ВОЗДУШНЫЙ ПИРАТ

Роберт Л. Фиш

Теплый августовский вечер, около пяти часов; вдали, у самого горизонта размытая полоса облаков над низкими горами Теннесси полого спускается к западным равнинам, и самолет — реактивный семьсот двадцать семь — идет по направлению к долине реки Теннесси на высоте двадцать восемь тысяч футов курсом юг-юго-запад: Кеннеди — Нью-Йорк — Нью-Орлеан.

Через узкую дверь в кабину, подтягивая брюки, вошел радист и дружески кивнул командиру. Он устроился за своим столом, надел наушники и стал настраивать рацию. Командир внимательно посмотрел на него, но не сумев прочитать ровным счетом ничего на спокойном лице товарища, бросил взгляд через плечо вниз. Солнечные лучи искрились на водной глади. Командир взял микрофон и выключил спокойную тихую музыку, нажав кнопку, переводившую систему внутренней радиосвязи самолета с магнитофонной записи на живой голос.

— Леди и джентльмены! Говорит командир экипажа вашего самолета. Справа по курсу и почти прямо под нами находится озеро Ватте Бар, являющееся составной частью грандиозного проекта Администрации долины Теннесси. Сидящие слева пассажиры могут видеть дамбу и озеро Чикамога. Имеющие острое зрение могут рассмотреть вдали на востоке Великие Туманные горы…

Он аккуратно положил микрофон на место и щелкнул переключателем; снова послышалась музыка. Почти в то же мгновение на панели внутренней радиосвязи вспыхнула лампочка. Командир подался вперед и нажал на кнопку.

— Да?

— Командир, это Кларисса. У нас неприятности.

— Неприятности?

— Один пассажир заперся с Милли в туалете. — Стюардесса говорила торопливо, боясь остаться непонятой. — Это не флирт, командир. Это воздушный пират. — Она изо всех сил старалась говорить спокойно и твердо, ее голос отдавался металлическим эхом в тесной кабине.

Радист смотрел в одну точку ничего не выражающим взглядом; второй пилот начал было подниматься на ноги. Капитан Литлджон жестом велел ему оставаться на месте.

— Где сопровождающие?

— Один из них здесь со мной…

— Прежде чем соедините меня с ним, скажите: что пассажиры?

— Они еще ничего не знают.

— Хорошо. Пусть и дальше ничего не знают. Теперь давайте я поговорю с сопровождающим.

Наступила короткая пауза, потом в кабине раздался низкий мужской голос.

— Хэлло, капитан. Очевидно, дело было так: человек направился в хвост к туалету, никто не обратил на него никакого внимания. Очутившись в хвосте, он направил на Милли пистолет и затащил ее в туалет. Я разговаривал с нею через дверь. Пока что с ней все в порядке, но она говорит, у него пистолет и нож, а также бутылка с чем-то, — если верить его словам, с нитроглицерином. С чем-то маслянистым желтого цвета, как говорит Милли.

Сопровождающий откашлялся.

— Что прикажете нам делать, командир?

— Ничего, — твердо и быстро ответил капитан Литлджон. — Вернитесь на свое место. Он ведет переговоры через Милли, потому что она находится между ним и дверью. Идите на место. Пусть там остается Кларисса. Я свяжусь с Нью-Орлеаном и попрошу у них инструкций.

Радист был уже за работой, он вызывал Нью-Орлеан. Командир с застывшим напряженным лицом сказал в микрофон:

— Кларисса?

— Да, командир.

— Повесь табличку «Не работает» на дверь того туалета. И следи, чтоб занавески были все время задернуты. С Милли все в порядке?

— Да, сэр. Минуточку… она говорит что-то… — Наступила пауза. — Командир! Милли говорит, что он требует повернуть самолет к Джексонвиллу. Для заправки.

— Куда это он собрался? У нас горючего больше чем нужно для полета на Кубу. Пусть Милли напомнит ему, что это все-таки не семьсот сорок седьмой.

— Хорошо, сэр. Она больше ничего не говорила.

— Вы не знаете, кто он?

— В списке пассажиров он значится как Чарльз Вагнер из Хартворда. У него было место 16С. Я подавала ему завтрак, когда мы вылетели из Кеннеди.

— Как он выглядит?

