — Завтра наша смена. Янек со мной в группе работает. Залезем на курган, присмотрим позицию. Но ты сам понимаешь, что из своей винтовки стрелять нельзя. Нужно оружие со стороны. Будет расследование, начнут всех трясти, особенно нас. Почему допустили снайпера на свою территорию и еще куча всяких неудобных вопросов.

- Продумай схему, — кивнул я. — Левую пушку достану, сказал же. Только твой Янек сможет из нее сразу же положить пулю в цель?

- Я же говорю, что он виртуоз. Пока ты ищешь снайперку — мы оборудуем точку.

- Лишних не привлекай, — предупредил я.

- Мы всегда «двойками» ездим на багах, — успокоил меня Алексей. — Смотаемся на дежурство, все посмотрим, оценим риски. Как только достанешь необходимое — свяжись со мной. Обговорим детали. Тебя, кстати, надо как-то перекинуть к нам. Кто будет объект показывать? На пароме рискуешь засветиться.

- Не переживай, — я усмехнулся. Пора майору Прохорову появиться. — Давай номер телефона. Позвоню, как будет готово. Кстати, когда Щербатовы приезжают?

- Через четыре дня. Успеем?

- Успеем.

Алексей на прощание пожал мне руку. Я взглянул ему в глаза, желая понять, не струсит ли он в последний момент, не вильнет ли в сторону, чтобы оставить меня наедине с проблемой? Нет, смотрит прямо, уверенно. Потом подмигнул и вылез из машины. Я проследил, в какой подъезд зайдет десятник, и только затем развернул тачку на крохотном пятачке.

Рахдаю не жить. Если его не успокоить — бед наделает. Больше всего я боюсь за Алику. Известна ли Пахому и шаману ее связь со мной? Нельзя допустить, чтобы девушку использовали как рычаг давления на меня самого. Я ведь не выдержу, разнесу это осиное гнездо.

По дороге к гостинице делаю звонок «посреднику». Как и положено, через договоренный интервал Ульян поднял трубку.

- Доброго дня, — поздоровался я. — Как ваши дела, как дедуля?

- Приветствую. Давненько не звонили, сударь. А дедуля в норме. Следит за вашими успехами. Очень доволен. Жалуется, правда, что не приезжаете. Выбрали бы время…

- Как смогу, — пообещал я. — До октября точно приеду.

- Почему именно так? Позвольте полюбопытствовать…

- Торгуев стал мне тесен. Хочу мир повидать.

- Тоже дело, — Ульян вздохнул. — Нужна помощь?

- Да. Хорошая такая дальнобойная помощь. Желательно, одноразовая. Чтобы не жалко выкинуть.

Ульян присвистнул.

- Серьезные у вас дела, я смотрю. Ладно, какие характеристики?

- Пойдет однозарядка с сошками. Можно магазинник. Дальность выстрела до трех километров. Оптика, само собой, не самая худшая. Десяток патронов калибром от десяти миллиметров. Пять из них должны быть с магической ударной начинкой. Подарочек нужен как можно быстрее. У меня не больше четырех дней. Сможете?

Ульян засвистел еще протяжнее. На некоторое время в трубке возникла пауза.

- На какого зверя решили поохотиться?

- На самого опасного в данный момент. Очень мне мешать стал. Постоянно где-то рядом в затылок дышит.

- Н-да… Хорошо, сударь. Сегодня, как всегда, не смогу. А вот завтра… Да, завтра на загородной трассе. Съезд на ипподром знаком? Он в пяти километрах от княжеского блокпоста находится. Сами понимаете, что все риски по провозу подарка ложатся на вас.

- Да, понимаю. Во сколько вас ждать?

- Вечером, в шесть часов.

- Хорошо, я буду там. Привет дедуле.

- Передам. Боюсь, он будет удивлен вашей бурной жизнью.

Я засмеялся и отключился от разговора. Ну вот, теперь можно планировать, как попасть на другой берег Волги, чтобы никто не заметил. Лодку найду в близлежащей деревушке, которых полно вдоль реки. Куплю какую-нибудь развалюху, переправлюсь в районе княжеского сектора Курганных Земель иди перевозчика найму опытного. Там густые плавни, кустарник, камыш. Можно спрятаться на время, пока не подъедет Алексей.

А мне даже интересно стало: будет ли Демидов реагировать на смерть Рахдая? По сути, шаман — нелегитимный представитель его княжества на моей земле. Я уже знаю, что в списках экспедиции его не было. Алика умудрилась каким-то образом выяснить у Косарева эту информацию. Рахдая протащили вопреки всем договоренностям. Не станет князь Юрий Степанович поднимать шум. Себе дороже. С Щербатовыми ссориться — это не на меня наезжать с требованиями отдать законную добычу.

Чертов шаман какой уже раз умудряется ускользнуть от смертельного удара. Пользуясь своей природной техникой, он оставляет в дураках любого мага. Владение даром телепортации — серьезное преимущество Рахдая. Решение ликвидировать его с помощью снайперского выстрела — единственно возможное. Иначе не подобраться. А пуля десятого калибра успокоит любого мага, будь он творец или архат. Только бы защиту не поставил, ублюдок…

Неожиданно я поймал себя на мысли, что отъезд Щербатовых привел в действие некий катализатор событий, меняющий ситуацию на каждом шагу. Захотел подобраться к Мисяю — получил проблему от Рахдая. Тут же приходится искать решение проблемы по шаману. Еще неизвестно, удастся ли моя задумка. Колдун каким-то шестым или двадцатым чувством определяет, когда нужно смыться с линии удара. Таинственный человек, вынырнувший из азиатских просторов. Кто он такой, на самом деле? У кого приобретал технику телепортации? Не верю, что природный маг с самого начала знал, как открывать тоннели, быстро уходить по ним. Это ведь технология, а не обычное волшебство.

Сам не знаю, почему меня потянуло к зданию УКБ — самому известному в городе строению из четырех этажей и покрашенному в узнаваемый желтый цвет. Построенный еще в прошлом веке, дом имел вычурную лепнину по фасаду, массивные колонны на входе, мощную чугунную ограду и двойную подъездную полосу, разделенную низкорослым пышным кустарником. Внутрь меня не пустили, но заверили, что господин Зотов еще не покидал рабочее место.

Да, я решился на сотрудничество с архатом. Игнат прямо сказал, что ему нужно. Временный союз с устранением неугодных людей нам вполне подходил. Зотов подставляет Невзора, дает мне уроки магического совершенства, а я помогаю ему в некоторых деликатным моментах.

Архат вышел из здания через полчаса, когда я уже от скуки пытался легонько магичить, создавая в руках искрящиеся плетения, усилием воли сворачивая их в разноцветные буквы. Посверкивая всеми цветами радуги, узоры несколько секунд держались на месте, после чего как нашкодившие котята рассыпались по салону машины. Я чертыхался, но своего занятия не прекращал. Мне важно было удержать концентрацию энергии на каком-то уровне, зацементировать плетения, чтобы они не разрушались на самой первой стадии.

Потом я написал разноцветными буквами имена Алики и Мирославы, и шутливо стал их перемешивать, образуя концентрический круг, внезапно засветившийся нежно-изумрудным цветом с добавлением ярких оранжевых всполохов. Было красиво, я даже задумался, что бы это значило.

Увидев мужчину в белой рубашке и светло-серых брюках, подходящего к машине, я лихорадочно замахал рукой, разгоняя игриво перемигивающиеся буквы.

- Развлекаешься? — Зотов весело улыбался, наклонившись к открытому окну.

- Тебя жду, — пояснил я. — Садись. Довезу до дома.

Зотова не нужно было упрашивать. Он охотно уместился в кресле и с небывалым интересом стал разглядывать плавающие в воздухе магические письмена. Потом неожиданно для меня погрузил в них руку, сделал несколько круговых движений, возвращая в исходное состояние мое колдовство.

- Не можешь сделать выбор между девушками? — задумчиво хмыкнул Игнат, прочитав то, что я написал в воздухе несколько минут назад. — Хм… А мне казалось, что все уже решено.

- Всего лишь метание сердца, но не разума, — смутился я оттого, что Зотов легко восстановил первоначальную цепочку моих магических потуг. — Как ты это сделал?

- Твоя техника как попытки ребенка сотворить взрослую вещь, — пояснил архат. — Примитивные плетения, игрушка для пятилетнего. Но это радует. Ты уже можешь обращаться со своим Даром, не применяя энергию древнего артефакта. Узловые точки существуют, но их и надо в первую очередь закреплять. Вот так и так…

Зотов ткнул пальцем в букву «с», и написанное слово «Мирослава», вздрогнуло, засияло золотистыми бликами.

- Каждый раз, как эта девушка будет садиться в твою машину, ее имя начнет светиться, — пояснил Игнат. — Пожалуй, добавлю несколько штучек вроде розочек и сердечек. Вот. Ты видеть не будешь. А то сморщился.

- Ваниль, — отшутился я. — Придется машину менять. Но мне понравилось, как ты в мои плетения вставляешь свои заготовки.

- Я и говорю о слабости твоих магических способностей, — Зотов неожиданно стер радужные переливы букв своей ладонью. — Поехали ко мне. Супруга чаем угостит. Со свежими лепешками. У нас есть о чем поговорить. Заодно начну тебя подтаскивать по основам магического искусства.

Миловидная жена Игната, возрастом чуть младше архата, едва была представлена мне, сразу же захлопотала на кухне, подгоняя свою помощницу-служанку. Ну, конечно же, Зотов, как-никак, дворянин. Имеет право и возможности держать прислугу в доме. Но не больше трех.

- Машенька, — обратился к жене архат, — мы, пожалуй, пока в кабинете поработаем. У нас же есть полчаса?

- Идите, — улыбнулась хозяйка, отчего на щеках появились ямочки. — Я Кильку пришлю, когда все готово будет.

- Килька? Кто это? — поинтересовался я, когда мы закрылись в рабочем кабинете Зотова.

- Кошка, — удивил меня Игнат и рассмеялся, увидев мое лицо. — У Маши Дар управлять животными. Забавный, мало кому нужный, разве что для развлечения детишек. Вот и сказала, что пришлет Кильку. Когда в дверь начнут царапаться — это она и есть.

- Управитель фамильяра? — еще больше удивился я.

- Я бы так не сказал, — Зотов откуда-то достал бутылку коньяка, разлил по бокалам. — Маша из рода Леденевых, а их семейным тотемом является кошка. Ну, вот почему-то так случилось, что лучше всего жене удается подчинять этих милых и своенравных пушистиков. Но по моим ощущениям, она может и рысь, и леопарда к себе привязать.

- Ого, серьезная у тебя жена, — я взял в руки свой бокал. — Так что ты можешь мне предложить?

- Нет, — улыбнулся Зотов, — лучше начни ты. Чего достиг с помощью кинжала и перстней, и что можешь без них. Я ведь должен оценить твой потенциал.

- Н-да…, - я отхлебнул напиток. — Скажу сразу: многое у меня получается спонтанно, словно кто-то выстраивает моей рукой нужную конфигурацию магического плетения. Конечно, я мысленно формирую свое желание: огненный удар, ледяные клинки или копья, воздушный поток или еще что-то в этом роде.

- Больше всего, конечно, Огонь, — кивнул Зотов. — Волоцкие больше всего к Огню тяготели…. Тяготеют, извини.

- Да брось ты, — отмахнулся я. — Жив Род. И будет жить. Но, ладно… Построение брони происходит за счет обмена энергией между камнями. Ведущий камень — сапфир. Он у меня всегда на одном месте. Центральная фигура в композиции. Остальные я могу менять местами, даже на другую руку перекидывать. Только вся беда в одном: у меня нет систематизирующей практики. Один раз получается Огонь, в другой раз — льдом кидаюсь. И так каждый раз.

- Система сложится только после окончательного формирования конфигурации, — Зотов возбужденно заходил по кабинету, меряя его широкими шагами. — Тебе нужны еще четыре камня. Полный комплект «солнечного доспеха». А это гарантирует неограниченные возможности…

- Уровень Бога, — хмыкнул я, вспомнив из прошлой жизни расхожую фразу.

- Что, прости? — не понял меня архат.

- Да так… На язык попало. Говорю, уровень Творца.

- Ну, да. Творец работает с материей в любой форме, — пробормотал архат. — Это уровень духовной магии. Взмахнул рукой — остановил бурю. Приложил ладонь к голове — сразу же вылечил. Уверенное владение многомерной системой.

- Ходячая волшебная палочка, — улыбнулся я. — Полагаешь, мой «доспех» и есть многомерная система?

- «Доспех» — всего лишь защита, но ходить по воде, аки по суху…, - архат покачал головой. — Теоретически можно. Если ты сможешь без брони проникнуть в суть многомерности, то я просто преклоню перед тобой голову.

- Получается, я всего лишь боевой маг, — слегка разочаровался я.

- Так и есть. Но не все потеряно. Мы начнем с азов подчинения энергопотоков, — Зотов допил коньяк и потер руки. — Для этого тебе нужно тренироваться каждый день. По десять-двадцать минут подход. Потом перерыв на несколько часов. Вот тебе методическое пособие МАМ. Знаешь, что это? Московская Академия магии. Для таких неучей, как ты, издано. Ладно, не морщи лоб в скорби. А теперь, пока Килька не поскреблась в дверь, начнем отрабатывать практику.

Глава девятая

Больше всего Алика с нетерпением ждала окончания полевых работ на Курганных Землях. Ее экспедиция заканчивалась, а основная группа Косарева оставалась здесь до конца сентября, пока погода позволяла. Сильных дождей не обещали, как и первых осенних заморозков. А ей уже хотелось домой. Скоро начинаются занятия в техникуме, да и за отца тревожно. Все последние события, крутящиеся вокруг Колояра, задевали и ее интересы.

И все же впервые девушка испытывала необыкновенные чувства от своего будущего. Уже и жених есть, обговорены сроки свадьбы, перспективы получить дворянство тоже грели душу. Одновременно с этим страх, как отреагирует отец на такую новость, и что окончательно решит князь терзали душу Алики по ночам. Днем-то некогда рефлексировать, работы выше крыши.

А еще этот взгляд шамана, пронизывающий до самых глубин, очень внимательный и оценивающий. Как будто Рахдай решил выяснить, о чем думает девушка, проникнуть в ее мысли. Алике было страшно глядеть на гостя, работающего здесь практически нелегально. Она знала со слов Колояра, что в списках археологической группы шаман не значился. Тогда почему об этом факте не скажут Щербатову? Местный князь живо разобрался бы с нарушениями… Ох, она вообще не представляет, что здесь происходит.

Три дня назад Алика запаниковал самым настоящим образом. Рахдай, Пахом и еще трое его помощников сели в машину и куда-то умотали. Их не было целый день и ночь. Пахом вернулся под утро с водителем, злой и весь какой-то поломанный, словно падал с высоты. Он позвал к себе лекаря-мага и долго находился с ним в закрытой палатке. Потом, подлечившись, Пахом долго рычал на своих бойцов. Гонял «манулов» за безалаберное несение службы по периметру палаточного городка.

Алика ни за что бы не подошла к Пахому и не задала бы вопрос, куда он ездил в компании шамана; скорее, умерла бы, чем спросила. Да и так было ясно. Сотник с Рахдаем были в городе. И не просто так. Они искали Колояра.

Паника нарастала. Но Колояр просил не звонить ему, поэтому Алика себе места не находила. А потом появился Рахдай. Вид его удивил многих. Часть кожи на черепе была обожжена и скручена в неряшливые запекшиеся комочки. Одежда изорвана и тоже в некоторых местах имела обширные прорехи в виде рваных и жженых дыр. Лицо не выражало никаких эмоций, когда он шел между палатками и что-то внимательно рассматривал. Остановившись перед вольером с больными собаками, он внимательно глянул на Алику, как раз в этот момент обрабатывавшую лапу одного пса, поймавшего где-то степную колючку. Девушка замерла, глядя в неподвижные зрачки азиата, и страх жуткой гусеницей заполз под майку и стал щекотать позвоночник.

- Видела Пахома? — спросил шаман. — Он здесь?

- Здесь, — проглотила комок Алика. — Уехал на машине к курганам.

- Хорошо, — невпопад ответил Рахдай и поплелся дальше, заметно приволакивая ногу. По пути ему попался Косарев, и они что-то долго обсуждали. Больше, конечно, говорил археолог, размахивая руками. Шамана слушал его какое-то время, потом отодвинул Косарева в сторону и поковылял дальше.

- Нет, ты видела? — археолог, возбужденный разговором, подошел к вольеру и уцепился пальцами за ячейки металлической сетки. — Совсем никакой дисциплины! Где он был все время? Почему без доклада уехал вместе с Пахомом?

- Так вы и спросили бы сотника, — потрепав собаку, благодарно облизавшую ее руку, сказала Алика и выпрямилась. Перекинула косу за спину. — Они же вместе уезжали, Иван Захарович.

- Я начинаю бояться этого азиата, — оглянувшись, произнес Косарев. — В последнее время Рахдай словно сам по себе. К обязанностям относится из рук вон плохо: не контролирует качество артефактов, не проверяет их на безопасность… А если произойдет что-то нехорошее? Слышала, небось, как недавно у соседей громыхнуло?

- Нет, — Алика вовремя прикусила язык. Иначе бы Косарев начал выяснять, откуда ей известно? Кто предоставил информацию? Сам-то начальник экспедиции имел доступ к таким вестям, но никак не рядовые участники полевого лагеря. — А что случилось?

- Да так, дебилов земля нарожала, — отмахнулся Косарев, успокаиваясь и не углубляясь в тему. — Надо будет с Пахомом поговорить, чтобы он повлиял на шамана. Лучше бы я с собой молодых ребят из команды Мирона взял, или того же Василия! Ох, князь, удружил он мне!

Косарев дернулся в сторону, но потом остановился и добавил:

- Пахом появится — передай ему, чтобы никуда не уезжал. Я буду в своей палатке.

- А на курганы когда собираетесь? — Алика отряхнула руки. — Я бы тоже хотела покопаться!

- После обеда поедем! — крикнул археолог.

А через пару часов в палатку, где жил женский персонал лагеря, заявились Пахом и Рахдай. Алика в этот момент сидела на своей кровати, поджав под себя ноги, и перебирала аптечку. Нужно было дополнить ее необходимыми лекарствами и передать Косареву под роспись, прежде чем уехать в Демидово. Кроме нее сейчас в помещении никого не было.

- Привет, красавица! — сказал весело Пахом, присаживаясь на соседнюю кровать, где спала одна из поварих экспедиции.

- Ой, Пахом Сидорович! — улыбнулась Алика, с трудом скрыв, насколько она испугалась. — А вас Косарев искал!

- Да я с ним уже поговорил! — махнул рукой сотник и с каким-то интересом посмотрел на девушку. — Домой собираешься?

- Ага! — тряхнула головой Алика, начав складывать лекарства в коробку, чтобы скрыть предательскую дрожь в руках. — Скоро занятия начнутся. Жаль, а то еще бы осталась.

- Так это нетрудно устроить, — вкрадчиво произнес Пахом. — Могу поговорить с князем, он замолвит за тебя словечко. Как смотришь?

- Не знаю, — пожала плечами девушка. — Не хочется пропускать занятия. Потом нагонять, по ночам сидеть над учебниками.

- Ты же отличница! — удивился Пахом. — Что так смотришь? Я же все про тебя знаю. Думаешь, наш князь просто так людей в экспедицию отпускает? Здесь нужны благонадежные…

- А… Вы зачем пришли, Пахом Сидорович? — храбро поинтересовалась Алика и с тоской в глазах посмотрела на Рахдая, перегородившего вход в палатку.

- Поговорить, — Пахом пошевелился и вдруг схватился за правое плечо. Поморщился, но тут же мгновенно успокоился. — Ты же знакома с неким Волоцким, правда? Я помню, еще с Варчаты у вас дружеские отношения…

- Ну…, этого егеря я помню, врать не буду, — Алика склонилась над коробкой. Сердце застучало так быстро, что она испугалась, как бы Пахом не услышал барабанный бой, несущийся из ее груди. — Приезжали к нам ребята охранять раскопы. А что случилось? Почему такой интерес?

- А ты в курсе, что Волоцкий проживает в Торгуеве? — задал еще один вопрос сотник, проигнорировав вопрос Алики. — Знаешь, по лицу вижу. Ты же к нему недавно ездила? И в гостинице, где он живет, останавливалась. На ночь…

- О чем вы говорите? — зарделась Алика, сжимая пальцы в кулаки. — Как вы можете такое…

- Мы знаем о ваших отношениях еще с Демидово, — посерьезнел Пахом. — Не ломай комедию, девочка. У вас не просто дружеская связь. Ты чем-то помогаешь Волоцкому. Может, информацию сливаешь о нас. А? Что замолчала? Телефон дай свой.

- Вы не имеете права! — вскинулась девушка и вскрикнула от неожиданности. Жесткая рука намотала ее косу на кулак и приподняла. Боль пронзила затылок.

Рахдай, подобравшийся к ней со спины, молча скалил зубы, давая возможность Пахому самому разобраться с девкой. Затылок начал болеть. Шаман словно хотел выдрать волосы девушки с корнем.

- Отпусти меня, сволочь! — прошипела Алика, сквозь слезы наблюдая за тем, как Пахом быстро пролистывает журнал вызовов. Хорошо, что она удалила все звонки Колояру, но сам-то номер телефона остался! Дурочка! Надо было и его стереть!

- Ну, вот! — улыбнулся Пахом. — Что же ты звонки все удалила, а про номер забыла? Колояр. Не будешь же ты говорить, что это другой человек? Или удивительное совпадение?

- Тот самый, — Алика не стала упорствовать.

- Молодец, не стоит играть в героиню, — кивнул сотник, и Рахдай отпустил волосы девушки. — Когда договорилась с ним встретиться?

- Никогда, я скоро уезжаю.

- Плохо, — покачал головой Пахом. — Надо встретиться. Позвони ему, назначь встречу. Вроде, заскучала, хочешь попрощаться перед отъездом.

- Мы уже попрощались, — злорадно ответила Алика. — Лишний звонок будет ни к чему.

- А почему? — поинтересовался сотник. — Что мешает еще раз встретиться?

- Он подозревает, что за ним следят агенты князя Демидова. Поэтому сейчас мое предложение о встрече его только насторожит.

- Так примени все обаяние, поплачь, как ты хочешь с ним увидеться. Скажем, сегодня вечером. В кафе «Сытно и вкусно». Знаешь же, где? По дороге в Торгуев.

Алика кивнула.

- Звони, — Пахом протянул ей телефон. — Давай, давай! И скажи, чтобы напялил на себя все перстни и ножик захватил. Придумай мотив… Я поставил на громкую связь. Не вздумай играть.

И самолично надавил на кнопку вызова. Пошли длинные гудки. Алика сжала губы и прижала к уху пластиковую коробочку, едва не морщась от брезгливости. Казалось, пальцы Пахома оставили на телефоне грязные следы, источающие яд.

- Привет! — голос Колояра был немного удивленным.

- Привет! — Алика постаралась придать голосу немного жизни. Пахом удовлетворенно кивнул. — Как твои дела?

- Как сажа бела! — хмыкнул Колояр. — Что вдруг в середине дня звонишь? Случилось что?

- Ага. Я же скоро уезжаю. Почти на днях. Вот, захотела еще раз на тебя посмотреть, поговорить. Кое-что разрыла по информации о твоих камнях. Есть интересные моменты…

Алика замерла. Ну, пожалуйста, сообрази! Она ведь сознательно вела беседу не так, как всегда, ломая строгий алгоритм их разговоров. Никаких ласковостей, только будничные слова. И Колояр точно знал, что Алика ни при каких условиях не должна звонить. Он строго наказал ей не заниматься самовольством. Значит, подозревал, что с Аликой может произойти подобное? Девушка воспряла духом. Может, еще ничего страшного не случилось, и ее милый яр найдет выход из сложной ситуации?

- Так приедешь?

- Приеду, — ответил Колояр.

- Приедешь? — не поверила Алика.

- Конечно. Куда и когда?

- Э-аа… Придорожное кафе «Сытно и вкусно». Вечером сегодня в…

Пахом растопырил восемь пальцев.

- В восемь вечера. Устроит?

- Сегодня не могу, — словно замялся Колояр. — Давай завтра там пообедаем?

Пахом отрицательно покачал головой. Он не хотел давать уступок противнику, потому что князь Демидов ясно сказал, что хочет видеть артефактный нож в своих руках как можно быстрее. Значит, надо ломать девчонку и давить на Волоцкого через нее.

- У меня только сегодня свободный вечер выдается, а потом я уже никак не смогу, — вздохнула Алика, замирая. Неужели не сообразил? Да не может такого быть!

- Ладно, в восемь я буду там. Ты-то как попадешь?

- Меня подвезут ребята. Они как раз в город направляются для каких-то закупок.

- Вечером? Хм… Хорошо, я приеду.

- И все свои артефакты возьми! — якобы заторопилась Алика. — У меня появился аукционный буклет, сверимся по фотографиям.

Она специально это сказала. Колояр точно будет знать, что никакого буклета у нее в принципе не могло быть, как и во всем Торгуеве.

- Тогда до встречи! — воскликнула Алика, услышав согласие Колояра, и быстро вырубила связь. С вызовом посмотрела на Пахома. — Все? Я свободна?

- Да куда ты торопишься? — засмеялся сотник. — Собирайся, поехали с нами на раскопки. До вечера будешь под моим присмотром. И в кафе вместе съездим.

- У меня своих дел хватает! Ой!

Рахдай опять дернул ее за косу, но мало того, потянул вверх, чтобы девушка встала, попискивая от боли. Сопротивляться ей и в голову не приходило. Она понимала, что в лучшем случае обойдется синяками на руках. За нее никто вступаться не будет, а начнет кричать — Пахом, как представитель князя, найдет нужные слова для самых говорливых.

- Поедешь с нами, — мрачно сказал он, как припечатал.

Шаман успел переодеться в чистую одежду, но все равно выделялся своим бродячим стилем: темные свободные штаны, тяжелые ботинки, на плечах непонятно какого года затасканная кожаная куртка, а под ней шерстяная рубаха. Как Рахдай до сих пор не сплавился от жары — Алика не могла понять.

Они вышли из палатки. Пахом открыл заднюю дверь внедорожника, подтолкнул Алику, чтобы девушка садилась побыстрее.

- Руки не распускайте, господин сотник, — огрызнулась Алика, садясь в машину. Сидевший на диване телохранитель Пахома пододвинулся, а Рахдай припер ее с другого бока. Сам же Пахом уселся рядом с водителем.

- На раскопы, — приказал он.

Рабочая площадка находилась в двух километрах от лагеря. Несколько разрытых курганов, отмеченных воткнутыми на их вершинах красными флажками, остались позади пылящей машины. Здесь уже давно выбрали все, что лежало под плотным слоем грунта. Косарев, судя по его виду, не был доволен находками. Артефакты оказались слабыми, настроение скрашивали лишь золотые монеты, украшения, оружие. Они стоили немалых денег, но князь Демидов ждал других результатов.

До конца сентября Косарев планировал вскрыть еще два кургана и на этом закончить нынешнюю экспедицию. Торопиться он не хотел. Земли Волоцких все равно надолго перешли к Демидовым, и бежать, сломя голову, срывая пласты земли с древних курганов, археолог не хотел. Он был вдумчивым, дотошным и правильным ученым. И заставлял просеивать каждый миллиметр драгоценной древней земли, чтобы не упустить важные находки.

Внедорожник затормозил возле водовозки, стоящей в тени кургана с той стороны, где раскопы не велись. Зато с другого края слышались голоса рабочих, шумела техника. Маленький и юркий трактор, на который нацепили отвальный нож, аккуратно ехал по самой подошве насыпи и осторожно отгребал вывалы земли в сторону, чтобы не мешали передвижению людей. Эта земля уже была просеяна на десятки раз и не представляла ценности. Потом, когда закончится полное вскрытие, эта земля ляжет обратно. Косарев хоть и работал на чужой территории, не забывал о своей профессиональной этике. Оставлять бардак на рабочей площадке он не хотел. Для него скифские (или чьи они там были на самом деле) курганы стали неиссякаемым материалом для научной работы. Сотни фотографий, зарисовок, описаний находок — все это хранилось в портативном компьютере начальника экспедиции. Будущая книга, как-никак!

- Сиди здесь, — сказал Пахом, обернувшись.

Притихшая Алика возмутилась:

- Мне здесь что, до вечера париться? Даже прогуляться нельзя?

- Лучше будет, если останешься на месте, — отрезал Пахом, но потом сменил гнев на милость. — Ладно, водички попить не возбраняется. От машины не больше десяти шагов. Николай, присматривай за девчонкой.

Водитель кивнул и посмотрел в зеркало. Алика встретилась с его взглядом, поежилась. Такой точно присмотрит. Вздумай убежать — догонит, переедет машиной, не поморщившись.

В конце концов, пусть валят отсюда. Находиться рядом с людьми, неожиданно проявившим свой звериный оскал, она совершенно не горела желанием. Девушка устроилась поудобнее и стала прокручивать в голове разговор с Колояром. Понял он хоть что-то из ее сумбурного звонка? А то в самом деле решит, что Алика нашла какие-то дурацкие каталоги. Но ведь Колояр не такой, верно? Сам же говорил об идущей на него охоте. Наверное, сейчас тоже думает, как спасти ее из лап этих уродов.

- Кондиционер у тебя работает, Коля? — поинтересовалась Алика. Пусть снаружи не жаркий июль, но солнце еще светит так, что накаляет обшивку машины. На улице все спасаются с помощью панам и кепок. Многие подходили к водовозке с фляжками, набирали воды и убегали на раскоп.

- Нечего топливо жечь, — лениво ответил водитель, читая какую-то потрепанную карманную книжку.

- Тогда я открою двери, чтобы был сквозняк, — пригрозила девушка.

- Тебе же хуже будет, — ухмыльнулся Коля. — Ветер со степи дует, жару нагоняет. Сваришься здесь.

- Не сварюсь, — отрезала Алика. — Мне здесь до вечера торчать.

Она распахнула обе задние двери, сняла камуфляжную куртку, под которой была тонкая рубаха, аккуратно согнула ее несколько раз и положила под голову. Сама растянулась на диване, отчего длинные ноги вылезли на несколько сантиметров наружу. Но Алике было наплевать. Закрыла глаза и незаметно для себя задремала, обдуваемая вполне свежим ветерком.

Возбужденные голоса накатывали из-за кургана, на котором велись работы. Алика разлепила глаза, ощущая разбитость в теле. Все-таки жара дала о себе знать. Голова была тяжелой, одна рука затекла. Поднявшись, она с удивлением посмотрела на толпящихся неподалеку работников. Водителя на месте не было. Он крутился в толпе и что-то расспрашивал. Изредка доносились обрывки фраз, но столь невнятных, что Алика поморщилась. Чтобы не напрягать слух, девушка решила сходить к импровизированному вече.

Откуда-то вынырнул Пахом. На нем лица не было. Вернее, оно было настолько бледным, что белизна перебивала солнечный загар.

- Выметайся, — сказал он грубо Алике, когда открыл переднюю дверцу и полез в бардачок.

- Простите, не поняла, — захлопала ресницами девушка.

- Вали отсюда! — тихо рявкнул сотник. — Шевели задницей! Поездка отменяется! Вместе с работниками на автобусе в лагерь приедешь! Николай! Ты где, бл…? Живо за руль!

Водитель с вытаращенным глазами прилетел как угорелый и бросил свое тяжелое тело в кресло. Алика заметила, как у него дрожат руки.

- Пахом Сидорович! Как получилось-то? Надо «манулов» вызывать, чтобы прочесали все окрестности!

- Рот закрой, знаток! — Пахом был не в себе. Он, наконец, нашел в бардачке пачку, вытащил оттуда сигарету и зажал в зубах. Щелкнул зажигалкой. — «Манулов» ему подавай! Сейчас подгоняй машину к трактору задом. Я там приказал трем работягам, чтобы не уходили. Помогут загрузить…. Ты еще здесь?

Он окончательно вызверился, когда увидел стоящую возле машины Алику. И девушке стало по-настоящему страшно. С этим человеком произошло только-что непонятное, словно увидел магическую тварь средь бела дня, и чудом остался жив, но одновременно с этим изменился до неузнаваемости. Пахом никогда на ее памяти не грубил. Что сейчас случилось? Девушка не стала искушать судьбу и шустро отошла в сторону. Потом бочком-бочком мелкими шагами скрылась за водовозкой.

