Клэр Фоджес

Paleo life. Мудрые привычки счастливого человека

Моей маме. Спасибо за все

Clare Foges

THE PALEO LIFE

STONE AGE WISDOM FOR MODERN TIMES

This edition is published by arrangement with Hardman and Swainson and The Van Lear Agency LLC

© Clare Foges, 2024

© Савченко О. В., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2025

КоЛибри®

Введение

Парадокс прогресса

Такого диагноза я не ожидала. Сижу в кабинете психиатра и выслушиваю обвинения в том, что я – рептилия. И это все, что я получу за высокую, типичную для Харли-стрит цену?

За пару недель до этого я испытала очень серьезную паническую атаку: мне показалось, будто пол на станции метро Оксфорд-серкус накренился. Я выскочила на улицу, но там десятиэтажные здания превратились в Пизанские башни, нависавшие над головами офисных работников, спешивших в кафе Pret a Manger за роллами с уткой. Меня тошнило от звуков машин и автобусов, голова кружилась от шума толпы. Я с трудом поборола желание прилечь посреди улицы и посмотреть на небо, чтобы успокоиться. В мозгу всплыла фраза из стихотворения: «Боюсь, что разум мой не очень…»[1].

Я надеялась уйти от психиатра с диагнозом «тревожное расстройство» и рецептом на таблетки. Вместо этого он рассказывает мне про «мозг ящерицы».

Мозг ящерицы, или рептилии, – самая примитивная часть нашего сознания, неврологическое ископаемое в глубине серого вещества. Он является краеугольным камнем нашего мозга, управляет процессами, которые мы не осознаем – пищеварение, биение сердца, поддержание температуры тела, – и отвечает за базовые потребности, например голод и похоть. Немаловажно, что в его ведении и реакция организма на опасность – вступить в бой или убежать.

Главная проблема заключается в том, что эта часть мозга не всегда адекватно реагирует на ситуации, связанные с жизнью в современном мире. Ей не объяснили, в каком веке мы живем, поэтому, если другие части мозга сигнализируют об опасности в современном мире (например, о приближающемся дедлайне), она заставляет тело реагировать как на опасность прошлого (например, на саблезубого тигра). При встрече с зубастым зверем мы могли только убежать или вступить в драку, причем в обоих вариантах вырабатывалось огромное количество адреналина. И даже если опасность не такая серьезная, эта часть мозга заставляет тело войти в «режим выживания» – так возникают учащенное сердцебиение и нехватка воздуха.

Этот урок стал для меня откровением. Тахикардия и ужас, которые я испытала на Оксфорд-стрит, – результат работы кусочка мозга, начавшего развиваться еще 250–500 млн лет назад в мозге у рыбы, плавающей в темных доисторических водах.

– Но ведь наверняка, – спросила я, – наш мозг с тех пор сильно изменился? Неужели он не вырос, не стал сложнее?

– Ну, неокортекс[2] изменился, но в целом человеческий мозг – довольно старая вещь. Он почти не менялся 30–40 тысяч лет, – ответил психиатр.

Чик – и все сошлось, загорелась лампочка или, скорее, мелькнула искра костра, подсветившая лица наших далеких предков, тех, кто не только жил до нас, но и существует в нас до сих пор, чей опыт сформировал наше тело и наш мозг.

Именно в этой связи с нашими предками крылся ответ на вопрос, который я задавала себе с подростковых лет: почему я все время нервничаю? Ощущение, будто вокруг моей груди свился удав, началось лет в семнадцать. Алкоголь позволял ослабить его давление ненадолго, на следующее утро оно начиналось с новой силой. Однажды утром, после особо тяжелой ночи в компании старого друга, виски Jack Daniels, я впервые пережила паническую атаку. Прикованная к кровати, я ощущала такое сильное сердцебиение, что одеяло подскакивало. «Мама, вызывай скорую, я умираю!»

После двадцати лет тревожность то появлялась, то уходила. Я то ловила дзен, то из-за работы или желания сравнивать себя с успешными людьми в социальных сетях будила удава, сжимающего сердце. Нервозность привела к серьезным запоям и постоянному состоянию прострации на работе. К тридцати годам казалось, что я многого достигла: писала речи для премьер-министра, уходила с работы позже всех и сразу направлялась в модный бар, где пила коктейли с мартини и эспрессо, а затем ехала домой на последнем поезде метро.

Однако в глубине души я чувствовала изнеможение. В мои худшие периоды – в том числе и в период полного выгорания – мозг ощущался как мешок с битым стеклом. Я не переставала сравнивать себя с другими: «Она написала свой первый роман в двадцать четыре года?» На меня оказывали серьезное давление скрытые призывы нашего времени: «Покупай больше! Добивайся большего! Стань более популярной!»

Как только на меня набрасывалась паника, больше всего на свете хотелось избавиться от внешнего шума: поставить телефон на беззвучный режим, выключить телевизор в офисе, по которому вечно крутили новости, заглушить сирены машин. Часами зависая на сайте private-islands.com, я мечтала поселиться на диком острове в два акра со скалами в Ирландском море.

Казалось, мне действует на нервы сам XXI в., поэтому стоило доктору упомянуть, насколько древним механизмом является наш мозг, мысль, уже давно обитающая на границе моего сознания, обрела четкость: возможно, враг – не собственный мозг, а современная жизнь?

После той консультации с психиатром я обнаружила многочисленные исследования эволюционной психологии, связанные с феноменом охотников-собирателей. Я не специалист. У меня нет ученой степени по антропологии, и я не изучала годами собирателей в лесах Филиппин и на равнинах Танзании. Но я изучала работы серьезных антропологов, археологов, эволюционных психологов, ученых и историков и пришла к выводу, что как вид мы ушли довольно далеко от заданных нам эволюцией параметров жизни.

Я ни в коем случае не мечтаю о возвращении в каменный век. Я благодарна за многое, что мы имеем в XXI веке. Я благодарна за медицинские технологии, которые позволили вовремя диагностировать болезнь мозга дочери; за лекарства, которые вылечили мою почти не работавшую щитовидную железу; за хирургические достижения, позволившие удалить раковую опухоль у матери. Я благодарна за резкое падение детской смертности; за то, что рожать теперь могут те, кто раньше об этом и не мечтал; за то, что мы все имеем схожие взгляды на базовые права человека. Я благодарна за накладные ресницы, кубики льда, за курицу без потрохов на полках магазинов, повторные показы сериала «Сайнфелд», музыкальные стриминговые платформы, шелковые пижамы, центральное отопление. За самолеты, благодаря которым я смогла увидеть розовые небеса над весенней Венецией и красные деревья в осеннем Вермонте.

Вокруг нас сейчас немало прекрасного, но мои исследования убедили меня в том, что многое в современной жизни также противоречит нашему эволюционному наследию и приводит к неудовлетворенности и депрессии.

Осознание помогло поменять мою жизнь. Я не утверждаю, что излечилась от всех болезней и тревог. Да и никто не сможет, как по мановению волшебной палочки, заставить исчезнуть все трудности и неудачи. Но стоило мне начать жить так, как завещали нам предки, и моя жизнь сильно изменилась. Ослабла хватка удава на груди, я смогла понять, что действительно важно, и стать в итоге лучшей версией себя. Позвольте поделиться с вами мудростью каменного века.

Почему у нас на сердце тяжесть?

В начале нового тысячелетия на радио была очень популярна песня Moby «Почему мне так тяжело на сердце?» (Why Does My Heart Feel So Bad?). Ее вполне можно назвать гимном своего времени. На Западе дела никогда не шли так хорошо: после падения Берлинской стены можно было не беспокоиться о противостоянии ядерных держав. Те дни временного затишья перед терактом 11 сентября называли «концом истории». Стандарты жизни росли, девчонки, вдохновленные сериалом «Секс в большом городе», многого добивались, а телефон Nokia 3310 значительно облегчил жизнь. Но почему же тогда большинство ощущало такую тяжесть на сердце?

В период между 1990-ми и 2010-ми годами в мире резко возросло количество психических заболеваний, в частности депрессии и тревожности[3]. В Великобритании наблюдался рост психических заболеваний на 20 % всего за два десятилетия[4]. Один из четырех жителей Англии в течение года испытывал проблемы с психическим здоровьем несмотря на то, что Англия – шестая страна мира по благополучию[5]. Некоторые видят связь с парадоксом прогресса: чем развитее становится человечество материально и технологически, тем хуже многие люди себя чувствуют.

Почему, несмотря на легкость жизни и изобилие, свойственные нашему времени, многие люди не счастливы? Все ответы кажутся вполне разумными: отсутствие баланса между работой и личной жизнью, распад семей, социальные сети, засасывающие нас в воронку хвастовства и ругани. Религия и ритуалы больше не держат на плаву, мы потеряли связь с природой, ужасно питаемся и ведем малоподвижный образ жизни.

Стоит посмотреть издалека и становится ясна общая картина: мир развивается, и миллионы людей живут вопреки завещанному эволюцией.

Наш организм не приспособлен к тому, чтобы по девять часов сидеть в ярко освещенной коробке, мало двигаться, бесцельно переключаясь с экрана в руке на экран на столе или на стене. Мы не приспособлены к постоянному соревнованию с миллиардами других людей, постоянным раздумьям о будущем, как сделать его ярче, лучше, богаче, чем прошлое. Мы не созданы для бездумного жевания сладостей, «балуя себя» по восемь раз на дню. Мы не созданы для того, чтобы жить за тысячи километров от самых близких родственников и друзей, «наверстывая упущенное» с ними раз в месяц. Мы не созданы для бетонного пейзажа и рекламных щитов.

Мы созданы для гораздо более простой жизни, без отравляющего влияния современности и прогресса. Для жизни, которую человечество вело целое тысячелетие в доисторический период, заземленное семьей, природой, целью и настоящим моментом. Мы приспособлены к тому, чтобы быть охотниками-собирателями.

Долгий, долгий век охотников-собирателей

Полностью оценить влияние стиля жизни охотников-собирателей на современного человека можно, лишь осознав, как долго люди его придерживались. Сельскохозяйственная революция привела к концу этой эпохи в большинстве частей планеты и началась лишь 12 тыс. лет назад. В масштабах истории можно сказать, что мы и глазом не успели моргнуть. До этого 99,4 % времени все представители вида homo на земле являлись, в том или ином смысле, охотниками-собирателями. Оседлыми, «цивилизованными» людьми мы провели на Земле лишь малую толику – 0,6 % – от всего времени.

Давайте представим эти 0,6 % в контексте обычного дня. Вы встаете в восемь утра, лучи восходящего солнца освещают мрак вашей пещеры. Весь день вы собираете ягоды, охотитесь, общаетесь с друзьями. Ночью вы собираетесь вокруг огня, размышляете и греетесь, прижавшись к близким людям, под сводами бесконечного неба. Вы погружаетесь в задумчивость среди дыма костра… и вдруг за восемь минут до полуночи оказываетесь на Таймс-сквер в Нью-Йорке в самый людный вечер в году. Повсюду мигающие огни, высокие здания и люди, люди, люди. Уши страдают от шума гудящих такси, в нос лезут запахи жирного фастфуда, сигаретного дыма и выхлопных газов.

Последние восемь минут дня будут ужасным шоком для вашего организма, привыкшего совсем к другому. Нельзя сказать, что жизнь в доисторическом обществе лишена стресса – постоянный страх перед дикими животными не дает расслабиться. Но ритмы человеческих жизней в тот период сильно отличались от нынешних.

Мало кто задумывается о последствиях такой резкой перемены. Но иной стиль жизни записан у нас на подкорке. Сорок тысяч лет назад мы за всю жизнь встречали не более сотни человек, сегодня – тысячу и больше в день. Тогда нас волновали лишь собственные проблемы, сегодня мы, благодаря новостям, эмоционально подключены к бедам всего мира. Тогда мы имели конкретную цель на каждый день – найти себе пропитание, теперь же мы ищем, чем отвлечься и как поднять дофамин.

«Человеческий мозг не сильно изменился за последние 30–40 тыс. лет…» Неудивительно, что мы выгораем.

Меняем среду обитания, а не только мозги

Конечно, я далеко не первая заметила, какой вред нам приносит несоответствие между нашим мозгом из каменного века и современными условиями жизни. Со мной согласится почти любой ученый, занимающийся эволюционной психологией. Но лечить наши тревожные умы предлагают с помощью медитации, правильного дыхания, осознанности и т. д.

Я не обесцениваю важность этих вещей – их помощь доказана, но они воздействуют в большей степени на симптомы, а не на причину болезни. Они «исправляют» наши доисторические мозги, чтобы мы лучше справлялись с современными проблемами. Но почему бы не подойти к проблеме с другого конца и не поменять условия жизни?

Возможно, вы слышали о палеодиете. В ее основе лежит идея, что наш организм легче справляется с едой, которую употребляли наши предки много лет назад, растительной пищей и простыми протеинами, а не с чизбургерами и готовыми обедами для разогревания в микроволновке. Такая диета не предполагает смягчение эффекта от современной еды с помощью пробиотиков, а велит отмотать время назад и изменить пищевые привычки. Жизнь в стиле палео предлагает применить тот же принцип к сознанию: изменить образ жизни так, чтобы он лучше подходил нашему доисторическому мозгу.

В этой книге содержатся полезные советы о том, как подстроить среду обитания под наш древний мозг. Не стать Флинтстоунами[6] (кто захочет отказаться от дезодоранта или супермягкого постельного белья?). Я предлагаю лишь тщательно разобраться, какие новейшие тренды и учения мы впускаем в свою жизнь и как можем хотя бы сымитировать полезные привычки наших предков, охотников-собирателей.

Откройте сознание новому – эта книга велит вам отвергнуть многое из того, что вы считали полезным. Нас учили: успех означает популярность, постоянную занятость, вовлеченность во все происходящее в мире. Данная книга разоблачает многие убеждения, которые мы принимали за истину, на самом деле приносящие нам вред, делающие нас усталыми и изможденными.

Не относитесь к ней как к инструкции по жизни, тем более они никогда не работают. Скорее, это путеводитель – я наметила маршруты к более полноценной и счастливой жизни. Путешествие отдалит от вредных элементов современной жизни и приведет вас к себе. Цель: прожить в более полном смысле простую счастливую человеческую жизнь.

Мы не можем остановить планету и «сойти», но можем сделать поездку гораздо более приятной.

1

Знакомьтесь: охотники-собиратели

Художник входит в пещеру. В руке у него жировая лампа, сделанная из известняка с углублениями, содержащими подожженный костный мозг. Лампа отбрасывает круг золотистого света на стены. Пройдя некоторое расстояние, художник начинает карабкаться на деревянные подмостки и добирается до места всего в нескольких сантиметрах от потолка пещеры. Там он макает пучок влажного мха в охристую глину и начинает рисовать челку лошади, ее изящную морду и глаза.

17 тыс. лет спустя другой художник выходит из пещеры в северной части Испании на ослепительный солнечный свет.

– Ну, что ты думаешь? – спрашивает его проводник.

Пабло Пикассо качает головой в изумлении:

– Семнадцать тысяч лет, а мы ничего нового не изобрели.

Возможно, он ожидал увидеть мазню дикаря, который жил 17 тыс. лет назад. Вместо этого Пикассо посмотрел на мазки кисти далекого предка и почувствовал трепет узнавания. Они не были дикарями. Они создавали. Они мечтали. «Они» были нами.

Пещерные рисунки волшебны, они сохранили момент в доисторическом прошлом, когда человеческий мозг взорвался чем-то мощным и чудесным, становясь той силой, которая в конечном итоге создаст Ангкор-Ват[7] и «Аве Марию», полеты и расщепление ядра, пирамиды и теорему Пифагора, демократию и декларацию прав человека. Великое процветание человеческого творчества и изобретательности началось в тех пещерах.

Однако мы начнем повествование не с пещерного искусства. История людей началась задолго до того, как кто-то смешал глину и воду, чтобы нарисовать мамонта. Если бы вам довелось сесть в машину времени и приземлиться в Восточной Африке, к югу от пустыни Сахара, вы, возможно, встретили бы каких-то существ, немного похожих на нас, более волосатых и скорее напоминающих обезьян, да, но способных ходить прямо – homo habilis, первых прародителей вида homo.

Около 2 млн лет назад началась эволюция homo erectus, чей мозг был значительно больше, чем у homo habilis. Возможно, в этой дополнительной части мозга зажглась первая искра человеческого любопытства, так как homo erectus были первыми смелыми людьми, покинувшими родную Африку.

Они были вооружены заостренными ручными каменными топорами, с помощью которых разделывали туши оленей или даже бегемотов на своем пути. За 1,75 млн лет homo erectus распространились по всей Африке и к северу от нее, пересекли территорию современного Ближнего Востока и Персидский залив и дошли до Западной и Восточной Азии, пройдя весь путь до современной Индонезии.

Поскольку черты, необходимые для выживания в снежной тундре, отличались от необходимых для выживания на болотистых островах, развивались различные виды homo, так что примерно 300 тыс. лет назад около девяти разных видов людей ходили по Земле одновременно. В жарких саваннах Центральной Африки жили homo rhodesiensis; в тропиках Юго-Восточной Азии – homo erectus; на островах Индонезии – малочисленные homo floresiensis, а в лесных массивах Европы – homo neanderthalensis.

В итоге около 200 тыс. лет назад в Африке эволюционировал некий биологический вид, который будет продолжать доминировать и завоевывать мир: наш homo sapiens.

Что мы знаем о наших предках?

Археология эпохи палеолита – это настоящая детективная история, в которой важно не «кто это сделал», а «как это сделали»: как наши предки жили, работали, ели, сражались, торговали, умирали. Конечно, мы не можем узнать все, но, используя кости и артефакты, которые находят повсюду от Австралии до Зимбабве, мы можем частично отодвинуть темную тяжелую вуаль времен доисторической эпохи.

Что мы знаем о ранней ступени развития homo sapiens? Они использовали ручные каплевидные каменные топоры и копья, чтобы загонять в засаду и убивать антилоп, газелей и других крупных животных. В пещере Сибуду в Южной Африке найдены каменные стрелы с заостренным концом, и можно предположить, что к 62 тыс. лет до н. э. многие из наших предков открыли для себя новый способ охоты. Когда же добыча ускользала от стрелы, они собирали ягоды, растения, орехи и семена.

Рыбацкие крючки возрастом в 20 тыс. лет, найденные в пещере в Восточном Тиморе, дают нам возможность предполагать, что некоторые из наших предков также использовали леску для ловли рыбы. Возможно, они ловили рыбу с лодки или плота; маловероятно, что остатки деревянных судов могли пролежать в земле тысячелетия, хотя мы можем быть почти уверены, что люди той эпохи занимались мореплаванием, иначе как они добирались до таких островов, как Крит или Индонезия? Когда улов приносили домой, его, по всей вероятности, готовили на костре, потому что люди готовили еду таким способом в течение 800 тыс. лет, а может быть, и дольше.

Мы знаем, что большая часть homo sapiens в этот период жили группами от 30 до 50 человек, и – судя по найденным скелетам – мы можем предположить, что наши предки ухаживали за больными и слабыми. В 2022 г. археологи, работавшие в отдаленной части индонезийского Борнео, нашли останки молодого охотника-собирателя, жившего 31 тыс. лет назад. Они обнаружили удивительную деталь: нижняя часть его левой ноги была удалена хирургическим путем. Либо в полном сознании, либо погруженный в сон каким-то натуральным снадобьем пациент перенес боль при операции, когда его ногу отпиливали заостренным камнем. Хотя легко вообразить, что потеря крови или инфекция могли бы унести его в мир иной довольно быстро, этот охотник-собиратель прожил годы после операции. Как? Только потому, что люди в его племени ухаживали за ним.

Мы знаем, что за тысячи лет до изобретения колеса охотники-собиратели умели раскатывать и скручивать слои глины, делать из нее сосуды, нагревать их и затем использовать как чашки, миски и другую посуду для хранения; набор керамических фрагментов, найденный в Китае, изготовлен около 20 тыс. лет назад.

Благодаря выдающимся усилиям ученых, которые изучали генетическую родословную платяных вшей, мы знаем, что люди начали носить одежду более 170 тыс. лет назад. Вначале просто шкуры животных, потом, в районе современных Сибири и Китая, люди изобрели иглы для шитья с отверстиями, достаточно острые, чтобы проткнуть шкуру. Иглы находят везде от Вайоминга до Западной Европы, что доказывает – это полезное изобретение было сделано в разных концах планеты независимо друг от друга.

Существуют доказательства того, что люди в ту эпоху носили одежду не только, чтобы защититься от холода, но и чтобы выглядеть красиво: крошечные ракушки с дырочками, найденные на теле ребенка, который жил 12 тыс. лет назад, судя по всему, были пришиты к одежде. Ожерелье из тридцати трех ракушек с дырочками, найденное в Марокко, вызывает в воображении образ того, кто мог бы носить его: светлые ракушки на фоне темной кожи, вероятно, какая-то женщина, наслаждавшаяся силой молодости и красоты, которые даровала ей природа.

Мы знаем также, что они сочиняли музыку. Внутри темной промозглой пещеры Холе-Фельс на юго-западе Германии археологи нашли самые старые музыкальные инструменты. Костяные флейты, возраст которых около 43 тыс. лет, сделаны из крыла стервятника и бивня мамонта. Наши предки не только наслаждались созданием и прослушиванием музыки, но и находили время на то, чтобы разрезать кости пополам, делать в них дыры и склеивать эти половинки вместе с помощью самодельного герметика. Местонахождения этих флейт около очагов предполагает, что тогда, как и сейчас, люди слушали музыку в компании.

Мы знаем, что наши предки любили, восхищались и горевали. Нарядные места захоронений, например, такие, как в Сунгири, примерно в 200 км от нынешней Москвы, показывают, что некоторых охотников-собирателей отправляли в мир иной среди множества сокровищ – бусин, сделанных из бивня мамонта, проколотых лисьих клыков, повязок на руки из слоновой кости.

Возможно, самое поражающее захоронение и к тому же старейшее (из тех, что мы знаем) было обнаружено в Кенийской пещере Панга-я-Саиди в 2021 г. Малыш, который жил почти 80 тыс. лет назад, лежал на боку, свернувшись калачиком. От того, как скелет раскрошился, ученые методом дедукции установили, что под голову ему подложили подушку, сделанную из листьев или шкуры животного. В этой печальной картине время в почти 80 тыс. лет сводится к нулю. Мы горюем так же: мать подкладывает подушку под голову своего ребенка, чтобы быть уверенной: ему будет удобно и в следующей жизни.

Наиболее ясное понимание о древней жизни дает нам пещерная живопись, защищенная от тысячелетий бурь и зноя. Одним из самых известных рисунков является человек-птица из пещеры Ласко во Франции – странный набросок падающего человека, его торчащий пенис указывает на бизона, набрасывающегося на него. Примечательно в этом человеке, кроме эрекции, то, что у него голова птицы. Для людей XXI в., привыкших к CGI-графике, он вряд ли покажется умопомрачительным, но для понимания истории человечества этот рисунок очень важен.

Люди-птицы никогда не существовали. Выходит, homo sapiens имели фантазию. Когда вы умеете фантазировать, вы умеете говорить и думать о вещах, не существующих в действительности, и эти вещи – религия, мифы, легенды, фантазии и даже нации – могут мотивировать и вдохновлять огромные массы на сотрудничество для достижения общих целей. Короче говоря, именно благодаря воображению мы стали самым успешным видом, который когда-либо существовал на Земле.

«Отвратительная, жестокая, короткая»?

Все, что мы знаем: наши предки думали многогранно, любили искренне, охотились ловко, увлекались творчеством, мыслили сложными категориями. Да, но были ли они довольны своей жизнью?

Увы, человеческий череп – это не черный ящик, из которого мы можем узнать о содержащихся в нем радостях и горестях. Мы не сможем наверняка выяснить, были ли наши предки более удовлетворены своей жизнью, чем мы сегодня. Однако постоянно идут бурные дебаты о том, была ли жизнь в тот длинный доисторический отрезок лучше нашей.

Ключевым моментом в истории жизни homo sapiens стала аграрная революция, которая началась 12 тыс. лет назад. По мере того как люди научились выращивать урожай и одомашнивать животных, таких как коровы и свиньи, охотники-собиратели начали откладывать копья. Вместо того чтобы мотаться по округе и заниматься охотой и собирательством растений, фермеры могли производить более чем достаточно для пропитания, оставаясь на одном месте и занимаясь выращиванием пшеницы, ячменя, маиса[8] и риса.

Необходимость хранить где-то всю эту еду привела к появлению деревень, маленьких, а затем и больших городов. К 6000 г. до н. э. появился первый на земле город Чатал-Хююк на территории современной Турции. Он стал домом для почти 6 тыс. человек. Этот лабиринт из зданий, слепленных из кирпичей, сделанных из грязи, напоминает, если смотреть сверху, улей: никаких улиц, просто дыры в потолке, через которые жители города могли выбираться по деревянной лестнице наружу и возвращаться назад.

Всем горожанам не было нужды заниматься фермерством и ухаживать за полями, а тот факт, что животные могли производить более чем достаточно еды, позволил другим людям тратить свободное время на освоение других навыков и умений, например: разделывание туш животных, производство одежды, деревообработку, политику, религию. Они могли изобретать, экспериментировать, сотрудничать. Рождение городов означало появление того возвышенного, что мы называем «цивилизацией». Все остальное буквально история.

Итак, сельскохозяйственная революция – это большой взрыв, гигантский прыжок, определяющий момент до и после в выдвижении homo sapiens на мировое господство. Если прирост населения – успех, можно утверждать, что эта революция важна для нашего вида в целом; но была ли жизнь отдельных людей лучше до или после нее?

Философ XVI–XVII вв. Томас Гоббс, как известно, утверждал, что жизнь до этой революции была «одинокой, бедной, отвратительной, жестокой и короткой»[9]. Понятие «бедная» трудно оспаривать с точки зрения современного комфортного проживания. Мы, избалованные создания, включаем отопление в сентябре, чтобы избежать холода – представьте жизнь на морозе зимой. «Короткая» – вряд ли можно спорить и с этим утверждением, средняя продолжительность жизни была значительно меньше, чем у нас сейчас.

Однако можно не согласиться с людьми, называющими ту жизнь «отвратительной» и «жестокой» – кто-то утверждает, что жизнь людей постоянно улучшается с 10 000 г. до н. э., но есть и те, кто придерживается совершенно противоположной точки зрения. Известный историк Джаред Даймонд назвал сельскохозяйственную революцию «самой ужасной ошибкой в истории человеческой расы… катастрофой, от которой мы никогда не оправимся»[10][11].

Но почему, если люди получили больше пищи и свободы? Потому что она посеяла семена собственности, породила иерархию, жадность, приведшую к соперничеству, а затем к войне и рабству. Более того, хотя фермеры получали больше пищи, чем собиратели, их диета была в действительности хуже и менее разнообразной, и доказательством тому служат дюймы, на которые снизился средний рост человека после аграрной революции. Также распространились болезни: из-за проживания бок о бок в таких городах, как Чатал-Хююк, туберкулез и проказа стали быстро распространяться среди населения.

Кто прав? Был ли мир до аграрной революции Эдемом или Чистилищем? Являлась ли жизнь для индивидов лучше или хуже, чем та, что пришла за ней?

Конечно, невозможно поместить весь обширный спектр человеческого опыта в категории «лучше» или «хуже». Если вы богатый купец из Вавилона 1700 г. до н. э., жизнь, возможно, приносит вам больше радости, чем если бы вы были охотником-собирателем из древнего мира, живущего в период засухи. Если вы рабочий фабрики, вкалывающий по 14 часов в день в Викторианской Британии, жизнь, возможно, хуже, чем для представителя человечества в доисторическую эпоху, живущего в Африканской саванне, занимающегося собирательством по несколько часов в день, а потом пирующего, проводящего время с семьей и просто спящего.

Наивно рисовать жизнь до сельскохозяйственной революции как потерянный Эдем. Однако в этой книге я докажу вам, что некоторые привычки охотников-собирателей способны сделать нашу жизнь более удовлетворительной.

Давайте же переключимся с прошлого на настоящее. Не все охотники-собиратели сложили свои копья во времена революции неолита. Тысячи из них живут и сейчас, являясь хранителями образа жизни, существующего вот уже 2 млн лет.

Как живут охотники-собиратели сейчас?

В долине Эяси в Северной Танзании обитает племя хадза, которое все еще охотится на антилоп и птиц. На берегах реки Маиси в Бразилии живут пирахи, что собирают фрукты, орехи, охотятся на мелкую дичь в джунглях и едят пищу сразу после того, как добывают ее. На льдах Арктического океана живет племя инуитов, их рацион в основном состоит из мяса морских котиков и карибу[12], на которых они охотятся вот уже 5 тыс. лет.

Некоторые из оставшихся охотников-собирателей очень сильно сопротивляются налаживанию контактов с внешним миром, самые известные среди них – сентинельцы, живущие на берегах Бенгальского залива. В 1970-х гг. кинематографическая группа журнала National Geographic приехала на побережье, чтобы взглянуть на это племя затворников, оставила подарки, среди которых были живая свинья и кукла. Сентинельцы убили свинью, похоронили куклу, а выпущенная стрела попала в бедро режиссеру-документалисту[13]. С тех пор их никто не беспокоит.

Другие племена настроены более дружелюбно, открывая свои дома и рассказывая о своей жизни антропологам и лингвистам, приезжающим познакомиться с ними в течение последнего столетия. В отличие от охотников-собирателей, живших в доисторические времена, о чувствах которых мы никогда не узнаем, эти люди могут поговорить и поделиться тем, что они думают о своей жизни. Результаты этих встреч заставляют задуматься. Снова и снова обзоры и доклады антропологов после контактов с этими группами людей демонстрируют определенный уровень удовлетворенности жизнью, которому мы в нашем мире WEIRD[14] (западном, образованном, индустриальном, богатом и демократичном) можем только позавидовать.

Исследования показывают, что у отдаленно живущих племен, таких как инуиты и масаи, наблюдается более высокий уровень удовлетворенности жизнью[15]; и что люди из химба, отдаленно живущей народности в северо-западной Намибии, занимающейся скотоводством, значительно более довольны своей жизнью, чем химба, которые мигрировали в города[16]; и что знакомство с рыночными отношениями и материальными благами людей народности цимане, живущих в Боливийской Амазонке, не ведет к повышению благосостояния[17].

Наиболее интересными являются исследования народности хадза, одного из последних отдаленно живущих сообществ охотников-собирателей на земле. Каждое утро, когда лагерь просыпается, у людей нет никаких запасов еды, нет пасущихся животных, которых можно забить, или урожая, который можно собрать. Ежедневно они уходят из лагеря, имея при себе только заостренные копья, топоры, луки и стрелы (и то, что им подскажет смекалка), чтобы поискать что-то подходящее.

В дождливый сезон они могут выкопать немного корней. В солнечную погоду – наткнуться на куст, сгибающийся под тяжестью ягод, или плод баобаба, или даже золотистые соты, застрявшие в дереве, которые они будут есть прямо с личинками. Если им повезет, стрела поразит бородавочника или антилопу, и они смогут попировать.

Они ведут кочевой образ жизни, устраивая лагеря, сделанные из веток и сухой травы, и двигаясь дальше, когда понимают, что в другом месте смогут раздобыть больше еды. У народности хадза самая старая в человеческой популяции митохондриальная ДНК[18], которая когда-либо подвергалась тестированию; ученые считают, что хадза проживают на одной и той же территории Танзании по крайней мере в течение последних 50 тыс. лет.

Несмотря на то что повседневность древних охотников-собирателей не может полностью совпадать с жизнью охотников-собирателей нашего времени, люди из племени хадза настолько близки к ней, насколько возможно. Довольны ли они своей жизнью, по сравнению со всеми нами? Ответ, несомненно, да.

Исследование, сравнивающее степень удовлетворенности жизнью людей из племени хадза с десятком других культур и наций, выявило, что охотники-собиратели превзошли всех. Со средним рейтингом, показывающим уровень удовлетворенности в 5,83 по семибалльной шкале, они более удовлетворены жизнью, чем опрошенные в Малайзии, Турции, Испании, Италии, Словакии, на Филиппинах, в Чили, Гонконге, Австрии, Соединенных Штатах, Мексике, то есть чем любая другая нация[19].

Многие, кто наблюдал за оставшимися на Земле собирателями, поражены их удовлетворенностью жизнью. Дэниел Эверетт, проживший годы среди людей племени пираха в тропических лесах Бразилии, удивлялся их свободе от тревоги, депрессии, панических атак и склонности к самоубийству[20]. Джеймс Сазман, в течение 25 лет навещавший ю’хоанси в Калахари, отмечал их завидную способность жить настоящим: «Люди никогда не тратят время, представляя свое будущее или чье-то еще»[21]. Они работают, чтобы получить пищу, примерно пятнадцать часов в неделю, еще от пятнадцати до двадцати часов уходит на домашние дела. Остальное время они отводят на расслабление, сон, семью и друзей.

Вы когда-нибудь мечтали о подобной жизни? Разве какая-то часть вас не стремилась к простоте, спокойствию, наблюдению ночного неба, полного звезд? Нам, конечно, стоит избегать снисходительных упрощений. Идеал XVIII в. – «благородный дикарь», не испорченный цивилизацией, теперь по праву заставляет нас морщиться. Такие стереотипы минимизируют широту и глубину этого образа жизни. У племен пираха, хадза и других представителей современных собирателей есть свои трагедии, и представление о том, что они «простые люди, с простыми жизнями», наверняка покажется им нелепым.

Тем не менее, поскольку степень удовлетворенности жизнью в «традиционных» обществах превосходит таковую в WEIRD-обществах, а удобства современного мира, похоже, больше не способны улучшить наше благополучие, стоит задуматься: что есть у охотников-собирателей, чего нет у нас? Что мы можем узнать как от предков, так и от тех собирателей, которые живут сейчас? Реально ли восстановить важные элементы жизни в эпоху палеолита, о которых говорят наши инстинкты? Читайте дальше, чтобы узнать.

2

Племя и дружба

Гроб украшен белыми лилиями, толпа – в черных пальто. Наемный органист исполняет «Останься со мной» (Abide with Me). На одной из последних скамей плакальщик смотрит перед собой, взгляд его затуманен. «В жизни и в смерти, Господи, пребудь со мной…» По мере того, как звуки гимна становятся громче, он падает, начинает рыдать, громко сморкается в платок, затем незаметно сверяется со своими записями, чтобы вспомнить имя парня в гробу.

Профессиональные плакальщики появились очень давно. Их нанимали еще во времена Древнего Египта. Впоследствии для этой профессии даже придумали название: моиролог. В настоящее время в Великобритании даже есть фирма, предлагающая плакальщиков в аренду – актеров, одетых во все черное, которые провожают незнакомцев в последний путь. Они будут «мрачными» или «веселыми» по желанию нанимателя. Разбитые горем люди выкладывают деньги, чтобы избежать позора из-за низкой явки. Но что в этом плохого?

Хотя многие из нас даже не подумали бы о том, чтобы нанять плакальщика, само существование такой профессии подтверждает глубоко укоренившееся убеждение: популярность – признак успешной жизни. Если на похоронах дядюшки Тома только трое гостей, многие будут рассматривать это как трагедию, даже если те трое были близкими друзьями. Важно количество.

За несколько месяцев до своего тридцатилетия я надумала изменить своим привычкам и устроить вечеринку. Обычно я в такой же степени не люблю быть в центре внимания, как мотыльки любят лететь на свет прожекторов, поэтому у меня не было вечеринки по случаю моего дня рождения с тех пор, как на мое шестилетие пригласили Капитана Корнфлейкса[22]. Но в конце бурного десятилетия что-то заставило меня внести залог за комнату со шведским столом над пабом в Лондоне.

Когда до важной даты оставался месяц, мною стала овладевать паника из-за количества гостей. Комната была достаточно большой, чтобы свободно вместить до двадцати пяти человек. Я могла рассчитывать на братьев и сестер, свою лучшую подругу, нескольких коллег. А еще? Терзаемая образами нетронутых булочек с колбасой, я подумывала пригласить рабочего, который клал плитку у меня в ванной. «Комнатное мясо» – так называют таких людей; тела, чтобы заполнить пространство и не испытывать стыд из-за низкой явки. В конце концов, около двадцати гостей весело провели время, но, если быть честной, паника касательно их количества портила все, пока я не выпила три бокала просекко.

Одержимость быть (или казаться) популярным – это причина, по которой хвастуны скромно жалуются на то, как забит их календарь; почему завсегдатаи соцсетей выставляют на обозрение многочисленные букеты цветов, подаренных на дни рождения; почему люди заваливают камины рождественскими открытками и хор Санта Клаусов провозглашает: «Я нравлюсь множеству людей». Проще говоря, мы думаем, что иметь много друзей и знакомых – признак хорошей жизни. Но что, если это не так?

Почему мы мечтаем о большом племени?

Стремление к популярности заложено в нас, потому что на протяжении тысячелетий быть социально успешным означало оставаться в живых. 50 млн лет назад наши предки-приматы обнаружили, что, объединившись в свободные социальные сообщества, имели больше шансов избежать пасти хищника[23]. Тот, кто оставался сам по себе, имел ничтожный шанс дожить до утра. Те, кого приняли в племя, пользовались его защитой и могли оставить потомство. Выживание сильнейших означало выживание самых дружелюбных. И поэтому в течение всех долгих темных тысячелетий нашей доисторической эры стремление к социальному признанию закладывалось в головы наших предков.

2,5 млн лет назад, после появления первых людей, принадлежность к племени все еще была вопросом жизни и смерти. В саванне безопасность в буквальном смысле слова заключалась в количестве. Наши предки охраняли друг друга по ночам, поддерживая костры, чтобы отпугнуть хищников, пока другие спали. Путешествие группами означало наличие большего количества рук для собирательства и охоты. Члены племени делились пищей, сообща работали и растили детей. Принадлежность к племени имела массу преимуществ – и социальное поведение являлось гарантом, что вы останетесь его членом.

Чтобы понять, как важно было социальное признание в течение сотен тысяч лет, представьте, как ужасно оказаться одному в мире, полном хищников. Исключение из племени означало подписание смертного приговора – вот почему мы так глубоко переживаем отказ и одиночество по сей день.

Многочисленные исследования доказали, что боль, которую человек испытывает, если его отвергают, сродни физической. Социальные психологи из Калифорнийского университета сканировали мозговую активность волонтеров с помощью МРТ, пока они играли в виртуальную игру Cyberball, в которой участвовали три игрока. Когда виртуальные игроки перестали «бросать» мяч волонтеру, даже этот незначительный отказ усилил активность в тех частях мозга, которые реагируют на физическую боль[24]. В ходе другого, более жестокого эксперимента Колумбийского университета волонтеров попросили посмотреть на фотографии их бывших, разорвавших отношения с ними. И опять сканеры мозга зафиксировали активность в частях мозга, отвечавших за физическую боль[25].

Палки и камни могут переломать наши кости, но отказ может также причинить физическую боль. Одинокие люди больше подвержены сердечным приступам[26] и раку[27]. В то время как социально активные люди испытывают наслаждение и другие положительные эффекты, такие как, например, улучшение сердечного ритма[28] или более быстрое заживление ран[29].

Как племена получили быструю подпитку?

Эволюция научила нас искать связи. Большинство с жадностью накапливают контакты, знакомых и друзей, потому что где-то глубоко внутри древний голос кричит: «Безопасность в количестве!» Однако большую часть времени, проведенного людьми на Земле, желание налаживать связи ограничивалось географическим положением и обстоятельствами. Если вы жили в городке или захолустной деревушке, где всего одна повозка, вы вряд ли бы смогли найти много «дружеского мяса». Сблизившись с незнакомцем за пинтой медовухи, вы не могли обменяться телефонными номерами и обещаниями позвонить позже. Еще долго после сельскохозяйственной революции мы продолжали сохранять крепкие связи со своим племенем.

Затем, в прошлом столетии, произошли две социальные революции, которые подпитали наше стремление увеличить племя. Первая из них – телекоммуникационная. Вместо того чтобы с помощью ручки и бумаги поддерживать связь с далекими друзьями, нам достаточно взять телефон. Теперь для дружбы даже не обязательно встречаться. Телефон очень сильно сократил расстояние между людьми, удовлетворил наше стремление увеличить социальные контакты.

Однако, если говорить об увеличении размера племени, более серьезная революция произошла только в последние двадцать пять лет: возникли социальные сети. Они трансформировали наши племенные возможности. Теперь мы всегда в пределах досягаемости для друзей, соседей, коллег. Одним касанием к экрану телефона мы можем завести тысячу новых «друзей».

Вы наверняка знаете, как выглядит телефонный зомби: голова склонена над смартфоном, большой палец постоянно листает ленту, он не способен оторваться от гаджета даже во время прогулки, приготовления пищи и похода в туалет. Большинство считает таких людей «антисоциальными», но на самом деле все ровно наоборот: они «гиперсоциальны». Они одержимы поисками связей.

Небольшие дозы дофамина, которые мы получаем, если кому-то понравился наш пост, являются отголосками далекого прошлого, когда «нравиться» означало оставаться в племени и выжить. Вот почему так сильно воздействие социальных сетей и почему люди часами пропадают в соцсетях: глядя на фото далекого знакомого на пляже в Дубае, мы как будто больше узнаем его, а знакомство с другими подпитывает наш древний голод социализации.

Конечно, когда возникает сильная потребность людей в чем-то, появляются и желающие на этом заработать. Компании, управляющие социальными сетями, очень быстро поняли, как создать продукты таким образом, чтобы они удовлетворяли наши гиперсоциальные инстинкты, и предоставили еще больше возможностей для соединения людей по всему миру. Наши мозги из каменного века жаждут социальных связей, а нам предлагают двадцатичетырехчасовой шведский стол, вызывающий полное привыкание к этим продуктам. Результат: интернет-пользователи по всему миру проводят по два с половиной часа в день в социальных сетях[30].

В итоге социальные сети, электронная почта и сообщения позволяют нам постоянно быть на связи с огромным количеством так называемых друзей, знакомых и коллег. Переписываетесь ли вы с парнем, с которым познакомились на курсах дайвинга семь лет назад, или спорите в соседском чате – мы постоянно проводим время, поддерживая социальные связи. Среднестатистический американец сейчас знаком примерно с шестью сотнями людей, а если сюда добавить тех, с кем он пересекался пару раз онлайн, их количество становится намного больше[31]. Когда-то размер нашего племени ограничивался географией, расстоянием и культурой, теперь он не ограничен ничем.

«Что в этом плохого?» – спросите вы. Мэй Уэст[32], как известно, однажды пошутила: «Слишком много хорошего – это замечательно». Так, может, иметь много друзей – это чудесно? Может ли быть «слишком много социальных связей», не важно, в реальной жизни или виртуальной?

Дружба: качество против количества

С тех пор, как большинство людей жили охотой и собирательством, прошло 12 тыс. лет, и мы, как вид, достигли потрясающего научного прогресса. Слетали на Луну, расщепили атом, научились клонировать живых существ. Но никто еще не научился растягивать время. Как и у наших далеких предков, у нас всего лишь двадцать четыре часа в сутках. Вот только нам теперь необходимо распределять это время на гораздо большее количество социальных связей.

Простое наблюдение показывает, что чем больше у нас дружеских взаимоотношений, тем меньше времени и внимания мы будем в состоянии посвятить каждому, а от этого, соответственно, будут страдать сами отношения. Многочисленные исследования показали, что постоянные контакты укрепляют связи. Проводилось подробное изучение переписок с целью выяснить, почему некоторые отношения продолжались, а другие «угасали». Итог следующий: «Прочные отношения требуют постоянного ритма…» Если же общение то начинается, то прекращается, «в большинстве случаев такая связь разрушится»[33]. Исследование подтверждает то, что мы уже знаем: не сможешь вложить достаточно энергии во взаимоотношения – они разрушатся.

Долгое время меня преследовал призрак Элвиса Пресли, певшего «Ты всегда в моих мыслях» (You Were Always on My Mind). Это песня о любви, но также и о пренебрежении. Ее ноты преследовали меня, когда я понимала, что не нашла времени на общение с теми, кого люблю, или когда «мелочи жизни» оставались недосказанными и недоделанными.

Чувство вины постоянно мучило меня, когда я «была слишком занята». Я надеялась наверстать упущенное и провести время с близкими людьми, когда дел будет поменьше. Запаса приятных воспоминаний пока хватало, а работы и запланированных встреч было слишком много…

У нас с мамой уже давно сложилась одна июньская традиция. Мы вместе смотрим женский финал Уимблдона, поедая салат цезарь и попивая коктейли. С регулярностью дождя на Центральном корте мы садимся в ее гостиной, чтобы комментировать выкрики женщин-игроков. Однажды в пятницу, лет десять назад, я с нетерпением ждала ежегодного теннисного праздника и вдруг получила сообщение по электронной почте от одной американской пары, которую встретила за границей за несколько месяцев до этого. «Мы в Лондоне! Только на выходные! Не хотите встретиться завтра за обедом?» Ох! На следующий день как раз должен был состоятся финал Уимблдона. Поездка к матери заняла бы пару часов. Чем-то нужно было пожертвовать.

Я позвонила маме, которая ответила, как я и предполагала: «Все в порядке, дорогая! Конечно, иди!» Итак, я провела несколько часов с этими прекрасными людьми на южном берегу Темзы, мы выпили пару бутылок пива и поговорили о том, следует ли им отправиться в Сицилию или на Майорку. А в автобусе по пути домой я подумала, как неверно расставила приоритеты, пожертвовав той, кого люблю больше всех на свете, в пользу тех, кого больше никогда в жизни не увижу. Глаза наполнились слезами при звуках песни, которую Элвис напевал мне на ухо, напоминая, что я никогда не уделяла маме достаточно времени…

И все же я рецидивист. Хотя я знала, кого хотела бы видеть около себя, находясь на смертном одре, все равно не уделяла им достаточно времени. Я проводила его в компании коллег, или на свиданиях, или выполняя общественные обязанности, которые не доставляли никакой радости. Я проводила много времени онлайн. Знаменитости в соцсетях стали более яркими и интересными, чем близкие люди. Однажды, клянусь, мы чудесно проведем время. Целый день. Но вот прямо сейчас у меня полно дел! (Продолжает листать ленту в социальных сетях.)

В глубине души мы все знаем, что цифровые отношения находятся на очень сомнительном втором месте по сравнению с личностными. Мы привыкли думать о соцсетях как о заменителях нашего старого камина, вокруг которого обычно собирались, чтобы обсудить прошедший день, однако это иллюзия. Возможно, глубокое погружение в цифровые отношения не имело бы такого большого значения, если бы наше время было безгранично, но это не так. В сутках по-прежнему только двадцать четыре часа. Посвящая так много времени далеким знакомым и незнакомцам в интернете, мы можем не сберечь отношения, которые действительно важны.

ПАЛЕОСОВЕТ:

выберите и берегите свое племя

«Семью не выбирают» – гласит старая поговорка, но вы можете выбрать свое племя. Вы можете сознательно оценить важность каждого человека, от близких друзей до дальних знакомых, тщательно продумывая место и время, которое им следует занимать в вашей жизни. Цель: ощутить близость и товарищество, которыми наслаждались наши предки охотники-собиратели, сегодня. Как мы можем подпитать эту нашу древнюю часть, тоскующую по родным и близким?

Примерно десять лет назад я стала более тщательно обдумывать, как и на кого мне следует тратить свое время. Я начала с процесса, который назвала «составление социальной карты». Это способ сознательно распределить друзей, семью и знакомых в группы в соответствии с тем, как хорошо мы их знаем, насколько они обогащают наши жизни и как много нам следует вкладывать в отношения с ними. Звучит довольно холодно, но люди уже давно это делают, хотя и неосознанно.

В 1990-х гг. антрополог Робин Данбар опубликовал свою революционную «гипотезу социального мозга»[34]. Она гласила, что количество значимых контактов, которые мы, приматы, можем иметь, ограничено размером нашего неокортекса[35] (так как управление отношениями требует прикладывания когнитивных усилий). Для людей, как считал Данбар, это количество равняется примерно ста пятидесяти[36].

На протяжении всей истории человечества группы численностью около 150 человек появлялись с занятной регулярностью – от племенных сообществ до средневековых английских деревень и современных военных подразделений. Хотя более интересным для меня является утверждение Данбара о том, что 150 – это лишь один из размеров групп, повторяющихся через всю историю человечества[37].