Голос Клариссы зазвучал не вполне уверенно:

— Как… как любой другой, полагаю. Лет тридцать пять — тридцать шесть, волосы редкие, может быть, чуть длинней обычного…

— Он пил?

— Только пиво. Я уверена, он не пьян. Что мне делать дальше?

— Ничего. Постарайся притвориться чем-нибудь занятой там — на случай, если кто-нибудь заинтересуется, почему ты болтаешься в хвосте. Повесь табличку. И помни про занавеску. И дай мне знать, если…

Радист резко обернулся:

— Нью-Орлеан на связи.

— Первое мая, Первое мая, — заговорил командир в микрофон. — У нас на борту воздушный пират.

Опишите ситуацию.

— Он заперся в туалетной комнате со стюардессой. Вооружен. Пистолет, нож. Может быть, и нитроглицерин. Похоже на это.

— Куда он хочет лететь?

— Пока что просто в Джексонвилл. Говорит, для заправки.

— Оставайтесь на связи, — сказал голос. — Я проконсультируюсь с вышестоящими инстанциями и снова выйду на вас.

Командир экипажа сидел с каменным лицом и, не мигая, смотрел прямо перед собой. Рука его твердо лежала на руле. Тени впереди постепенно сгущались. Ожидание казалось бесконечным, тишину нарушало лишь мелкое потрескивание в динамиках. Потом потрескивание прекратилось и послышался другой голос. Он звучал более уверенно и повелительно, чем предыдущий.

— Капитан Литлджон? Служба безопасности Нью-Орлеана. Разрешаю взять курс на Джексонвилл.

Второй пилот уже рылся в ранце в поисках маршрутной карты. Капитан Литлджон мягко качнул руль, выводя самолет на плавный вираж. Он решил объяснить свои действия пассажирам, дабы развеять могущие появиться подозрения.

— Леди и джентльмены, — сказал он в микрофон, — чтобы дать сидящим по левому борту возможность рассмотреть все, что еще можно рассмотреть в этот поздний час из грандиозного строительства, ведущегося Администрацией долины Теннесси…

Самолет продолжал идти по плавной кривой, и после выхода из виража его нос указывал на юго-восток, где все больше сгущались тени. Раздался голос работника службы безопасности:

— Отличная работа, капитан. Конечно, в конце концов, им придется все узнать. Свяжитесь пока что со службой безопасности Джексонвилла. Они в курсе. Мы тоже будем на связи.

— Все понял, — сказал Литлджон и заглянул через плечо второго пилота в карту воздушных линий.

— Командир? — снова раздался голос Клариссы.

— Да.

— Он требует денег. Выкуп за пассажиров и самолет. Ему надо, чтоб деньги уже ждали его в Джексонвилле к прилету самолета. Иначе он разделается сначала с Милли, а потом взорвет самолет.

— Сколько?

Кларисса судорожно сглотнула:

— Э-э… четверть миллиона долларов.

Ничто не дрогнуло в лице капитана Литлджона. Он взял микрофон.

— Служба безопасности Нью-Орлеана? Вы еще здесь?

Ответил другой голос:

— Джексонвилл на связи. Слышим вас отлично.

— Захватчик требует четверть миллиона.

— Слышали. Кто он?

— Зарегистрирован как Чарльз Вагнер из Хартворда, штат Коннектикут.

— Что он требует?

— Секундочку… — Капитан на время отложил микрофон, нажал кнопку внутренней связи. — Кларисса! Он требует еще что-нибудь?

— Да, сэр. Целую кучу вещей. Похоже, у него была возможность все обдумать тщательнейшим образом. Я тут записала. — Кларисса зашуршала бумагой. Внезапно ее тон резко изменился. — Извините, сэр, эта туалетная комната не работает. Нет, другая в полном порядке. Да, сэр. — Она снова понизила голос: — Пассажир. Я повесила табличку, но некоторые все-таки…

— Ничего. Продолжай.

— Да, сэр. Вот что ему надо: деньги в дорожном мешке купюрами не меньше пятидесяти и не больше ста, увязанные в пачки по двадцать пять тысяч в каждой. Он требует, чтоб самолет приземлился в конце семьсот двадцать пятой взлетной полосы, как можно дальше от здания аэропорта.