Возле импровизированной столовой, состоящей из нескольких столбов с навесом и длинным дощатым столом, собрались все работники, начиная от поваров и заканчивая подсобниками. Чуть дальше цепочкой растянулась вооруженная охрана. Лица озабоченные, и все почему-то пристально смотрят в сторону кургана, за который заходило солнце.

Алика увидела знакомого парня, который иногда помогал ей в лечении лошадей.

- Эдик, что тут случилось-то? — спросила она.

Долговязый Эдик взлохматил свои длинные волосы и оглянулся по сторонам.

- Шамана убили, — сказал парень тихо.

- Что? — оторопела Алика. Ей показалось, что она ослышалась. — Рахдая?

- Ну… Прикинь, Саня… Стоят они вместе с Пахомом, о чем-то базарят, и вдруг этот Рахдай валится мордой в землю. Пахом сначала ничего не понял, а потом как прыгнет в сторону, сам плашмя вниз и ползет на четырех костях в сторону трактора. А потом оттуда начал орать бойцам, чтобы они взяли машину и гнали ее к дальним курганам.

Эдик живописно взмахнул руками и выпучил глаза, гордый от того, что стал участником такого спектакля, да еще в живых умудрился остаться.

- А что с шаманом?

- Две пули. В затылок и в шею. Вот такая скорострельность…

- Пули? В него стреляли, что ли?

- Да снайпер это был, — с видом знатока ответил Эдик. — Охрана ломанулась на тачке к близлежащему кургану, да где там! Больше километра гнать надо. Не успели. Поднялись на вершину, но никого не нашли. Ну, так они говорят. Да все это хрень, Саня…

Парень приглушил голос.

- Снайпер с чужой территории стрелял. Из соседнего сектора. Там же земли Щербатовых. Дальнобойная винтовка, оптика — можно хоть муху бить за два километра. Только не пойму, почему шамана завалили? И как удалось? Он же, наверное, в защитной сфере передвигается?

Алика отошла к водовозке и села возле заднего колеса. Уткнулась лицом в ладони, едва не крича от дикой радости. Это ведь Колояр! Только он мог ликвидировать страшного Рахдая. Понял из разговора, что с Аликой беда приключилась, вот и решил проблему.

Завывая на высокой ноте, внедорожник Пахома вылетел из-за кургана и понесся в сторону лагеря. Возбужденные люди стали собираться возле автобуса. Какая тут работа? На их глазах убили человека. А где гарантия, что какой-то идиот не начнет отстреливать других? Но, с другой стороны, страха ни у кого не было. Стрельнули пару раз, завалили шамана, которого в экспедиции особо никто не любил. Значит, было за что. Раз больше никто не умер — можно успокоиться.

Когда первая радость прошла, Алика всерьез задумалась о своей безопасности. Пахом ясно дал понять, что знает об отношениях девушки с Волоцким, и попытается сыграть на этом. Что он сделает? Возьмет в заложницы и начнет шантажировать Колояра?

Так что со смертью Рахдая ничего еще не решилось.

Глава 10

Глава десятая

Снова какое-то дежа-вю переживаю. Сижу в кафе, построенном на очень удобном месте: прямая трасса уходит на запад, а отворот — на княжеский ипподром. А оставшаяся после дорожных работ площадку немедленно занял какой-то родственник Решетниковых. Отстроил двухэтажное здание с большими окнами, выходящими на сосновый лес и на луговые просторы с другой. Хорошее местечко. Волшебное. Даже шебутные водители, останавливаясь здесь, зачаровываются тишиной и благолепием. А если сидеть на открытой веранде второго этажа и вдыхать запахи кофе вперемешку с хвойным ароматом, можно получить заряд бодрости на всю неделю.

Я далеко не ухожу. Мой столик почти возле входа. Неспеша попиваю «Черную Кению» из маленькой фарфоровой чашечки и заодно любуюсь тонкими линиями орхидей, нарисованных на ее боках. Заодно слежу за своим «хорьхом» и жду мотоциклистов. Интересно мне, как в этот раз Ульян проделает трюк с заказанным товаром? Время, судя по часам, подходит к контрольной точке. А посредник запаздывает.

В кафе зашли трое мужчин, двое из которых остались возле барной стойки и стали что-то заказывать. А импозантный, в деловом костюме серого цвета и с галстуком в узкую полоску мужчина направился дальше между столиков, но потом как будто передумал и остановился возле меня.

- Позвольте? — спросил он, поправляя очки с тонкой позолоченной дужкой легким движением пальцев.

- Да ради бога, — я старательно прячу улыбку. Все-таки Ульян повернут на эскападах. В шпионов не наигрался? Я точно знаю, что это мой посредник, но умело наложенный грим и точечные изменения во внешности, здорово его изменили. И выглядит старше, чем в прошлый раз.

- Ваша просьба выполнена, сударь, — сказал посредник. — Все, как заказывали. «Соболь» калибра десять и семь миллиметров на сошках, дальность боя до двух с половиной километров, оптика надежная. Магазин на пять патронов. Десять патронов в упаковке. Пять из них с подарочком. Сами сообразите, какие именно.

Ульян отвлекся на подошедшего длинношеего официанта в светло-синей сорочке и отрицательно покачал головой.

- А где товар? — полюбопытствовал я.

- В машине под водительским креслом, — посредник снова поправил очки. Видать, переборщил.

- Дверь машины была открыта? — вздернул я бровь, с усмешкой глядя на собеседника.

- Конечно, — последовал короткий кивок.

- Н-да, лихо у вас получается, — я вздохнул. — В тот раз темные очки лучше подходили к образу.

Интересно, когда ребята успели затолкать в мой «хорьх» опасный груз? Скорее всего в тот момент, когда посредник отвлек меня разговором.

- Учту, — кивнул Ульян. — Тогда всего хорошего.

- До свидания, — источаю вежливость, а сам с нетерпением жду, когда троица сядет в «Орион-Гранд» (совсем как моя вторая тачка, только другого цвета) и уедет со стоянки. Расплатился за кофе и вышел на улицу. Огляделся по сторонам. Несколько легковых автомобилей, уборщик размеренно метет асфальтированную площадку перед зданием, под навесом на входе скучает охранник — вот и все, что я сейчас вижу. Кто из них видел открывающего чужую машину человека? Нет, я не настолько дотошный, но меня просто распирает, как умудряются ребята проворачивать такие фокусы?

Я сел в «хорьх», закрыл дверь и нагнувшись, засунул руку под кресло. И сразу наткнулся на что-то. Извернувшись, как обезьяна на ветке, я вытащил небольшой черный кейс, положил его на колени. Щелкнул замками, и только потом покачал головой. Неосмотрительно. Надо проверять в первую очередь на минирование. Что-то легко в последнее время в мою машину проникают чужие люди.

Но запоздалый страх мгновенно улетучился, когда я увидел смертоносную игрушку, правда в разобранном состоянии. Каждая деталь лежала отдельно в своем мягком поролоновом углублении и матово поблескивало вороненым напылением. Для спеца собрать такую машинку дело двух минут.

А вот и патроны. Для них тоже нашлась мягкая ниша. Десять остроносых посланцев смерти, и пять из них — с красной опоясывающей полоской. Где Ульян умудрился раздобыть патроны с магической начинкой? Такие опасные вещи просто так в оружейных магазинах не продаются. Единственное, что мне известно, магические боеприпасы строго контролируются при выпуске и каждая партия тщательно отслеживается, куда и к кому уходит. В основном, прямыми закупщиками являются интенданты великокняжеской гвардии и армии. Мне даже страшно стало, куда простирается рука Жароха. Ведь без его участия снабдить меня ценнейшими патронами здесь не обошлось.

Я закрыл крышку и положил кейс обратно под сиденье. В горле даже пересохло. Настолько впечатлило меня содержимое, особенно патроны. Поехал медленно. Не хватало, чтобы сейчас княжеский дорожный патруль не остановил за превышение скорости или за грязь на колесах. Это они могут. Хоть номер моего «хорьха» уже знаком каждому постовому, я не обольщаюсь. Дадут сигнал — и все, прощай свобода! Приближенный к князю дворянин, тайно провозящий оружие в город, сразу попадет под колпак УКБ. Поэтому лучше потихоньку, соблюдая правила. Мне ведь предстоит отвезти винтовку на Курганные Земли. По пути может случиться всякое. Да банально! Машину угонят — и пиши завещание!

Откинув дурные мысли, я полностью сосредоточился на дороге и вскоре совершенно забыл, что везу под своим креслом. Спокойно проехал блокпост и свернул на проспект, через который можно было быстрее доехать до гостиницы. Охоту на Рахдая начнем завтра. Алексей уже предупрежден, где меня нужно подобрать и незаметно перекинуть к одному из курганов, откуда снайпер будет стрелять по шаману.

Не доезжая до гостиницы, остановился в одном из «карманов». Я вспомнил о старой дорожной сумке, валявшейся в багажнике. Светить кейсом перед администрацией и служащими не стоило. Слишком запоминающийся чемоданчик. А так он вполне себе удобно лег на дно сумки. Оставлять в машине ничего не собираюсь. Мне спокойнее, когда опасная вещь под рукой.

Поднялся в свой номер, закрылся и проверил, наведывались ли ко мне гости. Что-то я в последнее время становлюсь параноиком. Создается впечатление, что все охотятся за всеми. Этакий бег хищников по арене. Кто кого быстрее слопает. Усмехнувшись странной аналогии, я разделся и первым делом затолкал сумку под кровать с дальней стороны. Потом вытащил из шкафа солидный фолиант в потертой обложке.

Обложка была из самой настоящей телячьей кожи, отлично выделанной и до сих пор пахнущая тем неповторимым ароматом, когда книги создавались вручную. И страницы оказались под стать: старые, плотные, с красивым старым шрифтом. Рисунки тоже шикарные. Но, самое главное, «Магия как искусство» (так значилось название) оказалась иллюстрированной многочисленными рисунками и поясняющими текстами. Здесь разжевывались основы овладения энергетическими потоками, что с ними делать в том или ином случае, как направлять их на создание магических плетений. Построчно, со схемами для тупых одаренных вроде меня (мелькнула такая мысль, когда с интересом листал страницы), что и как делать, если искра Дара недостаточно влияет на магическую суть носителя. Да, эта книга — настоящий живительный родник, к которому я припал и не отрывался до самой глубокой ночи.

Помимо чтения я старался копировать технику пассов руками и пальцами, предварительно сняв перстни. На всякий случай, чтобы артефакты не поймали магическую волну и не разрушили номер. Ведь я хорошо помню первые опыты с перстнями в Демидово. Опасное дело.

Что ж, к часу ночи у меня стало получаться распределять потоки без напряжения, перекидывая из одной чакры в другую, и добился того, что вся энергия, которую я умудрился сгенерировать в солнечном сплетении (так предлагалось в книге), равномерно распределилась в разных местах. Я ради забавы закрывал одни точки, перекидывал поток на резервный канал, прерывал его, потом снова перекидывал — и так до бесконечности. Уже обессиленный и отупевший, вытянул руки ладонями вверх и вырастил на них какой-то невзрачный и чахлый цветок. Видимо, не хватило энергии.

Но я был рад, бесконечно рад такому обстоятельству. Значит, мой Дар не погиб под воздействием «веригельн», и пусть робко, но дает о себе знать. И это без артефактов! А что будет, если применить наработки с перстнями на пальцах?

Замурлыкал телефон. Мелодия, которая звучала, принадлежала Мирославе. Это я специально выделил ее номер, чтобы сразу распознавать из десятков других. Хмыкнул, покосился на часы. Москвичи, такие москвичи. Говорят, столица никогда не спит? И действительно, аристократы сейчас только-только начинают свою развлекательную жизнь. Вечеринки, коктейли, фуршеты, собрания…

- На связи, — буркнул я, придавая голосу сонливость. Пусть княжна испытает угрызения совести, что не дает спать своему окружнику.

- Ты дрыхнешь, что ли? — голос у Мирославы веселый. Где-то фоном мощно бьют ударные, звучит музыка, невнятно звучит человеческая речь.

- А ты как думаешь? У нас уже ночь за окном, — я закрыл книгу. — Только стал засыпать…

- Ты не с Аликой? — Мира спросила так спокойно, что я усмехнулся. Ревнует все-таки.

- С чего вдруг? Один.

- Ладно, не сердись. Как ты сам? Скучаешь по мне?

- Ты знаешь, я внезапно понял, что мне тебя не хватает, — говорю правду. И в самом деле вокруг меня образовалась какая-то пустота. Без милых мелочей, без своих девчонок стало на самом деле скучно. — Никто не ругает, не спорит. Чтобы совсем не свихнуться, езжу в офис, с людьми встречаюсь, общаюсь.

- В самом деле? — Мирослава, кажется, была озадачена. Ожидала, наверное, новой пикировки, чтобы поднять свою значимость. Но не тут-то было… — Хм, очень приятно, что я кому-то нужна. Ну, мы скоро приедем. Через два дня. Встретишь?

- Да там и без меня народу будет, — усмехнулся я. Мисяй нагонит кучу охраны. Не, я лучше потом в гости заеду. Лучше скажи, какая в Москве ситуация. Все спокойно? За тобой не бегают толпы убийц?

- Яр, прошу тебя, не вызывай фантомов, — пожаловалась княжна. — Только-только отошла от этого бесконечного ожидания смерти… Отец окружил меня кучей телохранителей, без которых меня никуда не отпускает. Сам же целыми днями пропадает в Кремле. Пару раз встречался с Великим князем, но о чем с ним разговаривал — никому не говорит.

Хм, а ведь Щербатов схитрил. Он уже выдавил из костромских пленников какую-то информацию, и испугался. Не посоветовался со мной (если я упоминался в контексте всей заварушки) и сразу пошел с козырей. Если хитроумная комбинация с привлечением костромских родов провалилась, то следует ждать еще чего-то нехорошего. Все ниточки завязаны на Долгоруких. А князь Борис сам пришел и поделился сомнениями.

- Ладно, ты только не пренебрегай защитными мерами, — посоветовал я, почувствовав угрызения совести. Девчонка сама пришла в лапы зверя, не подозревая о своем предназначении. Папаше надо срочно линять из столицы, пока дочку окончательно не списали с игровой доски.

- Кто бы говорил? — усмехнулась девушка. — Сам вечно находишь проблемы. Но я с некоторых пор к твоим советам прислушиваюсь. Обвешалась артефактами, да еще наши маги-искусники изготовили несколько жутких секретов. Так что отобьюсь, если что.

- На свадьбе Павла Великий князь присутствовал?

- Конечно. Подарил роскошное колье Арине. Какой-то старинный артефакт с защитным эффектом. О таких вещах не распространяются открыто, пойми, яр. Подарили и подарили. А какую функцию несет подарок — знают только дарящие и принимающие.

- А с тобой Долгорукий не разговаривал? — очень меня заинтересовало посещение свадьбы Дмитрием Ярославовичем.

- Ты на меня «око» повесил, что ли? — развеселилась Мирослава. — Как будто сам все видишь! Да, подходил, интересовался нашей будущей свадьбой, о тебе спрашивал. По секрету сказал, что доверяет нашим селекционерам, и мне бояться нечего. Поздравил, что скоро стану Первородной.

- А в глазах — плохо скрытая зависть и угроза, — проговорил я.

- Что? — засмеялась Мира. — Волоцкий, ты хотя бы иногда ищи позитив в жизни! Ну, о чем ты говоришь! Какая зависть? Чему завидовать? У Великого князя в клане полно родственников, которые могут стереть с лица земли большие города. Угрозу какую-то надумал. Все, хватит! Спать ложись, подозрительный ворчун!

Вот-вот, мрачно подумал я. Долгорукий прощупывает почву. Возникают два варианта. Первый из них ведет нас в могилу: меня и Мирку. Грохнут и еще поплачут над свежим холмиком. Второй более оптимистичный. Почему селекционеры выбрали именно меня? Да потому что знают о моем уничтоженном Даре. Прекрасно знают. Какой вывод они могут сделать? Дар передается по наследству. Если у искры нет потенциала — дети не получат мощь Первородного. Слабые дети не смогут свалить Долгоруких. А та сила, которой я пользуюсь — не природная, а искусственная, которая генетически не воспроизводится в потомках. Поняли это — и расслабились от радости.

Ох, Ясни, как же ты мудр! Ведь все просчитал! Не зря, значит, намекал на свое присутствие во время близости с княжной…кхм, которая скоро предстоит нам. Может, ускорить событие, а? Увезти по прибытии княжну в какую-нибудь загородную гостиницу и наплевать на все, что нас волнует?

«Наконец-то ты признал мой гений! — пронесся свежим ветерком голос Ясни. — Слушай меня, и будет тебе с девушками счастье!»

- Береги себя, Мира, — вырвалось у меня.

- Да ладно тебе, яр, — смущенно хмыкнула княжна. — Все, прощаюсь. Поцелуешь?

Я изобразил губами поцелуй, дождался ответного, и улыбаясь, прервал разговор.

- Как ты сможешь передать детям мой Дар? — спросил я в пустоту, зная, что Ясни меня слушает. — Что за механизм? Древнее искусство?

Воздух в полутемном помещении всколыхнулся, в кресле появилось едва видимое в свете ночника дрожащее марево. Ясни материализовался для разговора.

- Механизм передачи приобретенных магических навыков известен издавна, — сказал фантом чародея. — Им пользовались древние правители Севера, а потом и Юга. Никто из могущественных царей не гнушался таким методом, подкладывая определенный артефакт в постель, когда зачинал детей. Искусственный Дар воспринимался плодом как природный. Почему я тебе напомнил о печальной судьбе Сваруна? Проигнорировал мои увещевания, хотя его отец не побрезговал получить эти знания таким же приятным методом. Сварун тоже имел искру мага, но не послушался меня. Долго тянул с женитьбой, сторонился женщин, предпочитая воевать со своими врагами.

- И ты таким образом намекаешь, что можно хитрым способом скрыть рождение детей с задатками мощных магов-воинов, целителей, Рекущих и артефакторов?

- Конечно, — подтвердил Ясни. — Так и будет. Ты правильно просчитал тактику врагов Мирославы. Именно так они и захотели обезопасить себя от возможного падения трона. Выдавая девушку замуж за Первородного, Великий князь создает видимость рачительности за своих аристократов, и якобы радеет за появление новых одаренных. А заодно, потирая руки, обезопасил себя от посягательств на клан. Когда Долгоруких сдернут с вершины, это будет для них сюрпризом.

- Надеюсь, ты меня не заставишь в этом участвовать? — с иронией поинтересовался я. — Что-то не хочется влезать в драку.

- А ты готовься передавать Дар, — обрезал меня Ясни. — Плодись и размножайся. И каждый раз не забывай держать меня рядом в нужный момент.

- Когда-нибудь меня и прирежут с твоей помощью, — хмыкнул я.

- Не прирежут. Твои жены за тебя горой будут. В общем, ты понял свою стратегию? Чем больше детей с Даром, который ты приобрел с моей помощью — тем сильнее твоя кровь. Клан Волоцких обязан быть наверху. Так гласит пророчество…

- Про меня? — я впал в ступор.

- Нет. Кто владеет «солнечным доспехом» — владеет миром. Варахи потому был могущественным царем, потому что кроме мудрости прислушивался к моим словам. И ты будь таким. И все воздастся.

- А как насчет этики? — ехидно спросил я.

- Забудь об этой глупости. Я же не собираюсь подслушивать, о чем вы будете ворковать в постели. Положи меня в качестве дурацкой ручки поближе, а я буду генерировать свою магию на ваши ауры. Меня как бы и не будет. Так что расслабься. Все, что я делаю — только ради тебя, хозяин.

Надо срочно ложиться спать. В голове сумбур. Ясни меня толкает в такую пропасть, откуда можно только воспарить на крыльях или грохнуться на камни, расшибившись в кровавые ошметки. Перспективы заманчивы, а дорога, по которой придется идти — скользкая и опасная. Причем, идти нужно не одному, а прикрывать и Мирославу, и Алику. Что ж, поиграем. Тем более, что княжна по природе своей авантюристка. Алика ее будет сдерживать противовесом. Да, именно такая команда мне подойдет. Нам есть куда двигаться.

Знать бы только, зачем мне все это надо, и какой джекпот я вытащу в конце игры.

Утром вскочил свеженький. Заказал завтрак в номер, потом быстро нырнул под прохладные струи душа. Взбодрился еще больше. День предстоял тяжелый и интенсивный. Если сегодня повезет — Рахдай исчезнет из моей жизни навсегда.

Связался с Алексеем, который уже находился в полевом лагере. Договорились, что он будет ждать меня с десяти до двенадцати дня на противоположном берегу Волги в месте, которое мы определили заранее. Дело завертелось.

А потом позвонила Алика и предложила встречу. Я ждал чего-то подобного от Пахома. Слуге князя Демидова нужно кровь из носу ликвидировать меня или найти безопасные подходы, чтобы овладеть кинжалом Ясни. Похищение Алики входило в эти планы, и я был готов к такому развитию ситуации. Значит, Рахдай добрался до археологического лагеря, сволочь недобитая. Решили давить на девушку, пока она здесь. Хорошая новость была в том, что Пахом еще не оскотинился настолько, чтобы выдвигать мне ультиматум угрозами жизни Алике.

С легким сердцем согласился на вечернюю встречу, оставляя за собой небольшой люфт в действиях. Вдруг не получится сегодня завалить шамана? Вдруг он не приедет на раскопы, почувствует угрозу жизни? Все может быть. Не зря же я заказал патроны с магической начинкой. По маркировке понял, какие боеприпасы подогнал Ульян. «Прокол» — патрон для пробивания защиты восьмого уровня. А восьмой уровень (уровень архимага) потянет не каждый чародей. Архаты и Творцы еще смогут защититься. Но Рахдай… Он же на настолько крут, правда? Ну, умеет телепортироваться, и что? Подозреваю, шаман таким образом нивелирует свой слабый ранг.

Успокоив Алику, я стал собираться. Надел простенькую одежку, которую не жалко изорвать о колючки и измарать в грязи. Незаметная серая куртка, легкие штаны, кроссовки, кепка с широким козырьком от солнца, темные очки. На плечевой ремень нацепил ножны, а на шею — гирлянду из перстней. Не стоит их сейчас палить, тем более что еду в деревню, где каждый из жителей меня насквозь просмотрит. Увидит затрапезного чужака с перстнями на пальцах — что подумает? Вот и след для «безопасников».

****

До примеченной заранее деревеньки я доехал без приключений. Мне было известно, чем промышляют местные мужики: они перекидывают любителей покопаться в курганах на другой берег, беря при этом никак не символическую плату. Риск, как объяснил мне кургузый мужичонка, с которым я разговорился на улице, заставляет брать не меньше десяти рубликов с каждого авантюриста. А как ты хотел? Беспилотники, патрули — все эти факторы очень влияют на тариф. Кто может взяться? А вот к Емельяну подгоняй прямиком, он сейчас как раз дома.

Дом шустрого перевозчика я нашел быстро. Он находился на улице, спускавшейся к самому берегу реки. Задворки как раз выходили к реке, что было довольно удобно. Не нужно светиться перед любопытными жителями (как будто никто не знает, чем промышляет Емельян), постоянно следить за своим плавсредством. Кстати, у перевозчика их было целых три. Две дощатых плоскодонки на подвесном моторе, и одна пластиковая с мощным движком.

- Ты хочешь прямо сейчас? — Емельян вытащил из сарая весла, тут же закурил, пыхая дымом как паровоз. Потом закинул весла на плечо, и мы через огород вышли на протоптанную тропу, ведущую посреди густой крапивы и бурьяна прямо к Волге. — Серьезно рискуешь, земляк.

- Увы, мне надо быть к двенадцати на том берегу, — пожал я плечами. — Риск оправдан.

- Тогда с тебя пятнадцать рубликов, — тут же выставил тариф перевозчик. — Ну, что ты так на меня посмотрел? Рыск, земляк, рыск! Как раз в это время егеря запускают беспилотник над Волгой. А за такой рыск я и двадцатку могу слупить.

- Нет уж, ты свою цену назвал, я принял, — резко осадил я предприимчивого Емельяна. — Вот тебе пятнадцать — и вези, куда скажу. Не вздумай мухлевать, брат. Дело серьезное, почему я днем и рвусь туда.

Емельян хоть и был жаден, но разумом оказался не скорбен. Кивнул согласно и даже прибавил шаг. Остановился возле одной из плоскодонок, скинул весла на землю и кивнул:

- Толкнем.

Лодка закачалась на воде, и я сел в нее первым. Емельян не торопился. Сначала он тщательно свернул деньги, положил их во внутренний карман брезентовой куртки, выплюнул бычок в воду, передал мне весла, а потом минут пять смотрел на безоблачное небо, выискивая пресловутый беспилотник, от которого следует шарахаться при каждом удобном случае.

- Тебе зачем весла? — мне стало интересно. — Разве не на моторе пойдем?

- На моторе, — ответил Емельян, продолжая оглядывать небо. — А весла я всегда беру. На всякий поганый случай.

Я спокойно сидел и ждал окончания манипуляций. Алексей предупреждал меня о таком способе патрулирования: раз в три дня. И сегодня дрона над Волгой не будет. Емельян, хитрая бестия, должен об этом знать, но пользуясь моментом, решил нагреть на лишнюю пятерку. Ладно, черт с ним. Дело, которое предстоит, куда как важнее этих денег.

- Если птичка появится — ты сигай в воду, земляк, — поучал Емеля, заводя движок. — Я-то удочку прихватил. Ежели прижмут — завсегда отбрешусь.

И в самом деле, на дне лодки лежал телескопический спиннинг. Угу, продвинутый перевозчик. Я сдержал ухмылку и с серьезным видом кивнул. Забавно было наблюдать, как Емельян крутит головой по сторонам, выискивая опасность в небе, не догадываясь, что за движением на реке можно спокойно наблюдать вон с того кургана, высившегося в километре от Волги. Иногда безопаснее попасть на Курганные Земли именно днем, а не под вечер или ночью. Вот тогда патруль вдвое бдительнее.

Ближе к противоположному берегу проводник заглушил тарахтящий двигатель и дальше шел на веслах. Лодка с тихим шелестом раздвинула носом густые комки водорослей и травы. Умело лавируя, Емельян подогнал плоскодонку к нависшим над водой ракитам. Пришла пора высаживаться.

- Вечером, часов в восемь, жди меня здесь, — предупредил я, поудобнее перехватывая сумку. Выскочил на берег. — И не вздумай меня кинуть.

- Еще бы добавить, — начал было перевозчик.

- Перебьешься, — жестко ответил я. — Решил, что перед тобой желторотый птенчик? Я же знал, что дрон сегодня запускать не будут, вот и проверил тебя. Жадный ты, Емельян.

Мужик кашлянул, почесал затылок, но смущенным не выглядел.

- На этом же месте, — хекнул он, взявшись за весла. — Если не подойдешь к восьми, ждать не буду. Сам вплавь добирайся.

Мы разошлись каждый в свою сторону. Перевозчик выгреб из водорослей на открытую воду и направился на свой берег, а я спрятался в тенистом ивняке. Здесь было хорошо, прохладно. И дорогу, которая змеилась со взгорка. По ней должны были приехать Алексей и снайпер на своем дежурном транспорте.

Парни подъехали с небольшим опозданием. Баги выскочил из-за холма и припустил по степной колее, поднимая клубы пыли, и возле берега сделал поворот в мою сторону. Я вышел на видное место и помахал рукой.

Меня заметили. Дозорный транспорт с коротким рыком остановился возле меня. Водитель в черных запыленных очках с любопытством посмотрел на мою сумку. Алексей же насторожился, соскочил с заднего сиденья и остановился в трех шагах. Немудрено. Он ведь ждал Колояра Волоцкого, а здесь перед ним торчит незнакомый мужик лет сорока с лицом профессионального вояки, привыкшего сначала стрелять, а потом спрашивать.

Да, я изменил свою внешность. Теперь Алексей видел майора Прохорова.

- Я от Колояра, — стараюсь быстро обрисовать ситуацию, пока егерь не наделал глупостей. — Мое имя Артем. Будем знакомы?

Я протягиваю руку. Поколебавшись, Алексей пожал ее и кивнул на водителя:

- Мой напарник Янек.

Парень тоже решил размяться, вылез из-за руля. Протянул свою крепкую ладонь, облитую в тонкую кожаную перчатку без пальцев.

- Оно? — сразу спросил он.

- Оно, — кивнул и положил сумку на землю. Медленно потянул замок, открывая ее, потом вытащил кейс, подал Янеку. Тот сноровисто утвердил его на своем сиденье и щелкнул замками. Присвистнул.

- «Соболь», неплохая вещица. Даже магические пули есть!

Опытным взглядом водитель еще раз окинул содержимое кейса и закрыл его.

- Погнали, — заторопился Алексей. — Скоро по маршруту дрон запустят, надо быть на контрольной точке. Мы тебя оставим на кургане, а попозже подъедем. Пока там спрячешься.

«Скифская голова» и в самом деле доминировала по высоте в этом районе. С кургана хорошо просматривался горизонт, не заслоненный лесопосадками. Кругом, куда бы я не кидал взгляд, расстилалась степь с невысокими холмами, клином влезающими между старыми и нетронутыми курганами. Щербатов и в самом деле не торопился вскрывать свою сокровищницу. Он вообще, казалось, потерял интерес к древним артефактам.

Огневой точки, с который мы будем следить за Рахдаем, как таковой нет. Да и зачем изощряться? Достаточно нескольких высохших за лето кустов, за которыми расчищено место для лежака. Не теряя времени даром, я вытащил из кейса оптическую трубку, лег на горячую землю и стал смотреть в сторону археологического лагеря. Я знал, примерно, на какой линии он находится, и ориентируясь от дороги, ведущей в поселение, повел прицел правее. И вскоре наткнулся на оживленных муравьев, копошащихся у подошвы кургана. Юркий трактор сновал в разные стороны, откидывая завалы свежей земли, уже просеянной на десять рядом.

Ни Пахома, ни Рахдая я на площадке не нашел. Их вообще здесь не было. Охрана вяло крутилась по периметру, больше поглядывая на рабочих, чем за окружающей обстановкой. Людская слабость всегда приводит к печальным последствиям, что и доказали недавние события с найденным артефактом на землях Щербатовых. Я до сих пор не мог разобраться, какую магию поднял из кургана тот погибший парень. Даже с Ясни консультировался. Версий много — а толку никакого. Просто странно, почему тогда в гробнице Сваруна, где я стал обладателем клинка и перстней, не было такого охранного амулета. Разные магические культуры заклятия? А черт их разберет. Не испепелило же, в конце концов.

На площадку заехал внедорожник, из которого показались мои старые знакомые. Шаман выглядел не лучшим образом, как и сотник, впрочем. Потрепал я их, значит, знатно. Но каков Пахом, а? Со второго этажа сиганул вниз, не боясь, что может запросто переломать себе кости. Скорее всего, активировал какой-нибудь амулет, смягчающий падение с высоты.

Алику я заметил не сразу. Она пыталась выйти из машины, но Пахом что-то высказал ей, и девушка осталась внутри. Ладно, хоть с собой не станут таскать, используя в качестве живого щита. Чего я и опасался. Имея дело с шаманом, трудно предугадать его дальнейшие шаги. Но, кажется, сегодня мы его переиграем.

Всматриваясь в оптику, я не забывал о тылах. Заслышав за спиной легкий шорох подошв по сухой траве, откатился в сторону, чем вызвал усмешку Алексея. Янек же выглядел флегматично.

- Привычка, — пояснил я свой кульбит.

- Странный ты, Артем, — присаживаясь рядом со мной, признался Алексей. — Вроде тертый по виду мужик, а сунулся в чужой улей без оружия, без поддержки. Неужели Колояр настолько тебе доверяет?

- Я могу и голыми руками воевать, — демонстрирую свои ладони и улыбаюсь. Знаю, что егеря не станут играть на два лагеря. Не кинут они меня. Не тот у них характер.

Янек в это время закончил сборку «соболя» и погладил металл оружия.

- Разогреем пташку? — попросил парень и посмотрел на меня сквозь темные стекла очков. — Пару выстрелов по той вершине?