Представьте шесть концентрических кругов с человеком посередине. Внутренний круг – это группа примерно из пяти человек: ближайшие члены семьи, супруг/супруга и лучшие друзья. Следующий круг – 15 ближайших членов семьи и действительно хороших друзей; затем идет круг из 50 более дальних родственников и друзей; а оставшаяся группа из людей, которых индивидуум может знать в какой-то степени. Далее есть еще два больших круга – из 500 далеких знакомых и примерно 1500 человек, которых он знает, но с которыми мало контактирует.

Хотя, конечно, эти числа не могут точно повторяться в миллиардах жизней, действительно важным и удивительным является существование четких социальных слоев, увеличивающихся в размере по мере отдаления. Такая неосознанная категоризация предполагает, что мы, люди, и наши родственники, приматы, давно осознали несколько важных истин:

• есть пределы количеству отношений, которые мы можем поддерживать;

• мы можем быть по-настоящему близки только с небольшим количеством людей;

• наша социальная энергия не бесконечна и должна расходоваться с умом.

Составление социальной карты

Вдохновленная нашим постоянным стремлением к категоризации, социальная карта нужна для уточнения, какие отношения самые важные и почему являются приоритетом в ситуации небесконечного времени и энергии. Хотя «гипотеза социального мозга» Данбара предлагает шесть кругов, для большей простоты моя социальная карта содержит только три: ближайший круг, или VIP (от трех до пяти самых близких членов семьи или друзей), племя (примерно 15 важных человек) и широкая община (100–150 далеких друзей, родственников, знакомых, коллег).

Мой первый раунд составления социальной карты начался с психологического анализа всех, кого я знала, с целью понять, в какую из этих групп они войдут. И я имею в виду всех: все контакты на телефоне, старые друзья из соцсетей, дальние родственники из записной книжки, соседи, которых я видела время от времени.

Я представляла себе мысленно образ каждого человека и оценивала, в какую категорию он войдет. Относится ли он к группе VIP или к племени? Если человек не попадал ни в одну из трех групп, я не включала его в свою социальную карту. Весенняя чистка контактов позволила мне обнаружить телефон парня, чинившего компьютеры у меня в офисе восемнадцать лет назад, несколько человек с сайта знакомств, с кем я была на свидании всего однажды, и двоих, кого уже не было в живых.

Если вы решите составить социальную карту, то, скорее всего, инстинктивно поймете, куда отправится каждый человек. Для тех, кто не уверен, вот несколько подсказок.

VIP. Этот человек занимает одно из основных мест в вашей жизни в эмоциональном плане. Он знает вас близко: что вы любите и не любите, ваши надежды и страхи. Возможно, был свидетелем того, как вы плакали, и наоборот. Знает о вашем детстве и о всех хороших и плохих чертах характера. Вы откровенны с ним, заботитесь о его благополучии. Если бы вам пришлось провести месяц на необитаемом острове только с одним человеком, он был бы одним из первых, о ком бы вы подумали.

Племя. Не VIP, но тем не менее очень хороший друг или близкий член семьи. У вас наверняка есть прозвища друг для друга. Вы достаточно знаете о его жизни: что он изучал, где жил, кого любил. Если бы вам предложили провести выходные в отеле, где не нужно ничего делать, кроме как есть и отдыхать, вы могли бы позвать этого человека.

Широкая община. Более далекий друг, родственник или сосед. Столкнувшись с ним в кофейне, вы бы перекинулись парой слов. Если бы у него случилось какое-то большое событие в жизни – заключение брака, рождение ребенка или серьезная болезнь, – вы бы узнали об этом и, возможно, поздравили или посочувствовали. Вы вполне могли бы перейти улицу, чтобы поздороваться с этим человеком.

Теперь, когда вы рассортировали близких, друзей и знакомых по категориям, наступило время учета. Как много человек в каждой из ваших групп?

Здесь я расскажу о количестве, на которое ориентировалась, в очень свободной форме. Оно базируется на размерах разных сообществ, периодически повторяющихся в истории человечества:

• VIP – от трех до пяти;

• племя – примерно 15 человек;

• широкая община – 100–150 человек.

Если вы думаете: Помогите! У меня нет такого количества друзей, членов семьи, знакомых – не беспокойтесь, меньшее количество означает больше времени и внимания, которое вы сможете уделить тем, кто действительно для вас важен.

Если же в вашей VIP-группе или племени оказалось больше людей, подумайте о том, чтобы переместить несколько человек в категорию менее близких людей. Все это может звучать несколько грубовато, но помните, что конечная цель – улучшить самые важные отношения. Помните: у нас ограниченное число часов и социальной энергии, чтобы тратить их на кого попало.

Конечно, это не значит, что нужно закрываться от новых отношений, когда у вас с кем-то «сложился пазл» – это одна из радостей жизни. Но осознание наших когнитивных пределов означает признание главной истины: если мы хотим улучшить качество наших отношений, важно подумать и об их количестве.

Перераспределение вашего времени

Теперь, когда у вас появилась социальная карта различных связей, отсортированных в соответствии со степенью близости, вы можете использовать ее, чтобы более вдумчиво распределять время. Все это может показаться слишком сложным для сферы человеческих отношений, которые, как многие считают, должны развиваться легко и органично. Стоит поступать так же, как долгосрочные романтические партнеры (особенно с детьми), зачастую планирующие свидания, чтобы сохранить чувства, понимая: бытовые проблемы могут свести отношения на нет. Разумно противопоставлять требованиям нашего вечно спешащего века конкретные идеи, как часто нам следует общаться с дорогими нам людьми.

Чтобы более разумно распоряжаться социальными ресурсами, я решила оценить количество планируемых взаимодействий заранее и распределить их по трем категориям.

Короткие контакты – мимолетные и требующие минимума усилий: текстовое сообщение, пятиминутный телефонный разговор, короткое письмо по электронной почте. Общение, не требующее много времени или внимания; это может быть просто сообщение, отправленное во время просмотра телепередачи.

Связи – как ясно из самого значения, предполагают более длительное взаимодействие: встреча за чашкой кофе или ланчем, легкая болтовня за бокалом вина, длинный телефонный разговор. Эти встречи подразумевают более полное вовлечение в жизнь другого человека, выслушивание рассказов о его жизни и проявление интереса к его делам, а не обмен фразами типа: «У меня все прекрасно, спасибо».

Суперсвязи – длинные мероприятия, которые требуют больше усилий: поездка на целый день, когда у вас есть несколько часов, чтобы «наверстать упущенное»; обед вне дома, длинная загородная прогулка; вечер, проведенный где-то вместе. Вы проводите в чьей-то компании, один на один (или с детьми) так много времени, что периоды молчания так же значимы, как и разговоры. В отличие от короткого разговора за чашкой кофе или по телефону, вы будете помнить об этом и через шесть месяцев: как вы ехали в поезде на скачки, как вы пешком прошли весь путь вдоль реки, как спали на свежем воздухе и любовались звездами.

Хотя такая оценка общения может показаться странной, я считаю, что это очень полезный способ распределить социальные ресурсы именно так, как я хочу, и поддерживать самые близкие отношения, а не давать им завянуть на корню, в то время как я уделяю время тем, на кого мне, по сути, наплевать, или просто сижу в телефоне.

Если вы тоже хотите попробовать, то, возможно, инстинктивно поймете, как стоит перераспределить свое время. Если вам нужна помощь, то вот связи, к которым я стремлюсь.

VIP

• Хотя бы один контакт в день.

• Хотя бы одна связь в неделю.

• Хотя бы одна суперсвязь в месяц.

Племя

• Хотя бы один контакт в неделю.

• Хотя бы одна связь в месяц.

• Хотя бы одна суперсвязь в год.

Широкая община

• Хотя бы одна связь в год (или один контакт для дальних знакомых).

Баланс между составляющими может вызвать удивление. Но если будете следовать данному руководству, то ваша социальная энергия и время в значительной мере переместятся в сторону небольшого количества близких людей, оставляя совсем мало для далеких знакомых.

Для меня суть этого процесса заключается в следующем: сузить круг людей, на которых я ориентируюсь, и улучшить отношения с ними. Жизнь в стиле палео – это восстановление глубинных связей, которые мы по своей природе призваны иметь. Современные социальные привычки похожи на обжорство вредными закусками, а эти связи могут быть эквивалентны трехразовому питанию сбалансированной пищей.

Конечно, я не строго придерживаюсь этого правила. Может пройти месяц, а у меня так и не случится ни одной суперсвязи. Когда новорожденный у вас на руках 24/7, то достаточно трудно принять душ, не говоря уже о серьезном и вдумчивом планировании. Но само намерение уже помогает мне распределять время более грамотно. Даже поверхностное отслеживание связей и суперсвязей помогает быть более ответственной. Не получается притворяться, что я вкладываюсь в дружеские отношения, когда в действительности вкладываюсь в социальные сети.

Если вы захотите опробовать мой метод, помните, что это скорее подсказка, а не строгий свод правил, которым вы должны придерживаться вплоть до последней буквы. Если кто-то, кто вам небезразличен, требует больше вашего времени или если какой-нибудь знакомый предлагает вам потрясающее мероприятие на день или два, соглашайтесь. Если сокращение времени, которое вы тратите на менее важные дружеские отношения, заставляют вас страдать, не делайте этого. Доверяйте инстинктам! А вот что действительно важно, так это ваше решение уделять время основным фигурам в вашей жизни, особенно из группы VIP.

Сокращаем время на ложное общение

Наряду с перераспределением времени среди реальных друзей, членов семьи и знакомых, очень важно разобраться с общением онлайн, или ложным общением. Потому что, хотя и неплохо поболтать с незнакомцами в интернете или оставить комментарии под фотографиями дальних знакомых, это ненастоящее общение.

Социальные сети держат нас на крючке с помощью разных сообщений, ярких цветных картинок и обещаний (которые действуют как наркотик на мозги, унаследованные нами из каменного века) тысяч людей в нашем окружении. Но все это не будет подпитывать ту часть нашей души, которой нужны настоящие прикосновения и отношения. Хуже того: соцсети отвлекают от них, оставляя меньше времени и даже заставляя их казаться труднодостижимыми, запутанными и скучными.

Вот почему отказ от социальных сетей и других технологических отвлечений стал для меня главной частью жизни в стиле палео. Нереально полностью отключиться от интернета, но важно быть более разумными относительно того, сколько времени мы тратим на фальшивки.

Это далеко не легкая задача. Социальные сети имеют такое же влияние на нашу нервную систему, как азартные игры и наркотики. Пользователи, чьи сообщения лайкают и репостят, испытывают химическую реакцию сродни той, которую вызывают наркотики.

В следующей главе мы рассмотрим подробно пути сдерживания социальных сетей, электронной почты и текстовых сообщений, чтобы эти технологии не заменяли жизнь, но аккуратно содержались в ней, как удобный инструмент. Цель жизни в стиле палео – не поворачиваться спиной к техническому прогрессу, а быть уверенными, что он обогащает нашу жизнь, а не поглощает ее.

Мудрость каменного века на тему… дружбы

• Большую часть нашего существования на Земле мы жили в племенах, связанных родственными узами, которые посеяли в нас жажду к социальной близости.

• Достижение этой близости означает отказ от современной идеи, что жизнь – это соревнование в популярности. Вместо этого стоит сосредоточиться на социальных связях, которые действительно важны.

• Постарайтесь составить социальную карту, чтобы разделить всех людей в вашей жизни на четкие социальные круги, начиная с группы VIP до группы дальних знакомых.

• Как только выясните, кто является наиболее значимым, вы можете перераспределить свое время в их пользу.

• Сокращайте время на фальшивое общение в интернете: это его напрасная трата, стоит вложиться в развитие более богатых, настоящих отношений.

3

Иерархия и статус

На восточном берегу Гудзона, в северной части штата Нью-Йорк, стоят огромные готические развалины: пустые окна, осыпающиеся башенки, заросшие папоротником полы. Почти два века назад это было легендарное место. В Уиндклиффе, построенном для светской львицы Элизабет Шермерхорн Джонс, было 23 комнаты, домик для лодок и атриум в три этажа с крышей из цветного стекла. Дома других влиятельных семей, соревнующиеся с Уиндклиффом в великолепии, незамедлительно появились в долине Гудзона. Асторы создали Фернклифф в 1133,12 га, Вандербильты – огромное поместье с 54 комнатами. Из гонки появилась присказка: «В ногу с семейством Джонсов».

Не имело значения, что эта элита уже владела половиной Верхнего Ист-Сайда; если у других миллионеров теперь были особняки с башенками на севере штата, то и у них, черт побери, они тоже должны быть. Тот же импульс побуждает нас покупать дизайнерские сумки или дом в модном районе. То же самое побуждает людей с огромным достатком и властью искать способы победить своих оппонентов: Джефф Безос строит самую большую в мире яхту, а Дональд Трамп пытается доказать, что на его инаугурации было больше народу, чем у Барака Обамы.

Желание не отставать или превосходить наших сверстников влечет нас в торговые центры и к пластическим хирургам, заставляет работать по ночам и ходить в спортзал по утрам. На видовом уровне подобная борьба может быть хорошей вещью, так как она заставляет людей стремиться ввысь – иногда в буквальном смысле. Знаменитый «маленький шаг» Нила Армстронга в 1969 г. был сделан отчасти благодаря тому, что в 1961 г. СССР послал в космос Юрия Гагарина, и это побудило Кеннеди[38] приложить все силы, дабы США выиграли этот раунд к концу века.

Но хотя страсть к сравнениям и соревнованиям может привести нацию к величию, для отдельного человека она чаще всего приносит лишь отчаяние. Многие исследования показывают, что наше благополучие зависит не только от того, как хорошо у нас все складывается на личном фронте, в карьере, со здоровьем, успешны ли и красивы ли мы объективно, но и от того, как мы ощущаем себя в сравнении с ровесниками[39].

Много лет назад я писала речи для премьер-министра. Разгуливая по коврам коридоров дома номер 10 по Даунинг-стрит[40], я ощущала себя героиней «Западного крыла». Мне нравился новый статус и вполне устраивала зарплата, которая была на 10 000 фунтов больше, чем на предыдущем месте работы. Все было отлично, пока некие слуги народа с лучшими намерениями не решили, что в целях прозрачности стоит сделать публичным размер зарплат работников Даунинг-стрит. Как только вывесили список, мы сгрудились вокруг компьютера коллеги в нетерпении – хотелось узнать, на каком месте мы в этой иерархии. И что же? Как такое может быть? У меня на 15 000 фунтов меньше, чем у нее? На 30 000 фунтов меньше его зарплаты? Стоило мне увидеть, что зарплаты тех, кого я считала равными мне, гораздо выше моей, я будто почувствовала удар под дых. Блаженное неведение сменилось агонией знания. Негодование не давало мне спать по ночам. До Джонсов мне было далеко.

Глубокие корни зависти

Сравнение себя с другими уничтожает радость жизни, но, к сожалению, от него никуда не деться. С точки зрения эволюции зависть и ее вечный спутник – чувство неполноценности – очень легко объяснимы. Чтобы передавать гены, нужно привлечь партнера. А привлечь его можно, только соревнуясь с другими особями своего пола. Чтобы вырваться вперед, нужно оценить конкурентов, осознать собственные недостатки и исправить их. Зависть – защитная система, информирующая нас о наших слабых сторонах для увеличения шансов на размножение.

И вот так, довольно жестоко, человеческий мозг эволюционировал, чтобы поощрять сравнение и отчаяние. Зависть стимулирует переднюю поясную кору мозга, которая ассоциируется как с физической, так и с душевной болью[41]. Как шпоры наездника, впивающиеся в бок лошади, заставляют ее бежать быстрее, боль заставляет нас больше работать над нашей внешностью, карьерой и финансовым благосостоянием. А затем, стоит нам представить, как мы обойдем наших соперников в этой гонке, например купив пиджак за двести фунтов, происходит выброс дофамина, и мы чувствуем себя счастливыми. Не успели мы еще здраво рассудить, можем ли себе его позволить, мать природа уже шепчет: «Бери! Он даст тебе преимущество!»

Хорошая новость в том, что склонность к сравнению себя с другими не является изъяном. Так уж мы устроены. Мы склонны узнавать о жизни окружающих, думать, как мы выглядим на их фоне, и иногда нас съедает зависть. Но плохая новость: современная жизнь превратила эти аспекты человеческой природы в инструменты психологической пытки.

«Гонка»

Примерно 12 тыс. лет назад человеку, стоявшему в поле, пришла идея. Если он вырастит так много пшеницы, что у него останется лишнее, он сможет использовать этот остаток, чтобы «заплатить» кому-то еще за выполнение тяжелой работы. Так началась долгая и печальная история иерархии: имущие и неимущие, короли и крестьяне, правители и управляемые. Так возник порядок, основанный на деньгах, земле, власти и влиянии. Так началось великое соревнование между людьми: иметь больше, потреблять больше, быть более властным и статусным человеком – назовем это «гонкой».

Люди быстро привыкли к иерархии: у шумеров (4100–1750 гг. до н. э.) был правящий класс, высший класс, средний класс, рабочий класс и класс рабов. В Древнем Египте (3100–332 гг. до н. э.) верхушку пирамиды занимал фараон, за ним шел визирь, знать, священники, писцы, солдаты, ремесленники, фермеры и рабы. В Древнем Риме (753 г. до н. э. – 476 г. н. э.) плебеи не могли вступать в брак с патрициями, сколько бы денег они не имели.

Люди в обществах с жесткой иерархией, по крайней мере, могут утешать себя тем, что их относительно неудачное положение – это не их вина. При полном отсутствии социальной мобильности не за что себя корить, если ты не выиграл «гонку». Более остро эмоциональная боль от социального неравенства ощущается в обществах, где есть хотя бы обещание меритократии[42]. Тебя воспитывают на историях успеха, «из грязи в князи», но время идет, а ты остаешься «в грязи», и что это о тебе говорит? Ты лузер.

«Гонка» наращивала темпы, и люди придумали изощренные способы наградить побеждающих. У древних финикийцев фиолетовую одежду носили те, кто хотел показать, что может позволить себе дорогую краску из морских улиток. В Средние века носили пулены – длинные остроносые туфли, настолько нелепые, что Эдуарду IV пришлось издать закон, запрещающий обувь с мыском более пяти сантиметров. В Тюдоровской Англии аристократы демонстрировали всем свои черные зубы – признак того, что они могут позволить себе есть сахар. В XVII в., если хотелось показать всем, кто тут «богатенький Буратино», вам следовало поставить на стол настоящий ананас (они стоили в районе пяти тысяч фунтов на сегодняшние деньги).

Мы можем жалеть этих глупых людей из прошлого, но если поменять фиолетовые тряпки на брендовые сумки, а угольно-черные зубы на ярко-белые виниры, то станет ясно, что символы богатства могут меняться, а стремление показать, насколько мы впереди в «гонке» – нет. «Гляньте на мой ананас! Посмотрите на мои нелепо длинные туфли, на мой Steinway[43] в холле, на мои золотые обои, на мой Rolex Daytona…» По мере того, как огромная махина глобального капитализма набирала обороты, гонка потребления все более заметно ускорялась: Как они могут позволить себе BMW? Так она теперь носит лабутены?

В последнее столетие толпа в модных очках поддерживала «гонку», призывая бежать быстрее и быстрее. Рекламщики из Сохо и с Пятой Авеню[44], может, и не считают себя создателями нашей неуверенности в себе, но их бизнес с триллионами долларов на счетах основывается на простой формуле: сравнивай, разочаровывайся, покупай. Эй, смотри, идеальная женщина с идеальным телом и идеальной жизнью. А теперь подумай о собственном средненьком теле, скучных буднях, неуютном доме, банальной личной жизни. Чувствуешь несоответствие? Все просто: купи нашу новую штуку/шубку/крем/каникулы – и будешь такой же! Вот уже сотню лет нас окружают образы красивых успешных людей не только в рекламе, но и в кино, и на страницах глянцевых журналов.

«Гонка» на сверхзвуковой скорости

Весь XX в. «гонка» только ускорялась. А потом, 4 февраля 2004 г., она перешла на сверхзвуковую скорость. Тем вечером Марк Цукерберг запустил первую социальную сеть для своих одногруппников в Гарварде, и мир сместился с оси. Сегодня количество ее пользователей уже более 3 млрд, что составляет половину планеты. Сеть привлекает их, как мед – мух, благодаря возможности общаться и сравнивать себя с другими, что способствует «гонке».

Помните эволюционные корни подобных сравнений? Люди делают это не для того, чтобы приятно провести время, глубоко на подсознательном уровне мы верим, что повышаем наши шансы на воспроизводство и продолжение рода. Наш древний мозг внушает: чем лучше мы знаем своих соперников, их внешность, работу, партнеров, тем больше у нас шансов преуспеть. «Врага нужно знать в лицо, – шепчет подсознание. – Не отставай!»

Вполне резонно, если живешь в племени из тринадцати человек. Но для виртуального сообщества в 3 млрд пользователей это катастрофа. Как можно соревноваться с бесконечным числом незнакомцев, тщательно выстраивающих свою жизнь в соответствии с максимально гламурной и счастливой картинкой? Чья реальная жизнь хоть немного похожа на ролик искусственно смонтированного существования?

За 12 тыс. лет «гонка» стала неотъемлемой частью нашей жизни и общества. С ранних лет мы узнаем о существовании иерархии и статуса. С подросткового возраста сравниваем себя с другими, вечно недовольны своим телом. С двадцати лет стремимся к покупке лучшего дома, машины, вещей, потому что все это – символы определенного положения и статуса. И при этом нас не оставляет постоянный фоновый шум, голос, твердящий, что мы участвуем в огромной гонке с другими людьми.

Кто-то скажет, что «гонка» – закономерная часть человеческой жизни, а вечное соревнование, стремление и неудовлетворенность – неизбежные ощущения для всех людей. Мы все равно будем продолжать сравнивать себя с другими и желать того, чего у нас нет, не так ли? Так уж у людей повелось, да? «А вот и нет», – ответят наши предки.

Жизнь, свободная от иерархии и сравнения себя с другими

Современная жизнь постоянно побуждает нас сравнивать себя с другими и чего-то хотеть, а вот жизнь общества охотников-собирателей на удивление была лишена иерархии, статуса и разочарований, с ними связанных. В последние пару веков антропологи изучили десятки первобытных обществ и нашли одну общую черту: эгалитаризм[45]. До массовой сельскохозяйственной революции у них не было ни вождей, всеми повелевающих, ни аристократов, ни крестьян. Еда распределялась равномерно между всеми, независимо от того, кто поймал добычу.

Для охотников-собирателей равенство – не просто приятный способ организации общества, оно необходимо для выживания. Представьте: вы часами бродите по кустам, но домой приносите один подпорченный инжир. В этот день вы полностью полагаетесь на готовность других поделиться добычей. А на следующий день, если им не повезет, они полагаются на вас. Непредсказуемость результата охоты и собирательства приводит к необходимости сотрудничества и готовности делиться – соперничество и превосходство одного над всеми приведут к постепенному вымиранию.

В слове «команда» нет буквы «я», точно так же и в племенах охотников-собирателей не было главных. Поэтому они очень серьезно относились к самовозвеличиванию. В конце 1960-х гг. антрополог Ричард Боршей Ли много лет провел среди племени кунг в Калахари. Однажды на Рождество он захотел угостить своих друзей праздничным ужином и купил на рынке самого большого и мясистого быка, какого смог найти. К сожалению, этот подарок был воспринят не слишком хорошо. Члены племени отвели ученого в сторону и ругали принесенное им мясо: «мешок с костями», «тощий кусок», «что нам тут есть, рога?»[46].

Не понимая, к чему все это, ведь животное могло накормить целое племя, Ли обратился к старейшинам. Последовал ответ: «Когда молодой человек приносит с охоты столько мяса, он начинает зазнаваться, слишком много о себе думать и презирать других. Мы это не приемлем… поэтому называем мясо бесполезным. Так мы сдерживаем нрав и делаем его более скромным».

Ли стал жертвой древнего ритуала под названием «оскорбление мяса» – способ осадить сильного или даже не дать ему стать таковым. Антропологи, изучающие культуру, называют это «уравнивающим механизмом», и в подобных обществах он нужен, чтобы сдержать хвастовство и высокомерие, способные повредить гармонии тесно живущего племени.

Уравнивающие механизмы помогают предотвратить ситуации, когда кто-то слишком много о себе думает – этой же цели служит отсутствие у членов племени частной собственности.

Долгое время считалось, что жизнь охотников-собирателей полна лишений. Затем в 1966 г. антрополог Маршалл Салинс, специализировавшийся на экономической антропологии, выдвинул кардинально иную идею, описав их как «первоначальное общество изобилия»[47]. Учитывая отсутствие у них холодильников, набитых едой, и дорогих машин, это описание кажется странным, но Салинс утверждал: изобилие означает доступ ко всему, чего мы желаем, а у охотников-собирателей было все, что они хотели.

Они мало имели, но они и мало просили. Их не мучили недостижимые мечты. Они избежали вечного стремления к большему. Антрополог Джеймс Сазман, проведший многие годы среди племени ю’хоанси в Калахари, утверждал: «Они научились искусству не заботиться о том, где трава зеленее»[48].

И хотя мы не можем переместиться на 20 тыс. лет назад, резонно предположить, что наши предки так же не переживали, что где-то трава зеленее. Конечно, они могли с завистью смотреть на шкуры зверей, убитых другим охотником. Женщины могли завидовать самой красивой в клане. Но все же в их жизнях было мало чему завидовать и насчет чего сокрушаться. В племени из 30–50 человек не с кем особо конкурировать. Не было и символов статуса, из-за отсутствия которого в настоящее время сокрушаются многие люди. Не зная даже, как живут люди в соседней долине, ты не будешь им завидовать. Не существовало чинопочитания, можно было не думать о тех, кто выше тебя. В общем, они были свободны от «гонки».

ПАЛЕОСОВЕТ:

выйдите из «гонки»

Ребята из контркультур любят говорить: «Во всем виноваты Они», подразумевая правительство, власть, подавляющую обычных людей, перемалывающую их жизни в жерновах. Во второй части этой главы мы обсудим, в чем виновата «гонка». «Гонка» – это великое соревнование за то, чтобы иметь больше, делать лучше, быть богаче и успешнее остальных.

Мы не можем устранить неравенство, разрушить классовую систему и поставить на колени весь мировой капитализм, но мы можем отсеивать информацию, которая ставит нас выше или ниже других людей и вредит самооценке и благополучию. Представьте, что «гонка» – это реальное соревнование, транслирующееся на огромном светящемся экране под оглушительно громкие комментарии о том, кто лидирует, а кто отстает и на каком вы месте. Мы не можем прекратить это соревнование (это невозможно), но мы можем снизить громкость постоянных комментариев (что вполне достижимо).

Для меня отключение комментариев началось с определения «точек зависти»: вещи, люди и моменты, заставляющие мое сердце неприятно сжиматься от того, что у меня этого нет. В дзен-буддизме есть поговорка: «Цветок не сравнивает себя с соседним цветком. Он просто цветет». Я никогда не смогу быть этим цветком. Некоторые из нас особенно предрасположены к зависти, и, к сожалению, я не исключение. Я с самого детства в цепких когтях у этого зеленоглазого монстра.

В 1986 г. в возрасте пяти лет я увидела, как другая девочка по имени Клэр в передаче Top of the Pops исполняет свой хит под названием «В любви счастья нет (когда тебе восемь с половиной лет)» (It’s ‘Orrible Being In Love (When You’re 8 1/2)). Она была всего на три года старше меня и уже знаменита – как же я ей завидовала! В подростковом возрасте я с грустью сравнивала себя с другими девочками на уроках физкультуры: для их объемных бюстов уже требовались взрослые лифчики, тогда как мое богатство легко можно было прикрыть майкой. В двадцать с лишним я читала интервью со знаменитостями моего возраста, страдая от осознания: я не сделала ничего и вполовину столь же значительного.

После тридцати я была измучена завистью, но вместе с тем понимала: все потому, что мой несчастный мозг из каменного века был перегружен сравнениями такого уровня, с которым ему не справиться. Я пообещала себе внимательно отследить все, вызывающее у меня зависть, и убрать это из своей жизни. Список получился длинным. Он включал просмотр телешоу «Семейство Кардашьян», чтение интервью с успешными бизнесвумен, встречи с коллегой, которая обожает рассказывать о своей активной социальной жизни, и даже прогулки в красивых районах Лондона, где стоят дома с закрытыми ставнями, которые никогда не будут моими. Но самый главный триггер – социальные сети.

Отключите двигатель зависти

Мы давно знаем, что другие люди наслаждаются роскошной жизнью, огромными особняками и постоянными путешествиями. Однако сейчас мы знаем все в подробностях. Мы знаем, что чей-то супруг организовал для жены на День святого Валентина милую игру с поиском подарков, спрятанных в доме, а наш подарил открытку с гаражной распродажи. Мы знаем, что какие-то родители во время локдауна играли с детьми в домиках из подушек, а мы просто включали им «Щенячий патруль». Мы знаем, что они пьют Апероль-шприц в кафе с видом на Гранд-канал, а мы оформляем возврат налога.

Можно убеждать себя, что это «ярчайшие моменты» их жизни. Можно сказать: ведь у них тоже бывают плохие дни, им нужно стирать белье, они попадают под дождь, кричат на детей. Но как бы мы ни пытались рационализировать этот чудесный парад красивых картинок в социальных сетях, он влияет на то, как мы воспринимаем жизни других и как смотрим на свою в сравнении с ними. Каждая фотография немного опускает нас в собственном воображаемом рейтинге. Для нашего мозга из каменного века, приученного к сравнению и зависти, это яд.

Раньше я активно поглощала информацию о жизнях других людей в социальных сетях. После тридцати моя страсть к сравнению и последующему разочарованию в основном заставляла меня фокусироваться на тех, у кого есть счастливая семья и дети – то, чего я хотела бы для себя. Социальные сети открыли окна в жизнь, полную счастливого хаоса, где двухлетние дети резвились в пачках, а воскресные ужины в саду собирали тысячи друзей. Затем внутренняя камера перемещалась и демонстрировала мою однокомнатную квартирку, куда я не приглашала гостей много месяцев, и местную индийскую забегаловку, где мне уже сразу подают бирьяни[49] с курицей, даже не спрашивая. Я чувствовала себя каким-то муравьем.

Среди всех советов, которые содержатся в этой книге, отказ от социальных сетей, пожалуй, самый важный. Я начала с осознания, какой вред они мне приносят. Нужно было признать: хотя данное развлечение мне нравилось – потому что мать-природа заставляла меня сравнивать себя с другими, – в долгосрочной перспективе это подрывало мою самооценку. Для меня просмотр роликов о красивых жизнях был равносилен пинте соляной кислоты. Пора было остановиться.

Проведите аудит социальных сетей

• В течение пары недель изучите, что вы чувствуете после просмотра контента в социальных сетях.

• Для каждого сайта ответьте на вопрос: как вы себя чувствуете после его посещения – вдохновленно и расслабленно, или вы ощущаете зависть и собственную неполноценность?

• Обогащают ли как-то вашу жизнь эти сайты и стоит ли их посещение времени и негативных эмоций?

• Поскроллив ленту, начинаете ли вы хотеть для себя большего: больше одежды, денег, путешествий, успеха, признания, подписчиков?

• Как только вы идентифицировали для себя сайты или страницы, которые часто вызывают у вас негативные эмоции, подумайте, как сократить их присутствие в вашей жизни.

Ослабьте влияние смартфона на свою жизнь

Есть много полезных вещей, которые вы можете сделать, дабы ослабить влияние социальных сетей. Можно зайти в настройки и отключить уведомления. Если вы определили сайты или страницы, из-за которых испытываете зависть, можно их удалить. Можно скачать приложения, позволяющие блокировать определенные социальные сети на какой-либо промежуток времени.

Я сделала все это, но продолжала слышать зов сирены – смартфона в моем кармане. Я залезала в телефон по любому поводу: посмотреть время, проверить, когда закончится дождь… И вот я уже читаю посты, снова включающие комментарии к «гонке» в моей голове. Я слишком легко сдавалась. Соблазн интернета и разрушительного посыла, который он несет, оказался слишком силен. Необходимо было идти дальше.

Большинство из нас знает, какое сильное влияние оказывает смартфон на жизнь. Я знакома с людьми, не способными пойти в туалет без своих устройств. Треть подростков берут их в постель и не могут уснуть без своих своеобразных электронных заменителей плюшевых мишек. Многие так отчаянно стремятся дистанцироваться от девайсов, что готовы платить огромные деньги за специальные курсы цифрового детокса (какие-то из них даже предлагают комнаты, блокирующие сигнал, всего за четыреста сорок фунтов за ночь).

Мое решение проблемы проще и дешевле – старая кнопочная Nokia. Не смартфон, а «тупофон». Если я кому-то нужна, я всегда на связи. Но, слава богу, на нем нет интернета, чтобы искушать меня и провоцировать зависть. Самые удачно потраченные 35 фунтов в моей жизни. Я отдала в сто раз больше на отпуска, якобы способные изменить мою жизнь, эффект от которых держался не дольше загара. За 35 фунтов я купила себе свободу от вещи, отнимающей мое время, забирающей на себя все внимание и портящей настроение.

Примерно за последнее десятилетие мы приучили себя к дурацкой мысли, что мы не сможем жить без смартфонов. Вдруг нам что-то срочно понадобится? Карта, чтобы найти путь до ближайшей пиццерии; год, когда Рик Эстли стал номером один в чартах, чтобы разрешить спор? Невероятно, но еще совсем недавно мы как-то обходились без мгновенных ответов на все эти вопросы.

Я не выбросила смартфон, как-никак на дворе XXI в. и мне нужно изредка, например на каникулах, проверять электронную почту вдали от дома. Но в повседневной жизни он мне не нужен. Поэтому мой бедный старый смартфон каждый день сидит в тюрьме. Его камера – коробка с электронным замком за десять фунтов. Там он лежит большую часть времени.

Раньше, как и миллионы других людей, я держала смартфон на прикроватном столике в качестве будильника. Как только отключала сигнал, то сразу начинала листать ленту в социальных сетях, проверять новости… Теперь я убираю смартфон подальше, его заменил обычный будильник.

Это не значит, что я никогда не выхожу в интернет, просто я будто обратила время вспять и отправилась в начало нулевых, когда интернет был редким развлечением, а не чем-то занимающим нас круглосуточно. Я внимательно выбираю сайты, вызывающие интерес и вдохновение, а не зависть и разочарование. Кому-то идея посадить свой телефон в тюрьму и вернуться к старым «кирпичикам» покажется абсурдной и чрезмерной. Но, учитывая жесткую хватку, с которой смартфон вцепился в наши жизни, я предлагаю разумный и простой способ вернуть себе над ними контроль. За свободу!

Отключитесь от желаний

Придерживаться стиля охотников-собирателей означает четко отделять свои потребности от желаний. В 1928 г. крупнейший банкир с Уолл-стрит Пол Мазур написал о том, как привести экономику США к подъему. Общество, по его словам, «можно приучить к постоянным переменам, к желанию приобретать новое до того, как старое выйдет из строя <…> желания человека можно развить таким образом, что они затмят его потребности»[50]. В следующем году президент США Герберт Гувер, выступая с речью перед рекламными агентами, подчеркивал: «Вашей работой стало вызывать у людей желания, и вы превратили их в постоянно движущиеся вперед машины счастья. Машины, сыгравшие ключевую роль в экономическом прогрессе».

Не нужно быть коммунистом, чтобы посчитать эти слова пугающими. Капитализм требует от нас постоянных трат. Наши желания нужно постоянно поощрять, наше стремление вырваться вперед в «гонке» нужно постоянно провоцировать. И вот нас, неутомимо движущихся вперед машин счастья, заваливают картинками товаров и услуг, способных сделать еще «счастливее». Городские жители, например, ежедневно сталкиваются с более чем тремя тысячами рекламных объявлений[51].

Но разве это кому-то вредит? Просто бумага, так? Но обилие такого рода сообщений несет определенный посыл – через покупки лежит путь к счастливой жизни. И нам кажется, что у нас недостаточно вещей. Это подтверждается исследованием, проведенным на почти миллионе городских жителей. Ученые проанализировали уровень удовлетворенности жизнью у людей из 27 европейских стран в течение тридцати лет и сравнили его с показателями по ежегодным тратам на рекламу в этих странах. Поразительное открытие: каждый раз, через два-три года после значительного увеличения трат на рекламу, в стране падал уровень удовлетворенности жизнью. Вот тебе и вечно движущиеся вперед машины счастья[52].

Чтобы выйти из «гонки», необходимо уметь отсеивать подобные посылы. Одиссея в поэме Гомера предупреждают о песне сирен, способной очаровать его команду и натолкнуть корабль на скалы. Узнав это, он не призывает своих товарищей быть сильными и игнорировать песню, он говорит им запечатать уши воском, чтобы их не слышать. Точно так же и с рекламой – лучше закрывать глаза и уши, насколько это возможно, чтобы не слышать ее зова. Нельзя повлиять на того, кто не проявляет достаточно внимания. Невозможно хотеть вещи, о существовании которых ты не знаешь. Вот почему уже десять лет я стараюсь держаться подальше от рекламы.

Самовольная отлучка от рекламы

• Используйте стриминговые платформы, чтобы избежать рекламы, или записывайте передачи, чтобы иметь возможность промотать ее. Если смотрите прямой эфир, во время рекламы выключайте звук.

• Блокируйте всплывающую рекламу на компьютере.

• При чтении газет и журналов помните: половина контента – это реклама. Пролистывайте ее в процессе чтения.

• Бездумный шоппинг приводит нас в места, нагруженные всевозможной рекламой. Идите в магазин, заранее зная, что вы хотите купить, или совершайте покупки онлайн.

• Отпишитесь от всех рассылок по электронной почте, они ежедневно заваливают вас предложениями, от которых невозможно отказаться.

• Повесьте на дверь или почтовый ящик наклейку «Не класть рекламу».

• В социальных сетях отпишитесь от всех, кто часто рекламирует продукты или продвигает стиль жизни, требующий покупки определенных продуктов.

Контролируйте жажду потребления

Как бы мы ни старались уменьшить влияние рекламы и социальных сетей, нельзя забывать, что мы уже успели впитать многое из того, что внушает нам «гонка». Мы уже знаем, какие бренды лучше и как изменится наша жизнь, стоит нам приобрести «потрясающую новинку». Я очень много потратила на ненужные вещи. Пару лет назад у меня появилась зависимость от маркетплейса, которую я осознала, только когда в течение пары минут успела заказать подушку для ванны, маленький блендер, три пачки наклеек с Hello Kitty и мойку высокого давления. Как только я их получила, эти вещи стали для меня мусором. Сейчас я борюсь с жаждой покупок, используя следующие стратегии.

Остыньте перед покупкой

У меня на кухонном столе лежит обычный бумажный ежедневник для планирования семейных дел. Скажем, я хочу что-то купить шестого июня, тогда я перелистываю ежедневник на шестое июля и записываю потенциальную покупку. И если спустя месяц это все еще кажется разумной тратой, я совершаю покупку. Чаще всего оказывается, что вещь мне уже не нужна.

Стремитесь к удовлетворению, а не максимизации

Психологи считают, что есть два типа людей: «удовлетворяющие» и «максималисты». Когда речь идет о шоппинге, «максималисты» ищут лучшую версию товара, тогда как «удовлетворяющие» берут то, что подходит под их потребности. Раньше я была «максималистом», часами искала машину, способную мягко скользить по дороге на скорости 200 км/ч, или компьютер с огромным объемом памяти, который я никогда не заполню. Сейчас я намеренно иду в противоположном направлении, борюсь с желанием приобрести «лучшее» на рынке и покупаю вещь, отвечающую моим базовым требованиям. Уметь контролировать потребность купить «лучшее» гораздо приятнее, чем покупать «лучшее».

Устройте «Месяц без трат»

Каждый год в октябре я трачу деньги исключительно на необходимые вещи. Октябрь я выбрала случайно, это может быть любой другой месяц. Кроме того, не помешает немного восстановить «казну» перед неизбежными рождественскими тратами. Я использую это время, чтобы остыть – месяц без трат помогает мне отличить то, что я хочу, от того, что мне необходимо.

Устройте для себя «гонку» в обратном направлении

До этого момента мы рассматривали практические советы по уменьшению влияния нашего иерархического и помешанного на статусе общества. Но победа над «гонкой» требует большего – изменения мышления, того, как мы видим самих себя.

Охотники-собиратели живут с меньшим количеством желаний, зависти, чувства, что где-то трава зеленее. На мой взгляд, во многом это связано с тем, как они воспринимают себя по отношению к другим и какое значение они придают собственной жизни. В эгалитарном обществе, где выживание зависит от благополучия всех, не может быть эгоизма и доминирования. Любое нарциссическое поведение беспощадно высмеивается, что приводит к более скромному восприятию себя и своего места в мире.

В нашем обществе, напротив, всем правит нарциссизм. В индивидуалистических обществах поощряется отношение к себе как к центру вселенной, невероятно важному человеку. В рекламе мы слышим: «Ты этого достойна». «Ты важен» – одна из мантр современного общества. Кажется, будто это должно вселять уверенность, но на самом деле мы становимся более неуверенными из-за невероятного давления, от потребности быть особенными. В итоге мы бесконечно переживаем за свое место в «гонке».

Поэтому, насколько возможно, я стараюсь мыслить как представитель общества охотников-собирателей: моя жизнь не уникальна, я лишь часть толпы, невероятно малая частица истории человечества. Как писал поэт Лонгфелло:

Прими их, вечность! Жизнь людей —

Вихрь, налетевший издали,

Он прошумел среди ветвей,

Влача цветы ее в пыли![53]

Жизнь скоротечна, мимолетна, ничтожна. Стоит посмотреть на вещи с этой стороны, и бессмысленность «гонки» становится очевидной. Настолько ли важно, впереди я или отстаю? Смогу ли я когда-нибудь по-настоящему победить? И действительно ли я получу желанную награду, если окажусь впереди? В 99 % случаев ответ – нет.

Мудрость каменного века о том… как выйти из «гонки»

• Нас с детства учат, что жизнь – соревнование с другими за богатство, статус и популярность, и многие от этого страдают.

• Большую часть существования человечества мы жили в племенах, свободных от иерархии и материализма.

• Хотя мы не можем воссоздать утраченный мир, мы можем предпринять шаги к тому, чтобы уйти от «гонки».

• Определите, что вызывает у вас зависть – люди, места и ситуации, заставляющие вас сравнивать и расстраиваться. Постарайтесь избегать их.

• Уменьшайте влияние социальных сетей, отключайте смарт-фоны хотя бы на несколько часов в день.

• По возможности избегайте рекламы, удаляйте коварные призывы к импульсивным покупкам из вашей жизни.

• Контролируйте жажду потребления, откладывая покупки и отделяя потребности от желаний.

• Меняйте мышление, боритесь со стремлением сравнивать и соревноваться, осознайте бессмысленность «гонки».

4

Новости и взгляды

18 апреля 1930 г. ведущий новостей на канале ВВС сел перед камерой, готовый зачитать вечернюю сводку. Он прочистил горло и произнес: «Сегодня новостей нет». Ни войн, ни эпидемий, ни голода, ни убийств, ни погодных катастроф, по крайней мере достойных появления в программе. Остаток пятиминутного слота просто играла легкая фортепианная музыка.

Подобное кажется невероятным в век, когда мы поглощаем заголовки и эксклюзивы с утра до вечера. Стоит нам быстро пролистать утреннюю газету, мы узнаем о перевороте в Африке, засухе в Азии и стрельбе в школе в США, еще не успев намазать масло на тост. Многие тянутся за телефоном, не вставая с постели, как будто им необходимо быть в курсе происходящего перед походом в ванную.

В 2000 г., еще до того, как мы могли всегда «носить новости» с собой в кармане, я с семьей поехала в путешествие на отдаленный греческий остров. Как преданный потребитель новостей, я надеялась, что там будут газеты на английском языке. К сожалению, их не оказалось. Подобно Робинзону Крузо, оторванному от остального мира, я постоянно гадала, что же происходит дома, хотя шел август – месяц, в который ничего особенного никогда не происходит.

В конце концов, после явившейся и вновь исчезнувшей группы туристов я нашла измятую газету The Daily Telegraph двухдневной давности на столике в кафе. Обрадованная находкой, будто это свитки Мертвого моря,[54] я взглянула на первую полосу. До сих пор помню картинку и заголовок: «Противный Ник, злодей из реалити-шоу “Большой брат”, наконец покидает его». И хотя в доме, где мы жили, было множество прекрасных книг, я вгрызалась в эту газету, перечитывая каждое слово по три раза.

Почему? Откуда эта жажда новостей? Зачем мы постоянно потребляем новости, которые нас не касаются: местные выборы в отдаленной стране, неприятные бракоразводные процессы богачей, махинации малоизвестных политиков? Для чего новостные наркоманы постоянно обновляют сайты новостных агентств, надеясь на новые подробности, или непрерывно следят за развитием событий «в прямом эфире» в блогах? Ответ можно найти, как всегда, вернувшись на тысячелетия в прошлое.

Встречайте: информоядные

Десятилетиями археологи не могли разобраться, что означает одна маленькая деталь в рисунках на стенах пещер: ряд точек и других маленьких символов рядом с изображениями животных. Что это значит? Ответ нашел не специалист, а реставратор мебели из Лондона по имени Бэн Бэкон. Зачарованный загадочными пометками, он много часов провел в Лондонской библиотеке, разглядывая сотни фотографий наскальных рисунков.

Наконец он разгадал загадку. Эти пометки означали лунные месяцы, позволяя нашим предкам отслеживать и фиксировать жизненные циклы животных, обитавших поблизости[55]. Собирая эту информацию, они могли предсказывать, когда животное будет мигрировать, спариваться и размножаться. Благодаря этому они осваивали окружающую среду, могли планировать будущее и имели больше шансов на выживание.

Говоря о наших предках-собирателях, мы обычно подразумеваем сбор корешков, орехов и ягод. Но сбор информации был не менее важен. Каждый день племени необходима была еда, чтобы всех накормить. Успех зависел от информированности. Где найти деревья баобаба, усыпанные плодами? Где бродят дикие животные, когда их дни сочтены? Что это за шум в кустах?

Стоило им слишком надолго остаться в долине и прекратить исследование окрестных земель, их шансы на выживание и воспроизводство уменьшались. Приученные к поиску и сбору информации могли рассчитывать на выживание и передачу генов. Мы произошли от любопытных – от исследователей, от всезнаек. Как писал американский психолог Джордж Миллер: «Мы, люди – “информоядные”». Так же, как «всеядные» ищут и потребляют пищу ради выживания, «информоядные» потребляют информацию ради преуспевания[56].

Поиск информации был так важен для выживания, что человеческий мозг приучился «вознаграждать» нас за ее получение схожим образом, как он «вознаграждает» за получение пищи[57]. Мы листаем новости, и наш мозг рассчитывает на получение дофамина, и чем важнее история или скандал, тем больше доза.

Наш наследственный новостной голод

Учитывая важность новостей для выживания и тот факт, что новая информация дает нам положительные эмоции, вполне вероятно, что наши предки были так же заинтересованы в новостях, как и мы. Раскопки не позволяют обнаружить язык, поэтому мы не знаем, как происходил обмен новостями между охотниками-собирателями, но мы знаем, что многие бесписьменные сообщества, изученные в последнюю пару столетий, испытывают сильную потребность в новостях. Миссионеры, антропологи и другие свидетели их жизни отмечали стремление членов племени получать новую информацию.

Л. Х. Самуэльсон, дочь миссионера, жившего среди зулусов в Южной Африке в XIX в., удивлялась тому, как быстро передаются новости из уст в уста. После обмена любезностями при встрече обязательно следовал вопрос: «Расскажи, что происходит на твоей земле?» Эта жажда знать и делиться привела к тому, что «произошедшее тут же становится известным на километры вокруг за невероятно короткое время <…> то, что случилось утром, известно всем задолго до заката». В 1872 г. умер король зулусов, живший за 480 км от Самуэльсона, но он узнал об этом по слухам задолго до того, как про это написали в газетах поселенцев[58].

До того, как у этих сообществ появились печатный станок и электричество, им приходилось искать другие способы передавать новости. У индейцев племени фоксов, издавна живущих в регионе Великих озер в США, были «церемониальные бегуны», отправлявшиеся в путешествие по всем территориям племени каждую весну и осень. Они собирали новости, чтобы потом их распространять. Король зулусов назначал вестников, чтобы информировать местных вождей. От Вьетнама в XIX в. до Марокко в XX в. существовали глашатаи, объявляющие или поющие события дня для собравшейся толпы.

