Ян Экхольм

Невероятные приключения То и Сё в Африке

Jan-Olof Ekholm

DITT OCH DATT I URSKOGEN

Stockholm 1959

© Jan-Olof Ekholm, 1959

© Белякова Н.К., наследники, перевод на русский язык, 2023

© Гардян А.Р., иллюстрации, 2023

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2023

Machaon®

* * *

Слышите эти странные звуки? Наверняка они раздаются из уже знакомого нам города Небось. Того самого, откуда люди однажды переехали в Стокгольм и теперь там живут только звери.

Но какие удивительные звуки! И почему целая толпа собралась возле окна редактора газеты Селезня?

Давайте послушаем, о чём они говорят.

– Ты ставил на двойку,

а выпало три.

Поставил на тройку,

ну что за беда!

Ведь серыми скоро

станут рога.

Это сказал славный рифмоплёт города Небось господин Нильссон – бык, который разговаривает в рифму, то бишь стихами. Но на этот раз он почему-то возмущён. Он топает копытами по тротуару и тянет за собой свою жену Оливию: они как раз совершали воскресную прогулку. Гляньте, как он размахивает тростью!

В открытое окно видно, как редактор Селезень вывешивает сообщение, и звери внимательно читают его.

– О-о-о-о! – снова поднимается разноголосый гвалт.

– Му-у-у-у-у!.. – мычит телёнок Кнэпп.

– Бе-е-е-е-е!.. – блеет баран Ульрик. – Я был глуп как курица.

– Не смей говорить ничего плохого про моих кур, – сердито кукарекает петух Гала-Петрус. – Но я-то… я тоже оказался простофилей – ну точь-в-точь как овца.

– А ты уверен, что понял правильно? – крикнул Селезню кот по имени То.

– Наверняка тут ошибка, – поддакнул коту его закадычный друг, пёс по имени Сё.

– Недоумки! – крякнул из окна редактор. – Я знаю, что говорю. Но, если вы не верите мне, отправляйтесь домой слушать радио.

Дело в том, что сегодня же воскресенье и, как обычно, по воскресным дням проходил разбор ставок на матчи. Ты, наверное, видел, как твой папа заполнял жёлтые купоны лотереи единицами, двойками и крестиками. Как ставил очки командам и отдельным игрокам в футбольном матче – или, вернее, пытался угадать победителя ещё до начала соревнований. Тот, кто угадывал до двенадцати раз кряду, получал выигрыш и становился богачом.

Совсем недавно в такое спортивное лото стали играть и в городе Небось, и в Большом лесу. Звери, как и люди, старались найти способ заработать денег. Но в это воскресенье, похоже, никому не повезло.

Выяснилось, что там, где обитатели города Небось поставили, например, двойку, выпала единица – ну или наоборот. К тому же случалось, что соревнования заканчивались с одинаковым счётом, и было непонятно, на какой купон ставить крестик.

Неудивительно, что в итоге некоторые звери выражали своё недовольство. Они ворчали, злились, спорили, а потом отправились по домам, чтобы сверить информацию Селезня с той, что объявляли по радио. Посреди всей этой кутерьмы никто не обратил внимания на неприметную фигурку, стоявшую в стороне.

– Я должна всё отчётливо расслышать, – сказала она с довольным видом.

Может, ты узнал её?

Хотя вряд ли, но спроси маму или папу: они точно помнят эльфа по имени Тия. Ведь когда они были маленькими, во всей сказочной стране не было эльфа прекраснее её.

Да, Тия Эльф жила как настоящая принцесса. Она только и делала, что танцевала целыми днями. Но шли годы, Тия становилась старше, силы её слабели, и однажды она вовсе бросила танцевать. Она перестала водиться с молодыми эльфами, а, когда те танцевали на лугу, пряталась в зарослях и с завистью смотрела на них.

Но ведь ей надо было на что-то жить, и она нанялась работать распорядительницей на танцевальном лугу, что находится как раз на границе города Небось и Большого леса.

Тия Эльф прибиралась там, украшала луг фонариками, а когда появлялись знаменитые эльфы-танцовщицы, помогала им красиво наряжаться. Но нынешняя молодёжь невнимательна к старым людям и часто забывает, что когда-то и Тия была прекрасна, как они.

«Ах, если бы мне хватило ума скопить денег, когда я была молода! – сетовала Тия в одиночестве. – Жила бы сейчас припеваючи».

Вот потому-то она и решила начать играть в лотерею. До сих пор ей не удавалось выиграть, но авось в этот раз получится!

Из-за своей подагры Тия не могла ходить быстро, но она всё же успела вовремя вернуться домой к передаче новостей. Она села перед радиоприёмником, держа наготове заточенный карандаш.

– «Передаём воскресные результаты спортивной лотереи от акционерного общества “Медвежий букмекер”», – раздался голос диктора.

Тия уселась поудобнее и напрягла слух.

– «В щёлканье орехов белки Сторталлена выиграли у белок Сторграннена: ЕДИНИЦА».

– Хорошее начало, – хихикнула Тия.

– «В кручении шляп между То и Сё из города Небось и дикими кошками Вдоль и Поперёк из Большого леса – НИЧЬЯ».

– Надеюсь, тоже справедливо.

– «В езде наперегонки выиграл скорый поезд города Небось у шофёра такси Макса Пятидесятого: ДВОЙКА».

– Непонятно!

– «В быстроте полёта победил коростель Финк: ДВОЙКА».

– Неплохо, – пробормотала Тия растерянно.

– «В спортивной борьбе между медведем Теддисоном-старшим и конём Посе – НИЧЬЯ».

– Похоже на правду, – пробормотала Тия.

– «В певческом конкурсе селезень Пол победил петуха Гала-Петруса: ЕДИНИЦА».

– Здорово! – Тия Эльф даже икнула. – Я просто сознание потеряю от волнения.

– «На танцевальном состязании луговые эльфы победили лесных: ЕДИНИЦА».

– Это можно было предугадать, – усмехнулась довольная Тия.

– «Затем следуют три поединка, которые закончились одинаково. Стало быть, подряд три ничьих: в соревновании по ходьбе между сороконожкой Милле и улиткой Сёлинг, в игре в шары между лисом Раском и лосем Полторамалыша и в состязании на ловкость пальцев между Свеном Свином и графом Барсуком».

– О-о-о-о! – застонала Тия. – Это то, что я угадала!

– «Спокойно! – воскликнул голос по радио. – Ещё одно соревнование – по вязанию между ежами и пчёлами».

Тия замерла, едва дыша.

– «И наконец последний матч между волком Улле и рысью Иваром: ДВОЙКА».

– Неужели это правда? Быть того не может! Я всё угадала! ТИЯ ЭЛЬФ НАБРАЛА ДВЕНАДЦАТЬ!

Тия схватила радиоприёмник и подбросила его в воздух. Он упал на пол и разбился вдребезги.

– Не важно! – Тия хохотала до слёз. – Я куплю самое большое радио в Швеции. Нет, не радио. Нет, я хочу телефон. Лучший на свете. О, я так рада, что снова хочу танцевать!

Она закрыла глаза и стала мечтать.

– О, я заведу себе горничную, – прошептала Тия. – Она будет варить мне манную кашу и подавать её каждое утро в постель. Нет, хватит сидеть и мечтать. Надо бежать в Небось и возвестить миру о моей удаче!

* * *

Вне себя от радости Тия заплясала прямо на улице. Да, старая Тия Эльф забыла про подагру и на лёгких ножках протанцевала всю дорогу.

– Ура! Как же я рада! – пела она. – Как я рада! Знаю, куда побегу перво-наперво!

Она остановилась у двери То и Сё и услышала, как кот и пёс разговаривают совсем не радостными голосами.

– Какая чушь! – услышала она сердитый голос Сё. – Как это мы не смогли победить этих неумёх – Вдоль и Поперёк! Это всё ты виноват, То, ты напортачил.

– Опять я виноват! – возмутился кот. – Подумаешь, стал крутить не ту шляпу! Это всё потому, что меня бесят противные ухмылки диких котов. Впервые мы не сумели их переиграть!

– Ах, если бы вы знали, как я этому рада! – воскликнула Тия, приоткрыв дверь. – Как я рада, что вы сыграли вничью в соревновании по кручению шляп!

– В самом деле?! – хором воскликнули То и Сё. – Мы и не знали, что тебя интересуют аристократические игры!

– Да они меня вовсе не интересуют, меня лишь устроил результат, – скромно улыбнувшись, сказала Тия. – Не правда ли, я молодчина?

– Не просто молодчина, ты супермолодчина! Давай-ка, То, поздравим Тию Эльф.

Кот и пёс расцеловали её в щёчки.

– О-о-о-о! Так горячо меня не поздравляли со времён моей юности, когда я была непревзойдённой танцовщицей! – засмеялась Тия.

– Ты, можно сказать, лучшая эльфа-угадайка. А нас научишь угадывать?

– Предлагаю вместе пройтись по городу, – сказала Тия и взяла То и Сё за лапы.

Втроём они отправились на прогулку.

– Сейчас мы обойдём весь Небось. Знаете, – призналась Тия Эльф, – сначала я собиралась сэкономить выигранные деньги, но теперь решила устроить пир, какого ещё никогда не было в этом городе.

– Здорово придумано, готти-готти! – сказал довольный Сё. – Шикарный праздник со свиными косточками и прочими деликатесами!

– Вон идёт пекарь, надо прямо сейчас сделать у него заказ, – решила Тия.

Троица тут же подбежала к главному пекарю кролику Мазарину.

– Я хочу заказать у тебя побольше хлеба и самой лучшей выпечки, – запела Тия. – Горячей, рассыпчатой, самой вкусной, самой сладкой, самой сдобной…

– Успокойся, – с важным видом ответил кролик Мазарин. – Мне ли не знать, что ты, как обычно, закажешь мешок сухарей.

– Ах ты, забияка Мазарин! – засмеялась Тия и легонько щёлкнула кролика по носу. – Нет, сегодня я закажу лучшую выпечку для всего города Небось и Большого леса. И я приглашаю тебя на общий пир!

Кролик сразу же сменил тон.

– Извини, – сказал он с улыбкой. – Могу ли я спросить, что случилось?

– Спрашивай, не стесняйся. Я выиграла большое состязание, все двенадцать очков.

– Стало быть, получишь столько денег, что хватит на настоящий пир? – уточнил кролик Мазарин.

Тия слегка задумалась: она, ясное дело, не знала, сколько денег получит.

– Понятно, денег будет много, – ответил вместо неё Сё.

– Я тоже так думаю, – кивнула Тия. – Ты, главное, начинай печь. Праздновать будем послезавтра.

Тия, То и Сё пошли дальше. Тем, кого они встречали по дороге, они сообщали приятную новость, и вскоре все жители города Небось уже знали о большом выигрыше. И, поскольку Тию Эльф в городе любили, звери радовались за неё и хотели погулять на её празднике.

Рифмоплёт господин Нильссон тоже был в восторге от этой затеи. Услышав новость, он тут же бросился к киоску и купил Тии подарок.

– Всего простым бананом

имею честь поздравить,

имею честь поздравить,

желаю вас прославить!

С элегантным поклоном он вручил ей презент.

– Твоих очков двенадцать,

моих лишь только три,

но я не огорчился,

а всё-таки решился

советовать тебе

разумницею быть:

те деньги не транжирить,

на книжку положить.

Тия с серьёзным видом кивнула. Но рифмоплёт со смехом добавил:

– Однако я прослышал,

ты всех зовёшь к себе.

Ты праздник затеваешь,

и я приду к тебе.

– Ты будешь желанным гостем, милый рифмоплёт, – ответила Тия и обняла доброго господина Нильссона.

Бык испугался, что его жена Оливия станет ревновать к Тии, но Оливия только весело замычала и тоже поздравила победительницу.

– Я договорюсь с козочками, – шепнула она ей на ушко, – они помогут тебе, можешь не беспокоиться о прохладительных напитках.

