Звездный поток. Партизан

Глава 1

Интерлюдия: Ра, Кер, Ная и Ло. Нерушимая связь!

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

Когда прошли все сроки, когда доведенный четверкой фамильяров Стуний все-таки залез в защищенный архив Академии и прочел там неутешительное резюме о пропаже транспорта — двум котам и двум кошкам осталось только ждать. Ждать и верить. Что произошла поломка прыжкового двигателя. Что Ори, уже проворачивавший подобное, спасет всех в критической ситуации. Что, может быть, группе и их наставнику почему-то пришлось «лечь на дно»! Что… может быть… все будет хорошо! Опять. Когда-нибудь…

Для учащихся пропажу «Апасных» скрыли. Создали впечатление, что задавак отправили проходить спецкурс — но прямо об этом никому не сказали. Все ж работали профессионалы своего дела. Профессионалы, которые облажались. И такое бывает. Не часто, но все-таки. А раз есть спрос…

— В Академию прилетал архонт, пришлось его везде сопровождать, — филин, вернувшись в храм, первым делом отыскал четверку фамильяров Коррена. — Он взялся провести поиск пассажиров пропавшего транспорта. То есть Ори и Аню.

— Он их найдет⁈ — прозвучал идеально слаженный квартет. Лис Ильтазар, не в силах пока сказать ни слова, просто завыл!

— Больше скажу, — надулся оборотень. — Он их обязательно найдет! Витальная энергия неразрывно связана с жизнью и живыми организмами. Архонту по силам распутать клубок этих связей и проследовать по следам нужных.

— Но есть подвох, да? — первым догадался Синий.

— Может пройти не один год в поисках, — признался красный Птиц. — И совершенно не факт, что он найдет их живыми.

— Обрадовал так обрадовал, — глядя на помрачневших друзей, сказал Красный. — Но спасибо и на этом.

С памятного разговора прошло больше двадцати дней. И только спустя столь длительный срок что-то изменилось. Но не снаружи. Внутри.

— Стуний! — разноцветная четверка застала филина во дворе для медитаций. По широко раскрытым глазам оборотень понял, что что-то сильно не так.

— Что?

Коты переглянулись, и вперед выступила Ло:

— Ори. Он… он в большой опасности! Он сражается! Мы как-то чувствуем это!

— Слава Звездному Потоку и всем завихрениям его! — Стуний по-совиному осел на задницу, но даже не заметил. — Все четверо одинаково Ори ощущают?

— Да, да! — отмахнулась от дурного, по её мнению вопроса. — Делать-то нам что? Как помочь⁈ Или… все кажется?

— Не кажется, — Стуний выглядел сосредоточенным. — Я ждал и надеялся, что вы хоть что-то почувствуете. Помните, Ори рассказывал, что фактически дал каждому из вас часть своего сознания? Связи, дарованные энергией Потока, не могут работать на колоссальных космических расстояниях, но есть так называемый «эффект близнецов». Он, по видимому, работает на эффекте квантовой запутанности. Один близнец всегда чувствует то же самое, что и другой. Даже если они на разных концах Ста Миров оказались!

— То есть Ори…

— Жив! Теперь вы точно это знаете!

— … Сейчас действительно в беде⁈

— А вот с этим мы ничего поделать не можем. Чувства не вложить в навигационный компьютер. Коррен Талани должен справиться сам.

Глава 2

Одержимые

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Да и никакие это были не зомби, конечно. Анимированные Зверями Потока трупы. Те самые одержимые, про которых мне еще Стуний в Академии рассказывал. Сложив одно с другим, то есть, его информацию, и слова Шакала про поселение, в котором поклоняются Зверям, я примерно понял, что за атака мертвецов перед нами.

А потом еще и проверил догадку — для уверенности. Шибанул по ближайшему «зомбаку» ударом, отбрасывающим Зверей Потока — тот словно не заметил моих усилий. А теперь очередь из шариков плазмы — и в какой-то момент обугленные останки споткнулись. Еще раз волна… Есть! Из трупа буквально вынесло и отбросило в сторону визжащее, никому кроме шаманов, невидимое существо, больше всего похожее на какого-то слизняка. Заверещав, тварь тут же бросилась в том направлении, откуда мертвецы и явились. А я, снова придав себе ускорение, вернулся к команде.

— К нам идет возможность отработать отбрасывающую волну до противозвериного оружия, — моя улыбка против воли вышла кривой. Цзан и Шая, вам достаточно просто уничтожать анимированные тела. Прислужникам Клыкаря мы займемся сами. Джар, ты теперь наш коллега: смотри и учись!

— Будем считать, что это боевая, но не боевая ситуация, — проворчала Ренфолд, разминая плечи и пальцы. — А то немного непонятно, почему командовать выбрали меня, но делать этого не дают… Просто ворчу, забей. Зададим им жару!

Весь дальнейший бой с зомбями можно было описать примерно так: все лупили по одержимым Проявлениями, а когда Звери Потока послушно вылетали из тел, и в страхе пытались скрыть в джунглях — били волной в догонку, раз за разом пытаясь придать ей остроту. Собственно, на все про все, после того, как удалось разобраться в том, кто же наш враг, ушло вряд ли больше пары минут.

— Не самые свежие мертвецы, — Шая пару раз пнула носком ботинка высохший череп с остатками волос. В своей жизни эта девочка видела много чего, но точно не такого. Отвращения, впрочем, как и страха, я на ее лице не заметил. Скорее, академический интерес. Совершенно прикладного характера.

— Думаю, специально забальзамированные тела жертв того алтаря, про которое говорил Кривой зуб, — поправил я. — Они становятся для Зверей сосудом, которым те могут управлять. И страшно, и опасно — как драться с тем, кого нельзя убить?

— Ну, у нас-то получилось… — Ли брезгливо вытер ладонь о ближайшую лиану

— Так-то мы! — гордо вздернула подбородок аристократка. — Что нам какие-то вшивые анимированные куклы!

Я мысленно позвал «наложницу», а когда она обернулась — без слов легонько щелкнул ее по носу.

— Зверей послали самых слабых, — я вспомнил почти не оформленные очертания детей Потока, один только Слизняк чего стоял. — Скорее всего, это было что-то вроде разведки. Напугать, оценить наши возможности. Вспомните, какими они были неуклюжими. Даже без шаманских техник с ними справится несложно. Достаточно отрубить руки и ноги проявлениями или сжечь тела. Звери сразу же покинут ставшую бесполезной куклой.

— То есть, если Звери будут посильнее, то у нас проблемы? — тут же ухватила суть наша стратег.

— Я не знаю, — честно ответил ей. — Впервый с таким сталкиваюсь, только слышал краем уха.

— Ну вот сейчас и проверим, — иронично скривилась Шая. И повернула голову в сторону, откуда первый раз пришли зомби.

— Видишь кого-то?

— Движение было в лесу. Сейчас покажутся. Сместимся, примем бой в другом месте.

Во второй волне мертвецы были посвежее, если можно так сказать про мумии. Не вся плоть ссохлась, волосы были почти у всех. И одежда поновее. Но главное, их было больше. Если первая пачка насчитывала семь голов, то в этой их уже было десять.

А еще они были разными. Большая часть двигалась также дергано, как и раньше, сменяя неуклюжую ходьбу длинными прыжками, но трое идущих последними трупов, демонстрировали куда лучшее владение своими сосудами. Похоже, наша стратег угадала. Пришли Звери поопытнее.

— Делаем, как в первый раз, — озвучила очевидный план Ренфолд.

Так мы и поступили. Дождались пока зомби приблизятся на нужную дистанцию, и принялись выбивать из одного за другим дух. Когда семеро бывшими уже достаточно давно мертвыми тел застыли без движения, возглавляющий троицу их командиров махнул рукой. И из-за деревьев вышел еще десяток покойников.

— Да они издеваются! — возмутилась Анасдея.

— Тактика Белых Ходоков, — кивнул я.

— Кого?

— Да не важно. В комиксе, вроде, читал. Жалко, нельзя пустить пал им на встречу. Все проблемы бы сразу решили.

— Почему? — наложница тут же воплотила лепесток огня, бросив его в сторону очередного наступающего мертвого взвода. Пшикнув, тот сразу же погас. Даже траву не опалило.

— Высокая влажность, потому что, — вздохнул я. Да уж и где драконы, когда они нужны?

Следом за третьей пришла четвертая волна, за ней пятая, шестая и седьмая. Ренфолд заставляла нас каждый раз менять место столкновения, не совсем понятно, зачем. Являлись наши противники примерно с равными по времени промежутками, что наводило на мысли, что из мертвых тел мы выбиваем одних и тех же Зверей Потока. Кажется я даже стал их узнавать. По крайней мере Слизняка я видел уже раза три. И, кажется, в последний раз оставил ему на память неплохой такой надрез на «спине»! Или это просто популярная форма у низших Зверей?

Тройка вождей так и не вступала в бой, кидая на нас все новые и новые орды мумий. В какой-то момент Шая решила устроить диверсию и перебить руководство, но стоило ей и Ли двинуться по большой дуке в их сторону, как высокоуровневые мертвецы отступили.

При этом качественный состав штурмовиков не менялся, оставаясь таким же тупым и легко одолеваемым. Но даже на них приходилось тратить силы. И вскоре я начал чувствовать наступающую усталость.

— Они просто хотят нас вымотать, — поняла это и Аня. — Твари дохлые, чтоб они сдохли!

— Ага. Тогда те трое и попытаются напасть.

— И че они сделают? Также лягут, как и остальные!

Безусловно, новая Анасдея нравилась мне больше. Вот только ее шапкозакидательские настроения могли подвести. Похоже, избавившись от груза прошлого, она решила, что в будущем ей ничего не грозит. Слишком легко мы пока со всем справлялись. Надо будет с ней потом проговорить этот момент. Когда выберемся из этой заварушки.

Восьмой волной пришли совсем другие одержимые. Быстрые, подвижные и вооруженные каким-то ржавым холодняком. На этот раз их было больше, сразу двадцать штук, к которым тут же присоединилась и троица вождей. Растянув нам сектор атаки, они ломанулись вперед разом, пытаясь и фронт проломить, и фланги охватить.

Как мы не старались держать дистанцию — в какой-то момент пришлось принимать ближний бой. Ли с ходу врубился в левое крыло маленькой мертвой армии, раздавая жесткие удары, некоторые из которых отрывали противникам конечности. Новоявлянный шаман, что-то прошептав своему кролику, так и сидевшему на плече, поступил иначе. Взяв разгон и окружив себя щитами, он врезался в наступающих врагов, расшвыривая их словно кегли. Тех, до кого мог дотянуться, еще и молниями прожаривал.

Шая держалась за нашими спинами и орудовала силовыми полями. Экономными и точными бросками кинетики, она выводила из строя особо прытких мертвецов, ломая или отрывая им ноги. Благодаря чему мы с Анасдеей могли по ним попасть, выбивая Зверей из мертвых тел.

Но даже так в наших рядах появились первые раненные. Усталость начинала брать свое, и не все удары удавалось отражать даже укутанному в силовые поля Яну. В какой-то момент, уже разорванный пополам мертвец с ржавым тесаком, которого здоровяк оставил за спиной, ткнул его клинком в икру. Да с такой силой, что сразу же просадил защиту.

Но в конце концов справится удалось и с восьмой волной. Пару минут мы продолжали стоять на ногах, ожидая, что вот-вот появится девятая, но ее все не было и не было.

— Хуже, чем на тренировках с Ферандо! — Ильтазар села на землю там же, где стояла, засунув свою гордость куда подальше. Молодец, надо любой момент использовать для отдыха с таким противником. — Они вообще у них кончаются?

— Все имеет свой конец, — со значением молвил Ян.

Получилось у него довольно похоронно. Будто он не про пределы запасов мертвых тел сказал, а про нашу команду. Впрочем, внимая этому никто не придал. Это же Ян, в конце концов.

— Я проанализировала действия врагов и сделала несколько выводов, — Шая села рядом с Анасдеей. Были бы у нас силы удивляться, мы бы хоть пошутили над этим. — Тот, кто за ними стоит, действует шаблонно. Сперва прощупывает оборону группой слабых юнитов. Потом ими же устраивает постоянное давление. Когда силы защитников, то есть нас, ослабевают, отправляет в бой гвардию.

— Этих что ли? — аристократка вытянула ногу и пнула сухую оторванную от тела руку. — То есть, мы победили? Е-е-е…

— По логике вещей, гвардия должна была нас окончательно измотать, — продолжила Шая. — И тогда будет отправлена элита. Вот она то и будет последней волной.

— Да чтоб тебя, Ренфолд! — почти всерьез обиделась моя «наложница». — А сразу сказать нельзя было?

— А вот, кстати, и они…

— Ненавижу тебя…

Из-за деревьев на прогалину выходили новые силы противников. Спокойно, уверенно, дисциплинированно. Если предыдущие волны походили на орды дикарей, то сейчас к нам пожаловали регулярные вооруженные силы. Крепкие, с лучшими телами, и вооруженные.

А вот теперь все будет серьезно. Ладно, дракона не дадут, я уже понял. Но почему под рукой нет тяжелого плазмомета, когда он так нужен?

Глава 3

Божественный Клыкарь

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

— Только вот сражаться с ними нам не нужно…

Пока все мы настраивались на последний и решительный бой против элиты Клыкаря, Шая снова заговорила. И выдала буквально противоречащее тому, что утверждала раньше. В смысле, не стоит? А что делать?

— Бежать? — со странной интонацией протянула Анасдея. Такой, примерно: «Мне, боевому офицеру, кавалеру ордена „Золотой Поток“ с синим бантом, предлагают убегать от давно сдохших врагов⁈»

Поза, тон, выражение лица и горящий взгляд девочки как бы говорили, что потомственная Ильтазар никуда бежать не собирается. Вместо этого она собирается сражаться, и если придется — погибнет.

— Нет, — отмахнулась наша микростратег. — Мы ударим в то место, откуда мертвяки приходят!

«А она молодец!» — моментально перейдя от осуждения к одобрению злейшей подруги, сообщила Анасдея по мыслесвязи. В слух же уточнила. — А ты знаешь, где это место?

И тут выяснилось, что на каждой волне зомби, мы перемещались с места на место не просто так, а следуя замыслу Ренфолд. Оказывается, она таким образом пыталась высчитать вектора движения противника, чтобы с помощью такой вот примитивной триангуляции вычислить источник проблем. Храм этого самого Зверя Потока, который нас мертвым мясом заваливал.

— Понятное дело, что вероятность ошибки имеется, — сказала девочка под конец коротких объяснений. — Но она минимальна, я считаю.

— А с этими что? — Ли указал рукой на неторопливо наступающую дохлую элиту. — Они же, получается, как раз между базой врага стоят и нами.

— Не совсем, — командирша довольно улыбнулась. — Теперь градусов на тридцать. Если мы пойдем на максимальном ускорении, у нас есть неплохие шансы оторваться от элиты, и первыми дойти до храма и склада мертвых тел. Учитывая их скорость и нашу, люфт по времени составит 10–15 минут. Этого хватит, чтобы убить главного Зверя и сжечь запасы марионеток. Отдадим инициативу противнику, он нас в конце концов измотает и убьет.

— Ты все учла? — мне эта авантюра одновременно и нравилась, и нет. — Помнишь, там ведь наверняка куча Зверей Потока и сам Клыкарь. Думаешь, управимся с ними за десять минут?

— У нас два опытных шамана и один начинающий, — дернула плечом Шая. — С этими же разобрались.

А, ну понятно. Она же всей картины не видела, только результат. И поэтому ей кажется, что это довольно просто — победить Зверя. А ведь «опытным шаманам» даже не удалось ни одного из них убить — только прогнать. Я и Аня только к середине этого замеса научились сжимать отталкивающую волну в энергетическое лезвие, или, скорее, пилу — которое наносила бестелесным тварям ощутимые раны.

— Допустим. А как мы элиту-то обгоним? — Аня тоже чувствовала мои сомнения. — Джунгли, как бы, не беговая дорожка.

— Пустим Яна тараном, — как о чем очевидном хмыкнула Ренфолд. — Под щитами и на ускорении, он организует нам беговую дорожку.

Ну… Да, вообще-то. Даже странно, что сам об этом не подумал: ведь наш громила буквально минут двадцать назад уже демонстрировал этот фокус. Если нам не нужно скрываться, а лишь пройти по прямой от точки А к точке Б, то это оптимальный метод. Для «халка» вообще проблемой не станет.

— К тому же, — главный аргумент девочка явно приберегла напоследок. — Клыкарь, прощупав нас, на последнюю волну отправил своих лучших боевиков. Которых по определению не может быть много — иначе зачем все эти некромантские пляски? Значит, он тем же действием оголил подступы к собственному убежищу! Главарь этой бестелесной шушеры сейчас максимально уязвим.

Еще раз бросив взгляд на элитную мертвую пехоту, которой до нас оставалось дойти метров двести, я кивнул. Авантюра начинала выглядеть, как план.

— Так чего же мы ждем?

* * *

Бег по джунглям — отдельная особая дисциплина галактической рулетки! Растительность на скорости ливается в пестрый тоннель, изредка пронизанный лучами солнца, влажность заставляет все открытые участки тела буквально истекать потом пополам с водой, шум собственного дыхания заглушает даже треск уничтожаемой нашим «танком» растительности где-то впереди! Время отреагировать на падающую лиану, яму, внезапно оказавшуюся под ногами — мизерное.

Тем не менее, Шая оказалась права — в беге элита с нами даже близко не стояла. А уж когда мы вышли на оперативный простор, то есть на просеку, проложенную бульдозером по имени Ян, их призрачные шансы догнать нас, превратились в невозможные.

Здоровяк, что мне поразило — не ломился по прямой, сметая все на своем пути. Вместо этого так строил маршрут, чтобы еще и силы экономить. Я поначалу, признаться, ждал, что если на его пути окажется дерево, он его снесет. Но Ян предпочитал бороться щитами с кустарником.

По расчетам Шаи, храм Клыкаря должен был находится примерно в трех километрах к северо-западу. Для тренированного бегуна — пятнадцать минут. Солнечник пройдет дистанцию вдвое быстрее. Но из-за особенностей условий нашего марш-броска, у меня лично возникло ощущение, что мы бежим уже час, не меньше. Просто — ничего же не меняется вокруг!

Наконец впереди забрезжил свет, а спустя несколько секунд вся наша группа вылетела на чистое пространство. Не поляну, а скорее вырубки, но уже давнишние, успевшие наново зарасти молодой порослью

Довольно масштабные, надо сказать. Освободить от ползучих джунглей десятки, если не сотни гектаров — это титанический труд. Ну, если, конечно, речь не идет о тяжелом артиллерийском вооружении на борту космического корабля.

После полумрака густого леса, яркий солнечный свет на мгновение ослепил. И только поэтому я не сразу разглядел то, что находилось на другой стороне вырубок. Нет, не храм, хотя он там тоже был. Самое настоящее поселение в глубине джунглей! Довольно крупное, домов, навскидку под сотню.

Это было как будто мы попали другое измерение. Мир, полный принудительного геометрического порядка и спокойствия, который резко контрастировал с дикой природой и страстной джунглей. Остановившись, тяжело дыша, мы несколько секунд тупо таращились на деревню, пораженные открывшимся видом.

— Ну, охренеть! — выдал меньше всех запыхавшийся Ли. У пути Монаха определенно есть свои приятные бонусы. Хотя Ян мог бы его сделать, если б не втащил в одиночку самую сложную часть работы во время броска. — Я думал люди только на побережье живут, а тут дикие земли.

— Откуда… зомби… взялись… умник… — для Ренфолд пробежка далась тяжелее, чем для всех остальных. Уперев ладони в колени, девочка стояла и не могла надышаться.

— Ну, у пиратов… — хмыкнул шаолинь. — Да какая разница? Это же сколько тут народу живет?

— Больше двух сотен и меньше тысячи, — прикинул я, оглядывая поселение. — Если по домам считать.

После Элитеи, где плотность населения была просто неприличной, любой город или деревню можно было смело называть небольшой. Но для практически пустой планеты, которую выбрали для своей базы пираты, это поселение была довольно крупным. И ухоженным. Не просто дома-хижины — такие бараки из говна и палок тут тоже имелись, но больше по окраинам. Центр же был застроен вполне крепкими зданиями. Из бетона, камня, пластика и металла. Что говорило о том, что связь с большим миром у этого затерянного в джунглях поселения, имелась.

Чем дольше я смотрел, тем больше деталей подмечал. Посадочные площадки для атмосферных флаеров, достаточно большие, чтобы принимать грузы. Приземистые, но объемные склады, стоящие рядом с ними — где-то же надо хранить то, что привезли. Имелось даже что-то вроде ратуши. По крайней мере, я именно так двухэтажное здание для себя определил.

Но господствовал в архитектурном бедламе этого места, конечно же, храм. Чтобы понять, как это выглядело, можно представить себе обычную современную мексиканскую деревню, и влепить в самый ее центр культовую постройку из какого-нибудь Теночтитлана. Ступенчатую, действительно довольно сильно напоминающий пирамиды ацтеков, с алтарной площадкой на вершине, возвышающуюся над населенным пунктом и ясно дающую понять — жизнь здесь крутится вокруг Храма. Только вокруг него.

Все остальное: расчищенные от джунглей поля, на которых гнули спину десятки полуголых бедолаг, пруды, в которых разводили всякую живность, оживленный базарчик, где местные продавали или обменивали разные товары — все это было сопутствующим фоном вещами. Обеспечением благоденствия этой здоровенной бетонной бандуры.

Конечно, в отрыве от хоть каких-то благ цивилизации, все это поселение быстро скатилось бы в дикость и вымерло от болезней и антисанитарии. Но, судя по всему, здешняя власть каким-то образом поддерживала связь с «владельцами» планеты — пиратами. Обеспечивая их продовольствием, алкоголем и быть может даже растительными наркотиками, в обмен получая рабов, технологии, лекарства и оружие.

Последнее было самым что ни на есть простейшим — видать пираты не хотели качественно вооружать потенциальных конкурентов. И носила его охрана деревни, разнообразия ради, живая. Как я понял? Ну, мертвецы вряд ли бы стали дрыхнуть на посту. Или обмахиваться пальмовыми листьями.

Тем не менее, вооруженные силы у поселения были. Немного, я успел заметить десятка полтора людей с разнообразной ручной стрелкотней. И это значило, что наш первоначальный план: напасть на стоящий среди джунглей храм, спалить его вместе с запасом мумий, нужно было срочно пересматривать. Вот только времени на это не было. Буквально по нашим следам, с небольшим отрывом в десять минут, шли элитные зомби, поднятые здешним злым Зверем. И нам никак нельзя было оказаться между молотом и наковальней.

— Главный враг — наверняка в пирамиде, — осмотревшись, решила Шая. — Аня и Ори, он на вас. Я, Джар и Кунг постараемся найти уничтожить тела для анимации. Рядом с храмом есть какие-то нежилые строения — я бы разместила морг и хранение после обработки там. Если что — в составе нашей тройки Джар, он хотя бы увидит противника, если он в бестелесной форме. Вопросы?

Вопросов у меня скопилось порядочно. Например, почему командир решила, что трупы после приношения в жертву складируются не в пирамиде? Я бы, например, так и сделал: тащить после убийства меньше и всегда под рукой.

«Слишком мало места, чтобы удобно разложить для хранения,» — подсказала мне Анасдея. Моя «наложница» тяжело дышала после марш-броска, но решимости схлестнуться с врагом, устроившим на нас загонную зомби-охоту прямо-таки горела.

— Вопросов нет, — решив разбираться по ходу, если что, окончательно выкинул из головы остальное я. Главное — перевести дух успели.

— Тогда — в атаку!!!

И, подавая пример, первой сорвалась в стремительный бег. Ничего не оставалось, как последовать её примеру.

Деревня культистов и с опушки выглядела большой, а изнутри показалась еще больше! И довольно оживленной. То, что я принял за ярмарку оказалось небольшим базарчиком, на котором продавали, видимо, какую-то ерунду для их культа. Наверное. Мазнул краем глаза, даже не пытаясь чего-то там разобрать. Потом гляну. Может быть. Как пойдет.

Как только застройка стала поплотнее, мы с Ильтазар синхронно запрыгнули на ближайшие крыши и дальше старались вниз не спрыгивать. Нас, конечно, замечали — даже пальцем тыкали. Но как-то активно реагировать даже не пытались. Хотя парные патрули по улицам то там, то здесь ходили. Зато когда пришлось спрыгнуть на мощеную площадь перед храмом — нас уже ждали. И без всяких церемоний попытались пристрелить!

Шесть стрелков в чем-то по мотивам полицейской, что ли, формы — и два раздетых по пояс мужика с какими-то украшениями на голове. Жрецы, что ли? Помня о зомби-погоне, тратить время на захват языка мы с Аней тратить не стали. Свою тройку стрелков Ильтазар выбила мощными кинетическими ударами, ломая кости и разбрызгивая кровь, а жреца красиво добила почти без паузы выпущенными молниями: обычной и шаровой. Первая пробила щит, вторая взорвалась, раскидывая брызги и ошметки. Бен Ферандо возгордился бы ученицей, если б это чёткое безошибочное комбо увидел!

Со своими противниками я справился, сбив с ног узким движущимся барьером на уровне колен, и сразу же обрушил второй сверху прессом. Грудные клетки треснули. Грязно? Грязно. Но я успел почуять металлический запах застарелой крови, исходящий из пирамиды. Кажется, её тут буквально море пролили и продолжают процесс!

— Чую! Кто посмел разлить кр-ровь моих слуг? Р-р-рау! — беззвучный, но пробирающий рык заставил задрать головы к вершине храма, на которую прямо из бетона выбрался… наверное, все же саблезубый тигр! Огромный, явно больше своего биологического прототипа. Вот ты и нашелся, «божественный» Клыкарь.

Новый прием, разработанный мной и Ильтазар из кругового отбрасывания Зверей, еще не получил названия — но и безымянным неплохо вгрызался в энергетические тела наших врагов. Клыкарь испытал это на себе: мы метнулись по боку пирамиды вверх, буквально осыпая его ударами. И тварь проняло!

— В-верные, ко мне!!! — одним прыжком саблезуб взвился в небо — но мы его и там достали. — Быстрей же, скоты!!!

Подкрепление из Зверей полезло на оперативный простор тем же путем — прямо сквозь бетон храма: видно, внутри были какие-то особые укрытия, где полагалось находиться «верным». Нам немедленно пришлось перенести фокус атаки: невидимые лапы с когтями и клыки, стоит только подпустить противника — могут оставить вполне реальную рану. Подпускать мелочевку — по сравнению с хозяином храма, конечно — не стоило. Кстати, а где приснопамятный Кривой зуб? Неужто в догоняющей группе в джунглях?

Первые попадания в слуг Божественного показали колоссальную разницу в прочности: если попадания по Клыкарю оставляли резано-рваные раны, то слабосилков распиливали на раз! Такой бойни не ожидал никто: ни сам лев-ссыкун, сумевший разорвать дистанцию ценой жизней доверившихся ему, ни «слуги», ни шаманы-жрецы, вырвавшиеся из дверей пирамиды на площадь. Ни мы с Аней, если честно.

Если уцелевшие неразумные Звери просто порскнули в стороны на максимальной скорости — то люди с голыми торсами, наоборот, застыли, пораженно пуча глаза! Где бы они не учились Пути Шамана — подготовка по другим Путям у них была околонулевая. Простейший прием с пересозданием щитов друг за другом они не освоили. В итоге, я их просто раздавил — вслед первой убитой группой. Только после этого понял, что в зданиях вокруг площади идет перестрелка. Шая включилась в бой! А, может, не только она: что-то слишком уж много стволов включилось в дуэль.

— Предатели!!! — Клыкарю с воздуха отлично было видно, как бегут его «слуги». — Покараю сразу за святотатцами!

— Как «страшно»! — задорно выкрикнула Анадея, и засадила «Потоковую пилу» (вот и придумалось название!) прямо в грудь мега-зверю. Сквозь выставленный им кинетический барьер. Оп-па, а вот это неожиданно было!

— Кара Господня! — оглушительно заорал-заревел саблезубый тигр, выпуская в нас Аней целую охапку молний. Теперь уже наши сферические щиты затрещали от перегружающего их электричества. Если бы не продвинутый защитный прием мастерского уровня — он бы нас достал. А так получилось ровно наоборот: пытаясь додавить, Клыкарь снизился… и получил охапку «пил» в подставленное брюхо! Две охапки: я тоже не сидел без дела. Молнии слепили, но в средоточие витальной энергии прекрасно получалось прицелится и с закрытыми глазами. А, и в этот раз мы с Ильтазар смогли свестись почти что в одну точку.

Дикий рев боли сотряс землю, как будто землетрясение началось. Храм под нами закачался, будто не стоял на земле, а плавал. Это заставило нас замешкаться и враг наверняка бы сбежал и успешно залечил бы первую полученную за бой серьезную рану… Но в этот момент небо перечеркнула длинная стремительная тень и Клыкаря снесло с неба, вызвав новые толчки. Рухнул дом, куда он упал. В облаке поднявшейся пыли два огромных силуэта продолжили борьбу не на жизнь, а на смерть. Второй принадлежал огромной змее. Пока мы спустились и добрались до развалин — все закончилось. Клыкарь из-за нанесенной нами раны проиграл — и стал обедом для… змея с перышками вокруг шеи и парой несоразмерно-маленьких крылышек?

— Чё смотрите? — он нас заметил, но не попытался напасть, а наоборот, возносясь на вершину пирамиды. — Теперь это мой храм. Немедленно возносите хвалы Божественному Кель…

Зверь, то есть змей Потока разглядел характерные движения энергии в наших руках и затараторил:

— Просто Кель, никакой божественности! Вы что, шуток не понимаете⁈ Резкие детишки нынче пошли…

Так, кажется с этим можно хотя бы поговорить. Может, даже мирно договорится. О, и стрельба стихла. Как удачно.

Глава 4

Чужой план

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Горячка боя не просто так именуется «горячкой». Пока тебя пытаются убить, а ты убиваешь в ответ и жизнь реально может прямо здесь и сейчас взять и закончится — голова совсем по-другому работает. Вот и сейчас — несколько мирных секунд словно сменили фильтры в глазах и ушах. Я услышал треск нескольких пожаров и почувствовал в воздухе запах гари. Ощутил горячее солнце над головой. Услышал крики людей: пока одни добирались до площади и тыкали в пальцами в вершину нашей пирамиды, другие уже успели добраться до границ джунглей. Кто налегке, а кто и скарб прихватить успел.

Но главным зрелищем являлся, безусловно, змей Кель. Головой этот Зверь Потока мог бы меня придавить от шеи до ступней — просто положив сверху. Общая длина… короче, длинный он был. И не тонкий. Особенно сейчас, когда в районе желудка угадывались утолщения от съеденного собрата. М-да. Конечностей у Келя не было, если не считать пары птичьих крылышек, довольно смешно выглядящих на фоне всего остального тела. И вот этот тип сейчас по-хозяйски устроился на крыше пирамиды, полностью закрыв кольцами тела алтарь. Я не очень-то разбираюсь в змеях, но по-моему наш визави наслаждался занятым положением. Занятым, между прочим, не без нашей с Анасдеей помощью.

— Удобно? — со смесью издевки и участия спросил я его, мысленно попросив Аню потратить время, пока мы со Зверем «мило болтаем», на отдых.

— Слушай, как под меня строили! — оживился Кель. — Подумываю тут остаться. С Клыкарем я справится вам помог, имею теперь полное право получить за это свой маленький гешефт. А вы, маленькие шаманы, идите, что ли, уже. Там, внизу, не ваших друзей зажать пытаются?

Если бы не мост-между-разумами, пришлось бы отвлекаться и крутить головой. А так это сделала Ильтазар, а я продолжил буравить змея взглядом.

— То есть человеческие жертвы принимать и на противников анимированные свитой трупы пускать? — уточнил я.

— Конечно! — самодовольно фыркнул Кель… и тут же дернулся, когда у меня в ладони начала формироваться «пила». — Эй! Эй! Притормози! Я хотел сказать: конечно нет! Я вообще сейчас вот пойду… полечу… Сами разбирайтесь с теми местными, что сейчас сбежали, а ночью попытаются вам отомстить за своего бога. Командиры анимированных трупов их в такой возможности прекрасно убедят… и выставят «зомбей» в качестве усиления. Поскольку даже одаренные устают — думаю, у них все получится. Не важно, в деревне вы останетесь или попытаетесь скрыться в джунглях.

Твою ж! Уверен — так и будет. Правда, потом главные прихлебатели покойного Клыкаря передерутся за временно пустующий храм — кто станет новым божественным. Но это будет совсем другая история, от которой нам ничуть не легче. Нападая на деревню, мы ведь не строили никаких планов на будущее — просто пытались выжить. Если уж на то пошло, мы и про поселение-то не догадывались. Думали, стоит себе посреди джунглей опутанный лианами храм, в темных помещениях которого ждут своего часа мертвецы. А тут вон как вышло.

— Значит, мне нужно позволить тебе объявить себя местным божком? — прищурился я.

— Не просто позволить, а еще и активно помочь! Вы тут успели накуролесить, здешние шаманы вам и в подметки не годились. А так все логично: у сильного Божественного сильные жрецы. И вместо дальнейших попыток выжить получите надежную гавань и власть над этими на самом деле весьма полезными в своей управляемости людьми. И не придется повально всех убивать.

Я невольно начал проникаться уважением к змею. Действительно, что с этой кучей то ли дикарей, то ли фанатиков делать теперь? Сказать — люди, вы свободны от «богов», идите куда хотите! Так ведь не пойдут. Быстро найдут себе другого Зверя, и стали уже ему приносить жертвы — благо, желающих кроме Келя еще как минимум трое, по числу прихлебателей-командиров Клыкаря. Кстати, о «зомби» и их погонщиках.

— Получается, ты наблюдаешь за нами как минимум с первого столкновения в лесу, — медленно протянул я.

— Поверь, ваш хоровой «зов» было трудно пропустить, — осклабился Кель. С его пастью человеческая мимика смотрелась совершенно безумно. — Просто в отличии от некоторых идиотов, я предпочитаю сначала понаблюдать издалека. Потому прекрасно знаю, что вы в сложной ситуации. И совершенно очевидно, что плана у вас нет. А у меня — есть, ты сам слышал! Ну как, согласен?

Вот же хитрый… змей! И переговорщик от… Потока! Заболтал, закружил. Веры ему, конечно, нет никакой…

— Эм, маленький шаман! — позвал Кель внезапно. — Ты если что-то решаешь, то делай это поскорее!

Ильтазар, не вмешивающаяся в переговоры, без слов ретранслировала мне то, что сама видит. В то время, пока мы гоняли Клыкаря, остальные апасные довольно жестко прошлись по центру деревни. Шая сказала никого не жалеть, вот они и не жалели. В результате парочка зданий рядом с ратушей горело — видимо там наша стратег подозревала хранилище мертвых тел. Еще пяток были просто повреждены: крыша обрушилась или часть стены отсутствовала.

Сами курсанты элитейской военной Академии сейчас были заняты тем, что сгоняли обезоруженных защитников деревни на одну из посадочных площадок неподалеку от ратуши. Там проще всего их было контролировать. Если у кого-то из взрослых мужчин и были раньше вопросы, чего это их десятилетки словно скот гоняют, то после парочки убитых упрямцев, все они отпали.

Остальные жители поселения разделились на два лагеря. Одни тупо стояли и таращились на происходящее, даже не пытаясь тушить горящие здания. Другие тихонечко, стараясь не привлекать к себе внимания, линяли к лесу. С каждой минутой все больше людей из первого лагеря присоединились ко второму.

Было крайне неприятно это сознавать, но пернато-хвостатый говорил дело. К ночи беглецы опомнятся, решат, что даже одаренным нужно спать, и рискнут вернуть свою жизнь — какой бы паршивой она с моей точки зрения не виделась. И мы, вместо долгожданного отдыха и возможности хотя бы ненадолго перевести дух, получим новые проблемы.

Отбиться-то, конечно, отобьемся…

По-хорошему надо было бы обсудить все с командой. Но срывать их сейчас на брифинг, оставляя без контроля плененных тонтон-макутов и тратить время на разговоры — такой роскоши мы не имели.

— Хорошо! Ты становишься временно исполняющим обязанности божеством этого поселения! — выдал я. — Но все дальнейшие решения будем принимать только вместе! И никаких человеческих жертв. Если нужно — будем баранов на алтаре резать.

— Как скажешь, маленький шаман!

Пернатый змей блеснул внушительными клыками. В тот же миг взлетел к самой алтарной площадке и показался всем неодаренным. Над деревней тут же раздался слитный вздох.

— Имя мне — Божественный Кель! — трубным ревом оглушил всех Зверь Потока. — Я ваш новый бог! Я убил Божественного Клыкаря и по праву сильного забираю себе его паству! Склонитесь, восславьте имя мое или умрите!

Радикальненько! Впрочем, подействовало замечательно! Милиция этого поселения рухнула на колени первой, застывшие и ни на что не решающие жители последовали их примеру с паузой в несколько секунд, а беглецы, уже добравшиеся до границы леса, остановились и в страхе уставились на Великого Змея.

Он и правда производил впечатление. Перламутровая чешуя сверкала на солнце, перья шее вздыбились, создавая своеобразный воротник-жабо, а распахнутая пасть была способна в один присест заглотить не только человека, но и быка.

— Эти пятеро детей, — между тем продолжил говорить Кель, — Мои жрецы! Каждый из них могущественный шаман! Повинуйтесь им, ведь они являются проводниками моей воли! Каждый, кто пойдет против них — пойдет против меня! Я тогда я не только уничтожу святотатца, но и лишу его посмертия! На веки сделав из него мертвого слугу!

Теперь уже и беглецы стояли на коленях. А вот соратники все больше смотрели не на «Божественного Келя», а на меня. С таким хорошо читаемым даже на расстоянии выражением: «Ори, а что происходит!» Особенно яростно этот вопрос горел на лице Шаи Ренфолд.

Благодаря мосту между разумами, в суть происходящего я сумел ввести только Анасдею. А вот остальным только предстояло объяснить суть нашего странного пакта.

— Слышь, божественный? — тихонько позвал я змея. — Ты наговорился? Надо прищучить клыкаревских недобитков, пока они сбежавшую в джунгли часть паствы не отбили.

— Сейчас же я уйду, чтобы сразить последних приспешников Клыкаря! — услышав, но ответив не мне, проревел. — Вы же слушайте жрецов моих! Вернувшись, я вознагражу послушных и накажу непокорных!

Исчезнув для всех, кроме шаманов, пернатый полетел к опушке джунглей, на ходу иронично бросив мне: «Развлекайтесь!»

— Жрецы! На пирамиду! — тотчас позвал я команду.

Насколько я понимал, после устроенного «божественным» Келем представления, нам не было нужды контролировать ни милицию этого поселения, ни знать. Вакуум власти был заполнен, и в головах сектантов снова восстановилась целостная картина мира. Новый бог убил старого бога, назначил новых жрецов, пора сеять маис и ловить в реке крокодилов.

— Какого?.. — и далее непечатно вопросила командный стратег, когда все «апасные» собрались на верхней ступени пирамиды, в одном уровне от алтаря. — Ты что тут устроил, Ори! Какой бог, какие жрецы? И кто этот змей⁈

Ли с Яном молчаливо присоединились к вопросу. И я, насколько это было возможно, сжато, все им объяснил. В том числе, что особого выбора, кроме как возглавить это поселение, у нас не оставалось. Ну или начинать готовится к кровавой резне бензопилой, когда нас придут наказывать за случившееся.

— В конце концов, нам все равно понадобилась бы база, — задумчиво произнесла Ренфолд, выслушав меня и оглядывая с высоты наши «владения». — Так почему бы и не здесь? Но рабов нужно немедленно освободить!

Несмотря на то, что девочка Шая была трезвомыслящей, и быстро приняла динамично меняющуюся ситуацию, имелись у нее и собственные пунктики. Я и сам рабство на дух не переносил, были причины, так что спорить не стал.

— А вот я бы не стал! — откуда не возьмись, появился вдруг Кель. Причем, видимый для всех нас. Судя по его довольному виду, он не просто разогнал мелких Зверей из мертвецов, но и переподчинил их себе. — Ибо сказано — не разрушай все в один день! Раздели на несколько!

— Кем сказано? — поинтересовался Ян.

К чести «апасных», никто из них не вздрогнул, когда пернатый змей возник словно бы из ниоткуда. А здоровяк и вовсе, кажется, начал привыкать к своей новой роли. И к тому, что видит то, чего вроде бы нет.

— Мной! — горделиво оскалился змей. — Бог я или не бог? Нет, ну в самом деле, мои юные жрецы, это совсем не разумно! Пожалейте вы бедных сервов! У них в один день бога убили, нового назначили, а теперь еще предлагают рабов отпустить! Да они же разумом помутятся!

— Это не обсуждается! — холодно бросила Шая.

— Все обсуждается, — отмахнулся хвостом Кель. — И дело даже не в том, что мне нравится рабство. По правде — мне все равно. Но существует сложившаяся социальная и экономическая иерархия в обществе, которую нельзя рушить бездумно. Это приведет к последствиям, знаешь ли. Нехорошим последствиям.

— Каким еще последствиям? — Ренфолд фыркнула. — Люди станут свободными и сами будут решать, как им жить?

— Свобода — это да! Свобода — это святое! — не скрывая сарказма произнес Зверь. — А пища, ночлег и безопасность — это так! Ерунда, не стоящая внимания!

— Причем тут…

— Еда? Но, им же нужно будет что-то есть? Рабам, которых ты освободишь? Я слышал, люди постоянно едят!

— Мы дадим им еду?

— А где возьмете?

— У их бывших хозяев!

— То есть ограбите одних, чтобы накормить других? Ну что же, это тоже решение! Ты не подумай, я не против!

— Мы не будем грабить!

— Тогда, чем заплатите?

— Это будет компенсация за рабский труд!

— Хорошо! Нет, в самом деле хорошо! Справедливо! А чем тогда займете освобожденных? Как защитите их бывших хозяев от праведного гнева вчерашних невольников? Ты готова к тому, чтобы по деревне праздно шатались сотни бездельников, не знающих чего бы такого сотворить? Злых и обиженных бездельников?

— Привлечем их к общественным работам! — Шая спорила уже на чистом упрямстве, понимая в принципе, что она уже проиграла.

Мы же в перепалку не вмешивались. Не скажу за остальных, но я — потому что был с Келем согласен на все сто. Не про рабство, а про разрушение работающих систем. Чтобы сломать старое, нужно сперва придумать новое. А то мы тут в крови захлебнемся.

— А, так все-таки к работам! — «восхитился» змей. И забивая последний гвоздь, уточнил. — А платить чем будете?

Итогом этого короткого, но бурного спора стало решение оставить пока все как есть. Временно. Как только придумаем, чем заменить, и как сделать так, чтобы все не посыпалось, сразу же начнем освобождать рабов. Но пока сложившийся порядок вещей не трогать. Ну, кроме упразднения человеческих жертвоприношений.

— Замечательно! — воскликнул «божественный». — Ну, если мы все решили, то у меня дела. На самом деле — много дел! Нужно всяких слабаков еще нагнуть, объяснить им новый порядок. На этот счет можете не волноваться, партнеры! А вот с людьми — давайте-ка сами. Никогда не умел с ними договариваться! Проще запугать. Но это же не наш метод, верно?

С этими словами, он снова растворился в воздухе, а миг спустя появился на алтаре. Обернулся вокруг него несколько раз, поднял морду к небу и оглушительно зашипел. Одновременно с этим мы с Аней почувствовали мощный выплеск энергии. Похожий на тот, что мы сами выдавали, создавая Зов. Похоже, новый владыка созывал вассалов принести ему клятву верности.

— Меня это бесит! — призналась Шая, которая в отличие от нас Келя уже не видела. — Всю жизнь считала, что Звери Потока — это сказочные персонажи. А тут от них не протолкнуться просто! Ори, вот что за фигня! Ты же шаман? Вот и скажи, почему на Фортуне будто бы заповедник Зверей?

— Да тут дело не в заповеднике, — думая немного о другом, ответил я. — Звери есть везде, где есть Жизнь. На каждой планете, обладающей полноценной биосферой счет идет на тысячи. Другое дело, что такого количества слишком мало, чтобы создать хоть какую-то ощутимую плотность. Тем более, что молодые Звери стараются держаться подальше от мест, где человек вмешался в естественные экосистемы. А если даже кого вдруг разберет любопытство — шаманов, способных их увидеть, еще меньше. Требуется длительное развитие, чтобы заполучить разум и научится проявляться в видимом и осязаемом виде, как тот же Кель. Одна из причин, почему Звери ищут себе партнера-шамана и становятся фамильярами — желание ускорить процесс и получить столь желаемую силу и умения. И защиту.

Я указал на кролика, по-прежнему сидящего на плече Джара.

— Здесь их развитие насильно перекрутили. Кто-то когда-то, возможно шаман из пиратов, привез сюда сильного Зверя Потока. Возможно, своего фамильяра. И начал его кормить жертвам, чтобы он стал еще сильнее. Тот рос, а по мере этого, вместо того, чтобы жрать — стал вербовать себе подручных из местных неразумных Зверей. Даже делился с ними жертвенной энергией, способной усвоится организмом, а не протечь сквозь него, как обычная энергия Потока. За счет чего свитские Звери быстрее становились сильнее. А когда пират забрал окрутевшего фамильяра — самые сильные из них попытались устроить собственные культы. Как-то так. Но сейчас не это важно, Шая.

— А что?

— Кель прав. Нужно брать под контроль администрацию этого поселка. Не всех же мы перебили, да? А то как-то не очень хочется вручную всем рулить.

Глава 5

Цель

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Подальше от начальства, поближе к кухне — рецепт известный во всех мирах, где ступала нога человека. Стоило только нашей пятерке ступить на лестницу, ведущую с пирамиды вниз — и все деревенские жители, подтянувшиеся защищать храм, как-то незаметно растворились в окружающем площадь хаосе. Несколько замешкались только те, кто тушил пожары и разбирал завалы. С этими действиями они справились… и награды за неравнодушие сами себе вручили, подобрав на месте и сложив в мешки. Иногда одного мешка не хватало и перли в двух, перекинув через оба плеча! Какие милые, душевные люди!

На площади осталась только одна организованная группа: несколько стариков, одна пожилая женщина и крепкие молодчики с примитивным, но от этого не менее опасным оружием. Я про кинетические дробовики-двустволки говорю. На многих более молодых лицах угадывались родственные черты с пожилыми предводителями.

— Я Казимеж, староста Багровых кущ, — едва дождавшись, пока мы спустимся, выступил вперед самый представительный старый хмырь.

А вот и администрация.

— Как выправлять думаете, что порушили? — со смесью опаски и превосходства спросил этот типок. Явно ожидая, как мы отреагируем. И дождался.

— Только этого на алтарь или сразу всех? — деловито спросила у меня Ильтазар, опередив открывшую рот Ренфолд. Все-таки мост между разумами — очень удобная штука. Можно было доверить переговоры нашему тактическому гению, но я вдруг понял, что не очень-то понимаю, что она сейчас выкинет.

— Надо будет новых набирать… — напоказ скривился я, не обращая внимание на направленные на меня стволы.

— Ежли ентих байстрюков грохнуть, новый Божественный как вернется — глядишь других найдет, — пробухтел самый крупный стрелок. — С прошлыми ж, ты, бать, сказывал — так и вышло!

Эх, простота! Что хуже воровства. Ну вот где они были, когда Ли и Яр под командованием Шаи тут все вдребезги и пополам разносили? Где-то отсиживались, не иначе. А то б повежливей были.

Движущийся щит рухнул на головы этим «представителям власти», в первую очередь заехав по макушкам рослым родичам сморчков, считающих себя главными. Удар постарался рассчитать так, чтоб уронить всех на похожее на асфальт покрытие, но усталость сказалась, и получилось чуть сильнее. Зато никто выстрелить не успел, даже случайно. Правда, Аня все равно страховала нас дополнительным барьером.

— Коррен, ты что творишь⁈ — прошипела у меня из-за спины наш командир.

— Тебе жалко глав деревни рабовладельцев? — с удивлением оглянулся я на неё.

— Нет, конечно! — возмутилась она. — Только ты ж сам сказал, что надо взять под контроль. А ты что наделал?

— Сломал шею самому высокому, а остальных просто оглушил, — присмотрелся я. — Ты не слышала, как они в открытую нас убить обсуждали? Эти по-другому не поймут.

— Ори прав, — поддержал меня Цзан. — Только мне кажется, выжившие очнутся и возьмуться за старое.

— Вот сейчас и примем меры, — пообещал я. — Соберите оружие пока они в отключке.

Со старостой пришлось повозится — это при том, что я не собирался его, собственно, излечить ото всех болячек. За это время шесть двустволок и пара пистолетов поменяли хозяев. Одно ружье взяла в руки Ильтазар, и я поразился, какой у него калибр. В каждый ствол сразу по три пальца всунуть можно!

— Ты уже в норме, хватит придуриваться, — я разогнулся и легонько пнул под ребра, как его там… Казимыша? И следом для ускорения подъема косо толкнул в спину движущимся барьером, буквально вскинув на ноги. Крутой и визуально пафосный прием! Так и тянет им пользоваться почаще.

— Как самочувствие? — насмешливо спросил я.

Визави злобно зыркнул на меня… и тут же удивленно распахнул глава.

— Не болит… спина?

Открытие старосту так удивило, что он, кажется, забыл про лежащих в беспамятстве союзников.

— Обученный одаренный — это не только боевая машина, голыми руками способная навоевать как сто солдат, но и «аптечка», способная вылечить то, что ни один врач не исправит, — наставительно произнес я, даже не соврав. Так, опустив подробности. — А вы на нас буром поперли, как бессмертные. Ну-ка, поясни за дерзость? Только нормально отвечай, а то отниму, что сделал, и еще покалечу вдогонку!

— Так мы думали, вы как эти, которые до вас были, — сначала отшанувшись, немедленно пошел на сотрудничество Кази-кто-он-там. — Они ж не умели нихрена, только за Слуг Божественного прятались! Три весны назад подстрелили одного по пьянке — так Клыкарь другого вместо него обалдуя поставил! И пираты ничего не заметили.

— Пираты, значит? — не утерпела Шая.

— У них с Божественным вроде договора было, — задницей почуяв опасность, зачастил староста. — Рабы под нож в обмен то, что он кого-то из них своим сильным слугой вроде как награждает…

— А вы им зачем, в смысле, деревня? — встал между стиснувшей зубы Шаей и старостой Ли.

— Так рабов кормить надо, следить, чтобы не разбежались, — удивился столь очевидному вопросу Казимеж. — Их же нельзя сразу всех в один момент на алтаре прирезать. Для лучшего эффекту, как я слышал — по одному да не каждый день. Ну и чего добру пропадать? Вон пусть работают на полях! Некоторых, кто посмекалистей, забираем в деревню насовсем: чего пустые дома плодить?

— И часто сюда пираты прилетают? — выделила главное Ильтазар.

— К урожаю дури, в этот раз весь забрали, недавно был, — пожал плечами староста Багровых кущ. — А бывает, что и год, и два не видно.

Интересно как.

— А сами торговать на побережье не летаете? — бросил пробный камень я.

— На чем? — скривился престарелый представитель местной власти. — У моего деда был флайер, сказывают. Но как только Божественных привезли — небо нам теперь заповедно! Даже если достать где — засекут и собьют. Так всем и передали. И все рации и терминал отобрали.

Какая прелесть.

— А хотелось бы, наверное, до побережья добираться по своему желанию… — протянул я. — Чтобы лекарств нормальных прикупить, еды вместо своей приевшейся. А то и врача привезти, если совсем прижмет. Так где там наш дом, вы сказали? И давай помощников твоих в чувство приведем, мебель там таскать помогут. Но только твоих.

Кажется, есть контакт! Теперь этот Казик все сделает, чтобы не допустить чужих к такому ресурсу как новые жрецы! А то приперлись тут слежавшейся коалицией. Интересно, что Клыкарю пираты скинули нас ориентировку — а местных пейзан даже в известность не потрудились поставить, хех. За счет чего даже отдохнуть получится спокойно… Наверное.

Я давно заметил одну закономерность: чем примитивнее ум человека, тем ярче выражено его чувство собственного достоинства и тем сильнее тяга к тому, что связано с понятием «дорого-богато». Если брать эту мысль за абсолют, то раньше в жреческих аппартаментах обитали совершеннейшие тупари.

Серьезно! Когда команду со всем уважением (теперь-то конечно!) привели в наш новый дом, у меня аж глаз задергался. Сталкивались с понятием «армянский ремонт»? Ну вот тут тоже самое было, только с поправкой на местные особенности.

Коридор, через который мы вошли, выложен, словно плиткой, кусочками зеркал. Битых, большей частью. И пускающие невероятное количество солнечных зайчиков. Видимо, чтобы ослепить входящего просителя, и заодно напомнить ему к каким невероятным людям он явился со своей ничтожнейшей просьбой.

Дальше еще веселее. Зажмурившись и быстро пройдя коридор, мы оказались в крытом внутреннем дворе, что-то вроде патио. Несколько возвышений с подушками — здесь, видимо, жрецам Божественного полагалось чилить в свободное от тяжелой работы время. Бассейн с затхлой водой, которую давно следовало бы заменить. «Ловцы снов» или что-то на них похожее, гроздьями свисающие с каждой стены.

Кроме одной. Полностью отделанной каким-то странным материалом, желтовато-белым, в котором я не сразу, но распознал кость. Не слоновью, к сожалению. Слонов мы тут как-то не встречали.

Огромное, во всю стену панно из аккуратно подогнанных друг к другу пластинок, вырезанных из человеческих костей, демонстрировало всем желающим славную историю воцарения и последующего правления Божественного Клыкаря. В основном сцены убийства им противником, вырезанные резцом и залитые поверх краской. По краям рано было миленько украшено барельефами из черепов и фаланг пальцев.

— Что еще нахрен за Вархаммер! — прошептал я потрясенно. И уже в полный голос, обращаясь к старейшине, рявкнул: — Разобрать немедленно! Чтобы через час этой хрени тут не было!

Можно было поступить проще. Отправить в костяную картину парочку плазмоидов. Но не дело это, в собственном доме проявлениями швыряться. Хотя бы, чтобы не выглядеть истеричкой в глазах местных. Ну и потом — чем бы житель деревни не занимался, лишь бы задолбался. В смысле: больше работы — меньше крамольных мыслей.

— Все сделаем, не извольте беспокоится! — тут же залебезил Казик, тут же отправляя одного из «ассистентов» с распоряжением.

Я только вздохнул — старик, похоже, решил, что меня не сам факт использование человеческой кости в качестве украшения выбесил, а то, что на панно изображены деяния прежнего Божественного. Какая, все-таки, дичь, эта деревня!

— Пойдем отсюда, — бросил я команде. — Найдем место, где можно устроиться.

В остальном, «казарма жрецов» ничем особенным не шокировала. Ну, грязно, ну воняет. Все это легко и быстро устраняется направленными воздушными потоками и доступом к бесплатным рабочим рукам. Вскоре мы смогли привести в более-менее приличный вид одну из больших комнат в помещении, которое раньше использовалась, как кухня. С очень убогим инвентарем. Как тут готовить, вообще?

Впрочем, до этого не дошло. Стоило нам только вновь остаться одним, как Шая вновь завела ту же шарманку.

— Ну все, власть мы взяли! — сказала она. — Местная администрация нас слушается, так что можно приступать к освобождению рабов!

«Никак не уймется! — тут же отреагировала на слова командного тактика Анасдея. — Хотя по факту — права! Ты слышал, как этот Казик про них говорил? Как про скот какой-то! И картина эта… Бр-р-р! Спалить бы тут все!»

«И снова ночевать в джунглях?» — усмехнулся в ответ. А повернувшись к Шае миролюбивым тоном произнес. — Слушай, ну этот крылатый змей же тебе уже все объяснил.

— Мы не можем освободить рабов сразу, потому что они начнут резню? — уточнила девочка. — Так, а может стоит дать им такую возможность?

Ренфолд нехило так закусилась на тему невольников. Неудивительно, с ее-то историей, но здравый смысл-то должен быть? Поток, раньше она из всей нашей компании была самой трезвомыслящей! Но мы нашли криптонит.

— Послушай, — я даже руки поднял в успокаивающем жесте. — Если мы освободим рабов, то все смерти, которые произойдут после этого — неважно, деревенских или их пленников — будут на нашей совести. С тем же успехом, мы можем просто раздать местным оружие и велеть убивать друг друга во славу нового божества. Тут саму систему надо менять, хотя бы наладить эффективное земледелие, в котором рабский труд будет попросту не нужен. Поменять психологию деревенских, которые в своей жизни ничего другого не видели и не знают.

