Кун Антон

Ел я ваших демонов на завтрак! Том 3

Глава 1

Едва мы собрались двинуться дальше, как кустарник со всех сторон выставил шипы с ядом. Более того, его ветки начали подниматься.

В тот момент, когда ветки кустарника с выставленными в нашу сторону ядовитыми шипами сомкнулись над нашими головами, я почувствовал, как завозился демон Аргх.

И тут же закричал:

— Не применять магию!

В следующий момент мы погрузились в кромешную тьму.

Не знаю, почему я приказал не применять магию. Это было наитие. Шестое чувство. То самое чувство, которое помогало мне выводить своих ребят из таких задниц, что врагу не пожелаю!

До сих пор Аргх старался вообще не показывать признаков жизни, а тут зашевелился. Так что, кустарник не враг нам. А ребята наверняка от страха долбанули бы магией по нему не сдерживаясь. Вот я и закричал…

Бороться с кустарником не надо, а вот добавить немного комфорта — вполне. Поэтому я приподнял нож и приказал ему:

— Свети!

Лица моих ребят были испуганными, но паники я не наблюдал, что было хорошо само по себе.

— Что будем делать, командир? — спросил Кинпатсу.

Я огляделся вокруг. Ветки образовали плотный купол. Причём, они ушли из-под наших ног, образовав ровную площадку. Как будто точно знали, что теперь щупальца не полезут.

— Ждём! — ответил я.

— Чего ждём? — с угрозой спросил Матакуши.

Мне его голос совсем не понравился. Это был голос человека, готового к бунту. Не знаю, что сдерживало его — данное мне слово или какие-то свои размышления. Но даже попытку бунта следовало подавить в зародыше. Во врем спецоперации не может быть никакой демократии!

Но я не успел ничего сказать. Между нами встал Макото.

— Сдаётся мне, — сказал он, — кустарник нас защитил.

— От чего?! — с насмешкой спросил Матакуши.

Старик не смутился и ответил:

— От Кутуруку! Ты не заметил разве? Как только ветер стих, движение щупалец стало другим.

Я с удивлением посмотрел на Макото — как он увидел это в плотном тумане?

Но он был прав! На своей карте я видел, что, если раньше щупальца просто колыхались в струях дождя, то, когда появился туман, их движения стали более резкими, напоминающими раскручивающийся хлыст. Они как будто разминались.

Но как Макото увидел это, когда видимость практически нулевая?!

— Как бы я заметил? — подтверждая мои мысли, спросил у старика Матакуши. — В таком-то тумане!

— Так смотреть нужно не только глазами… — мягко ответил Макото.

— Сэнсэй Макото, — тут же обратилась к старику Ёсико. — А как ещё можно смотреть? Я тоже из-за тумана ничего не заметила.

— И я, и я… — раздалось с разных сторон.

— А я почувствовал, — сказал Сёрито. — Появилось что-то в воздухе, какие-то звуки, какая-то упругость… Только я подумал, что мне показалось.

— Не показалось, — буркнул Кангэн. — Земля по-другому начала отзываться. Как раз перед туманом. И я решил, что это из-за него.

Матакуши посмотрел на Сёрито и Кангэна и промолчал. Видимо, их слова убедили его, что в словах Макото есть зерно истины.

— Так чего мы ждём? — спросил Кинпатсу.

— Реакции кустарника, — ответил я.

И тут мне в голову пришла мысль. Откладывать её в долгий ящик я не стал и сразу же обратился к Кинпатсу.

— Слушай, — сказал я ему. — Ты же у нас с растениями контактируешь? Может, попробуешь узнать, что происходит?

Кинпатсу пожал плечами и выпустил из ладоней две зелёные лозы.

Лозы дотянулись до веток и обвили их. А потом внезапно на лозах расцвели цветы.

Я и раньше видел, как цветут лозы Кинпатсу, но как-то сейчас увидеть цветочки было неожиданно.

А он постоял немного, а потом с удивлением сказал:

— А кустарник-то разумный!

— В смысле? — переспросил Матакуши.

— В самом прямом, — разулыбался Кинпатсу. — И он действительно на нашей стороне. Точнее, на стороне Кизаму, — улыбка моего школьного товарища стала ещё шире.

Признаться, я чего-то такого и ждал. Я это чувствовал.

«Мальчишка с цветочками прав, — подтвердил демон. — Кустарник разумный».

Я чуть не подпрыгнул от неожиданности — настолько отвык слышать желтоглазого.

«А ты что, уже не боишься проявлять себя?» — спросил я у него.

«Тут нам ничего не грозит», — легко ответил демон и мне даже показалось, что он пожал плечами.

Я по новой огляделся, теперь уже присматривая, где можно присесть, чтобы ждать было комфортнее.

Земля после дождя была мокрой, но около одной из стен очень удобно торчал корень.

Я подошёл к нему и спросил у веток:

— Можно присесть?

И тут же шипы спрятались, а корень выступил ещё, образуя, если не трон, то удобное кресло.

Я с удовольствием сел. А потом сказал:

— А остальных можно посадить? В ногах правды нет…

Сразу же появились по кругу ещё двенадцать корневых кресел.

— Садитесь, — предложил я ребятам.

— Чего рассиживаться, когда нас дело ждёт?! — возмутился Матакуши.

— Не терпится попасть в объятия Кутуруку? — спросил я.

И Матакуши сник. Нахмуренный прошёл в одно из кресел и сел.

Ребята расслабились, повытягивали ноги, словно не пробирались несколько минут назад среди колышущихся щупалец. Лишь Матакуши сидел нахмуренный и настороженный.

Так-то я его понимал, тело требовало действий, а не сидеть тут, но мы сейчас действительно ничего не могли сделать. Или всё же могли?

«Аргх, — мысленно я обратился к демону. — Откуда ты знаешь, что этот кустарник разумный?»

«Это Бут-Харуул. Он из моего родного мира. Это кустарник-стражник», — ответил демон.

И тут у меня всё срослось. Дело не в ранах, полученных от Кутуруку, и не в яде кустарника, которым Макото обработал раны. Дело в желтоглазом демоне, который вместе со мной вселился в тело пацана. И получается, что сейчас мы на сто процентов зависим от Аргха! От демона! С которыми у людей давно идёт война! И если мне он вредить не будет, потому что тогда пострадает сам, то ребята ничем не защищены.

Я по новой оглядел кустарник и увидел шипы. С одной стороны, они были убраны, а с другой, — убраны так, что в любой момент их можно пустить в дело. И те, кто сидят, даже вскочить не успеют.

«Аргх», — стараясь не делать резких движений, позвал я демона.

«Что?» — отозвался он.

«Если ребята пострадают, то я тебя самолично удавлю!»

Моё предупреждение оказалось очень вовремя. Начавшие было выступать шипы, спрятались обратно.

Когда я осознал, что чуть было не произошло, сидеть больше не смог.

Я поднялся и прошёлся, ловя на себе тревожные взгляды товарищей.

Говорить им про опасность я не стал. Потому что, даже если не будем сидеть в креслах, мы всё равно в воле кустарника. Ну или демона. И если он решит избавиться от нас, то это ему не будет стоить ничего. И раньше не напал он видимо только потому, что ребята могли пустить в ход магию, а как расслабились…

Вот ведь ублюдок!

«Аргх!» — снова позвал я.

«Что?» — отозвался он на этот раз хмуро.

«Ещё раз такое отчебучишь за моей спиной, порву, как тузик грелку! Понял?»

Демон ничего не ответил, только тяжело вздохнул.

«Ты меня слышал?!» — подумал я как можно жёстче и представил картинку, как я медленно отрываю конечности желтоглазому придурку. А то, что не оторвал, распиливаю бензопилой, а потом…

«Да понял я, понял! — рявкнул демон. — Больше не буду!»

«Вот так-то лучше» — подумал я.

Сделав ещё несколько шагов туда-сюда, вдохнув и выдохнув, я повернулся к Кинпатсу и как можно спокойнее спросил:

— Ты можешь узнать, что там снаружи происходит?

— Наверху… — поправил Кинпатсу. — Мы сейчас под землёй.

— Что?! — раздалось одновременно с разных сторон.

— Наверху бушует Кутуруку, — пояснил Кинпатсу. — В основном из-за того, что мы ускользнули. Но кустарник убрал нас под землю, и мы в безопасности.

Слово «бушует» вызвало у меня нехорошие мысли. Мы-то в безопасности, а как остальные ученики академии?

Нет, сидеть просто так было совершенно невозможно!

«Аргх, — обратился я к демону. — А твой Бут-Харуул может только вверх-вниз перемещаться? Делать ходы под землёй он может?»

«Нет, — с раздражением и сожалением ответил демон. — Иначе мы не пропустили бы атаку этих вонючих…» — демон внезапно замолчал, словно чуть было не проговорился.

Но меня сейчас не интересовало, чью атаку пропустили демоны, и когда они её пропустили. Тем более, что это могло быть хоть где и хоть когда — я хорошо помнил, что сознание у демонов коллективное. Всё, что знает и помнит один, знают и помнят все.

Пришло в голову, что, наверное, соплеменники Аргха точно так же знают и помнят, что он застрял в теле пацана. Возможно даже знают, что застрял вместе с майором спецназовцем из другого мира. Но я отмахнулся от этих мыслей — сейчас важнее другое.

Да, Бут-Харуул не сможет доставить нас до крыльца общежития, а потом, дождавшись, точно так же доставить к лабораторному корпусу. Нам придётся прорываться самим. И выход у нас только один: наша магия!

Но для начала нужно было выяснить два вопроса:

— Кто-нибудь знает план общежития? Есть ли там подвал? — спросил я.

Да, на своей карте я видел, где расположено общежитие, но я не видел, есть ли у него подвал и, самое главное, есть ли вход из подвала в жилые помещения.

Допускаю, что не видно пока. А как только мы будем на месте, то я смогу понять, что там к чему. Но прежде чем начать двигаться, надо бы знать наверняка. Потому что нам придётся выйти из-под защиты кустарника.

— Да, есть подвал, — сказал Даичи. — Во всяком случае, в нашем общежитии точно есть!

Я не смог сдержать улыбки — разве мог пацан его возраста не исследовать подвал?

Кангэн ненадолго задумался, а потом уверенно сказал:

— Есть. И пол земляной, не забетонирован.

Что ж, маг, имеющий дело с землёй ошибаться не мог, так что пройти под землёй в общежитие в принципе можно. Теперь нужно понять, какие препятствия ждут нас на пути. И я сейчас не о камнях или скалах. Я о Кутуруку. Если он существует по типу грибка, то под землёй везде его грибница. И как только мы потревожим её, это будет равносильно тому, чтобы позвонить в дверь и сказать: «Здравствуйте, все ваши тёти в полном составе прибыли и всех донов педров из Бразилии с собой прихватили вместе с их дикими обезьянами».

Это была серьёзная проблема, и её нужно было решить.

Мой взгляд упал на Сёрито.

— Сёрито, — спросил я у него. — Ты же работаешь со звуком?

Маг кивнул.

— А ты можешь отправлять вперёд звук, а потом по отражению звуковой волны узнавать о препятствии?

— Не знаю, не пробовал, — задумчиво ответил Сёрито.

— Попробуй? — предложил я. — Ведь ты же как-то почувствовал изменения в воздухе, когда щупальца начали двигаться по-другому.

Сёрито удивлённо посмотрел на меня, а потом закрыл глаза и начал перебирать пальцами.

В пространстве повис нозящий звук, однако все, хоть и морщились, но терпели. Потому что понимали: это для дела.

Через какое-то время Сёрито, не открывая глаз, закрыл ещё и уши, и предложил:

— Поменяйтесь местами.

Я показал, кто куда должен пересесть.

Двигаться старались тихо.

Когда все расселись по новым местам, я сказал:

— Готово!

Сёрито некоторое время, не открывая глаз, поперебирал пальцами воздух, прислушиваясь к звуку. А потом уверенно назвал всех, кто поменял место.

Когда Сёрито закончил, все зааплодировали ему.

Результат эксперимента меня более чем устроил. Но Сёрито смог распознать и определить местоположение предметов, точнее, людей, когда вокруг воздух. Мне же нужно было, чтобы звук прошёл сквозь землю и обнаружил тонюсенькие ниточки грибницы, если она тут есть! Причём, так, чтобы грибница не почувствовала звуковой волны.

Я понимал, что такая задача не решаема в принципе. Но её нужно было решить во что бы то ни стало.

— Кизаму, да ты скажи нам, чего ты хочешь добиться? — спросила у меня Изуми. — Может, вместе мы быстрее найдём решение.

В её словах была истина. Поэтому я рассказал всё о своих подозрениях. Про то, что предполагаю, что Кутуруку сродни плесени, и что хочу под землёй пройти в общежитие, но так, чтобы не затронуть «корешки» Кутуруку, если они, конечно, тут есть. И ещё сказал, что кустарник проложить для нас тоннель не сможет, нам придётся прокладывать его при помощи магии.

Выслушав меня внимательно, ребята задумались, но ненадолго.

— Помните, как Рен заморозил ту слизь? — спросила Изуми. — А что, если он заморозит землю. Корешки тогда не почувствуют воздействия?

— Почувствуют, конечно! — обрадованно ответил я. — Но сигнал смогут передать только когда оттают. А мы к тому времени уже пройдём! Умничка, Изуми!

— Я ж говорила, что пригожусь, — сказала девушка и скромно потупила глазки.

— А я могу сделать прозрачной только землю. А растения и животных не трогать, — тут же сказал Сэдэо.

— Грибница — это и не растения, и не животные, — автоматически ответил я. — Но я понял. Выборочная прозрачность — это выход. Единственно, работать нужно будет только на глубину заморозки. Ты молодец!

— Хорошо, — согласился польщённый Сэдэо.

— А я могу выбрать прозрачную землю и перенести её нам за спину, — предложил Кангэн. — Корешки при этом останутся не тронутыми.

— Отлично! — обрадовался я. — Ребята, вы просто молодцы!

Мой план становился реальным. И слаженность, с которой группа искала решение радовала!

«Как думаешь, получится?» — на всякий случай спросил я демона.

На самом деле мне его мнение было пофиг. И вопрос я задал скорее себе. Нужно было всё обдумать, прежде чем отдать приказ двигаться.

Но Аргх ответил:

«А можно остаться тут?»

Я немного разозлился.

«Останемся, и что? Ты сможешь тут жить?»

«Я да», — ответил демон.

«А я нет! — отрезал я и, вызвав план, добавил: — Можешь снова забираться в свой дальний угол!»

Демон не заставил себя ждать.

Я усмехнулся, и выбросил его из головы, как помеху. Нужно было идти. Тёплые вещи сами себя из общежития в лабораторный корпус не принесут.

— Итак, — решил я проговорить все наши действия ещё раз, потому что сейчас слишком много зависит от слаженности нашей работы. — Ты, Рен, замораживаешь, ты, Сэдэо, делаешь грунт прозрачным… Повторяю! Только на глубину заморозки! Потом ты, Кангэн, выбираешь только землю. Ничто живое не должно стронуться с места, каким бы мелким оно ни было! Потом мы проходим в открывшийся проём. И дальше всё по той же программе — заморозка, прозрачность, выборка земли! Все всё поняли?

Ребята кивнули, что готовы.

Никто больше не сидел в удобных креслах из корней и веток, все стояли за моей спиной.

Я уже готов был отдать приказ начинать заморозку, как Кинпатсу остановил меня.

— Подожди, Кизаму!

Я повернулся к товарищу.

— Что?

— А если мы всю землю уберём, то корешки без опоры начнут провисать и падать. Вдруг и корешки Кутуруку тоже потревожатся. Что тогда?

— Поддержишь их своими лианами? — спросил я у него.

— Хорошо! — кивнул довольный Кинпатсу.

— Отлично! Ну, что? Все готовы? — спросил я.

На этот раз никаких вопросов не было. Я определился с направлением и шагнул к кустарнику. Поклонился ему и вежливо попросил:

— Пожалуйста, организуй для нас проход. Мы хотим сделать под землёй тоннель. Нам нужно в общежитие.

Некоторое время ничего не происходило. Но потом веточки, которые образовывали стены в нашей капсуле спасения, задвигались, заперемещались, заползали.

Через пару минут перед нами был овал открытой земли размером в человеческий рост. Весь испещрённый тонкими ниточками корешков.

Но делать нечего, нужно было идти. И я, отсекая сомнения, сказал кустарнику:

— Спасибо тебе за то, что защитил нас! — А потом повернулся к Рену: — Начинай! Только осторожнее, веточки не зацепи!

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Дорогие читатели, спасибо, что остались с героями романа «Ел я ваших демонов на завтрак!» Для меня важно видеть и знать, что история всё ещё любима и интересна. Поддержите, пожалуйста, книгу лайками и комментариями, если, конечно, она вам нравится.

По поводу выхода глав.

Главы будут выходить через день.

Приятного вам чтения!

Глава 2

Тонкие ниточки корешков, конечно, меня сильно напрягли, но план был хорошо продуман. Во всяком случае, мне так казалось.

Я с интересом смотрел, как Рен промораживает землю. От его ладоней распространялся леденящий холод, настолько сильный, что земля покрывалась инеем прямо на глазах, а нас пробирала дрожь.

Смотрел на его работу не только я, но и остальные ребята. И было ощущение, что каждый мысленно помогает ему…

Наконец, Рен устало опустил руки.

— Всё. Проморозил насколько смог. Давай, Сэдэо, теперь твоя очередь, — и отошёл чуть в сторону, уступая место товарищу.

Сэдэо и Рен сильно сдружились. Возможно сказалось то, что прибыли сюда, в академию магии, из одного форпоста. А может, просто им было друг с другом интересно.

Они были примерно ровесниками — Сэдэо двадцать, а Рену двадцать два года. Но Рен выглядел моложе своих лет, а Сэдэо, наоборот, старше. Однако, здесь, под землёй, в свете моего кинжала щуплый с чёрными, как смоль, волосами Рен казался ещё большим пацаном, а Сэдэо с его седой прядью — древним старцем.

И тем не менее, они понимали друг друга с полуслова. Не успел Рен опустить руки, как к делу приступил Сэдэо. Вскоре почва стала прозрачной, и перед нами теперь красовалась довольно-таки плотная сетка корней разной толщины: от тончайших белых ниточек, до довольно крупных корней — видимо, сюда дотягивались и древесные.

Как должна выглядеть «грибница» Кутуруку, я понятия не имел. Какие из корешков можно трогать, а какие нет, неизвестно. И выяснить безопасным для нас способом сейчас вряд ли получится. А без этого даже с помощью лиан Кинпатсу пройти через плотную сетку разномастных корней, не повредив их, просто невозможно!

Видимо, эти мысли были не только у меня. Потому что, когда Сэдэо уступил место Кангэну, тот не стал торопиться убирать ставшую прозрачной землю, а повернулся ко мне, ожидая команды.

И я точно знал: заминка была не в том, что Кангэн не может убрать землю, которую не видит. Он прекрасно чувствовал её. Нет! Заминка как раз вот в этой корневой сетке. Точнее даже в корневом полотне.

— Что будешь делать? — спросил меня Матакуши.

— Выполнять поставленную задачу, что ещё! — ответил я, не торопясь, однако, действовать или отдавать распоряжения. — Мы должны принести вещи в лабораторный корпус и всё. Любым путём! Или ты забыл?

— Ничего я не забыл! — буркнул Матакуши и отошёл немного назад, совсем немного.

Однако, сказать, что должны выполнить задачу, было намного проще, чем действительно выполнить её. Но если бы задача решалась легко, с ней мог бы справиться любой и не было бы необходимости собирать нашу группу.

Но тут можно размышлять сколько угодно. Однако, нужно было решать задачу. И отступать однозначно не вариант. Начиная с того, что мы уже коснулись магией корней. И если грибница есть, то Кутуруку скоро точно узнает где мы. И тогда он обрушит на кустарник всю свою силу. А вдруг кустарник не выстоит?

В общем, нужно идти вперёд.

Я снова оглядел ребят, перечисляя в уме у кого какая магия.

А что если…

Я повернулся к Шишикю.

— Послушай, а ты сможешь аккуратно вытянуться между корней, а потом, не знаю… приподнять их, что ли? Кинпатсу если что поможет.

— Можно попробовать, — ответил резиновый Шишикю, внимательно осматривая корневое полотно.

Получив его ответ, я кивнул Кангэну, чтобы он приступал.

Земля тонкими струйками потекла между корешков внутрь камеры, которую организовал для нас кустарник, и посыпалась в кучу. Земля на месте оставалась прозрачной, а вот струйки и кучу мы увидели. Наверное, Сэдэо оставил прозрачность только в одном месте — там, где нам было важно видеть корешки.

Наконец, земля была выбрана и пришла очередь Шишикю и Кинпатсу сделать нам проход среди корней.

Проход — это конечно очень громко сказано, но лаз получился. Вот и хорошо.

Мы, дрожа от холода из-за заморозки, преодолели свободный участок, и Рен снова взялся за дело.

Как только мы все вползли в лаз, кустарник-стражник Бут-Харуул переплёл ветки, закрывая нам дорогу назад.

Я бы на это не обратил внимания, потому что меня больше интересовало, как мы продвигаемся вперёд. Но поймал взгляд Матакуши и посмотрел на ветки.

Ну что ж, вполне ожидаемо. Будем надеяться, что на обратном пути ветки откроют проход.

Освободился ещё один участок, земля переместилась к веткам, закрывая их и часть корешков, а мы продвинулись ещё немного.

Всё было хорошо, но как же медленно мы передвигались!

Естественно, я следил по карте, что вокруг нас происходит.

Наверху было полно щупалец, но нам пока никто не мешал.

Чёрт! Сглазил!

То ли заморозка первой партии прошла, то ли мы где-то вышли за границы заморозки, но Кутуруку почуял нас.

Я увидел, как щупальца устремились в одну точку — над нашими головами и принялись хватать землю и разбрасывать её. Эта мразь решила добраться до нас.

Выход был один — побыстрее попасть в общежитие.

Про опасности, которые ждут в общежитии я пока не думал — будем решать проблемы по мере их поступления.

— А ну, ребятки, — крикнул я. — Поднажми! Кангэн, копай как можно быстрее! Чёрт с ними, с корешками! Не тратьте время на заморозку! Горо, включай своё зеркало, направляй его вверх! Остальные, будьте наготове!

Передвигаться мы стали заметно быстрее. Но и Кутуруку не медлил! Эта тварь вгрызалась в землю, как землеройная машина. И будь её действия чуть слаженнее, нам пришлось бы совсем туго.

Мы уже докопали до фундамента — он жёсткой границей пересёк верхнюю часть лаза. И едва мы вышли к нему, как, несмотря на щит Горо, на нас посыпалась земляная крошка — щупальца Кутуруку были слишком близко.

Кангэн работал с чудовищной скоростью, я даже не предполагал, что так можно. Но лаз под фундаментом появился как по волшебству. Поэтому, в тот момент, когда Матакуши рванул со стальными кулаками на Кутуруку, у меня уже было пространство для манёвра. Недолго думая, я схватил парня за шкирняк и втянул его за фундамент.

— Пусти! — рванулся он обратно.

— Остынь! — приказал я ему. — Мы в безопасности!

Матакуши был бледен, в его глазах плескалась ненависть. Он плохо понимал, где находится. Однако, приказ мой услышал и рваться перестал. Правда, не сразу. Лишь в тот момент, когда его взгляд упал на щупальца, которые бесновались по ту сторону фундамента. Они скрючивались, бились, хватали землю. Но ни одно не сунулось за фундамент! Как будто по линии фундамента проходило непреодолимое для щупалец препятствие.

Ну а что? По сути мы были в общежитии — в подземной его части.

Смотрел на щупальца не только Матакуши, но и все остальные.

Постепенно до нас доходило, что эту часть пути мы преодолели! Мы справились! Больше не нужно было рваться, можно было спокойно выйти на поверхность. В смысле в подвал. А потом найти вход в жилую часть и собирать вещи. Ах, да, нужно держаться вместе. Но пока, требовалось именно вылезти из земли.

Я повернулся к Кангэну, сказать, что дальше можно сильно не напрягаться, но увидел его лежащим. Рядом с ним уже суетились Макото и Ёсико.

— Ты молодец! — сказал я бледному Кангену.

Было понятно, что он полностью выложился, чтобы довести нас до этого места. Дальше просить его пользоваться магией было нельзя. Он полностью истощился.

Но и оставаться на месте тоже нельзя. Ещё чуть-чуть и проблема воздуха встанет очень жёстко. Всё ж таки ограниченный объём, а нас тринадцать человек.

Решение пришло быстро.

— Кинпатсу, — попросил я. — Ты можешь своими лианами сделать нам выход наверх?

— Могу, — улыбнулся белобрысый дохляк и поднял руки.

Лианы из его ладоней рванули к солнцу, хотя, какое солнце в подвале?

Тем не менее, лианы проросли, вбурились в земляной потолок.

Мы стояли, смотрели. И я думал, какую ещё магию мы можем использовать, чтобы выйти на поверхность.

Казалось бы, самое простое — приказать земле отодвинуться и дать нам проход. А ещё лучше, сдвинуться лесенкой, чтобы нам было удобно подниматься по ступенькам. Но я чувствовал, что сейчас это не сработает. Сейчас всё моё внимание на людях. Сейчас мои приказы исполняют они.

— Готово! — сказал Кинпатсу.

Из его ладоней рос целый лес лиан. Это были сочные, жирные ростки, они двумя колонами уходили вверх и там соединялись.

Кинпатсу развёл руки, и лианы раздвинули землю. Сразу стало легче дышать — к нам под землю хлынул из подвала воздух. После спёртого подземного он показался нам верхом свежести!

Лаз получился не широкий, но высокий. И через него нужно было как-то выбраться.

Я повернулся к Даичи и протянул ему верёвку из простыни — ту самую, которой мы связывались в тумане. Когда мы оказались под землёй, я смотал её и завязал вокруг пояса, а теперь вот снова достал. Конечно, она человеческий вес не выдержит, но свёрнутая в два-три раза вполне может служить дополнительной страховкой.

— Сможешь удлиниться, чтобы пролезть? — спросил я. — И оттуда подстраховать?

— А то! — хохотнул пацан и буквально нырнул в дырку, удлинив свои ноги.

Через миг его ноги оторвались от земли, и он крикнул сверху:

— Я на месте!

Следующим был Шишикю — он потянулся по лианам и по спущенной Даичи верёвке.

Единственное, чем я мог помочь ему, это приказать его телу стать легче.

Даичи принял резинового человека наверху.

Потом по лианам и верёвке поднялись друг за другом Горо, Матакуши и Сёрито. Потом Сэдэо и Рен. И всем я приказывал стать легче, чтобы там наверху могли принять их, и чтобы лозы Кинпатсу выдержали вес.

Изуми не хотела подниматься раньше меня. Пришлось прикрикнуть на неё.

Следом за Изуми отправилась Ёсико.

Кангэн сам подняться не мог, поэтому решили сделать так: поднесли его поближе к Кинпатсу, потом опутали верёвкой и лианами, и с помощью них подняли Кангэна. Даичи страховал сверху. Естественно, я уменьшил вес коренастого мага земли, иначе, Кинпатсу с Даичи ничего не смогли бы сделать.

Следом за Кангэном поднялся Макото. Остались мы с Кинпатсу вдвоём.

Я смотрел на него и видел: он может отключиться в любой момент, точно так же, как и Кангэн. Боялся, что я поднимусь, а он сам уже не сможет.

Поэтому сказал:

— Теперь лезь ты!

Кинпатсу сначала вроде примерился исполнять, но потом посмотрел на меня:

— А как же ты?

— Обо мне не беспокойся! Там есть верёвка. Поднимайся!

Конечно, одна верёвка без лиан — это так себе аргумент. Не надёжный даже с уменьшенным весом. Но другого у меня не было.

Кинпатсу настолько устал, что не стал спорить — молча полез по своим лианам.

Когда его приняли наверху, пришла пора и мне что-то решать.

Но тут в отверстие спустились лианы вместе с моей изрезанной простынёй, превращённой в верёвку — истрепавшейся и в грязи. И мои губы сами растянулись в улыбке.

Ребята помогли мне вылезти, и Макото с Ёсико тут же забрали Кинпатсу, уложили его рядом с Кангэном.

Мы наконец-то были в относительной безопасности, и я скомандовал десятиминутный перерыв. Тем более, что Кинпатсу с Кангэном всё равно пока двигаться не могли.

Я, обвязывая верёвку вокруг пояса, с досадой поморщился: мы проделали ещё малую часть пути, а два человека уже выложились в ноль. Если дальше так пойдёт, то нам сложно будет выполнить задачу.

Пока ребята отдыхали, я изучал карту. И по ней вообще не было понятно, где вход из подвала в жилую часть.

За размышлениями я не услышал, как ко мне подошла Изуми. Близко подошла. Слишком близко.

Когда она грудью прикоснулась моей руки, у меня встало всё — от волос до сами знаете чего. Хорошо, что верёвка поддерживала рубаху, и та не выперлась впереди как указатель направления. Точнее, выперлась. Но я стоял к ребятам спиной, так что пофиг.

Вспомнились формы Изуми в обличие секс-бомбы, её мягкая кожа и запах от которого голова шла кругом. Захотелось сграбастать её всю и зацеловать. Но пришлось немного отодвинуться. Чуть-чуть, чтобы она не обиделась.

Однако Изуми и не думала обижаться. Она невинно улыбнулась и спросила:

— О чём задумался?

— Думаю, как попасть в жилую часть общежития, — машинально ответил я, разглядывая её губы. А потом тихонько добавил: — Что ты со мной делаешь?!

Изуми расцвела, но тут же спрятала улыбку и сказала совершенно серьёзно:

— В общежитии за порядком следит домовой дух Бурауни. Дверь открыть может только он.

— Понял, — сказал я. — Нужно найти способ заставить его это сделать.

У меня внутри всё полыхало, поэтому долго искать способ не было необходимости — он был очевиден — пожар!

Я на миг пожалел, что пиромаг Хикаро не с нами. С другой стороны, зачем он нам, когда есть Ёсико! Я очень хорошо помнил, как она иероглифом зажгла факел. Конечно, факел — не так эффектно, как пожар, но лиха беда начало.

План был простой до гениальности. Раз Бурауни следит за порядком, то нужно устроить пожар. Он примчится тушить, ну и откроет дверь.

Правда в этом плане было одно очень слабое место — нам нужно было выжить в пожаре и после него. Потому как разъярённый домовой дух вряд ли погладит нас по голове за наши шалости.

Я оглянулся на ребят и решил дать им ещё минут пять отдыха, прежде чем призывать великого и всемогущего Бурауни. Так как потом нам придётся двигаться очень бодро. К тому же вдруг другой план в голову придёт? Менее экстремальный…

И он пришёл!

Другим вариантом вызвать домового духа был потоп. Если устроить потоп, то Бурауни тоже прискачет ликвидировать последствия.

Правда устроить потоп было сложнее, чем пожар — где взять столько воды?

И тут я понял, что нужно делать! Блин! Это же так просто! До гениальности!

Нужно найти водопроводные трубы и заморозить их! Трубы сразу же полопаются, потому что вода, превращаясь в лёд, расширяется! И лёд рвёт замёрзшие водопроводные трубы на раз!

А если лёд быстро растопить, то не останется никаких следов теракта. Будут только разорванные трубы и потоп, который нужно будет срочно ликвидировать.

Я сам был в восторге от идеи! Осталось найти трубы…

Жалко, источник света был только один — мой нож. Поэтому отойти далеко от ребят я не мог, а в непосредственной близости никаких труб не наблюдалось.

— Что ищешь? — спросила Изуми, заметив, что я внимательно оглядываюсь по сторонам.

Пришлось посвятить её в свой план по размораживанию системы водоснабжения.

И тут Изуми, вместо того, чтобы восхититься моим гениальным планом, рассмеялась.

Я сразу же почувствовал себя полным дураком, придумавшем настоящую фигню.

— Что? — очень недружелюбно спросил я.

— Извини, — Изуми перестала смеяться. — Просто ты такой милый!

— А ты знаешь другой способ попасть в жилую часть? — с раздражением спросил я.

Как ни крути, а я обиделся. Эти женщины…

И тут мне пришла действительно гениальная мысль.

— Спасибо, Изуми, солнышко! — с улыбкой сказал я и чмокнул удивлённую девушку в лоб.

Теперь нужно было подготовиться и… И двигаться дальше.

— Ну что, ребята, отдохнули? Готовы? — спросил я у своих.

Они были готовы. Даже Кинпатсу и Кангэн — магия, конечно, для них пока под запретом, но их физическая сила тоже лишней не будет.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Майор со своей молодой женой купили свою первую квартиру. Долго выбирали район, дом, соседей. Чтобы школа и садик для будущих детей были рядом. Инфраструктура там, экология и другие полезные вещи.

Купили. Заселились. Пошли с соседями знакомиться. Ну и между делом поспрашивать, как им тут живётся.

Соседка бабушка «божий одуванчик» из соседней квартиры поделилась:

— Хорошо живётся. Двор тихий, соседи хорошие, крыша не течёт, правда недавно подвал затопило, очередного покойника там выловили. А так все хорошо.

Глава 3

Идея действительно была красивой! Не надо было ничего затоплять, поджигать или размораживать. Достаточно было одной простой вещи…

Почему я отказался от теракта? Да потому что вспомнил, как щупальца Кутуруку не смогли преодолеть черту фундамента.

Перед щупальцами не было видимого препятствия, им хватало длинны, чтобы добраться до нас, они вполне могли это сделать, однако, дальше фундамента они пройти не смогли.

И что это означает?

А это означает, что домовой дух Бурауни охраняет и защищает свои границы от Кутуруку. То есть, Бурауни враг Кутуруку. А враг моего врага… То-то и оно!

Поэтому мы постараемся не ссорится с Бурауни. А значит, ни потопов, ни пожаров, ни вредительства. Будем предельно вежливыми — используем магию.

Когда все ребята были готовы, я приказал:

— Дверь, покажись!

Чуть было не добавил: «Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом!»

Но удержался. Лишь ещё раз повторил приказ, вложив в него мысль, что мы не враги Бурауни. И что нам нужна его помощь.

Когда я в третий раз повторил приказ, у меня на карте обозначилась дверь.

— Идёмте! — махнул я ребятам, и не раздумывая больше, отправился к месту, отмеченному на карте.

Идти было недалеко. По моим представлениям где-то тут должна располагаться лестница, но мы увидели перед собой ровную стену. Получалось, дверь была замаскирована так, что, если бы не магия, фиг бы мы её нашли.

Кстати, в голову сразу же пришла мысль, что если бы мы всё же пошли по пути теракта, то домовой дух вполне мог дождаться, пока мы загнёмся в подвале и только после того открыть дверь. Так что, спасибо Изуми, что удержала меня от глупости, хотя она даже не догадывается об этом.

Теперь нужно было постучать в дверь. Причём так, чтобы нам её открыли.

И всё же я не удержался и торжественно проговорил:

— Сезам, откройся!

Ребята восприняли мои слова как должное. Как-будто именно так и нужно было открывать двери из подвала в общежитие. Типа, я знаю, что делаю.

А вот я охренел, когда дверь действительно открылась!

Я даже глазам не поверил, пока Матакуши не спросил:

— И чего стоим? Путь свободен!

Сразу за дверью была лестница. Мы поднялись по ней и оказались в холле первого этажа.

В холле и коридорах было пустынно. Понятно, что сейчас время Бурауни. Но ждать, когда в общежитие вернутся учащиеся, было глупо. При нынешней ситуации они вернутся не скоро. Так что нужно было идти по комнатам и собирать вещи по списку.

Однако, я медлил отдавать приказ. Понимал: то, что нам открыли дверь, это аванс. А теперь мы должны подтвердить право находиться тут.

Да, я прекрасно помнил, что сказал Райко по поводу Бурауни! Он сказал: держитесь поближе друг к другу. Но может же быть такое, что Райко с Оринэ просто не знали другого способа, потому что не были в такой же ситуации, как и мы.

В общем, я решил обратиться к домовому духу.

— Уважаемый Бурауни, — сказал я. — Простите нас, что мы вот так вошли в общежитие. Но у нас на это были причины, мы скрывались от Кутурку. Спасибо вам, что вы защитили нас! — И я поклонился.

Ребята следом за мной тоже согнулись в поклоне.

Я не спешил выпрямляться, ждал сигнала, что мои извинения приняты.

Ребята тоже стояли склонившись, хотя мы заранее ни о чём таком не договаривались.

Наконец, спустя несколько минут, когда моя спина уже начала ныть, по холлу пронёсся вздох.

Я воспринял это как знак, что наши извинения приняты.

Не выпрямляя спины, я снова обратился к домовому духу:

— Уважаемый Бурауни, мы не просто так пришли сюда. Не все мы живём в этом общежитии. Я и мои товарищи… — я показал на Ёсико и тех, кто был в полосатых рубахах, — живём в другом общежитии. Но наши товарищи, которые живут тут, послали нас сюда с просьбой. Они сами не смогли прийти из-за Кутуруку. А им нужны их вещи. Разрешите нам взять вещи наших товарищей и отнести им. У нас вот есть список, — и я протянул двумя руками листочек, на котором были записаны комнаты и места, где лежат вещи тех ребят, которые остались в лабораторном корпусе.

В этот раз стоять пришлось дольше. У меня уже руки заболели, но я терпел. И ребята терпели.

Наконец, снова раздался вздох.

Судя по тому, что нас не размазало и не разметало, что на нас никто не нападал и руки не выкручивал, разрешение мы получили.

Однако, несмотря на то, что разрешение было получено, разбредаться мы всё равно не стали. Мы заходили все вместе даже в те комнаты, где жили присутствующие, забирали вещи и шли в следующую комнату.

Прежде чем зайти в комнату, жильцов которой среди нас не было, я громко сверялся со списком. Потом так же громко читал, где лежат вещи, которые нам нужно забрать, и имя человека, которому они принадлежат.

И так из комнаты в комнату.

Наконец, мы вошли в комнату, где жили Кинпатсу и Изуми, и я с огромным трудом подавил желание заглянуть в вещи и проверить, на месте ли катана и другое оружие.

Когда собрали ещё только половину вещей, я понял, что через лаз мы с этими вещами точно не пойдём. Начиная с того, что нас там ждёт разъярённый Кутуруку, заканчивая тем, что лаз должен быть гораздо шире, чтобы мы прошли с баулами.

Но вот все вещи были собраны, и мы спустились в холл первого этажа. Нужно было решать, как возвращаться в лабораторный корпус. Но прежде нужно было поблагодарить домашнего духа Бурауни за то, что он позволил нам собрать вещи наших товарищей.

Я сказал вслух слова благодарности и точно так же согнулся в поклоне, давая знак ребятам, чтобы они тоже поблагодарили. Но им знаки были не нужны. Они понимали, как сильно нам облегчил жизнь местный домашний дух. Благодарность ребят была искренней.

В этот раз вздох пронёсся по холлу гораздо быстрее.

Итак, вторая часть нашего похода была выполнена. Оставалось самое трудное — вернуться в лабораторный корпус.

Я подошёл к входной двери и приоткрыл её, чтобы сориентироваться в обстановке.

Дождь всё так же лил как из ведра и на улице стояла темень, словно сейчас глубокая ночь, а не середина дня. Щупальца Кутуруку стянулись вокруг общежития, в котором находились мы, отсекая нам возможность покинуть здание хоть под землёй, хоть по улице. Тем более, что кустарника не было, так что на его помощь мы рассчитывать не могли. Но вернуться в лабораторный корпус нужно было хотя бы потому, что защита там лучше, чем здесь.

— Что будешь делать? — спросил у меня Матакуши.

Он стоял за моей спиной и смотрел через моё плечо на улицу.

— Выполнять задачу! — хмуро ответил ему я.

— Как? — спросил Матакуши.

— Как-как… Пока не знаю как! — разозлился я и повернулся к ребятам.

Снова провёл ревизию магии, которая есть у нас в наличии, и понял, что ничто не поможет. Нет у нас ресурсов, чтобы пройти мимо Кутуруку. А потому нужно какое-то принципиально другое решение.

И тут меня накрыло. Я рассмеялся — какой же я кретин! А потом повернулся к Матакуши и попросил:

— Как ты задал вопрос, повтори пожалуйста?

— Я спросил, как будешь выполнять задачу, — с недоумением ответил Матакуши.

— А перед этим? — уточнил я.

— А перед этим спросил: что будешь делать… — ответил он.

— Вот! — разулыбался я.

— Не понял, — признался Матакуши.

И остальные ребята тоже смотрели на меня с недоумением.

— Я тоже не понял, — сказал я и с усмешкой добавил: — Не понял, как я в это ввязался.

А потом задумался.

То, что Кутуруку враг — это не вызывает сомнений. Но с чего я решил, что Оринэ и Райко друзья? С какого перепугу я взялся выполнять их пожелания и распоряжения? Только потому что они спасли меня от карцера?

Нафиг мне вообще сдался меч императора Каса? У меня свой есть! Тоже из скалы, между прочим! К тому же опасность угрожает моим родителям… Не моим, Кизаму, но всё равно! Им угрожает опасность, а я вместо этого должен лезть в логово к этим грёбанным щупальцам! Лезть чтобы что? Достать меч и передать императору? Для чего? Император вступит в схватку в Кутуруку и прогонит его? Да не смешите! Если он не может сам достать меч, то как сможет бороться с этими щупальцами? Значит, меч нужен ему для другого. Для каких-то своих целей! А мне его цели ни откуда не упали, чтобы совать голову в логово Кутуруку.

И сейчас этот монстр стянул свои щупальца к общежитию только потому, что я тут. Без меня ребятам ничего не угрожало бы. В конце концов, сколько тут было таких дождей? И при этом столько поколений магов обучились в этой академии… Некоторые вон преподавателями стали, в императорский клан вошли.

Я снова оглядел ребят, теперь уже иначе.

Они пошли сейчас за мной, верят мне, надеются, что я что-то сделаю. Вон даже Матакуши не спрашивает, что мы сделаем, его вопрос звучит: что ты сделаешь… Ты, а не мы!

Да, Кинпатсу и Кангэн выложились, прокладывая путь под землёй. А он нужен был? Наладилась бы погода, и можно было бы спокойно сходить забрать вещи… К чему этот подвиг?

Может, и сейчас нужно просто дождаться, пока закончится дождь и потом спокойно перейти в лабораторный корпус? Все эти дисциплинарные комитеты и ниндзя точно не будут ждать нас отсюда. Так что у нас явное преимущество.

А с другой стороны, ну вернёмся мы в лабораторный корпус, а потом что? Будем сидеть как мыши… Точнее, как селёдки в банке, боясь высунуть нос наружу. И что это за жизнь?

Нет, тут нужно решать что-то кардинально!

Ребята сидели на баулах кучкой и ждали, что я скажу.

И решение у меня было. Но настолько безумное, что я не спешил его озвучить.

То, что вещи нужно доставить — это само собой разумеется. Мы вызвались сделать это и сделаем. Вот дождь закончится, и ребята отнесут. В конце концов ребята, не побывавшие в щупальцах Кутуруку, это само по себе не рядовое событие и нужно позаботиться о них.

Что же касается меня…

Я подошёл к Кинпатсу и попросил:

— Дай мне мои вещи, пожалуйста.

Кинпатсу развязал баул, на котором сидел и достал из него другой, почти такого же размера.

Оказалось, что своих вещей у Кинпатсу очень немного. Я раньше даже не задумывался об этом. Почти всё в его бауле — это были мои вещи и моё оружие.

Я развязал узел, который мне собрала мама Ишико и первым делом достал штаны и рубаху. Хватит светить арестантской рубахой. Она, конечно, привлекает внимание и внушает трепет другим ученикам в столовой, но крепить оружие и драться с серьёзным противником в нормальной одежде удобнее.

Не обращая внимания на удивлённые взгляды ребят, я переоделся. Кстати, раны от щупалец Кутуруку практически затянулись, но рубцы, по-видимому, со мной останутся на всю жизнь.

Полосатую рубаху я аккуратно свернул и положил к остальным вещам.

Конечно, она была грязная и её надо было бы постирать, но сейчас немного не до того.

Потом я развернул оружие.

Парни присвистнули.

Они с блестящими глазами уставились на мои трофеи. Я видел, что им хочется взять что-нибудь, покрутить в руках проверяя заточку или устройство. Возможно даже попробовать в деле…

Первым не выдержал Даичи.

— Круто! — восхищённо прошептал он и протянул руку к цепи с грузом. — Можно?

Я кивнул.

Даичи с трепетом взял оружие, взвесил в руке, а потом размотал цепи и покачал, как бы приноравливаясь ударить. У него уже были два сюрикена, которые я дал ему в начале похода, но похоже, цепь его привлекла больше. Чувствовалось, что он сейчас с удовольствием долбанул бы грузом по чему-нибудь. Хоть по тем же щупальцам.

Это стало сигналом для остальных парней — они тоже потянулись к оружию.

И не только парни — Изуми тоже взяла метательные ножи.

— Всегда мечтала о таком наборе! — поделилась она с такой нежностью, как будто речь шла о наборе для маникюра.

Не потянулись к оружию только Макото и Ёсико. Но и они с интересом рассматривали мой арсенал. Особенно Макото.

Пока парни перебирали оружие и делились впечатлениями и мыслями, я закрепил на своей одежде ножны катаны — той, что достал из скалы, и нож Тосиюки Такаги. Проверенный в драках кастет отправился в карман одним из первых. Теперь я чувствовал себя намного уверенней. Даже не думал, что арестантская рубаха так влияет на самоощущение.

Закончив размещать оружие, я повернулся к ребятам.

— Значит так, — сказал я. — Сейчас мы разделимся на две группы. Одна дождётся, пока закончится дождь, и как только Кутуруку уберётся, сразу же, не мешкая, доставит вещи в лабораторный корпус. Мои вещи тоже, хорошо? — я вопросительно посмотрел на Кинпатсу.

Тот нахмурился, но потом кивнул.

— Я не могу взять тебя с собой, тебе нужно восстановиться, — извиняясь, сказал я Кинпатсу.

— Я понимаю, — ответил он и расстроился окончательно.

— Ты в этой группе будешь за старшего, — добавил я.

Кинпатсу кивнул.

— А вторая группа? — спросила Изуми. — У нас какая задача?

— У нас? — с недоумением переспросил я.

Вообще я думал, что вторая группа — это буду я один. То, что я задумал, было опасно, и я не хотел, чтобы кто-то из ребят рисковал. Но глядя на своих товарищей, понял, что одного меня они не отпустят. К тому же, чего греха таить, с прикрытием мне будет легче. Во всяком случае пока мы не доберёмся до арены и там, в самом корпусе арены, пока не найдём порталы… Там прикрытие тоже лишним не будет.

Да-да, я решил добраться до порталов и отправиться к семье. И увести домашних куда-нибудь или хотя бы предупредить. Это был первый шаг в моей задумке. Потом мне нужен был Аргх. Пора уже было разобраться с демонами. В том смысле, что в этом мире слишком много разных существ, которым люди должны подчиняться. Меня это не устраивает. Абсолютно не устраивает, когда всякие разные твари типа Кутуруку диктуют мне что я должен делать, куда и когда ходить. Я собирался избавить Куроикабе, да и всю Баракушити от Кутуруку и ему подобных. Ну и от демонов тоже.

А раз мне нужно прикрытие, значит, второй отряд должен быть боевой. Поэтому я спросил у ребят:

— Кто из вас умеет обращаться с чем-либо из этого оружия?

Первой была Изуми.

— Я умею! — воскликнула она. — С метательными ножами. Ну и с сюрикенами немного. Я мечтала стать куноити. Даже когда получила благословение Всеблагой, всё равно продолжила тренироваться.

— Ты полна сюрпризов… — это всё, что я смог сказать.

Разве мог я предположить такой поворот, когда Изуми сверкала трусиками, или когда мы с ней любили друг друга.

Кстати, щупальца на нас тогда не нападали…

— Тоже умею! — поспешил заверить меня Даичи. — Мы с братом делали подобные цепи.

Расспрашивать его где и когда, а главное, для чего он делал цепи, я не стал. Особенно учитывая арестантский вид пацана.

Подумав немного, я дал ему из своих запасов штаны и рубаху:

— Переоденься!

Конечно, Даичи всего лишь пацан. Но это пацан, который убивал. Да и он уже успел показать себя, так что, возьму его тоже.

Следующим к моему удивлению был Матакуши.

— Я умею, — сказал он. — Я был стражником на стене в своём форпосте.

Эх, не тот он человек, к которому я повернулся бы спиной. Но боевой опыт, если он есть, это очень ценно. И опять же, тюремная рубаха говорила в пользу Матакуши — в смысле боевой подготовки.

Ему я тоже дал одежду переодеться. Ему досталась зелёная рубаха с рюшечками по горловине и рукавам. Та самая, которую сшила для меня мама Юмико.

— Извини, но другой нет, — сказал я. — Но если хочешь, можешь, отказаться.

Матакуши молча взял из моих рук одежду и начал переодеваться.

Когда он был готов, я предложил выбрать оружие. Матакуши взял катану одного из ниндзя и нож — тот самый, который я отнял у бандитов на улице. Чубатого парня не смутило, что нож без ножен. По тому, как он оценил клинок, я понял, что драться он действительно умеет и толк в оружии знает.

Изуми собрала все метательные ножи и сюрикены. Немного подумав, она взяла и саи — все три. А Даичи — цепь и нож в ножнах. Ну и нунчаки само собой.

Из оружия осталась только катана одного из ниндзя и два ножа.

— Кто ещё умеет пользоваться оружием? — спросил я.

Все промолчали.

— Тогда это нужно убрать. Пусть побудет в запасе. И не говорите никому, что есть оружие. Меньше соблазнов будет напасть на вас. Распределите вещи, и как только щупальца уберутся под землю, сразу же поспешите в лабораторный корпус! Не медлите! Скорость ваш лучший союзник! Кинпатсу, ты старший!

Кинпатсу кивнул. Следом за ним кивнули остальные.

— А вы куда? — спросила Ёсико.

— Скоро придём! — пообещал я.

Рассказывать всем свои планы я не стал. Я и боевой отряд до конца посвящать в свои планы не собирался. Хотел только, чтобы они проводили меня до арены, а потом вернулись в лабораторию.

Потом я оглядел тех троих, кто составил боевой отряд. Все были готовы. Снова подошёл к входной двери, выглянул. На улице явно посветлело. А это означало, что Кутуруку скоро уберётся под землю.

Но ждать, когда это произойдёт в мои планы не входило.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Собирая в этот раз боевую группу, майор не мог не думать про современное оружие. Безусловно, с пулемётом или гранатомётом было бы быстрее. А может, и нет. Потому как у магии, мать его, свои законы.

Глава 4

— Изуми, ты идёшь в центре и в бой пока не вступаешь, — начал я инструктаж своего боевого отряда.

— Почему? — тут же спросила она.

— Потому что у тебя оружие дальнего боя, — ответил я. — А нам прямо сейчас предстоит ближний бой. К тому же твои сюрикены и кунаи да и саи тоже вряд ли нанесут хоть какой-то урон щупальцам. А вот потом, на месте, там твои метательные ножи могут оказаться очень полезными.

Я хорошо помнил, как ночью пробивался через лес этих мерзких отростков. Мой нож тогда не оставил видимых повреждений. Неужели кунаи и сюрикены оставят? Поэтому в битве с Кутуруку от Изуми толку не будет. А вот если придётся столкнуться с ниндзя или придётся отбиваться от ребят из дисциплинарного комитета, тогда да, тогда Изуми будет полезна.

— Поняла, — согласилась Изуми.

Я повернулся к Даичи.

— Чем ты лучше владеешь — нунчаками или цепями?

— Цепями, — уверенно ответил пацан.

— Хорошо. Приготовь цепи. Пойдёшь позади Изуми, будешь прикрывать нас сзади.

Даичи кивнул. В его руках осталась цепь с грузами, а нунчаки отправились за пояс.

Однако Даичи засунул их так, чтобы потом легко можно было выхватить. Сделал он это одним движением, как будто проделывал тысячу раз.

У меня холодок пробежал по спине — он ведь ещё совсем пацан!

«Взял в руки оружие, значит уже не ребёнок!» — сказал я себе и повернулся к Матакуши.

— Какой рукой сподручнее драться? — спросил я.

— Без разницы, — ответил он. — Обеими хорошо владею.

— Пойдёшь слева.

Матакуши кивнул, а я продолжил инструктаж:

— Держимся насколько возможно близко друг к другу, прикрываем друг друга. По возможности двигаемся быстро. Как можно быстрее! Но не забываем смотреть по сторонам! Готовы?

— Какая у нас задача? — спросил Матакуши.

— Дойти живыми, — коротко ответил я. И добавил: — Всем четверым!

Говорить при всех куда именно мы отправляемся, я не стал. Не хотел, чтобы Райко и Оринэ знали об этом. Я вообще по возможности никого не хотел посвящать в свои планы. Хотя бы для того, чтобы мне их не испортили.

Мы приготовили оружие и подошли к двери.

Перед тем, как открыть дверь и выйти на улицу, я достал катану из ножен и мысленно обратился к мечу:

«Я всё ещё не знаю твоего имени, прости. Но я прошу тебя снова помочь мне. Я должен спасти родителей, и я должен освободить этот мир от Кутуруку. Ты моя надежда! Мне нужна твоя помощь. А взамен я досыта напою тебя кровью этой мрази с щупальцами!»

Я провёл пальцами по оплётке рукоятки, нащупал ленточку и улыбнулся от тепла, которым ответил мне меч.

Потом приказал ножу светить ярко и после этого открыл входную дверь.

Щупальца Кутуруку вроде кинулись к нам, но тут же отпрянули от света.

— Быстро! — приказал я, ныряя под дождь.

Изуми, Даичи и Матакуши выскочили следом за мной и сразу построились в боевой порядок, который мы обговорили.

— Бежим! — приказал я.

И мы побежали, потому что я предполагал, что будет дальше. Не знал точно, но ждал пакости от Кутуруку. И не ошибся. Щупальца волнами колыхались вслед за нами. А между ними начал потихоньку сгущаться рассеявшийся было туман.

— Мы должны добежать до места, пока туман не станет слишком плотным! — на бегу сказал я.

Но ребята и так бежали. Каждый выкладывался. Однако, строй держали.

Направление я задал сразу.

Судя по карте, до арены было не так уж и близко, хотя и не очень далеко. Но всё познаётся в сравнении — возможно, днём, при солнечном свете, без дождя и щупалец путь от общежития до арены и не показался бы нам таким большим, но сейчас это было громадное расстояние. Громадное расстояние через колышущийся лес, желающий нас уничтожить. Лес, который мы притягивали — всё новые и новые щупальца вырастали впереди нас, всё сильнее сгущался туман, но свет от моего ножа всё ещё держал Кутуруку на расстоянии, позволяя нам двигаться дальше.

Вокруг раздавалось шипение: «Не уйдёшь! Ты наш!»

Мы не обращали внимания на это шипение, просто бежали и время от времени уклонялись от наиболее активных щупалец.

Чем сильнее сгущался туман, тем чаще щупальца проносились в непосредственной близости от нас, словно испытывали нас — можно уже хватать или ещё чуть-чуть подождать.

Первым напоить свой меч кровью врага пришлось мне.

Эта дрянь внезапно опустилась прямо передо мной, перекрывая путь, и, если бы не взмах катаной, то я скорее всего уже висел бы в воздухе и меня раздирали бы на части.

Я хорошо помнил, как в прошлый раз ударял по щупальцу ножом, я тогда никаких повреждений нанести не смог. Теперь же я легко отсёк щупальце и успел в движении попасть под струю крови. Она была чёрная, холодная и вонючая.

Но не успел дождь смыть с меня кровь врага, как пришлось снова рубить, и не только мне — Матакуши тоже вовсю отбивался от щупалец. Его катана была не такой острой, как моя, но он с лихвой компенсировал это опытом — чего-чего, а опыта владения мечом у бывшего защитника стены было побольше, чем у меня.

Он рубил мечом и ножом, крутился, постоянно двигался и рычал от ненависти.

Как я его понимал — ко мне щупальца в карцере только прикоснулись, и я сразу выскочил наружу. А он там просидел всю ночь.

Правда той ночью Кутуруку было не до него, но, думаю, парню хватило.

Кстати, видя, с какой яростью Матакуши рубит щупальца, я немного переменил отношение к нему. Самую малость. Но тем не менее.

В бой вступил и Даичи — его цепь металась, била щупальца, размолачивала их грузом. Иногда обматывала и подтягивала, и тогда в ход шла моя катана — я отсекал щупальце и Даичи снова начинал отмахиваться.

Мне немного мешал нож со светом. Точнее, не мешал, а не помогал. Более того, я не мог постоянно держать руку поднятой, иногда рука опускалась. И тогда щупальца набрасывались на нас с новой силой.

Была мысль отдать нож Изуми, но я боялся, что в её руках нож светить не будет. К сожалению, в общежитии мы этого не проверили, а тут проверять я не стал — зачем рисковать?

Почему я думал, что в её руках нож не будет светить? Да потому что это мой трофей! Меня он слушался. Будет ли он слушаться другого человека? Может, да, а, может, нет. Но проверять во время боя — очень плохая идея.

А потому я отбивался от щупалец, как мог, стараясь продвигаться по направлению к арене.

И всё-таки, как бы ни был силён Кутуруку, но он не сильнее природы — в тот момент, когда мы уже приблизились к арене, дождь прекратился, тучи начали рассеиваться.

Кутуруку ещё держался за туман, которого он напустил, но в небе уже начали появляться прорехи, и поднимающиеся над туманом щупальца с визгом ныряли обратно.

