Ел я ваших демонов на завтрак! Том 5

Глава 1

Я прошёлся по дворцовой площади вдоль ряда гружённых альтан хамгалчид.

На самом деле загрузили провизией только одного монстра. Ещё четверо были, что называется, под седлом — для них соорудили что-то похожее на двухместные сёдла. Остальные — примерно десяток — просто стояли в одном ряду со всеми.

Воины, отобранные мной в отряд, тоже стояли тут же.

Здесь не было Уулын Цэцэг. Я не стал её брать, хоть она и говорила, что только императорская кровь поможет запечатать щель. Но она много чего говорила, так что пусть посидит взаперти, пока я не вернусь.

Обойдусь при запечатывании щели как-нибудь без демоницы!

И из семейства Агнии я тоже никого брать не стал. Да, Агния нам здорово помогала в походе. Но мы шли в соответствии с её планами. А если бы решили сделать что-то, что в её планы не входило, как тогда? Помогала бы или нанесла удар в самый неожиданный момент? Я этого не знал и проверять не собирался. Тем более, что поступки Бориски и Радомиры вполне однозначно говорили об их намерениях.

Понятно, что неправильно поступки одного или двух человек распространять на весь народ, ну или даже на всю семью. Но у меня пока не было уверенности ни в ком из этой четвёрки. Потому что было и хорошее, и плохое. По большому счёту тот же Бориска спас нас от пульсирующего излучения.

Но разбираться сейчас во всём этом времени не было. Вот вернусь, тогда и выясню, как к ним относится. А рубить с плеча — это не про меня.

Поэтому Агния с семейством тоже остались взаперти.

Я не стал вершить суд сейчас ни над семейством Агнии — тут я буду разбираться сам, без демонов! Ни над тем, что ещё успела натворить Уулын Цэцэг. Ни над поступком халганэ — не стал проводить расследование и искать сообщников. Не стал тратить на это время. Но отдал распоряжение шишкастому до моего возвращения по возможности разобраться и с попыткой отравления, и с другими вполне вероятными попытками переворота со стороны демонов царедворцев.

Да, я не хотел быть императором. И планировал по возвращении найти подходящего наместника и посадить его на трон. Оговорив, конечно, что войну с Баракушити нужно прекратить и заключить с людьми мирный договор. И вообще сотрудничество и взаимопомощь просто необходимы для того, чтобы добить тьму, которая уже просочилась в этот мир.

Но это на бегу не сделаешь. Вот вернёмся, тогда и будем решать все эти вопросы. А сейчас нам предстоял поход.

Все мои ночные мысли по поводу того, что еда может быть отравлена или испорчена, я нещадно давил.

Очень даже может быть, что так и есть — отравлена. Но не исключено, что, нет. Однако, начав проверку, я подскажу противникам, как именно нужно поступить, и своими действиями просто-напросто спровоцирую их на отравление.

Да и время… Терять время я не хотел.

Я решил довериться демонам из отряда шишкастого — именно они собирали провизию нам в дорогу. Но также решил, быть внимательным и осторожным. И слушать Моню! Он уже не раз выручал меня, предупреждая об опасности.

Демоны царедворцы с неодобрением посматривали на нас, шушукались.

Я не сразу понял, чего это они так, и спросил у шишкастого:

— Что им надо?

— Они возмущены, что священные альтан хамгалчид используются, как обычные балмадаар, — с поклоном ответил новоиспечённый начальник моей гвардии.

Я усмехнулся. Значит, эти мохнатые звери — как обычные балмадаар, а люди — грязные балмадаар. Ну-ну!

Больше я на царедворцев внимания не обращал. Пусть себе пыхтят!

Как бы то ни было, а пришла пора отправляться в путь.

Не медля больше, я дал команду: «По коням!»

Матакуши, Найдвар и остальные демоны удивлённо уставились на меня.

— Что смотрите? — рассердился я. — Поехали!

Все быстро заняли оговорённые заранее места, и мы тронулись по улицам Нийслэла.

Если во дворец мы ехали ночью и смогли увидеть некоторые улицы в ночном освещении, то теперь, при солнечном свете город потряс моё воображение ещё сильнее. Многие детали архитектуры или декора, скрытые в ночной темноте, сейчас стали выпуклыми и объёмными.

Предстоящие опасности и трудности тем не менее не мешали мне смотреть по сторонам с восхищением и удивлением!

Ажурные арочки, карнизы, кованные решётки, резные балясины и балюстрады, колонны и пилястры, орнаменты с розетками… Аж дух захватывало от изящества и гармонии.

Выражение «архитектура — это застывшая музыка» в этой красоте не показалось мне надуманным.

Проезжая по улицам я снова и снова клялся, что, когда вернусь, посвящу несколько дней тому, чтобы пешком обойти все улицы города!

Народу на улицах Нийслэла, к моему удивлению, было немного. Местные спецслужбы постарались и разогнали всех с пути императора? Или тут всегда так?

И тем не менее нам встречались зеваки.

Как и ожидалось, больше всего внимания на себя собрал Моня. С разных сторон то и дело доносилось: «Королевский зверь! Королевский зверь!»

Моня же с поистине королевским величием возлежал на загривке альтан хамгалчид впереди меня и лениво поглядывал по сторонам.

Наконец, мы выехали на площадь перед воротами.

В этот раз ворота открыли нам без проволочек, и мы, не сбавляя скорости, отправились к конечной цели моего пути — к щели между мирами, откуда по всем мирам расползается море мрака.

Первыми ехали проводник и позади него Найдвар.

Я решил взять только одного проводника, того, который показался мне наиболее толковым. А Найдвар… Каким бы толковым проводник ни был, за ним нужно приглядывать. Поэтому Найдвар сидел позади проводника.

Следом за ними ехали мы с Моней и Матакуши. Наш вечерний разговор по душам с бывшим защитником стен как будто растопил некоторую стену отчуждения. К тому же сейчас мы с ним были единственные люди в этом отряде. И пусть я взял в поход только дружественно настроенных демонов, всё равно, было ощущение, что мы тут чужаки.

Странно, когда мы втроём с Шикишей шли вместе с большим отрядом демонов, ещё до встречи с Агнией, такого чувства не возникало. А уж когда к нам присоединилась семья Агнии — и подавно! Там демонов и людей было примерно поровну. Сейчас же вот возникло…

Возникло и возникло. Что теперь поделаешь? Не возвращаться же из-за такой ерунды? Да и вообще, я даже представить себе не могу, что должно случиться, чтобы я сейчас повернул назад.

Оставшиеся четверо демонов ехали по двое. И один альтан хамгалчид шёл без наездника, но с грузом — продуктами, водой, одеялами, необходимыми лекарствами — всем тем, что собрали нам в дорогу шишкастый и его воины.

Монстра с грузом мы поставили в середину колонны — в самое защищённое место.

По плану во время нападения, мы должны были быстро слезть с мохнатых стражников и уже вместе с ними отбивать атаки врагов, защищая наш, так сказать, обоз.

Мы даже потренировались быстро соскальзывать с мохнатых спин…

Конечно, предварительно Моня каким-то образом объяснил зверям, что от них требуется. И звери во время тренировки по моей команде: «на землю!» быстро приседали и подставляли передние лапы, чтобы мы могли скатиться, как с горки.

Пять самых сильных альтан хамгалчид стали частью отряда и теперь шли первыми.

Остальные монстры некоторое время топали рядом с нами — провожали нас. А потом покричав что-то на своём языке, развернулись и отправились обратно к городу.

Некоторое время их спины мелькали среди торчащих скал, но очень быстро мы их перестали видеть и слышать.

Возникло странное чувство, что мы остались одни во всей Вселенной.

Я погладил Моню, и он в ответ потёрся своей лысой головой о мою руку. А потом уставился на меня всеми шестью глазами.

— Что, брат? — спросил я у него.

— Курлык! — ответил монстрёныш и широко зевнул.

Пока я улыбался от умиления, мы подошли к тому месту, где планируемый путь раздваивался: я предлагал идти верхней узкой тропой, а проводник — делать крюк по широкой нижней дороге.

Не раздумывая, я отдал распоряжение свернуть на тропу.

Не знаю, чуйка это была или холодный расчёт, но идти по дороге я категорически не хотел. Начиная с того, что я не хотел терять высоту, а дорога шла вниз. Потом точно придётся подниматься! А подъём — это дело не быстрое. В результате мы потеряем время и придём к месту обессиленными.

Заканчивая тем, что наезженные дороги для спецопераций — это гарантия провала! Если уж где на вражеской территории и есть шанс встретить врага, так это на дорогах. А мы идём именно на вражескую территорию. Мы идём в море мрака.

Привал я скомандовал, когда солнце поднялось в зенит. Мы нашли небольшую поляну с ручьём прохладной воды, берущем начала на белеющих в вышине ледниках.

Альтан хамгалчид хоть и не сильно устали, но выматывать их дорогой было бы неправильно. Поэтому я решил дать им отдохнуть. Да и нам нужно было размяться. Хоть передвижение верхом и быстрее, однако задница потом болит ощутимо. Да и ноги тоже — посиди долгое время на раскоряку!

Ну и раз уж мы остановились на привал, то можно перекусить.

Не успели мы остановиться, как демоны из отряда Найдвара достали металлический чайник с длинным носиком, зачерпнули в ручье воды и прямо в ладонях, используя магию огня, вскипятили воду. Несколько веточек, сорванных прямо тут, у ручья были добавлены в воду и по полянке потёк пряный аромат, чем-то похожий на запах чабреца.

Чашки для чая были упакованы так, чтобы их легко можно было достать, что демоны и сделали — достали чашки и лепёшки.

Но едва мы отхлебнули по глотку, как ко мне подскочил Найдвар. Он двигался пригнувшись, отчего я сразу насторожился.

— Кизаму, — не громко сказал он. — Пойдём со мной!

Вместе с Найдваром мы, опять же пригнувшись, подошли к краю пропасти и аккуратно выглянули из-за кустов.

В этом месте дорога, с которой мы свернули, просматривалась далеко вперёд. И там, внизу, пыля, двигалась длинная лента армии.

То, что это армия иномирных монстров, не вызывало сомнений. Хоть было и далеко, но всё равно было хорошо видно, что войско разномастное. В том смысле, что там были монстры разных видов и размеров.

Двигались они бодренько несмотря на то, что в гору.

Первая мысль, как ни странно, была о том, что если бы мы, ещё когда шли в Нийслэл, не свернули с дороги в горы, то мы бы пришли в столицу страны Ледяных Гор именно по этой дороге.

Второй мыслью было: вполне возможно, это и есть то войско, что шло за нами. Мы-то путь сильно сократили. А вот они только сейчас добрались.

И только третьей мыслью было: Нийслэлу теперь конец! Во-первых, они не готовы к нападению, а во-вторых, они не знают, что к ним приближается такое большое войско.

Решение пришло моментально!

Вернувшись к стоянке, где нас с тревогой ожидали остальные участники похода, я выбрал одного из Найдваровских воинов и приказал ему:

— Бери одного альтан хамгалчид. Самого сильного! И что есть мочи скачи обратно в Нийслэл. Мы ещё недалеко ушли, дорогу найдёшь. И предупреди, пусть готовятся к битве. Приближается войско мрака. Большое войско! Я видел там и арратанов, и воинов тумана, и других монстров. Нужно предупредить! Пусть готовятся к нападению!

Найдвар кивнул, подтверждая мои слова.

А я обернулся к Моне.

— Моня, друг! Скажи альтан хамгалчид, пусть несётся во весь опор! И пусть зовёт всех своих сородичей! Беда идёт!

Моня с самым серьёзным видом курлыкнул и уставился на мохнатых монстров.

Тут же один выступил вперёд и присел, давая демону возможность взобраться на спину. Едва тот сел в седло, как монстр пошагал по тропе. Сначала не спешно, а потом разгоняясь. Вскоре он уже бежал трусцой.

И я подумал: у него с его весом охрененная инерция! Если вдруг кто встанет на пути, сомнёт и не заметит! А если не впишется в поворот…

Я тут же запретил себе даже думать об этом! Альтан хамгалчит добежит, посланный демон жителей Нийслэла предупредит, всё будет хорошо!

Проводив гонца, я приказал сворачивать привал и быстрее отправляться в путь. Нам нужно уйти отсюда как можно дальше. Потому что неизвестно, когда воины тьмы заметят, что мы тут. Хорошо бы с их армией разойтись. Потому что мы против армии не выстоим ни при каком раскладе!

Была бы пещера, можно было бы спрятаться и переждать, пока армия пройдёт. Но лучше уйти подальше. Всё-таки, мы ещё слишком близко от Нийслэла.

Мысль развернуться и поспешить на защиту города, я даже не рассматривал. Пока щель между мирами не закрыта, никакие стены не спасут!

А значит, нам остаётся только одно — как можно быстрее дойти до этой чёртовой щели!

Меня очень тревожило, что тропа пока идёт параллельно дороге. Хоть и сильно выше. Но всё равно, если кто-нибудь во вражеской армии поднимет взгляд, то есть вероятность того, что нас увидят. И тогда нам придётся очень не просто. Потому что мы нашим маленьким отрядом против армии не выстоим.

Нас, конечно, прикрывают кустарники и большие камни, но есть открытые участки. И там вероятность того, что нас заметят, увеличивалась.

Поэтому я достал карту, чтобы ещё раз изучить её. Может, мы где-то можем уйти за горы, чтобы уж наверняка были скрыты даже от самых внимательных глаз.

Ехать верхом и изучать карту было очень трудно. Пришлось накрыть картой Моню.

Ему это не понравилось. Он начал пыхтеть и вертеть башкой. Отчего карта всё время съезжала.

Я уже хотел было прикрикнуть на монстрёныша, когда позади раздался вскрик.

Скомандовав остановку, я обернулся.

Оставшийся без напарника и своего зверя демон сел третьим к двум Найдваровским воинам. И вот теперь свалился.

К счастью, он успел уцепиться за шерсть монстра, поэтому не разбился.

Соскочивший на землю Найдвар помог товарищу подняться. А потом обратился ко мне.

— Ваше величество, Кизаму, разреши нам использовать магию? Мы намного быстрее сможем передвигаться, и стражам станет легче…

— Нет! — тут же оборвал его я.

Я с самого начала запретил использовать магию в походе. Потому что подумал, что войско тьмы должно реагировать на магию.

Ночью я долго размышлял над этим, вспоминал наши стычки, думал про щель, которую Уулын Цэцэг назвала порталом. И у меня закралось подозрение, что, например, арратаны реагировали именно на магию. И взаимодействовали с магией. Это, кстати, одна из причин, по которой демоны проигрывали им. А мы с Матакуши и Шикишей смогли противопоставить арратанам яд и клинки, а потому выиграли.

Я ничего не мог сказать про других монстров из армии мрака, но чуйка подсказывала мне, что все они на магию заточены. А потому легко смогут обнаружить нас, если мы будем использовать магию в походе.

Поэтому мой приказ в самом начале похода был: никакой магии!

Я и чайник разрешил подогреть только потому, что не знал, что войско мрака близко.

Теперь же на магию следовало наложить полнейший запрет!

Именно поэтому я повторил:

— Мы не будем использовать магию!

Я считал это единственно верным решением. Тем более, что упавший демон при падении повредил ногу. Для него магия будет дополнительной нагрузкой. И когда придётся сражаться, он станет обузой!

Оглянувшись на дремавшего на холке альтан хамгалчид Моню, я добавил:

— Возьмите одно из одеял, сверните его и положите перед седлом, ближе к холке. Пусть он едет там, а не на крупе.

И показал на Моню, чтобы демонам было понятно, что делать.

Хоть демоны и спешили, с одеялом мы провозились очень долго. Нужно было распаковать груз, достать одеяло и верёвки, и снова запаковать.

Одновременно с этим Найдвар достал лечебные мази и смазал исцеляющим бальзамом место ушиба, а потом наложил повязку.

Пока мы тут возились, Матакуши с проводником сидели в колючем кустарнике и наблюдали за вражеской армией.

И то, что они видели, категорически никому не нравилось.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Уважаемые читатели, это финальный том в серии «Демоны ледяных гор».

Не забудьте добавить книгу в библиотеку, чтобы не потерять её. И помните — лайки, наградки и комментарии спасают мир и помогают продвижению книги. Ну и само собой, стимулируют автора писать быстрее и больше!

Приятного вам чтения!

И анекдот, как без него?

Майор был уверен, что самая высокая боеготовность только у одного рода войск — у диванных.

Глава 2

Армия мрака всё прибывала и прибывала. Заполняла долину. Всё больше и больше! Она не только вытягивалась, но и расползалась. И неумолимо приближалась… Снизу уже доносился грохот, который всегда сопровождает передвижение армий.

Вскоре монстры двигались не только по дороге, но и по склонам.

Нужно было срочно уходить отсюда, пока чёрная волна не накрыла нас.

Поэтому, как только упавшего демона посадили на альтан хамгалчид, я скомандовал: «В путь!»

Парни не медлили. Они понимали: я прав. Промедление может нам дорого стоить.

Едва мы тронулись, как мохнатые стражи перешли на трусцу.

Сидеть верхом на бегущих альтан хамгалчид было страшно! И я не боюсь в этом признаться!

Сёдла у нас были импровизированные. Полноценных подпруг не имели, а потому держались лишь на честном слове. И, естественно, ни уздечек, ни стремян…

Пока мохнатые стражи шли шагом, ещё как-то можно было держаться. Но когда побежали… нам осталось только молиться и верить, что повезёт, и мы не свалимся под ноги зверя, который бежит следом. Ну или с обрыва, прямо в объятия вражеской армии.

Парни ещё могли как-то держаться за шерсть, а мне нужно было следить, чтобы Моня не свалился.

И тем не менее, я не останавливал альтан хамгалчид. Я понимал, что это сейчас единственно возможный способ избежать встречи с монстрами из армии мрака.

Про то, что эти монстры идут в Нийслэл, я старался не думать. Там я сделал всё, что мог, теперь от меня ничего не зависело. Теперь я должен был сконцентрироваться на одной единственной задаче — закрыть щель между мирами. И всё!

Всё остальное после.

Держась зубами за воздух, я думал только об одном: как не упасть. И видимо, не только я об этом думал весь мой отряд был сосредоточен и крайне собран.

Альтан хамгалчид бежали споро. Благо, тропку было хорошо видно.

Промелькнула мысль: кто ж эту тропку натоптал? Более того, продолжает тут ходить! Ведь тропка не зарастает.

Но об этом я подумать не успел, потому что передний альтан хамгалчид вдруг свернул с тропинки и начал скачками подниматься по крутому склону.

Едущие впереди проводник и Найдвар даже вскрикнули от неожиданности. И сразу же припали к зверю, вцепившись что есть силы в длинную шерсть.

Но через миг вскрикивать и вцепляться уже пришлось нам с Матакуши — наш страж тоже свернул с тропы, вслед за первым зверем.

Мне вообще пришлось буквально лечь на Моню, прижать его своим телом к мохнатому стражу, чтобы освободить руки и схватиться за шерсть.

Следом за нами полезли в гору и оставшиеся два мохнатых стража.

К счастью, лезли мы недолго. За скальным выступом вдруг стало видно узкую расселину, по дну которой с пеною прыгая по чёрным камням катился водный поток.

Думаю, если бы мы прошли по тропе дальше, то как раз вышли бы к речушке или к небольшому водопаду.

Не сбавляя скорости, альтан хамгалчид вбежали в расселину.

Внутри мохнатые стражники немного замедлились, и я облегчённо выдохнул. Однако продолжал лежать на Моне и цепляться за шерсть.

На моей карте этой расселины не было. И куда она приведёт нас, я не представлял. И тем не менее я был рад, что она появилась на нашем пути. Потому что была большая вероятность, что войско мрака доберётся до тропы, по которой шли мы.

Причём, судя по скорости, с которой войско расползалось вширь, произошло бы это довольно-таки быстро. А так у нас был шанс, что они не заметят расселину. Или если и заметят, то не скоро.

Альтан хамгалчид шли по руслу речушки. Наш путь пролегал круто вверх, в основном по камням.

Иногда скалы сближались настолько, что мохнатые стражники касались их боками. А в паре мест так и вовсе пришлось протискиваться.

Скалы возвышались по обе стороны, и вверху было видно только узкую полоску неба. Возможно поэтому внизу царил полумрак и холод. Холод шёл в первую очередь от речушки — мне не надо было щупать воду, чтобы понять, что она ледяная. Но кроме воды холодом давили и скалы. А ещё давило чувство, что я нахожусь глубоко в глотке каменного великана. И не провалился к нему в утробу только потому, что он о чём-то задумался и забыл сглотнуть.

Тут в расселине слишком сильно чувствовалась связь с чем-то или кем-то неимоверно древним. А потому, казалось, что мы песчинки в ладонях древнего божества.

Неожиданно вспомнилась богиня судьбы Юнмей.

Сам не зная почему, я мысленно взмолился:

— Уважаемая Юнмей! Помоги нам сохранить мир, который ты любишь! Помоги освободить его от мрака, пришедшего из других миров! Я очень хочу это сделать! Но сейчас помоги нам! Защити нас! Пошли нам спасение! Дай нам силы!

Может, древняя богиня услышала мою молитву и ответила. А может, мы приблизились к краю расселины, только впереди забрезжил свет.

Альтан хамгалчид прибавили скорости. Как ускоряемся мы, когда понимаем, что конец пути близок.

Наконец в глаза ударил яркий свет — мы вышли из расселины.

И тут вдруг стены расселины за нашими спинами сошлись, закрывая нам обратный путь.

Не сказать, чтобы я рвался обратно на тропу, однако, меня это сильно насторожило — ведь это была магия! А если враг почует её?

— Найдвар, какого чёрта?! Я же сказал магией не пользоваться! — закричал я.

Демон растеряно оглянулся и ответил:

— Это не мы…

Он был настолько растерян, что я поверил ему.

Но если не демоны, то кто соединил скалы?

С другой стороны, не могли же тут, в горах, оказаться древнегреческие Сцилла и Харибда? Не бывает таких совпадений!

Между тем, альтан хамгалчид не спеша вышли на небольшое плато и остановились. А потом, как по команде присели, давая нам понять, что пора покинуть их мохнатые спины.

Я запоздало скомандовал:

— На землю!

И все наездники соскользнули на выгоревшую на горном солнце и так не высокую траву.

Оказавшись на земле, я первым делом достал карту. Нужно было понять, где мы находимся и как отсюда попасть к цели нашего путешествия.

Но не успел я расстелить карту, как Матакуши толкнул меня в бок:

— Кизаму, смотри!

Я отреагировал скорее не на тычок и слова, а на ошарашенную интонацию бывшего защитника стен.

Поднял глаза и увидел приближающегося к нам пастуха в белой бурке и с длинным посохом. Его седая борода и волосы терялись на ворсистой ткани пастушьего одеяния.

Демоны тут же подошли ко мне, готовые защищать меня от опасности, а альтан хамгалчид просто легли и положили головы на передние лапы.

Я такое уже видел, когда мохнатые стражи приветствовали Моню.

Кстати, Моня встал рядом со мной и гордо поднял голову.

Сразу стало интересно, что это за старик такой, раз звери так реагируют на него.

А он просто шёл в нашу сторону. Не спешил, но и не медлил.

Когда старик подошёл уже достаточно близко, то сказал:

— Мир вашему дому, странники!

— И вам чистого неба и постоянного достатка! — с лёгким поклоном ответил я старику.

— Что привело императора в наши земли? — спросил старик, и я проглотил вопрос, готовый уже было сорваться с моих губ.

Я хотел спросить старика, кто он такой и почему тут в горах один, в то время, когда за горой движется вражеское войско. Но вопрос старика выбил меня из колеи. Потому что никто не называл меня тут вашим величеством и никак не показывал, что я чем-то отличаюсь от всех. Мы сразу об этом договорились — в походе мы равны! И парни выполняли мою просьбу. И тут старик называет меня императором…

— Откуда вы знаете? — вырвалось у меня прежде, чем я успел подумать. — Ну, что я император?

— В своих землях я знаю всё, — ответил старик.

Но его ответ не принёс мне понимания, а переспрашивать мне показалось не вежливым. Поэтому я решил ответить на вопрос старика как есть. Ну, то есть, как можно… Ведь я не знал, кто он такой и что можно ему говорить, а чего нельзя. Потому что мало ли откуда он знает, что я император? И мало ли кому может рассказать…

— Мы пришли сюда, чтобы спастись от войска тьмы. Они сейчас с той стороны горы, — сказал я. — Вам, наверное, лучше уйти подальше в горы. Потому что монстры, которые идут в войске, никого не щадят.

— Спасибо за предупреждение, — ответил старик, и мне показалось, что в его длинных белых усах промелькнула улыбка. — Но вы, ваше величество, можете не волноваться. Войско тьмы сюда не придёт. Во всяком случае до тех пор, пока не будет разрушена часовня в Нийслэле.

Его слова напомнили мне о том, куда движется войско тьмы, и я нахмурился.

Старик как будто не заметил этого. Он спокойно продолжил:

— Могу ли я пригласить ваше величество в свой небогатый дом? Там вы и ваши воины смогут отдохнуть и переждать приближающуюся метель. А главное, смогут отдохнуть ваши мохнатые помощники. Идти по моей тропе не просто, они выбились из сил.

Я глянул на альтан хамгалчид. Они действительно выглядели вымотанными. Я даже удивился — вроде и прошли мы всего ничего. Двигались не полный день… А оно оказывается вон оно что — специальная тропа!

Я вежливо поклонился старику и ответил:

— Спасибо за приглашение! Я с удовольствием приму его!

— Тогда следуйте за мной! — сказал старик, развернулся и пошёл прочь в ту сторону, откуда пришёл.

Он не оборачивался, словно давая нам право самим выбрать идти за ним или нет.

Я оглядел демонов и мохнатых стражей, погладил Моню и сказал:

— Давайте поспешим, пока радушный хозяин не скрылся из виду. — Потом обратился к монстрёнышу: — Моня, скажи альтан хамгалчид, чтобы они потерпели ещё немного. И пойдём, куда нас приглашают. Там они смогут отдохнуть. Там снимем поклажу и сёдла…

— Курлык! — ответил Моня, и мохнатые стражи начали неохотно подниматься.

Вскоре мы уже двигались вслед за пастухом в белой бурке.

Я шёл за ним и думал о том, что вот сейчас идёт война на выживание. А я поверил первому встречному и иду в его дом. Я никогда не был таким беспечным! Однако я продолжал идти. И единственное, что беспокоило меня — это чтобы никто не отстал.

Старик вроде бы ушёл далеко и по идее уже давно должен был скрыться между скал. Но его белая бурка вновь и вновь мелькала впереди. И мы, словно ночные мотыльки, шли за этой буркой. А с неба на нас сыпал самый настоящий снег.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

В воинскую часть приехал проверяющий.

Ну, естественно, траву и деревья покрасили, в казармах навели порядок.

Зашел он в казарму, тоскливо оглядел все и говорит:

— В роте плохо!

И направился на второй этаж.

Там расставили знамена на каждом шагу, все сверкает.

Посмотрел он на это дело и говорит:

— В роте плохо!

Народ не знает, что и делать.

Но тут один прапорщик быстренько подносит проверяющему стаканчик водочки, огурчик…

Тот выпил, закусил, перевел дух и говорит:

— В роте полегчало!

Глава 3

=

Когда мы подошли к хижине старика в белой бурке, снег уже валил хлопьями.

Хижина была как будто продолжением горы. Сложена из тех же камней, что и на горе и покрыта крышей, поросшей травой. Единственным, что выдавало в этой груде камней жилище, был опять же, сложенный из камней забор с широкими воротами, две деревянные двери в самом доме — узкие для людей и широкие для животных. Животные располагались видимо в другом помещение, отдельно от людей, что в общем-то хорошо — меньше запахов.

Из крыши торчала труба, из которой в затянутое плотными тучами небо поднимался дым. К дому примыкал навес — покатая крыша над домом продолжалась и опиралась на высокий забор, образуя закрытое с трёх сторон и открытое во двор помещение.

Во дворе вдоль забора были сложены сформированные плоскими кирпичиками кизяки.

Ну, да! В моём мире в горных селениях тоже отапливали жилище кизяками. Леса-то в горах нет. Поэтому с дровами напряжёнка. А конских и коровьих лепёшек у скотоводов более чем достаточно.

Старик открыл ворота и махнул в сторону навеса:

— Думаю, альтан хамгалчид тут будет уютно, — сказал он. — А вы пожалуйте в дом. — Неожиданно он поклонился Моне. — Уважаемый Услэг Мангас, вы тоже пожалуйте в дом!

Заходить в дом я не спешил. Первым делом нужно было позаботиться об альтан хамгалчид.

Как только мохнатые стражи прошли под защищающий от уже поднявшегося ветра и снега навес, я тут же распорядился снять с них сёдла и поклажу.

Демоны быстро справились с этой работой. Сёдла и поклажу сложили тут же под навесом.

У меня была мысль занести всё в дом, но потом подумал, что продукты на улице лучше сохранятся. Поэтому решил взять с собой только одеяла, воду, чтобы не замёрзла и часть продуктов — на сегодняшний ужин.

После этого демоны задали альтан хамгалчид корм — засыпали в специальные ведёрки зерна. К тому же, старик показал, где взять сена. Его положили в специальные кормушки, которые находились вдоль забора.

Кормушки были не новыми, и из них явно кто-то уже ел. Я отметил для себя эту деталь — интересно было для кого предназначались эти кормушки. Явно не для овец — слишком высоко расположены. А для коров или лошадей я пока что не видел. Хотя, если в доме есть отделение для скота, то и скот должен быть.

Но спрашивать об этом у старика я не стал — решил, что это не вежливо. Просто распорядился напоить животных.

Вскоре у альтан хомгалчид были и корм, и вода, и крыша. Только после этого я позволил демонам войти в дом.

Сам я вошёл последним.

Перед тем, как войти, оглянулся.

Разыгравшаяся метель уже полностью замела наши следы. Теперь если бы кто и захотел найти, откуда и куда мы шли, то не смог бы.

Пропустив вперёд Моню, который не отходил от меня ни на шаг, я переступил порог.

Внутри каменные стены были обмазаны глиной и побелены. И завешаны войлоком с рогатыми узорами. На полу, кстати, тоже был войлок.

Жилая комната была не очень большой. Две кровати, укрытые шкурами — одна на правой половине, если смотреть от двери, другая — на левой. Между кроватями у стены — стол, рядом с ним — две табуретки. Слева от двери на стене висели: конская упряжь, лук, стрелы, хлысты. А справа стояли в ряд сундуки и сундучки, широкая лавка, сверху — полка. На ней виднелись посуда и какие-то странные приспособления, явно для кухни.

Демоны и Матакуши, проходили и рассаживались на полу вокруг костра, который горел в центре комнаты. В том смысле, что посреди комнаты располагался выложенный камнями очаг, и в нём горел огонь. А над ним на крюке, свисающем с потолка, висел котелок, в котором варилась похлёбка. Видимо, пока мы возились с альтан хомгалчид, хозяин успел развести огонь и поставить варить еду.

Старик сидел на низкой скамеечке рядом с очагом и ложкой на длинной рукояти помешивал содержимое котелка. Бурка его висела на крюке слева от двери, а сам он был в простых штанах и рубахе, пошитых из тонкого шерстяного полотна.

По моим внутренним часам это должен быть обед, но на улице быстро темнело. Так, словно солнце уже ушло за горизонт. Дело в том, что, когда темнота от туч, она немного другая. А тут именно как будто на дворе поздний вечер.

— Сейчас доварится едево, и будем ужинать, — сказал старик, подтвердив мои ощущения.

Я не смог промолчать и заметил:

— Интересно… Мы вот только вышли из Нийслэла. А уже вечер. Как быстро время пролетело…

— Тропа моя необычная, — усмехнулся старик. — Не каждый её может найти. И плата за проход — время.

— Как это? — спросил Матакуши.

— Вы отдали полдня своей жизни. А кто-то отдаёт годы… Всё зависит от цели, с которой идут ко мне…

— …Люди? — уточнил я.

— Не только, — старик внимательно посмотрел на меня. — Я принимаю всех.

— И даже монстров из армии мрака примите? — спросил проводник.

В его голосе был страх. Ну да, он не шёл с нами в Нийслел, не сражался с арратанами или крысоподобными хархнуудами. Он вообще не видел монстров. Поэтому то, что мы увидели на дороге, напугало его, потрясло. Хорошо хоть не сломило.

Да, я не удивился интонации и вопросу проводника. Но вот ответ старика меня удивил очень сильно:

— Если у них будет достаточно веская причина, чтобы сунуться в мою расселину и хватит смелости пройти её до конца, если они готовы будут заплатить за проход соответствующую цену, то могут пройти и монстры. Я принимаю всех.

— Кто вы? — тут же спросил я.

Я догадывался, что мы имеем дело с не обычным пастухом. Теперь же я в этом был абсолютно уверен.

Но ответить на мой вопрос старик не успел. Открылась дверь и в комнату вошла юная девушка. В руках она несла глиняный кувшин. Он был явно полон и прикрыт сверху тряпицей.

— А вот и Юнмей пришла! — старик поднялся навстречу девушке.

Забрав у неё кувшин, старик прошёл к столу. Поставив кувшин на стол — туда, где уже лежали припасы, принесённые демонами, он спросил у девушки:

— Как там?

— Метель разыгралась не на шутку, отец! — улыбнулась девушка, снимая меховую безрукавку и вешая её слева от двери. И тут же погрустнела: — Но, боюсь, надолго это их не сдержит. — А потом обратилась уже к нам: — Здравствуйте, гости дорогие! Сейчас будем ужинать.

— Юнмей знала, что вы придёте, — старик с нежностью посмотрел на девушку. — Готовилась к встрече.

Пока он говорил, девушка достала из сундука штук пять больших лепёшек.

— Так и есть, — подтвердила она. — Я услышала вашу просьбу и попросила отца сделать вашу дорогу лёгкой, а потом и встретить вас.

Я смотрел то на девушку, то на старика, и понимание постепенно накрывало меня. И всё-таки я не готов был принять свои догадки. Ровно до того момента, когда Матакуши вдруг бухнулся на колени и пал ниц со словами:

— Госпожа Юнмей, господин Машуто Обитами! Простите нас, что мы сразу не узнали вас! В нашей семье про вас до сих пор много легенд рассказывают! Я даже не надеялся когда-нибудь вот так близко увидеть вас!

Демоны с недоумением уставились на Матакуши.

И тогда он рявкнул на них:

— Немедленно поклонитесь богине судьбы госпоже Юнмей и хозяину времени Машуто Обитами!

Только после его слов до меня окончательно дошло, кто хозяева этой хижины, больше похожей на хижину пастуха. Вот уж не думал, что когда-нибудь буду ужинать у богов! И не на небе, а в скромной пастушьей хижине!

А ещё я вспомнил, как молился Юнмей, пока мы пробирались через расселину. Мне даже в голову не могло прийти, что моя молитва будет услышана.

Не раздумывая больше, я тоже опустился на колени и поклонился хозяевам.

Демоны тут же последовали моему примеру. Ещё бы! Если император преклонил колени, то подданым тем более положено!

Лишь Моня по своему обыкновению курлыкнул:

— Курлык! — и потёрся лысой башкой о мой бок.

— Ну что вы! — сказал старик. — Мы тут живём по-простому… Не надо кланяться…

Но я видел, что ему выражение нашего уважения было приятно.

Мы поднялись и снова расселись на свои места. Только теперь все, включая демонов, были сдержаны и торжественны.

Юнмей достала из другого сундука кружки — для каждого из присутствующих. Взяв кувшин, она налила в каждую молока. И ещё в миску — для Мони.

По моим ощущениям, в кувшине молока должно было быть меньше, но все кружки были наполнены до краёв.

К тому времени дошла похлёбка. Господин Машуто Обитами снял казан с огня и поставил рядом с костром на специальную подставку — чтобы не остыло.

Юнмей тут же подошла к нему с мисками и широкой ложкой. И принялась наполнять миски и передавать их присутствующим.

Действовали отец с дочерью слаженно и быстро.

И снова все миски были наполнены до краёв, а едева, как старик назвал свою похлёбку, хватило на всех.

— Угощайтесь! — сказал старик, протягивая каждому по половине лепёшки.

Наши продукты остались лежать на столе не тронутыми. И я решил, что забирать мы их не будем. Пусть тут они и останутся. Как подношение богам.

Мы ели похлёбку с лепёшкой, запивали парным козьим молоком, и я понимал, что вот эта простая еда поистине божественна! Она ни в какое сравнение не шла с дворцовыми яствами — простая, вкусная и полезная. После такой еды не будешь мучиться несварением. Зато сполна пополнишь силы для новых свершений.

Когда мы доели и передали пустые миски Юнмей, Машуто Обитами, огладил усы и бороду и сказал:

— А теперь пришло время для разговоров.

Я был согласен с ним. У меня накопилось очень много вопросов. Единственная проблема заключалась в том, что я не знал, какие вопросы будет удобно задавать, а какие лучше оставить при себе.

Единственное, я решил, что постараюсь выяснить всё, что знают древние боги, чтобы найти щель между мирами и закрыть её.

Я очень надеялся, что богиня судьбы и хозяин времени хоть что-то знают об этом.

А потому первым вопросом, который я задал, было:

— Вы знаете, откуда и почему в нашем мире появилась тьма?

— Знаем, — коротко ответил Машуто Обитами. — Юнмей предсказала появление тьмы задолго до того, как та появилась. И даже успела кое-что подготовить, чтобы сдержать её распространение.

У меня от его слов сердце застучало, как бешенное. Неужели мы сейчас узнаем, как заткнуть эту дырку? Я уже набрал в рот воздуха, чтобы спросить: как?! Как уничтожить эту гадость. В этот момент Машуто Обитами продолжил:

— Но вам наши знания не помогут.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Анекдот.

Приходит сатана к богу и говорит ему:

— Пожалуйста, забери у меня одного грешника. Ей-богу, не могу уже с ним! Представляешь, убил всех демонов, чертей и остальную нечисть… Но этого мало, так ещё залез на мой трон и кричит: «Где здесь переход на следующий уровень?!»

Глава 4

— Знаем, — коротко ответил Машуто Обитами и продолжил: — Но вам наши знания не помогут.

— Почему не помогут? — тут же спросил я.

— У людей свой путь, — ответил старик. — А у богов — свой.

Меня это, если честно, зацепило.

— Как так? — возмутился я. — Разве мы ни в одном мире живём? Исчезнет мир, исчезнут и боги!

Лицо Машуто Обитами потемнело, и я понял, что сейчас прошёлся по очень больной для него теме.

И тут до меня дошло: Машуто Обитами хозяин времени. И плату за переход по расселине берёт временем. А куда он это время потом девает?

А что, если полученное в уплату за переход время прибавляется к его жизни? Тогда получается, чем меньше просителей пойдёт по расселине, тем меньше времени достанется богу?

Я по-новому взглянул на седины старика.

В моём мире тоже говорили, что боги живут только до тех пор, пока есть кому им поклоняться.

Теперь понятно, почему Машуто Обитами готов принять даже иномирных монстров, лишь бы они заплатили, лишь бы продлили ему жизнь.

— Простите, — негромко сказал я и склонил голову. — Я не хотел причинить вам боль.

— У каждого своя истина, — с тяжёлым вздохом сказал старик.

— И все борются за жизнь. Даже боги! — тоже со вздохом произнёс я.

В комнате повисла тишина, прерываемая только жизнеутверждающим стуком посуды — Юнмей мыла миски и кружки.

Она работала спокойно и деловито, не обращая на нас особого внимания. Богиня выглядела молодо и была полна сил. И это не мудрено — Юнмей помнят в Баракушити. И Агния говорила о богине судьбы. Значит, и в стране Долгих Лесов её тоже чтут.

Её много где помнят и чтут! Именно поэтому за то время, пока новые иномирные боги пытались уничтожить старых, Юнмей удалось сохранить свою юность и красоту.

Машуто Обитами перехватил мой взгляд и вдруг сказал:

— В судьбу верят даже боги. И даже боги иных миров!

В его голосе прозвучало уважение, и я понял, что он гордится своей дочкой.

Всё это было очень трогательно, но мне хотелось помощи.

Спасибо, конечно, что Юнмей и Машуто Обитами укрыли нас от метели, накормили и, видимо, позволят нормально выспаться, однако я по-прежнему не знал, как закрыть иномирную щель. И неплохо было бы уточнить, где именно она расположена. Потому что проводник знал о месторасположении этого портала только с чужих слов, сам он там не бывал.

Вполне может получиться так, что для прохода нам нужен будет саркофаг с Их Эзэн Болсон Дайны Бурханом, которому Аргх хотел скормить мою душу. Но я решил оставить саркофаг в часовне, в том самом убежище, где он дожидался меня.

Если за всё время правитель Эзэн не выбрался из саркофага, то ещё посидит — скорее всего иномирного бога в саркофаге удерживает излучение часовни. То самое излучение, которое чуть было не угробило нас. И если бы трон меня не принял, то мы бы сейчас тут не сидели.

Да, я побоялся брать саркофаг в поход. Начиная с того, что он громоздкий и неудобный. И, как показали последние события, вряд ли с саркофагом мы смогли бы уйти через расселину. Заканчивая тем, что если иномирный бог покинет саркофаг, то одним сильным врагом у нас станет больше.

Едва я вспомнил о саркофаге, как сами собой вспомнились слова Машуто Обитами о том, что войско тьмы сюда не придёт до тех пор, пока не будет разрушена часовня в Нийслэле.

Пришло понимание, что часовня со светящимися кристаллическими колоннами должна быть каким-то образом связана со временем.

И этот момент я мог сейчас выяснить. А потому не стал мешкать и спросил:

— Машуто Обитами, а кто построил часовню? Ту, которая в Нийслэле… С троном. Вы знаете?

— Знаю, — ответил старик и задумался.

Видимо, погрузился в воспоминания.

Я не торопил его. Понимал, что с тех пор прошло много лет. И у хозяина времени накопилось много всего, связанного с этим строительством. Тем более, раз расселина каким-то образом связана с часовней. А значит, проект был грандиозным!

— Это было давно, — начал Машуто Обитами. — Так давно, что в памяти людской и следов не осталось. В те времена не было не только демонов, но и самой страны Ледяных Гор. Горы-то были, но вот жили тут другие люди. Те, которые потом ушли из этих мест и образовали другую страну — страну Долгих Лесов.

— Что?! — перебил я хозяина времени. — Как так?

Старик пожал плечами.

— Жизнь не стоит на месте. Всё меняется. Это и есть жизнь — постоянное движение, постоянные изменения.

— И что, — решил уточнить я. — Жители страны Долгих Лесов родом из этих мест?

— Да, — ответил старик. — Именно они построили часовню и возвели трон. Трон, сидеть на котором может только истинный император. А если сядет самозванец, то он или погибнет, или сойдёт с ума.

Я вспомнил, как Бориска рвался на трон, как кричал, что это он наследник, это он настоящий император. И трон должен принадлежать только ему!

Неужели у него были основания так говорить? И не только потому, что он сын правителя страны Долгих Лесов…

Но ведь изначально Агния с детьми не собирались идти в Нийслэл. Ещё там, в охотничьем домике они уговаривали меня пойти с ними в страну Долгих Лесов. Интересно, на каком этапе у них появился план «Б»? И если хозяин времени сказал, что и памяти не осталось, откуда семейство Агнии узнало об этом.

А в том, что Бориска знал о троне и в том, что часовня имеет отношение к их народу, я теперь не сомневался.

— А как они смогли возвести такой трон? И часовня… Эти колонны с пульсирующим светом… Это же мощная защита! Настоящее оружие! Как такое людям под силу?

— Так и есть, оружие, — подтвердил хозяин времени. — Это защита императора. Защита от самозванцев. Защита от переворотов. В те времена людей, которые жили в этих краях, раздирали междоусобные войны. Люди сильно страдали от этого. В какой-то момент главы родов собрались на совет, думали, как прекратить истребительные войны. И решили обратиться ко мне, чтобы я избрал одного императора и помог объединить всех. Я поставил условие, что решу их проблему, но они должны построить часовню и возвести трон. И того, кто выполнит моё задание, я назову императором.

— Неужели нашёлся тот, кто смог построить? — растеряно спросил я. И тут же смутился: — А, ну да! Часовня и трон же есть, значит, нашёлся.

— Да, нашёлся, — хозяин времени кивнул. — Это был тот же человек, который и собрал всех глав рода, чтобы заключить мир. Его дух был настолько велик, что он оказался равен небожителям. И тем не менее, моё задание было слишком сложным даже для него. И тогда он пришёл ко мне и поклонился. Он отдал почти всё время, которое у него было, чтобы только я помог. Он просил не за себя. Он хотел, чтобы братья перестали убивать друг друга. И ради этого он отдал своё время. Я принял его дар и помог ему построить часовню и трон.

— Как Данко решил осветить людям путь… — прокомментировал я слова старика.

— Да, — согласился со мной Машуто Обитами. — Именно, как Данко.

Я с удивлением посмотрел на него — откуда он знает про Данко? Неужели тут тоже был свой Максим Горький и он тоже написал «Старуху Изергиль», а в ней легенду о горящем сердце Данко?

Но я не стал отвлекаться и задавать не имеющие к делу вопросы. Мало ли что знает хозяин времени? Меня больше волновало то, как была построена часовня, и какое отношение семья Агнии имеет к трону на самом деле?

— Поступок этого человека, — продолжил Машуто Обитами. — Настолько вдохновил мою дочь, что Юнмей помогла ему. И оставшиеся дни его жизни растянулись на годы, за которые он смог объединить родственные роды в один большой и сильный народ. Но он и её подарком распорядился по-своему. Он связал нитью судьбы трон в часовне и мою расселину. Чтобы всякий входящий в часовню мог молиться мне, и молитва доходила до меня. И лишь самые смелые по-прежнему приходили ко мне через расселину. А большинство людей стали молиться в часовне. Мне было всё равно, где они молятся — свою оплату временем я получал исправно.

— А почему люди ушли из этих мест? — спросил я.

— Часовня и трон нарушили естественное течение магии, и климат начал меняться. Зимы стали суровыми, и люди ушли в леса. Но места пустовали недолго, сюда пришёл другой народ. Однако их тоже втянули в войну. В результате теперь в этих горах живут демоны. Но, видимо, скоро и они уйдут. И мы, видимо, следом…

— Так стоп! — остановил я старика. — Я собираюсь расправиться с войском мрака! Я планирую их прогнать из нашего мира! И надеюсь, что вы с Юнмей мне поможете!

— Я не помогаю просто так, — ответил хозяин времени. — У моей помощи есть цена.

— Даже если от этого зависит ваше с Юнмей существование? — попробовал торговаться я.

— Даже если от этого зависит наше с Юнмей существование, — подтвердил старик. — Это не я придумал. Таковы правила. Боги не свободны поступать так, как им заблагорассудится.

Я кивнул, что понял.

Посмотрел на свой отряд. Все давно уже спали.

Пока мы с Машуто Обитами разговаривали, Юнмей домыла посуду, потом достала набитые соломой матрасы и валики-подушки и дала войлочные одеяла. Демоны и Матакуши легли.

Моня тоже дремал, свернувшись у моих ног калачиком. Его Юнмей тоже звала лечь на матрас, приготовленный для меня, но он широко зевнул ей в лицо, продемонстрировав свою зубастую пасть, и, привалившись к моей ноге, закрыл все шесть своих глаз.

Сама Юнмей теперь сидела на кровати и пряла шерсть. Нитка получалась ровная и красивая.

Веретено крутилось, Юнмей тянула ворсинки шерсти, позволяя им закручиваться не очень сильно, чтобы образующаяся нить не начала сворачиваться в ненужные узлы, но и не слабо, чтобы нить не рвалась.

Когда мой взгляд упал на нить, моё сердце начало биться сильнее. Я испугался, что нить раньше времени порвётся.

Но наблюдая, как ловко Юнмей прядёт, я успокоился и уже по-деловому спросил у хозяина времени:

— Ну, старик, рассказывай, какие у тебя будут условия?

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Встречаются два капитана, когда-то учились вместе. Разговорились:

— Как жизнь?

— Да как сказать… На службе, как в лесу: командир — дуб, замполит — пень, штаб — болото, офицерье — волки, прапорщики — шакалы, солдаты — хорьки, одни связистки — ягодки.

— Ну а дома?

— Дома? Дома, как в сказке: жена — ведьма, теща — Баба-яга, тесть — Кощей Бессмертный, дети — три поросенка, зато соседка — Василиса Прекрасная! И муж у нее — Иванушка-дурачок.

Глава 5

Я думал, старик попросит годы жизни, и прикидывал, сколько я готов отдать. И понимал, что ради того, чтобы моя дочка, моя Машка-промокашка, моя принцесса была жива, чтобы ей ничто не угрожало, я готов отдать все свои годы. Оставил бы ровно столько времени, чтобы закрыть иномирную щель и всё, можно уходить.

Но старик неожиданно потребовал совсем другую плату:

— Ты должен, — сказал он, — объединить людей и демонов — все страны, прекратить войну и заставить всех сотрудничать. Таков путь императора.

Я почесал затылок.

Нет, я тоже задумывался о том, что надо прекратить войну. Я даже собирался такое условие поставить своему наместнику — чтобы война между Баракушити и страной Ледяных Гор закончилась. Но я совсем не ожидал, что хозяин времени назовёт ценой за помощь именно это — мир между всеми народами.

Чтобы привести мысли в порядок, я спросил:

— А почему трон принял меня? Ведь у Бориски, наверное, больше прав. И у отца Уулын Цэцэг, у Хааны Гера — тоже. У них же в роду были правители?

— Нет, — ответил Машуто Обитами. — Императора трон выбирает не по крови.

— А как тогда? — ещё больше удивился я.

В моём мире родословные императорских династий изучали тщательнее, чем что бы то ни было другое. А тут заявление о том, что кровь не имеет значения.

— Трон выбирает императора по делам. Бориска погиб бы, если бы сел на трон. А Хааны Гер едва не сошёл с ума. И спасло его только то, что он думал о своём народе. Но масштаба личности не хватило. Он может быть помощником, но не может быть императором — кишка тонка.

— А у меня, значит, не тонка? — автоматически спросил я.

— Ты умеешь принимать решения. Такое умение есть лишь у небольшого числа людей. Остальные будут рады, если им скажут, что делать, и снимут с них ответственность за неправильное решение.

— Вот как, — ответил я.

И подумал о том, что если бы в моём мире императоров выбирали по делам…

С другой стороны, дела бывают разные. И для кого-то они хорошие, а для кого-то не очень. Как написано в словаре великого Владимира Ивановича Даля: «Что русскому здорово, то немцу — смерть, и наоборот». И дело тут не в немцах, как нации. А потому я решил уточнить:

— Имеет ли значение для трона, какие именно решения принимает человек?

— Нет, не имеет, — ответил хозяин времени.

Признаться, я ожидал именно такого ответа. И всё-таки меня это возмутило.

— Как так? — спросил я. — А если император решит сжечь город?

— Значит, он войдёт в историю, как император, который сжёг город, — ответил Машуто Обитами.

Что ж, плавали, знаем. Истории моего мира такие императоры известны.

Но я не собирался становиться мерзавцем, которого запомнят только по его злодеяниям. Поэтому спросил у хозяина времени:

— Каким образом я должен объединить людей и демонов и прекратить войну?

— Способ ты выберешь сам, — ответил старик.

Я кивнул. Что ж, логика хранителя времени понятна: не важно, как дело будет сделано, главное, чтобы оно было сделано. И если для того, чтобы объединить, мне придётся всех убить, чтобы упокоились с миром, это тоже зачтётся…

Я грустно усмехнулся — не для того я шёл закрывать эту чёртову щель, чтобы всех порешить! Я хочу, чтобы и люди, и демоны жили! И жили в мире!

Однако, во всём этом было одно слабое место. И его нужно было прояснить.

— Но пока я буду объединять людей с демонами и прекращать войну, иномирная нечисть уничтожит всех.

Старик кивнул. А потом сказал:

— Мы заключим с тобой договор. По которому я помогу тебе, а ты потом выполнишь моё условие.

— А если я не выполню? — спросил я.

Нет, я не какой-то там душнила или клятвопреступник. Для меня понятие чести не пустой звук. Просто интересно, какие инструменты есть у хозяина времени.

Машуто Обитами усмехнулся и произнёс с угрозой.

— Не советую!

А потом посмотрел на Юнмей.

Она слегка потянула нить, которую пряла, и я почувствовал, как из меня будто жилы вытягивают.

И поспешил заверить хозяина времени, что его урок усвоен:

— Всё понял!

Юнмей как ни в чём не бывало продолжила прясть, и я смог свободно вздохнуть.

Машуто Обитами поправил догорающие в очаге кизяки. На меня он не смотрел, давая мне возможность всё обдумать.

А чего тут думать? Я давно уже принял решение — сделаю всё возможное и невозможное, чтобы заткнуть эту дырку. И если для этого мне нужно будет поставить на кон всё, я поставлю всё!

Спрашивать о том, что случится, если я буду стараться, но не смогу, я не стал. Более того, я такой вариант даже не рассматривал! А потому сказал:

— Я готов заключить с тобой договор. Но у меня есть один вопрос, последний.

— Я знаю, о чём ты хочешь спросить, — сказал старик. — И я расскажу тебе о драконах.

Сказать, что я растерялся, это ничего не сказать. У меня у самого до конца мысль оформиться не успела, а он словно мысли мои прочитал и упорядочил их. Словно он присутствовал при нашем разговоре с Уулын Цэцэг, когда она говорила о драконе.

Хотя, наш разговор состоялся в часовне. И если между часовней и повелителем времени есть связь, то вполне возможно он знает обо всём, что там произошло. Возможно, именно в этом разгадка того, что он признал во мне императора — он просто знал, был своего рода свидетелем.

В общем, я смог только кивнуть.

— Та демоница была права, — подтверждая мои мысли сказал повелитель времени. — Для закрытия щели тебе действительно потребуется помощь дракона.

— И где его взять, этого дракона? — спросил я, чувствуя себя полным дураком.

Старик усмехнулся.

— А не надо нигде брать. Дракон поедет с тобой, — сказал он и посмотрел на Юнмей.

Она кивнула. А я растерялся ещё больше.

— Это как? — спросил я хозяина времени.

— А заодно проследит, чтобы ты выполнил условия договора, — продолжил он, полностью игнорируя мой вопрос.

Я с недоумением переводил взгляд с богини судьбы на хозяина времени и обратно.

— Только никто не должен знать об истинной сути моей дочери, — со вздохом сказал Машуто Обитами. — Это не условие, это просьба.

Сам собой всплыл в памяти столик из чешуйки дракона, который стоял в комнате мамы Ишико. Мне очень захотелось узнать, чья это чешуйка. Но я понял, что спрашивать об этом сейчас нельзя.

И вообще разговор перешёл на темы, о которых не должны знать посторонние. И я оглянулся на демонов.

— Они спят, — сказал старик. — И нашего разговора не слышат.

Кивнув, я ответил:

— Хорошо, хозяин времени. Я готов. Я готов заключить с тобой договор!

— Вот и отлично! — сказал Машуто Обитами. — Вот и договорились! Сейчас ложись спать. Завтра вам предстоит трудный путь. Утром я расскажу, куда идти.

Я встал.

Моня тут же приподнял голову:

— Курлык?

— Пойдём-ка, братец, нормально ляжем, — сказал я ему и шагнул к постеленному для меня матрасу.

— Это хорошо, что Услэг Мангас с тобой, — сказал Машуто Обитами. — Жалко только, что он ещё маленький.

— Я убил его мать, — признался я.

И вдруг почувствовал облегчение. Как будто я всё время носил в себе этот груз и не мог никому признаться в содеянном.

— Я понимаю, — ответил старик. — Иначе его сейчас с тобой не было бы.

— Да, — согласился я. — Я не мог его там оставить одного.

— Дело не в этом, — покачал головой старик. — Древние звери сами выбирают, где и с кем быть. Этот зверь выбрал тебя. Значит, ты сделал что-то, из-за чего он захотел пойти с тобой, захотел стать твоим тотемным зверем, твоим зверем силы. Вы даже похожи…

Я с сомнением посмотрел на монстрёныша и подумал, что если я похож на это мохнатое, лысоголовое, зубастое и шестиглазое существо, то как же плохо я выгляжу.

На что Моня глубокомысленно курлыкнул:

— Курлык! — и свернулся калачиком рядом с валиком, который мне служил подушкой.

Я совершенно автоматически укрылся одеялом сам и укрыл монстрёныша, как будто это маленький ребёнок. Мне даже в голову не пришло, что он вообще-то мохнатый — ему точно не холодно!

