Лиззи Тиффин

Плохие девчонки Древней Греции: Невероятные истории неистовых, страстных, хитрых и бескомпромиссных богинь

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436-ФЗ от 29.12.2010 г.)

Переводчик: Мария Кульнева

Редактор: Алиса Черникова

Главный редактор: Сергей Турко

Руководитель проекта: Анна Деркач

Арт-директор: Юрий Буга

Иллюстрация на обложке: Марина Бесфамильная

Корректоры: Елена Биткова, Мария Стимбирис

Верстка: Кирилл Свищёв

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Lizzy Tiffin 2024

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2025

* * *

Белле, моей плохой девчонке

Предисловие

Я говорю,

Что когда-нибудь,

Даже если мир уже не будет прежним,

Кто-нибудь нас вспомнит.

САПФО

Людям известно множество историй о мифических героях. Кто не слышал легенд о Геракле и прославивших его подвигах? Кому не знаком образ верховного божества греков, Зевса-громовержца? Но все ли знают о женщинах, сопровождавших (или чаще державшихся позади) этих героев-мужчин?

В патриархальном обществе жены, матери и дочери в сказаниях о приключениях и подвигах чаще всего играют второстепенные роли. Но на самом деле именно легендарные женщины – зачинщицы или кукловоды во многих хорошо известных историях. И хотя зачастую они не менее крутые и интересные, чем герои-мужчины, их часто упускают из виду.

«Плохие девчонки Древней Греции» – книга, которая позволит вам погрузиться в истории судеб этих неистовых, странных и чудесных женщин. Здесь вам встретятся и такие хорошо известные персонажи, как змееволосая горгона Медуза, и менее популярные, например Арахна, которая отважно отстаивала то, во что верила, даже если это значило пойти против могущественной богини.

Трагические истории о предательстве и мести переплетаются здесь со счастливыми концовками, истинной любовью и неутолимой страстью. Наши героини, как и мужчины в их жизни, – сложные и не всегда идеальные натуры, но они, как правило, вынуждены нести более суровые наказания за свои ошибки и опрометчивые поступки – просто потому, что они женщины.

Греческим мифам уже более двух тысяч лет, но появление новых интерпретаций и пересказов доказывает, что они до сих пор интересны людям. Однако античные легенды сегодня могут казаться немного пугающими. Не нужно воспринимать классическую историю как некий закрытый клуб, куда можно войти, только произнеся сложную фразу по-латыни. На самом деле это интересный, захватывающий и красочный мир, в который может попасть каждый – и получить массу удовольствия.

Надеемся, что эта книга сделает истории плохих девчонок более доступными и ясными. Глядя на этих женщин глазами современного человека, мы сможем лучше понять и оценить мифы, героинями которых они стали.

Эти истории передавались из поколения в поколение на протяжении тысяч лет, часто обогащаясь новыми подробностями, а порой и альтернативными концовками. Мы старались подбирать такие версии, которые лучше всего соотносятся друг с другом. А если честно – те, которые казались нам наиболее интересными. Все они настолько сочны, настолько насыщены пикантными подробностями и запутаны, что иногда из одной истории вырастало несколько, а затем они снова соединялись. Из-за этого в мифах не всегда можно проследить единую временную линию, и одна легенда может противоречить другой. Чтобы читать эту книгу, вам не нужно разбираться в мифологии: если вам интересно все необычное и захватывающее, вы справитесь.

Наши героини постоянно сталкивались с патриархальным злоупотреблением властью, в том числе сексуальным насилием, объективацией и прочими проявлениями сексизма во всех мыслимых формах. Но несмотря на все это и на опасности, которые грозили им только потому, что они были женщинами, они демонстрировали незаурядный ум, хитрость и силу и совершали такое, чего никто от них не ждал. В этих легендах прославляются сложность их натуры, выдающиеся способности и умение быть просто людьми.

Итак, послушайте истории и усвойте уроки из жизни этих плохих девчонок, и вы увидите, как еще до начала времен мы, женщины, порождали свой собственный хаос.

1

Строптивые жены

Счастливая жена – счастливая жизнь? Нет, если вы женаты на таких особах…

Гея

Гея – праматерь мира – была рождена из небытия. Ее имя означает «земля», и так ее и воспринимали.

В какой-то момент ей стало скучно жить одной, и она создала себе возлюбленного – Урана, воплощение неба. Божественная пара быстренько занялась производством потомства. Сначала были рождены боги второго поколения – титаны и титаниды: Океан, Кой, Крий, Гиперион, Иапет, Тейя, Рея, Фемида, Мнемосина, Феба, Тефида и Крон. Затем Гея породила Урей (горы) и Понта (море)[1], а также троих одноглазых циклопов и великанов-гекатонхейров с пятьюдесятью головами и ста руками каждый.

Гея была самим миром, но правил им Уран, положив начало времени мужчин, заявляющих свои права на Гею. Своих детей Уран ненавидел: он боялся, что рано или поздно они низвергнут его, поэтому поместил их обратно в утробу Геи (что выглядит не настолько сложной задачей, если помнить о том, что Гея – это весь мир). Тем не менее безумие партнера в конце концов надоело Гее. Она выковала серебряный серп[2], настолько острый, что он мог резать камень, как масло, если бы масло в тот момент уже изобрели. Взяв серп, Гея попросила своих детей, так и остававшихся в ее утробе, помочь ей свергнуть их отца. Однако Уран был довольно устрашающим, и они не слишком хотели вызывать его гнев. Согласился только один – Крон, самый младший из титанов, который спрятался и стал ждать, пока Уран в очередной раз придет к Гее. Когда это случилось, Крон выхватил серп и оскопил отца. Пока Уран (вероятно) бегал кругами, вопя от боли, Крон освободил своих братьев и сестер. Последними были циклопы и гекатонхейры-сторукие, но Крон, взглянув на них, подумал: нет, что-то мне не хочется бороться с ними за власть, и оставил их в Тартаре, темной подземной бездне.

Кровь из ран Урана упала на Гею, и она снова понесла. На этот раз она произвела на свет мойр (ответственных за нити человеческих судеб)[3], гигантов и многочисленных мелий (нимф).

Свергнув отца, Крон стал новым верховным богом. Но, к несчастью для всех, это яблочко упало недалеко от своей яблони – Крон унаследовал от Урана взрывной темперамент и паранойю. Опасаясь бунта, он заключил своих братьев-титанов в темницу, а собственных детей пожирал, чтобы они не попытались узурпировать власть. Эти сожранные дети были богами-олимпийцами (третье поколение греческих богов).

Жена Крона Рея обратилась за помощью к Гее, и они вместе разработали гениальный план по спасению детей Реи и Крона. Когда Крон потребовал у Реи отдать ему очередного новорожденного, она подсунула ему камень, спеленав его, как младенца. План сработал превосходно, и оставшийся непроглоченным ребенок (Зевс) вырос и освободил своих братьев и сестер, хитростью заставив Крона выпить рвотное средство. После этого началась титаномахия – война между титанами и олимпийцами. Она продолжалась десять лет и потрясла всю землю. И это не фигура речи – мощь сражений была такой, что в земле образовались пещеры и трещины, из которых появились новые второстепенные боги и богини – персонификации различных ветров, растений и т. п. Поскольку обе сражавшиеся стороны были бессмертными, война грозила стать бесконечной. Решение снова нашла мудрая Гея. Она посоветовала Зевсу освободить циклопов и сторуких из Тартара и заключить с ними союз. С такими чудовищными союзниками олимпийцы быстро одержали победу. Зевс стал третьим и окончательным верховным богом. Он разделил свое царство на три владения: сам он управлял землей и небом, его брат Посейдон – морями, а другой брат, Аид (Гадес), – подземным миром.

Хотя Гея и способствовала восхождению Зевса на трон, она не собиралась слепо повиноваться всем его решениям. Она часто спорила с ним и даже пошла против него в гигантомахии, войне между гигантами и олимпийцами. Гиганты (и Гея) проиграли, и в отместку Гея с Тартаром (который так же, как она сама, был одновременно богом и местом) зачали Тифона[4], огнедышащее существо, доставившее много неприятностей Зевсу.

Но к этому моменту Гея уже смирилась с властью Зевса и перестала усложнять ему жизнь. Спустя много лет она присутствовала на его свадьбе с Герой и преподнесла им дар, который впоследствии оказался причиной больших неприятностей…

Афродита

Афродита, пожалуй, одна из самых известных богинь. Она появилась на свет, когда капли крови из отрезанных гениталий Урана попали в море[5]. Афродита вышла из вод морских у берега острова Китира (Кифера)[6] уже взрослой женщиной, обнаженной и убийственно прекрасной.

Афродита была богиней любви, красоты, сексуальности и плодородия. Ненасытная и недоступная, она очаровывала и богов, и людей. Когда она появилась на Олимпе, у всех его обитателей потекли слюни, а в глазах запульсировали мультяшные сердечки. Это сильно обеспокоило Зевса, который понимал, к каким проблемам способно привести подобное вожделение. Чтобы притушить огонь страсти в своих товарищах, он незамедлительно провозгласил, что Афродита будет выдана замуж за Гефеста, бога огня и обработки металлов, божественного кузнеца[7].

Наверное, красота и правда в глазах смотрящего, но Афродите Гефест с его всклокоченными волосами, хромотой и сгорбленными от работы плечами категорически не понравился с самого начала[8]. Гефест же первое время был в восторге и одаривал Афродиту изысканными украшениями и другими безделушками. Но Афродита была возмущена этим союзом и постоянно ссорилась со своим супругом. Так что бедный Гефест достаточно быстро понял, что счастливым их брак не будет.

Их совместная жизнь была постоянным скандалом. Афродита то и дело заводила интрижки, в частности с богом войны Аресом. Ареса мало кто любил, но Афродита сочла его подходящим любовником и производителем. К счастью для них, у них была масса времени на любовные утехи, так как Гефест большую часть времени проводил в своей кузнице, создавая оружие, доспехи и прочие безделушки для богов.

Однако измена Афродиты раскрылась, когда бог Солнца Гелиос заметил их, совершая свой ежедневный путь по небу. Гелиос доложил обо всем Гефесту, и тот решил поймать любовников на месте преступления. Он сделал тончайшую бронзовую сеть[9] и растянул ее над ложем Афродиты, чтобы та упала, когда парочка окажется на месте. У него все получилось, и Афродита с Аресом были захвачены врасплох в крайне пикантном положении. Гефест позвал всех богов посмотреть на эту картину. Все тыкали в несчастных любовников пальцами и хохотали.

Несмотря на такое публичное унижение, Афродита не слишком расстроилась и родила от Гефеста восьмерых детей, в том числе Эрота (бога плотской любви). Помимо Ареса, она изменяла Гефесту с большинством олимпийских богов, так что он, вероятно, в конце концов понял, что ее никак не исправишь.

Счастливо предаваясь любви то с одним, то с другим, Афродита при этом не желала делить своих избранников ни с кем. Когда Эос, богиня утренней зари, переспала с Аресом, Афродита прокляла ее, наделив неудержимой страстью к смертным, а Аресу стерла память о ней.

В какой-то момент Афродита закрутила роман с богом виноделия Дионисом и забеременела от него. Гера, всегда завидовавшая красоте Афродиты, опоила ее зельем, чтобы ребенок родился уродом. В результате Афродита родила Приапа[10], который действительно получился не красавчиком, а кроме того, у него была постоянная эрекция, огромный живот и вываливающийся изо рта язык. Афродита в ужасе бросила ребенка на земле среди людей и вернулась на Олимп.

Партнерами Афродиты были не только боги, но и смертные, по крайней мере двое. Одним из них был троянец по имени Анхис, влюбиться в которого ее заставил Зевс. Раньше Афродита только смеялась над богами, которые связывались с жалкими смертными, но теперь ей пришлось испытать это на себе. Чтобы не напугать Анхиса, она предстала перед ним в образе смертной женщины. Однако она все равно оставалась настолько прекрасной, что Анхис не устоял, и они занялись любовью. После этого Афродита раскрыла свое инкогнито и пообещала родить ему сына, если он сохранит их связь в тайне. Но увы, Анхис не смог удержать язык за зубами и тут же проговорился. Зевс, хоть и затеял все это сам, все-таки оказался недоволен унижением Афродиты и поразил ее возлюбленного молнией, из-за чего тот ослеп и так и не смог увидеть своего сына Энея, который впоследствии стал великим героем.

Афродиту нельзя назвать идеальной матерью, однако она делала все, чтобы защитить своих детей. Во время Троянской войны она постоянно приглядывала за Энеем и однажды даже закрыла его собой от ударов врагов.

Ее второй смертный любовник, Адонис, более известен. Их роман начался нетипично – Афродита нашла новорожденного Адониса брошенным под мирровым деревом. Она отнесла его в подземный мир и отдала на воспитание супруге Аида, Персефоне. Стоит отметить, что большая часть подземного мира у греков была вовсе не темной адской бездной. Хотя там были определенные места, предназначенные для вечных мук (Тартар), также имелись елисейские поля (Элизиум) для выдающихся душ и луга асфоделей, куда отправлялись на отдых не столь прославленные, но все же достойные покойники. Добавьте к этому обиталище самих Аида и Персефоны, и вы поймете, что подземный мир мог быть вполне подходящим местом, чтобы растить ребенка. Когда Афродита спустя много лет вернулась, чтобы навестить Адониса, то обнаружила, что он превратился в прекрасного мужчину, и тут же в него влюбилась. Персефона, которая к этому моменту тоже была в него влюблена, не хотела делиться с Афродитой, так что в ситуацию пришлось вмешаться самому Зевсу. Он постановил, что Адонис должен разделить все свое время на три части: одну треть проводить с Афродитой на Олимпе, вторую – с Персефоной в подземном мире, а третью – использовать по собственному желанию. Но Адонис решил проводить и часть своего «свободного» времени с Афродитой, предпочитая ее Персефоне настолько, что буквально возненавидел подземный мир.

Говорят, что Афродита любила Адониса более нежно и страстно, чем кого-либо еще. Но после нескольких благословенных лет, проведенных с богиней, на юношу напал дикий вепрь, которого подослал ревнивый Арес. Когда Адонис умирал в объятиях безутешной Афродиты, там, куда падали ее слезы, выросли анемоны. Эти прекрасные цветы распускаются совсем ненадолго, символизируя короткую жизнь Адониса.

Хорошо известно, что Афродита была очень щедра к тем, кто ей нравился, но и наказывать неугодных могла с той же страстью. Например, она прокляла женщин острова Лемнос, которые, по ее мнению, недостаточно ей поклонялись. Она наделила их таким зловонным запахом, что их мужья больше не желали находиться с ними рядом и забавлялись с привозными фракийскими рабынями. Разозленные женщины Лемноса в отместку перебили всех мужчин острова (справедливо) и рабынь (несправедливо).

Гера

Гера – седьмая и последняя жена Зевса – была верховной богиней и заведовала делами брака, деторождения и семьи.

Пожалуй, более всего она известна своей крайней ревнивостью и мстительностью, однако она не всегда была такой. Поначалу Зевс не слишком понравился Гере, она даже отвергла его – весьма смелый поступок в отношении верховного божества. Она была прекрасно осведомлена о неразборчивости Зевса. Он неоднократно делал ей предложения на протяжении многих сотен лет, но безрезультатно. В конце концов он добился ее руки обманом. Гера любила животных, и когда Зевс явился к ней в образе несчастной кукушки, она пожалела птичку. Гера прижала ее к груди, но тут Зевс принял свой обычный облик и изнасиловал ее. После этого, чтобы избежать скандала, Гера все-таки согласилась выйти за него замуж. Однако каждый год она купалась в источнике Канатос, который, предположительно, восстанавливал девственность.

Свадьба Зевса и Геры была первым «официальным» брачным союзом в истории и большим событием. Торжество проходило в саду Гесперид, куда все боги пришли с богатыми дарами. Говорят, что праздник продолжался примерно три тысячи лет (представляете, какое потом у всех было похмелье?) и не принять приглашение было нельзя. Нимфа Хелона отвергла приглашение, и божественная пара превратила ее в черепаху.

Но когда празднества были окончены, Зевс вернулся к своему обычному образу жизни и сразу начал подыскивать себе новую пассию. Гера постоянно страдала от поведения мужа и шпионила за ним, короче говоря, она была совершенно несчастна в браке. Заметив, что остальные олимпийцы тоже не всегда одобряют поступки Зевса, она решила подбить их на бунт. Аполлон, Афина и Посейдон согласились поддержать ее.

Они опоили Зевса и крепко привязали его к ложу[11]. Однако как только Зевс был устранен с пути, остальные олимпийцы начали отчаянно спорить, кто же теперь будет править небесами. К несчастью для них, их спор подслушал один из сторуких великанов. Гекатонхейры чувствовали себя обязанными Зевсу за то, что он выпустил их из Тартара, поэтому они пробрались в его опочивальню и освободили верховного бога. Бунтовщики повалились на колени и стали умолять Зевса о пощаде, но самый страшный гнев он обрушил на Геру. Он подвесил ее к небу за запястья на золотых цепях[12] и оставил так, чтобы она всерьез задумалась о своем поведении.

На следующее утро Зевс согласился освободить Геру, если она поклянется, что больше не восстанет против него. Измученная Гера согласилась и после этого действительно не пыталась бороться с Зевсом, а обратила всю свою злость на его любовниц. Гера прославилась своей мстительностью: она обрушивала свой гнев на любую женщину, которая только осмеливалась взглянуть на ее супруга.

Сама она была Зевсу верной женой, но вообще-то у нее особо не было выбора – большинство богов и смертных предпочитали обходить Геру стороной, страшась гнева ее божественного супруга. Того, кто осмелился бы рискнуть, ждал весьма неприглядный конец.

Царь лапифов (племя, проживавшее в Фессалии) Иксион удостоился чести быть приглашенным Зевсом на Олимп, но как последний идиот стал заглядываться на Геру. Та, хоть и была несчастлива в браке, не поддалась соблазну. Но когда Зевс пронюхал о помыслах своего гостя, он создал образ Геры из облака и подсунул его Иксиону, чтобы убедиться в своих подозрениях. Глупый мужчина занялся любовью с облаком, и Зевс тут же накинулся на него и не просто прогнал с Олимпа, а навечно приковал к вращающемуся огненному колесу.

Сам Зевс ни капли не беспокоился о соблюдении каких-то там брачных правил. У него было много, много романов. Ну а Гера посвятила свою жизнь мести любовницам Зевса и их детям. Особенную ненависть она питала к сыну Зевса, герою Гераклу. Словно в насмешку над ней его имя означало «слава Геры». Когда его мать Алкмена мучилась в родах, Зевс предсказал, что ребенок, рожденный в этот день, станет великим царем. Гера, мягко говоря, была очень недовольна, потому что это был не ее ребенок. Заставив Зевса поклясться, что его пророчество сбудется, она спустилась на землю и задержала роды Алкмены, не дав Гераклу родиться в этот день и тем самым поставив под сомнение его судьбу.

Когда Геракл был еще младенцем, Зевс хитростью заставил Геру кормить его грудью. Но когда она поняла, кого кормит[13], то отшвырнула ребенка, а капли молока из ее груди брызнули на небо. Так появился Млечный Путь.

Когда Геракл достиг совершеннолетия, Гера наслала на него безумие, и он убил своих детей и двух племянников[14]. А потом приложила руку к тому, чтобы предназначенные ему двенадцать подвигов (в качестве искупления за эти злодейства) было крайне трудно выполнить. Она пыталась по-всякому ему помешать – напустила на него огромного рака, который кусал Геракла за ноги, пока он бился с Лернейской гидрой, устроила наводнение, когда он перегонял в Микены коров Гериона[15], и так далее. Однако некоторые авторы утверждают, что в конце концов они помирились, когда Геракл спас Геру от гиганта, который хотел овладеть ею. Гера была настолько ему благодарна, что даже предложила ему в жены свою дочь Гебу.

Еще одним особенно ненавистным Гере сыном Зевса был Дионис, бог виноделия. Мы еще расскажем о том, как она наказала его мать, но даже после этого она не смягчилась по отношению к сыну. Говорят, что Гера так ни разу и не попробовала вина, которое Дионис подарил миру, хотя остальные боги весьма его уважали.

Гера не боялась выступать против мужа (по крайней мере, до определенного момента), и многие их ссоры вошли в мифологическую историю. Однажды они жарко поспорили о том, какой из полов получает больше удовольствия от плотской любви: Зевс считал, что секс приятнее для женщин, а Гера настаивала на том, что для мужчин. Они решили обратиться за разрешением спора к смертному Тиресию, который некоторое время был женщиной (так Гера наказала его за то, что он побил палкой спаривающихся змей). Тиресий встал на сторону Зевса, сказав, что женщины действительно получают гораздо больше удовольствия. Рассерженная Гера ослепила Тиресия. Но Зевс в благодарность за поддержку наделил его даром пророчества, и он стал знаменитым провидцем.

Прокрида

Богиня утренней зари Эос, проклятая Афродитой, влюбилась в смертного мужчину Кефала. Она похитила его из собственного дома и утащила к себе. Однако Кефал совершенно не хотел быть игрушкой богини и постоянно тосковал по своей жене Прокриде. Эос надоело его бесконечное нытье, и она согласилась отпустить Кефала, однако заронила в его сердце сомнения, намекнув, что Прокрида могла быть ему неверна в его отсутствие.

Обуреваемый ревностью Кефал решил вернуться домой в чужом облике[16], чтобы проверить верность Прокриды. На самом деле она не изменяла ему все это время, но этот незнакомец показался ей привлекательным (возможно, потому, что был похож на пропавшего мужа), и она почти уступила.

Кефалу этого было достаточно, и, не доведя дело до конца, он раскрыл свое инкогнито и в негодовании обрушился на бедную Прокриду. Напуганная и пристыженная, она сбежала в леса и присоединилась к свите богини охоты Артемиды. Но Прокрида скучала по мужу, поэтому через какое-то время все же решила вернуться домой. Она принесла с собой дары, которые дала ей Артемида, желавшая помочь. Это были копье, всегда попадавшее в цель, и пес Лелап, который всегда настигал добычу.

Кефалу понравились подарки, и он тут же простил жену. Они счастливо жили некоторое время, пока их супружество вновь не подверглось испытанию – пошли слухи, что Кефал завел любовницу, и Прокрида действительно слышала, как он звал в лесу по имени какую-то женщину.

Прокрида с трудом могла в это поверить – после той сцены, которую он ей устроил. Она пошла за мужем в лес во время охоты и спряталась в кустах. Стоял жаркий день. В процессе погони за зверем Кефал вспотел и стал призывать Авру, богиню бриза, чтобы та послала прохладный ветерок. Осознав, что слухи, вероятно, были основаны именно на этом, успокоившаяся Прокрида вышла из-за кустов к мужу, думая, что сейчас они вместе посмеются над этим.

Но Кефал, услышав шорох, решил, что в кустах прячется зверь, и бросил в том направлении свое копье. Поскольку копье всегда попадало в цель, оно поразило Прокриду прямо в живот, и она истекла кровью на руках у мужа. А Эос, возможно, наблюдала за этим с торжествующей улыбкой.

Медея

Медея была могущественной царевной-волшебницей, дочерью колхидского царя по имени Айет (Эт). Колхида, лежавшая на черноморском побережье, была богатой страной, однако считалась довольно варварской.

Царевич Ясон (и разношерстная компания его товарищей, известных как аргонавты) прибыл в Колхиду за золотым руном, которое было нужно ему для того, чтобы взойти на трон в своем родном Иолке. Отец Медеи не хотел отдавать руно и объявил, что для того, чтобы его получить, Ясон должен выполнить несколько заданий.

Медея, которая была жрицей Гекаты (богини смерти и колдовства), влюбилась в прекрасного Ясона[17] с первого взгляда. Зная, насколько коварным может быть ее отец, она предупредила Ясона, что Айету не следует доверять, и пообещала помочь ему, однако тоже не безвозмездно: она хотела, чтобы Ясон взял ее в жены и забрал из Колхиды. Тот согласился, понимая, что волшебство Медеи может принести ему большую пользу.

Сначала Айет поручил Ясону запрячь в плуг огнедышащих быков и вспахать на них поле. Медея дала ему специальную мазь, которая делала его неуязвимым для огня.

Затем Ясону было приказано засеять вспаханное поле зубами дракона. Медея знала, что эти зубы превратятся в воинов, которые сразу же нападут на любого, кого увидят. Она посоветовала Ясону бросить в их гущу камень. Он так и сделал, и в результате воины стали сражаться друг с другом и в конце концов все погибли.

Разгневанный тем, что этот юный выскочка справляется с этими невозможными заданиями (и подозревая, что без чьей-то помощи тут не обошлось), Айет решил убить Ясона. Понимая, что нужно спешить, Медея отвела его к священному дереву, на котором висело золотое руно. Руно охранял вечно бодрствующий дракон. Но Медея приготовила отвар, который усыпил дракона, и Ясон пробрался к нему в логово и убил чудовище. Вместе с остальными аргонавтами пара покинула Колхиду.

Но Айет не собирался так легко расставаться с руном и дочерью и бросился в погоню. Чтобы остановить его, Медея заманила в храм своего брата Апсирта, убила его, разрубила тело на куски и выбросила их в море. Она знала, что отец начнет собирать части тела Апсирта, чтобы похоронить их, и это даст аргонавтам время уйти от погони.

По пути домой аргонавты и Медея сделали остановку у ее тети, могущественной волшебницы Кирки, чтобы та очистила их от грехов. Кирка согласилась, не зная, каковы эти грехи. Медея рассказала их историю, но самые постыдные моменты предпочла утаить. Однако обмануть Кирку было трудно – она о многом догадалась и, хотя не стала им мешать, попросила немедленно покинуть ее остров.

Они отправились дальше, ненадолго остановившись в Схерии, чтобы пожениться. Уже недалеко от Иолка, у берегов Крита, аргонавты столкнулись с бронзовым гигантом Талосом, который начал швырять в корабль огромные валуны. По легенде, у Талоса в теле была лишь одна вена, запиравшаяся единственным гвоздем. Медея с помощью колдовства или простого обмана убедила его в том, что сделает его бессмертным, если он вытащит гвоздь. Но, конечно, как только он это сделал, он истек кровью до смерти.

Когда аргонавты наконец вернулись домой, они нашли отца Ясона, Эсона, при смерти. Медея очень жалела своего возлюбленного и предложила в помощь свою магию. Она выпустила всю кровь из жил Эсона, смешала ее с отварами трав и вернула обратно. Он тут же выздоровел.

Власть в Иолке в тот момент была в руках дяди Ясона, царя Пелия, который захватил трон незаконно. Он обещал вернуть Ясону трон, если тот добудет золотое руно, но теперь отказался от своих слов. К несчастью для него, он тоже был уже стар и слаб здоровьем. Дочери Пелия, любившие своего отца, стали умолять Медею вылечить его так же, как она вылечила Эсона.

Медея редко соглашалась помочь кому-то бескорыстно, тем более человеку, который обманул ее возлюбленного. Но она не отказала им напрямую, а придумала жестокий план мести. Она сказала дочерям Пелия, что они должны разрубить своего отца на куски и сложить в котел, откуда он потом выйдет целым и невредимым[18]. Дочери радостно отправились выполнять ее указания, а Медея предпочла скрыться, пока никто не понял, что произошло. В итоге девушки получили только похлебку из отца.

Поступок Медеи так возмутил жителей Иолка, что их с Ясоном изгнали из царства. Они отправились в Коринф, где жили и правили следующие десять лет и родили много детей[19]. Но по всей видимости, со временем варварские замашки Медеи и ее склонность к черной магии стали досаждать супругу. К тому же коринфяне любили своего царя, однако не испытывали симпатии к Медее, которая их пугала. Ясон же забыл, что своей властью и богатством во многом обязан Медее, и стал думать, что заслуживает более приятной и удобной царицы рядом с собой.

Поэтому в конце концов он просто изгнал Медею из своего дворца, чтобы жениться на Главке[20]. Медея была безутешна, но просто так сдаваться не собиралась и вознамерилась отомстить. Она послала Главке в качестве свадебного подарка отравленное платье. Когда Главка коснулась платья, оно вспыхнуло, и невеста сгорела. Кроме того, Медея убила и своих детей от Ясона и после этого бежала в Афины. Там она вышла замуж за правителя города Эгея и родила ему сына, которого назвали Мед.

Однажды в Афины вернулся сын Эгея, герой Тесей. Сам Эгей никогда не видел его[21], но Медея знала, кто он, и боялась, что Тесей заявит свои права на трон, и тогда Меду он не достанется. Медея хотела отравить Тесея[22], но в последний момент Эгей узнал свой меч, которым был опоясан юноша, и выбил у него из рук чашу с ядом.

Медея снова бежала, взяв с собой Меда, и на этот раз вернулась на свою родину, в Колхиду. По дороге они с сыном разделились, так что Мед прибыл в Колхиду первым. В то время власть в царстве захватил Перс, брат Айета. Он не знал, кто такой Мед, но все равно заключил его в темницу. После этого в стране наступил голод, многие люди страдали и умирали. Тут появилась Медея и пришла к царю Персу в облике жрицы Артемиды. Она сказала, что может спасти страну, но для этого ей надо принести в жертву богам одного узника. Ни о чем не подозревающий Перс согласился. Медея пришла в тюрьму к Меду, передала ему меч, рассказала всю правду о том, что сделал нынешний царь с его дедом, и стала призывать его отомстить. Либо сама Медея, либо Мед убили Перса. Айет вернулся на трон, и они с дочерью простили друг другу все прежнее зло.

Пасифая

Пасифая, супруга критского царя Миноса, была волшебницей, как и Медея. Узнав, что муж ей неверен, она заколдовала его так, что вместо семени он извергал змей, скорпионов и многоножек, которые убивали его любовниц. Ему это, вероятно, тоже было не слишком приятно.

Однако Минос обманывал не только свою жену, но и богов. Он согласился каждый год приносить в жертву Посейдону по лучшему быку из своих стад и честно делал это до тех пор, пока ему это было удобно. Однако потом в его стаде родился удивительный бычок с белоснежной шкурой. Миносу очень захотелось оставить его себе, поэтому он подменил его другим быком. Но Посейдона было не так просто провести. Он узнал о подмене и наказал Миноса, внушив его жене страсть к белому бычку[23].

Пасифае не было покоя, пока она не совокупится с быком, и она обратилась за помощью к изобретателю Дедалу. Дедал сделал полую деревянную корову, накрыл ее сверху настоящей коровьей шкурой и оставил сзади дырку. Пасифая забралась внутрь и стала ждать на пастбище. Белый бык пришел и сделал свое дело, наконец удовлетворив страсть Пасифаи. От этого странного союза[24] родилось чудовище с телом человека и головой и хвостом быка, известное как Минотавр.

Минос был оскорблен действиями жены (несмотря на то что сам был виновником проклятия), но решил не убивать младенца-полубыка, а использовать его. Царская семья снова призвала Дедала и поручила ему построить Лабиринт, где должен был поселиться Минотавр.

В то время Крит враждовал с Афинами из-за убийства афинянами сына Миноса Андрогея. Афинский царь Эгей должен был ежегодно посылать на Крит по семь юношей и семь девушек, а Минос скармливал их Минотавру. Жертв отправляли в Лабиринт, где быкоголовое чудовище с ними и расправлялось. Пасифая, по всей видимости, не питала сильных материнских чувств ни к кому из своих детей, так что не возражала против пленения Минотавра в Лабиринте.

Астидамия

Когда царь Пелей случайно убил на охоте своего тестя, он обратился за очищением к царю Иолка Акасту. Обычно этот обряд проводили перед смертью человека или даже во время погребального обряда, но можно было провести его для искупления греха кровопролития, как это сделала Кирка для Медеи. Это был сложный ритуал, обычно с принесением жертвы, и греки верили, что этого достаточно, чтобы очистить душу человека. Так они могли избежать изгнания или иного наказания за свои преступления.

Акаст был рад помочь Пелею и пригласил его к себе во дворец. Жена Акаста, царица Астидамия, воспылала страстью к герою[25] и, не теряя времени даром, попыталась его соблазнить. Однако Пелея она совершенно не заинтересовала, и он ей отказал. Разгневанная Астидамия написала жене Пелея письмо о том, что муж якобы бросил ее и собирается жениться на дочери Астидамии Стеропе. Прочитав письмо, бедная женщина была убита горем и повесилась.

Но царице и этого было мало. Она сказала мужу, что Пелей якобы пытался силой овладеть ею. Акаст поверил супруге, но не хотел нарушать правила гостеприимства. Считалось, что, если хозяин причинит вред гостю в своем доме, его ждет гнев фурий (богинь мщения из подземного мира). Чтобы избежать гнева богинь, Акаст пригласил Пелея на охоту и бросил его в лесу, рассчитывая, что там его, скорее всего, убьют злобные кентавры (мифические полулюди-полукони), которые там обитали. Но Пелею повезло – ему помогли миролюбивый кентавр Хирон[26] и вестник богов Гермес. Он невредимым вернулся в Иолк с войском, захватил его и разграбил и жестоко расправился с Астидамией.

Илиона

За несколько лет до начала Троянской войны царь Приам и царица Гекуба отдали свою дочь Илиону замуж за соседа и друга, фракийского царя Полиместора. Фракия была давним союзником Трои, поэтому брак должен был стать выгодным для обеих сторон, так как еще более укреплял связи между царствами.

Илиона была старшей из многочисленных детей Приама и Гекубы, и, когда началась война, родители попросили ее позаботиться о маленьком брате Полидоре. Они рассчитывали, что если Троя падет, то хотя бы один царевич останется жив и сможет восстановить город. Они также передали Илионе и ее супругу золото для мальчика, которое они должны были хранить на случай необходимости. У Илионы и Полиместора к тому моменту уже был сын, примерно того же возраста, что и Полидор. Хотя замужество Илионы было на первый взгляд удачным политическим решением, она была достаточно умна, чтобы не доверять никому. С этой мыслью она подменила детей и растила Полидора как собственного сына, а сына представляла всем как брата. Илиона решила, что, если случится худшее и один из мальчиков погибнет, второй сможет претендовать на трон Трои. А Полиместор как будто и не заметил, что его сын внезапно стал выглядеть совершенно по-другому.

Прошло время, Троя пала, и Полиместор решил убить предполагаемого брата своей жены, чтобы завладеть золотом. Естественно, на самом деле он убил собственного сына, а настоящий Полидор в это время был в путешествии, где обратился к оракулу за советом. Оракул сказал ему, что его город пал, отец убит, а мать забрали в рабство. Ужаснувшись, Полидор поспешил домой, во Фракию, и увидел, что там все в порядке. Сбитый с толку Полидор отправился к Илионе и рассказал ей о словах оракула.

Илиона поняла, что пора открыть правду, и рассказала Полидору, кто он такой на самом деле. Она стала умолять брата отомстить Полиместору. И Полидор с готовностью убил его. Но Илиона не смогла смириться с потерей большей части своих родственников и в конце концов покончила с собой.

Рея

Рея была матерью большинства олимпийских богов, и с ней приходилось считаться. После того как она помешала своему брату-мужу Крону есть собственных детей, ее зауважали еще больше.

Пока маленький Зевс рос и готовился править миром, у Реи оставалось свободное время. И она решила поискать себе новое жилище. Она положила глаз на Олимп, но там в то время обитала другая божественная пара – Офион и Евринома[27]. Но Рею это не остановило, и она позвала своего супруга, чтобы занять Олимп силой. Рея была весьма сильной и легко справилась с Евриномой, в то время как Крон уложил на лопатки Офиона и даже не вспотел. Невезучая парочка была сброшена в море, а Рея начала обустраивать Олимп для своей семьи.

Нельзя сказать, что союз Реи и Крона был счастливым (что совершенно очевидно из истории о пожираемых детях и планов Реи по свержению Крона). Зевс взрослел, а Крон продолжал вести себя отвратительно по отношению ко всем, особенно к своей жене. Когда Рея однажды застала его с Филирой, Крон просто превратился в коня и ускакал прочь с ржанием: «Это не я!» Филира забеременела от Крона и родила получеловека-полуконя, которого назвали Хироном. Но Филира не могла смотреть на странного младенца и бросила его. Впоследствии она просила богов превратить ее саму в кого-нибудь, чтобы не думать больше о своем сыне. Боги выполнили ее просьбу, и Филира стала липовым деревом.

После того как олимпийцы победили Крона и его сподвижников в титаномахии, у Реи началась новая жизнь. Она вырастила бога Диониса[28] и подарила ему магический аметист, который позволял ему пить сколько угодно его любимого вина без каких-либо неприятных последствий. Когда Дионис стал взрослым, Рея с удовольствием участвовала в празднествах, которые он устраивал со своими почитателями, в том числе в диких танцах, которыми они были знамениты.

Ифимедея

Когда сын Посейдона Алоей женился на смертной женщине Ифимедее, он не думал, что она так интересуется его семейным древом. Но правда в том, что Ифимедея была неравнодушна к богу морей и всеми способами старалась стать к нему ближе, даже если для этого нужно было выйти замуж за его сына.

Каждый день Ифимедея приходила на берег моря и молилась Посейдону, чтобы он услышал, что у нее на сердце, и пришел к ней. Но Посейдон, который обычно был не против утех со смертными, на этот раз почему-то не заинтересовался.

В конце концов смирившись, что бог не придет, Ифимедея села на берегу и стала лить морскую воду себе на грудь. То ли Посейдон все-таки пожалел ее, то ли ему надоели ее беспрестанные молитвы, но он сделал так, что от морской воды она понесла и родила близнецов, Ота и Эфиальта. Неизвестно, знал ли Алоей о том, кто был их настоящим отцом, но люди стали называть мальчиков Алоадами (в Древней Греции было обычным называть детей одного отца общим именем). От и Эфиальт благодаря своей божественной крови росли очень быстро и к девяти годам были уже по десять метров ростом.

От самого Алоея Ифимедея родила дочь, прекрасную Панкратиду. Когда та достигла зрелости, они с матерью отправились на оргию в честь Диониса. Для тех времен это вовсе не было странным. Там на Панкратиду обратила внимание команда фракийских пиратов. Они похитили мать с дочерью и увезли их на Наксос. Панкратиду отдали в жены царю острова, а Ифимедею – его главному военачальнику. Но близнецы Алоады прибыли на остров, чтобы освободить мать и сестру. В ходе эпической спасательной операции они убили похитителей, а потом все вместе вернулись домой одной большой счастливой семьей[29].

Федра

Федра, одна из дочерей Пасифаи и Миноса, вышла замуж за героя Тесея[30] и стала вместе с ним править Афинами. Она родила ему двух сыновей, Акаманта и Демофонта. Когда мальчики были еще маленькими, их навестил Ипполит, взрослый сын Тесея от первого брака.

Ипполит поклонялся богине-девственнице Артемиде и давно поклялся хранить целомудрие в ее честь. Говорили, что юноша избегал даже смотреть на фривольные изображения, считая все это отвратительным сверх всякой меры.

Федра неожиданно для себя обнаружила, что Ипполит ее привлекает. Возможно, к этому приложила руку Афродита, которую оскорбляло отношение Ипполита к тому, что она сама символизировала, но надо сказать, что Федра и без этого уже не так любила своего стареющего мужа.

Некоторое время она колебалась, не зная, что делать. Мысли о пасынке не давали ей покоя, но она была порядочной царицей и женой и сознавала свою ответственность. Поддаться чувствам означало рискнуть всем – троном, семьей, положением в обществе; к тому же она знала, какими могут быть последствия запретной любви – ведь ее матерью была Пасифая.

Наконец она все же не выдержала. Прибежав в конюшни, где Ипполит проводил большую часть времени, она набросилась на него, обещая, что никто не узнает об их связи, – так как они жили под одной крышей, у них было множество возможностей встречаться и предаваться любви. Ипполит оттолкнул ее, но Федра продолжала убеждать его. Она говорила, что ему не стоит беспокоиться о последствиях – боги постоянно вступают в связи с родственниками, а они с ним даже не родня по крови! Но Ипполит вновь приказал ей замолчать. Федра не отступала. Хватаясь за него, она спрашивала: неужели его отец причинил им недостаточно боли, погубив его мать и дурно обращаясь с самой Федрой многие годы? Ипполит не должен чувствовать вины за то, что предаст его. Кроме того, она уверена, что сама богиня любви обязательно их поддержит!

Но, убеждая Ипполита, что им ничего не угрожает, Федра не подумала о том, что она просто неинтересна пасынку. Несмотря на все ее слова, Ипполит довольно жестко отверг ее, ясно дав понять, что не нарушит свой обет ни с кем, тем более с мачехой. Федра была смущена и зла, но кроме того напугана – Тесей, конечно, был великим героем, знаменитым в Греции и за ее пределами, но он же мог прийти в ярость, будучи не в настроении. Если Ипполит расскажет своему отцу о том, что произошло между ними, неизвестно, что он может сделать с ней. Поэтому Федра решила ударить первой – пошла к Тесею и заявила, что Ипполит пытался ее изнасиловать.

Тесей, которому его отец Посейдон даровал исполнение трех желаний, был в ярости. Он обрушился на Ипполита, который отвергал все обвинения и кричал, что Федра не настолько хороша, чтобы он ради нее нарушил свой обет безбрачия, и ему нет дела до политики, так что зачем ему все это нужно? Тесей не слушал его – он хотел смерти сына и решил использовать для этого одно из своих желаний. Он воззвал к Посейдону, и вместе они придумали план.

Дождавшись момента, когда Ипполит на своей колеснице проезжал по морскому берегу, Посейдон призвал из глубин чудовище, похожее на быка. Кони испугались этого зрелища, понесли и перевернули колесницу. Ипполит запутался в поводьях, кони тащили его по камням, и он погиб. Федра чувствовала себя несколько виноватой в гибели пасынка, но облегчение из-за того, что супруг не узнает ее ужасную тайну, перевесило.

Однако этим дело не закончилось. Артемида была крайне рассержена потерей своего верного последователя, особенно учитывая причину. Она явилась к Тесею и рассказала ему правду, но он не успел ничего сделать с Федрой. Узнав об этом, она повесилась, чтобы избежать наказания.

Тесей, раздавленный чувством вины за свои опрометчивые действия, устроил Ипполиту роскошные похороны. Супруге же подобных почестей не досталось – она осталась висеть там, где покончила с собой.

Кидиппа

Аконтий, юноша с острова Кеос, отправился на праздник Артемиды в Делос и там с первого взгляда влюбился в женщину, которую заметил в храме.

Узнав, что Кидиппа (так звали женщину) – афинянка из знатного рода, он понял, что если просто начнет домогаться ее, то ему ничего не светит. Тогда он решил избрать другую тактику. Он взял яблоко и написал на нем: «Клянусь Артемидой выйти замуж за Аконтия». Он подкатил яблоко по полу к Кидиппе, оно ударилось о ее ступню, и афинянка без всякой задней мысли подняла его и прочитала надпись вслух. Так как слова были произнесены перед алтарем Артемиды, и Аконтий, и сама богиня восприняли их как истину, и Кидиппа оказалась связана клятвой.

Однако сама Кидиппа так не считала. Когда Аконтий представился ей как ее суженый, она сказала, чтобы он не валял дурака – женщина ее статуса ни за что не выйдет за такого низкорожденного негодяя[31]. Кроме того, она уже обручена с достойным человеком. На самом деле Кидиппе понравился Аконтий, но она не желала себе в этом признаваться. Она вернулась домой, решив никогда больше не вспоминать об этом странном юноше и его дурацком яблоке.

Перед свадьбой у Кидиппы началась ужасная лихорадка, поэтому церемонию пришлось отложить. И так случалось всякий раз, когда пара назначала новую дату свадьбы. В конце концов ее отец решил обратиться к Дельфийскому оракулу, чтобы понять, в чем же дело. Он не знал, что Кидиппа и Аконтий были некоторым образом связаны. Кидиппа была тверда в своем решении выйти за своего жениха, но со временем ее чувства к смелому Аконтию усилились, и они стали обмениваться письмами при помощи кормилицы Кидиппы. Ее отец узнал от оракула, что болезнь Кидиппы наслана Артемидой за то, что его дочь нарушила священный обет, и понял, что придется согласиться на брак Кидиппы с Аконтием. На этот раз свадьба состоялась в назначенное время без всяких заминок, и в итоге все были счастливы.

Левкона

Левкона[32] полюбила удачливого и красивого охотника Кианиппа, вышла за него замуж и не могла поверить своему счастью.

Однако достаточно быстро она обнаружила, что охота интересует Кианиппа гораздо больше, чем семейная жизнь. Левкона постоянно оставалась одна, пока он скакал по лесам с товарищами, а когда возвращался домой, то обычно падал на ложе и начинал храпеть раньше, чем она успевала сказать ему хоть слово.

Совсем не этого ждала Левкона от брака – ей был нужен человек, которого она могла бы любить и который любил бы ее. Отдавая себя Кианиппу, она уж точно не рассчитывала на то, что он даже не будет с ней беседовать. Она решила сама разобраться, что же такого увлекательного в занятиях супруга, и однажды тайком последовала за ним.

Левкона наблюдала за мужем и его друзьями с безопасного расстояния, и ей пришлось признать, что на охоте Кианипп хорош и это действительно интересно. В какой-то момент охотники повернули обратно и стали возвращаться по своим следам, так что Левконе пришлось спрятаться в кустах, чтобы ее не заметили. Но собаки Кианиппа, отличавшиеся отменным нюхом и свирепым нравом, учуяли ее и начали преследовать. Левкона не могла показаться перед Кианиппом, потому что в его глазах такая слежка выглядела бы оскорбительно. Поэтому ей ничего не оставалось, как закрыть глаза и молиться богам, чтобы собаки от нее отстали.

Но это не помогло. Собаки добрались до нее и разорвали на части. Когда Кианипп примчался на место трагедии, Левкона была уже мертва. Он был убит горем из-за того, что стал причиной ужасной смерти своей жены, и сразу же начал складывать погребальный костер, чтобы воздать Левконе последние почести. Положив в огонь ее тело, он отправил туда же своих собак, и сам последовал за ними. Все сгорели заживо.

2

Роковые женщины

Соблазнительницы, от которых мужчинам не приходилось ждать ничего хорошего

Геро

Геро была девственной жрицей Афродиты[33]. Однажды на празднике в честь богини она заметила юношу по имени Леандр. Геро жила в башне в городе Сест, на западном берегу Геллеспонта, а Леандр – на противоположном берегу пролива, в Абидосе. Молодой, красивый и очень увлекающийся Леандр тоже заметил Геро и тут же влюбился в нее.

Обычно историю этих возлюбленных рассказывают в романтическом ключе, однако стоит отметить, что Леандру пришлось потрудиться, чтобы убедить Геро расстаться с невинностью. Он сказал ей, что Афродита, как богиня любви и плотских утех, ждет от своих последователей, что они будут удовлетворять свои желания, и будет разочарована, если Геро откажется от того, что символизирует сама Афродита, – наслаждения. В конце концов Геро поддалась на его уговоры. Они были без ума друг от друга, но понимали, что их любовь (или, скорее, страсть) должна оставаться в тайне, иначе Геро лишится своего жреческого сана.

Пара провела вместе долгое жаркое лето. Каждую ночь Леандр переплывал Геллеспонт, чтобы встретиться с Геро: она оставляла зажженную свечу в верхнем окошке своей башни, чтобы он не сбился с пути. Воды Геллеспонта были не слишком спокойными, но Леандр был отличным пловцом и преодолевал их без особого труда. Всю ночь они наслаждались друг другом, а потом Леандр плыл обратно. С приближением зимы возлюбленные договорились, что лучше не рисковать, сделать перерыв и вновь встретиться весной. Расставание очень огорчило обоих, но они все же решили поступить разумно и придерживались своего соглашения. До того момента, пока Леандр вдруг не увидел свет в том самом окне в штормовую ночь.

Вместо того чтобы поразмыслить и догадаться, что его возлюбленная просто решила осветить свое жилье, Леандр воспринял это как сигнал и не раздумывая бросился в ледяную воду. Пока он плыл, ветер задул свечу Геро, и Леандр потерялся в волнах. Довольно быстро он лишился сил и утонул. Геро видела все это со своей башни и в отчаянии сама бросилась в море. Когда шторм утих, тела любовников вынесло на берег. Даже после смерти они продолжали обнимать друг друга и были похоронены вместе.

Эрида

Однажды боги собрались праздновать свадьбу царя Пелея и богини Фетиды[34]. На праздник были приглашены все божества, крупные и мелкие, за исключением богини хаоса и раздора Эриды. Она, конечно, понимала, что ни люди, ни боги ее не любят (за исключением Ареса, который не мог устоять перед настолько плохой девчонкой), однако даже бог смерти получил приглашение, а она – нет. Эрида размышляла, стоит ли ей остаться дома и расстраиваться или наплевать на приличия и прийти. Угадайте, что она выбрала?

Боги преподнесли новобрачным щедрые дары, и Эрида тоже пришла не с пустыми руками. Ее подарок предназначался не только новобрачным, но и всем гостям. Она достала из-под плаща золотое яблоко, на котором было вырезано слово «прекраснейшей», и бросила его в толпу.

Афродита, Афина и Гера одновременно бросились к яблоку, и каждая была очень удивлена, что на него претендует кто-то еще, – ведь все они считали себя самыми красивыми. Три богини сцепились из-за яблока, и ни одна не желала уступать. Страсти накалялись. Зевсу надоело смотреть на это, но он оказался недостаточно мудр, чтобы самому решить, кому присудить яблоко. Вместо этого он поручил эту задачу смертному юноше, троянскому принцу Парису. Далее последовало то, что теперь известно всем как «суд Париса». Он привел к ужасным последствиям.

Парис долго смотрел на трех прекрасных богинь и чесал затылок. Они заметили его нерешительность и наперебой стали пытаться подкупить юношу. Афина, богиня войны, предлагала ему великую мудрость и воинское мастерство, если он выберет ее. Верховная богиня Гера обещала сделать его царем всей Европы и Азии. Афродита заявила, что даст ему в жены самую прекрасную из смертных. Возможно, Парис принимал решение не мозгом, а чем-то другим, потому что в конце концов протянул яблоко Афродите. Он еще не представлял, к чему это приведет, но было ясно, что вечеринка испорчена. «Ну что ж, моя миссия выполнена», – подумала Эрида.