Почему мы стали новостным наркоманами?

Желание обмениваться информацией существовало всегда. И хотя мы, люди, всегда любили новости и слухи, существует лимит информации, которую мы способны воспринять, учитывая, что население Земли увеличилось в 26 раз[59]. Раньше население было более равномерно распределено по поверхности Земли, поэтому шанс случайных бесед у колодца (древний эквивалент кулера) был не так высок.

Перенесемся на десятки тысяч лет вперед, в XXI в., где благодаря интернету мы обрели доступ к бесконечному количеству информации. Наш мозг из каменного века продолжает воспринимать новую информацию как необходимую для выживания, и мы беспрестанно поглощаем ее. Постоянно обновляющиеся новостные ленты дают нам возможность несколько раз в день получить небольшую дозу дофамина, даже если новая информация нас не касается.

Жажду новостей диктуют особенности человеческого организма, а современная культура поощряет ее. Зависимость от информации – единственное пагубное пристрастие, публично одобряемое в XXI в. Зависимых от еды, наркотиков или алкоголя называют толстяками, наркоманами и алкоголиками, а зависимых от новостей – информированными гражданами, способными призвать власть к ответу. «Нация, состоящая из овец, незамедлительно получает правительство, состоящее из волков», – сказал однажды великий американский журналист Эдвард Р. Марроу. Мы привыкли к идее, что для борьбы с тиранией нам нужно вооружиться правдой, что в итоге сводится к обновлению новостной ленты по нескольку раз в день в страхе «опоздать на вечеринку», если произойдет какое-то событие.

Большинство из нас стараются быть хорошими достойными людьми, и поэтому предполагаемая «праведность» желания быть в курсе всех новостей усиливает зависимость. Алкоголик, тянущийся за банкой крепкого сидра, не выполняет свой долг перед обществом, но зависимый от новостей с каждым обновлением сайта или социальной сети ощущает себя полезным и добродетельным гражданином. И новости вцепляются в него еще крепче.

А что насчет плохих новостей?

Если бы это касалось только хороших и жизнеутверждающих новостей, проблема не была бы такой серьезной. Но хотя мы жалуемся на обилие плохих новостей, мы жаждем их. Исследования показывают: если предоставить зависимым от информации выбор, они скорее проявят интерес к историям о коррупции, скандалам, войнам, терроризму, чем к чему-то позитивному[60]. В 2014 г. ради эксперимента российский новостной сайт «Городской репортер» решил в течение дня освещать только позитивные новости. Результат? Посещаемость сайта снизилась на две трети.

Любовь к плохим новостям не означает, что мы садисты, которым доставляют удовольствие чужие беды. Психологи выделяют так называемую предвзятость негативного опыта – тенденцию, свойственную всем людям, придавать больше значения негативному опыту, чем позитивному. Нашим предкам она требовалась, чтобы фокусироваться на саблезубом тигре слева, а не на прекрасном закате справа. Для выживания необходимо уделять больше внимания опасности и негативному опыту, чем возможностям и положительному. В результате возникло искаженное представление, сохраняющееся до сих пор. По словам психолога Рика Хансона: «Мозг – липучка для негативного опыта и тефлон для позитивного»[61].

Именно из-за предвзятости негативного опыта мы игнорируем сотни комплиментов и фокусируемся на незначительной критике. Поэтому же мы не можем выбрать отель: несмотря на огромное количество восторженных отзывов, мы обратим внимание на единственный разгромный. По этой же причине нам интереснее плохие новости. Наш мозг из каменного века настроен на получение тревожной информации, и мы позволяем ему пировать, читая плохие новости.

В новостной индустрии знают, что вызывает наибольший интерес, соответственно, они фокусируются на плохом, грустном, пугающем и раздражающем. Я семь лет была журналистом в газете Times и писала о последних событиях. Когда я только начинала, как-то раз мне довелось обедать с более опытным коллегой. Я угостила его суши в ресторане в Сохо, а он взамен поделился со мной секретами работы. И после нескольких тарелок сашими, из-за цены которых хотелось плакать, он выдал следующую жемчужину журналистской мудрости: «Читатели должны все время злиться и переживать. Если у тебя получится этого добиться, успех обеспечен».

Так себе совет, но в коммерческом смысле он зрил в корень. Новости по большей части не сообщают факты, а развлекают и привлекают аудиторию – читателей и зрителей. Наше внимание становится все более фрагментированным, количество новостных источников растет, поэтому требуются все более бесстыжие методы провокации для привлечения нашего внимания. Срочные новости! Мы находимся на месте убийства! Появились новые детали…

Чем это нам вредит?

В 1961 г. вышел научно-фантастический роман «Чужак в чужой стране» за авторством Роберта Э. Хайнлайна. Он рассказывает о землянине, воспитанном на Марсе, который прилетает на Землю и знакомится с ее обычаями. Особенно удивляет неомарсианина любовь землян к новостям: «Большинство неврозов можно связать с нездоровой привычкой совать нос в частные дела пяти миллиардов незнакомых людей»[62][63]. В наши дни речь идет о восьми миллиардах незнакомцев. К чему же нас приводит привычка интересоваться их проблемами и грехами?

15 апреля 2013 г. две бомбы взорвались на финишной прямой Бостонского марафона, убив трех человек и покалечив еще сотни. В это же время ученые из Калифорнийского университета проводили исследование ментального здоровья пяти тысяч американцев. По чистой случайности многие участники эксперимента оказались так или иначе затронуты произошедшим – либо они находились недалеко от района взрыва, либо были знакомы с кем-то из жертв.

И хотя неудивительно, что трагедия повлияла на их ментальное здоровье, исследователи были шокированы, когда узнали, что другая группа участников эксперимента отреагировала на произошедшее еще острее: те, кто более шести часов в день уделял чтению новостей о взрывах[64]. Только представьте: просмотр фотографий с места событий, снова и снова, оказался более травмирующим, чем непосредственное присутствие на событии.

Последние исследования показывают, что на нас влияет не только знание о событии, но и количество времени, которое мы посвятили изучению новостей о нем. С чем бы ни был связан ужас или трагедия: теракт 11 сентября в США, Сычуаньское землетрясение в 2008 г., вирус эболы в 2014 г., террористические атаки в Париже в 2015 г. – была выявлена связь между тем, сколько новостей о событии люди читают, и вероятностью развития у них тревожности или посттравматического синдрома[65].

Новости вызывают у нас стресс, тревогу, депрессию. Они повышают уровень кортизола, учащают сердцебиение и увеличивают шансы получить сердечный приступ много лет спустя. Я думаю, это происходит оттого, что новости заставляют нас чувствовать собственную беспомощность. Наши предки охотники-собиратели были вынуждены стать машинами для сбора информации, потому что она помогала им найти пищу, скрыться от хищников и выжить. Такую информацию люди могли использовать, действовать, отталкиваясь от полученных данных.

Сейчас мы перегружаем себя информацией, пусть и важной, но бесполезной. Мы не можем ее использовать или действовать, отталкиваясь от нее. Я знаю много британцев, следивших за новостями о Дональде Трампе и испытывавших из-за них стресс и злость. Они упивались каждым обрывком информации об этом человеке, несмотря на то что не могут голосовать в США, и просто варились в своей ярости. Следя за новостями, никак на нас не влияющими, мы увеличиваем чувство беспомощности.

Читаем, читаем, срываемся

В течение пяти лет я писала речи для Даунинг-стрит. Новости были кровью этого места, главной темой всех бесед. Весь день был организован вокруг обсуждения новостей. В восемь утра дюжина человек собиралась в офисе премьер-министра, чтобы обсудить произошедшее и выплеснуть эмоции. Весь день у нас в офисе были включены каналы Sky News и ВВС News, глаза неизбежно притягивала бегущая полоса внизу экрана: СРОЧНЫЕ НОВОСТИ… В четыре часа дня проводилось еще одно совещание в офисе премьер-министра. Каких министров отправить на вечернюю трансляцию? Что сказать для завтрашнего выпуска газеты Daily Mail?

Современная политика – разновидность менеджмента, и если хочешь в ней работать, нужно следить за новостями с утра до вечера. Я весь день варилась в последних известиях и, возвращаясь домой в девять часов, садилась на диван с бокалом вина в одной руке и телефоном в другой – необходимо было узнать мысли комментаторов. Им понравилась сегодняшняя речь? Может, были какие-то темы и аргументы, которые я могу использовать в следующей? В десять вечера я смотрела последние новости и затем завершала день, читая статьи в разных газетах, на которые подписана онлайн.

Я знала, что трачу слишком много времени на новости. Я чувствовала, как время уходит, подобно грязной воде, вниз по канализационной трубе, но я ничего не могла с этим поделать. При каждой возможности – пока я ждала официанта или варила картошку – мой палец совершал знакомые движения, и я обновляла новостной сайт или социальную сеть. Я оправдывала себя (как это делают все зависимые) тем, что, как автор политических речей, всегда должна быть в курсе событий. К сожалению, я так и не осознала своей ошибки.

Затем произошел нервный срыв. Я ехала в Манчестер на ежегодную встречу партии, где премьер-министр произносил главную речь в году. Я писала ее много недель, это был долгий и болезненный процесс, по ощущениям я сделала тысячи набросков. В итоге я на трое суток заперлась в комнате отеля Манчестера, внося последние правки и дыша застоявшимся воздухом, окруженная подносами с недоеденными бургерами, которые я заказала в номер.

Пока остальные веселились на встрече партии, я заперлась в номере, как в бункере, с ноутбуком, и моим единственным компаньоном был новостной канал, работавший без остановки. И по мере приближения главной речи репортеры гадали, о чем же скажет премьер-министр. «Ему нужно чем-то серьезно всех впечатлить… Партия ждет от него чего-то особенного…» И хотя не я произносила речь, казалось, будто моя голова на кону. После каждого выпуска новостей я все больше и больше ощущала тиски тревоги.

Наконец наступило утро речи. Как обычно, я суматошно металась по залу, проверяя текст наброска, информируя команду журналистов об эксклюзивных материалах, которые мы предоставляем СМИ, а затем поспешила в конференц-зал, чтобы занять свое место. Включились свет и музыка, я посмотрела на многочисленных репортеров с блокнотами в руках, готовых разобрать по кусочкам результат многих недель моего труда. Премьер-министр поднялся на сцену, и я почувствовала, как свет начал плясать у меня перед глазами, а воздух словно покинул комнату. Я не могла дышать. «Простите, извините…» Я продиралась через ряды, мимо охраны, толкнула двери, выбежала в коридор мимо сотен людей, ждущих снаружи, и побежала по улицам Манчестера. Я не останавливалась около часа, не в себе, отчаянно стараясь оказаться подальше от центра города, от речи и новостной шумихи вокруг нее. Рухнув в дверном проеме, я пролежала на асфальте около часа, прежде чем смогла встать и, прихрамывая, вернуться в отель.

Воздержание от новостей

За панической атакой последовали недели серьезной тревожности. Я просыпалась со сжатыми челюстями и ощущением неизбежной катастрофы, холодные щупальца страха проникали во все, чем я занималась: мылась, одевалась, шла до автобуса. Хотя я и раньше испытывала тревогу, на этот раз от нее не было никакой передышки. Надеясь на рецепт антидепрессантов, я рыдала в кабинете терапевта, но ничего не добилась.

Гипертревожное состояние прошло через пару месяцев, но оно принесло свои плоды – я четко осознала выработавшуюся у меня непереносимость новостей. Поначалу я, как обычно, возвращалась к новостям, чтобы успокоиться и отвлечься. Но по мере того, как я прокручивала страницу и на меня обрушивались кричащие заголовки и обычная желчь, я начала испытывать сильное чувство тревоги. Новости не успокаивали, я, наоборот, чувствовала себя еще хуже. Ехидные перепалки в социальных сетях вызывали легкую тошноту. От крикливых телеведущих с их вечными сенсациями у меня начинало давить в груди. Все это было чересчур. Впервые за всю свою взрослую жизнь я просто не хотела узнавать новости. И я перестала. Вот и все.

Четыре месяца я не выискивала ни одной новости. Я даже избегала их. Дома я не читала новостные сайты и не заходила в социальные сети. На работе я вежливо просила выключать безостановочно работающий телевизор. И как это бывает с избавлением от любой другой зависимости – чем больше времени я проводила без новостей, тем сильнее мне хотелось продолжать воздержание и тем меньше меня тянуло ознакомиться с последними заголовками.

Конечно, если мне требовалось написать для премьер-министра комментарий к срочным новостям, мне приходилось их изучать, но я поняла, что непрерывное их чтение не является необходимым для хорошего выполнения моей работы. При написании речей, касающихся политики правительства, мне не нужно было каждый час обновлять новостные сайты; то, что я считала важным «исследованием», оказалось отвлекающим фактором.

За время новостной аскезы я поняла простую вещь – достаточно часто чтение новостей не приносило мне удовольствия. Как бывает, когда ты съедаешь пачку невкусного попкорна, особо не задумываясь о своих действиях, я потребляла огромное количество неинтересного, ненужного, слегка раздражающего новостного контента, просто потому, что привыкла. С точки зрения новостной трезвости это казалось не «лакомством» для мозга, а утомительной обязанностью.

Вырвавшись из водоворота новостей, я обрела ясность, которой мне не хватало многие годы. Я осознала, что мое внимание – один из самых ценных ресурсов. Мое время также ограничено, и я не собираюсь тратить его на новости, которые вызывают у меня только гнев, тревогу и возмущение.

ПАЛЕОСОВЕТ:

освободитесь от новостной зависимости

Постоянное потребление новостей настолько распространено, что многие из нас не признают его за зависимость вовсе. Но осознание их власти над нами и понимание, к каким последствиям это приводит, необходимо для пересмотра наших отношений с ними.

Для начала постарайтесь проследить, как часто вы печатаете название новостного сайта или заходите прочитать новости в соцсетях. Тянитесь ли вы к телефону во время рекламных пауз, чтобы узнать, что происходит? Сидя в метро, переходите ли вы с одного новостного сайта на другой, чтобы прочитать про одно и то же происшествие с разных точек зрения?

Постарайтесь понять, что вы после этого чувствуете. Многие годы мне казалось, будто я наслаждаюсь часами, проведенными за чтением бурных дебатов, вызванных новостями в социальных сетях. Иначе зачем я это делала? Но зависимость так не работает. Когда мы чувствуем в чем-то потребность, это не означает, что оно доставит нам удовольствие. Поэтому перед и после просмотра новостей проследите, как вы себя чувствуете: проинформированными и заряженными энергией или тревожными и раздражительными?

• Получила ли я какую-то полезную информацию?

• Подняло ли мне это настроение?

• Могу ли я как-то повлиять на боль и страдания, которые я вижу?

• Я чувствую себя хуже или лучше, чем до прочтения этих новостей?

Узрите машину ярости

Помимо наблюдения за тем, что вы чувствуете, ознакомившись с новостями, постарайтесь проследить, какие чувства у вас стремятся вызвать новости. В нашем вечно занятом шумном мире есть одна вещь, которая привлекает внимание как ни одна другая – ярость. Нас провоцируют на злость при любой возможности: обрушиться на «Карен»[66] или «неженок», пожаловаться на республиканцев или «воук»[67] активистов.

В ходе одного исследовательского проекта было проанализировано более полумиллиона постов в социальных сетях, чтобы выяснить, какие из них чаще всего будут репостить. Оказалось, что (ну надо же!) те из них, где содержались слова «ненависть», «жадность», «злобный», имели гораздо больше шансов завируситься. Использование такой возбуждающей лексики увеличивало количество репостов на 15–20 %[68]. Обратите внимание на посты и заголовки, заставляющие кровь бурлить, и вам станет ясно: новости – это машина ярости.

Устройте детокс для вашей совести

Нервный срыв вынудил меня устроить новостной детокс, потому что я уже не могла смотреть новости без чувства тревоги. В качестве антидота к вызывающим постоянную ярость, негодование и бессилие новостям, которые я постоянно потребляла до этого, я стремилась к чему-то успокаивающему: документальные фильмы о фолке 1970-х гг., видеоуроки по плетению корзин, любые передачи с Дэвидом Аттенборо[69].

Этот полный разрыв заставил меня осознать – я могу не читать новости и все равно быть в курсе событий. Я как будто стала легче, менее обремененной. Поэтому призываю всех устроить себе новостной детокс, по крайней мере на месяц.

Для тех, кто привык проверять новостные сайты по десять раз в час, будет трудно полностью отказаться от них. Чтобы облегчить жизнь и не требовать от себя столько силы воли, на первых порах можно «посадить телефон в тюрьму» (см. главу 3). Во времена, когда смартфон стал для нас еще одной конечностью, это решение кажется чрезмерным, но дополнительный барьер между вами и телефоном даст достаточную дистанцию, чтобы успеть задать себе вопрос: после чтения новостей я почувствую вдохновение или раздражение?

Как и с любой зависимостью, будет полезно поделиться с кем-нибудь из друзей своими планами. Не наскучивать тирадами о своем моральном превосходстве, а просто упоминать, что вы уже несколько дней не читаете новости, и это поможет вам не сорваться.

Живя таким образом, вы заметите, что релевантные новости, имеющие отношение к вашей жизни, все равно до вас доходят. Важные истории вырываются со страниц и из экранов и попадают в повседневные беседы. Повышение налогов, теракты, наводнения поблизости: если вы не живете отшельником, вы услышите об этом, не обращаясь к новостям напрямую.

Моя подруга, избавившаяся от алкогольной зависимости, говорила, что главным в лечении стало осознание своих триггеров и избежание ситуаций, когда они могут сработать. Для нее ими были голод, злость, одиночество и усталость, поэтому она изо всех сил старалась избегать ситуаций, ведущих к таким ощущениям.

Для избавления от новостной зависимости полезно понять, что заставляет вас тянуться к телефону или включать новости. Скука? Одиночество? Ничем не занятое свободное время? Если желание читать новости возникает в определенных ситуациях – старайтесь их избегать.

Новостной рацион

Вы устроили себе новостной детокс и считаете, что это навсегда, но другим необходимо время от времени заглядывать в новости. Во избежание липких щупалец новостей в вашей жизни, установите четкие границы того, сколько и когда вы их потребляете.

Я работаю колумнистом в газете и веду ток-шоу на радио, поэтому мне необходимо быть в курсе событий. Я решила читать новости еженедельно. Каждую пятницу я покупаю две-три газеты и читаю. Примерно час – и вот я уже в курсе всего, что может понадобиться для моей работы. Важные события, произошедшие ранее на неделе, все еще будут освещаться в газете к пятнице. Но я смогла отмести отвлекающие и тривиальные вещи.

Если еженедельного ознакомления недостаточно, снизьте потребление хотя бы до получаса в день: вы успеете узнать все основное, но не успеете захлебнуться в информационном шуме. Мой друг, например, ограничивается интеллектуальными новостными подкастами длиной не больше десяти минут. Он смотрит по одному в день, наслаждается быстрым ознакомлением с главными новостями, но не более того. Так он всегда в курсе событий, не попадая под лавину агрессивных и вызывающих гнев кликбейтов.

Устанавливая границы, отметьте также, когда вы читаете новости. Просматривая сводки об ужасных событиях с утра, вы вряд ли обеспечите себе хорошее настроение на день. Перед сном их читать тоже не стоит – наш мозг активирует симпатическую нервную систему (которая помогает телу реагировать на опасность и стресс). Лучше всего подходит середина дня.

Покиньте эхо-комнаты

Что касается новостей, которые вы все же читаете, лучше избегать мест в интернете, заставляющих вас испытывать гнев, высокомерие, превосходство или возмущение: эхо-комнаты, где мы наслаждаемся тем, что наши мнения разделяют, а нашим взглядам никто не бросает вызов.

Общение на таких сайтах часто выдает себя за интеллектуальные беседы или сбор информации, но на деле оно лишь подстегивает возмущение и вызывает стагнацию взглядов. К тому же я замечала, что долгое время, проведенное в эхо-комнатах, превращает хороших людей в унылых новостных зомби, считающих, что все только и мечтают послушать еще одну их тираду. А вот и нет! Не важно, социальные сети, форумы – научитесь распознавать, что является эхо-комнатой для вас, и подумайте о разрыве этой связи.

Храните полезную информацию

Мы, информоядные, нуждаемся в информации, так что не стоит себе в этом отказывать. Но лучше питаться полезно. Я говорю не о том, чтобы в огромном количестве потреблять новости с сайтов, использующих красивые шрифты и приводящих остроумные аргументы. Алкоголик, напивающийся вином, – все еще алкоголик. Питаться полезно – значит потреблять хорошую, обогащающую тебя информацию вместо бездумного чтения новостей.

Что значит «обогащающую»? Действительно полезную для вашего мозга. Я обожаю уже давно выходящее на ВВС радиошоу «В наше время» (In our time). Каждый эпизод посвящен совершенно разной теме – сочинениям Марка Антония, битве при Креси, «Гражданину Кейну», и каждую тему обсуждают эксперты в соответствующей области. Слушая это шоу, я чувствую, как мои мозги работают, хотя информация, которую мы выбираем, не обязательно должна быть сложной. Даже самые простые документалки или программы о дикой природе обогащают нас. Задача в том, чтобы удовлетворить жажду нашего мозга из каменного века знать больше, не обращаясь к бесполезным шумным новостям.

Мудрость каменного века о… новостях

• Наши древние инстинкты, призывающие собирать информацию, полезную для выживания, превратили нас в общество новостных наркоманов, и это вызывает у нас невероятную тревогу и стресс.

• Необходимо перестать перегружать себя чужими страданиями и сфокусироваться на том, что влияет именно на нас.

• Постарайтесь устроить новостной детокс хотя бы на месяц, и вы удивитесь, насколько лучше себя чувствуйте и насколько мало пропустите.

• Если вам необходимо потреблять новости, уменьшите ежедневную порцию, не читайте их с утра и перед сном.

• Покиньте эхо-комнаты, подкрепляющие предрассудки и сеющие страх.

• Удовлетворяйте желание вашего мозга из каменного века узнавать новое, отсеивая информацию, которой вы его кормите: выбирайте развлекающую и обогащающую информацию, но не вызывающую ярость.

5

Работа и отдых

Несколько лет назад фирма Nike запустила рекламную кампанию, которая буквально вызывала мурашки. Под волнующую музыку спортсмены бегают, прыгают и со всей силы бьют по теннисному мячу. За кадром мурлычет голос: «Не спрашивайте, сумасбродны ли ваши мечты. Спросите, достаточно ли они сумасбродны». Далее следует конкретный пример: «Не пытайтесь быть самым быстрым в вашей школе… будьте самым быстрым в мире». Да, ведь в каждом из нас дремлет Усэйн Болт. Все, что нам нужно, – это достаточно сумасбродная мечта и пара кроссовок Nike.

Эта кампания – прекрасный пример так называемой культуры мечты. Вот ее смысл: если у вас есть мечта, вы на полпути к ее достижению. Ее призыв: вы можете стать кем угодно! Верьте в свою мечту! Если вы способны мечтать о чем-то, вы способны и осуществить это!

Данная культура пронизывает современное отношение к работе. Недостаточно стремиться получить профессию бухгалтера или работника по эксплуатации канализационных сооружений. Вам обязательно нужно стать исполнительным директором компании, работающей с инновационными технологиями; чемпионом Уимблдона; музыкантом, выпустившим платиновый диск. Минутка статистики: 86 % молодых американцев стремятся к карьере инфлюенсера[70].

Также наряду с культурой мечты существует популярный призыв, который гласит: «Найди свое увлечение». Иначе вам придется стать скучными серыми дронами, которые сливаются с другими серыми дронами, что является благоприятной почвой для развития капитализма. Нам предлагают найти работу, где, как говорят, «мы не будем работать ни одного дня в жизни».

И, конечно, недостаточно любить свою работу, вам необходимо получать от нее хороший доход. Недостаточно с удовольствием делать мороженое у себя на кухне, нужно отправиться на шоу «Логово дракона»[71] и добиться инвестиций, чтобы мороженое появилось на полках супермаркетов. Недостаточно любить играть на гитаре, нужно делать это в группе, а группа должна заключать миллионные контракты, ваши песни – подняться на вершины чартов, успех должен быть постоянным… Крутись, крутись, крутись.

Вместе со статусом, увлеченностью и мешком денег работу в современном мире определяет ее цель. Мы хотим, чтобы наша работа была той движущей силой, посредством которой мы живем полноценной содержательной жизнью, или нас охватывает паника, что время потрачено впустую. Требование вдохновляющей цели вполне подходит тем, кто работает в лагерях для беженцев ООН, но парнишка, работающий в кафе, чувствует себя паршиво, если цель его жизни – набивать сэндвичи фрикадельками.

Подобные ожидания приводят к разочарованию в любом возрасте и на любом этапе жизни. Подросток, не получающий отличные оценки, боится прослыть посредственным, как будто посредственность – это болезнь. Молодой человек двадцати с чем-то лет, чей дополнительный заработок не взлетел до небес, чувствует себя неудачником. Мужчина тридцати с небольшим лет проводит так много времени в офисе, что его собственные дети путают его с курьером. Рабочий среднего возраста ругает себя, потому что так и не нашел свою страсть и боится, что это никогда не произойдет. Пенсионер после шестидесяти чувствует, что с потерей работы он потерял всякую индивидуальность.

С увеличением наших требований к работе она начинает требовать от нас все больше усилий. Мы задерживаемся в офисе, трудимся в выходные, постоянно проверяем электронную почту и, как результат, позволяем работе вмешиваться в наше время отдыха. Самые высокие показатели переработок в Японии, где в четверти компаний сотрудники проводят более двадцати часов сверхурочно каждую неделю. Эта проблема стала настолько серьезной, что правительство ввело инициативу под названием «Премиальная пятница», которая позволяет работникам завершать рабочий день в 15:00 раз в месяц. Однако многие даже в этот день не уходят из офиса. Они настолько привыкли к нему, что некоторым приходится предлагать финансовые стимулы – по тридцать долларов, – просто чтобы они покинули рабочие места.

Как мы работали?

Наш избыточный, надуманный и чрезмерно трудоемкий подход очень далек от жизни наших предков. Вы, возможно, думаете: те, кто стремился жить за счет земли 50 тыс. лет назад, должно быть, работали до изнеможения; предшественники японских так называемых сарариман,[72] которые берут штурмом пригородные поезда в полночь, чтобы попасть домой. Совсем нет.

В 1960-х гг. молодой антрополог по имени Ричард Боршей Ли провел месяц среди туземцев племени кунг из Калахари. В течение этих недель он подробно исследовал, как они проводят дни. Результаты удивляют. Предполагалось, что жизнь охотников-собирателей нагружена бесконечным трудом, но Ли обнаружил, что работа по поиску пищи занимает у них примерно пятнадцать часов в неделю, а вместе с работой по дому выходит, в целом, примерно тридцать пять часов – и это намного меньше, чем среднестатистический западный трудяга тратит на работу, дорогу и хозяйство, вместе взятые[73].

Занимаясь своими ежедневными делами, охотники-собиратели действительно очень практичны. Как писал Ли: «Все работали, используя и руки, и головы». Руки скручивали, тянули, носили, хватали, скребли: настоящая симфония физических и умственных усилий, которые мало в каких современных профессиях требуются. Представьте себе женщину из доисторической эпохи, разводящей костер, после того как село солнце. Пока она готовила хворост, все вокруг нее затихло, внимание полностью сфокусировано, до тех пор, пока не начнут клубиться первые струйки дыма. Сравните эту картину с образом работника из XXI в.: руки, совершающие однообразные постукивания по клавиатуре; ум, мечущийся по двадцати различным вкладкам, открытым на экране, и двадцати трем непрочитанным сообщениям во входящих на почте.

Работа прерывалась сном или отдыхом, когда все сидели и болтали. Время на отдых не было вишенкой на торте (полчаса в конце долгого рабочего дня); оно воспринималось серьезно и по весьма веской причине. Когда процесс поиска калорий требует таких усилий, первостепенным становится сохранение этих калорий для важной работы и воспроизводства: поиски пищи, доставка воды, воспитание детей. Кроме решения этих задач, нужно было и отдохнуть для других важных дел. Короче говоря, у них присутствовал четкий баланс между работой и личной жизнью.

Главная разница между работой в эпоху палеолита и сейчас? Она была свободна от ожиданий и тревог. Когда ваша ежедневная потребность – найти пищу и наесться, вы не будете волноваться о совершенно очевидной цели вашего пребывания на земле. Не было соревнования; карьерной лестницы, по которой нужно карабкаться; работы мечты, о которой нужно тосковать; не было и четкого разделения между оплачиваемой работой и неоплачиваемой. Все взрослые – от собирающих еду бабушек до быстрых, как молния, молодых охотников – делали важный вклад. Поэтому в работе не было какой-то измерительной палочки для сравнения вас с другими. Самооценка не строилась на успехе.

Нескончаемая суета, недостижимые мечты, поиски цели жизни через работу – вы ошибаетесь, когда думаете, что они являются естественными составляющими человеческого состояния. Нет. Это изобретения современной жизни и к тому же довольно вредные.

ПАЛЕОСОВЕТ:

поставьте работу на место

Мне это далось нелегко. Целых десять лет я была трудоголиком. Помните, когда Оливер Твист с миской и ложкой в руке говорит: «Простите, сэр, я хочу еще».[74] Вместо того чтобы просить кашу, я просила работу и комиссионные. Я посвящала почти все время работе или налаживанию связей, потому что добивалась, как я была уверена, неизбежного успеха: полного удовлетворения и высокой самооценки.

Подталкиваемая этой верой, я работала как безумная в течение многих лет, пропуская дни рождения, годовщины, свадьбы. Я могла работать несколько лет – вроде бы рекорд три – без отпуска. Я сидела за столом по двенадцать, четырнадцать часов и вряд ли видела солнечный свет. Моя кожа напоминала по цвету сырые морские гребешки. Все дружеские отношения пошли по боку.

Чего бы я ни достигла, чувство «я сделала это» ускользало от меня. Я писала речи для мэра Лондона, занимала важную должность на Даунинг-стрит, обменивалась рукопожатием с президентами, была включена в списки влиятельных особ, получила Орден Британской империи, писала еженедельную колонку в газету The Times, основала бизнес, который приносил неплохую прибыль. Несмотря ни на какие достижения, древняя внутренняя неудовлетворенность жгла меня. В чем дело? Что дальше?

Находясь в этой суете, вы представляете, какое удовлетворение испытаете, когда достигните желаемого уровня. Но это все равно что стараться поймать радугу. Ребенок воображает, как было бы чудесно подойти поближе к радуге, всего на несколько дюймов к ее широким переливающимся лентам красного, оранжевого, желтого, зеленого… А потом обнаруживает, что это невозможно. Красота эта видима только с расстояния. Так и самоутверждение, обещанное работой мечты, исчезает, как только вы достигаете его, по крайней мере, так было у меня.

Как и со многими другими вещами, описанными в книге, я поняла, что моя жажда карьерного успеха была своего рода современным соблазном, не сделавшим меня счастливой. Теперь, в течение многих лет, я стараюсь держать работуна ее естественном месте, как средство, а не цель и не краеугольный камень моей идентичности и хранилища всех амбиций. Одна из наиболее странных тактик в достижении этой цели – рассматривать свою жизнь через призму своей смерти.

Некролог для живого человека

Альфред Нобель, предприниматель XIX в., изобрел динамит, открыл несколько фабрик по производству взрывчатых веществ и заработал на этом огромное состояние. Он был вполне счастлив, пока не столкнулся с ошибкой, перевернувшей всю его жизнь. Когда умер его брат, Людвиг, французские газеты напечатали некролог, перепутав братьев. Так, Альфред, очень даже живой, имел возможность прочитать свой некролог. Он был отвратительный. Его называли «торговцем смертью», человеком, который обогатился, разрабатывая новые способы «нанесения увечий и убийств». В ужасе от того, что о нем будут помнить таким образом, Альфред потратил все свое состояние для создания другого наследия: Нобелевской премии. Имя, которое когда-то связывалось с войной, теперь стало синонимом мира.

Некролог, составленный в середине жизненного пути, может указать на то, как вы действительно хотите прожить жизнь. Вот почему я время от времени пишу собственный некролог. Хотя я пока не собираюсь умирать, представление о жизни с точки зрения ее конца поможет выяснить, что действительно в ней важно, и особенно понять, занимает ли работа приоритетное положение.

Я действительно хочу, чтобы главной темой в нем было мое повышение? Или дополнительный заработок в пятнадцать тысяч фунтов в год, ради которого я из кожи вон лезла? Или же я хочу некролог, заполненный описаниями приключений, исследований, увлечений и, самое главное, отношений?

В этих некрологах Клэр основала благотворительную компанию, чтобы помогать людям. Известна своей щедростью, с которой она дарила людям время. Несколько лет она прожила на побережье. А позже стала получать радость от разных приключений, например: совершила пеший поход через Мадагаскар, по следам своего предка дошла к истокам Нила. Признаю, что эта Клэр не имеет никакого отношения ко мне в данный момент. Возможно, не будет иметь и в будущем! Но мысли о женщине, которой я могу стать, помогают мне думать о том, что нужно сделать главным в жизни сейчас. И попробуйте догадаться? Конечно, не работа.

Написание некролога для себя живого – это шанс выключить лишний шум по поводу того, что делает жизнь «успешной», и осознать, что действительно важно. Вы можете сами попытаться написать его, если это не будет слишком тревожно и мрачно для вас.

Напишите свой некролог

Это не проверка писательского мастерства. Некролог не должен быть трогательным или глубоким. Возможно, в конце концов, он будет предназначаться только для ваших глаз. Но то, что здесь точно должно быть отображено: каким или какой вы хотите, чтобы вас запомнили. Старайтесь держаться в рамках разумного, изобрести лекарство от рака – нереалистичная цель для большинства из нас. Самое главное: будьте честны, описывая, как вы видите свою полноценную жизнь. Переместитесь во времени и задайте себе следующие вопросы.

• Как я прошла моя жизнь: от начала и до конца?

• Что приносило мне радость?

• Каковы мои самые большие достижения?

• Какие качества определяют меня как человека: энергичный, эмпатичный, добрый, упрямый, любознательный, легкий в общении?

• Какой след я оставил в жизнях других людей?

• За что хорошее и ценное меня будут вспоминать?

Приступайте к делу

Уинстон Черчилль: военный лидер, легенда… каменщик. В сентябре 1928 г. он написал письмо премьер-министру Стэнли Болдуину, рассказав о «чудесном месяце», который он провел, «строя коттедж и надиктовывая книгу: двести кирпичей и две тысячи слов в день». На фотографиях он запечатлен со шпателем в руке. Хотя нет данных, почему он занялся именно этим хобби, думаю, что, поскольку Черчилль был очень мудрым человеком, он понимал: у человеческих существ имеется внутренняя потребность заниматься практической работой, требующей применения ручного труда.

В течение сотен тысяч лет наши предки проводили большую часть своего дня, используя руки в определенном виде деятельности: рукоделии, строительстве, замешивании, волочении, перевертывании, кручении. Нейробиолог Келли Ламберт утверждает, что использование рук для получения ощутимых результатов активизирует «схему вознаграждения за приложенные усилия», которая соединяет части нашего головного мозга, контролирующие движение, мысли и эмоции. «Мы запрограммированы испытывать удовлетворение и чувство благополучия после применения значительных усилий», – считает Ламберт, ведь в далеком прошлом наши жизни зависели от этого. «Хотя наш стиль жизни изменился радикально, вполне разумно предположить, что мы сохранили эту внутреннюю потребность вознаграждения за приложенные усилия»[75].

Я впервые осознала эту связь ручного труда и настроения, будучи двенадцатилетним ребенком. Однажды, когда плохое настроение не проходило долгое время, мама повела меня в больницу к терапевту, где (на удивление) мне предложили антидепрессанты. Я отказалась. Когда мы вернулись домой после посещения врача, мама попросила помочь ей с приготовлением обеда, так как в тот вечер нам нужно было накормить много народа. Она вручила мне инструмент с большим количеством лезвий для нарезки и огромную кучу стручковой фасоли, затем проинструктировала, сказав, чтобы я нарезала их тонкими ломтиками. Так я и сделала. Брала стручок, проталкивала один конец через пять лезвий прибора так, чтобы он раскрылся с другого конца, затем протаскивала через прибор и бросала на растущую груду ярких зеленых стручков. Делала так снова и снова. Закончив с кучей стручков, я поняла, что пока руки были заняты выполнением этой работы, тугие узлы в голове немного расслабились.

За последние годы я убедилась в том, что, как утверждает Ламберт, работа руками приносит пользу для психики. Увы, в нашем механизированном технологическом мире мало возможностей для выполнения практической работы. Я уверена: у людей сохранилась внутренняя потребность делать что-то руками, поэтому несколько раз в неделю я выполняю какую-то работу руками. Делайте то, что вам нравится.

Покраска стен – это мое любимое занятие. Мой скромных размеров дом похож в этом отношении на Форт-Бридж,[76] потому что, стоит закончить красить одну комнату, моя рука тянется за кистью снова. По крайне мере один раз в год каждая стена, плинтус и перекрытия получают новое покрытие. Это совсем недорого (я использую дешевую краску) и приносит огромное удовлетворение, а еще это полная противоположность моей основной работы, где я провожу за компьютером большую часть времени.

Постарайтесь найти занятие для рук

Видите эти штуки на концах рук? Вытяните их перед собой. Разогните пальцы. Заставьте их вытянуться как можно прямее и напрягите, как тетиву лука. Заставьте их ползать, как существа с большим количеством щупальцев. Изобразите Либераче[77] и потанцуйте ими легонько по воображаемой клавиатуре.

Смысл заключается в том, чтобы вновь познакомиться со своими руками. Они могут использоваться для творчества, обработки, сборки, изготовления различных изделий – все это посылает в мозг волны удовольствия.

Вряд ли вы будете заострять палки и рыть каменистую почву, чтобы добыть корни для обеда, но есть много домашних и творческих заданий, дающих нашим рукам стимул, которого так не хватает нашему мозгу:

• покраска стен;

• садоводство;

• уход за грядками;

• приготовление еды: измельчение, нарезка на тонкие ломтики, удаление кожицы или скорлупы;

• выпекание хлеба;

• мелкое строительство;

• починка и восстановление всего в доме и вокруг него;

• шитье;

• вязание;

• уборка;

• гончарное дело.

Воспринимайте отдых серьезно

В 1931 г. экономист Джон Мейнард Кейнс написал знаменитый очерк «Экономические возможности наших внуков». В нем он предсказывал, что к 2030 г. у нас у всех будет пятнадцатичасовая рабочая неделя и большое количество свободного времени. Хотя исходя из нынешнего положения вещей это вряд ли достижимо, тем не менее Кейнс верно предсказал, как трудно будет людям привыкнуть к большему количеству свободного времени, потому что «мы слишком долго учились бороться и стремиться, а не наслаждаться плодами борьбы»[78][79].

Со второй половины XX столетия средний показатель свободного времени даже снизился. Когда нам кажется, что мы отдыхаем, современные технологии приводят к тому, что работа незримо присутствует. Двадцать лет назад белые воротнички оставляли компьютеры в офисе, когда вечером уходили домой, теперь они работают в метро, поднимаются наверх, чтобы ответить на телефонный звонок, проверяют почту, пока смотрят телевизор. Четкая и жесткая граница между работой и отдыхом была уничтожена технологиями.

Между тем иметь мало свободного времени стало символом статуса. Разговоры, что вы никогда не берете отпуск – это возможность скромно похвастаться, будто вы слишком важны и востребованы, чтобы иметь свободное время. Такое отношение передано в ролике 2014 г. General Motors, рекламирующем машины Кадиллак в США. В нем некий обеспеченный человек, хвастаясь, говорит, почему Америка такая великая держава: «Пока в остальных странах работают, неспеша идут домой, останавливаются у кафе, в августе берут отпуск…» Американцы, «ненормальные, заряженные, верящие в свой труд», работают допоздна и берут только две недели отпуска в год.

Все это мало напоминает подход к этой проблеме у наших предков. Судя по привычкам современных охотников-собирателей, они воспринимали отдых серьезно. Группа исследователей из Кембриджского Университета жила в племени аэта на Филиппинах и наблюдала за тем, как они проводят свои дни. В среднем взрослые тратят двадцать четыре часа в неделю на работу за пределами лагеря, двадцать часов на работу по дому и колоссальное количество времени – тридцать часов – на отдых[80]. Многие антропологи наблюдали, как часто средь белого дня охотники-собиратели проводят время за разговорами, или сном, или играми. Отсюда урок: жесткая граница между работой и отдыхом крайне важна.

Как выделить свободное время?

• Переосмыслите важность отдыха. Помните: вы не просто «заслуживаете» его в качестве лакомства, он нужен, чтобы работать хорошо.

• Планируйте свободное время. Если у вас есть часовой перерыв на обед, воспользуйтесь им. Покиньте здание. Поедать сэндвич на рабочем месте, щелкая клавишами, чтобы просмотреть рабочую почту и сообщения на телефоне, это не качественное время отдыха.

• Остерегайтесь перетекания работы в ваше свободное время. Научите себя не только не проверять рабочую почту дома, но и не отвлекаться на «веселье» на работе. Это все превращается в какое-то серое поле для менее продуктивной работы и менее содержательного отдыха.

• Организуйте досуг. Проведите хотя бы двадцать четыре часа без работы и проверки почты.

• Ограничьте использование гаджетов. Я написала ранее в этой книге, как и почему я запираю технику; так стоит попробовать сделать и в том случае, если вечерами вы не можете перестать проверять почту.

Мудрость каменного века о… работе и отдыхе

• Работа в каменный век предполагала получение удовлетворения от ручного труда, а отнюдь не чувство тревоги из-за своего статуса, которое так часто сопровождает нашу работу сегодня.

• Крайне важно, чтобы тяжелая работа уравновешивалась содержательным временем отдыха.

• Постарайтесь переосмыслить место работы в вашей жизни – не обязательно то, что мы делаем ради денег, должно определять, вдохновлять и возбуждать нас.

• Помните: это нормально, когда работа служит исключительно финансовому выживанию, ищите занятия, которые подпитывают ваши страсти и стремления в другом месте.

• Не игнорируйте «схему вознаграждения за усилия», унаследованную из каменного века, регулярно выполняйте практическую работу с применением ручного труда.

• Воспринимайте отдых серьезно, настаивая на четких границах между трудом и отдыхом.

6

Тело и движение

Каждое утро заключенный 46 664 просыпался в пять утра в своей камере два на два метра и делал одну и ту же зарядку. Не важно, был ли день жарким или холодным, он сорок пять минут бежал на одном месте, затем делал сто отжиманий, двести приседаний, пятьдесят раз поднимал колени и заканчивал разнообразными упражнениями на гибкость. Зачем? Потому что, объяснял Нельсон Мандела, «движение снимает напряжение, а напряжение – враг спокойствия».

Многие понимают, о чем говорил Мандела. Мы плаваем, ездим на велосипеде, занимаемся борьбой не только для поддержания хорошей формы, но и ради спокойствия, отгоняя демонов, которые в ином случае могут поглотить нас. Существует исследование, согласно которому получасовая прогулка два раза в неделю эффективнее антидепрессантов[81].

Большинство из нас это знают. Нам известно, что физическая активность полезна для тела и ума. К сожалению, большинству не хватает дисциплинированности Манделы. Сколько гантелей пылится под кроватью? Сколько раз мы садились на автобус, чтобы проехать буквально пятьсот метров? Как часто мы ищем парковочное место поближе ко входу в магазин? Недавний опрос показал, что лишь один из двадцати британцев выполняет ежедневный объем упражнений, в соответствии с рекомендациями Национальной службы здравоохранения[82]. Более двенадцати миллионов взрослых англичан посвящают умеренной физической активности меньше получаса в неделю[83].

Вряд ли вас удивит тот факт, что это противоречит стилю жизни охотников-собирателей. Наши предки постоянно двигались: проходили километры, чтобы выкопать клубни или поохотиться, а затем тащили 80-килограммовую антилопу в лагерь. Нужно было собирать дрова, носить воду и тесать каменные орудия. В эпоху, когда еще не было слингов[84] и колясок, детей носили на руках до трех-четырех лет, и типичная мать каменного века преодолевала с ребенком на руках почти пять километров в день[85]. Некоторые даже считают, что они практиковали так называемую охоту настойчивостью – погоню за животным на средней скорости и на длинной дистанции, пока оно не упадет от усталости, а не от удара оружием.

«А, – думаете вы, – я знаю, о чем будет эта глава. О том, какие мы ленивые в сравнении с нашими предками. Нас десять страниц будут ругать, уговаривая поднять зад с дивана и начать бегать по тридцать километров в день». Напротив. Проблема не в том, что современные люди ленивы, просто сама идея тренировок противоречит всем инстинктам нашего древнего мозга.

Упражнения против движения

Представитель общества охотников-собирателей, оказавшись в современном мире в западной стране, удивится прежде всего идее физической активности, оторванной от повседневной жизни. Их поразит сидение за столами в течение девяти часов и последующий поход в плохо пахнущий спортивный зал, чтобы полчаса побегать, пялясь в экран.

Для охотников-собирателей физическая активность не была каким-то унылым дополнением, она была неотъемлемой частью жизни. Необходимость искать пропитание вынуждала их постоянно двигаться: копать, ходить, носить, сгибаться, приседать, балансировать, прыгать, ползать, кидать. Движение было общественным занятием: члены племени вместе отправлялись на поиск еды или охоту.

Во время одного исследования сорок шесть взрослых членов племени хадза носили приборы, отслеживающие работу сердца, в течение четырех периодов по две недели, как в засуху, так и в период дождей. Женщины часами копались в каменистой почве заостренными палками в поисках съедобных клубней, часто с ребенком, привязанным к спине. Мужчины проходили много миль в поисках жирафов и зебр. В среднем физическая активность, от небольшой до серьезной, занимала у них два часа пятнадцать минут каждый день, приблизительно в четырнадцать раз больше, чем у американцев, принимавших участие в похожем исследовании[86].

Ходьба на длинные расстояния – неотъемлемая часть их жизни. В среднем мужчина из общества охотников-собирателей проходит 14 километров в день, а женщина – 9,5[87]. В год они проходят около 407 километров, что составляет примерно путь от Лондона до Ньюкасла[88].

Еще одна важная черта, свойственная физической активности наших предков, – ее разнообразие. Антрополог Ким Хилл, проживший несколько десятков лет в племени аче в Парагвае, отмечал: «Чаще всего у них средняя нагрузка, иногда бывают очень тяжелые дни, но за ними всегда следуют очень легкие». Для Хилла же охота оказалась подобна серьезной тренировке: «Нагибаться под низкими ветками и плющом каждые двадцать секунд весь день, перебираться через упавшие деревья… Я был весь в поту через час после выхода из лагеря»[89].

Пещерные овощи

Но проблема вот в чем: хотя охотники-собиратели, несомненно, двигались больше нас, они это делали не потому, что были более трудолюбивыми, им необходимо было двигаться, чтобы выжить. Как только у них появлялась возможность ничего не делать, они хватались за нее, ведь требовалось сохранять ценную энергию, и бездумно тратить ее – безумие.

Подумайте, как трудно было добыть калории. Они не могли просто съесть тарелку хлопьев перед утренней пробежкой; приходилось часами копать твердую землю или охотиться. Нет смысла тратить с таким трудом заработанную энергию на бесцельные упражнения. Стоило появиться инстинкту, велевшему потратить пятьсот калорий на восьмикилометровый веселый забег, естественный отбор положил бы всему конец.

Физическая активность, не связанная с выживанием и размножением, с точки зрения эволюции – глупое занятие. Поэтому наши предки отдыхали при любом удобном случае. Таким образом, мощный инстинкт сохранять энергию, когда это возможно, – неотъемлемая часть нашей генетики. Наш инстинкт диванного овоща берет начало от наших предков – пещерных овощей.

Проклятие комфорта

Не ругайте себя за то, что диван вам кажется привлекательнее, чем беговая дорожка. Вы не ущербный человек, с вами как раз все в порядке. Эволюция заставляет нас сохранять энергию, быть «ленивыми», когда есть такая возможность. Проблема современного мира в том, что он предлагает слишком много таких возможностей.

Мы не идем за водой к реке, а открываем кран. Мы не собираем древесину для костра, а включаем отопление. Мы не проходим много километров пешком, а едем на машине. Вместо поисков еды мы идем в супермаркет, а если даже этого не хочется, можно заказать доставку. Мы не идем по лестнице, а едем на лифте. У нас есть приборы, упрощающие работу для приборов, упрощающих работу: не хотите таскать по дому пылесос – есть робот-пылесос, тихо скользящий по ковру и всасывающий крошки.

