Дважды одарённый. Том III

Глава 1

Имение графского рода Резановых.

Граф Владислав Александрович Резанов тяжело выдохнул и медленно поднялся из-за рабочего стола. Взяв чашку с остывшим кофе, он неспешно вышел на балкон, любуясь рассветным солнцем.

— Рассвет… — пробормотал он себе под нос. — А ждёт ли он нас?

Дверь в кабинет тихо отворилась, и в помещение вошёл бессменный дворецкий дома Резановых — высокий, подтянутый старик в ливрее.

— Чего тебе, Григорий? — не оборачиваясь, спросил граф.

— Её сиятельство пришла в себя, — с поклоном проговорил дворецкий.

Владислав Александрович резко развернулся и ожёг старого друга пылающим взглядом.

— Как она?

— В норме, ваше сиятельство. Желает вас видеть.

Решительным шагом граф пролетел мимо дворецкого, вышел в коридор и прошёл в соседнее крыло. Остановившись возле комнаты внучки, он осторожно постучал.

— Алиса, это я, — проговорил граф Резанов.

— Входи, деда, — услышал он в ответ приглушённый голос.

Графиня Алиса Ярославна полусидела, полулежала на своей кровати. Руки, ноги и тело графини были забинтованы пропитанными алхимическими мазями бинтами, а в вене торчал катетер, через который она получала восстанавливающий алхимический коктейль.

Увидев внучку, граф Резанов невольно схватился за сердце.

— Деда? — изумлённо выпалила Алиса.

— Всё в порядке! — быстро выкрикнул Владислав Александрович. — Не вставай. Всё со мной нормально! Прости, что напугал.

Он подошёл к ней и устало улыбнулся.

— Выглядишь уже лучше, — проговорил граф.

— Спасибо. Вашими стараниями.

Девушка поджала губы и тихо спросила:

— Много людей погибло?

Граф скрипнул зубами и через силу произнёс:

— Давай обсудим это позже.

— Деда, — с нажимом обратилась к нему Алиса. — Сколько ратников пало?

— Пятеро… — в сторону произнёс граф, тяжело вздохнул и продолжил: — Раненых ещё больше… Но никто из них не умрёт! Мы приложили все усилия, чтобы сохранить им жизни! Клянусь именем Резановых!

— Пятеро… — повторила за ним Алиса. — Они… отдали жизнь за меня. Я никогда этого не забуду.

— Они сражались за то, во что верили, Алиса, — серьёзным голосом произнёс граф. — Конечно же, мы будем чтить их память.

Девушка напряжённо кивнула и отвернулась к окну. Она с детства знала поимённо всех ратников, ведь рать Резановых гораздо меньше рати среднестатистического графского рода. Все воины рода были ей близки.

Но были и те, кто стал для девушки чуть ли не частью семьи.

— Что с моим… экипажем? — тихо поинтересовалась Алиса, боясь услышать ответ.

Она прекрасно помнила, как её товарищи оставались сражаться, лишь бы дать графине уйти.

— Карина уже пришла в себя и рвалась проведать тебя, но ей положен покой, — тепло произнёс граф.

— Это на неё похоже, — улыбнулась Алиса и внимательно посмотрела в глаза деда, ожидая продолжения.

— Кирилл… Ему досталось ещё больше, но его жизни сейчас уже ничего не угрожает, — осторожно продолжил граф Резанов.

— Рада слышать, — кивнула графиня. — А… Игнат?

Граф скривился и проговорил через силу:

— За его жизнь ещё борются… Он использовал артефакт, пожирающий источник… И… Мы должны быть готовы к худшему.

Алиса стоически пережила удар. С минуту она сидела неподвижно, глядя в стену, а затем проговорила:

— Понятно… Я найду способ ему помочь.

— Но…

— Я не сдамся, деда! — Она решительно уставилась на графа Резанова. — Буду идти до конца!

Граф почувствовал, что глаза его намокли.

— Ты такая же упёртая, как и твой отец… — прошептал он. — И как твой… брат.

— Брат? — подскочила на постели девушка, наплевав на боль во всём теле. — Это в самом деле был он? Он спас меня⁈ Деда, не молчи! Прошу тебя, ответь мне, деда!

* * *

— Это было великолепно! Потрясающе! Невероятно! Я будто бы вернулась в тот день, когда смотрела на твой финальный поединок на турнире! — восхищённо повторяла Ксения. Обвив мою руку, она прижималась ко мне, с восторгом заглядывая мне в глаза.

С тех пор как мы уселись в машину Василия, и наше такси тронулось с места, тревога полностью отпустила гимнастку, уступив место искреннему восторгу.

— Благодарю, — улыбнулся я. — Ты тоже молодец, что проявила инициативу и привела подмогу.

Машина плавно подъехала к стоп-линии и остановилась на светофоре.

— Да только от них уже не было толку, — усмехнулась Ксюша. — Ты со всем справился сам. Ты стал ещё круче с момента нашей первой встречи!

— Да ну?

— Правду тебе говорю. — Она мило хлопнула ресничками, посмотрела в окно и задумчиво произнесла: — Уличные фонари вот-вот погаснут.

А затем, повернувшись ко мне, лукаво улыбнулась:

— А куда мы едем в такой поздний… или, точнее, ранний час?

— Увидишь, — улыбнулся я. — Кстати, у меня для тебя два подарка. Держи. — Я достал из-за спины дубинку-шокер и протянул Ксюше.

Она изумлённо округлила глаза.

— Это мне?

— Ты говорила, что бывают проблемы с докучающими поклонниками. А лёгкий электрический разряд отлично отрезвляет.

— Хм… — проговорила она, приняв из моих рук этот ценный дар. Девушка провела ладонью по дубинке так соблазнительно, что на миг у меня перехватило дыхание.

Долго же я мучил себя воздержанием.

Так, не об этом сейчас. Пока рано думать о таких вещах.

Я плавно выдохнул и припомнил, как несколько минут назад, когда мы садились в машину, ко мне подошёл Василий и протянул дубинку и нож-бабочку. Мол, побитые мной ухари побросали своё добро, а стало быть, это мои законные трофеи.

Хозяйственность Васи мне очень понравилась. Как и вообще всё его поведение этим вечером и ночью. Потому я отдал ему дорогой нож-бабочку.

— Вы уверены, командир? — удивился он тогда. — Он же фирмовый… Денег стоит, и…

— Дают — бери, — спокойно ответил я.

— Понял. Принял. Отблагодарил от всей души. — Василий поклонился и, счастливо улыбаясь, погладил свою новый ножик. — Прелесть… Моя прелесть.

— Знаешь, это очень неожиданный подарок, — проговорила Ксения, оторвав взгляд от дубинки-электрошокера. — Но… — Она мило улыбнулась и быстро выпалила: — Спасибо! Я чувствую твою заботу.

— Не за что, — усмехнулся я. — Но, надеюсь, пользоваться им тебе не потребуется.

— Я тоже на это надеюсь, — предельно серьёзно ответила она.

Я же подумал о том, что наиболее ценный трофей с Арсения и его компашки я оставил себе. Артефактный пистолет мне очень пригодится в дальнейшем. Как и меч, который сейчас лежит в багажнике машины.

У Ксении запиликал телефон, она уставилась в экран, хмыкнула и принялась что-то писать.

— Кто это тебя беспокоит посреди ночи? — спросил я.

Она повернулась ко мне и ехидно улыбнулась:

— А ты почему спрашиваешь? Интересуешься мой личной жизнью?

— Да, — пожал я плечами.

Она опешила от такого прямого ответа. Покраснела и пробормотала:

— Амбер интересуется, чем всё закончилось. Она так-то помогла мне охрану сорганизовать.

— Но сама не стала выходить в люди?

Ксюша встрепенулась и серьёзным тоном ответила:

— Конечно не стала. Опасно это для неё может быть. Она уехала, пока все на вас отвлеклись. И правильно сделала.

Последнюю фразу девушка пробурчала в сторону. Ха, думает, что если бы Амбер осталась с нами на стихийной поствечеринке, произошло бы что-то непоправимое? Считает, что Амбер и меня могла бы очаровать, как остальных своих фанатов?

Несколько минут мы ехали молча. Я ловил на себе любопытные взгляды Ксюши. Она будто бы пыталась решиться на что-то, да так и не смогла.

— Командир, подъезжаем, — произнёс Василий, когда впереди показалось красивое здание с надписью «Отель Цветущий Сад».

— Мы ехали в отель? — хлопнула ресничками Ксюша, и её щёчки начали предательски краснеть.

— А ты против? — уточнил я.

— Нет… ну… — засмущалась она ещё сильнее.

Я улыбнулся и указал пальцем на другую вывеску, висевшую на этом же здании, но заметно ниже:

— Здесь отличный круглосуточный ресторан. Уверен, ты не прочь перекусить после всей этой беготни.

— Что? — изумлённо хлопнула она ресничками. — Да… но…

— Ты уже подумала о чём-то другом? — улыбнулся я, чувствуя, что сдерживать пыл становится всё труднее и труднее. Я положил свою ладонь на её ладошку. Она не отдёрнула руку и не отвела глаз. Я повёл ладонь выше, коснулся её бедра.

Девушка часто задышала.

— Знаешь, — прошептал я ей на ушко. — Тут есть номера с джакузи. Мне кажется, будет здорово совместить поздний ужин с расслабляющими процедурами.

Она чуть отпрянула назад, посмотрела мне в глаза и мягко кивнула.

* * *

На самом деле набор блюд я сформировал заранее — накидав их в корзину на сайте ресторана. И когда я примерно понимал, в котором часу приедем на место, я дистанционно оформил заказ.

Едва мы переступили порог заранее забронированного номера, Ксюша пулей унеслась в ванную комнату, попросив не беспокоить её, пока сама не выйдет.

Так что у меня было время встретить официанта и принять у него сервировочный столик.

— Саша, я готова, — спустя минут пять из-за приоткрытой двери санузла услышал я прелестный голосок.

Оттуда же носился плеск воды. Я заглянул внутрь и увидел завёрнутую в полотенце девушку, сидевшую в джакузи.

— Купальника не было, вот я и… — начала было она, но замолчала, глядя мне в глаза.

— Ты прекрасно выглядишь в этом мокром полотенце, не переживай, — улыбнулся я, расстёгивая рубашку.

Ксюша как заворожённая смотрела на меня. По глазам девушки я видел, что отнюдь не превосходные блюда местного ресторана волнуют её сейчас в первую очередь.

Да и моё тело явно требовало сейчас не еды.

— А как же ужин?.. — прошептала она, когда я полностью разделся.

— А ужин подождёт, — ответил я, перешагнув через борт джакузи.

Я потянул за край полотенца. Ксюша и не думала сопротивляться. Мокрая ткань упала в воду, открыв вид на спортивное тело красавицы-гимнастки.

Я притянул её к себе за талию и с жаром поцеловал.

* * *

— А теперь поедим?

— Ага.

— Мне кажется, ты сейчас не о еде думаешь…

— Ты явно тоже, Ксюша.

— Ну… можем и попозже.

* * *

— Фух! Хоть и поостыло, но всё равно вкусно! Спасибо, Саш!

— Не за что. Приятного аппетита.

— И тебе. А чего ты так быстро ешь? Ты куда-то торопишься?

— Я же говорил, что мне в МАУД надо.

— Да?.. Жаль… Может, останешься?

— Прости, Ксюш. Очень много дел.

— М-м-м… ну тогда ты прав, нельзя тратить много времени на еду!

* * *

— М-м-м… — томно простонала Ксюша, растянувшись на мягкой кровати.

Я кинул взгляд на настенные часы. В самом деле пора вставать. Немного жаль даже.

Приподнявшись на локте, я залюбовался дивными изгибами тела своей подруги. Девушка заметила мой взгляд и хитро улыбнулась. Ей нравилась моя реакция.

— А ты говорил, что у тебя для меня два подарка… — закинула она на меня ногу. — Дубинка и?..

— Второй заберёшь на ресепшене, — улыбнулся я.

Ну в самом деле, разве я мог пойти смотреть выступление знакомой артистки без пышного букета?

— Заинтриговал, — проговорила она, уперевшись пальчиком мне в грудь. — Когда мы ещё увидимся?

— Не знаю пока, — честно признался я.

Ксюша чутка погрустнела и отвернулась на другой бок.

— Мог бы сказать что-нибудь в духе: «надеюсь, как можно скорее», — проворчала она.

Я приблизился губами к её ушку и прошептал:

— Придёт время и увидимся.

Она вздрогнула, и её щёки вновь начали краснеть.

Поцеловав девушку в плечо, я поднялся с кровати и отправился в ванную. Когда я вышел, она уже крепко спала, обнимая подушку и улыбаясь во сне.

* * *

— ЕГОРОВ!!! — заревела во всю глотку комендантша, едва я появился холле общежития.

— И вам доброе утро, Зоя Петровна, — кивнул я, подходя к ней. — Что за шум?

— Что за шум⁈ — Она упёрла руки в бока и начала гневно раздувать ноздри. — А то ты не понимаешь⁈ Ты должен был мне сдать комнату до вчерашнего вечера, а сам где-то загулял! Где ты был, а⁈

— На рыбалке, — пожал я плечами, продемонстрировав ей завёрнутый в плед меч.

Комендантша так сильно выпучила глаза, что мне стало страшно за сохранность её глазных яблок — казалось, они вот-вот лопнут.

— Я заберу все свои вещи сегодня после занятий. Обещаю, — быстро произнёс я.

Она поморщилась и гневно покачала головой:

— Ну уж нет, Егоров… Идти у тебя на поводу я не собираюсь! Даю тебе два часа, чтобы съехать. Точка!

Я напряжённо уставился на неё и произнёс:

— Через пятьдесят минут начнётся первая пара, и…

— Мне плевать! Будешь сам объяснять преподавателям, почему опоздал! Либо иди на пары, но тогда я свяжусь с проректором по безопасности, поменяю замки на твоей двери и опечатаю её!

Она яростно топнула и уставилась на меня пылающим взглядом.

А затем криво ухмыльнулась.

Напоследок комендантша решила уколоть меня этим своим ультиматумом?

Что за детский сад…

— Да будет так, — хмыкнул я, развернулся и побрёл к лестнице.

По дороге я достал телефон и нашёл нужный контакт.

— Привет, Александр! — услышал я жизнерадостный голос Ивана Медведева. — Закончил с делами?

— Закончил, Вань. Но появились новые срочные неотложные дела. Мне нужно переехать до начала пар.

— Что? — опешил он. — Но время же…

— Нашей комендантше плевать, сколько сейчас времени. Ты не подумай, я не давлю, просто ты говорил обязательно тебе позвонить, когда нужна будет помощь.

— Угу… — напряжённо пробурчал он, явно пытаясь что-то сообразить.

Я решил немного подлить масла в огонь:

— А ещё ты вчера в сообщениях извинялся, что Анне и баронессе про мои дела рассказал…

— Да, рассказал, — быстро произнёс он. — И предупредил тебя об этом. Ситуация выдалась крайне тяжёлая, вот и… поговорил с дамами.

— У меня сейчас тоже крайне тяжёлая ситуация…

— Да понял я. Раз обещал — приду. И парней позову — хотя бы один раз сходить туда-обратно они успеют. Если у тебя, конечно, всё готово для переезда.

— Вещи в коробках, Вань — к переезду я с самого заселения готовился. Возьмёшь с собой четверых, и сможем перетащить всё за один раз.

— Хм… Хм…

— Поляна с меня.

— Да я уже купил там кое-что для мероприятия, — пробурчал он. — Слушай, есть двое знакомых Слуг со второго курса. Они за деньги помогут. Ну и наших двое-то наберётся.

— Заплачу.

— Понял. Жди через пятнадцать минут.

Спустя двадцать пять минут после этого разговора я демонстративно отдал ключи опешившей Зое Петровне. Наслаждаясь её изумлённым выражением лица, я пожелал женщине хорошего дня и повёл свою толпу грузчиков прямиком к студенческому общежитию.

Забавно, со мной пятеро человек, из них трое — дворяне: сам Ваня Медведев; щуплый парнишка из Новониколаевска — Коля Лапищев; и московский дворянин — рыжеголовый Захар Ионов. Он в общежитие не живёт, но приезжает на пары заранее и пришёл ко мне на помощь по звонку Вани.

Трое дворян помогают нести вещи простолюдину.

Всё-таки у нас весьма необычная группа.

Хотя нельзя закрывать глаза на то, что Ваня — вассал и друг княжича Пермского. Может быть, через помощь ему дворяне хотят примелькаться перед высокородным боярином?

— Спасибо, парни, век не забуду, — произнёс я, когда мы уже почти подошли к общежитию.

— Да брось ты, было бы за что, — хохотнул Ваня.

— К тому же вы обещали выписать мне гостевой пропуск на вечеринку, — весело добавил Ионов.

Лапищев ничего не ответил, лишь смущённо кивнул. Как и двое «наёмных» Слуг.

Я хотел ещё сказать пару слов, но замолчал, увидев сидящую на подоконнике третьего этажа девушку. Она меланхолично смотрела на двор Академии, на суетящихся студентов, но, когда её взгляд пал на меня, девушка вдруг широко улыбнулась и помахала мне рукой.

Очень приметная девушка.

С неестественно белыми волосами.

Я улыбнулся ей в ответ и кивнул.

— Смотри, Александр, Анна заревнует, — хмыкнул рыжий Ионов, заметивший мои переглядывания с беловолосой.

— А? О чём это вы? — тут же оживился Медведев и начал вертеть головой.

— Девушка с белоснежными волосами в окне третьего этажа… — начал было объяснять Захар, но осёкся. — Ушла уже. В общем, интерес у них с нашим Егоровым взаимный.

— В самом деле? — насел на меня Ваня.

— Хватит распускать слухи, — вздохнул я. — Я даже не знаю, кто она такая.

— Белые волосы… — пробормотал Медведев. — Вроде бы видел такую.

— На нашем курсе учится, — пробасил один из «наёмников». — Но как звать и с какой группы — не скажу.

Я посмотрел на этого громилу, пару секунд подумал и спросил:

— Узнать сможешь?

— Пятьсот рублей, как соберу информацию, — деловито проговорил он и покосился на своего одногруппника. Тот молча кивнул.

— Тогда договорились, — согласился я и твёрдо добавил: — Но информация должна быть максимально полной.

— Сделаю всё, что смогу, — ещё раз кивнул здоровяк.

* * *

Спустя несколько минут.

— Быстрее, парни, поднажмём! — выкрикнул Ионов, срываясь на бег.

— Как я и думал, успеть будет нереально… — обречённо пыхтел Лапищев.

— Всё будет нормально, не дрейфьте! — оборвал их я.

— Но, если нам влетит, с тебя ещё одна поляна, — усмехнулся Медведев.

Я ускорился и, первым добравшись до учебной аудитории, распахнул дверь и переступил порог. Следом за мной ввалились и остальные.

— Всем привет! — поздоровался я с одногруппниками и кивнул сидевшей за преподавательским столом Галкиной. — Елизавета Петровна.

Однако молодая преподавательница, которой в свободное время сильно интересуется проректор Киреев, решила проигнорировать моё приветствие.

Я быстро добрался до своего места, а через секунду зазвенел звонок.

Мы успели вовремя — прибыли, считай, «на флажке».

Но Галкина даже не повела головой. Звонок стих, как и голоса моих одногруппников.

А красивая преподавательница в белой блузке своего любимого фасона всё продолжала сидеть неподвижно.

— Елизавета Петровна, — настороженно позвала её Анна. — С вами всё в порядке?

Женщина застонала, покачнулась и безвольной куклой упала в раскрытую перед ней книжку.

Глава 2

На миг в аудитории повисла звенящая тишина. А затем будто бы разорвалась бомба. Кто-то из девушек ахнул, кто-то из парней тихо выругался…

А я стремглав рванул к преподавательнице. Краем глаза я отметил, что по другому ряду на помощь Галкиной бегут Анна и баронесса.

Но я был быстрее, хотя и сидел дальше них.

Ещё во время своего короткого забега я использовал магию воздуха, так что, когда я оказался возле Елизаветы Петровны, я знал, что нужно делать.

Схватившись за борта её блузки, я рванул их в разные стороны. Послышался треск ткани, на пол с грохотом посыпались пуговицы.

— Александр, что вы?.. — изумлённо начала было Анна, но я перебил её:

— Она не дышит! Ей нужен воздух! Откройте все окна!

Блузка была разорвана, но не только она стягивала грудную клетку женщины. Я запустил руку под блузку преподавательницы, проскользил вдоль её рёбер за спину и одним движением расстегнул главную удавку — лифчик.

— Ловко… — изумлённо пробормотала баронесса, стоявшая рядом.

Однако этих мер тоже было недостаточно, я наклонился над Елизаветой Петровной и осторожно поднял её на руки.

— Парни, подвиньте парты ближе к окну, — поймав взгляд Ионова, быстро сказал я.

Рыжий дворянин решительно кивнул, и вместе с ещё двумя одногруппниками начал выполнять мой приказ.

— Анна, — через плечо обернулся я к самой участливой нашей одногруппнице. — Нужно вызвать медиков сюда. Транспортировать её в таком состоянии опасно.

— Я уже звоню, — ровным тоном проговорил княжич Пермский, продемонстрировав телефон. Затем, найдя взглядом Медведева, он сказал: — Иван, отправляйся, пожалуйста, в медчасть, лично проконтролируй, чтобы они там время зря не тратили.

— Понял! — решительно кивнул его вассал и друг. От привычной весёлости во взгляде и голосе Медведева не осталось и следа.

Он стремглав бросился к выходу.

Я же уложил Елизавету Петровну на парты у окна и снова пустил волну воздуха.

Не дышит.

Проклятье… Ещё и ощущения какие-то странные. Обычно, когда умирает одарённый, энергия из его тела будто бы вытекает. А у Галкиной сейчас источник словно решил крепко-крепко заснуть. Настолько крепко, что даже позабыл, как дышать.

И сердце уже почти не бьётся в её груди.

Ну уж нет, сердечко, отдыхать я тебе не позволю.

— Парни, отойдите подальше, не жгите кислород, — велел я изумлённым одногруппникам. — Анна, а ты, пожалуйста, подойди поближе.

— Хорошо, — кивнула девушка, сделав шаг вперёд. Её мелкая подружка-неразлучница тут же оказалась рядом.

Я стянул с себя пиджак и укрыл им Елизавету Петровну.

— Смотрите, чтобы не свалился, — проговорил я, сунув руку под пиджак. Создав небольшое металлическое лезвие с помощью Родового Дара, я срезал бретельки и окончательно освободил преподавательницу от бюстгальтера.

Затем положил руки её на грудь — чуть выше мечевидного отростка, и надавил. Делать это под пиджаком было не особо удобно, но что поделать? Нечего радовать моих одногруппников видом на огромную грудь молодой преподавательницы.

— Вы ведь всё правильно делаете? — напряжённо спросила Анна после двадцати надавливаний. Вместе с баронессой она следила за тем, чтобы пиджак не скатился.

— Да, — коротко ответил я.

Объяснять ей, что с моим опытом прошлой жизни я могу оказывать людям первую помощь даже с закрытыми глазами, я не стал.

— Хорошо, — сосредоточенно кивнула она. — Я верю вам.

Мой пиджак уже в третий раз «поехал» в сторону, но Анна успела его подхватить.

Я прислушался к своим ощущениям — сердце преподавательницы не разгонялось. Это минус. Но оно уже и не угасало — а это огромный плюс.

Что ж, продолжаем.

Достав руки из-под пиджака, я открыл Галкиной рот и заглянул внутрь. Чисто — слизи или какой другой дряни нет. Наоборот, всё как-то чересчур сухо.

Ладно, приступим.

Я набрал полный рот воздуха, зажал ей нос и потянулся к её губам.

— Что он… — начала было одна из наших одногруппниц, но замолчала, когда я вдохнул воздух в тело преподавательницы.

На глазах у всех её грудная клетка приподнялась. Отличный результат для первого же вдоха — спасибо стихии воздух, с которой я переродился в этом мире.

Ещё один вдох. Отлично! Теперь тридцать надавливаний над мечевидным отростком.

Сделано…

Повторить…

Я продолжил чередовать непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Оба элемента первой помощи я делал так, как не способен обычный неодарённый человек. Я вдыхал в женщину не только свой воздух, но и «магический» совмещая их и делая «пригодными» для её лёгких. А во время каждого надавливания я понемногу вливал чистой маны, будоража её источник. Я не уверен, есть ли вообще в этом мире такая техника — слышать о ней здесь не доводилось. Но вот в прошлой жизни многие сильные одарённые могли её использовать.

В какой-то момент я понял, что в аудитории стало тихо — одногруппники как заворожённые следили за процессом реанимации преподавательницы. В воздухе витало напряжение — ребята были полностью захвачены процессом, будто находились на финале чемпионата мира, в котором наша имперская сборная сошлась с непримиримым соперником — Пруссией.

Лишь изредка звучали тихие и напряжённые фразы моих одногруппников:

— Ну же… Елизавета Петровна…

— Давай же!

— Ну! Дышите!

— Да где эти чёртовы медики?

Я отмечал их поддержку лишь краем сознания, полностью уйдя в работу. Вдох… ещё вдох… Тридцать нажатий.

Снова набрать воздуха в рот, приложиться к её губам, выдохнуть и…

— Кха… — захрипела подо мной Елизавета Петровна и раскрыла глаза.

Я успел приподняться, но наши лица всё равно сейчас разделяло лишь сантиметров двадцать.

— Алек…сандр… Ярославович? — пробормотала она.

Пелена точно спала с её глаз — женщина смотрела изумлённо на меня, а её лицо стремительно краснело.

— Что вы де… — начала было она, но закашлялась и задрожала.

— Елизавета Петровна, — отодвинула меня в сторону Анна и зачастила: — Всё не так, как вам кажется. Вам стало плохо. Александр спас вас. Но вам всё ещё не стоит напрягаться. Отдыхайте, пожалуйста.

— Да… — протянула она как-то обречённо и уставилась в открытое окно. — Точно… плохо…

В коридоре послышался грохот, и несколько секунд спустя в аудиторию ворвались трое медиков, вкатывая перед собой каталку.

— Сюда, пожалуйста! — громко выкрикнула Анна, подзывая их.

— Уважаемые студенты, просьба покинуть аудиторию, — хмуро проговорил старший врач Академии — крепкий мужчина в белом халате и с синей одноразовой маской на лице.

Мои одногруппники расступились, позволяя каталке подъехать к больной, но выходить в коридор никто не спешил.

— Просьба покинуть аудиторию, — хмуро повторил врач.

— Мы очень переживаем за жизнь и здоровье Елизаветы Петровны и хотим убедиться, что с ней всё будет в порядке, — вперёд других ответил княжич Пермский. Голос его звучал ровно, а вот взгляд ничего хорошего не предвещал.

— Да, но…

— Леопольд Игоревич! — обратилась к старшему врачу Анна. — Пока вы добирались сюда, Елизавета Петровна едва не умерла. Не вы оказали ей первую помощь, хотя это именно ваш долг. А теперь вы тянете время дальше, не желая приступать к выполнению своих обязанностей?

Она гордо вскинула подбородок и скрестила руки на груди. В этот момент простая дворянка Анна выглядела даже более величественно, чем «наша главная звезда» — княжич Пермский.

— Кха… кха… — захрипела Галкина.

— Быстрее, чтоб вам! — рявкнул я. — Вы угробить её хотите⁈

Старший врач глянул на меня с явной неприязнью во взгляде, а затем скомандовал остальным:

— Грузим!

Я поймал взгляд Анны и указал на пиджак. Она поняла меня без слов и через секунду уже была рядом с каталкой, придерживая его, чтобы не оголять преподавательницу.

— Я буду сопровождать вас до самой медчасти, — тоном, не терпящим возражений, заявила она.

— Я тоже, — резко произнесла баронесса.

Взглянув на них, старший врач закатил глаза и проговорил:

— Делайте что хотите.

* * *

Одногруппники шумно обсуждали произошедшее. То и дело ко мне подходил кто-нибудь, чтобы выразить восхищение моими навыками. Сидя за своей партой, я отвечал с улыбкой, но довольно коротко.

— Да дайте вы уже отдохнуть нашему герою, — заметив это, громко произнёс княжич Пермский, когда ко мне направлялась очередная одногруппница.

Повернувшись в его сторону, я усмехнулся и благодарно кивнул.

Удивительное дело…

Я устал.

Да, комплекс реанимационных мер, особенно его «магическая» часть, требовали от меня максимального сосредоточения, однако этого недостаточно, чтобы так меня утомить.

Сказывалась бессонная ночь и очень насыщенный вечер.

Интересно, как там моя сестра? Пришла ли в себя?

Сейчас я могу уверенно сказать, что вчера очень сильно за неё волновался.

А сейчас меня волнует то, что произошло с Елизаветой Петровной. Что за странный недуг? Жизнь будто бы засыпала внутри неё…

Как это возможно?

И связано ли это с тем, что проректор Киреев уж очень настойчиво искал внимания этой молодой красавицы-преподавательницы?

Погрузившись в свои мысли, я даже не сразу заметил, что в аудиторию вошла тётушка лет пятидесяти с обесцвеченными волосами — преподавательница из тех, что живут в общежитии. Она сбивчиво представилась и начала рассказывать нам о том, почему эмоциональный интеллект руководителя важен для развития его предприятия, и почему он же может мешать планомерному развитию.

А ведь у нас сейчас по расписанию совсем другая пара… Видимо, администрация Академии кем смогла, тем и заменила экстренно ушедшую на больничный Галкину.

Тихонько, словно две мышки, в аудиторию прокрались Анна и баронесса, вернувшиеся из медчасти. Преподавательница понимающе кивнула и ни слова не сказала против. Как ни крути, кроме ныне исчезнувшего Антипова, все преподаватели из общежития довольно милые и добрые.

Примерно на этой мысли меня и застал мощный энергетический удар в грудь.

— Кха… — невольно кашлянул я, привлекая к себе всеобщее внимание. — Простите, — чуть улыбнувшись, поднял я руку, и сделал вид, что вернулся к скрупулёзному конспектированию лекцию.

На деле же я пытался понять, что со мной происходит. Да, возвращение Воздушного Близнеца всегда происходит немного чувствительно, но сейчас организм будто на миг сковал спазм.

Мне как минимум нужно отдохнуть…

Я потерял мысль, когда воспоминания моего призрачного шпиона начали синхронизироваться с моими. Что тут у нас…

Ага, вот Галкину, накрытую простынёй, которая оказалась у медиков, везут в медчасть, Анна и баронесса идут рядом…

Вот они заехали, преподавательницу перекладывают на кровать, просят посетительниц выйти.

Анна ругается со старшим врачом. Хах… Она так мило смотрится, когда отстаивает свою точку зрения.

Хм… Елизавете Петровне вкололи какие-то лекарства и поставили капельницу. Женщина засопела и уснула, а мой двойник, следуя своему заданию, проверил её дыхание. Ровное и глубокое. Всё в порядке.

Но почему он после этого резко вернулся ко мне? Что случилось…

— Аркадий Сергеевич, доброго дня, — услышал шпион встревоженный голос старшего врача.

— Доброго, Леопольд Игоревич, — властно ответил ректор. — Где она?

— Прошу вас за мной, Аркадий Сергеевич, вот в этой палате.

Послышались шаги, дверь отворилась и…

Воздушный Близнец экстренно свалил, почувствовав опасность обнаружения.

Пропуская половину лекции мимо ушей, я задумчиво уставился в окно.

Что же получается, ректор «прокачал» свою защиту от прослушивания? Прошлый раз он сразу почувствовал неладное, но не придал этому должного значения, в итоге Близнец смог «записать» часть его беседы с Киреевым.

Сейчас же Близнец сразу свалил, едва ректор оказался рядом.

Стало быть, у меня нет возможности наблюдать за ректором.

Что ж… будем наблюдать за другими.

* * *

На перемене я стоял в переходе и, глядя в окно, пил кофе, свежесваренный в автомате.

За спиной раздался очень знакомый цокот каблуков. Не оборачиваясь, я подошёл ближе к автомату и выбрал какао.

— Наши встречи здесь становится своего рода традицией, Александр, вы не находите? — спросила Анна, стоя за моей спиной.

Я дождался, когда автомат приготовит напиток, взял пластиковый стаканчик и, подойдя к девушке, протянул его ей.

— Чем больше приятных традиций, тем лучше, — улыбнулся я.

— Благодарю, — кивнула она, приняв стаканчик, и, сделав аккуратный утончённый глоток, посмотрела на меня своими большими карими глазами. — Вы находите эту традицию приятной?

— Мне приятно ваше общество, Анна, — улыбнулся я. — Особенно когда рядом нет других людей.

Она чуть отвела взгляд и проговорила:

— Ну как же… смотрите, сколько уважаемых студентов ходит по этому переходу. Разве можно говорить, что других людей нет рядом?

— Пусть они и ходят мимо, но им нет до нас дела. Как и нам до них, верно, Анна?

Она подняла на меня взгляд и нахмурилась. Я в ответ лишь улыбнулся.

На что девушка закатила глаза и произнесла:

— Знаете, Александр, вчера вечером у меня появилось к вам много вопросов… Но, пожалуй, я пока что оставлю их при себе. И скажу другое… Я восхищена вашим сегодняшним поступком. В экстренной ситуации вы не растерялись, не колебались и действовали чётко. Признаюсь, это было завораживающе. Вы даже подумали о чести Елизаветы Петровны и во время оказания первой помощи накрыли её своим пиджаком! Но, что ещё важнее — вы спасли жизнь человеку. Спасибо вам за это.

Предельно серьёзно глядя мне в глаза, она обозначила поклон.

— Я принимаю вашу благодарность, Анна. Но, признаюсь, немного удивлён… или, точнее, впечатлён.

— Чем же? — подобралась она.

— Тем, что вы благодарите меня за жизнь постороннего вам человека. Далеко не каждый способен на такое.

Она вскинулась и резко произнесла:

— Так и я не каждая! Жизни людей важны для меня!

— Всех?

— Простите? — сбилась она.

— Я спрашиваю, жизнь всех людей важны для вас? Или есть какие-то критерии?

— Я… — Она поджала губы, резко выдохнула и произнесла: — Я не желаю обсуждать такие сложные темы во время перерыва между занятиями. Давайте сменим тему.

— Давайте, — легко согласился я, удовлетворившись её ответом.

Она не стала кричать мне в ответ «конечно же всех!»

А это дорогого стоит.

— Итак, — продолжил я. — Я тоже хочу сказать вам спасибо за ваше постоянное участие.

— Что? — смутилась она. — Вы благодарите меня?

— Мне нравится, что вы всегда готовы прийти на помощь людям.

Глядя в её прекрасные глаза, я беспечно улыбнулся.

Девушка вздохнула и резко обернулась.

— Я… я…

— Александр! — внезапно раздался громкий мужской голос.

Мы с Анной одновременно обернулись и увидели спешащего к нам графа Сергея Ивановича Самоцветова.

— Здравствуй, — быстро произнёс он и повернулся к моей собеседнице: — Анна, доброго дня, отлично выглядите.

— Спасибо, ваше сиятельство, — сдержанно ответила дворянка.

— Приветствую, Сергей Иванович, — кивнул я. — Чем обязан?

— Надеюсь, я не сильно помешал вашему общению? — спросил он, с подозрением покосившись на нас.

Краем глаза я заметил приближающаяся к нам крохотную чёрную молнию. Что ж, баронесса, как обычно, бежит забирать свою вассалку.

— Нет, что вы, ваше сиятельство, — всё так же сдержанно ответила Анна. — Вы что-то хотели?

— Да вот, хотел перекинуться парой слов с Другом моего рода, — улыбнулся Сергей. — Ваше благородие, — кивнул он подоспевшей баронессе.

— Ваше сиятельство, — в тон ему ответила девушка и взяла подругу за руку. — Анна, прошу, пойдёмте в аудиторию, я хочу обсудить с вами домашнее задание.

Девушки вежливо попрощались с нами и пошли вперёд по коридору. Проводив их взглядом, Самоцветов повернулся ко мне и быстро спросил:

— Надеюсь, я в самом деле не сильно помешал вашему общению?

— Как видишь, если бы не ты, помешали бы другие. — В этот момент рядом с нами не было лишних ушей, так что я позволил себе обращаться к нему проще.

Граф усмехнулся:

— Что ж, рад слышать.

А затем он посерьёзнел и кивком указал на зелёный парк за окошком:

— Пойдём подышим воздухом, разговор есть важный.

— Заинтриговал, — ответил я, зашагав рядом с ним к ближайшему выходу. — А тема?

— Прозаичная, мой друг, — напряжённо проговорил он и продолжил: — графский род Резановых.

Глава 3

Вместе с Сергеем Самоцветовым мы разместились на одной из лавок, скрытых в тени разлапистых сосен во внутреннем дворике Академии.

Граф не решался начать разговор, то и дело напряжённо оглядываясь по сторонам.

— Да не тяни ты, — вздохнул я. — Пара уже скоро. Говори что хотел. Посторонних ушей здесь нет.

Он поднял на меня удивлённый взгляд, а затем понимающе усмехнулся:

— Ну да, твои навыки поиска впечатляют. Я до сих пор в восторге от того, как ты смог обнаружить в ту ночь местоположение боярыни Мурашовой.

— Сергей, — с нажимом обратился я к нему.

— Да-да! — быстро произнёс граф и мотнул своими светлыми волосами. — Ты прав, Александр, времени у нас в обрез. В общем, слушай… особых подробностей я не знаю, но мне стало известно, что на кортеж Резановых вчера напали.

Он напряжённо уставился на меня своими голубыми глазами, отслеживая мою реакцию.

Я нахмурился и коротко спросил:

— И?

Сергей хлопнул глазами и выпалил:

— Что «и», Александр? Тебя это не удивляет?

— На аристократов постоянно кто-то нападает. Я помню, как ехал на машине с твоей бабулей, и тачка взорвалась прямо на ходу. Что дальше-то?

Граф недоумевающе уставился на меня.

— Когда это было? — выпалил он.

— Что? — удивился я. — Ты не в курсе проблем твоего рода?

— Александр, когда был тот случай, о котором ты говоришь? Прошу, скажи мне, пожалуйста! — Он подался вперёд и заглянул мне в глаза.

Играет?

Нет, бабуля Самоцветова в самом деле утаила от него то покушение, которое произошло, когда Айседора Ивановна любезно решила подвезти меня от кадетки до МАУД.

— Я и так сказал многое, дружище. Остальное узнаешь сам, — спокойно ответил я.

Он дёрнулся, насупился и, резко выдохнув, кивнул.

— Хорошо. Бабушка всё расскажет. Так… ладно, вернёмся к твоей проблеме.

— Нет у меня никаких проблем, — пожал я плечами.

— А я говорю — есть, — топнул он ногой. — На Резановых напали среди бела дня. Ситуация, в общем-то, не уникальная… но наша СБ уверена в двух вещах, Александр. — Взгляд его стал предельно серьёзным.

— Внимательно слушаю, — в тон графу ответил я, гадая, узнали ли его эсбэшники о моём участии во вчерашней битве или нет.

— Во-первых, это точно не кто-то из крупных родов, — подняв указательный палец, менторским тоном проговорил Сергей. — То есть, какая-то мелочь. С высокой долей вероятности это даже не бояре, а дворяне. Понимаешь, что это значит?

— Что насчёт второго пункта? — хмуро спросил я, проигнорировав вопрос.

Самоцветов смерил меня взглядом и покачал головой.

— А второй пункт звучит так: среди ратников Резановых есть убитые. В совокупности с первым пунктом это даёт нам очень неприятную картину, Александр. — Он взял паузу, наблюдая за мной.

Я же молча ждал продолжения, хотя и сам понимал, какие выводы сделал граф.

— Александр, вряд ли только служба безопасности нашего рода пришла к этим выводам. А раз так, то крупные рода уже знают, что у Резановых настолько всё плохо с обороной, что даже обычные дворянские ратники могут доставить им серьёзных проблем.

Он замолчал, продолжая буравить меня взглядом.

Я сменил позу, усевшись поудобнее, и закинул ногу на ногу.

— А что насчёт нападавших, Сергей? — спросил я спокойно.

— Почему тебя это интересует? — подобрался граф.

— Скажи мне, сколько трупов у нападавших? — повернув голову, я холодно посмотрел ему в глаза. Сергей поморщился. — Молчишь? Ты не знаешь? Или их пугающе много?

— Неизвестно точно, — ответил граф в сторону.

— А не точно? — надавил я сильнее. — Дай угадаю… По вашим данным, выживших среди нападавших нет?

Самоцветов резко повернулся и выпалил:

— А даже если и так, это что-то меняет⁈ Какая-то мелочь посмела напасть на кортеж графского рода и убить его ратников, Александр! Мне неприятно говорить это тебе, но всем известно, что рать Резановых малочисленна. Это огромный удар по ним. И кто его нанёс? Всего лишь дворяне!

— Сергей… — Я чувствовал, что начинаю заводиться. — Ты хочешь выставить всё так, что Резановы — слабаки. Но всё-таки эти твои «всего лишь дворяне» кровью умылись. Я уверен, дворянский род не справится с Резановыми. Тем более этот, который, как я понимаю, понёс вчера огромные потери.

— А если Резановых решат добить не дворяне? А? Если это будут бояре?

Я напряжённо выдохнул и ровным тоном спросил:

— Что ты пытаешься мне сказать, мой друг?

— Я хочу тебя уберечь, — произнёс он в сторону.

— От чего же?

— От неправильно решения, Александр! — снова взорвался он, глядя мне в глаза. — Ты ведь был вчера там, верно? Я сейчас окончательно в этом убедился.

— Не понимаю, о чём ты говоришь, — пожал я плечами.

— Александр… — тяжело вздохнул Самоцветов. — Не устраивай фарс. Ты ночью отдыхал в клубе наших вассалов. Причём, насколько мне известно, решил отправиться туда в последний момент, иначе местечко для тебя Амбер Ветрова забронировала бы получше. Кажется, будто бы ты не планировал туда ехать изначально. А почему приехал? В общежитие вернуться не успевал?

Он скептически уставился на меня.

— Нехорошо копать под своих друзей, — сказал я, глядя ему в глаза.

— Нехорошо друзей обманывать, — парировал он. — Так что, ты был там вчера?

— Понятия не имею, о чём ты говоришь.

Самоцветов медленно втянул ноздрями воздух и плавно выдохнул.

— Не становись Резановым, Александр, — произнёс он крайне серьёзно. — Иначе погубишь себя. Ты наделён выдающимися талантами, и я уверен, тебя ждёт блестящее будущее. Но только если сделаешь правильный выбор. А если поведёшься на умирающий род ради обретения графского титула — умрёшь вместе с остальными Резановыми.

— Эй, — прорычал я. — Подбирай-ка слова, мой друг. Ты сейчас говоришь о моей семье.

— Александр, — закатил глаза Сергей. — О чём ты? Эта семья потеряла тебя, когда ты был младенцем. Из-за их неуклюжести ты жил в интернатах. Тебя не должно волновать их будущее. Тебя с ними ничего не связывает, и…

— Только потому, что мы сражались с тобой бок о бок, я сделаю ещё одно предупреждение, — перебил его я, чувствуя, как в груди клокочет огонь. Поднявшись на ноги, я навис над ним и хмуро продолжил: — Если скажешь ещё хоть что-то недоброе в адрес Резановых, если посулишь гибель их роду или ещё что-нибудь в этом же духе, мы здорово поссоримся.

Самоцветов смерил меня взглядом и поморщился:

— Ты угрожаешь мне? Графу?

— Я угрожаю в первую очередь своему «другу», — в тон ему ответил я.

Сергей поджал губы и медленно кивнул:

— Хорошо. Прости, если был резким.

Он тоже поднялся на ноги и протянул мне руку.

— Я в самом деле желаю тебе лишь всего наилучшего. — Он вымученно улыбнулся.

Я заметил, что из некоторых окон на нас с любопытством пялятся студенты МАУД. Потому тоже улыбнулся и ответил на его рукопожатие.

— Но знаешь, — держа мою руку, продолжил Самоцветов. — Я всё-таки продолжу мысль. На нас вышли дворяне Извольские и сообщили, что сделали тебе предложение.

— И? — я снова нахмурился.

— Ольга — красивая девушка, — улыбнулся Сергей. — Но, полагаю, этим тебя не удивишь — красавиц вокруг тебя и так хватает. Важно другое: я гарантирую тебе, что, если примешь их предложение матрилинейного брака, будешь жить очень свободно. Тебе дадут заниматься всем, чем угодно, и окажут всевозможную поддержку. Не только Извольские.

Он многозначительно кивнул. Я поморщился и покачал головой.

— Может, и позволят. Но ровно до тех пор, пока мои действия не мешают Извольским… хотя не в них дело. Пока они не мешают их хозяевам — Воронцовым. Так ведь? Или дело даже не в них?

Я криво усмехнулся.

— Воронцовы не станут тебе вредить, — твёрдо произнёс Самоцветов, глядя мне в глаза. — Более того, если ты примешь предложение Извольских, ты сможешь спасти и Резановых. Сможешь обезопасить их род со стороны и позволить ему процветать. Это я тебе гарантирую.

Пару секунд он решительно смотрел мне в глаза, а затем легко улыбнулся:

— Что-то наше крепкое рукопожатие немного затянулось. Не привык я так долго держаться за руки с мужчинами. Пора возвращаться в корпус, Александр. А, точно, я ведь ещё Марьяну Арнольдовну обещал встретить у библиотеки. Всё, я полетел!

* * *

Всю следующую пару, как и пару третью я размышлял над словами графа Самоцветова. Не забывая при этом фиксировать и слова преподавателей — спасибо «Печати Близнеца» за возможность «делить» сознание.

Итак, что мы имеем?

В нашей стране есть восемь княжеств — эдаких государств в государстве, которые ведут свою политику, с оглядкой, разумеется, на политику общеимперскую. Я хочу создать девятое княжество… Но как это сделать — неизвестно. Какого-либо рецепта нет, и за последние сто с лишним лет новых княжеств не появлялось. Единственная зацепка — записанные мне в мозг слова той самой женщины, которая, вероятно, похитила меня.

И которая, вероятно, связана с бывшими князьями Пожарскими…

Княжества — это очень круто.

Но три великих княжества — ещё более крутые и независимые объединения.

И вот ведь парадокс — правит этими тремя великими независимыми княжествами род Романовых, который, по идее, должен, наоборот, заботиться о единстве империи.

Но род Романовых очень сильно размыт кровью других родов. Например, великих князей Крымских, то есть Романовых-Крымских можно считать Саксен-Кобур-Готтской-Гогенцоллернской ветвью рода Романовых. Эта ветвь крепко связана общей кровью с двумя иноземными правящими династиями: Британской и Прусской. А Романовы-Варшавские — по сути носители крови Гольштейн-Готторпская династии. Они — самая первая отделившаяся от изначальных Романовых ветвь, смешавшаяся с древними немецкими родами.

Забавный факт: упоминать другие династии вместе с фамилией «Романовы» запрещено. Потому великокняжеские рода и добавляют к императорской фамилии название своей огромной вотчины.

Правят империей сейчас Романовы-Новгородские. Единственные из трёх ветвей рода Романовых, которые заключали браки с русскими боярами. Более того, в этой ветви сильна кровь рода Долгоруковых — иначе говоря, Рюриковичей.

Таким образом, Романовы-Новгородские исконно русские правители. Вот только в данный момент в старшей семье этой ветви (в семье императора) кризис — нет наследника мужского пола. И если он не появится, то после смерти Императора элита империи будет выбирать следующего правителя из трёх великих князей.

И уже сейчас большинство аристократов уверены в том, что в конечном итоге выберут великого князя Романова-Варшавского.

И вот мы плавно подходим к содержанию моей беседы с Сергеем Самоцветовым.

Он гарантировал мне безопасность Резановых. Есть ли у него силы обеспечить гарантию?

Очевидно — нет.

А вот у его потенциального тестя — брата великого князя Романова-Варшавского — вполне. Я уверен, не просто так в конце беседы Сергей упомянул, что побежал встречать свою любимую невестушку.

И что же выходит? Полагаю, сильные мира сего не хотят полностью уничтожать Резановых. Возможно, из-за нашего Родового Дара — всё-таки далеко не у каждой аристократской семьи Родовой Дар успевает зародиться. А ведь он ещё и развивается с каждым поколением, становясь сильнее и сильнее.

Зачем такое уничтожать, если можно прикарманить?

А как прикарманить…

Хм…

Убить нашего дедулю и матрилинейно женить на Алисе верного тебе человека, не имеющего Родового Дара. Тогда их дети унаследуют Дар Резановых.

Стоп! Но вчера ведь дворяне Масловы пришли как раз за головой Алисы…

А сейчас Сергей говорит мне, что род Резановых можно сохранить…

Неувязочка.

* * *

Именно в таком ключе я и провёл обе пары и обеденный перерыв между ними. Ну ещё Воздушного Близнеца отправлял в медчасть, наблюдать за Елизаветой Петровной. Я убедился, что добивать её там не собираются, дышит она ровно, сердце бьётся уверенно.

Но посетителей к ней не пускают — Анне с баронессой дали от ворот поворот.

Столько всего произошло за эти два дня. Кошмар! Но вывод у меня лишь один: надо быстрее становиться сильнее, пока сильные мира сего всего лишь играются со мной, а не решили во что бы то ни стало меня уничтожить.

— Егоров! — строгий женский голос выдернул меня из размышлений о тяжести бытия.

Мотнув головой, я увидел красивую голубоглазую женщину в чёрной рубашке.

— Здравствуйте, Агата Игоревна, — кивнул я ей. — Как раз шёл на занятия.

— Ну-ка на минутку, — тоном, не терпящим возражений, произнесла она и жестом велела идти за ней следом.

С Агатой мы вошли в небольшую комнату, где на диванчике за планшетом отдыхала блондинка лет тридцати на вид, облачённая в чёрное платье — ведьма-преподавательница из группы Агаты.

— Здравствуйте, Мария Павловна, — поздоровался я с ней.

Она оторвалась от планшета и хмуро посмотрела на меня.

— Когда вокруг все свои, можно просто по имени, — хмыкнула она. — Ты ведь здорово помог нам. Молодец.

— Маш, потом поговорите, занятие вот-вот начнётся, — резко произнесла Вавилова и повернулась ко мне. — Отвратительно выглядишь.

— Спасибо, ёпт, — опешил я.

— Не за что. Ты ослушался меня и толком не отдохнул вчера?

Я тяжело вздохнул и, покачав головой, произнёс:

— Агата, не начинай, я готов к походу. Почти.

— Почти⁈ — возмутилась она. — Что не так?

— Я вчера так и не дошёл до «Диких Ягодъ». После занятий схожу.

— Что⁈ Я ведь говорила, что заранее нужно всё проверить… Александр, я разоча…

Она замолчала и поморщилась

— Молодец, — кивнул я.

— То есть? — ещё сильнее нахмурилась черноволосая ведьма. Её блондинка-подружка с любопытством за нами наблюдала.

— Ты молодец, что сдержалась и не закончила фразу. А у меня вчера была очень уважительная причина, чтобы не дойти до «Ягодъ».

— Насколько уважительная? — холодно спросила Агата. — Я уже не раз говорила тебе: с Проклятыми Землями шутки плохи.

Она испытующе уставилась на меня.

— Если бы я был аристократом, сказал бы тебе «дела рода», — серьёзно произнёс я. — Понятно?

Несколько секунд ведьма буравила меня взглядом, а затем вздохнула и кивнула:

— Понятно. На переправе коней не меняют, но кое-что скорректировать можно. Забирай вон тот мешок, — указала она на огромный чёрный мешок, лежащий возле стола. — Там броня для тебя. Примеришь, скинешь фото. Далее — от сегодняшних занятий я тебя освобождаю. Иди забирай своё добро в «Диких Ягодахъ», а затем ложись спать до вечера. Понятно?

— Понятно, — усмехнулся я.

Спустя минут десять я поставил мешок с доспехами на пол своего номера. Нагнулся над ним, чтобы развязать плотный узел, как вдруг у меня зазвонил телефон.

Кто это?

Уж не Анна ли меня потеряла, когда я не пришёл на лекцию для дважды одарённых?

Хотя у Анны моего номера нет…

Баронесса?

Ну эта решила, что она мне первой не звонит.

Стало быть, Ваня Медведев?

Я достал телефон и взглянул на экран.

Не Медведев.

«Аркадий Петрович Извольский» — гласила подпись на экране.

Он дал мне две недели, чтобы я подумал и принял своё решение относительно матрилинейного брака.

Эти две недели истекают завтра.

Похоже, господин Извольский не вытерпел и сам решил узнать, возьму ли я в жёны его дочь.

Что ж… этот разговор обещает быть тяжёлым.

Глава 4

Несколько секунд я задумчиво смотрел на экран телефона, размышляя, как построить диалог, а затем нажал на зелёную трубку и ровным тоном произнёс:

— Добрый день, Аркадий Петрович. Как ваши дела?

— Здравствуйте, Александр Ярославович. Благодарю, дела мои идут своим чередом, — пробасил он в ответ.

— Если всё в делах стабильно — это уже хорошо.

— Согласен, неплохо. Но, надеюсь, в скором времени дела мои пойдут ещё лучше. И я надеюсь, вы поспособствуете этому.

— Что вы имеете в виду? — изобразил я удивление.

— Александр Ярославович, — вздохнул он, — мы ведь договаривались с вами говорить начистоту. Так что давайте не будем ходить вокруг да около. Послезавтра приём в честь дня рождения моей супруги, о котором я говорил вам ранее. Я хочу представить вас на этом приёме как жениха моей дочери Ольги.

Он замолчал, ожидая ответа.

Быстро мы перешли к главному блюду… Ну, тогда и я тянуть не буду, благо у меня появилась отличная причина, чтобы выиграть для себя ещё немного времени.

— Я прекрасно помню о наших с вами договорённостях, Аркадий Петрович, — серьёзным тоном проговорил я. — Но, увы, на ближайшем приёме я не могу быть представленным, как жених вашей дочери. Дело в том, что через несколько часов я отправляюсь на стажировку в Проклятые Земли, и очень сомневаюсь, что успею вернуться к началу приёма.

Пару секунд мой собеседник молчал, а затем резко произнёс:

— Кто ваш куратор, Александр Ярославович? Назовите мне имя, я поговорю с ним, чтобы вас не брали на эту практику.

Я поморщился и покачал головой, но Извольский, разумеется, этого не мог видеть.

— Увы, но я не могу пойти на это, — спокойно проговорил я. — Далеко не каждому студенту в начале первого курса предлагают пройти стажировку в полевых условиях. Эта вылазка чрезвычайно важна для меня.

— Важнее свадьбы с моей дочерью? — хмуро спросил Извольский.

— В данный момент — да, — ответил я спокойно.

— Вы забываетесь, Александр Ярославович, — прорычал он. — Вы ведь понимаете…

— Простите, что перебиваю, Аркадий Петрович, но вы сами говорили, что заинтересованы в моём Втором Даре. В том, что я могу в будущем добывать трофеи из Проклятых Земель. Говорили о том, что это будет выгодно для вашего рода. Но, чтобы всё это реализовать, мне как минимум нужно получать опыт и становиться сильнее. Да и сам я всё ещё сомневаюсь, что достоин руки вашей дочери. Этот поход станет в том числе и для меня проверкой моих собственных сил. Надеюсь, вы понимаете, о чём я.

В трубке послышалось недовольное сопение.

Я сдержался, чтобы не хмыкнуть.

Да уж… было бы проще, если бы я мог прямо сейчас в лоб сказать Извольскому «нет».

Но, увы, силёнок мне пока не хватает, чтобы идти против целой фракции. Будь Извольские сами по себе — может, и сказал бы всё прямо. Вежливо, но прямо. Однако же за ними стоят Воронцовы. А где-то вдалеке маячат и Романовы-Варшавские.

Пока вся эта свара действует через Извольских, я хотя бы примерно понимаю, что от них ждать. Но если я своим отказом вычеркну Извольских из нашей маленькой игры, что последует дальше? Меня попытаются тупо убить? Начнут воздействовать на друзей и знакомых?

Да мало ли вариантов!

А меня и без их шайки-лейки проблем хватает. Те же кольценосцы МАУД…

— Я услышал вас, Александр Ярославович, — спустя некоторое время пробасил Извольский. — Однако же, приём в честь дня рождения моей супруги мог стать прекрасным местом, чтобы сообщить о вашей с Ольгой помолвке.

— О, Аркадий Петрович, прошу вас, не переживайте, — чуть смягчил я голос. — Если наша помолвка случится, я попрошу своего дорогого друга графа Самоцветова посодействовать в организации приёма, на котором мы сможем о ней объявить.

— Его сиятельство граф Самоцветов? — оживился мой собеседник. — Ваш вариант мне по душе…

Ну ещё бы! Не зря я Сергея сейчас приплёл. Пусть у Извольских есть свой официальный господин, хорошие отношения и благосклонность от другого невраждебного графского рода им будет только на руку — ещё сильнее поднимет их котировки в глазах других аристократов.

