Екатерина Земляничкина

«Рулетка». Кто следующий?

Руководитель направления – Нана Бажунаишвили

Ответственный редактор – Наталья Солонина

Технический редактор – Галина Логвинова

Арт-директор – Софья Криволапова

Иллюстратор – Валерия Фёдорова

Леттеринг – Мария Фролова

© Земляничкина Е. Б., текст, 2024

© Фёдорова В. С., ил., 2024

© ООО «Феникс», 2024

* * *

Глава 1. Оля

– Ну что, начнём? – Никита ухмыльнулся и обвёл нас взглядом. – Предупреждаю, вам не понравится. Правило «Рулетки» только одно: или ты, или страх. Я сказал – вы сделали. И, да, вылететь можно в любой момент. Как только страх победил, ты исключён.

Я зарылась в синий колючий шарф. На улице было уже по-осеннему холодно.

– Понятно? – Никита посмотрел на меня с усмешкой. Видимо, сомневается именно во мне.

– Угу, – я кивнула.

– А как мы будем тянуть жребий? – Ванин ломающийся голос треснул, и слово «жребий» вышло тонким и писклявым.

Саша засмеялся. Ваня покрылся красными пятнами, такими же яркими, как прыщ у него на лбу. Вообще-то он молодец! Не теряется, как мы, перед Никитой.

– Хороший вопрос! – Никита перевёл взгляд на пятнистого Ваню. – Есть у меня одна программка для этого…

Никита вытащил из кармана куртки телефон, разблокировал его, нажав несколько раз подряд на шестёрку, и быстро открыл какое-то приложение.

– Генератор случайных чисел. Каждому я присваиваю номер. А потом приложениевыбирает одного из вас. Ты, Ваня, будешь первый. – Никита опять ухмыльнулся, а я снова спрятала нос в шарф.

Он раздал номера нам всем: Игорю, Денису, Полине, Саше, Свете. Мне досталась семёрка.

– Начинаем, – Никита выбрал интервал от одного до семи и нажал «Сгенерировать».

Выпала семёрка.

Все уставились на меня. Неожиданно стало жарко. Я, наверное, покрылась пятнами так же, как Ваня минуту назад.

– Не передумала? – Никита подошёл ко мне так близко, что носки его красных кроссовок касались моих белых кед.

– Нет, – слишком громко ответила я. – Не передумала.

Попасть в «Рулетку» мечтал каждый в нашей школе. Бросить всем вызов, доказать, что чего-то стоишь. Когда перед школой остановился красный «Опель» и из него вышел Никита, такой стильный, крепкий, будто живёт в качалке, и подошёл к нам… Он ещё ничего не сказал, а наши девчонки уже были готовы уехать с ним на край света. Смешные они. Но Никите в «Рулетку» нужны были только семеро. Семеро готовых нарушать запреты.

– Пошли, – Никита взял меня за ру-ку. Его ладонь была ледяной. Но меня словно обожгло прикосновение его руки. Ребята потянулись за нами.

Когда мы зашли в соседний двор, из-под скамейки прямо мне под ноги выскочил чёрный кот с рваным обвисшим ухом. Никита прошипел сквозь зубы: «Брысь!». Кот ощетинился и отскочил назад. Никита повёл нас дальше, к желтеющему в сумерках зданию детского сада.

– В садик-то зачем? – спросил из-за спины Ваня. Я была готова обнять его за этот вопрос.

– Здесь мы узнаем, чего стоит «семёрка». – Никита подвёл меня к тёмным окнам и отпустил руку.

Белая краска на деревянных рамах потрескалась и была похожа на глубокие старческие морщины. В новых садах в окнах стоят стеклопакеты.

Неужели он знает про Лёвку?

Никита поискал что-то на асфальте подногами, удовлетворённо хмыкнул и поднял с земли камень.

– Держи! – Тяжёлый камень лёг в моюладонь. – Кидай. Бей стекло!

– Тоже мне испытание! – Саша сплю-нул на землю. – Да я хоть все окна здесь переколочу!

– Не волнуйся, скоро и до тебя очередь дойдёт. Свою долю адреналина получишь. А сегодня задание для «семёрки». Кидай! – Никита обхватил мою руку, сжимавшую камень, и оттянул её назад для замаха. – Ну!

Я зажмурилась и представила младшего брата Лёвку. Вчера ему только исполнилось три. Он ещё плохо говорил. Утром, проснувшись, тёплый из-под одеяла, с лохматыми кудряшками на голове и смешным следом от подушки на левой щеке, он приходил ко мне в комнату и говорил: «Доблое утло, Оя!»

Мы пришли к Лёвкиному саду. Каждое утро я привожу его сюда перед школой. Его кроватка стоит прямо у окна, в которое я должна бросить камень. Лёвка…

Когда Лёвка родился, у папы обнаружили рак. Целый год папа боролся. А потом его не стало. И мы остались втроём: мама, которая никогда не работала, годовалый Лёвка и я. Мама два месяца плакала. А потом деньги стали заканчиваться, и она пошла искать работу. Без опыта нормальную работу найти нереально. Мама устроилась на маленькую зарплату. Лёвку отдали в ясли. За два года мама многому научилась, и месяц назад ей предложили хорошую должность в большой компании. Она на испытательном сроке. А сейчас… Если я разобью стекло, завтра Лёвкина группа будет закрыта. Сад переполнен, детей отправят по домам, как на прошлой неделе, когда в группе лопнула батарея. Мама отпроситься не сможет, кто её отпустит? И сидеть с Лёвкой дома буду я. Пропущу отбор на бесплатное обучение в Германии, к которому готовилась полгода. Такого шанса больше не будет. Мама, конечно, успокаивает меня: «Ничего-ничего, сами заработаем на твою учёбу». Но я-то понимаю, что это просто разговоры. А тут – реальный шанс. Сама устроюсь, потом и Лёвку с мамой подтяну.

– Ну что, не можешь? – Никита отпустил мою руку. – Я так и знал, что соскочишь.

Саша смерил меня презрительным взглядом и сплюнул мне под ноги.

– Пошли отсюда, – позвал он ребят, стоявших у меня за спиной. – Нечего было её в «Рулетку» звать.

Полина вытащила из куртки телефон и сфотографировала окно.

Лёвка-Лёвка… Утром он прижимается ко мне тёплой щекой и обнимает маленькимипухлыми руками. Они пахнут печеньем. «Я тебя лублу!» – шепчет он сонно.

Никита наклонился ко мне и громко, чтобы все услышали, прошептал:

– Правило только одно! Неужели ты не хочешь быть в нашем элитном клубе?

Раздался оглушительный звон бьющегося стекла. Осколки гремящим водопадом посыпались вниз.

– Поздравляю, «семёрка», ты остаёшься, – Никита похлопал меня по плечу.

«Я тебя лублу, Оя!» – звучало в голове.

Глава 2. Ваня

До звонка осталось четырнадцать минут. Она не могла прогулять школу. Только не сегодня! Полгода готовиться – и не прий-ти на отбор…

Перепрыгнув через три щербатые ступень-ки школьного крыльца, я бросился к Олиному дому.

Что-то случилось! Я был в этом уверен.

Так быстро я не бегал ещё никогда. Дыхание сбилось, я слышал свои шумные час-тые выдохи, во рту пересохло. С детства ненавижу бег. Всегда прибегаю последний. Но остановиться я не мог. Задыхаясь, бежал к зелёному панельному дому, стоявшему рядом с серыми высотками-общежитиями.

Только бы успеть!

Не дожидаясь лифта, я, громко топая, взлетел по лестнице на четвёртый этаж и нажал кнопку звонка. Мне хотелось сесть прямо здесь, под этой старой, обитой клеёнкой дверью, и выплюнуть лёгкие на пол.

Почему она не открывает?

Я снова надавил на кнопку звонка и слов-но приклеился к нему пальцем.

Протяжное «дзы-ы-ы-ы-ынь!» смешалось с моим прерывистым дыханием. Отдышаться никак не удавалось.

Где она? Где Оля?

Я отпустил звонок и посмотрел на часы. Осталось шесть минут.

Что делать? Где её искать?

Вдруг за дверью послышалось движение. Щёлкнул замок, и я увидел Олю. Впервые увидел её такой домашней и беззащитной. В чёрных шортах и майке с рыжим котёнком на груди, с затянутыми в хвост волосами. Оля держала на руках брата и удивлённо смотрела на меня:

– Ваня? Ты чего не в школе? Так тре-звонишь, Лёвку напугал!

Пытаясь справиться с дыханием, я шумно выдохнул:

– Сегодня же отбор! Почему ты не пришла?

Оля сразу нахмурилась. Она присела, отпустила брата, потрепала его по голове и посмотрела на меня.

– Я не могу. Мне Лёву не с кем оставить. Беги, ты ещё успеешь!

Я замер. До начала тестирования осталось четыре минуты. Отберут только двоих. Сегодня кто-то вытянет счастливый билет.

– Быстро переодевайся и беги! Я посижу с твоим братом, – выпалил я не задумываясь и тут же сам испугался своих слов. А вдруг она согласится? А вдруг она откажется?

Оля поднялась, порывисто обняла меня, поцеловала в щёку и скрылась в комнате. Её губы были тёплые, мягкие и немного влажные.

В тесной прихожей сразу стало светло. Я готов был схватить испуганного Лёвку и подбросить его до потолка.

Лёвка, видимо, почувствовав моё настроение, насупился и сказал:

– Я ш табой не аштанусь!

Оля выскочила из комнаты в наспех надетой форменной юбке и голубой блузке. Пуговицы были застёгнуты неровно. Одна петля была пропущена, и блузка морщилась из-за этого.

– Мальчики! Я быстро! Я вернусь, как только сдам! – Оля схватила куртку и, спо-тыкаясь, бросилась вниз по лестнице.

Лёвка громко заплакал.

До начала осталось две минуты…

– Удачи! – крикнул я ей вслед и тихо добавил: – Успей!

Глава 3. Саша

– Шапку возьми. На улице холодина! – мать поймала меня в дверях. Незаметно уйти не удалось.

– Нормально на улице, – я закинул рюкзак на плечо.

– Последние мозги отморозишь! – мать взяла с полки шапку и протянула мне.

Достала уже. Всё время орёт. Отец сказал, неприятности у неё на работе: после инвентаризации какие-то недостачи в магазине. Товар на большую сумму пропал. Сказал – и уехал в рейс. А я теперь каждый день её истерики слушаю.

– Не холодно там, – я прошёл мимо матери к выходу из квартиры и вставил наушники. Музыка лучше, чем крики.

Во дворе я заметил Свету. Она сидела на качелях на детской площадке и разговаривала по телефону. Я помахал рукой и подошёл к ней.

– Ну что, сколько сегодня решил? – Света убрала телефон в карман и поднялась.

Я даже отвечать не стал. Махнул рукой. Сегодняшний отбор я завалил.

– А я вроде всё решила. Посмотрим. Ты уже на «Рулетку»?

Я кивнул.

Мы пошли рядом молча, и я чувствовал сладкий, какой-то медовый запах её светлых волос. И от этого лёгкого аромата хотелось улыбаться. Света хмурилась и задумчиво накручивала прядь волос на палец. Нервничает. С чего бы? Она-то наверняка хорошо написала сегодняшний тест. Полгода с репетиторами готовилась. А я ни одного задания не решил. Но хоть не опозорился перед этим герром… как он там представился? Майером? Как Оля. Влетела в класс через десять минут после начала тестирования. Красная, растрёпанная, дышит как лошадь. Герр Майер, конечно, офигел! Ещё бы! С его-то немецкой пунктуальностью. Что-то быстро записал у себя в блокноте. Крест, наверное, поставил напротив её фамилии. И правильно. Нечего опаздывать! Мне вообще непонятно, на что эта дура рассчитывает? Неужели верит, что раз покаким-то книжечкам библиотечным занималась, сможет отборочный тест написать? Смешно! Кому вообще нужны библиотеки, если есть интернет? А у неё дома даже компа нет. Говорит, сломался. К Ване несколько раз просилась. Он, добрая душа, пустил, конечно. Я бы не пустил.

Света неожиданно остановилась.

– Саш, а зачем ты пошёл в «Рулетку»? – спросила она.

Странный вопрос. Никита сказал, что возьмёт только тех семерых, кто ни перед чем не остановится.

– В смысле «зачем»? Это ж моя тема. Забить на всех и на всё, – я улыбнулся. – А вот ты зачем пошла?

Света даже не посмотрела на меня. Стояла и подталкивала ногой опавший ржавый лист.

– Ты-то у нас хорошая девочка. Правильная.

– Я хочу… – Света запнулась, – попробовать быть плохой.

Я расхохотался:

– Свет, ну что за бред? Ты на прошлой неделе даже химию прогулять не смогла, когда мы решили свалить всем классом.

Света сжала губы:

– Что ты ржёшь? Придурок! Ты не думал, что меня просто могло достать быть хорошей девочкой? – Света развернулась и быстро пошла к метро.