Моё тело с радостью отозвалось на возможность вытянуться.

И опять, спать на этих, набитых сеном матрасах и укрываться войлочными одеялами было намного комфортней, чем на широких мягких кроватях во дворце. Не знаю почему, но тут мне дышалось легче.

Как-то так получилось, что едва я лёг, костёр начал сворачиваться и вскоре потух, как будто его время внезапно закончилось. В последних проблесках я видел, что Юнмей продолжала прясть, а хозяин времени продолжал сидеть у потухающего костра.

Пробегающие по кизякам искры поначалу ещё высвечивали жилистые руки старика. Но скоро хижина погрузилась в темноту.

А может это просто я закрыл глаза.

Не успел я закрыть глаза, как почувствовал, что меня трясут за плечо.

Повернувшись, я увидел Машуто Обитами.

— Вставай! — сказал он. — Нужно ещё обсудить, куда вам идти и что делать.

У меня сон как рукой сняло.

Комната была немного освещена рассветным солнцем — его лучи пробивались в небольшое окошко над столом. Свет был ещё не такой яркий, как дневной, но видно всё в комнате было уже неплохо.

Юнмей на кровати уже не было. Но её работа — веретено, клубок и распушённая шерсть — лежали аккуратно.

Мне захотелось поближе рассмотреть нить, которую она пряла. Я протянул руку.

— Не советую, — прервал моё движение старик.

— Почему? — спросил я.

— Ты можешь сделать ненужные узлы, случайно запутать или даже порвать нить.

— Я ж аккуратно, — ответил я и всё-таки взял шерсть, клубок и веретено.

Это было странное чувство — когда держишь в руках нить своей жизни.

Я потрогал саму нить — тёплая и мягкая. И очень уютная. И в то же время крепкая и местами колючая. И ровная!

Почему-то подумалось, что с этой нити может получиться что-то дельное. Не будет же она всю жизнь в клубке. Хотелось бы, чтобы в дело пошла. Не знаю… В варежки там или носки… Или лучше в тёплую шапку для моей Машки-промокашки.

Не понимаю, откуда пришло такое чувство, но от него на душе стало как-то светлее и радостнее.

Я держал клубок с веретеном и шерстью в руках, и меня накрывало ощущением, как будто я заглянул в сокровенное. От этого накатило чувство какой-то торжественности, и я аккуратно положил всё обратно на кровать.

— Посмотрел? — усмехнулся старик.

— Да! — ответил я.

— Ну, тогда давай поговорим о том, что вам нужно будет сделать в первую очередь.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Природа одарила город прекрасным пушистым снегом...

А по всему городу этим замечательным подарком любовались тысячи царей природы, пятый час глядя на это чудо из окон своих автомобилей!

Уважаемые читатели, дальше новые главы будут публиковаться через день, как я сразу и писал.

Глава 6

Метель к утру стихла. И когда мы после завтрака седлали альтан хамгалчид, горы вокруг сияли первозданной белизной.

Мы уже собрались рассаживаться, когда из хижины вышла тепло одетая Юнмей с сумкой через плечо. Она подошла ко мне и сказала негромко:

— Я поеду с тобой.

Демоны и Матакуши посмотрели на неё с удивлением.

Я сначала не понял этого их удивления, а потом догадался: они ведь не слышали нашего разговора и не знают о том, что богиня судьбы отправляется с нами, потому что я заключил договор с её отцом — хозяином времени.

— С нашим отрядом? — уточнил я, думая, что пристроить Юнмей можно только на том мохнатом страже, который везёт поклажу. Юнмей лёгкая, поэтому не станет обузой для альтан хамгалчид.

Но девушка отрицательно покачала головой:

— Нет, я поеду именно с тобой, вместе.

Я кивнул:

— Ага.

И задумался. Игнорировать слова богини не стоило, но Матакуши раза в два больше неё. И его вес уже составит неудобство зверю. А значит, зверь потеряет манёвренность и скорее устанет. И это однозначно скажется на боеспособности! А взять её третьей, точнее, четвёртой на нашего альтан хамгалчид… Тут вспоминаются шутки о вместительности «Запорожца».

То есть, с учётом этих обстоятельств мне следовало всё-таки проигнорировать её слова и сделать так, как лучше для всего отряда.

Непростой выбор. Казнить нельзя помиловать. Где поставишь запятую, так тебе и надо.

Дилемма решилась просто. Хозяин времени понял мои сомнения и предложил часть поклажи перенести на моего зверя.

Пришлось немного повозиться, но вскоре одеяла и часть припасов перенесли. А потом устроили седло для Матакуши и переделали седло для Юнмей.

Когда мы, наконец, тронулись в путь, солнце поднялось уже довольно высоко.

Но я не переживал. Потому что Машуто Обитами скорректировал наш маршрут с учетом наступающей армии мрака. К тому же он лучше знал эти места. Пожалуй, даже не просто лучше, а лучше всех. Потому как жил тут значительно дольше любого живого существа из ныне живущих в этих горах.

По его плану, мы должны обойти армию по соседнему ущелью. Конечно, это не спасёт от столкновений, а только отсрочит их. Но чем дальше мы пройдём незамеченными, тем лучше.

Не к месту вспомнилось братство кольца. Но я усилием воли отогнал эти воспоминания — да, мы тоже боремся с тьмой, однако, у нас другой случай. Там достаточно было бросить колечко в вулкан. А нам, судя по тому, что мне рассказал Машуто Обитами, предстояло сразиться с боссом. И не просто с боссом, а сразу с двумя!

Демоны, надо отдать им должное, делали несколько попыток закрыть щель, но все они разбились об охранников портала — двух огромных змеев. Они никогда не спят, телом чувствуют шаги — то есть, незаметно приблизиться к ним невозможно. Разве что прилететь на драконе… И то это лишь позволит немного выиграть время. Потому что змеи отлично ощущают изменения температуры. И даже если они не услышат наших шагов, они почувствуют тепло наших тел.

Так что, в идеале нам нужна была еще и тепловая маскировка. Но как этого добиться, хозяин времени не сказал.

Ну и ладно! Время придумать ещё есть!

Когда я утром показал проводнику уточнённый маршрут, он очень удивился. Но потом сказал, что вариант неплохой, и что к нужному месту новый маршрут нас должен привести. Единственное, что идти нужно будет дальше и путь будет посложнее. Но, к сожалению, самый простой путь для нас был однозначно отрезан.

Судя по тому, что и как проводник говорил, он, несмотря на встречу с армией мрака, до конца не понимал, что нас ждёт впереди.

Ничего, по ходу дела разберётся. Лишь бы не подставил нас в ответственный момент. Потому как одно дело смотреть на тех же арратанов сверху, и совсем другое — вступить с ними в бой.

Альтан хамгалчид ступали по снегу размеренно. К счастью, снег был ещё не глубокий и пока ещё рыхлый, поэтому шли мы довольно быстро.

На обед останавливаться не стали — моя чуйка подсказывала, что нужно поспешить.

Да что там чуйка? Нийслэл возможно уже окружён.

Про то, что вполне может быть, что он уже пал, я даже думать не хотел.

Итак, мы шли целый день. И только к вечеру, когда солнце ушло за горы, я скомандовал привал.

Лучше, конечно, было бы, если бы мы остановились в пещере или в каком-то закрытом месте, чтобы и от ветров защита была, и костёр можно было б разжечь. Но пришлось останавливаться на относительно открытом пространстве. Максимум, что мы смогли — это спрятаться в складках горы.

С другой стороны, мы увидим издалека, если враг появится. А костёр… костёр можно и не зажигать. Тем более, что дров всё равное нет, а магию я использовать запретил.

Кстати, Машуто Обитами не стал ничего советовать по поводу магии и, когда я озвучил своё решение, лишь одобрительно кивнул. Всё-таки, свою часть договора я должен выполнить сам и так, как посчитаю нужным. То есть, мои решения должны быть моими.

Видимо, поэтому хозяин времени и не лез ко мне со своими советами. И спасибо ему за это — не пришлось посылать бога по адресу. Потому что своё дело я должен сделать сам!

Когда остановились на привал, я велел альтан хамгалчид лечь кругом, чтобы их большие тела хоть как-то защищали нас от ветра, а потом в центре постелил шкуру Услэг Мангаса.

Юнмей присела около зверя, на котором мы ехали, прислонилась к нему спиной, и тут же достала из своей сумки распушённую шерсть и веретено, и продолжила прясть.

За всё время пути я не услышал от девушки ни единого слова, ни единой жалобы. И если бы она не прижималась ко мне всю дорогу, я, возможно, забыл бы, что она едет позади меня.

Демоны задали корм нашим мохнатым друзьям. Потом занялись ужином. Достали сыр, который нам дал в дорогу хозяин времени, сухофрукты и вяленое мясо. И воды — запить.

Конечно, очень не хватало кипяточку, но тут не до жиру, быть бы живу.

Перекусили и легли, укрывшись одеялами.

Не успели демоны и Матакуши уснуть, как Юнмей тихонько тронула меня за плечо:

— Кизаму, проводи меня, пожалуйста!

Я мысленно чертыхнулся. Она же девушка, ей же неудобно. Это ж сколько она терпела…

— Да, — кивнул я и встал.

Юнмей сложила в сумку веретено и шерсть, сумку повесила на плечо и тоже поднялась.

Я отметил для себя, что дома она оставляла свою работу на кровати, а тут держит при себе.

Ну и ладно, решил я. Если ей так спокойнее, то пусть. Мне это не мешает. Хочет носить, пусть носит. Да и вес там небольшой.

Едва мы встали, как Моня тоже поднялся и со вздохом поплёлся вслед за нами.

Мы потихоньку пробрались к морде альтан хамгалчид.

Он скосил на нас свой большой глаз и отвернулся, открывая проход.

Вышли и направились за складку — я, Юнмей и Моня. Именно в таком порядке — я прокладывал путь в снегу, Юнмей шла за мной, а Моня замыкал.

Потом я пропустил девушку вперёд и отвернулся.

Моня остановился рядом со мной, вздохнул и тоже повернулся спиной к Юнмей.

Мне стало смешно — с его шестью глазами это выглядело забавно и больше походило на акт вежливости. Ну или подражание.

Я погладил монстрёныша по голове, и он едва слышно курлыкнул.

Через некоторое время Юнмей вернулась ко мне и смущённо сказала:

— Спасибо! — И, видимо, чтобы скрыть смущение, спросила: — Можно я твоего Услэг Мангаса расчешу? Он такой милый!

— Ну… Если Моня не против, то почему бы и нет? — ответил я. — Ты как, брат, хочешь, чтобы Юнмей расчесала тебя?

— Курлык! — согласился Моня и пошёл впереди нас с гордо поднятой головой.

— У тебя всё в порядке? — спросил я Юнмей. — Может, что-то нужно?

— Нет-нет! — поспешила она заверить меня. — Всё хорошо!

Когда мы подошли к альтан хомгалчид, он точно так же отвернул голову, пропуская нас.

Мы отряхнули снег с одежды и обуви и прошли на свои места.

Юнмей тут же натянула на себя одеяло, и я понял, что девушка, хоть и богиня, но банально замёрзла. И без разговоров отдал ей своё одеяло.

В принципе, меня с одного бока будет греть альтан хомгалчид, а с другого — Моня. Плюс, шкура снизу. Так что, как-нибудь не замёрзну.

Девушка попробовала сопротивляться, пришлось пристрожиться:

— Не хватало ещё, чтобы ты простудилась!

Юнмей улыбнулась и укутавшись двумя одеялами, достала из сумки широкий гребень. И, пододвинувшись к Моне, начала его расчёсывать.

Мой монстрёныш был счастлив!

Он с удовольствием подставлял Юнмей то один бок, то другой. А та знай только водила гребнем по длинному густому меху.

Уже засыпая, я увидел, как Юнмей аккуратно собрала с гребня вычесанные ворсинки и сложила их в сумку.

Когда утром я открыл глаза, Юнмей пряла. Причём, ко вчерашней распушённой пряже добавилась шерсть Мони — она отличалась по цвету и по структуре.

— Зачем это? — спросил я.

— Так нить будет крепче! — ответила богиня судьбы. И добавила: — И красивее!

Я вздохнул — что только женщинам не придёт в голову. Но если Моня не пострадает, то и пусть.

Кстати, расчёсанный вчера монстрёныш, едва встал, тут же направился к Юнмей, мол, давай, расчёсывай меня снова и поскорее!

Пришлось паршивца разочаровать:

— Придётся тебе, брат, подождать до вечера. А сейчас будем собираться в путь. Юнмей, хочешь прогуляться на дорожку?

Богиня захотела.

Когда мы вернулись, демоны уже разделили на всех завтрак. И снова это были сыр, сухофрукты и вяленое мясо. Ну и немного воды — запить.

Лагерь собрали быстро.

Сели на мохнатых стражей и отправились в путь. Но далеко уйти не успели.

По белому снегу с вершины на нас обрушилась чёрная лавина.

Я сразу понял, кто это, едва они показались навершане горы.

А потому, не медля ни минуты, приказал:

— Бегом! Быстрее!

Я вложил в свой приказ всю магию, на которую был способен, чтобы подстегнуть медлительных альтан хамгалчид.

Но они и без моего приказа ускорились максимально быстро.

Я очень надеялся, что нам повезёт, и впереди окажется что-нибудь, что спасёт нас. Потому что вступать в открытый бой с таким полчищем — это безумие.

А потому я подгонял и подгонял животных, не обращая внимания ни на что.

И тут до моего сознания донёсся горестный голос Юнмей:

— Отец…

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

2754-й год. 6000-й Мерседес подрезает горбатый Запорожец и резко тормозит перед светофором. Запорожец, естественно, бьет Мерс сзади. Из Мерседеса вылазит Сверхновый Русский в инфракрасном пиджаке и с мобильным видеофоном. Из Запора неторопливо выходит дедок и говорит:

— Это же коллекционная модель, ручная сборка! Мужик, ты даже не представляешь, на какие бабки ты сейчас попал…

Глава 7

Короткий взгляд назад показал, что чернота разлилась далеко позади нас, разлилась, заполняя собой всю долину. И скорее всего хижина, где жили хозяин времени Машуто Обитами и богиня судьбы Юнмей теперь утонула в море мрака.

Мне хотелось подбодрить Юнмей, сказать, что ещё ничего неизвестно, возможно войско врага ещё не дошло до её дома, и с её отцом всё в порядке. Но она богиня судьбы. Она точно знала. И возможно знала ещё тогда, когда отправлялась с нами.

Чёрт! Не хотел бы я быть богом! Это ж чокнуться можно — знать своё будущее наперёд.

Чёрная лавина катилась по склону вниз, а мы торопились уйти от неё в сторону. Нужно было успеть хотя бы завернуть за складку горы.

Про то, чтобы уйти незамеченными, речи уже не шло, потому что от лавины отделился довольно-таки широкий язык и потёк нам наперерез.

Наша задача усложнилась. Нужно было не просто не остаться на пути лавины. Иначе нас сомнут, раздавят, затопчут. Но важно было ещё и уйти от преследователей.

Это понимали все в нашем отряде. А потому неслись молча, готовые в любой момент повернуться к противнику лицом и вступить в бой.

Альтан хамгалчид бежали во всю прыть. Я чувствовал, что они выкладываются полностью, поэтому не подгонял. Просто держался за шерсть и придавливал своим телом Моню, чтобы он не свалился. А Юнмей сзади прижималась ко мне.

Наконец, нам удалось заскочить на гребень и уйти за него.

Гребень скрыл от нас войско мрака, и мы теперь не видели, как враги передвигаются. Но и они не видели нас! Однако, я точно знал: иномирные монстры не оставят нас в покое — будут преследовать.

И тут меня кольнуло.

Машуто Обитами говорил, что в эту долину враг не пройдёт до тех пор, пока часовня в Нийслэле не будет разрушена. И раз враги в долине, то получалось…

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Я не хотел даже мысли допускать, что море мрака затопило Нийслэл!

Вот ведь — и город не родной мне, и демоны — чуждый народ. А от одной мысли, что такую красоту разрушили, мне становилось плохо!

Да к тому же в Нийслэле находились те, кого я знал. И несмотря ни на что, мне не хотелось бы, чтобы они погибли.

Оставалась надежда, что если мы побыстрее заткнём щель, то сможем спасти хоть что-нибудь и хоть кого-нибудь.

А потому я снова придавил приказом:

— Быстрее!

Впереди внизу извивалась речка. Не широкая, но, как это водится в горах, быстрая и громкая. Даже выпавший ночью снег не смог приглушить её звонкий голосок.

Альтан хамгалчид направились прямиком к речушке. И не сбавляя хода, перешли на тот берег.

И тут вдруг Моня поднял голову и подал голос:

— Курлык!

Я немного растерялся, не понимая в чём дело, а наши повозчики альтан хамгалчид, как по команде, остановились и повернулись лицом к приближающемуся противнику.

Моня завозился, требуя, чтобы я отпустил его на землю.

Я ещё не успел сообразить, а мой зверь присел и подставил ногу, чтобы мне было удобно спуститься вниз.

Я от неожиданности замешкался, и тогда Моня нетерпеливо рявкнул:

— Кур-рлык!

Пришлось скомандовать:

— На землю! — и первым выполнить эту команду.

Моня, не обращая ни на кого внимания, подбежал к речушке, склонился к воде и…

Я услышал странное курлыканье, которое отдалось в каждом волоске, поднимая его дыбом.

Воздух стал зверски наэлектризованным, заискрился. А потом капельки воды из речушки поднялись в воздух и между ними засверкали электрические разряды. Они буквально взбили воздух. Он уплотнился над речкой, и перед нами появилась радужная завеса, которая продлилась вдоль речушки в обе стороны насколько хватало глаз.

Как только завеса уплотнилась, Моня тяжело вздохнул и, закрыв все свои шесть глаз, повалился на снег.

— Моня! — кинулся я к монстрёнышу.

Он приоткрыл один глаз и едва слышно жалобно курлыкнул:

— Курлык.

И всё — вырубился окончательно. Как будто лишился чувств.

В это время на гребне появились наши преследователи. Они очень быстро приближались.

Забраться с бесчувственным монстрёнышем на альтан хамгалчид я точно не успею.

Да и парни стояли рядом со мной — им до своих зверей ещё бежать, а потом взбираться. Но даже если мы быстро займём свои места, мохнатые стражи, не успеют разогнаться, чтобы уйти от погони.

Что ж, пришла пора принять бой.

И я скомандовав:

— Оружие к бою! — достал свою катану из ножен.

Матакуши тоже достал катану и вакидзаси. Демоны же через миг уже держали в руках огненные шары.

Лишь Юнмей спокойно сидела на корточках рядом с Моней и ласково гладила его по лысой голове. И приговаривала:

— Маленький! Какой же ты смелый и сильный! Ты справился! Настоящий Услэг Мангас! Древний зверь! Я горжусь тобой, малыш! Отдохни немного, ты сильно устал…

На приближающееся воинство она не обращала никакого внимания, словно и не было ничего.

Я представил, как налетевшие звери начинают терзать беззащитных Юнмей и Моню, и ком подкатил к горлу. Я тут же закричал что было силы:

— Юнмей! Бери Моню и уходите! Мы их задержим!

Но богиня судьбы улыбнулась мне и осталась сидеть, где сидела.

И я понял, что она просто не утащит монстрёныша. Он за последнее время сильно подрос. Я сам уже поднимал его с трудом. Но он мой, поэтому я раньше даже не обращал на это внимания. А вот теперь заметил.

— Защищайте Юнмей и Моню! — крикнул я парням и взял меч наизготовку, потому что вражеское воинство приблизилось уже к речушке.

Приблизилось-то приблизилось. Но арратаны, которые бежали первыми, с разгона налетели на радужный полог и вдруг с криками боли забились в конвульсиях, а по их телам забегали электрические разряды.

Воины тумана будантай дайчин, летевшие следом, едва коснулись полога, тоже забились под электрическими разрядами.

Не миновала сия чаша и крысоподобных хархнууд.

И других монстров, с которыми я пока не сталкивался, и чьего названия пока не знал. Всех их убил полог.

Мы стояли и смотрели, не в силах отвести глаз, как иномирные монстры налетают на радужную пелену и умирают один за другим.

Враги перестали нападать, когда закончились. То есть, весь отряд, погнавшийся за нами, встретился с пологом. В результате на берегу выросла целая гора обожжённых трупов.

И когда испустил дух последний монстр, пелена истончилась, пошла дырками и вдруг лопнула, как мыльная плёнка. Но её хватило, чтобы защитить нас!

Так, благодаря защитной пелене, созданной Моней, море мрака захлебнулось в своей атаке.

Оторвала нас от созерцания этой страшной картины Юнмей.

— Нам пора, — сказала она и поднялась с корточек.

Я убрал обратно в ножны катану, которой так и не пришлось воспользоваться и скомандовал:

— Идём!

И направился к всё ещё лежащему на снегу Моне. Поднял его и пошёл к своему альтан хамгалчид.

Все четыре мохнатых стражника в почтении склонили головы. И я понял, что выражают почтение они не мне, а малышу, которого я нёс на руках. Что ж, он это заслужил.

Матакуши помог мне с Моней забраться на альтан хамгалчид — подержал Моню, а потом подал его мне.

Монстрёныш даже не проснулся!

Да чего там не проснулся! Он никак не отреагировал на перемещение! Видимо, настолько сильно устал, что сил совсем не осталось. И в этом состоянии действительно лучше всего — спать.

То, что он жив, выдавали лишь небольшие облачка пара, появляющиеся при дыхании. Но они были малы, потому что дыхание было слишком лёгким и поверхностным. Но Моня дышал! И это главное!

Не знаю, как я пережил бы, не дай бог монстрёныш погиб бы — так сильно я к нему привязался.

Устроив малыша поудобнее, я оглядел остальных. Все были уже верхом и готовы продолжать путь.

— Вперёд! — скомандовал я, и альтан хамгалчид поспешили покинуть место нашей первой победы.

Именно победы! Несмотря на то, что боя как такового не случилось.

И это хорошо, что не случилось! Потому что дойди дело до схватки, и неизвестно –было бы кому продолжать путь или нет?

Пока мы не ушли за следующую складку, я всю дорогу оглядывался. Боялся, что в основном войске мрака обнаружили, что отряд разбит, а мы улизнули, и кинулись за нами в погоню.

Или не обнаружили пока. Потому что у войска мрака другие, более важные задачи. Но вот-вот обнаружат.

Ну или не сочли нашу группу сколько-нибудь важной мишенью. Что тоже вполне возможно.

Если это так, то нам это только на руку.

Но в любом случае нам нужно было как можно быстрее уйти из этих мест.

Хорошо бы ещё следов не оставлять, но это уже недостижимая мечта — ведь чтобы увидеть наши следы на снегу, даже следопытом быть не нужно. Во всяком случае, пока их не задует ветром или не занесёт снегом.

Альтан хамгалчид двигались быстро. Не бежали, но и не тормозили.

Давно уже хотелось сделать остановку, размять кости, сходить в туалет, перекусить. Но мы продолжали идти. А Моня продолжал спать. Я очень надеялся, что это был сон. Потому что иначе даже не знаю, как быть.

Вот солнце перевалило зенит. Вот коснулось вершин. Вот ушло за вершины. А альтан хамгалчид всё шли и шли. И у меня рука не поднималась скомандовать привал.

Наконец, когда уже стемнело, Юнмей похлопала меня по спине и сказала:

— Кизаму, мы далеко ушли. Теперь можно остановиться.

Я давно уже думал по поводу того, что зверям нужен отдых. И попить-поесть. Иначе в какой-то момент они просто упадут и всё. И нам придётся идти своими ногами.

Нам, кстати, тоже не помешает перекусить и подвигаться.

А потому я принялся оглядываться по сторонам, в поисках подходящего для стоянки места.

И тогда Юнмей махнула в ту сторону, где темнота была особенно густой.

— Пойдём туда! Там, похоже, пещера.

Пещера — это хорошо. Можно развести огонь, приготовить горячую еду. Согреться у костра. Да и вообще огонь прогоняет диких животных. Ещё б не привлекал врагов. И цены ему не было бы!

Но наличие в темноте моря мрака исключать было нельзя.

А потому я, скомандовав остановиться, направил своего альтан хамгалчид в сторону густой темноты. Решил сначала разведать, чтобы не подставлять остальных. Потому что все сильно устали, и в таком состоянии и люди, и демоны часто делают ошибки.

По-хорошему нужно было бы оставить Юнмей и Моню вместе с остальными. Но, как я уже сказал, уставшие часто делают ошибки.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Из серии: «Нарочно не придумаешь»

Армейский свежачок:

— Сидоров! Не стройте из себя дурака умнее меня!

— Это вам армия, а не бордель для благородных девиц!

— Теперь я вам, сукины дети, на 2 года родной отец!

— Что вы канючите как босяки на паперти?! Песню в строю надо орать так, чтоб птицы на лету дохли!

— Дисциплина вам здесь не сиська с мамкой!

–Тумбочка дана солдату для устава, а не для всякой прочей ерунды.

— Что вы щуритесь, как китайцы с похмелюги!

— Вот разгрузите вагон с углем, помоетесь и будете опять как белые негры.

— А кто будет нагло втихаря дышать в противогазе, пробежит еще два круга.

— Будете лежать здесь на плацу до 7-го пота.

— Думаете мне легко?! Не каждый дурак согласится вами умниками командовать!

— Ща, берете лопаты и на самоподготовку.

— Думать надо головой, а не лычками на плечах.

— Здесь вам не за самоваром с блинами тещу танцевать!

— Собака — животное, покрытое шерстью, для несения службы.

Глава 8

Мой альтан хамгалчид, размеренно шагая, направился к непроглядной темноте, виднеющейся впереди.

Вообще, конечно, уже наступила ночь, и вокруг разлилась ночная темень. Но та темнота, к которой я приближался, была близка к абсолютной, хотя недавно взошедшая луна и давала немного света.

Лунный свет был обманчивым. Он скрадывал расстояния и практически не давал полутеней. Он делал мир призрачным, не настоящим, обманчивым.

Несмотря на то, что лунный свет падал на снег и отражался от него, он искажал всё вокруг. Чем больше ты вглядывался в окружающие детали, тем больше они искажались.

То, что было на открытых лунному свету пространствах, было видно довольно-таки сносно. Однако всё то, что находилось в тени — горы ли, огромных валунов или любого другого крупного объекта, было непроглядным.

Я оглянулся и увидел, что наш проводник развернул карту и, несмотря на скудное освещение, пытается изучать её. Видимо, пытается понять, где мы находимся и в какую сторону, а, главное, как далеко нам ещё идти.

Понятно, что верхом на мохнатом скакуне изучать карту ему было не так удобно, но команды «На землю!» я не давал. А потому широкий лист бумаги покрыл голову мохнатого стража.

Не знаю, чего уж демон там пытался рассмотреть, но пусть. Это поможет ему, да и остальным, хоть немного отвлечься, и ждать им меня будет полегче.

Ничего, пусть потерпят ещё немного! Вот сейчас разберусь, что там за пещера, и тогда отдохнём. Ну и в свете костра сможем рассмотреть карту и понять, что нам дальше делать.

Идти было не так далеко. Предстояло немного подняться, и вот она уже — чернота.

Я не торопился приближаться, внимательно вглядывался. Но опасности не чувствовал. Либо она не могла пробиться сквозь черноту — как свет не может покинуть чёрную дыру…

Я тряхнул головой, прогоняя не нужные ассоциации.

Юнмей указала именно сюда.

А потому, не раздумывая больше, я переступил границу.

И тут произошло то, чего я опасался.

Едва мой альтан хамгалчид зашёл на тёмную территорию, как позади нас словно опустился полог, отрезавший все звуки, а мы погрузились в полнейшую темноту.

Моня тут же поднял голову:

— Курлык? — сонно спросил он.

— Не знаю, брат, — оглядываясь по сторонам и пытаясь хоть что-то разглядеть в этой чернильной темноте, ответил ему я. — Не знаю.

— Всё в порядке, — раздался успокаивающий голос Юнмей. — Теперь мы недоступны для войска мрака.

— Это как? — охренев от её ответа, спросил я.

— Мы вошли в одно из ответвлений пещеры, в которой находится портал. Войско мрака сюда не пойдёт. Тут только защитники, оставленные стеречь портал.

— Нам же до него ещё сутки идти нужно было? — удивился я.

— Так мы сутки ещё и будем идти. Только не на поверхности, а по пещерам.

— Тогда нужно позвать парней, — сказал я и начал разворачивать альтан хамгалчид.

— Боюсь это невозможно, — грустно ответила Юнмей. — Проход закрылся. Но ты не переживай, с ними всё будет в порядке! Я же богиня судьбы, я знаю.

Но я не слушал её. Развернувшись, я направил мохнатого стражника туда, откуда мы пришли.

Прошли мы совсем недалеко, и вдруг альтан хамгалчид встал, уткнувшись в стену.

— Проход закрылся, — повторила Юнмей. — Ты не сможешь отсюда выйти. Не в этом месте.

— Почему ты раньше не сказала про то, что тут проход к порталу? Ведь ты же знала! — напустился я на девушку, потихоньку начиная закипать.

— Я не знала наверняка, — возразила она. — Я только предполагала. И потом, решение принимал ты.

Ну не наглость ли — вот так вот перевести на меня стрелки?!

— Это ты мне показала на пещеру! — раздражённо сказал я.

— Нет! — усмехнулась девушка. — Я предложила остановиться. А куда идти, ты выбрал сам.

Спорить с ней было бесполезно. Решение действительно принял я. Но по её подсказке.

Что ж! Сделаю себе зарубку на память — никогда не слушать женщину, даже если она богиня! Особенно когда предстоит серьёзное решение!

А пока я соскользнул с мохнатого стражника на землю, не дожидаясь даже, пока он подставит лапу, и подошёл к стене, начал ощупывать её. Надеялся, что в темноте просто не увидел выход.

Постепенно то ли глаза привыкли к абсолютной темноте, то ли на стенах появилось едва заметное свечение, но я увидел наши следы — они шли из-под скалы. Наш альтан хамгалчид принёс на ногах немного снега… В самой-то пещере снега не было, как будто ветер не заносил его сюда.

Видимо, Юнмей была права, и путь просто закрылся.

— Но как же там парни? — спросил я. — Они же ждут нас. И они в опасности.

— Тебе сейчас не о них надо думать, — ответила богиня судьбы. — Тебе нужно думать о том, как закрыть портал. Поэтому предлагаю пройти немного подальше и сделать остановку, чтобы отдохнуть и набраться сил перед переходом.

— Мы не пойдём никуда! — решительно заявил я. — Мы останемся здесь!

В глубине души я надеялся, что стена снова исчезнет, и мой отряд сможет присоединиться к нам.

Юнмей не стала спорить со мной.

— Как скажешь! — ответила она и, наклонившись, похлопала по бочине мохнатого стража.

Он аккуратно сел, позволяя Юнмей и Моне спуститься со своей спины.

Едва Юнмей ступила на землю, как тут же начала деловито отвязывать одеяла и доставать припасы.

И я удивился, как грамотно была перенесена часть поклажи. Вот мы отделились от основного отряда, а у нас есть всё необходимое. Из чего я сделал вывод: Юнмей наперёд знала, что мы отделимся. И это меня бесило!

Принять участие в обустройстве стоянки для меня сейчас означало: сдаться.

А сдаваться я не собирался!

Поэтому, повернувшись к скале, перекрывшей тропинку, я приказал:

— Сдвинься!

Я вложил в приказ всю магию, на которую был способен.

Скала дрогнула, но осталась стоять на месте. Только до меня донёсся отдалённый гул.

— Ты вызвал камнепад. Там, снаружи, — спокойно прокомментировала мои действия Юнмей.

Моё воображение тут же нарисовало, как камни, падающие с горы, накрывают оставшихся альтан хамгалчид и Матакуши с демонами. Мне стало нехорошо от мысли, что я могу стать причиной гибели своих товарищей, и я отступил от скалы.

В это время за моей спиной вспыхнул костерок.

Пока я боролся со скалой, Юнмей пособирала корешки и чёрные камушки, видимо, кусочки каменного угля — судя по тому, как они блестели — антрацита, и развела костёр. Она грамотно подкладывала уголь — так, что он не тушил огонь, но разогревался и начинал гореть. Пламя, конечно, каменный уголь давал не яркое, но тут в полной темноте света от костра было вполне достаточно.

Юнмей тем временем приладила металлическую миску в качестве котелка и принялась варить нам ужин.

Альтан хамгалчид уже ел свой корм — корм тоже был в поклаже!

Наблюдая за этой мирной картиной, я обессиленно сполз вдоль скалы.

Это получалось, что всё предопределено? И что бы я сейчас ни сделал, об этом уже позаботилась богиня судьбы, когда пряла мою нить… Получалось, и моя жизнь, и жизнь Мони в её руках?

Но меня такое положение дел совсем не устраивало! Я ни в коей мере не хотел быть исполнителем чужой воли!

Я сам по себе!

Я мужик! И все решения в своей жизни я принимаю сам!

Но что делать с клубком? Я же помню, как там, в хижине, Юнмей сжала нить, и я чуть не сдох от боли.

Я усмехнулся — на эти уловки меня не возьмёшь! Я умею терпеть боль!

И тут пришла мысль: а что, если всё делать поперёк?..

Я снова усмехнулся. Нет, этот вариант не годился! На самом деле поперечными людьми очень легко управлять. Если нужно, чтоб он встал, говоришь: не вставай! Если нужно, чтобы прочёл книгу, говоришь: не читай! Если нужно, чтобы что-то сделал, говоришь: не делай!

И самое грустное, что он будет считать, что принимал решения сам.

Так, где она, эта тонкая грань, за которой человек становится хозяином своей судьбы. И есть ли она? Существует ли в природе? Может ли человек действительно быть хозяином своей жизни? Особенно рядом с другими людьми? Ведь у других людей по поводу тебя и твоих решений может быть своя точка зрения. И, конечно же, свои представления о том, что хорошо и что плохо. Следует ли прислушиваться к их мнению?

Вспомнилось из высказываний Ленина: нельзя жить в обществе и быть свободным от него. Ну или высказывание другого русского мыслителя, анархиста Михаила Бакунина «Свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого».

Что-то очень много умных мыслей лезет в голову. А делать-то что?

Словно услышав мои мысли, Юнмей протянула мне миску с похлёбкой:

— Поешь! Нам нужно восстановить силы. — И немного помолчав, с грустью продолжила: — Ты никак сейчас не сможешь помочь своим товарищам. Теперь они должны будут выбрать сами свой дальнейший путь. Повлиять на их выбор ты не сможешь. — И она снова протянула мне миску: — На, поешь!

Первым желанием было оттолкнуть миску. Но это было как-то по-детски. В конце концов, моя цель — закрыть иномирную щель. А один я это сделаю или с товарищами — это уже другой разговор.

Да, если бы они остались в безопасности, мне было бы спокойнее, но, с другой стороны, где сейчас в этом мире безопасно? И если безопасно, то как долго будет так?

И вообще, кто сказал, что тут безопаснее, чем там?

В конце концов, и Матакуши, и Найдвар со своими воинами народ бывалый. Да и альтан хамгалчид тоже не лыком шиты. Поди смогут о себе позаботиться.

В общем, я подошёл к Юнмей, взял миску и начал есть. Потому что силы мне будут нужны.

Моня тоже ел — ему Юнмей дала первому. Положила в миску кусочек вяленого мяса и сухофрукты, но Моня захотел похлёбку. Тогда Юнмей охладила её и дала монстрёнышу.

Тщательно вылизав миску и попив водички, Моня привалился к тёплому боку альтан хамгалчид, и вскоре по пещере, отражаясь от стен, понёсся тонкий храп.

Опустошив свою миску, Юнмей достала веретено и шерсть. Села поудобнее, и — веретено закружилось, скручивая ворсинки в крепкую нить.

В этот раз мне показалось, что кроме шерсти Мони Юнмей добавила что-то ещё, но освещение было плохое, так что я решил, что мне показалось.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Иногда майор думал о том, что в армию надо призывать не в восемнадцать лет, а в тридцать. Конкурс будет десять человек на место, проблема уклонистов решится сама собой. Это ж целый год не будет начальника, клиентов, жены, детей, тёщи, ипотеки, ремонта… Зато будет в наличие свежий воздух, хорошая компания, можно покататься на танке и пострелять из калаша… И всё нахаляву!

Глава 9

И всё-таки я чувствовал себя использованным. Это мерзкое ощущение не давало мне покоя. Колом стояло в душе, причиняя нозящую боль, отравляя само моё существование.

С одной стороны, как бы да, я шёл к своей цели — закрыть иномирную щель. И здесь, в пещере, возможно, действительно будет пройти проще. Хотя бы потому, что, как сказала Юнмей, тут только те враги, которые были оставлены для охраны портала. Пусть их даже миллион, но он не разрастётся в два.

Но от того, что получалось, будто я бросил парней, на душе было гадко. Получалось, что я предал их. И то, что не по своей воле, для меня не имело никакого значения.

Глядя, как богиня судьбы прядёт, я вдруг подумал: а не готовит ли она мне ещё какой-нибудь сюрприз?

— Юнмей, — позвал я девушку.

— Что? — тут же отозвалась она.

Отозвалась так, будто и не было ничего. Будто всё идёт, как и должно. Отозвалась легко и спокойно.

И меня это зацепило. Да не просто зацепило, а взбесило! Получалось, для неё вообще ничего такого не произошло! Всё, сука, нормально!

Я хотел узнать у неё, какие ещё сюрпризы мне ждать, но спросил не то, о чём хотел. Я спросил о другом:

— Зачем ты в мою нить впряла шерсть Мони?

— Вы связаны с этим Услэг Мангасом, — ответила она. — Я просто сделала эту связь крепче. Теперь ты можешь поделиться с ним своими силами, и он сможет поделиться с тобой своими.

— И так всё было хорошо. Зачем было ещё укреплять? — не понял я.

— Там, около портала тебе понадобится дополнительная сила, — ответила она. — И ты сможешь взять её у Услэг Мангаса.

В моей голове тут же появилась картина, как в критический момент Юнмей вынуждает меня выпить силу монстрёныша. Я это делаю и иду весь такой герой закрывать портал. По костям оставшихся снаружи друзей, по костям Мони.

От увиденного моя душа взорвалась протестом.

— Нет! — рявкнул я. — Я не буду использовать силу малыша! И тебе не позволю больше манипулировать ни мной, ни Моней, ни кем бы то ни было другим!

Юнмей с удивлением посмотрела на меня.

— Но так ведь лучше будет, — на чистом глазу возразила она.

И я понял, что она вообще не понимает меня.

Нет у богов таких понятий как честь, порядочность, достоинство. У богов есть только договора. И они следуют договорам.

Вот у меня с отцом Юнмей, с хранителем времени Машуто Обитами есть договор, и по этому договору Юнмей помогает мне. И с её точки зрения всё нормально — все средства хороши.

С её может быть. Но не с моей!

Ведь если я буду спокойно переступать через честь и достоинство, то чем я буду отличаться от иномирной хрени?

Поэтому я постарался спокойно, насколько мог, объяснить ей:

— Юнмей, так нельзя! Люди не марионетки! И демоны, и Моня… Мы все не марионетки! Понимаешь? У нас есть свобода воли. В том, что касается наших жизней, мы сами должны принимать решения! И если ради успеха нужно предавать, то грош цена этой победы! Нельзя идти по головам, понимаешь?

— Как так, по головам? — спросила Юнмей. — Мы же шли по земле? И никаких голов под ногами не было…

Вот как объяснять серьёзные вещи тому, кто понимает всё в лоб!

Ну раз в лоб, то и объяснять я буду максимально просто:

— Нельзя было уводить меня одного и бросать парней там, понимаешь? — спросил я, внимательно глядя в глаза девушке.

— Но ведь вы все вместе не прошли бы до портала, — проблеяла богиня судьбы. — Я имею ввиду тут под землёй не прошли бы. А там на поверхности твои друзья теперь сами по себе. Они теперь от тебя не зависят.

— Ты должна была сказать, что тут проход и какие трудности нас ждут, и тогда мы бы сами приняли решение. Вполне возможно, что мы сами решили бы разделиться. Но это было бы наше решение! А так получается, что я их предал!

— Но ты же не предавал? — удивилась Юнмей.

— Но они ничего об этом не знают! И они не знают, жив ли я! Они могут думать, что я их бросил. И тогда их боевой дух упадёт! Или они могут думать, что я погиб или меня завалили камни, и сейчас, вместо того чтобы отдыхать и набираться сил перед боем с армией мрака, они пытаются раскопать завал. Понимаешь? Нельзя использовать людей втёмную! Нельзя и точка!

Юнмей ненадолго задумалась.

— Но ведь люди поступают так, как будет в моей нити, — объяснила она. — Что я заложу, то и случится! Я ведь богиня судьбы! Или ты забыл? Я предопределяю, какой будет жизнь человека.

— А какой смысл тогда в свободе воли? — возразил я. — Зачем людям нужно было давать право выбора, если выбора нет? Если всё будет только так, как решишь ты, Юнмей, какой тогда смысл в нашем походе? Да и наш договор с твоим отцом тогда теряет силу. Ведь получится: это не я закрою портал, это ты так спрядёшь нить!

Юнмей с удивлением посмотрела на меня, а потом с не меньшим удивлением посмотрела на своё веретено, точнее, на нить — поднесла её поближе к свету, покрутила, разглядывая.

И тут я убедился, что действительно с нитью что-то не то. И это «не то» выражалось в длинной чёрной нити, которую Юнмей впрядала в мою нить.

Приглядевшись, я понял, что это ничто иное, как её волосы.

— Странно, почему не работает? — пробормотала она себе под нос.

Но я услышал. И тут же спросил:

— И как же оно должно работать?

— Ты должен стать более послушным… — бесхитростно ответила Юнмей. — А ты споришь со мной.

— Святая простота! — застонал я и требовательно протянул руку: — Дай сюда веретено!

Юнмей послушно протянула его.

Вспомнив, как она убирала свою работу в сумку, когда ходила в туалет, как следила, чтобы никто не прикасался к веретену и клубку, я удивился той лёгкости, с которой она подчинилась мне — отдала мне своё рукоделие.

Я взял у неё веретено и пучок шерсти. Рассмотрел внимательно. В нить действительно было впрядено несколько длинных волосинок. Вытянуть их было невозможно — они стали частью спрядённой нити. Можно было только оборвать. Но я понимал, что если оборвать мою нить, то я скорее всего умру. Но умирать, пока не закончил своё дело, я не собирался.

Юнмей сидела и смотрела на меня преданными глазами.

А я в тусклом свете пытался разглядеть нить.

— Что-то видно плохо, — пробормотал я, не спеша отдавать ей её работу. — Света бы побольше!

Юнмей тут же подложила в костёр корешков и пару камушков угля, которые лежали рядом — видимо, она подготовила их раньше, когда собирала для костра…

Понаблюдав, как она подкладывает в костёр топливо, посмотрев, как уплывает дым — чуть в сторону и наверх, видимо, в щель, я скомандовал:

— Встань!

Юнмей встала.

Это было странно и забавно.

Похоже, она хотела подчинить меня себе, но вот только не нашлась ещё женщина, которая подчинила бы меня!

Видимо, произошёл эффект, которого богиня судьбы, впрядая в мою нить свои волосы, не ожидала — не я подчинился ей, а она мне. Как, собственно, и должно быть! Мужчина должен быть главным! А женщина должна быть послушной. И это сейчас не мужской шовинизм. Это требование жизни. Иначе в трудных условиях просто не выжить.

Но сейчас выполняла мои приказы не просто женщина, а богиня судьбы!

Не знаю, почему так произошло — может, богиня чего напутала, или просто я сильнее. Ну или воля моя сильнее, чем у неё. Да и не важно это! Важен результат!

И я разрешил богине судьбы сесть:

— Садись!

Она опустилась на землю рядом с дремлющими Моней и альтан хамгалчид.

Я вернул ей веретено и шерсть и приказал:

— Убери это в сумку и ложись отдохни.

Богиня послушно убрала своё рукоделие и свернулась калачиком рядом с тёплым брюхом мохнатого стража.

— Подожди! — остановил я девушку и достал из своей сумки шкуру. — Давай, подстели, а то простынешь ещё. И одеяло нужно взять.

Мы расстелили шкуру и Юнмей легла спать.

Моню я тоже переложил на тёплое. Он, конечно, мохнатый, но он малыш, так что пусть спит в тепле. Он и так потратил много сил защищая нас. Вот и пусть набирается этих самых сил в комфорте.

Я тоже уже хотел было лечь, но подумал о том, что по-хорошему надо бы выставить караул. Потому что, если верить Юнмей, в пещерных ходах есть те, кого оставили охранять портал. Не хотелось бы, чтобы они застали нас врасплох.

Я снова со злостью посмотрел на Юнмей. Вот что было взять хотя бы Матакуши? Бывший страж стен здорово бы выручил. Ну или Найдвар — ему я тоже доверял как себе.

Но тут, похоже, уже ничего не исправишь. Придётся самому охранять. А спать? Выспимся после смерти.

В общем, я уселся поудобнее у костра и приготовился нести караул.

Я смотрел на искорки, бегающие по раскалённым углям, на вспыхивающие время от времени язычки пламени, охватывающие на минуту-две корешки, а потом быстро исчезающие… Смотрел на покрывающие раскалённые угли колышущиеся струпья пепла, который кажется холодным, но на самом деле обжигающе горячий…

Слушал размеренное дыхание альтан хамгалчид, Мони и Юнмей…

Прислушивался к звукам в пещере. И мне казалось, что где-то в глубине капает вода. Не часто, но тоже размеренно.

Не важно, хотел я этого или нет, но моё дыхание подстроилось под всеобщую размеренность. И я чувствовал, как альтан хамгалчит размеренно шагает — несёт меня, Моню и Юнмей. Он несёт нас всё дальше и дальше от друзей, от демонов, от Уулын Цэцэг, от Радомиры, от Изуми…

Нет! От Изуми уходить я не хотел! Она одна в этом мире не пыталась манипулировать мной. Наоборот, отдавала всю себя мне, отдавала с любовью…

Я вспомнил как любил её ночью среди щупалец Кутуруку и зарослей ядовитого кустарника. Кустарника Бут-Харуул — колючего стражника из родного мира демонов.

И ничто не могло помешать нашей любви!

Как Изуми тогда была прекрасна! И дело даже не в её магии! Дело было в её искренности, в той самоотверженности, с которой она отдавалась мне — первому мужчине в её жизни.

Я хотел вернуться к Изуми. Очень хотел.

Вот только что-то мне мешало. Что-то не размеренное. Совсем не размеренное!

Дёрнувшись, я распахнул глаза. И сердце сразу же понеслось галопом. Потому что мы были окружены.

Вокруг по камням клацали когти крысоподобных хархнууд…

Я вскочил, выхватывая на ходу катану и понимая, что мне одному не отбиться! А мой отряд находится снаружи. Проход в пещеру закрыт и завален камнями. Никто на помощь не придёт!

Ну что ж! Значит, будем драться тем, что есть. Делай что должен и будь что будет!

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Бытует мнение, что в армии в чай подсыпают бром, дабы уменьшить половое влечение. Поэтому майор первые две недели службы в армии боялся, что в чай бром добавляют и не пил его. А на третью неделю стал пить и надеяться, что его все-таки добавляют.

Глава 10

Вслед за мной со своих мест вскочили Юнмей и Моня. А потом и альтан хамгалчид. Он поднялся спокойно, без паники и с достоинством огромного зверя.

Крысоподобные хархнууды немного сдали назад, но не ушли, лишь глаза заблестели ещё большей ненавистью.

Рядом с мохнатым стражем, таким могучим, возникало ощущение безопасности, но я очень хорошо помнил, насколько хархнууды агрессивны! Слишком яркой была встреча с ними. Поэтому понимал: если крысоподобные звери накинутся скопом, размеры мохнатого стража не помогут ему. А длинная шерсть, может, и защитит на какое-то время, но точно не спасёт.

Однако высокий рост стража может стать нашим преимуществом! Во всяком случае Юнмей и Моня наверху будут в большей безопасности, чем тут, на земле.

— Юнмей, — негромко сказал я. — Не делая резких движений, потихоньку забирайся на альтан хамгалчид. Поняла? Потом я подам Моню.

Мохнатый страж стоял, не шелохнувшись, и взирал сверху на крысоподобных зверьков. Их уже собралось не мало, но они не спешили нападать. Стояли, поблёскивали глазами, словно чего-то ждали.

Я уже хотел было попросить альтан хамгалчид присесть, чтобы Юнмей было легче забраться на него, но передумал. Вспомнил как смотрел передачу, там в Африке местный пацанёнок от стаи гиен спасался. Он приставлял к голове крупный кусок коры и тем самым казался выше ростом. И это заставляло гиен опасаться и не нападать.

Что касается альтан хамгалчид, он и так огромный по сравнению с хархнуудами! А если Юнмей сядет сверху, то он будет казаться ещё выше! Если, конечно, в этом мире действуют те же законы, что и в моём родном.

В общем, я передумал просить мохнатого стража приседать или подставлять ногу. Ведь хархнууды могут воспринять такие действия, как слабость. И это может спровоцировать их нападение. Точнее, ускорить его — в том, что они нападут, я не сомневался ни минуты. Странно, что они медлили, но зато мы могли подготовиться к битве.

А потому я не спеша подошёл к зверю и подставил руки.

— Давай, Юнмей! Вставай сюда ногой, я подсажу. И хватайся за шерсть. Спокойно! Без суеты и резких движений!

Девушка подошла. Взялась одной рукой мне за плечо, а другой за прядь шерсти мохнатого стража.

— Давай, на счёт три! — сказал я и начал потихоньку раскачивать: — Раз! Два! Три!

На счёт «три» я толкнул Юнмей вверх и она, подлетев, зацепилась за холку зверя.

Альтан хамгалчид даже не шелохнулся. Как будто всё идёт как надо.

Дождавшись, когда Юнмей усядется поудобнее, я повернулся к Моне.

— Теперь твоя очередь…

— Курлык? — спросил монстрёныш.

— Потерпи, брат! — попросил я. — Будет немного больно. — И добавил, обращаясь к Юнмей: — Я сейчас подам тебе Моню. Ты должна ухватить его за шерсть и затянуть наверх. Постарайся сразу захватить пучок побольше, чтобы ему не так больно было.

— Здесь не за что держаться, — пожаловалась богиня судьбы. — Боюсь, соскользну.

Чёрт, седла не было. Мы перед сном сняли, чтобы альтан хамгалчид отдохнул. Теперь Юнмей придётся одной рукой держаться за шерсть, а другой — тянуть Моню.

Но и оставлять монстрёныша на земле было нельзя. Такой вариант я даже не рассматривал. Хархнууды загрызут его — у него ведь пока ещё нет таких огромных зубов и когтей, как у его мамочки, он ведь ещё совсем малыш.

— Давай как-нибудь, — попросил я богиню и склонился к Моне.

Альтан хамгалчид как будто понял, что к чему, и надул бока. В результате, у меня получилось, подняв маленького Услэг Мангаса, прижать его к мохнатому боку стража. А Юнмей, ухватив малыша за шерсть, смогла затянуть его наверх.

Поняв, что Юнмей и Моня уселись нормально, я снова оглядел пещеру.

Света, конечно, было очень мало. Но я и так знал, что наши припасы и корм для мохнатого стража лежат по левую руку от меня. А по правую — остатки костра. Костёр ещё не совсем потух — на углях поблёскивали искры. Но ни света, ни тепла от него практически уже не было.

А ещё под ногами лежала шкура. И отдавать эту шкуру крысоподобным тварям я не собирался. В моём мире крысы сожрали бы её, а шерсть использовали бы для гнёзд.

Способствовать размножению этих тварей — ну уж нет!

А потому, потихоньку присев, начал скатывать шкуру в рулон, чтобы убрать её в сумку.

Я почти успел, когда из глубины пещеры послышалось рычание.

Крысоподобные хархнууды заволновались, и я понял, что время вышло — к нам приближается тот, кого они ждали.

Услышав рычание, я ускорился насколько возможно, чтобы забрать с собой всё, что успею — ещё скатывая шкуру, я подумал, что в сумку может поместиться ещё что-нибудь.

Никогда я не работал с такой скоростью!

Я уже понимал, что хархнууды не нападут, пока не приблизится тот, кого они ждут. А потому торопился как мог.

И всё равно со шкурой я провозился достаточно долго.

Достаточно, чтобы рычание приблизилось…

Хархнууды заволновались сильнее. Они повизгивали от нетерпения.

А я в это время, не отрывая глаз от крысоподобных монстров, хватал из сложенной в кучу поклажи всё, что попадало под руку и, не глядя, совал в сумку.

В пещерный коридор я не смотрел. И не потому, что не хотел — между мной и приближающимся монстром возвышался горой альтан хамгалчид. Он перекрывал мне обзор. Но я и так чувствовал, что приближается кто-то огромный и мощный. И опасный!

В какой-то момент я почувствовал, как мохнатый страж напрягся.

Я автоматически глянул наверх, проверить, как там Моня с Юнмей и слегка на миг охренел — Юнмей достала шерсть с веретеном и пряла…

Тут нас на минуточку могут сожрать, а она прядёт!

Но потом я подумал, что возможно это способ справиться со стрессом, так что пусть. Лишь бы не свалилась оттуда. А то руки заняты, держаться нечем.

Мохнатый страж был собран. Создавалось ощущение, что он готов броситься в атаку.

Я тоже встал и взял катану наизготовку.

И шагнул чуть в сторону, чтобы видеть нашего противника.

К нам приближался огромный зверь, чем-то отдалённо напоминающий медведя, но с длинными, торчащими, как сабли, клыками.

Он шагал уверенно, неотвратимо, как злой рок. Шёл убивать.

Я сразу понял, что нам живыми из этой передряги не выйти. Этот зверь сомнёт нас, загрызёт, проглотит… Мы, ничтожные, ему на один зуб… Лучше сразу сдохнуть, чтоб не мучиться…

В унисон моим мыслям в моей голове прозвучал испуганный голос Аргха:

«Мы погибли! Это Агуйн Баавгай! От него нет спасения!»

Как ни странно, его испуганный вопль отрезвил меня.

— Заткнись! — рявкнул я и покрепче сжал катану. И позвав: — Юшоуша! Мне нужна твоя помощь! — шагнул вперёд.

Золотоволосый юноша появился из ниоткуда и остановился рядом со мной.

— Ты знаешь, как победить его? — спросил я, разглядывая монстра. И чувствуя, как поджилки трясутся и хочется разжать руку — выпустить меч, просто лечь и сдаться.

— Агуйн Баавгай отнимает силу. В этом его магия. Не смотри на него! — ответил мне Юшоуша.

Усилием воли я перевёл взгляд сначала на стены, а потом на копошащихся у ног пришедшего монстра крысоподобных хархнуудов.

Решение пришло само, и я кинулся вперёд. Но не на этого Агуйн Баавгая, а на грызунов переростков.

Словно прозвучал приказ — сразу, как только я двинулся, альтан хамгалчит воинственно заревел и шагнул навстречу Агуйн Баавгаю.

Наша атака была стремительной.

Хархнууды поначалу отпрянули, но потом заверещали, как резанные и кинулись на меня.

Эх, если бы в той пещере, когда я защищал уснувших от ядовитого тумана товарищей… Если бы тогда в моих руках была бы не лопасть от вертолёта, а моя катана, насколько всё было бы проще!

С другой стороны, может, именно лопасть, а точнее, прикосновение к металлу, не позволило мне уснуть так же, как уснули мои товарищи. Ну не потому же, что я из другого мира? Тело-то из этого!

Но сейчас некогда было об этом думать. Сейчас я рубил.

Я рубил направо и налево. Крутился волчком. И снова рубил. Уходил от атаки, и рубил. Отпрыгивал, спасаясь от зубов, и опять рубил.

Разрубал тела крысоподобных хархнуудов, отсекал лапы и головы, цеплял сразу по нескольку зверюг.

Я был уже весь в крови. На земле было скользко. Но я продолжал рубить.

А хархнууды продолжали нападать.

Но вдруг меня вместе с крысоподобными монстрами с силой швырнуло на стену. И тут же придавило звуковой волной.

Дыхание перехватило. От боли в глазах потемнело.

Я не сразу смог восстановить дыхание. Но когда вышебленный ударом дух вернулся ко мне и я смог вдохнуть, то автоматически повернулся туда, откуда пришёлся удар. И увидел, как мой альтан хамгалчид топчет этого самого Агуйн Баавгая! А тот орёт дурниной.

Этим звуком меня и пришибло…

А мохнатый страж тем временем поднялся на задние ноги и с силой обрушился всем весом на клыкастого монстра.