— Секунду. — Голос Извольского похолодел. — Вы только что сказали «если», Александр Ярославович? Вы оговорились? Хотели сказать «когда»?

Не люблю, когда на меня давят… А моё новое, молодое и горячее тело всегда очень ярко реагирует на любые раздражители.

И всё же я стерпел и ответил мягко:

— Мне ведь ещё как минимум нужно вернуться живым и здоровым из Проклятых Земель, Аркадий Петрович. Не хочу сглазить, говоря «когда».

Пару секунд он думал, принимать или нет мою отговорку, а затем фыркнул и повторил:

— Я услышал вас, Александр Ярославович. Я буду ждать вас ответ до конца следующей недели. Желаю вам удачи в вашем походе. Возвращайтесь живым и здоровым.

— И вам всего хорошего, Аркадий Петрович, — только и успел ответить я, прежде чем он положил трубку.

Я задумчиво уставился в окно, наблюдая за тем, как ветер качает разлапистые ветви вековой сосны.

Вряд ли в следующее воскресенье Извольский даст мне очередную отсрочку. Нужно будет либо говорить ему «нет», либо искать другие способы тянуть время и водить его за нос.

* * *

Доспех, который Агата взяла в аренду в Корпусе ведьмаков и ведьм, сел на меня как влитой — не зря мы в пятницу под пиво, прямо в баре «Драный Медведь» снимали с меня мерки. Всё, что я заказал через «Дикие Ягоды» — термобельё, товары для экстремального туризма, тактический рюкзак — тоже пришло целое, невредимое, а главное — мне по размеру. Всякие мелочи тоже до ПВЗ доехали.

Одну из таких мелочей, пакетик из набора восстанавливающих порошков, я даже успел протестировать — развёл в тёплой воде и выпил. Вкус и запах оказался приятный — можжевеловый, с добавлением прочих таёжных трав, прекрасно взаимодействующих с небольшой дозой травок из Проклятых Земель. Под этим зельем я проспал около трёх с половиной часов, но в итоге чувствовал себя, как после восьмичасового сна.

Дорогое, конечно, удовольствие… ещё и вызывает привыкание и продаётся ограниченным количеством на аккаунт.

Ну ничего, позже можно будет через Агату из Корпуса заказать.

В общем, к вечеру чувствовал я себя довольно неплохо. Все заботы временно отступили, и меня охватило давно забытое чувство нетерпения. В молодости, в прошлой жизни, я часто испытывал его перед каждым походом.

Но затем оно притупилось, и боевые вылазки стали обыденностью.

Собрав всё своё добро и полностью облачившись в боевой наряд, я в назначенный срок вышел из номера и пошёл по коридору общежития. Время уже было позднее, но нескольких удивлённых студентов на своём пути я встретил.

— Хорошего похода, Александр Ярославович, — лучезарно улыбаясь, поклонилась мне рыжеволосая администраторша из Слуг Скоробогатовых. Меня не особо удивило, что девушка правильно интерпретировала мой наряд — пожалуй, не первого дважды одарённого студента за свою жизнь видит.

— Спасибо, Лина, — кивнул я ей. — А вам хорошей смены.

— Благодарю, — мягко кивнула она.

Я вышел на улицу и втянул полные лёгкие вечернего воздуха.

Кайф!

Жизнь прекрасна!

Я пошёл дальше, но, отойдя метров на тридцать, решил проверить, закрыл ли окна, и обернулся.

Окна я закрыл. А ещё увидел сидящую на одном из подоконников третьего этажа беловолосую девушку. Она внимательно наблюдала за мной, а когда наши взгляды встретились, улыбнулась и помахала рукой.

Я помахал в ответ, прикидывая, в каком именно номере обитает беловолосая. Пойти, что ли, познакомиться в следующий раз?

Нет, стоит дождаться информации от моих второкурсников-осведомителей.

Примерно на этой мысли я увидел ещё одну одинокую фигуру. На сей раз темноволосую и знакомую мне.

Она сидела на скамейке возле дорожки, ведущей к выходу с территории Академии, так что я не мог пройти мимо. То и дело девушка поглядывала в сторону общежития. Мне показалось, когда она заметила меня, немного расслабилась. Однако, чем ближе я подходил, тем более удивлённой и напряжённой она становилась.

— Добрый вечер, Анна, — с улыбкой поздоровался я, остановившись рядом со скамейкой. — А где её благородие?

— Здравствуйте, Александр, — сдержанно поздоровалась моя одногруппница. — Неужели соскучились по её благородию?

— Отнюдь. Просто удивлён, что вы так спокойно отдыхаете в одиночестве, не опасаясь, что она прилетит за вами.

— Что вы имеете в виду? — удивилась Анна.

— Честно говоря, у меня сложилось впечатление, что вы постоянно сбегаете от её благородия, а она тут же всё бросает и начинает искать вас по территории Академии.

Анна нахмурилась, пытаясь понять, шучу я или нет. Сделав правильные выводы, она выдохнула и закатила глаза:

— Всё не совсем так, Александр. Иногда мне удаётся просто договориться с её благородием. Как, например, сейчас. Но вы не расслабляйтесь, она смотрит за нами из окна общежития через бинокль.

На сей раз уже мне пришлось думать, шутит собеседница или нет. Но, вроде бы, убийственный взгляд снайпера я таки спиной почувствовал.

Анна едва заметно улыбнулась и поднялась на ноги. Оглядев меня ещё раз, она предельно серьёзно произнесла:

— Этот доспех вам очень идёт. Минимализм инженерной артефакторики — лёгкие пластины, никаких лишних ингредиентов. Но, полагаю, внутренняя структура рун очень плотная?

— Всё верно, — улыбнулся я. — Доспех — топ за свои деньги. И выглядит стильно. Здорово, что вы смогли оценить!

— Пф! Я ведь тоже дважды одарённая и готовлюсь к стажировке. — Она слегка погрустнела и спустя пару секунд произнесла: — Честно говоря, я хотела бы, чтобы наша пятёрка вместе отправилась в свой первый поход в Проклятые Земли. Но вы нас опередили.

— Ещё до того, как поступил в МАУД, — напомнил я.

— Да… — Она едва заметно улыбнулась и посмотрела мне в глаза. — Но, знаете, Александр, с другой стороны, я рада, что так сложилось, и Агата Игоревна признала вас по заслугам. И теперь, когда меня, её благородие, Ивана Ивановича и его сиятельство допустят до стажировки, вы уже успеете набраться опыта и присмотрите за нами.

— За вами, Анна, я всегда рад присмотреть, — улыбнулся я.

Она подвисла на пару секунд, а затем чуть отвернулась и пробурчала:

— Всё бы вам в шутку свести, Александр.

— А я не шучу.

— Ну-ну. Всё время пытаетесь своими двусмысленными фразами поставить меня в неловкое положение, — начала заводиться девушка. — Я, может, тоже могу вогнать вас в краску!

— Да ну? — хмыкнул я. — Ну, попробуйте.

— Хм… — На секунду задумалась она, а затем в глазах её зажёгся огонь, не предвещавший ничего хорошего. — Вот, например, сегодня… Вы героически помогли Елизавете Петровне. Я это уже отметила и похвалила вас. Но давайте вспомним детали? Как вы умудрились одним движением одной лишь рукой расстегнуть её бюстгальтер?

Я улыбнулся, глядя на её милую моську. Как говорится, размах на рубль, а удар на копейку. Она пытается меня смутить этим?

— А что вас здесь удивляет? — ровным тоном спросил я. — Вы, что ли, не можете свой одной рукой расстегнуть?

— Что? Я? — опешила девушка. — А при чём здесь я?

— Ну так у вас же возникли вопросы, — пожал я плечами. — Так что, можете или нет?

— Я-то могу… — процедила она краснея. — Но вот откуда у вас такие умения, меня очень даже интересует!

— Из кадетского корпуса, — спокойно ответил я.

— Откуда? — ещё сильнее выпучила глаза Анна. — Вы там чем это занимались с кадетками⁈

— Учились мы и с кадетами, и с кадетками, — усмехнулся я. — В том числе учились оказывать первую помощь. В том числе и женщинам. Ну? Я удовлетворил ваше любопытство?

Анна покраснела и отвела взгляд.

— Удовлетворили… — пробурчала она в сторону.

Я усмехнулся, сдержавшись, чтобы не подшутить над ней снова. Определённо эта величественная дама уж слишком мила, когда смущается.

Хех… и ведь я даже не соврал ей. В памяти реципиента в самом деле были воспоминания об одном уроке ОБЖ, на который преподаватель притащил три одетых манекена — мужчину, женщину и ребёнка. Но, конечно же, юноши-курсанты больше хихикали и маялись дурью, чем в самом деле практиковались делать правильно непрямой массаж сердца и искусственное дыхание.

А вот о том, что я получил уйму полезных навыков в прошлой жизни, говорить Анне я, конечно же, не стал.

— Рад был вас увидеть перед отбытием, — честно признался я, когда она снова взглянула мне в глаза. — Но мне пора. Спокойной ночи, Анна.

— Удачи вам, Александр, — проговорила девушка серьёзно.

Я улыбнулся и быстро спросил:

— Обнимемся на прощанье?

— Пф! — выпалила она, вздёрнув носик. Обойдя меня, она, цокая каблучками, направилась в сторону общежития.

Через плечо я смотрел ей вслед, любуясь прекрасным видом на её изящный стан.

Анна остановилась и, обернувшись через плечо, произнесла:

— Мы не прощаемся. Не смейте там погибнуть! До скорой встречи!

* * *

Спустя минуты три после того, как я вышел за ограду МАУД и встал у дороги, рядом со мной остановилась новенькая «Буханка» на высоких внедорожных колёсах.

— Залезай! — выглянув в окно, легко произнесла Агата с пассажирского места.

Я открыл тугую дверь и влез внутрь микроавтобуса. Салон оказался просторнее, чем я ожидал, потолки довольно высокие, сиденья на вид мягкие, хоть и обтянуты войлочной тканью.

— Всем привет, — поздоровался я с командой Агаты.

— Давай рюкзак наверх и присаживайся уже, — велела Вавилова, а затем уткнулась в планшет, на котором что-то изучала.

Под потолком, над сиденьями, были рундуки по типу тех, что используют для ручной клади в самолётах. Я запихал свой рюкзак и уселся на свободный диван — внутри салона они размещались друг напротив друга.

— Привет, — протянул мне руку Василий Петрович, широкоплечий высокий ведьмак лет сорока пяти на вид.

Я ответил на его крепкое рукопожатие.

Сидевшая рядом с ним Мария Павловна молча кивнула мне, как и наш водитель — Марат Измайлович.

«Буханка» тронулась с места.

Какое-то время мы ехали молча. А затем на одном из светофоров Агата отстегнула ремень безопасности и перелезла в салон. Ведьма начала пристально изучать моё лицо, затем стала цепко оглядывать доспехи. К слову, она, как и остальные члены пятёрки, тоже уже была облачена в броню.

— Выглядишь лучше, чем сегодня утром, но как будто бы с тобой всё равно что-то не так, — проговорила она.

— Ты придираешься, — хмыкнул я, ничем не выдав, что в её словах есть доля истины.

Ведь некую странную тяжесть в теле и усталость я сегодня ощущаю.

Вавилова скептически хмыкнула и произнесла:

— Надеюсь, что так. Марат, тебе нормально меня слышно? — повысив голос, спросила она.

— Нормально, — отозвался водитель.

— Хорошо, — кивнула Агата. — Тогда слушайте меня внимательно все. Я уже рассказала, чем именно помог нам Александр. О его заслугах вам всем и без меня известно. Его силу я и Марат уже оценили лично. Поэтому прошу воспринимать его во время предстоящего похода как полноценного члена нашей пятёрки. Всем всё ясно?

— Ясно, — деловито кивнул Василий Петрович.

— Давно ясно, — хмыкнула Мария Павловна.

— Ясно, — пробасил Марат.

Агата покосилась на него и усмехнулась.

— Однако кое-что нам нужно обсудить заранее.

Она повернулась ко мне и серьёзным тоном произнесла:

— Александр, товарищи должны знать, чего ждать друг от друга во время боевой вылазки. Поэтому, пожалуйста, расскажи нам, что за странное свечение от тебя исходило во время медитаций. И что за металлический клинок ты использовал в тот раз против меня? Скажи мне… Неужели это был Родовой Дар?

Она едва ли не дыру прожигала во мне своим пристальным взглядом.

Глава 5

— Это был Второй Дар, — усмехнувшись, ответил я.

Агата удивлённо хлопнула глазами. Мария Павловна и Василий Петрович недоумённо переглянулись, а Марат с силой ударил по рулю.

— Второй Дар? — глядя на меня через зеркало заднего вида, прорычал он. — Ты за кого нас держишь, парень? Второй Дар не имеет никакой визуализации!

— У меня имеет, — пожал я плечами. — Смотрите сами.

Я создал на руке крохотный торнадо, используя ману первого сердечника и преобразуя её в свою стихию, а затем плавно влил в это торнадо Второй Дар. Он засиял холодным светом звёзд, отчего могло показаться, что торнадо создан из крохотной металлической крошки.

Глядя на это, Агата создала похожий конструкт, но только из воды. Я чувствовал в нём Второй Дар. Ведьма, внимательно глядя на мой торнадо, прикоснулось к нему своей водой.

— В самом деле… — пробормотала она. — Это явно Второй Дар. Но… — Она развеяла своё заклинание и изумлённо посмотрела на меня. — Как это возможно?

— Вот таким вот я родился, — усмехнулся я. А затем посерьёзнел. — Но вы должны понимать, что это моя тайна. И открыл я её вам лишь потому, что вместе идём в Проклятые Земли, и вы, как ты и сказала, должны понимать, что именно я делаю в тот или иной момент.

— За сохранность тайны не беспокойся, парень, — пробасил с водительского сиденья Марат. — Но… леший тебя дери, удивил же ты меня в тот раз! Сидел, медитировал и вдруг засиял! Я думал, может, случилось что, помочь тебе хотел… А ты, гад такой, руку мне заломил!

Марат не сдержался и, отвлёкшись от дороги, обернулся через плечо.

— Мне потребовалось тогда всю свою силу воли приложить, чтобы на автомате не врезать тебе. А то проблемы были бы, если бы инструктора стали избивать студентов МАУД.

— Не факт, что у вас получилось бы меня вырубить, — усмехнулся я.

— Это точно, — уже спокойным голосом согласился мужчина, возвращаясь к вождению. — И давай уже вне стен Академии на «ты», без отчеств и политесов.

— Поддерживаю! — вставила свои пять копеек ведьма-блондинка, и тут же добавила: — Но за себя я тебе ещё в Академии всё сказала.

— А меня как раз только по отчеству и можно, — сообщил второй ведьмак. — Привык я, что Петровичем кличут.

— Молод ты для Петровича, — усмехнулся я.

— Да я уже заколебался остальным это объяснять! Вот и принял.

Атмосфера в «Буханке» складывалась довольно дружественная. Я невольно вспомнил ту атмосферу, что царила в группе Агаты, а точнее, в группе её мужа Леонида в тот самый день, когда мы впервые встретились. Похоже, страшное потрясение понемногу отпускает этих людей. Надеюсь, когда их раненые товарищи полностью придут в себя, Агате и её бойцам станет по-настоящему легче.

Вавилова коротко ввела нас в курс дела. Хотя, полагаю, остальные и так знали, куда и зачем мы едем, и мини-лекция была проведена исключительно для меня.

Если коротко, наша цель — уменьшить количество монстров в выбранных Агатой Проклятых Землях. Небольшие группы дважды одарённых уже некоторое время занимаются этим, так что вскоре кто-то может рискнуть и замахнуться на закрытие этих устоявшихся Проклятых Земель.

— А мы, значит, не можем? — спросил я.

— Не потянем, — мотнула головой Агата. — Мало нас — сил не хватит.

— Сил не хватит… — задумчиво повторил я и спросил: — Другие группы тоже туда пятёрками ходят?

— Ну да, — пожала плечами Вавилова.

— А почему бы более крупной и сильной группе не зайти внутрь, чтобы за один присест сразу дойти до Ядра и уничтожить его? Почему туда заходят только пятёрки?

Агата хмыкнула и покачала головой.

— Так исторически сложилось, Александр. Более мощная группа будет востребованнее в более крупных и старых Проклятых Землях. Там и трофеи они свои получат, и пользу принесут. Там, где одной пятёркой идти смертельно опасно. Полноценные рейды нужнее в других местах.

Я кивнул, приняв её ответ. Что-то такое я и предполагал. Это если Проклятые Земли новорождённые, в них могут экстренно отправить рейд, чтобы сразу закрыть их. А если Земли уже устоялись, то их, скорее всего, будут «ковырять» постепенно.

— А разные пятёрки или десятки, те, что не с одного постоянного рейда, редко объединяются в более крупные группы? — уточнил я.

Мария усмехнулась после этого вопроса, а Петрович хрюкнул и едва не сплюнул.

— Редко, — подтвердила мою догадку Вавилова. — Только если игра стоит свеч, и командиры свободных малых групп могут между собой договориться.

Черноволосая ведьма рассказала мне ещё немного о ждущих нас впереди Проклятых Землях, о бытии ведьм и ведьмаков, немного о вольных дважды одарённых. А затем велела отдыхать.

В салоне машины воцарилась тишина. Некоторое время я смотрел в окно, а затем прикрыл глаза.

Да уж… эта странная тяжесть в теле и вялость источника мне совсем не нравятся.

Впервые я ощутил их утром, и в течение дня неприятные ощущения лишь плавно усиливались. На банальное переутомление симптомы не похожи.

Я подцепил какую-то дрянь?

И когда только успел?

Хм…

За этими размышлениями я и уснул.

* * *

— Просыпайся, боец! — хлопнул меня по плечу Марат.

— Я уже не сплю, — ответил я, разлепляя веки.

— Да ну? — криво усмехнулся он. В этот момент его вечно хмурое лицо, обезображенное шрамом, выглядело так, что им можно было пугать маленьких детишек. Марат из тех, кто может говорить про себя: «лечу ваш запор одним своим взглядом».

— Ну да, — хмыкнул я, разминая шею. — Не спал я, а дремал.

— Чем докажешь? — осклабился он.

— Вы поменялись с Петровичем местами на заправке примерно полтора часа назад. Ты заехал туда, когда заканчивалась песня про тополиный пух. А за пару минут до этого, думая, что тебя никто не слышит, и все спят, ты напевал эту песню. Особенно мне понравился момент, когда ты тихо, но с надрывом тянул строчку: «Жара-а-а-ха! Белые хлопья снега…» Браво! Я просто похлопаю.

— Не было такого, — буркнул в сторону Марат.

— Вообще-то было, — поддержала меня Агата, отвернувшаяся от окошка, за которым виднелся подсвеченный рассветным солнцем лесок.

— Да не было же! — ещё сильнее возмутился шрамолицый.

— Маратик, — улыбнувшись, коснулась его плеча Мария, — вспомни, как поётся в другой твоей любимой песне: «Не надо стесняться».

Марат прорычал что-то неразборчивое, но ничего не ответил. Машина, подпрыгивающая на просёлочной дороге, начала сбавлять скорость, затем плавно повернула и остановилась.

Я с любопытством прильнул к окну, рассматривая вбитые в землю деревянные столбы, между которыми была растянута крепкая на вид сетка. Память реципиента подкинула мне знания с прослушанных им лекций. Эта сетка под напряжением. Она нужна, чтобы хоть немного задержать монстров, если те вырвутся из Проклятых Земель в Большие Земли.

— Выгружаемся! — властно скомандовала Агата.

Спустя минуту мы впятером со своими огромными рюкзаками уже стояли на улице. Товарищи начали доставать оружие, и я последовал их примеру. Мои артефактные винтовка и меч до этого были закреплены на рюкзаке, а пистолет висел в кобуре на поясе.

Сейчас же я перевёл всё своё оружие в свободный доступ. Подтянул лямки рюкзака, несколько раз подпрыгнул, проверяя, что ничего не гремит.

Резким движением я выхватил меч из ножен и сделал взмах.

Отлично, ничего не мешает.

— Впечатляет, парень, — одобрительно проговорила ведьма-блондинка и замерла, изумлённо распахнув глаза. — Что у тебя за винтовка? «Гранит-М»⁈ Да нет, не может быть…

— Он самый, — усмехнулся я.

— Откуда? — подалась вперёд девушка. — Дай посмотреть поближе?

Она невольно состроила просящее выражение лица, протянув ко мне руки. Серые глаза ведьмы буквально умоляли дать ей подержать винтовку.

— Прости, Мария, — улыбнулся я. — У меня нет привычки давать свой рабочий инструмент в чужие руки.

— Фу! Жадина! — фыркнула ведьма и отвернулась. — Так-то правильно… но мог бы и не отказывать товарищам. Это же Гранит-М! Я ещё три месяца назад встала в очередь, как появилась запись на предзаказ! А мне ещё минимум полгода ждать! Как это возможно, Александр?

Она снова резко обернулась ко мне.

Но ответить я не успел.

— Боги с ней, с винтовкой, Маша! — быстро произнёс Петрович, повесивший себе на перевязь два парных артефактных клинка. — Ты видела его меч? Вот где настоящее произведение искусства! Мне показалось, там минимум третья ступень! Но, скорее всего, четвёртая! Вот это действительно находка. — Он заглянул мне в глаза и заискивающе произнёс: — Ты точно простолюдин из интерната, Александр?

— Точно, — усмехнулся я.

— Хм… — подозрительно прищурился Петрович. — Не в каждом дворянском роду такие сокровища имеются. Впечатляет… Очень впечатляет!

— Я вам говорил, что наш новенький ещё большее необычный, чем может показаться на первый взгляд! — пробурчал Марат. — А вы мне не верили. О, Агата возвращается.

Кивком он указал на нашу командиршу, которая только что о чём-то беседовала с солдатами, охраняющими оцеплённые Проклятые Земли.

— Всё в порядке, — с ходу произнесла Вавилова. — Прорывов в последние дни не было, зайдём спокойно, и…

Она замолчала, изумлённо уставившись на рукоять моего меча. Даже по ней можно было понять, какого уровня артефакт скрывается в кожаных ножнах.

— Ты и меч уже раздобыл? — выпалила Вавилова. — Когда ты всё это успеваешь, Александр? Я ведь специально для тебя привезла запасной клинок… С тем, как ты обрастаешь ценным добром, может, и не надо тебе в Проклятые Земли ходить? Просто подождёшь месяцок, и всё у тебя само появится?

Она уставилась мне прямо в глаза. Пусть говорила ведьма легко, я понял, что скрывается за её словами.

Она даёт мне последний шанс отказаться от похода.

— Нет, Агата, — покачал я головой. — Это так не работает. Само оно не появляется.

Черноволосая ведьма выдержала мой взгляд и молча кивнула.

Затем обвела всех властным взглядом и хлопнула в ладоши:

— Группа! Готовность номер один! Выдвигаемся через две минуты!

* * *

К непосредственным границам Проклятых Земель мы ехали на огромном бронированном армейском вездеходе. Шестиколёсная техника, каждое колесо которой было «ростом» с меня, сумела взбудоражить мою душу. Отличная вещь: надёжная, с высокой проходимостью и стильная. Я даже невольно задумался, где мне себе раздобыть похожую машину? Взять трофеем у какого-нибудь рода?

Стоп! До этого ещё далеко. Сначала титул, потом земли и потом уже вездеходы. И вообще, перед тем как такую машину брать, можно бы сперва и легковушкой обзавестись.

Ехали мы недолго — километра два, по истечении которых военный с погонами капитана на плечах громко произнёс:

— Тормози!

Водитель выполнил приказ, и наша пятёрка выгрузилась на небольшую зелёную лужайку.

— Удачи вам! — серьёзным тоном пожелал капитан, стоя на высокой подножке вездехода. — Надеюсь, вы уже наконец-то закроете это место.

Он потряс в небе кулаком. Агата ответила ему тем же жестом.

Вездеход развернулся и покатился в обратном направлении, оставив нас глядеть на расстелившийся метрах в ста густой туман.

Выглядел он необычно. Цвет какой-то уж слишком тёмный, а местами видны какие-то зелёные всполохи. Стелился туман не ровно, а куполом — стоя на расстоянии, я отчётливо это видел. Причём купол был сильно вытянут к небу, как порезанная пополам дыня. Туман Проклятых Земель поднимался гораздо выше обычного природного тумана. Мне даже сперва показалось, что он уходит куда-то в космос. Но чуть позже я смог разглядеть верхнюю границу.

— Бивень, ты идёшь первым, мечи наготове, — перейдя на позывные, Агата отдала приказ Петровичу.

— Понял, Ворона, — резко ответил мужчина, обнажив клинки.

— Керн, ты прикрываешь, — повернулась она к Марату. — По возможности стреляешь вместе с нами. Рысь, я и Близнец за вами. Наш приоритет — огонь из винтовок. Всем всё понятно? Отлично, вперёд!

Пятёрка Агаты двинулась вперёд слаженно, точно была единым организмом, в который я смог отлично интегрироваться. Пустых разговоров больше не велось, но я отметил на себе взгляды обеих ведьм и Керна (Марата). Товарищи смотрели на меня одобрительно.

Переход из Больших Земель в Земли Проклятые произошёл как-то буднично. Мы просто вошли в густой, непроглядный туман.

— Продолжаем движение, Близнец, не теряй темп! — услышал я голос Агаты. Саму ведьму в тумане я почти не видел, как и она меня, иначе Вавилова бы знала, что я ничуть не сбился с шага.

— Есть! — отозвался я, чтобы успокоить командиршу.

Спустя метров десять туман начал медленно расходиться, а ещё метров через сто можно было уже свободно ориентироваться в окружающем пространстве.

— Налево, Бивень, — велела Агата, приметив вдали в тумане высохшее дерево.

Наш направляющий молча скорректировал курс. Вскоре я смог разглядеть это дерево — мёртвая ива.

Под ногой хлюпнуло особо громко, и я по щиколотку увяз в грязной жиже, однако быстро высвободил ногу и продолжил движение.

— Остановились! — скомандовала Вавилова, когда мы подошли к иве. Мои товарищи напряжённо оглядывались по сторонам, всматриваясь в жухлую гнилую траву и вязкую почву.

— Следов не вижу, — произнёс Марат.

— Как и я, — кивнула Агата. — Похоже, одиночных монстров рядом нет, как и ожидалось.

Она замолчала и внимательно посмотрела на меня.

— Нормально? — коротко спросила ведьма.

— Да, — в тон ей ответил я, не став упоминать то, что после перехода в Проклятые Земли тяжесть в теле стала ещё заметнее. Здесь ведь и так тяжело дышать, а мне из-за неожиданного недуга совсем уж проблематично.

Но моим товарищам волноваться об этом необязательно. Ещё немного, и я сам смогу решить свою маленькую проблемку со здоровьем.

— Отлично, — кивнула она и достала из подсумка какой-то тубус, исписанный рунами. Ведьма активировала артефакт, вложив в него ману.

Из тубуса начал подниматься фиолетовый дым, который плавно накрыл нас и исчез.

А если точнее, впитался в кожу и вещи — пусть и слабо, но я ощущал его энергию.

— Что это? — напряжённо спросил я.

— Покров невидимости, — спокойно пояснила Агата, сняв с себя рюкзак и убрав в него тубус. — Заряжается долго, но и действует долго — на наш поход хватит. Благодаря ему большинство монстров не смогут нас обнаружить, пока не подойдём к ним близко.

Я невольно вспомнил мой первый день в этом мире. Тогда десятка Агаты смогла подобраться к нам незаметно, хотя я и использовал поисковое заклинание. За месяц с лишним я своё заклинание прокачал. Сегодня я использовал его с того самого момента, как наша «Буханка» остановилась возле ограждения. И сейчас я пусть и смазано, но всё же ощущал дыхание своё собственное и своих спутников, даже несмотря на работу «покрова невидимости».

— Керн? — обратилась Вавилова к Марату, державшему на ладони небольшой артефактный компас, стрелка которого крутилась, как сумасшедшая.

— Один момент, — сосредоточенно ответил наш шрамолицый.

— Что ещё? — напряглась Мария, подходя к нему ближе. — Почему так долго крутится? Мы ведь у самой границы. Что-то не так?

— Нормально всё, — хмуро ответил Марат, не сводя глаз с беснующейся стрелки.

По его голосу я понял, что на самом деле всё не очень-то нормально.

— Что мы ищем, Ворона? — твёрдо спросил я у Агаты.

— Монстров, — быстро ответила она. — Стрелка должна показать на их ближайшее крупное скопление.

— А раз стрелка не может так долго определиться?.. — Я замолчал, предлагая ей продолжить за меня.

— Значит, скопление не одно, — за Вавилову ответила Мария и повернулась к нашей командирше. — Это ведь почти зачищенные Проклятые Земли, Ворона. Разве тут может быть несколько крупных скоплений прямо у границы?

— Ты не хуже меня знаешь, что в Проклятых Землях всё возможно, — процедила Вавилова, не сводя глаз с компаса на ладони Марата. — Отставить разговорчики. Стрелка стабилизировалась. Бивень, выдвигаемся, бери левее.

Петрович решительно кивнул и повёл нашу пятёрку вперёд.

Я же продолжал расширять своё поисковое заклинание, напитывая его маной. Вскоре я ощутил впереди дыхание монстров. Твари не стояли на одном месте — всей своей стайкой они направлялись в сторону границы Проклятых Земель.

Я перевёл взгляд на Марата, тот, не сбавляя шага, напряжённо пялился на свою ладонь. С этого ракурса никто, кроме самого Керна, не мог разглядеть стрелку компаса.

Но, похоже, стрелка снова не может определиться.

— Ворона, поход будет явно интереснее, чем ты полагала, — изрёк я, поняв, что если продолжим двигаться изначальным курсом, разминёмся с монстрами.

— Что ты хочешь этим сказать, Близнец? — быстро спросила она.

— Пятнадцать тварей идут к границе, — указал я рукой в ту сторону, где сейчас находилось ближайшее скопление монстров. — Я не знаю, собираются ли они выйти…

— Что? — быстро выпалила Агата. — Стоять всем!

Вавилова быстро подошла ко мне и хмуро уставилась мне в глаза:

— Это правда?

— Да, — кивнул я.

— У тебя какой-то артефакт? — нахмурилась Агата. — Почему не сказал раньше?

— Я и так открыл вам одну свою большую тайну, — хмуро произнёс я. — И я хотел посмотреть, как профессионалы работают в обычных условиях сами. Разве не в этом цель моей стажировки?

Вавилова недовольно поджала губы. Она дёрнулась вперёд, чтобы возразить, но я не дал ей сказать слово:

— Но условия, похоже, необычные. Значит, и методы мы будем использовать необычные, верно, командир?

Глава 6

Несколько секунд черноволосая ведьма недовольно смотрела на меня, а затем медленно произнесла:

— Верно. Редко, но бывают случаи, что монстры вырываются из Проклятых Земель почти сразу после того, как в них вошли дважды одарённые. Если у нас именно этот случай, мы должны перехватить тварей. За тем мы сюда и пришли. Я доверюсь тебе, Близнец. Веди нас!

Я молча кивнул и, повернувшись влево, указал рукой перед собой.

— Бивень, это направление. Ускоряемся, поблизости врагов нет.

Петрович вопросительно взглянул на Агату. Поколебавшись секунду, ведьма приняла для себя окончательное решение и кивнула, подтверждая мои слова.

Мы побежали в указанном мной направлении на большой скорости, не обращая внимания на хлюпающую под ногами жижу и обруливая мёртвые деревья и кустарники. Я внимательно отслеживал текущее местоположение нашей цели и по необходимости корректировал курс:

— Бивень, левее.

Или же:

— Сильно смещаешься, чуть правее возьми!

Спустя минут десять я громко произнёс:

— Мы их настигли, метров сто от нас, — и указал вперёд в густой туман. Если присмотреться, там уже можно было рассмотреть крупные силуэты, каждый почти три метра в длину и около полутора в высоту.

— Вижу! — подтвердила Агата и принялась раздавать приказы: — Бивень, медленнее. Керн, будь готов поставить стену. Близнец, Рысь, я выбираю цель, вы стреляете по ней же. Бейте по слабым точкам. У иглогривов это бока — ровно по центру между передней и задней лапой, примерно тридцать сантиметров в диаметре, почти у самой брюшины.

Агата мельком глянула на меня. Ну да, опять внеплановая лекция для стажёра. И это притом, что о слабых местах местных обитателей она рассказывала мне ещё в «Буханке».

— Принято, — быстро ответил я. — Бока или глаза, как у большинства монстров.

— Ха! — хохотнула блондинка. — Ты ещё попробуй попади ему в глаз. Лучше не тратить время и бить в бочину.

— Попаду, когда увижу, — спокойно ответил я, уперев приклад в плечо и прицелившись.

Далековато пока что.

— Близнец, главное эффективность, а не эффектность, — хмуро произнесла Агата.

— Знаю, — спокойно ответил я.

Черноволосая ведьма нахмурилась, а затем выдохнула и произнесла:

— Разрешаю попробовать, но, если не получится, и я прикажу стрелять тварям в бока, не думай спорить.

— Идёт, — спокойно ответил я.

А через пару секунд я уже смог хорошо разглядеть ближайшего к нам монстра — огромную кабаноподобную тварь, шкура которой была покрыта каменными пластинами и каменными же шипами. Если хорошенько присмотреться, можно было разглядеть слабые точки на боках монстра — пластины на них имели иной оттенок и были больше похожи на гигантское песочное печенье, а не на цельный камень.

Но меня больше интересовали зелёные глаза монстра.

Вижу цель — уже можно стрелять.

Но, сперва, конечно, нужно дождаться приказа Агаты. Я не хотел бы лишний раз ставить под сомнение авторитет командира в глазах её подчинённых.

— Бивень, стоп! — скомандовала Вавилова. — Готовься встречать гостей. Керн, в стрельбу не лезь, подготовь стену. Ставь на своё усмотрение, но не слишком рано. Рысь, Близнец, огонь сразу же после меня.

Она прицелилась и плавно нажала на спусковой крючок. Послышалась трель — три выстрела слились в один!

Все три пули попали в бочину ближайшему монстру.

— Г-Р-Р-Р-А-А-А!!! — вскинувшись, заревел он, и как гарцующий конь вскочил на задние лапы.

За миг до этого ещё три артефактные пули от Марии тоже успели попасть в цель. «Песчаная» броня треснула и проломилась — последняя из пуль вошла в плоть монстра, и на жухлую траву брызнула его тёмная кровь.

Но развить успех сразу ведьмы не смогли — иглогрив сменил положение, и сейчас ни один из его боков не простреливался с нашего места.

Монстр ринулся вперёд, не прекращая рычать от ярости и боли. Его сородичи уже разворачивались и тоже верещали.

Что ж…

Приступим.

Я наполнил маной заранее подготовленный конструкт заклинания, и благодаря «Печати Близнеца» скопировал его. Нажал на спусковой крючок, активируя первый конструкт. Я выставил одиночный режим стрельбы, и пуля, вырвавшаяся из дула «Гранита-М», по едва заметному ветровому тоннелю устремилась в левый глаз несущегося на нас иглогрива.

Тут же я развеял туннель и активировал «копию» заклинания.

Ещё один выстрел!

Вторая пуля, точно поезд метро по рельсам, понеслась точнёхонько к конечной станции — к правому глазу чудовища.

Обе пули были у цели почти одновременно, пробив не только глаза, но и мозги твари с двух сторон. Иглогрив звучно хрюкнул и умер на полной скорости, завалившись под лапы своих сородичей.

Два монструозных хряка запнулись об эту тушу и начали падать. Остальные оббежали павшего собрата и продолжили нестись на нас, выбивая копытами во все стороны вязкую жижу.

— Етить! Как это⁈ — изумлённо выпалила Рысь.

— Не отвлекайся! Огонь! — рявкнула Агата, стреляя по другому монстру.

С нашего ракурса в бочину попасть было не так-то просто — нужно было бить под углом. Но для «обычного» стиля стрельбы, казалось бы, сделать это легче, чем выцелить крохотный зелёный глаз скачущей на тебя твари.

Так что Агата продолжила следовать своему изначальному плану.

А вот Мария начала стрелять этому же монстру в морду, пытаясь попасть в незащищённые глаза. Однако же её артефактные пули отскакивали от каменных наростов на лбу и носу чудища.

Разве что одна из пуль смогла сбить торчащий кверху длинный клык иглогрива.

Мельком глянув на стрельбу двух ведьм, я перевёл ствол винтовки на другого монстра и дважды нажал на спусковой крючок, прикончив тварь.

— Есть! — прорычала Агата, всадившая аж десяток пуль в бочину «своего» монстра. Черноволосая начала быстро менять магазин, в то время как её подруга уже стреляла в глаза очередному чудищу.

— Да! Ха-ха! Попала! — радостно выкрикнула Мария, когда иглогрив с простреленной через глаз головой рухнул под лапы своим сородичам.

Ещё оставалось одиннадцать тварей, и они уже были совсем близко.

— Керн, стена! — крикнула Агата.

— Есть! — отозвался Марат, который, похоже, хотел дать монстрам ещё немного ближе подойти к нам.

— Ворона, бей в глаз, помогу! — крикнул я, заметив, что Агата вновь готовится стрелять.

Я активировал ветровой тоннель, проложив его от штурмовой винтовки Агаты до «её» монстра. Поддерживая его, я тут же актировал «копию» заклинания, прицелившись в соседнего.

Выстрелили мы одновременно. В этой ситуации я решил не экономить патроны, так что потратил три пули вместо двух. Агата потратила больше.

— Ещё девять! — выкрикнула Вавилова и, дёрнув ремень винтовки, закинула её за спину. Уже через секунду она держала свой излюбленный длинный меч с тонким лезвием, по которому бегали молнии. — Близнец, Рысь, на стену! Прикройте нас сверху!

С силой оттолкнувшись от земли и выпустив поток ветра, я закинул себя на созданную Маратом каменную гряду. Рядом оказалась Мария, для которой Керн успел сделать три ступеньки.

— А мне поможешь? — весело спросила девушка, целясь в очередного монструозного кабана.

— Сама давай! — отозвался я, нажимая на спусковой крючок и активируя заклинание.

— Жадина! — фыркнула Рысь и начала решетить бочину подвернувшемуся ей монстру.

А между тем трое наших товарищей внизу бились врукопашную. Вот тут-то и раскрылся весь потенциал опытных ведьмаков и ведьмы ранга Иерарх. Марат ставил стены прямо перед монстрами, заставляя их терять темп и, что важнее, разделяя их. Петрович активно орудовал парными клинками, выпуская ветровые серпы и ускоряя себя стихией ветра, а Агата…

Она двигалась так красиво и отточено, будто бы танцевала. Ни одного лишнего движения! А как она великолепно сочетает возможности своего клинка с двумя своими стихиями?

Мягко оттолкнув водой разъярённого иглогрива, она создала перед лезвием меча узкий вихрь, который, закручиваясь, повышал пробивную мощь её оружия. Коротким движением она вонзила клинок в слабую точку монстра — его бок. Хряк завизжал, а меч продолжил всё глубже и глубже входить в его плоть.

И завершающий штришок — поджарить монстра изнутри сорвавшимся с меча белоснежными молниями.

Тем временем я пристрелил уже пятого и целился в шестого.

Выстрел! Ещё один!

Не прошло и минуты, как пал последний иглогрив из этого скопления. Я выпустил поток воздуха, проверяя, остались ли живые монстры.

Нет, всех прикончили.

— Фух… хорошо размялись, — проговорил Петрович, оглядываясь по сторонам.

— И не говори. Близнец, есть кто рядом? — спросила Агата, задрав голову.

Я спрыгнул с каменной стены и ответил:

— Поблизости всё чисто.

Несколько секунд я разглядывал мерзкую тушу монстра, валяющуюся у моих ног.

— Ну и тварь… — пробормотал я, глядя на каменные пластины и бесчисленные шипы. — Сложно поверить, что когда-то он был обычной свиньёй.

— А может, и не был, — ровным тоном произнёс Марат, и вскинув руки, начал «убирать» свои каменные стены. — Может, конкретно этот экземпляр уже таким родился.

Я невольно припомнил лекцию Агаты, проведённую специально для меня в «Буханке». Как правило, чем меньше Проклятые Земли, тем меньше там видового разнообразия монстров. В большинстве молодых Проклятых Земель вообще живёт лишь один вид монстров. Но откуда берутся монстры? Вопрос, который до сих пор не даёт покоя многим учёным, ведь нет однозначного ответа.

В Проклятых Землях можно столкнуться с какими угодно монстрами.

Но всё же сейчас принято считать, что больше половины Проклятых Земель развиваются по одному сценарию — появилось Ядро и потянуло к себе всю живность. Тот вид, представителей которого было больше, наделяется извращённой маной и «выплёвывается» обратно. Важно понимать, что считается живой вес, а не количество представителей вида, иначе в Проклятых Землях были бы одни монстры-насекомые.

Так вот, в месте, где мы сейчас находимся, раньше располагалась крупная ферма. Причём у владельца были не только свиньи, но и другой скот.

Однако свиней было больше.

Я ещё раз посмотрел на монструозного кабана у моих ног. Как ни крути, на обычную свинью он похож уж очень отдалённо.

Но это ещё одна особенность Проклятых Земель. Например, волки из тех Проклятых Земель, в которых я оказался четвёртого июня, по словам Агаты, скорее всего, в прошлом были лишь бродячими псами. Иначе откуда в Химках столько волков?

Но все мы представляем свору бродячих собак — весьма разномастное зрелище.

А те волки выглядели как под копирку.

Вот она, сила Проклятых Земель. Они лепят монстров из животных с захваченных территорий. Притом могут делать это бесконечно долго, запоминая слепок и создавая в Ядре новых тварей целиком из поглощённой и переработанной энергии нашего мира.

— Чего застыл, парень? — хлопнул меня по плечу Петрович. — От боя отойти не можешь?

— Было бы от чего отходить, — усмехнулся я. — Просто думаю, как мы все эти трофеи домой потащим.

От моего лёгкого и непринуждённого тона опытный ведьмак изумлённо замер.

— Ха-ха, — засмеялась Рысь. — Ворона, скажи, а ему точно стажировка нужна? Где это видано, чтобы стажёр во время своего первого боя уничтожил больше монстров, чем кто-либо другой из команды ветеранов?

Агата задумчиво посмотрела в мою сторону и хмыкнула:

— А я вам сразу сказала, чтобы вы воспринимали Александра как нашего полноценного товарища, а не как стажёра. Что же до твоего вопроса, — посмотрела мне в глаза ведьма и хмыкнула: — Заберём трофеи позже. Все места сражений я отмечу на карте. Все готовы идти дальше?

Она обвела нас взглядом, мы утвердительно кивнули в ответ.

— Близнец, Керн, есть направление?

— У меня пока нет, — ответил я, прислушиваясь к своим ощущениям.

— А у меня есть одно и очень чёткое, — не скрывая радости в голосе, ответил Марат и, развернувшись, указал рукой направо от себя.

— Отлично! Выдвигаемся! — скомандовала Агата.

Мы снова пустились в путь. Одарённые гораздо выносливее обычных людей, потому мы могли очень долго передвигаться быстрым шагом, не боясь устать. Агата, поглядывая по сторонам, коротко давала новую вводную, Марат, сверяясь с компасом, корректировал движение нашего направляющего — Петровича.

Я же чувствовал, что дышать становится всё тяжелее и тяжелее. «Зараза», подцепленная мной вчера, довольно быстро развивалась в Проклятых Землях.

Любопытно…

Но хорошо, что я уже закончил её анализ. Теперь бы надо «вылечиться», и…

— Проклятье, опять она крутится, как сумасшедшая! — выругался Марат.

— Поблизости ещё одно скопление тварей, — подобралась Агата. — Близнец?

— Понемногу расширяю поиск, пока ничего. Стоп! Они прямо по курсу. Движутся. — Я указал влево. — Метров девятьсот до них. Численность… четырнадцать.

— Поняла! Придерживаемся нового плана! Рысь со мной, мальчики вместе!

Половину пути мы прошли единой пятёркой, а затем ведьмы стали брать правее от нас. Агата посмотрела на меня в реальном бою и поняла, что не стоит опекать меня как слепого котёнка. А значит, группа может действовать эффективнее, хоть и рискованнее.

— Мы на месте, — через микро-гарнитуру услышал я голос Агаты на канале группы.

— Принято. Движемся дальше, — ответил ей Марат и, повернувшись ко мне, спросил: — Сколько ещё?

— Ещё немного, — проговорил я, целясь в ближайшего иглогрива. — Всё. Готовимся.

— Мы на позиции, Ворона. Огонь по готовности, — тут же произнёс Марат.

Я плавно выдохнул и активировал заклинание, одновременно с этим нажимая на спусковой крючок.

Через миг активировал копию и выстрелил ещё раз.

Хряк сдох, даже не поняв, что происходит. Его сородичи изумлённо завертели башками. Не теряя времени, я прикончил ещё одного.

— ГР-РА-А-А!!! — в унисон заревели монструозные кабаны и на всех парах рванули в нашу сторону.

Я молча прикончил третьего. Затем четвёртого.

Справа от нас загремели выстрелы штурмовых винтовок — ведьмы тоже вступили в бой. Со своей позиции сейчас они могли легко попадать в бока монстров, бегущих прямо на меня и ведьмаков.

Тут главное, чтобы наши дамы не перетянули на себя эту свару.

Но я пока убиваю больше.

Пятый!

Загрохотала земля, прямо передо мной выросла каменная стена Марата. Эх, перебдел Керн — мог бы дать мне прикончить ещё одного.

Усмехнувшись, я взлетел на стену, как было во время прошлого боя, прицелился, и…

Грудь сдавило, а источник застонал.

Проклятье! Нельзя больше тянуть с этой «заразой»!

Но хотелось бы выбрать подходящий момент для исцеления…

Немного отпустило, и я продолжил стрелять. Благодаря поисковому заклинанию отметил, что ведьмы рванули с места — улучшают позицию, чтобы продолжать стрелять монстрам в бока.

Молодцы, отличное выбрали время.

А внизу ведьмаки уже рубятся врукопашку.

Что ж… умница Агата — это скопление мы одолели гораздо быстрее и легче, чем прошлое.

Тратя ману на поисковое заклинание, я наблюдал за окружающим пространством. Удобно, когда монстры не чуют тебя из-за артефакта. Но ведь они чуют друг друга. Да и вообще столкнуться с ними можно случайно, и…

Секунду! А это ещё что?

— Отличная работа, — прозвучал на общем канале голос черноволосой ведьмы. — Продолжим в том же…

— Ворона! На вас несётся целая толпа тварей! — прервал я командиршу и спрыгнул с каменной стены. — Делай ледяное укрытие! Их больше в два раза!

Я махнул рукой Марату и Петровичу, чтобы бежали за мной, и сам рванул в сторону ведьм.

— Мы отступим к вам, и… — начала было напряжённо Агата, но я снова её перебил:

— Не успеете! Они вас чуют! Их ведёт тварь вдвое крупнее других монстров!

— Что? — прошептала Вавилова. — Не может быть… Вожак? Здесь? Не может быть…

— Ворона! — начала было я, но теперь уже она меня перебила:

— Отступайте! Это приказ! Рысь, уходи с ними! Я задержу их! Я не позволю моей группе здесь сгинуть!

Глава 7

В прошлый раз незапланированная встреча с Вожаком и четырьмя Асами стоила рейду Леонида и Агаты Вавиловых поражения и гибели товарищей. Черноволосая ведьма и другие её выжившие соратники до сих пор полностью не отошли от событий тех дней.

Мне понятна её реакция.

Вот только оставлять Агату на гибель я уж точно не собираюсь.

— О чём ты, Ворона, — вперёд меня произнесла Мария и усмехнулась. — Я тебя не оставлю. Я не могу выполнить этот приказ.

— Как и мы с Керном, — пробасил Петрович, пытающийся догнать меня. Однако же я лишь увеличивал разделяющую нас дистанцию.

«Маг» земли Марат и вовсе беспросветно отстал от нас с Бивнем.

— Но… — пробурчала Агата.

— Никаких «но». Не глупи, — рубанул Марат. — Потом нас отчитаешь за непослушание.

— Но ведь с нами стажёр! — выпалила Вавилова.

Я громко усмехнулся в динамик микро-гарнитуры и произнёс:

— За своего стажёра тебе уж точно волноваться не стоит. Он один за сегодня прикончил почти столько же монстров, сколько вы все.

— Слышала? — хмыкнул Марат. — Нельзя нам сбегать. Нужно поставить стажёра на место и показать ему, на что способны старшие.

— Я… — пробормотала она и замолчала.

Я уже видел её фигуру в тумане. Всё это время Агата не просто разговаривала с нами, она концентрировала ману и сейчас начала создавать стены ледяной крепости.

— Я поняла вас! — рявкнула Вавилова. — Так уж и быть, сейчас я закрою глаза на вашу дерзость. Но чтобы следующий мой приказ обязательно выполнили! Слышите? Приказываю всем пережить сегодняшний день!

Вскинув руки, она возвела очередную стену изо льда, которая подняла саму Агату и Марию над землёй.

— Керн, на тебе внешний слой, — быстро произнесла Агата. — Близнец, Бивень, залезайте к нам.

Я почувствовал, как снова спёрло дыхание. Справляться с каждым новым приступом становилось всё тяжелее и тяжелее.

— Есть! — отозвался на приказ командирши Марат, который всё ещё плёлся позади нас.

— Вот это наш настрой! — выкрикнул Петрович и пронёсся мимо меня.

Я потянулся к своему источнику. Отвечал он лениво, но я смог его расшатать и взбодрить каналы маны. Приступ отпустил.

Однако я не стал ускоряться и нестись к ледяному домику Агаты. Монстры были уже совсем рядом, я отчётливо слышал их хрюканье и бульканье вязкой жижи под копытами.

— Чего встал, парень? — выкрикнул бегущий за мной Марат.

— Быстрее, давай! — крикнул я, концентрируя ману для заклинания.

Он ускорился ещё сильнее, однако же, по моим прикидкам, такими темпами ведьмак не успеет покрыть ледяную крепость толстым слоем камня. Нужно помочь ему.

— Готовсь! — крикнул я в следующий раз, когда наши взгляды встретились.

— Что ты делае-е-е…

Его крик заглушил сорвавшийся с моих ладоней вихрь.

Я старался сделать вихрь максимально мягким и безопасным внутри. Он подхватил хмурого ведьмака, поднял его и по воздуху доставил на ледяную стену. С «парковкой» выдались небольшие проблемы, и потому, когда вихрь развеялся, Керн кубарем покатился по льду.

Ну ничего, Агата успела его замедлить, и он не упал.

— Грёбаный стажёр, чтоб тебя! — выругался Марат, вскакивая на ноги. — Залазь уже, чего встал⁈

Не дожидаясь моего ответа, он вскинул обе руки, и земля под ногами задрожала.

— Близнец! Скорее! — послышался сверху встревоженный голос Агаты, заглушаемый хрюканьем и рёвом.

Твари были уже близко.

Я рванул вдоль ледяной гряды в их сторону. Обогнул нашу башню-крепость и увидел огромное скопление иглогривов.

Точно обезумевшие, они неслись вперёд, подгоняемые резким басовитым рёвом гигантского хряка. Я запомнил его по глубине и высоте его дыхания — именно он ещё совсем недавно вёл остальных монстров, но сейчас оказался позади них.

Мне было некогда разглядывать это чудище — его более мелкие прихвостни почти добрались до льда Агаты. А я ведь прекрасно помню, что, несмотря на ранг Иерарха, её лёд весьма хрупкий — Вавилова только недавно освоила сплетение двух стихий в одну.

— Александр, вернись!!! — проревела во всё горло черноволосая ведьма.

Но я проигнорировал её призыв. С моей точки сейчас было гораздо проще исполнить то, что я задумал, чем с ледяной гряды. Я выставил вперёд обе руки и начал обильно заполнять заранее созданный конструкт маной обоих сердечников.

Светящееся холодным светом звёзд ветровой торнадо закружился между мной и ближайшими свиньями. Гул ветра заглушал безумный рёв и хрюканье монстров.

Я отпустил свою технику в свободный полёт.

Торнадо ускорялся и увеличивался в размерах каждое мгновенье. Главный хряк неистово заревел, заметив опасность, но было уже поздно. Моя техника вгрызлась во фланг монстров, высекая из их тел куски плоти и кровь. Торнадо продолжал кружиться, набирая скорость и притягивая к себе врагов. Монстры заверещали, сперва попытались атаковать мою магию, но, поняв, что это бесполезно, бросились врассыпную.

Да не тут-то было…

Я улыбнулся и развернулся к нашему укреплению. Отлично, Марат как раз почти закончил покрывать лёд Агаты своим камнем. Нужно бы поспешить…

В глазах потемнело, и я едва не упал.

Проклятье! Я вложил слишком много маны в это заклинание! Из-за резкой просадки источника живущая внутри меня «зараза» активизировалась. Идти трудно…

Уже пора лечиться?

Нет, ещё можно подождать и выбрать более подходящий момент.

Я «выровнял» ману в каналах и мотнул головой.

— Дерьмо! Чего он застрял! Я иду за ним! — разобрал я гневную тираду Агаты.

— Спокойно, Ворона! — крикнул я в микрофон. — Возвращаюсь.

Я ускорился, выпустив вокруг себя ветер, и взлетел на наше укрытие. Марат и здесь покрыл лёд камнем, так что стоять было несложно.

— О твоей самодеятельности поговорим позже! — бросила мне Агата, целясь в бочину ближайшему хряку. — Огонь!

Торнадо постепенно стихал, иглогривы начинали приходить в себя и яриться. Размеренный и басовитый рык их вожака отрезвлял монстров и направлял их.

— Близнец, выпей зелье восстановления маны, — не прекращая стрелять, через микро-гарнитуру велела мне Агата.

— Есть! — отозвался я, пристрелив очередного иглогрива.

Их оставалось восемнадцать.

Но первые их ряды уже добрались до нашей крепости.

Раздался грохот, когда сразу четверо монструозных хряка врезались своими шипастыми бронированными тушками в каменный слой защиты.

Вся крепость задрожала.

— Они берут разбег! — глянув вниз, выкрикнул Петрович. — Сейчас я их…

— Назад!!! — взревела Агата, схватив его за запястье и резко отдёрнув от края стены.

Вновь раздался грохот. Внушительные куски камня и льда осыпались вниз, отколотые мощной каменной пикой, только что вырвавшейся из-под земли.

Эта пика отличалась от той, что создают «маги» земли тем, что в камне виднелись какие-то зелёные пульсирующие прожилки.

То была не людская магия. Вожак Иглогривов решил лично вступить в бой.

— Керн, держим укрепление! Остальные, огонь по мелочи!!! — закричала Агата.

Через секунду всё вокруг нас вновь затряслось, и из-под земли начала расти каменная, пульсирующая зелёным «горка». Увидев её, я на секунду замер.

Вот ведь умная тварь этот Вожак! Он создал подъём для своих подчинённых, чтобы они смогли забраться к нам на стену!

— Убивайте мелочь! — глянув на меня, повторила приказ Агата. — Он выматывает нас! Ему плевать на потери!

— Гр-р-р-а-а-а!!! — с яростным рёвом на стену забежал первый хряк. Правда, через секунду он лишился головы от меча Петровича.

А между тем нашу крепость очень сильно трясло — Вожак атаковал с огромной дистанции, создавая из-под земли каменные колья, которые били по крепости со всех сторон. Я чувствовал, как Агата и Марат обильно тратят ману, восстанавливая защиту.

Я нажал на спусковой крючок, выпустив три пули в глаз очередной твари.

Отлично! Вожак хоть и умный, но такими темпами растеряет всё своё войско, потратит часть маны на противостояние с Агатой да Маратом, и…

Секундочку! А это ещё что?

Отпрыгнув подальше от края крепости, я замер, прислушиваясь к своим ощущениям.

Ну точно…

— Ворона, у них подкрепление! — выкрикнул я.

— Проклятье! Сколько⁈

— Десяток по правому флангу…

— Справимся!

— И ещё два одиночки сзади и слева! Они… выше и крупнее мелочи. Но не как Вожак!

— Что? — опешила Агата.

А затем, не прекращая подпитывать маной наше укрепление, выдала такую отборную тираду, что я аж восхитился словарным запасом нашей командирши.

Пристрелив очередного иглогрива, я менял магазин, когда Марат выкрикнул:

— Дерьмово — плюс два Аса. Мы не сможем держать укрепление и сражаться со всеми. Нужно спускаться, Ворона!

— Тогда Вожак поймает нас своими заклинаниями, а мелочь догрызёт! — возразила Агата, яростно скалясь.

Она бросила косой взгляд на меня, на остальных товарищей…

Вавилова снова на грани отчаяния? Или же всего лишь думает, что ей не хватает бойцов, чтобы сражаться с такой сварой, и ищет варианты, как разумно использовать имеющиеся силы?