Никита там назначил нам встречу. Я по-шёл следом.

В осенних сумерках метро выплёвывало на улицу хмурых людей, уставших после работы. Холодно. Метро же дышало теплом, и мне очень хотелось туда, в его тёплое нутро.

Но встреча была назначена на улице.

Я поздоровался с ребятами.

Интересно, что Никита придумал на этот раз?

Света повернулась ко мне спиной. Обиделась. Делает вид, что болтает с Игорем и Денисом. Оля встала рядом с Ваней в сто-роне, что-то втирает ему. Жалуется, наверное, как своё немецкое счастье прохлопала. Полина опять с телефоном, всё время что-то снимает.

Холодно-то как! Надо было шапку всё-таки взять. Уши реально замёрзли.

Наконец-то Никита! Специально нас морозил, наверное.

– Привет! – Никита улыбнулся, будто мы его лучшие друзья и он ждал встречи с нетерпением. Ага, как же! – Ну что, хотите узнать сегодняшнего счастливчика?

Мы дружно закивали, как болванчики.

Никита открыл приложение на телефоне и обвёл нас взглядом.

– Сегодня вам точно понравится задание! Обещаю, – и он нажал «Сгенерировать».

Выпала цифра три. «Тройка» – это я.

– «Тройка», сегодня твой день! Осилишь? – Никита подошёл ко мне и по-хлопал по плечу.

– Справлюсь!

Во мне он точно может не сомневаться.

– Ну, тогда идём. Здесь рядом. – Никита махнул нам рукой, и мы пошли за ним.

Наконец-то покажу этим слабакам, какнужно действовать! Я готов к любому заданию.

Мы остановились перед магазином. Мне это не понравилось. Перед магазином матери.

Никита опять посмотрел на меня и прищурился:

– Точно не передумал?

Вывеска над дверью мигнула.

– Не передумал, – ответил я сквозь зубы, чтобы Никита не заметил сомнения в моём голосе.

Что за задание? Почему здесь?

– Что-то я проголодался. И пить очень хочется. Думаю, и ребята не откажутся. Сбегай-ка в магазин. Принеси нам колу и чипсы. – Никита на секунду замолчал и ещё раз пристально посмотрел на меня. – Укради их!

– В смысле «укради»? – не понял я. – Там же камеры везде.

– Отказываешься? – с вызовом спросил Никита.

Я вспомнил свою нервную мать, которой и так грозило увольнение из-за недостачи. Мать места себе не находила.

– Ты же знаешь, правило только од-но, – Никита рассмеялся. – Остаёшься или уходишь?

– Да, Саш, я тоже что-то пить захотела, – протянула Света, не отрывая взгляда от Никиты. – Давай, сбегай быстренько!

– Кошелёк только мне оставь, чтобы всё по-честному было, – Никита протянул руку. – Я тебе его завтра верну.

Я медленно расстегнул куртку и вытащил кошелёк. Мать меня убьёт…

– Всего-то обычные кола и чипсы, и тыподтвердишь своё право быть в нашем маленьком элитном клубе. – Никогда раньше не замечал, как противно Никита протягивает и в слове «элитном». – Ты с нами?

Я положил кошелёк ему в руку и быстро зашёл в магазин.

Глава 4. Света

Я зашла в класс последняя. Свободны были только два места: моё и Сашино. Не пришёл…

Вчера вечером, когда Саша сунул Никите в руки колу и чипсы, я вспомнила, что в этом магазине работает его мама. Неуже-ли Никита специально привёл нас к её магазину? Но как он узнал? И про Олиного брата?

Я помотала головой, чтобы отогнать эти мысли, и позвонила Саше. Телефон выключен, сообщения висят непрочитанными. Я села, пытаясь заполнить эту угрюмую пустоту, достала из рюкзака ручки, тетради, даже дневник. Поцарапанная поверхность парты казалась заполненной всеми этими вещами, но пространство и даже воздух вокруг всё равно шептали: «Его нет».

Герр Майер зашёл в класс со звонком.

– Доброе утро! Рад вас видеть! – (Жиз-нерадостная улыбка.) – Надеюсь, это взаимно.

Я оглянулась. Все сидят напряжённые, серьёзные. Ждут. Только Денис, этот новенький, самый высокий в классе, улыбается в ответ. Интересно.

– Я знаю, вы все ждёте результатов тестирования. Я и сам их жду с нетерпением. – (Опять эта улыбка.) – Должен вас огорчить. Вчера я успел проверить только четыре работы. Но не волнуйтесь! К концу шестого урока я проверю все оставшиеся и объявлю результаты.

Герр Майер вытащил из портфеля тесты и сложил их на краю стола идеально ровной стопкой. Наверху лежал тест Дениса. Я прищурилась. Проверенный. С максимальным количеством баллов. Прошёл! Денис тоже его увидел и опять улыбнулся. Я почувствовала озноб. Сердце стало стучать чаще, а ладони покрылись липкой испариной. Я прищурилась сильнее и ещё раз посмотрела на проверенный тест. Да, сомнений не было. В последнем задании у Дениса был другой ответ.

Герр Майер что-то говорил, но я не могла сосредоточиться на его словах. Голова была пустой. И в ней, словно в паутине, путалась только одна мысль: «Завалила».

Не знаю, как я досидела до звонка… Сердце должно было лопнуть от бешеной частоты ударов, сломать мне рёбра, взорваться. И кровь растеклась бы внутри густой красной волной. Но оно не взорвалось.

Вторым уроком была физра. Я не могла на неё пойти. Я даже до раздевалки не дошла бы. Просто выйти из класса стало проблемой. Ноги не слушались.

В дверях я столкнулась с Полиной.

– Полин, – тихо попросила я, – пре-дупреди физрука, что я не приду. Скажи, что у меня эти дни.

Полина кивнула и вышла из класса. Я тоже вышла и прижалась спиной к стене. Идти дальше не было сил. Звонок на урок прозвенел слишком громко. Словно он был у меня в голове. Коридор опустел. Стало слышно тиканье часов на стене напротив. Внезапно его заглушила мелодия телефона. Она раздалась за дверью, в нашем классе.

– Да, Ирина Степановна. Да, сейчас подойду! – Герр Майер открыл дверь, вышел из класса и направился в сторону кабинета директрисы.

Я даже не успела засомневаться. Тихо приоткрыла дверь, проскользнула в пустой класс и подошла к столу с нашими тестами. Быстро, как только позволяли трясущиеся руки, пролистала их и нашла свой. Он был ещё не проверен. Времени на раздумья не было. Исправление ошибки в последнем задании заняло всего пару секунд.

Дверь в класс неожиданно распахнулась. Я вздрогнула, и ручка упала на пол с глухим стуком.

В дверях стоял Ваня в спортивной форме.

– Я за телефоном… Забыл его. Думал: всё, потерял. – Ваня подошёл к парте и взял телефон. Его взгляд упал на стопку тестов на учительском столе. Мой, исправленный, лежал сверху.

– А я ручку забыла, – пробормотала я и подняла с пола упавшую ручку.

Дверь снова распахнулась, и герр Майер с удивлением посмотрел на нас с Ваней.

– Что вы здесь делаете?

– Мы за Ваниным телефоном вернулись, – быстро сообразила я. – Он забыл его на парте.

– Хорошо, берите и идите! Я буду проверять ваши тесты.

Герр Майер придержал нам дверь, и мыс Ваней молча вышли из класса.

– Ручку забыла, да? – Ваня посмотрел на меня, чуть прищурившись. Потом быстро развернулся и побежал в сторону зала.

У меня перехватило дыхание. Руки дрожали, и я почувствовала, как вспыхнули уши. Я бросилась в туалет. Меня вырвало в раковину, прямо на чей-то чёрный волос, скрутившийся знаком вопроса. Вкус желчи обжёг гортань и язык. Открыв холодную воду, я прополоскала рот и долго умывала лицо, пока ладони не стали красными от ледяной воды.

После шестого урока герр Майер собрал нас в классе, чтобы объявить результаты.

Денис широко улыбался. Оля побледнела и сжала Ванину руку.

– Я знаю, вам не терпится услышать имена двух победителей! Не буду заставлять вас долго ждать, – герр Майер улыбнулся. – Мои поздравления Денису Тукнову и Свете Васильевой! У них высшие баллы за тестовые задания. Чуть-чуть не хватило Оле Гордеевой. Её работа на третьем месте.

Герр Майер называл результаты остальных ребят. Но я их не слышала. Только Ванин пристальный взгляд пронизывал меня насквозь. Я опять почувствовала приступ тошноты и выскочила из класса.

Глава 5. Оля

Я стала роботом. Механически намотала на шею синий шарф, который мама связала для меня. Синий «кактус» – тёплый, но ужасно колючий. Шея под ним покрывалась пятнами, которые хотелось расчесать до крови.

Сейчас я впервые не чувствовала, как он колется. Просто синий шарф.

Закинув рюкзак на плечо, я молча вышла из школы.

– Оля! Подожди! – Денис в распахнутой куртке смешно перепрыгивал через ступеньки крыльца. Его длинные ноги были похожи на циркуль, чертящий неровные круги.

Надо же! Помнит, как меня зовут. Чего ему?

– Оля! – Мои глаза оказались на уро-вне верхней пуговицы его рубашки. Она была расстёгнута, и я заметила золотую цепочку на шее Дениса. Чтобы увидеть его лицо, мне пришлось задрать голову вверх.

– Что? – даже мой голос стал искусственным. Оли здесь больше нет.

– Ты правда сама готовилась? – спросил он. – Мне Ваня сказал.

Какая теперь разница?

– Сама. И что?

Зачем я с ним разговариваю? Он новенький. Я его не знаю. Он скоро уедет в Германию. А я?

– Ты молодец! Я не думал, что девчонка сможет справиться с тестом! – Денис улыбнулся. Угол верхнего зуба оказался чуть сколот.

– Ага. Я и не справилась. – Я развернулась и пошла в сторону парка. Мне нужно было побыть одной. Без слов, без мыслей, без слёз.

Денис пошёл за мной.

– Слушай, что тебе надо? – Я остановилась так резко, что Денис чуть не сбил меня с ног.

– Ой, извини! – его руки, длинные и неожиданно сильные, удержали меня от падения.

Он сразу опустил их, как будто только что не касался моих плеч. Шарф сбился, и я опять намотала его, пытаясь понять, чувствую ли покалывание шерсти. Нет. Не чувствую. Я робот.

Я опять отвернулась и быстро пошла по дорожке. Лужи уже покрылись первой тонкой корочкой льда. Шагов сзади не было. Денис остался. Мне захотелось растоптать этот лёд. Стоять и бить ногами эту хрупкую поверхность, чтобы она рассыпалась на маленькие хрустящие осколки и наружу вылезла тягучая чёрная грязь. Я сдержалась.

Зачем? Я робот. Роботы не разбивают лёд на лужах. Им всё равно. Странно, что я чувствую холод. Мне казалось, я больше ничего не должна чувствовать. Но холод залез под куртку, обнял меня за талию и медленно пополз вверх по спине и животу. Я сильнее закуталась в шарф и спрятала руки в карманы.

За Лёвкой в садик я идти не могла. Он выбежит из группы, будет заглядывать в глаза, а я буду знать, что у меня ничегоне получилось. Я не прошла этот чёртов тест. И упустила свой шанс.

– Оля! – голос Дениса остался далеко за спиной. Я обернулась. – Ты вечером на «Рулетку» придёшь?

Я кивнула и пошла дальше. Всё-таки странно, что Никита позвал Дениса. Денис переехал к нам всего неделю назад. А Никита собрал только семь человек. Хотя какая мне теперь разница?

Я ничтожество. Бесполезное существо. Зачем я здесь? Ходить в школу? И что? Что дальше? Никто не заметит, если…

В центре парка есть пруд. Его почис-тили и углубили в прошлом месяце. Облагородили. Обещали запустить рыб. Сейчас парк пустой. Никто не узнает. Никто не заметит, что меня больше нет.

Только Лёвка. И мама.

Но больше не нужно будет пытаться, надеяться, стараться. Больше не нужно будет ничего.

Я дошла до пруда и остановилась. В во-де кружились опавшие листья. Я присела и потрогала воду рукой. Холодная. Между лопаток пробежал озноб. Углубляли у другого берега. Я встала и пошла вдоль кромки воды. Каждый шаг был чужой, меня ужене было здесь. Шаг. Сейчас главное – не испугаться. Ещё шаг. Мне станет легче. Ма-ме станет легче. Не нужно будет убиватьсястолько на работе. Лёвка? Он маленький. Он быстро забудет. Каждое движение приближало меня к облегчению. Для всех.

Глава 6. Саша

Глаз заплыл так, что стал похож на перезрелую сливу. Чёрно-лиловую, с узкой полосой на боку. Сегодня уже почти не болит. Если не трогать. В школу с таким глазом я, конечно, не пошёл.

Мать со мной не разговаривает. Губы сжимает так, как будто их и нет вовсе.