Я уже подумал, что мы победили. Тем более, что крыльцо арены было метрах в десяти. Но эта мразь, прежде чем уйти, полоснула наотмашь щупальцем по Изуми, сбивая её с ног.

Да, мы все были начеку, и не дали Изуми вылететь из нашего строя, но след от щупалец на её лице остался. Это была слизь, и она очень жгла. Я по себе знал, каково это. А тут — лицо.

Подхватив Изуми, мы заскочили в здание арены. И понеслись по коридору, не сбавляя скорости, — нужно было смыть слизь с её лица.

Да и нам не помешало бы умыться — кровь Кутуруку перемешанная со слизью тоже сильно жгла. Но мы — потом. В первую очередь Изуми.

Я чувствовал свою вину, что пропустил удар, не смог прикрыть свою женщину. И поэтому, когда мы бежали сначала по холлу, а потом по коридору, я орал что было силы:

— Дорогу!

Орать было кому — учащиеся столпились у входа. Не знаю, видели ли они из-за тумана нашу схватку с Кутуруку или нет, но визг его слышали наверняка.

Представляю картинку, которую они могли наблюдать в окно: море тумана, над ним время от времени вздымаются щупальца и раздаётся визг, также слышны крики и шум драки — мы ведь тоже не молчали. А потом из тумана выныривает четвёрка учеников с ног до головы перепачканная чем-то чёрным и вонючим — не думаю, что ученики знают, как выглядит кровь Кутуруку. И вот один из четвёрки с поднятым, словно знамя победы, светящимся ножом, орёт: «Дорогу!», и все четверо, не разбирая есть ли кто на пути, несутся к туалету.

Мы именно неслись. И я не уверен, что не зарубил бы кого-нибудь, если бы тот встал у нас на пути — я вообще плохо соображал.

Наконец, мы нашли нужные двери, и Изуми вошла внутрь.

Я обессиленный сполз по стене — можно было немного передохнуть.

Почему я так торопился уйти из общежития? Почему не стал ждать, пока закончится дождь? Ведь можно было избежать схватки с Кутуруку, и тогда Изуми не пострадала бы.

Всё очень просто!

Сейчас те, кто находится в здании арены, уйдут. А тем, кто придёт им на смену, ещё нужно время дойти. Тем более, что время обеда давно прошло, и народ скорее всего сначала пойдёт в столовую. Так что, у меня будет немного времени, когда в здании арены будет минимум людей или вовсе не будет никого. А так как свидетели мне не нужны, то спешка была оправданной. Вот только с Изуми бы всё было хорошо!

Была ещё одна причина, по которой я спешил. Мы схватили ниндзя клана Такаги перед самым дождём. А потому есть вероятность, что в клане пока не знают о провале миссии. А значит, пока к моим родителям никто не пришёл.

Так что, время решает всё! И наша спешка была обоснованной.

Именно так я успокаивал себя, дожидаясь под дверью женского туалета, пока Изуми умоется.

Даичи и Матакуши ушли умываться в мужской туалет, а я не мог заставить себя отойти от двери. Казалось, если отойду, то рана Изуми станет серьёзнее или вообще случится непоправимое, и я потеряю её.

Были бы с нами Макото или хотя бы Ёсико, они бы что-нибудь предприняли, но их не было. Я не стал их брать в свой отряд, потому что боевым опытом ни Макото, ни Ёсико не обладали, а значит, в боевой ситуации они могли стать обузой.

И тут я увидел, как к туалету в развевающихся белых халатах спешат два лекаря.

В первый момент я даже растерялся — откуда они? А потом вспомнил про дуэли и про то, что тут постоянно дежурят лекари, готовые в любой момент оказать первую помощь и залечить раны, полученные на дуэлях. А дуэли случаются довольно таки часто, потому что это способ повысить свой рейтинг и приблизиться к императорскому клану.

Видимо, пока мы бежали, кто-то из учеников позвал лекарей. Спасибо тебе, добрый человек!

Я молча показал лекарям на дверь женского туалета, где Изуми смывала с себя едкую слизь.

Но когда они распахнули дверь, Изуми лежала на полу без сознания.

Она успела дойти до крана и открыть воду. И даже начала умываться. А потом лишилась чувств. Но не грохнулась, а упала мягко. Иначе я услышал бы звук падения тела

От увиденной картины я застонал: ну почему не вспомнил, что вчера после знакомства с щупальцами сам еле добрался до общежития и упал в обморок едва переступил порог.

Спасибо тебе, добрый человек, ещё раз за лекарей. А то я так и сидел бы под дверью, пока какая-нибудь из очень редких тут девушек не захотела бы в туалет. Думаю, такое произошло бы не скоро. А Изуми тем временем…

Пока один медик — с широкими залысинами и в очках — осматривал Изуми прямо там, на кафельном полу, второй — худой и длинный — приступил с расспросами ко мне:

— Что произошло?

— Щупальце… — ответил я. — Её ударило щупальце Кутуруку.

Худой и длинный удивлённо расширил глаза.

Второй тоже бросил осматривать Изуми и уставился на меня.

— Вы что, под дождём шли? — спросил он.

Я пожал плечами:

— А что, по нам не видно?

И я, и Изуми были насквозь мокрыми и грязными — в чёрной крови и слизи Кутуруку. И как это было не заметить, ума не приложу!

— Я не поверил, когда мне сказали, что вы забежали с улицы, — поправляя очки, сказал тот, что осматривал Изуми.

— Что с ней? — спросил я, прекращая расспросы.

В конце концов, теперь им понятно, с чем они имеют дело. Надеюсь, понятно. И очень надеюсь, они смогут справиться с таким ранением.

— Нужны носилки, — сказал очкастый. — Хорошо, что она успела немного умыться, плохо, что лишь немного. Слизь Кутуруку очень токсичная. Кстати, вам надо бы тоже умыться и переодеться.

Я только усмехнулся — всю сменную одежду я отдал парням. У меня остались только тёплая куртка и тёплые штаны. Ну и арестантские рубахи, само собой. И то — где одежда, и где я.

Пока мы разговаривали с лысым, длинный повернулся к столпившимся в отдалении ученикам и крикнул:

— Скажите в лечебнице, пусть принесут носилки. И побыстрее! — а потом объяснил мне: — Мы-то на всякий случай пошли посмотреть, не нужна ли помощь. Сказали, что вы своими ногами идёте… А где ещё двое? Говорили, что вас четверо… — сказал он оглядываясь.

Я молча ткнул пальцем в сторону мужского туалета, дверь которого как раз открылась и в коридор вышли Даичи с Матакуши. Умытые, но в перепачканной кровью и слизью одежде. Однако, оружие было помыто и протёрто — видимо, бумажными полотенцами из туалета.

Мне о своей катане тоже нужно было позаботиться. Да и умыться не помешало бы — лицо уже начало тянуть.

Поэтому я поднялся и, бросив лекарям:

— Пойду тоже умоюсь, — отправился в мужской туалет.

Дверь я оставил открытой, чтобы видеть, когда принесут носилки. Я не хотел, чтобы Изуми унесли без меня.

Но не успел я включить воду, как длинный заглянул в туалет.

— Подождите! — попросил он.

Я с удивлением оглянулся.

— Позвольте, мы возьмём образцы…

Я усмехнулся. Ну да, не часто для исследования в лабораторию попадают образцы крови и слизи Кутуруку, особенно образцы крови. Вполне возможно, что это уникальный случай. Хотя, образцы так себе — кровь, слизь, дождь — всё перемешано. Но, как говорится, на безрыбьи и рак рыба.

Ладно, ради науки можно и потерпеть — не умываться пока. Тем более, что кровь и слизь с меня частично смыло дождём. Следовательно, токсичное действие несколько снижено.

Оказалось, дождь в какой-то степени был нам на руку — смыл с нас эту токсичную гадость. Если бы не прямой удар, то Изуми меньше всех пострадала бы. Потому что на ней было меньше всего этой гадости. На Даичи тоже не так много. А вот мы с Матакуши были в чёрной крови с ног до головы.

— Кстати, — сказал я длинному. — Там на улице должно быть какое-то количество отрубленных щупалец.

На этот раз длинный не стал просить учеников, чтобы они сообщили в лечебницу.

Кивнув мне:

— Спасибо! — он сам поспешил, практически побежал.

Да чего там практически… Понёсся — только пятки засверкали! Я б тоже на его месте побежал бы. Надеюсь, догадается взять посуду, куда можно поместить образцы. Или надо напомнить?

Хотя он большой мальчик, сам справится. Меня их исследования и анализы не касаются. Максимум на что я согласен, это чтобы с меня взяли образцы крови монстра, который всем тут портит кровь, извините за каламбур.

Потом я собирался убедиться, что с Изуми всё в порядке. А после отправиться по своим делам.

Наконец прибежали два лекаря с носилками. На них аккуратно положили Изуми, которая всё ещё была без сознания, и понесли.

Мы с парнями пошли рядом.

Я шёл и мысленно обращался к катане: «Потерпи немного, сейчас с тебя возьмут образец крови Кутуруку, и я тебя помою и протру». «И тебя, Убийца демонов, тоже помою и протру», — сказал я ножу. В конце концов, он тоже спас нам жизни, так что, заслуживает того, чтобы говорить с ним. Однозначно не рядовой нож!

Убийца демонов… Чёрт, я должен узнать имя катаны. Я очень хочу узнать имя своего меча! Как это сделать?

Я повернулся к Матакуши.

— Вот ты же человек военный? — спросил я его.

Матакуши напрягся и искоса посмотрел на меня.

Говорить ему, что я тоже военный человек, я не стал — вряд ли он мне поверит. Он видит перед собой пацана, у которого ещё ломка голоса не завершилась как следует, так что, промолчим об этом.

— Военный, — спустя время ответил Матакуши.

— Скажи, как узнать имя меча? — сразу же бухнул я.

Матакуши испытующе оглядел меня и, зацепившись взглядом за мою катану, сказал:

— У тебя хороший клинок.

— Хороший, — согласился я.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

На самом деле майор был в отчаянии. Он ругал себя на чём свет стоит за то, что взял Изуми с собой. Считал, что это только его вина — в том, что её ранили. Он разрывался между тем, что нужно спасти родителей и тем, чтобы остаться рядом с любимой. Но решил послушать голос разума — оставить Даичи и Матакуши, чтобы они охраняли Изуми и не подпускали к ней никого, кроме лекарей. До тех пор, пока он не защитит родителей и не вернётся в академию за ней.

Глава 5

— Странно, что ты у меня спрашиваешь, как узнать имя твоего клинка, — спустя некоторое время сказал Матакуши.

— Что тебя удивило? — тут же поинтересовался я.

— Имя мечу даётся по деяниям, — ответил Матакуши и добавил: — Ну или по мастеру, который изготовил клинок. Но это точно не твой случай.

— Почему ты так думаешь? — спросил я.

— Потому что видел твой меч в деле. У твоей катаны богатая история. Узнай её и узнаешь имя.

Матакуши ещё не закончил говорить, а у меня перед глазами уже стояло выражение лица старого сэнсэя Макото в тот момент, когда я развернул свёрток с оружием — едва он увидел оружие, как в его глазах вспыхнул алчный огонёк, но сэнсэй подавил его и отошёл подальше. С виду показалось, что он просто уступил место парням, которые интересовались оружием. Но если вспомнить нашу с ним встречу в пещере, то сразу станет ясно, что не все так просто.

Чёрт! Почему я раньше не подумал о том, чтобы расспросить старика? Ведь если кто и знает историю моей катаны, то это Макото! Не случайно же он приложил столько усилий, чтобы добыть этот меч. И то, что владельцем меча стал я, это на самом деле случайность. А может и нет. Может, меч действительно сам выбрал хозяина.

В любом случае, на мои вопросы ответить мне может только Макото. А он сейчас, наверное, на пути к лабораторному корпусу. И когда мы с ним встретимся теперь — неизвестно.

Да, мне нужно было поговорить с Макото. Но мысль о том, чтобы сейчас отправиться в лабораторный корпус, я даже рассматривать не стал. Сейчас у меня была другая задача. Сейчас нужно найти порталы. А потом придумать, как сделать так, чтобы портал привёл меня домой.

Между тем мы дошли до лекарских комнат.

Я проследил, чтобы Изуми аккуратно переложили с носилок на кровать.

Сразу же вокруг неё засуетились трое лекарей, а нас вытеснили наружу в коридор.

— С ней всё будет в порядке? — спросил я в закрывающуюся дверь.

— Конечно! — ответила мне толстая тётка, которая раньше лечила ноги моей сестрёнки Акино. Ответила и точно так же, как в прошлый раз, закрыла дверь перед моим носом.

Но стоять нам не дали. Очкастый тут же попросил нас пройти в соседнюю комнату, чтобы взять для анализа образцы крови и слизи с нашей одежды. Ну и осмотреть нас, вдруг мы тоже ранены, но в горячке не заметили этого.

— Это надолго? — спросил я.

Я понимал, что мы сейчас можем предоставить местным исследователям уникальную возможность узнать побольше об общем враге, однако у меня были свои планы, и в них не входило задерживаться.

Но так как в холле всё ещё было много народу — кураторы почему-то пока ещё не уводили учеников, — то я решил пойти навстречу учёным. Тем более, что их исследования могут оказаться полезными в деле борьбы с Кутуруку. Только поэтому я и отправился с ними.

Едва мы вошли в комнату, как очкастый попросил нас раздеться. Чувствовалось нетерпение, с которым он жаждал поскорее приступить к изучению образцов.

Я немного разозлился — стоило уходить из лабораторного корпуса, чтобы попасть в лапы исследователей-медиков. Хорошо хоть их интересуем не мы, а биологические ткани Кутуруку. Даже с учётом того, что образцы для исследований не чистые… Но раньше у них и таких не было.

С Даичи и Матакуши возились недолго — всё-таки большую часть парни с себя и с оружия смыли, осталось только на одежде.

Особенно лаборантов привели в восторг рюши на рубахе, которую я дал Матакуши — кровь и слизь в складках рюшей скопились сгустками. Причём, были сгустки чистой крови и чистой слизи. Ну хоть кому-то радость от работы мамы Юмико.

С моей катаны сначала взяли мазки из канавок, а потом и смывы. Потом мне тоже предложили раздеться.

Как я не хотел снимать рубаху и штаны! Вот как чувствовал!

Мало того, что моя одежда вслед за одеждой Даичи и Матакуши отправилась на исследования, так ещё и очкастый, увидев мои раны тут же пристал с вопросами:

— Что это? Когда получили ранения? Чем лечили?

Судя по тому, что он пришёл в восторг от скорости, с которой всё зажило, Макото использовал способ лечения, неизвестный местным лекарям.

Не успел я ответить на вопросы, как ко мне уже подскочили со шприцами и разными присосками с датчиками, начали щедро мазать лоб и грудь какой-то дрянью, чтобы прикрепить присоски.

Очкастый при этом успокаивающе частил:

— Не бойтесь, это специальный гель, он погасит воздействие магии. Сейчас возьмём анализы, снимем показания систем, посмотрим, как прошло заживление и прошло ли… Вдруг вы ещё не совсем выздоровели. Обычно такие раны…

Он только начал говорить, а я уже понял, что меня сейчас закроют в лечебнице и начнут исследовать — как это я так быстро выздоровел? И все мои планы полетят к чёртовой матери!

Нужно было что-то предпринять. И немедленно!

А потому я вывернулся из рук лекарей, благо они не ожидали от меня такой прыти, схватил катану и нож и как был в одних трусах и босиком выскочил в коридор.

Матакуши и Даичи выскочили следом за мной. Им тоже не светило быть исследованными.

Не сговариваясь, мы рванули в комнату, где лежала Изуми — уж её-то я точно не отдам этим живодёрам!

И зачем я согласился на эти идиотские исследования? Научно-магическому прогрессу захотел помочь? Придурок! А в качестве лабораторной крысы не хочешь?

Изуми тоже уже была раздета, и её одежду отправили на исследования. На саму же на неё как раз лепили датчики — её лоб и грудь были в таком же подавляющем магию геле, как и у меня. Она пришла в сознание и выглядела растерянной.

Как только увидела меня, на её лице появились радость и облегчение.

Ну и как оставлять её тут?

Лекари, конечно же сразу кинулись нам наперерез.

Пришлось немного погрубить.

Даичи и Матакуши прихватили оружие Изуми, сложенное аккуратно на столе — на кунаях и сюрикенах не было крови и слизи Кутуруку, поэтому они лекарей не заинтересовали. Парни схватили полотенце и быстро всё в него сгребли.

Я же оттолкнул лаборантов, сорвал с Изуми датчики, которые на неё уже успели налепить. Затем подхватил Изуми прямо с простынёй, которой она была прикрыта, и мы выскочили из лекарской.

— Что теперь? — спросил на бегу Матакуши.

— Тут есть порталы, — ответил я.

— Порталы? — едва не запнувшись, удивлённо спросил Даичи.

Стараясь держать строй даже набегу, Матакуши ответил с усмешкой:

— Представь?..

Я всё больше убеждался, что он не просто искусный боец, но ещё и умный парень — он сразу просёк, что я имею ввиду.

Мы выскочили в холл, туда, где висел экран, показывающий уровни.

У меня по-прежнему был самый низкий уровень. Блин, да я бы расстроился, если бы было иначе!

А вот Изуми уже поднялась до одиннадцатого уровня! И она по-прежнему была выше всех моих однокурсников.

Однако, всё это я увидел мельком, набегу. Рассматривать подробнее у нас не было времени.

Проскочив мимо ошарашенных учеников, мы побежали в другой коридор, где по моим расчётам и должны были находиться порталы.

Карту, кстати, вызвать я не мог — видимо действовал гель. Но я хорошо помнил, что в этом коридоре с десяток темных пятен

То, что мы проскочили защитное поле, я понял не сразу. Захолодило лоб и грудь в тех местах, где их намазали гелем, чтобы прицепить датчики. Возможно этот гель отменял любое магическое воздействие рядом, чтобы показания приборов соответствовали физическим параметрам и не были искажены магией.

Мы с Изуми были в геле. А парни бежали рядом с нами, плечом к плечу, потому, наверное, мы все и проскочили барьер. Другого объяснения у меня нет. Просто я почувствовал холодок в груди и на лбу, а потом шум внезапно стих, как будто позади закрыли дверь.

Гель позволил нам пройти или не гель, не знаю. Задумываться, как нам это удалось, я не стал. Получилось, и хорошо. А почему получилось — потом разберусь.

Я оглянулся и увидел, что погоня, состоящая из нескольких лекарей и горстки любопытных учеников, остановилась. Как раз у защитного поля. Но я понимал — расслабляться рано. Вполне может подоспеть охрана с другой степенью допуска, чем у этих лекарей.

Однако, убедившись, что нас не догонят, мы позволили себе перейти на шаг. К тому же мы уже подошли к порталам. Теперь нужно было не ошибиться с дверью.

— И какая из них? — спросил Матакуши.

Я понял, что он уже пользовался такими порталами.

Искусный воин, умный мужик, имел допуск к порталам, как он в тюрьме-то оказался?

Надо будет потом расспросить.

— А как-то можно определить, куда какой ведёт? — спросил я.

Можно было, конечно, сунуться в первый попавший портал. Из академии магии мы точно убрались бы. Но вдруг выйдем где-нибудь, где вообще не надо? Отец же говорил, что на совещание совета старейшин в министерстве защиты от демонов он отправлялся с помощью порталов. Плюс, дома у нас было пять портальных дверей. Это означает, что каждая дверь для своего направления. А это в свою очередь значит, что для нас сейчас то, какую дверь мы выберем, имеет огромное значение.

Тем более, что видок у нас был ещё тот: босые, в трусах, но с катанами, ножами, цепями и нунчаками наперевес… Плюс, Изуми в простыне. Хорошо ещё, что кровь и слизь мы смыли — парни в туалете, а нам с Изуми убрали остатки в лечебнице. Но всё равно не полностью. И от нас всё ещё воняло кровью Кутуруку.

Представляете, заявиться в таком виде в императорский дворец? Здравствуйте, ваше императорское величество, да будут благословенны ваши дни! Мы тут в вашей академии магии немного шороху навели, разворошили так сказать осиное гнездо. Ещё и щупальца вашему Кутуруку слегка пообрубали, а теперь просто ошиблись дверью… Сами-то мы не местные, дороги не знаем…

Короче, нужно было выбирать дверь, и выбирать её нужно было быстро! Потому что по коридору нам навстречу уже спешил отряд в форме дисциплинарного комитета. И к ним в лапы я попадать не хотел вообще!

Была одна надежда, что издалека они не рассмотрят, какую именно дверь мы открыли.

Я уже готов был рвануть в ближайшую, но Изуми остановила меня и показала на третью от нас.

— Эта в форпост, — чуть слышно прошептала она.

Спорить я не стал — некогда. Просто доверился ей и открыл дверь.

Первым вошёл Матакуши, следом Даичи, потом мы с Изуми.

Едва дверь закрылась, как пространство начало скручиваться.

Даичи вскрикнул, и я, вспомнив, как меня поддерживал отец — и мой настоящий, и отец Кизаму, начал повторять:

— Просто смотри вперёд и шагай! Не останавливайся! Помни, велосипед едет туда, куда ты смотришь, поэтому смотри вперёд и всё будет хорошо. И не забывай крутить педали. Да расслабься ты! Не надо зажиматься! Просто иди вперёд!

Я говорил ещё какую-то чушь. Пространство скручивалось, сжималось, но мы продолжали двигаться, и это главное.

Идти в этот раз пришлось намного дольше, чем когда мы с отцом шли в оружейную мастерскую. Видимо, порталы не такие уж и мгновенные переносы, хотя да, время и силы они экономят.

Я видел, как впереди шагает Матакуши. Он просто прёт вперёд, держа оружие наизготовку. Он в любой момент готов драться не на жизнь, а на смерть.

Следом шёл Даичи. Его движения были рваными и дёрганными. Чувствовалось, что он боится. Но борется со страхом и прёт за Матакуши, не оборачиваясь. Одной рукой он прижимал к себе полотенце с кунаями, саями и сюрикенами Изуми и свои нунчаки. А в другой была цепь с грузами. Она свободно свисала с его руки. И я чувствовал, если нужно будет, то Даичи не промажет!

И если у Матакуши чувствовалась выработанная годами привычка всегда быть готовым к бою, то Даичи действительно ждал нападения.

Успокаивать его на этот счёт я не стал. Во-первых, я сам мало что знал про порталы и пользовался им всего лишь третий раз в жизни. Вполне возможно, что всего лишь на один раз больше, чем Даичи. Один-то раз мы все пользовались — когда нас в академию доставили. А во-вторых, ожидание опасности помогает мальчишке отвлечься от страха.

Изуми больше не нужно было нести, она шла сама, но я поддерживал её, чтобы она не упала. Потому что сил у Изуми было мало. Её мутило, но она держалась.

Вообще поддерживать её, чувствовать рядом и понимать, что между нами только простыня… Что под простынёй ничего нет. Даже её замечательных кружевных трусиков… Эх!

Но я покрепче сжимал рукоятку катаны. А в другой руке — нож.

Да-да, я поддерживал Изуми, однако нож не убрал — некуда его было убрать! Плюс, я тоже был готов к нападению — отряд дисциплинарного комитета наверняка уже дошёл до двери.

Не знаю, в какой момент я заметил, что нож светится.

Подумал было, что я автоматически дал ему такой приказ, но нет, не давал. А если бы и дал, гель не позволил бы. И тем не менее нож светился. И даже не сам нож, а гравировка — летучая мышь с двумя клинками в крыльях.

Хотел было попробовать заставить его погаснуть, но потом решил, раз светится, значит, нужно. В конце концов, свет ножа уже несколько раз спас нам жизнь. Вдруг он и тут чувствует опасность?

В общем, нож продолжал светиться, а мы продолжали идти по скручивающемуся пространству. И прошло ещё немало времени, пока мы не увидели вдали висящую в пространстве дверь.

Но мы рано обрадовались! Я скорее почувствовал, чем услышал, что дверь позади нас открылась и в портал вошли люди. Значит, преследователи из дисциплинарного комитета всё-таки угадали или иначе выяснили в каком портале мы скрылись.

— Поспешим, парни! — крикнул я.

И мы припустили на адреналине.

Дверь приближалась быстро, но не так быстро, как хотелось бы.

Однако, и преследователи были ещё далеко — слишком большое расстояние разделяло нас. Всё ж таки, пока они добрались до дверей, пока нашли нужную, мы немного времени выиграли. Не потерять бы преимущество сейчас…

Но мы не потеряли. Матакуши рванул вперёд и взялся за ручку двери. Но, прежде чем открыть её, дождался нас.

В общем, вывалились мы из портала сразу вчетвером. Прямо в коридор, слава богам, пустой, вдоль которого располагалось семь портальных дверей. Меньше, чем в академии магии, но больше, чем у моего отца — старосты форпоста.

Это был такой же коридор, какой я видел около кузни оружейника или у нас дома. И в то же время отличий было немало.

Да, тут точно так же не было украшений или мебели. Всё просто — стены и двери. Но тем не менее, стены чистые, покрашенные. Пол тоже не исхоженный, застеленный ковровой дорожкой. Это говорило о том, что мы скорее всего не в казённом помещении, а в чьём-то доме, и хозяева этого дома люди не бедные.

Но рассматривать и сравнивать времени не было. Нужно было как можно быстрее найти возможность укрыться. Потому что преследователи очень скоро появятся тут.

— Куда идти? — спросил меня Матакуши.

Я посмотрел по сторонам.

И в одну, и в другую сторону коридор был абсолютно одинаковый — это был именно портальный коридор. Как только заканчивались двери порталов, заканчивался и коридор — двумя поворотами. И что там за поворотами, можно было узнать только повернув. Но сначала нужно было выбрать в какую сторону двигаться.

Заморачиваться выбором я не стал. Просто пошёл направо. Ну не налево же?

Двигаться мы старались потихоньку. Даже Изуми подобралась. Хотя ей сейчас было тяжелее всех — она с трудом сдерживалась, чтобы не грохнуться в обморок.

Мы шли, и я оглядывался по сторонам, надеясь увидеть хоть что-то знакомое.

И увидел.

Совсем не то, о чём мечтал.

Мы повернули и попали в небольшую комнату — кабинет. Вдоль стен стеллажи с книгами и свитками. Широкий письменный стол. А над столом на стене герб — раскинувшая крылья летучая мышь с двумя клинками в крыльях.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Этот случай произошёл, когда майор был в отпуске. Решил он прогуляться по городу. И вот картина маслом.

Час пик. По широкому проспекту едет барышня на велике. Не торопясь. И её никто не обгоняет. Никто! Наоборот, машины, троллейбусы и даже маршрутки тащатся сзади и при этом радостно гудят.

А всё потому что барышня в стрингах и в джинсах в облипочку с заниженным поясом. Мало того, так она ещё и едет на спортивном велосипеде стоя.

С тех пор майор понял: не всегда нужно двигаться со скоростью потока. Иногда поток будет двигаться с твоей скоростью. Главное, чтобы у тех, кто в потоке, была нужная мотивация.

Глава 6

— Твою мать! — это всё, что я смог сказать.

Из десяти возможных мест мы попали в самое нежелательное — в логово ниндзя Такаги. Даже заявиться в покои императора было бы не так опасно, как здесь.

А если учесть, что дверь в кабинет была открыта, значит, не предполагалось, что кто-то посторонний в принципе может сюда попасть. Это означает, что мы в самом сердце гнезда ниндзя.

— Ты куда нас привела? — подступил Матакуши к Изуми.

И я вспомнил, что это она указала на дверь портала. Это что получается, Изуми шпионка клана Такаги?

У меня всё в душе воспротивилось этой мысли. Однако, вот он, герб семьи! Ошибиться невозможно! Она нас действительно привела сюда!

Но ведь она могла ошибиться? В её состоянии это не сложно сделать.

Изуми ничего не успела ответить. Она точно так же, как и все, стояла и растерянно смотрела на герб, когда я подхватил её и сказал Матакуши:

— С ней потом разберёмся. А сейчас линяем отсюда! И побыстрее!

И мы рванули обратно к портальным дверям.

К счастью, в коридоре всё ещё никого не было. Ни наших преследователей из академии магии, ни членов семьи или охранников дома Такаги.

Я распахнул первую попавшую портальную дверь. Это точно была не та, через которую мы пришли сюда, и в нашей ситуации этого было достаточно. Куда выведет она, в данный момент не имело никакого значения. Главное, чтобы не обратно в академию, и чтобы отсюда убраться. И уже потом будем решать проблемы — по мере их поступления.

В дверь портала мы вошли в том же порядке: сначала Матакуши, потом Даичи и следом мы с Изуми.

Уже закрывая дверь, я услышал голоса — по левому коридору кто-то приближался.

Я быстренько захлопнул дверь и порадовался, что мы пошли направо, а не налево. Иначе точно наткнулись бы на людей. А теперь в портальном коридоре дома ниндзя от нас остался только тошнотворный запах крови Кутуруку, который мы принесли на себе.

Возможно, он насторожит ниндзя. Меня бы насторожил. Но нас там уже нет, так что, пофиг.

Мы шли по скрюченному пространству, и нож снова освещал нам дорогу. И это почему-то не только не радовало, но и наоборот, вызывало тревожное, тянущее чувство.

Я решил довериться своей интуиции и приказал ножу:

— Потухни!

Но гравировка на ноже продолжала сиять.

Чёрт! Я забыл про подавляющий магию гель.

Нужно было что-то делать, решить, как быть, и я крикнул:

— Ребята, подождите!

— В портале нельзя останавливаться! И нельзя двигаться назад, — ответил мне через плечо Матакуши. — Говори так, что нужно?

— Боюсь мы сейчас выйдем… — начал я.

— Без разницы где, — прервал меня Матакуши. — Лишь бы подальше от убийц Такаги.

В голосе воина было столько ярости, что я сразу понял: он уже сталкивался с этим кланом. Получалось, у нас с ним общий враг.

Только это нам сейчас не поможет. Если мои догадки верны, то…

Изуми запнулась, и упала.

Я поднял её.

У девушки с уголка губ стекала струйка крови.

Пришлось посадить её на закорки. Так я мог поддерживать её одной рукой, а второй держать оружие.

— Не останавливайтесь! — крикнул Матакуши. — Иначе смерть!

Даичи, заметавшийся было между тем, чтобы идти дальше или кинуться нам на помощь, послушался и пошёл вперёд, постоянно оглядываясь.

А я поправил Изуми, чтобы было удобно нести её и тоже пошёл.

Я уже вымотался. От скрученного пространства кружилась голова и тошнило. Но самое мерзкое — это болели глаза, как будто их кто-то выдавливал.

Катана и всё ещё светящийся нож отправились в ножны. Так нести Изуми было удобнее. В портале на нас всё равно никто не нападает.

Но ничего, главное, выйти из портала. Потом будем думать, что делать.

Мысли путались. Сил не было. Однако я по-прежнему нёс девушку. Я точно знал: не брошу её ни при каких обстоятельствах.

Я потом конечно расспрошу её, как так вышло, что дверь, на которую она показала, привела нас к нашим врагам. Но это потом. А сейчас буду нести, чего бы мне это ни стоило. Просто нести и не думать о ней. Механически переставлять ноги, чтобы не останавливаться.

Думать об Изуми я сейчас не мог — мысли о возможном предательстве выкручивали мозги посильнее, чем скрученное пространство портала.

Про нож со светящейся гравировкой я тоже думать не мог — боялся, что мои догадки окажутся верными.

И про то, куда нас выведет этот портал — тоже. Казалось, если думать об этом, то я притяну свои опасения.

Поэтому решил сконцентрироваться на своей катане. Представил парня в чёрном кимоно с золотыми драконами, и мои мысли потекли:

«Ты выбрал меня… Там, в храмовой пещере. И ты не хочешь назвать мне своё имя. Я понимаю тебя, ты хочешь, чтобы я был достоин тебя. Но я уже напоил тебя своей кровью. Напоил тебя кровью ниндзя. Напоил кровью Кутуруку. Что ещё я должен сделать, чтобы ты стал моим другом? Ну не могу я сейчас узнать твою историю! Единственный человек, который может мне в этом помочь — это сэнсэй Макото, но он далеко. Я мог бы, конечно дать тебе имя какое захочу и тем самым подчинить тебя, но я хочу, чтобы ты был мне другом».

Я думал о чём-то ещё, но постоянно сворачивал на одну мысль: «Что мне сделать, чтобы ты стал мне другом?»

И вдруг я услышал:

«Открой глаза и обнажи меч!»

Голос доносился откуда-то издалека, со стороны горного луга, поросшего цветами, на котором стоял высокий и стройный юноша, одетый в чёрное кимоно, украшенное красно-чёрной шёлковой каймой с перекрещивающимися узорами, а на поясе — золотая змея, кусающая себя за хвост. Волнистые золотые волосы юноши колыхались на ветру.

Юноша был встревожен.

«Открой глаза и обнажи меч!» — снова закричал он.

Я послушался и с усилием разлепил глаза. Оказывается, я шёл с закрытыми глазами — закрыл, чтобы не видеть, что происходит с пространством. И тут открыл. Надо сказать, вовремя — Матакуши уже взялся за ручку двери.

Он ещё не повернул ручку, а я уже точно знал, что увижу там, за дверью.

— Оружие к бою! — закричал я, освобождая катану от ножен.

Стоять в портале было нельзя — тут я склонен доверять Матакуши.

Развернуться и пойти в другую сторону — не имело смысла. Я хорошо помнил откуда мы пришли. Да и нельзя просто так развернуться, нужно сначала выйти… А я уже понимал куда мы пришли. Сейчас откроется дверь, и перед нами будет коридор, полный ниндзя.

Да-да, мы вышли в тот самый коридор, который вот только покинули — коридор в доме Такаги.

И в этот раз нас тут ждали. В коридоре по обе стороны двери стояли с десяток ниндзя. И едва мы вышли, как в двери полетели запечатывающие печати — путь назад был отрезан.

В другой ситуации мы бы с ними сразились, но сейчас, полуголые с бесчувственной Изуми за моей спиной, измотанные битвой с Кутуруку и двумя переходами через скрученное пространство портала… Да, мы были не в лучшей форме.

Однако, мой меч сказал мне обнажить оружие. Он ничего не говорил про то, чтобы сдаться. Поэтому мы встали плечом к плечу, готовые дорого продать свою жизнь.

Парни не сговариваясь взяли меня с Изуми в центр. И мы — Матакуши впереди, а Даичи замыкающий — кинулись на ниндзя.

В этот раз мы сразу повернули налево. Что в правом коридоре мы уже знали — выхода там точно нет.

Это было безумие — ниндзя было значительно больше, и они были в лучшей форме, но сдаваться мы не собирались. Бросать Изуми — тоже.

Я уже видел Матакуши в бою, когда мы проходили через щупальца Кутуруку. Но тут он сражался намного яростнее. Его клинок успевал отбивать не только клинки ниндзя, но и брошенные в нас сюрикеы и кунаи. Матакуши вращался, бил по рукам, по ногам — держал ниндзя на расстоянии. Казалось, он дерётся со всеми одновременно, использует любую возможность, чтобы нанести врагу урон, пусть даже лёгкую царапину — много царапин тоже сильно выматывают. Но далеко не все его удары заканчивались только царапинами — в коридоре уже лежало несколько отрубленных кистей. И убитые ниндзя — тоже.

И я не оставался в стороне, хотя с Изуми на спине моя манёвренность была просто никакая. И тем не менее, мы теснили врага и всё ближе и ближе подбирались к повороту.

Стены нам мешали, но и помогали тоже. Из-за них мы не могли развернутся, но в то же время они не давали противнику взять нас в кольцо.

Красивые ровные стены больше не были таковыми. Утыканные сюрикенами, разбитые грузами цепи, поцарапанные клинками…

Даичи с остервенением вращал цепь. Но близкие стены коридора сводили на нет все преимущества его оружия. По-хорошему цепь нужно было поменять на нунчаки, но ниндзя не давали Даичи такую возможность — нападали без перерыва. Даичи нужна была хоть небольшая пауза — нунчаки лежали в полотенце вместе с оружием Изуми.

Наконец, он тряхнул полотенце и подхватил упавшие нунчаки.

Цепь, саи, сюрикены и кунаи остались лежать на полу. Ирония судьбы — оружие вернулось к своим создателям. И как только ниндзя добрались до него, сюрикены и кунаи полетели в нас.

Я не успевал отбить летящий в Изуми кунай и развернулся, закрыв её своим телом.

Острая боль пронзила мою левую руку. Держать Изуми стало сложно — рука теперь плохо слушалась.

А тут ещё кто-то из умников ниндзя, увидев, что мы босые, бросил нам под ноги горсть шипов. Теперь босиком тут пройти было невозможно. Хотя от этих шипов и сандалии не помогли бы.

— Чёрт! — прохрипел Матакуши. — Магия не работает!

Да, стальное тело Матакуши могло бы стать хорошим щитом! И шипы ему были бы нипочём.

Я посмотрел на полотенце, которое осталось позади. Можно было бы стереть запирающий магию гель, но теперь это сделать было нечем.

Не забирать же простыню у Изуми?

Но Изуми поняла меня без слов.

— Возьми простыню, — прошептала она.

Раздевать девушку, когда тут столько мужиков?..

— Нет! — сказал я.

— Жизнь дороже приличий! — ответила Изуми и начала стягивать простыню.

Мне не осталось ничего, кроме как крикнуть ребятам:

— Прикройте!

Парни тут же закрыли нас с Изуми, отбивая все атаки.

А я спустил девушку на пол.

Она, покраснев, сняла с себя единственное, что прикрывало её наготу.

Сжав зубы, я тщательно отёр гель с себя и с неё.

После, скомкав простыню, я отбросил её назад по коридору — пусть гель мешает магии ниндзя.

— Как теперь с магией? — спросил я у Матакуши.

На Изуми при этом я старался не смотреть.

Но не успел я закончить фразу, как тело Матакуши стало стальным.

Даичи тут же начал удлинять и укорачивать руки, увеличивать кулаки, тем самым доставая наших преследователей.

Но самой большой неожиданностью для меня стала Изуми. Её тело начало трансформироваться. Не успел я сказать и слова, как передо мной стояла секс-бомба с совершенными формами.

Оттолкнувшись от стены, голая и чертовски сексуальная Изуми вышла на середину коридора.

И тут атака ниндзя захлебнулась. Они остановились и уставились на голую, безоружную и неимоверно красивую девушку.

Матакуши с Даичи тоже уставились на неё, пришлось двинуть обоих хорошенько.

Они быстро сориентировались в обстановке, и с новой силой набросились на замешкавшихся ниндзя.

Минута, и путь до поворота был свободен.

Стараясь не наступать на шипы, мы поспешили за поворот.

Если бы портальные двери не запечатали, можно было рискнуть и снова попробовать уйти через портал, но этого варианта у нас не было. Оставалось только прорываться вперёд. Да и не случайно мы вернулись в дом клана Такаги. Тут явно поработала судьба.

Повернув и пробежав короткий коридорчик, мы выскочили в большую хорошо освещённую комнату, я бы сказал гостиную.

Изуми снова была за моей спиной, но теперь она шла сама. Как будто её магия дала ей силы.

Однако, не успели мы дойти до середины комнаты, как в дверь, к которой мы шли, вбежал отряд ниндзя с арбалетами. Они тут же опустились на одно колено и взяли арбалеты наизготовку. Однако стрелять не спешили.

Позади них встал ещё один отряд — с луками. И воины тоже были готовы к выстрелам — тетивы натянуты, стрелы смотрят в нашу сторону.

Мы остановились. Я понимал: если они выстрелят, укрыться мы не сможем. Расстояние тут небольшое, стрельба будет прицельной. Но раз не стреляют, значит, не было приказа. А это значит, с нами хотят поговорить.

Более того, сзади тоже прибежал отряд арбалетчиков и перекрыл коридорчик, из которого мы вышли. Я удивился — оказывается, там есть проход, мы и не знали о нём.

Наконец, лучники, что стояли перед нами, а потом арбалетчики немного разошлись и между ними появился мужчина. Явно аристократ — ухоженный и одет в дорогое кимоно чёрного цвета с белым воротником, украшенное вышивкой. Длинные чёрные волосы собраны на макушке в пучок, который закреплён заколкой со шпилькой. На висках выпущены две длинные пряди. В ушах серьги, на руках браслеты и кольца. За поясом виднелись двое богато украшенных ножен, из которых торчали не менее украшенные рукояти мечей — один длиннее, другой короче. Катана и вакидзаси.

Однако утончённый и ухоженный вид мужчины меня не обманули. В его движениях была грация искусного воина.

Был ещё один момент, который заставил меня напрячься ещё сильнее. Мужчина был похож на убитого мной Тосиюки.

Точнее, если учесть возраст, это Тосиюки был похож на представшего перед нами мужчину. Лицом, конечно. Наряд Тосиюки, когда он пришёл к нам домой, был несколько иной — как у тех ниндзя, которые остались лежать в портальном коридоре.

Мужчина остановился между арбалетчиками, рассматривая нас. На его лице было выражение такого презрения, что хоть ложись да помирай.

Скорее всего так и будет. Но сейчас я посмотрел на него так, как будто это он стоял передо мной голый и вонючий.

— Ц-ц-ц… — поцокал языком мужчина.

— И вам не хворать, — ответил ему я.

— Надо же, сами пришли, облегчили нам задачу, — ответил старший Такаги.

Я не сомневался, что это был отец Тосиюки.

— Дверью ошиблись, — ответил я. Отмахнулся, как будто это была мелочь, не стоящая внимания.

— Нет, — засмеялся мужчина. — Не ошиблись. Вас любая дверь привела бы к нам. Вам нужно было только зайти в портал. Без разницы в какой. И вы оказались бы тут.

— Почему это? — не удержался я от вопроса.

— Потому что нож, который ты забрал у моего сына, имеет метку. В любой ситуации и в любом состоянии он должен был привести моего сына домой.

— Не-а, — засмеялся я. — Тут неувязочка! Я с этим ножом ходил через портал к мастеру Ганзи и потом обратно. И что-то не попал к вам.

— Тогда метка на ноже была настроена на моего сына. Но как только Ганзи увидел нож у тебя, он понял, что Тосиюки больше нет, и перенастроил метку на тебя. К сожалению, пока он перенастраивал, вы с отцом успели уйти. И нам пришлось дожидаться, пока ты войдёшь в портал. Рано или поздно это произошло бы…

— А почему нож не сработал, когда нас отправили в тюрьму? — спросил я. — Мы же тоже через портал отправились.

— Тот портал другого рода, — ответил Хэчиро. — Там наши метки не действуют.

Я вспомнил, как в портале светилась гравировка, вспомнил все свои предчувствия. Наверное, разумным было бы выбросить нож, но он дважды спас мне жизнь от Кутуруку. Расстаться с ним было не просто. Даже зная, что он приведёт нас в дом Такаги, я засомневался бы. А я к тому же ещё и не знал об этом. Плюс — это трофей! Это то, что доказывало мою победу над Тосиюки!

Одно в этой ситуации было хорошо — Изуми не виновата. Господин Такаги сам того не желая, здорово облегчил мне жизнь, сняв подозрения с девушки.

Однако, последние слова он сказал с такой болью, что мне на миг стало его жалко. Но лишь на миг.

— Ваш сын, как разбойник, ночью ввалился в мой дом, — сказал я. — Он и его подельники получили по заслугам! Он обычный разбойник!

— Да как ты смеешь! — рявкнул мужчина.

— Сужу по делам, — пожал я плечами. — Причём, плохой разбойник. Проиграл пятнадцатилетнему пацану, никогда не занимавшемуся боевыми искусствами.

Да, я напрашивался, я понимал это. Но не мог скрыть своих чувств. Да и просить о пощаде было бессмысленно.

С другой стороны, если выбешу господина Такаги, то, глядишь, нас убьют быстро. А то ведь начнут издеваться. И хуже всего придётся Изуми…

От этой мысли у меня мороз по коже пробежал. Уж лучше бы я оставил девушку в лечебнице…

Нет, сдаваться нельзя, нужно выбираться отсюда — всем вместе! Тем более, что ко мне магия тоже вернулась, и я смог вызвать карту. А значит, найду выход.

— Ты мерзкий, вонючий ублюдок! — распинался между тем глава клана Такаги.

— Ну да, вонючий, — согласился я с ним. — Кровь Кутуруку воняет, что поделаешь…

Он хотел ещё что-то сказать, но запнулся и с удивлением посмотрел на меня.

— Кровь Кутуруку?.. — переспросил он.

— Ага, — подтвердил я так, словно речь шла о нарезке колбасы.

Глава клана Такаги уставился на нас. Чувствовалось, как в его голове роятся мысли и сплетаются в тугой клубок.

У меня даже возникли подозрения, что он сейчас потащит нас в свою лабораторию брать образцы и исследовать мои шрамы.

Только всё, что можно собрать, лекари академии уже собрали. И даже забрали — нашу одежду и обувь. Так что, ничего ему не обломится!

Он, видимо, это понял, потому что снова посмотрел на нас и на его лице появилось разочарование.

А это плохо, очень плохо…

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Майор уже был в плену. Во время одной спецоперации всё пошло не по плану, и он, чтобы вывести своих ребят из-под удара, подставился сам. В результате четыре месяца просидел в яме, не зная доживёт ли до завтра. Его избивали, морили голодом, трижды водили на расстрел и потом стреляли мимо. Наши нашли и освободили его чудом. С тех пор майор ещё внимательнее относился к подготовке спецопераций. Конечно, когда у него была такая возможность.

Глава 7

Глава рода Такаги медлил с решением, и я воспользовался этим, чтобы прикрыть Изуми — не годится молодой девушке стоять голой перед толпой мужиков.

Я оглядел гостиную в поисках чего-то подходящего, и мой взгляд упал на плед, аккуратно свёрнутый на одном из диванов, стоящих напротив друг друга. Между ними располагался небольшой столик из какого-то радужного материала — вроде и не стекло, но что-то похожее. Но для меня сейчас важнее был плед.

Переложив нож к катане, я протянул руку и приказал пледу:

— Ко мне!

Он мягко влетел в мою ладонь, и я не глядя сунул его за спину.

— Укройся! — не оборачиваясь, сказал я Изуми.

— Спасибо! — прошептала она и потянула плед из моих рук.

Я кивнул и взял оружие поудобнее. Я был уверен, нам предстоит бой. И вполне возможно, последний. Да, я готов был умереть, и я готов был прихватить с собой как можно больше врагов. И скрывать свою силу я точно не собирался. Я собирался использовать её по полной.

Однако глава рода Такаги всё ещё медлил.

— Так вы действительно сражались с Кутуруку? — недоверчиво спросил он.

Я кивнул.

— И выжили… — продолжил хозяин дома свою мысль.

— Да, выжили, — подтвердил я.

— Это невероятно! — выдохнул глава рода. И тут же зачастил: — Мы давно пытаемся понять природу Кутуруку, проводим разные эксперименты, но ещё никому не удавалось достичь таких успехов. Пожалуйста, расскажите, как вам это удалось?

Мужчина махнул рукой, и все ниндзя быстро выбежали из комнаты, оставив своего хозяина наедине с нами.

Мы с Матакуши переглянулись. Ни он, ни я не доверяли главе клана Такаги. Но и нападать сейчас было как-то не очень, хотелось сначала понять, что он затеял.

А он явно что-то затеял, потому что спокойно прошёл к дивану, с которого я забрал плед, и сел.

— Проходите, пожалуйста, присаживайтесь! — показал он на другой диван, стоящий напротив этого.

Я не очень-то разбираюсь в местном этикете, но когда хозяин садится раньше гостей, то это точно для него не гости. Так обращаются либо с близкими родственниками и друзьями или с теми, чей ранг значительно ниже и с кем можно не церемониться.

Но мы никак не были ему друзьями и тем более родственниками. К тому же я сын старейшины, значит, примерно равный ему по рангу.

Случайно ли глава клана забыл об этом или нарочно, не знаю. Но, глянув на мужчину, я дал своим людям знак стоять на месте.

— Спасибо, уважаемый, мы тут постоим, — ответил я ему.

Повторять свою ошибку он не стал. Поднялся и вежливо поклонился:

— Проходите, пожалуйста. Садитесь.

Вот тут мне совсем поплохело. Глава клана, чьего сына я не так давно убил и чьих людей мы вот только покрошили в капусту, теперь вежливо раскланивается. Как бы не пришлось нам платить за его вежливость дорогой монетой!

Но оставаться на месте теперь, после его поклона, было бы совсем невежливо, и мы прошли ко второму дивану.

Мы по-прежнему оставались голыми и вонючими, но глава клана Такаги словно бы не замечал этого.

— Не хотите ли чаю? — спросил он и, приподняв руку, посмотрел в сторону двери.

Потом полностью переключился на нас.

А у двери, как мне показалось, промелькнула тень. Что ж, его знак был понят и принят к исполнению. Надеюсь, что он не о нашем убийстве. Хотя, мы только что стояли под прицелом арбалетов и луков. Нас спокойно могли расстрелять, и мы мало что на самом деле смогли бы сделать. Так что не думаю, что теперь затевается что-то подобное — лишние сложности. Боюсь, это будет что-то похуже…

— Я знаю, у нас с вами раньше были недоразумения, — говорил тем временем глава клана Такаги.

— Извините, — прервал я его. — Как вас зовут? Не привык обращаться по фамилии…

Он посмотрел на меня широко раскрытыми глазами. И я в общем-то его понимал. Я, как сын старейшины, мог не знать имён рядовых членов кланов, но имя главы знать просто обязан.

— Так получилось, — развёл я руками на его невысказанный вопрос.

И он опять просто кивнул и проглотил оскорбление. Просто представился, и всё.

— Меня зовут Хэчиро. Хэчиро Такаги.

— Хорошо, Хэчиро Такаги. Объясните, пожалуйста, что вы от нас хотите?

В этот момент в комнату вошли две девушки. Молодые и симпатичные. И одеты они были не в рубахи и штаны, как большинство женщин, которых я видел в этом мире…

Хотя нет, большинство женщин, которых я встретил в этом мире, были служительницами в церкви Всеблагой и носили длинные балахоны на голое тело. А обычные женщины уже носили рубахи и штаны. Мама Ишико приходила за мной в храм в узком и длинном платье аристократки, хотя дома носила рубаху и штаны. В академии магии Оринэ сэнсэй носила белый халат. Вот и всё, что я узнал о женской одежде в этом мире.

Эти же девушки были одеты в платья — тоже длинные и узкие, с широкими поясами, завязанными сзади на большой и сложный бант. Но платья девушек были попроще, чем у мамы Ишико, в том смысле что скромнее. К тому же они были покороче — открывали щиколотки. И были хорошо пошиты — однозначно не ширпотреб. Платья, хоть и похожие по стилю, но разные, подчёркивающие индивидуальность каждой девушки.

Девушки принесли два разноса. На одном чашки и фарфоровый чайник с горячим чаем — из носика шёл ароматный дымок. Вторая девушка принесла вазочки с разными сладостями.

Они в полной тишине поставили чашки, налили каждому чай, с поклоном подали. Поставили перед каждым розетку с ложечкой. И вазочки со сладостями — на середину.

Закончив сервировать стол, девушки поклонились и ушли.

Двигались они грациозно, легко. Все их движения были полны изящества.

Я проводил девушек взглядом и уставился на Хэчиро, ожидая ответа на вопрос, который я задал до того, как нам принесли чай.

Кстати, никто из наших ни к чаю, ни к вкусняшкам даже не притронулся, что естественно. Хотя мы и были уже изрядно голодны, однако, есть в доме врага — последнее дело.

Хэчиро отхлебнул чай и поставил чашку на стол. Потом вздохнул и сказал, обращаясь ко мне:

— Я знал, что ты придёшь сюда. Не знал, когда, и не знал один или с кем-то. И думал, что это произойдёт не так быстро, потому что ученики в императорской академии магии доступа к порталам не имеют. Но как только ты вошёл бы в портал, ты оказался бы тут. Потому что я точно знал, что с ножом ты не расстался бы. Это очень хороший нож. И он важен для тебя, как напоминание о твоей победе.

Взгляд Хэчиро задержался на моём трофее и на лице появилась тень, но глава клана Такаги подавил чувства.

Я позавидовал его выдержке.

Он снова посмотрел на нож.

У меня появилось желание убрать его, спрятать, но я не стал этого делать. Нож и катана лежали на диване рядом со мной. Они были оголены — ножны остались где-то в портальном коридоре, я потерял их во время схватки с ниндзя. Как и ножны от катаны Матакуши — они тоже потерялись где-то в портальном коридоре. И часть другого нашего вооружения…

Но даже с тем небольшим вооружением, которое осталось, мы могли бы дать отпор, если что.

— Ладно, — согласился я. — Допустим, вы ждали меня. Но зачем тогда отправили в императорскую академию магии своих людей? Всё равно я рано или поздно пришёл бы к вам. Зачем такие сложности?

На лице Хэчиро промелькнуло сначала удивление, но он тут же нахмурился.

— Я правильно понимаю, что моих людей разоблачили и задержали? — спросил он.

— Ага, — ответил я, внимательно наблюдая за реакцией главы клана. — Парни из дисциплинарного комитета забрали ваших людей.

А собственно, что за ним наблюдать? И так было видно: он не знал, что его люди попались. Значит, со связью тут проблемы. Видимо, Тосиюки владел телепатией и мог поддерживать связь в своей команде. А больше таких людей в клане Такаги не нашлось.

Из этого вытекает две вещи: во-первых, Хэчиро Такаги вдвойне больно, что его сын погиб — он мало того, что потерял сына, так ещё и ценного бойца. И во-вторых, клан очень рисковал, отправляя группу без связи. А это значит, что эта операция была очень важна для клана.

Я видел, что Хэчиро хочет что-то спросить. И даже предполагал что именно — про лже-императора. Точнее о той дряни, которая превращалась в лже-императора. Наверняка хотел узнать, его люди попались с этой дрянью или без неё. Но задать вопрос глава клана Такаги не решался. А я не стал ему помогать. Если это действительно важно для Хэчиро Такаги, то спросит.

Я просто сидел и ждал следующего хода.

Парни и Изуми сидели рядом со мной и молча слушали наш разговор. Не встревали, не задавали вопросов. Хотя я чувствовал, что им хочется вставить свои пять копеек. Но все они, и даже Матакуши, однозначно признали за мной право вести эти переговоры.

Хэчиро никак не стал комментировать тот факт, что его люди сейчас в дисциплинарном комитете. Просто проглотил информацию и всё.

Мы немного помолчали, и я спросил:

— Ну вот пришёл бы я к вам, и что?

Хэчиро посмотрел на меня в упор и сказал:

— Я собирался тебя убить. Самолично. Медленно. Чтобы ты страдал как можно дольше.

Он сказал это просто и прямо. А у меня все волосы дыбом встали. Я сразу поверил, что именно так бы всё и было.

— Похоже на правду, — сказал я. И спросил: — А чего ж не убил? Собирался же.

— Собирался, — согласился Хэчиро. — Но ты сказал одну вещь, которая всё переменила. Даже моё желание отомстить за смерть сына.

Ну, про то, что он передумал мстить, я, конечно, не поверил. Может, не сейчас, но позже я обязательно столкнусь с этим. Если, конечно, мы выберемся отсюда живыми. А пока нужно узнать, что он имеет ввиду.

— И что это за вещь? — спросил я.

— Ваш бой с Кутуруку, — ответил глава рода Такаги. — То, что вы выжили.

— Где гарантия, что мы останемся живы после того, как расскажем? — спросил я.

Торговаться в этой ситуации сам бог велел, я считаю.

— Слово главы клана, — серьёзно произнёс Хэчиро Такаги.

Я кивнул, принимая его ответ. Но прежде чем открывать все карты, я спросил:

— А какой у вас интерес к Кутуруку? Живёт он себе на территории императорской академии магии, портит жизнь местным адептам, ну и пусть живёт себе, вам-то что?

Хэчиро вздохнул и задумался ненадолго. Потом будто решившись на что-то сказал:

— До тех пор, пока Кутуруку жил только на территории императорской академии магии, нас он особо не волновал. Мешал иногда выполнять задания, но к этому вполне можно было приспособиться. Но теперь он стал появляться за пределами академии.

У меня от его слов мороз пробежал по спине — если Кутуруку прорастёт в городе, то городу придёт конец.

И ещё на одну вещь я обратил внимание. Глава рода Такаги не относился к Кутуруку, как к божеству. И даже как к духу, который живёт по соседству, тоже не относился. Тут реакция была вполне однозначная — уничтожить! Полностью и без остатка. И если он ради этой цели отказался от мести, то намерения его очень серьёзные!

В этом мы с Хэчиро совпадали. Я тоже считал, что Кутуруку нужно задавить, выжечь… Полностью и без остатка. Чтобы ни единая спора не проросла.

И тут мне в голову пришла мысль. Если Кутуруку так любит нежиться в воде, то вряд ли он любит огонь.

Хотя, тот отросток, что принесли ниндзя Такаги, от огня Райко и Оринэ-сэнсэй не погиб окончательно. Пусть он и превратился в обугленный кусок, но потом вполне ожил. И даже вещал потом, как настоящий император.

Интересно, учёные клана Такаги образцы тканей Кутуруку где брали? На территории императорской академии магии или на новых участках? И это надо было выяснить.

— А за пределами императорской академии магии — это где? — спросил я.

— Пока за городской стеной, — ответил Хэчиро. — Но таким образом получается…

— Кутуруку берёт город в кольцо, — закончил я его фразу.

— Да, — подтвердил Хэчиро.