В газете редактора Селезня Тия Эльф разместила объявление, что на пир приглашаются все участники соревнований, поскольку она желает их поблагодарить.

Звери начали немедленно готовиться. На большой площади были расставлены столы и скамейки. Кролик Мазарин собрал своих многочисленных родственников и велел им, не откладывая, приступать к делу и напечь столько лакомств, чтобы с избытком хватило для настоящего праздника, который затеяла Тия Эльф.

* * *

Ты можешь подумать, будто это был обычный пир. А вот и нет. Вся площадь была заполнена жителями города Небось и гостями из Большого леса. Молочные коровушки Ро́са, Ра́са, Ре́са, Ри́са и Ру́са были ужасно заняты – надо было запастись парным молоком для всех приглашённых. Ох и много же молока они выпили! Кролику Мазарину давно не приходилось печь столько сдобных пирогов, булочек и пирожных.

Затем дошла очередь до прохладительных напитков и ванильного мороженого. Звери с аппетитом сметали всё подряд, а потом, немного передохнув, снова принимались за угощение. Под конец они так наелись, что даже пошевелиться не могли.

– Замечательный пир! – простонал лис Раск, сыто облизываясь. – Сейчас, после всех этих вкусностей, я отказался бы участвовать в состязании даже за деньги.

– Но именно этим тебе и придётся заняться, – категорически заявила Тия Эльф, – чтобы показать мне, как ты это делал в воскресенье, когда я получила двенадцать баллов. И, поскольку я неважно разбираюсь в спортивных тонкостях, мне бы очень хотелось увидеть, как То и Сё крутили шляпы против диких котов Вдоль и Поперёк!

– Ох! – вздохнул Сё, похлопав себя по полному животу. – Если бы я знал про такое угощение, я бы воздержался от свиных косточек, которые съел незадолго до пира!

– А я бы не выпил столько сливок, – добавил его друг кот.

– Это не имеет никакого значения, – оскалились Вдоль и Поперёк. – Мы всё равно играем лучше.

Обе команды получили по шляпе, предстояло прокатить их по площади три раза.

– Готовы, вперёд! – скомандовала Тия.

После первого круга лидировали То и Сё, после второго – Вдоль и Поперёк. Атмосфера накалилась. Звери из города Небось болели за То и за Сё и подбадривали их криками «хей!». Гости из Большого леса громко поддерживали своих. Но силы соперников были равны. Однако, когда до финиша оставалось всего ничего, Сё из последних сил рванул вперёд и выиграл.

– А сейчас мы увидим борьбу медведя Теддисона-старшего и коня Посе, – объявила следующее состязание Тия.

Оба зверя встали посреди площади и обхватили друг друга. Но ни тот ни другой не смог уложить соперника на лопатки.

– Просим прощения, но мы не в силах ничего сделать, – признались медведь и конь чуть погодя.

– Тогда объявляю соревнование по ходьбе, – сказала Тия. – Поторапливайтесь, Милле-сороконожка и улитка Сёлинг! На старт! Внимание! Марш!

– Ни к чему это! – закричали некоторые из гостей. – Они слишком медлительные. Мы хотим видеть ноги и хвосты!

И тут на стол запрыгнули Свен Свин и граф Барсук. Они скрестили свои короткие хвосты и что было сил стали перетягивать друг друга. Свен Свин явно выигрывал, но неожиданно прекратил поединок, и оба игрока скатились со стола на землю.

– Там волк!.. – пробормотал Свен Свин, лёжа почти без чувств. – Вдруг он хочет съесть меня?

Все звери повернули носы к лесу. Волк Улле подошёл уже довольно близко. Звери из Большого леса его не боялись, но жители города Небось относились к нему с опаской, хоть он и пользовался у них уважением и авторитетом. Правда, вот уже несколько лет волк не заглядывал к ним в гости. Что же случилось теперь?

– Добрый день! – поздоровался волк Улле, появившись на площади. – Весело у вас тут. Жаль, что меня не пригласили на пир.

– Я намеревалась пригласить и вас, господин Улле, – сказала Тия Эльф, – но вы слишком давно нас не навещали.

– Да уж, но мне не хотелось бы стать побеждённым своим старым недругом Иваром Лу, – прорычал волк Улле. – Однако я не поэтому явился сюда. Вы, может, не знаете, что я – директор предприятия «Медвежий букмекер». Старый медведь Лассе болен, и теперь я контролирую все купоны и выплачиваю выигрыш.

– Большое спасибо! – радостно улыбнулась Тия Эльф. – Значит, я сразу получу деньги? Но тогда вы, господин Улле, должны остаться…

– Боюсь, что у меня плохие новости, – перебил её волк. – Я, разумеется, принёс деньги с собой, но только на один выигрыш – одиннадцать баллов. Двенадцать в это воскресенье никто не выиграл.

– Но ведь я… – начала Тия и осеклась.

– Ровно одиннадцать, – повторил волк Улле и пояснил для всех. – Фрёкен Тия Эльф, к сожалению, не слышала поправку к последней информации. В ней говорилось, что лис Раск выиграл у лося Полторамалыша. Стало быть, это единица, а не ничья, как написала фрёкен в своём купоне.

– И ск-к-олько же д-денег за одиннадцать баллов? – тихо спросила Тия и почувствовала ком в горле.

– Ну что же, пожалуй, я оплачу праздник, но вряд ли дам что-нибудь свыше того, – сурово ответил волк. – Надо было хорошенько проверить, прежде чем закатывать пир.

– Что я говорил? Что я говорил! – заорал кролик Мазарин. – То и Сё обманули её, сказали, что она получит кучу денег. Но не забывайте, Тия, я хочу получить все деньги за угощение. А такое шикарное угощение стоит дорого.

Казалось, Тия Эльф не слышала, что сказал кролик. Она сидела на почётном месте совершенно несчастная. Потом вдруг вскочила и побежала домой.

– Печально, но ничего не поделаешь. Я кладу деньги на стол, пусть фрёкен Эльф их потом заберёт. А вы продолжайте гулянье без хозяйки. – Волк закончил разговор и быстро зашагал к Большому лесу.

Прежнего веселья на площади как не бывало.

– Очень жаль, – негромко сказал конь Посе.

– Бедная Тия, – пробормотал бульдог Филип Морр. – Не хочешь ли отправиться к ней и утешить? – обратился он к своей невесте, чайке-хохотунье Флине из Флена.

– Ей ничем уже не поможешь, – ответила Флина, на этот раз совершенно серьёзно.

– А нам надо бы оплатить застолье, – предложил лось Полторамалыша. – Ведь за свои одиннадцать баллов Тия ничего не получит.

– Да, пир ей станет в копеечку, – простонал Сё. – Как же я наелся!

– Тебе следовало быть умнее и не подбивать бежняжку Тию устраивать шикарный праздник, – строго заметил Гала-Петрус.

– Никак не могу я

взять это в толк!

Мы так веселились,

но тут пришёл волк.

Ах, был бы я троллем,

тогда бы, поверь,

имела бы эльфа

все деньги теперь, —

промычал господин Нильссон и вытер слезу.

– Может, для этого и не надо быть троллем, – пробормотал Сё. – Идём к ней, ребята!

Он свистнул, позвал То, лиса Раска и лося Полторамалыша. Вчетвером они что-то долго обсуждали.

– Да он дико разозлится на меня, – сказал Раск.

– Никак, боишься? – спросил Сё. – А обычно ты мастак разыгрывать всех!

Наконец они всё же о чём-то договорились. То, Сё и Раск вскочили лосю на спину и помчались прямиком в Большой лес.

– Интересно, что они придумали, – гадал Филип Морр. – Перехитрить волка Улле ещё не удавалось никому.

– Кто знает, что придумали эти пройдохи, – сказал Гала-Петрус.

* * *

Лось скакал широкими прыжками, и вскоре перед ними серой тенью среди деревьев промелькнул волк.

– Хо-хо, господин волк! Хо-хо, господин директор! – ласково пропел Раск. – Позвольте нам сообщить нечто важное.

Услышав, что его кто-то окликает, Улле остановился и грозно взглянул на догонявших.

– Что вам надо от меня, мелкое зверьё? – прорычал он, когда лось, кот, пёс и лис подошли к нему. – Говорите быстро, мне недосуг.

– Мне ужасно жаль, но меня мучает совесть, и я должен признаться кое в чём, – сказал Раск, опустив глаза. – Это касается расстановки очков на воскресном соревновании.

Волк оскалил зубы.

– В чём ты хочешь признаться? – прошипел он.

– Я смошенничал, – прошептал Раск виновато. – Смошенничал в матче против лося.

– Смошенничал? – удивился волк. – И как это было?

Раск поёжился и нерешительно начал рассказывать:

– Извините, господин волк, я хочу повиниться перед лосем. Я знал, как он ловок в этой игре, и на всякий случай спрятал лишний шарик в ухе. Заверяю вас, что вовсе не думал его использовать, если лось станет явно выигрывать.

Но, когда судья, магистр Филин, подсчитал очки и определил, что у нас очков поровну, желание выиграть было так велико, что я, простите меня, уважаемый господин волк, соблазнился и опустил шарик из уха в свой отсек. Филин пересчитал шарики во второй раз и обнаружил, что у меня на одно очко больше. Это очень и очень скверный поступок, и я хочу покаяться и восстановить истину. Я ужасно переживал, – добавил лис со слезами на глазах, – особенно когда узнал, как сильно обидел Тию Эльф. И я готов понести наказание, господин волк. Это очень и очень скверный поступок, и теперь я хочу загладить содеянное и уплатить штраф. – Раск распрямил плечи. – Считаю, что правда должна восторжествовать! Тия получит свои двенадцать очков, ну а меня, наверное, посадят в тюрьму.

Во время длинной речи лиса волк Улле становился всё мрачнее.

– Ах ты, бесстыдный куриный воришка, врун, похититель очков… – От злости волк не мог найти подходящих слов. – Уж я придумаю, как наказать тебя! Одно ясно, ты получишь по заслугам.

– Быть может, мы тем временем вызовем Тию Эльф, чтобы исправить ошибку? – рассудительно напомнил Сё.

Улле зло уставился на него.

– Вот как! Ты хочешь вернуть ей выигрыш за двенадцать очков? – сказал он чуть погодя, уже спокойнее. – Что ж, идём. Только потом вон из Большого леса, чтобы духу вашего здесь не было! А с Раском я разберусь позднее.

И они все вместе отправились в букмекерскую контору и получили от Улле толстую пачку банкнот. Сё аккуратно спрятал деньги в карман. А затем вся четвёрка поспешила в Небось. Лось бежал изо всех сил и вскоре остановился возле домика Тии Эльф.

– Вы трое зайдите к ней, – сказал Полторамалыша, – а для меня её кукольный домик маловат.

То постучал в дверь, но ответа не последовало. Однако, услышав, что внутри кто-то плачет, кот, пёс и лис осторожно вошли в дом, где несчастная Тия горько рыдала, лёжа в кровати.

– Бедная я, бедная, – всхлипывала она, – до чего же я глупа! Устроила пир, не получив денег! Вообразила, будто разбогатела, хотя по-прежнему осталась с пустым карманом. О-о-о-о! Какая же я невезучая!

– Привет, Тия! – сказал Сё. – И вовсе ты не несчастная, и вовсе не бедная! Погляди-ка! – Он вынул толстую пачку денег и поднёс её к глазам Тии. – Это твои деньги, – прибавил пёс. – У тебя ровно двенадцать очков.

Тия с удивлением уставилась на друзей.

– Не может быть! – воскликнула она, но, когда все трое закивали, снова разрыдалась, теперь уже от счастья.

Они и ахнуть не успели, как она вскочила с кровати и крепко-крепко расцеловала их.

– Какая же ты ласковая, тётушка Тия! – растерялся Раск. – Меня первый раз в жизни поцеловали!

– Но я совсем забыла про пирующих гостей на площади! – вспомнила Тия. – Скорее идёмте туда!

Никаких состязаний на площади уже не было, все звери сидели и ждали, когда появятся лось Полторамалыша, Раск, То и Сё.