Елена

Елена известна всем как причина Троянской войны, но ее непростая жизнь началась в Спарте.

Ее мать Леда была супругой царя Тиндарея, но однажды на нее обратил внимание Зевс. Вспомнив о том, как он обольстил Геру, верховный бог снова превратился в птицу – прекрасного лебедя, который напал на Леду и овладел ею. Леда понесла от бога, но в ту же ночь была в постели со своим мужем и забеременела и от него. Удивительно (или не очень), но после этого она родила два яйца. Из одного появились на свет Кастор и Клитемнестра – дети Тиндарея. Из другого – Полидевк и Елена, дети Зевса. Что подумал о таких странных родах Тиндарей – неизвестно, но по крайней мере он растил всех четверых детей как родных.

В детстве Елену впервые похитили. Друзья из Афин Тесей и Пирифой[35] решили, что им, как сыновьям богов, нужны спутницы такого же высокого происхождения. Тесей выбрал Елену, которой, как считают греческие авторы, тогда было всего лишь семь лет, а Пирифой – Персефону, жену Аида, царицу подземного мира. Двое героев всегда ставили себе высокие цели, но эта оказалась для них слишком высока.

Вы, наверное, уже знакомы с подвигами Тесея (а если нет, то скоро познакомитесь) и можете подумать, что описываемые события происходили, когда он был молод и горяч. Однако на самом деле на тот момент он, как и его друг Пирифой, был уже довольно пожилым человеком[36], что делает такой выбор предполагаемой невесты еще более странным. Кстати, все это происходило еще до женитьбы Тесея на Федре.

Друзьям удалось без особых проблем украсть Елену, и они отправились в подземный мир, за супругой для Пирифоя. Тесей оставил Елену в Афинах со своей матерью Эфрой, которая была только рада позаботиться о девочке-невесте, – матери ведь всегда считают, что все, что делают их сыновья, – правильно.

В подземном мире Аид прознал о планах друзей и едва не умер от смеха. Он без особых усилий поймал героев и заключил в темницу за дерзость. Пока они томились там, братья Елены (хотя, если вы помните, они были с ней ровесниками, а следовательно – тоже детьми) вторглись в Афины, захватили сестру вместе с предполагаемой свекровью и вернулись в Спарту[37].

Остаток детства Елены прошел без происшествий. Но как только она выросла, Тиндарей решил должным порядком выдать ее замуж. О Елене многие говорили, что она стала самой прекрасной женщиной на свете, и многие мужчины соперничали за право стать ее мужем. Тиндарей никак не мог решить, кто из них лучше, но и не отказывал никому прямо из боязни политических конфликтов, так что через некоторое время женихи стали терять терпение.

Одним из претендентов на руку Елены был хитроумный Одиссей. Однако он быстро понял, что ему ничего не светит, и переключился на ее кузину Пенелопу. Одиссей сказал Тиндарею, что разрешит щекотливую ситуацию, если Пенелопу отдадут ему в жены. Царь с радостью согласился.

Одиссей взял со всех женихов слово, что те, кто останется ни с чем, не будут устраивать сцен, а если кто-нибудь попытается помешать браку Елены с избранным счастливчиком, все остальные будут их защищать. Этот договор был назван «клятвой Тиндарея».

Теперь, когда все претенденты были связаны клятвой, Тиндарей смог принять решение, не опасаясь ничьего недовольства. Он выбрал в мужья дочери Менелая[38]. Брат Менелая, микенский царь Агамемнон, уже был женат на сестре Елены Клитемнестре, поэтому союз был выгоден с политической точки зрения. После свадьбы Менелай стал царем Спарты, а Елена – царицей. Они правили вместе несколько лет, и у них родились дочь Гермиона и сын Никострат.

Тем временем на Олимпе Зевс решил, что ему надоели все эти раздражающие людишки, а герои в особенности. Он подумал, что наиболее эффективный способ уменьшить их количество – развязать крупномасштабную войну. К тому же для него и других божеств это будет развлечением.

Тут-то и пришло время пожинать плоды суда Париса. Узнав о том, что супругу царя Менелая считают прекраснейшей из женщин, Парис решил, что это ее обещала ему Афродита. Когда царь Приам послал Париса в путешествие для мирных переговоров, он решил немного отклониться от курса и завернул в Спарту. Царь с царицей радушно приняли Париса, и он понял, что красота Елены превосходит все его ожидания. После нескольких дней в Спарте он обнаружил, что просто не может находиться вдали от нее. Парис оказывал ей многочисленные знаки внимания и веселил рассказами о своей жизни в Трое. Елена привыкла к вниманию мужчин, но ей показалось, что в Парисе есть что-то особенное. Она пыталась сопротивляться, но ей нравилось слушать его, а когда они расставались, Елена продолжала мечтать о Парисе. Через некоторое время Менелаю пришлось уехать на похороны своего отца. Елене он приказал оставаться дома и развлекать гостя. Оставшись без надзора царя, Парис и Елена сразу же сошлись еще ближе. Когда Елена сказала, что будет тосковать после отъезда Париса, он ответил, что заберет ее с собой. Елена понимала, что не должна так поступать, но не смогла противиться любви, и они составили план побега.

Когда Менелай вернулся и не обнаружил ни жены, ни гостя, он призвал всех, давших клятву Тиндарея, исполнить ее и вернуть Елену. Так началась Троянская война. Она продолжалась десять лет, и истории о ней составляют немалую часть античной мифологии.

Поводом к войне послужило похищение Елены, однако на самом деле у нее были и более глубинные причины. Троя была сильным, ранее несокрушимым городом, и многие завидовали ее богатству и процветанию. Полководцы греческих государств только порадовались, что Елена и Парис дали им возможность напасть на Трою.

Через несколько лет войны Париса смертельно ранил Филоктет[39]. Похоронив возлюбленного, Елена поспешно вышла замуж за его брата Деифоба, жестокого человека, который давно положил на нее глаз. Елене к этому моменту жизнь была не мила. За время жизни с Парисом она успела разочароваться в нем – красивый и интересный юноша в семейной жизни показал свое истинное лицо избалованного и капризного царевича. Стоило ему заполучить желанную женщину, как вся его обходительность улетучилась. Елена ощущала себя трофеем, а не возлюбленной, а когда он погиб, ее положение и вовсе стало неопределенным. Она сожалела, что бросила Менелая, и мечтала вернуться обратно в Спарту. Согласно большинству авторов, именно в это время Елена задумала предать троянцев. Возможно, она своими руками убила Деифоба или, по крайней мере, выдала его грекам.

Греки никак не могли захватить Трою и в итоге пошли на хитрость. Они сделали вид, что сдаются, ушли из своего лагеря под стенами Трои и оставили там только огромного деревянного коня – якобы в дар богам для удачного возвращения домой. Недоумевающие троянцы вышли из-за стен, посмотрели на это и решили втащить коня в город. Однако конь был внутри полым, и в нем притаились тридцать лучших греческих воинов. Ночью все население Трои ликовало, празднуя победу над греками. Когда все утомились и заснули, воины выбрались из коня и открыли городские ворота. Они впустили греческое войско, которое скрывалось неподалеку, ожидая сигнала. Таким образом им удалось застать троянцев врасплох, и Менелай со своими сподвижниками одержал победу.

Греки жаждали крови Елены, но Менелай решил сделать это сам и приказал привести причину раздора к нему. Когда Елена предстала перед ним, он поднял меч, чтобы свершить правосудие, но в этот момент она скинула с себя одежды. Одного взгляда на ее прекрасное тело было достаточно Менелаю, чтобы простить ей все. Они вернулись в Спарту. Большинство авторов рассказывают, что после этого они предпочли забыть о такой небольшой неприятности, как Троянская война, и жили долго и счастливо.

Однако есть и другие версии того, что случилось с Еленой.

● Была взята богами на Олимп и жила там с полубогом Ахиллом.

● Была изгнана из Спарты после смерти Менелая, отправилась к подруге Поликсо на Родос, но та, желая отомстить Елене за смерть мужа, погибшего на войне, подослала к ней служанок, и те повесили ее на дереве.

● Была принесена в жертву богам.

● Была убита матерью Ахилла, которая считала ее виноватой в смерти сына.

Селена

Титанида Селена была богиней Луны, сестрой Эос (утренней зари) и Гелиоса (Солнца). Каждую ночь она вела ночное светило по небу. Как лунная богиня, она также ассоциировалась с женскими циклами, и обряды в ее честь совершались обычно в новолуние и полнолуние. Для древних греков фазы Луны имели большое значение: на их основании они планировали посевы и сбор урожая. Лунные затмения внушали им ужас, так как их считали знаком божественного гнева. У греков была легенда даже о том, откуда на Луне кратеры. Говорили, что однажды на Селену напало страшное чудовище Тифон и исцарапало ее своими острыми когтями. Селена смогла отбиться, но шрамы остались навсегда.

У Селены было немало возлюбленных, включая ее собственного брата Гелиоса и даже самого Зевса, но самая впечатляющая история любви случилась с пастухом Эндимионом[40]. Они были одержимы друг другом. Селена регулярно посещала Эндимиона в его пещере на горе Латмос, и они предавались любви ночи напролет (конечно, после того, как Селена завершала свою работу на небе). Но Селену очень пугало время – она видела, как коротка жизнь смертных, и ей не хотелось, чтобы Эндимион состарился или заболел. Богиня Луны отправилась к Зевсу и стала умолять его даровать ее возлюбленному бессмертие и вечную молодость. Зевс согласился выполнить просьбу, но интерпретировал ее по-своему. Эндимион действительно навсегда остался молодым, но при этом заснул вечным сном без сновидений. Возможно, Зевс таким образом решил отомстить юноше, поскольку тот заглядывался на его супругу Геру.

Безутешная Селена перенесла Эндимиона в ту самую пещеру, где они встречались, и продолжала приходить к нему каждую ночь и лить слезы о своей потерянной любви.

Поликсена

Поликсена была троянской царевной, дочерью Приама.

Пророчество гласило, что если брат Поликсены Троил доживет до двадцати лет, Троя не падет во время войны. К несчастью, об этом прознали враги – и отправили своего лучшего воина Ахилла убить царевича. Герой подстерег брата с сестрой у источника и легко справился с этой миссией. Но тут же влюбился в сестру убитого Троила. Поликсена была чрезвычайно красива и не по годам мудра, а Ахилл в тот момент грустил из-за гибели своего друга и возлюбленного Патрокла и, вероятно, искал утешения.

Несмотря на то что Ахилл только что убил ее брата и, вероятно, обрек Трою на поражение, Поликсена тоже полюбила его. Они стали встречаться по ночам и во время любовных утех делились друг с другом секретами. Ахилл открыл Поликсене свою самую страшную тайну: когда мать окунала его в реку Стикс, чтобы сделать неуязвимым, она держала его за пятку, и та осталась единственным местом на теле, куда можно было поразить греческого героя.

Однажды Поликсена послала Ахиллу записку, в которой просила встретиться с ней в храме Аполлона. Рассчитывая на несколько часов приятного времяпрепровождения, герой поспешил в храм. Однако его подстерегли братья Поликсены, Парис и Деифоб, и выстрелили ему в пятку отравленной стрелой[41]. Возможно, Поликсена никогда на самом деле и не любила Ахилла, а просто хотела отомстить за свою семью и спасти город.

Когда греки одержали победу, им явился дух Ахилла и сказал, что для того, чтобы при возвращении домой их сопровождал попутный ветер, они должны принести Поликсену в жертву.

Царица Гекуба, мать Поликсены, которая и так слишком много потеряла в этой войне, умоляла победителей не лишать ее еще одного ребенка. Но сама Поликсена не согласилась с ней. Она понимала, что иначе греки просто заберут ее с собой и сделают наложницей или рабыней. Это была обычная сексистская практика обращения с благородными женщинами в то время, но очень унизительная. Поликсена заявила, что лучше станет жертвой во имя благой цели, чем отправится в неволю. Она решительно встала у могилы Ахилла, и ей перерезали горло[42].

Гекуба была безутешна, но ее невестка Андромаха успокоила ее, рассказав, что после ухода греков устроила достойную погребальную церемонию для Поликсены, чтобы ее душа благополучно перешла в загробный мир.

Пандора

Согласно греческой мифологии, когда-то землю населяли одни мужчины, потому что боги еще не создали женщин. Но потом люди открыли огонь[43], и Зевс был очень этим недоволен. Он жаждал их наказать и решил создать новую расу существ, которые будут жить рядом с мужчинами и вечно мучить их. Этой расой стали женщины.

Зевс приказал богу-кузнецу Гефесту создать женщину по образу богини из грязи и воды. Он объяснил свою идею другим божествам и попросил каждого дать что-нибудь новому существу в дар.

Афродита дала женщине изящество, красоту и страсть. Афина нарядила ее в серебряное платье и плащ и наделила умением ткать и шить. Гермес дал ей голос и хитрость. Грации подарили женщине украшения, а оры – венец из цветов (о грациях и орах мы еще расскажем). Наконец, Гермес вернулся и дал ей имя – Пандора, то есть «всем одаренная».

Пандору отправили на землю и показали титану Эпиметею, которого его брат Прометей заранее предупредил не принимать от богов никаких подарков. Однако, раз взглянув на Пандору, Эпиметей забыл обо всем и смог лишь поблагодарить богов за столь щедрый дар. Естественно, все смертные мужчины были поражены не меньше. Эпиметей решил как можно скорее жениться на Пандоре (конечно, когда на земле есть только одна женщина и она настолько горяча, стоит побыстрее прибрать ее к рукам).

На свадьбе Зевс отозвал Пандору в сторонку и вручил ей богато украшенный сосуд[44]. Подвох был в том, что Зевс строго-настрого запретил открывать его, но не объяснил почему и тут же удалился.

Конечно, Пандора, которую боги наделили любопытством, не смогла устоять и решила посмотреть хоть одним глазком – ну что там может быть такого, в конце концов?

Она осторожно открыла сосуд, и из него посыпались странные штуки, которые тут же растворились в пространстве. Перепуганная Пандора запечатала сосуд, но было уже поздно – в мир проникли воплощения зла и страданий. Оказывается, в сосуде были заперты все потомки Никты (ночи) и Эреба (тьмы)[45]:

● Лимос (голод),

● Нейки (ссоры и вражда),

● Махаи (войны и сражения),

● Андроктасии (гибель),

● Фонои (убийства),

● Дисномия (беззаконие),

● Алгеи (боль),

● Псевдея (ложь),

● Пóнос (трудности и испытания),

● Амфилогии (споры),

● Гисмины (борьба, драки)[46].

В сосуде осталась только Элпис (надежда).

Сегодня история о Пандоре и ее любопытстве служит объяснением того, откуда в мире взялось зло. Конечно же, во всем виноваты женщины.

Сирены

Сирены – дочери речного бога Ахелоя[47] и Мельпомены (одной из муз – покровительниц искусств)[48]. Их изображают в виде огромных птиц с женскими головами. Сирены завлекали моряков своими нежными песнями, усыпляли, а потом раздирали на части и пожирали.

Сирены жили на своем острове Анфемоэсс, окруженном скалами и рифами. Они использовали это в своих интересах: их жертвы терпели кораблекрушения, а моряков, пытавшихся вплавь добраться до безопасного острова, сирены топили своими когтистыми лапами.

Однажды Гера уговорила сирен участвовать в певческом состязании с музами (то есть с их собственной матерью и тетками). Музы победили, вырвали у своих соперниц перья и сделали себе из них венцы.

Известно только два случая, когда морякам удавалось спастись от сирен. Первыми были аргонавты. Сирены, почувствовав приближение их корабля, завели свои песни, и люди начали падать, усыпленные волшебными звуками. Но, к счастью, на борту «Арго» был музыкант Орфей. Он взял свою лиру и начал играть. Моряки отвлеклись от песен сирен и смогли увести корабль от Анфемоэсса.

Также повезло Одиссею и его команде, хотя они подплыли к острову сирен намеренно. Одиссей узнал об этих чудесных созданиях от Кирки и очень хотел услышать их песни. Он приказал своей команде залепить уши воском и крепко привязать себя к мачте. Услышав чарующие звуки, Одиссей начал рваться и требовать, чтобы его освободили, но остальные ничего не слышали и спокойно провели корабль мимо острова.

Не сумев завлечь Одиссея, сирены бросились в воду и утонули там же, где топили моряков.

История сирен с тех пор использовалась, чтобы (несправедливо) предположить, что женщины используют свои чары, дабы сбить мужчин с пути.

Эос

Эос – титанида, богиня утренней зари. Каждое утро она просыпалась и отворяла небесные врата, открывая дорогу Солнцу и Луне – Гелиосу и Селене[49].

Эос и ее родня могли по собственному желанию менять продолжительность дня. Во время гигантомахии, когда Гея узнала о том, что ее детям суждено умереть от рук олимпийцев, она решила изменить их судьбу и стала искать особое растение, которое сделает их неуязвимыми. Но Зевс прознал о ее плане и попросил Эос, Селену и Гелиоса применить свои силы и отсрочить наступление дня. В темноте он собрал все травы на земле и отдал их своему войску, так что Гея осталась ни с чем.

Эос вышла замуж за Астрея, бога звездного неба, и у них родилось множество детей, в том числе четыре ветра – Борей (северный), Нот (южный), Зефир (западный) и Евр (восточный). Нам уже известно, что она также встречалась с Аресом, а потом Афродита наказала ее за тягу к смертным. Эос нередко похищала красивых молодых людей, чтобы развлекаться с ними (например, Кефала, мужа Прокриды). При этом сама Эос не знала, что проклята, и искренне считала, что смертные мужчины – ее тип.

Наиболее часто упоминается в мифах похищение Эос Титона. Титон был троянским царевичем, сыном Лаомедонта и водной нимфы Стримо. Эос влюбилась в него, но к тому моменту уже сознавала опасности связи со смертными, поэтому решила принять некоторые меры. Она отправилась к Зевсу и стала умолять его даровать Титону бессмертие. Он согласился выполнить ее просьбу, но так же, как и в случае с Селеной и Эндимионом, схитрил.

У Титона и Эос родилось двое детей, Мемнон и Эмафион. Однако со временем Эос стала замечать странные вещи в своем возлюбленном. Титон начал седеть, у него появились морщины, и что это значит – «у меня болит спина»? Он же бессмертный!

Оказалось, Эос неточно сформулировала свое желание. Зевс действительно сделал ее возлюбленного бессмертным, но не оставил его вечно молодым. Так что Титон не умирал, но продолжал стареть и в конце концов стал совершенно жалким и беспомощным. Эос, вечно молодая и совершенная, заботилась о нем и буквально носила на руках. Спустя какое-то время испытание стало для нее слишком тяжким, и она снова отправилась на Олимп за помощью Зевса.

Но Зевс не мог (или не хотел) исправить сделанное, а вместо этого предложил превратить Титона в сверчка[50]. Это было, конечно, странное предложение, но Эос согласилась, решив, что, по крайней мере, так Титон больше не будет страдать. Говорят, что с тех пор стрекотание сверчка всегда можно слышать на заре.

Очередное горе ждало Эос, когда ее сын Мемнон был убит Ахиллом на Троянской войне. В тот день Эос попросила Гелиоса не спешить всходить на небо, а Никту, богиню ночи, – наоборот, задержаться. Под покровом темноты Эос забрала тело сына с поля боя. Зевс был так тронут ее горем (или ему все-таки было стыдно за злую шутку с Титоном), что воскресил Мемнона и даровал ему настоящее бессмертие. Однако говорят, что после гибели сына утренняя заря уже никогда не была такой же ясной, как раньше, а роса – это слезы безутешной богини Эос.

Калипсо

Калипсо – нимфа, обитавшая на острове Огигия. Когда закончилась Троянская война и греческие воины стали возвращаться по домам, Калипсо нашла полумертвого Одиссея, которого выбросило на берег во время шторма[51]. Очнувшись в объятиях нимфы, он чувствовал себя таким обессилевшим, что даже не испытывал благодарности за свое спасение. Все его товарищи погибли, и Одиссей мечтал лишь о том, чтобы вернуться домой, к своей короне и тапочкам.

Но Калипсо не собиралась потакать его желаниям. Ей так понравился этот худой и злой герой, что с помощью своего волшебного голоса она околдовала его, дабы он не мог покинуть остров. При этом Одиссей прекрасно сознавал, что происходит, и, несмотря на все посулы Калипсо, не соглашался оставаться с ней без чар. Его решимость не поколебало даже обещание бессмертия – он убеждал нимфу, что больше не может выносить разлуку с женой. (Звучит неплохо, но после у него была бурная страсть с Киркой.) Из-за чар Калипсо тело Одиссея предавало его каждую ночь, и все опять заканчивалось любовными утехами.

Так прошло семь лет, и в конце концов покровительница Одиссея, Афина, решила вмешаться. Она попросила Зевса освободить героя от заклятия. Зевс отправил к Калипсо Гермеса с посланием. Нимфа была в ярости, обрушившись на посланника богов с длинной обличительной речью о двойных стандартах: почему богам можно сколько угодно развлекаться со смертными женщинами, но при этом они вечно мешают делать то же самое богиням?! Вообще-то, она была совершенно права.

Однако слово Зевса было законом, и ей пришлось подчиниться. Одиссей был освобожден от чар. Калипсо, хоть и не была довольна развитием событий, все же снабдила его провизией и дала карту, указав ему самый безопасный путь домой.

Деянира

Отец калидонской царевны Деяниры, Эней, пообещал ее в жены речному богу Ахелою. Тот умел по желанию менять форму, и хотя большинство людей считали это довольно крутым трюком, Деянире это не нравилось – ее ужасала перспектива провести жизнь вместе с этим переменчивым божеством.

Пока Деянира пыталась придумать, что делать, она встретила красавца Геракла. Они полюбили друг друга с первого взгляда, но Ахелой не желал уступать невесту[52] и вызвал Геракла на поединок. Чтобы одолеть героя, речной бог начал менять формы. Но когда он превратился в быка, Геракл оказался сильнее, сломал ему рога и выиграл поединок. Геракл и Деянира поженились, а так как Эней был уже стар и немощен, Гераклу достались в придачу царство и мощное войско.

И тогда Геракл решил свести старые счеты с эхалийским царем Эвритом, который когда-то обещал выдать за него свою дочь Иолу, но не сдержал свое слово. Калидонское войско захватило и разграбило город, сыновья Эврита были убиты. Иола, побоявшись, что ее ждет та же участь, сбежала в горы и бросилась с вершины. Но ее одежда сработала как парашют, и она благополучно приземлилась внизу. Там ее и нашел Геракл, который был очень рад встрече. Иола, несмотря на гибель всей своей семьи, согласилась отправиться с Гераклом в Калидон. Там у пары начался страстный роман.

Деянира давно подозревала, что Геракл не самый верный муж (и она была права: за время их брака он находил себе подруг по всей Греции). Однако в рукаве у нее был козырь, которым она могла вернуть себе внимание Геракла.

Когда-то кентавр Несс по просьбе Геракла помог Деянире переправиться через реку. Однако, сделав это, он попытался ее изнасиловать. К счастью, Геракл оказался поблизости и поразил Несса отравленной стрелой с ядом Лернейской гидры. Умирающий Несс посоветовал Деянире набрать его крови, из которой потом можно будет приготовить любовное зелье – и пустить его в ход, если муж к ней охладеет. Деянира так и сделала, и с тех пор хранила сосуд с кровью кентавра.

И вот теперь, опасаясь, что Геракл бросит ее ради Иолы, а ее дети будут претендовать на трон, Деянира решила применить припасенное средство.

Однажды Геракл уехал по своим геройским делам (в сопровождении Иолы) и в письме попросил Деяниру прислать ему любимый хитон для жертвенной церемонии. Деянира ухватилась за такую возможность и пропитала хитон средством, приготовленным из крови Несса с оливковым маслом. Передав посланнику хитон для Геракла, она предупредила, что никто, кроме ее мужа, не должен надевать его и что хранить его нужно в темноте.

Ожидая, пока муж вернется и полюбит ее с новой силой, Деянира начала задумываться, а не обманул ли ее кентавр? Но было уже слишком поздно. Как только Геракл надел хитон, яд из крови Несса начал распространяться по его телу, причиняя нестерпимую боль. Не в силах выносить ее, Геракл убил себя.

Имя Деянира буквально означает «убийца мужей», так что, возможно, это можно было предвидеть.

Перед смертью Геракл позвал своего старшего сына от Деяниры, Гилла[53], и завещал ему жениться на Иоле. Гилл выполнил просьбу отца, и у них родились трое дочерей и сын.

Сама же Деянира, убитая горем и чувством вины, вскоре покончила с собой.

Нереида Галатея

Нереиды – пятьдесят дочерей морского бога Нерея и океаниды Дориды. Все они воплощали красоту океана, носили венцы из кораллов и струящиеся белые платья. Нереиды проживали во дворце Посейдона и сопровождали его в ежедневных развлечениях. В другое время их можно было найти рядом с моряками: они охотно давали им советы по выживанию и, возможно, как-то иначе помогали пережить одинокие ночи в море. Самой прелестной из нереид считалась Галатея, на которую положил глаз (единственный) циклоп Полифем. Но, увы, ей не было до него дела, так как она была влюблена в смертного, прекрасного сицилийского пастуха Акида. Впрочем, Акид был не простым пастухом, а сыном бога дикой природы Пана и лесной нимфы Семетиды.

Галатея знала, что Полифем мечтает о ней, но ей не нравились ни его внешность, ни варварский, по ее мнению, образ жизни. Действительно, циклопы не отличались цивилизованностью, но любовь к Галатее пробудила в Полифеме лучшую сторону. Чтобы угодить ей, он даже подстриг свою буйную шевелюру и бороду и сочинял песни о ее красоте. В одной из них он откровенно спел о том, как ненавидит выскочку Акида и мечтает о том, чтобы разорвать его на куски и разбросать их среди гор. Но, словно и этого ему показалось недостаточно, он заявил также, что не желает поклоняться никаким богам и единственный небесный светоч для него – это Галатея.

Но Галатея и Акид не слушали его песен и продолжали наслаждаться обществом друг друга. Однажды Полифем застал их отдыхающими после любовных утех и так расстроился при виде этой картины, что заревел от душевной боли. Акид перепугался, вскочил и бросился бежать, громко взывая к Галатее о помощи. Но Полифем схватил огромный камень со склона Этны и бросил его вслед сопернику. Акид пытался увернуться, но у него не хватило ловкости, и он был раздавлен. Галатея, оплакивая возлюбленного, превратила его кровь в реку, которую назвали его именем[54], а сам Акид стал бессмертным божеством этой реки. Акид-бог выглядел примерно так же, как и Акид-человек, разве что несколько увеличился в размерах, а кожа его приобрела синеватый оттенок. Так юноша вернулся к своей возлюбленной, а Полифем остался ни с чем[55].

Коронида

Фессалийская царевна Коронида была возлюбленной Аполлона и забеременела от него. Аполлон все время был занят своими божественными делами, поэтому оставлял присматривать за матерью своего будущего ребенка белого ворона.

Когда до родов оставалось совсем немного, Коронида внезапно влюбилась в смертного по имени Исхий (возможно, в том были виноваты гормоны)[56]. Коронида была внучкой одной из муз[57] и очень красивой, так что ей не составило труда соблазнить Исхия. Отец Корониды Флегий отчаянно пытался убедить дочь бросить Исхия, зная, к каким последствиям может привести гнев могущественного бога, но Коронида не желала слушать – она знала, чего хочет, и была твердо намерена это получить, и плевать ей было на божественный гнев.

Коронида и Исхий провели вместе ночь, и белый ворон тут же с карканьем полетел к Аполлону. Бог был очень расстроен предательством и, разозлившись, опалил ворону крылья за то, что тот не помешал любовникам. Говорят, именно поэтому все вороны теперь черные. Аполлон считался одним из самых любвеобильных богов, превосходя в этом даже Зевса, но несчастный ворон предпочел не указывать ему на это. Аполлон со слезами на глазах пожаловался на судьбу своей сестре Артемиде, и та тоже вскипела гневом. Как могла эта жалкая смертная так поступить с ее любимым младшим братом?! Участь несчастной Корониды была предрешена, и даже беременность ее не спасла.

Когда Артемида появилась перед Коронидой, та все поняла и даже не пыталась сопротивляться, встретив богиню с гордо поднятой головой. Артемида пустила стрелу прямо ей в сердце, а потом убила и всю ее семью.

Аполлон, увидев это, ужаснулся деяниям сестры и бросился к Корониде, но было слишком поздно – она была уже мертва. Но ребенок в ее чреве был еще жив, поэтому Аполлон поспешил разрезать ей живот и достал младенца, совершив первое в истории кесарево сечение. Мальчика назвали Асклепий, а Коронида отправилась на небо и стала созвездием Ворона.

Крессида

Крессида была дочерью грека-прорицателя Калханта, но жила в Трое. Она и троянский царевич Троил еще в детстве полюбили друг друга и объявили, что никогда не расстанутся. Но отец Крессиды помнил о пророчестве, согласно которому Троил должен был дожить до двадцати лет, чтобы Троя никогда не пала. Когда началась война, Калхант решил забрать дочь домой и предложил греческим военачальникам обменять на нее пленного троянца Антенора, одного из ближайших соратников царя Приама. Обе стороны согласились. Троил был опечален расставанием с любимой, однако не смог ничего поделать. Крессиду передали Диомеду[58], который в свою очередь доставил троянцам Антенора.

Пока Диомед провожал Крессиду к греческому лагерю, между ними внезапно вспыхнула искра. К тому моменту, как она воссоединилась с отцом, Троил, кажется, был уже забыт.

По вечерам воины возвращались с поля битвы, но Диомед избегал их общества и вовсю флиртовал с Крессидой. Троил же, набравшись смелости, решил пробраться в греческий лагерь и спасти Крессиду от врага. Ему удалось незамеченным прокрасться мимо постов, но невесту свою он нашел совершенно свободную: она шептала разные нежные пустяки на ухо куда более сильному и взрослому мужчине, чем был сам Троил. Расстроенный царевич ускользнул обратно в свой дворец. Вскоре он попал в засаду и был убит Ахиллом.

Диомед благополучно пережил войну, но о том, чем закончились их отношения с Крессидой, история умалчивает.

Историю Крессиды по-своему переписывали разные авторы, включая Шекспира[59], используя ее образ как очередное сексистское доказательство того, сколько неприятностей может повлечь за собой женское непостоянство.

Еще одна Галатея

Некий Пропетий, живший в кипрском городе Амафунт (Аматей), отказался поклоняться богине любви Афродите. И та решила наказать его – она сделала дочерей Пропетия первыми в истории жрицами любви.

Пропетиды стали настолько невосприимчивы к стыду, что кровь у них в щеках застыла и они больше не могли краснеть. Дальше – больше: в конечном итоге они перестали вообще что-либо чувствовать и обратились в каменные статуи.

В том же самом городе жил скульптор по имени Пигмалион. Наблюдая за тем, как Пропетиды занимаются своим делом (еще не став каменными), он был так потрясен, что решил никогда не прикасаться к женщинам и посвятить свою жизнь искусству. Он заявил, что все женщины полны «неисчислимых пороков» и он не хочет иметь с ними ничего общего. Ужасная потеря для женщин античного мира!

Однако, несмотря на ненависть к женщинам из плоти и крови, Пигмалион создавал идеальные женские образы из камня[60]. Одна из статуй получилась у него настолько совершенной, что он влюбился в нее.

Он поселил свое произведение у себя дома и стал обращаться с ней как с живой супругой – одевал в роскошные наряды и украшения, рассказывал о своих делах и привозил подарки из путешествий – диковинные раковины, перья и цветы. Расставаясь с мраморной возлюбленной, он каждый раз целовал ее ледяные губы и обещал вернуться как можно скорее.

Во время ежегодного празднества в честь Афродиты Пигмалион принес богине щедрые дары, но постеснялся высказать вслух свое заветное желание. Вместо этого он стал молиться, чтобы богиня послала ему такую же прекрасную и скромную женщину, как его мраморная супруга. Вернувшись домой, он, как обычно, поцеловал статую.

И тут ему показалось, что она теплее, чем обычно. Он снова поцеловал ее и почувствовал запах женской кожи. Пораженный, Пигмалион наблюдал, как каменные черты смягчаются и наполняются жизнью. И вот перед ним стоит живая, дышащая девушка! Он дал ей имя Галатея, и они вскоре поженились. Афродита благословила их союз, и пара никогда не забывала воздавать ей почести. Несмотря на свое скромное каменное происхождение, Галатея родила Пигмалиону дочь, которую назвали Пафос[61].

Так они жили долго и счастливо, и Галатея оказалась совершенно лишена свойственных ее полу (по мнению Пигмалиона) пороков.

Энона

При упоминании троянского царевича Париса все сразу вспоминают о Елене и истории их любви, из-за которой началась война. Однако спартанская царевна была не первой, кому Парис отдал свое сердце.

Когда царица Гекуба была беременна Парисом, ей приснилось, что она рожает зажженный факел, обвитый змеями. Напуганные родители решили, что такой сон предвещает гибель их великого города, и, когда ребенок родился, приказали унести его в горы и оставить там умирать от холода. Однако, к счастью для Париса, его спас и вырастил пастух[62]. Юношей Парис пас стада, не ведая о своем происхождении, и познакомился с одной из нимф горы Ида, Эноной. Тогда он считал именно ее прекраснейшим созданием на земле и не мог поверить своему счастью.

Энона оказалась к нему благосклонна, и у них родился сын, которого назвали Корифом. Они вели простую, но счастливую жизнь: Парис продолжал пасти стада своего приемного отца, а Энона растила их сына. Так продолжалось довольно долго, пока однажды Парис не встретил в горах отряд троянцев. Они пришли на гору Ида за призом для «погребальных игр» – им должен был стать лучший бык Париса. Эти игры проводили в Трое каждый год в честь самого Париса, который якобы умер при рождении. Парис об этом не знал и не хотел отдавать любимого быка, но ничего не мог поделать. Поэтому он решил, что сам отправится в Трою и попробует честно выиграть своего быка.

Парис был сильным юношей и отлично показал себя в соревнованиях, победив двух царских сыновей, в том числе Деифоба. Деифоб, раздосадованный тем, что потерпел поражение от какого-то пастуха, бросился на него с мечом. Но Парис сбежал и укрылся в храме Аполлона. В это время там находилась царевна-прорицательница Кассандра, которая благодаря своему дару узнала брата, давно считавшегося мертвым. Она заключила его в объятия и рассказала правду о его происхождении.

Вскоре Парис познакомился и с остальными родственниками, которые как будто забыли об ужасном пророчестве и были рады тому, что он жив. Они сказали Парису, чтобы он забирал жену и возвращался жить в царский дворец. Парис отправился в горы, рассказал Эноне обо всем, что случилось, и они стали готовиться к переезду.

Но пока они собирались, Гермес по приказу Зевса привел на Иду трех богинь, чтобы Парис рассудил, кто из них самая прекрасная. Мы уже знаем, что он отдал предпочтение Афродите после того, как она пообещала ему «прекраснейшую из смертных», – несмотря на то, что дома его ждала Энона.

Парис недолго думая рассказал обо всем довольно удивленной жене, и она была возмущена: ее муж не только собирался разрушить их счастливую жизнь и воссоединиться с семьей, которая его бросила, но и решил отправиться в чужой город за наложницей – и та будет жить с ними! Но Энона не могла представить себе жизни без Париса, поэтому согласилась переехать с ним в Трою. Перед тем как отправиться в Спарту за Еленой, он официально женился на Эноне. Может быть, это что-то значит. Но скорее всего, нет. Энона терпеливо ждала возвращения мужа, но, когда он вернулся с новой возлюбленной, поняла, что бороться за брак бесполезно. Глядя, как Парис хвастает перед всеми своей прекрасной спутницей и как реагируют на ее внешность люди, Энона смирилась с тем, что для нее все кончено, и вернулась на Иду, забрав с собой Корифа.

Но там ее печаль быстро сменилась гневом. Больше всего ее оскорблял тот факт, что она сама – богиня – никогда не думала о том, что скромный пастух недостаточно хорош для нее, а Парис, приобретя новое положение в обществе, решил, что ему недостаточно жены-нимфы. Как бы Энона ни любила его, теперь она стала его ненавидеть.

Когда Кориф вырос, он захотел отправиться к отцу в Трою. Энона не могла его остановить. Прибыв во дворец, Кориф встретил свою мачеху Елену. Он начал объяснять, кто он такой, и говорить, как он хочет принести Трое пользу. При этом в приливе чувств он схватил Елену за руки, чтобы лучше донести до нее свои слова. В этот момент в зал вошел Парис и, увидев, как какой-то юнец пристает к его жене, ударил его ножом. Елена, на тот момент уже не любимая своим вторым мужем, спокойно объяснила ему, что он наделал. Снова необдуманный поступок Париса привел к ужасным последствиям.

Когда во время войны Филоктет ранил Париса отравленной стрелой, тот из последних сил попытался добраться до Иды, чтобы его первая любовь исцелила его. Но Энона возмутилась такой наглости и сказала ему убираться обратно к своей драгоценной жене – пусть она Париса и лечит. Парис скончался по дороге в Трою, и Энона, узнав об этом, пожалела о своем решении. В отчаянии она бросилась в его погребальный костер и воссоединилась с ним в смерти. Их похоронили рядом, но их могильные камни были повернуты в разные стороны.

Салмакида

Наяда (водная нимфа) Салмакида могла заниматься тем же, чем и ее сестры, – примкнуть к свите Артемиды, но предпочла предаваться праздности и тщеславию. Подруги пытались увлечь ее танцами, пением и изготовлением венков, но ей хотелось только лежать в ручье и расчесывать свои роскошные длинные волосы.

Но однажды к ее ручью подошел симпатичный юноша. Это был сын Афродиты и Гермеса, Гермафродит (очень нетривиальное смешение имен родителей). Его воспитали другие наяды на горе Ида. В пятнадцать лет он отправился в свое первое приключение без всяких нянек. Увидев его, Салмакида мгновенно отбросила самолюбование и поняла, что влюбилась в Гермафродита окончательно и бесповоротно.

Она выглянула из своего источника и окликнула молодого человека. «Ты, должно быть, бог, – сказала она, – раз так красив!» Юноша зарделся и попытался проигнорировать ее, но нимфа плыла с ним рядом и умоляла поцеловать ее и предаться с ней любви сию же секунду. Смущенный Гермафродит огрызнулся и заявил, что ему это неинтересно.

Ошеломленная Салмакида была расстроена отказом, но решила, что юноша обязательно передумает, если она будет достаточно упорна. Затаившись за кустом, она дождалась, пока он будет проходить мимо, и набросилась на него.

Гермафродит отчаянно отбивался, но страсть Салмакиды придавала ей сил. Она осыпала юношу поцелуями, пока он отчаянно пытался освободиться из ее объятий. Не понимая, как он может не отвечать ей взаимностью, она воззвала к богам с просьбой соединить их навечно. Но боги, по своей обычной привычке, восприняли это буквально, и Салмакида и Гермафродит слились воедино, став одним существом с мужскими и женскими органами одновременно.

Гермафродит проклял воды, в которых они находились, так что любого, кто окунется в них, должна была постичь та же судьба – стать двуполым. Говорят, что с тех пор мужчина, искупавшийся в источнике Салмакиды, становился более мягким и женственным.

Пифо

Пифо, или Пейто, – океанида, богиня убеждения и соблазнения, близкая подруга Афродиты[63]. Они были так близки, что Пифо, как иногда утверждается, кормила детей Афродиты, эротов, когда та была занята своими божественными делами. Хотя в первую очередь Пифо считалась связанной с любовью и страстью, она также имела власть над другими сферами, где было необходимо искусство убеждения, – например, политикой.

Пифо воспринимали как противоположность Бие[64], богине силы. В отличие от нее Пифо была дружелюбной и пыталась решать все вопросы полюбовно. Так, Пифо применила свой дар убеждения, когда уговорила Кадма отвлечься от поисков своей сестры Европы[65], – в результате чего он получил в жены Гармонию, дочь Ареса и Афродиты[66].

Пифо не просто помогла им заключить союз, но и принимала непосредственное участие в организации свадьбы[67]. Эту роль она потом возьмет на себя и во время других легендарных бракосочетаний, о которых мы еще расскажем, например Диониса и Ариадны или Пелея и Фетиды. Пифо была одним из пяти божеств, к которым новобрачные обращались с просьбами о благополучии в семье, причем единственной среди них младшей богиней.

Пифо часто изображается в произведениях искусства, особенно на тему похищения Елены Парисом, – подразумевается, что без помощи Пифо Парис не убедил бы Елену бежать с ним.

Эта богиня нередко считалась покровительницей жриц любви, которых даже называли «служанками Пифо», так как способность к убеждению и соблазнению была необходима им в работе.

3

(Не)плохие девушки

Так чисты сердцем, что не могут не притягивать неприятности

Пифия

Древним миром правили мужчины, однако была одна женщина, к которой все они шли за советом.

Согласно пророчеству, Дельфам было суждено стать одним из величайших городов в истории. Изначально Дельфы охранял посланный Геей огромный змей[68]. Когда Аполлон убил змея, его тело провалилось в гигантскую расщелину. Там оно начало гнить, и из расщелины поднимался ядовитый газ («дыхание Геи»). У любого, кто его вдыхал, начинались «видения будущего».

Но жители Дельф подумали, что нельзя позволять всем подряд предсказывать будущее, поэтому постановили, что передавать людям волю богов будет одна женщина. Ее назвали пифией[69].

Чтобы получить эту работу, женщина должна была соответствовать определенным требованиям: ей должно быть больше пятидесяти лет, чтобы не привлекать внимания мужчин (от них не ожидалось, что они будут себя контролировать); если она была женой и/или матерью, ей нужно было отказаться от семьи и полностью посвятить себя служению; и наконец, перед вступлением в роль оракула она должна была пройти довольно длительный обряд очищения, включавший пост, омовение в священном источнике и питье воды из него.

После подготовки пифия садилась около благоухающей расщелины, и в седьмой день девяти самых теплых месяцев года к ней мог обратиться любой желающий.

Постепенно слава Дельфийского оракула распространилась повсеместно, и люди тянулись к пифии со всех концов света. Жрецам приходилось отсеивать часть из них – они вначале сами беседовали с претендентами на встречу с оракулом, чтобы выяснить, достаточно ли хороши их вопросы, чтобы привлечь внимание пифии.

Затем избранные должны были пожертвовать деньги на ремонт и обновление храма и города в целом. Благодаря этому Дельфы процветали, таким образом исполняя первоначальное пророчество.

Также перед встречей с пифией необходимо было принести в жертву животное. По его внутренностям жрецы принимали окончательное решение. Если им казалось, что внутренности показывают нечто неблагоприятное, претенденту отказывали (но деньги не возвращали).

Сами пророчества обычно бывали довольно невнятными или сформулированными так, что их можно было интерпретировать по-разному и считать верными при любом исходе. Нередко у тех, кто получал ответ пифии, возникало лишь еще больше вопросов, но, конечно же, никто не подвергал сомнению точность ее предсказаний, ибо усомниться в них было равноценно тому, чтобы усомниться в самих богах.

Дриопа

Дриопа была царевной из города Эта, дочерью царя Дриопа[70] (ему явно нравилось звучание собственного имени).

Дриопа часто уходила в горы со стадом овец, и там ее заметили местные древесные нимфы – гамадриады. Они полюбили девушку за доброту и кроткий нрав и решили показаться ей и научить песням и танцам своего народа. Дриопе гамадриады тоже очень понравились, и она с удовольствием проводила с ними время, когда это позволял ее график царевны. По правде говоря, она не слишком любила жизнь во дворце – резвиться в полях ей нравилось куда больше, чем посещать пышные празднества и слушать политические переговоры.

Однажды к Дриопе и нимфам на поляну выползла огромная черепаха, которая, казалось, особенно заинтересовалась смертной девушкой. Как бы странно это ни выглядело, Дриопа и ее подруги не заподозрили ничего неладного. Они стали играть с черепахой, гладить ее и украшать венками. Дриопа взяла ее на колени, и тут внезапно черепаха превратилась в змея. Гамадриады в ужасе разбежались, оставив царевну одну. На самом деле этой змеей-черепахой был сам бог Аполлон, влюбившийся в Дриопу. Когда она попыталась сбежать вслед за своими подругами, змей обвил ее своими кольцами и овладел ею. Дриопа забеременела и родила сына, которого назвали Амфисс.

После этого опустошенная изнасилованием Дриопа решила забыть о своей беспечной жизни с лесными нимфами и даже вышла замуж[71], при этом не скрывая от сына, кто его настоящий отец. Когда Амфисс вырос, он построил храм Аполлона, а Дриопа стала в нем жрицей.

Через много лет гамадриады решили спуститься с гор и навестить Дриопу. Она не злилась за то, что они бросили ее в тот день, и была рада их видеть. Гамадриады стали звать Дриопу обратно с собой в леса, обещая ей, что превратят ее в такую же нимфу, как они сами. Дриопа согласилась, и они тут же забрали ее, оставив на месте царевны тополь[72]. Две жительницы города видели это и пытались рассказать другим, что Дриопа сбежала с нимфами, но стоило им открыть рты, как они сами превратились в пару пихт. После этого все решили, что не стоит пытаться разгадать загадку исчезновения Дриопы, чтобы тоже не одеревенеть.

Оры

Оры возникают в древнегреческой мифологии дважды.

Первые оры – это воплощение трех (так тогда считалось) времен года: Талло (несущая цветы), Ауксо (усиливающая рост) и Карпо (дающая урожай)[73]. Понятно, что они символизировали завязывание плодов, их созревание и последующий сбор. Им в наибольшей степени поклонялись земледельцы, благополучие которых зависело от урожая. Они называли смену сезонов «танцем ор». Вы, наверное, заметили, что среди этих ор отсутствует воплощение зимы – а все потому, что такого времени года не существовало до того, как Персефона сошлась с Аидом и Деметра показала миру свою холодную сторону (об этом мы еще расскажем). Тогда было не так важно, какое на дворе время года и час дня, но стоило знать, когда изменится погода.

Эти оры также охраняли вход на гору Олимп. Они первыми встречали олимпийцев, когда те возвращались из своих путешествий, а если поблизости оказывались другие, «низшие» боги, закрывали от них вход облаками. В их обязанности также входило перемещение созвездий по небу. Считается, что сестры-оры, вместе с грациями (родственные им богини, воплощавшие очарование, красоту, природу и творчество), сопровождали Афродиту после того, как та вышла из моря на побережье Китиры. Оры дали ей одежды, сотканные из весенних цветов, – такие же, в каких ходили сами, – украсили золотом и драгоценными камнями и отвели на Олимп – знакомить с новыми друзьями.

Вторые оры – это дочери Зевса и титаниды Фемиды, воплощавшие закон и порядок. Первой из них была Дике – персонификация правосудия для смертных. Потом появились Евномия (порядок и справедливые законы) и Эйрена (мир и благополучие). Эйрене поклонялись больше других, особенно в Афинах, где развился настоящий культ этой оры с принесением бескровных жертв[74].

Хотя все оры были второстепенными божествами и не принимали большого участия в легендарных историях, греки весьма уважали их, так как ценили порядок и гармонию – как в природе, так и в обществе.

Кассандра

Аполлон пытался добиться любви своей рыжеволосой жрицы и наделил ее даром предвидения. Кассандре, конечно, было лестно внимание бога, которого она почитала выше остальных, однако она вежливо отклонила его притязания. Но Аполлон был не готов принять простое «нет, спасибо», особенно после такого чудесного подарка, поэтому он проклял Кассандру. Он не мог забрать дар обратно, но сделал так, что никто не верил ее предсказаниям.

Кассандра была дочерью Приама и Гекубы и сестрой Париса. Она очень живо представляла себе кровавую баню, к которой приведет интрижка брата, и предупреждала родных, что, если он поедет в Спарту, их великий город падет. Но никто не желал ее слушать, и Парис отправился в Спарту и вернулся с Еленой. Пока весь город праздновал прибытие новой царевны, Кассандра обрушилась на Елену, пытаясь убедить ее в том, что ее присутствие принесет всем только боль и страдания. Но Кассандру уже привыкли считать безумной, и на Елену ее речи не произвели никакого впечатления.

Тем не менее все свершилось по предсказанному. В дни перед развязкой Кассандра предупреждала людей, что город сгорит из-за деревянного коня. Казалось бы, теперь троянцы могли бы ей поверить, но нет – проклятие Аполлона продолжало действовать. Даже когда она попыталась раскрыть греческую засаду и подошла к коню с топором, ее оттащили и назвали истеричкой. Как нам уже известно, греки под покровом ночи вышли из коня и перебили большинство жителей Трои.

Во время последней битвы Кассандра спряталась в храме Афины. Там ее нашел греческий воин Аякс Малый (не путать с Аяксом Великим) и, не проявив никакого уважения к священному месту, схватил ее и жестоко надругался.

После этого Кассандра на неверных ногах вышла из храма и столкнулась с царем Агамемноном, предводителем греков. Увы, но ее мытарства на этом отнюдь не закончились…

Пирра

Когда Зевс решил, что пора заканчивать с бронзовым веком человечества, он устроил всемирный потоп. Муж Пирры, Девкалион, был сыном титана Прометея, поэтому был в курсе событий. По совету отца он построил ковчег для себя и своей супруги.

Что вы говорите, вам эта история кажется знакомой?

Итак, Девкалион построил ковчег, и они с Пиррой спаслись на нем от бушующих волн, накрывших всю землю.