— И ваши образцы из-за стены? — Я скорее озвучил свои мысли, чем действительно поинтересовался.

Хэчиро, бросив на меня острый взгляд, кивнул.

Для меня картина была ясна. Ниндзя Такаги то ли выполняя задание, то ли тренируясь за стеной, наткнулись на ростки Кутуруку. И тут же доложили главе клана.

Интересно, они вступили в бой?

Я решил выяснить это у Хэчиро.

— Добыли в бою? — спросил я.

Хэчиро покачал головой.

— Нет. Это случилось сразу после ночной атаки демонов. Когда демоны отошли, мои люди… — Хэчиро слегка запнулся, но потом продолжил: — Мои люди нашли обрубленные щупальца.

Вот это поворот! Получалось демоны дрались на два фронта? С людьми и с Кутуруку?

И что делали люди Такаги на поле боя? Уж точно не оказывали помощь раненым. Потому что раненые там были только демоны.

Захотелось расспросить Аргха, но он всё ещё сидел в своём углу и никак не проявлял себя, из чего я сделал вывод, что опасность ещё не исчезла.

Да собственно я и сам это понимал — то, что Хэчиро Такаги разговаривает с нами, ещё ничего не значит. Наоборот, чем больше мы узнавали, тем больше вероятность того, что нас грохнут.

И тем не менее я не удержался и уточнил:

— Спрашивать, что за стеной делали ваши люди, думаю, не стоит, вы не расскажете об этом.

— Это клановый секрет, — тут же ответил Хэчиро. — Я и так рассказал вам больше, чем кому бы то ни было. Не все члены клана знают о том, о чём теперь знаете вы.

Я кивнул. Да, что-то такое я и предполагал.

Ну что ж, теперь обладая этими знаниями, нужно умудриться выжить.

— Хорошо, — сказал я. — Теперь пришла пора мне делиться информацией. Нож вашего сына Тосиюки действительно хорош. У него отличный баланс, он удобно лежит в руке и хорошо держит заточку… — Я говорил и внимательно наблюдал за Хэчиро.

Было видно, что ему мои слова доставляют боль и одновременно вызывают гордость.

Сами собой вспомнились слова школьного учителя, что магия клана Такаги связана с оружием.

— Но, — продолжал я. — Разрезать или разрубить щупальце Кутуруку этому ножу не по силам.

По кивку Хэчиро я понял: он знает об этом.

— Однако именно этот нож в битве с Кутуруку спас мне жизнь.

Хэчиро встрепенулся, как гончая, почуявшая след. Из чего я сделал вывод, что о способности ножа испускать свет, Хэчиро не знал.

— И каким же образом? — спросил глава клана Такаги.

— Когда я в первый раз рубанул по щупальцу, нож на минуту вспыхнул. Точнее, не сам клинок, а гравировка. И этот свет испугал щупальца.

— А потом ты включил свою магию и заставил нож светиться.

— Да, примерно так… — ответил я, восхищаясь, как быстро он сделал правильные выводы.

Ведь он только один раз видел, как я призвал плед. Ну, либо интересовался мной, наводил справки. В любом случае глава рода Такаги умный мужик.

Говорить про то, что в портале гравировка светила точно так же, я не стал. Но подумал про это. Получалось, что на порталы и на щупальца Кутуруку нож реагировал одинаково. А это означает, что и там, и там он получил сходное воздействие.

В связи с этим наклёвывались интересные мысли. Во-первых, что это за гравировка такая? И во-вторых, какова природа порталов?

— Ты сказал, что в первый раз… — сказал Такаги. — А был и второй?

— Да был. Сегодня под дождём. Мы вчетвером прошли. Изуми, правда, в самом конце получила ранение — мы пропустили удар щупальца. Ну а так прошли более-менее нормально. Кстати, в этот раз Кутуруку выпустил туман.

— Он быстро учится, — подтвердил Хэчиро. — Значит, снова это может не сработать.

Хэчиро Такаги погрустнел. Он видимо, надеялся на универсальное средство борьбы с монстром. А может просто цеплялся за любую возможность узнать побольше. И в этом мы с ним были похожи.

Может, поэтому, а может, по другой причине, но мне захотелось поделиться своими наблюдениями. И я бы так и сделал, если бы не Изуми.

— Извините, — сказала она, краснея. — Мне нужно ненадолго выйти.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Уважаемые читатели, некоторые из вас просят иллюстраций, чтобы лучше представлять, как герои выглядят. Я сам рисовать не умею. Поэтому решил провести своего рода конкурс. Если среди вас есть художники, вы можете нарисовать арты. Они обязательно будут размещены в романе, со ссылкой на автора, разумеется.

С автором наиболее интересных артов я заключу договор на то, чтобы проиллюстрировать книгу.

Глава 8

— Извините, — сказала Изуми, краснея. — Мне нужно ненадолго выйти.

Хэчиро Такаги с удивлением посмотрел на неё, как будто только что увидел.

Кстати, несмотря на то, что щупальце ударило её по лицу, никаких ран на лице Изуми не было. Лицо оставалось чистым, только немного покрасневшим и слегка припухшим, самую малость. Смущение же от того, что она прервала наш разговор, просто добавило ей краски, сделав её особенно милой.

Формы секс-бомбы она убрала, и теперь рядом со мной сидела привычная неприметная Изуми, укутанная в плед и придерживающая его на груди и на животе, чтобы края не расползались.

Хозяин дома снова слегка приподнял руку, и тут же к нам направилась одна из девушек, принёсших нам чай.

Когда девушка подошла и вежливо поклонилась, Хэчиро сказал:

— Проводи госпожу… — он вопросительно посмотрел на Изуми.

Лицо его было абсолютно беспристрастное и немного высокомерное.

— Изуми… — назвал я имя.

— Проводи госпожу Изуми в женскую комнату и… дай ей что-нибудь надеть. — И обратившись уже к Изуми, сказал: — Не сочтите за оскорбление, пожалуйста. Примите одежду, которую вам даст Аико.

Изуми встала и поклонилась.

— Спасибо вам за вашу заботу! — смущённо ответила она.

Взгляд её всё время был опущен в пол. Возможно именно это помогло мне понять, что Изуми не просто так наступила мне на ногу, когда проходила мимо, а подала мне знак.

Осталось понять какой.

Едва Изуми встала, я тут же глянул на Матакуши. Он всё понял. Сразу поднялся, прихватив катану, поклонился хозяину и сказал:

— Если уважаемый Хэчиро Такаги не будет возражать, я хотел бы сопровождать Изуми до двери и подождать её.

Матакуши произнёс слова без всякого уважения и скорее поставил в известность, чем действительно спросил разрешения.

Не дожидаясь кивка хозяина дома, он направился вслед за девушками, держась за их спинами.

Я отправил Матакуши охранять Изуми, потому что сам не мог пойти — в конце концов, это я веду переговоры! К тому же из Матакуши телохранитель выйдет гораздо лучше, чем из меня.

Когда они вышли из комнаты, Хэчиро повернулся ко мне и спросил:

— Может, и вам принести одежду?

И это был сложный момент. Одно дело одеть Изуми — она девушка. И совсем другое взять одежду для парней. В первом случае это простая вежливость. А вот во втором, мы сразу же становимся должниками.

С другой стороны, отказаться — это проявить неуважение к хозяину.

Н-да, дилемма.

Хотя, а почему нет? Дают — бери, бьют — беги.

— Буду благодарен вам за вашу заботу, — ответил я главе клана Такаги.

Хэчиро снова приподнял руку, и подошла вторая девушка.

— Юри, проводи господина Кизаму Хомма и его товарища…

— Даичи, — подсказал я, назвав только имя, его фамилии я не знал.

Мне и свою фамилию было непривычно слышать, как-то всё по имени. Но тут иначе нельзя. Матакуши, Даичи и Изуми могут называться только именами, если они мои люди. А вот моя фамилия должна прозвучать. Так как я их предводитель.

— …И его товарища Даичи в душевую комнату и принеси им одежду. И для третьего молодого человека тоже.

Это было так странно — принимать заботу от человека, чьего сына я убил, что я повернулся к нему и спросил прямо, без всяких вежливых загибонов:

— Господин Хэчиро, я причинил вам большую боль. Почему вы сейчас заботитесь обо мне и моих товарищах?

Хэчиро Такаги вздохнул и серьёзно ответил:

— Я глава клана. Я должен думать в первую очередь об интересах клана.

— Но разве Тосиюки не был наследником? — снова спросил я.

— Был, — ответил мужчина. — И он мог бы со временем стать очень хорошим главой.

— Тогда почему вы помогаете нам?

— Потому что именно вы, Кизаму, можете сделать так, чтобы мой клан и дальше продолжал своё существование.

Я сразу вспомнил крошку Оринэ с Райко. Они тоже говорили, что только я могу спуститься в логово Кутуруку и достать оттуда легендарный клинок императора Каса. А ещё раньше сэнсэй Макото говорил примерно о том же.

Но Макото начитался книжек и сам призвал мою душу в этот мир. Оринэ с Райко провели эксперимент и сделали выводы. Но с чего Хэчиро решил, что я избранный? Я себя избранным совсем не чувствовал.

— Почему вы так решили? — спросил я у главы клана Такаги.

Он показал на мои шрамы.

— Вот убедительное доказательство. Ты не просто отогнал Кутуруку. Ты был в его щупальцах! И не в карцере, где воздействие Кутуруку сильно ослаблено, а он именно хотел тебя убить, он был в ярости. Наш клан специализируется на оружии. А это означает, я разбираюсь в ранах. Он пытался разорвать тебя, но ты избежал смерти. Но мало этого, сами раны смертельны. Я не знаю людей, кто с такими ранами выжил бы.

— Может, мне просто повезло, — возразил я, вспоминая Макото с его методами лечения.

На что Хэчиро лишь покачал головой.

— Одного везения тут мало. Как говорится: «Везёт тому, кто везёт». Но даже если и повезло, это означает, что наша древняя богиня судьбы Юнмей отметила тебя своим знаком.

Эх, кто из богов только меня не отметил: Всеблагая наделила магией, Кутуруку — шрамами. Оказывается, ещё и богиня судьбы руку приложила.

Хэчиро тем временем продолжал:

— Сейчас никто открыто не почитает Юнмей. А были времена, когда во всей Баракушити стояли храмы, посвящённые только ей. И никаких других богов, никаких стен из чёрного камня… А сейчас у Юнмей даже храмов не осталось, все разрушили.

А вот это было интересно! Мне бы очень хотелось узнать, чем жила страна до того, как пришли новые боги и возвели свои храмы.

Да-да, храмы! Не только у Всеблагой есть свой храм. Императорская академия магии тоже один большой храм, посвящённый Кутуруку. На мой взгляд, конечно. Просто в академии всё крутится вокруг Кутуруку. Плюс всякие разные служения с карцерами и жертвоприношения в первую ночь. Может, ещё что есть, я просто не успел выяснить.

Но разговор о древних богах не для такой ситуации, ему нужно своё время и место. Поэтому я поклонился Хэчиро Такаги и сказал:

— Благодарю вас! И простите, если сможете. У меня не было другого выхода…

Потом развернулся и поспешил к Даичи с Юри, которые стояли чуть в отдалении и терпеливо ждали, когда мы закончим разговор.

Девушка провела нас по коридорам и оставила около двери в душевую.

— Полотенца там есть. Одежду сейчас вам принесут, — с поклоном ответила она и ушла.

Признаться, меня снова накрыло волной подозрений. Мы разделились на две группы. Изуми сейчас с Матакуши, и мы тут — с Даичи. Четверых нас было бы взять сложнее, а вот по двое мы можем стать лёгкой мишенью. Поэтому я предложил Даичи:

— На всякий случай моемся по очереди.

Парнишка кивнул и с нунчаками наизготовку повернулся к двери.

Он всем своим видом показывал, что будет охранять меня во что бы то ни стало.

Я на всякий случай положил нож и катану так, чтобы их было легко схватить и отправился в душ. В конце концов смыть с себя кровь и вонь мне хотелось давно и сильно.

Скамеечка, мыло, горячая вода — что ещё нужно для счастья? Однако, только я хорошенько намылился, как послышался звук сдвигаемой в сторону входной двери.

Я конечно же вскочил и схватил оружие.

Но это зашёл Матакуши, а с ним парнишка ненамного младше Даичи. Они принесли чистую одежду и ножны. Да-да! Ножны для нашего оружия, наши ножны. Видимо их подобрали в портальном коридоре и теперь принесли нам.

Пацан молча сложил сменную одежду на лавку, поклонился и быстренько слинял.

Только тогда я понял, что всё ещё стою голый, в мыльной пене, в боевой стойке, с катаной и ножом наизготовку. Сразу стало понятно, почему мальчишка так косился на меня.

Чёрт, перепугал пацана!

Хотя, тут в клане оружейников вряд ли мальчишки пугливые. Вполне может получиться так, что катаной он владеет лучше меня. Ну хотя бы потому, что я ей практически не владею.

— Где Изуми? — спросил я у Матакуши, откладывая оружие.

— С ней всё в порядке, — ответил он. — Она тоже моется. С ней та девушка… Аико.

— Вы думаете, им можно доверять? — спросил Даичи явно имея ввиду хозяев дома.

Матакуши посмотрел на меня, признавая за мной право решать можно ли доверять Хэчиро Такаги. На что я ответил:

— Думаю, расслабляться не стоит.

Матакуши удовлетворённо кивнул. И я понял: он думает так же. И это естественно — мы с ним оба люди военные. И понимаем, что ситуация может измениться в любой момент. В конце концов, мы в доме врага.

Я вернулся под душ и быстро смыл пену. Потом сказал:

— Идите мойтесь, а я покараулю.

Пока парни смывали с себя грязь и вонь, я взялся почистить своё оружие. Помыл, протёр полотенцем. Вздохнул, вспомнив, как оружейный мастер Ганзи проводил техобслуживание моей катаны, как очищал её пудрой, смазывал.

Убедившись, что клинок чистый и сухой, я убрал его в ножны. После помыл, вытер и убрал в ножны нож. И только потом оделся сам.

Парни к тому времени тоже помылись и привели оружие в порядок.

Когда мы, чистые и одетые, вышли из душевой, оказалось, что Юри ждала нас.

Увидев нас, она тут же повернулась и повела по коридорам в ту же гостиную.

На диване за радужным столиком кроме Хэчиро Такаги сидел ещё один мужчина. Они пили чай и о чём-то тихо разговаривали.

Я удивился, увидев, что это оружейный мастер Ганзи, которого я только что вспоминал.

Когда мы приблизились, мужчины встали, оказывая нам уважение.

Мы прошли и сели на свои места.

Я отметил, что плед на нашем диване теперь другой. И на столике в специальной подставке горит палочка благовоний.

Теперь, когда мы помылись, я по остаткам запаха в комнате понял, как мы воняли. И с уважением посмотрел на Хэчиро — он столько разговаривал с нами и ни разу не показал, что ему дискомфортно из-за запаха.

Изуми всё ещё не было, и это сильно тревожило.

Хэчиро поймал мой взгляд, как я посматриваю в тут сторону, куда увели Изуми, и сказал:

— Не беспокойтесь, с вашей подругой всё в порядке. Просто женщинам нужно чуть больше времени. — И он слегка улыбнулся.

А я заскрипел зубами — я, как последний лопух, дал понять, что Изуми для меня важна.

Хотя для меня важны жизни и Даичи с Матакуши. И тех ребят, которые остались в академии. Так что, я ждал бы любого из них, не только Изуми.

Я сделал усилие и перевёл взгляд с коридора на Хэчиро с Ганзи.

И Хэчиро тут же сказал:

— Вас же представлять не нужно? Вы знакомы с нашим лучшим оружейником мастером Ганзи?

Я кивнул.

А Ганзи поинтересовался:

— Как ваша замечательная катана?

— Спасибо, всё хорошо, — вежливо ответил я, боясь, что он попросит посмотреть.

И я не ошибся.

— Вы позволите глянуть? — вежливо попросил он.

Я с каменным лицом протянул оружейнику свой меч.

Он аккуратно вынул клинок из ножен, бегло осмотрел его, сунул в ножны и вернул мне обратно.

Лишь когда катана оказалась снова в моих руках, я смог выдохнуть.

— Вижу, что эта катана не лежала в ножнах всё это время, — сказал он.

— Так и есть, — ответил я.

Меня, признаться уже начала подбешивать эта светская беседа. Меня очень волновало, куда делась Изуми. Я уже собрался выговорить Матакуши за то, что он оставил её, как в комнату вошли две девушки. Одна из них это Аико. А вторая — незнакомая и очень красивая. Она тоже была в платье, схожем по пошиву с платьем Аико, но шла с таким благородством и изяществом, что Аико просто потерялась на её фоне. Волосы этой девушки были убраны в причёску и скреплены заколкой, напоминающей хвост ласточки.

Девушки направлялись к нам, и я подумал, что даже не заметил, когда Хэчиро дал знак рукой. Когда он успел позвать служанок, а главное, зачем? Принести новый чай?

И лишь когда они подошли к нам, я понял, что никакого знака не было. Вот эта красавица — это Изуми. Причём, в обычном виде, а не в виде секс-бомбы.

У меня аж дыхание спёрло, и я порадовался, что уже в штанах. Иначе всем пришлось бы любоваться на мою выпирающую мужскую стать.

Изуми, сцепив руки перед собой, с достоинством королевы поклонилась Хэчиро.

— Благодарю вас, Такаги-сама за вашу заботу, — сказала она. Потом повернулась к оружейнику и тоже поклонилась. — Здравствуйте!

После в полной тишине прошла и села на своё место — рядом со мной.

Я еле отвёл от неё глаза и тут же поймал внимательный взгляд Хэчиро и сразу вспомнил, как Изуми наступила мне на ногу. О чём она хотела предупредить меня? Нужно найти возможность и расспросить её.

Но пока нужно понять какие планы у Хэчиро Такаги и выяснить, насколько они совпадают с моими. Поэтому я хотел расспросить его, но не успел и рта открыть, как в моём желудке забурчало.

— Вы скорее всего голодны, — тут же отреагировал Хэчиро.

— Это не важно, — ответил я. — Я хотел бы узнать ваши планы по поводу нас.

— Как скажете, — не стал настаивать Хэчиро. И продолжил: — Пока вы мылись, я попросил нашего лучшего оружейника принять участие в нашем небольшом совете. Я немного ввёл мастера Ганзи в курс дела.

— Совсем немного, — подтвердил Ганзи.

— Мы работаем над новым оружием, — сказал Хэчиро и посмотрел вопросительно на Ганзи.

Тот кивнул, и Хэкиро продолжил:

— Новое оружие должно быть способно убить Кутуруку.

И тут у меня вырвалось:

— Если мои предположения о природе этого монстра верны, то убить его будет крайне сложно. Я бы даже сказал — невозможно.

Изуми тут же едва заметно наступила мне на ногу. И я вспомнил, что и в первый раз она прервала меня, когда я заговорил о природе Кутуруку. Получается, она считает, что лучше о моих догадках не распространяться. Но почему, интересно?

Память тут же подсунула воспоминание об лже-императоре, и я всё понял. Возможно, готовится дворцовый переворот, и нас хотят использовать в тёмную. А потом подставить нас и тем самым избавиться. А что? Это же логично — мы враги. Несмотря на то, что о нас позаботились, ничто не мешает поступить с нами таким образом. А значит, информация — это наш козырь.

Но фраза о природе Кутуруку вылетела и была услышана.

— Что вы имеете ввиду? — тут же спросил Ганзи.

На его лице был неподдельный интерес. И этот интерес подсказал мне, что нужно ответить оружейнику — с оружейником нужно говорить об оружии.

И я протянул руку к Матакуши.

— Дай, пожалуйста, на минуту твою катану? — попросил я его.

Матакуши с неохотой протянул свой меч.

Я взял его, но на стол сначала положил нож, который раньше принадлежал Тосиюки.

— Это хороший клинок, — сказал я. — Но нанести им ранение Кутуруку невозможно. Во всяком случае резанную или колотую рану. Но у него другое достоинство — он светится. А свет обжигает щупальца. Думаю, вы заметили, что этот монстр активен только по ночам или во время дождя с очень плотной облачностью.

Хэкиро и Ганзи переглянулись. И Хэкиро кивнул:

— Продолжай!

Рядом с ножом Тосиюки я положил нож Матакуши — один из первых моих трофеев, тот, который я отнял у бандитов на улице, преследовавших нас с мамой Ишико. И спросил у Матакуши:

— Этот нож хоть раз ранил щупальца?

Матакуши уверенно покачал головой.

— Этот нож не ранит и не светится, — сказал я и положил нож рядом с ножом Тосиюки.

Потом рядом с ними легла катана Матакуши.

Тут спрашивать не было необходимости, я видел, как он рубил ей.

— Эта катана может рубить щупальца, — сказал я. — Но не сразу. Нужно ударить несколько раз. Но при должном мастерстве владельца щупальце отрубить можно.

На лице мастера Ганзи промелькнула гордость, из чего я сделал вывод, что эту катану создал он.

Потом я положил рядом свою катану. Скрывать её не было смысла — мастер Ганзи видел её.

— Эта катана лучше предыдущей. Она с первого раза отрубает щупальца. Но… — я внимательно посмотрел на мужчин.

Хэкиро, протянувший, было, руку к моей катане, убрал её.

И тогда я продолжил.

— Даже если у всех в отряде будут такие катаны, как у меня, где гарантия, что вместо срубленных щупалец не прорастут новые?

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

У майора с баней была связана забавная история. Как-то вернулись они с ребятами со спецзадания, а баня в части не работает. Пришлось идти в городскую.

Пришли. А там мужское отделение закрыто. Банщица и говорит: идите в женское, там никого нет.

Сходили. Помылись. Вернулись в казарму.

Утром майор смотрит, а у его бойцов волосы с каштановым отливом.

Оказалось, парни нашли в женском отделении забытый кем-то шампунь. Красящий…

Глава 9

— Даже если у всех в отряде будут такие катаны, как у меня, где гарантия, что вместо срубленных щупалец не прорастут новые? — спросил я.

Ганзи согласно кивнул. Похоже, я высказал вслух его мысли.

— Я думал о чём-то подобном, — ответил он. — Я наблюдал за битвой нашего отряда с Кутуруку и понял, что скорее всего само тело Кутуруку находится под землёй. А щупальца — это малая часть монстра. Поэтому бороться нужно не с ними.

Я слушал мастера Ганзи и меня разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, я восхищался его умом и проницательностью. Однако он, чтобы побольше узнать о монстре, спокойно наблюдал, как гибнут его люди. Более того, у меня возникло подозрение, что они осознанно отправили людей на смерть, чтобы проверить какие-то свои идеи и догадки.

И тут же возник вопрос: а мой отец в курсе действий клана Такаги? Ведь задача старейшины защищать городскую стену. А тут получается систематически организуются вылазки за периметр.

И ещё один вопрос: отец знает про Кутуруку? Про то, что он появился за стеной? По идее должен знать. Но от простых жителей эта информация скрывается — я впервые услышал о монстре только в академии магии. И хотя разные люди говорили мне, что в академии меня ждёт смертельная опасность, этого монстра не упоминал никто.

Получается, что простые жители владеют информацией только на уровне слухов и догадок. А у страха, как говорится, глаза велики. Если чего не знаешь, такое понапридумывать можно, что мама не горюй!

Хотя с Кутуруку и придумывать ничего не нужно — правда страшнее любых самых больных фантазий. Она страшна именно своей неотвратимостью.

Одно было понятно точно. Раз отец за ножнами к моей катане отправился прямиком к мастеру Ганзи — лучшему мастеру клана оружейников, то у них пред ним должок.

И, кстати, в этом свете ночной визит ниндзя в наш дом расцвечивается новыми красками…

Вот такие мысли пронеслись у меня в голове, когда я услышал мастера Ганзи, его соображения по поводу Кутуруку.

— И что вы решили? — поинтересовался я.

— Была мысль использовать яды, — ответил вместо мастера Хэчиро.

— Яды — это хорошая идея, — задумчиво проговорил я.

— Не очень, — скривился мастер Ганзи.

— Почему же? — удивился я.

Мастер Ганзи скривился ещё сильнее.

— Не эффективно и трудно доставить.

— Не эффективно, потому что нужный яд не подобрали, — возразил Хэчиро. — А то, что доставить трудно, это да.

Я понял, что этот спор у них давний. И к общему мнению они никогда не придут.

А ещё я понял, что про кустарник Бут-Харуул они не знают.

Хотя, сможет ли ядовитый кустарник убить Кутуруку — это вопрос. И не будет ли от кустарника больше вреда, чем пользы? Пока что я из пользы увидел лишь то, что он не пускает монстра на свою территорию. Ну и яд Бут-Харуула помог мне залечить рану, нанесённую Кутуруку. Так что, может он и убить смог бы…

Но тут взгляд Хэчиро упал на мою катану, которую я пока не убрал со стола. И в его глазах вспыхнули огоньки, которые мне очень не понравились.

— …Однако сейчас по поводу доставки яда к Кутуруку ситуация несколько изменилась, — сказал он победным голосом, как будто вбил гвоздь в крышку гроба.

Они с мастером Ганзи переглянулись и замолчали — ежу понятно, что наше появление внесло серьёзные коррективы в их диалог. И мне сразу стали понятны планы клана Такаги по поводу нас. Если честно, я чего-то такого и ожидал. Раз Хэчиро понял, что мы смогли выжить после встречи с Кутуруку, значит, к нему он нас и пошлёт.

Что Оринэ хотела послать нас в логово к Кутуруку, что теперь Хэчиро. Что-то как-то с фантазией у них у всех тут туговато. Так и норовят меня угробить…

Испортилось ли у меня настроение? Конечно, испортилось. Снова лезть в этот щупальцевый ад мне не хотелось. И я понимал, что скорее всего придётся.

Но было в этом во всём одно большое «но»! Я не хотел лезть к Кутуруку ради чьих-то целей. Особенно, если мне о них до конца не говорят.

Поэтому решил прояснить ситуацию.

— Уважаемые, — обратился я к членам клана Такаги. — Если я правильно понимаю, то вы хотите отправить наш отряд за стену, чтобы мы доставили яд и попробовали отравить монстра…

— Не отряд, — широко улыбнулся Хэчиро. — Только двоих. Тебя и тебя, — он ткнул пальцем в меня и в Матакуши. — От мальчишки с нашими… Ладно, пускай с его нунчаками или даже с цепью… там толку не будет абсолютно никакого. А с девушки — тем более. Кутуруку до её прелестей дела нет.

Его слова прозвучали холодно и цинично, и меня прошиб холодный пот. Мне показалось, что я ослышался.

— Что? Что вы сказали? — переспросил я.

Хэчиро глянул на Изуми и его глаза хищно заблестели, но он подавил блеск. Из чего я сделал вывод, что ему до Изуми дело есть, но прямо сейчас ей ничто не угрожает.

— Всё правильно ты услышал, — довольно-таки жёстко сказал Хэчиро и посмотрел на меня в упор. — Вы пойдёте вдвоём. А девушка и мальчик останутся здесь. Как залог того, что вы всё исполните как надо. И для твоего спокойствия я могу дать слово, что если вы погибните, то мы отпустим их на все четыре стороны.

Я смотрел на главу клана Такаги, а в голове у меня гудело: «Вот оно! Вот оно!»

Хотя, чему я удивляюсь? Я ведь знал, что тут есть подвох. Ну не мог он просто так воспылать к нам любовью и уважением. Если они своих людей отправляли на смерть и спокойно наблюдали, что делал с ними Кутуруку, то чего ещё можно от них ждать?

А может это были и не свои. А такие же, как мы, бедолаги попали в лапы клана Такаги и всё — пришлось им идти на смерть.

Вспомнилась ненависть, с какой бился Матакуши. Видимо в его жизни произошло что-то подобное. Надо было расспросить. Глядишь, я тогда был бы готов к финту Хэчиро.

Хотя о чём это я? Я ждал пакости и на самом деле удивился не так сильно, как мне думалось. Во всяком случае, в голове с бешеной скоростью начали просчитываться варианты.

Немедленное нападение на Хэчиро и Ганзи я отмёл в первую очередь — наверняка они такой вариант предусмотрели. Что ж, я не дам им радости опробовать на нас свои арбалеты.

Идти за периметр нам придётся, хотим мы того или нет. Мы в руках клана Такаги. Чудо, что мы вообще живы до сих пор. И если Даичи я могу выторговать, типа он будет травить Кутуруку, пока мы будем отбиваться, то про Изуми можно даже не заикаться.

На наше счастье, про то, что она куноити, Хэчиро не знает, и раскрывать ему эту информацию не надо, пусть думает, что она обычная беззащитная девушка. К тому же он видел её магию в действии — вряд ли в его сознании секс-бомба сочетается с куноити. Вот и пусть будет ему сюрприз.

С другой стороны, брать Изуми с собой тоже не вариант — когда мы проходили щупальца, она действительно нам ничем помочь не могла. А тут не думаю я, что Кутуруку будет спокойно ждать, пока мы будем его травить. То есть, наверняка будет ещё опаснее.

Блин! С какой стороны не посмотри, в этой ситуации Изуми самая незащищённая!

Да я ради её защиты хоть к Кутуруку, хоть к чёрту лысому домой пойду!

Но пока накажу Даичи защищать Изуми.

Идти придётся. И нужно вернуться живыми. Я не собираюсь пока умирать, к тому же нужно освободить потом Даичи и Изуми, вряд ли Хэчиро выполнит своё обещание. Так что, нужно остыть и готовиться к походу. Как минимум собрать информацию. А заодно проверить границы дозволенного. Им ведь нужно, чтобы мы пошли добровольно, вот и сыграем на этом.

— Я понял вас, — сказал я. — Кутуруку общий враг, и мы постараемся отравить его. Во всяком случае, яд доставим и всё сделаем по инструкции. Но вы же понимаете, что бездумное исполнение плана, составленного людьми, которые находятся далеко и повлиять на ситуацию никак не могут, снизит шансы на удачу. Нам придётся принимать самостоятельные решения. Потому как невозможно предсказать поведение Кутуруку.

Хэчиро с небольшой задержкой кивнул.

— Что ты предлагаешь? — холодно спросил он.

— Мне нужна информация. Всё, что вы знаете про Кутуруку и, само собой информация по яду — как действует, время действия, симптомы, что яд подействовал, инструкция как принимать, чтобы подействовал. Всё, что необходимо, чтобы можно было на месте перестроиться под ситуацию.

Ганзи хотел было возмутиться, но я, приподняв руку, остановил его.

— Подождите, уважаемый. Я объясню, зачем нам это нужно. Нам наверняка придётся импровизировать… Я дважды близко общался с Кутуруку, и знаю о чём говорю. Там ничего не может быть по плану. И если мы будем знать как яд действует, мы сможем наиболее эффективно применить его. Ну а информация про Кутуруку, тут я думаю объяснять не нужно — чем больше мы будем знать, тем больше вероятность успеха.

Почему я решил получить с них дополнительную информацию? Да хотя бы потому, что они не хотели ей делиться. К тому же она действительно может помочь нам при выполнении задачи.

Да, я понимаю: меньше знаешь, лучше спишь. И за всё, что нам сейчас расскажут, мы можем поплатиться жизнью. Но это потом. А сейчас информация для нас жизненно важна.

Хэчиро переглянулся с Ганзи.

— Нам нужно посовещаться, — сказал глава клана.

— Да-да, конечно! — согласился я, изображая полное желание сотрудничать. — А пока, если можно, мы хотели бы поесть, мы сегодня только завтракали, а день уже к вечеру клонится…

Хэчиро кивнул и приподнял ладонь, призывая служанок.

— Ну и отдохнуть потом надо, — продолжил я наглеть. — День был насыщенный…

— Само собой! — ответил Хэчиро. — Вам предоставят комнаты.

— Отлично! — разулыбался я и оглядел своих ребят.

Матакуши сидел хмурый, но молчал.

Я понимал его. Как и он меня.

Даичи был в бешенстве и едва сдерживался, чтобы не ответить на мальчика. Поймав мой взгляд, он сник.

Больше всего я боялся смотреть на Изуми. Но она сидела с поистине королевский достоинством.

Подошла Аико и поклонилась.

Хэчиро поднялся.

— Проводи наших гостей в столовую и накормите их. А потом проводите их в гостевые комнаты, — отдал он распоряжение.

Девушка повернулась к нам и снова поклонилась.

— Следуйте за мной, пожалуйста, — попросила она.

Я впервые услышал голос Аико. До этого ни она, ни Юри не произнесли ни слова.

Девушки были вышколены — ни единого лишнего движения, ни единого лишнего звука. Чёрт! Жестокие тут порядки…

Мы поднялись, и я, пропустив вперёд Изуми, Даичи и Матакуши, тоже направился было следом за Аико.

Но меня окликнули:

— Кизаму.

Мастер Ганзи тоже встал рядом с Хэчиро.

Я остановился и повернулся к ним.

— Ножны для твоей катаны готовы, и они будут ждать тебя в твоей комнате, — сказал оружейник.

Я поклонился и ответил:

— Спасибо, мастер!

Меня сообщение мастера выбило из колеи — он сделал ножны! Подумать только, при всей сложившейся ситуации он сдержал своё слово и сделал для меня ножны.

А может, и не для меня. Может, он надеялся заполучить мою катану? А почему нет?

Хотя, чего я придумываю за него. Если тут у мечей есть имена, то наверняка есть культ холодного оружия. И ни один уважающий себя воин не сделает ничего, что оскорбит меч, ведь от меча в бою зависит жизнь.

С другой стороны, Ганзи не был воином, он был оружейником…

Вот в таком раздрае я шёл позади своих людей, как бы прикрывая их спины.

Мы повернули в коридор, а потом спустились на первый этаж.

Я в первый момент удивился, но потом вспомнил, что у нас дома порталы тоже расположены на втором этаже — примкнуты к чёрной городской стене, поглощающей магию. Интересно, а тут как? Как далеко мы от стены?

Но окна в столовой были закрыты — створки сдвинуты и матовые стёклышки пропускали свет, но не позволяли рассмотреть, что снаружи.

Но когда мы сели за стол, Аико, словно услышала мои мысли, подошла к окну и раздвинула створки в стороны.

Окно было огромное, в полстены, и выходило оно в сад.

Кряжистые деревья, кустарники разных размеров, с разными листьями по размеру, форме и цвету. Некоторые кустарники цвели. Были и такие, которые стелились по земле. И не только можжевельник, но и с листьями. Разделяли кусты огромные камни. Они были так к месту расположены, что приходила мысль: их специально сюда притащили.

Среди кустарников и камней тёк ручеёк. Он журчал успокаивающе, умиротворяюще.

Мы сели на стулья за стол. Хотя такой вид навевал мысли о Японии, а там как правило сидят на коленях. Но тут не Япония. И не Китай или какая-то другая азиатская страна из моего мира, тут свои законы.

В общем, мы сели за стол, и Аика точно так же, как и Хэчиро ранее дала кому-то знак рукой. Хотя, кому, если в комнате никого не было и двери закрыты? После сказала:

— Сейчас вам принесут обед. Потом я подойду за вами.

Поклонилась и вышла.

А я оглядел столовую. Хотя чего тут оглядывать? Из мебели только стол и стулья. И окно в сад. И ничего, что отвлекало бы от приёма пищи.

Я лишний раз убедился, что дом клана Такаги богаче, чем у моих родителей. У нас кухня была объединена со столовой. А тут всё раздельно. К тому же сад за окном был не просто великолепен, он был фантастически красив и ухожен!

Сдвинулась в сторону другая дверь, и в столовую вошли две женщины — принесли нам еду.

Женщины тоже были молчаливые, собранные. Они накрывали на стол быстро и сосредоточенно — ни одного лишнего движения!

Сразу вспомнилась няня Омоко. Я бы не смог представить её вот такой вышколенной. Она была тёплой и живой.

Наблюдая, как женщины расставляют на столе еду, я вдруг подумал о том, что у них, как и у воинов, тоже все движения выверены. А не являются ли эти женщины в свободное от работы время боевыми единицами?

А что? Вполне возможно — помыли посуду и пошли отрабатывать приёмы рукопашного боя или стрелять из арбалетов.

Но когда передо мной поставили миски с едой, я выбросил из головы все мысли — так всё вкусно пахло и красиво выглядело!

— Приятного аппетита! — сказал я ребятам и преломил палочки.

— И ты будешь есть? — с вызовом спросил Даичи.

— Да! — жёстко ответил ему я. — И ты тоже будешь!

— Но почему? — не унимался Даичи. — Они…

— Ешь! — рявкнул на него Матакуши и тоже преломил палочки. — Не до детских истерик сейчас!

Даичи надулся.

— Ешь, младший брат, — мягко сказала Изуми, приступая к еде.

Даичи немного подулся, но потом присоединился к нам. Всё же голод и растущий организм сделали своё дело.

Ели молча. И когда все миски опустели, Матакуши посмотрел на меня, а потом в ту сторону, куда Аико подавала знак, чтобы нам принесли еду.

Я сразу понял его: он хочет обсудить что-то, но показывает, что тут говорить не следует. Значит, нужно найти возможность.

Я кивнул ему и начал говорить совсем не о том, о чём хотел:

— Смотрю на этот чудесный сад, — задумчиво сказал я. — И представляю мир, где по улицам ездят самоходные механические повозки, а в небе летают железные птицы, которые перевозят людей из города в город. И можно разговаривать, находясь друг от друга на огромном расстоянии, при этом не повышать голоса и прекрасно слышать собеседника.

— Разве существует такая магия? — спросила Изуми, с нежностью глядя на меня.

— Магия? Нет, такой магии я не знаю, — со вздохом ответил я, и мне стало грустно.

Я вспомнил своих ребят, крушение МИ-8. А ведь их дома ждали, у каждого кто-то был.

Интересно, их тела смогли забрать, чтобы похоронить по-человечески?

А моё тело? Моё тело тоже похоронили?

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Майор очень скучал по своей трёхлетней дочке — Машке-простоквашке, по своей маленькой принцессе. Когда жена принесла дочку из роддома и развернула её, майора потрясло, что у малышки на ручках и ножках были настоящие маленькие пальчики с настоящими ноготочками. Здоровый мужик, прошедший ни одну горячую точку, стоял и смотрел на новорождённую дочку и чувствовал ком в горле. А когда она сфокусировала на нём взгляд и улыбнулась, он был самым счастливым человеком в мире.

Глава 10

К счастью, пришла Аико и отвлекла меня от грустных дум. Она пригласила нас пройти в комнаты, которые выделили нам для отдыха.

Я надеялся, что нас всех поселят в одну комнату, но нет, Хэчиро оказал нам уважение — каждому предоставили отельное помещение. Видимо, таким ненавязчивым способом он показал мне своё превосходство. Или просто создал трудности для общения.

Хотя какие трудности? Мы же не под арестом!

Поэтому мы спокойно поблагодарили Аико и не сговариваясь все прошли в мою комнату.

Комнатка была небольшая. Как средних размеров гостиничный номер. Из мебели — кровать, два кресла, журнальный столик и встроенный в стену шкаф. Ну и конечно же раздвижное окно во всю стену. А за окном всё тот же сад, только тут росли другие растения, в основном невысокие. Благодаря этому открывался красивый вид.

Скользнув взглядом по открытому окну, за которым разлились густые сумерки, я предупредил ребят:

— Попрошу вас быть сдержанными в выражениях и не оскорблять хозяев этого дома!

Матакуши хмыкнул, но ничего не сказал. Наверняка понял: я имею ввиду возможное подслушивание.

Однако, Даичи не сдержался. Не успел я договорить, как он выпалил:

— Почему я должен оставаться тут? Я не ребёнок! Я могу сражаться! А остаюсь как будто заложник какой-то.

— Да, — кивнул я. — Ты всё правильно понял. Вы с Изуми заложники.

Даичи сник, но всё равно не смог смолчать:

— И как ты согласился на это?

Прежде чем я открыл рот, Матакуши жёстко спросил:

— А у нас был выход?

Даичи нахмурился.

— Не волнуйся, младший брат, — мягко улыбнулась Изуми. — Кизаму с Матакуши справятся.

— Но я тоже хочу биться с Кутуруку, — не сдавался Даичи.

Его упорство вызвало улыбку, и я сказал:

— У меня для тебя будет очень важное поручение, с которым сможешь справиться только ты.

Глаза Даичи сразу загорелись. Он с надеждой повернулся ко мне. Как маленький щенок, честное слово. Был бы хвост, завилял бы…

— Ты должен позаботиться об Изуми, — сказал я.

— Хорошо, — разочарованно буркнул Даичи, явно ожидавший чего-то другого.

Интересно, чего? Что я попрошу его втихушку разнести тут всё? Пожалуй, нужно с ним поговорить открыто, не шифруясь.

— Ну вот и отлично, — произнёс я для подслушивающих, а потом приказал: — Усни!

Почувствовав, что моя магия нашла адресата, я удовлетворённо кивнул и снова обратился к пацану:

— Даичи, ты, надеюсь, понимаешь, что вы тут остаётесь совсем не в безопасности? Возможно, что вы в гораздо большей опасности, чем мы — мы будем драться открыто, а вас могут ударить исподтишка, в тот момент, когда вы будете меньше всего ждать.

Пацан растеряно уставился на меня.

И я, понимая, что в этот раз мои слова достигли его ушей, продолжил:

— Ты уже взрослый, поэтому и поручение я тебе даю взрослое. Твоя задача не просто заботиться об Изуми. Ты должен будешь защищать её. Хоть даже ценой своей жизни.

В этот раз Даичи слушал внимательно, не перебивая и не бурча.

Что ж, хорошо. Кажется, он проникся серьёзностью положения. Мне осталось продолжить инструктаж:

— У меня есть основания считать, что ни вас, ни нас живыми отсюда не отпустят. Поэтому пока делаем вид, что мы со всем согласны, но готовимся действовать, как только предоставится такая возможность. И от тебя очень много зависит. Потому что Изуми среди нас самая незащищённая.

— Я не хотела быть вам обузой, — с болью в голосе сказала Изуми. — Я…

— Ты не обуза, — оборвал я девушку. — И в битве в коридоре ты реально помогла. Если бы ты не отвлекла противника, мы, возможно, и не справились бы — слишком их было много. Но сейчас ты действительно находишься в большей опасности, чем мы. Потому что ты девушка. И Даичи должен позаботиться о тебе, чтобы по возможности ты не оставалась одна, чтобы он всегда был рядом, пока нас не будет. Ну и в случае чего прикрыл тебя.

Даичи сразу стал серьёзным. Глянул на Изуми, потом снова на меня и с готовностью кивнул.

— Вот и хорошо, — сказал я. — Я попробую выторговать у Хэчиро оставленные в портальном коридоре кунаи и сюрикены, которые ты нёс… Якобы для тебя, чтобы ты тренировался. И тебе придётся пойти тренироваться. Вместе с Изуми. Но показывать, что Изуми куноити, не нужно. Изуми возьмёт оружие только если другого выхода не останется… — я посмотрел на девушку.

— Поняла, — ответила она.

А я продолжил инструктировать Даичи:

— Единственное, тихонько передашь ей парочку ножей. Вдруг ей придётся защищаться, когда тебя рядом не будет. Но чтоб ни одна живая душа не увидела этого!

Мне было важно, чтобы у Изуми оставался козырь в рукаве. Это может дать ей шанс в случае нападения.

Убедившись, что Даичи и Изуми поняли всё правильно, я повернулся к Матакуши:

— Ты о чём-то хотел поговорить?

— Хотел предупредить тебя, что верить Хэчиро нельзя. Но вижу, ты сам всё понял.

— Да. Сначала я хотел поговорить с Хэчиро начистоту, но потом подумал, что пусть лучше он нас недооценивает, — ответил я. Потом обратился ко всем: — Сегодня, думаю, можете спать спокойно. Сегодня нам ничего не грозит. Пока мы с Матакуши не отправимся за стену, можно расслабиться. А потом всё! Потом нужно держать ушки на макушке.

На мою фразу про ушки на макушки ребята не отреагировали. Возможно, уже привыкли к моим словечкам из прошлой жизни.

— Проснись! — приказал я наблюдателям и продолжил разговор, как будто не было паузы на специальный инструктаж.

— Изуми, как твоё самочувствие после ранения?

— Пока ещё сильная слабость и спать хочется, — ответила она.

И я по интонации понял, что она сейчас не рисуется, она действительно ещё не очень хорошо чувствует себя.

— Применение магии помогло тебе? — спросил я, вспомнив, что в портале нёс её полубесчувственную, а потом, когда отёр гель, она ожила.

— Да, — ответила девушка. — Как будто сила начала вливаться в меня.

Я подумал, что про это, наверное, тоже нужно было поговорить, пока подслушивающие не имели возможности подслушивать. Но что сделано, то сделано.

Однако, для себя я взял на заметку, что при ранении Кутуруку подавляющий магию гель забирал силы, а применение магии, наоборот, силы дало. Во всяком случае Изуми.

Вслух же я сказал:

— Вижу, ты всё ещё бледная. Иди-ка поспи. И вы все идите отдыхать. Тем более, что уже ночь. Нужно набраться сил. Нам с Матакуши — перед походом. А Изуми — окрепнуть. Да и ты, Даичи, тоже вымотался…

Я посмотрел на пацана, намекая, что нужно отдыхать, пока есть возможность.

Он кивнул. Однако, тут же пожаловался:

— Не знаю, смогу ли уснуть… Столько всего произошло…

— Ну тогда сначала пятьдесят раз отожмись и пятьсот раз присядь. Мало будет, повтори. А потом ложись, — усмехнулся я. — Ну всё, идите! Мне тоже нужно отдохнуть!

На самом деле мне не терпелось примерить новые ножны к моей катане. Они лежали на кровати и ждали своего часа.

Собственно, этим я и занялся, едва за ребятами закрылась дверь.

Однако, поменяв ножны и убедившись, что новые плотнее держат клинок, я задумался о природе магии.

Ещё когда в академии мы пришли за Изуми, её уже привели в чувство, и она не выглядела обессиленной. И её как раз только-только намазали подавляющим магию гелем.

Потом, когда мы убегали, Изуми слабела на глазах. Под конец она совсем обессилела. Но как только я стёр гель, она смогла использовать магию, и силы начали возвращаться к ней.

Получается, магия даёт ей силы, а если магию блокировать, то и сил не будет. То есть, своего рода зависимость… Пользуешься магией — есть силы. Не пользуешься магией — нет сил.

И мне эта зависимость очень не нравится. Как, впрочем, не понравилась бы и любая другая. Вдруг возникнет ситуация, когда магия окажется заблокированной? И всё! Ты сразу станешь беспомощным. Либо управляемым — если у кого-то будет возможность блокировать и разблокировать твою магию.

Следовательно, если на магию полагаться слишком сильно, то легко можно стать чьей-нибудь марионеткой.

В общем, злоупотреблять магией нельзя. Кроме магии нужно качать физо, чтобы тело имело нормальные ресурсы, а не только магические. Ну и силу воли, конечно, нужно иметь. Это само собой. Это, пожалуй, самый важный ресурс.

Я усмехнулся. С самого первого дня я старался лишний раз магией не пользоваться. Ну разве что вызывал карту… И иногда приказывал. Но гораздо реже, чем можно было бы. Как будто чувствовал, что тут не всё чисто.

А может просто привык полагаться только на себя.

Тем более, если мои догадки верны, то у меня ситуация намного опаснее, чем, например, у Изуми или у других. По большому счёту я тут три в одном: тело Кизаму, моя душа и ещё Аргх.

Получается, у меня может быть три разных магии.

А что? Способность приказывать я получил от Всеблагой, когда потерял сознание на улице, и меня принесли в храмовую лечебницу. И раз шисаи Анита смогла определить эту способность, то скорее всего она принадлежит телу Кизаму. А значит, эта магия сродни способности Изуми. Следовательно, может выработаться зависимость, как и у Изуми. А может, и уже выработалась. Хотя я приказывал очень редко.

Способность вызывать карту я получил, когда Макото призвал мою душу. И от кого она мне досталась, я не знаю. Вряд ли от Всеблагой, иначе шисаи Анита увидела бы эту способность.

Вырабатывается ли зависимость на способность вызывать карту, я не знаю. Надо понаблюдать. Вполне возможно, что да. Хотя это магия не тела, а скорее души.

А может, это и не моя способность вовсе, а демона… А я ей просто пользуюсь. Кто знает? И спросить у Аргха я сейчас не могу, он всё ещё сидит в своём дальнем углу.

У демона вообще магия есть? И если есть, она тоже вызывает зависимость или для демонов магия естественна и у них с этим всё норм? Или они всё-таки зависимые. Ведь прячется же он, когда чувствует опасность. А как он её чувствует? Не магией ли?

Кстати, я же тоже был измазан гелем. И меня в портале тоже сильно мутило… Не так как Изуми, но всё-таки. А потом словно второе дыхание открылось.

Ну и ягодка на торте — Если у меня две способности, не выработается ли двойная зависимость? И может, есть и какая-то третья? Просто я про неё пока не знаю. И тогда…

Чёрт! И посоветоваться не с кем.

С Макото можно было бы, но он далеко, и неизвестно, увидимся ли мы ещё.

Райко с Оринэ тоже далеко, к тому же с ними я не могу говорить о демоне.

Хэчиро с Ганзи может что и знают — разных опытов они много провели, но с ними я буду говорить в самую последнюю очередь — они мои враги. Да и не хочу я делиться с ними ни своими наблюдениями, ни своими мыслями.

Отец? Не скажу же я ему, что занял тело его сына? Да ещё и не один, а вместе с демоном!

Даичи — ребёнок. Хороший пацан, но ещё пока глупый.

Матакуши был защитником на стене. Как он отреагирует, если узнает про Аргха? А если не говорить ему про демона и переселение душ, то, как я объясню свою вторую способность?

Изуми, конечно, умница. Но она вызывает у меня совсем другие желания…

Придётся самому разбираться во всём.

В общем, загрузил я себя, аж голова загудела!

И в этом гуле родилась мысль. Хрупкая поначалу, она зрела, зрела, и, наконец, предстала передо мной во всей своей красе! Я просто офигел, когда её осознал.

А мысль была простой и очень логичной.

Что если магия — это заболевание?

Я уже как-то думал на эту тему, когда решил, что Кутуруку сродни плесени, но сейчас эта мысль прозвучала отчётливо и однозначно.

Как только я её осознал, то чуть не рассмеялся — вот уж бред так бред! Ни один человек из обладающих магией, которых я встретил, не был похож на больного.

Однако отец и Макото были против магии и старались по возможности ей не пользоваться! Получается, они что-то знают?

Если знают, то что?

И не спросишь ведь! До Макото я теперь не скоро доберусь, потому что в моих планах нет ничего по поводу возвращения в академию магии, а он вряд ли оттуда выберется. Во всяком случае в ближайшее время. А что касается отца, я очень надеюсь, что увижусь с ним. Но, думаю, поговорить мы сможем не скоро. Придётся сначала разобраться с кланом Такаги, а перед этим, видимо, с Кутуруку.

Причём, нужно разобраться так, чтобы от них больше никогда не исходила угроза ни мне, ни моим близким.

Был момент сегодня, когда я хотел задать Хэчиро вопрос: давайте, мол, проясним ситуацию с нападением на дом моего отца? С какой целью напали? Да ещё когда отца дома не было. И первый шаг был их, мы защищались, так что, какие могут быть претензии? Если мы на одной стороне, так давайте сделаем так, чтобы между нами не было недопонимания!

И я не знаю, почему не задал. Видимо, чутьё. А может, понял, что я не в той ситуации, когда можно диктовать свои правила. Пока не в той. Пока нужно продумать стратегию…

Но и оставлять всё так, как есть, нельзя! Нужно что-то предпринять! Иначе клан Такаги использует нас и выбросит, как ненужную вещь.

Я вещью быть не согласен. И чтобы меня использовали, тоже не согласен. Поэтому нужно выяснить, что они знают, что хотят — для себя, не от нас. Чего они хотят от нас, я уже понял.

Потом нужно выяснить их планы. А потом уже развернуть всё в свою пользу.

Но для этого придётся немного поиграть в поддавки. Главное, не заиграться…

Измучив себя всеми этими размышлениями, я обнял катану в новеньких ножнах и укрылся одеялом.

Едва я закрыл глаза, как передо мной предстал тот самый юноша с золотистыми волосами и в чёрном кимоно, расшитом красно-чёрной шёлковой каймой и с золотой змеёй на поясе — мой меч. Он всё так же стоял на своей цветущей поляне и ветер всё так же раздувал его волосы.

— Ты хотел узнать о магии? — спросил он.

— Да, — ответил я с восторгом понимая, что сейчас получу ответы на свои вопросы.

— Каждый бог дарит свою магию, — ответил парень и добавил: — И каждый из них дарит магию для своих целей.

— А что, есть другие боги, кроме Кутуруку и Всеблагой? — спросил я.

— Конечно! — ответил меч. — И ты с ними встретишься!

Я удивился такому заявлению, но потом решил, что скорее всего так и есть — я ж не собираюсь сидеть на месте. Но про них я расспрошу попозже, а сейчас нужно больше узнать про тех, кто рядом.

— Какая цель у Всеблагой? — спросил я.

— Она хочет уничтожить демонов, убрать их с дороги. Именно демоны мешают Всеблагой воцариться в этом мире. Для победы над демонами она готова пойти на что угодно. Даже на сделку с Кутуруку.

— А какова цель у Кутуруку?

— Он просто хочет уничтожить всех. Сожрать. Потому что люди и всё живое — его пища.

Когда я услышал это, то усмехнулся — вот оно подтверждение того, что природа Кутуруку сродни плесени — та тоже жрёт любую органику.

Значит, и бороться с ним нужно, как с плесенью.

Но на всякий случай уточнил:

— Ты знаешь, как победить Кутуруку?

— Запечатать, — ответил меч.

— Как это запечатать? — удивился я.

— С помощью той магии, которой он одаривает. Её нужно изменить, привнести туда элементы четырёх стихий, дать появившемуся яйцу вызреть, а потом поместить его в сердце Кутуруку.

— Выглядит как миссия не выполнима, — негромко прокомментировал я слова меча.

Меч услышал и посмотрел на меня с такой надменностью и презрением, что я тут же произнёс:

— Я просто пошутил! Это просто фигура речи! — и сразу перевёл разговор на деловой тон. — А какая магия у тех, кого одарил Кутуруку?

— А сейчас нет никого, кого Кутуруку одарил бы, — спокойно ответил меч, как будто сказал, что хлеба нет, надо сходить в магазин.

— Как это нет? — опешил я.

— Магия Кутуруку запечатана.

— Как запечатана? — продолжал я задавать вопросы.

— Запечатана мечом, который вы называете Легендарный клинок императора Каса.

— Что? — растерялся я.

Я, конечно, планировал расспросить, что это за клинок такой, но слова меча прозвучали неожиданно.

Меч терпеливо объяснил:

— Ещё когда Кутуруку только появился тут, в этом мире, его способность одаривать людей магией была запечатана клинком. Благодаря этому клинку стены из чёрного камня сдерживают Кутуруку, не дают ему расти.

— Это что получается, — спросил я изо всех сил желая ошибиться. — Чтобы победить Кутуруку, нужно снять сдерживающую печать и позволить ему расти, поглощая всё живое? И без этого никак?

— Без этого никак, — подтвердил меч.

— Охренеть! — это всё, что я смог сказать. — У этой победы будет слишком дорогая цена.

— Нужен человек, которого Кутуруку одарит своей магией, — как приговор повторил меч.

— А как же затея с ядами? — спросил я на автомате.

Меч пожал плечами и повторил:

— Чтобы убить Кутуруку, нужен человек, которого он одарил магией. К этой магии нужно добавить элементы четырёх стихий. Получится яйцо. Ему нужно дать вызреть, а потом поместить в сердце Кутуруку. Это единственный способ. Я другого не знаю.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то ещё до армии майор читал роман Виниамина Каверина «Открытая книга». Он об открытии пенициллина. Его получили из плесени рода Penicillium.

Оказывается, пенициллин в России открыла женщина-ученый, ставшая прототипом героини книги романа Тани Власенковой — Зинаида Виссарионовна Ермольева. Репрессированный бывший муж Ермольевой был родным братом Каверина. Так что роман во многом основан на личных переживаниях, и автор был близко знаком с прототипом своей героини.

Каверин проводит своих героев через все важные события 20-го века: две революции, Великую Отечественную войну. А ещё пишет о репрессиях 30-х, а также много места уделяет грязным играм в научных кругах, когда сделавшие себе имя ученые-пустышки пытаются мешать молодым талантам.

Общаясь с мечом, майор почему-то вспомнил об этой книге.

Глава 11

Я слушал слова меча и вспоминал Оринэ с Райко. Они хотели, чтобы я достал меч из логова Кутуруку. Интересно, они понимали, что тем самым я сниму печать? Знали о последствиях? А ведь это был проект, который император контролировал самолично. Даже представители дисциплинарного комитета при упоминании об этом проекте отстали от Оринэ и Райко. Неужели император был готов рискнуть жизнями своих подданных, чтобы избавиться от Кутуруку навсегда? Или у него другие цели? Или ему так посоветовали, а значит, мы имеем дело с заговором.

И по поводу Кутуруку. Он знает, что его хотят освободить от печати? Если знает, то почему просто не откроет проход? Или он не хочет освобождаться от печати? А если не знает, почему ему просто не сказали об этом прямым текстом? Или диалог с ним невозможен? Но как тогда в легенде император Кас разговаривал с Кутуруку в самом начале?

Вопросов тьма. И на все на них я вряд ли получу ответы. Во всяком случае в обозримом будущем.