Когда же вся четвёрка появились вместе с сияющей Тией, то сразу стало понятно: случилось что-то невероятное.

– Тия Эльф всё же получила свои двенадцать очков! – радостно завопила она во всё горло.

Вы не можете себе представить, как ликовали звери! Их счастливые вопли разносились на всю округу, но это было простительно, ведь выдался по-настоящему особенный день!

– И как же такое чудо случилось? – спросил конь Посе, когда шум понемногу поутих.

И лис Раск начал рассказывать.

– Признайся, Раск, по-честному: ты правда сжульничал в то воскресенье? – спросил Гала-Петрус, когда лис наконец закончил говорить.

– Сжульничал – не сжульничал… – сказал тот прищурясь. – Вы же знаете, какой я обманщик. Между прочим, придумали всё это То и Сё. Они каким-то образом узнали, что я спрятал шарик в ухе.

Все вокруг засмеялись.

– Надо же, волка Улле перехитрили! – зашептались звери. – Теперь он, верно, ужасно разозлится.

– Не то слово! – засмеялся Раск. – Я больше в жизни не посмею забрести в Большой лес – даже на миг. Придётся куда-нибудь надолго уехать.

– Я, пожалуй, сделаю то же самое, – громко сказала Тия Эльф. – И предлагаю всем желающим поступить точно так же. Особенно тем, у кого есть на это время. Я тут сидела и размышляла, на что истратить деньги. Сколько-то понадобится на еду и на одежду, но большая часть пойдёт на наше совместное путешествие. Что скажете? Устроим настоящее большое путешествие? Куда бы вы хотели отправиться?

Звери призадумались.

– На Луну, – сказал кто-то.

– Пожалуй, в новолуние там не хватит места, – пошутил конь Посе.

– На Марс, – хмыкнул То. – Для кота это в самый раз.

– В апрель, – тявкнул Сё, – можно будет обманывать сколько угодно.

– Болван! – сказал кот. – Марс – планета, а апрель – месяц, туда не поедешь.

– На восточный берег, пожалуй, – предложила крыса Рулле Рельс. – Подумать только – восточный берег, где полно сыра!

Потом предложения посыпались градом:

– Стокгольм.

– Китай.

– Париж.

– Хапаранда…

Только бык-рифмоплёт молчал. Неожиданно он громко стукнул копытом по столу и продекламировал:

– Все выбирают

на свой вкус.

А я всё же Тию

спросить решусь.

Звери дружно зааплодировали.

– Да! – кричали они. – Просим прощения. Ясное дело, спросить надо Тию.

– Я и сама не знаю куда, – призналась Тия Эльф. – Но, по правде говоря, я всю жизнь мечтала отправиться в джунгли – в первобытный лес! Однажды, в пору моей юности, я встретила некоего зверя, про которого говорили, что он светский лев. Вот бы повстречать настоящего льва!

– Первобытный лес! – задыхаясь от восторга, воскликнули звери. – Джунгли!

– Там живёт немало моих родственников – львы, леопарды и другие, так что, по-моему, предложение Тии превосходно, – заявил с важным видом То.

– И ты думаешь, им интересно увидеться с каким-то шведским кузеном? – захохотал Сё. – Хотя, если честно, это предложение мне кажется занятным. Думаю, нам стоит туда отправиться. Кстати, а как мы туда попадём?

– Между прочим, у нас есть изобретатель. Не правда ли, Теддисон? – напомнил кот.

– Разумеется, я с удовольствием попробую помочь вам, – кивнул бурый медвежонок. – Я буду только благодарен, если вы доверитесь мне. Как раз сейчас я тружусь над одним изобретением, если вы согласны подождать, пока всё будет готово.

– Прекрасно! – обрадовалась Тия. – Тогда встретимся завтра и обсудим наше путешествие.

Покуда все обдумывали предстоящее путешествие, раздался негромкий, но сердитый голос:

– Эй! Вы что, совсем забыли про нас?

Это была улитка Сёлинг. Только теперь все звери вспомнили, что она и Милле-сороконожка не закончили соревноваться в ходьбе.

– Вы можете закончить сейчас, – предложила им Тия.

– Мы так спешили, что прошли сотню метров всего за час. Мы хотим продолжить состязание! – всё ещё сердилась улитка.

– У нас сейчас другие дела, – ответил за всех петух Гала-Петрус. – Нам недосуг смотреть, как вы еле шевелите лапками. Нам и в самом деле некогда!

– Ах, эта вечная спешка! – возмутились улитка и сороконожка.

* * *

Всю ночь в мастерской Теддисона горела лампа, и, когда на следующее утро звери города Небось явились на площадь, они не поверили своим глазам – новейшее изобретение Теддисона было поистине удивительное.

Описать его непросто. Оно походило на огромный сливочник, к которому Теддисон придумал крышку, похожую на шляпу.

Звери, толкаясь, протискивались поближе к необыкновенному аппарату. Теддисон с удовольствием демонстрировал его.

– В прошлый раз я много трудился над изобретением шоколадной чашки, – гордо рассказывал он собравшимся. – Но на этот раз результат превзошёл то моё достижение. Тогда топливом служил черничный сок, но меня вдруг осенила блестящая идея. Взбитые сливки намного лучше! Для этой цели я выполнил корпус летательного аппарата в виде сливочника. Крышка над ним имеет форму большого пробкового шлема, необходимого в тропическом климате. И я придумал название для своего изобретения.

Он показал лапой на крупную надпись на борту.

– «РЕКАТА», – прочитали звери.

– Ты, конечно, имел в виду слово «ракета»? – спросил конь Посе.

– Ты всегда путал иностранные слова, – важно сказал Гала-Петрус. – «Реката» – какая-то глупость.

Теддисона немного огорчили слова петуха, но славный рифмоплёт поддержал юного изобретателя:

– «Реката», скажу вам,

вполне годится.

Однако надо нам

поторопиться.

Дорога к джунглям,

поди, длинна,

ты береги себя,

моя жена.

Бык обнял свою Оливию и поднялся в сливочник Теддисона.

– Всем привет! – крикнула Тия Эльф, волоча чемодан. – Бык прав, надо поторапливаться и стартовать как можно скорее. Надеюсь, места хватит всем.

Звери засуетились.

– Это же просто авантюра, – сказал конь Посе. – Я повредил копыто, извините, и вынужден остаться дома. Я буду лечиться у доктора Бьёрна.

И представьте себе, лететь отказались почти все звери! Они не захотели отправиться в джунгли, несмотря на то что Тия Эльф позаботилась обо всём. Она очень расстроилась. На борт поднялись только господин Нильссон, Гала-Петрус и лис Раск.

– Неужели больше никто не хочет лететь в Африку? – крикнула Тия. – Сейчас самое время насладиться тёплой погодой! Особенно тем, у кого подагра или другие болезни. Я, например, хочу поправить там своё здоровье.

– Мы не больны, но тоже хотим лететь, – услышала она два весёлых голоса. – Путешествие в Африку – это здорово!

– К тому же у меня в Африке есть родственники, – напомнил То. – Лев, например…

– Перестань! – прервал кота Сё. – Никому нет дела до твоих родственников.

– Приятно, что есть ещё желающие, – обрадовалась Тия. – У нас столько свободных мест в «Рекате», что можно будет даже лежать.

– Эй, путешественники в Африку, хватит разговоров! – скомандовал Теддисон. – Сливочник готов к взлёту. Заводи мотор!

Корова Калория, главная поставщица сливок, подошла к баку для топлива, и Теддисон начал доить её.

– Отлично! – сказал медвежонок, наполнив бак. – Мы отправляемся в Африку. – Надеюсь, там найдётся какая-нибудь твоя родственница, Калория, чтобы мы смогли вернуться обратно. – Ключ на старт! Взлетаем! – крикнул он зверям в сливочнике.

Бык отдал честь и крикнул:

– Много минут мы ждали взлёта,

нам поскорее взлететь охота!

Потом он оглянулся на зверей, оставшихся на площади:

– Не жалейте кричать нам «ура», ребята!

Тем, кого понесёт «Реката»,

тем, кто будет лететь над Сахарой.

Храбрецам, что опасностей не страшатся,

кто, рискуя собой, всё равно веселятся.

До свиданья, Оливия, жёнка родная,

буду петь-веселиться, тебя вспоминая.

Бык видел, что жена плачет, да и у него самого заблестели от слёз глаза. Он достал огромный носовой платок, высморкался, а потом помахал им на прощание. Сливочник быстро поднимался всё выше и выше.

Звери на площади тоже махали путешественникам, а семеро в воздушном корабле махали им в ответ. Но вскоре они перестали видеть друг друга. Сливочник летел на юг на большой высоте, унося с собой отчаянных смельчаков.

– Однако сильно дует, – сказал лис Раск, обмотав шею хвостом. – Только бы не простудиться! Мы ведь ещё не долетели до места.

– Отличная закалка! – гавкнул Сё и поглядел вниз через борт сливочника. – Хорошая скорость у твоего изобретения, Теддисон!

– Сливки – прекрасное топливо, – объяснил медвежонок. – С такой скоростью мы быстро долетим до джунглей. Я нарисовал карту и отметил место, где мы совершим посадку.

Вскоре путешественникам стало скучно сидеть без дела. Тия Эльф принялась за вязание, а звери, кроме Теддисона, стали играть в «Чёрного Петера».

– Сейчас мы летим над Балтийским морем, – отрапортовал медвежонок-пилот. – Затем возьмём курс на Германию.

– Может, нам лучше поспать, чтобы отдохнуть до прибытия в первобытный лес? – зевнул Раск. – А то я засыпаю.

– Прекрасное предложение, – похвалил Гала-Петрус. – Между прочим, уже вечер и скоро стемнеет.

– А кто-нибудь должен следить за твоим летающим аппаратом ночью? – спросил То.

– Нет, он управляется автоматически, – с важным видом объяснил медвежонок. – Все могут спать спокойно. Ничего не случится.

Вскоре все пассажиры «Рекаты» заснули или делали вид, что спят. Когда стало совсем темно, в ночи можно было разглядеть лишь чьи-то горящие глаза и маленькую тень, крадущуюся на другой конец сливочника.

* * *

Первым проснулся Гала-Петрус, он услышал странные звуки.

Книрк-кнарк-книрк-кнарк, – раздавалось из мотора сливочника, и казалось, будто летательный аппарат прыгает в воздухе.

Петух громко закукарекал, и все пассажиры тут же вскочили, только Сё продолжал сладко спать.

– Теддисон! – в ужасе заголосил петух. – Сейчас же выясни, что стряслось! Видно, произошла какая-то ошибка. И почему я не остался дома со своими курами! Неужели мы рухнем на землю?!

– Успокойся Гала-Петрус, – сказала Тия. – Вот увидишь, Теддисон устранит неисправность.

– Странная машина, – заметил Раск и почесал за ухом. – Выглядит весьма сомнительно.

– Неужто поломка

какая стряслась?

А может, в машину

попала грязь? —

пробасил рифмоплёт.

– Ну разве можно спать при таком галдёже? – завопил То. – В чём дело? Не дают выспаться, я ужасно устал.

– Это, поди, поломка в моторе, – заявил Сё, просыпаясь.

– Теддисон обязан всё исправить, – зевнул То и повернулся на другой бок.

– Коты ужасно странные, – ответил пёс и покачал головой.

Тем временем Теддисон осмотрел мотор и вернулся к своим друзьям.

– Сливки кончились, – мрачно сказал он. – Ничего не понимаю, по моим расчётам их должно было хватить до самых джунглей.

– Мы, скорее всего, уже почти долетели! – весело проговорила Тия. – Когда выглянет солнце, мы наверняка увидим лес.

– Нет, для восхода ещё слишком рано, – промямлил медвежонок. – Это не совпадает с картой.

– Твой аппарат летит быстрее, чем ты предполагал, – успокоил его Раск. – Думаю, Тия права. Мы вот-вот окажемся в первобытном африканском лесу. Приятно будет снова размять ноги.