— А потом? — спросила Шая. Я было подумал, что она сейчас скажет: «А потом можно будет освобождать рабов?» Но командирша меня удивила. — Потом что? Вообще?

Она явно имела ввиду — после того, когда мы создадим образцово- показательную деревню, повысим запасы зерновых, увеличим надои скота и освободим всех пролетариев.

— Ну, будем пиратов жучить… — немного неуверенно отозвался я. — Угоним корабль…

В самом деле, пока наши дальнейшие планы настолько не заходили. То есть, цель-то была ясной — свалить с этого куска камня и вернуться домой, то есть в Академию. Но вот как именно? Где-то там в папке с задачами лежал и угнанный транспорт и, возможно, способ связаться с Республикой. Но без деталей. Как-то с момента вынужденной посадки и до текущего момента о них не задумывались. Не до того было, все время пытались выжить.

— Мы создадим армию из рабов! — внезапно нарушил повисшее молчание Ян.

Нет, этот парень не Халк. Он, блин, перерожденная Дейенерис Таргариен!

Шая, Анасдея, Ли и, чего уж греха таить, я, повернулись к здоровяку с выражением полного офигевания на лицах. Армию? Из рабов? Но… Поток тебя раздери, увалень ты этакий — это же гениально!

— Народ, — прокашлялся и очень осторожно начал я. Чтобы не спугнуть формирующийся план. — А ведь Ян прав. Это действительно реальный способ решить все наши проблемы на планете. Вообще все!

Теперь офигевшие взгляды команды переместились на меня. Только Джар выглядел, как обычно — спокойно, расслабленно и немного сонно. Как человек, который выдал базу, а дальше, мол, сами, ребята. Не все же вас за ручку к выводам подводить. Большие уже — вон какую деревню под себя подмяли!

— Смотрите! У нас есть проблема с рабами. Их довольно непросто интегрировать в мирную жизнь даже после освобождения. Деревенские будут относится к ним с предубеждением, да и они сами — платить той же монетой. В итоге, мы будем в постоянном режиме разбирать конфликты двух этих сторон. И фиг когда найдем правых и виноватых. А рано или поздно зачинщиков, неважно от какой фракции, придется казнить. Оно нам надо?

— Продолжай, — мрачно молвила Ренфолд.

Мысль о том, что в конечном итоге нам придется стать чуть ли не такими же угнетателями, как те, от кого мы невольников хотим освободить, ей не очень понравилась. Но при этом девочка она была умная, и сразу поняла, что я прав. События будут развиваться именно таким образом. И неважно, насколько эффективное сельское хозяйство мы тут поднимем.

— Мы так-то тут не для этого, — напомнил Кунг Ли. — Не для того, чтобы освобождать планету от рабов — прости, Шая. Но нам бы самим отсюда свалить.

— Все верно! — кивнул я. — Но каковы наши шансы против пиратов?

— Да мы их размотаем быстрее, чем они с орбитой свяжутся! — урожденная Ильтазар скорчила воинственную гримаску.

— А если не успеем? Там на орбите имеется москитный флот, насколько я помню из переговоров предателя и диспетчера. То есть, просто похитить корабль и улететь для нас не вариант. Но если зайти с другой стороны? Что, если мы захватим всю планету?

Пока говорил, идея окончательно сложилась в голове. И я его сокомандникам выдал. Рабов, тех кто захочет, конечно, отомстить угнетателям, вооружаем и ведем эту армию в бой на соседние поселения. Деревенские-то из своих домов фиг куда пойдут даже если сам Божественный Кель будет им грозить громом и молниями. А рабам, как известно от классиков, терять, кроме своих цепей, нечего.

Захватывая одну деревню за другой, мы еще и собственную армию будем пополнять. А когда она достаточно разрастется и получит какой-никакой боевой опыт, начнем щипать пиратов на побережье. Сперва по мелочи, чтобы получить оружие и транспорт. Потом начнем проводить акции посерьезнее. До тех пор, пока не станем уверены, что способны одним мощным ударом захватить их базу.

— Это… звучит, как план, — медленно произнесла наш микростратег, когда я закончил. — Пожалуй, может даже получится. Детали подшлифовать, и вполне.

После чего улыбнулась мне, забыв о том, что всего несколько минут назад сердилась, когда ей не давали сразу же освободить рабов.

А затем мне одобрительно кивнул Ян. Как сенсей, который остался доволен тем, что ученик внятно объяснил его тезис. Сенсеям-то что — сказал, что жизнь человека подобна кипарису во дворе, и взятки гладки.

— Е-е-е! — воинственно подпрыгнула Анасдея. — Мы захватим планету!

Мечта любой девочки, ага.

— Хорошая идея, — последним высказался Ли. — С помощью армии повстанцев захватить базу пиратов будет гораздо проще.

— Не повстанцев, — поправил его я. — Повстанцы, это те, кто выступает против действующей власти. А мы, как бы, на стороне добра. Так что наша армия будет — партизанской!

Глава 6

Интерлюдия: Божественный Кель. Самый жалкий Зверь Потока в галактике, о котором вы только слышали. Но все-таки — слышали!

Неизвестно какой год до начала Экспансии

Прародина

Свое рождение Звери Потока не помнят. Как правило. Собственно люди тоже, если уж быть до конца честным. Что может знать и понимать едва появившийся на свет комок неразумной плоти? Или витальной энергии, ни суть.

Первое воспоминание Келя относилось ко временам настолько далеким, что реши бы он кому-то о них рассказать, слова его сочли не более, чем сказкой. Страшной и кровавой сказкой. В которой один могущественный Шаман, готовясь к отражению нападения на столицу своего государства, принес в жертву десятки молодых невольников. И собрав их энергию, призвал на службу ближайшего сильного Зверя. Его, Келя.

Имя, которое дал ему Шаман тогда звучало более длинно, грозно и красиво. Но с каждым столетием от него отваливались некоторые части, пока оно не превратилось в то, что крылатый змей носил сейчас.

В день Наречения, на вершине огромной ступенчатой пирамиды, стоящей в окружении густых джунглей, под жарким южным солнцем, Кель получил от Шамана просто огромную порцию жертвенной энергии. И разом проскочил с возраста грудничка — если сравнивать с людьми — до сознающего себя и мир вокруг, но плохо понимающего происходящее, пятилетку.

В те дни мысли его были простыми. Как и желания — он страстно хотел снова получить ту субстанцию, что вырвала его из длящегося столетиями сна без разума. Энергию. Обрести силу, возносящую его. И Шаман указал, где ее получить.

Люди. Умирающие на алтаре под обсидиановым ножом жреца или на поле брани, от невидимых когтей Зверя и его вполне зримой магии. Отдавая свои жизни, они наполняли юного Келя могуществом и вместе с ним — более глубоким пониманием того, что происходит вокруг.

Он не сразу понял нюансы. Разницу между жертвой, приносимой жрецом, и жизнью, которую он отнимает сам. Строго говоря, тот, его самый первый Шаман, и сам не слишком хорошо понимал, что делал. Даже попробовал еще раз устроить массовое жертвоприношение, чтобы поднять своего Зверя на еще одну ступеньку. Не сработало.

Возможно, они бы продолжили учиться вместе и смогли бы стать сильнее. Но их сотрудничество закончилось слишком быстро. Попытка защитить земли от бородатых, закованных в железо пришельцев провалилась.

О, Кель тогда пролил много их крови, хватило бы на небольшое озеро где-нибудь в горах. Но победа все равно осталась за ними. А Пернатый Змей, как его называли, проиграл. И лишился человека — тот погиб в решающем сражении.

У людей с белой кожей имелись свои жрецы. Странные, неспособные толком увидеть Келя, но вполне ощущавшие его. А главное — способные причинить ему вред. Даже убить.

Тогда Кель впервые сбежал. Мог остаться и сражаться вместе со жрецом, до конца. Но предпочел спасти свою жизнь, которую к тому моменту научился очень ценить. И скрылся. На долгие столетия.

Они пролетали мимо него, как листья, срываемые с деревьев сильным ветром. Также похожие друг на друга, но в тоже время разные. Как и люди. За прошедшие века, они многого добились, стали строить не только более величественные здания, но и покоряя одну стихию за другой. Однако в сути своей не изменились ни на грамм. Все такие же беспокойные и агрессивные существа, желающие в свой короткий срок нанести, как можно больше вреда другим таким же.

Держа дистанцию, Кель все же наблюдал за ними. Учился, когда удавалось подхватить крохи знаний. Перенимал лучшее и худшее из человеческой природы. К сожалению, без связки с Шаманом, развитие его шло так медленно, что растянулось еще на сотню лет. Но все же, в какое-то время он решил, что теперь стал достаточно силен для того, чтобы снова связаться с людьми.

Эти беспокойные существа к тому времени как раз затеяли нечто грандиозное. Решили отправится на утлых железных суденышках через Великое Ничто, чтобы расселиться под другими звездами. Назвали это Исходом — смешные! Как будто имелась хоть какая-то разница от какого светила будет исходить энергия Потока!

Одна из таких групп давно привлекала его внимание. Называвшие себя одаренными люди и множество разнокалиберных Зверей, живущие вместе, на одной территории. Однако, когда Пернатый набрался смелости и решил явиться перед ними, встретили его отнюдь не радостно. Причем, собратья.

Примерно 200-й год от начала Экспансии

Прародина

Кель до сих пор помнил ту напыщенную красную птицу, филина, кажется. Имя уже давно стерлось из памяти змея, но вот облик и сейчас стоял перед глазами.

«Мы не примем тебя, идущий по кровавому пути!» — надменно сказал филин.

«Я слышал, что принимаете всех!» — не менее задиристо ответил Кель.

«Тех, кто способен думать не только о себе — да. Но ты не из их числа! Нам не нужны убийцы.»

«Зато я сильнее тебя!» — в системе координат Пернатого Змея только это имело значение.

Но оппонента не впечатлило.

«Я вижу, сколько энергии ты поглотил. И как давно обрел разум. Но голая мощь ничего не значит».

«Не значит⁈ Я могу убить тебя!»

«Попробуй. Преподам тебе показательный урок!»

Тогда Кель сразился с этой заносчивой птицей. Он действительно был сильнее, и в самом начале поединка был практически уверен в том, что победит. Но оказалось, что личная сила решает далеко не все. Не менее важны навыки и боевой опыт, которого у филина оказалось больше. Но самым главным оказалось знание приемов работы с энергией Потока.

Это был второй раз, когда лишь почувствовав возможность поражения, Кель бежал. Одаренные со своими Зверями (и проклятым красным филином!) улетели к звездам, а Пернатый Змей остался на планете.

Следующую сотню лет он пытался исправить то, что считал своей главной слабостью. Он подглядывал за солнечниками, повторял все, что они делали, но на выходе не показывал и половины той мощи, которую выдавали существа в разы слабее его.

«Возможно, — подумал он тогда, — что их приемы не подходят именно мне. Или мне нужна связь с Шаманом, как тогда!»

Примерно 300-й год от начала Экспансии

Прародина

Придя к этому по своему закономерному выводу, Кель начал искать нового Шамана. И вскоре нашел его. Молодого даже по меркам людей парня, который копался в древних свитках своего народа, ища способ быстрого получения могущества.

Понаблюдав за ним пару лет, Пернатый буквально натолкнул его на нужный ритуал, и вскоре вновь вкушал жертвенную энергию впервые за несколько веков.

Новая связь на очень многое открыла глаза Келю. Позволила взглянуть по-другому на все, что он успел узнать за столетия своей жизни. В том числе, осознать такое понятие, как «мораль». Эта самая «мораль» теперь связывала людей между собой — вернее, была залогом верности своим правителям. Править не страхом, но обещанием жизни по правилам, когда тебя нельзя просто так взять и убить! Бред какой-то… но это работало. Узнай Кель это раньше — совсем не так повел бы себя с красным филином. Глядишь — и взяли бы его в межзвездный полет…

Однако его шаман не унывал. Он тоже подумывал покинуть слишком сильно зарегулированную Прародину, где каждое жертвоприношение надо было тщательно скрывать. Были и другие искатели свободы: одни от налогов, другие от власти как таковой. И им хватило ресурсов построить собственные корабли. Теперь, спустя триста лет с начала Экспансии, уже было известно, как искать подходящие для жизни планеты.

К одной из таких групп искателей приключений, Кель со своим человеком и присоединился. Экипаж был рад сильному одаренному, который мог помочь, как в самом перелете, так и на месте назначения.

Данные глобального позиционирования изменены: конгломерат звездных систем на месте будущих Доминионов Свободы.

Тогда никто не предполагал, что из сотен таких вот разрозненных, не желающих придерживаться правил, сообществ, через некоторое время возникнет то, что позже назовут Доминионами Свободы. Одним из двух крупнейших галактических государств.

Сперва-то и очертания будущего союза сотен планет не проглядывалось. Прибыв на место, поселенцы начинали налаживать жизнь так, как они ее видели и понимали. На одном из миров могла процветать торговая олигархия, на другом — монархия, а на третьем жители активно возрождали такой древний институт, как рабство.

Последние планеты были для Келя с Шаманом настоящим раем. Местом, где никто не задавал вопросы по поводу порчи имущества — знай себе плати. Жертвенная энергия лилась рекой, Пернатый Змей рос и матерел. Как, впрочем, и его партнер.

Взаимовыгодное сотрудничество человека и Зверя длилось долго — сам Кель не особо следил за человечески летоисчислением. Но знал, что Шаман живет уже четвертый срок из положенного для его племени.

Они нигде не задерживались дольше десятка лет. Создавали небольшой культ, покупали рабов или осужденных здешним законом преступников, и использовали их по назначению. А если на какой-то планете им вдруг становились не рады, они попросту перемещались на соседнюю и начинали все сначала.

Эта одержимость личным могуществом, в конечном итоге стала для их тандема роковой. Когда вольница Доминионов стала понемногу меняться на организованную государственную машину, они оба поняли, что вскоре им не останется в ней места. Почему-то правительства крупных государств негативно относятся к тем, кого не могут контролировать.

Но ни один, ни другой, не желали отказываться от текущей к ним через жертвы силы. И тогда Шаман рассказал своему Зверю новый план. О планете, которая лежит между пространством Доминионов Свободы и Ста Мирами. Контролируемой пиратскими капитанами, превратившими ее в свою базу.

Четкая Фортуна.

Год 8⁇ от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

«Там есть множество примитивных деревень, Кель! — рассказывал Шаман. — Поток знает, сколько они там жили до того, как пираты оседлали орбиту и обложили всех местных налогом, но для нас это и неважно. А вот то, что там я смогу, наконец, стать Архонтом — очень даже!»

Всего-то было нужно добраться забытого крупными игроками куска камня, подмять под себя администрации поселений, и выстроить цепь храмов. Таких, как на старой родине, с одного из которых для Келя все и началось. Пираты вряд ли будут возражать, даже в плюсе останутся. Ничто так не держит в повиновении слуг, как религия.

«Ты станешь Божественным Зверем! — продолжал уговаривать напарника Шаман. — Тебе будут поклоняться тысячи людей! На жертвах и их почитании ты и сам вскоре самым сильным созданием Потока в галактике!»

Первое время все и правда шло так, как рассказывал будущий Архонт. Захват первой, а за ней второй и третей деревни прошел очень легко — на планете не было никого, кто мог бы бросить вызов Шаману и его Зверю. Покорные воле нового Первожреца местные уже трудились над возведением первых храмов.

С пиратами тоже удалось договориться без особого труда, ведь теперь они получали с поверхности не только свежие продукты питания, наркоту и алкоголь, но и подрощенных до слабого разума Зверей Потока в качестве спутников. Кель, поглощая жертвенную энергию, обнаружил, что может понемногу делиться ей со слабыми и бестолковыми духами.

Но потом случилось непредвиденное. С какого-то удачного рейда на орбиту Четкой Фортуны вошло сразу несколько крупных пиратских судов. Некоторые их капитаны оказались Шаманами, каждый со своим фамильяром. С удивлением выслушав от товарищей истории о поселившемся на планете Божественном Звере, они решили посмотреть, кто же это такой. И, разумеется, проверить его силу.

А дальше произошло то, что уже бывало в прошлом Келя. Капитаны-Шаманы хоть и были рангом ниже его напарника, имели куда более внушительный боевой опыт. Все-таки жизнь, которую одни проводили в пассивном и довольно безопасном сборе жизненной энергии, другие посвящали сражениям не на жизнь а на смерть.

Эта разница оказалась губительной для так и не ставшего Архонтом второго Шамана Келя. Превосходя своих противников в чистой мощи, он проигрывал им не только в техниках, но и в банальной тактике. Всего трое Грандов и их Зверей, действуя слаженно, словно единый организм, начали теснить Первожреца, и вскоре загнали его в угол.

Кель сбежал в третий раз за несколько секунд до того, как человеку, с которым он провел бок о бок несколько столетий, нанесли смертельный удар. Преследовать беглеца не стали, посчитав слабаком.

Зато прикормленную паству бросать не стали. Храмы разделили между собой, и пользуясь наработками предшественника, продолжили заниматься тем же самым — накачивать своих фамильяров жертвенной силой, и подращивая молодое пополнение в среде Зверей Потока.

Пернатый Змей наблюдал за этим издалека, много лет. Он видел, как Шаманы, убившие его напарника ушли и больше не вернулись. Как их места занимали следующие и следующие поколения, становящиеся с каждым разом все слабее и слабее.

Он ждал.

Кель давно мог выйти из тени, бросить вызов любому из нынешних Божественных Зверей, и стать фамильяром одного из людишек. Но его это совсем не интересовало. Нет! Он желал все и сразу: и первоклассного Шамана, который был бы уровнем не ниже его последнего партнера, и власть над всеми поселениями Четкой Фортуны. Ну и может быть немного мести для пиратов — и плевать, что тех, кто был ее достоин уже давным давно не было в живых.

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Детишки, прибывшие на планету совсем недавно, сперва не показались ему перспективными. Совсем юные, слабые тела, хотя Зов сформировали очень даже приличный. Пожалуй, посильнее, чем был у Первожреца. Но когда они начали волну за волной разбивать отряды мертвецов Клыкаря, а затем, всего впятером, вторглись на его территорию и дали ему бой, Кель понял, что с выводами поспешил.

У них даже был шанс победить этого тигра-переростка. Небольшой — Пернатый в этом хорошо разбирался — но был. И тогда он наконец решил явить себя в силе и славе. Появиться в тот момент, когда сражение замерло в шатком равновесии. И склонил его в нужную сторону.

Сейчас, обернув когда-то построенный для него храм, своим гигантским телом, Кель наслаждался заслуженной победой и сыто переваривал остатки энергии Клыкаря. Размышляя, как ему поступить дальше.

То есть, что нужно делать, он прекрасно знал. Вернуть то, что у него когда-то отняли, естественно! Вопрос стоял лишь в том, как это сделать. Как направить не очень желающих сотрудничества детишек на своих врагов? Ведь они, к тому же, прекрасно могли убивать Зверей. Прошлый Шаман такими талантами точно не блистал.

О том, кого сделать своим следующим напарником Пернатый тоже не думал слишком долго. Самым сильным из них был, конечно же, мальчишка по имени Ори. Перспективный, владеющий техниками, умеющий их применять в бою — в общем, именно тот, кого он ждал так долго.

Этот при должном воспитании точно не проиграет в тот момент, когда они оба поднимутся на пик могущества. Вот только… какой же он мягкотелый! Рабов ему жалко, человеческих жертв не желает! Причем, категорически!А силу где брать собирается? Лежать на солнышке и впитывать ее через поры в коже? Тоже вариант, конечно… на пару тысячелетий.

Нет уж! Кель уже устал ждать! Нужно подтолкнуть мальчишку в нужном направлении, а заодно еще раз убедиться в том, что он не ошибся с выбором. Что его третий Шаман не окажется таким же слабаком, как первые два.

Распахнув полную острых зубов пасть, Пернатый Змей исторг из глотки Зов. Призывающий мелких Зверей явиться перед ликом его и склониться. Или бежать, в надежде спрятаться в джунглях.

Зов был в несколько раз мощнее, чем нужно, чтобы напомнить разбежавшимся прислужникам Клыкаря, что у храма теперь новое божество. Намного мощнее. Настолько, что его гарантированно должны были услышать и другие Божественные Звери, в остальных деревнях.

Вскоре они явятся, чтобы покарать того, кто бросает вызов их власти. Вот только их ждет очень неприятный сюрприз: вернувшееся на свой трон первое божество Четкой Фортуны и шаман, умеющий убивать Зверей.

«Посмотрим, как вы с ним справитесь! — усмехаясь в усы, подумал Кель. — И проверим, достоин ли этот Шаман меня!»

Глава 7

Проще, чем кажется

Эта история случилась… ну, будем считать «жизнь назад». Детьми я с такими же мелкими приятелями гонял в лесопарк после дедсада — под присмотром приходивших отвезти нас домой родителей и недалеко, понятное дело. Вдоль дорожек там росла земляника, ближе к осени её место занимали грибы и черника с брусникой. При некоторой удаче соблазнить белку орехом в руке. А еще там тек звонкий ручеек с песчаным дном: под примитивным кирпичным мостом его проводила широченная труба!

Кирпича там хватало: кладка уже давно перестала быть монолитом. Он лежал красными островками прямо в русле, легко откапывался по берегам. Мостик никто и не пытался чинить, труба сама справлялась и с паводками, и уже тем более с засухой. И дела до этого места никому без нас не было. Для детей же стало Делом Чести перебродить Трубу!

Что мы там только не придумывали: и обязанности делили, и пытались сначала искусственный остров по центру русла возвести — а потом быстро перекрыть воду по краям! И даже ложные русла ловушки для воды копали! (не спрашивайте). Итог, правда, оставался немного предсказуем: много ли успеет расплескать пятилетняя малышня за двадцать минут перед домашним обедом?

А потом вдруг как-то все закрутилось, половина компашки распалась, с другой — я учился в школе. Школа закончилась — и только хороший отрез трубы все так же пропускал через себя воду, а запасы красного «царского» кирпича, казалось, только увеличились. И вот однажды в конце лета меня и еще одного долбоклюя-приятеля из числа бывших детсадовцев прямо там столкнула не иначе как сама Судьба! И словно бомбочка в памяти взорвалась: все те веселые минуты, проведенные тут так давно.

— А помнишь?

— Мы еще в школе все хотели!

— Потом как-то глупо казалось…

— А почему бы тогда не сейчас!

На беду для трубы мой приятель как раз изучал инженерию строительства дорог. Это только кажется, что листы лопуха с утяжелением из песка — плохая преграда для воды. Если есть пусть даже битый кирпич — дело-то совсем другое!

И все-таки какие-то мозги мы уже успели тогда нажить. И остановились, ошалело глядя на дело рук своих. Дамба получилась довольно изящной, красно-зелено-желтой со спусками-стоками для воды. Призматической в разрезе формы. И она… стояла. Не пыталась рухнуть, размываемая водой, как наши детские поделки, существовавшие только пока мы на них обращали внимание и поддерживаем.

А еще русло лесопаркового канала впервые оказалось заполнено выше половины не весной, во время таяния льда! Помню, меня так потрясла тогда сила наших рук и тех примитивных знаний по гидродинамике, что знает каждый школьник. А ведь мы по приколу полезли плескаться, на кураже. Абсолютно уверенные — по тому, детскому опыту — что ничего не изменим, даже если захотим.

Очень важный урок я тогда усвоил. Изменить мир, оказывает не так уж сложно. Надо только думать головой — и не дать себе помешать. Ну и соратники тоже лишними не будут. Даже если они не верят, что все получится. Главное — чтобы помогали.

А, да. Плотину мы разобрали: постой она там пару дней — течение наволокло бы кучу растительного мусора и прочей фигни, что гонит абсолютно любой парковый ручей, даже самый чистый. Зачем создавать парковым служащим проблемы?

— Ори, твоя очередь дежурить.

Проснувшись посреди глубокой ночи в довольно уютном для местных условий подобии кровати, я сел, поджав ноги. — и невольно улыбнулся. Воспоминание из прошлой жизни, принесенное сном, стало своеобразным ответом подсознания на мои страхи и сомнения. Именно тем ответом, что был нужен.

— Спасибо, Цзан.

Клановец без лишних слов закопался в свой спальник: жреческое постельное белье мы не просто выкинули, а еще и спалили. После того, как в кладовке обнаружили спальные мешки республиканского производства. Один Поток знает, как они сюда попали — но раз уж попали, пусть послужать и нам. Все лучше, чем местным пейзанам или пиратам.

Так, пожалуй, не стоит терять времени. Не вставая со спальника, я подтянул колени и принял позу для медитации. Теперь и закрытые глаза, и темнота не помешают отслеживать ситуацию вокруг: наука Ли еще в Академии пошла мне впрок. Был бы Ян чуть более опытным шаманом — можно было бы вообще на его кролика скинуть заботы по охране нашего сна. Пока же надежнее самому подежурить. Заодно и перетереть кое-что с нашим, гм, «покровителем». Надо только сообразить, как его дозваться, не тревожа остальных. И заставить поговорить, не раскрывая рта.

* * *

— Малыш, ты ничего не перепутал? Например, кто здесь Божественный, а кто — его юный жрец? — судя по всему, Кель решил было разыграть передо мной целое представление, услышав зов-шепот. Вот только хорошее настроение сбивало ему весь настрой. Чем-то пернатый змей оказался настолько доволен, что аж улыбку скрыть не мог! Явно не только ужином из Клыкаря. — Ладно, в этот раз прощаю. Выкладывай, мне и правда интересно, что можно было такого важного придумать за неполных десять часов?

— Когда мы захватим для тебя остальные деревни в джунглях, что ты планируешь дальше делать? — спросил я его.

— «Мы», «захватим для тебя», — игриво покатал в змеиных устах Зверь мои слова. — И даже «когда». Нравится! Неужели ты боишься, что я найду в главные священнослужители кого-то другого?

— Ты достаточно долго нас подслушивал, чтобы понять: мы хотим вернуться на Элитею, в Сто Миров, — покачал головой я. — И, полагаю, тебя это полностью устраивает. Никто не будет напоминать о позорной слабости…

Не уверен, что смог бы не дернуться, когда тяжелые петли змеиного тела полностью погребли меня под собой, оставив свободной только голову. Помогла монашеская медитация. В мой нос уперся плоский змеиный нос, вот только голова у Келя была такова, что я кроме чешуи на этом самом носу ничего и не видел. Не увидел бы, если бы открыл глаза.

— С-с-с амнезией все куда прощ-ще, малыш-ш! — ударило мне по ушам беззвучное шипение. — Смекаеш-шь?

Это я его пронял так, что он слова стал растягивать — или наоборот, элемент игры? Впрочем, пофиг.

Чем-то физическая угроза Крылатого напоминала ежедневные ласки моих разноцветных фамильяров: вроде как энергия без материи, а весят как живые! Особенно если заберуться на грудь все в четвером! Особенно смешно было наблюдать за не-шаманами, по какой-то причине возвышенными до звания кошачей подставки: вроде ничего не ощущают, но что-то проскакивает на самой границе восприятия, провоцируя на странные рефлекторные жесты. Рипли, вон, умудрялась гладить Наю! Эх, скучаю по цветным пушистым…

Змей, конечно, постарался меня именно сдавить — да только куда там. «Железная рубашка» не просто защитила меня: чувствовалось, что я еще и побороться могу, если захочу. Только зачем, если заигравшийся «Божественный» сам по своей воле влез в позицию, когда мне легче легкого порезать его своим приемом против Зверей Потока как сосиску к завтраку? Но я и этого делать не стал.

— Уютно так! — я позволил себе умиротворенную улыбку, поводя плечами. — Тепло! И чего тебе пирамида Храма так далась? Сразу бы пришел!

— Еще предложи своим фамильяром стать! — насмешливо распахнул огромную пасть Кель. Правда он почти сразу повернул голову боком, чтобы упереться в меня взглядом немигающего желтого глаза.

— Не представляю, что такого ты должен совершить, чтобы я тебе настолько доверился, — немного подумав, честно признался я.

— Я — совершить⁈ — будь у Келя материальное тело — подавился бы Змей нафиг. — Это ты так о величайшей чести, что от меня может удостоится смертный⁈

— Если ты можешь только то, что знают о Божественных селяне — ты куда слабее, чем живущие при Академии Звери, — припечатал я. — Может, не по голой силе, но по арсеналу приемов точно. И им для этого не пришлось жрать собратьев и снюхиваться с сектантами.

— Намекаешь на то, что мне с вами, такими чистенькими и правильными, не по пути? — внезапно совершенно успокоился Крылатый. Во всяком случае, так внешне могло показаться.

— Намекаю, что после захвата деревень наши дороги разойдуться, — поправил я. Подождал, пока Кель сам себе кивнет, и тем же голосом добавил. — Мы или захватим корабль, и уберемся с Фортуны, или погибнем, пытаясь это сделать без твоей поддержки. Впрочем, в любом случае через несколько лет очередной шаман-пират прилетит и заново захватит деревни в джунглях, вернув им функцию инкубатора Зверей под фамильяров.

— Сш-ш, пусть попробуют! — отмахнулся кончиком хвоста Божественный.

— И попробуют, и получится, — ухмыльнулся я. — Культы должны защищать люди. Вот тогда ничего у захватчиков не выйдет. Но люди не станут, зачем им это?

— И что же я по-твоему должен сделать, чтобы переломить ситуацию? — голос Змея изменился. Злые и жесткие нотки показывали, что теперь он не настроен играть.

— Сделать культы неотъемлемой частью быта поселений, — пожал плечами я, открывая глаза и заодно вытащив руки из колец змеиного тела. Раз уж разговор добрался до ключевого первого момента — надо это показать. — Причем так, чтобы при этом вытеснить пиратов с рынка сельхозуслуг.

— Не понял, — надо отдать Крылатому должное: сам честно признался.

— Отправить на поля зомби, а армию собрать из живых рабов, — выдал вчерашнюю заготовку я.

* * *

— Кажется, мы что-то пропустили? — вслед за угрюмой Шаей в столовой бывшего особняка шаманов-жрецов показался Цзан. Замыкали процессию Джар со своим кроликом и Анасдея. Я опять воспользовался Аней для передачи сообщения остальным: «завтрак готов!»

— Кель не сразу согласился принять наши доводы, — пояснил я причину появления новой порции битого зеркального стекла на полах. Вернее, старый и новый мусор я уже смел в один угол — без метлы, одной телекинетикой, в качестве утренней разминки.

— Но все равно потом согласился? — уточнила Ренфолд. — Хоть одна хорошая новость. Чем ты его переубедил?

— Объяснил, что разум и лучшее владение приемами отрабатывается на регулярном труде во взаимодействии с людьми, а не в идиотских местных зомби-мувах.

— И Кель не стал спорить? — демонстративно поднял бровь Ли.

— Стал. Но после вопроса, кто с ним остался после победы над Клыкарем: сильные или слабые? — задумался.

— Сила — еще не все, — неожиданно наставительно прогудел Ян.

— Кстати, это что такое мы едим? — вдруг встрепенулась наш микростратег. — И откуда оно взялось?

— Родня Казимежа притащила, — рассказал я. — Судя по всему, они там после нашего разговора устроили разборки между влиятельными семьями — и у победителей образовались издержки. Не отравлено, я все проверил. И мясо не человеческое.

— Человечье можно свиньям скормить, — проявил недюжую эрудированность наш «китаец». Никак наследие национальной кухни в клане продолжает сохраняться.

— Свинину даже не предлагали, — успокоил я его.

Удивительно, но спокойно съесть завтрак нам так никто и не помешал. После вчерашних событий Багровые кущи затихли. Впрочем, обольщаться не стоило: Кель позаботился, чтобы на нас в скором времени напали. Так что рассиживаться не получится. Но что смогли себе оторвать — то наше.

— Ори! Как вы со Змеем договорились о замене зомбями рабов? — стоило грязным тарелкам оказаться в раковине, вцепилась в меня Ренфолд. Вот ведь неугомонная.

— Фыфатива фифеет фифециатора! — Кель ввалился в столовую прямо через стену. И тут же смачно плюнул прямо на пол разноцветным слюнявым шевелящимся клубком. — Сами, все сами!

— Что — сами? — осторожно переспросил Цзан, пытаясь понять, на что мы с Анасдеей и Яном уставились.

— Сами с пейзанами договаривайтесь и низшими анимированными командуйте! — провел раздвоенным языком по губам Змей. — Мое дело обеспечить вас такой возможностью. Держи, кудряшка!

Змеиный хвост растолкал ком на полу на отдельных полупрозрачных зверушек. Следующим движением он впихнул в руки Шаи… кажется, белку. Вернее, белчонка. Толчка оказалось достаточно, чтобы между человеком и молодым зверем потока возникла связь!

— Ой!

— Это к вопросу о том, кто чего может, — с превосходством глянул на меня Кель и поторопил Ли. — Узкоглазый, хватит зенки пучить! Твоя очередь!

Цзану досталась черепашка. Зеленая такая. Как и в руках Шаи, зверек Потока мгновенно налился красками, стал «настоящим» на вид! Это что, Крылатый слегка «переварил» контрактеров для пущей эффективности подключения? Нет, кажется, этот секрет я не хочу знать.

— Эти двое — для тебя, Ори, и твоей дамочки с непроизносимой фамилией, — указал на оставшихся двоих Кель. — Слышал я, как вы рассуждали, насколько шаману нужен свой фамильяр. Ну или сожрите, если не нужен. Только быстрее, вам еще подобие армии из рабов формировать!

С этими словами Божественный свалил тем же способом, что и появился.

Зараза!

— Этого возьму, — Анасдее понравился цвет. Серебристое существо оказалось… полярным волчонком, что ли? Точно не лисицей. Ладно, значит, мне — оставшийся фиолетовый.

Мне оказалось достаточно дотронуться до своего Зверя — связь сформировалась словно сама собой. Существо было изрядно напугано и напрочь дезориентировано. А еще оно было… очень простым? И оттого уязвимым. Этакий язычок пламени на ветру. Желаешь рискнуть? В конец концов, четыре раза у меня получилось, чем пятый хуже? И я открыл свой разум фиолетовому фамильяру, уже знакомым и отработанным усилием выстраивая мост.

Как можно описать ощущение, что я испытал? Медленный и быстрый одновременно головокружительный танец в цветных бликах? Или чувства человека, посадившего желудь и вырастившего дуб? Много лет приходящего к дереву с лейкой — только все года прошли в одно мгновение? Если мне подобный экзерсис особо ничего не дал кроме легкой дезориентации — то вот мой новый компаньон существенно изменился. Их крохотного… получается, котенка — превратился в дымчатого леопарда размером с хорошую такую собаку!

— Рау!

Вот это я понимаю — голосок! Но все-таки мне не хватило опыта и понимания процессов, чтобы довести протеже до полноценного разума. Говорить он не мог. Хотя почему «он»? Она! Фира!

— Рау-рау! Пур-пур-пур-пур!

— Охренеть… — Анасдея оценила результат моих усилий. У неё самой и близко ничего подобного не получилось. Хотя своего зверя она тоже заметно «подкачала», практически до уровня Вадика.

— Шаман, однако! — удивленно-удовлетворенно заключил Джар.

Заметная, но очень слабая волна раздражения окатила нас всех разум. Кель продемонстрировал, что учится умеет, и умеет хорошо: «зов» он модифицировал с первого раза и как минимум не хуже меня.

— Теперь-то что? — Аня рефлекторно прижала фамильяра к себе.

— Полагаю, Кель хочет, чтобы мы быстрее забрали у него Зверей для анимации трупов, — поморщилась Шая. — Неприятно признавать, но нам действительно не стоит рассиживаться. Сделаем так: Аня и Ори — вам как опытным разобраться как управлять зомби. А мы пока втроем выясним на какие работы ставят рабов…

— … Чтобы абсолютно все запороть! — не сдержалась Ильтазар, успевшая получить от меня по мосту разума подсказку.

— Ну-ка, давай поподробнее, — оскорбилась командир. Её белчонок вскочил ей на голову и пронзительно зацокал, воинственно прижимая уши. — Что теперь не так?

— Крестьяне будут всеми силами упираться, если мы их насильно переведем с рабского труда на шаманский, — пояснил я. — Вон у Джара спроси, если мне не веришь, как это бывает. А вот если вручить лучших, никогда не устающих работников старосте Казимежу в качестве награды за лояльность, а потом распустить слух, что на все не хватит…

Не скажу, что все прошло совсем гладко — но план удался. На полях появились дерганно двигающиеся фигуры, а под конец дня сорок один человек дружно махали палками у сарая около границы джунглей. Лохмотья вместо формы, половина еще и босая. Зато злости в глазах более чем достаточно. И они реально подчинялись Ренфолд — уж не знаю, как ей этого удалось достичь. Что ж. Буквально сегодня ночью и узнаем, сыграет наша ставка, или нет.

Глава 8

Интерлюдия: Шая Ренфолд. Идеи становятся силой, когда они овладевают массами

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Солнце жарило, как дурное. Еще и влажность эта проклятая! Стоит только выйти из тени — сразу же покрываешься бисеринками пота. А тени здесь не слишком много: или под деревьями, но там влажность высокая и ветра нет, или под стенами домов. И, разумеется, единственным таким строением, в тень которого можно было затолкать тридцать условных добровольцев из бывших рабов, был храм.

Сколько ругательств ей пришлось подавить, а сколько еще прорвалось, пока она заставила вольноотпущенников хотя бы приблизится к этому культовому для всей деревни зданию! Не иначе бедолаги решили, что им дали свободу только для того, чтобы принести потом в жертву. Пришлось даже пару тумаков телекинезом раздать и развалить чей-то сарай молнией, чтобы её внимательно слушали и пытались выполнять приказы.

Что за дурацкая планета!

Если бы Шая имела склонность к самокопанию, она бы обязательно подумала о том, что в ее жизни имеется незакрытый гештальт. Что-то вроде незаконченного дела, к которому повороты судьбы выводят с завидной регулярностью. Или Поток наблюдает за внутренним миром девочки, и старательно выстраивает маршрут ее жизни так, чтобы она обязательно исполнила то, что должна.

Иначе как объяснить, что она раз за разом сталкивается с пиратами и рабством? Стоило только выйти из безопасной зоны Академии Элитеи, как их наставник попытался продать ее с товарищами словно товар. А когда удалось от него освободиться — обнаружить человеческое поселение в глубине джунглей, в котором рабство являлось нормой жизни.

Но Шая Ренфолд не имела склонности к пустым размышлениям. К анализу — да, но от него-то польза была. И поэтому она просто знала — еще с того момента, как республиканский офицер спас ее на той пиратской базе — она живет, чтобы уничтожать пиратов. И освобождать рабов. Очень простая и понятная цель. Которая с каждым прожитым годом становилась только яснее.

Но до сегодняшнего дня она и не предполагала, что возглавит целое восстание рабов.

Девочка оглядела неровный строй вчерашних невольников Багровых Кущ. Худых, слабых, старающихся смотреть лишь себе под ноги. Тела большинства из них были покрыты старыми шрамами, а некоторые щеголяли еще незажившими ранами. Которые никто из их бывших хозяев и не думал обрабатывать.

При одном только коротком взгляде на них почувствовала, как изнутри поднимается темная волна ярости. Страстное, с трудом сдерживаемое желание убивать тех, кто считает других людей неодушевленными предметами. Привычным усилием подавив его, она обратилась к своей будущей армии. Первыми тридцати солдатам.

— Мою мать убили, когда мне было пять лет, — произнесла она, глядя прямо перед собой. — Меня взяли в рабство. Хотели натаскать, как живое оружие, и продать за большие деньги. У них почти получилось.

Ренфолд сделала паузу, изучая реакцию невольников. Большинство так и продолжало смотреть в землю, но несколько человек подняли головы и впервые взглянули на одну из новых деревенских жриц с интересом. Хорошо!

— Первый хозяин учил меня убивать, — продолжила она. — Я хотела жить, хотела есть и мало что понимала. И поэтому — училась. На беду этого толстого пирата — слишком быстро и слишком хорошо.

Теперь на нее поднялось больше глаз. Большинство все еще смотрело без выражения, но в некоторых она увидела сочувствие.

— Нет, убила его не я. К сожалению, — сказала девочка. — Это сделал офицер республиканского флота. Но следующего, кто попытался превратить меня в раба, я уже прикончила самостоятельно. Перерезала ему глотку.

И улыбнулась. Просто подняла уголки губ и слегка показала зубы. Ни капли тепла или веселья в этой ее гримасе не было. Но имелось то, что бывшие рабы хотели увидеть. Решимость. Готовность идти до конца. И полное отсутствие жалости к тем, кто продает людей, как скот.

А еще надежду. На то, что раз маленькой девочке удалось спастись, то и у них может получится. По строю прокатились едва слышимый одобрительный шепот. Шая отлично знала, что нужно затронуть в почти умерших душах этих несчастных.

— Я хочу дать вам шанс, как когда-то дал его мне республиканский офицер, — произнесла она, оглядывая лица людей. — Не просто сбежать из плена и попытаться забыть обо всем пережитом. Освободиться по-настоящему. И жестоко наказать тех, кто посмел сделать вас рабами.

— Ты дашь нам убить наших хозяев? — спросил один из невольников.

Это был мужчина, возраст которого было довольно непросто определить — как и прочие, он выглядел где-то в промежутке между тридцати до пятидесяти годами. Такой же изможденный, как и все остальные, от других он отличался лишь тем, что с самого начала смотрел на стоящую перед строем девочку. Сейчас — с вызовом.

— Нет, — ответила Шая. — Иначе придется вырезать всю планету. Ваши враги не они.

— Рабами мы были именно у них, — возразил мужчина. Остальные поддержали его слова нестройным гулом. Кто-то даже набрался смелости выкрикнуть: — Это они со мной сделали!

Шая не стала выяснять, что именно с ним сделали. Шрамы тут были у всех, и не только на телах. Лишь кивнула — хорошо! Злость — правильная реакция. Ей не нужны забитые и запуганные рабы, ей нужны были воины. Пусть даже еще не знающие об этом.

— Это так, — сказала она. — Но они сам пленники этой планеты. Серьезно, люди! Их точно так же заперли на этом куске камня, и заставили жить, словно дикарей! Вся галактика по космосу летает, а вы тут застряли, будто в каменном веке на Прародине! Культы, рабский труд, старость в шестьдесят и неизлечимые болезни. Нет, вам не нужны деревенские! Чтобы получить свободу, вам нужны те, кто лишил вас ее. Те, кто считает себя хозяевами этой планеты.

— Пираты? — осторожно, будто пробуя это слово на вкус, уточнил неформальный лидер этой гопки. — Ты зовешь нас убивать пиратов?

— Да! А что, ссыкотно?

Здесь Шая презрительно фыркнула, мол — ну же! Я, девочка, совсем еще ребенок, не боюсь, а вы только услышали про пиратов и сразу задрожали?

— У нас нет оружия…

— Как тебя зовут, солдат? — резко перебила она его.

— Флант… И я не солдат!

— Каждый, кто хочет выбраться с этой планеты, Флант, должен стать солдатом. Или остаться гнить в этих джунглях. Ты хочешь выбраться с этой планеты, Флант? Или желаешь пожить еще немного в этих потрясающих условиях? Свежий воздух, экологически чистые продукты, близость к природе, а? Не отводить взгляд! Я задала тебе вопрос, солдат!

— В жопу эту природу! — выкрикнул вместо Фланта другой мужчина, стоящий в строю правее него. — В кишках уже сидит!

— Верно! — тут же поддержал его еще один. — Я хочу свалить отсюда!

— Да!

— Точно!

— Убьем пиратов!

Девочка позволила на некоторое время воцарится небольшому хаосу, но уже через десять секунд подняла руку, призывая к тишине. Строй тут же затих.

— Значит вы все-таки солдаты? Тогда я — ваш командир. Мое имя Шая Ренфолд, курсант военной Академии Элитеи и солнечник ранга подмастерья. Меня учили побеждать лучшие из лучших, и я сделаю из вас настоящих воинов! Советую это хорошенько запомнить, ведь ближайшие дни для вас превратятся в настоящий ад!

* * *

— Да не так же! Нет, Поток вас всех раздери! Вместе! Не разбегаться! Я кому сказала строй держать! Ори, хватит ржать, а то сам будешь ими заниматься!

Сказать, что сможешь создать из кучки вчерашних рабов войско, оказалось значительно проще, чем сделать это. «Солдаты» Шаи делали все, что угодно, лишь бы не выполнять простые приказы. Тупили, ныли, разбегались и даже умудрялись затевать драки друг с другом.

Четверо уже к концу первого дня тренировок отправились в импровизированный лазарет: один умудрился сломать пальцы на руке, второй серьезно вывихнул ногу при падении, а двое других просто отделали друг друга до полной потери сознания. Последних «верховный жрец Божественного» демонстративно отказался лечить. Мол, пусть полежат, пострадают и подумают.

И это при том, что в «партизанский отряд», как гордо именовал этот сброд Ори, пошли только действительно боеспособные вольноотпущенники. То есть — условно, конечно же — молодые и здоровые мужчины. Старики, женщины, калеки хоть и получили свободу, продолжали работать в хозяйственном секторе, только теперь без побоев и за честную цену. Как выяснилось довольно быстро, одними зомбями обеспечить поселок едой и водой было довольно затруднительно.

Но даже те, что ей достались не могли справится с элементарными задачами. Вот что, казалось бы, может быть проще: стоять и держать строй. Да, на который нападают анимированные низкоранговыми Зверями мертвецы, но так ведь и в бою так будет! Им ведь этому и нужно было научиться.

Когда разрабатывалась стратегия захвата других деревень в джунглях, Ори сразу же настоял, чтобы одаренные в изгнании духов из тел участия не принимали. Иначе, мол, устроим сами себе такой же зомби-раш, на который нарвались в столкновении с армией Багровых Кущ.

— Слабый Зверь не способен причинить вреда человеку, — объяснял он. — Ну, максимум, поцарапать, да и то не каждый. А вот управляя «куклой» — совсем наоборот. Но если мы будем их выбивать из тел, они просто отправятся на склады за следующим, и мы получим нескончаемый поток вражеских солдат.

А воевали Божественные Звери именно таким образом — это уже Кель поведал. Выставляли на поле кучу трупаков и устраивали махич. У кого тел больше, а духи прокачаннее, тот и победил. Потому и устраивали целые склады этих высохших мумий.

Ренфолд это все понимала, хотя в глубины шаманизма пока старалась не лезть. Даже после инициации связи со своим (своим!) Зверем Потока — рыжим бельчонком, которого она назвала Хвостик — девочка не готова была принять новый Путь.

Так что доверилась самому опытному в этих вопросах человеку в окружении. Нельзя, значит, нельзя. Будем тогда блокировать мертвяков. Сковывать, так сказать, их основные силы. Чтобы потом разом со всеми разобраться. Уж в чем-чем, а в стратегии, в отличие от шаманизма, она хотя бы разбиралась.

Этому своих «партизанов» она и учила. Разбила на три отделения, вооружила длинными палками, и заставила окружать и обездвиживать «тренировочных» зомби. Которыми, в качестве практики, управляли мелкие духи под руководством Ори и Анасдеи.

— Просто держите их, вашу мать! Что ты в него тыкаешь, Салани? Он уже дохлый, ты так его все равно не убьешь! Сбивайте этих троих в кучу и прижимайте друг к другу. Да, вот так! Нет, Флант! Нет! Да чтоб вас всех! Ори, уводи отсюда трупаков, я больше не могу на это смотреть!

За пару дней тренировок Шае кое-как удалось вбить в эту плохо организованную толпу базовые навыки дисциплины и жалкое подобие взаимодействия. То есть самые основы. О том же, чтобы три отделения, как она хотела, действовали сообща, не мешая, а помогая друг другу, и говорить было пока рано.

Тем не менее, именно таким наскоро подготовленным составом им пришлось вступать в бой уже на третий день.

* * *

— В смысле, соседняя деревня отправила свою армию? — прошипела Шая, за последние сутки спавшая от силы часа три. И сейчас, когда ее разбудили, очень желавшая кого-нибудь убить. — Кажется, план был в том, чтобы мы напали на них, а не наоборот?

— Спасибо нашему Пернатому! — Ори тоже, судя по всему, было очень зол. — Чтобы он вокруг храма закрутился и сам в себе запутался!

— Эй-эй, малыш! — рядом тут же появилась здоровенная морда Келя. — Полегче! Одно дело делаем!

— Какое именно дело он сделал? — игнорируя Зверя, уточнила Ренфолд у главного шамана.

— Бросил вызов всем Божественным Зверям в округе, — будто от зубной боли сморщился Ори.

— Какого⁈.

— Детвора, вы просто не в состоянии постичь мой стратегический гений! — почему-то у Шаи возникло ощущение, что Пернатый юлит. После ночной беседы с Ори — когда отделка особняка жрецов дополнительно пострадала — Крылатый стал общаться с кадетами… проще и конкретнее, что ли. Но все равно частенько бесил! — Я все устроил, даже ходить никуда не надо! Смотрите, как удобно: враг подходит, вы сражаетесь в обороне и неизбежно побеждаете. После чего только-то и остается, что дойти до соседней деревеньки и провозгласить там мою… нашу власть! Не благодарите! Хотя нет, благодарите!

— Он дурак? — девочка по-прежнему игнорировала создание Потока.

— Дурака включил, — отмахнулся Ори. — Короче, ближайший Божественный уже двинул на нас свои силы. Хорошо еще наш изворотливый тип озаботился разведкой, благодаря его подчиненным мы хотя бы знаем силы противника и направление удара.

— И?

— Три десятка элитных мертвяков. Я так понимаю, что это его основные силы, ну, если учесть, что Клыкарь нас куда меньшими группами атаковал. На подхвате наверняка есть еще, но там уже слабаки…

— Гадство!

— Надо их встречать, они уже в нескольких часах от нашей деревни. Но твои солдаты, насколько я понимаю, не вполне готовы? Может, мы тогда сами? Не будем людьми рисковать?

— Им нужно настоящее сражение, иначе и дальше будут также тупить! Они справятся! — отрезала Шая. Но уже через несколько секунд добавила: — Если мы все грамотно подготовим. Чем сейчас заняты Джар и Ли? Нужны дровосеки.

* * *

Засада для сил вторжения из соседней деревни вышла максимально простой. Не было времени на сложности и ухищрения, к тому же и рассчитана она была не на людей, которые могли что-то заподозрить, а на мертвяков. Точнее, кукол, управляемых, как уверял Ори, не самыми умными Зверями Потока.

Джар с Ли проделали большую работу — буквально за пару часов создали на пути следования зомбей несколько завалов, которые тем пришлось обходить и терять на это время. Да еще и двигаться туда, куда нужно было командиру маленькой партизанской армии. В заботливо подготовленную засеку, единственный проход в которой сейчас перекрывали тридцать бывших рабов.

— Главное не ссать, — девочка и раньше-то не особо следила за чистотой речи, но в общении с солдатами окончательно скатилась в армейский жаргон. — Они сильные, могут прыжками преодолевать небольшие препятствия, но на этом и все. Вы стоите на возвышенности, с флангов им вас не обойти, а длинные копья позволят держать зомбаков на дистанции. Просто делайте то, чему я вас учила.

— А если они прорвутся? — нервно выкрикнул кто-то из бойцов.

— Жардин, ты? Че ты очкуешь вечно, я же рядом! — дождавшись, пока немудрящая шутка немного разрядит атмосферу, Шая продолжила. — Первое отделение — держать проход! Вот хоть в землю заройтесь, но на месте должны устоять, ясно? Второе и третье — держитесь за спинами первых. Когда противник навалится на них всеми силами, обходите с флангов и зажимаете мертвяков. Но?

— Не убиваем… — нестройно ответил строй.

— Правильно, девочки! Без моей команды ни одна дохлая тварь не должна сдохнуть! Иначе у нас возникнут проблемы с духами, и в качестве благодарности проблемы вам организую уже лично я! Вы же этого не хотите?

За время тренировок практически каждый из солдат имел возможность убедиться, что Шая Ренфолд только выглядит, как маленькая и миленькая девочка. Доброжелательная, веселая… и чертовски страшная, если ее разозлить. А это бойцам первой освободительной армии Четкой Фортуны удалось сделать не раз и не два. В результате чего даже самому тупому из них стало понятно, что на самом деле мелкая командирша является воплощением темного божества, для которого все эти Звери Потока не более чем заигравшиеся щенята.

В самом деле, лучше уж лицом к лицу столкнуться с мертвяками, клацающими желтыми зубами у самого твоего носа, чем часами заниматься муштрой.

— Нет, командир, не хотим! — прогудели солдаты.

— Вот и умочки! Ян, что там видит твой фамильяр? Где сейчас противник?

— Чуть меньше пятисот метров. Прет без остановок.

— Аня, Ли — фланги?

— Все чисто!

— Кель, что по твоей части?

— А можно без этой военщины, пожалуйста! Я все-таки Божественный…

— Пернатый, твою мать! Доклад!

— Сильных Зверей Потока в окрестностях нет! Слабых мои уже сожрали, так что трупики топают без разведки.

— Сразу бы так! Готовность три минуты!

Глава 9

Буль!

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

— Тебе не кажется, что наша судьбу этим учебным вылетом будто подменили? — вопрос по безмолвной речи едва не заставил меня потерять равновесие на скользком корне. Нам с Аней по гениальному плану Шаи выпало выходить к месту боя по большой дуге, причем появится в тылу атакующих надлежало в строго отведенный момент — и этим захлопнуть крышку ловушки. Потому думал я о чем угодно, но только не о превратностях судьбы. До того как моя «наложница» не решила поболтать.

— Хочешь сказать, мы должны были доучится себе спокойно до выпуска рутинно-размеренно, и только потом что-то должно было кардинально измениться? — точно так же беззвучно хмыкнул я в ответ, собрав мысли в кучку. — Уж извини, но когда я свалился «Апасным» на голову, большие изменения уже произошли. Сравни себя теперешнюю и ту, бывшую, живущую по кодексу Ильтазар Анасдею, хотя бы.

— Знаешь, я почти уже забыла, что раньше была другой, — вместе с ответом пришла волна теплой признательности. — Теперь кажется, что мы знаем друга уже давным давно…

— Вот увидишь, стоит нам выбраться с Четкой Фортуны и вернуться в Сто Миров — тебе тоже станет казаться, что ничего такого особенного и не случилось.

— Так говоришь, будто мы улетим отсюда на днях, — фыркнула Ильтазар. И вдруг призналась. — Наверное, даже хорошо, что так не будет. А то я к Фризу не успею привыкнуть. И не смогу Вадику толком объяснить, как у меня еще один контрактер появился… Кстати, огромное спасибо за подарок к Новому Году! Я ведь даже не мечтала, что у меня будет двое Зверей!

Серебристый волк, легко продвигающийся сквозь лес, оглянулся на нас, сверкнув умным глазом. Все-таки развитость шаманского дара очень сильно влияет на связанных Зверей. Моя Фира тоже моментом повзрослела и скоро явно начнет со мной говорить не только образами, но и словами. А вот у остальных из группы фамильяры так и остались маленькими и слабыми.

— Пожалуйста… — привычка к вежливости сработала сама собой. — Стоп. А почему к Новому Году⁈ И почему я, если его Кель привел?

— А пернатого шланга кто заставил нам помочь? — беззвучно хихикнула Аня. — Что касается Нового Года — сам посчитай. Сколько мы провалялись в капсулах и сколько дней уже тут. И… неужели ты в деревне не видел, что местные вовсю украшения делают и покупают? Вернее, делали до того, как мы Багровые кущи захватили.

Тут я вспомнил, что и правда видел базарчик с гирляндами и украшениями, когда мы рвались к храму-пирамиде. Н-да, вот что бывает, когда в быту полагаешься только на электронные приборы. Остался без комма — и словно в безвременье угодил!

— Через три дня, — сжалилась надо мною Анасдея. — Так что подарок вполне новогодний, даже не сомневайся!

В этот момент волк застыл в напряженной стойке — но тут же расслабился, скупо махнув хвостом «свои».

— Аня, как обстановка на фланге? — выскочила к нам под ноги белка Ренфолд. Вернее, Хвостик разразилась потоком цокота и подсвистов, но сам посыл хозяйки успешно ретранслировала. Причем не умея говорить, просто запомнила и воспроизвела, без понимания! Я потянулся разумом к своей кошке, исполняющей роль разведчика.

— Чисто!

— Чисто, — повторила ожидающей белке последние Анасдея.

Довольно цвикнув, живой информационный пакет унесся назад к Шае.