Однако, был один вопрос, на который я у меча ответ получить мог. Ну, или хотя бы мог попытаться получить.

— Скажи, — спросил я. — Магия — это болезнь?

Меч задумался.

Ветер развевал золотистые волосы и полы кимоно, а меч стоял, заложив руки за спину, и задумчиво смотрел в даль.

Потом повернулся ко мне и сказал:

— Смотря что считать болезнью.

И снова задумался.

Я понял, что на эту тему пока я больше ничего не добьюсь.

И тоже погрузился в мысли.

Смотря что считать болезнью. Что это означает?

На ум пришло сравнение. Вспомнились разговоры в моём мире, что любовь — это на самом деле просто гормональная реакция.

Я, конечно, так не считал, но бывали случаи, когда подходило именно такое описание поведения влюблённого. Бывало, парни стрелялись или сбегали из-за девчонок. Вообще крышу сносило. Что это, как не болезнь? А бывало, ради любимых за ум брались, раскрывались талантами, совершали поступки. Какая ж тогда это болезнь? Это то, что даёт крылья.

Вот и получается — смотря что считать болезнью.

И тут я услышал, как едва слышно открывается входная дверь.

Сердце забилось с бешенной скоростью, но я не сбил дыхания, не пошевелился и никак иначе не показал, что услышал. Лишь крепче сжал катану.

Понятно, что сосредоточение было нарушено, и золотоволосый парень в чёрном кимоно исчез, но мне в любом случае сейчас было не до него.

В голове лихорадочно кружились мысли: кто? С какой целью? Прирезать или сначала поговорить?

Лёгкие шаги направились ко мне.

Я приготовился вскочить и…

— Кизаму… — раздался чуть слышный голос Изуми.

Меня отпустило, но через миг обдало жаром — я же её чуть не прирезал!

— Ты что так подкрадываешься? — напустился я на девушку.

Она опешила от моего наезда. Залилась румянцем и начала оправдываться:

— Извини, я думала ты спишь… Боялась разбудить.

— В смысле? — не понял я. — Ты приходишь ко мне в комнату ночью, зовёшь меня и при этом боишься разбудить?

Говорить про то, что чуть не зарубил её, я не стал. Зачем пугать девушку? Достаточно того, что я за неё испугался.

— Ну я думала, если ты спишь, то я уйду, — продолжила оправдываться Изуми.

Она стояла перед кроватью в лёгкой рубашке, которую, видимо, ей дали для сна, и дрожала, как осиновый листок.

Я встал и укутал её одеялом. Потом поднял и посадил на кровать, потому что она была ещё и босиком.

— Спасибо! — прошептала она, пряча нос в одеяло.

— Что случилось? — спросил я уже помягче.

— Не спится, — призналась Изуми.

— Почему? — спросил я.

Изуми некоторое время молчала, а потом её словно прорвало:

— Я боюсь. И переживаю, что стала обузой тебе. Я надеялась помочь, а сама…

Нужно было срочно остановить этот поток самобичевания. Я обнял девушку и прижал к себе.

Она сразу же прильнула, подалась ко мне всем телом.

Я сам не заметил, как начал осыпать Изуми поцелуями. Волосы, лоб, нос, щёки, губы…

Когда я спустился с поцелуями к шее, Изуми тихонько застонала и откинула голову, подставляя под поцелуи самую уязвимую часть тела.

Я понемногу отодвигал одеяло, которым сам же укутал её и целовал каждый открывшийся сантиметр её кожи. И вдыхал запах — Изуми сногсшибательно пахла. От её запаха у меня кружилась голова, хотелось вжаться в неё, войти целиком, без остатка…

И тем не менее, я не спешил убирать одеяло, разъединяющее нас, мне хотелось продлить эту сладкую пытку. И целовать, целовать, целовать.

И тут мой взгляд упал на открытое окно, за которым чернела ночь.

— Подожди минутку, — шепнул я Изуми и поспешил к окну, чтобы закрыть его.

То, что происходит сейчас в моей комнате не касается никого, кроме меня и Изуми.

Я сдвинул створки и вернулся к кровати.

Изуми ждала меня, и я сразу, сходу уложил её.

Тело Изуми начало меняться, превращая её в секс-бомбу.

— Не надо, — попросил я. — Я хочу именно тебя, такую, какая ты есть.

Я и на самом деле совсем не хотел, чтобы она применяла магию. Мне казалось это не честным в первую очередь по отношению к ней. Как будто я люблю не её саму, а какую-то другую девушку.

И действительно, Изуми улыбнулась и прошептала:

— Спасибо!

И сразу между нами исчезло неуловимое напряжение.

Я убрал одеяло, открывая доступ к стройному девичьему телу, скрытому от меня всего лишь тонкой рубашкой. И начал целовать поверх рубашки, опускаясь всё ниже — грудь, живот…

Потом медленно задрал рубашку, под которой ничего не было и снова поцеловал живот… Такой мягкий и тёплый живот…

Тело Изуми отзывалось на каждое моё движение. Оно было мягким и податливым.

Я вернулся к губам и зарозовевшим щекам. Поцеловал, спрашивая взглядом её согласие.

Рот Изуми был приоткрыт, она дышала… Боже, как она дышала!

Я с ума сходил от её дыхания!

Не помню, как разделся. Такое ощущение, что завязки сами развязались…

Согнув ноги Изуми в коленях, я развёл их. И мне открылся самый красивый, самый желанный вид.

Не в силах больше сдерживаться, я вошёл.

Первые мои движения были осторожными. Но почувствовав, что девушка отдаётся мне с большим желанием, я ускорился, с каждым разом погружаясь всё глубже и глубже, насколько это было возможно.

Её встречные движения разжигали во мне огонь всё сильнее и сильнее. И мне пришлось немного сдержать себя, чтобы не кончить раньше Изуми.

И лишь когда я понял, что ещё чуть-чуть, и она забьётся в оргазме, я позволил себе дойти до точки и излиться в неё.

Я ещё некоторое время оставался в ней, не желая покидать тёплое и влажное место.

Наконец, Изуми слегка заёрзала подо мной.

— Придавил? — с улыбкой спросил я её.

— Немного, — смущённо сказала она.

Я лёг рядом, обнял её и благодарно поцеловал. И она в ответ поцеловала меня. А потом притянула одеяло и укрыла нас обоих.

Некоторое время мы лежали молча.

Как же это было прекрасно — обнимать обнажённую Изуми, вдыхать аромат её тела. И чувствовать, как у меня снова всё поднимается.

Второй раз я брал Изуми медленно. Доводя её ласками до изнеможения. Заставляя её умолять меня войти и оттягивая момент соития.

Потом, когда всё-таки вошёл, двигался сдержанно, давая ей сполна прочувствовать каждое моё движение.

Второй оргазм Изуми был глубже и длился дольше.

Сжимая в руках выгнувшуюся на пике наслаждения Изуми, я был счастлив как никогда. Мне хотелось продлить этот момент до бесконечности, но девушка обмякла и посмотрела на меня усталыми и счастливыми глазами.

— Я хочу запомнить этот момент на всю жизнь! — сказала она и это прозвучало как из самого сердца.

— Я сделаю всё, чтобы у тебя таких моментов было много! — не задумываясь, пообещал я.

— Я верю тебе, — улыбнулась Изуми и доверчиво прижалась ко мне.

Я чувствовал в этот момент, что готов ради неё горы свернуть, Кутуруку в капусту покрошить, все заговоры раскрыть и вообще совершить много подвигов, чтобы только она и дальше вот так прижималась ко мне.

Укрыл её, разгорячённую, одеялом, обнял покрепче и сам не заметил, как уснул.

Проснулся я от того, что в комнату постучали.

— Господин Кизаму, — раздалось за дверью. — Вас Хэчиро-сан ждёт.

Я приподнялся и обнаружил, что Изуми в комнате нет. И рубашки её, которую я ночью отшвырнул в сторону, тоже нет. А мои вещи, аккуратно свёрнутые, лежат на кресле. Поверх них лежат катана и нож. Пустые старые ножны лежат на столике.

Мне в какой-то момент показалось, что ночью ничего не было, что мне всё приснилось. Но тело пело. И готовность совершать подвиги никуда не исчезла.

В дверь снова постучали:

— Господин Кизаму…

— Сейчас иду, — отозвался я и встал.

Было раннее утро. Ещё до конца не рассвело, но сквозь бумажные окна уже проникал свет.

Оделся я быстро, прихватил катану и нож, и вышел из комнаты.

У двери меня ждал невысокий сильно пожилой мужчина.

Он поклонился мне и, указав направление, сказал:

— Пойдёмте!

В это же время из своей комнаты вышел Матакуши, тоже уже одетый и при оружии.

Мы с ним переглянулись и всё поняли без слов. За стену нас отправят сегодня. Только странно, почему не ночью, а рано утром? Идти далеко? Ну да, это в академии вышел за порог, и нате вам, пожалуйста! Кутуруку во всей своей красе — хочешь в профиль, хочешь в анфас. А тут, наверное, ещё топать и топать до него.

Но после дневного перехода драка с Кутуруку?..

Я нахмурился. Шансы выйти из этой заварушки живыми резко понизились.

Что ж, Хэчиро зря времени не теряет. Хорошо, что мы вчера с Даичи и Изуми всё обсудили. Я даже представить не мог, что нас отправят так быстро.

Слуга привёл нас в столовую, чтобы мы позавтракали. На столе уже было накрыто.

Окно было задвинуто. Мы тоже не стали открывать его — не до красот.

Ели молча. Обстановка как-то не располагала к беседам. Да и о чём говорить? И так всё ясно.

Как только закончили еду, в столовую зашёл тот же мужчина. Как будто стоял под дверью и ждал, когда мы поедим.

— Хэчиро-сан ждёт вас, — сказал он с поклоном.

Идти пришлось через весь дом, а потом ещё и по улице в соседнее здание, и я лишний раз убедился, насколько глава клана Такаги богаче моего отца. Хотя чего это я? В клане Такаги есть своя академия магии!

Туда, кстати, мы и пришли. Точнее, в одну из лабораторий, где занимались ядами.

Лабораторный корпус ядов стоял отдельно от остальных — хорошая предосторожность, чтобы случайно не потравить учеников и преподавателей. Здание было небольшое — лабораторий на пять. Мы зашли в одну из них — прекрасно оборудованную химическую лабораторию. Даже вытяжка есть! При таком уровне развития это вообще чудо!

Вдоль стен располагались стеллажи с книгами, банками с веществами, флаконами и другой химической посудой. Ещё в лаборатории было два стола — один весь заставленный всевозможными мензурками, стаканами, ретортами, пробирками и разными приспособлениями для химических экспериментов. Даже странно стало — такой высокий уровень оснащения лаборатории в этом мире.

Второй стол был письменный. Вот за ним и сидели двое — Хэчиро, он был одет так же изыскано, как вчера, только украшений на нём было поменьше. И второй человек, ожидавший нашего прихода — седой старик с белой бородой, длинными белыми бровями и очень острым, молодым взглядом. Это несоответствие цепляло и настораживало.

— А вот и они, мастер Кагауси, — сказал Хэчиро, едва мы вошли в лабораторию.

Старик окинул нас взглядом и показал на два стула, стоящие в стороне.

— Садитесь и ничего тут не трогайте!

Я-то в той своей жизни химические лаборатории видел. Чаще всего это были лаборатории по производству наркотиков. Спецоперации проводились как раз по их уничтожению. А вот Матакуши, похоже, в таком месте был впервые. После слов мастера Кагауси он вообще старался не делать ни одного лишнего движения — шёл как кукла, боясь пошевелиться.

Мы с Матакуши прошли и сели, ожидая дальнейших объяснений. Ведь нас сюда именно за этим привели?

И действительно, выдержав паузу, Хэчиро сказал:

— Знакомьтесь, это мастер ядов Кагауси, — представил он нам седого старика.

Представлять нас мастеру ядов Хэчиро не стал, и меня это задело. Получается, он уже списал нас со счетов.

Да и действительно, зачем знать имя подопытного кролика? Ещё привяжешься к нему, а потом будешь переживать, когда он сдохнет.

Вот только я не кролик и сдыхать не собирался!

— Мастер Кагауси расскажет вам про действие ядов, — говорил между тем Хэчиро. — И объяснит, в каком порядке и как их нужно будет использовать. После этого я расскажу вам про Кутуруку всё, что знаю.

Старик быстро глянул на Хэчиро, и тот пояснил:

— В словах, Кизаму, была истина. Если они будут знать, с чем столкнутся, это повысит шансы на успех. Так что, я поделюсь знаниями.

— Подождите, Хэчиро-сан, — остановил я его. — Прежде чем вы начнёте делиться знаниями, я хочу, чтобы вы дали слово главы клана Такаги, что и мои люди, и моя семья будут в безопасности, пока мы с Матакуши не вернёмся.

— Я ж сказал уже, — дёрнулся, было Хэчиро.

— Да, но я хотел бы чтобы вы поклялись… Не знаю… На своей магии или ещё на чём-то важном для вас, что пока мы с Матакуши не вернёмся, Даичи с Изуми и мой отец с мамочками и няней будут в безопасности. Я ставлю на кон свою жизнь, выполняя ваше поручение. Мне нужны гарантии, что с моими близкими ничего не случится.

— А ты наглый! — ухмыльнулся Хэчиро. — Сразу и не подумаешь…

— Какой есть, — развёл я руками. — Но я и пальцем не пошевелю без гарантий. Можете меня убить прямо сейчас.

— И мои близкие тоже… — встрял Матакуши. — Вы оставите в покое моих близких тоже!

Хэчиро на слова Матакуши даже не отреагировал. Пришлось повторить:

— И оставите в покое близких Матакуши.

Мне показалось, что Хэчиро заскрежетал зубами.

— Ты же не сможешь проверить… — процедил Хэчиро.

— Не смогу, — согласился я. — Но мне достаточно будет вашего слова. Вы же не захотите потерять лицо?

По тому, как позеленел Хэчиро, я понял, что попал в точку. Похоже, такое слово может расстроить его планы. И я даже предполагал какие — я хорошо помнил, как Хэчиро глядел на Изуми. Но фиг ему, а не Изуми!

Но, судя по всему, планы, связанные с Кутуруку, для клана были важнее, потому что Хэчиро, немного помолчав, решительно произнёс:

— Я, Хэчиро Такаги, даю слово главы клана и клянусь своей магией, что семья Кизаму, близкие Матакуши а также Даичи и Изуми не пострадают от моей руки или от руки члена моего клана…

— Пока Кизаму Хомма и Матакуши… — я посмотрел на товарища, предлагая озвучить свою фамилию.

— Сато, — подсказал он.

— …Матакуши Сато не вернутся с задания.

— Пока Кизаму Хомма и Матакуши Сато не вернутся с задания, — повторил Хэчиро.

Как только он закончил произносить клятву, комнату на миг озарила вспышка, сообщая, что клятва принята.

— Отлично! — прокомментировал я. — И ещё один маленький момент.

— Ты не сильно наглеешь? — с угрозой произнёс Хэчиро.

— Нисколько! — с усмешкой ответил я. — Я рискую своей жизнью, а для вас это будет совсем небольшое неудобство.

— Слушаю, — спросил Хэчиро.

— Вы, как военный человек, знаете, что нужно постоянно тренироваться во владении оружия, иначе навыки потеряются…

Хэчиро кивнул, показывая, что слушает внимательно.

— Разрешите Даичи тренироваться в искусстве метания сюрикенов и кунаев. Под присмотром ваших мастеров, конечно. Хорошо было бы, чтобы мои трофеи… я про сюрикены, кунаи и саи, оброненные нами в портальном коридоре… вернулись к Даичи.

— Что-то ещё? — жёстко спросил Хэчиро.

На этот раз угрозу он и не пытался скрыть.

— Нет, всё, — с улыбкой ответил я и повернулся к мастеру ядов. — Мастер Кагауси, я готов слушать ваши наставления!

— А ты, Кизаму Хомма, непростой человек! — прокомментировал мастер ядов. — Очень непростой!

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Майор сдавал в университете экзамен по химии, и ему попался очень трудный билет.

Когда стало понятно, что майор экзамен заваливает, кто-то из комиссии спросил:

— Скажите, пожалуйста, формулу газированной воды.

На что майор ответил:

— Вам как, с сиропом или без?

Экзамен майор сдал. На четвёрку. Её поставили за чувство юмора.

Глава 12

Я задавал мастеру Кагауси много вопросов. Что будет, если не успеем применить второй яд. А если не успеем применить третий, то что тогда? Что будет, если поменять порядок применения ядов? Как лучше сделать — доставить яд на кожу Кутуруку или в открытую рану? Обязательно ли все яды на одно щупальце или можно на разные? Сколько времени требуется для того, чтобы яд подействовал? Как понять, что яд подействовал? Что будет если яд попадёт на кожу нам с Матакуши? А если на слизистую — в глаза, в рот — мало ли что может случиться во время сражения… Не хотелось бы в борьбе с Кутуруку погибнуть от своих ядов. Будут ли у нас на всякий случай противоядия?

С каждым заданным вопросом мастер ядов смотрел на меня со всё большим уважением. И когда закончил инструктаж, сказал, что будет ждать моего возвращения. И пообещал дать нам с Матакуши с собой противоядия.

Что ж, я перестал быть для него безымянным подопытным кроликом, и это хорошо.

Вопросы о том, как действуют яды на людей и есть ли противоядия, я прятал за вопросами про Кутуруку. Не хотелось мне, чтобы мастер ядов и Хэчиро поняли, что я интересуюсь воздействием их ядов на людей чуть больше, чем это необходимо для выполнения задания.

И они не догадались. Что ж, тем лучше. После проникших на территорию императорской академии магии двух ниндзя с щупальцем, превращающемся в императора, и после разговора с моим мечом, я предположил, что основная цель клана Такаги совсем не в том, чтобы победить Кутуруку. Или не только в том.

И чтобы прояснить для себя этот вопрос, я спросил:

— Какие будут пожелания, если с ядами всё получится?

— Принесите обрубленные щупальца. Желательно и те, которые с ядом, и те, на которые ядом не воздействовали, — тут же ответил мастер Кагауси. — Хочу посмотреть, какие будут изменения в тканях.

Я кивнул и вопросительно глянул на Хэчиро.

— Ещё что-то нужно сделать?

— Щупалец побольше. Сколько сможете принести, — подтвердил он.

Я вспомнил, как засверкал пятками медик из арены, когда узнал, что есть отрубленные щупальца.

Склонил голову якобы в задумчивости, чтобы ухмылкой не выдать своих мыслей — получается у клана Такаги больше возможностей для исследований Кутуруку, чем у императора. Хотя, Кутуруку находится на территории императорской академии магии. Забавная получается ситуация.

— С ядами и щупальцами понятно. Постараюсь сделать всё как надо, — сказал я. — Спасибо, мастер Кагауси! — и тут же похвалил его: — То, что флакончики с разными ядами будут разной формы — это вообще замечательно! И то, что будут дополнительные наборы, тоже очень хорошо. Хорошо, когда есть запас, вдруг что-то пойдёт не так… А уж за противоядия отдельное спасибо!

Польщённый мастер Кагауси заулыбался.

Как мало человеку нужно! Только чтобы кто-то оценил его старания. Видимо ему этого очень не хватало.

Ну а я, задобрив старика, кроме ядов получил противоядия. Получается, хвалить людей и говорить им добрые слова выгодно.

— Теперь про Кутуруку… — я повернулся к Хэчиро. — Что вы о нём знаете? Расскажите! И чем подробнее, тем лучше!

Я видел, что Хэчиро не хочется делиться информацией, и он злится от того, что вынужден это делать. Но мне на его душевные метания было пофиг, мне необходимо было выяснить как можно больше. Потому что я понимал: не важно, как закончится наша вылазка сейчас, рано или поздно мне с Кутуруку предстоит настоящий бой. Поэтому чем больше я буду знать, тем лучше.

Хэчиро вздохнул и начал рассказывать:

— За периметром щупальца впервые заметили не так давно. Наши люди выходили наружу… Не буду говорить с какой целью, это не важно. Но во время одной из ночных вылазок мои люди наткнулись на щупальца. Уйти смогли не все. Часть группы пожертвовала собой, чтобы остальные смогли выполнить задачу и заодно рассказать мне о встрече с Кутуруку.

— Как давно это произошло? — спросил я.

И Хэчиро назвал дату, от которой у меня волосы дыбом встали.

Это был тот самый день, когда я вытащил меч из стены.

Совпадение? Не думаю.

Вполне возможно то, что я достал меч из другого мира, пошатнуло какое-то магическое равновесие.

Интересно, а моё появление в этом мире тоже имело последствия? Или прошло, так сказать, незамеченным…

Подумаю об этом после, а пока послушаю, что рассказывает Хэчиро.

А он рассказывал действительно интересные вещи.

Первая группа не просто весть принесла, но и небольшой обрубок щупальца — в качестве доказательства.

О том, что на территории императорской академии магии живёт бог Кутуруку, Хэчиро, конечно же, знал. И когда его люди рассказали ему о встрече и описали монстра, с которым они столкнулись, он, естественно, заподозрил, что это Кутуруку, который каким-то образом смог преодолеть две стены из чёрного камня. Причём преодолеть так, чтобы в самом городе не прорасти.

Естественно, принесённый обрубок был отправлен в лабораторию, а за стену тут же снарядили группу с заданием найти щупальца, нарубить их и принести для исследований.

Причём, одна группа отправилась за стену, а другая наблюдала за ними с безопасного места.

Выяснилось, что Кутуруку появляется за стеной пока только в одном месте, и перемещаться за пределы небольшого круга не может. Возможно, пока не может.

Именно это и спасло часть людей Хэчиро при первой встрече с монстром — не все успели подойти на короткую дистанцию до того момента, как Кутуруку напал на них.

С тех пор было организовано несколько ночных вылазок, во время которых люди Хэчиро добыли какое-то количество щупалец — Хэчиро не сказал сколько, но думаю, что не мало. И думаю, что Хэчиро хотел бы больше…

Щупальца исследовали. Во время исследований и возникла идея попробовать воздействовать на Кутуруку ядами. Потому что Кутуруку вполне себе материальная сущность.

Я тут же вспомнил, что на экскурсии в карцере почувствовал, как этот монстр прикасается ко мне, не прикасаясь физически, как влезает в мою голову, и тут же сказал:

— Боюсь, вы недооцениваете Кутуруку.

На что Хэчиро ответил:

— Вполне возможно. Но мы рассматриваем только факты, которые можно проверить, ситуации, которые можно повторить, и данные, которые можно измерить. Причём, исследования могут проводить разные люди в разных лабораториях и получат сходные результаты.

Я удивился, услышав основные постулаты научного подхода. И это в мире магии от клана, который славится магией оружия. Удивительная вещь!

И тут же появились сомнения, забродили разные мысли. Стало ещё интересней, за чем на самом деле ходили люди клана Такаги за городскую стену? До того, как встретились с Кутуруку. При таком подходе постоянные вылазки… Как-то это всё странно.

Но спрашивать я не стал. Хэчиро неоднозначно дал понять, что говорить об этом не хочет. Ну и ладно, я всё равно рано или поздно выясню.

Ещё мне было интересно, что они сделали с щупальцем, раз оно превратилось в императора. Но чутьё подсказывало: даже заикаться о том, что я это видел, нельзя!

Матакуши, кстати, тоже молчал.

Хотя, что он видел? Он провалялся без сознания. И о том, что происходило в учебной аудитории, ему потом рассказали. А так — он увидел императора и кинулся на меня. Ну и получил по кумполу…

Ладно, меньше знаешь, крепче спишь.

Наконец инструктаж закончился. И мы с Хэчиро пошли в соседнее здание, которое оказалось оружейной мастерской, где нас ждал мастер Ганзи.

Это была не такая мастерская, в какую мы ходили с отцом, кода заказывали ножны для моей катаны. Тут всё было значительно проще. Было понятно, что это учебная мастерская. Однако, как и в лаборатории ядов, тут тоже оборудование было на довольно-таки высоком уровне. Начиная от кузницы, заканчивая верстаками и разными приспособлениями для работы с металлом.

Увидев мастера Ганзи, я поклонился ему и сказал:

— Спасибо большое за ножны! Они великолепны!

— У хорошего меча должны быть хорошие ножны, — ответил оружейный мастер и протянул руку.

Я вложил в неё свою катану. Мне по-прежнему не хотелось отдавать её в чужие руки, но я понимал, что мастер хочет оценить свою работу. Он же сделал ножны без примерки.

Осмотрев, насколько плотно меч заходит в паз, мастер Ганзи остался доволен. Потом он вытащил клинок и осмотрел его.

— Лезвие острое, — похвалил он. — Меч прекрасно держит заточку. — И вернул катану мне.

Потом попросил катану у Матакуши.

Матакуши тоже с неохотой отдал своё оружие.

Всё повторилось. Мастер Ганзи осмотрел ножны. Вытащил клинок. Осмотрел его и, вложив обратно в ножны, вернул Матакуши.

Потом точно так же он осмотрел ножи — сначала мой, потом взял у Матакуши.

Для ножа Матакуши тут же подобрал ножны и вернул уже в них.

— Оружие в заточке не нуждается, — подвёл он итог. — Но этого оружия вам будет мало.

Мастер Ганзи открыл сундук и достал два меча вакидзаси — в ножнах и с гербом клана Такаги на лезвии.

— Эти вакидзаси, — сказал он, — изготовлены так же, как и этот нож, — мастер Ганзи показал на мой трофей от Тосиюки, трофей, который дважды спас нас от Кутуруку, и который привёл нас сюда. — Но в отличие от ножа, у него заточка, как у этой катаны, — мастер Ганзи показал на меч Матакуши. — Кроме того, тут есть ещё кое-что, — мастер Ганзи вытащил лезвие из ножен. — Тут есть специальное покрытие для ядов.

И он показал клинок.

На металле действительно было странное напыление.

Я внимательно осмотрел, пытаясь разгадать, что это за напыление, и не смог.

— Вы должны запомнить: яд нужно наносить непосредственно перед боем. И после боя обязательно удалить. Иначе металл начнёт быстро ржаветь. Напыление защитит клинок, но ненадолго, к сожалению.

— Обязательно яд наносить на клинок? — спросил я.

— А у вас есть варианты? — спросил в ответ мастер Ганзи.

И мне представилось, как я подхожу к маленькому Кутуруку и говорю: «Открой ротик, солнышко, нужно выпить лекарство, оно не горькое!»

— Наверное, нет. Других вариантов у нас нет, — ответил я вслух. — Я всё понял.

После этого мастер Ганзи дал мне и Матакуши две портупеи со специальными отсеками для ядов и небольшой сумочкой, которая крепилась сбоку к ремню — для запасных наборов ядов, противоядий и верёвок для связывания отрубленных щупалец.

Мы примерили портупеи. Мастер Ганзи подогнал их нам по размерам.

Он работал с одной стороны неторопливо, а с другой — ни одного лишнего движения. А потому получалось довольно-таки быстро.

Наблюдая за мастером Ганзи, я подумал: у них тут что, отбор такой? Все, кого мы видели в доме Хэчиро, двигались экономно и точно.

Ладно, сейчас не время и не место загружатьмя всякой ерундой. И я выбросил из головы лишние мысли.

Тем более, что в оружейную мастерскую открылась дверь и вошёл мастер ядов Кагауси. Он бережно нёс шкатулку, размером с коробку для обуви.

Поставив шкатулку на стол, он открыл её, и я увидел четыре ряда флаконов разной формы и цвета.

Убедившись, что мы в портупеях, он собственноручно начал загружать флаконы в отверстия, предназначенные для них. Загрузив несколько в отделения, он сложил остальные в сумку — сначала мне, потом Матакуши.

Потом достал из-за пазухи два небольших свёртка и бережно развернул один.

В нём лежали флаконы точно такой же формы, как и с ядом, только жидкость в них была других цветов.

— Это противоядия, — сказал он. — Для каждого яда своё.

Он снова завернул свёрток и каждый загрузил нам в сумки. Так, чтобы они не мешали доставать яды, но чтобы в случае необходимости их можно было быстро достать.

Проследив за действиями мастера Кагауси и дождавшись, пока он застегнёт обе сумки, я поблагодарил его. А потом спросил:

— Кагауси-сан, каким образом мы будем смазывать клинки ядом. Во время схватки у нас особо времени не будет.

— Мы продумали этот момент! — расцвёл довольный Кагауси.

Он взял мой вакидзаси и один из флаконов. Оголил меч и повернул к себе ребром. Потом взял флакон и изобразил удар, не коснувшись, однако, клинка.

— Вот так ударите флаконом по лезвию и яд растечётся по клинку.

— Но так яд легко попадёт нам на руки, — возразил я.

Кагауси посмотрел на Ганзи, и тот с неохотой достал из сундука тонкие перчатки.

— Этим вы защитите кожу, — сказал он.

Я взял перчатки и покрутил их в руках. И не смог определить, из чего они сделаны.

Перчатки отправились в сумку — на самый верх. Сейчас в жару идти в них совсем не хотелось.

Хэчиро одобрительно кивнул.

Перехватив его взгляд, я сказал:

— Хэчиро-сан, у меня ещё вопрос. Ну вот выйдем мы за городскую стену. А как узнаем, в какую сторону идти? И где граница, за которой Кутуруку нас легко сможет достать?

— У вас будет проводник, — ответил Хэчиро. — Он выведет вас из города и доведёт до границы. Сам в бой вступать не будет, останется в отдалении. С вами будут ещё несколько человек, чья задача потом помочь вам унести щупальца. Они, кстати, понесут еду и воду. Потому что вам придётся идти долго. Вам потребуется как минимум один привал по дороге туда — нужно будет передохнуть перед боем, и один или два по дороге обратно. В бой с Кутуруку пойдёте только вы вдвоём.

Я мысленно усмехнулся. И с чего это я решил, что нас и в сам поход отправят вдвоём, без сопровождения? Наверняка у группы сопровождения будут дополнительные инструкции, касательно нас. Например, убить, если мы сделаем что-то не то. Ну или просто убить, когда всё сделаем… А почему нет?

Хотя, нет. Хэчиро выгоднее повесить на нас покушение на императора.

Я почему-то был уверен, что клан Такаги планирует переворот. Иначе зачем им было превращать щупальце в императора? Ну не может быть, чтобы это было простое совпадение. Они хотели это сделать и сделали! Император получился не случайно.

Возможно даже на нас его планировали опробовать — распознаем подмену или нет?

И ещё вопрос: как им это удалось? Как удалось превратить щупальце в императора?

Хэчиро ничего по этому поводу не сказал. Даже намёка не сделал!

В общем говорить о доверии не имело смысла. Как я не доверяю Хэчиро, несмотря на его клятву. Так и он не доверяет мне, несмотря на заложников. Поэтому с нами будет группа сопровождения.

Ну и пусть идут. Всё равно выбора нет. А так хоть не самим тащить еду и воду.

Я кивнул и начал проверять не мешает ли портупея двигаться. Просто двигаться и двигаться с оружием, в смысле, во время боя. Легко ли достаётся оружие? Потом посмотрел, легко ли достаются флаконы. Повторил очерёдность ядов.

Матакуши проделал это всё вслед за мной.

Вроде бы всё было готово.

Я повернулся к Хэчиро.

— Когда отправляемся? — спросил я у него.

— Сейчас, — ответил глава клана Такаги.

Я хоть и ждал этого, но как-то слова Хэчиро прозвучали немного неожиданно.

И тем не менее, я взял себя в руки и кивнул. Потом повернулся к мастеру оружия и поклонился ему:

— Ганзи-сан, спасибо за то, что вы позаботились о нашем оружии.

Потом повернулся к мастеру ядов.

— Кагауси-сан, спасибо вам.

Оба мастера поклонились в ответ мне, признавая во мне равного.

Потом я повернулся к Хэчиро.

— Ну что ж, мы готовы.

— Пойдёмте, — кивнул Хэчиро и вышел во двор.

Там уже стояли давешний мальчишка — тот самый, который приносил нам полотенца и одежду в душ. Он скорее всего и будет нашим проводником.

Рядом стояли ещё пять вооружённых арбалетами и катанами воинов с большими коробами за спинами — наши сопровождающие. Или конвой. Или группа поддержки — смотря как на это посмотреть.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Когда майор служил в десантных войсках, у них в части была традиция — та рота, которая чем-то провинилась, должна спеть особую строевую песню, которую в части назвали «залетной». При этом исполнять ее нужно было полным составом, который выгоняли на плац, собирая вокруг зрителей, то есть, всю часть. Зрелище это было незабываемым… Топает строем семь десятков здоровых бравых десантников и поют во все горло: «Облака! Белогривые лошадки!».

Глава 13

Увидев во дворе проводника и группу сопровождения, я уже было подумал, что сейчас выйдем за ворота. Даже промелькнула мысль, что посмотрю город и выясню, где, в каком месте расположен дом Хэчиро Такаги. Магией-то я пользоваться не хотел, хотелось увидеть собственными глазами. Но как говорится, индейская национальная народная изба — «фиг вам» называется! Хэчиро, глянув на парнишку, пошёл к своему дому. И я понял — к порталам.

Порталы, конечно, хорошо — позволяют быстро переместиться из точки А в точку Б. Но из-за них посмотреть город вообще не удастся.

Хорошо, что я хоть немножко побродил по улицам Куроикабе. Да и то, не всего города, а только форпоста. А мне было очень интересно посмотреть, чем живут тут люди. Тем более, что мы идём на очень опасное задание и больше возможности может не представиться.

С другой стороны, если хорошо вооружённый отряд выйдет на улицы города, то незамеченным он не останется, и все в городе начнут сплетничать об этом. А Хэчиро, насколько я понял, склонен поменьше посвящать посторонних в свои дела. В идеале вообще не посвящать.

Как бы то ни было, мы прошли в дом, потом вышли в знакомый коридор и направились к одной из дверей — второй со стороны кабинета.

Пришла в голову мысль, и надо сказать, уже не в первый раз: интересно, а можно как-то заранее узнать, куда ведёт та или иная портальная дверь? Хоть бы таблички были, что ли!

В портал Хэчиро с нами не пошёл. Снял печать, открыл дверь и остался стоять рядом.

Первым, глянув на хозяина дома и получив в ответ кивок, перешагнул порог парнишка-проводник. Потом мы с Матакуши, и уже за нами наша группа обеспечения. И не важно, чего они там обеспечивают. Еду и воду несут, а про остальное я думать не хотел.

Дверь за нами закрылась, и пространство уже привычно искривилось.

Я шагал за парнишкой и думал о том, что вот сделали в клане Такаги оружие — превратили каким-то образом щупальце в императора. А сколько там от человека? Ведь этот лже-император просто жаждал отправить меня в карцер к Кутуруку! То есть, требовал именно того, чего желал сам Кутуруку. Хэчиро скорее захотел бы лично со мной разделаться…

И вообще, насколько щупальцевый император управляемый? Не получится ли, что учёные клана Такаги ради своих амбиций роют яму для всего человечества?

Эх, жаль эти мысли пришли мне в голову поздновато! Надо было их обсудить с Хэчиро. Хотя, пришлось бы сказать, что я знаю про их оружие, и знаю, зачем им щупальца.

Воображение тут же нарисовало целую роту императоров, и я засмеялся.

Парнишка удивлённо обернулся.

— Просто вспомнил смешной анекдот, — успокоил я его.

Он ещё шире раскрыл глаза, отреагировав, по-видимому, на слово анекдот.

— Вспомнил смешную историю, — поправил я.

И разозлился немного. Я привык уже, что мои люди не удивляются, когда у меня вырываются словечки из прошлого. И вообще, какая мне разница, как этот пацан или кто-то другой в этом мире меня воспринимают? Пацан из клана Такаги! И этим всё сказано!

Но узнать его имя нужно. Мы будем находиться некоторое время вместе, не обращаться же к нему: «Эй, ты!». Это группа сопровождения — массовка, мне их имена знать не хочется, а пацана нужно спросить.

И я не стал откладывать дело в долгий ящик, тут же поинтересовался:

— Как тебя зовут?

Парнишка подумал немного и представился:

— Шикиша.

— А меня — Кизаму, — назвался я.

Парнишка кивнул. И не важно, знал он до этого или нет, я представился, а он показал, что услышал. Почему-то для меня это было важно.

И тут впереди появилась дверь. Не показалась вдали, а именно появилась внезапно. В прошлые разы я не обращал внимания, как это происходило, поэтому сейчас удивился.

Хотя, пространство внутри портального перехода так искривляется, что возможно всё что угодно. Так почему бы двери и не возникнуть внезапно?

Шикиша тем временем, оглянулся. Убедившись, что мы все рядом, открыл дверь и вышагнул наружу.

Первый, кого я увидел, когда покинул портал, был начальник дворцовой стражи Шого собственной персоной!

Увидев меня, он чуть не потерял челюсть.

Но когда следом вышла группа сопровождения, он захлопнул рот и нахмурился.

Нужно сказать, что у меня тоже челюсть отпала, когда я увидел начальника дворцовой стражи. Хотя на самом деле в глубине души я ожидал, что мы окажемся где-то рядом со стеной или в самой стене. Но не думал, что в форпосте. Всё же не случайно ниндзя Такаги пришли в дом моего отца, ох, не случайно!

Дождавшись, пока закроется дверь, Шого буркнул:

— Идёмте!

И пошёл впереди, показывая нам дорогу. Хотя, как я понял по поведению Шикиша и парней из группы сопровождения, они тут бывали не раз и дорогу скорее всего знали хорошо.

Единственным разумным объяснением было, что отец таким образом следил, чтобы представители клана Такаги не шарились, где не нужно.

Шого проводил нас по каким-то запутанным коридорчикам. Мы то поворачивали, то поднимались, то спускались, потом снова поворачивали.

Пройти самостоятельно этот путь я, наверное, не смог бы, хоть и пытался запомнить.

Наконец Шого остановился перед железной дверью с широким засовом.

Отодвинув засов, Шого открыл дверь и посторонился, выпуская нас.

За всё время ни он, ни Шикиша с группой сопровождения, ни мы с Матакуши не произнесли ни слова.

Когда, выходя наружу, я проходил мимо Шого, то лишь подмигнул ему.

Он же посмотрел стеклянными глазами, будто это не его дело — кого представители клана Такаги водят за стену.

Как только мы оказались снаружи, Шого закрыл за нами дверь, и она сразу же слилась со стеной. Теперь определить, где находилась дверь, было невозможно. И если не знать точно, где она, то и не найдёшь.

Раздался звук задвигаемого засова, и Шикиша сказал с усмешкой:

— Дальше ножками, дальше порталов нет!

— Ножками, так ножками, — ответил я, придав голосу легкомысленности. — Показывай дорогу, мастер Шикиша!

Паренёк дёрнулся на слово «мастер», но сдержался, ничего не сказал. Развернулся и пошагал прочь от стены.

Я тут же почувствовал, как Аргх, выдохнул и с удовольствием расправил плечи.

«Наконец-то!» — промурлыкал он.

«Что, теперь великий Аргх может не прятаться?» — ехидно поинтересовался я.

Демон хмыкнул и промолчал.

Мне очень не понравилось, как он проигнорировал мой вопрос. Однако я и сам чувствовал, что дышать за стеной стало легче.

Нет, воздух не изменился, но тут не нужно было следить за словами или просчитывать реакции других людей. Нас тут было мало, и мы сейчас были в равном положении. Успех операции полностью зависел только от того, как мы будем взаимодействовать.

Связи с базой не было — раций в этом мире ещё не изобрели, а с телепатами в клане Такаги, как я понял, была напряжёнка. Что ж, тем лучше. Во всяком случае в нашей ситуации. Потому как первой мыслью, едва мы вышли за стену, было: пока мы не ушли далеко, прибить группу сопровождения и проводника. Потом вернуться и, используя оружие и яд клана Такаги, освободить Изуми и Даичи. Шого, поди, откроет мне двери?

Поразмыслив немного и понаблюдав за парнями из группы сопровождения, которые шли на некотором расстоянии от нас и держали арбалеты заряженными, я отказался от немедленного действия. Решил дождаться привала или другого удобного случая.

Мы шли. И суровая красота этого мира всё больше и больше захватывала меня.

В отдалении виднелись горы, местами поросшие лесами — отсюда было не понять, какие деревья там растут, но то, что это именно лес, было ясно. Причём, на каких-то склонах деревья были, а на каких-то — нет. И ещё один момент — некоторые горы были безлесые или повёрнуты к нам безлесой стороной, но по хребту деревья торчали. И тогда гора напоминала дракона, который прилёг отдохнуть да и задремал.

От чёрной городской стены до гор простирались пустоши, поросшие низким — чуть выше колена — кустарником, чем-то похожим на вереск. И… кустарник цвёл!

Я помнил, про то, что ожидается ранняя зима, что птички тори уже прилетели. Именно поэтому цветущий кустарник меня удивил и восхитил. Хотя, в моём мире вереск тоже цветёт поздно. Но как-то там это нормально, а тут — удивительно!

Разглядывая собранные в метёлочки мелкие сирене-розовые цветы, я наклонился к кустарнику, и увидел змеиный хвост, юркнувший вглубь кустарника.

— А что, тут есть змеи? — невольно спросил я.

И Шикиша, и Матакуши удивлённо уставились на меня. Я даже растерялся — опять незнакомое для этого мира слово?

Но парни ответили в один голос:

— Конечно, есть!

Спрашивать, есть ли среди них ядовитые, я не стал. Но Шикиша и сам ответил на незаданный вопрос:

— Я так понимаю, ты увидел змею? Рекомендую не совать во внутрь хеза руки! И уж тем более не лезть туда!

— Понял! — ответил я и добавил: — Спасибо!

И поневоле отодвинулся от кустарника подальше.

Хм, значит, этот кустарник называется хеза. Интересно! Для меня он скорее вереск, но пусть будет хеза, я не против.

С громким чириканьем прилетела стайка жёлто-чёрных птичек тори. Сели на вересковый хеза и вдруг с ещё более громким чириканьем прыснули в разные стороны.

Шикиша тут же поднял руку, останавливая нас. И сразу же попятился.

Я тоже не остался на месте, и шагнул назад.

Налетел порыв холодного ветра и всё стихло.

Время ещё только-только перевалило за полдень, для Кутуруку ещё было очень рано. Интересно, кто там? Кустарник хоть и не был высоким, но был густым и не позволял рассмотреть, кто там спрятался.

Я оглянулся на группу сопровождения, и увидел, что парни держат арбалеты наизготовку. Вот только смотрят не туда, откуда взлетели птички тори, а чуть в сторону.

Кстати, и Шикиша смотрел туда же.

— Что там? — спросил я шёпотом у Матакуши.

— Не знаю, — так же тихо ответил он. — Возможно, норанеко. Похоже на него.

Название мне ни о чём не сказало, поэтому я просто приготовился реагировать и смотреть внимательно, вдруг увижу этого таинственного норанеко, кем бы он ни был.

Шикиша махнул рукой, мол, отступаем. И мы потихоньку, не поворачиваясь к кустарнику спиной, отступили ещё. Потом ещё.

Через какое-то время перестроились и пошли в обратную сторону. По широкой дуге обошли и кустарник со змеёй, и тот, где сидел таинственный и опасный норанеко и потопали дальше.

То, что зверь был опасным, я не сомневался, поведение проводника и сопровождающих говорило об этом однозначно. Уж они-то в своих вылазках наверняка встречались с ним и степень опасности знают. Так что, тут я им доверял полностью.

Мне, конечно, было любопытно, что это за зверь, но расспрашивать не рискнул — по логике вещей я должен знать о местной флоре и фауне.

Когда мы отошли на приличное расстояние, Матакуши начал негромко рассказывать мне:

— Когда я служил на стене, мы как-то ходили на разведку и наткнулись на норанеко. Оглянуться не успели, как он кинулся на нас и махом порвал троих. Один сразу умер, а двое — по дороге домой. Страшный зверь! Хоть и не очень крупный.

Про то, что не крупный, я и сам подумал — кустарник-то невысокий, а зверя скрывал полностью.

Матакуши тем временем продолжал:

— Спасибо птичкам тори, предупредили нас, а то не знаю, что было бы… — Матакуши передёрнул плечами. — Мех норанеко меняет окраску под окружающее так, что не увидишь, пока он не кинется. Хоть вплотную подойди…

— Меховой хамелеон? Интересно, — пробормотал я и спросил: — А норанеко обладает магией?

Матакуши внимательно посмотрел на меня.

— Ты странный, — сказал он. — То знаешь, что другие не знают, то не знаешь того, что знают все…

Я пожал плечами:

— Ну вот такой я.

А что тут скажешь? Не объяснять же, что со мной произошло. Хотя, а почему нет? И я сказал:

— Когда я от истощения праны потерял сознание прямо на улице, меня отнесли в лечебницу при храме. Когда очнулся, то что-то забыл, а какие-то знания пришли не знаю откуда, как будто я их знал раньше. Ну и магические способности появились.

Я врал искренне, и Матакуши поверил мне. Потому что без лишних вопросов ответил:

— Нет, у животных, птиц, змей, растений магии нет.

— А как же кустарник Бут-Харуул в императорской академии? — тут же спросил я.

Матакуши задумался ненадолго, а потом ответил:

— Тот кустарник, что в академии магии, специально привезли. Он не из наших краёв.

Меня его ответ полностью удовлетворил. Тем более, что я точно знал, что Бут-Харуул привезли с родины демонов.

Едва я вспомнил колючий и ядовитый кустарник, как тут же возник вопрос. И я его задал:

— А демоны? Их к кому можно отнести, к людям или к животным?

Аргх внутри меня аж подпрыгнул от возмущения.

— Демоны — это демоны! — отрезал Матакуши и замолчал.

Зато Аргх взбесился.

«Ты, зэрлэг хун! Как ты посмел сравнить великий род бога войны Дайны Бурхана с грязными балмадаар! За это ты умрёшь в страшных муках!»

«И ты со мной!» — оборвал я угрозы демона.

Он запнулся на минуту, но потом проорал в моей голове:

«Я готов принести себя в жертву Дайне Бурхану, лишь бы ты сполна прочувствовал всю свою никчёмность!»

«Чёт ты сильно разговорился. Совсем страх потерял! — оборвал я демона и тут же насторожился: — Задумал что-то?»

И демон заткнулся. Как будто в рот кляп вставили.

Сказать, что его выпад насторожил меня, ничего не сказать. Если учесть, что демоны связаны телепатически, то можно ожидать чего угодно. Наверняка готовят нападение.

И я внимательно огляделся по сторонам.

Вроде всё тихо. Но Аргх не случайно так себя ведёт. А потому я решил узнать у нашего проводника, что он планирует в случае внезапной атаки демонов и окликнул его:

— Шикиша!

Парнишка шёл нахмуренный и сосредоточенный.

Мне одного взгляда на него хватило, чтобы понять: что-то не так.

— Что случилось? — догнав его, спросил я.

Наш проводник не спешил отвечать — хмуро шагал вперёд. Но шагал как-то не очень уверенно.

И парни из группы сопровождения тоже с беспокойством оглядывались по сторонам.

— Шикиша, если нам что-то угрожает, ты лучше скажи, чтобы мы были готовы, — попросил я. — Одно дело делаем, как-никак.

Шикиша вздохнул, а потом сказал хмуро:

— Мы сошли с тропы.

— Ну так давай вернёмся? — предложил я.

Шикиша ожёг меня взглядом. А потом сказал со вздохом:

— Если бы это было так просто.

— А в чём сложность? — продолжил я расспрашивать.

И пацан охотно объяснил:

— Вернуться назад мы не можем, там норанеко. Он до ночи не уйдёт. Мы столько ждать не можем.

— Ну а сквозь кусты? — предложил я.

— Ты змею видел? — спросил Шикиша.

— Видел, — ответил я, уже понимая, куда он клонит.

— Вот! — подтвердил он мои опасения. — Через кусты нельзя. В хеза много ядовитых змей. Идти можно только там, где свободная земля.

— А по свободным участкам вернуться на тропу? Тут ведь довольно много свободных мест?

— В том-то и дело, что уже должны были выйти. Но, похоже, мы где-то свернули не туда.

Я вызвал карту, но она оказалась бесполезной — тропинки на ней не были отмечены. Просто кустарник пятнами.

Вздохнув, я убрал карту и снова оглядел — сначала горизонт, чтобы понять, не приближаются ли демоны. А потом вокруг — вдруг увижу нужную тропинку, хотя, как она выглядит, я понятия не имел. Но это меня не смутило. В крайнем случае, можно спросить у Шикиша.

И тут в кустах что-то блеснуло. Что-то до боли знакомое.

Забыв и о змеях, и о норанеко, я полез внутрь разросшегося кустарника.

— Стой! Куда! — заорал Шикиша.

Но я его не слушал. Потому что посреди куртины верескового хеза торчал обломок винта МИ-8.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Уважаемые читатели, я получил несколько комментариев по поводу обложки книги. Люди писали, что их нынешняя обложка поначалу отталкивала.

У меня вопрос: как вы считаете, оставить эту обложку или озадачиться новой, поискать художника и заказать ему. Напишите, пожалуйста.

Глава 14

Это действительно был обломок винта МИ-8. Цельнометаллическая лопасть рулевого винта со стеклопластиковой обшивкой и сотовым блоком внутри. Обломанная на метровую длину и у основания в районе стыковочных болтов так, что остался стальной стержень. Как рукоятка у странного широкого меча.

Я выдернул обломок из земли. Внимательно осмотрел, пощупал, понюхал, только что на зуб не попробовал. Даже запах ещё остался! Запах смазки и металла.

На плоскости сохранилась надпись: «Комплект лопастей № б/н, лопасть № 2 к винту №» и маркировка — зелёный треугольник.

Обломок вертолёта в мире демонов и богов! С ума сойти!

Едва я увидел лопасть, меня больше не интересовали ни демоны, ни тропинки — только вертолёт и ребята, которые были со мной во время крушения. Я понимал, что вряд ли найду их тут, но ничего поделать с собой не мог — кинулся искать! Полез ещё дальше в куртину верескового хеза.

— Ты куда? Там же ядовитые змеи! — заорал Матакуши.

Но мне было пофиг! Я держал обломок лопасти за рукоять, а у меня в памяти всплывала вращающаяся кабина посреди белого марева и перекошенные лица ребят. Родные лица!

Парни из группы сопровождения кинулись меня ловить. Им даже кажется удалось схватить меня…

Матакуши тоже ухватился за руку, помогая парням.

Я отбивался со всей яростью, на какую был способен. И от Матакуши, и от парней из группы сопровождения, которые пытались вытащить меня из куртины или не пустить в следующую.

Шикиша стоял в стороне и разинув рот и глаза наблюдал за мной. На его лице явственно читался ужас. Но мне и раньше было пофиг на то, как он меня воспринимает, а сейчас — тем более.

Несколько раз меня пытались скрутить, но я с лёгкостью раскидывал всех — откуда только силы взялись? Я уходил от захватов, ускользал, как змея, и бежал к следующей куртине верескового хеза и снова лез в гущу, просматривая всё вокруг.

Я облазил куртину вдоль и поперёк в поисках людей — живых или мёртвых или в поисках ещё каких-нибудь обломков вертолёта.

Держал лопасть, словно меч или знамя, и звал… звал своих ребят:

— Санёк!.. Федька!.. Петрович!.. Ребята, где вы?!

В конце концов парням надоело меня ловить. Они сели на небольшом свободном от растительности пятачке и достали перекус.

Матакуши ещё некоторое время ходил за мной, уговаривал, но потом и он присоединился к остальным.

Я скорее по инерции облазил ещё несколько кустов, но в конце концов, почувствовал опустошение и безнадёгу.

Побродив между куртин ещё, я подошёл к Матакуши и бессильно опустился рядом.

— Что это такое? — Матакуши протянул руку к обломку лопасти.

Я рефлекторно отдёрнул лопасть и закрыл её своим телом.

— Ничего! — рявкнул я так, что Матакуши отшатнулся.

Мне казалось кощунственным, если кто-то из этого мира прикоснётся к обломку вертолёта. Как будто, если это произойдёт, то шанса найти своих парней у меня не останется.

Я умом понимал, что это сумасшествие. Прекрасно понимал и осознавал! Но по-прежнему прижимал к себе привет из моего мира, как какую-то безмерно дорогую вещь.

Собственно, так оно и было. И не только потому, что этот обломок ценен для меня, как память. Но ещё и потому, что тут неведомые для этого мира технологии. Один сотовый наполнитель внутри полости для создания лёгкости и прочности чего стоил!

Но для меня, конечно, в первую очередь это был шанс, что кто-то ещё выжил. Возможно, как и моя, чьи-то души переселилась в новые тела. А может и просто ребята перенеслись — в физическом теле. Обломок же вот он! Он вполне материален! И он тут!

Шикиша молча протянул мне кусок сыра и лепёшку.

Я взял их автоматически и откусил.

А потом жевал, не чувствуя вкуса.

Так же автоматически запил водой из протянутой мне кружки.

— Ну, что? Идём дальше? — спросил Шикиша, когда я сжевал предложенную еду.

Пока я бегал, искал людей и обломки, все перекусили и отдохнули, и теперь ждали меня.

Шикиша даже не глядел в сторону моей находки. Как будто ничего не было, будто я не лазил только что по кустам, как умалишённый.

Не думаю, что его не заинтересовала лопасть, но он не показывал виду.

Прежде, чем ответить Шикише, я вызвал карту и поставил метку. Я не знал раньше, была ли у карты такая функция. Но сейчас очень захотел отметить это место, и на карте появилась метка. И пояснение к ней. Потому что я собирался сюда вернуться и продолжить поиски.

Не знаю когда, не знаю как, но я хотел вернуться обязательно!

А пока я поднялся и положил обломок лопасти на плечо. Да, это лишние килограммы, и в битве с Кутуруку он мне вряд ли поможет, но я не расстанусь с этим обломком ни за что на свете!

Шикиша глянул на меня и прокомментировал:

— Одно хорошо, ты распугал всех зверей и змей. От твоих криков разбежались все. И теперь мы можем идти быстрее.

— Ты узнал, как вернуться на тропу? — перебил я проводника, ибо нефиг в таком тоне оценивать мои действия.

Мой голос прозвучал довольно-таки жёстко, парнишка даже поёжился.

На самом деле тропа меня не интересовала. Я хотел остаться тут, где нашёл обломок лопасти. Но я понимал, что, Шикиша прав, нужно идти.

Собственно, цепляясь к нему, я просто оттягивал момент.

— Я ж говорю, ты всех распугал, — Шикиша слегка набычился. — Мы можем вернуться назад. Норанеко скорее всего тоже ушёл.

— А если нет?

Я цеплялся к пацану, как будто это он был виноват в том, что я никого не нашёл. Я понимал, что это не так, но горечь требовала выхода, а пацан просто оказался не в том месте и не в той роли.

Но надо отдать ему должное, удар держать он умел.

— Если нет, то будем искать обход, — невозмутимо ответил он.

— И кто нас предупредит, там норанеко или не там? Птички тори улетели, — не унимался я.

— Я знаю, куда смотреть, — хмуро ответил пацан.

Он был терпелив. Отвечал на мои вопросы. И не пытался надавить на меня. Нет. Он пытался объяснить и убедить.

Пацан был младше всех тут. Но держался с достоинством.

Глядя, как ему подчиняются парни из группы сопровождения, с каким уважением они к нему относятся, я даже подумал: а не родственник ли он Хэчиро?

Вспомнив главу клана, я сразу же вспомнил, зачем мы идём, и какова роль Шикиша в этом походе, и успокоился.

— Ладно, пойдём, — сказал я и повернул в ту сторону, куда нам предстояло идти.

— Ты это возьмёшь с собой? — аккуратно спросил Шикиша.

— Да, а что? — с вызовом ответил я.

— Ничего, — сказал парнишка и зашагал между кустов.

А я подумал, что зря не поставил метку там, где дверь в стене. Но хорошие мысли частенько приходят, когда уже поздно.

Парни из группы сопровождения очень недружелюбно пропустили меня вперёд. Я прямо почувствовал, как они меня ненавидят.

Ничего, я тоже тёплых чувств к ним не питаю, так что, мы квиты.

И снова мы шагали: Шикиша впереди, потом мы с Матакуши, а позади нас группа сопровождения с заряженными арбалетами. Только на этот раз впереди чернела стена, а горы-драконы возвышались за спиной.

Возможно, поэтому мы заметили демонов не сразу.

Хотя, если бы и сразу, это мало что изменило бы.

— Быстро, в круг! — крикнул Шикиша.

Парни из группы сопровождения подскочили ближе, зажав нас с Матакуши в центр.

— Сесть и не шевелиться! — приказал Шикиша и накрыл нас полупрозрачным покрывалом с зеркальной наружной поверхностью.

Я усмехнулся — теперь мы для стороннего наблюдателя ещё одна куртина верескового хеза, в которую лезть не надо, ибо там ядовитые змеи… Умно, ничего не скажешь! Для спецгруппы важно оставаться незамеченными.

Вот только что-то подсказывало мне, что маскировка в этот раз нам не поможет.

«Аргх! — позвал я демона. — Твоих рук дело?»

Демон только довольно усмехнулся.

Чёрт! Мои опасения подтвердились! Телепатическая связь между демонами свою роль сыграла. И нас скорее всего ждала мучительная смерть. Потому что одно дело на стене — там убивают сразу, и совсем другое, когда плен.

В том, что нас сразу не убьют, а возьмут в плен, я не сомневался. Хотя бы потому, что попытаются вызволить Аргха. Ведь если у них телепатическая связь, то боль от его смерти разделят все демоны.

Но я привык ходить под смертью и при этом выполнять боевые задачи. Так что и тут нужно найти решение. И быстро, потому что волна демонов уже скатилась с гор и неслась по пустоши.