А я ведь даже не украл. Просто попросил кассиршу Любашу, подругу матери, дать мне в долг сто пятьдесят рублей. На колу и чипсы. Сказал, мать отдаст. А мать вечером отцу настучала, что я деньги без спросу в долг беру за её счёт. Отец из рейса только вернулся. Злой, голодный. Разбираться не стал, врезал сразу. Сказал, в следующий раз убьёт.

В следующий раз точно украду! Хотел как лучше…

Я натянул шапку пониже, чтобы глаз было не так видно, и, громко хлопнув дверью, вышел из квартиры. Бесят! Видеть их не могу. Закончу школу, поступлю и уеду в общагу. Или в армию пойду.

Денег нет, в «Точку» не зайти. Пофиг. Буду в парке до ночи гулять. Пусть поволнуется. Телефон я не взял.

Хорошо хоть парк пустой. Середина недели, все работают. Только чья-то одинокая фигура у пруда, у самой воды. На Олю похожа. В такой же куртке и дурацком синем шарфе. Блин! Да это Оля…

Она остановилась у перил на мосту, чутьнаклонилась и вдруг обернулась. Мне показалось, даже вздрогнула от неожиданности.

Вот что ей здесь надо?

Оля чуть свесилась над перилами, потом резко отпрянула, тряхнула головой и пошла ко мне. Этого не хватало!

– Саша?.. А ты чего сегодня в школу не пришёл? – Я повернулся к ней боком, здоровым глазом, но она всё равно заметила. – Отец?

Кто ж ещё? Когда я на улице дерусь, обычно не у меня синяки.

– Чё, как в школе? – я решил перевести тему.

Оля опустила голову и как-то сникла. Сегодня же были результаты!

– Результаты объявили?

– Объявили, – огрызнулась Оля.

Понятно. Не прошла, вот и злится. Ясно же было, что не сдаст.

– А Света как? Прошла? – я забыл про глаз и повернулся к Оле.

– Прошла твоя Света! Вместе с Денисом. Не волнуйся за них. – Оля бросила мне это в лицо зло и хлёстко. А потом ухмыльнулась и, прищурившись, добавила: – А ты ей вообще на фиг не нужен, понятно? Света говорила, что за ней вечерами парень на машине приезжает и они катаются по ночному городу. – Оля словно пощёчину мне влепила. И тут же, зажав рот ладонью, пробормотала: – Прости!

В глазах потемнело. Я не мог вдохнуть – не хватало воздуха. Как на прошлой неделе, когда я подрался с Игорем и пропустил удар в «солнышко». Все попытки наполнить лёгкие были бесполезны. Только боль и невозможность вдохнуть.

– Можно подумать, ты кому-то нужна! – я хотел её растоптать, уничтожить. Неожиданно для самого себя я вывалил на неё тайну, которую пообещал хранить: – У Вани твоего с Полиной кое-что намечается, поняла?

Оля замерла, как воробей, не решающийся взлететь. Я видел, как Олина рука, прикрывавшая рот, задрожала. Она стала часто-часто моргать, насупилась, взмахнула руками и толкнула меня в плечо.

– Врёшь! Ты специально врёшь! – Оля заплакала и вдруг уткнулась мне в плечо, которое только что пыталась ударить. Я неловко погладил её вздрагивающую на каж-дом всхлипе спину. Почему-то стало так гадко. И жалко эту дурёху.

– Ну всё, всё! Не плачь, – я прижал Олю к себе, и она сразу затихла, уткнувшись носом в мою куртку. Я погладил её по мягким волнистым волосам и вдруг почувствовал, как Олины руки обняли меня. Робко и неуверенно. Только этого ещё не хватало. Я аккуратно опустил её руки вниз. Оля сразу отступила на шаг назад.

– Не плачу я! – в дополнение к покрасневшему носу и опухшим глазам вызов в её голосе прозвучал смешно. Но я сдержался.

– Пошли, «Рулетка» скоро уже, – позвал я Олю.

Она опять как-то съёжилась вся, ну точно на воробья похожа. Бросила взгляд на мостик, на котором недавно стояла, и тихо произнесла:

– Я думала сегодня пропустить…

– Не будь дурой! – я взял её за руку и легонько потянул за собой. – Пропускать нельзя. Вылетишь сразу.

Оля опять обернулась на пруд, вздохнула и, почти не сопротивляясь, пошла за мной. Но через несколько шагов остановилась.

– А что ты думаешь про Никиту? – спросила она.

Что про него думать? Крутой! Придумал «Рулетку».

– Чего мне про него думать? – небрежно бросил я.

Оля поправила шарф, а потом посмотрела на меня.

– А я думаю, что он… – она запнулась. – Мне кажется, он дьявол!

Я расхохотался. Дьявол! Не могу. Чтоза бред?

Оля нахмурилась:

– Ты не думал, откуда он столько про нас знает? Он же видит нас насквозь. Все наши слабости. Все наши страхи!

Оля развернулась и быстро пошла к выходу из парка. Сегодня встречаемся там. Я пошёл следом.

Ребята уже собрались. Ваня держал Полину за руку. Но как только заметил нас с Олей, сразу её отпустил. Света стояла рядом. Бледная. Боится, наверное, что её номер выпадет. Денис возвышался позади всех. А Игорь смотрел на меня, не отрывая взгляда. На мой глаз. Только попробуй что-то сказать! Такой же сделаю!

Но Игорь промолчал.

– Всем привет, – буркнул я.

– Я вижу, все уже в сборе? – послышался из-за спины голос Никиты.

Я обернулся. Он шёл по дорожке, играя ключами от машины. Заметив мой взгляд, он тут же спрятал их в карман и улыбнулся:

– Ну что, готовы? Узнаем сегодняшнего героя?

Глава 7. Денис

Мне даже близко подходить не пришлось, чтобы понять, что выпала четвёрка. Из-за Светиного плеча было отлично видно яркий экран телефона, дьявольским огнём горевший в руках Никиты. «Четвёрка» – это я.

– Денис, поздравляю! – Никита положил руку Свете на плечо, развернул её ко мне и сам оказался так близко, что я чувствовал его ледяное, слишком мятное дыхание. – Готов?

Я кивнул. Задания, которые выпали Оле и Саше, были, конечно, не слишком приятными. Но вполне выполнимыми. Интересно, что достанется мне…

– Тогда идём! – Никита отпустил Светино плечо и быстро, слегка пружиня, направился к выходу из парка.

Я, не отставая, пошёл за ним. Остальные шли чуть позади.

– Говорят, ты неплохо рисуешь? – Никита обронил вопрос, не оборачиваясь, словно между делом.

– Рисую.

Интересно, кто ему сказал? Я, конечно, сам идиот. Всем уже растрепал про конкурс. Надеялся, Оля услышит и захочет прийти. Она же пока только мои наброски на полях тетрадей видела. Но их не сравнишь со стрит-артом. А тут – городской конкурс! И главное, приз реальный: авторов лучших работ пригласят оформлять пространства Музея стрит-арта. Мы с Димой и Лизой столько готовились к нему. Тут рядом, в двух кварталах отсюда, стоит ТЭЦ, обнесённая бетонным забором. Вот там-то и был объявлен фестиваль уличного искусства – каждый мог попробовать свои силы, раскрасив одну из секций этого забора. И уже завтра утром Молодёжная коллегия подведёт итоги и назовёт победителей. Мы с Димой делаем вид, что нам всё равно. А Лиза психует и нервничает – и не стесняется этого.

– И давно ты этим увлекаешься? – Никита шёл в полушаге от меня и спрашивал как бы невзначай.

– Давно. – Мне почему-то не хотелось говорить об этом с ним.

– И баллончики с краской с собой? – Никита остановился и кивнул на мой рюкзак.

Я тоже остановился и замялся на долю секунды. Соврать?

И вдруг я почувствовал лёгкий толчок в спину. Рюкзак подпрыгнул у меня на плече, и в вечерней тишине явно послышался металлический звук ударившихся друг о друга баллонов.

– Чё так резко тормозите-то? – сказал Саша вместо извинений.

– С собой, – медленно ответил я, глядя прямо в тёмные, почти чёрные глаза Никиты. Надеюсь, он не заметил паузу.

– Отлично! – Никита опять развернулся, и мы пошли дальше. – Они нам сейчас очень пригодятся.

Зачем?

– Дэн, чё вы там встали-то? – Саша шёл рядом в натянутой до самых бровей шапке. Хочет спрятать следы отцовского воспитания, понятно.

– Да ничего, – я ускорил шаг и догнал Никиту. Он был на полголовы ниже меня.

Никита ухмыльнулся:

– А чего в баскетбол не пошёл?

Тебя это не касается.

– Мать в художку отдала. – Не рассказывать же ему.

– Мы уже почти пришли, – Никита повернулся ко мне и подмигнул. Но этот дружеский знак не смог скрыть его холодного цепкого взгляда. Словно внутрь заглядывает, прямо в мозг, во все самые тайные мысли. Я даже головой мотнул, чтобы рассеять это наваждение.

Никто не умеет читать мысли.

И вдруг я неожиданно понял, куда мы идём. ТЭЦ ещё не было видно за домами. И Никита, кажется, пока не догадался, что я уже знаю.

– Понял, да?

Я вздрогнул. Никита смотрел на меня не моргая.

– Понял.

Мы шли чуть впереди и разговаривали очень тихо. Никита улыбнулся и ускорил шаг. Я судорожно пытался собрать мысли в кучу.

Просто совпадение. Никто не умеет читать мысли.

Мы остановились у забора, окружавшего ТЭЦ.

– Ух ты-ы! – Саша присвистнул. – Неплохо тут порисовали!

– Думаешь? – с сомнением в голосе спросил Никита и прошёл вперёд. До секции Лизы.

– Вы посмотрите на этот шедевр! Разве не отстой? – Никита поманил меня рукой. – Ужасно! Да, Денис? Хорошо, что у тебя краски с собой. Доставай быстрее. И донеси этому горе-художнику, что его творение – дрянь и мазня. Так и напиши в центре: «Дрянь». Это твоё сегодняшнее задание.

– Что? – Саша подошёл к стене и пнулеё ногой. – И это всё? Побрызгать крас-кой из баллона? Серьёзно?

– Я не буду это делать. – Мне казалось, голос не дрогнул.

– В чём проблема? – Никита с любопытством посмотрел на меня.

Я обернулся к ребятам, стоявшим позади:

– Это работа моей подруги. Я не буду её портить. Она на конкурс. Завтра утром будут выбирать лучшие.

Все притихли и смотрели на Никиту. Что скажет? Никита с расстановкой произнёс:

– Ты знаешь правило. Не выполнил задание – выбываешь.

Я нахмурился и ещё раз повторил:

– Я не буду портить Лизину работу.

– Я могу это сделать! – Саша резко дёрнул за мой рюкзак. Лямка сползла с плеча, и рюкзак оказался в Сашиных руках. Он отпрыгнул в сторону и быстро расстегнул молнию. Баллоны звякнули друг о друга.

Ребята замерли. Я бросился на Сашу и схватил его за куртку:

– Не трогай!

Саша отпихнул меня так сильно, что я упал на землю. Он вытащил один из баллонов.

Оля ахнула и схватила Ванину руку. Полина отступила на шаг назад, достала из кармана телефон и включила камеру. Света не отводила взгляда от Никиты. Он улыбнулся.

Я попытался встать:

– Не трогай, я сказал!

Саша резко шагнул ко мне и, прошипев: «Хочешь со Светой в Германию поехать?» – с разножки ударил ногой. В глазах резко потемнело, в голову словно забили огромный гвоздь. Боль сжалась в пучок на переносице и рванула наружу липким солёным фонтаном, который мгновенно залил лицо и одежду.

Глава 8. Игорь

Саша переступил с ноги на ногу, стало ясно: будет добивать лежачего. Времени на раздумья не было. Одним прыжком я сократил дистанцию и схватил его за шею сзади на удушение. Саша не видел меня. Иначе я бы с ним не справился. То есть на ринге, по правилам, конечно, я бы его победил. Я занимался боксом у Рутникова, того самого, который восемь раз подтвердил свой чемпионский титул нокаутом. Но Саша дрался на улице, без правил. И когда на прошлой неделе мы сцепились, оба не знали заранее, кто окажется сильнее.

– Пусти! – прохрипел Саша и дёрнулся. Дёрнулся так сильно, что я еле удержал захват.

– Да ему пофиг на нас! Неужели вы не понимаете? – хрипел Саша, пытаясь вырваться. – Он улетит в Германию и не вспомнит ни о ком. Вот он и выделывается со своим «не буду».

Саша зыркнул здоровым глазом на Дениса. Я устал и чуть ослабил захват. У Саши появился шанс нормально вздохнуть.

– Думаешь, самый правильный, да? Рисунок портить не хочешь?

Ещё немного – и вырвется. Всё-таки сильный какой! Мне бы такого противника на ринг, на тренировку. До соревнований всего два месяца осталось.