По правде сказать, слово «чисто» не особенно подходило к происходящему. Впереди и правее только что закончилась натуральная бойня между более-менее развитыми прихвостнями Келя и его оппонента. Вот только с нашей стороны сам Пернатый не поленился выйти на бой. А вот его враг остался в своей деревне, не желая лично прикрывать войско на марше. Итог оказался немного предсказуем: все бестелесные погонщики анимированных трупов — они же разведчики и связь с командованием — оказались технично выбиты. И сожраны, мда. Но это уже не мое дело. Мое — вернее, наше с Аней дело — перебить мелочь, вселившуюся в мертвые тела, как только войско Ренфолд начнет их оттуда изгонять.

— Готовность три минуты! — процвикал вернувшийся и тут же убежавший Хвостик.

Ну вот, и мы как раз на позицию вышли.

Три десятка живых примерно на такую же толпу анимированных трупов — расклад не лучший. Но Шая предусмотрела если не все, то почти все. В том числе вроде как не сильно полезные палки-рукояти для мотыг и лопат, реквизированные со склада сельхоз инструментов. И эти «мелочи» зарешали.

«Зомби» весьма опасны, если подпустить вплотную: каждый удар, каждый захват — считай, сломанная кость. Или могут прямо из тела кусок мяса выдрать. Воплощенный ужас мирных жителей, стоит таким прорваться в деревню — будут чудовищные потери. И свеженабранные партизаны точно не смогли бы удержать анимированных мертвецов: кто-то обязательно нарушил бы строй, по-идиотски уронил свою палку — и вотуже «зомби» рвут соседей. Но Рефолд и Ян будут страховать бывших рабов из-за их спин, удерживая бреши в строю Проявлениями и кинетикой. А остальное возьмут на себя заранее устроенные завалы, в узком проходе между которыми и начнется сейчас замес.

Вот, собственно, все и началось!

Мы с Анасдеей следили за боем глазами своих фамильяров, осторожно выглядывающих с верхних бревен завалов. Джар и Цзан отлично постарались, сделав две засечных полосы, сходящихся к выбранному для драки месту как воронка, вставленная в бутылочное горлышко. Оставалось собрать мертвяков в одном месте, заткнув узость выстроенными бойцами и некоторое время удерживать, пока не подойдут все…

— Все здесь, в атаку!!! — в этот раз наш тактик не стала присылать своего зверя, а просто заорала так, что услышали все.

И перебить слабых Зверей Потока противника. Вот так! Скользящий щит вознес нас над преградой, с другой стороны Ли справился сам. Мы договорились не бить Проявлениями (бывшие рабы разбегуться, когда рядом начнуть падать молнии), так что в толпу анимированных полетели только дистанционные удары, ломающие кости покойникам. Еще, еще и еще! Ли врубился со своего фланга — словно мясорубка заработала. И Звери стали покидать выведенные из строя оболочки, пытаясь сбежать. Только вот хрен им! Секущие удары, оставляющие жуткие раны на сильных энергетических противников слабых разрезали на раз.

На несколько секунд массовое убийство обитателей Потока породило что-то вроде воронки из жизненной энергии, которой накрыло поле боя и ближайшие окрестности. Жутковатое, но едва заметное и мимолетное ощущение, заставившее шаманов и их зверей поежится, а вот бойцов Ренфорд — наоборот, разразится хриплыми победными криками.

— Так их!

— Отбились!

— Где еще эти гниды? Голыми руками порву!!!

— Орут как будто это их победа, — поморщилась Ильтазар.

— Лучше пусть так думают, и так толку от этих отбросов чуть, — Кель уже был тут как тут. — Эй, Шая! Командуй, чтобы выступали! Путь на Синий Лог расчищен до самого поселения, разве что ковровую дорожку забыли постелить!

Новая деревушка среди джунглей не то, чтобы казалась клоном Кущ — были тут и пресловутые деревья с синеватой кроной, и расположение домов выходило другое. Да только построили их из тех же материалов, а пирамиду Храма так вовсе повторили один в один. Перед самой опушкой Кель вдруг выкинул новый фокус: на глазах уменьшаясь… накрутился вокруг моей груди и живота!

— Эй!!! — я машинально поднял руки, рассматривая кольца живой энергии, намотанные на меня. Дышать и наклоняться они не мешали, но… — Какого хрена!

— Маскировка плюс возможность говорить, — уменьшившаяся до размеров нормальной змеиной голова легка мне на плечо. — А ты, оказывается, такой удобный, Ори!

— Ну-ка слез, быстро! — Анасдея угрожающе подняла руку. Рядом оскалились Фира и Фриз, ощерившие немалые клыки. — Иди вон… к Шае! Ей нужнее тебя слышать!

— Как тепло-о! А мелкую злую я еще придушу ненароком, — блаженно зевнув, отказался пернатый. — Она ведь вместо «железной рубашки» тактику изучала, ага…

— Ах ты!!!

— Пусть его, — я качнул головой. — Хочет изображать бронежилет, пусть изображает. Учитывая, с кем нам сейчас драться — точно не помешает.

— Вот умеешь же ты малину обломать, Коррен, — шикнул, словно сплюнул змей. — Ладно, давайте серьезно. Божественный Буль, конечно, уже просек, что с его армией что-то случилось. Тем более что мои ребятки упустили Кривого Зуба…

— Божественный кто? — перебил Ли.

Я же про себя отметил, что встреченный в джунглях шакал не прекращает подгаживать в меру своих сил.

— У него имя длинное и дурацкое, что-то буль-буль-буль-бла-бла-бла, — недовольно ответил Кель. — Я его что, каждый раз выговаривать должен⁈ Буль — и все! Тем более, я рассчитываю, что сегодня с ним будет совсем все. Не без вашей помощи!

— Так мы не отказываемся помогать, — чуть заметно улыбнулся «китаец». — Вот, с тобой пришли.

— Этого мало, — надавил голосом Крылатый. — Я знаю этого подонка с щупальцами: он спрячется и будет выжидать, чтобы подгадать момент для максимально подлого броска! Переиграем его так: вы идите громить деревню, а когда он высунется — я его сам подловлю.

— Эй, что значит, «мы будем громить деревню»⁈ — взъярилась Шая. — Речь шла о захвате!

— Просто оговорился, — растянул сухие губы в невозможной для змеи улыбке Кель. — Конечно же «пока вы будете захватывать деревню».

Ренфолд попыталась надавить взглядом — да только куда там

— Не хочешь своих прихвостней нам на усиление дать? — насмешливо поинтересовалась Анасдея.

— Я их в Багровые кущи отправил, — опять зевнул Змей. — А вам, жадины, я и так фамильяров классных подогнал! В Багровых кущах тоже приглядывать надо, мало ли что. К тому же бой с Бульком моих вассалов их пугает до усрачки, больше чем мои угрозы… Короче, увидите огромного мерзкого осьминога — будите! Чао!

— Осьминога⁈

Но Кель уже спал, устроив голову на моем плече. При этом ухватить его рукой не получалось: пальцы проходили сквозь иллюзорное тело. А режущий прием против Зверей, сгоряча все же подготовленный Ренфолд Ли заставиль развеять. И правильно: пернатому удар неопытного шамана будет чем-то вроде щекотки — при этом пойдет как полноценное недружественное действие.

— По пять становись! — в итоге вернулась к командованию наш тактик. — Идите строго за вашим жрецом, понятно? Он прикроет щитом, пока не подойдете до дистанции рукопашного боя.

— Не боись, маленький командир, так и сделаем! — «войско» разразилось ответными криками.

— Не теряем друг друга из виду, наступаем параллельно, — командир выставила задачу уже нам. — Мирных — пропускать, огнестрел — реквизировать, сопротивляющихся — уничтожать…

— Рабов — освобождать! — вдруг рявкнул один из бойцов, и его тут же многоголосо поддержали. Шая только сжала зубы. Ведь она же сама накачивала своих протеже именно освободительной риторикой. Скажи «нет» — и вся система подчинения развалится.

— Рабов — освобождать, — прорычала она, когда вопли стихли. — В атаку! Пока еще не все вороны в джунглях услышали, что мы — здесь.

По меркам учеников Академии Элитеи мы наступали словно улитки — не могли неодаренные держать наш темп. Но и синеложцы тоже не показали вершин оборонительного мастерства. Те, кто услышали наши вопли с окраины поселения — загнали рабов в сараи и заперлись по домам… и все. С другой стороны — это их и спасло, наверное. Даже двери выбивать не пришлось: выведенные и «освобожденные» на месте рабы с удовольствием сдавали хозяев: есть дома ружьишка али нет? У одних аж плазменный пистолет оказался! Почти разряженный и без зарядного устройства — но это другой вопрос. Но спустя полчаса, в подкрадывающихся сумерках, нас встретил отряд деревенского старосты, примерно такой же, как в Кущах.

— А ну отдали что забрали да лицами к стеночке! — ружья в руках предавали доморощенным стрелкам уверенности.

Я уже хотел объяснить, кто тут новая власть — при помощи шаровой молнии, разумеется. Но меня опередил какой-то мальчишка из числа новоосвобожденных. Кинул камень — да так метко, что угодил старосте в висок. Тот рухнул как подкошенный… и разверзся ад. Опять мне не удалось разобраться с противником: разом взревешая толпа с трофейными ружьями сама бросилась в атаку на угнетателей. Защищать своих можно было даже не пытаться — самому б под раздачу не попасть случайно.

— Надо атаковать шаманов, раз такое дело! — крикнул я Шае, одновременно повторяя то же самое Анасдее по мосту между разумами. — А то слиняют под шумок!

В сгущающимся мраке начали вспыхивать дома «мирных пейзан», бухали выстрелы, надсаживаясь, ревели глотки мужчин и визжали от страха женщины. Кель оказался прав: не захват а не захват, а погром.

Шаманы-жрецы, как оказалось, даже не пытались что-то предпринять. Они вообще не очень-то воспринимали реальность, разлегшись среди дымящихся курительниц на низких диванчиках. Только их слабенькие звери Потока поняли, что к ним на огонек заглянула сама Смерть. Этим малышам мы позволили бежать, одновременно разбудив хозяев… ага, сейчас. Двое из четырех повернули головы в нашу сторону, приоткрыв глаза — вот и вся реакция.

— Что за гадость они тут жгут? — скривилась Анасдея. — Минуту тут нахожусь и уже голова кружится начинает!

Ильтазар ловко закрутила воздушные потоки, заодно выбив оконные рамы — и выкинула наркотический «коктейль» куда-то во тьму. Заодно проветрила помещение.

— Этих сразу в расход или они нам зачем-то нужны? — попинал один из диванов Ли. — Вряд ли Кель решит их перевербовать.

— Давайте спросим их, где Буль? — вдруг предложил Джар.

Лежаший в наркотическом угаре «сосед» вдруг дернулся на своем ложе.

— Буль, — дрогнули его губы.

— Буль! — вдруг синхронно и очень четко произнесли жрецы. Я успел заметить, что глаза у «моего» словно затоплены синевой — ни зрачка, ни радужки. Но не то, чтобы предупредить остальных — сам дернуться не успел. Не говоря уже о щите. Потому чудовищный удар пришелся на «железную рубашку»!

Все произошло так быстро, что я на несколько мгновений потерял ориентацию в пространстве. Более того, способность Солнечника воспринимать движение витальной энергии и обычное зрение оказалось затянуто такой же синевой. Самое плохое: померкли Связи с фамильяром и Ильтазар! Про умеренную боль по всему телу вообще молчу — я её сразу даже не заметил.

Испугался ли я? О да, ещё как! Ослепленный, оглушенный, лишенный связи и возможности оглядеться! Мишень, а не боец! К счастью, Бен Ферандо, будучи еще Борком Раулем, вдолбил нам с Тесс в голову буквально до уровня рефлексов порядок действий. Все в защиту!!! И уже потом пытаться скинуть дезориентацию. Сферический щит!

Однако мгновения шли — а ко мне никто не лез. Более того, синяя гадость стала быстро блекнуть.

«Это что, враждебная мне, отравленная энергия жизни⁈» — поразился я, прислушиваясь к своим ощущениям. — «Которую я поглощаю и… перерабатываю?»

Успехи, сделанные на пути Ведьмы в очередной раз пришлись очень кстати. Я проморгался, одновременно вернулся слух, чувство верха и низа, включились витально-ментальные связи.

Я лежал на земляной деревенской улице, метрах этак в десяти от резиденции местных жрецов. Судя по обломкам кирпича вокруг — мною вышибли стену. Но «рубашка» выдержала ударную нагрузку — не распалась, спасла меня! Наверное, потому что до конца сознание я не потерял.

Фира, раздувшись фиолетовым шаром, припав к земле прямо передо мной, скалилась, прижав к голове. Ей было безумно страшно, но она решила не оставлять меня.

«Семья!» — донеслось по нашему мосту между разумами. А вот второй мост, к Ильтазар, оказался затянуть знакомой синей гадостью. Это ощущение заставило меня вскочить на ноги. От удара о стену я заработал микротравмы по всему телу — бессердечная физика плевать хотела на внешнюю защиту, если ускорения хватает на запреградные травмы. Но ведьмовство и с этим справилось, и я опять был готов к бою. И даже рванул к зданию вместе со своими дымчатым леопардом… когда строение буквально взорвалось обломками строительного мусора!

Второй этаж снесло практически начисто, зато в небо вырвались два Зверя Потока «божественного» класса: собственно, Кель — и синий гигантский осьминог Буль. Только теперь я вспомнил, что Пернатый еще до боя на меня намотался — судя по всему, успел вовремя меня бросить и под удар не попал. И даже смог успешно контратаковать. Сейчас он сжимал кольцами тела голову моллюска, с потрясающей скоростью вгрызаясь в макушку головоногого. Именно вгрызаясь: отрастил себе набор зубов, характерный для хищных млекопитающих, а не для змей.

Зато щупальца Буля остались свободны, и они наносили беспорядочные удары по душителю, совсем не безобидные. Причем четыре из восьми заканчивались… человеческими фигурами? Это жрецы им анимированы были⁈ Живыми? И вот эти тела вдобавок вовсю секли Келя энергетическим ударами, оставляя кровавые порезы… только это уже была агония. Крылатый добрался до места, заменяющего Зверям мозг — и выел. С треском рвущейся мокрой тряпки тело Буля лопнуло истекающими синим «дымом» лоскутами. Тела жрецов, лишившиеся удерживающей их силы, сломанными марионетками упали на землю и во дворы.

— Я, Божественный Кель, объявляю эту деревню своей!!! — наскоро заглотив еще пару лоскутов чужой плоти, проявился в реальности и проорал довольный Змей. Но мне некогда было его слушать: леопард нырнула в завал на месте жреческого особняка, разыскивая моих друзей. Аня точно жива, только без сознания — связь, наконец, заработала. Сейчас я её достану. Сейчас-сейчас! Движущийся щит прекрасно заменяет экскаваторный ковш, если кто не знал.

И остальных найду и вылечу. Главное уложится в три-четыре минуты: даже если сердце остановилась или кровь течет, человека еще можно спасти. А раз можно — значит, спасу. Как же может быть иначе?

Глава 10

Интерлюдия: Академии Элитеи. Тайное становится явным

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

«В связи с прохождением кадетом Талани специальной учебной программы, он не может получить увольнительную на время новогодних каникул.»

* * *

«Да, как родственник (во втором вариант — наставник) вы имеет право во время новогодних каникул посетить Академию Элитеи.»

* * *

Согласно Уставу Академии, вы можете запросить встречу с куратором вашего сына (вар. 2 — ученика) во время проведения новогодних каникул.'

* * *

«Уведомление! Встреча с Ректором Дениэлом Ли назначена на 11.00 (вар. 2 — 11.15). Внимание! Время ректора строго лимитировано, ни в коем случае не опаздывайте!»

За два дня до нового, 1140 года

Тестерадос Талани

Когда вместо очередного письма (Академия строго фильтровала обмен информацией между учениками и внешним миром, никакой медиа наружу!) пришло уведомление, что кадет Коррен Талани будет направлен на прохождение специальной учебной программы и общение с ним ограничено на неопределенный срок — Тестерадос обеспокоилась, но больше расстроилась.

«Ничего», — сказала она себе. — «Новый год не так уж далеко. А там обязательно увидимся!»

Она даже и представить себе не могла, что названный брат (в последний года она все больше и больше мысленно напирала на «названный», вспоминая прочитанные лирические романчики для девочек-подростков) окажется и в законные каникулы недоступен! А она так много хотела ему сказать! И, быть может, улучшив момент, даже п-п-поцеловать! По-сестрински, конечно же. Пока что.

Мать, конечно, все понимала. Даже как-то пыталась поговорить с дочерью, объясняя, что парни начинают интересоваться противоположным полом где-то лет в двенадцать — когда у них голос ломается. А пока Ори в сущности ребенок и Тесочку ждет разочарование… Конечно, все закончилось очередной ссорой.

«Значит, ты сущего ребенка отправила хрен знает с кем космос покорять⁈»

«Если помнишь, он сам выбрал должность юнги вместо года в школе полного пансиона на одной из соседних планет!»

«А корабль ему выбрала ты!!!»

…Помирились потом, конечно. Но осадочек в очередной раз остался.

Монументальная архитектура Академии, её парки и кампусы не оставили равнодушной молодую ведьму. Но волнение за названного братца мешало все как следует осмотреть. Взгляд её то и дело возвращался к высоченному центральному зданию: словно живое дерево, оно прокачивало через себя жизненную энергию, и чутье ведьмы даже на большом расстоянии реагировало тревожной напряженностью. Но все же куда сильнее напрягал Тесс разговор с ректором Ли. Было бы все хорошо — мог бы и кто попроще ответить, верно?

…Мужчину с девочкой лет восьми Тестерадос срисовала еще на подходе к главному входу в здание. Не тому, ритуальному, куда ведет высоченная лестница из полированного камня — а к тому, что используется всеми ежедневно. Чем-то мелочь (лет восьми, фи! Вот Тесс уже одиннадцать!) в красном понтовом камбинезончике её с первого взгляда начала раздражать. Или, даже, мозолить глаза не меньше, чем само главное здание Академии? Точно не фасоном одежды. И не цветом. Может, пластикой чересчур живых движений?

Надо сказать, в сердце главного военного училища Ста Миров мечтали заглянуть многие. Или хотя бы рядом постоять, сделав фотку на память. Потому посторонних, попавших по новогодним временным пропускам тут толпилось изрядно — и ведь дошли же, пешком! Транспортом гостям пользоваться запрещалось: извольте на своих двоих. Да, и к ректору на прием тоже. Только немногим из родственников учеников был открыт путь к лифтам, возносящим кадетов и преподавателей к вершинам военной науки и постижения пути Солнечника. Сколько зависти обычные посетители изливали на «счастливчиков» из своих рядов! Знали бы они…

Восьмилетка в красном со своим отцом, как оказалось, обладали нужным допуском. Девчонка-блондинка шла рядом с родителем — и только Талани-младшую это напрягало. Как будто одна из любимых корреновских шаровых молний вместе хаотичного движения в потоках воздуха вздумала следовать неким рациональным курсом!

— Куда ты меня тащишь? — тихо спросила Констанция: она умела делать так, что её голос слышал только нужный человек рядом. В смысле, не пользуясь «энергетической нитью» или другим ведьмовским приемом. — Мы успеваем с большим запасом.

— Тащу? — тут Тесс поняла, что схватила руку матери и настойчиво тянет вслед за семейной парочкой. — Так, увидела кое-кого.

— Откуда бы тут взяться нашим знакомым? — мама Кони мастерски прятала свои эмоции за маской доброжелательного спокойствия. Вот, даже легкую иронию во фразу вложила.

— Не знаю, — Тестерадос задумалась. — Нет, знаю! Это Алиса и Игорь Дрейки, с которыми мы переписывались!

Ну действительно, если припомнить письма Ори с «Кузнечика», а также личную переписку — отец и дочь легко узнавались. Особенно Дрейк-старший — Алиса, понятное дело, в переговорах о наставничестве не участвовала. Надо было только поближе подойти. Как назло, именно в этот момент Дрейки сели в лифт — и двери закрылись.

— Уверена? — тем же ровным тоном удивилась мать. — Вроде как им нечего здесь делать… Если только в отношении Ори у Игоря не осталось некоторых планов.

Тесс нервно улыбнулась: выросшая сиротой и воспитанная одной неприятной ведьмой как диверсант, Констанция напрочь плавала в некоторых аспектах мирной жизни. Ну кто еще позволит приемному сыну получать летный стаж в качестве юнги в семь лет⁈ Но когда дело доходило до конфликта и драки — о, лучшей матери и пожелать было нельзя! Если профессор-биолог и правда что-то задумал против Ори — что ж, сам виноват.

Алиса Дрейк

Кабина лифта по мере подъема пустела. Многие кадеты оглядывались на Алису — но заговорить, познакомится никто не захотел. Сказывалась атмосфера Академии: кто не в форме — тот чужой. Дрейк очень четко это чувствовала. В своем красном сьюте она отдалялась от других детей еще и тем, что здесь училось множество выходцев с Периферии и Окраин, привыкших совсем к другим подходам к одежде. «Столичная штучка», одним словом.

— Па-ап, как ты думаешь: нам расскажут, что с Ори? — негромко спросила дочь отца, когда те остались вдвоем. Этот вопрос она задавала не первый раз, и даже не второй — и получила максимально развернутый ответ. Просто молчать стало совсем уж невыносимо.

— Что-то расскажут, — едва заметно обозначил улыбку Игорь. Перед выходом отец и дочь обсудили, что и как спрашивать друг у друга на территории Академии, когда на руке пропуск-следилка. — Скорее всего даже правду, вернее, её небольшую часть. Чтобы посмотреть, как разойдется информация.

— Шпионские игры! — с отвращением проговорила маленькая блондинка, отведя взгляд.

— Я на самом деле боюсь, что с Ори и правда что-то случилось, — вдруг сказал грандмастер-солнечник то, о чем они не договаривались. — Может, мне показалось — но я увидел в лифтовом холле Тестерадос и Констанцию Талани. То есть им тоже сегодня назначили аудиенцию, а не развели на разные дни.

— Если так, то они следом за нами поднимуться! — мигом сообразила Алиса. Она первой выскочила из открывшихся дверей, нетерпеливо дождалась, пока отец пройдет мимо неё — и раз-два! — перетянула створ энергетической нитью! Еще пара хаотичных на первый взгляд метаний — и сенсорная «ловушка» приобрела законченный вид. Куда бы не пошли те, кто выйдет следом — младшая Дрейк об этом узнает.

— Смотрю, уроки Мастера Пушка не прошли даром, — профессор с ехидной улыбочкой продемонстрировал, что почувствовал тонкие манипуляции с витальной энергией.

— Я теперь самая прилежная ученица, ты же знаешь, па! — хвастливо заявила непоседа в красном, следом за отцом падая на банкетки в лобби перед кабинетом ректора. — Ой, сработало! Пап, это и правда они!

К чести Тесс она не только «поймала» на себя сенсорные нити, но и мигом это заметила.

— Что за липкая дрянь⁈ — донеслось от лифтов.

Этаж ректора хранил тишину и покой, других посетителей не было. Потому возмущенный вопль прекрасно разнесся по коридорам. Следуя за конструктом, молодая ведьмочка моментально нашла и его автора.

— Эй, ты! Ты ведь не… — слово на букву «В» повисло в недосказанности.

— Алиса Дрейк, очень приятно! — блондинка подскочила к брюнетке, протягивая руку для рукопожатия.

— Угадала, значит, — как бы про себя проговорила одиннадцатилетка и принял рукопожатие. — Тестерадос Талани, приятно не очень. Вообще неприятно, честно говоря.

— Тесс! — вот уж кто-кто, а её мать хорошо знала, что означает эта интонация. Но атака ведьмовской силой не прошла: руки разжались, и младшая Талани с удивлением посмотрела на свою ладонь. Потом на оппонентку. Дрейк ответила ей вполне дружелюбным помахиванием ладошкой… полностью покрытой «железной кожей»!

— Грандмастер Игорь, — тем временем поздоровалась Кони.

— Уважаемая Констанция, — чуть поклонился в ответ зоолог.

Они бы завели нормальный разговор и втянули в него детей — тем более, обсудить было кого. Но…

— Это Ори тебя научил «энергонити!» — дошло, наконец, до младшей ведьмочки.

— Ой, твой брат так многому меня научил! — для знающих Алису её тон и гримасска стали бы шоком: от прямой как рельса и гиперактивной девчонки вовсе не ждешь, что она сможет вот так намекнуть на что-то такое! Тем более такой маленькой и невинной.

— Ах ты! — взгляд Тесс метнулся к растениям в двух массивных кадках, украшающих зону ожидания. И вдруг отметил, что они тоже обмотаны энергопаутиной, а концы нитей держит в пальчиках оппонентка. — Так да⁈ А если так?

Родители дернулись, да куда там: оба хорошо поговорили с каждый со своей девочкой и ждали разумных действий и поступков. Но тут, что называется, спор пошел за святое — и все родительские речи оказались забыты. Красиво-синхронно блондинка восьми лет и заметно более крупная брюнетка одиннадцати выставили щиты, одновременно раздувая Шаровые молнии до размера хорошего такого арбуза. Прямо в холле перед кабинетом ректора Академии Элитеи!

Бен Ферандо(ранее известный как призовой охотник Борк Рауль).

Конец любого отчетного периода — этакие адские дни в календаре любого работника образования. В том числе и военного, не только гражданского. Быть на хорошем счету и короткой ноге с ректором вообще не помогает — скорее наоборот. Потому что тобой еще и чужие дыры затыкают — а потом еще и отчет требуют! Да еще и в выделенное время уложится нужно: у ректора тоже расписание забито.

Вот и сегодня Бен вынужден был битый час докладывать Дэниэлу Ли про состояние различных неотложных вопросов — и пофиг, что завтра последний день года и у всех кадетов каникулы. Потому характерные для атаки и защиты движения энергии Потока буквально за дверью он воспринял с откровенной радостью — и только после задумался, что происходит. Впрочем, уже действуя на хорошо заученных рефлексах. Впрочем, ректор от своего боевика ничуть не отстал.

Сюрпризом оказалось то, что сцепились две мелкие девчонки! Одна была бы с курса шестого, если б носила форму, а вторая — совсем ребенок, курс второй-третий. Ну, как сцепились? Сделать они еще ничего не успели.

— Что тут… — Ферандо не договорил. Ученица, которую он лично довел до ранга Подмастерья здорово вытянулась и стала выглядеть куда женственнее, потому он не узнал её с первого взгляда. А вот со второго…

— Тесс⁈

— Учитель Рауль⁈

Мелкая — теперь уже и не особо-то мелкая, почти мать догнала по росту — ученица сбросила щит и схлопнула плазмошар, пустив по коридору теплый сквозняк. И кинулась к мужчине — да так, что тот едва успел её подхватить. Объятия… и Тестерадос разревелась навзрыд!

— Учитель, мы так и не попрощались тогда!!!

На заднем плане ректор покачал головой и отменил автоматически объявленную системой безопасности тревогу. Очевидно уже, что драки больше не будет.

— Здравствуйте, я Алиса! — очень вежливо поздоровалась с мужчиной Алиса, перед этим отменив барьер и «задушив» свою молнию. — А вы ректор Ли, да? Мы вот к вам с папой на прием пришли…

Дэниэл Ли

Что может нарушить распорядок дня целого магистра-солнечника, еще и ректора могущественной военной Академии, лучшей в межзвездной республике Сто Миров? Вернее, кто? Оказалось, хватает всего лишь двух оторв, которым взбрело выяснить отношения из-за парня. Из формальной короткой процедуры на 15 минут как-то само собой получилось совместное неформальное чаепитие.

— Не мне вам объяснять, что риск, в том числе и для жизни — постоянный спутник солдата и офицера, — со вздохом отпил из своей чашки Ли. — Потому учебно-тренировочные программы для кадетов не могут быть безопасными на сто процентов. К сожалению, сейчас нет возможности установить двустороннюю связь со специально сформированной группой, в который состоит Коррен Талани. Однако с ними отлично подготовленный преподаватель, способный в одиночку защитить пятерых кадетов. Это не считая выдающихся результатов самих кадетов на стезе одаренного-солнечника! Но сказать «не волнуйтесь» я вам по указанной выше причине не могу…

* * *

Когда за посетителями закрылась дверь, Бен повернулся к Дэниэлу.

— Что это было? Сам на себя на был похож. А уж чаи с посторонними гражданскими гонять⁈ Которые тебе, к тому же, чуть пол-этажа не разнесли? К слову, я был уверен, что ты всех просто выставишь без объяснений за нарушение условий пребывания на территории Академии и неуважении к руководству Академии.

— И лишить тебя обнимашек с бывшей ученицей? — саркастически переспросил хозяин кабинета. — Кстати, ты понял, что она ведьма сильнее, чем солнечник? И при этом полноценный Подмастерья? И превосходит свою мать как минимум на ранг по обоим путям?

— Из расспросов Тесс я понял, что мать у неё слабая ведьма. У которой ребенка отняла и продала более сильная, — задумался Бен. — Но при мне она только простенькие фокусы показывала. А потом и их перестала — зато научила Коррена готовить, и он её буквально в считанные месяцы превзошел! Что лично меня очень забавляло и, не скрою, радовало. Надо сказать, во многих ресторациях Элитеи обычные блюда — не из высокой кухни, а чтоб пожрать — хуже делают.

— Конечно, у них же нет ведьмы-повара, — фыркнул Дэн. — А у тех, у кого вкуснее — работает как минимум одна. Кстати, Констанция Талани как раз одни из них: работает в ресторане «пищевым технологом» и получает зарплату ненамного меньше, чем я!

— Наша СБ прямо за время разговора накопали? — переспросил Ферандо, прикладываясь к своей кружке. — Молодцы.

— «Молодцы», — передразнил друга ректор. — На дочерей у них вообще ничего, пусто! А между тем эти две девицы, прежде чем перейти на шароплазму, сначала схватились на ведьмачьих способностях! Чуть мои любимые кустики в горшочках не попортили засранки!

— Что, и Алиса — тоже? — удивился Ферандо. — Она ж сто процентный солнечник, я же видел.

— Однако знает один ведьмовской прием, и показала еще прием из пути Монаха, — улыбнулся одной половиной рта магистр. Милая добрая девочка-колокольчик, ага.

— Проклятье, — потер лоб озадаченный Ферандо. И тут же хлопнул себя по тому же месту. — Она же летала с Ори, он сам мне рассказывал! Но как⁈

— Возможно, тут еще и в отце дело, — покачал головой ректор. — Профессор Игорь Дрейк весьма мутный тип. До последнего не хотел подтверждать действительную ступень пути, только недавно сдал квалификационный экзамен на гранда. Странно, что его только недавно взяли за жопу в связи с той историей с кражей сервера у оружейников. До этого за ним всякое только подозревали. В том числе и владение приемами разных путей. Но точно не ведьмовскими. Движение по пути Матери сильно меняет человека, в том числе вмешивается в движение энергий в организме — чем дальше, тем сильнее. Продвинутое владение энергонитью — дается далеко не сразу… Но почему-то Алиса об этом даже не подозревает!

— Коррен, — обреченно признал бывший призовой охотник. — Его почерк.

— Именно. Почерк любого по-настоящему талантливого шамана — с легкостью плевать на «незначительные условности», — подвел черту ректор. — Ты ведь внимательно ознакомился с тем архивом, что я дал тебе прочесть? Считай, эта встреча сегодня окончательно расставила все точки над «i». Как только архонт найдет пропажу — ты предложишь Коррену Талани сотрудничество в обмен на дальнейшее качественное прикрытие его тайны. Ну и там золотые горы и прочее всяческое прилагающееся. Как равному предложишь.

— Для этого Ори должен выжить там, куда его занесло, — на миг на лице Ферандо мелькнула ненаигранная душевная боль. Вовсе не могущественному партнеру, а по действительно близкому человеку.

— Коррен захватил пиратский крейсер-носитель, действую в одиночку, — похлопал друга по плечу Дэниэл Ли. — Уверен, выкрутится. Еще и с прибытком вернется, вот увидишь!

О том, что учебный протокол заставлял анонимно разделять возможных шаманов среди кадетов и их фамильяров — а именно в Звере Потока и заключается основная боевая мощь шамана — Ли решил умолчать. Зато сказал другое:

— Фернадо, друг. Ты заметил, как многое я смог понять благодаря чувствительности магистра? — вкрадчиво переспросил он. — Как считаешь, человеку, которого я хочу видеть на месте своего заместителя — стоит подтянуть свой ранг?

— Только не усиленные тренировки! — взвыл Ден. — Когда⁈

— Я же нашел, — аргументировал Дэн. — И смотри: теперь я ректор Академии Элитеи. Ты уж не подведи.

— Есть не подводить, командир, — Фернадо передернуло. Но он все правильно понял: то было не пожелание, а приказ. И предложение, от которого не отказываются.

Игорь Дрейк и Констанция Талани

Две семьи, не сговариваясь заранее, вместе вышли из главного здания Академии и двинулись в сторону далекой проходной: покинуть территорию можно было только там. Надо, очень надо было поговорить — но тонкие ленты пропусков на запястье, выданные вместо коммов, откровенно мешали. Никто даже не скрывал, что приборы пишут каждый вдох и выдох — не говоря уже о словах. Да и поганое настроение уж больно давило. Долг, риски, особая программа обучения — все это складывалось в совсем не радостную картину. Группа учеников пропала — и пропала так хорошо, что их до сих пор, со всеми современных технологиями не нашли!

Может, девочки по дороге разговорились бы о чем-то нейтральном. Но Тесс вдруг запнулась и едва не растянулась на тротуаре посреди парковой зоны. Это солнечник-подмастерья-то! Она как-то заполошно обернулась к матери, открыла рот… и тут же зажала его ладонями.

— Что? Что такое? — Констанция напряглась. Чтобы не случилось — враг выбрал плохое место, чтобы атаковать ведьму.

— Я полагаю, что ваша дочь только что поняла нечто важное, о чем в коем случае нельзя сказать вслух, — вдруг пояснил Игорь.

Тесс часто закивала, подтверждая сказанное и продолжая зажимать рот руками. Только на глаза навернулись слезы.

— Откуда? — с нажимом спросила мать-диверсант.

— Гранды, если потренируются, конечно — могут замечать присутствие тех, кого не видят другие, — чуть ли не нараспев произнес Дрейк. — Я вот потренировался.

— Так надо быстрее валить на выход! — подпрыгнула на месте Алиса. И тут же хлопнула себя по лбу. — Вот я дура! Все проще. Быстрыми касаниями она объединила энергетическими нитями лбы всех четверых.

«Говорить можно вот так, не раскрывая рта», — передала она. — «Ну же, Тесс! Ты же ведьма! Освоить этот прием проще простого!»

«Мне… Явился… Фамильяр Ори…» — каждое следующее слово давалось Тестерадос легче предыдущего. — «Зеленая кошка Ная. Она сказала: „Ори точно жив, потому что их связь не разрушилась!“ Но Ори пропал без вести. По витальному следу Академия отправила Архонта! Но быстро Архонт не справится. Надо ждать!»

Глава 11

Вкус победы

Год 1139 от начала Экспансии (двое суток до Нового года)

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

— Не пойму, а чем ты недоволен? — не очень убедительно изображая озадаченность спросил Кель. — Ты хотел создать армию живых, и у тебя получилось. Так они и воюют. А ты думал чего местные предпочитают мертвяков? Из любви к трупам? Нет! Они послушные и делают ровно то, что им говорят.

Его мнения я не спрашивал, да и вообще на разговоры не был настроен. Просто пока поднимался на пирамиду, чтобы немного побыть одному, бормотал под нос проклятия в адрес наших солдат. Которые устроили в захваченной деревне настоящую резню. Пернатый услышал и тут же проявился в реальности со своими невероятно ценными суждениями.

— Давай только ты умничать не будешь, а? — устало фыркнул я. — Тоже мне, специалист по тактике, стратегии и личностному росту!

— Ну, по последнему пункту ты не прав, малыш! — хохотнул в ответ «божественный». — Можно сказать, я всю свою жизнь только этим и занимался! Подобных мне не сыщешь по всей галактике, это я тебе авторитетно заявляю.

— Выживать и сбегать ты умеешь, — отмахнулся я.

— Но если серьезно? — незваный собеседник тут же свернул с неудобной для него темы. — Если тебе не нужен совет могущественного существа, прожившего неизмеримо больше твоей крохотной и бессмысленной жизни, чего ты тогда приперся на мою пирамиду? И мешаешь моему пищеварению, между прочим!

— У тебя нет пищеварения, ты бестелесный дух.

— А сейчас? — кольца Келя жесткой чешуей проехались по моему предплечью.

— Материальное воплощение не вырастит тебе желудок.

— А рабы не станут дисциплинированными солдатами, малыш.

— Есть способы сделать их послушными, — ответил я Келю.

— Ты уж прости, малыш, но что-то мне не верится, что у тебя на эти способы огня в крови хватит, — хмыкнул тот. — Знаю я вас, людишек! Вечно носитесь с своими душевными терзаниями, делает то, что не нужно, а нужного — не делаете.

— Посмотрим! — хмуро отозвался я. И стал спускаться с пирамиды.

* * *

Разговор этот с Пернатым Змеем состоялся значительно позже взятия «первым партизанским» Синего Лога. Уже под вечер, когда совместными усилиями мы не без труда прекратили устроенную бывшими рабами «кровавую баню» недавним «хозяевам». А перед этим мне еще пришлось половину команды с того света доставать. Это я без преувеличения, кстати, говорю.

Не могу сказать, что пережил самые паршивые минуты в жизни, пока разбирал образовавшийся на месте драки «божественных» Зверей завал. Но только потому, что в начале нашего знакомства с Тесс решила помереть прямо у меня на руках, покорившись своей несчастливой судьбе. То, что мне удалось её реанимировать — пополам удача и заслуга моих котов. Изредка мне сняться кошмары, в которых у меня не оказывается в нужный момент универсального аппликатора… Чую, теперь еще одна тема для кошмаров добавится.

Первым под мой щит-ковш попался Цзан Кунг Ли. Без сознания, но в «рубашке»! Вот это я понимаю — отработанный прием! Кислород в полости под балками и кирпичами еще не успел кончится, так что клановец очень легко отделался. Правда, сквозь «рубашку» лечебным воздействием пробиться оказалось очень трудно. Не исключаю, что Ли пришел в себя от этих попыток, а не от моих усилий. Впрочем, он сразу скинул защиту и дело пошло на лад. Тридцать секунд — и «китаец» включился в работу: остальное его организм и сам должен исправить.

Анасдея, оказывается, успела врубить щит! Увы, но какое-то количество отравленной витальной энергии под защиту попало, и она все же потеряла сознание. Как только шарик барьера схлопнулся, строительный мусор придавил мою «наложницу». Но обвал уже случился, а основной удар осыпающихся обломков принял на себя ее Фриз, сумев в первый раз в жизни материализоваться! Вот только лечить людей, как моя Ная, волк не умел. Ну ничего, я же рядом.

— Уяу-у-у! — вынырнув из завала, позвала меня Фира.

— Я с вами! — покачиваясь на каждом шагу и опираюсь на спину фамильяра, двинулась за нами Аня. — Голова как в тумане, но силы-то при… Поток и все его Звери!

Шаю и Джара присыпало не так уж и сильно. А вот досталось — по полной программе. Вернее, досталось Яну, умудрившемуся оказаться между малышкой Ренфолд и атакующими щупальцами с анимированными жрецами Булька на концах. Как здоровяк умудрился успеть заслонить девочку своим телом — я даже гадать не стал. Наверняка самый сильный свой щит врубил… Плоский. Как в таких ситуациях и бывает, класс навыка не удалось компенсировать силой. Не вытянуть солнечнику-подмастерья гребанный «боссфайт». Но…

Отравленный по самую макушку осминожей синевой (пресловутые чернила, что ли?), весь в гематомах и открытых ранах, с переломами ребер и правой ключицы, с сотрясением мозга и трещинами в черепе — самое опасное поражение — он как-то сумел принять на себя тяжесть обломков, выставив локти и выгнув спину. В получившейся полости хватило место Шае. Если б не отрава, она б и сознание не потеряла.

Дошутился я про Халка: сколько бы не был силен Джар — сказочной регенерации у него все же не было. Даже Кунгу одного взгляда хватило, чтобы составить негативный прогноз.

— На щит и тащите его на траву, — мрачно распорядился я, одновременно отправляя волка и леопарда за нужными растениями в джунгли. Благо мост между разумами позволил объяснить что нужно не словами, а образами. Иначе здоровяку точно конец настал бы.

— Не стоит, — тихо сказал мне Ли: с импровизированными носилками Ильтазар справилась одна и быстрее одногруппника. — Смотри, течение его энергии замедляется и дисгармонирует. Тут нужен врач-солнечник уровня гранда. У нас просто не хватит знаний все исправить. Да еще и в считанные минуты.

— Я не на себя рассчитываю, — разметав мусор, мы устроили Яна на уцелевшем куске газона. — Природа-мать да не оставит своего сына.

— Что… кха-кха… ты имеешь в виду? — не ко времени очнулась Ренфолд.

— Именно то, что сказал, — спокойно ответил я, настраиваясь на предстоящее действо. — Максимально дословно.

Путь Матери слаб, если дело касается прямого столкновения, и достичь настоящих вершин, идя по нему, невероятно сложно. Но сила его в том, что двигаться по нему можно и превзойдя наставника. Результат, конечно, с первого раза никто не гарантирует, но… Что мне еще оставалось? Не рискну — и наш громила точно умрет.

Фриз и Фира, видимые все желающим, вихрем ворвались на площадь: волк в пасти притащил целую охапку разнотравья, а дымчатый леопард добавил веток с листьями. Стоило им положить собранное рядом со мной, я приступил к лечению. Шая сдавленно охнула, когда я ткнул срезом ветки в рану — и вдруг попятилась, сообразив, что та укоренилась прямо на теле человека! Кажется, её начало тошнить. Но это уже осталось за фокусом моего внимания — самому б не накосячить!

Одни травы и ветви вместе со своими соками пустили в кровь Джара свою чистую жизненную энергию. Другие активно втягивали в себя отравленную и синели на глазах! Третьи проросли в газон и в считанные секунды достигли водоносного слоя, став своеобразными насосами. Кровь в жилах нашего одногруппника здорово изменила свой состав — но не свертывалась и продолжала исправно переносить кислород. А вслед за ней начала разгоняться и структурироваться витальная энергия: на моих глазах жизнь едва ли не играюче победила смерть!

Оставалась только одна проблемная зона: голова. Проращивать корни под эпидуральную оболочку я не рискнул: слишком уж тонкая материя — собранная в гигантский узел нервная ткань. Малейшее нарушение — и вместо человека остается овощ. Правда, история медицины знает и обратные случаи — типа пули, прошедшей сквозь голову, которую пациент не заметил. Но я и так слишком сильно положился на везение. Тем более, жизненной силы теперь был избыток и синева отравы почти ушла. Но… кажется, мозг не хотел просыпаться. Во всяком случае, отвечал на накачку самой Жизнью слишком уж покорно, однообразно. Черт. Чёрт!

— Шая. Надо, чтобы ты позвала Джара, — «слушающая» меня по мосту между разумами, Анасдея первая поняла, в чем проблема. — Похоже, он посчитал, что сделал все и не возвращается к жизни.

— Ян! Ян! Вернись! — большая часть моих веток и травы уж валялись вокруг тела иссушенным мусором, либо были вырваны и отброшены, где в стороне курились синим, видимым только шаманам, дымком. Раны, конечно же, я уже зарастил. И кости восстановил.

— «Вернись ко мне», — подсказала Ильтазар.

— Я тебя зову! Ты мне нужен! Иди ко мне! — наш командир уже размазывала слезы по лицу, сама не замечая этого. — Ты меня спас! Не оставляй меня!

Увы, мы все чувствовали: здоровяк не отзывается. Может, зря я побоялся воздействовать на мозг? Еще в принципе не совсем поздно…

— Джар сказал бы, «пусть пообещает стать моей женой», — вдруг сказал Кунг.

— И женой твоей буду, и детишек тебе кучу нарожаю! — Шаю уже била такая дрожь, что руки ходили ходуном. Что говорить: она смерть своих родителей пережила, и вот теперь опять умирает человек, которого она успела записать в свои близкие. Ради неё отдавший жизнь…

И в этот момент мозг Яна в одно мгновение сменил рисунок энергий. А сам парень резко выпрямился, сел.

— Ты обещала, — сказал он своим обычным голосом… И опять рухнул навзничь. Но теперь — захрапел!

Шая упала ему на грудь, совсем заходясь уже слезами — но облегчения.

— С таким сотрясом пусть лучше так и спит на земле, не стоит его еще раз двигать, — решил я.

— Как ты догадался⁈ — потрясенно спросила у Ли Анасдея.

— Думаешь, знаю? — даже не пожал, а скорее передернул плечами наш «китаец». — Как будто кто-то под руку толк… нул?

Из-за левого локтя клановца сначала выглянул, а потом показался целиком, синий кролик. Оказалось, он сидел на панцире черепахи-фамильяра Ли. Надо же, оба уцелели в замесе.

— Мать-Природа свое слово сказала, — подытожил я.

* * *

«Благодаря» схватке двух Зверей Потока, и последующими за ней реанимационным мероприятиям, сам по себе захват Синего Лога мы как-то пропустили. По большому счету там и смотреть было не на что. Основные силы противника мы подавили в самом начале, Кель сожрал Буля, а жрецы — единственные, кто мог создать нашей армии хоть какие-то проблемы, благополучно превратились в придатки своего господина.

К тому же, появление гигантского Пернатого Змея на пирамиде окончательно деморализовало защитников, и сопротивления они даже не думали оказывать. «Первому партизанскому» всего-то и нужно было, что занять ключевые объекты и ждать дальнейших приказов. Что могло пойти не так?

Как же я ошибался! Когда фокус внимания наконец сместился с ближайших событий на окружающую действительность, первое, что я услышал, это крики о помощи. Орали буквально со всех сторон. Какофония звуков просто оглушала. Одни просили пощады, другие выкрикивали воинственные вопли, кто-то навзрыд рыдал… Утро в деревне, блин!

Оставив Анасдею следить за Джаром, мы с Шаей и Ли бросились в ту сторону, откуда доносились самые громкие и отчаянные крики. Разрушенное жреческое здание закрывало обзор, но когда мы выбежали на открытое место, я просто замер в ступоре.

Деревня превратилась в филиал ада. Одни дома горели, другие просто дымились, между ними по улицам носились люди. Вот один из наших вольноотпущенников остановился, деловито зарубил крестьянским тесаком пытающегося подняться с земли местного жителя, после чего пьяно расхохотался и побежал искать новую жертву.

Неподалеку от этой сцены развивалась другая. Парочка «партизан» разложили на земле отчаянно визжащую женщину и… делали то, что обычно делают победители с побежденными. Поодаль, метрах в десяти, еще троица «багровых» закидывали веревку на ворота перед богатым домом. Где уже висели его… видимо, бывшие владельцы. Последний, совсем еще мальчишка лет двенадцати, покорно стоял на коленях и ждал своей очереди.

— Это что такое? — заторможено и без выражения произнесла Ренфолд. — Это что они такое делают?

У нее, конечно, была уже совсем не детская психика — и сама людей убивала, и близких теряла, видела много чего, что стоило бы забыть. Но то, что происходило сейчас прямо у нас на глазах, было выдающимся даже по меркам девочки, выжившей в рабстве пиратов. Да и меня проняло, что там говорить!

— Это моя вина, — тем же тоном сказала Шая. — Я их сюда привела.

— И приказала убивать всех, кого видят? — клановец положил руку ей на плечо и выдал совершенно взрослое суждение. — Не зацикливайся так на себе, командир. Каким бы центром вселенной ты себя не считала, множество вещей происходят вне зависимости от твоих желаний.

Девочка шмыгнула носом и ткнулась лицом в грудь Кунгу. Тот сразу же застыл, как соляной столб, но быстро отмер и обнял всхлипывающего микростратега. У всех есть свой предел прочности. Шая сегодня чуть не умерла сама и едва не потеряла своего ближайшего друга. Вот эмоциональный фон и пошел вразнос.

— Пригляди за ней, — бросил я Ли и не дожидаясь ответа двинулся к ближайшей троице палачей. Происходит-то может все и вне зависимости от моих желаний, но остановить я это точно могу.

Понадобилось около получаса, чтобы вопли над деревней стихли до уровня стонов и плача. Пришлось здорово побегать и от души покидаться проявлениями в разные стороны. Вкусившие крови солдаты не собирались никого слушаться, а на попытки их остановить отвечали в лучшем случае руганью.

Хорошо еще хоть никто не дошел до прямого сопротивления, так что обошлось парочкой сломанных рук и выбитых зубов. А вот легкие электрические и плазменные ожоги заработали почти все участники огненной вечеринки в стиле Линча. Небольшой электрический разряд почему-то очень эффективен в качестве аргумента выполнить приказ. Но иногда встряски не хватало — и в ход шли мои любимые плазменные шарики! Вскоре ко мне присоединились и соратники, даже пошатывающийся, но все еще способный выдать пару техник Джар. И дело пошло быстрее.

Партизан выгнали за окраину села и приказали разбивать лагерь, а местных предоставили самим себе: зализывать раны, хоронить и оплакивать убитых. Точных цифр я на тот момент не знал, но предполагал, что не меньше трех десятков жителей Синего Лога отправились в объятия к своим богам.

Вот после этого-то я и отправился немного восстановить душевное равновесие. В единственное в округе место, которого сторонились и местные и пришлые. И, погруженный в свои мысли, совершенно забыл, что ее уже облюбовал один невыносимый Зверь Потока. Поцапавшись с которым, я все-таки достиг той цели, с которой приходил к пирамиде. Принял решение.

* * *

— И что нам с ними делать теперь? — еще через час мы направлялись к военному лагерю за околицей, разбираться с бойцами. И первый вопрос задала как раз их командирша. — Они же и в следующей деревне так себя будут вести…

Надо сказать, что после увиденного, самоуверенности у нашего микростратега поубавилось. Возможно она и раньше не воспринимала войну, как веселую игру, но к полному погружению в реальность все же была не готова. Одно дело тренировать вчерашних рабов, готовя их к бою с мертвецами, или самой сражаться. И совсем другое — смотреть на последствия своих действий. На то, как твои люди превращаются в кровожадных безумцев.

— Будут, — кивнул я на ходу. — Если мы их не урезоним. Здесь и сейчас.

— Как? — спросила Анасдея.

И получив по мосту между разумами ответ, помрачнела. Но комментировать не стала. Как и все остальные, к счастью. Объяснять не было никакого желания.

— Главное, не мешайте. Шая, особенно ты, — попросил уже на границе с лагерем. — Ты их командир, а я — вселенское зло. Пусть так и остается.

Встретили нас без особой радости. Еще бы, практически каждый из «первого партизанского» за сегодня успел получить от жрецов если не леща, то оплеуху. Некоторые вон до сих пор руки баюкали. И смотрели волками.

— В строй! — приказала Ренфолд и бойцы неохотно, но все же выполнили распоряжение.

Я дождался, пока они все соберутся, и вышел вперед. С минуту, наверное, стоял молча, оглядывая лица недавних рабов, и не находя на них ни капли раскаяния за содеянное.

— С самого начала был уговор, — начал я говорить, когда те уже что-то бормотать принялись. — Вы не мстите своим бывшим деревенским хозяевам. Наша задача заключается не в том, чтобы наказать их за ваши страдания, а в том, чтобы убраться с этого проклятого куска камня, попутно прикончив как можно больше тех, кто вас рабами сделал. Реально отнял вашу свободу. Забыли?

Ответом было молчание. И еще ропот. Ничего конкретного, так, проявление несогласия. Конечно, когда мы были в Багровых Кущах и какие-то дети-солнечники обещали свободу и возможность улететь с Четкой Фортуны, все выглядело совсем по-другому. Да и они сами были другими. Неуверенными, слабыми, плохо или вообще никак вооруженными.

А сегодня за ними уже одна победа. Боевое крещение. Разбитый враг и разграбленная деревня. Просто улететь с планеты им уже мало. Хочется отыграться за свою прошлую беспомощность. И сейчас для этого имеются все возможности.

— Если кого-то не устраивает такая постановка вопроса, то пусть валит в джунгли прямо сейчас, — продолжил я, постепенно повышая голос. Никогда не был большим любителем толкать речи, но после сегодняшнего эмоции требовали выхода. — Хотите — к пиратам идите или соседние селения грабьте. Попадетесь мне на пути — повешу на ближайшем дереве.

И выразительно так посмотрел на троицу, которая как раз этим и развлекалась. Взгляда они не выдержали, опустили глаза в землю.

— Если остаетесь, то сегодняшнее повториться не должно. Никаких грабежей. Никакого насилия. Никаких пожаров и погромов. Это ясно?

— Коррен, да чего ты накаляешь-то? — из строя на пару шагов вперед вышел мужчина лет тридцати. Скорее жилистый, чем крепкий. С жестким лицом и взглядом бешенной собаки. — Ну сбросили ребята напряжение, кому от этого плохо, а? Верно я говорю, парни⁈

Его словами встретил слабым, но одобрительным гулом. Ну вот, у них уже и вожаки успели появиться. Плохо, хотя и ожидаемо. В нормальных условиях из таких можно было бы делать сержантов, но командиры из нас оказались такими себе.

— Твое имя, боец? — этот взгляда не отводил. И вообще, кажется, решил меня на слабо проверить.

— Марик, — с вызовом ответил он. — И че за обращение такое — боец? Мы че, в армии? А ты че— офицер? Я никому присягу не приносил, ващета! Так что нечего тут военщину разводить! Я по своей воле сюда пришел, и мне никто не указ!

— Марик. Свободен, — махнул я рукой. — Ты больше не в отряде.

— А че это ты тут решаешь за всех? — тут же взвился он. — Мы свободные люди теперь! Сами будем решать!

Краем глаза я заметил, как дернулась Шая, но ее сразу же перехватил Джар. А мы-то его все тормозом считали. Правильно все понял. Не нужно сейчас вмешиваться.

— Сами? — я обвел строй глазами. — Кто еще считает также, как Марик? Что САМ может справится с мертвяками? С пиратами? Зверьми Потока? Ну, что языки в задницы позасовывали⁈ Повторюсь — я здесь никого не держу. Хотите сами — лес в той стороне. Или в той. Валите. Здесь останутся только те, кто хочет улететь с планеты и готов выполнять приказы.

Судя по выражению лиц вольноотпущенников, опьянение от крови у большинства уже прошло. И здравый смысл стал потихоньку возвращаться в их головы. Но не в тупую башку Марика. Который, видимо, решил, что ему выпал отличный шанс стать вожаком своей банды.

— А ты не дави, Коррен, не с рабами говоришь!.. — начал было он, но осекся, глядя на мою вытянутую в его сторону руку.

— Уходи. Сейчас, — процедил я.

— Нет! Мне больше никто не указ, ясно!

«Если в разум дверь закрыта, нужно в сердце постучаться…», — мелькнула мысль, когда этот идиот потянулся к трофейному пистолету на поясе. Довольно быстро, кстати — тренировался, что ли? Но недостаточно.

Небольшой на вид плазменный шар, величиной с детский кулачок, достиг его груди быстрее. И не взорвался, а прожег ее насквозь. Шаровые молнии — они, знаете, разные бывают. Языкастый придурок даже испугаться толком не успел — умер мгновенно. За спиной раздался звук, который сопровождает быстрое очищение желудка. Анасдея, бедняга. Зрелище и само по себе недетское, так она еще и по мосту между разумами узнала, как я хладнокровно рассчитываю шароплазменный удар с нужным эффектом.

— Итак, — в опустившейся на лагерь тишине произнес я. — Свободные люди, которые хотят сами решать свою судьбу, прямо сейчас уходят в лес. Бойцы «первого партизанского» вспоминают, что они освободители, а не угнетатели, и начинают жить по уставу. Время пошло.

Глава 12

Интерлюдия: Генри-младший, контрабандист. Специфика ведения совместных дел с космическими бандитами и убийцами

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

— Не-на-ви-жу гр-ребанных работорговцев! — прорычал старший диспетчер и, да-да — работорговец Майлз, глядя на стену из экранов. Виртуальный круговой обзор на посадочные места и в небо дали залу управления орбитальным и планетарным движением прозвище «Стекляшка». — Компьютер, активация турелей!

— Птичку повредим…— протянул было Генри, наблюдая за вялой перестрелкой, вдруг завязавшейся около только что приземлившегося корабля. Поскольку вокруг метров на триста не было ни других бортов, ни людей — прилетевшие что-то не поделили между собой. Можно предположить…

— Генри, Поток тебе в жопу!!!

— ИУС: Активировать турели! — запнувшись, быстро подтвердил команду дежурный от Перевозчиков, косясь на третьего коллегу.