А чего тут думать-то? Нужно освобождать Агату и Марата от поддержания укрепления, чтобы они тоже могли контратаковать врага.

Мягким, быстрым шагом я сократил разделяющую нас с Агатой дистанцию и положил ладонь ей на плечо.

— Я отвлеку Вожака, а ты займись остальным, командир.

— Александр, ты… — опешив, обернулась она, но я не дал ей договорить.

— Спасём нашу группу, командир. Мы выполним твой приказ и переживём этот день.

Я рванул вперёд, разгоняя себя ветром, и через пару секунд уже приземлился в вязкую жижу Проклятых Земель. Эта чёрная склизкая дрянь разлетелась в разные стороны, но я плевать на неё хотел.

Я взял с места в карьер, иглогривы заверещали, пытаясь поймать меня, однако же я не собирался тратить на них силы и время.

Благодаря прерывистой медитации со Вторым Даром я смог освоить новую технику. Плюсы — она невероятно полезная. Минусы — она невероятно прожорливая.

Я выпустил Второй Дар из каждой поры своего тела и засиял холодным светом звёзд. Иглогривы изумлённо захрюкали, невольно отворачиваясь. Им было нестерпимо больно смотреть на такой яркий фонарик чистой энергии.

Я пронёсся мимо монстров и «погасил свет», чтобы не тратить ману впустую. Я смотрел на своего персонального противника. А он — Вожак Иглогривов — протрубив что-то в небо, тоже сосредоточил взгляд на мне.

«Он — мой», — вероятно, нечто подобное Вожак сообщил своим подчинённым и сейчас сгорал от предвкушения.

Мерзкий монстр.

Он был вдвое выше обычных иглогривов, а в длину, навскидку, достигал метров шести. Его шипы и клыки на вид тоже были гораздо крупнее и крепче, чем у обычных Хищников. Каменные пластины казались более твёрдыми, на боках не виднелись слабые точки. Оттенок шкуры Вожака был гораздо темнее — стремился к коричневому.

А ещё на его каменной броне пульсировали насыщенным зелёным цветом энергетические узоры, точь-в-точь как у волков из моих первых Проклятых Земель.

Интересно, если с обычных иглогривов срезать каменные защитные наросты, под ними будут такие же узорчики?

Примерно на этой мысли я, не сбавляя темпа, вскинул винтовку, создал ветровой тоннель и выпустил сразу десяток артефактных пуль в правый глаз монстра.

Всё происходило очень быстро. Но мне показалось, что первая пуля врезалась в глазное яблоко твари. Монстр взревел и запрокинул голову.

Однако, когда он её опустил, я увидел, как с глаза Вожака осыпается каменное крошево.

Он что, успел нарастить броню, и одной артефактной пули не хватило, чтобы раздербанить его глаз?

Интересно…

Вожаки настолько крепче обычных Хищников?

— УА-А-А-А!!! — Монстр заревел так громко, что у меня заложило уши. Он с силой вдарил передней правой лапой по земле. Вязкая болотистая жижа пошла волной, мне стоило огромных усилий, чтобы устоять на ногах.

Пока я пытался сохранить равновесие и не упасть, Вожак сократил разделяющее нас расстояние. Будто настоящий кабан, он попытался вспороть мне брюхо своим гигантским клыком, выпирающим из-под тяжёлой губы.

Я встретил его клык своим трофейным мечом. Прогнав через клинок ману, я активировал его конструкты.

Меч заметно усиливал стихию владельца, так что ветровой серп, сорвавшийся с его лезвия прямо в упор, в клык твари, прошёл сквозь этот клык, будто нож сквозь масло, и врезался в морду Вожака.

На землю рухнул отрубленный кусок клыка и брызнула темная кровь. Монстр вскинул морду и яростно заревел.

Я отпрыгнул назад, и, выставив перед собой левую руку, выпустил двенадцать ярких искр. Пульсируя, они устремились к монстру.

Вожак плевать хотел на мои Искры, его больше всего интересовал я сам. Он впился в меня гневным взглядом, и я почувствовал, как мощный поток извращённой маны уходит от лап твари прямо в землю.

Ух ты, его мана объединяется под землёй и сейчас стремится ко мне!

Я окутал себя потоком воздуха и подпрыгнул на добрых три метра за мгновенье до того, как первая каменная пика вырвалась из-под земли.

За ней вторая… третья…

Сила гравитации потянула мне обратно — увы, летать я не умею. А внизу уже стремительно разрастался лес острых копий, созданных из маны Вожака.

Ветер окутывал меня полностью, но сильнее всего я сконцентрировал его в стопах. Туда же я направил свой Родовой Дар, покрыв ноги слоем лёгкого, но прочного металла.

Я коснулся ногой острия каменного копья, сминая его. Копьё превратилось в удобную подставку. Но, увы, стоять на одном месте я не мог — другие копья продолжали атаковать меня со всех сторон.

Прыжок…

Ещё прыжок…

Я будто акробат прыгал по одним копьям и уклонялся от других, плавно приближаясь к Вожаку. Он ярился, наполняя своё заклинание маной.

А затем двенадцать Искр запульсировали особо ярко, ослепляя тварь.

— УА-А-А-А-А!!! — вскинув морду к небу, заревел Вожак от боли.

Искры обратились металлической стружкой, крошки которой потянулись друг к другу. Я решил не делать много игл. Пусть их будет меньше, но каждая из них будет крупнее и концентрированнее.

Иглы обрушились на бронированную тушу Вожака, и он заревел ещё сильнее. Второй Дар — лучшее оружие против монстров, а помимо Родового Дара, в моём заклинании использовался и он.

Вожак потерял контроль над своим лесом копий, они перестали расти и пытаться достать меня.

Я же к тому времени собрал всю ману, что у меня осталось. Добравшись до края каменного леса, я, как ястреб, спикировал прямо на Вожака.

Меч упёрся ему в шею. Я прогнал уйму разной маны через конструкты артефакта, но они не заполнились и на половину — настолько большой резерв у моего трофея. А между тем меч усилил моё строенное заклинание. Покрытый ветром металлический серп, сверкающий холодным светом звёзд, в упор врезался в шею твари.

Я чувствовал, что монстр наращивает каменную защиту прямо перед серпом, но серп продолжал прогрызаться сквозь неё.

Пластины оказались позади, Вожак заревел ещё громче, когда серп начал разрезать его плоть. Эта тварь умудрялась создавать камень прямо внутри своего тела, замедляя продвижение серпа.

Но я продолжал отчаянно вливать всю оставшуюся у меня ману.

Монстр не мог контратаковать, но и я не мог расслабиться. Борьба на выносливость и скорость создания заклинаний развернулась между нами.

И я уверенно брал в ней верх.

Кровь уже не капала с шеи монстра, а ручьём лилась на чёрную вязкую жижу под его ногами. Вожак терял силы с каждым мгновеньем.

Но и я сильнее не становился.

Главное — продержаться. Главное…

Внезапно у меня перехватило дыхание, и источник начал гаснуть. Проклятье! Что, прямо сейчас⁈ Грёбаный приступ! Неужели не мог случиться на несколько секунд позже?

Мне показалось, мой меч едва коснулся шейного позвонка чудища, когда силы окончательно меня оставили.

Вожак Проклятых Земель всё ещё был жив. Он почувствовал свой шанс и резко дёрнул головой.

Меч выскользнул из его раны, но пальцев я не разжал.

Однако и поднять вновь своё оружие прямо сейчас не мог.

— ГРА-А-А-А!!! — заревел Вожак и уставился на меня затуманенным яростью и болью взглядом.

А в следующий миг два огромных шипа на его макушке врезались мне в брюхо. Ноги оторвались от земли…

Я летел и видел над собой густой вязкий туман с зелёными всполохами проклятой энергии.

И чувствовал, как сердце моё перестаёт биться…

Глава 8

В мыслях всплывали воспоминания вчерашнего утра, когда нашей молодой преподавательнице Елизавете Петровне Галкиной вдруг стало плохо.

Да чего уж «стало плохо» — она откровенно решила умереть на глазах у всей нашей группы.

Тогда я ощутил очень странное течение маны в её теле. Но всесторонне анализировать ситуацию в моменте мне было некогда — нужно было спасать женщине жизнь!

Что я и сделал, с помощью «магического» искусственного дыхания и непрямого массажа сердца. Тоже магического.

Да, всё сделал правильно…

Кроме одного — чтобы снизить риск получения инфекции от больного, необходимо делать искусственное дыхание рот в рот через тканевую салфетку, чистый платок или любую другую чистую тряпку. Я этим правилом пренебрёг.

Отчасти осознанно, отчасти по наитию.

Так что близость с молодой преподавательницей у нас была незащищённая. Вот и подцепил я от неё заразу.

Очень необычную и бесчеловечную.

Которую, к слову, уже внутри своего организма смог хорошенько изучить. И теперь я могу абсолютно уверенно заявить, что Елизавета Петровна вчера оказалась при смерти не из-за переутомления или стресса.

Её источник тупо не хотел качать ману. А мана, она же жизненная энергия, в широком смысле есть не только у одарённых, но и у всех живых. Разница лишь в том, что у одарённых её в избытке.

Без жизненной энергии тело не сможет жить.

Странная и мерзкая техника была применена кем-то на нашей преподавательнице — жизненная энергия откатывалась из тела обратно в источник и закрывалась в нём.

Но зачем?

Зачем убивать человека таким нелепым образом, чтобы внутри умершего тела всё ещё оставалась мана?

Этот вопрос мне не давал покоя. И даже сейчас, когда я на себе ощутил действие странное энергетической заразы, я так и не нашёл ответ.

Проклятье… сердце не хочет биться… Дышать не получается…

А я всё лечу над проклятой землёй и из-под опущенных от бессилия век смотрю на густой туман.

Пожалуй, пора заканчивать страдать ерундой — время полностью исцелиться.

Несмотря на то что источник не хотел откликаться на мой зов, в одной из частей второго сердечника, среди угасающих вензелей моноканалов, имелось одно резервное местечко, доступное в любой момент, пока во мне сохраняется хоть капля жизни. И чем хуже моё состояние, тем сильнее пульсирует этот участок моей энергетической системы. Он будто призывает меня обратить на него внимание и активировать готовое к использованию заклинание.

Самое ценное заклинание, переродившееся вместе со мной из моей прошлой жизни.

«Второй Шанс».

* * *

Несколькими минутами ранее.

Когда Александр Егоров спрыгнул с защитной стены и ринулся на Вожака Иглогривов, Агата Вавилова хотела сразу же рвануть следом за своим нерадивым стажёром.

Однако же опыт перевесил её чувства. Командир пятёрки дважды одарённых мгновенно взяла себя в руки и решила воспользоваться шансом, что подарил ей и всей их группе Александр.

Агата прекрасно понимала, что в сложившейся ситуации тактика, предложенная юным дарованием — лучшая. Кто-то должен отвлечь на себя Вожака, чтобы остальные справились с мелочью и двумя Асами.

Единственный нюанс — этот «кто-то» должен быть достаточно сильным, чтобы продержаться какое-то время в поединке с монстром третьего ранга.

Иначе всё будет напрасно.

Вожак прекратил дистанционно атаковать каменно-ледяную крепость, а значит, Агате не нужно больше поддерживать защиту.

«Может, всё-таки поменяться с Александром? Вернуть его назад и самой сразиться с Вожаком?» — мелькнуло в голове Вавиловой.

— Ворона, Асы и десяток Хищников на подходе! — Голос Марии прервал беглые размышления Агаты.

Черноволосая ведьма кинула взгляд на Александра, но тут же отвернулась — парень вдруг ярко засветился, отгоняя своим сиянием Хищников.

«Дождись нас, Александр, — мысленно произнесла Агата. — Не смей умирать!»

А затем, набрав полную грудь воздуха, она прокричала, перекрывая гул битвы:

— Бивень, Керн, Рысь! Поднажмём! Покончим здесь со всем и поможем нашему стажёру! В бой!

Товарищи поддержали запал своего лидера одобрительным гулом.

А в следующий миг на «крышу» крепости влетел первый из Асов — особо крупный иглогрив тёмно-оранжевого цвета. Монстр второго ранга — промежуточная ступень эволюции между Хищником и Вожаком. На его защитных пластинах пульсировали зелёные прожилки, а клыки и шипы выглядели гораздо более устрашающими, чем у его мелких собратьев.

Секунду Агата и Ас смотрели друг другу в глаза, а затем иглогрив заревел и рванул в бой.

Но не тут-то было — водяные щупальца в мгновенье ока оплели все четыре его лапы, и стреноженный монстр рухнул безвольной тушей. Меч с тонким лезвием в руках ведьмы заискрился белоснежными молниями, Вавилова ринулась вперёд к пытающейся высвободиться тушке и нанесла мгновенный удар.

Иглогрив, лишившись правого глаза, неистово заверещал, в воздухе запахло палёной плотью.

Увы, прикончить его одним выпадом у Вавиловой не вышло — не такие уж Асы и слабаки. Конкретно этот экземпляр успел создать каменную защиту, сместившую удар Вавиловой в сторону.

А через миг из-под ног Агаты вырвался толстый каменный кол. Опытная ведьма была готова к подобной атаке и успела увернуться.

Между тем второй Ас оказался на крыше крепости, и сейчас с ним активно рубился Петрович. Принято считать, что воздух не лучшая стихия против земли — наиболее крепкой из четырёх начальных стихий. Однако же Петрович мастерски владел своими парными мечами, а магия давала ему дополнительную скорость. Монстр не мог попасть по нему и ярился. Да, Петрович тоже не мог одним ударом уничтожить крепкую тварь, но ведьмак не сдавался и раз за разом высекал из чудища каменное крошево, а иногда и брызги крови.

Гремели выстрелы штурмовой винтовки Марии, тряслась вся башня от магии Марата. Четверо ведьмаков и ведьм умело противостояли превосходящему им в численности противнику.

Вновь ринулся вперёд первый Ас! Агата уклонилась от него, но монстр неожиданно увеличил несколько своих шипов, нарастив на них новый камень. Крутанувшись вокруг своей оси, Вавилова на секунду создала ледяной купол, заблокировавший удар. Поведя рукой, она разложила лёд на воду и ветер — лапы Аса вновь оказались спутаны водяными щупальцами, а его морду изрезали ветровые серпы.

Они били не хаотично, а в одну точку, рассекая каменные наросты.

В эту же точку через миг вошло лезвие артефактного меча ведьмы. Агата активировала свой клинок, в упор прожигая мозги Аса. Иглогрив заверещал, затрепыхался и сдох.

— Отлично! — рявкнула Вавилова, подбадривая и себя, и своих товарищей. Резко выдернув клинок, она развернулась и на миг замерла.

«Что он творит?» — восхищённо подумала женщина, увидев, как вдали Александр скачет по каменным кольям Вожака.

Одобрительно улыбаясь, ведьма потянулась к своему источнику и вскинула обе руки. Метрах в трёх от Агаты второй Ас повалил на крышу крепости Петровича и, придавив его передними лапами, пытался дотянуться клыками до шеи мужчины. Ведьмак, скрестив перед собой оба меча, кряхтел, стараясь сдержать тварь. Его доспех хрустел и грозился вот-вот треснуть.

Сконцентрировав достаточно маны, Агата создала мощное, толщиной с бревно ледяное копьё, врезавшееся в бочину Аса. Монстр закряхтел, начал отступать…

Петрович вскочил на ноги и вонзил оба меча в глаза твари.

— Сдохни! — яростно прорычал он.

«С обоими Асами покончено, — мелькнуло в голове Вавиловой. — Скоро мелочи не останется, и… Что? Нет…»

На глазах женщины Вожак Иглогривов запустил в полёт Александра. Егоров, раскинув руки в стороны, летел будто птица.

— Проклятье… — прошептала Агата, резко опустив на правый глаз цифровой монокуляр, который был закреплён на её шлеме.

Ведьма хотела понять, насколько тяжело ранен Александр. Сумеет он защититься, когда Вожак ринется добивать его? В то же время женщина концентрировала ману, чтобы рвануть с места на максимальной скорости на помощь Егорову.

Но через миг она застыла от удивления.

Вместо того чтобы преследовать недобитую жертву, Вожак Иглогривов развернулся и рванул наутёк!

«Секундочку… — мелькнуло в голове женщины. — Не может быть…»

Удирающий монстр третьего ранга оставлял за собой жирный кровавый след. Кровь фонтаном била из его шеи. Монстр что-то рыкнул, но не особо громко — Агата не слышала его голоса, лишь видела характерное движение мордой.

Однако же недобитые Хищники тут же рванули следом за своим Вожаком.

«Он хочет сожрать их, чтобы восстановиться!» — в ужасе осознала Вавилова и схватила свою штурмовую винтовку.

— Огонь по Хищникам!!! — прокричала она. — Не дайте им уйти!!!

Все четверо бойцов Корпуса принялись стрелять по удирающим тварям. Правда, недолго…

— Отставить!!! — резко скомандовала Агата.

Осталось лишь пятеро монстров, и сейчас они оказались довольно близко к Александру, лежащему на чёрной жухлой траве и вязкой жиже Проклятых Земель. Имелся риск случайно попасть в стажёра.

— Выдвигаемся! — Агата первой рванула вперёд.

И уже на бегу она увидела, как вдруг засияло тело Егорова. Женщине пришлось зажмуриться и даже уткнуться в локтевой сгиб, ибо свет слепил даже сквозь опущенные веки.

Но вскоре сияние стало уменьшаться, и она смогла снова открыть глаза.

Увиденное поразило её до глубины души: мелкие Хищники, наплевав на приказ Вожака, разбегались во все стороны, а Александр, как ни в чём не бывало, гордо стоял посреди бескрайних Проклятых Земель. Он держал правую руку поднятой над собой. И над ней формировалось гигантское копьё. Казалось, оно сплетается из…

— Металл, что ли? — изумлённо выпалил Петрович, бежавший чуть позади Агаты.

Это копьё по размеру превосходило то, что совсем недавно создала сама Вавилова. Сформировавшись полностью, оно засияло холодным металлическим светом, а вокруг него начал закручиваться вихрь.

В следующий миг зависшее в воздухе копьё сорвалось с места. Раздался хлопок — преодоление звукового барьера!

А ещё через секунду тушу Вожака пробило насквозь. Монстр хрюкнул в последний раз и рухнул замертво.

Агата перестала бежать — дальше она шла пешком, не сводя изумлённого взгляда с величественной фигуры своего стажёра.

— Это нормально, что он во время первого похода в Проклятые Земли в одиночку хлопнул Вожака? — услышала она удивлённый голос своей подруги Марии.

— Ну… справедливости ради, в Проклятых Землях он сегодня второй раз, — не смогла подобрать ничего лучше для ответа Агата.

* * *

Грёбаный приступ, а! Испортил мне всю идеальную игру…

Я ведь терпеть не могу лишние траты ресурсов — жизнь и сражения в моём прошлом мире после Первого Пришествия Демонов научили рационально подходить к тратам. Здесь я, конечно, позволил себе расслабиться, особенно в обычных бытовых ситуациях…

Но во время боя каждая лишняя потраченная пуля для меня как удар по сердцу!

Чего уж говорить о лишних тратах маны?

Я ведь как для себя решил: буду изучать поселившуюся во мне заразу, пока не пойму её природу. Да, это приведёт к тому, что она разовьётся внутри меня, и вытравить её будет сложнее и затратнее. Но игра стоит свеч — мне нужно знать, что за дрянь запихнули в Елизавету Петровну, чтобы понимать, что творится в Академии. Иначе, бегая в неведении, позже можно заплатить тройную цену…

К тому же я знал, что «Второй Шанс» в любом случае с дрянью справится.

Так я думал изначально. Чуть позже я понял, что кроме «Второго Шанса» у меня нет других возможностей полностью исцелиться.

Но мне не хотелось использовать свою супер-способность ради одной лишь энергетической заразы! Это не экономично!

Тогда я решил, что выложусь на полную и потрачу всю ману, прежде чем активировать «Второй Шанс», который меня полностью восстановит.

А поэтому я хотел сперва покончить с Вожаком, чтобы после восстановления на него не тратиться и ходить с полным резервом.

Но, увы…

Проклятый приступ!

Когда я восстановился, то увидел, что Вожак удирает так, что копыта сверкают — ведь чем выше ранг монстра, тем сильнее у него развит инстинкт самосохранения. Считается, что твари переживают не столько за свою жизнь, сколько за эволюцию — типа долго трудились, чтобы развиться до высокого ранга, вот и обидно помирать.

Но я не мог позволить Вожаку восстановиться — иначе пришлось бы вновь тратить уйму маны на бой с ним! А сколько времени пройдёт, пока восстановится Второй Шанс — уму непостижимо. Сейчас это заняло чуть больше месяца.

Фух! Аж зла не хватает! Не люблю лишние траты…

Ладно, что-то моё юное тело беснуется после обновления «Вторым Шансом», надо бы брать себя в руки и успокаиваться — товарищи уже почти рядом.

Обернувшись, я встретился взглядом с Агатой. Ведьма прищурилась и цепким взглядом окинула меня. Подавшись вперёд, она коснулась пальцами моего доспеха в области живота — там была небольшая вмятина после удара Вожака.

— Я в порядке, командир, — хмыкнул я. — Доспех отличный.

— Доспех ли? — ещё сильнее прищурилась она.

Я, разумеется, не стал ей говорить, что до того, как мой приступ разогнался в полную мощь, я успел использовать немного маны и с помощью металла создать себе дополнительную защиту.

— Конечно, — усмехнулся я. — Отлично поработали, друзья!

— Ха! — громко хохотнула Мария. — Он ещё и насмехается над нами!

— Что за дерзкий стажёр, а… — покачал головой Марат и в очередной раз напряжённо огляделся.

— Не насмехаюсь я, — произнёс я серьёзно и повернулся к Агате. — Ты молодец, командир, что не стала суету наводить и бежать за мной сразу, а вместо этого прикончила Асов и почти всю мелочь.

Вавилова недоумевающе округлила небесно-голубые глаза и покачала головой.

— Нет, ну в самом деле — нахал. Естественно, не стала! Не первый год группой командую. — Она подобралась и резко произнесла: — Доложить обстановку, Близнец!

— Поблизости врагов не обнаружено, командир! — отчеканил я и усмехнулся. — Можете немного расслабиться. Вряд ли после такого побоища на нас в ближайшее время нападут. Да и без Вожака они нас засечь заранее не могут.

— Это верно, — проговорила Вавилова и задумчиво оглядела группу. Затем повернулась в ту сторону, куда пытался убежать Вожак, и несколько секунд стояла неподвижно, всматриваясь вдаль.

— Ворона, позволь внести рацпредложение, — позвал я её.

Повернувшись, она смерила меня взглядом и кивнула.

— Мы должны отправиться к Ядру, — твёрдо произнёс я. — Как минимум — собрать информацию и получить за неё вознаграждение от Корпуса. Как максимум — закрыть эти Проклятые Земли.

— Причины? — быстро спросила она, не отводя от меня взгляда и фиксируя мою реакцию.

— Во-первых, вы считаете, что эти Проклятые Земли какие-то странные, — ровным тоном произнёс я и развил мысль: — Что после зачисток этих Земель прошлыми группами картина здесь должна складываться иная. Так это или нет, мы должны убедиться сами. Ну а во-вторых, — я взял небольшую паузу и усмехнулся, — мы уничтожили двух Асов, Вожака и кучу мелочи. Есть вероятность, что дальше будет проще.

— У Ядра всегда находится самый сильный монстр, — хмуро произнесла Агата. — Я тебе не раз уже говорила об этом.

— Ага, — кивнул я. — А ещё мы не должны были встретиться здесь с таким мощным скоплением.

Агата свела брови, пытаясь понять, что я имею в виду.

— Поясни? — сказала она.

— Слишком часто открываются Проклятые Земли в последнее время, так? — спросил я серьёзно.

— Так, — кивнула она.

— Вы готовы к неожиданностям в Проклятых Землях, но в последнее время эти неожиданности стали ещё более неожиданными, так?

— Так… — помедлив, тихо ответила Вавилова.

— Не только мы вляпались в это дерьмо, — в сторону произнёс Марат. — Потери во всём Корпусе в последнее время чересчур пугающие…

— Вот тебе и ответ, — пожал я плечами, глядя на Агату. — Далеко не факт, что у Ядра сейчас находится самый сильный монстр этих Проклятых Земель, как принято считать. Вся ваша наука пошла по одному месту, Агата. Может, вон тот Вожак, — кивком указал я на труп монстра, — и был главной тварью этих Земель? Просто он решил привести войско, чтобы лично встретить вторженцев.

— Зачем ему это, по-твоему? — не скрывая скепсиса в голосе, спросила Мария.

— А зачем вообще монстры Проклятых Земель отходят от Ядра? — хмыкнул я. — Зачем выходят в Большие Земли?

— Чтобы жрать и становиться сильнее, — сквозь зубы ответила на мой риторический вопрос Агата. — Я поняла тебя. Я…

Она снова замолчала, взвешивая все «за» и «против».

— Ты говорила, что долг дважды одарённых — уничтожать монстров и закрывать Проклятые Земли, — улыбнулся я командирше. — Сейчас, когда Проклятых Земель становится всё больше и больше, мы не можем просто так взять и отступить сегодня, после того, через что мы прошли. Раз уж подвернулся шанс дойти до конца, нужно им воспользоваться. Верно? Да и потом, тебе же надо возвращать потерянную репутацию и зарабатывать деньги.

Агата тяжело вздохнула и покачала головой.

— И откуда ты такой языкастый взялся, а? — фыркнула она. — Ладно, убедил. Группа! Мы отправляемся к Ядру!

Глава 9

Я чувствовал себя прекрасно!

Будто заново родился!

Хотя, учитывая эффект «Второго Шанса», это утверждение недалеко от истины.

— Как он умудряется выглядеть таким бодрым после боя с Вожаком? — услышал я за спиной завистливое бурчание Марии.

— Откуда мне знать, — фыркнула ей в ответ Агата.

То и дело я ловил на себе заинтересованные взгляды товарищей. Для них я, очевидно, стал ещё большей загадкой, чем прежде. Я полностью согласен с Агатой — члены боевой группы должны понимать сильные и слабые стороны друг друга. Однако же все свои тайны рассказывать товарищам я не собираюсь. Не к чему им знать лишнее.

Взять, например, мой недавний недуг — по логике, я должен был сообщить командиру. Но Агата бы засуетилась и могла повести нас прочь из Проклятых Земель. Мне это не нужно. Всё должно быть без суеты, как поётся в одной песне. У меня имелась козырная карта, я хладнокровно использовал её в критический момент. Как итог — я полон сил, а Вожак повержен.

Хотя, конечно, немного маны из источника я уже успел потратить…

Но, в общем и целом, я чувствую себя гораздо лучше своих товарищей.

Чужое дыхание на периферии восприятия моего поискового заклинания вырвало меня из размышлений.

— Их всего семь, — сообщил я группе. — Держатся в одной точке, никуда не двигаются.

— Принято, — кивнула командирша. — Бивень, продолжаем движение.

Керн, идущий рядом со мной, глянул на свой артефактный компас, затем на нашего направляющего и, убедившись, что Петрович идёт правильно, ничего не сказал.

Вскоре впереди показалась группа иглогривов. Они валялись на чёрной жухлой траве. Двое из них нервно похрюкивали, трое вертели мордами из стороны в сторону. Ещё двое звуков не издавали, но не отводили взглядов с горизонта.

— Что они делают? — Поведение тварей меня заинтересовало.

— Отдыхают, — хмыкнул Керн.

— Хм… — задумчиво протянул я. До этого все монстры, которых я встречал, постоянно куда-то неслись и хотели кого-то сожрать.

— Есть мнение, что, когда твари не могут поймать новую добычу для подпитки Ядра, они… скажем так, переходят в режим сохранения энергии, — пояснила наша командирша. — Все Проклятые Земли связаны с Ядром, и вся их жизнедеятельность нацелена на увеличение Ядра, а значит, и увеличение территории. Поэтому вот те твари, — кивнула она на семёрку иглогривов, — взволнованы. Проклятые Земли сегодня потеряли многих своих защитников и очень много своей проклятой маны. Проклятые Земли чувствуют опасность, но при этом и не хотят тратить силы впустую. Ладно, довольно разговоров. Окружаем их! Близнец, ты со мной, остальные — держитесь вместе. Огонь по слабым точкам на боках!

Спустя минут десять мы начали стрелять. Пусть нас с Агатой было лишь двое, а в другой группе на одного бойца больше, именно нас монстры посчитали наибольшей угрозой.

Однако добежать до нас успело лишь двое иглогривов, которых мы с Вавиловой легко прикончили в ближнем бою.

— Ворона, мы почти добрались до бывшей фермы, я видел здания слева, — сообщил Марат, когда наша пятёрка вновь воссоединилась.

— Что насчёт скопления? — деловито спросила командирша.

Керн глянул на артефакт и отчеканил:

— «Компас Самоцветова» ведёт в другую сторону.

— Отлично, — кивнула Агата. — Сможем спокойно передохнуть. Группа, выдвигаемся!

По пути я то и дело говорил своим товарищам, что поблизости никого нет. Сперва мы увидели старые полуразрушенные свинарники и коровники, но Агата не обратила на них особого внимания, продолжая сверяться с картой и корректировать наши передвижения в тумане. Так что вскоре перед нами предстал двухэтажный дом, стены которого были покрыты чёрным гниющим плющом.

— Внутри там получше будет, не бойся, стажёр, — хохотнул Марат.

— Ты на лицо его взгляни, прежде чем шутки шутить, Керн! — вперёд меня выпалила Мария. — Ему вообще по барабану. Верно, Близнец?

— Верно, — спокойно ответил я, оглядывая здание.

Интересно, более древние Проклятые Земли могут полностью сожрать все плоды деятельности людской? Или что-то останется.

Повернув голову, я уставился на старый трактор. Его корпус был полностью рыжий от ржавчины. Зато покрышки, ожидаемо, совсем не испортились.

Дверь домика была не заперта — похоже, не в первый раз ведьмы и ведьмаки Корпуса останавливаются здесь во время рейда в эти Проклятые Земли. Мы вошли внутрь и позволили себе снять шлемы.

— Близнец, следи за периметром, — быстро произнесла Вавилова и осеклась. — Ты ведь сможешь наблюдать за подступами из здания? Это не станет проблемой?

— Нет, — ответил я, поставив рюкзак на пол возле посеревшего от времени деревянного стола. Открыв замок, я хотел было начать выгружать припасы, но Мария меня опередила:

— Секундочку, у меня скатерть есть.

Она расстелила тёмное плотное полотно на стол и легко подмигнула мне.

— Простенькая штучка, которую даже артефактом не назовёшь. Но какие-никакие узоры в ней есть, и при создании использованы материалы из Проклятых Земель, так что скатёрка не простая, а волшебная.

— Еда на ней сама появится? — улыбнулся я.

— Ха! Если бы так, не пришлось бы столько всего с собой таскать. Но, увы, она всего лишь защищает пищу от всякой заразы, которую можно подхватить из окружающей среды. Не всегда удаётся отдохнуть под крышей. А есть на местной гнилой траве не очень-то приятно.

За разговорами мы накрыли на стол. У всех с собой были саморазогревающиеся пайки, энергетические чаи и батончики. Когда группа расселась, Агата достала небольшой бутылёк, на котором была наклейка с надписью: «Зелье восстановления маны. Ступень I» — самое простое… Но стоит оно примерно как две среднемесячные зарплаты среднестатистического простолюдина Империи.

Откупорив бутылёк, Агата добавила приятно пахнущую жидкость янтарного цвета в наши кружки.

— За дважды одарённых, — произнесла короткий тост Вавилова.

— За тех, кто идёт в неизвестность, — поддержал её Керн.

— За тех, кто возвращается с победой, — продолжил Бивень.

— И за тех, кто остаётся, — тихо закончила Рысь.

Мы чокнулись и выпили. А затем группа молча приступила к еде.

Вот за это им отдельные почёт и уважение! Настоящий воин знает, что если выдалась возможность набить брюхо — ешь и не трепись.

Отбросив лишние мысли, я сосредоточился на трапезе и вскоре почувствовал, что хорошенько так насытился. Забавно… а ведь изначально, глядя на небольшую порцию пайка, я подумал, что придётся открывать второй.

Откинувшись на спинку старого стула, я припал губами к своей кружке. В голове крутились разные праздные вопросы. Хотелось спросить об этом необычном тосте, что подняли мои товарищи. Все дважды одарённые его произносят в Проклятых Землях? Или только служивые из Корпуса?

Ещё мне было любопытно узнать, кто из Самоцветовых и когда изобрёл такой полезный артефактный компас, позволяющий отслеживать местонахождение скопления монстров. Я планировал завести светскую беседу, но…

— Кха… — захрипела вдруг Агата и схватилась одной рукой за шею, а другой прикрыла рот.

— Что с то… — начала было подскочившая с места Мария, но наша командирша отвела руку от шеи и выставила её перед подругой.

Агата помахала этой рукой, показала большой палец и пулей вылетела из дома.

— Что происходит?.. — нахмурилась Мария. Марат и Петрович напряжённо смотрели на закрывшуюся за Вавиловой дверь.

Марат медленно перевёл взгляд на наш обеденный стол и принялся разглядывать артефактную скатерть.

— Ты давно её меняла?

— Что? — опешила блондинка.

— Скатерть давно новую покупала, Рысь? — прорычал он. — Ты ведь знаешь, что у неё ограниченный срок годности.

— Ты думаешь, Ворона уже успела здесь какую-то дрянь подхватить? Так быстро? — Мария начала заводиться.

— В Проклятых Землях всякое может быть! Так давно или нет?

— Недавно! — рявкнула женщина. — Скатерть — новая. Да и сидим мы сейчас в здании. Так что хватит на меня гнать, Керн. Вряд ли что-то попало в её еду.

— Тогда в чём дело? — опешил Петрович, косясь на закрытую дверь, из-за которой сейчас доносились весьма характерные звуки.

— Может, на Большой Земле чем отравилась? — предположила Мария.

— Да не… раньше бы накрыло, — мотнул головой Петрович и уставился на тарелку Вавиловой. — Может, всё-таки паёк бракованный попался?

Он принялся рыться в мешке с мусором и проверять сроки годности на всех обёртках.

Взяв бутылку с водой, я достал из своего рюкзака запасной складной стаканчик и направился к выходу.

— Стой, Близнец, — послышался за спиной хмурый голос Марата. — Она просила остаться и делала вид, что всё нормально. Не лезь к командиру.

— Не понимаю, о чём ты, — пожал я плечами. — Командир вроде бы не запрещала мне выйти на улицу и обойти дом. Всё-таки пусть и самую малость, но стены срезают мои поисковые возможности. Я хочу убедиться, что точно не проморгаю монстров, если они сунутся по наши души.

Я вышел на улицу и раскрутил своё поисковое заклинание на максимум.

Что ж, всё чисто. Один лихорадочный источник дыхания поблизости, три относительно спокойных в доме, ну и пятый, самый спокойный, принадлежит мне.

Налив стакан воды, я направился к Вороне.

Она стояла с торца дома, держа ладонь на желудке.

— Вчерашние пельмени были лишние, да, командир? — легко спросил я, приближаясь к ней.

— Я, кажется, просила не ходить за мной, — проворчала она не поворачиваясь.

— Я уже объяснил Керну, что вышел на разведку, — вздохнул я и протянул ей стакан, — на, попей.

Она хмуро посмотрела на меня, а затем кивнула в знак благодарности и взяла стаканчик.

Агата медленно выпила всё содержимое. Я потянулся к её стакану бутылкой, но она отвела его в сторону.

— Надо экономить воду по возможности.

— Надо, — согласился я, продолжая нагло тянуть бутылку вперёд. — Но если выпьешь ещё половину стакана, ничего плохого не случится. Пей. Вода особо полезна после того, как поблевал. Нужно восстановить уровень жидкости в организме.

Она смерила меня тяжёлым взглядом, а затем кивнула и пододвинула стакан.

Я наполнил его. Агата смочила губы и принялась по глоточку пить воду.

— Тебе не следовало выходить, — сказала она допив.

— Как стажёру и твоему временному подчинённому — возможно, — согласился я. — Но не переживай, твой авторитет командира ничуть не просел в моих глазах. Да и в глазах твоих товарищей. У вас ведь здесь не жёсткая армейская субординация — другой тип объединения и управления.

Агата посмотрела на меня каким-то странным взглядом и усмехнулась:

— Гляжу, ты разбираешься в командовании и управлении… удивительно для такого юнца.

— Да брось ты, — важно махнул я рукой. — Я ведь в МАУД учусь. Сам поступил — без мам, пап и взяток. Значит, умный.

Я беззаботно улыбнулся.

Она попыталась сдержать улыбку, но у неё ничего не получилось.

Затем Агата отвернулась и произнесла в сторону:

— Наверное, не стоило мне вчера есть тот глазированный сырок.

— Значит, всё-таки это не из-за пельменей? — легко спросил я, тщательно анализируя движение маны в источнике Агаты. Сложно это сделать, когда источник спокоен…

Но… Да. Определённо.

Крохотная часть её маны движется в довольно необычном направлении.

— Агата, я хочу задать тебе один личный вопрос, — произнёс я, глядя на черноволосый затылок ведьмы. — И, надеюсь, ты посчитаешь, что я достоин услышать ответ.

Вавилова сжалась и осторожно произнесла:

— Слушаю. Спрашивай.

— Тебе известно, что нужно сделать, чтобы исцелить твоего мужа и других твоих товарищей?

Вавилова медленно обернулась и тяжело посмотрела мне в глаза.

— Почему ты интересуешься, Александр? — прямо спросила она.

— А почему меня не может это интересовать? — в тон ей спросил я.

Она нахмурилась, несколько секунд буравила меня взглядом, а затем произнесла:

— Прости, я не верю в бескорыстность твоих мотивов. Ты умный, довольно расчётливый и невероятно сильный для своих лет. По возрасту ты всего лишь юнец. Но, чем больше с тобой общаешься, чем дольше наблюдаешь за тобой, тем сложнее тебя воспринимать юнцом. Потому я не верю в твой бескорыстный альтруизм.

Она замолчала и, не отводя глаз, стала терпеливо ждать моего ответа.

Я усмехнулся и покачал головой:

— Ну вот, меня раскусили… Конечно же, я не юнец! Я делал тест в глобале, и там сказали, что мой психологический возраст — восемьдесят шесть лет.

Агата поморщилась, а затем и вовсе скривилась, будто бы съела целиком лимон.

— Я думала, у нас серьёзный разговор, — процедила она. — А ты паясничаешь. А раз не хочешь, то…

— Ты права, — перебил её я. — Конечно же, я не могу просто так интересоваться, как помочь твоему мужу и товарищам. Конечно же, у меня есть эгоистичные причины для этого. Целых две. Во-первых, мне нужна команда профессионалов, с которой я смогу сходить в одни конкретные Проклятые Земли.

Я взял паузу. Агата на пару секунд подвисла, а затем деловито спросила:

— Что за Проклятые Земли?

— Поговорим об этом чуть позже, ведь пока что ты всё равно не согласишься организовать нужный мне поход, — улыбнулся я.

Агата подалась вперёд, съедаемая любопытством. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но сдержалась и скрипнула зубами.

Вавилова — умная женщина. Она понимает, что я прав. Что пока не решён вопрос с будущим её мужа и команды, она не станет ввязываться в откровенную и непонятную авантюру.

— Хорошо, — кивнула ведьма спустя несколько секунд. — Разумеется, о том, что ты сейчас сказал, я никому не скажу. И буду готова обсудить твой поход не пойми куда и не пойми зачем позже. Более того, я принимаю эту твою причину. Если ты поможешь Леониду и ребятам… мы постараемся помочь тебе.

Ха! Она уже решила для себя, что я собираюсь помочь её мужу? Вроде бы вслух я этого не говорил.

Хотя, наверное, для человека, который меня успел узнать, это и так очевидно.

— Вторая причина ещё более эгоистичная, чем поиск команды для моего личного дела, — продолжил я как ни в чём не бывало. — Мне просто неприятно смотреть на то, как хорошие люди страдают. Как те, кто бьются за простых подданных Империи, оказываются в коме, как их родные — такие же воины — мучаются, не в силах помочь. Не хочу на это смотреть! А ещё я знаю, что когда благодаря мне ситуация изменится в лучшую сторону, я буду чувствовать себя прекрасно. Так что, считай, всё это я делаю для улучшения своего эмоционального фона. Вот такой вот я эгоист.

Я усмехнулся и пожал плечами.

Агата поджала губы, а затем не сдержалась и рассмеялась.

— Я понял тебя. Прости, если была грубой, — просмеявшись, произнесла она и с благодарностью посмотрела мне в глаза. — Моя гордость рыдает от того, что стажёр-юнец старается решить мои проблемы. Но я смогу наступить ей на горло, Александр, если Лёня и ребята вернутся к нормальной жизни. Спасибо тебе… хотя бы за то, что подарил надежду.

— Да ладно, — отмахнулся я. — Так что там насчёт лечения?

Агата снова посерьёзнела и хмуро произнесла:

— Проще говоря — нужны деньги. Много денег. Я уже говорила тебе, что двое идут на поправку… Но их восстановление я хотела бы ускорить. Ещё троим нужны протезы — очень дорогое удовольствие, если подбирать и настраивать те экземпляры, которые можно будет свободно использовать в бою. Ну и… Лёня и Тима… — Она запнулась, прерывисто выдохнула и зажмурилась. Несколько секунд ей потребовалось, чтобы взять себя в руки. После чего Агата снова подняла взгляд и решительно продолжила: — Они до сих пор в коме. Чтобы их вывести из комы, сто процентов необходимы услуги специалистов с особым Родовым Даром.

— Родовым Даром? — переспросил я. — Поясни.

— А чего тут пояснять? — вздохнула Агата. — Родовой Дар бывает не только боевого типа, но и бытового. Например, ходят слухи, что у твоих Друзей, графов Самоцветовых, Родовой Дар позволяет более эффективно создавать артефакты. А есть Рода, которые благодаря своему Дару более эффективно используют артефакты. То есть в руках представителей такого Рода, исцеляющий артефакт будет работать гораздо мощнее, чем в руках обычного одарённого. Нам нужны услуги представителя такого Рода. Но ещё сильнее нам необходим представитель с более редким типом Родового Дара. Сильным Родовым Даром на исцеление.

— И что же, — задумчиво начал я. — Ты знаешь, где найти таких людей?

— О да… — хмуро произнесла Агата. — Знаю — у моего мужа как раз такой Дар. Но сам себя он сейчас исцелить не может.

Глава 10

Когда-то давно существовал княжеский род Волконских. Но затем княжеский титул упразднили, и все князья остались просто боярами. Потом для особо выдающихся боярских родов появились новые титулы: «баронский», «графский»… Опять же, «князья» вернулись, правда, в новом статусе и в новом составе. Забавный нюанс, что носители всех этих титулов в сословном смысле всё равно считаются боярами. Как ты их ни назови.

Но, конечно же, почти каждый «обычный» боярин мечтает стать «необычным» — бароном, а лучше графом.

К этому стремились и Волконские, и быстро получили графский титул.

Я знал об этом раньше, ибо занимаюсь изучением истории разных родов — что-то ищу в глобале, что-то в библиотеке МАУД. Важно понимать, кто какое место занимает в Империи.

Однако же после разговора с Агатой я задумался о том, что неспроста бояре Волконские одними из первых стали графским родом.

Редкий Родовой Дар на исцеление явно был нужен тогдашнему царю и будущему императору — Петру Алексеевичу. Вот он и выказал поддержку носителям Дара.

Так вот, муж Агаты оказался как раз выходцем из рода Волконских. Леонид Игоревич родился с сильным Вторым Даром и решил использовать его по назначению.

— Он рассказывал, что когда заявил родителям о том, что собирается ходить в Проклятые Земли, между ними разразился сильный скандал, — с грустной улыбкой припомнила Агата и продолжила: — Его родители настаивали, чтобы он просто платил взносы в казну Корпуса и раз в два года подтверждал Достоинство. Но Лёня стоял на своём. Он сильно поругался с родителями… впервые. А вскоре они поругались второй раз, когда Лёня сказал, что собирается вступить в Корпус. Родители пытались отговорить его от этой затеи. Считали, что пусть уж лучше ходит в Проклятые Земли с дважды одарёнными рода, но он был непреклонен.

Агата улыбнулась ещё шире, глядя куда-то вдаль. Воспоминания о муже дарили ей тепло и спокойствие. Невольно она начала гладить свой живот и продолжила:

— В Корпусе мы и познакомились. И… ну… ты, понимаешь, я была простолюдинкой, — повернулась она в мою сторону. — А он графом. Конечно же, он мне сразу не понравился.

Она самодовольно усмехнулась.

Я же удивлённо смотрел на неё, пытаясь уловить логику. Агата заметила это и тяжело вздохнула:

— Моя юность не столь тяжела, как твоя, Александр, или твоих товарищей из интерната. Однако же, когда у меня обнаружился Второй Дар, мне пришлось каждый будний день после учёбы ездить на занятия для дважды одарённых в другой конец города. Но это ещё полбеды. С трудностями девочке-подростку, которая осознала, что у неё есть силы помогать людям, справиться несложно. Хуже стало, когда к моим родителям пришёл первый посыльный от аристократов, желающих взять меня в Слуги Рода. Позже приходили и другие… Отец всерьёз задумывался о том, что так будет лучше для меня, мама не хотела расставаться со мной. Некоторые предлагали сделать Слугами всю семью, некоторые — угрожали…

— Значит, ты тоже отказалась от «чести» стать Слугой? — усмехнулся я. — Я думал, это редкость.

Агата расплылась в самодовольной улыбке и произнесла:

— Тот, кто ограничивает себя этой «честью», никогда не достигнет высот! Ха… Так я думала тогда. Сейчас я, конечно, понимаю, что дело немного в другом — курсы для подростков дважды одарённых ведёт Корпус ведьм и ведьмаков. И преподаватели там умеют находить нужные слова, чтобы добраться до неокрепших умов. В общем, тогда я убедила своих родителей подписать договор с Корпусом. Они получили хорошее вознаграждение, а я отвязалась от внимания аристократов, пытающихся затянуть меня в свою рать. Мне хотелось стать ведьмой Корпуса! Я стала, и никогда об этом не жалела, и… стоп, мы отклонились от темы. В общем, после завершения учёбы и получения статуса совершеннолетней, я полноправно вступила в Корпус. Сперва мне нужно было пройти стажировку в полевых условиях. Моим куратором назначили Лёню, ну и… как бы… это было нелегко. Хах! Для него. Я постоянно называла его «граф», и это его бесило. Однажды он выкрикнул: «Граф! Граф! Что ты заладила, как попугай⁈ Хочешь, я перестану быть графом⁈». Я сказала, что ему слабо… А через неделю он показал мне свой новый паспорт. Выйдя из боярского рода, он стал основателем дворянского рода и взял себе фамилию «Вавилов».

Агата замолчала, печально уставившись вдаль.

— Сильно, — усмехнулся я. — Полагаю, тогда он и сделал тебе предложение?

— А? — опешила Вавилова. — Откуда ты знаешь?

— Полагаю, он ещё раньше хотел на тебе жениться. Но родителям сообщил об этом вперёд тебя. Они были категорически против — и так устали от постоянных выходок сына. Но он подумал-подумал да решил не отказываться от своей цели.

Агата округлила глаза.

— А я ведь говорила, что на юнца ты совсем не тянешь! Да, всё было именно так! Третья его ссора с родителями выдалась самой громкой и резкой. А заодно и последней — в следующий раз, когда он сообщил им, что выходит из рода, он говорил спокойно и уверенно. Ну, по крайней мере, мне он так рассказывал. Мол, решение уже принято, и смысла ссориться нет. Но… — Агата сжала зубы и посмурнела. — Волконские затаили на него очень сильную обиду. Лёня позже пытался хотя бы формально восстановить общение с роднёй — слал подарки на праздники, открытки… всё это возвращалось обратно. Сами они, разумеется, никаких подарков и не думали нам слать. Хотя вру — в день свадьбы мне прислали омерзительную куклу, истыканную иголками, которая держала в руках табличку: «Той, кто не знает своего места».

Агата хмыкнула и покачала головой.

Я же задумался над её словами и скривился:

— Ты что же, хочешь сказать мне, что уже обращалась к Волконским, чтобы они помогли исцелить твоего мужа?

— Да, — поморщилась женщина. — Пришла к их дому, и… в общем, очень сильно попросила. Но мне даже ворота не открыли! «Его Сиятельство велел передать, что не знает никаких Вавиловых» — так мне сказали. Они отказались помочь своему ребёнку, представляешь⁈ Оставили его умирать! И… что самое отвратительное, многим известно, кем по происхождению является мой муж. А аристократы они же… хитрые, расчётливые. В Империи известны всего три рода с мощным Даром на исцеление. Я пыталась связаться с одними… меня проигнорировали. Вероятно, не хотят впутываться в дела, связанные с Волконскими. Связалась с третьим родом… Так мне заломили поистине неподъёмную цену за помощь Лёне! Притом что представитель этого рода является ведьмаком Корпуса! Но всё равно отказывается идти навстречу товарищам…

— И Корпус не имеет права ему приказать? — уточнил я.

— Нет, конечно! Служба в Корпусе накладывает на тебя определённые обязательства в обмен на личную карьеру, но Корпус не может принудить тебя использовать ресурсы твоей семьи. А Родовой Дар как раз этим и является.

— Понятно… И какова сумма?

— Миллион, — в сторону произнесла Вавилова.

У меня аж глаза чуть на лоб не вылезли от такого заявления. Реально много… это ж сколько среднемесячных простолюдинских зарплат получается? Миллион разделить на сто сорок…

Больше семи тысяч.

— У меня нет таких денег, — произнесла Агата обречённо. — И я не уверена, что стоит искать Рода с более слабым Даром на исцеление… По крайней мере, лечащий врач Корпуса прямым текстом сказал, что шанс у Лёни полностью восстановиться только один — если целители с сильнейшим Даром возьмутся за его лечение…

— Но когда твой муж придёт в себя, он сможет и себя долечить, и другим помочь? Его Дар остался с ним в полной мере после выхода из рода?

Агата кивнула.

А затем в сторону пояснила:

— Это нашим детям его Дар уже, скорее всего, не передастся. Я не знаю подробностей, но Лёня говорил, что для передачи Родового Дара на свадьбе должен свершиться ритуал благословения новобрачных главой Рода.

Я кивнул, принимая её слова, а затем задумчиво проговорил:

— Миллион, значит…

— Да, — посмурнела Агата.

— Ну не так-то и много, — резюмировал я.

— Прости, что? — опешила Вавилова.

Я развёл руками в стороны, показывая на расстелившийся вдали густой туман с зелёными проблесками.

— Набьём трофеев в Проклятых Землях, и будет тебе счастье. Не переживай, Агата. Спасём мы твоего мужа.

Из глаз женщины покатились слёзы. Она не сдержалась и крепко обняла меня.

— Спасибо…

— Да не за что пока что, — произнёс я, положив ей ладонь между лопаток.

Определённо, весьма необычно движется часть маны внутри Вавиловой.

Интересно, безопасно ли для неё сейчас соваться в Проклятые Земли?

В любом случае, надо бы быстрее вернуть ей мужа, слишком много волноваться Агате уж точно вредно.

— Наберём миллион, не переживай, — повторил я.

А про себя решил, что буду искать и другие методы вернуть Леонида в строй. Что может быть лучше, чем помочь воссоединиться семье? А заодно и заполучить в должники человека с мощным Даром на исцеление?

* * *

Примерно об этом я думал и в то время, когда мы отдыхали в домике, и когда, покинув его, направились искать и уничтожать скопления монстров. Перед тем, как идти к Ядру, нужно было максимально вычистить подступы, чтобы твари не ударили в спину.

Провозились до вечера, вернулись в дом фермера, где и заночевали. Я вызвался дежурить всю ночь, ибо моё поисковое заклинание гораздо более эффективно, чем глаза обычного караульного.

Но Агата воспротивилась, а вслед за ней и остальные. Говорят, раньше справлялись своими силами, и сейчас справятся.

Так что дежурить мне выдалось лишь под утро, и я даже смог хорошенько выспаться, расстелив самонадувающийся матрас на полу дома.

Пусть я и хорошего мнения о группе Агаты, но, как говорится, доверяй да проверяй. Так что во сне часть моего сознания благодаря Печати Близнеца следила за «показаниями» поискового заклинания.

Но ночью никаких неприятностей с нами не произошло, разве что Агату стошнило во время её дежурства.

Наступило утро. Мы позавтракали и, собрав свои вещи, направились к Ядру. Вчера вечером нам приходилось долго выискивать монстров, так что наш командир решила, что их почти не осталось на подступах, а значит, пришло время нанести решающий удар.

Большинство выживших тварей ушло в глухую оборону, собравшись в самом важном месте Проклятых Земель.

Туда же шли и мы, ориентируясь на зелёные энергетические всполохи в густом тумане. Чем ближе ты к Ядру Проклятых Земель, тем этих всполохов становится всё больше и больше.

В какой-то момент, взглянув на напряжённую Агату, я замер от неожиданности. Первой мыслью было:

«Что с ней опять случилось? С чего вдруг позеленела?»

Но уже через секунду пришло осознание, что это всё из-за окружающего нас освещения. Энергетических всполохов стало настолько много, что все мы казались зеленоватыми. Магический свет ещё и очень странно рассеивался в густом тумане, что тоже добавляло зеленоватости.

Осознав это, я поморщился. Так-то мне нравится зелёный цвет — в моём прошлом мире после Первого Пришествия не хватало зелени и красок. Однако же местный зелёный ничего общего не имеет с цветом растений.

В Проклятых Землях всё мертвецки зелёного оттенка. Как гной…

Так себе обстановочка.

Но, всяко лучше, чем в моём прошлом мире вокруг демонских Твердынь.

— Керн, ну что там? — сосредоточенно спросила Агата.

Марат в очередной раз посмотрел на артефактный «Компас Самоцветова» и покачал головой.

— Походу, можно убирать его до следующего похода, — проворчал шрамолицый. — Слишком близко к Ядру, стрелка не может успокоиться.

— Ясно, — сдержанно ответила командир. — Убирай. Бивень, возьми правее. Близнец, как только почувствуешь тварей, дай знать.

Глубокое дыхание монстров я ощутил минут через пятнадцать после этой беседы. Секунд тридцать изучал его, а затем произнёс:

— Если возьмём ещё немного правее, выйдем как раз к центру скопления. Там они чуть ли не на головах друг у друга лежат.

— Поняла, — кивнула Вавилова. — Бивень, бери левее. Близнец, корректируй курс. Задача: зайти им во фланг.

— Есть, командир, — отозвался я, радуясь, что Агата приняла верное решение.

Я вывел нашу группу к нужной точке, и командир снова приказала разделиться. Как и в прошлые разы, я был в паре с ней, остальные члены группы — вместе. Таким образом, в каждой мини-группе было по одному одарённому, способному поставить твёрдую защитную стену.

По крайней мере, так думала командирша. Ведь в нашей с ней мини-группе мы оба могли в случае опасности создать подобную стену — она изо льда, а я из металла.

Впереди показались напряжённые рожи иглогривов. Агата упёрла в плечо приклад и прицелилась.

— Многовато их здесь собралось… — хмуро произнесла она.

— Я ощутил пятьдесят две туши, — подтвердил я. — Мы зашли с верного направления, пока все сюда сбегутся, треть передохнет. Но, если ты позволишь, я бы предложил немного сменить тактику.

Агата опустила винтовку и повернулась в мою сторону.

— Говори, — деловито произнесла она.

— Есть у меня одно предложение… На первый взгляд очень рискованное. Но, если всё правильно сделать, риск будет даже меньше, чем отстреливать их с этой точки.

— Заинтриговал, — недовольно произнесла Агата. — Ну? Я слушаю.

Глава 11

Трое бойцов пятёрки Агаты Вавиловой — Рысь, Бивень и Керн — несколько минут назад завершили марш-бросок и теперь сидели в засаде.

— Странно, что Ворона решила отойти от изначального плана, — тихо проговорила Мария, через цифровой монокуляр рассматривавшая насторожённые морды иглогривов. — Уже почти час прошёл с тех пор, как мы разделились… С чего это она решила перебросить нас на другой фланг?

— Подумала, что так будет лучше, вот и всё, — спокойно ответил Петрович и размял шею.

— Она ещё и сказала нам, каким маршрутом двигаться… ещё и сообщила, что монстров здесь нет, — продолжала размышлять вслух Рысь. — Честно говоря, мне кажется, изменение плана не совсем её идея. Если вы понимаете, о чём я.

— Даже если наш стажёр ей что-то посоветовал, решение приняла Ворона, а значит, посчитала его верным, — твёрдо произнёс Марат. — Довольно слов. Соберитесь.