Не успел я обрадоваться тому, что побеждаем, как Агуйн Баавгай извернулся и вцепился в ногу альтан хамгалчид.

Мохнатый страж от неожиданности припал передними ногами на колени, и я тут же глянул на его спину.

Я очень боялся, что не увижу там Юнмей и Моню, но они прильнули к спине альтан хамгалчид. Точнее, Юнмей прижала Моню грудью и вцепилась в шерсть.

Совершенно не к месту подумалось: а какая у Юнмей грудь? Красивая ли? Упругая? Богиня всё-таки…

Однако, новый крик Агуйн Баавгая толкнул меня к стене и стало совсем не до этого.

Оно и раньше было не до этого, но вот поди ж ты!

Монстр заорал ещё раз, и меня снова ударило об стену. Аж рёбра затрещали!

С этим нужно было что-то делать.

«Используй яд!» — подсказал мне Аргх.

Я не сразу сообразил, что он имеет ввиду. Сросся уже с портупеей. Но потом вспомнил нашу битву с арратанами — как Матакуши ловко забрасывал яд в клыкастые пасти.

Как только до меня дошло, что именно имеет ввиду демон, я рванул из кармашка первый попавшийся флакончик и тут же швырнул в разверзтую пасть монстра.

И вовремя, надо сказать швырнул! Агуйн Баавгай уже набирал воздуха, чтобы снова заорать.

Но флакончик разбился о его клыки и глотку залила ядовитая жидкость.

Монстр рванулся что есть силы, и альтан хамгалчид едва не упал — в последний момент успел отпрыгнуть.

Агуйн Баавгай попытался вдохнуть, но тем самым только втянул в себя остатки яда. Собирался заорать, но закашлялся. А потом и вовсе из его пасти пошла пена.

Я выдохнул с облегчением, но тут Юнмей заорала сверху:

— Кизаму, не расслабляйся!

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то майор, на заре своей службы, огрёб от командира полка по самое не хочу, но при этом остался чертовски довольным.

Дело было так.

8-го марта у командира полка дома раздается звонок. Он берёт трубку, а оттуда голос майора:

— Товарищ полковник с 8 Марта вас!

Полковник в недоумении:

— Это ещё что? Я вам что женщина что ли?

Голос майора:

— Ну не знаем женщина вы или нет, но сука та ещё…

Глава 11

— Кизаму, не расслабляйся! — заорала Юнмей.

Надо сказать, заорала она очень вовремя — я глянул в проход, и увидел, как к нам приближается новая волна крысоподобных хархнуудов. Причём, эти монстры неслись на нас, что есть мочи — без опаски, без какой-то настороженности. Бежали, как испуганное стадо баранов бежит к краю пропасти. Либо как яростная лавина, которой пофиг на преграды. Ну либо, которая точно знает, что преград нет. Бежали наперегонки, видимо, соревнуясь, кто первым нас сожрёт.

Драться с ними было безумием — так много их было. А я, после того как меня несколько раз приложило о стены, сейчас и дышал-то с трудом.

К тому же тут мы были в тупике. И места для манёвра не было совсем.

По-хорошему, вчера нужно было углубиться в пещеру и найти там удобное место для привала. Такое, где у нас были бы пути для отхода. Ведь можно же было сразу предположить, что нам не дадут просто так подойти к иномирному порталу. Юнмей же говорила про то, что тут есть охрана…

Но, что сделано, то сделано.

Однако сейчас расположение нужно было срочно поменять. И вариантов для смены было не так много. Точнее, их не было совсем.

Перед тем, как я заснул, был момент, когда я хотел попросить Аргха использовать свою магию и открыть нам выход из пещеры. Ведь демоны владеют магией земли и огня, но я быстро отказался от этой идеи. Начиная с того, что не хотел принимать помощь от этого урода, потому как нет гарантии, что он не подложит мне какую-нибудь свинью. Заканчивая тем, что тела у Аргха нет. Точнее, есть, но чужое. А значит, магией пользоваться в полной мере он не может.

Ну да, у него получалось ненадолго облегчить мой вес, когда мы шли в пустошах. Но это было не долго, да и не то. И вообще та магия касалась только моего тела. Применить её к чему-то другому Аргх не мог.

То есть, на магию Аргха рассчитывать нельзя. Поэтому нужно срочно уходить отсюда.

Решение: «Куда уходить?» — было очевидным. Тут было только одно направление. Как раз то, откуда к нам приближались крысоподобные монстры.

— Быстро, уходим! — крикнул я и побежал навстречу хархнуудам.

Альтан хамгалчид понёсся следом.

За миг до встречи с зубами монстров, я, сунув катану в сумку, оттолкнулся от стены, подпрыгнул и уцепился за длинную шерсть альтан хамгалчид.

Мохнатый страж врезался в море зубастых монстров. Он бежал и топтал их.

Они пытались нападать, но мощь, скорость и длинная шерсть альтан хамгалчид не позволили монстрам добраться до нас.

Хархнууды взвыли, понимая, что мы уходим, и кинулись в погоню. Ну а мы двигались без остановки — альтан хамгалчид бежал, а я карабкался по шерсти к нему на спину.

Я пытался подстроиться под скачки зверя, чтобы использовать их и взобраться наверх. Получилось не сразу, потому что потребовалось приноровиться. Но потом мне всё-таки удалось сесть позади Юнмей.

В том, что решение побыстрее сматывать удочки было правильным, я убедился, когда мы подбежали к развилке — по одному из рукавов в нашу сторону спешил ещё один Агуйн Баавгай.

Само собой, мы свернули в другой рукав — более тёмный, надеясь: раз оттуда не лезли монстры, то это не означает, что там нет смертельной ловушки.

Если честно, на принятие решения времени не было. И я, осознав, что впереди Айгун Баавгай, автоматически направил мохнатого стражника в другой коридор — тот, что был темнее. А мысль о возможной ловушке пришла в голову уже позже.

И надо сказать вовремя!

В общем несмотря на то, что крысоподобные хархнууды гнались за нами, да и Агуйн Бааргай тоже повернул в наш коридор, я заорал альтан хамгалчид:

— Потише, приятель! Сбавь скорость!

Мохнатый страж притормозил и практически перешёл на шаг, когда у него из-под ног ушла земля.

Из-за того, что он двигался уже не так быстро, он не полетел кубарем, а завалился на бок и поскользил вниз изо всех сил стараясь затормозить падение. Из-за большого тела и длинной шерсти у него это немного получалось. Но всё равно мы неотвратимо неслись вниз.

Мы, естественно, держались что было сил. И следили, чтобы разворачивающийся, как на бобслее спуск не превратился для нас в смертельный… В общем, следили, чтобы не попасть между боком альтан хамгалчид и землёй. А то мощь и вес мохнатого стража тут с лёгкостью могли сыграть против нас.

И всё-таки отсутствие седла и упряжи сыграло свою роль — на очередном очень крутом повороте мы с Юнмей и Моней слетели со спины альтан хамгалчид. И покатились уже вслед за мохнатым стражем.

К счастью, это был последний поворот. После которого я, Юнмей и Моня, пролетев немного, уткнулись в спину лежащего на боку мохнатого стража.

Я вскочил… Ну, как вскочил? Встал, пошатываясь, и достал катану на случай, если вдруг крысоподобные монстры прокатились вслед за нами. Ну или кто-то поджидал нас внизу, хотя, ничего не было видно — хоть глаз коли!

Но нет. Никого не было.

У ног кто-то пошевелился.

— Вы в порядке? — негромко спросил я у Юнмей и Мони.

— В порядке, — глухо ответила девушка как раз оттуда, где шевелились.

А Моня — тоже оттуда же — жалобно курлыкнул:

— Курлык!

— Потерпи немного, малыш! — попросил я. — Сейчас осмотрюсь что тут к чему…

Первым делом, конечно, нужно было оценить степень опасности. А ещё меня тревожил наш альтан хамгалчид — он не подавал признаков жизни. Нужно было осмотреть его. Но сделать это было не просто — тут было темно.

Если наверху на стенах хотя бы были светлячки, то тут не было абсолютно ничего! Ни одного источника света!

Отсутствие света к тому же мешало оценить обстановку на предмет опасности.

Единственное, что я мог — слушать. Прислушиваться к звукам. А звуки, кроме шевелений Юнмей и Мони, были тревожащие — с разных сторон доносилось шуршание, постукивание, едва слышное шипение и бульканье…

Воображение тут же нарисовало Кутуруку, выползающего из болота.

Правда запаха болота не было. Запах был сладковатый и как ни странно, цветочный.

Он тут под землёй в недрах горы был настолько чужеродным, что просто не укладывался в сознание и вызывал тошноту.

В горле встал ком, а по спине пробежал холодок.

Нужен был свет! Срочно! Хоть мало-мальский источник света!

И тут я хлопнул себя по лбу: ну не дурак ли я? У меня же есть индивидуальный фонарик!

Не медля больше ни минуты, я достал нож Тосиюки — нож Убийцу демонов и приказал ему:

— Свети!

Нож, естественно, вспыхнул. И от нас в разные стороны отпрянули бестелесные тени.

Понятно, что внезапно вспыхнувший ярким светом нож ослепил и нас. Но меня успокаивало одно: и того, кто отбрасывал отпрянувшие тени, нож тоже ослепил.

Я прищурился, прикрыв глаза раскрытой ладонью, чтобы они побыстрее привыкли к свету, и осмотрелся. И понял: мы удачно упали! Несмотря на то, что однозначно попали по полной!

Удачно — потому что по доброй воле ни один крысоподобный хархнууд сюда не сунется, ни один Агуйн Баавгай не придёт. И дело тут совсем не крутых виражах спуска.

Дело было в том, кто именно жил в этой пещере.

И вот тут нам повезло во второй раз — наш альтан хамгалчид всю дорогу изо всех сил пытался затормозить. И ему это в какой-то мере удалось. А потому он остановился практически сразу после спуска и не дал нам пролететь дальше — он упал и перекрыл нам дорогу. И мы, ударившись об него, не долетели до гнезда той мрази, которая тут жила и охотилась.

Не долетели немного. Но и этого было достаточно, чтобы попытаться спастись. Потому как если бы мы попали в само гнездо, у нас не было бы ни одного шанса.

Пещера, в которой мы оказались… Или точнее, подземный зал был огромен. Высокий свод и сталактитами оплывшие стены. А среди них дырки — возможно такие же, по которой прилетели мы. В свете фонарика эти дырки виднелись чёрными провалами, в то время как стены поблескивали влагой.

На дне подземного зала озерцом разливалась антрацитовая мгла. Свет от кинжала не отражался от неё, а полностью поглощался ею.

Я в первый момент подумал, что это озеро. Тем более, что стены казались влажными. Но когда пригляделся, понял, что там совсем не вода.

Мрак шевелился, шуршал и, как ни странно, булькал.

Чтобы разглядеть получше, я направил нож на озеро, и оно зашипело и как будто продавилось под светом.

Мои глаза к тому времени уже привыкли к свету, и я разглядел огромных пауков, сцепившихся в один клубок. Но это были не знакомые нам членистоногие, пусть и огромных размеров. Это были именно сгустки тьмы, тени, которые выглядели, как пауки.

Вспомнил отпрянувшие тени, когда я «включил свой фонарик», и понял, что это они и были — пауки из черного озера. И они в тот момент уже готовы были напасть на нас.

К нашему счастью, они не спешили. А куда им спешить? Их жертвам никуда было деться. Более того, жертва даже понять не могла, кто её сожрал.

Почему я был уверен, что нас сожрали бы?

Да потому что они уже начали жрать альтан хамгалчид.

Наш верный мохнатый страж не пережил стремительного спуска.

Но он перед своей смертью сослужил нам последнюю службу — прикрыл нас своим могучим телом.

Обстановка была ясна. Мы оказались в смертельной ловушке. И выбраться из неё было невозможно — невозможно было добраться ни до одной дыры. А ведь про бобслейским трассам нужно было ещё и поняться! И это в тот момент, когда нас будут преследовать!

А преследовать будут! Наверняка ведь эти пауки считают нас своей добычей? А раз так, то вряд ли они добычу упустят.

Но и погибать, не закрыв иномирную щель, я не собирался.

А направил нож в озеро и приказал:

— Сдохните!

Я вложил в приказ всю силу своего желания спасти дочь, оградить её от бед, сохранить родной мир, да и этот мир тоже! Я вложил в приказ свои чувства к Изуми, чувства к друзьям. Я собрал весь свет своей души и отдал приказ…

Нож вспыхнул так ярко, как не светил ещё никогда. И от этого свет он начал плавиться.

Но и тьма в озере начала выгорать.

Искры забегали по членистым мохнатым телам. И тела от этих искр исчезали, обращались в пепел, который тоже от света рассыпался в ничто.

Рукоятка ножа накалилась, но я не отпускал и не гасил пламя. Я продолжал выжигать нечисть до последнего кусочка пепла. Пока все пауки не закончились.

И в свете догорающего ножа я увидел, что на дне озера тоже есть проход.

Я не знал, куда он ведёт. Но до него мы теперь могли добраться.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Вспомнилась история с грибами. Как-то майор отправился с друзьями за грибами. Едут вдоль леса, там, где грибные места, а там вдоль дороги стоят припаркованные машины.

— Да здесь людей больше, чем грибов! — сказал товарищ и проехал дальше.

Остановился там, где не было машин.

Зашли в лес и не нашли ни одного грибочка.

Людей тут не было, но и грибов тоже.

Глава 12

Убедившись окончательно, что альтан хамгалчид мёртв, я протянул руку Юнмей

— Пойдёмте! Будем выбираться отсюда.

Однако Юнмей, остановившись около окровавленной и уже немного погрызенной морды мохнатого стража, погладила по высокому, поросшему густой шерстью лбу и сказала с тяжёлым вздохом:

— Надо было и его шерсть вплести в нить… — А потом добавила, обращаясь уже к мёртвому зверю: — Прости меня, что я перестала прясть твою судьбу. И спасибо большое! Ты до конца защищал нас! Пусть духи земли примут тебя с радостью и одарят тебя самым тёплым и красивым мехом!

— Курлык! — поддержал её Моня, прихромавший, пока Юнмей говорила свои слова.

Я тоже попрощался с мохнатым стражем.

— Прощай, брат! — сказал я ему. А потом повторил за Юнмей: — Пусть духи земли примут тебя…

Мы постояли немного, отдавая последний долг зверю, ценой своей жизни защитившему нас. А потом я поторопил:

— Нужно выбираться побыстрее. Нож почти весь оплавился. Осталась практически одна рукоятка. Скоро свет погаснет.

— Куда пойдём? — спросила Юнмей.

Я оглянулся ещё раз — вдруг пропустил какой-то проход. Но ничего не изменилось — дыры в стенах были нам недоступны, туда без альпинистского снаряжения не добраться. Да и крутой спуск, по которому мы съехали, тоже без спецподготовки не пройти.

Доступен нам был только один выход из этого мрачного места. И располагался он в центре ямы. И именно оттуда доносился цветочный запах.

Как же мне не хотелось туда идти! Все мои чувства вопили об опасности! Но оставаться на месте мне не хотелось ещё больше. Да это и не имело смысла.

А потому я махнул рукой в сторону чернеющего провала в центре бывшего паучьего озера:

— Туда!

Юнмей уже пошла было за мной, но вдруг вернулась, достала гребень и провела им несколько раз по длинному меху альтан хамгалчид.

Собрав с гребня небольшой пучок шерсти, она сунула её вместе с гребнем в сумку и, повернувшись ко мне, решительно сказала:

— Пойдём!

У меня от её действий мороз пробежал по коже. В моём мире как-то не принято брать что-то у мёртвых. Только полные отморозки и люди без чести и моральных принципов, без достоинства обирали мёртвых или грабили могилы.

Нет, я понимаю, когда берут что-то из вещей погибшего солдата, чтобы передать близким, но тут… Я считаю, это неуважение к смерти, и нужно быть отбитым на всю голову, чтобы начать вычёсывать трупы.

— Зачем ты это сделала? — спросил я и кивнул в сторону мёртвого мохнатого стража.

— Спряду для его души новое воплощение, — спокойно ответила Юнмей.

И я вспомнил, что вообще-то она богиня судьбы! И раз это будет новое воплощение, то так уж и быть — пусть прядёт.

Однако, богиня она или не богиня, а выбираться отсюда нужно. Поэтому я кивнул ей и перевёл взгляд на хромающего монстрёныша.

— Ты как, брат? Сможешь идти? — спросил я у него.

— Курлык! — серьёзно ответил малыш.

— Ну смотри, а то давай, я понесу тебя?

— Курлык! — запротестовал монстрёныш. И уверенно добавил: — Курлык!

— Ну, как скажешь, — согласился я и двинулся вперёд, приноравливаясь к скорости малыша.

Несмотря на то, что дыра располагалась относительно рядом, шли мы до неё долго. И дело было даже не в том, что Моня двигался медленно. Дело было в том, что в этом месте происходило что-то странное. Не знаю… искривлялось пространство, что ли? Не может же быть, чтобы цветочный запах так действовал? Или может?

Я понимал: вполне возможно, что мы идём в логово какого-нибудь монстра. Поэтому катана была у меня наготове — кто её знает, когда ею придётся воспользоваться? Причём, мой опыт говорил, что воспользоваться придётся скорее раньше, чем позже.

Я шёл чуть впереди. Сразу за мной хромал Моня. Завершала нашу группу Юнмей.

Был момент, когда я пожалел, что с нами нет Матакуши или Найдвара — на роль замыкающего они подошли бы лучше, но что толку сожалеть о том, что изменить невозможно. Сейчас мы даже не сможем вернуться к месту нашей стоянки. Так что, даже если найдётся возможность открыть проход, нам это никак не поможет.

Чем ближе мы подходили к чёрной дыре, тем сильнее был цветочный запах. Под конец он был настолько сильным, что от него уже начинала кружиться голова.

— Противогаз бы сюда, — пробормотал я, чувствуя, как земля уходит у меня из-под ног и быстро приближается к лицу.

В последний момент едва успел повернуть голову, чтобы не долбануться прямо носом — разбил бы наверняка. А может, даже и сломал бы.

Но «бы» — оно и есть «бы». Не разбил и не сломал. Однако, головой ударился не слабо. И боль отрезвила немного, подключила какие-то резервы организма.

Я прижал к носу холщовую сумку, которую ещё давно дала мне Агния и в которой сейчас лежал практически весь наш багаж, хоть она и выглядела пустой.

Через ткань запах ощущался не так сильно.

Я посмотрел на Юнмей — она тоже была на грани потери сознания.

— Закрой лицо сумкой… Чтобы дышать через неё, — сказал я ей.

Она послушалась и вскоре благодарно кивнула мне.

Ещё нужно было как-то защитить Моню — он тоже ковылял на заплетающихся ногах. И я не придумал ничего лучше, как снять нательную рубаху и повязать ею лысую голову так, чтобы нос и пасть были закрыты.

— Курлык! — приглушённо курлыкнул монстрёныш.

И мы отправились дальше. А что делать? Нужно выбираться из этой ловушки.

Хоть мы и защитились от запаха, но надышаться уже успели. Поэтому не столько шли, сколько брели. Но, главное, продолжали двигаться вперёд.

И дошли-таки до чернеющего прохода!

К нашему счастью, проход хоть и вёл вниз, но это была не бобслейская трасса. Уклон был вполне сносный. По нему мы и пошли.

Нож Убийца демонов продолжал освещать наш путь, хотя лезвия осталось совсем немного — большая часть оплавилась, пока испепеляла теневых пауков. Но и этого небольшого света хватало, чтобы разглядеть стены прохода — они были словно выплавлены в скале.

Интересно, теневые пауки были сцеплены в клубок настолько плотно, что в первый момент показались мне озером. Они сюда, в проход проваливались или нет? И если проваливались, то как далеко?

Но главное, что сейчас их не было, и мы могли относительно спокойно продвигаться. Если бы не запах, было бы вообще нормально.

Я, конечно, прислушивался к каждому звуку, но пока раздавались только наши шаги.

Хоть шаги и отражались многократно от стен и создавали эхо, но всё равно посторонних звуков не было.

И как ни странно, это настораживало меня особенно сильно!

Потому что я чувствовал: опасность есть! Я ощущал её всеми фибрами души! Моя чуйка просто вопила об опасности!

Но никаких посторонних звуков не было. Только наши шаги, многократно отражённые от гладких стен прохода. Прохода, больше похожего на трубу, выжженную, выплавленную изнутри.

Мы по ней шли. Потому что другой дороги всё равно не было.

Наконец, впереди что-то блеснуло. И сразу же волна цветочного запаха накрыла нас с новой силой.

Я перехватил катану поудобнее и прошептав:

— Юшоуша, помоги нам, пожалуйста! — прибавил скорости.

Я хотел разобраться с опасностью до того, как Юнмей и Моня приблизятся.

Трубка закончилась внезапно, и я оказался в круглом помещении, в центре которого располагался своего рода пьедестал. Там, обняв колени, сидела обнажённая девушка. Длинные чёрные волосы рассыпались по плечам, прикрывая спину и падая прядями на грудь.

Её белое тело в лучах света казалось светящимся.

Я остановился.

Ну да, это была девушка, выглядящая абсолютно беззащитной.

Но, блин, она находилась глубоко под землёй! Более того, вот только была по соседству с теневыми пауками, а я не видел на её лице ни особого страха, ни волнения. Она сидела совершенно спокойно!

И это сразу же насторожило меня. Хотя видимая беззащитность девушки будила во мне желание, как у любого нормального мужика — защитить, позаботиться, укрыть…

— Ты кто? — спросил я у девушки.

Я даже не успел подумать, что она может и не говорить на моём языке.

Но девушка посмотрела на меня и вдруг мило улыбнулась.

От этой улыбки у меня волосы на загривке встали дыбом.

Я поднял повыше светящийся обломок ножа и выставил перед собой катану. Конечно, для этого пришлось отпустить сумку и дышать цветочным ароматом, но чуйка вопила о смертельной опасности. А в такой ситуации лучше держать оружие в руках.

Девушка склонила голову набок и, опустив колени, оперлась о постамент рукой.

От движения её молодая, упругая на вид грудь обнажилась. А ещё стало видно её живот. Такой красивый, такой девичий… и круглые широкие бёдра…

У меня в штанах началась бурная революция. Член моментально до боли упёрся в штаны.

А девушка немного наклонилась в мою сторону…

У меня тут же закружилась голова, и я уже готов был броситься спасать её, когда сбоку раздалось:

— Не стоит верить всему, что видишь.

Я автоматически повернул голову на голос и увидел золотоволосого юношу, одетого в длинное чёрное кимоно, отвороты и рукава которого были украшены красно-чёрной шёлковой каймой с перекрещивающимися узорами. На поясе извивалась золотая змея, кусающая себя за хвост.

Он стоял ко мне полубоком, скрестив руки на груди и смотрел не на меня или девушку, а куда-то в сторону.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это Юшоуша.

Ещё некоторое время потребовалось, чтобы понять: он тут, потому что это я его попросил о помощи.

И только потом до меня дошёл смысл его слов.

Я проследил за его взглядом, и увидел на стене тени — огромная теневая паучиха шевелила своими членистыми лапами. И не просто шевелила, а в мою сторону!

— Твою мать! — выругался я и заорал оплавленному лезвию Убийцы демонов: — Свети!!!

Остаток лезвия вспыхнул, заливая помещение ярким светом.

Паучиха скрючилась и забилась в конвульсиях, а лицо девушки перекосилось ненавистью.

— Как ты посмел?! — зашипела она, вставая на четвереньки.

Я как заворожённый смотрел на неё, а она шипела, ругалась, кричала на меня, но не покидала своего пьедестала.

Паучиха скукожилась окончательно. А потом и вовсе рассыпалась пеплом.

И тогда девушка зарычала.

В этот момент в это круглое помещение с постаментом в центре вошли Юнмей и Моня.

А в следующий момент, расплавившись окончательно, Убийца демонов погас навсегда.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Жена майора была женщиной милой, нежной, трогательной, хрупкой и ранимой. До тех пор пока не: «А-а! Это паук! Убей его, убей, бл*! Убей, я сказала! Вот газета, еб*шь газетой! Убей его! Сожги квартиру! Заруби топором! Убей же его! Убей, бл*! Убей, убей, с*ка!»

Глава 13

Мы погрузились в кромешную тьму.

И тут я явственно услышал бульканье. То самое, которое слышал там, наверху, ещё до того, как достал Убийцу демонов и приказал ему светить. Тогда, когда мы только прошли бобслейную трассу и пытались понять, куда нас вынесло.

Только в этот раз бульканье было рядом и звучало отчётливо и достаточно громко.

— Нам нужен свет, — пробормотал я, беря катану наизготовку.

Понятно, что я противника не видел. И обоняние тоже было вырублено сильным цветочным запахом. Из всех органов чувств надеяться можно было только на слух и осязание. Ну и чуйка — куда без неё. Однако, помогут ли они мне бороться с монстрами в кромешной темноте?

Совершенно не к месту вспомнился император Кас. Интересно, когда его войско пришло в страну Ледяных Гор, столкнулось ли оно со всей этой нечистью? Или воины даже не подозревали, какую мразь запустили в свой мир?

Но что толку об этом гадать сейчас? Сейчас нужно разгребать всё то, что они натворили. Исправлять ошибки глупых людей.

И для этого нужен был хоть какой-то источник света!

Убийца демонов был изготовлен в клане Такаги специально для сына главы клана Тосиюки. Этот нож был особенным и отличался от наших с Матакуши вакидзаси.

Клан Такаги специализировался на оружии. Вакидзаси, которые нам с Матакуши дали, изготовили таким образом, чтобы клинок выдерживал воздействие яда. А значит, состав стали там был специальный — инертный по отношению к активным веществам, содержащимся в ядах. Возможно поэтому вакидзаси не обладали теми же качествами, что и Убийца демонов. Возможно, поэтому они и не светились.

Интересно, а какая специализация была у ножа Тосиюки? Не светить же? Вряд ли мастер Ганзи специально закладывал в нож такую способность. Подозреваю, что он о ней и не догадывался.

Хотя, чего я гадаю? Нож получил имя Убийца демонов. Такое предназначение у него и было — убивать демонов.

Мои мысли прервало бульканье, изменившее свой характер. Теперь оно раздавалось с разных сторон — как бы размножилось. Словно нас пытались окружить. Вот только двигался враг очень медленно. Что ж, нам это было только на руку — у нас оставалось время найти решение проблемы.

И я снова вернулся мыслями к клинкам.

Для создания Убийцы демонов мастер Ганзи наверняка использовал или какие-то редкие технологии, или редкий металл. В смысле, руду…

Так, стоп! Почему руду, а не металлолом? Например, металлолом, который мы собирали в школе, шёл на переработку и выплавку высококачественной стали…

Я ещё не успел додумать мысль до конца, а уже доставал из сумки обломок вертолётной лопасти.

С чего я решил, что люди клана Такаги не собрали в пустоши другие обломки вертолёта и не использовали их для изготовления своего оружия? Ведь не для изучения же Кутуруку отправлялись люди Такаги в пустошь! Кутуруку-то случайно обнаружили!

Я не стал развивать эту мысль. Всё равно сейчас ни у кого спросить не смогу. А вот поэкспериментировать — вполне.

Поэтому, достав из сумки свой «широкий меч», я приказал ему:

— Свети!

Свет зародился в сотовом заполнителе из алюминиевой фольги и ударил столбом из обломанной части куда-то в верхний дальний угол — куда обломок лопасти и был направлен сломанной частью.

Тут же вспомнились световые мечи джедаев. А что? Было похоже. Только гудения не наблюдалось.

Я навёл поток света на девицу и слегка прифигел.

В общем, это была не совсем девица. Точнее, я бы даже сказал: совсем не девица.

На постаменте рос странный цветок, по внешнему виду лишь отдалённо напоминающий девушку. И снизу к нам тянулись отростки — как усы у земляники. Причём, на конце каждого отростка находились бутоны, из которых и доносилось бульканье.

От нахлынувшего чувства брезгливости меня аж передёрнуло.

Что ж, сорняки с грядки выпалывать я умею.

А потому — несколько взмахов катаной, и вот уже на полу съёживаются кусочки стебля и широких листьев.

Отростки и бутоны тоже были тщательно порублены, чтобы этому чудовищному цветку не осталось никаких шансов снова вырасти.

Причём, когда я разрубил один из бутонов — самый крупный, оттуда вывалился теневой паук и тут же под лучами света распался пеплом. Так вот что вызревало в бутонах? Получается, этот «цветочек» матка теневых пауков! Охренеть не встать!

Меня снова передёрнуло.

Больше всего меня, конечно, взбесило, что растение-монстр приняло облик невинной и беззащитной девушки. От этого мне было особенно мерзко.

А потому изничтожал нечисть я без всякого сожаления.

Как только я порубил цветущего монстра, цветочный аромат тоже исчез. Словно здесь, под землёй работала отличная вытяжка.

Но этого мало. Со стен исчезли тени и стены перестали быть антрацитово-чёрными. Проявились полосы, прожилки, стало видно залежи породы.

Я устало опустился на землю около стены.

Ко мне подошли Юнмей и Моня.

— Куда дальше? — спросила богиня судьбы.

— Сейчас немного отдохну и разберусь, — ответил ей я.

— Нет, Кизаму! — возразила Юнмей. — Давай уйдём отсюда? Мне тут страшно.

Продолжая сидеть, я направил исторгающий свет срез вертолётной лопасти вдоль противоположной стены, осветил, как фонариком, потолок, пол. Прислушался к чуйке.

— Да вроде ничего опасного тут нет, — сказал я. — Я всё зачистил. Зато другие монстры пока ещё сюда не полезут. Так что хоть место тут и злое, но сейчас тут, как мне кажется, наиболее безопасно. К тому же, мне нужно хоть немного отдохнуть.

Последние слова я договаривал уже с закрытыми глазами. Всё-таки в прошлый раз я как следует не выспался. Да и потом много всего случилось.

Очнулся я как от толчка.

Юнмей дремала, положив голову мне на плечо. Моня тоже сопел, свернувшись калачиком у моих ног. Ну прям щенок в самом деле!

Лопасть я всё ещё держал в руке, и едва заметный сноп света высвечивал противоположную стену. Пустую. В том смысле, что ничего и никого лишнего в световое пятно не попадало.

И всё-таки, что-то меня разбудило.

Я не шевелился. Продолжал дышать глубоко и размеренно. И даже глаза оставил прикрытыми, чтобы понять, что именно встревожило меня. Лишь прислушивался, ловил малейшие далёкие звуки.

Через некоторое время раздалось еле слышное шуршание. Где-то далеко, не в этой пещере. И не с той стороны, откуда мы пришли, а за пьедесталом. Видимо, там тоже был проход.

Ни Юнмей, ни Моня на шуршание не отреагировали. Они крепко спали.

Я же продолжал вслушиваться.

Послышался лёгкий стук камушков. Потом удар, как будто кто-то кого-то схватил. На минуту шуршание усилилось. Потом стихло.

Воображение тут же нарисовало, как огромная змея выползла на охоту, выследила свою жертву и поймала её. А теперь заглатывает.

Словно в подтверждение моих фантазий снова раздалось шуршание, на этот раз удаляющееся.

Я продолжал сидеть, не шевелясь и практически не дыша. И моля богов, чтобы Юнмей и Моня не заговорили и не зашевелились. Ведь у змей хороший слух. Они практически кожей чувствуют…

В том смысле, что звук распространяется и по земле тоже. А змеи прикасаются к земле всем телом. Так что, пусть отползёт подальше.

Само собой сон слетел, как будто его и не было. Но я не спешил будить Юнмей и Моню. Пусть поспят. Тем более, что я сам тоже хоть и не сплю, но сижу, пытаюсь расслабиться, типа тоже отдыхаю. Хотя на самом деле хотелось бы побыстрее свалить куда-нибудь подальше из этих прекрасных мест…

Когда сердце немного поутихло, я вспомнил: Машуто Обитами рассказывал, что иномирный портал охраняют два змея. И если шуршал один из них, то портал скорее всего уже неподалёку.

Едва я это осознал, сердце моё снова забилось, но теперь от предвкушения — значит, конец нашего пути близко.

Однако, мы вплотную подошли к вопросу: как пробраться мимо змей или как победить их. Для этого как минимум нужно знать, чего они боятся.

В моём мире змеи боятся резких запахов и шума. Что естественно, раз основными органами у змеи являются слух и осязание.

Вполне может быть так, что и местные рептилии тоже реагируют на запахи и шум. К примеру, резкий цветочный запах, испускаемый изрубленным мной цветочком, отпугивал стражей портала. А теперь, когда я изрубил его и запах исчез, не открыл ли я проход для змей?

Как-то эта мысль меня слегка напрягла. Но я отмахнулся от неё: я же пришёл сюда не отсиживаться в безопасности. Поэтому хотя бы с одним змеем встретился бы в любом случае. Но скорее всего встретимся с обоими.

А значит, нужно продумать, что мы можем змею, точнее, обоим змеям противопоставить?

Шум? Но это должен быть не просто шум, а прям землетрясение. И если запахи — то сильная вонь, которая и нас скорее всего вырубит. Оба способа могут угробить нас понадёжнее, чем стражники портала.

К тому же эти два способа нацелены на изгнание змей, а не на их убийство. Хотя, если заманить их в пещеру и устроить небольшое землетрясение, чтобы завалило…

Я вздохнул. Если б ещё эти змеи не владели б магией. А то наверняка есть у них что-нибудь в запасе, как, например, у порубленного мной цветочка. Какие-нибудь сюрпризы… А что? Я не удивился бы.

Пока я размышлял, Юнмей пошевелилась. А потом сладко потянулась.

— Ты как? — спросила она у меня.

— Нормально, — тихонько ответил я и попытался сесть поудобнее.

Моня тут же поднял голову.

Я автоматически потрепал монстрёныша по лысой голове. И он подставил свою лысину под мою руку, напрашиваясь на ласку.

Отказывать ему в такой мелочи я не стал — кто его знает, что будет завтра? Будем ли мы живы? Так что, пока есть возможность делать приятное дорогим людям, нужно эту возможность использовать.

Я даже не заметил, как причислил Моню к людям. И не просто к людям, а к дорогим мне.

Ну и пусть! Сейчас, перед лицом смертельной опасности, это малое, что я мог для него сделать.

Юнмей что-то хотела спросить, но я остановил её.

— Говори как можно тише, — предупредил я девушку. — И вообще двигаться теперь нужно очень тихо.

— Что случилось? — едва слышно прошептала она.

— Похоже, неподалёку змей ползает, — предупредил я её.

Я решил не скрывать от неё положение вещей. Во-первых, потому что она богиня. А во-вторых, будет знать об опасности, значит, не наделает глупостей. Во всяком случае я на это надеюсь.

Но Юнмей просто деловито кивнула и достала своё веретено.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Совершенно точно можно утверждать, что Адам и Ева не были китайцами. Иначе они вместе с яблоком съели бы и змея.

Глава 14

Наверное, когда Юнмей говорила, что нам нужно уйти из этого места, она была права. Как только исчез цветочный запах, змей сразу же отправился проверить, в чём дело. На наше счастье, он встретил по пути жертву и, сожрав её, удалился.

Нам фантастически повезло, потому что приползи змей сюда, и у нас не было бы шансов. Нам даже бежать было некуда.

Мы снова оказались в ловушке, так же, как и там, у выхода из пещеры. И то, что на нас пока не напали — это счастливая случайность.

В общем, нужно было сматываться отсюда, и побыстрее!

Но Юнмей сидела и пряла, а Моня пользовался случаем — подставлял свою лысую башку под ласку. И я гладил его.

В какой-то момент мне показалось, что кожа на голове Мони стала шелушиться.

Может, у него был зуд, поэтому он так настойчиво просил погладить его?

Я посветил «фонариком» и увидел, что действительно кожа растрескалась.

Сказать, что я испугался за монстрёныша — это ничего не сказать. Не хватало ещё, чтобы у малыша были проблемы!

— Юнмей, — позвал я богиню судьбы. — Посмотри, что с малышом?

Я очень боялся услышать от неё, что Моня заболел. Только от одного предположения об этом мне стало нехорошо.

Юнмей отложила прядение и приблизилась к нам. Но едва взглянув на потрескавшуюся кожу, она радостно улыбнулась.

— Как же быстро малыш вырос! — с восторгом сказала она.

— В смысле вырос? — не понял я.

— В самом прямом! — засмеялась богиня. — Это возрастная линька! Нужно помочь ему…

— Но как? — совсем растерялся я.

Линька? Я понимаю, когда змеи сбрасывают старую кожу, которая им стала мала. Ну или бабочки со стрекозами окукливаются, а потом вылупляются. Но Моня не был ни бабочкой, ни стрекозой, ни тем более змеёй. И всё-таки Юнмей сказала, что это возрастная линька. Я не понимал, как так?

Я вообще не был специалистом по Услэг Мангасам. Я и за человеческими-то дитёнышами не знал как ухаживать, хоть у меня в той жизни и была дочка. А тут и вовсе — монстрёныш!

В общем, мне нужна была помощь.

Юнмей словно услышала мои мысли. Она успокаивающе улыбнулась и сказала:

— Линяющую шерсть я могу вычесать.

Я усмехнулся — ей бы только вычёсывать! Если уж мёртвого альтан хамгалчид вычёсывала, то что с неё взять? Наверняка потом ещё и спрядёт что-нибудь…

Но богиня судьбы не обратила внимания на мою ухмылку и продолжила:

— А вот о коже на его голове придётся позаботиться тебе!

— Ну и что я должен делать? — спросил я у неё.

— Сейчас пока нужно гладить. Постарайся равномерно. И не расчёсывай! Чтобы ранок не было… А я пока приготовлю лечебное снадобье.

— Ты уверена, что нужно готовить снадобье именно тут? — спросил я, вспоминая о своих опасениях по поводу змея. — Может лучше уйти в другое место?

— Не уверена, — ответила Юнмей, копаясь в сумке. — Я даже больше скажу: я уверена, что нужно отсюда как можно быстрее уходить. Но мы должны помочь маленькому Услэг Мангасу! Нужно, чтобы линька прошла без заминок.

Что ж, я боялся услышать именно эти слова. И я их услышал.

И продолжая наглаживать по лысой башке Мони, начал прикидывать: как мы можем закрыть проход для змея. И если мы закроем тут, то не приползёт ли он с другой стороны? Ведь отпугивал его запах, а не отсутствие проходов. Вот предыдущий зал был весь истыкан проходами.

И тут мне в голову прилетела мысль: а что, если все те проходы как раз змеи и сделали? Охотились так на пауков… А почему нет-то? Должны же змеи чем-то питаться? Так почему бы и не теневыми пауками?

Я помотал головой — всё-таки фантазия у меня очень богатая! Пауков змеи из моего мира не ели. Почему должны есть тут?

Хотя, тут всё не как у людей!

Продолжая гладить малыша, я светил «фонариком» по стенам. Особенно в той стороне, откуда раньше слышал шуршание. Везде был один камень и ни намёка на проход.

Однако, я слышал звуки оттуда. Значит, проход там точно был.

По-хорошему нужно было встать и пройтись вдоль стены, посмотреть, что там. Опять же, постамент перекрывал часть обзора…

Постамент…

Интересно, почему «цветочек» рос именно на постаменте? Почему не просто на земле?

Я уже собрался было подойти, осмотреть постамент, как Юнмей сунула мне в руки небольшую баночку, вырезанную из прозрачного зеленоватого камня с притёртой крышкой.

— Вот мазь, — сказала Юнмей. — Намажь хорошенько малышу голову. Тщательно! Все складочки промажь! Только в глаза не попади! А то щипать сильно будет…

Зачерпнув из баночки вязкой субстанции, больше похожей на густой кисель, я принялся смазывать ей лысую голову монстрёныша. А Юнмей достала гребень и пристроилась сбоку.

Моня млел от такого внимания.

Вскоре он начал урчать от удовольствия. Сначала едва слышно, а потом всё громче и громче.

Если бы не нужно было соблюдать тишину, я бы умилился и постарался продлить приятные процедуры для монстрёныша, но вместо этого я сам не заметил, как начал ускоряться. Чуйка подсказывала, что нужно спешить.

В какой-то момент Юнмей вскочила и, бросив:

— Быстро! Уходим отсюда! — поспешила за постамент.

Мне не нужно было повторять дважды. А вот в планы Мони, по всей вероятности, смена обстановки не входила.

Он с большим неудовольствием поковылял следом. Но не отставал, и на этом хорошо.

За постаментом действительно был проход. Он вёл круто вниз, а потом расширялся в широкий коридор.

Юнмей, выбрав сторону по признакам, известным только ей, побежала что было сил.

Мы с Моней рванули за ней следом.

Обломок лопасти продолжал освещать нам путь. Но свет от него мелькал по стенам в такт моим движениям. Поэтому с одной стороны помогал, а с другой — не очень. Но мне даже в голову не пришло снизить скорость.

Наоборот, животный ужас подгонял меня, заставлял бежать быстрее.

Внезапно Юнмей юркнула в узкую щель.

Мы с Моней следом. Еле протиснулись. Попали в небольшую камеру, где втроём было тесновато.

И тут до меня донеслись не просто шорохи. А шум, шелест, шипение…

Я сразу понял, что за нами гонится змей.

— Достань шкуру! — горячо зашептала богиня судьбы.

В узком пространстве было не так много места, чтобы развернуться, и всё же я действовал максимально быстро.

Я сразу понял, зачем нужно было доставать шкуру Услэг Мангаса. Поэтому, едва достал её, тут же укрылся сам и укрыл Юнмей и Моню.

Если на этой шкуре можно было легко спать на льду, то у неё хорошие теплоизоляционные свойства. А значит, она спрячет наши горячие сердца от змея.

Когда Машуто Обитами говорил, что нам придётся найти возможность спрятать своё тепло, мне это казалось нерешаемой задачей. А вот припёрло, и решение, кажется, нашлось.

Что ж, сработает ли шкура, мы сейчас узнаем. Вот сейчас… Ещё миг, и…

Шуршание и шипение прекратилось совсем рядом. Видимо змей дополз до той щели, где мы спрятались и теперь ищет нас.

Он злился, тыкался в стены, бил хвостом. Мы старались дышать через раз. Но змей всё равно не уползал. Продолжал искать. Как будто чувствовал нас. Точно знал, что мы здесь, рядом.

Через какое-то время до меня дошло, что монстр чует нас и поэтому никуда не уползает.

Но как он нас может чувствовать? Мы сидели, как мышки — не шевелясь. Тела были прикрыты. Неужели запах? Или…

Прислушиваясь к стуку сердца, я подумал, что змей может слышать биение наших сердец.

Но без разницы: запах или биение сердец, мы от этого избавиться не можем. А значит, от змея не уйти. Остаётся только одно…

От пришедшей в голову мысли у меня по спине пробежал холодок. Но я всерьёз задумался в эту сторону.

Ведь если мы не можем спрятаться и сбежать, нам остаётся одно — убить змея!

Я начал перебирать доступные мне способы — ведь действовать нужно было наверняка.

До этого я уничтожал местных монстров несколькими способами: сжигал на свету, рубил катаной и травил ядами. Ну ещё разок Моня выставил защитное поле и сжёг вражеский отряд. Но, во-первых, там был ручей, и Моня ставил защиту вдоль ручья — видимо для заклинания нужна была вода. А тут было сухо. К тому же, как сказала Юнмей, у монстрёныша возрастная линька. А значит, требуются жизненные силы на перестройку организма. То есть, Моня сейчас точно не боец. Более того, он нуждается в защите. Да и не дело это — детей втягивать в бойню. Даже если они дети монстров.

Я уж сто раз пожалел, что взял его с собой. Но как было не взять, если он просто шёл за мной и всё.

Так что да, Моня не боец, но и Юнмей тоже не боец. Сидя под шкурой, она крутила своё веретено… кто бы сомневался!

Ладно, вернёмся к змею. Надо понять, с кем мы имеем дело. В смысле, что это за монстр.

И я осторожно высунулся в щель.

Точнее, только попытался высунуться.

Потому что змей услышал мои движения, и я, выглянув, уставился в огромный глаз с вертикальным зрачком.

Я ещё до конца не осознал, что увидел, а рука с обнажённой катаной уже летела вперёд.

Удар был быстрым и точным. Прямо в глаз. По самую рукоятку.

Мне в лицо брызнула кровь.

Змей заверещал и тут же мотнул головой.

Меня вместе с катаной в одной руке и обломком лопасти, который я использовал в качестве фонарика, вырвало из той щели куда мы забились.

В голове успело пронестись: отпускать катану нельзя! Если отпущу, огромный змей раздавит меня, разотрёт в порошок!

То, что змей огромный, я увидел, когда оказался снаружи. Он своим телом почти полностью заполнял коридор.

Держаться за катану было сложно. Мало того, что змей мотал башкой, так ещё и по намокшей от крови рукоятке рука начала скользить.

Чтобы закрепиться, я изловчился и сунул в глаз змею ещё и обломок лопасти. И приказал ему:

— Свети ярче!

Змей мотал головой. Пытался закручиваться кольцами, но относительно невысокие потолки коридора не давали ему окончательно скрутиться и захватить меня в кольца. Хотя меня несколько раз неслабо приложило об стены.

Света, конечно, от обломка лопасти видно не было, он весь оказался внутри. Но судя по тому, что рукоятка начала быстро нагреваться, в башке у монстра было не просто светло.

Я решил усугубить ситуацию и приказал своему «широкому мечу»:

— Жги!

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Дед майора, воевавший с фашистами, как-то рассказывал об одной оригинальной «психологической атаке». С правого фланга появился гармонист, играя какие-то вологодские переборы. С левого фланга — еще один, наигрывая «Мамочку». А в центре помахивая платочками, вышли молодые санитарки. Весь полк при этом издавал какое-то мычание. Говорят, немцев после этого можно было брать голыми руками.

Глава 15

— Жги! — приказал я своему «широкому мечу».

Мысль поджарить змеиные мозги пришла мне в голову внезапно. И она оказалась здравой.

Через какое-то время метания монстра начали затихать. А вскоре и вовсе прекратились.

Змей вытянулся и замер.

И всё равно я ещё некоторое время выждал, прежде чем мои руки разжались, и я сполз на землю.

Змей был мёртв. Окончательно и бесповоротно! Его тело ещё немного подрагивало и иногда дёргалось в конвульсиях, но это были чистые рефлексы. У рептилий так бывает — голова отрублена, а тело всё ещё сворачивается в кольца. Ну или на сковородке — уже выпотрошена, а на жар реагирует.

Ничего, пройдёт совсем немного времени и все эти шевеления прекратятся.

Из щели высунулась Юнмей.

— Ты как? — спросила она.

— Нормально, — ответил я и попытался подняться.

Однако, нога соскользнула на залитых кровью камнях, и я снова уселся.

— Думаю, теперь можно немного отдохнуть, — сочувственно сказала богиня судьбы.

— Некогда отдыхать, — возразил я, рассматривая тушу змея. — У меня есть ещё одно дельце.

— Какое? — не поняла Юнмей.

Я не спешил отвечать. Прикидывал, как приступить к задуманному. Всё-таки змей действительно был огромным! Я стоял на земле, а змей лежал. И он был значительно выше меня. Что касается длины, то эта махина на вскидку была метров сто, если не больше.

А задумал я ни много ни мало, снять шкуру с этого монстра. Думаю, в хозяйстве пригодится.

Понятно, что сниму не всю. Но хотя бы кусок на память — сапоги себе сшить. А Изуми — туфельки, ремешок и сумочку…

К тому же змея — это мясо. Съедобное! Во всяком случае, в моём мире.

Вспомнилась шутка про то, что Адам и Ева точно не китайцы.

Я, конечно, тоже не китаец, но в Азиатских странах бывал, змей ел. Так что, а почему бы и не попробовать иномирную рептилию? Всё-таки добыча!

Опираясь на стену, я поднялся и достал из змеиного глаза катану и обломок лопасти. Тщательно вытер их от змеиной крови и убрал в сумку. Достал вакидзаси.

Конечно, ножом было бы сподручнее, но у меня его теперь не было. А катану для такого дела было жалко.

Я знал, как со змей снимают шкуру в нашем мире — там её просто стягивают, как чулок. Но тут змей был слишком большим. Даже не представляю ножку для такого «чулка»…

И всё-таки, я сделал надрез сразу за головой рептилии. Сначала небольшой. А потом, наметив кусок размером примерно со шкуру Услэг Мангаса, приступил к работе — для начала подцепил немного шкуры, отделил её от мышц. Самый краешек! А предстояло снять со всего большого участка!

Эх, приказать бы шкуре самой сняться!

Но глянул на змея и передумал — лучше по старинке. А то вдруг магия испортит такой красивый кусок.

Понятно, что можно будет выбрать другой — змей-то большой! Но зачем делать дело дважды?

Я снова оглядел змея. При желании можно было бы снять шкуру со всей туши, но как тогда унесём её? Её ж невозможно будет поднять! И в сумку скорее всего она не влезет — какая бы сумка ни была вместительная, однако и так набита под завязку.

Надо, кстати, провести ревизию: посмотреть, что я там натолкал перед атакой крысоподобных хархнууд и Агуйн Баавгай. Но это позже. А сейчас нужно пусть не всю шкуру, но хотя бы намеченный кусок содрать и упаковать, чтобы взять с собой.

— Ты что задумал? — настойчиво спросила Юнмей.

Она всё ещё стояла у щели и внимательно наблюдала за моими действиями.

— Взять трофей, — ответил я, продолжая отделять кожу от мышц.

— Зачем ты это делаешь? — снова спросила Юнмей.

Блин! Если бы у змея была шерсть, богиня судьбы наверняка бы уже оглаживала её гребешком. А вот что я заинтересовался змеиной шкурой, ей, значит, не понятно! И вообще, она задаёт слишком много вопросов, и все под руку!

А потому я решил, что нужно занять её делом.

Вырезав хороший кусок мяса с того места, где шкуры уже не было, я протянул его Юнмей:

— Пожарь, пожалуйста. Пообедаем.

Девушка с опаской приняла кусок змеиного антрекота.

— Ну, что стоишь? — пристрожился на неё я. — Иди, готовь обед! Сможешь костёр тут развести?

Я хорошо помнил, как она развела костёр на голой земле, когда выход из пещеры закрылся, и потому не стал заморачиваться, а просто поручил ей.

И действительно, Юнмей кивнула и юркнула обратно в щель.

Вскоре оттуда потянулся дымок и тут же запахло жареным мясом.

Промелькнула мысль, что запах привлечёт каких-нибудь тварей, но мне, если честно, сейчас было пофиг — вначале монстрам нужно будет пройти мимо мёртвого змея. И если монстры голодные, то пока доберутся до нас, мы уже успеем пообедать, выспаться и свалить отсюда.

А потому я спокойно продолжил снимать шкуру.

Я сидел на спине змея и, не спеша, подрезал мышцы и оттягивал кожу.

В какой-то момент не удержался и соскользнул.

Вакидзаси загремел по камням, а я повис на надрезанной шкуре.

И вдруг она под моим весом сама начала отделяться от мышц. Ровненько и равномерно.

Когда мои ноги коснулись камней, я поджал их, чтобы и дальше использовать собственный вес для отделения шкуры.

До конца содрать, к сожалению, не получилось, и последние сантиметры пришлось отделять с помощью вакидзаси. Но всё равно получилось намного быстрее, чем если бы всё время подрезать мышцы вручную.

Добрый кусок змеиной шкуры был отделён и свёрнут.

Лезть вместе с ним в щель я не стал — там было слишком тесно. А если учесть, что теперь там ещё и горит костёр, то и вовсе не имело смысла.

А потому я прошёл вперёд — за морду змея, нашёл сухое ровное место и расправил там змеиную шкуру. И уже на неё начал вытаскивать всё, что было у меня в сумке.

Интересный момент: если на шкуре Услэг Мангаса было тепло, то шкура змея охлаждала. Мне этот феномен показался интересным, и я взял его на заметку. Вдруг, когда пригодится!

Хотя, возможно, охлаждала потому, что шкура была сырая — только что снята с хладнокровной рептилии.

Ну ладно, со временем разберусь.

Выкладывать вещи на ровную поверхность было удобнее, чем на мех — все на виду, ничто в длинном ворсе не затеряется. И я удивился тому, сколько всего я успел затолкать в сумку! Но самое главное, сколько всего бесполезного! Ну или почти бесполезного…

Например, я прихватил мешок корма для альтан хамгалчид. Сейчас для нас он был бесполезен… Наверное…

Я открыл мешок и зачерпнул горсть зерна.

А может, и не бесполезный. Зерно — это еда. Его можно, например, сварить.

Правда, не в чем — котелок остался на той стоянке. Как и большинство наших припасов.

Зато я взял парочку одеял и миски. Но не прихватил ложек…

А ещё взял воду! Это было прям сокровище! Очень ценная вещь в походе! Но мало! В общей сложности литров пять. На нас троих!

Больше еды никакой не было.

И я снова посмотрел на змея. Взять бы немного мяса с собой! Вряд ли нам предоставится возможность ещё поохотиться.

В смысле, возможность-то однозначно будет! Вот только съедобной ли окажется «дичь»?

Поэтому я, прихватив вакидзаси, залез на змея и отрезал ещё мяса. Раза в два больше, чем в первый раз.

А после отнёс мясо и миски Юнмей, чтобы она всё его изжарила — жареное мясо будет храниться чуть дольше, чем сырое. И потом, неизвестно, когда у нас в следующий раз будет возможность спокойно пожарить шашлычки. Так что пусть уж будет пища приготовленной! Жареное мясо можно и на ходу есть.

Отдав всё Юнмей, я постоял рядом с дрыхнущим Моней и вернулся к шкуре.

Я стоял и смотрел на морду змея и в моей голове созревала ещё одна безумная идея.

У змей ведь есть зубы! А ещё у них есть яд…

Хорошо бы их как-нибудь добыть! Причём, так добыть, чтобы самому под струю яда не попасть — в моём мире есть змеи, которые плюются ядом…

Понятно, что этот змей уже мёртвый и плеваться не будет, но зубы его могут быть устроены так, что, когда выдвигаются, то и мешочки с ядом открываются. В смысле, железы, которые яд вырабатывают. А выдвигаются зубы у змеи, когда открывается пасть.

В общем было слишком много неизвестных, и слишком большой соблазн заполучить такие редкие артефакты. Да и оружие, чего уж там! И зубы, и яд — это настоящее оружие!

Что ходить просто так?

Я взял обломок лопасти, чтобы если что, раздвинуть змею пасть. И обошёл змея с другой стороны. С этой — из проткнутого глаза натекло много крови и было скользко. А другой глаз целый, и там сухо.

Хорошо, что трупного окоченения ещё в полной мере нет. Если бы тело уже затвердело, то было бы грустно.

Наконец, я решился.

Собрал все вещи и сложил их в сумку, чтобы если яд выплюнется, то чтоб не уделал нам ничего. Потом зашёл сбоку и, приготовив лопасть, приказал змею:

— Открой пасть!

Ничего не произошло. Челюсти даже не сдвинулись!

Ну, что ж! На магию я и не надеялся. Как говорится, на бога надейся, а сам не плошай. Поэтому спокойно полез по морде змея.

Встав сбоку на нижнюю губу монстра, я, держась за выпуклость около глаза, уже хотел было между змеиных губ просунуть обломок лопасти и, используя его как рычаг, открыть-таки пасть, как взгляд мой зацепился за змеиный глаз.

Я заглянул в помутневший зрачок и вдруг словно провалился в него. И увидел большой зал. Как бы пещеру, но со следами обработки стен — пещера была явно расширена вручную.

В центре зала стоял постамент…

«Опять постамент!» — пронеслось у меня в голове.

На этом постаменте сиял голубым высокий цилиндр или столб. Он был не плотный, как, например из стекла или металла. Нет! Он был схож с той пеленой, которую вдоль ручья создал Моня, когда мы убегали от армии тьмы.

Только этот цилиндр светился голубоватым светом, и по нему время от времени пробегали искры.

Причём, пробегали они не в произвольном порядке, а с определённой периодичностью.

Мне не нужно было объяснять, что это и есть тот портал, который мы ищем. Я сразу же об этом догадался.

А потому начал внимательно рассматривать его, чтобы понять, как его закрыть. Видимо, нужно как-то вырубить вот эту голубую пелену…

Вокруг постамента лежал змей. Такой же большой, как и этот, убитый мной.

Едва я взглянул на него, как он поднял голову и повернулся ко мне лицом. И я понял, что змей меня видит.

И тут позади меня раздалось спасительное:

— Кизаму! Мясо готово!