В начале дежурства пират явился на пост в штурмовом скафе, по случаю прошедшего (неделю назад, ага) Нового года расклееным стикерами игрушек-для-веток, стилизованными подарками и прочей милотой. С позволения сказать, оператор третьей фракции развалился на прямо на полу у своего кресла, буркнул что-то — и опустил забрало. И хорошо: из шлема уже потянуло просто чудовищным перегаром!

Как оказалось, коллега заранее озаботился защитой своего сна и выставил автоответ на запрос об активации оружия.

— Кворум собран! Активация плазменных турелей для прекращения насилия! Протокол стрельбы: «Миротворческий огонь»! — радостно подтвердила информационно-управляющая система. «Чудо кибернетической мысли» явно ваяли где-то в Доминионах… и там же списали для утилизации. Но добрые дяди (и тёти), занимающиеся, скажем так, теневой логистикой — подобрали и притащили сюда. Конечно, всем было лень отредактировать лексикон.

Тем временем дела у противоборствующих сторон дела пошли совсем скверно. Компьютер щадил только тех, кто ложился на бетон, раскинув руки и ноги, предварительно отбросив оружие. Остальным же, после пары предупредительных, прилетало прицельно. Несколько плазменных шариков влетело в открытые люки корабля, повалил черный дым. Тем не менее, судно попыталось оторваться от космодрома. И, получило серию попаданий в районе двигателей, рухнуло назад.

— Дебилы конченные, — прочел эпитафию над экипажем и грузом Майлз. — Дураку ясно: нельзя просто взять и начать продавать рабов! Сначала образование надо получить, потом наработать опыт в большой компании — и только потом… тьфу! Тиффани, ты это видела? Тут тебе новый подарочек на утилизацию с неба упал!

— У ты ж мой хорошенький! Люблю тебя, Майлзик! — донеслось из динамиков в ответ. — Если выскребем с этой жареной курочки что-то поверх утильсбора — с меня магарыч!

— Мы могли бы захватить корабль без повреждений, если бы вызвали штурм-группу безопасников… — опять поглядев на спящего пирата, негромко сказал шефу Генри.

— Говори уже без вот этих всяких бла-бла-бла! — скривился старший диспетчер. — Откуда только контрабасы тебя такого откопали… Стой! Мне нахер не надо это знать! Учись уже нормально балакать! К Мяснику и его ребяткам ты считаешь, стоило обратиться? Так, да?

— Я просто хочу разобраться…

— Так, да-а⁈ — от рева работорговца мелко задрожали консоли.

— Да, — представитель Перевозчиков вздохнул. Ему не нравилась его нынешняя работа, не нравились коллеги, и сама планетка не нравилась — но его никто и не спрашивал. Видит Поток, он старался и продолжает стараться делать все на совесть. А в ответ — только брань и хула.

— Я тебе скажу, что тогда было бы, — внезапно почти спокойно ответил Майлз. — Ребятки Мясника вынесли бы этих недоделков на пинках и «птичку» целой и невредимой взяли бы. А сам Мясник в это время сочинил бы огромную простыню претензий, мол мы его бойцов подвергли опасности и вообще! И что мы за вызов ему кругом должны остались. И сиди опровергай: хорошо еще если до сходняка не дойдет. А Тиффани — видел? — никаких проблем! Еще и спасибо сказала.

— Она же тоже под «Черепами Свободы» работает, как и Мясник, — напомнил Генри.

— Когда человек — говно, даже иерархия бессильна, — наставительно заявил Майлз.

Дежурный от Перевозчиков с ним мысленно согласился: Майлз успел убедить себя зарекомендовать в глазах подчиненного весьма однозначным образом.

«Я отсюда свалю, не пройдет и пара лет», — напомнил Генри себе. — «Отец правильно делает, что заставляет меня пройти через все ступени нашей нелегкой профессии. А вот Дерьмайлз так и останется гнить в „Стекляшке“ до скончания веков!»

Папу Генри очень уважал. Контрабанда — бизнес не самый безопасный, непростой и достичь в нем твердого и неоспоримого успеха весьма сложно. Но Генри-старший справился. Однако без образования династии успех был бы все-таки не полным. И сын пошел по стопам отца. По ускоренной облегченной тропинке — но все-таки. Вот, вроде как на почетную и завидную синекуру поставили: сиди себе перед пультом и делай что говорят. Причем не просто так, а представляя свою… ну, скажем так — теневую корпорацию. Налаживай личные связи с коллергами по организованной преступности. Но ведь это не значит, что тут нельзя отличиться?

— Второй инцидент с кораблем торговцев живым товаром за неделю, — вроде как ни к кому не обращаясь, задумчиво проговорил Генри. — Нет ли здесь какой-то связи?

Старший диспетчер, только что наливший себе полную чашку бурды, абсолютно незаслуженно именуемой «кофе», едва не опрокинул напиток на себя.

— Твою налево! Опять тебе больше всех надо⁈ Делать нечего, даун гиперактивный? Так я найду!!!

— А можно, наконец, нормально объяснить мне: что не так? — всякому терпению однажды приходит конец. Затевать драку с грязным на язык уродом ведь не обязательно, вернее, вообще не желательно. А вот затаить и подставить в момент чужой слабости — совсем другое дело. Особым интриганом Генри себя не считал, но и наивным теленком уже давно не являлся.

Видно, что-то промелькнуло в его взгляде. Потому что Майлз вдруг запнулся, и уже совсем другим тоном, почти нормальным, сказал.

— Нормально? Хы, нормально… Смешно! Ну, давай развлечемся. Представь, ты на Блошиных рядах купил яблоко. Положил такой в карман, идешь себе… и тут замечаешь, что продавец за тобой шкандыбает! Ты его спрашиваешь: «какого?» А он тебе: «Да вот очень интересно, как мое яблочко у тебя в кармане поживает!» Что сделаешь следующим? Я бы вот такому в морду прописал после такого ответа!

Работорговец посмотрел на контрабандиста одновременно с жалостью и снисхождением.

— Так вот, Генри, заруби себе на носу: если уж ты отдал ситуацию под чужой контроль — это больше не твоя ситуация! Мы подавили беспорядки на космодроме — и отдали подбитых нарушителей Тиффани. Все, это больше не наше дело, даже если любопытно. Как яблоко в чужом кармане, понял? Дошло, наконец?

Продолжатель династии контрабандистов внезапно для себя понял, что в словах старшего коллеги есть свой смысл. Извращенный, но есть. Кивнул.

— Надо ж, дошло! — нарочито удивился Майлз.

— Но почему… как? — откровение выбило диспетчера от Перевозчиков из колеи. — Это же… ну, важно для всех?

— Дикий ты какой-то, — покачал головой работорговец. — А еще контрабас, ха! Небось нигде кроме планет с центральной властью не жил? Не отвечай, мне похрен. Лучше себе ответь: кто на Дикой Фортуне главный?

— «Черепа Свободы», — Генри опять скосил глаза на спящего пирата. — Они первые нашли эту планету. В смысле, после первопоселенцев, которые тут уже фермерствовали. И у них самая большая военная сила собрана на планете.

— Верно: мои и твои парни не такие боевые, — хмыкнул старший. — А теперь вопрос со звездочкой: кто на Фортуне за все отвечает? Ты не торопись, не торопись. Подумай.

Контрабандисту понадобилась минута.

— Получается… Кто за что взялся, то и отвечает? — ответил он.

— О, — Майлз глянул на подчиненного с некоторым даже уважением. — Не даун, значит. А что так долго скрывал? Так и есть. А за то, за что никто не взялся — никто и не отвечает. Думаешь, Черепам охота тут править? Да плевать они хотели на местных, и на нас с тобой! Просто оказалось удобно сделать перевалочную базу тут же, рядом с пиратским портом. А им оказалось выгодно наше соседство. Ну и что-то приходится и правда вместе делать: вот, трафиком рулить, например. Именно потому нас тут трое: каждый представляет своих. Еще Рынок тоже вскладчину управляется — он всем нужен. Космодромы, обычный и VIP — тоже понятно. А так: инженеры и техники Черепов решили подзаработать: вот и ремонтные услуги, вот и Утилизаторы появились. К ним что мои, что твои — никаким боком. И уж будь уверен: на попытку влезть в их дела пираты в лучшем случаем стучат по морде. А то ведь пристрелят на месте!

Генри против воли передернуло.

— Потому если чокнутый колду… — тут старший диспетчер зацепился взглядом за скаф коллеги и запнулся. — В смысле уважаемый одаренный сказал, что сам попробует вымутить из джунглей тех, кто мог спастись с разбившегося в горах борта — то стоит держать глаза и руки от этого дерьма подальше. Согласен?

— Да, — опустил глаза контрабандист. Подумал, и добавил без всякой скрытой издевки. — Спасибо за науку!

— Будешь неделю мне по первому требованию кофе из чертового автомата добывать! — паскудно осклабился Майлз. Правда, почти сразу его выражение лица сменилось на довольную улыбку. — Вот! Ведь можешь же, когда хочешь!

Дело в том, что контрабандист вытащил из своей сумки стандартный кофейный картридж с натуральным высококачественным содержимым. На самом деле, Генри еще на третий день достал премиальный сублимат по своим каналам. Вот только коллеги сделали все, чтобы атмосфера в «Стекляшке» максимально отдалялась от теплой и дружелюбной, и картридж так и остался лежать в вещах

— За таким нектаром я и сам сбегать в любой момент готов! — испробовав новый состав, блаженно откинулся на спинку кресла работорговец.

А Генри благоразумно прикусил язык и не стал сознаваться, что он успел нарыть по первому крушению благодаря доступу к оборудованию «Стекляшки». Когда никто не знает, чем ты интересовался — не будет и проблем, верно? Ну и аккуратно подчистить за собой следы не помешает, стерев проставленные метки и записки к ним.

Теперь никто не сможет по логам узнать, что Генри регулярно интересовался периодической орбитальной съемкой раскинувшихся на половину континента тропических лесов по ту сторону гор. И не без причины: перед Новым годом и после него в местах с явным присутствием искусственных построек и возделываемых полей, то и дело возникали локальные, яркие пожары. Да, они быстро гасли — последнее как раз нормально для влажных джунглях. А вот сама причина возникновения…

«Пятеро юных одаренных солнечников с огромным потенциалом. Уникальный товар. Находятся в капсулах гибернации.» — вот что сказал владелец корабля после авторизации по VIP-коду. После чего пропал из эфира, а его корабль разбился. Что, получается, одаренные дети в количестве пяти штук все это устроили? И кто живет в джунглях? «Какие-то нищие уроды из местных» — это ведь не ответ, верно? Так что ж, получается, уцелевшие детишки все это натворили — и продолжают творить? Или пилот изначально наврал о содержимом трюма? Корабль, исковерканный при падении, после еще и камнепадом и погребенный осыпью, так и не стали доставать — посчитали невыгодным и слишком рискованным.

Но если принять, что в джунгли попали все-таки одаренные супер-дети — самый логичным будет предположить, что один из местных вождей (или кто там у них, шаманы какие-нибудь?) — поставил их себе на службу. Витальной энергии ведь все равно, кому подчиняться: взрослому или ребенку. И если соединить точки, где происходили пожары, одной длинной кривой линией — получается, вождь этот покорил все деревни одну за одной. Причем последняя как раз располагалась недалеко от широкого горного перевала, даже скорее горной долины, прорезавшей горную цепь и выводящей к морю и расположенным там фермам. Чутье потомственного контрабандиста говорила диспетчеру, что такое расположение — совсем неспроста! Сам он знал, что бы сделал, если бы удалось взять под контроль перевал. Но что сделает дикарь, вкусивший череду легких побед? Может, доминимрования над такими же как он вождю покажется мало?

Еще вчера Генри думал, кому лично для него будет выгодно слить информацию. Тот, кто по воле отца пристроил его в «Стекляшку» сразу ушел в глухой отказ, как только понял, о чем идет речь. И теперь, наконец, он узнал, почему отцовская креатура так себя повела. Майлз вовремя снизошел до объяснений: контрабандист уже думал выйти на одного из пиратских лидеров. Картриджа с элитным кофе было совсем не жалко: сквернослов и та еще задница старший диспетчер буквально его спас, разъяснив за местные понятия!

Надо отдать контрабандисту должное: у него в голове не проскочила даже мимоходом мысль сменить криминальный бизнес на что-то более безопасное и легальное. Зато кое-что другое окончательно испортило настроение.

«Было бы у меня сродство с Потоком — ни одна неодаренная скотина не посмела бы так со мной себя вести! — думал Генри. — Один ублюдок ничего не объяснил, хотя должен был. Другой, чужак, объяснил, хотя и не должен был. Но после стольких издевательств! И это еще повезло!!! Вот был бы колдуном — все эти бездарные безынициативные гнуси совсем иначе со мной разговаривали бы!»

Тут, правда, сын одного из бонз Перевозчиков припомнил кое-какие слухи про проблемы одаренных, особенно при инициации — и слегка подсдулся. Генри слышал от отца, что в Ста Мирах налажена практика работы с избранниками Потока чуть ли не на государственном уровне. За счет того, что запретили все секты, а одну, наоборот, сделали официальной. В Доминионах ничего подобного не было: к кому хочешь (и можешь) — к тому и обращайся. От наставников, работающих по индивидуальному найму, до школ и сект. Каких-то внятных гарантий о том, что одаренного ребенка правильно инициируют и обучат нужным приемам — никто дать не мог. Ну, кроме репутации учителя, школы или секты.

Ходили упорные слухи, что процент умерших и покалеченных при активации не так уж и мал. И что многие секты так выводят одаренного на контакт с Потоком, что он потом сам не может распоряжаться своими силами, а только по приказу старшего сектанта. Зато, конечно, прошедшим через все эти препоны открывалось многое такое, что недоступно лишенным таланта…

— «Стекляшка», гранату вам всем в жопу!!! Вы там уснули все⁈

Голос по общему каналу заставил задумавшегося Генри натурально подпрыгнуть. Заполошно кинув взгляд на приборы и мониторы, он убедился, что ничего не пропустил. Никто не прибывал, никто не взлетал.

— Говорит диспетчер Майлз, дежурство проходит штатно, — совершенно спокойным голосом ответил старший. — А вот занимать канал космической связи с земли — серьезное нарушение Соглашения.

— Ты, петрушка, говном обмазанная! Что с моим человеком? Почем не отвечает⁈ — обозначил себя какой-то командир из Черепов.

— Этот, что ли? — навел планшет на владельца красного скафа. — Компьютер, что с дежурным от Черепов Свободы?

— Диспетчер номер три, жизненные показатели в норме, — немедленно отозвался ИУС.

— Увы, запросить смену не могу, с ним все в порядке, — глумливо улыбнулся в камеру планшета Майлз.

— Так растолкайте его!

Еще час назад Генри мог и повестись. Теперь, глядя на ситуацию с нужного угла, он четко понимал: трогать любителя наклеечек нельзя ни в коем случае.

— Не имею права, — хорошее настроение работорговца можно было мазать на хлеб. — И отдельно хочу поблагодарить за дальнейшее нахождение на канале. Подробнейшая финансовая претензия будет у вас сразу же по окончанию моего дежурства! И за нарушение протокола обращения к диспетчерам — тоже!

Пират просто отключился.

— Видишь как хорошо не лезть в чужие дела, Генри? Посидел в сторонке, помолчал — и денежки на халяву заработал! Ну что, по кофейку?

Глава 13

Экспроприация экспроприаторов

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

— Зря ты так к людям, Ори, — попеняла мне Шая, когда до фермерского поселения оставалось еще полчаса неспешного хода. — Не все они обязательно плохие. У большинства просто выбора нет. Сам же видел, как на этой планете все устроено.

Я в ответ пожал плечами. Видел. И что? Пожалеть их теперь? Вопрос личного выбора никто не отменял. Как там у одного американского стендапера было: если кто-то строит дом на склоне действующего вулкана, то пусть не удивляется потом, чего это у него в гостиной на полу лава. Так и тут. Не устраивает такое положение дел — боритесь. Устраивает — нефиг оправдываться!

В каждой из пяти захваченных нами деревень в джунглях, люди жили по второму принципу. И их все устраивало. В прошлой жизни я с такими тоже сталкивался — моя хата с краю. Тоже были большими любителями рассказать о том, что это не они такие, а жизнь такая. И слушать ничего не желавшие про то, что жизнь, вообще-то, такая, какой они сами ее делают.

А то удобно устроились! Живут себе на планете, фермерствуют, рабы в порядке вещей, ритуальные жертвоприношения Зверям Потока, а чуть тронь — это пираты во всем виноваты!

— Мне так проще, — пояснил спокойно. — Не ждешь ничего хорошего и не разочаровываешься.

Вялотекущий спор — ну, скучно же молча шагать! — длился уже несколько минут. Еще и с позволения сказать, «камуфляж» раздражал чем дальше, тем больше: жарко, трет, зараза такая! А разговор хоть немного отвлекает.

Микростратег напирала на то, что людям (не пиратам, это важно!) надо дать шанс и тогда они сразу же начнут проявлять лучшие свои качества. Вот, мол, на бывших рабов посмотри! Стоило только обозначить правила, и сразу дисциплина появилась, и понимание нашего общего пути.

О том, что вся эта положительная движуха берет свое начало с казни одного недовольного, девочка предпочитала не вспоминать. Не знаю, может ей так проще было. Или это проявление той самой загадочной женской логики. Кто сказал, что у девочек до пубертата ее нет?

Но, да. Сейчас дисциплина в «первой партизанской» была на высоте. Те, кто лично видели, что бывает с нарушителями, мародерами и насильниками, раз и навсегда затвердили урок. Тем же, кто присоединился к армии освобождения Четкой Фортуны, позже, из третьей, четвертой и пятой деревни, очень доходчиво рассказали. А кто не внял с первого раза, объяснили еще раз — более радикально. Мне уже и вмешиваться не приходилось.

А вот с селянами, то есть условно свободными жителями деревень в джунглях, все было несколько сложнее. Так-то они подчинялись, и требования новой администрации выполняли. Но совершенно без огонька! Такое ощущение было, что стоит отвернуться, как они прямо на ходу засыпали!

И стучали друг на друга! Поток, с каким же наслаждением они это делали! Кто-то зажилил часть продовольствия, которое наш отряд брал в качестве налога, и тут же появлялось человек пять из числа соседей, которые спешили поведать об этом во всех подробностях. Поверишь тут в лучшие человеческие качества, ага!

Но худо-бедно — справлялись. Божественные Звери Потока последних деревень сопротивлялись отчаянно, не без выдумки — но мы уже набили уже руку. А, может, решающую роль сыграли перебежчики из свиты божественных? В любом случае, к исходу первого месяца Пернатый получил свои храмы, мы — полудохлую продовольственную базу и мотивированных рекрутов в армию. И пришла пора подергать за усы пиратов.

Для этого мы переправились через расположенный на юге перевал, отсекающий девственные джунгли от таких же, но расположенных в прибрежной зоне. Подобрали там подходящее место для временной базы, где оставили все воинство и большую часть «апасных», и вдвоем с Шаей отправились на разведку. К ближайшей ферме, владельцы которой платили оброк пиратам.

Последнее мы через фамильяров узнали, к слову. Малыши уже «подросли», хотя до моих им было, как до Элитеи на досветовой, но все же стали отличными помощниками в партизанской войне. Главным образом глазами и ушами. Благодаря им и безмолвной речи, «первая партизанская» могла действовать малыми группами, держась друг от друга на расстоянии нескольких километров.

— Фу таким быть! — фыркнула на мою последнюю реплику Шая. — Спорим, что фермеры не сдадут детей пиратам?

— На что? — сам-то я был уверен, что выиграю, но азартную девчонку решил поддержать.

— Ну… — задумалась она.

И правда, что же выбрать? Имущество у команды в джунглях было общим, денег и кредитов в хождении не наблюдалось, в общем — не большой выбор валюты для спора.

— Давай на желание, — предложил я. И сразу предупредил, чтобы баловством на войне не закончилось. — Только не здесь, исполнения можно требовать только по возвращению домой.

— Идет! — тут же согласилась Шая. — Ох и намучаешься ты у меня в кубрике порядок наводить!

Фермерское хозяйство оказалось таким же, каким его увидели Хвостик с Фирой. То есть, довольно крупным, с кучей обработанных полей, целыми рощами плодовых деревьев и даже сельскохозяйственной техникой. Причем, не примитивной, как у деревенских по ту сторону горного хребта, а вполне себе такие неплохие экземпляры. С их помощью со всем этим богатством управлялась всего одна крестьянская семья.

Которая почти вся — отец, трое его взрослых сыновей и их жен — сейчас работали в полях. А в большом, больше похожем на барак, доме, осталась только мать семейства. Мы специально так с Шаей подгадали, чтобы не пришлось со взрослыми мужиками воевать. А женщины, они ведь жалостливые. Особенно когда из лесу парочка малолетних сироток выходит. Ну, Шая так считала.

— Говорить буду я! — безапелляционно заявила девочка, завидев, как дверь дома отворилась и на пороге возникла хозяйка.

И без перехода разрыдавшись, бросилась к женщине. Надо же, какая актриса в ней погибает!

— Помогите! Наконец-то люди! Мы с братом уже думали, что не выберемся!

Короче, вывалила на обомлевшую фермершу всю нашу заготовленную легенду. Мол, были в джунглях с родителями, собирали дикоросы, а тут вдруг звери напали. Родители погибли, мы чудом сумели сбежать. Долго плутали в лесу, питаясь кореньями и жуками, оголодали, измучились и вот наконец вышли в населенные земли.

К слову, мы действительно поработали со своим внешним видом: одежду порвали, измазались, волосы непонятно во что превратили. Так что вполне соответствовали тому образу, который лепили в глазах хозяйки подворья.

Но полноватая женщина не повелась. То есть, руками всплеснула, несколько раз поддакнула, мол, какой ужас, но вот глаза остались холодными. Расчетливыми такими. Подобным взглядом сердобольные фермерши на потеряшек не смотрят.

А вот на свинку, которую собираются зарезать — очень даже. В общем, для меня она уже ответила на все вопросы, ради которых я сюда пришел.

— Пойдем, бедняжки, покормлю вас, — когда Шая закончила представление одного актера, хозяйка еще раз вздохнула и повела нас…

Нет, не в дом. В сарай за домом. Внутри хранились какие-то запчасти от сельхозтехники, разнообразный инвентарь и верстак, где мужчины, видимо, занимались ремонтом. Вот за него она нас усадила, сказав, что сейчас принесет еду. И быстренько вышла, не забыв притворить за собой дверь.

А дальше уже совсем не притворяясь, еще и подперла ее оглоблей снаружи. Такое вот милое сельское гостеприимство.

— Ну что, остались еще сомнения? — с легким сарказмом спросил у напарницы. Про проигранный спор великодушно напоминать не стал. Шая и так злобно стравливала через сжатые губы воздух (установку подпорки под двери она прекрасно видела глазами своего фамильяра). А пока она была занята восстановлением душевного равновесия, я попросил Фиру: — Покажи, чем хозяйка там занимается.

Понятливая леопард метнулась сквозь стены, и через несколько секунд я уже видел, как фермерша крутит ручки чуть ли не аналоговой радиостанции, выставляя нужную частоту. И откуда только этот раритет? Пираты коллекционера древностей грабанули, что ли?

— Это хозяйство Ламодеров! — сообщила она, едва сквозь помехи донесся вальяжный мужской голос, вопрошающий «ну чем там у вас стряслось, землемесы?» — К нашей ферме из леса вышли двое беглых рабов! Дети, да, лет десяти.

— А ты там не придумываешь, а? — спросил пират. — Как они к вам выйти могли, от загонов километров двести, не меньше.

— Того не знаю! Вот только вышли, заморыши. Может, у диких сбежали?

— Дело ясное, что дело темное… Ладно, задержи их там, мы сейчас подтянемся…

— Я хотела еще про награду уточнить!

— Да будет тебе награда, угомонись! Конец связи.

Мы с Шаей переглянулись.

— Наши следующие действия? — уточнил я.

— Хватит! — отрезала девочка. — Я все поняла уже! Ты был прав, я ошибалась. Подпорку сам уберешь или мне это сделать?

— Ни то, ни другое, — усмехнулся я. — Фира, палочку убери, моя хорошая.

Дымчатая фиолетовая кошка своим детским еще разумом все воспринимала, как игру. А «палочка» стала еще любимой еще с той поры, как она научилась становиться осязаемой и взаимодействовать с материальными объектами. Кусь! — и подпорка улетает прочь.

— Позер! — фыркнула микростратег. — Пошли уже. Вон с той рощицы глаза фамиляров как раз дотянуться до фермы.

Одним из многочисленных достоинств Шаи являлось умение признавать ошибки. Пока не получила подтверждения врожденной вероломности местного населения — спорила. А когда своими глазами все увидела, сразу перестала. И переключила мозг на следующую задачу.

Хозяйка, обнаружив нашу пропажу, заметалась по двору, как курица, которой голову отрубили. И в сарай несколько раз заглянула, и дом весь по кругу обежала, и даже в джунгли сунулась, правда всего метров на десять. А когда окончательно поняла, что нас и след простыл, решила звать мужа.

Когда тот вернулся с поля на небольшом багги и выслушал историю от супруги, то первым делом залепил ей увесистую затрещину. Не за то что она такая падлюка и детей хотела пиратам продать за вознаграждение. А потому что упустила их. Это мы тоже через фамильяров слышали. Хотя, наверное, если слух поднапрячь, и без них бы разобрали.

— Ты понимаешь, тупая ты коза, что они с нами сейчас сделают⁈ — орал он во всю глотку.

— Да все она понимает, мужик, — суфлируя ее произнесла Шая. — Она не тупая, а жадная тварь.

— А вот и наши гости! — указал я рукой на заходящий на посадку со стороны побережья флаер.

— И начнут веселье! — про «лучшие мотивы» людей девочка уже не вспоминала.

Пиратов было всего двое, явились они на полном расслабоне, даже оружие доставать не стали. При желании, мы с напарницей могли бы захватить воздушное судно прямо сейчас. Вот только цель наша была в другом. Поэтому следующие несколько минут пришлось смотреть на шоу с побоями и унижениями.

Узнав, что вызов ложный, и никаких беглых детей рабов тут нет, пираты выдали фермерам награду, которую те вполне заслужили. Мужика повалили на землю и довольно долго пинали. Его жену тоже, но полегче. А потом подняли обоих и погнали на задний двор дома, где располагался небольшой продовольственный склад семьи.

Ни мы, ни фамильяры, кстати, его сперва не заметили, поскольку располагался тот под землей. Что логично, в таком жарком климате даже с холодильным оборудованием кладовку лучше делать с естественной защитой от палящего солнца.

— Штрафные санкции за ложный вызов, — прокомментировала Шая. — Слушай, а они их потом не убьют?

— Зачем им это делать? — пожал я плечами. — Еще разок поколотят для острастки и оставят. Убивать тех, кто поставляет тебе продовольствие, глупо.

Так и произошло. Пираты дождались, пока муж с женой перетаскивают в трюм флаера с десяток коробок с натуральными фермерскими продуктами, еще раз отпинали обоих, прыгнули в корабль и улетели.

— О, а теперь они в другую сторону летят! — обратила внимание Шая. — И почти сразу на посадку начали заходить.

— Скорее всего, прибыли они с космодрома, он как раз в той стороне, — предположил я. — А сейчас отправились на склад временного хранения, куда фермеры оброк свозят. С точки зрения логистики это разумное решение. Смысл гонять до каждого хозяйства и собирать с них налог? Проще поставить перевалку в шаговой доступности от куста хозяйств, чтобы они сами продукты туда доставляли. А потом уже все скопом вывезти.

— Недалеко, — оценила девочка.

— Ага. Им недалеко, — уточнил я. — А нам с час ходу. Что, двинули?

С двумя фамильярами-разведчиками, дорога до перевалочного склада показалась легкой прогулкой. Идешь себе, камешки под ногами пинаешь, да хорошей погодой наслаждаешься. Напарница по пути тренировала управление своей белкой, оно у нее послабее было, как вдруг остановилась и уставилась на меня.

— А когда мы склад ограбим, пираты же наверняка на этих фермеров подумают?

— Ага, — я взгляда отводить не стал.

— И накажут.

— Вероятнее всего. Поднимут логи кто куда летал и быстренько назначат виноватых.

— Пинками эти Ламодеры уже не отделаются.

— Тебе их жаль?

— Ну, люди, все-таки… — неуверенно протянула Шая.

— Люди, которые продали детей, попросивших их о помощи, — напомнил я. — Сделавшие это совершенно спокойно, не забыв про награду.

— М-м… да… — без особой уверенности произнесла девочка.

— В любом случае кто-то бы от наших действий пострадал бы, — я сделал небольшую паузу, и закончил. — Но мы сделали так, чтобы все шишки прилетели настоящим мерзавцам, а не случайным людям.

Хотя, уверен, таких тут на всей планете человека четыре найдется. Ну может быть пять. Бытие определяет сознание, что тут скажешь. И битьё тоже. Вот уж на что, так на тумаки фермерам пираты явно не скупились.

Склад ничего особенного из себя не представлял. Расчищенная от растительности поляна, на которой поставили ангар из быстровозводимых конструкций, посадочная площадка, способная принимать суда побольше одинокого флаера, и грунтовка, проложенная для фермеров. Все. Ни ограды, ни системы наблюдения, ни уж тем более охранного периметра. За сохранность своего добра пираты явно не переживали.

Да и кого им тут бояться? Крестьян, покорно свозящих сюда продукты? Дикарей из-за хребта, как местные называли жителей захваченных нами деревень? Животных? Нет, космические грабители чувствовали себя на этой планете, как дома. И даже двери не запирали.

— Слишком легко! — Шая указала на четверку пиратов, расположившихся под навесом, и неторопливо приканчивающих бутылку чего-то горячительного.

— Не понимаю, на что ты жалуешься? — усмехнулся я, на всякий случай еще раз с помощью Фиры осмотрев территорию. И правда, всего двое охранников складов и двое прилетевших на флаере. — Грабим награбленное и валим! Отправляй Хвостика с докладом нашим. Пусть выдвигаются потихоньку.

У текущей акции имелось только две сложности. Первая: убить пиратов так, чтобы никто не подумал на одаренных, все-таки рановато нам еще светиться. И вторая — вынести все, что сейчас лежало на полках внутри ангара. Подозреваю, что товара тут накопилось довольно много, вряд ли все во флаер уместиться.

Для решения последней задачи достаточно было привести сюда «первую партизанскую» в полном составе, что мы сейчас и сделали, отправив Шаину белку к основным силам. Армии, отрезанной от путей снабжения ведь нужно много продовольствия.

А вот для второй я решил воспользоваться щитом. Подобрался к пьяницам, сформировал свою фирменную движущуюся волну, и на большой скорости пустил ее в сторону жертв.

— Какого?..

Только один из них и сумел выдать эту полную осмысленности фразу перед тем, как энергетический барьер сшиб их со стульев, как шар для боулинга кегли. Встать никто уже не успел. Рядом оказалась напарница, безжалостно перерезавшая оглушенным разбойника глотки. Вот уж где двойные стандарты цветут пышным цветом! Фермеров-предателей ей жалко, а пиратам глотки режет — только в путь!

— Теперь у нас есть флаер! — вскинула она руку с окровавленным клинком. — Е-е-е!

— Вывезем на нем, что можно, отгоним в сторонку и спрячем, — обломал я всплеск ее радости. — Найти его легче легкого, да и сам он не более, чем отличная мишень для пиратского ПВО.

— Зануда!

— Пойдем лучше посмотрим, что там эти нехорошие люди для нас припасли.

Глава 14

Ты знаешь, что такое безумие?

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

— Проклятье! Ублюдки решили повесить Ламодеров! Всю семью!— Шая сжала кулачки.

Ну да, глядя как через наскоро собранную П-образную раму перекидывают веревки — и дурак бы догадался. Широкую такую раму, чтобы точно всем места хватило!

Говорить мы могли свободно: нас и основное место действа разделяло добрых триста метров. И мы не на виду сидели, разумеется, а влезли в густой кустарник, причем за перегибом местности. И тепловизором не засечь! Прямой зрительный контакт и не требовался, лишь бы дотягивалась связь с фамильяром. Ренфолд сейчас тянула три сотни метров с хвостиком — и с Хвостиком тоже! —метров. Если я пошел с Анасдеей — вообще б напрягаться и пробираться куда-то не пришлось.

Тем временем флайер — другой, разумеется, тот мы угнали — привез еще партию из двух фермерских семей.

— И детей не жалеют! — стиснула зубы микростратег.

— Пираты же, не люди! — поддакнул я ей.

Не сомневаюсь, что мелкие спиногрызы добрых фермеров сдали бы нас с еще большей радостью, чем взрослые. Еще бы и поиздевались вволю в процессе. Вон какие заинтересованные взгляды на эшафот кидают. А двое пятилеток вообще за спинами у взрослых втихаря игру в пиратов затеяли: «я тебя казню! Нет, я тебя!» Впрочем, этих, наверное, еще можно спасти, если поместить в нормальную социальную среду. А всех, кто постарше… Только если через специализированных психологов пропустить. Вон, Шаю же вытянули.

— Почему пираты считают, что показательная казнь заставит эти люди станут лояльнее, если их соседей убить? — кому другому я бы предложил не портить себе нервы и отозвать фамильяра. Но Ренфолд — случай особый.

— «Боится — значит, уважает!» — процитировал я ей фразу из древнего мультика, снятого на Земле. — Разбойники и бандиты просто не умеют по-другому работать с подчиненным населением. Да и не хотят, в целом. Что нам только на руку, согласись. Ты ведь сама просчитала, что без этих людей нам не обойтись. А теперь, когда мы изучили информацию с подрезанного флаера…

Машина оказалась настолько старой, что служила фермерам Фортуны еще до того, как планету заняли пираты и, собственно, в Фортуну переименовали. Однако простая кондовая конструкция упорно сопротивлялась течению времени — а в ходе редких ремонтов прошла кое-какую модернизацию. Например, полетный компьютер летательного аппарата содержал актуальные спутниковые карты.

Причем владельцы не позаботились как-то закрыть стратегическую информацию вроде расположения казарм и всякого такого прочего. Как говориться — зачем и от кого прятаться хозяевам? А мы в результате, цели вчерашней вылазки не просто достигли, а даже перевыполнили. Вот только и планы пришлось корректировать куда сильнее, чем мы думали.

Тем временем, флайер пиратов облетел все окрестности и последней ходкой привез самих Ламодеров. Правда, узнать их было тяжело: видно, «судьи» перед основным действом изобразили что-то наподобии полевого допроса. И перестарались: два тела упали в пыль перед эшафотом так, как живые не падают. Впрочем, их связали и рты заткнули кляпами так же, как и всем остальным.

— Значит слушать всем сюда! — вышел вперед один из космических разбойников. В отличии от охранников склада, этот озаботился своей безопасностью, надев штурмовой скафандр. Но шлемом все рано пренебрег. Бронированным мыском ботинка попинав доставленных, он проревел, используя внешние динамики скафа. — Эта падаль, ваши соседи, совсем заборзели. Получив штраф за ложный вызов, они посмели «отомстить»! Не знаю, уж, на что рассчитывали. Лично я сразу понял, кто виноват в смерти моих парней и краже оброка! С другой стороны, вы, фермеры — вообще туповаты от природы. Может, в этом дело? Ничо, ща объясню все на понятном вам языке! Вздевай этих!

Его подручные потащили Ламодеров одного за другим, споро надевая петли на шеи и поднимая вверх. Однако по знаку главаря, тут тетку, что на нас настучала, до веревки не донесли.

— А ведь это с тебя все началось, — скривился главный здесь пират. — И видишь, чего ты добилась? Зачем, спрашивается, было обманывать?

Тут он брезгливо выдернул кляп из её рта.

— Это не мы-ы! Пощадите! Не мы! Они сбежали! Мы ни в чём…

Вставленный назад кляп прервал бессвязный поток криков.

— Вешайте, — махнул своим помощникам владелец скафа. И уже обращаясь к толпе, заявил. — Все так говорят. Врите, сколько влезет — правду от меня не утаить! Добрые милые соседи-фермеры, неотрывно глазевшие на казнь с каким-то даже одобрением, заметно обеспокоились. И не зря.

— Сейчас вы пойдете по домам — да-да, своими ногами, я вам не такси! Там загрузите на прицепы все содержимое погребов — и привезете сюда. Сегодня! Дотемна! И кто не справится — пусть пеняет на себя. Ну, чего зырите? Давай, давай, живей шевелись! Или помочь⁈

С этими словами громила в скафе выхватил пистолет и, рисуясь, выстрелил в воздух.

— Кто будет медленно тащиться — поджарю пятки! А тому, кто не успеет в срок — еще что-нибудь поджарю!!!

— И они пойдут, и покорно привезут, — подвел черту увиденному я. — Стеная и кляня Ламодеров последними словами. Еще и старые обиды припомнят — между давними соседями наверняка найдутся.

— Или обдумают и поймут, что нужно что-то делать, — упрямо возразила мне Ренфолд.

— Хочешь сказать, — медленно произнес я, — что если мы теперь обратимся за помощью — нас в пику пиратам спрячут и накормят?

— Да! — с вызовом ответила мне микростратег. Потом подумала, и уже не так уверенно уточнила. — Надо только дать им время обдумать случившееся. Дня три, хотя бы.

Спорить я не стал. Зачем? Все и так узнаем. Увы, выжатые из флайера данные довольно однозначны. Нашей маленькой партизанской армии очень нужно содействие хотя бы местных фермеров. И мы его получим. Не мытьем, так катаньем.

* * *

Подготовка к следующей акции заняла неделю. Но это не значит, что наши бойцы все это время просидели на заднице ровно, пока мудрые командиры стрелочки рисовали на карте. Загрузили всех, и сами занимались отработкой приемов штурма зданий и боя в тесноте. Ну, насколько это вообще можно сделать в лесу, с камнями вместо гранат и с разряженным оружием.

Сведений, к слову, все же не хватало. Чем дальше мы впятером (Ян, как всегда, почти все время молчал) детализировали отдельные действия и операции, тем больше «белых пятен» находилось. Полетный комп ничего не может сказать ни о внутренней планировки зданий, ни о наличных силах и боевом потенциале, находящихся там. И узнавать все это прямо во время атаки, выслав вперед Зверей Потока вело к неприятным сюрпризам. Я бы даже сказал, смертельно-неприятным!

Все-таки нас слишком мало. Пять одаренных и сто стрелков против нескольких тысяч противников. Пусть там и не все боевики, на базах, вроде этой, большая часть людей некомботанты — всякие техники, логисты и складовщики. Но будут же отдыхающие экипажи. И среди них наверняка найдутся как минимум шаманы! Перспективка так себе.

Что ж, это всего лишь означает, что нужно с пристрастием поспрашивать сменщиков тех двоих, которых Шая просто и бесхитростно зарезала. Но сначала…

— Один умный человек как-то сказал, что повторяя одно и тоже, глупо рассчитывать на разный результат, — я немного смягчил слова Вайса из Фар Край.

— В любой научной деятельности результат всегда проверяют повторным экспериментом, — внезапно ловко отбрила меня Рефолд. — Что, съел?

— Ты меня прям сделала! — я даже руки поднял, типа — сдаюсь.

— Вот, то-то же!

— Ты, главное, слова не перепутай, — в спину сказал я ей.

В этот раз для контакта мы выбрали пожилую пару без детей и других родственников. У них и полей поменьше было, чем у других, и подставлять, если что-то пойдет не так, придется не большую семью.

— Помогите! Пожалуйста, помогите! — как и в прошлый раз кинулась к подкарауленной женщине Шая. Вот только теперь по словам нашего микростратига получалось, что за Грядой есть еще фермерские анклавы — и один такой ни за что ни про что уничтожили пираты. Уцепились за какую-то мелочь, одних избили, у других дом пожгли — а потом скопом всех порешили, что оброк не набрался!

По мнению нашей командирши, подобная подача легенды способствовала выбору фермерши правильной стороны. Вот, тоже от хозяев планеты пострадали! Женщина поддакивала, завела нас на кухню. Дала горячий чай, еды, сказала дождаться её мужа. И попыталась вколоть нам быстродействующий транквилизатор из ветеринарного инъектора, ловко вытащенного из ящика!

Умная стерва. Я, наверное, успел бы среагировать и сам… Ой, да чего там. Фира и Хвостик молодцы, вовремя предупредили и дали лишних несколько мгновений подготовится дать отпор. Убивать супружескую пару мы не стали. Дождались сначала мужа мутной тетки, потом темноты, чтобы флаер мог прилететь незамеченным. Погрузили пленников и кое-что полезное из дома — и были таковы.

Я не стал что-то новое придумывать: зачем, если фокус с вживлением в дерево так хорошо работает? Туманить мозги пленникам в этот раз не требовалось — никто из фермеров не отличался чувствительностью к Потоку. Так что стоило мне любезно поднести зеркало, взятое, кстати, с их же фермы и показать, как кора медленно поглощает их лица — парочка сразу же сломалась. На удивление, рассказать им было что.

Оказывается, пираты не отказывали себе в возможности вербовки абордажников из подросших фермерских сыновей. Нашим пленникам, например, удалось пристроить своего старшенького в космические разбойники, а потом он и младшенького за собой увел. Вот и причина необыкновенной лояльности. Кстати, подросшую дочь они попросту продали «в подстилки» — замечательные люди.

Самое смешное, двое этих благонравных с виду стариков искренне ожидая от сыновей, что те подрастут в бандитской иерархии и вытащат родителей «в места поприличней». План надёжный, как швейцарские часы! Что могло пойти не так?

Когда фермеры по третьему разу начали повторяться, Шая помахала трофейным планшетом.

— Они больше ничего не знают. Кончай их. А я займусь подготовкой флаера к рейду на продбазу.

Я было открыл рот… и закрыл. До этого всю грязную работу — в смысле убийства безоружных — делала Ренфолд. Но проливая кровь — невозможно остаться с чистыми руками. Добить пленников я мог десятком способов, например — выжечь мозги маленькими молниями. Но… Что-то в душе сопротивлялось, и я знал — что. Они ведь в полной моей власти. Мрази, да — но я взял за их жизни ответственность, когда обездвиживал. А ответственность — это защита. Да-да, с личным кладбищем за три сотни душ мне все еще трудно было поднять руку пленника. Что ж, придется как-то справится с этим испытанием.

— Вы заслужили жуткую агонию за свои дела, — наконец сказал я этим. — Но мне слишком дорога моя человечность, и вы умрете без боли. Просто уснёте — и не про…

Мощные колебания энергии Потока заставили меня рефлекторно отскочить и выставить щит! Одновременно Фира выскочила передо мной и ощерилась, согнув лапы для прыжка. Но удар был направлен не на меня: пленники одновеменно зашлись в беззвучном крике. Кора деревьев треснула и оттуда плеснуло тонкими струйками крови. Такими быстрыми, что щит их не затормозил, а разбил алыми каплями!

— Кель! — я наконец-то опознал вторженца. — Зачем ты их? И зачем сам сюда приперся⁈

— Ой, да не прикидывайся, Ори, — змей свесился из кроны сверху. — Мы столько пережили вместе! Неужели ты думал, что я не стану отслеживать, как у вас дела после нашего расставания?

— Отслеживать для чего? — я успокоил дымчатую леопардиху и убрал щит. Против Зверя Потока он был абсолютно бесполезен, в отличии от «железной рубашки».

— Так любопытно же! — с восхитительно-фальшивой искренностью откликнулся змей. — Опять же, вот помог, чем смог. Ты меня та-ак расчувствовал словами про человечковость!

Целую секунду я прикидывал, получится ли у меня повыдергать перья из этого гада в одиночку, лишь с одной Фирой. По всему выходило, что нет. Разве что просто пару раз резануть и прогнать — ну или звать всех «апасных» на помощь. Но делать этого категорически не рекомендовалось: злопамятный шланг обязательно отыграется в самый для того неподходящий момент.

— Огромное спасибо! — я постарался попасть в тон Зверю Потока. — Никогда этого не забуду!

— Ой, да ладно, — сразу заюлил пернатый. — Мелочь какая. Было и было! Ну, бывай!

Наскоро зарастив уже трупы в древесные стволы, я оглядел пятна крови… и махнул рукой. Не пройдет и часа, как сюда сбегуться сначала мелкие, а потом и более крупные хищники. Будут орать и драться между собой. А потом самые умные обнаружат наш лагерь и будут каждую ночь кружить вокруг. Пока мы их не прогоним. И тут подкозлил, пернатый, тьфу.

Все время, пока я шел к поляне с замаскированным трофейным флаером, меня не оставляла мысль, что Кель показался мне не просто так. Что-то задумал, пернатая задница. Вот только что?

* * *

Как там Шая говорила? В научной деятельности результат всегда проверяют повторным экспериментом? Ну, ок. Вот мы и пошли на тот же склад, куда варбосс пиратов приказал свозить штрафной оброк.

Пиратов мы взяли тепленькими. Два обалдуя форсили перед фермерами огромными плазменными пистолетами в не менее огромных кобурах. Но как только вся дань оказалась свезена — эти двое не придумали ничего лучше, чем закрыть дверь и задремать, предварительно бахнув вискарика местного производства. Молодцы, что сказать. Благодаря моему ведьмачеству придурки проспали собственное связывание и очень удивились, когда проснулись.

— Рассказывай все что знаешь о «Приватном пляже»! — потребовала грозная Ренфолд.

— Пигалица, ты что, серьезно меня допрашивать решила? — не поверил свои глазам первый. После чего глаз остался всего один, он даже заметить не успел удара девочки.

«Я никогда к этому не привыкну», — передала мне через мост между разумами Анасдея.

«Тоже очень надеюсь, что привыкать не придется», — ответил ей я. М-да. Даже сам себя не смог убедить.

К тому моменту как все продукты переместились в джунгли, оставив пустые полки, мы с Шаей спустили с эшафота уже слегка пованивающих и чутка поклеванных птицами Ламодеров. Их место заняла парочка обезображенных полевым допросом космических разбойников. С заботливо примотанной проволокой к одному из тел табличкой «Возмездие угнетателям и мучителям!»

— Теперь мы знаем следующий шаг и готовы его сделать! — провозгласила наша командирша, когда уставшие под утро мы собрались в штабной палатке. План был расползтись по своим спальным местам, вообще-то — но эта фраза спутала все карты. Если у меня и Ренфолд рутина лесного лагеря разбавлялась вылазками, то остальные «апасные» порядком устали от постоянного повторения одного и того же распорядка.

— Вот, — покопавшись, микростратег включила режим проектора в планшете.

Прибор явно знал лучшие годы, изображение подрагивало, но в целом все было видно. На извлеченную из флаера карту командир наложила информацию, которую удалось добыть в ходе допросов.

— Подробности расскажу когда выспимся, но в целом — мы теперь знаем практически все, что нужно. И наша главная проблема — численность разбойников на планете. Около полутора тысяч! Мы столько не вывезем, особенно если часть ударит нам в спину, получив сигнал общей тревоги с космопорта. Но есть и хорошие новости: постоянный состав пиратов на планете составляет менее трех сотен человек. Потому наша следующая задача — здесь.

Она показала на участок пляжа с подписью «Приватный пляж».

— Тут экипажи рейдеров проходят реабилитацию и лечение…

— Хрена себе устроились! — не сдержалась Аня.

— … Если можно так сказать, — уточнила Ренфолд. — Короче там бордели, казино, собственно, пляжи — и так далее. Работорговцы, тоже, оказывается, окопавшиеся на Фортуне, поставляют для развлечения живой товар, контрабандисты — спиртное и наркотики. И пляж действительно приватный: никакой брони, только легкое оружие и пляжная одежда…. В общем, выглядит как место, где можно нанести врагу максимальный урон и довооружится той самой легкой стрелковкой. Особенно если замаскироваться под отдыхающих и слаженно ударить сразу в нескольких местах.

— Звучит как реальный план, — сдержав зевок, согласился Ли.

Глава 15

Интерлюдия. Кудрявый (ID не проходит ни в Ста Мирах, ни в Доминионах). Пожилой космический романтик, желающий обрести внутренний покой

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Кудрявый пил чай и смотрел в окно на сад. Стоял жаркий экваториальный полдень, по небу лениво ползли облака, а теплый ветерок шуршал листвой деревьев, рождая в душе умиротворение и спокойствие. Старый работорговец всегда приходил сюда, чтобы восстановить душевное равновесие. Работа-то все равно нервная! Но все ж куда спокойнее и приятнее, чем вести за собой абордажную команду, например.

Дом он построил сам. Специально поставил его чуть ли не на границе джунглей, чтобы здания Города казались пейзажем. И чтобы не донимала суета, когда хочется взорваться и пристрелить кого-нибудь. Так-то можно и пристрелить, но однажды под руку попался толковый инженер, замену которому искали чуть ли не полгода. Пришлось учиться сдержанности.

Сад тоже посадил своими руками. Может и слишком громко сказано про четыре куста и два плодовых дерева, но все они были не эндемиками, которых не только в этих широтах, даже на этой планете не водилось. Кудрявый ими гордился: все сам, своими руками!

Подумывал еще сад камней разбить. С булыганами и песочком, как в том ролике. Слева от яблони, например. А под вишней фигурку садового гнома поставить. В журнале, что сунул ему мозгоправ, была такая. Смотрелось на редкость удачно…

— Шеф тут это! Склады ограбили! — ход плавных, убаюкивающих даже, мыслей, был безжалостно разбит вдребезги громким и дребезжащим голосом помощника. — И парней убили!

Кудрявый с тоской скосил глаза на игольник в набедренной кобуре, вздохнул, и отставил чашку с остывшим слегка напитком. Свой собственный сбор, между прочим: разобрался-таки в хитрой науке составления чаев. А ведь некоторые травки в условиях джунглей ой как нелегко добыть!

— Башка, — протянул работорговец обманчиво ровным голосом. — Вот реально в цвет тебе погоняло. Головастый ты мужик!

— В смысле? — помощник, к этому времени успевший войти в крохотный дом для медитаций, сбился с шага. Заподозрил подвох, хотя и был туповат.

— Коромысле! Тормоз ты, говорю! — начиная против воли заводиться прорычал Кудрявый. — Склад когда ограбили, Башка? Четвертый день уже пошел! А ты ко мне только сейчас решил заявиться⁈

— Так это, шеф, — помощник поскреб заросший густым рыжим волосом затылок. — Те же склады, что четыре дня назад ограбили, их опять того…

— Что ты что несёшь, недоумок! — не в силах больше сдерживаться, пожилой абордажный мастер подскочил из-за стола и запустил в подчиненного чашку с чаем. Мозгоправ считал, что для решения проблем с гневом, даже чай нужно было пить не из унитарной посуды, а всенепременно из вычурного фарфора, который приходилось везти чуть ли не сто прыжков. Кошмар для логистики. Разумеется, тонкостенный сосуд разлетелся вдребезги о стену, не попав в тупую тыкву помощника. — Что значит «того»? Толком, мать твою, говори!

Кадры, гиперпривод им в задницы! В штурмовики обычно идут те, кто попроще. Любители шевелить мозгой в пиратских экипажа обычно становятся техниками и прочей накипью. Но самых простых из команды после нескольких миссий абордажники начинают… выдавливать. Что ж, Фортуна принимает всех, и все равно кадров не хватает.

Башка снова поскреб затылок, пытаясь сообразить, как бы сообщить понятно то, что он, вроде, уже сказал. И решил, что нужно просто повторить.

— Те склады, что четыре дня назад фермеры обнесли, снова ограбили. Новый оброк вынесли подчистую, а парней из охраны перебили. А еще повесили потом. Чисто на той же виселице, где Ламодеры висели. Ну это те, которых мы…

— Я знаю, кто такие Ламодеры! Кто обнес?

Подчинённый пожал плечами и выдал.

— Фермеры?

А потом еще и обоснование под свою версию стал подводить. Дескать, трупы Ламодеров унесли и где-то видать похоронили, а парней ровнехонько на их место подняли. Да еще и таблички на грудь каждому повесили. С надписями бунтарскими. Полюбасу месть это, мало было одну семью казнить, надо было еще…

— Таблички? — перебил разглогольствующего помощника Кудрявый. — Какие еще, нахрен, таблички?

— Так я и говорю — с надписями бунтарскими. Типа, смерть угнетателям или что-то вроде того. Я так думаю, шеф, это фермеры решили, что с ними не по справедливости поступили. Ну, когда второй раз оброк собрали…

— Да ты что!

— Верно говорю!

— Это был сарказм, недоумок! — прорычал работорговец. — Пшел вон отсюда! Стой! Собери дежурную группу, пусть грузится в штурмовой флаер и ждет меня.

— Так может у Мясника запросить команду? Типа, если фермеры взбунтовались…

— И че⁈ — вместе с обильной порцией слюны выплюнул вопрос Кудрявый. — Засал землемесов?

— Да, не, я че… Парней просто порешили…

— Мясник за свою штурмовую группу столько кредитов возьмет, что выйдет дороже, чем разграбленный склад. Все, свалил! Исполнять! Куда, лять, через кусты? Ты их садил, сука!

— Простите, шеф!

Башка ушуршал, поднимая пыль, а Кудрявый еще пару минут смотрел на покачивающиеся ветви вишни. Внутренний покой, разрушенный новостями, никак не желал восстанавливаться.

«С другой стороны, — поймал он себя на мысли, — есть отличный повод выплеснуть накопившуюся негативную энергию. Без последствий для дела и урона репутации».

* * *

На склад они прибыли через двадцать минут лету. И еще столько же кружили над окрестностями, пытаясь разглядеть в зелено-коричневой мешанине джунглей внизу хоть какие-то следы засады.

— Садимся! — в конечном итоге приказал Кудрявый.

Он прекрасно понимал, что ничего с воздуха без специального оборудования — хотя бы теплака — в таких зарослях не обнаружить. Но сознательно тянул время, чтобы его «храбрая» команда поменьше праздновала труса и куда больше желала выйти уже из чрева летающей машины и размять ноги и плечи. А то на словах они все у-у-у какие убиваки, в любой шлюз первыми врывались чуть ли не без скафандра!. Отважные рубаки и кровожадные демоны… до первого выстрела из чащи.

Когда Кудрявый соглашался на свою должность главного над «пастухами фермеров», он прощелкал клювом один важный момент. Опыта, к сожалению, не было… и выбора, как такового, тоже. Собственные ребятки с корабля считали своего командира поехавшим и только остатки былого уважения и страх удерживали их от немедленного «лечения» из плазмоплюя в спину. Пути обратно на борт уже не было. Вовремя в последнем рейде мозгоправ попался под руку. Может, все же не стоило его работорговцам сплавлять? А-а, ерунда! А вот что не ерунда — его команда работала на зарплате. Не на доле в добыче, а на гарантированной ежемесячной выплате.

Стоило откуда-то прилететь шальной игле или заряду плазмы, его ребятки быстро вспоминали, что замес, в общем-то, совершенно невыгодный, прибытка с него никакого, да и в других местах дела ждут. Много дел! Так что Кудрявый напоказ вроде как заботился о своих. Показывал, что ему не все равно и свою команду на убой просто так не отправит. В лапы охреневших от безнаказанности фермеров, ха-ха! Вот уж было бы кого опасаться, гипердрайв им всем в задний проход…

— Стояк и Винтер, ко мне! — распорядился он, сойдя на землю.

Перед ним тут же выросли два индивида, которых за глаза в отряде называли однояйцевыми. При том, что внешне они были совершенно не похожи. Стояк имел такой разворот плечей, которые не в каждый шлюз свободно проходили, морду добродушного песеля и кулаки, больше подходящие для забивания свай.

А вот Винтер наоборот, вид имел худой и изможденный, будто постоянно недоедал и не высыпался. Вдобавок к и без того мерзкой роже, к тому же, завел себе манеру выращивать тонюсенькие усики над верхней губой. Которые ему, естественно, не шли, но никто почему-то не спешил пирату об этом сказать.

Сходство эти двое имели, если можно так выразится, духовное. Родство, даже. Одинаково идиотски ржали над им одним понятным шуткам, любили выпивку, наркоту и пытки. Причем, последние — гораздо больше всего остального. Кудрявый их нарочно держал, чтобы запугивать особо непослушных рабов. Отдавал самого строптивого, а потом вывешивал перед бараками то, что от них осталось. И все сразу становились такими послушными!

Ну и еще Стояк и Винтер были, можно сказать, старожилами. Почти что следопытами! Поднаторели (по их словам) на выслеживании беглых рабов, когда работорговцы крупно облажались и допустили массовый побег. Как они всех задолбали этой историей (под идиотское хихиканье), кто б знал. Вот этим красавчикам Кудрявый и поручил обследовать окрестности лагеря на предмет следов или чего-то, что могло указать, куда утопали фермеры, уже второй раз щелкнувшие по носу своих хозяев и благоделетей.

— А если на засаду нарвемся? — уточнил Винтер. — Я не боюсь, просто обоснованно опасаюсь.