В этот момент зашуршала рация микро-гарнитуры.

— Группа Б, видите, где заканчивается лежбище тварей? — услышали все трое насторожённый голос Агаты.

— Так точно, — отозвался Марат, через монокуляр всматриваясь вправо, туда, где самый крайний из иглогривов, стоя боком к «группе Б», неотрывно смотрел на горизонт, будто ожидая подвоха.

— Отлично. Повторяю ещё раз вашу задачу: бейте самыми сильными заклинаниями. Но только тогда, когда последний из свиней будет бежать мимо вас. Не раньше! Бейте им в спины! Керн, будь готов поставить стену, если переагрите монстров на себя.

— Поняли тебя, Ворона, — сдержанно ответил Марат.

Он в полной мере осознал суть нового плана. Если раньше в этих Проклятых Землях Ворона предпочитала действовать аккуратно, стреляя из винтовок по монстрам и заманивая их в западню, то сейчас, похоже, решила вдарить сразу мощно по всем тварям.

Весьма агрессивная и рисковая тактика — во-первых, ты в самом начале тратишь много маны, а во-вторых, после мощного атакующего заклинания тебе будет сложно быстро перестроиться на защиту.

Но!

Опыт подсказывал Марату, что Ворона приняла верное решение. Сейчас иглогривов довольно много, чтобы отстреливать их по одному, а затем биться с выжившими врукопашную. Есть риск, что толпа свиней может и подловить кого-нибудь из пятёрки.

Размышления Керна прервал грохот вдали слева. Повернув голову, шрамолицый мужчина увидел сверкающий холодным металлическим светом торнадо. В нём было столько мощи, что даже густой туман не мог скрыть заклинание.

— Вот это да… — восхищённо пробормотала Мария. — Вот тебе и стажёр.

— Не время отвлекаться! — скомандовал Керн. — Готовьтесь!

Иглогривы противно завизжали и ринулись на помощь попавшим в беду своим собратьям. Все трое бойцов «группы Б» уже сконцентрировали уйму маны сразу из обоих своих сердечников. Конструкты трещали на кончиках пальцев ведьмаков и ведьмы…

— Рано ещё… — прорычал Керн. — Ждём… Ждём… Сейчас! Огонь!!!

Высоко подпрыгнув, Марат с силой топнул ногой оземь, а затем резко опустил обе руки, высвобождая уйму маны. Земля задрожала под его ногой, и эта дрожь устремилась за удирающими хряками, будто гигантский подземный червь.

Заклинание Марата настигло монстров — прямо под копытами шести иглогривов разверзлась земная твердь. Твари, вереща и гневно хрюкая, рухнули в открывшуюся яму.

Со всех сторон в них тут же устремились каменные колья.

Истекая кровью, монстры ревели, сопротивлялись и пытались выбраться. Двоим это почти удалось, однако едва их рыла показались над ямой, их посекло буйными ветровыми серпами. Другие серпы, созданные Бивнем, опустились вглубь ямы и начали резать недобитых чудовищ.

А на поверхности земли рядом с ямой пятерых монстров накрыл дождь из огненных шаров. Каждый шар был размером с футбольный мяч. В воздухе мгновенно завоняло подпалённой плотью.

Иглогривы пытались вырваться из зоны поражения, однако же шары сбивали их с ног.

— А-ха-ха!!! Получайте, твари!!! — раскинув руки в стороны, ревела маг огня — Мария. Девушка была фанаткой артефактных винтовок, но и дать волю родной стихии она тоже очень любила.

К тому же удары магией по площади — визитная карточка всех ведьм. Ведь считается, что Второй Дар женщин разъедает всё вокруг себя. А Второй Дар мужчин прорубает цель перед собой.

— На нас обратили внимание! Готовьтесь! — скомандовал Керн, увидев, что с десяток иглогривов развернулись и, вереща, ринулись на него и его группу.

Но что такое десяток Хищников против трёх опытных бойцов Корпуса? До ближнего боя добежало лишь пятеро хряков, которых в течение пары минут «группа Б» и прикончила.

— Быстрее! — скомандовал Керн, первым рванув следом за остальными удравшими иглогривами.

Однако его тут же обогнал «маг» ветра Петрович, а вскоре и Мария обошла командира группы.

Все трое спешили помочь Агате и Александру, но…

— Ха! — усмехнулась Мария, увидев впереди огромный сияющий вихрь, рядом с которым с небес на головы иглогривов падали бесчисленные ледяные стрелы. — Ну и куда мы так неслись?

Поняв, что только что пал последний из монстров, все трое сбавили темп и уже спокойным шагом направлялись к Александру и Агате, как вдруг вновь захрипели их микро-гарнитуры.

— Боевая готовность! — серьёзным тоном произнесла Агата. — Обнаружен ещё один. Движется прям на нас. Высока вероятность того, что это Высший Ас.

— Что⁈ — опешила Мария. — Проклятье! Этого только не хватало!

* * *

Мой план прошёл как по маслу: мы уничтожили кучу тварей быстро, не дав им ни шанса. Если бы придерживались изначального плана, результат был бы тот же, но пришлось бы повозиться дольше. И рисков было бы больше.

Об этом я думал, когда ощутил на границе восприятия своего поискового заклинания дыхание очередного монстра.

Он бежал к нам очень быстро, о чём я тут же сообщил Агате, добавив, что:

— По ощущениям он меньше Вожака, но крупнее Аса.

Вавилова округлила глаза и прошептала:

— Великий Ас… Готовься к бою, Близнец!

Сама она принялась возводить ледяное укрепление, параллельно с этим раздавая приказы остальной троице.

— Начиная со второго ранга, монстры делятся на два типа. Условно «обычный» и, условно, «одиночка», — отключив рацию, начала объяснять мне Агата. — Великий Ас — это Ас-одиночка. Как и любой одиночка, он гораздо сильнее своего «обычного» сородича. И как любой одиночка, он не подчиняется «обычным» монстрам, которые сильнее его на ранг. Великий Ас будет игнорировать приказы Вожака. Только Царь сможет на него хоть как-то повлиять. И то, подчинение будет довольно слабым.

— Ясно, — кивнул я.

Агата закончила создавать укрепление. Стоя на ледяной стене, мы с ней всматривались в даль — в ту сторону, откуда уже доносился приглушённый рык и шлёпанье тяжёлых копыт о вязкую жижу.

— Бежит быстро, — напряжённо проговорила Вавилова, не отводя взгляда. — Хорошо, что мы изменили план. Одиночки никогда не объединяются с другими монстрами. Но в критической ситуации вполне могут подставить их под удар, лишь бы добраться до добычи. Полагаю, этот экземпляр почувствовал, что Ядро в опасности, и рванул сюда. Хотел прикрыться остальными тварями и напасть на нас, да не успел. Будь осторожен, Близнец. Великий Ас по силе ничуть не уступает слабому Вожаку. При всём уважении к твоему подвигу, Вожак, побеждённый тобой, был ближе к слабому…

Она замолчала, когда сквозь густой туман стало возможно разглядеть фигуру мощного иглогрива. В этот же момент слева от нас уже слышался топот трёх пар ног. Я повернулся на этот звук и подошёл к краю ледяной башни.

— Я помогу вам, держитесь! — крикнул я во всё горло и потянулся к своему источнику.

— … лять… опять… — услышал я недовольное бурчание Марата, отставшего от Марии и Петровича.

Поведя руками в воздухе, я создал «мягкий» вихрь, который подхватил Петровича и быстро доставил его на ледяную крышу. Ведьмак помог сам себе воздухом, да и у меня в этот раз получилась менее жёсткая посадка, чем вчера, когда транспортировал Марата.

— Спасибо! — крикнул Петрович, проскользив на прямых ногах по льду мимо меня.

Я ещё раз создал то же самое заклинание и скопировал его.

— Ух! — взвизгнула Мария, когда мой вихрь поднял её в воздух.

Марат взлетел молча. Он скрестил на груди руки и всем своим видом демонстрировал, что принимает неизбежное.

— Мягкая посадочка! — легко произнесла Мария, проскользившая прямо в руки Петровичу.

А вот с Маратом как-то не получилось. Он снова кубарем покатился по льду к краю крепости. Я был готов ещё раз создать вихрь, чтобы остановить его, но не потребовалась — Агата поймала ведьмака за загривок как щеночка.

— Все в сборе! — рявкнула Вавилова. — Керн, сделай только твёрдую поверхность под ногами, а затем создавай яму. Рысь, Бивень, используйте сильнейшие заклинания, когда враг будет обездвижен. Близнец, тебя это тоже касается. И ещё… — Она кинула на меня быстрый взгляд и, снова повернувшись в сторону приближающегося монстра, произнесла: — Давай в этот раз без фокусов. Я хочу, чтобы ты увидел, на что способны твои товарищи.

— Есть, — кивнул я и улыбнулся.

Агата даёт мне понять, что и без меня её группа на что-то способна?

Ха. Да я это и так знаю.

И всё же она права: хороший полевой командир должен уметь делиться славой с подчинёнными. И что, что ты можешь справиться с сегодняшним противником в одиночку, оставив свою команду в роли зрителей?

Не надо так.

А то завтра встретится ещё более мощный враг, с которым ты уже один не справишься, и тебе потребуется помощь команды. Но команда уже привыкла быть зрителями и стала бесполезной.

На этой мысли я отпустил сконцентрированную ману из вензелей с моим Родовым Даром. Простого ветра, покрытого Вторым Даром, сейчас будет достаточно.

* * *

— Гр-р-р-ра-а-а!!! — оглушительно заревел огромный тёмно-оранжевый иглогрив, когда он на полном ходу провалился в появившуюся прямо перед ним яму.

— Огонь!!! — скомандовала Агата, выпуская заранее подготовленное заклинание.

На голову твари посыпались ледяные копья, через миг к ним присоединились громадные огненные шары и ветровые серпы. Хоть мы с Петровичем использовали очень схожие заклинания, наши серпы внешне отличались — мои были больше и светились холодным светом звёзд.

Монстр заревел ещё громче, и наша ледяная башня начала дрожать. Секунду спустя из ямы вырос каменный пьедестал, на котором стоял раненый Великий Ас. Зверь ударил по нему копытом, и камень на огромной скорости рванул к нам.

Напоминал чем-то глайдер.

— Я! — крикнула Агата, как заправский вратарь.

Вскинув обе ладони, она создала ящик изо льда, в котором через миг оказался иглогрив.

— Закидывайте сверху! — скомандовала Вавилова. — Керн, следующая яма!

Втроём с Марией и Петровичем мы успели швырнуть по одному заклинанию в «открытую крышку» ледяного ящика, прежде чем тот разлетелся на осколки.

Великий Ас приземлился на копыта и яростно уставился на нас. По его роже я понял, что тварь решила не сокращать дистанцию и атаковать издали. Он поднял копыто и…

Провалился в очередную яму.

— Огонь!!! — скомандовала Вавилова.

Втроём мы вновь принялись закидывать крепкого монстра мощными заклинаниями. Сама Агата не атаковала.

Вновь затряслась наша крепость, и через несколько секунд мы опять увидели Аса, который с помощью магии земли снова смог поднять себя со дна ямы. Хоть монстр истекал кровью, от него веяло ужасающей мощью и смертельной опасностью.

— Стена, — резко произнесла Агата.

— Есть! — рявкнул Марат.

Иглогрив выгнул спину не хуже кошки, и каменные шипы с его тела вылетели, будто арбалетные болты.

Именно в этот момент Керн создал перед нами плотную каменную стену. Она затряслась и начала крошиться, однако никто из моих товарищей не дрогнул.

— Убирай! — крикнула Агата, едва тряска прекратилась.

Марат повёл рукой и развеял своё заклинание, впитав остатки неизрасходованной маны.

Я увидел Великого Аса. Он был метрах в пяти от подножья ледяной крепости, готовясь к прыжку.

Мне очень захотелось использовать чуть больше своих возможностей в этот миг. Однако я сдержался, потому как чувствовал ману Агаты.

Водяные путы оплели лапы монстры в то мгновенье, когда он готовился к прыжку. Великий Ас заверещал и по инерции завалился набок.

— Огонь! — в очередной раз скомандовала Вавилова.

Цель была близка, я прекрасно видел её и потому решил не бить по площади, а сконцентрировать всю силу в одном ударе.

Ослепительный ветровой серп был всего-то пятьдесят сантиметров в длину. Однако я вложил в него немерено маны и хорошенько сжал.

Серп вошёл в бочину монстра. Аккурат между передними и задними лапами. Тварь несколько раз вздрогнула и обмякла.

— Отлично! — вскинула к небу сжатый кулак Агата.

— Да!!! — поддержали её остальные.

В следующий миг Вавилова взяла себя в руки и повернулась ко мне:

— Близнец, что с периметром?

— Чист, Ворона. Кроме нас никого.

— Хорошо. Пять минут перерыв, и выдвигаемся к Ядру.

* * *

После нашей победы над Великим Асом Проклятые Земли уже ничего не могли нам противопоставить — на нас нападали выжившие Хищники поодиночке. Пару раз по двое. Самое большое по трое. Разумеется, нам это не доставляло никакого дискомфорта.

Правда, первое же нападение Хищника меня насторожило — до сих пор мелочь сама на нас не реагировала из-за эффекта «Покрова невидимости». Но Агата успокоила меня, пояснив, что вблизи Ядра любые средства на скрытность практически не действуют.

Так мы добрались до главной точки Проклятых Земель — трёхметрового пульсирующего зелёного обелиска. Он казался живым и дико вонял тухлятиной за сотню метров. Если бы Агата не выдала нам защитные маски, очень похожие на медицинские, дышать было бы гораздо сложнее.

Как я понял, по принципу работы эти маски схожи со скатертью Марии.

Всей пятёркой мы остановились напротив Ядра и несколько секунд молча смотрели на то, как с каждым тактом его пульсации в небо устремляются зелёные энергетические всполохи.

— Поверить не могу, что мы добрались сюда лишь впятером, — пробормотала Мария.

— Согласен. Вот все в шоке будут, когда узнают… — поддержал её Петрович.

— А ещё больше их шокирует то, что мы прикончили Вожака, двух Асов и Великого Аса, — радостно произнесла беловолосая ведьма.

— Хорош уже! — шикнул на них Марат. — Чего как маленькие?

— А тебе жалко, что ли? А? Летающий Керн!

— Что? — опешил Марат. — Как ты меня назвала?

— Ну а что? Ты так нелепо летел сегодня, когда Близнец тебя подкинул. Или тебе больше нравится Катящийся Керн? Или Керн-Перекати-Поле?

— Хватит! — рявкнула Агата. — Потом повеселитесь. Я понимаю ваши чувства, но не позорьтесь перед нашим стажёром. Нельзя расслабляться, пока ты не получил деньги за трофеи. До этого момента поход не считается завершённым! Всё! Заткнулись! Близнец, за твой вклад я дарую тебе почётное право уничтожить Ядро. Давай!

— Благодарю, — оторвавшись от созерцания пульсирующего обелиска, кивнул я. — Есть какие-то нюансы, которые я должен знать?

— Руки в него не суй, пока живое, — хмуро проговорил Марат, но тут же заткнулся, едва в его сторону повернулась Агата.

— Уничтожай мечом, — пояснила Вавилова, снова посмотрев на меня. — Сильный импульс Второго Дара через оружие — и всё, дело сделано.

Я молча кивнул и достал свой трофейный клинок. Приблизившись к Ядру, я осторожно ткнул в него лезвием.

Ядро начало пульсировать сильнее и яростнее. Я кожей ощущал глубинную всепоглощающую ненависть, что шла от этого странного нароста.

— Давай, не тяни! Режь! — выпалила Агата.

Потянувшись к своему Второму сердечнику, я зачерпнул огромное количество энергии и направил её в меч.

Меч засиял холодным светом звёзд. Ядро запульсировало бешено и неистово. Казалось, оно вот-вот готовилось породить кого-то!

Но я не дал ему шанса на сопротивление, надавив на рукоять меча. Меч вошёл в него, как раскалённый нож в масло.

Ядро вздрогнуло и прекратило биться.

Всполохи энергии над нами начали тускнеть, пока совсем не исчезли.

— А теперь вытащи меч и отойди, Близнец, — быстро произнесла Агата.

Я сделал, как она велела, и ведьма тут же заняла моё место. К дыре в Ядре она прислонила мешочек из чёрной ткани, похожей на бархат.

От этого мешочка шёл такой мощный энергетический фон, что я невольно восхитился работой мастера-артефактора, создавшего его.

— Что это? — спросил я.

— Хранитель Сути, — не оборачиваясь, ответила Вавилова. — Он помогает собрать энергию Ядра.

Я мысленно усмехнулся — до начала похода Агата говорила, что мы не готовы закрывать эти Проклятые Земли. И, тем не менее, она взяла с собой маски, чтобы подойти вплотную к Ядру, и волшебный мешочек.

— Полагаю, эта энергия дорого стоит? — коротко спросил я.

— Именно, — кивнула Вавилова. — По моим прикидкам, треть нашего потенциального заработка с похода лежит сейчас в Хранителе.

Она завязала мешочек и продемонстрировала его мне.

Выглядел он сейчас как раздувшейся отсек для сбора опилок на шлифовальной машинке — мозг реципиента ни с того ни с сего решил подкинуть мне воспоминание с образом из далёкого детства, в котором столяр интерната шлифует перила крыльца.

Я откинул лишние мысли и, глядя в глаза Агате, коротко спросил:

— А в рублях-то это сколько будет стоить?

Глава 12

Двести тысяч рублей.

Примерно столько, по прикидкам Агаты, мы заработаем, когда продадим все трофеи: ценные части тел Хищников, двух Асов, Великого Аса, Вожака. Ну и содержимое Хранителя Сути, разумеется.

Едва услышав это, я на секунду подвис, а затем усмехнулся и произнёс:

— Значит, в ближайшее время нам нужно закрыть ещё четыре схожие по размерам Проклятые Земли?

— А почему четыре? — вмешалась в разговор любопытная Мария.

— Четыре? — повторил за мной Керн с подозрением в голосе. — И будет примерно миллион? Ворона, вы сейчас говорите о…

— Хватит! — в очередной раз оборвала зарождающуюся дискуссию наша командирша. — Все сторонние разговоры позже. Сейчас нам надо обсудить насущные вопросы. Как будем действовать, чтобы получить максимум выгоды с трофеев? Впятером мы не успеем всё собрать. А значит, необходимо нанять сборщиков.

— А в чём вопрос? — проворчал Марат. — Нанимаем под процент. Ну и сами с ними работаем бок о бок — самых ценных монстров возьмём на себя. Всё равно другой вариант для нас недоступен.

Мои товарищи задумчиво переглянулись.

— Простите, а о чём, собственно, речь? — Я тоже решил поучаствовать в беседе. — Что за второй вариант? Ну и что за сборщики? Чисто люди? Или техника тоже с них?

— И люди, и техника, — кивнула Агата. — Трофеев у нас много, но если всё быстро не разделаем, туши испортятся. Потому нам нужны сборщики. Но проблема в том, что сборщики стоят денег. Двенадцать тысяч в сутки — фиксированная плата, вносится сразу полностью. Суток нам, к слову, хватит. Либо же можем согласиться на двадцать процентов со стоимости трофеев после продажи.

— Двадцать процентов с двухсот тысяч — как-то жирно, — скривился я.

— Да нет, это с того, что они сами насобирают, — быстро пояснил Марат. — Потому и предлагаю самых монстров ценных нам самим разделать. Правда, и в мелочи могут быть сюрпризы… Хищников мы много настреляли, вдруг кто-то из них почти дорос до эволюции? А стало быть, сумма будет больше. По моим прикидкам, минимум на сто тысяч рублей сборщики могут нам трофеев набрать.

— Минимум? — уточнил я и обвёл остальных взглядом.

Агата посмотрела на Марата и покачала головой.

— Минимум будет меньше, — сухо произнесла Вавилова. — Но может быть и сто тысяч. А может быть…

Она поколебалась и замолчала.

— Может быть и больше, — охотно продолжил Марат.

Понятно, Ворона боится сглазить. Предпочитает, так сказать, не каркать лишнего, потому и считает потенциальный заработок по нижней границе. А Марат — оптимист? Или берёт среднюю?

В любом случае даже восемь тысяч — большая разница. Жалко переплачивать.

— Давайте заплатим двенадцать, — быстро произнёс я. — Я внесу, потом переведёте.

— Бога-а-атенький стажёр, — протянула Мария.

— Уверен? — подошла ко мне Агата.

Я молча кивнул.

— Хорошо. Дай секунду, прикинуть, какую команду выбрать, раз уж сборщики Корпуса отваливаются.

— Почему? — удивился я.

— Потому что у лягушки хвост зелёный, вот почему, — проворчал Марат вперёд Агаты.

— Керн, не бузи, — хлопнула его по плечу Мария.

— Я не бузю. Просто это уже дела Корпуса. — Он отвернулся.

— Сборщики Корпуса работают только за процент? — прямо спросил я у беловолосой ведьмы.

— Ну не только… — начала она юлить, а затем выдохнула и ответила: — Скажем так, когда они работают за посуточную оплату, они не очень-то спешат. Но за процент выполняют работу максимально качественно и быстро.

Между тем туман практически полностью рассеялся, а обелиск Ядра высох и стал походить на засохший цветок. Казалось, потри его пальцами, и он рассыплется в пыль.

Я достал из рюкзака телефон и убедился в том, что связи нет. Проблема здесь не в Проклятых Землях, а в том, что мы заехали в глухую глушь.

Притом что Агата в этот момент как раз по телефону и разговаривала. Правда, её кирпич был очень тяжёлым на вид и с длинной антенной.

Тоже стоит себе приобрести спутниковый телефон, что ли?

— Я договорилась! — спустя минуту объявила Вавилова и тряхнула чёрной гривой — к этому моменту уже все мы сняли шлемы. Агата уставилась своими небесно-голубыми глазами на меня и продолжила: — Они выдвинутся в нашу сторону, едва увидят уведомление о поступлении средств на счёт.

Я протянул ей руку и произнёс:

— Дай позвонить.

Агата кивнула и протянула мне трубку. Я по памяти набрал нужный номер, и телефон определил его как «Марина Сергеева».

Удивлённо хмыкнув, я уважительно взглянул на Агату. Отправившись в поход, Вавилова на всякий случай внесла в память устройства номер той, кого я посадил ей на шею.

— Привет, Агата! Закончили уже? — услышал я радостный голос своей управляющей.

— Привет, Марина, — хмыкнул я. — С монстрами закончили, но ещё тут сутки проторчать можем, собирая трофеи — богатый улов.

Несколько секунд в трубке стояло давящее молчание, а затем Марина затараторила:

— Александр, как я рада тебя слышать! Здорово, что у вас всё хорошо! А я тоже работаю, и весьма успешно! Но, наверное, тебе сейчас некогда выслушивать мой доклад.

Я улыбнулся — похоже, Марина в самом деле начала дичать взаперти без человеческого общения.

— Позже обязательно выслушаю, — тепло произнёс я. — Но сейчас в самом деле у нас мало времени. Мне нужно заплатить сборщикам трофеев, без них мы физически не сможем собрать все ценности. Переведи двенадцать тысяч на счёт, который я тебе сейчас назову.

Я ожидал, что рыжая хранительница моих барышей начнёт вновь грудью отстаивать сохранность счетов, но вместо этого девушка лишь деловито уточнила:

— Сумма отобьётся?

— Вполне. Мы выбрали наиболее эффективный вариант.

Между тем Агата открыла на своём смартфоне контакт «Сборщики Лазовского», где помимо номера телефона и кратких пометок был вбит ещё и номер счёта. Я продиктовал его Марине.

— Записала, — твёрдо произнесла девушка. — Прямо сейчас отправлю.

— Давай, ждём.

— Хорошо. И… я тоже жду вашего с Агатой возращения. Передавай ей привет. Всё, пока!

* * *

Агате несколько раз звонили из Корпуса и спрашивали насчёт закрытия Проклятых Земель — после уничтожения Ядра туман начал рассеиваться, и это, разумеется, увидели дежурные солдаты. Они и сообщили начальству, что Ядро Проклятых Земель «предположительно» уничтожено.

Тогда из Корпуса и связались с Вавиловой для подтверждения информации об уничтожении Ядра и получения сведений о том, что у нас тут творилось.

О жизнедеятельности этих Проклятых Земель Агата рассказала всё подробно — как ведьма Корпуса, она не имеет права скрывать информацию о монстрах. Человечеству важно исследовать Проклятые Земли — врага нужно знать в лицо, с чем я полностью согласен.

Примечательно тут другое: после первого звонка от служащего отдела аналитики, Агате вскоре позвонил кто-то из начальства. Звонивший ведьмак усомнился в том, что отдел аналитики правильно интерпретировал слова Вавиловой.

Ведь как это возможно, чтобы мини-группа из двух ведьм и двух ведьмаков с балластом в виде неопытного стажёра, смогла прикончить Вожака, двух Асов, Великого Аса и почти двести голов Хищников? Что за невидаль?

— Даже с учётом ваших сил, Агата Игоревна, это кажется невероятным. — Стоя рядом с Агатой, я слышал из динамика телефона голос говорившего ведьмака. — Не поймите меня неправильно, просто…

— Просто моя группа хорошо потрудилась, вот и всё, — ровным тоном перебила его Вавилова.

После этого ведьмак, заискивающе изображая заботу, предложил Агате пригласить сборщиков Корпуса, на что ведьма уверенно ответила, что уже оплатила на сутки услуги группы Лазовского.

— Благодарю за звонок, Наиль Давидович, — торжествующим тоном резюмировала Агата. — Но нам тоже нужно приступать к сбору трофеев. Очень много туш, как вы понимаете, боюсь не успеть. А ведь ещё нужно для Корпуса глаза собрать.

— Я вас понимаю, Агата Игоревна. Ещё раз поздравляю с успешным рейдом. Не смею больше отвлекать.

Положив трубку, Агата не сдержала самодовольной улыбки.

— Туда его! — махнула рукой Мария. — Индюк напыщенный! Это ж надо, усомниться в твоём устном докладе⁈ Что за неуважение! Тебе ведь всё равно письменный отчёт сдавать о походе. Ну и глаза тоже.

— Мудак, — хмыкнул Петрович.

Агата посмотрела на них тёплым взглядом и произнесла:

— Да ладно вам. Как ни крути, со стороны может показаться, что мы в самом деле сотворили невероятное. Ладно, объявляю небольшой перерыв, а потом возьмёмся за сбор трофеев!

Спустя полтора часа мы приступили к разделке туши Великого Аса. Дело это долгое, грязное, муторное, но прибыльное. В нашей команде настоящим мастером добычи полезных ингредиентов оказался Марат. У него аж глаза горели, когда он делил гигантского монструозного кабана на части. А с каким упоением он рассказывал мне, как лучше отделять мышечные волокна от костей…

Жуть!

У каждого свои хобби…

К слову, остальные участники тоже не стояли в сторонке и трудились, не боясь замарать рук. Воспользовавшись моментом, я уточнил у Агаты насчёт глаз монстров. Зачем они Корпусу?

Оказалось, что Корпус может выкупить любые ценные части тела монстров, однако цену даёт ниже рынка. В то время как многие скупщики за хорошую цену покупают что-то конкретное, что им необходимо прямо сейчас. Вот и стоит выбор — пройтись по разным скупщикам и потратить время, либо, не заморачиваясь, сдать всё Корпусу, но получить при этом меньшую сумму.

Однако за глаза монстров Корпус всегда платит по рынку. Исторически сложилось, что именно глаза являются «подтверждающим трофеем» — счётчиком убитых. Не только уничтожение Ядра и отсутствие потерь в группе позволяет повысить рейтинг, но и количество, а главное — качество убитых монстров.

Вообще, в Корпусе многое завязано на рейтингах. Рейтинг командира, рейтинг группы, личный рейтинг… От рейтингов зависят размер премий, которые Корпус выплачивает ведьмам и ведьмакам. А ещё уровень допуска в закрытые секции магазина Корпуса. Артефакты, алхимические зелья и тому подобное можно приобрести в Корпусе. Но это привилегия для выдающихся ведьм и ведьмаков.

А ещё от рейтинга группы зависит уровень допуска в Проклятые Земли. Так Корпус пытается избежать лишних смертей среди своих членов. Чтобы слабые группы не совались в наиболее опасные Проклятые Земли. При этом частные группы дважды одарённых вполне могут свободно посещать любые Проклятые Земли на Имперской Земле, независимо от того, насколько они старые.

А если Проклятые Земли открылись во владениях какого-то рода, то вольные дважды одарённые не могут просто так в них войти. Только те, кого пропустят хозяева территории. Либо же группа Корпуса, представляющая интересы всей Империи.

Так, выслушивая внеплановую лекцию от Агаты и разделывая тушку теперь уже Вожака, я не заметил, как прошло несколько часов.

Вдали послышался рёв моторов — туман уже развеялся настолько, что техника практически перестала барахлить. Петрович даже успел и «Буханку» ближе перегнать, так чтобы нам самим было куда грузить трофеи.

— Перерыв! — скомандовала Агата.

Отойдя от туши Вожака, мы принялись всматриваться в даль и вскоре увидели три тяжёлых грузовика, пересекающих поле чёрной травы. У каждой машины было по шесть колёс, и каждое из них практически с меня ростом.

Первый грузовик остановился метрах в десяти от нас, распахнулась пассажирская дверь, и из кабины на мёртвую траву выпрыгнул высокий мужчина, облачённый в длинный приталенный плащ песочного цвета. Под этим плащом, что забавно, были привычные для таких диких мест штаны и курточка в цвете «золотистый хаки». На ногах мужчины были надеты опять же вполне уместные высокие и тяжёлые берцы. А вот на голове модная панамка оливкового цвета и нелепые очки — такие в моём прошлом мире носили пилоты самолётов начала двадцатого века.

— Про очки не спрашивай, — шепнула мне зачем-то Мария.

Агата же зашагала навстречу этому необычному франту.

— Матвей, не думала, что ты лично явишься! Рада тебя видеть! — легко поздоровалась с ним Вавилова и по-дружески обняла.

— А как я рад видеть тебя, Агатушка, — после объятий громко произнёс этот Матвей и оглядел нашу командиршу цепким взглядом. Затем тем же взглядом посмотрел на нас, перевёл взгляд на тушу Вожака, пару секунд стоял в изумлении, а затем громко хмыкнул: — Однако… Рад, что раненых нет. Стало быть, не только почти двести Хищников, но и Вожак…

— А ещё два Аса и Великий Ас, — добавила Агата.

Матвей замер, глядя куда-то за горизонт.

— Однако… — повторил он спустя секунд семь и снова обвёл взглядом нашу пятёрку. На сей раз он остановился на мне. Из-за нелепых очков я не видел его глаз, но прекрасно чувствовал, что меня пристально изучают, как бактерию под микроскопом.

— Александр Ярославович Егоров, — представился я, глядя на мужчину. — Студент МАУД, стажёр Агаты Игоревны. Простолюдин.

Мужчина улыбнулся краешком губ и в тон мне ответил:

— Матвей Анатольевич Лазовский. Глава команды сборщиков Лазовского. В душе дважды одарённый, но по факту нет, так что приходится посещать уже закрытые Проклятые Земли. Потомственный дворянин. Очень приятно, Александр Ярославович. Знаете, я терпеть не могу сидеть без работы, но сейчас прям счастлив, что до звонка Агатушки у меня не было других заказов, и я смог лично возглавить группу. Хочется верить, я неплохо разбираюсь в людях. И мне кажется, мы ещё не раз поработаем вместе в будущем.

Он повернулся к Вавиловой и быстро произнёс:

— Хороший у тебя стажёр, Агатушка. Но ты, главное, плохому его не учи.

Затем, резко развернувшись, он хлопнул в ладоши и, обращаясь к своим людям, выглядывающим из машин, громко проговорил:

— Поздоровались и хватит! За дело, ребята! Нам платят не для того, чтобы мы себе экскурсии здесь устраивали!

Эксцентричный дворянин быстро раздал приказы, и грузовики разделились. Мы же продолжили разделывать Вожака…

* * *

В воскресенье я начал чувствовать, что подустал. И это притом, что в пятницу я использовал «Второй Шанс», благодаря которому здорово освежился. Однако же, по факту, «Второй Шанс» не является заменой здоровому и планомерному отдыху. В некотором роде он даже утомляет — слишком сильное одномоментное воздействие маны на весь организм.

Но, как мне кажется, больше всего я устал даже не от своих подвигов и героических свершений. Меня порядком задолбало целые сутки разделывать туши! Очень странное ощущение: ты вроде радуешься тому, что, сортируя ценные ингредиенты, добываешь немалые деньги… Но как же этот монотонный труд угнетает. Я бы лучше за эти сутки ещё одни Проклятые Земли закрыл.

Ладно, оставим старческое брюзжание. Как говорили у меня в прошлом мире — на том свете отоспимся.

Врали, судя по тому, чем я занимаюсь после смерти.

Мы собрали всё ценное с Проклятых Земель! И, что забавно, когда закончили, секундомер Лазовского показывал «23:48:59» — то есть, мы уложились аккурат в оплаченное время.

После чего отправились приводить себя в порядок — военные ждали, пока мы закончим, и не сворачивали полевой лагерь. У них здесь имелся фургон с несколькими душевыми кабинами — такие вот удобства для тех, кто штурмует Проклятые Земли.

Перекусив, мы погрузились в машины и выехали в сторону столицы.

Я уснул практически сразу. А проснулся, лишь когда Буханка остановилась на парковке одного из продуктовых магазинов, где уже стояли две машины такси.

— Ну давайте, увидимся. — Агата вышла проводить меня, Марию и Петровича. — Удачно добраться до дома.

— А вам удачно трофеи сбагрить, — весело ответила ей ведьма-блондинка.

— Надеюсь, за сегодня управимся, — хмыкнула Агата и уселась на пассажирское сиденье. За рулём был Марат.

Чумазая Буханка, экспедиционный багажник которой был загружен плотными чёрными мешками, тронулась с места и возглавила колону из трёх грязных грузовиков. Я попрощался с Марией и Петровичем и, закинув добро в багажник такси, с улыбкой поприветствовал водителя:

— Спасибо, что приехал, Вась, рад видеть.

— А я-то как вам рад, командир! — хохотнул он. — Ну что, в Академию? Или лучше в клуб? Очередным мажорам морды бить?

— Сегодня в МАУД. Как раз должны успеть до закрытия.

Машина плавно тронулась с места, я откинулся на спинку сиденья и достал телефон.

Разрядился, гад… За пауэрбанком лезть? Или…

— Есть зарядка? — спросил я водителя.

— Конечно, — протянул он мне провод.

Спустя пару минут я включил телефон, поймав себя на мысли, что неплохо провёл двое суток без него.

Полетели смски о пропущенных вызовах. Мошенники, банк, оператор…

Ух ты, дед звонил… Чего это он?

О, ещё Марина пыталась дозвониться пару раз. Днём и полчаса назад. А она чего хотела-то?

Почувствовав какую-то иррациональную тревогу, я тут же нажал кнопку вызова и приставил трубку к уху.

— Вызываемый вами абонент временно недоступен, попробуйте перезвонить позднее, — сообщил мне автоответчик приятным женским голосом.

Так… и что это значит? Она спать легла пораньше и выключила телефон? Или опять его зарядить забыла?

Или же?..

— Проклятье… — прорычал я себе под нос.

Глава 13

Василий услышал моё рычание и, оторвавшись от дороги, напряжённо спросил:

— Что-то не так, командир? Меняем курс?

— Да погоди ты, — хмуро ответил я, пытаясь собраться с мыслями.

Я просил Марину всегда быть на связи. Она девочка прилежная и просьбу своего работодателя выполняла исправно.

До сих пор.

Что сейчас произошло?

Есть шанс, что она просто забыла зарядить телефон. Ну или сейчас зашла куда-то, где проблемы со связью…

Стоп! Опять же, я просил её не выходить из квартиры Агаты без веской причины. Всё-таки ректор и кольценосцы собирались добраться до неё, чтобы узнать, что же тогда случилось с Антиповым, и кто слил информацию о нём жандармам.

Хм… Я уверен, ректор как минимум подозревает меня в причастности к появлению жандармов. Даже если СБ Академии или лично рода Скоробогатовых в каких-то моментах прощёлкали клювом, я не верю, что эсбэшники до сих пор не в курсе, что у нас с Мариной сложились весьма дружеские отношения. И как ни крути, я куда более необычная фигура в глазах окружающих, чем умная уборщица-простолюдинка. А значит, всё в тех же глазах окружающих, велик шанс, что именно я причастен к появлению жандармов.

К тому же именно я спас жизнь Галкиной, когда она подцепила непонятную энергетическую заразу…

А ещё, сдаётся мне, всё больше и больше людей догадываются, что я — Резанов. Я просто не имею права считать иначе и расслабляться. Я непременно должен допускать, что ректор Академии — довольно влиятельная фигура с большими связями — вполне может знать, какая у меня фамилия была при рождении.

Но не факт…

Я выдохнул и ещё раз набрал номер Марины. Получил всё тот же ответ и тихо выругался.

Так… у меня есть ещё пропущенный вызов от деда. Он-то чего хотел? Надеюсь, у него-то ничего плохого не случилось⁈

Я ещё раз плавно выдохнул, чтобы голосом не выдать своё волнение, и набрал номер графа Резанова-старшего. Послышались недолгие гудки, а затем раздался бодрый голос:

— Привет, внучок! Как делишки? Как в Проклятые Земли сходил?

Я невольно улыбнулся этой непринуждённой манере речи.

— И вам вечер добрый. Дела идут своим чередом. А в Проклятые Земли… хм… закрыли их. Спасибо. По какому вопросу звонили?

— Вот так прям сразу к делу? — возмутился Владислав Александрович. — Мы ж с тобой несколько дней не общались! Давай поболтаем, а! Расскажи, например, какой нынче улов в Проклятых Землях? Выгодно ли ходить?

— Выгодно, если малой группой и без потерь. Ну и если помимо Хищников твари посерьёзнее повстречаются.

— Посерьёзнее? — тут же подобрался дед. — Тебя, что ли, твоя куратор потащила в кишащие, а не прореженные Проклятые Земли?

— Были прореженные, — отозвался я. — Да оказались кишащие. Проклятые Земли сильно изменились в последнее время. — Мой голос прозвучал твёрдо: я хотел донести до деда новые реалии. Род Резановых сейчас, мягко говоря, немного отсталый, и чтобы ему восстановиться, нужно как минимум знать, что сейчас происходит в мире.

— Вот как… — задумчиво произнёс он. — Подробности расскажешь?

— Может быть, потом. Сейчас мне в самом деле не до праздных разговоров. Если вы ничего не хотели, Владис…

— Да чего ты заладил «выкать», а⁈ — резко прервал он меня. — Хорош уже выкобениваться! Я разрешаю звать меня на «ты»! Мы ж одна семья!

— «Разрешаете»? — хмуро спросил я. Мои мысли то и дело возвращались к Марине — раз уж у деда ничего серьёзного не произошло, этот пустой разговор начинал меня утомлять.

Право слово, будто сейчас у меня есть время на болтовню!

И вообще, граф Резанов в курсе, что я только что вернулся из Проклятых Земель. Старый вояка должен понимать, что если хочешь получить от человека положительный ответ, не донимай его, когда он усталый. Ещё наши дальние предки говорили: «Сначала, накорми, напои и спать уложи». А потом уже вопросы задавай…

Вероятно, мой голос прозвучал чуть более резко, чем я сам хотел, а может Владислав Александрович более чуткая натура, чем кажется на первый взгляд.

— Прости, — произнёс он. — Ты прав, какое разрешение от деда единственному внуку может быть на такой пустяк? Я прошу тебя, Саша, давай хотя бы на «ты». Хотя бы когда наедине или по телефону. Ну или если втроём с Алисой…

— Ладно, — выдохнул я. — Но мне в самом деле некогда… Повиси немного на проводе.

— Что? Саша!!! Да как ты смее…

Я переключил телефон на вторую линию и снова набрал номер Марины.

Ответ автоответчика оставался неизменен.

На пару секунд я отвёл трубку в сторону. Через зеркало заднего вида я заметил напряжённый взгляд Василия. Хоть мы и видимся всего лишь второй раз в жизни, таксист искренне переживает за меня.

Не люблю пребывать в неведении.

Пора брать всё в свои руки.

Я принялся быстро нажимать на сенсорный экран смартфона. Спустя секунд пятнадцать дело было сделано, и я вывел телефон из режима ожидания.

— Саша, чтоб тебя!!! Я сейчас положу трубку!!! — услышал я разъярённый крик деда.

— Да здесь я, здесь. Спасибо, что подождал, и извини, что оставил одного. Но согласись, несколько секунд — это мелочь по сравнению с семнадцатью годами.

— Маленький… вредитель! — процедил он и резко выдохнул. — А теперь ты жди!

Правда, ждать пришлось недолго — вернулся дед едва ли не сразу.

— Что за номер ты мне прислал? — проворчал он.

Что ж, понеслась.

— У тебя была просьба ко мне, деда, и я её выполнил. Теперь у меня к тебе просьба. Чисто по-родственному…

— То есть, ты признаёшь меня своим родным дедом? — перебив меня, деловито уточнил Резанов.

— Между нами — признаю. Но это не значит, что я признаю себя графом Резановым. По крайней мере, пока что. Так и запиши, если ведёшь запись нашего разговора.

— Фу, какой ты грубый, Александр!

Ни подтверждать, ни опровергать ведение записи граф не стал. Вместо этого он проворчал:

— Ну так и что там за просьба?

— Просьба, которая может и не просьба вовсе, а желание проверить работу твоих программистов. Беспокоюсь немного за твою информационную защиту. Ты ведь говорил, что кто-то взломал сервер…

— Пытались взломать, а не взломали! — выпалил он. — Саша, не тяни. Я тебя внимательно слушаю.

— Мне нужна прямо сейчас максимально полная информация о владельце этого номера, — твёрдо произнёс я. — Местоположение, последние звонки — всё, что поможет отыскать его.

— Момент, — хмуро проговорил дед и снова перевёл разговор в режим ожидания.

Я хмыкнул и отвёл трубку от уха.

Мне пришёл ответ на другое отправленное сообщение. Открыв его, я усмехнулся и написал:

«Спасибо, дружище. Жду».

Немного расслабившись, я удобнее расположился на заднем сиденье.

— Курс всё ещё не меняем? — уточнил Вася.

— Пока нет, — отозвался я, и телефон вдруг захрипел.

Я приложил его к уху, и он заворчал голосом деда:

— Парни работают над твоей просьбой, Саша. А теперь расскажи мне, чей это номер, и во что ты вляпался?

— Номер — моей управляющей.

— Управляющей? — удивился дед и зачастил: — Где ты её нашёл? Где вы познакомились? Ты должен понимать, что не только я знаю, кто ты по рождению. Её могли подослать, и…

— Успокойся. Это просто очень умная и усердная девочка, которую не брали в МАУД из-за её происхождения.

— А… та рыжая уборщица, что ли? — Дед в самом деле слегка умерил пыл.

Я усмехнулся и покачал головой:

— Стало быть, ты собирал обо мне информацию.

— Я хотя бы не пытался взломать твои сервера! — парировал он. — А, у тебя же их нет. Так что там с этой уборщицей?

— Академия очень ей интересуется, — хмуро ответил я и закинул удочку: — Особенно люди с кольцами на мизинцах.

— Что? — опешил дед. — Как она умудрилась перейти им дорогу? Секунду… она там несколько лет полы драила, пока ты не поступил в МАУД. Это ты, что ли, связался с ними? Саша, отвечай! Прошу тебя!

— Вижу, тебе кое-что известно об этих людях? — серьёзным тоном произнёс я.

— Позже поговорим. Скажи мне, она с ними повздорила? Или ты? Или…

— Мы оба в той или иной мере. Я укрыл её у одного хорошего человека. Но пока этот человек вместе со мной был в Проклятых Землях, с Мариной что-то случилось.

Несколько секунд дед молчал. Я тоже не торопил его, ожидая реакции.

— Тебе лучшее её бросить, — сказал он серьёзно. — Забудь и не связывайся с теми, кто её ищет.

— Не могу.

— Причина?

— Своих не бросаю. А кольценосцы мне не нравятся.

— Тц! — громко цыкнул дед.

А затем рассмеялся во всё горло:

— Ха-ха-ха! Слова достойные Резанова! Я горжусь тобой, внук! Хотя мне и неспокойно за твою жизнь и боязно вновь тебя потерять… И… так, мне опять звонят. Погоди немного.

Я в очередной раз отвёл трубку в сторону и увидел новое сообщение.

Открыв его, я нахмурился.

«Слушай, тут такое дело… чем старше сигнал, тем сложнее его отследить. Я не буду вдаваться в подробности, но мне нужно либо больше времени и людей, либо мощнее железо. Я из дома бы смог её один найти — там оборудование что надо. А вот из общаги — проблемно. Могу парней привлечь, если ты не против. Но не факт, что удастся из ситуации выжать сто процентов. Ей кто-то позвонил, после чего местоположение телефона начало меняться. Я попробовал пробить звонившего… но там серьёзная защита. Речь о частном спутнике».

На пару секунд я подвис, пытаясь осмыслить суть этого длинного доклада.

Стало быть, Марина точно в беде, раз уж ей звонили неизвестные через частный спутник.

И мой драгоценный друг, по совместительству компьютерный гений, барон Прозоров сейчас в тупике. Я не против, если он привлечёт своих друзей, с которыми мы вместе искали Алину.

Но…

— Саша! Алло! — снова подключился дед, и я быстро приложил трубку к уху. — Саша, похоже, потребуется больше времени.

— Твои спецы упёрлись макушками в потолок? — быстро спросил я.

Пару секунд дед молчал, а затем сбивчиво ответил:

— Нет… ну не то чтобы прям упёрлись… просто нужно больше времени.

Решение родилось в моей голове мгновенно, и я тут же его озвучил:

— Я привезу им в помощь человека, который ускорит процесс. С вашей стороны никаких вопросов и попыток идентифицировать его личность. С его и моей — обещание того, что если он узнает чего лишнего о системе защиты рода, дальше него информация не уйдёт.

На сей раз дед молчал довольно долго.

— Хорошо, — наконец-то изрёк он. — Полагаю, этот человек и так уже знает много лишнего насчёт нашей системы цифровой безопасности.

Намекает на то, что я привезу к нему «своего» взломщика? Догадливый у меня дедуля.

— Понятия не имею, о чём ты, — хмыкнул я. — Но рад, что мы договорились. Скидывай адрес.

— Тю… даже не знаешь, где дом родной находится, что ли? — Мне показалось, в голосе графа прозвучала лёгкая обида.

— Я не знаю, где твои спецы сейчас находятся, — хмыкнул я в ответ.

— Да тут рядом, — повеселел он. — Подъедешь к КПП, вас пропустят. Только номер машины мне напиши.

Мы перекинулись ещё парой слов и положили трубки.

Хм… за всей этой суетой я не уточнил, зачем именно звонил дед.

Ну да ладно, видимо, в самом деле ничего срочного.

— Командир, курс какой? — подал голос с водительского сиденья Василий.

— Да всё тот же, только в конце не к нашей общаге подъезжай, а ИМТУшной.

— Понял, принял, — отозвался таксист.

Я же принялся писать новое сообщение. Ответ на него пришёл почти моментально, и звучал он примерно так же, как и только что сказанные Василием слова.

Приятно, когда вокруг все такие понятливые.

Я ощутил, что напряжение меня постепенно отпускает. Что ж, я всегда говорил, что деятельность — лучшее лекарство от любых проблем и стрессов. Случилось что-то из ряда вон выходящее? Не сходи с ума — возьми всё в свои руки и реши проблему.

Сейчас все процессы запущены, а значит, можно позволить себе несколько минут отдыха.

— Как у тебя дела с твоей Анжелой? — спросил я Васю, чтобы немного отвлечься.

— Да никак, — хмыкнул он, лихо обруливая какую-то колымагу. — Расстались мы.

— Расстались? Чего это? Ты же хорошенько заработал деньжат перед её днём рождения?

— Хорошенько — согласен. Да только подарок ей не тот купил. Нужно было какой-то непонятный фен «Тайсон» брать, а я обычный взял «Торнадо-2М». Бельишко ей прикупил на свой вкус… В итоге ей тоже не понравилось. А на остальные деньги я столик забронировал… Так ей японскую кухню вместо русской подавай! Вот так вот.

Он усмехнулся и, вдавив газ, проскочил перекрёсток на жёлтый сигнал светофора.

— Ну… — протянул я. — Понятно. Ты, главное, не расстраивайся.

— Да я и не расстраиваюсь, — хохотнул водитель. — Баб в округе много, а я у мамы один такой цветочек. — Он весело заржал.

Вскоре мы подъехали к КПП общаги ИМТУ. Я завертел головой, выискивая своего друга, а затем замер, увидев приближающуюся к нашей машине фигуру.

— Ба! А это что за Яшка-цыган? — выпалил удивлённый Василий.

«Это Сёмка-барон», — хотел уж было поправить его я, да вовремя спохватился — не зря же Прозоров так старательно следовал моему совету и гримировался. Не будем раскрывать его инкогнито.

Чёрный кудрявый парик смотрелся на нём весьма потешно. Как и бандана, повязанная сверху, и огромные солнцезащитные очки… очень уместный аксессуар в сумерках-то.

В руках барон нёс тяжёлую сумку, а на его спине был рюкзак.

Я открыл заднюю дверь и позвал его. Василий расторопно выпрыгнул из машины и открыл багажник. Поколебавшись, Прозоров расстался со своей сумкой, а затем разместился рядом со мной, поставил на колени ноутбук и протянул мне руку.

Никак не комментируя его внешний вид, я ответил на рукопожатие. Сёма тоже ничего не сказал про то, как я выгляжу — броня до сих пор была надета на мне.

Но когда машина плавно тронулась, он тихо произнёс:

— Не волнуйся, мы обязательно найдём её.

Достав из рюкзака ноутбук, барон принялся стучать по клавишам.

Понятно: не хочет открыто разговаривать при водителе такси. Похвально.

Я покосился на Василия, который уверенно вёл машину в сторону небольшого квартала, принадлежащего графскому роду Резановых и их немногочисленным вассалам.

— Вася, тут такое дело… Поздравляю, ты внезапно оказался втянут в конфликт, в котором участвуют аристократы, — произнёс я, не сводя взгляда с зеркала заднего вида. — И не только дворяне, чтобы ты понимал.

Василий сглотнул подступивший к горлу комок и нервно изрёк:

— Как я и думал, командир, всё внезапно оказалось более серьёзным, чем ваши недавние разборки с мажорами и детишками личных дворян…

Сёма на миг оторвался от монитора и бросил на меня быстрый взгляд.

— Всё так, — кивнул я. — Знаешь, сейчас рядом с тобой решаются вопросы гораздо более высокого уровня, чем те, что обычно решают пассажиры в салоне такси.

— Согласен, командир. Как правило, тут обычно решаются споры в духе: «Ну куда? К тебе или ко мне?». Ну или клуб выбирают, или же… хм… Командир! Вы велели мне подумать насчёт вашего предложения. Я согласен стать вашим личным водителем и выполнять разные важные поручения. Эдакий мастер на все руки, если пожелаете. В пределах разумного, конечно, там, где хватит моей, так сказать, компетенции. Но, даже если вы меня не примете, я всё равно никому ничего не скажу о том, что услышал и что увидел, находясь рядом с вами.

Он замолчал. Я тоже не спешил давать свой ответ. То и дело Вася нетерпеливо косился на меня через зеркало заднего вида.

— Ты принят, — наконец-то изрёк я, для себя решив насчёт объёма зарплаты для Василия: — Пока предлагаю тебе пять сотен в месяц и премию. Но размер премии пока что не могу обозначить. Она будет всегда разная, на моё усмотрение. Если в дальнейшем тебя не будет устраивать её размер, скажешь — обсудим конкретные суммы.

— Идёт, — решительно ответил он.

— Бумаги подпишешь у Марины. Когда мы её спасём. И насчёт машины… она твоя или арендная?

— Моя, — гордо заявил Василий. — Не бойтесь, жёлтую плёнку и прочие наклейки уберу. Негоже уважаемым людям на такси разъезжать.

Я усмехнулся и благодарно кивнул. А затем повернулся к Семёну. Барон, почувствовав мой взгляд, быстро спросил:

— Мне говорить?

Кивком он указал на водителя, всё ещё сомневаясь, стоит ли делиться информацией в присутствии постороннего.

— Давай, — подобрался я. — Внимательно слушаю, дружище.

Глава 14

Барон Прозоров в своём нелепом маскировочном наряде кивнул и начал обстоятельный рассказ:

— Телефон долгое время находился в одной точке — в многоквартирном доме по адресу Благодатный бульвар, тридцать шесть. Оттуда она звонила тебе, но не дозвонилась — ты был вне зоны доступа. Звонила до того, как ей позвонили через частный спутник.

— Может быть, хотела узнать, отъехал ли я от Проклятых Земель… — задумчиво произнёс я. — Если бы было что-то срочное, позвонила бы Агате на спутниковый. Что дальше?

— А дальше уже был звонок через частный спутник. Она после этого сама позвонила на номер, принадлежащей Сергеевой Вере Михайловне. Но там тоже глухо. После этого она покинула здание, а затем проехала на метро четыре станции, вышла и дальше ехала, скорее всего, на машине. Покинув Москву, она снова звонила тебе. Но после этого её телефон вырубился. Произошло это здесь. — Он ткнул пальцем в участок трассы Москва — Тверь, а затем молча уставился на меня.

— Вера Михайловна — это её бабушка, — проговорил я. — Марина жила с ней, когда училась в школе. По сути, единственная близкая родственница.

— Угрожали жизнью близкого? — процедил Василий с переднего сиденья. — Твари…

— Я думаю, тебе она звонила потому, что твой номер был выше в списке последних набранных, — осторожно произнёс Прозоров, поглядывая на меня.

Я прикрыл глаза, представив ситуацию…

Марина хоть умная и эрудированная, но всё же обычная девушка. Да, она уже не та, что была до нашей встречи — спасибо преподавателю Антипову за бесценный опыт для моей управляющей…

Но всё же Марина росла в семье простолюдинов, вдали от разборок аристократов, от того, чтобы рисковать жизнью по несколько раз за месяц. Неудивительно, что когда ей позвонили и сказали, что бабуля в заложниках, Марина была в шоке. В состоянии аффекта она выполняла требования похитителей.

И всё же со временем смогла хоть немного прийти в себя. Оказавшись с ними в машине, она таки рискнула позвонить мне. Набрала мой номер, а не номер спутникового телефона Агаты. Из-за стресса не смогла принять правильное решение.

А ещё, вероятно, спалилась перед мерзавцами-похитителями в момент звонка.

Моё сердце сжалось, стоило лишь подумать, в каком состоянии тогда была Марина. Как ей тяжело и страшно сейчас…

Я сжал зубы и покачал головой.

Невольно вспомнил фрагмент из моей прошлой жизни. Помню, тогда Скорпион возмущалась, что я сделал новым Стрельцом неопытного парня. «Вокруг столько матёрых бойцов, а ты нашёл неумеху! — кричала она. — Зачем тебе этот увалень! На него нельзя положиться!»

«Я тоже не сразу „Сверхновую“ освоил, — отвечал я ей. — Я чувствую потенциал парня. Дай ему время!»

Лет через пять после этого разговора, когда Скорпион облажалась и со своей группой попала в западню Теневых Демонов, именно Стрелец с личным отрядом пришёл ей на выручку.

И спас…

Странные воспоминания лезут в голову.

Марина ещё непременно покажет всему миру, что я не зря приблизил её к себе.

— Командир, подъезжаем, — отвлёк меня от размышлений голос Василия.

Я мотнул головой и скосил взгляд на Семёна. Барон сосредоточенно выстукивал по клавиатуре, отрешившись от всего мира.

Вскоре через лобовое стекло я увидел поднимающийся шлагбаум. Мы проехали мимо него и остановились рядом с бойцом в чёрной куртке и брюках. На груди его был нашит герб рода Резановых — красивый огромный меч, навершие которого держит землю. На этой земле стоит деревянный кремль, а над ним на ветру реет стяг с двуглавым орлом.

— Прошу следовать за мной, — сказал он, когда Василий опустил стекло.

Ратник запрыгнул на кроссовый мотоцикл и поехал впереди нас по асфальту.

— Это всё земли одного рода? — изумлённо пробормотал Вася, оглядываясь по сторонам. Небольшие скверики, коттеджи и даже несколько многоэтажных домов его впечатляли.

Будто не веря своим глазам, он посмотрел на экран смартфона, на котором до сих пор была открыта карта.

«Частные земли графского рода Резановых и их вассалов», — именно так была подписана зона, в которой мы находились.

— Впечатляет… — прошептал Василий. — Вот что значит графский род…

— Не дай себя обмануть, — хмуро произнёс Семён, не отрываясь от экрана ноутбука. — При всём моём уважении к роду Резановых, полагаю, часть домов и квартир пустует. Более того, ранее территория их квартала была больше. По площади владения землёй Резановы даже не дотягивают до средненьких бояр.