Когда буря утихла, ковчег пристал к склонам горы Парнас – единственного места, которое возвышалось над водой. Зевс обычно выходил из себя, когда Прометей творил что-то за его спиной, но Пирра и Девкалион были безгрешными богобоязненными людьми, так что он махнул на них рукой. Когда пара выбралась на вершину горы, Зевс разогнал облака и стал думать, что делать дальше. Он позвал морского бога Тритона, тот подул в свою волшебную раковину, и вода ушла, обнажив заболоченную землю.

Пирра и Девкалион посмотрели друг на друга и расплакались. Хотя они были благодарны богам за спасение, но все же не были уверены, что хотят прожить остаток дней совсем одни. В пещере на склоне горы они нашли убежище и стали молить богов дать им совет. Их услышала богиня-прорицательница Фемида. Она сказала, что их задача – заново заселить землю. Поскольку по старинке это потребовало бы слишком много времени, Фемида велела им бросать через плечо материнские кости[75]. Пирре эта идея не слишком понравилась: она не хотела копаться в земле и осквернять память предков, невзирая на важность задачи. Но Девкалион догадался, что Фемида выразилась иносказательно, и материнские кости – это на самом деле «кости» Геи, праматери-Земли, то есть просто камни. И они стали ходить вокруг и бросаться камнями.

Девкалион оказался прав. Из камней, брошенных им, появлялись мужчины, а из брошенных Пиррой – женщины. Эти новые люди стали праведной и трудолюбивой расой, и Зевс был весьма доволен ими (по крайней мере, на тот момент). Когда земля окончательно просохла и люди заселили ее, Гея возродила и другие формы жизни – растения и проточную воду.

Ифигения

Когда отец Ифигении, микенский царь Агамемнон, поплыл со своим войском завоевывать Трою, по пути он случайно убил одного из священных оленей Артемиды[76]. В наказание богиня приказала ветрам перестать дуть, и корабли не смогли уйти дальше порта Авлиды. Агамемнон обратился за советом к своему придворному прорицателю Калханту, и тот ответил, что умилостивить богиню можно, только принеся ей в жертву дочь. Конечно, сначала Агамемнон возмутился и отказался, но потом давление команды (и, возможно, мечты о славе) заставили его передумать. Он написал домой своей жене Клитемнестре и попросил ее привезти дочь в Авлиду, якобы для того, чтобы выдать ее замуж за героя Ахилла.

Прибыв на место, Ифигения начала готовиться к предполагаемой свадьбе (наверное, сделала маникюр тех древних времен), а ее мать решила познакомиться с будущим зятем. Она нашла Ахилла и завела с ним типичный предсвадебный разговор: «Что лучше подать – курицу или рыбу? Интересно, кто поймает букет невесты? Правда, странно, что мой муж так внезапно озаботился замужеством дочери, хотя вроде бы собирался на войну?» – и все такое прочее. Ахилл, абсолютно не понимая, о чем речь, сказал Клитемнестре, что она здесь для того, чтобы присутствовать на жертвоприношении, а не на свадьбе. Однако героя расстроило, что его втянули в эту ложь без его ведома, и он согласился помочь Клитемнестре спасти Ифигению. Они поспешили сообщить девушке правду. Клитемнестра рассчитывала, что они тут же отправятся обратно домой. Но, к их удивлению, Ифигения была готова смиренно принести себя в жертву.

Она заявила, что, как простая смертная, не должна противиться воле богов, и если ее жертва поможет Греции, она пойдет на это. Ахилла поразили отвага и жертвенность девушки, и он был готов биться за нее и действительно взять в жены, если она передумает, но Ифигения была непреклонна. Она просила мать не плакать по ней и не сердиться на Агамемнона (который всегда считал Ифигению своей любимой дочерью)[77]. И несмотря на громкие и отчаянные протесты матери, она взошла на алтарь, чтобы умереть[78].

Никта

Никта – первобытная богиня ночи. Она родилась непосредственно из Хаоса, а значит, была одной из первых существовавших в мире сил. Вышла замуж за своего брата Эреба (воплощение мрака) и родила от него целую кучу детей – тоже довольно мрачных, в том числе Гипноса (бога сна), Немезиду (божественное возмездие) и Танатоса (бога смерти)[79]. Никта вместе со своим семейством обитала в самых глубинах подземного царства, в Тартаре. Под конец каждого дня Никта на огромных черных крыльях, облаченная в черные одежды и венец из тьмы, приносила на землю ночь. Из-за природы ее силы и окружающей ее тайны люди страшились ее и считали злобной (может быть, они просто боялись темноты). Но Никта никому не причиняла зла – особенно по сравнению с другими богами.

Даже Зевс побаивался Никты, которая была значительно старше него. Он подозревал, что у этой богини на самом деле куда больше силы, чем у него самого. Однажды Гера обратилась к сыну Никты Гипносу, чтобы он усыпил Зевса и тот не мешал ей вредить Гераклу. Когда Зевс проснулся и обнаружил, что сделал Гипнос[80], то вышел из себя и стал угрожать ему своим громовым трезубцем. Зевс за эту дерзость бросил Гипноса в море, но тот поспешил скрыться в Тартаре под юбкой матери. Зевс не решился последовать за ним туда, опасаясь гнева Никты. Но Гипнос усвоил урок и сказал Гере, куда ей следует идти в следующий раз, когда она попросит его об одолжении.

Дворец Никты в Тартаре был всегда окружен непроницаемыми черными облаками, что делало его довольно мрачным местом. Она жила там с дочерью Гемерой (богиней дня), но они никогда не бывали дома одновременно. Никту часто изображают вместе с Гелиосом, Селеной и Эос – другими божествами, участвовавшими в суточном круговороте времени. Также Никта заведовала облаками, скрывавшими сияние Олимпа от глаз смертных, – в общем, дел у нее было полно.

Флора

Нимфа Хлорида полюбила Зефира, бога западного ветра. Когда они поженились, статус Хлориды был повышен до младшей богини и у нее появились новые обязанности. Теперь Хлорида должна была следить за распусканием цветов каждую весну, и ей дали новое имя – Флора[81]. Она всегда одевалась в роскошное белое платье, украшенное цветами.

В свободное от земных занятий время Флора обитала в Элизиуме, в подземном мире, куда попадали души лучших из людей. Согласно легенде, это место было огромным садом, где все мыслимые цветы постоянно цвели. Флора была там садовницей и очень гордилась тем, как ей удается сохранить красоту этого священного места с помощью волшебства и нежности.

Ее божественная жизнь была вполне идиллической, но даже она не могла избежать потерь и печалей. Однажды, выполняя свою работу на земле, Флора наткнулась на тело незнакомой нимфы. Это очень расстроило богиню, и она оплакивала свою сестру. Чтобы почтить нимфу, Флора решила превратить ее в цветок, но и этого ей показалось мало. Флора воззвала к Афродите, и та наделила цветок невероятной красотой. Стало лучше, подумала Флора, но совершенству нет предела. Она обратилась к Дионису, который поделился каплями своего божественного нектара и дал цветку пьянящий аромат. Потом Флора спросила у граций, не могут ли они дать ее новому созданию что-то от себя? Они сделали цветок чрезвычайно привлекательным и изящным. Зефир, который был готов на все ради своей супруги, разогнал облака, чтобы цветка коснулся свет колесницы Гелиоса и он стал еще пышнее. Раскрывшись, цветок показал ярко-красные лепестки с потрясающим ароматом. Это было настоящее совершенство, и Флора назвала его розой, зная, что ей суждено стать царицей всех цветов. После этого, применив уже собственные силы, она рассеяла розы повсюду, чтобы все могли наслаждаться ими.

Флора считается богиней, ответственной за превращения во многих известных мифах, например в истории Адониса, который стал цветком после своей безвременной кончины.

Гестия

Гестия – богиня домашнего очага – была мирной и скромной и не участвовала в вечных драмах своих божественных братьев и сестер. У Крона и Реи она родилась первой и первой была проглочена, но когда Крон был вынужден изрыгнуть своих детей, оказалась последней, поэтому некоторые считают ее младшей.

Обычно Гестию изображают как скромную женщину средних лет с лицом, прикрытым вуалью, и цветами в руках. Она не занимает важного места в мифологических историях, потому что большую часть времени проводила у себя дома, поддерживая огонь в олимпийском очаге жиром от жертв, принесенных на земле. В ее честь не строили многочисленных храмов, однако можно считать, что очаг в каждом доме был ее святилищем.

При этом смертные очень уважали Гестию и поклонялись ей как защитнице своих домов. Любой пир начинался и заканчивался поднесением богине вина и вознесением молитв. Ей же предназначался первый кусок каждого жертвенного животного, если жертва приносилась в доме. Говорят, особенно она любила свиней.

Если огонь в очаге по недосмотру угасал, это считалось оскорблением Гестии, и, чтобы разжечь его снова, нужно было выполнить ритуалы очищения, дабы умилостивить богиню. Обычно ответственность за поклонение Гестии и поддержание огня лежала на старшей женщине в семье.

Гестия не проявляла интереса к плотским утехам, однако даже она подвергалась преследованию со стороны своих олимпийских родичей – Посейдона и Аполлона. Оба хотели взять ее в жены, но она отказала обоим, а затем пошла к Зевсу и попросила его о защите, чтобы навсегда остаться девственницей. Даже Афродита, которая, как мы знаем, обычно не терпела отказов, никак не могла повлиять на Гестию. Сын Афродиты Приап пытался силой взять Гестию. Однажды он подкрался к мирно спящей Гестии, но неподалеку неожиданно заревел осел и разбудил богиню. Остальные боги, узнав о неуважительном поступке Приапа, запретили ему появляться на любых божественных сборищах и прогнали в лес.

Со временем Гестия устала от олимпийской суеты и передала свои обязанности более молодому и ловкому богу – Дионису. Но даже после этого она приглядывала за олимпийским огнем. Вот уж истинно богиня без неприятностей.

Каллисто

Каллисто, близкая подруга Артемиды, поклялась хранить девственность до конца жизни.

Зевс уважал решение своей дочери хранить чистоту, но в отношении всех прочих женщин придерживался другого мнения. Он появился перед Каллисто, приняв облик Артемиды, которую Каллисто любила так сильно, что не отвергла ее ласк. У бедной девушки не было никакого представления о плотских утехах, но все-таки она заподозрила неладное после этой встречи. Ее подозрения усугубились, когда выяснилось, что она беременна. Поняв наконец, что ее обвели вокруг пальца, Каллисто была раздавлена. К тому же она боялась, что ее божественная подруга обо всем узнает и осудит ее. Поэтому она пыталась скрывать свою беременность, и некоторое время ей это удавалось, однако потом Артемида увидела ее купающейся и обо всем догадалась.

Артемида действительно была в ярости. Какое кощунство совершила эта набожная девственница! Она исключила Каллисто из своей охотничьей свиты и прекратила всякое общение с ней. И, словно этого было мало, к несчастной девушке явилась Гера, оттаскала ее за волосы, обозвала шлюхой и превратила в медведицу[82]. Но сын Каллисто, Аркад, родился человеком. Через некоторое время на мать и ребенка наткнулись пастухи. Не зная, что медведица раньше была женщиной, они испугались за малыша и забрали его с собой[83].

Прошли годы, и в лес, где обитала Каллисто, вновь пришли пастухи, и среди них – охотник Аркад. Каллисто узнала его и, не сумев устоять перед материнскими чувствами, решила посмотреть на сына поближе. Но Аркад увидел только дикого зверя, который, возможно, хотел на него напасть. Он был очень метким стрелком, так что, скорее всего, убил бы мать, но Зевс, наблюдавший за разворачивавшейся драмой, решил вмешаться. Он вознес свою бывшую возлюбленную и сына на небо, превратив их в созвездия Большой и Малой Медведиц.

Тефида

Детство Тефиды, как и других титанов, не было идиллическим. Их отец Уран спрятал всех своих детей обратно в утробу матери Геи из боязни, что они низвергнут его.

Тефида, прекрасная и мудрая, была воплощением пресных вод. Она стала супругой другого титана – своего брата Океана, бога морской воды. Несмотря на тяжелое детство, сами они были заботливыми и любящими родителями, хоть это было, вероятно, и нелегко, учитывая, что они дали жизнь шести тысячам потомков, которые правили ручьями, реками, озерами, морями и дождевыми облаками[84]. Их самыми известными детьми были океаниды (морские богини) и потамы (боги рек и ручьев). Кроме того, Тефида и Океан приглядывали за всеми морскими созданиями.

Океан – самый старший из сыновей Геи, он не принимал участия в божественных конфликтах. Когда его собратья решили свергнуть Урана, он отказался присоединиться к ним, хотя, вероятно, тоже устал от жестокости отца. Но Крон не обиделся на него за нейтралитет и сделал главным над всеми земными водами (после титаномахии Океану пришлось уступить свой пост Посейдону).

Тефида и Океан продолжали мирно жить и плодить потомков, но уже начали немного беспокоиться. Даже для титанов их генеалогическое древо очень уж разрослось. Тем временем на горизонте замаячила еще одна война – правление Крона тоже оказалось не идеальным. И снова водные супруги предпочли не вмешиваться. Но когда Зевс занялся освобождением своих сестер и братьев, проглоченных Кроном, к ним обратились за помощью. Их сестра Рея попросила Тефиду и Океана присматривать за Герой, пока Зевс осуществлял свой план захвата власти. Тефида очень привязалась к будущей царице богов, и эти отношения сохранились и после восхождения Геры на Олимп. Когда Зевс отправил свою любовницу (читай – жертву) Каллисто на небо в виде созвездия, Тефида, всегда сочувствовавшая Гере, потребовала, чтобы ее звезды никогда не касались воды, то есть не заходили за горизонт.

По окончании войны Тефида и Океан сохранили уважение прочих богов. Но, пробыв столько лет вместе, они все же решили расстаться, так как растущее количество их потомков угрожало затопить всю землю. Несмотря на это, они остались друзьями, и неизвестно, нашла ли Тефида себе другого спутника жизни – бога или человека.

Эхо

О горной нимфе Эхо точно известно одно – она была невероятной болтушкой. Это принесло ей много неприятностей. Периодически она так забалтывала Геру, что та пропускала момент и не успевала застукать Зевса с очередной любовницей. Когда такое случилось в тысячный раз, Гера не выдержала и прокляла Эхо, лишив ее возможности говорить. Голос Эхо не потеряла, но теперь могла только повторять последние несколько слов, сказанных другими.

Однажды Эхо бродила по лесу и увидела самого привлекательного мужчину, которого ей только доводилось встречать. Это был Нарцисс[85], отставший от своих товарищей-охотников. Очарованная Эхо спряталась за деревом и стала наблюдать за ним, отчаянно желая ему представиться.

Нарцисс услышал шорох и спросил: «Кто здесь?»

«Кто здесь», – только и смогла повторить Эхо.

«Иди сюда!» – сказал Нарцисс.

«Иди сюда!» – отозвалась Эхо.

Тогда он заявил: «Давай выйдем вместе!»

«Давай выйдем вместе!» – радостно подхватила Эхо и выскочила из укрытия.

Эхо отчаянно пыталась объясниться с Нарциссом без слов, но юноша любил одного себя и довольно резко отверг ее. Эхо со стыдом и разбитым сердцем убежала прочь. Возможно, это было худшее первое впечатление в древней истории. Эхо смирилась с этим и стала наблюдать за Нарциссом издалека, отчаянно по нему тоскуя.

Случилось так, что Немезида, богиня божественного возмездия, видела всю эту сцену[86]. Эта безжалостная богиня особенно жестоко расправлялась с теми, кто предал других в любви, и решила, что Нарцисс достоин ее проклятия.

По воле Немезиды Нарцисс влюбился в свое отражение в ближайшем источнике[87]. Собственный образ настолько захватил его, что он решил, что ничто другое больше не стоит его внимания, и так и остался неподвижным на берегу, глядя на свое лицо. Со временем Флора превратила его в цветок.

Нарцисс не мог оторваться от своего отражения, а Эхо – от Нарцисса. Она смотрела и смотрела, как ее любовь погружается в себя, и постепенно иссохла от тоски, так что от нее остался лишь голос.

Говорят, что его до сих пор можно услышать в пустынных пространствах, где он повторяет ваши слова.

Европа

Однажды Европа, прекрасная финикийская царевна из города Тира[88], играла с подругами на берегу моря. И тут ее заметил единственный и неповторимый Зевс. А если Зевс что-то (или кого-то) хотел, он это получал. На этот раз он превратился в белого быка и как будто случайно побрел к тому месту, где царевна собирала цветы, притворяясь простым дружелюбным и любопытным животным. Европе очень понравился бык, она начала гладить его белоснежную шерсть и заметила, что его дыхание одуряюще пахнет шафраном. Подруги уже ушли дальше, но Европа никак не могла оторваться от быка. Она сплела ему венок и надела на рога. Потом решила прокатиться и залезла к нему на спину. Тут же Зевс бросился в море и поплыл. Так они добрались до самого Крита, и там Европа наконец спустилась на землю, а Зевс принял свой истинный облик.

Тем временем в Тире семья Европы сходила с ума из-за ее исчезновения. Родители отправили четверых ее братьев на поиски, наказав им не возвращаться без царевны.

Братья отправились в разные стороны, по пути попадая в разнообразные приключения, но так и не нашли сестру.

Зевс же влюбился в нее по уши, и Европа, кажется, совершенно не переживала о том, что ее похитили. Зевс осыпал ее знаками внимания и экстравагантными подарками, включая ожерелье, изготовленное самим Гефестом, чудесного пса Лелапа (того же самого, который потом достался Прокриде) и копье, которое всегда попадало в цель (аналогично). Чтобы защитить возлюбленную, Зевс заставил бронзового гиганта Талоса (которого потом погубила Медея) трижды обходить остров в поисках любой опасности. От их союза на свет появились три сына, в том числе будущий критский царь Минос, который женился на Пасифае.

Когда Европа и Зевс наконец насытились друг другом, она вышла замуж за царя Крита Астериона, который усыновил детей Европы и вырастил их как родных[89]. Потомки Европы и Зевса расселились по миру и стали участниками многих легендарных историй.

Гармония

Гармония – богиня красоты и согласия в отношениях, дочь Афродиты и Ареса (любви и войны). Стала женой основателя Фив Кадма, но перед этим ему пришлось пережить немало испытаний и невзгод, начиная с поисков своей сестры Европы.

Как мы уже знаем, поиски оказались безуспешны – не в последнюю очередь потому, что Кадм бросил их, отвлекшись на основание Фив. В его защиту стоит сказать, что он сделал это по совету самой пифии (или богини убеждения Пифо). Позже он оказался в Самофракии, где познакомился с приемной матерью Гармонии, Электрой. Они понравились друг другу, и когда появился Гермес и сказал Электре, чтобы она отдала Гармонию Кадму в жены без приданого, та охотно согласилась на это. Однако, когда Гармонии объявили о помолвке, она не выразила желания выходить за Кадма. Может, он и был царской крови, но выглядел как оборванец, а ведь она была дочерью двух весьма влиятельных богов!

Тут решила вмешаться Афродита, понимавшая, что для ее дочери это отличная партия. Приняв образ смертной девушки, она пришла к Гармонии, произнесла длинную речь о достоинствах Кадма и посоветовала ей взглянуть на жениха в другом свете. Кадма же не надо было убеждать – Гармония унаследовала красоту матери.

В конечном итоге свадьба все же состоялась, и туда, кроме смертных, пришли все боги с чудесными дарами для новобрачных. От матери Гармония получила некое волшебное одеяние – есть разные версии, что это была за вещь, но представьте, что это сногсшибательный комплект сексуального нижнего белья. Брак оказался удачным – у Гармонии и Кадма родилось пятеро детей.

Гефест тоже сделал подарок Гармонии – причудливое ожерелье из звеньев, соединенных золотыми змейками, которые впивались зубами в орла[90]. Да, звучит странновато, но невесте подарок понравился, и она сразу же надела его. Гефест сказал, что женщина, которая носит его, навсегда останется молодой и прекрасной, так что все жительницы Фив и не только мечтали о нем.

Но никто почему-то не подумал о том, что у Гефеста может быть свой интерес. Не забывайте, что мать Гармонии, Афродита, была на самом деле женой Гефеста, а отец, Арес, неоднократно унижал его, бесстыдно крутя с ней любовь. И действительно, на самом деле Гефест проклял ожерелье, чтобы оно приносило несчастье любому, кто владел им.

Поэтому супруги, хотя и были счастливы вместе, постоянно сталкивались с проблемами, в том числе с народными волнениями в Фивах и неурядицами среди их родственников. Впоследствии ожерелье передавалось из поколения в поколение, прокладывая свой проклятый путь по ветвям фиванского фамильного древа. Некоторые из этих историй мы еще узнаем, в том числе о дочерях Гармонии и Кадма Автоное, Агаве и Семеле, а также об Иокасте и ее злосчастном потомстве.

В конце концов Кадм и Гармония решили удалиться с политической сцены. Им всегда хотелось повидать Грецию, и они решили посвятить свои закатные годы путешествиям[91]. Они делали это довольно скромно – не чета прочим царским особам, которые останавливались во дворцах и наслаждались роскошными пиршествами.

Но куда бы они ни отправлялись, любимое ожерелье всегда было при них. Из-за этого удача не сопутствовала им ни в одном деле. В конце концов они решили осесть в Иллирии[92], но спустя недолгое время Кадм прогневал Ареса (на этот раз каким-то случайным замечанием, которое бог не так понял), и тот превратил его в змея. Гармония воскликнула: «Если ты стал змеем, я тоже буду змеей!» – и Афина помогла ей в этом.

И они поползли в закат, наконец-то освободившись от проклятия своей семейной жизни. Когда пришло их время, Зевс позволил паре снова принять человеческий облик. Они скончались мирно, в один день, и были допущены в Элизиум.

Разрушив еще несколько жизней, проклятое ожерелье в конце концов упокоилось в дельфийском храме Афины и больше не способно причинить никому вреда.

Мелисса

Бракосочетание Зевса и Геры должно было стать самой грандиозной вечеринкой всех времен. Гера была очень довольна собой: наконец-то Зевс произнесет клятвы и будет хранить ей верность, не посмеет же он нарушить обещания, данные у алтаря!

Тем временем Зевс объявил о состязании. Боги, богини, нимфы и все прочие могли принести на свадебный стол собственные блюда. Жених с невестой попробуют все и вместе решат, кто станет победителем. Этому счастливчику Зевс исполнит любое желание. Все олимпийцы и примкнувшие к ним начали лихорадочно придумывать, чем бы удивить молодоженов.

И вот важный день настал. Огромный стол ломился от сотен яств. Боги и богини толпились вокруг, дивясь причудливым деликатесам и надеясь, что Зевс и Гера разрешат им попробовать остатки.

Прямо перед началом дегустации к столу подошла странная нимфа. Ее звали Мелисса, она была совсем крошечной, одета в черный пух с желтой полоской посередине. Она поднялась над столом на прозрачных крылышках, издававших чудной жужжащий звук, и поставила среди роскошных золотых блюд и украшенных рубинами и аметистами чаш крошечную белую плошечку с несколькими каплями золотистой жидкости. Прочие божества смущенно отводили взгляды, им было жаль бедняжку.

Зевс и Гера начали пробовать блюда, начав с другого конца стола. Подношение Мелиссы оказалось самым последним. Молодожены окунули в странную субстанцию мизинцы, обмениваясь недоуменными взглядами. Но стоило им лизнуть свои пальцы, их глаза потрясенно раскрылись. Это совершенно точно была самая вкусная вещь из всего, что им доводилось пробовать. Зевс тут же провозгласил это блюдо лучшим и вызвал божество, которое приготовило его.

Мелисса скромно вылетела на своих крылышках в центр зала, и зрители обрушили на нее шквал аплодисментов. Зевс провозгласил, что блюдо Мелиссы станет пищей богов и будет называться «амброзией». Потом он повернулся к нимфе и спросил, чего же она хочет. Мелисса начала рассказывать ему, что делать мед очень сложно, особенно потому, что она такая маленькая и живет в постоянном страхе перед другими созданиями, которые могут причинить ей боль и украсть ее творение. На то, чтобы сделать вот это крошечное количество, у нее ушло несколько недель. Она объяснила Зевсу, что хотела бы иметь оружие для защиты.

Настроение в зале резко поменялось. Зевс начал закипать: как эта малявка осмеливается просить у него оружие в такой светлый и мирный день?! Он ей покажет! Конечно, он не мог убить ее – ведь никто, кроме нее, не знал, как делать амброзию, а он сам, раз попробовав, уже не сможет жить без нее. Более того, ему хотелось как можно быстрее наладить массовое производство этого божественного яства.

По велению Зевса появился целый рой нимф, подобных Мелиссе, и он сказал, что отныне она станет их царицей. Обрадованная Мелисса поблагодарила Зевса и хотела лететь прочь со своими новыми товарками, но он поймал ее за крылышко и вернул назад.

«Мне кажется, ты забыла свое оружие, маленькая нимфа!» – ухмыльнулся он. Внезапно Мелисса почувствовала самую ужасную боль, которую только можно представить. Она с криком упала на пол и заметила, что все ее подданные испытывают то же самое. Страшная жгучая боль возникла где-то сзади, и, обернувшись, Мелисса увидела, что у нее появилось огромное зазубренное жало. Боль постепенно стихала, и она поднялась на ноги.

Зевс объявил, что теперь у нее есть оружие, которым она может пользоваться, когда захочет, – однако лишь один раз в жизни. Если она поразит жалом своего врага, оно останется в его теле и она погибнет.

Эригона и Мера

Однажды афинянин Икарий проявил гостеприимство и почтение к богу Дионису, и в награду бог научил его искусству виноделия. Икарий, как человек щедрый, захотел поделиться этим даром с соседями и друзьями и пошел к местным пастухам. Компания радостно предавалась возлияниям, но потом пастухи почувствовали себя странно – они еще не были знакомы с опьянением. Решив, что Икарий хотел их отравить, они насмерть забили его камнями и закопали под деревом.

Вечером дочь Икария Эригона стала волноваться, что отец не пришел вовремя домой. Взяв с собой свою верную собаку Майру, она отправилась на поиски. Майра взяла след хозяина, привела Эригону к дереву и начала копать под ним, пока не показалось тело. Потрясенная Эригона взобралась на дерево и повесилась над трупом отца. Майра, не пожелавшая остаться без хозяев, бросилась с утеса.

Дионис, услышав о такой трагической кончине доброго Икария и его дочери, пришел в ярость. Но, как это часто бывает с мстительными богами и их несправедливыми наказаниями, ярость его обрушилась не на убийц Икария. Он проклял всех незамужних афинянок, так что они впали в безумие и покончили с собой тем же образом, что и Эригона, а остальных жителей поразила чума. В результате население города начало быстро сокращаться. Как ни молились афиняне, боги не желали им помогать. Наконец афинянин Аристей отправился к оракулу, который сказал провести должные погребальные обряды для Икария и Эригоны[93]. После этого бедствия прекратились, а в городе стал регулярно проводиться праздник в память о трагически погибших семьях (возможно, для того, чтобы не лишиться благосклонности Диониса).

Убедившись, что все пострадали достаточно, Дионис вознес главных героев на небо: Эригона стала созвездием Девы, Икарий – Волопаса, а Майра – звездой Проционом[94].

Бавкида

Бавкида и ее супруг Филемон, пожилая пара из фригийского города Тиана, были не слишком богатыми, однако добрыми и отзывчивыми людьми.

Однажды Зевс и Гермес решили проверить людей Тианы. Они оделись крестьянами и пошли из дома в дом, прося накормить их и приютить на ночь. Но городские жители отказывали им, часто довольно жестоко.

Наконец боги пришли в скромную хижину Филемона и Бавкиды. Их радушно приняли и поспешили поделиться тем малым, что у них было. Таинственным гостям подали пищу и вино и развлекли приятной беседой. Неожиданно Бавкида осознала, что, хотя она уже несколько раз наполняла все четыре кубка, вина в кувшине не убавилось. Потихоньку она показала это мужу, и тут они оба догадались, что принимают у себя двух богов.

Бавкиде сразу же стало стыдно за их убогое жилище и скудную еду. Филемон побежал в сад и стал ловить последнего гуся, рассчитывая, что Бавкида сможет быстро приготовить из него что-нибудь более приличествующее моменту. Гусь спрятался за Зевсом, и бог весело рассмеялся. Он сказал супругам, что не стоит волноваться. Им с Гермесом пора идти, но супруги должны последовать за ними. При этом он предупредил, что они не должны оборачиваться, пока не взойдут на вершину горы.

Филемон и Бавкида повиновались, и когда наконец боги разрешили им обернуться, то пара увидела, что весь город смыло потопом, только их хижина осталась на месте, превратившись в величественный храм. Горожане были наказаны за неуважение к чужестранцам, и только добрые супруги смогли спастись.

Глядя на то, что стало с их домом, Филемон и Бавкида осмелились попросить богов о двух вещах. Во-первых, они пожелали остаться служить в этом храме. Боги исполнили их желание. А во-вторых, сказали они, когда одному из нас придет время умереть, пусть и другой сможет уйти. После смерти они стали дубом и липой и сплелись ветвями.

Амариллис

Юная Амариллис влюбилась в местного пастуха Альтео, но быстро поняла, что добиться взаимности не так-то просто.

Альтео был силен и очень красив, но его интересовали исключительно растения. Когда он не был занят со своими подопечными, то искал цветы и изучал их, и никакая женщина не могла отвлечь его от этого занятия. Он даже объявил, что полюбит и возьмет в жены только ту, что сможет принести ему цветок, который он еще никогда не видел.

Амариллис отчаянно хотела разбудить в нем любовь, но ничего не понимала в цветах и не знала, как найти тот, который еще никто никогда не видел. Поэтому она решила обратиться за помощью к богам и отправилась к Дельфийскому оракулу.

В этот раз оракул дал простое, хотя и неприятное решение – девушке нужно было принести кровавую жертву. Хотя Амариллис и была готова практически на все ради любви Альтео, она не могла причинить вред другому живому существу и решила поступить по-другому. Каждый вечер она стала приходить к хижине Альтео и пронзать свое сердце золотой стрелой. Кровь стекала по ее груди и впитывалась в землю.

Казалось, что ее боль, как физическая, так и душевная, никогда не закончится, но Амариллис была готова продолжать делать это до конца своих дней. На тридцатую ночь мучений из лужицы крови под ее ногами вырос великолепный алый цветок. Не обращая внимания на боль, Амариллис наклонилась, аккуратно вытащила цветок из земли и понесла его Альтео. Молодой человек был поражен подарком – и женщиной, которая вручила его. Альтео исполнил свою клятву и женился на Амариллис, а невиданный цветок назвал ее именем[95].

Дорида

Морские божества обычно считались не слишком дружелюбными и даже несколько подлыми по отношению к людям. Винить их в этом сложно – живя в океане, они не часто общались со смертными и не понимали, что движет их поступками.

Но одна океанида отличалась от своих сестер. Это была прелестная Дорида, мать нереид. Она вышла за Нерея (которого называли Морским старцем), и вместе они старались сделать свои воды (а тем самым и мир) лучше.

Дорида следила за тем, чтобы все морские создания – от других божеств до самых мелких существ – имели жилье и пищу, что было непросто, учитывая, как часто одни морские твари пожирают других. Про Дориду мало говорится в мифах, однако она достойна упоминания, так как без нее не было бы многочисленных историй о ее потомках. Некоторые из них мы еще расскажем.

Эгина

Однажды Зевс похитил Эгину, дочь речного бога Асопа, и унес ее на далекий остров. Асоп видел это издалека, но не сумел догнать их. Он очень скучал по дочери и хотел вернуть ее, так что отправился на поиски. Через некоторое время он оказался в Коринфе, где правил царь Сизиф. Тот сказал Асопу, что знает, где находится Эгина, но не скажет без вознаграждения (он был не слишком порядочным человеком). Но Асопу было плевать на богатство, и он дал жадному царю все, что тот хотел. Сизиф показал богу местонахождение острова, где Зевс держал его дочь. (Потом этот остров в честь нее назвали Эгиной.) Асоп поспешно направился туда, но Зевс заметил его и стал кидать молнии в воду. Асоп был силен, но все же не смог справиться с поднявшимися волнами и течением, и ему пришлось признать поражение. Он вернулся в родную реку и больше никогда не видел Эгину.

Эгина родила Зевсу сына Эака, который впоследствии стал царем острова. Женившись на Эндеиде, он стал отцом Пелея, который, в свою очередь, стал отцом Ахилла.

Гера узнала и об этой интрижке Зевса, но только после того, как Эак вырос, а Эгина умерла. Видимо, ее детективные навыки в те годы стали слабее. Времени прошло немало, но Гере было все равно – она наслала на остров чуму, которая убила всех, кроме царя. Сидя под деревом в одиночестве, Эак увидел множество муравьев и взмолился своему отцу Зевсу, чтобы тот превратил их в новый народ. Зевс выполнил его желание, и так появились мирмидоняне – племя, которое под предводительством Ахилла сражалось вместе с греками против троянцев.

Пения

Пения была богиней бедности, так что подношения ей были весьма скромны. Ее сестрами были Птохея (нищенство) и Амехания (беспомощность).

Пения вышла замуж за Пороса, бога изобилия (да, противоположности явно притягиваются), сына титаниды Метиды. По всей видимости, они встретились на празднике в честь дня рождения Афродиты, где, в соответствии с природой этой богини, воздух был насыщен любовью. Пения пришла туда просить подаяния. Она наткнулась на Пороса, который был уже совершенно пьян от нектара, и решила воспользоваться возможностью и соблазнить его. Это определенно была памятная ночь, ведь Пения пришла на вечеринку всего лишь за подаянием. Некоторые авторы считают, что от этого союза родился Эрот, в котором сочетаются черты обоих родителей – он может приобрести многое, но богатство никогда не задерживается у него надолго. Однако более распространена версия, согласно которой Эрот был сыном Афродиты и Ареса.

Люди, не находившиеся в тяжких жизненных обстоятельствах, не хотели иметь никаких дел с Пенией и тем более привлекать ее внимание, и она прекрасно понимала, что ее избегают. Такое положение ее вполне устраивало, к тому же она не без оснований считала себя достаточно важной силой в человеческом мире.

Однажды Пения поспорила с двумя мужчинами, которые рассуждали о том, как было бы хорошо, если бы все в мире были богаты[96]. Пения сказала им, что, если бы у всех было богатство, никто не стал бы усердно работать, так как не имел бы никакой выгоды от хорошей репутации. Если посмотреть с этой точки зрения, то становится понятно, что ее обязанности действительно были не менее важны, чем у прочих богов, для поддержания равновесия в мире.

Андромаха

Андромаха и троянский царевич Гектор очень любили друг друга. Хотя обычно Гектор был довольно холоден, свою невесту он осыпал дорогими подарками и комплиментами.

Андромаха была идеальным примером женского послушания, но при этом – особенно во время Троянской войны – могла дать ему ценный совет о стратегии боя. Она очень хотела помочь Гектору и его товарищам, но при этом боялась, что потеряет мужа, поэтому часто умоляла его не лезть в гущу битвы. Но Гектор, конечно же, ее не слушал – он хотел сражаться в первых рядах.

Когда Ахилл убил Гектора[97], Андромаху, как и большинство выживших троянских женщин, забрали в рабство. После этого прославленный герой Одиссей взял единственного сына Андромахи и Гектора, маленького Астианакса, и сбросил его со стен Трои, чтобы у царской семьи не осталось наследников. Андромаха была безутешна, и троянские женщины уговорили греков разрешить им хотя бы похоронить царевича. Они положили его на отцовский щит и провели все необходимые ритуалы.

Андромаха досталась сыну Ахилла, Неоптолему, – его привлекла звездная репутация царицы. Вряд ли Андромаха, набожная троянка и заботливая мать и жена, спокойно приняла свое пленение, особенно учитывая, что раньше она очень нелестно отзывалась о женщинах, которые «забывают о старой любви ради новой», – скорее всего, имея в виду некую свою невестку, которую считала главной причиной всех несчастий. Тем не менее она родила от своего поработителя сына (по некоторым источникам – двоих или троих). Надо сказать, что Неоптолем предпочитал рабыню своей законной супруге Гермионе.

Амфитрита

Нереида Амфитрита, старшая из своих пятидесяти сестер, была очень романтичной натурой. Часто она представляла себе, как влюбится в кого-нибудь и они будут жить долго и счастливо.

Морской бог Посейдон любил наблюдать за плавными танцами нереид и однажды решил, что прекрасная Амфитрита должна стать его женой. Но когда он обратился к ней с этим предложением, она уплыла прочь. Это произошло так быстро, что Посейдон не смог выследить ее, как ни старался[98]. Поскольку ему нужно было возвращаться к своим обязанностям, он поручил найти ее своим подчиненным – морским созданиям. Один из дельфинов в конце концов нашел Амфитриту, которая переводила дыхание на далеком берегу.

Когда дельфин появился из моря, Амфитрита заплакала и стала жаловаться ему на свои печали. Она говорила, что не хочет быть женой морского царя, потому что всегда мечтала выйти замуж по любви. Дельфин выслушал ее и попытался утешить. Он убедительно объяснял ей, что Посейдон очень сильно полюбил ее, описывал, какой может стать их совместная жизнь. Амфитрита поневоле задумалась о том, какое богатство и успех ее ждут, если она все же примет предложение Посейдона.

В конце концов Амфитрита согласилась вернуться в море и сказать Посейдону «да». Тот был очень рад, что сумел-таки заполучить такую красавицу, и устроил грандиозное подводное празднество в честь их бракосочетания. Верный дельфин тоже получил награду за свою службу – Посейдон сделал его созвездием на небесах.

Став царицею морскою, Амфитрита жила довольно спокойно, и несмотря на то, что Посейдон время от времени заводил любовниц на стороне, они сохранили брак. Ее часто изображают с украшениями из крабьих клешней, на морском троне вместе с супругом или сопровождающей его на подводной колеснице, запряженной морскими коньками. Амфитрита произвела на свет много морских созданий, а также сына Тритона – человека с рыбьим хвостом.

4

Безумные мамаши

Не останавливаются на пути мщения, отчего страдают и их собственные дети

Кирка

Могущественная и очаровательная волшебница Кирка (Цирцея), сестра Пасифаи, специализировалась на превращении людей в нечто иное, хотели они того или нет. С помощью трав и заклинаний она могла обуздывать силы природы, и животные подчинялись ее воле. Говорили, что у нее были прекрасные огненно-рыжие волосы и горящие золотые глаза, которые она унаследовала от своего отца Гелиоса.

В юные годы Кирка славилась своей ревностью. Она влюбилась в морского бога Главка[99], но, к несчастью для нее, тот был ослеплен своей любовью к нимфе Скилле[100]. В своей страсти он оказался настолько опрометчив, что попросил саму Кирку помочь ему завоевать сердце Скиллы, которая была к нему равнодушна. Кирка согласилась «помочь», но, честно говоря, если Главк поверил в это, то можно сказать, что он был сам виноват в случившемся. Кирка отправилась в место, где любила купаться Скилла, бросила в воду волшебные травы и произнесла заклинание. Окунувшись в воду, Скилла превратилась в злобное морское чудовище с шестью головами. Проклятая навеки, она поселилась на скалах напротив Харибды, другого жуткого создания, и пожирала проплывавших мимо моряков.

Позже Кирка полюбила царя Пика – эта страсть тоже была обречена, так как Пик был счастливо женат на нимфе Каненте[101]. Поэтому и он отверг Кирку, и та, выйдя из себя, превратила его в дятла. Канента, не в силах перенести потерю мужа, покончила с собой.

После этого Кирка удалилась на одинокий остров Ээя[102] в компании одних лишь животных (часть из которых раньше была людьми). Она поселилась в огромном каменном дворце посередине острова, среди лесов, где росло множество волшебных трав.

Пожалуй, лучше всего известна история о встрече Кирки с Одиссеем. На пути домой после Троянской войны команда Одиссея высадилась на берегах Ээи, чтобы отдохнуть и спланировать свой дальнейший путь. Бродя по острову, греческие воины услышали дивное пение. Пойдя на голос, они приблизились к дворцу и были поражены тем, что вокруг него бродит масса диких зверей – львы, волки, медведи и прочие, – которые ведут себя как ручные питомцы. В дверях их приветствовала прекрасная огненноволосая колдунья. Она предложила им пищу и кров. Уставшие путники были очень рады такому приему. Но увы, они не знали, что Кирка добавила в еду и питье свои волшебные настои. После трапезы мужчины стали задумываться о других развлечениях и поглядывать на очаровательную хозяйку. Но недолго им пришлось предаваться похотливым мыслям. Одним жестом Кирка превратила их всех в свиней и загнала в хлев. Они визжали и плакали всю дорогу, поскольку сохранили человеческий разум.

Только один из спутников Одиссея, который в тот момент был вне дворца, остался человеком и поспешил на корабль к своему капитану с новостями. Одиссей поторопился на выручку своей команде. По пути к нему подлетел Пик-дятел и попытался предупредить об опасности, но Одиссей лишь отмахнулся от него, уверенный, что справится сам. Неподалеку от дворца его встретил Гермес, которого послала благоволившая Одиссею Афина. Гермес дал Одиссею волшебную траву моли[103]: человек не может найти ее сам, но она дает защиту от злого волшебства. Гермес предупредил Одиссея, что Кирка коварна и даже с волшебной травой он не будет в безопасности, если Кирка не поклянется богами не вредить ему.

Увидев у дверей Одиссея, Кирка пригласила героя во дворец, как и всех остальных, рассчитывая и его превратить в свинью. Но благодаря траве вино и яства не оказали на Одиссея никакого воздействия, и, когда Кирка достала свою волшебную палочку, герой выхватил свое оружие – меч. Кирке пришлось поклясться, что она не причинит гостю вреда. Надо сказать, такая смелость очаровала волшебницу, и Одиссею удалось убедить ее превратить его спутников обратно в людей. После этого парочка по обоюдному согласию отправилась в постель.

Одиссей и его соратники оставались на острове целый год. Стоит задаться вопросом, как чувствовали себя рядом с Киркой спутники героя, ведь она так легко наделила их свиными мордами и хвостами. Надеемся, это заставляло их задуматься о том, что не стоит брать то, что им не принадлежит. Но в конце концов Одиссей окончательно затосковал по родной Итаке, своей жене Пенелопе и сыну, которого оставил совсем маленьким. Как ни странно, Кирка не стала его удерживать и даже помогла подготовиться к путешествию.

Одиссей уплыл, а у Кирки родился от него сын, которого назвали Телегоном[104]. Мальчик рос очень любопытным и часто спрашивал о своем происхождении. Когда Телегон повзрослел, Кирка рассказала ему историю Одиссея. Телегон очень хотел встретиться с ним и собрался плыть на Итаку. Кирка знала, какие опасности могут подстерегать сына на пути, и решила раздобыть ему мощное оружие. Она пошла к бессмертному скату Тригону, укол хвоста которого был смертелен для любого человека, а бессмертного обрекал на вечные мучения. Тригон согласился отдать Кирке свой хвост для Телегона, но сначала она должна была сама прикоснуться к нему. Кирка была согласна на все ради сына и протянула руку, но Тригон не стал жалить ее, сказав, что ее решимости будет достаточно. Гефест сделал из хвоста Тригона наконечник копья для Телегона.

Когда Телегон наконец добрался до Итаки, его отец был уже стар и немного не в себе, так что принял его за врага и попытался убить[105]. Во время схватки отравленный наконечник копья задел Одиссея, и тот скончался.

Когда все разъяснилось, Телегон оплакал отца и решил забрать его тело на Ээю. Супруга Одиссея Пенелопа и их сын Телемах отправились с ним. Удивительно, но все они как будто были не в обиде друг на друга. На Ээе тело Одиссея было предано огню, а Кирка после этого сделала Пенелопу и обоих его сыновей бессмертными. Впоследствии она взяла в мужья Телемаха[106], а Пенелопа – Телегона.

В греческих легендах Кирка была воплощением страха и желания, одним из первых примеров женщины-хищницы. Интересно, что именно ее обычно изображают чудовищем, тогда как на самом деле это мужчины первыми высадились на ее частную территорию и пытались к ней приставать. Но таков патриархат.

Фетида

Фетида, первая среди нереид, могла менять свой облик и предсказывать будущее. Но и чужие пророчества сыграли немалую роль в ее жизни. Было сказано, что ее сын превзойдет отца. И Зевс, и Посейдон желали ее, но передумали, узнав об этой проблемке.

Поэтому, чтобы обезопасить себя, боги решили выдать Фетиду замуж за смертного (хотя и царя) Пелея (того самого, что фигурирует в историях Астидамии и Эгины)[107]. Желая помочь Пелею, Зевс посоветовал ему подкараулить суженую на берегу, крепко-крепко обнять ее и не отпускать ни при каких обстоятельствах. Пелей так и сделал. Фетида кричала и вырывалась, превращаясь то в змею, то в пламя, то в львицу. Но, несмотря на это, Пелей не выпустил ее. В конце концов Фетида устала и согласилась стать женой Пелея. Это была его вторая свадьба, но на этот раз на грандиозное празднество созвали всех богов (за исключением Эриды, потому что… ну, вся эта ее любовь к раздорам, вы понимаете).

У Фетиды и Пелея родилось семеро детей. Шестеро умерли в младенчестве, и остался только один сын – Ахилл. Желая его защитить, Фетида отнесла сына к реке Стикс и окунула в ее волшебные воды, держа ребенка за пятку[108]. В результате Ахилл действительно стал практически неуязвим, за исключением того самого места на пятке, за которое держала его мать. Пелей был оскорблен тем, что его супруга проделала такое, не посоветовавшись с ним. В итоге они поссорились, и Фетида ушла от мужа и вернулась к себе в море.

Узнав о пророчестве, согласно которому Ахилл должен был погибнуть в Троянской войне, Фетида решила принять дополнительные меры для его защиты. Она отвезла сына на остров Скирос и сказала, что он должен жить здесь под видом женщины, прислуживая семи дочерям царя Ликомеда. Под именем Пирры он остался там, и Фетида думала, что он наконец-то в безопасности. Но Ахилл никогда не был склонен заниматься тем, что не приносило ему удовольствия, поэтому очень быстро начал флиртовать с одной из дочерей, Деидамией, открыв ей свою тайну. Деидамия забеременела от него и родила сына Неоптолема (будущего поработителя Андромахи).

Но как только Фетида расслабилась, Одиссей прослышал о том, что Ахилл прячется от возможной войны. Хотя полубог был еще очень молод, слухи о его силе и неуязвимости уже широко разошлись, и Одиссей счел, что он должен стать большим подспорьем для войска. Он отправился на Скирос и убедил Ахилла присоединиться к греческому войску, позволив задержаться лишь ненадолго, чтобы официально закрепить свой союз с Деидамией.

Помимо земных, Фетида принимала участие и в божественных делах. Когда Гера отказалась от Гефеста после его рождения (ведь он был таким некрасивым ребенком!), Фетида и ее подруга океанида Евринома вырастили его; а когда олимпийцы задумали поднять восстание против Зевса, она намекнула сторуким, что стоило бы его поддержать. Позже она приютила в своем подводном обиталище Диониса, прятавшегося от гнева Зевса, но потом все-таки убедила бога виноделия вернуться на сушу. Когда началась Троянская война, Фетида призвала всех богов, которым она когда-то помогала, защитить ее сына Ахилла. Гефест выковал ему новые доспехи, когда Ахилл лишился своих в битве[109].

Но обмануть пророчество было невозможно, и Ахилл все равно погиб. Фетида и ее морские подруги пришли на погребальную службу и пели песни столь печальные, что никто не мог удержаться от слез. Ахилл был погребен там, где родился и рос, – в море[110].

Клитемнестра

Спартанская принцесса Клитемнестра с юных лет была знакома с политическими играми и сложностями жизни в царской семье. Она казалась прекрасной партией для будущего микенского царя Агамемнона, и хотя они не были без ума друг от друга, все же мирно прожили вместе много лет, родив четверых детей.

Клитемнестра знала, что ее супруг весьма жаден до власти, и какое-то время ее это вполне устраивало, так как обеспечивало защиту семье и комфортную жизнь, к которой она привыкла. Однако, когда Агамемнон согласился пожертвовать старшей дочерью ради того, чтобы его корабли добрались до Трои, между супругами образовалась трещина. Ифигения была принесена в жертву, и ветры снова начали дуть. Агамемнон отбыл в Трою с мыслями, что за время его отсутствия жена успокоится. Как оказалось, он ошибался.

В отсутствие Агамемнона в Микенах произошло немало событий. В частности, туда прибыл двоюродный брат Агамемнона, Эгисф, желавший получить обратно трон, который отобрали у его семьи много лет назад[111]. Они с Клитемнестрой сошлись на неприязни к Агамемнону, и постепенно их общая жажда мщения переросла в страсть друг к другу. Вместе они придумали, как расправиться с микенским царем.

По окончании войны Агамемнон прибыл домой, привезя с собой в качестве рабыни прорицательницу Кассандру, троянскую царевну. Очень смелый ход, учитывая, что в последнюю встречу с женой Агамемнон вытирал кровь дочери со своих рук. Прошло десять лет, но ярость Клитемнестры не уменьшилась ни на йоту. Разумеется, Кассандра знала, что произойдет, и пыталась отговорить Агамемнона от возвращения к жене, но, в соответствии с наложенным на нее проклятием, тот не прислушался к ней, как и все остальные до этого. Прибыв в свой дворец, он оставил Кассандру за его стенами, чтобы забрать ее позже, а своим людям приказал стеречь ее, напомнив, что война началась из-за непокорной женщины. Клитемнестра сделала вид, что очень рада возвращению мужа, и приготовила ему расслабляющую ванну. Агамемнон был очень доволен таким приемом: вероятно, жена поняла, что Ифигения была принесена в жертву ради общего блага. Он совершенно забыл о словах Кассандры и радостно плюхнулся в воду. Клитемнестра же тихо подошла к мужу сзади и накинула на него сеть. Агамемнон никак не мог освободиться, и она ударила его топором. А потом еще раз. И еще[112].