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то майор был на задании в Китае. Работали с группой под туристов. Пришли в ресторан, а там гады разные по террариуму ползают, кура за ногу привязана, коза стоит. И тут майор увидел амурского полоза. А у него дома когда-то в детстве такой жил. Ну он и ткнул в полоза пальцем, мол, знает эту змею — подобрал, выкормил, отпустил. Через некоторое время майору этого полоза принесли на сковородке. С тех пор майор старался в террариумы пальцами не тыкать.

Глава 16

Юнмей выдернула меня из видения, и я, недолго думая, воткнул лопасть во второй глаз змея. Со всей дури! Со всего ужаса, который мне успел внушить тот, другой змей. Тот, который в моём видении обвился вокруг постамента портала.

Как только глаз был проткнут, наваждение исчезло, и я обессиленно сполз на землю.

Юнмей удивлённо посмотрела на меня.

— Ты чего? — спросила она.

Говорить ей о том, что именно я увидел в глазу убитого мною змея, я не стал. И не потому, что не хотел пугать её. Просто я сам пока не понимал, как относиться к увиденному. А потому ответил:

— Хотел добыть ядовитые зубы.

Юнмей посмотрела на торчащую из змеиного глаза рукоятку вертолётной лопасти и её глаза удивлённо расширились.

— Странный способ добывать зубы, — пробормотала она.

Я тоже посмотрел на рукоятку и усмехнулся:

— Вот такой я затейник…

Юнмей нахмурилась и задумчиво оглядела огромную тушу.

С той стороны змеиной головы раздались тяжёлые шаги. Но Юнмей на них даже не отреагировала. Как будто не слышала. Хотя не услышать их было невозможно. Но она продолжала стоять и рассматривать тушу.

Шаги приблизились и из-за её спины выглянул… Моня. Огромный зверь!

— Курлык? — спросил он у меня.

Я сидел охреневший и не знал, что отвечать монстрёнышу.

Хотя, какой он теперь монстрёныш? Он теперь настоящий монстр! Он не просто подрос! Он стал таким же огромным, как и его мамаша, которую я убил. И даже больше!

— Как так? — растерялся я.

Юнмей оглянулась и потрепала Моню по лысой голове, которую тот склонил, напрашиваясь на ласку.

— Курлык! — одобрительно курлыкнул он.

Да, он вырос. Но остался тем же монстрёнышем — любящим ласки.

Юнмей пожала плечами:

— Линька закончилась. Но теперь ему нужно обязательно поесть. Ну и нам тоже.

— Да-да, конечно, — засуетился я.

Для себя я ещё подумал бы, прерываться на обед или нет. Но Моне действительно требовалась еда.

Я не стал вытаскивать лопасть из глаза змея. Мне почему-то казалось, что если я вытащу лопасть, то из дырки в глазу тот змей и пролезет к нам.

Это был страх какой-то иррациональный, и я не мог с ним ничего поделать.

Поэтому просто поднялся и пошёл за Юнмей.

Она уже вынесла миски с мясом и расположила их на змеиной шкуре.

Я смотрел на то, как Юнмей накрывает импровизированный стол, и меня накрывало дежавю. Хотя, когда я кормил Моню мясом убитого мной Услыг Мангаса — его матери, мы не сидели на её шкуре, а кутались в неё.

Я отмахнулся от воспоминаний и сел на шкуру.

И снова удивился тому, что она холодит. В отличие от шкуры того же Услэг Мангаса, которая согревала.

Но как бы там ни было, я пододвинул миску Моне.

Он не стал заставлять уговаривать себя, а, радостно курлыкнув, приступил к еде.

Моня ел хоть и с аппетитом, но аккуратно. Подцеплял кусок мяса и отправлял его в рот. А потом с закрытой пастью жевал прямо над миской. В результате ни одной крошки не выпадало из его пасти!

— Пижон! — ухмыльнулся я, довольный на самом деле, каким культурным вырос мой монстрёныш.

Моня сначала проглотил добрый кусок мяса, облизал губы и только потом ехидно ответил:

— Курлык!

— Ладно, еш, не отвлекайся! А то подавишься, — проворчал я и тоже отправил в рот кусок змеиного мяса.

Мясо оказалось немного суховатым и вкусом напоминало курятину. И чем-то было похоже на мясо змей из моего мира. Хотя, отличие тоже было — оставалось немного терпкое послевкусие. Но вполне съедобно. И сытно! Мне хватило трёх кусочков, чтобы полностью насытиться. Остальные я подложил Моне. Он парень теперь крупный, ему пищи много нужно!

По количеству мяса я понял, что это только с того куска, который я дал Юнмей первым.

— А где остальное мясо? — спросил я у богини судьбы.

— Запекается в углях, — ответила она. — Уже практически готово. Скоро можно будет упаковать и можно отправляться дальше. Или ты хочешь прежде немного отдохнуть?

Отдых мне, конечно, был нужен. Но змей, которого я увидел в глазу, не давал мне покоя. Чуйка предупреждала, что он придёт за нами. Обязательно придёт! Точнее, приползёт.

И по-хорошему встретиться с ним нужно было там, где удобно нам. А в этом месте сейчас не удобно. Во-первых, потому что убитый змей перекрывал обзор и дорогу, а во-вторых и в главных, больше щелью воспользоваться мы не сможем — Моня туда просто не пролезет!

А значит, нужно поискать другое место. И лучше перед встречей со вторым монстром быть отдохнувшим и полным сил. В идеале нужно сначала найти место, и там отдохнуть перед битвой. Вот только вряд ли у нас будет такая возможность. Так что, нужно использовать то, что имеем, и надеяться на лучшее.

С первым змеем нам повезло. Он не рассматривал нас, как угрозу, поэтому и подставил свой глаз.

Но второй змей знает о том, что мы можем дать отпор. И не просто отпор, а убить. Поэтому с ним будет намного сложнее, я думаю.

А ещё других приспешников мрака нельзя скидывать со счетов! Они никуда не делись!

Сейчас их тут нет скорее всего потому, что они боятся змея. Но как только расчухают, что он из смертельной угрозы превратился в обед, ситуация сразу же изменится. И тогда нам точно лучше быть подальше отсюда!

По-хорошему, надо бы найти место для засады. Как вот с этой щелью, например. Поискать бы что-нибудь подходящее…

И я вызвал карту.

Но в этот раз на карте не было отмечено даже пройденного пути! Она была абсолютно чистой!

«Аргх! — позвал я демона. — В чём дело? Почему карта совсем не работает?»

«Я не знаю», — как-то слишком быстро ответил демон.

«А кто знает?» — автоматически спросил я.

«Спроси у богини судьбы, — с усмешкой ответил Аргх. — Это она прядёт твою нить».

Я посмотрел на богиню, собирающую пустые миски.

Она не производила впечатления человека, способного выключить магию демона. Однако, магия Аргха не работала.

Юнмей как будто прочитала мои мысли. Она отвлеклась от мисок и сказала:

— Мы близко к порталу. Сейчас иномирная магия будет работать с перебоями. И чем ближе к порталу, тем хуже она будет работать. Это один из кругов защиты.

Хотелось спросить у Юнмей, откуда она знает, но я не стал — не до того. Главное, что её слова соответствуют действительности. В конце концов, она богиня!

Я вспомнил, как приказал змеиной пасти открыться, и она не отреагировала на мой приказ. Хорошо хоть лопасть сначала мозг змею поджарила, а теперь светится, а то сидели бы в полной темноте!

И тут до меня дошло, что лопасть торчит по самую рукоятку в глазу змея и светить не может, и тем не менее, тут достаточно светло.

Я огляделся и увидел, что в стенах торчат камушки, которые излучают свет. От каждого камушка света было совсем немного, но камушков было более чем достаточно! И в сумме получалось вполне сносное освещение.

— Значит, говорите, магия плохо работает? — спросил я и достал вакидзаси.

Эх, была бы стеклянная банка, можно было бы наполнить её и сделать светильник. Но банки не было. И всё равно я решил наковырять светящихся камушков — мало ли? А вдруг пригодятся?

Ко мне подошёл Моня и со вздохом положил голову мне на плечо.

— Что вздыхаешь, дружище? — спросил я его и погладил по голове.

Моня снова вздохнул и улёгся у меня в ногах.

— Заскучал? — спросил я у него?

— Курлык! — подтвердил Моня.

— Ничего, сейчас наберу горсточку камушков и пойдём ядовитые зубы добывать, — пообещал я.

— Курлык? — недоверчиво спросил Моня.

— Курлык, курлык! — с улыбкой подтвердил я.

Моня снова вздохнул и приготовился ждать.

Горсть камней набралась довольно-таки быстро.

Я, не задумываясь, ссыпал их в сумку.

Хорошо, что у сумки было такое свойство — под руку попадало то, что ты хотел из неё достать. Если, конечно, оно там было.

Закончив со светящимися камнями, я снова направился к змею.

Возможно потому, что прошло время… а может из-за того, что я поел, и на сытый желудок мир воспринимается иначе… ну или из-за того, что наелся я не чем-то, а именно мясом убитого мной змея, но сейчас того ужаса, как раньше, я не испытывал. Даже возможный приход второго змея почему-то сейчас меня не пугал.

Да и трепета перед убитым змеем тоже не было. Передо мной стояла задача — добыть ядовитые зубы. Или хотя бы один зуб. И я решил не отвлекаться, пока не добуду.

А потому я, особо не раздумывая, рубанул вакидзаси по змеиной губе.

Пришлось несколько раз рубануть… Зато в результате в губе появилась дырка, которая вела в рот.

Я выдернул из глаза обломок лопасти и вставил его в эту дырку.

А потом, используя лопасть, как рычаг, открыл-таки змеиную пасть!

Но, к сожалению, открытая она была только пока я давил на лопасть. Стоило мне чуть ослабить давление, и пасть закрывалась.

Пришлось просить помощи у монстрёныша, который притопал за мной к морде и теперь с интересом наблюдал за моими действиями.

— Ты можешь наступить вот сюда? — спросил я у Мони и показал на рукоятку.

— Курлык! — охотно ответил Моня и поставил ногу, куда я показал.

Пасть была открыта и зафиксирована. Зубы выдвинулись. На кончиках выступили капельки яда — стало понятно, что зубы полые внутри. И они двойные. То есть на верхней челюсти и справа, и слева торчало по два ядовитых зуба.

Рассмотрев строение, насколько это было возможно в таких условиях, я снова взялся за вакидзаси. И примерившись повыше, рубанул сначала с одной стороны, потом с другой.

Оттащив в сторону четыре ядовитых клыка, я сказал Моне:

— Спасибо за помощь, дружище! Ты был великолепен!

— Курлык! — с гордостью ответил монстрёныш.

И тут я понял, что и голос его тоже изменился. Стал немного грубее. И как я сразу не заметил?

— Красавец, конечно! — согласился я. — Разве кто спорит?

Зубы нужно было как-то упаковать, чтобы нечаянно не пораниться самому.

Я вспомнил про одеяла.

Вытащив одно, я тщательно завернул в него зубы монстра.

Юнмей тем временем завернула в другое одеяло запечённое на углях мясо — то самое, которое мы наметили взять с собой.

Его она положила в свою сумку.

Я поначалу думал, что у Юнмей такая же сумка, как у меня, но оказалось, что нет. Самая обыкновенная. И одеяло с мясом вошло туда с трудом и теперь торчало.

Хотя, надо отдать должное, веретено, клубок и пучок распушенной шерсти торчали сверху.

Я ещё раз оглядел место нашей вынужденной стоянки. Все свои вещи мы собрали, всё сложили. Можно было идти. Вот только куда?

Зал с порталом я увидел, когда заглянул в глаз убитого змея. Но вот где находился этот зал, я понятия не имел.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Когда у майора спросили, почему он пошел в армию, от ответил честно:

— Во-первых, я хочу защищать свою Родину. Во-вторых, служба сделает меня сильнее. В-третьих, меня никто и не спрашивал…

Глава 17

Да, я не знал, куда идти. И вообще мы здесь, под землёй, до сих пор двигались без возможности выбора — куда вела судьба. Пошёл посмотреть пещеру — выход закрылся. На нас напали, пришлось бежать по единственному коридору. Из двух ответвлений было свободно одно. Бобслейная трасса привела в пещеру теневых пауков. Выход оттуда был только один. От змея убегать можно было только в одну сторону. Но сейчас у нас было аж два направления — то, откуда мы пришли, и противоположное.

Понятно, что возвращаться не вариант, поэтому я уверенно пошёл по коридору, оставляя убитого змея позади.

Он лежал и смотрел проткнутыми глазами нам вслед. От этого было немного не по себе, но лишь немного. В конце концов, змей был мёртв, и мы даже ели его мясо. Ну и зубы его, наполненные ядом, сейчас были не в его пасти, а лежали в моей сумке.

Коридор оказался довольно-таки длинным, но потом расширился в зал, из которого вело несколько проходов — два широких, один — больше походил на щель, и третий — зиял в стене тёмным провалом.

В щель Моня точно не пролезет. Да что там Моня, и мы с Юнмей можем застрять! Так что, всерьёз рассматривать эту щель, как путь, я не стал. А следовательно, мы оказались, можно сказать, на распутье трёх дорог…

Надо же! Наконец-то у нас появился выбор! Понимать бы ещё, куда ведут все эти проходы?

Я оглядел зал и проходы и подумал: как же нам всё-таки повезло с предыдущей щелью! Если бы мы её проскочили, у нас не осталось бы ни шанса.

Но теперь нужно было выбрать проход, по которому идти дальше. И посоветоваться не с кем.

Юнмей и Моня стояли позади меня и ждали, что я выберу.

У Аргха спрашивать не имело смысла. Ничего полезного он не скажет. Отвязаться бы как-нибудь от него побыстрее… А то задолбал уже этот подселенец!

Магическая карта не работала. Посмотреть путь мы не сможем. Даже тот, который прошли…

Но работало кое-что другое! Моя голова!

Я вспомнил карту, которую рассматривал ещё снаружи. Обыкновенную. Я тогда пытался её запомнить, но запомнить до деталей было невозможно. Однако, общее представление я имел. Оставалось понять, в какой точке мы находимся сейчас, и сориентироваться по сторонам света.

Вспомнив, сколько мы поворачивали, я понял, что без точной карты и проложенного на ней трека у нас нет вариантов. Здесь ведь даже солнца нет, сориентироваться не по чему! Эх, спутниковую связь бы сюда! Хотя, под землёй от неё будет мало проку.

И всё же направление нужно было выбрать.

— Есть мысли, куда идти дальше? — спросил я у Юнмей.

Девушка стояла, придерживала сумку с торчащим веретеном. У меня даже пронеслась мысль, что она сейчас с большим удовольствием села бы прясть и по поводу направлений куда идти точно не парилась бы.

— Я не могу подсказывать тебе путь, — ответила богиня судьбы.

— А как же монетка? — удивился я. — Если я подброшу монетку и посмотрю, что выпадет? Орёл — идём по правому проходу, решка — по соседнему с ним, встанет на ребро — полезем вот в эту щель, а зависнет в воздухе — пойдём вон в ту дыру…

Я ещё не закончил говорить, а уже понял, куда нам нужно идти — туда, куда меньше всего хочется.

Не дождавшись ответа от богини судьбы, я подвёл итог:

— Что ж, будем считать, что монетка зависла в воздухе.

Юнмей смиренно склонила голову, показывая, что она примет любое моё решение.

Что касается Мони, то ему было всё равно куда топать, лишь бы рядом со мной.

Ну а раз всё равно, то я отправился в дыру, откуда струилась тёмная аура.

Нет, я совсем не был мазохистом! Просто я рассудил так: если портал хорошо защищён, то и вести к нему должна дорога, по которой по доброй воле никто не захочет идти.

Из трёх предложенных только один путь соответствовал этому требованию.

Хотя, по большому счёту я ни по одному пути идти не хотел. Я хотел сейчас оказаться далеко отсюда. Но раз уж я решил извести эту иномирную мразь, значит, надо делать.

Чтоб не было совсем темно шагать, достал из сумки парочку светящихся камней. А то если магия работает неустойчиво, вдруг мой «фонарик» из вертолётной лопасти потухнет в самый неподходящий момент.

Света от камушков было совсем чуть-чуть. Но мы хотя бы видели, что под ногами. Ну и что на пути ничто и никто не стоит.

Хоть я и свернул решительно в этот проход, а шли мы медленно — внимательно смотрели под ноги и прислушивались к каждому звуку, к каждому шороху.

И вроде ничего такого не происходило, но Моня неожиданно рванул вперёд и перекрыл нам с Юнмей дорогу. И тут же под чёрными сводами раздалось раскатистое:

— Курррлааа!

Я не сразу понял, что это рычит Моня.

Он рычал не нам, а куда-то вперёд, в глубину.

И оттуда донеслось в ответ:

— Фрр!

И рассыпалось на тысячу разных: — Фрр! Фрр! Фрр!

Катана оказалась у меня в руках раньше, чем я успел осмыслить.

Лишь время спустя до меня дошло, что это крылья. Кто-то вспархивал со стен. И этих тварей было довольно много.

Летучие мыши? Не могут же быть птицы? Птицам нужно вылетать на улицу. Хотя, и летучие мыши по ночам тоже любят мух на свежем воздухе половить…

Правда на улице зима уже практически наступила, мухи вряд ли в воздухе летают. Если только белые… Значит, питаются вспорхнувшие твари не ими…

Конечно, про летучих мышей была только догадка — самих зверьков я не видел. И потому решил не обращать внимания. Однако, то, чего не видишь, вызывает бурные приливы воображения. И вот уже это были не просто летучие мыши, а огромные кровопийцы с зубастыми клювами и острыми когтями.

Пришлось зажать камушки в кулак, потому что всё живое летит на свет. Не хватало ещё, чтобы они к нам полетели.

Моня ещё разок рыкнул:

— Курррлааа! — и отступил в сторону, пропуская нас вперёд.

Правда не совсем вперёд. Он пошёл рядом со мной, что называется, плечом к плечу.

Камушки совсем я убирать не стал. А то темнота тут хоть глаз коли. Но я прикрыл камушки ладонью так, чтобы светили они в пол — чтобы видеть куда наступаем.

А наступали мы… В общем, подошли мы к кучам дерьма. Видимо твари, которые улетели, висели тут на потолке и годами срали в одном месте.

Но шли мы не только по дерьму. Всё чаще и чаще начали попадаться кости. И мелкие, и побольше. Некоторые прям приличных размеров. От этой картинки как-то стало совсем не по себе. Ведь тут было возможно два варианта: либо жертвы забрели сюда и сдохли по какой-то причине, либо их поймали и сожрали, только косточки остались.

О том, что кости тут не случайно, говорило их количество.

— Курррлааа! — снова зарычал Моня, и опять зафырчали крылья.

Пока ещё летучие зверушки улетали, но мне было интересно: справится с ними Моня, если они сменят направление и начнут прилетать?

У меня не было ни малейшего желания это проверять!

Пусть бы и дальше улетали!

Может оттого, что я подсознательно этого ждал и потому прислушивался… А может по какой другой причине, но вдруг я услышал то, чего услышать не хотел — усиливающееся хлопанье крыльев — тварь, пока одна, приближалась к нам!

Камушки давали мало света и не позволяли разглядеть, поэтому я, не успев всё как следует обдумать, сунул камушки в сумку, а взамен вытащил вертолётную лопасть и приказал:

— Свети!

Лучше б я этого не делал! Лучше бы магия сейчас не сработала! Лучше бы вообще произошло что-то, из-за чего свет не появился бы!

Пока мы шли, и я не знал, как выглядят твари, было намного легче передвигаться. Но теперь, когда я увидел их, ужас подступил к горлу.

А ещё я понял, что у меня очень бедная фантазия.

Едва меч начал светить, как тысячи шипастых, клыкастых летающих монстров сорвалось со своих мест на потолке и начали носиться по пещере, как угорелые.

Мы, чтобы нас не покрошили на лоскутки, попадали в дерьмо. И если мы с Юнмей затерялись между куч, то Моне с его ростом было не просто.

Буквально через минуту монстрёныш жалобно пискнул. Потом ещё раз. И ещё…

И я понял происхождение костей внизу… Понял с болью от страданий малыша.

Да, он для меня всё ещё был малыш, хоть и подросший.

Я потушил свет, но было уже поздно — нас обнаружили. И первым под удар попал мой маленький, точнее, уже большой Услэг Мангас.

— Змеиная шкура… — успела крикнуть Юнмей, когда очередная тварь вцепилась в её волосы.

Сбив лопастью летающего монстра, я быстро выхватил из сумки змеиную кожу и накинул её на нас.

Едва змеиная шкура развернулась, летающие монстры тут же с дикими визгами улетели прочь.

Что ж, совершенно неожиданно для себя мы нашли замечательную защиту! Кто б знал, что так будет, когда я снимал со змея шкуру?

Причём, теперь мы спокойно могли идти со светом — свет даже нам на руку играл! Монстры лучше видели змеиную шкуру и старались держаться подальше.

Конечно, идти втроём под одной шкурой было непросто — всё-таки у нас у всех был разный рост и комплекция, но всё равно, жить захочешь, хоть под кого подстроишься!

Передвигаться стало спокойнее, хоть и не очень удобно. И тем не менее, мы быстро преодолели эту пещеру и вскоре вышли в следующий коридор.

Мы ещё некоторое время шли, не останавливаясь — всё так же прикрываясь шкурой. Потому что боялись, что стоит нам только убрать её, как летучие твари нас догонят. Но преследования не было. Видимо змеи навели тут на всех настоящий ужас. Настолько большой, что даже куска шкуры оказалось достаточно, чтобы от нас держались подальше.

Чёрная пещера осталась уже далеко позади, когда мы услышали журчание воды. И не сговариваясь направились в ту сторону.

И вскоре вышли к большому подземному озеру, в которое разливалась подземная река.

В том видении, которое я видел в глазе у змея, ни озера, ни речки не было. И тем не менее, мы пришли на берег. Нужно было умыться и привести себя в порядок. И обработать раны.

Как оказалось, и Юнмей, и Моня, да и я тоже, хотя и не заметил особо когда… все мы были сильно поцарапаны крылатыми монстрами. Нужно было отмыть кровь и остановить кровотечение. Что ж, озеро для этой цели подходило как нельзя лучше.

Главное, чтобы тут не водилось какой-нибудь дряни!

Хотя, надеяться на это было бы полнейшим безумием.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

17 век, Англия, по мрачному дождливому лесу идет заблудившийся путник.

Где-то около полуночи он выходит к страшного вида огромному замку, над которым летают стаи летучих мышей. Но делать нечего — дождь, гроза надо где-то ночевать…

Тяжеленную дверь ему открывает горбатый одноглазый дворецкий с маленькими клыками. Ну, в общем, покормили его там, дали сухую одежду. Время ложиться спать.

Дворецкий проводит его в самую мрачную комнату, почти под самым чердаком, в комнате на полу и стенах виднеются кровавые следы, иногда слышен чей-то плач…

Пока дворецкий расстилает кровать, путник осматривает комнату и со страхом в голосе спрашивает:

— Интересно, а в этой комнате никогда не происходило чего-нибудь удивительного?

Дворецкий:

— Да было разок… Помнится, лет десять назад путник, который здесь ночевал, утром проснулся живым.

Глава 18

Я был настороже. Именно это и спасло нас.

А начиналось всё так хорошо…

Мы подошли к воде.

Точнее, первым подошёл я, а Юнмей и Моня остались чуть в стороне.

Приглядываясь и прислушиваясь, я сначала набрал воды в опустевшие ёмкости — вдруг обстановка изменится, и мы не успеем? Потом быстро умылся, промыл царапины — парочка на руках оказалась довольно-таки глубокими, и из них нужно было вымыть грязь, чтобы не было заражения.

Закончив промывать, я отошёл в сторону, чтобы следить за обстановкой. А заодно перевязать самые глубокие раны.

Конечно, мне очень хотелось отмыть от дерьма одежду, но у нас не та ситуация, чтобы форсить — не на параде как никак! Так что это не говно летучих тварей, а маскировка.

После меня умываться пошла Юнмей. Она тоже быстро помыла руки и сполоснула лицо, а потом промыла царапины. Некоторые были на голове среди волос, и Юнмей пришлось промыть и их.

Как только закончила, она сразу же отошла от воды. Хотя вокруг было тихо и спокойно. Но я не доверял этому спокойствию. Тут, под землёй все, кого мы встречали, хотели нас убить. И я понимал причину — все эти твари охраняли портал. Так что церемониться с нами никто не будет — сожрут и не подавятся!

Быстро обработав и перевязав раны Юнмей, я разрешил подойти к воде Моне, хоть он и просился раньше. Но я просто не мог одновременно смотреть за Моней и перевязывать раны Юнмей.

То ли от того, что он стал большим, а то ли от того, что никаких враждебных проявлений со стороны водных обитателей, если таковые тут были, пока не наблюдалось, Моня без страха с шумом вошёл в воду и принялся с удовольствием плескаться. А у меня рука не поднялась остановить его — он был такой счастливый!

Он окунался, тряс башкой, ловил зубастой пастью брызги, снова окунался и снова отряхивался.

Так-то да — у него густая и длинная шерсть. И, если не ухаживать за ней, она быстро пойдёт колтунами. И тогда останется только остричь. А для Мони это точно не вариант! Особенно сейчас, на пороге зимы.

И потому я дал Моне поплескаться, а сам с повышенным вниманием наблюдал за водной гладью. Ведь если кто-то живёт под водой, то шум точно привлечёт его внимание. Но может и насторожить — мало ли, вдруг ещё больший хищник? Тот же Агуйн Баавгай, например. Или вообще — змей!

А вот кровь! Кровь в воде говорит о том, что тут жертва, и она ослаблена!

Если учесть, что кроме Мониного шума, внимание врагов привлекла и наша кровь, которая попала в воду — мы же омыли царапины… то вероятность нападения была очень велика.

Поэтому, когда я увидел, как на воде появились не волны даже, а некоторые неровности, и они с разных сторон устремились к Моне, я заорал, как оглашенный:

— Моня, быстро на берег!

А сам ринулся к воде с катаной наизготовку. Потому что я сразу понял — Моня не успеет! Это просто невозможно успеть выбраться из воды — слишком быстро приближались волны. И судя по гребням, под водой было что-то огромное!

Моня это тоже понял, поэтому он не ломанулся на берег сломя голову. Он повернулся к опасности лицом и бросил мне через плечо предупредительное:

— Курлык!

Он предупреждал меня, чтобы я не лез в воду.

Я и сам понимал, что в воде у меня не будет шансов, но и бросить Моню я не мог.

Однако, когда я приблизился к воде, Моня рявкнул:

— Курррлааа!

Меня отшвырнуло. Я чуть не впечатался в стену.

А Моня тем временем склонился к воде, и я услышал странное курлыканье, которое отдалось в каждом волоске, поднимая его дыбом. Точно такое же, как тогда у ручья, когда мы отбивались от войска тьмы.

И снова воздух стал зверски наэлектризованным, заискрился. А потом капельки воды из озера поднялись в воздух и между ними засверкали электрические разряды.

Воздух моментально уплотнился перед Моней, и тут же появилась радужная завеса, которая отделила Моню от приближающихся монстров.

Он проделал всё это очень вовремя. Не успела радужная завеса сформироваться, как из воды взмыли вверх огромные щупальца и со всей силы обрушились на завесу.

Тварь или твари явно целили в Моню. Их удар был мощным. Но завеса выдержала.

Да, завеса была точно такая же, как у ручья. Однако, щупальца по какой-то причине не вспыхнули, как в тот раз. А снова взмыли в воздух и опять, как хлысты, обрушились на Моню.

И снова завеса сдержала атаку. Потом ещё раз и ещё…

Монстры бесновались, но Моня стоял, как вкопанный и только тихонько курлыкал на воду.

Было понятно, что сейчас силы равны. И вопрос только в том, кто выносливей.

А что касается выносливости, я очень хорошо помнил, как Моня вырубился сразу же после того, как создал завесу над ручьём. И было это всего несколько дней назад! А вдруг и сейчас его надолго не хватит? Он ослабнет, и щупальца однозначно утащат его под воду…

Поэтому этих тварей нужно было победить быстро.

Я хотел помочь Моне, но не знал как. Только стоял, и как заворожённый, смотрел на щупальца, и понимал: очень уж они мне знакомы!

Вот уж не ожидал встретить этого монстра тут!

Хотя, почему не ожидал? Просто надеялся, что не встречу Кутуруку на подходе к порталу. Надеялся и точно знал, что обязательно встречу.

Завеса, окружающая Моню, уменьшилась — приблизилась к монстрёнышу. И я понял, что Моня едва держится. Нужно было срочно что-то предпринять.

Память услужливо подсказала: Кутуруку боится света Убийцы демонов.

Вот только этого ножа у меня больше не было.

Зато был обломок вертолётной лопасти!

Выхватив лопасть из сумки, я тут же приказал ей:

— Свети!

Но не тут-то было! Лопасть на мой приказ не отреагировала.

Я ещё раз приказал, вложив в приказ всю свою волю:

— Свети!

И снова ничего не произошло.

Завеса, окружающая Моню, снова уменьшилась.

От страха за монстрёныша я от души покрыл лопасть отборным матом и приказал что было сил:

— Свети, сука! А то отправлю в металлолом!

Мат животворящий сотворил чудо…

Лопасть вспыхнула. Столб света ударил в щупальце. Раздался визг, и Кутуруку сначала отпрянул. Но потом ринулся ко мне.

Однако у него на пути стояла завеса Мони. И убирать её мой монстрёныш не собирался! Он продолжал тихо курлыкать в воду.

Я видел, что свет приободрил Моню, добавил ему сил. Отчего Моня начал курлыкать увереннее, и завеса заискрилась новыми электрическими разрядами.

Но Услэг Мангас всё ещё был в опасности. Поэтому я, недолго думая, начал направлять поток света на щупальца, стоило какому-нибудь вылезти из воды.

Я видел, что свет не просто отпугивает. Он обжигает, оставляет на коже монстра язвы. А значит, нужно нанести как можно больший урон, чтобы враг не смог оклематься. Во всяком случае, оклематься быстро.

Вскоре либо Кутуруку понял мой план, либо у него действительно не осталось сил, но щупальца перестали появляться над водой. Однако по бурлению воды, я понял, что он продолжает нападать на Моню, но уже под поверхностью воды. И это было значительно хуже, потому что теперь я не видел атак.

Я не знал, сработает мой план или нет. Я даже подумать об этом не успел. Я просто подошёл к воде и сунул лопасть в воду.

— Свети сильнее! — приказал я.

Нельзя же говорить, что лопасть испугалась? Она же не живая, эмоций не чувствует. Наверное, просто поддерживать или усиливать свет проще, чем разжечь заново.

Видимо поэтому, когда я сунул лопасть в воду и приказал светить сильнее, она засияла. И по воде пошли блики, высвечивая беснующиеся тени…

— Моня, — крикнул я. — Быстро на берег!

В этот раз уговаривать Моню было не нужно. Он несколькими широкими прыжками выскочил на сушу и тщательно отряхнулся.

Пелена сразу же упала.

А я не отвлекаясь, едва монстрёныш покинул воду, приказал лопасти:

— Жарь!

Я влил в приказ всю свою ненависть к Кутуруку, всё своё желание уничтожить его.

И лопасть отозвалась на это — ледяная до сих пор вода начала быстро нагреваться. Вскоре вокруг лопасти началось бурление.

Но я не останавливался. Я понимал, что вода стала горячей только рядом со мной. А я хотел подогреть всё озеро. Вскипятить! И сварить уху из Кутуруку. А почему нет?

А потому я стоял и вливал в лопасть свою силу.

И озеро бурлило всё сильней и сильней.

Вылезти из озера можно было только там, где стояли мы. Остальные берега были скалистыми и пляжа не имели. Но рядом с нами вода была самая горячая!

Кутуруку пытался лезть на скалы. Но он был слишком тяжёлым, чтобы у него это получилось.

Наконец, щупальцы забились в конвульсиях. Над водой раздался вой. И после нескольких бесплодных попыток, Кутуруку вытянулся на поверхности воды. Всплыл. Как всплывает мёртвая рыба.

Несмотря на то, что лопасть уже была нестерпимо горячая, я не торопился доставать её из воды. Я хотел уничтожить монстра наверняка. Лишь обмотал рукоятку поясом и терпел…

Единственное, что волновало меня в этой ситуации, это то, что ни Кутуруку на территории императорской академии магии, ни Кутуруку под стенами Куроикабе, ни Кутуруку в долине на границе страны Ледяных Гор скорее всего никак не пострадали.

Зато я теперь точно знал: эту тварь можно убить!

Над озером поплыл запах варёного мяса. Но, как ни странно, этот запах не то что не вызывал у меня аппетита, для меня он был тошнотворным. От этого запаха хотелось блевать.

Нет, так-то он был нормальный, но проблема в том, что я точно знал, чей это запах, и этим всё сказано.

Наконец, я вытащил лопасть из озера.

Ладони, хоть я и пытался их защитить, покраснели и теперь болели. И рядом не было холодной воды, чтобы их охладить.

Что ж, Кутуруку я убил. Но вот держать меч в обожжённых руках теперь будет непросто.

Ну да ладно! Меня это точно не остановит!

Да и не получится уже. Мы уже столько прошли. Теперь только идти вперёд!

И тем не менее, я думал сейчас не о своих ладонях. Я повернулся к Юнмей с Моней и спросил:

— Вы как?

— Я нормально, — ответила богиня судьбы.

Да я, собственно, и не сомневался, что у неё всё в порядке — она стояла, опершись о стенку, и пряла.

А вот Моня, судя по его виду, чувствовал себя не лучшим образом.

Он свернулся калачиком около Юнмей. И когда я спросил его, он пожаловался:

— Курлык…

Я понимал, что Моня устал. Удивлялся, что он продержался так долго! И как бы мне ни хотелось побыстрее уйти отсюда, я скомандовал привал. Прямо там, где мы стояли.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Женщина!

Дай мужчине рыбу, и он будет сыт всего лишь один день.

Научи его ловить рыбу, и ты избавишься от него на все выходные!

Глава 19

Запах варёного Кутуруку раздражал, но к моему счастью, вентиляция тут оказалась хорошей, и запах быстро вытянуло. Всё-таки, хоть мы и были в пещере, пространство тут не было замкнутым. Видимо, существовали многочисленные выходы на поверхность, ну или просто щели. А сообщающиеся коридоры и залы создавали возможность для циркуляции воздуха. Иначе совсем туго пришлось бы, по крайней мере мне.

Ну или как вариант, я к запаху быстро привык, и он перестал раздражать меня.

А может и то, и другое вместе. В смысле, запах начал выветриваться, концентрация снизилась, и я притерпелся.

В любом случае стало полегче. И это хорошо!

Глянув ещё разок на плавающий в озере труп Кутуруку, я наконец, окончательно повернулся к нему спиной. Потом подошёл к Юнмей и Моне. Достал шкуру Услэг Мангаса и расстелил её рядом с ними. А после заставил Моню и Юнмей перейти на шкуру. И предложил Юнмей:

— Моне требуется отдых. Давайте перекусим и отдохнём.

Юнмей задумчиво глянула куда-то вглубь коридора — в ту сторону, куда мы шли до того, как наткнулись на озеро, и кивнула.

— Немного времени у нас есть. Можно и передохнуть.

Я сначала удивился этим её словам. Немного времени… Что она имеет ввиду? Вроде таймер пока никто не включал.

Но память тут же услужливо подсказала картину, где море тьмы наступает на Нийслэл. Сколько времени он сможет продержаться против иномирных захватчиков?

С другой стороны, ну закроем мы портал! Как это повлияет на вражеское войско? Скорее всего никак.

Или всё-таки повлияет? Например, у вражеской армии не будет подкрепления, и у защитников появится шанс.

Нийслэл… Красивый город. Жаль, если будет разрушен. Сколько жизней будет уничтожено, если армия тьмы прорвёт оборону!

Уулын Цэцэг с её отцом жаль. Кто его знает, как повернулась бы их жизнь, если бы я не вмешался? Жили бы спокойно жизнью придворных, интриги плели бы, развлекались… А сейчас вместо этого сидят под домашним арестом, и не знают, что на их город идёт огромное войско тьмы.

Агния с детьми… Они тоже сейчас в Нийслэле. Хоть, конечно, они и старались вывернуть всё по-своему, но я почему-то зла на них не держал. Даже Радомиру по-своему мне было жалко. Её отправили помогать Агнии в чужую страну… Вполне возможно, что и согласия не спросили. А она девушка молодая, ей бы замуж выйти, детишек растить. Не мудрено, что она запала на меня. И в общем-то лично мне она зла не желала. Не её вина, что у меня цель другая!

Шикиша… Он тоже в Нийслэле. Вместе с шишкастым Эргесом. Им придётся защищать город. Справятся ли? Ведь Шикиша скорее всего ещё не оправился от ран. Но насколько я знаю парнишку, отсиживаться за чужими спинами он не будет. Хорошо, хоть там есть другие демоны. Только воинов среди них мало…

Жаль будет, если Нийслэл падёт.

А ещё вспомнился мой отряд. Тот, что остался в долине, когда я отправился посмотреть, есть ли в горе пещера или какая-нибудь расщелина, подходящая для ночлега… А ведь парни остались практически окружённые врагами. Матакуши, Найдвар… Как они там? Живы ли?

Потом вспомнились ребята из императорской академии магии — Кинпатсу, сенсей Макото, Ёсико, Сэдэо, Рен и другие. Все те, кто с моим оружием, которое я собрал после убитых мною ниндзя, остались в общежитии. Интересно, дошли они до лаборатории или нет?

И как там дела у сенсея Оринэ и её помощника Райко? Удалось им найти возможность защититься от Кутуруку?

Естественно, я вспомнил Изуми и Даичи. Как они там? Не притесняет ли их Хэчиро Такаги?

Если узнаю, что притесняет, башку ему откручу! И никто не сможет защитить его! Что мне Хэчиро после змея?!

Ну и отец с мамочками… Как там мама Ишико? А мама Юмико? Всё ещё шьёт яркие наряды с рюшечками? А няня Омоко? Всё ещё готовит вкусности? Я сейчас с удовольствием съел бы что-нибудь из её стряпни.

Очень надеюсь, что ещё смогу встретиться с ними.

Мир, в который я попал, за время, пока я тут нахожусь, стал для меня родным и близким. Я обзавёлся друзьями. И не только среди людей, но и среди демонов. И не только… Вон даже Услэг Мангас стал моим другом и братом.

Я вспоминал разные приятные моменты, связанные с разными людьми в этом мире.

Начальник дворцовой стражи Шого. Интересно, он получил магию или нет? Он ведь так мечтал об этом! Но слишком суровое испытание нужно пройти, чтобы получить дар Всеблагой. Слишком большой риск — поставить на кон свою жизнь. А вдруг не успеют спасти или не смогут? Стоит ли оно того?

Шисаи Анита. Как она? Всё ещё верховная жрица в храме Всеблагой? Или уже ушла. По-прежнему одна или нашла себе мужчину и теперь счастлива?

Потихоньку мысли перетекли от людей и демонов к богам этого мира. Точнее сказать, к настоящим демонам этого мира. Демонам в самом худшем понимании этого слова. К демонам как приспешникам зла.

Если Найдвар, Эргес, Уулын Цэцэг и другие — это раса, которую по стечению обстоятельств назвали демонами, то те, кого назвали богами — Всеблагая, Кутуруку и остальные — демоны по своей сути.

Конечно, со Всеблагой не всё так просто — её жрицы излечивают людей! Но сенсей Макото рассказывал, что это именно она открыла врата, через которые в этот мир и пришла вся эта дрянь. И пока она в нашем мире, врата закрыть мы не сможем. А уходить она не собирается. И у неё есть своя армия, потому что, те, кого она одарила, стали её рабами. Она одарила магией, а взамен забрала свободу.

Но мою свободу никто не забрал. Я здесь в пещерах. По своему желанию! Надеюсь, уже недалеко от портала, и собираюсь закрыть его. Интересно, Всеблагая сможет как-то помешать мне?

Следующая мысль вообще была кощунственной.

А змеи — это тоже демоны? Понятно, что не демоны, которые раса, а те, которые из иномирных богов?

То, что змеи создания иномирные, сомнений у меня не вызывало. Но вот боги ли они? В смысле, демоны ли?

Судя по размерам и способностям, скорее да, чем нет. Просто пока не расползлись по миру.

Хотя, может, и расползлись, но я про это не знаю. Я ж не так много по пещерам лазил. Только вот здесь, и то не по своей воле.

Но тогда получается, что мы ели мясо бога! Ну или демона…

Короче, ел я ваших демонов на завтрак! А ещё на обед и на ужин…

Я посмотрел на Юнмей.

Она заканчивала приготовления.

Мясо уже лежало в мисках. Причём, Юнмей разрезала большой кусок на две части. Одну убрала в сумку, а вторую разделила между нами. И снова для Мони она отложила кусок побольше.

А ещё достала немного сухофруктов. Ну и я достал воды. Не той, которую мы набрали из озера, а той, что взяли из ручья ещё на поверхности. Та вода проверенная. К тому же её нужно выпить, пока она не испортилась. А озёрная может и подождать.

Я похвалил себя за предусмотрительность — сейчас из озера воду для питья я ни за что брать не стал бы. Да и ту, что уже взял, пить буду только кипячёную. И не потому, что брезгую…

Хотя нет, брезгую! Если в этой воде плавал Кутуруку, то пить только если есть риск умереть от жажды и то после максимального очищения.

— Ну, что? Давайте перекусим, пока есть возможность? — предложила Юнмей.

Как-то меня её слова напрягли. Пока есть возможность… Не значит ли это, что скоро возможности не будет?

Однако, запах запечённого на углях змеиного мяса был приятным, и я принялся за еду. Решил, раз Юнмей сказала, что время есть, значит, оно есть. В конце концов, её батя Машуто Обитами — повелитель времени. Он про возможности знает больше меня. Да и Юнмей — богиня судьбы.

Я вспомнил наш договор с хозяином времени. Он просил никому не говорить об истиной сути его дочери, и сказал, что она и есть дракон, который поможет нам закрыть иномирную щель. Но как я ни пытался представить эту хрупкую девушку в виде дракона, у меня никак не получалось.

Моня из-за усталости сначала с неохотой, но потом всё активнее сжевал мясо и с тоской посмотрел в наши с Юнмей миски. Поистине аппетит приходит во время еды!

Мы с ней, не сговариваясь, отдали ему то, что ещё не успели съесть. У меня была где-то половина куска, а Юнмей и вовсе успела только один раз откусить.

В общем, Моня слопал всё и поблагодарил нас:

— Курлык!

Я погладил его по голове, чувствуя, что сам не наелся вообще.

Ничего, злее буду! А малышу нужно питаться! И не важно, что он вымахал таким лбом! Я знаю, как в подростковом возрасте хочется есть. У самого сейчас тело подростка…

Прогнав усилием воли голодные мысли, я взял горсть сухофруктов и принялся медленно жевать, запивая водой.

Конечно, у нас был ещё один кусок мяса. Но Юнмей права, что оставила его — кто его знает, найдём ли мы пищу ещё? А то придётся жевать корм альтан хамгалчид. Я ведь не стал выбрасывать его. Мало ли? Это всё-таки еда.

Я вообще, когда перебирал вещи, ничего не выбросил. Попробовал — в сумку входят! Ну и сложил всё.

Когда с едой было покончено, я спросил у Юнмей:

— Сколько у нас времени ещё есть? Мы успеем немного отдохнуть? Моне нужно…

— Да, Моне нужно, — с улыбкой согласилась она.

Мне стало немного неловко, как будто она застала меня за чем-то стыдным. И я, рассердившись, приказал:

— Тогда ты охраняй нас! А мы с Моней немного подремим!

— Хорошо, — согласилась Юнмей и достала веретено с распушённой шерстью.

Я вытянулся на шкуре под боком у Мони так, чтобы мне было видно озеро и то направление, куда мы должны были двигаться дальше.

Так получилось, что Юнмей мне тоже было хорошо видно.

— Что ты прядёшь? — спросил у неё я.

— Нить, — просто ответила богиня судьбы.

— Что за нить? — спросил я, чтобы расслабиться перед сном.

Потому что как-то я устал сильно. От вороха событий, обрушившихся на нас, я забыл, когда в последний раз более-менее нормально спал. Наверное, только в избушке хранителя времени Машуто Обитами.

— Нить твоей жизни, — спокойно ответила Юнмей.

Во как! Я, конечно, догадывался, что Юнмей прядёт нить моей жизни, но вот такой прямой ответ меня, признаться, удивил. Или скорее, заинтересовал.

— И что? — спросил я. — Какая нить получается? Крепкая? Не порвётся?

— Не позволю! — серьёзно ответила Юнмей. — Ни за что на свете не позволю!

И я вдруг почувствовал, что нить моей жизни в надёжных руках.

А потому спокойно закрыл глаза и уснул.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Сын спрашивает отца-офицера:

— Папа, какая разница между винтовкой и автоматом?

— Существенная! Вспомни, как разговариваю я и как твоя мама.

Глава 20

Потолок в пещере сверкал камушками-звёздами, составляя удивительные созвездия. Размеренно набегали на берег волны подземного озера. Сталактиты и сталагмиты в отдалении создавали ощущение удивительной архитектуры… Ну или эдакого каменного парка.

Я сидел на небольшом пятачке, на расстеленной шкуре Услэг Мангаса. А в озере резвилась Юнмей.

Мони где-то не было, но меня почему-то это совсем не волновало — я любовался девушкой в бикини.

Это было так здорово — после всего что мы пережили, лежать на шкуре и любоваться безмятежно купающейся красивой полуобнажённой девушкой.

Наконец, Юнмей вышла из воды и со смехом подбежала ко мне.

— Киза-аму! — протянула она. — Ну ты чего? Пойдём купаться?

Она взяла меня за руку и потянула к озеру.

Её рука была прохладной и мокрой. И мягкой…

Я позволил ей ухватить меня, а потом, подловив момент, легонько дёрнул девушку к себе.

Потеряв опору, Юнмей упала в мои объятия.

Быстро повернувшись, я завалил девушку на шкуру и подмял под себя.

Она рассмеялась и попыталась вырваться. Но не так чтобы действительно освободиться от моих объятий, а чтобы я обнял покрепче. Что я и сделал.

Её губы оказались близко-близко, и я, вопросительно посмотрев на девушку, молча попросил разрешения.

Юнмей согласно прикрыла ресницы.

Мой поцелуй был нежным и долгим.

И Юнмей отвечала на него.

Её губы были слегка припухшие, мягкие и податливые.

Я снова и снова целовал её. А руки сами гладили её гибкое тело. От широкого бедра к тонкой талии. А потом к упругой груди, скрытой лифчиком от купальника. Потом снова к бёдрам… Я не спешил снимать лифчик и стягивать с Юнмей трусы. Я ждал, когда она, сгорая от изнеможения, сама попросит об этом.

Моя рука скользнула на внутреннюю сторону бедра Юнмей, и девушка раздвинула ноги.

Что ж, объяснять мне, что это означает «да», не нужно, и рука скользнула к ней в трусы, нащупывая поросший волосами лобок и сразу за ним щель — такую горячую и влажную…

Юнмей застонала и выгнулась, прижимаясь ко мне.

А я всё равно не спешил — продолжал ласкать её.

Я оставил её губы и переключился на шею. Потом спустился ниже.

Набухшие соски приятно ощущались в ладони. Но мне этого было мало, я хотел захватить их губами и ласкать языком.

А потому оттянул чашечки лифчика вниз, освобождая упругую девичью грудь.

— Кизаму… — прошептала Юнмей, захватывая мою голову.

Её губы жаждали поцелуя. И я поцеловал… Но потом сразу же вернулся к её груди.

Мои ласки были всё настойчивее и настойчивее.

Наконец, Юнмей прошептала:

— Я хочу тебя…

Это была самая желанная музыка на свете. И я, отпустив ненадолго грудь, приподнял Юнмей за ягодицы и схватившись за трусы потянул их прочь.

— Ты что делаешь, Кизаму? — услышал я встревоженный голос. — Проснись скорее!

Вслед за этим голосом, донёсшимся казалось из другого мира, исчезли звёздные камни, сталактитовые пейзажи, озёрный прибой. Зато рядом появился Моня, который смотрел на меня с удивлением.

А я лежал, обняв его лапу и пытаясь содрать с него мех…

Юнмей же сидела в стороне. Одетая, как всегда. И отложив в сторону своё прядение, с тревогой смотрела на меня.

— С тобой всё в порядке? — заботливо спросила она.

И мне от её заботы захотелось завыть.

Как только до меня дошло, что я обнимаю не Юнмей, а Моню, я отскочил от него, как ошпаренный.

Вот ведь стыд-то какой!

И облом…

Не могла она меня разбудить чуть попозже… Или, наоборот, пораньше. До тех пор, пока я во сне не приступил к действиям.

Я сел, согнув ногу в колене, чтобы не было видно набухший член и, постаравшись, чтобы голос прозвучал максимально беспечно, ответил:

— Всё в порядке.

— Тебе, наверное, что-то снилось? — спросила Юнмей. — Ты так чмокал…

Мне было стыдно смотреть ей в глаза, и я уклончиво ответил:

— Да, что-то снилось. Не помню что.

Я автоматически глянул в сторону озера, и память тут же подсунула картину из сна, как Юнмей в бикини выходит из воды. А следом сразу: какая она мягкая, тёплая, податливая…

И тут же начавшие было затихать процессы рванули в космос с новой силой.

Чёрт!

Выдохнув, я довольно грубо скомандовал:

— Хватит отдыхать! Мы сюда не на курорт приехали! Нам ещё иномирный портал закрыть нужно!

Юнмей и Моня безропотно поднялись и отошли от шкуры. И я принялся сворачивать её, злясь на себя, на Юнмей, на Моню и на весь белый свет.

Затолкав шкуру в сумку, я решительно пошагал по подземному коридору.

Моня и Юнмей пошли следом. На некотором отдалении от меня. Словно чувствуя за собой какую-то вину.

И это злило меня ещё больше. Потому что их вины в том, что произошло, не было. Как и моей тоже. Ну приснилось, что теперь поделаешь? Я не умею контролировать свои сны. И что там будет: кошмары или эротические фантазии — предугадать невозможно. И отменить в процессе тоже невозможно.

Я шагал довольно-таки быстро. Так, что Юнмей еле поспевала за мной. И Моня, предатель, шагал рядом с ней.

Моя злость кипела с такой силой, что, когда из бокового прохода на меня выскочил арратан, я, в один момент выхватив катану, отмахнулся от него, разрубив ему голову. И только когда поверженный монстр упал к моим ногам, до меня дошло, что случилось.

Я повернулся к проходу, и увидел, что к нам несутся арратаны. И я в общем-то один против них.

Быстро глянув по сторонам, я оценил ситуацию — бежать некуда. Длинный узкий коридор длился в обе стороны. Спрятаться негде.

Единственное наше преимущество заключалось в том, что коридор, по которому бежали арратаны, заканчивался узким проходом. Поэтому напасть на нас всем скопом они точно не смогут. Будут нападать по одному.

Значит, нужно постараться не позволить им выйти из той щели, где они сейчас находятся. И в идеале забаррикадировать выход мёртвыми телами арратанов. Чем я и занялся.

Всю свою неудовлетворённость, всё своё желание трахаться я с чистой совестью направил на этих четвероногих зверей с чёрной гнетущей аурой, с которых будто кожу содрали, оголив все мышцы. И пофиг, что они метра по три в холке! Злости мне на всех на них хватит!

Я рубил катаной направо и налево.

Арратаны складывались около моих ног.

По камням текла река крови.

А я рубил снова и снова. До изнеможения. До полного оргазма, когда арратаны вдруг закончились, и я повернулся посмотреть, как там Юнмей и Моня. И увидел неподдельное восхищение в глазах девушки.

— Как-то так, — сказал я, вытирая катану и убирая её в ножны. — Ну что, идём дальше?

И подождав своих спутников по-хозяйски пошёл по коридору.

Теперь идти было намного легче. Как будто та мясорубка, которую я устроил в коридоре, сняла и перекрутила в фарш всю мою неудовлетворённость, все мои юношеские гормоны.

А что, физические нагрузки в этом деле действительно помогают. Не случайно же в армии стараются занять солдат делом, пусть и бессмысленным. Таким, как покрасить газон в зелёный цвет или перекладывание кирпичей из одной кучи в другую — метрах в десяти от первой. И это я ещё молчу про классическое: упал — отжался или марш-броски в полной выкладке. И дело тут не только в навыках преодоления дальних расстояний, различных препятствий, слаженных действий в команде, и обретении уверенности в своих силах. Дело тут ещё и в том, что гормоны просто необходимо сжигать.

Хотя, я погорячился. Отжимания и марш-броски ни в коей степени не бесполезны. Особенно в спецвойсках, когда, таща на себе оружие и всё необходимое оборудование, приходится совершать эти самые марш-броски на далёкие расстояния, к тому же сохраняя скрытность. И нужно быть готовым в любой момент вступить в бой.

Да без разницы, какую работу придумают отцы командиры, лишь бы солдат выдохся. Чтобы спал, и ночью его не донимали вот такие сны…

Злился я на самом деле ещё и на то, что приснилась мне не Изуми, а Юнмей.

Хотя, это объяснимо. Изуми далеко. А Юнмей вот она, шагает рядышком. И прядёт нить моей жизни…

И тут я немного подзавис.

Юнмей прядёт нить моей жизни. А не связан ли мой сон с её прядением?

Я притормозил немного, дождался, пока Юнмей и Моня догонят меня. И спросил:

— Юнмей, я видел, как ты вплетала в нить шерсть Мони и свои волосы. Ты зачем это делала?

Девушка не смутилась ни на миг и охотно ответила:

— Ну, так это чтобы нить прочнее была!

— Как это? — не понял я.

— Ну вот смотри, — пояснила Юнмей. — Я объединила твою нить и нить Мони. Вы и так были связаны в момент рождения Мони. Но когда я соединила нити, вы стали лучше чувствовать друг друга, лучше понимать. В результате, вам проще общаться друг с другом. Требуется меньше времени, чтобы объяснить, что нужно делать.

Я вспомнил, что легко понимаю его курлыканье. Как будто Моня говорит на нормальном человеческом языке.

И всё-таки я терпеть не могу всевозможные манипулирования! Вот просто ненавижу! А в соединении нитей мне как раз виделось манипулирование.

— А без соединения нитей никак? — спросил я. И тут же добавил: — Нет, я не имею ничего против Мони. Я его люблю и буду защищать и заботиться о нём. Столько, сколько потребуется. До самой смерти! Но мне неприятно думать, что Моня боролся с Кутуруку и защищал меня только потому, что ты впряла его шерсть в мою нить. Мне хотелось бы, чтобы если будет помощь, то чтобы она была от чистого сердца.

— Так она от чистого сердца и есть! — воскликнула Юнмей. — Невозможно заставить, если духовной связи нет!

— Ну ладно, — согласился я. — А свои волосы зачем впряла?

— Чтобы укрепить твою нить, — не моргнув глазом быстро ответила Юнмей.

И по той поспешности, с какой она ответила, я понял, что она что-то недоговаривает.

— А поподробнее? — настоял на ответе я.

Юнмей вздохнула и опустила голову. Подумав немного, она ответила.

— Когда мы дойдём до места, тебе понадобятся мои крылья. А я в той битве сто лет назад потеряла чешуйку. Хотя, именно это меня и спасло. Я вернулась в человеческий облик и смогла спрятаться. Но без чешуйки я теперь не могу быстро обращаться. Поэтому я сплела наши нити, чтобы мы лучше чувствовали друг друга. Чтобы потом, когда возникнет необходимость, я смогла бы быстро обернуться. Я спряла это раньше, чтобы у нас было время для того, чтобы приспособиться.

Так-то всё логично. Но вот есть один нюанс.

— Юнмей, — сказал я. — Ты же говорила, что необходима духовная связь. У нас с Моней она есть. Как ты правильно сказала, она возникла при рождении Мони. А с тобой? С тобой у нас же нет никакой связи?

И тут Юнмей густо покраснела.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Друзья, мы всё ближе подходим к финалу серии, и для меня очень важны ваши отзывы. Я буду очень благодарен за комментарии к роману. Это конечно же, если книга вам нравится.

Глава 21

Я посмотрел на девушку с пунцовыми щеками и вспомнил свой сон. Это что? Вот такая духовная связь что ли? Неужели она думает, что если мы переспим, тем более во сне, то она станет для меня особенным человеком, и я буду лучше защищать её? И что у этих девушек в головах? Вообще не понимаю!

— Пойдём быстрее! — вздохнул я и пошёл дальше.

Юнмей безропотно добавила скорости, хоть она и так еле поспевала — всё-таки я двигался слишком быстро.