– Да отпусти ты! – рванулся Саша. – Не буду я его бить.

Я разжал руки с облегчением. Сдерживать Сашино сопротивление я больше не мог.

– Ещё раз так меня схватишь – точно убью! – Саша посмотрел на меня в упор и сплюнул мне под ноги. Под взглядом его единственного видящего глаза я совершенно точно понял, что не хочу иметь Сашу во врагах.

Денис поднялся и попытался остановить кровь рукой. Ладонь, лицо, куртка – всё было в крови.

Оля подбежала к нему, достала из рюкзака упаковку с бумажными платками, вытащила два и протянула.

– Спасибо, – Денис прижал платки к носу. Они тут же стали красными.

Света взмахнула руками и крикнула, словно бросила слова в лицо Никите:

– Почему ты их не остановил? – её голос сорвался, и она расплакалась.

– Я никого ни к чему не принуждаю. Каждый из вас может выйти из «Рулетки» в любой момент. – Никита кивнул Оле, чтобы она и Свете достала платок. – Или не выполнить задание и вылететь.

Все посмотрели на Дениса. Бумажные платки в его руке были насквозь пропитаны кровью.

– О чём с ним разговаривать? – Саша обвёл нас взглядом. – Пусть валит в свою Германию.

Полина, стоявшая позади, выключилакамеру на телефоне, подошла к Ване и взяла его за руку. Света шумно высморкалась. Я не сводил глаз с Саши. Его обещанию я не очень-то верил.

– Так и будем стоять? – усмехнулся Саша и обратился к Никите: – Может, пора расходиться? Задание же не выполнено.

Никита задумчиво посмотрел на Дениса и только собирался что-то сказать, как Денис подошёл к Оле и громко спросил:

– Ты тоже думаешь, что мне плевать на вас?

Оля начала нервно заклеивать почти пустую пачку платков. Но клапан не поддавался и всё время открывался.

Денис опустил руку с красными платками и, возвышаясь над Олей на целую голову, медленно, делая паузы после каждого слова, повторил:

– Ты тоже думаешь, что мне плевать?

Я даже о Саше забыл. Ждал ответа.

Оля засунула руки в карманы и резко подняла голову.

– Ничего я не думаю, понял?! – выкрикнула она.

Денис медленно, не сводя с Оли взгляда, присел, поднял с земли баллончик и снял с него крышку. Мы замерли – все, даже Саша.

На прямых, несгибающихся ногах Денис подошёл к забору.

– Стой, не надо! – крикнула, почти взвизгнула Света и бросилась за ним. Но Никита поймал её за руку и покачал головой: «Не лезь!»

Денис обернулся.

– Я не буду портить чужую работу. Это дело принципа. Но если вам нужно доказательство, что я не струсил и мне не плевать… – он замолчал и посмотрел на Олю. Она опустила взгляд под ноги.

Денис растёр ладонью ещё не высохшую кровь по лицу и отвернулся. Он быстро подошёл к соседней секции забора и крупными буквами вывел: «Дрянь». После этого закрыл крышку баллончика и, не оборачиваясь, пошёл в сторону парка.

– Ну, так не считается! – Саша опять посмотрел на Никиту.

Оля быстро подошла к Саше:

– Это была его работа! Понял? Я видела наброски у него в тетради. – Оля бросилась за Денисом.

– Всё равно не считается, – буркнул Саша.

Мои кулаки сжались, и мне захотелось ударить его так сильно, чтобы второй глаз тоже заплыл на пол-лица.

– Придурок, – пробормотал я.

– Чё сказал? – Саша приблизился комне на расстояние удара.

– На сегодня хорош! – Никита встал между нами.

– Посмотрим, как в следующий раз ты с заданием справишься. – В Сашиных глазах я увидел вызов.

Глава 9. Никита

Никита зашёл в комнату и поставил дымящуюся чашку с чаем на стол. Открыл ноутбук и быстро ввёл пароль: «DeViL666».

Монитор мигнул, и Никита кликнул по единственной папке на рабочем столе – «Рулетка». Отпил глоток из чашки. Медленно провёл мышкой по пронумерованным файлам: «1. Ваня», «2. Полина», «3. Са-ша», «4. Денис», «5. Игорь», «6. Света», «7. Оля». На долю секунды замер на «шестёрке», но тут же вернулся к «четвёрке» и открыл файл Дениса.

Все пронумерованные файлы были однотипными: фотография, дата рождения и краткая биографическая справка. Самое интересное было указано внизу и обозначено тремя восклицательными знаками.

У Дениса было записано: «!!! Увлекается стрит-артом».

Никита пробежал глазами по тексту подфотографией, закрыл файл и тут же открыл последний, восьмой, файл «В работе».

Быстро, практически не глядя на клавиатуру, Никита начал печатать: «Рулетка. День третий. Сегодня Д. отказался выполнить задание…»

Пальцы с коротко стриженными, аккуратными ногтями замерли и повисли над клавишами. Рядом вспыхнул экран, и телефон громко заиграл «Реквием» Баха. Никита быстро ответил на звонок.

– Да, добрый вечер! – Никита улыбнулся невидимому собеседнику. – Как раз работал над поставленной задачей.

Никита взял чашку и сделал глоток.

– Да, сегодня третий день. И первый отказ… Да, возможно. Но, мне кажется, это даже хорошо. Теперь будет сложнее сделать выбор… Конечно! Решение будет осознанным… Ха-ха-ха! – Никита рассмеялся. – Спасибо! Правда, я теперь и сам стою перед выбором: если задание не выполнено, по правилам участник выбывает. И он его не выполнил. Точнее, выполнил, но не так… Да, сомневаюсь… Не знаю пока… Да, я понимаю, если его оставить, остальные поймут, что можно попытаться обойти правила. Но если я его сейчас исключу, другие просто побоятся пойти против… Да, в том-то и дело! Тем более он новенький. От него можно было ожидать… Да… Не знаю… Но если его сейчас исключить, остальные опять останутся в своём обычном кругу общения. И я практически на сто процентов уверен, что просто будут выполнять задания… А! С этой точки зрения я не думал… Угу… Да, спасибо! Я тоже надеюсь на успех проекта. Спасибо, что верите в меня. Для меня это важно. – Никитина рука с силой сжала телефон.

Вежливо попрощавшись, он нажал кнопку завершения вызова и положил телефон на стол. Кисти рук стали похожи на пауков, хищно нависших над клавиатурой. Пальцы сначала медленно, как будто нехотя, а потом всё быстрее и быстрее начали печатать: «Результаты сегодняшнего дня аннулируются. Выполнение задания Д. не засчитывается. Однако Д. остаётся в числе участников, так как задание было выполнено иначе, чем требовалось».

Никита на секунду замер и тут же продолжил печатать: «Важно: уточнить другие увлечения Д.».

После этого нажал кнопку «Сохранить» и облокотился на спинку стула. Взял чашкус почти остывшим чаем и быстро, залпом, выпил.

На экране телефона мигнул значок с сообщением. Никита отнёс чашку на кухню, поставил её в раковину, вернулся в комнату и только после этого взял телефон. Сообщение было от Саши в чате «Рулетка»: «Где завтра встречаемся?»

Губы Никиты скривились в усмешке. Он быстро написал: «Сообщу утром». И через секунду: «И наш малодушный друг Дениска тоже в игре. Выполнение задания ему не засчитано. Его номер снова включается в генератор случайных чисел».

Тут же посыпались ответы. Первый ответил Саша: «Ок».

«Ок», – Полина.

«Хорошо», – Света.

«Понял», – Игорь.

«Ок», – Ваня.

Никита смотрел на экран и ждал. Денис и Оля не отвечали.

Глава 10. Света

Вечером дома я не могла найти себе места. Садилась за стол, открывала ноутбук, сразу захлопывала его и через секунду вска-кивала. Ходила по комнате, проверяла телефон. Сообщения от него всё не было. Мне нужно было что-то делать, двигаться, как-то занять руки. Как только я пыталась остановиться, внутри что-то взрывалось и меня подбрасывало вверх. Только движение спасало от мыслей.

Я ещё немного покружила по комнатеи пошла на кухню. Мама пила кофе из любимой фарфоровой чашки с голубым цвет-ком, такой крошечной, что в ней помещалось ровно два глотка. Как ей это может нравиться? Я люблю большие чашки. Тоже, что ли, кофе сварить? А вдруг опять будет мутить, как в школе?

– Что с тобой сегодня? – мама даже телефон отложила. – Что ты нервничаешь, мечешься по квартире? Всё же уже позади! Тест ты написала хорошо, отбор прошла. Скоро начнём документы в Германию готовить. Представляешь, теперь у тебя будет не туристическая, а учебная виза.

– Да, мам, здорово… – Я испугалась, что выдам себя, и поцеловала маму в щёку. Обойдусь и без кофе. Нельзя рисковать. – Я пойду к себе. Нам по алгебре много задали.

– Хорошо, только долго не сиди. И так вон бледная какая. – Мама опять уткнулась в телефон.

Я кивнула и вышла из кухни. «Может, стоит ей всё рассказать?» – мелькнуло в голове. Я замедлила шаг и остановилась у двери своей комнаты.

– Мам? – крикнула я громко.

– М? – раздалось из кухни.

Нет, не буду, нельзя.

– Я тебя люблю! – фраза, которая с мамой меня всегда спасает.

– А я тебя. – Мама, кажется, даже не подняла глаза от экрана.

Я зашла в свою комнату, и телефон наконец пиликнул. Ответил! Рука чуть дрогнула, пока я быстро разблокировала телефон и открыла сообщения.

Нет, это в чате «Рулетки». Я пробежала глазами три новых сообщения и ответила: «Хорошо».

И тут написал он: «Светик, солнышко, мы же уже всё обсудили, правда? Ты же у меня хорошая, умная девочка. Сама всё понимаешь. С этим нельзя тянуть. Что ты опять начала?»

Я почувствовала спазм в желудке. Только не сейчас! Сглотнула и ещё раз перечитала сообщение. В глазах защипало. Я присела на край кровати и достала из кармана джинсов тест, на котором утром появилось две полоски. Зажала его в кулаке и быстро набрала: «Я боюсь».

Ответ пришёл через секунду: «Ты вообще ничего не почувствуешь! Утром надо быть там, а в обед уже будешь свободна. И всё. Никто ничего не узнает».

Я рухнула на спину на кровать и стала смотреть в потолок. В люстре перегорела одна лампочка. Только не заплакать!

Телефон опять пиликнул: «У нас с тобой всё ещё впереди! Учёба, Мюнхен. Мы же хотели пить кофе в кофейне на Мариенплац. Увидеть в одиннадцать, как играют часы на Новой ратуше, а потом прогуляться по Кауфингерштрассе. Давай не будем всё портить».

Я лежала на спине и чувствовала, как из уголков глаз потекли слёзы. Ногти на руке, сжимающей тест, больно впились в ладонь. Хотелось проткнуть её до крови.

Телефон снова пиликнул: «Утром будь готова». И ещё через секунду: «Паспорт не забудь».

Глава 11. Полина

– Привет, друзья! – я улыбнулась и по-махала рукой в камеру телефона. Надо снимать быстро, пока нос не покраснел отмороза. – Сегодня вечером сниму для вас небольшой отчёт о четвёртом дне «Рулетки»! Смотрите, завидуйте, восхищайтесь!

Всё, анонс готов. С первого дня «Рулетки» на меня подписалось уже девятьсот восемь человек. И с каждым днём число подписчиков растёт!

Я сфотографировала свои ноги в новых меховых ботинках, добавила к фотографии пару снежинок и надпись: «Четвёртый день! Кому повезёт сегодня?»

Не успела я выложить снимок, тут же посыпались лайки и комментарии.

«Сегодня твоя очередь», – это Быкова из «В», завидует мне.

«Интересно, что за испытание будет», – Лёня, сосед.

Да уж, интересно, что Никита придумал на этот раз.

«Как попасть в „Рулетку“?» – это всё время спрашивают.

Я не отвечаю и не комментирую. Такую стратегию выбрала. Немного таинственную. Кое-что снимаю, выкладываю, подогреваю интерес. Мне Германия не светит, это было понятно с первого дня, когда герр Майер приехал и сказал, что они ищут одарённых и целеустремлённых. Типа у каждого есть шанс. Поставьте цель и идите к ней. У вас есть полгода на подготовку. Бла-бла-бла. Ага. Поманил всех и уехал. Я уже на следующий день думать об этом забыла. А Света с Олей загорелись. Они у нас самые целеустремлённые оказались. Свете мать сразу репетитора взяла. А Оля, наивная, думала – сама сможет. Понятно же, с репетитором подготовка лучше.

Конечно, тест прошла Света. И этот но-венький, Денис. Только переехал, не гото-вился, а тест написал. Умный. Тупых-тов нашей гимназии в принципе нет. Но изнаших тест прошла только Света. Ваня бытоже прошёл. Но он не писал. Это даже и хорошо. А то уехал бы без меня.