Он кивнул на холм, отстоящий от нас на полкилометра.

- Давай обычными, — разрешил я.

Янек поднял очки на лоб. Глаза его оказались неожиданно глубокого синего цвета, незамутненные никакими вкраплениями чужеродных красок. Красивые глаза убийцы, н-да. Егерь вытянулся во всю длину, устроился поудобнее, переставил винтовку в нужную ему точку, с мягким щелчком загнал магазин с обычными патронами и мягко передернул затвор.

- К стрельбе готов, — пробормотал он.

Гулко ухнуло. Алексей, не отрываясь от бинокля, внимательно смотрит на холм.

- Есть попадание, — говорит он с удовлетворением. — Давай еще разок.

Плечи Янека вздрагивают. Едва видимый сизый дымок взметывается вверх и рассеивается от дуновения теплого ветра.

- Попадание точно в вершину, — хмыкнул Алексей. — Ну, что? Хороший результат. Километр двести. Давай, Янек, ищи супостата.

Помощник десятника почти мгновенно нашел рабочую площадку археологов.

- Три сто, — оторвавшись от прицела, сказал он. Отщелкнул магазин и дослал в него два патрона с красным ободком. Приставил обратно с титаническим спокойствием на лице. Как будто по мишени будет отрабатывать. — Ну, что, Артем, показывай мне клиента. Начинаем работать. И гильзы потом забери с собой, кстати.

Я обрисовал шамана, и Янек сразу нашел его по описанию.

- С ним постоянно крутится еще один мужик, — предупредил снайпер. — Его оставляем?

- Пахома не трогаем, — подтвердил я. — Возможно, что у шамана стоит мощная защита. Сможешь выстрелить с коротким интервалом? Одна собьет щит, а вторая завалит его.

- Эти снаряды с одно раза щит сносят, — возразил Янек. — Не переживай, сделаем контроль. Черт, действительно с защитой. Воздух плавает вокруг клиента.

- Может, горячий воздух? Мираж? — нарушил молчание Алексей.

- Не похоже, — пробормотал снайпер, припав к оптическому прицелу. — Какие-то странные завихрения…

Что-то я сомневаюсь и едва сдерживаю волнение. Даже отобрал бинокль у Алексея, заставив того смотреть за тылами. Нужно исключить все возможные накладки, которые, как обычно, всплывают в самый неподходящий момент.

Оптика мощная. У егерей армейские арсеналы, много чего интересного можно найти. Вот и бинокль, который в обычных охотничьих магазинах не купить. В него я вижу идущих вдоль кургана Пахома и шамана. Вот они обошли раскопы и удачно встали возле трактора, который пока прекратил мотаться туда-сюда. Тракториста вижу, отдыхает на улице, покуривая сигарету.

Действительно, вокруг шамана воздух странно колеблется. Надеюсь, не защита, а обыкновенный оптический обман зрения. Вокруг все замерло в ожидании момента, когда один из моих врагов канет в вечность, и я хотя бы на некоторое время вздохну свободно. Лишь бы получилось.

- Я начинаю, — предупредил Янек.

Басовито стукнул выстрел, и тут же, буквально следом — второй.

Приникаю к биноклю, поражаясь, насколько же быстро сработал парень. Судя по поднявшейся панике вокруг кургана, цель поражена. Я вижу лежащего на земле Рахдая, суетящихся возле него охранников. Кровь. Много крови. Может ли это быть иллюзией? Зная проклятого чародея, я даже сейчас не уверен в его смерти.

- Что скажешь, стрелок? — спросил Янека.

- Видать, точно защита стояла, — задумчиво проговорил парень, оторвавшись от прицела. — Голова целая. А это значит, что первая пуля, которая шла в нее, только сшибла защиту и нанесла тяжелое ранение. Вторая могла попасть в шею. Но в цель пуля точно прилетела.

- Ты уверен, что попал второй? — я лихорадочно помогаю Янеку разбирать оружие. Гильзы закинул в карман.

- Как в себе, — фыркнул снайпер. — Все, валим отсюда!

Я подхватываю сумку с кейсом и бегу следом за Алексеем по покатому боку кургана. Приходится притормаживать, чтобы по инерции не улететь вперед. Янек обгоняет нас и прыгает в кресло водителя. Я примостился рядом, а десятник встал на раму и уцепился за дуги руками. Машина с ревом развернулась на месте и полетела вперед к Волге, забирая подальше от Скифской Головы. Не думаю, что Пахом нагло влезет во владения Щербатова, чтобы вычислить снайперское гнездо. Но, даже если такое и случится, он не сможет доказать ничего. Мало ли людей шарахается по степи? Может, им Рахдай чем-то не угодил? Но, черт возьми, мне как-то не по себе. Грохнули шамана или этот ублюдок опять устроил сценку со своей гибелью? Кровь, неподвижное тело, нешуточный переполох — вроде бы все указывает на удачные выстрелы. Но… Опять пресловутое «но». Меня уже трясет от него.

Меня высадили там же, где я ожидал егерей: в ивняке. Наскоро попрощались, и я, наконец, решил избавиться от оружия. В первую очередь раскидал гильзы в разных местах. Здесь неподалеку течение сильное. Оно огибает плавни и тащит большие массы воды на середину. Вот там я и разбросал детали «соболя». Жалко. Отличная машинка. Но зачем она мне? Воевать с помощью огнестрела я не собираюсь. У меня есть «солнечный доспех».

Закончив с уликами, я утопил кейс совсем в другом месте. Потом спрятался в ивняке и стал внимательно смотреть за подходами к реке. До прибытия Еремея оставалось чуть больше двух часов. За это время Пахом может развернуть настоящую облаву. Он же не дурак, все понимает, и будет искать человека, который стрелял с дальней позиции. Сопоставит все факты, выбросит лишние и ненужные догадки, потом сообразит, где нужно ловить снайпера. Успею переправиться на тот берег или придется убегать от «манулов»? Если егеря накроют меня раньше? В воду прыгать? Вплавь переправиться через Волгу смогу, но не хочется доводить до такой ситуации. Пока жду.

И все же я правильно выбрал момент. Отсутствие князя Щербатова в своем городе значительно усложнит работу Пахому и Косареву. Начнут жаловаться. А кому? Старику Решетникову? Тот сразу начнет тянуть время. Преступление совершено на арендованных князем Демидовым землях, вот и разбирайтесь сами.

К Волге никто так и не вышел. Пахом не стал заниматься пустой работой. Если Рахдай погиб, сотник начнет рыть с другого конца. Или поймет намек и успокоится, переложив решение проблем на хозяина. Пусть Демидов голову поломает. Вот только Алика под серьезным подозрением. Самое слабое мое место. Нельзя ей возвращаться на Урал. Никак нельзя.

Еремей меня не кинул. Он молча подогнал лодку к берегу, я сел в нее и спокойно покинул Курганные Земли. Коротко и сухо поблагодарил перевозчика. Вернулся к машине, которую оставил на стоянке автозаправочной станции в трех километрах от деревни. И только тогда перевел дух. Но маленькая заноза сидела в сердце. На самом ли деле Рахдай сдох, или опять обманул меня? Иллюзионистом он был великолепным.

Глава 11

Глава одиннадцатая

Витька Колесников, вопреки моим ожиданиям, не выглядел удрученным или озлобленным, и мое появление с большим пакетом фруктов воспринял спокойно. Лечился он дома под присмотром семейного Целителя. Прежде чем нанести визит, я лично поговорил со старшим родовичем, и он дал добро. Отец Витьки и сам был не против, чтобы у нас произошло замирение. Старый и опытный лис чуял, что сын перегнул палку в отношениях со мной. Учитывая ситуацию с моей женитьбой на Мирославе, он заранее стал стелить соломку. Боялся последствий.

Оставив машину за оградой, я вошел в дом и поздоровался с Алексеем Игоревичем, заодно познакомился с его женой, которая сама изъявила желание встретиться со мной. Мария Остаповна оказалась милейшей женщиной, нисколько не державшей на меня зла, как я вначале склонен был подозревать. Опасался материнского гнева. Все-таки сынку руку сломал. До сих пор, несмотря на амулеты, кости сращивает.

- Наслышана о вас, господин Волоцкий, — мягко улыбнувшись, сказала Колесникова, когда я преподнес ей букет цветов. — Особенно в последнее время только и слышала от непутевого одни ворчания в ваш адрес.

- Сильно ругается? — поинтересовался я.

- Мне кажется, вы ему сумели вбить в голову нечто такое, отчего Витенька пришел в крайнее изумление, — усмехнулась мать. — Пусть и ценой неприятного ущерба.

- Вы меня заинтриговали, — я поглядел на Алексея Игоревича, стоявшего рядом женой и держащего ее за локоток. — Может быть, мне уже стоит поговорить с ним?

- Охотно, — кивнул мужчина и крикнул. — Фарида! Поди сюда!

На крик хозяина появилась женщина средних лет в униформе прислуги. В ней угадывалась татарская внешность с узкими скулами и миндалевидными глазами, в какой-то забавной расписной тюбетейке, под которой пряталась сложная прическа. Первым делом она пристально посмотрела на меня, отвела взгляд, словно потеряла интерес.

- Да, хозяин, — она сложила руки на переднике.

- Отведи нашего гостя в комнату Виктора, — приказал Алексей Игоревич. — А потом прикажи девочкам накрыть стол в гостевой зале. Вы же не откажетесь отпить с нами чайку, господин Колояр?

- Охотно, — не стал я отнекиваться. Почему бы и нет? Зачем тогда стоило приходить? Моя задумка простая: я не хочу оставлять за своей спиной людей, которые за своих родных затаят на меня обиду и будут находиться в постоянном желании отомстить или крупно насолить. Судя по всему, Витька не тот персонаж, который сможет повести за собой озлобленных родичей или дружков. Он и так испортил свою репутацию в городе. А вот мать его вполне может устроить танцы на костях. Нет, нам нужно найти общий язык.

Фарида отвела меня вверх по лестнице на площадку второго этажа, постучала в нужную дверь, чтобы предупредить молодого барина, и только потом распахнула створку.

Витькина комната смахивала на тренажерный зал, что меня нисколько не удивило. Слишком сильной была страсть молодого Колесников к железу и накачиванию мускулов. Одну половину большущего помещения занимали станки: беговая дорожка, качалка для бицепсов и трицепсов, штанга на подставке. Чуть дальше на резиновых ковриках лежали гантели, гири, различные утяжеления.

Сам пострадавший не чувствовал себя в царстве железа неким ненужным предметом. Скорее, органично вписывался в интерьер, лежа со скучающим видом на широкой кровати в другом углу комнаты. Рука в гипсе лежала на груди, а вторая цепко держала какую-то потрепанную книжку. Колесников, оказывается, иногда и читал.

- К вам гости, Виктор Алексеевич, — предупреждающе глядя на меня, сказала Фарида. Вот она-то злилась на человека, повредившего руку мальчику, которого знала с самого детства. — Проходите.

Служанка закрыла за мной дверь, а я направился к кровати. Витька с изумлением положил книжку на грудь и уставился на мое появление как на оазис в пустыне.

- Опаньки! Вот это сюрприз! И что ты сюда приперся? — парень быстро взял себя в руки. — Продолжить хочешь?

- Решил проведать, — я огляделся по сторонам, но не нашел место, куда бы положить пакет с фруктами, поэтому оставил его на подоконнике. Пододвинул крепкий табурет к кровати. — Как сам?

- Нормально, — фыркнул Витька. — С чего бы такая благотворительность? Совесть замучила или подмазываешься?

- Наоборот, — я улыбнулся, — решил посмотреть на поверженного врага и насладиться его беспомощностью.

- Ну, хотя бы честно, — кивнул бывший дуэлянт. Повернув голову, он внимательно посмотрел на меня, прикидывая что-то в своем уме. Удивительно, но сейчас его глаза были спокойного темно-серого цвета, а не подверженные тотальному черному выплеску. Может, магические порошки перестал принимать, вот и в норму приходит? — Только вот не говори, что не держишь на меня зла, хочешь подружиться, пожать руку. Не люблю я этих соплей. Мы же с тобой водку вместе не пили, по девкам не шлялись, и корешем твоим никогда не соглашусь стать.

- Да я и не напрашивался, — пожал я плечами. — Тебя исправлять поздно. Мне бы просто не хотелось, походя сломав тебе кость, уйти посвистывая. Ты ведь сам оказался виноват в этой ситуации. Не болтал бы языком, придержал свои дурацкие мысли — глядишь, и до сих пор бы лелеял надежду сделать меня инвалидом.

- Да, ты прав, — поморщился Витька. — Я иногда бываю несдержанным… Да что там — иногда. Всегда. Характер такой, боевой. С твоими родовичами погорячился. Вот за это извини. Но за остальное — хрен тебе!

- За родных извинения принимаю, — хладнокровно ответил я. — Тебе просто повезло, что я их не помню вообще. Ни лиц, ни голосов. Пустота. Как будто и не было никогда. Откуда же придет ярость за оскорбление крови? Я был обязан ответить хотя бы за их память.

- Да брось, Волоцкий, все я понимаю. Говорю же, не подумал. Сам психанул из-за лохов на дороге. Да еще вспомнил давнее, когда ты кадетом по городу развлекался, — Витька неожиданно усмехнулся. — А ты все-таки применил магию, хоть и скрыл следы использования.

- Но ведь Целитель и секунданты не обнаружили ничего, — возразил я.

- Я же не дурак, — скривился Витька. — Князь Кирилл, Вовка Решетников — все, кто был заинтересован в твоей поддержке, оказались рядом. Что стоило кому-то прикрыть глаза и не заметить очевидного? Мне хорошо было видно, как ты ускорился. Не может человек в обычном состоянии так двигаться, опережать действия соперника на пару ходов вперед. А ты все ловко сделал…

- Здесь не магия. Нас специально обучали таким приемам. Врать не стану — такое достигается не только физическими нагрузками. Препараты, вмешательство в организм. И все это направлено на мгновенную перестройку тела, мышц. Тяжело, поверь. Ты ведь тоже балуешься вещами, далеко не однозначными.

- Хорошая вещь, кстати, — поиграл бицепсом здоровой руки Витька.

- Что за препараты?

- Попробовать хочешь?

- Не горю желанием. Сам бы не сдох от них, что ли…

- Да брось, — хмыкнул Витька. — Уже десять лет принимаю, никаких проблем. Личный алхимик, умеющий составлять микстуры.

- Все-таки алхимик? — удивился я.

- А вы все думали — маги здесь подвязаны? — захохотал Витька. — Я же не конченный дебил, чтобы жрать волшебные зелья! Алхимия, всего лишь алхимия. Зелья на основе природных компонентов с небольшим добавлением магических присадок, как мне пояснили. Для смягчения последствий приема.

- И ты веришь, что прием вспомогательных веществ тебе принес пользу? — мне стало на самом деле интересно, почему Витька так упорно доверяет алхимическим процессам в своем организме. Еще в кадетской школе преподаватель Шмель, заведовавший занятиями по химии и различным ядам, предупреждал об опасности разделения магии и алхимии. А он знал, что говорил. Как-никах, бывший опытный вояка, всю жизнь занимавшийся разработкой ингредиентов на основе разнообразных компонентов, начиная от простейших порошков, синтезированных в лабораториях и заканчивая выращенными спорами всякой гадости в пробирках магов. Одно без другого не существует. Значит, Витьку все равно кормили гадостью. Или он сам добровольно подсел на магическую иглу.

Даже жутко стало. А не готовят ли Колесникова к какой-нибудь акции? Эх, если бы Щербатов дал мне возможность присутствовать при допросе захваченных костромских свидетелей, я бы что-то и сообразил. Не верю, что князья распотрошили всех зачинщиков охоты на Миру. Кто-то выжил, как пить дать. Кто может дать твердую гарантию неучастия Витьки в каком-нибудь мероприятии? Не удивлюсь, если сам Щербатов тайно курирует подготовку молодого парня для чего-то нехорошего. С торгуевского клана ожидать можно чего угодно. Здесь ведь не только один князь Борис решает, но и его брат.

- Не сомневаюсь, — хмыкнул Витька, ловко подтянувшись на кровати, чтобы удобнее лежать. — Я же не дурак глотать всякую дрянь. Да и просто сам по себе занимаюсь «физикой».

- Ладно, тебе виднее, — я пригасил сомнения. Толку что-то выпытывать у человека, уверенного в своей правоте. Пусть живет так, как себе запланировал. Лишь бы на моем пути однажды снова не встал. С людьми, умеющими пользоваться модификаторами, очень опасно иметь дело.

Протянул руку.

- Ну, без взаимных претензий?

- Вали, боярин, — отмахнулся Витька, но его рука дернулась навстречу. Сцепил мощными пальцами ладонь, попробовал продавить. Ничего не вышло. Я ведь тоже не лыком шит. — И это… Спасибо, что зла не держишь.

В гостиной меня ждали родители Витьки. Они уже распорядились накрыть на стол. Дымящиеся от жара свежие лепешки, джемы, чай в фарфоровых чашках, мерное постукивание ложечек. Фарида с одной из помощниц закончили сервировку, и не получив дальнейших указаний, тихо испарились, чтобы не мешать беседе.

- Отрадно, что вы в полном здравии вышли от Виктора, — заметила Мария Остаповна, скорее лукаво, чем с полным серьезности голосом. — Думала, ваш спор перерастет в дальнейшее противостояние.

- Напрасно, — я кивнул благодарно, когда хозяйка самолично преподнесла мне чашку с чаем. — Ваш старший сын слишком увлеченный человек, чтобы воспринимать все остальное, крутящееся вокруг него. А я стал для него как раздражитель. Быстро на поправку пойдет. Пар выпустил, теперь легче станет.

- Говорят, так и есть, — согласился Алексей Игоревич, не отрывая от меня взгляда. — Наш лекарь довольно опытен в делах такого толка.

- Кстати, он не алхимик? — мне стало интересно. Чай был вкусным, заварен отменно.

- Почему так думаете?

- Виктор признался, что он не принимает магические эликсиры. Все, чем он обязан своему физическому развитию, только природным компонентам.

- Нет. Наш Афиноген — лекарь среднего ранга, — покачала головой Мария Остаповна. — Он не связан с алхимией. А речь идет о мистере Эрбидже. Он англичанин. Живет в Торгуеве уже лет двадцать. Есть своя клиентура, больше, конечно, женская.

Хозяйка усмехнулась.

- Как же так получилось, что он связался с фармакопеей? — мне стало интересно. — То есть, Эрбидж — алхимик?

- Да. У него даже есть практика. Небольшая аптека, где он сам изготавливает снадобья. Не знаю, как Виктор смог с ним познакомиться, но чем-то увлек англичанина, и тот стал индивидуально готовить для сына эликсиры. Вот и получилось то, что получилось, — мать непутевого качка сморщилась. Ей, видно, тоже не нравились изменения в психологии и физическом развитии старшего сынка.

- Алхимия не может влиять на развитие таким странным способом, — категорически произнес я. — Здесь завязаны еще какие-то компоненты.

- Мы знаем, не вчера родились, — пробурчал Алексей Игоревич. — Думаете, Колояр, у нас сомнения только вчера появились? Я ведь и с князем Борисом на эту тему десятки раз разговаривал, но что можно сделать без личного согласия сына? Ничего худого не замышляет, только злобу свою выплескивал в спортивных залах.

- Десятки разорванных отношений со своими сверстниками, потерянные деловые связи — слишком высокая цена за красивое и накачанное тело, — покачал я головой. Никаких новых мыслей по поводу Витьки не возникало. Странное дело. Вот еще и Эрбидж. Кто такой? Что за тип, сидящий за аптечным прилавком и кормящий щедрыми эликсирами дворянина? Надо про него выяснить. Если человек столько лет кормится с княжеской благосклонности, значит, о нем известно гораздо больше, чем я полагаю. Попробую расспросить Зотова. У меня с магом складывается неплохая партия. Он мне — книжки по теории и практики, а я ему — кое-какие интересные боевые плетения, входящие в комплекс «солнечного доспеха». Сам Ясни не против такого симбиоза. Глупостью фантомный помощник не страдает, но самого главного никогда не расскажет. Зачем продавать технологии в чужие руки? Вот и я о чем…

- Я сам виноват, что упустил парня, — сокрушенно покачал головой старший Колесников. — Пороть, пороть и еще раз пороть — вот мое слово. Господин Волоцкий, примите к сведению. Когда у вас пойдут дети — не повторите мою ошибку. Не в том плане, что отдать их на откуп всяким алхимикам-проходимцам, а вообще… чтобы с головой дружили. Ну и ремешком иногда охаживать. Полезное свойство, знаете…

- Дорогой! — возмутилась супруга. — Твои методы не приносят пользу. Не знаю, зачем придерживаться желания поучить молодую поросль кожаным ремнем…

- Конечно, Алексей Игоревич, — сдерживая улыбку, ответил я. Допил чай и отставил посуду в сторону, намекая на скорый уход. — А что вы можете сказать про Эрбиджа? Что за человек?

- Мне известно, что он приехал в Торгуев, когда князь Борис Данилович только-только возглавил Род, после смерти отца, — призадумался Колесников. — Обычный английский джентльмен в потертом костюмчике из второсортного магазина, да еще купленном где-то на лондонских развалах. Когда он здесь появился, за его душой не было ни гроша, но амбиций хватало на троих. Такой вот человек. Пробивной, надо сказать. Алхимия и фармакология были его сильной стороной. Благодаря своему неугомонному характеру, скоро вышел на князя и заставил того поверить в чудодейственную силу процессов, превращающих мусор в золотые горы.

- А что же князь Борис? — я нисколько не поверил в наивность Щербатова. Молодой наследник и в те годы уже отличался нравом беспокойным и недоверчивым. — Неужели поверил?

- Как бы ни так, — усмехнулся старший Колесников, разделяя со мной мои мысли. — Поверил он, скорее, во что-то другое. И самое интересное, дал возможность Эрбиджу открыть практику. А британцу много надо? Он же не маг, а квалифицированный алхимик, недоучка, скажем так. Работать с энергией Стихий ему неподвластно, а вот натурфилософия оказалась куда как востребована в его случае.

- Эрбидж — обыкновенный ученый, — вмешалась в разговор Мария Остаповна, — и никакой не алхимик. А больше всего — проходимец. Нужно, однако, признать его гениальность. На пустом месте создал себе хорошую клиентскую базу, наработал репутацию. Аптечный бизнес процветает, все довольны.

- Тогда почему до сих пор он не разовьет сеть своих магазинов? — мне стало еще интереснее. — Британец так и сидит ровно на одном месте?

- Да, на Стекляшке, — подтвердил Колесников.

«Стекляшка» — старенький район, где раньше стояла небольшая фабрика по выпуску стекла и различных стеклянных изделий. Со временем старое здание стало портить вид города, растущего во все стороны подобно виноградной лозе, и Щербатов принял решение демонтировать все оборудование и перевезти его за город, где построил современный корпус. А старую фабрику просто снес, нисколько не заморачиваясь образовавшимися прорехами в градостроительном комплексе. Впрочем, там сейчас стоит какой-то бизнес-инкубатор, как шутят местные. Молодые клановые аристо проходят в нем обкатку перед большими свершениями в мире торговли. Купцы и знать поменялись местами. Никому не зазорно продавать и покупать. Лишь бы деньги крутились в банковских сферах.

- А вообще, странный подход, — я недоумевал. — За столько лет не попробовать организовать приличную доходную корпорацию… Не знаю, чего здесь больше: осторожности, глупости или трезвого расчета.

- Мы бы и не обратили внимание на художества британца, если бы Витя не свел с ним знакомство, — поджала губы Мария Остаповна, осторожно ставя на блюдце чашку. — Началось это несколько лет назад. Как раз построили спортивный комплекс, и сын стал туда ходить, наращивать мускулатуру, как он сам выразился. По странной прихоти там же появился Эрбидж. С тех пор… Англичанин самолично изготавливал препараты и присматривал за Виктором. Мы как-то с отцом тайно изъяли эти порошки и проверили на магическую составляющую. Думали, наркотики. Их тогда много через Торгуев шло из Семиречья. Настоящий неуправляемый поток. Но оказалось, что все в норме. Обычная алхимия, пусть и не всегда оправданная в таких дозах.

- А кто проверял? В лаборатории или в частном порядке?

- Да господин Невзор и брался за проверку, — зашевелился Колесников. — Сказал, все нормально. Бояться нечего. Нам ли не верить архату?

Ну, да. Кому же еще верить, как не главному магу клана? Я не стал задерживаться и как можно скорее попрощался с родителями Витьки. Свою задачу по сглаживанию некоторых моментов можно считать выполненной. Мы квиты, и мой соперник это понимает. Он использовал препараты, хитро завуалированные под эликсиры природного свойства, но являвшимися магическими по своей сути. Я ответил тем же: магическим ускорением, позволившим мне победить. Витька догадался об этом, но не стал орать во всеуслышание. Может, не такой он и пропащий? У обоих рыльце в пушку оказалось.

****

А потом разразился скандал. И связан он был именно с происшествием, произошедшим на Курганных Землях. Сначала на князя Щербатова пытался выйти сам Демидов по своим каналам, но так как Борис Данилович находился в Москве, то решить на месте проблему не смог. Однако о покушении на члена уральской экспедиции узнал в этот же день и поднял на уши весь оставшийся контингент своих служб. Мисяй словно пинок под зад получил, собирая срочное совещание. Старик Решетников, замещавший Щербатова, уже сидел в головном офисе и ждал команду из УКБ, а заодно и Зотова.

Именно Игнат и позвонил мне с просьбой от самого управляющего прибыть на Стрелецкую. Зачем-то я им всем понадобился. В это время я как раз изучал учебник по магии и пытался строить некоторые простецкие плетения на основе своих энергетических токов, не прибегая к помощи перстней и кинжала. Ясни только корректировал правильность и последовательность действий. Получалось неплохо. Искра после «веригельн» никуда не делась, но восстанавливалась слишком медленно. Такими темпами я даже к сорока годам не восстановлю магический потенциал. Считай, полжизни прожито будет, а какой тогда смысл в качестве Первородного? Какие возможности я передам наследникам, будучи не носителем Дара?

Зотов, судя по голосу в телефоне, выглядел слегка растерянным и нервным. Не объясняя причин сбора остатков штаба, попросил приехать побыстрее.

- Кажется, заварилась какая-то непонятная каша, связанная с твоими землями, — сказал он. — Дуй быстрее в офис. Тебя пропустят.

Старик-пчеловод из рода Решетниковых скромностью не страдал. Он вальяжно сидел в кресле князя Щербатова, раскинув руки по массивным мягким подлокотникам, и с грозной удалью поглядывал на несколько человек, расположившихся за длинным столом. Когда я зашел, сразу увидел Зотова, Мисяя, двух старших аналитиков клана, сотника Шурко со своим помощником и еще пару человек, мне едва знакомых.

- Волоцкий, заходи, не жмись на пороге, — голос у Решетникова был скрипучим, как массивная ветка на древнем дереве, раскачивающаяся от ветра. — Ты все-таки не отдельно живешь, делами клана должен интересоваться.

Намекал, старый пенек, на скорое вхождение в род Щербатовых? Я пожал плечами и закрыл за собой двери. Сам же сел скромно, почти на самом краю, уже понимая, о чем пойдет речь. Конечно же, о покушении на Рахдая. Надеюсь, сейчас выяснится судьба шамана.

- Князь Борис Данилович дал мне указание разобраться с происшествием на Курганах, — пожевав губы, объявил Решетников. — Дело осложняется тем обстоятельством, что земли господина Волоцкого, где произошло событие, переданы на несколько лет в аренду князю Демидову. Однако… Вчера было совершено покушение на одного из членов археологической группы Косарева. Причем, не совсем тривиальное. С применением снайперского оружия. Стреляли с нашей стороны, что уже установлено. Сотник, вы уже провели расследование? Осмотрели место?

- Да, лежка была на самой высокой точке, — Шурко назвал тот самый курган, с которого Янек бил по шаману. — Совсем незаметная. Полагаю, ее использовали одноразово, даже не подготавливали. Никаких посторонних вещей не обнаружили. Даже гильзы подобрали.

- А что сказали маги?

- По остаточным аурам вычислили троих, но следы теряются уже за пару километров от кургана.

Я тихо перевел дух. Все-таки Ясни уберег меня, подчистил аурный след. И не только мой, но и помощников-егерей.

- Чей маршрут? — вцепился как бульдог в сочную кость Решетников в нашу лежку.

Шурко без промедления назвал фамилию Алексея и Янека.

- Проверяли их?

- Так точно. Они в тот час не должны были проезжать мимо высоты, маршрут пролегал чуть правее, — сотник пожал плечами, словно осознавал абсурдность расследования, где не было ни малейших следов вычислить злодея. Кто там зуб имел на шамана? Да плевать. Главное, никто не копался на частной территории князя, не делал попыток украсть артефакты. Подумаешь. Охотники, кстати, частенько бродят по заповеднику, стреляют степных птичек, так за это их никто не привлекает, если лицензию заранее выкупят. А не успеют — штраф заплатят, и никто не ропщет. Понимают, что нарушают некие запреты.

- А третий? Может, он и есть исполнитель? — старик-пчеловод хищно повел носом, разглядывая уныло сидящее собрание, совсем не желающее разбираться в мутном деле.

- Даже если и существовал третий, он давно исчез из виду, — сказал Шурко. — Рядом Волга, многочисленные пути отхода на другом берегу. Не вижу смысла искать человека, замешанного в покушении. Он давно исчез из Торгуева или сидит затаившись. Да еще посмеивается. Оружие, наверняка, утопил в реке. Да еще раскидал по частям. Дело можно закрывать.

- Надо водолазов привлечь, пусть дно обшарят как следует.

Я замер.

- Нет смысла. Течение донное, сильное, — спас меня Шурко, а скорее, себя, чтобы не заморачиваться ненужным делом.

- Что тогда будем докладывать князю? — обвел Решетников своим взглядом нашу компанию, задержался на мне и почему-то быстро увел его в сторону. — Дескать, не нашли супостата?

- Так и есть, — сотник хмыкнул и расслабленно повел плечами. Положив руки на столешницу, он с хрустом сжал пальцы в кулаки. — У нас ни одной улики кроме найденной лежки на кургане. Говорите, шамана подстрелили? Так у природных колдунов очень много врагов. Кому-то он перешел дорогу…

- Шамана нелегко завалить, — подал голос Зотов. — Его амулеты постоянно активированы. Пробить защиту, да еще из огнестрельного оружия, весьма затруднительно. Поэтому и стреляли дважды. Снайпер очень искусный. Знал, что делать. И боеприпасы должны быть с магической маркировкой.

Кто тебя просит лезть в эти дебри, Зотов? Рахдая убить сложно, сам могу подтвердить. Надо кровь из носу выяснить, жив ли он, или ранен. Умение создавать иллюзии беспокоило меня больше всего. И Алика. Девушка сейчас в змеином гнезде. Надо вытаскивать ее оттуда как можно быстрее. Плевать на все остальное. Думаю, Щербатов сможет помочь мне, когда Демидов обрушится с гневными претензиями на то, что его подданные запросто перебегают от одного хозяина к другому.

- Тем не менее, — Решетников пожевал сухие губы и ткнул пальцем в Шурко, — обеспечь мероприятия с самого начала. Еще раз проверь курган, пройдись по предполагаемым маршрутам отхода, поищи любые следы, ведущие к Волге. Расспроси жителей прибрежных деревень, кто переправлялся на Курганные Земли в эти дни, пусть опишут, составят портрет. Не может такого быть, чтобы бесплотный дух мстил шаману. Хм… Идея не такая уж глупая. Еще бы знать, чем прогневал колдун богов. Господин архат, подключите свободных магов для поиска аурных следов. Думаю, что-то должно выплыть наружу. Насколько я знаю, среди местных врагов можно указать только на господина Волоцкого. Ведь вы уже встречались, не так ли?

Выдерживаю въедливый взгляд Решетникова.

- Подозреваете меня?

- Вынужден думать об этом, — пожал плечами старик и отвязался от меня, снова насев на Шурко. — Когда придется встречаться с археологами, я хочу держать в руках хоть какую-то информацию. Все, господа, работайте! Господин Волоцкий, не торопитесь уходить. Поговорить надо.