Мотор сливочника вдруг совсем заглох, и «Реката» стала опускаться всё ниже.

Дунс…

Дунс…

Дунс…

Вот сливочник коснулся земли.

– Странный этот африканский лес, – удивлённо сказал Раск, вылезая из аппарата, – похож на наш Небось.

– Высоких гор здесь больше, чем в Швеции, – гавкнул Сё. – Гляньте, на вершинах белеет снег.

– Что за чушь: снег и Африка! – пропел Гала-Петрус. – Но природа в самом деле очаровательна.

– Я всегда думала, что в Африке жарко, а здесь даже прохладно, – слегка поёжилась Тия Эльф.

– Днём будет жарче, – успокоил её Теддисон. – Ещё слишком рано. Взгляните, вон внизу течёт ручей. Я читал, что в джунглях дикие звери собираются у воды. Идёмте туда. Может, появятся львы, и мы расспросим их, как пройти в настоящие джунгли.

Во главе с рифмоплётом, господином Нильссоном, путешественники из Швеции спустились к ручью и уселись на берегу. То снова улёгся и тут же заснул.

– Надеюсь, он не подцепил африканскую сонную болезнь, – испугался Сё. – Говорят, это очень заразно. Кстати, меня тоже клонит ко сну.

– Нам всё время нужно быть начеку, – сказал Раск. – Кто знает, на что способны дикие звери. Здесь наверняка другие обычаи, не такие, как в нашем городе Небось.

– Тут становится скучно, – вздохнув, сказал Гала-Петрус. – Однако взгляните вон туда. Там за большим камнем мелькнула звериная голова и быстро исчезла.

– Вон она! Вон она! – подхватили путешественники.

И правда, снова показалась голова с длинными рогами, потом ещё одна и ещё. Вскоре девять пар глаз уставились на господина Нильссона, Тию, Раска, Гала-Петруса, Сё и спящего То.

– Скажи им что-нибудь, – попросила Тия быка-рифмоплёта.

Бык занервничал, но, качнув головой, произнёс:

– Приветствуем мы африканских друзей!

Скажите, как лес называется сей?

Из Швеции северной путь был далёк,

теперь отдохнуть бы прилечь на песок!

Незнакомые звери поглядели друг на друга и засмеялись, потом покачали головами.

– Нам надо разбудить То, и пусть он поговорит с ними на кошачьем языке, – предложил Раск.

– Опять меня разбудили! – зашипел недовольный кот. – Мне вовсе неохота разговаривать с дикими зверями. Говорите с ними сами!

Тия Эльф возмутилась:

– Я взяла тебя в путешествие, и ты должен быть хотя бы вежливым.

То с трудом поднялся и осторожно подошёл к зверям с длинными рогами.

– Привет! – начал он и помахал им лапой.

– Хей! Хей! – ответили те хором.

– Странный язык, – пробормотал Сё. – Надеюсь, кот всё же что-нибудь поймёт.

– А что мне у них спрашивать? – поинтересовался То.

– Как называется город и как их самих зовут?

– Анн.

– Ауф.

– Хинтер.

– Инн.

– Небен.

– Убер.

– Онтер.

– Фор.

– Свишен.

Звери из Швеции дружно рассмеялись, словно услышали какую-то чепуху.

– Какие забавные имена! – сказал Раск. – «Свишен» звучит как чих. Простите, но не подскажете нам дорогу в джунгли? – вежливо спросил он. – И ещё, напомните, пожалуйста, что вы за звери?

– Йоддиладиду! Мы каменные козы, – пропел зверь по имени Анн. – Мы самый известный хор во всей стране. Нас называют восточными девушками, потому что мы днём делаем лучший сыр во всей стране.

– Подумать только, а я никогда не слыхал, что в первобытном лесу делают сыр! – удивился Сё.

– Так мы оказались на восточном берегу Африки? – спросила Тия. – Надо посмотреть карту.

– Йоддиладиду, – запели снова каменные козы. – Пойдёмте с нами. Мы покажем вам наш первобытный лес. Знаменитый на весь мир.

– Какие хвастунишки! – фыркнула Тия. – Но, во всяком случае, с ними будет надёжнее в этой глуши.

Всю дорогу до первобытного леса козы болтали на своём йоддиладиду, но вдруг замолкли.

– Сейчас всем лучше помолчать, – прошептала коза по имени Небен. – Здесь шуметь нельзя ни в коем случае. Ложитесь осторожно за большие камни, и я подам вам сигнал, когда вы сможете поднять голову и поглядеть на джунгли.

– Видно, в джунглях тесно тут.

Где же звери все живут? —

пробормотал господин Нильссон и спрятался за камнем.

– Что-то страшновато, – прошептал Cё Теддисону. – Я думаю, они нас обманывают.

Но вот Небен подала им знак копытом.

– Осторожно! – шепнула она. – Никто не должен заметить вас.

Наши путешественники потихоньку высунулись из-за камней и не поверили своим глазам.

Перед ними оказался удивительный лес из часов!

Тысячи самых разнообразных часов прогуливались туда-сюда. Маленькие и большие, они наперебой громко тикали и звонили, а некоторые были с боем.

Путешественники из города Небось изумлённо смотрели друг на друга.

– Что всё это значит? – спросил То, когда бой часов стих.

– Йоддиладиду, – ответила Небен, – ведь вы хотели увидеть первобытный лес. Разве вы не знали, что все часы должны научиться ходить, прежде чем явиться к людям. Если часы будут ходить неправильно, время спутается и начнётся переполох. Наши часы известны на весь мир, потому что всегда точны.

– Никогда не знала, что африканские часы так уж хороши, – удивилась Тия Эльф.

– Африканские часы? – в ответ удивилась коза Онтер. – Йоддиладиду! Разве вы не знаете, что это Швейцария?

Швейцария – маленькая страна посреди Европы, далеко-далеко от африканского первобытного леса.

Когда Тия Эльф, господин Нильссон, Раск, Гала-Петрус, То и Сё поняли, где они находятся, им показалось, что всё вокруг встало с ног на голову.

* * *

Первым заговорил рифмоплёт:

– Мы думали, что едем

к неведомым зверям,

ну а попали в гости

к часам-колоколам.

– Слабовато твоё изобретение, – упрекнул Теддисона лис Раск. – У него хватило сил только на полдороги.

– По моим расчётам сливок должно было хватить до самого первобытного леса, – оправдывался медвежонок. – Видно, произошла какая-то техническая неувязка. Сливки израсходовались слишком быстро.

– Может, в твоём летательном аппарате образовалась дыра? – предположила Тия.

Теддисон отрицательно покачал головой.

– А может, кто-то выпил сливки? – заявил Гала-Петрус и пристально посмотрел на То. – Есть такие звери, которые любят взбитые сливки больше всего на свете.

Кот ужасно смутился.

– Ты думаешь, что я украл сливки? – прошипел он сердито. – Какой же ты злой! Как тебе не стыдно такое говорить!

– А тогда почему у тебя усы белые? Мы ведь с вечера ещё ничего не ели. Между прочим, никто не проголодался?

– Ещё как! Давайте скорее завтракать! – закричали все.

– Нет, сперва надо разобраться с исчезнувшими сливками, – возразил Теддисон. – Никто не имеет права ругать моё изобретение!

– Я, по крайней мере, ничего не знаю, – угрюмо сказал То.

Господин Нильссон с подозрением уставился на него:

– Ну ладно, хватит!

Признайся сразу,

шкодливый кот,

больше ни разу

обман не пройдёт.

Признайся честно

и дай ответ:

твоя проделка

или нет?

Под взглядом быка То уже не мог обманывать.

– Я шёл будто во сне, сам не понимая, что делаю. Как лунатик. А когда проснулся, увидел, что сливочник пуст. Но даю слово, больше никогда не буду так себя вести. Я уже по горло сыт этими сливками.

– Да уж теперь у тебя это и не получится, – буркнул с досады Теддисон. – В Швейцарии нет сливок, здесь есть только сыр и часы.

– Друзья, – обратился к путешественникам лис Раск. – Если я не ошибаюсь, для производства сыра требуется молоко. Почему бы не попросить наших новых друзей, девушек с восточного побережья, помочь нам?

Девять каменных козочек во время этого разговора молчали, но теперь, услышав, что речь идёт о них, сказали:

– Йоддиладиду! Мы охотно поможем вам, если сможем.

Потом Свишен обратилась к То:

– Не желаете купить лучшие в мире часы?

– Нет, спасибо, – ответил кот. – Но мы могли бы купить у вас немного сливок.

– Йоддиладиду! Сливки! – Козы покачали головами. – Откуда у нас сливки?! Мы даём обычное козье молоко, но оно превосходное. Цельное и питательное.

– Это то, чего я опасался, – пробубнил Теддисон обеспокоенно. – Ни сыр, ни козье молоко для моего аппарата как топливо не годятся. Но нам всё равно как-то надо добраться до дома. Придётся попробовать.

– Ах, какой ты недогадливый! – воскликнул пёс. – Вообще-то сливки изготовляют из молока, так, во всяком случае, делают люди. Может быть, девушки с восточного побережья помогут нам надоить молока?

То попросил козочек помочь им, и те пошли доить. Через некоторое время козы вернулись, каждая с большой бутылкой молока.

– Аппетитно выглядит! – промяукал То и облизнулся.

– Помолчи-ка лучше! – зарычал на него лис Раск. – Хватит с тебя и тех сливок, которые ты слопал ночью.

То с гордым видом отошёл в сторонку и стал смотреть, как козы, задрав хвосты, стали взбивать ими молоко.

– Йоддиладиду, йоддиладиду!

Это свеженькое молоко,

скоро будут сливочки.

Йоддиладиду, йоддиладиду, —

негромко напевали они.

– Песенка довольно однообразная. Больше куплетов нет? – засмеялся Раск. – Спроси-ка у них, То, есть ещё другие слова в этой песне?

– Эта песня называется «Йоддлинг», – с гордостью объяснил То. – Все в Швейцарии поют её на этот манер.

Тия Эльф подошла к козам, поглядела на бутылки и сказала с довольным видом:

– Скоро мы получим замечательные сливки. Похоже, они будут даже лучше, чем в Швеции.

– Нам, поди, придётся привязать То к кровати, – сказал Сё. – Подумайте, что было бы, если б мы застряли в Сахаре. Там бы нам вряд ли повезло, как в Швейцарии.

– Готов заверить вас, что я не собираюсь пробовать сливки, – с гордым видом сказал То, закатив глаза. – Я готов воздержаться от еды, пока не встречу в первобытном лесу своего родственника.

– Постарайся только не стать для него завтраком, – насмешливо заметил Гала-Петрус. – Я слыхал, что у африканских львов любимое лакомство – шведские коты.

– Никогда не слышал большей глупости, – фыркнул То.

Наконец восточные девушки Анн, Ауф, Хинтер, Инн, Небен, Убер, Онтер, Фор и Свишен взбили сливки. Они облизали друг другу хвосты и подошли к гостям из города Небось.

– Йоддиладиду! – спела Убер. – Дарим вам сливки как маленький презент от всех зверей Швейцарии. Надеемся, сливки вам понравятся.

– Большое спасибо! – сказали, поклонившись, наши путешественники.

– Две тысячи благодарностей! – учтиво гавкнул Сё, желая выглядеть особенно вежливым.

Они вместе отнесли бутыли к «Рекате» и вылили сливки в мотор. Теддисон нажал несколько кнопок. Мотор шумно заработал.

– Прекрасно! – радостно воскликнул он. – Эти сливки отличного качества. Сливочник готов к отлёту.

– Мы должны как-то по-особенному поблагодарить восточных девушек за помощь, – прошептала Тия Эльф. – Пожалуйста, господин Нильссон.

Рифмоплёт низко поклонился козам:

– Милые

Анн,

Ауф,

Хинтер,

Инн,

Небен,

Убер,

Онтер,

Фор

и, понятно,

Свишер!

Всем ура! —

крикнул бык. –

Ура-а! Ура-а-а!