Кстати, надо будет сделать несколькоселфи с Денисом на память. Вдруг там учёным каким известным станет? А я раз – и фотку с ним выложу. Типа мы в одном классе учились.

Холодно-то как! Пар изо рта. Надо домой забежать, телефон подзарядить. Батарейка на морозе садится быстро. И пауэрбанк взять. Вдруг будет хороший кадр или сюжет. Нельзя, чтобы телефон сдох.

Я опять посмотрела на экран. Восемьдесят шесть лайков. И новое сообщение: «Ты не знаешь, где Света?»

Пф-ф-ф! Это Саша. Ни «привет», ни «какдела». Откуда я знаю, где она? Она мне не докладывает.

Оли с Денисом сегодня тоже в школе не было. Что-то про них не спрашивает. Только про Свету свою. Не буду отвечать, обойдётся.

«Её нет дома, и телефон выключен», – новое сообщение.

Мне-то что? Я убрала телефон в карман и ускорила шаг. Ещё чай выпить успею перед «Рулеткой». И надо перчатки взять. Пальцы не чувствую уже.

Телефон в кармане вздрогнул и затих. Ещё одно сообщение. Не буду смотреть. Интересно, Денис вечером придёт? Так и неответил вчера Никите ничего. Всё-таки онмолодец! Не стал работу подруги портить. Не знаю, что бы я сделала на его месте.

Ух ты! Рябина в снегу! Надо снять! Хороший кадр получится.

Я вытащила телефон из кармана, разблокировала и увидела наконец сообщение. Оно было в «Рулетке». От Никиты: «Сегодня вечером встречаемся в „Буше“ у метро».

В кафе? Ничего себе! Не на улице. На-до скорее домой бежать, переодеться!

Я не успела спрятать телефон в карман, как он зазвонил. Саша! Не буду отвечать. Я сбросила звонок и поспешила домой.

Глава 12. Игорь

Я застегнул молнию на куртке, натянул капюшон и вышел из зала. Тренер сегодня был злющий. До соревнований осталось меньше двух месяцев, а кто-то из ребят притащил в зал лишай. Теперь без справки из КВД никого до тренировок не допускают. Орал на нас до хрипа: «Мыться надо! После тренировки сразу в душ!»

Я всегда моюсь – потею сильно, форму хоть отжимай.

Но Виктор Иванович ругался на всех без разбора. Сказал, чтобы завтра все со справками пришли.

В КВД без полиса не принимают. Надоуспеть домой забежать, взять полис и засправкой до «Рулетки» метнуться.

Сегодня в «Буше» встречаемся. Что-то новенькое. Видимо, Никите надоело на улице мёрзнуть.

Мне показалось, что кто-то зовёт меня: «Игорь!» Я вытащил наушник и оглянулся: Саша. Догнал меня и остановился в паре шагов. Отёк уже спал, глаз открыт, но синякещё не прошёл. Пожелтел по краям только. Сильно отец ему врезал.

– Чего?

Странно, что он меня окликнул. Саша замялся. Не похоже на него.

– Ты Свету не видел? – быстро спросил он и отвёл взгляд.

– Нет, я только с тренировки вышел, – я кивнул в сторону зала.

– Ясно, – Саша сплюнул на землю.

– Ладно, давай, до вечера. – Терять время на болтовню не хотелось. Ещё неизвестно, сколько у врача проторчу. – Сегодня в «Буше», видел?

Саша нахмурился и кивнул:

– Видел.

Я вставил наушник и махнул ему рукой. Если потороплюсь, должен успеть.

Саша кивнул и поднял воротник куртки. Сбитые костяшки на руках. Сразу видно, не боится постоять за себя. Ему бы к нам в зал. Виктор Иванович всегда говорит: «Характер бьёт класс». А уж харак-тера Саше хватало на троих. Да и борьбой он два года занимался. Если бы с тренеромконфликт не вышел, наверное, уже разряд бы был. Зря он бросил.

Саша вытащил из кармана телефон, развернулся и пошёл в сторону автобусной остановки.

Я побежал за полисом.

Перед кабинетом с табличкой «Дерматолог» никого не было. Я постучал и заглянул внутрь. За столом сидела уставшая тётка в белом халате.

– Заходи, – она посмотрела на меня сквозь толстые стёкла очков в массивной чёрной оправе.

– Здравствуйте, – я подошёл к столу и сел на стул. – Мне на тренировку справка нужна, что у меня лишая нет.

– У Рутникова, что ли, занимаешься? – врачиха что-то быстро записала в разлинованной тетради. – Раздевайся, посмотрю тебя.

Я кивнул, стянул одежду и подошёл к ней. Она пристально осмотрела меня. Даже трусы попросила спустить.

– Одевайся и заходи в соседнюю комнату.

Голос серьёзный. Вот уж работа у человека. В соседней комнате оказалось темно.

– На стул садись, – врачиха зашла следом с маленькой лампой в руке.

– Сегодня только ваших и смотрю. – Она щёлкнула выключателем. – И как вас угораздило? Обычно борцы приходят. Но у них всё через ковёр. А вы-то боксёры.

– Не знаю, – я пожал плечами, пока она быстро орудовала лампой над моей головой. – Может, в раздевалке? У нас там скамейки общие.

В свете лампы её ногти горели ярким неоновым светом.

– Чистый, – врачиха выключила лампу и улыбнулась. – Идём в кабинет, выпишу тебе справку. Первому, между прочим. Остальным вашим ребятам лечиться надо.

Первому…

Она села за стол и начала заполнять бланк справки.

Дверь скрипнула, и в кабинет заглянула рыжая кудрявая девушка.

– Светлана Владимировна, вас Зинаида Ивановна вызывает.

– Сейчас, я мальчика отпущу, – врачиха быстро писала широким размашистым неразборчивым почерком.

– Это срочно! – девушка исчезла задверью.

– У них всегда всё срочно, – проворчала врачиха и открутила крышку с маленькой круглой печати. – Держи свою справку. – Она проштамповала бланк и протянула его мне.

– Спасибо, – я забрал серую бумажку и вышел из кабинета.

Первому.

В висках стучало. Если ребятам нужно лечиться, это означало только одно: мне не с кем будет боксировать. Виктор Иванович, конечно, постоит со мной на лапах, и бой с тенью никто не отменял. Но для полноценной подготовки к соревнованиям мне нужен партнёр.

– Что под дверью стоишь? – врачиха вышла из кабинета. – Чуть не сбила тебя.

– В телефон засмотрелся, – соврал я.

– Ох уж эти ваши телефоны! Живёте в них, ничего вокруг не замечаете, один интернет на уме, – она пошла в сторону лестницы, продолжая бухтеть про телефоны и потерянную молодёжь. Видимо, Зинаида Ивановна ждала её на другом этаже.

Её шаги стихли, и я один остался передкабинетом.

Ребят без справки не допустят до тренировки. Я останусь без спарринг-партнёров. Должен быть выход. Я пошёл к лестнице, по которой только что ушла врачиха. Точно! Интернет!

Я вытащил телефон и открыл поисковик. В интернете есть всё!

«Купить справку…» – начал набивать я. Тут же выскочили варианты: «в бассейн», «о болезни», «о прививках».

«…из КВД», – дописал я.

Глава 13. Саша

Светы не было в школе. Телефон выключен, на сообщения не отвечает. А им всем плевать! Пофиг!

Каждый думает только о себе. Полина помешалась на лайках и подписчиках. У Игоря одни соревнования на уме. Оля с Денисом вообще после вчерашнего слились, уроки прогуляли. Ваня опять залип в ноуте, очередную прогу пишет. А рядом человек пропал. И никто не заметил даже.

Я достал из куртки телефон и посмотрел время. До «Рулетки» осталось полчаса. А если Света и туда не придёт? Никита, конечно, тоже молодец, придумал! «Буше»! Мне после его задания в магазине мать вообще ни копейки не даёт. Злится. Какое кафе? Но Никита же не думает, что у кого-то может просто не быть денег.

Пришёл раньше всех. Теперь ждать их, мёрзнуть.

«На „Рулетку“ придёшь?» – написал Свете. Сообщение опять осталось непрочитанным.

– Чего мёрзнешь? – Денис подошёлтихо и незаметно, как кот. – Идём внутрь?

– Кошелёк забыл, – наврал я. Каку него всё легко.

– Не страшно, возьму два кофе. – Денис улыбнулся. Делает вид, что забыл про вчерашнее. – У меня сегодня повод есть для угощения.

Если он такой щедрый и не злопамятный, смысла мёрзнуть на улице нет.

– Что за повод? – Мне было не очень-то интересно, что там у него за радость, но раз угощает, нужно поддержать разговор.

Мы зашли внутрь, и Денис заказал два бабских капучино. Сели за стол у окна.

– Помнишь, вчера на «Рулетке»? – Денис отпил из чашки, и над верхней губой появилась белая полоска пены.

Серьёзно? Помню ли я, как чуть не забил его ногами? Я кивнул и тоже отхлебнул кофе. Тёплая плотная пена оказалась нежно-вкусной.

– Сегодня Молодёжная коллегия подводила итоги конкурса. Сначала хотелиотменить объявление результатов из-за акта вандализма. Так и сказали, прикинь! Но я признался, что сам свою работу испортил и написал «Дрянь». Меня, понятно, дисквалифицировали сразу. – Денис опять сделал глоток. Неужели правда совсем не злится на меня? – Потом долго совещались, не могли выбрать лучшую работу. И в итоге победителей оказалось двое. – Денис улыбнулся. – Мои друзья, Дима и Лиза. Мы вместе готовились.

– Ну? – я не понял, что за повод для радости.

– Что «ну»? – Денис посмотрел на меня как на идиота. – Победили они, понимаешь? Теперь будут расписывать стены в Музее стрит-арта!

Наверное, я всё-таки был идиотом. Его вчера избили, сегодня – дисквалифицировали. А он радуется и меня ещё в честь этого угощает. Псих!

– Я думал, вы с Олей просто школу прогулять решили.

Ну не объяснять же, что считаю это глупостью.

– Да, Оля приехала на награждение. – Денис вдруг покраснел. – Поддержала меня.

– А Света? – спросил я и замер, боясь услышать ответ. – Тоже к тебе приехала?

– Света? – удивился Денис. – Нет, её не было. С чего ты взял?

– Её сегодня тоже в школе не было.

В этот момент к нашему столу подлетела Полина с телефоном в руке.

– Друзья, через несколько минут мыузнаем сегодняшнего везунчика. Ждите! – она помахала рукой в камеру и выключила телефон. – Могли бы и улыбнуться дляпрямого эфира. – Она села рядом с Денисом. – Больше никого ещё нет?

– Мы первые, – Денис подвинулся на диване.

– А я всё думала, придёшь ты сегодня или нет, – Полина улыбнулась, разблокировала телефон и взяла Дениса под руку. – Давай сфоткаемся вместе? Саша, снимешь нас? – она протянула телефон.

Ага, сейчас! Когда я ей звоню, она сбра-сывает, а я её фотографируй?

– Не хочу портить Денису фотографию. – Я демонстративно взял в руки чашку.

– Пф! Подумаешь! – Полина посмотрела на Дениса и улыбнулась. – Мы же и селфи можем сделать, правда?

Денис явно не ожидал такого внимания Полины к своей персоне. Грубо осадить её и сказать «нет» ему не позволяло воспитание. Он криво улыбнулся и кивнул. Полина прижалась к его плечу и вытянула руку с телефоном.

В такой позе их и застала Оля, подошедшая к нашему столу.

Денис сразу дёрнулся, попытался отодвинуться от прилипшей к нему Полины и посмотрел на Олю как-то виновато, почти по-щенячьи.

Оля обвела нас взглядом, на секунду задержалась на Полине, а потом медленно произнесла:

– Света в больнице.

Глава 14. Ваня

Я столкнулся с Никитой у входа в «Бу-ше». Никита смерил меня взглядом, открыл дверь кафе и сказал, пропуская менявперёд:

– Я только что придумал второе правило «Рулетки». Опаздывать нельзя. Кто опоздал – выбывает.

– Ну я же не опоздал?

– Ты входишь передо мной. Значит, формально не опоздал. Но был на грани. – Никита ухмыльнулся. – А вот Игорь, кажется, опоздал.

Игорь подходил к «Буше» быстрым пружинистым шагом.

– Ну что, подождём этого? – Никита кивнул головой в сторону Игоря. – Илисливаем?

Он посмотрел на меня и опять ухмыльнулся.

– Как сливаем? – не понял я. – Пра-вило же новое, его ещё никто не знает.

– Почему никто? Я знаю? Знаю. Ты зна-ешь? Знаешь. По-моему, всё честно. Я объявил. Ты услышал. А если остальные не услышали, то это же их проблемы?

– Так не делают. – Я упёрся в дверь носком кроссовки. – Игорь не знает проновое правило. Я без него не пойду.