В какой-то момент мне её стало жалко — что-то я действительно разогнался. Так можно и в неприятности влететь…

И только я об этом подумал, как коридор завернул, и я по инерции проскочил вперёд, а не остановился перед поворотом, чтобы оценить обстановку.

А оценить её стоило бы!

Потому что коридор расширялся и вливался в большую пещеру, точнее, зал. Тот самый, с порталом. И портал стоял на месте — высокий голубой мерцающий столб на пьедестале. И змей тоже — обнимал этот самый пьедестал.

В реальности и портал, и змей выглядели ещё внушительнее!

Голова змея была поднята, и он смотрел на меня. Не мигая.

Собственно, змеи и не мигают, у них нет век. Но в тот момент, когда я увидел змея, и увидел, что он смотрит на нас не мигая, я про веки даже не вспомнил.

Голова змея зависла на одном месте, а тело пришло в движение. Он разматывался. В том смысле, что освобождал пьедестал. Или, наоборот, освобождался от пьедестала — готовился атаковать.

А я стоял и соображал: что теперь делать? Спрятаться негде. Бежать бессмысленно. Справиться с ним невозможно. И нет никакой стратегии… Да какой там стратегии? Нет ни одной даже самой завалящей идеи, как его победить!

Слушая, как чешуйки змеиной кожи трутся друг о друга, я вдруг осознал, что змей давно знает о том, что мы приближаемся — у него же хороший слух! Он же всем телом через землю далеко слышит!

Эх, сколько говорили о том, что нужно лететь на драконе, чтобы змей не услышал нашего приближения.

А ещё нужно защититься каким-нибудь тепловым экраном, чтобы змей не ощутил наше тепло. И вообще — сделать так, чтобы он не почувствовал наших запахов.

Хотя насчёт запахов — мы были все… кроме Мони, конечно, — он искупался. А вот мы с Юнмей были в говне тех летающих тварей. Но судя по реакции этих тварей на кусок змеиной шкуры, их говно было не лучшей маскировкой.

Итак, змей знал, что мы приближаемся. И знал, что нам некуда деться. А потому не спешил — ему некуда да и незачем было спешить. Обед сам пришёл к нему. На блюдечке с голубой каёмочкой.

Я потряс головой — чем-чем, а становиться обедом я не намерен!

Нужно было срочно действовать. Вот только я понятия не имел, как.

Сзади Моня тихонько толкнул меня в руку и негромко спросил:

— Курлык?

— Не знаю, мой друг, не знаю… — так же негромко ответил я, осматриваясь по сторонам в надежде найти какой-нибудь выход. — Думаю вот.

Бежать назад к той щели, откуда вылезли арратаны?

Так я ту щель забил трупами, я не смогу её освободить, не смогу сделать так, чтобы для нас открылся проход — слишком тяжёлые трупы.

А вот змей легко собьёт их с пути, как кегли. И щель расширит…

Да и не успеем мы добежать до неё. Это сейчас змей не торопится, но стоит нам побежать, и он рванёт в погоню.

Заставить Юнмей обернуться драконом. Но Моня останется на земле! Он слишком велик! До возрастной линьки ещё можно было бы затащить его на дракона, а сейчас вряд ли.

И вообще, неизвестно, каких размеров дракон!

Я покосился на Юнмей — вряд ли сильно большой.

Нет, я, пожалуй, согласился бы на ней попрыгать. Но вот летать… Как-то в моей голове такое не укладывалось. Ну не воспринимал я Юнмей как гужевой транспорт!

И внутри зала кроме портала больше ничего не было. Спрятаться негде.

Попросить Моню поставить свой защитный барьер?

Так воды нет — ни речки, ни озера!

Да и вряд ли Монин барьер удержит змея. Слишком уж змей мощный! Побольше того Кутуруку, которого мы сварили в озере. Значительно побольше! И даже больше того змея, которого мы убили раньше.

Я размышлял, а змей медленно разворачивался.

А может, и не медленно. Просто моё субъективное время растянулось, прогоняя и отбраковывая одну идею за другой. А чего было их не отбраковывать, если ни одна не годилась?

— Курлык! — сказал Моня.

— Ничего, я сейчас что-нибудь придумаю! — попытался я успокоить монстрёныша.

— Курлык! — настойчиво повторил он.

— Да что тебе? — воскликнул я и повернулся к нему.

Позади меня сидел огромный золотистый дракон с длинным змеиным телом и четырьмя когтистыми лапами. А также с гривой и рогами! И большими клыками. А ещё с гребнем от макушки до кончика хвоста.

Тело дракона покрывала чешуя… Чешуя со знакомым рисунком. И на плече в чешуе зияла дырка. От потерянной сто лет назад чешуйки.

Ещё когда Юнмей сказала, что потеряла в битве чешуйку, мне бы догадаться, что столик мамы Ишико сделан именно из неё. И не важно, что воины рассказали, будто победили дракона и разобрали его на сувениры… Мало ли чего они могли набрать в качестве сувениров. А вот чешуйка была одна. И она дома у моих родителей. И уж по этой чешуйке можно было догадаться о размерах дракона!

В другое время я может быть и оценил бы красоту золотистого дракона, но сейчас было не до этого.

Да, он… или она была меньше змея! Но достаточно велика!

И тем не менее, нести на себе Моню этому дракону было не по силам…

— Поспеши, Кизаму! — раздался изменённый голос, в котором угадывалась интонация Юнмей.

— Поспешить что? — спросил я, видя, что змей заволновался.

Его тело задвигалось активнее, складываясь в пружину. Было понятно, что он готовится к прыжку.

— Садись, полетели! — сказала Юнмей.

— Спасибо, я сегодня уже полетал, — ответил я и добавил: — Разбегаемся! Юнмей, лети в ту сторону, Моня беги в эту. Обходите портал и ищите выход! А я побегу к самому порталу! Заодно попробую змея вымотать.

Это, конечно, было очень самонадеянно — сказать, что я вымотаю змея. Он меня прихлопнет на раз. Но так хотя бы Юнмей с Моней останутся в живых! Ведь змей наверняка погонится за мной, как за самым слабым.

Но, чёрт! Разделавшись со мной, он примется за Моню! Юнмей-то улетит, а вот мой монстрёныш летать не умеет!

Надо будет постараться выиграть ему время…

Однако Моня и не собирался слушаться. Он зарычал на меня, продемонстрировав огромные зубы, а потом добавил, как припечатал:

— Курлык!

Я даже опешил от такой наглости.

Однако, думать больше было некогда, и я рванул к порталу. А точнее, навстречу змею.

От неожиданности змей остановился и даже слегка сдал назад.

Я уже хотел было восхититься собой, но краем глаза увидел, что Моня бежит рядом со мной с одной стороны, а золотистый дракон — с другой. В результате мы как бы расширились. Вот потому-то змей и выдал такую реакцию — перешёл в состояние обороны.

И тут до меня дошло — змей подслеповат! Он не видит, что к нему приближаются три существа! Он воспринимает нас как одно большое!

Вот его слабое место!

А что? Это может дать нам шанс.

Осталось очень быстро придумать, как можно использовать плохое зрение змея в своих целях.

Но пока я думал, ноги сами несли меня к порталу.

Хотя, что делать с порталом, я тоже не знал. Как-то всё произошло неожиданно и быстро.

Я-то надеялся, что у меня будет время, чтобы оглядеться и что-нибудь придумать. А тут нет времени даже для того, чтобы найти решение, как спасти собственную жизнь.

И тут совершенно неожиданно вспомнился белый дракон господин Мизу. Вспомнилось, как мы с ним летали, как он показывал мне, откуда в наш мир приходит мгла.

Белый дракон господин Мизу. Хозяин озера. Водный дух.

И он обещал мне служить сто лет, если я избавлю этот мир от инопланетной тьмы.

А еще он сказал, что я могу призвать его в любой момент!

Вот пусть уже сейчас и начинает служить!

Решение пришло моментально, и я заорал на бегу:

— Господин Мизу! Я призываю вас! Господин Мизу! Мне срочно нужна вода! Много воды! Целое озеро! Сейчас! Немедленно! Прямо здесь!

Белый дракон не появился. Как и тогда на берегу озера, когда я хотел попросить его, чтобы он отнёс нас в страну Ледяных Гор.

Собственно, сейчас, когда я вызывал его, я даже не надеялся, что он появится.

Точнее, надеялся, но не верил. Я хорошо помнил, как он отказался сотрудничать и общаться с демонами, объяснив, что у них стихии огонь и земля, а у него — вода и воздух.

А тут глубоко под землёй… Если бы ещё призвать на озере… А здесь в пещере вероятность появления белого дракона исчезающе мала.

Да, белый дракон не появился. Но зато произошло кое-что другое. По одному из проходов в пещеру хлынула вода. Целая река!

Она растеклась ручьями, быстро заполняя все углубления, затекая в трещины…

В первый момент я подумал, что воды маловато. Но она прибывала и прибывала! И очень быстро оказалась у наших ног.

Змей заволновался. Но что для него какая-то речушка… И он, рассекая волны, кинулся за мной.

Не дожидаясь моей команды, Юнмей подхватила меня передними лапами и, прижав к своему горячему телу, взмыла в воздух, а Моня, едва вода коснулась его ног, начал курлыкать свои заклинания.

Я молил только об одном — чтобы змей не обратил внимания на Моню, а погнался за нами. Поэтому прокричал Юнмей:

— Лети перед его носом!

И она исполнила всё в точности, как я сказал. Кончик её хвоста буквально щекотал ноздри разъярённого змея.

Мы полетели вокруг портала. Змей то ли полз, то ли уже плыл, преследуя нас.

Я уводил змея, давая Моне необходимое время.

И он всё сделал идеально!

В этот раз он не стал создавать купол, а покрыл защитной плёнкой всю поверхность воды.

От Мони по плёнке побежали радужные всполохи.

Едва они достигли змея, как тот изогнулся, словно от сильной боли, и вдруг выпрыгнул из воды.

Едва нас не сбил. Умница Юнмей успела среагировать, кинувшись в сторону.

К нашему счастью, змей охранник портала не умел летать. Поэтому не смог сопротивляться земному притяжению и с мощным всплеском рухнул обратно в воду — прямо в объятия радужных всполохов.

Змей изжарился с такой скоростью, что я даже растерялся.

И порадовался, что я в этот момент находился не в воде.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

У людей разных профессий спрашивают о чём они думают, глядя на кирпич.

Архитектор:

— Я думаю о строительстве, так как кирпич — отличный строительный материал.

Математик:

— Я думаю о прямоугольном параллелепипеде, стороны которого попарно равны и параллельны.

Студент военного ВУЗа:

— Я думаю о бабах…

Его спрашивают:

— А почему?

Он:

— А я всегда о них думаю…

Глава 22

Обугленное и скукоженное тело змея лежало в воде не шевелясь. Змей был окончательно мёртв. Даже посмертных рефлексов, какие бывают у рептилий, не осталось.

Да что там у рептилий? Даже у птиц бывают. Не раз наблюдал, как петух или курица с отрубленной головой скачет по двору, разбрызгивая вокруг себя свою кровь. Помню в детстве испытал настоящий шок от такой картинки.

Змей не скакал.

Огромной тушей он лежал во всё прибывающей воде.

Как только до меня дошло, что вода продолжает прибывать, я завопил что было сил:

— Господин Мизу! Спасибо! Выручил, друг! Но хватит воды! Больше не нужно!

Однако, господин Мизу меня словно не слышал. А может, и действительно не слышал. Потому что вода всё прибывала и прибывала, затапливая пещеру.

Она втекала в один проход и утекала в другой — тот, по которому мы сюда пришли. Но втекала быстрее, чем утекала.

Блин, как школьная задачка про бассейн и трубы. Терпеть не мог решать такие задачи! Абсолютно бессмысленные! Ну, кому в здравом уме придёт в голову одновременно заполнять бассейн водой и тут же освобождать его от воды?

Хм… Я огляделся по сторонам. Кому-то пришло. И я даже знаю, кому.

Туша мёртвого змея шевельнулась и вдруг поплыла. Не так как плавал змей, рассекая волны. А как неодушевлённый предмет. Бревно, например, подхваченное течением. И естественно, туша поплыла на выход.

Я с ужасом наблюдал, как она приближается к коридору, куда утекала вода.

К счастью, коридор был достаточно широким.

Вот только туша приближалась к нему скорее боком…

Нос змея ткнулся в стену рядом с проходом, и тушу начало разворачивать течением, перегораживая проход.

Как только туша встала поперёк выхода в коридор, она сразу же перегородила его часть, и, естественно, вода сразу же начала прибывать заметно быстрее.

Я не знал, что предпринять, как столкнуть эту махину, чтобы она уплыла.

Хотя застрянет туша не тут, так чуть дальше. Исход в любом случае будет один — пещера с порталом будет затоплена.

А если учесть, что Моня всё ещё в воде, и вода уже почти полностью скрыла его мохнатое тело, то дело обстоит совсем плохо!

Монстрёныш, конечно, умел плавать — я это видел в подземном озере. Но вряд ли он долго продержится наплаву. Нужно было срочно найти ему какую-то опору, где он мог бы спокойно стоять, находясь в безопасности.

Никаких возвышенностей в пещере не было. Кроме одной — пьедестала, на котором располагался светящийся голубым высокий цилиндр портала.

Однако, приближаться к порталу, пока не разобрались, как он работает, так себе идея.

Нужно было немедленно прекратить затопление.

— Господин Мизу, остановись! Хватит воды! — снова заорал я.

И снова безуспешно — ничего не произошло. Как будто я кричал в пустоту.

Юнмей немного просела, и я понял, что она начинает уставать. Ну ещё бы! Хоть у меня сейчас и тело подростка, но я по сравнению с ней, когда она в человеческом обличие явно крупнее и тяжелее её.

Понятно, что в драконьем виде у неё сил побольше, но не бесконечно.

То есть, какое-то время она меня ещё продержит, но потом мы вместе с ней рухнем в воду.

Хотя может случиться так, что не рухнем — вода просто поднимется настолько высоко, что улететь будет невозможно. В потолке ведь нет прохода.

Тут вообще теперь прохода нет, кроме портала. Не спасаться же от потопа, устроенного белым драконом господином Мизу в ином мире?

Я внимательно посмотрел на светящийся цилиндр.

Нет, соваться туда был не вариант. Не для того я шёл сюда, чтобы переместиться. Моя задача закрыть эту чёртову щель! Закрыть её раз и навсегда! Чтобы больше ни одна иномирная тварь не смогла сюда пролезть! А ни в коем случае не лезть туда самому.

Вода приблизилась к краю постамента, на котором стоял портал. До верха оставалось сантиметров десять. То есть, сантиметров через десять пьедестал скроется под водой, и вода соприкоснётся с голубым мерцающим цилиндром портала. Моя чуйка говорила, что лучше такого не допускать. Или оказаться в такой момент как можно дальше отсюда.

Это же какой уровень воды теперь? Метра два, не меньше! Ведь пьедестал был выше моего роста.

И тут Моня оттолкнулся от дна и всплыл. Его сразу же подхватило течение и понесло к змеиной туше, уже практически скрывшейся под водой.

— Моня! — заорал я и рванул к монстрёнышу.

Юнмей еле удержала меня, лишь прошипела:

— Не дёргайся!

Мне было жалко девушку, но Моня уже приблизился к туше.

И не нашёл ничего лучшего, как попробовать взобраться на плавающий труп змея.

Под Мониным весом туша просела и перекрыла выход для воды ещё сильнее

Наше положение становилось бедственным, и тогда я, вложив в свои слова всю магию приказа, рявкнул:

— Господин Мизу, твою мать! Ты обещал служить мне сто лет! Я приказываю прекратить потоп! Немедленно!

И снова ничего не произошло.

Зато вода уже почти полностью затопила постамент и первые брызги начали перехлёстывать через край.

Едва брызги коснулись голубого сияния, как по цилиндру проскочил электрический разряд.

Я пришёл в ужас. Не дай бог коротнёт! А Моня в воде! Поджарится ведь ещё похлеще змея!

Ну почему всё так?!

Неужели белый дракон господин Мизу специально молчит. Решил под шумок смыть весь этот иномирный бардак… Очистить, как Геркулес очистил Авгиевы конюшни.

Так-то я был не против, но зачем тогда нужно было просить, чтобы я пришёл сюда? Чтобы смыть всё иномирное дерьмо вместе со мной?! Вполне мог бы и раньше залить тут всё водой! Или он решил заодно избавиться и от меня, чтобы некому было служить аж сто лет!

Или он просто улетел и не слышит, а я накручиваю себя…

Но рассуждать можно сколько угодно долго, а вот действовать нужно было немедленно. Я видел, что вода подбирается к краю постамента, и у нас в запасе остались считанные минуты.

И тут меня озарило!

— Моня! — закричал я монстрёнышу. — А твоя защитная плёнка сдержит воду?

— Курлык! — обрадованно ответил Моня и склонил голову к поверхности воды.

Вот только создавать он начал не защитную плёнку. От Мони по поверхности воды потянулся тонкий ледок. Он очень быстро распространился по воде, сдерживая её от расплёскиваний. А потом начал распространяться в глубину. И вскоре под нами образовалась толстая и ровная ледяная площадка…

Лёд перекрыл, так сказать, входное отверстие, остановив приток воды. И выходное, кстати, перекрыл тоже. Но что приятнее всего, он перекрыл входы в эту пещеру. И теперь никто не помешает нам спокойно разобраться с порталом.

К тому же, благодаря льду, я теперь был на одном уровне с порталом, не нужно было карабкаться на пьедестал.

По большому счёту портал сейчас лишился своего пьедестала. И всё благодаря Моне!

Когда Моня начал курлыкать, я ждал уже привычную радужную пелену, и очень удивился тому, что появился лёд. Но потом решил, что если Моне для магии нужна вода, то почему бы ей не быть в разных состояниях? В конце концов, лёд — это замёрзшая вода. То есть, вода, у которой забрали тепло. Получалось, Моня забрал у воды тепло и превратил её в лёд.

Интересно, а что Моня делал с водой, когда создавал защитный барьер? Тоже с энергиями работал? Или как?

Скорее всего. Ведь радужная плёнка обладала очень сильной энергией! Раз могла сжигать иномирных тварей.

Получалось что, создавая защитный барьер, Моня отдавал все свои силы. А превращая воду в лёд, забирал энергию себе.

И действительно, монстрёныш, заморозив всю воду в этой пещере, чувствовал себя бодрячком, что только подтверждало мои догадки.

Моня сразу же, как только появилась такая возможность, поспешил выбраться на поверхность льда.

Опередив его лишь на миг, на лёд опустился золотистый дракон и, отпустив меня, тут же превратился в Юнмей.

Убедившись, что и с Моней, и с Юнмей всё в порядке, я направился к пьедесталу. Точнее, к тому, что торчало изо льда. Потому что весь пьедестал теперь вмёрз в стихийное озеро.

Моня с Юнмей присоединились ко мне.

Подойдя почти вплотную к светящемуся и искрящемуся столбу, Моня принялся внимательно рассматривать прозрачный голубой цилиндр. Только что голову в него не совал.

Я подошёл к монстрёнышу. Хотел проследить, чтобы Моня не лез слишком близко, пока я не разберусь что тут к чему. И увидел, что под нашими ногами — и Мони, и Юнмей, и моими — лёд таял.

Получалось, тепла наших тел было достаточно, чтобы растопить тут всё вокруг.

Когда я понял, что лёд поднял нас на уровень портала, избавляться от него я не захотел. К тому же он перекрывал входы. Мало того, он ещё и таял под ногами не равномерно. В том смысле, что образовывались углубления.

В общем, лёд нужно было сохранить в том состоянии, в каком его создал Моня.

Решение пришло само.

Я вытащил змеиную шкуру и бросил её на лёд.

Сверху на змеиную шкуру я положил шкуру Услэг Мангаса.

Теперь змеиная шкура возвращала холод льду, а шкура Услэг Мангаса сохраняла наше тепло.

Находясь на шкурах, мы выиграем немного времени.

А время нужно беречь — его у нас очень мало! Об этом во весь голос вопила моя чуйка.

И потому я сел на шкуру и приступил к изучению светящегося голубым цилиндра.

Понятно, что пока я мог только смотреть. Даже сунуть туда что-нибудь пока не мог. Да и не хотел.

Постамент полностью находился подо льдом и получалось, что портал стоял практически на одном уровне с нами.

Совершенно не к месту вспомнился другой постамент — тот самый, на котором рос «цветочек», порождающий теневых пауков.

Интересно, между тем и этим пьедесталами была связь?

Я даже изучить их не мог. Тот пьедестал далеко, а этот подо льдом.

Но одно общее у них точно было: «цветочек» не спустился на пол, чтобы сожрать нас даже тогда, когда у него была возможность. И портал тоже был поднят над уровнем земли.

Интересно, что в нашей земле есть такого, что заставляет эти два иномирных создания, так сказать, поджать ножки?

Земля… Неужели ключ в ней?

Не может быть так просто! Тем более, что демоны, пришедшие из того мира, как раз владели магией земли и огня.

Хотя, с другой стороны, армия тьмы одинаково уничтожала и демонов, и людей.

Я уже подумал было, что нащупал решение, как лёд под нами вздрогнул от удара неимоверной силы.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

На больших военных маневрах в СССР роте спецназа ГРУ была поставлена задача форсировать реку.

Подходят они к мосту, на трафарете надпись «Мост взорван».

За их действиями наблюдает генерал в бинокль.

Рота пару минут потопталась на месте и… пошла по мосту.

Генерал в бешенстве!

Присмотревшись в бинокль, он увидел на спине последнего бойца трафарет «Мы плывем».

Глава 23

Следом за первым ударом раздался второй. Потом сразу третий.

Кто-то долбил лёд, пытаясь его разрушить. И у этого кого-то намерения по отношению к нам были явно не дружественными.

Нужно было поспешить. Но я понятия не имел, что делать.

— Юнмей, — спросил я у богини судьбы. — Как закрыть портал?

— Я не знаю, — покачала головой она. — Я впервые к нему так близко. И… этот портал не из нашего мира, я не знаю законов, по каким он работает.

— Мы договаривались, что вы поможете мне, — начал было я, понимая, что в корне не прав, и что это скорее жест отчаяния, чем действительно претензия.

— Я помогла добраться сюда, защитила тебя, — невозмутимо ответила Юнмей. — И ещё буду защищать, — она коротко глянула в ту сторону, откуда в пещеру раньше затекала вода, и откуда теперь доносились ритмичные удары. — Но закрыть портал ты должен сам. Никто, кроме тебя не справится.

И я понял, что слишком много от неё требую. В конце концов, это действительно моя задача. Я специально для этого шёл сюда.

Если так рассудить, то откуда она в принципе может знать про иномирную вещь или механизм, если видит его впервые в жизни.

Но у меня есть тот, кто как минимум один раз уже пользовался этим порталом…

— Аргх! — позвал я демона. — Как закрыть портал?

«Я не знаю», — ответил демон.

— Не ври! — надавил я на демона.

И он задумался, словно решал важную для себя задачу.

Потом, вздохнув, сказал:

«Я действительно не знаю, но…»

— Что, но? — поторопил его я.

«Но мне кое-что про этот портал известно», — ответил он.

— И что же? — спросил я.

В этот момент раздался наиболее сильный удар, и лёд пошёл трещинами.

— Говори быстрее! — рявкнул я на демона. — Хватит тянуть кота за яйца!

«Я не знаю, как это поможет тебе закрыть портал… — начал не спеша Аргх. И когда я был готов уже придушить его в собственной башке, он разродился и завершил мысль: — Этот портал вне стихий».

— Как это? — удивился я, понимая, что сейчас Аргх сказал действительно важную вещь.

Мне пока неизвестно, как эта информация поможет, но я понимал, что она важная.

Хм… Вне стихий… Что-то мне это напоминало…

«Это значит, — пояснил тем временем демон, — что портал работает на другой энергии, не на энергии стихий».

— И на какой же?

«Это какая-то другая энергия, — начал объяснять Аргх. — Наш народ незнаком с ней. Однако, в нашем мире есть те, кто умеет создавать такие приспособления и использовать их. Я даже не знаю, как это назвать. Одно знаю точно, что порталы — это не магия стихий. И вообще не магия. Это механизм».

И тут меня перещёлкнуло!

А что, если портал работает на чём-то типа электроники? Сложно придумать что-то настолько недружественное стихиям, как электроника. На воздухе окисляется, в воде коротит, в земле меняет сопротивление, а про огонь вообще молчу — даже простой перегрев критичен. И вообще электронные приборы можно разбить!

Кстати, понятно тогда почему нужны пьедесталы — они играют роль подставок, чтобы защитить от случайных подтоплений…

Перед глазами встала яркая картинка, как голубое сияние искрило при попадании на него водяных брызг.

Получалось, если бы вода поднялась выше, то портал, вполне возможно, сгорел бы, как горят в воде электронные приборы.

Но тогда пострадал бы Моня. А это не вариант.

Нужно искать другой выход.

Мои мысли потекли, было, в этом направлении, но вспомнился «цветочек». Он или, скорее, она… тоже сидел или сидела на пьедестале. Он или она тоже электронное что ли? Эдакая искусственная матка. Ну или проводник теневых пауков в этот мир.

А остальные иномирные монстры и боги? Кутуруку, арратаны, змеи…

Хотя змеи однозначно не электронные. Мы ели мясо убитого мной змея. И оно было вполне нормальное.

К тому же змеи ползали по земле, а не сидели на пьедестале. Второй змей максимум обнимал пьедестал. Может, он вообще так грелся? Электроника часто греется… А змеи хладнокровные, любят погреться на тёплых камушках. Даже если этот камушек — пьедестал.

Арратаны с хархнуудами тоже бегали по земле. А Кутуруку и вовсе рос из земли.

Получалось, что иномирную нечисть можно условно разделить на две части — тех, кому нужен пьедестал или подставка, и тех, кому не нужен. «Цветочек» с порталом и все остальные. Во всяком случае, из тех, кого или что я видел.

Мои мысли летали с огромной скоростью, но всё равно не могли обогнать того, кто разламывал лёд. Ещё чуть-чуть и откроется вход, и в пещеру хлынут защитники портала, а я пока так и не нашёл решение.

Я снова и снова с бешенной скоростью прокручивал в голове все свои встречи с иномирными существами. И всё чаще и чаще возвращался в мыслях к «цветочку», порождающему теневых пауков. Хотя бы потому, что я его одолел. А любой положительный опыт в нашей ситуации только добавляет шансов на благополучный исход. По крайней мере тем, что я теперь знаю: так можно.

С «цветочком» я справился при помощи света. Однако, в той пещере была темнота. А здесь было светло от портального столба. И всё-таки, я решил попробовать посветить.

А потому достал обломок лопасти, встал поустойчивее, и, направив лопасть сломом на портальный столб, приказал:

— Свети!

Я был готов к тому, что приказ не сработает — в последнее время было несколько таких ситуаций, когда приказы не срабатывали. Но, к моему удивлению, свет вспыхнул моментально. И сразу же «прилип» к портальному столбу, словно электрическая дуга при сварке.

И так же, как при сварке появилось гудение и запахло озоном.

Я попробовал развернуть лопасть и посветить в другую сторону, но у меня ничего не вышло — дуга намертво залипла на светящейся стенке портала.

Едва это произошло, как стенки портального цилиндра начали сиять ярче, по ним побежали искры. Причём, это был упорядоченный бег — искры вспыхивали, образуя кольца. А потом эти кольца плавно поднимались вверх и останавливались там, продолжая сиять.

Новые и новые кольца искр поднимались наверх и оставались там одним всё расширяющимся сияющим кольцом. А моя лопасть так и торчала, сцепленная с портальным цилиндром.

Было понятно, что я запустил какой-то механизм. Знать бы ещё какой!

— Аргх, знаешь, что происходит? — спросил я.

«Портал открывается», — просто ответил демон.

У меня холодок пробежал по спине — не дай боги сейчас ринется с той стороны новая орда монстров.

— Постой! — спросил я. — Как открывается? А разве он не был открыт?

«Был, — ответил Аргх. — Но он как бы спал. А теперь скоро будет готов к работе».

— Что ж, — ответил я. — Времени остаётся всё меньше и меньше…

Я попробовал выдернуть лопасть, оттащить её от стенки портала, но у меня ничего не вышло — электрическая дуга держала надёжно.

Те, кто ломились сюда, продолжали рушить лёд. И судя по тому, как шуршали мелкие осколки, было понятно, что защитники портала продвинулись и уже территориально находятся в пещере, просто подо льдом. И сейчас пробивают проход наверх.

Со стороны другого коридора — того, по которому мы пришли, тоже послышались стуки и скрежет. Оттуда тоже приближались враги. Хорошо хоть лёд сдерживал их! Но я прекрасно понимал — это временно. Пройдёт минут пятнадцать-двадцать, и все монстры будут здесь. И нам не скрыться. Не лезть же в портал, раз он всё равно скоро будет готов к работе? Тем более, ничто не мешает тварям последовать за нами на ту сторону.

Но даже если и залезем, это нас не спасёт — мы окажемся в чужом мире, а твари, последовавшие за нами, если такие будут, окажутся в своём. Плюс, на той стороне могут быть свои монстры…

Нет, нужно закрывать эту щель побыстрее. А потом искать выход. Если успеем, конечно. Или постараться забрать с собой как можно больше тварей.

Я снова посмотрел на поднимающиеся кольца искр.

— Аргх, есть варианты, что делать? Как его разрушить? Любые идеи… Даже самые дикие… Я готов выслушать все!

Демон устало вздохнул:

«Ты хочешь сломать портал. Но это навсегда лишит нас возможности вернуться в свой мир» — обречённо ответил он.

Ответить демону я не успел. Раздался громкий треск, и лёд недалеко от стены обвалился. Послышался жуткий визг. Он многократно отразился от стен. И тем самым ненадолго скрыл другие звуки.

Но когда в образовавшуюся дыру в пещеру хлынуло море крысоподобных хархнууд, доминирующим стал скрежет когтей о лёд.

Я рефлекторно рванул рукоять лопасти, но она словно спаялась с цилиндром.

И тогда я бросил лопасть и выхватил меч.

Но применить его возможности так и не предоставилось.

Мелкие монстры… мелкие, конечно, по сравнению с другими иномирными тварями… так вот, огромные иномирные крысы не добежали до нас, а остановились на отдалении.

Более того, они всё прибывали и прибывали. Однако, некоторую границу так и не пересекли.

Внутри свободной от хархнууд зоны оказались мы трое, стоящие на шкурах, и портал. И центром свободного круга стал мой обломок вертолётной лопасти.

— Что происходит? — спросил я, не ожидая, впрочем, ответа.

— Курлык! — ответил Моня.

Монстрёныш стоял, склонившись башкой надо льдом и что-то тихо курлыкал.

За шумом нападающих крысоподобных хархнууд я даже не слышал его — до тех пор, пока не увидел, что он надо льдом курлычет свои заклинания.

Получалось, Моня сначала забрал энергию воды, превратив её в лёд, а теперь потихоньку отдавал — вокруг нас образовалась кольцеобразная подтаявшая лужица, и от неё поднималась вверх радужная пелена.

— Молодец! — похвалил я монстрёныша.

Но меня удивило не то, что Моня быстро сориентировался в обстановке. А то, что крысоподобные твари не полезли на рожон, а остановились на границе. Неужели они способны обучаться? И теперь им достаточно просто дождаться, пока у Мони закончатся силы.

Интересно, только эти твари такие умные или и остальные поумнели?

Как бы там ни было, Моня выиграл мне ещё немного времени.

Я повернулся к порталу и увидел, что лопасть так и торчит из мерцающей стенки, электрическая дуга так и потрескивает, распространяя озон, а искорки так и собираются в кольца и уплывают вверх. И теперь цилиндр заполнен искрящимися кольцами больше, чем наполовину.

Оценив ситуацию, я снова посмотрел на свой всё ещё испускающий свет «широкий меч».

— Не понимаю, как такое может быть? — удивлённо проговорил я. — Я же не касаюсь его…

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

— Так, бойцы! Сейчас идём на плац и чистим снег!

— Но, товарищ прапорщик, он же завтра растает!

— Правильно! По этому и надо чистить сейчас!

Глава 24

Всё-таки я был прав, в том, что не доверял магии. В том смысле, что никогда особо не надеялся на неё. Потому что она то не работает вовсе, а то работает, как самой заблагорассудится. В результате ты остаёшься в дураках с абсолютно непредсказуемыми последствиями.

Вот и сейчас я, как заворожённый, смотрел на электрическую дугу и вообще не понимал, что с ней, да и с порталом тоже, делать.

Затрещал лёд с той стороны, откуда мы пришли, и я с тревогой глянул на Моню, держится ли монстрёныш.

Монстрёныш держался бодрячком. Защитный полог тоже держался. Но и крысоподобные хархнууды держались. А сейчас к ним ещё монстры добавятся! И тоже будут держаться!

Не знаю, кто это будет. По логике это должны быть арратаны и Агуйн Баавгай в некотором количестве.

И что мы будем делать?

Мой взгляд непроизвольно упал на Юнмей.

Девушка сидела и пряла — веретено так и мелькало у неё в руках.

Что ж, пусть прядёт! Лишь бы нить моей жизни получилась длинной и прочной!

Словно почувствовав мой взгляд, Юнмей подняла на меня глаза и ободряюще улыбнулась.

И я вспомнил, как она говорила, что ни за что на свете не допустит, чтобы нить моей жизни оборвалась.

Моё сердце непроизвольно наполнилось теплотой.

В конце концов, мы все трое находимся в одной лодке, точнее, на одной льдине. Которая, кстати, всё сильнее и сильнее трескалась.

И вот он — момент истины! Лёд у того входа в пещеру, через который пришли мы, с грохотом обвалился, и над ледяной поверхностью показалась голова арратана.

Как я и думал, вслед за хархнуудами в пещеру пришли именно эти монстры без кожи.

Но пока показалась только голова.

Зато сразу за ней нарисовался другой арратан. По всей вероятности, он использовал тело товарища в качестве ступеньки. А потом взобрался на верх вперёд него.

Первый огрызнулся, показывая тем самым, что его согласия никто не спрашивал.

Но его и дальше не спрашивали — появился третий арратан.

А вслед за ним — четвёртый.

Больше я не следил за появлением монстров. Потому что они вроде бы кинулись в нашу сторону, раскидывая и топча крысоподобных хархнуудов, но тоже тормознули перед защитой, выставленной Моней. Не полезли, суки, напролом! Остались с той стороны защитного полога и уставились на нас, как Ленин на буржуазию!

Хархнууды, кстати, окрысились на огромных монстров без кожи, но в схватку не вступили, проявив тем самым невероятное терпение. Сколько встречался с ними, они никогда такое терпение не показывали. Максимум выжидали удобного для нападения момента. А тут просто отвернулись от вторженцев и продолжили гипнотизировать нас взглядами, полными ненависти.

Интересно, почему не подрались? Потому что все монстры из одного мира? Или по какой другой причине?

Но точно не из-за того, что охотятся на одну и ту же добычу — на нас. За добычу они точно перегрызлись бы. Как все хищники во всех мирах.

И это немного меня успокаивало. Совсем немного.

Но и этого хватило, чтобы не сойти с ума в ожидании.

И тут я подумал: а чего это я жду? Надеюсь, что кто-то придёт и расскажет мне принцип работы портала? Никто не придёт! Те, кто точно знают, как портал работает, будут охранять его, как зеницу ока. А те, кто не знают — толку от них нет.

Я ведь просто хотел заткнуть иномирную щель. Сделать так, чтобы её не было.

И вот я здесь. Щель, то есть портал, тоже здесь. Надо действовать!

Ну да, Аргх говорил про то, что демоны хотят вернуться в свой мир.

Но, во-первых, я слышал это только от Аргха. Другие демоны ни разу ни словом, ни полсловом об этом не обмолвились. Во-вторых, Аргх без тела. Сам перейти не сможет. А я в тот мир не собираюсь! Мне и тут хорошо!

Я больше не стал тянуть время, а начал доставать из сумки всё, что у меня есть, чтобы понять, что я могу использовать. Обломок лопасти вот использовать уже не могу. Точнее, он сам себя использует. Ну или портал его…

Продукты питания я сразу же убрал обратно в сумку, чтоб не мешались под рукой. А остального у меня больше практически ничего не осталось — катана и яды с противоядиями.

Я взял один из флакончиков с ядом и взвесил в руке, посматривая на цилиндр портала, практически по всей длине заполненный искрящимися обручами.

Я думал о том, чтобы запустить в портал яд.

А что? Тоже жидкость, и наверняка электронике не понравится.

Залитая кофе клавиатура перестаёт работать. Почему бы порталу не перестать работать от яда? Не в смысле отравления, а в смысле, что яд — это тоже жидкость. И у меня таких флакончиков ещё осталось чуть больше половины. А если ещё и противоядия добавить, так вообще нормально наберётся!

Жидкость для электроники смерть! Главное, чтобы она попала именно на электронные схемы, а не на изоляцию. Чтоб уж если коротнуло, так коротнуло!

А мы находимся не на самом льду, а на двух шкурах — снизу змея, а сверху Услэг Мангаса. Это, конечно, не резиновый коврик, но тоже должны немного защитить нас в случае короткого замыкания.

В общем, я размахнулся. Но запустить в портал флакончик с ядом не успел.

Со всех сторон раздалось угрожающее рычание, и направленно оно было на меня.

От неожиданности я оглянулся и увидел, что и хархнууды, и арратаны и даже парочка Агуйн Баавгай — не видел, когда они появились — угрожающе смотрят на меня и рычат.

Интересненько! Неужели они отреагировали на мою попытку сломать портал?

Это надо было срочно проверить!

А потому я медленно опустил руку с флакончиком.

Рычание стихло. Хотя монстры продолжали буравить меня взглядами.

Я поднял флакончик, как бы собираясь бросить.

И снова раздалось угрожающее рычание.

Снова опустил руку.

И снова всё стихло.

— Вот так номер! — пробормотал я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Они не хотят, чтобы я попортил тут всё. Ну что ж! Значит, я на правильном пути! — И повернувшись к Моне, спросил: — Друг, если они кинутся все разом, защита удержит?

— Курлык! — бодренько заверил меня Моня.

— Отлично! — похвалил я монстрёныша.

Видимо, обращая воду в лёд, он поглотил достаточно тепла, и теперь ему надолго хватит. Плюс его собственные силы… В общем, поборемся ещё!

И я замахнулся, чтобы теперь уже бросить яд в портал. Я решил не тратить время на поиски микросхем, а просто закидать тут всё ядовитыми бомбочками.

В этот момент последний искрящийся обруч влился в светящийся столб, и вся пещера моментально наполнилась сиянием. Настолько ярким и неожиданным, что меня отбросило от портального цилиндра.

Флакончик вылетел из рук и грохнулся об лёд. Ударился о заострённый край кольцевой лужи и разбился.

Моня тут же отпрянул ото льда. И как следствие, защитный полог пал.

Мы с монстрами некоторое время смотрели друг на друга, а потом…

Подхватив Юнмей, мы с Моней, не договариваясь, одновременно ринулись в портал — это было единственное что мы сейчас могли предпринять. Потому что монстры, после минутного охреневания все разом кинулись на нас.

Понятно, что и шкура Услэг Мангаса, и шкура змея остались лежать на льду. Как и сумка с припасами — я припасы-то в неё сложил, но на плечо не повесил.

Из всего у меня остались только яды и противоядия в портупее да катана в руке — её я, к счастью, из рук не выпустил.

Но это всё я осознал после. А пока, влетев в светящийся цилиндр портала, мы по инерции пробежали несколько шагов и остановились.

Я уже бывал в подобном переходе, когда мы с Изуми, Матакуши и Даичи бежали из императорской академии магии и оказались в доме клана Такаги. Но пространство внутри этого портала было намного грандиозней! И хотя оно точно так же сворачивалось в жгут, здесь это была скорее огромная спираль.

Сам собой вспомнился Хэчиро Такаги и его слова про нож Убийцу демонов, что на нём стоит клановая метка, которая из любого портала приведёт в дом Такаги. К сожалению, а может и к счастью, у меня теперь этого ножа не было. Потому что вполне могло бы оказаться так, что мы, сунувшись в этот портал, привели бы с собой в Куроикабе всю ту иномирную хрень, что скопилась в портальной пещере. Вот было бы весело… На самом деле нет.

И вообще непонятно, соединён ли этот портал с теми — в академии, в доме клана Такаги и всеми остальными в Куроикабе? Этот однозначно иномирного происхождения. А те порталы… Кто построил те порталы? Люди? Или иномирные строители, эдакие иномирные гастрабайтеры… А почему нет-то? Прибыли, потихоньку построили, получили оплату и свалили на родину или на другие строительные участки…

Какая только чушь не лезет в голову вместо того, чтобы искать решение!

Единственное, что мы могли сделать, это двигаться вперёд. Тем более, что другого пути в портале не было — нужно было дойти до выхода, выйти наружу и уже там решать, что делать дальше.

А потому я скомандовал Юнмей и Моне:

— Идём вперёд! — И вспомнив слова Матакуши, добавил: — Ни в коем случае не оборачивайтесь! Смотреть только вперёд!

И мы пошли.

Мы продвигались всё дальше и дальше, а пространство закручивалось всё сильнее и сильнее.

Но от этого закручивания не было тошнотворного чувства. Наоборот, было ощущение, что пространство, сворачиваясь, образует коридор, на конце которого находится выход.

Страшно ли мне было выходить наружу? Чертовски страшно!

Отказался бы я от движения вперёд? Ни за что на свете!

И не только потому, что пути назад не было!

На самом деле мне было интересно посмотреть на родной мир монстров. Это какая должна быть окружающая среда, чтобы сотворить таких агрессивных красавчиков!

Единственный, кто откровенно радовался, не скрывая своих чувств, был Аргх. Он едва слышно напевал какую-то бодренькую песенку.

Я не стал перебивать его — пусть порадуется.

Юнмей спокойно шла рядом со мной, время от времени касаясь моей руки.

Я понял, что девушка боится. Хоть она и богиня, ничто человеческое ей не чуждо — в этом я уже убедился.

А потому просто взял её за руку. В конце концов, это из-за меня она сюда попала.

Юнмей благодарно улыбнулась и пошла более уверенно.

Моня шагал беззаботно, словно он каждый день перед завтраком гуляет по таким порталам. И иногда ещё по вечерам перед сном…

Конечно, здорово быть таким огромным мощным зверем. В природе врагов у него нет… Не было! Пока не появились иномирные захватчики.

Так что теперь Моня не может быть в безопасности, как и никто другой в этом мире.

Неожиданно из-за спины вперёд по направлению нашего движения по всему внутрипортальному пространству, словно судорога, пробежала волна.

Я рефлекторно обернулся.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Стоит дневальный в казарме. Кругом чистота, а на полу лежит окурок. Заходит полковник, показывает на окурок и грозно спрашивает:

— Чей?

— Не знаю.

— Узнать!

Дневальный убегает из казармы, через некоторое время возвращается и докладывает:

— Товарищ полковник, деды сказали, что окурок ничей. Можете курить!

Глава 25

Не случайно Матакуши предупреждал, что оборачиваться не стоит, ой, не случайно!

Едва я обернулся, голова пошла кругом и меня затошнило. Еле сдержал рвотные позывы.

Пока мы шли вперёд, скручивающееся пространство давало ощущение твёрдой поверхности, по которой мы передвигались. А тут картинка, что мы висим в пространстве и под ногами ничего нет. Мало того, само пространство вращается… одновременно в разные стороны. К такому мой вестибулярный аппарат никто не готовил.

Но долго «наслаждаться» ощущением полной потерянности судьба не дала — ещё одна судорожная волна, пронёсшаяся по окружающему нас пространству, заставила мой организм мобилизоваться.

Я постарался сконцентрироваться, чувствуя угрозу. Пригляделся, откуда идут эти волны, и понял, что к нам приближается волна монстров, и пространство портала реагирует на них. Скорее всего все иномирные твари из портальной пещеры ломанулись в портал сразу же вслед за нами.

Непроизвольно перед глазами как наяву возникла картинка перегруженного и зависшего между этажами лифта.

Оказаться с монстрами в зависшем вот в этом пространстве «лифте»? Нет уж! Увольте!

А потому, я скомандовал Моне и Юнмей:

— Бегом! Быстро!

И подавая пример, побежал сам.

Так как я продолжал удерживать Юнмей за руку, она тоже вынужденно побежала за мной. Хотя я видел, что ей совсем не хорошо.

Причём, чем дальше мы двигались в портале, тем бледнее и слабее становилась Юнмей.

Мне пришла в голову мысль, что возможно, это потому, что Юнмей богиня того мира, который мы только что покинули, и соответственно, была привязана к нему.

Что кстати, подтверждало мои мысли о том, что Кутуруку, Всеблагая и иже с ними никакие не боги! Иначе как бы могли они так свободно чувствовать себя в мире, который не был им родным изначально?

Демоны они! Настоящие демоны, выдающие себя за богов! Потому Баракушити и катится в тартарары, что люди потеряли ориентиры!

Нет, я совсем не верующий фанатик. Но я точно знаю: если место бога в душе занял демон, хорошего не жди!

Вернуть Юнмей в портальную пещеру пока было невозможно, а оставить тут, значило обречь на гибель. Потому что злобное рычание, искажённое пространством, раздавалось всё ближе и ближе.

В конце концов мне пришлось взвалить Юнмей себе на спину.

Бежать после этого я, конечно, не мог, но двигаться мы стали побыстрее, чем, когда Юнмей бесконечно запиналась и падала.

Что за судьба у меня такая? Таскать по порталам на руках бесчувственных девушек!

Слава богам, что хоть Моня двигался нормально, без всяких эксцессов!

Мы упорно продолжали двигаться вперёд.

Монстры догоняли нас, но никак не могли догнать. Видимо, для них пространство искривлялось тоже.

Как бы это логично.

Но вот, наконец, целую вечность спустя, когда я уже неимоверно устал и продолжал двигаться только на упрямстве, спираль впереди начала сгущаться в белую точку, которая постепенно увеличивалась в размерах.

Когда я это заметил, точка была уже достаточно крупной, чтобы увидеть: она скорее прямоугольная, чем круглая.

Сомнения мои в том, круг это или прямоугольник, легко объяснялись, потому что точка светилась, а скрученное пространство искажало все линии.

Но чем ближе мы подходили, тем более явственно виделось, что точка вытянута в прямоугольник.

Как только я это осознал, следующей мыслью было: это выход.

Ещё бы увидеть над дверью светящуюся табличку: Exit.

Но такие таблички остались в моём родном мире. Даже в Баракушити их уже не было. А уж тут и подавно!

Хотя, кто его знает, куда приведёт нас портал?

Я вздохнул и, поправив обмякшую Юнмей, прибавил шагу. Хотелось уже покинуть этот бесконечный переход.

И хоть выход мы и увидели, идти к нему пришлось ещё очень долго.

Причём, идти и прислушиваться к рычанию и завыванию за спиной.

Идти и понимать, что, когда мы выйдем на той стороне портала, сразу же вслед за нами выйдут и монстры.

Была надежда, что дверь — это дверь, как в императорской академии магии или в доме Хэчиро Такаги. И я на той стороне успею её заблокировать. Потому что, если выход из портала будет в такой же светящийся столб, то может оказаться совсем грустно.

А если учесть, что чем дальше, тем всё больше прямоугольник выхода вытягивался, то…

На каком-то этапе, я даже не заметил, когда мне стало всё равно, что там — дверь или цилиндр. Лишь бы поскорее выбраться отсюда. Потому что Юнмей давно уже была без сознания, а меня мутило нипадецки. Да и Моня тоже начал запинаться…

Я шёл и не сводил глаз со всё вытягивающегося пятна, свечение которого всё больше и больше приобретало голубоватый электрический оттенок, такой же, как в портальной пещере.

Скорей бы уже! И не важно, что там!

Важно, конечно, но скорее бы этот длинный переход закончился!

Рано или поздно заканчивается всё.

И портальный переход не стал исключением.

Мы вдруг вывалились в точно такой же столб, только стоял он на постаменте.

Постамент же находился в лаборатории.

Понять, что это именно лаборатория, мне не составило труда — я в своей жизни повидал всяких. От школьных и университетских, до подпольных лабораторий наркодиллеров.

Но рассматривать, что тут есть, находясь при этом в светящемся цилиндре, в который вот-вот вывалятся монстры в несчётном количестве, так себе идея. Всё равно отсюда я видел не так много — только огромные установки явно электронного оборудования. Свет из портального цилиндра падал на всевозможные экраны, приборы, клавиатуры — явно центр управления чем-то. Неужели для управления порталом нужно столько всего?

Или портал — это ещё не всё? Тем более, что чуть дальше в темноту уходили ряды высоких цилиндров со стеклянными стенками. Некоторые из них были явно заполнены чем-то, а некоторые пустовали.

Я решил, что изучу содержимое лаборатории попозже, а сейчас нужно было как минимум спуститься с пьедестала и быстро найти, где укрыться. А если учесть, что высота постамента была метра два — два с половиной, а Юнмей находилась без сознания, то задача предстояла не самая простая.

Пришлось сначала попросить Моню спрыгнуть, а потом, подставив спину, принять бесчувственную Юнмей.

Моня так и сделал. Спрыгивая, он едва не упал. И тут же подошёл на дрожащих ногах к постаменту и привалился к нему, словно стоять без опоры у него не было сил.

Мне было непривычно видеть монстрёныша таким ослабленным, но особого выбора у нас не было.

Приняв Юнмей, Моня дождался, пока спущусь я. Его спина помогла мне не разбиться.

В другой ситуации я легко спрыгнул бы, но сейчас буквально сполз.

И тут же потянул Моню с Юнмей, которая осталась на его спине, за высокий ящик пульта управления. Понятно, что это не очень-то защитит нас, но хотя бы уберёмся с глаз.

Сделали мы это, надо сказать, очень вовремя. Потому что рычание внезапно стало громким и послышались стуки когтей о пол — монстры прибыли и теперь спрыгивали на пол.

Мне было интересно, они такие же ослабленные, как мы или прибыли бодрячком? И я аккуратно выглянул из-за угла.

Тут были и арратаны, и крысоподобные хахрнууды, и Агуйн Баавгаи, и змеи, и Кутуруку, и воины тумана будантай дайчин, и даже теневые пауки! А также другие монстры, которых я до этого не встречал. Портальный переход потрепал и их. Но не в такой степени, как нас. Всё же для них этот мир был родным. Они по большому счёту возвращались домой.

Монстров было много. Очень много! Гораздо больше, того количества, какое было в портальной пещере. Как будто они услышали зов и понеслись что было сил изо всех уголков того мира… Хорошо бы если бы оно было так — получилось бы, что мы одним махом освободили весь мир от иномирных захватчиков.

К моему удивлению, твари не стали искать нас, а с озлобленным рычанием, полным ненависти, кинулись в глубь лаборатории, туда, где рядами стояли цилиндры, но мимо них… То есть, монстры неслись, не обращая на цилиндры никакого внимания.

Хотя нет, внимание-то как раз обращали — старались держаться на расстоянии. И если вдруг соседи оттесняли какого монстра к цилиндру, монстр дёргался, как прокажённый и отскакивал подальше. Словно брезговал или сильно боялся. И не просто сильно, а до ужаса.

Меня это их поведение заинтересовало, но разглядеть получше, не подставившись, я не мог. Мне из-за пульта, к сожалению, не было видно, что именно происходит и куда конкретно они направились. А выглянуть или поменять местоположение я не мог, потому что монстры всё прибывали и прибывали. И все, едва спрыгнув с постамента, немедленно устремлялись в одну сторону. Как будто точно знали, куда им надо.

Это было интересно! Неужели они думали, что и мы отправились туда же?

Но достаточно было взять наш след, чтобы понять: мы остались тут. Мы наследили и след был горячим, его трудно было не почувствовать. Однако, монстры не обращали на него никакого внимания.

Не то чтобы я был не рад, что они пробегали мимо! Но это была странность, и мне хотелось понять, в чём дело.

Возможно, их привлекло что-то другое.

Интересно что оказалось настолько значимым или привлекательным для монстров, что они забыли про нас? Они ведь далеко не глупы, я в этом уже не раз убедился.

Мне очень хотелось посмотреть, что там происходит, но Юнмей всё ещё была без чувств, поэтому я попросил Моню:

— Пригляди за ней, брат! Я скоро вернусь.

Моня в ответ даже не курлыкнул. Он просто посмотрел на меня, и я увидел, что во всех его шести глазах плещется боль.

Он не мог отправиться со мной и от этого сильно страдал.

Я понимал монстрёныша. У самого сердце разрывалось оттого, что я оставлю их тут одних. А вдруг у монстров включатся мозги, и они обнаружат Моню и Юнмей?

Нет! Я даже думать об этом не хотел!

Но и сидеть на месте, оставаясь в неведении, было нельзя. Я должен был узнать, что происходит!

А потому я аккуратно уложил Юнмей вдоль пульта, поправил на ней сумку с её прядением и её одежду.

Моня, словно услышал мои мысли, лёг рядом с девушкой, чтобы согревать её своим теплом.

Я в благодарность погладил лысую башку монстрёныша, потом почесал под подбородком — как Моня любил. И шепнув монстрёнышу:

— Я скоро! Одним глазком гляну и вернусь! — перескочил за соседний пульт.

А потом и вовсе вступил на тёмную территорию. Туда, где стояли ровные ряды цилиндров со стеклянными стенками.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

У меня теперь есть чибик Моня!

Глава 26

От портального столба света было не так много, но вполне достаточно, чтобы контролировать ситуацию и не попадаться на глаза выскакивающим из портала и убегающим в глубину лаборатории монстрам.

Выскочив из-за крайнего пульта, я спрятался за высоким — метров пять в высоту, и широким — метра три в диаметре, цилиндром. Ближайшим в ряду точно таких же. В одном ряду из многих.

Я почти сразу увидел, что все цилиндры заполнены какой-то мутной жидкостью, в которой плавало что-то крупное. При скудном освещении было непонятно, что именно. Но судя по движениям, скорее всего живое. Во всяком случае, в некоторых цилиндрах…

Мне не было дела до содержимого этих огромных аквариумов. Меня интересовало только то, что за ними можно спрятаться — они находились недалеко друг от друга. И то, что плавало там внутри, скорее всего там и останется, хотя, цилиндры не герметичны — крышки вверху на аквариумах были абсолютно условные. К тому же цилиндры были не совсем автономны — все они по верху были соединены кабелями и трубками.

Но это на самом верху. Ни снаружи мне или тварям, ни изнутри плавающим там существам до крышек, кабелей и трубок было не достать, так что не важно, что они есть — вреда от них я не видел. А вот польза от аквариумов была — за ними можно спрятаться. Что же касается того, что внутри плавает, ну и пусть плавает!

Было бы светлее и не было бы монстров, я поизучал бы цилиндры и их содержимое подробнее, но сейчас нужно было быть внимательным, чтобы не попасть на зубы иномирным тварям. А потому я, прячась, продвигался параллельно курсу монстров — мне было любопытно, куда все они так несутся.

Располагались цилиндры друг от друга примерно на расстоянии одного метра.

В первый раз перескочить от одного до другого мне было боязно — это же нужно было буквально вывалиться на всеобщее обозрение.

А потому я долго стоял, скрытый от армии тьмы стеклянными стенами и мутной водой за ними. Но чем дольше я стоял, тем лучше видел, что иномирным тварям до меня нет никакого дела. У них была своя цель. И эта цель привлекала их больше, чем я.

Поэтому в первые разы я ещё перебегал из одного укрытия в другое, а потом уже просто двигался в ту же сторону, что и армия монстров.

Не сказать, чтобы я вообще на них не обращал внимания, нет. Обстановку я контролировал, но чем дальше, тем меньше парился о том, что они меня заметят.

Особенно после того, как в один из просветов между цилиндрами был оттеснён арратан, и он показал настоящие чудеса акробатики, чтобы вернуться в строй.

Так вот, в тот момент, когда он внезапно вывалился из общей массы, мы с ним оказались нос к носу. Он точно видел меня! Но посмотрел на меня, как на пустое место. Вернулся к своим собратьям и понёсся дальше.

После этого я практически перестал прятаться. Просто шёл параллельным курсом и всё. Однако, катану я всё равно держал наготове.

Наблюдая на ходу за поведением монстров, я спросил у Аргха:

«Ты знаешь, что происходит? Куда они бегут? Что это за лаборатория?»

«Нет, не знаю, — ответил демон. — Я тут в первый раз. Мы уходили через другой портал».

«О, как! Так портал тут не один?» — удивился я.

На самом деле, не сильно удивился. Видимо, я подсознательно чего-то такого и ждал.

«Выходит, не один», — неуверенно ответил Аргх.