Узнав, что Агамемнон мертв, Кассандра спокойно вошла во дворец, готовая принять свою судьбу. Все, кого она любила, умерли, и она мечтала присоединиться к ним. Встретив жестокую смерть от руки царицы[113], она была взята богами в Элизиум, где находят покой достойнейшие из достойных.

Клитемнестра и Эгисф правили Микенами еще семь лет – пока не появился еще кое-кто, жаждавший мщения…

Иокаста

Царица Иокаста и ее муж, фиванский царь Лай, никак не могли зачать наследника. Лай отправился к оракулу за советом, но, как водится, получил неоднозначный ответ. Оракул сказал Лаю, что если Иокаста родит, то ребенок впоследствии убьет своего отца и женится на своей матери.

Ужаснувшись таким перспективам, Лай поклялся больше не прикасаться к своей жене. Какое-то время они придерживались воздержанной жизни, но однажды, выпив вина, отбросили осторожность и все-таки предались любовным утехам. Одного раза оказалось достаточно, и Иокаста родила мальчика. Царь отдал его пастуху и наказал отнести на гору Киферон и оставить там умирать. Но пастух не желал становиться убийцей младенца и передал его другу, который служил царю Коринфа Полибу. У царской четы не было детей, и они воспитали мальчика как родного.

Его назвали Эдипом, и он вырос, считая Полиба и Меропу своими настоящими родителями. Но со временем до него начали доходить слухи, что это не так. В конце концов Эдипу надоело гадать, и он отправился к оракулу, чтобы все выяснить. Тот и ему не дал внятного ответа, а лишь повторил то, что когда-то сказал Лаю: что Эдип убьет своего отца и женится на своей матери. Эдип, конечно же, не хотел делать таких ужасных вещей, но знал, что пророчества имеют свойство сбываться, как бы человек этому ни противился. Поэтому он решил отправиться в путешествие, чтобы быть от родителей как можно дальше. По дороге он поспорил с возницей, кому первому проезжать. Страсти накалились, и Эдип убил незнакомца. Похоже, дорожная ярость встречалась и в древнем мире. Ну а этим незнакомцем оказался, конечно, настоящий отец Эдипа Лай.

Через какое-то время Эдип добрался до Фив. Город охранял Сфинкс – таинственное создание с телом льва, крыльями орла, хвостом змеи и лицом и грудью прекрасной женщины. Пройти мимо Сфинкса можно было, лишь разгадав его загадку. Многие пытались это сделать, но терпели неудачу (и были съедены). Однако Эдип решил попытать счастья. (А Сфинкс облизнулся в предвкушении обеда.)

Сфинкс спросил Эдипа: «Кто ходит утром на четырех, днем на двух, а вечером на трех?»

Эдип ответил: «Это человек. Младенец ползает на четвереньках, взрослый человек ходит на двух ногах, а старец на закате жизни опирается на третью – клюку».

Огорченный проигрышем Сфинкс бросился со скалы в море, и город освободился от чудовища.

Обрадованные жители Фив короновали Эдипа, так как кто-то недавно убил их царя и место было свободно. Эдипу не пришло в голову, что убитый царь – тот самый путешественник. Вместе с короной ему досталась и вдовствующая царица – Иокаста. Эдип был очень доволен тем, как все обернулось, – он получил дворец, благодарный народ и прекрасную жену, которая родила ему четверых детей.

Все шло, казалось, как нельзя лучше, пока город не поразила страшная эпидемия. Что бы ни делали люди, Фивы вымирали, и царская семья опять обратилась к оракулу.

«Что ж, – сказал им оракул, – я говорил, что будет, но вы не слушали. А теперь боги наказывают Эдипа за убийство отца и прелюбодеяние с матерью».

Эдип и Иокаста наконец все поняли и были в ужасе. Иокаста тут же повесилась, а Эдип выколол себе глаза булавками из ее хитона. Он покинул Фивы и больше никогда туда не возвращался.

Трон временно достался брату Иокасты Креонту, и… Ничего хорошего из этого не вышло – но об этом позже.

Ламия

Когда-то Ламия была прекрасной ливийской царицей[114]. Как это нередко случается, на нее обратил внимание Зевс. Естественно, это вызвало гнев Геры, но на этот раз она придумала для «разлучницы» особо жестокое наказание.

Сначала Гера убила детей Ламии (или куда-то спрятала, но в это верится с трудом – это же Гера!). После этого она прокляла саму Ламию: по ее воле царица теряла рассудок после родов и убивала младенца. И это должно было происходить со всеми ее детьми – не важно, от Зевса они или от кого-то другого. И в довершение всего Гера лишила Ламию способности спать, так что та ни на минуту не могла забыть о своем горе.

Ламия, совершенно обезумев от всего этого, начала похищать чужих детей и поедать их. Постепенно эти ужасные поступки повлияли и на ее физическую форму – она превратилась в жуткое чудовище и поселилась в уединенной пещере в горах. О ее облике известно мало – судя по всему, она стала каким-то змееподобным существом[115].

В конце концов даже Зевсу стало жалко свою бывшую возлюбленную, и он наделил ее даром прорицания, а также способностью вынимать свои глаза, чтобы заснуть.

Легенда о Ламии стала своего рода страшилкой, которой пугали непослушных детей. В более поздней европейской традиции она также стала предостережением для молодых и неразборчивых мужчин. Говорили, что Ламия могла на время превращаться обратно в прекрасную женщину и соблазнять их, а затем, после совокупления, пожирала.

Гелла и Ино

Помните тот случай, когда Зевс создал похожую на Геру женщину из облаков, чтобы обмануть царя Иксиона? Эта женщина потом стала богиней облаков Нефелой и вышла замуж за беотийского царя Афаманта. У них родились дети, в том числе близнецы Гелла и Фрикс. Позже они разошлись, и Афамант женился во второй раз на Ино. Та была дочерью Кадма и Гармонии, так что вы можете представить, чем это все могло закончиться. Ино сразу же невзлюбила детей Нефелы.

Она решила избавиться от них, при этом не замарав руки. Ино наслала на только что засеянные поля засуху, и страна оказалась под угрозой голода. Крестьяне послали несколько человек за советом к ближайшему оракулу, но Ино перехватила их по дороге и подкупила, чтобы те сказали, что оракул потребовал принести Фрикса в жертву богам.

Когда фальшивое пророчество было передано беотийским крестьянам, они окружили Фрикса и были готовы с ним расправиться, но, к счастью, его небесная мать Нефела была начеку и послала за Фриксом и его сестрой волшебного золотого барана. Они летели высоко над землей, и тут Гелла посмотрела вниз, испугалась, разжала руки и упала в море. Но Посейдон не дал ей погибнуть, а сделал морской богиней, и у них даже были дети. Место ее падения назвали Геллеспонт[116], «море Геллы», – впоследствии там нашли свою гибель Геро и Леандр.

Фрикс удержался на баране и добрался до безопасной Колхиды. Там его радушно принял царь Айет и отдал ему в жены свою дочь Халкиопу. В благодарность за это Фрикс принес золотого барана в жертву (спасибо, что спас нас, теперь будешь обедом), а шкуру (руно) подарил Айету, который хранил ее до появления Ясона с аргонавтами.

Хотя принести Фрикса в жертву не получилось, Ино все равно была довольна – от приемных детей удалось избавиться. Но пока она наслаждалась царской жизнью и рожала наследников трона, до нее дошли вести о смерти ее сестры Семелы. Ино решила взять на воспитание ее сына, Диониса. Но тот был сыном Зевса, а значит, все, кто принял участие в его судьбе, автоматически становились мишенью для гнева Геры. Она поразила Афаманта и Ино безумием, и они убили двух своих сыновей (одного Ино сварила заживо). Ино после этого бросилась в море, обнимая тело сына[117].

Афамант перенес трагедию легче. Погоревав пару дней, он решил, что негоже мужчине оставаться без жены, и посватался к фессалийской царевне Фемисто. Но, к несчастью для нее, как только брак был заключен, выяснилось, что предыдущая супруга Афаманта на самом деле не умерла – Ино выжила после прыжка в море. Афамант, который любил ее, но не хотел бросать и новую жену, взял Ино во дворец, переодев в служанку.

Но не только Ино не любила приемных детей. Фемисто тоже не хотела терпеть рядом с собой оставшихся отпрысков Афаманта и Ино. Когда до нее дошли слухи, что муж заглядывается на какую-то служанку, она решила использовать ту в своем коварном плане.

Не зная, кто на самом деле эта служанка, она приказала Ино одеть детей Афаманта от предыдущего брака в черное, а своих – в белое, чтобы потом убить первых. Но Ино подменила одежды, и в итоге погибли дети самой Фемисто. Пораженная горем, та покончила с собой.

Согласно другой версии, когда Ино прыгнула в море, Афродита пожалела ее и попросила Посейдона сделать ее морской богиней. Ино стала Левкофеей, «белой богиней». Проводя свои дни в морских волнах, она иногда помогала бедствующим морякам. Одним из них стал Одиссей – она спасла героя от шторма, когда его плот разбился.

Считалось, что Левкофея может толковать сны, и поэтому люди приходили в ее храм, чтобы узнать их смысл.

Пелопия

Братья Фиест и Атрей долго боролись за микенский трон. Они из кожи вон лезли, чтобы превзойти друг друга во всяких мерзостях, и в конце концов Фиест решил обратиться к Дельфийскому оракулу и узнать у него, как окончательно победить брата и наказать за все неприятности, которые тот ему причинил. Оракул дал довольно странный совет – стать отцом ребенка собственной дочери, и тогда этот ребенок в будущем одолеет Атрея. Неизвестно, что подумал Фиест, но все же послушался оракула. Надев маску, чтобы его не узнали, он подкараулил свою дочь Пелопию, когда та стирала в реке свою одежду, бросился на нее и овладел ею. Во время нападения Фиест обронил свой меч, а Пелопия сохранила его как мрачное напоминание об этом надругательстве.

Она не знала, кто был насильником, и не хотела растить ребенка, зачатого таким жестоким образом[118], поэтому бросила новорожденного в лесу. Мальчика нашла коза и выкормила своим молоком. Через некоторое время козу с младенцем нашел пастух и принес ребенка Атрею. Царь, на тот момент прочно сидевший на микенском троне, решил растить мальчика как родного и назвал его Эгисфом.

Пелопия в это время жила в Сикионе. Атрей прибыл туда в поисках брата и встретил ее. Они не узнали друг друга, и Атрей принял ее за местную царевну. Он подумал, что девушка очень красива, и попросил у царя Феспрота ее руки. Феспрот знал, кто такая Пелопия на самом деле, и понимал, что это неправильно, однако решил, что для нее так будет лучше, и отдал ее в жены Атрею.

Дядя и племянница, став мужем и женой, вернулись в Микены, и Пелопия стала заботиться об Эгисфе как о пасынке, не зная, что на самом деле это ее собственный сын. Атрею наконец удалось заключить Фиеста в темницу. Он рассказал своему приемному сыну историю их вражды, и Эгисф тоже возненавидел Фиеста. И когда Атрей спросил, готов ли Эгисф убить его заклятого врага своими руками, юноша согласился.

Войдя в темницу к Фиесту, Эгисф обнажил меч (который подарила ему Пелопия), и Фиест тут же узнал свое оружие. Он закричал, умоляя Эгисфа не наносить удар, и спросил, откуда у него этот меч. Когда Эгисф ответил, что меч дала ему мачеха, Фиест стал настаивать, чтобы ее привели сюда.

Пелопия пришла, и тут вся сложная паутина лжи распуталась перед ее глазами. Она поняла не только кто ее изнасиловал, но и кого она считала приемным сыном. Она выхватила меч у Эгисфа и бросилась на него, убив себя.

После этого Эгисф убил Атрея, вернул царство своему родному отцу и стал править вместе с ним. Позже сын Атрея Агамемнон вновь изгнал их из Микен, но Эгисф вернул себе трон, взял в жены супругу Агамемнона и помог убить его. Непростые семейные отношения, что и говорить.

Кассиопея и Андромеда

Эфиопская царица Кассиопея была очень красива, но при этом отличалась тщеславием и скверным характером. Однажды она заявила, что они с дочерью Андромедой красивее, чем нереиды. Естественно, это не понравилось Посейдону, и в наказание за гордыню он обрушил свой гнев на царство Кассиопеи.

Он наслал на побережье Эфиопии наводнение и страшное чудовище – Кита, который разорял земли и пожирал людей. Кассиопея и ее супруг Цефей (Кефей) пошли к оракулу, и тот сказал им, что единственный способ умилостивить богов – принести в жертву чудовищу свою дочь.

Андромеде такой поворот не понравился, и она отчаянно сопротивлялась, но родителям удалось связать ее и приковать к скале. Они оставили ее там и отправились обратно во дворец, надеясь, что Кит найдет жертву как можно скорее и хоть кто-то из их подданных останется в живых. Но крики Андромеды услышал герой Персей, по счастливому совпадению оказавшийся поблизости. Спустившись к царевне, он стал непринужденно болтать с ней, несмотря на приближение чудовища. Андромеде очень хотелось жить, и она сказала Персею, что в благодарность за спасение готова стать ему служанкой, рабыней или женой. Начинающий герой был воодушевлен и поспешил во дворец, оставив Андромеду у скалы, чтобы поинтересоваться у ее родителей, отдадут ли они ему в жены царевну, если он избавит страну от чудовища.

Царь Цефей радостно согласился, несмотря на то что раньше обещал Андромеду в жены собственному брату Финею. Они оказались настолько щедры, что пообещали Персею и царство в придачу. И тот ловко отрубил чудовищу голову (у него была некоторая фиксация на обезглавливании). Справившись с Китом, Персей освободил Андромеду, и во дворце состоялась роскошная свадьба. Андромеда как будто решила забыть, что ее родители буквально только что отдали ее на поживу чудовищу. Все шло хорошо, пока перепивший Финей не затеял ссору с женихом на тему «На твоем месте должен быть я!». Цефей пытался разрешить конфликт мирно, указав Финею на то, что его не было видно, когда нужно было спасать Андромеду. Но Персей был счастлив уладить это привычным способом – с помощью насилия.

Сторонники Финея бросились на Персея и его товарищей, но у Персея было припасено особенное оружие. Незадолго до этого он убил горгону Медузу (чей взгляд превращал людей в камень) и сохранил ее голову[119]. Он выхватил ее из мешка, и нападавшие окаменели. Финей успел закрыть лицо руками, чтобы не смотреть на Медузу, и стал умолять Персея пощадить его. Но тот схватил его за волосы и заставил открыть глаза. После этого празднество возобновилось. Статую Финея поставили во дворце для красоты.

После свадьбы Андромеда отправилась с супругом в Аргос, откуда Персей был родом. Но их пребывание там продолжалось недолго – Персей убил своего деда, царя Акрисия (на этот раз случайно), и им пришлось перебраться в соседний Тиринф[120].

Андромеда и Персей вырастили семерых сыновей и двух дочерей, а между делом Персей совершал свои подвиги. Андромеду притягивала голова Медузы, и ей очень хотелось посмотреть на нее, но при этом остаться в живых. Персей, стремясь порадовать жену, нашел способ: он поднял голову над водной гладью, и Андромеда смогла посмотреть на отражение.

После смерти Афина превратила супругов в созвездия под их собственными именами, и они расположились на небе рядом с родителями Андромеды – Кассиопеей и Цефеем. Созвездие Цефея выглядит вполне нормально, а вот Кассиопея превратилась в какую-то закорючку, напоминающую пыточное кресло. Вот что бывает с теми, кто оскорбляет богов.

Алфея

У Алфеи и ее супруга, калидонского царя Энея (Ойнея), было семеро детей. Но царица, как известно, порой вступала в интрижки с некоторыми богами. Однажды к царской чете в гости зашел Дионис и влюбился в прекрасную хозяйку. Эней решил, что бога гневить не стоит (ну или ему было все равно), поэтому сделал вид, что ему надо уехать по делам. Он оставил Алфею с Дионисом, чтобы позволить этим двоим… узнать друг друга получше. Дионис был благодарен Энею за гостеприимство и понимание и оставил ему чудесный дар – виноградную лозу. Алфея же получила собственный сувенир на память о визите Диониса – она забеременела и родила дочь, Деяниру. Деянира стала третьей женой Геракла и в итоге погубила его.

Позже Алфея стала возлюбленной Ареса, но одновременно спала и со своим мужем. У нее родился Мелеагр, и кто на самом деле был его отцом – неизвестно. Также, по одной из версий, она родила Анкея от бога Посейдона.

При рождении Мелеагра мойры предсказали Алфее, что сын вырастет благородным и отважным мужем, но останется в живых лишь до тех пор, пока полено, в тот момент лежавшее в очаге, не сгорит. Услышав это, Алфея поспешила к очагу, затушила огонь и спрятала полено. Так она сделала своего сына неуязвимым и бессмертным.

Мелеагр вырос красивым юношей, но однажды совершил непростительную ошибку. Он забыл во время жертвоприношения об Артемиде[121]. Оскорбленная богиня наслала на город ужасного калидонского вепря. Страшный зверь опустошал земли и убивал жителей. Мелеагр решил позвать на подмогу прославленных героев и расправиться с вепрем[122].

Охотникам удалось покончить со зверем, но у Мелеагра возникла ссора с братьями Алфеи из-за того, кому достанется его шкура, и Мелеагр убил их. Алфея, узнав об этом, в припадке злости выхватила из потайного места полено, сохранявшее Мелеагру жизнь, и спалила его. Мелеагр упал замертво, и Алфея тут же раскаялась в своем поступке, но было уже поздно. Тогда она покончила с собой.

Артемида была вполне довольна своей местью, но все же напоследок превратила скорбящих дочерей Алфеи в птиц.

Гекуба

Гекуба, фригийская царевна и наполовину наяда[123], была выдана замуж за царя Трои Приама. Это был второй брак Приама (первой его женой была прорицательница Арисба, которая родила ему Эсака – он тоже обладал даром толкователя снов), но именно Гекуба вошла в историю как его «старшая» жена.

У Гекубы с Приамом было много детей. Кое-кто из них занял выдающееся место в греческой мифологии и истории – например, Гектор, Кассандра и Парис. Мы уже знаем о том, что было предсказано Парису при рождении и как он уехал, затем вернулся и, наконец, похитил прекрасную спартанскую царевну Елену.

Вскоре после этого Менелай и сотоварищи уже стучались в ворота Трои, грозя войной. Несмотря на все дурные предчувствия и пророчества, Приам с Гекубой отказались возвращать Елену, так как решили, что сын с ней счастлив, Троя крепка и им не пристало склоняться перед чужеземцами. Большинство сыновей Гекубы в это время были уже взрослыми мужчинами, готовыми сражаться. Но маленького Полидора вместе с сестрой Илионой отослали во Фракию. И когда война опустошала Трою, а детей Гекубы убивали одного за другим, она знала, что хотя бы один из сыновей находится в безопасности.

Гекуба любила и защищала всех своих детей, но Гектора – в особенности. Когда Ахилл вызвал Гектора на поединок за убийство его друга (или возлюбленного) Патрокла, Гекуба умоляла сына отказаться. Но Гектор не хотел позора, вышел на поединок и был убит. Чтобы усугубить горе царской семьи, Ахилл привязал тело Гектора к колеснице и девять дней таскал его вокруг греческого лагеря на виду у всех.

По окончании Троянской войны Гекубу, как и других женщин, забрали в рабство. Пожилая царица досталась Одиссею. Когда поверженная Троя пылала, Гекуба стала призывать других женщин вместе с ней броситься в огонь, но греческие воины не пустили ее, сказав, что теперь она принадлежит Одиссею и они не позволят ей распоряжаться своей жизнью. Пока Гекубу вместе с соотечественниками тащили на корабли, она целовала землю своей многострадальной родины.

По пути домой корабль Одиссея зашел во Фракию, чтобы дать команде отдохнуть. Гекуба тайком пробралась во дворец фракийского царя Полиместора, чтобы повидаться с последним оставшимся в живых сыном.

Но Полиместор уже убил мальчика – или, по крайней мере, так думал – помните историю Илионы с подменой детей? Настоящий Полидор в то время странствовал. Позже он возвратится, чтобы убить Полиместора. Но Гекуба не знала этого и совершенно обезумела от горя. Она бросилась на Полиместора и выцарапала ему глаза[124].

Гекуба не желала мириться с ролью рабыни Одиссея. По пути на Итаку она постоянно бранилась с героем и в конце концов так надоела ему, что он попросил богов превратить ее в собаку. По крайней мере это позволило ей избежать участи рабыни[125].

Полифонта

Прекрасная юная Полифонта, внучка бога Ареса[126], мечтала о простой спокойной жизни. В ее планы совершенно не входили отношения с мужчинами, поэтому она ушла в горы, желая присоединиться к свите Артемиды.

Однако Афродита узнала о девушке, которая пыталась избежать своих женских «обязанностей», и это ее рассердило (или она просто стремилась наказать всех потомков Ареса, которые произошли не от нее). Она наделила Полифонту страстью к медведю, которого та встретила во время своих скитаний. Полифонта ничего не могла с собой поделать и не испытывала стыда за такие противоестественные отношения. Но когда ее увидела Артемида, богине показалось это отвратительным, и, использовав свои собственные божественные возможности, она натравила медведя на Полифонту. Девушке пришлось спасаться бегством, и она нехотя вернулась в родительский дом.

Там опозоренная царевна обнаружила, что беременна. У нее родились близнецы Агрий и Орей, полулюди-полумедведи. Характер у них был совершенно дикий, и когда они выросли, то стали поедать людей. Они были настолько огромны, что каждый мог легко схватить человека и сразу отправить его в пасть.

Зевсу все это не понравилось, и он поручил Гермесу положить конец чудовищам любым удобным ему способом. Гермес хотел поотрубать близнецам конечности, но тут вмешался Арес. Вопреки своей жестокой натуре, он стал просить Гермеса о милосердии, и тот не стал калечить и убивать Агрия и Орея, а превратил их вместе с матерью в птиц.

Его выбор птиц был несколько пассивно-агрессивным: Орей стал филином, увидеть которого считается дурным знаком, Агрий – стервятником, птицей, которую никто не любит, так как она питается падалью. Полифонта превратилась в сову-неясыть и лишилась способности есть и пить. Она всю ночь сидит на дереве и кричит, предвещая войны и другие ужасные события[127].

Адрастея, Ида и Амальтея

Адрастея и Ида были горными нимфами, ореадами. Обычно ореад упоминают в связи с Артемидой, так как она любила охотиться с горах и общалась с ними, но еще до рождения Артемиды ореады подчинялись титаниде Рее. Рея поручила Адрастее и Иде воспитывать младенца Зевса, пока шла подготовка к свержению его отца.

Богини с маленьким Зевсом поселились в пещере на горе Дикти и кормили его молоком козы Амальтеи (Амалфеи). Чтобы развлечь ребенка, Адрастея сделала для него мяч из переплетенных золотых колец, подобного которому не мог изготовить даже Гефест. Подброшенный в воздух, этот мяч оставлял за собой след из огненных искр, что веселило будущего царя богов. Когда поблизости оказывались другие боги, сестры-нимфы начинали исполнять танец, громко стуча при этом в щиты[128], чтобы никто не услышал плача или других звуков, издаваемых ребенком, и не открыл его местонахождение Крону.

Однажды, когда Зевс играл с козой, он не рассчитал своих сил и случайно отломил ей рог. Амальтея и нимфы стояли как громом пораженные, так как рог в руке ребенка стал наполняться пищей. Думая, что это случайное единичное чудо, они с удовольствием отведали всего, что было в роге, и пошли спать. Но каково же было их удивление, когда наутро рог снова оказался полным! Сколько бы ни было съедено, рог всегда наполнялся снова, поэтому получил название «рог изобилия».

Когда коза Амальтея умерла, Зевс был в большой печали. Чтобы увековечить ее память, он взял ее шкуру и натянул на свой щит[129].

Эндеида

Сын Эгины Эак женился на Эндеиде[130], и она родила ему не одного, а двух великих героев. О Пелее мы уже знаем, а вторым был Теламон, который стал близким другом Геракла. И все было бы хорошо, если бы не любовь Эака к нимфам.

Жертвой неконтролируемых желаний Эака стала нереида Псамата. Она пыталась спастись от него и превратилась в тюленя, но Эак овладел ею, и она родила ему третьего сына, Фока. Эак забрал Фока в свой дом, но Эндеида с самого начала невзлюбила мальчика. У нее были на то основания, потому что Эак явно предпочитал его старшим сыновьям и хотел отдать ему трон.

Поэтому Эндеида стала настраивать против Фока своих детей, и к тому моменту, как все они выросли, они уже ненавидели его так же, как и мать[131]. Они составили план: Пелей и Теламон убедили Фока участвовать в соревнованиях по метанию диска, сказав, что его победа будет честью для страны и большой радостью для отца. Фок любил братьев и подчинялся им во всем, но знал, что не слишком хорошо метает диск. «Это не страшно, – сказал Теламон. – Мы тебя научим».

Они стали тренироваться, но в какой-то момент Теламон якобы случайно попал диском Фоку по затылку. Тот умер на месте.

Братья спрятали тело Фока, но вскоре оно было найдено. Правда открылась, и царь Эак изгнал сыновей из страны. О том, что после этого случилось с Эндеидой, история умалчивает, но вряд ли все было хорошо.

Псамата тоже отомстила за себя и своего сына. Она наслала на Фтию, где Пелей к тому времени стал царем, чудовищных волков, которые пожирали скот и людей. Пелей был добрым правителем и раскаивался в содеянном. Он стал искренне умолять нереиду о прощении. Псамата не желала слушать, но ее сестра и супруга Пелея Фетида была более могущественной и заставила Псамату превратить стаю волков в камни.

Тиро

Фессалийская царевна Тиро была влюблена в речного бога Энипея, но он, увы, не отвечал ей взаимностью.

В то же самое время в нее влюбился сам Посейдон. Он знал, что Тиро мечтает об Энипее, поэтому принял его облик, чтобы соблазнить девушку. Тиро забеременела и родила близнецов.

Узнав, что под маской Энипея скрывался Посейдон, она бросила новорожденных в поле, но их нашел пастух и вырастил как родных. Тиро же продолжала жить обычной жизнью со своим супругом Кретеем (который, кстати, приходился ей дядей)[132], родила ему троих сыновей и старалась оставить прошлое позади.

Когда дети Тиро и Посейдона выросли, они узнали о своем происхождении и решили отправиться во дворец, чтобы воссоединиться с матерью. Тиро рассказала им все о своей жизни, в том числе и то, как вторая жена ее отца, злая Сидеро[133], каждый день издевается над ней. Братья поклялись отомстить за мать.

Сидеро поняла, что ей не справиться с двумя молодыми мужчинами, и решила сбежать. Она спряталась в храме Геры в надежде, что там ее не тронут. Но близнецов это не остановило, и они (или один из них, Пелий) убили ее прямо в храме. Конечно, это навлекло на них гнев богини.

Супруг Тиро Кретей наконец узнал всю правду и ушел от жены. Ее это не очень расстроило, и она жила спокойно, пока на горизонте не появился еще один ее дядя – Сизиф. Сизиф и отец Тиро Салмоней терпеть друг друга не могли. И это были не те отношения между братьями и сестрами, что наполнены мелкими ссорами и издевками, а чистая ненависть. Сизиф желал Салмонею смерти (желательно мучительной), но боялся последствий братоубийства. Поэтому он пошел к оракулу за советом, и тот сказал ему, что если у Сизифа родится сын от племянницы, то он убьет Салмонея. Сизиф отнесся к предсказанию серьезно и в конце концов добился руки Тиро. Она родила ему двоих сыновей – так он был уверен, что один-то точно дойдет до конца. Но Сизиф не рассчитывал на то, что жена подслушает, как он болтает о своем ужасном плане. Тиро утопила обоих мальчиков и оставила их тела на берегу реки, чтобы Сизиф нашел их, а сама вернулась во дворец к отцу.

Креуса

Афинская царевна Креуса вышла замуж за царевича Ксуфа из Фтии.

Но еще задолго до брака Креусой овладел в пещере Аполлон. Она забеременела и знала, что отец выйдет из себя, если обнаружит, что она потеряла девственность. Аполлон помог Креусе скрыть свое положение и облегчил роды. Она родила ребенка в той же пещере, оставила его там в корзине и убежала. Аполлон попросил Гермеса отнести ребенка в храм, где его должны были воспитать жрицы. Мальчика назвали Ион. Креуса же быстро раскаялась в своем решении и вернулась за младенцем в пещеру, но его там уже не было. Она подумала, что его утащили и съели дикие звери. Креуса решила выбросить эту печальную историю из головы и жить дальше.

После замужества с Ксуфом она никак не могла забеременеть от него. Так прошло много лет, и она уже почти отчаялась. Поэтому пара отправилась в Дельфы к оракулу. Пифия сказала, что первый, кого Ксуф встретит при выходе из храма, будет его сыном. Выйдя, он тут же наткнулся на молодого жреца Иона и сказал, что усыновляет его. Ион, зная, что спорить с оракулом не стоит, согласился.

Ксуф помчался к Креусе, чтобы рассказать ей хорошие новости – у них теперь есть сын! Но Креуса не разделила энтузиазма мужа, думая, что это его незаконнорожденный отпрыск.

Она решила отравить юношу, но когда поднесла ему кубок с ядом, к нему подлетела птица, отпила немного и тут же упала замертво. Ион понял, что происходит, и бросился за Креусой, намереваясь ее убить. Она помчалась в храм Аполлона, чтобы найти там убежище. Ион прибежал за ней. Но там жрица, которая знала о пророчестве, объяснила им, что на самом деле Ион – сын Креусы и Аполлона, и показала корзинку, в которой Креуса оставила младенца. Потом она объяснила, что Аполлон через пифию специально дал Ксуфу такой совет, потому что хотел, чтобы у юноши был хороший отец. Мать и сын были рады воссоединению и решили забыть все недоразумения, чуть не приведшие к убийствам. Аполлон же посоветовал им не рассказывать Ксуфу всю эту сложную правду[134].

Тимандра и Булида

Тимандра, оставшись вдовой, завела себе юного любовника по имени Эгипий. Ее сыну Неофрону очень не понравилось, что пожилая мать связалась с его ровесником, и он решил положить этому конец.

Он придумал сложный план и для начала отправился к матери Эгипия, Булиде, и начал соблазнять ее. Пообещав ей нечто особенное, он пригласил ее к себе домой. Для этого Неофрон выбрал как раз то время, когда Эгипий должен был прийти к его матери.

Эгипий действительно появился и, не смущаясь, сразу зашел в темную комнату, думая, что там его ждет Тимандра. Услышав, как кто-то вошел, он разделся и стал ласкать предполагаемую Тимандру, приложив ей к губам палец, чтобы наслаждаться друг другом молча.

После любовных утех они заснули друг у друга в объятиях. Но когда утром взошло солнце, Булида проснулась рядом с собственным сыном. Ей очень хотелось закричать от ужаса, но она попыталась мыслить логически и пришла к выводу, что ей стоит ослепить сына и убить себя, дабы он никогда не узнал о том, что совершил. Но как только она склонилась над ним, Эгипий проснулся и тоже понял, что произошло. Они оба стали кричать от стыда. Испытывая отвращение к случившемуся, Эгипий стал молить богов, чтобы они с матерью исчезли с лица земли. По-своему интерпретировав его молитву, Зевс превратил их, а также Неофрона с Тимандрой, в птиц. Не совсем тот результат, на который рассчитывал Неофрон…

5

Опасные сестрицы

Вместе с братьями – или против них

Ифиноя, Лисиппа и Ифианасса

Когда царица Сфенебея[135] ложно обвинила героя Беллерофонта в насилии, он схватил ее, взмыл на своем крылатом коне Пегасе высоко в небо и сбросил на землю.

У Сфенебеи осталось три дочери – Ифиноя, Лисиппа и Ифианасса, вместе их называли Пройтидами, или Претидами, по имени их отца Пройта (Прета). Девушки проявили неуважение к статуе Геры, за что были наказаны ею безумием. Они сорвали с себя одежду, забыли, что они – царевны, и вообразили себя коровами (священное животное Геры). При этом кожа их стала неестественно белой и покрылась язвами. Три сестры покинули царство в поисках тучных пастбищ, оставив отца в недоумении, во что, черт возьми, превратилась его жизнь.

Видя, что безумие не проходит, Пройт воззвал о помощи. Но единственным, кто откликнулся, был прорицатель Меламп, который обещал исцелить девушек, но попросил взамен треть царства. Пройт отказал ему, и Меламп отправился восвояси. А безумие дочерей Пройта все усугублялось – они стали домогаться встреченных на пути пастухов. К тому же другие женщины Аргоса начали следовать их примеру – возможно, издавая слабое мычание.

Царь приказал вернуть Мелампа обратно и сказал, что готов заплатить назначенную цену. Но на этот раз Меламп запросил еще больше – уже не треть, а половину царства, так как хотел разделить земли со своим братом Биантом. Пройт корил себя за то, что не согласился на условия Мелампа раньше, но сожалеть было уже поздно, и сделка состоялась.

Меламп нашел безумных женщин в Аркадии и начал загонять их, как скот. Ему удалось довести Лисиппу и Ифианассу до пещеры, но Ифиноя погибла во время преследования.

В пещере Меламп исцелил женщин травами и священными омовениями, а потом привел их обратно в Аргос и получил обещанную плату. В качестве бонуса он и его брат женились на двух оставшихся в живых дочерях Пройта, и все они стали править царством как одна семья.

Канака

Канака, дочь бога ветров Эола, была довольно скандальной девицей. В юности ее соблазнил Посейдон в образе дикого быка.

Несколько позже она и ее родной брат Макарей стали близки. Намного сильнее, чем это подобает братьям и сестрам. Это привело к тому, что Канака понесла. Она пыталась прервать беременность, но тщетно. Канака смирилась со своей участью и настояла на том, чтобы брат сделал ее честной женщиной путем законного брака. Макарей согласился, но дату свадьбы никак не могли назначить.

Прошло долгих девять месяцев, и все это время Канака как-то умудрялась скрывать свою беременность от всех, в первую очередь от отца. Как это свойственно богам, характер у Эола был сложный и взрывной, и Канака очень боялась того, что может случиться, узнай отец ее тайну. Когда начались схватки, Канака решила, что, раз брат не хочет жениться на ней, растить ребенка она не будет. Родив, она передала его служанке: та плотно спеленала младенца и спрятала в корзине под фруктами – якобы это было приношение богам. Служанка хотела незаметно вынести его из дворца, но ребенок заплакал как раз в тот момент, когда она проходила мимо Эола. Тот сразу понял, в чем дело, пришел в ярость и бросил ребенка на съедение собакам. (То, что дочь опозорена связью с братом, его не волновало, но вот плод этой связи привел в бешенство.)

После этого Эол послал к Канаке слугу с мечом и требованием покончить с жизнью. Канака повиновалась, не в силах вынести гнева отца, потери ребенка и отсутствия будущего с возлюбленным братом. Она попросила лишь о том, чтобы Макарей собрал останки младенца и похоронил их вместе с ней.

Электра

Через семь лет после убийства Агамемнона его дочь Электра вернулась домой и была безутешна, обнаружив, что ее любимый отец давно мертв. Неясно, почему жертвоприношение ее младшей сестры Ифигении было для нее пустяковым делом, но она была ужасно расстроена гибелью отца. Однако Электра была достаточно умна и разбиралась в политике своей семьи, чтобы хорошенько продумать последующие действия.

Во-первых, она догадалась, что ее брат Орест может показаться угрозой вернувшемуся микенскому царю Эгисфу, и поспешила отправить его в безопасное место. Клитемнестре, которая фактически правила царством, довольно быстро надоели причитания дочери по поводу смерти отца, так что она решила выдать Электру за бедного крестьянина и таким образом убрать из дворца. Крестьянин оказался порядочным человеком и уважал нежелание Электры вступать в брак (даже если это и задело его чувства), но качество ее жизни определенно снизилось[136].

Когда Оресту исполнилось двадцать лет, он вместе со своим другом (или, возможно, возлюбленным) Пиладом вернулся в родной город. Сознавая опасность, которая могла его подстерегать, он сделал это тайно: прикинулся посланником, который принес царю Эгисфу и царице Клитемнестре весть о том, что наследник микенского трона Орест мертв.

Электра, услышав об этом, очень расстроилась. Она пошла на могилу отца, чтобы помолиться о наставлении свыше, и встретила там незнакомого юношу. Конечно, это был Орест. Брат открыл Электре, кто он такой, продемонстрировав в доказательство кольцо Агамемнона. Когда первая радость от встречи улеглась, брат с сестрой начали продумывать месть матери и отчиму. Орест, снова прикинувшись посланником, принес во дворец урну, якобы с его собственным прахом. Когда Клитемнестра потянулась к ней, Орест выхватил меч, занес над ее головой и объявил, кто он на самом деле. Клитемнестра молила о пощаде, взывая к сыновней любви и напоминая о том, что их возлюбленный отец принес в жертву его старшую сестру. Электра стала возражать, что убийство Ифигении было оправданно, в то время как Агамемнон был подло убит ради того, чтобы Клитемнестра могла безнаказанно жить с любовником. Чтобы прекратить дальнейшие прения, она крепко схватила мать и держала, пока Орест не обезглавил ее.

Вскоре прибыл Эгисф и обнаружил тело своей супруги, а над ним ее окровавленных детей. Он сопротивлялся дольше, чем Клитемнестра, но все же не смог совладать с молодым и сильным царевичем. Но когда месть была совершена, Ореста стали преследовать эринии, так что он нигде не мог успокоиться, мучимый чувством вины за убийство матери.

Орест отправился в изгнание. В Тавриде его вместе с Пиладом пленили местные граждане и отвели в храм Артемиды, чтобы принести в жертву[137]. Но когда они оказались в храме, выяснилось, что его верховная жрица – не кто иная, как считавшаяся мертвой Ифигения. Артемида спасла ее во время жертвоприношения и сделала своей жрицей. Брат с сестрой возрадовались воссоединению и бежали из Тавриды[138].

Что касается Электры, она, похоже, не понесла никакого наказания за матереубийство. Она вышла замуж за Пилада, и они жили долго и счастливо[139].

Эринии

Эринии (латинизированное имя – фурии) – богини мести, порожденные упавшей на землю кровью Урана после его оскопления[140].

Эриниями двигала постоянная потребность наказывать смертных, осмелившихся пойти против природы и порядка, и особенно они не любили тех, кто убивал родственников. Эриний было три: Алекто (воплощение непрекращающегося гнева), Мегера (воплощение ревности и зависти) и Тисифона (воплощение разрушения, уничтожения). Они выглядели как старухи с собачьими головами, налитыми кровью глазами и крыльями летучей мыши. Все три жили в Эребе (одновременно место и божество, супруг Никты), где царил постоянный мрак, но большую часть времени скитались по земле в поисках преступников, которых имели обыкновение доводить до безумия. Считалось, что даже имена их нельзя произносить вслух. Вместо этого их иносказательно называли «Милосердные».

Когда Орест был схвачен после убийства Клитемнестры, Афина устроила над ним суд. Защитником выступал Аполлон, а обвинителями – эринии. Афина также выбрала десять уважаемых афинян – они стали присяжными, а остальные граждане собрались посмотреть на процесс.

Суд начался вполне прилично, но вскоре перешел в горячие дебаты о справедливости и уважении к таким древним богиням, как эринии. Они сами утверждали, что жизнь Клитемнестры не менее ценна, чем жизнь Агамемнона, и ее кровь требует отмщения. Аполлон же возражал, что жизнь Агамемнона значит больше, хотя бы потому, что он мужчина. Афина согласилась с этим, сказав, что несмотря на то, что женщина приносит в мир новую жизнь, «искру» для нее дает мужчина. Присяжные разделились во мнениях, и окончательный вердикт пришлось вынести Афине. Она решила оправдать смертного. Эринии были в бешенстве и стали грозить мучениями и отравлением урожая всем жителям Афин.

Афина пыталась успокоить их, пообещав сделать защитницами справедливости в городе ее имени. Так они сохранили бы уважение граждан, но те перестали бы их панически бояться. Афина видела, что эринии колеблются, и добавила толику шантажа – напомнила им, что у нее есть ключ от молний Зевса, единственной вещи, которая может усмирить древние божества. На это эриниям было нечего возразить, и они приняли ее предложение.

Антигона и Исмена

Это фамильное древо особенно запутанно, но мы попробуем объяснить попроще. Антигона и Исмена были дочерьми Иокасты и Эдипа, но учитывая, что Иокаста была Эдипу одновременно женой и матерью, сестры были ей и внучками, и дочками, а их отец был им и братом. Все понятно?

Братья Антигоны и Исмены, Полиник и Этеокл, должны были наследовать фиванский трон после изгнания Эдипа. Но тот при уходе поручил правление брату Иокасты Креонту, так как мальчики были еще детьми. Креонт поклялся Эдипу присматривать за его детьми. Когда Полиник и Этеокл выросли, они договорились править по очереди, по одному году. Первым сел на трон Этеокл, а Полиник отправился путешествовать. В Аргосе он познакомился с царевной Аргией и взял ее в жены.

За время его отсутствия власть ударила Этеоклу в голову, и когда Полиник вернулся, его просто не пустили в город. В бешенстве он собрал группу из семи вождей, которые впоследствии стали известны как «семеро против Фив», и с помощью них и своего новоиспеченного тестя стал готовить нападение на Фивы.

Битва между братьями была жестокой, но по сути бессмысленной, так как оба в результате погибли. Креонт снова занял трон, уже не опасаясь, что его сместит оттуда кто-нибудь помоложе. Он провозгласил, что Этеокла похоронят с почестями, а тело Полиника надлежит бросить на поле боя и даже не оплакивать его, а тот, кто ослушается, будет забит камнями.

Антигона не могла с этим смириться – несмотря на разногласия между братьями, она любила обоих и не могла оплакивать одного без другого[141]. Она пыталась убедить Исмену устроить похороны Полиника вместе с ней, но та слишком боялась своего дядю-царя и посоветовала сестре быть благоразумнее. Но Антигона была упорна в своем стремлении доказать всему городу и царю, что оба ее брата погибли как благородные воины. Она открыто оплакала Полиника и похоронила его.

Ее привели на суд к Креонту. Там она отважно заявила, что прекрасно знала о запрете, но нарушила его сознательно. Она также сказала, что люди Фив поддерживают ее, но слишком боятся царя.

Креонт приказал замуровать Антигону в каменной пещере, где она должна была умереть. Исмена, не в силах вынести гибели еще одного члена семьи, пыталась убедить суд в том, что она тоже участвовала в преступлении и готова понести наказание вместе с сестрой, но Антигона возразила, что Исмена тут ни при чем и должна жить ради них всех. Антигону замуровали в пещере, а она кричала во весь голос, что уходит со славой, а ее некогда великим городом теперь правит трус.

Вскоре Креонт подумал, что, возможно, немного драматизирует, и решил освободить племянницу. Но когда пещеру вскрыли, обнаружилось, что Антигона повесилась, не желая ждать смерти. Сын Креонта Гемон, безумно влюбленный в Антигону, после этого известия бросился на меч. Жена Креонта Эвридика не смогла вынести скорби по сыну и тоже покончила с собой. Можно сказать, что Креонт сам уничтожил всю свою семью одним поспешным решением.

Много лет спустя Исмена полюбила прорицателя Феоклимена[142]. В то время на Фивы вновь напала аргосская армия – преемники бывших союзников Полиника. Афина подсказала одному из воинов, Тидею, где наслаждаются друг другом Исмена и Феоклимен. Обнаженному прорицателю удалось сбежать, а Исмена была схвачена и убита, несмотря на все ее мольбы.

Мнемозина и музы

После победы в титаномахии Зевс решил это отпраздновать. Вряд ли вы удивитесь, если узнаете, что все закончилось интрижкой на девять ночей с титанидой Мнемозиной – богиней памяти.

После каждой страстной ночи Мнемозина производила на свет музу. Именно музы, покровительницы искусств, вдохновляют и смертных, и богов[143]. Это были:

● Каллиопа (поэзия),

● Клио (история),

● Эрато (любовная и эротическая поэзия),

● Евтерпа (лирическая поэзия),

● Мельпомена (трагедия),

● Полигимния (гимны),

● Терпсихора (танцы – как ни странно, всегда изображалась сидящей),

● Талия (комедия),

● Урания (астрономия и астрология).

Бог искусств Аполлон любил общество этих прекрасных дам, поэтому, хотя те и жили на горе Геликон[144], они много времени проводили на Олимпе, развлекая своих божественных друзей. Смертным музы помогали отвлечься от страданий повседневной жизни, вдохновляя на творчество. Говорили, что человек, любимый музами, способен разрешить любой спор, а окружающие смотрят на него как на бога. Сестры предсказуемо благоволили к тем, кто сам интересовался искусством, и поэты часто взывали к музам, чтобы обрести вдохновение.

У муз, которых называли также «священной девяткой», было много детей, в том числе сирены и знаменитый музыкант Орфей.

Когда у царя Пиера родилось девять дочерей, он назвал их в честь муз. Сестры росли, считая себя ровней своим тезкам, и были настолько в этом уверены, что осмелились вызвать настоящую «священную девятку» на песенное состязание. Конечно, настоящие музы разнесли их в пух и прах и в довершение всего за хвастливость превратили в сорок.

Так же безжалостно они обошлись с фракийским музыкантом Тамирисом[145], который побился с ними об заклад, что превзойдет их в сочинении мелодий. Он заявил, что если победит, то переспит по очереди с каждой из сестер. Конечно, и у него ничего не вышло, и божественные сестры с удовольствием ослепили его за такую наглость.

Мать муз Мнемозина в начале существования мира считалась пустоголовой – что неудивительно, потому что ей было еще нечего помнить. Но с течением времени, по мере того как воспоминания обретали значение, ее божественная сила росла, и вскоре она стала считаться одним из мудрейших созданий на земле.

Хариты[146]

Хариты – прекрасные богини, которые воплощали очарование, красоту, природу и творчество.

В разные периоды греческой истории называлось разное их число, но большинство мифов перечисляет трех:

● Аглая (великолепие),

● Эвфрозина (радость),

● Талия (изобилие).

Хариты были добрыми и щедрыми богинями. Их родителями считают Зевса и океаниду Евриному (не ту титаниду, которую Рея прогнала из собственного дома на Олимпе, а ту, которая помогала Фетиде присматривать за Гефестом). Они обычно сопровождали Геру, которая якобы воспитала их (что выглядит странно, учитывая их происхождение), и часто помогали Афродите (например, когда та решила соблазнить Анхиса).

Изображают харит, как правило, обнаженными или в полупрозрачных струящихся одеждах.

Хариты жили на Олимпе, и их обязанностью было устраивать там празднества для богов. Они старались, чтобы все были довольны, и развлекали присутствующих песнями, танцами и милой беседой. Именно хариты выступали на свадьбе Фетиды и Пелея.

Когда Гефест с Афродитой расстались, он взял в жены Аглаю, и чета поселилась на Олимпе.

Филомела и Прокна

Афинские царевны, сестры Филомела и Прокна, в детстве были очень близки. Афины воевали с Фракией, и их отец, царь Пандион, ради установления мира пообещал Прокну в жены фракийскому вождю Терею[147]. Тот согласился, и между царствами наконец воцарился мир. Сестрам было тяжело расставаться, но они решили, что это разумное решение ради процветания государства.

По большей части Прокна и ее супруг ладили, и у них родился сын Итис. Надо сказать, что при зачатии Итиса присутствовали фурии. Это было недобрым предзнаменованием, но царская чета решила не придавать этому значения. Они довольно счастливо прожили вместе пять лет, но потом Прокна начала просить мужа отправиться в Афины и привезти сестру к ним погостить.

Терей сказал, что с удовольствием сделает это. Пандион был рад, что его дочери воссоединятся, но расстраивался из-за разлуки с Филомелой, которая оставалась незамужней и жила в отцовском доме. Пандион отпустил ее, взяв с Терея обещание, что тот будет ее защищать как отец. Терей поклялся, что сделает все, что нужно.

Но, к несчастью, он оказался лжецом. До этого он не встречался с Филомелой, а теперь, увидев ее, воспылал к ней страстью. Как только они сошли на берег во Фракии, Терей затащил царевну в лес и надругался над ней. Он пытался заставить Филомелу поклясться, что она будет обо всем молчать, но та была полна решимости рассказать сестре и всему миру, что он за чудовище. Терей не рассчитывал, что его жертва окажется такой упрямой, и начал всерьез беспокоиться о последствиях. Он не придумал ничего лучше, как отрезать Филомеле язык и бросить ее в лесу. Насильник рассчитывал, что царевна заблудится и найдет там свою смерть в лесу. Вернувшись во дворец, он сказал Прокне, что ее сестра скончалась в дороге. Прокна была безутешна, приказала построить гробницу в память о Филомеле и горько оплакивала ее.

Филомела не могла рассказать свою историю вслух, однако Терей не знал о том, что она была искусной ткачихой. Излечившись от раны, она решила соткать полотно и изложить на нем всю историю[148]. Встретив в лесу старушку, которая оказалась служанкой Прокны, она знаками попросила ее отнести сверток царице. Когда Прокна увидела ткань и поняла, что случилось, ею овладели гнев и боль за сестру. Она попросила служанку отвести ее к Филомеле, и наконец-то сестры встретились. Филомела была очень рада, но ей было стыдно смотреть сестре в глаза. Прокна поклялась, что уничтожит своего супруга. Она перебрала несколько вариантов мести, хотела даже отрезать ему пенис, но в конце концов придумала особенно жестокий план.

Прокна нарядила Филомелу в одежду слуги и привела ее с собой во дворец. Там она отослала на ночь всех слуг. Когда вечером после всех своих царских дел пришел Терей, она предложила попотчевать любимого мужа чем-то особенным. Прокна подала ему разные сытные яства и, когда он наелся до отвала, предложила десерт. Она отправилась на кухню и вышла оттуда вместе с переодетой Филомелой, неся огромное серебряное блюдо, накрытое крышкой. Терей был поражен, но когда открыл крышку, то совершенно потерял дар речи. На блюде перед ним лежала голова его сына Итиса. С ужасом он понял, что съел собственного ребенка.