«И на что ты надеешься?» — спросил я у Аргха.

«На то, что мерзких зэрлэг хун станет меньше!» — с вызовом ответил демон.

«Про то, что ты готов умереть, я знаю, — ответил я демону. — А как насчёт того, чтобы выжить и защитить свой народ?»

Демон растерялся. Видимо, от так был зациклен на том, чтобы убить нас, что такая мысль не приходила ему в голову.

Времени оставалось мало, волна демонов приближалась.

С Аргхом нужно было срочно договариваться! Можно было бы, конечно, и приказать, но я боялся, что если он упрётся, то магия не сработает. Нужно, чтобы он хотя бы засомневался. В идеале — согласился сам, без магии. А значит, я должен предложить ему что-то взамен. Что-то для него ценное. А с учётом крепких связей между демонами…

«Матакуши и Шикиша должны остаться живыми! — заявил я. — Да и остальные тоже. И тогда я помогу тебе!»

Зачем мне нужен был Шикиши? Да потому что он проводник! Он поможет нам вернуться! А группа сопровождения… Они тоже люди, как и мы. И этого достаточно, чтобы защитить их от демонов. Хотя сам бы я прибил их не задумываясь.

«Ты понял меня?» — спросил я у демона.

Он промямлил что-то невнятное.

«Защити нас, и я помогу вам!» — мысленно пообещал я.

«Хорошо!» — согласился демон.

И в этот момент нас взяли в кольцо.

Демоны остановились. Они стояли и ждали. И тогда я встал и начал стягивать защитное полотно.

— Что ты делаешь?! — зашипел Шикиши.

— Они нас видят, разве ты не понимаешь? — ответил я ему. И добавил: — Не вздумайте сопротивляться! Не стрелять!

Вовремя я это сказал, потому что парни из группы сопровождения уже вскинули арбалеты. Одному даже пришлось дать по рукам. И ещё пришлось удержать Матакуши — он просто полыхал ненавистью.

Я понимал его. Он бился с демонами на стенах, видел смерть товарищей. А теперь вот стоит перед заклятыми врагами, и я кричу: «Не стрелять!»

Понятно, что ему стрелять было нечем, но он подчинился и опустил вскинутую было катану. Хотя в ножны её не убрал. Ну и ладно! Лишь бы не начал размахивать.

Надо сказать, что демоны тоже не пылали к нам нежными чувствами. Они тоже ненавидели нас до глубин своих демонических душ или что там у них вместо душ. Они просто лучились ненавистью!

Они стояли такие похожие между собой и такие разные. Напоминали по строению тела людей, но однозначно людьми не были. Корявые руки свисали ниже колен. Вместо ногтей и на руках, и на ногах синие когти. И кожа сине-зелёная. Головы украшали шипы — у всех разное количество шипов разной длины. И жёлтые глаза. У всех демонов были жёлтые глаза!

Демоны не имели одежды. Они стояли обнажёнными, и это не делало их незащищёнными. Наоборот, в каждом чувствовалась мощь. И каждый обладал немаленьким достоинством.

А ещё они были без оружия! Ни мечей, ни ножей, ни луков, ни автоматов, ни пулемётов — ничего! И тем не менее, я понимал: они способны уничтожить нас в одно мгновение!

Понятно, что они были сильны физически — вон сколько пробежали, и ни у кого дыхание не сбилось. Но кроме силы я чувствовал магию. Я не мог понять у кого какая именно, но все демоны однозначно обладали магией. Более того, они сами были воплощением чистой магии — такая сильная аура исходила от них.

Сразу вспомнилось, что отец был против магии, и пытался противопоставлять демонам воинское искусство. И защищать стены ему пока удавалось.

В какой-то степени он был прав — в магии демоны однозначно сильнее! Это чувствовалось и не вызывало сомнений.

Я не доставал ни катану, ни вакидзаси, ни нож. Более того, я опустил обломок лопасти, чтобы не дай бог его не приняли за оружие. Главное правило спецназа — если можно избежать боя, его нужно избежать.

Понятно, что я не собирался прогибаться под демонов, но и бессмысленно гибнуть — я тоже не хотел.

Не заботясь о том, поймут меня демоны или нет, я шагнул вперёд и заявил:

— Я буду говорить со старшим!

Некоторое время демоны молча буровили меня взглядами. Потом так же молча расступились, и вперёд вышел очень крупный демон с очень шипастой головой.

Пожалуй, шипов у него на голове было столько же или чуть меньше, чем у Аргха. Из этого я сделал выводы, что возможно Аргх и этот демон находятся практически на одной ступени социальной лестницы. И ступень эта, судя по тому, как остальные демоны расступились перед шипастым демоном, далеко не самая последняя.

Демон ткнул в меня пальцем и сказал:

— Ты пойдёшь с нами!

Я не удивился словам демона. Но меня покоробил начальственный тон. Терпеть не могу, когда со мной так разговаривают! Я ведь и послать могу! И так пошлю, что придётся идти! А потому ответил:

— У меня, конечно, нет шипов на голове. Но это не значит, что ты можешь приказывать мне!

Демон заржал, и я оборвал его:

— Твоё имя и звание, солдат?! — я вложил в голос всё презрение, на которое был способен, весь свой воинский опыт, всего майора…

Несмотря на то, что демон чуть не в два раза был крупнее меня, его смех захлебнулся. Демон вытянулся передо мной и отрапортовал:

— Зуунмод. Второй дайчин великого Дайны Бурхана.

— Отлично, Зуунмод! — похвалил я демона. — А теперь отведи нас к вашему начальству!

Конечно, я мог пойти с демонами один — нужно было выполнить обещание, данное Аргху.

Нет, я не собирался помогать демонам воевать против людей. Но у нас с ними есть общий враг — Кутуруку. Вот в борьбе с ним я и помогу. Точнее, демоны помогут мне.

Но если я пойду с демонами один, то боюсь, когда Шикиши с группой сопровождения вернутся без меня, то Изуми и Даичи придётся не сладко.

Что касается Матакуши, скорее всего его отведут к Кутуруку и там он погибнет, потому что у одного у него нет шансов.

А так, за нами наблюдают — Хэчиро дал понять, что так и будет. Поэтому наблюдатели увидят, что мы все живы, просто попали в плен. И теперь нужно, чтобы наблюдатели поняли: у нас есть шанс выбраться. Иначе опять же Изуми и Даичи пострадают.

В голову приходило только одно: демоны нас не разоружили. Нужно сделать так, чтобы и дальше оружие осталось с нами.

Поэтому я обратился к людям:

— Подчинитесь! И не вздумайте делать глупости!

— Да кто ты такой?.. — начал было один из группы поддержки.

— Заткнись! — оборвал я его.

Не хватало ещё, чтобы эти придурки начали спорить со мной, я тогда сразу потеряю авторитет в глазах демонов.

И я жёстко повторил:

— Заткнись и выполняй, что я говорю! Жить хочешь, будешь подчиняться!

Мои слова не понравились парню, но тут вмешался Шикиши. Ткнув в бок ретивого парня, он поклонился мне и сказал:

— Да! Мы будем слушаться тебя, Кизаму.

Я порадовался, что хоть у кого-то в клане Такаги есть мозги. Потому что стоит сейчас мне потерять авторитет, как за наши жизни я не дам и ломанного гроша.

К счастью, Матакуши не нужно было объяснять что к чему. Он хоть и хмурился, но не возбухал.

И вдруг Шикиши снова поклонился и сказал:

— Кизаму-сан. Прикажите отпустить моих людей. А я, второй сын Хэчиро Такаги, пойду с вами.

Я от этой новости прифигел. Хэчиро Такаги отправил проводником со мной своего второго сына? После того, как я убил Тосиюки — первого сына и наследника? Похоже, в могущественном клане Такаги с кадрами плоховато. Или у них там такие правила — отправлять на смертельно опасные задания наследников клана?

Но как бы там ни было, я оценил жест Шикиши и повернулся к Зуунмоду.

— Пусть эти люди идут! — приказал я. — А нас троих отведи к своему начальнику. Я с ним говорить буду.

Второй дайчин великого Дайны Бурхана задумался на минутку, потом кивнул:

— Пусть идут!

Я глянул в упор на возмущавшегося парня и приказал:

— Быстро! Пошли отсюда! Скажете Хэчиро, что с нами всё будет в порядке!

На этот раз они послушались беспрекословно. Ещё бы! Только пятки засверкали!

Надеюсь, Хэчиро свернёт им головы за то, что оставили Шикиши.

Ладно, это уже не моё дело. Сами разберутся. Главное, чтобы они передали: мы вернёмся!

Проводив взглядом спешащих к стене парней, я, положил на плечо обломок лопасти и спросил у Зуунмода:

— Куда идти?

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

— Папа, почему все летчики либо лысые, либо седые?

— Лысые, сынок, это те, которые летают везде, в любую погоду, могут в полной темноте долететь куда угодно, могут сесть на маленьком пятачке в тропический шторм…

— А седые?

— А седые — это те, кто летает в одном экипаже с лысыми.

Глава 15

Ещё до того, как мы в сопровождении демонов тронулись в путь, я приказал карте рисовать трек. Сейчас не важно, как магия воздействует на меня, не важно, болезнь это или нет. Сейчас важнее, чтобы я нашёл потом путь назад. Так что я решил использовать карту, как навигатор.

Кстати, я в первый раз использовал обе свои магии одновременно, в связке, и мне было очень интересно, как они сработают вместе. Вот и поглядим!

А пока…

Я глянул на демонов, и мне стало понятно, как они могли развевать такую огромную скорость — они приподнимались над кустарником и бежали по верхним веткам, словно ничего не весили. Но когда стояли, то стояли на земле.

Понятно, что с нами, с людьми, так быстро двигаться у них не получалось.

Демоны, их на вскидку было около сотни, разделились — часть из них пошла перед нами, а часть выстроилась позади нас. Ну и некоторые пошли по бокам. Эти — над кустарником. Собственно, таким образом я и узнал о способе передвижения демонов.

И заодно понял, что вот эта их магия на нас не распространяется. Либо она для каждого демона индивидуальная, то есть, все в отряде могут так передвигаться, ну а мы втроём не умеем. Либо как минимум эта магия на людей не действует. Иначе они дали бы и нам возможность двигаться над кустами — для скорости. Но демоны шли с чудовищно медленной для них скоростью и не роптали. Дисциплина была что надо!

В таком порядке, вытянувшись длинной цепью, мы бодренько двигались в сторону гор. Для нас бодренько…

Теперь передвижение демонов не было похоже на лавину, но всё равно двигались мы значительно быстрее, чем когда с группой сопровождения шли за Шикиши.

Я оглянулся. Парни из группы сопровождения уже должны были добраться до стены. Интересно, как их встретили? Что они сказали Хэчиро? И как он отреагировал?

Шли мы бодро, без привалов. И я чувствовал вес лопасти всё сильнее и сильнее!

Конечно, за то время, пока я находился в этом мире, физо я здорово подкачал. Ранешнему Кизаму хватило бы только веса катаны и вакидзаси, без лопасти, чтобы при такой скорости сдохнуть уже минут через десять. Я же пока ещё держался и старался не показывать, что устал. Я уже уяснил: слабых тут не уважают. Чтобы тебя слушались, нужно доказать своё право приказывать.

Меня пока слушались. Но если я прикажу остановиться на привал, они остановятся?

Вот то-то и оно!

Тем более, что Хэчиро вполне может прийти в голову отправить вслед за нами отряд, чтобы отбить своего сына. Я бы отправил.

Не знаю, на руку нам это было бы или нет. Проверять я не хотел. Не хотелось оказаться во время боя между молотом и наковальней. Лучше как-нибудь улучить момент и слинять потихоньку, незаметно…

К тому же я хорошо помнил лекцию профессора Тору о прекрасных городах демонов. И мне ещё тогда захотелось увидеть их своими глазами. Убедиться, что демоны действительно высоко цивилизованные, как говорил профессор. А тут появился шанс. Грех не воспользоваться!

Аргх всё это время молчал. С одной стороны, я привык, пока был в академии магии, что его не слышно и не видно. А с другой — вполне возможно, он сейчас телепатически общался со своими соплеменниками. Интересно, что он им рассказывал?

Внезапно ход моих мыслей оборвало истошный рёв.

Демоны как раз проходили мимо очередной куртины верескового хеза, и тут из его глубины прямо в лицо возглавляющему отряд демону выскочила тварь, чем-то похожая на крупную кошку, размером примерно с рысь.

Окрас твари имитировал цветущий кустарник, но едва зверь выскочил из кустарника, как окрас начал меняться, подстраиваясь под окружающие краски.

Выставив вперёд когти на передних и задних лапах, оскалившись, тварь с рёвом прыгнула на демона.

И тут же отлетела от пошедшей рябью невидимой до этого преграды.

Ошеломлённый зверь, приземлившийся, кстати, на все четыре лапы, постоял миг, приходя в себя, а потом рванул прочь и в мгновение ока исчез среди кустарника.

— Норанеко, — прошептал Матакуши, заворожённо глядя вслед улепётывающему зверю.

— Да, это он, — согласился Шикиша.

— Но как отлетел! — в голосе Матакуши прозвучал восторг, перемешанный с болью.

Видимо, парень вспомнил погибших от лап этого зверя товарищей.

— Классная защита! — поддержал его Шикиша.

В голосе проводника звучала зависть.

И я понимал их! Такая защита для вылазок бесценна!

Следом пришла мысль: если бы парни успели выстрелить из арбалетов? Арбалетные болты так же отбросило бы? А если бы Матакуши катаной саданул? Катана отлетела бы? Вполне возможно, что и болты, и катана вернули бы удары своим владельцам. С той же силой! Н-да… Понятно, почему демоны не разоружили нас. В этом просто не было смысла. К тому же теперь своё оружие тащим мы сами… Хитро, что тут скажешь?

Я поправил лопасть на плече.

С другой стороны, когда я встретил демона на стене, там защитных полей не было, там воины отца отбивались от демонов с оружием, и такого эффекта, как с норанеко не наблюдалось. Интересно, почему? Демоны не всегда могут поддерживать защитные поля? А что на это влияет? Надо бы выяснить. Это важная стратегическая информация.

Хотя о чём это я? Чёрный камень, из которого сделана стена, поглощает магию.

Выходит, что на стене демоны могут рассчитывать только на физическую силу?

Тогда понятно, почему они до сих пор не взяли город. И понятно, почему отец напирал на воинское мастерство — на стене магия бесполезна.

Демоны между тем двинулись дальше, и наша секундная передышка закончилась.

Я теперь иначе смотрел на тех демонов, которые шли по бокам от нас. Они защищали нас! Хотя вполне могли идти в общем строю. Наверняка поддерживать магию так долго стоит каких-то сил.

Перекинув лопасть на другое плечо, я позвал своего демона:

«Аргх!»

Он некоторое время молчал, но потом всё-таки отозвался:

«Что?»

«Какие планы у демонов по поводу нас? Куда нас ведут?»

Аргх усмехнулся. Но потом всё же ответил:

«Ты же сказал второму дайчину великого Дайны Бурхана Зуунмоду, что будешь говорить со старшим. Вот к нему вас и ведут!»

«А у тебя какое звание?» — спросил я.

Демон тяжело вздохнул:

«Сейчас никакого. Меня лишили звания за то, что я потерял тело и провалил задание. Но надеюсь, вернут…» — Аргх внезапно оборвал свои слова.

«…Вернут в награду за то, что ты приведёшь меня?» — с усмешкой продолжил фразу я.

Мне не нужно было подтверждение моей правоты. Я знал этого желтоглазого мерзавца как облупленного. Успел изучить за то время, пока мы вместе. Эгоистичный, кровожадный, подлый демон. Делать что-то для других будет только если ему это выгодно.

Но ничего, я заставлю его играть по моим правилам!

Аргх ничего не ответил.

Некоторое время мы шли молча.

Горы впереди подросли.

Я оглянулся — городская стена виднелась тонкой чёрной полосой вдоль горизонта. Мы оказывается уже далеко ушли.

«Аргх!» — снова позвал я.

«Что?» — с неохотой ответил он.

«А когда привал будет?» — Я снова поправил лопасть — плечи у меня уже болели.

«Как скомандуешь, так и будет», — Аргх пожал плечами.

Я даже опешил от его слов.

«Я должен скомандовать?!» — переспросил я.

«А кто ещё?» — спросил с насмешкой Аргх.

«Ну… Этот ваш… Второй дайчин великого Дайны Бурхана», — ответил я.

«Ты приказал ему, — объяснил Аргх. — Он подчинился. Теперь ты старший».

— Охренеть! — вырвалось у меня вслух.

— Ты чего? — тут же спросил Матакуши.

Шикиши тоже вопросительно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

— Да нет, ничего, — поспешил я успокоить товарищей. — Просто вырвалось… Никогда ещё я так далеко не заходил.

— Никто из нас не заходил, — ответил Шикиша.

И я ему поверил. Уж если он так говорит, значит, так и есть.

Матакуши только кивнул, подтверждая его слова.

Я ещё некоторое время шагал не в силах решиться и отдать приказ сделать привал. Но я очень устал. Тело требовало отдыха. И еды. Тот лёгкий перекус уже забылся. А вода… Нет, про воду лучше не вспоминать — во рту и так всё пересохло.

И всё-таки, прежде чем решиться и отдать приказ сделать привал, я уточнил:

«Аргх, ты меня не обманываешь?»

«Тот, кто отдал приказ, тот и старший, — ответил демон. — Но тот, кто старший, тот и несёт ответственность. Я в своё время отдал приказ… И вот теперь…» — демон тяжело вздохнул и замолчал.

И всё же я решился обратиться к старшему демону только тогда, когда Шикиша запнулся.

— Зуунмод! — крикнул я. — Прикажи сделать привал!

Шипастый демон кивнул, и все остальные демоны тут же остановились и уселись там, где стояли. Буквально повалились.

Остались стоять только мы с Матакуши и Шикиша. Не потому, что у нас ещё было много сил. Нет, сил у нас не было совсем. Просто всё произошло быстро и неожиданно.

Усаживаясь, я обратился к Аргху:

«Получается, у вас может командовать кто хочет? Отдал приказ, и все подчинились?»

Демон усмехнулся. Но потом ответил:

«Все всё слышат, все всё знают. Кто отдал приказ, тот взял ответственность. Проигравших великий Дайна Бурхан не щадит, спрашивает с них по полной».

В словах Аргха чувствовалась такая тягучая тоска, что мне в какой-то момент стало его жалко. Ровно до того момента, когда я задумался о своей участи. Я приказал Зуунмоду. Значит, взял ответственность на себя. И теперь я буду отвечать перед их Дайной Бурханом, кто бы он ни был, за исход операции. Знать бы ещё, что за операция. Хотя, что тут гадать — думаю, у этого отряда задача доставить меня к их главному. И судя по тому, что не убили, доставить живым. И явно не в гости пригласили.

По моей спине пробежал холодок.

— Попить бы, — прошептал Шикиша.

Я глянул на мальчишку, и увидел, как сильно он вымотался.

Да, он был тренирован, но он ещё совсем пацан! Тут взрослые выдохлись, а каково ему?

Подумалось тут же, что Кизаму тоже не шибко взрослый, но я отмёл эти мысли. Я взял на себя ответственность. Люди пошли за мной. Значит, я уже не ребёнок. Да и вообще, я давно уже не ребёнок.

Внезапно больше половины демонов встали и, приподнявшись над кустарником, лавиной ринулись в сторону стены. Оставшиеся — их было около двадцати, окружили нас.

Мы поневоле подскочили, вглядываясь, что там позади. Но было сильно далеко.

На карте же я увидел преследующий нас отряд около пятидесяти человек — Хэчиро всё-таки послал погоню, всё-таки решил попытаться отбить сына.

Я с тревогой всматривался туда, куда унеслись демоны. Хотя предполагал, чем эта встреча закончится.

И действительно, вскоре там засверкали молнии, заполыхал огонь, раздался грохот. Но всё очень быстро стихло.

Здесь не было чёрной стены, сдерживающей магию, так что исход битвы был очевиден. И мне не нужна была карта, чтобы понять, кто победил.

Когда демоны вернулись, я с горечью отметил, что ни один из них даже не ранен!

— Что теперь с нами будет? — прошептал Шикиша.

— Не дрейфь! — поддержал я парня. — Прорвёмся!

Шикиша глянул на меня, но переспрашивать не стал. Смысл понял и ладно!

А мне стало интересно: это каких таких воинов отправил император Кас, что они победили демонов? Тут же невооружённым глазом видно, что силы не равны! Неужели боги вмешались? А что? Тот поход — это вполне могла быть спланированная диверсия. А император просто присвоил все лавры себе.

Но что бы там ни было с легендарным императором Касом, наша судьба волновала меня больше.

То, как демоны разделались с отрядом, не обещало нам ничего хорошего. И то, что Зуунмод позволил мне отдавать приказы — тоже. Кстати, мою власть и право приказывать легко проверить. Если я сейчас попробую приказать отпустить нас, нас отпустят? Не думаю. Так что власть моя очень условная. Только до тех пор, пока я двигаюсь в нужную демонам сторону.

Пришедшие демоны расселись в ожидании приказа двигаться. Как будто ничего не было, как будто они только что не уничтожили отряд, посланный спасти нас.

Как-то мне от этих мыслей стало тягостно.

Но смысл страдать? Нужно действовать. И единственное, что я сейчас мог — это двигаться дальше.

— Передохнули? — спросил я у Матакуши и Шикиша.

Парни так посмотрели на меня, что я понял: они не хотят даже шевелиться.

Но так мы не выживем! Надо идти.

Надо идти в логово демонов. Или в их город, если это не придумка профессора Тору. Встречаться там с главным и убеждать его заключить с людьми союз против богов. Пусть не со всеми людьми, но есть же те, кто понимает — боги нам не защитники! Кутуруку во всяком случае больше похож на паразита. Да и со Всеблагой разобраться надо, она точно себе на уме.

Если уж боги организовали диверсию, когда император Кас штурмовал страну Ледяных Гор, то почему бы и нам не провернуть такой же финт?

Но, прежде чем двигаться дальше, нужно было попить. Хотя бы несколько глотков сделать.

Я по новой оглядел демонов. Нет, никто из них не нёс с собой никаких припасов — ни воды, ни еды.

Сами собой вспомнились парни из группы сопровождения, которых я приказал отпустить. Все припасы остались у них.

Интересно, в том отряде, который сейчас разбили демоны, эти парни были?

Я цеплялся за разные мысли, лишь бы не признаваться самому себе, что меня потрясла ситуация с уничтоженным отрядом. Вот так просто, быстро и без лишних эмоций…

Я хоть и привык к смерти, но… Да не фига не привык! Нормальный человек не может привыкнуть к смерти! Особенно к такой.

Так, ладно, рефлексировать потом буду! А сейчас нужно сделать всё, чтобы остаться живыми.

— Зуунмод! — позвал я. — Нам нужна вода. Где можно попить воды?

Шипастый демон повернулся ко мне, и мне показалось, что меня обдало презрением.

Это длилось всего лишь миг. А потом второй дайчин великого Дайны Бурхана спокойно ответил:

— Воды нет. Только в горах.

Я кивнул и повернулся к парням:

— Чем быстрее дойдём, тем быстрее напьёмся.

И чтобы показать парням пример, поднялся первым.

Ну как поднялся? Встал, с огромным трудом опираясь на обломок лопасти.

Все мышцы болели. Особенно плечи.

Я посмотрел на лопасть, и со вздохом взвалил её на плечо.

— Может, оставить? — спросил Матакуши и кивнул на обломок.

Но я отвернулся и сделал вид, что не услышал его.

Я чувствовал себя полным дураком, но бросить лопасть было выше моих сил.

Я дождался, пока Матакуши и Шикиша поднимутся и скомандовал Зуунмоду:

— Можно двигаться.

И мы пошли.

Не так бодро, как раньше. Мы с парнями так быстро идти больше не могли. Нам требовалась вода. И еда. И если без еды ещё можно было потерпеть, то без воды вообще никак. Но демон сказал, что нужно топать до гор. Значит, будем топать до гор.

Солнце садилось. Закатывалось позади нас, за город. Оно было большое, как расплавленное золото. Висело над горизонтом жгучей каплей. А с гор в долину текли ночь и прохлада.

Поначалу прохлада помогала остудить разгорячённые лица. Но потом, когда солнце ушло за горизонт, стало реально холодно. Мы как раз подошли до пригорков и сразу почувствовали: с гор несло таким ледяным холодом, что и без птичек тори было понятно: зима близко.

В надвигающихся сумерках демоны шли не останавливаясь. Они держали строй — часть впереди, часть позади и часть по бокам. И мне от взгляда на их голые тела становилось ещё холоднее.

И я понимал: останавливаться нельзя, мы замёрзнем. Но и идти сил совсем не осталось.

Не знаю, в какой момент, но мне показалось, будто демоны стали двигаться ближе друг к другу. И в стороны от нас ушло больше демонов. Как будто они ждали нападения и готовились защищаться. И это было странно. Я считал, что тут никто ничего не может противопоставить демонам. Однако, они действительно шли плотнее. Кроме того, сбавили шаг.

— Зуунмод… — окликнул я демона — хотел спросить, долго ли ещё нужно идти до воды.

Но демон оборвал меня:

— Тихо! — потом добавил тише: — Не надо шуметь!

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то раз майор был на спецоперации в Средней Азии, в горах. Как раз расцвели дикие жёлтые тюльпаны. Все склоны стали золотыми! Тюльпаны цвели сплошным ковром.

Это была такая красота, что майор мог передвигаться с трудом. Он шёл и постоянно смотрел под ноги. Не только для того, чтобы не пропустить мины или растяжки, а ещё чтобы не топтать цветы.

С тех пор работа не раз приводила его в Среднюю Азию. Но больше никогда во время цветения тюльпанов.

Глава 16

Становилось совсем темно. Мы с парнями всё чаще и чаще запинались. А демоны всё больше походили на тени, движущиеся рядом с нами.

Кстати, они не запинались совсем. Хорошо знали дорогу? Или видели в темноте? Но возможно, что и магия…

А вот мы, люди, и не видели, и не знали. Поэтому я достал свой проверенный в боях с Кутуруку нож и приказал ему:

— Свети! Чуть-чуть!

И нож засветился, как светлячок. Едва заметно. Но для привыкших к темноте глаз этого было достаточно, чтобы видеть, куда наступать.

Как только я достал нож, демоны шарахнулись от меня в разные стороны.

— Чего это вы? — растерялся я.

Я ещё не закончил говорить, как вспомнил: Аргх сказал, что этот нож носит имя Убийца демонов. Значит, шарахнулись не от света. Да и сколько этого света было? Как от светлячка — чуть отойди и не видно. Видимо, демоны узнали нож…

Ну и что теперь? Запинаться в темноте, что ли? И я поспешил объяснить:

— Мы не видим ничего! Нам идти темно!

— Тихо! — зашипел Зуунмод.

Но было поздно.

Зашуршали камни. С разных сторон послышалось угрожающее рычание. И вокруг нас засветились красные пары глаз. Много глаз.

От того, что нападавших не было видно, было особенно жутко. Поэтому я поднял нож повыше и приказал:

— Свети во всю мощь!

Ну а что? Нас всё равно уже обнаружили. Так что вреда не будет. А вот пользы…

Твари, которые напали на нас, шарахнулись от неожиданности.

Это были четвероногие звери с чёрной гнетущей аурой. В холке выше взрослого человека, выше демонов. Метра по три, не меньше. Тела — как будто с них кожу содрали — все мышцы видно. Огромные зубы в оскаленных пастях. Капающая слюна. Воплощение мощи и ненависти вместе с жаждой убивать.

Твари не были похожи ни на одно известное мне животное. И мне от их вида стало не по себе.

Надо сказать, я очень вовремя «включил» свет. Твари как раз кинулись в атаку, а тут яркий свет прямо в глаза.

Зато демоны сориентировались быстро. Они моментально использовали небольшое преимущество, которое дал им внезапный свет, и кинулись в атаку.

Засверкали молнии, заполыхал огонь, полетели камни…

Вздымалась земля, летели камни, корни вырывались из-под земли и хватали тварей… Те перекусывали корни, рвали их когтями и теснили демонов.

Напавшие на отряд чудовища были намного сильнее демонов. К тому же магия демонов их не шибко-то брала.

Я понимал: как только демоны будут смяты, твари доберутся и до нас. Поэтому не раздумывая крикнул парням:

— В атаку!

И размахнувшись лопастью, хренакнул ближайшую клыкастую морду, как раз склонившуюся надо мной.

Зверь сел на жопу и затряс башкой.

Прийти в себя ему не дали. Матакуши рубанул по пузу твари, выпуская ей кишки. Тварь опустилась, прикрывая живот, и Шикиша закончил дело, тут же перерезав зверю глотку.

Огромный зверь ещё дёргал лапами, заливая всё вокруг кровью, а мы уже атаковали следующего.

Невосприимчивые к магии, звери оказались очень даже восприимчивы к оружию. Но их было много. Слишком много для нас троих. Демоны не в счёт…

Я замахнулся, чтобы садануть третьего или четвёртого, как меня снесло ударом лапы.

Обломок лопасти отлетел в сторону, и я оказался один на один с чудовищной пастью. Хорошо хоть светящийся нож не выронил… Или, наоборот, плохо. Потому как благодаря ножу я слишком хорошо видел, что меня ждало…

Я смотрел в красные глаза, полные ненависти, на меня капала слюна, зубы готовы были перекусить меня, как травинку.

И в этот момент в хорошо освещённую ножом пасть зверя что-то влетело — это Матакуши швырнул пузырёк с ядом.

Зверь от неожиданности клацнул зубами, раздавливая пузырёк.

Реакция на яд была моментальная — изо рта зверя пошла пена, сам он зашатался и грохнулся — сначала на колени, а потом просто завалился на бок. Немного подёргался в конвульсиях и затих.

Всё произошло слишком быстро. Я ещё ошалело смотрел на издохшую тварь, а Матакуши уже швырнул яд в следующего зверя.

Я же не стал тратить яд, он нам ещё пригодится. Вместо этого вытащил катану.

— Помоги мне, друг! — прошептал я мечу и кинулся в атаку.

И первым же ударом перерубил лапы зверю. И едва увернулся, от заваливающейся туши, рубя башку следующему.

Моя катана входила в тела напавших на нас зверей, как нож в масло. Я подрубал, Матакуши травил, Шикиша добивал, а демоны как могли сдерживали остальных тварей, чтобы те не напали на нас одновременно.

Я не мог ни о чём думать. Просто рубил. Лапы. Головы. Хвосты. Тела. Всё, что видел и что опознавал, как зверя.

В какой-то момент понял, что рубить больше некого.

Сразу накатилась безмерная усталость. Я бессильно опустил меч и огляделся.

Демонов осталось значительно меньше, чем было в начале. Где-то треть. Среди них было много раненых. Тела убитых демонов лежали вперемешку с телами зверей.

Оставшиеся в живых демоны начали собирать тела своих товарищей и сносить их в одно место на небольшой взгорок, где не было тел зверей, и укладывать рядком.

Единственное, что я мог сделать для демонов, это приказать ножу светить ярче, чтобы было лучше видно — вдруг кто-то ещё живой и нуждается в помощи. В конце концов, демоны защитили нас. Да и на этих тварей нарвались тоже из-за нас. Будь они одни, шли бы быстро и тихо. И вообще, прошли бы это место ещё по свету.

Не то, чтобы я чувствовал вину, но мы только что сражались с ними бок о бок.

В общем, я освещал пятачок и пока собирали убитых, держал катану наготове — вдруг ещё кто нападёт или какая тварь окажется недобитой.

Матакуши и Шикиша стояли рядом тоже с оружием наизготовку. Оба они не пострадали, только были с головы до ног в крови зверей и чудовищно уставшие, хотя ещё пока держались.

Когда все тела были собраны и сложены в одном месте, демоны окружили их и запели заунывную песню, больше похожую на плач.

Я не обладал телепатией, не был соединён с ними воедино, и то сполна прочувствовал всю их боль от потери товарищей. Я тоже в своей жизни терял товарищей в бою. Возможно поэтому я испытывал в этот момент какое-то странное чувство единения со всем миром — так на меня подействовало их пение.

Демоны допели свою песню. Потом начали произносить отдельные слова.

«Что это?» — спросил я у Аргха.

«Они называют имена тех, кого призвал в свою личную гвардию бог войны Дайна Бурхан» — ответил Аргх.

И я начал слушать имена — чужие для меня незнакомые совершенно. Я даже не понимал, что это имена, пока Аргх не сказал мне об этом. Но удивительное чувство — каждое произнесённое имя оседало где-то в моей душе, вспыхнув перед этим яркой звёздочкой.

И внезапно среди имён прозвучало: Зуунмод.

Имя шипастого демона всколыхнуло чувства. Я вспомнил его лицо, то, как он говорил, двигался. Вспомнил все слова, которые он сказал мне — их было немного. Все чувства, которые он у меня вызвал… И повторив его имя, я отсалютовал ему катаной.

Наконец длинный список погибших закончился. Демоны протянули в сторону тел руки, и направили на тела огонь.

Он сразу полностью охватил тела погибших. Они вспыхнули, словно сухие дрова.

Костёр был высоким и быстрым — через несколько минут остался только пепел.

Порыв ветра, пришедший на смену огню, разметал пепел по поросшим вересковым хезом пригоркам.

— Вот и цветы на могиле, — прошептал я. — Или могилы на цветах…

Само собой вспомнилось, как демоны шли над цветущим кустарником, едва касаясь цветущих сирене-розовых метёлок.

Матакуши и Шикиша посмотрели на меня, на кустарник, а потом на горы, виднеющиеся впереди.

Из-за гор поднималась огромная луна, точнее, серп, но всё равно огромный.

Он словно боевое знамя приветствовал погибших. Ну или как ладья, принял души погибших воинов и, оторвавшись от вершин, понёс в небо к богу войны Дайне Бурхану, служить в его личной гвардии. А многочисленные звёзды выстроились в почётном карауле, встречая героев.

Вот такие образы всплывали в моей голове, и я не мог бы сказать точно, мои ли они или я всё-таки прикоснулся к мыслям демонов?

От месяца и звёзд стало светло, и я убрал нож в ножны. А потом прошептал катане:

— Спасибо, друг!

Вытер её от крови зверей и убрал в ножны. И отправился искать обломок лопасти.

Демоны терпеливо ждали меня, но лопасть никак не находилась.

— Тебе помочь? — спросил Матакуши.

Он сразу понял, что я ищу.

— Да, — согласился я на помощь. И добавил: — Пожалуйста.

Следом за Матакуши к поискам присоединился и Шикиша.

Но мы могли осмотреть только открытые места. Передвинуть или перевернуть туши зверей нам было не по силам.

— Ну чего стоите? — обратился я в сердцах к демонам. — Помогите найти мою… моё… мой широкий меч!

Как бы я ещё смог объяснить им, как называется та штука, которую я ищу?

Повторять два раза не пришлось.

Двое дюжих демонов, наименее израненных, тут же подскочили к одной из звериных туш, как будто точно знали, где нужно искать. Оттащили тушу в сторону, и я увидел свой обломок. Весь в звериной крови и какой-то мерзостной слизи. Но это мелочи, это можно отмыть. Хуже всего было то, что моя лопасть немного погнулась, а в центре от удара по морде зверя образовалась вмятина.

Я с большим сожалением провел по ней рукой. Было очень жаль. Как будто это не лопасть погнулась, а что-то в моём мире надломилось.

«Нужно выправить?» — спросил Аргх.

«Да как её выправишь?!» — вздохнул я, понимая, что, даже если вмятину выправить сотовый блок внутри не исправить никак. Ну и то, что лопасть погнулась, это тоже уже не исправить — надлом на металле теперь есть.

Но тут один из демонов протянул ко мне свою лапищу.

— Тэмэр починит Широкий Меч победителя араатанов!

Голос его позвучал с таким почтением, что я не задумываясь, протянул ему обломок лопасти.

— Я видел, как Широкий Меч сразил араатана, — говорил демон. — Я, Тэмэр, починю его!

Он положил свои корявые и когтистые лапища на поверхность лопасти. И тут же голубоватое свечение окружило и демона, и поверхность лопасти.

Когда через несколько минут он убрал лапища, то на лопасти не осталось ни вмятины, ни погнутости. Даже небольшие следы от коррозии исчезли.

Демон с почтением вручил мне мой новенький обломок.

Я с удивлением и восхищением осмотрел его, насколько это можно было сделать при свете месяца и звёзд. Даже в отверстие на месте излома лопасти заглянул, хотя, конечно, при таком освещении ничего там не увидел. Но что-то подсказывало мне, что сотовый блок сейчас тоже как новенький.

Эх, если б можно было бы вот так весь вертолёт воссоздать…

— Спасибо, мастер Тэмэр! — искренне поблагодарил я демона.

И он довольный отошёл в сторону.

Все демоны стояли и смотрели на меня. Их осталось около тридцати — примерно треть от первоначального отряда. Это заставило меня снова глянуть на туши зверей. Интересно, а этих сколько было? С десяток, может, чуть больше. Хотя во время боя казалось, что до фига! Получается, демоны при своём явном численном преимуществе ничего не смогли противопоставить этим тварям… Возможно, если бы мы с Матакуши и Шикиши не поддержали бы их, то отряд был бы разбит полностью.

«Если бы вас не было, они сбежали бы», — охладил мои мысли Аргх.

«И что помешало?» — тут же спросил я.

«Не смогли бросить вас на верную смерть» — просто ответил демон.

У меня заныло в сердце, а в голове снова пронеслись имена погибших.

Демоны всё ещё стояли и смотрели на меня, словно чего-то ждали.

Я сначала не понял в чём дело, а потом до меня дошло: они ждут приказа.

И если учесть, что горячка боя отступила и мы уже начали замерзать, решение было однозначное — нужно двигаться. К тому же Зуунмод сказал, что впереди ждёт вода…

— Надо бы попить, — сказал я. — А потом можно идти дальше.

Демоны тут же окружили нас, взяв под защиту, и мы направились дальше в горы.

Пока дошли до ручья, я уже настолько устал, что в голове мутилось. Поэтому, когда послышалось журчание, я, не думая об опасности, рванул вперёд. И Матакуши с Шикишой не отстали ни на миг. Но передние демоны преградили нам путь.

Двое прошли к воде и осмотрели берег, прежде чем нам позволили припасть к воде.

Запоздало в гудящую от недостатка воды голову ударило: водопой у диких животных — лучшее место для засады. Это только у Киплинга в «Маугли» было водяное перемирие. И то оно появилось только для того, чтобы Шерхан его нарушил.

Что ж, предосторожность дело хорошее. Вот только она мне не помогла.

Я, неудобно раскорячившись на прибрежных камнях, склонился над водой.

Вода в ручье была ледяной, и едва я опустил руки в воду, как их сковало холодом. И тем не менее, я сначала вымыл руки, потом умылся и лишь затем зачерпнул воды, чтобы напиться и тут увидел, что из воды на меня с интересом смотрит круглая морда.

От неожиданности я даже отпрянул.

И тут же ко мне подскочили стоявшие на стрёме демоны. Но увидев морду, спокойно отмахнулись.

— Это Усны Сунс, — сказал один. — Он любопытен, но не опасен…

Вот только этот самый Усны Сунс не знал, что он не опасен. Схватив меня за лодыжку ледяной костистой лапой, напоминающей птичью, он резко дёрнул и потащил меня под воду.

Меня сразу же обожгло ледяной водой. Я заорал от неожиданности и попытался уцепиться за скользкие мокрые камни.

Растерявшиеся было демоны бросились мне на выручку, но Усны Сунс не отпускал меня, держал крепко и тащил, тащил под воду.

А сверху по течению к нам спешили ещё несколько таких же круглых морд.

Возможно, по наитию, но я отпустил камень и рванул из ножен Убийцу демонов.

И, уже уходя под воду, успел приказать:

— Свети!

Не сильно мне это помогло. Потому что горная речка — это горная речка. Течение подхватило меня, и единственная возможность выжить была либо как можно быстрее выбраться на берег, либо выбраться на берег, и как можно быстрее — другого не дано.

К моему счастью, в этом месте ручей замедлялся и растекался в ширь. Будь склон хоть немного покруче, и меня сразу же разбило бы о камни.

Но даже если и не разобьёт — купание в ледяной воде то ещё удовольствие.

Я не сразу заметил, что Усны Сунс, который сдёрнул меня в воду, плывёт рядом и как будто даже оберегает меня от камней. И он как будто подталкивает меня, словно пытается оторваться от своих товарищей — таких же круглых морд. Или от преследующих нас демонов… И на все мои попытки добраться до берега или зацепиться за что-нибудь, тянет меня на стремнину.

Но всё это я понял не сразу. Поначалу пытался отбиться, а потом осознал, что между мной и встречным камнем всё время появляется круглая морда.

От места, где я подошёл к ручью, мы удалялись с огромной скоростью. И демоны, и Матакуши с Шикишей остались далеко позади. Но с десяток демонов неслись вдоль ручья, стараясь не упустить меня из виду — я снова и снова видел их, мелькающих на фоне неба.

В какой-то момент я осознал, что всё ещё сжимаю в руках светящийся нож.

Как только до меня это дошло, я начал тыкать в круглую морду, чтобы он оставил меня в покое, но Усны Сунс, несмотря на свою птичью лапу, был как желе, и мои удары ножом не наносили ему никакого урона. Да и трудно в такой ситуации было попадать по нему.

Наконец, ручей втёк в небольшое озерцо, и тогда Усны Сунс быстро погрёб, утаскивая меня за собой к середине озерца.

Я хоть и двигался, но уже начал замерзать и терять силы. Сопротивляться становилось всё труднее и труднее.

К тому же нас догнали остальные круглые морды. И каждая, подплывая, начала запрыгивать на меня, заставляя погрузиться в воду.

Я сколько мог, держался. Но сил не осталось совсем и вскоре я, придавленный круглыми мордами, ушёл под воду.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то майор с группой были в тылу врага на спецзадании. Дело было в горах. Задание выполнили, пришла пора возвращаться. Чтобы выйти к месту, где заберёт вертушка, нужно было перейти перевал.

Пока вышли к подъёму, наступила ночь. Решили дождаться утра — идти на перевал ночью не рискнули. Остались ночевать на узенькой перемычке, тянущейся к вершине. Причем положение этой перемычки было таково, что на нее майор с группой предварительно спустились с небольшого хребта. То есть, группа оказалась зажата между этим хребтом и перевалом, а по бокам крутые склоны.

Только расположились на ночлег, как смотрят, а по хребту кто-то идёт. Такое ощущение что кто-то прётся с налобными фонариками. Идут не спеша, фонарики медленно покачиваются. Оно и неудивительно, бурелом там такой, что быстро не продерешься — группа майора испытала это на себе.

Первая мысль была: группу обнаружили и это преследователи.

Делать нечего. Приготовились к бою.

Прошло минут пять. Потом десять. Потом полчаса…

Майор смотрит, а те, с налобниками, всё так же идут по хребту, всё в том же месте.

И только тогда до майора дошло, что это были звёзды.

Глава 17

Я дышал… Это было удивительно, но я свободно дышал под водой.

Удерживаемый круглыми мордами я стоял на каменистом дне перед огромным троном, поросшим водорослями. На троне сидел не менее огромный дракон — белый дракон с длинными усами, свисающими на грудь, и рогами на голове. У него не было крыльев, а на всех четырёх лапах виднелись перепонки. Пузо как у змеи, и вдоль хребта шёл гребень.

Дракон восседал на троне, к которому меня подтянули трепещущие круглые морды.

Они удерживали меня и заискивающе кланялись дракону.

— Господин Мизу, — журчали у меня в голове их голоса. — Ваше приказание выполнено. Человек с мечом доставлен. Господин Мизу, мы выполнили своё обещание, выполните и вы своё! Отпустите нас, пожалуйста!

Дракон шевельнул лапой, и круглые морды, бросив меня, тут же прыснули в разные стороны. Причём, один двигался как-то криво. Наверное, это тот самый, который схватил меня и которого я колол ножом. Видимо, всё-таки я его достал, хоть он и желеобразный. И тем не менее, улепётывал он, только птичьи лапы сверкали!

Миг спустя мы с драконом остались один на один.

Я уже понял, что нахожусь здесь, на дне озера, исключительно по воле этого дракона. Это он приказал безобидным круглым мордам доставить меня сюда. Он не дал мне напиться. И не важно, что потом я нахлебался вдоволь. Главное, что спокойно напиться мне не дали!

По его вине были нарушены планы демонов. По его вине Матакуши и Шикиша остались чёрт знает где — уставшие и замёрзшие. Плюс, я теперь стою на дне озера и чёрт его знает, как отсюда выбираться. А он сидит на троне, усы распустил…

Меня это, признаться, взбесило. Хочешь обсудить что-то, так подойди и спроси нормально! Похитили же меня явно не для того, чтобы убить. Значит, со мной хотят о чём-то поговорить. Может, предложить что-то или о чём-то попросить. Иначе та круглая морда не оберегала бы меня от ударов камней.

Но смысл гадать? И я первым нарушил молчание:

— Чего ты хотел от меня, господин Мизу? — с обращением проблем не возникло — я слышал как называли этого белого засранца Усны Сунс.

Надо было побыстрее прояснить ситуацию. Ведь пока ещё я по какой-то причине дышу. А что будет потом — неизвестно.

Дракон вздохнул, и вдруг устало опустил плечи.

— Меч Юшоуша действительно выбрал тебя? — неожиданно спросил он.

Я не сразу понял дракона, но, когда до меня дошло, что он назвал имя моей катаны, сердце бешено забилось.

С другой стороны, вдруг дракон имел ввиду что-то другое?

Я вытащил катану из ножен и, продемонстрировав её, спросил:

— Ты про этот меч?

Одним движением дракон оттолкнулся от трона и подплыл ко мне, окружив меня своими кольцами. Он не сдавливал. Просто обвился вокруг меня и всё.

Его морда оказалась напротив моего лица. Он осмотрел клинок, прикоснулся к нему раздвоенным языком.

— Я чувствую кровь арратанов, — произнёс он.

— Ну да, — согласился я. — Пришлось защищаться.

Белый дракон шевельнул лапами, и так же быстро, не коснувшись меня, перенёсся обратно на трон.

— Да, это тот самый меч, который носит имя Юшоуша, — подтвердил он со своего трона.

Я не стал признаваться дракону, что давно уже ищу имя своего меча и сейчас впервые услышал его. Нет. Я сделал вид, что всё по фэншую — эта информация мне известна давно.

— Зачем тебе моя катана? — спросил я, скрывая, как тепло стало на моей душе от того, что знаю теперь имя своего меча.

Более того, я представил золотоволосого парня в чёрном расшитом кимоно на иномирном цветущем лугу и понял — это имя ему очень подходит!

Никогда б не подумал, что имя придёт ко мне вот так…

Дракон между тем тяжело вздохнул и сказал с тоской в голосе:

— Я давно не видел этот меч.

У меня сразу же кошки на душе заскребли от его тоски. Я побоялся, что он сейчас попытается отнять у меня катану.

Нет, уступать свой меч я не собирался. Я был готов драться за него. А потому, понимая, что буду защищать своё право владеть мечом Юшоуша, я с вызовом спросил:

— И что?

Но господин Мизу и не думал нападать. Снова оттолкнувшись от трона, он поплыл вокруг меня, делая широкий круг.

Меня это, признаться, слегка нервировало. Всё-таки дракон был метров пятьдесят в длину, не меньше. Он мог бы меня сожрать и не заметить этого.

— Спаси мой мир! — попросил он вдруг.

И я растерялся от этих его слов. Я-то готов был драться, а меня просят о помощи.

Я не знал, что ответить дракону. А, поэтому начал торговаться:

— А что мне за это будет? — спросил я.

— Да-да, — согласился дракон и снова опустился на трон. — Это справедливо! Если согласишься, я буду служить тебе сто лет. Ты сможешь призвать меня, когда захочешь.

— Чёт как-то хреново вам, если ты, господин Мизу, готов предложить мне такие условия, — чуть слышно пробормотал я.

Но в воде звуки распространяются лучше, чем в воздухе. Поэтому белый дракон прекрасно услышал меня.

Он совсем сник и признался:

— Мы бессильны перед тьмой, которая надвигается на нас. Если щель между мирами не закрыть как можно скорее, то мы исчезнем безвозвратно. Нужно закрыть щель и остановить тьму. И сделать это может только владелец меча Юшоуша, только этому мечу под силу закрыть щель, не дать ей разрастись ещё больше. Так написано в древнем пророчестве.

Ну, пророчество — это, конечно, та ещё информация, а вот конкретики, чтобы принять решение, мне явно не хватало. Я не понимал, о какой щели и о какой тьме он говорит. Поэтому, прежде чем заключать договор, решил уточнить, что он имеет ввиду. А то вполне может оказаться, что у нас разные представления о свете и о тьме.

— Что за щель и что за тьма? — спросил я.

— Арратаны… — с ненавистью прошипел белый дракон. — Они не подвластны магии. И они уничтожают нас. Но арратаны — это мелочь, которую отправили вперед. За ними следом идут твари похуже.

Я вспомнил зверей… «Мелочь!», которую мы только что разбили и то, сколько жизней демонов они унесли. И вдруг мне в голову пришла мысль.

— Послушай, господин Мизу, — обратился я к дракону. — Подскажи, если знаешь. Связаны ли как-то арратаны с Кутуруку, Всеблагой и другими подобными богами?

Белый дракон оттолкнулся от кресла и в задумчивости поплыл вокруг меня по широкому кругу.

Я стоял и терпеливо ждал ответа.

Наконец, дракон подплыл близко и снова обвил меня.

— Садись! — сказал он. — Я покажу! Нужно, чтобы ты увидел всё своими глазами!

Прямо передо мной оказалась выемка в спинном плавнике белого дракона. Такая удобная, как будто специально сделанная, чтобы сесть в неё. Что я, помедлив всего лишь миг, и сделал.

— Держись крепче! — крикнул дракон, и ко мне приплыли его длинные усы.

Я неуверенно взялся за них, и дракон тут же отправился в вертикальный полёт. У меня аж уши заложило.

Это было пожёстче, чем, когда мы в горах на вертушке от преследователей уходили.

Хотя нет, там всё было настоящее, а тут прям сказка какая-то — летающие драконы, трон под водой… Но даже не это вызывало чувство абсолютной нереальности. Дракон, просящий помощи у человека — вот настоящий треш! В моём представлении всегда было наоборот. Это что же должно было произойти в этом мире, чтобы драконы просили помощи у человека?!

Тем временем господин Мизу вылетел из озера и стрелой взвился в ночное небо, полное звёзд. Чуть ли не в стратосферу, прямо к светящемуся месяцу.

Ну ладно, не в стратосферу. Но очень высоко.

И я увидел мир сверху. Страна Баракушити оказалась не такой уж и маленькой. И город Куроикабе, в котором я теперь жил — это небольшой приграничный город. Из-за светящихся огней его было видно очень хорошо.

Куроикабе я узнал по двум чёрным стенам — они были такими большими, что ошибиться просто невозможно. И ещё — стены представляли из себя правильные окружности, вложенные одна в другую. Внешняя отсекала свет, запирала его внутри, не позволяя тьме поглотить, загасить его. А внутренняя стена сдерживала тьму внутри себя.

Столица же оказалась на значительном расстоянии и поражала размерами. И она тоже была окружена стеной. Там стена была только одна. И она тоже отсекала тьму, оставляя её снаружи.

От Куроикабе до гор было совсем недалеко. Гораздо ближе, чем до столицы. И отсюда, сверху просматривались дороги в горы и в столицу.

Сверху — да, просматривались. А вот когда мы шли по пустоши, поросшей кустарником хеза, так похожем на вереск, никакой дороги видно не было. Мы шли по диким землям.

Дракон словно понял, на что я обратил внимание, и сказал:

— Между Баракушити и страной Ледяных Гор раньше была очень оживлённая торговля. А сейчас мало кто из живущих ныне людей смог бы найти путь из столицы одного государства в столицу другого.

И он немного пролетел вдоль дороги. Возможно, для того, чтобы я лучше рассмотрел её.

По разлившейся густой тьме я узнал место схватки с арратанами. Потом поискал ручей и по нему уже озерцо, куда меня притащили такие безопасные Усны Сунс с круглыми мордами и птичьими лапами.

А ещё я увидел, что на берегу озера демоны что-то делают, что-то готовят.

Наверное, хотят достать мой хладный труп.

Хотя нет, они же должны чувствовать, что Аргх жив.

«Ты можешь с ними связаться?» — спросил я Аргха.

Он только хмыкнул в ответ.

Ну и ладно! Главное, что они знают, что я жив. Во всяком случае, пока.

Как-то я с демонами немного сроднился что ли. Несмотря на то, что демоны и люди злейшие враги. Видимо битва с арратанами сыграла свою роль.

Дракон между тем летел дальше в горы.

— Вон там… — мотнул он мордой направо. — Королевство демонов. А вон там… — Дракон круто повернул к белеющим зубьям гор. — Там и есть страна Ледяных Гор.

Я с ужасом смотрел вперёд. Между ледяными зубьями была разлита абсолютно непроницаемая тьма.

Тьма и зубья гор создавали ощущение разверстой пасти, которая только и ждёт, пока мы подлетим поближе, чтобы захлопнуться и не выпустить нас уже никогда. Поглотить нас к чертям собачьим со всеми потрохами!

Я с ужасом смотрел, как белый дракон подлетает к разлитой между гор тьме.

И облегчённо выдохнул, когда он, не долетая, развернулся и полетел обратно.

— Там, — сказал дракон. — В стране Ледяных Гор открыт проход между мирами. Оттуда тьма и идёт в наш мир.

Собственно, я уже знал и про страну Ледяных Гор, и про меч императора Каса, про то, что он когда-то закрывал проход.

Беда в том, что меч императора Каса сейчас недоступен для меня.

Я так и сказал дракону:

— Боюсь, ключ охраняет Кутуруку.

Дракон сразу же сник и повернул к озеру.

Какой-то он пессимист, этот господин Мизу.

Мне захотелось его хоть немного взбодрить, и я спросил:

— Послушай, господин Мизу. А почему ты не объединишься с демонами? Они же тоже страдают от наползающей тьмы…

Дракон презрительно фыркнул. Но потом всё-таки объяснил:

— Стихии демонов огонь и земля. Стихии драконов — вода и воздух. Мы никогда не сможем объединиться.

— Да? — ухмыльнулся я. — А я знаю другое! Если правильно объединить воду с огнём, то можно получить паровую машину! А с ней такого можно наворотить, что мама не горюй!

Дракон задумался.

Он плыл в ночном небе, а я смотрел на землю сверху вниз. И представлял, как по заново расчищенным или вновь построенным дорогам ездят машины, на полях работают тракторы, а арратанов отстреливают, как бешенных собак. Да и демонов тоже, вместе с драконами… Охотятся на них с вертолётов. Загоняют и охотятся.

Я вздохнул — люди они такие люди… И постарался думать о другом.

Тьма… Тьму разгонит электричество. Кутуруку вытравят, как плесень. А что не вытравят, то выжгут. А Всеблагую… С ней ещё нужно разобраться, что она за птица. А то может использовать её по назначению, разложить, как я разложил её верховную жрицу…

Дракон летел ровно. Он был тёплый. И я, хоть по идее и должен был замёрзнуть как цуцик, наоборот, пригрелся и задремал. Возможно, сказалось, что с раннего утра на ногах, или потому что день выдался непростой. А может просто усыпляли неподвижные звёзды.

— Так ты поможешь нам закрыть щель между мирами? — спросил белый дракон.

— Да куда ж я от вас денусь, — ответил я сквозь накрывающий меня сон.

— Смотри, ты пообещал! И я обещаю служить тебе, — донеслось откуда-то издалека, как будто из другой реальности.

В следующий момент меня накрыло ледяной водой.

Я моментально проснулся. Как раз в тот момент, когда понял, что меня тянет на дно.

От неожиданности я даже забыл, что умею плавать.

Начал отчаянно бить по воде руками и ногами, в попытке вынырнуть на поверхность.

Наконец, жаждущий жизни мозг вспомнил, что нужно делать, и направил команды в мышцы.

Как бы там ни было, но я всплыл. Всплыл в тот момент, когда лёгкие уже горели огнём от недостатка кислорода.

Воздух был сладким и колючим. И обжигающе холодным.

Пока не замёрз окончательно я погрёб к ближайшему берегу.

Но тут с другой стороны услышал:

— Кизаму! Кизаму!..

Кричали Матакуши и Шикиша.

Пришлось разворачиваться и грести обратно.

Демоны толпились на берегу, но не лезли в воду.

Я вспомнил про их огненную сущность и усмехнулся — даже ради спасения меня они не нырнули бы в воду. Но остались ждать меня на берегу. Интересно, что они там делали? Что готовили? Я же видел сверху, что у них там работа кипела.

Когда я подплывал к берегу, то от холода уже даже шевелиться мог с трудом. Но я прекрасно понимал: стоит только остановиться, и всё. На этом моя жизнь прервётся окончательно. Ведь не может же так повезти, чтобы мою душу ещё где-нибудь ждали?

Добраться до берега мне, как ни странно, помогла моя дочка. В тот момент, когда казалось, что силы оставили меня, я вспомнил свою Машку-промокашку, свою маленькую принцессу. Она каждый раз ждала меня из командировок в горячие точки, встречала, искренне радовалась… Ради неё я всегда возвращался, какой бы жаркой ни была бы та командировка.

Воспоминание о дочке подарило мне ту самую толику тепла, которая была необходима, чтобы сделать последние несколько гребков.