И по его ответу было понятно, что он действительно растерян.

«Так ты не знаешь наверняка сколько порталов?» — уточнил я.

«Выходит, что как минимум два…»

Демон был удивлён и ошарашен. Я чувствовал, что цилиндры его очень интересуют. Да и поведение монстров тоже. Однако, демон наблюдал молча, вопросов не задавал и обсуждать увиденное со мной не спешил.

И так молчаливый, теперь он вообще был словно пришибленный. У меня в какой-то момент даже возникло ощущение, что он знает больше, чем говорит, и что это знание гнетёт его.

Я даже спросил его:

«Может, всё же поделишься размышлениями?»

«Пока нет, извини, — ответил демон. — Я сначала сам хочу разобраться».

От его извиняющегося тона мне стало не по себе. Я привык к хамящему Аргху, к агрессивному, высокомерному, но никак не к подавленному и извиняющемуся.

Даже когда я допрашивал его в подземной часовне в Нийслэле, он вёл себя нагло! Теперь же от той наглости не осталось и следа. Хотя по идее всё должно быть наоборот — мы сейчас находились в родном мире Аргха. И тем не менее, и тем не менее…

Монстры неслись вперёд. И они не заканчивались. Всё время прибывали новые и сразу же отправлялись в сумасшедший бег, как будто им там было мёдом намазано.

Помню, смотрел в юности фильм «Отроки во Вселенной» там местный парень Агапит услышал зов роботов и не смог сопротивляться…

Меня тогда потрясли инопланетный вид парня и хореография того, как он безуспешно пытался сопротивляться зову роботов.

Монстры не сопротивлялись. Они просто дружно неслись в одну сторону.

Не помню, в какой момент я решил прибавить скорости и побежал вслед за ними.

Теперь по одному междурядью неслись монстры, по соседнему бежал я.

Цилиндры всё не кончались, им не было конца и края.

Я не боялся заблудиться, потому как своего ряда не покидал… Просто бежал и бежал, пока хватало дыхания.

И всё же так долго выдерживать темп я не мог и остановился у одного из цилиндров, чтобы перевести дыхание.

Я опёрся о цилиндр рукой и наклонился, пытаясь отдышаться.

И тут за стеклом около моей руки показалась морда арратана. Монстр посмотрел на меня из-за стекла и снова скрылся в мутной воде.

А я, запоздало отдёрнув руку, так и остался стоять, пытаясь унять сердце и пялясь на стекло в надежде, что мне привиделось.

Но нет, не привиделось.

Через минуту морда арратана снова появилась у стекла. Потом он развернулся и снова скрылся, мазнув по стеклу своим лишённым кожи боком.

Но и этих нескольких минут мне хватило, чтобы разглядеть, что арратан внутри цилиндра ещё не до конца сформирован.

Я забыл про спешащих куда-то иномирных тварей и подошёл ко второму цилиндру.

Там тоже плавал ещё не сформировавшийся до конца арратан.

И в третьем — тоже. И в четвёртом…

А в соседнем ряду в цилиндрах плавали Агуйн Баавгаи. В следующем — крысоподобные хархнууды.

— Что это? — прошептал я, не веря своим глазам.

«Фабрика монстров, — зло ответил Аргх. — Эти сволочи создали монстров!»

— Похоже, что так, — согласился я с ним. — Думаю, ты прав, это фабрика монстров. Их тут выращивают. Для захвата других миров. Других… — И, вспомнив рассказы Аргха и свои видения, я добавил: — Но ты же говорил, что вы спасались от монстров, когда сбежали в наш мир… То есть, вот эти монстры напали на вас тут! В вашем мире!

«Да, — подтвердил Аргх. — Мы спасались вот от этих монстров!»

— Остаётся вопрос, — продолжил я свою мысль. — Монстры тогда вырвались из лаборатории и напали на вас, или их на вас натравили? Я к тому, что… Насколько они управляемы?

«Посмотри, как они бегут, — зло ответил Аргх. — Как думаешь, они управляемы? И если да, то насколько?»

В его вопросах совсем не было вопросов. Его вопросы звучали, как утверждение.

Я автоматически посмотрел между цилиндрами.

Я больше не прятался. Стоял спокойно и рассматривал иномирную армию, несущуюся в одном направлении.

По монстрам не было видно, чтобы они сопротивлялись зову или приказу — не знаю, что именно их гнало. Не видно было и ужаса, который гнал бы вперёд. Нет, они просто неслись между рядами цилиндров, где выращивали их собратьев. Как будто у них не было выбора, кроме как бежать. У всех одинаково.

— Не похоже, чтобы это была их воля, — подвёл я итог своим наблюдениям. — Хотя я не могу сказать и того, что они действуют против своего желания… Разве только чужое желание стало для них своим…

Аргх в ответ только вздохнул.

А мне стало жаль этих монстров. Им подарили жизнь и отняли волю, сделав марионетками. Это же ужас так жить! Никому не пожелаю!

Ну как жаль… Если бы они сейчас повернули в мою сторону, я не задумываясь использовал бы катану. Но я прекрасно знал, чего стоит исполнить приказ, против которого восстаёт твоя душа.

А раз монстры живые, то души у них точно есть. И сейчас…

В общем, не может быть, чтобы у такого количества разных существ одновременно возникло одно и то же желание непреодолимой силы — бежать чёрте куда сломя голову. А следовательно, наверняка не все твари бегут сейчас по своей воле.

Что за бесчеловечные твари создали эту лабораторию или скорее фабрику монстров?!

После того, что я выяснил, откуда взялись монстры, мне стало ещё интереснее, куда же они бегут? Вдруг к своим создателям? Хотелось бы мне посмотреть на них!

И я снова отправился вслед за монстрами. Только теперь я больше смотрел не на бегущих тварей, хотя и не выпускал их из виду. И тем не менее, моё внимание было сосредоточено на том, что впереди.

Возможно, именно это и спасло меня.

При том скудном освещении, которое было в зале с аквариумами или не знаю, как правильно назвать помещение с длинными рядами цилиндров… Итак, при скудном освещении я не сразу заметил, что монстров стало меньше. И с каждой минутой их количество уменьшается.

Нет, они никуда не сворачивали, во всяком случае, я этого не видел. Они просто бежали прямо.

Но их поток начал иссякать — видимо, в портальной пещере и в горах, включая близлежащие окрестности, монстров больше не осталось.

С одной стороны, меня это радовало — хотя бы в одном мире теперь будет легче дышать.

Но, с другой стороны, вот эта огромная армия вряд ли останется здесь. А не ломанулась ли она в другой портал и не перенеслась в другой мир? Скажем, туда, где раньше жил я. И где теперь живёт моя дочурка, моя Машка промокашка.

И даже если не прямо сейчас в портал, всё равно, такую армию просто так здесь вряд ли будут удерживать. В том смысле, что её не удержать. Если монстрам не дать врага, они начнут уничтожать создателей. Если ещё не…

А потом примутся за этот мир.

Те, кто их создали, вряд ли это допустят.

Наконец, длинные ряды закончились. Передо мной была стена.

А вот тварей не было.

И я понятия не имел, где они — уже некоторое время в соседнем проходе не было видно ни одного монстра.

Дойдя до стены, я перешёл в тот проход, где до этого бежали иномирные твари.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Прапорщика спецназа научили работать на компьютере. Ему очень понравилось. Особенно мышь. Он её сперва гонял по коврику, а потом заставил отжиматься.

Глава 27

Едва я вышел в проход, где до этого бежали иномирные твари, как яркий свет залил весь этот огромный зал.

Привыкшие к скудному освещению глаза резануло болью, и я рефлекторно зажмурился и сразу же отпрыгнул обратно за цилиндр с плавающим там арратаном.

Свет от моего прыжка, конечно же, не погас. Тут явно не датчики движения сработали. Потому что чуть ранее по этому междурядью двигалась целая армия монстров, и свет не загорался, а теперь внезапно загорелся. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять: кто-то конкретно нажал на тумблер. И это вряд ли были убежавшие отсюда монстры!

А это значит, кто-то из лаборантов или даже учёных тут есть! Осталось только до них добраться.

В следующий момент зашумели какие-то механизмы, и жидкость во всех цилиндрах начала откачиваться.

Я сразу догадался, что вот-вот произойдёт. И очень надеялся, что ошибаюсь. Потому что только выпущенных из цилиндров монстров мне не хватало!

Эх, сейчас бы, пока те твари убежали, а новые не появились, уйти бы из этого мира в свой и уже там, в портальной пещере разрушить проход между мирами и всё!

Но я понимал, что это проблему не решит, так как по словам Аргха есть ещё как минимум один портал отсюда в страну Ледяных Гор. А где два, там и три. Поэтому проблему нужно было решать кардинально. То есть, бороться не с порталами, а с теми, кто их открывал. А значит, нужно найти хозяев лаборатории.

Эх, сюда бы взрывчатки да побольше! Заминировать тут всё и взорвать к чёртовой матери!

Но об этом оставалось только мечтать. Причём, недолго… Потому что раздалось шипение, и стекло у цилиндров дрогнуло. И начало медленно подниматься, уходя куда-то в потолок.

Это послужило мне сигналом, и я что было сил рванул в боковой коридор вдоль стены — туда, где были следы только что пробежавшей тут иномирной толпы. Я надеялся, что выход из этого лабораторного зала был недалеко, ведь делась же куда-то целая армия!

В отличие от убежавших монстров, те, что сидели в цилиндрах, меня видели. В том смысле, что они на меня смотрели. Более того, им до меня явно было дело! Они высовывали носы в едва образовавшиеся щели и рвались ко мне с рычанием и воем, пытаясь ускорить процесс собственного освобождения.

Первыми вырваться на свободу смогли крысоподобные хархнууды, что естественно — они были самыми мелкими и им требовалась щель меньшего размера.

Точнее, это были недохархнууды — они были значительно слабее и медленнее своих собратьев. Но их было много, и неслись они ко мне с разных сторон.

— Юшоуша! — на бегу позвал я дух меча. — Наш выход!

Золотоволосый парень в чёрном кимоно появился рядом. И сразу приготовился к бою.

Недоделанные твари были очень близко — я едва успел повернуться спиной к стене, чтобы хотя бы спина была у меня прикрыта. И тут же на меня бросился первый зверь.

Я с лёгкостью разрубил его пополам и едва успел рубануть второго, как рядом оказались ещё трое…

Отбиваясь от монстров, я продвигался вдоль стены — ведь та армия куда-то делась, значит, неподалёку есть дверь или проход… Для меня было очень важно найти выход из лабораторного зала. Потому что долго я не продержусь — это пока ещё я успевал отбиваться от нападающих хархнуудов. Но очень скоро до меня добегут монстры из дальних цилиндров… И после того, как аквариумы откроются посильнее, к хархнуудам присоединятся и другие твари.

Пусть они ещё не до конца созрели или как там правильно называется процесс создания монстров, но их много, очень много — на мою душу хватит. И не важно, что они по силе в подмётки не годятся тем, с которыми я встречался раньше, они просто задавят меня массой!

Зубы очередной твари клацнули рядом с моей щекой, и я, не успевая достать её катаной, залепил по крысьей морде кулаком.

И тут же почувствовал, как острые зубы уже другой твари вцепились мне в икру.

Эту грёбанную недохархнууду я разрубил без сожаленья.

Однако своё чёрное дело она сделала — штанина тут же намокла. Как и сандалии, куда быстро натекла кровь. В результате стало двигаться сложнее — нога начала скользить и хуже слушаться.

И наверное, было больно. Но я не чувствовал… Зато на крыс переростков запах крови подействовал, как красная тряпка на быка — они толпой с рычанием и воем кинулись на меня.

Внезапно, я ощутил позади себя свободное пространство. Мой мозг выхватил эту информацию, мгновенно переработал, и я, продолжая рубить катаной направо и налево, отступил в проход. Или широкую дверь или даже ворота, открытые, к счастью.

Они оказались довольно широкие. Такие, что свободно мог пройти погрузчик или какая-нибудь другая техника.

И тем не менее, эти ворота, несмотря на свои размеры, сузили поток нападающих на меня монстров.

Я воспользовался ситуацией и отскочил, увеличивая дистанцию. И тут же быстро осмотрелся, чтобы оценить помещение, куда я попал.

А попал я в широкий коридор, он уходил вдоль стен в обе стороны от прохода.

Следы иномирной армии вели налево, и я повернул туда же.

Не знаю почему. Видимо чуйка подсказала. А по логике нужно было бежать в противоположную сторону. Хотя, раз армия куда-то ушла, значит, проход был. А вот в другую сторону вполне можно было упереться в тупик.

Едва я оказался в коридоре, как рванул по следам, что было сил.

У меня лёгкие рвались от напряжения, мышцы были тяжёлыми и непослушными, но я выжимал из этого тщедушного тела всё, что можно.

Да, я решил сбежать от тварей. И мне не было стыдно. Лучше я сбежавший, но живой, чем героически вступивший в бой и мёртвый в итоге.

Хархнууды неслись за мной. Причём, судя по слышащимся позади рычанию и вою, догоняли.

Вскоре я услышал ритмичные стуки когтей о пол.

Оглянувшись, я увидел недоарратана, несущегося на махах. И я понимал, что он первый…

Коридор вместе со следами повернул направо, и арратан не вписался в поворот — врезался в угол, затаптывая по ходу дела парочку хархнуудов. И то польза…

После поворота коридор был длинный и прямой. Поуже, чем предыдущий. И потолки определённо ниже, чем в лабораторном зале.

В коридоре вдоль стен стояли кушетки, кулеры, столики, каталки… И другие суживающие проход препятствия для монстров.

А ещё были комнаты направо и налево. Закрытые. Не знаю уж, изнутри или снаружи. Всё-таки, судя по следам, армия иномирных монстров прошла тут. Но растерзанных трупов я пока не встречал. Поэтому или обитателей тут сейчас не было — типа выходной, или спрятались в последний момент. Ну или монстрам пока не попали.

В любом случае мне приходилось бежать, хотя сил уже не было.

И что? Бежал через силу. Бежал и понимал, что ещё чуть-чуть, и меня догонят. А я даже отбиваться не смогу — нужно будет как минимум восстановить дыхание.

«Направо!» — подал вдруг голос Аргх.

И я, не раздумывая, кинулся к ближайшей двери.

Она оказалась открытой и вела на лестницу.

Я заскочил и захлопнул дверь. И придавил её собой, судорожно осматриваясь по сторонам в поисках того, чем её можно было бы заблокировать. А заодно сдерживая удары монстров. К моему счастью, они не могли разогнаться. К тому же, мешали друг другу. И всё же, надежд я не питал — рано или поздно они дверь сломают.

Вообще, конечно, я очень рисковал. Окажись дверь запертой, и уйти от преследователей у меня уже не было бы времени.

Подпереть дверь было нечем.

И я, сдерживая её от натиска, не нашёл ничего лучше, как просунуть в дверные ручки ножны.

Да, полумера! От сотрясений ножны быстро выпадут из ручек.

Но это дало мне возможность немного перевести дыхание.

Совсем немного…

«Скорее! — поторопил меня Аргх. — Здесь нельзя оставаться».

С огромным усилием я отлип от двери и шагнул в сторону лестницы.

В последнем коридоре и тут, на лестничной площадке потолки уже не были таким монструозно высокими. Повыше, чем в земных учреждениях, но всё-таки. Из чего я сделал вывод, что средний рост местных учёных не сильно отличается от моего. Может, немного повыше моего. Пусть даже на полметра, как у демонов — у Найдвара или у шишкастого Эргеса, но вполне в пределах разумного.

И я пока не знал, как местные учёные выглядят. Но это ненадолго. Скоро выясню.

«Скорее!» — снова поторопил меня Аргх.

Я подошёл к лестнице и остановился, не зная куда идти — вверх или вниз.

«Вверх!» — уверенно сказал Аргх.

И я снова послушался.

Ступеньки были высоковаты, но я цеплялся за перила, помогал себе.

Болела раненая нога, да мышцы были забиты молочной кислотой, но я шагал со ступеньки на ступеньку.

Конечно, я поднимался не бегом, но и не стоял на месте.

И тем не менее Аргх снова поторопил меня.

«Поспеши! А то опоздаем!»

Если бы Аргх шёл рядом, я бы остановился и посмотрел ему в глаза. А так просто спросил:

— И куда мы опоздаем?

«Ты же хочешь разрушить портал?» — вопросом на вопрос ответил мне Аргх.

— Я-то хочу. А вот ты помнится не горел желанием… — Я остановился перевести дух. — Так что изменилось?

Аргх помолчал. А потом всё же сказал:

«Многое! — И добавил: — Если мы опоздаем, они успеют эвакуироваться и включат систему самоуничтожения».

Дальше я шагал молча.

Я верил Аргху. И не важно, откуда у него эти сведения. Сейчас он говорил искренне.

С одной стороны, казалось бы, эти загадочные «они» хотят уничтожить тут всё, то есть практически выполнить мою работу.

Но я уже размышлял о том, что разрушение только этого портала нашу проблему не решит. Потому что тут же появится другой. И всё начнётся заново. С размахом!

Какие аппетиты у местных создателей монстров, я видел. Только что вон бежал от них. Так что, вполне могу представить себе этот размах. И лично меня устроит только одно: полное уничтожение мразей, построивших вот это всё.

А значит, нужно поспешить.

Торопиться меня заставляло ещё одно: там, около портала остались Моня и Юнмей. Если будет включено самоуничтожение, они погибнут, и я не смогу спасти их. Поэтому я должен вернуться, забрать их и переправиться домой. И при этом выполнить задачу — прекратить… уничтожить саму возможность перебрасывать в ставший уже моим мир всех этих монстров. Да и в другие миры — тоже!

Мы поднялись уже на два этажа, когда по резко возросшему шуму внизу стало понятно, что монстры сломали-таки дверь.

Заскакивая в дверь на этаже и подпирая её кушеткой, я спросил:

— Если они хотят всё уничтожить, зачем тогда монстров выпустили?

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Воинская часть. Поздно вечером на улицу вышли лейтенант, полковник и генерал. Лейтенант:

— Товарищ полковник, товарищ генерал, посмотрите, какие на небе звезды.

Полковник:

— Вот бы их на погоны.

Генерал:

— Вот бы их на коньяк.

Глава 28

«Зачем, спрашиваешь, выпустили монстров? — переспросил Аргх. — А ты не догадываешься?»

Если честно, были у меня на этот счёт мысли, но мне хотелось послушать версию демона. Поэтому я ответил:

— А ты просвети! — И убедившись, что дверь надёжно подпёрта и её теперь можно только сломать, но не открыть, спросил: — Куда теперь?

«Налево до следующей лестничной клетки. Потом наверх», — уверенно ответил Аргх.

И я побежал. Если, конечно, моё перемещение можно назвать бегом. Потому что укушенная нога распухла и двигаться было очень больно. И я скорее шёл, подволакивая ногу, чем бежал.

«Ты отравлен», — констатировал факт Аргх.

— Есть маленько, — согласился я с ним и потёр ногу, пытаясь хоть немного унять боль.

«Ищи дверь с табличкой…» — и Аргх замолчал, по-видимому, пытаясь придумать, как объяснить мне, какая именно нужна табличка.

Позади нас раздался грохот, и я непроизвольно вздрогнул — видимо, в дверь, через которую мы только что прошли и которую я подпёр кушеткой, ударили. Монстры поднялись на наш этаж. Оставалось надеяться, что дверь некоторое время продержится.

Я добавил скорости, продолжая посматривать на таблички на закрытых дверях.

Чаще всего там были просто номера. Но иногда попадались символы. Двери с символами, как правило, отличались от дверей с номерами.

Чтобы отвлечься, я спросил:

— Что это за сооружение? Где мы находимся?

«Это секретная лаборатория корпорации…» — проговорил Аргх.

— Секретная корпорации монстров? — усмехнулся я. — Что-то ты тут хорошо ориентируешься, для секретной лаборатории… И как-то судя по размерам, лаборатория на целый исследовательский институт тянет…

«Тянет… — согласился со мной Аргх. — Вот только это одна из лабораторий этого института! Причём, не самая крупная! А почему выпустили монстров… Так это же очевидно! Чтобы оправдать уничтожение лаборатории!»

— Так ведь монстры наверняка не все погибнут, некоторые вырвутся за стены лаборатории и жители их увидят. Не логичнее было бы уничтожить пока те были в своих цилиндрах. Так и следов не осталось бы… и жители ни о чём не узнали бы…

«А с чего ты взял, — спросил Аргх. — Что их волнует мнение жителей?»

Слово «их» Аргх выделил интонацией, словно выплюнул — с такой ненавистью оно прозвучало.

— Угу… — прокомментировал я слова демона. — И кто же такие эти «они»?

Но Аргх проигнорировал мой вопрос. Он показал на дверь, соседнюю с выходом на лестницу, и сказал:

«Сюда!»

Я послушно вошёл и растерялся. Я думал, что мы ищем что-то типа процедурного кабинета. Но помещение, в которое мы вошли, напоминало скорее небольшой склад.

По идее такие помещения должны быть заперты, но тут полки были практически пустыми, из чего я сделал вывод, что хозяева забрали всё ценное и свалили. Быстро же они… Ведь с того момента, как мы вышли из портала прошло не так много времени. Или они получили сигнал, как только я сунул в портал лопасть от вертолёта?

Я направился к полкам, где ещё оставались какие-то коробки, но Аргх остановил меня:

«Не туда! Иди к шкафчику на стене, там лекарственные пилюли!»

Шкафчик на стене был один и я открыл его. И увидел несколько керамических флакончиков, накрытых разноцветными бумажками, завязанными вокруг горлышка. Бумажки напоминали этикетки.

«Тут только самые простые, — извиняющимся тоном сказал Аргх. — Но там должно быть противоядие».

— Вот как? — спросил я и покрутил флакончики. — И какую пилюлю мне нужно принять? Эту? — я взял в руки флакончик с зелёной бумажкой.

«Это пилюля духа, — ответил Аргх. — Она даёт силы обессилевшим»

— Что-то для поднятия тонуса? — уточнил я и взял флакончик с чёрной этикеткой. — Эту?

«Нет, эта для лёгкого сна»

— Снотворное, значит, — перевёл я и взял следующий флакончик — чёрно-жёлтый.

«Да, эту, — подтвердил Аргх. — Это очищающая кровь пилюля».

— А почему этикетка не красная? — удивился я. — Логично было бы, чтоб красная…

«Наверное, окраска этикетки зависит от компонентов…» — начал объяснять Аргх.

Я рассматривал флакончик, крутил его в руках. На самом деле я просто не торопился принимать пилюлю. С одной стороны, я до конца так и не доверял Аргху, а с другой, подействуют ли пилюли на людей?

«Поспеши! — сказал Аргх, не обращая внимания на мои сомнения. — Нам надо успеть помешать этим ублюдкам!»

Прочувствовав рвение в словах демона, я решил, что ему сейчас точно не выгодно травить меня. Поэтому вытащил из флакончика одну пилюлю, которая оказалась грязно-жёлтого цвета, и положил её в рот.

А флакончик с остальными очищающими кровь пилюлями сунул в свободную ячейку портупеи — вдруг пригодятся.

Жалко, конечно, со мной не было сумки, но если всё пойдёт нормально, то свою сумку я себе верну — вместе со всем содержимым. Оно для меня представляет некоторую ценность! Трофеи как-никак!

«Пойдём!» — поторопил меня Аргх.

Но я глянул на остальные флакончики с пилюлями из местной аптечки, и подумал, что в хозяйстве сгодятся! И под недовольное ворчание Аргха, быстро растолкал флакончики по кармашкам портупеи. Благо больше половины кармашков уже были пустыми.

Некоторая сложность заключалась в том, что флакончики с ядом и флакончики с пилюлями были очень похожи. Как будто на одном заводе изготовлены. Только крышками и отличались — пилюли были с зелёными этикетками, а те, что с ядом плотно заварены.

Интересно, где Такаги взяли свои флакончики? Ведь это же Хэчиро снабдил меня ядами… Не может же быть такого, чтобы в разных мирах использовались одинаковые формы и материалы?

Я смело складывал в портупею флакончики, которые, естественно, спокойно вошли в кармашки! Я не боялся перепутать — яд был в жидкой форме, а пилюли, они и в Африке пилюли. К тому же бумажные этикетки сразу обозначали, где что.

И чтобы не выслушивать недовольное ворчание Аргха, спросил:

— Как так получилось, что ты тут хорошо ориентируешься? Ты ведь не ответил на вопрос… А, правитель страны Ледяных Гор? Ты тут бывал?

Демон промолчал.

Не скажу, что мне его ответ был не интересен, но выслушивать его ворчание я тоже не хотел. Я и сам прекрасно понимал, что нужно спешить.

Я успел выйти из этого склада и даже, прихватив кушетку, вышел на лестничную площадку. И там забаррикадировал дверь. Точнее, просунул ножку кушетки в дверные ручки. А что? Ножен у меня больше не было, зафиксировать дверь больше нечем. А вот кушетку не вытрясешь — двери закрыты надёжно! Разве что выломать…

Я уже начал подниматься по лестнице, держась за перила, и отмечая для себя, что пилюля подействовала довольно быстро, только бы без побочки… Так вот, я уже поднимался по лестнице, когда Аргх наконец ответил:

«Я с ними заключал договор…»

Собственно, я так и думал.

— А ты уже бывал тут? — спросил я.

«Именно тут нет, — ответил Аргх. — Но в подобном месте — да».

И тут мне скрутило живот. Просто невыносимо. Я аж присел от внезапных резей в животе.

«Это пилюля, — успокоил меня Аргх. — Яд выводит из организма…»

Я этого демона сейчас даже придушить не мог. Мне нужно было срочно в туалет. Невыносимо! Сию минуту! Прям хоть тут садись…

Демон не сразу понял, насколько всё плохо, но, когда до него дошло, он начал подсказывать мне путь до туалета.

Никогда ещё я так быстро не бегал по лестницам и потом по коридорам. Мне кажется, я от монстров убегал медленнее.

Можно было, конечно, присесть прямо тут, но я не мог — уважать себя перестану.

Всегда бесили те, кто гадит в подъездах или там, где люди ходят.

И не важно, что тут не жилые дома, а иномирное хрен знает что! Не могу я гадить вот так открыто! Спецоперации приучили меня закапывать своё дерьмо, чтобы следов не осталось. Так что, я думаю, вы понимаете меня.

Вообще, я считаю, что ребёнок становится человеком, когда перестаёт ходить в штаны, то есть, когда научается контролировать свои процессы. А тот, кто не контролирует, тот и не человек вовсе.

Я, конечно, не имею ввиду больных. Там без вариантов. Но здоровый человек должен контролировать себя. А я человек здоровый!

Так я себя уговаривал, пока бежал по коридору в поисках нужной таблички.

Едва я вбежал в уборную и распахнул дверь кабинки, как раздался приятный женский голос.

Я чуть не обосрался от неожиданности.

Спасло только то, что цель была рядом.

Захлопнув двери кабинки, я протянул руку к крышке унитаза, но она поднялась сама. И тут же сбоку выползла бумажная лента и накрыла стульчак.

Но у меня не было сил удивляться иномирным прибамбасам. Я, приплясывая, развязал верёвочки и с облегчением опустился на унитаз.

Стульчак, кстати, оказался ещё и тёплым!

И тут я с облегчением почувствовал, как в кабинке запахло благовониями.

Понятно, что не от меня. Я не розовый пони, чтобы какать радугой.

Нет. Это автоматика распылила освежитель воздуха.

Ну вот и отлично!

Не успел я сделать свои дела, как откуда-то сбоку и снизу мой зад обдало тёплой водой — смыло, значит, «следы преступления». А потом обдуло тёплым воздухом, высушивая. Ёпт через коромысло! И при таких технологиях создавать монстров…

«Надо спешить!» — дал о себе знать Аргх.

— Ты достал! — рыкнул на него я. — Я из-за тебя чуть не обосрался! Норма-альная пилюля, безопа-асная!

«Но ведь нога больше не болит?» — скорее констатировал, чем спросил Аргх.

И действительно! Нога не болела. И даже опухоль спала! А всего-то прошло несколько минут.

Какой быстрый эффект от лечения!

Во всех смыслах быстрый…

Но слава богам, что всё хорошо закончилось!

«Это яд из тебя вышел», — сказал Аргх.

— Ты сам-то пользовался такими пилюлями хоть раз? — поинтересовался я, надевая штаны.

«Нет», — признался демон.

— Не-ет… — передразнил его я, берясь за ручку двери.

И снова приятный женских голос что-то сказал.

Я непроизвольно оглянулся. Не хватало ещё, чтобы я влетел в женский туалет и тут столкнулся с местной красоткой.

«Это автомат», — успокоил меня Аргх.

Вот и хорошо, что автомат, а не красивая девушка, пусть даже демонического типа. А то как-то не удобно получилось бы.

Я вышел из туалета и направился к лестнице, по которой мы сюда поднялись.

В голове у меня крутилась одна мысль: если в этом мире технологии такого уровня, то должно же быть и оружие? Понятно, что магия, но и оружие!

Я, если честно, скучал по своему автомату. Эх, сюда бы мой верный АК, патронов к нему побольше, да гранатомёт с гранатами! А то магия…

Кстати!

— Аргх, а как в этом мире дела обстоят с магией?

«Нормально обстоят, — ответил демон. — Мы же родом отсюда!»

— А с оружием? — спросил я.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то майор купил террариум — захотела жена паучков разводить. Подходит к подъезду, а там вечные бабульки спрашивают у него:

— Чего несёшь?

Майор и ответил с загадочным видом:

— Афанасий совершает променад.

И не уточнил, кто такой Афанасий, какой он формы и размера, где он совершает свой променад и вообще ядовит ли он, этот Афанасий.

Глава 29

— Ты про мечи? — спросил Аргх и с гордостью добавил: — Ты же знаешь, демоны мечами не пользуются!

В его голосе прозвучало столько высокомерия и надменности, что я всё понял, и уточнять про то, что я вообще-то имею ввиду огнестрел, не стал.

Может, огнестрел тут, конечно, и есть, но Аргх о таком оружии точно не знает. Хотя, странно — когда он появился в вертолёте, я был вооружён. По идее, он должен был видеть и понять, что это. С другой стороны, если не видел в действии, то понять сложно… А применить я тогда не успел. Да и вообще всё тогда произошло слишком быстро.

От воспоминаний о том злосчастном дне как-то взгрустнулось.

Интересно, как развивались бы события моей жизни, если бы не случилось того звиздеца? Сейчас бы, наверное, уже отпуск заканчивался бы. Я собирался с женой и дочкой съездить куда-нибудь подальше, где нет связи, и спокойно провести время с семьёй. А то дочка растёт, а я её практически не вижу — урывками между спецопераций.

А теперь и вовсе больше никогда не увижу.

В душе прокатилась волна ненависти и обиды на несправедливость — ну и решали бы свои проблемы сами! Зачем им понадобился воин света? Мне их проблемы по барабану!

Но потом вспомнил своё видение, как армия тьмы нападает на мой родной мир, и мне стало неуютно.

Да и в этом мире я уже оброс связями. Тут уже для меня тоже есть кого терять.

Если верить Аргху, то таких лабораторий много. И монстров много. И порталов тоже… А значит, нет мира, который чувствовал бы себя в безопасности.

Были бы здесь мои ребята из нашей группы, да с вооружением, да с группой поддержки! Мы бы им тут такую диверсию забабахали б! Пальчики оближешь!

Видимо, я немного размечтался. Потому что, когда внизу раздался грохот, мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, кто там шумит.

И рвануть по лестнице, опережая самого себя. Благо, нога почти зажила. Вот что значит, волшебные пилюли!

Мы поднялись, на пятый этаж. И когда выскочили в коридор, я остановился было заблокировать дверь, но Аргх поторопил:

«Брось! Не теряй время! Там дальше бронированный щит!»

Ну я и припустил в указанном направлении.

Вскоре мы оказались перед переходом в другой корпус. И рванули по нему.

«Переход есть и на первом этаже, но мы там не успевали, вот и пришлось идти через верх», — объяснил Аргх, когда я, пробегая, выглянул в окно.

Пейзаж открывался, конечно, великолепный — зеленоватое заходящее солнце подкрашивало окружающие комплекс сиреневые барханы, по форме похожие на песчаные. Среди них вилась чёрной лентой дорога, по которой уносились… я бы сказал грузовые машины. Хотя, на машины в привычном мне виде это не очень-то походило. Скорее, коробки или ящики, закрытые со всех сторон. Возможно даже бронированные. Не удивлюсь, если без колёс. Хотя, если есть порталы, то колесо тут точно изобрели.

Мне стало интересно: у них есть порталы, а они эвакуируются таким сравнительно примитивным способом. В чём подвох?

Завывания и цокот когтей послышались уже на этаже, но мы к тому времени преодолели переход в другое здание, и Аргх поторопил:

«Закрой проход!»

— И как? — поинтересовался я, замечая, что действительно есть что-то типа рольставней на всю ширину перехода.

«Кнопка аварийного закрывания на стене около проёма», — ответил демон.

И действительно, сбоку на стене под прозрачной крышкой была большая, размером с мою ладонь, красная кнопка и над ней табличка, по всей вероятности с инструкцией.

Прочитать инструкцию я, естественно, не мог — язык был мне абсолютно не знаком.

— Что делать? — спросил я у Аргха, надеясь, что он прочитать может. Ну или знает, как надо действовать.

«Разбей и нажми!» — ответил он.разбить так разбить…

Я долбанул со всей дури рукояткой катаны по защитной крышке, а потом навалился всем весом на поверхность кнопки.

Толстая бронированная шторка поплыла вниз.

Но как же медленно!

Кнопку нужно было держать. Едва я снизил давление, как шторка остановилась.

Пришлось снова подналечь.

На той стороне перехода появились первые хархнууды. Увидев меня, они аж завизжали и со всех ног ринулись вперёд.

В этот момент здание тряхнуло, и шторка остановилась, не дойдя до пола каких-нибудь двадцать пять — тридцать сантиметров.

Я начал судорожно бить по кнопке, но шторка больше не сдвинулась ни на сантиметр. Её заклинило.

Аргх заорал:

«Бросай всё! Бежим!»

И мы понеслись к лестничной площадке. Теперь нам предстояло спуститься вниз, на первый этаж.

Спускаться всегда быстрее. Особенно, когда за тобой гонится пусть не вся иномирная армия, но недохархнууды точно — им высоты вполне хватит, чтобы пролезть.

Полноценные хархнууды скорее всего не протиснулись бы, а эти — вполне.

Я спустился на пару этажей, когда здание снова дрогнуло.

— Чёт какая-то хилая система самоуничтожения, — проворчал я, продолжая перепрыгивать ступени. — Никак не могут разрушить…

«Это ещё не оно, — успокоил меня Аргх. — Это только подготовка».

Я нёсся, что было сил, и катана была в руке. А Юшоуша — рядом со мной.

Он также как и я перепрыгивал через ступени, но при этом оставался с прямой спиной и даже намёка на его усталость я не видел. Он был как бы тут и как бы в своём мире. Всё так же у него развевались волосы и лицо было невозмутимо спокойным.

Всякий раз, когда я призывал его и он появлялся рядом со мной, я чувствовал прилив сил. И мне словно передавалось от него искусство фехтования. Во всяком случае, когда Юшоуша был рядом, я становился непревзойдённым мечником.

А если его рядом не было, то я терял и скорость движения, и точность. Да и силу удара тоже.

Не скажу, что я становился полным бездарем, но Юшоуша действительно помогал мне, наделял меня мастерством.

Хотя, думать как мечник, я так и не научился. Я скорее подсознательно отмечал, где лучше заложить взрывчатку, чтобы поражающая сила была больше.

Всё-таки убрать мужчину из спецназа можно, но убрать спецназ из мужчины — никогда!

Мы с разгона выскочили на первый этаж.

«Прямо!» — рявкнул Аргх.

Но Юшоуша вдруг остановился и повернулся лицом к преследователям.

Я, не обращая внимания на крики демона, тоже повернулся и взял меч наизготовку. И глубоко вздохнул, пытаясь выравнять дыхание.

Надо сказать, обернулся я очень вовремя. Потому что иначе тварь прыгнула бы мне на спину.

Но взмах мечом, и две половинки особо ретивого недохархнууда полетели в разные стороны.

А я, вслед за Юшоушей повернулся и побежал дальше.

Здание дрогнуло ещё раз.

И вдруг включилась сирена и приятный мелодичный женский голос начал что-то говорить. Это явно была запись, и скорее всего она сообщала, что до самоуничтожения осталось сколько-то там минут.

В том, что это включилась система самоуничтожения, я не сомневался. Иначе зачем сирена?

Однако, это так не вязалось — сирена и голос, что я готов был прибить чёртовых эстетов, вот так записывающих неприятные сообщения.

Если в туалете я ещё как-то мог принять чарующий женский голос. Особенно, в мужском туалете! Но предупреждение таким голосом об опасности вообще звучало странно.

Но хуже всего то, что из-за сирены теперь не было слышно звуков преследования. По пустым коридорам сирена разносилась, многократным эхом отражаясь от стен. На неё накладывался голос. В результате рычание, завывание и скрежет когтей терялись. И определить расстояние до преследователей теперь было невозможно.

Но сильно расстроиться по этому поводу я не успел. Аргх скомандовал:

«Направо!»

Я повернул. Распахнул дверь и тут же захлопнул её, отскочив назад.

— Ты куда меня, гад, привёл?! — рявкнул я и взял катану наизготовку, потому что недохархнууды уже были близко и убежать я не успевал.

Да и куда убегать? За дверью, куда я сунулся, были все те монстры, которые прибежали вслед за нами через портал. А здесь в коридоре меня окружали недохархнууды, повылазившие из цилиндров-аквариумов.

Бежать дальше не имело смысла. Потому что сирена прекратилась и начались щелчки, сопровождаемые всё тем же приятным женским голосом.

Обратный отсчёт?

Похоже на то.

Ситуация стала безвыходной.

К тому же открылась дверь, которую я только что захлопнул, и оттуда показалась морда пещерного медведя Агуйн Баавгая. Он с интересом посмотрел на меня, на мелких монстров… Те, как по команде, поджали хвосты и присели, признавая в монстре сильного.

Я держал меч двумя руками, готовый дорого продать свою жизнь. Юшоуша стоял рядом, он был невозмутим, как всегда.

Агуйн Баавгай не спеша вышел, но не полностью — остановился в дверях. Половина его крупного мохнатого тела осталась там — в огромном зале.

Все монстры, вся многочисленная армия тьмы сидела там, в том самом зале, откуда вышел пещерный медведь и куда минутой назад сунулся я.

Твари в зале сидели, как по команде. Самые разные твари друг рядом с другом. Они иногда рычали друг на друга или даже просто порыкивали и огрызались, но до конфликтов дело не доходило.

Агуйн Баавгай тоже агрессии не проявлял. Во всяком случае к монстрам. Он вытянул нос, принюхиваясь к крысам переросткам, а те лебезили перед ним. Только что на задних лапках не ходили.

Что касается меня, то и крысы, и медведь пока не бросались, но и не игнорировали. Все они контролировали каждое моё движение. Это всегда чувствуется, даже если зверь напрямую на тебя не смотрит. Это воспринимается спинным мозгом.

Мы с Юшоушей стояли плечом к плечу, готовые продать свою жизнь очень задорого! В смысле, я был готов. А мой меч был со мной. И был мне верен. И если монстры нападут, мы будем вместе до тех пор, пока я не выпущу оружие из рук.

Я мысленно усмехнулся: я не сомневался в финале схватки. И максимум, что я мог в этой ситуации сделать, это забрать с собой побольше тварей.

Блин! Столько бегал по этажам и коридорам, чтобы сейчас быть загрызенным монстрами.

Ну, Аргх! Ну, гад!

— Ты куда меня привёл, сволочь? — прошептал я одними губами.

«Пульт, отключающий самоуничтожение, находится там!» — зашептал демон, как будто боялся, что монстры услышат его.

Я посмотрел на дверь, которую перекрывал Агуйн Баавгай.

Дорого продать свою жизнь, говоришь?

Но тогда Моня и Юнмей погибнут! К тому же я не смогу спасти мир.

Нет, меня такой вариант не устраивал от слова совсем!

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Старшина собрал сержантов роты и говорит:

— Требую, чтобы вы добивались от солдат как можно более широкого шага.

— Какой смысл? — спрашивает один из командиров отделений.

— При широком шаге обувь изнашивается меньше, чем при нешироком.

Глава 30

— Говоришь, нужно сунуть голову льву в пасть? — спросил я у Аргха, не ожидая, впрочем, ответа.

«Я не понимаю тебя…» — через некоторое время признался Аргх.

— Я в этом не сомневаюсь, — ответил ему я.

Для меня-то всё было предельно ясно — нужно сделать невозможное и остаться в живых. Потому что Моню и Юнмей я должен доставить домой. А потому я усиленно искал выход.

Время будто остановилось, давая мне возможность обдумать всё хорошенько…

А нет! Фигушки! Не остановилось!

Агуйн Баавгай повернул свою огромную башку ко мне и рыкнул.

Меня от вони из его пасти чуть не пришибло. Хоть снова очищающую кровь пилюлю пей.

— Ну и вонь! — прокомментировал я. — Зубы чистить не пробовал?

Монстр угрожающе зарычал, и я автоматически гаркнул на него:

— Захлопни пасть! Ты на кого рычишь, сволочь плешивая! Совсем страх потерял?! А ну сидеть бояться!

И Агуйн Баавгай вдруг сел.

Вот уж чего я не ожидал!

Моё сердце колотилось, как бешенное. И я, не давая себе опомниться, махнул мечом на дверь и приказал:

— Место!

Агуйн Баавгай нехотя поднялся, развернулся и поплёлся в зал.

Огромная махина раза в два больше нашего медведя. С жуткими клыками и когтями на мощных лапах. И этот зверь просто так развернулся и ушёл. Как дрессированная собачка. Стоило мне только приказать.

Окрылённый успехом, я напустился на недохархнуудов:

— А вы чего расселись? Марш за ним следом! И чтоб духу вашего здесь не было!

Блин! Пришлось придержать дверь, чтобы недокрысы смогли пройти.

Отпустив за последним монстром дверь и проследив, как она закрывается, я спросил:

— И что это было?

И снова я не ждал ответа, потому как вопрос риторический — я сам прекрасно знал, что произошло — видел, как монстры послушались меня.

И даже догадывался почему это произошло — наверняка сработала магия приказа.

Хотя на арратанов в своё время стихийная магия демонов не подействовала, одолеть их нам помогли только яды и моя замечательная вертолётная лопасть — мой широкий меч. Ну и наша решимость, наверное, тоже.

Но, возможно, тогда монстры просто не почувствовали силу демонов? Не знаю…

Ну или природа моей магии другая — меня ведь одарила Всеблагая, а она из этого мира. Демоны, правда тоже из этого, но…

А что, если магия приказа — не стихийная, а духовная? В смысле, душевная… Ну, то есть психическая. И тогда кто сильнее духом, тот и сверху. И пока я бежал от них, я показывал слабость, но как только перестал убегать и начал приказывать, так сразу всё изменилось.

Может, зря я недооценивал магию?

И всё равно это было странно — я вот только бежал от них, а теперь они меня слушаются! Интересно, а если бы там, в пещерах я использовал бы свою магию? Приказал бы змеям сдохнуть на месте, они сдохли бы? И ведь не проверишь…

Я поморщился — щёлканье продолжалось.

Мне нужно было зайти в зал, чтобы отключить самоуничтожение. И судя по тому, что скорость щелчков усилилась, счёт шёл на минуты.

А потому я, пробормотав:

— Двум смертям не бывать, а одной не миновать! — открыл дверь и шагнул через порог. И громко спросил: — Ну и где тут у вас выключатель? — И остановился потрясённый.

Сказать, что зал был огромным — это ничего не сказать! Это была широченная и длиннющая площадь под одной крышей. И вся она была занята иномирными тварями. Они сидели и смотрели в одну сторону. К счастью, не на меня.

Когда я бегал по лестницам, мне даже в голову не могло прийти, что тут есть такие огромные помещения! Хотя по идее после лабораторного зала с цилиндрами я уже ничему не должен был удивляться.

Но как бы там ни было, обратный отсчёт щёлкал, и мне нужно было срочно найти выключатель. И я увидел его. Ещё до того, как Аргх подсказал мне. Непроизвольно проследил за взглядами монстров и увидел сцену, на которой стояла тумба. А рядом с тумбой — человек. И он держал руку над чем-то, сияющим мертвенно-холодным светом.

— Эй, ты, там, наверху! — крикнул я, направляясь в сторону сцены. — Не подскажешь, как пройти в библиотеку?

Человек вздрогнул и начал шарить взглядом по залу, видимо, в поисках меня. Но из-за монстров, подавляющее большинство которых были крупнее, чем я, он меня не видел.

Зато я видел его преотлично!

Это был именно человек. Не демон! И не какой-нибудь там гуманоид. Обычный человек. Мужчина. Средних лет. С залысинами. В очках. Одетый в белый халат поверх тёмного костюма. Разве что ростом скорее всего повыше меня.

Сразу вспомнились флакончики с пилюлями и с ядом — неужели мои догадки верны, и местные люди как-то связаны с кланом Такаги?

Но тогда Изуми с Даичи в опасности! И зачем я их там оставил?!

Хотя, если честно, у меня не было выбора…

Блин! Они остались в заложниках у Хэчиро Такаги, который точно как-то связан с ублюдками из этого мира!

Я чуть не застонал от бессилия. Но сдержался. Здесь и сейчас точно нельзя показывать слабость. Иначе монстры решат, что я их боюсь.

Так! Спокойно, Ипполит, спокойно! Накручивать самого себя я не буду. Это всё только мои догадки, ничем особо не подтверждённые. Флакончики — это косвенное доказательство. Такаги могли их купить, например, в аптеке. Или у перекупщика. В общем, прежде чем делать выводы, нужно получить точную информацию. А для этого необходимо поговорить вон с тем типом на сцене.

И я поспешил вперёд, время от времени раздвигая монстров или приказывая им убраться с дороги.

Монстры были полностью заняты этим человеком и на меня не обращали особого внимания. Я шёл, а они теснились, давая мне дорогу.

Видимо, по суете монстров мужчина и заметил меня. Он уставился на меня и не сводил глаз, пока я приближался.

Вообще, ситуация была странная — включена самоликвидация, если верить Аргху, отщёлкиваются последние минуты, а человек стоит и держит руку над… над чем? Над кнопкой? Смертник что ли? Неужели нельзя включить дистанционно? Или тут происходит что-то совсем другое, не имеющее к самоликвидации никакого отношения? Но тогда что за эвакуацию я видел? Или то была не эвакуация? Похоже, Аргх опять ввёл меня в заблуждение.

Но как бы я ни был растерян, шёл я спокойно, по-хозяйски, чтобы монстры признавали во мне силу.

Причём, чем дальше, тем легче было идти. Как будто сначала Агуйн Баавгай и недохархнууды, а потом и монстры, мимо которых я прошёл, передали всем по цепочке, мол, это реальный пацан, трогать его себе дороже.

Чего только не придумаешь, пока работает таймер!

Я уже подходил к сцене, когда человек спросил:

— Ты кто?

Нет, всё-таки те флакончики были неспроста. Потому что вопрос был задан на языке жителей Баракушити! Хотя инструкция у бронированных рольставней, таблички на дверях в коридорах и этикетки на флакончиках были написаны совсем на другом языке…

Причём, если бы я увидел эти каракули в другом месте, то сроду не догадался бы, что это надписи, а не просто попытка поиграть в абстракцию.

— Я — это я! А вот ты кто? — спросил в ответ у него я.

Человек мне не ответил. Он продолжал смотреть на меня и держать руку над кнопкой. И мне почему-то очень не хотелось, чтобы он её опустил. В смысле, нажал.

— Откуда ты взялся? — спросил он.

— А ты сам-то откуда? — снова ответил я вопросом на вопрос, продолжая приближаться.

И снова он проигнорировал мои слова. Как, впрочем, и я его.

Я подошёл уже совсем близко к сцене, когда до меня дошло, что это не сцена вовсе, это площадка наподобие пьедестала. Чёрт! Неужели он создаёт портал?! И если портал, то куда он собирается переправиться? Один или с монстрами? Эвакуироваться отсюда или переправляются в какой-то другой мир? Туда, где в скором времени мирные жители столкнуться с армией тьмы?

Все эти вопросы вихрем пронеслись в моей голове. А сам я в это время уже запрыгнул на постамент и подошёл к человеку.

— Как жизнь? — спросил я как бы между прочим. — Чем занимаешься?

Он смотрел на меня расширенными глазами.

— Откуда ты взялся? — холодно повторил он свой вопрос.

— Я первый спросил! — демонстративно обиделся я, рассматривая тем временем то, что было у него под рукой.

А была там высокая и узкая тумбочка, наверху которой мертвенно голубым светом сиял монитор, по всей вероятности сенсорный. По нему пробегали столбики символов. А мужчина держал над ними руку.

— Последний раз спрашиваю, откуда ты взялся? — спросил он, и в его голосе послышалась угроза.

— Откуда взялся, там меня уже нет, — отмахнулся я, замечая, что Юшоуша тоже шагнул вперёд и встал с другой стороны тумбы.

Я без слов понял знак, который дал мне Юшоуша и замахнулся мечом.

— Подожди! — сразу же оживился человек.

Какие неподдельные эмоции!

— С чего это? — спросил я, тем не менее не торопясь отпускать меч.

— Тут всё взорвётся! — в его глазах был страх.

— Вот как? — пожал я плечами и замахнулся в другую сторону.

Теперь, если я махну мечом, то перерублю мужика. А нефиг делать что попало.

Он промолчал. Лишь зажмурился и втянул голову в плечи.

Руку, однако, от монитора не убрал.

Да что ж это там такое, за что этот человек готов умереть?! Что за херня происходит в этом мире?

Понятно, что я не стал рубить мужика. Мне его надо ещё допросить. Поэтому я снова перекинул катану и хорошенько замахнулся, чтобы одним ударом перерубить тумбочку…

А вот рубануть я не успел — сверху, стоя на мечах, спустились два… человека? Ангела? Бессмертных бога?

Они были одеты в белоснежные струящиеся одежды, больше похожие на платья, хотя это точно были мужики. У них были длинные — до жопы — чёрные волосы, собранные на макушке в замысловатый хвост, высокие — метра под два ростом, с идеально правильными лицами.

И с выражением неимоверного презрения на этих самых лицах.

Они плавно приземлились и неспешно сошли с мечей. Мечи же взлетели и отправились в ножны. Сами!

Прилетевшие не обратили внимания ни на меня, ни на мужчину у тумбы. Зато очень даже обратили внимание на Юшоушу. Оба, соединив руки в кольцо и вытянув перед собой, вежливо поклонились моему мечу.

— Юшоуша-сан! — поприветствовали они золотоволосого парня в чёрном кимоно.

Мой меч вытянул руки вдоль тела и слегка поклонился — градусов на пятнадцать, не больше.

— Бао-цзань, Зихао-цзань, — поприветствовал он прибывших.

Я перевёл взгляд на мужика в белом халате. Он весь дрожал, но продолжал держать руку над монитором. Я подумал, что, если бы не монитор, он грохнулся бы сейчас на колени.

Я снова посмотрел на прилетевших.

— Что привело тебя сюда? — спросил тот, кого Юшоуша назвал Бао-Цзань.

— Тот же вопрос я могу задать вам, — высокомерно ответил мой меч.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

У генерала, идущего во власть, спросили, знает ли он, как поднять экономику.

— Конечно, — ответил генерал.

— И как?

— Экономика… Подъём!

Глава 31

Между прилетевшими на мечах и Юшоушей только что искры не летали. Я сразу понял, что они далеко не друзья. Хотя для врагов они разговаривали слишком вежливо. Я бы сказал, до болезненности вежливо.

А может, как раз потому и были такими вежливыми, что враги… Особенно если по обе стороны сильные противники и их столкновение может принести большой ущерб и для них самих, и для окружения. Не случайно же возникла байка про двух мастеров кунг-фу, которые постояли друг против друга, потом поклонились друг другу и разошлись, так и не приступив непосредственно к драке.

— Боюсь, что ты зашёл не на свою территорию, — сказал Зихао-цзань.

— Я там, куда меня привёл мой путь! — отрезал Юшоуша.

— Ты стал слишком дерзким, Юшоуша! — презрительно выплюнул Бао-цзань.

— То же самое могу сказать о тебе, Бао! — вернул ему мой меч.

Слушая, как мужики в белых платьях обмениваются «любезностями» с моим мечом, я мысленно спросил у Аргха:

«Ты знаешь, кто это такие?»

«Да, — выдохнул демон. — Это небожители. Бессмертные»

«Что прям такие уж бессмертные?» — засомневался я.

«Ты спросил, я ответил», — обиделся Аргх.

«Ладно, проехали, — не стал я спорить. — А кто такие эти бессмертные? Боги что ли? И откуда ты их знаешь?»

«Я с Зихао как раз и заключал договор», — нехотя признался Аргх.

Я внимательно посмотрел на Зихао. Судя по тому, как он себя вёл, я для него не существовал. Ну либо был презренным червем, который не стоит и взгляда. Хотя, зачем тогда нужно было меня доставить им? Даже с саркофагом замутили… Если, конечно, Аргх по своему обыкновению не соврал мне.

Но как бы там ни было, а пришла пора с этих бессмертных сбить спесь. Ибо нефиг! И раз он меня в упор не видит, то надо сделать так, чтобы он об меня запнулся и расквасил себе нос. А лучше они оба. Ибо Бао тоже начинал меня бесить своим высокомерием.

А потому я, недолго думая, шагнул вперёд:

— Послушайте, уважаемые… — начал было я.

Но Бао отмахнулся от меня, как от назойливой мухи.

И я от этого его движения отлетел метра на три. Чуть не слетел с платформы — хорошо, воткнул меч в пол, и тем самым затормозил. А если бы не катана, то отправился бы прямиком к монстрам.

Да-да! С той стороны тоже сидели монстры и чего-то ждали. Надеюсь, не меня.

Меня поступок Бао взбесил.

— Ты совсем страх потерял? — спросил я у него, поднимаясь с колен.

Он удивлённо повернулся ко мне.

— Кто тут пищит? Я что-то плохо слышу… — презрительно бросил Бао.

— Уши прочисти! — посоветовал ему я, подходя снова к тумбочке и держа катану наизготовку.

— Да как ты смеешь?! — возмутился он и попытался снова отбросить меня.

Но Юшоуша тут же махнул рукавом и словно бы забрал тот порыв ветра, который создал Бао.

Мы стояли рядом с Юшоушей плечом к плечу. Напротив нас стояли два длинноволосых мужика в белых одеждах — Бао-цзань и Зихао-цзань.

Смерив меня презрительным взглядом, Зихао сказал моему мечу:

— Юшоуша, ты никогда не умел выбирать партнёров. Он же вообще ничего из себя не представляет…

— Мне партнёры нужны для другого, — усмехнулся мой меч.

Судя по тому, как позеленел, теряя свою надменность Зихао, я понял, что Юшоуша сейчас их глубоко оскорбил. Что ж, это по-нашему! Это я одобряю! Таких высокомерных уродов надо осаживать!

— Как ты смеешь! — прошипел Зихао и сделав пассы руками, швырнул в нас огненный шар.

Я рефлекторно взмахнул катаной и разбил этот шар, только искры полетели. Да и те быстро сошли на нет.

Юшоуша даже не пошевелился. Лишь одобрительно кивнул.

Зихао и Бао переглянулись и начали делать пассы синхронно.

Юшоуша, коротко глянув на меня, а потом на тумбочку, вышел вперёд.

Я понял его без слов и, не задумываясь, рубанул катаной по тумбочке.

Щёлканье сразу же прекратилось. Я это отметил про себя, но вдаваться в детали, что именно я там отменил — самоликвидацию или что-то другое, не стал. Просто принял к сведению и всё.

Срез получился наискосок — ровненький, любо-дорого посмотреть!

И тут же вокруг посыпались искры. Как я и думал, внутри тумбочки проходили провода, питающие монитор и передающие команды другим системам. И теперь провода обрубками торчали наружу и искрили.

Едва верхняя часть тумбочки рухнула, мужик, который держал руку над монитором, бухнулся на колени, и, постоянно кланяясь, пополз, пятясь, подальше от обломков тумбочки, повторяя:

— Простите, простите, простите…

Что касается монстров, те взвыли и заволновались, но пока оставались на своих местах. И, честно сказать, я не понимал, что их держит. Присутствие Зихао и Бао? Или отсутствие команды?

В любом случае ни Бао, ни Зихао не обратили внимание ни на монстров, ни на уползающего человека. Всё их внимание было сосредоточено на нас.