Терей пришел в ярость, схватил топор и погнался за женщинами. На бегу сестры взмолились богам о спасении. Аполлон превратил всех троих в птиц. Терей стал ястребом, Филомела – соловьем, а Прокна – ласточкой[149]. Стоит отметить, что, хотя соловей знаменит своим прекрасным пением, самки этого вида молчаливы.

Бедный Пандион, узнав о судьбе своих дочерей и внука, не вынес горя и умер от разбитого сердца.

Аглавра, Герса и Пандроса

Однажды три афинские царевны – Аглавра, Герса и Пандроса – пошли в храм Афины, где их заметил Гермес.

Его поразила красота Герсы, и он решил нанести ей визит. Дверь богу открыла Аглавра, и он, нисколько не смущаясь, заявил, что пришел подарить ребенка ее сестре. Аглавра согласилась устроить свидание, но потребовала за это плату. Вероятно, она не знала, кто этот незнакомец, или же просто была очень смелой. В тот момент при Гермесе, видимо, не было его божественного кошелька, так что он удалился.

Афина наблюдала за этим, и ей не понравилась жадность Аглавры. Она пошла к богине зависти и попросила наказать царевну. Зависть пробралась в спальню к девушке, погладила ее по груди и заразила жгучей ревностью. Аглавре снилось, как ее сестра предается любви с тем незнакомцем, а когда проснулась, была полна зависти.

Когда Гермес вернулся, Аглавра бросилась ему наперерез перед дверью Герсы, пытаясь не пустить в покои. Но Гермес просто отодвинул ее и вошел. Аглавра кричала, что это нечестно, но постепенно яд завладевал ее телом, и она превратилась в камень[150].

Герса и Пандроса, а также их мать, которую тоже звали Аглавра, стали героинями еще одного мифа. Афина воспитывала младенца Эрихтония – мы еще расскажем, как это получилось. Но однажды ее срочно призвали по каким-то делам, и она временно отдала младенца в запертом ларце сестрам, строго-настрого запретив его открывать.

Пандроса была воспитанной девушкой (видимо, поэтому и не стала ввязываться в описанную выше драму) и не трогала ларец, но Аглавра и Герса не смогли устоять. Они открыли крышку и увидели крепко спящего младенца, вокруг которого обвивалась змея (символ его богини-покровительницы). Эта картина так ужаснула их, что они в панике бросились вниз с Акрополя.

После этого Афина спрятала Эрихтония и следила за ним сама, пока он не вырос.

Геспериды

Три прекрасные Геспериды, дочери титана Атланта, были нимфами заката. В их обязанности входил уход за волшебным садом, расположенным на западной границе мира, где росли чудесные золотые яблоки. Иногда их называли богинями заката или дочерьми вечера, но относительно их имен ясности нет.

Сад, за которым они ухаживали, принадлежал Гере. На свадьбе с Зевсом Гера получила в подарок от праматери Геи ветвь с яблоками, дарующими вечную молодость. Они так впечатлили богиню своим изысканным вкусом, что она стала просить у Геи позволения посадить волшебные яблоки в своем тайном саду. Геспериды охраняли сад от чужаков, но сами время от времени не могли удержаться и таскали яблоки[151]. Вероятно, они были очень вкусными, поскольку вечная молодость у богинь была и так. Для дополнительной защиты и чтобы нимфы не слишком увлекались, Гера поставила охранять сад стоглазого[152] дракона Ладона, который обвивался вокруг деревьев и следил за всеми проходящими мимо.

Яблоки из сада Гесперид в греческой мифологии появляются не один раз. Эрида принесла одно яблоко на свадьбу Фетиды и Пелея, чтобы посеять раздор между олимпийскими богинями. Гераклу в числе прочих подвигов пришлось украсть яблоки из сада. При этом есть две версии того, как именно он выполнил это задание. В первой он обхитрил отца Гесперид, которого в качестве наказания[153] заставили держать на своих плечах небесный свод. Он предложил Атланту заменить его на время, а взамен попросил взять у дочерей три яблока. Атлант с радостью согласился[154].

Согласно другой версии, Геспериды сами отдали яблоки прекрасному герою да еще и ублажали его, пока он был с ними.

Ариадна

Ариадна была дочерью царя Миноса и царицы Пасифаи, то есть сестрой страшного Минотавра. Среди ее родни были важные божества (дедушки – Зевс и Гелиос) и искусные волшебницы. Отец поручил ей присматривать за Лабиринтом, построенным для Минотавра под дворцом, и она знала его, как никто другой. Но, несмотря на свое высокое происхождение, Ариадна не чувствовала себя счастливой. Она хотела освободиться от всех своих обязанностей и убраться подальше от властного отца, его постоянных ссор с матерью и дворцовых интриг.

Несмотря на то что ее полубрат был чудовищем, Ариадна любила его, но ежегодные жертвы были для нее невыносимы. Предполагалось, что граждане Крита, в том числе и царская семья, должны упиваться зрелищем того, как молодых людей запускают в Лабиринт на верную смерть, но Ариадна не унаследовала страсть своего отца к жестоким развлечениям.

Однажды в числе жертв оказался афинский царевич Тесей. Вполне вероятно, что он сам вызвался на это, надеясь убить Минотавра и положить конец этой варварской традиции. К счастью для Тесея, как только критская царевна увидела его, она тут же по уши в него влюбилась. Ариадна отчаянно хотела, чтобы Тесей выжил, поэтому научила его всем хитросплетениям Лабиринта и дала ему меч и клубок. Ариадна посоветовала привязать конец нити у входа и постепенно разматывать ее, чтобы потом найти дорогу назад. Поступая так, она предавала не только семью, но и государство, но, с ее точки зрения, любовь Тесея и возможность спастись того стоили.

Итак, Тесей отправился в Лабиринт и, благодаря помощи Ариадны, смог победить чудовище, спасти тех, кто должен был вместе с ним стать жертвой, и вывести их из Лабиринта. Миносу ничего не оставалось, как отпустить Тесея и остальных афинян, а Ариадна сбежала с ними[155].

Пара влюбленных уже планировала, как они будут вместе править в Афинах, но, к несчастью, в дело вмешался Дионис. Он все это время следил за происходящим и решил, что царевна достаточно хороша и для него. Он явился к Тесею и без обиняков заявил, что Ариадна должна стать его женой, так что смирись, приятель. Тесей побоялся пойти против могущественного бога и согласился отдать ему Ариадну[156].

Он направил корабль к острову Наксос, якобы чтобы дать всем возможность отдохнуть на твердой земле. Тесей оставил Ариадну, пока она спала, и вернулся на корабль, сопровождаемый Афиной. Возможно, богиня сама хотела, чтобы Тесей избавился от невесты, – с ее точки зрения, чужестранка была неподходящей спутницей для будущего царя ее любимого города. Когда Ариадна проснулась, рядом никого не было. Она звала Тесея и истерически бегала по острову, пока не поняла, что ее действительно бросили. Царевна была в отчаянии – она не только потеряла возлюбленного, но была уверена, что умрет в одиночестве на этом бесплодном острове. Когда Ариадна смирилась со своей участью, появился Дионис и рассказал ей о своих планах на ее счет. Не то чтобы у нее был выбор, и она согласилась. Обрадованный бог устроил пышную свадебную церемонию. Ариадна стала ему верной женой и родила много детей[157]. Венец, который божественный жених преподнес ей на свадьбе, впоследствии стал созвездием Северная Корона.

Как мы уже знаем, Тесей женился на сестре Ариадны, Федре. Между авторами велись споры о том, похитил ли Тесей Федру (что было для него типично) или это все-таки был брак по расчету, заключенный ради восстановления отношений между царствами.

Ариадна последовала за Дионисом в Тиринф, где он хотел распространить свой культ. Когда они прибыли туда, царь Персей (сводный брат Диониса, победитель горгоны Медузы, спаситель Андромеды и так далее и тому подобное) не пустил их в город, и вспыхнула схватка. Сторонники Диониса потерпели фиаско, а Персей в пылу сражения убил Ариадну, превратив ее в камень с помощью головы Медузы[158].

Ариадна отправилась в подземное царство, где встретилась со своей мачехой Семелой, о чьей печальной судьбе мы еще расскажем. Дионис последовал туда за женой, и боги разрешили ему забрать Ариадну на Олимп, где ей тоже были дарованы бессмертие и божественный статус.

Ирида и Арка

Близнецы Ирида и Арка, дочери океаниды Электры, были божественными посланницами. Они путешествовали по радуге (которая соединяет землю с небесами) на чудесных крыльях – золотых у Ириды и прозрачно-переливающихся у Арки.

Когда разразилась титаномахия, Ирида осталась верна своей олимпийской семье, а Арка предала ее и примкнула к титанам. Она тайно помогала врагу, но потом ее раскрыли. Сестры, которые до противостояния были очень близки, стали злейшими врагами. После победы олимпийцев Зевс схватил Арку, жестоко вырвал ее крылья и низверг в Тартар вместе с титанами. Позже (гораздо позже) он подарил эти крылья Фетиде и Пелею на свадьбу, а потом Фетида отдала их своему сыну Ахиллу. С тех пор с Аркой ассоциируется вторая, бледная радуга, которую мы иногда видим на небе вместе с первой, яркой.

Ириде же боги часто поручали разные дела. Например, она должна была приносить воду из реки Стикс, чтобы по велению Зевса погружать в вечный сон клятвопреступников. Также она наполняла водой из моря дождевые облака. Со временем, когда люди расселились по всей земле, она стала передавать избранным послания от богов. Это она рассказала Менелаю о побеге Елены из Спарты и в дальнейшем наладила связь между богами и людьми во время Троянской войны. Она же по приказу Геры заставила Лиссу (богиню безумия)[159] поразить Геракла. Однако, несмотря на это, позже Ирида помогала Гераклу в его подвигах.

Ирида всегда оставалась верной служанкой Геры, часто изображалась рядом с ней и в первую очередь занималась доставкой именно ее посланий. В общем, скучать ей было некогда, однако она все же нашла время для романтических отношений с богом ветров Зефиром и родила ему сына Потоса[160].

Хотя обычно как о посланнике богов говорят о Гермесе, не стоит забывать, что первыми эти обязанности стали исполнять Ирида и ее сестра.

Мойры

Мойры – три богини, ответственные за определение людских судеб[161].

Обычно изображались как пряхи с веретеном и пряжей. Никто не мог повлиять на решение мойр, даже сам Зевс. Трех сестер звали:

● Клото (пряла нить жизни),

● Лахесис (отмеряла длину нити),

● Атропос (перерезала нить и решала, как именно человек умрет).

На седьмой (или третий) день после появления человека на свет мойры приходили в дом, начинали прясть и делали это молча. В одном из немногих случаев, когда мойры заговорили, они рассказали Алфее о горящем полене, от которого зависит жизнь ее сына. Интересно, что по традиции именно на седьмой день ребенок получал имя от родителей – даже сейчас в Греции многие придерживаются этого обычая.

Лишь однажды предсказанная мойрами судьба была изменена. Это произошло с ферским царем Адметом. Его знали как славного парня и щедрого хозяина, поэтому, когда Аполлона в качестве наказания заставили в течение года прислуживать смертному, он выбрал Адмета. Говорят, что за этот год они из хозяина и слуги превратились сначала в друзей, а потом и в любовников. И когда Аполлон узнал, что нить жизни Адмета подходит к концу, он решил вмешаться.

Аполлон отправился к мойрам и напоил их допьяна. После он наложил на них чары, и ему удалось убедить сестер сохранить жизнь Адмету, если ему удастся найти того, кто согласится умереть за царя. Аполлон вернулся к другу с радостной новостью, но даже не успел подыскать замену. Жена Адмета, Алкестида, случайно услышала слова Аполлона и сразу же вызвалась умереть за супруга. Страдающие от похмелья мойры не могли отступить от своего слова, и им пришлось принять жертву Алкестиды. Но конец у этой истории не такой уж печальный. Спустя несколько лет у Адмета гостил Геракл, который в благодарность за гостеприимство решил отправиться в подземный мир и вернуть Алкестиду, – и ему это удалось[162].

Греки почитали мойр за их могущество и верили, что от них зависит каждый час их жизни. Мойры были весьма суровыми дамами, и ни люди, ни боги не могли втянуть их в свои интриги – за исключением Аполлона, конечно.

Гарпии

Гарпии – существа с телами огромных устрашающих птиц и лицами злобных женщин – больше всего любили причинять страдания смертным[163]. Древние греки очень боялись их, тем более что в обязанности гарпий входило похищать людей и доставлять их фуриям, чтобы те наказывали их за прегрешения.

Гарпий часто называли гончими Зевса, но они с удовольствием исполняли поручения любых богов, если они были связаны с людскими мучениями. Греки привыкли винить гарпий во всех своих бедах, особенно в пропаже кого-то или чего-то, а прикосновение их когтей якобы мгновенно отравляло пищу.

Одна из гарпий, Подарга, родила от бога Зефира двух бессмертных коней, Ксанфа и Балия. Боги преподнесли коней в качестве подарка на свадьбу Фетиде и Пелею, позже ими владел Ахилл, и они везли его колесницу во время Троянской войны.

Самая известная история о гарпиях связана с фракийским царем Финеем (это не тот Финей, который был дядей Андромеды и превратился в статую). Финей получил от Зевса дар предвидения и занялся тем, что раскрывал людям планы богов. Зевсу это не понравилось, и он ослепил царя и изгнал его на далекий необитаемый остров, где было много вкусной и ароматной пищи. Но Финей не мог наслаждаться ею, так как Зевс наслал на остров гарпий, которые хватали каждый кусок, который хотел взять царь, или портили его своим зловонием.

Финей жил в этом аду некоторое время, постепенно слабея и приближаясь к смерти, но, на его счастье, к острову прибило корабль аргонавтов. Отчаявшийся Финей пообещал им, что поможет найти безопасный путь домой, если они избавят его от этих ужасных крылатых созданий. Аргонавты согласились, и двое из них, Калаид и Зет, которых называли Бореадами по имени их отца, бога Борея, буквально сдули гарпий с острова. Поняв, что им не одолеть братьев, гарпии убрались восвояси ждать очередной кровожадной миссии.

В наши дни гарпиями называют бессердечных, раздражительных и жестоких женщин.

Плеяды

Плеяды – семь прелестных дочерей океаниды Плейоны и титана Атланта. Все они были последовательницами Артемиды и собирались вести непорочную жизнь, но их планам не суждено было сбыться.

● Майя, старшая из Плеяд, родила от Зевса Гермеса. Ребенок рос так быстро, что к концу первого дня уже почти сравнялся с матерью. Также Майя воспитывала Аркада, сына Каллисто, когда его забрали от матери-медведицы.

● Электра родила от Зевса Иасиона (возлюбленного богини Деметры) и Дардана[164]. Когда Зевс хотел овладеть ею, она пыталась искать защиты у статуи Афины. Но Зевс лишь засмеялся и сбросил статую с Олимпа на землю. Она приземлилась в районе будущей Трои, и основатель города Дардан построил там храм в честь Афины.

● Тайгета тоже подверглась преследованиям Зевса, но обратилась за защитой к Артемиде. Богиня вняла ее просьбам и превратила в лань с золотыми рогами. Но увы, Зевса это не остановило, и Тайгета родила от него Лакедемона, основателя Спарты.

● Алкиона и Келено были любовницами Посейдона.

● Стеропа родила Эномая от Ареса.

● Меропа, самая младшая из сестер, вышла замуж за основателя Коринфского царства Сизифа.

У других Плеяд тоже были отношения и дети со смертными, но только Меропа ни разу не связывалась с богами.

Однажды, когда Плеяды приятно проводили время вместе с матерью, их заметил охотник Орион. Все они, включая Плейону, очень ему понравились, но отвергли ухаживания охотника. Для Ориона это было неприемлемо, и он погнался за Плеядами. Девушки бежали от него целых семь лет, нигде не находя покоя. В конце концов Зевс пожалел их (иронично, учитывая его репутацию преследователя женщин, которые его не хотели, включая и почти половину этих сестер) и превратил в звезды, самой тусклой из которых стала Меропа, которая, как говорят, всегда стыдилась того, что не родила ребенка от кого-то из олимпийцев. Астрономы иногда называют ее звезду «потерянной Плеядой».

Артемиду очень рассердила потеря таких преданных последовательниц, и она послала гигантского скорпиона, чтобы расправиться с Орионом. Но после смерти Зевс и его вознес на небо, так что и там охотник продолжает преследовать Плеяд. Так что непонятно, действительно ли Зевс пытался помочь сестрам.

Керы

Керы – духи насильственной и жестокой смерти, дочери Никты и Эреба. Считались связанными с мойрами (своими сестрами) и богом судьбы Моросом (который тоже был сыном Никты). Судя по всему, они временами были слишком преданы своей работе.

Несмотря на их демонический статус, сила кер была несколько ограниченна – они сами не могли стать причиной смерти человека, но жаждали ее. Поэтому они просто приходили к умирающим, особенно на поле боя. Они пили кровь жертв, а потом забирали души из тел и доставляли их в подземный мир. Кер описывали как мелких темных созданий, в рваной, запятнанной кровью одежде, с острыми зубами и когтями. Выпив всю кровь и жизнь из жертвы, они переходили к следующей, бросая тело позади. Керы получили много удовольствия от бесплатного фуршета, которым стала для них Троянская война. В отличие от остальных богов, ничью сторону они в ней не принимали. Богам более высокого ранга, защищавшим своих любимчиков, приходилось отгонять от них чересчур возбудившихся кер. Только Зевс обладал достаточной властью, чтобы прогнать этих созданий с поля боя либо призвать при необходимости.

Кер были многие тысячи, но некоторых из них выделяли как воплощения конкретных типов смерти, например болезней – чумы, простуды и так далее. Эти демоны специально держались поближе к городам, где начинались эпидемии. Керы наслаждались людскими страданиями и наблюдали за тем, как умирают люди. Бывало, что они даже дрались между собой за право находиться в тех городах, где умирающих было ограниченное количество.

В общем, они никогда не упускали случая поприсутствовать при любой человеческой гибели, но, конечно же, предпочитали места с самым мощным смрадом смерти (особенно поля битв).

Грайи

Грайи – три сестры, у которых на всех был один глаз и один зуб, которыми они пользовались по очереди.

Грайи родились с седыми волосами (поэтому их иногда называли Седыми) у Форкиса и Кето (древних морских богов-чудовищ), то есть приходились сестрами горгонам. Каждая из них была воплощением какого-то чувства, связанного со страшными событиями:

● Энио – ужас,

● Дейно – дрожь,

● Пемфредо – тревога.

Грай представляли как морщинистых старух с сероватой кожей. Если вспомнить, что большую часть жизни каждая из них проводила без глаз и зубов, то несложно понять, почему греки старались их избегать.

Главный миф, в котором они принимают участие, – это история Персея и его победы над Медузой. Грайи знали, где обитают их сестры-горгоны, но никому не выдавали эту тайну. Тем более они не собирались рассказывать об этом какому-то смертному. Они лишь рассмеялись ему в лицо и пытались прогнать. Но Персей не растерялся и, когда одна из сестер хотела передать другой их единственный глаз, перехватил его, поднял высоко вверх и объявил, что отдаст его только тогда, когда они ответят на его вопрос. Слепые Грайи испугались, что могут остаться без единственного органа зрения, и им пришлось сказать Персею, где искать Медузу.

О том, что было дальше, в разных версиях мифа говорится по-разному. Персей либо честно выполнил условия сделки и отдал глаз Грайям, либо обманул их и закинул глаз куда подальше, так что они навсегда остались слепыми[165].

Какия и Арете

Какия – богиня греха и морального падения, эгоистичная и вероломная.

Ее изображали как тщеславную пышную даму с ярким макияжем и в откровенных одеждах. Она посвящала свою жизнь тому, чтобы склонять людей к греху, и высшим наслаждением для нее был момент, когда человек предпочитал темную сторону добру. Ее противоположностью была богиня Арете, воплощение добродетели, достижений и отваги. Арете, в отличие от своей сестры-соперницы, никогда не старалась произвести впечатление, ее изображали как изящную девушку в простом белом одеянии.

Больше всего эта пара известна своим участием в жизни Геракла. Еще совсем юным он начал задумываться о своем жизненном пути. Какия и Арете появились перед ним на перекрестке, и каждая пыталась склонить его следовать за ней[166].

Какия грубо оттолкнула Арете, заявив, что она должна быть первой. Вальяжной походкой она приблизилась к Гераклу. Тот спросил, как ее зовут. «Какия, – ответила она, – но мои друзья зовут меня "счастье", и ты, я уверена, присоединишься к ним».

Она сказала Гераклу, что если он пойдет за ней, то никогда ни в чем не будет нуждаться и приобретет богатство, о котором и не мечтал. Его руки не познают тяжелой работы, тело не будет уставать. Геракл уважительно покивал, но потом повернулся к Арете, чтобы выслушать ее предложение.

Арете сказала ему, что на ее пути его ждут большие испытания. Он будет много трудиться, но в итоге обретет смелость, мудрость и опыт. А потом, когда наступит пора пожинать плоды своей жизни, он будет наслаждаться ими, как никто другой, ибо будет знать, что действительно заслужил их. Богиня заверила героя, что если он пойдет за ней, то в конце сможет оглянуться на пройденный путь и познает истинное счастье. Какия, слыша это, лишь презрительно посмеивалась, но Геракл понял, что ему это подходит. Хотя путь Арете был непрост, он понимал, что лучше будет трудиться сам, чем получать все что угодно за счет других. И он отправился следом за прекрасной богиней, оставив разозленную Какию вдыхать пыль.

Библида

Почувствовав влечение к своему брату-близнецу Кавну, Библида изо всех сил старалась его подавить. Они всегда были близки, но теперь ей было очень тяжело находиться рядом с ним и молчать о своих истинных чувствах. На Кавна стали заглядываться другие девушки, и для Библиды это было невыносимо – она умирала от ревности, думая о том, что скоро он женится и покинет ее.

Однажды Библида поняла, что больше не может терпеть. Она поведала в письме о своих чувствах и послала слугу передать его Кавну. В письме она перечисляла все случаи любви между родственниками-богами, чтобы доказать, что их любовь не должна быть запретной.

Кавн с любопытством все прочитал и испытал неподдельное отвращение. Он решил бежать из дома, чтобы быть как можно дальше от своей больной сестры.

Библида была в отчаянии, но потом подумала, что еще не все потеряно. Если только ей удастся посмотреть брату в глаза, он все поймет и не будет отрицать их связь. К этому моменту она, вероятно, уже обезумела от любви и не могла мыслить здраво. Иначе почему она разорвала на себе одежды перед дорогой? Библида прошла всю Грецию и Малую Азию (все так же обнаженная), но так и не нашла брата. Измученная, она в слезах рухнула на землю и умерла. Увидевшие это нимфы пожалели ее и превратили слезы Библиды в ручей[167].

Энотрофы

Три сестры – Спермо, Эно и Элаида – были дочерьми Ания с острова Делос и правнучками Диониса, бога виноделия и веселья.

Божественный предок одарил их способностью превращать воду в вино, траву в пшеницу, а дикие ягоды в маслины. Благодаря этому никто из находившихся рядом с ними не бывал голоден (и трезв). Сестер называли энотрофами и очень уважали на Делосе, так как они никогда не скупились на свои дары.

Когда флот греков проплывал мимо Делоса, направляясь на Троянскую войну, энотрофы с лихвой снабдили их провизией. Агамемнон, никогда не отличавшийся высокой моралью, не придумал ничего лучше, как… похитить сестер. Он погрузил их на корабль, а затем они попали в греческий лагерь, где с ними обращались как с рабынями, заставляя кормить всю огромную армию.

Спустя несколько лет такой жизни энотрофы решили сбежать, но эти планы раскрыл их собственный брат, который в то время сражался в греческой армии. Он сдал сестер Агамемнону, который решил предать их смерти за неповиновение. Но Дионис вмешался в судьбу своих правнучек и превратил их в голубиц.

6

Девы в беде

Иногда их надо спасать, но и они способны вовлечь других в неприятности

Медуза

Три сестры-горгоны были дочерьми древних богов Кето и Форкиса[168]. Старшие сестры, Сфено и Эвриала, были крылатыми чудовищами и наводили ужас на всех, кто их видел, а младшая Медуза – красивой девушкой с пышными волосами. При этом старшим было даровано бессмертие, а Медуза родилась смертной. Она была жрицей Афины и хотела оставаться девственницей.

Но однажды ее увидел Посейдон и решил, что хочет заполучить прекрасную деву. Он набросился на нее прямо в храме Афины, и, хотя девушка сопротивлялась и была жертвой, Афина наказала ее, а не Посейдона, за осквернение своего храма. Медуза превратилась в змееволосое чудовище с зеленой кожей, длинным языком и острыми зубами.

Ее лицо и глаза были столь ужасны, что любой, взглянувший в них, обращался в камень. Говорили, что местность вокруг ее жилища превратилась в целый лес статуй людей и животных.

Тем временем на острове Сериф царь Полидект мечтал взять в жены Данаю, но ее сын Персей был против этого брака. (Для царя Полидект был довольно глуп, и Персей хотел лучшего для своей матери.) Полидект всеми силами пытался избавиться от потенциального пасынка и решил отправить Персея за головой горгоны Медузы. Он считал это гениальным планом: юноша наверняка погибнет, если не в пути, то при встрече с горгонами, и больше не будет ему помехой. Но не так-то просто было справиться с Персеем. Во-первых, тот заручился поддержкой Афины, которая до сих пор была иррационально зла на Медузу. Афина же призвала на помощь Персею и других богов, так что он отправился в путь, прекрасно экипированный крылатыми сандалиями Гермеса, шлемом-невидимкой Аида, чудесным мечом, выкованным Гефестом, и щитом самой Афины. Может, он и выглядел несколько нелепо, но зато был отлично подготовлен к битве.

После посещения Грай[169] Персей в конце концов оказался на скалистом острове Сарпедон, где обитали горгоны. Он прекрасно знал, что произойдет, если он посмотрит в глаза Медузе, поэтому ему нужно было придумать способ покончить с ней без этого. И Персей решил использовать свой щит, отполированный до зеркального блеска. В поисках Медузы он на каждом углу выставлял перед собой щит и смотрел на отражение. Но когда герой нашел Медузу, она мирно спала вместе со своими сестрами и глаза ее были закрыты. Персей с легкостью обезглавил ее. Но, как выяснилось, Медуза была беременна от Посейдона. Поскольку это Древняя Греция без всяких разумных правил, в момент ее гибели из рассеченной шеи появились на свет крылатый конь Пегас и обычный смертный – Хрисаор.

Встревоженные суматохой, проснулись другие горгоны и обнаружили обезглавленное тело сестры и стоявшего рядом окровавленного Персея. Но прежде чем они успели схватить героя, он бросился прочь на своих крылатых сандалиях. Сфено и Эвриала так горько оплакивали сестру, что даже жестокосердная Афина была тронута и сочинила в ее честь погребальную песнь. Персей же с головой Медузы в волшебной сумке отправился обратно на Сериф. По пути из мешка капала ядовитая кровь горгоны, и там, где она падала на землю, появлялись змеи. Говорили, что особенно обильно кровь оросила землю Ливии, поэтому там так много змей[170].

Персей прибыл во дворец как раз в день свадьбы Полидекта и Данаи. Он тут же вытащил из мешка голову Медузы, которая не потеряла своих свойств, и обратил жениха в камень. Впоследствии Персей преподнес голову Афине, которая использовала ее образ в украшении своего щита. Кровь, которая до сих пор продолжала из нее капать, Афина собрала и отдала Асклепию, богу врачевания, который сделал из нее чудодейственное средство, способное убивать живых и воскрешать мертвых. Последние две капли достались Эрихтонию, приемному сыну Афины, – одна была смертельной, вторая оживляющей. Будем надеяться, их правильно пометили во избежание путаницы.

Эфра

Эфру мы знаем в первую очередь как мать Тесея (и временную «няньку» Елены), но еще до этого у нее была довольно бурная жизнь.

Она была дочерью трезенского царя Питфея, который хотел выдать ее замуж за молодого героя Беллерофонта. Однако свадьба не состоялась, так как Беллерофонт случайно убил своего брата и отправился в изгнание. Эфра осталась в печали и одиночестве, с уменьшившимися шансами найти хорошего мужа.

Позже афинский царь Эгей приехал в Трезен к Питфею за советом. Эгей много лет пытался зачать наследника афинского трона, но у него ничего не получалось[171]. Тогда он решил обратиться к оракулу, но, как обычно, пророчество было весьма туманным: «Не развязывай свой бурдюк, пока не прибудешь домой, иначе ждут тебя великие горести». Он понятия не имел, что это означает, и хотел обсудить это с толкователем прорицаний Питфеем.

Питфей действительно понял, что имел в виду оракул, но решил обратить это себе на пользу. Пророчество должно было служить предостережением Эгею, чтобы тот оставался трезвым и мог принимать разумные решения, будучи в чужих краях. Питфей сделал из этого вывод, что, если Эгей не послушается оракула и вступит с кем-нибудь в связь, не дождавшись возвращения домой, у него родится особенный наследник. Несмотря на обещание горестей для друга, Питфей все же подумал, что установление родственных связей между мощными Афинами и маленьким Трезеном того стоит. Не говоря уже о том, что после изгнания несостоявшегося жениха шансы обзавестись наследником трона были весьма малы.

Пока Питфей делал вид, что пытается расшифровать пророчество, он предложил старому другу вина. И еще немного. И еще немного после этого. В конце концов Эгей был чертовски пьян, и Питфей представил ему свою очаровательную дочь. Мало что соображавший Эгей отправился с Эфрой в постель и предался с ней любовным утехам. Ночью Эфре во сне явилась Афина и приказала отправиться на близлежащий остров Сферия, совершить там возлияния богам и вступить в связь с Посейдоном. Пока Эгей мирно храпел, она последовала указаниям богини и действительно встретилась на Сферии с Посейдоном. Таким образом, непонятно, кто был настоящим отцом будущего ребенка – смертный Эгей или бог морей. Однако некоторые авторы говорят, что такого на самом деле не было, и это была лишь ложь, придуманная Питфеем как часть плана. В Трезене поклонялись Посейдону, и связь с богом, настоящая или предполагаемая, была в любом случае полезна для наследника трона.

Узнав о беременности Эфры, Эгей решил вернуться в Афины без нее[172]. Перед отъездом он спрятал свои сандалии, щит и меч под большим камнем и наказал Эфре передать это сыну, когда тот вырастет, чтобы он отправился в Афины и законным образом получил трон.

Эфра родила мальчика, которого назвали Тесеем. Повзрослев, он отправился к отцу, где его хотела убить Медея, к тому времени ставшая женой Эгея. Но ее план не удался, так как Эгей узнал свой меч, которым был опоясан Тесей. Эфра же возвела на острове храм в честь Афины и установила традицию, по которой трезенские женщины в день свадьбы преподносили богине свои пояса.

Много позже, как мы уже знаем, Тесей похитил Елену и оставил на попечение матери. Братья Елены, прибывшие ее спасать, забрали Эфру с собой в Спарту в качестве рабыни. Она последовала за Еленой и в Трою, и только когда город пал и всех женщин привели в греческий лагерь, чтобы разделить как добычу, Эфру увидел ее внук Демофонт[173] и попросил освободить ее. Елена, теперь уже сама в некотором роде пленница, была счастлива отпустить свою давнюю служанку.

Эфра вернулась домой как свободная женщина, но потом покончила с собой (по всей видимости, после гибели внуков).

Даная

Когда царь Аргоса Акрисий пошел к оракулу, чтобы узнать, почему у него до сих пор нет наследника, пифия любезно сказала ему, что внук его убьет. Испуганный Акрисий запер свою единственную дочь, прекрасную Данаю, в бронзовых покоях в подземелье. Темница была вполне комфортной, но там не было ни дверей, ни окон, только маленький люк сверху. К Данае была приставлена служанка, которой было строго-настрого наказано не пускать к царевне мужчин.

Но Зевс разглядел ее издалека и решил, что никакие стены ему не помеха. Он превратился в золотой дождь и пролился на Данаю сверху. Таким образом был зачат ее сын.

Акрисий был в ужасе оттого, что пророчество начало сбываться, но не решился просто убить младенца, чтобы не навлечь на себя гнев фурий. Дождавшись рождения ребенка, он посадил его вместе с матерью в деревянный сундук и бросил в море. К счастью для Данаи и младенца Персея, Посейдон по просьбе Зевса успокоил шторм и вынес сундук на берег острова Сериф. Там его нашел рыбак по имени Диктис, приходившийся братом местному царю Полидекту. Диктис был добрым малым, взял Данаю с младенцем к себе в дом и помогал растить мальчика.

Как мы уже знаем, царь Полидект вознамерился заполучить Данаю. Но, несмотря на дорогие подарки и щедрые комплименты, Даная совершенно не хотела становиться царицей, о чем и сказала Персею. Мальчик, к тому моменту ставший юношей, потребовал у царя, чтобы тот оставил его мать в покое. В ответ на это Полидект отправил Персея убить Медузу, чтобы убрать юношу с дороги.

Добыв голову, а также освободив Андромеду, Персей вернулся на Сериф, покончил с Полидектом и воссоединился с матерью.

А что же насчет пророчества? Позже, когда Персей участвовал в атлетических играх в Лариссе, он метнул диск, который случайно попал в голову какому-то старику из зрителей. Увы, это и был его дед Акрисий. После исполнения пророчества Даная смогла вернуться на Аргос, и Персей занял свое законное место на троне.

Геба

Геба, богиня юности, обладала силой возвращать молодость людям. Прекрасная дочь Зевса и Геры была добра ко всем.

Другие боги полюбили ее с самого рождения. Гера устроила в ее честь пышное празднество, которое продолжалось целую неделю. Гости осыпали малышку Гебу чудесными подарками и исполняли гимны в ее честь.

Повзрослев, она без устали трудилась. Ее главной обязанностью было подносить олимпийцам нектар и амброзию, но и другой работы она не чуралась. Например, ее часто изображали помогающей богам совершать омовения. Геба была очень преданной дочерью и никогда не покидала своих родителей. Боги нередко обращались к Гебе, чтобы подарить вторую молодость своим любимчикам и вырвать их из лап смерти. Но Геба очень серьезно относилась к своей силе, и надо было очень постараться, чтобы уговорить богиню использовать ее на что-то иное, кроме прямого предназначения – сохранять вечную юность олимпийских богов.

Однажды, прислуживая богам, она случайно наступила на подол своего платья и упала. При этом из-под одежды показалась ее грудь. Аполлон тут же лишил ее должности, и она с позором сбежала. Эту историю часто рассказывали как предостережение нескромным женщинам. А подавать амброзию всем богам стал Ганимед, личный виночерпий Зевса[174].

Когда Геракл получил бессмертие и был вознесен на небо в награду за свои героические подвиги, Геба познакомилась с ним, и они полюбили друг друга. Гера, которая раньше преследовала героя, в конце концов примирилась с ним и даже согласилась выдать за него свою любимую дочь. У Гебы и Геракла родилось двое сыновей, Алексиар и Аникет, которые потом стали хранителями небесных врат. У Гебы же появились новые обязанности – она стала покровительницей невест и могла даровать им плодовитость.

Однажды она воспользовалась своей силой по просьбе супруга – вернула на один день юность его племяннику и другу Иолаю, чтобы тот смог защитить детей Геракла[175].

Пенелопа

Когда у Икария, брата спартанского царя Тиндарея, родился ребенок, он решил, что девчонка ему будет совершенно бесполезна. Он схватил новорожденную Пенелопу за ногу и бросил в море. К счастью для Пенелопы, ее спасли утки, которые вытолкали новорожденную обратно на берег. Отец решил, что это знак свыше, и больше не пытался избавиться от дочери. Это было очень мило с его стороны.

Юной девушкой ее отдали в жены Одиссею в качестве платы за совет о том, как решить судьбу Елены. Они счастливо правили Итакой много лет, но, когда до них начали доходить новости о том, что Елена похищена троянцами, Пенелопа опечалилась. Она знала о клятве, которую ее родичи дали когда-то, и помнила, что вообще-то все это придумал ее муж. Она недавно родила Одиссею сына Телемаха, и мысль о том, что супруг уйдет на войну, а она останется растить ребенка и управлять царством в одиночестве, не слишком ее радовала. Пенелопа умоляла мужа придумать способ остаться дома, зная, что он мастер на любые уловки, – недаром его прозвали хитроумным. Одиссей понимал, что его долг – присоединиться к грекам, но ему было больно видеть страдания жены, и он обещал попробовать.

Очень скоро посланники греческой армии явились во дворец и объявили Пенелопе, что ее супруг срочно должен отправиться с ними. Пенелопа ответила, что великий Одиссей никак не может присоединиться к ним, так как сошел с ума. «Убедитесь сами», – сказала она и повела их на близлежащее поле. Пораженные воины увидели, как абсолютно голый Одиссей разъезжает по полю в повозке, запряженной волом и ослом, поет невнятные песни и рассыпает по земле соль. Пенелопа и греки окликали его по имени, но тщетно. Он не обратил на них никакого внимания, даже когда кто-то бросил в него камень. Большинство лишь печально покачали головой, веря в безумие Одиссея, но один из воинов, Паламед, все же усомнился. Как-то выглядело это все неправдоподобно. Он выхватил у Пенелопы из рук младенца Телемаха и положил его на землю прямо перед повозкой. Испуганный Одиссей тут же потянул поводья, чтобы остановить вола и осла и не задавить ребенка. Паламед победно улыбнулся, и Одиссею ничего не оставалось, как последовать за греками[176].

Итак, Одиссей отплыл в сторону Трои. Не успел его корабль скрыться за горизонтом, как у дверей Пенелопы начали толпиться претенденты на его место. Но царица была верна мужу, и поклонники были ей неинтересны. Когда прошло уже больше десяти лет, а количество потенциальных женихов перевалило за сотню, она продолжала находить причины им отказывать[177]. Однако народ Итаки начал волноваться. Они считали, что их царь мертв – иначе почему другие воины уже вернулись домой, а от Одиссея ни слуху ни духу? Чем дольше царица будет упрямиться, тем более уязвимой будет становиться Итака. Телемах был еще слишком мал, чтобы править царством. Сама же Пенелопа догадывалась, что, пока она поступает благородно, Одиссей не упускает возможности наслаждаться другими женщинами. Она все сильнее злилась на своего мужа и возмущалась ситуацией, в которую он ее поставил.

Прошло еще десять лет, и Пенелопа в последний раз попыталась отсрочить выбор нового супруга. Она сказала, что сначала должна закончить ткать погребальный саван для отца Одиссея, Лаэрта. Но после этого, сказала она, она точно выберет себе жениха. Тем не менее каждую ночь Пенелопа пробиралась в свою мастерскую и распускала то, что было соткано за день. Эта тактика работала какое-то время, пока ее не заметила служанка, которая тут же донесла обо всем претендентам[178]. Игры были кончены.

Одиссей же был уже совсем недалеко от дома и тоже начал беспокоиться. Осталась ли Пенелопа верна ему? (Ну-ну, сам-то он стал отцом еще одного сына во время своих скитаний.) Поэтому, высадившись на берег, он при помощи Афины прикинулся бродячим старцем и направился ко дворцу. Там он обнаружил толпу упорных поклонников Пенелопы, нетерпеливо топающих ногами и ворчащих на царицу, которая никак не могла принять решение.

Узнала ли Пенелопа мужа сразу – неизвестно[179], но именно в этот момент она наконец озвучила последнее условие: она выйдет за того, кто сможет натянуть лук ее супруга и выстрелить из него так, чтобы стрела прошла через двенадцать колец. Возможно, это была очередная уловка – потому что Пенелопа знала, что только Одиссей способен сделать это. Ну или же она узнала мужа и готовила сцену триумфального возвращения.

Как бы то ни было, все претенденты пытались и терпели неудачу – не могли даже натянуть лук, не говоря уже о точном выстреле. Но потом вперед вышел бродяга, с легкостью натянул лук и прострелил все двенадцать колец. Вслед за этим он перестрелял всех женихов на месте.

Однако Пенелопу все равно терзали сомнения – а вдруг это лишь проделки какого-нибудь бога? «Если ты и вправду мой муж, – сказала она, – прикажи слугам передвинуть наше ложе к другой стене комнаты». Одиссей, уже превратившийся обратно в красавца-мужчину, лишь рассмеялся и сказал Пенелопе, что это невозможно. Он сам сделал это ложе, и одной из ножек была ветвь оливкового дерева, так что подвинуть его было нельзя. Удовлетворенная Пенелопа бросилась в объятия мужа.

Они продолжали счастливо править Итакой до самой смерти Одиссея. О том, как это произошло и что было дальше, нам уже известно из истории Кирки.

Алкиона

Царица Алкиона и царь Кеик из Трахина[180] так любили и почитали друг друга, что возгордились и стали называть себя Зевсом и Герой. Олимпийские боги сочли это невыносимым оскорблением и решили отомстить.

Когда Кеику пришлось отплыть за море по делам, Алкиона не могла вынести мысли о разлуке. Особенно ее пугало то, что, если муж погибнет в волнах морских, она не сможет похоронить его тело. Царица плакала и плакала, а муж гладил ее по волосам и уверял, что все будет хорошо и он скоро вернется.

Но в первую же ночь после отплытия Зевс привел свой план мести в исполнение. Он поднял на море сильнейший шторм, и все моряки, кроме Кеика, погибли. Царь же выплыл из пучины и ухватился за обломок корабля. Он взывал к богам о спасении, но они его не слышали (точнее, не желали слышать). Тогда он попросил, что, если ему суждено умереть, пусть хотя бы его тело приплывет к родному берегу, чтобы Алкиона могла его похоронить. После этого Кеик захлебнулся и умер, думая лишь о своей возлюбленной супруге.

Алкиона, ничего не зная об этом, продолжала молить Геру о благополучном возвращении Кеика. В конце концов богине это надоело, и она послала бога сна Морфея, чтобы он открыл царице правду. Морфей явился Алкионе во сне в облике Кеика: со слезами на глазах он поведал царице, что погиб.

Сердце подсказало Алкионе, что ее сон – правда, и она объявила всем о гибели царя. Чтобы без помех дать волю своему горю, она пришла на берег, где виделась с супругом в последний раз. И тут она заметила, как что-то несет по волнам. Когда этот предмет приблизился, царица узнала тело своего мужа. В отчаянии Алкиона бросилась в воду, но боги сжалились над ней и превратили в морскую птицу. Опустившись на тело мужа, она начала клевать его, пока он тоже не превратился в птицу. Так они и продолжили жить вместе, но уже не людьми.

Ио

Ио была дочерью речного бога Инаха, от которого пошел род царей Аргоса. Она научила свой народ поклоняться Гере.

Несмотря на столь тесную связь Ио с его супругой, Зевс положил глаз на девушку, и между ними возникла связь – возможно (вероятно), против воли Ио. Надо сказать, она была первой смертной, удостоившейся внимания царя богов (но, как мы знаем, далеко не последней). Зевс очень переживал, что супруга узнает об этом и убьет его возлюбленную, поэтому во время одной из встреч превратил Ио в белую корову.

Однако Гера все равно обо всем узнала, но вместо того, чтобы обрушить на девушку свой гнев, решила схитрить. Она сделала вид, что случайно заметила на лугу красивое животное, и стала просить мужа подарить ей эту корову. Зевс, у которого не было никаких разумных поводов отказать Гере, согласился, чтобы она ничего не заподозрила.

Гера приставила охранять Ио многоглазого гиганта Аргуса. Он должен был сообщить ей, если поблизости появится Зевс. Зевс же, понимая, что ему не скрыться от глаз стража, послал вместо себя Гермеса, который игрой на своей флейте[181] сумел усыпить Аргуса, так что все его глаза закрылись. Тогда Гермес убил стража, и Зевс смог пробраться к Ио[182].

Гера прослышала о том, что ее слуга мертв, и все поняла. Страшно разозлившись, она послала огромного овода преследовать Ио. А что до Аргуса, она отдала ему почести и использовала его глаза для украшения хвоста павлина, своей священной птицы.

Несчастная Ио скиталась по миру, пытаясь избавиться от жалящего насекомого, но нигде ей не было спасения. Как бы быстро она ни бежала и как бы яростно ни била хвостом, овод продолжал ее атаковать.

Наконец Ио набрела на титана Прометея, прикованного к скале Зевсом. Прометей обладал даром предвидения и сказал Ио, что когда-нибудь она снова станет человеком и в ее роду появится великий герой. Ио воспрянула и направилась в Египет[183], где действительно вновь обрела человеческий облик.

Потом Ио вышла замуж за царя Египта, и они действительно стали предками многих царей и героев, в том числе Геракла, Кадма, Персея и Миноса. Считается, что в пророчестве Прометея имелся в виду именно Геракл.

Психея

Психея была младшей из трех дочерей некоего царя, имя которого до нас не дошло. Она была добра и настолько прекрасна, что люди сравнивали ее с богиней любви Афродитой. Некоторые осмеливались говорить, что она даже прекраснее богини, что, конечно же, очень злило Афродиту.

Но вместо того, чтобы наказывать богохульников-мужчин, увивавшихся за юной Психеей, Афродита (как это было свойственно олимпийцам) решила наказать саму девушку. Она позвала на помощь своего сына Эрота. У него были волшебные золотые стрелы, которые могли поражать богов и смертных любовью и вожделением. Афродита приказала Эроту использовать их, чтобы внушить Психее любовь к «самому презренному из земных созданий». Эрот отправился исполнять материнскую волю, но сам влюбился в Психею и понял, что должен ее пощадить.

Психея не знала, чего ей удалось избежать, и продолжала жить своей жизнью. Ее завистливые старшие сестры вышли замуж за царей и покинули родительский дом, но никто не хотел просить руки Психеи, все лишь любовались ею на расстоянии.

Отец переживал за судьбу дочери и решил отправиться за советом к оракулу. Пифия предрекла, что Психея станет женой настолько ужасного существа, что его боятся даже боги. Она наказала царю одеть дочь в погребальные одежды и отвести на самую высокую гору в царстве, где та встретит свою судьбу.

Отец крайне расстроился, но не посмел противоречить оракулу. Психею отвели на вершину высокой скалы и оставили там. Она ждала и ждала, но ничего не происходило. Устав от ожидания, девушка бросилась со скалы, предпочтя смерть жизни с чудовищем. Но бог западного ветра Зефир подхватил ее в воздухе, не дав разбиться, и перенес во дворец к Эроту.

Там не было ни души. Психея бродила по залам, не зная, что ей делать, но с наступлением ночи вдруг услышала, как открываются ворота. В ту же секунду весь свет во дворце погас, так что она не могла разглядеть даже собственной руки, поднесенной к лицу. И тут она почувствовала, что рядом с ней кто-то есть. Это был Эрот, который, конечно же, не хотел, чтобы его мать узнала о том, что он когда-то не выполнил ее приказа. Он сказал Психее, что они могут быть вместе, но она не должна увидеть его или узнать его имя, потому что иначе их ждут великие беды. Той ночью они легли в постель в полной темноте. Психея знала о пророчестве, согласно которому ее муж должен быть ужасным чудовищем, но этот неизвестный любовник вовсе не казался таким. Она решила, что, раз такова ее судьба, она не будет ей противиться.

Так они жили вместе в полной темноте, но потом Эрот прослышал, что сестры Психеи узнали о ее предполагаемой смерти. Он забеспокоился, так как сестры хотели прийти на скалу, откуда прыгнула Психея, а он знал, что ей захочется показаться им и утешить – ведь, несмотря на все издевательства сестер, она была очень доброй. И действительно, как только Психея услышала плач своих сестер, она не смогла удержаться, вышла к ним и объявила, что жива и они не должны плакать. Также она рассказала им, что стала возлюбленной чудесного мужчины и живет с ним очень счастливо. Сестры быстро оправились от изумления и потребовали, чтобы Психея пригласила их в свое новое жилище. Психея согласилась и попросила Зефира, который продолжал помогать ей и Эроту, отнести их всех во дворец.

Там Психея устроила сестрам экскурсию, и они снова воспылали завистью. Почему эта выскочка, у которой никогда не было ничего, кроме смазливой мордашки, живет в таком роскошном доме с добрым и сильным мужчиной, тогда как они прозябают в скуке с лысыми толстыми мужьями?

Сестры стали подначивать Психею, убеждая ее, что хозяин дома, возможно, играет с ней в какую-то жестокую игру. Психея пыталась возражать, но сомнения проникли в ее мысли.

Следующей ночью, когда Эрот покинул ее в темноте, она зажгла лампу и пробралась в его спальню. Психея посветила на его лицо и увидела прекрасного юношу. Ругая себя за недоверие, она уже собиралась тихонько уходить, но капля горячего масла из лампы упала на плечо Эрота. Он мгновенно пробудился, понял, что сделала Психея, и улетел из дворца. Вернувшись на Олимп, он обнаружил, что его матери там нет – Афродита уже прознала об обмане сына и сама отправилась на поиски смертной красавицы, чтобы наказать ее.

Психея была в отчаянии, но, поплакав немного, поняла, что очень злится на сестер. И тогда она решила им отомстить. Она отправилась в царство первой сестры и стала жаловаться всем, что бог любви увлекся ее сестрой и покинул ее из-за этого, вы представляете?! Сестра едва могла сдержать свое злорадство. Не теряя времени, она сбежала из дома, чтобы соединиться с Эротом. Она забралась на тот самый утес, откуда Зефир в прошлый раз забрал сестер, и бросилась вниз. Конечно же, Зефир, хранивший верность Эроту и Психее, не спас ее, и она разбилась насмерть.

Затем Психея провернула тот же трюк и со второй сестрой, но, расправившись таким образом с родственницами, не ощутила облегчения. Как раз в это время Афродита наконец выследила ее. Она сказала Психее, что Эрот в данный момент у нее дома умирает от полученного ожога и, чтобы вылечить его, она должна выполнить четыре задания[184].