На берег меня вытащили Матакуши и Шикиша.

Пока вытаскивали, тоже промокли. И потом мы дрожали уже все трое. Правда, я значительно сильнее парней.

Демоны тут же взяли нас в круг и повели к небольшой ложбинке неподалёку от берега.

Лишь когда я спустился в ложбинку, то увидел, что там горит костёр. Точнее даже не то чтобы горит, и в общем-то не совсем костёр. Просто под землёй жар, укрытый дёрном.

Он практически не светился, не давал дыма, а вот тепла было достаточно.

Что ж, я ещё раз убедился, что стихии демонов — земля и огонь. Это надо же? Соорудить такой классный костёр! Прям спецназовский!

И тем не менее я очень долго не мог согреться. Холод выходил из меня с жутким трясуном.

Парни меня о чём-то расспрашивали, что-то говорили, но меня так трясло, что я не мог отвечать. Да и не хотелось мне говорить, если честно. Мне хотелось спать. Вот прямо тут лечь на разогретый дёрн и уснуть.

Ну или остаться один на один со своими воспоминаниями.

Единственное, что я сделал, это вытащил из ножен катану, вакидзаси и нож.

На нож демоны сначала зарычали, но я не обратил на них внимание. Просто положил сушиться — и клинки, и ножны.

По-хорошему клинки нужно было протереть, но протереть их было нечем — я мокрый до ниточки, парни тоже промокли, пока вытаскивали меня, а демоны голые. Так что оставалось только одно средство — высушить.

Прежде чем отрубиться, я сделал ещё одно усилие и снял с себя мокрую одежду. Отжал её и надел снова.

А потом уже лёг на тёплую землю и вырубился. Провалился в сон.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

В школе майор занимался плаванием. И вот как-то на соревнованиях случился казус. Майору на старт идти, а у него стояк. Что делать? Встал на старт с болтом впереди. Тренер у него была тётка. Увидела и давай орать на весь бассейн: «Опусти! Опусти сейчас же!» А майор ей отвечает: «Никак не выйдет».

Сначала в бассейне повисла тишина. А потом началась поголовная истерика.

К счастью, дали старт.

Потом в гостинице майору все руки жали! Молодец, мол! Не посрамил мужскую честь! Даже не покраснел!

Глава 18

Во сне я катал свою трёхлетнюю дочку на белом драконе. Она звонко хохотала, раскидывала ручонки в стороны и кричала: «Я лечу!» А я поддерживал её, чтобы она случайно не выпала из сидельной выемки в спинном плавнике белого дракона.

Я замирал от страха за малышку и от счастья, разделённого с ней. А она требовала летать ещё и ещё, выше и выше! И дракон, этот самый господин Мизу, с удовольствием играл роль воздушного пони.

А потом я глянул вниз, и увидел, что под нами проплывает не страна Баракушити, а мой родной город. Мой, а не Кизаму.

И там по улицам несутся полчища арратанов. И не просто несутся, а рвут, убивают жителей… А за арратанами на улицы города наползает беспросветная тьма. И город тонет в ней.

От ужаса, что мы с дочкой больше нигде не можем приземлиться, я проснулся.

Рядом со мной на тёплой земле лежали Матакуши и Шикиша. А демоны сидели вокруг нас, повернувшись к нам спинами — охраняли наш сон.

Относились они к нам не как к пленникам, и это было странно, особенно если вспомнить, как быстро они разделались с отрядом, посланным отбить нас. Они оберегали нас. Не бросили арратанам несмотря на то, что были значительно слабее этих зверей, отвели нас к ручью, хотя сами не любят воду, догоняли Усны Сунс, чтобы спасти меня, а потом приготовили костёр, чтобы мы согрелись. И теперь вот сидели и охраняли наш сон.

Вспомнились слова профессора Тору, как он говорил, что у демонов высокоразвитая цивилизация. Сейчас я был склонен поверить и в то, что у них красивые города с прекрасной архитектурой и интересными инженерными решениями.

В правдивости его слов я скорее всего скоро смогу убедиться сам — увижу собственными глазами.

Уже светало. В сумерках сидящие демоны выглядели колоннами. Или стеной. Стеной, отгораживающей нас с парнями от враждебного мира.

Едва я открыл глаза, как один из демонов оглянулся. Видимо, сразу почувствовал, что я больше не сплю. Но я, полностью игнорируя его, перевернулся на другой бок.

Вставать мне не хотелось. Как и лишний раз шевелиться.

Я лежал и прокручивал в голове сон — снова и снова. Пытаясь как-то повлиять на события. То предлагал белому дракону залить арратанов водой — сжечь-то он их не мог, огонь не его стихия. Да и не боялись арратаны огня, демоны уже пробовали их сжечь, ничего не вышло. Но и вода на тварей тоже не подействовала — они прекрасно плавали.

Ещё подумывал спрыгнуть с дракона и порубить к херам собачьим зверей своей катаной, чьё имя я теперь знал, но страшно было оставить дочку одну на драконе — вдруг упадёт. Или испугается…

А ещё придумывал МИ-8, как он из пулемётов гасил всю эту мерзость, но на помощь арратанам тут же приходил Кутуруку, его щупальца обвивали вертолёт и разрывали его на части. И в меня летел обломок лопасти, тот самый, который починил демон по имени Тэмэр…

Обломок летел мне прямо в лицо.

Я дёрнулся, чтобы уклониться, и снова проснулся.

Было уже совсем светло. Матакуши и Шикиша не спали. Они сидели неподалёку и о чём-то тихо переговаривались. Моя лопасть лежала рядом с ними. Они время от времени посматривали на неё.

Я усмехнулся. Шикиша ведь из клана оружейников. Поди ломает голову, как этот «широкий меч» работает. Это же никакой не меч, он не острый! Это скорее дубина. Но я сказал меч, и им осталось принять на веру. И теперь ломать голову. Хотя чего ломать? Они же видели его в деле. С другой стороны, такая сложная конструкция для дубины явно не спроста. Но я был тронут, что мой обломок не бросили там, у ручья. А приволокли сюда. А ведь он не лёгкий, я это знал по себе. А если бы и забыл, то ноющие плечи напомнили бы.

Демонов поблизости не было. Но стоило мне только подняться, как я их увидел — они что-то плели из веток кустарника.

— Проснулся? — спросил меня Матакуши.

Я только пожал плечами — что спрашивать очевидные вещи? Раз сижу и реагирую, значит, проснулся.

Шикиша подошёл ко мне и принёс лопасть.

— Вот, — протянул он мне её.

— Спасибо, — поблагодарил я парнишку, забирая свою находку.

— Тяжёлая, — сказал Шикиша.

Я кивнул:

— Тяжёлая.

Я видел: он хочет что-то спросить, но помогать ему не стал. Всё равно не смогу объяснить про лопасть, что это и почему она такая.

Матакуши тоже подошёл и поинтересовался:

— Ты как?

Я ответил:

— Нормально. Только жрать хочется, — и помолчав немного, добавил: — И пить.

Парни переглянулись и хмыкнули. А потом и вовсе заржали.

— Что? — спросил я.

— Вчера не напился? — сквозь смех спросил Матакуши.

Я фыркнул и по-дружески оттолкнул его. Он от смеха завалился набок.

Глядя на веселящихся Матакуши и Шикишу, я тоже засмеялся и прокомментировал:

— Придурки!

От этого парни заржали ещё сильнее.

Я смеялся с ними, и чувствовал, как ночной кошмар уходит в сторону.

Уходит. Но не исчезает. Потому что ночью я понял одну очень важную вещь — все миры связаны. И гарантии, что тьма, поглотив этот мир, не перейдёт на мой родной, нет. А значит, её нужно задавить тут, чего бы мне это ни стоило! Чтобы моя Машка-промокашка жила в безопасности!

Отсмеявшись, я повернулся к демонам.

— Ну, что? Когда выходим? — спросил я у них.

Теперь я был абсолютно уверен — нужно идти в логово демонов и разговаривать с их королём, или кто там у них правит. Нужно договариваться с ними и объединять усилия. Эту грёбанную щель нужно закрыть любой ценой.

Демоны как будто только и ждали, когда я заговорю о том, что пора двигаться. Поднялись. И… Они держали в своих корявых руках три рубахи, сплетённые из тонких веток верескового хеза.

— Дальше будет холодно, — пояснил Тэмэр.

Да, собственно, и сейчас было не жарко. Прогретая удивительным костром земля согревала. Но воздух уже не просто бодрил, он заставлял задуматься о ближайшем будущем. Тем более, что полёт на белом драконе показал, какой огромный путь ещё предстоит нам пройти, пока мы доберёмся до страны Ледяных Гор.

Мне сразу вспомнилось, что моя тёплая одежда, которую положили для меня мамочки, осталась в академии. Ну да ладно, обойдёмся тем, что есть.

Я шагнул к Тэмэру. Вообще он после того, как починил мой обломок винта, старался держаться ко мне поближе. Мне в принципе, это было без разницы. Но благодарность я к нему испытывал. И вот теперь рубахи…

Демоны помогли нам одеться. Рубахи, конечно, выглядели хлипкими, но если не дёргаться и идти аккуратно, то вполне могут продержаться какое-то время. Много тепла от них, конечно, не будет. Но чуть теплее — это лучше, чем ничего.

Я вспомнил вчерашних зверей. Если бы на них был мех, то можно было бы содрать шкуры и тогда точно было бы теплее, но ни меха, ни шкуры там не было, насколько я помнил ночное сражение. Как будто шкуру со зверей содрали до нас, оставив голые мышцы. Во всяком случае, я так запомнил. А идти проверять не захотел.

А вот сходить к озеру напиться перед дорогой — это нужное дело!

Парни отправились со мной, мол, вместе не так страшно. Но на самом деле я чувствовал: они страхуют меня. Боятся, что опять со мной что-нибудь случится. Это было смешно и трогательно.

Пока я шёл к озеру, душу мне грызла тревога. Всё-таки вчерашнее происшествие оставило отпечаток. Эмоций, конечно, было море. Одно то, как меня сдёрнули в ледяную воду, навеки вечные впечаталось в память. Про остальные ночные приключения вообще молчу.

Однако, при дневном свете озеро выглядело абсолютно мирно. Даже сложно было предположить, что там на дне есть огромный трон, на котором восседает белый дракон.

А он там есть! Если, конечно, мне все эти ночные полёты не приснились.

Напившись воды, я вздохнул:

— Эх, жаль, с собой не во что взять! Кто его знает, где там в дороге напиться можно будет… А впрок много не напьёшься. И так в брюхе булькать будет.

Парни засмеялись, но я видел, что они разделяют мои мысли. Демонам может и пофиг на воду, а людям без неё никак.

И тут меня осенило.

— Тэмэр! — позвал я демона.

Он подошёл.

— А вы можете из глины сделать сосуд для воды? — спросил я у него.

Он задумчиво посмотрел на меня. А потом кивнул. И тут же добавил:

— Но на это требуется время. Сосуд нужно высушить о обжечь. А потом он должен остыть.

— А как-нибудь магией закрепить? — спросил я.

— Он будет непрочный, — покачал шипастой головой демон.

— Воду держать будет? — не отступал я.

— Будет, — неуверенно ответил Тэмэр.

— Вот и сделайте! На первое время хватил, а потом уже как следует сделаете.

Демон пошёл изготавливать нам сосуд. А я задумался о другой насущной проблеме.

— Шикиша, — обратился я к мальчишке. — Ты ведь проводник…

Пацан с удивлением посмотрел на меня и кивнул.

— А как вы решаете вопросы с питанием, если вдруг еда закончится?

Голодное бурчание в животе пацана было мне ответом. Если бы он знал, что можно тут есть, то уже, наверное, добыл бы себе пропитание.

Собственно, Шикиша подтвердил, мои догадки:

— У нас таких случаев не было, чтобы без еды остаться, — смущаясь сказал он. — У нас всегда с собой группа сопровождения с провиантом и водой. Отец говорил, что непроверенную пищу есть нельзя. А как её тут проверишь?

Мальчишка оправдывался. И я кивнул, чтобы остановить поток его объяснений.

Так-то он прав. Непроверенную пищу нигде есть нельзя, ни в каком из миров. Но не умирать же с голоду? А мы уже почти сутки без еды, перекус не в счёт — он был небольшой, и тоже давно. Так что, нужно что-то придумать. Ну и, конечно, необходима тепловая обработка и всё такое. Ну, с костром нам демоны помогут, если что.

О том, что нам идти ещё далеко, я понял из ночного полёта с белым драконом. Идти нам ещё гораздо дольше, чем мы прошли. И путь предстоит по горам, так что позаботиться о пропитании просто необходимо. На пустой желудок нам не дойти. День ещё потерпеть можно было бы, но на весь путь нас не хватит.

И о чём думали демоны, когда прискакали за нами. Как они собирались доставить нас к своему главарю?

Я снова посмотрел на заросли верескового хеза. В моём мире из вереска варили эль, который называли мёд — вересковый мёд, но это эль. Хмельной напиток. Кстати, по поводу мёда — вереск хороший медонос. Но тут я не заметил пчёл, так что улей разорить нам не удастся. А что касается эля, то процесс приготовления очень долгий — это пока ещё оно забродит! В любом случае нам для немедленного утоления голода не подходит.

В общем, сам кустарник нам точно не поможет. А вот живность, обитающая в нём, вполне.

— Шикиша, — снова я спросил у проводника. — А какие зверюшки тут водятся?

— Ну… Я знаю только опасных. Но и ты про них знаешь, — как бы извиняясь ответил пацан.

— Норанеко и змеи? — уточнил я.

Шикиша кивнул и уверенно добавил:

— Норанеко скорее всего ушёл. Мы так шумим, а он не любит шума. А вот змеи, они шума не боятся, только холода. Но ещё не настолько холодно, змеи ещё не попрятались.

Парнишка много знал про змей. И это сразу же вызвало у меня подозрения о том, на какой основе сделаны яды клана Такаги, которые я всё ещё нёс на своей портупее. Пусть не все яды на основе змеиного, но некоторые точно!

Проверить это было нетрудно.

— Шикиша, змеи ядовитые?

— Конечно! — уверенно ответил парнишка.

Что и требовалось доказать!

Змей в моём мире ели. И очень даже. И даже ядовитых!

Вот только как их поймать? Причём, поймать змею нужно так, чтобы она не покусала.

Хотя, если яды на основе змеиного яда, то противоядия у меня есть! Конечно, не факт, что я смогу быстро подобрать нужное противоядие, и оно сработает как нужно — всё-таки готовили противоядия к тем ядам, что во флаконах, а не тем, что в зубах змей, однако, пусть мизерный шанс выжить после укуса, но существовал. Так что, будем ловить змей, обеспечим себя пропитанием.

Я поневоле начал разглядывать кусты, вдруг снова увижу ускользающий змеиный хвост.

А мысли мои бежали дальше:

— И змеи, и норанеко чем-то питаются…

Матакуши фыркнул так громко, что мы с Шикиши повернулись к нему.

— Что? — спросили мы в один голос.

— Чтобы поймать мышей и ящериц, нужно быть змеёй, а чтобы поймать дофу, нужно быть норанеко. Мы их ни почувствовать, ни догнать не сможем.

— Жить захочешь, не так раскорячишься! — ответил я Матакуши. — Нам нужно найти пропитание. Потому что идти далеко, и путь сложный. Без еды мы не дойдём.

— А ты откуда знаешь? — подозрительно спросил Матакуши. — Ты уже там бывал?

У Матакуши, как у защитника стены, с демонами были свои счёты. У Шикиши — тоже. Он хоть ничего не сказал, но и на его лице я прочитал подозрения.

— Видел ночью. Сверху, — ответил я.

— Как это? — удивились парни.

Пришлось рассказать им про свои вчерашние приключения.

— Драконов не существует! — тут же заявил Шикиша. — Последний был убит, когда император Каса получил свой легендарный клинок.

— Я знаю легенды, — огрызнулся я. — Однако, я не только видел водяного дракона, но и летал на нём!

— Слушай, Кизаму, — тут же предложил Шикиша. — Если ты летал на драконе, может, попросить его, пусть он нас туда отнесёт? И не надо будет заморачиваться с пропитанием?

Я даже опешил от такой постановки вопроса. И почему мне даже в голову такая мысль не пришла? Но попробовать однозначно стоило!

«Как думаешь, Аргх, получится?» — спросил я, поворачивая к озеру.

«Вряд ли господин Мизу согласится. Но попробуй…» — ответил демон.

«Вообще-то он обещал служить мне», — ответил я демону, останавливаясь у воды.

«Обещал после того, как ты закроешь щель», — усмешкой ответил Аргх.

«Хочешь сказать, он провёл меня?»

«Он дракон! Чего ещё от него можно ждать?!» — презрительно фыркнул демон.

И тем не менее, я решил попробовать.

Сложив руки рупором, я закричал:

— Господин Мизу! А, господин Мизу! Отзовись!

Тишина.

Я снова закричал:

— Господин Мизу! Поговорить нужно!

Снова тишина.

— Это по поводу твоей вчерашней просьбы…

По воде пошла рябь.

Но приплыл к нам не белый дракон. Сквозь воду на нас смотрели испуганные круглые морды Усны Сунс.

— Простите нас, Кизаму-сама! Господина Мизу нет в этом озере. Он покинул нас. Простите!

«Я ж говорил!» — съехидничал Аргх.

И мне захотелось двинуть ему хорошенько. Чтоб не злорадствовал.

Но я не успел. К нам подошёл Тэмэр.

— Вот сосуд для воды, — сказал он, протягивая нечто похожее на амфору — изящный сосуд с расширенным в верхней и суженным в нижней части туловом, узким горлом и двумя вертикально поставленными ручками. — Я немного обжёг его, но он всё равно хрупкий.

— Красивый… — похвалил я, принимая сосуд у демона.

А потом шагнул к воде, не обращая внимания на Усны Сунс. Они действительно безобидны и напали на меня вчера только потому, что белый дракон заставил их.

Стараясь не намочиться, я набрал полную амфору воды.

С водой амфора оказалась тяжёлой — такую нести только вдвоём. Пришлось позвать Матакуши. А ведь у меня ещё и лопасть! Как дойду? Шикиша вообще пацан ещё, не помощник он в том, чтобы таскать тяжести. Демоны воду не понесут, придётся самим. Хоть назначай оруженосца. Да-а! дракон бы нас сейчас сильно выручил! И где его носит?!

— Кизаму-сан, — прервал мои размышления Тэмэр. — Нам пора идти, иначе мы не успеем до того, как начнётся первый цасан шуурга.

— Что? — спросил я.

— Мы больше не можем задерживаться, — ответил Тэмэр, и в его голосе прозвучала тревога.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Был майор в командировке в одной тропической стране. Пробирался как-то по тропинке в джунглях, стараясь не попасться на глаза неприятелю. И чуть не наткнулся на свисавшую с дерева змею. От неожиданности схватил засохшую ветку, чтобы херакнуть ею змею. Но вовремя разглядел, что свисающая с дерева змея — это засохшая ветка. А вот ветка, которую он схватил, чтобы херакнуть, оказалась змеёй.

Глава 19

Демон как будто извинялся за то, что вынужден был поторопить меня. Но тревога на его лице подействовала на меня сильнее, чем его слова про цасан шуурга. Тем более, что я понятия не имел, что это такое.

Но одно я понял сразу: ситуация действительно жёсткая.

— Да, — ответил я демону. — Пойдёмте! Вот только…

— Что случилось? — тут же поинтересовался Тэмэр.

— Мы голодные, — признался я. — Мы долго не протянем. Нам нужно поесть.

Демон задумался на минуту, а потом кивнул.

— Потерпите немного, скоро еда будет! — И добавил настойчиво: — А сейчас надо идти!

Пришлось по поводу еды поверить демону на слово и отдать приказ двигаться дальше.

Мы снова встали в боевой порядок — мы в центе, демоны вокруг нас со своей защитой. Только теперь их было значительно меньше. И мы с Матакуши тащили воду.

Обломок лопасти я, подумав немного, всё-таки вручил Шикише. Сказал только:

— Чуток понеси. Как устанешь, отдашь. Понял?

Парнишка, счастливый от того, что может принести пользу, взвалил кусок металла на плечи и пошёл впереди нас.

Вперёд отправил его я, чтобы видеть, когда он устанет. Мне совсем не хотелось, чтобы парень надорвался. Хоть он и второй сын Хэчиро Такаги, моего врага, но он ещё пацан.

У меня была мысль попросить демонов понести лопасть, но я отказался от этой мысли — они сейчас выполняют роль телохранителей. А у телохранителей руки должны быть свободны.

На голодный желудок идти было так себе. Сил не хватало. И я мысленно повторял как мантру: «Скоро цасан шуурга, скоро цасан шуурга…» И шагал под эти мысли.

Идти под них было немного легче — размеренный шаг позволял чуток экономить силы.

«Заткнись!» — не выдержал Аргх.

«Что не так?» — лениво поинтересовался я.

«Ты даже не представляешь, что это такое — цасан шуурга! Когда метёт так, что света белого не видно!»

«Так это метель что ли?» — обрадовался я тому, что догадался о значении выражения.

«Ты чему радуешься, придурок! — взбесился Аргх. — Ты плохо одет, голодный, без сил, не приспособленный совсем! Как начнёт мести, ты же сдохнешь!»

«О как! — восхитился я. — Тебя волнует моя никчёмная жизнь? Или ты всё-таки боишься за себя? За свою никчёмную жизнь?»

Демон разозлился ещё больше:

«Мне сейчас не до шуток! Если бы ты знал, какой бывает цасан шуурга!»

«А не ты ли ещё совсем недавно хотел умереть во имя вашего Дайны Бурхана?» — перебил я демона.

«Это разные вещи!» — вскипел Аргх.

«Нет, демон! — жёстко оборвал его я. — Это не разные вещи! Это одно и то же! Если готов умереть, то готов всегда. А если тут готов, а тут нет, то ерунда получается».

«Я хочу спасти свой род», — спустя некоторое время произнёс демон, и тон его слов теперь был совсем другой.

«Ну, если хочешь спасти, то сделай так, чтобы мы выжили и дошли до вашего правителя!», — заявил я.

Демон промолчал. Но некоторое время спустя мне стало тепло и идти стало легче, как будто сама земля поделилась со мной своей силой.

Я сразу же забрал лопасть у Шикиши — парнишка уже совсем выбился из сил.

«А их согреть можешь?» — спросил я у демона, посмотрев на уставших Матакуши и Шикиши.

«Не могу, — вздохнул Аргх. — Я с ними не связан, как с тобой».

Я оглядел парней. Они крепились, конечно. Но оба осунулись уже. Но хоть Шикише сейчас легче идти. Надо бы и Матакуши как-то поддержать. И я предложил:

— Матакуши, давай поменяем руки. И можем отпить по глоточку. Всё легче будет нести.

Матакуши обрадовался передышке, хоть и старался не показывать виду.

— Много не пейте, а то идти тяжело будет, — посоветовал я.

Но и Матакуши, и Шикиша понимали это, они оба не раз бывали в походах. Не в таких жёстких условиях, как сейчас, но всё-таки.

Сделав по глотку, мы отправились дальше.

Мы шли по пригоркам. Холмистая местность добавляла своих трудностей и своего очарования. Помимо цветущего хеза встречались и другие растения — в основном тоже низкорослые кустарники. Но попадались травянистые растения.

Я смотрел по сторонам, в надежде всё же увидеть змею или мышь. Я понимал, что скорее всего не смогу поймать животинку, но жрать хотелось сильно. И это ещё мне было тепло! А каково парням? Понятно, что солдаты должны уметь терпеть лишения, но сытыми и в тепле их терпеть легче.

Вдруг демон, который шёл впереди наклонился и что-то выдернул. Я не сразу понял что, но когда до меня дошло, сердце забилось быстрее.

Это было луковичное растение. Больше я не искал змей — я смотрел на листья, пытаясь угадать, какое из растений выдернул демон.

А он, на ходу оборвав листья и верхний слой кожуры, зажал луковку в ладонях.

Через какое-то время до меня донёсся запах печёного лука. Невыносимый запах печёного лука! У меня даже голова закружилась от этого запаха.

Пришлось вдохнуть и выдохнуть, чтобы не покрыть этого демона матами. А он, как будто услышал мои мысли, приостановился, дождался нас и протянул мне запечённую луковицу. Одну и такую маленькую на трёх голодных парней!

— Спасибо! — сказал я демону, принимая подарок.

И тут же протянул её Шикиши. Не раздумывая. Иначе у меня просто не было бы сил отдать еду.

— Нет-нет! — вспыхнул мальчишка. — Кушайте сами, Кизаму-сан!

— Ешь! — рявкнул я.

И парнишка от испуга засунул луковицу в рот. И проглотил. Кажется даже не жуя.

В это время другой демон тоже выдернул луковицу из земли. И у меня сразу отлегло на сердце — голодная смерть нам не грозит.

Вторая печёная луковица досталась Матакуши. Третью ждать пришлось долго.

Я шёл и захлёбывался слюной. Хотелось приказать, чтобы демоны остановились, внимательно осмотрели холм и собрали все луковицы, какие тут есть. Испекли их и отдали нам. Но демоны шли, не сбавляя шага, и я сдерживался, как мог.

Наконец третья луковица была найдена, испечена в ладонях демона и передана мне.

Боже, какая она была вкусная! И как её было мало! Я проглотил и не заметил как.

Но тут демон передал мне ещё одну…

В общем, жизнь налаживалась. Запечённые луковицы здорово поддержали нас.

Время от времени мы останавливались, делали по глотку, менялись с Матакуши местами и шли дальше. Под вечер амфора была уже пустой, но она казалась гораздо тяжелее, чем с утра, когда была полна воды.

На привал остановились только когда солнце коснулось вершин.

Демоны выбрали низину, по которой протекал ручей. Его берега поросли кустарником — колючим, с маленькими фиолетовыми ягодками. Чем-то этот кустарник напоминал барбарис. Я даже сорвал несколько ягод, но тут же услышал от демона, что стоял позади меня:

— Эти ягоды есть не надо.

Я их тут же выбросил. Только на пальцах и на ладони остались фиолетовые следы от сока.

Из-за того, что склоны защищали низину от ветра и была вода, кустарник вырос с человеческий рост и даже выше.

— Дальше открытое пространство, — сказал Тэмэр. — Спрятаться негде. Переночуем тут.

И демоны направились в самую гущу кустарника.

Мы с парнями тормознули. Лезть внутрь не хотелось абсолютно.

Рядом с нами остались несколько демонов — они не торопили нас. Стояли рядом и внимательно осматривали окрестности, прислушивались и принюхивались.

Через некоторое время из кустарника вышел Тэмэр.

— Готово! — сказал он, и демоны слегка подтолкнули нас вперёд.

Оказалось, что если наклониться пониже, то можно пройти, не пособирав все шипы и колючки. Хотя, всё равно насобирали мы прилично. Пришлось потом очищать одежду. Но воспоминания о прошлой ночи были ещё слишком свежи, так что лучше спрятаться в таком месте, чем драться с арратанами.

Внутри, как и прошлой ночью под землёй был устроен костёр. Демоны освободили от кустарника пятачок. Видимо ветки и пошли на костёр, который без дыма и без открытого пламени горел, укрытый дёрном.

Скорее всего после нашей ночёвки часть этого кустарника погибнет из-за того, что прогорят корни. Жалко, конечно. Но что поделаешь? Жить-то хочется!

— Еда, — сказал Тэмэр и протянул лист, похожий на лопух, на котором лежали пропечённые личинки.

Видимо, насобирали, пока обустраивали ночлег.

Я поблагодарил демона и разделил пищу на три кучки. Я в своих командировках в горячие точки уже пробовал личинок. Правда, их жарили в масле, а не запекали в руках демонов, но всё-таки опыт поедания такой пищи у меня был. А вот парни…

— Это есть?.. — брезгливо поморщился Шикиша.

— А ты уже сыт? — спросил я, отправляя первую личинку в рот.

— Нет, но… — начал пацан.

— Тогда ешь! — прервал его я.

Матакуши тоже взял личинку и с сомнением покрутил её в руках.

— Не разглядывай, просто жуй! — посоветовал я.

Матакуши с сомнением сунул личинку в рот и разжевал.

— А вообще ничего, съедобно, — подвёл он итог и положил в рот следующую.

Шикиша, глядя на нас, тоже надкусил печёную личинку.

В общем, закончились личинки быстро. Шикиша со вздохом посмотрел на пустой лист лопуха, попил воды и свернулся калачиком на прогретой земле.

Мы с Матакуши последовали его примеру. Во-первых, мы очень сильно устали — дневной переход без привалов, это вам не шутка! А во-вторых, кто его знает, сколько удастся поспать? Какая будет ночь и каких гостей нужно ждать?

Хотя, какие гости могут наведаться, я и так знал.

Проснулся я как от толчка.

Сердце забилось в тревоге.

Я распахнул глаза и навострил уши.

Светало. Кусты ломаной линией выделялись на сереющем небе.

Висела тишина. Лишь где-то неподалёку заливалась птичка.

Не было поводов для тревоги. И всё-таки моё чутьё просто вопило о смертельной опасности.

Я хотел встать, осмотреться и… чуть не заорал в голос — вся тёплая земля была укрыта змеями! Они приползли погреться. Сколько их тут? Тысячи, наверное! Лежат толстым копошащимся ковром…

Твою мать! И что теперь делать?

Я боялся пошевелиться, чтобы не дай бог не придавить какую-нибудь местную гадюку и не получить в ответ смертельно-ядовитый укус.

И тут во сне всхлипнул Шикиша, видимо сон про дом приснился.

Меня моментально обдало холодом — вдруг парни во сне захотят перевернуться? И что тогда?

Блин! Сколько змей! Как будто со всей округи сползлись.

Когда я днём заглядывал под кусты, я даже представить не мог, что их тут столько!

Вот оно наказание мне за то, что я хотел их сожрать…

Нужно было что-то срочно предпринять, а я не знал что. Или знал?

— А ну пошли вон! — приказал я змеям, используя магию. — Ползите отсюда! Быстро!

Копошащийся ковёр пришёл в недовольное движение.

— Ползите отсюда! — продолжал я приказывать. — Все вон! Сваливайте нахрен!

Прошло немало времени, пока я увидел, что змеи действительно расползаются.

Приободрённый, я с новой силой приказал им:

— Проваливайте! Давайте, быстро!

Матакуши судорожно вздохнул. А потом сердито спросил у меня:

— Ты чего разорался?

И я тут же заорал ему:

— Не шевелись!

Собравшийся подняться Матакуши, замер на половине движения. И я услышал отборный мат. Материться защитники стены умели виртуозно и многоэтажно.

Тело Матакуши моментально стало стальным, и он принялся лупить железными кулаками вокруг себя, вбивая змей в землю.

— Всё хорошо, они сейчас уйдут, — раздался позади меня сонный и растерянный голос Тэмэра.

Земля завибрировала. Змеи, которые расползались неохотно, рванули с тёплого пятачка. Через несколько минут рядом с нами остались только штук пять убитых Матакуши змеюк.

Он хотел их выкинуть, но я остановил:

— Погоди! Не разбрасывайся добром!

Матакуши отбросил убитых змей на край тёплого пятачка и сел, скрестив ноги. Ложиться он больше не хотел.

Шикиша же только перевернулся на другой бок и продолжил спать дальше.

— Измучился мальчишка, — кивнул на него Матакуши. — Даже змеи его не разбудили.

— Хорошо, что не разбудили! — ответил я. — А то перепугался бы и рванул не дай бог куда. Искусали б.

Я огляделся по сторонам.

Демоны поднимались с земли. Выглядели заспанными и немного обескураженными. Получалось, они уснули и защитное поле ослабло, вот змеи и поползли греться.

Было немного неожиданно видеть этих сильных демонов такими. Казалось, ничто их не сломит, а поди ж ты! Уснули все, даже дозорные. Если, конечно, они выставляли дозорных. А ведь мы ещё и половины пути не прошли. А что будет дальше, когда усталость у них накопится?

Я подумал немного ложиться дальше спать или нет, и понял, что прямо сейчас не усну. И дело не в том, что боюсь змей. Просто мой организм получил такую порцию адреналина, что сейчас и захочешь, а не уснёшь. А потому я поднялся и пошёл к змеям, которых отбросил Матакуши.

Пять штук длинных змеюк, метров по четыре-пять ростом, лежали на краю тёплого пятачка.

Я побоялся прикасаться к ним руками — вдруг они ещё живы. Достал вакидзаси и потыкал одну. Она тут же скрутилась в мою сторону. Я аж даже отскочил. А потом рубанул, отсекая голову. И тут же отсёк головы и остальным. На всякий случай. Потому что лучше мёртвой змеи только мёртвая змея с отрубленной головой.

Вы когда-нибудь жарили ершей? Его вычистишь, выпотрошишь, а он всё равно на сковородке пляшет. Вот и змеи, хоть и без голов, а всё равно немного дёргались.

Остриём клинка я откинул головы под шипастый куст, туда, где точно никто не ходит — вдруг головы ещё сохраняют некоторое время способность укусить. Лучше не рисковать. Потом, используя нож, снял со змеюк кожу — пригодится.

Безголовые тела немного извивались, когда я чулком стасквал с них кожу. Не обращая внимания на шевеления, я убрал внутренности и промыл тушки в ручье. А мясо порубил на куски, обмыл в ручье и принёс демонам.

— Запеките, пожалуйста, — попросил я.

Демоны с интересом наблюдали за моими действиями. Похоже, то, как я обошёлся с убитыми змеями, добавило мне уважения.

Матакуши тоже наблюдал за моими действиями с убитыми им змеями. И когда я передал мясо демонам, спросил:

— Ты должен быть избалованным сыном старейшины. Откуда ты столько знаешь? Я наблюдал, как ты разделывал змей. Мне показалось, что ты делал это не в первый раз.

Так-то он был прав. Мне уже приходилось убивать, разделывать и готовить змей. Но не в этом мире. Тут я это делал впервые. И да, сын старейшины по идее такими знаниями обладать не должен. И вот что ему ответить? А парень сидел и терпеливо ждал ответа.

— Не всё в этом мире такое, каким кажется, — ответил я и добавил: — В книжках много чего интересного написано.

— И в какой же книге ты прочитал про то, что змей можно есть и как снимать с них шкуры? — не унимался он.

— В старинной, — ответил я, надеясь, что на этом расспросы прекратятся.

Вообще, если вспомнить наше с Матакуши знакомство, то становится удивительно, как изменилось его отношение ко мне. Тогда он готов был со мной драться, несмотря на угрозу карцера, куда он в общем-то и попал. А теперь и в голосе, и в словах его было уважение и однозначное принятие меня старшим. Я даже не надеялся на такое, когда включал его в группу для похода в общежитие за вещами. А ведь прошло совсем немного времени.

Мясо запекали не в ладонях, как луковицы — всё оно за раз не вместилось бы, а частями долго. Нет. Демон, тот, который вчера первым нашёл луковицу, сложил порезанных на кусочки змей на листья лопуха и направив ладони на мясо, начал запекать, создав между ладонями микро-духовку.

Вскоре по нашему пятачку поплыл сногсшибательный запах жаренного мяса. Очень похожий на запах шавермы, что продавалась около вокзала в моём городе.

Спящий Шикиша повертел носом.

— Отец… — подскочил он обрадованно, но увидел нас и тут же погрустнел, а потом нахмурился.

Мы с Матакуши переглянулись и сделали вид, что ничего не заметили. Это не трудно было сделать — мы ждали, когда мясо сготовится. Судя по запахам, это произойдёт уже вот-вот.

Да мы вчера ели печёные луковицы и личинки. Но разве могут они сравниться с мясом? Да простят меня вегетарианцы. Но при таких нагрузках без мяса невозможно. Да и не охотились мы на змей, они сами к нам приползли.

Это было невыносимо ждать. Я весь изошёлся слюной. Парни, по-видимому, тоже — глаза их поблёскивали вполне однозначно.

Наконец, демон раскрыл ладони. Мясо было готово. Кусочки змей раскрылись и свернулись кольцами, ну или просто загнулись — там, где позвоночник был потолще.

Мясо было такое аппетитное, такое ароматное…

Не знаю, что подтолкнуло меня, но я, кивнув на запечённое мясо змей, спросил у демонов:

— Будете?

Ответить демон не успел.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то в детстве приехал майор с родителями к бабушке. И вот ночью он захотел в туалет. Решил, как взрослый, пойти один. А туалет был на улице, в конце огорода. На улице темно, ничего не видно. Страшно. Но майор крепится. И тут вдруг слышит — шипение! Майор сразу догадался: змея. Ему очень захотелось рассмотреть её получше, и он кинулся домой за фонариком. Когда вернулся, никто больше не шипел. Так в тот раз майор змею и не увидел. Увидел позже и в других обстоятельствах. Но это уже другая история.

Глава 20

Эх, не просто так уснули демоны! Совсем не просто так. Причём, воздействие чужой магии совсем не почувствовали.

И ещё… не думал, что я это когда-нибудь скажу, но спасибо змеям за то, что разбудили.

К тому моменту, как змеиное мясо изжарилось, совсем рассвело, но солнце ещё не встало. А среди веток уже поплыл густой туман.

Демон раскрыл ладони. Мясо змей было готово.

— Будете? — щедро предложил я.

Мяса было много, на всех хватит. А демоны скорее всего тоже хотят есть… Ведь чем-то они питаются?

Ответить демон не успел. Защитный купол завибрировал.

Мы одновременно повернули головы в ту сторону.

На поляну начали просачиваться призрачные воины. Они были похожи на туман. Но природный туман так себя не ведёт. Я много раз видел утренний туман. Да, в своём мире во время командировок. Но законы физики везде одинаковые.

Этот туман к физическим процессам не имел никакого отношения. Это точно была магия!

Увидев призрачных воинов, демоны вскочили. И я физически ощутил, как они усилили защиту. Когда Тэмэр прогнал змей, демоны проснулись и восстановили защиту. Но она была на минимуме — только чтоб змеи снова не наползли. Но тут моментально врубили её на полную. И вовремя!

Туман поплыл вверх по куполу, выискивая щелочки, чтобы проникнуть внутрь.

Глянув с сожалением на мясо, я достал из ножен катану и вакидзаси. Хотя чем могли помочь клинки против тумана?

Глядя на меня, вскочили и приготовили оружие к бою Матакуши и Шикиша. А демоны тут же взяли нас в кольцо.

— Что это ещё за хрень? — спросил я.

— Будантай дайчин, — коротко пояснил Тэмэр.

Понятнее мне от его пояснений не стало. И я посмотрел на парней, может, они что-то знают?

— Это воины тумана Кирино Сенси, — сказал Шикиша. — Я читал про них в древних клановых книгах. Это воины, которые приходят с рассветом и забирают с собой всех, к кому прикоснутся. Безжалостно убивают и взрослых, и детей. От них невозможно защититься, они могут проникнуть в любую щелочку. Но я думал, что это сказки.

— Кирино Сенси? — удивлённо переспросил Матакуши. — Ими ведь только маленьких детей пугают!

— Выходит, не только… — ответил я, разглядывая ползущих по куполу призрачных воинов.

Тэмэр и другие демоны сосредоточенно смотрели на купол.

Я тоже посмотрел туда, и увидел, как туман потихоньку съедает купол, истончает его. Было понятно, что долго он не продержится. И что тогда?

— Чем мы можем помочь? — спросил я у демона.

— Призови свой меч, — попросил тот.

Я не знал, как нужно призывать мечи. Поэтому просто решил позвать его по имени, которое мне назвал белый дракон:

— Юшоуша!

И меч откликнулся золотистой волной, пробежавшей по лезвию.

— Меч ответил тебе, — сказал Тэмэр. — Попроси его усилить купол.

Чувствуя себя немного глупо, я представил золотоволосого юношу на иномирном цветущем лугу и произнёс:

— Юшоуша, помоги нам! Ты же можешь, да? Нужно усилить купол.

Золотистое сияние вокруг клинка стало ярче и распространилось до самого купола. И он засветился. Настолько ярко, что лучи света вырвались за пределы, пронзая призрачных воинов.

Те с шипением исчезали, но им на смену тут же наползали всё новые и новые. Несчётное количество. Как будто туман всего мира стянулся к месту нашего ночлега.

Сияние, пусть даже усиленное моей катаной, не выдержало натиска и начало меркнуть.

— Эх, мало нас! Не хватает сил! — с досадой произнёс Тэмэр и тут же позвал: — Найдвар!

Тот демон, который вчера жарил для нас луковицы и сегодня — мясо, тут же подскочил к Тэмэру.

— Бери десяток лучших воинов, больше я не смогу укрыть, и уводите людей по ручью! — сказал Тэмэр подскочившему к нему демону.

Тот посерел.

— По воде… — выдохнул он.

Вода для демонов — это что-то противоестественное. Я хорошо помнил, как демоны стояли на берегу озера. Они всячески избегали контакта с водой. И вот теперь Тэмэр говорил уходить по воде. Понятно, почему демон посерел.

— Они должны предстать перед правителем! — надавил на демона Тэмэр. А потом повернулся ко мне. — Дай твой меч!

Мне не хотелось никому давать катану, но в голосе Тэмэра было что-то такое, что я подчинился.

Он протянул руки над лезвием и, закрыв глаза, что-то прошептал.

Моя катана вспыхнула ещё ярче. Только в этот раз сияние не распространилось до купола, а окутало золотистым светом нас с парнями и демонов, отобранных Найдваром в группу сопровождения.

— Это на некоторое время скроет вас от будантай дайчин. Достаточное, чтобы Найдвар вывел вас отсюда, — сказал он мне, и в его голосе прозвучала теплота. — Поспешите! Мы не сможем долго сдерживать их.

— А как же вы? — спросил я у демона.

— Нас ждёт служба в личной гвардии бога войны Дайна Бурхана, — с улыбкой ответил Тэмэр.

Я поклонился воину.

— Спасибо вам!

Тэмэр поклонился в ответ и поторопил нас:

— Идите! Катану пока не убирай! Я дал ей свою силу. Пока она будет сиять, будантай дайчин вас не увидят. Кизаму, живи!

Кивнув Тэмэру, я, оставив катану обнажённой, убрал вакидзаси и, прихватив лопасть, рванул за демоном по имени Найдвар.

Десять демонов с посеревшими лицами ступили в воду. Мы последовали за ними.

Воды в ручье было по колено, и она была настолько ледяной, что мы сразу же задубели.

Через несколько шагов начало ломить от холода ноги. А потом — зубы.

Катана в моих руках светилась золотом. Это золото растекалось, окутывая нас с парнями и демонов, окруживших нас. Мы словно солнце катились вверх по ручью.

Призрачные воины не обращали на нас внимания. Их интересовал только купол и те, кто под ним. Им, наверное, и в голову не могло прийти, что мы с демонами уйдём по воде.

Это было странное ощущение — мы хорошо видели призрачных воинов. Шли, не скрывались. А они в нашу сторону даже не глядели. Словно, золотистое сияние моей катаны отвело им глаза.

Шли мы молча. Пока не оставили кустарник далеко позади. Только потом демоны вышли из воды.

— Нужно ещё пройти дальше, потом я высушу вашу обувь, — сказал Найдвар.

Я всё равно уже не чувствовал ног. Поэтому кивнул и продолжил переставлять их, как ходули. Когда нельзя согреть магией или у костра, то есть только один способ: двигаться. Хоть двигаться было больно. Ноги ломило так, что хотелось орать.

Но я двигался. И всеми фибрами души ненавидел этих грёбаных будантай дайчин. Мало того, что мы задубели, так ещё и мясо… Жаренное мясо. Осталось там. На месте нашей ночёвки.

А ещё там остались демоны. Чтобы прикрыть наш отход. Чтобы дать нам шанс выжить.

Внезапно кустарник, который мы оставили далеко позади, вспыхнул ярким пламенем.

Демоны остановились и повернулись к далёкому костру, прижав руки к сердцу. Они стояли и молча смотрели на пламя, которое стало погребальным, я чувствовал это.

Мы с парнями повторили жест. Около двадцати демонов остались, чтобы мы жили. Они заслуживают наше уважение и память.

А потом я шёл рядом с парнями, в окружении десяти демонов. И вспоминал… Вспоминал Тэмэра. Вспоминал второго дайчина великого Дайны Бурхана Зуунмода. Вспоминал других демонов, погибших, чтобы защитить нас. А в голове у меня звучала песня, которую пели демоны после битвы с арратанами. И в памяти проносились имена. Имена тех, кого бог войны Дайна Бурхан призвал к себе в личную гвардию — тех, кого призвал в прошлый раз, и тех, кого призвал сейчас.

Как только потух огонь, катана светить перестала, и я убрал её в ножны — так идти было легче.

Мы поднялись на взгорок, спустились в низину, снова поднялись на взгорок и снова спустились в низину. И остановились лишь тогда, когда Найдвар сказал остановиться.

Одежда уже почти высохла, и мы немного согрелись. Во всяком случае мне так казалось. Ровно до того момента, пока Найдвар не протянул к нам тёплые ладони.

Когда к заледеневшим ногам потекло тепло, их заломило с новой силой, заставляя нас с парнями скривиться от боли.

Пока мы грелись и сушились, то отдохнули. Хорошо было бы перекусить, но…

— Нам нужно идти быстрее, — сказал демон. — Будантай дайчин ещё пока могут догнать нас.

С другой стороны, Амфора для воды тоже осталась на месте ночёвки. Так что, мы шли налегке.

— Можно и быстрее, — ответил я Найдвару.

Поэтому, когда мы поднялись, то не пошли, а побежали.

Бежать с лопастью на плече было то ещё сумасшествие. Здравый смысл подсказывал оставить её.

«Ну если хочешь, — малодушно говорил я сам себе. — То можешь оставить в приметном месте. А потом, на обратном пути забрать её».

Я сам себе кивал, соглашаясь, что без лопасти мне будет намного легче.

И продолжал бежать с лопастью на плече.

В какой-то момент я понял, что давно не слышу Аргха. К тому же он не согрел меня, когда я шёл по ручью. И после того, как мы покинули ледяную воду и пошли посуху, тоже не появился.

Это вызвало у меня беспокойство. Последний раз он давал о себе знать вчера, когда предупредил о скорой метели. А потом согрел меня и дал силы. И больше я его не слышал.

«Аргх!» — позвал я демона.

Демон не отвечал, хоть я чувствовал: он жив.

«С тобой всё в порядке?» — снова спросил я.

Раздался тяжёлый вздох.

Потом демон негромко произнёс:

«Тэмэр мой сын»

Это было сказано просто. И от этой простоты вся боль Аргха обрушилась на меня.

Если бы я сам не был отцом, я может и не понял бы всю боль демона. Но я вот только вспоминал свою трёхлетнюю дочку, в своём сне катал её на белом драконе. Да я ради неё готов разнести к чёртовой матери весь мир! Сунуть голову в пекло и заделать эту грёбанную щель, поотрывать все щупальца Кутуруку и сказать, что так и было!

«Тэмэр был хорошим человеком!» — вырвалось у меня, прежде чем я успел подумать.

Аргх дёрнулся было, но потом согласно кивнул.

Да и в самом деле какая разница демон или человек? Смерть ребёнка — это смерть ребёнка. И то, что ребёнок — это взрослый демон, дело десятое. Для родителей он остаётся ребёнком.

«Почти сотня полегла. Сын погиб. Чтобы я…» — начал было Аргх.

Но я жёстко перебил его:

«Так сделай так, чтобы их смерти не были напрасными!»

Я понимал Аргха. Но слушать его самобичевания не собирался.

Пригорки закончились и начался подъём в гору. Бежать больше мы не могли. Мы и шли-то теперь с трудом.

Аргх снова согревал меня и давал лёгкость. Несмотря на это, я еле тащился. Но тем не менее, мы продолжали двигаться вперёд.

Хорошо хоть с водой стало полегче — ручьёв в горах встречалось побольше, чем на вересковых пустошах. Но голод давал о себе знать.

У меня перед глазами стояли испечённые кусочки змеиного мяса. Я мысленно откусывал от них. А потом сглатывал слюну и матерился — столько мяса пропало даром! Ну вот чего было не захватить их?.. Уж как-нибудь донёс бы! И те луковичные растения, что мы вчера ели, тут не росли — видимо, для них тут было уже высоко.

В общем, я из последних сил боролся с голодом, когда Найдвар дал знак остановиться на небольшой отдых.

— Дальше пойдём не по дороге, — сказал он, когда мы повалились на землю, чтобы дать роздых натруженным ногам и спинам.

— А до этого мы что, шли по дороге? — тут же спросил Матакуши.

Шикиша промолчал. Но на его лице был тот же вопрос.

И я понимал парней. Потому что там, где мы шли, дорогой назвать никак было нельзя.

Однако, я помнил полёт на белом драконе. Сверху дорогу было видно. И да, до этого мы шли по дороге. Но если мы выдохлись тут, то каково же будет на бездорожье?

— Нам придётся сменить маршрут по двум причинам, — начал объяснять Найдвар. — Во-первых, на дороге нас ждут. Враг знает, что мы идём, и постарается сделать так, чтобы мы не дошли.

Кто такой враг, мне объяснять было не нужно — я хорошо помнил беспросветную тьму, разлившуюся между зубьев гор. А вот у парней вопросы возникли.

— И кто враг? — напряжённо спросил Матакуши.

Я в первый момент не понял, что за напряжение. Но потом память подсунула картину, как демоны уничтожили отряд, посланный освободить нас, и всё встало на свои места. Матакуши наверняка думал, что для демонов враг — это люди. И Шикиша полностью разделял его мнение.

— Не, парни, — покачал я головой. — Люди тут не причём. Более того, и у людей, и у демонов общий враг.

Матакуши недоверчиво посмотрел на меня. Я бы даже сказал несколько враждебно.

Пришлось объяснить:

— Вы забыли про Кутуруку? — спросил я. — А ведь он не один! Таких мразей на земли людей пришло много!

— Но мы всегда так жили… — начал было Шикиша.

— Нет, не всегда! — перебил его я. — Там, где мы шли, раньше действительно была дорога, по которой люди ездили и ходили друг к другу в гости, торговали между странами. Я видел её сверху! Были поля, пасли скот. А сейчас люди заперты в городах. Они теперь полностью зависят от магии. Убери её, и в городах начнётся голод. Даже если демонов не будет. Какие там у вас кланы отвечают за обеспечение жителей мясом? Клан Яно? А свежей водой? Клан Мидзуно? Нам учитель в школе рассказывал… Наверняка есть специализации по другим продуктам питания и по тканям… А кто нам эту магию принёс?

— Боги, — уверенно ответил Шикиша.

— Боги… — повторил я. — И теперь мы полностью зависим от богов. Захотят они уничтожить нас и просто отнимут магию.

— Так разве это не из-за них? — Матакуши мотнул головой в сторону Найдвара. — Они напали на нас и заставили закрыться в городах, спрятаться за стенами.

— Ага, — согласился я. — Только сначала люди выпустили на свободу мерзость, которая согнала демонов с их земель и спряталась в наших городах под нашей защитой. Мы не себя от демонов защищаем, как вы не понимаете? Мы защищаем тех, кого назвали богами и поставили над собой. А они никакие не боги! — Я помолчал немного и закончил: — И демоны к вражде руки приложили, и люди тоже. Но это всё верхушка айсберга…

— Верхушка чего? — тут же переспросил Шикиша.

— Это самая вершина проблемы, — поправил я. — Корень проблемы совсем в другом.

— И ты знаешь в чём? — с насмешкой спросил Матакуши.

— Догадываюсь, — отрезал я. Но потом поправил: — Не догадываюсь, знаю точно. Мы должны закрыть щель между мирами. Чтобы арратаны, будантай дайчины и другие подобные им приспешники тьмы не лезли в наш мир.

— Они не нападают на людские города, — упёрся Матакуши.

— Пока не нападают, — поправил его я. — Но что ты будешь делать, ели призрачные воины атакуют Куроикабе. Ты был на стенах, знаешь, как устроена защита, вот и скажи, смогут люди их победить?

— Нет, — едва слышно ответил Матакуши.

— А ты, Шикиша, скажи, если вы встретитесь с арратанами в пустоши, ваши арбалеты помогут вам?

— Нет, — ответил Шикиша.

— Все эти твари идут оттуда, — я показал на вершины. — Туда, — Я показал в сторону долины, откуда мы только что пришли. — И это только вопрос времени, когда они дойдут до стен Куроикабе.

Парни молчали, придавленные не только усталостью, но и моими словами.

— Вторая причина, по которой нам нужно сменить маршрут, — как ни в чём не бывало продолжил Найдвар. — Заключается в том, что так мы сможем сильно сократить путь. Будет труднее, не спорю. Но зато быстрее.

Возражать ему никто не стал. Как будто парни выдохлись, пытаясь выяснить, кто настоящий враг.

— Есть ещё одна причина, — Найдвар как будто даже улыбнулся. — Ночевать мы будем в охотничьем домике.

— Вот с этого и надо было начинать, — тут же отреагировал я.

На тёплой земле спать, конечно, приятно. Но под крышей — ещё приятнее. Ну и охотничий домик вызывает ассоциации с добычей, а значит, с едой.

— Только до него ещё надо дойти, — охладил мой пыл Матакуши.

— Значит, нефиг лежать! — ответил я, вставая.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

В группе майора был старлей Евгенич. Его любимое было: «Давай вот тут напрямки». Он всегда произносил эту фразу с таким восторгом и уверенностью, что майор всякий раз вёлся. А потом материл старлея, когда в сотый раз группа оказывалась в непроходимых ебенях. Зато впечатлений и воспоминаний — туева хуча!

Глава 21

Когда мы карабкались по крутым склонам гор или по огромным камням курумника, меня грела и поддерживала только одна мысль: ночевать будем в охотничьем домике. Я старался не думать, кто построил этот домик, в каком он состоянии, откуда демоны знают про него. Я вообще гнал от себя любые вопросы. Потому что они отнимали слишком много сил. А их и так не хватало.

Я, конечно, при помощи магии немного облегчил свой «широкий меч». Но совсем немного — как выяснилось, использование магии тоже требовало сил, которых не было.

Мы шли по звериной тропке, по довольно-таки крутому склону. И теперь демоны не имели возможности прикрывать нас сбоку. Мы шли, вытянувшись в цепочку. Пятеро демонов шли впереди нас и пятеро позади.

Растительность на этом склоне была скудная — в основном травянистые кусты и куртины. Жарило солнце, но Найдвар попросил потерпеть, сказал, что скоро перейдём на другой склон, и там начнётся лес, будут ручьи, станет полегче.

Я, кивнул, хотя понимал, что легче будет не сильно, но ручей и тенёк — это хорошо. Хотя тут насекомых сдувает ветром, а в лесу они нам скорее всего дадут жару. А может, и не дадут. Смотря какая тут высота — сильно высоко насекомые не живут, им там холодно.

Нам же выбирать не приходилось, мы шли следом за демонами и не возмущались.

Виды, конечно, открывались чудесные. Розовато-сиреневая от цветущего верескового хеза долина лежала, как на ладони. На ней двумя чёрными кольцами, вложенными одно в другое, возвышался Куроикабе. Была б другая ситуация, я бы остановился полюбоваться, но сейчас, время от времени посматривая на красоту, я шагал дальше.

Шикиша запнулся и чуть не упал.

Матакуши подхватил его и беззлобно проворчал:

— Ты бы хоть иногда смотрел под ноги.

Шикиша засмущался. Но потом всё-таки сказал:

— Тут так красиво! Я в первый раз в горах.

— Я тоже, — поделился Матакуши, и в его голосе было неподдельное восхищение.

— А когда-то любой житель не то что Куроикабе, но и всей Баракушити мог приехать сюда на выходные… — сказал я.

Парни ничего не ответили. Но я видел, что они крепко задумались.

Ну что ж, пусть подумают. Думать иногда очень даже полезно. Главное, чтобы думали в нужном направлении.

Тропинка обвивала гору и всё время забирала вверх.

Я пытался найти сверху место схватки с арратанами, ручей, где меня похитили круглые морды Усны Сунс, озеро, где живёт возможно последний дракон господин Мизу, место нашей последней стоянки, где около двадцати демонов достойно отправились служить в личную гвардию бога войны Дайны Бурхана. Но сначала мы были низко по склону и потому было не видно, а потом эти места закрыла от нас гора.

В общем, я так и не увидел их с высоты. Но я знал, что они там есть. И по большому счёту мне этого было достаточно.

Мы преодолели выступ, и впереди показался лес. Хвойный.

Сами собой вспомнились сибирские кедры и кедровые орешки. Хорошо бы и тут что-то такое росло. Мы бы подкрепились — сейчас осень, орешки должны уже созреть.

Но нет. Не повезло. Деревья напоминали лиственницу, и шишки на них были точно без съедобных орешков. Но журчащий на опушке ручей помог мне с этим примириться. Правда ненадолго — как только мы утолили жажду, голод напомнил о себе с новой силой.

Напившись воды, мы присели отдохнуть, но Найдвар поторопил нас:

— Мы должны успеть дойти к охотничьему домику до заката, — сказал он.

— А далеко ещё идти? — спросил Матакуши.

Демон быстро кивнул:

— Далеко. Сейчас поднимемся на хребет, пройдём немного по нему и спустимся на другой стороне, — зачастил он.

Парни слушали демона, кивали. Но я видел, что понимания в их глазах нет. Ни тот, ни другой никогда не были в горах и не понимают, что стоит за словами «поднимемся на хребет, а потом спустимся с той стороны».

Я ничего не стал им говорить. Иногда лучше не знать заранее, а то страх отнимет силы. Это потом парней можно будет поздравить с первым в их жизни преодолённым перевалом. А сейчас пусть идут так.