Он искоса глянул на меня и добавил:

— Им ещё только предстоит вернуть былое величие.

Ответить что-либо Василий не успел, заметив, что сопровождающий нас ратник остановил мотоцикл возле двухэтажного кирпичного дома, в котором горел свет во всех окнах.

Перед домиком кипела жизнь: ратники в доспехах сновали туда-сюда, три микроавтобуса пыхтели заведёнными моторами…

Навстречу нашей машине шёл сухонький лысый старик с седыми усами, облачённый в сверкающий серебряным светом слитый артефактный доспех. На поясе деда висел тяжёлый меч, а позади доспеха развивался алый плащ, отчего граф Резанов походил на пришельца из прошлого.

Уверен, у этого плаща должны быть какие-то полезные свойства. Вряд ли дедуля стал бы так наряжаться лишь ради стиля.

Деда сопровождали четверо ратников, среди которых я узнал Бахтиева. Остальных тоже видел в среду, во время битвы с Масловыми.

— Ну вот ты и здесь, — тепло произнёс граф и взглядом обвёл родовые владения.

— Жаль только, повод так себе, — ответил я, пожимая протянутую мне сухую ладонь.

Я кивнул ратникам. Они ответили тем же, но Бахтиев, знавший, кто я, сделал это с бо́льшим почтением.

— Александр, где мне расположиться? — спросил вылезший из машины барон. Он держал ноутбук на весу и даже сейчас что-то нажимал на клавиатуре.

Дед с любопытством оглядел его и хмыкнул:

— Так вот ты какой… на Яшку-цыгана похож. Похоже, цыгане нынче не только коней уводят, но и профили в глобале взламывают. Ладно, идёмте за мной. Коля, таксиста поблагодари и проводи.

— Не таксист это, — быстро произнёс я. — Мой личный водитель.

Дед хмуро посмотрел на меня, вздохнул и сказал:

— Пусть тогда сидит в машине. Идём.

В огромном зале на первом этаже особняка стояло несколько столов с компьютерами. Одно из мест было пустым, туда и приземлился наш кибер-цыган. Коллеги из вассалов Резановых недобро посмотрели на Семёна, но ничего не сказали. А когда граф велел им помогать «нашему сессионному мастеру», они нестройным хором протянули: «Есть».

А дальше все снова застучали по клавишам. Сёма быстро воткнул какой-то провод к своему ноутбуку и уже смотрел в широкий монитор стационарного компьютера.

— Триста сорок шестой, у тебя запрос неправильно вбит. Ты слэш пропустил, — неожиданно произнёс барон.

Один из программистов Резановых напрягся и через пару секунд пробормотал:

— Виноват, мой косяк.

— Сто пятый, а ты индекс не тот указал, — ещё более недовольным тоном проворчал Сёма и добавил: — неудивительно, что защита Резановых свистит, как дырявая крыша.

Программист с идентификационным номером «сто пять» опасливо покосился на графа Резанова и, столкнувшись с яростным взглядом моего деда, тут же вернулся к экрану.

— Спасибо, сейчас поправлю, — пробормотал он.

Несколько минут мы с дедом молча наблюдали за тем, как программисты шуршат клавишами и переговариваются на своём программерском языке. Семён как-то внезапно стал лидером этой группы. А ведь по возрасту он явно младше других.

Я подошёл к другу и склонился над его ухом.

— Косяков больше нет?

— Нет, Александр. Но нужно время. Оборудование лучше, чем у меня в общежитии, но, ожидаемо, не предел совершенства.

— У тебя дома лучше?

Вместо ответа он молча кивнул.

— Понял. Звони, как закончишь.

Дед, слышавший часть нашего разговора, тяжело вздохнул и покачал головой.

— Будем исправлять, Саша, — произнёс он серьёзно.

— Будете, — улыбнулся я. — Но попозже, не сейчас.

— Верно. Сейчас я предлагаю тебе перекусить. Пойдём на улицу.

Отказываться от приглашения я не стал — уже несколько дней нормально не ел, так что спустя пару минут мы с дедом вдвоём сидели на внутреннем дворике в крытой беседке. Массивный деревянный стол ломился от яств — граф Резанов явно успел приготовиться к неожиданному приезду внука.

Пожелав друг другу приятного аппетита, мы оба приступили к еде. Я не сразу заметил, что дед больше «клевал», чем ел. Это я был голодный как волк.

— Спасибо, — насытившись, сказал я.

— Да было бы за что, — махнул он рукой. И посмотрел на стол. — Много осталось. Надо бы ребят покормить.

— И моих тоже, — кивнул я, наливая себе и деду чай с чабрецом. Я протянул ему чашку, он благодарно кивнул и ответил:

— Да, я распоряжусь.

Граф жестом подозвал дворецкого — высокого, подтянутого старика по имени Григорий, одетого в ливрею, и отдал приказ. Старик выслушал графа, почтительно кивнул и, уходя, посмотрел на меня.

Столько теплоты было в его взгляде и улыбке…

Григорий явно узнал меня. Я улыбнулся ему в ответ.

— Всех покормим, — объявил дед, когда дворецкий, забрав с собой порцию блюд, ушёл в сторону дома. — И, как ты выразился, «твоих»…

— Моих, — повторил я, пытаясь понять, что же у деда на уме.

Он тяжело вздохнул и изрёк:

— Я удивлён, что ты нашёл где-то такого талантливого аристократа… Он ведь примерно твоего возраста, этот цыган, верно?

— Без комментариев, — усмехнулся я.

— Ожидаемо… Да уж, даже стыдно, что какой-то юнец почти взломал нашу защиту. В былые времена такого не было.

— В былые времена и глобал развит не был, — хмыкнул я.

— Ну да, ну да… но я о другом. — Дед посерьёзнел, металлический оттенок его глаз стал особо холодным. — Очень опасно приближать к себе человека со стороны, Саша, — проговорил он. — Сперва уборщица. Теперь какой-то таксист… что ты о нём знаешь?

— То, что он будет верен мне, — ответил я, выдержав его взгляд.

— С чего вдруг? У тебя нет СБ, чтобы его проверить. Ты хоть паспорт его видел?

— Только карточку таксиста в машине, — спокойно ответил я.

— Ты взял его к себе без какой-либо проверки… ты считаешь это разумным?

— Я взял его, опираясь на свою интуицию и опыт, — всё тем же тоном произнёс я.

Дед поморщился и покачал головой:

— Положим, в интуицию я верю — сам на неё опираюсь. Но опыт-то у тебя откуда?

Рассказывать деду о том, что за тридцать лет жизни в постапокалиптическом мире я отточил умение видеть людей насквозь, я не стал. Вместо этого лишь хмыкнул и пожал плечами:

— Не всегда стоит опираться на данные СБ.

Дед скрипнул зубами и процедил:

— Именно, Саша. Даже отчёты СБ вкупе с интуицией могут подвести. Я взял человека со стороны в свой дом. Простолюдинку… и к чему это привело?

— К чему?

Он впился в меня взглядом, а затем резко выдохнул и отвернулся.

— Не будем об этом.

— До сих пор не хочешь рассказывать о том, кто меня похитил?

— Сейчас тебя должно больше волновать, кто похитил эту твою уборщицу. Прости, управляющую. Кстати, я еду с тобой и с нашими ратниками. Это не обсуждается.

Он снова повернулся ко мне и напряжённо уставился мне в глаза.

Я улыбнулся и кивнул:

— Спасибо.

Дед удивлённо хлопнул ресницами и выпалил:

— Что, даже спорить не будешь⁈

— А чего мне спорить? — усмехнулся я. — Мне нужны бойцы, чтобы освободить Марину. И я благодарен тебе за предложение.

— Хм… — закивал дед. — Отрадно слышать. Благодари и цени.

— Благодарю и ценю. И ещё кое-что.

— Что?

— Командовать буду я.

— ЧТО⁈ — взревел дед.

Но тут же осёкся, заметив спешащих к нашему столику служанок с контейнерами.

— Позже обсудим, пойдём.

Мы прошли по маленькому дворику к лавке, расположенный между двумя берёзами. Дед уселся на неё и тяжело вздохнул.

— Ты так и не сказал, зачем ты мне звонил, — решил я сменить тему.

— Твоя сестра хочет тебя видеть, — произнёс он в сторону. — Я едва отговорил её делать тебе сюрприз прямо в МАУД. Ты ведь пока не хочешь афишировать нашу связь.

— Благодарю, — кивнул я, размышляя о перспективах встречи с Алисой.

Если она явится в МАУД, Извольским и их хозяевам сразу всё станет ясно. Тогда одинокому простолюдину Александру Егорову явно жизни не дадут…

Хотя прямо сейчас я собираюсь отправиться спасать Марину вместе с силами рода Резановых…

— Ей ты не позволил показаться передо мной прямо в МАУД, а сам мне открыто звонишь, — усмехнулся я.

— Это не одно и то же. — хмыкнул граф. — Да и какая-никакая защита у меня на номере имеется. Легко никто не узнает, что я звонил тебе.

— Хорошо. — Я не стал развивать тему.

— Повезло, что сегодня Алиса не ночует дома, — продолжил дед.

— А где она?

— В больнице заночевать решила, — вздохнул дед. — Один из её ближников — Игнат — при смерти. Парнишка использовал артефакт, выпивающий жизнь, чтобы спасти её. Она поклялась сделать всё возможное, чтобы вылечить его, но… — Дед развёл руками. — Другие ребята тоже в больнице. Алиса сказала, что будет находиться рядом с ними, чтобы хоть чем-то поддержать.

— Каждую ночь, что ли?

— Ага, — горько вздохнул граф. — Не уверен, что после этого артефакта Игната можно вернуть к жизни. Разве что Родовой Дар на сильное исцеление поможет. Да и то не факт…

— А связи с этими тремя Родами у вас нет?

— Нет… Погоди. — Дед встрепенулся и повернулся в мою сторону. — Откуда ты знаешь про три рода высших целителей? Родовые Дары — не та информация, которую можно найти в свободном доступе.

— И, тем не менее, слухи по миру ходят, и…

Я не договорил, увидев спешащего к нам Григория. Дед тоже его заметил и ощутимо напрягся.

— Ваши сиятельства, — дворецкий обратился к нам обоим. — Вам стоит вернуться в дом. Между нашими программистами и приглашённым специалистом возник конфликт. Похоже, ситуация критическая!

Вдвоём с дедом мы сорвались с места, старый дворецкий проворно развернулся и повёл нас.

— Подробности! — на ходу велел дед.

— Как я понял из обрывков фраз, владельцы частного спутника из-за ошибки нашего программиста могут вычислить, что род Резановых пытался взломать их защиту.

— Проклятье, — прорычал граф. — А чей спутник? Они уже выяснили, кто обеспечил похитителей закрытым каналом связи⁈

— Боюсь, что так, ваше сиятельство… — скорбным тоном ответил Григорий. — Как я понял, спутник принадлежит графскому роду Щербатовых. Роду генерал-губернатора Московской губернии.

— Шурину Воронцова! — гневно прорычал граф Резанов, первым из нас ворвавшийся в зал программистов.

Вопреки ожиданиям, зал встретил нас гробовой тишиной. Дед аж растерялся и недоумённо посмотрел на Григория.

Я же быстрым шагом добрался до Прозорова и, положив ему ладонь на плечо, спросил:

— Что насчёт Щербатовых?

— Сто пятый — криворукий идиот, — холодно произнёс барон. — Но я прикрыл его. Прямо сейчас нас не раскусят. Я сделаю так, что до начала операции они тоже не узнают, что спутник пытались взломать. А вот дальше… Увы, постоянно обновлять маску я не смогу. О взломе они узнают.

— А о том, кто это сделал? — хмуро спросил я.

Дед тоже замер рядом со мной и с нетерпением посмотрел на кучерявый чёрный парик барона.

— О взломе узнают, — мрачно произнёс Прозоров, продолжая стучать по клавиатуре. — И потом, если будут долго копаться, узнают, откуда был совершён взлом. Но это в любом случае будет не сразу.

— Благодарю, — сдержанно произнёс граф. — Буду должен.

— Вы мне ничего не должны, — твёрдо проговорил Семён и только сейчас обернулся. Он уставился в глаза моему деду и продолжил: — Я лишь помогаю своему другу. И вот перед ним у меня огромный долг. А теперь, пожалуйста, не отвлекайте. Минут через десять будут координаты, можете пока грузиться. Я, кстати, еду с вами. Продолжить могу и с ноутбука.

Он отвернулся и полностью ушёл в работу.

Я тихо усмехнулся. Совсем недавно я переродился в теле сироты-кадета, а сейчас барон и графские программисты ради меня взламывают спутник генерал-губернатора Московского, который наравне с графом Воронцовым является столпом фракции великого князя Варшавского-Романова.

Ставки постепенно повышаются…

И нам нельзя на них прогореть.

Глава 15

Я уговорил деда переодеться.

Нет, он, конечно, блестяще выглядел в своей броне и алом плаще, однако же я убедил его, что если он хочет отправиться со мной на поле боя, ему не нужно привлекать внимание. Потенциальные враги всё равно со временем узнают, что рать Резановых приняла участие в операции по спасению Марины. Но зачем совсем уж открыто подставляться?

Так что алый плащ деду пришлось оставить дома — он сам сказал, что это его любимое боевое облачение, с которым он прошёл не одну битву. Считай, визитная карточка бывшего Первого Меча Империи.

К слову, тяжёлый широкий меч дед тоже сменил на более простенькое оружие.

А вот броню он решил оставить. Да, говорит, по ней его тоже могут легко вычислить, но у Резановых остались чёрные маскировочные костюмы — эдакие лёгкие артефакты, которые не дают особой защиты, но и сами при первой же вражеской атаке не аннигилируются, как обычная одежда. Более того, внутренний узор этих артефактов позволяет им взаимодействовать с другой артефактной бронёй.

Иными словами, если такой костюм надеть на артефактный доспех, подобно тому, как рыцари прошлого надевали на свои доспехи сюрко, костюм получит дополнительную прочность. Ну и сам доспех, разумеется, скроет.

Правда, воин в таком маскировочном костюме, надетом поверх брони, приобретает весьма потешный вид. Дед, когда вышел ко мне, напоминал не то хоккеиста в трауре, не то толстого ниндзя.

— Отлично выглядишь! — показал я ему большой палец.

— Спасибо, — довольно улыбнулся граф Резанов. — Тебе тоже маскировку приготовили.

— Да на мне арендованный доспех так-то, — пожал я плечами. — Кто меня в нём узнает?

— Вот и с этим недоразумением тоже надо что-то делать! — вновь завёлся дед. — Где же это видано, чтобы граф Резанов и будущий глава рода ходил в арендованной броне⁈ Доспех должен быть персональный! Сделанный под тебя! Ну или в крайнем случае трофейный… но тоже подогнанный и улучшенный мастером.

— Согласен со всем, кроме одного — я не граф Резанов, — усмехнулся я.

— Но ты ведь первым подумал о будущем рода! О том, что не стоит нам пока заявляться к врагам при полном параде. Это я так воодушевился предстоящей возможность сразиться с внуком бок о бок, что хотел действовать по старинке — мощно и в лоб! А ты — молодец! Выбрал лучший вариант. Что это, если не действия будущего главы, а⁈

Хитро улыбаясь, он заглянул мне в глаза.

— Банальная логика и поверхностный просчёт этапов предстоящей военной кампании? — предположил я.

Дед обречённо выдохнул и закатил глаза.

— Всё упираешься и упираешься… сдавайся уже и соглашайся стать моим наследником!

— Сперва расскажи о моём похищении и причастности к нему Пожарских!

— Пф! — фыркнул он. — Так и не уймёшься⁈ Ну ничего, ты ещё у меня станешь Резановым! Иди надевай маскировочный костюм, а я пока ратникам приказы раздам.

Он развернулся и побрёл в сторону бойцов, бормоча себе под нос что-то вроде:

— Кроме меня ведь некому… Чуть что так сразу «Владислав Александрович…» или «Ваше сиятельство…»! А я, может, хочу в кресле сидеть и правнуков нянчить.

Глядя ему вслед, я едва сдерживался, чтобы не рассмеяться.

Интересно, это он меня так подбодрить пытается? Волнуется, что я сильно переживаю насчёт спасения Марины? Как переживал бы обычный восемнадцатилетний юнец?

Или дед в самом деле такой? Долго жил с ощущением того, что род угасает, а теперь вот радуется, обретя вдруг могучего внука и увидев впереди свет надежды?

В любом случае, находиться рядом с графом Резановым с каждым разом мне всё приятнее и приятнее.

Я перевёл взгляд на небо — уже начинался рассвет.

Неожиданно в кармане зазвонил телефон.

Кому это я понадобился в такую рань?

Нахмурившись, я достал смартфон и уставился на экран. А… ну да.

— Алло, Александр, извини, что разбудила, дело срочное… — начала было Агата, едва я принял вызов, но я перебил её, стараясь говорить как можно мягче.

— Тише-тише… Я не сплю. Я уже всё знаю. Не переживай, всё будет хорошо.

— Что? — опешила Вавилова. — Ты сейчас о…

— О Марине. Ты вернулась домой, а её нет?

— Ага, — напряжённо ответила ведьма и через секунду хмыкнула: — Она, что ли, с тобой? Поэтому не спишь?

— Не со мной, — ответил я ровно. — Но я её верну.

— Погоди. — Агата вновь напряглась. — Я хочу услышать подробности!

— Её похитили, — не стал юлить я. Агата из тех людей, которые могут очень сильно обидеться не то что на враньё, а на обычные недомолвки. — Но мы её уже обнаружили, сейчас отправимся выручать.

— Погоди! — с нажимом повторила ведьма. — Дай мне пару секунд… Так… Где ты? Я еду с тобой.

— С чего вдруг?

— Как с чего? Марина моя гостья и отличная девушка! Конечно же, я хочу помочь её освободить.

— Спасибо, Агата, мы сами справимся.

— Тебе дважды одарённый Иерарх лишний? — скептически хмыкнула она.

— Нам хватит боевой мощи.

— Александр, не нервируй меня… Я десять с лишним лет хожу по Проклятым Землям, и…

— И ни разу не убивала людей, верно? — перебил я её в очередной раз. — Спасибо, Агата, но мы справимся сами. В твоём положении явно не стоит ходить по Проклятым Землям. Но ввязываться в подобные операции не стоит вдвойне.

— А? — выпалила она. — Не понимаю, о чём ты…

— Не юли, всё ты понимаешь, — скривился я. — Это я не понимаю, с чего ты в твоём положении прошлый раз в баре стала так люто напиваться.

— Я тогда ещё не знала, — пробурчала она. — И вообще…. Между прочим, это секрет.

— От меня никто ничего не узнает — обещаю. Но и ты пообещай, что сейчас выпьешь какие-нибудь успокоительные травки и будешь спокойно дожидаться хороших вестей. Я верну Марину. Будь уверена.

В трубке повисла тяжёлая тишина.

— С тобой достаточно бойцов? — неожиданно серьёзно спросила ведьма после долгих раздумий.

— Похитителям хватит.

— Что ж… не буду лезть с вопросами, чтобы узнать, где ты их нашёл. Хорошо, я поверю тебе. Но ты должен вернуться живым и здоровым. Помни, тебе ещё… мне помочь нужно. А затем мы будем планировать поход в твои Проклятые Земли. И Марину мне верни! С её появлением в моём доме стало заметно уютнее!

— Вообще-то, это моя управляющая, а не уборщица.

— Будь уверена, мы с ней договоримся.

Агата усмехнулась и произнесла:

— Удачи, Александр. Буду ждать звонка. И насчёт пропуска учёбы не переживай, я оформлю тебе на сегодня день восстановления после стажировки.

Учёба? Ух ты, я и забыл про неё.

— Спасибо, — поблагодарил я добрую ведьму.

Мы простились, и я положил трубку. Ну а спустя несколько минут после этого кортеж из двух чёрных микроавтобусов и трёх внедорожников выехал с территории квартала Резановых.

Все машины были без опознавательных знаков и со сменными номерами. Даже Васе пришлось временно оставить своё такси и сесть за руль брутального внедорожника. Чему он, впрочем, был несказанно рад.

* * *

— Александр, мы подъезжаем, — сквозь пелену сна, я услышал хмурый голос барона Прозорова, который всю дорогу сидел рядом со мной и стучал по клавиатуре.

— Ага, — отозвался я, разлепив глаза и размяв шею. Сверив свои внутренние часы с электронными часами на торпедо машины, я убедился в том, что мы ехали чуть больше полутора часов.

За окнами по обе стороны от трассы «Москва — Тверь» стоял зелёный лес. Я скосил взгляд на экран монитора Сёмы и увидел мигающую точку в лесу, слева от дороги. Заметив, что я изучаю карту, барон повернул ко мне экран и увеличил изображение.

— Не доезжая семи километров до реки Шоша, примерно в десяти километрах от трассы, — пояснил он.

— Ага. И на общедоступных картах там пустырь, — припомнил я то, что услышал ранее от барона.

— Пока ехали, мы нашли закрытые реестры.

— Секретные? — уточнил я.

— Да, но не особо — взломал бы и школьник. Там земля несколько раз сдавалась в аренду и субаренду, есть разрешение на строительство турбазы, но нет документа о вводе в эксплуатацию.

— И кто по факту там сейчас хозяйничает? — повернулся я к барону.

Он поморщился и покачал головой.

— Я ведь тебе не суперкомпьютер, чтобы миллион задач решать одновременно. Информация уже у СБ графа Резанова, пусть они сами разбираются и делают выводы.

— Справедливо, — кивнул я.

— Но, по крайней мере, одна знакомая тебе фамилия мне повстречалась, — ровным тоном продолжил он. — Из руководства МАУД.

— Кто?

— Нет предположений?

— Нет желания играть в угадайку. Ну?

— Дворянский род Киреевых.

— Хм…

— Мне кажется, ты не особо удивлён? Я думал, поставишь на бояр Скоробогатовых, а не на мелочь.

— Вот как раз Скоробогатовым лишний раз мараться незачем, когда можно делегировать полномочия.

Закряхтела рация — с нами связались из головной машины и сообщили, что впереди показался поворот. Мы сбавили скорость и всей колонной свернули на просёлочную дорогу.

Вскоре от просёлочной дороги ничего не осталось — мы ехали по колее сквозь лес.

Я глянул в очередной раз на открытую карту. Уже довольно близко… Ещё немного проедем, и нас могут запросто услышать.

Будто прочитав мои мысли, дед скомандовал на общем канале:

— Всем машинам стоять! Выгружаемся.

Вскоре ратники рода, кто в чёрных доспехах без опознавательных знаков, а кто в чёрных маскировочных костюмах, стояли на колее перед головным внедорожником. Дед с нетерпением смотрел на меня и моих сопровождающих — Вася нёс открытый ноутбук Семёна, а сам барон тащил свою тяжеленную сумку.

— Ну что? Уверен? — быстро спросил граф Резановых у меня и покосился на Сёму. — Может, к чёрту тесты? У нас тоже техника есть.

— Это далеко не первый тест, ваше сиятельство, — спокойно произнёс Прозоров, поставив сумку на траву и открыв замок. — Да и таких, как у меня, у вас точно нет.

Он достал из сумки дрон и двумя руками подкинул его в воздух. Кто-то из ратников усмехнулся — настолько нелепо это выглядело в моменте.

Однако через миг послышалось одобрительное хмыканье, после того как, ощутив свободное падение, дрон мгновенно запустил все двигатели и завис в воздухе.

— ЛУ-О77! — торжественно объявил барон, взяв в руки пульт.

— Достойно, — процедил мой дед. — Яшка-цыган продолжает удивлять.

— И главное — практически бесшумно, — улыбнулся я, убедившись, что враги уж точно не смогут услышать шум лопастей.

* * *

Марина до белых пальцев сжала кулаки и ударила по деревянному полу. Девушка тихо застонала, прерывисто выдохнув, медленно подняла веки и едва не зарыдала.

— Дерьмо… — пробормотала она. — Дерьмо! Дерьмо!

Изо всех сил девушка пыталась взять себя в руки, но получалось едва ли. Эмоции бушевали внутри неё. Страх и отчаяние сплелись друг с другом и не давали разуму вернуть полный контроль над телом.

Но лишь в первое время.

Постепенно девушка начала приходить в себя.

«Нужно успокоиться… — мысленно повторяла она себе. — Нужно взять себя в руки…»

Однако стоило лишь открыть глаза, оглядеться и увидеть деревянную комнату с зарешёченным окном, отчаяние накатывало с новой силой.

— Довольно! Да хватит уже! — в какой-то момент, не выдержав, закричала она и ударила себя ладошками по щекам.

И это помогло. На миг девушка полностью задавила все негативные эмоции, терзающие её изнутри.

А затем она услышала тихие всхлипывания и причитания за стеной, обитой имитацией бруса.

— Бабушка… — прошептала Марина.

Она почувствовала, как буря отчаяния вновь захватывает её с головой, однако смогла с ней справиться.

«Я не одна. Бабушка оказалась втянута во всё это! Я должна её освободить!»

Резко выдохнув, девушка поднялась на ноги и принялась мерить комнату шагами. Остановилась возле открытого окошка. Да, второй этаж, можно было бы вылезти…

Если бы не эта проклятая решётка!

В очередной раз Марина попыталась оторвать решётку, но, конечно же, неодарённой такое было не под силу.

— Блин… ну что я за дура… — прошептала она.

Однако, прежде чем отчаяние захлестнуло её в очередной раз, она снова стала шагать по комнате. С удивлением Марина осознала, что ритмичные шаги помогают ей не переходить шаткую грань своего душевного спокойствия.

А за окном было такое приятное утро… пахло хвоей, щебетали птицы.

«Было бы здорово когда-нибудь отдохнуть на такой турбазе, — мелькнуло в голове девушки. — После трёх лет работы-то… Бабушку свозить. Может быть… ещё кого позвать. Да ту же Агату!»

Горько усмехнувшись, она уставилась на синее небо. В голове Марины невольно всплыли события вчерашнего дня.

Она ждала возвращения Агаты и Александра. Ведьма как-то внезапно, несмотря на разницу в возрасте, силе и социальном статусе, стала для Марины подругой. А Александр…

Перед ним девушка очень сильно хотела похвастаться своими рабочими успехами: она закрыла выгодную сделку на бирже, вывела средства и закупила для перепродажи на «Диких Ягодах» партию мягких игрушек — мерзких зубастых зайцев, которые внезапно стали популярны среди детей. Марина внимательно отслеживала в глобале популярные веяния и одной из первых начала продавать этих плюшевых тварей. Да, не оригинальных, но очень похожих и в десять раз более дешёвых.

Если всех зубастых зайцев, которых у Марины заказали за последние три дня, выкупят, то Александр станет богаче на пятьдесят тысяч рублей.

Огромные деньги! И ведь популярность этих игрушек даже не думает спадать — наоборот!

— Да уж… — пробормотала себе под нос девушка, вспомнив о работе. — Нельзя впустую тратить время, а то конкуренты всё у поставщиков вперёд нас выкупят…

Она поджала губы, а сердце её вновь сжалось от боли.

Да, вчера она с нетерпением ждала возвращения Агаты и Александра. И именно в этот момент ей позвонили с незнакомого номера. Марина тут же взяла трубку — думала, звонок по работе, но…

«Твоя бабка у нас, — услышала она грубый мужской голос. — Узнаёшь?»

Испуганный голос бабушки, который после этого услышала Марина по телефону, ввёл её в ступор. А затем неизвестные озвучили свои требования: сказали, куда нужно приехать, и велели никому не звонить.

«Мы следим за тобой. Не послушаешься — и бабка пойдёт изучать дно Москвы-реки».

От Александра Марина знала, что по телефону можно отследить практически любого человека, можно узнать, кому он звонил. Тот разговор запомнился девушке, потому что она сразу спросила своего работодателя:

— И что же, если пробьют твой номер, то смогут узнать, что это ты звонил жандарму?

— Вряд ли, — ответил тогда Александр. — Как мне сказал один мой друг, телефоны жандармов очень хорошо защищены. Настолько, что даже если с обычного номера звонить жандарму, это нигде не отразится. Ну… точнее, отразится, конечно. Но, чтобы это увидеть, нужно быть супер-мега-гениальным взломщиком. И, опять же, по словам моего друга, даже если взломаешь защиту, чтобы узнать, кто звонил жандарму, жандармы сто процентов узнают о взломе. Так что с этой стороны никто к ним лезть не будет. Да и вообще, хоть взломы и слежка через телефоны возможны, далеко не в каждом роду найдутся нужные специалисты.

И всё же, предполагая, что за её телефоном могут действительно следить, Марина не стала сразу звонить Александру, Агате или в полицию. Но на всякий случай набрала номер бабушки — вдруг её только что очень умело «развели».

Однако телефон Веры Михайловны был недоступен.

Не звоня больше никому, Марина поехала на встречу с неизвестными.

Девушка старалась держать себя в руках. Она решила собрать больше информации. Старалась быть осторожной — выискивала камеры, как её учил Александр, и шла под ними. Держалась поближе к людям.

Так она встретилась с неизвестными.

— Где бабушка? — быстро спросила Марина, подойдя к ним.

— Поехали, прокатимся, — был ей ответ.

— Нет. Сперва отпустите её.

— Или что?

— Или я закричу прямо здесь.

— Тогда твоей бабке хана.

— Тогда вы сами не уйдёте от полиции. Тут куча народа и всюду камеры.

— Ты блефуешь!

— А вы проверьте! Освободите её, и тогда поговорим!

В тот миг Марине было страшно, её сердце бешено билось, но девушка старалась не подавать виду. Она хотела помочь близкому человеку. Хотела быть достойной своего работодателя. Хотела сама справиться с этим вызовом… ну или хотя бы добыть больше информации, чтобы позже вместе с Александром закончить начатое.

И ей даже показалось, что её напор смог ошеломить неизвестных. Если они отпустят бабушку, её руки будут сильнее развязаны — ведь тогда ей, как минимум, не придётся переживать за жизнь близкого человека.

Но именно в этот момент случилось непоправимое.

Безумная боль пронзила голову девушки, и Марина начала терять сознание. Последнее, что она помнила — изумлённое лицо похитителя.

А затем его торжествующую улыбку и отвратительную актёрскую игру.

— Дорогая, тебе плохо? — кричал он, подхватив её. — Ничего-ничего, сейчас отнесу тебя в машину!

Очнулась она, лишь когда машина ехала по трассе. Не подавая виду, что пришла в себя, девушка пыталась дозвониться до Александра, но не получилось — её действия заметили. Телефон разломали, а саму Марину грубо вырубили ударом по голове.

Следующий раз она очнулась уже в этой комнате.

Где?

Неизвестно…

Что теперь будет?

Непонятно.

Сможет ли Александр найти её?

— Сможет! — тихо прорычала Марина, стараясь быть сильной.

«Мне главное — продержаться. Главное — тянуть время. Главное…»

Она потеряла мысль в тот момент, когда увидела зависший в небе дрон. Улыбка сама наползла на лицо девушки.

Вместо безумного отчаяния она наконец-то ощутила искреннюю надежду.

Глава 16

Дверь скрипнула, и Марина невольно вздрогнула. Двое крепких мужчин в футболках и спортивных штанах уставились на неё, не скрывая своего высокомерия.

— Ну что, отдохнула? — осклабился тот, что был шире в плечах. — Шуруй за нами, длинноногая!

'Эти типы точно не похоже на тех, кто будут следить за пленницей через камеру дрона! — твёрдо решила девушка. — Я знаю, Александр здесь! Это он нашёл технику! Нашёл меня!

А значит, я должна тянуть время, чтобы он успел прийти на помощь!'

— Я… не хочу! — выпалила девушка попятившись. — Никуда не пойду с вами! Уходите! Оставьте меня!

Бугаи переглянулись. Тот, что был шире, усмехнулся и вразвалочку попёр на девушку.

— Знаешь, красотка, а я не прочь тебя понести, — пропел он. — Надеюсь, тебе понравится, хы-хы!

Сердце Марины сжалось от его похабного взгляда. Огромная рука с толстыми пальцами потянулась к груди девушки…

Марина успела выставить вперёд руку, и пальцы здоровяка сжались на её запястье.

— Пусти! Пусти! — закричала девушка, пытаясь вырваться.

Но куда уж ей было против этой груды мяса!

Здоровяк откровенно веселился, наблюдая за потугами пленницы. Он потянулся к ней другой рукой, чтобы схватить за бедро. Марине было нестерпимо мерзко от одной лишь мысли, что этот мерзавец будет её лапать.

«Хоть пару минут выиграла», — мелькнуло в её голове, и девушка громко закричала:

— Ладно! Ладно! Не трогай меня! Я пойду с вами!

Здоровяк криво усмехнулся и произнёс:

— Умница. Будь и дальше такой же сговорчивой, а то Борис не такой терпеливый, как я.

«Это ты-то терпеливый?» — подумала Марина, молча следуя за двумя бугаями.

Пройдя по коридору, все трое спустились по лестнице в просторную гостиную. Помещение было выполнено примерно в том же стиле, что и второй этаж: брусовые стены, деревянный пол, покрытый шкурами животных, потолок, на котором висят люстры из оленьих рогов, окна с видом на лес…

Но сейчас девушке было не до красоты интерьера.

Марине велели сесть в кресло с высокой спинкой. Через столик напротив неё в двух таких же креслах сидели два мужчины, отличавшихся друг от друга, как небо от земли.

— Ну что, цыпа, готова ещё раз поболтать? — начал тот, что сидел слева, крупный полноватый мужчина со злобным взглядом. Он походил на боевого кабана. Именно он «встретил» Марину вчера, и именно он подхватил её, когда она ни с того ни с сего потеряла сознание.

Марина поджала губы и отвела взгляд.

— Не бойся, сударыня, Борис не причинит тебе зла, если ответишь на его вопросы, — проникновенно произнёс второй. То был высокий, тощий мужчина лет пятидесяти на вид с окладистой бородкой и лысиной. Одет он был в дорогой клетчатый костюм и держался с достоинством, присущим истинным аристократам.

Борис, вожак похитителей, глянул на аристократа с лёгким раздражением и снова впился взглядом в Марину.

— Зачем ты натравила жандармов на Академию⁈ — резко спросил он. — Повернись! Смотри мне в глаза!

Марина отвернулась ещё сильнее, стараясь выиграть как можно больше драгоценных минут.

Однако вожак похитителей не желал тратить время даром. Вскочив с места, он перекинулся через столик и больно впился пальцами в подбородок девушки. С силой он повернул её лицо к себе и быстро произнёс, глядя Марине в глаза:

— Не майся дурью, цыпа. Ты ведь слышала голосок своей бабки, да же? Знаешь, что она здесь? Будешь кривить рожу или отнекиваться, и я пущу её на лоскуты! Заживо! Прямо у тебя на глазах! Хочешь⁈

Марина судорожно мотнула головой.

— То-то же! — рявкнул Борис, толкнув девушку на спинку кресла. Он сам плюхнулся на своё место и с вызовом спросил: — Ну? Зачем ты вызвала жандармов?

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — ответила Марина, стараясь сохранять спокойствие. — Единственное, чего я хочу — это увидеть свою бабушку. Вы говорили, что если я приду к вам, то смогу её увидеть, и…

— Хватит! — рявкнул Борис, хлопнув ладонями по столешнице.

Марина вздрогнула и сжалась, почувствовав, как воздух вдруг стал горячим, и вокруг пронёсся какой-то невидимый жаркий ветер.

— Тиши-тише, Боря, давай не будем устраивать драму, — мягко проговорил аристократ и, улыбнувшись Марине, продолжил: — Ты пугаешь свою гостью. Конечно же, под таким давлением она ничего тебе не скажет.

Вожак похитителей глянул на него с неприязнью и выпалил:

— Значит, давить нужно сильнее. Мне заплатили, чтобы я выбил из неё правду, и я это сделаю! А вы можете возвращаться к своей рыбалке!

— На утренней я уже побывал, а до вечерней ещё много времени, — мягко улыбнулся ему аристократ и снова повернулся к Марине. — Сударыня, не обижайтесь на Бориса. Он немножечко импульсивный, а в остальном славный малый. Во всяком случае исполнительный уж точно. Давайте мы с вами лучше поговорим о другом. Расскажите нам о ваших отношениях с Александром Егоровым. Вы ведь работаете на него, верно?

Марина отвернулась, пытаясь выиграть лишние секунды, а заодно и решить, как вести разговор с похитителями. Отрицать знакомство с Александром совсем уж глупо — все в общежитии видели, что они хорошо ладят друг с другом.

Да, такое откровенное враньё поможет выиграть время. Но очень сильно разозлит некоторых…

Девушка опасливо покосилась на Бориса. Заметив это, мужчина нервно дёрнул губой.

— Да, — осторожно ответила Марина. — Я работаю на него.

— И какие у вас отношения? — продолжил аристократ. — Вы спите с ним?

Марина почувствовала, как кровь прилила к щекам.

— Это не ваше дело! — резко выпалила она. — Как вы смеете задавать такие вопросы девушке⁈

Борис расхохотался:

— Ха! Вижу, ты задета. Значит, есть что скрывать! Что, спишь с ним, да? За твою красивую моську он тебя на работу и устроил, верно?

Марина почувствовала, что начинает закипать. Но всё же смогла сдержаться, прекрасно понимая, что не стоит совсем уж резко отвечать этому неотёсанному, но явно сильному болвану.

— Успокойся, Боря — осадил похитителя аристократ. — Сударыня, прошу простить меня за этот бестактный вопрос. Мы просто пытаемся понять динамику ваших отношений. Возможно, Александр использует вас?

— Он мой работодатель и… друг, — твёрдо ответила Марина. — И он никогда не относился ко мне неуважительно.

— Друг, говоришь? — подался вперёд Борис. — То есть вы, два простолюдина, спелись, чтобы обокрасть дворянина, а затем ещё и прикрылись жандармами?

— Я не имею никакого отношения к жандармам! — воскликнула Марина. — И мы ничего не крали! Я понятия не имею, что вы там себе напридумывали!

— Хы… — криво усмехнулся Борис. — Расслабилась ты, цыпа… Кричать на нас начала. Пожалуй, всё же стоит пригласить сюда твою бабку. Бык! — обратился он к застывшему в дверях бугаю. — Тащи старуху и мой тесак.

— Щас! — отозвался бугай и направился к лестнице.

— Постойте! — дёрнулась Марина, чувствуя, что к горлу подступил ком. — Пожалуйста… не надо…

Борис хотел что-то сказать, но аристократ повёл рукой и поднялся с места. Обойдя стол, он подошёл к Марине и положил ей холодные руки на плечи.

— Сударыня, я понимаю, что вам сейчас страшно, — проговорил он проникновенно. — И искренне считаю, что в такой неприятной ситуации вы оказались из-за того, что связались с плохой компанией. С одним заносчивым простолюдином, позабывшим своё место. Вам незачем его прикрывать. Незачем бояться. Расскажите, как всё было… даже если это вы вызвали жандармов, обещаю, я смогу сделать так, что вашу маленькую ошибку, совершённую под влиянием гнусного мерзавца, вам обязательно простят. Более того, я хочу сделать так, чтобы такой прелестной девушке, как вы, больше никогда не пришлось проходить через такое. Я подарю вам дом, в котором вы сможете жить с вашей бабушкой, если пожелаете. А если нет, мы можем поселить её в квартире неподалёку. Вам никогда больше не придётся работать, лишь наслаждаться жизнью…

Последние слова он уже шептал ей на ухо. Марина вздрогнула и осторожно спросила:

— Вы мне всё это подарите за мой… ответ?

— За два ваших ответа, — с улыбкой в голосе прошептал он. — Я рассчитываю, что вы не только мне всё расскажете, но и согласитесь стать моей возлюбленной.

Марина изумлённо покосилась на его длинные пальцы — поочерёдно на каждую руку. На безымянном пальце правой руки было надето обручальное кольцо, а на левом мизинце — перстень с гербом Империи.

— Ваша супруга не будет против? — сглотнув подступивший к горлу ком, спросила девушка.

— Я предпочитаю не обременять её разговорами о моих увлечениях. Соглашайтесь, сударыня. Вы получите всё, о чём и мечтать не смели, когда жили с бабушкой вдвоём в крохотной квартирке в Рязани. Или же когда усердно работали в МАУД. Я дам вам стократ больше, чем обещал этот мерзкий простолюдин. Вы только дайте свой ответ, и…

«Иди к чёрту!» — вертелось на языке у Марины, однако девушка до последнего сдерживалась.

Вдруг в центре гостиной вспыхнула крохотная искра. Она запульсировала и начала стремительно увеличиваться в размерах.

— Что за?.. — выпалил бугай, вскочив на ноги и отпрыгнув подальше от искры.

— Тревога! Вторжение! — закричал аристократ, разрывая дистанцию.

Искра перестала пульсировать и вмиг выпустила всю скопленную в ней энергию, заполняя комнату ослепительным светом.

Марина зажмурилась и отвернулась.

Не сразу девушка поняла, что она улыбается. Отчего-то она даже не сомневалась, что это свет здесь, чтобы спасти её.

— Молодец, — услышала она такой знакомый голос, а на её плечо легла тёплая ладонь. — Ты отлично держалась.

* * *

Благодаря информации, собранной с помощью дрона нашего Коптера, мы смогли быстро обсудить детали предстоящей операции. Дед, правда, отозвал меня на пару слов и немного поворчал, но позже позволил сделать так, как я предлагаю.

Всё упиралось в то, как объяснить ему, что за заклинание «Искра» и почему она вдруг появится в центре гостиной, временно ослепит врагов и внесёт сумятицу? Разумеется, я не мог сказать, что у меня особенный Второй Дар, и его заклинания, созданные мной ещё в прошлой жизни, я постоянно модернизирую и совмещаю с тем, что мне открылось в жизни этой.

Например, ту же Искру я разместил внутри невидимого Воздушного Близнеца. Он её пронёс в себе, а когда я его призвал, случилось две вещи: я получил знания своего невидимого шпиона, а Искра положила начало нашей операции.

И вот я в чёрной лыжной маске стою возле Марины. Вокруг грохочут выстрелы, матерятся похитители…

— Моя бабушка на втором этаже… — Концентрируя ману для очередного заклинания, я услышал тихий голос своей управляющей.

— Не переживай, её почти освободили, — отозвался я.

А в следующий миг, довернув корпус, я выставил обе руки, блокируя мощный водяной поток. Я успел создать щит из ветра и напитать его Вторым Даром, однако же вражеская техника была настолько мощной, что щит тут же начал трещать по швам.

Вода, столкнувшись с моей защитой, не исчезала, а разлеталась в стороны, заливая гостиную.

Ноги вмиг промокли. Я оглянуться не успел, как воды стало по щиколотку.

А через миг я осознал, что её температура быстро растёт, и уровень воды увеличивается. Если промедлить, Марина не сможет выбраться из этого дома и как минимум обварит ноги.

— Уходи! Через разбитое окно! Иди по моему ветру! — крикнул я через плечо.

Эффект от Искры до сих пор не рассеялся, так что девушке было трудно самой ориентироваться в пространстве. Однако же она смогла понять, что от неё требуется, и довериться потоку воздуха.

— Борис! Верни сударыню! — крикнул во всё горло аристократ, возжелавший сделать из Марины свою наложницу.

Именно он сейчас давил меня потоком воды. Я не чувствовал в этом человеке Второго Дара, однако же вполне мог ощутить размеры его источника.

Больше, чем у любого Иерарха, с которым мне доводилось сталкиваться раньше.

Проклятье! А этот Борис — дважды одарённый, как раз средненький Иерарх. И он сейчас рванул за Мариной!

Пусть и движется до сих пор не очень уверенно из-за последствий вспышки.

— Резак, прикрой Марину! — рявкнул я в микро-гарнитуру, изо всех сил пытаясь залатать трещащий щит.

— Ещё чего! — отозвался граф Резанов на нашем закрытом канале связи. — Я не подчиняюсь приказам какого-то мальчишки!

— Дед, чтоб тебя! — в сердцах крикнул я, восстановив щит.

Однако в следующий миг вода, поднявшаяся до колен, обожгла мне ноги, а водяной поток, буравящий щит, вдруг стал гораздо мощнее.

Я убрал щит за миг до того, как враг пробил его, так что смог впитать обратно остатки своей маны.

Выпустив поток ветра, я подбросил себя в воздух. Схватился за люстру в виде оленьих рогов, качнулся на ней и отпрыгнул назад.

Я приземлился на подлокотник массивного кресла и напряжённо уставился перед собой. Гостиную завалило паром. Сейчас в ней было лишь трое человек: я, неизвестный аристократ и один очень известный вредный дед, с ног до головы облачённый в чёрное. Как и у всех остальных участников операции, его лицо скрывала лыжная маска.

В соседних комнатах и на улице до сих пор громыхало — наши ребята методично уничтожали похитителей. Правда, враг активно сопротивлялся — пусть на первый взгляд бойцы Бориса выглядели, как обычная шпана, все они были Адептами, и среди них даже встречались дважды одарённые.

Однако в тот миг чужие битвы интересовали меня меньше всего.

— Коптер, главный уходит с Мариной! — быстро произнёс я в микро-гарнитуру.

— В курсе. Веду его, — сосредоточенно ответил барон Прозоров. — Не бойся, не уйдёт.

Я бросил хмурый взгляд на графа Резанова.

— Иди уже! Мы тут без тебя справимся, — не глядя в мою сторону, проворчал старик. — Я выбрал, с кем мне порезвиться.

— Не так быстро! — крикнул неизвестный аристократ, вскинув обе руки и поднимая волну.

Однако прежде чем он успел атаковать меня, в него устремился огромный шар сжатого воздуха.

Резко ускорившись, я вылетел на улицу и рванул следом за удирающим Иерархом. Не только Коптер вёл его — с моими поисковыми заклинаниями я бы и сам не упустил цель.

— Не бурчи, Саша, — заговорила микро-гарнитура голосом деда, связавшегося со мной по личному каналу. — Твоя жизнь для меня важнее жизни твоей подруги.

— И поэтому ты отправил меня одного за другим сильным противником? Я думал, мы договорились начёт командования.

— Я всего лишь позволил тебе начать операцию. А насчёт остального — вот станешь главой рода, тогда я буду выполнять твои приказы, — проворчал граф. — А пока довольствуйся тем, что есть. Радуйся, что добрый деда взял на себя мерзавца с Родовым Даром усиливающего типа. Видел, как он резко усилил заклинание? Тебе с таким не справиться!

— Ну-ну…

— Нос ещё не дорос на деда нукать! Всё, я отключаюсь! Этот гадёныш, похоже, наконец-то настроился поиграть всерьёз!

Глава 17

Граф Владислав Александрович Резанов повёл рукой, развеяв заклинание и впитав неиспользованные остатки маны. Его противник, только что справившийся с атакой графа, отпрыгнул назад, ещё сильнее увеличивая дистанцию.

Как и сам граф, неизвестный аристократ стоял на воде, не позволяя ей намочить свои брюки.

— Впечатляет, — произнёс он, не сводя глаз с графа и пытаясь угадать, кто же перед ним — из-за чёрной лыжной маски это представлялось довольно сложным.

— Ничего впечатляющего я не сделал, — хмуро ответил граф. — Лишь задержал тебя и не дал помешать моему драгоценному товарищу отправиться на спасение девчушки. Ты, к слову, тоже меня не впечатлил, раз позволил себя так легко остановить.

Аристократ недобро поморщился и покачал головой.

— Дерзите, сударь? Но и вы меня не ранили. Но ваши способности я признаю. Знаете, я не люблю бессмысленные драки. Меня лишь попросили приглядеть за наёмниками и в случае, если они начнут куролесить, избавиться от них.

— Очень благородно, — усмехнулся граф и покосился на левый мизинец мужчины, на котором красовался перстень с гербом Российской Империи. — Впрочем, чего ещё ждать от одного из «Круга Змеевидца».

Аристократ округлил глаза, не скрывая своего удивления.

— Вам известно, кто я? — выпалил он. — Вы не перестаёте меня удивлять! Может быть, снимете маску, и мы поговорим с вами лицом к лицу, как и подобает аристократам?

— Не о чем мне с тобой говорить, Змеевидец, — произнёс граф Резанов, положив ладонь на рукоять артефактного меча. — По-хорошему на мои вопросы ты всё равно отвечать не будешь.

— Так может, разойдёмся? — хмыкнул аристократ, выставив перед собой обе ладони. — Я не какой-то там жалкий Иерарх! Я — Магистр. Бой со мной вам ничего не даст, но может забрать вашу жизнь. Оставим всё как есть — спасайте свою сударыню, а я пойду своей дорогой.

— Вряд ли ты куда-то пойдёшь, Магистр, — покачал головой граф Резанов. — Безногие не ходят.

Он медленно поднял меч над головой, держа его одной рукой. Вокруг лезвия закружился ветер и металлическая стружка. Металл прилипал к мечу, увеличивая его размеры.

— Что?.. — прошептал Магистр. — Не может быть… эта стойка… Эта техника… Я видел её, когда служил в Кремлёвском полку! Вы — Первый Меч Империи его Сиятельство граф Резанов⁈

— Бывший Первый Меч, — холодно произнёс Владислав Александрович, и глаза его сверкнули металлическим блеском.

А затем он резко опустил руку, в которой держал своё оружие…

* * *

Я нёсся по лесу, продираясь сквозь ветви деревьев, кустарники и высокую траву. Беглый дважды одарённый Иерарх Борис смог впечатлить меня — даже с Мариной на руках этот гад развил впечатляющую скорость! Спасибо стихии ветра за это.

Ну ничего… я чувствую, что постепенно догоняю его.

О… а это ещё кто?

Я держал поисковое заклинание растянутым на максимум и вперёд, и назад, чтобы не пропустить внезапного подкрепления врага. А потому сразу ощутил, что за мной увязались четверо.

Вот только их слепки дыхания мне казались знакомы.

Зашуршала микро-гарнитура, и я услышал напряжённый голос Семёна:

— Близнец, Резак отправил за тобой четверых. Я дал им направление, не пугайся.

— Таким меня не испугать, — хмыкнул я. — Как там Марина?

— Всё так же, без чувств. Он хорошенько её приложил. — Барон Прозоров начал закипать. Вновь представил себя на моём месте и вспомнил, что чувствовал, когда Алина была в опасности?

— Понял тебя, — отозвался я. — Соедини меня с моим подкреплением.

Я перепрыгнул через поваленную берёзу и поднырнул под толстой ветвью лиственницы. Микро-гарнитура вновь ожила:

— Близнец, это Баха, идём за тобой, — быстро доложил мне десятник Антон Бахтиеев.

— Под ногами только не путайтесь, — ответил я резко. — Дело серьёзное. Помешаете мне спасти Марину — шкуру сдеру и не вспомню, сколько вы уже служите Резановым.

То, что я мог на первый раз спустить с рук деду, спускать обычным бойцам я не собирался. И мне плевать, какой у них там приказ.

— Эм… — на секунду подвис Бахтиев. — Резак велел поддержать тебя и следовать твоим приказам. Мы полностью в твоём распоряжении, Близнец.

От удивления я едва не сбился с шага. А через миг ускорился и широко улыбнулся.

Вот ведь дед, а… Своими выкрутасами меня с ума свести решил, что ли? Или это он так извиняется за то, что не прикрыл Марину ранее?

— С этого и надо было начинать, — рявкнул я. — Подключите меня на канал группы.

* * *

Иерарх и не думал сбавлять темп, но я продолжал его нагонять.

В то время как моё подкрепление вскоре начало отставать от нас. Однако я это предвидел и радовался тому, что как минимум один союзник в состоянии состязаться со мной и Иерархом в скорости.

— Коптер, — связался я с Сёмой, когда понял, что достаточно сократил дистанцию с Иерархом, и одного рывка мне хватит, чтобы его настигнуть.

— На связи, Близнец!

— Обстановка не изменилась?

— Он всё так же рвётся к трассе. Он позвонил кое-кому, и, похоже, его должна подобрать машина.

— Ты до сих пор отслеживаешь его телефон?

— Разумеется.

— И Щербатовы пока что не засекли, что мы прошли сквозь защиту их спутника?

— Пока что нет. Близнец, я отследил, кому он звонил, а Л-077 записал момент разговора на камеру.

— Его лицо? — уточнил я. — Твой дрон умеет читать по губам?

— Не умеет, но программу анализа я уже запустил. Не всё удалось заснять, сам понимаешь — местность пересечённая. Но с кем он связывался, я могу тебе сказать уже сейчас.

— Коптер, — поморщился я. — У нас боевая обстановка. Давай резче!

— Он говорил с Киреевым, Близнец! Похищение в самом деле организовал проректор МАУД! А может, и тот, кто стоит над ним.

Я чуть прищурился, уже своими глазами видя впереди удирающую фигуру здоровяка, тащившего на плече Марину. Моё подсознание решило сыграть со мной злую шутку и обрисовало пару берёзовых веток одного из деревьев так, что показалось, будто у этого Бориса выросли рога.

Мозг тут же развил этот образ до максимума, и я почувствовал, как в груди зарождается первобытная ярость.

Ненавижу демонов!

Эти твари принесли много бед моему прошлому миру! Низшие демоны, например, забирали с собой после набегов человеческих женщин, чтобы…

Проклятье… Борис ведёт себя как низший демон. Да и пославший его за Мариной Киреев тоже недалеко ушёл со своими замашками и той энергетической заразой, что подцепила внезапно Галкина.

— Я понял тебя, — процедил я. — Отправишь мне потом расшифровку разговора.

— Есть.

— А сейчас нам пора спасать Марину. Твой ЛУ-077 получает титул «Божественный ветер». Знаешь, у наших соседей японцев такие ребятки существуют?

— Ты чего это задумал, Близнец? — ощутимо напрягся Сёма. — Ты хочешь угробить мой дрон?

— Лучше его, чем Марину, согласен?

— Эм…

— Подумай хорошенько над ответом, дружище. Не забывай, что в случае нашего с тобой спора Алина встанет на мою сторону…

— Да не собираюсь я спорить! Говори, что надо делать! Всё сделаю! За тем я и поехал с тобой!

Пару секунд я молчал, вглядываясь в затылок удирающего похитителя, а затем предельно серьёзно произнёс:

— И за это тебе спасибо. Ценю. А теперь внимательно слушай меня, тебе предстоит проявить всё своё мастерство пилота…

* * *

Бесшумный дрон спикировал на голову похитителя, точно охотящийся ястреб. Лишь в последний момент дважды одарённый Иерарх почувствовал неладное и успел обернуться, ударив наотмашь левой рукой. Однако же Сёма был готов к этому и положил своё творение на левое крыло, зайдя противнику в бок.

Раздался выстрел.

Пусть в команде создателей ЛУ-077 — то есть среди Сёмы, Алины и их товарищей по ИМТУ — нет артефакторов, ребята смогли встроить готовый артефактный пистолет в своё творение. И пусть пришлось использовать не самое мощное оружие, чтобы не нагружать дрон, ещё и убрать с него всё лишнее, ЛУ-077 обрёл острые зубки.

Поражающая мощь одного его выстрела ниже, чем у моего артефактного пистолета, однако же скорость выстрелов в два раза выше.

Коптер успел выпустить в Иерарха три пули, а затем пришлось уводить дрон с линии вражеского огня. Самого настоящего пламени Иерарха.

— Не задело, но риск перегрева высок! — прокричала моя микро-гарнитура голосом Прозорова.

— Не ссы, самурай, иди до конца! Иначе какой ты камикадзе? Точнее, «Божественный ветер».

Сёма не ответил, продолжая кружить вокруг Бориса и обстреливая его артефактными пулями. Дважды одарённый Иерарх успевал защищаться то ветром, то огнём, однако же пара пуль всё же смогли его достать.

— Сука! — взревел он, отбросив Марину в сторону и вскинув обе руки.

На сей раз ЛУ-077 не смог увернуться. Бесшумный боевой дрон, созданный в комнатах общежития ИМТУ, сгорел в яростном пламени Иерарха.

А в следующий миг Борис, почувствовав за спиной завихрения воздуха, резко обернулся и возвёл защитную стену из пламени, блокируя моё заклинание.

Отлично! План сработал!

Мой горизонтальный торнадо, нёсшийся прямо на врага, резко сменил траекторию и мягко подхватил бесчувственное тело рыжеволосой девушки. Я ускорил себя ветром и рванул навстречу своему заклинанию, напугавшему Иерарха.

Мягкий вихрь доставил Марину прямо мне в руки, и я тут же его развеял.

— Ум-х-х… — захрипела девушка и открыла глаза.

— Всё в порядке, без паники, — быстро произнёс я, концентрируя ману.

— Алек…сандр?..

— Посиди внутри, главное не бойся!

Девушка не особо понимала, что я от неё прошу, но всё же уверенно кивнула. Она полностью доверяла мне, и это радовало.