Сначала Афродита высыпала перед Психеей огромный мешок разных зерен и семян и потребовала разобрать их все к ее возвращению. Психея понимала, что ей никак не хватит на это времени, но все равно приступила к сортировке. Но вскоре к ней присоединилась армия муравьев[185], которые очень быстро растащили все семена по кучкам. Затем Афродита поручила ей собрать шерсть с дикой овцы. Психея смотрела, как брыкается и бьется в загоне животное, и готовилась к схватке. Но тут появился речной бог и посоветовал ей не трогать овцу, а вместо этого собрать шерсть, зацепившуюся за кусты вокруг загона.

Следующим заданием было принести воды из подземного мира (из реки Стикс). Так как никто, попавший в царство Аида, не мог вернуться в мир живых, Афродита считала, что это задание точно станет для Психеи последним. Но тут с небес спустился орел и вызвался его выполнить.

Наконец, Афродита приказала Психее добыть немного чудесного крема, принадлежавшего Персефоне, царице подземного мира. С этим испытанием Психея справилась сама – Персефона, видимо, пожалела девушку, явилась перед ней и отдала шкатулку с кремом. Однако она предупредила девушку, чтобы она ни в коем случае не открывала шкатулку, так как смертные не должны смотреть на божественную субстанцию. Психея наконец-то увидела свет в конце тоннеля, но не смогла справиться с любопытством. Она приоткрыла шкатулку – и тут же упала замертво.

Эрот, излечившийся от смертельного ожога, мгновенно метнулся вниз и вознес тело своей возлюбленной на Олимп. Он рассказал богам о том, какие испытания выдержала Психея во имя любви, и стал молить вернуть ему возлюбленную. Зевс, которому Эрот часто помогал в амурных делах, исполнил его просьбу и сделал Психею бессмертной – а еще богиней души[186].

Астерия

Богиня падающих звезд Астерия была супругой своего сородича-титана Перса, бога разрушения. От него она родила легендарную волшебницу Гекату. Для богинь вроде Астерии нетипично иметь всего одного ребенка, но Геката была одной из важнейших мировых сил, так что, возможно, для Астерии этого было вполне достаточно.

Благодаря тому, что все почитали ее дочь, Астерии не пришлось беспокоиться о таких пустяках, как исход титаномахии. После победы богов ее пригласили на гору Олимп. Однако там ее ожидали свои опасности. Несмотря на то что Астерия вела скромную жизнь и старалась не привлекать лишнего внимания, Зевс положил на нее глаз и начал преследовать. Астерия совершенно не хотела связи с Зевсом и гнева Геры, поэтому предпочла бежать.

Зевс, не принимавший отказов, гнался за Астерией по всему небу, так что в итоге ей пришлось превратиться в перепелку и броситься с небес на землю[187]. Она упала в море в надежде, что наконец-то спаслась от Зевса, но тут место преследователя занял Посейдон. Измученная Астерия совершила еще одно превращение, на этот раз став плавучим островом, который назвали Ортигией (от греческого слова, означающего перепелку).

Остров был пустынен и оставался таким довольно долго. Однако на нем откуда-то появился оракул, толкующий сны, – возможно, то была сама Астерия.

Остров много раз переименовывали, и в конце концов он стал называться Делос. Когда Гера запретила титаниде Лето рожать ребенка на твердой земле, Астерия предоставила ей убежище на своих непостоянных берегах. А когда Лето родила близнецов[188], Делос наконец прикрепился к морскому дну, и началось его процветание. Позже он стал местом поклонения четырем богам, что благословили его, и крупным центром морской торговли.

Мегара

Царь Фив Креонт, благодарный молодому герою Гераклу за помощь в войне против царя Эргина[189], отдал ему свою дочь Мегару в жены. Как мы помним, Креонт был дядей Антигоны и Исмены, но описываемая история произошла еще до того, как Эдип взошел на трон. У Геракла с Мегарой родились дети[190], и некоторое время они жили счастливо. Однако Геракла не очень привлекала спокойная семейная жизнь, и он снова отправился на поиски приключений, оставив свою семью и царя Креонта без защиты.

Прошло совсем немного времени, и появился претендент на фиванский трон, Лик. Он прослышал, что Фивы остались без своего героя, и решил перебить его семью, чтобы они не подняли бунт. Мегара с детьми пытались спастись в храме Зевса, но Лик только рассмеялся и приказал сжечь храм. Тогда Мегара заявила, что не будет вести себя недостойно царицы и просит, лишь чтобы Лик позволил ей и детям подготовиться к смерти. Он неохотно согласился, и Мегара, чтобы успокоить детей, сказала дочерям, что они с отцом нашли им прекрасных мужей, а сыновьям – что они станут правителями богатых городов.

Но тут как нельзя кстати Геракл вернулся в Фивы и, недолго думая, покончил с Ликом, после чего упал на колени и вознес хвалу богам. Однако его вечный враг Гера воспользовалась моментом общения Геракла с богами и наслала на него безумие. Герой поднялся с колен, посмотрел на свою жену с детьми, но вместо них увидел семью Лика[191]. Полный гнева на то, что Лик сделал с его городом, он жестоко расправился с ними.

Но как только убийство свершилось, безумие прошло, и Геракл увидел, что натворил. Он хотел тут же убить и себя, но его родственник Тесей убедил героя, что будет эгоистично умереть и не искупить свою вину. Геракл отправился к Дельфийскому оракулу, чтобы узнать, как ему расплатиться за содеянное, и так начались его знаменитые двенадцать подвигов. Конечно, Гера продолжала мешать ему на каждом шагу.

Гипподамия

Согласно пророчеству, царь Эномай (сын Ареса и Плеяды Стеропы) должен был погибнуть от руки своего зятя. Узнав об этом, Эномай принял меры предосторожности. Он объявил, что тот, кто захочет взять в жены его дочь Гипподамию, должен сначала победить его в гонке на колесницах[192]. Царь был отличным возничим и знал, что это крайне маловероятный исход. Кроме того, он получил по наследству от отца коней, которые никогда не проигрывали гонки. Выглядит не очень честно, но не обращайте на это внимания. В качестве дополнительной защиты от возможных претендентов Эномай объявил, что проигравший будет казнен. Однако, несмотря на столь высокие ставки, целых восемнадцать смельчаков решили побороться за руку Гипподамии. Все они проиграли и попрощались с жизнью. Эномай возомнил себя декоратором и водрузил их головы на деревянные столбы вокруг дворца, чтобы больше никто не пожелал руки его дочери.

Гипподамия уже думала, что навсегда останется одинокой, что вполне устраивало ее отца. Но тут появился Пелоп, сын Тантала и внук Зевса[193]. Он не слишком надеялся победить Эномая, но вместе с тем мечтал жениться на Гипподамии, которая отвечала ему взаимностью. Поэтому Пелоп пошел на берег моря и воззвал к Посейдону, с которым, как говорили, когда-то состоял в близких (очень близких) отношениях. Пелоп попросил бога помочь ему победить в гонке, и Посейдон дал ему чудесную колесницу и крылатых коней.

Тем временем Гипподамия тоже не сидела сложа руки. Она устала смотреть на головы потенциальных женихов и не хотела, чтобы голова Пелопа оказалась среди них. Она дождалась, пока отец уснет, и пробралась в стойло, где слуга Эномая Миртил готовил колесницу к гонкам. Гипподамия знала, что Миртил к ней неравнодушен, и решила использовать это в своих интересах. Миртил не рисковал состязаться с царем за ее руку, поскольку возничим был так себе. Гипподамия начала заигрывать со слугой. Царевна пообещала ему, что, если он поможет Пелопу победить, она даст ему в награду полцарства и одну ночь с ней[194]. Неизвестно, какая награда привлекла Миртила больше, но он согласился и заменил прочные детали, соединяющие части колесницы, на восковые.

В начале гонки Пелоп со своими крылатыми конями обогнал Эномая, но вскоре тот начал его настигать. Юноша уже чувствовал, как над его головой вздымается меч царя. Гипподамия затаила дыхание, молясь всем богам о победе Пелопа. И как раз в этот момент колесница Эномая накренилась и от нее отвалилось одно колесо. Миртил, бывший с царем в колеснице, вылетел из нее. Эномай пытался сдержать коней, но они в панике разбежались в разные стороны. Царь запутался в поводьях, упал на землю и погиб.

Счастливый Пелоп выскочил из своей колесницы и заключил Гипподамию в объятия. Но тут появился окровавленный Миртил, жаждущий своей награды. Пелоп, не догадываясь о том, что пообещала Миртилу его невеста (или просто не желая выполнять обещание), схватил его и сбросил с ближайшего утеса.

Умирая на острых камнях, Миртил проклял пару и всех их потомков. Учитывая, что род Пелопа и так был проклят за грехи его отца Тантала, это еще более усугубило несчастья, с которыми пришлось столкнуться его потомкам вплоть до пятого колена: множество кровавых убийств, отмщений, предательств, да и вообще общей подлости всего рода. Это закончилось только после суда и оправдания Ореста.

Гипподамия и Пелоп взошли на трон, и у них родилось четырнадцать детей, в том числе Фиест, отец Пелопии. Пелоп воздвиг храм в память о восемнадцати несчастных, попрощавшихся с жизнью из-за Гипподамии, и учредил регулярные соревнования возничих в память о своем тесте и собственной победе. Весьма вероятно, от этих состязаний впоследствии произошли Олимпийские игры.

Гипсипила

Гипсипила была дочерью царя Лемноса Фоанта[195].

Помните легенду, согласно которой Афродита прокляла женщин Лемноса, так что они стали издавать зловоние и убивать своих мужей? Гипсипила сумела противостоять безумию достаточно долго, чтобы предупредить своего отца. Так Фоант спасся с Лемноса.

Когда к Лемносу причалили аргонавты, Афродита решила позволить им вступить в отношения с местными женщинами, чтобы население острова не вымерло. Ясон выбрал своей спутницей царицу Лемноса. Но женщины не признались аргонавтам, почему на острове не осталось мужчин: вместо правды о кровавой резне они сказали, что изгнали мужей потому, что те предпочли им пленных фракиек. У аргонавтов не было причин сомневаться в этой истории.

Женщинам Лемноса понравилось жить с аргонавтами, и те не могли покинуть остров как минимум два года. Гипсипила родила Ясону близнецов Эвнея и Фоанта (названного в честь деда), и он пообещал ей растить детей и править островом вместе.

Однако своего обещания Ясон не сдержал, поскольку ему нужно было отправляться за золотым руном. Прощаясь с возлюбленным на берегу, Гипсипила протянула ему детей и попросила хотя бы вспоминать ее. Она подарила ему прекрасную пурпурную мантию, сотканную самими грациями, и Ясон сказал, что его сердце навсегда останется с ней.

Прошло время, и Лемнос снова стал процветающим островом. До царицы Гипсипилы доходили многочисленные истории о скитаниях Ясона, но они не слишком ее утешали. Она узнала, что он взял в наложницы, а затем и в жены Медею, и хотя пыталась убедить себя, что волшебница привязала его колдовством, в глубине души понимала, что любимый забыл ее. И тогда она стала молить богов, чтобы Медея потеряла своих детей и мужа. Что ж, ее желание исполнилось.

Гипсипила мирно правила Лемносом, но тут женщины острова каким-то образом проведали, что в прошлом она помогла своему отцу бежать от резни, которую они устроили. Их крайне разозлило, что, хотя они сами потеряли своих мужей и сыновей, их царица смогла справиться с безумием, но спасла лишь своего отца. С их точки зрения, это было непростительно, и они вознамерились убить ее, но Гипсипиле удалось бежать.

Однако дальше ей не повезло – ее взяли в плен пираты[196], которые затем продали ее немейскому царю Ликургу. У Ликурга Гипсипила стала нянькой его сыну Офелету, но не слишком хорошо справлялась со своими обязанностями: малыша укусила змея, и он умер. Казалось, что тут-то придет конец и самой Гипсипиле, так как мать ребенка, царица Эвридика, потребовала, чтобы она заплатила за несчастный случай своей жизнью. Но в последний момент появился прорицатель Амфиарай (один из аргонавтов) и сказал Эвридике, что нянька ни в чем не виновата, потому что такая смерть была предсказана царевичу. Царице это не слишком понравилось, но она все же не стала убивать Гипсипилу. В память о маленьком Офелете состоялись погребальные игры (такие спортивные мероприятия проводились в честь умершего, чаще всего царской особы). Примерно в то же время в Немею пришли в поисках убежища двое молодых людей.

Это оказались сыновья Гипсипилы, Фоант и Эвней, которых после бегства Гипсипилы с Лемноса вырастил музыкант Орфей (тоже один из аргонавтов)[197]. Орфей рассказал мальчикам все об их родителях, но они и не надеялись снова встретиться с матерью. Оба юноши приняли участие в играх в память об Офелете, и каждый из них победил в своем виде состязаний. При объявлении победителей было принято называть имена их родителей. Гипсипила услышала свое имя и не могла поверить своим ушам. Наконец-то судьба привела к ней возлюбленных сыновей! Они тоже были очень рады найти мать целой и невредимой. Согласно легенде, они все вернулись на Лемнос, и тамошние женщины наверняка встретили их довольно холодно.

Брисеида

Лернесскую царевну Брисеиду[198] все любили за красоту и добрый нрав.

Когда Ахилл с товарищами осадили Трою, они быстро поняли, что великий город просто так не взять. Тогда они, томясь от безделья, занялись разграблением окрестных городов и сел. Лернесское царство было союзником Трои, так что довольно скоро греки высадились на его побережье. Ахилл лично убил царя и троих его сыновей, братьев Брисеиды. Молодая женщина стала его добычей и наложницей, и они отправились на следующую битву.

После потери дома и родных Брисеида сначала была в ужасе. Но со временем она с удивлением обнаружила, что похититель добр к ней. К тому же она подружилась с побратимом и любовником Ахилла, Патроклом, который рассказал ей, что Ахилл по окончании войны хочет сделать ее своей законной женой. И несмотря на все беды, которые Ахилл причинил ей в прошлом, она стала с нетерпением ждать этого момента (или, возможно, у нее был стокгольмский синдром).

В это время Агамемнон захватил другой союзный троянцам город, Хрис. В качестве награды за свои усилия Агамемнон взял в наложницы Хрисеиду[199] – дочь жреца, который носил то же имя, что и город.

Хрис пытался выкупить дочь у Агамемнона, но богатого и властного полководца не интересовало то, что мог предложить ему какой-то жрец. Тогда Хрис воззвал к Аполлону, который пожалел его и наслал на лагерь греков чуму. Агамемнон послал за прорицателем Калхантом, и тот сказал, что болезнь отступит, если он вернет Хрисеиду в семью.

Агамемнону ничего не оставалось делать, но он был очень зол на то, что пришлось расстаться с девушкой. Он решил, что единственный способ почувствовать себя лучше – заполучить любимую наложницу Ахилла. Агамемнон приказал сейчас же привести Брисеиду к нему в шатер. Оскорбленный Ахилл заявил, что он больше не будет сражаться за Агамемнона, и удалился в свой лагерь. Патрокл и остальные его воины из солидарности тоже сложили оружие.

Брисеида была в отчаянии – только она начала думать, что может быть хоть немного счастлива, как все опять оказалось разрушено.

Лишившись части лучших воинов, греки быстро стали терять преимущество. Троянцы перешли в наступление, и чем дальше, тем больше становилось понятно, что греки могут потерпеть поражение. Как бы Агамемнон ни пытался это отрицать, во многом это была его вина. Давайте не забывать, что он пожертвовал собственной дочерью Ифигенией ради победы в этой войне. В конце концов он пошел к Ахиллу и сказал, что тот может забрать Брисеиду обратно, и, кстати, сообщил ему, что они с ней ни разу не предавались любви.

Но Ахилл был все еще настолько обижен, что не захотел забирать свою потенциальную жену у Агамемнона. Однако он позволил Патроклу и другим воинам вернуться на поле боя. Патрокл одолжил у Ахилла его доспехи, чтобы устрашить противника, и вскоре был убит Гектором[200]. Только после этого Ахилл присоединился к своей армии, горя желанием отомстить за друга. Последнее, о чем думал безутешный герой, была Брисеида.

Ахилл и Агамемнон наконец помирились и расцеловались, и последний снова сказал, что готов отдать Брисеиду. Ахилл на этот раз согласился. Услышав новости, Брисеида была на седьмом небе от счастья – Ахилл ей нравился гораздо больше, чем жестокий и грубый Агамемнон. Она побежала к шатру Ахилла, но наткнулась там на тело Патрокла, к которому успела привязаться. Она очень горевала по нему, а когда Ахилл позволил его похоронить[201], сама провела все необходимые обряды, чтобы подготовить павшего к переходу в иной мир. К сожалению, Ахилл ненамного пережил Патрокла, и когда он пал от руки Париса, безутешная Брисеида проделала все обряды и с ним.

О судьбе Брисеиды после смерти ее возлюбленного и господина ничего не известно. Скорее всего, она погибла в том шторме, что наслала Афина в наказание Аяксу за надругательство над Кассандрой в святилище, – этот шторм поглотил немалую часть возвращавшихся с войны греков.

Филлида

Фракийская царевна Филлида вышла замуж за героя, афинского царя Демофонта, когда по пути с Троянской войны его выбросило штормом на берега Фракии.

Но недолго Демофонт пробыл с молодой женой – ему понадобилось вернуться домой, чтобы разобраться с делами в своем царстве. Филлида подарила ему на прощанье ларец, но сказала, что открыть его он сможет только в том случае, если будет уверен, что не вернется к ней[202].

Время шло, и Филлида пришла к выводу, что Демофонт не вернется. Сначала она думала, что он погиб, но потом в ее голову закралась мысль, что не так уж он был ею увлечен.

С каждым днем Филлида все больше и больше ругала себя за то, что влюбилась в такого, как ей теперь казалось, негодяя. Она думала, что подвела свой народ, не найдя ему достойного царя. Филлида чувствовала себя использованной и оскорбленной Демофонтом, да и не слишком умной, раз отдала свою руку такому человеку. К тому же люди стали считать ее «порченым товаром», что снижало ее шансы найти нового супруга. Хоть у Филлиды и было целое царство в качестве приданого, в те времена мужчины не слишком жаждали жениться на тех женщинах, у которых были не первыми. Но, конечно же, в обратную сторону это не работало.

Филлида окончательно впала в отчаянье, побежала в ближайший лес и повесилась на дереве[203]. Умирая, она воскликнула, что ее смерть на совести обманщика-мужа. На месте погребения Филлиды выросло миндальное дерево[204].

Но Демофонт все же вернулся во Фракию. Узнав о смерти жены, он направился прямо на ее могилу. Когда он коснулся рукой дерева, под его пальцами расцвели цветы.

По другой версии этой легенды, Демофонт действительно не собирался возвращаться к Филлиде. Зная об этом, по прибытии в Афины он сразу же открыл таинственный ларец. Увиденное настолько потрясло его (мы не знаем, что это было, так что остается только гадать), что он попытался спастись бегством. Испуганный конь сбросил Демофонта, он упал на свой меч и умер на месте.

Сапфо

В отличие от многих других героев нашей книги, Сапфо была совершенно реальной женщиной. Но ее подлинная биография обросла легендами и мифами. Сапфо была знаменитой поэтессой с острова Лесбос и жрицей Афродиты и муз. Последователями этого культа были в основном молодые женщины, любовь к которым воспевала Сапфо в своих стихах. Девушки жили у Сапфо, а после достижения совершеннолетия их выдавали замуж. Сапфо сочиняла для их свадеб венчальные песни. Но как бы она ни любила своих воспитанниц, к смерти ее привел мужчина.

Перевозчик Фаон был пожилым и не слишком привлекательным, но добрым человеком. Однажды сгорбленная седая старуха попросила перевезти ее в нужное место, и он с радостью согласился. Но на самом деле это была богиня Афродита, скрывшая свою внешность. Когда она попыталась заплатить Фаону, он не взял с нее платы. В благодарность Афродита подарила Фаону сосуд с чудесными притираниями. Когда он вечером намазал их на кожу, его морщины исчезли и он превратился в красавца.

После этого он решил бросить свою работу и предаться развлечениям, соответствующим его новому облику. Одной из первых женщин, с которой он познакомился, оказалась Сапфо, которая научила его кое-каким премудростям плотской любви. Однако Фаон не остался ей верен, желая занести в свой список как можно больше любовниц после стольких лет вынужденного воздержания. Он бросил Сапфо и продолжил свои похождения.

После такого предательства Сапфо просто обезумела от горя. Ее больше не интересовали девушки и поэзия. Каждую ночь она видела сны о Фаоне, а просыпаясь, была раздавлена его отсутствием. Не желая больше так жить, Сапфо бросилась в море.

На самом деле о реальной Сапфо нам известно мало, кроме того, что она действительно обладала большим талантом. Возможно, это объясняется попытками вычеркнуть из культуры все связанное с гомо- и бисексуальностью в древнем мире. Однако известно, что талант позволил ей заслужить прозвище «десятой музы». Сохранилась и одна из поэм, «Ода Афродите». Само слово «лесбийский» изначально было связано с родным островом Сапфо. Легенда о Фаоне, возможно, возникла позднее с целью привязать ее образ к мужчине, а не к женщинам, которых она, скорее всего, предпочитала, и таким образом сделать более «приемлемой».

Мирина

Прекрасная девушка Мирина была похищена разбойниками. Они спрятали ее в пещере, но через некоторое время она смогла сбежать и вернулась домой, вознося хвалу богам за то, что осталась жива. Особенно она была благодарна Афродите и решила посвятить себя служению богине, став жрицей.

Однажды в городе Мирина наткнулась на одного из своих похитителей. Не испугавшись, она схватила его и потащила в суд. Разбойник без своих дружков был не таким уж и храбрым. Он признался перед всем городом в своих преступлениях и выдал имена сообщников. Среди народа, присутствовавшего при этом, был мужчина, который раньше, до похищения, был тайно влюблен в Мирину. Он пробрался через толпу и заявил, что клянется лично выследить и убить всех разбойников во славу смелой девушки. Мирина благосклонно приняла предложение и вернулась к своим обязанностям.

Мужчина отправился на поиски разбойников, и ему действительно удалось расправиться с ними. Вернувшись в город, он счел, что достоин награды. Жители устроили собрание (на которое, вероятно, Мирину не позвали) и решили, что наградой ему должна стать рука Мирины. Конечно, как жрица, она принесла обет целомудрия, но на это никто не обратил внимания – ведь все решали мужчины. Мирине пришлось выйти за него, и Афродита была так разочарована, что превратила ее в миртовое дерево, которое с тех пор стало священным символом богини.

Семела

Семела[205] была жрицей Зевса, и однажды любвеобильный царь богов обратил на нее внимание.

Впервые он заметил Семелу, когда она приносила ему в жертву быка. Зевс явился перед ней в образе обычного мужчины, но при этом сообщил ей, кто он такой на самом деле. Семелу охватил благоговейный трепет, и она была готова сделать для бога все, что он пожелает. Зевс обычно не был сильно привязан к своим смертным любовницам, но что-то в Семеле тронуло его, и он пообещал ей возвращаться к ней время от времени. Так они встречались много раз, а потом Семела с восторгом обнаружила, что беременна.

Естественно, Гера выследила Зевса и Семелу и стала придумывать, как наказать жрицу. Она превратилась в старую кормилицу Семелы и уговорила девушку рассказать ей, кто отец будущего ребенка. Когда Семела призналась, что это Зевс, мнимая кормилица лишь фыркнула ей в лицо и сказала, что все об этом говорят, но почему сама Семела в этом так уверена? Ей удалось заронить в душу девушки сомнения, и тогда она посоветовала Семеле попросить своего возлюбленного поклясться рекой Стикс, что он выполнит любое ее желание, а когда он сделает это, пожелать увидеть его в истинном обличье.

Семеле понравилась эта идея, и когда Зевс пришел к ней в следующий раз, она попросила его поклясться. Зевс лишь рассмеялся и сказал, что ему ничего не стоит выполнить любое ее желание. Однако он перестал смеяться, когда Семела объявила, чего хочет. Он стал умолять ее пересмотреть свое решение и предлагал как-нибудь иначе доказать свою божественную сущность. Но Гера преуспела в своем влиянии на Семелу, и девушка наотрез отказалась менять свое желание.

Со слезами на глазах Зевс принял свой настоящий облик, и Семела тут же вспыхнула на месте от его молний. Но Зевсу удалось спасти нерожденного младенца из ее утробы. Он зашил его в свое бедро, где тот и оставался до рождения. Этим ребенком был Дионис, бог виноделия.

7

Жестокие девчонки

Они просто проснулись и выбрали насилие

Стикс

Океаниды, дочери бога воды Океана и титаниды Тефиды[206], были прекрасными морскими нимфами. Считалось, что всего их три тысячи. Старшей из них была Стикс, чье имя переводится как «нечто ужасное». Она была воплощением страха смерти. Стикс дала свое имя реке, которая разделяла землю живых и царство Аида. Переправа через Стикс считалась главным способом входа в подземный мир, однако было еще четыре реки – Лета (забвение), Ахерон (горе), Перифлегефон (огонь) и Коцит (плач), – которые впадали в нее. Души мертвых после погребальных обрядов переправлялись через Стикс.

Стикс вышла замуж за другого титана (и родственника) – Палланта (был покровителем битв и военного искусства). От их союза появились Кратос (сила), Бия (насилие), Зел (зависть) и Ника (победа).

Когда Зевс перед титаномахией собрал всех богов на Олимпе и спросил, на чьей они стороне, Стикс оказалась одним из немногих божеств своего племени, кто выбрал сторону Зевса (океаниды тоже считались титанидами, пусть и второго поколения). Она стала верной союзницей олимпийцев и призвала своих детей поддержать их.

Зевс обещал своим сторонникам сохранить их место и обязанности в пантеоне. Те, у кого не было ничего, получали награды. Зевс сказал, что отныне воды Стикс будут скреплять самые священные клятвы, данные богами. А клятвопреступник целый год будет лежать без чувств и пить только воду из этой реки, лишенный амброзии и нектара, а на следующие девять лет будет изгнан с Олимпа. Несмотря на бессмертие, боги не хотели терять столько лет и воспринимали клятву очень серьезно. Вода Стикс сама по себе обладала чудесной силой – это от нее Ахилл получил неуязвимость (за исключением злосчастной пятки).

Дети Стикс тоже получили вознаграждение за свою доблесть: они стали постоянными спутниками Зевса. Этот союз принес пользу и другим океанидам, которым позволили остаться жить там же, где и раньше, а не низвергли в Тартар с другими титанами.

Метида

Титанида и океанида Метида была воплощением добрых советов, мудрости и хитроумия.

Мать Зевса Рея, желая покончить со своим ужасным супругом Кроном, попросила Метиду о помощи. Они договорились, что Метида будет воспитывать Зевса и готовить его к роли царя богов. Юный Зевс влюбился в мудрую титаниду – считается, что она была его первой (но, конечно, не последней) настоящей любовью. Однако сначала она отвергла его и посоветовала лучше заняться делами и не думать о всяких глупостях.

Зевс вроде бы смирился, но никак не мог перестать флиртовать с прекрасной учительницей. В конце концов Метида поняла, что тоже не может устоять перед харизматичным молодым богом. Так как ее обязанности уже были выполнены (она не только воспитала Зевса, но и приготовила волшебное зелье, которое заставило Крона отрыгнуть проглоченных детей), она решила, что имеет полное право на роман со своим бывшим учеником.

Зевс к этому времени уже узнал о пророчестве, согласно которому дочь Метиды будет мудрее матери, а сын – сильнее отца. Но Зевс был Зевсом и даже в юном возрасте действовал по принципу «делай сейчас, думай потом». После ночи любви (восхитительной) они стали соревноваться в принятии различных форм. Зевс, научившийся хитрости у своей наставницы, увидел возможность уклониться от пророчества. Он сказал Метиде, что она наверняка не сможет превратиться в муху, и, конечно же, титанида это сделала. Зевс тут же раскрыл рот и проглотил ее. (В то время глотание как метод контрацепции, судя по всему, было своеобразной семейной традицией олимпийцев.) Но, к несчастью для Зевса, Метида к этому моменту уже была беременна, и ее дочь продолжала расти внутри отца. Прежде чем она появилась на свет, Метида сделала ей доспехи, щит и копье.

Говорят, что после этого Метида навсегда осталась внутри Зевса и помогала ему советами.

Афина

Афина, дочь Зевса и Метиды, была богиней мудрости, военного дела и ремесел.

Естественно, что Афина, как дочь верховного бога, была очень могущественна, но даже отец сначала не предполагал насколько. Проглотив Метиду после любовного акта, он думал, что на этом все закончится, но не тут-то было. Оставаясь внутри Зевса, Метида спокойно выносила ребенка и в должный момент родила.

Все это время Зевс продолжал соблазнять других богинь и в конце концов женился на Гере. Однажды он почувствовал сильнейшую головную боль и позвал Гефеста, который не придумал ничего лучше, как ударить его по лбу топором.

И тут из раны появилась Афина, совершенно сформировавшаяся и в полном вооружении. Она издала воинственный клич, который потряс мир и напугал всех богов – за исключением Зевса, который был очень рад тому, что произвел на свет столь прекрасное создание. Афина сняла шлем, и боги с облегчением увидели, что это всего лишь женщина, о чем тут беспокоиться? Зевс совершенно забыл о пророчестве, и Афина сразу стала его любимицей.

Через некоторое время Афина пришла к Гефесту за оружием, а он попытался изнасиловать ее. Богиня оттолкнула Гефеста, и его семя упало на землю. Земля, как мы помним, была живой – Геей, и от семени Гефеста она понесла и затем родила Эрихтония. Афина взяла ребенка под свое крыло, и впоследствии он стал героем-основателем Афин (и причиной безумия Герсы и Аглавры). Афина питала слабость к героям-полубогам и стала своего рода наставницей для Геракла и Одиссея. Так как боги не могли являться смертным в своем истинном обличье – это было слишком устрашающее для них зрелище и они тут же умирали (как мы помним из истории Семелы), – Афине приходилось принимать различные облики, чтобы представать перед своими любимчиками.

Арес, подобно Афине, тоже был богом войны, но их сферы влияния несколько отличались. Афина была связана с интеллектуальной, стратегической составляющей военных действий, а кровожадный Арес предпочитал сам акт сражения и упивался кровью врагов. Какое из божеств важнее для воина, можно было понять по тому, к кому он обращался перед битвой.

Афину иногда называли Палладой. Она взяла это имя в память о подруге. Афина была очень близка с Палладой, дочерью Тритона, которая была почти равна ей по силе и отваге. Однажды они устроили дружеское состязание в искусстве боя, и Афина случайно убила Палладу. Вполне возможно, что это подстроил Зевс, который переживал, что какая-то нимфа может превзойти его дочь. Чтобы этого не случилось, он отвлек Палладу, и она пропустила удар подруги. Афина горько оплакивала Палладу и сделала ее деревянную статую (палладий). Этот палладий со временем оказался в Трое. Пророчество гласило, что, пока он остается там, город не падет. (Внимание, спойлер: во время Троянской войны статую украли.)

В Троянской войне Афина сражалась на стороне греков – что неудивительно, учитывая, что троянец Парис выбрал красивейшей Афродиту во время своего суда. Афина помогала герою Диомеду (еще один любимец богини) разрабатывать военную стратегию[207].

Арес был на стороне троянцев, и однажды они с Афиной встретились на поле боя. Все удары Ареса богиня отражала щитом, а потом швырнула в него камень, и он рухнул, как мешок с картошкой. Когда Афродита бросилась на помощь своему возлюбленному, Афина ранила и ее своим копьем[208].

Однажды Афина поспорила с Посейдоном, кто должен быть покровителем Афин, одного из самых богатых городов Греции. Чтобы склонить горожан на свою сторону, каждый из них одарил Афины. Посейдон ударил своим трезубцем в скалу – и из нее потекла соленая вода, по которой могли ходить корабли. Афина же дала людям оливковое дерево – источник пищи, древесины и масла. Горожане предпочли подарок богини.

Афина, самая свирепая дама в греческой мифологии, не боялась сражаться со своими товарищами-олимпийцами. Однако ее помнят в первую очередь за мудрость и страстность, а также за любовь к военному делу, что обычно не характерно для женских персонажей.

Аталанта

Отец Аталанты, аркадский царь Иас, мечтал о наследнике мужского пола, и когда у него родилась дочь, просто оставил ее в лесу на верную смерть.

Но на ее счастье, новорожденную нашла медведица, у которой охотники недавно убили медвежат, и забрала себе. Но потом охотники вернулись и отобрали младенца у медведицы. Они-то ее и растили.

Повзрослев, Аталанта стала лучшей охотницей, превзойдя своими талантами мужчин своей приемной семьи. Однажды она посетила оракула, и тот предсказал, что ее брак закончится катастрофой. Но Аталанту это не обеспокоило – она совершенно не интересовалась любовными делами. Она решила посвятить себя Артемиде и жила в лесах, сохраняя девственность. Аталанта легко сходилась с людьми, и у нее появилось много друзей, но не более того. Однако нельзя сказать, чтобы мужчины не пытались соблазнить прекрасную охотницу. Ее даже пытались взять силой два кентавра, но она застрелила их из лука.

Аталанта очень хотела сопровождать аргонавтов в их походе. Вначале они отнеслись к этой идее с недоверием – как же, слабая женщина в их могучей команде! – но потом все-таки позволили ей присоединиться. Конечно же, она сумела развеять все их женоненавистнические предрассудки и завоевала уважение большинства героев-мужчин.

Позже, когда царь Мелеагр[209] разозлил Артемиду и та наслала на город калидонского вепря, Аталанта и ее товарищи присоединились к охоте. Некоторым это не понравилось, и они хотели отказаться от участия в охоте вместе с женщиной, но Мелеагр приказал им заткнуться. И Аталанта оказалась первой, чья стрела попала в зверя. Мелеагр добил его[210] и настоял на том, чтобы голова и шкура вепря достались как трофеи Аталанте. Мы уже знаем, что за драма развернулась после того, как шкуру забрал дядя Мелеагра со словами, что не пристало женщине получать такую награду, – все закончилось смертью Мелеагра и его матери Алфеи.

Отец Аталанты увидел ее на спортивных состязаниях и так впечатлился, что разрешил дочери вернуться домой. Несмотря на то, что он сделал с ней в прошлом, охотница согласилась. Проблемы с отцами, знаете ли, бывают и у самых крутых девчонок, и Аталанте хотелось заслужить благосклонность отца. Иас тут же решил выдать дочь замуж. Аталанта сказала, что выйдет только за того, кто победит ее в беге, а проигравший попрощается с жизнью. Чтобы уравнять шансы, Аталанта согласилась бежать в доспехах, при этом мужчина мог быть обнаженным, как это было принято в Древней Греции. Так она рассчитывала выиграть немного времени. Многие пытались обогнать ее, но никому это не удавалось.

Так продолжалось до тех пор, пока не появился товарищ Аталанты по калидонской охоте, Гиппомен[211]. Он безумно влюбился в удивительную девушку за время, проведенное вместе, но был не настолько наивен, чтобы надеяться победить ее. Он обратился за помощью к Афродите, которая была только рада протянуть ему божественную руку помощи, так как всегда недолюбливала тех женщин, которые предпочли девственность любовным утехам. Афродита дала Гиппомену три золотых яблока из сада Гесперид и объяснила, что он должен сделать.

Состязание началось, и Аталанта сразу стала обгонять Гиппомена. Но он последовал указаниям Афродиты и бросил одно из яблок перед Аталантой. Она не смогла устоять перед чудесным плодом и наклонилась поднять его, думая, что у нее все равно будет масса времени обогнать соперника. И она действительно это сделала, и тогда Гиппомен бросил второе яблоко. Повторилось то же самое, и в третий раз тоже. К этому моменту у него уже было преимущество в забеге, и он добежал до финиша первым. Аталанте ничего не оставалось, как выполнить свое обещание и выйти замуж.

Однако, как и было сказано в пророчестве, их брак оказался кратким. Слишком увлеченный своей новобрачной, Гиппомен забыл принести обещанную жертву Афродите. Богиня обиделась и однажды, когда чета была на охоте, поразила их внезапной страстью – настолько сильной, что они перестали себя контролировать и не нашли ничего лучше, как предаться любви в храме Зевса, который, на беду, оказался рядом. Теперь разгневался уже Зевс и превратил обоих во львов. Согласно тогдашним поверьям, львы могли спариваться только с леопардами, а не с себе подобными, так что получилось, что Зевс навеки разделил Аталанту и Гиппомена.

Кирена

Кирена, дочь царя лапифов Гипсея и наяды Хлиданопы, была прекрасной охотницей – настолько умелой, что сама Афина подарила ей двух собак и пригласила присоединиться к своей свите. Кирена была польщена, однако отвергла предложение. Она сказала, что хочет когда-нибудь испытать любовь и выйти замуж, а это будет невозможно, если она последует за богиней. Как ни странно, Афина не обиделась и позволила Кирене жить, как ей хотелось.

Однажды на овец отца Кирены напал лев, и она, недолго думая, вступила с ним в схватку и задушила голыми руками. За этим наблюдал Аполлон и тут же влюбился в девушку.

Аполлон забрал Кирену вместе с ее собаками в Северную Африку[212], в богатые земли, и сделал ее там царицей. Они основали город, который в ее честь назвали Киреной. У Кирены и Аполлона родилось двое сыновей[213]. Прослышав о красоте, силе и доброте царицы, в ее земли стали стекаться люди. Конечно, они очень чтили Аполлона и построили в его честь лучший храм в городе.

Какое-то время все шло как нельзя лучше, но когда дети Кирены покинули родной дом, верные псы умерли, а визиты возлюбленного стали реже, Кирена заскучала в одиночестве. Тогда она решила посетить родные края и пообщаться с отцом, которого не видела много лет.

Но оказалось, что Гипсей уже скончался, а в царстве все сильно изменилось. Кирена бродила по лесам, вспоминая былые времена, и внезапно встретилась с богом войны Аресом. В тот момент у Кирены были не самые добрые чувства к олимпийцам, и они с Аресом вступили в схватку. Однако борьба внезапно переросла в страсть, и между ними завязался роман, продолжавшийся несколько месяцев[214].

Вернувшись в свое царство, Кирена с удивлением обнаружила, что Аполлон ждет ее там. Он знал о ее интрижке с Аресом, но не обиделся и был рад воссоединению. Позже Аполлон сделал Кирену наядой, как и ее мать, а та прожила почти десять тысяч лет.

Геката

Титаниду Гекату, вероятно, можно назвать первой в мире волшебницей. Она была древней богиней магии и обладала властью во всех мирах – небесном, земном и подземном. Как одно из самых первых божеств, Геката пользовалась огромным уважением и влиянием. Преданным ей людям она преподносила чудесные дары, но те, кто выказывал ей неуважение, сильно рисковали.

Геката очень любила собак, и за ней всегда следовала свора. Некоторые говорили, что одной из этих собак была бывшая царица Гекуба, к превращению которой Геката приложила руку. Другие собаки в своре были воплощением потерянных душ. Также Гекату обычно сопровождал хорек. Разные источники говорят, что это была либо ведьма Гала, которую Геката превратила в зверька за нелюбовь к мытью и в целом дурное поведение, либо повитуха Галантида, наказанная Герой за то, что она помогала в рождении Геракла. Если верен второй вариант, значит, Геката пожалела зверушку и решила присматривать за ней.

Геката больше тяготела к темной стороне колдовства: проявляла особый интерес к некромантии и ночным существам. Она была богиней-девственницей и не вступала в связи ни с другими богами, ни со смертными. По-видимому, она обладала такой силой, что боги-мужчины действительно уважали ее выбор и предпочитали не совершать попыток приударить за ней – никто не хотел превратиться в жабу или что-нибудь похуже.

В титаномахии Геката выступила на стороне олимпийцев и поэтому была одной из немногих своих собратьев, которые сохранили свой довоенный статус. Более того, Зевс даже отдал ей в подчинение лампад, нимф подземного мира.

Гекату часто изображали с тремя телами спинами друг к другу. Это означало, что она могла смотреть во все стороны и считалась богиней перекрестков и дверей. Такие тройные статуи Гекаты часто устанавливали на входе в дом: люди верили, что эта богиня защищает от злых духов.

Ипполита (и амазонки)

Амазонки – племя женщин-воительниц, знаменитых своим боевым мастерством. Они жили на своем острове Фемискира – по-видимому, где-то в южной части Черного моря[215].

Прародителями амазонок считались Арес и Гармония, сами же они поклонялись Артемиде. Они в совершенстве владели искусством верховой езды и охоты, и некоторые авторы утверждали, что они выжигали себе правую грудь, чтобы было удобнее стрелять из лука.

Амазонки любили сражения и приключения не меньше мужчин и часто покидали остров ради походов, где захватывали добычу и возводили храмы в честь своих любимых божеств. Некоторые циничные исследователи полагали, что амазонки были вовсе не женщинами, а мужчинами, которые просто носили длинные одежды, отращивали волосы и брили бороды, – потому что им казалось невозможным, что группа женщин может быть настолько кровожадной и сильной. Ну-ну.

Предводительница амазонок Ипполита[216] унаследовала трон от своей матери, а от отца, бога Ареса, – волшебный пояс, который, согласно легендам, наделял владельца нечеловеческой силой. После нее пояс должен был перейти следующей царице. Похищение пояса стало одним из подвигов Геракла – царь Эврисфей послал его к амазонкам, считая это задание невыполнимым. Амазонки не жаловали мужчин и использовали их лишь для продолжения рода[217].

Геракл прибыл на Фемискиру с войском, но как только Ипполита увидела его, то совершенно потеряла голову… и просто отдала герою то, что он хотел[218].

Довольный Геракл решил, что дело сделано, но тут, как обычно, вмешалась Гера. Она приняла облик амазонки и стала носиться по острову с криками, что царицу похитили. Женщины напали на корабль Геракла, и разгорелась жестокая битва. В ней Ипполита была убита – либо самим Гераклом, либо случайно своей сестрой Пенфесилеей, которая стала следующей царицей.

Антиопа

В битве за пояс Ипполиты погибло много амазонок. Антиопа осталась жива, но была взята в плен товарищем Геракла Тесеем (да, опять он). Некоторые авторы говорят, что они полюбили друг друга и амазонка последовала за Тесеем по своей воле, но если представить сопутствующие этому обстоятельства, то это кажется маловероятным. Ну и эти герои обычно брали женщин силой. Тем не менее впоследствии Антиопа действительно полюбила Тесея и не хотела возвращаться на родину. Она родила ему сына, которого назвала Ипполитом в память о сестре.

Относительно дальнейших событий существуют две версии. Согласно первой, амазонки отправились в поход на Аттику, чтобы освободить Антиопу и вернуть пояс Ипполиты. Тесей со своим войском разбил их, но при этом смертельно ранил Антиопу (вероятно, случайно)[219]. Убедившись, что спасать уже некого, а пояса на самом деле в Афинах нет, амазонки отступили и вернулись домой. Впоследствии это событие стало известно как Аттическая война.

По другой – более пикантной – версии, после рождения сына Антиопа надоела Тесею. Поэтому он решил посвататься к царевне Федре, что было полезно с политической точки зрения, к тому же Федра была весьма недурна собой. Антиопу и Ипполита он просто выгнал из дворца.

Оскобленная Антиопа послала весть амазонкам с просьбой присоединиться к ней ради мести Тесею. Всегда готовые сражаться, амазонки приплыли в Афины.

В день свадьбы Тесея и Федры воительницы дождались, пока все гости соберутся в одном большом зале, и атаковали. Но, к несчастью для них, немалая часть приглашенных на свадьбу была опытными воинами, которые однажды уже победили амазонок на Фемискире, и на этот раз им также удалось одолеть женщин. И в этой истории Тесей тоже смертельно ранит Антиопу. Ее подруга Молпадия не смогла вынести мысль, что Антиопа погибнет от рук этого негодяя, поэтому нанесла последний удар, чтобы избавить Антиопу от позора[220].

Тевмесская лисица

Собака, которая всегда догоняет дичь, – очень ценное приобретение для любого охотника. Чудесный пес Лелап, принадлежавший охотнику Кефалу, был известен во всей Греции.

Где-то между тем, как Прокрида вернулась к мужу и он случайно убил ее, Фивы подверглись страшной напасти – нападениям тевмесской лисицы. Она была огромной, но кроме того, пожирала людей, в особенности детей, и никто не мог ее поймать[221]. Лучшие охотники объединились: они ставили капканы и бросали в лисицу копья, но зверю постоянно удавалось уйти невредимым. Дошло до того, что царь приказал каждый месяц отдавать лисице по одному ребенку, чтобы она не пожирала всех подряд.

Так продолжалось некоторое время, пока не появился Амфитрион (будущий отчим Геракла). Он хотел пройти у царя обряд очищения, а также получить военную помощь. Царь Креонт (брат Иокасты и отец Мегары, действующее лицо многих мифов) сказал, что рад бы помочь, но сейчас все его мысли заняты ужасным зверем. Амфитрион предложил решить этот вопрос в обмен на получение желаемого, и Креонт с радостью согласился.

Амфитрион испробовал все обычные методы поимки и убийства лисицы, но тоже потерпел неудачу (его навыки охоты были не на высоте). И тогда он вспомнил о псе Лелапе, который всегда догонял свою добычу. Он поспешил к Кефалу и Прокриде и попросил их одолжить ему пса, пообещав разделить с ними трофеи, которые рассчитывал получить в будущей войне. Они согласились, и Амфитрион с Лелапом отправились обратно в Фивы.

Там он, не откладывая дела в долгий ящик, отпустил Лелапа, и тот сразу же взял след лисицы. Пес погнался за ней, и они бежали, бежали и бежали. Зрители, вначале наслаждавшиеся зрелищем, начали зевать и постепенно разошлись спать. Наступило утро, а лисица и пес все продолжали носиться вокруг города. Зевс тоже наблюдал за охотой, но и он в конце концов заскучал. Он понял, что погоня чудесного пса за лисицей может длиться вечно, решил положить этому конец и забрал обоих на небо. Лисица стала созвездием Малого Пса, а Лелап – Большого Пса. И по сей день эти созвездия преследуют друг друга по небу.

Так Кефал и Прокрида лишились своей собаки.

Ехидна

Ехидна была дочерью морских божеств Форкиса и Кето. Обычно ее изображали как прекрасную женщину до пояса и змею ниже, но, поскольку ее любимым занятием в жизни было поедать людей, возможно, половины перепутались.

Ехидну называли матерью чудовищ, и от ее союза с Тифоном родилось множество ужасных созданий, самыми известными из которых стали:

● Кербер, или Цербер – гигантский трехголовый пес, охранявший вход в царство мертвых, чтобы никто из живых не мог проникнуть в него.

● Лернейская гидра – огромная водяная змея, у которой на месте каждой отрубленной головы вырастало по две новых. Гидру вырастила Гера в надежде, что та убьет Геракла.

● Сестры горгоны, в том числе Медуза со взглядом, обращавшим в камень.

● Кавказский орел (Эфон), который клевал печень Прометея, пока тот был прикован к скале.

● Химера, огнедышащее чудище с головой льва, телом козы и хвостом змеи.

● Сфинкс – женщина-лев-орел-змея, любившая загадки и ненавидящая плохих фиванцев, из мифа об Иокасте.

● Немейский лев, страшная лесная кошка, терроризировавшая жителей Немеи. Шкуру этого льва не могло пробить никакое оружие смертных.

● Ладон – дракон, охранявший сады Гесперид.

Ехидна жила в одиночестве, в той же пещере глубоко под землей, где и появилась на свет. Она выходила оттуда только для того, чтобы полакомиться человеком или спариться с Тифоном и произвести на свет очередное жуткое создание.

Когда парочке надоело, что боги их избегают, а дети этих богов все время пытаются уничтожить их потомство, они решили напасть на Олимп. Тифон был убит Зевсом, который обрушил на него гору Этна, но Ехидну и ее детей он решил оставить в живых (вот я какой справедливый!), чтобы те продолжали сталкиваться с подающими надежды смертными. Те, кому удавалось победить кого-то из этих чудовищ, получали статус героев.

Ехидна была бессмертна, но бессмертный – не значит неуязвимый, и ее можно было убить. Когда Гера (вероятно, забыв, что Ехидна подарила ей гидру) устала от нее и ее страшных детей, убивавших всех, кто оказывался поблизости, она послала своего верного слугу Аргуса, и он прикончил Ехидну во сне.

Артемида

С Артемидой мы уже не раз встречались на этих страницах – богиня охоты принимала участие в историях многих легендарных личностей Древней Греции. Она была дочерью титаниды Лето и Зевса. Аполлон – бог музыки и пророчеств – был ее братом-близнецом.

Мать Артемиды, как любовница Зевса, конечно же, столкнулась с гневом Геры. Для Лето ревнивая супруга придумала специфическое наказание – она запретила ей рожать на твердой земле. Когда у Лето начались схватки, она стала отчаянно соображать, куда же ей податься. Это было сложно, тем более что никто не хотел ей помогать в страхе перед Герой. К счастью, Лето нашла остров Делос (ранее Ортигия, еще ранее – Астерия), который носился по волнам, так что технически установленный Герой запрет нарушен не был. Здесь и родилась Артемида. Узнав о том, что ее перехитрили, Гера пошла к своей дочери Илифии, богине родовспоможения, и запретила ей помогать Лето в рождении второго ребенка. Из-за этого Аполлон появился на свет на девять дней позже, и Артемиде, которая сама только родилась, пришлось помогать матери в рождении собственного брата-близнеца.