– Уверен? – Никита перешагнул черезмою ногу. – Если я войду раньше тебя, то ты опоздал. А кто опаздывает на «Рулетку» – выбывает.

Игорю осталась всего пара шагов. Никита наклонился ко мне и прошептал:

– Подумай: или ты остаёшься в кругу избранных, или вы выбываете вдвоём.

Никита прищурил глаза и легонько кивнул мне: «Идём».

Игорь подошёл к двери и остановился, глядя на нас.

– Привет! – удивлённо поздоровался он. – Чего вы в дверях застряли?

– Да вот… решаем задачу: кто зайдёт первым, – Никита посмотрел на меня. Уголки его губ незаметно скривились, а бро-ви вопросительно приподнялись. – Ваня, что ты решил?

– Если вы такие вежливые, давайте я войду первым. – Игорь пожал плечами. – Устроили проблему на ровном месте.

– Разумно, – кивнул Никита, пропустил Игоря и зашёл вслед за ним.

Я оказался последним. Ну не исключит же он меня, в самом деле?

Никита обернулся и посмотрел на меня:

– Да, Ваня, жаль. Ты мне нравился. Я и задание для тебя уже придумал интересное. Но, похоже, зря.

– Но я даже не опоздал! – вырвалось у меня. Я осёкся. Получалось, я унизительно прошу меня оставить.

– Ты свой выбор сделал сам, – Никитаразвёл руками. – Идём, объявим осталь-ным.

Глава 15. Оля

Ну Полина всё-таки мразь! Сначала Ваня, теперь Денис?

Мне захотелось схватить её за волосы и оттащить от него. Разбить её телефон, толкнуть так сильно, чтобы она упала напол! И пинать со всей силы ногами, пока меня не оттащат.

Но я сдержалась.

Я только что узнала о Свете, нужно сказать им. Вдох – выдох. Это важнее Полины. Вдох – выдох. Всё, успокоилась. Я обвела всех взглядом и, на секунду задержавшись на Полине, сказала:

– Света в больнице.

Сашка дёрнулся, словно его ударили.

– Что с ней? – спросил он хрипло.

– Что случилось? – Денис нахмурился.

Полина убрала телефон.

Я только открыла рот, чтобы рассказать им, как у меня за спиной послышался голос Никиты:

– Вот вы где!

Я обернулась. К нам подходили Никита, Игорь и Ваня. Игорь, как обычно, слегка пружинил на ногах, в любой момент готовый отпрыгнуть. Никита был расслаблен, чему-то мысленно улыбался. А Ваня плёлся следом как-то понуро, ссутулившись, словно его заставляли. Почему-то захотелось его обнять. Я опять бросила быстрый взгляд на Полину. Она как ни в чём не бывало взяла в руки телефон. Как же она меня бесит!

– У меня для вас новость! – Никита пододвинул стул и плюхнулся на него, вытянув ноги. – В «Рулетке» появилось новое правило. Теперь их два!

Все замерли и посмотрели на Никиту. Только Ваня отступил на шаг назад и опустил голову.

– С сегодняшнего дня опаздывать на «Рулетку» нельзя. – Никита обвёл нас взглядом. – Кто опоздает – выбывает.

Мы молчали. К чему он клонит? У нас же все приходят вовремя.

– И сегодня, – Никита улыбнулся, – у нас появился первый нарушитель!

– Я же не опоздал, – Игорь сжал кулаки.

– А это и не ты! – рассмеялся Никита. – Это Ваня!

– Как Ваня? – Игорь нахмурился. – Он же раньше меня пришёл.

– Так бывает, – Никита развёл руками.

– Но ведь правило новое! – Денис застолом подался вперёд. – Мы о нём незнали! Это не честно!

– Вы не знали, а Ваня знал. Да, Ваня? – Никита обернулся к стоящему позади него Ване.

– Знал и нам не сказал? – ухмыльнулась Полина.

Гадина! Я опять почувствовала, что готова придушить её.

Ваня посмотрел прямо на нас и сказал:

– Знал. Никита сообщил мне об этом здесь, в дверях, пять минут назад.

– И предлагал тебе зайти первым, пра-вда? – Никитина улыбка стала похожа наоскал.

– Предлагал, – Ваня кивнул. – Предлагал зайти и не ждать Игоря, чтобы исключить его.

– В смысле? – Игорь резко повернулся к Ване.

– Ну, Ваня, не придумывай. – Никита поморщился и отвернулся от Вани. – Игорь не знал новое правило. Я не мог его выгнать. Это же нелогично!

– Но ты сам говорил, – начал было Ваня, но осёкся и замолчал.

– Я не понял, вы что, хотели меня слить? – Игорь повернулся к Никите. Полина встала из-за стола и включила видео-запись. Видимо, опять ждала драку.

– Да задолбала ты уже снимать! – Игорь выхватил телефон из рук Полины и швырнул его на пол.

– Что ты сделал, псих? – взвизгнула Полина и бросилась поднимать телефон. Стекло на экране разбилось.

– Вы хотели меня слить? – Игорь повторил вопрос.

– Конечно нет, – Никита почесал подбородок. – На каком основании, подумай сам?

– Ну, – Игорь бросил взгляд на Ваню, – я не знаю…

– И я не знаю, – улыбнулся ему Никита.

– Надо было слить этого придурка, – прошипела Полина, разглядывая разбитый экран.

– Я могу идти? – тихо спросил Ваня.

– Зачем? Оставайся, посмотришь, какмы сегодня сыграем. Я же не зверь.

Я чувствовала в этой ситуации какой-то подвох. Что-то, что ускользало от меня, казалось мне неправильным. Словно не хватало какой-то детали, последнего штриха. Мои ладони вспотели, дыхание участилось. Я посмотрела на Полину – поддержит Ваню? Но Полина была занята телефоном.

Ваня же как будто стал ниже ростом. Я вспомнила, как он ворвался ко мне в квартиру, красный, запыхавшийся. Какотпустил меня в школу, а сам остался с орущим Лёвкой. Я зажмурилась. А потом открыла глаза и громко сказала, глядя на Никиту:

– Если тебе нужно кого-то выгнать, исключай меня. Я меняюсь с Ваней местами. Вроде в правилах на это запрета не было? Правил же только два?

Глава 16. Саша

Я ничего не соображал. Оля сказала, что Света в больнице. Меня как будто в ледя-ную воду швырнули. Пришли Никита с Ваней и Игорем, начался какой-то странный спор, суть которого от меня ускользала. Вроде я слышал знакомые слова, но они были какие-то чужие, ничего не значащие. Игорь психанул, швырнул Полинин телефон на пол. Мне показалось, я слышал, как по защитному стеклу на экране побежали трещины. Почувствовал их. Никита довольно улыбнулся. И только когда Оля зачем-то попросила исключить её из «Рулетки», а Никита в ответ расхохотался, я смог вынырнуть из ледяной проруби и снова начал нормально слышать.

– Оля, что со Светой? – спросил я.

Никитин смех оборвался. Он будто подавился им и, покраснев, закашлялся.

– Света в больнице, – Оля, которая только что была такой воинственной, сразу сникла. – Её машина сегодня сбила. Она в реанимации.

У меня перехватило дыхание. Я опять оказался в проруби, где сквозь толщу ледяной воды искажаются звуки и замедляется время.

Денис открыл рот и что-то сказал, но я опять не понял слов.

Ваня с Игорем тоже что-то говорили и размахивали руками, как поломанные марионетки. Слишком резко и хаотично.

Соберись! Приди в себя! Я опять выныр-нул на поверхность и снова начал слышать и видеть.

– Как машина сбила? – Никита откашлялся наконец и побледнел. – Она же должна была…

– В какой больнице? – я грубо перебил Никиту и не узнал свой собственный голос. Низкий, рычащий, звериный.

Все замолчали. Оля посмотрела на меня как тогда, когда я встретил её у пруда, в парке. Я почувствовал тоску и обречённость. Казалось, её взгляд и молчание тянулись бесконечно.

– Во второй. Она в реанимации, Саш. Состояние тяжёлое. К ней не пускают.

Я встал из-за стола и молча пошёл к вы-ходу на негнущихся ногах. Каждый шаг, каждый вдох, каждый удар сердца я слышал Олины слова: «Она в реанимации. Состояние тяжёлое».

Глава 17. Полина

Я подняла телефон с пола и выругалась. Игорь – псих! Стекло на экране треснуло. Только вчера поменяла. Мать опять скажет, что я криворукая и всё только порчу. Не буду пока у неё денег на новое просить. Так похожу. О чём я думаю? Света в больнице! Саша уходит!

– Куда пошёл? – Никитин голос стал обычным, ровным. – У нас сейчас новое задание.

Блин, реально? Задание? Ему что, пофиг?

Саша даже не обернулся, только рукой махнул.

– Сейчас уйдёшь, обратно не вернёшься! – Никита смотрел на удаляющегося Сашу чуть прищурившись. – Не пожалей потом.

Саша остановился. Никита повернулся к нам с довольным видом: мол, видели, как я его убедил? Он не видел, как Сашина спина напряглась, а руки сжались в кулаки. Я попыталась разблокировать телефон, но, как назло, ошиблась на одну цифру. Саша обернулся и быстро пошёл назад.

– Не пожалеть о чём? – прокричал он в затылок сидящему Никите. Тот даже вздрогнул. Ухмылка на секунду сменилась испугом. От неожиданности, конечно. Но он быстро взял себя в руки и повернулся к Саше со своим обычным выражением лица: превосходства и насмешки.

– Не пожалеть о «Рулетке». Разве ты не хочешь дойти до конца? – Никита говорил сухо, почти грубо, выделяя каждое слово.

– А чего хорошего в твоей «Рулетке»? – Саша возвышался над сидящим на стуле Никитой, и это, похоже, придавало ему смелости. – Ты придумываешь идиотские задания, а мы должны их выполнять? Вредить самим себе?

– А разве не за этим мы собрались? – Никитина левая бровь поползла вверх. – Проверить себя. Доказать, что не трус, неслабак, а чего-то стоишь!

– Хочешь моё мнение? – Сашины кулаки побелели от напряжения. – Фигня твоя «Рулетка»! Понял? Я не слабак. Мне не нужны никакие доказательства. Если ты сомневаешься, можем выйти обсудить.

Во Саша даёт! Угрожает Никите! Блин, а ведь он ничего такой, симпатичный. И да-же этот синяк ему идёт. Придаёт такой мужественный шарм!

Никита встал так резко, что стул, на котором он сидел, грохнулся на пол. На насначали оглядываться. Девочка за прилавком стала куда-то звонить.

– Я мог бы раздавить тебя одним паль-цем, сопляк. Но не обижаю детей. – Никита подошёл к Саше настолько близко, что едва не наступил на его «вансы». – Но в следующий раз я поступлюсь своими принципами, малыш. А теперь – брысь отсюда! Ты исключён.

На секунду повисла тишина. Денис встализ-за стола. Ваня подошёл ближе. Игорь переводил напряжённый взгляд с Никиты на Сашу. Что сейчас будет!

– Мальчики, – подала голос Оля, – пожалуйста, не надо! На нас уже все смотрят. Это плохо кончится.

Саша быстро огляделся и отступил наполшага.

– Хорошо, я подожду следующего ра-за, – он вздёрнул подбородок и посмотрел Никите в глаза. Потом быстро развернулся и вышел из кафе. Мы все не сводили взгляда с захлопнувшейся двери.

Никита медленно повернулся к нам. Его губы были сжаты в тонкую линию, лицо покрылось красными пятнами. Он обвёл нас взглядом и кивнул.

– Ваня, считай, сегодня тебе повезло. Вместо тебя исключён Саша. Ты остаёшься.

Мы слушали молча.

Никита посмотрел на Олю и слегка наклонил голову к плечу.

– И теперь у нас есть третье правило: меняться нельзя. – Никита достал из кармана телефон. – Ну что, пора выбрать, кому сегодня повезёт.

Глава 18. Ваня

Кажется, я впервые позавидовал Саше. А ведь всегда считал себя лучше него. Умнее, честнее, правильнее. Но оказалось, я трус. Развернуться и уйти, отказавшись от «щедрого» предложения Никиты, не смог. Духу не хватило. А Саша плевал на Никиту и его «Рулетку». А как он ему ответил! «Подожду следующего раза». Никита не ожидал. В лице переменился. Молодец Сашка!

– Итак, сегодня… – Никита нажал кнопку «Сгенерировать», – наш везунчик – «двойка»!

«Двойка» – это Полина. У меня, кажется, покраснели уши. Вчера вечером, после «Рулетки», когда все разошлись, мы с Полиной остались на улице вдвоём и поцеловались. Полина с первого дня «Рулетки» начала проявлять ко мне интерес, хотя до этого вообще не обращала внимания. А ведь ещё два дня назад мне казалось, что я нравлюсь Оле… И когда она поцеловала меня там, в тесном коридоре, я был готов сидеть с её братом хоть каждый день! Но она убежала за Денисом. А Полинины губы были такие мягкие и тёплые… Я посмотрел на Полину. Она застыла с телефоном в руке, точно кролик перед удавом. Не сводила глаз с Никиты, даже не моргала. Стекло на телефоне треснуло. Наверное, расстроилась. У неё вся жизнь там.