— Все понял, — сказал капитан Литлджон и спросил в микрофон: — Служба безопасности, вы слышали?

— Слышали. Продолжайте!

— Продолжай, Кларисса.

— Да, сэр. Он поставил условие, чтоб никто не подходил к туалету. В Джексонвилле ему должны передать деньги, но в самолет входить никто не должен. И еще он требует… два парашюта.

— Два?

— Он так говорит. Спортивный и обычный военного образца.

Было слышно, как представитель службы безопасности приглушенно говорит кому-то в сторону:

— Быстро поищите некоего Чарльза Вагнера в списках Ассоциации парашютного спорта штатов, прямо сейчас. Все поняли? — Голос снова зазвучал громко и отчетливо: — Что еще, капитан?

— Кларисса?

— Это все, командир. Он говорит, дальнейшие инструкции будут даны после посадки.

— Хорошо. — Командир отпустил кнопку внутренней связи и сказал в микрофон. — Служба безопасности? Пусть нас выводят на посадку на семьсот двадцать пятую независимо от ветра.

— Вас поняли.

— Что насчет денег, которые он требует?

— Деньги будут ждать его. Не знаю, как долго он будет их обладателем, но он их получит. Как и парашюты.

— Хорошо, — сказал капитан Литлджон. — Я не хотел бы потерять Милли. Не говоря уже о самолете, полном пассажиров.

Ответа не последовало: микрофон был уже выключен. Все внимание командира было обращено теперь на управление самолетом. Закат был почти строго за ними. Под крыльями самолета ползли тени Туманных гор. Машина перехватила радиолуч Ноксвиль — Джексонвилл и плавно повернула в воздушный коридор, держа курс на юг. Двигатели ровно гудели в сгущающейся темноте; лампы в кабине освещали напряженные лица находившихся там людей. Наконец показались огни Джексонвилла и гряда перистых облаков над взморьем. Самолет начал терять высоту. Капитан Литлджон передал управление второму пилоту, который тут же начал переговариваться с диспетчером аэропорта. Командир же взял на себя обязанность проинформировать пассажиров. Он нажал кнопку связи. Голос его был абсолютно спокоен.

— Леди и джентльмены! С вами снова говорит командир экипажа. В связи с неблагоприятными погодными условиями мы вынуждены сделать посадку в аэропорту Джексонвилла, штат Флорида. Ожидающие вас внизу работники аэропорта подробно объяснят ситуацию и организуют ваше дальнейшее путешествие. Мы сожалеем об этой досадной заминке. Теперь, пожалуйста, пристегните ремни, приведите спинки кресел в вертикальное положение и следите за табло с надписью «Не курить».

Последний недовольно ворчащий пассажир вышел из самолета и с удивлением обнаружил, что его вежливо, но настойчиво препровождают в специальный автобус, ждущий отправления к зданию аэровокзала; недовольный пассажир еще не знал, что очень скоро он и его спутники будут иметь завидную возможность рассказывать своим друзьям и знакомым об этом приключении. Рабочие у цистерны с бензином уже заканчивали заправку баков, место отъехавшего автобуса занял маленький служебный фургончик, из которого вышли два человека.

Один нес маленький парашют и дорожный мешок; другой — парашют более внушительных размеров. Они поднялись по алюминиевым ступенькам, положили ношу на пол самолета, не заходя внутрь; кивнули бедной Клариссе, бросили мимолетный взгляд на дверь туалета и направились прочь. Они были похожи на сотрудников ФБР — и были ими. Из окна кабины капитан Литлджон следил, как они сели в фургончик и уехали. Потом он поднял микрофон.

— Кларисса?

— Да, командир.

— Куда мы сейчас?

— Минутку… — Наступила длинная пауза.

Грузовики внизу втягивали в себя шланги — словно какие-то чудовища, пожирающие огромные спагетти. Снова раздался голос Клариссы:

— Командир, он велит сначала следовать по направлению к Майами на минимальной скорости: говорит, двухсот узлов достаточно, и держаться на высоте две тысячи футов. И чтобы задняя дверь оставалась не запертой снаружи…

Представитель службы безопасности услышал это и вмешался в разговор:

— Капитан, можно ли прыгнуть с вашего самолета?