Мы остались в кабинете одни. Старик, взявший на себя функции наместника, неожиданно стал похож на древнего облезлого грифа, с настороженным вниманием поглядывающего по сторонам. Сухой кадык пару раз дернулся, когда Решетников отпил из стакана минералки, взгляд приобрел хитрый блеск.

- Я знаю со слов князя Бориса о твоих отношениях с людьми Демидова, Колояр, — проскрипел он как телега на пустынном тракте. — И не думай, что сможешь меня обвести вокруг пальца. Ты привез с собой много проблем, в том числе и ту, от которой попытался избавиться недавно.

- Не понимаю, — спокойно реагирую на слова старика.

- Ай, начал прикидываться мальчишкой, пойманным за воровством чужих яблок! — витиевато пробурчал Решетников и отмахнулся рукой. — Может, ты думаешь, что поступаешь осмотрительно, но следы ведут к тебе. Убитый шаман — твоих рук дело. Я всего лишь предполагаю, а не обвиняю. Да если бы и так — мне вообще плевать на чужаков. Здесь вотчина Щербатовых и их клана. Точка. Если тебе угодно расправляться с врагами, то лишь на своих землях. Формально ты правильно поступил. Убийство произошло на территории, взятой в аренду у Волоцких. Пусть Демидов сам копается, если сможет. Но стреляли с нашей земли. А это уже плохой знак

- Шаман не был в списках приглашенных, — напомнил я, расслабляясь. Старик не будет меня топить. Это ясно. Здесь четко просматривается приказ Щербатова. — Он нарушил все инструкции, тайком проникнув на княжеские земли. Этот факт дает нам право…

- Да знаю я, — хекнул Решетников. — Адвокаты уже строят защиту и нападение. Ничего у Демидовых не выгорит. Подумаешь, грохнули какого-то колдунишку. Мало ли их по свету шарахается? Надо будет, в Средней Азии можно набрать пучок таких. На Алтае, в северной тайге…

- Рахдай искусен во многих магических проявлениях, — предупредил я. — Уже пробовал убить, да выжил, скотина. Вернее, помогли.

- Но на этот раз достал? — хитро прищурился старик.

- Я вообще здесь не при чем, — пожимаю плечами. — Мало кто там осерчал на вредного чародея. Кстати, вы бы проверили ради интереса. А вдруг выжил?

- Выясним, — кивнул временный управляющий. — Есть у меня пронырливый человечек, верный во всем. Проникнет в лагерь, все разузнает. Может, и в самом деле Демидов знает больше, чем мы, и захочет на этом сыграть. Ладно, что еще? Вижу, как на иголках сидишь.

- Мне надо девушку оттуда вытащить и спрятать подальше, — сказал я с надеждой на помощь. Все-таки старик не совсем вредный, идет навстречу, хочет помочь. — Александрой зовут. Она там ветеринаром работает…

- Не стоит, — отмахнулся Решетников. — Я знаю, о ком речь. Твоя подружка… Ты же понимаешь, что Демидов не отстанет от тебя?

- Мы давно с ним бодаемся. Но девушку надо спасать. Ее могут использовать в грязных играх. Тем более, что скоро она станет моей женой.

- Ох, молодые… Ладно, попробуем. Пусть пока Шурко со своими ребятами бурную деятельность разовьет, а я тем временем подключу своих должников. Пусть поработают на благо князя Бориса. Девчонку вытащим, спрячем. А ты подумал о ее родных? Что с ними будет?

- Я решу этот вопрос, — твердо произнес я, уже точно зная, как поступлю. Лишь бы Федор Громов не стал упираться и сделал все по моему плану. — Только о нашем решении должно знать как можно меньше людей. Я бы и Мисяю ничего не говорил.

- Без Мисяя мы ничего не сделаем, — хмыкнул старик. — Придется подключать и его людей. Иначе получится, что в недрах Службы Безопасности существуют несколько группировок, борющихся за влияние князя Бориса. Это нехорошо. Хозяин чуток на такие вещи. Может всем плохо стать. Иди, Волоцкий, жди моих указаний. Спрячься хорошенько. Съезди в свое имение, проконтролируй строительство. Давай, чтобы я тебя до завтрашнего утра не видел.

Глава 12

Глава двенадцатая

- Кто ты такой? — я аккуратно прижал вилку к бифштексу, чтобы он ненароком не выскочил из тарелки, разрезал его на кусочки, и перемешав с рисовым гарниром, стал неторопливо жевать, поглядывая на незнакомца в черной куртке. Несмотря на жару, молодой парень предпочитал париться в помещении, залитом солнцем.

Он меня нашел в тот момент, когда я после поездки в имение решил пообедать в небольшом ресторанчике неподалеку от гостиницы. Здесь кормили сносно, и я частенько заглядывал сюда. Цены не кусались, обслуживание на высоте — что еще надо?

Худощавый, с красными пятнышками на гладко выбритом подбородке, незнакомец терпеливо ждал, когда я расправлюсь со своей порцией, и нагло пялился в мою тарелку. Как будто подталкивал к разговору, нисколько не сомневаясь, что я буду выслушивать его.

- Так и будешь молчать? — делаю большой глоток сока.

- Я от Пахома, — открыл рот, наконец, парень. — Он просил передать тебе привет.

- Хорошо, принял, — вытираю салфеткой губы и с сожалением смотрю на аппетитные кусочки мяса. Надо бы доесть, не выбрасывать же в помойный контейнер. — Дальше что?

- Надо встретиться.

- Зачем? Несколько дней назад мы уже славно поговорили, — я гляжу в блекло-зеленые глаза парня. — Что еще может быть между нами?

- Один человек, который ждет от тебя правильного шага, — парень вдруг мигнул, превратив свои глаза в узкие щелки. — Ты знаешь его. Будет обидно, если из-за твоего упорства девчонку найдут в канаве с перерезанным горлом.

Я спокоен. Меня же просто подталкивают к необдуманным решениям. Как они себе представляют мои действия? Вот прямо сейчас вскочу обуреваемый гневом, сверну шею посреднику и побегу спасать Алику? Так я и предполагал, что после покушения на Рахдая девушка попадет в непростую ситуацию.

- Допустим, я согласился на встречу, — снова припадаю к соку. — Только она ничего не даст Пахому. Только разозлите меня. Что с девушкой?

- Она в надежном месте. Как только господин сотник получит желаемое — сразу же освободит девчонку. Можете даже валить с ней на все четыре стороны.

- Благородно, — я покачал головой, скрывая изумление. Парень проговорился или намеренно бросил мне сладкую косточку. Получается, Демидов мог дать разрешение на сделку. Артефакт Ясни в обмен на девушку. Что ж, и такой вариант просчитывался. Уральский князь слишком далеко от эпицентра событий, влиять на ситуацию может лишь по телефону. Пахом в одиночку не справится, но акцию по моей ликвидации провернуть ему вполне по силам. Ладно…

- Где мы можем встретиться? — спросил я.

- За городом, — сразу же дал ответ посланник. — Есть деревушка такая, Тальники. За ней — заброшенная кирпичная ферма. Подъезжай туда, только без фокусов.

- А гарантии, что Пахом тоже один будет? — я усмехнулся.

- Нет таких гарантий, — парень распахнул куртку, поправил воротник рубашки. — Главное, ты привези то, что нужно сотнику.

- Ладно, договорились. Когда встречаемся?

- Сегодня вечером. В шесть.

Понятно, ребятки торопятся. Боятся, что я приму контрмеры, если мне дать день форы. В принципе, и один могу поехать на встречу. Кто меня остановит? Активирую броню, раскатаю ублюдков по ровной поверхности. Только одно меня сдерживает: где сейчас Алика? Привезут ли ее с собой? Или оставят в укромном местечке, чтобы держать меня на коротком поводке.

Посланник подмигнул мне и вышел из ресторана, оставив меня сидеть в раздумьях. Старик Решетников обещал помочь. Кстати, надо бы позвонить.

Серафим Иванович словно ждал моего звонка. Как только в трубке понеслись гудки, он тут же откликнулся.

- Волоцкий! — каркнул старик. — Ты где шляешься? Подъезжай к дому Мисяя. Там уже вся компания собралась. Тебя не хватает.

Вот это уже дело. Молодец пчеловод-боярин. Деятельный мужик, сразу разруливать ситуацию взялся. Очень я надеюсь на него. Авось Алику выдернем из лап Пахома. Пора заканчивать с этим спектаклем. Меня ждут совершенно другие дела, уходящие в такие выси, где Демидов меня и пальцем не тронет, побоится качать права. И возня вокруг «солнечного доспеха» становится такой мелочью, что обращать внимания на нее неохота. Жаль времени.

Я не забыл об Федоре Громове. Знаю, как Алика любит своего отца, беспокоится о нем. Поэтому еще вчера набрал номер Стриги — своего верного дружка, оставшегося служить в егерском отряде князя Демидова. Этот номер мы договорились использовать для очень важных звонков, и он не был связан со Стригой, а зарегистрирован на подставное лицо. Но сама труба находилась в руках Стриги.

Я долго и обстоятельно беседовал с ним, чуть ли не по полочкам раскладывая ситуацию. Знаю, риск попасться был очень велик, но иного выхода не видел. Стрига должен договориться о встрече с лесником Громовым, обрисовать сложившуюся ситуацию в Торгуеве с его дочерью и подбить его тихо исчезнуть с глаз князя. Проще говоря — сбежать. А какой еще вариант я мог предложить? Договориться с Демидовым не получится. Алику я однозначно не отпущу на Урал. Потому как больше ее не увижу — предчувствие плохое.

То, что я хотел проделать с отцом девушки и с самой ею — не редкость в нашем мире. От князей бегают куда чаще, чем думают несведущие. Бегут людишки к более щедрым хозяевам, к защите и кормежке. Если ловят — наказывают очень жестоко. Не поймали — извините. Поэтому Стрига поможет леснику исчезнуть. Когда Федор появится в Торгуеве, я уже буду под защитой клана Щербатовых, и уральский князь так просто меня не достанет. Можно, можно сыграть грамотно.

Стрига ошалел, когда выслушал меня. Он даже не пытался отговорить от авантюры, только и смог обругать нехорошими словами.

- Поможешь? — напрямую спросил я.

- Помогу, — твердо ответил друг. — Но знай: если Демидов возьмет меня за жабры — я хочу быть уверенным, что ты спасешь меня от плахи.

- Слово, брат, — без колебаний произнес я.

- Отлично. Тогда жди звонка. Я постараюсь уговорить Федора. Но это дело нескорое.

- Свяжись с ним по рации или еще как, выдерни его с Варчаты. У меня просто нет времени. Алику надо вытаскивать из лап Пахома.

- Я не всемогущ, братуха, — вздохнул Стрига, — что смогу — сделаю. Не кидайся потом камнями.

Стрига сделает. Он парень пронырливый, имеет много таких связей в городе, что порой я сам не понимал, зачем ему в друзьях купцы, автослесари, продавцы, мусорщики и прочий люд, населяющий Демидово. Конечно, сомнения, как и у любого человека, не имеющего возможность влиять на ситуацию, у меня оставались, но я постарался забросить их в самый дальний уголок души.

Пора собираться на охоту. Сидя за рулем, еще раз проверил себя. Перстни на месте, клинок Ясни тихо дремлет в кармашке в виде ручки. Подумав, захватил с собой еще и пистолет, выданный мне как телохранителю Мирославы, но не использовавшийся ни разу.

Возле дома Мисяя стоял длинный микроавтобус с тонированными стеклами. На его бортах я не заметил каких-либо опознавательных знаков в виде эмблемы УКБ или княжеского герба. Кто это мог быть, можно только догадываться. Наверняка Серафим Иванович подтянул бойцов для решения силовой задачи.

Меня пропустили. Оставив «Хорьх» возле микроавтобуса, я прошел через ворота во двор. Один из охранников взялся проводить. Мисяй, Решетников, сотник Шурко и, к моему удивлению, старый знакомый с позывным «Водяной» ждали в гостиной, склонившись над столом. Там лежала развернутая карта Курганных Земель.

- Явился, — проворчал Серафим Иванович. — Давай к нам, послушай людей, свои соображения выскажи.

Водяной подмигнул мне и посторонился, чтобы я встал рядом с ним.

- Можно повторить, что вы здесь без меня решили? — обвел я взглядом собрание.

- Сотник, тебе слово, — согласно кивнул пчеловод.

- Если проводить обыкновенную силовую акцию, то я не вижу никаких проблем, — сказал Шурко. — Мы прекрасно знакомы с подходами к археологическому лагерю, знаем, какая охрана, сколько людей. Ничего сложного. Несколько мелких групп, проникнув в палаточный городок, блокируют его без проблем. Но этот вариант годится только в случае точной информации по нахождению девушки. Сейчас мы не уверены, что она в лагере. Господин Волоцкий, наверняка, имеет больше сведений. Вы же поддерживает связь с госпожой Громовой?

- Час назад на меня вышел представитель Демидова, — объявил я важную информацию. — Девушка находится в их руках, и точно не в лагере. Они ее держат в другом месте. Предлагают обмен. Я отдаю им свои магические артефакты и забираю Александру. После чего все расходятся довольные и конфликт исчерпан.

- Так, — протянул Водяной и хищно задвигал ноздрями, словно принюхивался к запаху будущей драки, — а где встреча?

- Деревня Тальники. Там есть заброшенная ферма. Это в нескольких километрах от моего имения.

- Ага, понятно, — Водяной осклабился. — Местечко глухое. Жителей там мало, в основном, старики. С одной стороны густой лес, речка неподалеку, старый мост через нее. Ферму я знаю. Грамотно выбрали. Заложница может быть как с ними, так и вообще в другом месте. Все подъездные пути просматриваются со старой водонапорной башни. Не подберешься скрытно. Только по речке.

- По речке? — оживился Шурко. — Какова ее глубина?

- Так себе, бассейн для воробьев, — пренебрежительно махнул рукой Водяной. — Но я могу со своими ребятами скрытно под берегом зайти в тыл фермы. Правда, придется попотеть, пока на исходную встанем. Берега топкие, заиленные. Так… Километров пять топать, многовато. Если выходить — то через час. Потом будет поздно. Мы может доехать на машине до отворота на Тальники, а оттуда по кустикам к реке спустимся.

- Колояр, а как насчет твоей броневой защиты? — Шурко оперся кулаками о стол. — Ты же в одиночку лабораторию разрушил, а здесь всего-то: спасти одного человека.

- Прежде чем ее спасти, надо подобраться к врагу, — возразил я. — Как только меня заметят под магической защитой, могут сорвать переговоры. Они рисковать не будут. Пахом знает мои возможности. Плохой вариант, отпадает.

- Значит, группа спецов скрытно подбирается с тыла к ферме и ждет сигнала, — сказал Решетников. — Волоцкий в это время начинает вести переговоры и убеждается, что девушка находится здесь же. Группа Шурко блокирует все выезды на трассу, чтобы заложницу не увезли обратно или не ликвидировали по пути.

- План очень зыбкий, — покачал головой Мисяй. — Очень зыбкий. Он подразумевает только силовую акцию. Если мы облажаемся, князь нас живыми закопает. Поэтому я связался с Борисом Даниловичем и обрисовал ситуацию такой, какая она есть. Убийство шамана существенно усложняет наши отношения с Демидовыми, но хозяин твердо решил помочь Волоцкому. В общем, князь дал согласие на использование оборотня.

- Привлечь Лору? — воскликнул я потрясенно. Вот так поворот! Не ожидал, что Щербатов настолько глубоко впряжется за меня.

Шурко усмехнулся, неторопливо прогулялся до двери, распахнул ее, что негромко сказал, и вернулся обратно. А в комнату вошла девушка с коротко остриженными рыжими волосами. Н-да, коса ей очень шла. С тех пор, как мы последний раз виделись, она очень изменилась. Стала совсем худой, щеки впали, скулы посветлели от нахождения в темном помещении без солнца, только глаза оставались такими же выразительными и настороженными. Сейчас она была в потертых камуфляжных штанах и в темно-зеленой майке, из-под которой выпирали острые ключицы и туго обтянутая тканью высокая грудь. Заложив руки за спину, Лора широко расставила ноги и остановилась на середине комнаты.

- Привет, — сказал я, внимательно глядя на девушку.

- Здравствуй, — тонкие губы дрогнули, но не в улыбке. Увидела своего врага, нахмурилась.

- Вы хотите сказать, что князь Борис дал добро на привлечение волколака в операции? — до сих пор не верил я. — Серафим Иванович, поясните. Вы знали об этом?

- Конечно, — проворчал пчеловод. — Еще утром заставил Мисяя предложить такой вариант. А что? Девица сама согласилась, ее за язык никто не тянул.

- С ума сошли? Ей же нужно проходить реабилитацию! — возмутился я. — Лечение, постоянный осмотр и сопутствующий процедуры! А вы толкаете ее на рецидив! Лора, это неразумно!

- Я сама решила, — спокойно ответила девушка-оборотень. — Нет необходимости беспокоиться обо мне.

- То есть, ты поможешь спасти заложницу?

- Помогу. А за это князь возьмет меня под свою защиту, — Лора посмотрела на меня безмятежно, словно уже давно решила дилемму своих отношений с бывшими врагами.

- Ну, хорошо, — я пожал плечами. — В какой-то мере даже хорошо, что ты с нами. Но ведь тебе нужны препараты для блокирования дальнейшей трансформы…

- Они у меня есть. Перед операцией я сделаю себе инъекцию, превращусь в волколака, скрытно проникну на ферму и в нужный момент ударю в спину. Не забывай, что у меня идеальный нюх. Я могу найти заложницу по остаточному запаху, пока вы будете вести переговоры.

- Ладно, ладно, — я переглянулся с Водяным. Тот с непроницаемым видом жевал свою неизменную жвачку, только очки на глаза не опускал. Сейчас они торчали у него на лбу. — Получается, к ферме я подъезжаю один, так?

- Именно, — крякнул Решетников. — Едешь один, начинаешь пудрить мозги уральцам. В этом время отряд Водяного проникает вдоль речки к ферме и занимает позиции. Группа Мисяя контролирует все подъездные пути, чтобы убедиться, что девушку не попытаются вывезти в другое место. Волколак выполняет свою работу: ищет заложницу. Если найдет — постарается спасти ее.

- Я не хочу лишней крови, — предупредил я. — Демидов мне не враг, как и для князя Бориса.

- Умрут те, кто будет угрожать твоей девушке, — ледяным голосом проговорила Лора. — Но ты должен дать мне какую-нибудь ее вещь.

- Боюсь, ничем не могу помочь, — я развел руками. — Даже платочка нет.

- Придется тебя обнюхать, — с серьезным видом проговорила Лора и вдруг улыбнулась. А глаза все такие же холодные, напряженные.

Не обращая внимания на ироничные взгляды Водяного и Шурко, удивленного Мисяя и безучастного к происходящему старика Решетникова, рыжая оборотень подошла ко мне и потянула воздух, раздувая тонкие крыльчатки ноздрей. Потом медленно обошла кругом, приникла к моей шее, обжигая горячим дыханием. От Лоры пахло какими-то сладостями и терпкостью медикаментов.

- Хорошо, — сказала она, отпрянув от меня. — Все нужные запахи я запомнила. Если какой-то из них учую, буду знать, что это тот самый человек. Я готова!

- Лора поедет с нами, — сказал Водяной, энергично хлопнув себя по бедру, где висела массивная кобура с пистолетом. — На точке сброса мы разойдемся.

- Сотник, берите своих людей и двигайтесь следом за микроавтобусом, — Мисяй посмотрел на часы. — Если встреча назначена на шесть часов, нужно поспешить. Связь держите через амулеты. Их засечь труднее, чем обычные переговоры по рации. Волоцкий, вы езжайте один. Действуйте по обстановке.

***

К Тальникам я подъехал с северной стороны, изрядно понервничав на разбитой песчаной колее, по которой давненько никто не ездил. Проскочил мимо разрушенных и заброшенных домов, за которыми еще виднелись обитаемые строения, потом свернул влево, и по луговине поехал дальше к видневшейся водонапорной башне, когда-то обеспечивавшей водой животноводческую ферму.

Вот и она: длинное одноэтажное здание, выстроенное буквой «Г». Кирпичные стены в некоторых местах обвалились, черные провалы окон заросли огромными кустами полыни и крапивы. Шифер на крыше тоже местами разломан, кое-где виднеются гнилые стропила, похожие на ребра доисторического животного. Забор, окружающий ферму, частично разобран местными жителями. Что-то унесли в хозяйство, что-то просто развалили. Кругом груды закаменевшего щебня и песка, мусора и прочей дребедени, мешающей проезду.

Я осторожно провел машину по заросшей колее и остановился неподалеку от центрального въезда на территорию фермы. Покосившиеся двустворчатые ворота едва не падали, касаясь земли. Заезжать внутрь не стал, остановив «хорьх» рядышком. Потом подумал и развернул его, чтобы в случае непредвиденных обстоятельств сразу рвануть отсюда. Заглушил мотор и вылез наружу.

Тишина. Такая пасторальная тишина в заброшенном краю. Шуршит ветер в стропилах фермы, где-то весело чирикают воробью, доносятся застарелые запахи сгнившего сена, чего-то кислого. Оглядываюсь по сторонам. Интересно, где Пахом спрятался? Не вижу ни одной машины из археологического лагеря.

Закладываю пистолет за ремень, прикрываю его легкой курточкой и медленно, без всякой спешки начинаю двигаться к забору. Прошел внутрь подворья, снова завертел головой. Что-то не хочется мне заходить внутрь темного и унылого здания.

«Там засада, — подсказал Ясни, наконец-то вспомнив о своих функциях наблюдателя. — Четверо. Не суйся туда».

- Спасибо за подсказку, — пробурчал я тихо. — Что бы без тебя делал, дружище?

Сам знаю, как чревато недооценивать спокойную, казалось бы, обстановку. Остановившись, поднял правую руку, сигнализируя спрятавшимся людям Пахома, что дальше не собираюсь продвигаться. Подействовало.

Из здания вышли двое. В одном из них узнаю Пахома. Второй явно из княжеской охраны, не егерь. Не знаю я этого крепко сбитого мужичка в полевой форме. Он вооружен, но держит пистолет в кобуре, не дергается.

- Здорово, Колояр. Рад тебя видеть живым и невредимым, — Пахом остановился в трех шагах от меня.

- Да и ты, гляжу, оклемался, — подкалываю безопасника. — Как себе кости не переломал, падая со второго этажа?

- Меня многому учили, — пожал плечами Пахом, — и как падать с высоты, не сломав голову.

- Молодец. Давай перейдем тогда к делу. Где Алика?

- А ты не торопись, — Пахом опустил руки вдоль бедер, словно давал сигнал расслабиться. Он был в обычной свободной одежде, даже не в полевом камуфляже: широкие штаны, свободная на выпуск темная рубашка, накинутая поверх нее легкая куртка, почти как у меня. А под мышкой или за ремнем — пистолет. Бывший сотник егерей никогда не придет на опасную встречу без пушки. Вот только остается вопрос: будет ли он применять ее или обойдется психологическим давлением? — Князь Юрий передает тебе привет и просит хорошенько подумать о последствиях твоих действий. Ты зачем шамана грохнул?

- А зачем вы его освободили из завала? — резонно возразил я. — Рахдай — враг, он вырезал целые поселки золотодобытчиков, а сейчас князь Демидов чуть ли не целуется с ним.

- Не твое дело рассуждать о деяниях хозяев, — обрезал меня Пахом. — Князь хочет получить кинжал в свои руки — и это окончательное его решение. Но ты же упрямый, постоянно бегаешь от разумных доводов. Вот и пришли к тому, к чему шли. Твоя девчонка станет разменной монетой. Да-да, мы все знаем про ваши отношения. Используешь подружку ради своих принципов? А потом на помойку?

- Не заводи меня, Пахом, — я чутко прислушиваюсь к шепоту Ясни, который без конца мониторит ситуацию. Оказывается, помимо тех двух прячущихся внутри фермы бойцов, неподалеку еще трое. И среди них — Алика. Все-таки Пахом наивен. Мог бы спокойно развести меня. В душе стало поспокойнее. Не хочет Демидов идти на жесткое столкновение с торгуевским князем. — Я не пойду на такую сделку. Она опасна, в первую очередь, для вас самих.

- Ты можешь поступить благородно, — Пахом переглянулся со своим помощником, молчаливой глыбой нависшим сбоку, но пока не предпринимающим никаких резких движений. — Мы можем провести ритуал отвязки от клятвы крови, ты передаешь нам кинжал и получаешь Александру. Можешь жениться на ней, увезти в свое имение… Демидов не будет иметь никаких претензий. Вот…

Пахом осторожно опустил одну руку в карман и вытащил какое-то тусклое колечко с темно-коричневым камешком.

- Амулет клятвы, — пояснил он. — Могу подтвердить слова князя Юрия.

Ага, наслышан о таких. У всех князей есть амулеты клятвы. Произносишь слова, укалываешь пальчик тонкой иголочкой и ждешь реакции. Если говоривший через пять минут не помрет — слово верное. Можешь верить человеку — не обманет. Вещь жуткая в своей последовательности и в возмездии. За словами приучает следить.

- Как ты будешь проводить отвязку крови? — усмехнулся я. — В вашем лагере кроме Целителя нет ни архимагов, ни архатов. Кроме Рахдая. Значит, все-таки жив ублюдок?

Пахом понял, что прокололся и медленно покраснел. Я его понимаю. Заставляют мужика проворачивать чужие интриги, подставляться по полной программе.

- Слушай, Пахом, ты же боевой егерь, — вздохнул я, делая маленький шажок назад. — Я тебя давно знаю. Самому неприятно в это дерьмо лезть?

- Я служу князю Демидову, — напомнил бывший сотник. — Сейчас я получил огромный шанс доказать, что ничем не хуже Башлыка. После того, как доставлю кинжал хозяину, стану мелкопоместным дворянином. У меня будет деревенька на двести душ, куча земли, право на разработку и добычу ресурсов… Скажи, оно стоит того, чтобы вырвать из твоих рук желаемое?

«Ты под прицелом, — прошептал Ясни. — Будь осторожен. Активируй защиту, как только почувствуешь, что Пахом дает сигнал к твоей ликвидации».

Симулякр чувствительно нагрелся, выплескивая в пространство флюиды магических излучений, а центральный перстень с сапфиром запульсировал в такт моему сердцу. Пахом машинально хлопнул себя по груди. Со стопроцентной гарантией у него под рубашкой амулет защиты или индикатор магического фона. Скорее всего, «сфера» или «вуаль», которая может отразить первую атаку.

- Не дури, Колояр, — предупредил Пахом и как будто невзначай отдернул полу рубашки в сторону. Ага, вот и пушка, заткнутая за ремень. Вслед за ним напрягся и помощник.

И я увидел ее. В волколаке, конечно, трудно узнать рыжеволосую симпатичную девицу, но кроме Лоры кто еще будет скользить по крыше фермы в этот момент? Приземистая и уродливая фигура твари показалась на дальнем конце здания и играючи перемахивая через провалы, цепляясь за стропила, исчезла между кирпичными трубами. Я перевел дух и медленно отсчитал до пяти. Уши резанул дикий крик и двойной хлопок из пистолета.

Меня мгновенно окутала полупрозрачная пленка защиты. Я зарядил в грудь помощника Пахома всей подошвой тяжелого ботинка, опрокинул его на землю и нырнул на землю. Выстрел из оконного проема стеганул по ушам. Что-то прошуршало в воздухе. Все, я готов. На глазах изумленного сотника вставала высокая человеческая фигура в плотной кольчужной броне, по которой перекатывались ярко-красные всполохи.

Даже без кинжала, использовавшего свои ресурсы для брони, я превосходил по степени защиты и силы любого из демидовских парней. Рука Пахома дернулась к пистолету и зависла, зажатая моими цепкими пальцами. Дернув его чуть вверх, заставил сотника подняться на цыпочки.

- Не дрыгайся, Пахом, не советую, — приказал я и мощным ударом второй руки отправил очнувшегося помощника в полет, который закончился в куче старого строительного мусора. Не лезь третьим в разговор. — Передай Демидову: сделки не будет. Артефакт мой.

- Дурак ты, Волоцкий, — шипя от боли, произнес Пахом, а в его глазах засветилось нечто такое, что я почувствовал какой-то подвох.

Убивать сотника я не собирался. Становиться врагом князя Юрия даже мне, получившим «солнечный доспех» в виде оружия, несподручно. За своих людей любой хозяин осерчает и будет до конца жизни преследовать, пока не уничтожит. Я уверен, что рано или поздно мы все вопросы решим полюбовно. Но сейчас…

Пахом отлетел в сторону с вывернутой рукой, а мне оставалось только сделать несколько прыжков в сторону входа, где мельтешили еще два героя. Блин, «манулов» привлек чертяка служилый!

- Ребята, не надо! Оружие на землю! — проревел я. — Вы же знаете меня! Обещаю, что ничего с вами не сделаю!

Оба егеря с бледными лицами опустили карабины. Светясь багровыми отсветами, я навис над ними в жутком обличье, готовой обрушиться на головы, ломая кости и выплескивая кровь. Но сдержался. Бушующая ярость клинка Ясни давила на мои инстинкты и желания. Да, мне хотелось убить, насытить железо чужой кровью, но подозреваю, что это не мои мысли, а верного помощника.

Опасность я почувствовал спиной. Ясни едва не взвыл, заставляя меня мгновенно кувыркнуться в сторону. Сухой треск магической плети, осветившей помещение, едва не задел меня. Бронекостюм отреагировал всполохами защитного контура. А чего я, собственно, опасаюсь?

Рахдай в потертой кожаной куртке, яростно оскалившись, шел мне навстречу, окутанный черной пеленой, а с его рук срывались толстые жгуты электрических змеек. Те самые твари, которые едва не погубили меня в гробнице. Но сейчас другая ситуация, и я готов к бою…

Неожиданно я почувствовал, как из перчатки, переливаясь резким серебристым светом, выпирает металлическая конструкция, чем-то похожая на заготовку для ножа. И в самом деле, она трансформировалась в длинный клинок, становясь моих органичным продолжением. Не успев удивиться новому чуду, преподнесенному мне доспехом, я ударил крест-накрест, не приближаясь к врагу. Одна из змеек потухла, обессиленно повиснув на запястье шамана.

- Да когда же ты сдохнешь?! — заорал я.

— Отдай мне мое! — рыкнул Рахдай. В его голосе прорезался чужеродный акцент, больше присущий южным народам. — Ты не заслужил такого подарка судьбы!

Чертов шаман как заправской боксер начал размахивать руками. Тут тебе и свинг, и попытка апперкота, джеб. Мелькали разъяренные пасти змей, трещащих от избытка магической энергии. Моя защитная позиция давала лишь возможность перевести дух и успешно отбивать жгуты. Если хоть один доберется до меня — высосет всю силу. Поэтому удары клинка сосредоточились на змеях-хлыстах. Одна за другой они погибали, а шипящий от ярости Ясни усиливал атакующую мощь.

Передо мной стояла лишь одна проблема: не дать Рахдаю ускользнуть и в этот раз. Хватит, набегался. Да и сам шаман понимал, что другого шанса завладеть древними артефактами у него не будет. Поэтому его натиск оказался настолько силен, как и неподготовлен. В обороне сразу появились бреши, куда я не преминул воткнуть клинок. Дистанционный удар принес результат. Рахдай взвыл от боли, черные крылья над головой и за спиной отчаянно затрепетали и со всего размаху врезали по мне.

Не думал, что умею летать. Невиданная сила оторвала мои ноги от земли и швырнула на стену. На голову посыпались штукатурка и кирпичи из кладки. Боли не было. Броня гасила все неприятные моменты. Рахдай словно удесятерил свои силы! Неужто пьет энергию из доспеха?

«Применяй Сударшану! — хладнокровно подсказал Ясни. — Быстрее, витязь!»

Сударшана? Что это такое? Мозг с трудом переехал на конструктивное мышление. Это же огненный диск! И как его формировать? Ментальный слепок или образ, вызванный из памяти? Клинок завибрировал, плавясь в пальцах серебристо-желтой массой, из которой проступили очертания огненного диска, закрывающего своими размерами все происходящее.