– Готова? – Никита впервые задал этотвопрос ровно, без обычного сарказма. Видимо, всё-таки и на него сегодняшний вечер подействовал.

Полина молча кивнула. Только телефон сжала сильнее.

По-моему, сегодня «Рулетку» нужно просто пропустить. Набраться бы смелости, сказать об этом Никите…

– Пожалуй, сегодня даже из кафе вы-ходить не будем. – Никита наклонился, поднял упавший стул и снова сел на не-го. – И вы не стойте, – кивнул он нам.

Мы тоже сели за столик. Оля села рядом с Полиной, а я с Игорем – напротив. Денис – обратно на своё место.

Всего четыре дня назад, до «Рулетки», я и подумать не мог, что всё вдруг станет так сложно.

Когда весной первый раз приехал герр Майер и рассказал нам о конкурсе для поступления на учёбу в Германию, Оля стала иногда приходить ко мне. Для подготовки ей нужно было найти и распечатать похожие тесты, а её старенький комп сломался. Мы сидели рядом, пили горячий чай из одинаковых синих кружек и болтали. Я рассказывал про языки программирования, Оля слушала, обнимая бледными пальцами горячую чашку, и улыбалась. А потом попросила помочь найти свойства степеней в Сети. Я положил свою ладонь на её руку, державшую мышку, и почувствовал, как она напряглась. И как её подрагивающиехолодные пальцы расслабились и потеплели от этого прикосновения.

А потом всё так закрутилось! «Рулетка», Олин поцелуй, Денис, Полина. И вот они сидят рядом, только руку протяни. Оля теперь кажется такой далёкой. А Полина – скованной, напряжённой и, впервые, растерянной.

– Ну что, Полин, ты у нас теперь популярный блогер? – уголки губ Никиты едва заметно приподнялись.

Полина вспыхнула и бросила быстрый взгляд на свой телефон.

– Я наслышан! – Никита снова вытянул ноги. – И как твой блог? Процветает? Много подписчиков?

Мы молча смотрели на раскрасневшуюся Полину. Она ёрзала на месте и молчала.

– Неужели так мало, что стыдно сказать? – Никита чуть подался вперёд.

Оля подвинулась к Полине и взяла её за руку. Чуть сжала: не бойся! А я думал, Оля теперь её ненавидит.

– Тысяча шестьсот, – прошептала Полина одними губами.

– Неплохо, – покачал головой Никита. – А до «Рулетки» сколько было?

– Двести восемь, – ещё тише ответила Полина.

– Ну что ж, ты молодец! – Никита наконец обрёл свою обычную манеру разговора и рассмеялся. – А знаешь, по-моему, ты давно не выкладывала прямые эфиры. Просто непозволительно давно для такой популярной личности. Это срочно нужно исправить!

Полина, только что сидевшая красная, как тюльпан, мгновенно побледнела, словно у неё откачали всю кровь.

– У меня телефон… разбился, – она показала Никите трещины на экране.

– Но камера-то вроде цела?

Полина молча кивнула.

– Тогда давай наконец раскроем всем самую страшную тайну «Рулетки»! – Никита опять рассмеялся.

– Какую? – голос Полины дрогнул.

Мы все затаили дыхание.

– Проведи прямой эфир и расскажи подписчикам, что они – ничтожество и пустое место. И только игроки «Рулетки» чего-то стоят. И не забудь добавить, что тебе плевать на все их лайки и комментарии.

Глава 19. Файл «В работе»

«Рулетка». День четвёртый.

Сегодня появилось два новых правила: опаздывать запрещено, меняться с исключёнными запрещено.

Итоги дня:

В. был спровоцирован на исключение И. из «Рулетки» (*введение правила об опоздании). На провокацию не поддался. Сам оказался под угрозой исключения. Между участниками появилась взаимовыручка. О. предложила свою кандидатуру вместо В. (*введение правила о запрете замены участников).

Как и ожидалось, С. оказался вторым, высказавшимся против «Рулетки». С. исключён.

Следующим, предположительно, будет И.

«Двойка» (П.) задание выполнила.

Сегодня после «Рулетки» умышленно выключил телефон. У участников нет связи со мной.

Глава 20. Игорь

– Вы… бараны тупорылые! – Виктор Иванович орал так, что слюна брызгала изо рта. – Думаете, самые хитрые?

Мы стояли перед рингом, виновато опустив головы.

– Света… Тьфу! Светлана Владимировна позвонила мне вечером. Сказала, что только одну справку выписала. А вы мне пачку принесли? Где вы их упёрли? – Виктор Иванович потряс перед нами справками. – Вы какого… косячите?!

Мы молчали. Когда Рутников ругался, лучше было даже не дышать.

– Вместо того чтобы фуфло мне всякое толкать, мыться надо! – Серая бумага в руках Виктора Ивановича затрещала, и на пол полетели клочья порванных справок. – Ещё раз такую фигню мне устроите, выгоню всех к чёртовой матери! Заболел – лечись! А не устраивай цирк со справками. Пошли вон отсюда!

Мы поплелись в раздевалку. Сзади послышались хлёсткие удары по груше. Пар спускает, понятно.

Жаль, парням из-за меня досталось. Да и деньги, получается, зря потратили.

Я уже натянул джинсы и футболку, ко-гда из зала донёсся громкий крик:

– Игорь!

Ребята сочувственно посмотрели на меня и поспешили на улицу. Я метнулся в зал. Звать два раза Рутников не любил.

– Виктор Иванович, звали?

– Нет, горло прочищал, – Рутников подошёл ко мне. – Ты что ж, поганец, делаешь?

– Что я-то сразу?

– А кто? – Виктор Иванович снял перчатки. – Знаю я, кто справки достал. У тебя совсем мозгов нет? Хочешь сам лишай подцепить и всех остальных заразить?

Я опустил глаза.

– Голова нужна, чтобы думать и уклоны делать! А у тебя пока в неё только есть получается.

– Виктор Иванович, простите, – я переминался с ноги на ногу.

– В портмоне своё «простите» засунь! Ты к соревнованиям готовиться собираешься? Или у тебя теперь новое увлечение – подделка документов?

Ну всё, теперь этими справками целый год попрекать будет.

– Я же извинился…

– Слушай меня внимательно, – Виктор Иванович положил руку мне на плечо. – Знаешь, чем тот, кто головой думает, отличается от того, кто в неё ест? Он не в косяк въезжает, а выход из ситуации ищет!

– Так и что делать-то? – Не люблю, когда так размыто объясняют.

– Что делать, что делать? Пока твои подельнички лечатся, спарринг-партнёра себе ищи! И в клуб приводи. Неужели никто из твоих корешей боксом не занимается?

Глава 21. Ваня

Ночью я взломал почту Никиты. Это оказалось так просто, что удивительно, какя не догадался попробовать раньше. Пароль от почты Никиты совпал с кодом разблокировки телефона: одни шестёрки. Что за глупость? Кто сейчас пользуется такими паролями? Ещё бы «qwerty» поставил.

В почте был абсолютный порядок: все письма отсортированы по папкам, ни од-ного непрочитанного, никакого спама. Я от-крыл только одну папку – «Рулетка». И потом долго не мог уснуть. Ворочался и никак не мог принять решение. Утром еле встал.

Красный пуховик Полины было видно издалека. Она шла к школе, низко опустив голову. Я остановился и помахал ей. Не ответила. И вчера, после «Рулетки», попросила не провожать.

– Полина! – позвал я.

Она поравнялась со мной и слегка кивнула: «Что?»

– Слушай, не расстраивайся из-за вчерашнего. – Мне хотелось как-то поддержать её. – Всё хорошо будет.

Полина махнула рукой и быстро прошла мимо. Я поплёлся следом. Сегодня первая география, можно не спешить.

Всё-таки они странные. Или я ничего не понимаю в женском поведении.

Полина сначала сама целуется, а теперь не разговаривает. Оля убегает за Денисом, а потом предлагает, чтобы её исключили вместо меня. Как-то всё сложно в голове у них устроено. Вот бы придумать такое приложение: наводишь камеру – и у тебя на экране сразу написано, о чём они думают.

Географичка – наша классная. Подождала, когда мы все рассядемся, и тяжело вздохнула.

– Ребята, – сделала она театральную паузу, – вчера вашу одноклассницу, Свету Васильеву, сбила машина. Она в больнице.

В классе зашептались.

– Я хочу вам напомнить, – продол-жила классная, не обращая внимания нагул, – что на дороге нужно быть предельно внимательными! Конечно, никто из вас не думает, что с ним может что-то случиться. Но ни в коем случае нельзя забывать о том, что дорога – источник повышенной опасности!

Она начала вещать о правилах дорожного движения, словно мы первоклашки. Только Свете её лекция никак не поможет.

Сашкино место пусто. Оля сказала, с ут-ра в больницу поехал. В реанимацию не пускают, он просто сидит там внизу. Вот характер у него! А мы – тут, про зелёный свет слушаем. Классуху заставили провести нам лекцию. Нас заставляют её слушать. Никита заставляет делать задания, которые никто по факту делать не хочет. Одни заставляют, другие – выполняют.

Я достал телефон и открыл чат «Рулетки». Никита не в сети. Я быстро напечатал: «Давайте после школы в „Точку“?»

Полина, кажется, первый раз взяла в руки телефон после вчерашнего.

«Зачем?» – Полина.

«У меня тренировка», – Игорь.

«Можно после тренировки Игоря», – Оля.

«Ок», – Денис.

В «Точку» я пришёл первым. Взял колу с картошкой, сел за стол и стал ждать. С чего я вообще решил, что они согласятся? Я и сам бы ещё вчера отказался. Это же «Рулетка»! Но вчера ещё не было молчаливой Полины, без привычного телефона в руках. И пустой Сашкиной парты на географии. И дурацкой лекции, потому что так положено. И отсутствия Никитыв сети. Но самое главное – вчера я ещё не знал, что для Никиты значит «Рулетка». Но рассказывать об этом нельзя. Я не могу признаться, что читал чужую переписку.

– Привет, – Игорь пришёл раньше.

– Я думал, у тебя ещё тренировка, – удивился я.

– Да там… – Игорь чуть поморщился, бросил на пол рюкзак и сел рядом.

Мы какое-то время посидели молча. Игорьхмурился и, поставив локти на стол, пощипывал мочку уха. Я не лез к нему с разговорами. Пил колу и пытался собраться с мыслями. Как им это предложить?

– Скоро они? – Игорь отпустил наконец своё ухо и посмотрел на меня.

– Да, должны уже подойти.

Входная дверь распахнулась. Я помахал рукой.

– Сейчас, – крикнул Денис и, повернувшись к Оле с Полиной, спросил: – Чтобудете?

– Молочный коктейль. Шоколадный, – ответила Оля.

Полина молча повертела головой: «Ничего», – и пошла к нашему столу. Она села рядом с Игорем и отвернулась к окну.

Оля с Денисом забрали поднос и тоже сели за стол.

Все молчали. Я не мог начать. Мне сло-вно горло сдавило. Слова застряли внутри и никак не могли прорваться наружу.

Оля распаковала трубочку, вставила её в крышку и посмотрела на меня:

– Ты чего всех собрал-то?

Надо решиться. Я глубоко вдохнул и вы-палил на одном дыхании противно треснувшим голосом:

– Давайте уйдём из «Рулетки»?

Глава 22. Оля

Мы уставились на Ваню.

– Давайте уйдём из «Рулетки», – повторил он увереннее.

– Ты серьёзно? – Мои пальцы сами начали мять фантик от трубочки.

Ваня сглотнул и кивнул. Полина положила руки на стол и сжала кулаки. Денис нахмурился. Игорь растёр руками уши.

– Зачем мы выполняем Никитины задания? Чтобы что? – Ваня начал говорить быстро, как будто боялся, что мы его остановим и он не сможет закончить. – Доказать, что мы что-то можем? Кому? И что доказать? Кому из нас от этих заданий ста-ло лучше?

Мы молчали.

– Если честно, только не смейтесь, – Ваня виновато улыбнулся, – я думал, мы будем какие-то опасные подвиги совершать. А мы только вредим сами себе.

– И в косяки въезжаем, – пробормотал Игорь.

– А знаешь, – я разжала пальцы, и смятый фантик упал на стол, – давай.

– Я за, – согласился Игорь.

– Полина? – Ваня вопросительно посмотрел на Полину. Она кивнула, разжала кулаки, и её ладони тут же начали гладить белую поверхность стола.

Мы посмотрели на Дениса.

– Как уйти? – Денис обвёл нас взглядом. – Я против! Мы сами пришли в «Рулетку». Нас никто не заставлял. И обещали участвовать. Все обещали! Никита, между прочим, только семь человек взял!