Гости из города Небось тоже подхватили «ура!», а Теддисон нажал на старт.

Сливочник начал подниматься.

– Йоддиладиду! – ликовали восточные девушки и махали хвостами.

И вдруг посреди этого гвалта раздался надтреснутый голос, вопивший:

– Постойте, погодите немного! Я хочу лететь с вами!

– Это ещё кто такой? – удивился Гала-Петрус.

«Реката» стал снижаться, и наши пассажиры увидели, как к ним, прихрамывая, семенит мураклоккан[1].

– Святые угодники! – воскликнул Раск. – Часики из Муры, говорящие по-шведски, оказались в Швейцарии! Вот это да!

– Давайте выслушаем, чего хочет этот бедняга, – сказала Тия Эльф. – Приземляйся, Теддисон!

* * *

Сливочник приземлился, и мураклоккан подбежал к ним.

– Добрый день, добрый день! – прогнусавил он. – До чего же приятно снова говорить по-шведски! В этой стране разговаривают на трёх языках, и старому мураклоккану здесь приходится нелегко. Я когда-то жил в Фалуне, а потом попал сюда. Ой-ой-ой-ой!

– А ты в самом деле швед? – спросил То.

– Не веришь? – возмутился мураклоккан. – Меня сделали в Муре, а зовут меня Сином Тид.

– Но как ты попал в Швейцарию? – изумилась Тия Эльф. – Ведь отсюда до Муры далеко.

Сином заплакал:

– Если б вы только могли представить, как я обрадовался, когда узнал, что сюда прибыли шведы. Может, теперь моя заветная мечта исполнится.

– Скажи толково,

чего ты хочешь,

и мы исполним

всё, что захочешь, —

пообещал часам господин Нильссон.

– Я хочу шведскую колбаску фалукорв[2], – захныкал Сином Тид. – Это моё любимое блюдо, но здесь его не купишь ни за какие деньги.

– Ха, фалукорв! – фыркнул лис Раск. – Думаешь, мы ездим в отпуск с продуктовой лавкой?

– Тогда я хочу вместе с вами долететь до Муры! – крикнул Сином Тид. – Не откажите мне, добрые звери, умоляю, не откажите!

– Мы хотим сначала побывать в африканском первобытном лесу, – объяснил Теддисон. – Кабы ты нас не задержал, мы бы уже давно туда летели.

– Но ты так и не рассказал, как застрял в Швейцарии, – напомнил Гала-Петрус. – Может, ты прилетел сюда?

– Нет, я приехал скорым поездом в большом ящике, – сообщил Сином. – И во всём виноват этот глупый Книс Хансес Ларсес, самый послушный из детей. И вы знаете, где он спрятался?

Все недоумённо покачали головой.

– Во мне, – сказал Сином Тид и захныкал. – Именно так всё и было. Я стоял в большом красивом зале, и все мной восхищались. Но однажды во время пира малышня затеяла игру в прятки. Этот Книс Хансес Ларсес открыл дверцу и влез ко мне внутрь. И что-то там сломал. После этого я так и не оправился. И мой хозяин, в конце концов, разозлился и послал меня сюда, чтобы я научился правильно ходить.

Однако вовсе нелегко ходить в Швейцарии, где столько часов. Я ходил, ходил, но домой так попасть и не сумел. Когда я вас увидел, то спрятался и стал наблюдать. Боюсь, мой здешний хозяин поймёт, что я сбежал, и придёт за мной, чтобы вернуть. А я так рассчитывал, что успею получить свою любимую колбаску! Иначе больше не выдержу, – всплакнул Сином Тид. – Взгляните, вон идёт мой хозяин, патрон Ур, он спешит за мной.

– Тогда поторопись, Сином Тид, если хочешь улететь с нами, – сказала Тия Эльф. – Мы возьмём тебя в Африку, а потом отвезём в Швецию. Полезай быстрее в сливочник!

– Но я не могу идти быстрее, – хныкал мураклоккан. – Вы тоже будете ругать меня за то, что я хожу слишком медленно?

Когда патрон Ур подошёл совсем близко к «Рекате», Сином Тид успел-таки забраться внутрь.

– Вот и остался ты, патрон, с носом! – засмеялся Сё и показал ему длинный «нос».

– Ясно, надо помочь,

кому терпеть больше невмочь, —

сказал господин Нильссон. –

Однако послушаем вместе

девиц прощальную песню.

Девять девушек спели «Йоддлинг» и весело помахали путешественникам из города Небось.

Все пассажиры махали им в ответ.

– Хей, Швейцария! – кричали они. – Может, мы ещё когда-нибудь встретимся!

– Я не хочу назад! – захныкал Сином Тид. – Я хочу домой в Муру. Я хочу свою любимую колбаску.

Тем временем сливочник набрал скорость.

Сливки из молока швейцарских коз оказались не хуже сливок уважаемой Калории, коровы из города Небось.

Ойййй! – свистело у всех в ушах от порывистого ветра.

Но вот путешественники уже смогли разглядеть города и маленькие деревушки, высокие горы и широкие реки.

Внезапно внизу всё стало синим.

– Под нами Средиземное море, – сказал Теддисон и показал на свою карту. – Скоро будем пролетать над Северной Африкой, затем над Сахарой и окажемся в первобытных джунглях.

– Становится всё теплее, – улыбнулась Тия, нежась на солнышке. – Если такая погода будет всё время, пока мы тут, я, пожалуй, избавлюсь от своей подагры.

– Может, и я избавлюсь от краснухи, – усмехнулся Сё.

– А мне что-то нездоровится, – опять захныкал Сином Тид. – У кого-нибудь найдётся немного машинного масла? Для меня это лучшее лекарство. Теддисон, ведь у тебя в моторе должно быть машинное масло.

– Это специальное изобретение, оно не нуждается в машинном масле, – сухо ответил медвежонок.

– Ой-ой-ой! Ни колбаски тебе, ни машинного масла! – снова захныкал Сином. – Лучше б я остался в Швейцарии!

– Раз так, может, Сином Тид, тебе спрыгнуть в море и поплыть домой в Муру? – строго сказала Тия Эльф. – Мы отправились в путешествие для того, чтобы развлечься.

– Не говорите так, не надо! – застонал Сином. – Не сердитесь на меня, мой часовой механизм портится от напряжения. Я постараюсь сдерживать себя.

Тут синева кончилась, и они снова оказались над землёй. Вскоре сливочник летел над безбрежными песками Сахары, великой пустыни мира.

– Представляю себе, как малыши из города Небось пекут тут куличики из песка! – захихикал Гала-Петрус. – Ой, взгляните! Вон какой-то зверь! У него за плечами мешок. Или что это такое у него на спине?

– Меня ты просто оглушил – пафф!

Но это просто, кажется, караф[3]! —

с гордостью продекламировал рифмоплёт.

– Караф? – удивилась Тия. – Ты хочешь сказать – жираф. Но у зверя внизу вовсе не длинная шея. Это, наверное, кто-то другой.

– Ишь ты, подишь ты,

не разберёшься тут!

Это, пожалуй,

просто верблюд, —

пробормотал бык.

– Точно, верблюд! – подтвердил Сё.

– Однако снова похолодало, – поёжилась Тия. – Наверное, ночью в Африке всегда холодает. Давайте ложиться спать. Завтра утром, по крайней мере, мы уже будем в настоящем первобытном лесу.

– Как бы не так! Уснёшь тут спокойно! – съехидничал Раск и посмотрел на То. – Чего доброго, кто-нибудь опять будет ходить во сне и объедаться сливками.

– Я собираюсь спать, – ощетинился кот. – Между прочим, не Раску об этом говорить, он тоже хорош.

– Я никогда не ходил во сне, – огрызнулся Раск.

– Замолчите вы, бузотёры! – призвал всех к порядку господин Нильссон. – Я хочу тишины и покоя!

– А я хочу колбаску фалукорв, – хныкал Сином Тид.

– Обращаю внимание, господа,

я хочу тишины. Понятно, да? —

строго промычал бык.

Вскоре все уснули, даже То.

Неожиданно посреди ночи дверь осторожно отворилась, но никто из путешественников этого не заметил.

* * *

Зззззз! – послышалось в сливочнике.

Гала-Петрус проснулся и не мог понять, где он находится.

– Ой-ой-ой! – закричал он. – Неужели я снова дома, в городе Небось? Где мой будильник? Где он? Где же он?

– Тихо! – рыкнул на него Раск. – Мы не взяли с собой будильники. В отпуске надо отдыхать.

– Но я только что слышал, как зазвонил будильник, – не унимался петух. – Как много удивительного происходит здесь по ночам!

Его кукареканье всех разбудило, и путешественники сердито уставились на него.

– Что за шум?

Что за гам?

Сам не спишь

и не даёшь нам! —

пробурчал господин Нильссон, начиная злиться.

– Но я точно слышал, как звонил будильник, – настаивал петух. – Я в этом совершенно уверен.

– Умеешь ты звонить, как будильник? – спросила Тия Синома Тида.

– У меня никогда ничего не получается. Я не умею ходить правильно. Я даже не могу получить любимую колбаску, – заныл о своём мураклоккан.

– Не болтай чепуху, – пробормотал Теддисон и строго посмотрел на То и Сё. – Это ваши штучки?

– Наши? – удивились кот и пёс. – Почему всегда во всём виноваты мы?

– Вспомните историю со сливками прошлой ночью, – напомнил лис.

– Если петух прав, эту тайну надо разгадать, – решила Тия Эльф, чтобы прекратить ссору между Сё и Раском. – Давайте внимательно всё осмотрим.

И они начали обыскивать «Рекату».

– Здесь ничего не спрячешь, некуда, – сказали То и Сё, обшарив сливочник. – Может, что-то затаилось под кроватью?

Пёс и кот осторожно приподняли за краешек длинную кофту Тии, лежавшей на кровати, и увидели… симпатичный будильник.

– Не сердитесь! – заплакал будильник и со страхом уставился на путешественников.

– Идём с нами! – сердито приказал Сё. – Проверим как следует твой механизм.

Будильник элегантно спустился на пол.

– Что вы собираетесь делать со мной? – спросил он у окруживших его зверей. – Выбросить меня? Впрочем, мне уже всё равно. Во всяком случае, вы никогда не сможете вернуть меня домой, в швейцарский лес.

– Ах вот ты где! – Сином Тид перестал делать вид, что всё ещё обыскивает сливочник. – Скажи, как ты сюда попала?

– Говори, кто ты такая? – приказал Раск.

– Вы не знаете, кто она? – изумился Сином Тид. – Она самая милая и красивая девушка-будильник, дочка патрона Ура – хозяина всех швейцарских часов. Однако, фрёкен Ур, что ты делаешь в этом сливочнике?

– У него есть название! – возмутился Теддисон.

– Я убежала из дома, – ответила фрёкен Ур Синому Тиду. – Ты даже не заметил, как я открыла дверцу в твоём животе и влезла туда.

– Точно как Книс Хансес Ларсес! – засмеялся Сином Тид. – И ты сидела во мне всё это время? Какая честь для моей скромной персоны! Добро пожаловать в нашу компанию!

– Предоставь это решать мне, – вмешалась Тия Эльф. – Ты и сам-то безбилетный пассажир! Уж не спрятался ли в твоём большом брюхе ещё кто-нибудь? Может, весь дикий лес Швейцарии туда забрался?

Сином Тид открыл дверцу и заглянул внутрь, но там было пусто.

– Надо же, какая честь! У меня была фрёкен Ур, – с довольным видом сказал он.

– И что мы станем делать с этой фрёкен? – спросил Раск.

– Ха! Мне будет приятно иметь в путешествии компаньонку, – помедлив, ответила Тия. – Она сможет отправиться с нами в африканский лес, а потом в Швецию. Но, дорогая, почему ты убежала из дома?

– Мне захотелось поглядеть на белый свет. Не правда ли, интересно проснуться утром в новом месте. Когда я заметила, что Сином Тид собирается удрать, то решила воспользоваться случаем. Хотя это, верно, будет совсем другой первобытный лес.