— Именно с этого можно, — ответил Литлджон. — Очевидно, он специально выбрал семьсот двадцать седьмой. С семьсот седьмого или семьсот сорок седьмого особо не попрыгаешь. К тому же он разбирается в лётном деле — или специально потренировался для этого прыжка.

— За четверть миллиона, — сухо ответствовал представитель службы безопасности, — можно и потренироваться. Или даже прыгнуть без всякой подготовки. Пока что мы не нашли его имя в списках парашютных секций.

— Если это его подлинное имя.

— Вот именно, если это его подлинное имя. Есть ли опасность сильного понижения давления при открытой двери?

— Не на такой высоте. И здесь, во Флориде, одни равнины. А если мы не оставим эту дверь открытой, он все равно сможет воспользоваться одним из аварийных выходов. — Голос капитана Литлджона становился все напряженней: очевидно, долгое ожидание заставило нервничать даже его. — Так что нам делать дальше?

Пауза. Потом раздался новый голос:

— Капитан? Это майор Виллоубой из военно-воздушных сил. У вас есть какие-нибудь предложения?

— Значит так, — медленно проговорил капитан Литлджон. — Я полагаю, некоторое время мы можем держаться над водой — там он не выпрыгнет. У вас будет время поднять несколько самолетов и встретить нас где-нибудь. Он должен довольно скоро раскусить этот фокус с водой, но если вы вышлете нам вдогонку несколько самолетов — все может пройти успешно.

В разговор вмешался второй пилот, молодой человек с большим военным опытом.

— Если он будет свободно падать хотя бы пятьсот футов, они ни за что не увидят его в такой темноте.

— Но, по крайней мере, можно попытаться.

— Я согласен, — сказал майор Виллоубой. — Диспетчер будет вести вас над водой как можно дольше. Мы уберем все самолеты с вашего пути, хотя до приближения к какому-нибудь аэропорту вы будете лететь гораздо ниже основных воздушных линий. Постарайтесь, если сможете, продержаться над водой до Дайтона. Мы настигнем вас, самое позднее, там… Хорошо?

— Отлично.

— Капитан, — напряженным голосом сказала Кларисса. — Он начинает нервничать.

— Передай ему, что мы уже взлетаем, — ответил Литлджон и нажатием кнопки запустил первый двигатель.

Самолет медленно развернулся, вой двигателя становился все громче. Напряжение как будто немножко отпустило всех находящихся в кабине. Огромная машина, набирая скорость, понеслась по взлетной полосе, легко оторвалась от земли и пошла вверх почти по вертикали. Огни города быстро остались позади. Литлджон направил самолет к океану и полетел над водой на расстоянии мили от берега. На связь снова вышла служба безопасности.

— Что делает наш подопечный?

— Бог его знает, — Литлджон пожал плечами. — Но, несомненно, он скоро выйдет из своего убежища и обнаружит, что мы летим над водой. Тогда… — Он снова неопределенно пожал плечами, и в интонации его голоса тоже прозвучала эта неопределенность. — Что ж, тогда посмотрим…

— Не прерывайте связь.

— Не беспокойтесь.

— Командир!

— Да, Кларисса.

— Он собирается выходить…

Литлджон торопливо заговорил:

— Кларисса! Шнур этого микрофона дотягивается до следующего сиденья. Я приказываю тебе пристегнуться ремнями и проследить, чтоб Милли тоже пристегнулась, как только выйдет. Этот псих может выпрыгнуть или выпасть — меня это мало волнует, — но я не хочу, чтоб кто-то из вас рисковал около открытой двери. Ты слышишь?

— Да, сэр. Сейчас. — Короткая пауза. — Я пристегнулась, командир. — Голос ее изменился. — Командир… они выходят.

— Что Милли?

— Бледна как привидение — и неудивительно. Садись, Милли… — Короткая пауза, в течение которой все в кабине пристально смотрели на маленький обтянутый материей динамик. — Командир, он смотрит на воду. Говорит, или вы сейчас же поворачиваете к суше — или он убьет Милли, а потом меня. Командир… мне… мне кажется, он так и сделает…

— Поворачивайте, — тут же раздался голос сотрудника службы безопасности.

— В любом случае, все в порядке, — это вмешался майор Виллоубой, — мы только что нагнали вас.

Литлджон тут же повернул самолет к берегу, внизу мелькнули огни побережья Кресцент.