Стояк сперва посмотрел на товарища, потом перевел пустой взгляд на начальника, и кивнул. Не факт, к слову, что понял, о чем вообще шла речь. В их тандеме он во всем полагался на худую глисту с усиками.

— Возьмете с собой четверых штурмовиков. Они прикроют если что, — отмахнулся от них пожилой искатель внутреннего покоя. — Только найдите мне хоть что-нибудь!

Сам же отправился к виселице, вокруг которой толпились подчиненные. Без команды старшего они даже трупы своих товарищей с нее снимать не стали. И правильно, кстати, делали.

— Свободы, значит, захотели, — зло прошипел он, глядя на два обезображенных птицами лица. Точнее, чуть ниже. На куски пальмовых чешуек, закрепленных проволокой прямо под подбородками висельников. На сухих и и твердых деревяшках красной краской было коряво написано: «Смерть угнетателям!» — Будет вам, твари, свобода! Столько, что вы ею блевать будете!

Бывший абордажник распорядился снимать убитых и изучить характер их ран. Пока подручные этим занимались, прошел в компании Башки на склад. Там с глубокомысленным видом посмотрел на пустые стеллажи, царапины на стенах из армопластика, и следы множества ног на полу.

— Не одна семья тут веселилась, а, Башка? — бросил он помощнику не оборачиваясь. — Ишь, наследили!

— Говорю же, бунт поднять решили, — отозвался тот.

— А это и без тебя понятно, дурака кусок! Меня другое интересует. А че это они такие смелые стали?

— Ну так это… отомстить решили за Ламодеров, — уверенно сообщил подручный.

— А Ламодеры чего такие дерзкие?

— Так Горбатый, ну тот, которого на первом ограблении порешили вместе с кладовщиками, баб фермерских потискал малясь. Ну и напарник его, Струна. Они когда на ложный вызов прибыли, и узнали, что старуха их порожняком прогнала, разозлились сильно.

Это старый пират хорошо понимал. Как и то, что не у каждого его подчиненного есть способы бороться с пылающим в душе гневом, способным прорваться наружу от одного неосторожного слова.

— Просто потискали?

— Ну обслужили их девки, че такого-то? Старуха сама виновата, думать надо было, прежде чем на связь выходить и дежурную группу дергать! Да и не убыло от них…

Обычно в детали расправы своих людей над беззащитным населением Четкой Фортуны Кудрявый не вникал. Считал, что ему это не нужно. У парней было право (в рамках разумного, конечно!) брать то, что хотели. А овцы на то и существуют, чтобы их стригли и резали. В общем, с пониманием относился.

Но когда развлечения подручных выливались в прямые убытки лично для него, понимание это каким-то магическим образом развеивалось. И оставалась только жгучая злость и желание наказать виноватых.

К сожалению, что Горбатый, что Струна, ставшие теми камушками, с которых начался камнепад, были уже мертвы.

— Шеф! — в помещение склада влетел Винтер. Стояк, полностью отрабатывая свое погоняло, прислонился к дверному косяку и замер. — Нашли!

— Фермеров? — с робкой надеждой уточнил Кудрявый.

— А? Не! Следы! Короче, грузились они посадочной площадке, походу, на тот флаер, что угнали в первый раз. Ну, на котором Горбатый со Струной…

— Я понял, — оборвал его экс-абордажник. — По существу! Флаер?

— Ну! Погрузили часть оброка во флаер, а остатки выносили уже на мослах. И тут странное, шеф, — Винтер замер, подкрутил свой уродский ус в задумчивости. — Зачем-то через зеленку потащили. Причем, сперва толпой внутрь ломанулись, там стоптанно все, будто буйволы к водопою шли, а потом, метров через двести, стали расходиться малыми группами. Там уже не так просто отследить, но еще позже, и малые группы на совсем мелкие распались.

— И в чем странность? — не понял Кудрявый.

— Ну как же! — Винтер даже рот открыл. — Они же фермеры, у них транспорт имеется. Оброк-то они на чем-то сюда привозят. Зачем им вообще через джунгли тащиться?

— И то верно! — поддакнул Башка. Но заработал злой взгляд шефа, и тут же притушил энтузиазм.

— А я думал у нас только мой помощник такой головастый, — хмыкнул командир интеллектуальных гигантов. — А оказывается и Винтер тоже в гении метит.

— Да че не так-то, шеф? — усатый глист в отличие от Башки сарказм уловил сразу.

— Да все не так, недоумок! Что по следам машин?

— Ну полно. Только всем дня два, свежих нет.

— Вот! — Кудрявый наставительно поднял палец. — И о чем это должно нам сказать?

— Что фермеры без машин сюда явились? — подал голос от входа Стояк.

— Хвала Потоку, хоть этот увалень думать умеет! — фыркнул главарь. — И не скалься мне тут, это не похвала! По факту верно. Фермеры привезли оброк на машинах, как им и было велено. А потом пришли сюда пешком, чтобы не привлекать внимания. Ну сами подумайте, имбецилы, кто же на дело пойдет на шумных грузовиках? Нет, они подошли ночью, выбили охрану и ограбили мой склад! А потом часть увезли на флаере, а часть утащили в джунгли. Где и сложили, чтобы мы потом, когда искать станем, не смогли им доказательства предъявить!

— Точняк! — теперь Башка решил выступить в группе поддержки своего непосредственного начальства. — Вот вы мозг, шеф!

— А еще нам это говорит о том, что в среде фермеров созрел не просто бунт, который, в общем-то, не слишком сложно подавить, а настоящий заговор! — как ни странно, подхалимах безмозглого подручного сработал, как бальзам на саднящем от кашле горле. И чуточку притушил гнев. — Они все продумали, а значит у них есть лидеры. И их нужно как можно скорее вычислить! Иначе такой вот разбой мы начнем видеть гораздо чаще.

— Да как их найти-то, шеф? — Винтер дернул кончик уса. — Одно дело следы в лесу, и другое — главарей отыскать.

— Ага! — донеслось от двери. — На них-то таблички никто не повесил!

Миг спустя однояйцевые начали истерично ржать, будто Стояк двинул очень смешную шутку. И так же резко оборвали смех, когда рука Кудрявого рефлекторно дернулась к игольнику.

— Табличек, да, не будет, — вспоминая, как пахнет мята в свежезаваренном чайнике, медленно произнес старый пират. — Жалко, конечно. Но есть и другие способы вычленить из них зачинщиков. Остальных же просто плетьми отходить и отправить дальше работать.

— И как же, шеф? — Башка, заглядывая в лицо начальству изогнулся так, что чуть не упал.

— Как, как, дубина! — хохотнул Винтер. — Пытать, как же еще!

Услышавший про пытки Стояк тут же отлип от стены, и приблизился, всем своим видом демонстрируя хоть сейчас приступить к любимому делу.

— Не просто пытать, — ухмыльнулся Кудрявый. — А с толком и расстановкой. Мы этих голубчиков всех соберем в одном месте, запрем, выберем самого ненужного, и будем пытать его у всех на глазах. И выпускать оттуда не будем. А на следующий день — повторим. Голод, страх, скученность, подозрения на других… Думаю, к исходу третьего, фермеры сами сдадут тех, кто их на бунт поднял. В хозяйствах, конечно, определенный простой выйдет, убытки опять же… Но лучше так, чем терять людей и смотреть на пустые полки.

Подчиненные одобрительно загудели. Такой план им был по душе. А некоторые из них планировали получить от предстоящей работы особое удовольствие.

— Так а где мы их соберем? На нашей базе что ли? — минуту спустя вылез с вопросом Башка.

Старый работорговец сперва хотел привычно цыкнуть на него и в очередной раз обвинить в непроходимой тупости, но почти сразу понял, что в словах подручного имелся резон.

Тащить фермеров на базу нельзя. Во-первых — где их там размещать? Но это бы еще полбеды. Гораздо важнее было во-вторых. А именно то, что остальным лидерам фракций Четкой Фортуны нельзя было никоим образом дать понять, что у «пастухов фермеров» возникли проблемы.

Слабость показывать нельзя — это аксиома. Вывернись, прыгни выше головы, сплюнь кровь и улыбнись выбитыми зубами. Но никогда — НИКОГДА! — не показывай, что тебе больно или страшно.

Остальные набольшие Фортуны ни за что не упустят возможности на этом нагреться. Вытеснить с каких-то позиций, отжать часть активов, может быть даже людей увести, получить возможность годами тыкать: не справился с простейшей работой, кретин! Овцы ведь существуют для того, чтобы их стричь и резать, верно? А показавший свою слабость и некомпетентность и есть самая настоящая овца.

— Нет, Башка, не на базу! Как такое вообще могло прийти в голову?

— Так а где тогда?

— А хоть бы и здесь! — Кудрявый обвел руками и помещение склада, и огороженную территорию. — Места тут много, забросим несколько панельных домов и быстренько соберем настоящий лагерь. А когда с этим управимся, начнем свозить сюда охреневших фермеров. И посмотрим, как они тогда запоют! И вот еще что, парни! Если хоть одна гнида проболтается на базе о том, что мы тут собрались делать, я ей лично кадык вырву!

Глава 16

Точка невозвращения

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Гладко было на бумаге. Да нет, какое там. Даже в общих чертах план оказался сшит белыми нитками — просто это не сразу оказалось понятно.

— Идея сделать большой десантный плот, в качестве двигателя прикрепив к нему флаер, и высадится на темный участок пляжа, предварительно вырубив систему наблюдения за прибрежной полосой с помощью Фиры — хорошая и вполне исполнимая, — сказал Ли. — Но внедрение распределенными группами под видом еще одной компании пиратов — это сразу конец. Неужели не понимаете? Почти все будут вести себя так, что мгновенно будут опознаны как чужаки…

— Эту часть я беру на себя, — прервал я Цзана. — Один специальный отвар с толикой спирта — и наши партизаны на несколько часов почувствуют себя необыкновенно храбрыми и дерзкими. Без потери в координации движений, обрати внимание.

— Может хорошо сработать, — кивнул «китаец». — Вот только подумайте все, что будет, когда диверсанты увидят выпивку и доступных женщин? Особенно последних? После пяти, десяти лет рабства? Мы выведем за собой едва ли треть отряда, понимаете? И это еще хорошо будет, потому что у нас до сих пор нет нормальной связи. Рации фермеров какими угодно можно обозвать, но только не портативными. И шифрования сигнала там нет вообще: слушай кто хочешь!

— И что ты предлагаешь? — прищурилась Шая. — Не атаковать пляж совсем? Дать вернуться на корабли, вооружится и надеть броню, чтобы потом превозмогать лоб в лоб?

— Отправить на пляж Анасдею и Ори, — покачал головой клановец. — Подождите, дайте договорить!

Ильтазар опять уселась у символического бездымного костерка, скрестив руки на груди.

— Напомню, что Ори к нам отправили после того, как он лично, один, только со своими фамильярами уничтожил экипаж пиратского крейсера-носителя и экипажи состыкованных рейдеров, кто не догадался или не успел сбежать. Включая грандмастера.

— У меня, напомню, их четверо, — старательно обойдя слово «было», напомнил я. — Фира умница и быстро прогрессирует, но она все еще слабее каждого в отдельности.

— Но и пираты, кроме безопасников, что «держат» Приватный пляж, без брони и слабее вооружены. И большинство под наркотой или накачавшиеся спиртным. Или и то, и то. И расположены в пространстве примерно так же, как на палубе крейсера — то есть длинной вытянутой линией. И потом, я не предлагаю тебе туда одному идти. Пойдете вдвоем с Анасдеей. Мост между разумами позволит вам действовать максимально эффективно.

— А вы что будете делать в это время? — подозрительно спросила моя «наложница».

— Прямо с марша атаковать большой концлагерь работорговцев, бледное маленькое подобие которого слепил у нас под боком Кудрявый, — мрачно произнесла Ренфолд. — Сначала все вместе освободим фермеров здесь, они как раз уже почти дошли до кондиции. Воспользуемся из техникой с прицепами, чтобы за сутки добраться до Столицы. Подгадаем к ночи, как раз. А ты и Ори возьмете флайер и синхронно той же ночью атакуете пляж. С таким расчетом, чтобы выбить как можно больше народу перед тем, как поднимется тревога от уже нашей атаки.

— Вы же понимаете, что это плохой расклад? — Кунг выдержал прямой взгляд аристократки, а вот наш микростратег поморщилась и уставилась в землю перед собой. С Яном же в гляделке играть было и вовсе бесполезно. — Оба сильных шамана окажутся отдалены от основной группы. Ни мы не сможем прикрыть вас в случае встречи с опасным одаренным, особенно шаманом пиратов с сильными Зверями. Ни вы нас, если прибывшая на сигнал тревоги вражеская опергруппа станет прижимать нас. В итоге, шанс погибнуть всем пятерым.

— Если можешь предложить чего получше, мы все во внимании, — тяжело уронила Ренфолд.

— Я могу!

В этот раз крылатому змею удалось подобраться вообще вплотную — видимо, в расчете на последовавшую реакцию. Мы не подвели «божественного»: знатно подскочили со своих мест, укрываясь щитами и, кто мог, «железными рубашками». Фамильяры повторили пируэты, только вместо обороны изготовились к атаке.

— К-кель!!! — вопль получился на редкость дружным и нецензурным. Каждый прибавил по словечку, характеризуя внезапного собеседника. А кое-кто и по три. Только Джар Ян остался сидеть как сидел, наглаживая синего кролика.

— Я думал: сюрприз устрою, все обрадуются, — предельно фальшиво закатил глаза Крылатый. — А вы сразу обзываться! Обидеться, что ли?

— Ты чего явился? — зло и настороженно спросила наш микростратег, опуская щит и отзывая Хвостика себе на руки. — Мы ведь уже давно все обязательства выполнили.

— Есть новое-е, взаимовыгодное предложение-е, — растянув сухие губы в противоестественной для змеи улыбке, практически напел Зверь Потока. Но дальше выделываться не стал, сразу перешел к делу. — Я так понял, вы хотите свалить с этой планетки, причем желательно живыми? Могу помочь. Не забесплатно, конечно.

Даже меня с его тона перекосило, не говорю уже про девочек. Ли сморщился, словно у него зуб мудрости вдруг проклюнулся — и сразу с кариесом!

— Выкладывай! — потребовал наш «китаец».

— Невероятно приятно было бы сожрать уродов, из-за которых я лишился своей паствы, — издалека начал стервец. — И полезно, что уж, не скрою.

При этом Крылатый выпустил струйку сине-фиолетового дымка из пасти, словно заправский курильщик. Только это был не дым, а энергия, отравленная по тому же принципу, что и чернила у Булька! Фира, ощетинившись, прижалась к моим ногам, Фриз зеркально прижался учился у ног Ильтазар. Хвостик с писком спряталась у Шаи под курткой. Синего кролика Яна трясло как осиновый лист в ураган, но покинуть свое место на руках он не посмел. И только зеленая черепаха Ли избежала стресса, оставленная следить за лагерем смерти имени Кудрявого. Она уже достаточно для этого развилась.

— Да-да, я помню, что вы мне очень помогли, — признал вдруг заслуги «маленьких шаманов» Кель, чем немало нас удивил. — И теперь мы можем опять помочь друг другу. Вам — свобода и выживание, а мне — расквитаться с последним «божественным» на планете. Вернее, бывшим «божественным». Теперь этот аллигатор — фамильяр Мясника. Мясник — для справки — командир, как вы тут выразились, оперативной группы. Скорее, правда, владелец и лидер команды отборных на всю голову двинутых уродов-головорезов с лучшим оружием и броней на Фортуне. Его нанимают всякие неприятные делишки порешать, когда ситуация выходит из-под контроля. Типа устранения бунтов, выбивания долгов, неожиданно-неприятных гостей и прочего. Как одаренный он так себе, но в паре с Кроко… боюсь, Аня с Ори не потянут даже вдвоем. Ну а потом он остальных троих прихлопнет, когда его с пляжа сдернуть сгонять назад выпущенных вами рабов.

Почему-то я сразу поверил Келю. Может, потому что чего-то такого как раз и ждал. Пока нам все давалось слишком малой кровью. Даже осьминога прикончили, отделавшись по итогу только реанимацией Джара.

— Ты же пришел с предложением, Кель, — напомнила Шая спустя минуты полторы общего молчания.

— А? — пернатый сделал вид, что о чем-то задумался. — Точно! Хочу убить и сожрать Кроко, мертвый Мясник пойдет бонусом. Для этого мне нужно, чтобы Ори временно заключил со мной союз и протянул мост между нашими разумами — и помог в бою. Только ты, Коррен, и я — этого хватит. А вам хватит Анасдеи с Фризом, чтобы успешно атаковать и не быть убитыми мусором со чувствительностью к Потоку. За это уничтожу всех пиратов на пляже, раз. И два: в оплату мне нужна сущая мелочь: вы выполните одно мое желание. Не связанное с вашими жизнями и отлетом куда бы то ни было. Ну что, сделка?

— Стоп-стоп! — подскочила моя «наложница». — Мы типа должны тебе Ори продать за помощь⁈

— Всего лишь арендовать, — в тон ей отозвался змей. Но вдруг вздохнул, и заговорил с интонациями усталого взрослого, втолковывающего ребенку прописные истины. — Коррен как шаман намного талантливее тебя. Его присутствия достаточно, чтобы даже сущие бездарности вроде вашей «командирши» могли перешагнуть свой порог и начать развиваться дальше. То же самое относится и к Зверям Потока. Заметила, как твой Фриз быстро догоняет в развитии твоего прошлого фамильяра? Теперь понимаешь, почему именно он мне сейчас нужен? Я его даже защищать постараюсь — ну, как смогу! Ну и каков будет ваш положительный ответ?

— Нам нужно посовещаться, — буравя взглядом пернатого, намекнула Ренфолд.

— Так совещайтесь! — Кель и не подумал хотя бы спрятаться. Наоборот, расслабленно повис кольцами на ветвях и принялся заразительно зевать. — В отличии от вас мне торопиться некуда… Ау-у-ух! Поторговаться еще можем. Не за одно желание, а за два…

Ну да, умереть точно или может быть не умереть — выбор-то как бы очевиден.

— В концлагере Кудрявого началось восстание, — вдруг четко сказал Джар, поднимаясь и отряхивая штаны. — Если действовать — то надо прямо сейчас.

Да что ж так все один к одному!

— Кель, я согласен на твое предложение, — твердо сказал я. И с кривоватой улыбкой попытался пошутить. — Добудем тебе крокодиловой кожи на сапоги и кошелек.

Все, точка невозврата пройдена. Черепаха, к слову, прибыла к Кунгу только сейчас.

— На зонтик! — важно поправил меня змей, стремительно «сдуваясь» до размеров большой гадюки. После чего он мигом обвил мою грудь и живот петлями своего тела, как уже делал это раньше. — Пойдем смотреть на этих ваших продвинутых пейзан. Что они там натворить успели.

* * *

«Натворили», конечно, «воины» Кудрявого. Да и сам он тоже отличился: лично участвовал пытках лично в течении двух суток. Наевшись стимуляторов — иначе столько не продержался бы. Все пытался найти несуществующих заговорщиков. До тех пор, пока не устал настолько, что упал месте и уснул. Пираты отнесли шефа в его мобильный жилой модуль, а сами…

Короче, дисциплина держалась аж двенадцать часов, а потом надзирателям с оружием зачем-то потребовалось зайти внутрь загона. Вдупель пьяным и заполировавшими алкоголь наркотой. На территории в четверть футбольного поля под открытым небом удерживалось около двух сотен пленников, включая детей разного возраста и стариков. Где бывших фермеров уже успели довести до отчаяния. Ну что могло пойти не так?

Благодаря своевременному предупреждению мы успели как раз вовремя, чтобы не допустить большой бойни среди фермеров. Только «апасные», мы заранее решили не смешивать контингенты. А то кто-нибудь из партизан проболтается про источник продовольствия — и вместо пиратов освободители планеты пойдут бить друг друга.

Впрочем, наша помощь тоже была принята с подозрением. Более того, эти моральные уроды чуть не расползлись по домам! Мол де пираты другого надсмотрщика пришлют, тот будет подобрее, они ведь и этого не со зла. И вообще не они, а откуда ни возьмись взявшиеся одаренные дети, ударившие в спинку команде Кудрявого. Которых, может, скрутить да выставить виновниками всего?

Даже после всего случившегося для нас подобная реакция оказалась сюрпризом. Но, внезапно, ситуацию взял под контроль… Кель. Он добил тяжелораненого сержанта «продосборщиков» с позывным Башка и тут же анимировал его труп. И разыграл простенькую сценку, что типа Башка очнулся в бреду и громко сказал:

— Простите, братки! Ни за грош легли! Бонза из города своих родственников привез с другой планеты, целый клан! И Кудрявому сказал, чтобы под благовидным предлогом фермеров-то убрал, а на их место чтоб своих заселить! Да заигрался Кудрявый, пытать уж больно любил…

Эффект получился — куда там разорвавшейся бомбе! Толпа мудаков вдруг в едином порыве самоорганизовалась, одни подогнали трактора с прицепами, другие споро обобрали павших, распределив оружие и несколько бронескафов. Обнаружилось также, что у фермеров были тайники с оружием и боевым припасом. И очень собранно двинулись «бить городских»!

— Какие милые люди, — сказал я, глядя на колеи и клубящуюся пыль над грунтовой дорогой. Нас, кстати, с собой они не позвали. Наоборот, намекнули, что могут и шмальнуть случайно, если рядом увидят. Фейспалм. Правда, флаера отобрать не рискнули, на которые мы заявили права. Вроде как плата за помощь. А еще мы собрали все пиратские коммуникаторы… и отключили, от греха подальше.

— Насмотрелся я на таких, — фыркнул Кель, опять использующий меня как катушку для шланга. — Своя рубашка ближе к телу, целовать сапог готовы кому угодно, только б не трогали и не мешали свои мелкие мутные темки крутить. И только если их материальные ценности под угрозу поставить — сразу за-ради них драться готовы! До тех пор, пока кто-нибудь не крикнет: «оставляю вам ваше, полезайте назад под мой сапог».

— Получается, жители планеты без боя её пиратам отдали? — Цзан натурально продемонстрировал нам большие глаза.

— Запросто! — отозвался Пернатый. — Еще и радовались, небось: больше кораблей будет прилетать, можно больше заработать. Фермеры почти все такие.

— Нет! — я, Ли, Ильтазар, Ренфолд и даже Ян высказались так слажено и синхронно, что получился этакий идеальный хор.

— Почти год прожил в деревне с семьей, в соседях и фермеры были, — пояснил я. — Нормальные люди.

— С фермерами бок-о-бок много лет прожила, — не осталась в стороне Аня. — Взрослые еще и мои выкрутасы терпели.

— Сам сын фермера, — прогудел Джар. — Нормальные мы!

Вон как нашего Халка задело за живое!

— Слетать, что ли, в эти ваши Сто Миров, — хмыкнул озадаченный Кель. — Может, там и правда все по-другому?

— В любом случае, мы теперь завладели достаточным количеством летающей техники, чтобы не собирать по фермам оставшиеся комбайны и прочую хрень, — наш микростратег уже переключилась на конструктивное русло. — Перегоняем, маскируем, и готовим партизан к марш-броску по воздуху!

— Без меня и Коррена, — тут же отрезал Крылатый. — Нам еще нужно установить связь и ментально… э-э-э, притереться друг к другу. В одиночестве, чтобы никто не мешал.

Меня внутренне передернуло, но отказываться уже поздно было.

— Так что до встречи на поле боя!

— И как вы туда попадете без флаера? — решила выяснить моя «наложница».

— Ори меня катает, — ухымыльнулся змей. — Так и быть, тоже его на себе прокачу. Вот так!

Мгновение — и я оказался сидящим на шее огромной материальной змеи. Прямо у воротника из перьев! «Воробьиные» крылышки затрепетали — и я рефлекторно вцепился в своего «скакуна», прижимаясь всем телом к чешуе. А когда поднял голову — уже оказался на пустынном побережье местного океана. Пальмы, песок, все дела. И ни души.

— Приватный пляж там, к северу, — Кель снова сдулся, но не так сильно, как когда нужно было на меня намотаться. — Достаточно далеко, чтобы нас не заметили. Начинаем?

— Начинаем, — я поудобнее уселся на песок, припоминая науку Стуния.

Формирование равноценной связи со Зверем Потока сильно отличалось от работы с другим одаренным. Своим «вектором внимания» Кель владел ничуть не хуже меня, так что собрать мост из двух пролетов у нас получилось с первого раза. И я впервые смог ощутить змея ментально. Представьте себе каменную башню, уходящую в облака и окруженную концентрическими кругами стен — вот примерно такую визуализацию я воспринял. И немедленно начал накручивать вокруг своего разума такую же конструкцию! Знай наших!

В этот момент Кель со своей стороны приоткрыл дверь… и не удержал пакет с чувством досады.

— Но… как⁈

— Учусь у лучших! — я уже почти закончил. — Ну как?

Кажется, ученик превзошел учителя. И хорошо, что был запас времени: пока мы налаживали безопасный для обоих канал обмена боевой информацией, успели десять поругаться и помириться. Но все настроили и даже потренировались немного. Южная ночь пала быстро и бескомпромиссно. А далеко на севере зажглись огни пиратского курорта. Сверка часов…

— Пора!

— Поднимем им градус веселья на тыщонку-другую пунктов! — отозвался Кель. — Залезай и поехали!

Глава 17

Резня!

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Интерлюдия: Кель. Есть контакт!

В искусстве связывать разумы, сплетая из энергий Потока мост — множество нюансов и еще больше тонкостей. Причем далеко не все можно проконтролировать сознательно — будто сам Поток каждый раз вмешивается. Из-за чего подобный ритуал никогда не бывает целиком безопасным. Не в смысле последующих проблем с мышлением — тут как раз строительство моста обычно идет впрок. А вот с защитой памяти и эмоций сразу начинаются проблемы. И если б только с ними!

Крылатому Змею очень хотелось выругаться, «глядя» на то, как мелкий гений без всяких проблем копирует защиту сознания Зверя Потока. Возводимую столетиями, блок за блоком, по крупицам собирая информацию, а что-то получая при поглощение врагов. А этот… Словно перерисовывает с невероятной точностью! Не разбираясь, как это должно работать. Но копия почему-то все равно прекрасно справляется со своей задачей. Обидно даже как-то. Но в то же время отлично показывает: он выбрал того, кого нужно.

И, пожалуй, стоит научить мелкого пользоваться скопированной инфраструктурой. Так-то Шамана найти не так уж сложно. Или даже самовольно сделать из обычного одаренного, привязав к себе. А вот хорошего — днем с огнем не сыщешь! А значит нужно его усиливать всем, чем только можно. Чтобы он не повторил судьбу первых двоих.

Найти нового партнера на Четкой Фортуне действительно было легче легкого — еще и в очередь выстроятся, стоит только свистнуть. Но прожившему многие сотни лет Зверю не нужен был любой. Ленивые неумехи — это был самый мягкий отзыв Келя о здешних заготовках для Шамана. Ничего не умеющие, практически не отличающиеся от неодаренных, и всего-то умеющие, что поддерживать связь с фамильяром и говорить им «фас». На кой ему сдался тот, кого может грохнуть любой солнечник?

Таким же бесполезным и бестолковым, кстати, были и здешние Звери. Хотя какие они Звери, так, зверьки! Даже свой разум получившие не в результате долгой, многовековой эволюции в естественных условиях, а разжираясь на жертвенной силе убиваемых рабов. Отчего оставались тупыми, даже научившись говорить!

И «божественные», которых он поглотил одного за другим, были не лучше — кроме безумного Булька с его экзерсисами. А остальные… Сырая сила и ничего более. Привыкли, понимаешь, к слабым противникам! Не развивались, не практиковались и вот вам итог! Одной силы недостаточно, чтобы расти, нужна еще и техника, опыт, схватки с теми, кто по меньше мере равен тебе! Только так можно расти!

Поймав себя на мысли, что стал рассуждать, как пока еще не его маленький Шаман, Кель усмехнулся. Сам не заметил, как подцепил у пацана образ мыслей. Как бы еще не заразиться прочими его идеями! А то сам не заметишь, как начнешь человеческие жизни ценить, рассуждать о гуманизме и заводить друзей! Бр-р! Не приведи Поток!

— Все скопировал? Тогда смотри сюда!

Коррен Талани

— Ну что, готов, к резне? — на подлете к приватному пляжу пиратов, послал мысль Пернатый. Говорить вслух во время полета не получилось бы все равно.

— Вполне, — довольно спокойно отреагировал мальчишка.

Против воли Кель восхитился его выдержкой. Ни при первом полете на нем, ни сейчас, пацан не проявил ни капли страха. Да и предстоящий бой с местными отморозками его, похоже, ничуть не волновал. Нет, может он и трясся от страха, и мамочку зовет, но узнать об этом Божественный никак не мог — защиту будущий партнер поставил не хуже, чем у него самого.

— Тогда начинаем!

Ускорившись до максимума, Зверь спикировал на южную часть узкого, но довольно длинного пляжа, затормозив лишь перед самым песком. Не обращая внимания на всполошившихся пиратов, которые считали, что тут им ничего не грозит — специально не стал от них прятаться. Ссадил маленького Шамана, и тут же взвился обратно в небо. Крикнув на подъеме:

— Добивай!

Трюку, который он сейчас намеревался использовать, он научился еще у своего первого партнера. Как он его называл? Дрожь Земли, точно! Любят людишки громкие слова. Тогдашняя «дрожь» могла впечатлить разве что краснокожих дикарей и таких же пугливых белокожих варваров — сил в те времена у Келя было намного меньше. От силы мог тряхнуть кусочек земли три на три метра. Но сейчас другое дело!.

Свернувшись в небе в тугую спираль, Кель с огромной силой и скоростью ввинтился в землю, резко там распрямился и тут же выскочил обратно вверх. Быстро глянул вниз — а хорошо вышло, метров тридцать перепахал! — и повторил маневр.

— А предупредить нельзя было⁈ — прилетело возмущенное сообщение по мосту между разумами. — Ты меня всего песком засыпал!

— Ну ты же успел закрыться, малыш? — издевательски хихикнул Крылатый Змей, у которого резко повысилось настроение. — Давай за работу, нечего отлынивать!

Так, раз за разом, вбивая себя в землю и возвращаясь в небо, Кель за несколько минут перепахал примерно две трети пляжа. Маленький Шаман тоже не бездействовал — идя по изрытой, зияющей многометровыми провалами суше, он убивал пиратов. Очень экономно расходуя силы, не тратя на деморализованных и ничего не понимающих противников, ни капли лишней энергии.

Делал он это спокойно, без жестокости, будто и не испытывал по отношению к врагами никаких негативных эмоций. Бил в основном своими любимыми плазмоидами, сжимая их в крошечные шарики. Но порой и просто из ручного оружия стрелял, когда считал, что и этого будет достаточно.

«Как машина! — с недовольством подумал Божественный, который ждал от своего будущего партнера совсем другого. Упоения кровью или хотя бы злой радости боя. — Ну ничего, сейчас мы тебе поднимем настроение! Посмотрим, как ты будешь сражаться, когда противники не будут такими беспомощными… Ага, как раз вовремя!»

В небе со стороны пиратского космопорта появился тяжелый штурмовой шаттл. Владелец корабля не пожалел аэродинамичности своей птички в пользу огневой мощи, поставив под крыльями штурмовые плазмопушки. Пернатый довольно оскалился — а вот и те, кого он ждал!

— Эй, малой! — позвал он Ори. — Тут штурмовики Мясника подтянулись! Как договаривались — Долбим их как договаривались!

* * *

Что сказать: Пернатый сделал ровно то, о чем мы договаривались. Устроил такую страшную резню на Приватном пляже, что владельцы «рекреационного» комплекса очень быстро начали названивать Мяснику и умолять его прилететь как можно скорее. Очень хорошо их понимаю. Кель взмывал ввысь и оттуда, словно лом толщиной со столетний дуб вонзался в здания и другие скопления людей. Но не выныривал сразу, а на манер шнека гигантской мясорубки делал рывок вперед. И опять падали здания, песок перетирал людей, окрашиваясь в красный. Все это под феерию искр порванной проводки.

Оказавшаяся на месте охрана, кто не погибал сразу, пыталась стрелять «в направлении врага». Не слишком раненые отдыхающие хватались за пистолеты и стреляли в ответ, и друг в друга. Попадая в раненых сильнее и трупы. И в уцелевших рабов и рабынь из обслуживающего персонала. Среди которых наблюдалась толика несовершеннолетних.

В отличии от разбойников, условный мирняк я старался не убивать, что требовало определенной концентрации. Пришлось обратиться к медитации, показанной мне Ли еще в Академии. Остальных же методично выкашивал или Проявлениями, или кинетикой. Плазменный пистолет Кудрявого, который я себе присвоил, тоже не оставался не у дел. Фира держалась у меня за спиной: помня, как изменились мои старшие коты после бойне на крейсере, я не решился проверять, что будет с дымчатой леопардихой. Пусть лучше просто прикрывает.

Что я чувствовал, лично запустив конвейер убийств? Что выполняю свой долг. Это крейсер-носитель я очищал от пиратов в измененном состоянии сознания, после долгой битвы за живучесть «Кузнечика». А здесь и сейчас я выпалывал грядку с гнойным урожаем сорняков, защищая и спасая тем самым тысячи жизней мирных людей. Вернее, допалывал за нашей главной бороной.

Трижды пришлось дополнительно вскидывать щиты — попались выжившие одаренные. Но слабые и какие-то… однобокие. Одни закрыться толком не мог, другой хороший щит поднял, но не смог контратаковать. А третий вообще принялся швыряться бутылками с какой-то гадостью, алхимик хренов. Я их ему движущимся щитом все брошенное назад сгрузил… вот ей-ей, лучше б он мне себя дал плазмошаром прикончить.

Я совершенно потерял чувство времени, вернее, намеренно от него отказался. Потому не могу сказать, сколько я подчищал за Келем. Десять минут? Двадцать? Впрочем, без разницы. Ловушка сработала и Мясник явился.

— Вижу их шаттл! — передал мне по мосту между разумами Змей. — Помнишь? Не давай Кроко сковать мои действия, раздрай «потоковыми пилами». А я выбью сначала люде…

Шатл оказался именно шатлом: летающее крыло с выраженным фюзеляжем и аэродинамическим хвостом… и плазмопушками под крыльями! Которые уже разворачивались и наклонялись на подвесах. Да чтоб тебя! Я в последний момент успел-таки подбросить сам себя в коконе силового щита вверх! И плевать, что меня взрывной волной унесло в море. Ведь там, куда приходились попадания крупнокалиберный плазмопушек — плавился и горел песок и море кипело. Можно прямо в щите и «стальной рубашке» испечься! А Мясник все не останавливался: пройдясь в одну сторону, он принялся зачищать пляж в противоположную. Туда, куда Пернатый еще не добрался. И после подобной обработки недобиток не оставалось.

— Кель, рубани ему движки! — падение в море не помешало мне использовать мост между разумами. — Хотя бы один! Этот угловатый кусок кривого оружейного тюнинга сам упадет!

— Серьезно⁈ — вздыбил перья на воротнике Пернатый. — Там же Кроко! Пока я буду рвать металл, он сам меня порвет!

— Зачем металл, контроллер надо выбить! — послал я ему образ… и сообразил, что пернатый не понимает, что я ему толкую, хотя я передал целый пакет информации. — Фира!

А вот у леопардихи проблем не возникло: фиолетовой молнией она прошмыгнула внутрь штурмовика — и тут же выскочила наружу. Крокодил высунулся было за ней — меня аж передернуло от его вида и размера. Но тут летающая машины будто споткнулась. И по короткой дуге упала в собственноручно созданный огненный ад!

Интерлюдия: Мясник. Плохой день.

— Босс! На пляже какая-то лютая хрень! — от крика дежурного, умудрившегося вместо вызова на комм выйти на громкую связь Мясник разлил дорогущий портвейн. Настолько истошным голосом орал его человек. — Они просят немедленно прибыть и хотя бы задержать…

— Что за бабский визг⁈ — тем не менее, лучший решала Чёткой Фортуны отставил причудливый, но такой удобный бокал. Потом покарает труса… если будет, за что. Свою команду он сумел вышколить. И раз уж такое… — Картинку давай, каналья!

В системе безопасности Пляжников были беспилотники, в том числе летающие камеры. Изображение вспыхнуло, тут же погасло и вновь зажглось. Ночное море у берега и широкую полосу песчаного пляжа заливали разноцветные огни никогда не останавливающейся тусовки. Вот только полоса этих огней стремительно тухла, перемалываемая сошедшим с ума песком. Во всяком случае это так выглядело со стороны. И, к сожалению, немолодой разбойник знал, какая причина у «стихийного бедствия».

«Коготь, чтоб тебя ледяные демоны вечно драли в космической пустоте!» — вполне заслуженно получивший своё прозвище опытный и фартовый штурмовик, убийца, абордажник и капитан собственного корабля почувствовал, как холодеет его спина. — «Кому ж ты еще прямо тут умудрился продать Зверя уровня Кроко⁈»

Мяснику, можно сказать, повезло: найденный родителями учитель оказался непростым мужиком, но честным. В Доминионах надо постараться, чтобы суметь отыскать такого. Учил он крепко, не просто приемам — но и как их использовать. Но самым важным оказалось последнее занятие: наставник рассказал, как прогрессировать самостоятельно и к чему стремиться. Помянул о Зверях Потока — то ли сказке, то ли нет.

Не сказать, чтобы молодой пират интересовался Зверями, хотя ему и приходилось еще слышать о них. Все изменилось после одного случая. Заказчик указал на один из частных хабов на орбите одного мульткорпоративного мира. Та еще клоака оказалась, что сам мир, что болтающийся на орбите мусор. Последний, правда, очень помог проникнуть на борт хаба, замаскировал при подлете штурмгруппу. Ну а потом дело техники. Одновременно по сигналу срезать антенны и запустить глушилку — после чего молниеносно ворваться внутрь.

Среди жителей и работников частного хаба оказались несколько одаренных, включая одного шамана. Вернее, слово «шаман» он потом узнал. А вот зрелище, как одного из его бойцов кто-то невидимый медленно покрывает порезами — отпечаталось в памяти навсегда. Слабый и беспомощный фамильяр не простил убийства хозяина и даже капсула гибернации убийце не помогла.

Спустя много лет выйти на Когтя, выращивающего на далекой транзитной сильных фамильяров оказалось огромной удачей. Около тридцати лет требовалось, чтобы Зверь набрался мощи на жертвоприношениях — не с нуля, а уже с серьезным багажом развития! Чтобы заполучить Кроко и стать шаманом Мяснику пришлось отдать почти все, что он сумел скопить за полвека кровавых похождений. Но это того стоило. Непобиваемый козырь в рукаве! Плюс опять вернувшаяся способность учиться новым приемам. И вдруг откуда ни возьмись нашелся еще кто-то… с рукавом, так сказать.

Как… неприятно. Но сделать все же кое-что можно.

— Шрам, пусть Красавчик срочно выводит наш «тяжик» на полосу, — уверенным голосом приказал Мясник. — Пусть наши дежурные обалдуи тоже по-максимуму бронируются. И поднимай резервную смену!

— Но босс! Шестерня сказал…

— Живо!!! — и уже совсем другим голосом позвал. — Кроко, солнышко. Время показать зубки!

* * *

«Пока Зверь Потока материален, пусть даже частично — он уязвим к физическим воздействиям!» — как мантру повторял Мясник. Пришлось закрыть шлем, чтобы пилот не видел движение губ. Но вот показалось побережье, которое некий Зверь уже перемолол на две третьих. У северного конца Приватного пляжа суетливо отлетали флаеры. А многие просто бежали на своих двоих от ставшей смертельно опасной полосы песка возле воды.

— Открываю огонь из подкрыльевых башен! — резко оповестил пилота Мясник, лично занявший место канонира. — Веди вдоль воды!

— Отстойчивость пойдет по одному месту, — напомнил пилот, одновременно закладывая вираж. — Сбрасываю скорость.

Но главный решала уже зажал гашетки на джойстика управления пушечными турелями. И под крыльями разверзся огненный ад!

— Закладывай на сто восемьдесят! — крикнул Красавчику Мясник. — Кроко, ты видишь кого-нибудь? Мы его задели?

Но фамильяр ничего не видел. Похоже, противник попался опытный. Успел вовремя сбросить телесность. Вот будет «весело», если просто сбежал, не приняв бой…

Кроко рывком дернулся куда-то к корме, и тут же завопили сирены БИУС.

— Падение вертикальной тяги. До аварийной посадки пять… четыре…

В этот раз шаманский взгляд пирата сумел разглядеть фиолетовый росчерк, на мгновение замедлившийся, чтобы полоснуть когтями по батарее тяжелого ручного метателя плазмы одного из бойцов. Крокодил молниеносно развернулся, да только пасть хлопнула вхолостую: леопард двигался феноменально быстро.

— Береги… — успел выкрикнуть Мясник, закрываясь сферическим щитом. Взрыва и удар о землю совпали по времени, и доконали пилота, пренебрегающего броней. И плазмометчика, что сидел прямо у батареи: броня не выдержала ударной волны. Пожар в кубрике и кабине сбила система автотушения, но пираты оказались заперты в ловушке.

— Все на выход, шустро! — Мясник первый подал пример. Но даже он не успел добраться до люка в крыше: где-то близко взревел от боли Кроко, а в кубрик всунулась змеиная морда размером с флаер. Сказала:

— Мое почтение!

И перекусила еще двоих, вместе с бронями, прежде чем сгинуть. Даже пистолет поднять не успел. Да что происходит⁈

Глава 18

Огонь восстания

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Интерлюдия: Мясник. Худший день в жизни!

Выбив решивший было заклинить люк головой — хороший штурмовой скаф еще и не такие нагрузки рассчитан! — Мясник выкатился на крышу упавшего шаттла. И тут же вскинул свою ручную пушку, пытаясь нашарить врага. От залпов собственных орудий штурмовика погасло последнее освещения пляжа, зато песок светился малиновым, источая жар! Прибой, накатываясь, натурально кипел! Кроме всего прочего поднимая завесу пара. Ну и где тут враг?

Слышимый только хозяину заревел от боли Кроко. И тут же пират увидел битву его глазами. Противник — что-то вроде исполинского змея с воротником перьев вокруг шеи и непропорционально маленькими крылышками успел ударить клыками — и резко разорвал дистанцию, сумев скрыться. Судя по всему, другой Зверь Потока умел вырабатывать яд — да такой, от которого на некоторое время фамильярная связь перестала работать! Мясник и не знал, что такое вообще возможно.

— Арр!!! — гигантский летающий крокодил содрогнулся всем телом, поворачиваясь к новому источнику боли. Которым оказался стоящий на воде — вернее, на силовом щите — что-о? Ребенок?

Откровение стоило влетевших в рыло и переднюю часть груди призрачных дисков, сумевших достать неуязвимое в обычном виде энергетическое тело рептилии! Что за самородок и откуда тут взялся⁈ Впрочем, лучше позже разобраться

— Стреляй по моей метке! — заорал Мясник двум уцелевшим членам экипажа. Зная, где находится цель, он легко обнаружил одаренного ребенка за завесой пара закрепленным на шлеме тактическим модулем и перекинул на скафы соратников целеуказания. — Пли! Пли!

Если б не такая тупая потеря корабля, мелкий урод поплясал бы! А так он выставил второй щит и удержал очередь из пяти плазмоидов. Зато Кроко сумел разорвать дистанцию и перестал получать не такие уж легкие раны.

— А-а-а!!! — фиолетовая полоса вскользь задела подчиненного Мясника и снесла с позиции на крыше. Одновременно что-то повредив в креплении шлема — и в раскаленный песок десантник воткнулся ничем не защищенной головой. Еще минус один!

Старый пират был сильным бойцом и отличным командиром. Мог вырвать победу, наплевав на получаемый урон, взять с наскока. Или затаится и обмануть. Подставить своего и выловить врага на живца. А самое главное — мог безошибочно понять, когда пора бежать! В бегстве он был виртуозом, каких поискать. Пожалуй, только умения выставлять счета и выбивать деньги могли как-то конкурировать с самым главным навыком.

Навороченный скаф Мясника как раз для разных нештатных ситуаций на планетарной поверхности был оборудован «системой трехмерной мобильности». Комплектом из нескольких реактивных двигателей, если по-простому. Вот их-то пиратский командир и задействовал. Вовремя! Стоило взлететь над поверженным челноком — огромный змеиный хвост расплющил последнего союзника. Не остался в стороне ублюдок-ребенок, выпустив по ретирующимуся целую гроздь плазменных шаров. Выкусите! Попробуйте достать человека-ракету!

«Кроко, за мной!»

Но крокодил уйти не смог. Не купившись на Мясника, маленький человек и большой Змей насели на такого сильного Зверя Потока… и без потерь на двое разорвали его! Не помогли молнии, огромные зубы и вырастающие по всему телу шипы. Выполнив свой последний долг, фамильяр в последний раз прикрыл хозяина. Несколько секунд за Мясником пытался угнаться фиолетовый леопард — но и он отстал, не сумев разогнаться до нужной скорости.

Тупо, как же все тупо произошло! А ведь Коготь говорил, что сила партнера не самое главное… Ничего, главное — выжил. И верные люди остались. Остальное можно наверста…

— Штурмовую пушку мне в зад!!! — не сдержался Мясник, видя как Город перед ним, а также космодром и что-то там за ним на глазах занимается пожарами. И проревел в микрофон совсем не то, о чем только что задумался.

— Шрам, за ногу и через полувыверт! — связался он со своей базой. — Всех в ружье и на корабль! Загрузить в трюм по списку «игрек». Нет, ты не ослышался, тупица. Мы эвакуируемся!

Интерлюдия: Анасдея Ильтазар. Первая жертва войны — составленный ранее план

Решение оставить личный состав и флаерацию под кронами деревьев на опушке джунглей, около смешного маленького чайного павильончика — кто только додумался построить? — оказалось верным. Двигаясь ускоренным маршем, «апасные» вчетвером ворвались Город в том же месте, где не более получаса назад проехали фермеры, разрушив огромный участок укрепленного забора. Многочисленные следы зубчатых колес, два подбитых трактора, разбитые фонари и полная разруха подтверждали: расчет на провокацию сработал.

Стены домов местам зияли проломами — их явно пробивали и рушили если не бульдозерами, то погрузчиками. Характерные звуки двигателейраздавались откуда-то спереди, и там же шла плотная такая перестрелка и поднимались к небу черные дымы.

— Во дают! — то ли восторженно, то ли осуждающе сказал Ли.

— Пусть друг друга хоть полностью перебьют, — равнодушно отмахнулась Анасдея, оглядываясь. — Нам нужно попасть в квартал работорговцев и хоть кого-то выпотрошить на предмет уточнения информации. Нам вперед и налево.

— Долбанная связь! Вернее, её отсутствие, — поморщилась Шая — Мы с Яном возвращаемся, будем вместе с войсками, ждать Фриза. У вас полчаса: не появится фамильяр — мы пойдем в наступление вслед за вами.

Поскольку планировался скрытный захват языка и экспресс-допрос, брать с собой Джара было совершенно бессмысленным. А вот как боевая единица при основных силах юный громила как раз на своем месте.

— Заметано!

Городок, если мысленно убрать следы боевых действий, местом был весьма милым. Аккуратные дома, палисаднички, стоянки для флаеров — пустые. Остриженные кусты и деревья. И аккуратные фундаменты везде — а должно быть кровавое болото! На таком количестве сломанных человеческих судеб они стоят. И вот сейчас «властители судеб» лишались своих уютных гнездышек, своих женщин, детей и домашних животных. Большая часть трупов валялась в домах, однако Фриз, выполняя функции передового дозора, исправно проверял помещения. И демонстрировал жуткие находки…

— Вот жеж уроды! — выругалась Аня, и для спутника пояснила. — Фриз наткнулся на силовое ограждение поверх забора работорговцев! Зуб даю, такое же окружает концлагерь с обычными рабами! На допросах про него ни один пират не мяукнул! И с воздуха видно не было.

— Потому что его только что включили, — кивнул Цзан. — Не очень-то местные фракции друг другу доверяют, я гляжу… Хм. Я думаю, если замкнуть эмиттеры в одной секции — они отрубаются все разом. Очень энергоемкая штука, и опасная — если конфигурация поля нарушится.

— Ты меня с Ори не путаешь? — сжала зубы девочка, глядя глазами Фриза. — Это он всегда знает, какой контроллер за что отвечает и как выглядит!

— Тогда можно попробовать перепрыгнуть, — пожал плечами клановец. — Они сейчас из-за забора пялятся на фермеров, возможно, даже не заме… Берегись!

Характерный электрический треск сменился оглушительным грохотом грома! С домов впереди сорвало крыши, а по коже, волосам и потрепанным форме Академии пробежали искры статики. Со сферическим барьером Анасдея на несколько долей секунды опоздала.

— … — произнесла самозванная аристократка.

— Что?

— Фриз выдернул кабель из какой-то панели, говорю… — Ильтазар помассировала уши. — И вообще — оно само!

— Скрепка сама попала в аддитивный станок…

— Что-что?

— Я говорю, очевидно — косяк инженеров при сборке силовой стены! — погромче сказал Кунг. — В любом случае — путь свободен!

Двое «апасных» с места рванули вперед… чтобы увидеть, как множество флаеров, в том числе и грузовых, поднимаются от домов квартала работорговцев. Принимать бой здешние жители не желали. И, видимо, имели подобие заранее проработанного плана эвакуации. Однако увильнуть от нежелательных контактов смогли не все: тяжелая плазма ссадила с неба один большой флаер и взорвала в воздухе другой. А выпущенная кем-то ракета подбила еще три воздушных судна, сразу задымившихся.

— Проклятье!

— Вряд ли все успели убраться вовремя, — рассудительно подсказал Ли. И тут же дернул спутницу за руку. — Стой! Пусть Фриз заберется на вон ту вышку с антеннами.

— Зачем?

— Оттуда видно лагерь рабов! Если мы сломали им силовой экран здесь — может, он и там отключился?

Фриз подошел к заданию творчески — не иначе как у Фиры научился. Разбег по вертикальной мачте с растяжками закончился эпическим прыжком вверх! У Аня даже дыхание слегка сперло от зрелища, как отдаляется горизонт. А как же вниз⁈ С другой стороны, Зверь из чистой энергии точно не разобьется. И почему они раньше так не делали?

Усилием воли выбросив все мысли из головы, Анасдея сосредоточилась на слабо освещенном километровом квадрате концлагеря. И сразу заметила повреждения в ограде: Цзан Кунг оказался прав, системы энергопитания у работорговцев были связаны! Правда, колючая проволока уцелела, а надсмотрщики уже оправились от схлопывания силового щита и теперь теснили рабов к центру их лагеря. Паники и бегства среди персонала не наблюдалось.

— Плохо, — нахмурился клановец. — Этот маневр применяют, когда нужен полный контроль над пленниками.

Видя, что спутница не понимает, он с нажимом пояснил:

— Чтобы в случае чего быстро расстрелять всех.

— Значит, надо атаковать лагерь всеми нашими силами, пока они не успели всех согнать! — зло кивнула аристократка. — Фриз, беги к Шае! Кодовый сигнал: «шестнадцать».

— Боюсь, все что могло летать — тут уже взлетело. — Окинул окрестности скептическим взглядом Цзан, будто мог смотреть сквозь стены. — А бегом по открытой местности… так себе идея. Да и успеем только к шапочному разбору.

— Флаер можно взять у контрабандистов, — махнула рукой в противоположном направлении Аня. — Судя по всему, вступаться за пиратов они не собираются, тем более что под гуляния фермеров не попали.

В не атакованной части города шла своя жизнь. Дома закрыты, ставни и шторы не дают понять, что внутри. Пришлось дважды прятаться и пропускать небольшие отряды с оружием и в боевых скафандрах. Двое подозрительных типов, орудующих плазменным резаком у чужой двери, наоборот, не заметили ребят. Потом совсем рядом прямо из застройки взлетел полноценный космический корабль, обдав кварталы ревом и вспышками от работы маршевых двигателей.

— Самый умный, — прокомментировал старт Ли.

— А по-моему, фермеров скоро додавят, — вслушиваясь в ночь, не согласилась Ильтазар. — Стой! Смотри, какой яркий свет впереди! Забор контрабасов, не иначе.

Как же неудобно без фамильяра!

— Незаметно не проскочить, — черепаха клановца сработала как перескоп, но и только.

Преграда тут выглядела попроще — но только выглядела. Особенно смущали автоматические турели, выдвинутые из-за забора. Найти и перебить провод за материальной преградой черепахи было пока очень сложно. И медленно. А прорываться под щитами, разбив шаровыми молниями ближайшие — чересчур громко.

— Зеленый указывает, что под нами — пустота. Тоннель. Вход из соседнего дома, вдруг сообщил клановец.

— Не может быть все так просто, — в двери указанного дома стоял обычный дверной замок. После удара молнией, Ли просто выбил его кулаком.

Еще недавно тут кто-то был: кучу окурков венчали еще тлеющие. Дымок от них шел такой, что пришлось задержать дыхание. Люк в тоннель курильщик за собой закрыл — но не запер. То ли планировал быстро вернуться, то ли наоборот — что возвращаться не понадобится.

— Контрабандисты! — возвел очи горе «китаец», когда тоннель провел их под ограждением. — Даже тут умудрились свой маленький бизнес наладить! Вот что значит — любить свою работу!

— Может, они просто больше ничего не умеют?

С другой стороны забора с турелями обнаружился небольшой склад. Курильщика догнать не удалось, зато стоило высунуться на улицу — «апасные» услышали характерный посвист лопаток турбин готовящегося ко взлету флаера. Аня и Кунг, переглянувшись, уже в открытую бросились на звук — соседний двор. Успели как раз вовремя.

— Привет, мужик!

Пилот даже рта раскрыть не успел: Анасдея кинетикой выбила из кресла и отбросила на задний ряд. А там его уже принял Цзан, схватив чернильно-черными пальцами за горло. Ласково спросил:

— Будешь колоться, или сразу в расход? Не мямли! Имя, звание, должность! Ну!!!

Молодой в сущности парень лет девятнадцати-двадцати, упакованный в неплохой костюм, что-то пролепетал дрожащими губами — но Ане пришлось слишком сильно сосредоточится на управлении полуспортивной воздушной машиной. Гнать имело смысл: еще выстрелит кто-нибудь снизу — и попадет. Потому аристократка решила сделать крюк за пределы города и по границе облететь застройку. Выбор себя немедленно оправдал: спустя всего минуту шаманка увидела спешащего Фриза, и резко заложила вираж, сбрасывая высоту.

— Я тоже соскучилась, мой хорошенький! — она от души прижала к себе волка, запрыгнувшего внутрь прямо через остекление кабины.

— Она чокнутая? — услышала Ильтазар хриплый шепот захваченного контрабандиста.

— Все мы тут немного не в своем уме, и она, и я, и ты, — поэтично ответил Цзан… и коротко ударил пленника, выбив сдавленный стон. — Как можно не знать классику Прародины? Наверное, все же стоит тебя убить.

Аня опять схватилась за рычаги, набрала высоту… и увидела, как совсем близко, километрах в десяти, балансируя на посадочных двигателях к городу со сторону космопорта медленно «подплывает» пиратский рейдер-штурмовик. Тяжелая броня по всему корпусу, особенно толстая во лбу. И два спаренных штурмовых оружия слева и справа: концепция та же, что у «Кузнечика» из воспоминаний Ори. Еще два подобных борта подтягивались откуда-то издали — кажется, там располагался VIP-космодром.

«Закономерный итог любого восстания на Фортуне.» — отстраненно подумала Анасдея. — «Почему Шая решила, что пираты не станут стрелять по своим, если те сцепились с восставшими? Вот, опомнились — и выкатили главный козырь.»

Ей ничего не оставалось, кроме как продолжать следовать плану и смотреть. А канониры штурмовика все тянули, видимо действительно пытаясь отделить чужих от своих и уменьшить коллатеральный ущерб.

Несущегося по небу Келя в самой большой его форме невозможно было не заметить… шаману. Для команд кораблей встреча с ним оказалась сюрпризом. Догнав сзади самый отстающий борт, Змей слегка замедлился — и от души почесал об него свой живот. Вниз полетели сбитые антенны, парочка башенок ближней обороны и еще много чего, включая крышки люков и куски брони. В этот момент пиратский экипаж почувствовал себя как кубики льда в шейкере. Второго по счету борт Пернатый миновал, зато к третьему прижался сбоку как к родному… и повернул носом на второго. Канониры с перепугу пальнули куда-то в пустоту — и этого оказалось достаточно, чтобы пушки второго пальнули по нему.