– Первобытный лес! – крикнул Теддисон. – Мы забыли приземлиться! Ведь мы, поди, уже давно прилетели!

– Поглядите, как зелено кругом! – воскликнул Сё, перевесившись через край сливочника. – Это наверняка и есть первобытные джунгли!

– Я включил режим посадки, – пробормотал Теддисон. – Надеюсь, здесь найдётся подходящий лужок.

«Реката» снизилась до верхушек деревьев.

– Как же тут тепло! – воскликнула Тия и сняла кофту. – Прощай, моя подагра!

– Вон там есть открытое место! – крикнул Раск.

– Годится! – кивнул Теддисон.

Медвежонок нажал на рычаг, и сливочник опустился в первобытный лес. Он легонько шлёпнулся на землю, и пассажиры из города Небось вместе с беглецами из Швейцарии оказались в джунглях.

– Други мои, наконец-то, ей-ей,

встретим сейчас африканских зверей!

Многих из них мы, конечно, не знаем,

но подружиться со всеми желаем, —

торжественно продекламировал господин Нильссон, вылезая из «Рекаты».

– Куда же нам теперь идти? – спросила Тия Эльф, когда все собрались на поляне. – С дорогами здесь, очевидно, плохо. Кругом одни тропинки.

– Я вижу указатель! – воскликнул То и, приглядевшись, прочитал: – ДОРОГА В САМУЮ ТЁМНУЮ АФРИКУ.

– Вот вам и дорога! – обрадовалась Тия. – Поскольку коты лучше всех видят в темноте, иди первым, То.

Кот, слегка испуганный, всё же пошёл впереди, а последним заковылял Сином Тид.

– Все готовы! – сообщил он, стараясь казаться храбрым. – Итак, мы начинаем наше увлекательное путешествие по незнакомым охотничьим местам. Надеюсь, мы скоро встретим кого-нибудь, кто скажет нам, куда мы попали.

Они отошли совсем недалеко от места посадки, и вдруг услышали громкий крик.

– Стоп! Стоп! Стойте! Я не могу идти дальше! – заявил Сином Тид из последних сил.

Фрёкен Ур, бодро шагавшая рядом с Тией Эльф, пыталась было успокоить его, мол, после будет легче, но она ошибалась. Сином Тид снова застонал, и всей компании пришлось остановиться и ждать.

– Если он будет плестись как улитка, мы никуда не попадём, – фыркнул лис Раск. – Зря Тия решила тащить его с собой. С вами другое дело, фрёкен Ур, вы настоящая дама, – отпустил он комплимент дочке патрона всех швейцарских часов.

– РРРР-ррррр!

Внезапно дорогу им преградил лев. Он стоял прямо на тропе, по которой шли наши путешественники, возглавляемые котом. Друзья бросились врассыпную и спрятались в зарослях поблизости. Бедняга То остался на тропе один.

– Господин Л-ле-е-ев… – промямлил кот, чуть живой от страха, – вввиии ввввиииилллл ввввееееттттаааа…

– РРРР-ррррр! – снова заревел лев, смахнул кота хвостом с дороги и направился дальше по своим делам.

– Однако злобные у тебя родственники, – сказал Раск, выйдя из укрытия.

– Видать, он не признал своего кузена из города Небось, – прокукарекал петух.

То не ответил, а принялся, хныкая, вылизывать свою шёрстку.

– Ничего, ты скоро придёшь в себя, – утешил кота его друг пёс.

Да уж, всем давно известно, что иные родственники бывают хуже чужих.

* * *

После первой встречи с царём зверей путешественники из города Небось вели себя осторожнее.

– Я побегу вперёд и разнюхаю, что тут творится, – решил Сё, и компания медленно двинулись дальше по тропе.

То шёл позади, а последним, прихрамывая, ковылял Сином Тид. Он еле поспевал за всеми.

– Давайте передохнём, – стонал он. – Поглядите, вон там зелёная лужайка! Посидим хотя бы пять минут. Ах, если бы у нас с собой была моя любимая колбаска!

– Сином Тид прав, – заметила Тия Эльф. – У меня тоже устали ноги, к тому же в этих джунглях очень жарко и влажно.

Наши путешественники сошли с тропы и уселись на лужайке. Всё казалось спокойным и прекрасным, пока до них не доплёлся Сином Тид. Как только он сошёл с тропинки и приблизился к остальным, раздался страшный треск и… шмяк!

ВСЕ ПРОВАЛИЛИСЬ В ГЛУБОКУЮ ЯМУ.

– Такие опасные дороги в Швеции запрещены! – завыл Сином Тид. – Теперь у меня на животе облупилась краска. Я буду жаловаться губернатору, а то и самому королю!

– Это не обычная яма, – шепнул лис Раск. – Я читал в книге, что в такие ловушки людоеды загоняют своих жертв.

– Людоеды? – ужаснулись все. – Это те, кто поедает всё живое?

Раск кивнул:

– Да, мы попали в очень скверную ситуацию. Если бы неуклюжий Сином Тид не ступил на лужайку, мы, быть может, и выпутались бы, но теперь…

– На Синома не будем кидаться,

нам сейчас нужно вместе держаться, —

напомнил путешественникам господин Нильссон.

– Нам больше ничего не остаётся, – с кислой миной сказал Раск.

– Немного успели мы повидать в первобытном лесу, – вздохнул Сё. – Немного хороших воспоминаний привезём мы с собой в Небось.

– И то, если сможем вернуться домой! – горько усмехнулся Гала-Петрус. – Скорее всего, нас здесь съедят!

И он заплакал.

– Зачем я убежала от патрона Ура! – всхлипнула фрёкен Ур. – Первобытный лес в Швейцарии намного симпатичнее и спокойнее.

– Замолчите, плаксы! – сказала Тия Эльф. – Легче от ваших слёз не станет. Возьмите себя в руки, всё как-нибудь утрясётся.

– Интересно, как долго нам придётся сидеть в этой яме? – пробормотал Теддисон. – Лишь бы только лев сюда не пробрался.

Наши друзья конечно же не могли знать, сколько просидят в яме, но вдруг наверху послышались какие-то звуки.

– Ура! – прошептал кто-то. – Видно, попалась крупная добыча.

– Чужестранцы, – негромко сказал другой голос. – Шикарный будет обед!

От этих слов наши герои пришли в ужас.

– Давайте проверим добычу, – снова послышалось сверху.

Пленники догадались, что это люди.

И вдруг земля, на которой пленники сидели в яме, стала подниматься. Очутившись наверху, все сгрудились за Синомом Тидом, не смея даже взглянуть на людоедов.

– Выглядят вкусно, полезная еда, – пробормотал один из людоедов. – Небольшие, упитанные, вполне подходят на десерт.

– Я не хочу стать десертом! – крикнула фрёкен Ур. – Я шикарная дама и хочу домой!

– И я, и я тоже! – закричали все хором. – Не хотим, чтобы нас съели!

– Мы заберём их с собой, – прошептал другой людоед. – Пусть вождь решит, что нам с ними делать.

Испуганных путешественников окружили чернокожие люди и куда-то повели. Люди не выглядели такими уж страшными, но в руках у них были стрелы и копья.

– Убежать невозможно, – шептались То и Сё.

Вскоре вся процессия пришла в деревню и остановилась в самом центре, на площади. Людоеды выстроились в боевой порядок и стали охранять пленников.

– Сейчас придёт вождь, – шёпотом говорили они.

Тут из одной хижины вышел человек ростом выше других людоедов. Одежды на нём было чуть больше, чем у остальных. А когда он начал говорить, оказалось, что и голос у него был самым громким.

– Вы стали пленниками скупердяев, скупердяйского округа первобытных джунглей! – крикнул вождь. – Знаю, что вы шведы и вас удивляет, почему я говорю по-шведски. Но мы должны беречь свой язык и потому говорим на других языках. Мы также должны беречь свой голос, и потому все, кроме меня, шепчут, но я вождь и делаю что хочу.

Вам наверняка интересно, как нас зовут, это понятно. Мы не можем позволить себе растрачивать буквы, и поэтому у каждого в имени только одна буква. И только маленькая буква, ведь мы должны быть экономными. Вот его, например, – указал вождь на одного людоеда, – зовут а, того, крайнего – б; ц, д, ф, г и х в настоящий момент в лесу. Вот так мы используем весь алфавит.

– А как быть, если букв не хватит? – спросил То.

– Тогда мы даём имя а1, а2 и так далее, – ответил вождь. – Занятно, не правда ли? Вот угадайте, как зовут меня? – спросил он и расправил плечи.

Пленники пожали плечами.

– ФРИДЕБОРГ ЭНГЕЛЬБРЕКТСОН! – воскликнул вождь с гордостью. – Большими буквами, обратите внимание. Это мы с одним шведским исследователем обменялись именами.

– Но ведь Фридеборг – женское имя, – заметила Тия Эльф, – а вы, господин вождь, мужчина.

– Не имеет значения, – небрежно ответил вождь. – Подумать, сколько букв я получил совершенно бесплатно! А дома в Швеции живёт человек, которого зовут п.

– Но, господин Энгельбректсон… – начал То.

– Моё имя ФРИДЕБОРГ большими буквами, – прервал его вождь. – Так называются и все мои любимые блюда.

– Ясно, ФРИДЕБОРГ, – кивнул То. – Это значит, что вы собираетесь нас съесть?

– Я думал об этом, но совершенно скупердяйским способом!

Тут господин Нильссон выдал:

– Пока нас не съели, желаю признаться,

ведь лучше заранее в том отчитаться,

что сам я убогий, костлявый, седой,

а лис наш вообще несъедобный, сухой.

Петух же наш просто горстка костей,

уж лучше желудок свой ты пожалей.

Наш пёсик и кот заболели поносом,

и можно ли есть их —

вообще под вопросом.

А Тия-красотка подагрой страдает

и днём очень горькие капли глотает.

– Всё нам прекрасно подходит, – прервал его вождь ФРИДЕБОРГ и отдал своим людям приказ: – Несите кастрюли и банки, вечером будет большой пир.

* * *

Протест путешественников не помог. Скупердяи побежали за кастрюлями, чугунками и банками. Некоторые разожгли небольшие костерки, другие вернулись с огромными стеклянными банками.

– А для чего эти банки? – удивился Сё.

– Неужто вы ничего не поняли? – спросил вождь ФРИДЕБОРГ. – Я только что сказал, что мы будем есть вас по нашему скупердяйскому обычаю. Сначала вы вымоетесь тёплой водой (тепло мы тоже должны беречь), потом ляжете в стеклянные банки, и мы досыта насмотримся на вас, поедая глазами! Разве это не прекрасно? Мы законсервируем вас точно так, как, по рассказам настоящей Фридеборг, делают в Швеции. Таким способом можно сохранять еду долгое время.

– А как долго нам придётся лежать в банках? – осторожно спросил Теддисон.

– Хм, – помедлив, сказал вождь скупердяев, – покуда нам не надоест. Ну, примерно с месяц, не меньше. Еду нельзя расходовать как попало. Потом вы станете свободны, если вам повезёт.

– А я протестую!

Совсем не хочу я

лежать месяц в банке,

как рыба в солянке, —

срифмовал господин Нильссон.

– Мало ли чего ты не хочешь! – завопил ФРИДЕБОРГ. – Эй, мои работники, готовьте котлы! Разведите небольшой огонь, надо экономить топливо. Будьте добры, мои любимые блюда, займите свои места.

Тут какой-то маленький скупердяй вырвался вперёд и прошептал что-то ФРИДЕБОРГУ на ухо. Вождь кивнул и подал пленникам знак остановиться.

– Я забыл одну вещь, – сказал он. – Скупердяи очень любезные людоеды. Доброту мы, сказать по правде, не экономим. Прежде чем законсервировать своих пленников, мы спрашиваем, каким блюдом они хотели бы стать. У нас большие возможности. Если что-то не получится, мы пленника освобождаем. Давайте высказывайте свои пожелания!