Быстро повернувшись, я усадил Марину на землю и, заполнив маной конструкт заклинания, создал над девушкой металлический купол с отверстием для поступления воздуха.

Это максимум, что я успел сделать, потому что, когда я снова обернулся к противнику, в меня уже летело огненное копьё. И вокруг этого копья вращались яростные потоки ветра.

Раскрутив оба сердечника, я в мгновенье ока выплеснул огромный объём маны, создав перед собой сияющий холодным светом звёзд ветровой щит.

Вражеское заклинание с грохотом врезалось в мою защиту. Я громко выругался, продолжая напитывать её маной, большую часть которой черпал из окружающего мира.

Впечатляет! Копьё Бориса, тоже сотканное из обоих Даров и к тому же усиленное второй стихией Иерарха, неистово пытается прогрызть мой ветер.

Так вот, на что способен дважды одарённый Иерарх, когда не сдерживается? Надо бы запомнить и лишний раз не доводить Агату. Она и так сейчас пребывает далеко не в самом стабильном психическом состоянии.

Отвлечённые мысли, как это часто бывает, помогли расслабить мозг, вывести из него и тела лишние думы и эмоции и улучшить контроль маны. Я вдруг ощутил, что враг, невероятно сильно давивший в первые секунды, перестал подпитывать маной своё огненное копьё.

Чего это он?

Я потянулся к своему поисковому заклинанию и уже через полсекунды получил актуальную информацию, кто где дышит.

— Окружайте, — спокойным тоном велел я на общем канале нашей группы из шести человек.

— Есть! — ответил Баха.

— Коптер, ты ведь уже запустил запасного дрона?

— Почти на месте, Близнец. Но он хуже и без пушек.

— Они и не нужны. Веди остальных.

Я медленно выдохнул и одним мощным импульсом послал ещё больше энергии в свой щит. Он замерцал и дёрнулся вперёд, сметая вражеское копьё. Поведя рукой, я развеял щит и уставился перед собой.

Дважды одарённый Иерарх Борис бежал сквозь лес прочь от меня так быстро, что даже пятки сверкали. И это притом, что у него в бочине застряли две артефактные пули? Какой резвый, а…

Я поднял над головой руку и выпустил с ладони преобразованную Родовым Даром ману.

Любишь копья? Ну что ж, лови.

Надо мной сформировалось огромное толстое копьё из металла. Усиленное моим Вторым Даром, оно выглядело, если так можно выразиться, «ещё более металлическим». Металл сиял холодным светом, а вокруг него воздух разрезали потоки ветра.

Таким же заклинанием я недавно прикончил Вожака Иглогривов…

Со свистом копьё рвануло вперёд и в мгновенье ока настигло Бориса.

Тот Вожак был сильно ранен, по сути являясь живым трупом, и в итоге ничего не смог противопоставить моему заклинанию. Но Борис смог удивить — резко развернувшись, он создал стену из огня и ветра, в которой увязло копьё.

Но я продолжал подпитывать заклинание маной, и Борис был вынужден делать то же самое. Он больше не мог свободно убегать.

Не теряя контроля над заклинанием, я медленно направился вперёд. Я бы дожал своего противника, но увы, сделать это мне было не суждено.

— На позиции! — доложил Баха.

Как бы сильно моё задорное юношеское тело ни жаждало закончить начатое самостоятельно, я взял эмоции под контроль. Глупо тратить ресурсы впустую. Даже если эти ресурсы и восстановятся вскоре.

Так что я не стал сжигать свою ману до конца и коротко произнёс:

— Приступайте!

Из-за наших заклинаний я не видел врага, но прекрасно чувствовал его дыхание. Так что я ощутил тот момент, когда источник дыхания резко опустился примерно на метр.

Уже наш дважды одарённый Иерарх, Антон Бахтиев, смешав воду и землю, создал под ногами врага вязкую жижу и «утопил» его больше, чем по пояс. А затем Борису в спину полетели магические техники остальных бойцов. Вскоре огненная стена врага развеялась, и моё копьё…

Развеялось тоже — я решил вернуть себе остатки маны.

— Твари!!! — тяжело дыша выкрикивал Борис, в теле которого добавилось ещё немного отверстий, а одежды и кожа местами уже обгорели. — Толпой на одного! Как собаки! Бейтесь один на один! Честно!!!

Я остановился в полутора метрах от него и присел на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. У Бориса практически не осталось маны. Я поднял руку и твёрдо произнёс:

— Достаточно! Прекратить огонь!

Ратники Резановых перестали закидывать врага заклинаниями, однако же я чувствовал, что каждый из них держит по заклинанию наготове. Бахтиев так и вовсе начал вливать больше маны в своё грязевое болото.

Я поймал затравленный взгляд Бориса и хмуро произнёс:

— Странно слышать такие слова от того, кто целой толпой похитил старуху, а затем её неодарённую внучку, не находишь?

— Иди в задницу! — дёрнул головой пленный Иерарх и плюнул мне в лицо.

Разумеется, не попал — потоком ветра я поймал его плевок и отправил обратно.

— У меня к тебе имеется очень много вопросов, и очень не терпится их задать, — холодно произнёс я. — Но сперва, Баха, ты остаёшься, остальные к Марине. Когда подойдёте, включите гарнитуры на громкую связь, чтобы я мог с ней поговорить. После этого уведите её отсюда. Коптер, веди их.

Трое ратников молча кивнули и практически бесшумно отправились обратно к металлическому куполу.

Наш пленный враг дёрнулся, решив, что появился шанс сбежать, однако же тут же умерил свой пыл, когда над моей головой появилось облако из металлических игл.

Борис покосился на них и сдавленно сглотнул.

— Ты, что ли, пытать меня собрался? — сбивчиво спросил он. — Не очень-то благородно для аристократа.

— Так я не аристократ, — хмыкнул я, начав медленно раскручивать иглы над собой. С каждым витком облако игл подходило всё ближе и ближе к Борису.

— Не аристократ? — нервно выпалил он, косясь на иглы. — С таким-то Родовым Даром? Ты…

— Тихо! — рявкнул на него я, когда в ухе зашуршала микро-гарнитура.

— Близнец, мы у купола, — пробасил один из ратников. — Громкая связь включена.

— Благодарю, — кивнул я и покосился на притихшего пленного.

Да, надо бы сперва убрать подальше и без того шокированную девушку. Нечего ей слушать крики этого чучела. Пусть лучше с бабушкой чаёк попьёт — граф Резанов велел взять с собой несколько термосов.

Глава 18

Обычно сторонних исполнителей для преступлений нанимают через подставных лиц, чтобы самому не светиться.

Вероятно, у нас такой же случай. Вот только подставное лицо — Киреев.

Я в этом убедился окончательно, когда Борис подтвердил, что проректор МАУД вёл с ним все переговоры лично. Разве что на самую первую встречу Бориса пригласил ратник Киреевых, а не сам Тимофей Денисович.

Много полезного пленный Иерарх, увы, не рассказал, ибо обладал крайне скудными сведениями. У него была своя пятёрка дважды одарённых Вольников, плюс несколько обычных одарённых простолюдинов в подчинении. Со своей пятёркой он порой ходил в Проклятые Земли, ну а всей толпой проворачивал разные грязные делишки — ничего выдающегося.

Борис не был совсем уж дураком, иначе до своих лет и ранга бы не дожил, а потому чем грязнее заказ он брал, тем большую поддержку со стороны заказчика требовал. В случае с похищением двух неодарённых простолюдинок — бабушки Марины и самой девушки — Борис настоял, чтобы ему гарантировали хоть какую-нибудь безопасность — наёмники в большинстве своём понимают, что часть заказчиков не прочь заткнуть ими дыры и выбросить, если что-то пойдёт не так.

В этот раз заказчик дал Борису немало: телефон, защищённый частным спутником, базу в лесах, которая не значится на общих картах. Даже прислал Магистра «порыбачить» на этой базе.

И, конечно же, пообещал обеспечить срочную эвакуацию в случае форс-мажора.

Вот только…

* * *

— Ну и где он? — напряжённо спросил один из двух мужчин, сидевших в неприметной чёрной «Ладе», припаркованной на обочине трассы «Тверь — Москва». Мужчина прильнул к окну и не сводил глаз с тёмного леса.

— Сейчас будет, наверное, — пробухтел водитель. — Имей терпение.

— А если не будет? — повернулся к нему напарник. — Если его уже догнали и прикончили?

Он серьёзным взглядом уставился в глаза своего товарища. Оба прекрасно понимали, что в таком случае они не смогут выполнить приказ господина.

Два приказа, если быть точнее.

Водитель выдержал этот взгляд и тяжело вздохнул:

— Если наёмный дважды одарённый Иерарх до нас не доберётся, мне будет легче. Уверен, мы найдём что сказать Тимофею Денисовичу.

Водитель напряжённо покосился на простенький бутылёк, стоявший в его подстаканнике. «Зелье восстановления маны. Ступень I» — гласила надпись на бутыльке.

Его товарищ заметил этот взгляд и нахмурился:

— Ты, что ли, сомневаешься в словах господина? Боишься, что эта дрянь не возьмёт дважды одарённого Иерарха? — взмахом руки он указал на бутылёк.

— Эй! — нахмурился водитель. — Ты за языком-то следи. Так-то ты первый начал пургу гнать, мол, что мы будем делать, если этого наёмника кто-то прикончит без нас!

— Господин сказал, что, когда он выпьет зелье, он ничего не заметит. И девка ему тоже нужна, Бур! Так что хватит малодушничать! Нам необходимо, чтобы они оба добрались до машины! Мне кажется, господин желает, чтобы наёмник помер именно от зелья! Понял⁈

Водитель раздражённо цокнул и ответил:

— Раз необходимо, то прекращай лясы точить и смотри по сторонам, Аист! Этот Иерарх может выйти в другом месте, а не там, где условились.

Несколько минут они сидели молча. А затем пассажир с позывным Аист вдруг напрягся и быстро произнёс:

— Какое-то шевеленье в подлеске. Похоже, там кто-то есть!

Оба ратника Киреева уставились в окно, и водитель вцепился в рычаг переключения передач, готовый в любой момент выжать первую передачу.

Где-то на периферии сознания он отметил, что в данный момент довольно-таки оживлённая трасса «Тверь — Москва» вдруг как-то опустела. Это им на руку — не будет лишних свидетелей.

В подлеске показался мужчина в чёрной лыжной маске и джинсовой куртке, надетой поверх его пухлого тела. На плече он нёс хрупкую тушку в женском жакете и с мешком на голове. Мужчина бежал со всех ног, будто за ним гонятся.

— Смотри-ка, он до сих пор пытается скрыть своё лицо, — пробормотал Аист, положив ладонь на ручку двери. — Хоть и бросил своих бойцов прикрывать тыл!

— А это точно он? — усомнился было водитель, а затем заметил позади мужчины преследователя.

Издали Бур не смог его подробно разглядеть, но он отлично видел каменное копьё, повалившее берёзу буквально в метре от наёмного Иерарха и его ноши.

— Быстрее! Открой им дверь! — закричал Бур, понимая, что сейчас дорога каждая секунда.

Аист выскочил на улицу и распахнул заднюю пассажирскую дверь перед наёмным Иерархом и пленной девчонкой. Тут же он шмыгнул обратно. Те, кого нужно было эвакуировать, уже были в считаных метрах от машины.

Именно в этот момент из-под мешка на голове девчонки выпала чёрная прядка.

Бур отметил это цепким взглядом, ещё секунда ему потребовалось на осознание: господин велел привести «эту рыжую уборщицу»!

— Подстава!!! — прокричал Бур, врубая первую передачу. Он ввалил газ как раз в тот момент, когда опустил ручник, машина рванула с места…

Но было уже поздно. Лженаёмник скинул свою ношу в траву и, поведя рукой, создал мощный сияющий холодным металлическим светом серп, который разрезал машину поперёк на две половины.

В следующий миг Бур почувствовал, что из него будто бы вытягивают воздух. Он инстинктивно потянулся руками к лицу, но наткнулся на воздушный пузырь. Мужчина начал концентрировать ману, создал водяную перчатку на правой руке, но пробить пузырь и высвободиться не смог. Ни объёма источника, ни уровня контроля на это ему не хватало.

«Простите… господин… — подумал он, теряя сознание, — мы… облажались».

* * *

— Александр!!! — взревел барон Прозоров, вскочив на ноги и стянув с головы мешок. — Чтоб я ещё раз согласился тебе помочь!..

— Не поможешь? — спросил я, подходя к водителю сзади. Хм, как ловко я разрубил тачку — аккурат между рядами сидений.

— Помогу… — пробурчал Сёма. — Но изображать женщину я больше не буду!

Я усмехнулся и перестал нагнетать воздух под огромную джинсовку, которую Сёма для меня прихватил с базы врага, и практически мгновенно я «похудел» на несколько размеров. Пусть в итоге нашу маскировку и распознали, благодаря ей я смог выйти на ударную позицию.

Барон Прозоров начал было снимать одолженный у Марины жакет, но остановился, уставившись на экран пульта от своего дрона.

— Поторопимся! Со стороны Москвы движется колонна фур.

— Быстрее, Баха, — велел я «нашему преследователю».

Вдвоём с ним мы начали отстёгивать вырубленных ратников Киреева.

Глядя на них, я невольно вспомнил, как некоторое время назад «родил» этот план-перехват. Я знал, что за наёмным Иерархом прибудут люди Киреева, так что мне нужно было решить для себя, что делать дальше. Забить на них, чтобы не привлекать к себе ещё больше внимания? С одной стороны — правильно. С другой — куда уж больше-то? Мы разгромили наёмную команду, и враги об этом уже знают.

Но всё же чем больше урона мы нанесём другой стороне, тем скорее она придёт к нам с ответом. Всё это нужно было учитывать.

Потому для начала я просто решил собрать информацию — нашёл машину с помощью дрона и подослал к ней своего Воздушного Близнеца.

Повезло услышать кое-что очень интересное — про планы людей Киреева насчёт Бориса.

Ха! Я изначально сомневался, что Киреев станет спасать наёмника, и не особо удивился, когда убедился, что от Бориса Киреев решил избавиться. Как это сделать, когда ты представитель средненького дворянского рода, а против тебя — дважды одарённый Иерарх?

Потянувшись вперёд, я вынул из подстаканника бутылёк. И он, и надпись на нём напомнили мне, что такое зелье Агата добавляла нам в чай во время похода в Проклятые Земли…

Хм… если присмотреться, видно, что пробка вскрыта. Хотя на первый взгляд не заметно.

Я поднёс бутыль к носу и принюхался — вроде бы пахнет как зельем маны. Но открывать, чтобы убедиться, пока не буду.

Если там в самом деле в основе зелье, то план Киреева был любезно предложить Борису выпить его? Наёмники падки на дармовщинку — Иерарх бы и согласился. Особенно под предлогом, что нужно восстановить энергию, вдруг враг (то есть мы) будет преследовать и придётся отбиваться?

Ладно, всё потом.

— Баха, готов? — громко спросил я, убрав бутылёк в карман. К этому моменту мы уже извлекли двух пленников из машины, и они в металлических наручниках, созданных мной специально под них, валялись в траве.

— Так точно! — ответил Бахтиев и выпустил скопленную ману.

Он с силой топнул ногой и натужно поднял обе руки выше плеч. Взгляд его был сосредоточен, а пальцы скрючены и напряжены. Дважды одарённый Иерарх хорошенько так напрягся, чтобы исполнить задуманное.

Земля под ногами задрожала, а затем дёрн недалеко от дороги начал подниматься в воздух.

Но одним дёрном Баха не ограничился, вырвав из земли кусок глубиной метров пять — у обочины образовалась огромная яма, будто бы выкопанная экскаватором.

Мощнейшим потоком ветра я скинул обе части автомобиля в яму, и Бахтиев с явным облегчением придавил их поднятым куском земли. Он влил ещё немного маны, вминая землю глубже и превращая погребённую «Ладу» в металлическую лепёшку.

— Впечатляет, — кивнул я, глядя на «последствия» недавней битвы.

Их практически и не было!

Подумаешь, небольшой холмик на обочине появился, и куски земли валяются в высокой траве.

Я отчётливо услышал гул моторов. Колонна автомобилей приближалась.

— Уходим, парни! — скомандовал я, подхватив тушу пленного водителя.

Баха взял его товарища, а Сёма рванул за нами налегке.

— Не зря Резановых считали безбашенными! — ворчал барон. — Что дед… что внук… что их ратники!

— А? — обернувшись, глянул я на него.

— Молчу я! — выпалил Сёма. — Молчу! И ты молчи о том, что здесь случилось! Не дай бог Алина узнает, во что ты меня вырядиться заставил — я тебе этого не прощу!

— Не бойся, не разлюбит она тебя, если узнает, что в женском жакете бегал. Наоборот, когда станете жить вместе, будет наряжать тебя в разные образы…

— Александр!!! — взревел Сёма покраснев. — Я всё сказал! Если тебе дорога наша дружба…

Он выглядел чересчур разъярённым. Похоже, в самом деле отыгрыш пленной барышни с мешком на голове гордому барону дался с огромным трудом.

Ради меня пошёл на такие жертвы…

— Обещаю, от меня никто ничего лишнего не узнает, — проникновенно произнёс я.

* * *

Когда мы вернулись к турбазе, ратники Резановых уже вовсю грузили трофеи в машины. Василий им активно помогал, забивая багажник, разумеется, «нашего» внедорожника.

Молодец, хозяйственный мужик — даже издали вижу, как он старается. Пойти, что ли, похва…

Стоп! А это ещё что⁈

Мы как раз обошли несколько деревьев и смогли увидеть главный дом турбазы с другого ракурса.

Так вот…

Он был вертикально поделён пополам! Да-да, тяжёлое двухэтажное здание из толстого бруса разрублено вместе с крышей и с высоким бетонным фундаментом.

Да чего уж — даже земля была разрублена под ним!

Я мельком взглянул на Сёму, невольно вспомнив его недавние слова насчёт моего деда. Вот оно что… он ведь позже меня покинул базу и мог видеть последствия дедовской битвы.

Баха, к слову, как и я, только сейчас их увидел. На миг он застыл, а затем закатил глаза и покачал головой.

На его лице будто бы читалось что-то в духе:

«… каждую пятницу одно и то же».

Хотя сегодня и понедельник.

К нам подоспел один из ратников, я всучил ему пленника и поспешил в сторону разрубленного дома.

На половинке отрубленной веранды сидел граф Резанов без чёрной лыжной маски и болтал ногами над «пропастью».

А ещё он пил ароматный чай из крышки термоса.

— Привет, внучок! Что-то ты долго! — помахал он мне рукой. — А я вот давно закончил!

Подойдя ближе, я запрыгнул на веранду и заглянул внутрь изувеченного здания. Первое, что увидел — верхняя половина того самого дворянина, который хотел сделать из Марины наложницу.

— Ты ведь в курсе, что он чей-то вассал? — спросил я, указав на половину трупа.

— И? — с любопытством уставился на меня дед. — Поэтому мы должны были с него пылинки сдувать?

— Поэтому мы должны были его хорошенько допросить, — произнёс я недовольно и тоже снял маску, — и если он переживёт допрос, мы должны были использовать его в дальнейшем либо для торга, либо в качестве свидетеля.

— Да он и мёртвый тоже свидетель, — усмехнулся дед. — Ну или, по крайней мере, ценная улика. Не бойся, фотографии со всех сторон уже сделали. Ну а кто он — я и так уже знаю, вещички с ним были, так что… эй, ты чего так на деда смотришь? Негоже молодёжи такие рожи корчить старшим!

— Мы договорились ценных свидетелей брать живьём! — не выдержал я. — Я захватил троих! Троих из трёх! А ты прикончил самого ценного из всех!

— И что⁈ — вскочил на ноги граф и выпятил грудь. — Думаешь, не имею права⁈ Откуда я знал, что он такой хилый окажется! Вроде Магистр, а слёг с одного удара! И вообще, я давненько не тренировался сдерживать силы, вот и… Короче, Саша, помер он, и хрен с ним! Забудь. Я вон тоже видел, что стало с командиром наёмников после тебя. Он похож не то на фарш, не то на подушечку для иголок. Не факт, что он доживёт до того момента, когда мы запрём его в казематах!

Дед вздёрнул нос и всем своим видом демонстрировал, что не считает себя хоть в чём-то виноватым.

— Я хотя бы информацию с него выбил, — задумчиво произнёс я, глядя на последствия дедовской битвы другим взглядом. — То есть, ты прикончил Магистра всего лишь одной атакой? — уточнил я.

— Что? — мотнул головой граф Резанов и расплылся в самодовольной улыбке: — А то ж! Смотри, какой у тебя сильный и могучий дед! Гордись мной!

— Ага, — отозвался я, поймав себя на крайне неприятной мысли:

«Всегда найдётся рыбка покрупнее».

Каким бы могучим воином ни был граф Резанов, его род практически уничтожен. Вот что бывает, когда сильные противники берутся за тебя всерьёз.

— Саш, — позвал меня граф.

— Чего? — повернулся я в его сторону.

— Лови! — Он кинул мне мужской перстень. Я поймал его и увидел герб Российской Империи.

Именно этот перстень на мизинце носил убитый дедом дворянин.

— Глянь на обратную сторону, — хмуро произнёс он.

Перевернув перстень, я увидел выгравированный знак: мужчину с завязанными глазами и змеями вместо волос.

— Вон оно что… — пробормотал я, припомнив кольценосцев из Академии. Ни у кого из преподавателей, в отличие от студентов, на перстне не было змееволосого мужика.

Что-то подобное я и предполагал.

— Не только они носят перстни на левых мизинцах, — произнёс дед, задумчиво глядя на суетящихся ратников. — Но в том и отличие — они всегда носят на теле символ Змеевидца. Хоть открыто демонстрируют его только в юном возрасте.

— Почему? — коротко спросил я, пытаясь проанализировать энергетические узоры перстня.

Он явно был артефактом, вот только в чём его предназначение, понять я сразу не смог.

Дед поморщился и невольно потёр свой левый мизинец, хотя никакого кольца он на этом пальце не носил.

— Потому что студенческие развлечения для студентов, вот почему, — резко ответил он, поднявшись на ноги. — Нечего взрослым людям в тайные ордена играть. А кольца на мизинцах… кто их только ни носит, Саша.

Он быстро подошёл ко мне и практически в упор посмотрел мне в глаза.

— Тебе не стоило переходить дорогу Кругу Змеевидца, Саша, — твёрдо произнёс граф Резанов.

— Да как-то само получилось, — спокойно ответил я. — Я с первого взгляда не понравился проректору. Сейчас этого уже не изменить, верно?

Я смотрел на деда тем же тяжёлым взглядом. Он выдержал его и медленно кивнул:

— Верно, Саша. Прошлое ни за что не изменить, как бы ни хотелось. Но вот защитить своё настоящее и будущее нам вполне по силам. Я хочу защитить настоящее и будущее Резановых, а потому прошу тебя: вернись в род. Сделай это сам, не вынуждай меня идти против твоей воли.

— Я уже совершеннолетний, — напомнил я ему.

— А я ещё не все связи растерял, — парировал дед. — Хватит упрямиться, Саша. Вместе, втроём мы сможем противостоять любым опасностям и позаботимся друг о друге.

— Мы можем помогать друг другу и с разными фамилиями.

— Так не пойдёт.

— Расскажи про Пожарских! И про Круг Змеевидца. Всё, что тебе известно — тогда подумаю.

Дед распахнул глаза и изумлённо выпалил:

— Что? Это уже наглость, Саша! Что за новое требование?

— А чего ты хотел? — подыграл я деду, решившему в очередной раз соскочить с серьёзного разговора. — Чем дольше отказываешься, тем выше ставки!

— Нет, ну что за наглый юноша! Прям как твой отец в молодости! Всё! Я устал, я ухожу! Нам пора уезжать отсюда! И вообще, с тобой вон Марина поговорить хочет! — Он указал на рыжую управляющую, которая неуверенно стояла рядом с пожилой женщиной у нашего временного внедорожника.

Глава 19

Московская Академия Управленческого Дела. Кабинет ректора.

— Аркадий Сергеевич, к вам Тимофей Денисович, — произнёс селектор уверенным голосом Аллы — рыжей секретарши ректора МАУД.

— Впусти его, — хмуро ответил Скоробогатов, оторвавшись от бумаг, и тяжёлым взглядом уставился на дверь.

Та отворилась, и в кабинет, точно испуганная жирная мышь, юркнул первый проректор Академии — Киреев Тимофей Денисович.

Проректор не поднимал глаз и смотрел лишь в пол.

Ректор скривился. Его всегда забавляло, как Киреев постоянно недовольно косится на его секретаршу, считая себя более значимой фигурой, нежели Алла, возмущённый её высокомерным отношением к себе. Притом вслух проректор после одного, самого первого раза своё возмущение ни Алле, ни ректору не высказывал.

И всё же недовольный взгляд он себе, как правило, позволял.

Но не сейчас.

Сейчас Киреев был настолько запуган и разбит, что даже не посмотрел на самодовольную секретаршу.

— Садись, брат мой, — проговорил Скоробогатов.

Киреев послушно сел на ближайший к ректору стул, но всё так же продолжил пялиться вниз.

— Подними голову, — властно произнёс ректор. — Не хочу смотреть на твою лысину.

Киреев испуганно посмотрел в глаза своему брату по Кругу Змеевидца, но тут же нервно скосил взгляд, уставившись в окно.

— Ты допустил промах, брат мой, — холодно произнёс Скоробогатов. — Опять. Сперва с Елизаветой Петровной. И теперь вот… Хотя нет, брат, первый раз ты просчитался с артефактом Антипова, как же я мог забыть…

— Но артефакт у нас, — пробурчал в сторону Киреев.

— А Антипов? — елейным голоском пропел ректор. — Он привлёк к себе внимание жандармов, а затем сбежал.

— Как мы выяснили, он всего лишь вернулся в родное поместье, — попытался защититься проректор. — Со стороны выглядит так, что он не справился с преподавательской деятельностью. Такое бывает, когда молодые преподаватели переоценивают свои силы. Мы ведь сами так указали на сайте. — С каждым словом смелость постепенно возвращалась к проректору, ему казалось, он может оправдаться, он ускорялся и говорил быстрее: — Верно, брат! Мы его похвалили, указали, что Академия поддерживает его, ждёт, и…

— Ты в курсе, что он умер? — нарочито спокойно спросил Аркадий Сергеевич.

Однако же от этого спокойного тона на висках Тимофея Денисовича прибавилось седых волос.

— Как умер? — выпалил Киреев и мотнул головой. — Это из-за потери артефакта, да? Он не смог найти замену, да?

— Да, — хмуро произнёс Скоробогатов. — Мы ему умереть не помогли. Но подумай, как это выглядит со стороны? Я уверен, жандармы наблюдали за ним и сейчас весьма озадачены. Человек меньше месяца проработал преподавателем, вернулся домой и умер от стресса? Ха!

Киреев открыл было рот, но тут же захлопнул его и опустил голову.

— Не знаешь, что сказать, брат? — ровным тоном спросил Скоробогатов. — Ну тогда скажи мне, как так вышло, что ты снова просчитался сегодня? И на сей раз просчитался ОЧЕНЬ сильно⁈

Скоробогатов не выдержал и поднялся на ноги, нависнув над Киреевым, точно утёс над маленькой лодочкой.

— Я послал туда Игоря, и сейчас он не выходит на связь! — рявкнул ректор. — Мой вассал! Магистр! Ты не только не справился со своим заданием, но из-за тебя я ещё и потерял верного воина! Нашего брата!

Киреев сжался и робко ответил:

— Может быть, ещё выйдет…

— Не выйдет! — громче прежнего выкрикнул ректор и, выйдя из-за стола, направился в сторону огромного глобуса-бара. Остановившись возле него, Скоробогатов откинул крышку и достал початую бутылку пятидесятилетнего коньяка.

Наполнив бокал, ректор качнул янтарную жидкость и сделал несколько глотков.

— Не выйдет, — произнёс он с болью в голосе. — Я дал ему кольцо — отклика больше нет… А ведь у него осталась жена и дети, брат мой. Он мог бы жить да жить, но глупо умер из-за того, что ты не смог нормально организовать эту операцию. И что от тебя требовалось? Всего-то похитить какую-то девчонку, и…

— Я сделал всё, что мог! — взорвался Киреев и стукнул ладонями по столу.

Ректор удивлённо обернулся и уставился на него. Но проректора уже было не остановить.

— Я использовал все ресурсы, которыми ты любезно поделился, брат! Приложил все усилия! Следил за ситуацией! Я даже послал своих ратников, чтобы они встретили этого глупого наёмника и покончили с ним! Чтобы привезли девчонку нам! Но они тоже не выходят на связь! Я тоже потерял верных людей, брат! А всё из-за кого⁈ Из-за этого мерзкого выскочки! Ну конечно, это жалкий Егоров… Кто ещё пришёл бы за никому не нужной безродной уборщицей, а⁈ Наёмник успел доложить, что на базу напали профессионалы! Должно быть, смерд привёл рать Самоцветовых! Или же бояр Мурашовых… Иначе откуда у жалкого простолюдина профессионалы⁈ Мерзкий простолюдин!!! Жалкая букашка! Тварь!!!

Киреев сжал кулаки и с силой ударил по столу. Древесина жалобно заскрипела, но выдержала удар.

— Ты так ничего не понял, Тима? — обречённо покачал головой Скоробогатов, подходя ближе к своему младшему «брату».

— А что я должен был понять? — удивлённо уставился на него Киреев.

— Ты в самом деле считаешь, что «жалкий простолюдин» смог пройти твоё вступительное испытание и оказаться в Академии? Или то, что простолюдин смог дважды выжить в Проклятых Землях? Ты слышал, что вчера группа Агаты Вавиловой закрыла Проклятые Земли, а? Со стажёром в составе, между прочим. А может, ты думаешь, что простолюдин в состоянии путать наши планы? Мешать нам? Выводить нас из себя? Ты правда думаешь, что никчёмный червь из сословия рабов на это способен?

Киреев, искоса глядя на нависшего над ним ректора, удивлённо хлопнул ресницами и пролепетал:

— Что ты хочешь сказать, брат мой? Он не простолюдин? Он… чей-то бастард?

— Он урождённый граф Резанов, дери тебя за ногу! — с силой топнул по дубовому паркету Скоробогатов. Дуб застонал и потрескался. — Он не простолюдин, и даже не бастард! Он тот, кто рождён графом! Наследником! Мне неприятно это признавать, но в его жилах течёт более могучая кровь, нежели в моих. В его жилах течёт кровь двух древних родов! И это только на поверхности, если покопаться в его родословной, она будет ещё более богатой!

Скоробогатов выдохнул и, развернувшись, отошёл от Киреева на несколько шагов. Глядя на старинные напольные часы, он медленно допил свой коньяк.

— Граф… — ошарашенно пробормотал проректор. — Резанов… Как это возможно? Почему он был в интернате? Почему… «Егоров»?

— Подробности мне не известны, но мальца похитили в детстве, — уже спокойнее произнёс ректор. — И после того похищения род Резановых, что называется, посыпался.

— Я… что-то припоминаю, — пробормотал дворянин Киреев. — Погоди, брат мой, ты сказал «кровь двух древних родов»! Понятное дело — Резановы, но кто ещё? Из какого рода его мать?

— Его мать в девичестве графиня Распутина, — тяжело вздохнул ректор, недовольный тем, что приходится объяснять такие банальные вещи.

— Но… — растерялся Киреев. — Прости, брат, но Распутиных нельзя назвать древним родом, и…

— Ты думаешь, граф Распутин родил дочь от простолюдинки, а⁈ Не глупи, Тима! Мать его матери — последняя боярыня Пожарская! Надеюсь, тебе не стоит напоминать, как в прошлом веке Пожарские объявили войну нашим братьям, а?

— Эта война им ничего не дала, — буркнул Киреев.

— Но много братьев и сестёр пало.

— А в итоге Круг Змеевидца процветает, а Пожарских больше нет.

— Есть, — сухо произнёс Скоробогатов. — Тебе не кажется ироничным, что тот, в ком течёт кровь и Резановых, и Пожарских, активно противостоит нам, а?

— Даже если в его предках были Пожарские, их кровь в нём уже размыта, разве нет?

— Может, ты и прав, — сухо ответил ректор. — А может, и нет… бывали, знаешь ли, разные случаи. Ну да ладно, оставим эту тему. Нам нужно решить, что делать дальше, раз нас переиграли по всем фронтам, а мы даже не знаем, чья рать ему помогла…

— Я думаю, Самоцветовы.

— А я думаю — Резановы. Но доказательств у меня нет. Как и понимания того, почему, если они общаются, дед до сих пор не признал внука, и…

Ректор внезапно замер, поймав за хвост странную мысль.

Будто почувствовав неладное, Киреев поёжился и вжал голову в плечи.

— Ты сказал, что послал своих ратников ликвидировать дважды одарённого Иерарха, — нарочито спокойно проговорил Аркадий Сергеевич. — Так?

— Так, — сглотнул подступивший к горлу ком Киреев и ещё сильнее вжал голову в плечи.

— И каким образом, по-твоему, они должны были это сделать? Я не помню, чтобы у тебя в рати были бойцы такого уровня. — Ректор сел напротив своего подчинённого и как удав уставился тому в глаза.

— Я… я дал им… с собой отвар душекрада, размешанный в зелье маны, — испуганно проблеял Киреев.

Вопреки его ожиданиям, ректор не стал кричать. Он лишь спокойно выдохнул и буднично произнёс:

— Как я и думал. Значит, Александр Резанов не только помешал нам, погубил наших товарищей, но и получил отвар? Так?

— Н-н-но… он ведь не знает, что это такое, брат? — заискивающе проговорил Киреев. — Да и если там была стычка, бутыль мог разбиться, и…

— А если не разбился, Тима? — холодно произнёс Скоробогатов. — Если одна из главных ценностей нашего Круга сейчас в руках врага… Что тогда?

— Брат… ну… Ты сам подумай: отвар никак не идентифицировать, он полностью обретает вкус, цвет и консистенцию той жидкости, с которой его смешиваешь. Понимаешь? Значит, Егоров… Резанов получит в руки всего лишь зелье маны! Представь, что он просто выпьет его, желая восстановить ману, а в итоге станет топливом для Круга! Как тебе, а⁈

Ректор поморщился и покачал головой. Мечтать он умел.

Но в сказки не верил.

* * *

— Деда! Как ты посмел обвести меня вокруг пальца⁈ — выкрикнула Алиса Ярославна Резанова, влетев в беседку, в которой отдыхал Владислав Александрович. Любуясь на гортензии, довольно рано зацвётшие в этом году, граф пил молоко вприкуску с шоколадными пряниками.

— Присаживайся, Алисушка, — тепло проговорил дед, указав на столик напротив себя. — Молока с пряниками? Или велеть накрыть для тебя посерьёзнее? Ты обедала?

Алиса плюхнулась на подушку, лежащую на деревянной лавке. Не дождавшись быстрого ответа, дед наполнил для внучки пустую кружку и придвинул её.

— Пей, Алиса. Парное, как ты любишь.

— Спасибо, — кивнула девушка, отпила, а затем мотнула головой. — Вот умеешь ты с мысли сбить!

— Умею, — усмехнулся граф Резанов. — Но не со всеми получается. Видела бы ты, как брат твой свою линию гнёт… ух! Залюбуешься! Ну, с чем пожаловала?

Он пододвинул девушке тарелку с пряниками.

— Ты ещё спрашиваешь! — всплеснула руками она. — Ты послал ко мне в больницу дополнительный отряд охраны и отправил с самого утра в область! Вроде по делу… да только дело это решилось быстро и легко. Я бы и одним звонком справилась!

— Не факт, — серьёзным тоном ответил Резанов. — Батраков наглеть начал, цену завышать… то, что графиня лично приехала к нему на лесопилку, да ещё и с ратью, хорошенько его отрезвило. Или я не прав?

Алиса поджала губы и недовольно ответила:

— Прав… Но всё же и наши вассалы, если бы приехали с ратью, тоже могли бы его привести в чувства.

— Не так эффективно, как графиня, — улыбнулся Владислав Александрович.

— Но ты ведь отправил меня туда не для этого! А что бы я случайно не пересеклась с братом!

— Мне вот интересно… кто тебе рассказал?

— Кто рассказал? — возмутилась девушка и гневно впилась зубами в пряник. Прожевав и запив молоком, она продолжила: — О том, что тут был мой брат — никто. А вот о том, что рать вернулась с боевого задания, судачит весь квартал. Так я ещё и в доме нос к носу столкнулась с рыжей девчонкой! Она ходила туда-сюда и во все глаза пялилась по сторонам, как потерянная! Но, увидев меня, поклонилась и поблагодарила наш род за спасение. Я велела ей всё рассказать.

— И многое она тебе рассказала? — хмыкнул граф.

— Ха! Лишь то, что она работает на Александра… «Егорова», тьфу ты! И то, что её похитили, а наш род помог её освободить. Однако причин похищения она не раскрыла, мол, не может без одобрения работодателя говорить… Хах… Молодец братец — вроде бы просто нанял работницу, а она уже ведёт себя как его верная Слуга. Ну или, по крайней мере, вассал.

— А может, как жена? — усмехнулся дед и с прищуром уставился на Алису.

— Пф! — фыркнула графиня. — Мой брат явно найдёт кого-нибудь получше! — А затем она перестала улыбаться и предельно серьёзно произнесла: — Но это позже, деда. Что за проблемы у брата? Почему его людей похищают? Вроде бы бой был не самый сложный, как говорят одни, но я слышала и другое: ты сразил Магистра. Ратники в восторге. Но меня пугает, что у брата проблемы такого уровня. Мы должны помочь ему, дед. Нет, мы должны вернуть его в род! Он там один как перст! Что, если враги рода узнают о нём, а⁈ Мы ещё не решили вопрос с Масловыми, и…

— Масловы, — закатил глаза граф Резанов. — Вот не поверишь, твой брат тоже о них спрашивал. Мол, чем всё закончилось… Намекнул, что нельзя спускать с рук покушение на графиню.

— Вот! — наставительно подняла указательный палец Алиса. — Он думает о роде, и…

— И даже больше, чем может показаться на первый взгляд, — перебил её дед. — Он сказал, что оставлять Масловых в покое нельзя, но и совсем уж открыто действовать — тоже. Род должен тянуть время, прежде чем враги поймут, что мы восстанавливаем силы. Что мы уже не те, что ещё совсем недавно…

Алиса прищурилась и осторожно спросила:

— А мы в самом деле уже «не те»?

— А ты не видишь? — граф развёл руки в стороны. — Мне вот кажется, будто бы жизнь вновь возвращается в наши земли.

Алиса не смогла сдержать улыбку.

Она чувствовала то же самое.

И это притом, что за последнее время рать рода лишь теряла бойцов!

Однако после того, как дед узнал о том, что Александр жив, он будто бы помолодел на десяток лет. Граф Владислав Резанов стал той силой, что заставляет его род жить и двигаться вперёд. Алиса знала, что её дед уже начал тайный поиск новых ратников.

Раньше он воздерживался от этого шага, опасаясь, что враги решат добить род, если увидят, что Резановы ещё не сдались.

Но сейчас всё иначе. Граф Владислав Резанов поверил в светлое будущее.

И Алиса была рада видеть деда таким.

И уже за это преображение деда она была искренне благодарна своему старшему брату.

А ещё за то, что он спас ей жизнь.

А сегодня за то, что он не отворачивается от рода. Что обратился к роду, когда ему потребовалась помощь.

Единственное, что очень сильно расстраивало Алису, так это то, что дед не позволяет им встретиться.

— Вижу, — перестав улыбаться, произнесла девушка. — И поэтому ещё больше хочу узнать, почему ты не расскажешь ему о том… — Она сжала зубы и с силой произнесла: — О том похищении? Он вправе знать, что с ним случилось. Ты говорил, что он заглянул на наши сервера, но всей информации не увидел. И всё же… заинтересовался Пожарскими. Я не понимаю, почему ты не можешь ему рассказать всё? Что плохого, что он узнает про эту сумасшедшую тётку, а⁈ Он вправе знать! Он ведь совершенно ни при чём здесь! Она просто сошла с ума и убежала с ним! Да, ей помогли… Но… Я не понимаю, деда, почему ты не хочешь говорить ему, что в нас с ним есть кровь Пожарских? Разве это что-то меняет? В нас есть кровь и других родов, кроме Резановых. Как и в любых аристократах. Что не так с тем, что брат узнает о Пожарских?

— Есть кое-что, — вздохнул дед, глядя на горизонт.

— И что же? — с нажимом спросила девушка. — Что в этом вопросе его отличает, например, от меня, а?

— Кое-что отличает, Алиса, — хмуро произнёс дед, глядя ей в глаза. — Его имя. А ещё его тяга к авантюрам. Если он поверит, что невозможное возможно, то погубит себя. Погнавшись за амбициями тех, кто так и не смог вновь стать князьями, он сгинет, а род Резановых лишится наследника.

— И что это должно значить? — нахмурилась Алиса Резанова. — Я не понимаю…

«Разумеется, не понимаешь, — подумал старый граф, глядя на внучку. — Потому что даже тебе не стоит знать все детали краха Пожарских».

Глава 20

Я гордо шёл по территории МАУД и ловил на себе удивлённые взгляды других студентов. Кто-то даже не сдержался и сфотографировал меня, будто бы какую-то знаменитость. Ну ещё бы: в броне, с огромным тактическим рюкзаком за спиной — весь из себя герой и красавец. Это я уходил из общежития в полумраке, когда большая часть студентов уже готовилась ко сну. А возвращаюсь я при свете дня. Как раз когда закончились основные занятия.

Иду я, значит, никого не трогаю, поддерживаю активным поисковое заклинание — чтобы следить за окружающей обстановкой и заодно понемногу расширять каналы маны. Я ведь, с тех пор как переродился в новом мире, уже стал заметно сильнее: постоянные тренировки с использованием разных типов энергии укрепляют и увеличивают источник. Чем больше ты тратишь ману, чем больше сражаешься — тем сильнее становишься. А бои в Проклятых Землях — так и вовсе необходимость для развития сил дважды одарённого. Ведь проклятый воздух с его проклятой маной в этих Землях положительно влияют на рост второго сердечника.

Иными словами, Второй Дар развивается именно в Проклятых Землях. Первый, к слову, там тоже развивается, ведь именно обычную ману ты «покрываешь» маной второго сердечника.

Так вот, иду я, слежу за студентами с помощью заклинания, как вдруг понимаю, что ко мне несётся очень раздражённый источник дыхания. Тяжело и взволнованно дышит, быстро приближается…

Очень знакомый источник.

Хмыкнув, я остановился возле свободной скамейки и повернулся в сторону примыкающей аллеи.

— Вы меня провожали, вы меня и встречаете, — улыбнулся я темноволосой студентке с красивыми карими глазами. — Польщён! Здравствуйте, Анна. Рад вас видеть.

Моя драгоценная одногруппница остановилась в метре от меня и оглядела меня цепким взглядом. Несколько секунд она напряжённо разглядывала вмятину на доспехе в области живота — там, куда меня ударили шипы Вожака Иглогривов.

Анна не сдержалась и с облегчением выдохнула.

— Выглядите неплохо, Александр, — проговорила она, посмотрев мне в глаза. — Не стану отрицать, я тоже рада видеть вас в добром здравии. С возвращением.

Она сдержанно кивнула, а затем нервно поправила прядку волос и продолжила в сторону:

— Вы не подумайте, что я вас тут караулила или что-то вроде того. Просто отдыхала в теньке неподалёку, когда увидела, что в группе МАУД во «ВКурсе» пишут, что вы вернулись. Даже фотографию выложили.

— Красивую? — серьёзным тоном спросил я.

Анна на секунду подвисла, будто вспоминая ту фотографию, а затем в тон мне ответила:

— Неплохую. Но, на мой взгляд, фотографу стоит больше практиковаться.

Я усмехнулся и подумал о том, а надо ли мне вступать в закрытую группу нашей Академии? Вход там только по ссылкам-приглашениям. Пожалуй, через Анну можно получить такую.

Я задумчиво посмотрел на девушку.

— Что? — смутилась она. — Я правда вас не караулила!

— Верю, — кивнул я. — И это не вы со всех ног бросились меня встречать.

— Я должна была убедиться, что с вами всё в порядке. Между прочим, в пятницу меня официально назначили старостой нашей группы! Мой долг — заботиться о своих одногруппниках. А вы были в Проклятых Землях несколько дней! Ещё и день для восстановления вам потребовался. Разумеется, я должна была узнать, всё ли с вами в порядке!

— Поздравляю с официальным назначением, — улыбнулся я. — Вы этого достойны больше, чем кто-либо.

Анна на миг замерла, а затем, прищурившись, с подозрением спросила:

— Вы действительно так думаете?

Хм… Она сейчас не из праздного любопытства спрашивает. Этот вопрос её в самом деле волнует.

— Вы правда думаете, что я могу представлять интересы нашей группы? — не дождавшись ответа, повторила она.

— А вы сомневаетесь в своих лидерских качествах? — склонил я голову набок. — Вам вполне по силам вести за собой людей.

Она хлопнула ресничками, а затем её губ коснулась мимолётная улыбка. Казалась, девушка испытала облегчение.

Чего это она вдруг в чём-то сомневается? Знакомая мне Анна — уверенная в себе и своих решениях девушка, которая прёт вперёд, будто боевой линкор, не обращая внимания на препятствия.

Негоже Анне сомневаться.

— Хотя до меня вам и далеко в этом вопросе! — припечатал я и зашагал дальше, в сторону общежития.

Пару секунд девушка в недоумении оставалась стоять на месте, а затем быстрым шагом настигла меня.

— Вот очень в этом сомневаюсь! — больше не отставая от меня, выпалила она. — Вы даже не пытались стать старостой и взять на себя ответственность за нашу группу!

— Вы правы, у меня другие интересы.

— Вот! Вы… — Она замолчала и несколько секунд шла молча и хмурилась.

Я искоса смотрел на неё и с трудом сдерживал улыбку. Анна умная и лишнего не скажет. Даже в порыве нашей лёгкой перепалки она не стала кричать что-то в духе: «вы бежите от ответственности». Вспомнила, как я «возглавил» оказание первой помощи Галкиной, как был ударным кулаком во время наших тренировочных боёв дважды одарённых, как помог группе выиграть негласное соревнование по стрельбе. Да и другие моменты были.

Вот и идёт сейчас Анна и пытается придумать, в чём меня обвинить.

— Ну? — улыбнулся я. — Спорить не будете?

— Спорить — буду, — буркнула она. — Да, я признаю ваши таланты и то, что вы можете взять на себя ответственность за других. Но я в этом вопросе тоже кое-что смыслю. И вам не уступлю! Как и в другом! Но… Как я уже говорила, я буду не против, если во время моего первого похода в Проклятые Земли вы будете выступать в роли старшего товарища.

— А я уже говорил, что с радостью присмотрю за вами, Анна, — отозвался я.

— Пф! — выдала она, вздёрнув носик.

Оставшиеся метры до крыльца общежития мы прошли молча. Лишь когда поднимались по ступеням, Анна произнесла:

— Я рада, что вы прислушались к моим словам и вернулись из Проклятых Земель живым и невредимым.

— Всё это лишь благодаря вашей заботе, — улыбнулся я.

Мы остановились в холле недалеко от дверей. Она посмотрела на меня с укором и покачала головой.

— Опять эти ваши шуточки. — Она опустила взгляд и тихо произнесла: — Надеюсь, что хотя бы когда вы говорили насчёт моего назначения, вы не шутили.

— Я был предельно серьёзен, — твёрдо произнёс я, коснувшись её запястья.

Анна вздрогнула и удивлённо подняла на меня глаза.

— Мне кажется, кроме вас никто не может быть старостой нашей группы, — продолжил я. — Ну а после обучения в МАУД, я считаю, вы сможете возглавить не только студенческую группу, но и гораздо более крупное объединение.

Я улыбнулся, не убирая пальцев с её запястья. Несколько секунд мы стояли так, не желая отходить друг от друга. Я поймал себя на мысли, что мне в самом деле приятно, что после возвращения из похода именно она встречает меня первой.

Я невольно вспомнил мою прошлую жизнь. Как всякий раз после боевых выходов меня встречала…

— А я ему и говорю: сперва ты должен попросить дозволения у моего отца! — Мимо нас прошли две щебечущие студентки. Заметив их, Анна чуть тряхнула головой. Её расслабленный взгляд вновь стал цепким, она отвела руку и кивнула.

— Благодарю, Александр. Ещё раз поздравляю вас с возвращением. Напоминаю, что завтра у нас четыре пары. А Иван Иванович очень жаждет отпраздновать ваше новоселье. Но вам сперва нужно отдохнуть. До свидания!

Она кивнула, развернулась и, быстро цокая каблучками, поспешила к лестнице.

Я смотрел ей вслед, любуясь прекрасной фигурой — синяя юбка отлично шла Анне.

Как вдруг я ощутил слева от себя напряжённое дыхание.

Скосив взгляд, я заметил красивую блондинку в белой форменной блузке и чёрной юбке — администратора общежития сегодняшней смены Елену. Чего это она так на меня косится?

О, увидела, что я смотрю на неё и, широко улыбнувшись, направилась ко мне, плавно покачивая бёдрами при ходьбе.

Мне кажется, или раньше её походка была более сдержанной?

— Александр Ярославович, — промурлыкала девушка, — с возвращением. Мы рады приветствовать нашего героя в стенах общежития.

— Героя? — удивлённо приподнял я бровь.

— Ну а кто вы, если не герой? — улыбнулась она, чуть выгнув спину.

Проклятье… по-моему, блузку она раньше застёгивала на одну пуговицу выше.

Что тут происходит?

— Вы во время своей первой стажировки закрыли Проклятые Земли — это впечатляющий подвиг, — проговорила она, томно глядя мне в глаза. — Мало кто на такое способен. Ещё и с группой, от которой не ждали таких свершений.

Она подвинулась ко мне ближе, едва не уткнувшись грудью мне в плечо.

Именно в этот момент в холле, кроме нас двоих, никого не было.

— Вы очень хорошо осведомлены о силе групп дважды одарённых, — заметил я.

— Всего лишь слухи, — улыбнулась Елена. — Откуда мне, обычному администратору, знать больше? Но и моих знаний достаточно, чтобы понять величину вашего подвига. Знаете, героев всегда принято потчевать. Позвольте мне угостить вас обедом? Вы ведь устали и голодны, и…

— Я поел, — перебил её я, ничуть не соврав.

Вместе с Васей и Семёном мы совсем недавно вышли из «Шаур-Мира 24/7», отведали новинку от Саида — шаурму с ананасом. Звучит так себе, но на вкус, что удивительно, эта шаурма неплоха. Хотя Вася раскритиковал её в пух и прах. Ещё убеждал нас с бароном, что он-то в шаурме разбирается — бывший таксист, как-никак.

Елена удивлённо хлопнула ресничками.

В этот миг по спине моей пробежал холодок. Чего это?

А ещё через секунду администраторша отступила на шаг, услышав, что открылась входная дверь, и в тамбур кто-то вошёл.

— Благодарю за приглашение, но я хочу спать, — сказал я девушке. — И очень надеюсь, что меня никто не побеспокоит. Устал — безумно.

Блондинка растерянно кивнула. Я быстро развернулся и пошёл к лестнице.

Хм? А это ещё что? Мне показалось, или я увидел край синей юбки вверху на лестнице?

Это что же получается, одна небезучастная староста обернулась посмотреть, как там её одногруппник, и увидела наше щебетание с администраторшей?

Вот откуда тот странный холодок.

Я усмехнулся и быстро поднялся на свой этаж. Открыл дверь и оказался в номере.

Наконец-то! Это, конечно, не «дом, милый дом», но всё же достойное место для отдыха.

Скинув рюкзак, я некоторое время провозился с бронёй, но в итоге освободился и от неё. И, к огромной своей радости, направился в душ.

Минут на пятнадцать я тупо выключился из реальности, стоя под тёплой водой.

Затем в голову начали возвращаться мысли.

Что это, дери их всех леший, только что было? Помню, когда я только увидел администраторш общаги для студентов, подивился тому, как же они отличаются от комендантши общаги для преподавателей. Как небо и земля! Как цветок и жаба! Как…

Неважно как. Главное, что Елена, Лина и другие сударыни казались такими сдержанными и утончёнными. Да, улыбаются и вежливо помогают, но делают это по долгу службы. Все их улыбки были дежурными…

Полагаю, как и сегодняшний откровенный флирт Елены.

Я ни на миг не забываю, что местные сотрудницы — Слуги Скоробогатовых. И это напряжение, что я почувствовал от блондинки сегодня, лишь доказывает мою догадку: перед тем, как подойти ко мне, она будто бы собиралась с силами, чтобы исполнить долг.

Хм…

Наш ректор решил подложить под меня девку? Подумал, что раз уж я прикипел к Марине — в его глазах простой уборщице — то и на администраторшу Академии тоже поведусь? Привяжусь к ней, у нас закрутится тайный и страстный роман, и в итоге она сможет влиять на меня?

Старый трюк.

Со мной не сработает.

Н-да… Ректор меня недооценивает, считая зелёным парнишкой, который вмиг поведётся на красивую девушку?

Стоп! Это мне нельзя недооценивать противника. Правильнее считать, что подослать ко мне Елену — лишь один из ходов ректора. Что он пробует разные схемы, полагая, что какая-нибудь из них уж точно должна сработать.

С этой мыслью я вышел из душа и заварил чай.

А затем не сдержался и усмехнулся. Ну что за дежавю, а⁈ Сперва «владычица» одной общаги пыталась меня охмурить и накормить, а затем то же самое происходит и во второй.

Но, как говорится, есть нюанс.

Я достал из рюкзака бутылёк с надписью «Зелье восстановления маны. Ступень I» и поставил его на стол.

Задумчиво попивая горячий чай, я не сводил глаз с бутылька, который одолжил у деда. Зацепился взглядом за пробку и обречённо вздохнул. Вот что значит забегался.

Я открыл бутылёк, а затем с силой вогнал пробку обратно. Вот теперь он выглядит точь-в-точь как тот, что я взял из машины ратников Киреева, и который сейчас покоится в комнатке одного барона в общаге ИМТУ.

Да, передо мной сейчас самое обычное зелье маны.

А вот «необычное» нам ещё предстоит изучить. И я даже знаю, к кому я обращусь за помощью — всё-таки сам я не алхимик, а в энергетическом плане ничего необычного в зелье не ощущаю.

Откинувшись на спинку стула, я припомнил разговор, что произошёл между мной и Семёном в машине Василия на обратном пути.

* * *

— Дружище, прежде всего я хочу поблагодарить тебя за помощь, — повернувшись к Яшке-киберцыгану, произнёс я. — Спасибо тебе большое. Без тебя мы бы не смогли отыскать Марину.

Я протянул ему ладонь.

Он серьёзно посмотрел на меня, затем тяжело вздохнул, стянул свой парик и рукавом стёр часть грима.

— Не стоит. Ты сделал для меня больше, и я только начал выплачивать свой долг. — Он ответил на моё рукопожатие.

— Не согласен, — мотнул я головой. — Мы полностью квиты. Ты мне ничего не должен.

Сёма удивлённо уставился на меня, он открыл было рот, но я не дал ему сказать:

— Ты мне ничего не должен. Я не хочу, чтобы между нами стоял долг. Не хочу, чтобы долг заставлял тебя ввязываться в авантюры ради меня.

Семён насупился и покачал головой.

— Ты вроде говоришь правильные вещи, Александр, но мне не нравится, как всё это звучит. Я всю жизнь буду благодарен тебе за спасение Алины. И…

— И только из-за этого ты помогаешь мне? — надавил я.

Я знал, что сейчас самое время перевести наши отношения с бароном на новый уровень. Чувство долга очень сильно внутри барона Прозорова. Оно может привязать его ко мне надолго.

Но его недостаточно, чтобы наша связь стала крепкой. Например, как у меня с Артёмом.

У Семёна есть ещё одна, считай, стержневая черта характера, помимо чувства долга. Главная струна души, если угодно.

Её я и хотел задеть в этом разговоре.

Глядя мне в глаза, Семён нахмурился ещё сильнее. А затем тяжело вздохнул и покачал головой.

— Что ты хочешь, Александр? Что за провокационные вопросы? Я помогаю тебе, потому что мы друзья. Доволен?

— Ну… — протянул я. — Почти. Но не совсем. Знаешь, впереди меня ждёт много удивительных открытий, но я не хотел бы подвергать своего друга излишнему риску.

Семён хлопнул ресничками, а затем всплеснул руками и выпалил:

— Ты с ума меня решил свести? Говори уже, что ты задумал! Я в деле!

— Из-за Алины? — покосился я на него.

Он закатил глаза и процедил:

— Какой же ты жестокий и вредный. Из-за того, что мне любопытно, вот из-за чего! С тех пор, как мы познакомились, ты то и дело подкидываешь мне тяжёлые задачки! Спасибо тебе за это, чтоб тебя!