Сразу потерявший тягу штурмовик, только что готовый открыть огонь по людям и зданиям внизу, спирально вращаясь, заскользил над городом — и в итоге рухнул куда-то в центр пиратского квартала. А по следующему за ним штурмовику отработал самый задний. Детонации в районе двигателей, и поспешная аварийная посадка прямо в район контрабандистов! Змей же после своей диверсии куда-то пропал.

— Там, на третьем — Ори! — прокричал Ли. — Который в воздухе! Кель его туда подкинул, он захватил штурмовик! Правь прямо на корабль и по мосту передай ему, что нужно обязательно взять под контроль диспетчерскую! Это вон та пирамида у другого конца космопорта! «Костюмчик» и правда много знает!

Тем временем последний корабль в небе начал методично гвоздить по уцелевшим частям города. Ничуть не смущаясь явных поломок и неисправностей. Пришлось поднять флаер высоко в небо, чтобы не попасть под раздачу.

— Ори! — наконец-то мост заработал! — Диспетчерская в пирамидальном здании…

— Поздно! — вдруг белугой заорал пленник. — Вниз! Скорее вниз!!!

— А что… — Ильтазар увидела, как поднимаются башни с орудиями. — Снижаюсь!

Заработавшая связь исправно показала, что Коррен Талани успел выпрыгнуть из люка прежде, чем плазмоиды буквально разорвали корабль на части.

Глава 19

Пожар революции!

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Интерлюдия: Генри мл. Худший кошмар наяву!

После памятного инцидента с уснувшим на посту Черепом в красном скафе жизнь пошла своим чередом. Дежурство-отдых, дежурство-отдых. Контрабандист продолжал украдкой следить за происходящим на южном берегу. Чисто из глупого чувства протеста. Хотя, по чесноку, он эти подростковые приколы давно перерос.

К тому же следить было особо не за чем: никаких признаков дополнительной активности так и не появилось. Фермеры обрабатывали поля, пасли скот и занимались еще чем-то таким же уныло-сельскохозяйственным — причем всю эту пастораль то и дело закрывали облака. Скукота.

А вот работа спуска решила не давать. Сначала две лоханки подали на старт в одно и то же время с точностью до минуты. Попытка развести старты закончилась безобразной ссорой между капитанами и угрозой применить бортовое оружие почему-то по «Стекляшке». Скандал с демонстрацией стволов закончился прибытием рейдера Черепов, сопровождающего побитый «приз». Майлз развязно предложил спорщикам «пятьдесят кусков — и ты больше не помеха посадке». Один успел, второго лишили двигателей космопортовые турели и увезли Утилизаторы.

Буквально через день дежурство началось с того, что пьяный хрен на сильно побитом судьбой и временем грузовике заявил, что ему надо только VIP-обслуживание. Как-то продемонстрировать свою платежеспособность отказался, кодовых слов тоже не сказал. В итоге Генри (под ублюдские гримасы Майлза «стажировка, на!») удалось уговорить капитана сесть на общей площадке, заплатить или совершить бартер — и его колымагу с почестями отбуксируют хоть к VIP-площадке, хоть сразу в Ледяной ад!

Почти до конца посадочной глиссады все шло хорошо… а потом борт раскрыл самопально присобаченные крылья и повернул к VIP-порту. И сел. Прямо на крышу между посадочными колодцами! Кого в итоге попытались назначить виноватым за этот перфоманс? Ну конечно же диспетчеров.

Уже ближе к концу дежурства Генри открыл-таки планшет с синтетической сводной съемкой поверхности… и молча покачал головой со смешанными чувствами. Квадрат проволочного ограждения, какие-то побитые, раненые люди внутри, пираты в силовых скафах с оружием в руках явно не помощь им оказывают… Что ж, финал герильи был заранее предсказуем.

Окончательно выкинув свои «исследования» из головы, молодой да ранний контрабандист постарался как следует отдохнуть, чтобы вторую часть дня посвятить подробному рапорту. История с хулиганской посадкой по прежнему грозила лично ему конским штрафом — но теперь он хотя бы сделал, что мог. Инцидент будет рассматривать комиссия трех фракций. А теперь еще поспать перед следующим бдением.

Звуки приближающейся канонады лишь отразились на содержании сна Генри, а вот сигнал тревоги заставил вскочить в постеле. Следом позвонил Майлз:

— Если тебе дорога твоя никчемная жизнь — живо дуй на рабочее место!!!

— Но… — связь прервалась. — Нам еще несколько часов же…

Грохот не такого уж и далекого взрыва, от которого стены коттеджа дрогнули, заставил диспетчера диаметрально поменять свое мнение. Быстро, быстро, одежда, комм — и бегом к флаеру! Выскочив на улицу, контрабандист вздрогнул. Грохот перестрелки, трассеры, улетающие в небо, ночная тьма и фонари у забора, отделяющего квартал — все это разом рухнуло на него, такое настоящее. Не то, чтобы пугающее. Но дающее отчетливо понять: смерть — вот она, рядом. Только руку протяни. Один неверный шаг…

Флаер послушно погнал крутить лист проверок, со свистом на режим вышли турбины, мыслями Генри уже был в небе… как страшный удар выбил его с кресла на задний ряд. Секунда полной дезориентации не дала понять, почему вдруг кончился воздух и так болит горло! Вдохнуть! Вдохнуть!

— Имя! Звание! Должность! — диспетчер вообще не отреагировал на высокий детский голос, сумев, наконец, вздохнуть. Даже то, что машина уже летит, он сразу не понял.

— Перестарался, — тихо пробормотал голос. — Как там Ори показывал?

Генри показалось, что его от души ударили подушкой, на которую какой-то шутник наклеил электроды от шокера. Тряхнуло от души, зато вернулось ощущение «здесь и сейчас» и пропали следы удушья.

— Ну⁈

— Генри Форд младший, диспетчер-стажер! — слова сами собой сорвались с языка, пока контрабандист разглядывал своего мучителя. Ребенок. Черная как ночь кожа прятала черты лица, одной рукой он сдавливал владельца флаера за горло, другой — держался за спинки кресел второго рядам сам.

За рычагами оказался еще один ребенок, миловидная девочка, азартно и резко на полной скорости бросающая летающую машину из стороны в сторону. Уклоняется от выстрелов с земли?

Тут Генри почувствовал подступающую тошноту: как-то он не чувствовал до того всех этих перегрузок.

— Диспетчер на космодроме? — уточнил тем временем черный. Не дождавшись ответа, он опять сжал многострадальное горло парня. — Отвечать!

— Диспетчер-два пе-е-е… — он хотел сказать «первой смены», но тут флаер так резко пошел вниз, что голосовые связки отказались повиноваться. Машина едва не воткнулась носом в степь — город остался позади — но непонятно как пилотесса её выровняла с одновременным торможением до полной остановки.

— Я тоже соскучилась, мой хорошенький! — внезапно закричала она, обнимая… воздух.

— Она чокнутая? — хрипло прошептал Генри младший, вовремя вспомнив, что сумасшедших нельзя тревожить.

— Все мы тут немного не в своем уме, и она, и я, и ты, — нараспев ответил черный мальчик. Не увидев в глаза контрабандиста понимания, он коротко, но как-то очень сильно пробил собеседника в печень.

— Ау-а! — опять чуть не задохнулся диспетчер. Теперь уже подавившись собственным криком.

— Как можно не знать классику Прародины? Наверное, все же стоит тебя убить, — посетовал мучитель.

И опять такое объемное, почти материальное ощущение смерти вот тут, рядом, на соседнем кресле. Оно, наконец, заставило Генри начать думать и анализировать происходящее не с точки зрения безвольной жертвы. Самый первый и важный вывод он сделал сразу: если все так плохо, что непонятно кто навязал бой в городе — надо валить куда подальше. И если его взяли в плен — то вместе с пленителями.

— Вы хотите выбраться с Фортуны? — быстро выпалил дежурный.

— Ну допустим…

— Я диспетчер-два первой смены в «Стекляшке», то есть в ЦУПе при космодроме! — перебивая черного мучителя, продолжил в том же темпе контрабандист. — Надо захватить центр управления, это ключевая точка. Та пирамида, он внутри! И у меня есть доступ!

— Помолчи, — резко придавил шею диспетчера малец, вглядываясь в остекление кабины. Громко крикнул пилотессе: — Там, на третьем — Ори! Который в воздухе! Кель его туда подкинул, он захватил штурмовик!

Только тут Генри понял, что совершенно не следил за окружением. А оно опять поменялось! Два космических корабля успели упасть на застройку, а третий неторопливо поворачивался и долбил прямо по уцелевшим кварталам!

— Правь прямо на корабль и по мосту передай ему, что нужно обязательно взять под контроль диспетчерскую! — продолжал громкий инструктаж пленитель. — Это вон та пирамида у другого конца космопорта! «Костюмчик» и правда много знает!

«Ха, 'Костюмчик», — фыркнул про себя Генри. Такого прозвища он еще не получал, и оно ему польстило. Гораздо лучше, чем давали ему в школе.

Отстраненные мысли, судя по всему, были защитной реакцией мозга от чудовищного стресса. Девчонка опять заложила маневр на пределе скорости и сумасшедший вираж — почти и не волнует. Увеличивающийся в лобовой проекции тяжелый штурмовой борт пиратов? Тоже фигня. Вон и турели космопорта активируются…

— Вниз! Скорее вниз!!! — прострация мгновенно спала. Уж кому как не Генри было знать протокол, по которому автоматические пушки стреляют!

— Снижаюсь! — завопила в ответ пилот.

— К «ножке» столба башни'! Там мертвая зона! — к концу фразы контрабандист аж охрип. — Да быстрее же…

Какими чудесами флаер сел прямо под пушкой — Генри сказать не мог. Просто в памяти не сохранилось. Следующее, что он осознал: с неба падает, но не разбивается еще один ребенок. Сходит на землю, будто на невидимом лифте приехал.

— Ори! — девочка лезет обниматься со слезами счастья на глазах.

— Не плачь, никуда от тебя не денусь, — кивает новенький. — Так где эта «Стекляшка».

— Пирамида, — показывает рукой Генри. — Только надо двигаться…

— Рывками из мертвой зоны к мертвой зоне орудия, — соглашается пришлый. — Поехали! А то обломки от корабля уже скоро долетят! Используем щит Макира!

Ори

Если издали центр управления полетами напоминал небольшую, этажей в пять, пирамиду из стекла из стали, то к моменту, когда мы до него добрались, здание превратилось в сплошную блестящую на солнце стену. Абсолютно чуждое своей технологичностью и современностью всему, что я видел на этой планете. Такое ощущение, будто пролетающие мимо инопланетяне оставили в земной песочнице, в Воронеже, например, на улице Лизюкова, синхрофазотрон. Инопланетяне — это в смысле откуда-то из центральной зоны Ста Миров!

Ни дверей, ни окон — сплошная сверкающая стена без даже намека на щель.

— Вход? — коротко бросил я пленнику.

Генри младший (так и хотелось добавить между первым и вторым словом фамилию Морган), уже был полностью заряжен на сотрудничество — Ли прямо молодец, обработал как надо! Торопливо кивнув, он подскочил к стене и приложил ладонь к ее ничем не примечательному участку. После чего на ней сразу же отобразилась панель, на которой высветились данные контрабандиста — имя (Форд, кстати, не Морган!), должность и тот факт, что доступ в диспетчерскую ему запрещен.

— Моя смена через несколько часов только должна начаться, не пускает! — скривился Генри, словно его палкой стукнули. — Как быть? Как быть⁈ Он же меня позвал!

Точно не Морган. Тот бы так трусливо себя не вел. Вырождаются пираты! Эх!

— Есть же аварийные протоколы доступа? — подсказал Кунг. — Не может не быть.

— А! Точно! — тут же вспомнил диспетчер. Обрадовался, а потом почему-то сразу взгрустнул. — Я же стажер, помнишь? Заучил служебку, а вот пользоваться… Но нам придется через служебную проверку всех трех фракций как-то пройти проходить.

— Серьезно? — я выразительно обвел рукой космодром, решив пока не уточнять про фракции. Поднимающиеся в разных местах дымы, открытое пламя, мелькающие трассы зажигательных кинетических снарядов и вспарывающие синеву неба короткие росчерки плазмоидов.

— А. Ну да, — выдохнул пленник. И быстро ввел комбинацию символов.

Сплошная стена треснула, обозначив дверное полотно. Оно мягко ушло в стену, давая проход в ярко освещенный, наполненный кондиционированным воздухом, коридор.

— Охрана, препятствия, ловушки? — не давая прийти в себя Генри младшему, обрушил я на него шквал вопросов.

— Только автоматика! — поборов первоначальный страх, проводник отвечал с такой готовностью, будто был заинтересован в успехе предприятия, не меньше, а то и больше нас самих. — Фракции друг другу не доверяли, вход в «Стекляшку» только для дежурной смены! Охраны нет, все системы защиты полностью автоматизированы…

Опять эти «фракции». Надо будет разобраться, потом. Или — потом — уже и не надо.

— Не части, — оборвал его я. Прозвучало немного странно, если со стороны глядеть. Пацан властно машет рукой, а молодой мужчина покорно замолкает. — Что конкретно там установлено?

Оказалось — дофига! Силовые поля, плазменные метатели, электрические и электромагнитные ловушки — последние, видимо, были предназначены для вывода из строя противников, которые будут прорываться в полном штурмовом снаряжении. Не пренебрегли создали защитного периметра «стекляшки» и банальными блокирующими проход дверьми, способными выдержать выстрел даже из крупного калибра.

Правда, имелся у всей этой опасной машинерии один существенный изъян. Не создавалась она для того, чтобы надолго остановить одаренного солнечника или Шамана. А тем более — группу подобных противников. Все-таки предназначение у нее было более тривиальное. Задержать, насколько возможно. Давая возможность дежурной группе, штурмовикам и тем, кто не желает проникновения врага в святая святых пиратского космопорта, прибыть на помощь.

А, что? Никто не придет? Все заняты бегством, боем и беспорядками в других местах? Ну, тогда мы удачно зашли, нечего сказать!

— Лифтовая шахта сразу же заблокируется, стоит только системе опознать нарушителя. И идти наверх — ЦУП на третьем этаже, в геометрическом центре строения — придется пешком. Коридоры специально делали узкими, на такой случай.

Генри младший оказался очень полезным пленником. Не только рассказал об опасностях, но и даже показал, где они примерно расположены. Но идти мы все равно решили растянутой цепочкой. Чтобы друг другу не мешать и не попасть под один удар всей толпой. Проводника (пригодится еще) и вовсе оставили под надзором Анасдеи, в самом конце построения. Ее, почему-то, он боялся больше, чем любого из нас.

Ну а на острие атаки шел я. По понятным причинам. На первой ловушке — ею оказался банальный барьер, который удалось отключить с обратной стороны ловкими лапками Зверя Потока, я подумал, что нужно было сюда Келя запустить. Вот бы кто прошел здесь катком, сминая все препятствия…

И разворотив всю «стекляшку», ага! Нет уж, пусть в небе с пиратами веселиться! Здание нам потом еще понадобиться.

Не скажу, что было просто, в некоторых моментах пришлось попотеть. Но помощь Фиры, уроки Борк Рауля да и мой, чего уж там скромничать, подросший навык, позволили добраться до ЦУПа за семь минут. Почти не повредив ничего важного — те турели не в счет.

Дверь к комнате с пультами пришлось прорезать плазмой. И когда толстая, раскаленная по краям и плюющая металлом панель упала внутрь, оттуда ожидаемо раздались выстрелы.

Единственного находящегося в комнате человека я видел глазами фамильяра. Средних лет мужчина, обвешанный оружием, как новогодняя елка игрушками, не сводил глаз с двери, и держал руку на каком-то переключателе на одном из пультов. Только поэтому я и не стал сразу входить — вдруг у него там система самоуничтожения? Пираты те еще параноики!

— Вы вообще понимаете на кого наехали⁈ — вслед за выстрелами прилетел от него истеричный вопль. — Да вас же на ремни порежут, кретины!

Ничего, что космопорт горит, черт знает что происходит, а дверь в святая святых этого пиратского анклава кто-то сносит плазмой? Никаких мыслей? Я уже собрался заходить внутрь, прикрывшись щитом, но остановился.

— Майлз, это я, Генри! — выкрикнул наш пленник, Анасдея как раз дотолкала его до нас. — Не стреляй, придурок!

Может, договорятся? Ценное оборудование тогда не пострадает.

— Ах ты предатель! — снова очередь в проем. — Я подозревал, что ты крыса! На кого работаешь, тварь? Это «Ледяные клинки»? Или «Укротители»?

Даже интересно стало — о ком это он? Решил, что весь этот бардак в космопорте, дело рук какой-то конкурирующей банды пиратов? Желающей забрать под себя рыбное местечко? Или посчитал, что одна из фракций — что-то там Генри младший говорил про них — пришла к выводу, что такой актив должен находится в одних руках?

— Просто пытаюсь выжить, старина! — а Форд явно настроился на переговоры. И меня, главное, не спросил, собираюсь я кого-то щадить или нет. Интересный такой! — Давай с нами, пока отсюда еще есть возможность свалить!

— Щенок! Посмотрим, как ты справишься с этим, ха-ха! — с отчетливой безуминкой в голосе крикнул засевший в ЦУПе пират. И прожал ту кнопку, над которой все это время держал руку.

Одна из стеновых панелей в помещении ушла в пол и из ниши вышел человекоподобный робот. Мне хватило одного взгляда на него, чтобы понять — проклятый придурок выпустил «убийцу одаренных». Машину практически полностью иммунную к проявлениям. С искусственным разумом и охренеть каким запасом прочности!

Для понимания: для сдачи на ранг мастера, против такой надо продержаться пять минут. Продержаться, Карл! Не победить!

Глава 20

Вива революсьон!

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Ори

Вот уж чего я не ожидал встретить на транзитной планетке в Диком космосе — так это робота-убийцу одаренных! Это как среди деревянных парусных лодок обнаружить покачивающийся на волнах космический корабль. С другой стороны, меня должно было насторожить само здания ЦУПа: такое местным не построить. Полная автоматизация всех систем, защита от несанкционированного проникновения и еще много чего. Впрочем, робота строители тоже не сами произвели, а купили у еще более технологически продвинутого производителя, чем они сами. Не совсем понятно, правда, зачем? Кажется, он сегодня в первый раз пригодился.

Со Майлзом — или как там его? — я больше не стал церемонится. Фира от души втащила ему лапой по тупой башке — разве что когти втянула, чтобы не убить на месте. А вот что делать с роботом — большой вопрос.

«Аня, щиты! Блокируем его!»

Гуманоидная машина, уперевшись в скрещенные барьеры, удивительно быстро стала продавливать через них себя!

«Фриз сейчас долбанет его изнутри!»

Волк, ловко встав на задние лапы, всунул морду прямо в корпус робота-истребителя и выпустил несколько небольших молний. Машина дрогнула, но продвигаться к нам не прекратила. Похоже, мы её даже не повредили.

— Форд, быстро к пультам и открой запасной выход из зала! — потребовал я. Было у меня несколько идей, как осложнить электронную жизнь этому терминатору — но только не в зале ЦУПа!

— Но я… Доступ…

— Копуша! — Фриз закоротил приводы люка в обход блока управления. Анасдея молодец, ведь я сам только не так давно этот фокус без участия Синего освоил.

«Сбрасывай щиты, я его поймаю и выброшу за дверь!»

Если б я проговорил это вслух — хрена с два убийца попался бы в мою ловушку. А так он бросился… на Генри — то ли как на старшего, то ли как на самого опасного в плане доступа к местным системам как диспетчера. Но, конечно, не добежал. Движущийся барьер подбросил тяжеленную махину на несколько сантиметров от пола — и хорошо что так, я рассчитывал на большее, вообще-то. А вот горизонтальный скользящий щит сделал все как надо — выбросил машину с искусственным интеллектом за дверь. Почти выбросил — эта гадина успела раскинуть руки-манипуляторы и уцепится за края проема!

Все это время волк Ани продолжал пытаться поразить внутреннюю структуру робота — но так ничего и не добился. «Разглядеть» внутри ничего не получалось: в убийце не было ни капли органики. Искусственные мышцы не желали реагировать на разряды, нащупать еще что-то уязвимое не получалось. Хотя если попасть точно в процессорную сборку — наверное, эффект бы был.

Однако давать нам время поразить уязвимое место просто методом тыка робот не собирался. Более того, он уже успел адаптироваться к барьерам Макира! Оттолкнувшись от дверной коробки противник припал к полу, используя руки как якоря. Где примагничиваясь, а где пробивая покрытие и банально цепляясь пальцами!

— Ли, нет! — мой возглас опоздал. Наш боевик-контактик с разгону от души врезал боевой машине по лбу! За что сразу же поплатился, поскольку убийца немедленно схватил дерзкие конечности. Руками, ага. А вот сжать или сломать не смог.

— Выбивай нас наружу! — крикнул Цзан мне одновременно с моей атакой. Прием клана Макира не подвел, и теперь уже оба, друг и враг вылетели все-таки на пожарную лестницу. Надо сказать, убийца получил достойного соперника: пользуясь, что машина его держит, клановец обрушил на неё град ударов руками, затянутыми «железной рубашкой». По голове, плечам и корпусу — и с такой скоростью и силой, будто его руки превратились в дюжину механическим молотов разом! Вот только броня убийцы одаренных и это сдержала!

— Ах, так⁈ — одной рукой я поймал робота в барьер, а другой принялся непрерывным разрядом поливать его ноги молниями. Металл начал неохотно раскаляться. Не мытьем так катаньем! Эй, да чтоб тебя! Эта гадина — действитель разумная — сдернув Кунга, попыталась им прикрыться, продавливая щит.

— Не думай обо мне, бей его! — сумел крикнуть «китаец». Похоже, даже через рубашку робот как-то смог его достать и причинить боль.

Легко сказать. Дверь-то Ильтазар за мной смогла закрыть, но было ясно как день: робот пробьется в операторскую как только разделается с нами. Может быть, я бы все-таки смог перегреть его Проявлениями — но не когда машина пытается отмахаться от меня другом. Чёрт. Черт! Что делать⁈ И как назло Джара Яна нет поблизости — вот уж кто смог бы изобразить из себя тяжелый плазменный резак! И скинуть с лестницы никак…

«Ори, есть протокол очистки пожарной лестницы!» — ворвалась в мое сознание Анасдея. — «Только это опасно…»

«Жми!!!» — даже не попытался дослушать её я, ухватив главное.

Ну да, прямой проход снизу вверх, зеркально лифтовой шахте, которую перекрывают. А тут не перекрыть… на первый взгляд. Магнитные замки отпустили пролеты совершенно беззвучно — и вся лестница разом полетела вниз. Средневековый фокус — а до сих пор работает! И как только все упадет — включатся те самые защитные поля, как в и лифтовой шахте. И если немного затормозить падение, свое и пары робот-Цзан…

— Ори, нет! Я сам! — вдруг крикнул наш «шаолинь». Сам он принялся толчками разгонять себя и пленителя вертикально вниз.

Проклятье! Пришлось подтолкнуть себя барьером следом за рушащихся пролетами, чтобы самому не оказаться в ловушке технологических силовых полей.

— Кунг! — сброшенные лестничные пролеты с адским грохотом встретились с полом. — Ты жив? Жив⁈

— Сюда-а… — сам не знаю, как расслышал этот шепот. Фира метнулась вперед меня к глубокой даже не вмятине — яме в металлических пролетах, упавших один на другой. На них же рядом лежал «шаолинь», слишком поверивший в себя. Или… он так и расчитывал.

— Затормозил… Кинетикой на себя… Перед самым приземлением… — сквозь гримасу боли клановец… улыбался? — Он… Не смог меня удержать! И промял… пролеты до самого пола.

Скрежет и дрожь всех конструкций показали, что механический убийца тоже не разбился. Могу поспорить — он отделался куда меньшими повреждениями.

— Сними рубашку с лица, налеплю аппликатор, — оттащив друга в сторону, приказал я.

— Отрублюсь… Прием спадет… Кровью истеку… Так лечи.

Да твою ж мать!!! Как отсюда выбраться? Дверь засыпало, другая высоко и за барьером. Еще и этот скребун выскребается из своей металлической могилы!

«Вентрешетка справа от тебя!» — Аня смогла найти планы этажей. — «Там метр сечение воздуховода!»

«И куда он ведет?»

«В венткамеру. Я уже обесточила турбины!»

Тащить соратника, одновременно пытаясь лечить и не задеть ничего его такое впечателение что пережеванными ногами — тот еще квест.

«Быстрее, я поняла, что надо сделать!» — под руку пришелся и мысленный крик Ильтазар. — «Сейчас будет аварийная заслонка, сдвинь её и лезь внутрь!»

Я втащил Ли в крохотную каморку, где, правда, можно было встать в полный рост или даже вытянуться на полу. Несколько щитков, куда идут провода, целая гроздь разъемов. Инженерный пост, как на корабле.

«Закрывай люк!»

«Ты что, опять турбины включила⁈» — даже через задранную переборку я услышал нарастающий гул воздуха.

«На полный ход! И с заслонками поигралась!» — гордо ответила она мне. — «Металлический болван за вами влез. Теперь ему точно конце!»

Дальше я смотрел глазами «наложницы» — а она использовала мониторы «стеклянной стены» ЦУПа. Успел собрать все лоскуты кожи на ногах Цзана в единое целое, восстановить кровоток и даже кости более-менее вернуть на место. А потом одна из защитных решеток на воздухозаборнике в районе третьего этажа вылетела, словно ей выстрелили. За ней здание сплюнуло — звук был именно такой — робота киллера. Тот сломанным пауком с грохотом упал на покрытие космодрома. И начал вставать! Вот ведь живучая хрень!

Плазменный выстрел из пушечной турели оставил на месте зловредного механизма черное пятно и кучку оплавленных обломков.

Неужели все кончилось? Уф…

Интерлюдия: Шая Ренфолд. Рви рабскую плеть! Да свершится месть!

Фриз сделал несколько движений передней лапой и требовательно уставился на Шаю. Четыре глубокие борозды от когтей по четыре линии складывались в оговоренный кодовый сигнал: «шестнадцать». То есть «атакуйте концлагерь».

— Шестнадцать, — вслух проговорила микростратег. — Правильно?

Волк припал на передние лапы и совершенно по-собачьи кивнул.

— Я все поняла, возвращайся к Ане, — скупо улыбнулась Ренфолд.

Зверь Потока, подпрыгнул — и припустился в сторону откуда пришел, только его и видели. Сама же девочка спокойно повернулась, зашла под кроны деревьев, оглядела свою маленькую армию, спокойно отдыхающую, соблюдая деление на взводы и роту. Вдохнула побольше воздуха, но не крикнула, просто очень звонко произнесла:

— Наши разведчики прислали сообщение: настало время спасти всех тех, кого удерживают работорговцы как живой товар. Грузимся, пятиминутная готовность!

Шая даже немного загляделась, как четко и спокойно, без надрыва выполняют её солдаты команду. Каждый знает свое место, никто не путается. Ни у кого в глаза нет паники или страха. Только ожидание и правильная злость, заставляющая крепче держать оружие! Даже удивительно, как ей удалось превратить забитых и отчаявшихся людей, доведенных до полускотского состояния — в настоящих бойцов, партизан.

— У нас все получится, — вставший за плечом Ренфолд, веско сказал Джар Ян.

Девочка привычно вздрогнула, хоть и постаралась не подать виду. Её самоназначенный телохранитель и вернейший соратник никак не напоминал о том, данном в состоянии аффекта, обещании. К исполнении которого Шая была, мягко говоря, не готова. Но как и когда это сказать? После того, как все они вернуться домой, не раньше. Или… не говорить? Может, оно как-нибудь само? Тряхнув головой, микростратег в очередной раз выбросила из головы неудобные мысли. Потом, все потом.

Флаерация поднялась и ордером двинулась за командирской машиной. И всего спустя пять минут Ренфолд поняла, почему Анасдея отослала именно такой сигнал. С ограждением лагеря рабов явно было что-то не так. А сами немногочисленные надсмоторщики согнали всех рабов к центру лагеря, беспокоя и пугая, чтобы те не увидели эти бреши и не кинулись бежать. Хотя куда тут можно убежать?

— Я… узнаю это место! — вдруг хрипло проговорил пилот командирской машины. — Я… Меня тут держали… Били каждый день…

— Вот сейчас и расквитаешься с теми, кто это делал, — хлопнула его по плечу микростратег. — Сигналь «делай как я» и садимся в наглую, прямо у административного здания. Там арсенал и по-любому какая-то важная шишка сидит.

Последние фразы можно было и не говорить — но Ренфолд все же волновалась за свою первую десантную операцию. Но все прошло гладко: пилот качнул крыльями флаера — и весь личный состав оказался на месте, приземлившись рядом.

— Ну наконец-то, мы еле держимся! — выбежал на бетон площадки толстяк в костюме с пальцами, унизанными кольцами и перстнями. — Скорее, скорее, вам туд… а?

Только тут он понял, что мрачные мужчины с простым оружием и одетые кто во что горазд — точно не подкрепление.

— Вра!.. — кинетический удар под дых выбил воздух из легких урода. А вот нечего орать.

— Тревор и Пан — тащите сюда эту падаль. Остальные — рассредоточится повзводно и ударить в тыл надзирателям. Взводные знают, что делать. Вас намного больше, пользуйтесь тем, что будете заходить со спины!

— Не волнуйся, командир, — на секунду рядом с девочкой и её адьютантом притормозил партизан. — Знаешь, сколько раз мы во снах делали то, что сейчас совершим наяву? Мы ведь все через этот гребаный лагерь прошли!

— Точно, — подтвердил другой взводный. — Ща мы этих жаб вонючих наизнанку вывернем и братьев своих спасем!

Было управление партизанами — и пропало. Придется смириться со страшной гибелью охранников и надсмотрщиков… да честно говоря, туда им и дорога! И главного слизняка все равно нужно допросить в первую очередь.

— Меня нельзя пытать! — сразу же заголосила золотоносная жаба. — За мной знаешь кто стоит⁈ Я все отдам, только не мучьте! А-а-а!!!

— Центр гибернации. Что за охрана, как попасть внутрь!

— Ничего тебе не скажу, мерзкая-а-а-а! Вход один и взрывозащитные двери-и-а-а-а!!! Не-е-ет!

— Говори и сохранишь все пальцы!

Мерзкий уродец уже давно бы мог все сказать, но сам заставлял себя прижигать и бить разрядами, перемежая ответы несвязными угрозами.

— Административный квартал! Рядом с ВИП-космодромом! Там Рынок. Там Черепа! Они вас всех-а-а-а!!!

— Отвечай что спросили!

Пусть свое войско Шая уже больше не могла контролировать — но вот держать под наблюдением еще могла. Хвостик, забравшийся на осветительную мачту передавал хозяйке все, что видел. Место для наблюдения оказалось удачным: не только весь лагерь на ладони, но городские кварталы видны, и космодром, и пресловутый Центр Гибернации. Пожалуй, только с последним ничего не происходило. В городе же шли уличные бои: подробностей разглядеть не получалось, но дымы и трассера, нет-нет да взлетающие в небо обозначали зону столкновения. Зная милый и добрый нрав фермеров, они там еще и все подчистую грабили.

А вот в лагере обстановка чем дальше, тем больше заходила куда-то не туда. Стихийные расправы над надсмотрщиками переросли в какое-то невнятное бурление народных масс. В это время одна маленькая группка людей перебралась за остатки забора — и как есть, пешком, пошла в сторону виднеющегося космодрома. За ней, с другого края, вышла еще одна. Вскоре группы увидели друг друга… И сорвались на бег! Мало того! Освобожденные рабы внутри периметра тоже увидели бегущих — и массово начали срываться за ними! «Корабли! Корабли!» — разобрал крики бельчонок. Шае захотелось прижать руку к лицу и не отпускать. Эти… Кретины! Решили, что транспорта на планете не хватит на всех!

— Корабли! Корабли! — вдруг заорал начальник лагеря. — Это Черепа! Вам всем хана! Крышка! Выкуси! Выкуси!

— Эти, что ли? — Ренфолд ткнула пальцем в плывущие по воздуху рейдеры. — Кажется, ты сейчас удивишься.

Не заметить приближающегося Келя, явно нацелевшегося на штурмовики, было невозможно. Для шамана, конечно.

— Не-ет! Не-е-е-ет!!! — для человекоподобной тряпки гибель рейдеров оказала сокрушительный деморализующий эффект. Но он быстро оправился. — Тогда я буду служить тебе, маленькая госпожа!

И едва не смог извернуться, чтобы припасть к ногам Шаи. Благо Ян бы на страже и вовремя пнул гада.

— Говори, что знаешь про Центр Гибернации!

— С радостью, моя госпожа!

Тьфу!

* * *

— Прости, командир. Остальные словно обезумели! — опустил глаза Тревор. — Кое-кто предлагал отобрать наши флаеры — но тут уж мы объяснили идиотам, кто тут шваль подзаборная, а кто — партизаны!

За спиной у взводного переминались с ноги на ногу пятнадцать человек. Зато все с оружием, и решимостью на лицах. Стыд от того, что часть их отряда сбежала вместе с другими освобожденными рабами, мешалась с готовностью сражаться дальше.

— Куда теперь, командир? Освобождать спящих одаренных?

— Нет. Будет то же самое, только хуже, — устало поморщилась девочка. — Потому что они и без оружия могут быть опасны. А что касается наших дезертиров… Улететь они все равно не смогут. Диспетчеры ЦУПа активировали плазменные автопушки, и те вычистили воздух над городом, без разбора кто свой, кто чужой. А если верить этому куску мяса, там еще неподалеку, в мастерских, и инженерная группа «Черепов» засела, Утилизаторы.

— Тогда что нам делать?

— Нам… — микростратег осеклась, заметив что-то, и сразу повеселела. — Узнавать новости от нашей разведки!

Прекрасно видимый всеми Фриз не тормозя проскользнул в дыру в ограждении и затормозил перед Шаей. Аккуратно положил ей в руки предмет, оказавшийся коммуникатором. Стоило его включить, как прибор установил связь с абонентом.

— Привет! — Анасдея сверкнула безупречной улыбкой. — Мы взяли под контроль ЦУП и пушки! Флаера еще целы? Отбирай человек пятнадцать понадежнее — и полетели отжимать корабль-носитель на орбите!

Интерлюдия: Кель. Всегда плати свои долги

Коготь обустроил себе берлогу так, чтобы быть поближе к Рынку, где можно было за копейки взять «кормовых» рабов, и подальше от плебеев, живущих в городе. Сделал отдельный посадочный круг, считай — личный космодром. И обустроил настоящую маленькую крепость, куда посторонним не попасть, пока живы хотя бы двое-трое защитников. Сам Коготь отсутствовал, как и его рейдер — а защитников было пятнадцать, включая троих слабых шаманов. Было. Крылатый и самого укротителя на зуб попытался бы попробовать — вдруг удалось бы грохнуть? Свои злоключения Пернатый не забыл забывать не собирался. Потому собирался отыграться хоть немного.

Командир гарнизона, вернее, его тело под управлением Келя, прошло проверку безопасности и дверь защищенного заглубленного хранилища открылась. Еще бы, Змей даже сердцебиение смог сохранить! На специальных подставках расположились уникальные предметы искусства, сверхдорогие приборы и накопители информации. Хорошенькая такая заначка на черный день! Но центральный постамент, закрывающийся прозрачным куполом был пуст. Что там могло бы лежать? Очевидно, некая реликвия, связанная с шаманизмом. Какой бы был козырь в рукаве! Но — нет значит нет. Надо тут все ценное собрать и упасть шаману-гению на хвост. И от себя больше не отпускать!

Глава 21

Добивающий удар

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Ори

Желая как можно скорее покинуть эту проклятую планету, бывшие рабы поступили, в принципе правильно. Да и напрашивалось как бы: космодром видно от лагеря. Не учли лишь одной крохотной детали… размером с корабль-матку москитного флота пиратов. Здоровенное судно, доминирующее на орбите Четкой Фортуны, являющееся одновременно и ремонтным хабом, и системой обороны планеты от залетных молодчиков. Ну и против несанкционированных вылетов тоже работало неплохо.

Возможно кому-то из беглецов и удалось уйти, захватив по тем или иным причинам оставшиеся без экипажей корабли. Но скорее всего считанным единицам. Остальные смельчаки довольно быстро превратились в остывающий космический мусор на орбите или упали, подбитые на взлете пушечными турелями космопорта.

Что ставило перед нами довольно важный вопрос — как выбираться-то? Наземные автопушки, допустим, под контроль мы взяли. Но «авианосец» с его истребителями все еще оставался серьезной угрозой, с которой теперь непонятно что было делать. Так-то изначально собирались сразу после захвата наземной части базы, быстрым рывком прорваться на носитель и захватить его. Однако, запаниковавшие невольники спутали все карты.

— Я прошу прощения, а что дальше-то?

Переживший все передряги, даже нападение робота-убийцы, Генри младший напомнил о своем существовании деликатным покашливанием. Типа, я же за вас, мы в одной лодке и все такое.

Ответить ему я не успел, ожил канал связи.

— Какого хрена там у вас твориться, Майлз!

Все невольно повернулись к валяющемуся на полу без чувств пирату. Майлз же, да?

— Можно я? — пленник ткнул пальцем в сторону пульта. И добавил: — Есть идея, как выбраться с этого гравитационного колодца.

«Нельзя ему доверять! — тут же сообщила по мыслеречи Анасдея. — Он нас предаст!»

«Как именно? — хмыкнул я в ответ. — Скажет, что мы захватили ЦУП? И что?»

— Давай, — махнул рукой. — Без глупостей, только.

Морган, тьфу ты — Форд! — часто-часто закивал, мол, я все понимаю. Если раньше мы в его глазах и выглядели, как детишки, то после уничтожения робота-убийцы он явно пересмотрел свое мнение.

— Это Генри младший, диспетчер-стажер! — заговорил он в микрофон. — Майлз в отрубе валяется, у нас тут нападение на «стекляшку» было! Пришлось активировать «последний шанс», но отбились вроде. Нападавшие за периметром…

— Что именно происходит, Генри? — нашего «парламентера» явно опознали по голосу, накал сразу же спал. — Это Крайвинг. Мы сбили десяток судов, взлетевших без санкции ЦУПа, некоторые даже в ответ палить пытались. Я два истребителя потерял!

— Командир орбитальной обороны, из «Черепов», — для нас пояснил контрабандист, отпустив кнопку приема-передачи. И продолжил говорить для пирата в космосе, подпустив в голос паники. — Тут восстание фермеров и рабов, я не знаю, как это произошло! Но они везде! А у меня «акрида» на ВИП-стоянке с полным трюмом доминионовских блоков наведения!

— Папашкина кровь! — хохотнула рация. — Вокруг пожар, а Форд думает только о том, как бы не потерять барыши! Свалить, наверное, хочешь, а?

— Крайвинг, прошу! Двадцать процентов от стоимости?

— Малыш, ты совсем охренел? В подобных обстоятельствах предлагать такие гроши? Тебе самому не стыдно? Пятьдесят!

— Это грабеж!

— Сказал контрабандист, ага! У тебя прибыль вкручена процентов на пятьсот! И вообще, тебе жить охота или нет?

Я слушал этих двоих и только головой качал. У них тут под вопросом существование целого аванпоста, на земле черт знает что твориться, а они обсуждают вопросы личной прибыли!

— Пираты! — как сказала бы Ренфолд, если бы успела добраться до ЦУПа.

Но свою легенду Генри младший отрабатывал талантливо, не отнять. Через пару минут торга, стороны сошлись на сорока трех процентах от (закупочной!) стоимости груза «акриды» и Крайвинг великодушно разрешил взлет.

— Сам-то доберешься? — уточнил он. — Учти, атмосферниками прикрыть не смогу, оба какая-то падла сбила!

— Это кого он падлой назвал? — Кель проявился в ЦУПе, как обычно, внезапно, и без спроса обвился вокруг моего торса. — Обезьяна!

— Да, думаю, доберусь! — Генри еще прервал связь и повернулся к нам, разведя руки. Мол, ну как вам?

— Красавчик, — хмуро произнесла Анасдея. — Ну, взлететь мы взлетим, даже сядем возможно на этом их хабе. А дальше что?

— Захватим еще один авианосец? — широко улыбнулся я. — У каждого Шамана должен быть пиратский корабль в коллекции! Только Шаю и Яна нужно будет подобрать.

Орбита Четкой Фортуны, Дикий космос

Интерлюдия: Генри младший. Безумный кошмар наяву!

Начинающий контрабандист даже представить себе не мог, что дети могут быть такими страшными. По виду — шпана шпаной, одежда в дырах, рукава-штаны порваны. Такие на любом торговом хабе на посылках бегают. Весточку отнести или метнуться на рынок за чем-то недостающим. Этих же, судя по всему, растили на человеческом мясе. И первого своего жмура они оформили года этак в три. Если не раньше.

Вышедший в шлюз лично встречать «партнера» Крайвинг, рухнул на пол с дымящейся дырой в груди, в которую кулак можно было просунуть. Двух его охранников, вставших у выхода, невидимая сила впечатало в стену с такой дурью, что до лица Генри долетели брызги крови. А старший этих малолетних отморозков спокойно переступил через тело главы обороны авианесущего крейсера, и вежливо поинтересовался у пленника.

— Бывал здесь? Подскажешь куда идти?

Диспетчер-стажер с готовностью — попробуй тут поупрямся! — принялся объяснять, но тот, которого остальные называли Ори, остановил его буквально через несколько секунд.

— Верхняя палуба, понятно. Дальше мы сами. Держись за спинами. И не сбегай. А то перепутаем с этими.

Выразительно покрутил кистью, подводя под «этих» всех обитателей крейсера. И с уверенностью, будто месяц изучал корабль, пошел к шлюзу. Двигаясь так, словно точно знал, куда нужно идти. Остальные «детишки» рассредоточившись, отправились следом.

Последующие полчаса Генри запомнил, как самое страшное время в своей жизни. Не сказать, что он прямо вот повидал всякого дерьма, как выражался его отец, но все же бытность контрабандиста существенно отличается от таковой же у обычных обывателей. И по краю не раз проходил, и с такими людьми знался, что оторви и выбрось. Но подобного… нет, с таким он еще не сталкивался. И молился Потоку, чтобы больше не пришлось.

Одаренные шпанюки не сражались с владельцами орбитального хаба — они их попросту уничтожали. Причем, не делая никаких различий между фракциями или, например, профессиями. То есть, наряду с вооруженными пиратами, они расправлялись и с техническим персоналом, у которого и оружия-то не было. Не давая даже призрачной тени шанса пережить эту мясорубку.

— Пособник пирата и сам пират! — обратив внимание на его безумный, до полусмерти напуганный взгляд, пояснила одна из малолетних убийц. С таким холодным и безжизненным взглядом, что контрабандисту захотелось, как в детстве, спрятаться от кошмара под одеялом. — Не согласен?

Генри младший на пару секунд замешкался с ответом. Боялся сказать или сделать что-нибудь не то, и спровоцировать бешеную мелюзгу. Да и как ответить? Кивнуть? Решит, что он не согласен, и порешит его на месте. Помотать головой? Так ведь тоже можно принять за несогласие с озвученным тезисом.

Кто вообще так по-дурацки вопросы ставит?

На всякий случай он тихонько сказал «ага» и девчонка тут же перестала буравить его своим неживым взглядом.

Шая, как ее называли остальные, в бою была особенно жестока. Складывалось такое ощущение, что для нее убийство здешней команды что-то очень личное. Спутник девочки, крепкий для своего возраста и похожий на подростка, здоровяк, действовал проще и, если можно так сказать, милосерднее. Никакого пускания крови — либо удар невидимой рукой, либо сполох плазмы, и на переборки падает очередное безжизненное тело.

Парнишка, которого из этой компашки Генри увидел самым первым, и который после схватки с роботом, случившейся каких-то пару часов назад, должен был лежать пластом, и вовсе пренебрегал всякими штучками одаренных. Оказалось, что это не кожа у него аномально черная, чернее графита — а такая особая защита. Благодаря которой он мог дрался голыми руками, словно весь становился то ли металлическим, то ли каменным! Во всяком случае, пистолет-игольник, излюбленное легкое оружие экипажей пиратов для решения, так сказать, внутренних проблем — пробить эту черноту нет мог. А вот ответные удары железных кулаков укладывали противников на пол не хуже, чем выстрел из плазмогана.

Ну а лидер этой банды и его подружка, вьющаяся рядом с ним, будто верная собачонка, действовали, как слаженный боевой механизм. Они почти не переговаривались, даже не переглядывались. Ни одного лишнего движения. Только смертельные удары. Радиус обзора такой, что даже глазами на затылке такого не объяснишь. Контрабандиста особенно впечатлил один из эпизодов резни. Ори взмахнул рукой, отправляя по длинному коридору ударную волну —за секунду (!) до появления готовых стрелять боевиков в штурмовых скафах. А девчонка с шальными глазами тут же бросилась добивать попадавших, как кегли, бронированные фигуры.

На верхней палубе хозяева крейсера решили обороняться — нет, не всерьез, они и раньше не шутили — из последних сил. Заблокировали короткий, заканчивающийся входом в рубку управления, коридор, перегородив его двумя тяжелыми плазменными метателями.

Которые не смогли сделать ни одного выстрела! Главный пацан даже не стал высовываться из-за изгиба, просто указал туда пальцем и привалился к стене, отдыхая. А оттуда спустя несколько секунд донеслись яростные проклятия, громкий топот и звук закрывающегося шлюза. Когда группа вторжения спокойно вошла в коридор, оказалось, что мощные установки, способные при попадании приземлить и атмосферник, чадят дымком из-под кожухов.

— Следить надо за вверенным оружием. А то подведет в самый неподходящий момент, — подмигнул Ори, глядя на Генри, установившегося на эти сверхнадежные пушки известного в доминионе концерна Крул. Немного выждав, ребенок постучал в запертый шлюз и крикнул. — Тридцать секунд на то, чтобы сдаться и выйти с поднятыми руками. Откажитесь, я вырежу переборку и убью всех. Время пошло.

Интересно, как они его услышать должны были?

Услышали! Может быть раньше, до того, как стайка маленьких деток вырезала почти всю команду крейсера, над этим заявлением пираты бы только посмеялись. А сейчас сдались, не дожидаясь истечения оговоренного времени. Открыли шлюз, выбросили из него все оружие… но не все. Один из пиратов, Генри не знал его, видимо, из недавнего набора «черепов», выходя из рубки, вдруг выхватил из рукава странного вида жезл, и попытался ткнуть им в мальчишку.

Именно, что попытался — сдох, что называется, в прыжке. Когда его сожженная до костей черепа голова стукнулась об пол, Ори с любопытством поднял выпавшую из мертвой руки трубку.

— И что это такое?

Хотя вопрос не был обращен к контрабандисту, тот поспешил с ответом. Рассмотрев вещицу, он сказал.

— Нейрострекало. Слабым разрядом можно причинить сильную боль или парализовать, а на полном — выжечь всю нервную систему. Специфичная штука. Вроде как её для удобства работорговцев придумали — но слишком дорогая и неудобная игрушка вышла. Покупают отдельные… любители.

— Мразота! — Шая пнула мертвое тело. — Оживила бы и грохнула еще раз!

И Генри понимал, что она ничуть не шутила. Действительно, оживила бы и убила с особой жестокостью. И повторяла бы это, пока не надоест.

— Ладно, раз здесь закончили, — главарь банды малолеток придержал подругу. Указал на пятерку пленников. — Этих запереть и не убивать. Мало ли, вдруг еще понадобятся. Я в рубку, надо все это закруглять уже.

Ори

Захват второго пиратского авианосца буквально завалил меня вьетнамскими флешбеками. Что ни схватка, то воспоминание о том, как я с верной четверкой фамильяров зачищал летающий контейнеровоз, что прихвостни Доминионов превратили в корабль-матку. Здесь я тоже действовал не без помощи фамильяров — и Фира дорогу разведывала, и Фриз не давал никому даже близко подобраться. Особенно «помогал» Кель, опять повиснув на мне и то и дело комментируя происходящее. Без малейшей попытки что-то сделать.

Если сравнивать с прошлым разом — сейчас мне абордаж давался почти легко. Не было обреченного противостояния с пиратами, когда остался один за всех — а врагов реально на три порядка больше! И именно в тот момент моим цветным котам самим требовалась помощь, чтобы разобраться с происходящими с ними изменениями. Брр, как вспомню — так вздрогну!

В этот раз все было проще. Опыт, да — но и еще кое-что не менее важное. Со мной шла команда, как ни крути — профессионалов. В отличии от меня, «апасные» успели отучится в Академии кто год, а кто и больше. Они знали и умели зачищать помещения, знали, каким маршрутом двигаться внутри захватываемого судна в зависимости от поставленной задачи. И задачи тоже сами себе, случае чего, нарезать могли.

Со стороны могло показаться, что мы играюче выносим противников, вообще не напрягаясь. К сожалению, так только казалось. Ренфолд, например, подобралась к самому краю нервного срыва — затяни мы штурм на подольше, пошла бы в разнос. Пожалуй, только постоянное нахождение рядом с ней Яна, удерживало ее шаткое душевное равновесие.

Цзан, едва восстановившись после ранений, бился на остатках сил, и в рубке, когда было покончено с последним очагом сопротивления, попросту вырубился в одном из кресел. Аня, несмотря на показную бодрость, тоже валилась с ног.

Но жестче всего досталось фамильярам. Каждому из них сегодня пришлось отнимать жизнь. И по приказу, и защищая своих. В результате чего Звери отчетливо подросли. Вот только в отличие от моих котов, у них не хватало разумности отрефлексировать случившееся. Да и бэкграунд у них был тот еще — ведь Кель нам их выдал из числа подчиненных культу Клыкаря существ. Отчего вели себя агрессивно. Фиру, например, пришлось останавливать ментальным приказам, иначе после попытки нападения с нейрострекалом, она бы всю группу пленных положила.

— Плохие новости, Ори, — оторвался от планшета Генри младший. — Жилых помещений «Фурии» на всех освобожденных наверняка не хватит. Не рассчитана она на это. Сможем взять четыре сотни голо… человек. И то, если половину в битком в трюмы набьем. А на поверхности порядка тысячи восьмиста…

Как несложно понять, «Фурией» назывался захваченный крейсер. А с контрабандистом, точнее, почему он докладывал, было не так просто. Большей частью потому, что больше некому было. Корабль большой, экипаж ему нужен тоже немаленький. А бывший пленник и во многом соучастник захвата, как-то незаметно стал помогать разбираться с доставшимся нам хозяйством, причем, с большим знанием дела. Особенно в вопросах логистики и складирования. Чувствовался опыт.

И незаметно сделался не то чтобы частью команды, но вполне полезным помощником. За несколько часов он сумел провести общую диагностику судна, его грузопассажирских возможностей, а также сделать перепись бывших рабов, желающих убраться с планеты.

Лететь мы могли. Даже гипер на этой посудине имелся вполне исправный. А вот забрать всех желающих — не получалось. Лишь некоторую часть. И больше-то увозить людей было не на чем. Почти все пиратские лоханки либо свалили до начала беспорядков на планете, либо после были захвачены освобожденными рабами — и сейчас догорали на земле или медленно плыли по орбите в разной степени разобранности. Те же, что остались на поверхности, подняться в небо не могли — где-то Кель постарался, где-то технари «черепов», не закончившие ремонт.

— Ясно, — ничего страшного я в этом не видел. — Доберемся до миров Республики, отправим сюда спасательную экспедицию. Пока же вывезем, кого сможем.

Даже думать не хочу, как я буду отбирать среди бывших рабов тех, кто улетит сейчас, а кому придется ждать месяц или того больше. С другой стороны, пиратов больше нет, припасов хватит и на год, а торчать в зоне экватора на берегу теплого моря, это не на ледяной планете ждать спасателей.

— Кстати об этом, — кашлянул контрабандист. — Как вы решите со мной поступить? Вы же в Сто Миров идти планируете?

— Ну да, — кивнул я. — Как ты понимаешь, просто отпустить мы тебя не можем.

— Да уж догадываюсь, — грустно вздохнул стажер. — Из просто я могу только на тот свет. Выбираю сложно жить. Хоть какой-то шанс.

— Как представитель клана Ли я гарантирую тебе неприкосновенность властей Республики и достойное обращение, — вдруг вмешался Цзан. Смотри-ка, уже оклемался. — С этого момента ты под моей защитой.

— А ты не слишком ли много на себя берешь, друг Кунг? — Ренфолд тоже оказалась неподалеку.

— Много, — кивнул «китаец». — Налаженный канал контрабанды из Доминионов — это очень много. Как думаешь, какая «крыша» для него лучше: неизвестные бандиты или Большой клан?

— О-о, пошли грязные клановые делишки! — фыркнула Анасдея, закатив глаза.

— Думаешь, если сдать нашего друга СБшникам Элитеи — они как-то по-другому поступят? — покачал я головой.

То, что СБ Ста Миров дважды обосралось с моим участием, я говорить все же не стал. Подписку давал, все дела. Верю, что совпадение — но после Фортуны осадочек у меня конкретный остался!

— Я бы, раз уж все так будет, убила бы — и вся недолга, — зыркнула наш микростратег. — Так что только дай мне повод, понял, Форд? Только дай повод.

— До сих пор на меня смотрит, как на крокс на кусок мяса, — пожаловался мне бывший диспетчер. После чего сделал над собой усилие и взялся за планшет. — Так что, мне заняться отбором тех, кто летит? Или припасами? Так что мы через день-два уже можем уходить в прыжок.

— Припасами, Генри, — сказал я, про себя поморщившись. — Неприятными вещами я займусь лично.

Глава 22

Как присвоить планету

Год 1140 от начала Экспансии

Корабль-носитель «Фурия», Орбита планеты Четкая Фортуна, Дикий космос

— Шая, вернись, пожалуйста, — выдав указания молодому контрабандисту, я позвал нашего микростратега. Надо ли говорить, что Генри словно ветром сдуло. Вот и хорошо. — Нам надо поговорить.

— Нам? — сделала большие глаза девочка. — Тебе и мне?

— Нам всем, — уточнил я, пристально глядя на Цзана.

— А этому — тоже надо? — невежливо ткнула в Келя Анасдея.

Змей по-прежнему висел на мне, обмотавшись на манер шланга и пристроив голову на плечо. И типа дремал.

— Даже если мы его прогоним, подслушивать ему это не помешает, — развел руками я.

— Тоже верно, — вздохнула моя «наложница». Она дождалась, когда в рубку зайдет Джар Ян и задраила люк. — Все, теперь из людей нам никто не помешает. Так о чем речь?

— О том, что мы в ответе за тех, кого приручили. В смысле, спасли, — я уже несколько раз за последние сутки ловил себя на том, что пытаюсь шутить с «апасными» как со своими котами-фамильярами. Видно, после всего случившегося мое подсознание решило, что ребята мне настолько же близки. — Слышали Форда? У нас без малого две тысячи ртов внизу на тверди — и мы тут их должны бросить.

— Республика отправить сюда военных сразу как только мы сообщим координаты! — уверенно сказала Ренфолд. Я бы даже сказал: чересчур уверенно. Словно сам себя пыталась убедить.

— … То есть пройдет около трех месяцев до прилета спасателей, — в тон ей договорил я. — Представляешь, что там внизу за это время произойдет?

Девочка представила: каких-то иллюзий она явно уже не испытывала. Потому «увиденное» её явно не порадовало.

— Предлагаешь кому-то из нас остаться и следить за ситуацией? — помедлив, спросила она.

Судя по тону, Шая посчитала, что мы захотим оставить её. С Яном, конечно.

— Тогда и «Фурию» надо на орбите оставить, — выдала кривую невеселую улыбку Ильтазар. — И всем остаться, а домой отправить кого-то одного на одном из уцелевших малых кораблей. Если мы действительно в ответе за спасенных, как говорит Ори.

Ане и самой не нравилось, что она предложила. Благородно и, если размышлять поверхностно — логично.

— Крейсер оставлять нельзя, — покачал я головой. — Для пиратов он очень ценный актив. Даже если кто-то из нас будет командовать «Фурией» — экипаж из бывших рабов вряд ли справится с противоабордажными маневрами. Пять-шесть неминуемых штурмов, пусть даже отбитых — и вместо носителя мы получим летающий металлолом.

— А еще может заявится Коготь, — вдруг подал голос Кель с моего плеча. — Тот самый невероятно сильный шаман, что превратил деревни в джунглях в инкубаторы для будущих сильных фамильяров. На захваченную планету он, может быть, и побоится сунуться — а вот «Фурию» отберет точно. И ничего вы ему даже вместе не сделаете. Даже если я буду вам помогать.