– Манная каша, – быстро ответила Тия.

– Варенье из морошки, – сказал Теддисон и облизнулся.

– Свиная отбивная,

сочная, большая, —

промямлил рифмоплёт.

– Блины, – провыл лис.

– Хорошее машинное масло, а то я чувствую сухость в механизме, – со вздохом сказала фрёкен Ур.

– Французский омлет, – пропел Гала-Петрус, – из десяти яиц.

– Сапожный крем с молоком, – тявкнул Сё.

– Парное молоко, – мяукнул То.

На все пожелания ФРИДЕБОРГ только кивал и отдавал приказы своим скупердяям из большой кладовки.

Остался только Сином Тид.

– Я хочу колбаску фалукорв, – прохныкал он.

– Фалукорв? – пробормотал ФРИДЕБОРГ. – А можно какую-нибудь другую колбасу?

– Я хочу колбаску фалукорв, – стоял на своём Сином. – Я мечтаю о ней.

Вождь покачал головой и взглянул на своих скупердяев.

– Нам придётся его отпустить, – мрачно сказал ФРИДЕБОРГ. – Но это не играет никакой роли. Этими часами из Муры не наешься, а что до остальных… – Он оглядел своих пленников. – Займите свои места в чугунах.

– До чего же приятное тепло! – улыбнулся лис. – Хорошо ещё, что они жадные, а не то нас сразу бы сварили.

– Я думаю, моя подагра исчезнет после такой горячей ванны, – сказала Тия. – Значит, Африка нам всё-таки что-то полезное дала.

– Неужели мы всё же вернёмся домой? Подумать только, что нас там ожидает?

– Ух, чего только эти скупердяи не придумают! – дрожащим голосом произнесла фрёкен Ур. – Лежать в консервной банке! Я ведь не водонепроницаемая, это наверняка вредно для моего часового механизма! Патрон Ур упал бы в обморок, увидев меня сейчас!

– Синому Тиду повезло, – вздохнул Раск. – Сначала из-за него мы провалились в ловушку скупердяев, а теперь его отпустили, потому что ему понадобилась колбаса фалукорв. Нет, вы только поглядите, он до сих пор ещё не ушёл! Будь я на его месте, им не пришлось бы долго ждать!

– Ну наконец-то он захромал по той дороге, что привела нас сюда, – сказал Теддисон. – Хоть бы и нам удалось выбраться отсюда! А вместо того нас законсервируют! Ёлки-палки!

В этот самый момент в голову То пришла идея, он что-то шепнул Сё, лежавшему с ним в одном котле. Пёс радостно кивнул.

– Тсс! – сказал кот остальным. – Давайте попробуем сбежать.

– А как? – пробормотал Теддисон. – Вы что-то придумали?

То кивнул.

– Надо устроить большой шурум-бурум, – объяснил Сё. – Фрёкен Ур будет звонить, лис выть, Нильссон мычать, Гала-Петрус кукарекать. Трёх минут будет достаточно. Начинаем! Раз-два-три!

И какой же страшный гвалт поднялся!

Скупердяи не могли понять, что случилось. Они бегали взад-вперёд между котлами, но не могли утихомирить пленников.

Через три минуты всё стихло. Скупердяи пытались отдышаться.

– Странные обычаи у шведов, – сказал ФРИДЕБОРГ. – Однако не важно, скоро они закричат по-другому.

Один скупердяй подбежал к вождю и доложил вполголоса:

– Три блюда исчезли!

– Догнать их! – крикнул ФРИДЕБОРГ.

Скупердяи помчались в лес, но скоро вернулись.

– Никого не нашли, – шепнули они ФРИДЕБОРГУ, – кроме старых часов из Муры, разумеется.

– По правде говоря, мне не понравились ни пёс, ни кот, – пробормотал вождь. – Но следите лучше за остальными. А то и этих провороним.

– Я не уверена, что они сумеют спастись, – вздохнула Тия Эльф. – В первобытном лесу столько опасных зверей. Мы же видели, как лев обошёлся с То.

– Будем надеяться на лучшее, – печально произнёс Гала-Петрус. – Хорошо бы помощь подоспела! Кажется, вода становится слишком горячей.

* * *

Недалеко от деревни скупердяев Сином Тид открыл дверцу на своём животе и выпустил оттуда То и Сё.

– Путь свободен! – сказал он.

– Мы всё же справились! – радостно тявкнул пёс. – Теперь главная задача – помочь нашим друзьям.

– Я что-то читал про телеграф джунглей, – сказал То. – Надо найти его и послать телеграмму, что нам требуется помощь.

– А кому мы пошлём эту телеграмму? – удивился Сё. – Мы никого не знаем в Африке.

– А может, мы встретим доброго льва, – понадеялся То. – Не все же такие, как тот, что попался нам. Идём, надо спешить.

Им повезло. Они прошли совсем немного, когда увидели густой кустарник, на котором красовалась вывеска:

На ветке над вывеской сидел большой разноцветный попугай.

– Добрый день! – вежливо поклонился кот. – Нас зовут То и Сё, мы из Швеции.

– Привет, привет! – громко крикнул попугай. – А моё имя – Клара-Готовая-В-Путь. «Готовая» – девичья фамилия. «В-Путь» – по мужу. Только мой муж улетел, и я сижу одна. Работа на телеграфе – единственный мой заработок.

– Тогда, надеюсь, вы нам поможете, – сказал Сё. – Мы желаем послать телеграмму в Швецию.

– В Швецию? – уточнила Клара. – Не получится, слишком далеко и слишком дорого.

То и Сё повесили носы.

– Нам необходимо послать телеграмму о помощи, – стал упрашивать Клару пёс. – Иначе наших друзей законсервируют.

ТЕЛЕГРАФ ДЖУНГЛЕЙ

– Никак не получится, – затараторила попугаиха. – Я даже не знаю, где Швеция находится. Кажется, она в Копенгагене, а Норвегия там главный город.

– Ну и болтунья ты, старая Клара! – вдруг услыхали они чей-то голос.

Между прочим, незнакомец говорил по-шведски со стокгольмским выговором. То и Сё оглянулись, но не увидели ни одного шведского зверя, только слона.

– А как ты научился говорить по-шведски? – удивился Cё. – Может, ты тоже из уезда Смолинге и желаешь говорить на своём диалекте?

– Вы так думаете? Просто я – швед и живу в Скансене[4].

– Да, Скансен в Стокгольме, – с грустью сказал То. – И это очень далеко.

– Ясное дело. Но слышали ли вы когда-нибудь такое слово, как отпуск. Ведь можно иногда навестить близких родственников. Не всё же время катать детей на спине. Иногда хочется подышать воздухом джунглей. Мои уши услыхали, дорогие друзья, что вы попали в беду. Всегда рассчитывайте на помощь Л.Е. Фанта. Собственно говоря, это я. Моё имя Ларс-Эрик, но это слишком долго выговаривать, и меня называют просто Л.Е. Фант[5].

– Ты в самом деле хочешь нам помочь? – радостно спросил Сё.

– Ясное дело! – засмеялся Л.Е. Фант. – Скажите только, куда вам надо ехать.

– Наших друзей хотят сварить, – сказал То.

– А потом законсервировать, – добавил Сё.

– А я сбежал, – сказал Сином Тид, который всё время молчал. – Но колбаски фалукорв я так и не получил.

– Сварить, законсервировать… – задумчиво повторил Л.Е. Фант и почесал хоботом за большим ухом. – Стало быть, они попали в плен к скупердяям.

То, Сё и старые часы дружно закивали.

– Всё образуется, – пообещал слон. – Было бы хуже, если бы вы попали к настоящим людоедам. Скупердяи – самые добрые жители джунглей, хотя у них есть странные забавы. Но успокойтесь, Л.Е. Фант вам поможет. Прыгайте мне на спину, и ваши друзья снова станут свободными.

Всё это время остальные путешественники из города Небось парились в котлах у скупердяев. Казалось, довольна была только Тия Эльф.

– Я никак не могла избавиться от подагры, – радостно сказала она господину Нильссону. – Вот увидишь, рифмоплёт, что моя подагра исчезнет после такой ванны.

– Ясно. Я рад,

что тебе помогло,

но, на мой взгляд,

уж слишком тепло.

К тому же мокро,

вспотели даже рога, —

ответил бык не очень складными стихами.

– Мы не можем рассчитывать на помощь То и Сё, – застонал Теддисон. – Их наверняка уже съели дикие звери. Но будем считать, что они были добры и всё же пытались спасти нас.

– Кот и пёс вовсе не всегда были добрыми, – заметил петух Гала-Петрус. – Ой, скупердяи несут огромные стеклянные сосуды! Они положат нас туда и будут смотреть на нас и наедаться. Какой ужас! Вот невезение!

– Глядите-ка, явились любители вкусно поесть, – вздохнула фрёкен Ур. – Я так мечтала о масле для швейных машин, но аппетит почему-то пропал.

– Эй, б, ц, э, ф и р3, подайте им блюда! – крикнул ФРИДЕБОРГ, сидя в своём кресле вождя. – Приятного аппетита! Как говорят в Швеции, это будет ваша последняя еда. Затем настанет наша очередь есть вас глазами.

– Прекрасная манная каша! – зачмокала от удовольствия Тия Эльф. – Мне даже танцевать захотелось!

– Слишком сладкое! – сказал Теддисон и отодвинул банку с вареньем из морошки.

– И ни перца, и ни соли,

и горячее до боли! —

пробормотал господин Нильссон, откусив от свиной отбивной.

С его рогов капали крупные капли пота.

– Что за вкус, одна мука́! – возмущался Раск. – Таких невкусных блинов я ещё никогда не ел!

– Никак, у вас плохой аппетит? – засмеялся ФРИДЕБОРГ. – Печально, очень печально. Но сейчас вы получите последнюю промывку, прежде чем вас положат в стеклянные банки.

– …в, е, д, подложите немного дров в огонь! Только немножко, надо экономить.

Опечаленные пленники снова влезли в чугуны.

– Отправиться в путешествие в первобытный лес, чтобы быть сваренными и законсервированными… – тихо завыл Раск. – Поневоле заплачешь! Уж лучше бы я получил хорошую трёпку от волка Улле.

– Не забудьте про То и Сё, – сказала Тия Эльф. – Не знаю отчего, но мне почему-то весело. Мне почему-то кажется, что всё закончится хорошо.

– Надеюсь, ты права, – вздохнула фрёкен Ур. – Я думаю о бедном Синоме Тиде, как ему должно быть одиноко в джунглях. Бедняжка, иногда мы бывали к нему слишком жестоки.

Все прислушались. Похоже, где-то неподалёку с громким хрустом обрушилась ветка, потом наступила тишина, и всё замерло как перед грозой.

* * *

– Пора, – сказал ФРИДЕБОРГ ЭНГЕЛЬБРЕКТСОН, – а и о помогают б и ц с кастрюлями, ё и л – с горшками, у – со стеклянными банками. За работу!

И в это самое мгновение над деревней скупердяев словно ураган пронёсся.

– ООООООООИИИИИИИИ… – послышался рёв, и огонь в печке погас.

– Вы поняли, что мы оказались в самой тёмной Африке? – завыл Раск.

– Не шутите с серьёзными вещами, – испуганно просипел Гала-Петрус. – Вдруг на нас нападут дикие звери! Гляньте, какие зверюги мчатся по лесу.

– Это слон, – прошептал Теддисон. – Видите, он размахивает хоботом?

Опля!

И Тия Эльф и фрёкен Ур исчезли из виду.

И вот они уже сидят на спине слона.

– Посмел бы он только сюда прискакать, – закукарекал Гала-Петрус. – Я заклевал бы его хорошенько! Вот так-то!

– Ай! – закричал слон, когда петух клюнул его в хобот.

– Дурацкий петух! – послышался голос. – Ты захотел оказаться в стеклянной банке? Или хочешь вернуться в Небось?

– Ой-ой-ой! Так это вы? – испугался петух. – Извините, пожалуйста, господин слон. – И огорчённо сказал: – Приходите ещё, мы тогда прогуляемся.