Черт, лучше бы я руками удавил шамана! Пылающее оружие колесом взмыло вверх и с мерным гудением, набирая обороты, понеслось в сторону остолбеневшего Рахдая. Клянусь, я видел его глаза, полные восторга и ожидания мгновенной смерти. Фанатик долбанный!

- Божественное оружие Вишну! — Рахдай опустил руки и упал на колени. Черные всполохи крыльев резко поникли и втянулись в фигуру шамана. Не знаю, что произошло, но магический фон резко снизился, а уши заложило как будто атмосферное давление изменилось.

Почему Рахдай не ушел через телепорт? Не знаю. Мой давний противник перестал сопротивляться, подставив себя под удар. Может, он знал нечто такое, что позволило ему безропотно принять гнев божественного солнечного диска, ослепившего всех, кто находился в пределах боевого ристалища?

Когда я открыл глаза и слепо посмотрел на то место, где стоял шаман, там виднелись обугленные останки, замысловато склонившиеся в последнем поклоне. Ну, на этот-то раз Рахдай сдох? Или трансформировался в очередную аватару, которая будет бесконечно меня преследовать? В кого он мог переселиться?

Жуткий противник. Непонятный и, надо сказать, непобежденный. Не моя заслуга.

Клинок мгновенно остыл и дернулся в трансформе. Ясни вернулся ко мне и превратился в ручку, которую я тут же послал в карман. Все. Дело сделано. Теперь надо искать Алику и Лору. Как бы злая волчица не покусала мою девушку.

Неожиданно во дворе стало многолюдно. Десяток бойцов Водяного как-то шустро просочились через завалы и пустые помещения фермы и окружили людей Пахома. Все четверо покорно с ошеломленным видом сидели в окружении вооруженных людей, а сам командир в своих неизменных черных очках подошел ко мне и похлопал по плечу без всякого пиетета.

- Молодец, впечатлил. Сжег, нахрен, этого колдуна. Слушай, переходи в мой отряд, а? Замолвлю словечко перед князем.

- Ага, чтобы я один за тебя всю работу делал? — усмехнулся я, пряча дрожащие руки в карманы куртки. — Перебьешься.

Водяной захохотал и поднял над головой перекрещенные руки. В ту же минуту откуда-то вылетел микроавтобус и лихо заскочил во двор, обогнув жуткую композицию в виде сгоревшего шамана. Остановился, подняв пыль из-под колес.

- Где девушка? — спросил я. — Лора спасла ее?

- Все нормально, — кивнул Водяной. — Правда, двоих пришлось угомонить. Рыжая — девка с характером. Предупреждала ведь, что перегрызет глотку каждому, кто рыпнется с пушкой.

Из-за угла здания выбежала Алика и вихрем налетела на меня. Обхватила меня за шею и крепко зажмурившись, всхлипнула:

— Жив, мой яр! Боги, как же я за тебя перепугалась, когда увидела шамана! Как такое возможно? Я сама видела его мертвым!

- А я не верил в его гибель, поэтому и ждал подвоха, — я обхватил ладонями ее мокрое лицо и стал покрывать поцелуями, не обращая ни на кого внимания. — Все, родная! Больше я тебя не отпущу! Пахом!

Сотник нехотя поднялся с земли. На него сразу же направили стволы автоматов.

- Все в порядке, бойцы! — я подошел к своему бывшему командиру егерской сотни. — Передай князю, Пахом, что сделки не будет. Нехорошо это — слабую девушку использовать в своих интригах. Не по-княжески. И еще… Забирай своих людей и уезжай с Курганных Земель. Археологи могут продолжать работу по договору, а вас я не хочу видеть. Вы и так взбаламутили весь Торгуев. И еще скажи Демидову, что со следующего года присутствие вооруженных людей на моих землях недопустимо. Охранять рабочих будут дружинники или егеря Щербатова. Это мое последнее слово. И не вздумайте мстить семье девушки. Я все равно узнаю.

- Я передам, Колояр, — кивнул Пахом. — Но знай, что ты подписался на вражду с Демидовым. Жаль будет, если погибнешь по своей глупости.

- Совсем скоро я войду в Семью Щербатова, женившись на княжне Мирославе, — я с удовольствием смотрел, как меняется лицо Пахома. — Подумайте на досуге, а нужно ли нарываться на клановую войну?

Пахом покосился на труп Рахдая, о чем-то подумал и кивнул.

- Забирай своих бойцов, и не забудь о двух трупах, — сказал Водяной, показывая жестом, чтобы пленникам дали беспрепятственно покинуть ферму. — Можете и эту головешку забрать.

- Зачем он нам? — равнодушно откликнулся княжеский сотник. — Закопайте здесь…

Он увел своих людей, а мы стали собираться в обратную дорогу. Бойцы Водяного и в самом деле быстренько закопали обгорелый труп Рахдая где-то под забором, разровняли землю, а сверху еще и мусор навалили. Был шаман — и исчез.

- А где Лора? — мне было неуютно, что волколак разгуливает без нашего контроля по ферме.

- Она сказала, что ей нужно провести трансформацию, — прижимаясь ко мне, ответила Алика. — Думаешь, сбежит?

- Да никуда не сбежит девка! — услышав нас, хохотнул Водяной. — Я ее к себе в отряд возьму, если ты не хочешь, Волоцкий! Прикинь, какая бы группа образовалась: маг, оборотень и куча крутых и крепких ребят! Мечта!

- Фантазер! — я довольно крепко обхватил Алику за талию и повел к «хорьху». Надеюсь, воевать больше не придется.

Лора появилась в тот момент, когда все собрались возле машин. Рыжая пошатывалась, еще не отойдя от трансформы, но никак не выказала свою слабость. Я подскочил к ней, поддержал за локоть.

- Спасибо тебе, Лора, — я с благодарностью посмотрел на усталую девушку, прикрывшую глаза.

- Мы квиты, витязь, — бесстрастно ответила рыжая и хлопнула меня по плечу. — Будь счастлив.

Главы 13, 14

Глава тринадцатая

- У меня есть несколько вариантов ответа, почему так произошло, но все они… — Алика пожала плечами, — неинформативны. Например, я знаю, что Сударшана — огненный диск Вишну — является символом времени. В процессе эволюции человеческого сознания оружие прошло персонификацию, стало очеловечиваться. И в конце концов оно стало служить Вишну в роли верного слуги. Войдя в комплекс «солнечного доспеха», Сударшана стала проявляться как разрушительная сила. Здесь мы видим объединение пылающего оружия и колеса времени, которое может и должно уничтожить вселенную.

Она зацепила вилкой узкую ленточку маринованного крабового мяса и аккуратно положила в рот. Пожевала, кивнула удовлетворенно головой.

- Ты предполагаешь, что Рахдай мог перейти в иное качество? — насторожился я.

- Есть теория о переходе сущности человека, которого коснулось пламенное оружие, в иную ипостась. Аватара шамана может возникнуть в другом месте, — вздохнула Алика. — Фактически ты убил Рахдая, но нет уверенности, что он не нашел себе новое тело.

- Он меня задрал, — признался я. — Какой-то неубиваемый, честное слово.

Я вовремя прикусил язык. Не стоит при Мире упоминать про покушение, в котором, как оказалось, Рахдай не погиб. Два выстрела из снайперской винтовки, заряженной магическими пулями, не принесли результата! Чертов колдун мастерски построил иллюзию своей смерти, да так, что все в лагере поверили! Артист!

- Боишься, как бы он снова не появился на твоем пути?

- Теперь я знаю, как с ним справиться, — уверенно ответил я, откидываясь на спинку стула.

- Алика, а ты точно на своем месте учишься? — усмехнулась Мирослава, сидевшая напротив нее.

Да, произошло то самое событие, о котором я думал в последнюю очередь. На следующий день после удачной спецоперации, в которой Алика благополучно была освобождена и взята под усиленную охрану, приехала семья Щербатовых без княжича Павла. Тот вместе с молодой женой остался в загородном московском имении, где вскоре предстояло поселиться и нам с Мирославой.

А я решил, наконец-то, свести вместе своих будущих жен в ресторане «Флоренция», чтобы они познакомились поближе друг с другом, нашли общие интересы или проблемные точки. Я вообще не представлял, чем закончится такой эксперимент. Слегка озадаченный предстоящим ужином, первым делом заказал столик по высшему разряду. Морские блюда, хорошее вино, тихая музыка — что еще надо для умиротворенной беседы между без пяти минут родственниками?

Алике я вручил банковскую карту «Альянца», на котором лежали мои накопления за работу телохранителем и облегченно вздохнул. Опасался, что девушка начнет выказывать недовольство, говорить правильные, но ненужные речи о бескорыстии и прочую глупость, которая всегда вызывала у меня отторжение. Но все прошло нормально. Алика приняла как должное финансовую помощь. А я попросил Елену помочь выбрать для нее вечерний наряд. Раз уж взвалил на свои плечи непосильную ношу в виде неожиданного союза с двумя молодыми барышнями — придется тащить. Старшая сестра Миры охотно согласилась и вытолкала меня взашей из своего имения, чтобы я занялся делами, приличествующими солидному кавалеру, а не нервному воздыхателю.

Алика подобрала себе длинное темно-изумрудное платье с открытыми плечами и неглубоким декольте, в котором уютно расположилась защитная магическая подвеска из горного хрусталя. Темно-русые волосы были собраны в пышную прическу с многочисленными кудряшками.

Мирослава предпочла короткое вечернее платье черного цвета. На ней вообще любой наряд смотрелся выигрышно благодаря фигуре, а мужчины, которые в этот момент находились в ресторане, то и дело бросали завистливые взгляды на наш столик. Обломитесь, ребята. Все прекрасно знают Мирославу в лицо, и меня, как телохранителя. Интересно, какие пересуды поползут завтра по городу, когда начнут выяснять, кем является вторая девушка, сидящая с нами за столом.

- Я всегда увлекалась историей и археологией, — призналась Алика, бросив на меня взгляд. Девушка еще не могла выстроить линию поведения и жутко комплексовала перед княжной. Мне казалось, что ее потряхивает от нервного напряжения. Но Мирослава, умница, вообще не обращала на это внимания. — А ветеринарное училище — всего лишь извилистый путь наверх. Колояру я рассказывала, что мирянам тяжело пробиться в сословные университеты и институты.

- Думаю, мы решим вопрос с обучением, правда, яр? — Мирослава улыбнулась и подняла бокал с вином. Осторожно отпила. — Ты как сама смотришь, Саша, на смену профиля?

- Зачем мне что-то менять? — Алика удивленно поглядела на Миру.

- Ну… В свете последних событий у нас возникла потребность в специалисте по магическим артефактам, — княжна едва заметно кивнула мне. — А ты имеешь хватку, я заметила. Колояр рассказывал мне, как ты помогала ему в поисках информации по перстням.

- Проще обратиться к профессионалам, — пожала плечами Алика.

- Нам не нужны специалисты со стороны. Так что подумай… Кстати, что теперь с учебой Сашеньки? Концы обрублены?

- Что-нибудь придумаем, — я нахмурился. Действительно, своими действиями я самолично оборвал обучение Алики. Ходу ей на Урал в ближайшие годы не будет. Все документы остались в Демидово. — Я встречусь с Косаревым и обрисую ситуацию. Если археолог не поможет — обратимся к князю Борису. Выход всегда есть, Алика. Не переживай.

- Сейчас я переживаю только за отца, — губы девушки дрогнули. — Демидов начнет мстить, и весь гнев обрушит на него.

Я прикрыл ладонью ее запястье и очень бодро сказал, что работаю над этой проблемой. Всегда можно найти или компромисс, или такой ход, который удовлетворит обе стороны. Говорил, чтобы успокоить, а сам волновался. Стрига пока молчал, и я не представлял, насколько далеко продвинулась его акция по спасению Федора Громова.

- Мира, расскажи, как прошла свадьба? Что интересного вокруг нее было?

- Хм, — княжна подперла левой рукой подбородок, — интересного очень много. Ну, во-первых, меня домогались… Да-да, очень недвусмысленно и нагло. Есть такой Анатолий Измайлов, очень нахрапистый столичный мажор, сынок одного из бояр, входящего в управленческий аппарат Великого князя. Ох, намучилась я с ним…

Мирослава задумчиво закатила глаза к сверкающему позолотой потолку, и ее красивое лицо приняло странное выражение.

- Представляешь, он приперся к отцу и попросил моей руки, — очнувшись, улыбнулась девушка. — Огромный букет роз, из-за которого не было видно посыльного, дорогущее колье с бриллиантами и пылкими признаниями.

- А ты что? — я понимал, зачем княжна говорит об этом. Психологический тест, проверка на мою реакцию. Буду ли я ревновать? Конечно, мне как нормальному мужику не пристало выглядеть бревном. Копытом бить, огнем фыркать — вот как надо себя вести.

- Папка очень рассердился. Мало того, целыми днями важные встречи происходят, люди в имении разные крутятся, а тут появляется напыщенный болван и расточает флюиды страсти. Измайловы, конечно, не последние люди в столице, но терпеть подобное не стоит.

- Можно, я его на дуэль вызову? Все равно чем-то в Москве заняться придется, — предложил я.

Девушки рассмеялись. Разговор как-то сам по себе перетек в более легкую форму. Болтали о разном. Алика понемногу расслаблялась, рассказала, как познакомилась со мной, как мы убегали по берегу озера от волколака, и как она натерпелась страху, оставив меня наедине с тварью. Мирослава слушала внимательно, не отрывая от меня заинтересованного взгляда, и в ее зрачках полыхали загадочные золотые искры.

- Оказывается, ты у нас специалист по убиванию оборотней, — губы княжны дрогнули в улыбке. — Я же говорю, дорогой, что тебя не так просто свалить. Это с виду ты такой доступный. А как куснешь — зубы сломаешь… Ладно, посиди пока, поскучай, а мы с Сашей посплетничаем.

Девушки встали из-за стола, и Мирослава, подхватив Алику под руку, потащила ее в дамскую комнату. Тут же появился официант и предупредительно спросил:

- Подавать горячие блюда? Цыпленок парминьяна уже готов.

- Через десять минут, — я подумал, что девичье чириканье затянется надолго, и решил не спешить. — И еще одну бутылку вина, такого же. Открывать при мне.

- Да, сударь, — кивнул официант. — Десерт?

- Можно попозже, мы не торопимся. Вечер будет долгим и томным, — неожиданно пробормотал я, вспомнив странное выражение, которое я слышал где-то и когда-то в иной жизни.

- Что, простите?

- Ступай, милейший, — не стал я вдаваться в подробности. — К заказу это не относится.

А сам откинулся на мягкую спинку стула и попытался поговорить с Ясни. Меня крайне заинтересовали слова Алики о перемещении души Рахдая в чье-нибудь тело. Если мне когда-то удалось обрести вторую жизнь, почему бы и вредному шаману не проделать такой трюк?

Мой друг-фантом не выглядел растерянным. Сказал только, что такие случаи изредка происходят. Шаман вполне мог впитать в себя мощь огненного диска Сударшаны и воплотиться в одном из его слуг. Не самый плохой исход для сгоревшего в яростном божественном пламене человека. Могу ли я с ним однажды встретиться? Нельзя исключать такого момента. Спасибо, обрадовал. Всю жизнь за спину посматривать?

Я слегка расстроился, но увидев подходящих к столу оживленных девушек, откинул в сторону все волнения. По их глазам вижу — обо мне говорили. Перемыли мои косточки и распределили роли в будущем совместном хозяйстве. Точно, точно! Ну и ладно. Мне от этого никак хуже не будет.

- И где вы ходите? Горячее стынет. Давайте, присаживайтесь. Вы там не подрались?

Девчонки снова весело рассмеялись и переглянулись с видом заговорщиц. Я разлил вино по бокалам, произнес какой-то легкий незапоминающийся тост, и только потом приступил к разговору, который был очень важен в предстоящих делах.

- Мне нужна ваша помощь, милые мои, — сказал я, обводя притихших подруг. — Дело очень серьезное и опасное, и от вашего слова зависит, какую стратегию я выстрою в дальнейшем.

- Мы с тобой, — ответила Мирослава, — ты же знаешь.

- Нет, не знаю, — жестко возразил я. — Одно дело — жить в любви и согласии, а другое — рисковать жизнью дорогих тебе людей. Мира, мы с тобой уже говорили на тему авантюризма, и ты сказала, что способна на риск.

- Конечно, — пожала плечиками княжна. — Я не отказываюсь и сейчас.

- Я с тобой, — Алика схватила бокал. — Речь идет о недостающих артефактах?

- Да, именно о них, — выдохнул я и показал перстни. — Нужны еще четыре таких. Два из них находятся у коллекционера-англичанина Грэйса. Два других предстоит отыскать.

- Мы должны вытащить у Грэйса эти камни и заменить их подделками, — вспыхнули глаза Мирославы. — Я все-таки была права? Ты ведь этого хотел?

- Да. Первую часть операции мы спланируем в Мадриде, когда уедем туда жить, — подтвердил я. — Пока будем охотиться на коллекцию британца, Алика постарается выяснить судьбу двух остальных перстней. Я не думаю, что найти их будет так сложно. Всегда остается след: финансовый, человеческий. Люди по природе своей болтливы. Нужно только отыскать таких болтунов. Когда мы заполучим информацию по оставшимся перстням — соберемся все вместе и обсудим ситуацию.

- Почему тебе так важен полный комплект? — нахмурила брови Мирослава. — К чему готовишься, яр?

- К войне, милая. К большой войне, где на кону будет стоять наша жизнь, — не стал я врать, держа в голове предсказание Рекущих. — Думаешь, я зря спрашивал тебя об отношении Великого князя к вашей семьей, к тебе лично?

- Ты что-то знаешь?

- Немного. Пока не торопи меня. Когда соберу всю информацию — расскажу. Теперь у меня есть две замечательные женщины, которых я намерен защитить ценой жизни. А «солнечный доспех» поможет мне в этом. Чтобы он полностью функционировал, мне обязательно надо заполучить недостающие перстни.

- А где буду находиться я? — резонно спросила Алика. — В Мадрид, судя по всему, меня не берете, так?

- До свадьбы — нет, — кивнул я. — Но есть варианты: или в доме Елены Борисовны, или переехать в Москву. Надеюсь, князь разрешит?

- Только если узаконить отношения с Сашей, — предупредила Мирослава. — Но с момента нашей свадьбы должно пройти не меньше полугода. Дурацкое правило, да не мы его составляли.

- Я знаю об этих условных ограничениях. Поэтому я буду просить князя дать Алике возможность жить в Торгуеве под присмотром. История с костромскими боярами научила меня осторожности. Если они сумели закинуть в город несколько наемных групп, то и Демидов может пойти на обострение.

- Дозволь мне поговорить с отцом, — мягко напомнила Мира. — Я лучше сумею убедить его. А Лена с радостью согласится принять Сашу на некоторое время.

- Я буду искать следы пропавших перстней, пока вы подбираетесь к Грэйсу, — кивнула девушка. — А как насчет поездки за границу? Смогу ли я воспользоваться этим правом?

- Все решу, — успокоила Алику княжна. — Думаю, через год мы будем сидеть где-нибудь в ресторане и праздновать успех.

Ох, как бы я сам хотел такого развития событий. Напрягают меня слова Ясни о пристальном внимании Евгенической Палаты к Мирославе. Как бы не очухались ученые головы и не донесли Великому князю о появлении опасных факторов в лице некоего Колояра Волоцкого. Ведь придется полгода жить в Москве рядом с боярством, не обремененным человеколюбием. У каждого Рода есть свои планы, и стратегия быть поближе к клану Долгоруких. Появление Первородного из небытия взбаламутит болото. Значит, спокойствия не будет.

Ужин закончился десертом, после которого я подхватил прелестниц под руки и повел их к выходу. Там уже стояла изящная «эспада», поблескивая светло-бежевыми лакированными боками при свете фонарей. Возле машины торчали два бугая из охраны князя. Увидев девушек, они зашевелились и распахнули заднюю дверцу. Я по очереди поцеловал своих будущих жен, не догадываясь, о чем они разговаривали между собой. Но их хитрые мордашки наводили на некоторые мысли. Меня уже начали делить.

Дождавшись, когда машина развернется на широком парковочном пятачке и уедет от ресторана, я медленно пошел по улице в сторону гостиницы. «Флоренция» находилась неподалеку, и двести метров прогулочным шагом нисколько меня не утомили. Полезно проветриться после нескольких бокалов вина. Пьяным я себя вообще не ощущал, а приятное послевкусие застолья будоражило кровь. Но больше всего меня волновала тема божественного оружия, как назвала его Алика. Почему Рахдай безропотно принял смерть от крутящегося диска? Он что-то знал? Тогда откуда у него эти знания? Что собой представлял шаман? Гений от природы или кто-то обучал его всем премудростям чародейства? Вот о чем моя голова болела. Рахдаю знания давали, а не сам он приобрел их с помощью природной магии.

Страшно представить, если Рахдай принял смерть и перевоплотился в одной из аватар Всевышнего. Получается, я самолично дал в руки шамана нечто, возвышающее его над остальными магами. Тьфу, надо прекратить об этом думать. Иначе совсем свихнусь от подозрений. Я лично видел сгоревший труп своего врага…

Ага, и лично видел, как пуля десятого калибра проломила башку Рахдая! Оказалось, все было подстроено умелой иллюзией! Высший пилотаж, надо признать.

Вернувшись в гостиницу, я заметил помимо местной охраны двух ребят, скромно сидевших на диванчике в холле. При моем появлении они сделали вид, что меня не знают. Ага, что-то новенькое. Охрану приставили? И кому понадобилось охранять телохранителя? Так забавно. Но я не против. Пусть служат.

Закрывшись в комнате, принял душ и после завалился в постель с книжкой архата Зотова. Там еще много интересных моментов не прочитано. Раз магия плотно входит в мою жизнь, предстоит со всей тщательностью проштудировать солидный фолиант. Ведь пользы от него гораздо больше, чем я представлял на самом деле. Например, я щелчком пальца могу погасить люстру, не вставая с кровати. Удобно и практично.

Глава четырнадцатая

Старое здание, построенное еще в начале девятнадцатого века из массивных кирпичных блоков терракотового цвета, оставалось, пожалуй, единственным из того раритета, который князь Щербатов не стал сносить. Оно пряталось на западной оконечности города, утопая летом в густой зелени парка, а зимой — окружено непроходимыми сугробами, наметаемыми со стороны Волги.

Раньше здесь находился городской арсенал княжеской дружины, а после некоторых изменений и строительного бума его отдали под архив. И был таковым до середины двадцатого века. А потом как-то внезапно о двухэтажном солидном и крепком строении позабыли. Подъездная дорога не ремонтировалась, зарастая жесткой травой и разрываемая корнями тополей; позже здание обнесли тяжелым кованым забором и зачем-то построили сторожку.

Вывезенных из Костромы опальных князей или их родственников и вассальных слуг держали здесь. Терракотовое здание с непроницаемыми стенами превратилось в тюрьму, и содержались здесь весьма опасные для Щербатова люди. Подвальные помещения переоборудовали по самому последнему слову техники, убрали сырость, оштукатурили стены, завезли грубую прочную мебелишку для заключенных. Небольшая охрана справлялась со своими функциями, особо не напрягаясь.

Именно сюда направил меня князь по личному распоряжению. Я все-таки добился от него разрешения навестить костромских узников и задать некоторые волнующие меня вопросы.

- Я не верю, что ты разговоришь этих людей, — хмыкнул Щербатов, когда отключил телефон после разговора с комендантом тюрьмы. — Мы уже вытащили из них все, что могли с помощью «длинного языка».

- То есть, их все-таки больше, чем один? — уточнил я.

- Двое, — нехотя кивнул князь. — Средний брат боярина Бакринского и сам Глава Рода Лужиных. Те, кому не повезло сдохнуть в самом начале.

- Отлично, — я заторопился. — Тогда сейчас же еду, пока они не умерли окончательно.

- Что же ты хочешь услышать от них?

- Если они выложат мне то, о чем я подозреваю, поделюсь с вами, Борис Данилович, — я попрощался и рванул на «хорьхе» в тюрьму.

Меня уже ждали. Охрана была извещена, на какой я машине приеду, и поэтому удалось беспрепятственно и быстро заскочить на территорию таинственного особняка. Комендант, встретивший меня, был похож на какого-то пирата: окладистая черно-смолянистая борода, аккуратно подстриженная и ухоженная; лихо подкрученные усы; темно-зеленая кепи, надвинутая на глаза, скрывала большую половину лица. Да и голос у а-ля пират был прокуренный и грубый, как будто комендант всю свою жизнь провел на холодных ветрах и в штормах.

- Охапкин, — представился главный тюремщик. — Я провожу вас в комнату допросов. Князь Борис Данилович приказал мне во всем подчиняться вашим запросам. Надеюсь, они не превысят разумные пределы?

- Нисколько, господин комендант, — отрицательно покачал я головой. — Мне нужно, чтобы никто не присутствовал при допросе. Охрану и Целителя оставьте за дверью. Пусть будут готовы к неожиданностям. Мало ли… Сердечко не выдержит или еще какая закавыка.

- Сердечко, скорее, у нас не выдержит, — попробовал пошутить Охапкин, грузно шагая по арочному коридору вглубь здания. Где-то в глубине раздавалось звяканье железа, глухие голоса охраны, редкий стук молотка. Чинили что-то? — Упертые твари попались. Только с помощью магических эликсиров смогли развязать языки.

- А ментальное воздействие применялось? — я заволновался.

- Нет. Был приказ пока не трогать. Князь чего-то ждет. Прошу…

Охапкин остановился перед мощной решетчатой перегородкой, звякнул ключами, открыл замок и пропустил меня в следующую секцию. Она отличалась от коридорной системы тем, что с правой стороны я насчитал несколько дверей. Одну из них открыл комендант.

- Заходите. Здесь комната допросов. Все чисто, ни соплей, ни крови. Бьют в другом помещении…

Такая откровенность покоробила меня. Нет, я не чистоплюй, когда дело касается вещей жизненно важных, вроде безопасности близких людей. Надо будет, сам настою на выворачивании суставов. Охапкин говорил настолько буднично, словно для него узники уже являлись не живыми людьми, а манекенами для отработки ударов.

- Допросы велись письменно или никаких документов нет?

- Как же нет? Сейчас прикажу принести, — комендант погладил бородку. — Изволите сразу оба дела?

- Да, и побыстрее. Еще… Графин с водой, стакан, сигареты, — распоряжался я. — Не забудьте за дверью поставить двух надзирателей и Целителя пригласите. Видеонаблюдение ведется?

- Так точно…

- Отключить. Никаких записей. Узнаю — головы отверну виновным.

- Но князь Борис…

- Улажено, — прервал я коменданта. — Вам не стоит беспокоиться. Всю ответственность беру на себя.

- Слушаюсь, сударь, — Охапкин понял, что меня не пронять своими инструкциями и попятился из комнаты.

Через пять минут на массивную крышку стола легки две папки с допросными листами Ярослава Бакринского и Сергея Лужина. Тут же появились графин с водой, на горлышко которого насадили граненный стакан, пепельница с пачкой сигарет и зажигалка. Охранник, принесший все это, вытянулся и старательно поедал меня глазами.

- Ведите Бакринского, — приказал я. — Узники в наручниках?

- Да.

- Снимите возле комнаты. Во время допроса не входить. Ждать снаружи.

- Если что понадобится — в полу есть кнопочка вызова, — доверительно произнес охранник. — Одно нажатие ногой, и мы уже здесь.

- Понял, спасибо.

Ярослав Бакринский — костромской боярин, средний брат Главы Рода, судя по убористому почерку дознавателя, остался в живых благодаря своей супружеской измене. В момент атаки ночевал у любовницы на другом конце города, но попался в лапы бойцов князя Панина по глупой случайности. Вместо того, чтобы бежать из Костромы, ринулся спасать свою семью. Но это свойственно всем нормальным людям. Бакринский не был трусом, и беспокойство за детей и жену перевесило инстинкт самосохранения.

Низкорослый, но весьма широкоплечий, заросший бородой, с длинными волосами, падающими на плечи, Бакринский выглядел лет на пятьдесят, но в досье указывалось, что ему всего тридцать. Интенсивные допросы человека не молодят.

- С вами обращаются хорошо или есть претензии? — я не торопился тормошить узника. Пусть подергается на нервной почве. — Как кормят? Гигиенические услуги предоставляют?

- Кто вы такой, сударь, чтобы спрашивать о гуманных способах содержания в этом клоповнике? — проворчал Бакринский, поведя плечами. Старенькая замурзанная куртка, явно чужая, затрещала по швам.

- Представитель князя Щербатова, — ответил я. — Независимый представитель.

- Ох, ты! Что за зверь такой? — удивился мужчина. — Первый раз о таком слышу.

- Не стоит юродствовать, — я постучал пальцем по пачке сигарет. — Будете курить?

- Не откажусь, — кивнул боярин. — Пагубная привычка, да что уж в моем положении. Все равно скоро закопают…

Я не поленился встать, подойти к узнику, вытащить из пачки сигарету и предложить ему. Зацепив тонкими пальцами гильзу, Бакринский сунул ее в рот. Я щелкнул пальцем, вышибая огонек перед носом Ярослава, и тот невозмутимо прикурил. Окутался дымом и полюбопытствовал:

- Магический допрос? Все-таки решили ментата привлечь?

- Я не ментат. Можете расслабиться. Просто поговорим, если у вас появится желание рассказать о событиях, произошедших в Торгуеве.

- Не понимаю.

- Понимаете, Ярослав. Все вы понимаете. Акция по уничтожению костромского клана инициирована князем Апраксиным после убедительных доказательств, что вы причастны к покушениям на Мирославу Щербатову — дочь местного князя. Не лично вы, а ваш клан, в который входила ваша Семья, Аляповы и Лужины. Поэтому вам нет смысла сейчас выгораживать свои деяния.

- Вы уничтожили больше ста человек просто так, одним движением руки, — сжав зубами кончик сигареты, бросил обвинение Бакринский. — Мои дети, жена, близкие родственники — все погибли в магическом огне. Какой мне смысл открываться? Да плевать я хотел на вас. Ничего не скажу.

- Собственно, я хочу узнать, чья была идея ликвидировать младшую княжну Щербатову? — оставаясь спокойным, спросил я. — Не самого князя, не княжича Павла или Олега, не кого-то еще из клана Щербатовых, а именно Мирославу? Целенаправленно, неоднократно… С привлечением наемников, оборотней. Согласитесь, что странно… Княжна — одна из представителей аристократического рода, не имеющая веса в политике, в общественной жизни, в кругу знати. Обычная девушка, только и всего. Почему именно она?

- Я ничего не знаю, — пожал плечами Бакринский. — Все вопросы по Торгуеву решались между моим старшим братом, Лужиными и Аляповыми. К разработке подключались только самые проверенные люди, умеющие держать язык за зубами.

- А вы, Ярослав? Неужели остались в стороне? — я сделал вид, что удивлен. — Как-никак, принадлежите Роду, который взял на себя тяжесть создания клана. Разве не унизительно? Ведь вы могли получить герб от Долгоруких, если бы не страдали излишними амбициями, не привлекали химерологов к бесчеловечным опытам на людях. У нас, кстати, есть показания одного оборотня, захваченного после очередной вашей акции. Лора ее имя. Знакомо вам?

Бакринский снова окутался дымом. Упоминание рыжеволосой девушки его нисколько не взволновало. В досье, как я успел прочитать, она уже упоминалась, и Ярослав отрицал участие в ее судьбе.

- Да, про Лору я слышал, но не был с ней знаком, — все же ответил узник. — Я утверждаю, что не причастен к разработкам химерологов, а также не знаю, за каким чертом понесло Варфоломея уничтожить княжну.

- Не в курсе?

- Нет.

- Хорошо, допускаю такой вариант, и то с большими оговорками. Не верю просто в чистоту и слюнтяйство одного из представителей рода Бакринских. Вы все там замешаны, в той или иной мере.

Я встал, с хрустом размял плечи и прошелся по комнате, старательно впечатывая шаги в бетонный пол. Ярослав докурил сигарету и выплюнул ее в мою сторону.

- Знаешь, кто повязал Лору? — я остановился за спиной допрашиваемого. — Не убил, а именно взял, как паршивого щенка за шкирку? Я. И княжну спас я. Личный телохранитель Мирославы Щербатовой. Ты меня должен знать. Ведь кто-то же готовил заказ на мою ликвидацию. Да не удалось. Кишка тонка оказалась.