— Если настроить передатчики «Стекляшки» на трансляцию сигнала об обнаружении на планете биологической угрозы высшего уровня, то есть о смертельно опасной эпидемии — большинство пиратов заочкует спускаться в атмосферу! — просветлела лицом Анасдея. — А с самыми смелыми справятся пушки космопорта!

— Теперь осталось сделать так, чтобы ожидающие спасения люди друг друга не перебили, — скривилась микростратег. — Не устроили дележку ресурсов, хотя их в развалинах города и на складах целая куча уцелела. Не добили целые здания в попытках поделить власть. Или сами пиратов заново править собой не позвали.

— Ты, Шая, и Ори — сгущаете краски, — произнесла Ильтазар не очень уверенно. — Как-то же попавшие в беду люди самоорганизуются?

— «Ошибка выжившего», — вслух сказал я, а по мосту между разумами кратко пояснил, о чем говорю. — Мы знаем только о тех, кто справился. Не сумевшие противостоять невзгодам навечно пропадают во тьме космоса.

— Ты что-то хочешь предложить, — поняла Ренфолд.

— Не я, а Цзан, — я повернулся к «китайцу». — Контакт с контрабандистом, имея в заложниках его сына — звучит как хороший задел. А если прибрать к рукам еще и транзитную планету — задел станет совсем отличным, верно?

— Все правильно, — кивнул Ли. — Мое предложение касается места, где мы выйдем на контакт с представителями Республики. Ли Цзя, материнская планета клана Ли — является, по моему мнению, идеальным вариантом. Мой клан умеет быть благодарным. За то, что важнейшие сведения были переданы ему в приоритетном порядке последует соответствующая награда. Спасательный корабль будет отправлен день-в-день. И вознаграждение за «Фурию» будет равно стоимости корабля, а не призовой выплате.

Тут адепт боевых искусств кивнул в мою сторону. М-да. Несколько не то, что я ожидал услышать. Кунг, видно, думал позже нам озвучить свою идею, уже после старта — но я его, фактически, вынудил. Без особой пользы.

— А что клан Ли будет делать со спасенными? — резонно решила уточнить Анасдея, опередив Шаю.

— Сотрудники клановой безопасности проведут собеседования и проверки. Кому-то предложат рабочие места и, возможно, даже натурализацию. Кому-то — переехать на планеты вассальных малых кланов. Остальных передадут Республике, — развел руками Цзан. — Если найдут пытающихся пройти инфильтрацию пиратов или других преступников — арест, суд и мера пресечения по результатам решения суда.

Ильтазар кивнула. А я все крутил в голове услышанное. Пока не понял, что меня смущало в выверенных словах «китайца».

— Нас наградят только за передачу информации? Ничего не добавят за зачистку планеты от пиратов? Не за то, что мы фактически приготовили Фортуну к передаче клану Ли, перебив преступный элемент? — наконец спросил я.

— Наградят, — кивнул Ли. — Но по сравнению с главной наградой — так, крохи.

— То есть получается, что соклановцы нашего Цзана сами планету подгребут? А мы только пальчиком показали и немножко помогли? — дошло до Анасдеи. — Вот так номер!

— Если подходить формально — планета и нам и не принадлежит, — удивила нас Шая. — То, что мы на добровольных началах помогли освободить её от пиратов, работорговцев и контрабандистов — нашей её не делает.

— А кому тогда принадлежит планета? — решил уточнить я.

— Местным жителям, кому же еще⁈ — аж опешила от такого вопроса Рефолд. — Ори, ты же говорил, что в школу ходил! Это вообще первое, что рассказывают на «Окружающем космосе»!

— Я с третьего класса сразу на пятый курс попал, помнишь? — постарался изобразить максимально умильную улыбку я. И тут задал следующий вопрос. — Так что, получается, если планета решила вступить в межзвёздное государство или стать протекторатом клана — устраивают всеобщее тайное голосование и тому подобное?

— А если корпорация или частное лицо хотят планету купить — точно так же проводятся мероприятия, фиксирующие волеизъявление местных жителей, — серьезно подтвердил Цзан. — А ты как думал?

— Да вот как-то не задумывался, — признался я. В голове теснились аналогии из моего прошлого мира. Законность или её иллюзия, помнится, далеко не всеми политическим игроками соблюдалась. А если применить к текущей ситуации… — То есть по прилету спасателям придется проводить среди эвакуируемых голосование за передачу Фортуны под контроль клана Ли и Ста Миров в целом?

— Ори, вот ты совершенно напрасно таким недоверчивым тоном говоришь, — укорил меня «китаец». — Государства держаться на соблюдении заявленных базовых прав и правил. Стоит раз отступить — падение неизбежно! Потому да, будет референдум, самый настоящий. Если местные вдруг массово сойдут с ума и скажут «нет» спасателям — нашему клану придется уйти.

«Или зачистить всех к чертям, если планетка слишком вкусная», — подумал я. — «С Фортуной вообще никаких проблем, все смело можно на пиратов валить! И типа 'нашли пустой и потому она стала нашей!»

— А зачем тогда ждать, пока прилетит спасательный корабль? — держа в голове все услышанное, медленно проговорил я. — Давайте учредим среди выживших временное правительство, примем законы. И сразу же сформируем прошение независимой планеты Чёткая Фортуна войти в состав Ста Миров и под протекторат Большого клана Ли. И наш Ли, как полноценный представитель клана, это прошение примет. Не перебивайте, а то собьюсь!

«Апасные» послушно закрыли рты, ошарашено глядя на меня.

— Мы не можем доверить случаю способность к самоорганизации остающихся на планете, но мы можем сами их организовать, — я загнул палец. — Это раз. Два — раз уж мы это делаем, то почему сразу не оформить передачу планеты, раз уж все так удачно совпало? И мы вернемся все-таки с планетой, а не с сообщением о ней. Совсем другое дела, правда? И награда совсем другая. Самое главное: тем, кого мы оставим на планете — мы оставим не заложниками обстоятельств с одной лишь верой, что мы сдержим обещание и пришлем спасателей. Они сразу будут знать, что стали частью Большого клана, пусть и на самом нижнем уровне. А Большой клан — своих не бросает!

Повисла напряженная тишина. Особенно тяжело было Кунгу: он так и застыл с вытаращенными глазами.

— Если Цзан пойдет на такой риск, как говорить от имени всего клана… — наконец проговорила наш микростратег.

— Если мы все вместе пойдем на этот риск, — голосом надавил я. — Никто не забыл, что нас пятерых связывает? Мы рассказали друг другу свои тайны, мы по нескольку раз спасли друг другу жизни… и трое стали шаманами вдобавок к действующим двум. Если один проболтается — все попадут в оборот! Не хочу стращать…

Договорить мне не дал громкий смех с левого плеча.

— Аха-ха! Ха-ха-ха! — никак не мог успокоится Кель. Наконец он пояснил причину веселья. — Вы уже забыли, что ли, как куролесили в джунглях⁈ Там каждая собака знает пятерку юных шаманов! Инкогнито вы решили сохранить, а-ха-ха! Смешнее давно ничего не слышал! Вас может быть спасет то, что вы расскажете про выращивание зверюшек Потока самому главному в этом вашем Большом клане. И он сможет организовать секретность должного уровня вокруг ваших похождений.

Тут Крылатый обвел нас всех взглядом желтых глаз с вертикальными зрачками.

— Ну или вы сами в ближайшее время сожжете все деревни, перебив жителей, и расправьтесь со своими игрушечными партизанами. Может, тогда чего и выйдет. Как там ты, Ори, говорил? «Революция убивает своих детей!»

Пожалуй, шланг с крылышками сейчас мог праздновать победу. Он так долго пытался нас по-настоящему пронять — и вот у него получилось. Осознание грядущих проблем придавило, словно бетонной плитой. Но выбор, который предлагал сделать Кель — лег на плече десятикратным весом. Не так уж сложно было сделать так, как предлагал Змей. Намешать напалма — у пиратов в закромах чего только не было — и разлить на деревням с обычного флаера, даже не с корабля. И потом добить выживших фамильярами. А грохнуть тех, кто тебе доверяет — и того проще. Да и не так много Партизан осталось в живых: многие ринулись на космодром следом за только что освобожденными рабами. И погибли в перестрелках, под огнем пушек космодрома, а то и вовсе по-глупому: «благодарные» пленники случайно затоптали.

Впрочем, для надежности надо все две с лишним тысячи вырезать оставшихся: мало ли что партизаны успели разболтать?.. Так, стоп!

— Ке-ель⁈

— Логическая и рациональная мысль, чем она тебе не нравится?

Я так ушел в себя, что ослабил защиту моста в сторону Змея. И тот, сволочь, воспользовался!

— Еще раз так сделаешь — я повернул голову влево, чтобы встретится нос-к-носу с головой Келя. — И я из тебя шашлык сделаю. И сожру.

— Моя школа! — не знаю как, но мой не-фамильяр умудрился прослезится отчетливо-крокодиловыми слезами.

Тьфу!

— Мы не будем убивать никого из гражданских! — вложив в голос всю свою злость, заявил я. И оглядел друзей.

— Не будем, — эхом откликнулась Анасдея.

— Слышала, как меня наши партизаны называли чудовищем, — оскалилась Шая. — Я чудовище. Но я никогда не соглашусь убивать невинных! Для этого надо стать пиратом!

— Против зачистки, — скупо помотал головой Ли.

— Мы и так справимся, не нужно пачкаться, — вдруг прогудел Ян.

— Боюсь только, теперь в Сто Миров нам путь заказан, — совсем уж скривилась Шая. — Доведем «Фурию» — и бежать.

— В Доминионы Свободы, — мрачно поддакнула Анасдея. — После всего, что мы о них узнали, скрываться и выдавать себя за других там на порядок проще.

Это было такое крушение всех планов — словами не передать, как стремно. Прыжок в страшную неизвестность. Но не в одиночку. Да-а. Сказать «допрыгались» — значит, ничего не сказать…

— Стойте, — хрипло проговорил Ли. — Выход есть. Кель его упомянул. Мою семью и Магистра клана Ли связывает родство. Отдаленное, но этого хватит. Обращусь напрямую к нему и попрошу обеспечить защиту.

— Тебе-то да, обеспечит, — довольный как слон, Крылатый аж потяжелел, продолжая висеть на мне. — А что с остальными сделает? Хе!

Последняя реплика относилась к тому, что Цзан достал из кармана мультитул, из которого выдвинул лезвие ножа.

— Ян, дай мне крышку-чашку от твоего любимого термоса, — попросил наш «китаец». — Спасибо.

Он неторопливо закатал рукав, одним движением вскрыл вену на предплечье и позволил крови свободно стекать в емкость. Мультитул он подвинул ко мне.

— Тыщу лет такого не видел! — кажется, Кель все понял гораздо раньше нас. — Да какой тыщу. Две!

Я по наитию повторил действие Кунга, только подставил раненую руку так, чтобы кровь лилась в ту же чашу, смешиваясь с кровью соратника. Клинок перешел к Анасдее. Пока она возилась, я с удивлением наблюдал, как моя витальная энергия начинает вибрировать, испускать концентрические волны. Хотя и не должна вообще реагировать на такое пустяковое ранение. Присмотревшись, я понял, что и Цзан «посылает сигналы». И что наши волны постепенно «сходятся» по частоте и амплитуде.

Тем временем Аня положила свою руку поверх моей — и третья струйка влилась в общий ручеек. Шая почти незаметно поколебалась — и нанесла себе рану. После чего за Яном дело не стало.

— Я клянусь… — отстраненно проговорил Кунг, и сразу стало понятно, что надо повторять. — Быть кулаком…

— Быть кулаком…

— Что искореняет кривду!

— Искореняет кривду…

Архаичные и непривычные слова падали практически с осязаемым грохотом. Но самое удивительное: я их понимал!

— Открывает к Истине…

Наши волны складывались в удивительный узор, и после каждой фразы он менялся

— Очищает тело и душу…

Не знаю, как остальные — а я пытался проникнуться древним посланием, дошедшим к нам, живущим сегодня, через века.

— Ведет к гармонии и совершенству!

Постепенно интерьер рубки словно отступал, и я все лучше видел накладывающиеся друг на друга площадки, где под открытым небом молодые и старики, мужчины и женщины раз за разом повторяют одно движение, самое первое и простое ката. Через мгновение меня пронзило понимание, что это «кадры» из разных временных отрезков, и некоторые отстоят от меня на целую бездну лет!

— Путем руки, в которой пустота!

Наши колебания абсолютно синхронизировались и наложились друг на друга. Я опять без слов понял, что порезу можно затянуть. Импровизированная братина наполнилась. Цзан отпил первым. Передал микростратегу, дождался глотка и сказал:

— Сестра моя Шая Ренфолд Кунг Ли.

Следом приложился наш карманный громила.

— Брат мой Джар Ян Кунг Ли.

Настала очередь моей «наложницы».

— Сестра моя Анасделя Ильтазар Кунг Ли.

Последнему чаша пришла ко мне. И Цзан вдруг сказал куда больше:

— С особой радостью приветствую тебя, старший брат мой Коррен Талани Кунг Ли! Здесь, на Фортуне, ты дважды спас мне жизнь! Именно ты не дал нам попасть в рабство! Ты лечил, ты кормил и поил, ты учил, не тая секретов, ты всегда первым принимал самый страшный удар! Я поклялся матери, что не вернусь домой, пока у семьи не появится достойный глава. Мнил себя в будущем на эту роль, глупец… Но теперь все хорошо!

Установилась абсолютная тишина, в которой все прекрасно расслышали тихий шепот Келя «твою ж ма… то есть, я хотел сказать 'вау!»

Глава 23

Большой клан

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Ли Цзя, материнская планета клана Ли.

Центральная зона республики Сто Миров.

От долгого сидения взаперти дуреют не только люди, теперь я точно это знаю. Хотя предпочел бы не узнавать, вот честно. Особенно вот так.

— Предлагаю сделку! — Кель, конечно же, был в своём репертуаре. — Вы мне риса, я вам — мудрости! А! Уникальное предложение! Только сегодня!

Даже «рука-лицо» не передавала того уровня испанского стыда, что я ощутил. Формально ведь он со мной. А значит — я за него как бы отвечаю.

Началось всё с того, что Магистр клана Ли, пригласивший нас на встречу, без труда «увидел» обвившегося вокруг моего торса Пернатого. И, приветствуя нас лёгким наклоном головы, ему — этому крылатому бездельнику — отвесил настоящий поклон. Причём достаточно глубокий.

Ещё и обратился:

— Уважаемый дракон…

И Келя понесло.

Он тут же стал видимым для всех, развернулся во всю свою крупную форму, заполнив зал встречи свернувшимися кольцами, и начал вещать лютую дичь о том, какую «неописуемую честь» он оказывает дому Ли.

— Истинно так, — отозвался Куань Дзэншэнь. Или, как звал его Кунг — дедушка Дзэншэнь. Родственник, между прочим. — Уже четыреста лет наш род не удостаивался подобного визита. Позвольте, уважаемый дракон, показать вам наследие нашего клана. Прошу следовать за мной.

И всё это — тем же ровным, доброжелательным тоном. Как будто он разговаривал не с упитанным крылатым клоуном, а с кем-то действительно достойным. Даже стало интересно, куда он клонит. Подозреваю, что если сейчас покажет каких-нибудь дружелюбных Зверей Потока, с которыми монахи медитируют на фоне водопадов, Кель окончательно съедет с катушек от чувства собственной значимости.

Я оказался прав. И неправ одновременно. Магистр провёл нас через сад, по деревянному мостику над ручьём, врезанным в ландшафт так, будто его планировала сама планета, а не архитекторы. Остановился у отвесной скалы, в центре которой зияла чернота.

— Грот Славы, — шепнул сзади Кунг. — Немногие из чужаков его видели. Хотя… вы же теперь не чужаки.

Кель это услышал. Надулся от гордости ещё больше. Хотя казалось, что уже просто некуда.

Куань Дзэншэнь хлопнул в ладони — в глубине пещеры зажёгся мягкий белый свет. Мы вошли внутрь.

Это была не просто пещера — скорее, святилище. Или музей. Естественная полость, расширенная и отполированная до идеальной гладкости. Своды, метрах в шести над головой, слегка сияли — в них, похоже, были вмонтированы испускающие свет волокна. Вдоль стен тянулись свитки, шелковые, вытянутые, написанные в технике гунби — тонкой и детальной, до волоска и капли.

На этих полотнах — путь клана Ли. Исход, странствия, закалка в суровых землях. Славные деяния, победы. И… драконы.

Много драконов. Разных.

От компактных, почти миниатюрных — вроде той формы, в которой Кель обычно «шлангом» сворачивается на мне, — до таких, чьи изогнутые тела обвивали горные хребты и затмевали реки. Рядом — воины в простых одеждах. Одни кланялись драконам, другие сидели рядом в позах медитации. На одном свитке — юноша катался верхом на белом драконе над цветущей долиной.

А вот дальше…

Дальше — фрески становились иными.

На первой из них изображался гигантский дракон цвета лазури, с белыми вислыми усами, парящий над городом. Его пасть — раскрыта, над улицами пылает огонь. Снизу — отряд монахов в боевых стойках. В центре — кулак, ударом пробивающий грудь чудовищу. Всё — в богатых, но сдержанных цветах. Детализация была такой, что, казалось, я мог различить выражение ужаса в глазах чудовища.

Кель поначалу только оскалился — мол, «да, сильные были ребята, интересно, что он сделал».

На второй сцене, где дракон пожирал человека, а следующий кадр показывал, как его голову пробивает кулак, он уже вздыбил перья. К третьей — где чешуйчатый исполин насылал шторм, а после прижат ногой монаха к земле — он стал явно меньше размером.

Фира, заметно недолюбливающая Змея, считала реакцию Келя и напряглась. Неприятно иметь соседа, который намного сильнее тебя, и не очень-то считается с окружающими. На корабле нам пришлось провести бок-о-бок с Крылатым полтора месяца, и придурковатый «божественный» её порядком достал. Пришлось погладить фамильяра между ушами, чтобы расслабилась.

Свитки шли один за другим. Пять из восьми изображали битвы — и убийства. Без лишнего пафоса. Без жестокости. Просто… необходимость. Защита. Путь.

Келя сдувало с каждой новой картиной. На четвёртой он свернулся в кольцо у моего пояса. К пятой — окончательно стал шлангом. Голова, вытянутая над моим плечом, смотрела исподлобья, виновато и настороженно.

За всё время прогулки по залу Магистр Ли не произнёс ни слова. Просто шёл рядом, иногда останавливался, давал нам время в тишине.

А потом, у выхода, он вдруг сказал:

— Поток всем даровал выбор Пути.

И пошёл дальше. Возвращаться к процедуре вхождения в клан — той самой, которую Кель своей выходкой грубо прервал.

— Ори… — шепнул мне Пернатый на обратном пути. — Скажи этому почтенному старику, что я всё понял… Правда…

— Сам скажешь, — фыркнул я. — Учись разгребать свои косяки, трепло.

Полтора месяца назад

Планета Четкая Фортуна, Дикий космос

Навести хотя бы какое-то подобие порядка в бывшем пиратском анклаве ожидаемо оказалось нетривиальной задачей. Пестрая мозаика из самыми разными путями оказавшихся на планете пленников, разбавленная выжившими партизанами, уцелевшими фермерами и личностями с менее понятной биографией (среди последних наложницы пиратов и других мразей, часто с детьми — составляли примерно половину!) сама по себе представляла взрывоопасную смесь. И, конечно, к ней прибились выжившие флибустьеры, работорговцы и контрабандисты. Поди отличи одних от других!

Разборки начались еще до того, как мы покинули орбиту и вернулись на космодром. Кто-то забрел в город копаться в развалинах и вскрывать уцелевшие дома. В том числе и те, что истово желали защитить домочадцы. Другие пытались починить поврежденные и полуразобранные корабли, ставшие доступными после уничтожения Утилизаторов. Третьи пытались проникнуть в «Стекляшку» и взять под контроль пушечные турели. Четвертые и вовсе напились, а кое-кто еще и упоролся найденными наркотиками.

Согнать всех вместе на дальний край космодрома удалось только применив силу. Удержать — устроив временную бесплатную кухню, к которой мы стащили в одну кучу все найденные консервы. Да-да, уже и торговля стихийная вспыхнула на руинах! Впрочем, самое сложное еще ждало меня впереди. Именно меня, ведь Цзан отказался от старшинства в семье в мою пользу. Что ж, значит мне и речь держать. Мне, Шае и самым заслуженными из бывших жертвенных рабов из джунглей.

— Тревор, Пан! — позвал я проявивших себя партизан. — Начинаем.

Трибуной нам послужил грузовой флаер: достаточно высокий, чтобы все видели и слышали. Пошла трансляция, и я на планшете увидел сам себя, нашего микростратега и двоих взрослых. Выглядели мы с Ренфолд… забавно.

— Товарищи! — крикнул я. — Мы собрали вас здесь, чтобы сказать: революция угнетенных и рабов победила! Режим угнетателей и работорговцев пал! Ура!

— Ура!!! — заорали уцелевшие партизаны. Остальные поддержали с разной степенью энтузиазма.

— Храбрый лесные бойцы из джунглей, доведенные мучителями до последней черты фермеры, сбросившие оковы рабы! Вы сделали это… и теперь наверняка хотите домой, — голос Шаи, еще более тонкий и звонкий, чем мой, услышал её каждый. И на него реакция была куда сильнее! Даже пришлось выпустить толстенную, на пределе возможностей, молнию в небо, оглушительно грохнувшую громом, чтобы добиться тишины.

— Мы не просто так собрали вас тут, — я переглянулся с Ренфолд, и опять заговорил сам. — Именно вы, вырвавшие планету из-под гнета преступников теперь владеете Чёткой Фортуной…

Мне пришлось прерваться, пережидая истеричные смешки.

— Понятно, что вы почти все считаете: нафиг планету! Вези нас домой, Ори…

— Да! Да! Вези нас домой!!! — шквал выкриков поднялся и не прекращался добрую минуту. Довели меня до того, что я целую секунду думал, не направить ли молнию на самых горластых. Но все же сдержался.

— Поднимите руки, кто из вас из Ста Миров, — попросил я. — Примерно половина. Остальные, как я понимаю, из Доминонов. На захваченном мною крейсере-носителе четыре сотни мест вида «место под матрас в трюме» и лететь полтора месяца до миров Республики…

В этот раз пришлось выпустить три подряд молнии.

— В следующий раз буду выжигать крикунов, — честно предупредил я. — Дослушайте — потом вопите, поняли? Спасательные суда прибудут, таким образом, через три месяца. Их как-то надо прожить. Потому мы сейчас выберем из вас Временное правительство и примем основные законы. Заодно учтем всех вас как граждан. Чтобы не голодать, честно распределить имеющиеся ресурсы и противостоять другим вызовам.

— Многие из вас потеряли все, оказавшись в плену у пиратов и работорговцев, — заговорила Шая. — Планета вам не нужна, но это не значит, что она не нужна никому. Те из вас, кто из Ста Миров — знают про Великий клан Ли. Мы, как его представители, предлагаем вам перевести Чёткую Фортуну под его протекторат. Клан высоко оценит вашу инициативу!

Борт носителя «Фурия», Гиперпространство

Мы потеряли два дополнительных дня, чтобы провести выборы прямым голосованием: две тысячи человек, поднимающие руки — это внушает. Законы тупо республиканские ввели, даже подобие армии и полицейской службы организовали. Но оно того стоило. Мы подняли на борт документы и свидетелей народного волеизъявления. Четкая Фортуна перешла под крыло Ли. Оставалось об этом только сообщить.

Мы взяли с собой преимущественно женщин и детей — остальных по остаточному принципу. Набили корабль как загородную электричку в сезон набивают дачники. И полетели. Скучать, увы, не пришлось. Ненавижу пиратов! Это ж надо было довести свой корабль-носитель до такого состояния! Огромный, блин, крейсер со стартовыми слотами для истребителей. Грозную махину, предназначенную одним своим видом пугать посетителей Чёткой Фортуны. Бедный несчастный корабль. Хорошо, что мы взяли его обманом — а то какой был бы позор, если б крейсер попытался вступить в бой!

Без малого половина (!) систем «Фурии» работала в нештатном режиме. Четверть вообще сразу после запуска уходили в отказ. Не во все каюты подавался свежий воздух. А до чего они канализацию довели — лучше не знать. Хватит и того, что я теперь сам не могу это развидеть! И это не считая инвазивных биозаражений. Надо будет попросить Алису выспросить у Пушка, где же живут его сородичи. Не отказался бы от десятка его сородичей, если случится опять.

Но мы летели, методично выполняя прыжок за прыжком — и это главное. Сорок с лишним суток пути — это много. Очень много. А мы и так задержались, застряв на Фортуне. Беспокоили меня не пропуски в Академии — мы запросто могли туда не вернуться. В конце концов, это ректору и республиканским СБшникам значительно сильнее нужно, чем мне. Наверняка опять все засекретят и накрутят вокруг, когда Ли сообщат о нашем возвращении. Интересно, моей приемной матери и сестре хоть что сказали, когда не смогли обеспечить нашу новогоднюю встречу? А Дрейкам?

Впрочем, это все, по большому счету, ерунда. Главное: как там без меня мои фамильяры? Не наделали глупостей? Не отправились ли меня искать? Очень надеюсь, что нет. Пока не понятно, как я их заберу с Элитеи, но понимаю: это чисто технический вопрос для Большого клана. Волнуюсь: как мои кошки и коты примут Фиру?

А еще меня порядком напрягал Кель. Что Крылатому нужно в Ста Мирах — возможно, даже он сам не очень-то и понимает. Иначе бы всякий раз не придумывал новую отмазку, когда я его спрашивал. Но с его возможностями устроить всем проблемы — раз плюнуть. А спрашивать за это будут с меня: я же его привез. Да еще и принял на борт контейнер неизвестно с чем. «Личный вещи, все совершенно безопасно!», ну-ну. Но после всего, что Змей для нас сделал — не смог ему отказать.

Где-то в середине полёта незаметно случился мой день рождения. Девять лет. Мы его даже немного отметили — в самом узком кругу. Смешно: здесь, на борту, мы менее всего ощущали себя детьми. Личная сила помноженная на наши персональные особенности заставила пассажиров видеть в нас умудренных лидеров. Серьезно, к нам обращались для разрешения споров или за советом по самым разным областям.

Разноудаленные орбиты вокруг планеты Ли Цзя, материнской планеты клана Ли.

Центральная зона республики Сто Миров.

Наученный предыдущим опытом, я вывел корабль так далеко от обитаемой планеты системы, что его практически невозможно было визуально засечь. Мы послали заранее записанный пакет информации — и принялись ждать, больше ничем себя не выдавая. Примерно пятнадцать минут потребовалось специальному подразделению кланового флота, чтобы блокировать наш корабль и забросить абордажные группы. Лицом в палубу положили всех — в том числе и нас. И Цзана. И в наручниках пришлось походить.

Поначалу нас даже ни о чем не спрашивали, кром имен. Похмыкали в ответ, когда мы рассказали о процедуре братания. Нашего урожденного Кунга увели… а потом как-то резко все закрутилось. С извинениями унесли наручники, проводили до навороченного помывочного комплекса (!!!), выдали новую одежду. С символикой клана Ли, между прочим: белым лотосом на фоне трех волн. Судя по всему это означало, что самоуправство Цзана признали. Не забыли нас и накормить — и только после этого уведомили, что Магистр Ли Дзэншэнь из рода Кайунь хотел бы нас увидеть.

Для спуска на планету нам подогнали специальный шатл. Пройдя атмосферное торможение, он сложил защиту на бортах, открыв панорамные иллюминаторы. И это того стоило. Как и любой Большой клан, Ли обладали колоссальными ресурсами. Которые в том числе не постеснялся использовать для приведения поверхности Ли Цзя в желаемое состояние. Представьте себе восточную страну, полностью состоящую из пагод в восточном стиле, идеальных садов — в том числе и садов камней — площадок для медитации. На первый взгляд, конечно — на деле оказалось все сложнее.

Глядя на проплывающий внизу пейзаж, я волей-неволей успокоился, настроился на нужный лад. И когда машина опустилась на площадку у живописных скал — смог надлежащим образом приветствовать встречающего нас одаренного. И все остальные «апасные» — тоже. К сожалению, Магистр заприметил Келя. Ну а дальше вы и сами уже знаете.

Поверхность планеты Ли Цзя

Нам тупо повезло (мне повезло!) что глава Большого клана Ли и троюродный дедушка Кунга, оказался настолько адекватным человеком. Мог ведь и по-другому поступить, без всех этих китайских церемоний. Не знаю, сам бы пернатого клоуна размотал или при помощи вызванной подмоги? Но в том, что справился бы — не сомневался. И Кель тоже.

Весь остаток церемонии принятия в клан — на редкость простой, как присяга в армии и без всякого восточного колорита — он провисел на мне молча. Просто для понимания — вообще молча. Божественный Кель. Да.

Мы прочли клятву, Магистр записал наши имена в реестр — электронный, без туши и пергамента. И отпустил. Сказал, что на сегодня у нас еще очень много дел, и хорошо бы мы все их успели сделать. А еще, что нам сегодня вечером обязательно нужно будет встретиться. После чего ушел.

— Моя мать ждёт, — тут же напомнил Кунг. Сухо, но я отчетливо услышал в его голосе скрываемое волнение. Которого не было перед встречей с главой клана.

Точно! Нам же еще нужно представиться его семье, куда он меня записал главой. Стоило об этом вспомнить, как сразу же тоже стало волнительно. На ровном месте. Шутка ли — семья! Не клан в сотни тысяч человек, большую часть которых ты за свою жизнь не увидишь ни разу, а небольшая ячейка общества. И я в ней — старший мужчина. Кто как, а я к таким вещам серьезно относился.

— Да, идем, — кивнул я.

Мы поднялись и потопали по очень неочевидным тропам через комплекс. Как сказал наш шаолинь, шагать предстояло недалеко — Кунги уже прибыли в центральную резиденцию клана и ждали лишь, когда мы закончим с магистром. Но остановиться ради одной «мелочи» все-таки пришлось.

— Обычно к таким церемониям готовятся загодя, — проворчал урожденный Кунг, пока я натягивал энергонити между ним и остальными. — Но у нас же вечно не как у людей!

— Ты сам это начал, помнишь? — посыпала солью душевные раны нашего «китайца» Анасдея.

«Проверка!» — послал я сигнал Цзану.

После небольшой паузы нить завибрировала в ответ.

«Слышу хорошо!»

«Вот и все, просто будешь мне подсказывать.»

— Моя мать не любит опозданий, — по пути решил повторно проинструктировать нас Цзан. — И сюрпризы…

— Ну один-то ты ей уже устроил, а? — хмыкнул из-за плеча Кель. — Притащил домой нового главу семьи!

— И драконов! — побратим со значением глянул на Крылатого и тот, о чудо! — моментально заткнулся.

— А против котиков она ничего не имеет? — с иронией уточнил я. И на ходу погладил Фиру. Дымчатая фиолетовая леопардиха моментально упала на спину и потребовала продолжения.

Вопрос с двойным дном. Сейчас со мной одна, а ведь на Элитее еще четыре ждут.

— Кто не любит котиков? — усмехнулся Цзан.

Пройдя через очередной изогнутый проход с выложенными мозаикой плитами, мы попали во внутренний двор небольшого поместья. В центре — небольшой пруд с карпами, у дальней стены — павильон с резным балдахином… или чайная беседка. Я не очень в этом разбираюсь, если честно.

Внутри, на помосте, скрестив ноги сидела мать нашего шаолиня. Матриарх семьи. Взгляд — острый, как у бойца, но без угрозы. Скорее — как у мастера, оценивающего стойку ученика.

Если же оторваться от глаз — стройная женщина, полностью седая, но с кожей, как у гладкого фарфора. Прямая спина. Кисти рук покоятся на коленях, как на весах. Одежда — без единой лишней складки: белый с розовым халат, поверх — зелёный пояс, расшитый волнами — цвета клана, все по канону. Очень явное указание на официальность происходящего.

Вместе с ней сидело еще две женщины — одной лет двадцать пять на вид, второй под сорок. Две девочки пяти или шести лет, наряженные, как куклы. И ни одного мужчины или мальчика. Вся семья Кунг, как я понимаю.

— «Просто повторяйте за мной! Сейчас просто повторяйте!» — предупредил Цзан сразу по всем нитям. — Это формальная часть, она короткая. Идите за мной, отставание на два шага'.

Сам вышел вперед, остановился в двух шагах от беседки, поклонился — очень низко. Мы, как умели, повторили за ним.

— Матушка.

— Сын.

Офигеть, конечно! Не, я все понимаю, церемония, но она же его не видела черти сколько уже! Сперва Цзан тусил на Элитее, потом пропал на несколько месяцев и по итогу — сын.

Стоп. Не стоит лезть со своими порядками в чужой уклад.

— Перед вами — Коррен Талани. По слову Потока, и по моему праву, как старшего мужчины в семье, я прошу признать его главой семьи Кунг.

— Пусть подойдет.

'Три поклона, — проинструктировал меня побратим. — Первый — предкам семьи, невидимым, но присутствующим. Второй — ей, как старшей. Третий — семье.

Я проделал все три и выпрямился. Прямо взглянул в глаза женщине, заметил, как они блестят. М-да, не такая уж она и фарфоровая.

Служанки — две, в той же цветовой гамме — выскользнули из тени и поднесли чашу с водой. С цветком лотоса, плавающим в центре.

«Руки помой! Чистота помыслов!»

Ясно. Помыл. Вытер поданным расшитым полотном. В руки тут же сунули еще одну чашку, совсем крохотную, то удивительно тяжелую.

«Пить?»

«Жди!»

Матриарх поднялась. Вышла из беседки, приблизилась. Остановилась в шаге, и обхватила руками мои, смыкая кольцо вокруг чашки.

— Принимая чашу — принимаешь ответственность, — негромко сказала она. — Принимаешь семью. Готов ли ты?

«Теперь пей».

Я сделал глоток.

— С этого дня, — произнесла женщина уже в полный голос, и я заметил, как поднялись на ноги все члены семьи, включая детей. — По согласию дома, воле Потока, ты — глава семьи Кунг. Береги её честь и веди младших по Пути.

— Принимая тяжесть, буду нести честь! — хорошо, что мы натренировались пользоваться нитями, пока днями гоняли партизан во временных лагерях. Вроде как нечестно пользоваться суфлером, особенно, хм, перед «невидимыми предками». Но почему-то мне кажется, они сделают — в смысле, уже сделали — мне скидку на возраст. — Слова мои будут прямы, поступки — чисты, помыслы — открыты.

Матриарх кивнула. Повела рукой и рядом возникла служанка. С поклоном протянула небольшой тканевый сверток. Развернув его, я обнаружил внутри пояс. Белый, с тонкой розово-зеленой вышивкой волн и лотоса. В центр крепилась плоская пластина нефрита с иероглифом — символом семьи.

Цзан тут же зашептал, чтобы я отдал пояс матери, что я и сделал. Женщина трижды обернула его вокруг моего пояса и отступила.

— Носи, — сказала женщина. — Пусть не будет хулы.

— Не будет, — отозвался я. И сразу поймал слом шаблона.

— Ну что, теперь знакомиться? — фарфоровая маска женщины треснула, и под ней обнаружилась очень милая улыбка. По которой почему-то бежали дорожки слез.

— Коррен, но лучше зовите Ори, — представился я, и сразу же был заключен в объятия.

— Цзан! — тут же завизжали девчонки из беседки.

Пролетели мимо нас с матриархом, чуть не сбив с ног. А вот побратиму не повезло. Два живых ядра опрокинули его на землю, принялись смеяться и что-то, перебивая друг друга, рассказывать.

Ну вот. Нормальные люди, оказывается.

«Цзан, нас хоть теперь покормят? — несколько раз дернула нить до сих пор молчавшая до поры Анасдея. Но я её услышал за счет нашей более продвинутой постоянной ментальной связи. — С утра одни церемонии!»

Глава 24

Мастер

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Ли Цзя, материнская планета клана Ли.

Центральная зона республики Сто Миров.

Проснуться утром и понять, что ты, наконец, дома — бесценно! Немного подумать и понять, что после Фортуны, затерянной чёрте где в Диком Космосе домом ощущается вся Республика Сто Миров — немного обескураживает. Проснуться в спальне главы семьи Кунг… нет, не так. Проснуться по праву в спальне главы семьи Кунг — обескураживает очень сильно!

К огромному моему счастью, главе никаких служанок в личное служение не полагалось: помочь умыться, одеться. Сам, все сам. А те двое, что я видел во время церемонии знакомства с родом, были скорее членами семьи, чем обслугой. Как я понял, они помогали растить единокровных сестренок Цзана, одновременно выполняя роль личных учителей и воспитательниц.

Личное крыло, или, как выразилась мать Цзана, павильон по площади занимало квадратов двести — это если без примыкающих площадок для тренировки и для медитации, сада и пруда. Я бы очень удивился, если бы меня пустили сюда жить сразу после церемонии — и наверняка не собирались. Принятие в семью произошло столь радостно и позитивно не только из-за рекомендации Магистра Дзэншэня, но и потому, что мать уже была готова, что сына больше никогда не увидит. А тут — живой! Ну еще детей в семью привел, одного даже выше себя поставил. Так сильно привязался. Ну ведь такие же мелкие, как родная кровиночка: род сможет воспитать их правильно!

И только спустя несколько часов матриарх Венлинг начала понимать масштаб того, что мы пережили. Задержка случилась оттого, что из горного храма, где прошли все церемонии надо было еще долететь до поместья. И пожрать, наконец! И только потом нас принялись… нет, не устраивать. Повели в личный медицинский центр семьи.

Вообще сведения о нашем состоянии, наверное, должны были скинуть всем заинтересованным еще утром. После не очень комфортабельного перемещения абордажниками на один из орбитальных хабов, где располагался специализированный центр клановой службы безопасности, нас, как я и говорил, обследовали и помыли. Одновременно, в специальных таких капсулах, отдаленно напоминающих душевые кабинки. Со всем уважением, так сказать — успели удостоверится в том, кто мы есть и просмотрели записи видеонаблюдения с «Фурии». После чего выдали отлично сидящую и очень удобную одежду.

Вот с момента, когда мы по-очереди стали садиться на ложементы капсул медицинской гибернации все и полезло наружу.

— Что за ужас у тебя с ногами⁈ — воскликнула мать Цзана, рассматривая отчет капсулы на планшете.

— Моя вина, — церемонно склонил голову мой одногруппник. — Мне показалось, что ударить ногами робота-убийцу одаренных будет хорошей идеей. Показалось.

— Мне сказали, вы вернулись на корабле большого тоннажа! — всплеснула руками женщина. — Там не было ни одной действующей капсулы?

— Да как-то не болело и не мешало, — смутился парень.

— Быть не может такого, — отрезала родительница.

— Моя вина, — пришлось выступить вперед. — Робот шел по пятам, Цзан не мог снять «рубашку» — иначе был риск критического кровотечения. Вот и…

— Мы бы все на Фортуне бы и подохли, если б Ори не умел исцелять, — вмешалась Шая. — То есть, простите, лишились жизни из-за ранений. Правда, выглядит лечение иногда… брр!

Нашего микростатега отчетливо передернуло.

— Целитель-подмастерья, да еще в столь юном возрасте? — несколько другим взглядом посмотрела на меня женщина.

Сказать? Не сказать? Нет, лучше показать.

— Я бы сказал, этот способ целительства не зависит от ранга, — я подошел к комнатному цветку, подстриженному до формы идеального шара. Провел рукой — и гармония тут же нарушилась из-за отросших листьев и ветвей.

По глазам увидел: поняла!

— По некоторым причинам мне хорошо удается изучать разные… стили, да. Стили, — не разрывая зрительный контакт, я показал ей, как моя ладонь окутывается чернотой «железной рубашки».

— Но все ж ты же не будешь спорить, что нужно довести лечение до конца? — кивнув, спросила меня Кунг Венлинг. — Вот и славно. Цзан, ложись, я закрою…

— НЕТ! — рявкнул мой побратим, мгновенно покрываясь пленкой «рубашки» и рукой хватаясь за крышку капсулы, блокируя её в открытом положении. Сила захвата была такой, что корпус медицинского прибора с противным хрустом пошел трещинами. — Нет…

Видно было, что наш несгибаемый «шаолинь» сам от себя такой реакции не ожидал.

— Нас обманом заставили лечь в капсулы и едва не продали в таком виде на рынке рабов, — объяснила Анасдея. — Если бы не Ори…

— Брат Цзан, ложись спокойно. Я подежурю, — вдруг подал голос Джар. Как и всегда вне боя он молчал. И делал это так успешно, что про него временами просто забывали.

— Если Ян устанет, я его сменю, — пообещала Шая.

И только тут до матери экс-главы семьи Кунг начало доходить.

— Кто посмел сотворить с моими детьми такое? — вроде бы тем же голосом спросила она. Вот только угрозой от неё так и шибануло. На Келе перья дыбом встали, а Фира распушилась вдвое и припала на передние лапы, оскалившись.

— Мы их убили, — спокойно ответила Ренфолд. Подождала немного, и уточнила: — Всех. Почти всех. Некоторые умерли очень нехорошо — я лично постаралась. Из уцелевших большая часть сейчас дает показания друг против друга СБшникам клана Ли.

В противовес материнской ярости слова нашего микростратега словно окутывал могильный холод. Венлинг вздрогнула.

— У нас у каждого за спиной свое небольшое личное кладбище, мам, — Цзан все-таки смог себя пересилить и скинул «рубашку». — Кроме Ори. У него оно большое. Все-таки свой первый пиратский крейсер он захватил в одиночку. И тот, в отличии от «Фурии», нес не истребители, а рейдеры, битком набитые абордажниками.

— Они сильно повредили и захватили корабль, где мне довелось служил юнгой, — поморщился я от такой «рекламы». — Я чудом успел разложить команду по капсулам. Единственным способом спасти им жизнь оставалось захватить крейсер-носитель и довести его ближайшей обитаемой планеты.

Матриарх встретилась со мной взглядом — я не стал отводить. Секунд на десять мы так застыли… а потом Кунг Венлинг согнулась в глубоком поклоне.

— Прошу простить, глава! Эта женщина сразу не поняла, что Кунг Цзаном двигали не сострадание и одиночество потерявшегося ребенка, когда проводил ритуал братания.

У меня защемило сердце — хоть мать нашего шаолиня мне была совершенно чужой — я уже составил о ней первое впечатление. Да, пусть семья Кунг оказалась в паршивой ситуации — но он все же оставался на недосягаемой высоте для простых смертных. И вот так принять в семью совершенно незнакомых детей просто по слову сына — нужно большое сердце. И уж обнимать нас Ли Венлинг никто не заставлял. В аналогичной ситуации Констанция Талани, помнится, стала отговаривать Тесс: мол, зачем им я. Обуза лишняя. Правда, надо отдать Кони должное: поставленная перед фактом, ведьма действительно постаралась стать мне матерью. Ну, насколько вообще могла.

Подсказать мне теперь никто не мог. Так что подскочив к Венлинг, я заставил её распрямится по собственному почину. Культура — культурой, но…

— Лучшей наградой для меня, для всех нас станет не подчеркнутое уважение, а улыбка, полная материнской гордости, — мягко улыбнулся я.

Кажется, наконец-то все правильно сделал. Сам! Без церемоний и подсказок.

* * *

Конечно, за половину дня нельзя стать по-настоящему близким другому человеку. Одно дело среагировать под влиянием момента, и другое дело — привыкнуть, притереться. Это чувствовалось во время совместного завтрака — лёгкая-лёгкая натянутость. Впрочем, уже ближе к концу принятия пищи ощущения исчезли. Да, оказывается, мать Цзана готовила нам сама — как пояснила одна из служанок. «Сама» — это с учетом уровня автоматизации на здешней кухне, конечно. Но уж кому как не мне знать, насколько важно личное участие в процессе.

Столовая зала в поместье была оборудована в том же стиле, что и моя спальня. Много места, светлые тона, доминирует белый зеленый с акцентами розового. Все высокотехнологичные элементы спрятаны за фальш-панелями, там же и места хранения. Центральная часть помещения — большой четырехугольный стол, немного утопленный в пол. По всему контуру — непрерывный диван, он тоже ниже уровня остального пола, отчего комната кажется не загроможденной. Горшки с деревцами и другими растениями — тоже в обязательном порядке. Они тут даже в туалетах, как я уже успел убедится.

Разговором после еды завладела Анасдея. Как представитель малого клана, она отлично понимала, что внутри Большого точно есть свои обычаи и тонкости.

— Дома, на улице или в любом другом общественном месте, предназначенным для отдыха и социальных активностей достаточно просто быть вежливым, — сказала Кунг Венлинг. — Ритуалы и следование церемониалу мы оставляем для особо важных событий в жизни. Собственно, в ваших новых коммуникаторах есть исчерпывающая информация.

— Ух ты! — Анасдея немедленно зарылась в голограмму над своим коммом. — Почти как Кодекс, который я разучивала, только… поменьше.

Именно в этот момент вошла служанка, остановилась напротив меня и с глубоким поклоном передала конверт.

— Кунг Коррен, — прощебетала она явно специально поставленным голоском. — Магистр Ли Дзэншэнь просит вас сегодня почтить его своим вниманием. Что мне передать его посланнику?

«Подробности по встрече в конверте», — передала мне по мосту между разумами моя «наложница», как раз открывшая нужный раздел. — «Вежливым считается сначала прочесть и только потом ответить. А почему такой архаичный способ? А, электронное письмо можно перехватить, а так — нет.»

— Так, — я открыл конверт. — Передайте, что я буду в срок.

Ну а что я еще могу сказать? Я теперь в клане: глава зовет — будь любезен оторвать зад от дивана. Тем более Цзану он двоюродный, если я ничего не напутал, дедушка: вдвойне неуважение получится.

* * *

Поскольку письмо не содержало приглашений на какие-то официальные мероприятия, полетел в повседневном. На выбор был целый гардероб, я остановился на комбинезоне, напоминающим форму кадета Академии. После всего, что с нами напроисходило, я убедился, что подобная одежда может реально жизнь спасти. Причем даже выключенная и поврежденная. Даже скафандр может ненадолго заменить — в воротнике прячется сзади капюшон, а спереди — маска, закрывающая лицо. Вещь скорее для опасных работ или там путешествий. То есть, избыточная для просто личной встречи, по реалиям Ли Цзя. Но отвлекаться и привыкать к чему-то другому и не хотелось, и времени не было.

Сегодня меня никто не отвлекал, и я почти прилип к стеклу, разглядывая виды из окна флаера. Вокруг, оказывается, простиралась не только пастораль. Другое дело, что небольшие поселения, утопающие в окультуренной зелени, у меня бы язык не повернулся назвать «деревнями». Краем мой летательный аппарат обошел и настоящий город — вот только толком я его рассмотреть не смог из-за расстояния. Ладно, потом изучу.

Храмовый хребет меня снова заворожил: зодчие объединили линии дикого камня со своими творениями — и получилось нечто завораживающее. Парящие террасы, и пагоды, как будто вырастающие из низких вершин. Глубокие пещеры и изящные постаменты с лаконичными скульптурами. А деревья? Вот уж кто-то оттянулся, перейдя с горшков на подоконнике к масштабу один к одному!

Знакомые архитектурные формы заставили меня перевести взгляд. Летели мы не очень быстро, так что я успел разглядеть храм Зверей Потока — похожий и не похожий на те, что построены в Академии Элитеи. Ну… ожидаемо. Особенно после всех тех свитков-полотен с драконами, которые так впечатлили Келя. Впечатлили настолько, что он решил остаться дома. Нашел себе удобный камень, старательно улегся в подсмотренную позу и стал медитировать. Какое облегчение, хоть сегодня отдохну от него.

Кайлунь Дзэншень нашелся на возвышенной горной площадке, откуда мне от стоянки флаеров пришлось добираться пешком, одолев узкую лесенку, высеченную прямо в камне скал. Без перил, и довольно крутую. Но мне ли боятся высоты? При желании я себе мог даже устроить подобие лифта движущимся щитом — но выделываться не стал.

— Магистр Дзэншень, — я поклонился. Глава клана чаевничал в гордом одиночестве в окружении природы, и, кажется, наслаждался атмосферой и видами.

— Просто садись и бери кружку, юный подмастерье Кунг Коррен, — благодушно предложил он мне. — Некоторые люди за пределами нашего клана считают, что мы тут только чайные церемонии и устраиваем, вообще чашку улуна просто так выпить не можем. Это не так. Церемония — это что-то вроде спектакля, только интерактивного, где и сам участвуешь и наслаждаешься представлением и своим местом в нем. Но ходить в театр каждый день?

— Вот оно как, — пробормотал я. Короткое объяснение помогло мне понять куда больше, чем было сказано. Так понимаю, столкнулся с той самой знаменитой «восточной мудростью».

— На счет зрелища, — отстраненно произнес глава клана Ли, рассеяно наблюдая, как Фира, резвясь и играя, накручивает круги по окружающим скалам. — Здесь недалеко есть площадка для занятий Солнечников. — Не против показать свои умения или предпочел бы восстановить свою форму после путешествия?

— Потому что главам других семей интересно, что за фрукт из ниоткуда залетел вдруг в главы семьи Кунг? — также глядя в сторону, спросил я.

— В первую очередь это интересно мне, — просто сказал «дедушка Дзэншень». — Сам понимаешь, я должен знать возможности тех, кто ходит под моей рукой.

Логично.

— Готов, — и в этот раз не стал выделываться я.

* * *

Тренировочная площадка практически повторяла разминочную в Академии: куча скальных обломков, булыжники и окатыши. Метательные машины для отработки щитов. Всякие мишени для кинетики и Проявлений. Несколько поднятых платформ для отработки «небесного шага» — у меня прям ностальгия в глаз попала. Площадка не пустовала: рядом отрабатывала ката группа из десятка парней и девчонок лет пятнадцати. Их инструктор коротко поклонился нам и словно тут же забыл, сосредоточившись на учениках.

Сначала я показал фокус, какой демонстрировал Цзан в день, когда мы познакомились. Стал колоть камни кулаками в «рубашке».

— «Рубашка» отлично, а вот удар поставлен не слишко хорошо, — вздохнул Ли Дзэншэнь. — Молодой Цзан тебя тренировал? В целом похвально, но теперь такого уровня навыка точно недостаточно.

Пришлось виновато покивать. Это для не-Ли можно было бы оставить все как есть, а теперь придется попотеть. Впрочем, когда я отказывался?

— Не парься, — вдруг озорно подмигнул мне один из сильнейших людей клана. — Сговорю вашей семье наставника. По-родственному!

Зараза! Я аж чуть с «небесного шага» не сбился! Ох, зря Кель над ним прикалывался — под личиной могущественного политика и мудрого правителя явно прячется тот еще тролль!

— Все остальное для твоего возраста весьма впечатляет, — покивал в конце показательной тренировки представитель семьи Кайлунь. — Можно сдавать зачет на ранг Мастера, юный Коррен… Кстати, ты и Цзан, как я читал в отчете, справились с роботом-убийцей?

— Там еще Анасдея Ильтазар отметилась, — не стал скрывать я. — Робот полез за нами в вентиляцию, и Аня его просто выдула под пушечные выстрелы. Мы даже пресловутых пять минут не продержались.

— Если хочешь, могу устроить реванш, — опять подмигнул мне «дедушка». — Как ты догадываешься, робот для сдачи экзамена у нас имеется.

Я огляделся по сторонам, посмотрел вверх… Ага.

— Экзамен будет прямо здесь и сейчас? — уточнил я.

— То есть, «хочу»? — теперь на меня опять смотрел глава Большого клана. Который не в бирюльки играть вышел, а делом заниматься. — Вуди, выходи. Тут к тебе у молодого человека дело.

Робот появился из одного из подсобных помещения. Сверкающая на солнце зеленоватым металлом фигура, повторяющая человеческие пропорции. Причем двигался робот с искусственным разумом точно так же, как человек, а под его стальной «кожей» перекатывались синтетические мускулы.

— Уважаемый Кунг Коррен, — поклонился мне Вуди, опуская прочие именования. — Обещаю, что в случае моей победы добивающий удар я только обозначу. Если бы не объективная необходимость проводить такие спарринги, я просто отказался бы в них участвовать.

— Ори может за себя постоять, не обманывайся его внешним видом, — весело предупредил машину Дзэншень.

— Я убедился в этом, просмотрев материалы по его бою с подобной мне машиной, — степенно ответил киллер. — Это будет учтено в грядущем бою.

Вот подстава!!!

— Начинайте!

Этот металлический болван оказался совсем не болваном. Стоило мне вытянуть в его сторону руку, как он вбил свои манипуляторы в покрытие площадки. И так ко мне и пошел, переставляя по одной конечности за раз. Медленно, зато верно! Не учел он только одного: насколько мощный шар плазмы я смогу забросить ему под корпус.

Бабах!!!

Взрывом киллера лишь немного приподняло над грунтом — но я-то тоже не спал. Один за другим барьеры Макира начали толкать робота вверх. Щиты быстро лопались под таким неудобным грузом, который еще и руками и ногами их умудрялся перегружать или пробовал спрыгнут. Но я был быстрее! Пришлось, правда, и себя толкать к небесам, чтобы не оказаться слишком далеко. Второй удачей оказалось горное расположение места проведения экзамена: немного вбок — и под тобой уже не тридцать метров, а добрый километр! Где я Вуди не только не отпустил, а стал долбать щитами сверху вниз, помогая гравитации разгонять робота, чтобы он падал быстрее меня. И обязательно разбил бы противника — никакая высокотехнологичная сборка на такой переход кинетической энергии во внутреннюю не рассчитана. Но…

Загодя начав тормозить, опять пуская барьеры нам навстречу, я замедлил до приемлемой скорости приземления и Вуди и себя у дна километровой пропасти.

— Я обозначил добивающий удар, считается? — и протянул машине руку для пожатия. Может, конечно, я и обманываюсь, перенося опыт общения с одним И-Эр на другой — но лучше уж я подставлюсь и получу урок, чем убью вменяемого разумного. Пусть и не живого.

— Считается, Мастер Кунг Коррен, — осторожно ответил на пожатие Вуди.

— Мне еще могут не засчитать победу, — хмыкнул я. — Пять минут-то не прошло.

— Пройдет, пока мы будем подниматься, — робот на секунду погасил один из сенсоров, заменяющих ему глаза. — Будет честным, если после того, как вы прокатили меня — я прокачу вас.

Оценив мой недоуменный вид, он уточнил:

— На шее. Ваш размер вполне позволяет удержать на моих плечах во время форсированного восхождения.

Ха!

Что ж, если вы думаете, что я не вопил, когда киллер прыгал со мной на плечах от одного утеса к другому — чисто на силе синтмышц и расчете, как огромная горилла — вы ошибаетесь. Вопил так, что сам себя оглушил! И даже немного пожалел, когда бешеные скачки вверх по горному склону, местами почти отвесному, закончились. Зато мое появление встретили аплодисментами и учащиеся, и их наставник.

— Поздравляю, Мастер Кунг Коррен, — улыбнулся мне глава клана. — Не скрою, такой ранг гораздо больше подходит главе семьи. Вот теперь можно и более спокойным делами заняться. Если ты не устал, конечно.

Глава 25

Глава рода

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Ли Цзя, материнская планета клана Ли.

Центральная зона республики Сто Миров.

— Мастер — тот самый ранг, что показывает достойное усердие, приложенное в обучении таинствам Звездного Потока, — объяснял мне магистр Дзэншень, пока мы неторопливо двигались вдоль горной гряды по очередной специально подготовленной дизайнерской дорожке.

Похоже, находясь в этом храмовом суперкомплексе, пользоваться транспортом было не принято. Чем я, не будь дурак, и воспользовался, чтобы задать интересующие меня вопросы.

— Гранд-мастер — это всегда специализация, — тем временем продолжал просвещать меня глава клана Ли. — Медицина, например. Или военное дело. Или наставничество. Слияние знаний и умений, полученных обычным образом и тех способностей, что дает Поток.

Я кивнул, потому что уже что-то такое слышал от Борка Рауля, который теперь Бен Ферандо.

— Однажды гранд вдруг осознает, что ему не нужно искать пути, чтобы связать Поток и дело, которое он делает. Любое дело, любое действие — не только те, на которых он специализировался. Так он становится Магистром. Как ты догадываешься, я сам тоже через это прошел.

— Получается, магистр, просто глядя на человека, уже видит больше, чем можно разглядеть глазами? — немного подумав, переспросил я. — Иначе говоря, магистр — идеальный политик?

— Я бы сказал, магистр — это лучший управленец в деле, в котором он специализировался на гранда. Но, — расплылся в улыбке мой визави. — Применительно ко мне словосочетание «идеальный политик» очень подходит, да!