Я не сдержался и засмеялся.

Ну да, жёсткий я. Не позволил Сёме и дальше прикрываться чувством долга за спасение Алины.

Ведь главная черта его характера — исследовательский интерес. Я хочу видеть в нём исследователя, а не должника.

— Смеётся он ещё, — продолжал бухтеть Семён. — Так что ты хочешь, чтобы я ещё сделал? Ну?

Я перестал веселиться и посмотрел на него серьёзно.

— Прежде чем я скажу, пообещай мне вот что: если тебе или твоим близким потребуется помощь, ты обратишься ко мне без всяких там лишних глупых терзаний, — произнёс я. — Я своих не бросаю, Семён. И сделаю всё, чтобы помочь.

Ему потребовалось около минуты, чтобы пересилить себя, пожать мне руку и пробурчать:

— Договорились.

А через секунду он вновь выпалил:

— Ну? Так что я должен сделать?

Я усмехнулся и произнёс:

— Мне нужна полная информация о возможностях графского Рода Распутиных. А ещё постоянный закрытый канал связи. И как можно быстрее, Сёма. После сегодняшнего дня враги возьмутся за меня всерьёз.

Глава 21

Планы у меня были Наполеоновские. Но их сразил сон богатырский.

Я успел в понедельник сделать лишь одно дело, и то не выходя из своего номера. А всё остальное время тупо продрых. Организму требовалось восстановление. И это несмотря на то, что я использовал в пятницу «Второй Шанс» — уже после него я успел хорошенько так перетрудиться.

Зато утром во вторник я почувствовал себя гораздо лучше. Даже проснулся на час раньше будильника, привёл себя в порядок и отправился на пробежку.

Утренняя свежесть дарила бодрость, но в то же время и какое-то успокоение. Я бежал трусцой, наслаждаясь шелестом листьев на ветру и пением птиц. По своей новой привычке держал активированным поисковое заклинание. Вокруг людей не было, поэтому, чтобы от тренировки было больше толку, я то сжимал заклинание, то растягивал его на пределе возможностей.

И в один момент я едва не сбился с шага, ощутив слабое дыхание где-то на границе действия заклинания.

Ниже уровня земли.

Кому-то плохо?

Кого-то закопали заживо?

Он еле дышит!

Я плавно заложил крюк и, не меняя темпа, побежал в ту сторону, откуда почувствовал дыхание. Хотелось ускориться, однако же я бежал под камерами и старался не выдавать лишней информации о себе.

К тому же я пристально наблюдал за источником дыхания. И чем сильнее я приближался к нему, чем больше концентрировал заклинание в конкретной точке, тем понятнее становилось: я ошибся.

Дыхание неизвестного человека не было слабым, как мне показалось сначала. Вполне себе нормально он дышит.

Просто его дыхание скрыто каким-то заклинанием.

Получается, мой поиск случайно пробился через чей-то скрыт? Я, очевидно, становлюсь сильнее — приятно видеть наглядные результаты тренировок и сражений.

В какой-то миг я вдруг понял, что оказался в той части Академии, в которой состоялся мой первый приватный разговор с графом Сергеем Ивановичем Самоцветовым. Я пробежал мимо скамейки, на которой мы тогда сидели, и увидел подсобное помещение. То самое, в которое в прошлый раз направлялся рыжий второкурсник с кольцом на мизинце.

Здание было небольшим, и в нём самом я никого не ощущал. Источник дыхания был ниже метра на четыре и левее здания метров на тридцать.

Должно быть, в траве скрыты отдушины, иначе как бы я ощутил дыхание.

Стало быть, спуск под землю в этом здании?

Неожиданно для себя я осознал, что в этой части территории МАУД нет видеокамер.

А вот это уже очень любопытно… Почему? Камеры стоят только на подступах к этому месту, но именно здесь их нет. Администрация Академии не хочет, чтобы хранилась информация о людях, приходящих в эту подсобку? Боятся, что их сеть могут взломать?

Остановившись метрах в пятидесяти от одинокого подсобного здания, я в очередной раз убедился, что на поверхности поблизости нет людей. Сконцентрировав ману, я наполнил энергией заранее созданный конструкт заклинания и выпустил на волю «Воздушного Близнеца».

Мой невидимый шпион рванул вперёд по следу от дыхания и быстро обнаружил отдушину в траве. Близнец способен менять форму тела, ведь соткан из воздуха, потому отдушина для него, считай, как огромные врата.

Он нырнул внутрь.

А через миг мне в грудь ударил сгусток моей маны, и я обрёл воспоминания «Близнеца».

Ничего нового я, разумеется, не увидел — потому как только что своими собственными глазами наблюдал за его продвижением.

— Очень любопытно… — пробормотал я себе под нос.

Мои заклинания стали сильнее — это факт. Однако же на подземелье стоит такая же мощная защита, как и вокруг ректора МАУД. Мой Близнец, столкнувшись с ней, сразу же экстренно свалил обратно.

Стоп, а может, там сам ректор?

Я сконцентрировался на поисковом заклинании. Забавно, что оно как раз проходит вниз подземелья и дыхание чувствует. А вот более сложное и точечное заклинание, как «Воздушный Близнец», сразу же сбегает.

Хм…

Всё же данные о дыхании из-под земли до сих пор какие-то смазанные. Защита подземелья даёт помехи. Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть своё предположение насчёт ректора.

Вдруг слева, на периферии действия заклинания, я ощутил ещё один источник дыхания. Он плавно двигался в мою сторону по земле и казался мне знакомым.

Пожалуй, хватит стоять возле этого подсобного здания.

Но и возвращаться тем же путём будет глупо — я же вроде как на пробежке. На камерах должно выглядеть, будто я просто бегу трусцой по тропинкам МАУД.

Я двинулся дальше, размышляя, что же делать с этой подсобкой. Хочется наведаться туда и всё разузнать. Однако же я до сих пор не готов к такому. Сейчас сложилась весьма сложная ситуация — Круг Змеевидца, скорее всего, знает, кто я, и знает, что это я мучу воду у них под носом. Но пока я не пойман с поличным — ничего не доказано. Вот и пытаются они всеми правдами и неправдами вывести меня на чистую воду.

А может, плюнут на всё и попробуют меня прикончить? То, что я связан с жандармами, заставляет их осторожничать — это верно. Но отнюдь не бояться меня.

Размышляя об этом, я бежал по дорожке навстречу источнику дыхания. Я уже полностью определил его владельца, так что не особо удивился, когда увидел гуляющего по тропинке высокого, светловолосого юношу.

Он же, заметив меня, выпучил свои огромные голубые глаза и радостно воскликнул:

— Александр! Вот это встреча! Рад тебя видеть! Утренняя пробежка? Похвально! Похвально!

Граф Самоцветов протянул мне ладонь. Остановившись, я пожал её и улыбнулся:

— Доброе утро, Сергей. Какими судьбами? Что тебя побудило приехать в Академию так рано?

— И в самом деле рано, — усмехнулся он и охотно пояснил: — Немного время не рассчитал. У нас на семинаре групповые выступления сегодня, вот и договорились с ребятами из группы ещё раз всё повторить вместе перед занятием. А я не подумал, что в это время суток пробок практически нет, не сделал на это поправку, вот и приехал на полчаса раньше, представляешь?

Я задумчиво посмотрел на него, зацепившись взглядом за левый мизинец Самоцветова. Ни кольца, ни следа от него на пальце Сергея, как обычно, не было. Но я второй раз сталкиваюсь с чем-то странным в этой части Академии. И оба раза рядом оказывается Сергей.

— Да, бывает, — покивал я. — И что же, прогуляться решил?

— А то! — добродушно улыбнулся граф. — Такое чудесное утро — душа радуется. С тобой вот встретился — это тоже меня радует. О твоих подвигах вся Академия шумит — первый поход и первые же закрытые Проклятые Земли.

— Второй поход, — поправил его я.

— Ну да, — не стал спорить Сергей. — Так будет справедливее. Но первый звучит лучше.

Он ещё раз улыбнулся.

— Ладно, побежал я дальше, — помахал я рукой графу.

И уж было собрался стартовать, но он остановил меня:

— Александр, подожди, пожалуйста!

— Да?

— Я… — Сергей замялся и отвернулся. Но затем, будто бы собравшись с силами, снова посмотрел мне в глаза: — Я хотел узнать, что ты решил насчёт Извольских? Отказал им?

На секунду я замер, пытаясь понять, играет Самоцветов или нет. Он в самом деле не знает, что мне дали отсрочку в неделю?

Я думал, он внимательно следит за моими переговорами с Извольскими и в курсе всех изменений.

— Нет, у меня есть время до пятницы, — спокойно ответил я.

— А… — протянул Сергей. — Хорошо. Не отказывай им, Александр. Так будет лучше для всех.

Я нахмурился, буравя его взглядом. Этот разговор, как и наша случайная встреча, мне совершенно не нравились.

— На чьей стороне Самоцветовы, Сергей? — спросил я прямо.

Он удивлённо распахнул глаза, а затем выдохнул и улыбнулся:

— А разве не понятно? Как и должно для любого уважающего себя рода высшей аристократии, Александр, мы — на своей собственной стороне. Рад был поболтать, мой друг. Пошёл я дальше, скоро Марьяна Арнольдовна приедет, нужно встретить!

* * *

Перед первой парой одногруппники засыпали меня поздравлениями и битый час интересовались моим «первым» походом в Проклятые Земли. Безучастных не оказалось. Даже княжич Пермский задал мне несколько вопросов.

Ну а на следующей перемене Иван Медведев насел на меня по другому поводу:

— Ну, когда новоселье? Да и поход твой надо отметить! И вообще, ты обещал…

От своих слов я отказываться не думал, так что предложил ему запланировать всё на вечер среды.

— А чего не сегодня? — удивился Иван.

— А сегодня у меня кой-какие дела, — с нажимом произнёс я.

— Понял, отстал, — поднял он обе ладони. А затем заискивающе улыбнулся и выдал: — Дела с участием прекрасных дам?

— Иван Иванович! — подала голос Анна, которая, как и большинство наших одногруппников, слышала нашу беседу. — У вас отработка по «Истории управленческого дела», не забывайте об этом, пожалуйста. Завтра у Аристарха Сергеевича как раз приёмное время с четырёх часов. Если не явитесь, рискуете остаться без допуска до экзамена. Так что в ваших интересах, что мероприятие Александра состоится завтра вечером, а не сегодня. У вас будет время на подготовку.

— Ох, Анна… — закатил глаза Иван. — Не пойму, вы староста, или мамочка? Я… — Он изменился в лице и выпалил: — Всё, молчу-молчу! Буду готовиться к отработкам.

Я проследил за его взглядом и увидел милую улыбку Анны.

И взгляд убийцы сидящей рядом с ней баронессы Завьяловой.

После пар, переодевшись в спортивное, я направился в наше укромное тренировочное место. Пока шёл по территории МАУД, ловил на себе любопытные взгляды, однако же следить за мной никто не стал.

А выйдя за забор, я и вовсе растворился в толпе.

Вскоре я оказался на заброшенной территории медакадемии, где меня встретил летающий дрон. Я пошёл за дроном, как уже не раз делал раньше, и вышел на скрытую в кустах полянку, где на расстеленном пледе сидели щуплый вихрастый парнишка и веснушчатая светло-русая девушка в синем комбинезоне.

— Здравствуйте, бояре! — помахал я им.

— И тебе привет, Саша! — вперёд Семена радостно выпалила Алина, вскочив с места и бросившись ко мне навстречу.

Она дружески обняла меня, я похлопал её по спине и покосился на барона. Семёну хватало ума не ревновать за такое приветствие, и это радовало. А то знавал я людей, которые даже за дружескую улыбку в адрес их женщин были готовы убивать. Правда, было это в прошлой жизни, в более суровые времена, когда многие были готовы убивать и за меньшее.

— Рад видеть. — Прозоров тоже поднялся и протянул мне ладонь.

Мы поздоровались, я хотел было предложить начать тренировку, да не успел.

— Саша, у меня к тебе просьба! — уперев руки в бока, выпалила боярыня Мурашова.

Оценив её позу, я усмехнулся и произнёс:

— Или предъява?

— Или предъява, — с серьёзным видом кивнула высокородная аристократка.

Как я погляжу, часть молодых аристократов не брезгуют использовать сленг. Особенно такие «вольнодумные» аристократы, как инженеры ИМТУ, которые трудятся бок о бок со Слугами и в первую очередь оценивают уровень компетенции человека, а не длину его родословной.

— Предъява? — нахмурился я.

— Ну… — замялась девушка. — Не то чтобы… Я тебе ничего предъявлять не собираюсь, Саша. Ты ведь мой друг. И жизнь мне спас, и…

— Да говори уже, — улыбнулся я. — Что тебя беспокоит?

Она покосилась на Семёна. Прозоров был собран и хмур — то есть, пребывал в своём обычном состоянии. Однако же по глазам барона я понял, что он в курсе, о чём сейчас пойдёт речь.

Любопытно…

Есть у меня кое-какие догадки, особенно если вспомнить вчерашний день. Когда мы обедали в «Шаур-Мире», Сёма написал Алине, что скоро будет. Мы с Васей подкинули его до КПП, и…

Там его уже ждала разъярённая боярыня. Я вышел поздороваться и выслушал уйму претензий, суть которых сводилась к банальному:

«Вы чего охренели? Сами в какую-то авантюру ввязались, а меня дома оставили? Я тоже хочу!»

Я ей объяснил, что мы так-то не особо были рады «ввязываться в авантюру», что случилась одна неприятность, и мне очень нужна была помощь Семёна.

Но Алина не успокоилась, выдав:

— Я тоже хочу помочь тебе, Саша, если у тебя проблемы! Я ведь тоже твой друг!

Вчера мне как-то удалось замять эту тему. Но сегодня, похоже, она вновь стала актуальной.

Алина несколько секунд собиралась с мыслями, затем вздохнула и произнесла:

— Вчера после вашего возвращения Семён заперся в своей комнате, сказав, что у него важные дела. А мы ведь с ним планировали вдвоём сходить на открытие выставки робототехники, которую организовывают князья Алтайские. Судя по анонсам в глобале, в этот раз конструкторское бюро Демидовых превзошло само себя. Мы ждали открытия, и…

— И эта выставка ещё две недели продлится, — проворчал Семён. — Ещё успеем.

— Так я и не спорю, — покосившись на него, проговорила девушка. — Просто подчёркиваю, что ты увлёкся чем-то более интересным, чем закрытая выставка от самых крутых разработчиков Империи.

Сёма не стал ничего отвечать. Алина же с серьёзным видом посмотрела на меня и произнесла:

— Я не буду выпытывать у тебя твои тайны, Саша. Сёма мне тоже ничего не скажет, и… это будет правильно с его стороны. Но! Я хочу помочь вам обоим. Одного немного разгрузить, а тебе — дать результат, который тебе нужен. Сёма сказал, что без твоего согласия он не может подключить к работе ни меня, ни ребят.

— Ребят? — Я вопросительно посмотрел на эту сладкую парочку.

Прозоров тяжело вздохнул и произнёс:

— Да они у меня вчера под дверью тоже тёрлись. Поняли, что чем-то интересным я занят — тоже хотят.

— И я хочу! — выпалила Алина. — Разреши Семёну привлечь нас! Обещаю, твои тайны останутся с нами! Слово аристократки!

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Что? — нахмурила брови девушка. — Не веришь?

— Верю, — ответил я. — Но было бы проще, если бы вы с Семёном поженились и основали свой собственный род. Смекаешь?

Я немигающе уставился на неё. Она покраснела и отвела глаза.

— П… поженились… — пробормотала девушка. — Да как… он ведь толком и не предлагал…

— Александр… — процедил Сёма, буравя меня пылающим взглядом.

А затем они одновременно замерли, и их взгляды изменились.

— Свой собственный род? — серьёзным тоном уточнила девушка. — Понятно… Вот оно что.

— Стоп-стоп! — быстро произнёс я, выставив перед собой руки. — Я вам сказал, что так было бы проще. Я не призываю вас рвать со своими родами.

«Но если бы вы оба обрели самостоятельность, я был бы только рад», — мысленно продолжил я.

Вслух же я сказал иное:

— Знаю я про одного такого отделившегося… Так его родня умирать оставила, когда он оказался в беде. Такой участи я вам ни в коем случае не желаю.

— А? — удивлённо хлопнула ресницами Алина.

— Ты про бывшего графа Волконского? — поинтересовался Прозоров.

Я не удержался и громко хмыкнул:

— Ты и про него уже раскопал?

— Ну, мне было интересно, что за куратор решила взять тебя с собой в «Проклятые Земли», вот и поискал кой-какую информацию на досуге, — пожал плечами барон и посерьёзнел: — Ты ведь хочешь ему помочь?

Я молча кивнул, отслеживая реакцию всезнающего барона.

— С ходу я не смог найти варианты, — признался он. — Опять же, будь у меня больше времени и помощников…

Да уж, Семён сам не против, чтобы под его крылом оказалась верная команда исполнителей.

А я, глядя на этого гения, всё больше и больше хочу, чтобы он оказался под моим крылом. И чтобы шёл за мной без оглядки на род Прозоровых.

Или же чтобы Прозоровы всем составом присоединились ко мне?

Но это, конечно же, гораздо сложнее.

— Ты уже занимаешься поиском решения, — улыбнулся я другу.

Он замер, пытаясь осмыслить услышанное.

Алина же со жгучим интересом смотрела то на меня, то на него. Казалось, ещё секунда, и она разразится кучей вопросов.

— Ты думаешь, они смогут помочь⁈ — выпалил Сёма и покосился на свою возлюбленную.

Какой он молодец, не стал при девушке выкрикивать «Распутины» — имя рода травников и алхимиков.

— Да, — кивнул я, а затем повернулся к Алине. — Я не против, если ты и ваши ребятки-программисты будут помогать Семёну. Но при одном условии: лишних вопросов вы ему не задаёте, а он парцеллирует задачи так, чтобы не давать вам информацию о заказчике и конечных целях.

— Устраивает, — деловито кивнула девушка.

— Ну и всё, что мы сделали и узнали во время выполнения задач, остаётся между вами. «Никуда не выносится, нигде не фиксируется», — произнёс я, глядя в глаза Алине.

Сёма тоже напряжённо посмотрел на свою возлюбленную.

— Разумеется, — проговорила она и кивнула.

Я улыбнулся. Что ж… у меня появилась своя команда программистов. Я не сомневаюсь, что Сёма сможет подать информацию своим друзьям-исполнителям так, чтобы не выдать мои интересы.

Главный вопрос в другом: сможет ли Семён сам не выдать их главе своего рода.

Но сейчас я готов рисковать — у врагов несравненно больше ресурсов, и, если я продолжу осторожничать и медлить, меня уничтожат.

А этого я допускать уж точно не собираюсь.

Пребывая в приподнятом настроении, я провёл тренировку с друзьями. Затем мы устроили небольшой пикничок и разошлись. Напоследок Сёма передал мне торбу, по типу тех, в каких школьники носят сменную обувь. Конкретно в эту торбу поместились бы кроссовки двухметрового баскетболиста с сорок девятым размером ноги.

Алина с интересом смотрела за процессом передачи сумки, но ничего не спросила.

Я вернулся в общежитие, залез в душ, привёл себя в порядок и надел широкие штаны и белую рубашку. Стоя перед зеркалом, я оценивал свой внешний вид, когда зазвонил телефон.

Бросив взгляд на дисплей, я усмехнулся.

«Баронесса Завьялова», — гласил определитель номера.

— Приветствую, Зинаида Константиновна. — Я принял вызов.

— Здоровались уже! — рявкнула мелкая госпожа Анны. — Егоров, сколько можно тебя ждать? Машина уже подана! Или ты передумал ехать с нами⁈

Ха-ха-ха! Какие мы нетерпеливые, а! Так-то ещё двенадцать минут до назначенного времени, а они уже устали меня ждать!

— Уже выхожу, Зинаида Константиновна, — мягко ответил я. — Не переживайте вы так, это вредно для кожи. Я понимаю, соскучились по мне, но потерпите, пожалуйста, ещё немножко. Скоро увидимся.

— ЕГОРОВ!!! — проревела она и бросила трубку.

Глава 22

— Егоров, ты слишком широко сидишь! — возмутилась баронесса, когда «Волга. Прима», машина на удлинённой базе с тремя рядами сидений, повернула на перекрёстке, и я почти коснулся коленом ноги малышки Завьяловой.

— Давайте я поменяюсь местами с Ликой, — вежливо предложил я ей, кивнув на служанку баронессы — светловолосую девушку в чёрном платье с рукавами-фонариками. Она с невозмутимым видом сидела напротив меня рядом с ещё одной девушкой, ехавшей с нами в машине — Анной.

— Нет! — рыкнула баронесса. — Будешь сидеть здесь.

На это Анна лишь закатила глаза и отвернулась к тонированному окну.

Я же усмехнулся и ответил:

— Всё-таки прав был я: вы безумно соскучились по мне, Зинаида Константиновна. А ведь меня не было всего лишь два учебных дня. Или выходные вы тоже считаете? Тогда мы с вами не виделись целых четыре дня? Вам меня не хватало, и теперь вам не терпится наверстать упущенное?

— ЕГОРОВ!!! — вспылила Завьялова и умудрилась приподняться на ноги. В едущей машине. Не задев при этом макушкой потолок.

Ловкостью баронесса уж точно не обделена, да и мышцы у этой малышки явно стальные и тренированные с малых лет, раз она может так твёрдо стоять на ногах.

Она смотрела на меня сверху вниз убийственным взглядом.

Точно таким же взглядом меня пыталась «разделать» и её служанка. Правда, до убийственной мощи своей госпожи Лика явно не дотягивала. Разница колоссальная — как если бы в Проклятых Землях меня одновременно хотели убить Вожак и простой Хищник.

— Но вот, а теперь вы не можете отвести от меня своих дивных глаз, — добродушно произнёс я, глядя в миловидное личико баронессы.

— Ар-р-р!!! — аж зарычала Завьялова.

Но вдруг она вздрогнула — ровно в тот миг, когда её запястья коснулась ладошка Анны.

— Ваше благородие, прошу вас, хватит, — произнесла дворянка на первый взгляд будто мягко, однако же в голосе её явственно слышались стальные нотки. — Александр просто так шутит.

— Да… шутит… — проворчала баронесса и, усевшись на место, уставилась в окно. — Шутник чёртов.

— Александр, — повернулась ко мне Анна.

— Слушаю вас внимательно, — лучезарно улыбнулся я.

— Я уже не раз просила вас воздерживаться от шуток.

— Ничего не могу поделать, — пожал я плечами. — Это часть меня. Знаете, как говорят, часть корабля — часть команды. Принимайте меня таким, какой я есть.

Она пристально уставилась мне в глаза. Я же невольно вспомнил прошлую жизнь — тогда многие из нас любили пошутить. Особенно такие, как я — люди с весьма специфическим чувством юмора. В условиях, когда миру на твоих глазах приходит конец, шутка, даже глупая, помогает сохранить присутствие духа и окончательно не свихнуться.

— Учту, — сдержанно кивнула Анна.

— Спасибо, — улыбнулся я ей.

Она ещё раз кивнула и грациозно отвернулась к окну. Несколько секунд я любовался её красивым профилем, а баронесса и служанка гневно косились на меня. Возможно, если бы я продолжил, Зинаида Константиновна не выдержала и снова взорвалась бы, однако звонок моего телефона спас её от нового витка бесполезной перепалки.

«Ворчливый дед», — гласила подпись на экране смартфона.

— Привет. Я сейчас не один. Что-то срочное? — быстро произнёс я, прижав трубку к уху, чтобы приглушить динамик.

— Привет, — буркнул граф Резанов. — И что? Даже выйти не можешь?

— Из едущей машины? — хмыкнул я.

— Понял, — вдохнул он спустя пару секунд. — Так… поболтать хотел. Ладно, напишу тебе. Пока. — Судя по звукам, он убрал трубку от уха и потянулся к кнопке, завершающей звонок.

Не прекращая при этом ворчать:

— Опять эти полотна строчить… что брат, что сестра… молодёжь, чтоб им…

Звонок прервался.

От ворчания деда на душе становилось тепло. Странное чувство: с одной стороны, я в самом деле воспринимаю его как своего деда. С другой же — в прошлой жизни я тоже был дедом. Да, более крепким, моложавым и сильным. Но по духу таким же…

Правда, ворчал я гораздо меньше.

Не сдержавшись, я улыбнулся.

— Близкий человек звонил вам? — как бы невзначай поинтересовалась Анна и тут же добавила: — Судя по всему, вы рады звонку.

— Да, — кивнул я. — Один друг поболтать хотел.

— Друг, — фыркнула баронесса. — Должно быть, какая-нибудь девица!

Она вздёрнула носик. Анна удивлённо посмотрела на неё, но, прежде чем успела что-то сказать, я произнёс:

— Разумеется, девица, Зинаида Константиновна. Откуда у меня друзья мужского пола, верно? Так что можете с чистой совестью ревновать.

— Пф! Больно надо! — вздёрнула она мелкий носик.

И явно была готова разразиться очередной тирадой, однако же Анна «мягко» улыбнулась своей госпоже, и та заткнулась.

Некоторое время ехали молча, а затем у меня снова запиликал телефон, уведомляя о новом сообщении.

Сев так, чтобы баронесса даже при огромном желании не могла «случайно» заглянуть мне в экран, я разблокировал его и улыбнулся, прочитав первые строки:

«В общем, сплетнями делюсь. Григорий за чаем узнал у Веры и мне рассказал. Ну а я тебе…»

Да уж, отличное начало. Верный дворецкий и друг моего деда чаи гоняет с бабушкой Марины? Молодец, выполняет волю господина. Дед вчера чуть ли не в ультимативной форме заявил:

«Женщина в шоке! За ней нужно присмотреть, а то не дай Бог сердечко не выдержит таких стрессов. А вы, молодёжь, нам, старикам, одни стрессы и добавляете. Короче, она едет с нами. Отдохнёт, придёт в себя, а там видно будет».

Я продолжил чтение:

'Значит, беседовали они о прошлом. Вера расслабилась и решила поделиться наболевшим. Говорит, дочь её, Яна, мать твоей управляющей, погибла в автокатастрофе — не справилась с управлением своей тарантайки. Но это только официальная версия. Сама Вера считает, что у Яны случился приступ во время езды — вроде как временами она теряла сознание и падала в обморок. Но Вера об этом внучке не рассказывала. А Григорию рассказала. Как и то, что у сестры Веры была такая же болезнь. И у её бабки тоже что-то подобное было. А вот у самой Веры и её матери не было. У Марины Вера спрашивала насчёт обмороков, но та отвечает, что с ней всё в порядке. А я вот подумал, что тебе стоит знать о проблемах твоей подчинённой. Вера говорит, болезнь эта никак не лечится и не диагностируется. Но я бы не был так категоричен. Сам понимаешь, ресурсов у простолюдинок для всестороннего обследования нет и быть не может.

На этом всё. Скажи спасибо своему деду, который заботится не только о тебе, но и о твоих людях!'

«Спасибо», — отчеканил я и убрал телефон в сторону.

Пу-пу-пу…

Так себе новости.

Вчера мне удалось поговорить сперва с Мариной и её бабушкой вместе, а затем и с самой управляющей наедине. Она была благодарна за помощь, но сильно горевала из-за того, что её вообще смогли пленить, а мне пришлось организовывать спасательную операцию. В самом деле, мне показалось, что Марина не столько была напугана, сколько разозлена на саму себя… или же на судьбу? Она рассказала мне всю историю своего похищения: как она следовала моим советам, как вела переговоры с Борисом и его прихвостнями у станции метро.

И как вдруг потеряла сознание и оказалась полностью беспомощна.

— Я помню, ты велел мне не экономить на обследовании! Я даже сделала его — вместе с Агатой ходили… чтоб безопаснее было! — частила Марина, глядя на меня заплаканными глазами. — Но результатов ещё нет. На этой неделе будут! И…

— Всё хорошо, — тепло произнёс я, прижав её к груди и погладив по волосам. — Ты молодец. Не вини себя. Дерьмо случается порой, даже несмотря на долгую и планомерную подготовку.

— Я буду стараться лучше, — пробурчала Марина.

Я отпустил её и, глядя в глаза, произнёс:

— А вот это уже правильные слова.

Я хотел дать ей несколько дней отпуска, чтобы побыла с бабушкой и восстановилась после произошедшего, но девушка твёрдо заявила, что у неё много работы, и ей нужно вернуться за свой ноутбук. Так что вчера вечером ратники Резановых вывезли её из имения, пару раз сменили машины для надёжности, а под конец в одном из дворов «передали» Василию. Он и доставил управляющую до её временного обиталища, а заодно и обсудил с ней нюансы своего трудоустройства.

Сегодня Марина уже трудится в полную силу, параллельно с этим ожидая результаты обследования.

Однако после сообщения деда, я думаю, что смысла в этом, может быть, и нет совсем.

У Марины какая-то неизлечимая наследственная болезнь.

Сильная головная боль, передающаяся исключительно по женской линии?

И что же теперь получается? У Агаты — неизлечимо болен муж. У Алисы — её ратник. А у меня — управляющая. Мне стопроцентно нужен целитель.

Хотя бы для того, чтобы исцелить Леонида Вавилова, а он уже поможет остальным.

Вот только где целителя взять?

Я согласен потратить миллион рублей… Но рад бы использовать и другие варианты. Всё-таки деньги мне нужны на развитие моего будущего рода, какое бы имя этот род ни носил.

Попробовать как-то договориться с Волконскими? Через Резановых, например… Но дед сказал, что у него нет выходов на три великих целительских рода. Да и мне самому, честно говоря, не хочется обращаться к тем, кто бросил своего ребёнка умирать. И что, что он сменил фамилию⁈ Мне сложно представить, кем нужно быть, чтобы отвернуться от своего сына…

Я прекрасно помню, как назначил своего сына командовать космической эскадрой переселенцев. Да, к моменту Пришествия Демонов технологии на моей планете развились достаточно сильно, чтобы осуществлять дальние космические переходы. Более того, Российская Империя даже нашла пригодную для жизни планету и основала на ней свой форпост.

К нему и повёл эскадру мой сын Аскольд, когда планета смогла немного прийти в себя после Первого пришествия. В тот момент я не был уверен, что мы сможем справиться с демонами окончательно, и хотел спасти в первую очередь наших детей. Во вторую — всё человечество и достижения нашей цивилизации. Огромная эскадра, которую Аскольд в шутку назвал «Александрия», отправилась покорять новые земли. Разумеется, улетела лишь малая часть выживших землян.

Разумеется, я и мои ближники остались, чтобы сражаться с демонами до конца. Чтобы твари не преследовали переселенцев. Чтобы попытаться защитить тех, кто остался на Земле.

Мы поддерживали с эскадрой связь сколько могли, знали, что у них всё хорошо. Но затем из-за демонов связь потеряли…

Должно быть, переселенцы после этого похоронили нас. Но мы в итоге смогли сломить демонов и отбить Первое Пришествие.

А затем началось Второе, и…

Так, хватит, об этом. Понесло в какие-то дебри. Главное, что к Волконским, которые бросили Леонида умирать, я стану обращаться только в самом крайнем случае! Надеюсь, до этого не дойдёт. Надеюсь, у Распутиных найдётся какое-нибудь суперлекарство, которое сможет нам помочь…

Да, нужно работать по разным направлениям, и…

Я осёкся, заметив на себе три серьёзных изучающих взгляда. Повернувшись к Анне, я широко улыбнулся:

— Я неотразим, да?

Она на миг замерла, а затем цокнула и развернулась. Её же спутницы пронзили меня своими убийственными взглядами.

Ну а я отвернулся к окну и увидел огромный торговый центр с названием «Юсуповские ряды». На его парковке у меня сегодня назначена встреча…

Понятно, мы уже почти на месте.

* * *

Кортеж из двух машин «Волги. Примы» и микроавтобуса охраны без лишних вопросов пропустили на закрытую территорию дорогого жилого комплекса класса «делец» — то есть рассчитанного на очень состоятельных простолюдинов, стремящихся стать дворянами, и на тех, кто уже добился заветного повышения статуса. И на потомственных дворян, к слову, тоже. Ведь дворянские рода неоднородны. Одни могут быть богаты и влиятельны, почти как бояре. А в других дворянских родах может быть от силы три человека и одна фирмочка, приносящая скромный доход.

А ведь во многих родах ещё и ветвей хватает, род — это не только семья главы или его братьев. Двоюродные, троюродные…

И так далее.

Так что нет ничего удивительного, что потомственные дворяне могут жить рядом с богатыми простолюдинами.

Как в этом жилом комплексе, в котором проживает ожидающая нас незамужняя дворянка.

Мы остановились на подземной парковке и вышли из машин. Один из охранников баронессы передал мне огромный свёрток, я сорвал с него транспортировочную бумагу и выкинул в урну.

— Красивый у вас букет, Александр, — заметила Анна, внимательно разглядывая дорогой букет из разных цветов, выполненный в мягких жёлтых тонах.

— Нравится? — улыбнулся я. — Хотите, в следующий раз подарю вам похожий?

— Нет, спасибо! — быстро выпалила она и отвернулась. И уже в сторону негромко произнесла: — Мне нравятся белые розы, без всяких дополнений и обёрточной бумаги.

Впереди послышался шум, и на подземную парковку спустилась семья из четырёх человек. Все такие важные, в дорогих одеждах… А перед ними — широченный водитель-охранник. Люди громко обсуждали свой предстоящий поход по магазинам. Но, заметив с десяток вооружённых бойцов из охраны баронессы и Анны, осеклись и к своему внедорожнику продолжили пробираться бочком.

— Сударыни, пойдёмте? — предложил я. — Не будем заставлять Елизавету Петровну ждать нас.

Пара охранников проводила нас сперва до лифта, мы поднялись на седьмой этаж, где нас встретили два других охранника и Галкина, испуганно выглядывающая из приоткрытой двери своей квартиры.

— Здравствуйте, Елизавета Петровна, отлично выглядите, — улыбаясь, поздоровался я с преподавательницей.

— Спасибо, Александр Ярославович, — напряжённо кивнула женщина. — Здравствуйте. Зинаида Константиновна, Анна Михайловна, приветствую вас в моём доме. Проходите, пожалуйста. Спасибо, что пришли.

Взяв себя в руки, Галкина открыла дверь шире и жестом предложила войти внутрь.

— Судари, почему бы вам не вернуться в машину? Нечего пугать жителей этого дома, — улыбнувшись, произнесла Анна, обращаясь к охранникам.

Те напряжённо уставились на баронессу. Завьялова покачала головой и хмуро посмотрела на Анну. Пару секунд девушки играли в гляделки, затем баронесса выдохнула и проговорила:

— Идите все в машину. Как будем уходить, свяжемся с вами.

Ратники Завьяловых покорно поклонились и ретировались.

Ну а мы с девушками оказались в квартире Галкиной.

Как же всё это произошло? Очень просто: мне нужно проверить, что с энергетической заразой, пожиравшей Елизавету Петровну. Я очень сомневаюсь, что смог полностью уничтожить её в прошлый раз — ведь самого себя смог исцелить только могучим, ультимативным заклинанием «Второй Шанс». Поэтому я хотел встретиться с Галкиной, но вчера узнал, что её отправили на больничный. Пришлось списываться с ней через «ВКурсе». Женщина ответила, что тоже была бы счастлива отблагодарить меня за помощь, но позже. Мол, не принято, чтобы юноша-студент встречался с незамужней преподавательницей вне стен учебного заведения.

Но я не собирался ждать, пока неизвестная зараза убьёт Галкину, вот и пришлось искать варианты.

В итоге проведать молодую преподавательницу явился не один красавчик-студент, а небольшая группа студентов, волнующихся за здоровье захворавшей женщины.

Надеюсь, эта встреча пройдёт без эксцессов…

Глава 23

— Елизавета Петровна, это вам, небольшой презент. — Я протянул Галкиной букет и подарочный пакет, который всё это время держал в руках.

— Ну что вы, Александр Ярославович, не стоило… — покраснев, пробормотала она. — Вы и так многое для меня сделали.

— Стоило-стоило, — улыбнулся я. — Негоже приходить в гости с пустыми руками. Красивые цветы — красивой женщине. Ну и немного сладостей с добавлением алхимических трав, которые помогут вам восстановить силы и поскорее выздороветь.

— Это… — прошептала она, заглядывая в подарочный пакет. — Очень дорого, как я могу…

— Елизавета Петровна, — с нажимом обратился к ней я. — Прошу вас, расслабьтесь и просто принимайте гостей. Не думайте о том, что вы преподаватель, а мы ваши студенты. Считайте, что к вам зашли ваши хорошие знакомые.

— Поддерживаю, Елизавета Петровна, — бросив на меня подозрительный взгляд, проговорила Анна. — Мы с Зинаидой Константиновной тоже принесли гостинцев. Небольшой набор целебной косметики от Елены Распутиной. Самое то, чтобы побаловать себя после болезни.

— Дамы… — округлив глаза, прошептала преподавательница и потеряла дар речи.

Похоже, косметика от моей родственницы в самом деле очень известна в Российской Империи.

— Пользуйтесь на здоровье, — по-доброму улыбнулась Анна, протянув Галкиной подарочный пакет с гербом графского рода Распутиных — чёрным вороном, держащим в клюве неведомую мне пышную травинку.

— Благодарю. Благодарю, — закивала Елизавета Петровна. — Позвольте, я отнесу к себе ваш подарок. И цветы нужно в вазу поставить! Милана, проводи, пожалуйста, наших гостей за стол, — велела она служанке, всё это время стоявшей возле стены и не мешавшей госпоже лично встречать гостей.

Когда Галкина улетела по коридору в спальню, я заметил, с каким неподдельным чувством собственного превосходства смотрит на меня баронесса Завьялова.

Она что, со мной сейчас подарками меряется?

Какая же она мелкая и мелочная.

Мы втроём уселись за столом, а Милана принялась услужливо расставлять приборы. Я заметил, как она подвисла в тот момент, когда собиралась подать ложечки, и сперва подалась не к тому шкафчику.

Да, сориентировалась она быстро, но своей заминкой выдала, что каждый день в этой квартире точно не прислуживает.

Похоже, родня выписала Елизавете Петровне служанку специально для встречи с баронессой. Как ни крути, а целая баронесса в квартире мелкой дворянки — это огромная честь и редкость.

Через пару минут вернулась сама хозяйка. Женщина смогла справиться с волнением и больше столь откровенно не волновалась. Шла мягко и грациозно, как аристократка на балу. Зелёное платье с белым кружевным воротником отлично подчёркивало её богатую фигуру. В какой-то момент я поймал себя на том, что нагло пялюсь на грудь молодой преподавательницы.

Проклятье! Вот он — побочный эффект «Второго Шанса». Организм наполняется, очищается и требует новых свершений на всех фронтах.

Вдобавок к этому я вчера ещё и хорошо выспался!

И после прошлой встречи с Ксюшей уже почти неделя прошла — что само по себе колоссальный срок для юношеского тела.

Мой интерес к груди Галкиной вроде бы остался незамеченным для окружающих. Хозяйка уселась за стол и радушно улыбнулась:

— Ещё раз благодарю вас за то, что навестили. Вы не поверите, насколько мне приятно! Ещё ни разу ни студенты, ни школьники во время моей учебной практики не проявляли ко мне такого внимания. Спасибо вам большое.

Она поклонилась из положения сидя.

— Ну что вы, Елизавета Петровна, право, не стоит, — мягко произнесла Анна и коснулась её плеча.

— Мы принимаем вашу благодарность, Елизавета Петровна, — произнёс я спокойно. — Поднимете, пожалуйста, голову.

— Подождите, пожалуйста, — всё так же не поднимая глаз, продолжила преподавательница. — Что ещё важнее, я… хочу выразить вам благодарность за то, что спасли мне жизнь. Я слышала, что именно вы трое оказали мне первую помощь?

Только сейчас она робко посмотрела на нас.

— Именно так, — степенно произнесла баронесса. — Мы не могли оставить человека умирать.

Галкина замерла, а затем из её глаз потекли слёзы. Я думал, сейчас растечётся её тушь, однако же этого не произошло. Интересно, это тушь в принципе такая стойкая?

Или же Елизавета Петровна часто плачет и, зная это, всегда использует влагостойкую косметику?

— Спасибо вам… — прошептала она. — Спасибо…

— Ну полно вам, — тепло проговорила Анна. Она поднялась с места и обняла женщину за плечи. — Мы поступили так, как и подобает поступать людям. Здесь нет ничего такого… Хотя, знаете, в некотором роде я понимаю ваши чувства. Меня саму немного тронуло, как заботливо и в то же время профессионально Александр провёл вам реанимационные меры. Выглядело впечатляюще.

Анна нежно улыбнулась, глядя в изумлённое и заплаканное лицо преподавательницы.

Галкина же нервно повернулась в мою сторону.

— Так это правда вы? Я… думала, мне привиделось… вы… — Она коснулась пальцами своей груди.

— Непрямой массаж сердца, — кивнул я. — На два-четыре сантиметра выше мечевидного отростка.

Она покраснела ещё сильнее и коснулась своих губ.

— И искусственное дыхание, — всё так же серьёзно кивнул я.

Да уж… что там в голове у этих дворянок, а? Начитаются своих женских романов, а потом краснеют от всякой мелочи.

— Спасибо вам, Александр… — прошептала Галкина и снова поклонилась.

— Пожалуйста, — легко ответил я.

Я считаю, что всегда нужно принимать награду и благодарность. Терпеть не могу, когда человек начинает отказываться в духе: «ну что вы… не стоит…» и тому подобное. Вся эта «отказывающаяся вежливость» ставит в крайне неловкое положение того, кто тебя благодарит.

Так что благодарность принимать нужно.

Но! И когда затягивают с ней, я тоже не люблю. Поблагодарили-приняли, можно жить дальше.

С этой мыслью и совершенно без зазрения совести я произнёс:

— Елизавета Петровна, у вас так вкусно пахнет с кухни… Мы, конечно, с вами договорились просто попить чай, но эти ароматы будоражат во мне поистине зверский аппетит.

Галкина всхлипнула и недоумевающе уставилась на меня. Баронесса смотрела с укором. Анна сперва тоже нахмурилась, но затем покосилась на преподавательницу и улыбнулась краешком губ.

— Эм… Да, Александр Ярославович, — зачастила Галкина. — Конечно… Я попросила Милану приготовить несколько блюд на случай, если кто-то проголодается.

— Знаете, я очень проголодался, — проникновенно произнёс я, глядя ей прямо в глаза.

На этой важной ноте слезливая часть нашей встречи была завершена. Галкина вежливо извинилась и побежала приводить себя в порядок, а её служанка стала подавать еду. Мои спутницы тоже решили не ограничивать себя чаем. Анна, как и я, выбрала картофельную запеканку с фаршем, а баронесса — уху по-фински, из сёмги со сливками.

А вот хозяйка дома взяла себе оба блюда. Ещё и тарталеток съела больше, чем мы трое вместе взятые.

Пожалуй, баронесса слишком уж удивлённо пялилась в этот момент на Елизавету Петровну, ибо преподавательница смутилась и пояснила:

— С этой болезнью я постоянно испытываю голод. Такое впечатление, будто организм тратит все силы на восстановление, и ему не хватает калорий. Но, знаете, что в этом особо приятно? — Она улыбнулась и сама ответила на свой вопрос: — Можно есть много разной вкусной еды и не бояться набрать лишний вес.

Похоже, за обедом женщина смогла окончательно расслабиться и прийти в себя.

— Приятно видеть такой могучий и здоровый аппетит, — поддержала беседу Анна. — Я рада, что вы в самом деле идёте на поправку.

Галкина улыбнулась, но на дне её глаз каждый из нас заметил грусть.

— Что-то не так? — быстро спросила Анна. — Есть какие-то осложнения?

— Нет, что вы, всё хорошо! — тут же ответила преподавательница. — Мне повезло, что вы оказались рядом. И что медперсонал Академии смог поставить меня на ноги.

— Должно быть, Академия и сейчас вам помогает? — как бы невзначай спросил я.

Женщина напряглась и уставилась на меня.

— Я про то, что вам дали небольшой отпуск, — пояснил я свою мысль и осторожно спросил: — Но, видимо, не только этим?

— Да… — в сторону проговорила она.

— Хорошо, когда организация заботится о своих сотрудниках, — улыбнулся я.

— Что? — опешила Галкина.

— Ну вы ведь сами говорили об этом на семинаре. Мы разбирали варианты поддержки сотрудников на разных примерах, — напомнил я ей.

— А… да… — покивала она.

— Например, когда в случае болезни сотрудника организация обеспечивает его редкими лекарственными препаратами, — осторожно продолжил я гнуть свою линию.

Краем глаза я заметил, как сосредоточенно слушают наш разговор Анна и баронесса.

— Да, — в очередной раз повторила Галкина, а затем тряхнула головой и вымученно улыбнулась. — Академия заботится о своих сотрудниках.

— И кто-то в Академии, наверное, заботится о вас больше других? — спросил я.

Потянувшаяся было за очередной тарталеткой преподавательница замерла. Отлично, сейчас нужно её мягко подтолкнуть к ответу, и…

— Например, Тимофей Денисович? — как гром среди ясного неба прозвучал хмурый голос Анны.

При упоминании Киреева Галкина вздрогнула и резко повернулась в сторону старосты нашей группы.

— Почему вы так решили? — выпалила Елизавета Петровна.

— Потому что он яростнее других не пускал нас с её благородием, — Анна кивнула на баронессу, — в вашу палату. И громче других вещал, что Академия позаботится о вашем здоровье.

— Ну… да… — вымученно пробормотала Галкина.

— А ещё я пару раз видела, как Тимофей Денисович уж очень активно пытался добиться вашего внимания, — припечатала Анна.

Баронесса закатила глаза и тяжело вздохнула.

А вот преподавательница аж подскочила на месте и впилась в Анну изумлённым взглядом.

— Вы видели? Правда? Простите за это! Студенты не должны такое видеть, и…

Я поднялся с места, и ножки моего стула громко заскрипели о кафель, перебив женщину.

— Вот сейчас вам точно не стоит извиняться, — проговорил я, подходя к изумлённой Галкиной. — То, что господин проректор слишком активно и навязчиво за вами «ухаживает» — не ваша вина. Скорее уж это ваша беда.

— Эм… но… Тимофей Денисович — хороший человек… — пробормотала Галкина.

Мне показалось, она сама не верит своим словам.

— Да… — продолжила женщина. — Он в самом деле лично приносил мне лекарство… Моя болезнь возникла так внезапно… Так бывает с недугами энергетического типа. Результатов обследования толком нет, но благодаря Тимофею Денисовичу и Академии мне легче, и… что вы делаете, Александр Ярославович⁈

Встав Галкиной за спину, я положил ей руки на плечи и чуть надавил всеми пальцами. Женщина попыталась извернуться и заглянуть мне в глаза. Анна и баронесса опешили…

— Что вы себе позволяете, Александр! — первый вспылила, как ни странно, Анна.

— Тише, сударыни, — хмуро произнёс я, снова сжав плечи преподавательницы. — Елизавета Петровна слишком напряжена и измучена. Расслабляющий массаж пойдёт ей лишь на пользу.

— Александр Ярославович, вы не должны… Вы студент, а я препо…

— Александр! То, что вы делаете, недопустимо!

— Тише! — добавив в голос стали, велел я. — Негоже суетиться из-за какого-то массажа. Если вы, сударыни, видите в обычном массаже что-то недопустимое и пошлое, то этим видением вы компрометируете в первую очередь себя и оскорбляете всех массажистов.

Анна явно хотела что-то сказать, но вместо этого закрыла ротик и нахохлилась, искоса поглядывая то на меня, то на Галкину. Баронесса же и вовсе воздержалась от комментариев. Скрестив руки на крохотной груди, она хмурилась. Но не более того. А вот если бы я на её глазах решил размять спинку Анне, тогда да, крику было бы не избежать.

А Елизавета Петровна… эта больше не сопротивлялась и теперь таяла в моих руках.

— Чуть вперёд подвинетесь, пожалуйста, — попросил я, массируя её между лопаток.

— М-м-м… так? Спасибо… в самом деле, будто становится легче… Будто тревоги отпускают… М-м… и на душе становится… теплее…

— Приятно слышать, — сдержанно произнёс я.

Я был полностью сконцентрирован на процессе, так что её слова отмечал лишь краешком сознания. Разумеется, ей сейчас хорошо и тепло — я ведь вливаю в неё чистую ману. Использую технику, которой, вероятно, кроме меня в этом мире никто не владеет. Техника эта бодрящая, сканирующая, в некотором роде восстанавливающая…

Но не исцеляющая. До возможностей полноценных целительских техник ей далеко.

Однако же благодаря этой технике я смог купировать первый приступ энергетической болезни у Галкиной в прошлый четверг. И сейчас могу «отогнать» подальше болезнь и собрать анамнез.

Что ж… как я думал, зараза никуда не делась. Более того, часть источника Галкиной уже недоступна женщине — мана копится в этой части, но не используется телом.

Энергетическая зараза будто бы собирает энергию носителя внутри его же тела. Я бы сказал «ворует», но самого факта извлечения этой энергии из тела нет.

Пока что.

И самое поганое, я понятия не имею, как исцелить Галкину от этого недуга. Если оставить всё как есть, женщина будет слабеть, худеть, увеличенный аппетит не поможет ей восстановить ману. В итоге в её доступе останется меньше энергии, чем необходимо для жизни, и Галкина умрёт.

А внутри неё будет полный источник маны…

Хм… Можно ли записать Галкину в мой персональный список неизлечимо больных?

Пожалуй, да.

— М-м-м… — стон преподавательницы прервал мои размышления.

— Посмотрите, Анна, как хорошо Елизавете Петровне, — услышал я тихий шёпот баронессы. — Будто бы кошке на коленях у хозяина.

— Пф! — недовольно выдала её вассалка.

Слова девушек проникли в расслабившийся мозг преподавательницы, та вздрогнула…

И я перестал массировать ей спину.

— На этом предлагаю сеанс окончить, — буднично произнёс я. — Надеюсь, получилось снять большую часть спазмов.

— А? Да… спасибо вам, Александр Ярославович. Я чувствую себя прекрасно. Энергия переполняет меня! Позвольте, я сама положу десерты! Милана, убери лишнее со стола!

Пока хозяйка и её служанка наводили красоту за столом, я вернулся на своё место. Анна чуть придвинулась ко мне и грозным шёпотом спросила:

— А мастерству массажа вы где обучились? Поведаете?

Я припомнил наш прошлый разговор, когда она интересовалась, где я научился расстёгивать женский лифчик одной рукой. Не сдержавшись, я усмехнулся и ответил:

— Не поверите, но тоже в кадетском корпусе.

Она со скепсисом посмотрела на меня и покачала головой.

— Гляжу, очень насыщенной жизнью живут в кадетских корпусах.

— Вы даже не представляете, насколько, — усмехнулся я.

И ведь технически я даже не соврал. Судя по памяти реципиента, после занятий в тренажёрном зале некоторые парни в самом деле помогали друг другу размять спины. Только делали это не пальцами, а казанками и локтями — давили так мощно, что глаза начинали лезть на лоб от боли.

Елизавета Петровна подала десерты, включая и те, что принёс я. Мы с наслаждением их приговорили, запив чаем. Больше к неприятным темам не возвращались — Галкина спрашивала нас про учёбу, давала всякие жизненные советы. Встреча пролетела быстро, и пришло время прощаться.

— Я тоже приготовила для вас небольшие подарочки, — скромно произнесла женщина. — Не такие роскошные, как вы, но от всего сердца, возьмите, пожалуйста.

Она протянула каждому из нас подарочные пакеты.

Анна сразу же заглянула в свой и выдала:

— Ух ты, мёд с закрытой пасеки вашего рода. Спасибо большое! Очень приятно.

— Да, — смутилась ещё сильнее Галкина. — Мы не продаём его открыто, как мёд с других наших пасек, только через бронирование.

— Благодарю, Елизавета Петровна, — улыбнулся я.

— Очень приятно, — повторила за своей вассалкой баронесса и отправила сообщение охране.

Мы направились в коридор, как вдруг запел дверной звонок.

— Вы кого-то ждёте? — спросила Анна хозяйку. — Мы задержались?

— Нет, что вы, — ошарашенно пробормотала Галкина. — Кроме вас я никого не ждала. Кто же это может быть?

Звонок зазвенел вновь.

— Нужно открыть, — извиняющимся тоном произнесла Галкина. — Кого попало охрана бы не пропустила.

— Да, конечно, откройте, — кивнула Анна и покосилась на меня. — Александр? Что-то не так?

Вероятно, мой взгляд был слишком холоден в этот момент, раз девушка обратила на это внимание.

А всё потому, что благодаря своему поисковому заклинанию я прекрасно знал, кто стоит за дверью.

И внутри меня как-то само собой проснулось жгучее желание.

Убивать.

Глава 24

— Елизавета Петровна, здравствуйте! А я к вам! Рады сюрпризу? — счастливым голосом произнес проректор Киреев, едва входная дверь квартиры отворилась.

Он смотрел на Галкину таким похотливым взглядом, что мне захотелось сломать ему нос. Но и желание тупо убить этого подонка у меня никуда не делось.

И все же сломать нос нужно в первую очередь.

Определенно.

А может что-нибудь пострашнее придумать?

Омерзительный восторг в его поросячьих глазках сменился недоумением, когда Киреев наконец-то заметил меня и Анну с баронессой.

А затем в его взгляде проснулась ненависть. Он пялился на меня, так яростно, будто бы тоже хотел разорвать меня на части прямо здесь — в прихожей квартиры молодой преподавательницы.

— Здравствуйте, Тимофей Денисович, — ошарашенно поздоровалась с ним Галкина. — Что вы тут делаете?

— Говорю же, сюрприз вам сделал! — яростно выпалил он. — А что здесь делают студенты? По-вашему, допустимо встречаться со студентами у себя дома⁈

— Ни закон, ни нормы приличия не запрещают нам проведать хворающего преподавателя, — ледяным тоном произнесла Анна.

Ух ты… А она тоже сейчас смотрит на Киреева так яростно, словно желает его прикончить.

Мне нравится этот взгляд!

Киреев же брезгливо поморщился и бросил в ее сторону:

— Я не с вами разговариваю, Есипова. Вы говорите о нормах приличия, а сами встреваете в разговор старших! Не вмешивайтесь, пожалуйста.

— А вы мне рот не затыкайте, пожалуйста, — процедила Анна. — Мы не в Академии. Здесь и сейчас мы с вами в равных позициях.

— Я старше вас, и я мужчина! — топнул ногой Киреев. — Что за неуважение! Ваше благородие, вам стоило лучше воспитывать своих вассалов! А то ведут себя так, будто недалеко от простолюдинок ушли! Тоже мне!

Спиной я ощутил такую жажду убийства, что у меня волосы на макушке едва не встали дыбом. Более того, я почувствовал, как малышка баронесса раскручивает свой источник.

Но все это я отметил лишь мельком. В тот момент, когда сам рванул вперед мимо охнувшей Галкиной.

Схватив побледневшего Киреева за лацкан пиджака, я навис над ним и заглянул ему в глаза.

— Вы ходите по невероятно тонкому льду, Тимофей Дмитриевич, — прошелестел я.

Проректор затрясся и застучал зубами.

— Невежливо врываться в госте к даме без приглашения и оскорблять ее гостей, — продолжил я.- Но еще более невежливо сравнивать дворянку с простолюдинкой. Какой же вы после этого мужчина, а, Тимофей Денисович?

— Т-т-ты… т-т-ты… — выдавил он из себя. — Ты не смеешь со мной так разговаривать! Сейчас за тобой нет рода⁈

«Сейчас»? — отметил я про себя. Он имеет в виду, что сейчас я не Резанов? То есть даже этот мелкий злыдень в курсе, кто я?

— Ну как же это за мной нет рода? — скривился я. — Дружба двух боярских родов всегда со мной. Да и говорю я с вами вполне нормально. И вам советую нормально извиниться перед дамами.

— Александр не стоит… — отрывисто произнесла Анна.

— Стоит, Анна. Стоит, — не оборачиваясь ответил я.

Киреев все так же затравленно водил глазками и просить прощения явно не собирался.

— Извинись!!! — рявкнул я, тряхнув его за лацканы.

— Отпусти… те… — пробормотал он.

Пару секунд я испытывающее смотрел на него, а затем сделал вид, что стряхнул пыль с его лацканов и отошел в сторону.

— Ваше Благородие, прошу прощения за мое неуместное замечание, — сквозь зубы произнес он и поклонился баронессе. Затем повернулся к Анне и кивнул ей: — Прошу простить меня за мои оскорбительные слова. Вы правы, я повел себя невежливо. Елизавета Петровна, — пару секунд он смотрел на Галкину, а затем в очередной раз поклонился и проговорил: — Я искренне прошу прощения за то, что поставил вас в неловкое положение. Вы знаете, как высоко я вас ценю, и знаете, что я всего лишь хотел сделать вам сюрприз.