Так свойственный нам инстинкт ничего не делать поощряется культурой комфорта. Современность снимает с нас обязанность двигаться, и в итоге многие из нас двигаются очень мало. Нам становится стыдно, что мы мало двигаемся, ведь мы знаем, как полезна физическая активность, и решаем больше упражняться – записываемся на уроки по зумбе, покупаем очки для плавания.

На короткие периоды жизни я сама становилась надоедливой зожницей, внушая каждому, кто готов слушать, как бег по утрам изменил мою жизнь. Я помню чувство экстаза, приходящее на третьем километре, когда твои ноги, будто неудержимые поршни, смазанные маслом. Я знаю, что физическая нагрузка может ощущаться, как если бы вы взяли усталый мозг и влили в него энергию.

Но дело в том, что у меня, как и у многих других, не вырабатывается долгосрочная привычка к физической активности. Сегодня я мечтаю о «Песчаном марафоне»,[90] а завтра придумываю оправдания, чтобы не надевать новенькие кроссовки. Раньше я корила себя за лень, но теперь понимаю – это все инстинкт по сохранению энергии в моем мозге из каменного века. Мы очень хотим быть здоровыми и подтянутыми, но древний голос шепчет нам: «Сиди спокойно». К тому же специфика современной работы позволяет большинству из нас так и поступать.

Новое курение

В течение пары лет, когда мне перевалило за тридцать, я будто бы жила с мячом для гольфа в заднем проходе. По крайней мере, ощущения были такими. Копчик, таз – я испытывала всевозможные боли. Я потратила тысячи фунтов на лечение: покупала клиновидные подушки, инвестировала в ужасно дорогое эргономичное кресло, пробовала рейки и рефлексологию[91]. Я ходила к физиотерапевтам, которые развязывали узлы в тазовом дне; к остеопатам, считавшим, что проблема в моей походке; к хиропрактикам, назначавшим иглоукалывание. Один врач прописал эстроген. Другой предложил инъекции блокады полового нерва. Еще один предложил закачать ботокс в гениталии (нет, спасибо).

В итоге нашлось единственно верное решение. После пяти лет работы на Даунинг-стрит я уволилась, взяла давно заслуженный отпуск и поехала в путешествие по Испании. Там, в Альгамбре, под аркой с орнаментом, я вдруг осознала, что уже много дней не испытываю боли. Я внезапно поняла, в чем же была проблема. Как при развязке в криминальной драме, луч света упал на причину всех моих неудобств: старое офисное кресло.

Пять лет, около двенадцати часов в день я проводила за рабочим столом. Спина была прилеплена к стулу большую часть времени, пока я бодрствовала. Почему я не поняла раньше, что проблема в этом? Потому что сидеть подолгу – это норма. Средний офисный работник сидит по десять часов в день[92]. С 1961 по 2005 г. общее время, проведенное британцами в сидячем положении, увеличилось примерно на 50 %[93].

Сидение уже назвали «новым курением». Звучит слишком драматично, но у нас уже есть подтверждение связи сидячего образа жизни с диабетом, депрессией, проблемами с сердцем, ожирением, деменцией, проблемами с опорно-двигательным аппаратом и даже раком.

Разве охотники-собиратели смогли бы устоять перед мягоньким удобным поросшим мхом камнем? Конечно, нет. Время, которое собиратели нашего времени проводят в расслабленных, не стоячих позах, схоже с нашим: почти десять часов в день. Но зато оно регулярно прерывается. Они не сидят перед экраном, почти не двигаясь, по несколько часов.

Еще одно важное отличие заключается в том, как они сидят. Они не отдают весь вес креслу, а сидят на корточках или на коленях, в позах «активного отдыха», требующего задействовать больше мышц, чем расслабленная поза в кресле[94]. Мы видим разницу в подходе к сидению, анализируя кости предков. Миллионы лет назад у homo erectus мы находим характерные изменения таранной кости, означающие, что человек проводил много времени вприсядку[95].

В наши дни мы оставили приседания завсегдатаям тренажерных залов, но когда-то это был самый распространенный способ сидения. В 1950-х гг. антрополог Гордон Хьюз изучил позы людей из 480 культур, в том числе 34 народов прошлого, чьи привычки запечатлены в искусстве. Он обнаружил, что четвертая часть всего человечества «имеет привычку сидеть на корточках… остальные тоже могли бы, если бы нас с детства не приучили к другим позам»[96].

Здоровье охотников-собирателей

Таковы были особенности модели передвижения у охотников-собирателей: они двигались весь день, на воздухе и вместе с другими, перемежая упражнения легкой и средней сложности периодическими всплесками серьезной активности; сидели мало, много времени проводили на корточках, много отдыхали.

Прекрасно подходящая телу человека система. Хотя сейчас на Западе люди в среднем живут дольше (благодаря современной медицине), часто смерти предшествуют годы, омраченные плохим самочувствием. Мы дольше живем, но не дольше остаемся здоровыми, проводим много лет, страдая от сердечно-сосудистых заболеваний и диабетов второго типа.

У охотников-собирателей здоровье и сила остаются до самой старости, мужчины и женщины в шестьдесят и семьдесят лет соответственно имеют силу и выносливость гораздо больше молодых людей западной цивилизации. Одно исследование показало, что средняя женщина семидесяти с лишним лет из племени хадза ходит быстрее, чем средняя американка моложе пятидесяти лет[97]. Среди цимане – племени охотников, рыболовов и земледельцев в Боливии, которые обычно проходят около пятнадцати тысяч шагов в день, 65 % людей старше семидесяти пяти лет имели поразительный показатель кальция коронарных артерий – 0 баллов, что сводит риск сердечного приступа к нулю[98]. В индустриальных обществах кальций в коронарных артериях присутствует у 90 % мужчин и 67 % женщин старше семидесяти лет[99].

Другое исследование, изучавшее скелеты охотников-собирателей, показало, что физическая активность сделала их кости такими же крепкими, как у орангутангов. С развитием сельского хозяйства наши скелеты стали легче и более хрупкими, склонными к переломам и остеопорозу. Один из авторов исследования приходит к выводу: «Сидение в машине или за столом противоречит нашей эволюции»[100].

Стоит ли удивляться, что наши тела намного лучше приспособлены к модели движения, которой мы придерживались на протяжении ста тысяч поколений, чем к той, которой мы следовали всего несколько лет? Нам больше не нужно двигаться, чтобы выжить, но как же здоровье?

ПАЛЕОСОВЕТ:

добавьте движения в свою жизнь

Наши тела приспособлены к регулярному движению, а не для того, чтобы провести десять часов в офисном кресле, а потом убиваться на кросс-тренажере. Герман Понцер, антрополог, изучающий схему движения охотников-собирателей, пишет: «Не стоит выделять под это целый час… Добавьте немного активности во все, чем вы занимаетесь. Забудьте об искусственном разделении физической активности и жизни. Поменяйте свои повседневные дела таким образом, чтобы их выполнение требовало больше активности»[101].

Если вы без труда поддерживаете форму с помощью бега, плавания, езды на велосипеде – отлично, продолжайте. Я не выступаю против ЗОЖ. Почти любая физическая активность полезна. Но если вы думаете, что один-два часа упражнений в неделю исправят вред, нанесенный многими часами сидения на месте, вы ошибаетесь. И по правде говоря, многим из нас удается чего-то добиться, только когда мы добавляем в свою жизнь регулярное умеренное количество движения, а не полностью меняем режим. Уже много лет, как я отказалась от «упражнений» в формальном смысле слова и заменила их на «движение».

Включение движения в жизнь означает изменение подхода к современным удобствам. Мы привыкли срезать углы, искать самый простой, быстрый и наименее энергозатратный путь при выполнении задачи или для достижения пункта назначения. Хотите, чтобы в вашей жизни появилось больше движения? Не срезайте углы, а наоборот, обходите их. Сделайте повседневную жизнь менее комфортной.

Я не еду на автобусе до самого офиса, а выхожу за несколько остановок и иду пешком. Если у меня не слишком много покупок, вместо тележки в супермаркете я беру корзинку. Вместо лифта до третьего этажа я выбираю лестницу. Вместо того чтобы меньше километра до парка везти ребенка в коляске, я несу его на плечах.

Лечение ходьбой

Значительная часть образа жизни охотников-собирателей – ходьба, ходьба, ходьба. Я регулярно много хожу, не от побережья до побережья, как Форрест Гамп, но пять километров до магазина, километр до детского сада, несколько километров между встречами. В хорошую погоду я могу пройти пару километров до станции, а не ехать на такси. Встречаясь с другом в кафе, я всегда предлагаю взять кофе с собой и пойти погулять, а не сидеть за столиком. Во время рабочих звонков я хожу, разговаривая по телефону.

Многие великие мыслители, композиторы и писатели любили ходить. Бетховен гулял каждый день. Каждый вечер, после ужина, Зигмунд Фрейд гулял в Вене по Рингштрассе. Его сын вспоминает: «Отец ходил с огромной скоростью». Композитор Густав Малер совершал трех- или четырехчасовые прогулки после обеда. Чарльз Диккенс ходил на трехчасовые прогулки и после представлял собой, если верить его шурину, «само воплощение энергии». Чарльз Дарвин совершал три прогулки в свой день. Чайковский каждый день гулял ровно два часа, по словам его брата: «Он узнал, что человеку необходимо гулять два часа в день и педантично соблюдал это правило»[102].

Все эти умные люди сделали мудрый выбор. Доказано, что ходьба снимает депрессию, поднимает уровень энергии. Она даже связана с продолжительностью жизни[103]. В Сардинии пожилые пастухи ходят по несколько раз в день вверх и вниз с горы, по каменистому ландшафту, нагружая сердце, кости и мышцы с утра до вечера, и эти пастухи – самая долгоживущая группа людей на планете, нередко ее представители доживают до ста лет[104].

Теперь я не пытаюсь преодолеть расстояние между точками А и В как можно быстрее, а рассматриваю его как возможность выполнить дневную норму ходьбы. И это отнюдь не трата времени, напротив, мало что будет более ценным его использованием.

Если возможно, я стараюсь ходить по естественному ландшафту, например по траве или каменистой земле. Эволюционно мы не приспособлены к тому, чтобы ходить километры по асфальту. Что касается расстояния: я ориентируюсь на 67,5 км – именно столько в среднем проходит представитель общества охотников-собирателей в неделю. В какие-то дни меньше, в какие-то больше. Важно не столько стремление проходить ежедневно одно и то же расстояние, сколько решение больше ходить в целом.

Как начать и привыкнуть гулять?

Нарисуйте карту.

Составьте список мест, куда вы всегда будете ходить пешком: в магазин, парк, библиотеку. Возьмите за правило, что, несмотря на погоду, вы всегда будете ходить туда пешком. Пересмотрите свое отношение к расстоянию, которое вы проходите для выполнения повседневных задач. Если мне нужно идти полчаса, я иду даже просто за хлебом. Помните: это не трата времени, а прекрасное его использование.

Установите недельную норму.

Когда мы не знаем, сколько именно нам нужно пройти, есть большая вероятность, что запустится инстинкт каменного века – сохранять энергию. Десять тысяч шагов – благородная цель, но не всегда получается пройти столько каждый день. К тому же наши предки смешивали дни активности и периоды отдыха. Поэтому мне проще устанавливать цель на неделю – чуть больше 67 км. Цель довольно амбициозная, для большинства даже 48 км – значительное улучшение по сравнению с их прогулками сейчас. Половина взрослых британцев проходит меньше километра в день.

Удобная одежда – ключ к успеху.

Большую часть существования человека на Земле мы были одеты (или раздеты) таким образом, чтобы нам было удобно двигаться. Сейчас мы думаем об удобстве только в спортивном зале. Я понимаю, почему многие места работы имеют дресс-код, исключающий спортивную форму. Но есть те, в том числе работающие на удаленке, кто имеет возможность носить удобную для движения одежду. Надевая спортивную одежду почти каждый день, я настраиваю мозг на активный образ жизни. Уже сто лет я не носила джинсы. На деловую встречу я иду в широких брюках и делового стиля туфлях на плоской подошве, а не на каблуках, на которых невозможно много ходить. Короче говоря, я всегда готова двигаться.

Хватайтесь за возможности много двигаться

Хотя основным движением для наших предков было хождение, существовало много других поводов для выброса энергии: нужно было убегать от пещерных львов, продираться сквозь кусты, разделывать буйволов.

Некоторые симулируют подобное поведение с помощью интервальных тренировок высокой активности или занятий по кроссфиту, где напряженные периоды движения перемежаются периодами отдыха. Лично у меня нет ни времени, ни желания заниматься такими формальными тренировками. Вместо этого я стараюсь включить активное движение в повседневную жизнь.

Для этого нужно избирательно подходить к тому, что в нашей повседневной жизни может служить своеобразными спортивными снарядами: например я несу ребенка на прогулке в парке и могу пару минут пробежать с ним на руках. Важно искать возможности внезапно и быстро потратить запас сил.

Меньше сидите, больше приседайте

Вторая мысль этой главы (помимо ходьбы) – о важности изменения привычек, связанных с сидением. Не стоит сжигать стулья и диваны, но сидеть по-разному гораздо полезнее для здоровья. Исследование, проанализировавшее восемь тысяч сидячих поз и привычек людей в возрасте сорока пяти лет, показало, что люди, сидящие по часу или два не двигаясь, живут меньше тех, кто сидит в совокупности столько же, но с короткими перерывами[105].

Эволюционно наши тела не приспособлены к долгому сидению на месте. Я взяла себе за правило сидеть не дольше тридцати минут. Если вы работаете за письменным столом, можно использовать таймер: установить его на полчаса, а звонок будет сигналом, что пора размяться или походить. Прерываясь на чашку чая или поход в туалет, используйте эту возможность, чтобы пять-десять минут подвигаться.

Еще один способ оторваться от стула: работать стоя или сидя на коленях. Не нужно покупать новый стол, если вы не можете его себе позволить. Эта книга написана, по большей части, на комоде из магазина IKEA. Не стоит руководствоваться правилом «все или ничего». Я могу какое-то время постоять, потом посидеть, главное: не сидеть непрерывно в течение часа или двух.

Меняя привычки, связанные с сидением, рассмотрите возможность чаще приседать. Сначала будет странно. Внезапно присесть на корточки, особенно, например, в офисе, кажется чем-то неестественным. Но позитивный эффект, который такая поза оказывает на мышцы, стоит того, чтобы перетерпеть странность и неустойчивость, пока вы к ней не привыкните.

Встроить это упражнение в свой день мне помог список ситуаций, в которых можно присесть. Он начался со стирки. С четырьмя детьми я по полчаса в день разбираю горы белья и теперь всегда делаю это сидя на корточках. Я сажусь на корточки поболтать с детьми минут десять, когда они принимают ванну. Смотрю телевизор и пошла за напитком? Вернувшись, я пару минут посижу на корточках, прежде чем устроиться на диване. Мне важно выстроить систему ассоциаций между приседаниями и разными занятиями, иначе я могу забыть про эту позу.

Мудрость каменного века про… движения тела

• В каменном веке было разумно хвататься за любую возможность расслабиться, но в наше время это грозит катастрофой для здоровья.

• Культура комфорта позволила нам избегать физической активности, что привело к глобальной эпидемии болезней, связанных со стилем жизни.

• Нужно учиться у охотников-собирателей и воспринимать физические упражнения не как унылую противоположность сидячему образу жизни, а как что-то гармонично вплетенное в повседневную жизнь.

• Больше ходите, совершайте по несколько прогулок день, стремитесь проходить хотя бы 48 км в неделю.

• Добавьте в свою жизнь периодические всплески активности: бегайте время от времени, поднимайте тяжелые вещи, носите сумки из супермаркета.

• Не сидите больше получаса без перерыва, чаще сидите на корточках.

• Больше двигайтесь на свежем воздухе: гуляйте, бегайте, лазайте по деревьям, ходите на хайкинг по холмам.

• Сделайте движение социальным занятием: доказано, что физическая активность в компании других людей уменьшает вероятность того, что вы забросите это дело.

7

Пир и пост

В Америке приговоренным к смерти разрешается выбрать последнюю трапезу. Роберт Олтон Харрис, осужденный за убийство, перед казнью съел двадцать один кусочек курицы из ресторана KFC, две большие пиццы из Dominos, пакетик драже и запил все это шестью банками Pepsi. Ричард Картрайт выбрал жареную курицу, чизбургер, луковые колечки, сосиску и чизкейк. Убийца Роберт Рассел Брюер попросил жареное куриное филе в соусе, тройной чизбургер с беконом, сырный омлет с фаршем, два килограмма жареного на гриле мяса, половину батона, три фахитас, мясную пиццу, ведерко ванильного мороженого и помадку из арахисового масла с дробленым арахисом.

Мало кто в последние часы жизни попросит брокколи на пару. Вновь и вновь возникает жажда чизбургеров, картошки фри, пиццы, мороженого. Мы опять убеждаемся, как соблазнителен вкус ультрапереработанной пищи.

В Великобритании примерно 60 % рациона населения – ультрапереработанная пища, содержащая ингредиенты, названия которых трудно прочитать, не говоря уже о том, чтобы найти их у себя в кухонном буфете[106]. К семи годам среднестатистический ребенок из Великобритании потребляет в среднем восемнадцать ложек сахара в день[107].

Это не случайность. Вы наверняка слышали, как в XX в. крупные табачные компании подсадили людей на сигареты. А знаете ли вы, что существуют пищевые магнаты, еще более изобретательные в способах подсадить людей на их нездоровую, вызывающую зависимость продукцию?

На протяжении столетия все получающие прибыль от ультрапереработанной еды компании придумывали способы продать нам дешевые калорийные продукты, которых нам хочется все больше и больше. Они распространяли ложь, будто насыщенные жиры – корень всех проблем с питанием, и скрывали правду о вреде сахара. Печенье, хлопья, газировки и мороженое с дешевым, вредным, насыщенным фруктозой кукурузным сиропом. Они обнаружили, что чем меньше воды и нерастворимой клетчатки в продукте, тем меньше мы им насыщаемся, соответственно, больше едим, и их прибыль растет. Они даже выяснили, что сочетание жиров и углеводов в соотношении 1:2, как в грудном молоке, сделает шоколадку или ванильное мороженое невероятно вкусным[108]. Дьявольская хитрость.

Пищевые магнаты и я

Ушло много времени на осознание, что потребляемые еда и напитки меня убивают. Как и любого ребенка 1980-х гг., меня подсадили на ультрапереработанную еду. Если я проводила день с отцом в парке, мы всегда брали с собой пачку чипсов и запивали ее содовой. Поход на детскую площадку сопровождался напитком со вкусом малины. Перекус в школе: шоколадное печенье. Летние вечера в саду: фруктовый лед. Субботний поход по магазинам: леденцы, от которых становился красным язык. Воскресенья у бабушки с дедушкой: шоколадный соус, превращавшийся в твердую корочку, если полить им мороженое.

С годами стало естественным баловать себя в течение дня. Конфеты и шоколад в детстве, газировка и бургеры в подростковом возрасте, сливочные латте и выпечка после двадцати лет. Вот это сюрприз! Я начала набирать вес. К двадцати пяти годам можно было защипнуть пару сантиметров в районе талии. Ляжки терлись друг о друга в жару. Купальники тонули в складках жира, и приходилось прикрываться на пляже.

Меня беспокоил лишний вес, но еще хуже было постоянное чувство усталости. Я много ела и пила, чтобы восполнить энергию. Первым делом с утра я пила кофе, ела что-то сладкое через час, чипсы и диетическую колу позже утром, огромный сэндвич с сыром и соусом чатни на обед, чашку чая и пару шоколадных печенек, чтобы не проголодаться в три часа дня. Если вечером я куда-то шла, мне нужен был энергетик, чтобы взбодриться.

Уровень сахара в крови скакал с утра до вечера, как на американских горках. Я постоянно была уставшей. В итоге я решила пойти к врачу, потому что была уверена, что болею раком (это оказалось не так). Тогда мои старые друзья – сахар, кофеин и алкоголь – продолжили помогать продираться сквозь день. Моя любовь к ультрапереработанной еде не проходила, но после двадцати пяти, когда я перестала влезать в джинсы и хотела вздремнуть даже до обеда, поняла – что-то не так. Мы – то, что мы едим, а я была вялой, раздутой и уставшей.

Аппетит каменного века против жадных корпораций

Я сама виновата? И да, и нет. Многие проблемы со здоровьем у современных людей – результат неравной борьбы. В одном углу ринга – пищевые корпорации с лабораториями, постоянно работающими над максимизацией вкуса и увеличением потребления, упрямо использующие вызывающие привыкание сахар и соль, с многомиллионными рекламными компаниями, возбуждающими аппетит. В другом – наш мозг из каменного века и тело, с трудом сопротивляющееся бесконечным искушениям.

Добывание калорий было для наших предков вопросом жизни и смерти, что привило им любовь к калорийной пище. Если представитель сообщества охотников-собирателей находит соты с медом, он тут же их съедает, потому что ему необходимы калории для выживания. Нам нравится сладкое, потому что оно обеспечивает большой заряд энергии, мозг вознаграждает за это, и мы хорошо себя чувствуем.

Мы все еще запрограммированы на поиск калорий, но теперь находим их опасно легко, не гоняясь весь день до изнеможения за антилопой, а прихватив пачку чипсов на заправке. Последствия не заставляют себя ждать. Процент ожирения во всем мире поднялся в три раза с 1975 г. Еда стала главной причиной смертей по всему миру, обогнав даже табак. За последние полвека число «болезней достатка» – ишемической болезни сердца и диабета второго типа – резко возросло. В Великобритании между 2008 и 2023 гг. в два раза выросло количество диабетиков.

В мире изобилия, удобства и невиданного разнообразия люди постепенно, с каждым кусочком, себя губят. Современная диета разрушает наше здоровье, но что насчет диеты каменного века?

Меню каменного века

Добрый вечер, дамы и господа. Сегодня в меню: закуска – дикие орехи и оливки, главное блюдо – жареный олень с чесноком и семенами горчицы, а на десерт – салат из инжира и лесных ягод, политых лучшим медом местного происхождения.

Доисторическое меню состояло не только из холодного мяса мамонта. В зависимости от сезона и климата, наши предки могли есть мясо зайцев, носорогов, антилоп, буйволов, броненосцев, дикобразов, рыбу, моллюсков и устриц, а также корнеплоды, орехи, ягоды, финики, сливы, груши, яблоки, апельсины и мед. Уже 800 тыс. лет назад – а кто-то считает, что и раньше – люди научились использовать огонь для жарки рыбы и мяса, делая их не только более подходящими для желудка, но и более вкусными[109]. Крошечные обугленные остатки на горшках для приготовления пищи свидетельствуют, что повара каменного века использовали травы и специи для придания блюдам пикантности и более выраженного вкуса.

Хотя долгое время считалось, что наши предки не употребляли в пищу зерно, согласно появившимся недавно свидетельствам, это не так. В пещере на юге Италии археологи нашли ступку возрастом 30 тыс. лет со следами перемолотого дикого овса. Исследователи предположили, что к зернам могла добавляться вода и получалась доисторическая каша[110]. В поселении возрастом 14 тыс. лет в Черной пустыне в Иордании нашли остатки сгоревшего материала, изучение которого привело к выводу, что это вид лепешек, сделанных из местного зерна[111].

Еда в каменном веке была разнообразной, питательной и непостоянной. Наши предки периодически объедались огромной тушей пойманного зверя, а иногда переживали периоды, когда погода мешала собирательству, а на охоте добыча ускользала от стрелы. Нейробиолог Марк Мэттсон, изучавший голодание на протяжении двадцати пяти лет, доказал, что наши тела и мозг могут хорошо функционировать, даже когда мы не едим несколько дней или недель подряд[112].

Таким образом, пищевые привычки наших предков сослужили им хорошую службу и были куда полезнее того, что принесла сельскохозяйственная революция 12 тыс. лет назад. Согласно исследованиям, по всему миру, от территорий современного Таиланда до современного Теннеси, люди стали ниже ростом и более болезненными после того, как начали возделывать почву и их диеты изменились[113]. Современные пищевые привычки особенно вредны для зубов. В 1890 г. шоу Буффало Билла приехало в Лондон, и дантисту Уилберфорсу Смиту разрешили исследовать зубы десяти индейцев из племени сиу, участвовавших в шоу. Он восхищался: «Их зубы в идеальном состоянии, это почти пугает того, кто привык к зубам современников из цивилизованного общества»[114].

Доисторические кости и зубы подтверждают его слова. Чтобы понять, как диета влияет на остальные части тела, исследователи обратились к охотникам-собирателям. В ходе их изучения стало ясно, что древняя диета полезна и для наших внутренних органов. Старый мудрый Гиппократ считал: «Корень всех болезней – в животе», и современная наука соглашается с ним. Наш микробиом и его «хорошие бактерии» связаны и с метаболизмом, и с иммунитетом, и с ментальным здоровьем. В индустриальном обществе многие пьют пробиотики, чтобы поднять уровень «полезных бактерий» и хорошо себя чувствовать. Но у кого же самый «хороший» микробиом в мире? У последнего закрытого сообщества охотников-собирателей.

Ученые из Стэнфордского университета подсчитали, что у среднего жителя Калифорнии 277 видов бактерий в кишечнике, у среднего фермера из Непала – 436, а у среднего представителя общества охотников-собирателей хадза – 760, почти в три раза больше, чем у людей на Западе[115]. Тим Спектор, профессор генетической эпидемиологии, провел какое-то время среди хадза, следуя их диете, употребляя продукты с большим количеством клетчатки, например плоды баобаба, дикие ягоды, а также экзотическое мясо, например дикобраза. За три дня разнообразие его микробиома выросло на 20 %[116]. Без сомнения, древняя диета очень полезна.

Катастрофа диеты человека

На протяжении сотен тысяч лет диета приносила пользу нашим телам. А затем, примерно в 10 000 г. до н. э., в Плодородном полумесяце (территории современных Иордании, Сирии, Ливана, Ирака, Израиля, Кипра и Ирана) люди начали выращивать первые зерновые культуры на фермах: полбу, ячмень, однозернянку – прародителей наших сегодняшних злаков. Тут мог бы прозвучать голос из трейлера голливудского фильма: «Жизнь уже никогда не будет прежней».

После миллионов лет рациона, основанного на растительной пище и мясе, углеводы захватили власть. После разнообразного меню, способствовавшего процветанию homo sapiens, наша диета быстро сократилась до нескольких видов мяса домашних животных и пары видов растений, собранных в качестве урожая.

Во многом сельскохозяйственная революция стала чудом для тех, кто жил в это время. Появление еды на столе стало более предсказуемым, стало возможным накормить большее количество ртов. Теперь было меньше шансов погибнуть от клыков и когтей диких зверей. Население стремительно росло, но здоровье падало. Несколько исследований сравнивали зубы и кости представителей сообщества охотников-собирателей и фермеров эпохи неолита, живших на одной территории с разницей в сто лет. Снова и снова ученые сталкивались с одинаковыми результатами – охотники-собиратели были выше и здоровее фермеров, где бы и когда бы они ни жили, какие бы культуры они ни выращивали.

Снова и снова мы видим одну и ту же картину: здоровые люди сталкиваются с современной диетой, и их здоровье ухудшается. В 1960-х гг. группа антропологов и нутрициологов изучала здоровье народов, живших в регионе Тихого океана, начиная с изолированных племен атолла Пукапука на Островах Кука до маори в Новой Зеландии, питавшихся «современной» едой. Через восемь лет доктор Айан Прайор, ведущий исследователь группы, заключил: «Чем дальше члены племен Тихого океана уходят от тихой беззаботной жизни своих предков, тем ближе они к подагре, диабету, атеросклерозу, ожирению и гипертонии»[117].

В ходе относительно недавнего эксперимента исследователи изменили диету двадцати афроамериканцев из Питтсбурга, США, и двадцати африканцев из деревни Квазулу-Натал. Африканцы из деревни в течение двух недель ели сосиски и хашбрауны, а афроамериканцы – бобовый суп и овощи. Результаты поразительные. Всего через две недели биологические маркеры рака у афроамериканцев снизились и уменьшилось воспаление кишечника. В то же время у африканцев из деревни риск рака увеличился[118].

Все очевидно. Эволюционно мы не приспособлены к современной пище. Наши тела платят за привязанность к жирной, сладкой, бедной питательными веществами еде. Если мы – то, что мы едим, разве удивительно, что многие из нас ощущают себя мусором?

ПАЛЕОСОВЕТ:

питайтесь в соответствии с эволюцией

Возможно, вы слышали об известной палеодиете. Ее основной принцип в том, что наш рацион испортился в период сельскохозяйственной революции. Согласно ей, пищеварительная система адаптировалась под еду, которой питались наши предки в эпоху палеолита, и чтобы здоровье было на высоте, следует питаться так же и избегать еды, появившейся в последние 10 тыс. лет. На практике это означает: много рыбы, мяса, овощей, орехов и семян, никакого переработанного зерна и молочных продуктов, никаких бобов, арахиса, чечевицы и им подобных и, конечно, никакой приготовленной промышленным способом еды.

Хотя в целом я с этим согласна, для меня в палеодиете есть пара проблемных моментов. Во-первых, слово «диета» подразумевает, что наши предки питались всегда примерно одинаково, а это не так. Они ели то, что им удавалось получить от природы, как и современные охотники-собиратели. Инуиты в Арктике получают калории из мяса морских котиков, нарвалов и рыбы, собиратели из племен кунг и хадза получают энергию, потребляя растения.

Палеодиета подразумевает, что наши тела не способны эволюционировать и адаптироваться к новой еде и напиткам, что тоже неверно. Большую часть своей жизни на Земле люди не могли употреблять в пищу молоко, кроме как в раннем детстве, иначе у них начинались проблемы с пищеварением. Лишь 7 тыс. лет назад европейцы начали привыкать к лактозе и смогли спокойно пить молоко во взрослом возрасте. И хотя 65 % взрослого населения Земли все еще страдает непереносимостью лактозы, в западных странах толерантность к ней распространилась очень быстро. Оказывается, наши тела все еще эволюционируют.

Вторая – и главная – причина моей нелюбви к палеодиете в том, что она слишком сильно ограничивает. Нам недоступна вся еда, которую ели наши предки, да и, откровенно говоря, не все нововведения, пришедшие с сельскохозяйственной революцией, вредны. Цельнозерновая пища богата клетчаткой. Молочные продукты – отличный источник кальция. То, что ели мало (или не ели совсем) 20 тыс. лет назад, вовсе не обязательно вредно.

Нестрогая палеодиета

По вышеуказанным причинам я не так привержена принципам палеодиеты, как советуют во многих книгах и блогах. Мой рацион можно описать как «нестрогая палеодиета». Я следую пищевым привычкам наших предков, насколько могу, но навеки запретить себе прикасаться к торту для меня уже чересчур. В целом нестрогая палеодиета означает три вещи.

1. Сократить, насколько возможно, количество потребляемой ультрапереработанной еды, неизвестной вкусовым рецепторам из каменного века.

2. Есть как можно больше качественного протеина: органическое мясо, дикую рыбу.

3. Есть как можно больше овощей и фруктов.

Я стараюсь следовать этим правилам, но так как это нестрогая палеодиета, если я вдруг срываюсь, так тому и быть. Я обожаю пиццу и отказываюсь изгонять ее из своей жизни. У нас в семье есть традиция – делать вместе пудинг по понедельникам, и я не хочу при детях жевать вместо него горсть семян. Главное, чтобы употребление натуральной полезной еды стало правилом, а не исключением.

Я также не боюсь есть некоторые продукты, от которых приверженцы палеодиет открещиваются, например картофель. Он является «запрещенным» продуктом, потому что имеет высокий гликемический индекс, а значит, повышает уровень сахара в крови больше, чем, скажем, брокколи. Но зато она богата витамином С, недорогая и ее легко готовить. И, кстати, остатки картофельного крахмала нашли на древних инструментах для перемалывания пищи в Юте. Этой находке почти 11 тыс. лет, а значит, наши предки, скорее всего, ели картошку. Так что я от нее не отказываюсь (картошка фри и чипсы не в счет).

Белый рис – тоже сомнительный продукт для приверженцев палеодиеты. Это зерно, а значит, некоторые к нему и близко не подойдут, но, в отличие от коричневого риса – цельного злака, содержащего фитаты, лектины и другие вещества, от которых палеодиета советует воздерживаться, – белый рис, по сути, является чистой глюкозой. Для тех, кто хочет похудеть, набивать себя белым рисом – не лучший подход, но он не содержит глютена, готовится быстро и легко, так что для меня он в самый раз.

Нестрогая палеодиета: что можно и нельзя есть

Мне не всегда легко удается соблюдать эту диету. В мире пончиков с глазурью и бигмаков нужно всячески поддерживать себя, дабы избежать искушения. Вот основные вещи, позволяющие мне не отступать от диеты.

Избегайте сахарных американских горок.

Из-за современных диет уровень сахара в крови может резко повышаться и падать по несколько раз в день. Вы только что летали на крыльях энергии и восторга, и вот в следующее мгновение вы все готовы отдать за печеньку. Сахар – главная причина эпидемии ожирения, потому что он подавляет выработку гормона лептина, чья задача – сообщать мозгу, что мы наелись. Не давая информации достичь адресата, сахар заставляет нас чувствовать голод и нехватку энергии[119]. Проще говоря, сахар будет вечно подрывать ваше намерение питаться здоровой пищей. Лучше избегать его, насколько возможно.

Запаситесь снеками.

Откройте свой кухонный шкаф. Если там лежит шоколадка и пачка чипсов с луком, вряд ли вам удастся начать питаться, как наши предки. Я стараюсь всегда держать в холодильнике и буфете полезные снеки, в особенности богатые протеином. Их сложнее найти, чем углеводные снеки (а я не хочу есть готовые протеиновые батончики и шарики), так что придется немного потрудиться. Раз в неделю я запекаю курицу с лимоном и тимьяном, которой хватает на несколько дней. Для того, чтобы сварить яйца, потребуется всего десять минут – они пролежат в холодильнике около недели. Другие идеи полезных снеков:

• жареный миндаль;

• семечки (разных видов);

• морковные/огуречные палочки;

• фрукты;

• яичные маффины.

Выбросите весы.

Суть нестрогой палеодиеты в том, чтобы хорошо себя чувствовать и избежать ультрапереработанной еды, вредной для артерий и затуманивающей мозг, а не сбросить вес. Можно обманывать себя, говоря, что взвешиваешься ради мотивации, но эта регулярная практика плачевно влияет даже на самые искренние намерения. Стоит набрать полкилограмма – и появляется идеальный повод все забросить, даже если на самом деле это мышечная масса или невыведенная жидкость. Переживая только из-за цифр на весах, мы рискуем забыть о главном: как мы себя чувствуем.

План достижения успеха.

Будучи никудышным поваром, лишенным фантазии, я терпеть не могу вопрос «Что приготовить?». Я не хочу решать эту проблему каждый день, потому как отсутствие плана грозит тем, что мы в итоге закажем доставку. Поэтому я регулярно готовлю одни и те же блюда. Как известно, Марк Цукерберг многие годы носил футболку одного и того же фасона, чтобы не тратить время на выбор одежды. Для ясности: я не ем одно и то же каждый день, у меня есть несколько меню на неделю, которым я следую в определенном порядке. Таким образом я точно знаю, что смогу придерживаться палеодиеты.

Нестрогая палеодиета: план на неделю

Понедельник

Обед: салат с курицей и оливковым маслом, немного орехов

Ужин: запеченный лосось с овощами и бататом

Вторник

Обед: картошка в мундире с наполнителем из шпината

Ужин: жареная говядина, кешью, овощи

Среда

Обед: остатки вчерашней говядины

Ужин: курица-гриль, чипсы из сельдерея и сальса

Четверг

Обед: омлет с ветчиной и луком, салат из авокадо

Ужин: свиные отбивные и овощи

Пятница

Обед: салат со скумбрией

Ужин: говяжьи котлеты и жареный батат

Суббота

Обед: остатки котлет с прошлого вечера и салат

Ужин: карри с ягненком и кокосовым молоком и рис

Воскресенье

Обед: запеченная курица, запеченный картофель и овощи

Ужин: скрэмбл, грибы и авокадо

Перестаньте гулять по супермаркету

В супермаркетах куча ловушек для тех, кто хочет полезно питаться: запах выпечки, прекрасные пончики с глазурью, горы других сладостей. Онлайн-шоппинг – потрясающее современное изобретение, помогающее миновать искушения. Если же вы любите сами ходить по магазинам, идите с планом питания – так вы будете точно знать, что вам нужно. Возьмите с собой список и не сходите с дистанции.

Омега-3

Современный рацион оказывает влияние не только на наше тело, но и на мозг. Жирные кислоты омега-3 необходимы для функционирования нейромедиаторов серотонина и дофамина, которые, в свою очередь, имеют решающее значение для настроения, мотивации и реакции на стресс[120]. Мы получаем омега-3 из продуктов животного происхождения, в особенности жирной рыбы.

Рацион охотников-собирателей включает большое количество продуктов, богатых омега-3, а вот современная диета предлагает недостаточно. Чтобы убедиться, что я получаю достаточно омега-3, я ем много скумбрии, лосося, сардин, грецких орехов и переработанных семян льна и на всякий случай принимаю пищевую добавку. Выбирайте бренды с высоким содержанием ЭПК (эйкозапентаеновая кислота) и ДГК (докозагексаеновая кислота) и желательно те, где жир взят из одного, а не нескольких видов рыб.

Интервальное голодание

Палеодиета фокусируется на том, что есть, но еще одно важное отличие нас от наших предков состоит в том, когда они питались. У нас странное отношение к тому, как часто нужно есть: несколько приемов пищи в день, не говоря уже о многочисленных снеках – мы берем батончик из мюсли с собой в автобус, ведь, о ужас, за полчаса мы можем проголодаться. Но с точки зрения эволюции мы не должны постоянно что-то жевать. За свой долгий век охотники-собиратели нередко сталкивались с днями, когда они не ели совсем или ели очень мало. В результате наши тела хорошо переносят недолгие периоды без пищи. Исследования показали, что голодание может снизить риск развития диабета второго типа, побороть воспаления, улучшить кровяное давление, активизировать работу мозга и даже увеличить продолжительность жизни.

Хотя я не слишком ярая сторонница воздержания от пищи, в большинстве случаев я пропускаю завтрак и перекусываю ближе к обеденному времени. Некоторым людям помогает представить окно питания: промежуток времени, в который ты можешь есть, занимающий шесть, восемь или десять часов. Каким бы ни был ваш подход, важно помнить о мудрости каменного века: пропуская один прием пищи, вы не вредите организму, а наоборот, помогаете.

Мудрость каменного века о… здоровом питании

• Наш инстинкт из каменного века, велящий нам потреблять как можно больше калорий, привел к мировой эпидемии ожирения.

• Будьте осторожнее: пищевые корпорации наживаются на этом инстинкте, избегайте зова сирен – сахара и ультрапереработанной пищи.

• Ешьте качественное мясо и рыбу, много фруктов и овощей.

• Составьте (реалистичный) план питания на неделю, покупайте продукты онлайн, чтобы избежать искушения супермаркетов.

• Запасайтесь снеками, подходящими для палеодиеты, чтобы помочь себе в случае упадка энергии.

• Попробуйте интервальное голодание (если здоровье позволяет), проводя без еды четырнадцать или шестнадцать часов в день.

• Не зацикливайтесь на соблюдении строгой диеты и не взвешивайтесь – наши предки были благодарны за пищу и не слишком переживали о ее влиянии на организм.

8

Сон и отдых

Лучи солнца проникают в комнату сквозь занавески. Наступает рассвет, а я все еще не сплю. С трех часов ночи я перепробовала все способы, чтобы снова уснуть: медитировала, глубоко дышала, мысленно прошлась по всем классам в моей школе, вспоминала названия городов от А до Я. Но нет – я просто не могу уснуть.

Когда мне было двадцать, я могла проснуться посреди ночи и лежать без сна час или два. Я не просто расстраивалась – я ощущала себя неудачницей, как и в подростковом возрасте, когда не спала и сочиняла ужасные стихи, а потом лежала в постели до десяти утра: ленивая никчемная неумеха. Такие же чувства обуревали меня и в тридцать: неумеха, неудачница, дети крепко спят, а я просыпаюсь в пять утра.

Почему? Потому что нам вбили в голову мысль о том, что пик здоровья и благополучия может быть достигнут только тогда, когда мы получаем восемь часов беспробудного отличного сна за ночь, и именно в те часы, какие общество считает правильными. Это – идеал, цель, стандарт, на который мы все должны равняться. Когда у нас так не получается, мы чувствуем себя несчастными и даже ущербными. Что со мной не так? Что может быть более естественным, чем заснуть на восемь часов беспробудным сном?

Люди с давних времен одержимы проблемой сна. В Италии эпохи Ренессанса, чтобы хорошо выспаться, рекомендовали втирать собачью ушную серу в зубы. В Англии времен Елизаветы советовали «мазать ступни ног мышиным жиром». Читателям одного шотландского журнала в XIX в. предлагали мыть голову желтым мылом. Чарльз Диккенс советовал устанавливать кровать так, чтобы изголовье было на севере.

Эта одержимость вполне понятна, учитывая явные преимущества сна для здоровья. В то время как выспавшиеся бодры, общительны и остроумны, те, кто спал недостаточно, более подвержены риску инсульта, диабета, повышенного давления, болезням почек, сердца и депрессии.

Сон очень важен. Но не слишком ли большое значение мы придаем тому, чтобы поспать «правильно»? Если мы рассмотрим этот вопрос в более долгосрочной перспективе, то именно так и окажется.

Вы спите правильно

Те, кто просыпается посреди ночи, могут подумать, что они просто не могут снова заснуть – но на протяжении веков для наших предков было совершенно нормально спать не один долгий промежуток времени, а два. Историк Роджер Экерч провел годы, перечитывая дневники, судебные отчеты, рассказы, письма и пьесы времен от раннего Средневековья до индустриальной революции – и нашел сотни ссылок на «первый» и «второй» сон[121]. Время между этими двумя видами сна использовалось для игр, принятия пищи, чтения, занятий сексом, домашними делами. Доказательства существования двухфазного сна были найдены не только в Европе, но и в Африке, Юго-Восточной Азии, Австралии, Южной Америке и на Среднем Востоке – начиная с VIII в.

И только в XIX в. мы отвергли второй сон, потому что, как считает Экерч, искусственное освещение позволяло людям ложиться спать позже. Людям рабочего класса приходилось вставать рано утром, ночной сон получался сжатым, люди спали крепче, и перерыв в середине ночи исчез.

Осознание, что двухфазный сон был раньше широко распространенным явлением, должно помочь тем, кто просыпается среди ночи, пересмотреть свое отношение ко сну. Они не уроды какие-то, чье бодрствование нарушает законы биологии; они просто спят так, как это делали наши предки в течение сотен лет.

Другая группа людей, которые могут чувствовать себя неудачниками из-за своего режима сна, это радикальные совы. Когда я поздно ложилась и вставала в подростковом возрасте, мне казалось, что я не просто ленюсь, а совершаю грех, возможно потому, что я слишком старалась в воскресной школе. «Ленивец, как долго ты будешь лежать, когда же ты пробудишься от своего сна?» (Притчи Соломона 6:9). У меня не получалось соответствовать модели сна, установленной современным обществом, я была ленива, бездельничала, попусту тратя «лучшую часть дня» под одеялом.

Радикальные жаворонки тоже могут чувствовать себя странно. По мере того, как мы становимся старше, нам хочется вставать раньше; моя свекровь, как правило, на ногах уже в пять утра. Это тоже может расстраивать тех, кто рано встает, потому что они чувствуют свое несоответствие модели. Если все остальные люди на земле спят, разве не должны они тоже спать?

Опять же, взгляд на проблему в более далекой перспективе помогает нам переосмыслить эти «неудачи» и рассматривать их как естественную часть богатого гобелена, с которым можно сравнить человеческий сон. В 2017 г. исследователи провели почти три месяца, изучая, как спят охотники-собиратели из племени хадза. Не только пробуждение ночью было обычным делом, но, как и в наших индустриальных обществах, молодые ложились позже, а старые вставали раньше. Комбинация ночных пробуждений и поэтапное время сна означало, что в непрерывном временном периоде из трех недель было только восемнадцать минут, когда все тридцать три члена племени спали одновременно[122].

Это исследование поддерживает гипотезу о «ночных стражах»: учитывая опасности, которым могли подвергнуться наши предки, дозорные были просто необходимы. Если по крайне мере хотя бы один член племени бодрствует, то он сможет предупредить о нападении хищников. Таким образом, «плохой» сон – будь то пробуждение ночью, сон допоздна или раннее пробуждение – следует воспринимать не как неудачу, а как замечательную эволюционную адаптацию, которая помогла нам выжить.

Неравномерный сон столь важен для выживания племени, что разделение на сов и жаворонков на самом деле является генетической чертой[123]. У нас у всех есть некий «хронотип», указывающий время дня, когда мы естественным образом склонны бодрствовать или спать. Желание нажать кнопку «дремать» – это не проявление лени, вы запрограммированы подобным образом. Если просыпаетесь в середине ночи – это не ущербность, а поведение, необходимое для избегания клыкастых незваных гостей.

Если у охотников-собирателей были периоды, когда они бодрствовали и крепко спали, если они могли поздно ложиться и рано вставать, возможно, нам нечему и учиться у них, не так ли? Возможно, наши проблемы со сном никак не связаны с современным стилем жизни, смартфонами и отсутствием регулярных физических нагрузок, и мы просто такие, какими должны быть? Ну, не совсем.

Как спят охотники-собиратели?

Хотя археологи нашли самую старую в мире кровать – матрас возрастом в 77 тыс. лет, набитый травой и отпугивающими жуков листьями, в пещере Южной Африки, – мы не можем перемотать время назад, чтобы узнать, когда и как спали наши предки. Но есть другой вариант – изучение привычек современных охотников-собирателей, чей сон не испорчен современными технологиями.

Самое полное исследование рассматривало не одно, а целых три традиционных общества: хадза в Танзании, сан в Намибии и цимане в Боливии[124]. Представители этих обществ носили приборы, похожие на часы, которые измеряли степень воздействия света на них и параметры сна.

Возможно, вы думаете, что без современных технологий они засыпали, когда темнело, спали двенадцать часов крепким сном и просыпались, когда светало. Совсем нет. Во многом сон охотников-собирателей такой же, как и в индустриальных обществах. Подобно нам, они стараются заснуть примерно через три часа после наступления темноты, используя вечера для приготовления пищи и составления планов на следующий день. Так же, как мы, они стремятся поспать подольше и без перерывов. У них получается где-то от 5,7 до 7,1 часов ночного сна – немного меньше, чем в индустриальных обществах.

Хотя есть одно существенное отличие: бессонница. В то время как до 30 % людей в индустриальных обществах сообщают о хронических проблемах с бессонницей, только 1,5–2,5 % охотников-собирателей испытывают бессонницу больше одного раза в год. Это такое редкое явление, что в языках народностях сан и цимане нет даже такого слова. Они не переворачиваются на другой бок по много раз, не считают овец, у них нет тревожного чувства одержимости сном, который никак не приходит. Что они делают правильно, а мы неправильно?

Во всех племенах было три привычки для сна, удивительно постоянные, настолько, что мы можем даже предполагать: человеческие существа в не индустриальных обществах спали так в течение долгого-долгого времени.

Привычка 1. Они засыпают, когда температура начинает падать. В то время как мы пользуемся центральным отоплением и толстым постельным бельем, чтобы защититься от холода, для охотников-собирателей падение температуры играет ключевую роль для хорошего сна. Джером Сигель, который проводил эксперимент, полагает, «что этот температурный режим был сокращен или полностью уничтожен для большинства из нас жизнью в домах и нагревательными приборами».

Привычка 2. Время засыпания и пробуждения может различаться у разных людей индустриального общества, а вот охотники-собиратели ложатся спать и встают почти в одно и то же время. Если они встают в шесть утра сегодня, то завтра и послезавтра тоже встанут в шесть утра. Изменений почти не происходит, а это, исходя из исследования, является чрезвычайно важным для установления нашего циркадного ритма.