- Не слышал, — равнодушно ответил Бакринский.

- Ну и ладно, — не стал доказывать я. — Расскажи лучше, с кем контактировали твой старший брат и Лужины. Судя по твоим ответам, они активно встречались с какими-то эмиссарами из Москвы. Кто эти люди, ты тоже не знаешь? Но они были. Давай подробнее про них.

- Я уже говорил старшему следователю из УКБ, какой смысл мне повторяться?

Я вздохнул. Бакринский на контакт не шел, как и было написано в докладной записке, лежащей в досье. Полное отрицание своего участия в подготовке боевых акций. А ведь не последний человек в Роду. Держал в руках связи между лабораториями. Главным там был один из родственников Аляповых, но Ярослав отвечал за контракты химерологов в полной мере. Значит, какие-то контакты московских людей с костромскими проходили и через него. Должны проходить.

- Тебя не пытали, Ярослав? — поинтересовался я, отмеривая от сидящего пять шагов. Главное, сделать вид, что проводишь какие-то манипуляции, да еще лицо сосредоточенно наморщить, оглядеться по сторонам.

- К чему вопрос? — насторожился Бакринский. — Конечно, пытали. Выворачивали суставы, потом вправляли их на место. Плетью магической били. Какую-то гадость кололи. Я ведь все рассказал, что знал.

- Задавали не те вопросы, вот в чем дело, — покачал я головой, доставая из кармана ручку. Медленным пассом превратил его в кинжал и вытащил из ножен клинок. Ясни довольно зашипел, активизируясь в виде серебристых всполохов.

Ярослав побледнел. Мысль о невыносимых болях, причиняемых ему магическими артефактами, сидела глубоко внутри и не давала покоя. Незажившие раны на спине и животе как-то сразу дали о себе знать. Бакринский подвергался пыткам в течение первой недели, как только попал в сумрачные подвалы князя Щербатова, и выплюнул вместе с болью все, что знал. А теперь не понимал, что нужно этому странному парню. В досье записано признание, какой смысл опять подвергать пыткам? Какой жуткий нож…

Резкая боль, начавшаяся от левой ключицы, переползла по диагонали вниз в подреберье и застыла в одной точке, выкачивая жизненные токи из тела. Холод стал проникать внутрь с яростью дикого хищника и останавливать кровь в венах. Бакринскому показалось, что в артериях образовалась ледяная каша и с сухим треском начала продвигаться к сердцу.

Этот…телохранитель со спокойным лицом и застывшим взглядом, в котором просматривался интерес химеролога или мага-творца, едва-едва шевелил кистью руки, и тогда боль меняла направление. Ярослав не выдержал и заорал, выплескивая вместе с пеной проклятия всему роду Щербатовых. Конечно, так долго продолжаться не могло, и мужчина ожидал, когда провалится в беспамятство. Ему частенько помогала возможность уйти от боли, упав без чувств на бетонный пол. Главное, перетерпеть пик невыносимых мук…

- Вышли! — рявкнул палач, когда дверь в комнату распахнулась и внутрь ввалились двое охранников с выпученными глазами. — Я звал вас?

И снова они остались наедине. Боль не уходила, а спасительное беспамятство не приходило. Не приходило! Страшная экзекуция продолжалась. Словно магическая дистанционная машина резала живую плоть и не давала шанса убежать от бьющих в мозг спазмов.

- Кто ты такой? — прохрипел Бакринский, упав на колени.

- Ты не должен задавать вопросы, — я ослабил давление, и Ясни недовольно ворча, прекратил подпитываться страданиями Ярослава. — А отвечать на них. Назови имена эмиссаров, приезжавших в Кострому, о чем они говорили с твоим старшим братом. Почему целью выбрали Мирославу Щербатову?

- Я не участвовал во всех разработках брата и Лужиных, — Ярослав поднял голову, ощущая мгновенное облегчение. — Мне давали задания по лабораториям, которые я курировал. Раз в неделю докладывал о ходе работ.

- Ладно, допускаю такой вариант. Сколько волколаков было подготовлено для акции?

- Только Лора. Она уже прошла курс инициации, легко трансформировалась в оборотня. Да просто, оказалась самой лучшей на данный момент. Варфоломей приказал заслать ее в помощь группе Гектора с индивидуальным заданием: отыскать княжну Мирославу и похитить ее.

- Или убить?

- В крайнем случае, — со стоном Бакринский вернулся на стул, дрожащей рукой оттягивая воротник рубашки. При виде узкой кровоточащей полосы он успокоился. Ну, да, ему казалось, что я располосовал ему грудную клетку полностью. Иллюзия — вещь страшная, особенно если в нее веришь. — Никто не прорабатывал вариант с ликвидацией. Все акции были направлены на похищение, чтобы потом манипулировать Щербатовым.

- Я не верю твоим словам. Логические нестыковки так и проглядывают. Во-первых, я сам был свидетелем взрыва автомобиля княжны. Погиб случайный человек. Мина предназначалась именно Мирославе, — я снова провел ножом по диагонали, только с другой стороны. — А во-вторых, вместе с ней пытались убить и меня. Такие вещи я просчитываю на раз-два. Там был не крайний случай, а целенаправленная акция. Причем, каждый раз с удивительной настойчивостью.

Нелегко видеть, когда невидимая сталь взрезает одежду и добирается до плоти. А Бакринскому было еще хуже, потому что болевые ощущения усиливались магической сущностью Ясни. Мой фантомный помощник знал толк в пытках, и в первую очередь давил на психологический фактор. Ярослав рано или поздно сломается.

И узник снова упал на колени, захлебываясь криком. Бесстрастно жду. Мне нужны имена московских посланников, хотя бы одно. А дальше я вытащу из него всю информацию вместе с жилами.

- Давай, вспоминай, Ярослав, ради самого себя, — попросил я. — Мне нелегко мучить тебя, но я продолжу, клянусь.

- Да ты же отмороженный на всю голову, мужик! — простонал Бакринский. — Дай мне умереть! Как же больнооо-о! Какую ты магию применяешь?

- Древнюю, — ответил я. — От нее ты не сможешь спастись. Говори.

- Дьявол! Да я вообще ничего не знаю!

- Хоть что-то ты видел? Слышал?

Я на пару минут ослабил пытку, чтобы Ярослав пришел в себя. Налил воды и подал узнику. В три глотка тот осушил стакан и обессиленно поник головой. Потные волосы слиплись на щеках и повисли сосульками на плечах. Рубашка пропиталась кровью и уже начинала капать крупными каплями на пол. Это была не иллюзия. Ясни все-таки считал, что настоящая боль с кровью развяжет язык быстрее любых уговоров.

И все-таки Бакринский заговорил. Пусть и сбивчиво, перескакивая с пятое на десятое, но картина стала вырисовываться та, о которой я уже давно догадывался. В Кострому зачастили важные гости, и не только из Москвы, но и из Новгорода, Смоленска. И начались визиты с полгода назад. Активность эмиссары проявляли во всех сферах: в финансовых делах боярских семей, в строительстве загадочных корпусов в лесах Костромы, в поиске свободных магов, химерологов и прочего контингента, способного в кратчайший срок создать некую научную базу. Но больше всего посланцы, старательно скрывая истинные цели, упорно подталкивали Варфоломея Бакринского — главу Рода — к созданию клана. Вернее, они обещали дать герб брату, если он втянется в конфронтацию с торгуевским князем Щербатовым. Что именно должны были противопоставить Щербатову костромские заговорщики, Ярослав не знал. Но однажды его пригласили на какое-то тайное совещание, где собрались вся верхушка его семьи, а также Аляповы и Лужины. Там Ярослав и услышал, какую награду обещали им за войну против Щербатовых. Аляповы сразу согласились, так как их обида за изгнание еще была слишком глубока и не пережита. Война, конечно, не должна была вестись с помощью оружия. Скорее, тайные операции, финансовый подрыв, дискредитация транзитного хаба и прочие мелкие пакости. Тактика комариного укуса иногда полезнее сильного удара.

- Конкретно про Мирославу не говорилось, — продолжал рассказывать Ярослав. — Однако брат настаивал на ликвидации молодой княжны. Многие его не понимали и отговаривали от глупости, даже я. Смерть девушки привела бы к настоящей войне… Ну, так оно и случилось.

- То есть причины для убийства Мирославы утаивались?

- Так и есть. Говорю же, многие воспротивились, но Варфоломей уперся как бык. Подозреваю, ему нашептали на ухо те самые посланцы из столицы.

- Давай-ка, вспоминай их имена.

- Точно не скажу, но парочка самых настырных постоянно появлялись в доме Варфоломея. Фамилия одного — Соболевский. Точно. Он представлял Род Измайловых.

- Соболевский точно представитель Измайловых? — я замер.

- Уверен. Ошибиться не мог, — Бакринский закашлялся. Я поднес ему полный стакан воды, который тут же стал пустым. Ярослава била жажда после магических приступов. — Через Измайловых проходили денежные потоки. Небольшие, но для нашей глуши очень значительные.

- Этот Соболевский — он вообще кто?

- Обычная сошка в механизме боярских интриг, — поморщился Ярослав. — Эмиссар по важным делам, не больше. Приехать, дать указания, подкормить денежками — вот и вся деятельность. Уверен, сам по себе он не представляет собой ничего путного. Нуль. Просто Измайловы по каким-то причинам не хотели светить свою деятельность против Щербатовых. Князь Борис, насколько я знаю, имеет хорошую репутацию при дворе Великого князя.

- Несомненно, — рассеяно проговорил я. В голове вертелись кусочки мозаики, которые медленно, но, верно, складывались в картину. — Кто второй?

- Второго я не знаю. Но точно скажу, что он представлял интересы Семьи Елизаровых. Все. Теперь все.

- Хорошо. Спасибо, Ярослав. Сейчас Целитель осмотрит тебя, потом отведут в камеру.

Пока приглашенный Целитель спешно «ремонтировал» узника, я пил водичку и размышлял об услышанном и сопоставлял с рассказом Мирославы о столичном мажоре — молодом Измайлове — откровенно набивавшемся в родственники к Щербатовым. В свете откровений Ярослава по-иному начала просматриваться ситуация со сватовством. И скажу, смешно мне уже не было. Кто дергает Измайловых за ниточку? Кто такие Елизаровы? Вернее, какую роль играют они в деле костромского заговора?

С Лужиным беседа не задалась. Крепким оказался, паршивец. Орал, как резаный, когда клинок Ясни полосовал его тело и проникал под ребра. Не впечатлился дистанционными пытками, гад. Изрыгая проклятие о скорой смерти всего ублюдочного рода Щербатовых, Лужин корчился в блевотине и крови. Не понимаю, ради каких идеалов этот человек просто не назвал мне имен эмиссаров. Я ведь не требовал чего-то иного. Но костромской заговорщик уже настроился на смерть и ждал ее, героически утаивая многие тайны, ушедшие в могилу вместе с погибшими. Ничего не добившись, я приказал отвести его в камеру. Я и так многое узнал благодаря Бакринскому.

Пора ехать к Щербатову. Князь взял с меня слово, что я вернусь во дворец и расскажу о своих впечатлениях и о том, удалось ли мне узнать нечто новое. Попрощался с комендантом, сел за руль «хорьха» и внезапная мысль озарила меня подобно вспышке молнии на чистом ночном небе. А ведь Лужин не зря пытался сожрать свой язык. Заговор был очень разветвленным, а это могло значить, что в него вовлечены те Роды, о которых мы ничего не знаем. И какой вывод? Неужели все настолько плохо для Щербатовых?

«Я, вероятно, ошибся в исходных данных, — прошептал Ясни сытым голосом. — Потенциальная Сила твоих потомков весьма высока, но не настолько, чтобы стремиться сжить со свету бедную девушку. Появились иные возможности влиять на будущее».

- И что именно? — спросил я свое отражение в зеркале. — Возможность перетянуть на свою сторону Мирославу и снизить вариативность появления сильных Одаренных?

«Именно об этом княжна и говорила. Снижение потенциала — один из вариантов. И неплохой, — Ясни что-то пробурчал еще на незнакомом мне языке. — Но ты их всех опередишь. Быстрее обзаводись наследниками. Кстати, тебе повезло, что княжна — девственница».

- Тебе-то откуда известно? Она с тобой делилась откровениями? — удивился я, сворачивая на главный проспект. До имения Щербатовых оставалось совсем немного. — И что мне дает этот замечательный факт?

«Ты что-нибудь знаешь о телегонии?»

- Что-то такое слышал. Кажется, Евгеническая Палата использует ее в подборе молодых пар друг другу. Но что-то конкретное я не скажу.

«Телегония считает, что первый мужчина, имевший связь с женщиной, оставляет свой образ духа, крови, отпечаток ауры в ее геноме, — Ясни оживился, найдя причину опять навязать мне скорые отношения с Мирославой. — Влияние первого самца, если рассуждать цинично, очень важно для потомства. Оно получает все признаки этого мужчины, даже если женщина не вышла за него замуж и детей вообще от него не имела».

- Это не факт; я даже верить не хочу, — быстро возразил я. — Не может такого быть.

«Может — не может…. Ты чужак в этом мире, и многое для тебя кажется диким. Ты до сих пор не принимаешь вещи, естественные здесь. Даже магия для твоего разума — нечто далекое и недоступное в легкости его воспроизводства Ты не верил, что чародейство здесь так же естественно, как есть и пить!»

- Погоди, — я растерянно крутанул руль, заворачивая на княжескую улицу. Проехал мимо дорожного поста, просигналил и погнал дальше. — Откуда тебе известно, что я проживаю в чужом теле?

«Мне давно об этом известно, хозяин, — хохотнул Ясни. — С тех самых пор, когда ты впервые взял меня в руки и накормил своей кровью. А потом, твое второе лицо… Лицо человека, который тебе не безразличен. Я никогда об этом факте не разговаривал с тобой. Мне нравится служить тебе, а остальное от лукавого. Многим ли предоставлялся шанс прожить вторую жизнь, да еще такую насыщенную?»

- И что там насчет телегонии? — полюбопытствовал я, подъезжая к наглухо запертым воротам княжеского дворца. Охрана встрепенулась, и один из бойцов пошел в мою сторону, чтобы проверить, не везу ли я кого под сиденьем. Угу, будущий зять до сих пор вызывает сомнения у Щербатова? Недоверчив князь, очень недоверчив!

«Заинтересовался? Я ведь сколько тебе талдычу, хозяин, о важности быть первым мужчиной у этой девушки. А ты вместо правильных выводов баламутишь вторую подружку. Помню, служил я у одного правителя, еще до Борея… Когда было тело и душа, а не эта мерзкая железная клетка в виде клинка… Правильно расставленные приоритеты дали хороший результат. Молодой царь послушался меня и настоял на своей свадьбе с одной своенравной девицей, которая его вовсе не любила. Папаша той кобылки и рад бы был согласиться стать родственником самого властителя, да дочка портила всю комбинацию. От свадьбы она отказалась, кинула подарки в лицо сватам, оскорбила царя. По всем печальным признакам с головой должны были расстаться отец дурочки и ее братья, а девчонка навечно застрять в ночном борделе. Но молодой царь оказался умнее и хитрее. Он приставил к этой девице соглядатаев, чтобы те постоянно сопровождали подопечную и не давали ей встречаться с другими юношами. День и ночь, ночь и день за ней бдительно следили, всячески срывали любовные встречи. Доходило до таких истерик, что половина города содрогалась от ее криков. Но царь был неумолим. Полгода потратил на то, чтобы упрямица поняла, в чем ее предназначение. И однажды повелитель сделал еще одно предложение, и она согласилась. Только вот свою невинность девица потеряла до свадьбы, что было своеобразной местью царя за свою глупость и упрямство".

- Я думаю, она не была расстроена этим фактом, — я рассмеялся.

"Ты прав, — довольно произнес Ясни. — Насмешки за спиной пережить можно, если надеваешь малую корону царицы".

- И какова мораль сказки? — хмыкнул я, въезжая на автомобильную стоянку дворца.

«Здесь не мораль преобладала, а здравый смысл. Девица являлась носителем мощного Дара, а ее потомки с большой вероятностью могли стать блистательными воинами, магами и правителями чужих земель. Представь теперь, если бы ее покрыл какой-нибудь прыщавый юнец? Дурное дело нехитрое. Аура будущего ребенка была бы испорчена. Я, как Рекущий, не мог упустить этот важный момент. Правитель все правильно понял. И в итоге через несколько десятков лет все окружающие царства были подчинены потомкам взбалмошной царицы».

- Сколько ты прожил, Ясни? — заглушив мотор, я заметил на крыльце Мирославу в светло-зеленом платьице. Как за такие наряды ее мамаши не прибили? Княжна до полуобморочного состояния всю охрану доведет! Тонкая ткань, подсвеченная солнцем, скорее, показывала фигуру девушки во всей красе при правильном ракурсе, чем что-то скрывала. Может, Ясни, как всегда, прав? Зачем ждать свадьбы?

Мира высматривала меня. Увидев, что я ее заметил, замахала рукой.

«Девяносто восемь лет, — с гордостью ответил Ясни. — Всех недругов пережил, десятки покушений на жизнь. Меня трижды продырявливали клинком, пять раз травили ядами, несчетное количество раз присылали идиотов зарезать во сне. Не понимали, что я мог просчитывать десятки линий будущего и выбирал самые благоприятные».

- Надеюсь, своей смертью помер? — ухмыльнулся я.

«Конечно, от простуды. Зима тогда выдалась поганой, да еще моровое поветрие прошло по царству, — крякнул с досады Ясни. — Сам знаешь, как старики переносят вирусные болезни. Не уберегся. Хотя предсказывал себе еще пять лет жизни. Но… Не жалею, прожил нормально».

Я даже задумался слегка над незамысловатым рассказом своего фантома. Даже не представлял, что у куска железа с аурой когда-то существовавшего чародея и Рекущего, могла быть яркая и насыщенная жизнь, в которой он любил, боролся, плел интриги, давал советы высшей знати…

Встретив на полпути Мирославу, я обхватил ее за талию и привлек к себе, совершенно не заморачиваясь на глазки видеокамер, направленных на нас.

- Ты такая воздушная сегодня, — оторвавшись от ее губ, сказал я. — И вкусная. Пора тебя кушать.

- Что, терпения не хватает? — мочки ушей у княжны заалели. — А ведь мог бы тогда, в Журавлихе… вкусить.

- Боюсь, и погибли бы той ночью, — я незаметно для видеокамер огладил упругие выпуклости пониже спины, и к удивлению, не получил по рукам. — Что-то случилось?

- Нет, просто захотела тебя встретить. Отец ждет. Ему уже позвонили из арсенала. Кстати, ты руки-то сильно не распускай. Люди кругом. Вольничать можно, но в допустимых пределах и наедине.

- Ладно, учту, — кивнул я. Кто бы говорил. Посмотрела бы на себя со стороны. Тут одними руками дело не ограничишь. — Пошли к князю.

- Ты хочешь есть?

- Еще не понял, — прислушавшись к себе, честно ответил я. — Вроде бы и не голоден…

- Тогда останешься на обед. Кстати, пора объявлять о помолвке. Отец настаивает, — Мира теснее прижалась ко мне. — Можно попросить дядю Кирилла, чтобы провел сватовство. Он подберет влиятельных бояр, которые к тебе очень хорошо относятся, и проведет обряд.

- Хорошо, я подумаю об этом, — мы уже поднимались по лестнице, и я торопливо чмокнул княжну в щеку. Нас встречали. Один из слуг бесстрастным голосом объявил, что князь Борис Данилович изволит меня ожидать в своем кабинете. Мира махнула рукой и попросила долго не задерживаться.

Я двинулся следом за слугой, дождался, когда он зычно проорет о моем появлении, запустит в кабинет и аккуратно закроет за спиной дверь. Щербатов махнул рукой, приглашая присаживаться куда душа пожелает. Пожелалось в кресло. Чувствую себя свободнее, когда не сижу за этими длинными массивными столами. Канцеляризмом от них прет невыносимо.

Князь, занятый своими золотыми запонками, пару минут не обращал на меня внимания. Потом удовлетворенно посмотрел на рукава, одернул рубашку. Она, видимо, была новой и еще не разношенной, доставляя какое-то неудобство.

- Рассказывай, мучитель, — беззлобно пошутил князь, усевшись в кресло напротив меня. — Пить будешь что-нибудь?

- Не за этим сюда пришел, — отбрехался я. — Есть дела поважней.

- Накопал что-то? Верный пес Охапкин мне таких страстей поведал, что я всерьез задумался, зачем разрешил тебе говорить с пленниками. Оно того стоило, хотя бы?

- Борис Данилович, у нас возникли проблемы, которые одним щелчком пальца не решить, — я сразу взял быка за рога. А чего тянуть? Кто должен защищать свою дочь помимо личного окружника? Пусть подтягивает все ресурсы, задействует связи в Москве. — Я давно подозревал, что с покушениями на Миру дело нечисто.

- Да и я подозревал, ничего удивительного, — хмыкнул Щербатов. — Очень настойчивые попытки ликвидировать дочку навели на нехорошие мысли. Кто-то сверху очень опасно играет со мной.

- Именно, княже. Я выяснил, какие люди часто появлялись в Костроме и вели переговоры с Бакринскими. Это представители Измайловых и неких Елизаровых.

- Почему неких? Елизаровы стоят близко к трону Долгоруких, — Щербатов потер переносицу, словно был чем-то утомлен с самого утра. — Из дворовых людей бояре, широко расселись в государственных учреждениях. Входят в Ближний Круг, председательствуют в Боярском Совете. Не все, конечно, а глава Рода — Матвей Александрович. Запомни.

- Что конкретно держат Елизаровы? Финансы, контроль за силовыми структурами, дорожное или городское строительство?

- Как бы тебе сказать…, - призадумался князь. — Боярин Матвей — управляющий по родственным отношениям Великого князя. Его родственники как пауки окружили стол и очень внимательно посматривают на попытки менее родовитых семей пробиться поближе к Долгоруким.

- И их терпят? — изумился я.

- Еще как. Елизаровы, если хочешь, даже Измайловых щелчком пальца заставляют сгибаться в поклонах. Странно, что ты эту семейку не знаешь.

- А зачем? — резонно спросил я. — Кто я и кто такие Елизаровы? Живу себе в удельном княжестве за тысячи километров от столицы. Не парюсь.

- С сегодняшнего дня засядешь за изучение боярских влиятельных родов, — нахмурился Щербатов. — Не дело, Колояр, игнорировать окружение Великого князя. Ты должен знать всех, кто хоть мало-мало влияет на обстановку в Кремле.

- Мирослава будет учить?

- Нет, другой человек. Очень умный и грамотный. Все разжует и растолкует. Но, ладно… Я удивлен, что ты на Елизаровых вышел. Что интересного узнал?

- Я знаю конкретную причину, почему вашу дочь хотят извести, — я внимательно смотрю на Щербатова. Хоть бы дрогнул один мускул. Вообще бесстрастен, как древний курган, если курганы умеют изображать какие-то эмоции. — Дело в ее потомках…

- Не понимаю тебя, — ожил Щербатов. В его глазах мелькнули эмоции удивления и растерянности. — Поясни.

- Долгорукие — очень старая династия, всеми силами стремящаяся удержать власть под своей дланью. И поэтому каждый из Великих князей держит возле себя штат говорунов, которых мы знаем как Рекущих, — я осторожно подбирал слова, чтобы не оскорбить Щербатова, имевшего хорошие отношения с высшим кланом. — Так случилось, что одному из этих Рекущих привиделось, как в будущем Долгоруких убирают от Великого стола. Практически отстраняют от власти. И катализатором событий явились потомки из семьи Щербатовых. А точнее — дети или внуки Мирославы Щербатовой. Вашей дочери, Борис Данилович.

Я замолчал, давая возможность князю переварить услышанное. Так… Пока молчит, ошарашенно оттягивая воротничок рубашки.

- Вы же верите Рекущим? Или можно не рассказывать, сославшись на бредовость этой информации?

- Продолжай, — откашлялся князь.

- Я могу вас очень рассердить, но мои выводы однозначны: кто-то из Долгоруких озаботился проблемой и назначил людей, которые должны были решить эту проблему быстро и таким образом, чтобы максимально запутать следы. Поэтому возник вариант с костромскими дворянами, неровно дышащим как в сторону Паниных, так и в сторону Щербатовых.

- Панины здесь каким боком?

- Чтобы еще больше внести сумятицу, — растолковал я. — Смотрите, как получилось здорово, когда я сделал неверные выводы по первому покушению. Если бы не Апраксин со своей жизненной мудростью — дрались бы вы сейчас с ярославскими ребятами до кровавых соплей. А Мирославу под шумок все равно бы убрали. Но мы неожиданно вышли на Кострому. И тогда московские эмиссары провернули ход с тотальным уничтожением всех причастных к заговору. Как они это сделали? А через князя Апраксина. Ненавязчиво и грамотно. То есть враг был указан, и его следовало снести с игровой доски.

Щербатов начал постукивать пальцами по подлокотникам кресла. Правда, свои выводы предпочел пока не оглашать. Он ждал от меня продолжения рассказа.

- В Костроме часто появлялся некий Соболевский, представитель Измайловых. Не знаю его степень причастности к последующим событиям, но Бакринский вспомнил именно о нем. Потом — Елизаровы. Те вообще не таились, поэтому след глубокий оставили.

- Да, про них упоминали, — кивнул Щербатов. — А вот про Соболевского — интересно. Значит, моя Мирка оказалась по воле богов опасным носителем будущего передела власти? Неожиданно, Колояр. Рекущие, вообще-то, сами по себе никогда не будут врать. Их Дар — выбирать из многочисленных путей самый оптимальный. И крушение династии Долгоруких оказалось самым неблагоприятным для Руси. Поэтому пошло волнение, тщательно скрываемое от меня.

- Правильно. Легче ведь избавиться от одного конкретного человека, чем резать весь корень. А ваша семья очень лояльна Долгоруким. Кстати, я тут подумал: а смерть вашего младшего брата — не из той ли цепочки?

- Брат погиб в автокатастрофе, — помрачнел Щербатов.

- Одаренный с искрой предчувствовать опасность при запредельных скоростях? Кто-то перекрыл ему эту возможность, отключил магические артефакты, подстроил аварию, — предложил я пришедшие на ум варианты. — А ведь Мирослава очень похожа на своего дядю. Я смотрел фотографии. Сходство очень удивительное. Поэтому и возникла паника у Рекущих, когда на горизонте замаячила перспектива смены династии.

- Дети Мирославы могут быть от кого угодно, — возразил Щербатов. — Выдай я ее замуж за обыкновенного водовоза — они тоже станут потенциальной угрозой?

- А вот и нет, — улыбнулся я. — Не показалось ли странным, что упертый, сам себе на уме властитель города Торгуев вдруг поддался советам Евгенической Комиссии и резко надумал выдать замуж Мирославу за магически выхолощенного Первородного? Удивительно, как сразу изменилась ситуация!

- Ты хочешь меня убедить, что таким образом дочку «выключают» из опасного грядущего?

- Вот именно. Если бы она вышла замуж за какого-нибудь немецкого графа или барона — рано или поздно возникнут коллизии. Значит, девушка должна родить детей с мелким, незначительным Даром. Волоцкий — отличный вариант. Сам Первородный, но без магической мощи. А в будущем можно будет подкорректировать развитие событий. Рекущие смогут подсказать.

- Долгорукие…, - пробормотал Щербатов, сузив глаза как дикий кот перед прыжком.

В дверь постучали. Потом еще раз.

- Что там? — рявкнул князь.

В кабинет просунулась испуганная физиономия слуги.

- Вас просят к столу, хозяин!

- Через пять минут будем! Скройся с глаз моих!

Выплеснув раздражение, Борис Данилович резко поднялся с кресла и стал методично мерить шагами кабинет. Прошелся от стены до стены, потом как маятник повторил в обратном направлении.

- А почему Рекущие не видят тебя в качестве угрозы? — остановился князь на полпути. — Значит, развитие ситуации взято под контроль? И ваши дети избегут соблазна сменить династическую фамилию?

- Здесь моих знаний не хватает, — вовремя притормозил я. А вдруг князь будет только рад, что я с Мирославой и Аликой не наплодим компрадоров или сепаратистов? Пока нужно молчать. Пусть Щербатов сам определится, куда толкнуть опасный груз. Может такое случиться, что он захочет видеть внуков или правнуков на великокняжеском столе? Ой, все возможно…

- Очень хорошо, что ты извлек такую ценную информацию, — Борис Данилович цепко и как-то по-новому, оценивающе поглядел на меня. — Надо подключить аналитиков. Пусть оценят риски. Но! Свадьба все равно состоится! Плевать я хотел на Рекущих! А те, кто приложил руку к попыткам убить Миру — пожалеют. Я найду способ выдернуть им сердца! Пошли, Колояр, к столу. Нас и так уже заждались!

Глава 15

Глава пятнадцатая

Жарох поставил на стол большую деревянную миску с дымящейся картошкой и кивнул с намеком, чтобы я не сидел просто так, а разливал водку по рюмкам из запотевшей бутылки, извлеченной из холодильника несколько минут назад.

- А теперь можно и поговорить, — потер ладони старик, присаживаясь напротив меня. Поднял рюмку, сдвинул с моей. Мы выпили. — Ох, хороша!

- А где хозяйка? — поинтересовался я. — Гляжу, сам неплохо управляешься.

- Да к сестре ее отправил, пусть проведает, — махнул рукой бывший наставник. — Уже неделю как за домом присматриваю. А ты рассказывай, как все прошло. Мне интересно. В самом деле князя Морозова упросил за свата быть?

- Так и есть, — засмеялся я. — Ты бы видел лицо Щербатова, когда мы в такой замечательной компании завалились в его дворец. Он, кажется, не ожидал, что я подтяну тяжелую артиллерию. А ведь я с намеком Морозова заслал сватом. Память освежит.

- Получается, Морозов… Наш комендант Мрак… а кто еще?

- Может, знаешь старика Решетникова? Старейшину Рода. Он пчел разводит.

- А, Серафим? Наслышан о нем. Я же в Торгуеве первую половину жизни прожил, прежде чем ветер странствий меня по земле кидать не начал, — Жарох подцепил вилкой сало с розоватой прожилкой, закинул себе в рот. — Ты кушай, сынок, кушай. Капустка своя, сальце, огурчики, это… как его? Лечо какое-то старуха наделала. Пробуй. Все свое. Больше такого, может, и не увидишь, когда барином станешь. Деликатесами питаться начнешь. Хе-хе! Серафим согласился?

- Забил копытом как рысак. Ну, собрал я сватов и нагрянул к Щербатову. Как полагается, с подарками. Княгиням не забыл роскошные букеты, а в кармане — кольцо для Миры. Не свадебное, а подарочное, с опалом. Специально у мага метку ставил. Мы же в Москву уезжаем, где не только овечки пасутся. Там волков хватает. Вот и страхуюсь. Мало ли что произойдет. А по маячку смогу выяснить. У меня второе кольцо идентичное, они завязаны друг на друга.

Я показал сидящее на левой руке золотое массивное кольцо с темным опалом. Камень едва светился ровным светом

- Хм, на сколько километров берет? — Жарох внимательно посмотрел на кольцо. — Я так понимаю, твоя девушка сейчас в пределах досягаемости?

- Да. Если начнет пульсировать, значит, связь прерывается. Если произойдет что-то хреновое — рассыплется.

- А княжна об этой хитрости догадалась?

- Я ей рассказал, — пожимаю плечами и разливаю водку. — Зачем мне от нее скрывать очевидное? Нормально восприняла. Кстати, она и за мной так может следить.

- Рискуешь, парень! — осклабился старик. — А вдруг по любовницам захочешь пойти? Сам себя подставишь.

- Если захочу — смогу нейтрализовать сигнал своего камня. Знаю — как. А с другой стороны: какие любовницы? Ты бы видел Миру! С такой девушкой никто не нужен. Плюсом к этому еще и Алика. Думаешь, мне сил хватит на развлечения вне дома? Ха!

- Молодец, не унываешь, — Жарох подмигнул мне, предлагая выпить. Крякнул. — Рассказывай, что дальше было.