Кайлунь Дзэншень продолжал меня… ну да, пожалуй что изучать. Но при этом не отказывал себе в удовольствии троллить! Иногда, вот как сейчас — особенно жирно! Угу, так я и поверю, что мой названный «дедушка» способен вестись на лесть. Да еще на такую грубую.

— А архонт тогда… — мне и правда было интересно.

— Грубо говоря, архонт — это магистр, сумевший полностью связать себя и поток. Полностью слиться с течением витальной энергии разумом и телом.

Я честно попытался представить, как это. Полностью слиться. Это же…

— Они что, могут терять телесность? — я посмотрел на главу клана Ли большими глазами. — Уподобляться зверям потока⁈

— В том числе, — утвердительно кивнул Дзэншень. — Правда, ситуация немного обратная Зверям: тело-то остается при хозяине. Он его может материализовать его обратно в любой момент. Для Зверей же условная вершина возможностей тело как раз себе отрастить. Настоящее, живое, способное размножаться биологическим путем. Что обычно им нафиг не надо, если все вопросы решает осязаемый фантом. Или, в редких случаях, анимация.

— В редких случаях, — повторил я, передергивая плечами.

— То, чему вы стали свидетелями во время пребывания на Фортуне — событие по меркам Республики не просто из ряда вон выходящее, — сжав губы, совсем другим тоном сказал мне Кайлунь. — А вопиющее! И, судя по тому, что названный Когтем пират не рискнул запустить нечто подобное в Доминионах Свободы — там тоже по головке за такой «бизнес» на погладят. Хотя у них там та еще клоака, уж поверь. Но тоже жить хотят.

Кажется, я в первый раз за всю беседу я не словил контекст.

— Зверь Потока, когда становится еще на два условных уровня сильнее Келя, которого ты привел к нам в гости — уже спокойно может перемещаться с Потоком, — просветил меня глава клана Ли. — Без корабля, если ты не понял. И координаты не нужны — он может пройти по следу из витальных энергий от одной заселенной людьми планеты к другой. Точно так же, как первые архонты-капитаны судов-колонизаторов нашли пассажирам идеальные планеты для жизни.

— Так и не понял, за что их превозносят в школьной программе, — проговорил я, думая совсем о другом. — Сто Миров сформировались во время второй волны колонизации. И когда они, в смысле, наши предки, нашли планеты первой колонизации — не сказать, чтобы они процветали…

— Потому что капитаны потом вернулись на Прародину и передали все результаты, полученные во время коллективного подвига, — огорошил меня собеседник. — Об этом не принято вспоминать: представь, как обидно стало бы эльфитам, бронитам и корнитам, если бы они узнали, что были всего лишь подопытными кроликами и парусным балластом для движения в гиперпространстве тех первых, примитивных кораблей?

Я подумал, и кивнул. В Ста Мирах расизма не было как такового. Честно говоря, я и сам через несколько лет после того, как попал на Бруас, перестал обращать внимание на острые уши, пластинки костяных усилений на руках и лице, и чешую. Человек и человек. Опять же, признаки фенотипов редко у кого проявлялись так ярко, как у мамы Кони и Тесс.

Но если бы в школах рассказывали и этот кусочек истории, что я только что узнал — появились бы основания для сегрегации на «настоящих людей» и «мутантов» как минимум. Человечеству только повод дай. Кстати, предок моей «наложницы», Ильтазар Путеводитель, тоже это отлично понимал и нигде в своем «Кодексе» не упомянул о возвращении на Прародину и обратном пути.

— Вернемся к Зверям Потока, — дав мне немного обдумать сказанное, опять заговорил Ли Дзэншень. — Представь себе существо из чистой энергии привыкшее жрать и убивать людей, еще и способное перебираться через гипер от планеты к планете. Думаю, тебе и представлять не нужно: ты что-то подобное на Фортуне вживую видел. Только значительно слабее.

— Видел… — перед глазами встало, как Кель играючи ссаживает с неба штурмовые корабли пиратов. Одному корпус повредил, во втором просто убил весь экипаж. Мысленно увеличив змея раз этак в десять, я представил, что подобная тварь может наделать на Кармануте или Црезе. Каждая минута — сотни тысяч жертв!

— Подобные сверхмощные гиганты порой, очень изредка, приходят к нам из далекого космоса, развившись на одной из необитаемых планет с биосферой и оставив после себя след убитых миров, где уничтожена значительная часть животной жизни, — добил меня «дедушка». — Одна из задач, что лежит на плечах архонтов — заранее выявлять и устранять подобные угрозы.

Глава рода Кайлунь искоса посмотрел на меня, дождался, пока я проникнусь эпичностью процессов, с которыми имеют дело Архимагистры. И сказал этаким отстраненным тоном:

— Сам, теперь, наверное, понимаешь, насколько неохотно архонты берутся за дела, кажущиеся для нас невероятно важными. Нам просто нечего им предложить взамен достаточно для них ценного. Политика, распри между родами в кланах и кланов между собой? Подгаживание межзвездных государств друг другу? Возня в песочнице! Или там поиск пропавших в необъятном космосе деток — представляешь, сколько людей теряются в гипере ежегодно?

— За нами выслали архонта⁈ — по-настоящему удивился я.

— К счастью, один из тех, что когда-то носил фамилию семьи Кайлунь, все еще прислушивается ко мне, — кротко улыбнулся глава клана. — Да и запрос Академии — для архонтов не пустой звук. Вкупе мои слова и запрос убедили архимагистра Ли взяться за это дело. Кто ж знал, что вы сможете освободиться раньше. Да еще и настолько блистательно!

Надо ж! Оказывается, тут такую движуху развели с нашим исчезновением — мама не горюй! А я-то думал, что все только от нас самих зависит. И хорошо, а то еще неизвестно, чем бы все кончилось.

— Получается, архимагистр не только планету может найти в космосе, но и вообще что угодно? — глуповато спросил я, все еще отходя от откровений «дедушки Дзэншеня».

— Только живое или недавно умершее, чей след в Потоке еще не стерся, — педантично поправил меня магистр. — И этот процесс не быстрый. Чем-то похож на движение собаки по оставленному следу. Причем след проходит по курумнику, где после прохождения цели произошел камнепад и запах размазало по всему склону!

Я только зябко повел плечами. К каменным осыпям у меня отдельные счеты.

— Теперь, после нашего разговора, ты, Ори, понимаешь, почему мне надо доподлинно узнать все подробности конвейера по возвышению Зверей Потока через жертвоприношения? — поинтересовался Дзэншень. — Мы, кстати, дошли. Этот грот — лучшее место для общения на самые серьезные темы, по моему мнению.

— Расскажу все максимально подробно, — серьезно пообещал я.

— Боюсь, речь — слишком ненадежный способ передачи информации в таком деле, как наше. — Нужно использовать мост между разумами. Вижу, тебе знаком этот прием?

— Знаком, — не стал спорить я. Быстро все обдумав, я решил, что ничем сильно не рискую. Со скопированной у Келя защитой разума я мог отправлять и принимать только те пакеты информации, какие посчитаю нужным. — Готов начать равнозначное подключение.

— Должен признать, в этом шаманском искусстве я до сих пор слаб, — со вздохом остановил меня глава клана Ли. — Давай подождем мастера Фэй Цзена, он занимает пост негласного главного шамана в нашем клане. Опять же не даст мне увидеть какие-то секретные шаманские штучки, если найдет их в переданных тобою воспоминаниях. Ты пей пока чай, он как раз готов.

Я успел выпить чашку и вовсю крутил головой, разглядывая затейливое убранство грота, когда с нами случилось это. Потому что я сразу понял: упомянутый Ли Цзен из Фэй не приходит, а случается с кем-то!

— Братец Дзэншень! — громадная фигура ворвалась в грот, и я почувствовал, как дрогнул пол. Голос был под стать — воистину громовой! — Звал? И что за малявку ты с собой привел?

Представьте себе огра из китайского эпоса. Вот на кого был полож вторженец. Грива волос, борода, халат со штанами на голое тело, еще и босой! Разве что рогов нет.

— Позволь представить тебе нового главу рода Кунг, Ли Коррена, — с видимым удовольствием рассказал про меня мастер Кайлунь. — Коррен, это Ли Цзен из рода Фэй, тот самый шаман, про которого я говорил.

— Очень прият… — договорить я не смог, потому что громила натурально выдернул меня со стула за шкирку, да еще и пальцем в живот ткнул. Не сильно, вроде того, как маленькие девочки с пупсами играют. Понятно, что я в ответ мгновенно покрылся пленкой «железной рубашки».

— Забавный чужачок… Или не совсем чужачок? — он поднес меня к лицу и шумно втянул воздух. — Древний обряд побратимства, вот оно что.

Все это время я висел у него в руке, не дергаясь: настолько охренел от происходящего. Ну и кроме того, я почему-то не чувствовал угрозы для себя — иначе б уже попытался рефлекторно защититься. Я — да. А вот Фира, до сих пор крутившаяся где-то поблизости в горах, имела другое мнение.

Я почувствовал, что дымчатая леопардиха нацелилась на горло Фэя, причем без всяких шуток и успел передать ей, чтобы не атаковала первой. Потому Фира чуть сместила рывок и запрыгнула на руку человеку-горе, оскалившись и заревев ему прямо в лицо. После такого любой разожмет руку, чем я и воспользовался, отпрыгивая назад и подзывая фамильяра. Для надежности я сграбастал леопардиху и прижал к себе.

— Надо ж, грозная какая! — восхитился Цзен. Потом вгляделся повнимательнее, и взгляд его посуровел. — Пацан, а пацан? Где взял такую опасную кису? Не боишься, что она тебе однажды самого покусает?

— Где взял, там… — я запнулся. — Там еще есть. К сожалению.

— Давай-ка паря с этого места поподробнее, — Фэй сгреб меня вместе с фамильяром стулом и посадил за стол, вновь поразив своей физической силой. После чего сам уселся напротив — прямо на пол. Таким образом наши головы оказались на одной высоте. Все-таки до чего ж он огромный!

— Твой побратим Джар Ян вполне способен вырасти в такого же громилу, — хихикнул Дзэншень. — Тем более ты его сделал шаманом тоже.

— Сделал? Тоже? — гигант повернул голову в мою сторону, потом в сторону мастера Кайлуня.

— Это не я сделал, это Кель заставил слабых Зверей заключить с Джаром, Шаей и Цзаном фамильярную связь, — поправил я.

— Но Келя-то ты заставил, — хмыкнул глава клана.

— Сделка, — я мотнул головой. — То была сделка.

— Так, стоп! — хлопнул по полу Фэй Цзен. Хлопнул, к счастью по полу и вполсилы — и так чашки на столе подпрыгнули. Фира, вывернувшаяся у меня из рук и сидевшая теперь у стены опять вздыбила шерсть! — Давайте-ка по-порядку! Или нет. Слыш, пацан, ты мост между разумами строить умеешь?

— Он умеет, — заверил за меня магистр. И широко улыбнулся Цзену.

— Так это опять твои… твои!

— Интриги? — сделал большие глаза Дзэншень. — Как ты мог так подумать? Ведь ты же сам предложил, не так ли? Все как договаривались: ты шаман, ты сам решаешь, когда нужно поработать с чье-то памятью.

— Зараза ты, — чуть обиженно отозвался гигант. — Извини, как там тебя, пацан…

— Ори, — подсказал я.

— Извини, Ори из рода Кунг, но ситуация очень серьезная. Мне нужно узнать про твою Фиру, откуда она взялась, как к тебе попала…

— Как Ори в числе компашки из пяти несовершеннолетних шаманов разгромил культы человеческих жертвоприношений Зверям Потока на одной удаленной планете, — подсказал магистр.

— Даже так, — только теперь Фей Цзен окончательно посерьезнел. — Будем смотреть вместе. Уважаемый Кунг Ори, начинаем смыкать мост.

Иметь дело с профи — одно удовольствие. Получилось еще проще, чем с Келем. И я увидел совсем другую структуру защиты разума, чем та, что у меня стояла. Так, это нам надо.

— Эй! Малолетнее ворье! — возмутился старший шаман. — Ты как это делаешь⁈ Я столько лет… нет, ты только посмотри на него, братец Дзэншень! Да что ты будешь делать, оно у него заработало!

— Наш юный друг тебе еще и не тем может удивить, — улыбнулся глава клана Ли. — Но предлагаю все же начать.

И мы начали. Пришлось начать с того момента, когда я очнулся в капсуле — чтобы вообще стало понятно, как мы оказались в джунглях. На появлении «зомби» Фэй Цзен закряхтел, просматривая момент первого боя в деревне — стал качать головой. На появление Келя отреагировал, цикнув. Ну и так далее. Дзэншень Кайлунь, которого старший шаман подключил по фамильярной схеме — только все сильнее хмурился. Однако как они друг другу доверяют — это двое Ли! Не зря шаман главе клана говорил «братец». Вот так позволить подключится без защиты вообще — дорогого стоит!

Я продолжал раскручивать ленту воспоминаний. На том месте, где Бульк чуть не вайпнул всю нашу группу — магистр отчетливо скрипнул зубами. Впрочем, его почти сразу же затошнило, когда дошло до лечения отравленного Джара Яна.

— Никогда не понимал работу ведьм с энергией Потока, а теперь вижу — но понимать все равно не хочу! Как тебе это вообще удается, Ори⁈

— Природа сама подсказывает, как поступать, — пожал плечами я. — Ведьмы хорошо работают с живыми растениями, корни растений умеют вытягивать вещества из субстрата, быстро и эффективно. Решение на поверхности лежало.

— Нет, я про другое спросил, — уточнил Дзэншень. — Как у тебя не возникает диссонанса между подходами разных Путей?

— Я никакого диссонанса не чувствую, — признался я. — Разные подходы — это что-то вроде режимов работы поварской плиты. Жарка там, варка, томление.

Решив, что слов не достаточно, я попытался собрать мысленный образ, как Пути дополняют друг друга. Но, видимо, секрет какой-то все же был.

— Чем больше пытаюсь разобраться, тем больше болит голова, — пожаловался Фэй Цзен.

— Интересный вопрос, но вернемся к более насущной проблеме, — согласился Кайлунь Дзэншень.

И я начал показывать дальше. Марш-бросок к перевалу. Гадские фермеры и как мы их подставили. Еще один договор с Келем. Бойня на пляже и бой против Мясника с его Кроком. Уничтожение и захват штурмовиков. Активация плазменных пушек обороны космопорта, Штурм «Стекляшки», бой против робота-убийцы. Абордаж крейсера-носителя. Братание. Перевод Фортуны под юрисдикцию клана Ли.

На этом месте Фэй не удержался и захлопал ладонями по полу, устроив небольшое землятресение.

— Слышь, братец, ну каковы, а? Как будто у тебя в семье родились!

— Вот спасибо-то за комплимент, братец, — скрипуче открестился глава клана. — Вы, ребята, и правда молодцы. Спаслись сами, спасли рабов, не бросили и саму планету, исключив появления на ней нового пиратского гнезда. И за фактическое уничтожение культов — спасибо даже не от клана Ли, а от всех человеческих миров! Вот только…

Мужчина вздохнули потер лоб.

— Этим самым вы сами себя вывели в высшую политическую лигу. Решив судьбу планеты и создав независимое государство, пусть даже на несколько часов — вы перестали быть фигурами. Теперь вы игроки. Точнее, все будут воспринимать вас именно игроками, а вам придется очень быстро научиться ими быть. Особенно выделился ты, Ори. Пока об этом мало кто знает, но информация разойдется, и никуда не денешься. На Ли Цзя, пока я глава клана — вы в почти полной безопасности. Но даже на безопасной Элитеи тебе придется держать ухо востро. Не истерично шарахаться каждой тени, а вот так. Цзен, передай ему.

Это было не воспоминание, а квинтэссенция настроев и ощущений. Этакая постоянная совершенно спокойная готовность взорваться сериями приемов и физических ударов. Все это связывала стопроцентная уверенность в себе. Типа «уж если я не справлюсь — что говорить про других». И никаких бытовых переживаний. Тот самый пресловутый «внутренний покой».

Я не поленился встать и низко поклонился.

— Дар, которому нет цены, — честно сказал я. — Обязательно освою его в полной мере. Как можно скорее.

Человек-гора посмотрел на меня, на Дзэньшения, опять на меня.

— Что, ты правда, понял? — немного обиженно произнес гигант. — А у меня только голова опять разболе… Что?

— Ведьмовское лечение, — встав, я оказался рядом с Фэем, чем и воспользовался. — Мигрени я могу буквально рукой снимать. Это не кости и сосуды собирать на ощупь через «железную рубашку».

Мужиков синхронно передернуло. Впрочем я теперь знал, что глава клана испытывает эмоции как бы только верхним слоем психики. А ниже лежит фундамент из Внутреннего Покоя.

— Теперь я уверен, что ты до конца избавишь Фиру от застарелых проблем развития, — решил старший шаман. — Ну не шипи на меня, шипучечка! Я хороший! Кстати, только сейчас в голову пришло: как оказалось, что и ты, и девица Ильтазар оказались на Фортуне без фамильяров.

— Так нас же заставили их оставить при храме, — я подумал, и решил, что скрывать нечего. Не знать реалии Академии Ли как Большой клан не могли. — Стуний, красный филин, глава общины Зверей Потока в Академии, обеспечивает подобные меры по указанию ректора, не раскрывая личности шаманов.

Мастер и магистр переглянулись.

— Спорная… практика, — скривился Фэй Цзен.

— Что ж, вот все и определилось, — кивнул сам себе дедушка Дзэншень. — Придется тебе, Ори, как главе семьи Кунг слетать на Элитею. Уведомить уважаемого Дэниела Ли, что твоя группа целиком вошла в род под руку клана. И вернется к занятиям только после восстановления, в следующем семестре. Заодно заберешь фамильяров и попробуй уговорить твою приемную мать и сестру переехать сюда, на Ли Цзя. Так будет лучше и безопаснее для всех. Тот же Коготь, которого вы буквально втоптали в грязь, будет гореть желанием мести. Клановцы ему не по зубам, а вот обычную женщину и девочку может и достать.

Назвать маму Кони «обычной» у меня бы язык не повернулся, но тут я скромно промолчал. Все ж под крылом клана и правда безопасней.

— А пока разбираем мост между разумами. Ори, ты возвращайся домой и отдыхай, — наконец-то отпустил меня Кайлунь Дзэншень. По поездке я все подготовлю и наставников вам лично назначу.

— Меня уже, считай, назначил! — прогудел Фэй Цзен. — И пойдем-ка, малой, я тебе кое-что покажу.

Мы вышли из грота, и я, повинуясь указующему кивку, окинул взглядом небо и горизонт. И ничего сначала не увидел… пока не понял, что половину обзора занимает гигантский парящий восточный дракон! С усами, короткими лапками, пышной гривой и длинной мордой. От Зверя Потока так и несло эманациями могущества.

— Красавец, правда? — горделиво подбоченился гигант. — Мой!

Фира в этот момент предпочла сжаться за моими ногами.

— Привози своего, тоже похвастаешься, — хлопнул меня по плечу громила, едва не уронив.

— Своих. Их у меня четыре, — не сдержав улыбку, ответил я.

— Тем более! Жду не дождусь, коллега!

Глава 26

Игрок

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Элитея, столица Ста Миров

— Так и быть уж, прикрою твоих котят от чувств магистра, — глядя в экран внешнего обзора, неторопливо прогудел Фэй Цзен. Я почувствовал, как витальная энергия Потока задрожала вокруг мелкой, едва ощутимой рябью. — Возьмешь первый дан, маленький Кунг, и я тебе тоже научу. Должна же у тебя быть мотивация!

Я несколько через силу улыбнулся: человек-гора оказался прирожденным наставником для шаманской молодёжи. Несколько слов — и мой мандраж поутих. Да, освоить «внутренний покой» с наскока не получилось. Вернее, я смог его поддерживать сразу, но только когда ничего не мешало. Так себе достижение. Особенно хорошо это чувствовалось сейчас, когда оставаться спокойным мешало буквально все! Да, я вернулся на Элитею. Всего на несколько часов — но вернулся

Как только опоры корабля коснулись плит космодрома, я послал Зов в сторону Храма. Сильный, нетерпеливый, вобравший в себя всю ту тоску и жажду встречи, которую я испытывал уже много месяцев. И ответ пришел даже быстрее, чем я рассчитывал. Ровно в тот момент, когда аппарель стала опускаться.

Не я один скучал.

Фамильяры возникли рядом. Только что я стоял у выхода из корабля, придерживая ошалевшую от силы Зова Фиру, и вот вокруг меня уже целая толпа. Ная, Ра, Кер, Ло — не издав не единого звука, врезались в меня бестелесными цветными сполохами. И тут же, словно были не Зверями Потока, а самые обычными, живыми котами — тёплыми, пушистыми, родными — буквально утопили меня в море нежности, обожания, и радости встречи.

Никакие слова не были способны передать того абсолютного, всепоглощающего чувства единения и целостности. Будто долгие годы ты жил, лишенный конечностей, органов обоняния и осязания. И вдруг вновь обрел их.

Слова были не нужны. И мы ими не пользовались. Обмениваясь информацией на совершенно ином уровне. Просто вместе проживая то время, что провели в разлуке. Я зарылся носом в живую, мягкую шерстку Зверей и на некоторое время полностью выпал из реальности. До тех пор, пока Фэй Цзен, прекрасно видевший, чем именно я занимался, не нарушил идиллию деликатным (для масштабов человека-горы) покашливанием.

— Идут.

Возвращаться в реальность, выныривая из теплых волн абсолютного счастья, не хотелось. А вот чего хотелось — это послать куда подальше все кланы, пиратов, работорговцев, безопасников и большую политику, частью которой я внезапно стал — куда-нибудь подальше. За горизонт событий, например. И продолжить безмолвное общение с вновь обретенной семьей.

— Дела-дела! — понимающе хмыкнул Ра, по-змеиному закручиваясь всем телом вокруг ноги. — У Ори как обычно целая куча дел!

— Мы подождем, — заверил Кер, изображавший синее манто у меня на плечах. — Столько ждали, что там еще какой-то час? Теперь-то мы вместе.

— И больше никуда тебя одного не отпустим, так и знай! — безостановочно носившаяся от избытка чувств Ло, на миг замерла, вглядываясь в смотрящего на нее Шамана клана. — Слушай, а чего этот дядька на меня так смотрит? Скажи ему, что это неприлично!

— Давайте пока займемся Фирой, — как обычно, Ная выступила в этом квартете голосом разума. — Малышку трясет от всего происходящего. Эй, сестренка! Не надо боятся! Тут все свои…

Я и сам прекрасно чувствовал, как возбуждена леопардиха. Пытаясь одновременно прижиматься ко мне, и оказаться подальше от внезапно обретенной и очень уж деятельной родни.

— А чужих мы порвем, как газету! — не преминул вставить Красный.

— Ей нужен мир и семья, — укоризненно буркнул Синий. — Рвать Фиолетовая и сама прекрасно умеет, не чувствуешь разве.

О, вот уже и погоняло приклеили новенькой!

— Точно не нужно вмешиваться? — рокотнул за плечом (на самом деле откуда-то сверху) Фэй Цзен.

Способность легко и естественно вести общение сразу на нескольких планах вернулась вместе с фамильярами, так что ответил я ни на секунду не замешкавшись.

— Точно, — отозвался, не оборачиваясь, и продолжая вливать в бедняжку Фиру чувство уверенности. — Глава клана сказал, что нас теперь будут воспринимать, как игроков. Значит, нужно показать, что мы ими и являемся. Не прячемся, не боимся, способны договариваться и вот это вот все.

Под конец я выразительно помахал рукой, показывая свое отношение к «этому всему». То есть — политике, интригам, скандалам и расследованиям. Прекрасно жил без них раньше, и дальше бы с удовольствием продолжил. Но обстоятельства сложились так, как сложились. И бегать от ответственности я точно не собирался.

Шаман одобрительно буркнул. Он тоже все эти «игры с ненулевой суммой» на дух не переносил. Но раз «братец Дзэншень» сказал, что нового главу семьи Кунг должен сопровождать самый главный по Зверям Потока человек в клане Ли, то особо не спорил.

Ладно, на самом деле спорил, приводил тысячи аргументов в пользу того, что лететь должен кто-то другой. Но, как мне показалось, не всерьез. Будто бы у них с Магистром Ли была такая игра — кто у кого больше мозгов выклюет. Почтенные пожилые люди со своими развлечениями.

А логика в подобном назначении была самая прямая: главный шаман до кучи еще и оказался учителем солнечников. Так что юридически сейчас он в отсутствии мамы Кони являлся моим опекуном.

Транспортник клана привез на Элитею только нас двоих, не считая фамильяров. Огромный дракон Цзена ужался и обмотался вокруг тела шамана на манер того, как делает это Кель. Наш крылатый шланг продолжал то ли совершенствоваться, постигая культуру клана Ли, то ли просто не захотел лететь со мной (какое облегчение!). А вот фамильяр Фэя отказываться не стал. Видимо этим объяснялось отсутствие Стуния. Почуял.

Мы совершили посадку прямо на космодроме Академии. Решая, таким образом, сразу кучу вопросов. От «неожиданной» встречи с СБ Республики, которая моментально узнает, что пропавший полгода назад курсант элитного учебного заведения, за которым аж целого Архонта отправили, явился, и постарается организовать встречу на своих условиях. Заканчивая чисто бытовыми и логистическими — удобно.

Не без предупреждения, конечно. Декан Дэниэль Ли был официально уведомлен — представитель клана вручил ему написанное мной бумажное письмо. И не просто дал добро на визит, но даже лично явился на площадку встретить гостей. Не один. С ним, на что я очень рассчитывал, пришел и Борк Рауль. То есть, Бен Ферандо, конечно же.

Первая фраза, с которой Дэниэл Ли зашёл, когда покончили с формальностями, звучала так:

— Ты даже не представляешь, Ори, сколько у меня к тебе вопросов!

— Ну почему же, — хмыкнул я в ответ. — Представляю. Даже очень. Но, к сожалению, на все ответить не смогу.

— Вот так? — сделал вид, что удивился Дэниэл.

Все он, конечно, понимал. Старый лис не смог бы руководить самым крутым военным училищем в Республике, если бы был наивным. Да он по одному письму — на бумаге, Карл! — отлично понял, что происходит, и как ему дальше себя вести.

Но и не проверить мою реакцию не мог. Как говориться, а вдруг прокатило бы?

— Ага, — безмятежно подтвердил я. — Сами же понимаете, Магистр, я не могу разглашать конфиденциальные сведения или сведения, которые могут нанести вред интересам клана Ли. И только главе решать, когда они должны будут прозвучать. За ними вам придется обратиться к информационной службе главы клана.

Поток! Как я смог прожить без своей разноцветной банды столько времени? Реально же, будто в эмоциональной броне! Такое спокойствие и абсолютная уверенность!

Декан скривился, но кивнул. Фэй Цзен, который после единственной реплики: «Рад знакомству», больше не открывал рта, издал звук, похожий на смешок. Ну, если у кого-то достаточно развитое воображение, чтобы представить, как смеется каменная глыба, весом эдак в десять тонн. А Бен Ферандо, сохраняя на лице абсолютно нейтральное выражение, вдруг подмигнул.

Почти не заметно, быстрое движение века можно было принять за непроизвольное сокращение, нервный тик. Но я слишком давно знал своего первого наставника, чтобы прочесть в этой реакции гордость и одобрение.

— Тогда прошу за мной, — декан вытянул руку в сторону ожидающего нас транспорта. — Такие разговоры лучше вести в специально подготовленном месте.

Наше дальнейшее общение можно было описать одним словом — шахматы. Дэниэл Ли аккуратно прощупывал пределы возможностей, мою реакцию. Я делал тоже самое — только не так элегантно, стараясь перенять навыки у собеседника. Фэй Цзен сидел истуканом, верный своему слову не вмешиваться и отыгрывать зрителя (и гаранта от клана). Бен Ферандо подпирал дверной косяк с отсутствующим видом.

Только один раз за истекший час он проявил какую-то реакцию. Как раз когда я рассказывал о захвате авианесущего крейсера пиратов.

— Малыш, а можно я в этот раз не буду выступать твоим посредником в получении призовых, а? По крейсеру-носителю в год, парень! Да меня заподозрят в сговоре и подлоге!

Несмотря на этот шутливый тон, я видел, что мой первый наставник испытывает гордость за воспитанника. Типа, моя крошка стала совсем большой. И захватила второй авианосец. Будь он капельку чувствительнее, еще и бы и слезу с уголка глаза смахнул. Украдкой.

— Клан Ли занимается этим вопросом, уважаемый Мастер Ферандо, — обозначил наклон головы Шаман. — Вам нет необходимости беспокоится о таких мелочах.

— Добивай его, Ори! — азартно произнес Ра. — Скажи про планету!

Благодаря нашей связи, мне не пришлось тратить время на рассказ о своих приключениях фамильярам. Так что они уже во всех подробностях знали, что мы сделали перед отлетом с Четкой Фортуны.

А с планетой — это был самый важный момент беседы. Надо же было дать понять, почему Большой клан Ли вдруг принял в один из своих родов четверых несовершеннолетних солнечников. Без согласования с родителями, поперек имеющегося протокола поэтапной интеграции.

— … Уничтожив пиратов, мы были вынуждены поддержать создание временного правительства силами ранее угнетенных местных жителей, дабы не оставлять за собой беззаконие и хаос. По рекомендации Цзана Кунга Ли мы предложили временному правительству Четкой Фортуны передать планету под протекторат Большого клана Ли. Что они и сделали.

Для полноты картины я развернул на своем комме специально подготовленный кусочек видеозаписи, где сам произношу это предложение и все две с половиной тысячи «местных жителей» голосуют поднятием руки единогласно. А потом счастливо орут и обнимаются.

Теперь я получил огромное удовольствие, наблюдая за попытками декана и бывшего абордажника удержать стремящиеся к полу челюсти. Почти успешные попытки.

— После чего вся ВИО-группа пятого курса Академии приняла решение в полном составе присоединиться к клану Ли, — закончил я свой рассказ, в котором, разумеется, отсутствовали некоторые детали. Например, инкубатор для Зверей Потока. — И по настоянию главы клана, Магистра Ли Дзэншеня, просим вас, декан, оформить нам академический отпуск на остаток второго семестра пятого курса. Нам уже выделили наставников, чтобы ликвидировать вынужденное отставание по всем предметам к началу нового учебного года.

И двинул по столу папку с заявлениями от всех «апасных». После чего — Ли я теперь или нет! — еще и исполнил грациозный и полный собственного достоинства поклон сидя. Весь полет тренировался, между прочим.

— Кхм… — Дэниэл Ли кашлянул, выигрывая время на раздумья. Или делая вид, что ему нужно время. — Признаться, Ори, я бы не удивился, если бы после попытки похищения спящим агентом Доминионов, ты бы и вовсе положил рапорт с просьбой об отчислении.

— А че, так можно было? — вскинулся на плече Кер.

— Нельзя, — фыркнула Ная. — Это он для красного словца сказал. Слушай, к чему дальше подведет.

— Вина за это лежит, безусловно, на нас. На мне, — декан склонил голову. — Но мы уже провели работу над ошибками, и могу заверить, что подобного больше не повториться.

— Разумеется, никто не сомневается в серьезности ваших мер, Магистр. — после обмена взглядами слово взял Фэй Цзен. Который, как оказалось, мог не только грохотать, но и вполне себе в дипломатию. — Мы уверены, что вы приложите все силы, чтобы подобный… инцидент не повторился в будущем. Однако, четверо новых членов клана только знакомятся с нашими традициями, обычаями и правилами. Им нужно время, чтобы адаптироваться…

— В основном, чтобы закончить всю эту возню с Четкой Фортуной, которую им подкинул Ори, — хихикнул Ра.

— И насадить тут своих агентов, которые справятся с защитой детей лучше, чем облажавшаяся администрация, — поддакнул Кер.

— И решить, как презентовать сразу пятерых новых Шаманов клана, — не осталась в стороне и Ло.

— Все уже поняли, что вы очень умные, и умеете в анализ, — немного раздраженно махнула лапой Ная. — А теперь дайте дослушать!

— Конечно, я подпишу рапорты, — кивнул тем временем Дэниэл Ли, не откладывая дело в долгий ящик, и подтягивая к себе привезенные документы. — Академический отпуск на начавшийся второй семестр… Ах, да, Ори, — он поднял голову будто бы только что вспомнил об этом. — С тобой очень хотят поговорить господа из республиканской СБ. С вечера меня заваливают требованиями пропустить дознавателей на территорию Академии.

— Да он сейчас Коломбо косплеит! — возмутился Ра.

— Ага, только без плаща и сигары! — Кер.

— Вы им отказали? — посылая волну иронии Красному с Синим, отозвался я.

— У меня нет оснований препятствовать деятельности СБ, — с нечитаемым лицом дернул плечом этот интриган. — Но и помогать регламент меня не обязывает.

То есть, читай: «Если ты весь из себя человек Большого клана, разбирайся с этим самостоятельно».

Бен Ферандо вызвался проводить нас Фэй Цзенем к административному помещению на окраине территории Академии, куда декан пустил эсбэшников. Хитрый лис отлично разыграл свою партию — не отказал, но и не поддержал довольно могущественную службу. Оставив выбор — встречаться с ними или нет, на мое усмотрение. Оставаясь, таким образом, лояльным к обеим сторонам.

Я же решил не бегать от неприятной встречи и сразу расставить все точки над иностранными буквами. Понятно же, что безопасники не отстанут — слишком много они зевнули. Где-то наверху после нашего похищения наверняка головы летали по самым замысловатым траекториям. И вершились новые карьеры. А уж после возвращения пятерки школяров, про подробности которого известно было лишь клану Ли, они были готовы на все, лишь бы получить информацию. Ну, или на очень многое.

А тут такой шанс — с их точки зрения, конечно. Пацан, который и так у них на карандаше, появляется в альма матер. Сам Поток велел прижать его и выдавить подробности.

— Главное, не ведись на угрозы и обещания, — бывший наставник пристроился ко мне справа, и без оглядки на гороподобного Шамана давал советы. — На тебя у них ничего нет. Но они будут вести себя так, будто купили тебя с потрохами.

— Я знаю, — улыбнулся я в ответ. — Не в первый раз.

Волнения от предстоящего разговора я и так не испытывал, правда. После первой встречи с этой организацией я уже сильно изменился. И обрел под ногами не только землю, но и надежный тыл. Но было приятно видеть, как Бен Ферандо проявляет заботу. Как умеет — так-то он тот еще сухарь.

— Могут попытаться надавить через прошлую историю. С кражей сервера с оборонного предприятия.

— Клан Ли не даст своих детей в обиду, — счел необходимым гулко и степенно сообщить Фэй Цзен.

Бывший абордажник в ответ выдал одну из своих фирменных саркастических улыбок. Мол, клан — ну-ну! Знаем мы их заботу, о да! Надо полагать, опыт взаимоотношения с кланами у Бена Ферандо был не самым удачным. Но спорить с Шаманом не стал. Остановился возле входа в здание, прощаясь протянул мне руку, как равному.

— Если что-то пойдет не так, как меня найти ты знаешь, Коррен.

Применительно к человеку, который сам себе в зеркало не улыбается, это было что-то вроде: «Я люблю тебя, сынок!» С поправкой на ветер.

— Что-то Раульчик расчувствовался, — вздохнул Кер.

— Стареет и становится сентиментальным, — ухмыльнулся во всю морду Ра. — Я уже начал по нему скучать.

— В комнате два человека. Один солнечник в ранге не выше Мастера, — тем временем доложилась Ло, вынырнув из стены. — На меня, по крайней мере, никак не отреагировал.

— Заходим, — кивнул я.

Но перед собой пропустил внутрь Фэй Цзеня. И не прогадал. Все-таки есть разница между тем, когда первым в помещение входит здоровенный человек-глыба, которому приходится чуть поворачиваться боком, чтобы не задеть дверные проемы, и мальчишка. По-другому разговор начинает строиться.

Все агенты спецслужб имеют неуловимое сходство друг с другом. Даже если один из них блондин-солнит, а второй корнит с костяными наростами на черепе. Смотришь на них и видишь печать службы. Холодные оценивающие взгляды. Полный контроль над эмоциями. Неживые улыбки — хуже только у продавцов недвижимости.

Но Шаман их, конечно, с настроя сбил. Крепко так. Довольно сложно игнорировать двухметрового гиганта. Особенно если он одет в черный костюм-тройку и белую сорочку. В комбезе он бы столь угрожающе не выглядел.

— Господа, — войдя вторым, я спокойно прошел мимо стола, за которым нас ожидали эсбэшники, и занял стул напротив. — Благодарю, что дождались. К сожалению, график пребывания на Элитее у нас очень плотный, поэтому на встречу я могу потратить не более тридцати минут. У вас, насколько я понимаю, есть вопросы по поводу моего похищения спящим агентом Доминионов?

На самом деле никаких других дел здесь у меня не было — только-то и хотел, что забрать фамильяров и встретится в новом статусе с деканом. Тесс с мамой Конни отбыли на Ли Цзя еще вчера, как только получили мое сообщение через курьера — не хотелось давать в руки СБ рычаги давления. Думаю, именно этот аргумент наилучшим образом сработал с ведьмой: мне передали, Констанция Талани даже спорить особо не стала.

Но мне важно было сразу донести до безопасников простую мысль — по их правилам я больше играть не буду. Тогда, после первого пиратского авианосца, они не особо церемонились, решая свои задачи. Теперь мне нужно решать свои. В первую очередь — заботится о тех, кто мне по настоящему дорог.

Сотрудничать, взаимодействовать, может быть даже помогать СБ — это всегда пожалуйста. Я же не социопат какой-то, понимаю, что спецслужбы делают важную работу. Как бы это иногда не выглядело со стороны. Но говорить с ними я буду только на своих условиях.

К сожалению, сразу они этого не поняли — сложно их в этом винить. Встречают по одежке, а всерьез воспринимать девятилетку мало у кого получается. Тем более — ребенка, которого видишь впервые в жизни. Пусть бы и изучил его досье перед встречей.

— Ты нам условия ставишь, пацан? — корнит-безопасник тоже был не маленького роста. И, видимо, чтобы надавить, даже слегка привстал со стула.

— Боюсь вы не совсем хорошо понимаете свою ситуацию, Коррен Талани, — солнит с цепким взглядом в паре явно играл «хорошего полицейского». Голос у него был низким, интонации мягкими и профессионально дружелюбными. — В деле замешана спящая разведывательная ячейка другого государства и вы не в том положении…

— Коррен Талани Кунг Ли, — перебил я его. И открыто улыбнулся.

— Прошу прощения? — сбился агент.

— Если используете полное имя, то потрудитесь произносить его правильно. Не пацан — Корен Талани, глава семьи Кунг из Большого клана Ли. И мы не будем обсуждать положение, в котором я что-то могу или не могу. Я с большим уважением отношусь к службе безопасности Республики, но у меня, повторюсь, плотный график. Я действительно не могу уделить вам более получаса. Три минуты из которого уже прошли. Вопросы по существу, прошу. Я готов оказать полное содействие.

Я расстегнул ремешок коммуникатора и положил его на стол. Несколькими пассами вывел таймер обратного отсчета — и нарочито-добродушно улыбнулся. Блин, давно хотел так сделать!

— Не заигрывайся, Ори, — мягко напомнила Ная.

О том же мне сказал и взгляд Фэй Цзеня. Внешне гигант не проявлял к начавшемуся разговору никакого интереса, словно бы присутствуя здесь в качестве мебели. Он даже представился эсбэшникам просто, как «мастер-учитель с правом опеки». Без указания клана. Но когда я назвался полным именем, встал и тоже обозначился. После чего и сам катнул ответный шар, в котором крылась мягкая угроза.

— Мой воспитанник перенес серьезный стресс во время похищения и пребывания на пиратской планете. Сейчас находится под наблюдением клановых психологов. Мы получили от них разрешение на беседу с вами и очень рассчитываем, что она не приведет к рецидиву.

— Ваши вопросы, господа, — почти без паузы произнес я.

Уложились мы ровно в срок. Нельзя сказать, что эсбэшники остались полностью довольными, но формально придраться им было не к чему. Я рассказал абсолютно все, что имело отношения к их работе, оставив за кадром то, что их не касалось — все это мы заранее обсудили еще с главой клана Ли. А когда кто-то из них пытался углубится в тему, подключался Шаман, гудевший про «пережившего серьезные испытания мальчика» и высокий риск рецидива. Его послушать, так я постоянно находился на грани нервного срыва.

Впрочем, цели мы достигли, и спустя полчаса покинули место встречи. На выходе, правда, Красный не удержался и произнес так, будто безопасники могли его слышать.

— Когда Ори станет императором галактики, вы двое будете с гордостью рассказывать внукам, как однажды допрашивали его!

И через секунду получил мягкий подзатыльник от Наи.

— Не каркай, гениальный ты наш, — буркнула она. — Не дай Поток!

Я усмехнулся. И повел стаю к кораблю, который отвезет нас домой.

Эпилог

Год 1140 от начала Экспансии

Планета Терра, материнская планета клана Терра

Центральная зона республики Сто Миров

— Спарринги — важнейший инструмент для овладения наследством крови нашего клана. — учитель-грандмастер Ксен Гаяна Терра говорил это, неторопливо шагая по периметру тренировочного зала, не обращая внимание на отрабатывающих связку «молния-щит» учеников. Говорил не в первый раз и не второй, но ничуть не тяготился, вбивая в детские головы важные прописный истины. И голос его слышали все. — Наша сила — в могучих Проявлениях! Но нужно не только уметь их вызывать, не только попадать — но и понимать, насколько они опасны и разрушительны! Даже для того, кто это Проявление вызвал.

Учитель щеголял в каплевидных темных очках, надежно закрывающих глаза. Ученики могли похвастаться кроме таких же очков еще и открытыми шлемами, и комбинезонами, способными без вреда для носящего выдержать удар молнии, погружение в холодную плазму (очень холодную, ага! Не больше двух тысяч градусов!) и защитить от удара ураганной силы порыва воздуха. Вернее, от его последствий в виде вбивания ученика в защитные экраны вдоль стен.

Лица оставались открытыми — по нескольким причинам. Во-первых, в шлемах находилась автоматика, в нужный момент выдвигающая защитное забрало. Во-вторых, закрытые шлемы дезориентировали учащихся. В-третьих, открытое лицо создавало ощущение уязвимости и заставляло одаренного ребенка клана Терра буквально кожей чувствовать опасность тренировки.

Короче, все было продумано до мелочей и оттестировано на доброй сотне наборов девяти- и десятилеток. Иногда случались несчастные случаи — дети же! — но никто серьезно ни разу не покалечился. Обычно же все неурядицы заканчивалось легким испугом. Вот и сейчас, разбившись на пары, усталые ученики отрабатывали упражнение «удар-парирование». То есть сначала сами били молнией в спарринг-партнера, а потом закрывались от ответной плоским щитом.

Родители, опекуны, личный наставник или доверенная обслуга рода могли наблюдать за тренировкой вживую, стоя у экрана во всю стену в зале ожидания. Так даже лучше было, чем глядеть, например, в окно: молнии и плазма не ослепляли.

— Наш малыш хорошо держится, — прошептала мужу Лира Канара Терра.

Родители Коррена Канара Терра единственные пришли за отпрыском вдвоем. Еще и заранее: они уже минут двадцать наблюдали за происходящим, тихо переговариваясь.

— Есть еще неуверенность в движениях, — опустил голову Маллен Идальго Макира, муж Лиры. — И щит выставляет с микрозадержкой.

— Я думаю, еще несколько тренировок с Учителем Ксеном, — и Ори сравняется с остальными, — горячо прошептала мать ребенка. — У меня у самой такие проблемы были, и Учитель тогда справился. Ты лучше всех знаешь, как я могу! Наставник Гаяна уже какое поколение на самые лучшие показатели вытягивает!

Маллен не ответил. Лира, сама того не замечая, все чаще замечала в сыне сходство с собой, но ни разу не сказала чего-то подобного про супруга. Да и он сам старался не поднимать эту тему. После вымученного унизительного официального признания Коррена полноценным Терра, отец из Макира стал еще более неудобной величиной для Большого клана. Но договоренности уже были заключены на самом высоком уровне — и его терпели. И он сам терпел. Ради сына, и ради Лиры.

— Минута осталась до конца занятия, — чтобы совсем уж не молчать, сказал мужчина. — Сейчас грандмастер даст отбой.

— Я сказала Ори, чтобы шел сразу к нам, не заходя в раздевалку, — несколько более напряженно, чем ей хотелось, отозвалась Лира. — Надеюсь в этот раз обойдется без внезапно возникших синяков. «Случайно ударился о неловко выставленный локоть»! Если бы не Брен с этим его «не создавай проблем семье», я бы…

В этот момент Ксен Гаяна Терра, глянув на экран универсального спортивного таймера, начал поднимать руку, обозначая готовность отдать команду к окончанию тренировки. И тут оппонент Ори вскинул обе руки, послал не одну, а две молнии. Еще и «ступенькой», то есть вторую с небольшой задержкой — потребовалось время, чтобы сменить рисунок энергии Потока с защиты на атаку. Ну типа отбой же прямо сейчас, барьер ставить уже не придется.

Вымотанный Коррен не заметил усиления атаки, и его щит схлопнулся раньше, чем погасло второе проявление от противника. Дуговой разряд толщиной в руку впился сыну Лиры и Маллена в грудь, заставив сработать защиту комбеза.

— Нет! — крикнула мать, но делать что-то было уже поздно.

Рефлекторно отшанувшийся от пропущенного удара — еще и потому что забрало резко закрыло лицо, — мальчик сделал два шага назад. И попал на траекторию обмена ударами другой пары. А те, видимо растерявшись, одновременно долбанули по Коррену. Выдав самые сильные разряды, что могли. Комбез и это выдержал, но уже не так идеально, как поглотил первый удар.

— Всем на пол и не двигаться! — Ксен метнулся к начавшему падение Ори, но родители мальчика этого уже не видели. Они как раз выломали двери в зал и ворвались туда. Толку-то, все уже закончилось.

* * *

— «Случайность! Просто случайность!» — Лира нервно мерила шагами гостиную в их родовом небоскребе. — «Вы же понимаете, дети слишком малы, чтобы сговорится!» Потому ясно как день, что эту бесчестную атаку организовали вполне себе взрослые!!! Я пальцам ткну — не ошибусь! Роды-то мелких ублюдков известны! И кому эти пешки готовы задницы лизать — тоже!

— Внутренние враги и добиваются громкого скандала, чтобы заказчикам инцидента оспорить возврат наших активов, — негромко, но с нажимом сказал Брен Канара Терра. — Провоцируют. Хотят раздуть конфликт и подать апелляцию. Вестись ни в коему случае нельзя, сестра.

— И что тогда делать⁈ — в голосе женщины появились истеричные нотки. — Нет ни одной клановой активности для детей, на которую я могла бы привезти сына без получения ущерба!

— Со мной точно так же было… а, ну ты не помнишь, конечно, — усмехнулся вроде как по-доброму Брен. — Тебе-то не было равных в драках… А вот отдувался и терпел за все твои успехи я. Слабость среди старших семей родов — самый страшный грех. Но я, как видишь, перетерпел и вырос.

Про то, что детская и подростковая ненависть никуда не делась, Брен умолчал. Эта самая ненависть чуть не спалила Брену зад, когда сестренка со своим муженьком на ровном месте чуть не разорили род Канара. Пришлось мутить схему с подменой наследника — слава Потоку, это удалось! Бастард, его собственный сын, после обработки в поселении ведьм считавший себя сыном сестры, вполне себе успешно демонстрировал наследие Терра — сверхсильные Проявления на уровне ученика-солнечника. Вот только… немного хуже других клановых детей.

И не потому, что Брен сам являлся посредственным бойцом. Просто мальчика начали серьезно учить с опозданием в два года. Плюс ведьмовская работа с памятью, как подозревал отец подменыша, тоже сказалась.

— То есть ты предлагаешь ничего не делать? — опасно сощурила глаза Лира.

— Мы можем перейти на полностью персональное обучение, отдельно приглашая наставников из других родов, — меланхолично пожал плечами её брат. — Тогда потери будут исключительно репутационными. Но в будущем Ори как наследнику они выйдут боком.

Что абсолютно устраивало Брена, так как по его задумке лже-Ори должен был отречься в пользу законного сына дяди. Сын еще не родился, да и жену Брен себе не выбрал. Но уже активно над этим работал.

Дверь в гостиную распахнулась, пропуская Маллена.

— Все в порядке, капсула справилась с последствиями ожогов, — Идальго сразу успокоил жену. — Я оставил Ори спать дальше. Ему это сейчас очень нужно.

— Нужно, чтобы травля нашего сына прекратилась!!! — выпалила ему жена. Впрочем, тут же извинилась. — Прости, накипело. Долбанное бессилие что-то сделать… И ведь не получив ответки, эту уроды опять провернут что-то подобное. А то и похуже!

— Мне кажется, я нашел решение, — медленно проговорил Маллен. — Наша задача сохранить репутацию, но при этом вывести Коррена из токсичного окружения. Чтобы это не выглядело бегством. И новое место было бы более чем достойным кланера Терра из семьи Канара.

— И где такое место? — с недоверием и надеждой переспросила Лира.

— Академия Элитеи, — Макира вывел изображение и документ на большой проекционный экран в гостиной. — Учит не паркетных шаркунов, а настоящих боевых офицеров! Никто не посмеет сказать, что мы испугались за сына. Наоборот — устроили туда, где профессионалы помогут ему избавится от своей слабости.

— Кроме того, основная масса там обычные безродки, — идея Брену неожиданно понравилась. — Это здесь наш мальчик чуть отстает в спаррингах, там-то он будет на первых местах. Я за!

Все же брат Лиры не желал собственному бастарду своей судьбы. Не видел другого выхода, да — но раз он нашелся. Опять же, офицер вряд ли захочет принять управление финансами рода, отказ в пользу дяди и его сыно можно будет получить и не распутывая клубок в мозгах лже-Коррена.

— Мы сможем видеться с нашим сыном только раз в полгода, — скривилась Лира, читая условия обучения. — И никакого обмена медиа, только текстовые письма!

Маллен ничего не ответил. Понятно, что жена уже согласилась, просто хочет оставить последнее слово за собой.

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Есть настолько деликатные вопросы, что их нельзя полностью доверять даже собственной (читай — клановой) Службе Безопасности. Частично, конечно, пришлось запросить содействие — но остальное Ли Цзену из рода Фэй пришлось делать самому. После, конечно же, разговора с главой клана. В частности, лететь на планету Бруас, на самую окраину республики, где расположился одноименный сомнительный, но все же официально легальный фрипорт.

Грузовик Фэя не нес клановой символики, сам он, ступив на планету, занялся тем же, для чего сюда прилетают другие обеспеченные жители центральной зоны Ста Миров. То есть отправился на аукцион, где продавали контрабанду под видом содержимого трюмов судов-призов. Впрочем, реальное содержимое тоже продавали, как и сами суда. После человек-гора заявился на Арену и спустил немало местных кредитов на ставках. Впрочем, потом отыгрался и даже выиграл… И спустил все нажитое непосильным трудом в местном ресторане!

Ну да, такой фигуре надо много кушать. И запивать элитным алариконским ликером! Причем не каким-нибудь, а ограниченно выпускаемым сортом, что готовится с добавлением Локкийской травы! В общем, для постороннего наблюдателя, даже если бы тот и опознал представителя клана Ли — Шаман делал все то же самое, что и остальные гости. Ничего интересного, то есть.

Интересное началось чуть позже, когда в ресторан заглянул один из сотрудников Арены. Он сразу нашел гостя, подсел к нему — и через пару минут они вместе вышли. Тоже ничего такого, кстати, но хотя бы какое-то отличие от стандартной программы посещения местного центра развлечений.

— Вы написали мне, что хотите купить моего тренировочного робота, — эльфит в рубашке с бейджиком «менеджер Сито» и карго-штанах привел клиента к дверям с надписью «Тренировочная площадка № 38». — У меня на данный момент их два. Сейчас выведу на площадку.

— Этого, — безошибочно узнал старое шасси с неровно наваренной на груди заплатой и неподходящей головой от другой модели.

Сложно было не узнать, если кустарно восстановленная двуногая человекоподобная машина почти совпадала с тем образом, что запомнил Ори. Юный Шаман, ставший учеником Цзена, подумав, согласился принять помощь у кланового наставника с наведением справок про родителей. Ниточка к которым должна была остаться в бункере на необитаемой планете. Коррен не мог сказать, откуда он улетел, пробравшись на борт к работорговцам. Но мог сказать кое-кто другой. Ведь голова от робота-телохранителя «Glora-X» как раз во время того полета была подключена к компьютеру списанного «Ската»!

Человек-гора и человек-уши знатно поторговались — с заламыванием рук, криками «я ухожу» и прочими элементами базарной культуры. Исход, конечно, был предрешен: робот к взаимному удовлетворению перешел из рук в руки и успешно загружен в трюм корабля Ли Фэя. Сам Цзен еще потусил в ресторане, потом вышел из Арены на рынок, не отказал себе в удовольствии купить выпечку и пожилого корнита-пекаря. Заглянул и к старьевщику, торгующему разнообразной качественной экзотикой. И только после этого вернулся, наконец, к кораблю. А с роботом начал разбираться, только уйдя в прыжок.

— Глоракс, принимай код, — Цзен глубоко вздохнул и быстро, чтобы не сбиться на смех, проговорил: — «Розовый бегемотик в шарфе, фиолетовый слонёнок с зонтиком, зеленая форель с кружкой в плавниках и солнышко в тучках».

— Код принят, — странно помедлив, ответила машина. — Уровень доступа… повышен.

— Тебе привет от Ори, железяка! — ухмыльнулся шаман. — Он прям переживал как ты там, когда рассказывал мне, как тебя найти.

— Очень… лестно, — ответил искусственный разум. — А как он там?

— Закачаешься, когда узнаешь! — посулил Фэй. — Сам тебе расскажет, я как раз к нему полечу. Но сначала мне нужно найти систему, после посадки на которую Ори тебя отключил от полетного компьютера на «Скате». Есть информация?

— Произвожу поиск данных…

Планета Магара, периферия зоны влияния Ста Миров

Магара официально числилась в справочниках как окраинная планета Ста Миров. Что подтверждал сателлит на её орбите. На первый взгляд работающий, только почему-то без единой записи о прибытиях и отбытиях кораблей. Борт Фэй Цзена он тоже видел и не видел одновременно.

— Планета та самая, — сразу узнал шаман. — Готов поспорить, вот эта горная гряда — та самая, где располагается пещера. Ци Лоун, твой выход!

Фамильяр, которому предназначались эти слов, с трудом продрал глаза. Картинно зевнул, выдохнув крохотный язычок пламени. Размотался с торса человека-горы, едва не запутавшись сам в себе. И сквозь корпус корабля рванул к планете, прямо через обшивку. Одновременно увеличиваясь в размерах.

Спустя час великий дракон вернулся. Увидев то, что увидел его фамильяр, Фэй Цзен только покачал головой. Место, где был бункер Ори и его родителей, нашлось. В виде оплавленной изнутри дыры. Нестерпимый жар специального боеприпаса уничтожил все следы и все улики. Кто-то прямо перестраховался. Вот только кто?

— Братишка Дзэншень будет в восторге от загадки, — задавая обратный курс, пробормотал под нос человек-гора. — Определенно.

Content

Звездный поток. Партизан

Глава 1 Интерлюдия: Ра, Кер, Ная и Ло. Нерушимая связь!

Глава 2 Одержимые

Глава 3 Божественный Клыкарь

Глава 4 Чужой план

Глава 5 Цель

Глава 6 Интерлюдия: Божественный Кель. Самый жалкий Зверь Потока в галактике, о котором вы только слышали. Но все-таки — слышали!

Глава 7 Проще, чем кажется

Глава 8 Интерлюдия: Шая Ренфолд. Идеи становятся силой, когда они овладевают массами

Глава 9 Буль!

Глава 10 Интерлюдия: Академии Элитеи. Тайное становится явным

Глава 11 Вкус победы

Глава 12 Интерлюдия: Генри-младший, контрабандист. Специфика ведения совместных дел с космическими бандитами и убийцами

Глава 13 Экспроприация экспроприаторов

Глава 14 Ты знаешь, что такое безумие?

Глава 15 Интерлюдия. Кудрявый (ID не проходит ни в Ста Мирах, ни в Доминионах). Пожилой космический романтик, желающий обрести внутренний покой

Глава 16 Точка невозвращения

Глава 17 Резня!

Глава 18 Огонь восстания

Глава 19 Пожар революции!

Глава 20 Вива революсьон!

Глава 21 Добивающий удар

Глава 22 Как присвоить планету

Глава 23 Большой клан

Глава 24 Мастер

Глава 25 Глава рода

Глава 26 Игрок

Эпилог