Дверь за спиной Киреева все еще была приоткрыта, так что мы все услышали топот на лестничной площадке, а затем в прихожую квартиры влетели двое ратников Завьяловых.

— Извинения принимаются! — быстро произнесла Анна и повернулась к баронессе. — Ваше Благородие, мы уходим?

— Пожалуй да, Анна, — хмуро проговорила маленькая злюка, испепеляя проректора убийственным взглядом. — Устала я что-то в гостях. Тимофей Денисович, прокатитесь с нами до Академии?

Киреев напряженно покосился на нее, затем на меня и ратников. Потом повернулся к Галкиной и сбивчиво произнес:

— Я, честно говоря, хотел бы пообщаться с Елизаветой Петровной, проведать ее, узнать, как дела… Елизавета Петровна, вы ведь позволите мне остаться?

Пусть на миг, но взгляд Киреева, направленный на Галкину, изменился. Женщина поежилась и кивнула:

— Конечно, Тимофей Денисович. Оставайтесь, раз уж проделали такой путь…

Она нервно начала теребить подол платья. Глядя на это, Анна обреченно покачала головой и произнесла:

— Берегите себя, Елизавета Петровна. Знайте, вы не одна. Мы рядом.

От последних ее слов, произнесенных твердым и властным тоном, Киреев поежился.

— Мы готовы вас поддержать и присмотреть за вами, — произнес я. — Очень надеюсь, что вашему здоровью больше ничего не будет угрожать. Иначе я и другие хорошие люди сильно расстроятся.

— Спасибо… — смущенно улыбнулась Галкина. — Спасибо за заботу.

— Уходим! — велела баронесса своим бойцам.

Мы покинули квартиру Елизаветы Петровны и вошли в лифт. Его двери закрылись, несколько секунд мы стояли молча…

— Александр, вам не стоило так рисковать! — вдруг выдала Анна.

Я повернулся к ней. Смотрит на меня с укором и тревогой во взгляде, уперла руки в бока…

Такая милашка — искренне переживает за меня.

— Не было никакого риска, уверяю вас, — улыбнулся я.

— Ну как же? — возмутилась девушка. — Он — проректор! И… мне неприятно вам это говорить, но все же между вашими социальными статусами огромная пропасть.

— Ну я ж не убил его, — усмехнулся я. — И даже не покалечил.

— Еще бы вы его покалечили! — всплеснула руками Анна. — Александр, вы…

— Пожалуйста, хватит, — я снова улыбнулся, глядя ей в глаза. — Просто скажите «спасибо» и успокойтесь. Вы ведь прекрасно понимаете, что я не мог позволить этому индюку говорить с вами в таком тоне. Да и потом, если бы я не вмешался, Зинаида Константиновна его бы уж точно убила.

— Верно подмечено, Егоров, — с важным видом кивнула баронесса. Затем посмотрела мне прямо в глаза и благодарно кивнула: — Молодец. Отлично сработано. Любо-дорого смотреть было.

— Благодарю, — я шуточно поклонился ей. — Похвала от вас, как бальзам для моих ушей. Редко вы столько добрых слов за раз говорите.

— Егоров, я все еще не прочь кого-нибудь убить, имей в виду, — проворчала она и отвернулась.

Лифт доехал до подземного этажа, и мы всей компанией оказались на парковке. И вот когда уже почти дошли до машины, моего рукава коснулась изящная ручка.

— Спасибо, Александр, — тихо произнесла Анна. — Пусть ваш поступок был глупым и рискованным, но мне было приятно.

Остановившись, я повернулся к ней и, улыбнувшись, ответил:

— Пожалуйста. Ради вас я готов совершать уйму глупых и рискованных поступков, если потребуется.

Пару секунд она смотрела на меня своими выразительными карими глазами, а затем тяжело вздохнула и первой зашагала к машине.

— Все бы вам шутки шутить, — проворчала она на ходу.

Я продолжил улыбаться, глядя ей вслед.

Правда, уже секунд через пять, выгнал из головы лишние мысли и достал телефон.

«Коптер, ты занят?» — быстро отбил я сообщение.

«Всегда занят. Благодаря кое-кому», — был его ответ.

Но следом пришло еще одно сообщение:

«Прости. Боевая ситуация?»

Дошло наконец-то, что я не просто так начал с позывного? Молодец, барон. Соображает.

«Да. Откладывай все, Таксист выйдет с тобой на связь и скажет, что требуется».

* * *

— Ох и удивили вы меня, Елизавета Петровна, — покачал головой Киреев, плюхнувшись на диван, стоявший по центру гостиной.

— Прошу прощения за это, Тимофей Денисович, — испуганно прошептала Галкина, остановившись рядом.

Проректор развалился поудобнее и начал ощупывать фигуру преподавательницы сальным взглядом.

— Это платье вам очень идет, Елизавета Петровна, — проговорил он и похабно улыбнулся. После того как незваные гости покинули квартиру Галкиной, настроение у проректора повышалось с огромной скоростью. — Очень идет!

— Благодарю, Тимофей Денисович, — кивнула преподавательница.

Киреев покачал головой и самодовольно хмыкнул:

— Какая-то вы зажатая сегодня, Елизавета Петровна. А давайте сделаем вот как — вы отправите свою служанку домой, и мы с вами выпьем винца. Я принес с собой бутылочку отличного мерло с виноградников графского рода Варзухиных. Десятилетней выдержки, между прочим.

Он многозначительно кивнул.

Галкина сжала губы в нитку и снова начала теребить подол платья.

— Не обижайте меня отказом, моя дорогая, — пропел Киреев. — Не после того, как я лично принес вам новую порцию лекарства и новости о вашем возможном скором назначении на должность заместителя главы практических исследований.

Галкина сжала кулаки и отвернулась.

— Я и не думала вас обижать, Тимофей Денисович, — с трудом проговорила она. — Милана заканчивает уборку, сейчас я велю ей уезжать.

Женщина пулей вылетела из гостиной. Глядя ей вслед, Киреев самодовольно хрюкнул и сложил ладони на толстом брюхе.

Сегодня он собирался во что бы то ни стало закончить начатое, и даже встреча с мелким Резановым не испортила ему настроение.

«Но все же, почему он был здесь? — мелькнуло в голове проректора. — Да еще и с этими двумя провинциалками?.. В самом деле всего лишь проведал Лизу? Или он что-то подозревает?»

Киреев поморщился, вспомнив, как оплошал со своим планом по «приручению» молодой преподавательницы. План ведь был хорош — дать ей во время свидания небольшую порцию отвара душекрада, а потом, когда со временем начнут проявляться симптомы «неизвестной болезни», прийти на помощь. Ну а дальше с помощью особых пилюль контролировать состояние Галкиной. Дашь одну пилюлю — эффект душекрада ослабнет. Дашь другую — усилится.

Да вот беда… порой индивидуальные реакции человеческого организма при взаимодействии со сложными и малоизученными зельями выдают совершенно непредвиденный эффект. В случае с Галкиной, малая концентрация отвара через несколько часов вдруг сработала как концентрация максимальная.

А затем, после непрямого массажа сердца и искусственного дыхания, проведенного мальчишкой Резановым приступ вдруг отпустил Лизу…

Еще одна загадка.

Совпадение?

Или у Резановых есть рецепт отвара душекрада и регулирующих пилюль? Но брат сказал, что это бред и быть этого не может. Да и мальчишка не стал бы таскать с собой пилюли, даже если бы они у него имелись…

Как бы то ни было, Галкина избежала скоропостижной смерти, а ее источник пока что не стал топливом для нужд Круга.

«Несмотря на помарки и поправки план твоего подчинения, Лизочка, идет как по маслу», — подумал Киреев и снова улыбнулся.

А затем он услышал, как щелкнул дверной замок — служанка покинула квартиру, оставив хитрого проректора наедине с его целью.

Спустя пару минут в гостиную вошла Елизавета Петровна с подносом в руках. Женщина нарезала сыр, принесла бокалы для вина, штопор…

Отвлеченные мысли больше не лезли в лысую голову Киреева. Он достал принесенную бутылку, быстро открыл ее и разлил вино по бокалам.

— Я хочу поднять этот тост за вашу красоту, прекрасная Елизавета Петровна, — пропел он.

— Спасибо… — пробормотала женщина.

И они выпили.

Чуть позже еще раз.

А потом еще.

Проректор открыл вторую бутылку, не такую дорогую, как первую, и вновь наполнил бокалы.

— Елизавета Петрова… — покачивая бокал, с придыханием обратился он к молодой женщине. — Вы позволите звать вас просто «Лиза»? Разумеется, когда мы с вами наедине.

— Если вам будет так угодно, — напряженно проговорила Галкина.

— Тогда и вы можете звать меня просто «Тимофей»! Выпьем за это! За то, что мы стали ближе друг к другу.

Бокалы вновь опустели. Киреев поставил свой на стол и, поднявшись на ноги, обошел диван. Он положил руки на плечи женщине.

Галкина сжалась, от боли и омерзения.

— Ты все еще напряжена, Лиза, — прошептал он ей на ухо.

Преподавательница невольно поморщилась, когда хилая бородка проректора коснулась ее уха.

— Я сделаю тебе массаж, чтобы полностью тебя расслабить, — проговорил Киреев и начал сжимать ее плечи.

«Как же противно… — мелькнуло в голове Елизаветы Петровны. — Совсем не так, как было раньше… в столовой…»

— Твои родители большие молодцы, раз смогли оплатить тебе учебу в магистратуре, — прошептал Киреев, еще сильнее сжимая ее нежные плечи.

— Что? Почему вы снова заговорили об этом? Я ведь уже сказала вам, что для нашего рода эта сумма была более чем посильной. Я благодарна отцу и главе рода за то, что позволили мне продолжить обучение и получить лицензию преподавателю.

Галкина попыталась было подняться, но проректор с силой надавил ей на плечи и удержал на диване.

— Да, ты тоже большая молодец, Лиза. Но прошу тебя еще раз, давай без выканья. Мы же… — он вновь приблизился к ее ушку и прошептал по слогам: — до-го-во-ри-лись. А договоренности нужно выполнять.

— Да….

— А что до моих слов, я вот думаю, как твой род отнесется к тому, что ты потеряешь работу? Вылетишь с дурной характеристикой и неизвестной, неизлечимой болезнью?

Сердце Елизаветы Петровны сжалось. Она прекрасно знала, что должность преподавателя МАУД и научная карьера очень престижны даже для дворян средней руки, коими и являлись Галкины. Девочке, которая с детства отличалась тягой к науке и высокой обучаемостью, помогли получить нужное образование и лицензию. А дальше от нее ждали свершений.

Если она провалится и потеряет работу, ее просто выдадут замуж за того, на кого укажет глава рода.

Глава рода сказал ей об этом прямым текстом еще несколько лет назад — в тот день, когда юная Лиза Галкина только поступила на учебу в ВУЗ.

Ей нельзя терять свою должность.

А сейчас, когда появилась эта неизвестная болезнь… Кем она будет в глазах рода, если случится то, о чем говорит Киреев?

Позором! Мусором! Провалившейся инвестицией, которую даже замуж выгодно для рода выдать не получится.

— Почему ты дрожишь, Лизонька? — пропел проректор. — Испугалась? Правильно… Значит, понимаешь, в каком ты сейчас положении. Ты девочка умная, уж я-то знаю. И ты, умничка, должна знать, как избежать такой страшной ситуации.

Она подняла на него дрожащие глаза и вымученно прошептала:

— Что вы имеете в виду?

— Думай, Лиза, — криво улыбнулся Киреев, и его рука начала опускаться к груди женщины. — Хорошенько думай.

— Вы… хотите, чтобы я стала вашей… Женой?

— Моей, — осклабился он. — Но не женой. К чему обременять себя супружеством и родовыми связями?

«Мерзавец! — вспыхнула в голове женщины яростная мысль. — Мой род недостаточно хорош для него? Он хочет заполучить меня даже без брака⁈ Потомственную дворянку⁈ Каков наглец!»

Рука Киреева уже начала опускать под лиф ее платья, как вдруг раздался звонок в дверь. Проректор замер, а затем выпалил:

— Кто это? Ты кого-то ждешь?

— Нет! Но кого попало охрана не пропустит. Нужно узнать!

Елизавета Петровна хоть и сама была в недоумении, сумела воспользоваться моментом и резко поднялась с дивана — Киреев поздно спохватился и не смог удержать ее. Однако же проректор поспешил за ней следом в коридор.

«Кем бы ты ни был, я благодарна тебе до кончиков пальцев!» — подумала женщина, распахнув дверь.

За порогом стоял высокий мужчина в плаще песчаного оттенка и кепи в тон, козырек которой скрывал верхнюю часть его лица. Нижнюю же часть прикрывала острая коричневая борода.

«Без бороды ему было бы лучше», — мелькнула в голове Галкиной отстранённая мысль.

— Здравствуйте, — кивнул он Елизавете Петровне, и пару секунд, как завороженный смотрел на нее.

— Здравствуйте, — удивленно ответила женщина.

— Вы кто такой? Что вам здесь надо⁈ — оттолкнув Галкину в сторону, к мужчине подлетел Киреев.

Незнакомец неодобрительно покачал головой, а затем показал ему тыльную сторону левой руки.

На мизинце незнакомца был перстень с изображением герба Российской Империи.

— Круг нуждается в тебе, — твердо произнес он, глядя в глаза Кирееву. — Дело срочное. Касается двух твоих ратников и дважды одаренного Иерарха. Идем за мной, брат.

Незнакомец махнул рукой и развернулся.

Киреев изумленно уставился на его широкую спину, пытаясь понять, что же здесь происходит.

«Он определенно говорил о Буре, Аисте и наемнике, — лихорадочно соображал Киреев.- Их нашли? Но почему мне сообщают об этом таким странным способом? Круг решил наказать меня? Что происходит? Кто это такой?»

— Идем, брат, — обернувшись, велел незнакомец. — Или ты хочешь обсуждать дела Круга при посторонних.

Он недовольно кивнул в сторону опешившей Галкиной.

— Эм… — протянул Киреев и повернулся к женщине. — Прости, Лиза, срочные дела. Продолжим потом.

— Ничего-ничего, я все понимаю, — ответила она и улыбнулась с явным облегчением.

Однако же Киреев этого облегчения не заметил. Забрав свои вещи, он влетел в лифт следом за незнакомцем.

Двери лифта закрылись.

— Вы на машине? — быстро спросил Киреев. — Как к вам обращаться?

— Как и ко всем братьям. И нет, я пешком. Тебя ждут здесь рядом, дело срочное.

— Срочное? Может быть расскажешь… брат?

— Подробности ты узнаешь на месте. Кругу приходится действовать экстренно, чтобы справиться с последствиями твоих ошибок. Ты ведь понимаешь, о чем я? Порезвился с преподавательницей? — незнакомец впился в него холодным взглядом, от которого Киреев поежился.

— Ничего не было, — зачем-то выпалил он и достал телефон.

«Последствия моих ошибок? Меня все-таки хотят наказать? Или мы правда сможем со всем разобраться?»

— Мне надо позвонить!

— Конечно, — усмехнулся незнакомец и пожал плечами.

Киреев выбрал нужный номер и нажал кнопку вызова.

— Странно… не получается, — пробормотал он.

— Ну так мы в лифте. Сейчас выйдем и попробуешь еще раз.

— Я хочу забрать свою машину! — неожиданно выпалил Киреев.

— Да пожалуйста. До места можно и доехать, но в конце все равно придется пройтись пешком.

Киреев нажал кнопку подземного этажа, и вскоре мужчины вышли на парковке. Проректора уже ждали его водитель и телохранитель. Все четверо сели в «УАЗ. Имперец» и черный тонированный внедорожник выехал на улицу.

Только сейчас в трубке своего телефона Киреев услышал долгожданные длинные гудки.

— Ну здравствуй, Тима, — спустя несколько томительных секунд проректор услышал голос своего старшего товарища — ректора МАУД боярина Скоробогатова.

— Здравствуй, брат. За мной пришли, и…

— Я знаю, — перебил его Скоробогатов. — Ведь это я попросил его привести тебя, брат.

— Да… но к чему такая спешка?

— Ты думаешь, ты вправе задавать мне вопросы? После того как ты несколько раз конкретно так оплошал? После того как из-за тебя Круг потерял брата? Между прочим Магистра с очень ценным Родовым Даром? А, Тима? И вместо того, чтобы искать возможность исправиться, ты побежал к Елизавете Петровне? Я понимаю, что ты хотел поднять себе самооценку и снять стресс, Тима. Но не принимаю этого. Сейчас не время ходить в гости к сударыням, брат мой. Круг хочет, чтобы мы исправили ситуацию. И поэтому не задавай лишних вопросов, и делай то, что тебе велено. Полагаю, мне не нужно объяснять тебе, что будет, если ты ослушаешься меня? Или, если попытаешься сбежать? Тебе напомнить, что Круг делает с предателями?

— Я не предатель, — угрюмо пробурчал Киреев.

— И я в это верю. Но другие братья вскоре могут начать сомневаться в нашей с тобой лояльности и компетенции. И чтобы этого не допустить, мы должны действовать прямо сейчас. Понял меня?

— Да.

— Вот и хорошо. Я жду тебя.

Скоробогатов первым положил трубку. Киреев поежился — даже через телефонный разговор, даже несмотря на легкие помехи связи, его старший товарищ смог быть убедительным.

За этим разговором Киреев не заметил, как его водитель, следуя указам незнакомца, привел «Имперца» в нужную точку. Машина остановилась на краю парковки рядом с каким-то огромным парком.

— Идем за мной, брат, — велел незнакомец.

Киреев жестом приказал своим сопровождающим идти следом и не отставать. Вчетвером мужчины быстро прошли оживленную часть парка, и оказались в глухой его части. Между плитками под ногами здесь пробивалась трава, брусчатка была разбита, и ни мамочки с колясками, ни велосипедисты сюда уже не забредали.

— Почему он выбрал такое место? — спросил Киреев, напряженно оглядываясь.

— А он тебе не ответил? — не оборачиваясь, спросил незнакомец. — Ты не в том положении, брат, чтобы задавать вопросы. Кстати, мы пришли.

Незнакомец обошел ряд высоких, нестриженых кустов и указал на круглый поросший травой пятачок. Когда-то давно здесь было место отдыха у фонтана, но сейчас фонтан не работал, его каменная чаша была разбита, а лавки вокруг разломаны.

— Говорят, Москва похорошела при Щербатовых. Но таких вот дыр до сих пор хватает, — проворчал незнакомец.

Киреев заозирался по сторонам. Взглядом он велел своим охранникам быть начеку. Он не верил, что ректор Скоробогатов, решит от него избавиться. Уж точно не сейчас. Однако же инстинкты самосохранения кричали, что что-то здесь не так.

— Кха… — вдруг захрипели охранники Киреева.

— Что? — выпалил проректор, увидев на головах своих ратников воздушные пузыри.

А затем воздушный купол накрыл всю площадку. Окружающие звуки стихли: машин в отдалении, птиц на ветках, шелеста листы — ничего этого больше не было слышно.

Лишь кряхтение ратников рода Киреев.

А затем позади проректора МАУД раздался до омерзения знакомый мужской голос:

— Ну здравствуй… брат.

Обернувшись, Киреев увидел страшную и очень самоуверенную фигуру.

Человека в маске Рыжей Обезьяны.

Глава 25

Киреев смотрел на меня глазами полного ужаса. Я же смотрел на него с омерзением.

Как же меня бесит этот тип!

Подсадил девушку на какую-то дрянь, чтобы потешить свое эго и порадовать свое дряблое тело? А до этого не погнушался, нанять дважды одаренного, чтобы похитить ничего не понимающую старушку и шантажировать ей Марину?

Мудак.

Конченый выродок…

Как вспомню, что мне показал Воздушный Близнец, которого я оставил в квартире Галкиной, так кулаки сами сжимаются.

Фух… ну ничего, сейчас все позади. Моя бравая команда сработала выше всяких похвал. Не зря я заранее готовился… к разным неожиданностям.

Например, сегодня барон Прозоров передал мне один из своих дронов, которым Сема может управлять прямо из своей общаги. Вооружения на дроне нет, но есть камеры, и локатор, создающий вокруг себя телефонные помехи. Этого дрона я передал Василию, перед тем как сесть в машину баронессы. Тогда же, кстати, Василий передал мне подарки для Галкиной, которые купил по моему поручению.

Что же до самого Василия, то еще вчера вечером, до того, как ехать за Мариной, он прошелся по торговым рядам, прикупил для себя разной одежды и всего остального по мелочи. Например, накладную бороду…

Я правда не думал, что все это добро нам потребуется так скоро.

А еще очень повезло, что я сегодня разрешил Семену использовать труд помощников-энтузиастов. Без них он не смог бы одновременно, через камеры дрона искать служебный вход на территорию комплекса, в котором проживает Галкина, затем взламывать служебный замок, отключать камеры… и это только для того, чтобы Вася смог дойти до квартиры преподавательницы.

А ведь еще нужно было подобрать для нас удобное место встречи с Киреевым.

А еще я предполагал, что Киреев захочет позвонить своему непосредственному руководителю и «старшему брату». Вот и пришлось перехватывать его звонок.

А затем еще нужно было синтезировать голос ректора. Так-то по телефону Киреев говорил со мной.

Колоссальную работу провернул барон Прозоров со своей командой. И даже то, что у него уже имелись нужные программы, ничуть не умаляет заслуг Сёмы.

— Поблизости никого нет. Минимум пять минут у тебя имеется, — сообщила мне микро-гарнитура голосом Прозорова.

— Спасибо, Коптер, — отозвался я и медленно пошел на Киреева.

Тот начал озираться по сторонам, точно затравленный зверь. Его сопровождающие уже валялись без чувств, придушенные моим заклинанием, а Василий, с позывным «Таксист» и трофейным кольцом на мизинце, следуя плану, покинул зону боевых действий.

— Тебе это с рук не сойдет, Резанов! — выпалил Киреев. — Ты за все заплатишь!

— Не понимаю, о чем ты, — хмуро произнес я, концентрируя ману.

— Эта дурацкая маска не защитила тебя! Я узнал тебя! По голосу! По манерам! Тебе конец!

Он вскинул руки, выпуская пламя.

Огонь проректора сбил мощный поток воздуха, поваливший врага на землю.

— Эта маска, не для тебя, идиот, а чтобы дойти сюда и не спалиться на уличных камерах, — хмыкнул я. — Да и вообще, нравится она мне… Но не о ней сейчас речь.

Киреев дернулся, но я приковал его к земле металлическими дугами.

— Забавно, что в Круге Змеевидца есть слабаки вроде тебя, — произнес я, сев рядом с ним на корточки. — С другой стороны, кто-то же должен быть на побегушках.

— Я тебе не мелкая сошка! Я проректор МАУД!!! — выкрикнул он.

— Заткнись, — холодно произнес я и повел рукой перед лицом Киреева.

Облако металлической пыли нависло над крикливым проректором. Я же продолжил:

— Как ты думаешь, что будет с твоим телом, если эта пыль войдет в него через дыхательные пути, и начнет собираться внутри них в кинжалы? А может в мечи? Или вилы сделать?

Киреев задрожал. Весь его напор как ветром сдуло.

— Я… ничего не знаю… ничего не скажу…

— Скажешь, — вздохнул я и качнул кистью. Металлическая пыль коснулась ноздрей Киреева. В этот же момент удерживающие его дуги покалывали кожу проректора, мешая концентрировать ману.

— Я правда ничего не знаю! Клянусь!!! — закричал он.

— Ненавижу клятвопреступников, — хмуро произнес я и пыль начала медленно проникать в его тело.

— Пощади… Круг убьет меня…

— Возможно, у тебя будет шанс выжить. Но, если ты продолжишь врать мне, ты точно умрешь здесь и сейчас. Однако, если ответишь на мои вопросы, обещаю, сегодня я тебя убивать не стану.

— А-а-а-а-а!!! — закричал он во все горло.

— Бесполезно. За моим куполом нас не слышат. Ну? Какой дрянью ты отравил Елизавету Петровну? Ей же ты хотел прикончить наемного Иерарха⁈

Киреев закашлялся кровью и заорал:

— Хватит!!! Я все расскажу!!! Все!!!

* * *

Я стоял в полный рост над прикованным к земле Киреевым и задумчиво смотрел на эту мерзкую испуганную тушу.

У меня было очень мало времени на допрос — это минус.

Киреев знал не особо много — это плюс.

Начав говорить, Киреев уже не пытался врать. И там, где он отвечал мне «не знаю», теперь в самом деле располагалась грань его знания.

Что же у нас получается? Я не ошибся насчет действия дряни, которой отравили Елизавету Петровну. Так называемый отвар душекрада в самом деле собирает энергию жертвы в ее источнике, и жертва умирает. С полным источником. А дальше, если в течение двенадцати часов после смерти, коснуться тело жертвы так называемым «камнем Властелина», человеческая мана из источника перейдет в этот камень.

— Он… дает силу… Нам! Членам Круга… — шептал измученный Киреев.

Глядя на эту слабую тушку, становилось ясно, что далеко не все члены Круга получают вожделенную силу.

Но зато они получают поддержку своих братьев и связи. Киреев был уверен, что Круг ценит его, раз помог стать проректором МАУД.

На конкретный вопрос о целях Круга, он ничего внятного не ответил. Лишь верещал что-то в духе:

— Мы жаждем того, чтобы достойные были вознаграждены по достоинству!

— И не позволяете выдающимся простолюдинам учиться в МАУД? — скривился я. — Это не противоречит вашей цели?

— Рожденный рабом не может быть достоин по умолчанию!

Для себя я понял, что истинные цели Круга Змеевидца могут знать лишь те, кто стоят на его вершине. А обычные дворяне, по сути, лишь инструмент.

— Как снять эффект отвара душекрада? — холодно спросил я.

— Ха! Это невозможно!

— Каким образом этот эффект передается другим людям?

— А? Это невозможно! Он не передается!

Но мне все же передался. И я его снял. Получается, я дважды совершил невозможное.

Но… Все-таки почему эта зараза прицепилась ко мне? Из-за моих манипуляций с чистой маной? Сегодня я тоже взаимодействовал с маной Галкиной и тщательно проверил себя после этого.

Никакой заразы не передалось.

Потому что эффекты душекрада внутри Елизаветы Петровны сейчас приглушены, а прошлый раз были разогнаны на максимум? Или у меня выработался иммунитет?

Но, конечно же, на все эти вопросы Киреев ответить не мог.

Все, что знал, он рассказал. И сейчас измученно и тяжело дышит у моих ног.

— Близнец, поторапливайся. В вашу сторону направляется одна молодая парочка. Ищут тихое местечко, — доложил Коптер, наблюдающий за округой через камеры дрона.

— Пошли к ним Таксиста, пусть побеседует о средствах контрацепции и общественных нормах, — быстро ответил, размышляя, могу ли я что-то еще выудить из Киреева.

— Я уже послал его задержать местных пьяниц. Близнец, у тебя две минуты, если эта парочка не решит свернуть раньше.

— Понял тебя.

Связь прервалась, а Киреев уставился на меня напряженным взглядом. Понял, гаденыш, что мы подошли к финальной точке нашей встречи.

— Ты обещал не убивать меня… — с надеждой прошептал он.

— Ага, — кивнул я, снова сев на корточки рядом с ним.

— А знаешь… мы можем оставить все позади! Круг поможет тебе и твоему роду встать на ноги! Ты ведь Резанов! Вам должно быть среди нас!

— Что? — выпалил я, схватив его за лацкан пиджака. Почти так же, как пару часов назад.

— Я думаю, все можно вернуть! — зачастил он. — Думаю, Круг примет вас! Вы…

— Близнец, они срезали через кусты, и останавливаться не собираются. Будут у вас через тридцать секунд.

Проклятье! Вырубать совершенно непричастную парочку, я уж точно не собираюсь. Ладно… все, что действительно сейчас необходимо, я узнал.

— Я понял тебя, — хмуро произнес я. — Живи. И живи с новой силой, которую ты так жаждал.

— А? О чем ты? Не-е-е-ет!

На кончиках моих пальцев засияла Печать Близнеца. Точно такая же, как та, что я поставил себе в первый день пребывания в новом мире. Я прижал ладонь ко лбу Киреева и отпустил Печать к ее цели.

— А-А-А-А-А!!! — заорал проректор так, что у меня заложило уши. Киреева выгнула другой, он начал биться в конвульсиях, а затем обмяк безвольной куклой.

В отличие от меня или Тёмы, печать не отразится на его теле. Ведь он недостоин ее и непригоден для того, чтобы войти в Зодиакальный Круг.

А еще потому, что, одновременно может существовать только один носитель Печати одного Знака.

Я повел рукой, развеяв свои заклинания, и втянул в себя остатки маны, затем бесшумно скрылся в кустах.

Через несколько секунд за моей спиной раздался пронзительный женский визг. Что ж… Простите, ребята, из-за нас ваш любовный вечер накрылся медным тазом.

* * *

— Ну и орала она… подумала, что трупы. От этого ора телохранители Киреева пришли в себя и напугали ее еще сильнее, — доложил мне Коптер, когда я пересек парк и вышел к аллее в противоположной стороне.

— Нормально все с голубками?

— Парень утащил ее подальше, а ратники растолкали Киреева. И были очень озадачены увиденным, — голос Прозорова стал предельно серьезным. — Что ты с ним сделал, Близнец?

— Немного подправил мозги.

— Ты и такое можешь?

— Иногда умышленно сделанная ошибка может стать твоим оружием.

— Поясни?

— Может быть потом… когда мы станем ближе…

— Эй!

— Не нагнетай, Сёма, я устал. Мы отлично справились. Отправляй Таксиста к машине.

— Таксиста… — проворчал он. — Не мог дать своему человеку более звучный позывной? Ему же на всю жизнь теперь с ним ходить.

— Он сам мне дал право его наречь, вот и пусть радуется, — хохотнул я.

Вообще, у Василия во время его армейского прошлого был позывной, но мой водитель решил начать новую жизнь и отказался от него.

Мы перекинулись еще парой фраз с Прозоровым и я оборвал связь. Впереди слышалась музыка — здесь располагались аттракционы, аквагримм и, внимание, ларек с масками! Молодежь натягивала себе на головы маски с лицами известных иностранных знаменитостей или маски зверей. Некоторые и вовсе прыгали по траве в парке, как звери.

Забавная мода…

Помогает мне скрывать лицо.

— О, гляди, еще один квадро бобёр! — услышал я гнусавый голос.

Трое парней в спортивках, курившие возле ближайшей скамейки, не стесняясь, тыкали в меня пальцем.

— Слышь! А ну стоять! — самый резвый из них быстро зашагал мне наперерез.

— Чего хотел? — склонил я голову набок. — Сегодня не подаю.

— Ты че? Попутал, что ли? — опешил парнишка. — Чего такой дерзкий?

— Так чего хотел-то? — усмехнулся я. — За жизнь побеседовать? Нет времени сейчас — спешу.

— «Чего хотел?» Это… Тебе самому-то не стрёмно в детских масках гонять, а? Такому здоровому коню⁈ — выдал он.

— Не конь я, — я уже откровенно ржал. — Не видишь, что ли? Обезьяна. Рыжая. Как в той самой песни. Ну?

— Отвали от него, Костян, — другой парень, подозрительно косясь на меня, потащил его в сторону. — Какой-то он странный.

— И малышню не трогайте! — продолжая смеяться, выкрикнул я им в спину. — Хотят по травке в масках скакать — пусть скачут. Главное, чтобы не кусались!

Этот небольшой инцидент заметно мне поднял настроение: приличные гопники оказались — даже не матерились и в драку не полезли.

Спасибо вам, ребятки, за передышку малую. Впереди ведь предстоит не самый приятный разговор.

Выйдя из парка, я снял маску и направился в сторону парковки торгового центра «Юсуповские Ряды». Василий уже ждал меня в машине. Он успел снять бороду, кепи, плащ, и накинул старую джинсовку поверх рубахи.

— Без проблем добрался? — уточнил я, сев на заднее сиденье.

— Все в порядке, командир. А вы?

— Тоже нормально. Ты — молодец, Вася. Справился с ролью, выше всяких похвал. Гляжу, в тебе актерский талант погибает.

— Ха! В детстве я как раз ходил в кружок актерского мастерства! И вы с такими поручениями уж точно не дадите этому таланту окончательно завянуть. Куда едем?

— В общагу ИМТУ.

Машина тронулась с места, а я откинулся на спинку сиденья. Через зеркало заднего вида я заметил, что Вася порывается что-то спросить, но, видя выражение моего лица, не решается.

Выдохнув, я набрал нужный номер. Спустя несколько протяжных гудков, в трубке прозвучал бодрый голос деда:

— Привет, внучок! Ну что, покатался на машине? Теперь можешь говорить?

— Теперь тоже в машине, но говорить могу. У меня к тебе вопрос. Очень серьезный.

— Про Пожарских ничего не расскажу!

— А про Резановых?

По моему голосу он понял, что сейчас мне не до шуток, и резко ответил:

— Что тебя интересует? Только побыстрее, Саша, я тут к поездке готовлюсь.

— К поездке? — удивился я. — Ты куда-то уезжаешь?

— Да, завтра еду в другой город по делам рода.

Голос деда прозвучал крайне серьезно. Дела его ждут явно непростые.

— Помощь нужна? — спросил я.

— Ха! — хохотнул он. — Справимся без сопливых! Вот стал бы ты Резановым, взял бы тебя в увлекательное путешествие. Или ты созрел, наконец? Одно твое «да», и завтра едешь веселиться вместе со мной.

— Мои условия ты знаешь. Скажи лучше, охрану-то нормальную оставишь? Или всех бойцов с собой заберешь?

— Ты совсем-то меня в маразматики не записывай, Саша, — проворчал он. — Наше поместье особо охранять не надо — серьезным противником оно даром ни нать, а мелочь об него зубы сломает почем зря. Самое ценное в поместье — твоя сестра. О ее охране я позабочусь. Не переживай. Я покажу тебе, что род Резановых еще на многое способен! Ты увидишь, что я зову тебя не на руины.

— Я не сомневаюсь в силе рода.

— Вот и правильно. Короче хватит тянуть кота за причиндалы, я же сказал, что спешу. Что тебя интересует?

Я подобрался. Оставим предстоящую поездку деду. Он столько лет удерживал род на плаву, так что вряд ли облажается на ровном месте.

Да… звонил я ему с другим вопросом.

— Скажи, Резановы были в Круге Змеевидца? — предельно серьезно спросил я.

— С чего ты решил? — в тон мне спросил он.

— Птичка нашептала.

— Полагаю, птичка больше не щебечет…

— Не щебечет. Только мычит.

— Что, прости?

— Пожалуйста, ответь на мой вопрос.

Несколько секунд он молчал, а затем коротко произнес:

— Да.

Я медленно выдохнул. Что ж… не удивил.

— А ты лично? — задал я вопрос, волнующий меня чуть больше.

— Да, — выдохнул дед.

И через пару секунд добавил:

— Но только один год, когда учился на первом курсе МАУД.

Он замолчал, ожидая моей реакции. Я же нахмурился, пытаясь сложить в голове все имеющиеся у меня факты.

— Когда ты был на первом курсе? — проговорил я. — То есть примерно в то время, когда перестал существовать род Пожарских?

— Ха! — громко усмехнулся дед. — Какой же у меня все-таки сообразительный внук, а!

— Погоди… — напрягся я. — Уж не связаны ли Резановы с уничтожением Пожарских, а⁈

— Наш род их не уничтожал! — быстро произнес он. — А большего я тебе говорить не стану.

— Все также пытаешься скрыть от меня информацию о Пожарских? Тебе не кажется, что я и так ее рано или поздно получу? Но чем раньше, тем лучше для всех нас.

— Не кажется… — проворчал он. — Не лучше!

— И про Круг Змеевидца не расскажешь? Ты ведь понимаешь, что я уже мягко говоря, перешел им дорогу, а? Не нужно оберегать меня от информации. Информация — сила.

— Но сила порой губит своих владетелей, Саша, — проговорил он тихо. — Оставим эту тему. Мне нужно подумать. Займусь этим в путешествии.

— И после возращения все расскажешь?

— Эй! Не подводи меня под обещания. Я всего лишь сказал, что подумаю. Все, пока. Дел много!

— Пока.

— И… береги себя, внук. Я не переживу, если потеряю тебя еще раз. И тогда Алиса останется совсем одна.

— Не бойся, дед. В ближайшее сто лет умирать я точно не собираюсь.

От Автора: Всем привет! Завтра перешагиваем на 4й том, поэтому глава будет выложена в ручном режиме, т.е. позже. Ориентировочно до 10−00 по Мск.

Глава 26

Нужно уметь радоваться маленьким победам.

В первое время после Пришествия Демонов я был счастлив найти какой-нибудь не тронутый тварями бункер, чтобы разместить в нем своих людей, дать им время на отдых. Да чего уж, я был бесконечно рад даже обнаружить на улице рожок с патронами!

Однако же, чем лучше становилась жизненная ситуация, тем выше становились стандарты. Всякая мелочь уже не дарила мне столько позитивных эмоций, как раньше.

Но и в полной мере умение радоваться мелочам я не растерял.

Сейчас я был рад, что покончил с Киреевым. Проректор МАУД хоть и был лишь малым винтиком в мерзкой системе Круга Змеевидца, сам по себе являлся отвратительной тварью. Мир стал чуточку лучше оттого, что Киреев больше не сможет никому навредить.

Однако победа над ним не помогла решить очень важный вопрос — как помочь Елизавете Петровне. Ее состояние будет постепенно ухудшаться. Однако по мнению того же Киреева как минимум месяц у Галкиной есть.

Но, опять же, это ничего не значит. Киреев планировал «мягко» отравлять ее, но что-то пошло не так. А вдруг у нее случится очередная непредвиденная реакция организма — начнется приступ заразы, и Елизавета Петровна умрет за условные десять минут?

Думая обо всем этом, я принял не самое приятное для себя решение:

— Алло… Кто это? — в трубке прозвучал напряженный голос Галкиной.

— Добрый вечер, Елизавета Петровна, — пробасил я. Мой голос был изменен усилиями Прозорова и его программ. — Я — ваш друг. И желаю вам лишь всего самого наилучшего и скорейшего выздоровления. Прошу вас выслушать меня.

— Слушаю, — испуганно ответила женщина.

— Киреев больше не будет вас домогаться и угрожать вам. Из МАУД вас тоже в ближайшее время вряд ли выгонят, но могут поинтересоваться вашими с ним отношениями. Не скрывайте, расскажите как есть. Расскажите, что за ним пришел человек с кольцом на мизинце, и больше вы его не видели.

Я замолчал, дав ей возможность переварить услышанное.

— Он… мертв? — напряженно спросила женщина.

— Нет.

— Он… приносил мне лекарство…

— Вы в самом деле в это верите? В то, что это было лекарство?

Она довольно долго молчала, прежде чем ответить:

— Не уверена… я… не понимаю… что у меня за болезнь? Откуда она взялась? Почему у него есть лекарства? Лекарства помогали, но…

— Он лишь упивался своей силой и властью, — сдержанно произнес я. — Не помогал вам, а убивал вас. Я отправлю вам запись. Как прослушаете, она удалится. Даже не думайте искать способы сохранить ее и передать третьим лицам, будь то жандармы или СБ вашего рода. Эта запись затрагивает интересы таких людей, которые могут с легкостью уничтожить не то что дворянский, но и графский род. Среди жандармов тоже могут быть их союзники.

— Я… эм… — растерялась она.

— А теперь поговорим насчет вашего лечения. По мнению Киреева, вы уже неизлечимо больны. Но я уверен, есть способ вылечиться.

— Откуда… у вас такая уверенность? — с надеждой спросила женщина.

— Потому что я сам исцелился от такого же недуга, — припечатал я. И через секунду добавил: — Однако мой способ уникальный. Для вас я постараюсь отыскать другой.

— Спасибо… — прошептала она, а затем осторожно и с болью в голосе спросила: — Но… зачем вам это? Вам тоже от меня что-то нужно?

— Ваши знания и умения мне могут пригодиться, — спокойно ответил я. — Но помогаю я вам не ради них. У нас с вами общий враг. Эти люди выбрали вас своей жертвой, а я им мешаю.

— Я… поняла вас. Насколько это возможно. Жду от вас вашу запись. И… спасибо вам еще раз за то, что помогаете. Я вам верю. Почему-то мне кажется, что вам можно верить…

Даже мой измененный аппаратурой голос не помешал достучаться до Елизаветы Петровны. Прекрасно. Вот только есть одно «но».

— Благодарю, но это еще не все. Я не могу гарантировать, что быстро найду способ исцелить вас. А у вас может случиться приступ, и потребуется первая помощь. Увы, но придется использовать пилюли Киреева. Он не успел вам их отдать, но сейчас они у меня. Я очень прошу вас не пить их на постоянной основе. Только если ваше состояние резко ухудшится. Эти пилюли вредны для организма. Чем больше вы их примете, тем сложнее будет добиться полного исцеления. Но оставить вас без средства для экстренной помощи я тоже не могу.

— Я поняла вас, — после долго молчания проговорила женщина. — Еще раз спасибо.

Я повесил трубку и устало выдохнув, начал разглядывать обивку потолка Васиной машины.

— Мне ей посылку доставлять? — серьезным тоном спросил Таксист, слышавший весь разговор.

— Нет… ты и так уже примелькался рядом со мной.

— Намекаете, что меня могут подкараулить и начать пытать? — еще больше подобрался он.

— Ты знал, на что идешь, — пожал я плечами и внимательно посмотрел на него, отслеживая реакцию.

— Да я понимаю, — мотнул он головой. — Если начнут пытать, буду терпеть изо всех сил.

— Не нужно строить из себя героя, — спокойно произнес я. — Время тянуть — тяни, но не в ущерб своему физическому и ментальному здоровью. Отчасти я потому и веду свои разговоры в машине, чтобы тебе было что рассказать, в критической ситуации.

Василий опешил от такого заявления.

— Эм… отчасти? — выпалил он.

— А отчасти, чтобы продемонстрировать тебе мое доверие, — улыбнулся я.

Он подобрался и поклонился из положения сидя:

— Я не подведу, командир.

— Я знаю. А теперь поехали к общаге ИМТУ. Дело у меня есть к Коптеру. А ты найди нам курьера, а лучше нескольких — неприметных и исполнительных. Ну ты сам говорил, что есть на примете ребятишки.

— Да, все сделаю, — серьезно кивнул он.

Я оставил у Прозорова пилюли и для ускорения, и для замедления эффекта отвара душекрада. Из последних велел сохранить только одну штучку для изучения, а остальные три через курьера отправить Галкиной. Также Сема сообщил, что аудиозапись допроса уже дошла до преподавательницы, более того, она ее уже прослушала.

Разумеется, отправили мы ей не полную запись, а лишь ту ее часть, которая касалась непосредственно «подчинения» Елизаветы Петровны.

Разумеется, голос мой мы подредактировали.

А далее перед нами встал весьма щекотливый вопрос — как обезопасить Галкину, от Круга Змеевидца. Что, если Круг не только решит побеседовать с ней, но и забрать её себе силой? Ну а дальше добить ее и захватить ее источник?

— Я сомневаюсь в таком исходе, — хмуро произнес Прозоров, когда мы стояли с ним под деревом, недалеко от КПП ИМТУ. — Этот твой Круг стараниями Киреева и так в последнее время нашумел. Я — барон, но даже я с названием «Круг Змеевидца» раньше не сталкивался, а о людях с кольцами на мизинце, ничего не слышал. Да, до меня доходили слухи, что в МАУД свои порядки, что есть там те, кто топит за чистоту аристократской крови и за полнейшее, чуть ли не видовое, превосходства нашего сословия над простолюдинами. Но с деталями я раньше не сталкивался. Понимаешь, к чему я веду?

— К тому, что им проще оставить ее помирать дома, а потом как-нибудь забрать источник. Да хоть во время похорон. Я согласен с тобой, Сёма. Круг изначально тайная организация, и действовать прямо — не их метод. Но исключать худший вариант нельзя.

— Хочешь попросить Резановых приставить ратников к Елизавете Галкиной? — чуть прищурившись, спросил барон.

— Нет, — мотнул я головой. — Ратники Резановых сейчас тоже на виду. Да и мало их.

— Хочешь, чтобы я отца попросил? — Сёма напрягся еще сильнее.

Я хмуро уставился на него, невольно вспомнив наш вчерашний разговор. Когда я попросил Прозорова создать мне закрытый канал связи, он сказал, что сделает, что может. А потом поколебался, помучался и выдал, мол, времени много уйдет на то, чтобы в полной мере создать хороший канал. Типа первичную защиту он настроит едва ли не за полдня, а вот дальше сложнее. Плюс деньги ему потребуются немалые, чтобы с нуля создать подобное.

После этого он снова начал колебаться и мучиться, а затем сказал, что мог бы подсоединить меня и моих немногочисленных людей к родовой защите Прозоровых, но делать это без разрешения отца не будет.

— Я понимаю, что для высшего аристократа такие слова прозвучат странно, но я разграничиваю личное и родовое, — серьезно произнес он.

— Почему же странно? — хмыкнул я.

— Потому что в широком смысле, у аристократа нет ничего личного, только родовое. Но все же я верю в свои силы, и в то, что случайно не подставлю себя, а значит, и род, когда помогаю тебе. Но подключать тебя к защите рода — значит использовать имущество рода, считай обкрадывать родню. Я не пойду на это за спиной отца. Но… я могу попробовать договориться с ним, чтобы он встретился с тобой. Ну а ты лично познакомишься с ним, обсудишь все вопросы. Уверен, он не откажет. Знал бы ты, как он радуется, что у меня есть Алина, и мы с ней можем пожениться. Но без тебя… Алины бы уже не было в живых, — барон замолчал и напряженно уставился на меня.

Я поблагодарил Семена за откровенность и сказал, что не стоит использовать имущество рода.

И вот сейчас он опять поднял эту тему.

— Нет, Сёма, — твердо произнес я. — Не нужно обращаться к твоему отцу. Я не хочу лишний раз беспокоить его благородие и обременять твой род.

— Но… — начал было он, а затем поджал губы и благодарно кивнул.

На самом деле Семен тоже не хочет этого. Иначе, когда его задирали те зажравшиеся мажоры, призвал бы на свою защиту нескольких ратников.

— У меня к тебе другая просьба, Сема. Собери больше информации о роде Галкиных. Если получится убедиться в их порядочности, лучше отправить главе рода ту же запись, что и самой Елизавете Петровне.

— Хочешь развязать войну между Галкиными и Киреевыми? — опешил он.

Я тяжело вздохнул и покачал головой:

— Я хочу, чтобы они могли сами защитить свою родственницу, если потребуется. Но это только на крайний случай, дружище. Ты ведь уже взломал систему защиты её жилого комплекса, так что по умолчанию, обходимся своими силами.

Сёма молча смотрел на меня, а затем громко усмехнулся и выдал:

— С тех пор как мы познакомились, моя жизнь стала гораздо интереснее — это факт. Но и тяжелее тоже. Хорошо, что Алину с ребятами хоть теперь можно напрячь работой.

Мы пообщались еще немного, а затем разошлись. На территорию МАУД я вошел буквально за десять минут до начала комендантского часа и быстрым шагом направился к общежитию.

Подходя к красивому зданию, я увидел силуэт сидевшей на подоконнике третьего этажа девушки. Свет в ее комнате был погашен, так что цвет волос разглядеть не представляло возможным. Однако и без этого я знал, что они белые как снег.

Заметив меня, она помахала мне рукой.

Я усмехнулся и ответил ей тем же.

Нужно бы уже переводить эти странные отношения на следующий шаг и идти к ней в номер знакомиться.

Но, позже, не сейчас.

А сейчас пора спать.

Примерно с этой мыслью я открыл дверь своей комнаты и задумчиво хмыкнул.

На полу лежал конверт без опознавательных знаков. Я попробовал считать его энергетическое поле — ничего подозрительного.

Оглядел все вокруг конверта — результат тот же.

Что ж…

Закрыв дверь, я создал над конвертом небольшой купол из воздуха, а затем накрыл его металлом. Отошел к окну и только после этого, с помощью потока ветра поднял конверт внутри купола.

Ничего не произошло.

Я медленно убрал одну защиту, затем другую и притянул конверт ветром.

Я надел себе на голову воздушный пузырь, на случай, если внутри конверта окажется какая-нибудь отравляющая пыльца, и только после этого, создав на ногте лезвие, я вскрыл конверт.

В самом деле, всего лишь листок бумаги, свернутый вдвое. Проверив его на свет, я понял, что на листке что-то написано. Развернул его и увидел выведенные каллиграфическим почерком слова:

'Мы тебе не враги. Тебе не стоит идти против нас.

Ты достоин.

Достоин стоять с нами в одном ряду.

Присоединяйся к нам, Александр Ярославович. Деньги, сила, власть и положение в обществе — с нами ты можешь добиться всего этого. И для себя, и для своих близких.

Мы даем тебе время подумать.

Мы сами придём за ответом'.

А внизу, вместо подписи, печать с изображением мужской головы с закрытыми глазами и волосами-змеями.

Забавно…

Вероятно, письмо мне подбросили несколько часов назад?

Круг зовет меня к себе? Вот только любопытно, отзовут ли они свое приглашение, когда узнают о том, что случилось с Киреевым?

В любом случае присоединяться к этим мерзавцам я не собираюсь.

* * *

Войдя в учебную комнату, я поздоровался с одногруппниками.

— Доброе утро, Александр, — вежливо кивнула Анна.

— Егоров? — вслед за ней, покосилась на меня баронесса. — Ну как, встретился со своим другом в торговом центре?

Был в ее голосе легкий скепсис, так что я не удержался и сказал:

— А вы все продолжаете ревновать? Помню, как вы вчера расстроились, когда я попросил высадить меня у «Юсуповских рядов». Надеялись, что вместе с вами вернусь в общежитие, но надеждам вашим, увы, не суждено было сбыться.

Я отвернулся от баронессы и улыбнулся Анне. Она обреченно покачала головой.

— Что⁈ — вспылила опешившая Завьялова. — Мечтай-мечтай, Егоров! Нет мне до тебя дела! Так что не распускай слухи!!!

— М? Что за шум, а драки нет? — вклинился в нашу веселую беседу Ваня Медведев, который вместе с другими присутствующими одногруппниками, с интересом грел уши.

— Слишком много чести для Егорова драку с ним устраивать! — фыркнула баронесса и отвернулась.

— Вы такая милая, когда злитесь, — сообщил ей я.

— Александр… — выдохнула Анна. — Пожалуйста, хватит шутить над ее благородием.

— Ну раз вы просите, не могу отказать, — развел я руками и повернулся к Медведву.

— Так что вчера было-то? — выпалил он. — Вечеринку без меня устроили, что ли?

— Да нет, — махнул я рукой. — Мы втроем ездили проведать Елизавету Петровну.

— Галкину? — удивился парень. — А чего не позвали с вами?

— Тебе к пересдаче готовиться надо было, — напомнил я парню.- А она только-только в себя приходит после болезни, сказала, что физически не сможет принять много гостей.

— Но ей уже лучше? — уточнила Лиза Мазина. Остальные ребята тоже подобрались, желая услышать ответ.

— Намного, — улыбнулся я. — Всем вам привет передает и благодарность за участие.

Ребята тоже заулыбались.

Хорошие они.

Повезло мне с группой.

— Эх! И все-таки у вас вчера выдалось интересное вне учебное мероприятие, — выдохнул Медведев, когда студенты перестали обсуждать Галкину. — Ну ничего… сегодня я наверстаю упущенное. Мы же отмечаем твое новоселье? — хлопнул он мне по плечу и проникновенно заглянул в глаза.

— Только если ты свой долг пересдашь, — с серьезным видом кивнул я.

Ребята засмеялись. Даже Анна позволила себе легкую улыбку.

— К шести освобожусь! — твердо произнес Медведев. — Приду с победой. Слово дворянина! — он даже в грудь себя стукнул для убедительности.

Вскоре начались пары. Прошли они без эксцессов, и мы разошлись «по домам». И вот как раз там, в холле общаги, небольшой эксцесс и произошел — блондинка-администраторша Елена очень непрозрачно намекала на то, что готова помочь мне снять стресс после тяжелого учебного дня.

Но на эти чары я не поддался.

А когда чуть позже я отправился забирать кой-какие вещички из «Диких Ягодъ» ко мне в холле стала подкатывать другая администратоша — партнерша Елены по смене рыжая красотка Лина.

Их хозяева подумали, что Елена просто не мой типаж, и решили подложить под меня другую девушку?

Отказать Лине, к слову, было гораздо сложнее — слишком уж она была настойчива, а мое молодое тело предательски реагировала на ее ласковые прикосновения.

Но я справился и сказал ей:

— … подумываю вот, арендовать жилье недалеко от Академии и снова переехать. Удобно, конечно, в нашем общежитии — все прекрасно. Но повышающееся с каждым днем внимание к моей скромной персоне начинает понемногу утомлять. Иногда хочется побыть в одиночестве.

Лина правильно истолковала мои слова и отстала. Уверен, скоро она передаст их Скоробогатову.

Когда я снова вернулся в Академию, обе администраторши уже не лезли на меня так открыто. Но зато синхронно улыбнулись и очень проникновенно сообщили:

— Мы всегда на месте, Александр Ярославович. Если вам понадобится помощь в любом деле, вы можете к нам обратиться. К любой из нас, или же к обеим сразу, — девушки лучезарно улыбнулись и синхронно хлопнули пышными ресничками.

— Не хочется, чтобы вы оставляли свой пост ради меня, — серьезно произнес я, борясь с искушением согласиться на их предложение.

— Ну что вы, пост не будет пустовать. Академия внимательна ко всем своим студентам, — заверила меня Лина.

— А к некоторым особенно внимательна?

— Безусловно, — рыжая лукаво улыбнулась.

Я вернулся в номер и занялся своими делами — просмотрел отчеты от Марины, похвалил ее, пообщался с Прозоровым и даже подготовился к ближайшим парам. Дел становится все больше, и если так будет продолжаться, пары начнут мешать.

В «17–55» пришло сообщение от Медведева:

«Сдал. Собираем всех, готовься. Начинаем в 20−00 у тебя».

«Идет», — ответил я.

Закончив с делами, я прошелся по номеру и убедился, что все прибрано.

Упс… папка от Извольских на столе.

Я взял ей в руки и, достав бумаги, просмотрел еще раз предложение о матрилинейном браке.

Если бы я в самом деле был просто талантливым и сильным сиротой простолюдином, за такое предложение нужно было бы хвататься двумя руками.

Между бумаг лежали фотографии моей потенциальной невесты, когда я потянул листок, они упали на пол. Наклонившись, я принялся подбирать их, вглядываясь в лицо Ольги Извольской.

Красивая девушка. И улыбка у нее такая милая…

В самом деле, предложение Извольских из разряда тех, от которых простолюдины не отказываются.

Но увы, мои амбиции не простолюдинские. Как и кровь в моих жилах.

Я подбирал фотки, когда внезапно мой телефон заговорил тяжелым женским голосом:

«Внимание всем дважды одаренным! Активирована программа экстренного оповещения о чрезвычайных ситуациях. Сегодня в 16–48 на востоке от МКАД в Горенском Лесопарке после разрыва ткани реальности появилось Ядро Проклятых Земель. Судя по площади разверзшихся Проклятых Земель, было достаточно двух дежурных групп, чтобы их оперативно закрыть. Было послано три группы. Но в 18−13 Проклятые Земли начали увеличиваться в размерах. Их рост не прекращается. Если так продолжится, то к полуночи Балашиха, Реутов и северо-восток Москвы окажутся полностью внутри Проклятых Земель. На данный момент инциденту присвоен оранжевый уровень опасности. Требуются добровольцы для экстренной ликвидации растущих Проклятых Земель. Все добровольцы будут вознаграждены. Повторяю! Требуются добровольцы дважды одаренные для закрытия Проклятых Земель! Наш долг — уничтожить Ядро и защитить подданных Империи!»

Когда мой телефон замолчал, я уже паковал снаряжение в рюкзак.

Сотни тысяч людей… а может и миллион с лишним, могут стать кормом для Проклятых Земель уже к полуночи. Я не могу стоять в стороне! Одной этой причины мне было бы достаточно, чтобы отправиться в Проклятые Земли. Благо, когда созывают добровольцев, с них не спрашивают допуски, не проверяют подтверждено ли Достоинство…

Никто не смеет задерживать добровольца дважды одаренного!

Да, одной причины мне было бы уже достаточно, чтобы рвануть туда.

Но, увы, есть и вторая…

Именно в этом районе, между Реутовым и Балашихой сегодня дежурит Агата и ее группа. Мои товарищи сейчас там, в самой гуще сражения. И я не могу оставить их без своей поддержки.

Content

Дважды одарённый. Том III

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26