— Да как ты посмел! — взревел Бао и рванул ко мне.

Но у него на пути встал Юшоуша.

— Повторяешься! — с усмешкой ответил я Бао и снова подошёл к Юшоуше, встал рядом и расправил плечи. — Как видишь, посмел!

Бао всего перекосило. Он отступил на шаг. И вдруг его меч вылетел из ножен и направился остриём в Юшоушу.

Я немедленно парировал удар, хотя это было странно — отражать удары меча в то время, как тот, кто управляет им, спокойно стоит в стороне, заложив руки за спину.

Едва я отбил первый удар, как к драке присоединился второй меч — тот, что принадлежал Зихао.

Если честно, мечи были красивыми. С замысловатой резьбой на рукоятях и с шёлковыми кисточками на навершии. Да и сами клинки были идеальной формы и с зеркальным блеском, сквозь который на металле проступал рисунок, говорящий о том, что эти мечи явно не простые железки.

Что, кстати, подтверждалось надписями на лезвиях — начиная от гарды вдоль клинка шли точно такие же символы, какие были на табличке около бронированных рольставней и на этикетках к флакончикам с пилюлями. В том смысле, что надпись была на том же языке.

Однако, на мой взгляд, в этих мечах было больше пафоса, чем функциональности.

Моя катана рядом с ними выглядела вроде как проще. Но сразу было видно, что это боевой меч. И крови он попил за свою жизнь немало.

Оба летающих меча рванули к нам.

В руках у Юшоуши появился веер, и Юшоуша взмахнув веером, отбил атаку мечей.

Бао и Зихао переглянулись, и вдруг каждый из мечей разделился на пять и уже десять мечей полетели в нашу сторону.

Признаюсь честно, нам пришлось не просто. Мы крутились, как могли. Юшоуша взмахами веера отбивал мечи, а я катаной парировал удары.

Да, против летающих мечей, управляемых опытными мечниками, драться было намного сложнее, чем против монстров. Но мы с Юшоушей прикрывали друг друга. И понимали друг друга без слов. И в этом было наше преимущество.

Не скажу, что Бао с Зихао дрались каждый сам за себя, но такого единства действий, как у нас, я у них не видел.

И тут Зихао быстрыми движениями нарисовал в воздухе какой-то знак, чем-то напоминающий их алфавит. Но это были не просто буквы или иероглифы, а рисунок, состоящий из этих букв.

Заключив рисунок, который сразу засветился, в нарисованную тут же светящуюся рамку, Зихао сложил пальцы в сложную комбинацию.

— Бежим! — крикнул Юшоуша, и я почувствовал, как он схватил меня за плечо и толкнул вперёд. Так, что я кубарем полетел с пьедестала.

Мне некогда было думать о том, что Юшоуша стал плотным, осязаемым. Я привык воспринимать его как духа, которого вижу лишь я. А тут от его толчка полетел только так!

Сам Юшоуша едва успел спрыгнуть вниз, как над нами пронеслись клубы негасимого обжигающего пламени. Эдакий магический напалм.

Нас спасло то, что мы оказались за пьедесталом. Поэтому пламя дохнуло обжигающим жаром, пронеслось над нашими головами и врезалось в строй монстров.

И тут же раздались визги, стоны, рычание. Запахло палёной шерстью и горелым мясом.

Строй монстров смешался. Некоторые остались лежать обожжённые и даже обугленные настолько сильно, что вряд ли они теперь были живы. А другие, тоже обожжённые жалобно и обиженно визжали.

Вот уж не испытывал жалости к монстрам, но и меня пробрало. Всё-таки напалм бесчеловечное оружие. И не важно по отношению к кому оно применяется.

И тем не менее, монстры остались на месте. Хотя теперь они не сидели. Они переступали с лапы на лапу, клацали зубами, пускали слюни, повизгивали… То есть, проявляли беспокойство, но не трогались с места.

Эх, знать бы, что за сила держит их в ежовых рукавицах!

А Зихао тем временем, стоя на мече, появился из-за пьедестала.

Я рванул было забежать за пьедестал, чтобы уйти с линии атаки. Но с той стороны, тоже стоя на мече, вылетел Бао.

Они зажали нас в тиски. Бежать было некуда. С одной стороны пьедестал, с другой — монстры. И Зихао с Бао, уже рисующие в воздухе огненные рисунки…

Я сразу понял, что сейчас в нас полетит магический напалм, а потому скомандовал Юшоуше:

— Наверх!

Он подхватил меня за шиворот и, взлетев, поставил на пьедестал. Как раз около разрубленной мной тумбочки. И сам встал рядом.

Рисунки у Зихао и Бао уже были в рамках и светились. Этим засранцам в белых платьях осталось только сложить пальцы, и в нас с двух сторон полетят струи магического напалма.

Я усиленно пытался найти выход. Ну или хотя бы предугадать направление удара, чтобы снова спрятаться за пьедесталом.

Было понятно, что мы не сбежим. Струи огня достанут нас. К тому же Зихао и Бао на летающих мечах намного мобильнее нас.

Но эти бессмертные почему-то медлили и не спешили нас испепелить.

Чтобы проверить свою догадку, я как бы между делом опёрся на обрубленный мною край тумбочки.

И тут же отметил, как оба — и Зихао, и Бао, подались немного вперёд.

Интересно, чем для них ценен этот обрубок?

Но как бы там ни было, я, похоже, нашёл у них слабое место.

— Эй, вы, бессмертные! — крикнул я, пытаясь быстренько придумать, чем бы достать этих уродов.

— Чего тебе, смертный? — надменно спросил Зихао.

— О! До меня снизошли, — пробормотал я. И уже погромче спросил: — А вы знаете императора Каса?

Почему я спросил про императора, укравшего запирающий портал клинок, понятия не имею. Да и какая разница? Тут просто нужно было заговаривать зубы.

К моему удивлению, Зихао нахмурился и ляпнул с раздражением:

— Я даже слышать не хочу про этого подлеца!

— О как! — удивился я. — Он и вам подговнить успел? И чем же?

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Заставили одного солдатика стратегическую ракету покрасить к приезду генерала. Влом ему стало красить, закинул он ведро на самую боеголовку, краска вся стекла вниз, а ведро там так и осталось. Идет генерал. Осмотрел ракету и спрашивает:

— А наверху, это что?

Солдат не растерялся и говорит:

— Фотонный отражатель, товарищ генерал!

Генерал:

— Вижу, что фотонный отражатель, а почему не покрашен?

Глава 32

Зихао немного завис от моего вопроса, и огненный рисунок в рамке слегка побледнел, что, возможно, говорило о том, что Зихао-цзань потерял концентрацию и ушёл в мыслях далеко отсюда.

Через какое-то время он вообще погасил рисунок и поинтересовался:

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Просто интересует та историческая эпоха, — пожав плечами, ответил я.

— Брат Зихао, — обратился к нему Бао-цзань. — Зачем ты тратишь время на недостойного?

— Подожди, брат Бао, — ответил своему товарищу Зихао. — Этот человек упомянул имя Каса.

— И что? — не понял Бао.

— Я давно ищу Каса, чтобы отомстить ему…

— Но месть недостойна последователя пути бессмертных, — растерялся Бао.

— Ты не понимаешь! — воскликнул Зихао. — Я должен отомстить ему! Он посмел оскорбить меня и унизить! Такое нельзя спускать!

Я смотрел на этих чудесных людей, как они высокопарно общаются и едва сдерживал смех. Это ж надо так разговаривать, да ещё и на полном серьёзе! Так и хотелось сказать им: «Будьте проще, и люди к вам потянутся!»

Наконец мне надоело их слушать, и я решил прервать эту милую беседу.

— Боюсь, отомстить императору Касу будет проблематично, — вмешался я в разговор бессмертных.

— Это почему же? — возмутился Зихао так, будто я сомневаюсь в его силах.

Я почесал затылок, соображая, как бы подоступнее объяснить. Но потом решил сказать как есть:

— Хотя бы потому, что император Кас не был бессмертным.

Сказать, что Зихао был растерян, это ничего не сказать. Он был просто огорошен моими словами. Мне даже показалось чересчур огорошен.

Для меня была немного не понятно его реакция. Но ровно до того момента, пока в разговор не вступил Юшоуша и не подлил масла в огонь.

— Великий Зихао-цзань позволил смертному обвести себя вокруг пальца? — с издёвкой спросил он.

Зихао отшатнулся, как будто ему залепили пощёчину.

Он даже дёрнул рукой, словно бы хотел схватиться за щёку. Но не донёс её до лица.

Зато нахмурился, а потом и вовсе набычился. Его глаза блеснули недобрым светом.

Я сразу почувствовал неладное. И в последний момент успел, схватив Юшоушу за руку, сигануть с пьедестала.

А Зихао моментально создав огненный рисунок из букв и иероглифов, метнул магический напалм туда, где мы только что стояли. И естественно, попал в остатки тумбочки.

Взрыв был такой силы, что нас отбросило в ряды монстров.

Собственно, именно это и спасло нас — мы приземлились на относительно мягкое тело Агуйн Баавгай.

Огорошенные монстры некоторое время с изумлением смотрели на нас, но потом раздалось угрожающее рычание.

Мы с моим мечом вскочили и попятились от монстров, держа оружие наизготовку.

А в это время Бао кричал:

— Зихао, брат, что ты наделал?! Ты же взорвал всю сеть порталов! Мы же её столько лет строили!

Мне бы тут порадоваться, что моя цель наконец-то достигнута, и теперь ни одна тварь не попадёт отсюда в мой мир… Но я не успел. Потому как твари больше не были привязаны к месту. Теперь они свободно могли перемещаться куда хотели. А хотели они ко мне. Точнее, хотели они разорвать меня, сожрать, чтобы не осталось даже маленькой косточки. Это было видно невооружённым глазом!

Вот только в мои планы не входило быть сожранным!

Позади раздался грохот, и я, обернувшись, увидел, что на пьедестал с противоположной стороны от нас запрыгнул арратан. И тут же к нему присоединились ещё двое. И теперь они сверху взирали на нас холодными безжалостными глазами.

Что касается Зихао-цзань и Бао-цзань, эти трусы мгновенно вспрыгнули на свои мечи и вознеслись под потолок. И теперь летали под крышей и сверху наблюдали за происходящим. Чего ещё ждать от мужиков в платьях?

Но мне было не до них. Монстры, угрожающе рыча, сжимали вокруг нас с Юшоушей кольцо. Мы с ним стояли, прижавшись спиной к спине, готовые биться не на жизнь, а на смерть.

Я понимал, что мне одному, да даже и с Юшоушей, всё это войско тьмы не победить. Но я был полон решимости забрать с собой столько жизней, сколько успею.

А потому стоял готовый принять бой, внимательно следя за обстановкой. Но сам не нападал. Ждал атаки с их стороны. Потому что, кто нападёт первым, тот и слабее — это я ещё по дракам в школе усвоил.

Монстры тоже не спешили нападать. Как не спешит нападать хищник, когда понимает, что жертве деваться некуда.

Вот только в моём родном мире самый страшный хищник — это человек. У него нет когтей, у него нет острых зубов, у него даже шерсти на теле нет! Он далеко не самый быстрый и далеко не самый сильный. Однако все быстрые и сильные, с когтями и зубами предпочитают держаться подальше от людей. А потому люди беспрепятственно расселились по всей планете!

И я носитель сознания этих людей! Я царь и бог в животном мире! Я тут главный!

— А ну всем, сидеть! — гаркнул я, посылая приказ во все, даже самые дальние уголки этого огромного зала. — Вы будете меня слушаться! Я ваш босс!

Агуйн Баавгай, на которого перед этим мы упали, огрызнулся, и я мечом, плашмя, ударил его по носу и заорал:

— Не сметь открывать пасть! Лежать!

Повисла напряжённая тишина.

И вдруг момент истины — охреневший Айгун Баавгай, неуверенно потоптавшись, лёг у моих ног.

— Хороший мальчик! — похвалил его я. И глянув на соседних монстров, рявкнул: — Вам что, особое приглашение нужно? Лежать, я сказал! Быстро! Ну?

И замахнулся катаной, как хлыстом. Потому что катана — это орудие убийства, а хлыст — орудие наказания. Наказывает всегда тот, кто сильнее, кто имеет на это право.

Я имел.

Почему, спросите вы? А потому что! Я так решил! Мне для этого не нужно чьего-либо разрешения. Будет так, как я сказал.

И я буду наказывать нерадивых монстров! Именно наказывать, а не убивать! Ведь, когда убивают, просыпается инстинкт самосохранения, и животное начинает отчаянно сопротивляться. А вот когда за непослушание наказывают, они в конце концов начинают слушаться. Особенно, если хвалить и поощрять за хорошее поведение… Метод кнута и пряника отлично работает во всех мирах!

И вот сначала один зверь, потом другой, следом ещё несколько, потом и остальные склонили передо мной свои головы.

А я смотрел на склоняющиеся башки монстров, и у меня в голове крутились слова из «Маленького принца»: «Мы в ответе за тех, кого приручили».

Получалось, я теперь в ответе за всех этих монстров.

Твою мать! Не было печали, купила баба порося.

И что мне теперь с ними делать?

И тут мой взгляд упал на парящих под потолком Зихао и Бао. У меня к этим голубчикам были вопросы… Но как их достать?

Я по новой оглядел своё воинство. Жаль, летающих тварей среди них не было.

Думать про то, что существуй летающие монстры, я возможно сюда и не добрался бы, я не стал. Смысл? История не знает сослагательного наклонения.

Летающих тварей не было. Но были бегающие и прыгающие.

Хотя допрыгнуть туда, где сейчас находились длинноволосые мужики в платьях, было невозможно.

В общем, пока без вариантов.

Мужики не улетали. Они продолжали парить. Интересно, почему? Не для того же, чтобы убедиться, что монстры благополучно скушали меня?

Или их привлекала та хрень, которую они взорвали? Хотят восстановить свою сеть порталов? Но это мы ещё посмотрим!

Я перевёл взгляд на пьедестал.

К сожалению, мне отсюда было плохо видно. Но прыгать туда, когда там арратаны, я точно не хотел. Поэтому я, глядя на монстров, которые были наверху, скомандовал:

— К ноге!

И похлопал по бедру для убедительности.

Арратаны спрыгнули и приблизились.

Три огромных монстра. Я рядом с ними чувствовал себя гномом. Всемогущим и агрессивным, но всё-таки гномом!

Едва арратаны спрыгнули с постамента, я понял, что с командой «к ноге» я явно переборщил. Потому что места для трёх лбов около моей ноги не было. И арратаны начали огрызаться, выясняя, кто будет ближе.

Это грозило перерасти в драку, в которой ненароком мог пострадать и я. А потому пришлось пристрожиться, а потом погладить огромные лбы, лишённые кожи.

Ощущение было не самое приятное, но в связке кнут-пряник не должно быть перегибов.

Убедившись, что арратаны без моего приказа не тронутся с места, я посмотрел на Юшоушу.

Он понял меня без слов — схватил за руку и взлетел на постамент.

— А летать как они можешь? — спросил я у меча, кивнув в сторону мужиков в белых развевающихся одеждах.

Ну а что? Он тоже меч, и тоже не простой. Вдруг да может? Поднимает же меня на постамент? Если ещё и летать на нём можно, тогда вопрос с тем, чтобы догнать Зихао и Бао отпадёт сам собой.

— Нет, — покачал головой Юшоуша. — Я был создан для войны, а не для культивации.

— Культивации? — уточнил я.

В моём понимании культивация — это обработка полей перед посевами для получения хорошего урожая — рыхление, внесение удобрений, подрезание корешков у взошедших сорняков. И зачем для этого нужны мечи, да ещё такие фильдеперсовые, понятия не имею!

— Для практикующих путь бессмертных, — пояснил Юшоуша, — создают специальные мечи с нефритовыми навершиями. Адепт напитывает такой меч своей ци, и может управлять им дистанционно. В том числе и летать.

Бао раньше уже упоминал про путь бессмертных, а потому я кивнул, типа понял. Хотя на самом деле я понял только одно — летать, встав на катану, я не смогу. К сожалению.

А значит, нужно найти другой способ достать этих мужиков.

Ну и понять, почему они не улетают.

Я подошёл к тому месту, где раньше была тумбочка. Разворотило её не слабо — на месте тумбочки была выжженная яма. Заглянул внутрь — интересно же, что там осталось.

А оно осталось! На дне ямы клубилась тьма, сгущаясь вокруг чёрного ядра, размером с фасолину.

— Нужно взять ядро, — сказал Юшоуша.

Я сразу понял о чём он говорит. И начал уже прикидывать, как бы достать эту самую фасолину, не залезая в яму. Что-что, а лезть туда у меня не было никакого желания. И прикасаться к клубящейся тьме — тоже. Вот где пригодились бы летающие мечи!

Но мечи были далеко, и вряд ли их владельцы захотят помочь мне. Скорее они заберут ядро себе. Причём, вполне возможно, что не улетают они именно из-за него. Вот и проверим!

Я подобрал обугленную палку — часть тумбочки, и потянулся к ядру, в надежде выкатить его на край.

И тут монстры заволновались, а Юшоуша крикнул:

— Осторожно!

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Краткое пособие по выживанию в мире пропаганды и рекламы:

1. Если говорят: «об этом знают все», то, как правило, речь идет о несусветной лжи, вымышленной чёрт знает кем.

2. Если говорят, что «так было всегда», то вряд ли знают, как было хотя бы лет 50 назад.

3. Если говорят, что «ничего нельзя изменить», то речь идет о подлости, лени или трусости того, кто говорит.

4. Если говорят, что «здесь вокруг одно дерьмо», значит подсознательно желают опустить всех до своего уровня.

Будьте здоровы и не ведитесь на пропаганду.

Глава 33

Я, не тратя время на то, чтобы оглянуться, тут же ушёл перекатом в сторону. И сразу же в то место, где я только что сидел, воткнулись восемь мечей.

Глянув вверх, я увидел, что мужики в белых платьях пикируют на меня.

На моё счастье, у их летающих мечей не было ремней безопасности, поэтому пикирование было скорее похоже на немного ускоренный спуск, но всё равно приближались они довольно-таки быстро.

Намерения Зихао и Бао читались вполне однозначно — адепты пути бессмертных хотели меня убить.

Если честно, я уже затрахался — в этом мире все хотят меня убить. Ну или хотели — мой взгляд упал на волнующихся монстров. Их явно беспокоило столь быстрое приближение адептов пути бессмертных.

Я глянул на арратанов, которых вот только гладил по лбам и, злорадно усмехнувшись, приказал им:

— Взять! — и показал на мужиков в платьях.

Каким красивым и высоким может быть прыжок с места! Особенно, когда он сделан во имя моего спасения.

И хотя арратаны не перехватили мужиков — те быстро сориентировались и ушли в сторону, но сбить их атаку арратаны смогли.

Эх, ну почему среди монстров не было летающих тварей?! Вот бы сейчас скомандовать им «фас»!

Между тем адепты пути бессмертных заходили на новый вираж.

Я глянул на дымящееся чёрным ядро на дне ямы — им явно нужно было оно. Потому что они не нападали до тех пор, пока я не попытался достать его.

А раз это ядро нужно им, значит, оно нужно и мне!

Добуду его и потом решу, что с ним делать. Может, продам за дорого, а, может, оставлю себе, как память.

И потому я приказал арратанам:

— Охранять меня!

А сам вновь сунулся в яму. Стараясь дотянуться палкой до фасолины.

Но воронку взрывом Зихао сделал немаленькую! И мне не хватало длинны палки. Совсем чуть-чуть не хватало.

Возникла мысль зацепиться за что-нибудь и потом дотянуться до ядра. Беда была в том, что зацепиться было не за что. Даже мечи, которыми атаковали меня адепты, и те улетели обратно к хозяевам и теперь вращались перед ними, готовясь к новой атаке.

В общем, нужно было спешить!

И я, крикнув монстрам — не только арратанам, но и остальным:

— Всем! Охранять меня! — снова заглянул в яму.

Была мысль использовать катану и зацепить ядро ей, но я сразу же отказался от этой мысли. Меня смущало чёрное клубящееся нечто. Я чувствовал мощь этой субстанции. И понимал, что среда может быть агрессивной. И возможно даже очень! В общем, я не хотел подвергать мой меч вредному воздействию.

Но я мог использовать катану иначе. Я воткнул её в деревянный настил пьедестала так, чтобы тупой край был дальше от ямы. И, распустив свой пояс, зацепил его за лезвие поближе к полу. Я не боялся, что катана разрежет его, потому что ткань соприкасалась с тупым краем лезвия.

Понятно, что висеть на этом будет нельзя, но я висеть и не собирался. Я собирался, держась за пояс, свеситься в яму и зацепить палкой ядро. А потом, поддерживая, выкатить его наверх.

Чем, собственно, я и занялся. Не откладывая дело в долгий ящик. Потому что понимал — стоит мне уйти с пьедестала, и мужики в платьях тут же спустятся на своих мечах и заберут ядро, которое я уже считал своим.

Намотав пояс на руку, я перегнулся через край и потянулся к самой фасолине.

Палка прикоснулась к ней, но этого оказалось недостаточно. Нужно было поддеть ядро снизу. Поэтому я спустился ещё немного пониже. Практически повис…

Подцепил ядро и начал аккуратно закатывать его наверх.

Я действовал без лишней суеты, но в то же время и без промедлений.

Оттого, что палка долгое время находилась чёрном клубящемся облаке, она начала нагреваться и вскоре потянуло дымком.

Я немного ускорился.

Подталкиваемое палкой ядро поднималось по стенке всё выше и выше.

Мне больше не было необходимости свисать так сильно. Можно было потихоньку выбираться. Но я не успел.

Всё то время, пока я выуживал чёрную фасолину из ямы, вокруг меня шёл бой. Арратаны и другие монстры мужественно не позволяли адептам пути бессмертных не то что приземлиться на пьедестал, но и достаточно сильно приблизиться. А Юшоуша веером отбивал магические атаки и летающие мечи.

Чем выше по склону поднималось ядро, тем агрессивнее нападали бессмертные.

И в тот момент, когда я уже собирался немного подтянуться, чтобы не так сильно свисать, Юшоуша пропустил один из летающих мечей. Возможно, потому что он летел не в меня.

Но, как оказалось, бессмертный Зихао не в меня и метил! Он метил в мой пояс. И угодил как раз в десятку, перерубив его.

Я свешивался очень сильно, поэтому, потеряв опору, полетел в яму вниз головой.

Юшоуша кинулся за мной. Сначала он схватил меня за куртку, но так как пояса у меня больше не было, куртка распахнулась, и я чуть не выпал. Пришлось Юшоуше налету перехватывать меня за руку, теряя высоту. Поэтому с пьедестала мы уже не слетели, а упали. Благо подскочил Агуйн Баавгай и подставил нам свою спину. По ней мы и скатились.

Если бы не этот пещерный медведь, мы бы точно разбились.

Монстры тут же своими телами закрыли меня от адептов пути бессмертных.

Как ни торопился Юшоуша вытащить меня из ямы, но я успел окунуться в чёрную субстанцию. Окунуться с головой. И, по-моему, даже нахлебаться. Хотя в последнем я не был уверен. Но внутренности горели так, будто по ним прошлись паяльной лампой.

Про то, как болела кожа, я вообще молчу — я словно горел заживо.

Я плохо соображал, что происходит, происходящее воспринимал урывками.

Меня куда-то тащили, потом я ехал на чём-то мягком и тёплом.

Вокруг раздавалось рычание и что-то похожее на лай. Пахло палёной шерстью и горелым мясом. Но тот, кто нёс меня, продолжал быстро двигаться. Бывало, что резко тормозил или неожиданно поворачивал, но всё равно нёс. Причём так, чтобы я не упал.

И вроде бы рядом были ещё кто-то. Много. Рычащих и вонючих.

Время от времени кто-то заглядывал мне в лицо. Вроде бы даже что-то спрашивал. Возможно даже я отвечал, но я в этом не уверен. А потом мы продолжали двигаться.

Наконец, похоже, тот, кто нёс меня, остановился. И я сполз на пол.

Меня поддержали и помогли сесть, опершись на большое, тёплое и мохнатое. И такое родное!

Моня?

— Курлык! — донеслось как будто бы откуда-то издалека.

В дополнении к боли, терзающей моё тело, добавилась боль от понимания, что я не смогу спасти Моню и Юнмей. Я переоценил свои силы и теперь Моня и Юнмей погибнут. Погибнут здесь, в чужом для них мире. Потому что системы порталов больше нет, я её разрушил.

«Кизаму! Ты должен выпить очищающую кровь пилюлю!» — раздалось у меня в голове.

Мне хотелось, чтобы меня оставили в покое. Потому что боль измотала меня и продолжала терзать.

«Кизаму, выпей пилюлю! — снова раздалось у меня в голове. — Ты должен!»

Я не помнил, чтобы я кому-то обещал пить пилюли, поэтому отмахнулся от голоса — ничего я никому не должен!

На самом деле только попытался отмахнуться… Но голос был у меня в голове, и он никуда не исчезал.

«Кизаму, достань очищающую кровь пилюлю и выпей! Иначе будет хуже!»

Но куда хуже? Хуже уже не бывает!

«Кизаму! Выпей пилюлю!»

Я понял, что единственный способ избавиться от голоса, это выпить чёртову пилюлю.

В руке у меня что-то было, и я положил это в рот.

«НЕТ!!! НЕ ЯДРО!!! ЯДРО НЕ НАДО» — заорали в голове.

Но было поздно — я уже проглотил. Что-то непонятное. Размером с фасолину. Что-то холодное и необычайно горькое.

«Что ты наделал?!» — заорал Аргх.

Да, это его голос я слышал всё время.

Начали всплывать картинки воспоминаний.

Вот пояс рвётся, я начинаю падать и, выбрасывая палку, случайно ударяю ей снизу по ядру. Оно подпрыгивает и падает… И в тот самый момент, когда я погружаюсь в черноту, чёрная фасолина опускается в мою ладонь.

Я таки добыл ядро! Но… Это я что сейчас сделал? Проглотил его? И что теперь будет?

Аргх бился в истерике, обзывая меня последними словами. Рядом молча стоял Юшоуша и с тревогой всматривался мне в лицо.

— С тобой всё в порядке? — спросил мой меч.

— Бывало лучше… А что? — прохрипел я в ответ.

Голос мой прозвучал надсадно, словно я орал песни на морозе, не затыкаясь, несколько часов. Ну или напился какой-то дряни и сжёг глотку нахрен. Или надышался…

— Ты проглотил демоническое ядро, — констатировал Юшоуша.

Перед глазами у меня встали Найдвар, Эргес и другие демоны. Неужели я теперь как они?..

Я поднял руку к лицу — ну да, о чистоте говорить не стоит. Руки грязные. Но цвет нормальный, не зелёный.

— Демоническое? — с недоверием переспросил я.

— Демоническое, — подтвердил Юшоуша.

Я оглянулся.

Юшоуша рядом со мной был не один. Вокруг толпились монстры, а я сидел и опирался на Моню.

— Ты откуда, пацан? — спросил я у него.

— Курлык, — ласково курлыкнул монстрёныш.

— А где Юнмей?

— Курлык! — успокаивающе ответил Моня и гордо поднял голову.

— Курлык да курлык… — передразнил я монстрёныша.

Но если честно, я был рад, что он рядом. Рядом с ним было как-то спокойно.

Вокруг меня столпились монстры. Тут были и несколько Агуйн Баавгай, и арратаны, и крысоподобные хархнууды, и другие твари. Они с беспокойством смотрели на меня. И, поймав мой взгляд, начинали проявлять радость — кто-то махать хвостом, кто-то улыбаться, демонстрируя жуткие клыки, а кто-то с повизгиваниями подпрыгивать на месте. Как будто радовались, что я обратил на них свой взор.

И они совсем не обращали внимания на Моню, как будто то, что он рядом, абсолютно естественно и само собой разумеется.

— Что с ними? — спросил я Юшоушу.

— У тебя демоническое ядро высокого ранга, ты теперь их босс, — спокойно ответил он.

— Охренеть не встать, — прокомментировал я его слова, вспоминая, как все монстры сидели и смотрели на тумбочку. А ведь, похоже, они к этому ядру из портала и бежали. — И что теперь?

Юшоуша пожал плечами и ответил:

— Не знаю. Ещё никто не глотал такие ядра. Их использовали для строительства портала, но вот глотать… Нет, более низкоуровневые поглощают — они помогают в культивации. А вот такие никто ни разу не глотал.

«Ты идиот! — докричался до меня Аргх. — У нас была возможность договориться с бессмертными, а ты проглотил ядро…»

Демон был в неподдельном отчаянии.

Но у меня не было желания выслушивать его причитания, и я приказал:

— Заткнись, Аргх! Иначе придушу собственными руками.

И демон резко замолчал.

Это было немного неожиданно, но меня вполне устраивало.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Прапорщик спрашивает у солдата:

— Какое у вас образование, рядовой Клименко?

— Высшее неначатое: только собрался поступить в институт — забрали в армию.

Глава 34

Как бы там ни было, но с демоническим ядром нужно было разобраться. И пока Юшоуша отвечал на мои вопросы, я продолжил расспрашивать:

— Что происходит с теми, кто глотают ядра? Ну с этими… с бессмертными культиваторами? И вообще, как это происходит?

Юшоуша спокойно делился знаниями:

— Что происходит, тут всё просто — они повышают свой уровень, становятся сильнее. В конце концов, становятся бессмертными. А вот как происходит… Они обычно готовят организм перед поглощением ядра, очищают его. Голодают несколько дней, медитируют.

— То есть, нужно, чтобы организм был чистым? — усмехнулся я.

Юшоуша с удивлением посмотрел на меня и молча кивнул.

— А очищающая кровь пилюля считается? — спросил я с усмешкой, вспоминая свои приключения в туалете.

— А знаешь, — ответил Юшоуша. — Возможно, ты потому до сих пор и жив, что выпил очищающую кровь пилюлю.

Но я был не просто жив! Я, чем дальше, тем лучше чувствовал себя. Как будто я был полон сил, а не измотан бегом по этажам на голодный желудок. Хотя, почему как будто? Я действительно был полон сил!

Почему высокоуровневое ядро так подействовало на меня, я не знаю. Возможно, просто так сошлись звёзды. А может, потому что я из другого мира. Либо, как вариант, ядро подчинилось моей воле.

Что ж, это было хорошо! Я не знаю, какие последствия догонят меня из-за поглощения демонического ядра, но сейчас я был в порядке. А значит, нужно действовать. Потому что пока есть Зихао и Бао, порталы снова могут появиться. И потом, в конце концов хочется вернуться домой — меня там ждёт Изуми! И ещё надо вернуть в свой мир Моню и Юнмей.

Я огляделся уже внимательнее. Потолки низкие, обшарпанные. Стены бетонные, не крашенные. Помещение и близко не похоже на тот огромный зал, где стоял постамент с тумбочкой. Это скорее какой-то хозяйственный ангар.

— А мы где? — спросил я у Юшоуши.

— Какое-то техническое помещение, — ответил мой меч. — Нас сюда привели хархнууды.

— Крысы они и в Африке крысы, — кивнул я. — Знают все ходы и выходы… А почему так мало монстров? Где остальные?

Не сказать, чтобы монстров действительно было мало, но их было однозначно намного меньше, чем там в зале.

Юшоуша вздохнул и скорбно склонил голову.

Мне всё стало понятно без слов — сюда дошли не все. Далеко не все.

Немного помолчав, мой меч всё-таки сказал:

— Зихао-цзянь и Бао-цзянь собирались убить всех. Если бы не твой Услэг Мангас, мы не смогли бы спастись. Он появился в тот момент, когда казалось, что шансов нет совсем. И закрыв нас защитным полем, помог уйти от преследования.

— Мой Моня? — недоверчиво поинтересовался я. И вспомнив, что Моне для создания защитного купола нужна вода, а тут её не было, спросил: — А как он смог? На сухую…

Юшоуша промолчал, а монстрёныш преданно курлыкнул:

— Курлык!

Я с благодарностью погладил монстрёныша и мой взгляд выцепил испачканную в крови шерсть. Что ж, если было много убитых, то там текли реки крови… Видимо, благодаря им Моня и смог поставить защиту.

Вздохнув, я спросил у Мони:

— А где Юнмей? С ней всё в порядке?

— Курлык! — обиженно ответил Моня.

Я похлопал его по брюху, на которое опирался.

— Не сердись, друг! Я ещё немного не в себе.

Моня ласково прикоснулся щекой к моему плечу.

— Я ж волнуюсь о ней, — сказал я ему, почёсывая его лысую башку.

— Курлык! — ответил Моня так уверенно, что я успокоился насчёт Юнмей.

Хотя, конечно, Моня может просто успокаивать меня, а на самом деле всё может обстоять совсем не так хорошо. Но в любом случае, я сейчас ей помочь не смогу. Зато я пока не на все свои вопросы получил ответы. А потому я снова повернулся к Юшоуше.

— Ты давно знаешь Зихао и Бао?

Ответить Юшоуша не успел — раздался взрыв и стены дрогнули.

— Нужно уходить отсюда, — с тревогой оглядываясь, сказал Юшоуша.

— Получается, они сильнее тебя? — спросил я, поднимаясь.

Юшоуша дёрнулся и на его лице появилось презрительное выражение.

Но потом он вздохнул и коротко кивнул.

— Да, сильнее, — И горячо добавил: — Но это грязная сила! Они достигли своих ступеней за счёт поглощения демонических ядер! А не за счёт тренировок и медитаций.

— Ядер? А где они берут ядра? — спросил я.

Не то, чтобы это было мне так интересно, но раз есть что-то, что помогает стать сильнее…

Юшоуша кивнул на монстров.

— У них. Зихао-цзань и Бао-цзань выращивали монстров, а потом отправляли их в другие миры закалять ядра в битвах с местным населением. Потом монстры возвращались на зов высокоуровневого ядра, и Зихао с Бао убивали их и забирали уже закалённые ядра.

Я другими глазами посмотрел на монстров.

В памяти всплыла картинка, как они мужественно закрыли меня своими телами от бессмертных. Как защищали меня. Защищали ещё тогда, когда высокоуровневого демонического ядра у меня не было!Неужели они понимали, что Зихао и Бао собирались с ними сделать? И уже тогда верили, что я смогу их спасти?

Ну а что? Я проявил силу. Они её почувствовали и решили помочь мне, чтобы я помог им.

Но тогда получается монстры обладают не просто зачатками разума, у них довольно развитый мозг, если они умеют планировать.

Вообще у меня картина в голове не укладывалась, как можно выращивать разумных существ, чтобы потом убить их. Понятно ещё, когда на жемчужных фермах моллюскам внедряют песчинки, чтобы они выделяли перламутр и образовывали жемчужины, но тут… Или когда ради яиц и мяса выращивают куриц на птицефабрике…

Я снова посмотрел на монстров — на куриц они точно не походили.

И потом способ закалки ядер… Я вспомнил армию тьмы, идущую к Нийслэлу. Это же бесчеловечно! Столько смертей и всё ради того, чтобы два бессмертных мудака стали сильнее.

И сразу же появился ещё один вопрос: отчего из своего мира сбежали демоны? Что-то сейчас после всего, что я узнал, версия о том, что демоны бежали от монстров, кажется мне не совсем точной. Не бежали ли они от бесчинствующих адептов?

Кстати, в этом ключе попытка Аргха навести мосты с Зихао и Бао выглядела как попытка договориться с сильными мира сего, заключить с ними союз.

Вот только союз барана с волком как правило выгоден только волку. Что, собственно, я и наблюдал.

Снова раздался взрыв и с потолка посыпалась крошка.

— Нужно уходить отсюда, — повторил Юшоуша.

— Куда? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

Я был готов двигаться, вот только выход из этого помещения был один. И именно с той стороны раздавались взрывы.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять — мы в ловушке.

— Куда, говоришь, уходить? — переспросил Юшоуша и ответил: — Желательно в другой мир.

И Моня подтвердил:

— Курлык!

Снова оглядывая стены и потолки, я спросил:

— И давно ты узнал, что монстров выращивают ради ядер?

— Нет, — ответил Юшоуша. — Когда мы оказались в инкубационном зале у меня появилось подозрение, но окончательно понял только когда Зихао взорвал портальный столб и на дне оказалось высокоуровневое ядро.

— Понятно… — ответил я и невольно присел от очередного взрыва.

Потому что стало ясно: долго мы не продержимся.

Я посмотрел на хархнууд. Они сидели и преданно смотрели на меня, ждали, что я предприму.

Я видел в их глазах: они надеются на меня.

— Тут есть какой-нибудь выход? — спросил я у крысоподобных зверей.

Они поникли, явно поняв, что именно я у них спрашиваю. Это говорило о наличии у этих монстров разума. А ещё их реакция говорила: выхода они не знают. И уж если крысы не нашли выхода, то его действительно нет.

Вот только меня такая ситуация не устраивала совсем!

Я посмотрел на дверь — она содрогалась от ударов.

И вдруг я совершенно отчётливо увидел, что произойдёт, когда дверь не выдержит и отвалится, а это рано или поздно обязательно случится. Причём, скорее рано, чем поздно.

Я понял, что бессмертные Зихао-цзань и Бао-цзань убьют всех монстров, находящихся в этом ангаре, и заберут их ядра. Потом убьют меня и заберут высокоуровневое ядро. Потом убьют Моню и Юшоушу.

Я не сомневался, что именно так всё и будет! Потому что для бессмертных Зихао и Бао жизни других существ ничего не значат. Для них имеет значение только их сила.

Нас уничтожат. Но это в случае, если мы не найдём выход.

Раздался новый взрыв, потрясший стены и потолки, которые чудом не обрушились.

И я поправил себя: если не найдём выход срочно!

Оглядев ещё раз присутствующих в ангаре, я пробормотал:

— Вот уж не думал, что буду спасать монстров!

И решительно направился к стене, с противоположной от двери стороны.

Я хотел проверить, действительно ли высокоуровневое ядро такое крутое?

«Ты что собрался делать?» — насторожился Аргх.

— А тебе чего? — спросил я, продолжая рассматривать стену и обдумывая, как бы здесь сделать проход.

С одной стороны, моя магия приказов на неодушевлённых предметах работала плохо, а с другой, высокоуровневое ядро использовали для создания порталов. А что, если эти два вида магии соединить? Что получится?

«Нельзя использовать ядро!» — заявил Аргх.

— Это почему же? — поинтересовался я.

«У тебя нет опыта, а ядро очень мощное и тебя просто разорвёт!» — привёл демон железный довод.

— Вот и узнаем! — ответил я и, закрыл глаза, чтобы сконцентрироваться.

«Не делай глупости! Ты и так уже наделал… Как мы теперь с бессмертными договариваться будем?» — заверещал Аргх, и я гаркнул на него:

— Заткнись! Я не собираюсь с ними договариваться! Я с такими подонками и раньше не договаривался, а сейчас тем более не буду! Я их просто убью!

Аргх послушно захлопнул варежку.

А я, больше не обращая на него внимания, прикоснулся к стене рукой и, почувствовав внутри себя поток, направил его в ладонь. Не резко, а аккуратно, чтобы поток не потерял свою мощь, не растаял.

А потом негромко, но со всей внутренней силой приказал стене:

— Дай пройти!

Сначала вроде бы ничего не происходило, но я чувствовал, как из моей ладони в стену уходит энергия, как стена вокруг ладони нагревается, становится мягче.

Я не хотел уходить в другой мир — кто его знает, куда мы попадём. В моих планах было оказаться на той стороне стены.

И вот когда стена под моей ладонью достаточно размякла, я всунул внутрь обе руки и постарался разорвать стену.

Появившаяся щель была сначала не очень большой, но я продолжал тянуть, а потом толкать края в разные стороны, не обращая внимания ни на взрывы, ни на возбуждённый писк монстров за моей спиной.

Щель расширялась. Причём, чем дальше, тем легче. Пока, наконец, не стала достаточно широкой, чтобы в неё смогли протиснуться самые крупные монстры.

— Ну что, красавчики! — скомандовал я. — Давайте-ка по одному!

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

История от читателя:

"Ловите не анекдот, а историю из школьной жизни.

По расписанию у нас было 2 урока геометрии (мне 45 так что события происходят в 80-е годы). Учительница пишет на доске условие задачи. Задание: найти углы треугольника. Но лень берёт своё и учительница вместо этого пишет «найти углы ▲-ка».

Звенит звонок на переменку.

Хулиган Вова Чирко (кстати, мой друг и до сих пор жив) подходит к доске, и путём нехитрых манипуляций (дорисовав значку ▲ усики) превращает надпись в «найти углыдка».

После чего подходит ко мне и спрашивает:

— Ты углыдок?

Прошло 30 лет.

Я углыдок."

Глава 35

Монстры не ломанулись, как оголтелые. Они эвакуировались спокойно, без задержек и толкотни. Что только подтвердило мои мысли о наличие у них разума. Причём, далеко не зачаточного, а вполне себе развитого.

Когда все покинули ангар, я приказал щели закрыться.

И она затянулась, словно бы ничего и не было.

Я не обманывал себя, понимал, что ни в какой мы не в безопасности. То, что мы смогли уйти из ангара, это чудо. Это всего лишь отсрочка — пока живы Зихао и Бао, мы в безопасности быть не можем ни в одном из миров.

А значит, этих двух бессмертных нужно убить.

Я не задумывался о том, можно ли убить бессмертных. Я был уверен — можно! Иначе они во время боя не пытались бы увернуться от зубов и когтей монстров. И от веера Юшоуши — тоже.

Их можно и нужно убить, только надо придумать как.

Понятно, что просто не будет — Зихао и Бао не простые противники. Они сильные, хитрые и злопамятные.

Если Зихао до сих пор помнит императора Каса и пылает жаждой отомстить ему, то уж, чтобы достать нас, он сделает всё возможное и невозможное. Потому что в монстрах заключены ядра, а это ресурсы, которые эти подонки выращивали. И которые наверняка считают своей собственностью. А раз так, то вряд ли они захотят отпустить свою собственность, они будут стремиться достать нас хоть из-под земли.

К тому же мы улизнули из-под самого носа. Чем не оскорбление? За которое они точно захотят отомстить…

Мало того, я забрал столь нужное им высокоуровневое ядро. Даю голову на отсечение, они захотят вернуть его.

В общем, то, что мы покинули ангар, это лишь наш шанс перевести дыхание. Битвы с Зихао-цзань и Бао-цзань нам не избежать.

Ну или я ничего не понимаю в психологии, и мерзавцы, с лёгкостью убивающие разумных существ ради своей выгоды, на самом деле белые, пушистые и очень благородные.

Кстати, интересная получилась ситуация с императором Касом. Его армия забрала меч, запирающий портал, и это стало отправной точкой для последующих событий.

Меч, запирающий портал…

Я вспомнил, как моя вертолётная лопасть прилипла к порталу, и как портал после этого заработал. И подумал: а может произошла ошибка? Случайная или намеренная — не знаю. Но почему бы не предположить, что меч императора Каса не запирал портал, а наоборот, активировал его! То есть, позволял монстрам перемещаться из мира, где их произвели на свет, в тот мир, который стал моим, для того чтобы они там развивали свои ядра? А потом перемещаться обратно — следуя зову высокоуровневого ядра.

И тогда получалось, что, забрав меч, император Кас сделал охрененный ход! Какой-то человечишка, пусть даже и император, забрал у бессмертных их урожай.

Не удивлюсь, если император Кас назначил пошлину за пропуск прокачанных монстров через портал… Или, чем чёрт, не шутит — контрибуцию…

То есть, количество готового продукта росло, а за право получить свой урожай, Зихао и Бао должны были заплатить.

Вот Зихао и пришёл в бешенство.

А почему нет-то? Вполне рабочая гиппотиза!

А может путь был закрыт только в одну сторону — новые монстры могли переходить в наш мир, а те, что с прокачанными ядрами возвращаться в лабораторию, где появились на свет и где их ждали Зихао и Бао, уже не могли. Ведь белый дракон господин Мизу говорил, что армия тьмы прибывает в наш мир и сейчас… Так что вполне возможно, что моя версия о том, что меч императора Каса активировал портал, вполне рабочая.

И, кстати, тогда понятно, почему все ищут меч императора Каса! Кто ж не захочет обогатиться нахаляву?

Видимо, поэтому Райко просил меня достать меч императора Каса и отдать его ныне действующему императору, да будут его дни благословенны. Знает ли он об истинном предназначении меча, если, конечно, я всё правильно понял. И не собирается ли ныне действующий император, как и Аргх, заключить договор с бессмертными Зихао и Бао?

А что? Я бы этому совсем не удивился.

Единственные, кто не вписывался в эту схему — это демоны и Кутуруку.

Не понятно, почему Кутуруку в императорской академии магии не мог воспользоваться мечом. Казалось бы, притащи меч в нужное место, сунь его в портал и следуй зову… Или у Кутуруку в императорской академии магии просто не было возможности добраться до меча, хоть тот и хранился рядом. Или же он не мог попасть в портальную пещеру… Хотя, его собрат, которого мы уничтожили, до подземного озера вполне себе добрался. Ну, или как вариант Кутуруку не относится к монстрам, прокачивающим ядра. Не случайно же его назвали богом?

Но тогда роль Кутуруку в этом деле начинает играть новыми красками…

А ведь есть ещё Всеблагая и демоны… Интересно, у них есть ядра, как у монстров, или они по другой причине перешли в мой мир?

Судя по тому, что Аргх заключил-таки договор с Зихао, то возможно, у демонов ядер нет. Потому что с едой не договариваются. Наверное.

Чёрт! Меня вот это пресмыкание перед сильными всегда бесило! Сколько людей пострадали из-за этого!

Эх, жалко, я плохо знаю историю мира, в который попал! Ну что стоило побольше почитать или пораспрашивать у знающих людей! Не пришлось бы сейчас строить догадки.

Был ещё один момент в свете моих размышлений: что за силы призвали в этот мир меня?

И ответ на этот вопрос я очень хотел бы получить!

Но над всем этим ломать голову можно бесконечно. И, если мы не выживем, толку от моих догадок и размышлений будет ноль! Поэтому я сосредоточился на том, чтобы увести монстров подальше от ангара, в котором мы прятались.

Хотя для бессмертных, летающих на мечах здесь, в лаборатории абсолютно недоступных мест нет.

И тем не менее, мы должны были уйти отсюда. Что, собственно, мы и сделали.

Едва все монстры покинули ангар, хархнууды, суетливо поводив носами, рванули прямо по коридору.

Я решил довериться звериному инстинкту и махнул остальным монстрам, чтобы они двигались.

Крысоподобные хархнуды уверенно вели нас по коридорам и коридорчикам.

Мы очень быстро ушли туда, где были проложены коммуникации.

Надо сказать, что Моне и Агуйн Баавгай было тесновато несмотря на то, что тут технические ходы были заметно шире, чем в моём родном мире.

Было не понятно, зачем их сделали такими широкими. Возможно, чтобы можно было автоматически обслуживать все технические узлы.

В любом случае мне это было на руку. Зихао и Бао не видели нас. И единственное, о чём сейчас можно было мечтать, это чтобы как можно дольше не видели.

В скором времени мы ушли в подземные коридоры, и я понял: мы спаслись.

И вот когда мы оказались в безопасности, я решил: пришла пора действовать. Причём, действовать теми ресурсами, какие у меня есть. И тем личным составом…

Что я имел? Небольшую армию монстров, преданного мне Моню и закалённого в боях Юшоушу.

Юнмей я, конечно, в расчёт не брал. Во-первых, неизвестно, где она. Во-вторых, она явно не боец. И в-третьих, я не знаю, в каком она состоянии, возможно, ей самой сейчас требуется помощь. Но я точно знал: если она в сознании, то прядёт мою нить. И делает всё, что от неё зависит, чтобы нить была крепкой.

Вот только я привык полагаться на себя и на своих ребят…

Я оглядел монстров и внёс правку: …полагаться на свою команду, из кого бы она ни состояла.

Что ж, буду использовать то, что есть.

Понятно, что отсиживаться тут бессмысленно. Но также бессмысленно бросаться без подготовки против таких противников, как Зихао-цзань и Бао-цзань, или хотя бы предварительно не распланировав операцию.

— Юшоуша, — позвал я свой меч. — Какие слабые стороны есть у Зихао и Бао, знаешь?

Юшоуша ненадолго задумался и проговорил:

— Уровень у них обоих очень высокий. А это значит, они неимоверно сильны. Однако, уровень они подняли за счёт ядер, а не за счёт упорной работы и медитации. То есть, они поглощали ядра, предварительно очистив тело с помощью пилюль.

— Откуда ты знаешь, что с помощью пилюль? — уточнил я.

— Это же очевидно! — усмехнулся Юшоуша. — Если бы они делали всё как положено, им не понадобились бы ядра. Да и рост был бы гораздо медленнее.

— То есть, ядра — это такое, как говорил Санёк, читерство? Эдакая махинация, своего рода допинг?

— Я не понимаю, — развёл руками Юшоуша. — Я иногда тебя совсем не понимаю.

— Бывает, — отмахнулся я. — Главное, что я себя понимаю. Ты мне лучше вот что скажи. Воспользовались они ядрами, чтобы прокачать побыстрее силы, и что? Слабость-то у них хоть какая есть?

— Конечно! — закивал Юшоуша. — Из-за ядер и быстрого роста уровней нарушена гармония. Да, они стали сильнее. Но их тонкие тела скорее всего не успели развиться для такой силы…

Что-то такое я и ожидал услышать. Не бывает так, чтобы по всем фронтам шло развитие. Всегда есть подвох. К примеру, сидишь постоянно на стероидах, будь готов, к тому, что снизится потенция.

Но от того, что качки меньше сексом занимаются, мне как-то до фени, а вот как использовать в бою недоразвитость тонких тел Зихао и Бао, над этим надо подумать.

Тем более, что я про все эти тонкие и толстые тела ничего не знаю.

Но есть тот, кто знает!

— Юшоуша, что нам может дать то, что у Зихао и Бао тонкие тела недоразвиты? Как мы это можем использовать?

Юшоуша пожал плечами и ответил:

— Если что-то недоразвито, дай должную нагрузку, и оно сломается. Конечно, — добавил Юшоуша, — от должной нагрузки сломается всё, но то, что недоразвито, имеет гораздо меньший запас прочности.

— Точно! — засмеялся я. — Мы измотаем их! Да, мы слабее, но нас много!

Я по новой оглядел своё воинство. Практически со всеми видами монстров, присутствующих тут, я в своё время сражался. И понимаю, на что они способны.

Хархнууды — хорошо находят путь, они цепкие в преследовании, они агрессивны и бесстрашны. Хорошо работают в команде — практически, как единое целое.

Арратаны — хорошие бойцы, на них плохо действует магия, они бьются до последнего. Они очень агрессивны. Имеют мощные клыки и когти. И они, пожалуй, из монстров самые разумные. Из них можно сформировать ударный отряд.

Агуйн Баавгай — очень сильны. Но они индивидуалисты, в команде работают плохо. В атаке очень страшны. Густая шерсть делает их практически неуязвимыми. Это своего рода тяжёлое вооружение — эдакий танк.

Теневые пауки хороши в засаде. На открытом и хорошо освещённом пространстве от них толку не так много, а вот действовать из тени… А что, если их использовать, как шпионов. Или террористов…

Воины тумана будантай дайчин могут проникнуть практически хоть куда. Они совсем не быстрые, но беспощадные.

Было ещё два вида монстриков, с которыми я раньше не встречался и их качеств не знал, поэтому не знал их сильные и слабые стороны. Решил, что разберусь по ходу.

Теперь нужно было объединить свой отряд.

Я поднялся на Моню, чтобы меня было хорошо видно и обратился к бойцам с пламенной речью.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Солдат мечтает стать генералом. Лейтенант — полковником. Капитан — майором.

Глава 36

Я не думал о том, понимают они меня или нет. Для меня было важно создать настрой.

Хотя, вопрос коммуникации стоял очень остро. Вот отправлю я теневых пауков на разведку и дам им задание найти врага. И они найдут, и придут. А дальше что? Как они смогут объяснить мне, где сейчас находятся бессмертные Зихао-цзань и Бао-цзань и что они делают?

И тем не менее, я произнёс речь. Что-то про то, что наше освобождение в наших руках. Очень эмоциональную речь, надо сказать!

И не важно, поняли ли монстры мои слова, главное, что они поняли мой настрой.

А настрой был вполне конкретный и однозначный — или мы сейчас объединимся и уделаем бессмертных Зихао и Бао, или они рано или поздно найдут каждого из нас и убьют. И спрятаться от них не сможет никто и нигде. Только объединившись и скоординировав наши действия, мы сможем противостоять им, потому что пусть они и сильны, но их двое. А нас много!

Я ещё заканчивал речь, а уже видел, как разгораются глаза у монстров, как они, полные решимости, рвутся в бой. Я понимал: пошли я их сейчас на смерть, и они пойдут.

Но в мои планы не входило положить всех монстров. Я собирался победить бессмертных!

Поэтому я приказал нескольким теневым паукам и крысоподобным хархнуудам отправляться на разведку. Они должны были выяснить, где находятся и что делают Зихао и Бао.

Пока разведчики добывали информацию, я распределял кто из монстров что будет делать, с учётом особенностей каждого вида. Я проговаривал это вслух, чтобы самому лучше представлять. И понимать, что я ничего не упустил.

Монстры внимательно выслушивали меня. Настолько внимательно, что мне даже казалось, что они меня понимают.

В задачу воинов тумана будантай дайчин входило лишить бессмертных одного из их преимуществ — сделать так, чтобы они не могли летать. Не важно каким образом — нагнать тумана, чтоб бессмертные ни хера не видели, сделать мечи скользкими, чтоб на них стоять было невозможно… Или другим каким способом, главное, приземлить. Хотя бы ненадолго Зихао и Бао нужно было опустить на землю.

И в этот момент наготове должны быть арратаны. Их атака должна быть быстрой и мощной. Но самим вступать в единоборство им не нужно, нужно только оттеснить мужиков в платьях прямо в тёплые объятия Агуйн Баавгай.

А хархнууды должны навалиться массой и отвлекать внимание бессмертных, чтобы они раньше времени не заметили, что отступают прямо в лапы к пещерным медведям.

Как и где именно всё это будет происходить, решу, когда будут разведданные. А пока мне мой план нравился. Хотя чуйка подсказывала: вполне может случиться так, что всё пойдёт по одному месту. Ну так это я и без чуйки знал.

Я прекрасно понимал, что Зихао и Бао слишком сильны. Намного сильнее монстров. Про себя я вообще молчу.

Ох, как же тяжело ждать! Особенно, когда понимаешь, что у разведки шансов провалиться до фига и больше. Вдруг Зихао и Бао умеют видеть сквозь стены? Или чувствовать ядра на расстоянии…

Хотя, нет. В таком случае они нас уже давно обнаружили бы — тут сейчас такое скопление ядер, что фон должен просто светиться!

Я прям извёлся весь, пока появились разведчики.

Но вот, наконец, послышалось шуршание и из тени выступили теневые пауки. И тут же я увидел, как вдоль стен к нам бегут крысоподобные хархнууды.

Однако, выяснить, что мои разведчики узнали, я не успел.

Я даже не успел решить, как именно буду выяснять, что конкретно они там узнали…

Потому что вслед за разведчиками в конце технического коридора появились две летящие фигуры в длинных платьях.

— Твою мать! — только и успел прошептать я, как незваных гостей заметили монстры.

Надо ли говорить, что началась паника?

Поднялся визг, вой. Монстры ломанулись кто на стены, кто вглубь коридора, стремясь сбежать подальше от бессмертных Зихао-цзаня и Бао-цзаня.

Я оглянуться не успел, как против приближающихся врагов остались мы втроём: я, Моня и Юшоуша.

Не буду отрицать, что у меня был порыв сбежать вслед за монстрами. Но он быстро угас. Потому что смысла в побеге не было никакого. Ну забьёмся мы в щели, и что?

Поэтому я перехватил катану поудобнее и приготовился умереть с честью.

Сначала, конечно, попытаться выжить, но потом…

И тут я вспомнил про яды.

Вовремя, надо сказать, я про них вспомнил!

Понятно, что ядов у меня осталось немного — четыре флакончика. И ещё противоядия — как-то за всё моё путешествие у меня не было повода воспользоваться ими. Да и сейчас они не нужны — только яды. Ну да ладно.

Я достал один флакончик и примерился метнуть.

«Идиот, — пробурчал Аргх. — Они бессмертные! Что ему может сделать твой яд? Ну замедлит ненадолго и всё! Отравить ты всё равно их не сможешь. Лучше сдайся! И проси о пощаде…»

Я выслушал демона, не перебивая. А потом усмехнулся:

— Замедлить — это до хрена в моей ситуации! Это практически сравнять шансы!