Затем наступила очередь лиса Раска забираться на спину Л.Е. Фанта. Хуже вышло с медвежонком Теддисоном, который был довольно тяжёл, но и с ним слон справился.

Но, когда слон попробовал поднять господина Нильссона, дело застопорилось.

– У меня не хватает сил, – сказал, задыхаясь, слон, помахивая большими ушами, чтобы немного охладиться после тяжёлой работы. – Между прочим, места на спине всё равно не хватило бы.

– Мы не можем оставить господина Нильссона у скупердяев, – сказали То и Сё. – Лучше мы спрыгнем и побежим! Но взгляните-ка! Скупердяи опять зажигают огонь! Ты должен его снова погасить!

– ООООООООИИИИИИИИИ…

Голова у слона покраснела от натуги, но огонь погас.

– Мы должны беречь огонь! – крикнул ФРИДЕБОРГ. – Догнать беглецов!

– Успокойтесь, у нас много времени, – уверил друзей Л.Е. Фант. – Но мы должны успеть до утра.

– Помогите, братцы!

Дайте мне совет.

Не хочу быть съеден

даже на десерт, —

взмолился рифмоплёт.

– Всё в порядке, – сказал слону То. – Мы привяжем быка к твоему хвосту за кольцо, что у него в носу, и ты поведёшь его за собой как на верёвке. Думаю, получится отлично.

Вскоре странная процессия двинулась по тёмному лесу. Впереди Л.Е. Фант, следом Сином Тид, на котором с гордым видом восседал Гала-Петрус. На спине у слона устроились Тия Эльф, державшая на коленях фрёкен Ур, затем То и Сё, лис Раск и Теддисон. Последним шёл, держась за хвост слона, господин Нильссон.

А в это время скупердяи нарвали в лесу светящихся цветов, чтобы с их помощью освещать себе путь, и вождь ФРИДЕБОРГ объявил:

– В поисках наших блюд экономьте силу. Если они убежали слишком далеко, нам всю неделю придётся есть один только суп из пальмовых листьев.

– Ах! Они идут за нами! – закричал лис Раск, заметив погоню. – Мы снова попадём в плен!

Да, им и правда во второй раз грозила опасность. Скупердяи были уже недалеко. Но, к счастью, они не торопились.

– Хорошо, что они берегут силы! – воскликнул Сё.

– Граница проходит вон там, – успокоил беглецов Л.Е. Фант. – Если успеем пересечь её, опасность нам больше не грозит.

Однако расстояние между господином Нильссоном и скупердяями постепенно сокращалось, и бык занервничал.

– Скоро я рухну во весь рост,

и враги мне вцепятся в хвост, —

промычал он.

Вообще-то говоря, господин Нильссон был прав. Один скупердяй оказался почти рядом с ним и уже был готов вцепиться ему в хвост, но вдруг почему-то остановился.

– Ай-ай-ай, какая досада! – прошипел он и со злостью топнул ногой.

– Что это с ним? – спросила Тия Эльф.

– Здесь проходит граница территории скупердяев, – объяснил Л.Е. Фант. – Вам повезло: они не покинут пределы своей земли. Теперь вы можете спокойно отдышаться.

Начало светать, поднималось солнце, и настроение у компании улучшалось.

– Йоддиладиду, йоддиладиду! – запели фрёкен Ур и Сином Тид.

– Одна и та же заунывная песня, – раздражённо промямлил лис. – Не знаете больше ничего подходящего?

– Спой сам, если умеешь, – предложил ему Сином Тид.

И лис начал весело напевать, а все подхватили:

– Снова зима, снежинки летят,

а лыжи скользят…

В самом деле было смешно петь про зиму в середине лета, да ещё в джунглях, но все понимали, что других песен Раск не знает.

– А сейчас устроим небольшой привал, – сказал Л.Е. Фант. – Я слегка употел тащить вас всех. Фрёкен Ур и Тию Эльф я готов нести и дальше, но других прошу слезть с моей спины.

– А ведь мне так трудно ходить, – пробормотал Сином Тид, – но это не упрёк. И кстати, сколько нам ещё осталось идти?

– Давайте отправимся в наш сливочник! – предложила Тия.

И они двинулись дальше. Вскоре, пройдя вперёд совсем немного, они увидели на опушке летательный аппарат Теддисона.

– Ура! Я чувствую себя почти как дома! – ликовал медвежонок.

* * *

– И что вы думаете делать дальше? – спросил Л.Е. Фант, хоботом сняв со спины Тию Эльф и фрёкен Ур.

Все растерянно посмотрели друг на друга.

– Сначала я попить хочу,

а после в Небось полечу, —

со слезами на глазах пробормотал господин Нильссон.

– Неудивительно, ведь всю дорогу пришлось бежать, – засмеялся слон. – Ну-ка открой рот, и я дам тебе напиться.

Бык открыл рот пошире, и Л.Е. Фант вмиг утолил его жажду, выдав из хобота целый фонтан.

– Больше не буду страдать от жажды.

И надо ж так славно придумать однажды

пить воду из…

слонового шланга! —

пропел довольный рифмоплёт.

– Да, в Африке происходит много удивительного, – сказал Л.Е. Фант. – Знаете, вы приглашены на большой пир в джунглях. Не думайте, это не на земле скупердяев, – добавил он, поглядев на испуганные лица наших путешественников. – Это пир для главных зверей первобытного леса. Туда придёт сам король Лев, леопарды, и жирафы, и мои дикие родственники, и носороги, и крокодилы – в общем, все, кто живёт в первобытном лесу. Звери устраивают такой праздник каждый год, и я уверен, что они будут рады принять гостей из Швеции. Ну что вы скажете на это?

Но никто ничего не сказал. Рифмоплёт, Гала-Петрус, Раск, Теддисон, То, Сё, Сином Тид, фрёкен Ур, Тия Эльф – все стояли молча.

– Ну? – спросил Л.Е. Фант снова.

– Ясное дело, праздник будет замечательный… – начал Гала-Петрус.

– Но я не думаю, что мы захотим пойти на него, – подхватила Тия. – Однако мы благодарим за любезное приглашение. Но нам следует подумать о возвращении домой.

– Тогда что вы за туристы? – разочарованно спросил Л.Е. Фант. – Сразу полетите домой? Что вы успели посмотреть в первобытном лесу? Прошли взад и вперёд по тропе, и всё?!

– И встретили скупердяев, и нас чуть не законсервировали, – пожаловался лис Раск.

– Если б не Л.Е. Фант, – промямлил Сином Тид, – который всех нас спас…

– А также вы, То и Сё, – подчеркнула фрёкен Ур. – Но особая заслуга, конечно, принадлежит Л.Е. Фанту.

Но слон настаивал на своём:

– Вы не привезёте домой никаких приятных воспоминаний. Посещение скупердяев, понятно, к ним не относится…

– Есть и приятные, – возразила Тия. – Например, я избавилась от подагры. А ещё путешествие на «Рекате», знакомство с очаровательной компаньонкой… – Тия Эльф посмотрела на фрёкен Ур и добавила: – Она пообещала мне отправиться с нами в Небось и приносить мне по утрам манную кашу в кровать. Не правда ли?

– Разумеется, – весело ответила фрёкен Ур, – так что никакого разочарования в этом путешествии нет.

– Я повстречал своего родственника льва, – с важным видом произнёс То.

– Ты хочешь сказать, он встретил тебя! – махнув хвостом, пошутил Сё. – Но мы перехитрили скупердяев, а такая смелая проделка в первобытном лесу дорогого стоит!

– А я убедился в том, что моё изобретение летающего сливочника – лучшее изобретение в мире, – гордо сказал Теддисон. – И если сливки кончились, – грозно взглянул он на кота, – вполне можно найти другое топливо.

– Скупердяи угостили блинами, – вставил своё слово Раск. – Вообще-то они были довольно неплохие.

– Я могу сказать то же самое о французском омлете, – присоединился к лису Гала-Петрус. – Мои куры в городе Небось, пожалуй, лучше не сделают.

– А я так и не попробовал фалукорв, – простонал Сином Тид. – Вам дали всё, что вы хотели, а я даже простой колбаски не получил. Ах, как я соскучился по моей колбаске!

– Ты любишь фалукорв?! – воскликнул Л.Е. Фант. – Что же ты раньше этого не сказал? Моя мама прислала мне из Стокгольма большой мешок с провизией, а для бутербродов именно фалукорв. Но я эту колбасу терпеть не могу. Дорогой Сином Тид, я с удовольствием передам тебе целый пакет бутербродов.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – просиял Сином. – Это лучшее, что случилось со мной за всё время поездки в африканский лес. А где у тебя этот пакет?

– Можешь забрать его, – сказал слон. – Если пойдёшь прямо, через три минуты увидишь на ветке дерева рюкзак, в нём бутерброды с твоей любимой колбаской.

– А как я узнаю, что прошёл три минуты? – спросил огорчённый Сином Тид.

– Так ты ведь сам – часы, – пропел Гала-Петрус.

– Да я просто забыл об этом от радости, – засмеялся Сином Тид. – А если я пойду неправильно?

– Тогда тебе придётся научиться, – строго сказал Л.Е. Фант.

– Я попробую, – согласился Сином Тид и пошёл в ту сторону, где слон повесил на дерево пакет с бутербродами.

– Посмотрим, – вздохнул Раск. – Этот разгильдяй быстро не вернётся.

ОДНАКО ВЫ ТОЛЬКО ПОДУМАЙТЕ…

Совсем скоро Сином показался на опушке леса.

– Вы видели? – послышался его довольный голос. – Весь мой механизм заполнен колбасой! – прокричал он, на ходу дожёвывая бутерброд.

– Что видели? – спросили все.

– Я могу правильно ходить! – радовался Сином Тид. – Сначала я взял колбасу, а потом стал учиться ходить. Ура! Какой я молодец! Теперь я поеду прямо домой в Муру, и все тамошние крестьянки будут счастливы!

– Хорошо, что даже этому бедняге под конец всё же повезло, – сказала Тия Эльф.

– Стало быть, вы все довольны, и никто не хочет идти на праздник к важным зверям? – спросил слон.

– Хм-хм… – откашлялся господин Нильссон, он явно намеревался держать речь перед слоном:

– Надеюсь, ты скоро заглянешь в Небось,

как наш дорогой африканский гость.

Не стали мы здесь скупердяям едой,

за это спасибо, наш друг дорогой.

Много видели мы интересного здесь,

но нельзя забыть одного:

как ни много есть хорошего здесь,

только дома лучше всего.

– Да-да, понимаю, – сказал Л.Е. Фант, которого тронула речь быка-рифмоплёта. – Я тоже скучаю по своему родному Скансену и ребятишкам, которые любят кататься у меня на спине. И я непременно приеду погостить у вас в городе Небось.

– Эй, путешественники, скорей поднимайтесь на борт, закрывайте рты и засовы! – скомандовал Теддисон.

Одной команды было достаточно, все быстро заняли свои места. Тут же заработал мотор, и сливочник поднялся в воздух. Пассажиры стали махать доброму слону Л.Е. Фанту, а он в ответ улыбался, размахивая длинным хоботом и ушами.

Сливочник поднимался всё выше и выше, и скоро слон превратился в маленькую точку.

– Очень симпатичный слон, – сказал Гала-Петрус.

– Только немножко странный, – заметил Сином Тид. – Ведь как он может существовать, если не любит колбасу фалукорв?

Примечания

1

Муракло́ккан – напольные часы, которые производили в Муре. Му́ра (Мора) – городок в Швеции, где впервые стали изготавливать такие часы.

2

Фалуко́рв – колбаса из копчёного мяса, одно из самых любимых блюд национальной кухни Швеции.

3

Кара́ф – по-шведски кувшин.

4

Ска́нсен – район Стокгольма, столицы Швеции.

5

Э́ лефант – по-шведски слон.

Content

Ян Экхольм
Невероятные приключения То и Сё в Африке

Примечания