Привычка 3. Они встают до восхода солнца, получая большую часть солнечного света до девяти утра. Пока люди в индустриальных обществах обычно проводят эти часы, свернувшись калачиком под одеялом, едут на работу или сидят в офисах с искусственным освещением, охотники-собиратели подставляют лица солнцу.

За последние столетия эти полезные и, по-видимому, очень древние привычки исчезли из нашей жизни. Центральное отопление нарушило естественный температурный режим. Притяжение таких отвлекающих факторов, как телевидение и интернет, нарушили время сна и пробуждения. А работа в офисах практически лишила нас солнечного света.

Да (не) будет свет

Одним из самых страшных нарушителей сна в современном обществе является искусственный свет. Летом 2006 г. научный телеканал в Германии провел эксперимент, в ходе которого трех женщин и двух мужчин (в возрасте между тридцатью одним и шестьюдесятью четырьмя годами) отправили на пару месяцев жить в условиях каменного века[125]. Днем они занимались поиском пищи в полях, ночью спали в хижинах. В течение восьми недель у них не было доступа к современным удобствам, таким как водопровод, мобильные телефоны и электричество. Единственным источником света был костер, который они разводили снаружи.

Исследователи измеряли продолжительность сна и бодрствования до, во время и после эксперимента. В условиях каменного века участники спали почти на два часа больше ночью, в основном из-за более раннего отхода ко сну (время пробуждения оставалось почти тем же самым). Как только они вернулись в наш мир с телевизором по вечерам, ярко освещенными комнатами и мобильными телефонами, сон участников вернулся к привычному режиму.

Другое интересное исследование было проведено среди охотников-собирателей в племени тоба на северо-востоке Аргентины. Одна из общин в регионе получила доступ к бесплатному электричеству, в то время как у другой его не было, и они полагались исключительно на естественное освещение: их разделяло расстояние всего в пятьдесят километров, но по технологиям – целое тысячелетие. Кто спал дольше? Вы знаете ответ. Члены общины с доступом к электричеству спали примерно на сорок минут меньше летом и на час зимой[126].

Электрический свет по-разному влияет на наш сон. Он подавляет выработку гормона мелатонина, который помогает нам заснуть. Сбивает с толку наши внутренние часы, сигнализирующие нам, когда мы устаем. И позволяет заниматься делами в темное время суток: от игр до наведения порядка в кухонном шкафу. Свет сообщает нам: наступил период что-то делать, а не ложиться спать. Как говорил профессор из Гарварда по вопросам сна Чарльз Ксейслер: «Каждый раз, когда мы включаем свет, мы непреднамеренно принимаем лекарство, влияющее на то, как мы будем спать и как мы проснемся на следующий день»[127].

Проблема со светом, непостоянным временем сна и неестественным температурным режимом в том, что они сбивают с толку наши внутренние часы – циркадный ритм. Это кластер примерно из 20 тыс. нейронов, который расположен в гипоталамусе. Когда он получает определенные сигналы, например свет, он выделяет большое количество гормонов, в том числе кортизол, чтобы наше тело действовало в соответствии со временем суток. В конце дня, когда свет тускнет, это воспринимается нашим циркадным ритмом как сигнал для выработки мелатонина.

Свет – не единственный сигнал, который регулирует наш циркадный ритм; температура тела, прием пищи, физическая активность и социальная стимуляция также влияют на него. В течение тысячелетий наши циркадные часы работали, и мы погружались в дремоту с помощью естественных регуляторов сна: пламя костра, понижающаяся температура, тишина, которая опускалась по мере того, как затихали разговоры и члены клана засыпали. Учитывая, что современные нарушители сна – электрический свет, смартфоны, системы центрального отопления, утепленные дома – напрямую бросают вызов этим естественным ритмам, совсем неудивительно, что у многих людей появляются проблемы со сном.

ПАЛЕОСОВЕТ:

спите, как завещано природой

За три года у меня родилось три ребенка, поэтому в те дни я могла получить золотую медаль за недосыпание. Многие годы я спала по четыре-пять часов в сутки. Жизнь напоминала прохождение вброд реки из патоки. Знаете, когда вы дергаете шнур, заводящий газонокосилку, а она издает только унылый обреченный звук «ррр»? Вот так было и с моим мозгом, когда я пыталась делать какие-то более сложные движения, чем простая ходьба.

И только когда у вас заканчивается длительный период без сна, вы начинаете понимать, как это было тяжело. Вдруг цвета начинают казаться ярче, жизнь легче – и все потому, что вы больше не чувствуете себя ужасно. Я решила отнестись ко сну намного серьезнее только после того, как поняла, что могу положиться на крепкий сон детей. Хотя я в течение многих лет практиковала положительные привычки для хорошего сна («нет» кофеину, «да» физической активности), я решила пойти дальше, подражая привычкам наших предков: избавить свою жизнь от современных нарушителей сна. Ниже я привожу мои шесть основных шагов к хорошему сну, как в каменном веке.

1. Вечера при свечах.

В длинные вечера доисторической эпохи наши предки не готовились ко сну на заходе солнца: у них были костры. Этот ослепительный свет – желтая часть спектра – намного лучше способствует сну, чем приборы, испускающие голубой свет, и яркие электрические лампы. Поэтому я начала использовать свечи, чтобы успокоить своих гиперактивных детей перед сном. Во время купания я зажигаю пару свечей (конечно, вне пределов их досягаемости), и немедленно в ванной воцаряется тишина. Дети больше не похожи на диких зверей, а скорее напоминают молчаливые фигуры, мягко освещенные, как на картинах Рембрандта. И таким поразительным был эффект от свечей на моих детей, что захотелось, чтобы подобное волшебство произошло и со мной. И теперь, где-то с девяти часов, все в моем доме делается при свете свечей. Мне нравится каждая мелочь этого ритуала: чирканье спичек, запах диоксида серы, распространение сияния по дому – атмосфера как в театральной постановке, когда на стены отбрасываются тени от предметов. А самое главное: это создает условия для сна и помогает организму вырабатывать мелатонин.

2. Уберите стимуляторы.

Чтобы пережить долгие ночи кормления ребенка, я установила телевизор в спальне, на котором могла смотреть сериал «Настоящие домохозяйки Беверли-Хиллз», пока в три часа ночи, перекинув ребенка через плечо, ждала, когда он отрыгнет. Даже закончив кормить, я старалась урвать немного времени на просмотр телевизора. И это было последнее, что я делала перед тем, как начинала дремать. Конечно, это было совсем не похоже на спокойные разговоры и последние дела, которыми занимались охотники-собиратели перед тем, как ложиться спать, поэтому сейчас я избавилась от всех устройств – телевизора, ноутбука, смартфона – в спальне. Как я упоминала ранее в этой книге, мой смартфон «заперт» на ночь, и на ночном столике вместо него стоит старомодный будильник. Рука сама тянется к смартфону перед сном, но как свет от экрана, так и новости не дают мозгу подготовиться ко сну.

3. Будьте в холоде.

Наши предки охотники-собиратели спали в пещерах, хижинах или на улице, где ко времени сна становилось заметно холоднее. Они не просто спали при более низких температурах, их циркадный ритм реагировал на понижение температуры. Поэтому ночное погружение в холод все еще посылает сигнал, что пришло время спать. Вы, конечно, можете установить модные таймеры на вашем термостате, чтобы температура снизилась за несколько часов до сна, но для меня самый лучший способ сымитировать падение температуры, которое испытывали охотники-собиратели, – отключить систему отопления полностью, позволяя температуре снаружи установить температуру внутри. Конечно, если у вас в доме маленькие дети или пожилые люди – или вы в середине суровой зимы, – будет разумнее просто установить более низкую температуру. Я прекрасно себя чувствую где-то при 16°C, при наличии одеял, под которыми можно уютно свернуться калачиком.

4. Имитируйте темноту.

Я живу в пригороде, который, по мудрому решению местного совета, освещен по ночам, как площадь Пикадилли. Яркий уличный свет как-то очень ловко оказался прямо на уровне окон спальни, что создает определенную проблему для сна. Одно исследование обнаружило, что люди, живущие в городах с населением более полумиллиона, страдают от уровня освещенности в ночное время, который примерно в шесть раз ярче, чем в маленьких городах и сельской местности. Горожане сообщали о меньшей продолжительности сна и большей усталости. И что в этом удивительного? Я хочу чернильной темноты, наподобие той, которой наслаждались люди в доисторических обществах, поэтому я удвоила затемнение. Кроме штор с подкладкой для затемнения, у меня плотные жалюзи, которые прикрепляются к оконным рамам с помощью липучки, полностью блокируя весь свет с улицы. Увы, я не сплю под черным небом, усеянным звездами, но это мой лучший способ имитации естественных условий.

5. Устраивайте ночи сурка.

Когда у меня была трудная ночь – больные дети или беспокойство мучили меня, – утром я производила какие-то нечленораздельные звуки в сторону мужа, которые означали: «Пожалуйста, позволь мне полежать еще полтора часа. Я у тебя в долгу. Спасибо. Хр-р-р-р». Иногда я была на ногах в шесть утра, иногда в семь, иногда в половине девятого, иногда в девять. Я думала, что оказываю услугу уставшему телу, но такая непоследовательность путала мои циркадные часы. Охотники-собиратели просыпались почти всегда в одно и то же время каждый день, поэтому теперь я делаю то же. 6:30. Не имеет значения, что меня будили дети пять раз в середине ночи – это мое время. Через месяц или около этого мне больше не нужен был будильник. Я всегда просыпалась за пять минут до этого времени благодаря моим хорошо смазанным циркадным часам.

Я стремлюсь к последовательности и по вечерам, выключая свет к 21:30. Это не всегда легко: сова во мне часто хочет начать писать книгу/испечь торт/работать над лекарством от рака в эти вдохновенные часы, но я знаю: если буду последовательна, моим мозгам и телу будет легче войти в ритм, приводя в готовность гормональный фон. Поэтому я ложусь спать между 21:30 и 22:00 каждый день.

6. Найдите время понежиться на солнышке.

В идеальном мире я бы просыпалась с восходом солнца каждый день, но так как я живу далеко от экватора, время восхода слишком изменчиво. В Великобритании рассвет наступает в 4:45 летом и в 8:00 зимой. Хотя я не буду вставать в 4:30, чтобы увидеть, как встает солнце, для меня действительно стало очень важно найти время для утреннего счастья – так я называю пятнадцать-двадцать минут, которые я провожу на улице каждое утро, принимая «солнечные ванны». Как можно быстрее, все еще в пижаме, я направляюсь к шезлонгу во внутреннем дворике. В весенние и летние месяцы я накидываю легкий джемпер, ложусь и смотрю вверх на солнце. В более холодные месяцы я надеваю один из больших флисовых халатов, которые люди обычно носят после купания в бассейнах на открытом воздухе. Если дует сильный ветер с завываниями – никаких световых ванн, иногда стихия побеждает нас. Но, конечно, я не позволяю холоду мешать мне. Наоборот, холодный солнечный день – это мое любимое время для приема световых ванн с чашкой лимонно-имбирного чая в руке. Призываю вас делать что-то подобное ежедневно, и вы увидите, что какая бы ни была погода, ноги сами вынесут вас на улицу для принятия «солнечных ванн».

Световые купания по утрам положительно влияют на нас по многим причинам. Получать по крайне мере в течение четверти часа прямые солнечные лучи очень важно для запуска наших циркадных часов. Солнечный свет помогает нашему мозгу вырабатывать серотонин, который настраивает нас на новый день. Еще раз рекомендую вам попробовать световое купание. Если вы любите горизонтальное положение (как я), то недорогой шезлонг – удачное приобретение. Постарайтесь не превратить этот процесс в зависание в социальных сетях… процесс воздействия света должен быть временем ясности и спокойствия, а не новостных сообщений и скандалов.

Конечно, не у всех есть сад или балкон для приема «солнечных ванн». Если вы выйдите на пятнадцать минут пораньше утром, то по пути к остановке или метро можете побыть у скамейки, закрыть глаза и купаться в свете. И хотя естественный солнечный свет является лучшим лекарством для световой терапии, для тех, кому трудно выходить на улицу, лайтбокс, дающий искусственный свет, будет хорошей альтернативой.

Взгляните на ситуацию в перспективе

Когда люди зацикливаются на проблемах сна, беспокойство по этому поводу может только усугубить ситуацию. Если вы чувствуете, что вам не удается высыпаться, волнуетесь, что спите недостаточно, или не устраивает качество сна – помните, что на протяжении нашего долгого существования на Земле человеческий сон напоминал гобелен с различной продолжительностью сна и разным временем засыпания и пробуждения. Восьмичасовой сон – это идеал, который подходит не всем. Я надеюсь, что, узнав об этом, вы прекратите волноваться по этому поводу.

Мудрость каменного века про… сон

• Сон охотников-собирателей ближе к ритмам природы, что помогало лучше настраивать их циркадные часы.

• Найдите возможность воспользоваться утренним светом как можно раньше – это настроит часы вашего тела.

• За час или два до сна выключите все гаджеты, такие как телевизор и смартфон.

• Постарайтесь проводить поздний вечер при свечах или по крайне мере при не очень ярком искусственном свете.

• Пускай в вашей спальне будет настолько прохладно, насколько вы сможете терпеть, предпочтительно спите с открытыми окнами, чтобы падение температуры посылало сигнал вашему телу о подготовке ко сну.

• Стремитесь засыпать и просыпаться в определенное время каждый день, чтобы настроить ваши внутренние часы.

9

Секс и привлекательность

Они сидят у костра 40 тыс. лет назад. Он думает: что-то в ней есть, в том, как огонь освещает ее мягкие черты, пухлость ее губ, изгиб спины. Ему хочется быть рядом с ней, а ей – с ним. Он – искусный охотник, часто все племя кормится его добычей. Чувство притяжения, голова кружится… Они сближаются, занимаются сексом, появляются дети.

Сцена у костра из 38 000 г. до н. э. не так сильно отличается от сцены в ночном клубе в нынешнем году нашей эры. Сейчас, как и тогда, мы выбираем партнеров, с которыми у нас наибольшие шансы создать здоровое потомство. Как и тогда, женщин больше привлекают мужчины, способные добыть ресурсы, необходимые для рождения, кормления и воспитания детей. Как и тогда, мужчинам важна красота и молодость при выборе партнерши, потому что они зачастую отражают фертильность.

Мы считаем себя сложными существами, нам якобы не свойственны такие примитивные расчеты, но древний инстинкт требует от нас продолжить род и проявляет себя многими незаметными способами. Например, тот факт, что мужчины с глубокими голосами считаются более привлекательными. Почему? Исследование женщин из племени хадза показывает, что они предпочитают мужчин с баритоном или басом, как у Барри Уайта, и считают их более искусными охотниками. Может, в этом корень нашей любви к глубоким голосам у мужчин в развитом мире[128]? Еще одна странность: женщины в самый фертильный период своего цикла одеваются в красное в три раза чаще, чем в наименее фертильный: подсознательный выбор, обусловленный многовековой связью красного цвета с фертильностью и привлекательностью (возможно, из-за того, что кожа некоторых женщин становится более розовой, когда повышается уровень эстрогена)[129].

Исследователи даже обнаружили, что мужчин особенно привлекают женщины, чья спина изгибается под углом в сорок пять градусов, потому что этот угол давал женщинам из каменного века преимущество при беременности. Когда живот увеличивался, такой изгиб переносил центр тяжести ближе к бедрам, позволяя оставаться активными и заниматься собирательством дольше[130].

То, что такое крошечное и незаметное преимущество заставляет мужской пульс учащаться спустя десятки тысяч лет, доказывает: наши сексуальные инстинкты уходят корнями в прошлое, в каменный век.

Уроки степных полевок

Работа наших гормонов осталась прежней: коктейль химических веществ, вызывающих приятное чувство, которое притягивает нас к партнеру с целью продолжения рода. Мы проходим через стадии вожделения, влечения, привязанности – каждую из них сопровождают разные гормоны.

Во время фазы вожделения выработка тестостерона и эстрогена стимулируется как у мужчин, так и у женщин. В фазе влечения гипоталамус выделяет дофамин, что объясняет ощущение экстаза. Когда дело доходит до привязанности, основными действующими лицами являются окситоцин и вазопрессин. Подтверждение мощности этих гормонов мы находим у степных полевок. В то время как их неразборчивые кузены, горные полевки, верны своим партнерам в той же степени, что и пьяные участники мальчишника в Лас-Вегасе, степные полевки, напротив, выбирают одного партнера на всю жизнь. После первого соития их больше никто не интересует. А когда кто-то из партнеров умирает, второй даже проявляет признаки разбитого сердца.

В чем же разница между степными и горными полевками? У степных полевок рецепторы чувствительнее к окситоцину и вазопрессину. В эксперименте, в котором неразборчивым горным полевкам вводили эти гормоны, они тоже резко становились моногамными и верными партнерами[131]. Окситоцин и вазопрессин работают подобным образом и у людей: это гормональный клей, привязывающий нас к возлюбленному.

Миф о «случайном» сексе

Какое значение все это имеет в мире свиданий на одну ночь, сайтов знакомств, сексуального выбора и расширения прав женщин? Дело в том, что культура может меняться, но наши древние гормональные реакции остаются прежними. Отрицание этой правды привело к созданию вредного современного мифа: будто для женщин существует такая вещь, как «случайный» секс, то есть мы так же, как и мужчины, любим заниматься сексом без обязательств со случайным партнером. Возможно, это вполне приемлемый «секс-позитивный» подход, но он игнорирует то, как наши женские тела и мозги эволюционировали и как они воспринимают секс.

Поэт Филип Ларкин сокрушался:

«В одна тысяча девятьсот шестьдесят третьем году

(поздновато для моего поколения),

<…> Стало известно об акте полового совокупления»[132][133].

1963 год был ознаменован появлением в широком доступе контрацептивных препаратов. «До этого речь могла идти, – пишет Ларкин, – только о торге вокруг кольца»[134].

«Торг», быть может, слишком грубое слово, но Ларкин говорит о разных причинах и условиях, имевшихся у людей, вступающих в интимные отношения, с самого начала времен. Мужчина и женщина занимаются сексом, женщина беременеет, и если она вынуждена в итоге одна растить ребенка, на ее плечи ложится труднейшая задача. Логично, что женщина будет разборчивее в партнерах, чем мужчина. Условия женщин при вступлении в половой акт всегда касались способности партнера брать на себя обязательства и предоставлять ресурсы, требуемые для воспитания ребенка. Причины действий мужчин же во многом сводились к самому половому акту, соперничеству за внимание женщин.

Такова была динамика отношений между полами на протяжении тысячелетий. Затем появились надежные контрацептивы. За короткое время правила игры, которые практиковались на протяжении сотен тысяч лет, поменялись. Раньше над женщинами нависала опасность нежелательной беременности. Внезапно у них появилась свобода, которой мужчины наслаждались вечно, – они теперь могли заниматься сексом, не боясь очевидных последствий, ложащихся исключительно на их плечи. Прекрасные новости, но, к сожалению, это привело к вредным представлениям о сходствах женщин и мужчин в эмоциональном отношении к сексу.

За последние десятилетия беспорядочные половые связи стали восприниматься как признак феминизма. Женщины, занимающиеся сексом «как мужчины» – имеющие случайные связи и несколько партнеров, – считаются освобожденными. В первой серии сериала «Секс в большом городе» Кэрри Брэдшоу после случайной связи с мужчиной говорит: «Я переспала с мужчиной как мужчина. Я чувствовала себя полной сил, энергии и новой жизни».[135] Но хотя контрацептивы освобождают нас от старых социальных норм, они не могут освободить нас от гормональных реакций, намного более древних.

Когда люди занимаются сексом, в организме вырабатывается гормон окситоцин. Помните степных полевок? Именно этот гормон нас связывает. И знаете что? У женщин его вырабатывается гораздо больше, чем у мужчин, а значит, они с большей вероятностью разовьют привязанность к человеку после секса. Сколько раз я утешала подруг, сокрушавшихся: «Ну почему он не звонит!» – после потрясающей ночи. Секс заставляет их мозг привязаться к мужчине, но в его мозгу подобных чудес не происходит.

Антрополог Хелен Фишер пишет: «Вполне возможно влюбиться после одной ночи: нет сомнений, что хороший секс запускает в мозгу механизмы, подталкивающие к романтике и привязанности»[136]. Откровенно говоря, для многих из нас «случайный секс» является оксюмороном. Как он может быть «случайным», если древние гормоны сообщают вашему мозгу, что секс – лишь прелюдия к долгосрочным отношениям?

ПАЛЕОСОВЕТ:

уважайте механизмы размножения из каменного века

Секс-позитивные феминистки утверждают, что раньше только для мужчин секс был развлечением, а теперь и женщины могут как следует прочувствовать свою сексуальность, без стыда наслаждаться отношениями «на одну ночь», использовать все возможности. Но инстинкты из каменного века и гормоны делают так, что культура «отсутствия привязанности» не всегда «позитивна» для женщины.

Женщина не чувствует себя «освобожденной» после выброса окситоцина, вызванного сексом, влюбляясь в мужчину, который не испытывает ответных чувств. Она не чувствует себя более сильной, когда постоянно сталкивается с мужчинами, не готовыми брать на себя ответственность. Дон Маслар много писала о том, на каком этапе отношений мужчины и женщины начинают чувствовать серьезную привязанность друг к другу. У женщин количество окситоцина резко взлетает после секса. У мужчин все иначе. Если их ничто не связывает с партнершей, уровень тестостерона выше, а он блокирует окситоцин. И лишь когда мужчина вступает в серьезные отношения, тестостерон падает, и окситоцин – чувство любви – приходит на его место[137].

В целом это означает, что женщины начинают искренне привязываться после секса, а мужчины – только после того, как берут на себя ответственность. Если секс предшествует серьезным отношениям, разные ожидания часто приводят к непониманию и боли. Особенно актуальной эта истина стала в век онлайн-знакомств, когда от огромного количества возможностей для секса нас отделяет только скольжение пальца по экрану.

Кого-то, конечно, оскорбят эти обобщения, ведь существуют женщины, нашедшие счастье в смене партнеров, без привязанностей, и мужчины, представляющие собой человеческое воплощение степной полевки. Многие пары занимались сексом на первом свидании, а сейчас празднуют тридцатую годовщину. Все это замечательно, но, к сожалению, в целом культура быстрого секса без привязанности в большей степени служит интересам и наклонностям, свойственным мужчинам.

Вам кажется, что сейчас начнутся аргументы в пользу ношения женщинами поясов верности до первой брачной ночи? Вовсе нет! Хорошо, что женщины получили возможность заниматься сексом до брака и никто их за это не мажет смолой и не облепляет перьями, как в старые недобрые времена. Но женщинам не стоит думать, что если они не «всегда готовы» к сексу без обязательств, как мужчины, значит, они холодные или фригидные.

Совет: если вы ищете серьезные отношения, возможно, вам стоит ненадолго отложить интим. Вы избежите риска привязаться (в результате секса) к партнеру, который вам в любом случае не подходил. Кроме того, снизится риск потерять партнера, который вам подходил, но еще не испытывал привязанности, вызванной выбросом окситоцина. Звучит несовременно, но и наши гормональные реакции – штука не новая.

Взгляните правде в глаза

В 1950-х гг. биолог Николас (Нико) Тинберген обнаружил странный феномен. Птицы, откладывающие маленькие светло-голубые яйца с небольшими серыми крапинками, предпочитали сидеть на больших ярко-голубых яйцах с огромными нарисованными маркером крапинками. Такие необычные яйца он назвал «сверхстимулом»: неестественно преувеличенная версия чего-то, что существует в природе, вызывает преувеличенную реакцию.

Тот же принцип применим и к людям. Нам предлагают преувеличенную версию вечного объекта желаний нашего вида, и нас к этому влечет с неудержимой силой. Поприветствуйте: порнография. Наш инстинкт выживания из каменного века сталкивается со сверхстимулом в виде миллиардной порноиндустрии, и в результате возникает много проблем.

Множество психологов, работающих с парами, подтвердят: порнография часто играет важную роль в разрыве отношений. Бесконечное количество зависимых подтвердят, что они стыдятся своей жизни, которой управляет порнография.

Чем больше люди смотрят порно, тем менее чувствительны они к нему становятся. Для получения хоть какого-то эффекта им нужно, чтобы оно становилось жестче и жестче. В книге «Без дна. Зависимости и как их победить»[138] нейробиолог Джудит Гризел объясняет это тем, что, когда наш мозг привыкает к частым дозам дофамина, он замедляет выработку нейромедиатора[139]. Результат? Чтобы почувствовать себя «нормально», нам нужно принимать все большую «дозу».

Из-за снижения чувствительности любители порно могут столкнуться даже с импотенцией. Настоящий секс уже не удовлетворяет их потребностей. Поэтому дофаминовый кайф начинает переплетаться с неполноценностью и стыдом. Существуют исследования, согласно которым пристрастие к порно может даже изменить структуру мозга. Проще говоря, это еще одна, не слишком полезная для многих людей, сторона современной жизни.

Мудрость каменного века о… сексе

• Нам говорят, что мы живем в век сексуальной свободы: занимайтесь сексом, с кем хотите, смотрите, сколько хотите порнографии… но мы не можем освободиться от сексуальных стимулов и инстинктов каменного века.

• Древние гормоны способствуют тому, что секс «без привязанности» не для всех в итоге остается таковым.

• Если вы рассчитываете на серьезные отношения, возможно, стоит отложить сексуальные связи.

• Не забывайте, что порно – сверхстимул, преувеличенная версия того, чего жаждет наш мозг из каменного века, поэтому перед ним трудно устоять.

• Если порнография вредит вашим отношениям, потенции или самооценке, примите соответствующие меры, например, заблокируйте порносайты или скачайте одно из многих приложений, помогающих избавиться от этой зависимости.

10

Любовь и отношения

«Любовь терпелива, добра» (Первое послание к Коринфянам); «Любовь есть некое неистовство» ([140] Платон); «Что есть любовь? Безумье от угара» ([141] Шекспир); «Любовь – это цветок жизни» (Д. Х. Лоуренс); «Любовь – это пространство и время, сделавшиеся ощутительными нашему сердцу» ([142] Марсель Пруст) и т. д.

Никогда в истории языка ни одно слово не было так нагружено ожиданиями миллиардов. На него возложена ответственность за то, чтобы придать нашей жизни цель, форму, смысл и радость.

Мы окутываем любовь чудесами, даже самые приземленные из нас скатываются в туманные речи, говоря о ней: «это судьба», «рок», «так было предначертано»… Влюбленные, которых свели звезды, встречаются у шаурмичной; позже они удивляются счастливому стечению обстоятельств: что бы произошло, не реши он вернуться за дополнительным чесночным соусом?

Учитывая романтический блеск, придаваемый нашей жизни любовью, мы редко задумываемся о ее эволюционных корнях, потому что в этом случае «судьба» и «предначертание» превратятся в гормоны и биологию. Магия под угрозой. Но и разочарования, и обманутые ожидания, связанные с романтической любовью, часто сводятся к отрицанию эволюционных истин или как минимум к их непониманию. Стоит посмотреть на вещи шире, и знание о том, почему и как мы, люди, тысячелетиями любили и вступали в отношения, может спасти нас от разбитого сердца.

Почему мы влюбляемся?

В определениях любви ближе всех к истине подошел писатель Сомерсет Моэм: «Любовь – всего-навсего скверная шутка, которую природа шутит с людьми, чтобы добиться продолжения рода».[143] Она начиналась как способ связать двух людей, как коктейль из гормонов, замиксованный природой, чтобы они оставались вместе достаточно долго для зачатия, рождения и воспитания детей.

С точки зрения нашего семейного древа моногамия – довольно странная вещь. Меньше 10 % млекопитающих моногамны. Наши ближайшие родственники, шимпанзе, очень неразборчивы в связях. Быть может, с точки зрения эволюции мы должны быть на них похожи и в этом? Зачем нашему виду связываться со всеми сложностями и тонкостями моногамии, если мы могли бы точно так же встречаться, спариваться и расходиться?

Полигамность – хорошая стратегия для размножения, но до определенных лимитов. Если женщине приходилось растить ребенка в одиночку, искать еду для него, для себя и для других и разбираться с вниманием других мужчин, шансы на выживание у ребенка уменьшались. Если же отец оставался и помогал им, увеличивался шанс выживания ребенка. Для мужчин из каменного века еще одним преимуществом создания пары была уверенность, что ребенок твой, а не какого-то мужика, занимавшегося сексом с твоей женщиной, пока тебя не было. Поэтому многие считают, что моногамные отношения необходимы для выживания нашего вида.

Завышенные ожидания

Зачем нам знать о корнях моногамии сегодня? Дело в том, что разбитое сердце – часто результат конфликта древних истин и современной культуры.

В каменном веке пары создавались из практических соображений – чтобы растить детей. Сегодня же пары у алтаря часто дают клятвы стать друг для друга «защитником, доверенным лицом, пособником, родственной душой, лучшим другом, советчиком, самым большим поклонником, личным поваром, вечным любовником…» Нам недостаточно, чтобы супруг или супруга просто о нас заботились, они должны нас двигать вперед, бросать нам вызов, способствовать росту. Мы хотим, чтобы они пробудили нашу сексуальную энергию, расширили наши границы, держали за руку, если мы распереживались в три часа ночи, вдохновляли быть лучшей версией себя.

Современные браки рушатся под весом завышенных ожиданий. Моя подруга, работающая семейным психологом, постоянно выслушивает, как кто-то из партнеров жалуется, что второй не «растет» в отношениях, а тот, в свою очередь, оказывается в полном замешательстве. Отмотаем к более ранним временам и увидим: такие ожидания кажутся абсурдными. Как вы думаете, пары из каменного века ругались из-за отсутствия личностного роста? Ожидали ли они, что их партнер телепатически будет угадывать каждую их потребность?

Проще говоря, есть большая разница между тем, для чего создавалась семья изначально, и тем, чего от нее ожидают сегодня; несоответствие, вызывающее бесконечное количество эмоциональных последствий, часто ведущих к разрыву. Чем выше ожидания, тем вероятнее разочарование: партнеры становятся более обидчивыми и начинают задумываться об упущенных вариантах. Неудивительно, что 50 % браков распадаются и каждый пятый признается в супружеской неверности[144].

Романтический нарратив, влияющий на нас с первых диснеевских мультфильмов, убеждает (как женщин, так и мужчин): любовь – это поэзия. Жизнь же дарит нам только прозу, разбивая сердце, разочаровывая, заставляя совершать ошибки. Как же это исправить? Применить более прагматичный подход наших предков из каменного века.

ПАЛЕОСОВЕТ:

не требуйте от любви много

Большая часть ожиданий, возложенных на современные романтические отношения, восходит к так называемому (мной) великому романтическому нарративу. В одной из серий сериала «Безумцы» гуру рекламы Дон Дрейпер выпивает с женщиной, которая признается, что она никогда не влюблялась. Дрейпер смотрит на нее с жалостью и отвечает: «То, что вы называете любовью, придумали такие же, как я, для повышения продаж нейлоновых чулок». Реплика призвана показать зрителю циничность героя, но разве он так уж далек от истины? Многое в современных представлениях о безупречной любви (когда люди дополняют друг друга) стоит списать на выдумки рекламы, литературы и кино.

С самого детства мы жадно потребляем произведения, относящиеся к великому романтическому нарративу: «Спящая красавица», «Ромео и Джульетта», «Дневник памяти». Женщины, конечно, являются основной целевой аудиторией (все эти «дамские романы» и фильмы), но великому романтическому нарративу подвержены и мужчины, ведь им с ранних лет твердят: «За каждым великим мужчиной стоит великая женщина» – и убеждают, будто успех в жизни невозможен без успеха в любви. В последние годы оба пола стараются следовать популярным представлениям о любви: не стремитесь остепениться, ищите ту самую/того самого; найдите человека, способного заставить ваше сердце биться быстрее и в девяносто лет.

Нас так захватывает «великий романтический нарратив», что наши партнеры не дотягивают до стандарта. Они любовники, но не друзья; друзья, но не болеют за нас (как чирлидерши); болеют за нас, но не любят крокет или корейский артхаус. Пропасть между ожиданиями и реальностью все шире. Современный ответ на неудовлетворенность жизнью: требуй большего от партнера и отношений. Ответ каменного века? Требуй меньше.

Разделите эмоциональный груз

Требовать меньше не значит мириться с жестокостью, невниманием и абьюзом. Это значит трезво оценивать то, что другой человек может и должен вам дать. В самом начале отношений меня многое раздражало в муже. Он не проявлял достаточно внимания и заботы, когда я болела, не подносил бутылки с горячей водой, как должен любой современный рыцарь на белом коне. Высказывая свои сомнения насчет работы, я получала в ответ лишь пожимание плечами и заверение, что в конце концов все само решится. Я читала ему восхитительную поэзию, а он смотрел на меня так, будто мечтает выпить яду. Разве это забота, если он не видит, что мне нужен энергетик или длинная мотивирующая речь? И почему ему не нравится то, что нравится мне?

Все больше я замечала, что он не соответствует моим ожиданиям. Начитавшись статей в женских журналах, как я должна понять свои «потребности» и добиться от партнера их удовлетворения, я затевала долгие обсуждения. Из каждого утюга твердили: общайтесь, коммуницируйте – и мы следовали этому совету. Но все возвращалось к старым добрым спорам. Я хотела от мужа понимания моих чувств, общности приоритетов, предугадывания моих потребностей. Но чем больше я размышляла о древних корнях отношений между людьми, тем яснее осознавала тщетность подобных стремлений.

Тогда я сознательно решила снять груз ответственности с отношений или, скорее, разделить его. Да, мне нужен кто-то, кому я могу пожаловаться на тяжелый день на работе; кто-то, кому я расскажу про симптомы, если заболею; кто-то, с кем я могу обсудить интересную статью. Но разве это обязательно должен быть один человек? Почему не передать другим часть обязанностей, возложенных (несправедливо) на супруга? Теперь за мотивационной речью я обращаюсь к матери. За беседой о проблемах и радостях материнства – к подруге Лиз. Захотелось пофилософствовать? Встречусь с Джулс. Приспичило пересмотреть старый фильм кинокомпании Merchant Ivory Productions или предаться воспоминаниям о красотах Венеции – можно сделать это с сестрой.

Разделять эмоциональный груз таким образом или «разнообразить свое социальное портфолио» очень полезно для вашего состояния. Исследования показали, что наличие нескольких людей, с которыми вы можете разделить разные эмоции, будь то грусть, триумф или задумчивость, повышает качество вашей жизни[145]. Подобные исследования бьют по идее «родственной души», которую нам скормили вместе с «великим романтическим нарративом». Большую часть времени я все равно провожу с мужем, общаюсь с ним, но не требую всего и сразу; в итоге я стала больше его ценить и видеть, как много у нас общего.

Опасайтесь романтических фантазий

Исследователи из Мичиганского университета опросили 625 студентов колледжа, чтобы выяснить, как вкусы относительно кино и телевидения влияют на их взгляды на любовь. Выявили закономерность: чем больше студент смотрит романтические фильмы, тем больше его вера, что «любовь всегда победит», а любители реалити-шоу про свадьбы идеализируют «истинную любовь»[146]. Другое исследование показало прямую связь между количеством романтических комедий, просмотренных человеком, и его уровнем разочарования в собственном браке. Одного просмотра романтической комедии, например «Ноттинг-Хилл», было достаточно, чтобы изменить отношение людей к любви[147].

Я не предлагаю полностью отказаться от чтения или просмотра всего, где есть хоть толика романтики, однако если вы потребляете исключительно романтические комедии, время от времени разбавляя их романами издательства Mills & Boon[148], вам будет полезно воспринимать посыл этих произведений через призму более реалистичного подхода. Почаще напоминайте себе: не существует «идеальных» отношений, все эти приторные диалоги между возлюбленными на экране – фантазии сценаристов, сочиненные за кофе с пончиками. Они не реальны, а вот их влияние на вашу жизнь – вполне.

Чувство влюбленности может пройти – не бойтесь этого

Когда-то ваша любовь проходила километры под проливным дождем, только чтобы увидеть вас, запоминала всех игроков в премьер-лиге, желая вас впечатлить, и придумывала имя для каждой вашей веснушки, с восторгом не меньшим восторга Галилея, когда тот называл звезды и созвездия… А теперь равнодушно смотрит телевизор во время вашего рассказа о тяжелом дне.

Угасание первого огня любви бывает очень болезненным. Мне ли не знать – я из-за этого обращалась к психологу. С мужем я сошлась после тридцати, и до него у меня был опыт долгих отношений. Несколько раз все было настолько серьезно, что мы уже покупали вместе сковородки, и я смутно чувствовала: наверное, он «тот самый». И каждый раз я впадала в глубокую меланхолию, примерно через полтора года, потому что изначальный порыв неизменно угасал. Падение с пьедестала «единственной и неповторимой» ощущалось как серьезная ошибка. После третьего раза я обратилась к мудрости психотерапевта. «Почему каждый раз одно и то же? Почему я не могу сохранить отношения?»

Как и многие другие, я попалась в ловушку «великого романтического нарратива» и считала, что раз первая страстная любовь прошла, то и отношения пора заканчивать. Именно это и заставляет людей произносить страшные слова: «Я тебя, конечно, люблю… но я больше не влюблен». За этими фразами вновь скрывается несоответствие между современными ожиданиями и вековыми истинами.

Сейчас мы ждем, что любовь будет гореть неугасающим огнем до самой смерти – в противном случае перед нами не настоящая любовь. Однако, обратившись к древним истинам, мы увидим: первая стадия не совсем «полное затмение сердца»,[149] а скорее «полное затмение мозга» химическими процессами, от которых нам очень хорошо, но очень недолго.

По мнению ученых, выплеск дофамина, сопровождающий первые стадии любви, длится от шести месяцев до двух лет отношений[150]. Будьте вы хоть моделью Victoria’s Secret, секс-машиной и самым умным человеком на планете, в мозгу вашего партнера уже не возникнут те же химические реакции, что и в начале отношений. Некоторые утверждают, будто у них все так же бегут мурашки по телу каждый раз, когда партнер возвращается домой, хотя они в отношениях уже тридцать лет, но эти люди скорее исключения. У большинства из нас неизбежно «падает пелена с глаз», как только через пару лет отношений в мозг перестает поступать дофамин, и мы больше не чувствуем себя на седьмом небе от счастья.

Меня такая неизбежность скорее успокаивает. Именно поэтому я осталась со своим мужем после первых пары лет. В предыдущих отношениях я так болезненно переживала падение пелены с глаз, что в итоге саботировала сами отношения. Я чувствовала: отношения подходят к концу, так почему бы заранее не указать на дверь? К тому моменту, как я сошлась с мужем, я уже знала – это неверный подход. Я размышляла, как нашему виду свойственно испытывать вожделение и влюбляться. Я подготовилась и не испугалась, когда спустя пару лет чувства неизбежно начали затухать.

Если вкратце: пелена, упавшая с глаз, не означает, что вы «разлюбили», как считают многие люди. И если вас соблазняет идея искать этого первого восторга отношений с другим человеком, помните, что и с ним все пройдет, какой бы всепобеждающей ни была ваша любовь. Первые чувства блекнут, но это не конец отношений, а лишь переход на новую стадию.

Покажи свою любовь

Впервые произнесенная фраза «Я тебя люблю» является одной из высших точек в жизни человека. Музыкальное крещендо, главная сцена в фильме, момент, которого читатели ждали все двести страниц романа. Но она все упростила, дав нам возможность доказать свои чувства всего лишь произнеся пару слов. Как писала уставшая от нее Агата Кристи: «Мне надоели эти слова… Я тебя люблю! Я тебя люблю! Заладили как попугаи»[151].

К тридцати пяти годам я говорила «Я люблю тебя» пяти мужчинам и еще нескольким шептала в уме. Иногда я так чувствовала в моменте, иногда я считала необходимым произнести эти слова (ведь грубо не ответить тем же, когда тебе признались в любви), и, откровенно говоря, я тоже устала от них.

Когда я поняла, что мы с мужем приближаемся к старым добрым Я.Т.Л., я вдруг почувствовала всю избитость этой фразы: нужно произнести те же слова в отношениях, переживаемых совсем иначе. Мы долгое время дружили, и я быстро осознала – это навсегда. Я считала его притягательным и волшебным. И столько чувств требовалось уместить в такую общую фразу «Я тебя люблю».

По мнению знакомых, мы точно произнесли Я.Т.Л. Но на самом деле этого не произошло. Почти десять лет мы вместе, у нас четверо детей, и мы ни разу не говорили «Я тебя люблю» – и мне это нравится. Стоит только изгнать эту простую фразу из отношений, и вы больше думаете не о том, как произнести ее, а как показать свои чувства. Без Я.Т.Л. – короткого пути, клея для отношений – вам приходится старательнее думать, что вас связывает, о поступках, а не словах.

Вместо Я.Т.Л

• Скажите своей половинке, что вас в ней/нем восхищает: возможно, есть заслуги, которых никто не замечает, или умение в каком-то деле положиться на свои сильные стороны и компенсировать таким образом слабости.

• Опишите, каким образом он/она делает вашу жизнь лучше.

• Сделайте комплимент, которого раньше не делали.

• Не говорите, покажите: выразите силу вашего чувства в поступках, а не словах.

(Иногда) лучше не говорить

За туманами веков от нас скрыты детали жизни доисторических семей, но одно мы знаем точно: они были практичной и хорошей командой. Раньше считали, что пещерный мужчина – добытчик, а пещерная женщина – получатель: он бросал на пол дохлую антилопу, а она ее готовила. Но в последние годы многие считают иначе.

Как мужчины, так и женщины принимали участие в основных занятиях наших предков: собирали съедобные растения, охотились, точили копья, разделывали мясо, приносили воду. В одном из исследований даже утверждается, что женщины куда лучше охотились, ведь их тело было приспособлено для преследования добычи. На женских скелетах часто обнаруживают ранения, полученные от крупных животных, подразумевающие близкий контакт с добычей. Проще говоря, исследователи считают, что в доисторических обществах не существовало «строгого разделения обязанностей по половому признаку»[152]. Решение практических задач сообща скрепляло их отношения.

Вы можете сказать, что и современные пары вместе решают важные задачи: зарабатывают деньги, воспитывают детей, достают посуду из посудомоечной машины. Но разделение обязанностей в современных семьях чаще ведет к конфликтам, а не укреплению отношений. В семье, где оба родителя работают, мужчины зачастую считают, что они очень много помогают по дому, хотя еще и зарабатывают деньги (их отцы делали меньше), а женщин раздражает тот факт, что, хоть они теперь тоже зарабатывают, им приходится выполнять большую часть работы по дому. Все это не поднимает «командный дух», так помогавший доисторическим отношениям.

Поэтому я считаю необходимым иметь проекты, над которыми вы работаете вместе, помимо домашних дел и зарабатывания денег. Я имею в виду полноценные практические задачи, при выполнении которых пара находится в одном месте и в одно время, решая проблемы и проявляя креативность. У нас в саду есть небольшая клумба, это, конечно, не райский сад, но мы с мужем провели много времени, размышляя, как ее улучшить, что добавить, изучая разные растения и копаясь в земле. Ближе к Рождеству мы любим обсуждать, какие необычные украшения развесим по дому. Каждый год на день рождения я прошу одного и того же: проект, над которым мы сможем работать вместе, будь то реставрация предмета мебели или поделка, которую нужно собрать своими руками.

Мы с мужем очень близки, когда работаем над чем-то вместе, как наши предки, а не после «глубоких бесед». Современные советы парам крутятся вокруг важности общения. Нас побуждают вечно обсуждать те или иные вещи, надеясь, что это панацея для отношений. Однако профессор Джон Готтман, признанный эксперт в вопросах брака, выяснил, что 69 % проблем в парах, которые он изучал, так никогда и не решаются[153]. Иногда общение ни к чему не приводит. Что тогда? Мы выяснили: стоит нам вместе начать решать практическую задачу, все претензии испаряются, и раздражение отступает. Вместо исчерпавших себя дискуссий вы занимаетесь общим делом плечом к плечу. Тысячелетиями люди в семье были командой, достигая поставленной цели, а не романтической парой дополняющих друг друга возлюбленных. Иногда лучше не говорить. Лучше делать.

Мудрость каменного века об… отношениях

• Нам внушили, что в жизни может быть только одна настоящая любовь, которая дополнит нас, преодолеет все препятствия и будет пылать страстью на сороковом году так же яростно, как и на первом.

• Стоит посмотреть на семью сквозь призму доисторических отношений, чтобы разрушить эти нереалистичные и вредные представления.

• Наши предки создавали пары для практических целей, а не чтобы их «дополняли».

• Относитесь со скептицизмом к «великому романтическому нарративу», которым нас кормят, осознайте, какие ожидания от отношений он сформировал в вашем случае.

• Относитесь реалистично к тому, что может вам дать один человек, разнообразьте свое социальное портфолио, чтобы ваши эмоциональные потребности закрывали разные люди.

• Не бойтесь разлюбить – очень древние гормоны, отвечающие за влюбленность и связанную с ней эйфорию, сделали свое дело, и через год-два перестают работать, поэтому угасание чувств не является чьей-то ошибкой.

• Вместо постоянного обсуждения проблем попробуйте вернуться к доисторическим корням семьи: совместному решению практических задач.

11

Родители и дети

Локдаун, 2020 г., дождливый день. Уже несколько месяцев я вожу своих детей (тогда им было два и один год) в один и тот же парк, и мы играем в «замки» на одном и том же пеньке, бегаем по одному и тому же унылому куску грязной травы. И тут меня осеняет: зоомагазины ведь открыты! Мы можем посмотреть на животных! Это же целое приключение! Возможность увидеть морскую свинку привела меня в восторг. Через полчаса мы зашли в загородный зоомагазин, где заманчиво пахло опилками и экскрементами хомяков. Но где же все животные? «Сейчас их нет, – ответил консультант, – ковид». Ужасно расстроенная, я все равно тащу детей по магазину в надежде увидеть хоть что-то интересное. И вот, наконец, в отделе кормов я вижу последних живых существ в этом магазине: личинок в банке. «Смотрите, – кричу я, – смотрите какая! Она шевелит хвостиком! А вот эта малышка, она же сейчас выпадет из банки…» Я взглянула на своих ничуть не смущенных детей, как будто со стороны услышала свой отчаянный голос. Голос надломился, плотину прорвало: я безудержно зарыдала посреди зоомагазина.

Я не могла себя сдерживать. И не из-за этой несчастной поездки, а из-за того, что история с личинками поразительно точно отражала всю скуку, одиночество и разрушенные ожидания, связанные с материнством. Я думала, что буду волшебной, все превращающей в игру, а главное (ведь я так долго мечтала о детях) счастливой мамой.

Но, откровенно говоря, я не всегда счастлива, и мне за себя стыдно. В новом городе, без семьи и друзей, я чувствовала себя невероятно одинокой. Восемь или девять часов, которые муж проводил на работе, были посвящены продуваемым ветром детским площадкам и игровым центрам, где вовсю гулял коронавирус под саундтрек из детской передачи «Волшебный сад». И всегда только я и дети, дети и я. Да, счастливых моментов тоже хватало, однажды в супермаркете я так зацеловала свою дочку, что кто-то пошутил, что нам нужно «уединиться», но баланс между весельем и скукой был так себе.

Надо мной вечно довлело чувство вины: Мне же должно нравиться? Внутренний критик меня никогда не щадил, и в отношении материнства он выдавал такие перлы, как: «Некоторые женщины не годятся в матери, и ты одна из них. Не повезло твоим детям». Итак, я боролась с разочарованием и старалась изо всех сил наслаждаться длинными одинокими днями, но надо всем будто витал один вопрос: Неужели материнство всегда такое? Нет, у охотников-собирателей все было совсем иначе.

Чтобы воспитать ребенка, нужна целая деревня

Переместите доисторическую мать в современный Париж или Чикаго, и вы увидите – больше всего ее удивит один момент, относящийся к воспитанию детей. Сильнее, чем коляски, стерилизованные приспособления для кормления, малыши, не отрывающие глаз от мультфильмов на планшете, ее удивит отсутствие поддержки у современных матерей. На каждой улице армия матерей, в одиночку толкающих коляски, матери посреди ночи, в ужасе гуглящие «как заставить ребенка сосать грудь?», матери, каждый день проводящие много часов наедине со своим ребенком.

Сотни тысяч лет воспитание детей не являлось задачей одной матери. Антрополог Сара Блаффер Хрди утверждает, что около 2 млн лет назад матери наших предков обратились к коллективному воспитанию, отдав детей в чужие руки. Постепенно за детьми стали присматривать группы бабушек, тетей, дядей, сестер, братьев и друзей, возникла «аллопарентальная забота» («алло» можно перевести как «другой»)[154].