Однако, далеко уйти от ручья мы не успели.

Первым попал под удар Шикиша. Он вдруг почувствовал головокружение, его затошнило, он начал задыхаться.

Это было очень похоже на горянку. За одним существенным отличием — слишком внезапно и слишком ярко всё началось. Минуту назад Шикиша улыбался и восторгался высокими деревьями — ни в самом Куроикабе, ни в окрестностях таких деревьев не росло. И вдруг раз! И всё! Ему поплохело.

Демоны сразу сгруппировались вокруг нас, но крутой склон не позволял свободно маневрировать. Да и как маневрировать, если не видно, откуда исходит опасность.

Следом за Шикишей побледнел и схватился за ближайшее дерево Матакуши. Его глаза были широко открыты, а в глазах плескалась паника.

Панику нужно было остановить.

— Так, парни! Смотрите на меня! — скомандовал я. — Носом вдох, ртом выдох! Носом вдох, ртом выдох! Давайте, дышите! И смотрите на меня! Вдох, выдох!

Матакуше удалось сфокусировать взгляд на мне, а вот Шикиши был совсем плох. Он упал на четвереньки, и его вырвало — желчью, потому что больше было нечем.

Демоны уже усилили над нами защитный купол, только он не помогал — Шикише и Матакуше становилось всё хуже.

Когда и ко мне подкатила тошнота, я усмехнулся: я много раз бывал в горах и никогда не страдал горянкой. А потому сразу понял: нас атаковали.

— Найдвар! — позвал я демона. — На нас напали?

Ответить он не успел. Один из демонов тоже посерел и упал, как подкошенный. Следом за ним другой.

Тоже серея лицом, Найдвар выдохнул:

— Уулын Сунс, горный дух…

— Как с ним справиться? — спросил я, пытаясь преодолеть головокружение.

Но Найдвар ответить мне уже не смог — он упал вслед за своими товарищами.

Нужно было срочно что-то делать, что-то предпринять.

В моём мире различные племена поклонялись духам, в том числе и горным. Приносили подношения. Только там духи природные. А тут?

Усны Сунс — круглые морды с птичьими лапами скорее всего были природными духами. Иначе они не помогали бы белому дракону. Может, и горный дух тоже природный?

Надежда была такой маленькой, но попробовать стоило.

Глубоко дыша, чтобы окончательно не накрыло панической атакой, я произнёс:

— Уулын Сунс! Прости нас, что мы пришли на твои земли без спроса! И прими подношение!

В моём мире племена привязывали на ветки деревьев белые ленточки.

У меня не было с собой белой ленточки. У меня никакой ленточки не было. Но что-то нужно было поднести духу.

Уже теряя сознание, я открыл сумку и достал свёрнутую в трубочку змеиную шкуру и, расправляя, протянул её перед собой.

— Прими!.. — прошептал я и отключился.

Я не знаю, сколько пролежал так.

Сначала услышал стрекотание кузнечика и щебет пичуги. Шорох и поскрипывание ветвей. Потом послышался стон.

Я сразу же открыл глаза и сел.

От резкого движения в глазах на миг помутнело, но быстро прошло.

Все демоны и Матакуши с Шикишей всё ещё лежали в отключке. Но судя по стонам, были живы.

Я встал, держась за ствол, поднял лежащую передо мной развернувшуюся змеиную шкуру и привязал на ветку.

Подумав лишь миг, я достал ещё три шкуры и привязал их так, чтобы парни и демоны оказались внутри четырёхугольника.

Я не знаю, почему делал именно так. Действовал по наитию.

В самом конце я достал последнюю пятую шкуру и сказал:

— Уулын Сунс! Прости меня и моих товарищей! И отпусти нас пожалуйста! А ещё защити, если за нами будет погоня, прошу тебя! — И с поклоном подвязал змеиной шкурой, как поясом, молодую лиственницу.

Я старался не думать о том, какую дичь творю. Но раз меня отпустило, значит, моя догадка по поводу того, что Уулын Сунс природный дух, была верна. А значит, нужно действовать, как дикие племена. Хотя такие ли уж они и дикие, если умеют общаться с природными духами? Я — цивилизованный человек — этого не знал и не умел. Но понимал одно: все действия должны быть искренними.

Что ж, я, подвязывая змеиные шкуры и прося о помощи, был как никогда искренен!

Едва я опоясал молодую лиственницу, по верхушкам деревьев пронёсся ветерок, и парни с демонами начали приходить в себя.

Конечно, и парни, и демоны выглядели измотанными, но все были живы, а это главное!

Когда Найдвар очнулся, он сел и, тяжело вздохнув, сказал, извиняясь:

— С духами всегда разговаривал старший. Я просто не знал, что нужно делать.

— А ты давно в армии? — спросил у него я, чтобы отвлечь.

— Это мой первый поход, — признался Найдвар. — Второй дайчин великого Дайны Бурхана Зуунмод не хотел меня брать, говорил, я мал ещё, но я очень просил.

Я смотрел на него и понимал, почему Тэмэр именно его отправил с нами и назначил старшим. Он просто пытался спасти жизнь молодому бойцу. Я сам поступил бы точно так же.

— А кто самый старший среди вас? — спросил я, показывая на остальных демонов.

— Я, — чуть слышно ответил Найдвар.

Хотелось материться. Но как-то при детях неудобно, хоть это и дети демонов.

— Это что же за необходимость была отправлять за нами детей? — проворчал я. — Ладно, сиди не сиди, а нужно идти! Уулын Сунс отпустил нас. Показывай, где охотничий домик!

Демон сник окончательно и прошептал еле слышно:

— Нет домика. Простите. Я специально сказал, чтобы вы шли побыстрее, иначе мы не смогли бы оторваться от призрачных будантай дайчин.

Шикиша с Матакуши переглянулись. Я прям физически почувствовал, что слова демона выбили у них почву из-под ног, отняли надежду.

Но с ними я разберусь попозже, а сейчас мне захотелось дать этому демоническому пацану подзатыльник. Хотя в чём-то он прав — лично меня мысль о ночёвке в охотничьем домике сильно согревала.

— Ладно, пойдёмте уже, — сказал я, поднимаясь. — Пока не придём на место, мы не будем в безопасности. Так ведь? — я посмотрел в глаза Найдвару, требуя от него правды.

— Так! — отчаянно закивал он.

— Ну вот и пошли!

Однако, ни Матакуши, ни Шикиша не поднялись.

— Что? — спросил я у них.

Парни переглянулись, и Матакуши решительно отрезал:

— Мы никуда не пойдём.

— Очень хорошо! — усмехнулся я. — Тут с Уулын Сунс останетесь или назад к будантай дайчин и арратанам пойдёте?

— Не твоё дело! — буркнул Матакуши.

— Ну, не моё, так не моё! — не стал я спорить. Лишь добавил: — Шикиша, если… Если вернётесь домой, попроси отца отпустить Изуми и Даичи, хорошо?

И шагнул к Найдвару, показывая, что готов двигаться дальше.

— Ты что, нас тут бросишь? — воскликнул Шикиша.

— Ну вы ж не хотите идти? — с усмешкой ответил я. — Насильно я вас не утащу, так что идите с богом! Дорогу помните? Хотя, ты же Шикиша, проводник? У тебя должно быть умение находить путь?

Шикиша автоматически кивнул и тут же смутился, понимая, что выдал свой секрет. Но я сделал вид, что меня это не касается.

Собственно, меня это и не касалось, у меня была своя карта. Правда точка стояла не у ворот из которых мы вышли, но это мелочи. Трек от неё записывался исправно.

Демоны поднялись, но не трогались с места, поглядывая на Шикишу и Матакуши.

— Чего встали? — спросил я. — Пойдёмте! И так много времени потеряли!

— Кизаму! — тут же окликнул меня Шикаша.

В его голосе прозвучало отчаяние.

— Да? — обернулся я.

— Мы устали, — начал пацан.

— И? — спросил я.

— Мы не знаем, куда идём и что нас ждёт…

— И? — снова спросил я.

— А вдруг то, что мы делаем будет во вред людям, — еле слышно закончил Шикиша.

Матакуши кивнул в поддержку и сказал коротко:

— Да.

— Вас последние события и встречи не убедили? — искренне удивился я. — Вы до сих пор сомневаетесь кто на чьей стороне?

— Но он… — Матакуши кивнул в сторону Найдвара, — соврал!

Шикиша перебил его:

— А вдруг мы ценные заложники? Вдруг потом будут шантажировать отца или императора, да будут его дни благословенны?..

Я смотрел на него и думал: «Вот за что мне этот детский сад?»

А вслух проворчал:

— Ох, что-то, наверное, Уулын Санс мозги вам попортил! — И повторил: — Вы свободны идти куда хотите!

— Куда мы пойдём? — всхлипывая, спросил Шикиша.

Я промолчал.

С одной стороны, я понимал парней. Они не знают того, что знаю я. И просто доверяют мне. А я не могу им всего рассказать. А с другой, — столько всего произошло. Уже можно было бы самим выводы сделать.

Хотя, возможно всё гораздо проще — парни голодные и устали. А тут что ни ночь, так приключения. Да ещё и новость, что никакого охотничьего домика нет. Я и сам расстроился, чего уж.

Но тут мои размышления прервал Шикиша.

— По поводу дара… — извиняясь сказал мальчишка. — Он не всегда срабатывает как надо. Иногда я не вижу, а иногда наоборот…

— И что? — спросил я.

— Мне кажется, что охотничий домик тут всё-таки есть, — Шикиша махнул рукой вверх и немного в сторону от того направления, которое указал Найдвар. — Вон там.

Я повернулся к Найдвару. Он пожал плечами и объяснил:

— Демоны видели в этих краях охотничий домик, но это было во время первого похода, точное место не запомнили — не до того было. За эти годы он скорее всего…

Что ж, ясно, что дело тёмно. Надо принимать решение самому. И я скомандовал:

— Идём к охотничьему домику, или что там увидел Шикиша. — И добавил, обращаясь к пацану: — Веди!

Как будто и усталости не было, как будто не шли целый день голодом, только припустил пацан во всю свою пацанскую прыть.

Да и не только он оживился. Казалось, все получили толику заряда от восторженного мальчишки.

Хотя чему радоваться? Там скорее всего развалины… Но вдруг сохранились крыша и стены?

Шагали бодренько, не обращая внимание ни на крутой склон, ни на отсутствие тропинок. И вскоре действительно вышли… К избушке. Охренеть не встать!

Лиственницы до последнего скрывали её, так искусно она была сделана и расположена.

Сложенный из лиственницы домик, выглядел крепким. Стоял на столбиках рядом с огромным камнем. Неподалёку протекал ручей. Крыша дома была закрыта древесной корой и щедро присыпана хвоей. К двери вело крепкое крыльцо. Дверь подпёрта снаружи…

Последний раз тут люди были явно не сто лет назад.

Не знаю где как, а в моём мире у некоторых народов подпёртая снаружи дверь означала, что хозяев дома нет. Возможно, и тут так же — подпёрто-то не изнутри.

Оставалось понять, кто хозяин этой избушки и как давно он отсутствует. Не хотелось бы нарушить законы гостеприимства.

Хотя есть и другой неписанный закон — в охотничий домик можно заходить, пользоваться там всем, только уходя следует оставить порядок, дрова и по возможности продукты — для других людей, кто придёт в этот домик.

Прежде чем подняться на крыльцо, мы обошли домик вокруг, изучая следы. Поиск затруднял плотный слой хвои. Следов на нём не оставалось.

Я имею ввиду человеческих следов не было. А вот помёт и погрызенные веточки говорили, что тут водятся зверушки, возможно, вполне пригодные в пищу. Вот только как на них охотиться, если мы не знали их повадок?

Не обнаружив ничего подозрительного, я принял решение идти внутрь.

Первым зашёл Найдвар. Оглядел домик внутри и вышел.

— Пусто! — сказал он.

Но мне не нужно было его заключение. Я и так знал, что там пусто — иначе дверь не была бы подпёрта снаружи.

И тем не менее, мы с парнями зашли не спеша, внимательно осмотрелись.

Дом был крепким и сухим. Слишком крепким, если он построен до нашествия демонов. За то время, пока у людей с демонами идёт война, он без присмотра уже развалился бы, каким бы крепким он ни был изначально.

Но если у него есть хозяин, который поддерживает дом в порядке, то кто он? И самое главное: где он? Очень важно понимать, чего следует от него ждать?

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Существуют неписаные законы поведения в лесных избушках.

— Всегда оставляйте дров для растопки больше, чем было до вашего прихода.

— Приносите в избушку что-нибудь полезное и оставляйте это после своего ухода.

— Во время каждого посещения избушки потратьте немного времени на ее облагораживание или ремонт, если это необходимо.

— Продукты в землянке оставляйте только в подвешенном состоянии, чтобы они не стали доступны мышам.

— Оставляйте после себя какие-нибудь продукты, спички, свечки и т. д.

— Уходя, обязательно наведите порядок, подметите пол, вымойте всю посуду, закройте качественно входную дверь.

— Вещи, которые могут отсыреть, обязательно закрепите в подвешенном состоянии.

— Не срезайте живые деревья в радиусе минимум 100 метров вокруг избы.

— Не разбрасывайте мусор вокруг избушки, не бросайте окурки, особенно зимой. Летом после таяния снега вы ужаснетесь, глядя на помойку вокруг лесного жилища.

— Скопившийся мусор закапывайте в землю в специально отведенном для этого месте, зимой просто складывайте мусор в одно место.

Глава 22

Печка в домике была. И даже дрова были заготовлены, и растопка лежала рядом. И котелок мы нашли вместе с посудой! Просто праздник какой-то! Как мало человеку надо! Было б ещё что положить в котелок, мы вообще счастливы были бы! Но в столе и на полках было пусто.

Я чего-то такого и ждал, но всё равно небольшое разочарование ощутил. Видимо, подсознательно всё же надеялся — а вдруг? Однако, крыша над головой, печка, миски с кружками и котелок — это уже не мало!

Шикиша тут же побежал к ручью, чтобы ополоснуть котелок и набрать воды. Хотя бы согреть. И может, травок каких найти или что-то типа смородинового листа — будет чай. Но и даже просто горячая вода из кружки — это уже хорошо! Это вам не ледяная прямо из ручья.

Матакуши пошёл вместе с Шикишей — составить компанию да осмотреться. Вдруг да действительно найдётся, что бросить в котелок. Ну и вдвоём, конечно, лучше, чем одному — всё-таки место незнакомое и возможно опасное. Хотя, вся эта домашняя обстановка так и приглашала расслабиться и отдохнуть.

Я тем временем растопил печку. А потом пошёл, наломал веточки травянистого кустарника, сделал веник — решил подмести в доме и вообще навести уют.

Демоны ушли от домика сразу же, как только мы начали хлопотать по хозяйству. Мы с парнями словно бы остались втроём, но я знал, что демоны рядом и придут по первому зову. Но звать их я не собирался. Я так соскучился по нормальным человеческим условиям, что сейчас мне хотелось поменьше магии. Я даже огонь разжёг найденным на полке над печкой кресалом, хоть Найдвар и предлагал свою помощь.

Поняв, что нам их помощь не нужна, демоны и ушли. Как сказал Найдвар:

— Осмотрим что тут и как.

Я не стал останавливать их. Пусть идут куда хотят. Мне нужен был хотя бы один спокойный вечер…

Лес, домик, печка, ручей — всё это так напоминало мне мой мир, что я был просто счастлив. Как ребёнок счастлив. Я представлял себя на выезде с друзьями в лес. Например, на охоте. Тем более, что домик явно охотничий — я не раз бывал в подобных в своём мире.

Из убранства тут были печка у входа, две широкие лавки для сна и стол между ними. Два окошка — одно маленькое над дверью. Второе располагалось над столом, оно было побольше и закрыто ставнями. На стенах были приделаны крючки для одежды или для продуктов — чтобы мыши не добрались. К сожалению, ничего на крючках не висело. На столе стояла кое-какая посуда. Старая и запылённая. Конечно, положить в неё было нечего — я не нашёл, даже соли. Впрочем, это было бы слишком хорошо. Но тем не менее, я собрал миски и кружки и тоже отправился к ручью, чтобы ополоснуть их.

На моё удивление у воды не оказалось ни Шикиши, ни Матакуши, ни котелка, ни следов — все следы, если они и были, скрывала хвоя.

Миски с кружками тут же полетели на землю, а катана покинула ножны.

Сердце заколотилось как бешенное. Блин! Как так? Их же двое! Неужели даже вскрикнуть не успели? И где их тела? Должны же быть следы волочения, если тела уволокли. Ну или следы борьбы — вряд ли парни сдались бы без боя. Или всё-таки нападение было внезапное? Чёрт! Зачем я отпустил их одних?!

Держа оружие наизготовку, я начал внимательно осматривать всё вокруг. Но вокруг разливались тишина и спокойствие.

И вдруг в стороне хрустнула ветка.

Я тут же повернулся в ту сторону и увидел среди деревьев мирно шагающего Матакуши.

Не успел я облегчённо выдохнуть, как защитник стены присел, что-то поднял с земли, встал прошёл несколько шагов, снова присел.

— А тут ещё есть! Да много так! — раздался чуть в стороне голос Шикиши.

Всё ясно. Что-то собирают.

Я отправил катану в ножны и пошёл к парням, ругая себя на чём свет стоит — ведь можно было активировать карту, и я сразу увидел бы, что с парнями всё в порядке.

Когда я подошёл поближе, сердце затрепетало от радости — Матакуши и Шикиша собирали грибы!

Котелок был уже полный, и подол рубахи Матакуши — тоже.

— А они съедобные? — спросил я.

— Демон сказал, что да, — с совершенно счастливой улыбкой ответил Шикиша. — Нужно только их отварить.

Я внутренне усмехнулся этому абсолютному доверию. Вот только Шикиша возмущался, что Найдвар обманул нас, а теперь готов рискнуть жизнью и отведать грибочков. Хотя, печёный лук из рук демонов мы уже ели, так почему бы не поесть грибов по их рекомендации?

Грибы были похожи на опята. В моём мире опята тоже растут осенью. Так что, может, и съедобные. И сейчас это очень кстати — хоть поедим, а то уже кишка кишке рапорт пишет.

— Пойдёмте, поставим эти грибы вариться, — предложил я. — Печка уже разогрелась, чтоб дрова зря не жечь. Да и пока ещё сварятся…

Я видел, что парни готовы были ещё собирать грибы, но голод оказался сильнее, и мы пошли к ручью.

Ополоснули посуду, почистили грибы, сложили их в котелок, набрали воды и пошли к избушке.

Глянув на обрезки грибов у ручья, я подумал, что после нас следы есть — сразу видно, что кто-то в домике.

Меня эта мысль скребанула тревогой, и я предложил парням идти в дом и ставить котелок на огонь, а сам пособирал обрезки грибов и, вырыв ямку в хвое, закопал их. Конечно, от следов я не избавился, но теперь они хотя бы были не такие заметные.

Но, когда я повернулся к избушке, настроение совсем упало — дым из трубы тонкой белой струйкой вздымался в начинающее уже темнеть небо. И его никак не закопаешь. А видно издалека — как маяк…

Вздохнув, я пошёл в домик. В конце концов, грибы сварить нужно. И желательно на два раза, чтобы все токсины из них выварились. А потом уже можно будет затушить огонь в печи.

Матакуши и Шикиша сидели перед печкой и гипнотизировали котелок.

В комнате было полутемно. Окошко над дверью практически не давало света. А ставни на втором окне мы решили не открывать. Так что, единственное более-менее нормальное освещение давало только пламя в печке — через щели в дверке и кружки на плите. Плюс сама плита раскалилась до малинового цвета.

— Ложитесь, поспите, — предложил я парням. — А я пригляжу за грибами. Как сготовятся, разбужу вас. А то кто его знает, как пройдёт ночь.

Парни с большой неохотой легли на лавки — один на одну, другой на другую.

Но легко сказать идите поспите. А как уснуть, когда в животах бурлит, а по комнате плывёт грибной аромат?

«Эх, сейчас бы маслица, картошечки, лучка и сметанки, — думал я. — Можно было бы нажарить грибов с картошкой. А тут ведь даже соли не нашлось. Но не до жиру, быть бы живу».

Вода в котелке закипела. Я приоткрыл крышку и помешал грибы. Поварившись, они сильно уменьшились в объёме.

Прихватив котелок тряпицей, я вышел на улицу и слил воду. Потом сходил к ручью и набрал чистой воды. Заодно и ополоснул крышку, к которой прикипели остатки пены.

Вернулся в домик и снова поставил котелок на огонь. Раскалённая плита зашипела от попавшей на неё воды.

Потом приоткрыл печку и подкинул пару поленьев.

Дым, конечно, от них будет сильнее, но чем быстрее грибы сварятся, тем быстрее мы сможем затушить пламя. Тем более, что в избушке было уже не просто тепло, а жарковато.

— Где ты всему этому научился? — спросил у меня Матакуши. — Ты так ловко со всем этим управляешься…

— Детство было трудное, — отшутился я.

— У тебя же две матери и няня, — удивился Шикиша.

— Потому и трудное, — усмехнулся я, вспомнив, как выстраивал мамочек и няню в свой первый день в этом мире.

Разве ж я тогда мог подумать, что пройдёт совсем немного времени, и я окажусь далеко в горах.

— А я своих родителей не помню, — признался вдруг Матакуши.

— Как так? — удивился я. — А за кого тогда ты просил Хэчиро Такаги?

— За приёмных родителей, — ответил Матакуши. — Они вырастили меня. Воспитали. Помогли попасть на стену. Защитники ведь неплохо зарабатывают.

— А причём тут мой отец? — спросил Шикиша.

— Твоему отцу приглянулась моя сводная сестра Эйко. Он просил у моего отца её руки. Но Эйко любила другого и умоляла отца не отдавать её Хэчиро. Отец поддержал дочь, к тому же жених у неё был хороший. Не такой знатный, но очень хороший человек. Ну и отец с Хэчиро поскандалили, и глава клана Такаги, пообещав, что оставит сестру в покое, начал всячески усложнять нам жизнь. Сестру, а потом и отца выгнали с должностей. Мама ухаживала за младшими детьми и не работала. Семья моментально осталась без средств к существованию. И если бы не мой заработок, то им совсем плохо пришлось бы. И тут Хэчиро раскрылся во всей красе! Предложил решить все проблемы, если Эйко согласится стать его наложницей. А про наложниц главы клана Такаги рассказывают страшное… Не долго живут они и умирают в мучениях.

Шикиша нахмурился. Я видел, что ему очень неприятно такое слышать. Но Матакуши наконец-то открылся, и я попросил:

— Продолжай!

В конце концов, пусть Шикиша увидит ситуацию с другой стороны. Понимаю, что сейчас у него могут разрушиться какие-то иллюзии, но пусть учится жить своей головой.

— А что тут продолжать? — вздохнул Матакуши. И посмотрев на мальчишку, сказал: — Прости, парень, но твой отец, чтобы надавить на отца, послал молодчиков. Они подкараулили меня и ударили, когда я совсем не ждал нападения. Я должен был умереть, но выжил и обрёл силу, — Матакуши усмехнулся. — Я потом своими стальными кулаками хотел навалять Хэчиро, но меня схватили и отправили в тюрьму. Дальше вы знаете.

Да уж! Представляю, что чувствовал Матакуши, когда мы были в доме Такаги. И ведь даже виду не подал!

Молчали мы недолго. Неожиданно Шикиша сказал:

— Я сын наложницы.

Мы с Матакуши одновременно повернулись к пацану:

— Что?!

— Моя мама была наложницей, — повторил мальчишка и голос его дрогнул.

— Почему была? — спросил я и тут же отругал себя.

Вдруг по больному ударил?

— Она умерла, когда я родился, — чуть слышно ответил Шикиша.

Мне было жалко пацана. А заодно стало понятно, почему Хэчиро так рисковал своим вторым сыном. Сын наложницы не мог стать наследником. Хотя, отцовские чувства к пацану он всё-таки испытывал, раз послал погоню.

И тут меня как обухом по голове ударило!

А с чего это я решил, что это Хэчиро послал погоню, а не, скажем, мой отец, когда узнал от вернувшейся группы сопровождения, что демоны взяли нас в плен?

Но если это так, то Изуми в очень большой опасности!

И я ничем не могу ей помочь…

Пока не могу, — поправил я себя.

— Мы должны побыстрее дойти до города демонов, заручиться поддержкой и как можно скорее вернуться в Куроикабе, — сказал я.

Парни только вздохнули. Да и чего говорить — и так всё ясно.

Пока мы разговаривали, грибы сварились.

Я слил воду с котелка и разложил грибы по мискам.

— Сейчас ещё кипяточку согреем, — сказал я и, пока остывают грибы, поспешил к ручью.

На улице было уже практически темно. Но из-за того, что всё освещение в комнате — это только пламя, виднеющееся сквозь щели в печи, глаза мои к темноте были привычны.

Я, конечно же был настороже. Шёл, прислушиваясь к звукам и вглядываясь в темноту.

Лес был полон звуков: щебетали ночные птицы, шелестели на ветру кроны деревьев, были ещё какие-то звуки, которые я распознать не мог. Но они были естественными для ночного леса.

Сдерживая колотящееся сердце, я подошёл к ручью, помыл котелок, зачерпнул воды. И вызвал карту, чтобы глянуть, где находятся демоны и есть ли ещё кто поблизости. И выматерился — ну чего я не вызвал карту раньше? Ведь несколько раз вспоминал об этом! Ведь чувствовал: что-то тут не так!

Как оказалось, под домиком был подпол. И в нём находились четверо человек.

Подхватив котелок с водой, я поспешил в избушку.

Шёл и думал: как быть? Показать, что мы знаем, что они там? Или сделать вид, что не знаем? Но как тогда спать? Вдруг мы уснём, а они вылезут и прирежут нас? Может такое быть? Конечно, может! Но если покажем, что знаем, и они выйдут, что тогда? Как они нас примут? Ведь мы буквально ввалились в их жилище…

А ещё я восхитился — это надо же так жить! Не оставлять никаких следов жизнедеятельности, всегда быть настороже, чтобы в любой момент иметь возможность спрятаться. Ведь не могли же они заранее знать, что мы сюда придём. Это же получилось случайно. И ведь успели же укрыться! А мы даже не заметили.

Да, демон говорил про охотничий домик, но он не знал, где тот находится. И если бы не способность Шикиши, то мы прошли бы мимо. Так что, либо у них сторожки стоят, и мы их не заметили, или какая-то магия… В любом случае времени у них было немного. Ну сколько мы от ручья шли? С полчаса наверное. Ну может час, вряд ли больше.

В общем, я поднялся на крыльцо так ничего и не решив.

Парни уже разделались со своими грибами и посматривали на мою миску.

Я поставил котелок на печку и сел за стол.

По-хорошему нужно было выждать с полчасика, посмотреть, как грибы подействуют на парней. Чтобы если что, то хоть один человек оставался в адеквате. Но мы уже потеряли жаренную змеятину, терять ещё и грибы я не собирался.

Собственно, поэтому я решил сначала поесть, а потом уже что-то предпринимать. В конце концов на нас прямо сейчас никто не нападает. Так что можно сначала и поужинать.

Да, соли не хватало. И сметаны. И хлеба… Да и мяса, чего уж там! Но тем не менее, грибы закончились слишком быстро, хоть я и старался есть медленно.

Я, собираясь с мыслями, посидел ещё минуту над пустой миской и, вздохнув, предложил:

— Парни, пойдёмте-ка, помоем посуду да прогуляемся до ветру перед сном.

Парни уже расслабились и подниматься не хотели.

— Давайте, ленивые жопы! Вставайте! Нужно помыть за собой посуду! — прикрикнул я.

— Может, назначим дежурного? — лениво предложил Матакуши.

— А писать за тебя тоже дежурный будет? — с усмешкой спросил я. — Вставайте! А то потом, когда разоспимся, сон прерывать вообще жалко будет!

Я звал ребят на улицу не потому, что так сильно заботился о крепости их сна. Просто хотел увести подальше от домика и там без лишних ушей обсудить с ними ситуацию и решить, что делать.

Не знаю, что больше подействовало: мои доводы или моя настойчивость, но Матакуши и Шикиша встали и, прихватив свои миски, с неохотой поплелись на улицу. По дороге костеря меня на чём свет стоит.

Однако, мне их ругательства были пофиг. Главное, что они вышли из домика и, надеюсь, мы не вызвали подозрений у тех, кто в подполе.

Мы дошли до ручья, и только там я сказал уже совершенно серьёзно:

— Есть разговор. Возможно, нас ждут неприятности.

Сонливость тут же слетела с ребят.

Рука Матакуши автоматически потянулась к ножнам, но меч остался в домике — непростительная оплошность! Но я не мог сказать ему: «возьми с собой катану» и при этом не привлечь внимание тех, кто под полом. Ну что ж, будем надеяться, что те четверо по-прежнему сидят в подполе.

Я видел, как Матакуши разрывает между желанием бежать за оружием и потребностью сначала выслушать меня.

— Склонись к ручью и делай вид, что полощешь миску, — прошипел я.

Матакуши тут же подчинился, а Шикиша с такой скоростью сунул свою чашку в ручей, что та ударилась о дно. Странно, что не разбилась.

— Что случилось? — спросил Матакуши, тоже опуская миску в воду.

— Не спрашивайте, откуда я знаю, — предупредил я, мне совсем не хотелось посвящать их в мою способность вызывать карту.

Дождавшись кивка Матакуши и Шикиши, я продолжил:

— Мы в домике не одни. Там есть подвал и в нём находятся ещё четыре человека.

— Откуда ты… — начал было Маакуши, но поймав мой взгляд, сразу осёкся.

— И что теперь делать? — спросил Шикиша.

— Вот и давайте решать, — ответил ему я и добавил: — Я не знаю кто они, есть ли у них оружие. Но я готовился бы к худшему.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то майору пришлось сопровождать генерала на охоту. Генерал любил поохотиться на кроликов. Местный егерь знал об этом увлечении генерала и заранее отлавливал кроликов, а потом выпускал их перед самым началом охоты.

В тот раз, когда генерала сопровождал майор, вышел казус. Егерь оплошал и по причине хорошего распития накануне не успел вовремя собрать необходимое количество кроликов. Чтобы избежать сцены: «генерал в гневе», егерь придумал следующее: натянул кроличьи шкурки на выводок кошек, которые жили у него.

И вот выходят генерал с майором с ружьями наперевес. Но при первом же выстреле егерские кролики махнули на деревья и исчезли в листве.

Говорят, с тех пор генерал пить бросил совсем.

Глава 23

Парни некоторое время молчали, переваривая новость.

Я не торопил их, понимал, что сначала нужно осознать, а потом всё хорошенько обдумать. Вот так внезапно узнать, что в доме, где ты только что чувствовал себя в полной безопасности, на самом деле ни фига не безопасно, это я вам скажу требует осмысления.

Наконец, Матакуши выдал:

— Демонов звать не вариант.

— Согласен! — поддержал его я. — Они могут сделать с этой четвёркой то же, что и с теми, кого отправили нам на выручку. То есть, убить. Так что мы должны решить всё сами. Всё ж таки там люди.

— А если сказать тем, кто в подполе, что мы знаем про них и предложить им вылезти? — предложил Шикиша.

— И пока будут вылазить из подпола, обезоружить их, — добавил Матакуши.

— А они дадут себя разоружить? — засомневался Шикиша.

Я вздохнул.

— Это вряд ли. Я бы не дал.

— Я бы тоже не дал, — поддержал меня Матакуши. — Но надо. Для нашего спокойствия.

— Значит, нужно сделать так, чтобы их атака не удалась, — подвёл я итог.

— А как это сделать? — спросил Шикиша. — Их же четверо! Больше, чем нас. — И быстро добавил: — А они видят, где мы находимся? Ну, когда мы в домике.

— Да кто ж его знает? — пожал я плечами. — Видят вряд ли. Но на слух, я думаю, определить могут.

Матакуши кивнул:

— Скорее всего ты прав.

— Значит, они знают, что у них численное преимущество, — Шикиша немного скис.

— Численное преимущество ещё ничего не решает, — ответил я. — У них позиция не выгодная. Они не могут напасть все скопом. А мы — можем.

— Не то чтобы можем… — поправил меня Матакуши. — Нападём скопом на первого, а второй уже может двигаться практически беспрепятственно… А там ещё и третий, и четвёртый…

— Тоже склоняюсь к этому, — согласился я. — Думаю, нам нужно скоординировать наши действия. Вот только я не знаю, где вход.

— Ну, там не десять комнат, — пожал плечами Матакуши.

— И то верно, — согласился я.

Я вздохнул. И порадовался, что вариант, сделать вид, будто мы ничего не знаем, выспаться и завтра уйти, никому в голову не пришёл. Парни прекрасно понимали, что ночевать в такой ситуации в этом доме нельзя. Да и на улице тоже нельзя — это ещё хуже. У четвёрки будет возможность выйти из дома и перегруппироваться. К тому же места эти они знают лучше.

Был ещё вариант сейчас собраться и уйти, но далеко ли мы уйдём ночью, к тому же ещё после непростого дневного перехода?

В общем, решили сообщить людям, засевшим в подполе, что мы про них знаем и предложить им подняться наверх. Пообещать, что мы их не тронем, а завтра утром спокойно уйдём и забудем дорогу к этому охотничьему домику.

Ну и решили, что Шикиша залезет на одну лавку, Матакуши на другую, а я останусь у входа. Рассредоточимся, так сказать. И объявим, чтобы выходили. Сразу на троих напасть они не успеют, а у нас оружие будет наготове. И когда они выйдут, быстренько обезоружим и всё. Убивать не будем. Если, конечно, они не вынудят.

Собрав помытую посуду — не бросать же её — мы вернулись в дом.

Посуду составили на стол. Я автоматически сдвинул на край котелок, вода в котором уже закипела. А потом по моему знаку все заняли оговоренные раньше позиции и я, стукнув несколько раз пяткой в пол и выдохнув, громко и решительно произнёс:

— Уважаемые хозяева этого чудесного домика. Спасибо вам за гостеприимство. Мы знаем, что вы сейчас находитесь в подполе. Мы не причиним вам вреда. Пожалуйста, выходите!

В избушке повисла тишина.

Переглянувшись с Матакуши и Шикишей, я добавил:

— Не заставляйте нас ломать пол и вытаскивать вас насильно. Выходите сами! Я даю вам слово офицера, что мы не причиним вам вреда.

Парни удивлённо глянули на меня, но тут же их внимание привлекли зашуршавшие, а потом сдвинувшиеся в сторону доски. В центре комнаты, прямо между лавками.

В образовавшуюся дырку высунулась женская голова — темноволосая и в мелких кудряшках.

— Вы точно не причините нам вреда? — уточнила женщина.

Она была молода, лет двадцать. Скорее, девушка.

Я растерялся от неожиданности и ответил автоматически:

— Я же дал слово. Вас никто не тронет.

Девушка, поддерживая платье, совсем не такое, какие носили жители Куроикабе, вылезла из подпола. Она была одета в длинное зелёное платье, немного расклешённое к низу, с широкими рукавами и подпоясанное тканным цветным поясом, свисающим длинными концами до колен.

Следом за ней вылезли двое ребятишек — мальчик примерно ровесник Шикиши или чуть младше. Он был одет в тёмные штаны и рубаху. И тоже подпоясан цветным поясом. И девочка от силы лет шести. На ней была длинная рубаха с расшитым фартуком.

Не типичная для этих мест одежда, чего уж!

Последней подпол покинула женщина в возрасте. В похожем платье, только цвет коричневый и на поясе другой рисунок. Её волосы были седыми и убраны в пучок на затылке.

Обуты все были в лёгкие кожаные туфли, что тоже сильно отличалось от принятой здесь обуви.

В комнатушке сразу стало очень тесно.

— Садитесь! — предложил Матакуши, пододвигаясь в угол.

Пожилая женщина, обняв детей, присела на краешек. Молодой места на лавке уже не хватило. Она осталась стоять, смиренно опустив руки.

Шикиша молча сдвинулся, и она села рядом с ним.

Открытый подпол остался зиять чёрным провалом. Но я не стал задвигать доски на место — успеется.

И обе женщины, и дети были худыми. Мне сразу стало стыдно за грибы, которые мы съели. Но мы их уже съели, и ничего тут не поделаешь.

Мои парни были растеряны и обескуражены. Да и я тоже не ожидал такого поворота. Мы готовы были драться, а тут оказывается вон оно как.

— И давно вы тут живёте? — спросил я у девушки.

Она пожала плечами:

— Давно. Пять лет уж.

Мы с парнями переглянулись. Две женщины с двумя детьми пять лет в лесу в горах, далеко от людей… И пусть мальчишка уже большой, но всё равно он не мужик ещё, чтобы взять на себя обеспечение и охрану семьи. Да и женщины на вид не охотницы или воительницы. Значит, где-то есть мужики.

Видимо, Матакуши подумал о чем-то подобном, потому что спросил:

— Вы одни тут?

Девушка вздрогнула, а ребятишки заёрзали, но седая прижала их к себе покрепче, как бы пытаясь защитить.

— Где ваши мужья? — спросил я напрямую.

Девушка напряглась. В её глазах промелькнула тревога.

— Я же сказал, что мы не причиним вам вреда. Ни вам, ни вашим мужьям. Если, конечно, они сами не нападут, — повторил я. — У нас своя задача. Мы переночуем и уйдём. Если хотите, заберём вас с собой…

— Нет! — девушка замотала головой.

— Нет, так нет, — согласился я. — Так, где ваши мужья?

— Охотятся, — чуть слышно ответила девушка.

Мы с Матакуши переглянулись.

Сразу же в голове пронеслось много мыслей. От — опасность нужно ждать снаружи, а не изнутри. И до — что будет, если охотники натолкнутся на демонов? А я обещал, что мы не тронем их мужей! Нужно было срочно связаться с Найдваром.

«Аргх», — мысленно обратился я к демону.

«Что?» — с недовольством спросил он.

«Предай Найдвару, что снаружи есть люди, чтобы он их ни в коем случае не трогал, но чтобы приглядел за ними», — приказал я демону.

Тот недовольно запыхтел.

«Я кому сказал?» — пристрожился я.

«Передал», — буркнул в ответ демон.

«Ты точно передал? Сказал, чтобы их не трогали?», — уточнил я.

«Сказал», — недовольно ответил демон.

«И даже если будут вести себя агрессивно, всё равно не убивать!» — добавил я.

«Хорошо, — ответил демон. И вдруг добавил: — Ты готов рискнуть своей жизнью? И из-за кого? Из-за кучки дикарей?»

«Из-за людей! — мысленно рявкнул я. — И не смей больше так отзываться о людях!»

Мне иногда казалось, что, если бы у Аргха была возможность разделиться со мной, он бы меня уже грохнул — настолько сильной была его ненависть к людям. И больше всего его бесило, что он вынужден подчиняться мне.

Хотя я заметил, что его агрессия, направленная на этих женщин и детей, была ещё сильнее, чем ко мне или жителям Куроикабе.

Я мысленно общался с демоном и внимательно рассматривал внезапных хозяев охотничьего домика. Они явно были не местные. Интересно, откуда они пришли сюда и что погнало их в такую даль в такое опасное время. И как всё это время они выживали?

По-хорошему нам нужно было бы сейчас спать и набираться сил. Но как тут уснёшь? Пока не разберёмся что к чему, пока не решим, что делать, ни о каком сне и речи быть не может!

И всё же я сказал:

— Матакуши, Шикиша, вы ложитесь, подремите. Завтра будет сложный переход.

— Откуда ты знаешь? — спросил Матакуши.

Я пожал плечами:

— В горах лёгких переходов не бывает.

— А куда вы идёте? — спросила девчушка.

Её голосок прозвенел, как колокольчик.

Девушка вздрогнула и дёрнулась в сторону девочки. А пожилая женщина ещё сильнее прижала девчонку, как курица, прячущая цыплёнка под крыло.

— Не бойтесь, мы с детьми не воюем. Да и нет ничего такого в её любопытстве, — улыбнулся я. И ответил уже девочке: — Мы идём по важному делу, чтобы наконец-то настал мир и прекратилась война с демонами.

— Поэтому вы идёте вместе с демонами? — спросила ободрённая моим ответом девчушка.

Обе женщины побледнели.

— Соня! — одёрнула девочку седая женщина.

А меня как молнией ударило от прозвучавшего имени. Я даже слова девочки про демонов не сразу осознал.

— Как вы назвали девочку? — спросил я, внезапно осипшим голосом.

— Соня, — ответила женщина.

— Соня… — повторил я, катая имя на языке, имя из моего мира. — Соня… Софья… София…

Теперь уже все уставились на меня.

А я смотрел на девочку и улыбался как дурак.

— А откуда ты знаешь моё полное имя? — тут же спросила Соня.

Я пожал плечами и ответил со всей теплотой, на которую только был способен:

— Знаю и всё. А с демонами да, мы идём вместе с ними как раз, чтобы закончить войну.

Мне очень хотелось расспросить, как зовут остальных людей. Но ещё больше я хотел узнать, откуда они сюда пришли. Вдруг они тоже перенеслись из моего мира. Соня… Надо же? Соня!

И только спустя время до меня дошло — девочка спросила, почему мы идём с демонами. Получалось, она знала про демонов?

«Она видела, как Найдвар заходил в избушку!» — отмахнулся я от подступающей тревоги.

Но чутьё подсказывало: не всё так просто! Не могла она из подпола увидеть…

— Откуда вы пришли? — задал я вопрос, который волновал меня с самого начала, а после того, как я услышал имя девочки, стал для меня самым важным на этот момент.

«Дикари они!» — прошипел Аргх.

Но я от него отмахнулся.

«Сам ты дикарь! Бросаешься на людей!» — ответил я демону.

«Они не люди, — продолжал настаивать на своём Аргх. — Они дикари!»

Слышать это было невозможно.

«Да с чего ты взял?! — возмутился я. — Они нормальные люди. Немного запуганные и всё».

Но тут дверь открылась, и в избушку, пригнувшись, с рычанием влетел Найдвар. И сразу же в его ладони появился огонь, который осветил всё вокруг получше, чем пламя от щелей печки.

Стали хорошо видны изможденные лица и испуганные глаза, в которых отразилось пламя.

— Дикарррри! — зарычал демон и замахнулся на женщин с детьми, готовясь запустить огонь в них.

— Не смей! — заорал я на демона и закрыл людей собой.

Найдвар в недоумении остановился.

— Ты не понимаешь! — начал объяснять он. — Это дикари! Их надо убить! Сразу!

— Нет, твою мать! — отрезал я. — Вы не будете убивать людей! Даже если это, как вы говорите, дикари!

Мы стояли и буровили с Найдваром друг друга взглядами. Краем глаза я видел в приоткрытую дверь, что и остальные демоны собрались около охотничьего домика. Наверняка сейчас стояли, ждали команды Найдвара.

Наконец, Найдвар опустил взгляд и повторил за мной:

— Мы не будем убивать людей, даже если это дикари.

— Вот так-то лучше, — ответил я и немного расслабился.

Меня, если честно покоробило поведение демонов. И вызвало тревогу — слишком настойчиво твердили они, что эти запуганные люди дикари, и что их нужно немедленно убить.

Но одно я знал точно, я не дам в обиду людей. Пока не буду уверен, что они действительно опасны. Но и тогда я не отдам их демонам. Люди должны разбираться с людьми самостоятельно.

И вдруг позади меня раздался голос. От неожиданности я даже подскочил.

— Мы пришли за тобой, воин света, — сказала девушка. — Мы ждали тебя в этом доме пять лет. Наш шаман сказал, что ты придёшь сюда, и демоны тебе подчинятся.

— Он не пойдёт с вами! — рявкнул Найдвар.

— Это мы ещё посмотрим! — ответила девушка и подняла руку. В ладони у неё появилось синее пламя. — Уйди с дороги, демон, — угрожающе прошипела она.

Пламя в руках девушки разгоралось и готово было вот-вот сорваться.

Я сразу понял, куда, точнее в кого полетит это пламя и, раскрыв руки, загородил собой демона:

— Лядь! Что за херня тут творится?! — заорал я. — Вы что, поубивать друг друга решили?! Не позволю!

Раздался лязг металла, и я увидел, как Матакуши и Шикиша обнажают оружие.

Седая женщина повела рукой, и парни уронили свои катаны, как будто те внезапно стали весить по тонне.

— Стоять! — со всей силы долбанул я магическим приказом. — Не двигаться!

Тронувшееся было с рук девушки пламя, замерло в воздухе, а она удивлённо посмотрела на меня.

— Как же вы меня задолбали! Уберите оружие! — приказал я парням и добавил, обращаясь к пожилой женщине: — Отзовите свою магию! Никто никому не причинит сегодня вреда! Вы меня слышите?

И тут я увидел полный восхищения взгляд девочки Сони.

— Не переживай, Соня! — сказал я ей. — Сегодня никто не пострадает!

И девочка ответила. Но не мне, а пацану:

— Вот видишь, Бориска! Я была права! Я сразу поняла, что он настоящий воин света!

Имя мальчика острыми когтями скребануло по душе.

Бориска показал Соне язык и скорчил рожу.

Она скорчила рожу в ответ.

Наблюдая за детьми, я спросил у девушки:

— Откуда вы пришли сюда? И как мне вас называть?

Она помолчала немного. Потом сжала ладонь в кулак и синее пламя исчезло.

Я глянул на Найдвара, и он с неохотой потушил огонь в своей ладони.

Избушка тут же погрузилась в темноту.

И тогда я достал свой нож и приказал ему:

— Свети!

Свет был не ярким, но достаточным, чтобы видеть всех — кто что делает.

Я посмотрел на девушку, ожидая ответа.

Не обращая внимания на демона, как будто они только что не пытались уничтожить друг друга, она сказала:

— Меня зовут Радомира. Её, — девушка кивнула в сторону седой. — Агния. Имена детей вы уже знаете. Мы сюда пришли из страны Долгих Лесов. Наш шаман предсказал, что мы встретим здесь тебя. Ты должен пойти с нами.

— С чего это? — дёрнулся Найдвар.

Но девушка не обратила на него внимания, как будто его не существовало вовсе. Она стояла и смотрела на меня.

— С чего это? — повторил я вопрос демона.

— А почему демоны, — медленно произнесла она, глядя мне в глаза, — которые враждуют с людьми, жертвуя собой, ведут своих злейших врагов к своему правителю? Почему они это делают?

— И ты знаешь, почему? — спросил я, понимая, что особо не задавался этим вопросом.

Для меня было достаточно уверенности, что я должен закрыть щель между мирами, чтобы остановить распространение иномирных существ, которых тут считают богами. Но так ли это на самом деле?

— Конечно, знаю! — с улыбкой ответила Радомира. — Они используют тебя. А ты этого даже не замечаешь!

— Да как ты смеешь?! — зарычал на неё Найдвар.

«Не слушай её!» — завопил Аргх!

— Продолжай! — приказал я.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Вертолётчики в части майора любили прикалываться. Если тянут, к примеру, танк или БТР на внешней подвеске, вертушку в облака загоняют, а БТР снаружи оставляют и так летят не спеша. Ребята с АH-24 говорили, что видели один раз такой летающий танк. Шли по маршруту, а им передали, что встречным курсом МИ-8 идет. Они давай искать его. Видят: что-то летит, но точно не вертолет. Подошли поближе — твою мать, ТАНК! Говорят, чуть крыша не съехала. Подвески не видно, только танк, медленно покачиваясь, свистит под облаками. И доперло до них не сразу, что это та вертушка и есть.

Это была та самая вертушка, обломок лопасти от которой сейчас аккуратно стоял около двери.

Глава 24

— Мы приложили много сил, потратили много времени, чтобы Макото смог провести призыв духа… — начала рассказывать Радомира.

После того, как она упомянула имя сэнсэя, уже никто не смог бы убедить меня не слушать её. Аргха я просто заткнул. А Найдвару сказал:

— Либо слушай молча, либо уходи! Я хочу узнать их версию.

Шепча проклятия, демон уселся прямо на пол, всем видом показывая, что ни за что на свете не оставит меня наедине с дикарями.

— Продолжай! — сказал я девушке.

И она продолжила:

— Мы снабдили Макото старинными книгами, постарались сделать так, чтобы он нашёл нужную информацию, дали ему нужные ингредиенты. Даже поделились силой! Чтобы только он призвал тебя. Мы всё делали тайно, но демоны узнали о призыве и решили помешать. Они параллельно провели свой ритуал. В результате всё пошло не так, и в тело сына старейшины, которого мы подготовили для роли воина света, вселилось сразу два духа — великого воина из другого мира и демона из нашего. Предполагаю, что демоны просто хотели заменить духа и подсунуть своего…

Найдвар дёрнулся и возмущённо зашипел. Но промолчал. Видимо, подействовал мой приказ слушать молча.

Матакуши и Шикиша тоже слушали — с открытыми ртами.

Я усмехнулся. Такая информация на неподготовленного слушателя! Представляю, что у них там в головах сейчас творится!

Ладно, с парнями потом разберусь. А сейчас…

— Когда ритуал закончился, — продолжала Радомира. — Демоны напали на пещеру. Хотели забрать тебя, но у них ничего не вышло, Макото не позволил.

Всё, что рассказывала она, совпадало с тем, что произошло на самом деле и чему свидетелем был я. И это было странно — слышать от совершенно незнакомого человека подробности, о которых знают всего два человека — я и сэнсэй Макото. Не думаю, что Ёсико была посвящена во все детали. Хотя, кто его знает?

Ну ладно, допустим знают три человека — я, сэнсэй Макото и Ёсико. Хотя про Аргха не знают и они… А вот эта женщина, которую я вижу впервые в жизни, знает!

Да, я считал, что авантюра с моим призывом — задумана и приведена в действие исключительно Макото. И исключительно для того, чтобы добыть для себя меч. Во всяком случае, Макото рассказывал мне именно такую версию. И вот теперь оказывается, что всё совсем не так! Что это была международная операция. Запланировали её и помогли осуществить третьи лица. И цели их мне не известны.

То есть, по большому счёту тут налицо профессиональная работа иностранной спецгруппы. Точнее, сразу двух. Потому как об этой операции знали не только дикари из страны Долгих Лесов, но и демоны. И свой вклад в призыв меня так или иначе внесли и те, и другие. Слишком большой круг тех, кто осведомлён, получается. И у всех по поводу меня свои планы.

И ещё момент: и те, и другие знали о переселении моей души. Но знали ли они о мече, о моём Юшоуше? И это был важный момент. Потому что, например, Макото больше интересовал меч, и я ему нужен был для того, чтобы достать его.

Но не буду спешить задавать этот вопрос. Если не знают, то пусть это останется моей тайной. А вот другой вопрос задам.

— Зачем вам нужен был этот ритуал, и почему вы сами не провели его? Зачем привлекли Макото? — спросил я у Радомиры.

— Для ритуала нужна была пещера из чёрного камня. В наших краях таких нет. А у вас в своё время Юнмей позаботилась о таких местах. Когда поняла, что грядут большие перемены.

Имя древней богини судьбы, произнесённое как бы между прочим, прозвучало не просто странно. Оно прозвучало дико. И это несмотря на то, что я сам узнал о ней совсем недавно.

— Зачем вам я? — снова повторил я свой вопрос.

— А зачем ты демонам? — ответила вопросом на вопрос Радомира.

Я задумался: а что я знаю о целях демонов?

Едва мы оказались за стеной, как Аргх позвал своих соплеменников, и они принеслись очень быстро! А потом Зуунмод сказал, что я должен предстать перед их правителем. Но я и сам хотел того же. Поэтому не знаю, как они поступили бы, если б я сопротивлялся.

А дальше демоны вели нас, защищая от любых опасностей и жертвуя собой. Но это могло быть и потому что я для них ценен, и потому что им так приказали — демоны безоговорочно подчиняются приказам, я в этом уже убедился. Да что далеко ходить? Вон Найдвар скрипит зубами, но сидит молча.

По большому счёты мы с демонами ни разу не говорили о целях моей встречи с правителем. Я только понял, что для них жизненно важно, чтобы встреча состоялась.

Но что-то ответить Радомире было надо. И я выдал свою версию:

— Видимо, демоны хотят закрыть щель между мирами и прекратить наступление тьмы…

— Ты в этом уверен? — с усмешкой спросила Радомира.

Найдвар тут же подскочил и закричал с негодованием:

— Ты всё врёшь! — и повернувшись ко мне заговорил горячо: — Кизаму, не верь ей! Дикари искусные лгуны. Они заморочат тебя! Оглянуться не успеешь, а уже будешь плясать под её дудку! Вспомни, мы же защищали тебя и твоих товарищей. Ну да, я один раз обманул тебя с домиком, но я уже сказал почему. Мы честны с тобой, мы действительно хотим закрыть щель между мирами! Наш народ очень страдает от иномирного нашествия! Ты нужен нам только для того, чтобы спасти наш народ!

Радомира стояла и насмешливо смотрела на демона.

Он же вынужден был оправдываться. И потому рядом с Радомирой его позиция выглядела более слабой.

Но проблема в том, что в моём мире моя страна тоже частенько проигрывала информационные войны и вынуждена была оправдываться за фейки. И её позиция в таких ситуациях тоже была слабой. Но правда-то оставалась за ней!

С другой стороны, всё, что пока рассказала Радомира, было правдой. Я сам был свидетелем событий, о которых она говорила.

А ещё я знаю, что любую правду можно подать под таким углом, что, не сказав ни слова лжи, можно солгать во всём.

Ну и демоны… Чтобы доставить меня к правителю, отправили в том числе и детей — Найдвар тому подтверждение. Какими бы ни были у них порядки, но рисковать детьми станет только тот, кто находится в отчаянном положении. Так что, вполне возможно, что по поводу щели в иномирье всё так и есть. Хотя, тут только догадки и никаких фактов.

А вот Радомира говорила только о фактах. Никаких эмоций или догадок.

Если посмотреть на ситуацию с точки зрения кто враг, кто друг, то с демонами мы воюем. Но и со страной Долгих Лесов мир заключили всего лишь пять лет назад. Отец нынешнего императора подписал мирный договор.

Интересно было бы почитать этот договор, узнать, что пообещал наш император, чтобы добиться мира? Мир нужен нам, чтобы не воевать на два фронта, так что контрибуция должна быть не маленькая. А ещё хотелось бы выяснить, связано ли с этим договором то, что у нас сменился правитель? И… Радомира сказала, что они тут живут уже пять лет. Получается, что с момента подписания мирного договора. Интересно, а эти события связаны?..

Я помнил из рассказов Райко, что война со страной Долгих Лесов началась, когда из скалы был вытащен легендарный клинок императора Каса. Помнил, что они хотели заполучить этот клинок.

А как теперь? По-прежнему хотят? И связана ли с этим императорская программа, над которой работают Оринэ и Райко?

В общем, передо мной стояла трудная задача — нужно было решить, чью сторону принять. И я не знал, чью. К тому же я устал, и голова совсем не варила. Мне требовалось время, чтобы всё осмыслить. И желательно в это время поспать. Но будет ли у меня такая возможность, вот в чём вопрос! А спать уже хотелось! И сильно!

Найдвар пылал ненавистью, но не нападал на Радомиру. Он чётко выполнял приказ не убивать людей. И это, кстати, говорило в его пользу.

А Радомира явно провоцировала его. Стояла, смотрела с высока и ухмылялась.

Вот, пожалуй, её ухмылка и помогла принять решение.

— Так зачем я вам нужен? — спросил я. И добавил: — Обоим! И вам, и вам! — я ткнул пальцем сначала в сторону Радомиры, потом в сторону Найдвара.

— Мне нечего добавить, — сказал Найдвар. — Правитель приказал доставить тебя, чтобы ты помог нам закрыть щель между мирами.

— Скажи уж, что это вы возможно поможете ему, если сил хватит, конечно, — съязвила Радомира.

Демон зашипел в ответ. Но, верный приказу, не тронулся с места.

Я кивнул демону, что принимаю его ответ, и посмотрел на девушку.

— Я уже трижды спросил тебя, зачем я вам, — сказал я ей. — Но ты ни разу не ответила.

Надменность сразу же слетела с её лица. Теперь её вид был смиренный, как будто это не она только что провоцировала демона, чувствуя, наверное, свою безнаказанность.

И тут послышался мягкий, успокаивающий голос Агнии.

— Радомира, дочка, сядь, — негромко попросила она.

Девушка на удивление подчинилась без лишних слов.

Агния повернулась ко мне.

— Кизаму, — сказала она. — Или как к тебе обращаться?

— Называй Кизаму, — ответил я.

— Кизаму, — повторила она. — Не сердись на Радомиру. У неё отца, моего мужа, и брата демоны убили. Совсем недавно. Вот она и не может справиться с чувствами.

— Недавно — это когда? — уточнил я. — И где?

— Тут неподалёку, — ответила Агния и добавила: — Два дня назад.

Найдвар ненадолго задумался и потом сказал почему-то мне:

— Это не мы. Наших в этих краях два дня назад не было.

— Вы всё врёте! — вспыхнула Радомира. — Может и не лично вы, но точно ваши!

— Нет! — решительно оборвал её Найдвар.

— Откуда ты знаешь? Может, это другой отряд! Мало ли тут ваших бродит? — продолжала наседать Радомира.

— Никого из нашего народа в этих краях два дня назад не было! — стоял на своём Найдвар. Либо это было не здесь, либо это не мы убили ваших мужчин.

— Ты уверен? — спросил я.

— Абсолютно! — совершенно серьёзна ответил демон.

— Но откуда он может знать?! — начала было девушка.

— Поверь на слово, это не они, — перебил я её, понимая, что о способности демонов к телепатической связи она не знает.