- Бравая компания ошеломила князя Бориса. Морозов-то не дурак, сразу начал меня с самой лучшей стороны расписывать, а потом давить, дескать, надо бы невесту посмотреть. Негоже товар в коробке предлагать. А то и промахнуться можно. В общем, Мирослава ему понравилась. Мрак тоже благосклонно воспринял. Ну, Решетников-то давно Миру знает, он больше Щербатова на подарки раскручивал. В общем, торговля пошла жаркая. Княгини даже не выдержали, из-за стола сбежали, когда мужики изрядно под хмельком оказались. Но потом вернулись. Как-никак насчет приданого речь пошла.

Я усмехнулся. Торговались и в самом деле отчаянно. Старик Решетников почему-то резко встал на мою сторону и начал подзуживать князя Бориса. В итоге в приданое Мирославе отошел особняк на Волжском Плесе (подозреваю, Щербатову этот подарок ничего не стоил. Далековато от Торгуева, хотя и в красивом месте стоит, да и будем ли мы там жить — вот вопрос), пять процентов акций транзитно-логистического центра «Жигули» (а вот это уже солидно) и развлекательно-торговый комплекс на окраине города. В общем, Мирослава стала богатой невестой. Такое приданое позволяло ей бесстрашно смотреть в будущее. Неплохой приток капиталов.

- А что же ты решил преподнести? — хитро посмотрел на меня Жарох. — Насколько я знаю, у Волоцких мало что осталось рентабельного.

- Ну, накопления кое-какие есть, и сейчас стали приносить дивиденды, — успокоил я старика. — Оказывается, в Саратове есть мукомольная фабрика и мебельный завод. Дед Тримир в свое время позаботился о своих капиталах. Сейчас предприятия выходят на прежний уровень. Мне же пришлось через поверенного выяснять, кто управляет ими. Вопрос решен. Наследство как нельзя вовремя. А Щербатовы получили мою часть Курганных Земель.

- Не понял, — замер Жарох. — Ты отдал свой сектор Курганных Земель?

- Так и есть, — кивнул я спокойно. — Вот так взял и отдал. Документы были при мне. Просто переписаны на имя князя Щербатова.

- А как же аренда Демидовых?

- Закончится — перейдет в полное владение князю, — пожал я плечами. — Что здесь непонятного? Если Демидов этот пункт по аренде упустил — его проблема. А Щербатов сейчас начнет доить уральского князя.

Жарох захохотал, закинув голову. Обтянутый старческой кожей кадык заходил вверх-вниз. Отсмеявшись, наставник схватил бутылку и наполнил водкой рюмки.

- Ну ты и лис, Колояр! Столкнул лбами влиятельных аристо, избавился от тяжелого актива, увернулся от дальнейших контактов с Демидовым… А что Щербатов?

- Мне кажется, он прекрасно понял, какую свинью я ему подложил. Но ведь не будешь же отказываться, правда? Курганные Земли сами по себе солидный куш. Рано или поздно, как того потребует время, Торгуев будет разрастаться, и свободные земли можно отдать под строительство фешенебельных кварталов или деловых центров. Это очень хороший подарок. Хоть и на костях.

- Согласен, в перспективе — очень хороший, — отсмеявшись, сказал Жарох. — Но каково ему сейчас начинать переговоры с Демидовым? Скажи честно, сынок: когда ты подписывал договор с князем Юрием, ты сознательно не упомянул момент передачи своих земель в качестве подарка?

- Адвокат проморгал, я думаю, — глубокомысленно изрек я, хрустя огурчиком. — В тот момент Демидов от радости копытом забил, поторопил своих помощников принять договор какой он есть. Он же на полном серьезе предполагал, что я ни за что не расстанусь со своим активом. Как же, курганы, артефакты!

- А на самом деле?

- Скажу так, учитель, — я пристально поглядел на Жароха, — ничего стоящего там уже нет. Дед в свое время обратил найденные сокровища в солидные активы. Что мне и помогает держаться до сих пор. Может быть Косарев и найдет что-то интересное и жутко древнее, но я не собираюсь держаться за могилы. У меня теперь другие задачи.

- Интересно…

- Уезжаю я, учитель. Вместе с Мирой после свадьбы едем в Москву, а оттуда — в Испанию. Будем там жить некоторое время, работать на клан Щербатовых.

Жарох на некоторое время замолчал, машинально цепляя волокна капусты отправляя их в рот.

- Зная тебя, чувствую какую-то хитрость с твоей стороны, — хмыкнул старик. — Как твоя кровная месть? Отступаешь или перегруппируешься?

- Скорее, второе. Надо осмыслить ситуацию. Хочу найти недостающий комплект магического оружия, — я не стал скрывать от Жароха самую главную причину, по которой решил отказаться от наказания своих кровников. Старик не предаст меня.

- Хм, понятно. Помощь нужна будет? Конечно, в Москве я не имею такого большого влияния, как здесь, но кое-чем подсобить в силах.

- Серьезно? — обрадовался я. — Чем больше я тебя узнаю, тем страшнее становится от мысли: кто ты такой? Добрый волшебник или злой демон?

- Посередке, — улыбнулся Жарох. — Считай так, и не ошибешься, и не разочаруешься. Я дам тебе пару адресочков, заглянешь при случае. Ну, если совсем приспичит. Если есть возможность самому справиться — контакты не свети.

- Жарох, а ты не из княжеского рода? — с подозрением посмотрел я на учителя. Давно у меня такие мысли бродили в голове, но казались мне слишком бредовыми, чтобы принимать их как действенные.

- Не старайся заглядывать в неизвестные глубины, сынок, — ласково улыбнулся старик. — Когда-нибудь ты узнаешь обо мне все. Сейчас — еще не время.

Он встал, ушел в соседнюю комнату, пробыл там несколько минут и вышел с небольшим листком из школьной тетрадки, свернутым в несколько раз. Подал его мне.

- Знаешь, что с ним делать?

- Заучить намертво и сжечь, — кивнул я. — Домой поеду — по дороге выучу.

- Память молодая — должна помочь, — согласился со мной Жарох. — Ладно, давай еще по одной хлопнем, да на боковую. Время позднее. Блокировать-то свой маячок не будешь?

- Зачем? Я и так сказал Мире, что на сутки из города уеду по своим делам. Она девушка хоть и экспансивная, но лишних вопросов не задавала. Надо — значит, надо.

- Мисяй своих псов не поставил на след?

- Нет, проворонили. Я успел раньше выскочить за пределы Торгуева.

- Ну и ладно. Надо же… Испания. А с Аликой вопрос как решать будешь?

- Она сейчас у княжны Елены живет. Там охрана, чужаков не пустят. Единственная головная боль — ее отец. Демидов может через него шантажировать девушкой.

- В свете последних событий — так и будет, — кивнул старик, передвигаясь по кухне. — Сильно ты его разозлил. А как узнает, что ты и с арендой земель ему свинью подкинул — совсем взбеленится. Твоя женитьба на Щербатовой вовремя купирует проблему. С торгуевским князем Демидов не захочет идти в открытую конфронтацию. Только не поддавайся на давление. Главное, с тобой человек, которого ты любишь. А ее отец — он же все-таки мужчина, должен осознавать степень своих рисков. Или он один пойдет под топор, или вместе с дочерью и тобой. Что выберет, думаешь?

- Ответ очевидный должен быть, но… хотелось бы помочь.

Жарох покряхтел, словно его не порадовали мои колебания, потом поднялся из-за стола.

- Пошли спать. Я тебе постелил в зале на диванчике. Когда вставать будешь? Я хоть чайник поставлю.

- Да в шесть и встану. Чего тянуть.

Жарох меня каждый раз поражает. Сидя за рулем «хорьха» и глядя на стелющуюся под колесами черную ленту дороги, я размышлял об этом человеке до головной боли. За всю свою долгую жизнь наставник вполне мог обзавестись обширными связями, но в каком качестве? Я знал, что он был не обычным бойцом-егерем, а дослужился до офицерского звания в великокняжеской гвардии, после чего его карьера неожиданно сменила курс. Жарох надолго застрял на северных границах по каким-то неведомым мне причинам, и дальнейшая его карьера окутана непроницаемым туманом. Именно в этот период наставник познакомился с Мраком, потом пришел в кадетскую школу будучи отправленным в отставку по тяжелому ранению, отработал там преподавателем десять лет и снова исчез, но уже до моего появления.

И где же был Жарох те годы перед школой? Чем занимался? С какими людьми контактировал, общался? Именно тогда нужно искать ответы, почему он с такой легкостью предлагает мне помощь. Здесь, в Торгуеве, в Нижнем Новгороде, теперь в Москве. Непростой он человек, очень непростой. Но возраст его беспокоит. Успеет ли открыться мне? Или заберет все тайны с собой в могилу? Сколько же сейчас Жароху лет? За семьдесят точно.

Впрочем, беспокоиться нужно нам, а не ему. Свадьба уже через неделю, а там и в Москву собираться надо. В самое осиное гнездо, откуда шли все направляющие указания, как поступить с Мирославой.

Бросил взгляд в зеркало заднего обзора. Что-то долго за мной «астра» темно-вишневого цвета держится. Уже с десяток ответвлений проскочили, а она как привязанная невидимой ниткой. Начал припоминать, когда эта машина появилась. Из деревни, где жил Жарох, я выезжал еще в предрассветных сумерках. Уже ведь не лето, день на убыль пошел и солнышко поздно встает. Так, на трассу я выехал в полном одиночестве, проехал Никольскую Пустошь, потом Осиновку… Да, после нее в мой кильватерный след встала «астра». Может, и в самом деле тоже в Торгуев едет? Или зря паранойей страдаю?

На всякий случай внимание нужно усилить. До города еще восемьдесят километров. Есть отворот на дальнюю паромную переправу неподалеку от Сызрани. Если «астра» так и продолжит за мной катиться — буду готовиться к пакости. Врагов я себе здесь наплодил достаточно. Например, костромская диверсионная группа, оставшаяся незамеченной и залегшая на дно (я не уверен, просто предполагаю); потом уральцы во главе с Пахомом. Вот сотник как раз и может продолжить за мной охотиться. Ему артефакт нужен кровь из носу. Ну и Мисяй… Этому человеку очень не нравится мое сближение с княжеской семьей. Он боится прошлого, боится решений Щербатова. Новые люди появляются вокруг него, и один из них — кровник.

Я еще раз поглядел назад. «Астра» никуда не исчезла. Держится в пределах видимости. Задача только проследить? Значит, впереди могут устроить засаду. Хм, бесполезное дело. Я просто сумею быстро поставить защиту и раскатать «скипетром войны» любое количество вооруженных людей. Если о моих способностях знают, то постараются задействовать мага. А кто может пользоваться такими ресурсами? Только Мисяй в сговоре с Невзором.

Когда по указателям до Торгуева оставалось чуть больше семидесяти километров, дорога сузилась до однополосной колеи. В этом месте сейчас шли дорожные работы. Меняли полотно, и весь небольшой поток машин направляли по правой полосе, по которой ехал и я. Пришлось прижаться к обочине, чтобы большегрузные фуры не спихнули меня вниз на заболоченную луговину.

Миновав ремонтный участок, я разогнал «хорьх» и стал внимательно следить за «астрой». Движок у этого автомобиля весьма неплохой, не хуже, чем у моей машины. Попытка уйти на скорости не принесет успеха. Все равно догонит. Вот и посмотрим, что означает такая привязанность. Точно, «астра» полетела быстрее. Интересно, впереди будет засада? До Торгуева остается совсем немного, нужно вспомнить, в каком месте удобно меня поджидать?

Беру телефон, выискиваю номер Мирославы и звоню.

- Привет, дорогая, — услышав голос княжны, говорю я. — Ты где сейчас?

- Дома, — ответила девушка. — О! Камешек засветился ровно и стабильно. Подъезжаешь?

- Угу, верст сорок осталось, — шучу и не забываю смотреть назад. — Мне нужно знать, где Мисяй и Невзор? На своем месте или их нет в городе?

- У тебя опять проблемы? — вздохнула Мирослава. — Я сейчас с портными вожусь, платье примеряю… Ладно, ладно. Узнаю у отца. Сам понимаешь, что такие вопросы всегда вызывают подозрение. Особенно, если я начну их задавать. Тебе срочно?

- Желательно очень быстро.

- М-мм… Хорошо, я тебе перезвоню.

Отключаюсь и тут же звоню Зотову. Игнат откликается сразу. Голос беспечный, словно никакие проблемы не волнуют мага.

- Здорово, Игнат. Не отвлекаю?

- Здорово, боярин. Никаких проблем. Только-только на работу прибыл. Ты где потерялся? Пора бы сдать экзамены по той книжке. Хочу понять, до каких высот поднялся.

- Чуть попозже. Мне нужна от тебя информация.

- Какая? — сразу стал деловитым архат.

- Местонахождение Невзора, и по возможности — Мисяя. А еще, желательно, походить по коридорам УКБ и посмотреть, кого из магов нет на рабочем месте. Это не так трудно, да?

- Что-то ты мутишь, Колояр. В какую историю влип?

- Пока не влип, — поморщился я. — Ездил в гости. Сейчас на пути в Торгуев прицепил к себе странную тачку. Не хочет никуда сворачивать, так и прет за мной. Подумал о нашем разговоре в Ярославле, стал сопоставлять…

- Ты подозреваешь…

- Не по телефону, Игнат. Просто выясни и позвони. Побыстрее.

- Понял. Пошел по кабинетам. Свяжусь сам. Щербатова предупредил?

- Нет, конечно. Я еще сам толком не испугался, зачем панику поднимать?

Действительно, зачем себя накручивать? Сколько уже довелось покушений пережить? Неужели кривая возможностей продолжит ползти вверх или все закончилось с гибелью Рахдая? Нет, Пахом не пойдет на ликвидацию. А вот два дружка — Мисяй и архат Невзор — могут вполне скоординировать свои действия и убрать меня, пока я не вошел в Семью. Свадьба на носу, паника возрастает. И ведь вполне могли отследить.

Так, судя по пролетевшей мимо меня заправки скоро начнется десятикилометровый участок дороги, к которому примыкает густая лесополоса. Один из участков проходит через холмистый район с мостком через небольшую речушку. Опять эти мосты. Неужели там устроят встречу?

Заверещал телефон. Хватаю, мельком гляжу на экран. Фото Миры. Ага, что скажет?

- Яр, выяснила у папки, кто где находится. Расклад такой: Невзор сегодня утром заезжал к нам, долго разговаривал с отцом, потом уехал в УКБ. Мисяй со вчерашнего вечера испарился. Ему поручено было какое-то мероприятие в районе. В общем, его в городе нет.

- Понял, спасибо, — я задумался. Информация стоящая.

- Отец спрашивает, зачем я интересуюсь. Очень удивился просьбе. Потом догадался, что ты в этом завязан. Что случилось? У тебя какие-то проблемы?

- За мной, вероятно, следят. Я говорю: вероятно, поэтому не стоит сейчас бежать сломя голову к отцу. Сам ничего не понимаю. Может, это наемники Бакринских, может — еще кто зуб на меня заимел…

- Какой зуб, яр? Ты где? Я сейчас шум подниму. Не хватало мне стоящего мужика потерять накануне свадьбы. Надевай свою броню и гляди в оба!

Княжна отключилась. Вот же коза! Без лишних рефлексий решила, как надо действовать. Хорошо, предупредил. Теперь жду сигнала от Зотова.

Игнат не заставил себя ждать. Я его выслушал, поблагодарил и отключился. Глянул в зеркало. «Астра» до сих пор маячит между двумя грузовыми фурами. Спрятались ребятки, думают, что я не буду обращать на них внимание.

По словам Зотова Невзор находится сейчас в УКБ. Правда, ведет себя довольно нервно, все время посматривает на часы и как будто чего-то ждет. Игнат тихонечко прошелся по магическому отделу и выяснил, что со вчерашнего вечера в какую-то командировку уехали двое парней. Маги среднего ранга. Причем, уехали вместе с людьми Мисяя. Куда-то за город. Якобы появился след наемников из Костромы. Ага, теперь модно прикрываться врагом, который разослал по всему уделу своих убийц.

Так что получается? Меня отследили, воспользовавшись служебным положением? Мисяй тут же сообразил, как от меня избавиться, подстроив несчастный случай на дороге. Тогда он спятил. Грохнуть человека, обладающего эффективной защитной магической броней, использовав при этом людей князя — безумие. Я, как минимум, поубиваю половину нападавших, если не всех. Как Мисяй будет отвечать за них? Самоубийца чертов. Сам в петлю лезет, да еще невиновных ребят втягивает. Вот же черт, как поступить-то?

Дорога тем временем едва заметно полезла вверх, на те самые холмы, после которых будет мост. «Хорьх» бодренько рыкнул и словно заспешил, желая доставить своего хозяина к месту назначения. «Астра» вынырнула из-за фургона, обогнала его и стала быстро приближаться. Ну, вот. Кульминация долгого совместного путешествия. Что предпримут ребятки? Какова их роль?

Пожимаю плечами. Действительно, нужно броню нацепить. Бравировать своей неуязвимостью на самом деле глупо, когда за тобой идет охота. Причем, сам охотник неизвестен.

Взобравшись на самую высокую точку холма, я остановил машину и выйдя наружу, сделал вид, что меня приспичило по-маленькому. Не хотел в салоне экспериментировать с броней. Рванул в сторону леска, спрятался за деревьями и дал команду симулякру на трансформу. Потом клинок и перстни, взаимодействуя друг с другом, облекли меня в броневую защиту. Все это сопровождалось выбросом мощной магической и тепловой энергии, отчего сверху посыпались листья с веток. Воздух всколыхнулся и затих в глубине рощи. Оглянувшись по сторонам, убедился, что меня в момент превращения никто не видел.

А где преследователи?

«Астра» пролетела мимо, даже не удосужившись остановиться. Когда я вышел к машине, она уже мигала габаритами далеко от меня. Я проводил странного попутчика взглядом и задумался. Все? Можно спокойно ехать дальше и не бояться, что тебя на дороге ждет сюрприз? Пожимаю плечами, сажусь за руль, и, прежде чем выехать с обочины на трассу, пропускаю гудящую от натуги фуру, сразу трогаюсь за ней, соблюдая интервал. Зудящее чувство опасности начинается где-то в районе копчика и распространяется по позвоночнику. Значит, не зря я беспокоился.

Дорога делает плавный поворот и вклинивается между покатыми холмами, заросшими еще густой зеленью. «Астра» уже проскочила мост и неспешно удаляется в направлении города. Перевожу дух. Так и параноиком стать недолго.

Мост через речушку просматривается хорошо. Мне он не нравится тем, что перила низкие, на вид хлипкие, места для маневра мало. Вдоль реки — заросли ивняка, густо облепившие береговую линию. Плохо, что не видно ни одной машины. Обычно здесь останавливаются, чтобы перекусить по дороге, посидеть возле прохладной водицы, а кто-то искупнуться любит. Я даже отсюда вижу накатанные съезды к реке на другом берегу.

Делать нечего — стискиваю зубы и нажимаю на газ. Постараюсь прорваться через засаду, если она там есть. С другой стороны, место не совсем удобное. Настил поднят высоко, из ивняка особо не постреляешь.

Опять этот чертов мост! Проблемы возникают, когда в моей судьбе появляется какой-нибудь мост через речку! И Ясни молчит. Хоть бы намекнул, если не хочет вмешиваться в мою судьбу. А, ладно. Броня слабо засветилась, создавая вокруг меня ощущение надежной защиты.

«Хорьх» возбужденно зарычал и с небольшой пробуксовкой рванул вперед. Дорога пошла на понижение, и я прилично разогнался, обогнав фуру. Если что — свидетели будут. Под колесами застучали ребра настила.

Меня восхитила наглость неизвестных врагов. Они не стали обстреливать мою машину из автоматов или применять магический удар небывалой силы. Просто в один момент, когда я был на середине моста, из кювета выросла фигура с тубусом на плече. Резко выворачиваю руль, чтобы избежать прямого попадания снаряда. Моя защитная сфера реагирует на повышение магического фона. Черт, граната все-таки напичкана магией! Она влетает в салон. Гигантская тяжелая лапа бьет меня в спину. Перед глазами мелькнули прутья ограждения — и окутанный тягучим дымом с проблесками огня «хорьх» летит вниз. Удар, лобовое стекло окончательно разлетается вдребезги, машина встает на капот и медленно переваливается на крышу.

Без сомнения, броня спасла меня от смертельного взрыва в салоне, но выбраться из перевернутой машины оказалось затруднительно. Водный поток стремительно стал заполнять безвозвратно покалеченный «хорьх». Повиснув на ремнях безопасности вниз головой, неприятно ощущать себя крысой, загнанной в угол. Захлебнусь к чертям. Быстро формирую воздушную подушку, чтобы она выдавила воду из кокона, защищающего меня, и свободно вздыхаю. Смерть от воды теперь не грозит. Но как освободиться от ремней? Применять магию Воды, чтобы сформировать ледяной клинок, нельзя. Превращусь в ледышку. Здесь же однородная Стихия, и как она отреагирует на такой эксперимент — не знаю. Огонь тоже не поможет. В коконе вообще опасно магичить. Тянусь к бардачку, в котором лежит перочинный ножик. Что-то гулко бьет в корпус «хорьха». Потом еще несколько дробных ударов. Броня принимает на себя сверлящие бурунчики воды. Да по мне стреляют! И причем, магическими пулями. Вот же суки! Это точно Мисяй, точнее, его люди.

Мой бронекостюм реагирует так, как и должно: он каждый раз вспыхивает при попадании пули в сферу, подсвечивая воду изумрудно-красными всполохами.

А я все-таки умудрился вытащить ножик и перерезал ремень. Вздохнул свободно и огляделся. Подождать в машине? Нападавшим надо торопиться. Позади меня шли фуры, которые на узком участке сдерживали поток легковых автомобилей. Сейчас здесь станет людно и шумно.

Кажется, перестали стрелять. Пробую выползти через лобовое отверстие, но понимаю, что не смогу. От удара «хорьх» деформировался настолько, что превратился в ловушку для меня. Сколько мне удастся просидеть под водой? Час? Десять часов?

«Сколько угодно, пока хватит энергии брони, — возник в мозгу голос Ясни. — Тебе нельзя сейчас использовать ни одно плетение. Оно просто раздавит тебя в коконе. Сиди, жди, пока люди не помогут».

- Ага, потом будут удивляться, как мне удалось выжить в воде? — пробурчал я, расслабляясь. Ясни не будет просто так советы давать. Таким образом дам знать нападавшим, что со мной покончено. Больше пяти минут как лягушка в воде сижу. Если не больше. — Ну ты и гад, помощник! Почему не предупредил?

«Не видел необходимости, — голос фантома звучит глухо. — Этот случай не отразится на твоем грядущем пути. Он еще поможет тебе».

Что-то заскрежетало по металлу, слух уловил какие-то крики, заглушенные водой. Ну, здесь не так глубоко, я думаю. Водный поток не захлестывает салон до самого потолка, можно теперь использовать обычную воздушную подушку.

«Хорьх» дернулся, заскрипел по галечному дну. Ого, да меня вытаскивают! Ну, явно не наемник с гранатометом! Сворачиваю броню и готовлюсь к встрече со своими спасителями. Вода постепенно схлынула из салона. Вижу на дороге перед мостиком с двух сторон вереницу машин. Грузовики, легковушки… Меня вытягивал мощный внедорожник «буран». Он умудрился съехать с трассы по крутой отсыпке. Да что ему сделается? Это же вездеход!

В салон, наклонившись, заглядывает какой-то бородатый мужик в клетчатой темно-красной рубахе. Выпучив глаза, он несколько секунд смотрит на меня и потом орет заполошно:

- Живой! Эй, братцы, живой водила! Тащи сюда домкраты, иначе не вытянем из кабины!

Что они там собираются делать с домкратами? Тут до меня дошло, что можно таким образом хоть на немного выправить оконные проемы. Тогда я вылезу спокойно. Иначе только резаками тачку вскрывать.

- Ты сам в порядке? — бородатый снова попытался просунуть свою голову в кабину.

- Да нормально, — отплевываясь, ответил я. — Даже кости не переломал.

- Ну, везунчик! — выдохнул мужик и отскочил в сторону, начал раздавать какие-то указания. Шустрый, однако. Но все, кто участвует в спасении, его слушаются. С трудом верится, что домкраты помогут. Кузов «хорьха» довольно прочный, что мне частично помогло не быть раздавленным в собственной машине.

Но через полчаса меня выдернули наружу. Здесь уже суетилась бригада медиков с Целителем, а две патрульные машины, приписанные к торгуевской Дорожной Службе, блестя сигнальными огоньками, встали возле моста. Парни в форме сноровисто растолкали пробку, оставив только тех, кто непосредственно сразу прибыл к месту аварии.

Целитель заставил меня раздеться до трусов и тщательно осмотрел тело на предмет переломов. Он уже давно заметил на моих пальцах перстни, но не подал виду. Магическое излучение от них шло неслабое.

- Использовали какое-то заклинание? — тихо спросил Целитель, водя теплыми ладонями вдоль моего тела, особенно тщательно прощупав ребра.

- Да, удалось быстро среагировать, — согласился я, разглядывая разбитый парапет моста и вывороченное ограждение. Метров пять летел. Ну, еще повезло.

- Вы же Волоцкий? Узнал вас, — маг-целитель, наконец, прекратил бессмысленное обследование, поняв, что я в полном порядке. — Может, мы довезем вас до дома? Лучше будет, если вы будете под нашим присмотром.

- Спасибо, не стоит, — поблагодарил я, напяливая на себя едва высохшие штаны. Рубаха пусть еще повисит на ветках. Как раз ветерок небольшой. — Не хочу занимать место в «санитарке». Вдруг для других срочно понадобится.

- Хорошо, тогда возьмите это, — Целитель протянул мне светло-желтый овальный камешек. — Индикатор состояния. Если вдруг почувствуете себя плохо, он переменит цвет. Зеленый — терпимо, красный — лучше побеспокоиться, а почернеет — срочно свяжитесь с нами, разбив амулет. Сигнал сработает, уйдет в диспетчерскую. Вы же на патрульной машине в Торгуев вернетесь?

- Думаю, что с ними и поеду, — кивнул я. — Спасибо.

- За что? — засмеялся Целитель. — Лучше поблагодарите свою магию, что не дала вам оказаться в худшем состоянии. До свидания, господин Волоцкий, берегите себя.

Только попрощался с врачом — ко мне подошел патрульный с нашивками старшины. Козырнул, представился. Оказалось, ребята приписаны к местному сельскому отделению, находящемуся под управлением Торгуева. Про мою аварию уже доложили в УКБ.

- Вы не сказали, в каком я состоянии? — спросил я старшину.

- Нет. Только факт аварии. Попросили срочно разобраться, что произошло с водителем, — ответил молодой патрульный, щеголявший с рыжеватыми усами. Из-под кепи выбивалась прядь волос такого же цвета.

- Пока ничего не говори, старшина, — я огляделся по сторонам. — Подозреваю, что на меня устроили покушение. Обрати внимание на бок тачки. Разворотили из ручного гранатомета. Влепили прямо в упор вон с того места, — провел невидимую линию от себя и до края моста. Ткнул пальцем.

- Охренеть, — сбил кепи на затылок, пробормотал старшина и обошел кругом покалеченную машину. Развороченный бок с оплавленными и торчащими в разные стороны кусками металла указывал, что я нисколько не вру. — Покушение на убийство?

- Угу, в особо извращенной форме, — я хмыкнул и подошел к раките, на которой висела рубашка. Просохла. Можно одеваться.

- Как же вам удалось выжить? — старшина яростно замахал кому-то рукой. Вниз по насыпи сбежал еще один патрульный, придерживая на ходу кепи. — А я сначала наорал на водил, которые на фурах ехали. Они говорили, что видели вспышку, как от взрыва. За пьяные бредни принял.

- Глазастые ребята. Я же немного маг, — ответил я. — Вовремя поставил защиту и увернуться успел. Граната взорвалась за спиной. А машина пробила ограждение и улетела вниз. Потом еще стреляли для надежности.

- Н-да, повезло. Костя, давай-ка сделай снимки машины со всех ракурсов. Мост не забудь сфотографировать, пробитое ограждение. Давай, шевелись.

- Есть! — второй патрульный рванул обратно, за фотоаппаратом побежал.

- Так, господин Волоцкий, а нападавших успели заметить?

- Да не слишком, — признался я, застегивая пуговицы. — Странно все выглядело. За мной почти сотню километров тянулась вишневая «астра» с номером, забрызганным грязью. Потом обогнала меня, когда я остановился по надобности. Спустился к мосту, и вот тогда выскочил урод с гранатометом.

- Сможете опознать эту машину визуально? — старшина тщательно записал мои слова в протокол.

- Навряд ли, если случайно не встречу, — я пожал плечами. — Сколько «астр» в городе?

- Ну, с таким характерным окрасом можно отыскать, — усмехнулся патрульный. — Мы сделаем запрос в Торгуев, там по базам пробьют.

- А если она не местная?

- Все равно где-нибудь всплывет, — уверенно заявил старшина. — Не может такого быть, чтобы не засветилась где-нибудь.

«Если ее уже куда-нибудь не отогнали и не утопили в реке или в озере, — подумал я. — Машина заметная, такие только в Нижнем Новгороде делают в ограниченном количестве. Тогда зачем ее было палить в такой акции? Опять хотят провернуть трюк с запутыванием следов? Ну-ну, только на этот раз я не клюну на обманку. Меня хотел убрать Мисяй. Стопудово он. В княжестве кто-то распространяет магические боеприпасы, и приобрести их может не каждый. Единицы, можно сказать. Вот Ульян смог, но опять же через Жароха. Мисяй тоже не лопух, почему бы ему не быть важным клиентом? Не нужно забывать, что во время костромской акции вертолеты несли с собой ракеты с магической начинкой. Ближайшие военные великокняжеские склады расположены вблизи Нижнего Новгорода. Именно оттуда происходит утечка. Так что князь Щербатов держит в своем арсенале немало интересных штучек, подозреваю. Вот уверен почему-то.

- Как называется ваше село? — спросил я.

- Осетровое. Мы же возле Волги живем, — улыбнулся старшина. — Кстати, вас приказано доставить туда до приезда группы сопровождения из Торгуева. Там и снимем показания с ваших слов.

- А что с моей машиной? — я с грустью посмотрел на покореженный «хорьх».

- Пригоним погрузчик с платформой, увезем куда прикажете. Только какой смысл? Машину не восстановить.

- Я и не надеялся, — махнув рукой, я заправил рубаху в штаны и побрел наверх. — Старшина, а кто давал приказ на мое перемещение в Осетровое?

- Господин Пеструшин. А что?

- Нормально все, — успокоился я. Так и должно быть. Мисяя нет в городе, он же на задании. А его заместитель решает все вопросы. Не должно быть подставы.

Я сел в белый патрульный «орион» с проблесковыми маячками на крыше и с княжеским гербом Щербатовых на дверях, только на заднее сиденье, потому что старшина занял место рядом с водителем.

- Один экипаж останется на месте происшествия, — пояснил рыжеусый. — Заодно дождется погрузчика, чтобы отвезти машину в Осетровое. Пока. А там сами решите, что с ней делать.

- Сколько за эту груду металла можно получить? — поинтересовался я.

- Хотите продать? — оживился старшина. — Мой дядька может взять. У него своя автослесарка есть. Правда, много не даст…

- Поговори, — согласился я. — Не хочу возиться, сердце кровью обливается. Хорошая тачка была. Лучше сразу.

- Хоп, — совсем по-свойски ответил старшина и до самого села больше не обронил ни слова.

В Осетровом меня высадили возле административного здания из силикатного кирпича, в котором все окна были забраны решетками, подсвеченными бледными искорками. Еще и магическую защиту поставили. Боятся, что кто-то вломится в местное управление дорожного патруля?

Старшина завел меня внутрь, переговорил с кем-то в дежурке, потом сказал:

- Пойдемте, сударь в комнату отдыха. Я сниму показания, а потом можете отдохнуть. Там у нас даже диван есть. Из Торгуева еще не выехали. Часа два или три придется ждать. А я пока к дядьке смотаюсь, насчет вашего авто спрошу.