«Без “аллопарентальной заботы”, – пишет Хрди, – мы никогда бы не эволюционировали в человека». Почему? Потому что воспитывать ребенка, от рождения до совершеннолетия, – колоссальная задача. Человеческие детеныши очень медленно растут, не могут ходить сразу после рождения, не могут защищать себя в течение многих лет. Чтобы их вырастить, необходимо немало энергии на кормление, защиту, удовлетворение их каждой потребности. Требуется постоянное внимание, по крайней мере, в первые годы жизни. Поэтому, чтобы воспитание детей было успешным в эволюционном смысле, чтобы мать могла вырастить ребенка и родить еще детей, ей нужно много помощников.

Несколько других исследований подтверждают теорию Хрди, показывая, что там, где уровень детской смертности высок (как это было в доисторические времена), наличие «аллопарентальной заботы» необходимо для выживания ребенка. В 2000 г. антрополог Пола Айви заметила, что в племени эфе, живущем в джунглях Конго, количество воспитателей у ребенка одного года прямо коррелирует с тем, доживет ли он до трех лет[155]. В другом исследовании изучались данные, полученные от племени мандинка в Гамбии в период с 1950 по 1980 г., и было обнаружено нечто необычное: если у ребенка были старшие братья и сестры, а также бабушка по материнской линии, живущая поблизости, вероятность того, что он умрет до пяти лет, снижалась вдвое[156].

Известной поговорке «чтобы воспитать ребенка, нужна целая деревня» большую часть существования человечества следовали буквально. В традиционных обществах по всему миру «аллопарентальная забота» до сих пор существует и матерям помогают воспитывать детей. Ребенок из племени эфе, прожив всего неделю, успевает побывать в руках около четырнадцати воспитателей[157]. Некоторые из них становятся ближе ребенку благодаря премастикации – практике, в которой слюна, перемешанная с медом или другой едой, передается от взрослого ребенку. Западному человеку такое может казаться немыслимым, но это лишнее свидетельство близости ребенка с его воспитателями.

Конечно, мы устаем

Узнав про «аллопарентальную заботу», я в другом свете увидела собственный опыт материнства и свои «неудачи». В первые два года я чувствовала собственную несостоятельность в том, что должно было даваться так легко и естественно. Если я должна быть прилеплена к своему ребенку 24/7, как мать шимпанзе, почему мне так тяжело и я так устаю?

Оказывается, мать не обязана делать эту титаническую работу в одиночку. Идея нуклеарной семьи – и вытекающая из нее идея ответственной за все матери – появилась сравнительно недавно. Всего 150 лет назад даже в западных обществах было нормой помогать матерям: богачи и люди среднего достатка нанимали нянь и поваров, бедняки жили большими семьями, с кузинами-подростками и старшими братьями и сестрами, готовыми помочь. В исследовании антропологов Кембриджского университета, опубликованном в 2023 г., подчеркивается, что «аллопарентальная забота» является ключевой для адаптации человека. Ученые предупреждают, что нарративы об «интенсивном материнстве», которые распространены на Западе, «могут привести к истощению матери и опасным последствиям»[158].

Всем матерям и отцам, ругающим себя за то, что им так тяжело дается «естественная» для человека задача, стоит помнить: вовсе не естественно выполнять задачу, которую раньше выполняли несколько человек. Неестественно для родителей передавать друг другу эстафету воспитания ребенка, без поддержки со стороны. Неестественно молодым мамам возвращаться домой через два дня после рождения ребенка и пытаться самостоятельно разобраться в кормлении грудью, сне и воспитании маленького человека без помощи армии теть и кузин. В контексте всей истории человечества, то, как мы воспитываем детей сейчас, – отклонение от естественного порядка. Как пишет историк Джон Р. Гиллис: «Матери никогда не были так обременены материнством»[159].

Кому-то даже на Западе повезло иметь помощников под рукой – живущих рядом бабушек, дедушек, братьев или сестер, или у них много близких друзей, заботящихся о детях друг друга. Но тем, у кого нет такой поддержки и кому тяжело дается воспитание детей, следует иначе посмотреть на свои трудности. В контексте человеческой истории быть родителями в нуклеарной семье – невероятное достижение, так что не корите так сильно себя за свою «неспособность». Лучше поаплодируйте себе. Вы не только справляетесь с тем, с чем родители справлялись на протяжении тысяч лет, вы делаете гораздо больше.

Другой путь

Как человеку, давно увлекающемуся стилем жизни охотников-собирателей, в ретроспективе кажется странным, что в первые пару лет материнства я не удосужилась изучить, как они воспитывают детей. Я полагала, в высокомерной западной манере, что понимаю это сама. Кроме того, у нас есть сайт NHS,[160] который, если что, подскажет ответы на все вопросы. Неужели это так трудно?

Я принялась за работу, установила расписание и режим сна, придерживалась строгих правил и твердо решила, что с помощью железной воли выкую идеальных послушных детей. Во время беременности первым ребенком я говорила подруге (полушутя), что буду растить ребенка «в условиях доброжелательной диктатуры», установив четкие границы с первого дня.

Спустя пару лет я начала слышать в своем голосе нотки, которые мне не нравились: я кричала, ругалась, говорила «нет» как минимум тридцать восемь раз еще до завтрака. Я ненавидела этот тон, как и моя старшая дочь. После очередного ужасного скандала она произнесла убийственную фразу: «Хочу другую маму». Ой! «Ок», – подумала я. Ты получишь другую маму. Я изменюсь. Так началось мое исследование семей охотников-собирателей, удивившее, вдохновившее и спровоцировавшее меня на перемены.

Пару моментов стоит объяснить сразу. Во-первых, я не собираюсь романтизировать воспитание в примитивных обществах как минимум потому, что дети в них с большей частотой, чем в современном индустриальном обществе, умирали (и умирают), не достигнув совершеннолетия. Ученые проанализировали семнадцать сообществ охотников-собирателей – как современных, так и эпохи палеолита – и выяснили, что детская смертность в них составляет 49 %. Какая ужасная боль скрывается за этими цифрами!

Во-вторых, говорить, что все охотники-собиратели придерживались одного подхода, так же неверно, как утверждать, что во всех западных семьях дети воспитываются одинаково. Везде по-разному поддерживают матерей, дисциплинируют детей, прививают им разные ценности и т. д. Но во всех примитивных сообществах (и в традиционных сельскохозяйственных) мы можем выделить несколько часто встречающихся особенностей.

Особенность 1: «аллопарентальная забота».

Деревня растит ребенка. Считается абсолютно нормальным, если с самых ранних лет ребенка кормит, утешает или играет с ним не биологический родитель. Через час после его рождения ребенок в племени ака передается из рук в руки и целуется каждым из его воспитателей, сидящих у костра. Через несколько месяцев его будут передавать между собой по восемь раз в час (да, антропологи подсчитали каждое объятие и сюсюканье)[161].

Особенность 2: внимание.

Охотникам-собирателям не близко представление о том, что реагировать на каждый крик ребенка – значит баловать его и «создавать хлыст, которым тебя же побьют». На крик ребенка они реагируют мгновенно. Ноющий ребенок из племени эфе может рассчитывать на внимание к нему в течение десяти секунд. Дети из племени кунг, если начинают кричать, получают еду и объятия в течение трех секунд в 88 % случаев[162].

Особенность 3: близость.

В развитых обществах дети проводят большую часть времени в манеже или в специальном кресле, а детей из сообществ охотников-собирателей постоянно носят и обнимают. В течение дня в первый год своей жизни дети из племени кунг проводят 90 % времени в тесном физическом контакте («кожа-к-коже») с матерью или другим опекуном[163]. По ночам дети и младенцы спят с матерью.

Особенность 4: свобода.

Тревожные родители на Западе вьются над своими чадами с салфетками и пластырями, в то время как охотники-собиратели не трогают своих. Среди пигмеев мбенджеле баяка в тропических лесах Конго дети носят мачете[164]. В горах Новой Гвинеи детям разрешают играть с огнем[165]. Группы детей всех возрастов уходят и бродят вместе, без присмотра взрослых, часами, примерно так, как это делали западные дети до 1970-х гг. Такой уровень свободы может заставить нас вздрогнуть, но для большинства охотников-собирателей воспитание детей означает предоставление им реальной и рискованной автономии.

Особенность 5: ребенок включен в жизнь, но не является ее центром.

Благодаря пещере Руффиньяк в провинции Дордонь, во Франции, мы можем заглянуть в каменный век и узнать, каким тогда было детство. Высоко на стенах можно заметить особый вид наскальной живописи, состоящий из длинных линий, сделанных пальцами на глине. Их создали дети от трех лет. Поразительно, но археологи смогли определить, что самым искусным художником была девочка пяти лет[166]. Можно ее себе вообразить – сидящей на плечах у отца, наслаждающейся влажностью глины на пальцах.

По всему миру мы обнаруживаем произведения маленьких пещерных художников. Включение детей в это важное (возможно, даже сакральное) занятие дает нам представление о том, что миры взрослых и детей не так уж сильно были отделены друг от друга. Игры детей вплетались в жизнь взрослых. Крошечные наконечники копий и другие инструменты, найденные на большой территории от Швеции до Иордании, показывают, что тогда, как и сейчас, дети любили в играх притворяться взрослыми. В современных примитивных сообществах главное занятие детей – подражание взрослым. Они играют в охоту, строят шалаши, ищут съедобные корни с мамами и бабушками. Лишенные гор ярких пластиковых игрушек, созданных, чтобы их развлекать, они играючи исследуют мир взрослых.

Младенцы передаются из рук в руки в кругу любящих взрослых; дети постарше гуляют за руку с братьями и сестрами; малыши исследуют мир без рамок огромного количества правил; они проводят много времени вместе с родителями за повседневными делами вместо недолго длящегося безумного веселья: если попытаться найти одно качество, все это связывающее, я бы назвала «изящество». В то время как на Западе воспитание детей часто бывает суматошным, тревожным, нервным и зацикленным на расписании, в традиционных общинах оно неторопливое, спокойное, изящное. С таким же изяществом я стараюсь воспитывать и своих детей. Правда, не всегда удается, но я пытаюсь.

ПАЛЕОСОВЕТ:

воспитывайте с изяществом

Вернемся к реальности. Почти невозможно (а иногда нежелательно) воспроизвести все, что делали и делают родители в обществе охотников-собирателей. Мы с семьей живем в городе, где многие месяцы минусовая температура – постоянно ходить в обнимку с младенцем, «кожа-к-коже», почти невозможно. Разреши мы детям играть с ножами, за нами придут из службы опеки. Раз уж наши дети растут в Западном мире, им нужно знать правила Западного мира. Но пару уроков жизни и методов воспитания детей у наших предков все же извлечь можно. Вот ключевые моменты, которые я использую в своей жизни.

Найдите подходящее сообщество.

Самый очевидный и важный урок состоит в необходимости построить или найти сообщество, в котором будет расти ваш ребенок. Не такая уж простая задача. Мы часто живем далеко от родного города, там, куда нас занесла судьба, деньги или любовь. Жить далеко от семьи и друзей в наши дни стало нормой. Но вот вдохновленный охотниками-собирателями совет для тех, кто живет далеко от дома: если есть возможность переехать поближе к семье, серьезно задумайтесь об этом. Кому-то возвращение в родной город покажется отступлением. Мы вбили себе в голову, что в восемнадцать лет обязаны покинуть родное гнездышко и жить сами по себе. Но не стоит недооценивать фундаментальную потребность в большой семье.

И все же этот вариант осуществим не для всех, и таким, как, например, я, приходится создавать собственную сеть для «аллопарентальной заботы» о наших детях. Я интроверт, поэтому мне это дается с трудом. Но я заставляла себя посещать группы для малышей, стуча бубном под песенку «Колеса автобуса» и сканируя комнату в поисках возможных союзников.

Познакомившись с концептом «аллопарентальной заботы», я стала иначе относиться к помощи в воспитании детей. Я считала матерей, которым помогают дома или за его пределами, самовлюбленными и изнеженными. Могут ведь они просто потерпеть, как все матери с начала времен. Но мы выяснили, что матери не делали все сами. Не к кому обратиться за помощью? Не стесняйтесь ее нанять, если можете себе позволить.

Главное: мы не должны делать все в одиночку. Ищите сообщества. Переезжайте поближе к родителям, если можете. Найдите друзей. Соберите вокруг себя людей. Или наймите кого-то, чтобы вам помогали.

Учитесь сдаваться.

Одно слово сделало для меня воспитание детей легким как никогда: «сдаться». Если вы этому научитесь и сможете переключаться ментально, воспитание станет для вас в разы проще. Позвольте объяснить. Стоит заговорить о родителях, которые «сдались», и все сразу воображают сорванцов, носящихся сломя голову, в то время как сердобольные родители рассуждают о необходимости позволять детям самовыражаться. Я не предлагаю сдаваться, когда ребенок капризничает. Я говорю о том, чтобы отступить перед реалиями воспитания детей.

Реалии воспитания детей таковы: зачастую всюду царствует хаос, все очень запутано, непредсказуемо. Многие западные родители избегают этих реалий. Мы ждем от ребенка, что он будет идеально заполнять пространство, отведенное ему в нашей жизни, следовать придуманному расписанию. Мы считаем его приятным дополнением, а не высасывающим энергию элементом хаоса. Мы хотим контроля над ситуацией и над детьми.

Желание контроля начинается с младенчества. Когда моему первому ребенку исполнилось несколько месяцев, мне посоветовали кормить ее строго в семь утра, десять утра, два часа дня, пять вечера, семь вечера и одиннадцать вечера. Мне сказали, что дочь должна всегда спать в своей кроватке, и если я позволю ей спать на мне, то потом буду жалеть. В четыре месяца она не хотела укладываться, и мне сказали, что она учится добиваться своего; если она плачет, пока я не возьму ее на руки, значит, она стремится контролировать ситуацию (а это нехорошо).

Так материнство превратилось в борьбу двух воль. Я устанавливала правила и границы и показывала младенцу, кто тут главный, боясь вырастить избалованного монстра – воплощение плохого воспитания. Правила и расписания, установленные из лучших побуждений, приводили, насколько я помню, к худшим ситуациям. Ребенок просыпался рано, хотя должен был проспать ровно два часа; или девятимесячный младенец ел только детскую рисовую кашу, хотя в книгах писали, что на обед нужен протеин; младенец не спал, если я не поглажу его по голове двадцать раз, хотя пишут, что он должен обязательно засыпать сам. Из-за такого количества правил и неудач мне постоянно казалось, что я не справляюсь. Отсутствие контроля над ситуацией приводило к непроходящей тревоге.

Я изучала семьи охотников-собирателей, и на меня снизошло озарение. Может, мне стоит поступить как родители тысячелетиями до меня и просто сдаться? Не переживать из-за точного времени кормления и сна. Не беспокоиться, что ребенок не полежал десять минут на животике или что на обед была только булочка. Моей манерой стало: «И что?» Да, ребенок не хочет мыться пару дней подряд. «И что?» Ребенок поспал два раза вместо одного. «И что?» Стоило отступить перед реалиями воспитания детей, и с третьим ребенком все стало гораздо проще. Я почти ничего не ждала от наступающего дня. Я спала, когда она спала, кормила, когда она хотела есть. Вместо того, чтобы отчаянно плыть против течения, я сдалась и позволила ему увлечь себя – и испытала невероятное облегчение.

Будьте ближе.

В первую очередь я подчинилась желанию своих детей быть ближе. В 1950–1960-х гг. психолог Гарри Харлоу провел ряд неоднозначных экспериментов на макаках-резус[167]. Сразу после рождения он забрал их у матери и поместил в клетки с двумя суррогатными «матерями». Первая «мать» была сделана из проволоки, но приделанной бутылочкой с молоком; вторая же «мать» состояла из мягких махровых полотенец. Какую «мать» выбирали дети? Проголодавшись, они подходили к «матери» из проволоки, но все остальное время проводили с мягкой «мамой». Когда в клетку помещали страшный предмет, они бежали к мягкой «маме». Спали тоже с ней. Харлоу объяснил это тем, что у младенцев есть врожденная потребность в близости и прикосновениях, и она так же сильна, или даже сильнее, как потребность в еде.

В традиционных сообществах об этой потребности помнят, а вот в современном мы частично про нее забыли. Да, мы поддерживаем тесный контакт «кожа-к-коже» на первых неделях, но позже ожидаем, что ребенок будет проводить больше времени в кроватке, на качалке, стульчике для кормления. Если мы его много носим, то якобы балуем. Мой сын первые полтора года сидел у меня на коленях, потому что стоило мне посадить его на качалку, он начинал кричать и выгибаться. Моя мать, конечно же, закатывала глаза и бормотала себе под нос, что так «он ничему не научится».

Мы не можем все время носить детей. Если у вас больше одного ребенка, проблемы со спиной или работа, это просто нереально. Дети подрастают, становятся тяжеленькими, а у многих нет помощников, с которыми можно разделить ношу. Но запомните главное: выбросите из головы представление, что если вы будете носить ребенка на руках, обнимать его днем и ночью, вы его «избалуете». Тысячелетний опыт показывает, что это чушь.

Советы про близость

• Не возите ребенка в коляске, а как можно чаще носите в слинге;

• днем читайте в кровати, параллельно обнимая ребенка;

• если несколько горошин на полу для вас не трагедия, позвольте ребенку есть, сидя у вас на коленях, а не на стульчике;

• когда ребенок начнет ходить, регулярно опускайтесь на его уровень: сидите на полу или на коленях;

• попробуйте поиграть без игрушек и других объектов, валяйтесь на полу и физически взаимодействуйте с ребенком.

Табу на совместный сон

Первую дочь я рожала в полупустом роддоме, поэтому нам дали отдельную палату, в которой стояла кровать для меня и маленькая кроватка для младенца. Пообнимавшись и покормив ее, я положила ребенка в кроватку, пожелала спокойной ночи, ожидая, что она тут же погрузится в свой первый в жизни сон (конечно же, этого не произошло).

Из всех моих родительских ошибок эта, пожалуй, самая абсурдная. Малышка, девять месяцев гревшаяся у меня под сердцем, должна заснуть, катаясь на холодных простынях. Почему? Потому что нам на Западе объяснили, что так должны спать наши дети – в отдельной кровати. Первые годы они спят в кроватке в одной комнате с родителями, а потом в отдельной комнате.

Вполне объяснимый страх задавить во сне ребенка привел к тому, что мы кладем их в отдельную кровать. Я понимаю. Я тоже боялась. С первым ребенком я долго следовала указаниям, как безопасно спать. К четырем часам утра она засыпала на мне, а я постоянно боялась заснуть и раздавить ее. Не лучшие дни для моего ментального здоровья. Но мне приходилось обнимать дочь, чтобы она заснула, в итоге мы засыпали вместе и спали так всю ночь – это стало нашей повседневной (или скорее «повсеночной») привычкой. Детям сейчас шесть, четыре, три года и шесть месяцев, и они все до сих пор периодически спят с нами.

Стоит вам упомянуть, что вы спите с ребенком, и на вас посмотрят как на сумасшедшую. Мы так привыкли спать отдельно, что обратная ситуация кажется людям странной и неестественной, не говоря уже о разрушительных последствиях для отношений родителей. Я понимаю, для многих далек от идеала брак, где родители спят с детьми. Тебя всю ночь пинают, тебе нужно перелезать через спящего ребенка, чтобы сходить в туалет: все это сводит с ума. Но иногда это невероятно приятно. Слышать, как ребенок дышит, чувствовать его мягкое тело рядом со своим – пожалуй, лучшие моменты материнства. Все это кажется таким естественным, возможно, из-за того, что большую часть существования человечества это и было естественным.

Весь каменный век наши предки спали вместе с детьми не только потому, что так было теплее, но и потому, что оставлять детей одних, на милость опасных хищников, не лучшая идея. Карлос Гонсалес, писатель и педиатр, говорит: «Если матери оставляли детей хотя бы на пару минут, вскоре у них не было детей. Естественный отбор лишал их потомства. Гены, побуждающие мать оставаться рядом с детьми, напротив, передавались следующему поколению. Вы – потомки этих матерей»[168].

Я не заявляю, что сон с детьми полезен для всех: что подходит одним, не подходит другим. Если в результате ваше ментальное здоровье под угрозой и вы не можете нормально функционировать, не стоит этого делать. Но не стоит отказываться от совместного сна, потому что кто-то вам внушил, будто это неестественно. Все как раз наоборот.

Как безопасно спать с ребенком?

• Не стоит спать с младенцами младше полутора лет, особенно если вы крепко спите.

• Младенцам и детям нельзя спать в одной кровати с курящими и выпившими людьми.

• Младенцам безопаснее спать с одним родителем, чем с двумя.

• Когда спите с младенцем, не используйте подушки и тяжелые одеяла, наоборот, лучше накрываться легкой простыней, доходящей им до живота. С детьми постарше все наоборот.

• Не спите с детьми на мягких матрасах – кровать должна быть достаточно жесткой.

• Младенец не должен спать у зазора между кроватью и стеной, в который он может провалиться.

• Никогда не спите с младенцем на диване.

• Температура в комнате должна быть прохладной: 16–20 °C.

«Мини-мы» воспитание[169]

В детстве я могла часами исследовать заросший сорняками сад на заднем дворе. Мне даже не нужна была компания – я просто брала с собой куклу. Скучала ли я? Возможно, иногда, но благодаря этой скуке развивалось воображение, я сочиняла истории о сорняках, муравьях и сломанных тачках. Большая часть магии детства происходит именно в эти моменты, когда ничего особенного не происходит. И все же поначалу я не позволяла своим детям скучать и придумывать собственные игры.

Я хотела, чтобы им всегда было весело, поэтому устраивала походы в развлекательные центры, зоопарки, фермы, кинотеатры. Каждую минуту я что-то затевала: в машине играли детские стишки, в ванной мы пускали разноцветные пузырьки и лепили пластилин на кран. Каждый день с шестимесячного возраста моя дочь посещала как минимум одно занятие, а чаще два: плавание, «сенсорные игры», пение, спортивный зал для детей, футбол, детская дискотека. Я тратила огромные деньги на воздушные пузыри и пушистые цветные палочки, лишь бы ни один момент не был скучным. Однажды, отыскивая что-то в моей сумке, муж достал пачку длинных воздушных шаров, из которых я делала собак. «Ты кто, клоун Красти[170]?» – спросил он.

Я слишком старалась, как и все западные родители. Мы помешаны на веселом времяпрепровождении с детьми, относимся к ним, как к гостям VIP, которых нужно все время развлекать. Охотники-собиратели, напротив, проводили гораздо больше времени с детьми, но это было очень спокойное времяпрепровождение, они либо включали ребенка в свои дела, либо оставляли в покое, позволяя ему играть самому и подражать занятиям взрослых. Они не делали ребенка центром своей жизни, как модно сейчас на Западе, а включали его в свою жизнь.

Я стараюсь следовать этому подходу. Я называю его «мини-мы» воспитанием. Вместо того чтобы заполнять наши дни занятиями исключительно для ребенка (что, откровенно говоря, бывает убийственно скучно), мы ищем дела для всех. Работа по дому – главный источник таких занятий: садоводство, шоппинг, готовка, стирка. Для уборки у моих детей есть специальные бутылочки с водой, чтобы опрыскивать и протирать шкафы. В саду они выдергивают сорняки и поливают растения. Десять минут можно потратить на радостное раскладывание носков по парам. Сын обожает пылесосить. Похоже на эксплуатацию, но они правда обожают этим заниматься.

Это не значит, что мы не ходим в развлекательные центры, просто больше позволяем им играть самим. Вместо того чтобы вести себя как угодливая обслуга, пытающаяся бесконечно развлекать VIP-персон, мы относимся к детям по возможности как к партнерам.

«Мини-мы» занятия для разных возрастов

Один-два года

• «разобрать» чеки, кредитные карты и деньги в вашем кошельке (осторожнее с монетками, ребенок может подавиться);

• помыть раковину;

• протереть стол.

Три-четыре года

• помыть окна с ведром мыльной воды и тряпкой;

• сделать сэндвичи;

• вымыть пол.

Пять-десять лет

• испечь пирог;

• помочь в саду;

• поливать растения.

Будьте инструктором, а не контролером

Я никогда не смогу стать родителем, позволяющим детям играть с огнем или шататься часами без присмотра. Тут мое желание во всем следовать примеру охотников-собирателей дает трещину. И все же я восхищаюсь степенью свободы, которая была у детей в традиционном обществе. Малыши могли изучать мир без постоянной критики и надзора. Поэтому, насколько возможно, я сдерживаю позывы закричать: «Стой! Иди сюда! Не делай так!»

Вместо того чтобы останавливать, я стараюсь мягко направлять их в другую, более безопасную и полезную, сторону. Но как этому научиться, если слова «не» и «нет» так и вертятся на языке? Как человек, умеющий следовать четким правилам, я поняла, что единственный путь для меня – превратить их в ругательные слова. Теперь сказать «нет» и «не» для меня все равно что «г***о» и «д****о». Знаю, звучит странно, но, табуируя слова, я удачнее фильтрую реакции. Вроде того, как некоторые люди заменяют слово из пяти букв на «блин», я привила себе привычку подменять негативные предупреждения позитивными наставлениями. Вместо «осторожно» я говорю: «Покажешь, как хорошо ты умеешь спускаться?».

Меньше поводов говорить «нет»

Если в вашем доме много вещей, которые можно разбросать и сломать, вы обрекаете себя и детей на провал – придется постоянно кричать им «нет». Почему бы не создать пространство, где исследование будет менее опасным?

• Для ползающих младенцев установите невысокие заборы, чтобы оградить места, куда им не стоит попадать.

• Поменяйте стеклянную и керамическую посуду на пластиковую.

• Держите ножи, химикаты и другие опасные вещи как можно выше в закрытой коробке.

• Закройте острые углы у мебели.

• Используйте легко отстирывающиеся чехлы на мебель или кожаную мебель.

• Поставьте на уровне роста детей ящики со старой утварью и дешевыми находками, с которыми им будет интересно играть.

• Прикрутите крупную мебель вроде шкафов и комодов к стене, чтобы дети могли безопасно по ним карабкаться.

• Покрасьте стены моющейся безопасной для детей краской.

Мудрость каменного века о… воспитании

• Просите других взрослых о помощи везде, где это возможно; создайте своеобразную «деревню», которая поможет воспитать ребенка.

• Смиритесь с хаотичными реалиями материнства, как бы они ни противоречили западному подходу.

• Сделайте приоритетом физическую близость: объятья, ношение на руках, физический контакт, возможно даже совместный сон.

• Вместо стремления постоянно удовлетворять все желания ребенка интегрируйте его игры в ритм своей повседневной жизни.

• Дайте ребенку больше свободы: сдерживайте желание все время его поправлять, создайте среду, в которой он может исследовать мир вокруг, и вам не придется все время говорить «нет».

12

Город и деревня

Город – это гламур и слава, известность и богатство, энергия и сила. Париж весной, неоновые огни Токио, Холли Голайтли, пробегающая рысцой по Пятой Авеню. Мы едем в города, чтобы «всего добиться», вдохновиться, наладить связи, испытать острые ощущения.

В двадцать с небольшим я сорила деньгами, снимая квартирку размером со спичечный коробок на Шарлотт-стрит в самом центре Лондона. Я словно находилась в центре вселенной, и мне это нравилось. Ночная колыбельная из воя сирен и рассветный хор – лязг мусоровозов. Десятки ресторанов в нескольких шагах от моей квартирки, воздух, насыщенный запахами чеснока или куркумы – в зависимости от направления ветра. Когда я бежала рысцой на работу, прихватив по дороге сэндвич и ловко петляя среди сотен незнакомцев, то чувствовала себя воплощением настоящей Городской Девушки. Но когда я впала в состояние сильной тревожности, случилась странная вещь. Город отвернулся от меня. Шумная жизнь стала изматывать, от запахов к горлу подступала тошнота, бесконечно мелькающие перед глазами лица ошеломляли. В самые плохие дни – когда все мышцы моего тела одновременно сжимались – я обычно спускалась к Темзе, поворачивала на восток и шла два, три, четыре часа вперед, пока город не начинал редеть. Конечно, было бы проще сесть в поезд и отправиться в пригород, но мне почему-то хотелось восстановить контроль над окружающим миром и почувствовать, как город растворяется под моими шагами.

Добравшись до окраин Лондона, я опять могла дышать полной грудью. Когда многолюдное сердце города осталось далеко позади, а впереди виднелось чистое небо, моя грудная клетка наконец расслабилась. В эти моменты, глядя на широкую темную Темзу, я размышляла, и смутное, но важное чувство обретало форму: что-то в городе противоречило моему я.

Переход от сельской местности к городской

Городская жизнь – всего лишь миг в истории человечества. Только после 2007 г. число людей в городах стало больше, чем в сельской местности[171]. Всего три сотни лет назад почти 95 % из нас проживали в сельской местности с низкой плотностью населения[172]. Вообще никто не жил в городе до примерно 7000 г. до н. э., когда был основан Чатал-Хююк на территории нынешней Турции. В течение двух с лишним миллионов лет, с того времени, когда люди только начали ходить по земле, мы жили в лесах и джунглях, на равнинах и в саванне.

Наш вид, может быть, и быстро адаптируется, но не произошел ли переход от села к городу слишком быстро? Данные, связывающие проживание в городе с распространением ментальных болезней, конечно, вызывают много вопросов. Так, например, вероятность горожан столкнуться с тревожным расстройством на 21 % выше, чем у сельских жителей[173]. Риски развития депрессии выше на 20 %, а появления психоза – на ошеломляющие 77 %[174]. Случаев шизофрении в два раза больше у тех, кто родился и вырос в городе[175]. Могут ли такие поразительные различия объясняться только более высоким уровнем бедности и неравенства, которые часто наблюдаются в городах? Или же это объясняется стрессом от проживания в среде обитания, к которой наш мозг еще не успел приспособиться?

Мы можем думать, что постоянный шум, городская суета и встречи с незнакомцами – это естественная часть жизни, но наше миндалевидное тело, отвечающее за борьбу и бегство, не согласится. Исследователи из Гейдельбергского университета попросили пятьдесят городских жителей и столько же жителей сельских районов решить сложные задачи, а их мозги в это время сканировались. Были ли закаленные горожане более устойчивы к стрессу? А вот и нет. В действительности миндалевидное тело горожан было сверхактивно, когда повергалось стрессу. Стресс из-за городской среды вызывал аномалии в ключевых частях нашего мозга, которые, в свою очередь, вели к усилению проблем, связанных с психическим здоровьем[176].

Потрясения для организма из каменного века

Что именно в городской жизни вызывает такой стресс, что может привести к изменениям в функционировании некоторых частей нашего мозга? Если бы мы подобрали древнего человека и забросили его в современный Токио или Буэнос-Айрес, первым шоком для него было бы огромное количество людей. Наши предки жили в отрядах от тридцати до пятидесяти человек, которые являлись не только членами одной семьи и друзьями, но и билетом на выживание.

Представьте себе, как осторожны вы были бы, если бы какой-то незнакомец присоединился к племени. Не зная, имеет этот человек хорошие или плохие намерения, вы не сможете полностью расслабиться рядом с ним. Усилие, потраченное на знакомство с новыми людьми, – тоже стресс, который частично объясняет, почему увеличивающаяся плотность населения ведет к росту проблем, связанных с психическим здоровьем. Одно исследование, проведенное в Швеции, показало, что с увеличением числа людей на квадратный километр растет и уровень депрессии[177]. Другое исследование рассматривало города с высокой плотностью населения в Бразилии – именно она привела к усилению депрессивных симптомов среди женщин на 21 %. На столько же увеличивалось количество суицидальных мыслей, связанных с уровнем дохода, у мужчин[178]. Наши доисторические мозги страдают от слишком большого количества людей?

Еще одним потрясением для мозгов из каменного века является городской шум. В процессе эволюции мы стали очень чувствительны к звуку. В течение сотен тысяч лет слух являлся основным инструментом, чтобы остаться в живых, – для некоторых это так и сейчас. Антрополог Джером Льюис описывает поездку на охоту в густом лесу с людьми из племени мбенджеле баяка в Конго: «Все члены группы, включая детей, мгновенно реагируют на треск, низкий гул или зов животного, останавливаясь на полпути, балансируя на одной ноге, если нужно. Безмолвные и неподвижные, они напрягают слух, чтобы услышать звуки, которые подскажут им, нужно ли бежать, чтобы спастись, можно начать погоню за ужином или продолжать двигаться вперед»[179].

Штуки по обеим сторонам нашей головы развивались и стали остро чувствительными. А теперь представьте, какой стресс – подвергать их встрече с какофонией звуков в среднестатистическом городе: крики, клаксоны машин, гремящая музыка. Шумовое загрязнение влияет на наш биохимический анализ крови сильнее, чем выброс выхлопных газов[180]. Оно даже вызывает диабет второго типа[181]. Шумовое загрязнение вызывает выброс гормона стресса кортизола, который повреждает наши кровеносные сосуды и приводит к высокому давлению и сердечным приступам[182]. Люди, живущие рядом с шумными дорогами, имеют на 25 % больше вероятность столкнуться с симптомами депрессии, независимо от их финансового положения или окружения[183]. Мы привыкаем к постоянному навязчивому шуму, думаем об этом как о чем-то естественном, но на протяжении всей долгой человеческой жизни это было совсем не так.

Квадратный мир против круглого мира

Возможно, самым большим шоком для нашего путешественника во времени из каменного века были бы не люди и не шум, а – не принимая во внимание парки – отсутствие природы. Я жила в Лондоне и временами испытывала сильную тревогу, мне удавалось дотащиться до ближайшего кафе, чтобы встретиться с другом, пожилым джентльменом, греком по национальности. Встреча эта была своего рода походом к Мудрецу. Я пожаловалась ему на тревожное состояние: такое чувство, как будто сам город душил меня. Он медленно прожевал кусок круассана, уставившись в пространство, прежде чем произнести со своим восхитительно сильным акцентом: «Твоя проблема вот в чем: ты проводишь слишком много времени в квадратном мире и слишком мало времени в круглом». Чего?

«Ты сидишь в квадратной квартире и смотришь телевизор, который тоже квадратный. Ты идешь по дорогам, которые упираются в квадратные дома. Ты смотришь в компьютер целый день, который тоже квадратный. Слишком много прямых линий. Это ранит твою душу. Твоя душа предназначена для круглого мира».

Хотя концепция квадратного-круглого мира показалась мне безумной, недавно я осознала заложенную в ней мудрость. Посмотрите на диаграмму внизу. Вы, возможно, видели ее раньше, но ничего, подыграйте: какая линия длиннее?

Иллюзия Мюллера-Лайера

Линия наверху может показаться длиннее, но на самом деле они одинаковы. Ученые раньше считали, что все люди воспринимают подобные вещи одинаково. Затем, в 1960-х гг., антропологи показали эту же иллюзию членам племени зулусу в Южной Африке. Они не попались на уловку. Почему? Потому что, как объяснили исследователи, они живут в окружении природы, где прямые линии и углы – очень редкое явление. В отличие от них, мы в нашем индустриальном Западе, растем в мире, полном прямых линий, квадратных зданий и углов, затянутых коврами. Поэтому когда мы видим эти линии, наши мозги начинают воспринимать стрелы на концах как углы комнаты или зданий, которые, в свою очередь, искажают наше восприятие их длины.

Вам, наверное, интересно, каким же образом это связано с городами и природой. Разное видение иллюзии Мюллера-Лайера раскрывает кое-что очень интересное. Окружение, в котором мы растем, – это не пассивный фон, не оказывающий на нас почти никакого влияния; он формирует то, как мы воспринимаем вещи и даже как функционирует наш мозг. Большую часть времени на Земле мы жили в мире изогнутых линий и неровных органических форм – «круглый мир», как описал его мой греческий друг, без прямых линий, за исключением линии далекого горизонта. Теперь мы живем большую часть времени в «квадратном мире», окруженные прямыми линиями, квадратами и углами. Может ли это, на каком-то глубинном уровне, влиять на внутреннее равновесие, которое мы унаследовали из каменного века? Наша тоска по природе позволяет предположить такой вариант.

Эволюционная потребность в природе

В 1930-х гг. маленький мальчик по имени Эдвард Осборн Уилсон ловил рыбу в реке около своего дома в штате Алабама, когда конец удочки, которую он наматывал, попал ему в глаз. В итоге Эдвард перестал видеть этим глазом. Этот несчастный случай изменил всю его жизнь. Будучи не в состоянии видеть хорошо вторым глазом, он проводил много времени, наблюдая за крошечными созданиями типа муравьев – хобби, которое привело его к блестящей карьере. Уилсон стал знаменитым гарвардским биологом, который выдвинул много интересных теорий, среди них теорию биофилии, о «врожденном сочувствии человеческих существ к другим живым организмам»[184]. Уилсон утверждал, что, поскольку люди эволюционировали вкупе с природой, нам нужно ежедневно контактировать с ней.

Хотя очень легко отмахнуться от биофилии, как от идеи, связанной с объятиями деревьев, все растущее количество свидетельств доказывает, что людям действительно нужна природа. Было обнаружено, что если вы проводите время на природе, то это ведет к понижению уровня стресса и кровяного давления и уменьшению тревоги. Это помогает защитить нас от простудных заболеваний[185], усиливает нашу иммунную систему[186]. Влияние природы даже связывалось с более низким уровнем преступности[187]. Пациенты больниц, которые наслаждаются зелеными видами из окна, выздоравливают быстрее тех, у которых нет окон или которые смотрят на окружение, сделанное руками человека[188].

Естественный свет также особенно важен, поскольку он повышает продуктивность, поднимает настроение и налаживает сон. Наши предки без труда пользовались этими преимуществами, потому что проводили большую часть времени на природе. Тем временем те, кто живет сейчас в индустриальном мире, проводят до 90 % своего времени в помещениях[189].

После изучения этих очевидных фактов идея о том, что человеку нужна природа, кажется менее хипповой и более реалистичной. Мы эволюционировали в большой близости к природе, однако «доза природы» для многих людей сегодня – пение птиц в приложении для сна или картинка водопада на заставке. Этого недостаточно.

ПАЛЕОСОВЕТ:

контактируйте с дикой природой

Удовлетворять нашу биофилию означает проводить много времени на свежем воздухе. Каждый божий день. Некоторым это покажется невозможным. Где взять время? У нас работа, семья, домашние дела и т. д. Но я пришла к выводу: общение с природой имеет такое важное значение для нашего благополучия, что место для него необходимо выкроить. Нужно пересмотреть наши взгляды на природу, видеть в ней не предмет роскоши, а необходимость. Разве вы не будете есть в течение нескольких дней, потому что нет времени? Разве вы не будете мыться целую неделю, потому что нет времени? Разве вы не будете ложиться спать, потому что нет времени? «Нет времени» – не повод избегать еще одну важную часть нашей жизни: природу.

Я выхожу на улицу два раза в день, утром и днем. Это такая устоявшаяся привычка, что если мне не удается сделать это дважды, я чувствую себя как взбудораженный пес, которому нужно погулять. Не всегда это давалось легко, потому что я ненавижу быть на холоде, а живу в северном полушарии. Приятно выбираться на природу при двадцати градусах тепла, когда небо цвета бирюзы, но гораздо труднее, когда оно угрожающе серого цвета. Но нашим телам нужны свет и природа круглый год, поэтому мне пришлось примириться со всеми сезонами.

Вам понадобится подходящая одежда. Это может казаться тривиальным, но это действительно важно, чтобы наслаждаться всем богатством жизни на природе. Понаблюдайте за среднестатистическими британцами зимой, и вы увидите, что очень часто они носят на один слой одежды меньше, чем нужно. Не надевают пальто в ветренную погоду, носят шорты при минусовой температуре. Я не осознавала, как это глупо, пока мне не пришлось провести некоторое время в Швеции в середине зимы. Я была абсолютно не готова, одетая в легкое пальтишко при минусовой температуре.

Один тамошний знакомый поделился со мной чисто шведским выражением: «нет такой вещи, как плохая погода, есть только неподходящая одежда». Вдохновленная, я купила сделанное в Швеции зимнее пальто, подходящее даже для экспедиции на Северный полюс. Это пальто страшное, как грех, как часто любит говорить мой муж, похоже на пуховое одеяло с рукавами. Но это значит, что отличный отдых на свежем воздухе доступен мне круглый год, что я могу есть на улице за столом в нашем дворике. Проще говоря, правильная одежда поможет вам по-настоящему полюбить природу.

Леса: природная аптека

Леса – это мой естественный антидепрессант и любимая среда обитания. Как писал Лонгфелло: «Иди к деревьям и холмам! / И даст урок Природа там»[190][191]. Быть в скрипящем, вздыхающем, дышащем лесу – это словно природные стероиды, и, как полагают ученые, хорошо влияет на нас. Было обнаружено, что японская практика синрин-йоку («лесная ванна») улучшает настроение, понижает кровяное давление, уменьшает уровень кортизола и повышает иммунитет[192]. Эти значительные преимущества привели к тому, что «лесные ванны» предлагаются по всему миру, большинство из них бесплатно. Если же вы предпочитаете проводить такие «ванны» в одиночку или с другом, а не в группе, вот несколько советов.

• Выделите пару часов, чтобы побыть в лесу, не привязывайте прогулку к точным срокам.

• Одевайтесь по погоде.

• Отключите гаджеты, а лучше оставьте их дома.

• Специально идите медленнее – вы здесь, чтобы побродить и понаблюдать, а не прийти к месту назначения в определенное время.

• Задержите дыхание – вдыхайте четыре секунды, задержите дыхание на семь и выдыхайте восемь секунд.

• Направьте мысли на то, что вас окружает. Если вы закроете глаза, сможете ли вы различить песни разных птиц? На что похожи разные деревья? Какие запахи вы различаете?

• Посмотрите вверх на ветки деревьев и позвольте себе представить их в виде абстрактной картины на фоне неба.

• Найдите место, чтобы посидеть и понаблюдать за всем, что вас окружает, в мельчайших подробностях.

• Не думайте, что вам придется войти в какое-то трансцендентное состояние, чтобы «лесная ванна» было эффективным; это просто процесс наблюдения во время прогулки.

• Хотя пара часов – это наиболее оптимальное время для «лесной ванны», не растягивайте его, если вам хватило. Лес подождет вас до следующего раза.

Как встроить природу в свою жизнь?

Переосмыслите ее. Создайте условия для общения с природой, чтобы это стало развлечением и необходимостью, а не рутинной работой. Помните, что наши предки постоянно были на улице весь день. Независимо от погоды – вот для чего мы были созданы. Воспитывайте себя.

Планируйте. Если вы живете в городе, вряд ли вы внезапно окажетесь на природе, поэтому нужно вставить прогулку в расписание. Можно выходить на работу пораньше и делать привал в зеленом месте по пути. Есть ли парк, куда вы можете пойти во время перерыва на ланч? Летом, когда дни длинные, не могли бы вы отправиться к ближайшему озеру, вместо того чтобы смотреть телевизор?

Составьте список. Одно и то же зеленое пространство может вам наскучить, поэтому составьте список по крайне мере десяти различных мест, куда бы вы могли легко добраться – даже если это короткая поездка на автобусе или машине. Жители города могут посчитать это трудным предприятием, но, скорее всего, целые акры зелени находятся не слишком далеко от вас. В Лондоне есть свыше трех тысяч парков, в Бристоле – четыреста, в Манчестере – сто пятьдесят. В Нью-Йорке насчитывается около двадцати тысяч акров природы. Ищите и найдете.

Решитесь. Притяжение дивана или экрана может быть слишком сильным, поэтому необходимо принять несколько четких решений, как выбраться на природу. Я решила один раз в год спать под звездами. Как насчет того, чтобы придумать что-то свое? Например, один раз в день выходить на улицу, по крайне мере на полчаса без отвлечений на цифровые технологии; один раз в неделю совершать двухчасовую прогулку; раз в месяц отправиться в однодневное путешествие к природным достопримечательностям – туда, где раньше вы никогда не были, например, лес, река или сад.

Отдыхайте от города

Хотя города могут заряжать энергией, для тех, кто там живет, будет важно понять, что мозги, которые нам достались от предков каменного века, иногда нуждаются в отдыхе от деловых, шумных, заполненных толпами людей мест. Вот что я делаю для этого.

Поиски городского убежища. Когда я работала в Вестминстере, то держала в голове карту всех мест на расстоянии примерно мили от офиса, которые обещали спокойствие и дистанцию от сумасшедшей толпы. Если я чувствовала, что напряжение в плечах доходит до самых мочек ушей, я обычно направлялась в одно из них для отдыха. Моим любимым местом был Вестминстерский Собор, его огромные потолки поглощали весь шум и очень быстро даровали спокойствие всем посетителям. Где бы вы ни были – в центре Лагоса или Лос-Анджелеса, – там наверняка есть похожие места: библиотеки, церкви или скверы.

Отключитесь от шума. Даже если вы не чувствуете дискомфорта от постоянного шума как минимум в шестьдесят децибел, ваше тело все равно страдает. Хотя я и не большой любитель гаджетов, глупо отрицать пользу шумоподавляющих наушников в центре города, аэропорту или там, где громкий звук действует на нервы, унаследованные из каменного века. Они могут быть достаточно дорогими, но я купила наушники за пятьдесят фунтов и довольна ими.

Превратите свой дом в убежище. Мой мудрый друг раскрыл мне глаза на то, как утомляет существование в «квадратном мире», поэтому я стараюсь приблизить свой дом к «круглому миру» – ищу мебель и предметы, которые сглаживают углы, и органические формы природы. И – конечно – я люблю, когда у меня в доме полно комнатных растений. Чем гуще джунгли дома, тем лучше.

Мудрость каменного века об… окружающей среде, в которой мы живем

• Многие из нас сильно отдалились от естественной среды обитания, которая была нашим домом, защитой и источником пропитания на протяжении тысячелетий.

• Сделайте общение с природой ежедневной привычкой; необходимостью, а не роскошью. Включите в свое расписание регулярную прогулку на свежем воздухе.

• Одевайтесь для улицы с умом, инвестируя в достаточно теплую и водонепроницаемую одежду, чтобы прогулки на свежем воздухе приносили вам удовольствие в любое время года.

• Попробуйте новые занятия на природе, например «лесная ванна».

• Находясь в городе, отмечайте места, где можно найти постоянное убежище и покой.

• Принесите «круглый мир» в свой дом, наполняя его зеленью, органическими формами и натуральными материалами.

13

Обряд и ритуал

Махараштра, западная Индия. Мужчина стоит на вершине святилища и смотрит на море поднятых к нему лиц в пятнадцати метрах под ним. В руках он держит младенца, смотрящего на все огромными непонимающими глазами. Мужчина вытягивает руки над обрывом, отпускает ребенка, и тот летит вниз. Через пару секунд ребенок приземляется на растянутую простыню, которую держат за углы несколько человек. Эта практика была распространена в Индии на протяжении семи сотен лет, и хотя сейчас она запрещена законом, некоторые родители все еще сбрасывают детей с высоких зданий в надежде, что это обеспечит им крепкое здоровье: вакцинация через головокружение.

Куда бы вы ни отправились, вы найдете людей, практикующих опасные, странные и бессмысленные ритуалы. В Индонезии члены племени дани, тоскуя по умершим, отрезают себе кусочек пальца. В Германии существует ритуал польтерабенд, во время которого семьи молодоженов разбивают небольшую кучку фарфора на удачу. В Папуа-Новой Гвинее племя канингара режет себе кожу так, чтобы она напоминала крокодилью. В Дании, если вам исполняется двадцать пять лет, вас могут облить водой или обсыпать корицей ваши родственники.

Ритуалы уходят корнями глубоко в историю человечества. В холмах Цодило пустыни Калахари в Ботсване археологи обнаружили пещеру, а в ней – большого каменного питона. На его боках красовалось множество отметин, оставленных горящими копьями. Других признаков обитания людей в пещере не обнаружили. Так что же это такое? Археологи считают, что это место первого известного нам ритуала, происходившего 70 тыс. лет назад[193].

Многие загадочные находки доисторического периода не имеют рационального объяснения. Были найдены окаменелые человеческие фекалии, содержащие останки целой ядовитой змеи, в том числе ее клыков[194]. На территории нынешней Украины ученые находили вырезанные головы змей[195]. Таинственные каменные круги, созданные неандертальцами в пещере Брюникель на юго-западе Франции около 175 тыс. лет назад. Огромный храм в Гёбекли-Тепе в Турции – этому творению из изысканно украшенных каменных кругов 11 тыс. лет, то есть оно построено за тысячи лет до Стоунхенджа. Вновь и вновь мы находим древние загадки, которые не можем объяснить иначе как ритуалом.