Артемида и Аполлон очень любили мать, и любому, кто не выказывал ей должного уважения, приходилось испытывать на себе их гнев. Когда гигант Титий попытался овладеть Лето, они застрелили его. Когда смертная женщина Ниоба стала похваляться, что родила больше детей, чем Лето, Аполлон убил всех ее семерых сыновей, чтобы защитить честь матери. Но Ниоба определенно не понимала, когда следует помолчать. Оплакивая сыновей, она кричала в небо, что все равно она лучше, чем Лето, и даже ее горе сильнее, чем любое счастье богини. Когда семеро дочерей Ниобы прибежали, чтобы успокоить мать, Артемида перестреляла и их. Ниоба в конце концов замолкла, но ее муж в ужасе от происходящего покончил с собой. Ниоба снова зарыдала, и тогда Артемида превратила ее в камень.

Артемида особенно гордилась своей девственностью, хранить которую поклялась еще совсем юной. Она принесла эту клятву своему отцу, так что это были не пустые слова, а священное обязательство.

Многие мужчины пытались заполучить ее, но никому это не удалось, причем большинство из них этого не пережили. Артемида была безжалостна даже к тем, кто не имел в виду ничего дурного. Охотника Актеона, который случайно увидел ее купавшейся, она прокляла на месте: отныне он не мог произнести ни слова, иначе испытал бы на себе всю силу ее гнева. Актеон горячо кивнул, но когда товарищи окликнули его, он машинально ответил им, и Артемида тут же превратила юношу в оленя. Он в панике помчался прочь, и его собственные охотничьи псы взяли его след. Они догнали оленя-Актеона и разорвали его на части. Актеон был потомком Кадма и Гармонии, так что, возможно, в его злосчастной судьбе сыграло роль проклятое ожерелье.

Лишь один раз решимость Артемиды оставаться одинокой поколебалась, и тут мы вынуждены признать, что существует две версии одного и того же персонажа. В мифе о Плеядах Орион предстает безжалостным охотником, на которого Артемида очень разозлилась. Но есть и другая история, где он оказывается добрым парнем. Сделаем вид, что это были два разных Ориона.

Говорили, что Орион был товарищем Артемиды по охоте и очень ей нравился, так что в конце концов они даже решили пожениться. Когда об этом сообщили Аполлону, он изо всех сил пытался отговорить Артемиду от этого шага. Он знал, как много значит для сестры обет целомудрия, и предположил, что она лишь временно ослеплена страстью. Аполлон говорил Артемиде, что она не ведает, что творит, и потом обязательно пожалеет. Но Артемида была непоколебима, и Аполлон решил взять дело в свои руки. Он поспорил с Орионом, что тот не доплывет до определенной точки на горизонте, а Артемиде сказал, что она ни за что не сможет подстрелить животное, которое находится так далеко. Конечно, Артемида не сомневалась в своих способностях: она прицелилась и убила плывущего Ориона, не зная, что это он. Когда правда открылась, она, оплакивая своего жениха, превратила его в созвездие с тем же именем.

Артемида считалась одной из богинь, помогающих при родах (несмотря на то что отвергала акт, приводящий к беременности), и женщины часто обращались к ней, чтобы она облегчила их боль.

Омфала

Когда Геракла приговорили служить царице Лидии в качестве раба, он определенно не был готов к Омфале.

Бывший правитель Лидии, царь Тмол, был убит быком, и после его смерти на троне осталась его супруга Омфала. Такое нечасто случалось в Древней Греции, но Омфала была отличным лидером, и даже в примитивной и не особенно цивилизованной Лидии люди с большим уважением относились к своей царице.

Для юного Геракла служить женщине и так было постыдно, но Омфала поступила еще оскорбительнее – она заставляла его ходить в женском платье и давала «позорные» задания, например держать корзины с нитками, пока они с подружками пряли и ткали[222].

Тем не менее Геракла, кажется, не очень волновало такое унижение. Дела у них с Омфалой шли настолько хорошо, что она настояла на его досрочном освобождении от наказания и вышла за него замуж. В их (хотя и коротком) браке они продолжали переворачивать с ног на голову привычные для того времени гендерные роли.

Однажды пара отправилась на праздник в честь Диониса. Глава семьи Омфала привлекла внимание бога Пана, и он решил попытать счастья. Ночью он пробрался в шатер, залез под покрывала и пристроился, как он думал, к Омфале. Представьте себе его удивление, когда к нему повернулся Геракл. Пан грохнулся с постели, совершенно голый, и едва сумел выбраться наружу. Пара от всей души посмеялась над незадачливым богом.

У Омфалы и Геракла было двое сыновей, Агелай и Тиррен, но со временем их брак распался.

Менады

Женщин – последовательниц Диониса называли менадами, и они составляли едва ли не самую важную часть свиты бога.

Когда Дионис изобрел вино, оно очень быстро завоевало всенародную любовь. Хотя некоторые боялись странных ощущений, которые вызывала у них выпивка, большинство восприняли ее появление с радостью – как средство для получения удовольствия, денег и исцеления.

Почитая Диониса, его последователи должны были почитать и вино, а также все, что оно давало, – безудержное веселье, притупление печалей и необъяснимую потребность пуститься в пляс. Менады, чье имя переводится как «неистовые», обожали пить и танцевать и часто впадали в исступление, поклоняясь своему богу. Обычно они одевались в звериные шкуры и носили с собой жезлы (тирсы), увитые плющом и увенчанные желудями[223]. Иногда менад изображают со змеями, обвивавшими их шеи.

Люди, не принадлежавшие к культу Диониса, побаивались менад из-за их необычного поведения. Хотя, как правило, те совершали свои обряды подальше от чужих глаз, обычно где-нибудь в горах, их вопли порой доносились до городских стен. Ходили слухи, что менады даже приносят человеческие жертвы[224].

Большинство менад были женщинами, которые сознательно решили бросить свои дома и обязанности жен и матерей, но не все попадали к ним по доброй воле. Бывало, что Дионис наказывал не угодивших ему женщин, заставляя их присоединиться к менадам.

Когда Дионис решил распространить свой культ в Беотии, дочери орхоменского царя Миния – Алкатоя, Левкиппа и Арсиппа – отказались следовать за ним. Жрец Диониса устроил в городе праздник в честь бога, объявив, что любому дозволяется в этот день бросить свои дела и присоединиться к увеселениям. Большинство жителей были более чем готовы одеться в шкуры и насладиться веселым питием и безумными вечеринками. Но горстка людей не желала этого, в том числе царь и его дочери. Жрец пригрозил, что бог накажет отказавшихся, но царская семья не прислушалась к его словам. Они остались во дворце, осуждая своих непокорных подданных и рассказывая истории, чтобы скоротать время.

Дионис, узнав об этом, обратился в женщину и пришел во дворец. Там он стал уговаривать дочерей царя распустить волосы и поклониться этому новому, интересному и, несомненно, прекрасному богу.

Но девушки были непреклонны и прогнали «женщину»-Диониса прочь. Царевны вернулись к своим занятиям и вдруг услышали оглушительный бой барабанов и почувствовали тошнотворно сладкий запах благовоний. Стены и мебель вокруг них покрылись побегами плюща, свечи и огонь в очаге вспыхнули, озарив самые темные уголки, и перед ними явился Дионис. Он начал превращаться в разных животных, и при виде этого сестры обезумели от ужаса[225], забыли о том, кем они были, и хотели теперь только одного – стать менадами и посвятить свои жизни прекрасному божеству. Желая произвести на него впечатление, они решили принести ему жертву и начали спорить о том, кому должна достаться эта честь. Жребий пал на Левкиппу. Девушки набросились на ее маленького сына Гиппаса и разорвали его на части. После этого они убежали в горы и продолжали резвиться там, убивая всех, кто встречался им на пути. В конце концов богу Гермесу надоело смотреть на эти безобразия, и он превратил сестер в летучих мышей[226].

Считалось, что Дионис наделяет менад исключительной физической силой (действительно, не каждая женщина способна разорвать кого-то на куски, даже при помощи подруг). Недоброжелатели часто называли Диониса «женоподобным богом», однако его последовательницы могли обратить в бегство даже самого закаленного в боях воина.

Истории о менадах часто служили предостережением о том, что может случиться с женщинами без должного мужского руководства. Их рассказывали юным девушкам, дабы те вели себя хорошо. С другой стороны, эти легенды показывали женщинам, что можно жить и без мужчин, ставя на первое место собственное удовольствие, – ну, на второе, конечно, после Диониса.

Авра

Авра[227] – воплощение легкого ветерка – была близкой подругой Артемиды и имела схожие с ней способности и увлечения. Она не разменивалась на мелкую дичь типа кроликов и птиц и предпочитала охотиться на крупного зверя, зачастую расправляясь с ним голыми руками. Из-за своей «воздушной» натуры она была быстра, как ветер.

Как и ее знаменитая подруга-охотница, Авра гордо блюла свою невинность. Однажды она проснулась не в духе. Супруг Психеи бог Эрот почему-то решил проверить ее стойкость и внушил ей чувственные сновидения. Пытаясь избавиться от навязчивых мыслей, продолжавших ее преследовать, Авра отправилась на охоту с Артемидой. День был жарким, и дамы решили немного освежиться в лесном ручье.

Когда они раздевались, все еще раздраженная Авра отпустила замечание по поводу фигуры Артемиды. Она обратила внимание на то, что у нее самой грудь маленькая и аккуратная, почти как у мужчины, а у Артемиды – пышная и упругая, куда более привлекательная для противоположного пола. Авра поставила под сомнение отказ Артемиды от чувственных наслаждений, раз уж богиня обладает такими женственными чертами. Артемида ничего не сказала, но затаила обиду и отправилась к богине мщения Немезиде, чтобы наказать подругу за ее слова.

Немезида знала об интересе Эрота к Авре и обратилась к нему за помощью. Эрот поразил золотой стрелой Диониса, и тот абсолютно обезумел от страсти. Он понимал, что Авра ни за что не согласится лечь с ним, поэтому подмешал сонное зелье ей в вино и овладел ею спящей.

Очнувшись от наркотического сна, Авра обнаружила, что она больше не девственница. У нее не было предположений, кто мог надругаться над ней. Охваченная гневом, Авра начала убивать каждого мужчину, которому не повезло оказаться у нее на пути. Через некоторое время она узнала о том, что беременна, и пыталась покончить с собой, но безуспешно.

Спустя девять месяцев у Авры родились близнецы. Она отнесла новорожденных мальчиков в горы и пыталась скормить львице. Животное не стало есть младенцев, и тогда Авра подбросила их в воздух, а когда они летели обратно к земле, проглотила одного целиком. Но второго Артемиде удалось подхватить, и она увезла его в безопасное место. Авру же Зевс превратил в источник.

Дафна

Наяда Дафна[228] была первой любовью Аполлона, хотя сам бог этого не желал. Однажды Аполлон в особенно высокомерном настроении насмешливо спросил Эрота, почему он использует свой мощный лук только для любви, но не в войнах? Эрот решил показать заносчивому богу, какова его сила, и пронзил золотой стрелой, так что тот без памяти влюбился в Дафну. Чтобы добавить Аполлону страданий, Эрот выстрелил в Дафну свинцовой стрелой (которая вызывала отвращение).

Дафна была очень красивой и твердо намеревалась сохранить невинность. Она уже успела отказать бесчисленному количеству претендентов на ее руку и сердце. Сестра Аполлона, Артемида, очень любила Дафну и наделила ее способностью всегда стрелять в цель. Аполлон знал, что из-за Эрота отвращение Дафны к нему лишь усилилось, и старался придумать, как же все-таки подступиться к девушке.

Вскоре на горизонте появился очередной холостяк, ищущий благосклонности Дафны. Левкипп, царевич из Писы[229] и брат Гипподамии, как и многие другие, был очарован прекрасной нимфой, но понимал, что вряд ли у него есть шанс. Но вместо того, чтобы уважать желания Дафны, он переоделся в женское платье и попытался проникнуть в кружок ее подруг. Через некоторое время Левкиппа в женском обличье пригласили участвовать в охоте.

Аполлон был впечатлен его находчивостью, но в то же время безумно ревновал. Поэтому он с помощью своей божественной силы сделал так, чтобы Дафне стало очень жарко и она захотела искупаться. Дафна направилась к источнику, пригласив с собой подруг. Все разделись и окунулись в воду, только Левкипп остался на берегу. Почуяв неладное, женщины окружили свою новую предполагаемую подругу и сорвали с нее (с него) одежду. Обнаружив, что среди них мужчина, они пришли в ярость и убили самозванку.

К этому времени Аполлон решил, что достаточно ждал и пора перейти к действиям. Он открыто пустился за Дафной в погоню. В конце концов Дафна утомилась и воззвала к Гее, своей матери, чтобы та забрала у нее красоту, от которой одни проблемы. Гея услышала мольбу дочери и превратила ее в лавровое дерево. Как раз в момент превращения Аполлон догнал ее и, схватив за ствол, ощутил сквозь кору биение сердца девушки. Тогда он объявил, что отныне из лавровых листьев будут делаться венки для героев, а из древесины – строиться дворцы.

Ата

Каждый из нас, пожалуй, в определенные моменты бывал под влиянием богини Аты (или Атэ) – воплощения заблуждений, помутнения разума и необдуманных действий. Ата обладала властью как над людьми, так и над богами.

Она была дочерью Эриды (той самой, что принесла золотое яблоко раздора), и у нее были братья и сестры, как и она, воплощавшие самые страшные мировые бедствия – голод, боль, раздоры и убийства. Ата могла наказывать провинившихся по собственной воле, но нередко выполняла волю других богов. Она помогла Гере отсрочить появление на свет Геракла, когда Зевс объявил, что рожденный в этот день ребенок станет величайшим царем среди людей. Когда Зевс узнал об этом, то сильно разгневался, схватил Ату за волосы и сбросил ее с Олимпа на землю с криками, чтоб ноги ее больше здесь не было.

Ата, упав на землю, тоже была крайне рассержена – разве могла она отказать царице богов? Тогда почему виноватой оказалась она, а не Гера? Она твердо решила, что Зевс должен за это заплатить. Зная о его слабости к смертным, Ата начала последовательно разрушать людские поселения, сея хаос и смерть. Зевса это действительно обеспокоило, так что он послал на усмирение Аты своих дочерей, лит, олицетворяющих молитвы и совесть. Однако Ата была моложе и быстрее лит, и эти старухи так и не смогли поймать ее и вместо этого занялись исправлением того, что она натворила.

Говорят, что с литами тоже не надо спорить, потому что они хоть и могут щедро награждать смертных, также способны обратить внимание Аты на то, что им не нравится, – и тогда берегитесь!

Пенфесилея

Пенфесилея во времена Троянской войны была предводительницей амазонок. Война мужчин не была бы интересна этому племени, если бы не коснулась их царицы. Ранее, когда Геракл со своим войском напал на амазонок, возможно, именно Пенфесилея случайно убила свою предшественницу (и сестру) Ипполиту. Она была так расстроена, что отправилась в Трою к Приаму, чтобы тот очистил ее от греха. Царь согласился провести обряд, но лишь при условии того, что она и ее народ станут его союзниками, если разразится война.

Амазонки довольно долго не принимали участия в битвах за Трою, пока не стало ясно, что греки побеждают. Тогда двенадцать лучших воительниц их племени с Пенфесилеей во главе наконец высадились на берег Трои, чтобы помочь своим союзникам. Троянские женщины с восторгом взирали на то, как сражаются амазонки, – им всю жизнь говорили, что нужно сидеть смирно, следить за внешним видом и рожать детей, а войну оставить мужчинам. Наблюдать за этими удивительными женщинами было так вдохновляюще, что некоторые троянки тоже решили присоединиться к воинам. Жрица Афины Феано осудила горожанок, сказав, что их действия бессмысленны и, возможно, даже вредны, так как неопытные женщины только помешают настоящим воинам.

Пенфесилея провела первый день на поле битвы, изучила местность и зарекомендовала себя блестящим воином. Но потом она встретила Ахилла.

Ахилл был готов сражаться с любым, кто встретится ему на пути, будь то мужчина или женщина, но он не мог не испытать уважение и даже некоторое влечение к прекрасной амазонке. В конце концов он одолел ее и нанес смертельный удар, но, как только Пенфесилея упала на землю, почувствовал угрызения совести. Жизнь покидала Пенфесилею, а Ахилл рыдал над ее телом.

Другой воин, грубый и не слишком умный Ферсит, имел наглость насмехаться над слезами Ахилла[230]. Герой справедливо заметил, что парни тоже плачут и в этом нет ничего постыдного, после чего прикончил Ферсита на месте. Но это не подняло Ахиллу настроения, так что ему пришлось взять небольшой отпуск и отправиться на остров Лесбос за обрядом очищения от греха убийства Пенфесилеи. Что интересно, в убийстве Ферсита он себя виноватым не ощущал.

Кенида

Однажды Посейдон овладел смертной девушкой Кенидой, а в награду за неудобство пообещал ей исполнить одно желание. Кенида так страдала, что пожелала превратиться в мужчину и заодно стать неуязвимым (вообще-то, это уже два желания). Так Кенида стала Кенеем.

Кеней был очень рад освободиться от превратностей женской судьбы и обнаружил в себе любовь к типично «мужским» развлечениям – охоте и сражениям. Так, он принял участие в охоте на калидонского вепря вместе с другими греческими силачами и нашей знакомой Аталантой. Про Кенея не сохранилось отдельных мифов, но другие герои нередко упоминали его силу и доблесть.

На свадьбе друзей Кенея Пирифоя (царя лапифов) и Гипподамии (не той, которая вышла за Пелопа) случилась ссора между пьяными кентаврами, которые пытались увести с собой женщин, включая невесту, и остальными гостями. Кеней вместе с другими мужчинами, в том числе Тесеем, вступился за женщин[231]. Кентавры были знакомы с историей Кенея, и один из них начал открыто над ним насмехаться. Он заявил, что Кеней, как бывшая женщина, никогда не станет по-настоящему серьезным бойцом. Кеней в ответ лишь рассмеялся и предложил кентавру помериться силами.

Так как Кеней был практически неуязвим, его обидчик выбился из сил, а он сам едва вспотел и не получил ни царапины. В конце концов ему это надоело, и он прикончил противника. Другие кентавры были в ярости и решили отомстить. Они договорились и набросились на Кенея вместе. Пока одни из них повалили его на пол и удерживали, другие стали заваливать его древесными стволами[232]. Дерева было так много, что Кеней под его весом провалился сквозь землю, до самого подземного мира. После смерти (поскольку любой попавший в подземный мир считается умершим) мойры превратили его обратно в женщину.

Никея

Нимфа Никея[233] была отличной охотницей и последовательницей Артемиды.

Как и большинство спутниц богини, Никея поклялась хранить девственность до конца жизни и посвятить себя одной охоте. Однако, как это уже не раз случалось, окружающим мужчинам было плевать на ее выбор. Эрот, по всей видимости по указке своей матери Афродиты, поразил золотой стрелой юного пастуха по имени Химнос, заставив его воспылать страстью к Никее.

В ребяческой попытке привлечь внимание нимфы Химнос украл ее охотничье снаряжение и убежал, размахивая им в воздухе. Когда Никея догнала его, он драматично заявил, что если ей совсем безразлична его любовь, то он лучше умрет, и пусть она сама убьет его. Никея охотно согласилась и невозмутимо застрелила юношу.

Афродита и Эрот ничуть не посчитали себя виноватыми в смерти Химноса и решили наказать Никею. Следующая стрела Эрота угодила в Диониса, и он тут же забросил все свои дела и помчался очаровывать Никею. Дионис осыпал ее дорогими подарками и сладкими словами, но его божественные возможности не сделали его удачливее простого пастуха. Дионис понял, что ничего не выходит, подкараулил момент, когда Никея решила испить из ручья, и превратил его воды в вино. Никея выпила достаточно, чтобы почувствовать сильное опьянение. Она легла под деревом проспаться, и тут Дионис овладел ею[234].

Проснувшись с гудящей головой и убитая горем от надругательства, Никея сразу поняла, кто в этом виноват, и вознамерилась отомстить. Но сколько она ни искала Диониса, никак не могла его найти: он получил что хотел, быстро позабыл о своей страсти и был уже далеко. Потом Никея узнала, что беременна, и пыталась покончить с собой, но неудачно[235].

Это очень напоминает историю богини Авры, но это все же были разные женщины. Авра тоже фигурирует в этом мифе – она утешала несчастную Никею, узнав о схожести их судеб.

Дионис впоследствии назвал в честь Никеи город[236]. Это все искупает, верно?

Фама

Богиня славы и известности Фама[237] щедро награждала тех, кого считала достойным, но спорить с ней не стоило. Тот, кто чем-либо прогневил ее, становился жертвой ужасных скандалов.

Фама очень любила посплетничать и испытывала подлинное наслаждение, отыскивая пикантные подробности о частной жизни богов и людей. Она совершенно не умела хранить тайны, чем бы это ей ни грозило. Услышанное она сразу же начинала передавать другим – сначала шепотом, а потом все громче и громче. Все заканчивалось тем, что Фама объявляла о самых отвратительных грехах и проступках на весь мир.

Ее собратья-боги одновременно и любили, и ненавидели ее – большинство из них в какой-то момент сами пострадали от склонностей Фамы, но в то же время часто не могли устоять, обращаясь к ней за пикантными подробностями. Когда Геру окончательно вывела из себя слава Геракла, она подослала Фаму к Деянире, чтобы та нашептала ей об интрижке героя с Иолой. Скандал.

Но на самом деле она была не такой уж плохой. Если нужно было распространить какие-нибудь хорошие новости, Фама сразу же приходила на помощь – ей было все равно, о чем рассказывать, лишь бы это было интересно, и если она хотела, то была превосходным коммуникатором.

Фама жила в бронзовом доме с сотней окон между небом и землей. Она внимательно слушала все разговоры, а из-за материала, из которого были сделаны стены в доме, ни один самый тихий звук не мог ускользнуть от ушей Фамы, так что она слышала любой шепот и сразу узнавала обо всем.

Харибда

Прежде чем стать чудовищем, которое вселяло ужас в сердца всех моряков, Харибда была прекрасной водной нимфой. Дочь Посейдона и Геи, она была очень предана своему отцу и поддерживала его во всех столкновениях с Зевсом. В один из таких моментов Харибда проглотила несколько островов целиком с единственной целью – насолить дядюшке. Разозлившись на нимфу, которая украла у него землю, Зевс ударил ее своей молнией и низверг на самое дно океана. Вскоре Харибда обнаружила, что от этого удара получила не только головную боль – она превратилась в жуткое чудовище, а кроме того, стала испытывать неутолимую жажду морской воды. В ужасе она пыталась куда-нибудь убежать, но Зевс приковал ее к морскому дну.

С тех пор Харибда появляется из пучины трижды в день и заглатывает столько воды, сколько может. После этого у нее возникает чудовищная отрыжка, которая создает водоворот: в нем гибнут все суда поблизости.

Харибда жила под скалой на одном берегу узкого пролива и познакомилась со своей соседкой – морским чудищем Скиллой, которая жила с другой стороны. Харибда и Скилла упоминаются во многих известных мифах, в том числе в истории о Ясоне и аргонавтах. Ясону в его путешествии помогла Гера: она попросила Фетиду отправить нереид, чтобы те провели корабль героя по безопасным водам. Другой знаменитый мореплаватель, который едва смог избежать погибели в проливе чудовищ, – Одиссей.

Возвращаясь домой на Итаку после Троянской войны, Одиссей со своей командой пытался обойти Харибду (по совету Кирки), но в итоге наткнулся на Скиллу, которая нанесла им значительный урон[238]. Когда Одиссей в следующий раз проплывал мимо на плоту[239], Харибда начала заглатывать воду, но Одиссей схватился за ветви росшего на берегу дерева и сумел продержаться, пока Харибда не отрыгнула его плот обратно.

Некоторые считают, что никакой Харибды на самом деле не было и это всего лишь естественный водоворот, но ведь так неинтересно, правда?

Легенда о двух соседствующих морских чудищах дала начало поговорке «между Сциллой и Харибдой», которая означает опасность с двух сторон.

Лимос

Богиня голода Лимос явно не входила в число желанных гостей на вечеринках.

Ее изображали с жесткими короткими волосами, впалыми щеками, морщинами, обвисшей грудью и кожей настолько тонкой, что сквозь нее были видны внутренности. Лимос считалась противоположностью богине урожая Деметре. Говорили, что они с Деметрой никогда не могут встретиться, в противном случае всех ждут немыслимые бедствия. Однако порой Деметра призывала Лимос на помощь, чтобы наказать голодом людей, чем-то оскорбивших олимпийцев. Конечно, она делала это не лично, а через посланника.

Лимос могла вызывать у своих жертв страшное чувство голода, обнимая их и дыша им в рот. Ее гнилостное дыхание заполняло все тело человека, и он начинал страдать – сколько бы ни ел, никогда не мог насытиться.

Лимос была дочерью Эриды, однако некоторые авторы считали ее мужчиной. Она охраняла вход в подземный мир вместе со своими родственниками – божествами боли, лжи, разрушения и беззакония.

Однако дом ее находился не в подземном мире, а на ледяных пустошах, где почва была столь бесплодна, что на ней не могла вырасти ни одна былинка. Что ж, подходящее место для богини голода.

8

Непокорные дочери

Отнюдь не папины дочки – им совершенно все равно, что скажут родители

Мирра

Мать Мирры, кипрская царица Кенхреида, нагло хвасталась перед всеми красотой своей дочери и навлекла тем самым гнев Афродиты.

Богиня прокляла Мирру: внушила ей страсть к собственному отцу, царю Киниру. Но несмотря на то, что эта страсть буквально пожирала ее, Мирра долго сопротивлялась, стыдясь неестественного влечения. Ее мучения были так сильны, что она пыталась покончить с собой, но ее спасла кормилица. Мирра призналась ей во всем и умоляла помочь. Кормилица пыталась что-то сделать, но быстро поняла, что с проклятием богини не справиться, и решила сменить тактику: помочь Мирре соблазнить отца при условии, что она больше не будет пытаться наложить на себя руки.

На Кипре существовал обычай, согласно которому в период празднеств в честь Деметры мужчины в течение девяти ночей не прикасались к женщинам. Пока мать Мирры была занята празднованием, они с кормилицей составили план. Кормилица сказала Киниру, что некая девушка полюбила его. Царь, которого огорчала перспектива девяти одиноких ночей, с готовностью согласился принять незнакомку. У той было лишь одно условие – они могли заняться любовью только в полной темноте. «Ничего подозрительного в этом нет», – подумал Кинир и согласился. Они с Миррой предавались любви несколько ночей подряд, но потом Кинира все же разобрало любопытство, и он решил посмотреть на свою пассию. Царь тайно пронес в спальню лампу, неожиданно достал ее и, осветив лицо девушки, узнал собственную дочь. Кинир был так возмущен, что тут же попытался убить Мирру.

Мирра смогла убежать, но вскоре обнаружила, что беременна. Девять месяцев она скиталась по Аравийскому полуострову, мучаясь мыслями о судьбе будущего ребенка. Жизнь была ей не мила, но она страшилась смерти. Она молила богов о помощи, и они, сжалившись, превратили ее в мирровое дерево. Но печаль Мирры не ушла, и слезы текли с ветвей дерева как ароматная смола. Через несколько дней после превращения мимо проходил дикий вепрь и ударил в ствол дерева своими клыками. Из раны появился на свет младенец. Жившие поблизости наяды поспешили помочь ему и взяли под свою защиту. Вскоре ребенка забрала к себе Афродита. Это был не кто иной, как Адонис[240].

Арахна

Арахна была дочерью лидийского пастуха, мать ее умерла при родах. Отец очень гордился дочкой, особенно ее талантом ткачихи, который проявился очень рано. Арахна ткала прекрасные замысловатые полотна, как будто ее пальцы были специально созданы для этого. Она сознавала свое мастерство и не отличалась особой скромностью.

Арахна повсюду хвасталась своим искусством и даже заявляла, что превосходит в нем саму Афину, богиню ремесел. Более того, она отказывалась признавать, что этим даром отчасти обязана именно этой богине. Естественно, Афина не могла оставить такую наглость безнаказанной. Она пришла к Арахне под видом сгорбленной старухи и начала порицать ее за нескромность и уговаривать попросить прощения у Афины. Но Арахна лишь рассмеялась ей в лицо, заявив, что если Афина считает себя лучшей ткачихой, то пусть придет и докажет это!

Разгневанная глупостью этой несчастной смертной, Афина явилась перед ней в своем истинном обличье. Арахна была в ужасе и тут же упала на колени, рассыпавшись в извинениях и умоляя пощадить ее. Но богиня не желала слушать. Она сказала девушке, чтобы та встала и заткнулась, и предложила устроить честное состязание. В назидание высокомерной ткачихе Афина выткала на своем полотне наказания, которым подвергаются люди за свое высокомерие. Полотно Арахны тоже несло послание: она изобразила, как боги несправедливо карают людей, в том числе преследование Канаки Посейдоном.

Когда обе закончили работу, Афина взглянула на шедевр Арахны и воспылала божественным гневом – не только из-за темы, которую выбрала смертная ткачиха, но и из-за того, что ее шитье была однозначно лучше. Она выхватила полотно у соперницы из рук и начала рвать на куски, а потом отхлестала ими Арахну по лицу. Перепуганная Арахна побежала к ближайшему дереву и тут же повесилась на нем, чтобы избежать еще более страшного наказания.

Увидев безжизненное тело Арахны, Афина подумала: «Возможно, я перестаралась» – и вернула девушку к жизни, правда, превратив ее при этом в самого первого в мире паука. Неизвестно, насколько Арахна была этим довольна, но Афина решила, что, по крайней мере, так она сможет продолжать заниматься ткачеством до конца своих дней.

Агава и Автоноя

Помните историю Семелы, которая буквально изжарилась заживо, когда уговорила Зевса явиться перед ней в своем истинном божественном облике по наущению Геры? Семела была не единственной дочерью царя Кадма и Гармонии, у нее было три сестры – Агава, Автоноя и Ино. Агава была матерью царя Пенфея, который сменил на троне Кадма. В отличие от скромной и доверчивой жрицы Семелы, три остальных сестры были жадными и стремились лишь к богатству и власти. Судьба злой мачехи Ино, пытавшейся погубить приемных детей, нам уже известна. Что же стало с другими сестрами?

После гибели Семелы Зевс спас нерожденного ребенка из ее чрева и зашил его в свое бедро. Когда младенец полностью сформировался и вышел наружу, Зевс поручил нимфам заботиться о нем. Этим ребенком был Дионис, бог виноделия, плодородия, религиозного экстаза и безумия. Когда он повзрослел, воспитавшие его нимфы стали его первыми последовательницами-менадами. Народ Фив, откуда была родом его мать, очень огорчал его – потому что его собственный дед, царь Кадм, сказал всем, что Зевс убил Семелу из-за того, что она солгала о связи с ним. Из-за этого никто не признавал божественного происхождения Диониса и не хотел ему поклоняться.

Дионис отправился в Фивы с желанием очистить доброе имя своей матери и наказать фиванцев, которые отрицали его права. К этому моменту на троне уже был Пенфей, но и он придерживался того же мнения о Дионисе, что и его предшественник. Молодой бог проклял мать Пенфея Агаву и тетку Автоною (а также и других фиванских женщин), наслав на них безумие, и они стали менадами.

Услышав о странном поведении своих родственниц, Пенфей не стал разбираться, что именно произошло и почему, – подумаешь, женщины спятили! – но приказал арестовать странного незнакомца, который утверждал, что это он сделал их такими. Когда Диониса привели к царю, он заковал его в цепи, но как только отступил на шаг, чтобы полюбоваться своей работой, обнаружил, что перед ним стоит закованный бык. Ничего не понимая, он стал бить его ножом, но попадал лишь по воздуху. Расстроенный и запутавшийся Пенфей пошел прочь, все еще отказываясь признавать, что имеет дело с божеством.

Тем временем фиванские благородные дамы навели шороху в окрестностях, отрывая головы коровам и творя прочие бесчинства. Во дворец постоянно доходили сведения о том, что еще они натворили, и Пенфей больше не мог не обращать на это внимания. Один пастух рассказал, что своими глазами видел, как эти женщины разбивают камни и из них течет молоко, мед и вино. Пенфей не поверил в то, что обычные женщины могут обрести такую силу, и решил посмотреть на это собственными глазами.

Плененный Дионис предложил помочь ему, и Пенфей согласился. Бог отвел его в поле, где обычно встречались менады, и предложил залезть на дерево, чтобы лучше видеть. С дерева царь увидел женщин и решил, что с ними все нормально, – в данный момент они спокойно сидели на траве, чинили свои порванные одежды и украшали друг друга цветочными гирляндами. Но тут Дионис свистнул, обозначая свое местоположение. И поведение женщин в мгновение ока изменилось. Изо ртов потекла пена, глаза закатились, и они начали злобно приближаться к дереву, на котором сидел их царь и родственник. Сначала они стали бросать в него камни, но Пенфей был слишком высоко, и они никак не могли попасть в него. Царь был весьма рад тому, что наконец стал свидетелем их безумия – на безопасном расстоянии. Однако его удовольствие быстро сошло на нет, когда Агава и Автоноя начали раскачивать дерево. В конце концов он не смог удержаться и свалился на землю. Пенфей закричал, обращаясь к матери, умоляя узнать его и простить за грехи, но обезумевшие женщины ничего не воспринимали и разорвали его на части голыми руками. Агава лично оторвала сыну голову.

После этого женщины пошли в город, рассказывая всем, что только что сражались со львом. Агава гордо демонстрировала горожанам голову сына и никак не могла понять, почему люди истерят при виде львиной головы. Она стала звать Кадма, чтобы он посмотрел на ее достижение, и говорить, что нужно повесить голову во дворце как трофей. Ее отец не выдержал этого зрелища и сбежал. Тогда Агава стала звать сына в надежде, что ему это понравится больше.

Но Кадм, ставший старше и мудрее, чем он был в момент гибели своей первой дочери, оттащил дочь в сторону и попытался объяснить ей, что на самом деле происходит. Пелена безумия пала с глаз Агавы, и то, что казалось ей головой льва, оказалось головой ее сына. Тут и все остальные женщины поняли, что натворили. Кадм уже раскаялся в своем неверии и заявил, что для его семьи это справедливое наказание.

Дионис позже был включен в сонм олимпийских богов, и люди Фив больше не осмеливались выказывать ему хоть малейшее неуважение.

Деметра и Персефона

Деметра была олимпийской богиней, ответственной за земледелие и урожай зерна.

По сравнению со многими другими божествами у нее практически не было интрижек, однако один возлюбленный все же был – смертный Иасион. Богиня влюбилась в него на свадьбе Кадма и Гармонии, и между ними установилась действительно глубокая связь. Иасион был единственным человеком, в обществе которого Деметра чувствовала себя совершенно довольной и с которым могла быть полностью откровенна. К несчастью для них обоих, брат Деметры Зевс прослышал об их связи и решил, что не пристало такой серьезной богине якшаться со смертным (снова двойные стандарты!). Поэтому он убил Иасиона молнией.

Деметра приходилась ему сестрой, но Зевс решил, что он сам – более подходящая для нее партия. Она много раз отказывала ему, и в конце концов он овладел ею силой[241]. Деметра забеременела и родила от Зевса свою любимую дочь – Персефону. С момента ее рождения мать с дочерью были практически неразлучны. Персефона росла красивой и милой девушкой, очень преданной матери. Зная на собственном опыте, какими ужасными могут быть мужчины, Деметра мечтала, чтобы ее дочь оставалась девственной.

Однажды Персефона собирала на лугу цветы со своими подругами-нимфами, и тут ее заметил Аид, царь подземного мира. Спрятавшись, он долго наблюдал за ней и влюбился без памяти. Он даже пошел к Зевсу просить руки его дочери, но Деметру в известность не поставил. Зевсу идея понравилась, но он знал, насколько Деметра и Персефона привязаны друг к другу, так что предупредил Аида, что у него могут быть некоторые проблемы. Возможно, поэтому Аид решил, что лучше будет просто похитить Персефону. Все произошло так быстро, что даже нимфы не успели предупредить юную богиню. Она просто исчезла в мгновение ока.

После пропажи дочери Деметра была безутешна – она искала повсюду, но нигде не нашла даже ее следов. Она постоянно рыдала и забыла о своих божественных обязанностях. Посевы начали гибнуть, и новые всходы перестали появляться. Близкая подруга и наперсница Деметры, волшебница Геката, увидела ее страдания и посоветовала обратиться к Гелиосу – он, как бог Солнца, должен был видеть, что произошло с ее драгоценной дочерью в тот день. Деметра послушалась и пошла к Гелиосу, и он наконец открыл ей правду – что Персефону похитил Аид, пожелавший взять ее в жены. Гелиос пытался убедить Деметру, что стать царицей подземного мира – не такая уж плохая перспектива для Персефоны. Он знал, что Аид очень ценит свою возлюбленную и не сделает ей ничего дурного, но Деметра не слушала. Она побежала к Зевсу, требуя вмешаться. Зевс честно признался, что был в курсе всего и сам согласился отдать Персефону Аиду. Деметра ушам своим не поверила – ее прекрасную обожаемую дочь забрали против ее воли, чтобы она стала царицей… мертвых?! Ведь сама Деметра отвечала за все растущее и живое, так что для нее это было действительно больно. Она стала размышлять, как ей поступить дальше, и решила, что если никто не хочет помогать ей выручить Персефону, значит, она откажется от своих обязанностей. Она превратилась в старуху и отправилась на землю жить жизнью смертных.

Со временем она обнаружила, что такая жизнь ей вполне подходит. Царь Келей и царица Метанира взяли ее в свой дворец в Элевзине и поручили ухаживать за своими маленькими сыновьями. Деметра продолжала скорбеть по дочери, но с радостью отдалась новым обязанностям. Однажды она заметила, что царица шпионит за ней. Возмутившись, она показала свою божественную сущность и отказалась продолжать работу. Граждане Элевзина построили для нее святилище и стали поклоняться богине. Деметра снова могла жить в роскоши, как пристало богине, но продолжала оплакивать дочь. Однако она научила народ Элевзина секретам земледелия.

Но остальная земля к этому моменту в полной мере испытала последствия отказа Деметры от своих обязанностей. Поля опустели, люди голодали. В конце концов это заметил Зевс, который был неравнодушен к людям и не желал им гибели. Он стал посылать к Деметре по очереди разных богов с дарами и просьбами вернуться. Но Деметра была непреклонна – ей не нужны были дары и молитвы, если ей не вернут дочь. Зевс понял, что у него нет выбора, и отправил Гермеса к Аиду, чтобы тот привел Персефону обратно на Олимп.

Тем временем Персефона в подземном мире не слишком страдала. Ей нравился дворец, который Аид совершенствовал тысячелетиями, да и сам он оказался любящим и заботливым мужем. Несмотря на совершенно неромантичное начало их отношений, Аид был довольно хорошим парнем (по крайней мере, если сравнивать его с братьями). Говорят, что к тому моменту, как Гермес прибыл к Персефоне, она уже совершенно перестала мечтать о возвращении домой. К тому же Персефона за время пребывания у Аида съела шесть гранатовых зерен, которые он ей дал, а любой, кто вкусил пищу мертвых, уже не может вернуться обратно на землю. Конечно, вполне возможно, что она сделала это сознательно. И Деметра, и Аид ждали, что же теперь скажет Зевс.

Верховный бог решил, что Персефона должна разделить свое время – часть года она будет проводить с матерью, а другую часть – с супругом[242]. В путешествиях на землю и обратно Персефону сопровождали Геката и лампады – нимфы подземного мира. Пока Персефона оставалась с матерью, на земле все росло и цвело, а когда возвращалась к Аиду, природа увядала. Так появились времена года, которые мы имеем сейчас: весна и лето отмечают время Персефоны на земле, осень и зима – ее жизнь в подземном царстве. До похищения Персефоны считалось, что есть только три времени года (поэтому ор было только три).

У Аида и Персефоны не было детей, но считается, что они были счастливы в браке. После свадьбы Аид никогда не изменял Персефоне – что нетипично для его родственников-богов. Персефона обладала значительной властью в своем царстве, в отличие от Геры, которая, хоть и была супругой царя богов, сама мало на что влияла.

Несмотря на то что супруг Персефоны не слишком нравился Деметре, она не позволяла никому ославить их отношения. Когда бывшая возлюбленная Аида, нимфа Мента (богиня реки Коцит), стала заявлять, что она красивее, чем новая царица подземного мира, Деметра втоптала ее в землю и превратила в мяту.

Фемида

Титанида Фемида до сих пор сохранилась в людской памяти как богиня правосудия. Ее изображают с весами в руке и повязкой на глазах, которая символизирует беспристрастность суда. Но в давние мифические времена она была одной из участниц восстания против своего отца Урана.

Во время титаномахии Фемида была не просто сторонницей, но и возлюбленной Зевса. Она помогала ему утвердить свою власть и давала полезные советы. Титанида родила ему много детей, в том числе мойр и ор. Фемида обладала даром предсказания, и некоторые считают, что это она создала оракула (хотя более распространена версия о том, что это сделала Гея).

Ее пророчества нередко помогали богам. Например, она предостерегала Зевса и Посейдона не связываться с Фетидой, так как знала, что ее сын превзойдет отца (таким ребенком в итоге стал Ахилл, но его отец Пелей был не против быть вторым после сына).

Афродита однажды пришла к Фемиде спросить совета по поводу своего сына Эрота. Она боялась, что тот навсегда останется ребенком, потому что он совсем не рос. Фемида открыла ей, что причина этого – в одиночестве Эрота, и посоветовала родить ему брата. Афродита родила Антэрота – бога взаимной любви, и братья стали счастливо расти вместе.

В обязанности Фемиды также входило созывать всех богов на Олимп, когда Зевсу требовалось коллективное решение по какому-либо вопросу. Она же помогала воспитывать Аполлона и кормила его пищей богов, чтобы он вырос большим и сильным.

Фемида обладала трезвым умом и непоколебимой честностью. Когда разбойники пробрались в священную Диктейскую пещеру, чтобы отведать там божественного меда, Зевс был готов тут же поразить их своими молниями. Но Фемида вместе с мойрами убедила его, что если кто-то погибнет прямо в этой пещере, где родился сам Зевс, она будет осквернена. Зевс послушался их и превратил банду в стаю птиц.

Фисба

В Вавилоне в древние времена существовало два враждующих влиятельных дома. Их соперничество длилось поколениями, но, несмотря на это, они продолжали жить в непосредственной близости друг от друга. Однажды в одной из семей родилась девочка Фисба, а в другой почти в то же самое время – мальчик Пирам.

Они стали общаться через щелку в стене: шептали друг другу всякие глупости и мечтали о совместной жизни, на которую ни за что не согласились бы их семьи. В конце концов влюбленные решили, что с них хватит и лучше им сбежать от родных и пожениться тайно. Они спланировали свой побег и договорились встретиться под шелковичным деревом у гробницы вавилонского царя.

Фисба пришла на место первой и наткнулась под деревом на львицу, с клыков которой капала кровь недавно убитого вола. Львица зарычала, и перепуганная Фисба убежала прочь, случайно уронив свою накидку. Разочарованный зверь понюхал накидку и немного пожевал ее, испачкав кровью вола. Через несколько минут появился Пирам. Львицы уже не было, но юноша нашел окровавленный кусок ткани и решил, что Фисба мертва. В отчаянии он упал на свой меч, чтобы воссоединиться с возлюбленной в загробном мире (как он думал).

Но через некоторое время живая и невредимая Фисба вернулась на место встречи, собираясь рассказать Пираму про львицу. Но увы, она нашла лишь тело своего возлюбленного с ее накидкой в руках. Он лежал среди опавших плодов шелковицы, которые его кровь окрасила в красный цвет. Фисба схватила меч Пирама и тоже покончила с собой. Боги, которых тронула эта история, сделали плоды белой шелковицы навсегда красными в память о них.

Тут сбежались члены обеих семей и наконец-то решили прекратить многолетнюю вражду. Прах Пирама и Фисбы был похоронен в одной урне, так что после смерти они все же воссоединились.

Хиона

Зять Алкионы Дедалион был весьма воинственным. Однако больше кровавых сражений он любил свою дочь Хиону.

Хиона была прекрасна, так что буквально толпы претендентов мечтали сделать ее своей супругой. Но отец не желал отдавать ее никому и отказывал всем женихам. В Хиону влюблялись не только смертные, но и как минимум два бога.

Гермес не стал утруждать себя ухаживаниями, а просто пришел к Хионе и коснулся ее лица своим жезлом. Девушка мгновенно погрузилась в сон, и он сделал свое дело без ее ведома. В ту же ночь к Хионе явился Аполлон в образе старушки, и они легли спать вместе. Неизвестно, как именно ему удалось соблазнить ее в таком облике, но факт остается фактом. В результате Хиона понесла от обоих богов и родила Автолика – сына Гермеса и Филаммона – сына Аполлона. Автолик стал известным вором и обманщиком, а Филаммон – прославленным музыкантом.

Хионе очень льстило внимание столь многих мужчин, и она совершенно возгордилась, заявляя, что она гораздо красивее, чем Артемида. Несмотря на то что ни смертные, ни боги совершенно не интересовали Артемиду, она возмутилась и решила преподать Хионе урок. Богиня взяла свой лук и прострелила болтунье язык, чтобы та больше не позволяла себе таких оскорбительных речей.

Но Хиона не просто онемела, а умерла от потери крови. На ее похоронах Дедалион был в такой печали, что пытался четырежды броситься в погребальный костер, но всякий раз его останавливали. Тогда он побежал на гору Парнас и прыгнул оттуда. Но Аполлон увидел это, посочувствовал безутешному отцу и превратил его в ястреба.

Левкипп

Когда смертная женщина Галатея забеременела, ее муж Лампр сказал ей, что признает ребенка, только если он будет мужского пола[243].

Когда у Галатеи подошел срок родов, Лампр был в отъезде. Она родила девочку и очень полюбила ее с первой минуты, но отчаянно переживала за ее судьбу. Поэтому Галатея решила обмануть мужа и дала младенцу типично мужское имя – Левкипп. Когда Лампр вернулся, она радостно объявила ему, что у него теперь есть наследник. Доверчивый Лампр не стал проверять.

Левкипп воспитывали как мальчика, но когда она доросла до подросткового возраста, ситуация осложнилась. Скрывать формирующуюся женскую фигуру становилось все труднее. В отчаянии Галатея отправилась в храм богини Лето и стала молить ее о помощи. Лето услышала ее молитвы и превратила Левкипп в юношу.

Позже в городе Фест на Крите, где, по легенде, жили Лампр и Галатея, стали отмечать праздник в честь Лето и Левкиппа. Каждый год жители собирались, чтобы отпраздновать превращение Левкиппа и устроить обряд инициации для юношей. Те надевали женское платье и клялись в верности местной агеле – месту, где они должны были жить с семнадцати лет до женитьбы. После этого они сбрасывали женскую одежду[244].

Антиопа и Дирка

Это не та Антиопа, что была царицей амазонок. Эта была девушкой из Беотии, очень красивой и преданной своему отцу. А дальше с ней случилась уже знакомая история: Зевс заметил ее красоту и решил, что как царь богов имеет полное право овладеть ею. Он принял облик сатира (существа с ушами, ногами и хвостом козла) и набросился на девушку. Антиопа забеременела. Опасаясь реакции отца, она сбежала из дома и вышла замуж за сикионского царя Эпопея. После первой брачной ночи она забеременела снова (при этом продолжая носить ребенка Зевса). Пара жила счастливо – Эпопей то ли не знал, что она носит не только его ребенка, то ли был только рад растить сына бога. Но потом появился дядя Антиопы, Лик (не тот Лик, которого убил Геракл в легенде о Мегаре, но не менее мерзкий тип).

Лик заявил, что отец требует возвращения Антиопы домой. Она сказала дяде, что хочет остаться с мужем, хотя и скучает по отцу. Но Лик настаивал на своем и в конце концов схватил Антиопу за шиворот и увез силой. В пути она родила близнецов, Амфиона (сына Зевса) и Зета (сына Эпопея). Не зная, что с ней будет дальше, Антиопа решила бросить детей в надежде, что так они хотя бы не подвергнутся жестокому обращению со стороны родственников. Мальчиков подобрал и вырастил пастух (такое ощущение, что все древнегреческие пастухи в какой-то момент становились приемными отцами).

Перед тем как Лик с Антиопой прибыли во дворец ее отца, Лик рассказал ей, что тот покончил с собой, не вынеся «позора», который навлекла на него дочь. Теперь царем был сам Лик. Естественно, он привез Антиопу в Беотию не для того, чтобы оставить в покое, и стал всячески над ней издеваться[245]. Жена Лика Дирка всегда ненавидела Антиопу, и Лик решил предоставить ей придумать наказание для племянницы. Дирка сделала Антиопу своей рабыней. Прошли годы, но в конце концов Антиопе удалось бежать. Однажды, утомившись, она постучалась в ближайший дом. Там жил пастух с двумя сыновьями. Они пригласили ее погостить у них, и Антиопа, которой было некуда идти, согласилась.

Но через некоторое время до злой царицы дошли слухи о том, где находится Антиопа, и она послала к сыновьям пастуха гонца с требованием задержать несчастную женщину. Они подчинились, не рискнув ослушаться царя. Братья связали Антиопу и стали ждать, пока Дирка прибудет за ней. Тут домой вернулся их отец и был очень удивлен. Сыновья объяснили ему, что произошло, но Антиопа тут же рассказала всю свою историю. Пастух оказался достаточно умен, чтобы сложить два и два, и понял, кто эта женщина. Он сказал сыновьям, что на самом деле он им не родной отец, а нашел их в лесу, а связанная женщина – их настоящая мать. Потрясенная Антиопа в свою очередь рассказала сыновьям, почему решила оставить их. Пока все переваривали новости, появилась Дирка.

Не желая марать руки, она приказала Зету и Амфиону привязать пленницу к рогам дикого быка и разозлить его. Но она совершенно не ожидала, что молодые люди не собирались выполнять ее приказы. Вместо этого они привязали к рогам быка саму мучительницу. Так Дирка встретила свой конец[246].