Полина прикусила губу. Ваня нахму-рился. А Денис распалялся всё больше и больше:

– Если уйдёте, какими глазами сами на себя смотреть будете? Сказал «а» – говори и «б». Неужели у вас никаких принципов нет?

– Но это же фигня полная! – Ваня махнул рукой. – Оставаться в «Рулетке» из-за обещаний.

– Если для тебя твоё слово – фигня, то ты сам себе определение дал. – Денис на секунду замолчал, словно не решаясь договорить. Но всё же закончил: – Ты, Ваня, похоже, просто струсил. Ты-то своё задание ещё не получил.

Ваня хотел возразить, но запнулся и замолчал.

– Денис, мы просто хотим уйти, и всё. Мы ничем не обязаны Никите. – Я встала из-за стола. – Если принципы тебе важнее – можешь остаться. Это твоё право.

Ваня молча поднялся и посмотрел на Полину. Она оторвала ладони от стола и впер-вые за встречу произнесла:

– Уходим.

– То есть для вас реально никаких принципов не существует? – Денис тоже поднялся. – Захотел – пришёл, захотел – ушёл? Правила в игнор?

– Ты такой правильный, аж бесишь! – Полина громко хлопнула ладонями по столу.

– Иногда единственное правильное решение – это нарушить правила, – Ваня говорил медленно, словно подбирая слова. – Мы для Никиты никто, пешки, подопытные кролики. А я не хочу быть кроликом.

– Ты даже не кролик. – Денис посмотрел на Ваню, слегка прищурясь. – Ты тёлка.

– Стоп! – голос Игоря стал непривычно жёстким. – Хватит нам вчерашнего вечера.

– Я против! – повторил Денис.

– Хочешь остаться – оставайся, – ответил Ваня. – Мы уходим.

– Ну и идите! – Денис снова сел. – Я думал, «Рулетка» нас объединит. Хотел влиться в ваш класс. Но, похоже, не получилось.

– Ничего ты не понял, – Ваня вздохнул. – Как раз сейчас мы объединились. Впервые. Жаль, что ты не с нами.

Мы молча вышли из «Точки» и остановились у дверей.

– Надо сообщить Никите, – Ваня достал телефон.

– А ты чего со своим Денисом-то неосталась? – подмигнул мне Игорь.

– В смысле? – не поняла я.

– Ну, вы же теперь вместе, после вчерашнего, – засмеялся он. – Вы же вдвоём ушли.

– Игорь, ты придурок? – вырвалось у меня. Боксёр, что с него взять. – Никакой он не мой! Я просто хотела его поддержать. По-человечески. Но тебе этого, похоже, не понять.

Ванины пальцы, набиравшие сообщение, замерли над экраном.

Глава 23. Никита

Никита бросил сумку с ноутбуком на пассажирское сиденье, завёл двигатель и наконец включил телефон. Тут же посыпались сообщения. Первым Никита открыл сообщение от Светы: «Привет».

«Привет, малыш, как ты?» – напечатал Никита.

«Меня завтра переводят из реанимации в отделение», – пришло сообщение и тут же: «Можешь больше не волноваться по тому вопросу».

«Светик, главное, с тобой всё в порядке! Я завтра к тебе приеду», – набрал Никита.

«Не приезжай. Никогда», – ответила Света.

«Малыш, ну ты что? Всё хорошо же будет! Поедем вместе в Германию. Ты будешь по этой вашей программе учиться. И меня, если сейчас всё срастётся, тоже на обучение отправят. У нас с тобой всё ещё впереди!» – пальцы Никиты подрагивали.

«Нас с тобой больше нет». – И экран погас.

Никита с силой ударил правой ладонью по рулю.

Телефон снова пиликнул. Никита открыл чат «Рулетка». Пробежал глазами переписку: «Давайте после школы в “Точку”». Потом открыл вчерашнее сообщение от Полины: «ЧТО ЭТО БЫЛО? Мы так не договаривались!»

Большие пальцы быстро застучали по экрану: «Я не мог не дать тебе задание. Это выглядело бы подозрительно. А прямой эфир с оскорблениями только повысит твою популярность. Я знаю, как это работает. Хейтеры привлекут в два раза больше подписчиков. Не психуй».

Пока Никита печатал, пиликнуло новое сообщение в общем чате: «Мы выходим из „Рулетки“». Сообщение с Ваниного номера.

Никита замер перед экраном и нахмурился. Телефон снова пиликнул.

Полина: «Уже не важно».

Никита отшвырнул телефон на пассажирское сиденье, выжал тормоз и резко воткнул передачу. Не включая поворотник, он ударил по газам и рванул с места.

Не важно?! Да это вам не важно, малолетки тупорылые! Вас мама с папой дома поругают, и всё, а от меня серьёзные люди результата ждут. «Рулетка» не игра.

– Куда лезешь, придурок? – Никита громко посигналил красному «Ниссану», попытавшемуся перестроиться перед ним.

Через неделю уже материал сдавать. Не успею – вышвырнут, и второго шансане будет.

– С дороги, овца! – Никита опять загудел, и девушка, ехавшая перед ним в белом «Форде», быстро перестроилась вправо.

Это же «Real Life», там только профи. Конкурс сумасшедший – семьдесят человек на место. На единственное место. Возьмут одного, у кого будет самый горячий материал. Хот! Настоящий. Я четыре года шёл к этому. Четыре долбаных года пресмыкался перед начальством в этой жалкой газетёнке, чтобы набраться опыта. Я должен это сделать! Должен!

Никита резко дёрнул руль вправо и, под-резав чёрный «Мерседес», визжа тормозами, припарковался у обочины. Он шумно втягивал носом воздух.

Ничего-ничего! Я ещё пободаюсь. Время есть. У меня всё ещё будет. Всех порву, но сделаю этот материал! Наберу новых пешек и выиграю эту партию.

Никита рывком сдвинул водительское сиденье назад и схватил сумку с ноутбуком. Пальцы быстро набрали привычную комбинацию с паролем, и на экране показалась заставка. Никита открыл файл «В работе», на долю секунды замер над клавиатурой и тут же открыл новый файл. Пальцы быстро печатали:

«„Рулетка“. Новая группа.»

Задача: статья о поведении подростков в стрессовых ситуациях. Изучение влияния взрослого организатора.

Данные: смешанная группа подростков. Обязательное условие: один новенький.

Важно: никаких личных отношений».

Глава 24. Саша

Свету перевели из реанимации. Мы собрались у больницы после школы. Оказывается, вчера все, кроме Дениса, вышли из «Рулетки». Я не ожидал.

– Через пятнадцать минут приёмные часы начнутся, – я посмотрел на телефон и убрал его в карман.

На дороге, ведущей к больнице, показалась высокая фигура Дениса. Он быстро приближался к нам.

– Всем привет! – поздоровался он.

– Денис? – удивилась Оля.

– Передумал? – Ваня улыбнулся. – Неужели решил поступиться своими принципами?

– Ну видишь, я же пришёл, – ответил Денис.

Всё-таки что-то было в этой «Рулетке». По-моему, мы наконец-то стали узнавать друг друга. Настоящих.

Ваня то засовывал руки в карманы, товытаскивал, переминался с ноги на ногу. Вдруг посмотрел на Олю и быстро, на одном выдохе, произнёс:

– Пойдём вечером в кино?

Оля на секунду замялась, а потом ответила:

– Нет, Вань, сходи лучше с Полиной.

Ваня покраснел.

– Представляете, – Оля отвернулась от Вани, – меня классуха поймала сегодня перед первым уроком в коридоре. Они, оказывается, сообщили в Германию об аварии. Герр Майер пожелал Свете скорейшего выздоровления. И сказал, что затраты на лечение и реабилитацию не предусмотрены у них в бюджете. В этом году Свету исключили. А я следующая в списке. – Оля запнулась. – Я пыталась отказаться. Но классуха сказала, что если не я, то поедет Швалёв. Так что я, получается, поеду вместо Светы.

– Ничего себе новости! – Полина достала телефон. – Давай сфотографируемся вместе, пока ты не уехала?

Она обхватила Олю за талию и сделала несколько снимков.

– Уедешь? – тихо спросил Ваня. – Будешь мне писать?

– Не знаю, – Оля закуталась в синий шарф.

– Круто! – Игорь похлопал Олю поплечу, а потом посмотрел на меня:

– Саша, помощь твоя нужна.

– Моя? – удивился я.

– Мне спарринг-партнёр нужен. Прихо-ди к нам в клуб. Будем вместе тренироваться. Тренер у нас нормальный. У тебя потенциал! Чемпионом станешь. – Игорь на секунду запнулся и добавил: – Да и дома никто на тебя руку больше не поднимет. Давай?

– Я подумаю, – кивнул я и снова посмотрел время на телефоне. Осталось пять минут.

В зал! Ничего себе. Игоря сам Рутников тренирует. Неужели возьмёт?

– Можно я прямой эфир проведу? – Полина впервые спросила у нас разрешение. – Расскажу, как мы ушли.

Я пожал плечами – мне было пофиг. Никто не возражал.

– Привет, друзья! Я почти на два дня пропала, но это не значит, что я о вас забыла! Вы даже не представляете, что у нас случилось! – Полина улыбнуласьв камеру. – Мы ушли из «Рулетки»! Исключили Никиту из командования нашими жизнями. И это такое классное чувство свободы! Чуть позже я расскажу всё в подробностях! А сейчас – пока-пока! – Полина помахала рукой и отключила камеру.

– Как думаете, а откуда всё-таки Никита всё про нас знал? – поёжилась Оля и спрятала руки в карманы.

– Сейчас любую инфу можно в интернете найти, – Денис пожал плечами. – Про каждого.

– Ладно, уже не важно. Идём. Приём начался! – Я позвал ребят внутрь.

Мы разделись в гардеробе, надели бахилы и подошли к пропускному пункту. Охранник перегородил нам вход и строго сказал:

– Куда такой толпой? Здесь больница, а не проходной двор!

– Мы к однокласснице, – попробовал объяснить я.

– Вы бы ещё всей школой пришли! – усмехнулся охранник. – Не положено! Пусть кто-то один пройдёт.

Мы растерянно переглянулись.

– Саша, иди ты! – сказала Оля. – Привет от всех передавай. Мы тебя подождём.

Я не заставил себя уговаривать и быстро прошёл мимо охранника.

Перед дверью в палату я остановился и замер. Прислушался. Было тихо. Я постучал и заглянул внутрь.

Света, бледная и осунувшаяся, лежала на кровати и читала. Она подняла голову от книги.

– Саша? – удивилась она. И тут же улыбнулась: – Привет!

У меня внутри словно зажглись бенгальские огни: сразу стало тепло и радостно. Я улыбнулся в ответ:

– Привет!

Глава 25. За месяц до «Рулетки»

– Привет!

– Привет. Мы знакомы?

– Пока нет. Но я предлагаю познакомиться.

– Зачем?

– Хочу тебе кое-что предложить.

– Ты извращенец?

– Нет, я твой поклонник.

– Серьёзно?

– Серьёзнее не бывает. Мне очень нравится твой аккаунт. И твои фотки.

– Спасибо.

– Но мне кажется, у такой девушки, как ты, должно быть гораздо больше поклонников и подписчиков.

– А, хочешь предложить мне купить левых подписчиков. Не, не интересно.

– Хочу предложить тебе помощь в продвижении. Совсем скоро ты станешь одним из самых известных и популярных блогеров в Сети.

– Всё-таки извращенец! Отвали! Никаких голых фоток не будет!

– Никаких голых фоток! Только интересный блог. Тебе понравится!

– Хм. Чё за блог?

– Об игре. Мы выберем семь участников, и ты будешь об этом рассказывать. Только семь человек. И только твоя ра-стущая популярность. Но если ты не хочешь, я не настаиваю. Предложу Быковой из «В». Она точно не откажется.

– Чего сразу Быковой-то? Ты её знаешь?

– Нет. Ты показалась мне интереснее и перспективнее. Поэтому тебе я предлагаю первой.

– А что за игра?

– «Рулетка». Все будут мечтать в неё попасть. Это будет очень маленький элитный клуб.

– Точно никакой обнажёнки?

– Обещаю!

– А тебе от этой «Рулетки» что?

– Какая тебе разница? Я сделал свой выбор, теперь твоя очередь.

Content

Екатерина Земляничкина
«Рулетка». Кто следующий?

Глава 1. Оля

Глава 2. Ваня

Глава 3. Саша

Глава 4. Света

Глава 5. Оля

Глава 6. Саша

Глава 7. Денис

Глава 8. Игорь

Глава 9. Никита

Глава 10. Света

Глава 11. Полина

Глава 12. Игорь

Глава 13. Саша

Глава 14. Ваня

Глава 15. Оля

Глава 16. Саша

Глава 17. Полина

Глава 18. Ваня

Глава 19. Файл «В работе»

Глава 20. Игорь

Глава 21. Ваня

Глава 22. Оля

Глава 23. Никита

Глава 24. Саша

Глава 25. За месяц до «Рулетки»