По поводу сравнять я, конечно, хватил… Но увеличить свои шансы на выживание с помощью ядов я смогу однозначно! Пускай Зихао и Бао не страшен яд, и они смогут быстро вывести его из организма. Но если мне удастся замедлить бессмертных, а потом отрубить им головы, то вряд ли вместо отрубленных вырастут новые.

Так что никакие они не бессмертные! Просто покрепче обычного человека.

Поэтому флакончик с ядом быстро перекочевал в правую руку, а меч — в левую. Потому что замедлившуюся цель рубить легче.

Мужики в платьях были уже достаточно близко, и я рванул вперёд, чтобы сократить дистанцию и метнуть первый флакончик яда.

Мне обязательно нужно было попасть! И желательно в лицо или в открытую рану.

Ран пока у своих врагов я не видел, а вот мордельники были тут как тут!

Проблема была в том, что и Зихао, и Бао стояли на своих летающих мечах.

Едва я кинулся вперёд, как они взлетели повыше и перед ними закружились по пять летающих клинков.

Едва я приблизился, как мечи полетели в меня. И сразу же в них ударился поток воздуха — это Юшоуша махнул своим веером.

Клинки отлетели в сторону, но тут же перестроились и снова ринулись на меня.

И снова порыв ветра сдул их.

Не все, правда. Парочку мне пришлось отбить.

Левой рукой было несподручно, но я справился. Правда с трудом. И тем не менее!

Я был уже практически под летающими наверху Зихао и Бао. Мне нужно было что-то типа трамплина, чтобы подпрыгнуть к ним. Или что-то, что скинуло бы их ко мне — те же воины тумана… Но трусливые будантай дайчин слиняли вместе с остальными монстрами. Помощи от них не будет. Придётся как-то самому…

Зихао и Бао сменили тактику, и теперь летающие мечи окружили меня.

Я понимал, что Юшоуше будет сложно отбить их.

Нужно было бросить флакончик с ядом и перехватить меч. Потому что, как ни крути, а я правша.

Почувствовав за спиной спину моего меча, я шепнул:

— Юшоуша, помоги!

И размахнувшись, швырнул флакончик в того, кто был ближе — в Бао.

Юшоуша тут же махнул веером. Поток воздуха подхватил флакончик, и тот прилетел прямо в лобешник бессмертному мужику в платье!

Естественно, флакончик разбился!

Яд залил лицо Бао, и тот сорвался со своего меча.

Я на радостях ринулся к нему, чтобы довершить дело, но Зихао спикировал прямо на меня, вынудив перейти в глухую оборону.

Тут же в нашу сторону полетели мечи, и едва мы с Юшоушей отбили их, как всё пространство коридора заполнил огненный напалм.

Спрятаться на первый взгляд было негде, убежать некуда. Но, на моё счастье, Зихао берёг своего товарища, поэтому огонь был не самый сильный и шёл полосой.

Мы с Юшоушей отскочили.

А веер моего меча направил в сторону огня ветер и тем самым отбил пламя.

Хоть мы и отпрыгнули в сторону Бао, но приблизиться к нему не смогли — нас снова атаковали летающие мечи Зихао.

И тут я услышал рёв, рычание и звуки борьбы.

Я обернулся и увидел, как Моня топчет и рвёт Бао. Тот пытается сопротивляться, но мой монстрёныш вцепился мёртвой хваткой прямо в лицо бессмертного и не даёт Бао даже шанса, чтобы воспользоваться мечом или использовать какую-либо технику.

— Спасибо, брат! — крикнул я Моне и снова переключился на Зихао.

Теперь я не боялся, что Бао придёт в себя и ударит меня в спину. Моня не даст ему так быстро очухаться.

Обрадованный успехом, я решил воспользоваться тем, что Зихао приблизился. Выхватил второй флакончик с ядом и швырнул его в бессмертного.

Но, наученный горьким опытом, этот подонок увернулся.

Флакончик с треском разбился о стенку, и по ней потекла киселеобразная зелёная масса.

— Чёрт! — выругался я. — Чёрт! Чёрт! Ну почему так-то!

Яд было жалко. Запасов у меня осталось совсем немного — всего на два броска.

Вновь на нас покатила стена огня, и вновь Юшоуша использовал свой веер, чтобы сбить пламя.

Но из пламени вылетела синяя искрящаяся плеть.

Это произошло настолько быстро, что я практически не успел среагировать. И если бы Юшоуша не толкнул меня на пол, мне пришлось бы очень несладко.

И вдруг мне руку обожгло невыносимой болью.

Но у меня с руками было всё в порядке — никаких ранений или ушибов.

Услышав за спиной сдержанный стон, я обернулся и увидел Юшоушу.

Удар плетью пришёлся ему по левому предплечью.

Чёрное кимоно стало ещё чернее от крови, а рука стала нечувствительной и повисла.

Я осознал: если бы плеть хлестнула по мне, то вряд ли бы я выжил. Получалось, Юшоуша, рискуя жизнью, спас меня. И получил ранение.

Я хотел встать и опёрся на руки. И понял, что левая рука меня не держит. Мало того, в том же месте, где ранение у Юшоуши, она нестерпимо горит огнём.

Я не сразу сообразил, что к чему, но потом до меня дошло — мы же с ним как единое целое! Он делится со мной своим мастерством и своей силой. Но видимо, такой близкий контакт предполагает и то, что слабости у нас тоже общие.

В голове промелькнуло: а если ранят меня, он тоже почувствует?

Но я отмахнулся от этих мыслей — сейчас не время отвлекаться. Потом разберёмся…

— Осторожно! — закричал Юшоуша.

И я, не раздумывая, ушёл перекатом в сторону.

Секундой позже в то место, где я только что лежал, воткнулись три клинка. И тут же туда, куда я отскочил, ударила плеть.

Я, уходя от атаки, отскочил ещё дальше, оставляя впереди Моню, терзающего уже не подающего признаков жизни бессмертного Бао.

Я отметил это и спросил у бледного Юшоуши:

— Ты как?

— Жить буду! — ответил он.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Тяжелые времена рождают сильных людей.

Сильные люди создают хорошие времена.

Хорошие времена рождают слабых людей.

Слабые люди создают тяжелые времена.

Глава 37

Зихао совсем озверел. Вся его высокомерная и холодная надменность улетучилась, как будто её и не было. Он был в бешенстве. Как самый обычный простолюдин.

И я понял о чём говорил Юшоуша, когда рассказывал о том, что Зихао и Бао развивались не гармонично — бессмертный Зихао-цзань позволил эмоциям затуманить свой разум.

Я, как человек военный, прекрасно понимал, что эмоции могут как помочь, так и подставить. Как поднять в атаку, так и заставить ошибаться. Как совершить невозможное, так и напортачить по полной.

В эмоциях заключена огромная сила! И нужно уметь этой силой пользоваться.

Мне представляется, что контроль над эмоциями обретается во время медитаций. И если Зихао пренебрегал медитациями, то он своими эмоциями не владеет.

А значит, мы имеем перед собой обезьяну с гранатой — может рвануть в любой момент. И тут главное не попасть под удар.

И хорошо бы ещё, чтобы под свой удар попал сам Зихао.

Вот такие мысли пролетели у меня в голове, когда я в очередной раз отбивал удары летающих мечей и уворачивался от искрящейся плети.

К сожалению, левая рука так и не работала. Я не мог ей в полной мере даже балансировать. Поэтому и манёвренность моя снизилась.

И, естественно, я не мог достать ещё один флакончик с ядом, чтобы запустить его в Зихао. Я и отбиваться-то в полную силу не мог.

Зихао понял это и рванул ко мне в попытке задавить с наскока.

Но я в очередной раз успел увернуться от плети. Зато впереди меня неожиданно оказался Юшоуша. Взмах веером, и сильный встречный ветер поднял пыль и швырнул её в глаза Зихао, заставляя того немного сдать назад.

Юшоуша отошёл в сторону, давая мне дорогу, и я использовал секундную задержку бессмертного, чтобы попытаться достать его. Тем более, что в горячке боя он, ослеплённый яростью и пылью опустился на своём мече слишком низко.

Я успел рубануть по ноге.

Но уровень Зихао был действительно очень высоким. Будь на его месте кто-то другой, и я с лёгкостью отрубил бы ему ноги. Но Зихао умудрился среагировать. Поэтому я смог только чиркнуть его по голени. Так, царапина… Но подол белого платья окрасился красным.

— С первой кровью тебя, урод! — прошипел я, видя, как пятно расползается.

Зихао ранение отрезвило.

Он резко поднялся повыше, огляделся. И вдруг отступил. В том смысле, что бросил товарища и полетел прочь.

Я кинулся, было, следом, но тут сбоку раздалось угасающее:

— Курлык…

В этом «Курлык» было столько боли и страдания, что я запнулся и посмотрел на Моню.

Он лежал на поверженном враге, а изо рта у него шла пена.

Я не сразу сообразил, в чём дело. Тем более, что мысли были заняты Зихао — он улетал и упускать его было нельзя. Если он скроется, то успеет подготовиться или найдёт подкрепление. В общем, достать его будет в разы сложнее.

Но Моня явно умирал.

Проводив взглядом улепётывающего бессмертного, я кинулся к своему монстрёнышу.

Едва я увидел пожёванное лицо Бао, как до меня дошло — флакончик с ядом попал в лобешник бессмертного. Всё его лицо было в яде. И когда Моня жевал его, то наглотался яда.

Лысая башка монстрёныша уже приобрела сероватый оттенок. Глаза то и дело закатывались. Он дышал с трудом — со свистом вдыхая и со стоном выдыхая.

Растерянность моя длилась недолго. Едва я осознал, что Моня отравился, как руки сами потянулись к сумочке, где хранились противоядия.

Беда была в том, что противоядий было несколько. А я не помнил, какой именно яд швырнул в Бао. Я тогда об этом вообще не думал.

Левая рука так и не работала как следует, а правая дрожала. Я едва не выронил и не разбил флакончики с противоядиями.

Поймав один у самого пола, я приказал себе:

— Спокойно, майор! Спокойно! Вдох! Выдох! Вдох! Выдох…

Блин! Я столько раз обрабатывал раны своим товарищам, что, казалось бы, должен относиться равнодушнее. Но нет, меня трясло, как будто я впервые в жизни увидел кровь.

Возможно, это потому, что Моня был мне очень дорог, я не мог потерять его. К тому же я чувствовал свою вину — ведь это же я запустил в Бао ядом.

Но дыхательные упражнения позволили мне взять себя в руки.

Все флакончики с противоядиями были разными, и повторяли форму флакончика с ядом. Я мысленно сказал спасибо мастеру ядов Кагауси Такаги за такую предусмотрительность.

Потом отложил катану в сторону и начал перебирать флакончики, примеривая их в руке, чтобы определить тот единственный, который мне нужен.

Больше всего, как мне казалось, по форме подходили два разных флакончика с разными противоядиями, а нужно было выбрать один. И ошибиться было нельзя.

— Спокойно! — снова приказал себе я. — Соберись!

Осуждать Зихао за то, что он потерял контроль над эмоциями, было просто. А вот взять под контроль свои эмоции у меня выходило плохо. И успокаивать себя тем, что у меня мало времени, не имело смысла — на кону была жизнь дорогого мне существа.

Моня приоткрыл глаза и посмотрел на меня.

Я понял, что он прощается.

Чёрт!

Перед глазами поплыли картины. Вот Моня пробирается вдоль стены в той пещере, где я нашёл его — испуганный, маленький и осиротевший по моей вине. А вот он укладывается на шкуру у моих ног. Вот улыбается во все свои клыки, и все его шесть глаз весело смеются. А вот я пошёл провожать Юнмей в туалет, и он плетётся за нами…

Юнмей… Когда она пряла мою нить, она добавляла шерсть Мони. Мы с ним связаны. А значит, я должен почувствовать.

Понятно, что с точки зрения логики это был бред собачий! Ну как можно почувствовать, какое именно противоядие нужно принять.

Но я запретил себе даже думать об этом.

Я просто закрыл глаза и взял по флакончику в каждую руку.

Понятно, что левая плохо чувствовала, и я не мог сравнить флакончики, как на весах, но я решил довериться своей чуйке…

Позади меня стоял какой-то странный топот, клацанье зубов и когтей, подвывания и рычание, но я усилием воли словно шторку задёрнул — меня это всё сейчас не касалось. Сейчас во всём мире были только Моня, я и единственное нужное противоядие.

И вдруг всё срослось!

Не надо гадать! Когда я держал флакон с ядом, то большой палец удобно ложился в углубление. А эти два флакончика… Ни один из них не подходит!

Всё-таки паника плохой советчик!

Я уверенно взял нужное противоядие, отмечая, как удобно лёг в углубление большой палец. Откупорил крышку и, не тратя больше драгоценного времени, влил молочную жидкость в горло Мони. А потом задрал его голову и погладил по шее в области глотки, вызывая глотательный рефлекс.

Мне нужна была вода, чтобы умыть монстрёныша и чтобы дать ему напиться, но у меня не было ни фляжки, ни бутылки.

Я обнял пацана за его огромную голову, прислонился к нему лбом и…

Да, я заплакал! И не стыжусь этого!

Парни во время спецопераций гибли, мне было больно, но я не проронил ни слезинки, а тут заплакал.

Я просто не мог даже представить, что Мони не будет.

И тут я почувствовал рядом с собой движение.

Повернув голову, я увидел одного из монстров — из тех, с которыми я раньше не встречался, и на что они способны, не знал.

Этот монстр был какой-то… не знаю… как комок тины с глазами и зубами.

Он и пах болотом.

Монстр осторожно приблизился и положил свои… водоросли на голову Моне.

Я от отвращения чуть не рубанул по нему. Хорошо катану свою в сторону отодвинул.

Хорошо, потому что пока я её нашаривал, из водорослей закапала вода…

— Хамрр, — замурчал монстр и прикрыл глаза.

Вода, что выделялась из водорослей, немного пахла болотом, но в принципе вполне годилась для умывания.

«Даже болотный гуль тут…» — удивлённо произнёс Аргх.

— А что не так с болотными гулями? — спросил я, наблюдая, как к нам осторожно приближается ещё один комок тины, и точно так же кладёт водоросли на Моню.

«Да они же только в воде и могут жить, — объяснил демон. — Выходя на сушу, берут с собой небольшой запас воды. И как он закончится…»

Я смотрел, как по Мониной морде стекает вода, смывая яд и кровь и понимал, что вот эти монстры сейчас буквально отдают свои жизни, чтобы Моня выжил.

— Спасибо! — сказал я им и поклонился.

Не просто склонил голову, а коснулся лбом пола. Я сидел на коленях, поэтому всё произошло естественно.

— Хамррр, — промурчал второй монстр и тоже склонил… наверное, голову. Ведь место, где находятся глаза и зубастая пасть — это же голова?

Вода сделала своё оживляющее действие — Моня судорожно вздохнул и застонал.

Болотные гули перестали поливать Моню водой и, мурча, один из них вдруг протянул мне летающий меч Бао.

— Хамррр, — сказал болотных гуль.

— Спасибо! — ответил я, принимая оружие.

Мой взгляд упал на Бао, точнее, на то, что от него осталось, и я понял, что меч — это трофей. И он мой!

— Курлык… — простонал Моня, и я на радостях обнял его.

Я снова плакал. Но теперь от счастья. Потому что стало понятно — Моня выживет.

Единственное, он был очень слаб.

И тут я вспомнил про пилюли.

Отсыпал Моне горсточку кровоочищающих, чтобы вывести остатки яда. И тут же заозирался в поисках укромного местечка, где Моня сможет освободиться от токсинов.

И когда Моня подорвался, я направил его в закуток между ящиками.

Вскоре в коридоре стояла такая вонь, что пролетай тут Зихао, мне не пришлось бы придумывать, как сбросить его с летающего меча, он сам упал бы…

В общем, подхватив катану и меч Бао, я поспешил эвакуироваться.

Случайно или нет, но я выбрал ту сторону, куда улетел Зихао.

Болотные гули и шатающийся от слабости, но зато живой Моня поспешили за мной.

Но ушли мы не далеко. Совсем немного времени спустя в коридоре появились несколько арратанов и других монстров. Они были потрёпаны и изранены. Но чувствовалось, что воодушевлены.

Когда мы встретились, один из арратанов выступил вперёд и положил к моим ногам меч Зихао.

Я с удивлением посмотрел сначала на него, потом на монстров. И мне стало понятно: они приняли бой. Я смотрел на воинов тумана будантай дайчин, на Агуйн Баавгай, на арратанов и крысоподобных хархнуудов и ещё на других монстров, чьих способностей я не знал, и понимал: они привели в действие мой план.

Они увидели, что мы победили Бао. Они увидели, как мы дрались. Увидели, что сделал Моня. И не дали Зихао уйти! Ссадили этого ушлёпка с летающего меча и растерзали его.

Наверняка многие погибли. Некоторые были ранены. Но они победили.

И, пожалуй, эта победа была не только над Зихао, но и над своим страхом — я прекрасно помнил, как они ломанулись, когда Зихао и Бао появились на горизонте.

Как ни странно, меня не мучило то, что монстры победили человека. Этот человек был в гораздо большей степени монстром, чем присутствующие здесь арратаны и иже с ними.

Я смотрел на них и понимал: теперь же что-то нужно будет решать с лабораториями. Да и с монстрами тоже…

«Что же теперь делать?» — прошептал потрясённый Аргх.

— Да уж что-нибудь будем! — с усмешкой ответил ему я.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Снежный человек очень мучается летом, но зимой ему помогают дети… Они лепят ему снежных баб.

Глава 38

Зихао и Бао больше не было. И меня не мучило, что последняя битва была без моего участия. Это всё равно была моя победа — я подготовил и спланировал операцию, я воодушевил монстров, я на собственном примере показал, что справиться с бессмертными можно.

Но это не отменяло проблемы, которая встала передо мной в полный рост: что теперь делать с монстрами и с лабораторией, где их произвели на свет?

Возьмём, к примеру, лабораторию. То, что творилось тут, это несомненное зло. И по идее, её нужно разрушить, чтобы другим неповадно было. Разрушить до основания, чтобы камня на камне не осталось.

А с другой стороны — это технологии! Это современное оборудование, которое вполне возможно использовать на благо цивилизации. И уничтожать его — это в какой-то степени варварский поступок.

И это я задумался пока только над лабораториями! А ведь есть ещё монстры!

Их нельзя было забрать с собой, нельзя оставить тут, нельзя переправить в другой мир. Но убивать тоже нельзя! Не заслужили они такого обращения! В том смысле, что не их вина, что с ними сотворили такое.

К тому же, высокоуровневое ядро будет притягивать их, где бы они не находились.

Но ради них я не готов был жертвовать своей жизнью! Меня вообще-то Изуми ждёт! И Юнмей надо отправить домой. И слово, данное хозяину времени сдержать. В конце концов, он свою часть договора выполнил. Теперь моя очередь.

В общем, как ни крути, а передо мной стоял моральный выбор. И я должен был его сделать. А я уже давно не ел. В голове аж мутилось от голода и усталости.

Ещё до того, как я узнал, что Зихао тоже мёртв, я как-то держался на адреналине, но теперь меня нагнал отходняк, и начала накатывать слабость.

Устало оглядев своё воинство, я приказал хархнуудам и теневым паукам:

— Разведайте тут всё, загляните в каждую щель и соберите всех живых в той лаборатории, где стоит портал, через который мы пришли. — Потом повернулся к арратанам. — А вы помогите доставить всех найденных. И чтоб никто не пострадал!

Арратаны склонили головы, давая понять, что поняли меня и отправились вслед за хархнуудами и пауками.

Понятно, что сильно раненые остались. И я, подумав немного, накормил их пилюлями, поднимающими дух. Ну и лечебными тоже — выбрал подходящие.

Убедившись, что на монстров пилюли действуют нормально, я тоже выпил.

Дело не в том, что я проводил опыты на живых существах. Просто мне не хотелось снова бегать в поисках туалета. Так что, увидев, что с монстрами всё в порядке, я и сам подлечился.

И подумал: надо бы пополнить запасы пилюль. Наверняка на других этажах есть такие же аптечки.

Оказалось, есть.

А потом я в сопровождении Мони, Юшоуши и раненых монстров отправился в лабораторный зал — тот, который с рядами цилиндров. Нужно было найти Юнмей. После — дождаться монстров вместе с пленными работниками института. Допросить пленных. И потом уже решать, что делать.

Когда мы дошли до управляющих установок, Моня прямиком рванул в одному ему известном направлении.

Оказалось, в туалет. И чего это они меня в этом мире преследуют?

А потом оказалось, что в одной из кабинок сидит чуть живая Юнмей. И прядёт. Кто бы сомневался?

Подхватив богиню судьбы на руки, я отнес её к порталу. Точнее, к бывшему порталу. Потому что он не работал. Вообще!

Усадив Юнмей около постамента, я приказал Моне и Юшоуше охранять её.

Я понимал, что никто не причинит Юнмей вреда. Мой приказ был исключительно для её спокойствия. Ну и для моего — тоже. В конце концов, ошибки случаются, и я не хочу потом жалеть. Так что, лучше перестраховаться.

А сам позвал болотных гулей и отправился с ними обратно в туалет. Включив в умывальнике воду, я позаботился, чтобы болотные гули пополнили свои запасы жидкости. Это малое, что я мог для них сделать в благодарность за то, что они помогли Моне.

Надо было видеть, как они оживились!

Потом я умылся сам и присел на толчок.

Здесь тоже стульчак был тёплым. И приятный женский голос что-то лопотал на незнакомом языке.

Пилюли, конечно, меня поддерживали, но хотелось уже и мяса какого-нибудь зажевать. И выспаться…

А вот вставать — не хотелось!

Я прикрыл глаза и отрубился.

Разбудили меня возня и сопение под дверью.

Я не сразу понял, что происходит и где нахожусь. Но постепенно память вернулась ко мне.

Встал и вышел из кабинки.

Около кабинки толпились монстры. Они явно пришли за мной, но не спешили будить, а терпеливо ждали под дверью. Вот только они поневоле производили много звуков: шебаршение, вздохи, сопение, клацанье когтями по полу. Тем и разбудили меня.

Ну и ладно! Я хоть и немного, но всё-таки отдохнул. Даже силы появились!

В общем, монстры меня ждали. И едва я открыл дверь кабинки, как всячески начали демонстрировать мне свою преданность. Пришлось похвалить их: погладить монстрячие лбы и почесать за монстрячими ушами.

Когда я вышел из туалетной комнаты в лабораторный зал, то увидел, что напротив портала в стороне от Юнмей с Моней тесным кружком сидят человек десять.

Пока я спал на толчке, монстры выполнили моё распоряжение. И теперь, выстроившись вокруг пленных, внимательно наблюдали за ними. Но не проявляли явной агрессии. Хотя зубы время от времени демонстрировали — играли, суки, у пленных на нервах.

С другой стороны, учёные в своё время скорее всего тоже не миндальничали с монстрами…

Так что все квиты.

Был среди пленных и тот мужик — в очках, с залысинами и в белом халате, который держал руку над монитором.

Я обрадовался ему, как старому знакомому. Хотя бы потому, что он разговаривал на языке жителей Баракушити.

— Эй, ты! — крикнул я ему. — Пойдём-ка, поговорим про библиотеку!

И поправил узел на поясе.

Разрубленный бессмертным Зихао пояс пришлось связать, чтобы подпоясаться. А то ходить расхристанным мне было как-то не комфортно.

Мужичок, увидев заткнутые за пояс мечи Бао и Зихао рядом с моей катаной, подскочил и, озираясь на монстров и шарахаясь от них, поспешил ко мне. И давай кланяться да причитать:

— Простите нас, пожалуйста! Мы люди подневольные, нам что говорили, то мы и делали… Мы не виноваты… Простите нас!

— И чего конкретно вы делали? — поинтересовался я.

Потому что знаю такую породу людей: вечно пытаются скинуть ответственность на кого-то другого.

От моего вопроса мужичок завис. Видимо, не понимал, в чём именно его обвиняют. Ну… чтобы конкретно отбрехаться.

А я не спешил облегчать ему жизнь и давать подсказки.

Осознав, что оправдаться будет не просто, мужичок решил сменить тактику:

— Я знаю, как отделить душу демона, живущую вместе с вами в вашем сознании, — горячо зашептал он.

«Не верь ему! — забеспокоился сразу же Аргх. — Я его знаю! Это прихвостень Зихао!»

Я усмехнулся и приказал мужичку:

— Рассказывай!

И он залопотал…

Много чего рассказал мне этот личный помощник Зихао и по совместительству управляющий лабораторным комплексом. Оказывается, они не просто клонировали и выращивали различных животных из разных миров, но ещё и проводили генетические исследования, по изучению мутаций. В результате которых и возникли монстры.

А ещё пытались пересаживать сознание. Кстати, монстры потому и умные такие, что в каждом из них было заключено сознание человека или демона… И вряд ли они давали согласие на эти эксперименты…

Собственно, тот саркофаг, с помощью которого в часовне пытались избавиться от меня, и был портативным устройством по пересадке…

И меня собирались вживить в одного из монстров.

— Этот эксперимент вошёл бы в историю! — с жаром признался очкарик. — Мы бы впервые пересадили бы сознание человека из вашего мира! А это такой потенциал! У вас так много… — И тут он поймал мой взгляд. И сразу же сник.

Я слушал этого учёного, и мне хотелось придушить его на месте. Потому что моё воображение тут же нарисовало, как у моей Машки-промокашки отнимают сознание и вселяют в какого-нибудь арратана или хархнууда.

У меня чесались кулаки — за неё я порву любого!

Останавливало пока только одно: шанс избавиться от Аргха. Только это и спасло любителя бесчеловечных экспериментов от немедленной расправы.

Я видел, ему действительно доставляло удовольствие вот это занятие вивисекцией — у него загорались глаза всякий раз, когда он начинал рассказывать о своих экспериментах.

— Ты должен освободить меня от демона! — приказал я. — И тогда возможно я пощажу тебя.

— Да-да, господин! Всё сделаю в лучшем виде! — беспрерывно кланяясь, залебезил он.

Но я прекрасно понимал, что доверять ему нельзя. Поэтому позвал парочку арратанов и объяснил им:

— Сейчас он проведёт одну операцию. Если после этого я буду не я, то сожрите обоих — и меня, и его! — и я указал пальцем на побледневшего очкарика.

«Кизаму, не надо! — завопил Аргх! — Не делай этого! Не соглашайся на отделение! Нам же с тобой было так хорошо! Я же всегда помогал тебе! Вспомни!»

— Я всё помню, — усмехнулся я и приказал очкарику: — Действуй!

— Мне нужен ассистент… — несмело попросил он.

— Давай, — разрешил я.

И очкарик вызвал из группы пленных сисястую девушку.

Она тут же подскочила к пульту и начала быстро нажимать различные клавиши.

Один из цилиндров-аквариумов засветился. Началась продувка систем.

Потом стекло уплыло вверх, и девушка с поклоном предложила мне:

— Проходите, пожалуйста!

Это были её первые слова, сказанные при мне. И они были произнесены на языке жителей Баракушити.

Я глянул на Моню и на Юнмей.

Богиня судьбы знай себе крутила веретено.

А вот Моня поднялся и подошёл к девушке.

— Курлык! — курлыкнул он ей из-за плеча.

— Ой! — подскочила девушка и быстро нажала ещё две клавиши.

Моня тут же продемонстрировал ей все свои клыки.

— Всё будет хорошо! — заверил меня очкарик.

Если честно, лезть в этот цилиндр было стрёмно. Вообще не хотелось.

Даже возникла мысль: а не оставить ли Аргха в качестве средства связи с демонами?

Но я отмёл эту мысль. Чёта как-то раньше он мне в этом не сильно-то помогал. А если и помогал, то только тогда, когда ему это было выгодно. Так что от такого соседа нужно избавиться.

Я показал арратанам, чтобы они смотрели в оба. Потрепал Моню по голове. Помахал Юнмей. Вытащил из-за пояса все три меча и с поклоном передал их Юшоуше. И попросил:

— Сохрани их для меня, пожалуйста!

А потом шагнул в цилиндр.

Фыркнула продувка и стекло медленно поползло вниз.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Анекдот от читателя:

Повадился Змей страшный в одном царстве всех девственниц хавать. Осталась только царская дочь. И царь издал указ: кто убьёт Змея и в доказательство победы принесёт его зубы, тот получит царевну в жены и полцарства в придачу.

Ивану-дураку всё равно делать нечего было. Он собрался и пошел змея искать.

Нашёл. Видит, спит змей в чистом поле аки младенец.

Побоялся Иван-дурак Змея будить, втихаря зубы ему порасшатал, в мешочек сложил, и царю принёс.

Праздник в царстве, кони пьяны/хлопцы запряжены.

И вот пришло время первой брачной ночи.

Только залез Иван-дурак на царевну, как в дверь постучали.

— Тук-тук!

— Ну кто там ещё, — спрашивает Иван-дурак.

А из-за двери отвечают:

— А ты снасяла отклой, касёлик, а потом узнаись кто плисол, зацем плисол…

Глава 39

Когда вода схлынула, я прислушался к себе.

В голове было тихо и как-то свободно.

Я повёл плечами, проверяя, как работает организм и сразу же почувствовал демоническое ядро. Я ощутил его, как мощный источник энергии, которому всё подвластно. Даже странно стало, почему раньше не чувствовал.

Стекло поднялось и на меня уставился арратан, готовый выполнить мой приказ и загрызть меня если это окажусь не я. Второй арратан навис над очкующим очкастым, преданно заглядывающим мне в глаза в ожидании, когда я отзову своих зверюшек.

Я разулыбался ближайшему монстру:

— Умничка!

Арратан тут же склонил голову, признавая во мне вожака.

А очкастый уже, отскочив от зверя, с поклоном протягивал мне кристалл:

— Вот здесь сознание вашего демона. Оно будет долгое время в сохранности. Если захотите, сможете его…

— Не захочу! — перебил я очкастого, забирая, однако, кристалл.

Ну а что? Я к Аргху уже привык! Пусть полежит в сумке… У Юнмей. Моя-то осталась в портальной пещере. Потом подарю кому-нибудь. Уулын Цэцэг, например. Думаю, ей с отцом приятно будет. В конце концов, ни она, ни её отец с Зихао и Бао не сотрудничали. Они честно пытались спасти свой народ.

Пока я был в цилиндре, понял, что должен сделать с лабораторией. Я должен её уничтожить. Потому что этим вивисекторам только дай волю, и они в своих экспериментах совсем берега потеряют.

Но, прежде чем уничтожать тут всё, я спросил у очкастого:

— Откуда вы знаете язык Баракушити?

— Мы сотрудничаем с некоторыми кланами, — кланяясь ответил он. — Выполняем заказы… А они для нас проводят некоторые исследования. Изучают для нас некоторых монстров…

И тут до меня дошло. Кутуруку! И клан Такаги, и в императорской академии магии изучают Кутуруку. Так вот, значит, для кого все эти исследования!

Выяснить, с каким именно кланами и народами они сотрудничали, труда не составило. И первыми в списке были император Баракушити, да будут его дни короткими и мучительными! Ну и клан Такаги, естественно. И ещё парочка именитых кланов. Был в этом списке и Аргх…

Признаться, я боялся худшего. Думал, что предателей будет больше. К счастью, не все поражены алчностью.

Я взял все кланы предателей человечества на заметку — ни один из них не уйдёт от возмездия!

Слушая, как очкастый отчитывается о «деловых связях», я хотел придушить его с новой силой. Но понимал, что это проблему не решит. Нужно действовать кардинально.

Моё высокоуровневое демоническое ядро отозвалось на моё состояние. И в голове всплыло, как я раздвигал стену.

Сейчас, когда в моей голове не было Аргха, я чувствовал, что смог бы это сделать намного быстрее и легче. То есть, эта сволочь тогда ещё и мешала мне! Саботировала спасение… Неужели он не понимал, что Зихао и Бао не пощадят никого, и его в том числе? Ну ничего! Теперь-то Аргх больше не сможет мне помешать!

Нет, я не стал тут всё взрывать. Я просто расширил сознание и охватил весь лабораторный комплекс. А потом открыл портал…

Мне не нужно было специальное оборудование или какие-то там постаменты. Я сам был оборудованием! А так как вся энергия демонического ядра стала моей энергией, то сила моя практически не имела границ.

Нет, я не стал убивать учёных и разрушать ценное оборудование. Я даже не стал разлучать учёных с их исследовательскими лабораториями. Я просто перенёс весь комплекс вместе с учёными на необитаемые земли. Пусть развлекаются.

Ну а что? У них даже будет возможность проводить свои эксперименты… Правда подопытными смогут быть только они сами… Но это уже детали.

Что делать с монстрами, я тоже решил. В тот самый момент, когда вышел из цилиндра. Как только увидел преданный взгляд арратана и его готовность выполнить мой приказ.

В общем, я же, когда сел на трон в часовне, стал правителем. А правителю нужна армия. А у меня она теперь есть! У меня теперь есть верные бойцы, которые никогда не предадут меня и не попросят жалования. Да и пропитание в крайнем случае для себя могут добыть сами. Ну чем не идеальная армия? А уж на поле боя ей вообще равных нет!

Поэтому, едва я отправил учёных с их бесчеловечными экспериментами подальше, как создал другой портал.

Когда проход между мирами засиял, я решил всё же для очистки совести предложить монстрам выбор:

— Любой из вас может, если хочет, остаться в этом мире. Или я могу перенести желающего в его родной мир. Или можете пойти со мной и стать моей армией. Что скажете?

Монстры были единодушны. И они готовы были идти за мной хоть на край света, хоть к чёрту на кулички, хоть на смерть. Они были готовы выполнить любой мой приказ

И я, усадив Юнмей на Агуйн Баавгая, скомандовал двигаться.

Портал я настроил так, чтобы мы вышли в портальной пещере. Жалко мне было бросать шкуры и другие свои раритеты. Мало ли как жизнь развернётся?

Естественно, ничто никуда не делось. Всё так и осталось лежать, как было брошено. Понятно, что лёд растаял. Но вода утекла и шкуры даже успели немного подсохнуть.

Обломок вертолётной лопасти, кстати, лежал там же.

Я собрал свои вещи, и мы отправились на выход.

Каково же было моё удивление, когда на выходе из пещеры мы столкнулись с Матакуши, Найдваром и остальным отрядом. Заметно потрёпанные, они были живы!

Когда я пропал, они долго искали меня. Но после обвала решили пойти и самостоятельно закрыть портал. Некоторое время им удавалось избегать встреч с монстрами. Однако, на подходе к пещере они-таки столкнулись с армией тьмы.

Спасло их то, что в тот момент, когда я открыл портал, окружившие их монстры услышали зов высокоуровневого демонического ядра и кинулись в портальную пещеру.

Сказать, что мы радовались встрече — это ничего не сказать!

Но самыми счастливыми от встречи были альтан хамгалчид. Они окружили Моню и всячески выражали свою любовь и почитание. Прямо словно божество явилось перед их очами! И даже стоящие поодаль монстры их не смущали! Наоборот! Они стали доказательством крутости их кумира!

Моня же курлыкал с достоинством, едва сдерживая рвущуюся наружу радость. Он то гордо задирал голову, то начинал приплясывать.

Конечно, и Моня, и альтан хамгалчид… Особенно альтан хамгалчид выглядели уставшими и изнурёнными. И очень голодными — все свои припасы ребята либо съели, либо потеряли в схватке. Тут-то и пригодился прихваченный мною мешок с кормом для альтан хамгалчид. Само собой, его на всех вьючных животных было мало, но поддержать силы он позволил.

В общем, не зря я его таскал.

Подкормив животных и разделив между Моней, людьми и демонами остатки змеиного мяса, мы тронулись в путь.

Монстры разбрелись по округе. Я понимал, что им тоже нужно питаться. Главное, чтобы не людьми и не демонами. А так — пусть охотятся. Потом нужно будет придумать, чем кормить их, чтобы местная фауна не страдала.

Я думал, когда мы зайдём к хозяину времени, Юнмей останется дома, но она, краснея, попросила меня не прогонять её из отряда. Поэтому, как только мы, после небольшого отдыха, тронулись в путь, я не стал противиться. В конце концов мне её общество было приятно. К тому же мы столько всего пережили вместе. Один сон на берегу подземного озера чего стоил!

Чем дальше мы двигались, тем я всё чаще вспоминал, как Юнмей в бикини выходила на берег, и как капельки воды блестели на её коже. И как я потом целовал её.

Да, я в курсе, что это был сон, но, блин, опасность отступила, и чем дальше, тем сильнее мне хотелось реализовать этот сон. Но я не хотел оскорблять Юнмей быстрым сексом в походных условиях. Поэтому копил желание…

В Нийслэл мы пришли на третий день. Видно было, что тут были бои. Но, несмотря на уже вступившую в свои права зиму, шло восстановление.

Шишкастый Эргес в роли наместника оказался на своём месте. Получив известие ещё по ментальной связи, он быстро организовал оборону. Поэтому, когда прибыл наш посыльный, войско Нийслэла уже готово было дать отпор.

Понятно, что силы монстров превосходили многократно, но защитники держались.

И опять же — зов высокоуровневого ядра спас город от полного разрушения.

А теперь вот Эргес организовал строительные бригады. И… как ни странно, помощницей у него была Уулын Цэцэг. Они прекрасно сработались!

Я тоже хотел было помочь, но Эргес мягко и настойчиво предложил предоставить это ему. А самому… Самому заняться государственными делами.

Так деликатно меня ещё не посылали. Но я был не против. Я помнил, какие взгляды Эргес бросал на демоницу, и мне всё было ясно. Что ж, я с удовольствием благословил этот союз.

Демоны из нашего отряда тут же включились в восстановление своего города. А я занялся политикой. Нужно было найти возможность укрепить мир между страной Долгих Лесов, страной Ледяных Гор и Баракушити. В конце концов, я обещал хозяину времени, что найду возможность помирить эти страны. Даже если мне для этого придётся их завоевать.

Кстати, к моим монстрам жители Нийслэла отнеслись настороженно. Они и альтан хамгалчид на своих улицах терпели с трудом, а тут монстры, с которыми они вот только воевали.

Но монстры держались на расстоянии, близко к городу не подходили, не пакостили и не нападали. И демоны потихоньку успокоились.

Однако, завоевание — это на крайний случай. Хотелось бы обойтись без жертв. А потому я пригласил Агнию и попросил её стать моим представителем в стране Долгих Лесов, моим посланником. В конце концов, война не нужна никому.

Уговаривать Агнию долго не пришлось. От того, что она может вернуться на родину на вполне законных основаниях, она была мне очень благодарна. И я бессовестно воспользовался этим, официально назначив её послом. Нужно было только выработать предложения для сотрудничества, чем мы и занялись.

Оставленные в связи с этим без внимания Юнмей и Радомира с первого дня невзлюбили друг дружку. Пришлось пообещать им, что если ещё раз поссорятся, то я выпорю обеих.

Кажется, им эта мысль понравилась.

Но я не спешил приводить своё обещание в действие. У меня была важная миссия, поэтому я отложил немного плотские утехи — сначала дело!

Отправив Агнию с Соней и Бориской домой и дав им сопровождение, я начал собираться в Куроикабе. Не просто собираться, а как правитель страны Ледяных Гор с официальным визитом к ныне действующему императору Баракушити, да будут его дни…

Сначала с официальным визитом, а там как пойдёт.

Радомира с Агнией не поехала. Накануне отъезда она прибежала и на коленях умоляла делать с ней всё, что захочу, но не отсылать её от себя.

Я разрешил остаться. Тем более, что ей в моих планах место было. Как и Юнмей.

В общем, когда я отправился в Куроикабе, обе девушки поехали со мной.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Молодая пара дома. Парень вешает полочку:

— Полку к уголкам вполне достаточно прикручивать одним шурупом — у стенки. Второй совершенно ни к чему!

Она:

— Если сделано две дырки, надо использовать обе!

Он:

— Ладно, я сегодня перед сном тебе об этом напомню.

Глава 40

В этот раз мы путешествовали в комфорте. Я бы даже сказал: в роскоши, соответствующей правителю страны Ледяных Гор. Свита, армия, несколько повозок, оббитых изнутри мехом. Тянули эти повозки альтан хамгалчид.

Некоторые демоны начали было возникать, что нельзя так использовать священных животных, стражей города Нийслэла, но широкая улыбка Мони на корню прекратила все разговоры.

Что-что, а улыбаться Моня умел! Во все свои клыки!

Когда мы рассаживались по повозкам, он заглянул в мою. Видимо, надеялся путешествовать с таким же комфортом, как и я. Но те времена, когда он мог ехать на хребте мохнатого стража, прошли. Моня с тех пор сильно вырос. Так что, пришлось ему идти пешком.

Но хоть он и не смог залезть внутрь, всё равно шагал рядом и время от времени заглядывал в окошко, словно проверяя, всё ли у меня в порядке, не обижает ли меня кто.

Меня не обижали. Некому. Я ехал один.

Девушки просились, но я приказал им ехать отдельно. А сам посвятил это время медитации — я очень хорошо помнил, как бессмертный Зихао в критический момент потерял контроль над своими эмоциями.

Потерю контроля я допустить не мог. Высокоуровневое демоническое ядро — это вам не хухры-мухры! Если рванёт, то мало не покажется.

А рвануть может. Потому как император меня бесил. Такая продажная скотина должна получить по заслугам. И потому я не должен проиграть. А значит, медитация — это то, что мне сейчас необходимо.

Что касается девушек, их время ещё придёт! А пока буду превозмогать. Как раз раздражающий и отвлекающий фактор, который мешает взять эмоции под контроль. А он реально мешает. Потому что, во-первых, долгое воздержание. А во-вторых, девушки при каждом удобном случае демонстрировали свои прелести — то бёдрами качают, то наклоняются так, что сиськи едва не вываливаются…

В особо жёстких случаях я вспоминал анекдот про мазохиста. О том, как мазохист просит садиста: «Помучай меня!». А садист жестоко отвечает: «Не буду!».

Вот девушки и соблазняли меня, а я не поддавался.

Так с остановками и превозмоганиями мы добрались до пустоши кустарника хеза, которая расстилалась под стенами Куроикабе.

Я приказал разбить лагерь в отдалении. И послать парламентёров — Матакуши и Шикишу. А чтобы им по пути не встретился норанеко или какой другой хищник, отправил с ними парочку арратанов. Но приказал монстрам остановиться на расстоянии полёта стрелы, пронаблюдать оттуда, чтобы парни дошли без приключений, а потом вернуться обратно. Всё должно быть спокойно, чинно и благородно. Ну и дисциплинированно, само собой.

Ну а сам достал летающие мечи и начал тренироваться летать на них. Причём, так, чтобы меня видели со стены.

Заодно слетал, посмотрел, как там Кутуруку.

Живёт, засранец!

Думал сначала с двуногими врагами человечества разобраться — они в разы опаснее, хоть это и не так очевидно. Но потом решил опробовать на этом Кутуруку зубы змея.

Метнул издалека. Попал. Убил. Даже как-то не интересно.

Полетал над безжизненными щупальцами. Опустился. Подобрал зубы — ещё пригодятся. И вернулся в лагерь. Причём, покружил сначала, чтобы меня хорошенько рассмотрели со стены.

Матакуши с Шикишей должны передать послание, что прибыл истинный император страны Ледяных Гор для переговоров. А мои полёты — это личное послание всем тем кланам, которые имели дело с Зихао-цзанем и Бао-цзанем. И если император и главы кланов ещё подумают, слушать Матакуши с Шикишей или нет, то мои полёты проигнорировать они не смогут.

Как я и рассчитывал, долго ждать не пришлось. Не успели парни зайти в ворота, как навстречу мне вышел целый отряд стражников и послов, которые, выказывая мне всяческое почтение, передали приглашение…

То, что за мной придут, я не сомневался. Не знал только, кто будет первым. Император? Или кто-то из кланов? Наверное, кланы порасторопнее будут, думал я.

И в общем-то я угадал. Меня пригласил глава клана Такаги — Хэчиро.

Естественно, я любезно принял приглашение!

И опять естественно, пошёл не один, а со свитой — как и положено императору.

В мою свиту входили: Моня — он шёл по левую руку, Юшоуша — он был справа, разряженные Юнмей и Радомира — они шли сразу за мной. А за ними отряд демонов, который возглавлял Найдвар. Ну и замыкали шествие два крепких арратана.

Я вообще прикипел к этим безкожим монстрам. Они из всех монстров были самыми умными и самыми бесстрашными. Ну и устрашающе уродливыми, чего уж там говорить.

Когда мы вошли в ворота, защитники стен, надо отдать им должное, не разбежались. Но и не начали кидаться на демонов и арратанов с мечами наперевес. Они просто выстроились в почётном карауле.

Я шёл и смотрел на них, выискивая знакомые лица. И когда увидел начальника дворцовой стражи Шого, то очень обрадовался.

Остановился и спросил:

— Как там отец и матушки?

Он не сразу сообразил, о чём я его спрашиваю. Видимо, не узнал меня.

Спустя время, он недоверчиво спросил:

— Кизаму, ты что ли?..

— Как ты смеешь так обращаться к его величеству?! — оборвал его один из послов.

Пришлось глянуть на него, выпуская немного энергии высокоуровневого демонического ядра. Отчего он аж присел от страха.

А Найдвар, шагнув вперёд, в тон ему ответил:

— Как ты смеешь вмешиваться в разговор истинного императора?!

Было забавно наблюдать бурю эмоций, которые вызвал у посла Найдвар. Талантливый всё-таки он демон!

Отвернувшись от посла, я посмотрел на Шого.

— Все живы! — с радостью сообщил тот. — И ваш батюшка, и обе матушки.

— Вот и хорошо! — обрадовался я. И попросил: — Не мог бы ты сходить к моим, сказать им, что со мной всё в порядке, я в Куроикабе, и как только смогу, навещу их?

— Да! — ответил Шого и с почтением поклонился мне.

А мне вспомнилась наша первая встреча, когда мы с ним чуть не подрались в кафе.

— Иди! — приказал я.

И Шого рванул к моим родителям.

Точнее, к родителям Кизаму, но я уже давно относился к ним, как к своим.

Больше не задерживаясь, мы направились прямым ходом к Такаги. Направились пешком. Точнее, я с девушками и Юшоушей в паланкинах, а остальные пешком.

Посол сильно извинялся, сказал, что все порталы в Баракушити некоторое время назад вдруг перестали работать…

Я только усмехнулся. Для меня это было ещё одним доказательством вины.

А заодно стало понятно, почему Такаги был первым. Мало того, что у него есть на стене свои люди, так ещё и его дом расположен ближе всех.

Когда мы прибыли, Хэчиро уже допросил Шикишу и Матакуши, поэтому точно знал, что истинный император — это я. И встретил меня в том же зале, где мы встречались до этого. Кстати, парни стояли тут же.

Почтение Хэчиро, конечно, продемонстрировал, но с некой долей пренебрежения.

И тем не менее, поднялся и вышел навстречу.

— Я вижу, твоё путешествие было успешным, Кизаму-сан? — спросил он и махнул в сторону дивана. — Проходи, садись.

— Где Изуми и Даичи? — холодно спросил я и остался стоять.

— Чай, закуски? — предложил он, поморщившись.

— Где Изуми и Даичи? — повторил я вопрос.

— Что ж вы сразу сходу, ваше величество… — с насмешкой начал было Хэчиро.

— Повторяю в последний раз, — перебил я его. — Где Изуми и Даичи?

Хэчиро посмотрел на меня долгим взглядом, полным ненависти и дал знак слугам.

Спустя несколько долгих минут привели избитых и замученных, измождённых Изуми и Даичи.

Увидев синяки и ссадины на моих людях, я прошипел:

— Ты обещал, что им не причинят вреда!

Хэчиро с усмешкой пожал плечами, мол, мелочи, не стоит беспокоиться.

Но это уже мне решать, о чём беспокоиться. Поэтому я коротко скомандовал:

— Взять его!

Арратанам дважды приказывать не нужно.

Надо было видеть ужас, промелькнувший в глазах этого садиста, осознавшего в последний момент, что за свои поступки придётся заплатить собственной жизнью.

Передав Изуми и Даичи девушкам, я открыл портал в императорскую академию магии, прямо в лабораторию Оринэ и Райко.

И каково же было моё удивление, когда я обнаружил там вполне себе боеспособный отряд во главе с Кинпатсу.

Оказалось, что он, используя то немногое оружие, которое я оставил тогда в общежитии, и магические способности каждого из своего отряда, организовал людей и оборонял лабораторию и от Кутуруку, и от ниндзя Такаги, и от императорских воинов. И успешно надо сказать оборонял!

Конечно, тут немалую роль сыграла магическая защита лаборатории — не все могли преодолеть её, но, если бы не геройский поступок моего школьного товарища, лаборатория давно пала бы и все наработки попали бы в алчные руки.

Всё-таки правильного человека я назначил главным! Не ошибся с выбором кандидатуры! И Кинпатсу меня не подвёл!

Забавно. Разве я мог подумать, что из него получится такой хороший командир, когда показывал ему приёмы борьбы, чтобы он мог дать отпор завравшимся одноклассникам? Оказывается, просто нужно было, чтобы в него кто-то поверил. И доверил ему!

Всё-таки я с ним не промахнулся! Хотя представляю, как ему было тяжело…

Слава богам, император Баракушити, да будут его дни… до сих пор не появлялся в лаборатории, иначе нашим пришлось бы туго.

Видимо, император не считал волнения в императорской академии магии чем-то действительно серьёзным. А потом, когда выключились порталы, ему стало вообще не до того.

Надо ли говорить, что наше появление нарушило баланс сил?

Кутуруку, естественно, подчинился зову высокоуровневого демонического ядра. А воины были полностью деморализованы появлением демонов и арратанов.

Если раньше у меня были сомнения насчёт божественной сути Кутуруку, то после того, как этот монстр с щупальцами отозвался на зов моего ядра, все сомнения исчезли.

А когда рядом с монстром нарисовалась огромная медуза, переливающаяся всеми цветами радуги, я вдруг осознал, что лицезрею истинный облик Всеблагой. И что она тоже монстр.

Но эти два монстра сильно отличались от остальных.

Да и не было брошено столько сил на исследование арратанов, хархнуудов или других зверушек, сколько было потрачено на изучение хотя бы Кутуруку.

И вот я смотрел на этих сверхмонстров и понимал: в чём-то они похожи на Зихао и Бао.

А после того, как Кутуруку потянулся щупальцем к летающему мечу, прикоснулся, а потом, соединив щупальца в кольцо, с почтением склонился передо мной… а следом за ним точно так же склонилась и медуза, я вдруг осознал, что не ошибся — они действительно похожи!

И тут до меня дошло: Зихао и Бао в этих монстров пересадили сознание бессмертных.

От такой циничности я просто впал в ступор! Мне захотелось ещё раз убить подонков, которые творят такое.

Я как-то ещё могу понять, когда так поступают с другими расами. С трудом, но могу. Но со своими товарищами! Как такое можно сотворить со своими товарищами?!

Но Зихао и Бао смогли. Сотворили. И Кутуруку, который наверняка был в курсе дел Зихао и Бао, подсказал императору Касу забрать клинок, открывающий портал. Ну это ли не ирония?!

В результате, переселив сознание бессмертных в монстров и отправив Кутуруку со Всеблагой прокачивать демонические ядра в этот мир, Зихао и Бао накинули себе петлю на шею.

Что ж удивляться тому, что Всеблагая начала собирать свою армию магов, а Кутуруку, подчиняя сознание магов — свою? Плюс, Кутуруку начал клонироваться и расселяться, подбираясь к порталу…

Он и Всеблагая собирались отомстить Зихао и Бао. И я в этом их вполне понимал.

Ну и тут явился я — с летающими мечами Зихао-цзаня и Бао-цзаня за поясом…

В общем, я решил не отнимать у простых людей богов. Но откорректировать их работу так, чтобы она приносила пользу простым жителям Баракушити. Я мог себе это позволить!

Когда появился ныне действующий император, я был готов к встрече с ним.

Он тоже узнал мечи. Поэтому вопросов с подписанием мирных договоров не возникло.

Убивать я его не стал. Он, конечно, алчная жопа, но о жителях Баракушити худо-бедно заботился. Даже договор с Зихао и Бао пытался развернуть на пользу Баракушити.

Закончив официальную часть визита, я, открыв портал, чем вызвал зависть и восторг у императора, вместе со своей свитой отправился к своим родителям.

Они уже ждали меня. И отец, и обе мамочки — Ишико и Юмико, и няня Омоко. Еды приготовили — столы аж ломились!

Моё сердце резануло болью, как сильно они постарели за это время. И я постарался окружить их заботой и любовью.

А потом представил им Изуми, Юнмей и Радомиру. И попросил благословения на брак со всеми тремя сразу.

Ну а что? У отца две жены, а он только старейшина. А я вообще истинный император!

Правда в тот момент, когда я говорил о предстоящем браке, в голове у меня крутилось заезженной пластинкой: «Если б я был султан, я б имел трёх жён… Если б я был султан, я б имел трёх жён… Если б я был…»

Свадьбу сыграли через две недели — император Баракушити расстарался. В счёт будущей дани… всё-таки хитрожопый товарищ. Ну да ладно, я был не против.

Брачная ночь была самой незабываемой в моей жизни. Оказалось, что высокоуровневое демоническое ядро способно поддерживать эрекцию получше всякой виагры. В общем, ни одна из моих жён не осталось обиженной! Все три были счастливы и довольны. Я — тоже.

Подробностями делиться не буду. Семья для меня не пустой звук. Потому что всё, что происходит в семье, останется за закрытыми дверьми.

Кстати, свадебным подарком от мамы Ишико для Юнмей был её столик из чешуйки дракона.

Когда Юнмей обернулась драконом, чтобы вернуть чешуйку на место, для всех присутствующих открылась её божественная суть. Но я попросил всех держать это в секрете. Пусть это будет нашей семейной тайной. А то, как узнают люди, что богиня судьбы Юнмей вернулась, так пойдут просители! А я ещё сам не насладился как следует. Очень уж Юнмей хороша в постели. Как и Радомира с Изуми, впрочем.

Осталось добавить, что я несколько раз порывался открыть портал в свой родной мир, чтобы узнать, как там поживает моя Машка-промокашка. Но потом решил не открывать. Решил отпустить и её, и свою прошлую жизнь.

Нет, я ничего и никого не забыл! Обломок вертолётной лопасти стал памятником Саньку и другим ребятам, которые были в вертолёте. Я старался быть для них хорошим командиром. Теперь постараюсь быть хорошим истинным императором. А зубы Змея и обе шкуры — будут мне напоминанием о том, от какой напасти я спас и этот мир, и свой родной. Напоминанием, что такого повторится не должно. Потому что я хочу, чтобы у людей во всех мирах было будущее.

_________________________________

Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Мини-юбка раздражает мужчину только когда она на жене.

_________________________________

Уважаемые читатели. Вот и закончилась серия «Демоны ледяных гор» Если история про майора вам понравилась, напишите, пожалуйста комментарии под первой книгой, чтобы читатели, которые пока ещё думают читать или не читать, сделали свой выбор.

И не уходите далеко! Прямо сейчас я стартую своей новой серией «Род Корневых будет жить!» Это снова боярка и снова в магическом мире, в основе которого лежат Российская империя и Китай. И снова главный герой человек военный — бывший воин интернационалист. Он будет восстанавливать справедливость.

В новой серии вас ждут: авторский мир, интересный, надеюсь, герой, неожиданные сюжетные повороты, красивые женщины, хоть и не с первой главы, но побольше, чем в «Демонах ледяных гор» И постараюсь сделать так, чтобы вы не скучали.

Герою в начале придётся очень не просто. Но как только он разберётся, что к чему, всё завертится... Хотя на самом деле завертится с первых страниц.

Аннотация:

Я устроил им царскую охоту — этим сволочам, для которых жизнь человека ничто, для тех, кто насилует и убивает в своё удовольствие. Я устроил им царскую охоту, а потом смотрел, как разлетаются их мозги. Ирония судьбы. Я умер, и теперь в новом мире. В Российской империи, где есть магия. И охотятся теперь на меня. Потому что я, последний из рода Корневых, стал поперёк глотки своим врагам. Что ж! Зубы об меня они пообломают!

Вот ссылка на первую книгу новой серии: https://author.today/work/219307

И подписывайтесь на мою страничку, чтобы не пропустить другие новости. Вот ссылка на мою страницу: https://author.today/u/anton_kun

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

Ел я ваших демонов на завтрак! Том 5

Content

Ел я ваших демонов на завтрак! Том 5

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Nota bene