Почему-то от осознания того, что этим людям известно не всё, мне стало легче.

— Меня тревожит этот факт, — встрял Матакуши. — Если это не демоны, то кто?

— Вы видели тех, кто убил ваших мужчин? — спросил я у Радомиры.

— Нет, — ответила она. — Но я много видела убитых демонами. Тут всё тоже самое.

— Я бы с удовольствием убил тебя, женщина, — прорычал Найдвар. — Но не надо нам приписывать то, чего мы не делали!

— Демон, требующий справедливости? — хмыкнула Радомира.

— Радомира, остынь! — мягко одёрнула её Агния. — Вспомни, зачем мы здесь!

Голос Агнии нёс покой и умиротворение.

Радомира вздохнула и опустила голову. Мелкие чёрные кудряшки закрыли лицо, скрывая от нас выражение её глаз.

В наступившей тишине раздался голос Шикиши:

— Здесь кроме демонов полно разных… — он осёкся и закончил фразу явно не так, как планировал: — Есть кому убивать, в общем. Мы, пока шли сюда, встретили арратанов и воинов тумана Кирино Сенси.

Глаза Бориски загорелись.

— Прям настоящих арратанов? — он подался вперёд.

— Настоящих, — подтвердил Шикиша.

— И ты с ними сражался? — с восхищением спросил Бориска.

— Мы все сражались, — ответил Шикиша.

— И даже демоны? — недоверчиво спросил пацан.

— Их много погибло, — ответил Шикиша.

Его лицо стало суровым, и я понял, что и его пробрало во время похоронного обряда после битвы с арратанами.

Я слушал пацанов и чувствовал, что мне хочется сесть, привалиться к стене и закрыть глаза. И чтобы перебить подступающий сон, спросил:

— Вы сказали в самом начале, что ваши мужчины охотятся… Сколько их и где именно они охотятся?

— Охотились, — дрогнувшим голосом ответила Радомира. — Два дня назад…

Я кивнул. Мне, конечно, было жалко девушку, но сейчас нужно было принять серьёзное решение, поэтому я не мог позволить себе сочувствие.

Повернувшись к Агнии, я спросил:

— Вы сказал Радомире, чтобы она вспомнила, зачем вы здесь. Так вот, зачем вы здесь?

— Мы пришли за тобой, — спокойно ответила седая женщина.

— Мы идём на четвёртый круг, — устало вздохнул я. — Или говорите зачем я вам, или я прикажу связать вас для безопасности. У нас был очень тяжёлый переход, мы сильно устали и хотим спать. Так что, лучше говорите.

— Хорошо, я расскажу, — не стала спорить Агния.

Бориска дёрнулся было возмутиться, но Агния надавила на его плечо, и он успокоился.

— Не спорь, Бориска, — тут же вмешалась Соня. — Я сразу говорила, что воину света нужно всё рассказать. Иначе будет хуже.

Бориска скорчил девочке рожу, однако, дёргаться перестал.

— Нас послал старший шаман, — мягко произнесла Агния. — Того, что твой дух призвали, мало. Тебя нужно ещё обучить. Ты ведь своей магией практически не пользуешься. В общем, тебе нужен учитель. И наш шаман готов стать твоим учителем.

— Во-первых, я уже поучился в императорской академии магии, — усмехнулся я, проигнорировав слова о шамане. — Во-вторых, а почему я должен пользоваться магией? И в-третьих, ты так и не сказала, зачем я вам. Мне что, клещами вытаскивать из вас ответ? Хотя, возможно, клещи — это как раз то, что нужно…

— Не надо пыток, — правильно поняв мой намёк, тут же возразила Агния и тепло улыбнулась.

— А что мне остаётся делать? — с легкомысленным видом пожал я плечами, словно речь шла о какой-то ерунде.

Женщина негромко произнесла:

— Нашему народу нужна помощь…

— Что? — засмеялся Найдвар. — Великим дикарям из страны Долгих лесов нужна помощь? Ты серьёзно? Вы просите о помощи?!

Агния не обратила внимания на слова Найдвара. Она пристально смотрела на меня и мягко, успокаивающе улыбалась.

— Какой именно помощи вы ждёте от меня? — спросил я, зевая.

Соня с интересом посматривала то на Агнию, то на меня, то на демона.

Бориска тоже посматривал, но хмуро.

Радомира, казалось, полностью погрузилась в свои размышления, закрывшись от мира кудряшками.

— Пусть он выйдет! — попросила Агния, указав на Найдвара. — Я не хочу, чтобы демоны знали.

Найдвар фыркнул в ответ и не пошевелился.

— Это не имеет смысла, — пожал я плечами.

— Почему? — спросила Агния.

— Ты же сама рассказывала, как прошёл призыв…

Говорить прямым текстом, что со мной в теле Кизаму находится демон Аргх я не стал. Агния мне показалась умной женщиной, сама должна догадаться, что я имел ввиду. А, признавая истину слов Радомиры, тем самым ещё больше шокировать Шикиши и Матакуши я не хотел.

Агния задумалась.

Я не мешал ей, хотя очень хотелось поторопить, потому что, глаза уже слипались.

Наконец, после долгих размышлений Агния произнесла:

— Мы хотим освободить из заточения богиню судьбы Юнмей.

«Не верь ей!» — тут же поделился своими мыслями Аргх.

— Вот как?! — усмехнулся Найдвар. — Освободить Юнмей? Ничего оригинальнее придумать не смогла?

И я был согласен с демонами.

— С чего это вдруг вам приспичило освобождать чужих богов? — спросил я.

— Юнмей не всегда была вашей богиней, — с мягкой улыбкой ответила Агния. — Когда-то ей поклонялись мы. И мы хотим вернуть её в страну Долгих Лесов.

— Зачем она вам? — продолжил я задавать вопросы.

— Юнмей богиня судьбы. Судьбе подчиняются все, даже боги, — Агния пожала плечами.

— Но ведь она оставила вас. Стала покровительницей Баракушити, — я пытался понять всю подоплёку общения с местными богами, но наплывающий сон делал мысли тягучими.

Ответила мне Радомира:

— Это была ошибка, то, что мы отпустили Юнмей.

Её голос прозвучал резко и неожиданно.

Я встрепенулся, вырываясь из сна, и глянул на парней. И увидел, что Шикиша уже крепко спит. Да и Матакуши клюёт носом.

И тут Радомира нетерпеливо поднялась и направилась в мою сторону.

Я точно не спал. Я видел, как она наступила в провал открытого подпола. Прошла над ним, как будто там был прочный пол.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Насколько сильно майор любил дочку, настолько его иногда бесила жена. Особенно, когда он пытался выяснить у неё некоторые детали, о которых она по какой-то только ей ведомой причине говорить не хотела или не считала нужным.

Глава 25

Я не успел отреагировать. Я смотрел, как Радомира наступает в пустоту, и это доходило до меня бесконечно медленно.

«Ты чего, уснул, что ли?! — орал в моей голове Аргх. — Просыпайся немедленно!»

А я не спал, нет!

Наверное, не спал.

Потому что видел, как подскочил Найдвар.

Более того, я видел, как в избушку влетели другие демоны.

Видел синее и жёлтое пламя в руках у женщин и у демонов.

И слышал визг девочки Сони.

— Воин света не должен пострадать! — кричала она.

Видел Бориску, он кинулся ко мне. Но меня уже схватили за руку демоны и потянули на выход.

Я автоматически схватился за рукоятку лопасть вертолёта.

Прикосновение к металлу выдернуло меня из сна окончательно.

— Лежать! — рявкнул я приказом с такой силой, что как в том Ералаше все присутствующие показали неадекватные реакции. — Всем лежать! — повторил я тише, с удивлением наблюдая, как Радомира упала на отверстии в подпол и теперь изо всех сил пытается не свалиться туда, но и подняться не может, елозит над дыркой в полу.

Матакуши и Шикиша ошалело смотрели на меня. Они и до этого лежали, поэтому мой приказ для них ничего не изменил. Разве что теперь они не могли поднять головы от лавки.

Раньше я магией почти не пользовался. Видимо, поэтому теперь они были потрясены — не ожидали от меня такой силы. Да я сам, признаться, не ожидал.

Агния и Соня повалились на лавку — в ноги Матакуши.

Бориска лежал рядом со мной. Он продолжал тянуть руки ко мне, хоть и не мог пошевелиться.

Демоны вообще повалились друг на друга.

Даже Аргх по ощущениям лежал. Лежал и усмехался. Мне показалось, что он был доволен…

— Матакуши, Шикиша, — обратился я к парням. — Свяжите их всех хорошенько. И рты им заткните, — я кивнул на хозяев избушки.

Я понял, что Агния применила какую-то магию, через слова. Усыпила нас. И если бы не несдержанность Радомиры, сейчас связывали бы нас. И хорошо, если только связывали.

Верёвка была лишь у Матакуши и у меня. Шикиша шёл проводником, да ещё и в сопровождении группы поддержки. Поэтому ни ядов, ни верёвок у него не было.

Можно было, конечно, взять длинные пояса хозяев избушки и связать ими, но я побоялся, что это магические вещи — может же такое быть? Свяжем женщин поясами, а они хоба — и развяжутся!

Короче, привет, паранойя! Но тут, среди магов, поневоле станешь параноиком. Особенно, когда тебя только что чуть не усыпили.

Матакуши и Шикиша тщательно связали Радомиру. Чем заткнуть ей рот не нашли, потому использовали конец её пояса. Я решил, что на кляп он вполне сгодится.

Радомира сопротивлялась, но против моих приказов и двух парней у неё не было шансов.

Девушку уложили на лавку. Точно так же связали Агнию и уложили рядом с Радомирой. Благо, обе были худые, а лавки достаточно широкие.

Тщательно связанного трепыхающегося Бориску уложили в ноги к женщинам. А Соню…

Соню я связал сам. Аккуратно, стараясь не причинять ей лишних страданий.

— Извини, — сказал я ей.

Она улыбнулась и ответила:

— Всё так и должно быть.

— Ты прорицательница что ли? — решил пошутить я.

На что девочка ответила:

— Я ж говорила, что ты воин света! Ты всё про всех знаешь! И ты поступаешь так, как должен.

Мне стало неловко, но я подавил чувства и вставил ей кляп из её же фартука. Развернул его внутренней стороной — она показалась мне почище, и вставил. А то, если она ещё поговорит, желание развязать хотя бы её, возьмёт верх. И чем это закончится для нас, я не знаю. Наверняка ничем хорошим.

Хозяева избушки были тщательно связаны и уложены на лавки — Соню я не стал сваливать в кучу, а с комфортом положил на вторую лавку.

Закончив с хозяевами, я посмотрел на открытый подпол и уже потянулся, было, закрыть его, как любопытство взяло верх, и я решил осмотреть место, где прятались эти женщины и дети. Это могло дать нам дополнительную информацию о наших пленниках и помочь решить, что с ними делать дальше.

Приказав демонам не спускать глаз с наших пленников, но при этом не причинять им вреда, я, подсвечивая себе ножом, заглянул в подпол.

Помещение внизу было побольше, чем здесь, и намного комфортнее. Сразу стало понятно, что жили они постоянно там, внизу, возможно даже все пять лет. Ну или за пять лет обустроили там себе вполне уютное жилище. Потому-то мы в избушке и не нашли ни продуктов, ни вещей, ни других следов жизнедеятельности. И если бы не моя способность вызывать карты, то вполне могли оказаться в очень незавидной ситуации.

Кстати, о картах… Прежде чем спуститься в подпольное жилище наших пленников, я вызвал карту и убедился, что вокруг нет никого посторонних — ни людей, ни крупных животных или монстров.

Оглянувшись на парней, я попросил демонов поддерживать в комнате свет, пока меня не будет.

Найдвар тут же засветил на ладони огонёк. Мне показалось, с большим удовольствием.

Я напомнил ему, что пленники не должны пострадать, а потом мысленно перекрестился и ступил на лесенку.

Чувство тревоги потихоньку ныло, но не вопило, и это главное. Ведь осмотреть жилище было важно. По тому, как человек живёт, по его дому можно очень многое сказать о его привычках и о том, что для него имеет ценность.

А жили наши пленники хоть и скромно, но с некоторым комфортом.

Большая комната под землёй была условно поделена на три зоны — две спальные и одна кухонная. В одной спальной стояло три кровати, и в другой — тоже три. Что подтверждало слова о том, что тут жили ещё два мужчины. Подтверждения того, что их больше нет в живых, не было. Как и того, что они ещё живы и находятся где-то в другом месте. Их просто сейчас тут не было и всё.

Сделаны кровати были из брёвнышек и веток. Застелены хвойными лапами, мхом, а сверху — матрасами, набитыми сухой травой. Подушки тоже были набиты сухой травой. А вот одеяла были шерстяные. И так как ткацких станков и отар овец тут не наблюдалось, то можно предположить, что жили наши пленники не так уж и изолированно.

Хотя, в Куроикабе я тоже не видел хлопковых или льняных полей, отар овец и мясоферм, а ткани и мясо были. За счёт магии. Может, и тут магия помогала?

Но в Куроикабе занимались поставками целые кланы…

С другой стороны, тут народу сильно поменьше — легче обеспечить необходимым.

Ладно, разберёмся!

Над одной кроватью на женской половине на полке, вырезанной в земляной стене, стояли с десяток книг с разными символами на корешках, больше походящими на руны, чем на буквы. На второй из кроватей лежали клубки тонкой шерстяной нити и веретено. Рядом лежала распушённая шерсть, приготовленная для прядения.

Кровать Сони была ожидаемо меньше остальных. На ней в хаотическом порядке лежали кристаллы, косточки, фасолины, колечко с привязанной ниткой, связанные в букетик и отдельные пёрышки, несколько странных монет с символами, похожими на те, что украшали корешки книг.

Я вздохнул, вспомнив Машку. Я ей купил такой классный кукольный домик! Настоящий дворец для принцессы! А тут ребёнок вынужден играть всякой ерундой.

Игрушки Сони меня потрясли. Я решил, что как-нибудь сделаю для неё нормальную игрушку. Ну или куплю. Правда все мои деньги остались в академии магии. Кто ж знал заранее, что у нас в результате вот такой поход получится? Да и где покупать? В горах что ли?

Ладно, что-нибудь придумаем! Но у ребёнка должны быть нормальные игрушки!

Кровать Бориски тоже выделялась размерами — была меньше, чем другие на мужской половине. Мальчишка любил вырезать из дерева фигурки. И у него неплохо получалось! Мог бы вырезать сестре игрушку!

Ладно, у него есть родители, чего это я с осуждениями лезу? Им виднее, как воспитывать своих детей.

Один из мужчин любил работать со шкурками животных — обрабатывал и шил из них тёплую одежду. Рядом с кроватью на столике аккуратной высокой стопкой лежали длинные меховые рубахи, шапки с завязками под подбородком и сапожки по типу унтов из моего мира.

Я даже удивился, почему из шкур не сделаны, к примеру, одеяла. Да и на полу шкур тоже не было — ни одного лоскутка!

Вообще пол был ничем не застелен, простой земляной пол — хорошо утоптанный и чисто выметенный. Даже странно, что ничем не утеплён! В отличие от стен, на которых висели ковры… Точнее, не ковры, а шерстяные одеяла.

Про первого мужчину было понятно, а вот чем предпочитал заниматься в свободное время второй мужчина, я не понял. Его кровать была самой большой и самой крепкой, что говорило о его большом росте и крепком сложении.

Осмотрев обе спальные зоны, я перешёл на кухонную.

Если честно, я именно с неё и хотел начать осмотр, но сознательно оттягивал. Потому что боялся, что потом осматривать остальное жилище не будет ни сил, ни желания. Ведь грибы давно переварились, и голод от одной мысли, что тут может быть еда, вспыхнул с новой силой.

Еда была — супчик, лепёшки, варёное мясо.

Почувствовав, как рот наполняется слюной, я отвернулся от стола. Потому что меня внезапно озарило: если вот так основательно жить, то невозможно было не оставить в избушке следов! Ведь ходили на охоту, приносили брёвна, мох, траву. Где-то брали шерсть… А значит, должны быть следы! А раз их не было, то должен быть ещё один выход!

Я по новой осмотрел подпольное жилище и выход-таки нашёл! Он был завешен одним из шерстяных одеял. Я сначала подумал, что это одеяло просто для тепла или для красоты повесили, но, похлопав, обнаружил ход.

Длился он метров семь-восемь и заканчивался деревянной дверью. Она была плотно приставлена к выходу и имела удобную ручку, позволяющую отодвинуть дверь в сторону или подпереть изнутри. Сейчас дверь была подпёрта.

Естественно, я открыл её и вышел наружу.

Выход был на отдалении за избушкой, за большим камнем. Точнее, в расщелине этого камня. И снаружи дверь была замаскирована так, что если не знаешь, что она тут, то и не увидишь.

Подышав немного уже сильно прохладным ночным воздухом, я пошёл обратно, снова подперев дверь, как и было. Ну или почти так же…

Глянув на еду, я прошёл мимо и поднялся в избушку.

— Что там? — сразу же спросил Матакуши.

Он и Шикиша оставались наверху, присматривали за демонами и за пленниками.

— Жилище, — ответил я. — Кровати, кухня и второй выход. Посадите Агнию и вытащите кляп.

Парни помогли седой женщине сесть.

— Только без магии! У меня на неё аллергия! — сразу предупредил её я.

Агния кивнула.

Её худое лицо и седые растрёпанные волосы вызвали у меня укол совести. Но я быстро подавил все сомнения. В горячих точках я усвоил одну истину — будь то женщина или ребёнок, если они подняли оружие, значит, это солдаты. А тут против нас была применена магия. Так что, никаких сомнений!

— Агния, — обратился я к женщине. — Я видел у вас еду. Поделитесь, пожалуйста, с нами.

Матакуши удивлённо посмотрел на меня.

— Зачем просишь? — спросил он. — Бери!

С одной стороны, он был прав. Еду можно было просто забрать и всё. Но я не мог. Для меня они были как привет из моего мира. К тому же забирать еду у женщин и детей — так себе идея. Да, они поступили с нами не очень хорошо, но я не мог заставить голодать женщин и детей. Я себя после этого уважать перестану. А потом ответил Матакуши:

— У них теперь нет мужчин. Кто теперь будет для них охотиться?

Взгляд седой женщины потеплел.

— Вы можете взять еду, — сказала она.

Голос Агнии прозвучал хрипло. Меня это резануло. Я подошёл к котелку и налил в кружку кипятка.

— Вот попейте, — протянул я ей кружку.

Она посмотрела на кружку, потом на меня и сказала:

— Спасибо, я не хочу.

— Руки, — Шикиша показал глазами на связанные руки женщины.

Чёрт! Со связанными руками пить кипяток будет трудно.

Я чувствовал себя болваном. Ну или придурком, который издевается над беззащитными людьми.

— Извините, — смутился я и в поисках решения задумчиво окинул взглядом избушку.

Развязывать руки я точно не буду. А поить кипятком другого человека — плохая затея. Поэтому я решил попереливать кипяток из одной кружки в другую, пока вода не остынет достаточно, чтобы её можно было пить не дуя. А потом уже напоить.

Когда всё было готово, я снова подошёл к Агнии.

В этот раз она сделала несколько глотков и благодарно кивнула.

— Вот честно, — сказал я ей, ставя кружку на стол и садясь напротив. — Не могу я причинить вам вред. Но и проигнорировать ваше нападение я тоже не могу. Я не знаю, что делать с вами.

— Просто пошли с нами, — сказала Агния.

— Исключено! — ответил я, давая вскочившему Найдвару знак молчать. — После вашего поступка это даже не обсуждается.

Агния нахмурилась.

Думала она не очень долго. Видимо, такой вариант развития событий она уже рассматривала, поэтому решение приняла быстро.

— Если ты не пойдёшь с нами, то позволь нам пойти с тобой, — глядя мне в глаза твёрдо сказала она.

— Чтобы вы напали, когда мы уснём? — с усмешкой спросил я. — Веры вам больше нет.

Агния кивнула. Видимо, она ожидала именно такого ответа.

— Клянусь изначальными богами, что мы четверо будем защищать тебя, даже ценой своей жизни! — торжественно сказала она.

И тут же в небе пророкотал гром.

— Видишь, боги приняли мою клятву, — с усталой улыбкой сказала седая женщина.

Она была настроена очень серьёзно. Поэтому я задумался. Вспомнил арратанов и воинов тумана. Нам и самим было непросто защититься от них, а тут ещё придётся защищать женщин и детей.

С другой стороны, оставить их тут одних тоже не вариант. Зима близко. Как они сами перезимуют? Что-то больших запасов еды я не видел. Да и холодно будет в землянке, как бы хорошо она ни была сделана. Дрова для очага по-любому понадобятся. Всё взваливать на одного Бориску — это не дело.

Была ещё одна трудность — смертельная вражда между демонами и жителями страны Долгих Лесов.

Однако, люди с демонами тоже живут не в мире, но общая цель смогла нас объединить. Или по крайней мере идти в одной группе в одну сторону.

И потом, мы можем довести их до ближайшего человеческого поселения и оставить там.

— Хорошо, — сказал я. — Вы пойдёте с нами…

Найдвар зарычал возмущённо:

— Дикаррри!.. Им нельзя доверррять!

Но я жёстко прервал его:

— Они пойдут с нами. Я так решил! — И обращаясь к Агнии, добавил: — Вы будете беспрекословно исполнять все мои приказы! И если я только почувствую, что вы применяете к нам магию, я вас убью. Собственноручно!

— Договорились! — приняла Агния мои условия.

Признаться, мне сразу стало легче. Просто гора с плеч упала.

— Развяжите всех, — попросил я парней.

Когда я вытащил кляп у Сони изо рта, она радостно сообщила:

— Ты настоящий воин света!

Я же чувствовал себя совсем не воином света, а человеком, который пришёл и разрушил привычную жизнь этих людей.

Хотя, может, и спасителем. Ведь их мужчин убили не мы.

Когда все были развязаны, я сказал всем спускаться в подпол, разделить еду на всех и поесть.

Найдвар, глянув, сколько там пищи, сказал:

— Мы можем потерпеть.

Но я заставил демонов съесть по куску мяса и лепёшки. Я понимал, что это катастрофически мало. Но это лучше, чем ничего. А мы с парнями и с женщинами похлебали суп.

Суп согрел нутро, и от этого ещё сильнее потянуло в сон.

— Вы можете поспать, — сказала мне Агния. — А мы пока соберёмся в дорогу.

Я, конечно же, был против. Но понимал, что если мы не поспим, то далеко не уйдём. А потому просто показал парням на свободные кровати мужчин.

— Будем спать по очереди, — предложил я.

Матакуши и Шикиша нерешительно посмотрели на меня.

И я их понимал. Нас только что чуть не усыпили при помощи магии. И теперь мы должны были довериться этим людям.

Но я доверял Агнии. Не знаю почему. Просто чувствовал, что можно. Поэтому кивнул, подтверждая свои слова.

Когда парни легли и вытянулись под одеялами, на их лицах промелькнуло блаженство. Через минуту уже оба спали. И я видел — это от усталости, а не от магии.

Соня и Бориска тоже отправились спать. Хоть Бориска и возмущался. Но Агния пристрожилась, и пацан, отодвинув свои фигурки, с ворчанием залез под одеяло.

— Ложись и ты, — сказала мне Агния. — Я поклялась защищать тебя, так что, ничего не бойся. К тому же мы разделили одну пищу. Мы теперь семья. Выбирай свободную койку и ложись.

Свободных было две — одна с рукоделием, над другой была книжная полка.

Подумав немного, прислушавшись к своим ощущениям и не почувствовав тревоги, я подошёл к кровати рядом с книжной полкой. Поставил рядом обломок лопасти и лёг.

В последний момент перед тем, как закрыть глаза, я поймал внимательный взгляд Радомиры.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Майор: «Наконец-то, отпуск! Нужно дома ударно поработать — дел накопилось!»

Мозг майора: «Нет!»

Майор: «Будем отдыхать?»

Мозг майора: «Никакого отдыха! Только чувство вины!»

Глава 26

Во сне я в тревоге хожу по лабиринтам. Надо бы найти правильное направление, но оно никак не находится. Я снова и снова поворачиваю в поисках нужного коридора, но всякий раз это оказывается не тот. Я ищу самое главное сокровище, но попадаю к Минотавру. И он мне поучающим тоном сообщает: «Демоны бывают двух типов. Одни подчиняют. Другие подчиняются. И дело тут совсем не в размерах, а в количестве шипов».

Я пытаюсь сосчитать шипы на голове Найдвара, и получается, что у меня больше.

Но я же не демон! Я человек! Откуда у меня шипы?

Однако Найдвар безропотно подчиняется мне, однозначно признав меня старшим. Значит, шипов на голове у меня больше…

И как только я с этим смиряюсь, появляются Агния, Радомира, Соня и Бориска.

Радомира внимательно смотрит на меня.

Соня говорит ей: «Ну сколько раз тебе можно повторять, сестрёнка! От судьбы не уйдёшь! Всё будет так, как скажет воин света! Подчинись ему!»

Бориска с обидой в голосе высказывает мне: «Ну почему ты?! Это не справедливо! Это должен быть я!»

А Агния с материнской улыбкой повторяет: «Я защищу тебя, сынок! Даже ценой своей жизни! Ведь мы теперь семья!»

Я смотрю на них, и вижу, как северный пушистый зверь сметает их своим хвостом, и всё вокруг идёт по… по этому самому месту.

И тогда я ползу в горы — всё выше и выше.

Когда добираюсь до самого пика самой высокой горы, передо мной открывается чудеснейший вид на прекрасный город — практически Шамбалу.

Я сажусь на вершину в позу лотоса и начинаю любоваться красотой.

И тут передо мной раздвигается щель, так похожая на то самое место, в путешествие по которому отправляет всех нас северный пушистый зверь, и оттуда начинают выскакивать арратаны, воины тумана и другая иномирная хтонь.

Приходится обнажить свой меч и засадить его в эту щель по самые… по самую рукоятку.

В этот момент я и просыпаюсь.

Спали все. Агния с Радомирой, прижавшись друг к дружке на одной кровати — единственной оставшейся свободной, той, где раньше лежала пряжа. Демоны — на полу. Все остальные там, где легли. Но стоило мне пошевелиться, как Агния открыла глаза. Словно и не спала вовсе.

— Выспался? — негромко спросила она.

Я прислушался к себе — вроде, да, выспался.

Если не считать вызванных сном эмоций, и сильного до болезненности стояка, то всё норм.

Агния потихоньку встала, стараясь не потревожить разоспавшуюся Радомиру, и пошла к кухонному столу. А я зацепился взглядом за разметавшиеся по подушке чёрные кудряшки и милое, почти детское во сне личико девушки.

Даже удивительно, она совсем не производила впечатления милой. Наоборот, вчера поступала довольно-таки решительно и жёстко. Но вот во сне выглядела именно милой.

Почувствовав ещё больший прилив крови к паху, я отвернулся и начал вспоминать арратанов, Кутуруку, воинов тумана и другую хтонь, что лезла из…

Так! Стоп! Собрался и выбросил вот это всё из головы! Нам предстоит тяжёлый и опасный поход. Теперь ещё более тяжёлый и опасный, потому что с нами женщины и дети. А Радомира тебя чуть не прихлопнула! Так что, успокойся! К тому же тебя ждёт Изуми!

От воспоминаний об Изуми на душе потеплело и напряжение немного спало. Наоборот, появилась потребность двигаться. И не просто двигаться, а скорее отправляться в путь. Чем быстрее сделаем все дела, тем скорее вернёмся. Тем скорее я увижу Изуми, такую мягкую и тёплую, такую соблазнительную… Чёрт!

Нужно было срочно отвлечься и я потянулся к полке, на которой лежали книги — полистать, переключиться.

Книг на месте не оказалось. Как и пряжи с веретеном — ни на кровати, ни рядом с кроватью.

— А где? — спросил я у Агнии, показывая на пустую полку.

— Всё упаковали, — ответила она. И добавила: — Иди поешь, пока остальные спят, чтобы потом за столом не толкаться.

Я знал сколько весят книги. Те, что были на полке весили в общей сложности килограмм семь, а то и больше. И это дополнительный груз!

— Вы уверены, что их нужно брать с собой? — спросил я у седой женщины.

— Однозначно! — уверенно ответила она.

— Но будет тяжело… — попробовал я убедить её отказаться от этой затеи. — Может, лучше вместо книг хотя бы одно одеяло взять?

— Одеяла мы тоже возьмём. Все, а не одно, — с улыбкой ответила Агния.

Я хотел сказать, что демонов мы нагружать не будем, их задача охранять нас, а самим нам будет очень тяжело нести все вещи, но Агния опередила меня:

— Ты не переживай, у меня сумка специальная, в неё много что вмещается. Садись за стол. Мы тут с Радомирой приготовили, чтобы перед дорогой поесть и перекус — с собой взять.

Агния поставила передо мной миску с супом и большим куском мяса, дала ложку и кусок лепёшки.

— А вы? — спросил я.

— Я потом, после всех. А ты ешь!

Не успел я зачерпнуть супа, как проснулся Матакуши.

— Уже утро? — спросил он.

— Вообще-то полдень, — извиняясь ответила Агния.

— Проспали! — возмутился Матакуши и начал торопливо собираться.

— Вам нужно было выспаться, — ответила Агния. — Кто его знает, скоро ли будет ещё возможность отдохнуть вот так же в безопасности. Садись, поешь. А то потом тесно за столом будет.

И пошла накладывать суп Матакуши.

Наши разговоры разбудили остальных. Народ начал подниматься и подтягиваться к столу.

Я побыстрее заработал ложкой, чтобы освободить место следующему.

Демоны тоже проснулись, но остались сидеть на полу. Они выглядели расслабленными и немного дезориентированными. Они больше не выглядели грозными воинами с бесконечной силой и выносливостью. Они были как люди. Только голые, сине-зелёные, с шипами на головах и длинными корявыми руками. Ну и с жёлтыми глазами, конечно. И вымотанными…

— Идите тоже поешьте, — сказала им Агния.

Демонам, как и людям, она дала похлёбку с мясом и по куску лепёшки.

Они взяли миски, но не спешили приступать к еде.

— Ешьте! — поторопил я их.

И только тогда Найдвар первым отправил ложку с супом в рот. Через миг к нему присоединились остальные.

Мне стало интересно, как им на вкус человеческая еда. И вообще, чем они обычно питаются? Но, расспрашивать не стал — думаю, у меня ещё будет возможность узнать подробно.

В комнатушке было тесновато, но никто не торопился выходить на улицу. Ждали, когда все будут готовы.

Наконец, все поели. Агата ела на ходу и самая последняя — подобрала остатки.

Потом они с Радомирой быстро помыли посуду и сложили её в холщовую сумку. Туда же отправились пустой котелок и металлический чайник.

Чашки, миски и котелок, которые были наверху, брать не стали. Их Агния оставила в избушке, там же, где мы их нашли — вдруг кому понадобятся.

И всё равно сумка выглядела пустой.

Я поднял её, проверяя вес — сумка действительно ощущалась пустой.

Заглянул внутрь — пустая! То есть, абсолютно! Если бы я не видел, как Агния складывает туда посуду, мне и в голову не пришло бы засомневаться в этом.

Агния, видя мои действия только улыбнулась и ничего не сказала.

Наконец, все были готовы.

— Выходим! — скомандовал я.

Все пошли наружу, а мы с Агнией задержались.

Она закрепила крышку люка, который вёл в избушку. Теперь там наверху, даже если и захотели бы поддеть доски, это ничего не дало бы. Если, конечно, не знать секрета.

Потом осмотрела комнатку, которая была им жилищем на протяжении пяти лет, и вдруг низко поклонилась:

— Хозяину спасибо за приют! — сказала она.

Потом достала из своей холщовой сумки, выглядящей пустой, нож и полоснула себя по ладони.

Уронив несколько капель крови на землю, она попросила:

— Хозяин, прошу тебя, сохрани жильё от вредителей и разрушений, и открой нуждающимся.

Потом снова поклонилась и глянула исподлобья на меня.

Сам не знаю почему я тоже поклонился и сказал:

— Спасибо за приют.

Но руку резать не стал — ещё пригодится меч держать.

Мы вышли, и Агния закрыла дверь в подземный ход. А потом задвинула большой камень и раскидала хвою.

Вскоре уже невозможно было различить, где находится дверь в подземное убежище, а где просто камни.

Стояла вторая половина дня. Было ясно, что до ночи далеко мы не уйдём — мало того, что светлого времени осталось немного, так ещё и женщины с детьми, им ещё нужно втянуться в поход. Да и когда втянутся, всё равно их скорость меньше, чем у нас.

Шли мы в следующем порядке: Найдвар и ещё один демон впереди. Следом я. Потом Радомира. За ней Соня и Бориска. После них Агния. Дальше шли Шикиша и Матакуши. Замыкали колонну ещё два демона. И по три демона шли по бокам, растянувшись вдоль цепочки.

Мы отошли ещё совсем недалеко, когда Найдвар повернулся ко мне.

— Постарайтесь сильно не растягиваться, — попросил он.

Стало понятно, что сил демонов не хватает, чтобы держать над нами защитный полог. Поэтому я остановил колонну и предложил перегруппироваться.

Сразу за мной поставили тех, кто идёт медленнее всего: Соню с Бориской и Агнию. Потом уже Радомиру. Шикиша с Матакушей так и остались замыкающими. Если не считать демонов, конечно.

То, что Радомира теперь шла не сразу за мной, и злило и радовало одновременно.

Злило, что я на таком расстоянии не ощущал её.

И как ни странно, то, что я её больше не ощущал, радовало меня.

Если честно, меня эта девушка бесила. Не знаю почему. Видимо, сон так подействовал.

Мне хотелось постоянно оглядываться, и это мешало движению вперёд — крутой склон, отсутствие тропинок, полное вооружение, плюс обломок вертолётной лопасти на плече. И при этом ещё постоянно оглядываться?! Это тот ещё трэш, скажу я вам.

Я убеждал себя: это потому, что я чувствую ответственность за людей. И раздражало понимание: меня интересует не только колонна в целом.

В конце концов, я принял волевое решение. Решил больше не оглядываться и попросил Аргха:

«Свяжись с демонами. Пусть они предупредят меня, если в колонне будут проблемы, хорошо?»

«Наконец-то!» — ехидно хмыкнул Аргх.

«С чего это?» — отреагировал я скорее на его интонацию, чем на сам ответ.

«Да с того! — зло ответил демон. — Она ж тебе мозги запудрила! А ты и не видишь ничего!»

У меня даже не возникло вопроса, о ком говорит Аргх. Мне сразу стало понятно, что речь идёт о Радомире.

«Когда она мне их запудрила?» — спросил я демона, понимая, однако, что доля правды в его словах есть. Не случайно же я постоянно оглядываюсь.

Другое дело, что я совсем не мог понять, когда и как это могло произойти. В смысле, запудривания мозгов.

«Ты спал на её кровати», — ответил Аргх.

«И что? — не понял я. — Какая связь?»

«А что ты знаешь о магии дикарей? — спросил демон. И потом пробубнил еле слышно: — Убить их нужно было! Сразу же! Но можно и сейчас…»

«А ну цыть!» — рявкнул я на демона.

И задумался: а ведь действительно, я ничего не знаю про магию Агаты и Радомиры. И спрашивать у них бесполезно, вряд ли они мне расскажут свои секреты. А узнать не у кого. Профессор Тору говорил только, что в стране Долгих Лесов живут дикие племена. Демоны требовали их убить. А мне хотелось понять.

Моя интуиция, моя чуйка, мои принципы были против того, чтобы убивать детей и женщин. Да и вообще, смерть — это единственное, что нельзя исправить. Поэтому спешить с этим делом мы не будем.

Лучше было бы вообще с Агнией и компанией не встречаться! Насколько я был бы спокойнее! Но раз уж встретились, и раз Аргх говорит, что они враги, то лучше держать их на виду. Так хотя бы увидим, если они что-то задумают. Наверное, увидим.

Хотя врагами я их не ощущал.

Я неосознанно оглянулся.

Агния тут же улыбнулась мне. Как будто прочитала мои последние мысли.

Приказав себе больше не крутить башкой, я автоматически прибавил скорости, но, уткнувшись в спину Найдвара, сразу же сбавил — всё же я иду не один.

Ничего, успокоил я себя, как только доберёмся до ближайшего человеческого поселения, там их и оставим. Ведь будут же тут поселения?

И я мысленно раскрыл карту.

Вокруг была серая зона. И узкая полоса, которая обозначала пройденный нами путь. Вот там, где мы прошли, там на карте были обозначены и родник, и избушка… А остальную карту местный Google не подгрузил. Оставалось надеяться, что демоны знают, куда ведут нас. И не заблудятся.

Мы шагали, постоянно забирая вверх. Поначалу шли легко — мы хорошо выспались и шагали бодренько. Даже Соня. Она не жаловалась. Топала, держась за руку Агнии. А Бориска и вовсе — казалось, отпусти его, и он поскачет, как сайгак.

Но постепенно идти становилось всё труднее и труднее.

Подъём был довольно-таки крутой. Тропинок не было. Мы шли по бездорожью.

Иногда приходилось немного спускаться, чтобы обойти какой-нибудь выпирающий скальный выступ.

Мне в таких ситуациях было очень жалко терять высоту. И я всякий раз осматривал скалу — может, можно как-то перелезть. И всякий раз шёл в обход, потому что без альпинистского снаряжения не подняться. Да и потом нужно будет спускаться — тоже с альпинистским снаряжением. В результате мы потеряем гораздо больше времени и не известно ещё, сэкономим ли силы.

Иногда встречались вывороченные с корнем деревья. Чаще всего их тоже приходилось обходить — не всегда можно было перелезть.

Когда мы шли со стороны оборванных корней, я смотрел на вывороченный пласт земли с торчащими толстыми корнями, и думал: это ж какая сила с такой лёгкостью оборвала жизнь дереву. Оборвала в самом прямом смысле, оборвав корни.

Поначалу, как только мы вышли из убежища, я ещё думал о том, чтобы оставлять поменьше следов, вдруг нас будут преследовать. Но потом даже думать об этом сил не осталось.

Но всё равно силы остались на восхищение величием и красотой гор, и жизнестойкостью растений. Особенно когда мы поднялись выше лесов.

Это произошло как-то неожиданно. Шли-шли по лесу, а потом раз и лес закончился — весь остался ниже по склону. А впереди были горы, камни и немного карликовых деревьев — они скрючивались и жались к земле. Но жили!

Почему карликовые кусты жались к земле, мы вскоре ощутили на своей шкуре.

Когда солнце ушло за гору, с вершины подул не сильный, но ледяной пронизывающий ветер.

Агния попросила сделать привал, чтобы достать тёплую одежду — да-да, рубахи, сшитые из шкур, тоже были в её сумке.

— Нам нужно пройти ещё немного, — сказал Найдвар. — Потерпите. А то до темноты не успеем.

Дальше Агния шла, пытаясь своим телом хоть немного закрыть Соню.

Я шёл и понимал, что есть большая вероятность, что дети простынут. Во всяком случае, Соня. Разгорячённая и уставшая на холодном ветру она быстро остынет.

Однако, я понимал, что Найдвар прав. До места стоянки нам желательно дойти засветло.

Едва солнце ушло за гору, стало темнеть.

В горах вообще темнеет быстро.

Найдвар, оглянувшись на отряд, крикнул:

— Потерпите, немного осталось!

И взял круто вверх.

Пришлось карабкаться за ним.

Я предложил руку Агнии, но она с улыбкой отказалась.

На Радомиру я не смотрел. Но когда увидел, что ей подал руку Матакуши, в душе у меня засвербело.

«Бросьте их!» — прошипел Аргх.

«Не могу», — признался я.

«Вы хапните с ними горя!» — настаивал демон.

«Заткнись!» — рявкнул я на демона и поднялся на очередной камень.

И тут мне открылся чудеснейший вид.

Я стоял на хребте. Налево шёл подъём к заснеженной вершине. Направо — хребет сначала немного выполаживался, а потом резко обрывался, и что там было дальше, я не видел. Хотелось подойти посмотреть, но сил на это не было. Да и времени.

Впереди было узкое ущелье. А за ним — ещё более высокие горы и край ледника.

Найдвар дождался, пока все поднимутся на хребет, а потом показал на другую сторону перевала и налево.

— Вон там есть пещера. Мы можем переночевать в ней. На открытом месте ночью здесь мы замёрзнем, а костёр будет виден издалека. Надо идти в пещеру! — и добавил чуть слышно: — Я очень надеюсь, что она свободна.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то во время трудного перехода в горах майор услышал такой разговор своих парней:

— Эх! Сейчас бы к костерку

— Ага! Да чайку!

— И в теплый спальничек…

— Да с девушкой.

Оба опомнившись:

— Hо только, чтоб не приставала!

Глава 27

Слова Найдвара о том, что он надеется, что в пещере свободно, засели в моей голове. В результате я и тогда, когда надевал протянутую Агнией меховую рубаху, и тогда, когда завязывал завязки шапки, думал о том, кто или что может ожидать нас в пещере?

В меховой рубахе стало намного теплее. Однако и катана, и вакидзаси, не говоря уже о ноже и ядах, — всё это теперь было под рубахой. А значит, в случае чего быстро не достать.

И у парней оружие тоже оказалось вне зоны свободного доступа.

Из всего вооружения у нас теперь легко доступным был только обломок вертолётной лопасти у меня на плече. Единственное оружие, можно сказать. Так что, в случае внезапной атаки мы можем оказаться в очень невыгодном положении.

Признаюсь у меня возникла мысль потерпеть и не надевать пока меховую рубаху. Но ледяной ветер с заснеженной вершины и с ледника выдули эту мысль из моей головы, едва только она родилась.

Как только мы оделись, Найдвар поторопил:

— Поспешим! Есть место, где нам нужно будет пройти по узкому карнизу. В темноте это сделать будет очень трудно.

Глянув в ту сторону, куда показал демон, я присвистнул: пройти там могут только демоны. Или горные козлы, и то не факт. Людям на таком отвесном склоне делать нечего. Но нам надо там как-то пройти. Значит, пройдём! А потому я сказал Матакуши:

— Достань верёвку. Нам нужно связаться. Для страховки.

Матакуши тут же достал верёвку. Я свою тоже вытащил. И остановился в растерянности — если для нас троих наших двух верёвок было бы нормально, то на семь человек общей длинны катастрофически не хватало. И тогда я решил сделать страховочную обвязку хотя бы детям. Я не прощу себе, если Соня пострадает. Да и Бориска тоже. Всё-таки он ещё совсем пацан, хоть и ненамного младше Шикиши. Да и Шикиша пацан ещё, чего уж!

Блин! Да я просто не могу допустить того, чтобы хоть кто-то пострадал! Особенно из гражданских!

Агния и Радомира отнеслись к сооружаемой нами страховке совершенно серьёзно. Но когда я предложил удлинить верёвку их длинными поясами и включить в связку всех, обе отступили на шаг:

— Нет, мы не можем снять пояса! — объяснила Агния. — Это родовые пояса-обереги. Нам нельзя без них…

Радомира же посмотрела на меня так, как будто я предложил ей добровольно и прилюдно лишиться чести.

Пока я соображал, как отреагировать, Агния достала из своей волшебной сумки моток пряжи, что-то пошептала над ним и протянула мне.

— Связывай вот этим.

Я с сомнением посмотрел на клубок. Ниточка совсем не внушала доверия.

— Не волнуйся, нить прочная, вес человека выдержит легко! — заверила Агния.

«А двух или трёх?» — мысленно спросил я, но вслух ничего говорить не стал, чтобы не пугать народ.

Я поймал скептический взгляд парней. И я был с ними полностью солидарен. Нить, как ни убеждала нас Агния в её прочности, ни у меня, ни у Матакуши, ни у Шикиши доверия не вызывала.

Правда, Радомира, Бориска и Соня сомнений не высказали.

Собственно, только поэтому я, чувствуя себя полным дураком, решил использовать такую непрочную на вид страховку, предварительно для самоуспокоения подёргав тонкую пряденную нить.

Нить осталась целой, и я прикрепил её к крепкой, уже проверенной в деле верёвке.

Демонов включать в связку я не стал. Им это было ни к чему. Я прекрасно помнил, как они на вересковой пустоши приподнимались над кустами и текли лавиной.

Собственно, по этой причине я даже не стал предлагать им страховку. Тем более что, когда Агния достала свою нить, демоны сразу же шарахнулись от неё, как от чего-то враждебного. Поэтому вряд ли они согласились бы на страховочную обвязку.

Ну и ладно, главное, чтобы снизить опасность перехода для людей. Демоны со своей страховкой сами разберутся.

Если честно, я после того, как демоны шарахнулись от нити, даже засомневался, нужно ли использовать нить для связки. Но выбора не было. Идти ночью по крутому склону без страховки — это самоубийство.

Пока я вязал страховочные узлы, Найдвар с нетерпением и беспокойством посматривал то на нас, то в сторону, где располагалась пещера, то на темнеющее небо.

Вспомнив наше приключение у ручья, я спросил у Найдвара:

— А тут не надо какому-нибудь духу сделать подношение?

— Тут больше некому делать подношения, — с тяжёлым вздохом ответил демон.

Выяснять откуда у демонов такие сведения, я не стал — здесь и сейчас не место и не время для этого.

После слов демона чувство приближающейся опасности усилилось, хотя казалось куда уж больше. Однако, напрягаться ещё сильнее было уже некуда. Нужно было наоборот, как-то снять напряжение, иначе быстро устанем и начнём делать ошибки. А ошибки в горах легко могут стать фатальными.

Но вот как расслабиться, я не знал. Поэтому, просто бодренько так сказал всем:

— Ну, что? Покорим вершину?

С восторгом на меня посмотрела, пожалуй, только Соня. Да Матакуши усмехнулся. Хорошо хоть не сказал ничего. Остальные просто промолчали. Кто-то хмуро, кто-то озабоченно. Ну и ладно!

Чтобы самому успокоиться, я вызвал карту — захотел увидеть, что нас ждёт. Но карта по-прежнему показывала впереди и по бокам не подгруженную серую зону и извилистую линию пройденного нами пути. Поэтому видеть, что нас окружает, я не мог, а значит, не мог и подготовиться к возможному нападению. Пришлось полностью положиться на демонов. Да на страховку, на которую мне и смотреть-то было страшно.

Было уже довольно-таки темно. И я достал нож Убийцу демонов и хотел уже было засветить его, но Найдвар остановил меня:

— Не надо! Слишком далеко нас будет видно… — А потом скомандовал всем: — Готовы? Идёмте!

И мы, вытянувшись длинной цепочкой, пошли.

Больше у демонов не было возможности прикрывать нас по бокам. Они разделились на две группы. Одна пошла впереди нас, другая замыкала колонну.

Детей на этот раз мы поставили в середину — в надежде, что посерёдке они будут в большей безопасности. Естественно, все шли в одной связке. Хоть я, конечно, не очень-то надеялся на неё. Ну не верил я, что вот эта тонкая ниточка выдержит вес человека!

Спереди и сзади нас защищали демоны. А о возможных атаках с вершины или со дна ущелья я старался не думать — слишком крутым был склон. К тому же на дне ущелья уже наступила ночь. Темнота, поднимающаяся к нам со дна, больше напоминала тот мрак, который я видел здесь, в горах, когда летал на белом драконе господине Мизу.

Не знаю, может, фантазия разыгралась, только у меня было ощущение, будто мы шли по самому краю моря беспросветного мрака. Хотя, насколько я помнил, та тьма, которую мы видели с драконом, должна была находиться в стороне от этих мест. Неужели так сильно распространилась?..

С другой стороны, то был вид сверху. Сверху обычно всё выглядит немного не так, как с земли. Не может же быть, чтобы на самом деле распространилась?.. Или всё-таки может?..

Последнее меня тревожило больше всего.

Бывают ситуации, когда и делать что-то нет сил и не делать невозможно. Про такие ситуации говорят: «Глаза боятся, руки делают». Про нас можно было сказать: «Глаза боятся, ноги идут».

Мы шли. Не быстро. Потому что понимали: лететь, если что, далеко. А в темноте сорваться, как нефиг делать! Так что шли мы, без лишней спешки, но и зря не медля.

Когда мы только перешли с хребта на склон, я почувствовал крутизну склона. Идти было страшно и тяжело, но вполне можно. Я даже немного пофантазировал, что я — парящий над бездной орёл.

Но, чёрт! Когда мы дошли до карниза, о котором говорил Найдвар, стало не до фантазий! По сравнению с карнизом предыдущий участок пути был очень пологим!

Вот тут на карнизе и случилось то, чего я больше всего боялся. Матакуши неудачно поставил ногу, и камни под ним поехали, а с ними и он сам — прямо во мрак, растекающийся внизу.

К счастью, камни сначала поплыли медленно. Поэтому Шикиша, к которому был привязан бывший стражник стены, успел сориентироваться. Он прижался спиной к склону и упёрся ногами в торчащий из земли обломок скалы. И тем самым затормозил падение Матакуши.

Мальчишке было тяжело держать висящего над пропастью взрослого Матакуши. Видно было, что тонкая пряденная нить резала парню пальцы, гудела от напряжения, тянула его вниз. Но Шикиша держал друга. Однако вытащить его на тропу сил у парнишки уже не хватало.

Матакуши распластался на крутом склоне, пытаясь прижаться к скале, чтобы хотя бы немного облегчить вес, пытаясь упереться в камни. Но камни под его руками шатались и, при попытке опереться, скатывались вниз. Он никак не мог нащупать хоть что-то прочное. В результате дёргался в панике всё сильнее усложняя задачу Шикише.

Я с ужасом смотрел на Матакуши с Шикишей и понимал, что если пацан не удержит стражника и сорвётся в пропасть вслед за ним, то Радомира точно не удержит двоих мужчин. А значит, шанс, что мы все вместе улетим вниз растёт с каждой минутой, пока Матакуши болтается над пропастью.

Нужно было помочь Шикише вытащить товарища. Но между нами были Агния с Радомирой и Соня с Бориской. Обойти их на узком карнизе не было никакой возможности.

Вся надежда была только на демонов.

К счастью, они сориентировались быстро.

Те пятеро, что шли в хвосте колонны, поддерживая друг друга, аккуратно дотянулись до Матакуши и дали ему ту самую опору, которой ему так не хватало, чтобы зацепиться и выбраться на карниз.

Когда Матакуши карабкался по демону, страховочная нить прикасалась к голому серому телу спасателя. В такие моменты она немного светилась, а демон шипел от боли. Но надо отдать должное, Матакуши он не выпустил, помог подняться.

Едва бывший стражник стены выбрался на карниз, как упал, пытаясь отдышаться.

— Ты куда рванул-то? — спросил я, чтобы хоть как-то отвлечь всех от парализовавшего потрясения из-за едва не случившейся трагедии.

— До кустов решил сбегать, — отшутился Матакуши.

— Ну и как успехи? — спросил я.

— Не донёс, — хмыкнул Матакуши. — Прямо тут обосрался.

Шикиша поначалу фыркнул, а потом и вовсе заржал.

Следом за ним засмеялся и сам Матакуши. Потом Бориска, Соня и Радомира с Агнией.

Я тоже присоединился ко всеобщему хохоту.

Мы смеялись от счастья, что всё закончилось хорошо и Матакуши жив. И никто не улетел в пропасть.

Смеялись, как сумасшедшие, чувствуя, как страх и напряжение отпускают нас.

Смеялись, потому что живы и справились. Что такая тонкая нить удержала взрослого парня.

Найдвар дал нам немного времени. А потом поторопил:

— Надо идти дальше.

И мы пошли.

Где-то нормально, ногами, где-то на четвереньках, где-то всяким правдами и неправдами, но мы в конце концов перешли узкий карниз.

Дальше идти стало чуток полегче.

Собственно, улучшение было лишь в том, что склон после карниза стал не таким отвесным. Но он оставался достаточно крутым, чтобы можно было расслабиться. Плюс, темнота…

Хорошо ещё, что от ледников и снежных вершин было немного света, поэтому там, где мы шли, тьма не была кромешной.

Но я понимал: если вдруг нам придётся спуститься, и мы попадём в море мрака, то блёклый свет от ледников не поможет нам — он просто туда не сможет пробиться!

То же самое произойдёт, если тьма поднимется выше.

Поэтому, идти нужно быстрее. И при этом не наделать ошибок.

Как бы мне ни хотелось подсветить нам путь, нож я не доставал — я представил маленькую искру, движущуюся по склону горы вдоль берега моря мрака, и понял: нас увидят все!

Конечно, если бы в наши цели входило стянуть к себе все силы врага, то я именно так и поступил бы. Но у нас была цель незаметно пробраться в страну Ледяных Гор, в столицу государства демонов, к правителю. А потом закрыть иномирную щель.

Вспомнился сон. Как появляется большой северный пушистый зверь и смахивает хвостом Агнию, Радомиру и Бориску с Соней. И сердце в тревоге заныло.

Вообще, чем дальше мы шли, тем сильнее ныло в тревоге сердце.

Мы явно приближались к чему-то смертельно опасному. Но мы не могли не идти туда. Я был уверен: если бы демоны знали другой, более безопасный путь, они бы выбрали его. А раз так, то только вперёд!

Взошла луна. Её серп с битвы с арратанами стал ещё тоньше. Теперь это была едва заметная полоска. Но мы были рады и ей. А ещё звёздам! Они серебряной пылью просыпались на небо, вселяя в нас надежду.

Здесь в горах, звёзды были ярче, и их было гораздо больше, чем я видел до этого. Как будто кто-то убрал полог, скрывающий от нас часть звёздного света.

И этот свет совсем не отражался в море мрака.

Я смотрел на звёздное небо и на тьму, разлившуюся у наших ног. А перед глазами у меня стоял китайский символ инь-ян.

Может, в Китае в моём мире этот символ и означал гармонию, но тут, в этом мире, мрак означал смерть. А вот звёзды… Для демонов звёзды — это личная гвардия бога войны Дайны Бурхана. Что означают звёзды для людей, я узнать пока не успел. Знал бы заранее, расспросил бы, есть ли какие мифы и легенды на этот счёт.

Собственно, и сейчас есть кого расспросить. Но когда идёшь ночью по крутому склону, разговаривать о мифах как-то не удобно.

Внезапно Найдвар остановился.

Остальные демоны тоже замерли.

И мы замерли. Все. Даже Соня.

Мы стояли и молча ждали, когда Найдвар даст команду. Любую — двигаться дальше вперёд, отступать, доставать оружие…

С оружием, правда, в связке и на крутом склоне сильно не повоюешь. На крутом склоне и без оружия не повоюешь… И тем не менее, я уже собрался доставать катану и резать нить страховки, чтобы если что, не утянуть за собой людей в пропасть. Потому что, если начнётся бой, то вариантов у нас будет немного…

Единственное, что меня останавливало, это шёпот Аргха:

«Не шевелись!»

«Что там?» — спросил я.

«Пока не понятно…» — ответил Аргх и замолчал.

Целую вечность спустя, когда я уже решил всё-таки достать катану, Найдвар негромко произнёс:

— Идём только тихо, — пошёл дальше.

И мы пошли. Аккуратно, стараясь ступать как можно тише.

Найдвар стал понемногу забирать вверх. С одной стороны, это радовало меня, потому что мы удалялись от моря мрака. Но с другой мы уже сильно устали и, я уверен, каждому невыносимо хотелось сделать привал. Хотя какой тут, на склоне, привал? Хочешь не хочешь, а нужно идти к пещере.

Поэтому, когда мы вышли на широкий карниз, я был просто счастлив!

А уж когда увидел, что впереди зияет темнотой пещера, то и вовсе обрадовался.

Я тут же снял с себя обвязку и передал клубок Агнии, чтобы они тоже освободились от нити и верёвок. А сам подошёл к Найдвару, стоящему неподалёку от входа и внимательно прислушивающемуся.

— Что-то не так? — спросил я его.

— Да нет, всё так, — неуверенно ответил он.

Его неуверенность заставила меня отставить в сторону обломок лопасти и достать катану.

К нам подошли Маттакуши и Шикиша.

Остальные остались стоять в стороне. Они отошли от края, но и ко входу в пещеру пока не подходили — Агния распутывала нить страховки и сматывала её в клубок.

Я с теплотой посмотрел на уставших, измученных людей. На маленькую Соню, которая наравне со взрослыми выдержала такой сложный переход и ни разу не закапризничала. На Бориску, который устал, но вида не показывал и старался помочь Агнии, распутать нитку. На Радомиру, которая заботливо прикрывала собой от ветра детей. На Агнию, которая что-то негромко говорила детям, что-то очень тёплое и одобряющее, слова её уносило ветром, но интонация была именно такой.

И тут Найдвар и остальные демоны отступили на шаг. Их лица были перекошены от ужаса.

Матакуши и Шикиша тоже попятились.

— Нам конец! — в ужасе прошептал Шикиша.

Я глянул в сторону пещеры и у меня волосы встали дыбом, а по спине пробежал леденящий холод.

— В хвост и гриву его, этого северного пушистого зверька, — выругался я и, обнажив катану, шагнул вперёд.

* * *

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Дорогие читатели, спасибо, что остались до финала третьей книги. Если история понравилась, не забывайте про лайки и комментарии. Автор будет очень благодарен!

Четвёртый том серии вы найдёте здесь: https://author.today/work/190463

Чтобы не пропустить новые книги автора, удобнее и надёжнее подписаться на его страницу: https://author.today/u/anton_kun

Приятного чтения!

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://author.today/work/180379

Content

Кун Антон Ел я ваших демонов на завтрак! Том 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Nota bene