— Командир…

— Да, Кларисса.

— Он говорит…

— Дай-ка мне его.

— Минутку. — Тишина. — Командир, он не хочет говорить в микрофон. Но велит лететь к Окале и потом повернуть прямо на юг к Неаполю. Лететь с той же скоростью и на той же высоте, как сейчас. Он говорит, что после Неаполя вы сможете выйти из кабины, черт возьми, он уйдет к тому времени.

Снова вмешался представитель службы безопасности.

— Делайте, как он приказывает, капитан. Не рискуйте зря. Самолеты майора держат вас под наблюдением, и вся городская полиция уже поставлена на ноги для поисков парашютиста. Далеко он не уйдет.

— По равнинам Центральной Флориды можно уйти как угодно далеко. Но как знаете, — сказал Литлджон. — Раз так, почему бы вам потом не отвести наш самолет от Неаполя к Майами и не забронировать нам номера в отеле на ночь?

— Будет сделано.

Раздался дрожащий взволнованный голос Клариссы:

— Капитан, он велел нам отправляться к вам в кабину, прежде чем он прыгнет. Он не хочет, чтоб мы видели…

Литлджон вздохнул.

— Ладно, но осторожно; я чуть накреню самолет, чтоб вы были подальше от этой чертовой двери. Идите.

Мужчины замерли в напряженном ожидании. Наконец послышался стук в дверь. Она открылась, и две возбужденные, перепуганные стюардессы, протиснувшись боком в узкую кабину, плотно закрыли за собой дверь. После пережитого потрясения Милли была страшно бледна, Кларисса поддерживала ее под локоть. Литлджон вопросительно посмотрел на них.

— С ней будет все в порядке, — сказала Кларисса.

Литлджон выдвинул челюсть и посмотрел вниз. Под ними показался Дэйд-Сити — и скрылся позади; потом самолет на фантастически низкой скорости пересек равнины юго-западной Флориды. Наконец вдалеке показались огни западного берега. Радист поднял глаза.

— Мы на подходе к Неаполю, — сообщил он.

Они проследили, как огни приблизились и тоже скрылись позади. Литлджон повернулся ко второму пилоту.

— Не хочешь взглянуть на него, Майк? Только осторожно.

— Хорошо, — сказал второй пилот, протиснулся мимо стюардесс и вышел в пустой коридор.

Он прошел до хвостового отсека и вернулся назад, цепляясь за спинки кресел, когда проходил мимо распахнутой двери; она вращалась на петлях, громко хлопала и гремела. Он вернулся в кабину, закрыл дверь.

— Пусто.

— Мы упустили его, — произнес разочарованный голос майора Виллоубоя.

— Не беспокойтесь. Мы найдем его, — пообещала служба безопасности. — Прочешем весь штат по линии полета самолета. Итак, капитан, вас сейчас поведут на Майами. Спокойной ночи и счастливого отдыха.

— Спасибо, — сказал капитан Литлджон и выключил микрофон.

Самолет стал набирать высоту и скорость.

— Ну что, ребятки, — сказал командир. — Это был тяжелый день. Давайте-ка отдохнем немного.

Карты из ранца были вынуты и отложены в сторону. Капитан Литлджон потянулся к сумке.

— Пятьдесят тысяч на каждого, — спокойно проговорил он, — не так уж плохо за несколько часов работы плюс немного времени на обдумывание плана. Особенно если учесть, что эти деньги не облагаются налогом.

— Мне полагается больше, — угрюмо сказала Милли. — Пять длиннющих поганых часов в крохотном туалете в обнимку с трупом!

— Тебе? — сказала Кларисса. — Это я должна была выталкивать его к чертовой матери из самолета. И хоть я и была привязана ремнем и веревкой, я страшно боялась вывалиться вместе с ним.

— А я должен был убить бедного дурака, — сказал радист.

Второй пилот не обращал внимания на недовольства и пререкания товарищей. Он аккуратно укладывал свою долю в «дипломат».

— Чарльз Вагнер… — сказал он, не обращаясь ни к кому в отдельности. — Невезучий бедолага, которому не вовремя приспичило пойти в сортир… Интересно, чем он зарабатывал себе на жизнь?

Content

ВОЗДУШНЫЙ ПИРАТ
Роберт Л. Фиш