Однако счастье Антиопы, воссоединившейся с сыновьями, длилось недолго. Дирка была верной последовательницей Диониса, и богу не понравилось, что с ней сделали. В отместку он, по своему обыкновению, наслал на Антиопу безумие. Она долгие годы скиталась по Греции, пока не встретила Фока, бывшего царя Коринфа, который отрекся от престола. Фок сумел исцелить ее и взял в жены. Наконец-то бедная Антиопа обрела покой. Когда они с Фоком умерли, их похоронили в одной могиле.

Левкофея и Клития

Среди многочисленных любовниц бога Гелиоса была одна особенная дама.

Когда Гелиос рассказал Гефесту о связи его супруги Афродиты с Аресом, богиня красоты решила ему отомстить. Она внушила Гелиосу безумную любовь к юной вавилонской царевне Левкофее. Гелиос потерял голову и сделал зимние дни длиннее, чтобы иметь возможность дольше любоваться на нее. Прочие его фаворитки забеспокоились – когда ты испытал на себе внимание Солнца, трудно снова вернуться в тень. Особенно волновало отсутствие Гелиоса океаниду Клитию, которая раньше тоже была его возлюбленной.

В конце концов Гелиосу надоело просто смотреть, и он решил, что пора действовать. Он прикинулся матерью Левкофеи и проник в ее спальню. Там он отослал прочь служанок и открылся царевне. Левкофея, как ни странно, радостно приняла такой поворот событий и отдалась богу.

Клития, глядя на все это, кипела ревностью и мечтала избавиться от соперницы. Она отправилась к отцу Левкофеи, царю Орхаму, и рассказала ему, чем занята его дочь. Разгневанный Орхам похоронил Левкофею заживо. К тому моменту, как Гелиос узнал об этом, было слишком поздно. Он отчаянно пытался оживить возлюбленную, но у него ничего не получилось. Тогда он превратил ее в благоухающее ладанное дерево, чтобы она могла расти, цвести и купаться в его лучах. В качестве дополнительного штриха он оросил землю вокруг нее сладким нектаром.

Клития же готовилась к воссоединению с божественным любовником. Она полагала, что теперь, когда она продемонстрировала такую преданность Гелиосу, избавившись от Левкофеи, он должен полюбить ее больше всех остальных. Однако Гелиос, напротив, возненавидел бывшую за ее поступок. Страдающая Клития сорвала с себя одежды и девять дней сидела без еды и воды, глядя на то, как Гелиос совершает свой путь по небу. Но он ни разу даже не взглянул на нее.

И Клития превратилась в гелиотроп – цветок, который всегда обращен к солнцу.

Данаиды

Царевичи Данай и Эгипт, потомки возлюбленной Зевса Ио, получили в наследство от отца земли. Данаю досталась Ливия, а Эгипту – Аравия.

У братьев было по пятьдесят детей на каждого. Все дети Даная были девочками, и их называли Данаидами. У Эгипта же рождались только сыновья, и они не получили классного общего имени. Данай был вполне доволен своей участью, а вот Эгипту постоянно хотелось расширить свои владения. Он убеждал брата выдать дочерей замуж за его сыновей, чтобы получить контроль над Ливией.

Данай прекрасно понимал, чего добивается брат, но не поддавался на его уговоры. Чтобы избежать незавидной участи для своих дочерей и страны, он стал молиться Афине. Богиня помогла ему построить первый в истории корабль, и он с семьей отплыл на Аргос. Там он обратился к местному царю Пеласгу, чтобы тот дал им убежище. Пеласг не очень хотел вызывать гнев другого правителя, но народ убедил его помочь Данаю[247].

Но Эгипт с сыновьями преследовали Даная и вскоре прибыли на Аргос. Там они потребовали, чтобы Пеласг выдал им беглецов, в противном случае грозя войной. И тут Данаю пришла в голову спасительная мысль.

Он сказал Данаидам, что они согласятся на замужество с сыновьями Эгипта, но в первую брачную ночь должны убить их[248]. В качестве жуткого свадебного подарка он дал каждой дочери по кинжалу, которые они спрятали в своих спальнях. Он попросил их на следующий день после убийства принести ему головы мужей в качестве доказательства совершённого.

Данай устроил пышную свадьбу, постаравшись, чтобы Эгипт и его сыновья были всем довольны и хорошенько напились. В ту ночь, когда новобрачные разошлись по своим покоям, дочери Даная совершили свое дело. Все, за исключением Гипермнестры, старшей из сестер.

Гипермнестра больше других переживала из-за всего происходящего. Ей не хотелось участвовать в массовом убийстве, но также не хотелось и лишаться девственности. Не зная, что делать, она сказала своему новоиспеченному супругу, Линкею, что не хочет спать с ним, и, как ни странно, он ее понял и не стал настаивать. Они поговорили и обнаружили, что нравятся друг другу. К утру Гипермнестра влюбилась в Линкея без памяти.

Тогда она рассказала ему о плане ее отца и убедила сбежать из города. Линкей послушался, добрался до соседнего города и зажег там маяк, чтобы Гипермнестра знала, что он спасся.

Все остальные сестры наутро пришли к отцу, гордо неся головы зарезанных мужей. Увидев, что Гипермнестра не выполнила его приказа, Данай страшно рассердился и призвал ее к суду перед всеми людьми Аргоса.

Граждане подошли к вопросу логически и решили, что сорок девять из пятидесяти голов – не так уж плохо. Кроме того, на суде появилась сама Афродита и выступила в защиту девушки, сказав, что нельзя наказывать истинную любовь. Таким образом Гипермнестра была оправдана в своем преступлении. Или в отсутствии оного.

Данай же столкнулся с новой проблемой, о которой до этого не подумал, – теперь у него было пятьдесят незамужних дочерей, прославившихся тем, что они отрезали головы своим женихам.

Данай хотел снова выдать дочерей замуж и, чтобы привлечь новых женихов, объявил, что не потребует от них никаких свадебных даров. И действительно, перспектива сэкономить привлекла к его двору немало претендентов на руки Данаид. Поскольку их оказалось даже больше пятидесяти, Данай объявил о состязании. Женихи должны были состязаться в беге, и победитель получал право первым выбрать себе невесту, пришедший вторым – выбрать следующую и так далее. Так все дочери получили себе мужей – кроме двух.

Первой сестрой, оставшейся без пары, была, конечно, Гипермнестра, которая любила Линкея. Второй оказалась Амимона, которая несколькими днями ранее наткнулась в лесу на спящего сатира. Тот пробудился и тут же напал на нее, но на крики девушки подоспел бог Посейдон, и она стала его любовницей.

Гипермнестра ждала Линкея, но думала, что он боится возвращаться из-за ее отца. Она стала умолять Даная послать Линкею весточку, чтобы он возвращался, ничего не опасаясь. Данай уступил просьбам дочери и пообещал, что не будет мстить Линкею. Линкей и Гипермнестра прожили вместе много лет, положив начало династии аргосских царей.

Все остальные Данаиды получили очищение от греха убийства, однако после смерти всех их ждало наказание в подземном мире – там они должны были все время носить воду, чтобы смыть с себя грех, но ведра постоянно протекали.

Лаодамия

Лаодамия, дочь порочной Астидамии и ее супруга Акаста, была обещана в жены уважаемому греческому воину Протесилаю[249].

Когда-то Протесилай был одним из претендентов на руку Елены, следовательно, был связан клятвой Тиндарея, и когда разгорелась Троянская война, он был вынужден отправиться на нее. Они с Лаодамией только поженились, и расставание очень опечалило обоих, потому что они успели полюбить друг друга.

Протесилай и его войско филакцев раньше остальных прибыли под стены Трои и сразу же вступили в битву. Они не знали о пророчестве, согласно которому первый, кто ступит на троянскую землю, первым же будет убит. Так и погиб Протесилай, хотя до этого он успел убить четверых противников.

Лаодамия узнала об этом и была безутешна. Боги пожалели молодую вдову и решили позволить Протесилаю вернуться к ней, но всего лишь на три часа. Гермес помогал ему в путешествии из подземного мира. Увидев супруга, Лаодамия была ошеломлена и обрадована: она подумала, что произошла какая-то ошибка и муж вернулся к ней живой и невредимый. Но Протесилай объяснил ей все, и они провели вместе отпущенные ему три часа. Когда ему пришло время возвращаться в царство мертвых, горе Лаодамии стало еще сильнее.

Чтобы хоть как-то утолить свои печали, она тайно приказала отлить бронзовую статую покойного мужа и поставила ее в своей спальне. После этого она забыла о своих обязанностях и проводила все дни, разговаривая со статуей, словно это был живой человек.

Через некоторое время один из слуг подглядел в дверную щель спальни царицы, как она целует и ласкает своего бронзового возлюбленного. Он тут же решил, что она завела любовника, и доложил об этом ее отцу. Акаст помчался к дочери, чтобы застать ее на месте преступления. Но когда он увидел, что происходит на самом деле и в каком горе пребывает его дочь, то страшно огорчился и решил прекратить этот фарс: он приказал унести статую и расплавить ее.

Но Лаодамия не смогла вынести, что ее лишают последнего утешения, и, когда статуя стала плавиться в огне, бросилась туда же, чтобы воссоединиться с возлюбленным после смерти.

Скилла из Мегары

Царь Минос вторгся в Мегару, где правил Нис[250]. Минос знал, что шансы на победу у него невелики: у царя Ниса на голове была прядь пурпурных волос (панк?), которая давала ему и городу неуязвимость.

Но, на счастье Миноса и на погибель Ниса, дочь последнего Скилла (не та нимфа, которая превратилась в чудовище) увидела с городской стены вражеского царя и влюбилась в него. Позабыв о родственных узах, она решила, что сделает все возможное для того, чтобы Минос одержал победу, так что подкралась к отцу и незаметно вырвала у него пурпурную прядь. После этого она пробралась во вражеский лагерь и преподнесла ее Миносу, рассчитывая на благодарность и ответные чувства. Однако Минос посмотрел на волосы, посмотрел на принцессу и поджал губы. Его возмутило предательство Скиллы, и он сказал ей, что ни за что не подвергнет риску граждан Крита, приведя им такую царицу. Скилла была раздавлена, а Минос захватил город и убил ее отца.

Когда Минос и его воины вернулись на свои корабли, чтобы плыть домой, Скилла бросилась в воду и пыталась уцепиться за борт царской ладьи. Но тут появилась скопа и стала нападать на нее и клевать руки. Это был Нис, превращенный богами в птицу после своей гибели. Скилла была вынуждена отпустить руки и тоже превратилась в птицу[251]. С тех пор отец и дочь постоянно клюют друг друга.

Гермиона

У Гермионы, единственной дочери Елены и Менелая, было непростое детство.

Ей было всего девять лет, когда Парис похитил Елену, и ее отправили к дяде Агамемнону. Гермиону вырастила Клитемнестра вместе со своими детьми Электрой и Орестом. Было решено, что она после достижения совершеннолетия выйдет замуж за Ореста.

Как мы знаем, во время Троянской войны самого Ореста отослали из Микен ради его безопасности, и в разлуке с ним Гермиона стала любить его еще больше. Когда война наконец-то закончилась, она с нетерпением ждала их встречи и свадьбы.

Когда Елена вернулась в Спарту, она не узнала свою дочь. Менелай же внезапно решил отдать Гермиону за своего армейского друга Неоптолема, единственного сына Ахилла. С точки зрения Менелая, это был удачный союз, и ему не было дела до более ранних договоренностей. Гермиона была очень расстроена, но делать было нечего – в ближайшее время она должна была отправиться во Фтию, где тогда находился ее новый суженый.

Поразмыслив, она решила, что лучше не предаваться унынию, а постараться извлечь максимум пользы из ситуации. Она видела, к чему привело упорство ее матери в погоне за «истинной любовью». К тому же Орест был слишком занят, чтобы жениться на ней прямо сейчас, – он пытался искупить грех убийства матери.

Однако Неоптолем сразу же после свадьбы с Гермионой вернулся к своей любовнице, бывшей троянской царевне Андромахе, которую получил как военный трофей. Учитывая, какой преданной женой была Андромаха для Гектора, можно предположить, что она терпела Неоптолема без особого энтузиазма, но у рабыни не было выбора.

Так прошли годы. Однажды Неоптолем отправился по делам в Дельфы, а к оставшейся в одиночестве Гермионе неожиданно приехал Орест. Он нашел ее во дворце и сообщил, что убил ее мужа за то, как тот обошелся с ней, и хочет, чтобы они были вместе. Гермиона, недолго думая, села с ним на корабль, и они отправились обратно в Микены.

Наконец-то Гермиона и Орест смогли пожениться, и она родила ему сына Тисамена.

Хариклея

Эфиопская царица Персинна долго не могла забеременеть, но после десяти лет брака ей это наконец-то удалось. Она была на седьмом небе от счастья, но испытала огромное удивление, когда на свет появилась белая девочка – ведь она сама и ее муж, Гидасп, были чернокожими. Персинна решила, что всему виной то, что во время беременности она смотрела на мраморную статую Андромеды, от которой вел начало ее род. (Несмотря на то что Андромеда тоже была эфиопской царицей, поэтому, скорее всего, чернокожей, изображали ее почти всегда белой.)

Персинна никогда не изменяла мужу, но прекрасно понимала, что могут подумать люди. Пока Гидасп не вернулся домой, она поспешила положить младенца в корзину и приказала отнести ее подальше от дворца. В корзину Персинна положила записку, в которой объясняла, что это за ребенок, а также принадлежавшие ее семье кольцо и ожерелье.

Корзину с ребенком вскоре нашли и отнесли жрецу по имени Харикл. Он назвал девочку Хариклеей и мечтал, что она выйдет замуж за его племянника. Однако когда Хариклея подросла, она заявила, что станет жрицей Артемиды и никогда не выйдет замуж. Харикл не стал возражать и отправил ее в Дельфы.

Однажды в Дельфы на праздник прибыла группа фессалийцев. Среди них был некий Теаген, и, увидев его, Хариклея забыла о своих обетах. Он тоже влюбился в юную жрицу, и они решили сбежать вместе.

Под покровом ночи влюбленные покинули Дельфы на корабле, но плавание оказалось непростым. Вместе они пережили много испытаний – несколько раз оказывались в плену, были надолго разлучены и даже едва не стали жертвами черной магии[252]. Все мужчины, которые встречались на пути Хариклеи, пытались взять ее замуж или хотя бы переспать с ней, но ей каждый раз удавалось избавиться от них. Вместе Теаген и Хариклея выяснили тайну ее рождения, но не успели они переварить эти удивительные новости, как их снова схватили.

На этот раз они попали к царю Гидаспу. Он планировал принести молодых людей в жертву богам, а народ Эфиопии жаждал увидеть это зрелище. Когда пару вывели на площадь, Хариклея крикнула, обращаясь к царю с царицей, что она их дочь и может это доказать. Царь вначале не хотел ей верить, но когда Персинна нерешительно призналась, что сделала много лет назад, он приказал слугам вынести ту самую статую Андромеды. Взглянув на нее, он убедился, что Хариклея действительно очень на нее похожа. После этого Хариклея достала кольцо и ожерелье, которые положила в корзину ее мать. (Слуги, наверное, недоумевали, почему она не сделала этого раньше, чтобы им не пришлось вытаскивать на площадь тяжеленную мраморную статую, но предпочли промолчать.) Глаза Гидаспа и Персинны наполнились слезами, и они заключили в объятия давно потерянную дочь.

Но как бы то ни было, царь решил, что жертва все равно должна быть принесена, и приказал Теагену и Хариклее занять места у алтаря. Однако не успели они начать молить о милости, собравшийся народ взбунтовался и не дал царю совершить убийство. Гидасп понял, что погорячился, и подчинился. В итоге было решено, что отныне человеческие жертвы в Эфиопии больше приноситься не будут.

Теаген и Хариклея остались во дворце, но вскоре там появился ее приемный отец, жрец Харикл. Он везде искал свою дочь с тех пор, как этот «проклятый фессалиец» «похитил» ее. Когда он увидел Теагена рядом с царем, то не мог поверить своим глазам. Не испугавшись сильного молодого человека, жрец бросился на него, но Хариклея преградила ему путь и обняла, после чего рассказала всю историю. Гидасп и Персинна выразили свою благодарность Хариклу за то, что он вырастил их дочь.

Хариклу ничего не оставалось, как благословить брак Хариклеи и Теагена, и все закончилось свадьбой.

Что еще почитать

Пересказы / художественные произведения

Теперь, когда вы познакомились с мифологическими женщинами, возможно, вам захочется узнать о них что-то еще. Ниже приведен список для дополнительного чтения.

Пэт Баркер

● Баркер П. Безмолвие девушек. – М.: Эксмо, 2020.

● «Троянские женщины» (The Women of Troy).

Костанца Казати

● Казати К. Клитемнестра. – М.: Эксмо, 2023.

Луна Макнамара

● «Психея и Эрос» (Psyche & Eros).

Мадлен Миллер

● Миллер М. Цирцея. – М.: АСТ, 2024.

● Миллер М. Песнь Ахилла. – М.: АСТ, 2024.

● «Галатея» (Galatea).

Клэр Норт

● Норт К. Дом Одиссея. – М.: Манн, Иванов и Фербер, 2024.

● Норт К. Пряжа Пенелопы. – М.: Манн, Иванов и Фербер, 2022.

Сьюзен Стокс-Чепмен

● Стокс-Чепмен С. Пандора. – М.: INSPIRIA, 2022.

Дженнифер Сэйнт

● Сэйнт Дж. Ариадна. – М.: АСТ, 2023.

● Сэйнт Дж. Электра. – М.: АСТ, 2024.

● «Аталанта» (Atalanta).

Би Фитцджеральд

● «Девушка, богиня, царица» (Girl, Goddess, Queen).

Кэрри Франсман

● «Греческие мифы со сменой пола» (Gender Swapped Greek Myths).

Натали Хейнс

● Хейнс Н. Тысяча кораблей. – СПб.: Аркадия, 2021.

● «Слепой как камень» (Stone Blind).

● «Дети Иокасты» (The Children of Jocasta).

Клэр Хейвуд

● «Дочери Спарты» (Daughters of Sparta).

● «Тень Персея» (The Shadow of Perseus).

Маргарет Этвуд

● Этвуд М. Э. Пенелопиада. – М.: Лайвбук, 2022.

Нон-фикшн

Больше о деяниях богов, богинь и смертных.

Лив Альберт

● «Греческая мифология: Справочник богов, богинь и героев» (Greek Mythology: The Gods, Goddesses & Heroes Handbook).

Стивен Фрай

● Фрай С. Миф: Греческие мифы в пересказе. – М.: Фантом Пресс, 2022.

● Фрай С. Троя: Величайшее предание в пересказе. – М.: Фантом Пресс, 2020.

● Фрай С. Герои. Человечество и чудовища. Поиски и приключения. – М.: Фантом Пресс, 2022.

Натали Хейнс

● «Божественная сила: Богини в греческой мифологии» (Divine Might: Goddesses In Greek Myth).

● «Ящик Пандоры: Женщины в греческой мифологии» (Pandora's Jar: Women in the Greek Myths).

Классика

Авторы, от которых мы знаем основную часть греческих мифов.

Аристофан

● «Птицы»,

● «Лисистрата»

и другие пьесы.

Гелиодор

● «Эфиопика».

Гесиод

● Полное собрание текстов.

Гомер

● «Илиада».

● «Одиссея».

Еврипид

● «Медея»,

● «Электра»,

● «Вакханки»

и другие пьесы.

Овидий

● «Героиды».

● «Метаморфозы».

Сапфо

● «Ода Афродите»

и другие стихи.

Софокл

● Трилогия об Эдипе («Антигона», «Царь Эдип», «Эдип в Колоне»).

Эсхил

● «Трагедии».

Подкасты

Кое-что приятное для ваших ушей.

● DeMythifying (DeMythifying).

● Let's Talk About Myths, Baby! (Liv Albert/iHeartPodcasts).

● Mythology (Spotify Studios).

● Natalie Haynes Stands Up for the Classics (BBC Radio 4).

● The Ancients (History Hit).

Благодарности

Эта книга существует в моей жизни вот уже много лет: сначала как идея, потом как реальный проект и вот теперь – материальная вещь, которую я выпускаю в мир, надеюсь, на радость людям. Долгие часы я спорила сама с собой о моих «Плохих девчонках», однако, если бы не многие другие люди, их поддержка и вдохновение, книга бы не появилась на свет. Вот эти люди.

Моя дочь Белла, которая, поселившись во мне, дала мне не только время для писательства, но и совершенно новую причину для него. Все это для тебя и благодаря тебе.

Мой муж Энди, который постоянно выслушивал мое нытье, помогал придерживаться графика и бескорыстно смотрел по вечерам футбол вместо наших любимых сериалов, пока я работала. Спасибо за любовь и поддержку.

Плохие девчонки из моей собственной жизни – мама, которая всегда слепо верила в то, что я сотворю нечто великое, несмотря на полное отсутствие поводов для этого. Норма, моя мама номер два. Моя группа поддержки – Джоанна, Майкл и Наоми, у которых всегда хватало идей и энергии. Мой брат Адам, с честью несущий бремя младшего брата и всегда знающий, как работают всякие технические штуки.

Особенно хочу отметить моего «первенца», пса Кинга, за то, что всегда был рядом, пока я писала, и успокаивал меня своим сопением.

Спасибо агентству Viney, особенно моему агенту Эмберли Лауис, которая первой из деловых людей поверила в меня. Ты прониклась моим бредом и заявила: «Я буду с этим работать!»

Спасибо всей команде HarperNorth, которая делает фантастические вещи для своих писателей, особенно Меган Джонс – самому терпеливому человеку на свете. Она поставила на меня и полюбила мою книгу не меньше, чем я сама. Спасибо Лауре Бретт за самую лучшую в мире обложку.

И наконец, благодарю всех женщин, которые стали рассказывать мифические истории со своей точки зрения. Пусть это длится долго – по крайней мере я еще точно не закончила с этой темой!

Notes

1

Без участия Урана.

2

По другим источникам – каменный.

3

Более распространена версия о том, что Гея породила эриний, а не мойр. Некоторые авторы, например Эсхил, их отождествляют.

4

Это классическая версия мифа. Согласно другим вариантам, Тифон появился позже и был рожден Герой, супругой Зевса, без его участия.

5

Это классическая версия, по которой Афродита вышла «из пены морской». Другие варианты мифа называют ее дочерью Зевса и Дианы.

6

Китира расположена недалеко от Кипра, поэтому нередко считается, что богиня появилась на самом Кипре, и ее называют «Кипридой». Но именно Китира была центром культа Афродиты.

7

Возможно, это была инициатива супруги Зевса Геры.

8

Гефест стал хромым после того, как Зевс сбросил его с Олимпа за то, что он заступился за мать.

9

Практически или даже совсем невидимую.

10

В некоторых вариантах мифа Приап – сын Адониса.

11

Ремни для этого специально сделал Гефест, а Гермес спрятал молнии Зевса, чтобы тот не смог ими воспользоваться.

12

А к ногам привязал самую тяжелую наковальню, которая нашлась у Гефеста.

13

Младенец сосал с невероятной силой и причинял Гере боль.

14

От убийства жены, брата и третьего племянника его удалось удержать.

15

По другой версии, она наслала на коров огромного слепня, так что стадо разбежалось.

16

Или сама Эос замаскировала его под чужестранца.

17

Возможно, эту любовь внушила ей Афродита по просьбе Геры и Афины, которые помогали Ясону в его странствиях.

18

Чтобы убедить их в действенности этого способа, она проделала это с бараном, который действительно ожил и превратился в ягненка.

19

По некоторым источникам – до четырнадцати (семь сыновей и семь дочерей), но, возможно, всего двоих.

20

Главка была либо нимфой, либо царевной – дочерью бывшего царя Коринфа Креонта.

21

Тесей был зачат втайне, его матерью была царевна Эфра из Трезена. Считается, что у него было два отца: земной – Эгей и божественный – Посейдон.

22

И убедила Эгея, который не знал, кем является Тесей, помочь ей в этом.

23

По другой версии, Пасифаю наказала рассерженная Афродита за то, что ее отец рассказал Гефесту о связи его супруги с Аресом.

24

Возможно, в образе быка ей явился сам Посейдон.

25

Отец Пелея, царь Эак, был сыном Зевса.

26

Хирон приходился Пелею дедом по матери.

27

Офион – царь гигантов, которого представляли в образе змея, был одновременно сыном и мужем океаниды Евриномы.

28

Мать Диониса, смертная женщина Семела, погибла в огне из-за козней Геры, а на самого Диониса Гера наслала безумие, но Рея вылечила его.

29

К сожалению, Панкратида вскоре после этого умерла.

30

Первой женой Тесея была амазонка Антиопа. По одной версии, они погибла, по другой – он бросил ее, решив жениться на Федре.

31

Аконтий был потомком царя Миноса, однако в то время его семья уже не имела такого влияния.

32

О ее происхождении никаких сведений не сохранилось, известно лишь, что, скорее всего, она была родом из Фессалии, как и ее муж Кианипп.

33

По другим источникам – Артемиды.

34

Фетида – морская нимфа. Нижняя часть тела у нее была покрыта чешуей.

35

К тому моменту оба были вдовцами.

36

По Гелланику, Тесею было примерно пятьдесят лет.

37

Тесея и Пирифоя лишь через несколько лет освободил Геракл.

38

Или Елена выбрала его сама.

39

Первое время Парис вообще не участвовал в боевых действиях. Согласно Гомеру, он убил всего троих греческих воинов. Филоктет был одним из бывших женихов Елены, давших клятву Тиндарея; также участвовал вместе с Ясоном в походе за золотым руном.

40

По другим версиям, он был царем Элиды или даже сыном Зевса.

41

Об этом говорят более поздние версии мифа, по другим – Парис (или сам Аполлон в образе Париса) выстрелил в него во время битвы у ворот Трои.

42

По Филострату, сделала это сама.

43

По наиболее древней версии мифа, его дал им титан Прометей.

44

При переводе на латынь сосуд превратился в ящик благодаря, как предполагается, Эразму Роттердамскому. По другой версии – Пандора нашла этот предмет у Эпиметея, которому Зевс отдал его на хранение и запретил открывать.

45

Эреб и Никта были братом и сестрой, рожденными из Хаоса.

46

По Гесиоду, большая часть этих мелких божеств или демонов были детьми Эриды.

47

Либо морского – Форкиса.

48

Здесь также возможны варианты, вплоть до того, что сирены были дочерьми самой Геи.

49

Все трое – Эос, Селена и Гелиос – родились от одного отца, титана Гипериона. Насчет матери существуют разные версии – либо это была Тейя, либо матери у всех троих были разными.

50

Или цикаду.

51

Зевс покарал спутников Одиссея за то, что они украли быков, принадлежавших Гелиосу. Их корабль был разбит волнами, и все погибли, но Одиссей остался невредим, так как его защитила морская богиня Левкофея по просьбе Афины.

52

По другой легенде, Геракл узнал о Деянире от ее погибшего брата Мелеагра, когда был в царстве мертвых. Вернувшись оттуда, он попросил у Энея ее руки, но одновременно это сделал и Ахелой.

53

Всего у них было трое сыновей и дочь.

54

Река исчезла в Средние века из-за извержения вулкана Этна.

55

Эту историю рассказывает нам греческий автор Феокрит. Другие авторы говорят о том, что Галатея все-таки ответила взаимностью Полифему. Аппиан утверждает, что у них родилось трое сыновей, которые покинули Сицилию и стали царствовать над народами в далеких землях.

56

А возможно, она просто боялась, что бог ее рано или поздно бросит, и хотела обеспечить им с ребенком более надежное будущее (об этом пишет, например, Псевдо-Аполлодор).

57

Ее мать Клеофема была дочерью музы любовных песен Эрато.

58

Царь Аргоса, прославился своими мужественными поступками во время Троянской войны.

59

Трагедия «Троил и Крессида».

60

Или из слоновой кости.

61

В других источниках Пафос – это их сын, также у них была дочь, которую звали Метарма.

62

По некоторым версиям, его вскормила медведица или собака.

63

По некоторым источникам, была женой Гермеса. Также в ряде мифов ее отождествляют с Афродитой.

64

Дочь Палланта, одного из младших титанов, и океаниды Стикс (персонификации реки мертвых).

65

Европа, дочь царя Агенора, была похищена Зевсом, и отец отправил ее братьев (в том числе Кадма) на ее поиски. По другой версии, Кадм не выполнил задание отца из-за пророчества Дельфийского оракула.

66

Кадм убил священного дракона бога Ареса, за что Арес наказал его, но благоволившая к нему Афина сделала его царем и убедила Зевса отдать ему в жены Гармонию.

67

Говорят, что это была первая свадьба, на которой присутствовали все олимпийские боги.

68

Пифон или, по другим источникам, дракайна (змей женского пола) Дельфина.

69

По некоторым источникам, вначале пифий было две.

70

По другим источникам – Эврита. Так ее историю рассказывает Овидий в «Метаморфозах».

71

За калидонского царя Андремона, который был совершенно не против того, что у его супруги есть сын божественного происхождения.

72

По Овидию, Дриопа сама превратилась в тополь после того, как сорвала цветок с другого дерева, которое на самом деле было нимфой Лотидой – она превратилась в дерево, чтобы спастись от Приапа.

73

Разные авторы называют разное число и разные имена ор. Всего их упоминается до девяти.

74

В некоторых изложениях мифов первые и вторые оры сливаются, например, Эйрена считается ответственной также за смену времен года.

75

По другой версии, построить ковчег, а затем заселить землю заново им посоветовал сам Зевс.

76

Возможно, это сделал Менелай.

77

Кроме того, она якобы была самой красивой из трех дочерей Агамемнона.

78

Но Артемида в итоге отказалась принимать жертву и забрала Ифигению, перенеся ее в Тавриду, где она стала жрицей богини либо, по другой версии, все-таки вышла замуж за Ахилла, который последовал за ней.

79

А также Харона – перевозчика душ в царство мертвых, Гераса – бога старости, Эриду – богиню раздора и др.

80

Который, согласно Гомеру, обычно служил Зевсу и даже был его вестником.

81

В более древних греческих мифах упоминается только Хлорида как нимфа, богиней она стала уже у римлян.

82

Возможно, в медведицу ее превратила и сама Артемида.

83

По одной из версий мифа, мальчика отдали царю Ликаону, который на самом деле приходился ему дедом.

84

Обычно считается, что дочери Тефиды и Океана (океаниды) жили в морях, а сыновья – в пресных водоемах.

85

Сын речного бога Кефисса и нимфы Лириопы либо Эндимиона и Селены. Стал символом самовлюбленности.

86

Или же Немезида узнала о Нарциссе от других отвергнутых им, которые взывали к ней: «Пусть же полюбит он сам, но владеть да не сможет любимым!» (Овидий «Метаморфозы»).

87

Прорицатель Тиресий еще в детстве предсказал ему, что он будет жить долго, если не увидит сам себя.

88

Дочь сына Посейдона Агенора и Телефассы.

89

Своих детей у него не было.

90

По Ферекиду, ожерелье подарил невесте сам Кадм, который получил его от Европы, а та, в свою очередь, от Зевса.

91

Или после гибели многих близких Фивы стали им не милы.

92

И Кадм даже снова стал там царем.

93

Также Аристей нашел убийц Икария и расправился с ними.

94

Или Сириусом.

95

Есть и другой миф о происхождении амариллиса. Согласно этому варианту, Амариллис была жестокой нимфой, которая влюбляла в себя всех юношей, но никому не отвечала взаимностью. В наказание боги превратили ее в цветок.

96

Об этом рассказывает Аристофан в комедии «Плутос».

97

А до этого – отца Андромахи и семерых ее братьев.

98

Евстафий Солунский в комментариях к Гомеру пишет, что Посейдон просто забрал Амфитриту и никакого побега не было.

99

По разным источникам, он был рыбаком, которого Океан и Тефида сделали богом, либо сыном или внуком Посейдона.

100

Более известна в латинизированном варианте как Сцилла.

101

Этот миф появляется уже у римлян. Согласно ему, Пик был сыном Сатурна (аналог Крона у греков).

102

Согласно Гомеру. Другие авторы иногда помещают ее на различные другие острова.

103

Что-то вроде дикого лука.

104

По Гесиоду, сыновей было двое.

105

Также рассказывают о том, что Телегон высадился на Итаку, не зная, что это она, и принялся со своей командой разорять остров. Одиссей и его старший сын Телемах стали сражаться с разбойниками, и Одиссей был убит.

106

По другим версиям, Телемах женился на Поликасте, дочери Нестора, или на Навсикае, дочери Алкиноя.

107

В одном из вариантов мифов ее брак устроила Гера в награду за то, что Фетида отказала Зевсу.

108

По более ранним версиям мифа, она клала его в печь и натирала амброзией, чтобы сделать бессмертным.

109

Старые доспехи Ахилла были на его друге Патрокле, когда тот погиб, после чего их забрал Гектор.

110

По другой версии, прах Ахилла вместе с прахом его товарища Патрокла был помещен в золотую вазу Фетиды и похоронен в мавзолее на берегу Геллеспонта. Также существует легенда, согласно которой Фетида воскресила сына и перенесла его на остров Левка, где он вступил в посмертный брак с Еленой.

111

Отец Эгисфа Фиест и отец Агамемнона Атрей постоянно враждовали.

112

Либо это сделал Эгисф, а Клитемнестра лишь отрубила ему голову в конце.

113

Некоторые авторы пишут о том, что у Кассандры было двое детей от Агамемнона, и Клитемнестра убила и их тоже.

114

По некоторым источникам – дочерью Посейдона.

115

Есть варианты легенды, в которых Ламия изначально описывается как змея, пожирающая младенцев.

116

Ныне Дарданеллы.

117

Или сбежала на гору Парнас, где присоединилась к вакханкам, но Афамант все равно посчитал ее мертвой.

118

По другой версии, она узнала отца и стыдилась кровосмешения.

119

По одной из версий, Персей воспользовался головой горгоны в схватке с Китом.

120

Еще до рождения Персея Акрисию было предсказано, что его убьет собственный внук. Персей знал об этом и поклялся не убивать деда ни при каких обстоятельствах, но это произошло случайно (то есть по воле богов), во время спортивных состязаний. После этого Персей сказал, что не хочет править в стране, царя которой убил, и они договорились «обменяться царствами» с дальним родственников Мегапенфом, тогдашним царем Тиринфа.

121

По другим источникам, это сделал его отец Эней.

122

Мелеагр был одним из аргонавтов, поэтому ему согласились помочь многие из команды «Арго».

123

Лишь по одной, малоизвестной, версии, матерью Гекубы была наяда Эвагора, в целом нет однозначного ответа на вопрос, кто был ее матерью.

124

По другой версии, Полиместора ослепил сам Полидор, когда узнал о своем происхождении и деяниях приемного отца.

125

По Гигину, она бросилась в море и стала собакой еще до этого, когда Одиссей только пытался забрать ее в рабство.

126

Ее родителями были Гиппоной и Фрасса, Фрасса же, в свою очередь, была дочерью Ареса и Терейны, дочери речного бога Стримона.

127

Хорошей птичкой стала лишь служанка Полифонты. Она убедила богов, что не имеет отношения к ужасным деяниям близнецов, и ее превратили в дятла. Дятел в Греции считался добрым предзнаменованием, особенно для охотников.

128

Эту функцию могли исполнять и куреты – низшие боги растительности, спутники или дети Реи.

129

Сама коза и ее козлята, которые были вскормлены вместе с Зевсом, стали созвездиями.

130

Дочь кентавра Хирона (либо Скирона из Мегары) и нимфы Харикло.

131

К тому же Теламон и Пелей завидовали Фоку, так как сын нереиды побеждал их в состязаниях.

132

Здесь существуют разные версии легенды: возможно, Тиро не скрывала детей от Кретея, и они росли как законные наследники. Диодор Сицилийский пишет, что все это произошло еще до того, как Тиро вышла замуж; она рассказала отцу, что это дети Посейдона, но он ей не поверил и был очень зол.

133

По другой версии, Сидеро была второй женой Кретея, а отец Тиро к тому моменту уже погиб, пораженный молнией Зевса за неуважение к верховному божеству.

134

Этот сюжет изложен в трагедиях Еврипида и Софокла с одинаковым названием «Ион». Согласно Еврипиду, у Ксуфа и Креусы потом родились еще два общих сына.

135

Дочь Иобата, жена Пройта, царя Аргоса. Гомер того же персонажа называет Антией, или Антеей.

136

По Софоклу, Электра так и не вышла замуж и продолжала жить во дворце с матерью и отчимом, но подвергалась постоянным унижениям.

137

В Тавриде было принято приносить в жертву всех чужестранцев, они знали об этом и скрывались, но их все равно выследили.

138

Царь Тавриды Фоант пытался преследовать их, но был убит.

139

В трагедии Еврипида «Орест» этому предшествует череда драматических событий: Ореста и Электру приговорили к смерти, но перед этим они решили убить еще и Елену, обвиняя ее в разжигании войны и прочих бедствиях. В конце концов в ситуацию вмешался Аполлон, забрав Елену на Олимп и обручив Ореста с ее дочерью Гермионой, а Пилада – с Электрой.

140

По другой версии, эринии – дочери богов ночи и мрака Никты и Эреба.

141

Согласно верованиям древних греков, без правильного похоронного обряда душа не сможет попасть в загробный мир и обречена на вечные скитания.

142

Когда-то он был изгнан из Аргоса за убийство.

143

В наиболее древних мифах упоминались просто как богини пения, без указания числа.

144

В Беотии, у побережья Коринфского залива.

145

Который сам был внуком Аполлона по отцовской линии.

146

Латинское название – грации.

147

По другой версии, Терей, наоборот, изначально был на стороне Афин, отражая набеги варваров, и Пандион выдал за него дочь в благодарность.

148

По легенде, Терей отвел Филомелу в пастушью хижину, видимо, там она и нашла ткацкий станок.

149

Убитый матерью Итис превратился в фазана.

150

По другой версии, Гермес отдал золото Аглавре, но она ничего не сделала, тогда он разозлился и превратил ее в камень сам.

151

Некоторые авторы считают, что Геспериды не охраняли сад, а лишь совершали на него набеги, так как обитали неподалеку.

152

Или стоглавого.

153

За участие в титаномахии.

154

Возможно, Атлант сам предложил Гераклу сходить для него за яблоками, так как герой намеревался убить Ладона, а Атлант этого не хотел – Ладон тоже был титаном, наказанным Зевсом.

155

Может, он бы их и не отпустил, но, согласно Ферекиду, Тесей прорубил днища критских кораблей.

156

Есть и другие версии мифа: Тесей сам бросил Ариадну, так как полюбил другую, либо она умерла в пути.

157

Как минимум четырех сыновей, согласно Псевдо-Аполлодору.

158

Насчет судьбы Диониса существуют разногласия – то ли они в итоге помирились с Персеем, то ли Персей убил и его, после чего он обрел бессмертие и был взят на Олимп вместе с Ариадной.

159

Дочь Никты и Урана.

160

Некоторые авторы считают Эрота сыном Ириды.

161

Первоначально считалось, что своя мойра есть у каждого человека, впоследствии их число сократилось до трех.

162

По другой версии, боги, впечатленные самопожертвованием Алкестиды, сами вернули ее на землю.

163

Гарпии были древними доолимпийскими божествами, предположительно дочерьми океаниды Электры, по другой версии – Тифона и Ехидны.

164

Также некоторые авторы считают ее дочерью Гармонию, супругу Кадма. По другим источникам, Гармония была ее приемной дочерью.

165

Также возможно, что Грайи дали ему в качестве выкупа крылатые сандалии, волшебную сумку и шлем-невидимку или же показали дорогу к нимфам, от которых он их получил.

166

Этот сюжет неизвестен в древних мифах, но часто встречается у более поздних авторов (начиная с Сократа), каждый из которых рассказывает его по-своему. Конкретные богини упоминаются далеко не у всех.

167

Эту историю рассказывает Овидий. У других авторов Библида с горя повесилась на собственном поясе.

168

Форкис и Кето – брат с сестрой, дети Урана либо Понта, не слишком дружелюбные морские боги, вдвоем устраивавшие бури и шторма.

169

Как мы помним, от них он узнал, где искать Медузу, а также, возможно, получил часть чудесных подарков.

170

При падении крови в море из нее вырастали кораллы.

171

Хотя он был женат уже дважды, сначала на Мете, потом на Халкиопе.

172

Он считал, что его племянники, метившие на трон, могут не смириться с появлением наследника, поэтому приказал воспитывать его в Трезене тайно, пока он не станет взрослым.

173

Сын Федры, второй жены Тесея.

174

По другой версии, она провинилась тем, что расплескала напиток.

175

По разным источникам – на один день или до самой смерти.

176

С тех пор Одиссей возненавидел Паламеда.

177

Одиссей перед отъездом сказал Пенелопе, что, если он не вернется, она может снова выйти замуж, когда Телемах вырастет.

178

По самому обширному списку, их было 136.

179

Возможно, он открылся только сыну, на время вернув себе прежний облик.

180

Она была дочерью бога ветров Эола, а он – сыном Эосфора, бога утренней звезды.

181

Или очень длинными историями.

182

Зевс отпустил Ио, чтобы она могла вернуться к отцу.

183

Возможно, это тоже посоветовал ей Прометей.

184

Есть версия, что Психея сама обратилась к Афродите, потеряв надежду найти возлюбленного.

185

А также, возможно, птицы.

186

Легенду о Психее и Эроте первым из известных нам авторов рассказал Апулей в своих «Метаморфозах».

187

По Псевдо-Гигину, в перепелку ее превратил сам Зевс.

188

Лето была сестрой Астерии, родила от Зевса Аполлона и Артемиду – за связь с ним ее и преследовала Гера.

189

Эргин, царь миниев, обложил Фивы данью.

190

Как минимум двое, но по некоторым источникам, до восьми.

191

Еврипид говорит о том, что он убил и детей, и Мегару, но по другим источникам, он впоследствии отдал ее в жены Иолаю.

192

По другой версии, Эномай не хотел, чтобы дочь выходила замуж, так как сам испытывал к ней кровосмесительную страсть.

193

Или же сын Гермеса.

194

Возможно, сам Пелоп пообещал Миртилу вознаградить его за предательство господина.

195

Согласно Овидию и некоторым другим авторам, это был Фоант, сын Диониса и Ариадны, однако это противоречит хронологии.

196

Либо женщины Лемноса схватили ее и продали в рабство.

197

В трагедии Еврипида «Гипсипила» именно они спасают мать от смерти.

198

Брисеидой ее звали по отцу, ее собственное имя было Гипподамия.

199

Это тоже прозвище по отцу, настоящее имя, возможно, Астинома.

200

Говорят, что Гектор лишь добил его, а первый удар нанес бог Аполлон, помогавший троянцам.

201

Он отказывался хоронить Патрокла, пока его дух сам не явился к нему и не попросил об этом.

202

Демофонт пообещал Филлиде обязательно вернуться через год.

203

По версии Овидия, много раз ходила встречать Демофонта на берег моря, но, не дождавшись, умерла от горя.

204

Считается, что такие деревья осыпаются в месяц гибели Филлиды.

205

Дочь Кадма и Гармонии.

206

У Эпименида и некоторых других авторов. По Гигину – дочь Эреба и Никты.

207

А также исцеляла его от ран и подарила ему доспехи, выкованные Гефестом.

208

У Гомера Диомед сам ранил Ареса и Афродиту, Афина лишь направляла его.

209

Тоже один из аргонавтов.

210

Перед этим Амфиарай попал вепрю в глаз.

211

Или Меланион.

212

В Ливию.

213

«Хранитель стад» Аристей, обучавшийся у кентавра Хирона и муз, и прорицатель Идмон.

214

От Ареса Кирена родила Диомеда.

215

По Плутарху, амазонки обитали на Кавказском хребте, между Черным и Каспийским морями.

216

По другим источникам – Антиопа.

217

Детей мужского пола они либо убивали, либо отсылали к отцам.

218

Другие авторы говорят о том, что Геракл сразу убил ее и забрал пояс либо он похитил ее сестру Меланиппу, и Ипполита отдала ему пояс в качестве выкупа.

219

У Гигина Тесей приносит Антиопу в жертву, потому что так велел ему оракул Аполлона.

220

Об этом пишет Плутарх.

221

Вероятно, лисицу наслал на жителей Фив Дионис.

222

Однако есть версия, что Геракл влюбился в Омфалу и сам пришел к ней в женской одежде.

223

Различные авторы упоминают и другие растения, украшавшие тирсы, – например, укроп и сосновые шишки.

224

Так, согласно одному из мифов, они разорвали на части Орфея.

225

Или же Дионис привел с собой диких зверей, от которых царевны нигде не могли укрыться.

226

Или в летучую мышь, сову и филина.

227

Титанида, дочь Леланта и океаниды Перибеи. О ней рассказывает Нонн в «Деяниях Диониса».

228

Дочь Геи и речного бога Пенея.

229

Сын царя Эномая.

230

Ферсит не отличался тактичностью и ранее уже бывал избит народом Трои за насмешки, например над Агамемноном.

231

Битва лапифов с кентаврами широко известна в мифологии и положила начало большой войне.

232

По одной из версий, Посейдон сделал его неуязвимым лишь для железа, в то время как дерево могло его ранить.

233

Дочь титаниды Кибелы, одной из древнейших богинь, которую иногда отождествляют с Реей.

234

Истории Диониса и Никеи посвящена отдельная глава в «Деяниях Диониса».

235

От Диониса у нее родилась дочь Телета.

236

На территории современной Турции.

237

Ее имя буквально переводится с греческого как «молва». О ней упоминается в «Илиаде» и «Одиссее».

238

Так как у нее было шесть голов, она сожрала шестерых товарищей Одиссея, в то время как в водовороте Харибды они неминуемо погибли бы все.

239

После того как Зевс вызвал бурю, в которой разбился его корабль и погибли все его товарищи.

240

По версии Паниасса.

241

Возможно, приняв облик змеи или быка.

242

Либо по полгода, либо три месяца в подземном мире, а остальные девять – на земле.

243

Рожденных девочек он при этом предлагал убивать.

244

По некоторым источникам, мальчики Феста все время до прохождения этого обряда носили женское платье и жили среди женщин. У девушек же существовал обычай перед свадьбой ложиться рядом со статуей Левкиппа.

245

В том числе, возможно, сделал ее своей наложницей.

246

По другой версии, сыновья узнали, кто их мать, и освободили Антиопу, пока она была в плену у Лика и Дирки.

247

По другой версии, царем Аргоса был Геланор, которого жители убедили отречься от престола в пользу Даная, получив якобы знак от богов.

248

Вполне возможно, что сыновья Эгипта хотели сделать со своими невестами то же самое, но им это не удалось.

249

Протесилай к моменту женитьбы был уже филакским царем.

250

По некоторым источникам – сын Ареса.

251

Или в рыбу.

252

Все это описывает греческий автор Гелиодор в романе «Эфиопика».

Content

Лиззи Тиффин
Плохие девчонки Древней Греции: Невероятные истории неистовых, страстных, хитрых и бескомпромиссных богинь

Предисловие

1 Строптивые жены Счастливая жена – счастливая жизнь? Нет, если вы женаты на таких особах…

Гея

Афродита

Гера

Прокрида

Медея

Пасифая

Астидамия

Илиона

Рея

Ифимедея

Федра

Кидиппа

Левкона

2 Роковые женщины Соблазнительницы, от которых мужчинам не приходилось ждать ничего хорошего

Геро

Эрида

Елена

Селена

Поликсена

Пандора

Сирены

Эос

Калипсо

Деянира

Нереида Галатея

Коронида

Крессида

Еще одна Галатея

Энона

Салмакида

Пифо

3 (Не)плохие девушки Так чисты сердцем, что не могут не притягивать неприятности

Пифия

Дриопа

Оры

Кассандра

Пирра

Ифигения

Никта

Флора

Гестия

Каллисто

Тефида

Эхо

Европа

Гармония

Мелисса

Эригона и Мера

Бавкида

Амариллис

Дорида

Эгина

Пения

Андромаха

Амфитрита

4 Безумные мамаши Не останавливаются на пути мщения, отчего страдают и их собственные дети

Кирка

Фетида

Клитемнестра

Иокаста

Ламия

Гелла и Ино

Пелопия

Кассиопея и Андромеда

Алфея

Гекуба

Полифонта

Адрастея, Ида и Амальтея

Эндеида

Тиро

Креуса

Тимандра и Булида

5 Опасные сестрицы Вместе с братьями – или против них

Ифиноя, Лисиппа и Ифианасса

Канака

Электра

Эринии

Антигона и Исмена

Мнемозина и музы

Хариты

Филомела и Прокна

Аглавра, Герса и Пандроса

Геспериды

Ариадна

Ирида и Арка

Мойры

Гарпии

Плеяды

Керы

Грайи

Какия и Арете

Библида

Энотрофы

6 Девы в беде Иногда их надо спасать, но и они способны вовлечь других в неприятности

Медуза

Эфра

Даная

Геба

Пенелопа

Алкиона

Ио

Психея

Астерия

Мегара

Гипподамия

Гипсипила

Брисеида

Филлида

Сапфо

Мирина

Семела

7 Жестокие девчонки Они просто проснулись и выбрали насилие

Стикс

Метида

Афина

Аталанта

Кирена

Геката

Ипполита (и амазонки)

Антиопа

Тевмесская лисица

Ехидна

Артемида

Омфала

Менады

Авра

Дафна

Ата

Пенфесилея

Кенида

Никея

Фама

Харибда

Лимос

8 Непокорные дочери Отнюдь не папины дочки – им совершенно все равно, что скажут родители

Мирра

Арахна

Агава и Автоноя

Деметра и Персефона

Фемида

Фисба

Хиона

Левкипп

Антиопа и Дирка

Левкофея и Клития

Данаиды

Лаодамия

Скилла из Мегары

Гермиона

Хариклея

Что еще почитать

Пересказы / художественные произведения

Нон-фикшн

Классика

Подкасты

Благодарности

Notes