Что заставляло наших предков прикладывать такие усилия? Зачем они вырезали огромных змей в пещере или таскали тяжеленные камни, если главным для них было выживание? Дело, скорее всего, в том, что люди всегда чувствовали инстинктивную потребность в ритуалах. Но почему?

Ритуалы для спокойствия

Я нехотя стучусь в дверь пригородного таунхауса. Ближе к тридцати я считала, что вечера пятницы нужны, чтобы напиваться водкой с колой, а не ужинать с малознакомой семьей. Также я считала и перед своим первым Еврейским пятничным ужином. Я брала у матери семьи интервью для стороннего проекта, а она пригласила меня домой. Вероятно, меня ждали самые скучные пару часов в жизни, но разве можно было отказаться?

Дверь открылась, и я попала в дом, полный веселья и бесконечных родственников. Зажатая между двумя дядями на диване, я прослушала короткий брифинг, что меня ждет сегодня вечером: зажжение свечей, глоток вина для киддуша;[196] торжественный проход на кухню, чтобы вымыть руки; тишина после мытья; преломление хлеба. Один из дядей рассказал мне о своем главном правиле: никогда не уходить голодным. Несмотря ни на что, я была тронута – атмосферой, уютом, заботой: кубки для вина отполированы, а скатерти накрахмалены, будто это не семейный ужин, а мероприятие в пятизвездочном отеле.

Попрощавшись, я вышла на зимнюю улицу, холодную в тот момент для меня не только буквально, но и метафорически. Покинув это уютное место, я возвращалась в жизнь без ритуалов, если не считать пьянки на день рождения. Я завидовала жизни хозяев. Чудесный дар – иметь еженедельный ритуал, как что-то неизменное в жизни. Какие бы неприятности у тебя ни происходили, каждую пятницу тебя ждут свечи, вино для киддуша, приятные беседы.

Очевидно, это и есть главная причина, почему нас привлекают ритуалы. Когда мир так непостоянен, мы жаждем чего-то знакомого. Поэт Руперт Брук в 1912 г. в Берлине, где «…ад – по телу жар и пот…», создал свой шедевр тоски по дому «Гранчистер», заканчивающийся фразой: «Застыли стрелки, замер час… / А есть ли к чаю мед у нас?»[197][198]. В тяжелые времена его утешали воспоминания об английском ритуале пятичасового чая, с серебряными ложками, такими знакомыми в неспокойном мире.

Ритуалы нас заземляют и вселяют уверенность, именно поэтому многие звезды спорта делают странные вещи, готовясь к выступлению. Перед каждой первой подачей теннисист Рафаэль Надаль топает один раз, вытирает нос, заправляет волосы за левое ухо, потом за правое. Он говорил, что эти ритуалы помогают ему «привести мысли в порядок»[199]. Хотя некоторые высмеивают Надаля за эти особенности, в них есть смысл: ученые выяснили, что ритуалы помогают улучшить показатели, поскольку снижают тревожность[200].

Как и Надаль, многие охотники-собиратели обращаются к ритуалам, чтобы улучшить показатели. Прежде чем отправиться на охоту, члены племени кунг складывают кожаные диски на ладони, дуют на них и кидают на кусок ткани. Потом эти «руны» читает жрец и предсказывает исход охоты. Это может показаться суеверной чепухой, но если на протяжении тысячелетий этот ритуал помогал привести мышцы в тонус перед охотой, разве в этом нет смысла?

Ритуалы для объединения

Ритуалы не только призваны нас успокоить, они также нас объединяют. В двенадцать лет я недолго увлекалась футболом и болела за клуб «Арсенал». У меня был пенал с символикой команды, форма, шарф, увешанный значками. Много раз я ездила на стадион на севере Лондона, чтобы посмотреть, как они играют, и покричать изо всех сил: «Иан Райт, РАЙТ, РАЙТ!» Самое интересное, если задуматься, мне не так уж и нравился футбол. Я даже не понимала правил. Но меня опьяняло чувство солидарности с огромным количеством кричащих в унисон фанатов на стадионе. Мяч ударялся о сетку, и двадцать тысяч человек взрывались радостным криком, а мое сердце ликовало.

В 1912 г. социолог Эмиль Дюркгейм использовал термин «коллективное возбуждение» для описания эйфории, возникающей у группы людей, вместе выполняющих ритуал. «Когда люди собираются вместе, их сближение создает нечто наподобие электрического заряда»[201][202]. Вызывая сильные коллективные эмоции, ритуалы сближают людей как ничто другое.

В ритуале не обязаны участвовать тысячи человек. Нейробиолог Пол Зак провел эксперимент на свадьбе, взяв кровь у (очень понимающих) жениха, невесты, родителей, родственников и друзей до и после церемонии. Кровь проверили на уровень окситоцина, объединяющего гормона. Неудивительно, что его уровень вырос у жениха и невесты, но он также поднялся и у остальных участников церемонии[203]. Проще говоря, ритуал – идеальный инструмент сплочения людей.

Цена утраченных ритуалов

Со времен змеиных пещер каменного века люди создавали ритуалы, потому что они помогали чувствовать себя спокойнее, в безопасности, счастливее и менее одиноко. Что же происходит, если ритуалы ускользают из нашей жизни?

Главным источником ритуалов в течение всей истории человечества была религия, а в современном западном мире она находится в упадке. В Великобритании более половины населения определяют себя как «не религиозные»[204]. Хорошо это или плохо, но факт остается фактом – уход от религии означает уход от значительной части ритуалов, пронизывавших всю нашу жизнь и сближавших нас.

Коллективные религиозные ритуалы находятся в таком же упадке, как и ритуалы, связанные с достижением определенного возраста. Хотя в некоторых странах все еще существуют традиции, такие как вечеринка «сладких шестнадцати» в США или японский фестиваль «День Совершеннолетия» для двадцатилетних, во многих частях современного мира вообще нет формальных обрядов инициации. Когда меня ввели во взрослую жизнь? Когда я проколола уши в торговом центре в тринадцать лет без родителей? Или пила с друзьями на лавочках в парке? Экзамен на водительские права? Откровенно говоря, никакого перехода не было. Я плавно повзрослела без всяких фанфар.

В контексте истории жизни человека это что-то невероятное. В традиционных обществах всегда считалось не просто приятным, но и необходимым отметить переход человека во взрослую жизнь. В обществе австралийских аборигенов «обход» являлся обрядом посвящения, который обязывал мальчиков в раннем подростковом возрасте жить в дикой местности вплоть до шести месяцев.

Хотя нам сейчас подобные обряды кажутся чрезмерными, нельзя не признать важность перехода человека из положения ребенка в статус взрослого. Если формальный переход во взрослую жизнь помогает человеку почувствовать, что он заслужил свое место в обществе, разве он не будет испытывать здоровое уважение к обществу и себе?

Существует мнение, что упадок обрядов инициации ведет к серьезным социальным проблемам, поскольку, если у молодых людей (особенно мужчин) не было формального обряда перехода во взрослую жизнь, они чувствуют необходимость заполнить вакуум своей версией этого обряда, например присоединившись к банде или совершая преступления. Как писал философ Роджер Скрутон: «Отнимите у молодых людей инициацию в здоровое общество, и они найдут способ инициации, дабы выйти из него»[205].

Подростковая беспризорность и даже преступность – самые острые симптомы отступления ритуала. Кроме того, я предполагаю наличие еще одного более распространенного симптома: невнятное чувство нереализованности. «Предполагаю» – потому что это касается не всех, и многие скажут вам, что их жизнь нормально складывается без всяких ритуалов. Многие гордятся тем, что живут в просвещенном, свободном от предрассудков обществе, что мы больше не сбрасываем детей со зданий и не отрезаем себе пальцы. Верно, но разве остатки ритуалов во всех культурах не говорят нам, что мы, люди, имеем первобытную потребность в них? В таком случае, может быть, отсутствие ритуалов создает у многих людей ощущение, что чего-то в их жизни не хватает, даже если они не могут сказать, чего именно?

ПАЛЕОСОВЕТ:

вплетите ритуалы в свою повседневную жизнь

Я очень люблю рамки для фотографий. Деревянные, металлические, простые или с орнаментом – мне нравятся все. Меня очаровывает то, как они меняют вещь. Многие годы я вставляла в них разные, не особенно важные предметы: кусочки плитки, перья, спичечные коробки. Оказавшись в толстой белой раме, эти предметы волшебным образом превращаются в искусство. Они обретают новое значение и красоту, потому что, оказавшись в раме, они побуждают смотреть на них иначе. Рама возвышает повседневность – так же работает и ритуал.

Ритуалы – рама, которой можно украсить и сделать более значительным свой опыт. Время утекает у нас сквозь пальцы, как песок в песочных часах. Только что был январь, а уже сентябрь, только что тебе было девятнадцать, а уже сорок три. Мы не можем остановить песок, но с помощью ритуала мы можем как бы сгустить время и, оглядываясь, почувствовать, что прожили его и наполнили прошедшие дни, месяцы и годы.

Мой ритуальный микс

Очень долго я жила почти без ритуалов, кроме периодических дней рождений и вечерней мессы на Рождество. Но чем больше я узнавала про потребность нашего биологического вида в обрядах, тем сильнее чувствовала – в моей жизни не хватает чего-то важного.

Я хотела приобщиться к ритмам, пронизывающим жизни многих людей по всему миру: больше церемоний, больше праздников, больше «коллективного возбуждения».

Я решила специально включить побольше ритуалов в свою жизнь. Какие-то я позаимствовала, какие-то изобрела сама. Некоторым покажется поверхностным заимствование ритуалов из культур и религий, к которым не принадлежишь. Но неверующим заимствовать не впервой. Можно сказать, что йога – заимствование из индуизма. Медитация – из буддизма. Рождественские пьесы – из христианства. Заимствование ритуалов неприемлемо, когда над ними насмехаются, но когда им уважительно следуют – в чем проблема? Вот некоторые из ритуалов, которые я решила сделать частью моей жизни.

Нерелигиозный шаббат

Главный ритуал в моей жизни – еженедельный нерелигиозный шаббат, посвященный семье, еде и чувству единства. Вечер понедельника у нас всегда особенный – никакой работы, никаких ноутбуков, никакого телевизора. Отдельные элементы вечера повторяются каждую неделю. Мы играем в игры, зажигаем свечи на столе, едим вкусный пудинг, который приготовили вместе. Еврейский шаббат – не единственный источник вдохновения для этой идеи. В середине XX в. лидеры церкви Иисуса Христа Святых последних дней предложили прихожанам устраивать «семейные вечера». Семья мормонов, у которой брали интервью, рассказывала про эту традицию: «Не важно, успешно они проходят или нет, главное, что дети знают – каждую неделю они будут»[206]. Я уверена: рано или поздно мои дети начнут закатывать глаза на эту традицию, но главное, что бы ни случилось, семейный ужин по понедельникам всегда будет в нашей жизни.

Весеннее купание

Обновляющая сила воды подчеркивается во многих религиях, от христианского и сикхского крещения до ритуала омовения перед молитвой у мусульман. Мой собственный ритуал, связанный с водой: открытие сезона купания в конце марта – начале апреля первым купанием в открытом водоеме. Часть традиции в том, что каждый год – это разные места. Я выбираю день, в который у меня нет планов и работы, пакую сумку и еду. После плавания я размышляю, чего бы хотела от весны и лета – что-то вроде новогодних обещаний, – но мне больше нравится делать их в обнадеживающем свете весны.

Сбор остролиста

Первое воскресенье декабря у нас посвящено собирательству. Часть ритуала – домашний горячий шоколад с тем вкусом, который предпочитает каждый. Мята? Апельсин? Все подходит. Вторая часть традиции – поход в лес, чтобы собрать ветки. У каждого есть корзина и список того, что необходимо собрать: остролист, ива, ель. Дома мы втыкаем веточки в зеленую флористическую пену и делаем украшения: венки, гирлянды, декор для стола. С эстетической точки зрения – полная катастрофа, но суть не в этом.

Первое купание ребенка

Однажды я узнала о том, что в Нигерии бабушка дарит новорожденному первое купание: очаровательная традиция, символизирующая, что близкие будут помогать растить ребенка. Я решила ее позаимствовать. В ванной, освещенной свечами, бабушка купала, натирала маслом моих детей и после молилась.

Как создать ритуал?

• Помните о цели: поместить события жизни в рамку, сделать их более значительными, особенными и запоминающимися.

• Взгляните на предстоящие месяцы: много ли моментов, в которые вы хотели бы замедлиться, отпраздновать их, отметив что-то для себя и других (кроме дней рождения)? Может, кто-то, кто вам важен, сменил работу, выздоравливает, празднует годовщину, переезжает, пробует что-то новое? Какие даты, сезоны или события вы хотели бы отметить?

• Как только вы поймете, в чем повод, подумайте о содержании вашего ритуала. Помните о метафоре с рамкой. Вы обрамляете момент, у него должно быть четкое начало, середина и конец.

• Подумайте о сенсорном уровне ритуала. Можете ли вы добавить вещи, выглядящие более привлекательно, создающие торжественность – яркие, приятно пахнущие, вкусные?

• Как добавить ритуалу значения для всех присутствующих? Произнесение особых слов, зажжение огня, создание чего-либо, разделение чего-либо?

• Нет ритуальной полиции, которая придет за вами, если ваш ритуал будет недостаточно духовным или странным. Вам не нужно надевать шаманский головной убор и взывать к луне. Вы создаете приятный момент для себя, своей семьи или сообщества, который потом можно будет повторить, и с каждым повторением у него будет все более глубокий смысл.

Найдите «бурление группы»

После тридцати я чувствовала себя немного потерянной в жизни и записалась на групповые занятия в большую евангелистскую церковь в Лондоне. Когда прошло десять недель, я была так вдохновлена прекрасными улыбчивыми людьми, которые их вели, что решила сама стать таким человеком. Многие месяцы я ходила туда по утрам по воскресеньям ради проповедей и вдохновляющей музыки, а после испытывала эмоциональный подъем, длившийся почти до вторника.

К сожалению, со временем я почувствовала себя обманщицей. Я не была предана Христу, моей мотивацией стала не молитва, а сообщество; мой голос, сливающийся с другими в песне; взмывающий до высокого потолка восторг. Я искала чувство «коллективного восторга», или «бурление группы», как называет его Джулс Эванс[207].

Однажды на службе я увидела, как пара человек около меня, почувствовав присутствие Святого духа, упали на пол и закричали. Ощутив необходимость сделать хоть что-то, а не просто стоять, как бездуховный чурбан, я закрыла глаза и… начала притворяться, что говорю на незнакомых языках. Я пыталась изобразить польский, но это было больше похоже на пингвина Пингу из мультика. Я повела себя бездуховно, и после мне было стыдно войти в церковь больше семи лет. И только в тишине ковидного локдауна я поняла, как мне не хватает коллективного восторга, пережитого в церкви. Как только сняли ограничения, я снова стала его искать.

Иногда нужно пойти в церковь, не важно, на вдохновенную евангелиестическую службу или строгую католическую мессу, однако «бурление группы» возникает не только во время общей молитвы. В 1990 г. такой же эффект на меня производили матчи «Арсенала», как я упоминала ранее. В последние годы я получала дозу на коронации Карла III, на скачках в Аскоте, крича с тысячами людей и ахая при виде бриллиантовой россыпи в небе в ночь фейерверков. На концертах, спортивных матчах, в церкви – ничто не сравнится с чувством единства с таким количеством людей. Его стоит искать.

Потанцуем?

Ничто не вызывает большего чувства коллективного восторга, чем танцы. Как именно зажигали наши предки – неизвестно науке, но есть много свидетельств древности танца. Наскальная живопись в Борнео, изображающая людей с согнутыми ногами, похожими на танцоров эпохи палеолита, появилась около 20 тыс. лет назад[208].

В пещерах Бхимбетка в Индии, наскальной живописи которых около 30 тыс. лет, изображены две линии людей, держащихся за руки, а рядом человек, играющий на музыкальном инструменте. В наши дни в сообществе сан в Калахари исполняют «танец транса»: в течение многих часов топают обутыми в гремящие украшения ногами, часто дыша и доводя себя до состояния транса.

Во всех известных культурах люди выходят на танцпол (или пещерный пол). Когда понимаешь важность танца для единства людей в сообществе, легко поверить, что люди танцевали с тех самых пор, как кто-то вырезал первую флейту из оленьего рога. Не важно, идет ли речь о хоки-поки или массовом вальсе, ритуалы, включающие в себя синхронные движения, создают, по словам историка Уильяма Х. Макнила, «мускульное единение»[209].

В течение пятнадцати лет я наслаждалась чувством коллективного восторга один-два раза в неделю в ночном клубе. Сейчас я достигла возраста, когда нет смысла бояться проверки паспорта, но сомневаюсь, что вернусь в клубы. Впрочем, для меня стало бы трагедией, если бы мне сказали, что я больше не буду танцевать. Поэтому, чтобы испытать чувство группового восторга, я хожу на разные занятия, от латинских танцев до линди-хопа. Танец – слишком жизнеутверждающая вещь, чтобы с возрастом от него отказываться. Как выразился танцевальный критик Эдвин Денби: «Танец – это небольшое безумие, которое необходимо каждому». Этой же фразой можно описать и ритуал.

Год ритуалов

Ритуалы можно не только придумывать, но и (уважительно) заимствовать, вдохновляться богатством обрядов разных культур и религий.

Весна

Ту би-Шват – еврейский праздник, посвященный возрождению природы и посадке деревьев. Его мирская версия – «день деревьев» – справляется по всему миру: люди собираются, чтобы сажать деревья весной.

Пожалуй, самый красивый ритуал – индийский праздник Холи, на который люди собираются весной, бросают друг в друга яркий порошок разных цветов: розовый, зеленый, голубой. Во многих странах фестиваль холи бесплатно может посетить любой.

Фестиваль Ханами широко празднуется в Японии: люди ходят на пикники, чтобы отметить начало цветения вишни. Если у вас рядом нет сакуры, можно отметить цветение одуванчиков, тюльпанов или колокольчиков.

Лето

В северном полушарии день летнего солнцестояния выпадает на конец июня. Исторически язычники в этот день разводили костры и плясали всю короткую ночь. Сейчас некоторые просто любуются восходом и заходом солнца.

Японцы проводят трехдневный фестиваль Обон, дабы почтить духов предков. Они украшают и чистят могилы родственников, проводят праздники в их честь.

Осень

День урожая – один из праздников, прекративший свое существование при моей жизни. Многие продуктовые банки сотрудничают с местными сообществами, чтобы собрать еду и передать нуждающимся. Отличный повод собраться вместе и поучаствовать в благотворительности.

День благодарения – американский праздник со всеми его тыквенными пирогами и поеданием индейки, но основной посыл – благодарность, которую отмечают через застолье, – очень легко позаимствовать.

Зима

В деревенской Англии есть традиция вассейлинг: люди шумят и хулиганят в садах, чтобы отогнать злых духов и обеспечить хороший урожай. На двенадцатую ночь после Рождества[210] (6 января) вассейлеры идут в яблоневый сад, громко поют и стучат, за что в награду получают теплые напитки со специями. В Англии есть несколько таких фестивалей, которые может посетить любой желающий.

Ночь Роберта Бернса, праздник в честь великого шотландского поэта, богат на ритуалы: песни, стихи, «тосты за хаггис[211]». Благодаря шотландской диаспоре этот праздник отмечают по всему миру.

Мудрость каменного века о… ритуалах

• Мы утратили многие ритуалы, веками дававшие людям чувство безопасности и сплоченности.

• Празднуйте важные даты и события более особенно, с традициями и ритуалами, повторяющимися из года в год.

• Используйте любую возможность отметить ход времени: смену сезонов, достижение целей.

• Найдите для себя «бурление группы»: вдохновляющие коллективные занятия (концерты, спортивные матчи, религиозные службы).

• Чаще танцуйте, желательно в группе.

14

Я и мы

Мы живем в век самолюбования. Современные люди не задумываются, прежде чем выставить фото своего пресса после фитнеса. В порядке вещей заявлять о своей уникальности, и мы бесконечно размышляем о нашем «путешествии» и месте в мире.

Мир уже долгое время разделен на две части: индивидуалистичный запад и коллективистский восток. Те, кто принадлежит к индивидуалистическим нациям, считают, что достижение собственного счастья гораздо важнее социальных обязанностей. Мы ценим личные достижения выше успеха группы.

Как началось это разделение? Некоторые видят причину в разных типах экономики. Другие полагают, что все началось с миссии средневековой католической церкви по истреблению инцеста, что привело к непреднамеренному расколу общества[212]. В течение XX в. наша склонность считать себя центром вселенной усугубилась за счет психоанализа и его внимания к работе над собой; за счет стиля воспитания детей, внушающего им, что они – центр вселенной; за счет высказываний политиков и мыслителей, считающих, что права личности превыше всего.

Одной из самых влиятельных мыслительниц можно назвать Айн Рэнд. Она родилась в Санкт-Петербурге в 1905 г., а когда ей было двенадцать лет, Октябрьская революция перевернула все с ног на голову. Аптеку ее отца национализировали, и семье пришлось бежать. Опыт, предсказуемо внушивший ей отвращение к коммунизму на всю жизнь. Рэнд ударилась в другую крайность, настаивая на праве людей преследовать свои интересы независимо от их «эгоистичности». Герой ее романа «Атлант расправил плечи» говорит, что человек должен существовать только сам для себя, «достижение своего счастья – единственная моральная цель вашей жизни».[213]

Много десятилетий этот клич «каждый сам за себя» определял нашу культуру – от реалити-шоу до бесед о преимуществах жадности на заседаниях советов директоров. Во второй половине XX в. люди на Западе становились все более и более эгоцентричными. В 1963 г. только 12 % подростков соглашались с фразой «Я важный человек», а в 1992 г. – уже 70–80 %[214]. Отчет о книгах, опубликованных в Америке между 1960 и 1980 гг., указывает на более частое использование местоимений «я», «меня», чем «мы» и «нас»[215]. Анализ популярных песен, выпущенных между 1980 и 2007 гг., подтверждает, что количество «слов, относящихся к сфокусированности на себе» увеличилось[216]. Уитни Хьюстон пела о важности любви к себе – что ж, этим искусством мы явно овладели.

Миф «я на первом месте»

По мнению многих, стремление ставить себя на первое место свойственно homo sapiens, оно пронизывает нашу ДНК с начала времен, как наскальные письмена. В 1600-х гг. философ Томас Гоббс утверждал, что наши предки из охотников-собирателей находились в состоянии «войны всех против всех»[217]. Теория Чарльза Дарвина о выживании сильнейших убеждает нас, что отношения людей строятся по принципу «человек человеку волк». Такой взгляд на историю подразумевает сплошные шкурные интересы и отрицает альтруизм.

Предположение, кажущееся вполне разумным, на поверку оказывается неправдой. Большую часть существования человека на Земле «мы» были гораздо важнее, чем «я». Вновь и вновь исследователи из внешнего мира, вступавшие в контакт с охотниками-собирателями, обнаруживали их честными, щедрыми, альтруистичными, готовыми помочь. Христофор Колумб, столкнувшись с коренными народами Америки в 1492 г., удивлялся в письме: «Они очень простые, честные и щедро делятся всем, что имеют, никто не отказывается делиться имуществом, если попросить, выражают любовь и заботу о других, гораздо большую, чем о себе»[218].

Антрополог Кристофер Боэм многие годы анализировал данные, полученные в ходе изучения 150 современных сообществ охотников-собирателей, живущих, если обобщать, так же, как наши предки в каменном веке. В каждом случае щедрость и альтруизм оказывались среди основных ценностей[219]. Но члены этих сообществ не просто надеялись, что все понимают, как важно делиться. Они прибегали к особым стратегиям, дабы удостовериться, что все живут согласно этим ценностям, судили и изгоняли властолюбивых, жадных и эгоистичных.

В сообществах охотников-собирателей личность – всегда часть группы. Наскальная живопись тех времен дает представление об их скромном восприятии себя. Рассматривая рисунки, я раз за разом удивлялась: а где же люди? Кроме пары примитивных фигурок из палок, их почти нет. Почему, раз они так талантливо изображали мамонтов, львов и носорогов, они не создали детальных изображений людей? Но неужели невозможно представить, что весь долгий век, когда солидарность являлась необходимым условием выживания, сами люди не были так важны? Как выразился археолог Жан Клотт: «В доисторический период люди не были в центре сцены»[220].

Ставя «мы» прежде «я», они не стремились принести добро. Им приходилось так себя вести, потому что без взаимодействия невозможно выживание. Если присматривать только за «персоной номер один», эта персона долго не протянет. В тяжелые времена приходится полагаться на других. Айн Рэнд могла бы усмехнуться: «Только у низших людей есть коллективные инстинкты, потому что они им нужны» – но даже лучшие охотники иногда возвращались домой с пустыми руками по нескольку дней кряду[221]. Чтобы пережить неудачные дни, всем приходилось полагаться друг на друга. Они были друг для друга «страховым планом».

(Заметим также, что в конце своей жизни в США, одинокая, больная раком Рэнд была вынуждена прибегнуть к социальной страховке, чтобы покрыть свои растущие медицинские счета. Раньше она звала таких людей паразитами, а теперь одинокая героиня пользовалась плодами системы, основанной на взаимопомощи.)

Почему произошел переход от «мы» к «я»?

Взаимопомощь была нормой настолько долгое время, что наш мозг и тело научились позитивно реагировать на альтруистическое поведение. В одном исследовании ученые подключили электроды к дошкольникам и измеряли отклик их психики на определенные действия. Дети зарабатывали жетоны, которые меняли на призы. В конце исследователи рассказали грустную историю про «больных детей», которые якобы не смогли прийти, и попросили детей отдать жетоны, чтобы те тоже получили призы. Согласно полученным данным, дети, отдавшие жетоны, чувствовали себя спокойнее. Главный исследователь Джонас Миллер выдвинул предположение: «Мы с раннего возраста так устроены, что чувствуем себя в безопасности, заботясь о других»[222].

Это любопытно. Если нам присуще альтруистичное поведение, если мы чувствуем себя лучше, помогая другим, почему многие люди такие эгоисты? Я думаю, фокус человечества сместился с «мы» на «я» по ряду причин. Во-первых, в нашей повседневной жизни взаимопомощь больше не обязательна для выживания. Обобщая: мы зарабатываем деньги, дабы прокормить себя и не зависеть от других. Зависимость от группы отпадает, а с ней и альтруизм.

Другая причина нашего эгоизма – не такая сильная включенность в жизнь сообщества. Возможно, вы всю жизнь прожили в одном месте и здороваетесь с каждым вторым на улице, но многие из нас, особенно те, кто переехал в большой город, больше не принадлежат к сообществам, где люди тесно связаны друг с другом. Технологии увеличили расстояние между нами. Мы больше времени проводим в одиночестве. Сложно по-настоящему возлюбить ближнего своего, если вы общаетесь только в чате двора.

Когда мы не так часто пересекаемся с людьми, живущими поблизости, у них меньше возможностей осудить наше поведение. В своей книге «Племя: Как выжить в мире тотального одиночества» Себастьян Юнгер утверждает: «Вряд ли у охотников-добытчиков моральные устои выше, чем у других людей, им просто не прощают эгоистичное поведение, потому что они живут в маленьких группах, где почти все открыто пытливому взгляду»[223][224].

Желание вести себя лучше, когда на нас смотрят, издавна нам присуще. «Эффект всевидящего ока» показывает, что люди ведут себя альтруистичнее даже рядом с изображением глаза. Даже под надзором картинки мы ведем себя иначе: несомненно, потребность в одобрении племени все еще присутствует в нашем подсознании. Но в большинстве случаев никого нет рядом, чтобы увидеть и оценить, эгоистично себя ведет человек или альтруистично.

Самокопание и грусть

Как же влияет избыточная сфокусированность на себе на наше состояние? Помогло ли безграничное самолюбование и индивидуализм сделать нас счастливее? Вовсе нет. Психолог Джин Твенге потратила тридцать лет на изучение огромных массивов данных, чтобы выяснить, как меняется отношение к себе у разных поколений – от «молчунов» (родившихся в 1925–1945 гг.) до поколения Z (1995–2012), между которыми находятся «бэби-бумеры» (1946–1964), поколение X (1965–1979) и «миллениалы» (1980–1994). Она обнаружила значительное усиление самовлюбленности[225]. К моменту взросления миллениалов «оценка собственной значимости выросла до невероятных масштабов».

Твенге также обнаружила, что по мере того, как «я» выходит на первый план, возрастает уровень депрессии и тревожности. Особенно тяжело поколению Z, потому что из-за зависимости от интернета резко возрастает темная сторона индивидуализма. Начиная с 2010-х гг. (когда у всех появились смартфоны) среди подростков в англоязычных странах, таких как, например, США, Великобритания и Канада, резко вырос процент депрессии, одиночества и селфхарма. Социальные сети не только подпитывают зацикленность на себе, но и делают ее болезненной. С одной стороны, культура подталкивает нас к стремлению быть особенным, не просто лицом в толпе, с другой – мы постоянно видим людей, чьи таланты, внешний вид, жизни куда лучше наших. Разве странно, что так много людей недовольны собой?

ПАЛЕОСОВЕТ:

не зацикливайтесь на себе

Матьё Рикар вырос в обеспеченной семье во Франции. Он получил ученую степень в области клеточной генетики, а затем бросил все и стал буддистским монахом в горах Непала. Если верить исследователям, просканировавшим его мозг и обнаружившим невероятно высокий уровень гамма-волн, отвечающих за хорошее самочувствие, он – «самый счастливый человек на Земле». Учитывая сочетание в нем западного интеллектуализма с восточной духовностью, он кое-что понимает в том, как улучшить свое самочувствие. Для него ключевым фактором является отсутствие зацикленности на себе. «Внутреннюю свободу… можно обрести, только минимизировав зацикленность на себе»[226].

Переключение внимания с группы на себя представляется как просветление: разве не прекрасно, что теперь мы знаем себе цену? Знаем о своих правах, понимаем, чего мы хотим и в чем имеем потребность? Любовь к себе, самооценка, чувство собственной значимости – все это хорошо, не так ли? До определенного предела. Конечно, прекрасно себя не презирать. Но и поглощенность собой, если верить науке, нам вредит. Она ведет к тревожности[227]. Из нее может вытекать депрессия[228]. Ряд исследований показали, что сильное, четко осознаваемое чувство собственного достоинства зависит от колебаний настроения, в то время как бескорыстие, то есть более слабое разграничение себя и других, связано с тем, что исследователи называют «аутентичным долговременным счастьем»[229].

Каждый день я борюсь с эгоцентричным мышлением. Когда я слишком зациклена на себе, когда задето мое эго, когда я ловлю себя на мысли, как великая «я» могу завоевать, достигнуть, покрасоваться, я себя останавливаю. Хотя я не способна достичь буддистского самоотречения, как Матьё Рикар, некоторые способы переключить внимание с себя любимой на благо «нас» мне доступны.

Помните о собственной смертности

Нас убеждают, что с точки зрения психологии полезно верить в свою уникальность. «Каждый из вас – особенный», – пел фиолетовый динозаврик Барни в 1990-е гг. дошкольникам (будущим миллениалам), и они ему поверили. Я же предпочитаю слова учителя английского Дэвида Маккалоу, чье обращение к старшеклассникам в американской школе завирусилось в интернете. Его посыл: «Не думайте, что вы особенные, потому что это не так».

В контексте сегодняшней культуры это заявление звучит жестоко, но на протяжении всей истории человечества люди знали, что есть смысл придержать эго, если оно взлетает в стратосферу. Римские генералы, возвращавшиеся домой с победой, торжественно проезжали по улицам города, а рядом с ними стоял специальный раб, нашептывающий им в ухо: «Помни о смерти». Помни, что ты из плоти и крови, как и мы все. Помни, что ты однажды тоже будешь пищей для червей. Не зазнавайся, дружок.

Похожую тактику использовали и охотники-собиратели. Антрополог Кристофер Боэм использовал термин «обратное доминирование», описывая все тактики, которые они применяли, чтобы убедиться, что никто не считает себя лучше других, как, например, высмеивание человека, принесшего с охоты большую добычу[230]. Все это делалось с целью понизить статус человека ради блага группы.

Когда мое эго раздувается или поглощенность собой поднимает голову, я пробую приемы охотников-собирателей, чтобы успокоить его. Я не говорю о суровой самокритике (которая в конечном счете тоже симптом поглощенности собой), но скорее это попытка мягко и с юмором напомнить себе, что, цитируя Дэвида Маккаллоу: «В тебе нет ничего особенного, милая».

Избегайте своего отражения

Зеркала на всех стенах – такая популярная черта современных домов, что мы не задумываемся об их влиянии на нас. Каждый раз, бросая взгляд на свое отражение, мы на секунду задумываемся, как выглядим и как нас воспринимают окружающие. Зеркала напоминают, что мы – отдельная личность, которую окружающие могут хвалить, рассматривать и критиковать.

Так естественно сегодня глядеть на себя несколько раз в день, но это вовсе не естественно в контексте истории человечества. Ведь большую часть времени люди не видели своих отражений, если только доисторический Нарцисс не смотрелся в воду спокойного озера. Может, чувство связи с другими было реальнее без постоянного напоминания о своей самобытности? Быть может, отсутствие изображений людей в пещерах – результат редких размышлений о своей внешности?

Эта теория не доказана, но мне кажется, что присутствие зеркал влияет на чувство поглощенности собой. Для меня отказ от эгоизма означает отказ от зеркал. Ну хорошо, маленькое зеркало в ванной у меня есть, потому что красить губы наугад так себе идея, но во всем остальном доме они отсутствуют. Современное увлечение селфи тоже очевидный триггер для самолюбования. Я никогда особенно не любила себя фотографировать, в ином случае мне бы пришлось отказаться и от этой практики.

Ищите поводы испытать восторг

Приматолог Джейн Гудолл десятилетиями жила в лесах Национального парка Гомбе в Танзании и изучала шимпанзе. Однажды утром она стояла на травянистом склоне над озером, солнечный свет, проходящий сквозь облака, играл на зеленой лужайке под ней. Чувство восторга, которое она тогда испытала, необычным образом отразилось на ее отношении к себе: «Пытаясь после вспомнить этот момент, я как будто ощутила, что мое самосознание отсутствовало»[231].

Опыт Гудолл очень близок к тому, что называют «эффектом уменьшения эго»[232]. Когда люди испытывают что-то потрясающее, например созерцают картину природы в Йосемитском национальном парке, а потом их просят нарисовать себя, они изображают себя меньше, чем в других случаях[233]. Стоит нам столкнуться с величественными вещами, мы становимся скромнее, уменьшается наша заносчивость[234]. Родственное восторгу чувство экстаза происходит от греческого слова ekstasis – «быть или стоять вне себя, удалиться в другое место».

Что же вызывает восторг? У каждого свое: духовный опыт, девятая симфония Бетховена, возвышающиеся рядом небоскребы. Пожалуй, самый распространенный источник восторга – картины природы. В одном из комиксов про Кельвина и Хоббса Кельвин восклицает: «Посмотри на эти звезды! Вселенной нет конца!» На что Хоббс отвечает: «Заставляет задуматься, почему же тогда люди только и кричат про себя». Природа ставит нас на место. Она наводит на мысли о нашей незначительности в масштабах мироздания. Наши предки охотники-собиратели каждый день переживали этот опыт, меняющий взгляд на вещи. В широких саваннах, роскошных лесах и в ледяных степях они постоянно помнили, что не так уж и важны.

Само слово «восторг» наполняет чувством восторга. Я стараюсь не зацикливаться на том, испытываю ли я его в полной мере. Мне достаточно на минутку переключиться на окружающий мир: кроны леса, море, распростертое до самого горизонта. Каждый год зимой я стараюсь совершить пару поездок на Сомерсетские равнины, чтобы полюбоваться стаями скворцов. Наблюдать за этой пятнистой черной массой, проносящейся и парящей на фоне синевы, – все равно что вливать в вены чистое чудо.

Как испытать восторг?

• Выезжайте на природу: любуйтесь морем, ночным небом, огромными озерами, линией горизонта.

• Смотрите передачи о чудесах природы вроде тех, которые ведет Дэвид Аттенборо.

• Смотрите выступления талантливых танцоров, певцов, футболистов, теннисистов – тех, с кем вы никогда не сравнитесь и кем вы можете лишь восхищаться.

• Теряйте себя в великом искусстве музыки.

• Чаще любуйтесь восходами и закатами.

Как поставить «мы» на первое место?

Помните Дэвида Маккалоу, чье обращение к старшеклассникам содержало горькое напоминание: «Не думайте, что вы особенные, потому что это не так»? Позже он подсластил пилюлю: «Великая и любопытная правда о человеческой жизни состоит в том, что самоотречение – лучшее, что вы можете для себя сделать».

Трудно не сделать приторным совет о службе другим, но простая, давно доказанная истина гласит: мало что приносит больше счастья, спокойствия и смысла жизни, чем стремление ставить других выше себя. Множество исследований это подтверждают. В одном эксперименте подопытным сканировали мозг, пока они изучали список благотворительных организаций. Они должны были выбрать: пожертвовать деньги или закинуть себе на счет в качестве вознаграждения за участие. В случаях, когда они ставили потребности других людей выше своих, реагировала часть мозга, отвечающая за еду и секс[235].

Было установлено, что щедрость по отношению к другим значительно снижает кровяное давление[236], увеличивает продолжительность жизни[237], а также повышает уровень счастья. Эксперимент, проведенный в нескольких очень разных странах: Канаде, Уганде, Индии и Вануату, – показал, что везде люди чувствуют себя гораздо лучше, потратив пять долларов на кого-то другого[238].

Но давайте смотреть на вещи реалистично: знание о преимуществах альтруистического поведения не всегда побуждает к нему. Как же сделать бескорыстность частью нашей жизни? Какие шаги можно предпринять, чтобы уйти подальше от «я» к «мы»?

Планируйте добро

В 1970-х гг. в Вашингтоне местные власти решили устроить праздник под названием День Доброты. Тысячи людей собирались попеть и понежиться на солнце, наслаждаясь духом добрососедства. К вечеру в ходе мероприятия произошла перестрелка, было совершено более 200 ограблений, 150 человек попали в больницу. Много лет спустя женщина, которая была в то время ребенком, вспоминала: «Мы проезжали с отцом через Вашингтон, когда к нашей машине подошел полицейский и сказал: “Поднимите окна и заблокируйте все двери. В городе проходит День Доброты”»[239].

Как в любом организованном веселье, есть что-то неестественное в спланированной доброте. И все же я поняла, что, если хочу вплести ее в свою повседневную жизнь, мне нужно планировать бескорыстные поступки. Мне нужно поставить себе задачу – делать что-то ради других каждый день, иначе намерение потеряется за заботой о детях и повседневных делах.

Меня вдохновляет движение «случайная доброта», суть которого – сделать что-то доброе для человека, которого ты мало знаешь или не знаешь вообще. Много лет назад мы с другом решили заехать в кофейню. Заказали кофе и подъехали к следующему окошку, чтобы его оплатить. «Поздно, – сказал кассир, улыбаясь, – женщина в машине перед вами оплатила ваш счет». Я была невероятно удивлена, мы даже не могли ее поблагодарить. Все произошло так неожиданно, но от этого нам стало даже приятнее.

Доброта не обязательно подразумевает деньги и общение с незнакомцами. Можно принести коллеге чашку чая, позволить человеку вклиниться перед вами в очередь, сделать комплимент красивой сумке у незнакомки, уступить место в заполненном вагоне метро, дать сэндвич бездомному, убрать лед с машины соседа. Небольшие вещи – они занимают всего пару секунд. Многие люди делают их по нескольку раз на дню, даже не замечая. Людям, поглощенным собой, вроде меня, нужно ввести это в привычку. Очень приятен побочный эффект таких поступков: думая о том, как сделать лучше чью-то жизнь, вы на время перемещаетесь в чужое сознание, берете перерыв от постоянных мыслей о себе.

Замкнутые границы дома

Недалеко от школы моей дочери есть тропинка, отгороженная столбиками, по которой часто ходят пешеходы и мамы с колясками, чтобы не попасть под машину. Когда мы вернулись в школу прошлой осенью, тропинка заросла колючками, их толстые усики змеились по земле. Не имея возможности протащить через них коляску и не желая расцарапать ноги, все родители (включая меня) пошли по проезжей части, закатывая друг на друга глаза, как бы говоря: Неужели они не могут разобраться с этим?

Через две недели, забирая ребенка из школы, я увидела на тропинке пожилого мужчину в перчатках для работы по саду и с двумя ведрами сорняков. «О, спасибо! – сказала я, полагая, что его прислал городской совет. – Мы надеялись, что кто-то, наконец, появится…» «Пожалуйста, – ответил он, улыбаясь, – я вчера забирал внучку из школы, тут был ужасный бардак».

Вот оно что. Беседа подействовала на меня отрезвляюще. Он не думал, как я, «кто-то должен с этим разобраться», не надеялся на помощь безликого «кого-то». Он пошел и все сделал сам. Его район, а значит, он должен о нем позаботиться.

В современном индустриальном обществе наш дом, а вместе с ним и обязанности, связанные с его содержанием, заканчиваются на входной двери. Но такое четкое разделение принадлежащего «мне» и принадлежащего «нам» возникло, относительно всей истории человечества, недавно. Большую часть времени существования человечества конкретная граница между «моим домом» и «внешним миром» отсутствовала; внешний мир и был «нашим домом».

Я пытаюсь применять подход того пожилого мужчины, считая своим домом не только четыре стены, но и близлежащие улицы. Я не говорю, что мы все должны заделывать выбоины в асфальте, но, если нам достаточно просто помогать поддерживать наш дом в порядке, например убирать мусор, почему бы не делать этого? Выгода намного перевешивает хлопоты. Дом не должен заканчиваться входной дверью.

Найдите свою миссию

Мир наполнен криками о помощи: экологические проблемы, нескончаемые военные конфликты, болезни, голод, несправедливость в отношении столь многих людей. Все, что мы слышим в новостях, стоит того, чтобы направить энергию, которую мы тратим на самосозерцание, не только на отчаяние и грустные посты. Конечно, очень полезно и правильно помогать нашим соседям по планете. Но чтобы победить чувство беспомощности, когда мы ничем не можем помочь, возможно, стоит направить усилия более узко, сосредоточиться на более локальной проблеме, глубоко небезразличной нам.

Усилия охотников-собирателей были направлены на выживание небольшого сообщества. Они видели результат своих усилий, а это всегда очень мотивирует. Поэтому полезно найти маленькую миссию, которая вас вдохновляет – спасти ближайшую библиотеку, работать волонтером в социальной столовой, – и вложить в нее часть своей альтруистической энергии.

Мудрость каменного века о… борьбе с эгоизмом

• Миллиарды людей сформировали современную индивидуалистическую культуру, заставляющую бесконечно думать о себе. Мы очень далеко ушли от эгалитарного мировоззрения предков.

• Переход от «мы» к «я» стал важной причиной несчастья многих людей, испытывающих давление, пытающихся быть уникальными и особенными.

• Попытайтесь избежать ловушки самопоглощенности – зеркал, селфи, самолюбования в соцсетях.

• Чтобы вырваться из тюрьмы вечной саморефлексии, постарайтесь как можно чаще испытывать восторг, теряясь в созерцании чего-то внешнего.

• Планируйте добрые поступки, чтобы сместить внимание с себя на других.

• Найдите поблизости дело, миссию, которая вам небезразлична, вложите в нее свои время и энергию, чтобы удовлетворить часть мозга из каменного века, требующую альтруистических поступков.

Послесловие

В самые трудные периоды моей жизни, когда я чувствовала себя тревожно и плохо, когда у меня болела голова, я также тосковала по дому. Люди в современном мире часто скучают по дому. Мы тоскуем по тому дому, в котором сформировались как вид: племена с близкими отношениями между их членами, равноправное общество, более простые отношения, меньше ожиданий от себя, работа, приносящая удовлетворение, здоровая еда, жизнь в постоянном движении, богатая природа, хороший отдых. И чем больше «прогресс» отнимает у нас, тем сильнее тоска по дому.

Я писала в начале книги, что считаю многое в современном мире чудесным. Кто откажется от чистой воды, общения с людьми на другом конце света, самолетов и доступа ко всем знаниям мира, медицины и микроволновок, ресторанов экзотической кухни и фейерверков? Жизнь в стиле палео не означает отказ от всего современного, а только от аспектов современной жизни, вызывающих неудовлетворенность и депрессию.

Многое из того, что делает нас несчастными, мы просто принимаем, как будто жизнь в XXI в. – это работа: да, много неприятного, но ведь встречаются и прекрасные моменты. Но я в первую очередь хочу донести следующую мысль: до определенной степени мы сами выбираем, какие части современной жизни принимать, а какие отвергать.

Часто мы забываем о возможности выбора. Сила конформизма вполне реальна, даже для тех, кто гордится независимостью мышления. В 1950-х гг. психолог Соломон Аш проводил эксперименты, чтобы доказать, какой процент наших мнений сформирован под влиянием нашего окружения. Участникам показали линию, а затем им нужно было выбрать такую же из ряда других линий. Не испытывая затруднений, они сами давали верный ответ. Затем Аш изменил условия – пригласил подставных участников, знавших о сути эксперимента. Эти актеры всегда давали неверный ответ, и случалось нечто невероятное. Даже если настоящие подопытные точно знали правильный ответ, они соглашались с мнением, высказанным всеми остальными. Конформизм победил правду.

Конформистские инстинкты верно служили нам в доисторические времена, являясь эволюционным способом адаптации, позволяющим нам выбирать правильную сторону в споре, но сегодня он нам только мешает, велит проглатывать худшие идеи, тренды и учения современности. Увидев несколько машин, проехавших на красный свет, вы вряд ли последуете за ними – вы решите, что водители сошли с ума. И все же, как вид, мы слепо идем друг за другом на красный свет вещей, похожих на «прогресс», в глубине души осознавая, что это неверное направление, будь то полная зависимость от технологий или бездумное потребительство.

Признаюсь, я сама не всегда успешно борюсь с соблазнами современности. Я бездумно листаю ленту, тешу свое эго лестью в соцсетях и поддаюсь желанию купить вещь, которая мне не нужна. Но даже если схожу с пути, я знаю, как легко вернуться к более простому, упорядоченному, человечному образу жизни. Благодаря жизни в стиле палео я смогла ясно увидеть, что помогает мне чувствовать себя лучше, а что ухудшает состояние.

Если вы решите применить какой-нибудь совет из этой книги в своей жизни, не ругайте себя за недостаточно строгое следование диетам и расписаниям. Последнее, что нужно современному человеку, – еще один набор правил, которым нужно беспрекословно следовать. Цель этой книги – снять с вас давление ответственности, а не добавить еще. Напротив, я надеюсь, что вам удастся взять немного мудрости каменного века с этих страниц и понять, какие аспекты современной жизни вам не подходят. Надеюсь, вы поймете, что действительно важно. Но прежде всего я надеюсь: вы сможете почувствовать, что вернулись домой.

Благодарности

Эта книга в значительной степени опирается на работы многочисленных антропологов, археологов, эволюционных психологов, ученых, историков и мыслителей. Невозможно упомянуть их всех, но особенно меня вдохновляли работы и высказывания таких ученых, как Джаред Даймонд, Джеймс Сазман, Сара Блаффер Хрди, Даниел Эверетт и Роберт Данбар.

Во многом эта работа не могла бы состояться, если бы не терпение всех охотников-собирателей, которые соглашались, чтобы за их жизнью наблюдали, их сердца мониторили, их степень счастья измеряли и их привычки исследовали. И только благодаря их стойкости перенести все это, мы в нашем мире WEIRD можем взглянуть на другую часть нашей жизни.

Я благодарна всем, кто поддержал этот проект. Моему агенту Джоанне Суонсон, чей энтузиазм был просто заразителен; Хане Мюрелл за то, что книга попала в руки читателей по всему миру; Джулиане Янг за ее позитивный настрой и четкое понимание направления в работе; и всей команде в Piatkus / Little, Brown, которая помогла мне отполировать книгу. Выношу благодарности также Барли и Лиз за их слова поддержки.