Он показал мне уютную комнатку с диваном и креслами. Там даже аквариум с рыбками был, а горшечные растения на подоконниках придавали законченный уют казенному помещению. Повторив свой рассказ и поставив подпись в допросном листе, отправил старшину заниматься своими делами. А сам последовал его совету и завалился на диван. Изучая мелкие трещины на потолке, попытался проанализировать ситуацию. Мисяй должен был удостовериться, что я погиб. Ведь он прекрасно знает, что я могу пользоваться броней. Почему же ограничился лишь выстрелом из гранатомета и торопливыми контрольными из автомата? Или обыкновенный намек?

В общем, логики в покушении на меня я совершенно не видел. Вернее, логика есть даже в самом нелепом действии, только ее нужно разглядеть в напластовании нестыковок. После недолгих раздумий прихожу к выводу: или хотели убить, но действовали дилетантски; или просто предупредили. Намек, чтобы не копал глубоко. Разве мне сейчас плохо? Все есть. Вот и сиди, наслаждайся жизнью.

Тогда что получается? Мисяй знает, что я ездил к Жароху? Надо предупредить старика, чтобы был настороже. От этих уродов можно ожидать любой пакости.

Ну и с «астрой» все просто. Меня вели до места засады. Как только убедились, что за рулем нахожусь именно я, обогнали, дали сигнал стрелку и спокойно поехали дальше.

Незаметно для себя задремал. Мысли о человеке, который устроил мне встряску на дороге, отступили на второй план. Я не могу добраться сейчас до Мисяя. Не до него. Впереди настолько грандиозные и опасные планы, что жалкая попытка устранить или запугать меня накануне свадьбы нисколько не тронули. Я даже не разозлился. Зачем? Караван идет к цели, собаки пусть гавкают и дальше. Мне нужны еще четыре перстня — отсюда и будем плясать.

- Он в порядке? — знакомый голос разбудил меня. Я разлепил веки и первым делом увидел встревоженную Мирославу, нависшую надо мной в расстегнутом плаще. Рядом с ней торчал Зотов с вытянутыми руками.

- И что ты делаешь? — спросил я, с кряхтением поднимая свое внезапно задеревеневшее тело. — Кто вам вообще сказал, где я нахожусь? Где группа сопровождения из Торгуева? Зачем вы приехали?

Мирослава неожиданно (до сих пор я не наблюдал за ней таких порывов) шагнула навстречу и крепко сжала в объятиях, пару раз ткнувшись губами в щеку. Потом отстранилась и слабо улыбнулась:

- Никогда так страшно не было, пока сюда ехали. Ты даже не представляешь, как мой камешек заморгал после того, как ты позвонил. Сердце в пятки ушло. А потом отцу по телефону рассказали, что произошло.

- Пеструшин прислал группу, а мы поехали вместе с ней, — сказал Зотов. — Да и князь Борис не был против. Правда, дал в сопровождение еще одну машину с бойцами. Так что не переживай, ничего нам не угрожало. Твой случай вообще из логики выбивается. Все голову ломают. Опять нужно людей выделять, ловить супостатов.

- Пустое, — я не стесняясь присутствия Игната прижал к себе Миру, которая нисколько не возражала попасть в мой капкан. — Не поймаете никого. Мутное дело. Единственная зацепка, и то предполагаемая — вишневая «астра». Она постоянно маячила перед глазами до покушения.

- Поехали домой, — оторвалась от меня княжна. — Хватит на сегодня приключений.

На выходе из управления меня поймал рыжеусый старшина. Вовремя подъехал. Почтительно поздоровался с Мирославой и стеснительно протянул мне разноцветную пачку денег.

- Здесь пятьсот рублей. Дядька посмотрел вашу машину, но больше не дал. И то пришлось пристыдить его. Согласны?

- Маловато за такую тачку, — я хмыкнул, но кочевряжиться не стал. Забрал деньги, сложил их надвое и засунул в карман рубашки рядом с симулякром.

- Что это такое? — удивилась Мирослава. — Купцом заделался, Волоцкий?

- Немного, — усмехнулся я, подходя к княжеской машине, которую Щербатов дал дочери. Водитель споро распахнул заднюю дверь перед девушкой, четко кивнул мне в знак приветствия. Примостившись рядом с Мирой, добавил. — Машина в хлам, смысла не было ее восстанавливать. Решил подзаработать немного.

- И сколько потерял? — погладила меня по щетинистой щеке княжна.

- Ну, с учетом амортизации…, - я призадумался, — десять тысяч точно.

- Коммерсант ты еще тот, — хмыкнула Мирослава. — Ух, ладно. Главное, жив. Почему не разметал там все в клочья? Этого не могу понять.

- Представляешь, сам не могу ответить на этот вопрос. Какое-то сомнение посетило, а нужно ли? Когда влепили гранату в машину, я сознательно направил ее с моста вниз. Рассчитывал на эффект падения. Потом долго сидел в воздушном пузыре вниз головой. Создавал у нападавших впечатление, что все… готов.

- Какие мысли, Колояр? — влез в машину Зотов и кивнул водителю, чтобы тот заводил мотор. — Кто мог быть?

- Кто угодно, — пожимаю плечами. — Оставшаяся группа наемников из Костромы могла отследить, или демидовские ребятки обиделись, что я не пошел на компромисс. Но это точно не они. Тогда бы полезли в воду с ущербом для себя добывать артефакты. Им же нужно было удостовериться, что я мертв. Пусть дознаватели разбираются. Что-то устал я от тайн. Отдохнуть хочу. Подальше отсюда.

- После свадьбы сразу же уедем, — мгновенно сказала княжна.

Въезжали в Торгуев в сумерках. Мягкий свет фонарей освещал мокрый асфальт. Здесь прошел дождь, и от едва приоткрытого окна со стороны водителя несло свежестью. Первые желтые листья, сорванные на землю, плавали в темно-маслянистых лужах.

- Ваня, подбрось меня до гостиницы, — попросил я водителя, за что получил чувствительный тычок в бок. — Чего дерешься, милая?

- Езжай прямо до дворца, — приказала Мирослава. — Никаких гостиниц. Сегодня ночуешь у нас. Гостевых комнат полно. Отец распорядился приготовить. Будешь там жить.

- Я за номер деньги платил на месяц вперед, — попробовал возмутиться я, но княжна хладнокровно отбила мою атаку.

- Завтра попрошу папу, чтобы распорядился о возврате неиспользованной суммы. Заодно и вещи привезут. Чего так волнуешься? Тут всего-то осталась неделя максимум, потом — в Москву. У нас поживешь.

- Не совсем комфортно, — поморщился я от перспектив каждый день находиться на глазах княгинь и самого Щербатова.

- Гостевые комнаты расположены в дальнем флигеле, имеющем отдельный вход, — пояснила моя невеста. — Таким образом ты можешь спокойно покидать дворец и приходить, когда вздумается. Вообще не вижу никаких проблем. Или тебе неприятно встречаться с моими родителями?

По голосу чувствую, что Мирослава не на шутку рассердилась.

- Сдаюсь, — шутливо поднимаю руки вверх. — Убедила.

- Вот то-то, — княжна вздернула подбородок. — Не понимаешь своего счастья.

Порой ее загадочные фразы ставят меня в тупик.

Архата Зотова высадили по пути. Он сам попросил. Ему до дому можно было пешком добраться. А мы помчались дальше. Во дворец приехали уже в самых сумерках, накрывших город. Щербатов не стал расспрашивать о случившемся, только приказал слугам накормить меня и отвести в гостевой флигель.

- Я сама отведу, — заявила княжна.

- Как пожелаешь, — развел руками князь Борис. — А ты, Колояр, готовься. С утра поедем в офис на Стрелецкой. Покумекаем над случившимся.

Флигель, о котором говорила Мирослава, на самом деле не был таким большим, как я представлял. Двухэтажный корпус, пристроенный позже основного здания, включал в себя десяток комнат на первом этаже и всего четыре апартамента класса «люкс», в который меня и поместили с угрозами, чтобы я не смел отсюда никуда сбегать до свадьбы. Помимо отдельного входа сюда вел коридор из гостиной дворца. Так что при желании я вообще не мог заблудиться.

Мирослава проводила меня до моих комнат, и пока я ошеломленно рассматривал огромное помещение, поделенное на спальню, просторную гостиную, заканчивающейся барной стойкой и так называемую парадную с вычурной мебелью и огромным ростовым зеркалом, она пояснила, что где находится. Меня же привлекла большущая овальная ванна и душевая кабина. Я долго стоял и пялился на хромированные и блестящие ручки, краны, аксессуары и поражался излишней роскоши, которая была ни к месту. Впрочем, я рассуждал со своих скромных позиций, не представляя на самом деле, как живут аристо. Ну не было у меня ничего лучше общей казармы! Только жить начал по-человечески в гостиничном номере! Страшно подумать, что я увижу в столице!

- Понравилось? — прижалась к моей спине Мирослава, когда я встал на пороге спальни, созерцая огромную кровать с массивными металлическими ножками и изящным подголовником. Размерами она ничуть не уступала кадетскому полигону. Впечатлило.

- Кровать? Да, замечательная, — задумчиво произнес я. — Как бы ночью не потеряться на ней…. Одному.

- Я вообще-то комнату имела в виду, — хмыкнула княжна. — Вижу, отойти до сих пор не можешь. Ладно, пошла я. Спать будешь ложиться — дверь не закрывай. Здесь тебя никто убивать не собирается.

Поцеловав меня в щеку, она покинула меня.

- А есть что-нибудь выпить? — пробормотал я, направляясь к бару. Огромный холодильник я проигнорировал, а вот умело встроенный в систему шкафов бар я обследовал со всей тщательностью. Коньячку, что ли, хлопнуть? Стресс-то я испытал нешуточный. Пока в ванну наливалась вода, я налил себе в пузатый бокал янтарной жидкости аж из далекой Франции. Потом разделся и залез в воду. Мне до сих пор казалось, что я пропах речной тиной, и два колпачка шампуня в ванну должны были смыть с меня эту гадость.

В окружении ароматной шапки я попивал коньяк и думал о Стриге. Друг не звонил с тех самых пор, как я попросил его вывезти с Урала отца Алики. Прислушивался к себе и не чувствовал никакого волнения. Плохой из меня предсказатель. Плевать, сам свяжусь. Алике ведь надо что-то сказать. Кстати, скотина такая, даже к ней не съездил, совсем позабыл.

После ванны, закутавшись в большое полотенце, прошлепал до кровати. Пока сохла голова, экспериментировал с клинком. Как убеждал меня Зотов, ежедневные упражнения с прокачкой магических потоков от одной точки к другой благоприятно скажутся на моих возможностях. Искру надо поддерживать не только искусственно, подпитывая ее с помощью артефактов, а стараться привязать к внутренним резервам. Вот и пытался, пока не устал.

Симулякр положил на тумбочку, погасил свет, закинул руки за голову и бездумно уставился в потолок. От парковых фонарей сюда доходил рассеянный свет, переливающийся загадочными серебристыми бликами на хрустальных сосульках люстры. Как здесь все огромно. Неужели апартаменты для Великого князя готовили на случай его приезда?

Мысли опять дернулись в другую сторону. Последние слова Мирославы насторожили и дали повод призадуматься. Кажется, ко мне ночью кто-то нанесет визит с приятными целями. Придет или не придет? Откровенно скажу: я хотел, чтобы княжна оказалась здесь. Плотина отчуждения оказалась прорвана, между нами проскочила мощная энергетическая искра. Не та, которая магическая, а обычная, состоящая из химических элементов, которые разжигают желание и страсть. Любовь? Нет-нет, до этого чувства нам еще долго топать. Если вообще дойдем. Но хотелось верить, что княжна не держит иных мыслей в голове, и не будет использовать меня только ради благополучия клана.

Легкое дуновение, сквозняк почувствовал сразу. Кто-то осторожно передвигался по комнате, но делал это неумело. Как будто хотел, чтобы его услышали. Вот на пороге спальни возникла расплывчатая темная фигура. Моя рука потянулась к симулякру.

- Не хватайся за нож, дорогой, — раздался смешок княжны. — Я не умею защищаться от холодного оружия.

Мирослава приблизилась ко мне. Попав в освещенное место, она остановилась, зябко кутаясь в халат.

- Пустишь погреться? Что-то сегодня похолодало.

Ага, можно подумать, в комнатах дворца жуткий мороз.!

- Ты еще и босая, — нахмурился я. — Быстро прыгай ко мне!

Вместо этого княжна изящным движением сбросила халат на пол, оставшись в короткой кружевной сорочке, и гибко изогнувшись, как кошка, нырнула ко мне под одеяло. Не знаю, как Мирка, но я мгновенно почувствовал, как тело бросило в жар.

- У меня нет откатов, — попробовал пошутить я.

- Зато ты сегодня испытал стресс, который надо снять, — прошептала княжна, блестя глазами. — Ну же, яр, хватит быть деревом.

Она приподнялась на локте и приблизила свое лицо ко мне. Мягкие кончики волос щекотали нос и щеки. Отведя волнистые пряди в сторону, я словно ненароком зацепил тонкую бретельку сорочки и спустил ее с плеча.

- Кажется, целомудрие княжны Мирославы дает трещину, — пробормотал я, находя губы, пахнущие фруктовыми леденцами. Мне стало понятно, что от неизбежного сегодня уворачиваться не стану. Да плевать на эти условности! Я и Мира — взрослые люди, сами решаем, как поступать. Хочет девушка стать женщиной — ее право, а не отца или матерей со своими нравоучениями. Просто меня озадачило столь быстрая смена поведения Мирославы от ветреной, взбалмошной злючки до жаждущей ласки кошки.

- Перестань болтать, яр, и займись мною, — прерывисто выдохнула княжна, выпрямившись, и проявляя ненужную сейчас суетливость, стащила через голову сорочку. Я прижал к себе пылающее жаром гибкое тело и забыл обо всем на свете: о съедающей меня мести, о бесконечной войне, в которой жил с детских лет, о симулякре… Который, не замеченный нами, сначала замерцал ровным изумрудным светом, а потом сместил цветовую гамму до желтого, и наконец, остановился на рубиновой подсветке. Даже этого я не видел, увлеченный изгибами женских форм и утонувший в ласках Мирославы.

Я проснулся с первыми лучами утреннего солнца на другом конце постели, приподнялся и хмыкнул. В огромных апартаментах стояла глубокая тишина. Даже настенные часы напротив меня не двигались, замерев стрелками на трех часах ночи. Наверное, в этой комнате давно не было гостей, вот слуги и не следили за временем. Мира покинула меня, когда я заснул. Нет, я еще помню, что она оставалась со мной, умиротворенно прижавшись к груди, и даже посапывала в полудреме. Но когда она ушла — не слышал. Ага, когда принимаем важное решение — никто нам не указ. Приходит утро, и сразу вспоминается злой папаша с кожаным ремнем в руке и полуобморочная матушка с упреками, готовыми сорваться с языка. В случае с Мирославой — даже с двумя матерями.

Я улыбнулся этим мыслям. Мой взгляд уткнулся в длинный темно-русый волос, оставшийся на подушке. Накрутив его на палец, задумчиво хмыкнул и пробормотал странную фразу, которая всплыла в моей памяти:

- То ли девушка, то ли виденье….

Эпилог

Рано или поздно любые события, по-своему разные и, казалось бы, совершенно не связанные друг с другом, начинают пересекаться и завязываться в тугой узел. Так и со мной. Свадьба с Мирославой Щербатовой, младшей дочерью князя Бориса — единовластного властителя удельного города Торгуева и прилегающих к нему обширных земель — стала для меня отправной точкой в новых событиях, о которых я только догадывался. Впрочем, этот узел завязывался уже давно.

Отъезд в Москву мы решили отложить на неделю-другую из-за формирования команды, которая должна была отправиться вместе с нами. Князь Щербатов сказал, что обслуживающий персонал в столичном особняке мы наберем сами, если тот, который до сих пор следит за хозяйством, нам не понравится. А вот нужные и преданные люди поедут с нами. И этот вопрос не обсуждался.

Счастливые молодожены в моем лице и княжны Миры отбыл в имение «Волжский Плес», где планировали пробыть несколько дней, пока князь Борис не даст отмашку. Нужно было согласовать воздушный коридор с московскими службами, набрать людей, проинструктировать их. Да, пока Щербатов еще крепко держал свою пятерню на наших шеях, не желая терять контроль над детьми. Расчет у него был верный. Нам вообще было ни до кого дела. Нам хватало друг друга.

- А сам ты кого бы предпочел взять отсюда? — щурясь на теплое сентябрьское солнце, спросила Мира.

Мы сидели на веранде второго этажа и обозревали высокие холмы, тянущиеся вдоль Волги. Они уже подернулись слабой желтизной и робкими рубиновыми кляксами деревьев. От реки тянуло свежестью. Мирослава, закутавшись в теплый плед, сидела на моих коленях, а я задумчиво поглаживал ее бедро.

- Ирина Лапочкина не против с нами поехать, — ответил я. — Она опытный работник, аналитик от бога. И как управленец службы безопасности может тянуть отдел. Отец сам не против ее кандидатуры.

- Угу, я тоже о ней думала. Нам нужны маги. Один ты не потянешь.

- Я не маг, а самоучка.

- Не прибедняйся. Ты как боевая единица стоишь пятерых магов. А вот парочка сильных помощников не помешает. Они в любом случае нужны. Я вот что думаю, — жена оторвалась от меня. — Нам нужно объединить все структуры в одну. Все равно задачи, поставленные отцом, пересекаются. Какой черт их разбивать на составляющие. Одним блоком пусть и работают. Поставим умного человека над ними, дадим задачу.

- Ты думаешь, маги потерпят над собой диктат? — усмехнулся я.

- А куда они денутся? — удивилась Мирослава. — Не будут слушаться — уволю к чертям.

Точно, ведь номинально хозяйкой нашей международной фирмы будет именно моя жена, щеголяющая сейчас в статусе Первородной. Я даже посмеялся, когда она перед зеркалом осанку свою тренировала. Где-то раздобыла старый фолиант о Первородных и читала без перерыва, даже половину ночи забрала, не реагируя на мои намеки, что пора заняться более приятным делом. Так вот, в книге подробно расписывался не только этикет, но и поведение в обществе, значения жестов и прочая белиберда, о которой все благополучно забыли.

- Если кто-то и забыл — это его проблемы, — резонно заметила княжна. — А я не собираюсь свой статус в навоз затаптывать. И ты, милый мой, должен соответствовать своему высокому званию, данным богами.

- Хорошо, как скажешь, — согласился я. — Мне теперь тоже стоит почитать книгу?

- Несомненно.

Почему бы и нет? Если Рекущий Ясни дал ясно понять, что нас ожидает, нужно готовиться вхождению в высшее общество. Этакий эталон соответствия.

За нашими спинами раздалось легкое покашливание.

- Госпожа, господин, куда прикажете подавать завтрак?

А, это главный смотрящий по внутреннему распорядку в имении — Ерофей Степанович. Пятидесятилетний опытный мужик, служащий Роду Щербатовых с младых ногтей, так сказать. Жуткий скряга, настоящий экономист. Нет, он не управляющий. Скорее, Ероха, как зовет его Мира, здесь больше хозяин, чем сам князь Щербатов.

- А давай сюда, а? — потерлась о мою щеку Мирослава. — Александра Федоровна встала?

- Приводит себя в порядок, — степенно произнес Ерофей.

- Как приведет — зови сюда, — приказала жена. — Завтракать будем здесь.

Алика пришла через пять минут, поздоровалась с нами, не забыв чмокнуть меня в щеку. Ага, вы даже не представляете, как я жутко комплексовал, когда Мирослава, не спросив меня, пригласила Алику погостить в «Волжском Плесе», пока мы еще не отбыли в Москву. Дескать, я совсем забыл о бедной и всеми покинутой девочке.

«Бедная девочка» и хитрая супруга спелись быстро. Подозреваю, их союз окреп в тот вечер в ресторане. Вот не понимаю, как Алика воспринимает ситуацию. Самому иногда неуютно. Но, видать, здесь все нормально. Может, я напрасно дергаюсь, и пусть идет так, как идет? Мудрый Ясни сказал же очевидное: расслабься и получай удовольствие. Подозреваю, свою мудрость он черпает из информационного поля современного мира. И не только этого. Может, из каких-нибудь еще параллельных далей…

Слуг в «Волжском Плесе» было немного, всего четверо. Они и выполняли всю работу по жизнеобеспечению особняка. Две женщины и двое мужчин, не считая управляющего и Ерофея. Сейчас, правда, здесь находилась охрана в количестве десяти человек и архимаг из Управления.

Слуги шустро выполнили указание Ерофея выставить на веранду столик и накрыть его. Мы втроем пили чай, кушали отлично приготовленный омлет с зеленью и беконом, и вдыхали аромат горячих лепешек, ждущих своей очереди. А перед нами расстилалась красота осенней Волги, невыносимо сверкающей лазурью и белыми пятнами парусов круизных яхт, длинных барж, тянущихся в обоих направлениях. И бесконечное небо с точками облачков, цепляющихся за высокие холмы.

- Колояр, ты знаешь что-нибудь об отце? — спросила Алика.

- Стрига не отвечает, — развел я руками, — звонил несколько раз. Тишина. Или телефон отключил, чтобы не палить свои связи, или что-то произошло. Не хочу гадать и пугать. Давай, еще подождем?

- Хорошо, — вздохнула девушка и печально макнула лепешкой в вишневое варенье.

- Саша, все будет хорошо, — успокоила ее Мирослава, и сказала она это таким тоном, что даже умирающий на смертном одре поверил в скорое выздоровление. — Колояр — невероятно везучий тип. За что не берется, всегда умудряется остаться в прибыли. Ну, или при своих.

- Ты меня переоцениваешь, — запротестовал я.

- Ага, рассказывай, — припала к чашке с чаем княжна. — У меня такое чувство, что все скоро решится.

- У тебя же предчувствие только на некоторые события, связанные лично с тобой, — напомнил я. — Поэтому ты такая безбашенная на дороге. Но здесь другой случай.

- Так, дорогие мои, можно вопрос? — Алика вытерла салфеткой пальцы. — Вы уедете — где мне жить? У Елены я, честно говоря, не хочу. Неудобно. Хотя добираться до города гораздо быстрее. А мне учиться нужно в спокойной обстановке.

Алику удалось устроить в местный сельскохозяйственный техникум, где было ветеринарный факультет. Конечно, пришлось применить тяжелую артиллерию в виде князя Щербатова, и ректор, скрепя сердце, принял Алику на второй курс, предварительно приняв у нее экзамены. Ну, какие экзамены? Скорее, некий тест на профессиональную пригодность. Убедившись, что девушка не профанирует, а знает достаточно, он внес ее в списки учащихся, но просил обязательно предоставить документы в течение года. Иначе… риски, проверки. Сами понимаете, да?

- Живи здесь, — удивилась Мирослава. — Дом наш, какие проблемы? Прислуга есть, охрана присутствует. Чего еще надо?

- А добираться до Торгуева? Как-никак, двадцать километров. На велосипеде?

- Я отдам тебе «Орион-Гранд», — обрадовал я Алику. — Мне он сейчас ни к чему. Документы и автомобильный паспорт уже переделал на тебя. Заодно и за машиной присмотришь. Пользуйся.

- Спасибо! — Алика вскочила и обняла меня, только что не визжа. — Я даже не знаю, как благодарить!

Потом бросилась к Мирославе и обхватила ее сзади за плечи, прижалась к щеке.

- Потом отблагодаришь, — усмехнулась загадочно Мирка. — Когда время придет.

Вопрос с жильем Алики мы обсудили заранее и не сговариваясь, пришли к одному и тому же варианту. Почему «Волжский Плес» должен пустовать? Вот будущая младшая жена и начнет вести хозяйство, привыкает и нарабатывает опыт. Щербатов уже не будет сюда свой нос совать, разве что в качестве любопытствующего персонажа.

Финансово я Алику обеспечил, открыв ей счет с банковской картой на круглую сумму, которой должно хватить, если особо не шиковать, но и не бедствовать. Само собой, я буду подкидывать при необходимости.

Почему не мой новый особняк? Я представил себя на месте Алики. Одинокая девушка в лесной глуши, далеко от Торгуева… Не справится. Это ведь нужно набирать новый персонал, обучать его, следить за ним, чтобы не разворовал хозяйство. С другой стороны, было бы преступлением оставлять свеженькое пустующим. Я поступил проще: заключил договор с «Альянц-банком» на трехгодичное управление «Гнездом». Банк найдет применение моему дому. Там можно гостиницу устроить или еще что-нибудь этакое прибыльное. В общем, мне обещали хороший процент. Немцы — ребята дисциплинированные и исполнительные. Во всякие глупости вкладываться не будут. Значит, все в порядке. И на сердце сразу легче стало.

А машина — это экспромт. Вовремя Алика натолкнула меня на мысль. Пусть ездит и радуется. В общем, уезжая в Москву, мы не оставили «бедную девочку» на голом месте.

Созерцание природы прервалось пиликаньем моего телефона. Взглянул на экран, прикрыл его от солнца. Пришло текстовое сообщение:

«12.20. Рейс 144п. Сегодня».

Поморщил лоб в раздумьях. Номер оказался незнакомым. И медленно встал. Посмотрел на девушек, вопросительно глядящих, в свою очередь, на меня.

- Кто хочет прокатиться до аэропорта?

- Папа? — вскинулась Алика.

- Не знаю, радость моя, не знаю, — я озабоченно почесал затылок, стимулируя мозговую деятельность. По логике — так и должно быть. Кого мне ждать в аэропорту? Стригу или Федора Громова?

- Поедем все вместе! — решила Мирослава и вцепилась в руку Алики. — Мы с Сашей идем переодеваться, а ты готовь машину. Сколько времени у нас?

- Два часа, — посмотрел я на руку. — Успеем, если кое-кто не зависнет у зеркала.

В ответ раздалось фырканье двух кошек. Точно, спелись.

До аэропорта мы доехали в сопровождении личной охраны за несколько минут до прилета рейса, указанного в сообщении. Алика заметно волновалась. Я чувствовал, как ее била нешуточная дрожь. Через большие раздвижные створки мы вошли в зал ожидания, и я сразу посмотрел на табло. 144-й не опаздывал. Он, кстати, летел прямым рейсом из Тюмени, что меня весьма озадачило. Алика тоже обратила на это внимание и сразу потухла. Где Демидово, а где Тюмень — сразу ясно, что чуда ждать не приходится.

Приятный женский голос объявил о посадке тюменского самолета, и через десять минут через терминал прилета стали выходить пассажиры, уже прошедшие формальную проверку.

- Я не могу, — призналась Алика, тщательно выглядывая знакомое лицо.

Подумалось, а не провокация ли это? Например, Стригу повязали и заставили прислать дезинформацию. Опять же, для какой цели? У меня нет никаких данных, чтобы так заявлять.

- Папа! — Алика сорвалась с места и бросилась к терминалу.

Шедший последним бородатый мужчина остановился и сбросил с плеча огромный рюкзак с притороченным к нему чехлом из-под ружья. Аккуратно положил на пол и раскинул руки, принимая в объятия девушку. Они обнялись и долго стояли, не обращая внимания на суету вокруг них.

- Уф, я сейчас заплачу, — выдохнула Мирослава, вцепившись в мою руку. — Неужели твоя авантюра удалась, яр?

- Надеюсь на это, — кивнул я. — Пошли, поприветствуем?

Федор Громов значительно изменился из-за бороды. Даже взгляд другой стал, настороженно-цепкий, а не просто внимательный. Увидев меня, он отстранил Алику и шагнул навстречу. Мы замерли друг против друга. Лесник мгновенно, с ног до головы, разглядел Мирославу, а потом протянул руку.

- Здорово, боярин.

- Привет, Федор. С прибытием!

Я обхватил лесника за плечи и крепко их сжал.

- Познакомься, это моя старшая жена — Мирослава.

Громов кашлянул, бегло посмотрел на счастливую Алику, и в его глазах отразилось непонимание. Его же никто не извещал о сложившейся ситуации, и мир лесника, и так перевернутый с ног на голову, вообще завертелся в невообразимом хаосе.

- Очень рад, здравствуйте, — неловко подержал по-свойски протянутую руку Мирославы Федор. — Может, уже уйдем отсюда? Не люблю суету.

Пока мы ехали обратно в «Волжский Плес», я услышал историю Федора Громова, невероятным образом ускользнувшего из лап СБ князя Юрия. Стрига успел предупредить лесника о ситуации, сложившейся в Торгуеве с его дочерью. Каким образом ему это удалось? Загадка. Он сказал, что Алика не сможет выехать обратно домой, опасаясь за свою жизнь. И что вся кутерьма связана со мной. Федор, будучи неглупым и наблюдательным человеком, давно догадывался, что дочка неровно дышит ко мне, но не собирался вмешиваться в дела сердечные. Ну, что такого? Переболеет, считал Громов. Алика здесь, рядом с ним, а Волоцкий где-то на Волге. Ближний свет. Но вот дочка уехала в Торгуев, и Федор понял, что она стала самостоятельным человеком и сама решает, с кем ей быть. Проблемой лесник считал меня, боярина, как-никак, имеющего возможность свой статус поднять, но никак не уронить. А кто Алика? Обычная девочка-мирянка.

Стрига предупредил Федора, и в тот же день лесник стал собираться. Если Демидов его успеет схватить, он будет шантажировать дочку. Громову абсолютно не нравился такой расклад. И ночью лесник покинул Варчаты. Пешком прошагал двести километров на запад, стремясь пересечь Каменный Пояс раньше, чем егеря перекроют тропы и перевалы. Он оценивал степень своей значимости как низкую, и надеялся, что ловить его будут первые пять-шесть дней, потом все уляжется, и Демидов просто махнет рукой на беглеца.

Так и вышло. Вертолеты, которые Громов наблюдал на небе, могли в равной мере высаживать десант, так и просто отслеживать перемещение людей по тайге. Затаившись на несколько дней в густом ельнике, лесник переждал самую суматоху, а потом неожиданно изменил решение. Он не стал пересекать хребет, а спустился южнее, где земли Демидова заканчивались. Здесь можно было вздохнуть свободнее. Вспомнив, что в Тюмени у него проживает старинный друг, Федор решил пробираться туда. Деньги, которые у него были, решил не тратить почем зря, и где на перекладных, а где и пешком он совершил рывок на восток, старательно обходя любой пост дружинников, стоящий на мало-мальски оживленной дороге. Получилась запутанная петля, но осторожность всегда преобладала в характере Громова.

До Тюмени отец Алики добрался в начале осени, разыскал друга. Он и помог улететь в Торгуев Федору. Он же и сообщение на мой телефон сбросил.

— Я сожалею, что ввязал вас в такую авантюру, — выслушав рассказ Громова, ответил я. — Но речь шла о жизни Алики. А я обещал защищать ее.

- Честно, даже не могу представить, что здесь произошло, — Федор говорил глухо, словно был недоволен мною. — Хотелось бы услышать от тебя правду. Я нарушил вассальную клятву, трусливо сбежал и теперь нахожусь в роли беглеца. Как нам выбираться из такой ситуации?

- Если бы вы не ушли, то давно сидели бы в темнице своего хозяина, а Саша, сломя голову, бросилась бы спасать вас, — напомнила Мирослава. — В результате и Колояру пришлось бы толкать голову в капкан, чтобы спасти вас обоих. А теперь сравните два варианта. Какой из них лучше? Полагаю, в Торгуеве будет куда спокойнее.

- Хотелось бы верить, — Федор погладил по голове прильнувшую к нему Алику. — Колояр, водка есть?

- А как же без нее? — ухмыльнулся я. — Холодненькая, запотевшая, прямо со льда! Пойдет?

- Спрашиваешь!

Мирослава незаметно от сидящих позади нас отца и дочери врезала мне по колену и погрозила кулаком. А глаза смеются. Ладно, девочка, не злись. Мне с Федором надо по-мужски поговорить. Значит, сегодня хорошо посидим.

Конец второй книги

Важно!

Продолжение и многие другие книги вы найдете в телеграм-канале «Цокольный этаж»:

https://t.me/groundfloor

Нравится книга?

Давайте кинем автору награду на АТ. Хотя бы 10–20 рублей…

https://author.today/work/116824.

Content

Гуминский Валерий Михайлович Колояр. Принцип мира

Пролог

Часть первая. Телохранитель. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Главы 7, 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Часть вторая. Охотник. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Главы 6, 7

Главы 8, 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Главы 13, 14

Глава 15

Эпилог

Важно!