На домашнем фронте: спасибо тебе, Син, за то, что ты готовил мне пакору[240] и заставлял меня смеяться. Спасибо моим детям за то, что они ломали мой компьютер не более одного раза, пока я писала эту книгу. Больше всего я благодарна маме за ее интерес к моей болтовне в течение последних сорока лет, которые помогли мне поверить, что мне есть что сказать людям.

Об авторе

Клэр Фоджес – журналистка и радиоведущая. В прошлом она писала речи для мэра Лондона и премьер-министра Великобритании, вела еженедельную колонку в газете The Times, работала ведущей на радиостанции LBC. В перерывах между политикой и журналистикой она издавала книги с картинками для детей дошкольного возраста. Сейчас живет в Бристоле с мужем и четырьмя детьми.

Примечания

1

Лоуэлл, Р. Час скунса / пер. В. Британишского // Американская поэзия в русских переводах XIX–XX веков. Сост. С. Б. Джимбинов. М.: Радуга, 1983. С. 429–432.

2

Часть коры больших полушарий головного мозга. Осуществляет высший уровень координации и формирования сложных форм поведения. – Прим. ред.

3

О повышении уровня депрессии см.: Liu, Q., He, H., Yang, J., Feng, X., Zhao, F. и Lyu, J., «Changes in the global burden of depression from 1990 to 2017: Findings from the Global Burden of Disease study», Journal of Psychiatric Research. 126 (2020), 134–40, doi: 10.1016/j.jpsychires.2019.08.002.

О повышении уровня тревожности см.: Yang, X., Fang, Y., Chen, H., Zhang, T., Yin, X., Man, J., Yang, L. and Lu, M., «Global, regional and national burden of anxiety disorders from 1990 to 2019», Epidemiology and Psychiatric Sciences, 6 (2021), 30–6, doi: 10.1017/ S2045796021000275.

4

McManus, S., Bebbington, P., Jenkins, R. and Brugha, T. (eds), «Mental health and wellbeing in England: Adult psychiatric morbidity survey 2014» (published 2016).

5

McManus, S., Bebbington, P., Jenkins, R. and Brugha, T. (eds), «Mental health and wellbeing in England: Adult psychiatric morbidity survey 2014» (published 2016).

6

Американский комедийный мультсериал, рассказывающий о жизни Фреда Флинтстоуна и его друзей в каменном веке. – Прим. ред.

7

Храмовый комплекс в честь бога Вишну, построенный в первой половине XII в. на севере Камбоджи. – Прим. пер.

8

Кукуруза сахарная. – Прим. ред.

9

Hobbes, T., Leviathan (1651, Chapter XIII).

10

Здесь и далее, если не сказано иное, перевод Ольги Савченко. – Прим. ред.

11

Diamond, J., «The Worst Mistake in the History of the Human Race», Discover Magazine, 1 May 1999, pp. 95–8.

12

Название северного оленя в Северной Америке. – Прим. пер.

13

Pandit, T. N. The Sentinelese (Seagull Books, 1990, pp. 24–25).

14

Игра слов: аббревиатура WEIRD составлена из первых букв Western, Educated, Industrialized, Rich and Democratic и подчеркивает, что качества, которые в западном мире считаются нормальными, являются только вариантом нормы; в американском варианте английского weird – странный, необычный. – Прим. пер.

15

Biswas-Diener, R., Vitterso, J. and Diener, E., «Most people are pretty happy, but there is cultural variation: The Inughuit, the Amish, and the Maasai», Journal of Happiness Studies, 6 (2005), 205–26.

16

Martin, R. J. and Cooper, A. J., «Subjective well-being in a remote culture: The Himba», Personality and Individual Differences, 115 (2017), 19–22.

17

Minkin D. and Reyes-García, V., «Income and wellbeing in a society on the verge to market integration: The case of the Tsimané in the Bolivian Amazon», Journal of Happiness Studies, 4 (2017), 993–1011, doi: 10.1007/s10902-016-9756-7.

18

Гены, закодированные вне хромосомы. – Прим. ред.

19

Frackowiak, T. and Oleszkiewicz, A., et al., «Subjective happiness among Polish and Hadza people», Frontiers in Psychology, 11 (2020), 1173, doi: 10.3389/fpsyg.2020.01173.

20

Everett, D., Don’t Sleep, There Are Snakes (Profile Books, 2009).

21

Интервью Джеймса Сюзмена с Михейлин Доуклефф для NPR, опубликовано онлайн 1 октября 2017 г.

22

Отсылка к песне группы Rainbow “Captain Cornflakes”. – Прим. ред.

23

Shultz, S., Opie C. and Atkinson, Q. D., «Stepwise evolution of stable sociality in primates», Nature, 479 (2011), 219–22, doi: 10.1038/nature10601. PMID: 22071768.

24

Eisenberger, N. I., Lieberman, M. D. and Williams, K. D., «Does rejection hurt? An FMRI study of social exclusion», Science, 302 (2003), 290–2, doi: 10.1126/science.1089134.

25

Kross, E., Berman, M. G. and Mischel, W., et al., «Social rejection shares somatosensory representations with physical pain», Proceedings of the National Academy of Sciences, 108 (2011), 6270–5, doi: 10.1073/pnas.1102693108.

26

Xia, N. and Li, H., «Loneliness, social isolation, and cardiovascular health», Antioxidants & Redox Signaling, 9 (2017), 837–51, doi: 10.1089/ars.2017.7312.

27

Kraav, S., Lehto, S. M. and Kauhanen, J., et al., «Loneliness and social isolation increase cancer incidence in a cohort of Finnish middle-aged men», Psychiatry Research, 299 (2021), doi: 10.1016/j.psychres.2021.113868.

28

Umberson, D. and Karas Montez, J., «Social relationships and health: A flashpoint for health policy», Journal of Health and Social Behaviour, 51 (2010) 54–66, doi: 10.1177/0022146510383501.

29

Detillion, K. E., Craft, T. K. S. and Glasper, E. R., et al., «Social facilitation of wound healing», Psychoneuroendocrinology, 8 (2004), 1004–11, doi: 10.1016/j.psyneuen.2003.10.003.

30

Согласно последним исследованиям Data Reportal и Statista, около 60 % населения мира пользуются социальными сетями, проводя в среднем 151 минуту в день на сайтах социальных сетей.

31

McCormick, T. H., Salganik, M. J. and Zheng, T., «How many people do you know?: Efficiently estimating personal network size», Journal of the American Statistical Association, 489 (2010), 59–70, doi: 10.1198/jasa.2009.ap08518.

32

Мэй Уэст (1893–1980) – американская актриса и певица. – Прим. пер.

33

Navarro, H., Miritello, G., Canales, A., et al., «Temporal patterns behind the strength of persistent ties». EPJ Data Science, 6 (2017), doi: 10.1140/epjds/s13688-017-0127-3.

34

Dunbar, R. I. M., «Neocortex size as a constraint on group size in primates», Journal of Human Evolution, 22/6 (1992), 469–63, doi: 10.1016/0047-2484(92)90081-J.

35

Осуществляет координацию работы мозга и формирование сложных форм поведения. – Прим. ред.

36

В 2021 г. эта теория была опровергнута исследователями из Стокгольмского университета. Многочисленные вычисления показали, что разброс между значениями числа Данбара слишком большой. В некоторых случаях его значение превышало 500 индивидов, а в других оно было меньше десяти. Такое огромное количество неточностей в статистике наводит на мысль, что любой подобный метод просто ненадежен. – Прим. ред.

37

Dunbar, R. I. M., Friends: Understanding the Power of our Most Important Relationships (Little, Brown, 2021).

38

Кеннеди умер в 1963 г., так что тут руку приложил еще и Линдон Джонсон. – Прим. ред.

39

В 1954 г. психолог Леон Фестингер выдвинул свою влиятельную теорию социального сопоставления, которая предполагает, что у людей есть врожденная потребность оценивать свои способности в сравнении с другими. Многие последующие исследования показали эмоциональную цену социального сопоставления. См. например: Tesser, A., Millar, M. and Moore, J., «Some affective consequences of social comparison and reflection processes: The pain and pleasure of being close», Journal of Personality and Social Psychology, 54/1 (1988), 49–61, doi: 10.1037/0022-3514.54.1.49.

А также: Kohler, M. T., Turner, I. N. and Webster, G. D., «Social comparison and state-trait dynamics: Viewing image-conscious Instagram accounts affects college students» mood and anxiety», Psychology of Popular Media, 10/3 (2021), 340–9, doi: 10.1037/ppm0000310.

40

Официальная резиденция премьер-министра Великобритании. – Прим. ред.

41

Takahashi, H., et al., ‘When your gain is my pain and your pain is my gain: Neural correlates of envy and schadenfreude’, Science, 323/5916 (2009), 937-99, doi: 10.1126/science.1165604.

42

Принцип управления, согласно которому высшие руководящие должности должны занимать наиболее способные люди, независимо от их социального происхождения и финансового достатка. – Прим. ред.

43

Американская компания-производитель фортепиано. – Прим. ред.

44

Торгово-развлекательные районы в Лондоне и Нью-Йорке. – Прим. ред.

45

Концепция, в основе которой лежит идея, предполагающая создание общества с равными социальными и гражданскими правами всех членов этого общества и как идеал – равенство прав и возможностей. Противоположность элитаризма. – Прим. ред.

46

Lee, Richard B., «Eating Christmas in the Kalahari», Natural History Magazine, December 1969.

47

Sahlins, M., Stone Age Economics (Routledge, 1972, pp. 1–40).

48

Suzman, J., Affluence Without Abundance (Bloomsbury Publishing, 2017, p. 16).

49

Второе блюдо из риса (обычно сорта басмати) и специй с добавлением мяса, рыбы, яиц или овощей. – Прим. ред.

50

Mazur, P. M., American Prosperity: Its Causes and Consequences (Viking Press, 1928, pp. 24–5).

51

Wilson, O., «Shoppers eye view of ads that pass us by», experiment featured in the Guardian, 19 November 2005.

52

Michel, C., Sovinsky, M., Proto, E. and Oswald, A., «Advertising as a major source of human dissastisfaction: Cross-national evidence on one million Europeans», in Rojas, M. (ed.), The Economics of Happiness, Springer (2019), pp. 217–39.

53

Лонгфелло, Г. У. Стихотворения 1892–1897 / Пер. О. Н. Чюмина. СПб.: Книжный магазин «Новостей», 1900.

54

Кумранские рукописи, или свитки Мертвого моря, – название манускриптов, обнаруженных в XX в. в ряде пещер Иудейской пустыни и содержащих самые древние известные тексты Ветхого завета. – Прим. пер.

55

Статья BBC News: «Londoner solves 20,000-year Ice Age drawings mystery», 5 января 2023 г.

56

Miller, G. A., «Informavores», in Machlup, F. and Mansfield, U. (eds), The Study of Information: Interdisciplinary Messages (Wiley-Interscience, 1983, pp. 111–113).

57

Kobayashi, K. and Hsu, M., «Common neural code for reward and information value», Proceedings of the National Academy of Sciences (2019), doi: 10.1073/pnas.1820145116.

58

Samuelson, L.H., Some Zulu Customs and Folk-lore, The Church Printing Co., 1905.

59

Население мира на момент написания статьи составляет 7,88 млрд человек. Оценки численности населения доисторических времен сильно разнятся: согласно одному из исследований, около 130 тыс. лет назад численность человечества составляла от 100 тыс. до 300 тыс. человек. В данном расчете я использовала верхнюю оценку: 300 тыс. человек. См.: Sjodin, P., et al., «Resequencing data provide no evidence for a human bottleneck in Africa during the penultimate glacial period», Molecular Biology and Evolution, 29/7, 1851-60, doi: 10.1093/molbev/mss061.

60

Trussler, M. and Soroka, S. «Consumer demand for cynical and negative news frames», International Journal of Press/Politics, 19/3, (2014), 360–79.

61

Hanson, R., Hardwiring Happiness (Penguin Random House, 2013, p. 27).

62

Хайнлайн, Р. Э. Чужак в чужой стране / Пер. М. А. Пчелинцева. М.: Эксмо, 2009.

63

Heinlein, R.A., Stranger in a Strange Land (Hodderscape, 2007).

64

Holman, E. A., Garfin, D. R. and Silver, R.C., «Media’s role in broadcasting acute stress following the Boston Marathon bombings», Psychological and Cognitive Sciences, 111/1 (2013), 93–8.

65

Про теракт 9 сентября см.: Ahern, J. and Galea, S., et al., «Television images and probable post-traumatic stress disorder after September 11: The role of background characteristics, event exposures, and perievent panic», Journal of Nervous and Mental Disease, 192/3 (2004), 217–26, doi: 10.1097/01.nmd.0000116465.99830.ca.

Про землетрясение в Сычуани см.: Yeung, N. C. Y. and Lau, J. T. F., et al., «Media exposure related to the 2008 Sichuan earthquake predicted probable PTSD among Chinese adolescents in Kunming, China: A longitudinal study», Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy, 10/2 (2018), 253–62.

Про вирус Эболы см.: Garfin, D. R., and Holman, E. A., et al., «Media exposure, risk perceptions, and fear: Americans’ behavioral responses to the Ebola public health crisis», International Journal of Disaster Risk Reduction, 77 (2022), doi: 10.1016/j.ijdrr.2022.103059.

Про теракты в Париже в 2015 г. см.: Robert, M. and Stene, L. E., et al., «Media exposure and post-traumatic stress symptoms in the wake of the November 2015 Paris terrorist attacks: A population-based study in France», Frontiers in Psychiatry, 12 (2021), doi: 10.3389/fpsyt.2021.509457.

66

Карен – сленговое обозначение белой женщины, которая часто вступает в конфликты и жалуется преимущественно на представителей меньшинств и низшего класса. – Прим. пер.

67

В политике термин «воук» означает все, связанное с левой политикой, либеральными движениями, феминизмом. – Прим. пер.

68

Van Bavel, J., Brady, W. J., Wills, J. A. and Jost, J. Y., «Emotion shapes the diffusion of moralized content in social networks», Proceedings of the National Academy of Sciences, 114/28 (2017), 7313–8.

69

Дэвид Аттенборо – британский телеведущий и журналист, автор документальных фильмов о природе. – Прим. пер.

70

. The Influencer Report: Engaging Gen Z and Millennials, Morning Consult, 2019.

71

Реалити-шоу, где предприниматели представляют свои бизнес-идеи в надежде получить инвестиционное финансирование. – Прим. ред.

72

Работники в Японии, занимающиеся нефизическим трудом, особенно находящиеся на окладе у крупных корпораций. – Прим. ред.

73

Lee, R. B., The!Kung San: Men, Women and Work in a Foraging Society (Cambridge University Press, 1979).

74

Диккенс Ч. Приключения Оливера Твиста / Пер. А. В. Кривцовой. М.: АСТ, 2013.

75

Lambert, K., Lifting Depression: A Neuroscientist’s Hands-on Approach to Activating Your Brain’s Healing (Basic Books, 2008, pp. 47–69).

76

Железнодорожный мост в Шотландии. Начиная с момента постройки в XIX в., мост постоянно перекрашивался, поскольку на каком-то конце появлялась ржавчина. Выражение «красить Форт-Бридж» стало означать напрасный труд. – Прим. пер.

77

Американский пианист, певец и шоумен. В 1950–1970-е гг. – самый высокооплачиваемый артист в мире. – Прим. ред.

78

Кейнс, Дж. М. Экономические возможности для наших внуков (с послесловием) // Вопросы экономики. 2009. № 6. С. 65.

79

Keynes, J. M., «Economic possibilities for our grandchildren», опубликовано в Essays in Persuasion (Harcourt Brace, 1932, pp. 358–73).

80

Dyble, M. and Thorley, J., et al., «Engagement in agricultural work is associated with reduced leisure time among Agta hunter-gatherers», Nature Human Behaviour, 3 (2019), 792–6.

81

Babyak, M. and Blumenthal, J. A., et al. «Exercise treatment for major depression: Maintenance of therapeutic benefit at 10 months», Psychosomatic Medicine, 62 (2000), 633–8. См. Также: Blumenthal, J.A., et al., «Effects of exercise training on older patients with major depression», Archives of Internal Medicine, 159/19 (1999), 2349–56, doi: 10.1001/archinte.159.19.2349.

82

Sandercock, G. R. H., Moran, J. and Cohen, D. D., «Who is meeting the strengthening physical activity guidelines by definition: A cross-sectional study of 253 423 English adults», PLoS ONE, (2022), doi: 10.1371/journal.pone.0267277.

83

Из исследования Active Lives для взрослых 2022 г., в котором в течение года отслеживалась активность 175 тыс. респондентов в Англии; все исследования Active Lives см. в архиве Sport England на sportengland.org.

84

Тканевое приспособление разных конструкций, используемое для переноски ребенка в первые месяцы жизни и до 2–3 лет. – Прим. ред.

85

O’Keefe, J.H. and Vogel, R., et al., «Achieving hunter-gatherer fitness in the 21st century: Back to the future», American Journal of Medicine, 123/12 (2010), 1082–6, doi: 10.1016/j.amjmed.2010.04.026.

86

Raichlen, D.A., et al., «Physical activity patterns and biomarkers of cardiovascular disease risk in hunter-gatherers», American Journal of Human Biology, 29/2 (2017), doi: 10.1002/ajhb.22919.

87

Marlow, F. W., «Hunter-gatherers and human evolution», Evolutionary Anthropology, 14 (2005), 54–67.

88

По данным опроса The National Travel Survey 2019 г., в котором было опрошено 14 356 человек. См. на сайте statista.com.

89

Sands, R. and Sands, L., The Anthropology of Sport and Human Movement: A Biocultural Perspective (Lexington Books, 2012, p. 268).

90

Шестидневный забег по пустыне Сахара в Марокко с дистанцией около 250 км. Маршрут проходит по пескам, камням, дюнам и плато. – Прим. ред.

91

Одно из направлений альтернативной медицины, родственное с акупунктурой. – Прим. ред.

92

Johansson, E., et al., «Sitting, standing and moving during work and leisure among male and female office workers of different age: A compositional data analysis», BMC Public Health, 20/1 (2020), 826, doi: 10.1186/s12889-020-08909-w.

93

Ng, S.W. and Popkin, B., «Time use and physical activity: A shift away from movement across the globe», Obesity Review, 13 (2012), 659–80.

94

Raichlen, D.A. and Pontzer, H., et al., «Sitting, squatting, and the evolutionary biology of human inactivity», Proceedings of the National Academy of Sciences, 117/13 (2020), 7115–21, doi: 10.1073/pnas.1911868117.

95

Pontzer, H., et al., «Locomotor anatomy and biomechanics of the Dmanisi hominins», Journal of Human Evolution, 58 (2010), 492–504. См. Также: Trinkaus, E., «Squatting among the Neanderthals: A problem in the behavioural interpretation of skeletal morphology», Journal of Archaeological Science, 2 (1975), 327–51.

96

Hewes, G.W., «World Distribution of Certain Postural Habits», American Anthropologist, 57/2 (1955), 231–44.

97

Pontzer, H., et al., «Energy expenditure and activity among Hadza hunter-gatherers», American Journal of Human Biology, 27/5 (2015), doi: 10.1002/ajhb.22711.

98

Kaplan, H., et al., «Coronary atherosclerosis in indigenous South American Tsimané: A cross-sectional cohort study», Lancet, 389, (2017), 1730–9.

99

Liu, W., et al., «Current understanding of coronary artery calcification», Journal of Geriatric Cardiology, 12/6 (2015), 668–75, doi: 10.11909/j.issn.1671–5411.2015.06.012.

100

Ryan, T.M and Shaw, C.N., «Gracility of the modern Homo Sapiens skeleton is the result of decreased biomechanical loading», Proceedings of the National Academy of Sciences, 112/2, (2015), 372–7, doi: 10.1073/pnas.1418646112.

101

Герман Понцер дал интервью для статьи Staying fit isn’t a New Year’s resolution for these hunter-gatherers, опубликованной на сайте npr.org, 3 января 2017 г.

102

Все ссылки приведены в книге Currey, M., Daily Rituals: How Artists Work (Knopf, 2013).

103

Lee, I. M. and Paffenbarger, R. S., «Associations of light, moderate, and vigorous intensity physical activity with longevity», American Journal of Epidemiology, 151/3 (2000), 293–9, doi: 10.1093/oxfordjournals.aje.a010205.

104

Pes, G.M., et al., «Nutrition related to male longevity in Sardinia: An ecological study», Nutrition, Metabolism and Cardiovascular Diseases, 23/3 (2013), 212–9, doi: 10.1016/j.numecd.2011.05.004

105

Diaz, K.M., et al., «Patterns of sedentary behaviour and mortality in U.S. middle-aged and older adults», Annals of Internal Medicine, doi: 10.7326/M17-0212.

106

Rauber, F., et al., «Ultra-processed foods and excessive free sugar intake in the UK: A nationally representative cross-sectional study», BMJ Open, 9/10 (2019), doi: 10.1136/bmjopen-2018-027546.

107

Исследование 2400 британских семей, проведенное Лизой Хегги из Университетского колледжа Лондона, представленное на Европейском конгрессе по ожирению в Маастрихте в 2022 г.

108

DiFeliceantonio, A. G., et al., «Supra-additive effects of combining fat and carbohydrate on food reward», Clinical and Translational Report, 28/1 (2018), 33–44, doi: 10.1016/j.cmet.2018.05.018.

109

Zohar, I., Alperson-Afil, N., Goren-Inbar, N., et al., «Evidence for the cooking of fish 780,000 years ago at Gesher Benot Ya’aqov, Israel», Nature Ecology and Evolution, 6 (2022), 2016–28, doi: 10.1038/s41559-022-01910-z.

110

Marriotti Lippi, M., et al., «Multistep food plant processing at Grotta Paglicci (Southern Italy), around 32,600 cal B.P», Proceedings of the National Academy of Sciences, 112/39 (2015), 12075–80, doi: 10.1073/pnas.1505213112.

111

Arranz-Otaegui, A., et al., «Archaeobotanical evidence reveals the origins of bread 14,400 years ago in northeastern Jordan», Proceedings of the National Academy of Sciences, 115/31 (2018), 7925–30, doi: 10.1073/pnas.1801071115.

112

См. Mattson, M.P., The Intermittent Fasting Revolution (MIT Press, 2022).

113

Mummert, A., Esche, E., Robinson, J. and Armelagos, G.J., «Stature and robusticity during the agricultural transition: Evidence from the bioarchaeological record», Economics & Human Biology, 9/3 (2011), 284–301, doi: 10.1016/j.ehb.2011.03.004.

114

Smith, W., «The teeth of ten Sioux Indians», Journal of the Anthropological Institute of Great Britain and Ireland, 24 (1895), 109–116, doi: 10.2307/2842212.

115

Merrill, B.D., et al., «Ultra-deep sequencing of Hadza hunter-gatherers recovers vanishing gut microbes», bioRxiv, (2022), doi: 10.1101/2022.03.30.486478.

116

Spector, T., «I spent three days as a hunter-gatherer to see if it would improve my gut health», статья опубликована на сайте theconversation.com, 30 June 2017.

117

Quoted in Bodley, J.H., Victims of Progress (Rowman & Littlefield, 2014, p. 173).

118

O’Keefe, S., Li, J., et al., «Fat, fibre and cancer risk in African Americans and rural Africans», Nature Communications, 6/article number 6342 (2015), doi: 10.1038/ncomms7342.

119

Подробнее о взаимодействии сахара и лептина см. в книге Lustig, R., Fat Chance: The Hidden Truth about Sugar, Obesity and Disease (Fourth Estate, 2014).

120

Healy-Stoffel, M. and Levant, B., «N-3 (omega-3) fatty acids: Effects on brain dopamine systems and potential role in the etiology and treatment of neuropsychiatric disorders», CNS and Neurological Disorders – Drug Targets, 17/3 (2018), 216–32, doi: 10.2174/1871527317666180412153612.

121

Ekirch, R., At Day’s Close: A History of Night-time (Weidenfeld &Nicolson, 2006).

122

Samson, D. R., et al., «Chronotype variation drives night-time sentinel-like behaviour in hunter-gatherers», Proceedings: Biological Sciences, 284 (2017), 1858, doi: 10.1098/rspb.2017.0967.

123

Pegoraro, M., et al., «Gene expression associated with early and late chronotypes in drosophila melanogaster», Frontiers in Neurology, 6 (2015), doi: 10.3389/fneur.2015.00100.

124

Yetish, G., et al., «Natural sleep and its seasonal variations in three pre-industrial societies», Current Biology, 25/21 (2015), 2862–8, doi: 10.1015/j.cub.2015.09.046.

125

Piosczyk, H., et al., «Prolonged sleep under Stone Age conditions», Journal of Clinical Sleep Medicine, 10/7 (2014), 719–22, doi: 10.5664/jcsm.3854.

126

De la Iglesia, H. O., et al., «Access to electric light is associated with shorter sleep duration in a traditionally hunter-gatherer community», Journal of Biological Rhythms, 30/4 (2015), 342–50, doi: 10.1177/0748730415590702.

127

Boivin, D., Duffy, J. and Kronauer, R., et al., «Dose-response relationships for resetting of human circadian clock by light», Nature, 379 (1996), 540–2, doi: 10.1038/379540a0.

128

Smith, K. M. and Olkhov, Y. M., et al., «Hadza men with lower voice pitch have a better hunting reputation», Evolutionary Psychology, 15/4 (2017), doi: 10.1177/1474704917740466.

129

Beall, A. T. and Tracy, J. L., «Women are more likely to wear red or pink at peak fertility», Association for Psychological Science, 24/9 (2013), 1837–41, doi: 10.1177/0956797613476045.

130

Lewis, D. M. G., et al., «Lumbar curvature: A previously undiscovered standard of attractiveness», Evolution and Human Behaviour, 36/5 (2015), 345–50, doi: 10.1016/j.evolhumbehav.2015.01.007.

131

Cormier, Z., «Gene switches make prairie voles fall in love», Nature, 2 June 2013, doi: 10.1038/nature.2013.13112.

132

Ларкин, Ф. Год чудес / Пер. Л. Эпштейна // Новый свет. Литературно-художественный журнал. 2019. № 4 (26).

133

Larkin, P., «Annus Mirabilis», High Windows (Faber and Faber, 1974).

134

Larkin, P., «Annus Mirabilis», High Windows (Faber and Faber, 1974).

135

Перевод телеканала НТВ.

136

Интервью с доктором Хелен Фишер в журнале Glamour, 26 мая 2020 г. См. также доклад доктора Фишер на TED talk “The Brain in Love”.

137

См. книгу профессора Маслар Men Chase, Women Choose: The Neuroscience of Meeting, Dating, Losing Your Mind, and Finding True Love (Vibrance Press, 2016).

138

Гризел, Дж. Без дна. Зависимости и как их победить / Пер. О. Сивченко. СПб.: Питер, 2020.

139

Grisel, J., Never Enough: The Neuroscience and Experience of Addiction (Scribe UK, 2019).

140

Платон. Федр / Пер. А. Н. Егунова // Платон. Собр. соч. в 4 томах. М.: Мысль, 1993. Т. 2.

141

Шекспир, У. Ромео и Джульетта / Пер. Б. Пастернака. М.: Эксмо-пресс, 2022.

142

Пруст, М. Пленница / Пер. с фр. А. Франковского. СПб.: ИНАПРЕСС, 1998.

143

Моэм, С. Подводя итоги / Пер. М. Лорие. М.: АСТ, 2008.

144

Опрос, проведенный YouGov.com 17–18 мая 2015 г., показал, что 20 % взрослых британцев на вопрос, был ли у них когда-нибудь роман, ответили «да» (76 % ответили «нет», остальные предпочли не говорить).

145

Collins, H. K., Hagerty, S. F., Quoidbach, J. and Wood Brooks, A., «Relational diversity in social portfolios predicts well-being», Proceedings of the National Academy of Sciences, (2022), doi: 10.1073/pnas.2120668119.

См. также: Cheung, E. O., Gardner, W. L. and Anderson, J. F., «Emotionships: Examining people’s emotion-regulation relationships and their consequences for well-being», Social Psychological and Personality Science, 6/4 (2015), 407–14, doi: 10.1177/1948550614564223.

146

Lippman, J. R., Ward, M. L. and Seabrook, R. C., «Isn’t it romantic? Differential associations between romantic screen media genres and romantic beliefs», Psychology of Popular Media Culture, 3/3 (2014), 128–40, doi: 10.1037/ppm0000034.

147

Holmes, B., «In search of my “one and only”: Romance-related media and beliefs in romantic relationship destiny», Electronic Journal of Communication, 17/issue 3/4 (2007).

148

Крупнейшее британское издательство, специализирующееся на романтической литературе. – Прим. пер.

149

Отсылка к названию песни Total Eclipse of the Heart Бонни Тайлер. – Прим. пер.

150

См.: Lieberman, D. and Long, M., The Molecule of More: How a single molecule in your brain drives love, sex, and creativity – and will determine the fate of the human race (BenBella Books, 2018).

151

Christie, A., Poems (London: William Collins and Sons, 1973, p. 124).

152

Ocobock, C. and Lacy, S., «Woman the hunter: The physiological evidence», American Anthropologist (2023) doi: 10.1111/aman.13915.

153

Gottman, J., The Seven Principles for Making Marriage Work (Orion Books Ltd, 2000, p. 28).

154

Hrdy, S. B., Mothers and Others (Harvard University Press, 2009, p. 67).

155

Ivey, P., «Cooperative reproduction in Ituri forest hunter-gatherers: Who cares for Efé infants?», Current Anthropology, 41, 856–66.

156

Sear, R. and Steele, F., et al., «The effects of kin on childhood mortality in rural Gambia», Demography, 39 (2002), 43–63.

157

Morelli, G. A., and Tronick, E. Z., «Efé multiple caretaking and attachment» in Gewirtz, J. L. and Kurtines, W. M. (eds), Intersections with Attachment, Lawrence Erlbaum Associates, 1991, 41–51.

158

Chaudhary, N. and Swanepoel, A., «What can we learn from hunter-gatherers about children’s mental health? An evolutionary perspective», Journal of Child Psychology and Psychiatry, 64/10 (2023), 1522–5, doi: 10.1111/jcpp.13773.

159

Gillis, J. R., A World of Their Own Making: Myth, Ritual, and the Quest for Family Values (Harvard University Press, 1997).

160

The National Health Service – национальная служба здравоохранения в Великобритании. – Прим. пер.

161

Diamond, J., The World Until Yesterday (Penguin Books, 2012, p. 184–198).

162

Diamond, J., The World Until Yesterday (Penguin Books, 2012, p. 184–198).

163

Diamond, J., The World Until Yesterday (Penguin Books, 2012, p. 184–198).

164

Salali, G. D., Chaudhary, N., Bouer, J., et al., «Development of social learning and play in BaYaka hunter-gatherers of Congo», Scientific Reports, 9/article 11080 (2019), doi: 10.1038/s41598-019-47515-8.

165

Diamond, J., The World Until Yesterday (Penguin Books, 2012, p. 184–198).

166

Находки из пещер Руффиньяка были представлены на конференции Кембриджского университета по археологии детства в 2011 г., о чем сообщалось в различных изданиях, например: «Stone Age toddlers had art lessons», Guardian, 30 сентября 2011 г.

167

Harlow, H., Dosworth, R. O. and Harlow, M. K., «Total social isolation in monkeys», Proceedings of the National Academy of Sciences, 54/1 (1965), 90–7, doi: 10.1073/pnas.54.1.90.

168

González, C., Kiss me! How to raise your children with love (Pinter &Martin Ltd, 2012).

169

Мини-мы – персонаж серии фильмов «Остин Пауэрс», маленький клон Доктора Зло. – Прим. пер.

170

Персонаж мультсериала «Симпсоны». – Прим. ред.

171

Доклад Фонда ООН в области народонаселения «State of World Population» 2007, с. 11.

172

Klein Goldewijk, K., Beusen, A. and Janssen, P., «Long-term dynamic modelling of global population and built-up area in a spatially explicit way», Holocene, 20/4 (2010), 565–73, doi: 10.1177/0959683609356587.

173

Peen, J., et al., «The current status of urban-rural differences in psychiatric disorders», Acta Psychiatrica Scandinavica, 121/2, (2010), 84–93, doi: 10.1111/j.1600–0447.2009.01438.x.

174

Sundquist, K., Frank, G. and Sundquist, J., «Urbanisation and incidence of psychosis and depression: Follow-up study of 4.4 million women and men in Sweden», British Journal of Psychiatry, 184/4, (2004), 293–8, doi: 10.1192/bjp.184.4.293.

175

Krabbendam, L. and Van Os, J., «Schizophrenia and urbanicity: A major environmental influence – conditional on genetic risk», Schizophrenia Bulletin, 31/4 (2005), 795–9, doi: 10.1093/schbul/sbi060.

176

Lederbogen, F., Kirsch, P. and Haddad, L., et al., «City living and urban upbringing affect neural social stress processing in humans», Nature, 474 (2011), 498–501, doi: 10.1038/nature10190.

177

Sundquist, K., Frank, G. and Sundquist, J., «Urbanisation and incidence of psychosis and depression: Follow-up study of 4.4 million women and men in Sweden», British Journal of Psychiatry, 184/4, (2004), 293–8, doi: 10.1192/bjp.184.4.293.

178

Werneck, A. O. and Silva, D. R., «Population density, depressive symptoms, and suicidal thoughts», Brazilian Journal of Psychiatry, 42/1 (2020), 105–6, doi: 10.1590/1516-4446-2019-0541.

179

Lewis, J., «As well as words: Congo Pygmy hunting, mimicry, and play», in Botha, R. and Knight, C. (eds), The Cradle of Language (Oxford University Press, 2009), doi: 10.1093/oso/9780199545858.003.0013.

180

Hansell, A., Cai, Y. S. and Gulliver, J., in Harrison, R. M. and Hester, R. E. (eds), Environmental Impacts of Road Vehicles: Past, Present and Future (The Royal Society of Chemistry, 2017, pp. 107–32).

181

Dzhambov, A.M., «Long-term noise exposure and the risk for type 2 diabetes: A meta-analysis», Noise Health, 17/74 (2015), 23–33, doi: 10.4103/1463-1741.149571.

182

Münzel, T., Gori, T., Babisch, W. and Basner, M., «Cardiovascular effects of environmental noise exposure», European Heart Journal, 35/13 (2014), 829–36, doi: 10.1093/eurheartj/ehu030.

183

Orban, E., et al., «Residential road traffic noise and high depressive symptoms after five years of follow-up: Results from the Heinz Nixdorf Recall Study», Environmental Health Perspectives, 124/5 (2016), 578–85, doi: 10.1289/ehp.1409400.

184

Wilson, E.O., Biophilia (Harvard University Press, 1984).

185

James, P., Hart, E. J., Banay, R. R. and Laden, F., «Exposure to greenness and mortality in a nationwide prospective cohort study of women», Environmental Health Perspectives, 124/9 (2016), 1344–52, doi: 10.1289/ehp.1510363.

186

Andersen, L., Corazon, S. S. and Stigsdotter, U.K., «Nature exposure and its effects on immune system functioning: A systematic review», International Journal of Environmental Research and Public Health, 18/4 (2021), 1416.

187

Weinstein, N., et al., «Seeing community for the trees: The links among contact with natural environments, community cohesion, and crime», BioScience, 65/12 (2015), 1141–53, doi: 10.1093/biosci/biv151.

188

Ulrich, R. S., «View through a window may influence recovery from surgery», Science, 224/4647 (1984), 420–1, doi: 10.1126/ science.6143402.

189

См.: Klepeis, N. E., et al., «The National Human Activity Pattern Survey (NHAPS): A resource for assessing exposure to environmental pollutants», published in 2001 by the Lawrence Berkeley National Laboratory.

190

Лонгфелло, Г. Восход солнца над холмами / Пер. В. Филиппов.

191

Longfellow, H. W., «Sunrise on the Hills», The Complete Poetical Works of Henry Wadsworth Longfellow (e-artnow, 2020, p.17).

192

Furuyashiki, A., et al., «A comparative study of the physiological and psychological effects of forest bathing (Shinrin-yoku) on working age people with and without depressive tendencies», Environmental Health and Preventative Medicine, 24/1 (2019), 46, doi: 10.1186/s12199-019-0800-1.

См. также: Barbieri, A., Barbieri, G. and Donelli, D., «Effects of forest bathing (shinrin-yoku) on levels of cortisol as a stress biomarker: A systematic review and meta-analysis», International Journal of Biometeorology, 63/8 (2019), 1117–34, doi: 10.1007/s00484-019-01717-x.

А также: Li, Q., «Effect of forest bathing trips on human immune function», Environmental Health and Preventative Medicine, 15/1 (2020), 9–17, doi: 10.1007/s12199-008-0068-3.

А также: Ideno, Y., et al., «Blood pressure-lowering effect of Shinrin-yoku (Forest bathing): A systematic review and meta-analysis», BMC Complementary Medicine and Therapies, 17/1 (2017), 409, doi: 10.1186/s12906-017-1912-z.

193

Coulson, S., Segadika, P. and Walker, N., «Ritual in the hunter-gatherer/early pastoralist period: Evidence from Tsodilo Hills, Botswana», African Archaeological Review, 33/2 (2016), 205–22.

194

Sonderman, E. M., Dozier, C. A. and Smith, M. F., «Analysis of a coprolite from Conejo Shelter, Texas: Potential ritualistic viperous snake consumption», Journal of Archaeological Science: Reports, 25 (2019), 85–93.

195

Kotova, N., Kiosak, D., Radchenko, S., and Spitsyna, L., «Microscopic examination of Mesolithic serpent-like sculptured stones from southern Ukraine», Antiquity, 92/366 (2018), doi: 10.15184/aqy.2018.249.

196

Благословление в иундаизме. – Прим. ред.

197

Брук, Р. Гранчестер / Пер. А. Рытов.

198

Brooke, R., «The Old Vicarage, Grantchester», Delphi Complete Works of Rupert Brooke (Delphi Classics, 2013).

199

Рафаэль Надаль в интервью итальянской газете Corriere Della Sera в 2020 г.

200

Hobson, N. M., Bonk, D. and Inzlicht, M., «Rituals decrease the neural response to performance failure», PeerJ (2017), doi: 10.7717/peerj.3363.

201

Дюркгейм, Э. Элементарные формы религиозной жизни. Тотемическая система в Австралии / Пер. В. Земсковой. М.: Элементарные формы, 2018. С. 385.

202

Durkheim, E., The Elementary Forms of the Religious Life (George Allen & Unwin Ltd, 1915, p. 215).

203

Detailed by the bride, Linda Geddes, in New Scientist magazine, 10 February 2010.

204

Опрос British Social Attitudes Survey, 2016.

205

Scruton, R., Riots of Passage, 11 October 2011, published by the American Enterprise Institute; https://www.aei.org/articles/riots-of-passage/.

206

В интервью, взятом в рамках проекта American Families of Faith Project под руководством Д. К. Доллахит и Л. Д. Маркс из Университета Бригама Янга. См. americanfamiliesoffaith.byu.edu.

207

Evans, J., «Can governments create “collective effervescence” in their citizens? And should they?», History of Emotions Blog (emotionsblog.history.qmul.ac.uk; 20 March 2015).

208

Aubert, M., Setiawan, P., Oktaviana, A. A., et al., «Palaeolithic cave art in Borneo», Nature, 564 (2018), 254–7, doi: 10.1038/s41586-018-0679-9.

209

McNeill, W.H., Keeping Together in Time: Dance and Drill in Human History, Harvard University Press, 1995.

210

Имеется в виду в ночь с 24 на 25 декабря. – Прим. ред.

211

Национальное шотландское блюдо из вареных бараньих потрохов. – Прим. ред.

212

Schulz, J. F., Bahrami-Rad, D., Beauchamp, J. P. and Henrich, J., «The Church, intensive kinship, and global psychological variation», Science, 366 (2019), 6466, doi: 10.1126/science.aau5141.

213

Рэнд, А. Атлант расправил плечи / Пер. В. Вебер, Ю. Соколов, Д. Вознякевич. М.: Альпина бизнес букс, 2007.

214

Newsom, C. R., Archer, R. P., Trumbetta, S. and Gottesman, I. I., «Changes in adolescent response patterns on the MMPI/MMPI-A across four decades», Journal of Personality Assessment, 81/1 (2003), 74–84, doi: 10.1207/S15327752JPA8101_07.

215

Twenge, J. M., Campbell, W. K. and Gentile, B., «Changes in pronoun use in American books and the rise of individualism, 1960–2008», Journal of Cross-Cultural Psychology, 44/3 (2013), 406–15, doi: 10.1177/0022022112455100.

216

DeWall, C. N., et al., «Tuning in to psychological change: Linguistic markers of psychological traits and emotions over time in popular U.S. song lyrics», Psychology of Aesthetics, Creativity, and the Arts, 5/3 (2011), 200–7, doi: 10.1037/a0023195.

217

Hobbes, T., Leviathan (Cosimo Classics, 2009, p. 72).

218

Взято из письма Христофора Колумба лорду Рафаэлю Санчесу, казначею Фердинанда и Изабеллы, короля и королевы Испании, в Ford, P. L. (ed.), Writings of Christopher Columbus: Descriptive of the Discovery and Occupation of the New World, (C. L. Webster, 1892, с. 33–51).

219

Boehm, C., Moral Origins (Basic Books, 2012).

220

Clottes, J., What is Palaeolithic Art? Cave Paintings and the Dawn of Human Creativity (University of Chicago Press, 2016).

221

Rand, A., запись в дневнике от 22 февраля 1939 года, в Harriman, D. (ed.), Journals of Ayn Rand, New American Library, 1999.

222

Miller, J. G., Kahle, S., Hastings, P. D., «Roots and benefits of costly giving: Children who are more altruistic have greater autonomic flexibility and less family wealth», Psychological Sciences, 26/7 (2015), 1038–45, doi: 10.1177/0956797615578476.

223

Юнгер, С. Племя: Как выжить в мире тотального одиночества» / Пер. Е. Кваша. М.: Бомбора, 2020.

224

Junger, S., Tribe: On Homecoming and Belonging (HarperCollins, 2016, p. 28).

225

Twenge, J. M., Generations (Atria Books, 2023).

226

Ricard, M., Happiness: A Guide to Developing Life’s Most Important Skill (Atlantic Books, 2015, p. 208).

227

Gaydukevych, D. and Kocovski, N. L., «Effect of self-focused attention on post-event processing in social anxiety», Behaviour Research and Therapy, 50/1 (2012), 47–55.

228

Nakajima, M., Takano, K. and Tanno, Y., «Adaptive functions of self-focused attention: Insight and depressive and anxiety symptoms», Psychiatry Research, 249 (2017) 275–80, doi: 10.1016/j.psychres.2017.01.026274.

229

Dambrun, M., «Self-centeredness and selflessness: Happiness correlates and mediating psychological processes», PeerJ (2017), doi: 10.7717/peerj.3306.

230

Boehm, C., Hierarchy in the Forest (Harvard University Press, 1999).

231

Goodall, J., Reason For Hope: A Spiritual Journey (Grand Central Publishing, 2004).

232

Bai, Y., et al., «Awe, the diminished self, and collective engagement: Universals and cultural variations in the small self», Journal of Personality and Social Psychology, 113/2 (2017), doi: 10.1037/pspa0000087.

233

Bai, Y., et al., «Awe, the diminished self, and collective engagement: Universals and cultural variations in the small self», Journal of Personality and Social Psychology, 113/2 (2017), doi: 10.1037/pspa0000087.

234

Stellar, J.E., et al., «Awe and humility», Journal of Personality and Social Psychology, 114/2 (2017), 258–269.

235

Moll, J., et al., «Human fronto-mesolimbic networks guide decisions about charitable donation», Proceedings of the National Academy of Sciences, 103 (2006), 15623–8, doi: 10.1073/pnas.0604475103.

236

Whillans, A.V., et al., «Is spending money on others good for your heart?», Health Psychology, 35/6 (2016), 574–83, doi: 10.1037/ hea0000332.

237

Brown, S.L., et al., «Providing social support may be more beneficial than receiving it: Results from a prospective study of mortality», Psychological Science, 14/4 (2003), 320–7, doi: 10.1111/1467-9280.14461.

238

Aknin, L. B., Dunn, E. W. and Willans, A. V., «The emotional rewards of prosocial spending are robust and replicable in large samples», Psychological Science, 31/6, 536–45, doi: 10.1177/09637214221121100.

239

Цитируется в статье Washington Post «1975 Human Kindness Day’s Cruel Violence», опубликованной 4 сентября 2011 г.

240

Вегетарианская жареная закуска. – Прим. ред.

Content

Клэр Фоджес
Paleo life. Мудрые привычки счастливого человека

Введение Парадокс прогресса

Почему у нас на сердце тяжесть?

Долгий, долгий век охотников-собирателей

Меняем среду обитания, а не только мозги

1 Знакомьтесь: охотники-собиратели

Что мы знаем о наших предках?

«Отвратительная, жестокая, короткая»?

Как живут охотники-собиратели сейчас?

2 Племя и дружба

Почему мы мечтаем о большом племени?

Как племена получили быструю подпитку?

Дружба: качество против количества

Составление социальной карты

Перераспределение вашего времени

Сокращаем время на ложное общение

3 Иерархия и статус

Глубокие корни зависти

«Гонка»

«Гонка» на сверхзвуковой скорости

Жизнь, свободная от иерархии и сравнения себя с другими

Отключите двигатель зависти

Проведите аудит социальных сетей

Ослабьте влияние смартфона на свою жизнь

Отключитесь от желаний

Самовольная отлучка от рекламы

Контролируйте жажду потребления

Устройте для себя «гонку» в обратном направлении

4 Новости и взгляды

Встречайте: информоядные

Наш наследственный новостной голод

Почему мы стали новостным наркоманами?

А что насчет плохих новостей?

Чем это нам вредит?

Читаем, читаем, срываемся

Воздержание от новостей

Узрите машину ярости

Устройте детокс для вашей совести

Новостной рацион

Покиньте эхо-комнаты

Храните полезную информацию

5 Работа и отдых

Как мы работали?

Некролог для живого человека

Напишите свой некролог

Приступайте к делу

Постарайтесь найти занятие для рук

Воспринимайте отдых серьезно

Как выделить свободное время?

6 Тело и движение

Упражнения против движения

Пещерные овощи

Проклятие комфорта

Новое курение

Здоровье охотников-собирателей

Лечение ходьбой

Как начать и привыкнуть гулять?

Хватайтесь за возможности много двигаться

Меньше сидите, больше приседайте

7 Пир и пост

Пищевые магнаты и я

Аппетит каменного века против жадных корпораций

Меню каменного века

Катастрофа диеты человека

Нестрогая палеодиета

Нестрогая палеодиета: что можно и нельзя есть

Нестрогая палеодиета: план на неделю

Перестаньте гулять по супермаркету

Омега-3

Интервальное голодание

8 Сон и отдых

Вы спите правильно

Как спят охотники-собиратели?

Да (не) будет свет

Взгляните на ситуацию в перспективе

9 Секс и привлекательность

Уроки степных полевок

Миф о «случайном» сексе

Взгляните правде в глаза

10 Любовь и отношения

Почему мы влюбляемся?

Завышенные ожидания

Разделите эмоциональный груз

Опасайтесь романтических фантазий

Чувство влюбленности может пройти – не бойтесь этого

Покажи свою любовь

Вместо Я.Т.Л

(Иногда) лучше не говорить

11 Родители и дети

Чтобы воспитать ребенка, нужна целая деревня

Конечно, мы устаем

Другой путь

Советы про близость

Табу на совместный сон

Как безопасно спать с ребенком?

«Мини-мы» воспитание

«Мини-мы» занятия для разных возрастов

Будьте инструктором, а не контролером

Меньше поводов говорить «нет»

12 Город и деревня

Переход от сельской местности к городской

Потрясения для организма из каменного века

Квадратный мир против круглого мира

Эволюционная потребность в природе

Леса: природная аптека

Как встроить природу в свою жизнь?

Отдыхайте от города

13 Обряд и ритуал

Ритуалы для спокойствия

Ритуалы для объединения

Цена утраченных ритуалов

Мой ритуальный микс

Как создать ритуал?

Год ритуалов

14 Я и мы

Миф «я на первом месте»

Почему произошел переход от «мы» к «я»?

Самокопание и грусть

Помните о собственной смертности

Избегайте своего отражения

Ищите поводы испытать восторг

Как испытать восторг?

Как поставить «мы» на первое место?

Планируйте добро

Замкнутые границы дома

Найдите свою миссию

Послесловие

Благодарности

Об авторе

Примечания